Методологические проблемы денежных отношений в трудах К. Маркса - Гальчинский А.С.

I. К вопросу о становлении и развитии Марксовой теории денежных отношений

Структурные элементы теории денежных отношений К. Маркса

II. Товар и деньги как диалектическое единство

Противоречия денежной формы стоимости и ее исторические границы

III. Товарно-денежное обращение. Деньги как деньги

Благородные металлы как носители денежных отношений

К вопросу об обратимости неразменных банкнот в золото

IV. Деньги как капитал. Кредитные деньги

Деньги как капитал в их существенной определенности

Функциональное проявление денег как капитала. Кредитные деньги

Author: Гальчинский А.С.

Tags: результаты общественного производства экономика монография экономическая теория политическая экономия марксизм

Year: 1979

Similar

Товарно-денежные отношения при социализме

О проценте ссудном, подсудном, безрассудном. Хрестоматия современных проблем «денежной цивилизации». Книга 2

О проценте ссудном, подсудном, безрассудном. Хрестоматия современных проблем «денежной цивилизации». Книга 1

Критика политэкономических основ антимарксистских теорий денег

Text

А. С. ГАЛЬЧИНСКИИ
МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ
ПРОБЛЕМЫ
ДЕНЕЖНЫХ
ОТНОШЕНИЙ
В ТРУДАХ
К. МАРКСА
Под общей редакцией доктора экономических наук,
профессора Ю, Н. Пахомова
КИЕВ
ГОЛОВНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
ИЗДАТЕЛЬСКОГО ОБЪЕДИНЕНИЯ
«ВИЩА ШКОЛА»
1979

ББК 65.011.3
33.041
Г17
Монография представляет собой попытку
показать логически цельную систему теорети-
ческих взглядов К Маркса в их становлении и
развитии по одной из важнейших проблем поли-
тической экономии — теории денежных отноше-
ний. Особое место отведено рассмотрению взгля-
дов К. Маркса по поводу эволюции денежных
отношений, логики и исторического процесса их
генетического развития.
Основные методологические принципы и со-
ставные звенья Марксовой теории денежных
отношений исследуются в свете актуальных про-
блем денежных отношений современного капита-
лизма, что может послужить предпосылкой
дальнейших теоретических разработок проблем
теории товарно-денежных отношений.
Для научных работников, преподавателей ву.
80в, а также всех, кто интересуется проблемами
экономической теории.
Редакция литературы по экономике и организа-
ции производства
Зав. редакцией С. К. Деревец
10702 2ftfl
Г.М2И(04)-79Б3-47-1-78- 0603010000
(g) Издательское объединение
«Вища школа», 1079

ВВЕДЕНИЕ
В числе коренных проблем теоретического анализа
современного этапа развития общего кризиса капита-
лизма одно из важнейших мест занимают вопросы то-
варно-денежных и валютно-финансовых отношений, к
которым сходятся главные нити, всей совокупности ка-
питалистических производственных связей. Обращение
неразменных на золото бумажных денег, модификация
денежных функций^ инфляция, углубление валютного
кризиса выдвинули немало сложных теоретических
проблем. На протяжении ряда лет по многим из них ве-
дется глубокая научная полемика, в ходе которой по-
являются самые различные, порой противоположные
трактовки одних и тех же явлений. Совершенно очевид-
но, что успешное решение дискуссионных вопросов, ка-
сающихся изменений в денежном механизме, а также
перспектив его эволюции, во многом определяется пре-
одолением внеисторического подхода к анализу совре-
менных денежных отношений. «...Не забывать основ-
ной исторической связи, смотреть на каждый вопрос с
точки зрения того, как известное явление в истории
возникло, какие главные этапы в своем развитии это
явление проходило, и с точки зрения этого его разви-
тия смотреть, чем данная вещь стала теперь» 1. Слова
В. И. Ленина выражают коренной принцип марксист-
ского метода научного поиска. В этой связи глубокое
осмысление Марксового метода теоретического анализа
денежных отношений .представляется весьма актуаль-
ной задачей.
1 Ленин В, И, Поли. собр. соч., т. 39, с. 67.
Э

В августе 1859 г., всего несколько месяцев спустя
после выхода в свет книги К. Маркса «К критике по-
литической экономии», посвященной исследованию ко-
ренных проблем марксистской теории денежных отно-
шений, немецкая газета «Das Volk» поместила на нее
рецензию Ф. Энгельса, в которой, пожалуй впервые,
дан анализ Марксовой методологии теоретического ис-
следования экономических процессов. «Выработку ме-
тода, который лежит в основе марксовой критики поли-
тической экономии,— писал Ф. Энгельс,— мы считаем
результатом, который по своему значению едва ли
уступает основному материалистическому воззрению» К
Метод теоретического анализа системы денежных
отношений не является обособленной частью общей
Марксовой методологии научного исследования капита-
лдстического способа производства. На всех уровнях
анализа К. Маркс исходит из того, что денежные отно-
шения — это органический структурный элемент, не-
отъемлемая составная часть системы капиталистических
производственных отношений. Опровергая в работе «Ни-
щета философии» метафизическое представление Пру-
дона об исключительности денег, К. Маркс со всей убе-
дительностью показывает, что денежные отношения есть
всего лишь часть витка общей спирали, одним из звень-
ев цельной цепи системы экономических производствен-
ных связей. Это отношение соответствует определенному
способу производства, точно так же, как ему соответст-
вует индивидуальный обмен 2.
Еще более определенно по этому поводу высказы-
вается К. Маркс в Рукописи 1857—1858 гг., где он прямо
заявляет, что «денежное обращение как наиболее по-
верхностная (в смысле вытолкнутой на поверхность) и
наиболее абстрактная форма всего процесса производ-
ства само по себе совершенно бессодержательно...» 3.
Мысль о том, что Марксова теория денежных отноше-
ний является органической тканью общей теории раз-
вития капиталистического способа производства, что из
нее нельзя вынуть ни единого звена, не нарушив всей
системы, неоднократно подчеркивал и Ф. Энгельс. В ча-
1 Маркс К,, Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 497.
2 См.: там же, т. 4, с. НО.
8 Там же, т. 46, ч. 2, с. 304.
4

стности, в письме к Шмидту, датированному 12 сентяб-
ря 1892 г., Ф. Энгельс писал: «...у Маркса все так свя-
зано одно с другим, что ничего нельзя вырвать из этой
взаимосвязи» !.
На всех ступенях теоретического анализа К. Маркс
рассматривает денежные отношения с позиций выясне-
ния главного объекта исследования — обоснования все-
общих законов, которые регулируют, выражаясь словами
В. И. Ленина, возникновение, существование, развитие
и смерть буржуазного строя, капиталистического спо-
соба производства и замену его другим, высшим орга-
низмом. «...Конечной целью моего сочинения,— писал
К. Маркс о «Капитале»,— является открытие эко-
номического закона движения современного обще-
ства» 2. Это определяет коренной методологический
принцип общего построения теории денежных отноше-
ний К. Маркса, ее политэкоиомическую направленность,
строго партийный, классовый характер. Именно этим
объясняется и то, что при анализе общей совокупности
денежных отношений К. Маркс во многих случаях аб-
страгируется от явлений, несущественных с точки зре-
ния обоснования развития всей системы капиталисти-
ческих производственных отношений и прежде всего
законов движения прибавочной стоимости, т. е. тех
явлений, которые могут и должны быть предметом
исследования конкретных экономических наук.
Настоящая работа ставит перед собой цель выяс-
нить основные методологические принципы построения
и внутреннюю логику становления и развития Марксо-
вой теории денежных отношений. На основе рассмотре-
ния последовательных ступеней процесса познания, от-
ражающих развитие внутренних генетических связей
между составными элементами теории денежных отно-
шений, сделана попытка, с одной стороны, представить
цельную систему теоретических взглядов К. Маркса по
существу анализируемой проблемы, с другой — просле-
дить процесс зарождения и развития теории К. Маркса
в ее историческом аспекте, учитывая, что непосредст-
венно методология научного анализа, метод исследова-
ния формируются вместе с развитием самой науки.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 38, с. 389.
2 Там же, т. 23, с. 10.
о

Исследование составных звеньев Марксовой теории
денежных отношений осуществлено в свете современ-
ных проблем развития денежных отношений и прежде
всего с позиций дискуссионных вопросов. При этом
основополагающим является ленинское положение о
том, что незыблемой основой системы капиталистиче-
ских производственных отношений и в условиях госу-
дарственно-монополистического капитализма остается
товарный характер капиталистического производства.
Модификация денежных отношений современного ка-
питализма, изъятие золота из внутреннего обращения
и ликвидация разменности банкнот не выходит за пре-
делы законов, имманентных товарному производству.
Испарение золотых денег до своего собственного сим-
вола — сперва в форме золотой монеты, потрм в форме
не имеющих стоимости знаков стоимости и, наконец,
в форме неразменных на звонкую монету бумажных
денег — это ступени генетического развития денег, от-
ражающего переход простого товарного производства
в капиталистическое, а этого последнего в свою высшую
Стадию — в стадию монополистического капитализма.
Современные неразменные на золото капиталистиче-
ские деньги являются объективно необходимым и един-
ственно возможным способом функционирования их на
высшей стадии капитализма, на этапе государственно-
монополистического капитализма.
В процессе настоящего исследования не ставилась
задача затронуть все многообразие сторон теории де-
нежных отношений К. Маркса. Проблематика работы
ограничивается рассмотрением сравнительно узкого
круга вопросов, касающихся только системы внутрен-
него денежного обращения, не затрагивая вопросов ва-
лютно-финансовых отношений и в этой связи — функ-
ции мировых денег, а также вопросов инфляции.
Принимая во внимание, что ряд вопросов, затрону-
тых в работе, де получили у К. Маркса законченного
обоснования и могут рассматриваться лишь как поста-
новка отдельных проблем, неизбежна спорная интер-
претация отдельных вопросов.

I. К ВОПРОСУ О СТАНОВЛЕНИИ
И РАЗВИТИИ МАРКСОВОЙ ТЕОРИИ
ДЕНЕЖНЫХ ОТНОШЕНИИ
1. Формирование исходных принципов теории
В предисловии ко II тому «Ка-
Деньги как форма Ш1тала>> ф# Энгельс отмечает, что
"^SSSSif™ K- МаРкс начинает «свои экономиче-
ские занятия» и прежде всего обстоя-
тельное изучение политической экономии — произве-
дений «великих англичан и французов» — со времени
переезда осенью 1843 г. в Париж. К этому времени в
своих публикациях в «Рейнской газете» К. Маркс уже
сделал существенный шаг в выяснении важнейших за-
кономерностей развития общественных отношений и
прежде всего материалистического понимания классо-
вой природы буржуазного общества. Именно к этому
времени, по словам В. И. Ленина, уже наметился «пе-
реход Маркса от идеализма к материализму и от рево-
люционного демократизма к коммунизму» К
Окончательный переход на позиции материализма и
коммунизма отражен К. Марксом в его статьях и пись-
мах, опубликованных в «Немецко-французском ежегод-
нике», вышедшем в свет в феврале 1844 г. В этих рабо-
тах в зародыше содержатся те геййальные мысли, ко-
торые стали исходными позициями в формировании
экономических идей марксизма. Особый интерес в этом
отношении представляет статья К. Маркса «К еврей-
скому вопросу». В ней, по сути впервые, К. Маркс
делает попытку выяснить природу денег, их место
в системе общественных производственных связей.
«Деньги,— пишет он,— это всеобщая, установившаяся
как нечто самостоятельное, стоимость всех вещей. Ohit
Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 26, с. 82.
7

поэтому лишили весь мир — как человеческий мир, так
и природу — их собственной стоимости. Деньги — это
отчужденная от человека сущность его труда и его бы-
тия; и эта чуждая сущность повелевает человеком, и
человек поклоняется ей» '. В этих кратких замечаниях
К. Маркса четко просматривается исходная база буду-
щего анализа денежных отношений — положение об
общественной природе денег, мысль о том, что деньги
являются самостоятельной формой стоимости, отчужден-
ной от человека сущностью его труда, особой специфи-
ческой формой бытия стоимости товаров.
А. Смит и Д. Рикардо, показав несостоятельность
иллюзорного представления теоретиков меркантилизма
о том, что золото и серебро якобы являются деньгами
по своей природе, доказали, что стоимость товара, ко-
торый выполняет роль денег, определяется, как и стои-
мость всякого товара, рабочим временем, в результате
чего в обмене товара на деньги происходит обмен рав-
ных стоимостей, обмен эквивалентов. Это обоснование
классической школы буржуазной политэкономии поло-
жило начало научной теории денег. Однако ни А. Смит,
ни Д. Рикардо не понимали подлинной связи денег и
стоимости. Они не понимали того, что деньги, как об
этом впоследствии в «К критике политической эконо-
мии» писал К. Маркс,—«это кристаллизация меновой
стоимости товаров, создаваемая ими в самом процессе
обмена»2.
Буржуазная классическая политэкономия не рас-
смотрела в деньгах-товаре свойств особого всеобщего
товара и таким образом при анализе специфики денеж-
ного обращения оказалась в тисках неразрешимых
противоречий.
Как отмечал Ф. Энгельс, одним из часто употреб-
ляемых выражений К. Маркса была французская пого-
ворка «всякое начало трудно». Эта истина справедлива
для каждой науки, в том числе и для марксистской тео-
рии денежных отношений — самого абстрактного и наи-
более сложного, по мнению К. Маркса, раздела полити-
ческой экономии. Пытаясь подчеркнуть это, К. Маркс,
иронизируя, начинает изложение своей теории денег
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 410,
2 Там же, т. 13, с. 35.
8

в «К критике политической экономии» со ставшего ши-
роко известным выражения Гладсона: «...даже любовь
не сделала стольких людей дураками, сколько мудрст-
вование по поводу сущности денег». Первые высказы-
вания К. Маркса в статье «К еврейскому вопросу» о
деньгах, его положение о том, что деньги — это всеоб-
щая, установившаяся как нечто самостоятельное стои-
мость всех вещей, свидетельствуют о глубине теорети-
ческого багажа, с которым К. Маркс приступил к си-
стематическому научному анализу экономических основ
буржуазного общества, доказательство высокой прочно-
сти фундамента, положившего начало развитию Марк-
совой теории денег.
Идея общественной природы денежных отношений
находит дальнейшее обоснование в конспекте К. Марк-
са книги одного из вульгаризаторов учения Д. Рикардо,
сторонника количественной школы денежных отноше-
ний Джемса Милля «Основы политической экономии».
Над составлением этого конспекта К. Маркс работает
в течение 1844 г. Опубликованный впервые на русском
языке в 1974 г. в.42-м томе второго издания произве-
дений К. Маркса и Ф. Энгельса, конспект представля-
ет исключительную ценность в выяснении истоков фор-
мирования марксистской политической экономии вооб-
ще и теории денежных отношений в частности.
Дж. Милль, как и его предшественники, в опреде-
лении природы денег не пошел дальше констатации
чисто внешней видимости вещей, не вскрыл их сущ-
ность. В противоположность этому К. Маркс, критиче-
ски анализируя рассматриваемое произведение имени-
того для своего времени автора, пошел дальше по пути
познания природы, проникновения в сущность денеж-
ных отношений. В этой связи К. Маркс высказывает
глубокие мысли о методе познания последней. Он по-
казал основу методологических ошибок представителей
различных школ политической экономии, занимающих-
ся теорией денег, состоящую в том, что буржуазные
исследователи в своем анализе пытались познать не
сущность денежных отношений, а лишь рассматривали
их поверхностные проявления, которые поддаются чув-
ственному восприятию, живому созерцанию. Что же ка-
сается существенного бытия денег как денег, выяснения
их основы, то она, по мнению К. Маркса, проявляется тем
9

полнее, «...чем абстрактнее они сами, чем меньше есте-
ственного отношения они имеют с другими товарами,
чем в большей степени они выступают как продукт и
в то же время как не продукт человека, чем в меньшей
степени естественно выросшим является элемент их бы-
тия» '. В этой связи К. Маркс концентрирует внимание
прежде всего на выяснении сущности металлической
формы денег, которая представляет, по его мнению,
«официальное чувственно воспринимаемое выражение
той денежной души, которая пронизывает все звенья
производства и все движения буржуазного общества»2.
Отталкиваясь от гегелевского определения сущности
как философского понятия, от положения Гегеля о томг
что «сущность — есть чистая рефлексия», «есть тожде-
ство с собой» 3, К. Маркс в одном из своих первых ис-
следований сущности денег обосновывает принципиаль-
но важное методологическое положение о том, что сущ-
ность денежных отношений может быть познана лишь
сама в себе, как собственная абстрактная форма движе-
ния. Сущность денег, по мнению К. Маркса, может и
должна быть исследована первоначально вне своего во-
площения в определенные денежные формы — будь то
в металлцческую или различные бумажные формы де-
нег. Уже в «Конспекте книги Дж. Милля «Основы
политической экономии» К. Маркс рассматривает эти
формы как более совершенное бытие денег как денег.
Деньги в их металлической (равно как и в других)
форме, будучи всего лишь внешним проявлением денеж-
ных отношений, как и всякое явление, в противопо-
ложность сущности не имеют своего основания в самих
себе. Они выражают отношение, которое, используя
известное изречение Гегеля, не стоит на собственных
ногах и имеет свое бытие не в самом себе, а в чем-то
другом. Следовательно, они могут быть познаны лишь
после того, как уже раскрыта и выяснена денежная
сущность. Из этого следует вся порочность метода
исследования представителей различных буржуазных
школ и течений. Отождествление внешней формы про-
явления денежных отношений с их сущностью привело
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., "т. 42, с. 20.
2 Там же (курсив наш.— А. Г.).
* Гегель Г. Соч., т. 1. М., 1974, с. 269.
10

буржуазных исследователей к извращенному понима-
нию действительных процессов экономической жизни.
В этой связи методологическое значение анализи-
руемой работы К. Маркса для развития теории денеж-
ных отношений поистине огромно. В ней и металличе-
ские, и бумажные деньги он рассматривает как некую
денежную плоть, выражающую не «денежную душу»,
а как определенную субстанцию, служащую лишь «ма-
терией, телом денежной души» \ тем строительным ма-
териалом, посредством которого лишь проявляется сущ-
ность денежных отношений. Именно этот принципиаль-
но новый в теории денежных отношений подход и
открыл К. Марксу возможность в дальнейшем научно
обосновать природу денег, дать их анализ с принци-
пиально иных, нежели буржуазные экономисты, мето-
дологических позиций.
Предшественники К. Маркса в лице представителей
буржуазной классической политэкономии А. Смита и
Д. Рикардо были единодушны во мнении о том, что
деньги — это чисто техническое орудие обращения, что
деньги не более как товар, подобно всем прочим това-
рам, только ради удобства одаренный свойствами меры
стоимостей и орудия обмена. На этих позициях стоял
и Дж. Милль. В противоположность им К. Маркс стре-
мится понять природу дене** прежде всего с позиции
отношений собственности. К. Маркс связывает функ-
ционирование денег с развитием частной собственности.
Частная собственность, считает он, неизбежно ведет к
возникновению денег. Она создает основу для появле-
ния денег и определяет характер денежных отношений
на всех уровнях их развития, включая кредитные от-
ношения. Деньги, подчеркивает К. Маркс,— это отчуж-
денная сущность частной собственности,— и приходит
к выводу о том, что только на основе выяснения проти-
воречий частной собственности можно выяснить приро-
ду денег. Такая постановка вопроса означала коренную
ломку существующих ранее представлений о деньгах
как только о техническом орудии обмена.
Анализ денег с позиций производственных отноше-
ний дал возможность К. Марксу приблизиться к науч-
ному пониманию денежного фетишизма. Теоретическое
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 42, с. 22.
11

обоснование этого вопроса — важнейшая научная за-
слуга марксистской политической экономии. Знакомст-
во с ранними (1843—1844 гг.) работами К. Маркса, в
которых излагаются исходные позиции теоретического
анализа этой сложной проблемы, показывает интенсив-
ность и плодотворность его работы.
Явление денежного фетишизма было известно чело-
вечеству давпо. «Золото удивительная вещь! Кто обла-
дает им, тот господин всего, чего он захочет. Золото мо-
жет даже грешникам открывать дорогу в рай»,— писал
в 1503 г. Христофор Колумб с Ямайки. К. Маркс цити-
рует бессмертные строки Шекспира в «Экономическо-
философских рукописях 1844 года»:
«...Золото? Металл
Сверкающий, красивый, драгоценный?
Нет, боги! Нет, я искренно молил...
Тут золота довольно для того,
Чтоб сделать все чернейшее — белейшим,
Все гнусное — прекрасным, всякий грех —
Правдивостью, все низкое — высоким,
Трусливого — отважным храбрецом,
А старика — и молодым и свежим!» 1
Однако природа денежного фетишизма осталась та-
инственной загадкой для буржуазной политической
экономии. Впервые к проблеме денежного фетишизма
К. Маркс обращается в уже упоминавшейся статье
«К еврейскому вопросу», констатируя здесь денежный
фетишизм как общественное явление. Спустя полгода
в «Экономическо-философских рукописях 1844 года»
К. Маркс опять обращается к этой проблеме, делая уже
принципиально важный вывод о том, что «божествен-
ная сила денег — кроется в сущности денег» 2. Даль-
нейшее развитие это положение получает в конспекте
книги Дж. Милля. Здесь отчуждение денег от челове-
ка, превращение их в нечто независимое от человека
и господствующее над ним, власть денег над человеком
непосредственно К. Маркс связывает с властью част-
ной собственности и рассматривает как форму проявле-
ния ее господства, а также господства существую-
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 42, с. 147.
2 Там же, с. 149.
12

щих производственных отношений. При этом если в ра-
боте «К еврейскому вопросу» его внимание концентри-
руется на явлениях чисто денежного фетишизма, то в
конспекте книги Дж. Милля денежный фетишизм
К. Маркс рассматривает значительно шире — как одну
из форм товарного фетишизма, как форму проявления
господства вещи над человеком. «В деньгах,— подчер-
кивал К. Маркс,— обнаруживается всеобъемлющее гос-
подство отчужденной вещи над человеком» К
Констатация наличия органической связи между
отчуждением денег и господством частной собственно-
сти как экономической основы буржуазного общества
дает возможность глубже понять антагонизм капитали-
стических' производственных отношений и классовых
интересов капиталистического общества. В этой связи
теоретическое обоснование К. Марксом концепции де-
нежного и товарного фетишизма, исходные идеи кото-
рой разработаны в его ранних работах 1843—1844 гг.
и получившие законченное обоснование в I томе «Ка-
питала», имеет огромное не только теоретическое, но
и политическое значение. «С классом,— писал Ленин,—
может бороться только другой класс, и притом непремен-
но такой, который вполне уже «дифференцирован» от
своего врага, вполне противоположен ему» 2.
Первые шаги в вопросе выяснения природы денеж-
ного фетишизма — свидетельство понимания молодым
К. Марксом денег как определенной формы обществен-
ного Движения, как формы производственных отноше-
ний.
Если все предшествующие домарксистские школы
политической экономии, включая буржуазную класси-
ческую политическую экономию, рассматривали деньги
как явление не развивающееся во времени, независимое
и индифферентное по отношению к производству, как
функцию чистого обмена, то К. Маркс уже в своих ран-
них произведениях переносит анализ проблемы денеж-
ных отношений в иную плоскость. Деньги у К. Маркса
выступают как функция обмена, но обмена не изолиро-
ванного от производства, а выступающего в неразрыв-
ном единстве с ним, обмена как момента производства,
Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 42, с. 28.
Ленин Z?. И. Поли. собр. соч., т. 1, с. 364.
13

как процесса, совершающегося в самом производстве,
как социальной формы производства, как формы произ-
водственных отношений. Весьма четко это положение
обозначено К. Марксом в «Нищете философии». Пока-
зывая несостоятельность методологических позиций
Прудона в теории денег, К. Маркс пишет: «Деньги —
не вещь, а общественное отношение. Почему отноше-
ние, выраженное деньгами, как и всякое другое эконо-
мическое отношение, как разделение труда и т. д., есть
производственное отношение? Если бы г-н Прудон со-
ставил себе ясное представление об этом отношении,
деньги не казались бы ему исключением, членом неиз-
вестного или искомого ряда, вырванным из этого
ряда» 1.
Рассмотрение денежных отношений как формы про-
изводственных отношений является основополагающим
методологическим принципом марксистской теории де-
нежных отношений, важнейшим теоретическим откры-
тием К. Маркса. Оно четко обозначило водораздел меж-
ду подлинно научным и метафизическим представле-
нием о природе денег. Теоретическая несостоятельность
и научное бесплодие прошлых и современных буржу-
азных концепций денег обусловлены прежде всего не-
умением буржуазных экономистов вынести денежные
отношения за пределы сферы чистого обмена. Между
тем, как писал К. Маркс, подлинная наука начинается
лишь с того времени, когда теоретическое исследование
переходит от процесса обращения к процессу произ-
водства. Сказанное полностью относится и к теории де-
нежных отношений 2.
К вопросу Отмечая исключительное значение ран-
о категории них работ К. Маркса в разработке ме-
стоимости тодологических основ теории денежных
в ранних работахотношений, следует обратить внимание
К. Маркса на то что в них не затрагивается во-
и Ф. Энгельса г
прос о природе стоимости как экономи-
ческой категории, которая конституирует сущность де-
нег. Употребляя понятие «стоимость», К. Маркс не рас-
крывает содержания этой исходной и по сути ключевой
категории в теории денежных отношений. В своих по-
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 110,
2 См.: там же, т. 25, ч. 1, с. 370.
14

следующих работах К. Маркс доказал, что теория стои-
мости и теория денежных отношений — это не изолиро-
ванные, как полагали все предшествующие марксизму
экономические школы, а органически связанные, неотъ-
емлемые составные части одной теории — теории товар-
ного производства и обращения. Однако в анализируе-
мых работах К. Маркс ничего не говорит о природе
стоимости. В этой связи В. И. Ленин в статье «Карл
Маркс» писал: «Для правильной оценки взглядов Мар-
кса безусловно необходимо знакомство с произведени-
ями его ближайшего единомышленника и сотрудника
Фридриха Энгельса. Нельзя понять марксизм и нельзя
цельно изложить его, не считаясь со всеми сочинениями
Энгельса» К На протяжении всего нашего анализа мы
будем неизменно строго руководствоваться этим ленин-
ским положением. Обращение к самой выдающейся
экономической работе Ф. Энгельса периода возникно-
вения марксизма «Наброски к критике политической
экономии», опубликованной в «Немецко-французском
ежегоднике», убеждает в том, что статья Ф. Энгельса
сыграла весьма важную роль в формировании экономи-
ческих идей марксизма. В предисловии «К критике по-
литической экономии» К. Маркс называет «Наброски»
Ф. Энгельса гениальными. Весьма примечательно и то,
что со времени опубликования «Набросков» начинается
постоянное творческое общение К. Маркса и Ф. Энгельса,
которое, по словам В. И. Ленина, бесспорно содейство-
вало тому, что К. Маркс решил заняться политической
экономией, той наукой, в которой его труды произвели
целый переворот2.
Среди важнейших проблем политической экономии,
анализируемых Ф. Энгельсом в статье «Наброски к кри-
тике политической экономии», теоретические вопросы,
раскрывающие характер стоимостных отношений в усло-
виях капитализма, действия закона стоимости, являются
ключевыми. Между тем именно в оценке позиций
Ф. Энгельса по этому вопросу ряд авторов высказывает
1 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 26, с. 93.
2 Сохранился краткий конспект К. Маркса работы Ф. Эн-
гельса «Наброски к критике политической экономии», состав-
ленный сразу же после ее опубликования в I полугодии 1844 г.
(см.: Маркс К.$ Энгельс Ф. Соч., т. 42).
15

недостаточно обоснованные суждения. Так, анализируя
процесс формирования экономических идей марксизма,
Д. И. Розенберг, затем Л. А. Леонтьев, Г. А. Багату-
рия, В. С. Выгодский в своих работах, опубликованных
в разное время, высказывают мнение, якобы Ф. Энгельс,
а под его влиянием и К. Маркс первоначально в вопро-
се стоимости стояли на идеалистических позициях1.
Так, в недавно вышедшем весьма, ценном фундамен-
тальном исследовании Г. А. Багатурия и В. С. Выгод-
ского «Экономическое наследие К. Маркса» подчерки-
вается: «Можно констатировать поразительный факт —
начало теоретической деятельности Маркса (а точнее,
Энгельса и Маркса) в области политической экономии
было ознаменовано решительным отрицанием закона
стоимости!
Подвергнув в первой половине 40-х годов резкой
критике буржуазную политическую экономию, Энгельс
и Маркс отвергли в тот период и ее лучшее создание
«трудовую теорию стоимости» 2. В подтверждение ска-
занного авторы монографии ссылаются на работу «На-
броски к критике политической экономии», где Ф. Эн^
гельс не дает научного решения вопроса о соотношении
конкуренции и стоимости и на основе объективного
факта отклонения цен от стоимости приходит якобы к
выводу о нереальности самой категории стоимости и
этим фактически полностью отрицает и «применяемый
буржуазной политической экономией метод абстракции,
который требует отвлечения от явлений конкуренции
при анализе стоимости» 3.
Принимая во внимание исключительную важность
с точки зрения выяснения исходных позиций формиро-
вания не только теории денежных отношений, но и
общей системы марксистской экономической теории
1 См.: Леонтьев Л. А. Роль Ф. Энгельса в формировании и
развитии марксистской политической экономии. М., 1972, с. 69;
Багатурия Г. А., Выгодский В. С, Экономическое наследие
К. Маркса. М., 1976, с. 30—32; Выгодский В. С. История одно-
го великого открытия К. Маркса. М., 1965, с. 18; Розенберг Д. И.
Очерки развития экономического учения Маркса и Энгельса в
сороковые годы XIX века. М., 1954, с. 49.
2 Багатурия Г. Л., Выгодский В. С. Экономическое наследие
К. Маркса, с. 30 (курсив наш.— А. Г.).
3 Там же, с. 30.
16

этого вопроса, остановимся на его содержании более
обстоятельно.
Внимательное рассмотрение «Набросков» дает воз-
можность сделать вывод о том, что в целом проблемы
стоимости в этой работе анализируются Ф. Энгельсом
с позиций утопического социализма. Приверженность
молодого Ф. Энгельса к идеям утопического социализ-
ма широко известна. Приехав летом 1842 г. в Англию,
он не только знакомится с произведениями А. Смита,
Д. Рикардо, Сэя, Мальтуса, но и глубоко изучает труды
Сен-Симона, Фурье, Оуэна, Кабе, Вейтлинга и других
представителей утопического социализма и коммуниз-
ма. Более того, установив непосредственные личные
контакты с английскими утопистами-социалистами,
Ф. Энгельс сотрудничает в их органах печати. О бли-
зости теоретических позиций молодых К. Маркса и
Ф. Энгельса с теоретическими концепциями представи-
телей утопического социализма свидетельствует пись-
мо Ф. Энгельса К. Марксу от 17 марта 1845 г. Касаясь
вопроса об издании «Библиотеки выдающихся ино-
странных социалистов» на немецком языке, Ф. Энгельс
сообщает К. Марксу о решении «начать с тех произве-
дений, которые ...ближе всего к нашим принципам, то
есть с лучших произведений Фурье, Оуэна, сев-симони-
стов и т. д.» 1. Следует обратить внимание на то, что
цитируемые строки Ф. Энгельса написаны всего год
спустя после опубликования «Набросков к критике
политической экономии».
В работах представителей французского и англий-
ского утопического социализма вопросы теории стоимо-
сти наиболее широко освещены Робертом Оуэном —
родоначальником английского социализма. Речь идет
прежде всего об исключительно интересной работе
Р. Оуэна «Доклад графству Лэнарка», в которой обо-
сновывается широко известная концепция «рабочих де-
нег», о чем будет сказано в последующем изложении.
Здесь же следует отметить, что по вопросу о стоимости
у Р. Оуэна имеются весьма четкие положения, которые
характеризуют его как последовательного сторонника
классической теории трудовой стоимости. Так, подчер-
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 27, с. 25 (курсив наш.—
17

кивая, что «физический труд, правильно направленный,
является источником всеобщего* богатства и народного
благосостояния» 1, Р. Оуэн обосновывает вывод о томт
что величина стоимости определяется количеством тру-
да, затраченного на производство товаров. Более того,
как и представители буржуазной классической полит-
экономии, Р. Оуэн подходит к пониманию положения о
том, что в основе стоимости лежит не индивидуальный
труд, а труд вообще, труд как «средняя физическая сила
человека» 2.
В цитируемых положениях Р. Оуэна совершенно
отчетливо просматриваются теоретические идеи Д. Ри-
кардо. Речь идет по сути о том, что теория стоимости
Р. Оуэна восприняла, аккумулировала в себе основные
положения теории стоимости Д. Рикардо. Обращая вни-
мание на это, Ф. Энгельс в предисловии ко II тому «Ка-
питала» К. Маркса пишет, что «весь оуэновский комму-
низм... опирается на Рикардо» 3.
Наряду с этим существует и другая сторона теории
стоимости Р. Оуэна, на которую также обращает вни-
мание Ф. Энгельс. Р. Оуэн не просто копирует, не просто
воспроизводит в своих трудах идеи классиков, но и как
критик капитализма использует «теорию стоимости и
прибавочной стоимости... против капиталистического
производства» 4, нанося удары по буржуазии ее собст-
венным оружием. В этом смысле, несмотря на свой уто-
пизм, на наивность в обосновании многих положений и
внутреннюю противоречивость, теорию стоимости
Р. Оуэна можно рассматривать, как шаг вперед, как
более прогрессивное явление по сравнению с теорией
стоимости классиков буржуазной Политэкономии.
Понимание теории стоимости Р. Оуэна как таковой,
которая впитала в себя, с одной стороны, элементы тру-
довой стоимости Д. Рикардо, и, с другой,— шагнула
вперед по сравнению с этой теорией, дает возможность
глубже осмыслить теоретические позиции по этому
вопросу молодого Ф. Энгельса, во многом опиравшего-
ся на теоретические взгляды Р. Оуэна. В то же время
1 Оуэн Р. Избранные сочинения, т. 1. М.—Л., с. 179.
2 Там же, с. 188.
8 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 24, с. 17.
4 Там же.
18

нельзя не видеть и того, что предметом теоретического
анализа Ф. Энгельса является не научный поиск тео-
ретического обоснования природы стоимости как
экономической категории, как об этом пишут Д. И. Розен-
берг, Г. А. Багатурия, В. С. Выгодский. Ф. Энгельс счи-
тает этот вопрос принципиально решенным в полити-
ческой экономии и не видит необходимости к нему воз-
вращаться. «Ближайшей категорией,— пишет он по
этому поводу,— которая обусловлена торговлей, явля-
ется стоимость. По вопросу об этой категории, так же
как и относительно всех других категорий, не сущест-
вует никакого спора между старыми и новыми эконо-
мистами» 1. Исходя из этого, Ф. Энгельс переносит пред-
мет своего теоретического анализа в иную плоскость.
По-видимому, его интересует вопрос соотношения стои-
мости и издержек производства, т. е. вопрос не о сущ-
ности, не о природе стоимости,'а вопрос о модификации
стоимости, то, чего не смогла разрешить классическая
буржуазная политическая экономия.
Таким образом, Ф. Энгельс начинает анализ стои-
мостных отношений с того, перед чем остановился
Д. Рикардо. Он критикует «новую политическую эко-
номию», которая, по его мнению, основывается на рабо-
те А. Смита «Богатство народов». Ф. Энгельс видит
непоследовательность новой политической экономии.
Утверждение Д. Рикардо, будто абстрактная стоимость
тождественна издержкам производства, Ф. Энгельс на-
зывает «сплошной путаницей», и именно на этом осно-
вании, надо полагать, он утверждает, что между англи-
чанами Мак-Куллохом и Д. Рикардо, с одной стороны, и
французом Сэем с другой, нет принципиальной разницы.
Действительно, отмечая великие исторические заслу-
ги Д. Рикардо перед наукой, который впервые сделал
попытку исследовать всю систему производства и об-
мена с позиций стоимостных отношений, составляющих,
по его мнению, исходный пункт физиологии буржуаз-
ного общества, К. Маркс и Ф. Энгельс в своих после-
дующих трудах подчеркивали непоследовательность,
дуализм Д. Рикардо. Так, в письме Лассалю от И мар-
та 1858 г. К. Маркс пишет, «что Рикардо, развивая
вопрос о прибыли, впадает в противоречия со своим
1 Маркс К., Энгельс Ф, Соч., т. 1, с. 551.
19

(правильным) определением стоимости, противоречия,
которые привели его школу к полному отказу от самой
основы или к отвратительнейшему эклектизму» К
Противоречия Д. Рикардо послужили основой для
вульгаризации его учения, общего похода против тео-
рии стоимости. Призером является вульгаризация его
взглядов Мак-Куллохом, который, с одной стороны,
«списывает рассуждения Рикардо, имеющие смысл толь-
ко на основе рикардовских предпосылок, а с другой сто-
роны, он воспринимает от других... прямое отрицание
этих предпосылок» 2.
Сказанное позволяет со всей определенностью ут-
верждать, что несомненной заслугой молодого Ф. Эн-
гельса является понимание элементов непоследователь-
ности теории стоимости «новой политической эконо-
мии», тех позиций, где школа А. Смита и Д. Рикардо
смыкается с предшествующими теориями, дублируя их
методологические ошибки. В своих «Набросках» Ф. Эн-
гельс не дает и, естественно, не мог дать решения во-
проса о модификации стоимости, о соотношении цени и
стоимости. У него нет% учения о средней прибыли и о
превращении стоимости в цену производства. Эту зада-
чу решает К. Маркс лишь в конце 50-х— начале 60-х
годов. В этой связи совершенно естественно, что тео-
рия стоимости в изложении Ф. Энгельса действитель-
но не могла претендовать на строгую научность и це-
лостность. Вместе с тем нельзя не видеть в системе ло-
гических рассуждений Ф. Энгельса элементов научно-
. го подхода, сыгравших несомненно положительную
роль в становлении марксистской политической эконо-
мической теории. Ф. Энгельс показывает, что методо-
логические корни теоретических ошибок английской и
французской экономических школ основываются на
метафизическом понимании как первыми, так и вто-
рыми характера взаимосвязи капиталистической моно-
полии, которая обусловливает взаимосвязь издержек
производства со стоимостью товаров, с одной стороны,
и конкуренцией — с другой. Эта взаимосвязь, по мне-
нию Ф. Энгельса, «изменяет ежедневно и ежечасно
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 29, с. 451.
2 Там же, т. 26, ч. 3, с. 187.
20

стоимостное отношепие всех вещей друг к другу» '.
Между тем, как утверждает Ф. Энгельс, монополия и
конкуренция, являясь продуктом господства частной
собственности, неотделимы друг от друга: «Монополия
порождает свободную конкуренцию, а последняя —
в свою очередь — монополию» 2.
Ф. Энгельс показал, что если не принимать в рас-
чет конкуренцию, если допустить, что спрос и предло-
жение покрывают друг друга, то абстрактная стоимость
и издержки производства совпадут друг с другом. Од-
нако, поскольку конкуренция неотделима от монопо-
лии и она является неизменным спутником капитали-
стического производства, то абстрактная стоимость из
своей реальности превращается в голую абстракцию.
В этой связи Ф. Энгельс делает строго научный вывод
о том, что «абстрактная стоимость и ее определение
посредством издержек производства являются именно
лишь абстракциями, нереальностями» 3.
Далее рассуждения Ф. Энгельса сводятся к тому,
что только в условиях сознательной организации про-
изводства, когда будет уничтожена частная собствен-
ность, когда общество сможет учитывать, «что можно
произвести при помощи находящихся в его распоряже-
нии средств, и сообразно с отношением этой производи-
тельной силы к массе потребителей определить, на-
сколько следует повысить или сократить производст-
во» 4, характер конкуренции изменится. Ее истцнный
смысл будет состоять «в отношении потребительной силы
к производительной силе» 5. Отсюда, утверждает Ф. Эн-
гельс, только устранение конкуренции в том виде, как
она имеет место в условиях частной собственности,
может обеспечить подлинную основу для обеспечения
адекватности абстрактной стоимости и издержек про-
изводства. Как видно, и в этом вопросе Ф. Энгельс
следует взглядам Р. Оуэна, который полагал, что толь-
ко в условиях коммунизма, когда исчезнет конку-
ренция, стоимостные отношения будут выступать в
своей естественной форме. Однако Ф. Энгельс не
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 562.
2 Там же, с. 569—570.
3 Там же, с. 552.
4 Там же, с. 562.
5 Там же.
21

останавливается на позициях Р. Оуэна, он намечает путь
последующего научного анализа. Он говорит, что «прак-
тическое приманение понятия стоимости будет тогда (при
уничтожении частной собственности.— А. Г.) все боль-
ше ограничиваться решением вопроса о производстве,
а это и есть его настоящая сфера» К Таким образом,
Ф. Энгельс обнаруживает понимание различий между
реальной и меновой стоимостью, рассматривая послед-
нюю как форму проявления первой. «В основе разли-
чия между реальной стоимостью и меновой стоимо-
стью,—пишет он,— лежит тот именно факт, что стои-
мость вещи отлична от так называемого эквивалента,
даваемого за нее в торговле, т. е. что этот эквивалент
не является эквивалентом. Этот так называемый экви-
валент есть цена вещи» 2.
Не безынтересно заметить, что, выступая против
упрощенного представления о взглядах классиков марк-
сизма-ленинизма на судьбы товарного производства и
его законов после ликвидации капитализма, С. Г. Стру-
милин, цитируя вышеизложенные положения Ф. Эн-
гельса из его «Набросков», приходит к очень интерес-
ному выводу о том, что понятие стоимости в производ-
стве, т. е. реальной или трудовой, а не меновой стои-
мости, по мысли Ф. Энгельса, не только не исключается
в социалистической экономике, но только в ней на-
ходит свою настоящую сферу3. В этом вопросе со
С. Г. Струмилиным солидарен Л. А. Леонтьев 4. Все это
убедительно свидетельствует о достаточно высокой зрело-
сти научного понимания автором «Набросков к критике
политической экономии» характера стоимостных отно-
шений, которые, как уже говорилось, являются стерж-
невой проблемой этой работы. Не случайно в обосно-
вании одного из наиболее сложных разделов политиче-
ской экономии — раздела о товарном фетишизме,
К. Маркс в «Капитале», говоря о законе стоимости,
цитирует приведенные выше положения Ф. Энгельса.
Не случайным является и название знаменитого про-
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 553.
2 Там же.
8 См.: Струмилин С. Г. На путях построения коммунизма.
M.t 1959, с. 7.
4 См.: Леонтьев Л. А. Роль Ф. Энгельса в формировании и
развитии марксистской политической экономии, с. 503.
22

изведения К. Маркса «К критике политической эконо-
мии», где дается развернутое учение о природе стоимо^
сти и денег. Речь идет, как нам представляется, о ло-
гической взаимосвязи «Набросков к критике политиче-
ской экономии» и работы «К критике политической эко-
номии», о преемственности их научных позиций.
Более внимательного подхода требует к себе во-
прос, затронутый в работе Г. А. Багатурия и В. С. Вы-
годского, об отношении К. Маркса и Ф. Энгельса в
своих ранних работах к методу научной абстракции,
используемому буржуазной классической политической
экономией. И здесь следует учитывать непоследова-
тельность, противоречивость научного метода класси-
ческой школы буржуазной политэкономии. Нельзя не
видеть, что даже у Д. Рикардо абстракция страдает
недостаточной научной глубиной, выпадением необхо-
димых посредствующих звеньев. Рассматривая капита-
листические производственные отношения как «вечную
и естественную форму производства», Д. Рикардо ис-
пытывает серьезные трудности в переходе от абстракт-
ного к конкретному. В результате абстракция Д. Ри-
кардо, как это имеет место в частности при определе-
нии категории стоимости, часто оказывается оторван-
ной от конкретных специфических форм развития.
Абстракция Д. Рикардо внеисторична. В результате
К. Маркс и Ф. Энгельс критикуют в своих ранних ра-
ботах Д. Рикардо не за использование метода абстрак-
ции вообще, а за абстрактное использование этого ме-
тода, за отсутствие связи между абстрактным и кон-
кретным, абстрактным и специфическим. В «Конспекте
книги Дж. Милля» К. Маркс в этой связи пишет:
«...школа Рикардо совершает ту ошибку, что формули-
рует абстрактный закон, не учитывая изменения и по-
стоянного упразднения этого закона, благодаря чему
он только и осуществляется» К Г. А. Багатурию и
В. С. Выгодского смущает выражение К. Маркса об
«устранении закона». Но совершенно очевидно, что
речь идет в данном случае не о метафизическом, а о
диалектическом «упразднении», посредством которого
8&кон прокладывает себе дорогу, «благодаря чему он
только и осуществляется». Это положение несколько
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 42, с. 17.
28

позже с особой силой развили К. Маркс и Ф. Энгельс
в «Святом семействе», где в противоположность идеа-
листическому пониманию абстракций обосновали ее
подлинное материалистическое понимание. В то же
время, если даже не касаться приведенного выше глу-
боко научного положения К. Маркса, то становится
неясным, как могли основоположники научного комму-
низма, отрицая метод абстракции, создать уже к се-
редине 40-х годов методологическую основу теории
научного коммунизма — материалистическое понима-
ние истории — одно из двух великих открытий, благо-
даря которым социализм стал наукой1. Об истоках
этого открытия весьма обстоятельно пишут авторы мо-
нографии «Экономическое наследие К. Маркса». Не
допускается ли здесь противоречие?
По нашему мнению, в работе «Наброски к критике
политической экономии» молодой Ф. Энгельс с пони-
манием подходит к возможным различиям между про-
сто методом абстракции, который в своей основе может
быть метафизичен и даже идеалистичен, и диалекти-
ко-материалистическим методом восхождения от абст-
рактного к конкретному, разработанным и используе-
мым основоположниками марксизма при анализе явле-
ний общественной жизни. Рубеж 1843—1844 гг. как раз
и характеризуется становлением этого метода, поэтому
увидеть ростки зарождающегося нового, пусть даже во
внешне старой оболочке, но по содержанию передо-
вого, прогрессивного,— несомненная задача исследова-
теля.
Затронутые нами вопросы касаются, по нашему
мнению, весьма важных аспектов формирования марк-
систской политической экономии вообще и теории де-
нежных отношений в частности. Их научное объясне-
1 Оценивая подлинно научный подвиг К. Маркса в обосно-
вании материалистического понимания истории, говоря о мас-
штабности проделанной работы, Ф. Энгельс писал: «Развитие
материалистического понимания хотя бы на одном единствен-
ном историческом примере представляло собой научную работу,
требовавшую многолетних спокойных занятий, ибо ясно, что
одними фразами тут ничего не сделаешь, что только при по-
мощи большого, критически проверенного, в совершенстве усво-
енного исторического материала можно разрешить такую зада-
чу» (Маркс К.$ Энгельс Ф, Соч., т. 13, с. 492).
24

ние важно, во-первых, в плане обоснования несостоя-
тельности предпринимаемых и в настоящее время
буржуазными идеологами попыток найти противоречия
между молодым и зрелым К. Марксом, противопоста-
вить К. Маркса Ф. Энгельсу. Во-вторых, нельзя не ви-
деть, что утверждение, якобы в ключевых вопросах
политической экономии — в вопросах о стоимости —
К. Маркс и Ф. Энгельс начинали свой путь с «доклас-
сического периода», ставит под сомнение ленински©
мысли о теоретических источниках марксизма. Марк-
систская политическая экономия впитала в себя резуль-
таты многовекового прогресса развития общественной
мысли, но в то же время ее начальным пунктом станов-
ления как науки была классическая буржуазная поли-
тическая экономия. В период формирования исходных
позиций марксистской политической экономии К. Маркс
и Ф. Энгельс разделяли многие ошибки классиков, йо.
не находились позади них.
Критика К числу вопросов, представляющих не-
К. Марксом сомненный научный интерес и требую-
количественной щих к себе внимательного подхода, от-
теории денег носится вопрос о соотношении теории
денег Д. Рикардо и теории денежных отношений
К. Маркса. В ряде работ по этому вопросу высказыва-
ются недостаточно обоснованные суждения, что якобы
в «Нищете философии» в вопросах теории стоимости
и теории денежных отношений К. Маркс еще полностью-
разделяет концепции Д. Рикардо и с его позиций поле-
мизирует с Прудоном и его предшественниками.
Действительно, в работе «Нищета философии».*
К. Маркс не дает развернутой критики количествен-
ной теории денег Д. Рикардо, разделяя его ошибочные
позиции о том, что «золото и серебро в качестве денег
являются единственными товарами, не определяющи-
мися издержками их производства» К В письме Ф. Эн-
гельсу, написанному в феврале 1859 г. после выхода*
в свет работы «К критике политической экономии»,,
в которой теория денег Д. Рикардо подвергнута обстоя-
тельной критике, К. Маркс пишет, что «в сочинении
против Прудона (имеется в виду работа «Нищета
философии».—Л. Г.) я сам придерживался теории
Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 115.
25.

Рикардо» К Вместе с тем, несмотря на имеющееся совпа-
дение отдельных положений К. Маркса и Д. Рикардо,
в «Нищете философии», как и в других работах, в воп-
росах денежных отношений К. Маркс стоит на прин-
ципиально иных по сравнению с Д. Рикардо методоло-
гических позициях. Речь идет прежде всего о том, что
•если «деньги,— по мнению Д. Рикардо,— лишь посред-
ник, при помощи которого совершается обмен»2, то
К. Маркс представляет деньги на всех этапах теоре-
тического анализа как экономическую категорию, вы-
ражающую общественные'производственные отношения.
Более того, в противоположность Д. Рикардо деньги,
до К. Марксу, не вечная категория, а исторически из-
меняющееся отношение, которое «соответствует опреде-
ленному способу производства» 3.
Таким образом, совершенно очевидно, что используя
в «Нищете философии» отдельные положения теории де-
нежных отношений Д. Рикардо, К. Маркс в то же время
наполняет их принципиально новым социальным содер-
жанием, делая, таким образом, существенный шаг впе-
ред. Имеется в виду принципиально иное понимание
К. Марксом: 1) природы денег как формы производст-
венного отношения; 2) вопросов взаимосвязи их сущ-
ности и форм проявления; 3) проблемы историзма в
развитии денежных отношений; 4) научное понима-
ние элементов товарного и денежного фетишизма и
т. д. Эти и другие вопросы отнюдь нельзя отнести в раз-
ряд второстепенных. Кроме того, без учета тех новых
элементов, которые ко времени написания «Нищеты
сфилософии» уже отделяли К. Маркса от Д. Рикардо,
нельзя понять, па какой методологической основе
К. Маркс критикует концепцию денег Прудона, кото-
рая в теоретическом плане основывалась на идеях
Д. Рикардо.
Вся логика работы «Нищета философии» свидетель-
ствует о том, и это очень важно, что ко времени пере-
езда в августе 1849 г. в Лондон К. Маркс теоретически
уже подошел к тому, чтобы полностью переосмыслить
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 29, с. 327.
2 Рикардо Д. Начало политической экономии и налогового
.обложения, т. 1. Мм 1955, с. 240.
3 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 110.
26

и отмежеваться от количественной теории денег, ог
ошибок Д. Рикардо. Так, подготовив в 1891 г. к пере-
изданию работу «Наемный труд и капитал», написан-
ную К. Марксом на основе лекций, прочитанных им
в декабре 1847 г., т. е. примерно в то же время, когда
была опубликована и «Нищета философии», Ф. Энгельс
в своем письме Зорге от 4 марта 1891 г., а затем и в
письме Каутскому от 17 марта 1891 г. писал «о не
вполне совершенной еще терминологии» К. Маркса до
создания им теории прибавочной стоимости. Таким
образом, можно говорить скорее об использовании во
многих случаях рикардовской терминологии, нежели о
полном совпадении теоретических представлений
К. Маркса и Д. Рикардо о процессах общественного
развития.
Возобновив в Лондоне исследование классической
политической экономии, К. Маркс уже в начале 1851 г.
в двух письмах Ф. Энгельсу от 7 января и 3 февраля
подвергает обстоятельной критике теорию дифферен-
циальной ренты и теорию денежного обращения Д. Ри-
кардо. На основе тщательного анализа статистических
данных Английского банка К. Маркс приходит к выводу
о том, что «при чисто металлическом обращении коли-
чество металлических денег, его увеличение и сокраще-
ние не связано с отливом или притоком благородных
металлов (...) тем самым,— далее пишет К. Маркс,—
в корне опровергается вся теория обращения» !. Речь
идет о количественной теории денег Д. Рикардо и осно-
ванном на ее принципах банковском акте Роберта Пиля
1844 г., регулирующем эмиссию банкнот в стране. Поз-
же, в «Экономических рукописях 1857—1859 годов»,
указывая на теоретические ошибки прудониста Дари-
мона, который оставался сторонником теории денеж-
ного обращения Д. Рикардо, К. Маркс подчеркивает,
что «рикардовское учение о деньгах с его ложными
предпосылками, будто банк контролирует количество
находящихся в обращении банкнот, будто количество
средств обращения определяет цены, тогда как, наобо-
рот, цены определяют количество средств обращения
и т. д.,— полностью опровергнуто» 2. К. Маркс имел *♦
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 27, с. 162.
2 Там же, т. 46, ч. 1, с. 65.
27

виду то обстоятельство, что количественная теория де-
нег вообще и в частности положения банковского акта
1844 г. опровергнуты прежде всего самой практикой —
Экономическим кризисом 1857 г. Что же касается дока-
зательства ее теоретической несостоятельности, то это
было сделано К. Марксом значительно раньше кризиса,
еще в феврале 1851 г. В сентябре 1856 г. в письме
Ф. Энгельсу К. Маркс пишет: «Я не думаю, чтобы
большой денежный кризис разразился позже зимы
1857 года» !. Несомненно, что столь точный прогноз
мог базироваться на строго научном анализе, в основе
которого лежала принципиально новая по сравнению
с количественной теорией денежных отношений теоре-
тическая база.
Полное отмежевание от теории денег Д. Рикардо,
осознание ее внутренней противоречивости — факт
весьма знаменателен в становлении Марксовой теории
денежных отношений. Вместе с тем критика теории
денег Д. Рикардо, опровержение количественной тео-
рии, естественно, еще не означало рождения новой марк-
систской теории денежных отношений. Необходимо
учитывать, что многие идеи, выдвинутые К. Марксом
в работах 40-х годов, носили скорее всего характер на-
учных гипотез, которые еще требовали развернутого
научного доказательства. Тем не менее их значение в
становлении марксистской теории денежных отношений
исключительно велико. «Исторические заслуги,— писал
В. И. Ленин,— судятся не по тому, чего не дали исто-
рические деятели сравнительно с современными требо-
ваниями, а по тому, что они дали нового сравнительно
с своими предшественниками» 2. С данных позиций мы
и исходим при рассмотрении некоторых вопросов фор-
мирования исходных принципов Марксовой теории
денежных отношений.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 29, с. 58.
2 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 2, с. 178.

2. Структурные элементы теории
денежных отношений К. Маркса
Границы теории Теория денег К. Маркса представляет
денежных отно собой исследование сложного комплек-
шений са производственных отношений, разви-
вающихся непосредственно в процессе производства,
обмена и распределения материальных благ. Денежные
отношения являются органическим структурным эле-
ментом всего общественного воспроизводства, постоян-
но активно воздействующим на его осуществление.
Вычленение собственно предмета теории денег, науч-
ное выяснение границ денежных отношений, качест-
венного различия между собственно денежными и дру-
гими отношениями — вопрос довольно сложный и до
конца не решенный в экономической теории.
Буржуазная политэкономия до К. Маркса, в том
числе классическая буржуазная политэкономия, не мог-
ла дать научного решения этого вопроса. Большинство
буржуазных школ весьма ограниченно трактовали пред-
мет теории денежных отношений. В частности, предста-
вители классической школы буржуазной политической
экономии, уделяя в своих произведениях достаточно
много внимания функционированию денег, видели в
них, как уже подчеркивалось выше, чисто техническое
средство обращения. Так, А. Смит представлял деньги
не более как товар, подобно всем прочим товарам. Зо-
лото и серебро, подчеркивал он, «такой же предмет
обихода, как и кухонная посуда» К Еще более катего-
рично высказывался в этой связи Д. Рикардо, расцени-
вая попытку отличать деньги от товара как «предрас-
судок». «Особенно достойно замечания,— пишет он,—
что предрассудок, который рассматривает монету и
слитки как вещи, существенно отличает их во всех опе-
рациях от других товаров, укоренился весьма глу-
боко» 2.
Мысль о том, что золото и серебро выполняют де-
нежные функции не как особый, специфический всеоб-
щий товар, а в силу чисто внешних обстоятельств, была
подхвачена представителями различных буржуазных
1 Смит А. Богатство народов, т. 2. М., 1935, с. 18.
2 Рикардо Д, Соч., т. 2. М., 1955, с. 85.
29

экономических течений после А. Смита и Д. Рикардо.
В частности, Дж. Ст. Милль, опираясь на идеи Д. Ри-
карДо, по сути повторял их, утверждая, что деньги —
это не более как машина для быстрого и удобного осу-
ществления того, что делалось бы и без них, хотя не так
быстро и удобно. Для Дж. Милля деньги, подобно мно-
гим другим машинам, оказывают свое особенное влия-
ние на ход дела лишь тогда, когда механизм портится.
Подобные идеи, высказанные полтора столетия назад,
оказались достаточно живучими. В самых различных
вариациях и в наши дни их использует буржуазная
экономическая печать. В целом же отсутствие и сего-
дня, как пишет от этом В. М. Хсоскин, «ответа на мно-
гие коренные вопросы теории денег, касающиеся их
природы, функций, формирования стоимости и т. д.,
побуждает буржуазных ученых уходить от этой тема-
тики, подменять ее чисто количественными, статистико-
аналитическими исследованиями».1.
Историческая заслуга К. Маркса в том, что он суще-
ственно расширил предмет и границы теории денеж-
ных отношений, органически увязав ее, как уже под-
черкивалось, с теорией стоимости, представив теорию
денег и теорию стоимости не как две теории, а как «две
стороны одной и той же теории»2, общей теории товарного
производства.
Указывая на органическое единство Марксовой тео-
рии денежных отношений и теории товарного произ-
водства, Ф. Энгельс в «Анти-Дюринге» писал, что де-
нежные отношения «в зародыше уже содержатся в по-
нятии стоимости, они представляют собой лишь разви-
вшуюся стоимость»3. В то же время само «понятие
стоимости является наиболее общим и потому всеобъ-
емлющим выражением экономических условий товар-
ного производства. В понятии стоимости содержатся
поэтому в зародыше не только деньги, но и все более
развитые формы товарного производства и товарного
обмена» 4.
1 Усоскин В. М. Теории денег. М., 1976, с. 51.
2 Розенберг Д. И. Комментарии к I тому «Капитала»
К. Маркса. М., 1961, с. 90.
3 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 319.
4 Там же, с. 322.
30

В этой связи важно подчеркнуть следующее. Не
только в отдельных монографических исследованиях,
но и в вузовских учебниках бытует мнение, что теория
денежных отношений получила эавершепное изложение
в работе К. Маркса «К критике политической эконо-
мии» и в первом отделе первого тома «Капитала». Та-
кой подход во многом сужает границы теории денеж-
ных отношений К. Маркса. Несомненно, гениальное
произведение К. Маркса «К критике политической эко-
номии», которое составило основу первого отдела пер-
вого тома «Капитала», и сегодня остается непревзой-
денным трудом по -теории денежных отношений. Имен-
но здесь впервые совершен подлинный научный пере-
ворот в этой теории: во взглядах о сущности денег,
о их месте и роли в системе экономических производст-
венных связей. Но теория денежных отношений К. Мар-
кса далеко не ограничивается кругом вопросов, разви-
тых в «Критике политической экономии» и в первом
томе «Капитала». Чтобы точно определить границы
любой теории, необходимо в полном объеме выяснить,
что собой представляет ее содержание, предмет ее ис-
следования. В этой связи нельзя не видеть того, что
в названных трудах К. Маркс рассматривает деньги
всего лишь в их наиболее абстрактном выражении,
деньги как деньги, деньги, не выходящие за пределы
простого товарного обращения. В последующем изло-
жении мы более обстоятельно рассмотрим этот вопрос.
Известно, что и после выхода в свет первого тома
«Капитала» вплоть до последних дней своей жизни
К. Маркс продолжал уделять исключительно большое
внимание анализу процессов, происходящих в сфере
денежных отношений. Не безынтересно заметить, что
с особым интересом К. Маркс относился к изучению
системы денежного обращения в России. В письме
Даниэльсону от 10 апреля 1879 г., подчеркивая, что ни
одно производство в России не процветает в такой
мере, как фабрикация бумажных денег, К. Маркс инте-
ресуется развитием теории кредита, а также пишет о
прочитанной им книге Кауфмана «Теория и практика
(тикового дела», подчеркивая, что лучшей ее частью
ннляется «полемика против бумажных денег» !.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 34, с. 293.
31

В плане изложенного выше особый интерес пред-
ставляет замечание Ф. Энгельса по поводу II тома «Ка-
питала». В письме к Каутскому от 21—22 июня 1884 г.
Ф. Энгельс цишет: «Вторая книга «Капитала» будет еще
более головоломной, чем первая,— во всяком случае,
в начале. Но это чудесные исследования, из которых
люди впервые поймут, что такое деньги, что такое ка-
питал и многое другое» 1.
Подготавливая к изданию третий том «Капитала»,
Ф. Энгельс опять уделяет особое внимание вопросам
теории денег и прежде всего их специфической форме —
кредитным деньгам. В сентябре 1892 г. Ф. Энгельс пи-
шет Шмидту: «Все необходимое о деньгах как деньгах
сказано в I томе «Капитала». В III томе будет, разу-
меется, много о кредите и кредитных деньгах: это как
раз тот отдел, который доставляет мне больше всего
трудностей» а. Как известно, в III томе «Капитала»
Ф. Энгельс делает обширную вставку к главе о роли
кредита в капиталистическом производстве. Очень цен-
ное замечание по существу рассматриваемого вопроса
встречается и в письме Ф. Энгельса Э. Бернштейиу.
«Так как в первом томе «Капитала»,— пишет он,— о кре-
дите еще вообще не говорится (не считая простого дол-
гового отношения), то кредитные деньги могут там рас-
сматриваться самое большее лишь в их* простейшей
форме (знак стоимости и т. д.) и с точки зрения их наи-
более подчиненных денежных функций, но там никоим
образом не могут еще рассматриваться приносящие
процент кредитные деньги» 3.
Приведенные выше высказывания К. Маркса и
Ф. Энгельса свидетельствуют о широте проблематики
теории денежных отношений и ее месте в общей струк-
туре марксистской экономической науки. В этой связи
упоминавшаяся выше точка зрения, будто учение
К. Маркса о деньгах исчерпывающе изложено в работе
«К критике политической экономии» и в I томе «Капи-
тала», не только обедняет, но и извращает ато учение,
устраняет из него весьма важную неотъемлемую часть-
анализ конкретно-исторических функциональных форм
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 36, с. 144 (курсив наш.—Л. Г.).
2 Там же, т. 38, с. 389.
8 Там же, т. 35, с. 218.
32

денежных отношений, ведет к фактическому разрыву
III и I томов «Капитала», представляющих единое це-
лое. Между тем именно в III томе теория денежных
отношений К. Маркса получила свое логическое завер-
шение. Вместе с тем сказанное выше дает нам основа-
ние еще раз со всей определенностью подчеркнуть мысль
о том, что система денежных, равно как и стоимостных
отношений, составляет органическую ткань всего ком-
плекса капиталистических производственных связей,
органически смыкается с ними. Денежные отношения
являются составным элементом всех этапов системы
капиталистического воспроизводства, а стало быть, и
объектом анализа на всех уровнях теоретического ис-
следования К. Маркса. В этой связи первостепенным
методологическим вопросом выступает вопрос о диффе-
ренциации различных уровней теоретического анализа,
о разграничении отдельных плоскостей теории денеж-
ных отношений. Речь идет о соответствующем вычле-
нении отдельных звеньев марксистского теоретического
анализа и их взаимной генетической стыковке как еди-
ного целого, единого структурно-логического оргапизма.
Ло ческ ^ послесловии ко второму изданию
ступени I тома «Капитала» К. Маркс, говоря о
теоретического методе теоретического анализа, приме-
анализа денежныхБяемом в «Капитале», подчеркивает
отношений весьма важную мысль о том, что способ
изложения не может формально не отличаться от спо-
соба исследования. «Исследование,— пишет К. Маркс,—
должно детально освоиться с материалом, проанализи-
ровать различные формы его развития, проследить их
внутреннюю связь. Лишь после того как эта работа
закончена, может быть надлежащим образом изображе-
но действительное движепио» х. Вычленение логических
ступеней процесса познания общей совокупности денеж-
ных отношений, отражающих развитие внутренних ге-
нетических связей между ео составными элементами,
позволяет более глубоко проникнуть в лабораторию на-
учного поиска ученого, глубже осознать методологи-
ческие принципы анализа, выяснить закономерности
перехода от простейших форм отношений к более
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 21.
2 8-518 33

сложным, вскрыть их единство и перспективы развития.
Теоретическое познание, писал В. И. Ленин в «Фило-
софских тетрадях», должно дать объект: а) в его необ-
ходимости, б) в его всесторонних отношениях, в) в его
противоречивом движении '.
Первая ступень — анализ развития форм стоимости
и выяснение на этой основе, с одной стороны, генети-
ческого развития денежного обмена и происхождения
денежной формы стоимости, и с другой — сущности,
внутренней природы денежных отношений. Сама мысль
о естественном генетическом развитии денежных отно-
шений была чужда буржуазной науке, поэтому таких
вопросов классическая буржуазная политэкономия в си-
лу своей классовой ограниченности и не касалась. Между
тем именно анализ форм стдимости со всей убедитель-
ностью раскрывает не только сущность денег, но и исто-
рически преходящий характер денежных отношений, а
следовательно, и исторически преходящий характер
эксплуататорского строя, неизбежность его гибели. Уже
сама постановка этого вопроса, подчеркивал Ф. Энгельс,
имеет революционизирующее значение.
На основе анализа развития форм стоимости и проти-
воречий между относительной и эквивалентной формой
стоимости товара К. Маркс раскрывает товарную при-
роду денег, доказывает, чтЬ деньги являются товаром,
стоимость которого определяется всеобщим законом
стоимости. Однако трудность состоит не в том, пишет
К. Маркс, чтобы понять, что деньги — товар, а в том,
чтобы выяснить, как и почему товар становится день-
гами 2. Поэтому, наряду с определением товарной при-
роды денег, К. Маркс выясняет функциональную опре-
деленность денежных отношений, доказывает, что спе-
цифической общественной функцией денег, их общест-
венной монополией является выполнение в товарном
мире роли всеобщего товарного эквивалента, выразите-
ля абстрактного человеческого /груда, социальной суб-
станции товара.
Определение денег как всеобщего эквивалента явля-
ется выражением их потребительной стоимости. Вместе
с тем это еще только выражение внутренней самостоя-
1 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 29, с. 193.
2 См.: Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 49.
34

тельности денежных отношений. Деньги на данной сту-
пени познания рассматриваются лишь как результат
собственного развития. Здесь еще нет тех нитей, кото-
рые связывают деньги со всей системой отношений, воз-
никающих в процессе производства и обмена товаров.
На данном уровне анализа К. Маркс абстрагируется от
этой системы, рассматривает денежные отношения, взя-
тые вне их количественных и качественных изменений,
как результат соотношения самих с собой. Процесс по-
знания на данном уровне находится всего лишь на сту-
пени досистемного и внеисторического анализа, в ре-
зультате чего предмет познания заключается лишь в
разики простого определения его существенной опреде-
ленности, независимо от форм его проявления. Вместе с
тем эта ступень является необходимым и самым труд-
ным звеном диалектического процесса познания. В пи-
сьме к Вейдемейеру, датированном 1 февраля 1859 г.,
К. Маркс подчеркивает, что «...анализ простой денеж-
ной формы — самая трудная, ибо самая абстрактная,
часть политической экономии» 1. К. Маркс считает (и
об этом он пишет Ф. Энгельсу после выхода в свет
I тома «Капитала»), что раздел о развитии форм стои-
мости «слишком важен для всей книги», ибо уже «про-
стейшая форма товара, в которой его стоимость выра-
жена еще не в виде отношения ко всем другим това-
рам, но лишь в виде отличия от его собственной нату-
ральной формы, заключает в себе всю тайну денежной
формы, и тем самым, в зародыше,— тайну всех буржу-
азных форм продукта труда» 2.
Рассматривая возникновение денег как результат
углубления противоречий между потребительной стои-
мостью и стоимостью товара, разрешение которых при-
вело к раздвоению товара на товар и деньги, К. Маркс
показывает, что преодоление этого противоречия не оз-
начает устранения антагонизмов товарного производства
и обращения. Формой дальнейшего проявления проти-
воречий между потребительной стоимостью и стоимо-
стью товара является новая противоположность, проти-
воположность между товаром и его всеобщим эквива-
лентом — деньгами. Рост противоречий между ними
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 29, с. 469.
2 Там же, т. 31, с. 260.
2*

находит отражение в развитии функций денег, исследо-
вание которых составляет вторую плоскость теорети-
ческого анализа.
Вторая ступень анализа. На данной ступени анализа
в центре исследования оказываются уже не деньги сами
по себе как отдельное явление, а деньги, познанные как
определенный элемент системы товарно-денежных от-
ношений, как накопление определенных количествен-
ных сторон, получивших свое выражение в функциях
денег. Каждая из этих сторон отражает определенную
грань сложного комплекса общественных отношений,
возникающих в процессе обмена товаров. В своей сово-
купности функции денег конституируют специфиче-
скую определенность денег. Таким образом, на данном
уровне анализа исследование развивается от понимания
сущности денег, их внутренней природы к их опосред-
ствованности, к пониманию единства сущности и явле-
ния, к денежным функциям. Итак, на втором уровне
теоретического исследования К. Маркс выясняет не сущ-
ность денег, как утверждают некоторые авторы, а их
специфическую определенность. Исследование сущности
и исследование функций денег осуществляется в разных
плоскостях, которые нельзя, как это имеет место в ряде
публикаций, смешивать. Понять сущность денег — зна-
чит понять причину их возникновения, выяснить их
определяющие свойства, внутренние противоречия, за-
коны их развития. Понять денежные функции — зна-
чит выяснить прежде всего механизм их взаимодейст-
вия со всем комплексом системы товарно-денежных
отношений, установить характер внешних связей собст-
венно денежных отношений с системой производства,
обмена и распределения товаров. Если сущность денег
познается сама в себе, то функции денег не имеют осно-
вания в самих себе, они не стоят на собственных ногах.
Они имеют силу лишь как моменты целого. Они позна-
ются на основе познания сущности. Пользуясь образным
сравнением Гегеля, можно сказать, что функции денег
уподобляются коре, за которой скрывается сущность.
«Какие бы функции не выполняли деньги,— пишет
С. Л. Выгодский,— они всегда остаются сами собой —
всеобщим эквивалентом. Их социальная сущность, не-
смотря на различные функции, всегда едина и заклю-
чается в том, что деньги являются всеобщим эквивалеп-
36

том, а не только аппаратом, обслуживающим обмен той
или иной функции» 1.
Третья ступень анализа представляет синтез перво-
го и второго уровней исследования. На этой ступени
К. Маркс рассматривает процесс возникновения и раз-
вития различных форм денег, которые условно можно
объединить под общим названием функциональные фор-
мы денег, подчеркивая тем самым их производный от
денежных функций характер. Функциональные формы
денег существуют относительно обособленно в резуль-
тате развития противоречий металлического обраще-
ния, противоречий между денежными функциями. Функ-
циональная форма денег — это форма их непосред-
ственного бытия, их конкретно-исторической реали-
зации.
Функциональные формы денег возникли в резуль-
тате развития объективных потребностей капиталисти-
ческого производства и обращения, под воздействием
которого внутренние противоположности денежной сущ-
ности в виде противоположностей функций денег нахо-
дят свое разрешение путем расчленения денег на обо-
собившиеся денежные формы. Возможность подобного
расчленения заложена в самой сущности денежных от-
ношений, в природе их функций. Она является естест-
венно-историческим, объективным процессом, обуслов-
лена многоплановостью денежных отношений, тем, что
деньги выполняют, с одной стороны, общественную
функцию всеобщего эквивалента, и с другой — высту-
пают в роли технического аппарата, обслуживающего
ту или иную сторону обмена.
По своей природе различные функциональные фор-
мы денег являются знаками стоимости. Они не авто-
номны и могут получить научное обоснование всего
лишь как структурные части, как составные элементы
общей системы денежных отношений. Каждая функцио-
нальная форма, взятая сама по себе, всей совокуп-
ности денежных отношений выразить не может, сле-
довательно, задача состоит в том, чтобы понять в пер-
вую очередь место и роль каждой функциональной
1 Выгодский В, С. Очерки по теории кредита К. Маркса.
М., 1929, с. 56.
37

формы в общей системе денежных отношений, а не их
изолированное бытие.
Указывая на объективную обусловленность обраще-
ния функциональных форм денег, К. Маркс одновремен-
но подчеркивает необходимость авторитетного призна-
ния их общественной значимости. Речь в данном случае
идет не столько о принудительной обратимости денеж-
ных знаков, сколько о том, и это главное, что государст-
во или другие учреждения, выпускающие знаки стои-
мости, являясь хозяйственными субъектами и вступая
в разнообразные меновые связи, принимают знаки стои-
мости в уплату причитающихся им платежей.
Анализ возникновения и развития функциональных
форм денег — замыкающее звено логической структуры
теоретического исследования. На предыдущем уровне
анализа, рассматривая денежные отношения как опре-
деленный момент системы производства и обмена това-
ров, К. Маркс в то же время абстрагируется от специ-
фических особенностей проявления функций денег па
различных исторических этапах товарного производст-
ва, где каждая из них видоизменяется, наполняется но-
вым содержанием. Деньги при этом еще представлены
в их чистом виде. Однако в реальной действительности
«чистых» явлений ни в природе, ни в обществе нет и
быть не может — об этом учит именно диалектика Марк-
са, показывающая нам, что само понятие чистоты есть
некоторая узость, однобокость человеческого познания,
не охватывающего предмет до конца во всей его слож-
ности» !. На заключительном этапе исследования
К. Маркса в системе теоретического анализа деньги
выступают в их реально-действующих формах как кон-
кретно-исторический реальный образ, в котором они
функционируют с учетом всей совокупности действи-
тельных условий и отношений. При этом функциональ-
ное бытие каждой формы денег рассматривается
К. Марксом под углом зрения проявления в них сущ-
ности денег, их качественных и количественных харак-
теристик, как отражение разнокачественных сторон то-
варно-денежных отношений, как формы, впитавшей в
себя все предыдущие элементы развития.
В этом смысле функциональные денежные формы
1 Ленин В. И, Полн. собр. соч., т. 26, с. 241.
88

могут рассматриваться как превращенные экономиче-
ские формы денег, получившие развитие в условиях
развитых капиталистических производственных отноше-
ний. Их анализ представляет особую важность. «Мето-
дология рассмотрения формы в качестве превращен-
ной,— пишет Ю. И. Пахомов, касаясь вопроса о пре-
вращенных формах в общетеоретическом плане,—
позволяет выявить, в первую очередь, неизбежные
модификации сущностей, которые рассматриваются в
процессе восхождения от глубинных закономерностей
к проявлению экономических отношений непосредствен-
но на поверхности... В итоге происходит подлинное на-
учное освоение реальных экономических процессов и
действительность представляется как познанная со сто-
роны ее глубокого содержания» 1.
Рассмотренные уровни теоретического анализа в сво-
ем органическом единстве составляют общую структу-
ру теории денежных отношений. Последовательный
анализ генетических связей и тенденций развития их
составных элементов вскрывает линию преемственности
между ними, дает возможность глубже осознать суще-
ство качественно новых явлений в системе денежных
отношений современного капитализма.
Исследование логических ступеней тео-
абстоа^ного ретического анализа позволяет устано-
и конкретною вить соотношение абстрактного и кон-
в теорииденежных кретиого в Марксовой теории денежных
отношений. отношений, без чего немыслимо глубо-
Денъги «в их кое ОСОзнание всей совокупности рас-
чистом виде» «о
сматриваемых явлении. Сопоставление
различных плоскостей познания свидетельствует о том,
что как на первой, так и на второй ступенях познания
денежные отношения- в теории К. Маркса выступают
не в действительно реальной, с точки зрения капита-
листического способа производства, а в абстрактной
форме, что часто не учитывается. В этой связи в «К кри-
тике политической экономии» К. Маркс делает весьма
важное замечание о том, что при анализе денежных
отношений он предполагает: 1) что деньги выступают
«в их чистом виде», 2) что речь идет только о тех формах
1 Пахомов Ю. Н. Производственные отношения развитого
социализма. К., 1976, с. 126.
39

денег, которые вырастают из обмена товаров, а не о
тех, которые принадлежат к более высокой ступени
производства, 3) что ради упрощения в качестве де-
нежного товара везде предполагается золото 1. Таким
образом, совершенно очевидно, что теоретическая мо-
дель денег, созданная К. Марксом как в работе «К кри-
тике политической экономии», так и в первом разделе
I тома «Капитала», представляет собой модель денег
вообще, денег в их абстрактном содержании.
Каково же место в общей системе денежных отно-
шений занимают деньги «в их чистом виде», «деньги
вообще»? В Рукописи 1857—1858 гг. при рассмотрении
категории «труд вообще» К. Маркс делает два вывода,
имеющих общеметодологическое значение и весьма
важных для понимания категории денег «в их чистом
виде». К. Маркс подчеркивает, с одной стороны, что
труд вообще — это наиболее всеобщая абстракция.
«...Наиболее всеобщие абстракции возникают вообще
только в условиях наиболее богатого конкретного раз-
вития, где одно и то же является общим для многих или
для всех» 2. С другой стороны — это — простейшая абст-
ракция или такая, «которую современная политическая
экономия ставит во главу угда и которая выражает
древнейшее отношение, имеющее силу для всех форм
общества». Простейшая абстракция, продолжает
К. Маркс, «выступает тем не менее в этой абстрактно-
сти практически истиннрй только как категория наибо-
лее современного общества» 3.
Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что
деньги «в их чистом виде» — это наиболее всеобщая
теоретическая и в то же время предметная абстракцият
отражающая, с одной стороны, простейшую экономи-
ческую форму денежных отношений, свойственную оп-
ределенному конкретно-историческому этапу простого
товарного производства. С другой стороны, деньги «в
их чистом виде» — это постоянно воспроизводимая,
наиболее элементарная клеточка денежных отношбний
в их развитом виде.
Это положение имеет весьма важное методологичес-
1 См.: Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 49.
2 Там же, т. 46, ч. 1, с. 41.
3 Там же.
40

кое значение, ибо дает ключ к пониманию не только
процесса становления денежных отношений, но и опре-
деляет содержание генетических связей и историзм
развития структурных элементов и всей системы де-
нежных отношений в целом, когда, по выражению
К. Маркса, «...последняя по времени форма рассматри-
вает предыдущие формы как ступени к самой себе...» '.
И это совершенно очевидно, ибо природа общей сово-
купности денежных отношений, историзм в их разви-
тии могут быть поняты только в свете понимания
специфики и места экономической категории «деньги во-
обще», или, что равнозначно, деньги «в их чистом
виде». Нельзя говорить об историзме в развитии опре-
деленной конкретности до того, пока не выяснена ее
специфичность, ее внутреннее ядро. О том большом
внимании, которое придавал К. Маркс анализу исход-
ного отношения в понимании основных тенденций раз-
вития общей системы денежных отношений, свидетель-
ствует его критика методологических пороков предше-
ствующих ему буржуазных экономических школ, в том
числе и классиков буржуазной политической эконо-
мии. По его словам, они «...не рассматривают деньги
сначала в том абстрактном виде, как они развиваются
в сфере простого товарного обращения и вырастают из
отношений самих товаров, находящихся в движении. По-
этому,— подчеркивает К. Маркс,— они постоянно колеб-
лются между абстрактными определенностями формы,
которыми обладают деньги в противоположность това-
ру, и теми определенностями формы денег, в которых
скрываются более конкретные отношения — например,
капитал, revenue и т. п.» 2.
Таким образом, экономическая категория денег
«в их чистом виде» занимает весьма важное место в
теоретическом анализе К. Маркса. Она выражает ис-
ходную абстракцию, составляет внутреннее ядро, эле-
ментарную клеточку, содержащую в зародыше все ос-
новные черты и противоречия денежных отношений
в их развитом виде. Вместе с тем следует четко пред-
ставлять, что деньги «в их чистом виде», рассматри-
ваемые К. Марксом в I томе «Капитала», еще не
Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 43.
Уам же, т. 13, с. 167.
41

характеризуют в полном объеме денежные отношения
развитого капиталистического общества, не охватывают
всех их сторон. Как исходная абстракция деньги «в их
чистом виде» играют в общей системе денежных отноше-
ний лишь роль опосредствующего «момента» и отнюдь
не являются конечной целью теоретического анализа.
Они выступают в качестве связующего звена между
абстракцией первого порядка — товаром и его стои-
мостью — и абстракцией более высокого порядка — капи-
талом и прибавочной стоимостью. Мнение, что в общей
цепи анализа: товар — деньги — прибавочная стои-
мость, при рассмотрении сущности и функции денегг
К. Маркс отступает от общепринятой схемы исследо-
вания недопустимо. Между тем кай в реальной дейст-
вительности прибавочная стоимость не выступает не-
посредственно на поверхности капиталистических про-
изводственных отношений (внешними формами ее дви-
жения являются прибыль, процент и рента), так и в
развитом капиталистическом хозяйстве нет денег «в
их чистом виде». Здесь функционируют определенные
разновидности денег, конкретные денежные формы.
Таким образом, определение деньги «в их чистом
виде» по своей сути является двояким. С одной сторо-
ны,— это теоретическая абстракция, отражающая про-
стейшую элементарную экономическую форму денеж-
ных отношений, с помощью которой К. Маркс фикси-
рует то общее, существенное, в котором, содержатся в
зародыше все основные черты и противоречия денеж-
ных отношений в их развитом виде. Они выражают не
только типичное для предшествующего капитализму
мелкотоварного производства, но и типичное для раз-
витых капиталистических производственных отношений.
С другой стороны, они являются выражением истори-
чески конкретного первоэлемента, из которого реально
развилось все многообразие структурных элементов
функционирующих денежных отношений в условиях
современного капитализма.

II. ТОВАР И ДЕНЬГИ
КАК ДИАЛЕКТИЧЕСКОЕ ЕДИНСТВО
Вопрос о диалектическом единстве товара и денег,
затрагивающий глубинные проблемы марксистской тео-
рии денежных отношений, является бесспорным в по-
литической экономии. Однако в последние годы в свя-
зи с полемикой по поводу специфики функционирова-
ния современного денежного механизма возникла не-
обходимость в научном обосновании новых аспектов
данного единства, которые ранее не считались актуаль-
ными. Речь идет прежде всего о месте категории мено-
вая стоимость в соотношении «стоимость товара — ме-
новая стоимость — деньги», определяющем единство
товара и денег. По нашему мнению, в экономической
литературе до настоящего времени существует упрощен-
ное представление о ее функциональной роли. Между
тем, если говорить о фундаменте, на котором основы-
вается Марксова теория денежных отношений, то речь
должна идти в первую очередь о качественно новом
подходе к категории меновой стоимости.
В этой связи необходимо проследить историю обо-
снования К. Марксом фундаментальных принципов тео-
рии денежных отношений. Придя в начале 50-х годов к
выводу о научной несостоятельности количественной
теории денег Д. Рикардо, К. Маркс, опираясь на разра-
ботанные ранее исходные принципы, начинает обосно-
вание собственной концепции денег в первую очередь
с исследования меновой стоимости. Об этом свидетельст-
вует глава о деньгах Рукописи 1857—1858 гг., где проб-
лема меновой стоимости является стержневой.
И это не случайно. Форма стоимости продукта тру-
да, или его меновая стоимость, по мнению К. Маркса,
одна из наиболее сложных категорий политической
43

экономии. Она «самая абстрактная и в то же время наи-
более общая форма буржуазного способа производства,
который именно ею характеризуется как особенный тип
общественного производства» К В этой связи К. Маркс
считает, что один из основных недостатков буржуазной
классической политической экономии состоит в том, что
ей никогда не удавалось из анализа товара, и в частно-
сти товарной стоимости, вывести форму стоимости то-
вара, дать качественный анализ категории его меновой
стоимости как промежуточного звена между стоимостью
товара и деньгами. И это объяснимо. «Обычное
представление,— писал В. И. Ленин,— схватывает раз-
личие и противоречие, но не переход от одного к дру-
гому, а э т о самое важно е»2.
Нельзя полагать, что категория меновая стоимость
не была вообще известна до К. Маркса. К. Маркс не-
однократно ссылается на Д. Рикардо, отмечая у него
элементы научного понимания меновой стоимости как
категории, отличной от стоимости. Именно в этом воп-
росе Д. Рикардо делает существенный шаг вперед по
сравнению с А. Смитом, который, смешивая понятия
«труд, покупаемый на товар» с понятием «труд, затра-
ченный на производство товара», и утверждая, что мено-
вая стоимость товара определяется трудом, затрачен-
ным на его производство, фактически не различает
категории «стоимость товара» и «меновая стоимость»»
Вместе с тем, правильно понимая стоимость как выра-
жение затрат рабочего времени на производство това-
ра, а меновую стоимость как прежде всего меновое
отношение двух товаров, Д. Рикардо не видел органи-
ческой взаимосвязи между этими категориями, их диа-
лектического единства и противоположности между
ними. Анализируя лишь величину стоимости, он, как
подчеркивает К. Маркс, обращал внимание лишь на то
относительное количество труда, которое представляют
различные товары и которое они как стоимости вопло-
щают в себе. В то же время Д. Рикардо абстрагируется,
или, точнее, не видит, качественных различий между
трудом, определяющим содержание потребительной
стоимости, и трудом, конституирующим стоимость
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 91.
2 Ленин В, И. Поли. собр. соч., т. 29, с. 128.
44

товара. В результате меновая стоимость представляется
Д. Рикардо как отношение индифферентное к стоимо-
сти. Как следствие, даже в лице своих лучших предста-
вителей А. Смита и Д. Рикардо, подчеркивает К. Маркс,
классическая политэкономия рассматривала форму стои-
мости, или меновую стоимость, как нечто совершенно
безразличное и даже внешнее по отношению к приро-
де товара. Между тем именно единство и неразрывная
взаимная обусловленность анализируемых звеньев то-
варного производства и обращения: стоимости товара,
его меновой стоимости и денег — составляет логическую
основу научной теории денежных отношений.
Вскрывая механицизм понимания классической шко-
лой категории «меновая стоимость», К. Маркс видит в
этом и гносеологические причины иного, более глубоко-
го плана. Указывая на то, что «форма стоимости про-
дукта есть самая абстрактная и в то же время наибо-
лее общая форма буржуазного способа производства»,
К. Маркс одновременно подчеркивает, что уже этим
самым данный способ производства характеризуется как
особенный тип общественного производства, а следова-
тельно, характеризуется исторически. «Если же рассма-
тривать буржуазный способ производства,— продолжает
он,— как вечную естественную форму общественного
производства, то неизбежно останутся незамеченными
и специфические особенности формы стоимости, сле-
довательно особенности формы товара, а в дальней-
шем развитии — формы денег, формы капитала и
т. д.» К Данное положение достаточно убедительно рас-
крывает место категории меновая стоимость в маркси-
стской теории денежных отношений.
Попытка определить теоретические корни современ-
ных концепций «бумажных денег» обнаруживает, что в
своем большинстве они основываются на упрощенном,
внеисторическом, а иногда и ошибочном представлении
качественной роли категории меновая стоимость в си-
стеме денежных отношений. Имеется в виду положение
А. В. Аникина, якобы в современных условиях бумаж-
ные деньги являются «единственно реально обращаю-
щейся формой денег, развивающейся в сторону непо-
средственного выполнения функции меры стоимостей»
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 91.
45

и его попытка обосновать это положение с помощью
принципиально верного, но трактуемого внеисториче-
ски положения о том, что «стоимость существует объек-
тивно, независимо от денег» '; стремление Г. Солюса
представить современный механизм соизмерения сто-
имостей на основе не денежной, а всеобщей формы сто-
имости; утверждения Г. Г. Матюхина о том, якобы
современные реальные деньги, выражая всего лишь «со-
отношение абстрактных стоимостей товаров» и «сохра-
няя меновую стоимость, постепенно лишаются собствен-
ной абстрактной стоимости» 2.
Нетрудно заметить, что перечисленные концепции
по сути однозначны с точки зрения исходных позиций.
Их авторы прежде всего стремятся разорвать единую
цепь «стоимость — меновая стоимость — деньги» и до-
казать возможность реализации меновой стоимости вне
денежного воплощения или представить ее как пекую
бессодержательную, а стало быть, идеальную форму.
Подобного рода попытки фактически воспроизводят в
различных вариациях прудонистскую концепцию «каж-
дый товар — деньги», с особой тщательностью проанали-
зированную и отвергнутую К. Марксом в Рукописи
1857-1858 гг.
1. Деньги как необходимый результат
развития товарной формы продукта
В формировании экономического учения марксизма
особое место занимает экономическая Рукопись 1857—
1858 гг., названная К. Марксом «Критика политиче-
ской экономии». Исключительная ценность Рукописи
определяется не только тем, что здесь впервые научно
обоснован ряд коренных вопросов экономической тео-
рии, и прежде всего теория прибавочной стоимости, со-
ставляющая, как подчеркивал В. И. Ленин, «краеуголь-
ный камень экономической теории Маркса» 3. Рукопись
«непосредственно вводит читателя в самый метод ис-
следования, применяемый Марксом, в его творческую
1 Аникин А. В. Валютный кризис на Западе. М., 1975, с. 77.
2 Матюхин Г. Г. Проблемы кредитных денег при капитализ-
ме. М., 1977, с. 16—17.
8 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 23, с. 45.
46

лабораторию, дает возможность шаг за шагом просле-
дить процесс создания Марксом его экономического уче-
ния» 1.
Рукопись 1857—1858 гг. начинается главой о день-
гах. Приступая к целостной разработке своей экономи-
ческой теории, К. Маркс начинает с анализа производ-
ственного отношения, которое представляется ему наибо-
лее конкретным, исторически и логически исходным. В
своем знаменитом «Введении» к Рукописи, посвящен-
ном вопросам метода теоретического исследования,
К. Маркс пишет в этой связи: «Деньги могут существо-
вать и исторически ^существовали раньше капитала,
раньше банков, раньше наемного труда и т. д. С этой
стороны можно, стало быть, сказать, что более простая
категория может выражать собой господствующие от-
ношения менее развитого целого или подчиненные
отношения более развитого цело_го, т. е. отношения, ко-
торые исторически уже существовали раньше, чем це-
лое развилось в ту сторону, которая выражена в более
конкретной категории. В этом смысле ход абстрактного
мышления, восходящего от простейшего к сложному,
соответствует действительному... историческому про-
цессу» 2.
В дальнейшем К. Маркс приходит к открытию това-
ра как первичной экономической клеточки капиталисти-
ческих производственных отношений. Вместе с тем ана-
лиз системы капиталистических производственных отно-
шений с позиций денежных связей, ее рассмотрение
через призму денежных отношений открывает ряд важ-
нейших методологических аспектов теории денег, кото-
рых впоследствии в «Капитале» К. Маркс касается лишь
частично или вообще не затрагивает. Этим объясняется
всевозрастающее внимание к Рукописи исследователей
марксистской теории денежных отношений. Учитывая,
что в ней сконцентрированы многочисленные аспекты
теории денежных отношений, многие из которых еще не
получили достаточно глубокого и, главное, целостного
освещения в экономической литературе, наш дальней-
ший анализ методологических проблем теории денеж-
ных отношений К. Маркса во многом базируется на
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. XI.
2 Там же, с. 39.
47

изучении этого выдающегося произведения марксизма-
ленинизма.
«Глава о деньгах» Рукописи 1857—1858 гг. начи-
нается с критики мелкобуржуазной теории денег Пру-
дона. Не понимая подлинной сущности производствен-
ных отношений, закономерностей их развития, Прудон
и его последователи пытались найти рецепты, с помо-
щью которых можно было бы исправить «недостатки»
капиталистического строя, сгладить его антагонизмы.
В качестве такого рецепта была предложена идея ре-
формы банковской системы, предполагавшая, во-пер-
вых, отмену привилегированного положения в системе
денежных отношений золота и серебра (прудонисты ви-
дели в них основу всех бед капиталистической эконо-
мики) и низведение драгоценных металлов до ранга
всех других товаров; во-вторых, предоставление всем
товарам денежной монополии, которая по сути превра-
щала каждый товар в деньги, наделяя его специфиче-
скими свойствами денег. В наиболее концентрирован-
ном виде мелкобуржуазные идеи преобразования де-
нежной системы были изложены в книге прудониста
Даримона «О реформе банков», вышедшей в 1856 г.,
которую анализирует и подвергает критике К. Маркс
в Рукописи.
Марксова критика прудонизма имела прежде всего
огромное политическое значение — необходимо было
создать почву для идейного отмежевания рабочего клас-
са от утопической мелкобуржуазной политэкономии,
дезорганизующей его действия и отвлекающей его от
политической борьбы. Подчеркивая это в письме Вей-
демейеру в феврале 1859 г., К. Маркс писал: «В этих
двух главах (речь идет о «Критике политической эко-
номии».— А. Г.) вместе с тем разбивается наголову мод-
ный теперь во Франции прудоновский социализм, кото-
рый хочет сохранить частное производство, но органи-
зовать обмен частных продуктов, хочет товара, но не
хочет денег. Коммунизму необходимо избавиться преж-
де всего от этого «лжебрата» 1.
Помимо острополитической направленности, крити-
ка К. Марксом прудонистской теории денежных отно-
шений имеет огромное методологическое значение. Речь
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 29, с. 469.
48

идет в данном случае о методологических принципах
критики К. Марксом попыток прудонистов доказать воз-
можность устранения антагонизмов капиталистическо-
го строя посредством преобразования одной из сторон
капиталистических производственных отношений — си-
стемы денежного обращения, путем отмены ее метал-
лической, товарной основы. Подобные попытки, с одной
стороны, связаны с рикардовской количественной тео-
рией денег, и с другой — перекликаются с современ-
ными буржуазными теориями «регулируемого капита-
лизма», в частности с их разновидностью — теорией де-
монетизации золота, а также с современной практикой
ряда ведущих капиталистических государств, направ-
ленной на полное вытеснение золота из системы денеж-
ных отношений.
Критику прудонистских концепций денег К. Маркс
ведет в направлении выяснения прежде всего истори-
ческого места системы денежных отношений и, в част-
ности, денежной формы стоимости. К. Маркс считал
эту проблему основным и исходным методологическим
пунктом анализа. «В общем виде,— писал он,— вопрос
заключается в следующем: возможно ли путем измене-
ния орудия обращения — организации обращения — ре-
волюционизировать существующие производственные
отношения и соответствующие им отношения распреде-
ления? Следующий вопрос: можно ли предпринять по-
добное преобразование обращения, не затрагивая суще-
ствующих производственных отношений и покоящихся
на них общественных отношений?» 1. На основе глубо-
кого теоретического анализа К. Маркс убедительно до-
казывает несостоятельность подобных взглядов.
Обосновывая ошибочность экономических взглядов
Прудона и его сторонников, на основе тщательного и
скрупулезного анализа К. Маркс шаг за шагом раскры-
вает диалектику органической взаимосвязи процессов
становления и развития товарного производства и гене-
зиса денежных отношений — вопрос, который буржу-
азная политическая экономия даже и не затрагивала.
Основные звенья обоснования подобной взаимосвя-
зи выражаются К. Марксом формулой: «Продукт ста-
новится товаром; товар становится меновой стоимо-
1 Маркс R., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 61.

стыо; меновая стоимость товара есть имманентное ему
денежное свойство; это его денежное свойство отде-
ляется от товара в качестве денег, приобретает все-
общее социальное существование, обособленное от всех
особенных товаров и натуральных форм их существо-
вания; отношение продукта к себе как меновой стои-
мости становится его отношением к существующим на-
ряду с ним деньгам, или отношением всех продуктов
к существующим вне их всех деньгам»1. В этой, казалось
бы внешне простой и в то же время предельно сложной
по своему содержанию формуле, которая навсегда оста-
лась тайной для буржуазной политической экономии,
К. Маркс обосновывает генетическую взаимосвязь трех
элементов: стоимость товара — меновая стоимость —
деньги. При этом ключ к пониманию этой формулы, рав-
но как и ключ к пониманию происхождения денег и их
сущности, кроется в понимании прежде всего категории
меновой стоимости как связующего звена двух крайних
членов рассматриваемого диалектического единства.
К. Маркс считает, что методологическая несостоя-
тельность прудонистской концепции денег, попыток
представить возможность замены денег с металличе-
ской основой некими «рабочими деньгами» или «часо-
выми бонами», лишенными металлической основы и
представляющими собой непосредственное воплощение
рабочего времени, наконец — замены денежных отно-
шений прямым товарообменом — объясняется непони-
манием прежде всего сущности категории меновой стои-
мости как связующего звена между товаром и день-
гами.
Доказывая несостоятельность прудонистских кон-
цепций и одновременно раскрывая сущность денег,
К. Маркс показал, что генезис денежных отношений
обусловлен развитием и разрешением противоречий
прежде всего между особыми естественными свойства-
ми товара, его натурально-вещественной природой, или
его потребительной стоимостью, и его всеобщим соци-
альным свойством, его стоимостью, которые, с одной
стороны, не отделимы друг от друга, с другой — взаим-
но отрицают и противоречат друг другу. Подобная связь
между натуральной и общественной природой товара
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 89.
50

отражает органическое единство сферы производства и
сферы обращения.
Товар в своих натуральных свойствах, полагает
К. Маркс, только как результат процесса производства,
как выражение потребительной стоимости не обладает
обмениваемостью на другие товары. Сама обменивае-
мость товара не есть проявление его натурально-веще-
ственного свойства. Обмениваемость товара существует
как нечто отличное от его потребительной стоимости,
непосредственно не тождественное с ней. Товар в своей
натуральной форме неделим. Он обладает обмениваемо-
стью на другие товары не в своей натуральной форме,
не в равенстве с самим собой, а в качестве чего-то не-
равного самому себе, отличного от-своей натуральной
формы в качестве стоимости. «Как стоимости,— подчер-
кивает К. Маркс,— товары суть общественные величи-
ны,— следовательно, нечто абсолютно отличное от их
«свойств» как «вещей». В качестве стоимостей они пред-
ставляют лишь отношения людей в их производственной
деятельности» 1.
Отсюда, общественная субстанция товара, его стои-
мости, будучи данной уже в сфере производства, остает-
ся в его пределах всего лишь вещью в себе. Товар, под-
черкивает К. Маркс, только как результат производства
в самом себе, в своем товарном теле свою стоимость вы-
разить не может. Стоимость товара, его общественное
экономическое качество может проявиться только в про-
цессе обмена, только в процессе перехода из сферы про-
изводства в сферу обращения, только в общественном
отношении одного товара к другому, а стало быть,—
только посредством меновой стоимости. В результате
товар приобретает двойное существование: наряду с
натуральным он приобретает чисто экономическое, об-
щественное бытие, которое может проявиться только
в меновой стоимости.
Следовательно, как меновые стоимости товары
суть общественные * величины, они представляют лишь
отношения людей в их производственной деятельности,
определенную форму обмена трудом и зависимости тру-
да каждого товаропроизводителя от труда других.
В этой связи само понятие «стоимость товара» внутрен-
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. 3, с. 131.
51

не предполагает меновую стоимость, которая, по своей
сущности являясь мерой обмениваемрсти товаров, пред-
полагает в качестве экономической субстанции всех то-
варов всеобщий абстрактный труд, чьим представите-
лем в условиях господства частной собственности на
средства производства она является? Меновая стоимость
товара, по К. Марксу,— это форма внешнего выражения
его стоимости. Поскольку товар в самом себе свою
стоимость выразить не может, он выражает ее лишь
опосредствованно, лишь в процессе обмена, в меновом
отношении, в меновой стоимости. «...Меновая стоимость
вообще,— писал К. Маркс,— может быть лишь способом
выражения, лишь «формой проявления» какого-то от-
личного от нее содержания» 1. Этим определяется внут-
ренняя связь первого звена анализируемого единства —
взаимосвязь категорий «стоимость — меновая стои-
мость». Вне этой взаимосвязи, вне этого диалектиче-
ского единства нет товара и, стало быть, нет товарного
обращения. Диалектика, писал В. И. Ленин, включает
не только единство противоположностей, но и переходы
каждого определения, качества, черты, стороны в каж-
дое другое, в свою противоположность 2. В анализируе-
мом единстве меновая стоимость является подобным
«переходом», промежуточным звеном, связующим во-
едино потребительную стоимость и стоимость товара.
Вторая линия анализа идет в направлении обосно-
вания диалектического единства категорий «меновая
стоимость» и «деньги». Как уйе говорилось, Д. Рикар-
до, выясняя лишь количественные параметры стоимости
товаров, не касается качественной характеристики тру-
да. Общественный характер труда, определяющего стои-
мость товара, Д. Рикардо не подвергает теоретическому
анализу и поэтому не понимает не только связи между
стоимостью и меновой стоимостью, но для него остает-
ся невыясненной также связь между меновой стоимо-
стью и деньгами. Сделав многое в научном обосновании
категорий стоимости, меновой стоимости и денег, Д. Ри-
кардо, однако, не лонял, что в основе каждой из этих
категорий лежит единое начало, одна и та же общест-
венная субстанция — общественный труд, что между
1 Маркс К.у Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 45.
2 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 29, с. 203.
52

ними существует диалектическое единство. Это по сути
и определило методологические основы механицизма
его теории денежных отношений. «...Особое определение
труда, как создающего меновую стоимость (К. Маркс
имеет в виду стоимость.— А. Г.), или выражающегося
в меновых стоимостях,— характер этого труда, у Ри-
кардо не исследуется,-— пишет К. Маркс в «Теориях
прибавочной стоимости».— Рикардо поэтому не пони-
мает связи этого труда с деньгами, т. е. не понимает
того, что этот труд непременно должен получить свое
выражение в виде денег. Поэтому он совершенно не
понимает, что с определением меновой стоимости това-
ра рабочим временем связано то, что товары в своем
развитии неизбежно должны дойти до образования де-
нег. Отсюда его ошибочная теория денег» 1.
Грей, Даримон и другие прудонисты не преодолели
и этой ограниченности Д. Рикардо. Главная иллюзия
сторонников мелкобуржуазных концепций денег, по
мнению К. Маркса, состояла в представлении, будто бы
стоимость может быть выражена не посредством ове-
ществленного в благородных металлах общественно не-
обходимого всеобщего рабочего времени, а индивидуаль-
ным временем, затраченным на производство товара.
Совершенно очевидно, что уже сама эта предпосылка
ведет к отождествлению реальной стоимости и рыноч-
ной стоимости товара, его меновой стоимости и цены.
Однако подобное отношение, когда основу обмена
товаров составляли индивидуальные затраты рабочего
времени, было характерно только для неразвитой сис-
темы обмена, для начальных этапов развития товарного
производства. На этой ступени общественного развития,
как подчеркивает К. Маркс, работник в своем продукте
еще непосредственно обладал частью необходимых ему
средств существования, когда ни вся его деятельность,
ни его продукт в целом еще не зависели от обмена, т. е.
когда в значительной мере еще преобладало потреби-
тельское сельское хозяйство, а также патриархальная
промышленность (ручное ткачество, прядение на дому
в соединении с сельским хозяйством). В масштабе на-
ции люди обменивались еще только излишками и мено-
вая стоимость, ее определение рабочим временем не
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. 2, о. 176.
53

были полностью развиты в национальном масштабе.
В этот период сущность товара в целом, по мнению
К. Маркса, «еще не выступает... захваченной и
пронизанной противоречием» '.
По мере роста общественного разделения труда раз-
вивался и общественный характер производства. В ре-
зультате частный интерес каждого товаропроизводите-
ля, как по своему содержанию, так и по средствам его
■осуществления, приобретал форму общественного инте-
реса, который может быть достигнут лишь при усло-
виях и средствах, создаваемых обществом в целом. По-
добная взаимная и всесторонняя зависимость формаль-
но безразличных цо отношению друг к другу индиви-
дов переросла в их всеобщую общественную связь,
которая могла быть выражена только в меновой стои-
мости, ибо, как подчеркивает К. Маркс, только в мено-
вой стоимости для каждого индивида продукт его
•собственной деятельности становится реализованным
продуктом, а стало быть, и продуктом для него са-
мого.
Тащш образом, с развитием капитализма, с усиле-
нием общественного разделения труда происходит диа-
лектическое отрицание индивидуальной формы прояв-
ления производства определенного продукта. Общест-
венный характер производства, как и общественная
форма продукта, все больше выступают как нечто чуж-
дое индивидам, не как непосредственное отношение их
друг с другом, имевшее место при сравнительно слабом
разделении труда, а как их подчинение производствен-
ным отношениям, существующим независимо от них.
Именно в этом сущность противоречия между индиви-
дуальным и общественным трудом. Меновая стоимость,
в которой реализуется индивидуальная деятельность и
ее продукт,— единственно возможная и объективно не-
обходимая форма разрешения этого противоречия.
В процессе обмена товаров это противоречие разреша-
ется в силу того, что меновая стоимость получает двой-
ную форму существования. Оставаясь внутренне при-
сущим качеством товара, наряду со своим существова-
нием в товаре в виде внешней формы его стоимости, она
приобретает собственную, материально отдельную от
1 Маркс К,, Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 113.
64

товара форму существования в деньгах. Меновая стои-
мость, подчеркивает К. Маркс, отделенная от самих то-
варов и существующая наряду с ними как самостоя-
тельный товар, и есть деньги. Деньги — это матери-
альный знак меновой стоимости. Подобно тому, как
действительный обмен продуктов порождает мено-
вую стоимость, так их меновая стоимость порождает
деньги.
Обращая внимание на это очень важное положение
К. Маркса в рецензии на его книгу «К критике поли-
тической экономии», Ф. Энгельс пишет, что сущность
разрешения противоречий товарного производства «за-
ключается в том, что свойство представлять, меновую
стоимость всех других товаров переносится на специ-
альный товар — деньги» 1.
Меновая стоимость образует внутреннюю субстан-
цию денег. В этом смысле деньги как общественное про-
изводственное отношение являются специфической фор-
мой выражения стоимости товаров, их всеобщим экви-
валентом, материальным воплощением всеобщего рабо-
чего времени, абстрактного человеческого труда. День-
ги — это продукт роста и разрешения противоречий
между потребительной стоимостью и стоимостью това-
ра, между частным и общественным трудом. «Приобре-
тение самостоятельности меновой стоимостью товара
в деньгах,— пишет К. Маркс, раскрывая диалектику
этого процесса,— само есть продукт процесса обмена,
результат развития содержащихся в товаре противо-
речий потребительной стоимости и меновой стоимости
и того не в меньшей мере содержащегося в ней проти-
воречия, что определенный, особый труд частного инди-
вида с необходимостью должен выявить себя как свою
противоположность, как одинаковый, необходимый, все-
общий и в этой форме общественный труд. В том, что
товар выражается в деньгах, содержится не только то,
что различные величины стоимости товаров измеряют-
ся путем выражения их стоимости в потребительной
стоимости одного исключительного товара, но вместе
с тем и то, что все они выражают себя в такой форме,
в которой они существуют как воплощение обществен-
ного труда и потому могут обмениваться на всякий
1 Маркс К., Энгельс Ф, Соч., т. 13, с. 499.
55

другой товар, могут быть по желанию превращены
в любую потребительную стоимость» К
Отличительной особенностью товарного обращения
является то, что оно приводит в обращение не товары
в их натуральном выражении, а товары как стоимости.
В этом смысле товарное обращение представляет собой
определенную форму социального движения. Из этого
следует весьма важное в методологическом отйошении
положение о том, что обращение товаров как обраще-
ние стоимостей предполагает предварительное воплоще-
ние стоимостей в цены товаров. В результате в логи-
ческой цепи «стоимость — меновая стоимость — день-
ги» появляется новое опосредствованное звено — цена
товара.
Цена товара не является его имманентным об-
щественным свойством. «...Товар,-— подчеркивает
К. Маркс,— не есть цена в том смысле, в каком он по
своей социальной субстанции был меновой стоимо-
стью» 2. Если меновая стоимость находится в непосред-
ственном единстве со стоимостью товара, составляя ее
определенность, то выражение товара в виде цены опре-
деляется, с одной стороны, тем, что стоимость в усло-
виях товарного производства нельзя выразить в ее не-
посредственной субстанции, в часах рабочего времени,
затраченного на производство определенного товара, и,
с другой стороны, потому, что деньги в процессе обра-
щения выступают как самостоятельная по отношению
к товарам, отделившаяся от них меновая стоимость.
Исходя из этого соотношение стоимостей товаров воз-
можно выразить лишь на основе их приравнивания
к деньгам, на основе их выражения в денежной опре-
деленности, в цене товара. В этой связи цены товаров
выступают как некое внешнее и в то же время необхо-
димое свойство меновых стоимостей, как промежуточное
звено между меновой стоимостью и деньгами, как из-
меренные деньгами меновые стоимости, как «превра-
щенная форма, в которой меновая стоимость товаров
выступает в процессе обращения» 3.
1 Маркс Ж\, Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. 3, с. 132.
2 Там же, т. 46, ч. 1, с. 134.
3 Там же, т. 13, с. 51.
56

Следовательно, цена товара как необходимый эле-
мент приравнивания меновых стоимостей товаров к
деньгам является предпосылкой товарного обращения.
Цена возникает не в процессе обращения. Определение
цен, подчеркивает К. Маркс, не имеет ничего общего с
действительной продажей. Меновая стоимость товаров
вступает в обращение, уже будучи облеченной в денеж-
ную форму после того, как товары получили опреде-
ление цены, выступили как цены. Иллюзия, будто бы
дело происходит как раз наоборот, определяет гносео-
логические корни ошибочности количественной теории
денег, основной смысл которой выражается «в той не-
лепой гипотезе, что товары вступают в процесс обра-
щения без цены, а деньги без стоимости» х.
Изложенные взгляды К. Маркса создают логиче-
скую научную основу для вывода о том, что для функ-
ционирования особой разновидности денег, лишенных,
металлической, товарной основы, денег как чисто тех-
нического орудия обращения необходимо в качестве
предпосылки, чтобы труд отдельного товаропроизводи-
теля был в своей основе не особенным, частным, инди-
видуальным трудом, а трудом всеобщим, непосредст-
венно общественным трудом. Но при такой предпосыл-
ке произошло бы смещение понятий — не обмен при-
давал бы труду характер всеобщности, а, наоборот,
индивидуальный труд отдельного товаропроизводителя
приобретал бы подобное качество еще до обмена, непо-
средственно в самом процессе производства.
Итак, если в первом случае общественный характер
производства утверждается лишь post festum путем
превращения продуктов в меновые стоимости в их де-
нежной оценке и обмена этих меновых стоимостей, то
во втором случае общественный характер производства
является его предпосылкой, а обмен продуктов вообще
перестает быть той промежуточной операцией, которой
опосредствовалось бы участие отдельного лица во все-
общем производстве. Совершенно очевидно, что в этом
случае деятельность индивида и созданный им продукт,
независимо от специфики его материальной формы, при-
обретали бы общественный характер не опосредство-
ванно, не окольным путем, не путем превращения
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 134.
57

в меновую стоимость и денежную форму. Товар сначала
не должен был бы обмениваться на деньги как на всеоб-
щий товар, как на символическое воплощение всеобщего
рабочего времени, чтобы затем в качестве меновой
стоимости обладать способностью обмениваться на лю-
бой из всех прочих товаров. С самого начала в таком
случае деятельность индивида и созданный им продукт
выступали бы как звенья непосредственно обществен-
ного производства. Вместо того разделения труда, ко-
торое неизбежно порождает обмен стоимостями* здесь,
подчеркивает К. Маркс, существовала бы такая орга-
низация труда, которая имела бы своим следствием
участие отдельного лица в коллективном потреблении.
Однако не трудно заметить, что речь в данном случае
идет об условиях, которые выходят за рамки капита-
листического способа производства. В этой связи до-
статочно установить невозможность реализации подоб-
ных предпосылок в условиях капитализма, чтобы до-
казать, как пишет К. Маркс, наличие у приверженцев
денег, лишенных металлической основу, непонимания
внутренней связи между производственными отноше-
ниями, отношениями распределения и отношениями
обращения.
Следовательно, предпринимаемые как в прошлом,
так и в настоящее время попытки доказательства воз-
можности выражения стоимости вне денежной формы,
или посредством денег, лишенных товарной основы, яв-
ляются не чем иным, как стремлением превратно пред-
ставить общественный характер труда в условиях ка-
питализма. При этом фиксируется лишь внешняя види-
мость товарного обращения. В свое время К. Маркс не-
однократно обращал внимание на то, что фетишизация
товара и денег идет в первую очередь от общественного
характера труда, производящего товары, от того, что
«общественный характер труда выступает как денеж-
ная форма» 1.
1 Маркс K.t Энгельс Ф. Срч., т. 25, ч. 2, с. 62,

2. Противоречия денежной формы стоимости
и ее исторические границы
Обоснование вопроса о сущности и происхождении
денежной формы стоимости еще не раскрывает всей
глубины взаимосвязи и взаимообусловленности в раз-
витии товарного производства и денежных отношений.
Возникнув как результат развития противоречий между
потребительцой стоимостью и стоимостью .товара, част-
ным и общественным трудом, деньги не устраняют про-
тиворечий товарного производства, а лишь возводят их
на качественно новый, более высокий уровень, где они
находят свое выражение в противоречиях между това-
ром и деньгами.
Анализируя развитие противоречия между товаром
и деньгами, К. Маркс исходит из того, что его корни
определяются двойственностью меновой стоимости то-
вара. Отделившись от своей собственной товарной суб-
станции в качестве самостоятельного бытия в виде-
денег, меновая стоимость в то же время остается внут-
ренне присущей товару как его свойство. В этой связи
тот простой факт, подчеркивает К. Маркс, что мено-
вая стоимость товара сохраняет две формы существо-
вания — как внешняя форма проявления стоимости то-
вара и как символизированная меновая стоимость, во-
площенная в специфическом денен№ом товаре и утра-
тившая непосредственную связь с натуральпой формой
существования продукта,— это двоякое взаимно пред-
полагающее и в то же время исключающее друг друга
отношение порождает единство и противоположность
товара и денег.
В анализе противоречий между товаром и деньгами
можно выделить два направления. Первое — исследо-
вание влияния противоречий между товаром и деньга-
ми на развитие самого процесса товарного произвЬд-
ства и обоснование на этой основе объективной обус-
ловленности анархии производства и экономических
кризисов. Эти вопросы, имеющие принципиально важ-
ное значение с точки зрения выяснения исторических
тенденций развития капиталистического способа про-
изводства, получили достаточно широкое освещение в-
советской экономической литературе.

Второе направление анализа противоречий между
товаром и деньгами отражает сущность обратной свя-
зи: влияние, которое оказывает данное противоречие
на собственное развитие денежных отношений вообще
и денежной формы стоимости в частности. Этот аспект
Марксовой теории денег менее разработан, и прежде
всего в направлении научного толкования историзма
развития денежных отношений, рассмотрения денег в
их конкретно-историческом функциональном проявле-
нии, в их динамике.
В Рукописи 1857—1858 гг., обосновав положение о
том, что в результате развития товарного производства
-один из товаров, выступая в качестве материального
носителя денег, получает по отношению ко всей товар-
ной массе привилегию символизировать их меновую
хтоимость, К. Маркс вместе с тем подчеркивает, что
материал, в котором выражается этот символ, не ос-
тается неизменным. Развитие товарного производства,
пишет он, вырабатывает вместе с символом все более
и более соответствующий ему материал, в котором, про-
исходит воплощение всеобщего эквивалента 1.
К. Маркс показывает, что первоначально в роли все-
общего товара выступают товары, которые чаще всего
принимаются в обмен и используются в обращении, а
стало быть, наиболее надежные в их дальнейшем об-
мене на другие товары. Как правило, это предметы по-
требления: соль, шкуры, скот и т. д. Эти товары при-
обрели денежные функции благодаря тому, что они
больше, чем другие товары, соответствовали в своей
особой товарной форме самим себе как меновым стои-
мостям. Вместе с тем, помимо своей собственной по-
требительной стоимости, товары, символизирующие
деньги, приобрели особую потребительную стоимость —
способность дальнейшего обмена на остальные товары.
Таким образом, исключительно важным фактором
для понимания всей исторической эволюции денежной
хистемы является то, что уже в первоначальной форме
деньги одновременно служили обычным товаром и вы-
полняли роль денежной единицы. Эта форма соответ-
ствовала периоду, когда обмен еще не охватывал все
дроизводство, а распространялся лишь на его излишки,
1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 87,
£0

был ограничен узким кругом товаров и составлял для
производства нечто случайное, преходящее, побочное.
Не случайно первоначальные формы денег возникают
не в пределах отдельных общин или натуральных хо-
зяйств, а на их границах, на их стыке в процессе мено-
вых отношений между ними. В подобного рода меновых
отношениях продукты выступали в качестве меновых
стоимостей лишь потенциально.
Естественный переход от первоначальной формы
денег к более развитой определялся углублением про-
тиворечий между товаром и деньгами. Этот переход
соответствовал относительно' более развитой ступени
производства и обмена, когда орудия производства начи-
нали доминировать над предметами потребления. В ка-
честве наиболее необходимого орудия производства вы-
ступали металлы. В это время благодаря прежде всего
своим естественным свойствам — долговечности, неиз-
менности, делимости, способности сплавиться воедино,
неокисляемости, относительно легкой транспортабель-
ности, а также концентрации большой меновой стои-
мости в небольшом объеме — роль всеобщего эквива-
лента закрепилась за благородными металлами, кото-
рые, кстати, человек начал использовать раньше других
металлов.
Если первая форма денег воплощалась в опреде-
ленном товаре, который выдвигался на эту роль благо-
даря особой полезности, то для денег, воплощенных в
благородных металлах, их непосредственная полезность
для производства и потребления, их собственная по-
требительная стоимость как товаров отступает на зад-
ний план. Однако и денежная форма, в качестве мате-
риального носителя которой выступают благородные
металлы, не застывает в своем развитии. Усложнение
процесса производства и обращения приводит к тому,
что благородные металлы — золото и серебро — лишь
в своей собственной непосредственности сами стают не
в состоянии обслужить весьма сложный комплекс де-
нежных отношений. Получают развитие новые формы
денег, которые К. Маркс называет «цивилизованными»
формами — металлические (разменная монета), бумаж-
ные, кредитные деньги 1. Если в условиях функциони-
1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 61.
61

рования предшествующих «цивилизованным» формам
денег меновая стоимость еще не получила полного раз-
вития, то деньги в их «цивилизованных» формах со-
ответствуют меновой стоимости в ее развитом виде как
имманентного свойства буржуазного способа производ-
ства. Таким образом, развитие денежных форм К. Маркс
рассматривает не как случайное явление, а как необ-
ходимое следствие усложнения товарного производства
и обращения, как необходимый продукт, как результат
нарастания и усложнения противоречий между това-
ром и деньгами. В образовании форм денег собственно
и проявляется историзм развития денежной формы сто-
имости в условиях капиталистического товарного про-
изводства. Если развитие функций денег ограничено
пределами простого товарного общения, то образование
«цивилизованных» форм денег осуществляется в грани-
цах капиталистического производства. Это положение
представляется принципиально важным в методологи-
ческом плане.
Будучи исторически ограниченными пределами
функционирования системы товарного производства,
сохраняя на всем протяжении товарного хозяйства свою
сущность всеобщего эквивалента, деньги в своем раз-
витии соответственно не только количественным, но и
качественным изменениям товарного производства ви-
доизменяют форму своей конкретно-исторической реа-
лизации.
Анализируя специфику современных товарно-де-
нежных отношений в попытке теоретически обосновать
проблемы функционирования неразменных на золота
бумажных денег, все большего вытеснения благородного
металла из системы международных валютных связей,
некоторые экономисты придерживаются мнения, якобы
в условиях современного капитализма соизмерение стои-
мостей претерпело столь глубокие качественные измене-
ния, что можно говорить о практическом исчерпании
денежной формы стоимости и что процесс развития то-
варного производства фактически привел к возникнове-
нию новой, отличной от денежной формы стоимости. Так,
Г. Солюс полагает, что в условиях современного капи-
тализма «золото перестало быть денежным товаром», а
поэтому и «прежний механизм соизмерения стоимости
62

товаров в золотых деньгах также перестал действо-
вать» !. Обоснование своей точки зрения Г. Солюс ищет
во всеобщей форме стоимости, когда золото, согласно
схеме К. Маркса, выступало действительно в качестве
обычного товара, а соизмерение стоимостей осуществ-
лялось на основе непосредственного обмена товаров. Ис-
ходя из этого Г. Солюс рассматривает современные
деньги всего лишь как посредник обмена продуктами,
как некий чисто технический инструментарий, а не как
существенную и необходимую форму существования
товара, которая неизбежно должна проявить себя как
меновая стоимость в качестве всеобщего общественного
труда. Существование денег, пишет Г. Солюс, «возмож-
но не потому, что они представители золота, а потому,
что через них выражается соотношение стоимостей то-
варов, в^том числе и товара, имя которому — золото...
Здесь бумажные деньги выполняют не функцию меры
стоимости (они никогда и не выполняли подобной фун-
кции.—- А. Г.), а техническую функцию соизмерителя
различных стоимостей» 2.
Мнение о том, что в условиях современного капи-
тализма в механизме соизмерения стоимостей товаров
якобы произошел возврат от денежной к развернутой
форме стоимости, хотя и более развитой соответствен-
но уровню развития товарного производства, разделя-
ют и некоторые другие авторы. В частности, Г. Г. Ма-
тюхин пишет, что в условиях обращения неразмен-
ных бумажных денег «наблюдается возвращение к раз-
вернутой форме меновой стоимости на более высо-
кой ступени товарного производства. Если прежняя
форма была развернутой товарной формой стоимости,
то теперь это развернутая денежная форма стои-
мости» 3.
Постановка вопроса о развитии в условиях интен-
сивного роста государственно-монополистического ре-
гулирования капиталистической экономики формы стои-
мости вполне правомерна и научно обоснована.
1 Мировая экономика и международные отношения, 1972,
№ 8, с. 108.
2 Там же, с. 108—109.
3 Матюхин Г. Г. Проблемы кредитных денег при капита-
лизме, с. 64
63

К. Маркс рассматривал денежную форму стоимости не
как застывшую, а как развивающуюся форму, находя-
щуюся в постоянном движении. Эту же мысль подтвер-
ждает также в «Анти-Дюринге» Ф. Энгельс К Однако
вопрос состоит в том, в каком направлении осуществ-
ляется это движение — вспять в сторону развернутой
формы стоимости, в сторону непосредственного то-
варообмена и отмирания потребности во всеобщем то-
варном эквиваленте или, видоизменяясь и приобретая
новые не только количественные, но и качественные
характеристики товарного производства и обращения,
собственно денежная форма стоимости наполняется но-
вым содержанием. Анализируя качественные измене-1
ния в метаморфозе товара*, которые происходят в связи
с развитием функции денег как средства платежа и
кредитных денег, К. Маркс подходит к весьма важному
в методологическом отношении выводу о том, что дви-
жение денег и названной функции выражает по своему
существу дальнейшее развитие формы стоимости то-
варов. «Так как здесь изменился метаморфоз товара,
или развитие его стоимостной формы,— пишет он, ха-
рактеризуя существо отношений между кредитором и
покупателем,— то и деньги приобретают другую функ-
цию» 2. Данное положение К. Маркса весьма важно с
точки зрения рассматриваемых дискуссионных вопро-
сов.
Из теории денег К. Маркса известно, что наиболее
существенные качественные изменения в общественной
роли денег проявляются в их функции как средства
платежа. Деньги в этой функции выражают социаль-
ные отношения, базирующиеся на кредитных сделках,
которые по своему содержанию не только принципиаль-
но отличаются, но и противоположны отношениям куп-
ли-продажи. Если в первом случае обмен товаров про-
исходит одновременно, то при кредитной сделке воз-
врат эквивалентов отсрочен, что создает качественно
отличную от купли-продажи форму выражения меновой
стоимости товара. В этом плане, как нам представляет-
ся, развитие функции как средства платежа потенци-
1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 319.
2 Там же, т. 23, с. 146 (курсив наш.— Л. Г.).
64

ально предполагает денежно-кредитную форму стои-
мости.
Возможность подобной постановки вопроса опреде-
ляется коренной перестройкой всей системы меновых
связей, возникающей на основе кредитных отношений.
Это особенно рельефно проявляется в условиях совре-
менного капитализма. Одновременно, следуя методоло-
гии К. Маркса, правомерна постановка вопроса о транс-
формации денежной формы стоимости не в кредитную
форму, а в денежно-кредитную. Как известно, К. Маркс
последовательно отстаивал точку зрения о том, что де-
нежные отношения и прежде всего функция золота как
меры стоимостей остаются «основой, от которой кредит-
ное дело по самой природе своей никогда не может
освободиться» 1. Данное положение основывается на
внутренней взаимообусловленности денежных функ-
ций. Развитие функции денег как средства платежа
вносит существенные изменения э их соотношение.
С одной стороны, поскольку платежи взаимно погаша-
ются, деньги не выступают посредником обращения.
Их роль как средства обращения, как орудия купли
и продажи отрицается. В данном случае деньги высту-
пают, по выражению К. Маркса, «как исчезающая фор-
ма». Меновая стоимость не получает здесь никакого
самостоятельного бытия, даже в качестве знака стои-
мости. «Развитие денег как всеобщего платежного
средства таит в себе то противоречие, что меновая стои-
мость приняла формы, независимые от ее способа су-
ществования в качестве денег» 2. В связи с этим со-
здается впечатление, что деньги полностью разрыва-
ют связь с монетарным товаром, с функцией меры
стоимостей. Именно на этой методологической основе
строятся многие современные буржуазные теории де-
нег.
Однако речь идет лишь о внешней видимости явле-
ний. В действительности деньги сохраняют свое функ-
циональное бытие даже при условии взаимного пога-
шения кредитных сделок. Как мера стоимостей они
воплощаются как в цене товаров, так и в величи-
не взаимных обязательств. В этой связи К. Маркс
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. 2, с. 150.
2 Там же, т. 46, ч. 2, с. 413.
3 в-518 65

подчеркивает, что «сами кредитные деньги суть деньги
лишь постольку, поскольку они в сумме своей номиналь-
ной стоимости абсолютно замещают действительные
деньги» 1. Подобный подход к анализу специфики прояв-
ления формы стоимости в условиях современного капи-
тализма позволяет полнее отразить сложные и противо-
речивые явления реальной действительности. В IV главе
работы мы попытаемся в более доказательной форме
обосновать эти положения.
В то же время нельзя полностью отрицать мнение
Г. Солюса о глубоких качественных изменениях, проис-
ходящих в механизме выражения стоимости в условиях
подрыва товарного производства. Нельзя не учитывать
при анализе существа денежных отношений современ-
ного капитализма столь важных объективных процес-
сов, происходящих в капиталистической экономике, как
возрастание степени обобществления производства, ин-
тернационализации хозяйственных связей, углубление
международных интеграционных процессов и расшире-
ние сферы государственно-монополистического регули-
рования экономики, которые в значительной степени
способствуют выравниванию условий производства од-
нородных товаров внутри отдельных стран и в между-
народном масштабе. Поддерживая позиции Г. Солюса,
об этом совершенно обоснованно пишет Д. В. Смыслов,
аргументируя свою собственную «рабочую гипотезу»
функционирования современного денежного меха-
низма 2.
Нельзя обойти и такие вопросы, как развитие тен-
денции к унификации затрат живого труда и материа-
лов на отдельных предприятиях при производстве оп-
ределенных товаров, о чем также вполне обоснованно
пишет Д. В. Смыслов. Однако развитие этих процессов,
на наш взгляд, ничего не говорит о создании предпо-
сылок к свертыванию и даже исчезновению денежной
формы стоимости и осуществлению прямого товаро-
обмена, к чему фактически сводится позиция Г. Солю-
са, а также «рабочая гипотеза» Д. В. Смыслова.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. 2, с. 61.
2 См.: Смыслов Д. В. Роль золота и функции денег в совре-
менной капиталистической экономике. Соревнование двух си-
стем. М., 1975, с. 152—168.
66

В самом деле, говоря об унификации затрат живого
труда и материалов, нельзя не учитывать, что на ка-
питалистическом рынке происходит реальный обмен
товаров неидентичных потребительных стоимостей. Од-
нопорядковые потребительные стоимости, условия про-
изводства которых выравниваются, не обмениваются
друг на друга. В товарном обороте обмениваются то-
вары различных потребительных стоимостей, которые
воплощают в себе труд качественно различных пара-
метров.
Ровно ничего не говорит в пользу «рабочей гипо-
тезы» Д. В. Смыслова и ссылка на положение К. Маркса
о том, что в условиях развитых товарных отношений
процесс ценообразования осуществляется на основе эле-
ментов издержек производства. Известно, что К. Маркс
всегда рассматривал процесс капиталистического про-
изводства как результат органического единства про-
изводства и обращения. Производство у К. Маркса
всегда опосредствовано обращением. Следовательно,
материальные компоненты производства, его личные и
вещественные факторы, определяющие издержки произ-
водства, всегда вступают в производство в своей обще-
ственной форме, будучи облеченными в цену, в денеж-
ную форму стоимости. В свою очередь цена в условиях
развитых капиталистических производственных отно-
шений выражает, как было показано выше, не индиви-
дуальный, а общественный труд. Это принципиально
важное положение марксистской экономической теории
нельзя не учитывать на всех уровнях теоретического
анализа.
В этой связи вопрос о влиянии унификации произ-
водственных затрат, равно как и других факторов, на
процесс развития товарно-денежных отношений в усло-
виях современного капитализма, видимо, следует рас-
сматривать в несколько иной плоскости. Поскольку речь
идет непосредственно о судьбе денежной формы стои-
мости, то, следуя методологии К. Маркса, необходимо
в первую очередь выяснить совокупность вопросов, ко-
торые обусловливают само функционирование товарно-
го производства: не означает ли унификация производ-
ственных затрат превращение потребительной стоимос-
ти каждого товара в непосредственную потребительную
стоимость, не придает ли унификация производства
3*
«7

идентичных товаров индивидуальному труду каждого
товаропроизводителя значение общественно необходи-
мого труда уже в самом процессе производства, не ве-
дет ли унификация труда, равно как и другие факторы,
характеризующие развитие современной капиталисти-
ческой экономики, о которых речь шла выше, к урав-
нению спроса и предложения товаров и установлению
на этой основе пропорциональности производства, а так-
же реализации товаров по стоимости, совпадению цены
и стоимости? Речь в данном случае идет о необходи-
мости выяснить в первую очередь характер изменений
тех экономических противоречий, которые в свое время
обусловили переход от развернутой к денежной форме
стоимости и определяют само существование денежной
формы.
Совершенно очевидно, что в условиях капиталисти-
ческой экономики названные выше противоречия не
могут получить своего разрешения, ибо они составляют
основу производственных отношений, возникающих в
условиях частной собственности. В этом отношении,
как справедливо пишет Н. А. Цаголов, «при анализе
монополистического капитализма и его тенденций нель-
зя забывать о разнице между базисом капитализма
и его экономической надстройкой. Нельзя забывать,
что монополистический характер капитализма не из-
меняет его коренной основы — товарной основы, что
первенство и при монополистическом капитализме при-
надлежит товарному производству, товарному характе-
ру соединения непосредственного производителя со
средствами производства» !.
Это очень емкое положение, подтверждающее в све-
те ленинского анализа империализма мысль о незыб-
лемости коренной основы капитализма — капиталисти-
ческой товарной основы. Анализируя современные про-
цессы капиталистического товарного производства,
С. Л. Выгодский научно обосновал важный для по-
нимания этих процессов вывод: «Монопольная цена не
представляет собой отклонения от стоимости, а явля-
ется результатом видоизменения самой стоимости, свое-
1 Цаголов Н. А, Методологические основы критики буржу-
азной политической экономии.—• Записки МГУ, серия «Эконо-
мика», 1977, № 2, с. 7.
68

образным проявлением закона стоимости в условиях
монополистического капитализма» *.
Таким образом, и в условиях современного капита-
лизма основополагающие факторы, определяющие объ-
ективную потребность функционирования денег как
всеобщего эквивалента, продолжают действовать. Сле-
довательно, научный поиск путей теоретического обос-
нования тех существенных изменений, которые произо-
шли в системе денежных отношений, следует вести не
выходя за пределы денежной формы стоимости, рас-
сматривая деньги не как исчезающее, а как видоизме-
няющееся производственное отношение.
Возникнув как результат развития противоречий то-
варного производства, выступая как одно из непосред-
ственных звеньев товарного производства, денежная
форма стоимости имеет исторические границы, которые
определяются историческими рамками самого товарного
производства. В этой связи полностью сохраняет свое
значение положение К. Маркса о том, что уничтожение
денег возможно только при переходе «...к более высо-
кой ступени, на которой меновая стоимость уже не
являлась бы самым первым определением товара, так
как всеобщий труд, чьим представителем она являет-
ся, уже не выступал бы как частный труд, получающий
общественный характер лишь опосредствованным об-
разом» 2.
Я. Кронрод пишет, что попытки отдельных эконо-
мистов обосновать концепцию демонетизации золота
являются не чем иным, как теоретической уступкой кон-
цепции денег Р. Гильфердинга 3. Основные идеи Р. Гиль-
фердинга по поводу функционирования денежного ка-
питалистического механизма, по сути стали основопо-
лагающими для концепции денег Г. Г. Матюхина, из-
ложенной им в книге «Проблемы кредитпых денег
при капитализме», вышедшей в свет в 1977 г. В дан-
ной работе автор, исследуя вопросы теории денежных
отношений, утверждает, что К. Маркс практически
не мог развить теорию кредитных денег, поскольку
при его жизни кредит еще не получил той зрелости
1 Выгодский С. Л. Современный капитализм. Опыт теорети-
ческого анализа. М., 1975, с. 166.
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 160.
• Вопросы экономики, 1974, № 1, с. 81.
69

распространения, которую он приобрел в XX в. Г. Г. Ма-
тюхин полагает, что эту задачу во многом решил Р. Гиль-
фердинг, а его работа является одной из наиболее значи-
тельных в данной области1.
Подобную постановку вопроса вряд ли можно счи-
тать по меньшей мере серьезной. Научная прозорли-
вость К. Маркса позволила ему еще в условиях ста-
новления кредитных отношений создать глубоко науч-
ный фундамент их исследования.
Один из первых комментаторов и пропагандистов
«Капитала» К. Маркса не только в русской, но й а ми-
ровой литературе Н. И. Зйбер, оценивая научный вклад
К. Маркса в обоснование кредитных денег, пиеал, что
взгляд К. Маркса на возникновение кредитных актов
проливает на сущность дела бесконечно больше света,
нежели целые десятки томов сочинений о «банках», и
содержит, хотя и в зародыше, вполне рациональное
объяснение всех существующих сторон этого экономи-
ческого явления. С этим выводом нельзя не согласить-
ся. С другой стороны, нельзя не вядеть и того, что наи-
более слабым местом «Финансового капитала» Р. Гиль-
фердинга является его теория денег. Широко известна
оценка этой книги В. И. Лениным в работе «Империа-
лизм как высшая стадия капитализма»: «Несмотря на
ошибку автора в вопросе о теории денег и на извест-
ную склонность к примирению марксизма с оппортуниз-
мом, это сочинение представляет из себя в высшей сте-
пени ценный теоретический анализ «новейшей фазы
в развитии капитализма» 2. Вряд ли сегодня, оценивая
концепцию денег Р. Гильфврдинга с позиций функцио-
нирования современного капиталистического денежного
механизма, есть основания пересматривать позицию
В. И. Ленина в этом вопросе. Общественная практика
полностью подтверждает жизненность научных идей
К. Маркса, В. И. Ленина. Как справедливо подчерки-
вает Вл. Афанасьев, теория денег Р. Гильфердинга име-
ет своей методологической основой меновую концепцию
вульгарной буржуазной политической экономии и яв-
ляется логическим продолжением мелкобуржуазной
концепции денег Прудона. «Позиция Гильфердинга,—
1 См.: Матюхин Г. Г. Проблемы кредитных денег при капи-
тализме, с. 10—11.
2 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 27, с. 309.
70

пишет Вл. Афанасьев,— основана на смешении товар-
ной формы экономических отношений капиталистиче-
ской экономики и их содержания, которое в большин-
стве своем не может быть сведено к товарным отноше-
ниям» К К сожалению, подобное смешение товарной
формы экономических отношений и их содержания
осталось незамеченным для Г. Г. Матюхина. Не под-
лежит сомнению, что прошлые и настоящие попытки
представить возможность функционирования рыночно-
го механизма на основе денег, лишенных товарного
фундамента, основаны на восприятии лишь внешней
видимости экономических отношений капитализма и
игнорировании основного противоречия капитализма —
между общественным характером производства и част-
нокапиталистической формой присвоения.
Углубление общественного характера производства
в условиях современного капитализма: развитие его кон-
центрации и централизации, усиление монополизации,
наконец, проявление тенденции к планомерности во вза-
имоотношениях между отдельными капиталистическими
предприятиями, на что указывал В. И. Ленин,— объек-
тивный процесс подрыва товарного производства в усло-
виях империализма. Глубина теоретического мышления
К. Маркса состоит в том, что он не только научно пред-
видел развитие подобных тенденций, но и создал проч-
ную методологическую базу их анализа.
К. Маркс показал, что развитие производительных
сил общества, общественного разделения труда, нако-
нец, само развитие товарного обмена усиливают взаим-
ную зависимость индивидов, их общественную связь,
что действительно порождает тенденции, которые, как
писал К. Маркс, «заключают в себе возможность уст-
ранения старой (денежной.—Л. Г J основы»2, ибо в
условиях пропорциональности производства и обраще-
ния меновая стоимость может существовать только сим-
волически. В этих условиях деньги уподобляются
театральному билету 3.
Однако главное противоречие, делающее, как по-
лагал К. Маркс, невозможным полное «устранение
1 Афанасьев Вл. Буржуазная экономическая мысль 30—70-х
годов XX века. М., 1976, с. 247-248.
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 104.
3 См.: там же, с. 96—97.
71

старой денежной основы», состоит в том, что развитие
всеобщей связи отдельных производителей не только
в масштабах внутреннего, но и международного рынков
осуществляется на основе двойственности этого процес-
са. К. Маркс имеет в виду развитие всеобщности связей
на основе независимости этих связей от самих отдельных
лиц. Речь, стало быть, идет об антагонизме обществен-
ного единства, о противоречии между полной зависи-
мостью и полной изоляцией частных интересов. Мож-
но ли говорить, что в условиях современного капита-
лизма антагонизм данного противоречия исчерпал себя?
Ответ, естественно, может быть только отрицательным.
С исключительной прозорливостью К. Маркс выска-
зывает мысль, которая представляется сейчас особенно
актуальной. «Имеется множество антагонистических
форм общественного единства,— пишет он,—антагони-
стический характер которых, однако, никогда не может
быть взорван путем тихой метаморфозы» К Игнориро-
вание антагонизма общественного единства, существу-
ющего в условиях господства частной собственности,
фактическая фетишизация этого единства — методоло-
гическая основа иллюзорности различных разновид-
ностей концепций, отрицающих товарную основу де-
нег.
Подлинный смысл углубления процесса капиталис-
тического обобществления общественного производства
марксистская наука видит в создании материальных
предпосылок революционного преобразования общества.
В этом смысле К. Марксом доказана революционизи-
рующая роль (в смысле создания материальных пред-
посылок революции) денежных отношений. «...В буржу-
азном обществе, основанном на меновой стоимости,—
подчеркивал он,— возникают такие производственные
отношения и отношения общения, которые представ-
ляют собой одновременно мины для взрыва этого строя...
если бы в этом обществе, как оно есть, не имелись на-
лицо в скрытом виде материальные условия производ-
ства и соответствующие им отношения общения, необ-
ходимые для бесклассового общества, то все попытки
взрыва были бы донкихотством...» 2.
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 102—103.
2 Там же.

III. ТОВАРНО-ДЕНЕЖНОЕ ОБРАЩЕНИЕ.
ДЕНЬГИ КАК ДЕНЬГИ
Определение сущности денег как всеобщего экви-
валента выражает их внутреннюю самостоятельность,
их общественную потребительную стоимость. Вместе с
тем это определение констатирует всего лишь статиче-
ское состояние, которое в силу внутреннего импульса
не может перейти в движение. Фиксируемая таким об-
разом неподвижность не дает возможности представить
подлинное место денежных отношений в системе эко-
номических связей. Исходя из этого специфическую оп-
ределенность денег К. Маркс выясняет на основе ана-
лиза их взаимодействия с общей системой товарного
производства и обращения.
Рассматривая взаимное влияние обращения товаров
и обращения денег и развитие на этой основе денежных
функций, К. Маркс исходит из двух весьма важных ме-
тодологических предпосылок. Речь идет, во-первых, о
примате товарного обращения по отношению к обраще-
нию денежному. Если в целом специфика товарного и
денежного обращения определяются характером спо-
соба производства, то товарное обращение определяет-
ся последним более непосредственно. Кроме того, в то-
варном обращении имеются такие моменты, которые со-
вершенно независимы от денежных отношений. С другой
стороны, К. Маркс подчеркивает стихийный характер
развития и усложнения товарно-денежных отношений.
«Хотя это движение,— пишет он,— в целом выступает
как общественный процесс, а отдельные моменты этого
движения исходят от сознательной воли и особых целей
индивидов, тем не менее совокупная целостность этого
процесса выступает как некоторая объективная связь,
возникающая стихийно; хотя она и проистекает из
73

взаимодействия сознательных индивидов, но она не за-
ключена в их сознании и в целом им не подчинена» 1.
Необходимо отметить еще одну весьма существен-
ную сторону теоретического анализа денежных функ-
ций. Речь идет о строго историческом подходе к ана-
лизу функций денег, рассмотрении их в развитии, в
диалектическом единстве и взаимной обусловленности.
При этом развитие денежных функций К. Маркс рас-
сматривает как отражение исторического процесса раз-
вития товарного производства, как движение во вре-
мени от простого товарного производства к капитали-
стическому, как накопление определенных количест-
венных и качественных сторон, от которых зависит как
появление новых функций, так и степень проявления
отдельных из них2. «Маркс,— пишет в этой связи
В. И. Ленин,— подвергает чрезвычайно детальному
анализу различные функции денег, причем и здесь (как
вообще в первых главах «Капитала») в особенности
важно отметить, что абстрактная и кажущаяся иногда
чисто дедуктивной форма изложения на самом деле вос-
производит гигантский фактический материал по исто-
рии развития обмена и товарного производства» 3.
Наряду с отражением различных ступеней истори-
ческого развития товарного производства, отдельные
функции денег рассматриваются К. Марксом и с другой
стороны — в непосредственном соотношении с опреде-
ленными стадиями кругооборота товаров. Этот аспект
анализа функций денег не всегда учитывается. Между
тем только в непосредственной связи с кругооборотом
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 141.
2 Отмечая историзм в развитии денежных функций, Ф. Эн-
гельс в своей рецензии I тома «Капитала» писал: «Если мы
остановим свое внимание на деньгах, то увидим, что они пред-
полагают известный уровень товарного обращения. Различные
формы денег — простой товарный эквивалент, или средство об-
ращения, или средство платежа, сокровище и мировые деньги —
указывают, смотря по различным размерам применения и
сравнительному преобладанию той или другой функции, на
весьма различные ступени общественного производства. Тем не
менее, как показывает опыт, достаточно сравнительно слабого-
развития товарного обращения, чтобы могли образоваться все
эти формы» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 16, с. 308).
3 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 26, с. 62.
74

товаров, с учетом исторических тенденций его разви-
тия можно понять характер взаимной связи и обуслов-
ленности денежных функций, их общественную роль.
1. К. Маркс о диалектическом единстве функций
денег и развитии противоречий между ними
Вопрос о соотношении функций денег, их взаимной
обусловленности является одним из наиболее важных
и, пожалуй, самым сложным в теории денежных отно-
шений. Не случайно гносеологические корни теорети-
ческих ошибок различного рода буржуазных и рефор-
мистских теорий денег, как правило, определяются оши-
бочным толкованием прежде всего сущности денежных
функций, абсолютизацией отдельных из них.
Взаимосвязь функций выражается в определенной
субординации между ними. При этом идея примата
функции денег как меры стоимости является централь-
ной, стержневой в Марксовой теории денежных отно-
шений. В Рукописи 1857—1858 гг. он подчеркивает
историческое первенство рассматриваемой функции:
«Первая форма денег соответствует низшей ступени
обмена и меновой торговли, на которой деньги еще вы-
ступают больше в своем качестве меры, нежели в ка-
честве действительного орудия обмена» }. На этой сту-
пени функция меры стоимости проявлялась всего лишь
как некая воображаемая субстанция, ибо при меновой
торговле всякий товар еще сам являлся своим сред-
ством обмена.
Однако функциональное место Денег как меры стои-
мостей в системе денежных отношений определяется
не только историческими факторами. Для К. Маркса
данная функция является исходной прежде всего по-
тому, что в ней непосредственно выражается ядро, оспо-
ва сущности денег как всеобщего эквивалента, как
обособившейся формы стоимости товара, вещной формы
однородного человеческого труда. Прежде всего на осно-
ве этой функции деньги приобретают, по выражению
К. Маркса, роль «общественной монополии» в соиз-
мерении стоимостей товаров. Благодаря функции меры
стоимостей, пишет он, золото — этот специфический
Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 110,
ц

эквивалентный товар — становится деньгами. Только в
этой функции просвечивается кристаллизованная сущ-
ность денег К
Рассматривая функцию меры стоимостей как .мате-
риал для выражения цены товаров, К. Маркс показыва-
ет ее непосредственную связь со стоимостью. Стоимость
порождает функцию меры стоимостей, она проявляет
себя только на основе данной функции денег. Вне этой
функции, как нами уже подчеркивалось выше, стои-
мость существует лишь в потенции. В «К критике поли-
тической экономии», указывая на органическое нераз-
рывное единство понятий стоимость товаров и мера стои-
мостей, К. Маркс пишет: «...посредством того самого
процесса, в котором товары представляют свои стои-
мости как цены в золоте, они представляют золото как
меру стоимости, т. е. как деньги» 2.
Деньги выполняют функцию меры стоимости, пото-
му что они, являясь всеобщим эквивалентом, сами об-
ладают стоимостью. Деньги — суть мера только потому,
что они материализуют рабочее время в определенной
субстанции, следовательно, они сами суть стоимость.
Вместе с тем, указывая на взаимную обусловленность
понятий стоимость товара и мера стоимости денег,
К. Маркс обращает внимание на то, что социальные
отношения, возникающие непосредственно в процессе
обмена товаров, не могут быть выражены лишь посред-
ством функции меры стоимостей.
Идеальная денежная оценка стоимости товара, ее
выражение посредством функции меры стоимости де-
нег в форме цены еще не означает реализацию товара.
Цена выступает как идеальное определение товаров до
их обмена. Она реализуется лишь в обмене на действи-
тельные деньги в процессе метаморфозы Т — Д — Т.
Весь смысл этой метаморфозы состоит не в том, чтобы
иметь цену товара как цену, а в том, чтобы реализо-
вать товар. «Если товар,— пишет К. Маркс,— не мо-
жет быть реализован в деньгах, то он перестает быть
способным к обращению, и его цена становится лишь
воображаемой,— точно так же, как первоначально про-
1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 104.
2 Там же, т. 13, с. 51.
76

дукт, превратившийся в меновую стоимость, перестает
быть продуктом, если он не обменивается в действи-
тельности» К Таким образом, сам процесс обращения и
обмена порождает объективную потребность не только
в функции меры стоимости, но и во всеобщем средстве
обмена.
Если на низших ступенях товарного производства и
обмена, когда, как указывалось выше, деньги выража-
лись преимущественно лишь в своем качестве как мера
стоимостей, всеобщим средством обмена выступали не-
посредственно продукты труда или сам труд, то с углуб-
лением общественного разделения труда «...продукт тем
более перестает быть всеобщим средством обмена, чем
более он обособляется» 2. В этой связи функция меры
стоимостей неотделима от функции средства обраще-
ния. Последняя есть производная от первой, является
ее развитием. Историческое движение от меры стоимо-
стей к средству обращения представляет собой скачок
в генетическом развитии денежных отношений. Допол-
няя функцию меры стоимостей, функция средств обра-
щения на определенном этапе развития товарных от-
ношений как бы завершает формирование общественной
сущности денег, которая выражается в единстве рас-
сматриваемых функций.
«Как только зЬлото и серебро (или любой другой
товар),— пишет К. Маркс,— получили развитие в ка-
честве меры стоимости и средства обращения (в каче-
стве последнего — будь то в их телесной форме или в
виде символа), они становятся деньгами независимо от
содействия и желания общества» 3.
Противоречия Положение К- Маркса о том, что поня-
между функциямитие Денег определяется совокупностью
денег как меры двух их основных функций — меры
стоимостей стоимости и средства обращения — яв-
и как средства ляется стержневым в марксистской
о ращения те0рИИ денежных отношений. Развивая
это положение в работе «К критике политической эко-
номии», К. Маркс обосновывает ставшую широкоиз-
вестной формулу: «...товар становится деньгами прежде
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 143.
2 Там же, с. 144.
3 Там же, ч. 2, с. 471.
77

всего как единство меры стоимостей и средства обра-
щения, или — единство меры стоимостей и средства об-
ращения есть деньги» '.
Остановимся более подробно на этой важной мето-
дологической формуле К. Маркса.
В научной полемике по поводу современного денеж-
ного капиталистического хозяйства положение К. Марк-
са о деньгах как единстве функций меры стоимостей
и средства обращения стало своеобразной методологи-
ческой основой, опираясь на которую развиваются две
противоположные теоретические концепции: одна,—
обосновывающая сохранение за золотом в условиях со-
временного капитализма роли всеобщего эквивалента,
и другая, основой которой является тезис об исчерпа-
нии золотом функции меры стоимости. Так, С. М. Бо-
рисов, ссылаясь на приведенную выше формулу К. Мар-
кса, пишет: «Теперь, когда металлическое обращение
ликвидировано и золото не может выполнять функцию
средства обращения, это единство нарушилось, вернее,
оно исчезло совсем. Нам представляется,— продолжает
автор,— что только один этот факт должен заставить
задуматься над правомерностью подхода к современным
капиталистическим деньгам — деньгам неразменным,
бумажным — с прежних позиций, сформулированных в
результате изучения природы классических золотых
денег» 2.
Совершенно в ином аспекте рассматривают эту фор-
мулу И. Злобин и И. Конник. «Изъятие золота из част-
ного денежного оборота и его огосударствление,— пи-
шут они,— не является основанием для отрицания его
как денежного товара». В этой связи «...никакого нару-
шения единства меры стоимостей и средства обращения
нет. Сохраняя за собой функцию меры стоимостей, зо-
лото в этом случае передает своим представителям
функцию средства обращения»3. В несколько иной
интерпретации рассматривает формулу К. Маркса
А. И. Стадниченко. В отличие от И. Злобина и И. Кон-
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 106.
2 Борисов С. М. Золото в экономике современного капита-
лизма. М., 1968, с. 54.
8 Мировая экономика в международные отношения, 1971,
№ 9, с. 96.
78

ника, он считает, что положение К. Маркса о деньгах
как единстве меры стоимостей и средства обращения
относится только к периоду генезиса денег. Что же
касается периода зрелого капитализма, то, по его мне-
нию, К. Маркс констатировал распадение этих двух
функций денег и именно из этого выводил возможность
символического выполнения золотом функции средства
обращения посредством его представителей в виде бу-
мажных денег К
Следует признать правомерной постановку вопроса
А. И. Стадниченко, что формула К. Маркса о единстве
двух функций выражает строго определенный этап раз-
вития товарного производства. В самом деле, анали-
зируя сущность вопроса, нельзя не обратить внимания
на то, что в работе «К критике политической экономии»
раздел о деньгах, где обосновывается анализируемая
формула, озаглавлен К. Марксом «Деньги, или простое
обращение», что весьма четко определяет исторические
границы теоретического анализа. В этой связи в письме
к Ф. Энгельсу от 2 апреля 1858 г., раскрывая основное
содержание подготавливаемой им рукописи работы «К
критике политической экономии» и говоря о разделе
«Деньги», К. Маркс пишет: «Здесь необходимо рассмат-
ривать только простую форму этого обращения (имеет-
ся в виду денежное обращение.— А. Г.). Все обстоя-
тельства, полнее определяющие его, находятся вне этой
формы и потому будут рассмотрены лишь позже (они
предполагают более развитые отношения)» 2.
Итак, утверждение, что формула К. Маркса о един-
стве двух* функций — функции меры стоимостей и
средства обращения — выражает строго определенный
этап развития товарного производства, неполно.
Применяя метод диалектического подхода к исследова-
нию капиталистического способа производства в целом
и каждой экономической категории в отдельности,
К. Маркс постоянно исходит из того, что в процессе
исторического развития каждое развитое производ-
ственное отношение должно рассматривать предыдущие
^См.: Смыслов Д, В. Роль золота и функции денег в совре-
менной капиталистической экономике. Соревнование двух си-
стем, с. 154—158.
2 Маркс K.t Энгельс Ф. Соч., т. 29, с. 257—258.
79

формы движения как ступени к самому себе. В перво-
начальном тексте «К критике политической экономии»
К. Маркс пишет, что «простое обращение является, ско-
рее, абстрактной сферой буржуазного процесса произ-
водства в целом, которая посредством своих собствен-
ных определений показывает себя как момент, как
всего лишь форму проявления некоторого лежащего по-
зади обращения, из него вытекающего и его производя-
щего более глубокого процесса — промышленного капи-
тала» 1. Исходя из этого очень важного общеметодологи-
ческого положения можно сделать выво^, что все
элементы, которые характеризуют простейшие денеж-
ные формы, деньги в «их чистом виде», свойственны и
развитым денежным отношениям. В этой связи положе-
ние, что единство анализируемых функций свойственно
этапу простого товарного обращения, не может абсо-
лютизироваться.
Необходимо также учитывать, что, говоря о един-
стве двух функций, которые в своей совокупности на
определенном историческом этапе развития товарного
производства наиболее полно выражают сущность де-
нег, К. Маркс имеет в виду единство не в материаль-
ном, а в функциональном смысле. В Рукописи 1857—
1858 гг. он неоднократно подчеркивает не только их
единство, но и противоположность, указывая на то, что
рассматриваемые функции выражают противоположные
грани денежных отношений, которые не только пред-
полагают друг друга, но и противостоят друг другу.
Если в функции меры стоимостей деньги служат сред-
ством стоимостной оценки товара, по поводу которого
контрагенты входят в меновую сделку, то функция
средств обращения выражает социальный акт, связан-
ный с передачей товара из рук в руки. Приступая к ана-
лизу в Рукописи денежных функций, К. Маркс уже
в самом начале раздела пишет: «Два определения де-
нег — 1) деньги как мера или как тот элемент, в кото-
ром товар реализуется как меновая стоимость, и 2) день-
ги как средство обмена, как орудие обращения — дей-
ствуют в совершенно разных направлениях. Деньги при-
водят в обращение только такие товары, которые уже
превращены в деньги идеально, не только в голове от-
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 2, с. 464.
80

дельного индивида, но и в представлении общества (не-
посредственно — сторон, участвующих в процессе куп-
ли и продажи). Это идеальное превращение в деньги
и превращение реальное определяется отнюдь не од-
ними и теми же законами. Надо исследовать их отно-
шение друг к другу» 1.
В своем дальнейшем анализе соотношения функций
меры стоимости и средства обращения К. Маркс пока-
зывает, что антагонистические противоречия между
этими функциями возникают не сразу. Рассматривая
этот процесс в его историческом развитии, он подчер-
кивает: «Быть мерой и быть средством обращения —
это такие функции денег, в процессе выполнения ко-
торых они принимают особые формы существования
только в результате позднейшего обособления этих
функций в нечто самостоятельное» 2.
Первоначально даже монета, не говоря уже об
обращающихся золотых слитках, представляя опреде-
ленное количество собственной материи, непосредствен-
но представляла в обращении деньги не только в функ-
циональном, но и материальном единстве двух функ-
ций. Штемпель государства на монете, обозначающий
всего лишь вес монеты, ничего, как подчеркивает
К. Маркс, не менял в ее общественной роли. Однако
посредством самого механизма обращения на основе
углубления его противоречий монетное бытие золота
отделяется в самостоятельный знак, в символ стоимос-
ти. То, что вначале было единством, раздваивается в
пространстве. Происходит полное материальное обособ-
ление функций.
Раскрывая диалектику этого процесса в «К критике
политической экономии», К. Маркс пишет: «Как мено-
вая стоимость товаров благодаря процессу их обмена
кристаллизуется в золотых деньгах, точно так же зо-
лотые деньги в обращении испаряются до своего соб-
ственного символа, сперва в форме изношенной золо-
той монеты, потом в форме вспомогательных металли-
ческих монет и, наконец* в форме не имеющих стои-
мости знаков, бумажек, простого знака стоимости»3.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 131.
2 Там же, ч. 2, с. 419.
8 Там же, т. 13, с. 97.

Таким образом, внутреннее противоречие между мерой
стоимости и средством обращения перерастает в про-
тиворечие между золотом, несущим в себе стоимость
товара, и отделившимся от золотой субстанции бумаж-
ным знаком стоимости.
Следовательно, в своем анализе противоречия меж-
ду функциями денег — денег как меры стоимостей и
денег как средства обращения,— К. Маркс постоянно
исходит из того, что противоречия между ними опре-
деляются не временным фактором участия в меновой
сделке, а характером тех социальных отношений, носи-
телями которых они являются. Если рассматривать день-
ги, пишет он, как меру стоимостей, то здесь существен-
ное значение имеет их материальная субстанция, хотя
их наличие вообще совершенно безразлично, ибо день-
ги здесь употребляются лишь как мысленно представ-
ляемая, как несуществующая единица. Напротив, для
денег, как всего лишь средства обращения, природная
материя, в которой они воплощаются, выступает как
нечто случайное, чье значение исчезает в самом акте
обмена. О деньгах как о всего лишь средстве обраще-
ния можно сказать, что они перестают быть особым то-
варом. Отсюда следует, что деньги в виде благородных
металлов, в виде золота и серебра в их функции сред-
ства обращения могут быть заменены любым другим
знаком, выражающим определенное количество их еди-
ниц. В то же время «деньги, функционирующие как
средство обращения, суть только средство обращения.
Единственная существенная для них определенность,
необходимая для того, чтобы они могли служить в этой
функции, это определенность количества, определен-
ность той численности единиц, в виде которой деньги
обращаются» К Итак, деньги как средство обращения
представляют собой диалектическое отрицание денег
как меры стоимостей, отрицание денег как самих себя.
В то же время, раскрывая содержание этой функции,
К. Маркс не сводит ее к чисто техническому значению
как средству обращения, не допускает упрощенного
подхода при анализе этой функции. Главное ее назна-
чение, подчеркивает он, состоит в реализации цены, а
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 154.
*2

стало быть, в реализации меновой стоимости товара в
другом товаре 1.
Обосновывая это весьма важное положение, кото-
рое не всегда учитывается отдельными авторами,
К. Маркс пишет, что в процессе обращения реальность
денег как средства обращения «заключается не в том,
что они — цена, а в том, что они ее представляют, что
они являются ее представителем; они — существующий
в предметной форме представитель цены, т. е. самих
себя, и в качестве такового — меновой стоимости то-
варов» 2.
Относительная самостоятельность функций меры
стоимостей и средства обращения проявляется прежде
всего в механизме их реализации. Как известно,
К. Маркс рассматривал процесс обращения товаров
с двух позиций: обращение как определенная социаль-
ная форма производственного процесса и обращение как
особая фаза общественного воспроизводства. Дапное
разграничение имеет принципиальное значение для по-
нимания механизма осуществления функции денег как
меры стоимости, которая реализуется на основе общест-
венных отношений, складывающихся не только в про-
цессе обращения товаров. Ее основы восходят к про-
цессу производства и прежде всего производства моне-
тарного товара. По сути процесс обращения является
всего лишь средой внешнего проявления данной функ-
ции. Нельзя не обратить в этой связи внимание на одно
принципиально важное положение, изложенное К. Мар-
ксом в Рукописи 1857—1858 гг.: «В производстве речь
идет не только о простом определении цен, т. е. о све-
дении меновых стоимостей товаров к общей единице,
но и о созидании меновых стоимостей, стало быть, так-
же и о созидании определенности цен» 3. В самом деле,
в метаморфозе Т — Д — Т товары реально обменива-
ются на деньги, превращаются в действительные день-
ги уже после того, как они предварительно преврати-
лись в дГеньги идеально, т. е. уже после того, как они
получили определение цены, выступили как цены.
В этом смысле функция денег как меры стоимости по
1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 158.
2 Там же.
9 Там же, с. 163.
83

своему содержанию является отражением единства про-
цессов производства и обращения как неразрывных
звеньев кругооборота товаров. «...Не может быть ничего
ошибочнее,— писал К. Маркс,— чем представление,
будто в процессе обращения золото и товар вступают
между собой в отношение непосредственной меновой
торговли, и поэтому их относительная стоимость (кур-
сив наш.— А. Г.) устанавливается якобы посредством
их обмена как простых товаров» К
К. Маркс обращает внимание на то, что в обраще-
нии знаков стоимости все законы денежного обраще-
ния выступают перевернутыми, поставленными на го-
лову, ибо движение товарных цен в действительности
зависит от количества находящихся в обороте бумаж-
ных денег, стоимость которых в свою очередь возникает
только в процессе самого обращения. Показательно, что
в этой связи ряд буржуазных экономистов причисляли
К. Маркса к сторонникам позиции количественной тео-
рии. Так, в одной из своих последних работ Туган-Бара-
новский, говоря о том, что он является сторонником
денежной теории Тука, писал: «Напоминаем, что и са-
мый выдающийся из них (других сторонников Тука.—
А. Г.) — Карл Маркс по отношению к явлениям бумаж-
ноденежного отношения также принимал количествен-
ную теорию» 2.
Однако буржуазные экономисты не поняли принци-
пиальной разницы между ними и К. Марксом, заклю-
чавшейся в том, что, по К. Марксу, товары вступают
в метаморфозу Т — Д — Т, будучи уже идеально оце-
ненными в деньгах посредством золота в его функции
меры стоимости, где достаточно чисто символического
существования денег, когда функциональное их бытие
поглощает материальное. Представители же количест-
венной теории, фетишизируя лишь функцию денег как
средства обращения, полностью исключали из товарной
метаморфозы золото в его функции меры стоимости. Их
основную ошибку К. Маркс, как уже упоминалось, ви-
дел в предположении, будто товары вступают в процесс
обращения без цены, а деньги без стоимости. Игнори-
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 74.
2 Туган-Барановский М. И. Бумажные деньги и металл,
1919, с. 407.
84

роваиио подобного различия между буржуазными кон-
цепциями и денежной теорией К. Маркса свойственно
было и Туган-Барановскому и всем, кто сейчас пыта-
ется исказить принципиальную разницу между день-
гами в их функциях меры стоимостей и средства обра-
щения.
Итак, возвращаясь к полемике по поводу формулы
К. Маркса о соотношении двух денежных функций —
функции меры стоимости и функции средства обраще-
ния, в своем единстве определяющих понятие денегг
следует еще раз обратить внимание на необходимость
ее рассмотрения в otporo диалектическом смысле, с по-
зиций функциональных особенностей анализируемых
функций. Весь предшествующий анализ показывает, что
если в отношениях между ними видеть только тожде-
ство, то действительная сущность денег искажается,
ибо последнее фактически устраняет антагонистические
противоречия обмена товаров. Развитие денежных от-
ношений не снимает эти противоречия, а на основа
полного материального обособления рассматриваемых
функций создает форму их разрешения — происходит
полное обособление функций, в результате которого*
внутренние противоречия между ними превращаются
во внешние противоречия, в противоречия между золо-
том и знаком стоимости, где природная материя, в ко-
торой деньги представлены, выступает, как уже под-
черкивалось, как нечто случайное, чье значение исче-
зает в самом акте обмена.
Подтверждением этого является весьма существен-
ное уточнение К. Маркса в I томе «Капитала» к рас-
сматриваемой формуле. Он пишет: «Товар, который
функционирует в качестве меры стоимости, а поэтому
также, непосредственно или через своих заместителей,,
и в качестве средства обращения, есть деньги» х. Здесь
положение о единстве рассматриваемых функций и ха-
рактере их взаимосвязи получило по сравнению с рабо-
той «К критике политической экономии» дальнейшее
развитие.
Обосновывая относительную самостоятельность
функций денег как меры стоимостей и средства обра-
щения, примат первой из них, нельзя допускать и
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т* 23, с, 140,
8$

противоположной крайности, не видеть их связи, взаим-
ной обусловленности. Деньги в функции средства обра-
щения обособляются от функции меры стоимости, от мо-
нетарного товара лишь в известных пределах. Они
всегда внутренне функционально, связаны с золотом,
являются его знаком. Функции денег как мера стоимо-
стей и как средство обращения соотносятся как взаимо-
связанные и взаимоисключающие друг друга отноше-
ния. Они одновременно притягиваются и отталкива-
ются, предполагают и вместе с тем исключают друг
друга. В этом выражается их диалектическое единство,
глубокое понимание которого представляется исклю-
чительно важным.
Если деньги в единстве функций как меры стоимо-
стей и средства обращения выражают сущность соци-
альных отношений, возникающих на почве меновых
•сделок на сравнительно раннем этапе генезиса товар-
ного производства и обращения, и отражают сущность
кругооборота Т — Д — Т> то развитие функций денег
как средства платежа отражает принципиально иную
форму обращения — Д — Т — Д, соответствующую бо-
лее высокой ступени развития производительных сил
общества и отражающую «антагонизм глубже лежащих
экономических условий жизни». Содержание этой функ-
ции, равно как и сущность денег, соответствующих более
высокой ступени развития капиталистического товар-
ного производства, рассматривается в последующем из-
ложении.
2. Благородные металлы
как носители денежных отношений
Исследование благородных, металлов как носителей
денежных отношений осуществляется К. Марксом в
двух направлениях. С одной стороны, он выясняет во-
прос, почему золото и серебро, а не другие товары слу-
жат денежным материалом, и с другой — каким обра-
зом золото и серебро выполняют свои общественные
функции, предоставляя товарному миру материал для
выражения стоимости товаров, заключенного в них
абстрактно всеобщего и качественно однородного труда.
При этом К. Маркс со всей определенностью показы-
вает, что золото и серебро сами по себе не деньги.
86

«Природа,— пишет он,— не создает денег, так же как
она не создает вексельный курс или банкиров» 1. Сам
процесс развития товарного производства порождает
потребность во всеобщем эквиваленте. Какой предмет
будет выполнять эту роль — вопрос в теории денежных
отношений в принципе не определяющий. Это зависит
от ряда исторических условий и прежде всего предпола-
гает соответствие специфических естественных свойств
товара — носителя денежных отношений — тем общест-
венно-экономическим функциям, которые должен вы-
полнять монетарный товар. Если же его свойства пере-
стают соответствовать постоянно изменяющимся требо-
ваниям товарного обращения, он может и должен быть
заменен другим товаром. Всякая другая альтернатива,
исключающая функционирование определенного това-
ра в роли всеобщего эквивалента, как это было пока-
зано всем предыдущим изложением, предполагает прин-
ципиально другой характер общественных производст-
венных отношений и выводит нас за границы товар-
ного производства.
Вместе с тем, выдвинувшись на место денежного
товара только благодаря своим специфическим природ-
ным свойствам, золото в то же время в своей общест-
венной роли полностью абстрагируется от этих свойств.
Это создает, как подчеркивает К. Маркс, особую слож-
ность в понимании специфики функционирования бла-
городных металлов в роли денежных товаров. «Понима-
ние золота и серебра в качестве денег тем труднее, что
их непосредственная потребительная стоимость для жи-
вого индивида никак не связана с этой их ролью и что
вообще в них, как воплощении чистой меновой стои-
мости, стерто всякое воспоминание о потребительной
стоимости в отличие от меновой стоимости» 2.
Выдвинувшись на роль всеобщего эквивалента, зо-
лото выступает как воплощение всеобщего рабочего вре-
мени. Такое воплощение, отмечает К. Маркс, предпола-
гает всеобщее общественное признание; оно может быть
только общественным воплощением. Вместе с тем нет ни-
чего ошибочнее полагать,, будто бы золото представ-
ляет абсолютную материализацию рабочего времени.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч.» т. 46, ч. 1, с. 185.
2 Там же, с. 186.
87

Золото символизирует всеобщее рабочее время, которое
само в этом смысле является абстракцией, существует
лишь как отношение. В «Анти-Дюринге» Ф. Энгельс
пишет, что, не имея возможности прямо выражать об-
щественные затраты в рабочих часах, общество, покоя-
щееся на товарном производстве и обмене, вынуждено
решать эту задачу окольным путем, «посредством всего
лишь относительной, шаткой и недостаточной меры»,
какой являются деньги. В этом отношении, подчерки-
вал Ф. Энгельс, политическая экономия отнюдь не
является единственной наукой, имеющей дело с такими
-факторами, которые известны лишь относительно. Эн-
гельс приводит аналогию с химией, где атомный вес
различных элементов выражается не в их действитель-
ном весе, в биллионных или квадрильонных частях
грамма, а также окольным путем, в их отношении к ато-
му водорода. «...Подобно тому как товарное производство
я изучающая его политическая экономия,— пишет да-
лее он,— получают относительное выражение для не-
известных им количеств труда, заключающихся в от-
дельных товарах, путем сравнения этих товаров по их
относительному трудовому содержанию,— так и химия
находит относительное выражение для величины неиз-
вестных ей атомных весов, сравнивая отдельные эле-
менты по их атомному весу и выражая атомный вес
одного элемента в кратном или дробном числе дру-
гого...» х
Следовательно, получив обособленную самостоятель-
ность по отношению к другим товарам, выступая в ка-
честве материальной субстанции всеобщего абстрактного
рабочего времени, золото в то же время остается та-
ким же товаром, как и другие товары.
В этой двойственности монетарного товара К. Маркс
видит один из важнейших источников противоречий то-
варно-денежных отношений, которые постоянно дают
знать о себе на практике, ибо «...здесь,— говорит он,—
во всей своей чистоте выступает наружу основное про-
тиворечие, содержащееся в меновой стоимости и в со-
ответствующем ей общественном способе производ-
ства» 2.
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 320»
2 Там же, т. 46, ч. 1, с, 186.
88

Вторая линия анализа по выяснению механизма'
выполнения благородными металлами денежных функ-
ций не выделяется К. Марксом в качестве самостоя-
тельной обособленной проблемы. И это понятно, ибо<
анализ выполнения золотом и серебром монетарных
функций в принципе неотделим от анализа денежных
функций вообще. К проблемам, имеющим самостоя-
тельное значение в теории денежных отношений и не-
достаточно исследованных до настоящего времени, сле-
дует отнести вопрос образования рыночной стоимости
золота как монетарного товара и вопрос функциониро-
вания механизма соизмерения стоимости золота и со-
вокупного товара.
Выяснение вопроса о характере образо-
Рыночная вания рыночной стоимости золота иск-
стоимость золота лючительно важно для понимания спо-
как монетарного * *
товара со°а его функционирования как денеж-
ного товара и прежде всего выполнения
им функции меры стоимостей. Если Е/ Варга в своей
последней работе «Очерки по проблемам политэконо-
мии капитализма» подчеркивал, что в нашей экономи-
ческой литературе до сих пор не проанализирован эко-
номический механизм, при помощи которогсг индивиду-
альная стоимость золота превращается в рыночную,
т. е. общественную стоимость 1, то С. М. Борисов вооб-
ще отрицает наличие в золотодобыче механизма, кото-
рый сводит индивидуальные стоимости к отраслевой
средней 2.
Надо сказать, что в своих работах К. Маркс спе-
циально не рассматривает эту проблему. В своем тео-
ретическом исследовании процесса капиталистического
воспроизводства с целью упрощения анализа он абстра-
гируется от изменений стоимости золота как монетар-
ного товара, условно принимая, как он об этом пишет
в I томе «Капитала», «стоимость золота за величину
данную, каковой она и является фактически в момент
установления цен» 3. Вместе с тем, в Рукописи 1857—
1 См.: Варга Е. Очерки по проблемам политэкономии капи-
тализма. М., 1965, с. 219—221.
2 См.: Борисов С. М. Золото в экономике современного ка-
питализма, с. 159.
3 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 129.
89

1858 гг., в «Капдтале» и других работах, в его письмах
имеются весьма важные методологические положения,
раскрывающие понимание К. Марксом этой про-
блемы.
Анализируя механизм функционирования золота как
меры стоимостей, К. Маркс прежде всего акцентирует
внимание на том, что реальный процесс образования
рыночной стоимости золота, как и соизмерения стои-
мости совокупного товара, осуществляемый на основе
этой функции, происходит в местах добычи благород-
ного металла. Многочисленные высказывания К. Марк-
са не вызывают сомнений в подобной констатации.
К. Маркс считает, что у мест своего производства добы-
тое золото еще не является продуктом обращения; оно
еще в процесс обращения пе вступало. В результате
непосредственные производители могут пользоваться
добытым золотом как деньгами только в результате его
отчуждения. Золото надо непосредственно в соответст-
вии с содержащимся в нем рабочим временем, затра-
ченным на его добычу, сперва обменять на другие то-
вары, рядом с которыми они существуют как обычный
товар. Речь, таким образом, идет о том, что у мест сво-
ей добычи золото вступает в обмен в непосредственно
товарной форме, как товар вообще, «...как такая потре-
бительная стоимость, которая для своего производителя
потребительной стоимости не имеет, а становится тако-
вой только в результате ее отчуждения, в результате
того, что продукт бросают в обращение» К К. Маркс
считает иллюзорным представление, якобы деньги в ка-
честве всеобщего богатства, удовлетворяющего все по-
требности, можно вытащить за уши непосредственно из
земли или речного русла. Он многократно повторяет эту
мысль, а в III томе «Капитала», в частности, пишет:
«Что касается получения денежного материала — золо-
та и серебра — с мест его добычи, то оно сводится к не-
посредственному товарному обмену, к обмену золота и
серебра как товаров, на другие товары, т. е. оно само
совершенно так же является моментом товарного об-
мена, как получение путем обмена железа или других
металлов» 2.
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 2, с. 421.
2 Там же, т. 25, ч. 1, с. 351.
40

Акцентируя внимание на том, что непосредственно
у мест добычи благородных металлов золото и серебра
выступают первоначально в роли обычных товаров,
К. Маркс в то же время не абсолютизирует это поло-
жение. Отмечая общие закономерности менового акта
золото — товар, осуществляемого у мест добычи благо-
родного металла, в основе которого лежат эквивалент-
ные затраты труда, он постоянно подчеркивает необ-
ходимость строгого учета и специфических особенно-
стей данного обмена, возникающих из особого харак-
тера товарной формы золота. Следует заметить, чта
многие авторы, рассматривая механизм образования ры-
ночной стоимости золота, учитывают лишь общие, иден-
тичные черты золота с товарным миром, абстрагируясь
при анализе метаморфозы «золото — товар», от ее спе-
цифических особенностей.
Специфичность рассматриваемой метаморфозы за-
ключается в том, что если стоимость обычного товара,
будучи отличной от его потребительной стоимости, мож-
но выразить лишь в меновом отношении посредством
приравнивания к другому товару, то для золота как
монетарного товара определение стоимости в другой
субстанции не требуется. В самом отношении, пишет
К. Маркс, где деньги выступают как мера стоимости,
«сами они, в свою очередь, взяты не как отношение, не
как меновая стоимость, а как определенное количество
некоторой природной материи» 1. В самом деле, если
вещь А не может непосредственно выразить свою сущ-
ность и выражает ее посредством приравнивания к ве-
щи В, то для вещи В необходимо, с одной стороны, что-
бы она была существенно тождественна с вещью А и,
с другой стороны, чтобы она была представлена в своей
натуральной субстанции. Точно так же^ монетарное
золото, участвующее в обмене у мест добычи благород-
ного металла, в меновом отношении выступает в своей
натуральной, девственной форме. «...В непосредствен-
ном производстве золота,— подчеркивает в этой связи
К. Маркс,— определенное количество золота непосред-
ственно выступает как продукт определенного рабочего
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 152,
91

времени, а значит — как стоимость, как эквивалент
этого определенного количества рабочего времени» 1.
Все цитируемые места из работ К. Маркса доста-
точно убедительно говорят о том, что в первичной мено-
вой сделке «золото — товар», осуществляемой у мест
добычи благородного металла, золото как монетарный
товар вступает в обращение в своей естественно нату-
ральной форме, как определенное количество собствен-
ной материи. Оно выражает в данной метаморфозе
лишь уровень индивидуальных затрат, связанных с его
лроизводством. Однако из этого положения вовсе не
следует, что золото как носитель денежных отношений
в своем стоимостном выражении отражает лишь уро-
вень индивидуальных затрат или что его стоимость
определяется индивидуальным рабочим временем, затра-
ченным на его производство.
Каков же механизм выравнивания индивидуальных
затрат на производство золота? Сложность этого вопроса
определяется тем, что золото как специфический товар
пользуется неограниченным спросом, стало быть, меха-
низм внутриотраслевой конкуренции, с помощью кото-
рого образуется рыночная стоимость рядовых товаров,
не может рассматриваться в его обычном виде. Этот
механизм не может быть идентичным с механизмом оп-
ределения рыночной стоимости обычного товара, он,
естественно, видоизменяется. Некоторые авторы счи-
тают, что подобный механизм вообще не действует.
ч<...В золотодобыче,— пишет, в частности, С. М. Бори-
сов,— нет внутриотраслевой конкуренции» 2.
Но возвратимся опять к меновой сделке «золото —
товар», осуществляемой у мест добычи благородного
металла. Смысл ее, как уже отмечено выше, состоит
в следующем. Золото в своей натуральной форме встре-
чается с обычными товарами, относительная стоимость
которых приравнена ранее к определенному количеству
золота, идеально уже воплощенному в ценах товаров до
того, как деньги приводят их в обращение. В резуль-
тате, абстрагируясь от конкретной формы проявления
потребительной стоимости товаров, меновой акт «зо-
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 149.
2 Борисов С, М, Золото в экономике современного капита-
лизма, с, 159. *
$2

лото — товар», осуществляемый у мест добычи благо-
родного металла, можно представить как сопоставление
двух видов стоимостей золота: с одной стороны, обще-
ственно необходимая, или рыночная, стоимость золота,
которая уже сложилась ранее и представлена идеально
в цене товара, а с другой — его индивидуальная стои-
мость, выражающая уровень индивидуальных затрат на
производство металла, впервые выброшенного на товар-
ный рынок.
Реальный смысл подобного отношения заключается
в том, что, несмотря на природную однородность сопо-
ставляемых компонентов, существует и их качествен-
ное различие. Один из них находится в относительной
форме, другой — в эквивалентной, причем второй слу-
жит для выражения стоимости первого. При этом в эк-
вивалентной форме находится золото, выражающее уже
сложившуюся ранее рыночную стоимость, идеально во-
площенную в цене товара. Именно по этому поводу
К. Маркс писал, что, «как и всякий иной товар, золото
может выразить величину своей собственной стоимости
лишь относительно, лишь в других товарах. Его собст-
венная стоимость определяется рабочим временем, тре-
бующимся для его производства, и выражается в том
количестве всякого иного товара, в каком кристаллизо-
валось столько же рабочего времени. Такое установ-
ление относительной величины стоимости золота фак-
тически совершается на месте его производства, в не-
посредственной меновой торговле. Когда оно вступает
в обращение в качестве денег, его стоимость уже
дана» 1.
Противопоставление в метаморфозе «золото — то-
вар» индивидуальной и общественной стоимости золота,
возникающее на этой основе противоречие и его разре-
шение являются теми факторами, которые в действи-
тельности и определяют образование и движение рыноч-
ной стоимости благородного металла. Это положение
подтверждает мысль К. Маркса и о том, что «всеобщий
эквивалент не обладает общей всем остальным товарам
относительной формой стоимости, а его стоимость выра-
жается относительно в бесконечном ряде всех других
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 101—102.
93

товарных тел» 1. Таким образом, в непосредственном
противопоставлении у мест добычи благородных метал-
лов золота и товаров, в этом своеобразном выражении
развернутой формы стоимости и проявляется та специ-
фика, на основе которой в золотодобывающей промыш-
ленности и функционирует механизм внутриотраслевой
конкуренции.
Рассматривая механизм образования рыночной стои-
мости золота, мы исходили из условий либо простых
товарно-денежных отношений, либо из функционирова-
ния разменных бумажных знаков. В этих условиях опо-
средствованность менового акта «золото—товар» полно-
ценными разменными деньгами носила формальный ха-
рактер, ибо последние всегда могли быть обменены на то
реальное количество золота, которое они представляли.
В противоположность этому в условиях государст-
венно-монополистического капитализма, когда в обра-
щении находятся неразменные бумажные знаки, опо-
средствованность менового акта «золото — товар» меха-
низмом товарно-денежных отношений приобретает ре-
альный смысл. Подлинное содержание приобретает и
денежная форма стоимости золота — его иррациональ-
ная цена, ибо золото уже не может противопоставлять
товарам свою стоимость в ее чистом виде. Ведь в про-
тивном случае в силу обесценения бумажных денег по
отношению к монетарному товару в новой метамор-
фозе «золото — неразменные деньги — товар» (3 —
Цг — Т) нарушилась бы эквивалентность обмена.
Рассматривая особенности метаморфозы 3 — Д' — Т,
характерной для условий современного капитализма, не-
обходимо учитывать, что неразменные бумажны^ день-
ги выступают в ней в роли активного элемента. В резуль-
тате между золотом и бумажными деньгами возникает
обратная связь. Существо ее состоит в том, что измене-
ние покупательной способности бумажных денег непо-
средственно воздействует на трудоемкость добычи ме-
талла, его стоимость. В частности, обесценение в резуль-
тате инфляционных процессов бумажных денег прямо
воздействует на снижение трудЪемкости добычи ме-
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с 79 (курсив наш.—
Л. Г.Л
94

талла, приводит к вынужденной концентрации его про-
изводства на более производительных участках. И это
вполне объяснимо. В условиях существования товарно-
денежных отношений общий рост цен делает добычу
золота на менее производительных участках нерента-
бельной. Все вышеизложенное позволяет сделать вывод
о действии закономерности приспособления трудоем-
кости добычизолота к динамике товарных цен, под воз-
действием которой в процессе производственных свя-
зей осуществляется соизмерение стоимости золота и от-
носительной ценности бумажных знаков. Следователь-
но, в современных условиях, в условиях обращения не-
разменных бумажных денег, трудоемкость добычи зо-
лота приспосабливается к изменениям товарных цен.
И это отнюдь не противоречит Марксовой теории денег,
не устраняет механизм выполнения золотом монетар-
ных функций, ибо в схеме К. Маркса в метаморфозе
Т — Д деньги играют пассивную роль, ройь эквива-
лента, в котором другие товары выражают свою стои-
мость. На основе рассмотренной закономерности в ус-
ловиях инфляционного роста цеп происходит соизмере-
ние стоимости золота и покупательной способности бу-
мажных знаков, в результате которого стоимость золота
снижается. Золото как составной элемент денежной си-
стемы продолжает фигурировать в меновой сделке
у мест его производства в своей натуральной форме,
как определенное количество собственной материи и как
монетарный товар. В этом отношении принципиально
важно учитывать также и то, что, по мнению К. Марк-
са, золото выступало в качестве активного компонента
процесса ценообразования лишь в условиях исторически
определенного этапа развития товарного обращения.
С углублением общественного разделения труда, с раз-
витием товарного производства данная функция золота
претерпевает существенную модификацию. «Определе-
ние всех товаров как цен — как измеренных меновых
стоимостей (имеется в виду посредством золота.—
Л. Г.),— писал К. Маркс,—это процесс, развертываю^
щнйся лишь постепенно, предполагающий частый об-
мен, а потому и частое сравнивание товаров как мено-
вых стоимостей; но как только существование товаров
как цен уже стало предпосылкой,— предпосылкой, кото-
рая сама есть продукт общественного процесса, результат
95

общественного процесса производства,— определение но-
вых цен оказывается делом простым, так как тогда эле-
менты издержек производства сами уже существуют
в форме цен и, стало быть, их надо просто сложить»1.
Данное методологическое положение представляется
исключительно важным для понимания современного
механизма товарно-денежных отношений.
Обличение стоимости золота в денежную форму,
участие в метаморфозе 3 — Д' — Т бумажных знаков,
естественно, вносит дополнительные элементы в функ-
ционирование механизма соизмерения стоимости золота
и совокупного товара, в механизм внутриотраслевой
конкуренции. Однако такое облечение ре устраняет
его действия, ибо соизмерение индивидуальной и ры-
ночной стоимости золота, лежащее в основе внутри-
отраслевого соперничества, возможно только в рас-
сматриваемой метаморфозе у мест добычи благородно-
го металла.
Золотодобывающая промышленность относится к
числу отраслей материального производства, где в ка-
честве производственного фактора участвуют различ-
ные по своей ценности земельные участки, что опреде-
ляет неодинаковый уровень индивидуальных затрат на
единицу продукции при прочих равных условиях. Ис-
ходя из этого ряд экономистов, по аналогии с сельско-
хозяйственным производством, полагают, что рыночная
стоимость золота определяется худшими условиями его
производства. При этом обращается внимание не толь-
ко на влияние природного фактора, но и на особенности
спроса на благородный металл. Такая тенденция в рас-
смотрении этого вопроса берет свое начало еще от
Д. Рикардо, который в своих «Началах» писал: «Доход,
доставляемый беднейшим рудником, не платящим ни-
какой ренты, будет регулировать ренту всех других,
более производительных рудников... принцип этого со-
вершенно одинаков с тем, который мы уже установи-
ли относительно земли» 2. Этой позиции придержива-
лись Р. Гильфердинг, Отто Бауэр и ряд других. Среди
советских экономистов ее разделяет С. М. Борисов.
Однако подобный подход, как нам представляется,
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 149.
2 Рикардо Д. Соч., т. 1. М., 1955, с. 78.
96

неправомерен, поскольку в отличие от сельскохозяйст-
венного производства, где анализ капиталистических
отношений необходимо предполагает обязательную за-
нятость земельных участков отдельными частными хо-
зяйствами, в условиях золотодобычи, как справедливо
замечает Ф. Михалевский, поскольку речь идет о стра-
нах, добывающих золото, всегда имеется большое коли-
чество участков, находящихся за гранью рентабель-
ности и ждущих своего вовлечения в эксплуатацию при
снижении издержек добычи. В этой связи показателен
следующий пример. Согласно официальным американ-
ским подсчетам, к середине 60-х годов потенциаль-
ные возможности золотодобывающей промышленно-
сти США при существовавшем уровне рентабельности
использовались немногим более 2%, производилось
всего лишь 9,4 млн. унций золота из возможных
407,8 млн.{
В 1975 г. лондонский журнал «Banker» писал, что
при условии реализации золота по рыночной цене США
могли бы в ♦ближайшие 2 года увеличить собственное
производство золота минимум на 50 %2.
Подобная картина типична и для других стран, добы-
вающих благородный металл. Факты капиталистической
действительности свидетельствуют о постоянном выбы-
вании из хозяйственного оборота менее производитель-
ных участков, в то время как в сельском хозяйстве
количество используемых земель в силу чисто производ-
ственных причин, как правило, не сокращается. В свя-
ли с этим в методологическом плане важно положение
В. И. Ленина, который писал: «Чтобы образовалась эта
«средняя производительность» и определила собой
цены, для этого необходимо, чтобы каждый капита-
лист не только мог вообще приложить капитал к зем-
леделию... но также, чтобы каждый капиталист мог
исегда — сверх наличного числа земледельческих пред-
приятий — основать новое земледельческое предприя-
тие» 3. Подобная возможность в золотодобывающей про-
мышленности, в зависимости от предложения в стране
* Editorial.Research Reports. Washington, 1968, vol. I, p. 112.
«The Banker, march, 1975, L. p. 261.
9 Ленин В. Л. Поли. собр. соч., т. 5, с. 118.
4 8.518
97

капиталов, пе только существует, но и в определенных
условиях постоянно реализуется.
Кроме этого, необходимо также учитывать измене-
ния, вызываемые условиями функционирования нераз-
менных денег, в характере спроса на золото как на
монетарный товар. При простом товарном производстве,
а также при существовании полноценных денег для
золота как денежного материала проблемы реализации
не существовало вообще. Спрос на золото по праву счи-
тался неограниченным. В настоящее время неограни-
ченность подобного спроса приобрела относительный
характер, ибо последний материализуется лишь в за-
висимости от цены реализации золота, фактически ука-
зывающей на то, что капиталистическое хозяйство в це-
лом в состоянии обойтись без определенной масяы бла-
городного металла.
Таким образом, вопрос об идентичности условий,
определяющих общественно необходимые затраты в
сельскохозяйственном производстве и золотодобыче,
требует более внимательного подхода. Подобная иден-
тичность, о которой пишет С. М. Борисов, цитируя
К. Маркса, вытекает из условий образования абсолют-
ной ренты, которая, однако, является не следствием
монополии на землю как объект хозяйствования, а мо-
нополии частной собственности на землю и затрагивает
принципиально иную сферу отношений.
В «Теории прибавочной стоимости» К. Маркс, согла-
шаясь с А. Смитом, подчеркивал, что рыночная стои-
мость благородных металлов определяется условиями
наиболее продуктивных рудников 1. При этом К. Марко
учитывал возможность риска, постоянно сопутствую-
щего золотодобыче. В современных же условиях, когди
основным методом добычи золота является рудный спо-
соб, а его разработка поставлена на прочную индуст-
риальную основу, причины, обусловливающие опредо-
ление рыночной стоимости золота по лучшим участкам»
видимо, изжили себя. Как нам представляется, в новы*
условиях общественно необходимые затраты произвол
ства благородного металла определяются средним урон
нем издержек производства.
1 См.: Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. 2, с. 401.
48

Иррациональная Принципиально важным с точки зрения
цена понимания механизма соизмерения ры-
производства „ г г
золота ночной стоимости золота и стоимости
других товаров является вопрос о влия-
нии на этот процесс межотраслевой конкуренции. Уча-
стие золотодобывающей промышленности в межотрасле-
вой конкуренции, на основе которой осуществляется
соизмерение изменений в стоимости золота и совокуп-
ного товара в целом, у большинства советских экономи-
стов не вызывает сомнений. И Ф. И. Михалевский и
Г. А. Козлов отмечают, что золото обменивается на
товары не по стоимости, а по цене производства. Вместе
с тем существует и противоположная точка зрения, вы-
сказываемая С. М. Борисовым, который, фактически
отрицая функцию золота как меры стоимостей в усло-
виях внутреннего обращения, отрицает и факт участия
промышленности, добывающей благородный металл,
в межотраслевой конкуренции, являющейся основой
реализации этой функции. Аргументирует эту концеп-
цию С. М. Борисов положением о том, что «в производ-
стве золота участвует такой невоспроизводимый фак-
тор, как земельная собственность на золотоносные уча-
стки» ', И в этом вопросе, как и в ряде предыдущих,
Борисов для подтверждения собственных позиций ссы-
лается на К. Маркса, искажая, как нам представляется,
суть вопроса.
В самом деле, подчеркивая тот факт, что выравни-
вание нормы прибыли имеет место лишь там, где нет
вмешательства ^земельной собственности, К. Маркс
вовсе не отрицает факта участия земледелия в меж-
отраслевой конкуренции. Он показывает, что только
вследствие границы, которая ставится земельной соб-
ственностью, рыночная стоимость повышается до та-
кого пункта, когда земля приносит избыток стоимости
над ценой производства, т. е. абсолютную ренту.
Так, критикуя ошибочные положения Булгакова
в работе «Аграрный вопрос и «критики Маркса»,
В. И. Ленин писал: «...По Марксу, земледельческий ка-
питал входит в выравнивание нормы прибыли, так
что ренту создает добавочная прибыль, превышающая
1 Борисов С. М. Золото в экономике современного капита-
лизма, с. 161.
4*
m

средиюю норму прибыли. Это неверно, по мнению
Г. Булгакова, ибо монополия землевладения устраняет
свободу конкуренции, необходимую для процесса вы-
равнивая нормы прибыли» '.
Говоря о влиянии земельной собственности на уча-
стие золотодобывающей промышленности в межотрасле-
вой конкуренции, нельзя не учитывать и того, что раз-
работка золотоносных приисков в большинстве случаев
первоначально осуществлялась в колониальных и зави-
симых странах, где в силу неразвитости капиталисти-
ческих отношений абсолютная рента фактически не
возникала, ибо здесь земельная собственность «эконо-
мически не существует, даже если и существует юриди-
чески» 2. Что же касается современных условий, то и в
ЮАР, и в ряде других стран золотоносные участки на-
ционализированы государством, что уже само по себе
решает рассматриваемую проблему.
Проведенный анализ межотраслевой миграции капи-
талов, осуществляемой под влиянием различных фаз
экономического цикла на примере ЮАР, статистически
подтверждает непосредственное участие золотодобы-
вающей промышленности этой страны в межотраслевой
конкуренции. Этот вывод подтверждают также ряд ис-
следований зарубежных авторов. В частности, англий-
ский^ экономист С. Френкель, который, исследовав ши-
рокий статистический материал, движение нормы при-
были в золотодобывающей промышленности и других
отраслях.экономики ЮАР за весьма продолжительный
период времени (с 1887 по 1965 г.), приходит к выводу,
что с учетом расхождений, обусловленных спецификой
экономики или влиянием других факторов, прибыль на
акционерный капитал в золотодобывающей промыш-
ленности через рыночный механизм непосредственно
связана с возмещением капитальной стоимости не толь-
ко в других отраслях экономики ЮАР, но и с окупаемо-
стью капитала на международном капиталистическом
рынке 3.
1 Ленин В. И. Поли. сббр. соч., т. 5, с. ИЗ.
* Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. 2, с. 402.
• Frenkel S. H. Investment and the Return to Equity
Capital in the South African Gold Mining industry 1887—1965.
Oxford, 1967,
100

Данное теоретического анализа и конкретные фак-
ты капиталистической действительней со всей очевид-
ностью подтверждают участие золотодобывающей про-
мышленности, наряду с другими отраслями экономики,
в межотраслевой конкуренции, в результате которой
обмен золота на товары у мест добычи благородного
металла осуществляется не по стоимости, а в пропор-
циях, соответственно цене его производства. При этом
следует учитывать, что в связи с тем, что в метамор-
фозе «золото — товар» в качестве опосредствующего
звена принимают участие неразменные бумажные день-
ги, которые противопоставляются золоту, иррациональ-
ная цена золота фактически видоизменяется в ирра-
циональную цену производства благородного металла,
которая, естественно, зависит не только от стоимости
золота, но и от факторов, определяющих ценность самих
бумажных денег.
Иррациональная цена производства золота — это то
новое, что Характеризует действие механизма реального
ценообразования в условиях современного капитализ-
ма. Она возникает только при функционировании не-
разменных денег, ибо до этого, как уже говорилось,
фактически существовал непосредственный обмен зо-
лота на другие товары, когда стоимость золота не обле-
калась в денежную форму или воспринимала ее чисто
формально. Подобное обстоятельство уже само по себе
исключало возможность образования цены производ-
ства золота как специфического товара, ибо последняя,
как известно, не может возникнуть вне товарно-денеж-
ных связей. Весьма характерно при этом, что рассмат-
ривая вопросы реализации в IV томе «Капитала»,
К. Маркс, говоря об образовании цены производства,
писал: «Но в случае с золотоносным рудником... это
(образование цены производства.— Л. Г.) невозможно,
так как стоимость здесь выражается в натуральной
форме продукта» х. Поэтому и Ф. И. Михалевский, и
Г. А. Козлов допускают неточность, не обусловливая
образование категории цены производства золота усло-
виями существования только неразменных денег.
Следовательно, иррациональная цена производства
волота представляет собой качественно новую, высшую
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. 3, с. 419.
101

ступень в развитии механизма функции золота как меры
стоимостей. Ее возникновение свидетельствует о том,
что в новых условиях изменения в стоимости золота
влияют на процесс ценообразования уже не непосред-
ственно, а косвенно, что во многом усложняет сам про-
цесс, вносит в него существенные изменения, но не уст-
раняет его. Процесс приравнивания друг к другу вновь
добытого золота, золота в слитках, и товаров производст-
венного назначения как меновых стоимостей, как экви-
валентов всегда имел и будет иметь место, пока осуществ-
ляется промышленное производство монетарного товара.
Рассматривая механизм приравнивания
Механизм друг к другу совокупного товара и зо-
соизмерения лота как меновых стоимостей, К. Маркс
стоимости золота г
и совокупного разделяет страны на производящие и
товара не производящие благородные металлы,
в которых сущность реализуемых про-
цессов не однозначна. Выше рассматривались процессы,
происходящие непосредственно у мест добычи благо-
родного металла. Что касается соизмерения стоимостей
золота и товаров в странах, не производящих благород-
ный металл, то, как утверждает К. Маркс в работе
«К критике политической экономии», «...тот же самый
результат достигается окольным путем, при помощи
прямого или опосредствованного обмена товаров данной
страны, т. е. при помощи обмена определенной части
национального среднего труда, на определенное количе-
ство материализованного в золоте и серебре рабочего
времени стран, обладающих рудниками» !. Развивая
в дальнейшем это положение, К. Маркс подчеркивает,
что движение золотого и серебряного потока соверша-
ется при посредстве прямого обмена национального
труда, реализованного в товарах, на реализованный в
благородных металлах труд стран, добывающих благо-
родные металлы 2.
В советской экономической литературе различных
периодов представлены весьма ценные статистические
исследования взаимосвязи в динамике цен мирового
рынка и трудоемкости добычи золота. В наиболее ши-
роком плане анализ этих вопросов дан в работах
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 52.
2 См.: там же, т. 23, с. 156.
102

Ф. И. Михалевского с целью эмпирического доказатель-
ства теории трудовой стоимости К. Маркса х. Призна-
вая достоинства указанного исследования, необходимо
высказать некоторые замечания по поводу его методо-
логии.
Рассматривая суть вопроса, Ф. И. Михалевский,
а впоследствии Г. А. Козлов 2 и ряд других экономи-
стов соизмеряют данные' о росте производительности
труда в промышленности развитых капиталистических
стран с движением трудоемкости добычи благородного
металла в золотодобывающих странах, принимая за ос-
нову, как правило, данные работы золотодобывающей
промышленности ЮАР, удельный вес которой в миро-
вой капиталистической добыче золота очень высок.
* Правомерность подобного подхода в принципе не
вызывает сомнений. Однако он требует учета влияния
на рассматриваемый процесс ряда важнейших допол-
нительных факторов.
Экономическая сущность функционирования меха-
низма реального ценообразования, как отмечалось выше,
заключается в том, что золото как товар в меновом акте
у мест его добычи противостоит не всей товарной массе
в объеме мирового производства, хотя попытка предста-
вить суть дела в подобной плоскости имела место и
раньше, а лишь группе товаров производственного на-
значения, которые используются для осуществления
процесса его добычи. К. Маркс неоднократно подчерки-
вал значение в осуществлении реального процесса соиз-
мерения стоимости золота и товаров именно этой товар-
ной группы. Что же касается соизмерения стоимости
золота и совокупности товара в пределах стран, не про-
изводящих монетарный товар, в пределах всей системы
капитализма, то здесь необходим также учет обстоя-
тельств, которые связаны с междугосударственной ми-
грацией благородного металла, где золото сохраняет
чисто* товарную форму и его движение регулируется
факторами, определяющими международные капитали-
стические торговые связи. По этому поводу К. Маркс
1 См.: Михалевский Ф. И. Золото в период мировых войн.
М» 1945; Его же. Золото в системе капитализма после второй
мировой войны. М., 1952.
2 См.: Козлов Г. А. Действие закона стоимости в условиях
современного капитализма. М., 1964, с. 315—322.
103

писал: «Законы, регулирующие распределение благород-
ных металлов на мировом рынке, предполагают эконо-
мические отношения в их наиболее конкретной форме» 1.
Игнорирование специфических особенностей межгосу-
дарственного движения золота, неэквивалентности этого
движения значительно искажает результаты анализа,
зачастую приводя исследователей к противоречивым вы-
водам.
Второй существенной предпосылкой анализа влия-
ния изменений соотношения в трудоемкости добычи
золота и производства совокупного товара на уровень
цен должна быть дифференциация стран по величине
удельного веса золотодобывающей промышленности в
общем объеме национального производства. «В какой
мере,— писал К. Маркс,— в одном случав повышение
нормы прибыли при падающей стоимости денег, в дру-
гом — падение нормы прибыли при повышающейся
стоимости денег влияют на общую норму прибыли —
это зависит частью от относительного размера тех от-
раслей производства, где происходит изменение, частью
от продолжительности изменения, потому что требуется
известное время, чтобы повышение и падение нормы
прибыли в одних отраслях промышленности отрази-
лось на других» 2. Отклонения в стоимости золота от
стоимости других товаров могут ощутимо влиять на
динамику цен лишь в тех немногих странах, где золо-
тодобывающая промышленность занимает сколько-ни-
будь существенное место в валовом производстве и
накоплении капитала страны. При этом, учитывая незна-
чительный удельный вес в общем объеме производства,
золотодобывающая промышленность большинства капи-
талистических стран, исключая ЮАР, как правило, не
диктует и фактически не оказывает влияния, а лишь
воспринимает, впитывает в себя условия капиталисти-
ческого рынка, приспосабливается к нему.
Тот факт, что в современных условиях в большин-
стве золотодобывающих капиталистических стран при
наличии неиспользуемых золотоносных районов произ-
водство золота сокращается, что оно вынуждено, в силу
прежде всего инфляционных процессов, сосредоточива-
1 Маркс К., Энгельс Ф, Соч., т. 46, ч. 2, с. 417.
2 Там же, т. 32, с. 57.
104

ться на более производительных участках, убедительно
свидетельствует о том, что в целом, стоимость волота,
в противоположность утверждениям многих авторов,
в своем движении не отрывается от движения стоимости
совокупного товара, что она изменяется в соответствии
с этим движением, «вынужденно следует» за ним, испы-
тывая на себе его нагрузку. И это объяснимо, так как
добыча золота в принципе подчиняется общим уело-
Показатели производства и реализации золота в ЮАР х
Год
1934
1966
Индекс
годовой
добычи
золота на
одного ра-
бочего
100
215
Индекс
издержек
золото-
добычи
100
178
Индекс
цены реа-
лизации
золота
100
182
Индекс
оптовых
цен
100
371
Несоответ-
ствие цены
реализа-
ции золота
и оптовых
цен
204
Индекс
экспорт-
ных цен
мирового
рынка
100
215
виям капиталистического рынка. Однако подобная пас-
сивная роль золотодобывающей промышленности не
устраняет возможности ее продукции (золоту) высту-
пать в качестве мерила стоимостей, быть той ячейкой
капиталистических отношений, на основе которой иде-
ально соизмеряются трудовые затраты.
Реальные факты капиталистической действитель-
ности подтверждают это очень важное с точки зрения
функционирования современного денежного механизма
положение.
Как свидетельствуют данные, с 1934 цо 1966 г. по-
купательная способность бумажных денег снизилась
в 3,71 раза. Согласно обоснованной выше закономер-
ности, соответственно должна была понизиться трудо-
емкость добычи золота. Однако, если учесть, что на ста-
тистический индекс трудоемкости добычи золота ока-
зывает противодействующее влияние фактор изменения
цены реализации благородного металла, и внести соот-
ветствующие поправки, то окажется, что трудоемкость
добычи золота и покупательная способность бумажных
1 Frankel S. Я. Investment and Return to Equity Capital
in the South African Gold Mining industry 1887—1966. Oxford,
1967, p. 90, U N. Monthly bulletin of statistics, June, 1971, p. 8.
105

денег (с учетом соответствующей корректировки), сни-
зились примерно в одинаковой пропорции.
Отмеченная закономерность с большей точностью
подтверждается статистическими данными США, где
золотодобывающая промышленность до последнего вре-
мени не являлась объектом государственно-монополи-
стического регулирования, а цена реализации золота
долгое время оставалась неизменной. Согласно опубли-
кованным расчетам НИФИ (Москва), оптовые цены в
США с 1913 по 1975 г. выросли почти в 5 раз, а про-
изводительность труда в золотодобывающей промыш-
ленности — в 4,2 раза 1.
Наличие корреляционной связи между трудоемко-
стью золотодобычи и покупательной способностью на-
циональных бумажных знаков статистически подтверж-
дает вывод о том, что в условиях функционирования
неразменных денег не изменения в трудоемкости про-
изводства монетарного товара оказывают влияние на
уровень товарных цен, а, наоборот, движение цен това-
ров влияет на динамику трудоемкости золотодобычи.
Рассмотренная закономерность в условиях инфляцион-
ного роста цен свидетельствует о снижении трудоем-
кости добычи золота, а не о его обесценении. При этом
производство золота концентрируется на более произ-
водительных участках, сокращается его добыча. Умень-
шение почти в 3 раза (с 1913 по 1975 г.) производства
золота в США при наличии, как уже говорилось,
довольно значительных разведанных залежей и высо-
кого потребительского спроса — подтверждение этому.
В свою очередь рост золотодобычи в ЮАР (до 1971 г.)
связан с широким государственно-монополистическим
стимулированием золотодобычи путем самой жестокой
эксплуатации африканской рабочей силы, а также с кон-
центрацией золотодобычи на более производительных
участках: с 1939 по 1970 г. среднее содержание добы-
ваемого металла возросло с 7,3 до 13,3 грамма на тонну
переработанной руды. Показательно также, что в пе-
риод 1971—-1975 гг., когда в связи с операциями на
свободном рынке рост цены реализации золота превы-
сил динамику товарных цен, обнаружилась обратная
1 См.: Экономические науки, 1978, № 1, с. 128.
106

тенденция — повышение трудоемкости добычи золота.
Об этом свидетельствует снижение до 9,5 грамма золо-
того содержания перерабатываемых руд х, а также от-
крытие в 1974—1975 гг. трех рудников, ранее считав-
шихся нерентабельными.
Экономический механизм приспособления трудоем-
кости добычи золота к покупательной способности бу-
мажных денег характеризует антиинфляционный имму-
нитет благородных металлов. Однако в условиях моно-
полистического капитализма рост производительной
силы труда не всегда сказывается на снижении рыноч-
ной стоимости товаров. Это положение со всей полно-
той проявляется в условиях золотодобычи. Как свиде-
тельствуют данные таблицы, изменения трудоемкости
и издержек золотодобычи не только не совпадают друг
с другом, но и развиваются в противоположных направ-
лениях, ибо инфляционный рост цен, с одной стороны,
ведет к удорожанию элементов производственных за-
трат, с другой — к концентрации производства на более
производительных участках. В этой связи при анализе
специфики рыночной цены реализации золота необхо-
димо учитывать, что она соотносится не с трудоемко-
стью золотодобычи, а, точнее, с динамикой издержек
производства золота. «Стоимость золота и серебра,—
писал К. Маркс,— определяется прежде всего издерж-
ками их производства» 2. Реальное соизмерение стоимо-
стей товаров и золота непосредственно на основе трудо-
вых затрат, подчеркивал К. Маркс, имело место лишь
в условиях меновой торговли в ее примитивнейшей
форме. В условиях развитого обращения мерой обмена
становятся издержки производства товаров вообще и
издержки добычи золота в частности, соизмеряемые
с ценой реализации золота. В условиях фиксации офи-
циальной цены реализации золота ее взаимосвязь с из-
держками производства осуществлялась путем деваль-
ваций национальных валют, что придавало искусст-
венный и скачкообразный характер этим связям,
проявляющимся как тенденция развития. Тем не менее
незначительные расхождения в общей динамике издер-
жек производства и цепы реализации золота свидетель-
1 Mining Jornal, December, 1976, Supl., p. 13.
2 Маркс K.t Энгельс Ф, Соч., т. 46, ч. 1, с. 133.
107

ствуют о примате экономических законов, которые не
могут быть устранены юридическими нормами. Отмена
в рамках МВФ на основе ямайского (1976 г.) соглаше-
ния официальной цены золота, как и крах «золотого
пула» и вынужденное установление в 1968 г. двойной
цены на золото (официальной и рыночной), ее повы-
шение в результате девальваций доллара в 1971 и
1973 г.— все это доказательство экономической несо-
стоятельности государственно-монополистического ре-
гулирования цены на золото. Отмена официальной цены
золота должна придать выполнению рыночным меха-
низмом его монетарных функций более естественный
характер.
Цена реализации золота, отражая динамику его произ-
водственных затрат, характеризует взаимосвязь нацио-
нальной сферы производства и интернационального об-
ращения монетарного товара. Будучи интернациональ-
ной по своему значению, она выполняет функцию бу-
мажноденежного эталона, на основе которого соизмеря-
ются покупательные способности национальных валют.
Другого способа выражения их «стоимости» в современ-
ном валютно-финансовом механизме нет. В этом смысле
рыночная цена реализации золота является своеобраз-
ной денежной формой выражения масштаба националь-
ных валют, посредством которого реализуется на миро-
вом рынке мера стоимостей монетарного товара. Указы-
вая на развитие этой тенденции, Рюэфф, один из наибо-
лее признанных специалистов Запада по валютным про-
блемам, еще в 1974 г. писал, что повышение цены реали-
зации золота равнозначно «восстановлению металличес-
кой обратимости валют» \.
Отмена официальной цены золота свидетельствует
о том, что монополистическим кругам Запада и прежде
всего монополистическому капиталу США, заинтересо-
ванному в ослаблении регулирующей роли золота в си-
стеме международных валютных отношений, не удалось,
несмотря на ряд существенных ограничений, устранить
те объективные предпосылки, которые предопределяют
его функционирование как монетарного товара. В этом
же аспекте следует рассматривать и устранение в но-
* International currency Review, March—April, 1974, p. 11.
108

вой капиталистической валютной системе жесткой фик-
сации валютных курсов, во многом искажавших их
реальное соотношение, и установление «плавающих»
курсов национальных валют, стихийно регулируемых
механизмом рынка, а также предоставление права цент-
ральным банкам осуществлять рыночные операции с
золотом и отмену конгрессом США существовавшего
более 40 лет запрета на заключение частными лицами
сделок по купле-продаже монетарного товара.
Выступая в качестве стихийного масштаба покупа-
тельных способностей национальных валют, рыночная
цена реализации золота испытывает на себе воздейст-
вие динамики мирового рынка, соизмеряется с ней. Со-
гласно данным таблицы, индекс цены реализации зо-
лота в южноафриканских рэндах и индекс мировых цен
выросли с 1934 по 1966 г. соответственно в 1,82 и 2,15
раза. Аналогичная тенденция прослеживается и на при-
мере других стран. С середины 30-х годов до конца
1973 г. цена золота в долларах выросла в 4,7 раза —
с 35 долларов за тройскую унцию до 165 долларов. Об-
щий уровень экспортных цен мировой торговли за этот
период повысился примерно в 4,3 раза. Эта взаимо-
связь обусловлена тем, что, во-первых, покупательные
способности национальных валют, соизмеряемые по-
средством цены реализации золота, отражают в своей
динамике общее движение цен товаров и услуг и, в пер-
вую очередь, их изменения на мировом рынке; во-вто-
рых, при обесценении бумажных денег капиталистичес-
кие государства вынуждены прибегать к девальвациям
национальных валют, чтобы в какой-то мере ликвидиро-
вать разрыв между ними и покупательной способностью
золота, возникающей в результате инфляции.
Рассмотренные вопросы уже в своем постановочном
плане свидетельствуют о качественной перестройке вы-
полнения золотом монетарной функции и прежде всего
функции меры стоимостей. Отмена юридической обра-
тимости бумажных знаков создала стихийно действую-
щий механизм: «золото — его бумажноденежная це-
на — покупательная способность национальных зна-
ков — цена товарной массы», посредством которого
товарный мир соизмеряет стоимостные величины. Су-
щество этого механизма состоит в следующем. Товар-
ные стоимости получают выражение опосредствованно,
109

через бумажноденежную цену золота и с учетом поку-
пательной способности бумажных знаков. Это в свою
очередь требует учета дополнительных факторов, опреде-
ляющих специфику их функционирования.
Рассмотренные вопросы дают возможность уточнить
некоторые положения, характеризующие специфику со-
временной инфляции. Речь идет о том, что в условиях
функционирования рыночной цены реализации золота и
«плавающих» курсов, обеспечивающих в основном соот-
ветствие общей тенденции развития рыночной стоимос-
ти и цены благородного металла, инфляционное обесце-
нение денег в наибольшей степени характеризует их
отношение к рыночной цене монетарного товара.
Вступившая с апреля 1978 г. в силу новая система
валютно-финансовых отношений капитализма, аннули-
ровавшая Бреттон-вудскую систему «золото-доллар-на-
циональная валюта» и систему «золото-СДР-националь-
ная валюта», существовавшую в так называемый пере^-
ходный период, основывается на новом отношении
«СДР-национальная валюта». Формально здесь нет
места монетарному товару. Альтернатива перешла
к интернациональным расчетным деньгам — СДР, ко-
торые должны, по замыслу основателей этой системы,
обеспечить проблему демонетизации золота. Этой же
цели призваны служить отмена официальных золотых
паритетов валют, а также прекращение с 1971 г. раз-
мена на золото доллара как резервной валюты и с
1974 г.— формальная привязанность к золоту СДР.
В буржуазной печати ямайская система преподно-
сится как окончательная победа над золотом. Анало-
гичные оценки встречаются и в советской печати, од-
нако нельзя не видеть, что, формально ликвидировав
официальные каналы связи национальных валют с зо-
лотом, ямайская система существенно расширила воз-
можности реализации денежных функций благородного
металла посредством стихийного рыночного механизма,
с помощью которого осуществляется корреляция произ-
водственных затрат добьщи золота, его рыночной
цены и динамики цен капиталистического рынка.
Все сказанное выше, конечно, не означает, что в сво-
ем движении стоимость золота вообще не может отры-
ваться от изменений стоимости совокупного товара.
Стоимость золота, как подчеркивал К. Маркс, распо-
по

лагает к известной консервативности, она менее под-
вижна по сравнению со стоимостью других товаров.
С другой стороны, открытие новых месторождений, бо-
лее богатых по содержанию металла, как это подтверж-
дается историей капиталистической действительности,
может оказывать обратное воздействие. В целом же
отставание в уровне трудоемкости, как и опережение,
видимо, не может быть продолжительным, в силу чего
радикальное воздействие на уровень цен, «революцию
в ценах» золото может оказывать, видимо, только крат-
ковременно, в период особо великих открытий новых
месторождений, при резком отрыве его стоимости от
стоимости других товаров.
В одной из ранних работ («Добыча золота и доро-
говизна»), написанной в 1912 г., в канун первой миро-
вой войны, и положившей начало.дискуссии о функции-
золота как носителе денежных отношений, Е. Варга
одним из первых среди марксистов высказал в проти-
воположность К. Каутскому и О. Бауэру мысль, что
изменения цен и, в частности, рост дороговизны в стра-
нах капитала диктуется не условиями производства
золота как монетарного товара, а другими факторами.
Это методологическое положение, не прошедшее мимо
внимания В. И. Ленина, как это следует из «Тетрадей
по империализму», и имевшее огромное политическое
значение, актуально и в наши дни, когда в мире капи-
тализма инфляционные процессы в экономике приобре-
ли структурный, хронический характер.
3. К вопросу об обратимости
неразменных банкнот в золото
Утверждение, что деньги как средство обращения
в виде знака стоимости сохраняют функциональную
связь с золотом как монетарным товаром, которое и в
условиях обращения неразменных бумажных денег про-
должает выполнять функцию меры стоимостей, имеет
смысл лишь при- условии, что сохраняется механизм
их соизмерения, механизм их взаимной связи. «Вне вся-
кой связи с обращением,— писал К. Маркс в Рукопи-
си,— деньги были бы не деньгами, а простым предме-
том природы, золотом и серебром» 1. Широко известно
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 163.
111

также положение К. Маркса, сформулированное им
в I томе «Капитала» о том, что «...золото функциони-
рует как идеальная мера стоимости только потому, что
оно уже обращается как денежный товар в меновом
процессе. В идеальной мере стоимостей скрывается, та-
ким образом, звонкая монета» '.
Совершенно очевидно, что условия современной ка-
питалистической экономики, обращение в национальных
денежных системах неразменных бумажных знаков, со-
кращение сферы действия золота в области валютных от-
ношений предопределяют существенные изменения
характера связи благородного металла и его замените-
лей — бумажных денег. Этим объясняется активизация
в последние годы научного поиска, теоретического обос-
нования рассматриваемой проблемы. Однако, на наш
взгляд, нельзя согласиться с некоторыми авторами,
якобы теория денег К. Маркса, основанная на исследо-
вании денежных отношений денег середины XIX в. в их
классическом выражении, когда преобладала и разви-
валась система золотого денежного обращения с допол-
нением в виде разменных на золото кредитных денег,
не может служить основой для обоснования существую-
щих в настоящее время денежных связей, что требу-
ется коренное переосмысление существа современного
денежного механизма, зиждящегося якобы на нетовар-
ности денег.
Не говоря о методологической уязвимости подобных
взглядов, игнорирующих принцип диалектической пре-
емственности в развитии системы производственных
связей, а также не говоря о том, что, выдвинув поло-
жение о полной демонетизации золота, авторы этой кон-
цепции, затрагивающей коренные принципы политиче-
ской экономии как науки, фактически не предлагают
никакой положительной концепции, позитивного рас-
смотрения этого вопроса, дающего представление о спо-
собе функционирования современного капиталистичес-
кого товарного хозяйства вообще и лишенных товарной
основы денег, в частности, мы хотим коснуться проблемы
обращения неразменных бумажных денег несколько в
ином аспекте.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. ИЗ,
112

Как известно, теоретический анализ капиталистиче-
ских производственных отношений К. Маркс основы-
вает на исследовании развития капиталистического спо-
соба производства в Англии — стране классического
для того времени капитализма. С поразительной скру-
пулезностью, до мельчайших тонкостей исследуя явле-
ния общественной жизни, К. Маркс, естественно, не
мог обойти вниманием довольно продолжительный пе-
риод в истории денежных отношений этой страны
(1793—1821 гг.), когда в результате резкого обостре-
ния противоречий и полного расстройства денежного
механизма, вызванного войной с Францией, действовал
Акт о банковской рестрикции (Bank Restriction Act),
установивший принудительный курс банкнот и отме-
нивший обмен бумажных знаков на золото. Кстати,
Англия в этом отношении не была исключением. Ко вре-
мени работы над первоначальным вариантом «Капи-
тала», обращение неразменных бумажных денег имело
место во Франции, Америке, Пруссии. С началом Крым-
ской войны (с 1854 г.) был прекращен размен кредит-
ных билетов на звонкую монету и в России, который
был возобновлен лишь в 1897 г.
Небезынтересно в этом отношении и то, что в 1877 г.
появилось исследование И. И. Кауфмана на тему «Не-
разменные банкноты в Англии 1797—1818 гг.», к рабо-
там которого К. Маркс проявлял постоянный интерес.
В данном случае формально оправданным будет
возражение, что неразменные бумажные деньги прош-
лого столетия — своеобразный предвестник современ-
ной денежной системы капиталистического мира —
и неразменные банкноты наших дней — явления, в кор-
не отличающиеся друг от друга. «Неразменные бумаж-
ные деньги,— пишет А. В. Аникин,— можно было с пол-
ным основанием рассматривать либо как временное
отклонение от этой (современной.— А. Г.) системы (на-
пример, во Франции в конце XVIII в. и в Англии в на-
чале XIX в.), либо как преходящее явление» !. Фор-
мально сказанное не вызывает сомнений. Однако для
обоснования генезиса развития современных бумажных
знаков анализ неразменных на звонкую монету
1 Аникин Л. В. Валютный кризис на западе. М., 1975,
с. 75—76.
113

бумажных копюр XIX в. заслуживает большого внима-
ния.
Причины,, которые привели к приостановлению раз-
мена кредитных знаков на звонкую монету, подчерки-
вает И. И. Кауфман в упомянутом выше исследовании,
своеобразны в разных странах, но смысл их, как он
полагает, один — «неизбежная необходимость», вызван-
ная «истощением финансовых ресурсов, громадностью
внешних расходов правительств, военными расхода-
ми» 1. Позиция И. И. Кауфмана в этом выводе суще-
ственно отличается от позиции Д. Рикардо, для кото-
рого неразменные бумажные деньги — лишь средство
«упорядочения» экономических связей.
С другой стороны, с точки зрения методологии тео-
ретического анализа денежных отношений очень важно
заметить, что исследователи истории развития капита-
листической экономики давно определили систему де-
нежных отношений как одну из первых сфер государ-
ственного капиталистического регулирования. В работе
«Развитие социализма от утопии к науке» Ф. Энгельс,
говоря о росте капиталистических противоречий вооб-
ще и противоречий в денежной системе в частности,
в противоположность бисмаркскому огосударствлению
«без малейшей экономической необходимости», предви-
дел, что в условиях экономической неизбежности госу-
дарство как официальный представитель общества вы-
нуждено будет взять на себя руководство производст-
вом2. К этому фактически сводились и цитируемые
выше выводы И. И. Кауфмана.
В настоящее время положение о «вынужденном ого-
сударствлении» отдельных элементов системы капита-
листической экономики стало хрестоматийным. Столь же
очевидным является и вынужденное огосударствление
системы денежных отношений. Из этого следует, что
появление первых неразменных бумажных знаков мож-
но рассматривать как своеобразные симптомы общей
болезни организма капиталистического хозяйства* кото-
рые впоследствии переросли в общий кризис капита-
лизма. Не случайно К. Маркс неоднократно подчерки-
1 См.: Кауфман И. И, Неразменные банкноты в Англии
1797—1819 гг. Петроград, 1915, с. 231.
2 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 19, с. 221—222.
114

вал, что система денежных отношений является наибо-
лее чувствительным и наиболее поражающим взор эле-
ментом организма капиталистического хозяйства1.
В этом плане генетическая связь неразменных на зо-
лото бумажных денег прошлого столетия и современ-
ных бумажных знаков становится совершенно очевид-
ной и ее игнорирование вряд ли может быть оправ-
дано.
О внимании К. Маркса к проблеме функционирова-
ния неразменных бумажных денег свидетельствуют
многочисленные факты. Достаточно обратить внимание
на то, что в Рукописи 1857—1858 гг. в главе о деньгах
выделен специальный подраздел «Вопрос об обрати-
мости банкнот в золото и серебро». Примечательно и то,
что в своих «Набросках указателей» — в первом и во
втором «Наброске», в которых обозначены наиболее
крупные проблемы Рукописи, вопрос об обратимости
денежных знаков также получил соответствующее отра-
жение 2. Вместе с тем сами эти вопросы, как ни велико
их методологическое значение, представляют собой ско-
рее постановку отдельных теоретических проблем, чем
их решение.
Каковы же взгляды К. Маркса на данную проб-
лему? Если попытаться выделить основное отношение
К. Маркса к этому вопросу с точки зрения методоло-
гии анализа денежных отношений, то главной является
мысль о том, что официальная обратимость денежных
знаков на золото не является единственным каналом
осуществления связи золота со своими бумажными за-
менителями. Исключительно важным в этом смысле
является разграничение К. Марксом понятий юридиче-
ской и действительной обратимости казначейских биле-
тов и банкнот на золото. Подчеркивая разницу между
этими понятиями во «Втором наброске указателя»,
К. Маркс пишет: «С получением бумажными деньгами
своего наименования от металлического (вообще от
какого-либо) стандарта их- обратимость в золото или
серебро становится экономическим законом независимо
от того, является ли она законом в юридическом смысле
или не является» 8.
1 См.: Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 186.
2 См.: там же, т. 46, ч. 2, с. 397, 400.
3 Там же, с. 400.
115

При отсутствии юридической обратимости банкнот
на золото их действительная обратимость, по мнению
К. Маркса, осуществляется по различным каналам.
«При необратимых банкнотах обратимость обнаружи-
вается,— подчеркивает он,— не в кассе банка, а в по-
вседневном обмене между бумажными деньгами и ме-
таллическими деньгами (имеется в виду монетарное
золото.— А. Г.), наименование которых они носят»1.
Именно в этом аспекте можно рассматривать прежде
всего метаморфозу 3—Д (деньги бумажные), осуществ-
ляемую у мест добычи благородного металла, где впер-
вые монетарный товар и знаки стоимости, как уже под-
черкивалось, подвергаются своеобразному соизмерению.
Речь может идти также и о процессе осуществления
внешней торговли, где происходит реальное соизмере-
ние валютных курсов национальных денежных единиц.
Существуют и другие каналы, обеспечивающие связь
золота с бумажной денежной системой 2.
При выяснении сущности механизма обратимости
бумажных знаков в золото особое значение имеет во-
прос о частной тезаврации и использовании золота на
промышленные и ювелирные нужды. Только по этим
каналам в последнем десятилетии поглощалось при-
мерно 80—90% новой добычи золота. По существую-
щим подсчетам, объем добычи зологга за всю историю
человечества оценивается в 75—80 тыс. т. В 1975 г. его
официальный монетарный резерв составлял 37 тыс. т.
(удельный вес весьма значителен). Из них примерно
30—35 тыс. т. находилось в руках частных тезаврато-
ров 3. Из этой суммы только в последние 10 лет в част-
ную собственность поступило примерно 15 тыс. т.
Можно ли считать золото, реализуемое на частном
рынке и оседающее в виде частной тезаврации, моне-
тарным товаром, сохраняет ли оно в этом случае денеж-
ные свойства? Ф. И. Михалевский одним из первых
среди советских экономистов еще. в довоенный период
высказал исключительно важную в методологическом
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 72.
2 См.: Атлас 3. В., Атлас М. С, Геращенко В. С, Красави-
на Л. Н. Проблемы золота и инфляции в условиях современно-
го капитализма,— Деньги и кредит, 1975, № 3.
3 См.: Золотодобывающая промышленность капиталистиче-
ских и развивающихся стран. М., 1975, с. 21.
116

отношении мысль о том, что реализация золота подоб-
ным образом представляет «своего рода «разменность
на золото» в смысле возможности купить золото на
бумажные деньги» К Эту точку зрения сегодня разде-
ляют многие авторы. «Несмотря на то,— пишет, напри-
мер, В. Дроздов,— что размена бумажных денег на зо-
лото в настоящее время для частных лиц не существует
ни в одной капиталистической стране, практически
такой обмен происходит и будет происходить до тех
пор, пока золото является всеобщим эквивалентом.
Только теперь обмен бумажных денег на золото совер-
шается не прямо в кассах банка, а косвенно, путем
купли-продажи золота на его рынках» 2. Эта же мысль,
подтверждающая идеи К. Маркса, глубоко и всесторонне
аргументируется А. Пезенти. Рассматривая специфику
функционирования неразменных бумажных денег, он
подчеркивает, что «вплоть до щлнешнего времени бу-
мажные деньги никогда полностью не отрывались от
золота. Деньги всегда сопоставляются с золотом — либо
непосредственно и в различных (пусть даже ограничен-
ных с точки зрения свободного размена на золото) фор-
мах, либо косвенно — через посредство меновых соот-
ношений с деньгами, обеспеченными золотом» 3. Подоб-
ная постановка вопроса, оспариваемая, естественно,
сторонниками концепции демонетизации золота в сов-
ременных условиях 4, по своей сути полностью соответ-
ствует логике теоретического анализа К. Маркса.
Как подчеркивалось выше, К. Маркс неоднократно
обращал внимание на внутреннюю противоречивость
монетарного товара, которая состоит в том, что золото
1 Михалевский Ф. Я. Золото как денежный товар. М., 1937,
с. 154.
2 Мировая экономика и международные отношения, 1972,
№ 8 с. 102.
* Пезенти А. Очерки политической экономики капитализма,
т. 1. Мм 1976, с. 484.
4 «Золото,— пишет, рассматривая вопрос о частной тезавра-
ции С. М. Борисов,—ускользающее от огосударствления и ос
тавшееся в частном владении, фактически перестает обслужи-
вать как внутреннее, так и внешнее движение товаров, капита-
лов, услуг. Оно выпадает из механизма денежной системы, вы-
ключается из нормального экономического оборота, утрачивает
монетарные функции и таким образом демонетизируется» (Бори-
сов С. М. Золото в экономике современного капитализма, с. 34).
117

имеет удвоеппую потребительную стоимость — его свой-
ство как всеобщий эквивалент и потребительную стои-
мость как обычный товар, как благородный металл вооб-
ще. Если в первом случае, являясь материальным вопло-
щением всеобщего рабочего времени, золото не имеет
цены, то во втором случае, будучи обычным рядовым
товаром, оно приобретает на рынке реальную денеж-
ную оценку. Несомненно, что с этой точки зрения зо-
лото как монетарный товар диалектически отрицается
золотом как обычным товаром.
Мысль о том, что золото имеет и не имеет рацио-
нальной цены, несмотря на внешнюю противоречивость,
имеет реальный смысл в связи с различными уровнями
реализации этих понятий. Известно, что одним из важ-
нейших научных открытий К. Маркса в теории денеж-
ных отношений, выступающим водоразделом между
подлинно научной и номиналистической теорией денег,
является положение о том, что цены товаров склады-
ваются до их обращения, что они являются предпо-
сылкой денежного обращения, хотя их реализация вы-
ступает как результат последнего.
В результате правомерно утверждение о наличии
двухступенчатой связи между золотом как монетарным
и обычным товаром: золото как монетарный товар пер-
воначально символизируется в качестве материализо-
ванного всеобщего рабочего времени и затем использу-
ется как материал для выражения рыночной цены зо-
лота как обычного товара.
Сказанное, однако, не исключает общественной зна-
чимости рыночной цены золота. Нельзя не учитывать,
что разграничение уровней реализации потребительных
стоимостей золота имеет смысл лишь в общетеоретиче-
ском плане. На товарном рынке данное разграничение
отсутствует. В этой связи было бы неверно абсолюти-
зировать это противоречие. В данном случае отрицание
следует рассматривать как такое, которое предполагает
и внутреннее единство, ибо и в первом, и во втором слу-
чае золото как выражение собственной материальной
субстанции не исчезает. Поэтому переход от первого
выражения золота ко второму весьма относителен. Не
исключено, что именно в этом смысле К. Маркс рас-
сматривал золото в его эстетическом воплощении «как
118

скрытый источник предложения денег», а торговлю
слитками золота как «форму торговли деньгами» 1.
Решительно и бескомпромиссно отвергая любые по-
пытки умалить роль золота как монетарного товара,
К. Маркс в то же время не допускал его фетишизации.
Золото у К. Маркса — это особый товар, но это и обыч-
ный товар, выступающий в качестве всеобщего эквива-
лента не в силу каких-то сверхъестественных свойств,
поскольку для того, чтобы служить орудием приравни-
вания всех товаров, необходимо обладать теми же каче-
ствами, что и все остальные товары. Атомный вес раз-
личных элементов приравнивается, как мы уже писали
выше, к атомному весу водорода, потому что водород —
равный из равных таблицы Менделеева. Метр является
мерой длины также потому, что он сам выражает рас-
стояние. В этом смысле золото как монетарный товар
не является исключением из общих правил.
Как товар, воплощающий в себе всеобщее рабочее
время, и как обычный товар золото в условиях обра-
щения неразменных бумажных денег приобретает на
капиталистическом рынке подлинную цену реализации,
выраженную в знаке стоимости. В этих условиях цена
реализации золота становится непереносным понятием,
ценой без кавычек, ценой, выражающей реальные отно-
шения. По этому поводу К. Маркс пишет, что золото
в подобных случаях становится по отношению к банк-
нотам «товаром особого рода» 2.
Естественно, что в условиях обращения неразмен-
ных денег возникает угроза обесценения самого золота,
которая, как показывает практика, постоянно реализу-
ется. Это ведет к развитию и возникновению нового
противоречия — противоречия между стоимостью зо-
лота и номинальной оценкой бумажных денег, выра-
жаемой в определенных весовых единицах благород-
ного металла. Однако и в этом случае общественная
функция золота не исчезает. Она реализуется теперь
уже не у окошка кассы банка посредством юридиче-
ской обратимости, а на основе реальных меновых сде-
лок, посредством метаморфозы «золото — бумажные
деньги», посредством развития обратной связи, о кото-
1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 145.
2 Там же, т, 46, ч. 1, с. 70.
119

рой речь шла раньше, посредством того влияния, кото-
рое оказывают инфляционные процессы на развитие
динамики стоимости золота. И если в этом случае но-
минал бумажных денег не совпадает с обозначенной
стоимостью золота, то золото заявляет об этом во все-
услышание через потрясения капиталистической валют-
но-финансовой системы, хронические инфляционные
процессы, систематические девальвации и ревальвации
национальных капиталистических валют, наконец, по-
средством стремительного роста цен на золото на частном
рынке. Иными словами, имманентные законы товарного
производства и в условиях функционирования нераз-
менных бумажных денег продолжают действовать.
Естественно, что причины этих потрясений современ-
ного капитализма покоятся не только на золоте, но в
этих процессах золото, которое пытаются усадить в тем-
ницу, как неотъемлемый элемент функционирования
товарного хозяйства дает знать о себе, говорит о своей
общественной значимости.
Таким образом, Марксово понимание действитель-
ной обратимости бумажных денег значительно расши-
ряет возможность теоретического рассмотрения, с од-
ной стороны, вопроса о соотношении денежных функ-
ций и прежде всего функции меры стоимостей и функ-
ции средства обращения, и с другой — проливает новый
свет на формы связей монетарного золота со своими
заменителями.
Весьма примечательно в этой связи и следующее
положение К. Маркса. Сама констатация существования
действительной, независимо от юридической, обрати-
мости бумажных денег, как полагает К. Маркс, ведет
к выводу о том, что вопрос об обратимости бумажных
денег практически решается уже самим определением
наименования бумажного знака. Первоначально в Ру-
кописи К. Маркс формулирует этот исключительно важ-
ный вопрос только в проблематичном плане, как свое-
образную гипотезу, требующую еще доказательства.
«Не подлежит никакому сомнению (?),—пишет он,—
(это должно быть исследовано в дальнейшем и не
относится непосредственно к рассматриваемому вопро-
су), что пока бумажные деньги получают свое наиме-
нование от золота (т. е., например, банкнота в 5 фун-
тов стерлингов есть бумажный представитель 5 совере-
120

нов), обратимость банкноты в золото остается для нее
экономическим законом, существует ли этот закон по-
литически или нет» х. Знак вопроса после слов «не под-
лежит сомнению...» свидетельство тому, что положение
не просто провозглашается, а предполагается его иссле-
дование в дальнейшем. Спустя год во «Втором наброске
указателя» К. Маркс опять касается этого вопроса,
а еще через год в «Критике политической экономии»
положение об обратимости бумажных знаков приобре-
тает весьма определенное звучание. «Если бумажные
деньги,— пишет К. Маркс,— получают свое наименова-
ние от золота или серебра, то разменность банкноты,
т. е. ее способность обмениваться на золото или серебро,
остается экономическим законом, независимо от того,
каков юридический закон» 2.
В свете сказанного вопрос об обратимости бумаж-
ных денег в золото предстает в цринципиально новом
аспекте. По-видимому, существо проблемы К. Маркс
видит даже не в возможности размена бумажных денег
на звонкую монету, вокруг которой сегодня ведется
столь широкая полемика. Подобная обратимость, по
К. Марксу, всегда определяется тем титулом бумажных
знаков, которые они носят, и сохранится до тех пор,
пока бумажные купюры будут носить этот титул, а зо-
лото в любой форме будет участвовать в меновых сдел-
ках. Для К. Маркса вопрос обратимости — это прежде
всего вопрос соотношения номинальной ценности бу-
мажной банкноты и стоимости определенного количе-
ства золота, объявленного в ее наименовании. В этой
связи, характеризуя полемику между денежной и бан-
ковской школами начала XIX в., К. Маркс считал, что
спор среди англичан, сохраняющих золото в качестве
наименования банкноты, в сущности вращается не во-
круг обратимости банкнот в золото (эта обратимость
выражает на практике лишь то равенство, которое тео-
ретически объявлено в наименовании банкноты), а во-
круг того, как обеспечить эту обратимость — путем
установления для банка законодательных ограничений
или же ее следует предоставить самой себе3.
1 Маркс if., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 70—71 (курсив
наш.—Л. Г.).
2 Там же, т. 13, с. 67.
8 См.: там же, т. 46, ч. 1, с. 77.
121

«Итак, обратимость в золото и серебро на прак-
тике,— подчеркивает К. Маркс,— является мерой стои-
мости всяких бумажных денег, получающих свое наи-
менование от золота или серебра, независимо от того, бу-
дут ли бумажные деньги обратимы по закону или нет» 1.
Заметим, что речь в данном случае идет не о покупа-
тельной способности* бумажных денег, а о их ценности,
о их мере стоимости, об определенном количестве абст-
рактного труда, который бумажные деньги олицетво-
ряют, представляя в обращении золото.
Таким образом, проблему обратимости бумажных
знаков К. Маркс связывает прежде всего с вопросом
адекватности номинальной ценности бумажных денег
количеству золота, объявленного в наименовании де-
нежной купюры. Как известно, противоречие между
реальной и номинальной стоимостью имело место уже
в монетарной форме денег в условиях снашивания мо-
нет и их фальсификации. Эти вопросы К. Маркс анали-
зирует с особой тщательностью. Что касается обесцене-
нения неразменных бумажных денег, то в этом про-
цессе он видит прежде всего понижение их реальной
ценности по сравнению с номинальными. Предельно
четкое определение этому явлению К. Маркс дает в сле-
дующей формуле: «Падение реальной стоимости ниже
номинальной стоимости есть обесценение» 2.
Анализируя обращение неразменных на серебро бу-
мажных таллеров в Пруссии, К. Маркс вскрывает при-
чины, которые ведут к обесценению денег в условиях
существования неразменных бумажных знаков. Само
обесценение бумажных денег, как полагает К. Маркс,
возможно лишь при условии искусственного переполне-
ния каналов обращения неразменными бумажными зна-
ками, когда средство обращения, являясь лишь знаком
стоимости и не обладая само реальной стоимостью, не
может перейти из формы средства обращения в форму
монетарного /овара: «...если не имеется никаких отду-
шин, через которые обращение может удалить излиш-
нее количество денег, то средство обращения не может
превратить свою форму средства обращения в форму
1 Маркс К., Энгельс Ф, Соч., т. 46, ч. 1, с. 72.
2 Там же.
122

самодовлеющей стоимости, и тогда стоимость средства
обращения должна понизиться» х.
Наряду с искусственным переполнением каналов об-
ращения неразменными бумажными знаками, их вы-
пуском в количествах, превышающих потребности обра-
щения, к обстоятельствам, непосредственно вызываю-
щим обесценение денег, К. Маркс относит потерю до-
верия к выпускающему неразменные бумажные деньги
правительству. Этому вопросу К. Маркс придает особое
значение, неоднократно останавливаясь на нем. Анали-
зируя причины обесценения неразменных бумажных
денег в годы гражданской войны в Америке, К. Маркс
на первое место выдвигает причину потери доверия
к правительству. В письме Ф. Энгельсу от 8 августа
1862 г. он пишет: «Нынешнее обесценение денег объяс-
няется, на мой взгляд, не экономическими, а чисто по-
литическими причинами — недоверием. При другой по-
литике это, стало быть, изменится» 2.
Таким образом, следуя методологии К. Маркса, мож-
но утверждать, что и сегодня полемика вокруг вопроса
о фактической обратимости бумажных денег в золото
вращается не вокруг действительной обратимости (по-
следняя, пока будет существовать золото в своей физи-
ческой телесности и пока бумажные деньги, которые
будут носить его титул, не может быть устранена),
а вокруг вопроса об адекватности ценности бумажных
денег и трудоемкости (стоимости) добычи благородного
металла. Существование закономерности приспособле-
ния трудоемкости золота к покупательной способности
бумажных денег, о чем шла речь выше, дает ответ и на
этот вопрос.
Прекращение размена бумажных денег на золото
содержит в себе возможность и фактически ведет к по-
стоянному обесценению знаков стоимости. В этом смыс-
ле, по образному выражению К. Маркса, бумажные
деньги представляют собой всего лишь тень, сопровож-
дающую то, тенью чего они являются; «совпадают ли
они друг с другом или не совпадают, должна показать
их действительная обратимость» 3.
1 Маркс К,, Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 2, с. 328.
2 Там же, т. 30, с. 223.
8 Там же, т. 46, ч. 1, с. 72.
123

IV. ДЕНЬГИ КАК КАПИТАЛ.
КРЕДИТНЫЕ ДЕНЬГИ
В теории денежных отношений вопрос о сущности
денег в их наиболее развитом выражении — денег как
формы проявления капитала — менее всего разработан.
В то же время именно эта проблема является объектом
острых споров представителей различных буржуазных
школ и течений, занимающихся анализом денег. От-
сутствует единый подход в этом вопросе и в советской
экономической литературе.
Наиболее противоположные взгляды по существу рас-
сматриваемого вопроса представлены в работах
М. Ю. Бортникова и Г. Г. Матюхина. Так, рассматри-
вая кредитные деньги как феномен, имеющий металли-
ческую основу, М. Ю. Бортников пишет: «Кредитные
деньги, как и бумажные, не имеют стоимости, а явля-
ются лишь знаком стоимости, знаком золота» К До пот
следнего времени эта точка зрения считалась общепри-
нятой. Однако в последние годы произошла трансфор-
мация взглядов относительно сущности рассматрива-
емого вопроса. Предпринимаются попытки теоретически
обосновать положение о том, якобы в кредитных день-
гах, которые являются в настоящее время «действитель-
ными деньгами капиталистического товарного производ-
ства», «произошел подрыв роли денег как всеобщего
эквивалента. Оставаясь всеобщим меновым эквивален-
том, кредитные деньги,— пишет Г. Г. Матюхин,— пере-
стают быть всеобщим стоимостным эквивалентом. Это
объясняется,-во-первых, тем, что они не несут в себе
материализованной стоимости (вместо подлежащего
передачи эквивалента выступает правовой титул —
1 Бортников М. Ю. Денежное обращение и кредит. Мм 1967,
с. 58.
124

свидетельство на получение части общественного бо-
гатства), и, во-вторых, представляют капитал, находя-
щийся в постоянном стоимостном изменении и само-
возрастании» 1.
Подобное разночтение столь принципиальной проб-
лемы, какой является проблема кредитных денег, тре-
бует особого внимания при ее рассмотрении. Речь идет
прежде всего о выяснении генетических основ проис-
хождения кредитных денег — проблемы, менее всего
разработанной в экономической литературе.
Рассматривая специфические черты простого и ка-
питалистического'обращения и соответственно единство
и противоположность двух кругооборотов Т—Д—Т и
Д—Т—Д, К. Маркс обосновывает очень важное методо-
логическое положение о том, что этим двум формам
обращения соответствуют строго определенные функцио-
нальные проявления денег. И это вполне естественно,
ибо сам процесс товарного обращения как исходное и
определяющее отношение выдвигает на различных эта-
пах своего развития качественно отличные требования
к деньгам. Эти требования реализуются в развитии от-
дельных денежных функций, содержание которых рас-
крывает К. Маркс в «Критике политической экономии»
и в I томе «Капитала». В то же время важно видеть
не только количественные изменения, происходящие
в денежных отношениях в связи с развитием их функ-
ций, но и то новое в специфической определенности де-
нег, которое возникает на различных исторических эта-
пах товарного производства и обращения. В данном слу-
чае под специфической определенностью денег, как уже
упоминалось, следует понимать не их сущность (сущ-
ность денег, их определение как всеобщего эквивален-
та, выражающее их внутреннюю самостоятельность,
остается неизменной). Специфическая определенность
денег конструируется определенной комбинацией де-
нежных функций. Она всегда соответствует тому или
иному этапу развития товарного производства и обра-
щения. Если сущность денег, как уже подчеркивалось,
выражает их отношение самих к себе, то специфическая
определенность может быть познана лишь на основе
1 Матюхин Г, Г. Проблемы кредитных денег при капитализ-
ме, с. 15.
125

анализа их взаимодействия, их связи с совокупностью
элементов общей системы товарного производства и об-
ращения. Именно с этих общеметодологических пози-
ций и подходит К. Маркс к рассмотрению существенной
специфики конкретных исторических форм денег, и в
частности денег как денег и денег как капитала, где
объектом исследования становится проявление сущ-
ности денег в ее функциональном бытии на этапах про-
стого и капиталистического обращения.
Свое исчерпывающее выражение в простом обраще-
нии, как было рассмотрено выше, деньги как деньги
получают в единстве двух функций — функции меры
стоимости и функции средства обращения. «В качестве
просто денег,— пишет в этой связи К. Маркс,— они не
выходят за пределы этого определения» {. Таким обра-
зом, если деньги как орудие обращения в своем органи-
ческом единстве двух функций — функции меры стои-
мостей и функции средства обращения — являются не-
посредственным продуктом кругооборота Т—Д—Т,
смысл которого состоит в обмене продуктов разных
потребительных стоимостей, то деньги как форма про-
явления капитала предполагают кругооборот качествен-
но иного содержания. В данном определении они явля-
ются ближайшим результатом более высокой и более
сложной формы обращения — обращения Д—Т—Д, ре-
альный смысл которой проявляется в принципиально
ином отношении: в количественном различии ее край-
них членов. Уже само это определяет их качественное
отличие от предыдущих денежных форм — денег как
денег, содержание которых определяется условиями
функционирования простого товарного обращения. При-
ступая к анализу природы рассматриваемой формы де-
нег, К.. Маркс пишет: «Деньги как капитал — это такое
определение денег, которое выходит за пределы их
простого определения как денег. Деньги как капитал
можно рассматривать как более высокую реализацию
денег, подобно тому как можно сказать, что обезьяна
развивается в человека. Однако в таком случае более
низкая форма выступает в качестве носителя более вы-
сокой формы, доминирующего над ней. Как бы то ни
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 2, с. 477.
126

было, деньги как капитал отличаются от денег как де-
нег.Это новое определение нужно разобрать» 1.
В условиях капиталистического обращения круг
обязанностей, которые выполняют деньги, значительно
усложняется. Кругооборот Д— Т—Д дает прежде всего
толчок развитию функции накопления и связанной с ней
функции платежа. Обе эти функции, как отмечалось
во второй главе работы, усиливают противоречия мелко-
товарного производства, разрушая феодальную собст-
венность. Стимулируя развитие ростовщичества, они,
по выражению К. Маркса, играют революционизирую-
щую роль в процессе превращения простого товарного
производства в капиталистическое. В результате на эта-
пе зрелых капиталистических отношений функция на-
копления и функция платежа становятся определяю-
щими в системе денежных отношений. В этом новом
единстве: единстве функций накопления и платежа —
и выражается качественный переход от денег как денег
к деньгам как капиталу.
Процесс выхода денег как средства обращения за
рамки простого обращения и перехода к деньгам как
капиталу К. Маркс рассматривает путем анализа от-
дельных органически связанных между собой структур-
ных звеньев. Логическая последовательность этих зве-
ньев, их диалектическое единство с предельной ясно-
стью выражены непосредственно в заглавии одного из
разделов Рукописи 1857—1858 гг.: «Выход денег за
рамки простого обращения в их функции материального
представителя богатства. Деньги как самоцель. Деньги,
как средство платежа. Переход к деньгам как капи-
талу» 2. Эта очень емкая и несущая болыпую# методоло-
гическую нагрузку формула отражает логику историче-
ского развития от денег простого товарного обращения
к деньгам капиталистического товарного обращения.
Деньги в их функции материального представителя
богатства, далее деньги как самоцель, затем — деньги
как средство платежа — промежуточные ступени диа-
лектического развития от денег простого обращоиин
к деньгам как капиталу.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 108.
2 Там же, с. 161.
127

Анализ денег как капитала предполагает выяснение
трех вопросов. Во-первых, выяснение взглядов К. Марк-
са по поводу взаимосвязи двух метаморфоз Т—Д—Т
и Д—Т—Д и трансформации на основе перехода от од-
ной формы кругооборота к другой — меновой стоимости,
которая является определяющей основой денег в их
исследуемой специфической определенности. Во-вторых,
выяснение вопроса о происхождении денег как капи-
тала и рассмотрение их существенной определенности
и социальной природы. И, в-третьих, выяснение функ-
ционального места денег как капитала в общей системе
денежных отношений.
1. Единство и противоположность
метаморфоз Т — Д — ТиД — Т — Д.
Историзм развития меновой стоимости
Процесс обмена товаров, выраженный посредством
кругооборота Т—Д—Ту осуществляется в виде двух про-
тивоположных и друг друга дополняющих фаз — пре-
вращения товара в деньги и обратного превращения
денег в товар. Представляя собой два существенных
момента единого целого, акт купли и акт продажи, рас-
сматриваемые метаморфозы в то же время выступают
и как два безравличных друг к другу, не совпадающих
в пространстве и во времени процесса. В этом важное
противоречие товарного обмена, опосредствованного де-
нежной формой стоимости, которое уже в своем про-
стом выражении предполагает возможность социальных
взрывав. «...Уже в определении денег как посредника,—
пишет К. Маркс,— в распадении обмена на два акта
таится зародыш кризисов или, по меньшей мере, их воз-
можность, которая может реализоваться лишь там, гдо
имеются налицо основные условия классически раз-
витого, соответствующего своему понятию обращения» ,.
Разделение кругооборота Т—Д—Т па два самостоя-
тельных акта: Т — Д и Д — Т К. Маркс анализирует
и в другом аспекте: с точки зрения создания предпо-
сылок его перерастания в специфически отличную от
него форму: Д — Т — Д. Эта форма представляет собой
качественно новую ступень развития товарного проиа
водства и обращения.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 143.
128

В то же время, сопоставляя два кругооборота —
Г—Д—Т и Д— Г—Д, нетрудно заметить, что каждый
из вих представляет единство одних и тех же противо-
положных фаз, одних и тех же метаморфоз: Т—Д и
Д—Т — превращение товара в деньги и обратное пре-
вращение денег в товар.
Если рассматривать простое обращение не как еди-
ничный акт превращения товара в деньги, а как по-
стоянно возобновляемый процесс, то обнаруживается
органическая взаимосвязь первой и второй форм дви-
жения: в общей цепи обращения метаморфозы Т—Д
и Д—Т имеют место как в кругообороте Г—Д— Т, так
и в кругообороте Д—Т—Д. И это объяснимо, ибо сама
природа кругооборота в его постоянном возобновлении
определяется тем, что каждый его элемент, будь то
деньги или товар, выступает как начальная и конечная
точка обращения, выступая как начальная точка лишь
постольку, поскольку она выступает как конечный эле-
мент движения.
Констатация общности двух форм общественного
кругооборота товаров и денег, кажущаяся при поверх-
ностном их рассмотрении чисто формальной, имеет и бо-
лее глубокие корни. Эта общность определяется прежде
всего тем (и это имеет определяющее значение для су-
щества анализируемого вопроса), что в обоих круго-
оборотах обращение их составных элементов представ-
ляет не что иное, как движение однопорядковых суб-
станций — меновых стоимостей. С этой точки зрения
коренным, наиболее принципиальным в понимании при-
роды денег как капитала является положение, всесторон-
не обоснованное К. Марксом в Рукописи 1857—1858 гг.
о том, что в процессе исторического развития товарного
производства и обращения, его перерастания из простых
форм в более сложные одновременно происходит раз-
витие и совершенствование меновой стоимости. Она
видоизменяется, наполняется качественно новым содер-
жанием. Из этого следует, что меновая стоимость как
категория, выражающая общественные производствен-
ные связи простого товарного обращения, и меновая
стоимость как категория капиталистического товарного
производства — не развнозначны друг другу. Они вы-
ражают принципиально иной характер производствен-
ных отношений. Совершенно очевидно в этой связи, что
5 8-518
129

поскольку денежные отношения на всех этапах своего
развития по своей сущности всегда остаются реализа-
цией меновой стоимости, ее обособленной формой, то,
естественно, деньги на различных этапах товарного об-
ращения не могут быть идентичными. Следовательно,
основополагающим элементом анализа историзма де-
нежных отношений, изменения их конкретно-историче-
ских функциональных форм должно быть исследование
процесса генетического развития меновой стоимости.
Рассматривая трансформацию меновой стоимости,
К. Маркс прежде всего тщательно анализирует исход-
ные позиции, те экономические причины, которые обус-
ловливают качественные изменения, характеризуют
историзм развития меновой стоимости. Учитывая, что
меновая стоимость — это внешняя форма проявления
стоимости товара, К. Маркс показывает, что отношение
стоимости, равно как и денежные отношения, получают
полную реализацию лишь в условиях' всеобщего охвата
обращением внутренней экономической структуры обще-
ства. При этом, как полагает К. Маркс, речь должна
идти не только о развитии товарно-производственных
связей внутри отдельных капиталистических государств,
но и об интернационализации производственных связей.
«В мировой торговле,— подчеркивает он,— товары раз-
вертывают свою стоимость универсально» 1.
В условиях простого товарного обращения, соответст-
вующего докапиталистическим формам развития товар-
ного производства, как уже указывалось при анализе
развития денежных форм, обмен товарами осуществлял-
ся всего лишь как обмен излишек над произведенными
для собственного существования производителя потреби-
тельными стоимостями. В этих условиях обмен еще но
проник во все поры производства, а всего лишь сопут-
ствовал ему. Поэтому стоимость товаров как форма вы-
ражения общественных связей товаропроизводителей,
равно как и меновая стоимость, еще не получает пол-
ного развития. Они представлены в обращении в их не-
развитом состоянии. Стоимость в своем законченном
выражении предполагает обращение в его зрелом виде,
обращение, в котором излишек производства становится
уже не просто случайным излишком, появляющимся
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 153.
130

время от времени на рынке, а постоянно повторяю-
щимся излишком. На таком этапе развития производ-
ство развивается не рядом с обращением, а в органиче-
ской связи с ним, непосредственным объектом произ-
водства становится создание не продукта вообще, а со-
здание меновых стоимостей.
Таким образом, рассматривая специфику кругообо-
рота Г—Д—Г, К. Маркс показывает, что в простом
товарном обращении — в продаже ради купли — мено-
вая стоимость является лишь формальным, мимолет-
ным определением товара. Меновая стоимость необхо-
дима товару в этом движении лишь для того, чтобы он
мог обменяться на другую потребительную стоимость
и в конце концов исчезнуть в качестве потребительной
стоимости другого товара. В этом смысле непосредствен-
но в простом товарном обращении действительная и по-
стоянная связь между потребительной стоимостью и
стоимостью не возникает или, точнее, существует лишь
формально. Меновая стоимость противостоит потреби-
тельной стоимости в виде денег и служит средством для
достижения конечной цели, лежащей вне обращения.
В кругообороте Т—Д—Т товар в соответствии с содер-
жащимся в нем рабочем временем, обмененный посред-
ством денег на другой товар, выходит из обращения для
того, чтобы быть потребленным как потребительная
стоимость. С того момента, когда товар перешел в руки
нового владельца, цель обращения считается достигну-
той. Его потребительная стоимость становится тем, в ка-
честве чего она была предпослана обращению — пред-
метом определенной потребности и как таковая потреб-
ляется в соответствии со своей природой. В результате
с реализацией потребительной стоимости товара круго-
оборот Г—Д—Т заканчивается. Та же судьба постигает
и меновую стоимость. Реализация товара в одном его
определении всегда является его отрицанием в другом
определении. До тех пор пока товар находится в обра-
щении, он выступает как единство потребительной стои-
мости и стоимости, ибо только в этом единстве он явля-
ется товаром. Однако, как только его потребительная
стоимость реализуется и он выходит из обращения, его
меновая стоимость также исчезает, она угасает.
Итак, в кругообороте 71—Д—Т меновая стоимость
в ее денежном выражении является лишь мимолетным
5*
131

определением, формой, для которой обращение явля-
ется лишь временным движением. Поэтому, подчерки-
вает К. Маркс, простое обращение должно рассматри-
ваться прежде всего как «...движение товара, движение,
в котором его бытие как потребительной стоимости
является доминирующим моментом» 1.
Принципиальное отличие кругооборота Д— Т—Д от
кругооборота Т—Д—Т состоит в том, что его главным
субъектом является не потребительная, а меновая стои-
мость. Как начальный и конечный пункт кругооборота
Д—Т—Д меновая стоимость в ее денежной форме стано-
вится движущим мотивом, определяющей целью обра-
щения. Она не исчезает, как в простом обращении, а в
процессе кругооборота, постоянно переходя из одной фор-
мы в другую, никогда не утрачивается в этом движении и
превращается таким образом «в автоматически действу-
ющий субъект», в некую «самодвижущую субстанцию» 2.
Таким образом, существенной особенностью круго-
оборота Д—Т—Д является то, что его составные эле-
менты, его участники — деньги и товар — качественно
отличны от денег и товара — участников кругооборо-
та Т—Д—Т. Прежде всего иной характер производст-
венных отношений выражают деньги. Перед нами уже
не деньги в их простом определении денег как орудия
обращения, денег как денег, а деньги, воплотившие
в себя особую меновую стоимость как цель обращения,
самовозрастающую в нем. Иным выступает и товар,
участвующий в кругообороте. Противостоящий деньгам
товар — это уже не товар в том виде, как он выступал
по отношению к деньгам в простом обращении, когда
определенность его формы была совершенно безразлич-
ной и когда он представал лишь как нейтральная
к деньгам субстанция. В кругообороте Д—Т—Д един-
ственным товаром, который может противостоять день-
гам, является специфический товар — товар рабочая
сила, в процессе производственного потребления кото-
рого стоимость"не только не исчезает, не только сохра-
няет себя, но и увеличивается в размерах, умножается.
Анализ кругооборота Д—Т—Д показывает, что дви-
жение его составных элементов на различных стадиях
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 2, с. 468.
2 Там же, т. 23, с. 164, 165.
132

представляет не что иное, как различные способы функ-
ционирования стоимости. Стоимость, переходя из одной
формы в другую, постоянно меняя денежную форму на
товарную и товарную на денежную, не утрачивается
в этом движении, а превращается в некий автомати-
чески сохраняющий себя и самовозрастающий субъект,
который сохраняет себя в обращении благодаря тому,
что стремится выйти за свои количественные границы.
В этом смысле для стоимости ее возрастание и само-
сохранение совпадают. В результате процесс сохране-
ния и самовозрастания стоимости представляется одно-
временно и как процесс самореализации и самовозра-
стания меновой стоимости, которая по своей сущности
и в условиях кругооборота Д— Г—Д остается формой
проявления стоимости. Реализованная меновая стои-
мость, подчеркивает в этой связи К. Маркс, по своему
содержанию — это умноженная, увеличенная меновая
стоимость.
Как видно из сказанного, К. Маркс исходит из того,
что принцип самовозрастания является внутренним, им-
манентным свойством меновой стоимости, средством ее
самосохранения, средством ее самореализации. «...В при-
роде указанной стоимости,— пишет он,— заложено
стремление постоянно выходить за свои собственные
границы» 1. В этой связи К. Маркс делает принципиаль-
но важный вывод о том, что только в кругообороте
Д—Т—Д стоимость и ее внешняя форма—меновая стои-
мость получают адекватную своей природе форму дви-
жения, «развиваются в своем законченном определе-
нии». «Меновая стоимость,— подчеркивает К. Маркс,—
полагает себя как меновую стоимость только тогда,
когда она реализует себя... т. е. увеличивает свою стои-
мость» 2.
Таким образом, в капиталистическом товарном обра-
щении меновая стоимость проявляется уже не как ме-
новая стоимость в своем первоначальном простом виде,
«не как простая вещь, для которой обращение есть
лишь внешнее движение или которая существует как
индивидуальный предмет в какой-нибудь особенной
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 219.
2 Там же, с. 212.
133

материи,— а как процесс, как отношение к самой себе
через процесс обращения» !.
С другой стороны, и само обращение выступает уже
не в своей первоначальной простоте. Оно уже не есть
только простой процесс обмена товаров на деньги и де-
нег на товар, только опосредствующее движение, суще-
ствующее для того, чтобы реализовать цены различных
товаров, приравнивать их друг к другу как меновые
стоимости. Движение, предполагающее меновые стои-
мости как развитое экономическое отношение, теперь
выступает, как подчеркивает К. Маркс, в значи-
тельно более сложной форме, поскольку оно уже не
является только движением заранее предпосланных
меновых стоимостей или движением, формально пола-
гающим их как цены, а представляет собой вместе
с тем и движение, в котором процесс обращения дол-
жен выступать равным образом и как процесс произ-
водства меновых стоимостей2. Таким образом, качест-
венно новым моментом здесь является то, что меновая
стоимость как развитый момент предполагает произ-
водство не как внешнее по сравнению с обменом дви-
жение, не как производство, всего лишь ведущее к об-
ращению, а как такое производство, которое вместе
с тем предполагает обращение, предполагает развитое
обращение уже в ходе своего собственного процесса как
производство и обращение в их органическом единстве.
Наряду с обоснованными выше положениями,
К. Маркс отмечает другой аспект, принципиально от-
личающий взаимодействие категорий меновой стои-
мости и труда в-условиях капиталистического и про-
стого обращения. Если первоначально в простом обра-
щении овеществленный абстрактный труд или всеоб-
щее рабочее время определяли содержание меновой
стоимости и в этом качестве меновая стоимость посред-
ством обращения развилась в форму своего материаль-
ного бытия в качестве денег как денег, то теперь, как
подчеркивает К. Маркс, «...меновая стоимость высту-
пает уже не как простой эквивалент или простое ове-
ществление труда, а как такая овеществленная и став-
шая самостоятельной меновая стоимость, которая лишь
1 Марко К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 181.
2 См.: там же,
134

для того предоставляет себя труду, становится его мате-
риалом, чтобы возобновить саму себя и с самой себя
вновь начать обращение. Тем самым это уже не простое
приравнивание и сохранение тождественности меновой
стоимости, как это имеет место в обращении, а умноже-
ние ее самой» !.
Вопрос об историзме качественных изменений мено-
вой стоимости, об историзме ее развития, имеющий, как
уже подчеркивалось, исключительно важное значение
для обоснования экономических предпосылок, обуслов-
ливающих, процесс перерастания денег как орудия об-
ращения в деньги как капитал и выяснения сущности
последних, не был понят представителями буржуазной
классической политэкономии. В сущности ни А. Смит,
ни Д. Рикардо этот вопрос и не ставили. В этой связи
К. Маркс указывает на один из существенных недостат-
ков теории денег А. Смита, который в своем анализе
меновой стоимости неразвитую ее форму, в которой она
выступает еще всего лишь как излишек над произведен-
ной для собственного существования производителя по-
требительной стоимостью, фиксирует как форму, аде-
кватную таковой в условиях капиталистического способа
производства, не понимая, что это одна из форм ее исто-
рического проявления. В буржуазном обществе, подчер-
кивает К. Маркс, меновая стоимость должна рассматри-
ваться как господствующая форма, при которой исчезает
всякое непосредственное отношение производителей
к своим продуктам как потребительным стоимостям,
при которой все продукты выступают как продукты для
торговли 2. Критика К. Марксом теории денег А. Смита
сохраняет методологическую актуальность при анализе
современных буржуазных теорий денег.
Если упрощенное рассмотрение сущности меновой
стоимости и денег у А. Смита объяснялось их относи-
тельной неразвитостью в период, когда жил ученый, то
корни теоретических заблуждений при анализе этих
вопросов вульгарными экономистами Бастиа и Кэри,
работы которых анализирует К. Маркс в Рукописи
1856—1957 гг., принципиально иные. Здесь имеет место
открытая апологетика капиталистических производст-
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 212.
2 См.: там же, т. 46, ч. 2, с. 446—447.
135

венных отношений, попытка доказать, что меновая стои-
мость и деньги, как существенная основа капиталисти-
ческой экономики, выражают отношения свободы и ра-
венства индивидов, гармонию их интересов.
К. Маркс показывает, что действительно в своем
простом воплощении меновая стоимость, как и деньги,
выражает отношения равенства субъектов. В самом
деле, подчеркивает он, коль скоро товары приравни-
ваются друг к другу к^к эквиваленты, -то и индивиды,
между которыми происходит этот процесс, выступают
в качестве просто обменивающихся субъектов, между
которыми не существует абсолютно никакого различия.
Каждый из субъектов находится в том же самом обще-
ственном отношении к другому, в каком другой нахо-
дится к нему. Поэтому их отношение в качестве субъек-
тов обмена есть отношение равенства К Однако подоб-
ные отношения, свойственные строго определенному
историческому этапу развития товарного производства,
нельзя механически переносить на развитие более зре-
лых экономических отношений. Когда подобный способ
понимания сущности меновой стоимости выдвигается
не в его историческом значении, подчеркивает К. Маркс,
то это все равно, как если бы кто-нибудь захотел утвер-
ждать, что не существует никакого различия, а тем
более противоположности между природными телами,
потому что они, будучи взяты, например, в определении
тяжести, все имеют тяжесть и потому одинаковы. По
аналогии с этим буржуазная вульгарная политическая
экономия меновую стоимость также фиксирует в ее
простой определенности в противовес ее более разви-
тым антагонистическим формам в условиях развитых
капиталистических производственных отношений 2.
К. Маркс неопровержимо доказывает, что уже само
предположение меновой стоимости в качестве объектив-
ной основы всей производственной системы в целом
с самого начала своего развития заключает в себе при-
нуждение индивида. И это неоспоримо, ибо существо-
вание меновой стоимости в ее развитом виде предпола-
гает такой способ производства, при котором отдель-
ный продукт уже перестает быть отдельным продуктом
1 См.: Марке /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 187.
2 См.: там же, с. 194.
136

для производителя вообще и без реализации в обра-
щении является ничем. Уже это одно ставит индивида
в совершенно иное отношение, чем отношения равен-
ства и свободы в условиях простого обращения, когда
меновая стоимость выступает еще в своем элементар-
ном выражении. Иное дело в условиях капиталистиче-
ского обращения, где отношения равенства и свободы,
как подчеркивает К. Маркс, выступают как чисто по-
верхностный процесс, между тем, как в глубине, под
ним, протекают совершенно иные процессы, в которых
эти кажущцеся равенства и свободы индивидов исче-
зают.
Положение К. Маркса об историзме развития мено-
вой стоимости, о том, что только в буржуазном обще-
стве, развивающемся на собственной основе, меновая
стоимость, получив адекватные себе условия развития,
достигает полной зрелости, дает возможность сделать
весьма определенный вывод по поводу преемственности
н характера взаимосвязи простого и капиталистического
обращения, двух форм движения Т—Д—Т и Д—Т—Д.
Тот факт, что они развиваются на основе единого на-
чала — развития меновой стоимости от ее простой опре-
деленности к зрелым формам — наголову отвергает
любые попытки доказать наличие параллелизма в их раз-
витии. Совершенно очевидно, что первая форма дви-
жения является предпосылкой развития второй, что
между ними существует внутренняя преемственность,
генетическая связь и взаимообусловленность.
2. Деньги как капитал
в их существенной определенности
Анализ сущности кругооборота Д—Т—Д и особой
формы проявления меновой стоимости в процессе капи-
талистического обращения составляет методологическую
основу выяснения природы денег как капитала, их су-
щественной определенности. Вместе с тем, чтобы со-
ставить правильное представление о взглядах К. Марк-
са на природу денег как капитал, следует остановиться
на самом понятии капитал, на категории, титул кото-
рой носят деньги в своем новом специфическом опреде-
лении.
13/

Известно, что отправным принципом
Капитал как теоретического анализа этой категории
самовозраста- является понимание капитала как ис-
ющая меновая
стоимость торическои категории, выражающей
определенную форму производственных
отношений. Представители классической буржуазной
политической экономии А. Смит и Д. Рикардо считали
капитал вечным и естественным условием всякой фор-
мы общества. А. Смит рассматривал капитал всего
лишь как накопленный труд, предназначенный для
дальнейшего производства, как особую разновидность
производственного накопления. Д. Рикардо также сво-
дил капитал к накопленному овеществленному труду.
«Капитал,— писал Д. Рикардо,— есть та часть народ-
ного богатства, которая употребляется на производство»,
это «накопленный (реализованный) труд», «...служащий
средством для нового труда» !.
К. Маркс со всей убедительностью доказывает мето-
дологическую несостоятельность подобного рода кон-
цепции, ошибочность которой в том, что капитал пони-
мается как вещь, а не как отношение. Наиболее четко
сущность категории капитала сформулирована К. Мар-
ксом: «Капитал возникает лишь там, где владелец
средств производства и жизненных средств находит на
рынке свободного рабочего в качестве продавца своей-
рабочей силы, и уже одно это историческое условие
заключает в себе целую мировую историю» 2.
В то же время с точки зрения анализа сущности де-
нег как капитала важен несколько иной аспект рас-
сматриваемого вопроса. Поскольку деньги в любой из
своих форм по своей природе являются не чем иным,
как обособленной формой меновой стоимости, очень
важно выяснить подход К. Маркса к проблеме капи-
тала с позиции взаимосвязи этой категории с катего-
рией меновой стоимости. К. Маркс не соглашается с
определением Д. Рикардо капитала как суммы стои-
мостей, употребляемых для производства новых стои-
мостей. Хотя в этой дефиниции, пишет он, и сохра-
няется та форма, благодаря которой меновая стоимость
1 Рикардо Д. Начала политической экономии и налогового
отношения. М., 1955, с. 230, 338.
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 181.
138

является исходной точкой капитала, но упущена связь
с содержанием, тогда как эта- связь для капитала, в
отличие от простой меновой стоимости, не безразлична,
ибо в обычном арифметическом сложении меновых стои-
мостей прийти к капиталу нельзя. В простом накоп-
лении денег еще нет отношения капитализации *.
Деньги в обычном выражении могут выступать лишь
как предпосылка капитала, их применение создает ос-
нову для его генезиса, но сами деньги непосредственно
капиталом быть не могут. Равно также не может вы-
ступать в качестве предпосылки капитала и труд. «Для
того, чтобы развить понятие капитала,— пишет К. Маркс
в Рукописи 1861—1863 гг.,— нужно исходить не из тру-
да, а из стоимости и притом из меновой стоимости, уже
развитой в движении обращения. Перейти от труда
пряли) к капиталу столь же невозможно, сколько не-
возможно от развития человеческих рас перейти прямо
к банкиру или от природы — к паровой машине» 2.
В этом смысле меновая стоимость, рассматриваемая
не в статическом состоянии, а в движении, в процессе
самореализации, самосохранения, по К. Марксу, не
просто предполагает капитал, не просто переходит
в него, а уже сама по себе является непосредственно
капиталом. «Стало быть,— подчеркивает в этой связи
К. Маркс,— первое определение капитала состоит в
том, что проистекающая из обращения, а потому и пред-
полагающая его меновая стоимость сохраняет себя в
обращении и посредством обращения; вступая в обра-
щение, меновая стоимость не утрачивается; обращение
представляет собой здесь не движение исчезновения
меновой стоимости, а, напротив, движение ее действи-
тельного самополагания как меновой стоимости, ее ре-
ализацию в качестве меновой стоимости» 3.
Как видно, единственной определенностью для ме-
новой стоимости, получившей развитие в условиях ка-
питалистического товарного производства, о чем упо-
миналось ранее, и которая сделает ее капиталом, есть
ее имманентное свойство сохранять и увековечивать
себя в обращении и посредством обращения. Капитал —
1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 206—207;
198.
2 Там же, т. 47, с. 15 (курсив наш.—Л. Г.).
3 Там же, т. 46, ч. 1, с. 208.
139

это сама себя воспроизводящая меновая стоимость.
В этой связи К. Маркс соглашается с определением
Ж. Сисмонди, что «капитал представляет собой посто-
янно сохраняющуюся стоимость, которая больше не про-
падает» '.
Таким образом, продолжая мысль о трансформации
меновой стоимости, ее видоизменении и адекватности
условиям развитого товарного производства, приходим
к выводу о том, что специфика кругооборота Д — Т —
Д определяется тем, что меновая стоимость как субъ-
ект этого движения, поочередно проявляясь то в каче-
стве денег, то в качестве товара, одновременно сохра-
пяет себя в каждом из этих качеств и на этой основе
приобретает качественно новую определенность — вы-
ступать в роли особой, абстрактной, внешней формы
капитала, а не в качестве внешней формы стоимости
товара, как это имело место в условиях простого товар-
ного обращения. Исходя из этого К. Маркс формули-
рует принципиально важное положение о том, что «ме-
новая стоимость, положенная как единство товара и де-
нег, -есть капитал»2. В этом определении сконцентри-
рована вся суть интересующей нас проблемы. Из него
следует, чдч) сущность капитала определяется не тем,
что он — деньги и не тем, что он — товар. Капитал в
представлении К. Маркса по своей природе есть нечто
иное. Капитал — это прежде всего единство метамор-
фоз Д — Г и Т — Д. Капитал — это самодвижение,
это — непосредственно кругооборот Д — Т — Д.
Таким образом, экономический смысл категории ка-
питал, по Марксу, .состоит не в том, что он представ-
ляет определенную разновидность денег или товара в
их специфической обособленности. Наоборот, капитал
представляет собой единство товара и денег в их связи, в
их движении. В этой связи, если исходить из пожела-
ния, что существенная определенность капитала
выражается отношением Д — Т — Д, если капитал
представляет собой неразрывное единство товара и де-
нег как участников этого отношения, то из этого логи-
чески следует, что деньги как один из компонентов дан-
1 Сисмонди Щ. Новые начала политической экономии
т 1, 1827, с. 185.
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 215.
140

ного отношепия не могут рассматриваться обособленно
от общего движения, изолированно от кругооборота
Д — Т — Д, выражающего сущность капитала как цель-
ного производственного отношения. Поскольку деньги
существуют только в качестве момента движения Д —
Т — Д, их природа, их сущность может быть опреде-
лена только в связи с их участием в этом движении
как особых абстрактных моментов этого движения. В ре-
зультате деньги как деньги, вступающие в кругооборот
Д — Т — Д, теряют в нем свою самостоятельность, те-
ряют ту всеобщность, которой они обладают в простом
обращении. Их существенная определенность проявля-
ется теперь лишь в пределах отношения капитала, в
границах кругооборота Д — Т — Д. В этом смысле они
не тождественны деньгам в их предшествующем опре-
делении, они уже не деньги вообще, не деньги как
деньги, а деньги в новом качестве, деньги как форма
проявления капитала.
Следовательно, по К. Марксу, в кругообороте Д —
Т — Д, где деньги выступают как некая субстанция та-
кой меновой стоимости, которая не только приобретает
самостоятельность по отношению к обращению, но и
сохраняет себя в нем,— здесь деньги выходят за пре-
делы их определения денег как денег и должны рас-
сматриваться в новом качестве, в качестве денег как
формы проявления капитала, в качестве абстрактного
выражения стоимости капитала.
Объективная необходимость образова-
Деньги как ния денег как капитала определяется
абстрактное противоречиями кругооборота Д — Т —
капитала Д» выражающими сущность капитала.
Капитал как самовозрастающая стои-
мость предполагает в качестве объективной предпосыл-
ки своего существования процесс обращения. Капитал,
подчеркивает К. Маркс, сохраняет себя тем, что он от-
дает себя во власть обращения. Вместе с тем К. Маркс
обращает внимание на то, что капитал как единство
товара и денег в их взаимосвязи имеет двойственный
характер. «Капитал,— пишет он,— как и простой товар,
имеет двойственную форму потребительной стоимости
и меновой стоимости»1. Следовательно, сущность
1 Марке К., Энгельс Ф. Соч., т. 49, с. 35.
141

противоречия обращения капитала состоит в том, что в
своем бытии в качестве разнозначных потребительных
стоимостей капитал участвовать непосредственно в об-
ращении не может, ибо всякое обращение предполагает
соизмеримость его компонентов. В этой связи возни-
кает объективная потребность во всеобщей абстрактной
форме сравнимости и обмениваемости капиталов. В ка-
честве основы такой субстанции, которая обеспечива-
ла бы обмениваемость капиталов, отличных друг от дру-
га по своей производственной структуре, их соизмере-
ние и сравнимость, выступает меновая стоимость в
ее развитом виде.
Весь ход исследования простого и капиталистиче-
ского обращения приводит К. Маркса к выводу о том,
что если в простом обращении, в кругообороте Т — Д —
Т меновая стоимость представлялась как количествен-
ное соотношение, в котором потребительные стоимости
одного рода обменивались на потребительные стоимос-
ти другого рода, как форма проявления стоимости то-
вара, то в капиталистическом обращении меновая стои-
мость приобретает новое качество. Она становится объ-
ективно необходимым способом соизмерения стоимо-
стей капитала, участвующих в кругообороте Д — Т —
Д, формой проявления стоимости капитала. Из этого
положения логически следует, что если деньги как ору-
дие обращения представляют собой самостоятельно обо-
собившуюся в процессе простого товарного обращения
меновую стоимость товара, то деньги как капитал яв-
ляются обособленной формой меновой стоимости ка-
питала.
Деньги как капитал, по выражению К. Маркса, «аб-
страктное выражение его как всеобщности». Они пред-
ставляют самостоятельное бытие меновой стоимости
капитала, его материальную субстанцию. «Та тожде-
ственность, та форма всеобщности,— пишет в этой свя-
зи К. Маркс,— которую принимает капитал, состоит в
том, что он есть меновая стоимость и как таковая —
деньги» 1.
В этом смысле можно сделать вывод о том, что наи-
более принципиальным моментом в существенном опре-
делении денег как капитала является то, что они
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 210.
142

являются специфической формой всеобщности, в которой
воплощается уже не всеобщая товарная меновая стои-
мость, как это имеет место при определении сущности
денег как денег, а строго определенная меновая стои-
мость, меновая стоимость капиталов. Развитие денег
как капитала является, таким образом, не следствием
развития и разрешения противоречия между потреби-
тельной стоимостью и стоимостью товара, а результа-
том качественно иного противоречия — между потреби-
тельной стоимостью и стоимостью, которые констатиру-
ют понятие капитал, противоречия между деньгами и
товаром, которые теряют в капитале свою самостоя-
тельность и могут рассматриваться только лишь как
особый абстрактный его момент, в котором они столь же
постоянно появляются, переходя из одной формы в
другую, сколь постоянно и исчезают.
Определение денег как капитала, как определенного
воплощения специфической меновой стоимости, являю-
щейся выражением определенной абстрактной формы
всеобщности капитала, предполагает выяснение ряда
важных методологических проблем. Речь идет4 прежде
всего об обосновании четкого представления о том, что
деньги как капитал не тождественны понятию капитал
как деньги. Как составной элемент, конституирующий
производственное отношение капитала как всего лишь
момент этого отношения, деньги являются специфиче-
ской формой диалектического отрицания капитала, его
противоположностью. Капитал как деньги — это воз-
врат к деньгам в предшествующем простом определе-
нии, возврат к более простой форме денег. Это статика.
Это, по выражению К.% Маркса, «лишь полагание капи-
тала в такой особенности, которая как некапитал, суще-
ствует уже до него и составляет одну из его предпо-
сылок» !.
Деньги как капитал не тождественны и ссуд
ному капиталу. Подобное отождествление допускал
И. А. Трахтенберг в своем фундаментальном исследо-
вании «Денежное обращение и кредит при капита-
лизме». Его взгляды оказали определенное влияние на
последующие исследования этой проблемы. Этот вопрос
требует весьма внимательного отношения, ибо грани
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 198.
14а

между этими категориями довольно подвижны. Если
деньги как капитал — это материализированная форма
меновой стоимости капитала и их главной функцией, их
основным назначением является обслуживание мета-
морфозы капитала, то функциональное назначение ссуд-
ного капитала в принципе иное. В III томе «Капи-
тала», где рассматривается природа ссудного капитала,
К. Маркс пишет: «Потребительная стоимость ссужаемых
денег — это их способность функционировать в качест-
ве капитала и в качестве такового производить при
средних условиях среднюю прибыль» 1.
В совершенно ином аспекте рассматривает К. Маркс
экономическую категорию «деньги как капитал». В Ру-
кописи 1856—1857 гг. и в других работах, касаясь сущ-
ности денег, К. Маркс подчеркивает, что деньги как
капитал являются капиталом — «an sich», т. е. являют-
ся капиталом «в себе», в возможности, в скрытом виде,
потенциально. Эта потенциальная возможность реали-
зуется лишь при определенных условиях. В этом смыс-
ле они пе являются непосредственным средством для
производства прибыли, а лишь могут на основе капи-
талистического производства приносить прибыль.
Вторая проблема, также весьма существенная в по-
нимании природы денег как капитала, касается харак-
тера их взаимосвязи с категорией труд. При анализе
меновой стоимости ранее мы частично затрагивали этот
вопрос. Несколько углубим его обоснование.
Труд как ^з теоРии товарного производства из-
протшю- вестно, что меновая стоимость как эко-
положность номическая категория может получить
деньгам свое реальное выражение лишь во вза-
как капиталу имоотношении с потребительной стои-
мостью. При этом речь идет не о потребительной стои-
мости вообще, а о потребительной стоимости, противо-
стоящей ей и соотнесенной с ней самой как со своей
противоположностью. Только в рамках этого отноше-
ния меновая стоимость может функционировать как та-
ковая. Исходя из этого общеметодологического принци-
па К. Маркс определяет весьма важную особенность
денег как капитала. Отталкиваясь опять от кругообо-
рота Д — Т — Д, выражающего сущность капитала, как
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 25* ч. 1, с. 387,
4 44

производственного отношения, он показывает, что если
в простом обращении сама субстанция товара, качест-
венное содержание потребительной стоимости, на кото-
рую обмениваются деньги в кругообороте Т — Д — Т,
была для них безразличной, ибо товар как носитель
меновой стоимости, выходя из обращения в качестве
предмета определенной потребительности, оказывался
совершенно вне экономического отношения, то в усло-
виях капиталистического обращения субстанция това-
ра становится определяющим моментом всего кругообо-
рота. Поэтому потребительной стоимостью, на которую
могут обменять себя деньги как капитал, может быть
такая потребительная стоимость, посредством которой
они себя сохраняют и умножают. Такой, полагает
К. Маркс, «единственной потребительной стоимостью,
которая может составить противоположность и допол-
нение к деньгам как капиталу, является труд (...) Об-
мен, посредством которого деньги становятся капиталом,
не может быть их обменом с товарами [вообще], а мо-
жет быть только обменом с их понятийно определенной
противоположностью, с товаром, находящимся к ним
самим в понятийной противоположности — с трудом
(т. е. с рабочей силой как товаром.— А. Г.)» *.
Таким образом, для денег как капитала, равно как
и для самовозрастающей меновой стоимости, рабочая
сила является той непосредственной потребительной
стоимостью, на которую они должны себя обменять.
Только в рамках отношения с рабочей силой они не
только реализуют себя, не только сохраняют свою стои-
мость, но и увеличивают ее, порождают прибавочную
стоимость. В этом проявляется глубина антагонистиче-
ских противоречий между трудом и капиталом.
Вместе с тем анализ взаимодействия денег как ка-
питала и труда требует выяснения еще одного суще-
ственного'момента. В этом анализе, проявляя диалек-
тическую гибкость, К. Маркс требует строгого разгра-
ничения понятий живой и овеществленный труд. Для
денег как капитала непосредственной потребительной
стоимостью является не труд вообще, а строго опреде-
ленный труд — только живой труд. В качестве непо-
средственного партнера денег в кругообороте Д — Т —
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 2, с. 489.
6 8-518 145

Д той субстанцией, с которой они непосредственно свя-
заны, является живой труд. Что же касается взаимо-
связи денег как капитала с овеществленным трудом, то
здесь характер отношений во многом видоизменяется.
Для того чтобы составить правильное представление о
взглядах К. Маркса по этому вопросу, необходимо пре-
жде всего принимать во внимание особенность круго-
оборота Д — Т — Д, при котором, как уже говорилось,
в отличие от кругооборота Т — Д — Т процесс произ-
водства выступает не как внешняя обособленная фор-
ма движения, а как производство и обращениет высту-
пающие в их органическом единстве.
Поскольку производство являемся неотъемлемой со-
ставной частью кругооборота Д — Т — Д, то оно, есте-
ственно, предполагает производственное потребление
специфического товара, на который обмениваются пер-
воначально в процессе метаморфозы Д — Т деньги, про-
изводственное потребление товара рабочая сила. В ре-
зультате, как пишет К. Маркс, чистая субъективность
труда как элемента производственного процесса сни-
мается, живой труд опредмечивается, овеществляется.
Поэтому, если рассматривать вторую часть кругооборо-
та Д — Т — Д — метаморфозу Т — Д, то в ней деньги
выступают в паре, в органическом единстве и совокуп-
ности с овеществленным трудом, воплотившем в себе
возросшую в процессе производственного потребления
труда стоимость.
Этот вопрос относится к числу корен-
Стоимостное ных в понимании природы денег как
0^е5!Л^е капитала, а следовательно, и кредитных
денег КоК ■» „
капитала денег, являющихся формой денег как
капитала. Г. Г. Матюхин полагает, что
кредитные деньги не несут в себе материализованной
стоимости, что они представляют «полный отрыв де-
нег от какой-либо материализированной субстанции» и
«не имеют собственной стоимости, а приобретают ее в
форме меновой стоимости». «Анализ эволюции форм
денег,— пишет в этой связи Г. Г. Матюхин,— приводит
к выводу, что деньги, сохраняя меновую стоимость,
постепенно лишаются собственной абстрактной стои-
мости как материализации затрат человеческого труда.
Этот процесс завершается у кредитных денег. Послед-
ние обладают только меновой стоимостью — денежным
146

выражением соотношения абстрактных стоимостей то-
варов, представляемых кредитными деньгами» ].
Как видно, сущность концепции Г. Г. Матюхина
сводится к тому, что кредитные деньги — не знак стои-
мости, а некая обособившаяся меноваяГ стоимость, су-
ществующая на основе полного отрыва от материали-
зованной субстанции. Следует прежде всего заметить,
что в своей основе позиция Г. Г. Матюхина не нова.
Отрывая меновую стоимость от стоимости и наделяя ее
обособленной самостоятельностью, автор данной кон-
цепции фактически сводит меновую стоимость товара к
рабочему времени. Но именно на таких позициях стоя-
ли представители английской меркантилистской школы
Уильям Петти, во Франции — Буагильберг. Эту же
точку зрения разделял Прудон и его последователи.
К. Маркс научно доказал несостоятельность данной
концепции. Критикуя Уильяма Петти, К. Маркс писал,
что «его пример показывает очень наглядно, что при-
знание труда источником вещественного богатства ни-
коим образом не исключает непонимания той опреде-
ленной общественной формы, в которой труд представ-
ляет собой источник меновой стоимости» 2. Подчерки-
вая активную роль меновой стоимости в эволюции де-
нежных отношений, К. Маркс всегда исходил из незыб-
лемого положения о том, что меновая стоимость не
может быть ничем иным, как всего лишь формой стои-
мости. Как форма стоимости меновая стоимость играет
конструктивную роль в системе денежных отношений,
но форма не существует без содержания.
По существу анализируемой проблемы важное об-
щеметодологическое значение имеет замечание К. Мар-
кса в I томе «Капитала»: «Когда мы в начале этой
главы (III гл. первого отдела.— А. Г.), придерживаясь
общепринятого обозначения, говорили: товар есть по-
требительная стоимость и меновая стоимость, то, строго
говоря, это было неверно... Наш анализ показал, что
форма стоимости, или выражение стоимости, товара вы-
текает из природы товарной стоимости, а не наоборот,
не стоимость и величина стоимости вытекают из
1 Матюхин Г. Г. Проблемы кредитных денег при капита-
лизме, с. 34, 15, 16—17.
2 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 40.
6' 147

способа ее выражения как меновой стоимости»1. Надо
полагать, именно смешение понятий, о которых писал
К. Маркс, и допускает Г. Г. Матюхин.
Каковы исходные методологические принципы
К. Маркса в обосновании вопроса о стоимостной опре-
деленности денег как капитала? Обратимся снова к кру-
гообороту Д — Т — Д. Как уже подчеркивалось, мено-
вая стоимость, находясь здесь в постоянном движении
и воплощаясь попеременно то в форму товара, то в
форму денег, в то же время сохраняет себя в этом
движении и, воплощаясь в конечном пункте движения
в овеществленном труде, становится безразличной к
особенностям товаров, участвующих в кругообороте.
«Меновая стоимость,— пишет К. Маркс в Рукописи
1861 — 1863 гг.,— не утрачивается при переходе от од-
ного способа существования к другому, а меняет лишь
свою форму и поэтому постоянно возвращается к са-
мой себе в своей всеобщей форме. Меновая стоимость
выступает как охватывающая оба сводх способа суще-
ствования, деньги и товар, и' именно поэтому высту-
пает как субъект того процесса, в котором она пред-
ставляет собой то одно, то другое; именно поэтому она
выступает как совершающие процесс деньги или как
совершающая процесс стоимость» 2.
Таким образом, выступая в кругообороте Д — Т —
Д, меновая стоимость капитала, с одной стороны, яв-
ляется субстанцией, которая в пределах рассматривае-
мого движения принимает форму не только денег, но и
овеществленного труда, воплощенного в любом из то-
варов, и, с другой стороны, она сохраняет себя в пре-
делах данного обращения, соединяет в единую цепь
деньги и товар, образуя между ними не формальную,
временную связь, как в условиях простого обращения,
когда меновая стоимость за пределами кругооборота ис-
парялась, а связь постоянную.
В этом смысле деньги как особая форма проявле-
ния меновой стоимости капитала, как ее материальное
бытие в границах рассматриваемого кругооборота те-
ряют привязанность к особой субстанции какого-либо
товара. Для них уже не обязательно воплощение в ка-
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 70.
2 Там же, т. 47, с. И.
148

кой-то определенный специфический товар, в золото
или серебро, которые посредством товарного обраще-
ния выдвинулись на роль всеобщего товарного эквива-
лента. «Весь предметный мир богатства,— пишет в этой
связи К. Маркс,— выступает теперь как тело денег та-
ким же образом, как золото и серебро» '.
Поскольку меновая стоимость как сквозное отно-
шение кругооборота Д — Т — Д одновременно присут-
ствует и в деньгах, и в товаре, то деньги в границах
этого отношения могут как отражение меновой стои-
мости воплотиться в любом товаре. Ни один товар, под-
черкивает К. Маркс, не препятствует деньгам, чтобы
они заняли в нем свое место и сделали его частью своей
собственной плоти, поскольку ни один из них не исклю-
чает в товаре определения денег.
Подобное рассмотрение вопроса свидетельствует о
принципиально новом подходе к вопросу о способе вы-
ражения стоимости денежной субстанции по сравнению
с простым обращением. В чем причина подобной транс-
формации? Рассматривая кругооборот Д — Т — Д, не-
льзя не обратить внимание, что в отличие от метамор-
фозы Т — Д, где деньги находятся в эквивалентной
форме, в метаморфозе Д — Т эквивалентом становится
товар. Подобная трансформация, таким образом, при-
обретает смысл благодаря тому, что в отличие от кру-
гооборота Т — Д — Г, где вместе с потреблением товара
погашается и его меновая стоимость в капиталистиче-
ском товарном обращении, в кругообороте Д — Т — Д
меновая стоимость сохраняет свою жизнь.
В этой связи меновая стоимость становится тем мо-
стиком, который связывает воедино живой и овеществ-
ленный труд, деньги и товар, делает их взаимообрати-
мыми не только с формальной стороны, как это имеет
место в простом обращении, но и взаимозависимыми по
существу.
В «Теориях прибавочной стоимости», касаясь этой
проблемы, К. Маркс подчеркивает, что «все товары мо-
гут быть превращены в деньги, а в качестве денег —
в капитал потому, что в принимаемой ими денежной
форме погашены их потребительная стоимость и особая
натуральная форма этой последней. Они — овеществ-
1 Маркс К,, Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 2, с. 487.
149

ленный труд в той общественной форме, в которой этот
самый труд может быть обменен на любой реальный
труд, может, следовательно, быть превращен в любую
форму реального труда» х.
Предшествующее рассмотрение вопроса логически
подводит к весьма важному методологическому выво-
ду, который делает К. Маркс, о том, что деньги как
капитал по своей существенной определенности вопло-
щают не одну лишь особую субстанцию одного товара,
выполняющего роль всеобщего эквивалента и материа-
лизующего всеобщее рабочее время. Они не являются
непосредственным представителем золота, знаком его
стоимости. Их сущность, их природа определяются тем,
что они существуют как «деньги, сохраняющие свое
идеальное определение во всех субстанциях, в меновых
стоимостях любой формы и любого способа существо-
вания овеществленного труда» 2. В этой связи К. Маркс
формулирует вывод о том, что «деньги теперь — опред-
меченный [овеществленный] труд, независимо от того,
обладает ли он формой денег или особенного товара» 3.
Совершенно очевидно, что подлинный смысл этой фор-
мулы не может быть понят с позиций простого обра-
щения. Здесь налицо прямая противоположность день-
гам как деньгам, поскольку деньги по своему со-
держанию являются воплощением не овеществленного,
а всеобщего абстрактного живого труда. Если в своей
первоначальной форме деньги как деньги рассматрива-
лись лишь как результат обращения товаров, изолиро-
ванного от сферы производства, то деньги как капитал
являются генетическим элементом более сложной фор-
мы движения — производства и обращения в их орга-
ническом единстве.
При рассмотрении вопроса о сущности денег как
капитала, помимо отмеченной выше их особенности, не-
обходимо принимать во внимание прежде всего то, что
формула К. Маркса «деньги теперь — опредмеченный
(овеществленный) труд» отражает строго определен-
ный Ьид производственных связей. Речь идет о вы-
ражении меновой стоимости денег как капитала,
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. 2, с. 144.
* Там же, т. 46, ч. 1, с. 249.
8 Там же, ч. 2, с. 487,
150

функциональное бытие которых ограничивается лишь
пределами кругооборота Д — Т — Д. В этом смысле
К. Маркс неоднократно подчеркивает, что меновая сто-
имость денег становится символом не золота и серебра,
а совокупного товара только в пределах обращения ка-
питала. Деньги как капитал не могут обслуживать про-
стей процесс обращения, они не являются средством
осуществления всеобщих связей в товарном мире, они
не выходят за рамки обращения Д — Т — Д, они явля-
ются всеобщей абстрактной формой лишь бытия капи-
тала. «Эти деньги,— пишет К. Маркс,— не могут по-
ступить в обращение в качестве всего лишь эквивален-
та, с тем чтобы обменяться на предметы простого по-
требления, так как обращение предполагается постоян-
ным... деньги существуют уже только для того, чтобы
увеличиваться по своей стоимости; т. е. для того, чтобы
становиться капиталом» !. Выйдя из кругооборота Д —
Т —Д, деньги как форма проявления капитала подвер-
гаются отрицанию, они теряют это определение, как
только они себя реализуют. Они отступают назад к обе-
им своим функциям — меры и средства обращения.
В этой связи формула К. Маркса «деньги — овеществ-
вленный труд» проливает свет на природу кредитных
денег. В конечном итоге они не могут быть полностью
оторваны от денег как денег. Представляя собой гене-
тическое развитие разнокачественных систем обраще-
ния — кругооборотов Г — Д — Т и Д — Т — Д, деньги
как деньги и деньги как капитал, с одной стороны, вы-
полняют в капиталистическом товарном мире разно-
плановые функции, с другой — взаимообусловлены. При
этом примат в системе денежных отношений, право
выполнять функцию меры стоимости товаров сохраняет-
ся за деньгами как деньгами, за деньгами-товаром. Тот
факт, что товары производственного назначения всту-
пают в кругооборот Д — Т — Д, неся на себе стоимост-
ную оценку, не может игнорироваться.
Таким образом, возвращаясь к концепции кредит-
ных денег Г. Г. Матюхина, следут еще раз заметить,
что методологическая погрешность его позиции состо-
ит не в том, что кредитные деньги он рассматривает
как воплощение меновой стоимости совокупной массы
Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 331.
151

товаров, а в мнимости их полного отрыва от стоимости
денежного товара, в наделении в конечном итоге кре-
дитных денег способностью самостоятельно выполнять
функцию меры стоимости.
Будучи сторонником концепции демонетизации зо-
лота, разделяя в целом, как уже указывалось, теорию
кредитных денег Р. Гильфердинга, Г. Г. Матюхин в то
же время критикует Р. Гильфердинга, полагая, что он
при объяснении природы бумажных денег проявляет
непоследовательность, не может до конца отойти от зо-
лота. Г. Г. Матюхин критикует как ошибочное положе-
ние Р. Гильфердинга о том, что «если золото заменили
бумажными деньгами, то что бы ни было оттиснуто на
этих знаках, сумма их во всяком случае должна пред-
ставлять сумму товарных стоимостей» !. Но именно в
этом положении Р. Гильфердинг стоял на правильных
позициях. Именно в этом вопросе его позиция совпа-
дает с позицией К. Маркса, который в III томе «Капи-
тала» писал, что «сами кредитные деньги суть деньги
лишь постольку, поскольку они в сумме своей номи-
нальной стоимости абсолютно замещают действитель-
ные деньги» 2. Данное положение К. Маркса, имеющее
принципиальное значение в выяснении сущности денег
как капитала вообще и кредитных денег в частности,
сохраняет свою актуальность.
Таким образом, предыдущий анализ показывает, что
деньги как форма проявления капитала, как более вы-
сокая и более сложная форма денежных отношений по
своему содержанию противостоят деньгам как орудию
обращения, являются их отрицанием. Однако речь в
данном случае идет не об отрицании в его метафизи-
ческом понимании, а об отрицании, которое сохраняет
связь нового со старым, таком отрицании, которое слу-
жит предпосылкой и основой % для возникновения и раз-
вития нового на основе преемственности со старыми,
менее развитыми формами.
В равной степени, как и при анализе вопроса
о преемственности кругооборотов Т — Д — Т и
Д — Т — Д, К. Маркс весьма четко и последовательно
1 Матюхин Г. Г. Проблемы кредитных денег при капита-
лизме, с. 76—77.
* Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. 2, с. 61.
152

подчеркивает их органическое единство и взаимную пре-
емственность. Точно также деньги в своем новом опреде-
лении осуществляют не обособленное развитие, а сохра-
няют диалектическое единство с предшествующей фор-
мой. «...Кругооборот «деньги—товар—деньги»,— пишет
К. Маркс,— уже содержит то, что деньги здесь функ-
ционируют не только как мера или как средство обмена
и не только как то и другое вместе, а имеют еще и не-
которое третье определение... здесь обнаруживается,
что, кроме такого орудия обращения, деньги представ-
ляют собой еще и нечто другое, что они обладают так-
же и самостоятельным существованием вне обращения и
в этом новом определении точно так же могут быть изъ-
яты из обращения...» 1
3. Функциональное проявление денег
как капитала. Кредитные деньги
Материальная К числу вопросов первостепенной важ-
субстанция денег ности в исследовании денег как капи-
как капитала тала относится вопрос о их материаль-
ном носителе. Анализ генезиса развития денег как
капитала свидетельствует о том, что на начальных
этапах развития капиталистического товарного производ-
ства деньги как капитал не располагают собственным,
обособленным от денег как денег материальным носи-
телем. Реальные факты капиталистической действитель-
ности, с особой тщательностью проанализированные
К. Марксом, свидетельствуют о том, что одна и та же
материальная денежная субстанция, обращаясь как в
сфере простого, так и в сфере капиталистического обра-
щения, выполняла соответственно функции денег как
денег и денег как капитала.
Коснувшись первоначально этого вопроса в Рукопи-
си 1857—1858 гг., а также в Рукописи 1861—1863 гг.,
К. Маркс затем наиболее полно обосновывает его в
III томе «Капитала» в полемике с Туком по поводу
функциональных различий, существующих между сред-
ствами обращения как деньгами (currency), денежным
капиталом вообще и капиталом, приносящим проценты
(moneyed capital), т. е. деньгами как капиталом.
Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 147.
153

В ходе этой полемики К. Маркс неопровержимо до-
казывает, что одна и та же денежная единица в зави-
симости от сферы обращения может выступать или в
роли денег как денег, или в роли денег как формы про-
явления капитала. Обращаясь в сфере простого обра-
щения, та или иная денежная единица выражает отно-
шения купли-продажи, и наоборот, переходя в сферу
капиталистического обращения, ее функциональная дея-
тельность приобретает иной характер. Ее главной мис-
сией становится обслуживание капиталистического вос-
производства. Здесь денежная единица воплощает в себе
отношения, отражающие функции обращения капиталь-
ной стоимости. «Хотя виды денег, обращающихся в обе-
их сферах, различны,— пишет К. Маркс, имея в виду
под видами денег их рассматриваемую функциональ-
ную определенность,— но одна и та же единица денег,
например, пятифунтовая банкнота, переходит из одной
сферы в другую и попеременно выполняет обе функции;
это неизбежно уже потому, что розничный торговец мо-
жет придать своему капиталу денежную форму только
в форме той монеты, которую он получает от своих
покупателей» !.
Подобное совмещение функционального проявления
различных форм денег в одной материальной денежной
субстанции определяется тем, что и в условиях раз-
витых капиталистических производственных отношений
простое и капиталистическое обращение, кругообороты
71 — Д — Г и Д — Г — Д взаимно переплетаются. В са-
мом деле, если коснуться вопроса выплаты заработной
платы, то здесь «деньги в руках рабочего только сред-
ство обращения. На собственном товарном рынке рабо-
чий на деле, как всякий другой владелец денег, отли-
чается только как покупатель от владельца товаров как
продавца. Но на рынке труда, напротив, деньги проти-
востоят ему всегда как денежная форма капитала»2,
На этом примере К. Маркс очень четко показывает
подвижность граней между различными формами денег
противоположных сфер обращения.
Учитывая наличие единой материальной субстан-
ции для денег разнокачественных систем обращения.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. 1, с. 488.
2 Там же, т. 49, с. 70.
154

К. Маркс обосновывает вполне логичное и принципи-
альное положение о том, что в условиях капиталисти-
ческого производства деньги «...помимо потребительной
стоимости, которой они обладают в качестве денег, они
приобретают добавочную потребительную стоимость,
именно ту, что они функционируют как капитал. Их
потребительная стоимость,— пишет далее он,— состоит
здесь как раз в той прибыли, которую они производят,
будучи превращены в капитал. В этом качестве потен-
циального капитала, средства для производства прибы-
ли, деньги становятся товаром, но товаром sui generis
(особого рода.— А. Г.)» х. Как следует из цитируемого
положения К. Маркса, добавочная потребительная .сто-
имость денег представляет собой не что иное, как сред-
ство аккумуляции и проявления функций денег как ка-
питала. По сути можно утверждать, что она является
своеобразной формой реализации денег как капитала.
Если рассматривать добавочную потребительную стои-
мость, которая воплощается в деньгах как орудии обра-
щения в качестве своеобразной формы денег как капи-
тала, то совершенно правомерный вопрос,— каким об-
разом реализуется это дополнительное качество денег,
как проявляет себя эта «добавочная потребительная
стоимость», как она «работает» в системе товарно-де-
нежных отношений?
В этой связи допустимы соображения, возможно, по-
становочного плана, которые несколько по-новому осве-
щают существо затронутой проблемы. По-нашему мне-
нию, непосредственной формой реализации «добавоч-
ной потребительной стоимости» денег как денег, денег
как орудия обращения является развитие функций де-
нег как средства платежей и функции накопления пла-
тежных средств.
Спецификой кругооборота Д — Т — Д, его отличи-
тельной чертой, на что обращает внимание К. Маркс
в первую очередь и от чего он постоянно отталкивает-
ся при анализе денег как капитала, денег в их новой
качественной определенности, является положение о
том, что в рассматриваемом кругообороте деньги из
пассивного посредника обращения превращаются
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. 1, с. 372.
155

в самоцель обращения и вследствие этого получают
самостоятельное существование. Поэтому выход денег
эа рамки простого товарного обращения, их самостоя-
тельная жизнь логически предопределяют развитие
в качестве базовой функции денег в анализируемом
определении — функции материального представителя
всеобщего богатства.
День Категория «всеобщее богатство» выра-
в их функции ж*ет сложный комплекс социальных
материального связей, которые могут осуществляться
представителя только посредством денег. Каждый
всеобщего отдельный товар может рассматривать-
ся всего лишь как представитель богат-
ства, но в своей натуральной определенности он удо-
влетворяет лишь определенную потребность и, следо-
вательно, представляет только отдельный момент все-
общего богатства. В рамках общественной связи, пишет
К. Маркс, отдельна взятый товар выражает: 1) лишь
потребленное богатство; 2) лишь некоторую совершен-
но особенную сторону этого богатства.
В противоположность отдельному товару деньги как
материализованная меновая стоимость являются не мо-
ментом богатства, а его всеобщим представителем. По-
скольку деньгам свойственна всеобщая обмениваемость,
они способы удовлетворять любую потребность. Товар
обладает этим свойством лишь при посредстве денег.
Деньги обладают им непосредственно по отношению ко
всем товарам, а поэтому и по отношению ко всему миру
богатства, к богатству как таковому.
В этой связи в III томе «Капитала» Ф. Энгельс об-
ращает внимание на то, что в деньгах проявляется об-
щественная природа богатства. Богатство общества,
пишет он, основанного на частной собственности, суще-
ствует лишь как богатство отдельных лиц. Оно прояв-
ляется как общественное богатство лишь благодаря
тому, что эти отдельные лица для удовлетворения своих
потребностей обмениваются между собой качественно
различными потребительными стоимостями. В усло-
виях капиталистического производства они могут это
делать лишь при посредстве денег. «Таким образом,—
делает вывод Ф. Энгельс,— лишь при посредстве де-
нег богатство отдельного лица осуществляется как
156

общественное богатство; в деньгах, в этой вещи, вопло-
щена общественная природа этого богатства» К
Нельзя сказать, что функция денег как представи-
теля всеобщего богатства — продукт лишь капиталис-
тического товарного обращения. Развитие этой функ-
ции определяется тем, что субстанцией денег является
меновая стоимость. Уже само это — доказательство то-
го, что в потенции деньги как отделившаяся меновая
стоимость могут и в условиях простого товарного обра-
щения рассматриваться как представитель всеобщего
богатства. Однако в условиях простого обращения эта
функция в системе денежных отношений не получает
развития, она не работает. Это объясняется тем, что ме-
новая стоимость в условиях простого товарного обра-
щения, фиксированная в виде денег, исчезает, как
только они реализуют себя в товаре как потребитель-
ной стоимости. Деньги в кругообороте Т — Д — Т яв-
ляются лишь мимолетным посредником обращения. Что
же касается функции образования сокровищ, то, как
подчеркивает К. Маркс, единственной экономической
реальностью с точки зрения функционирования меха-
низма обращения, которой обладает эта функция, той
работой, которую она выполняет, является образование
резервуаров, дающих возможность расширять й сокра-
щать количество денег, находящихся в обращении. Что
касается непосредственного собирания сокровищ в виде
золота и серебра, то, порвав связь с обращением, деньги
принимают здесь, по выражению К. Маркса, окамене-
лую форму. В этом смысле К. Маркс называет непо-
средственное собирание сокровищ наивной формой на-
копления. Стало быть, и в этой роли функция денег
как представителя всеобщего богатства не получает раз-
вития.
Иное дело в кругообороте Д — Т — Д, где меновая
стоимость становится самоцелью обращения и где она
не только не исчезает, как в простом товарном обра-
щении, а реализует себя посредством самовозрастания.
Здесь, естественно, функция денег как представителя
всеобщего богатства не только начинает работать, но
и приобретает статус определяющей функции. При этом
характер функциональной деятельности денег как все-
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. 2, с. 121.
157

общего представителя богатства определяется тем, что
они являются продуктом обращения не в его первона-
чальной простоте, обращения фактически изолирован-
ного от производства, а продуктом особой формы обра-
щения, обращения, возведенного в более высокую сте-
пень, обращения в его развитом виде, которое, как уже
говорилось, неотделимо от производства и выступает
лишь как его особый момент. Если в простом обра-
щении функция сокровищ является производным са-
мого механизма денежного обращения, то в буржуаз-
ном обществе, как подчеркивает К. Маркс, функци-
оальная деятельность денег в анализируемом опреде-
лении сводится к выполнению требований совокупного
процесса производства. Под воздействием именно
этих требований, требований процесса производства,
функция образования сокровищ преобразуется в функ-
цию накопления денег. Те формы сокровищ, в которых
деньги выступали в своей непосредственно веществен-
ной форме золота, в буржуазном обществе теряют эко-
номический смысл. Они исчезают. «В сущности,— пи-
шет К. Маркс,— только в сфере простого обращения,
и именно в форме образования сокровищ, имеет место
накопление богатства как таковое» 1.
Выше указывалось, что в качестве материального
представителя всеобщего\ богатства деньги получают
реальное существование только тогда, когда они из свое-
го статического состония перемещаются в сферу обра-
щения. Пока они остаются изъятыми из обращения,
подчеркивает К. Маркс, они имеют не больше ценности,
чем если бы лежали зарытыми в самой глубокой шах-
те. Чтобы не окаменеть в виде сокровища, они должны
снова таким же образом войти в обращение, как они
из него вышли. В то же время их выход из состояния
покоя означает не что иное, как их отрицание в функ-
ции средства обращения и превращения в новое каче-
ство —• в средство платежа. В этом состоит своеобразие
жизни денег как представителей всеобщего богатства.
Отрицая себя в одном качестве, они сохраняют себя,
преобразуясь в другое.
Таким образом, деньги, фиксируемые как всеоб-
щая форма богатства, находясь в состоянии покоя как
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 115.
168

средство накопления и представляя собой постоянное
стремление выйти из этого состояния, объективно пред-
полагают развитие денег как средства платежа. С другой
стороны, развитие денег как средства платежа вызы-
вает в свою очередь необходимость создания резерв-
ного фонда, их накапливания перед сроками уплаты
как платежного средства.
Единство денег Предшествующий анализ свидетель-
в функциях ствует, что на определенном этапе то-
средства платежа варно го производства с зарождением и
и накопления развитием капиталистических товарных
платежных отношений происходит диалектическое
ср отрицание денег как единства меры
стоимостей и средства обращения. Деньги получают
преимущественное выражение в качественно новом
единстве функций — в единстве функций денег как
средства платежа и в функции сокровищ, которая пре-
образуется в функцию накопления платежпых средств.
Новая роль денег, выраженная К. Марксом в единстве
рассматриваемых функций, определяется первоначаль-
но не столько их удельным весом в системе денежных
связей, сколько их качественно новым значением с
точки зрения развития производительных сил, их обще-
ственной ролью в системе производственных отноше-
ний. Если в единстве функций меры стоимостей и сред-
ства обращения деньги отражают метаморфозу Т —
Д — Т, смысл которой состоит в обмене товаров разной
потребительной стоимости, то в новом единстве функ-
ций, функции средств платежа и накопления платеж-
ных средств, деньги предполагают метаморфозу каче-
ственно иного содержания. Речь идет о метаморфозе
Д — Т — Д, реальный смысл которой может иметь мес-
то лишь при условии возрастания стоимости. В этой
роли деньги уже не вписываются в границы той всеоб-
щей потребительной стоимости, которой они обладают
только как средство обращения товаров. В этом смыс-
ле, надо полагать, они и. приобретают ту качествен-
но новую определенность, «дополнительную потреби-
тельную стоимость», которая и определяет их функцио-
нирование как денег в более развитом содержании.
Весьма примечательно, что зарождение функций де-
нег как средства платежа и накопления платежных
средств уходит своими корнями к периоду, когда
15Э

простое товарное производство было господствующей
формой производственных отношений. Деньги в рассмат-
риваемых функциях отражали зарождение элементов
капиталистических отношений, преимущественно раз-
витие новой формы общественных связей — ростовщи-
чества. Ростовщичество, подчеркивает К. Маркс, вырос-
ло "из денег как средства платежа и расширило эту
функцию, явившуюся его исконной ареной !. В равной
степени как ростовщичество подрывало и разрушало
феодальную собственность, мелкотоварное производство,
так и деньги в функциях средств платежа и накопле-
ния платежных средств — в этом новом единстве — сы-
грали революционизирующую роль в процессе превра-
щения простого товарного производства в капиталисти-
ческое.
В свете рассмотренных вопросов формула К. Марк-
са, названная нами в начале раздела, «Выход денег за
рамки простого обращения в их функции материально-
го представителя богатства. Деньги как самоцель. День-
ги как средство платежа. Переход к деньгам как капи-
талу» приобретает реально доступное содержание. Если
на ранних этапах развития капиталистических произ-
водственных отношений две сферьюбращения — простое
и капиталистическое товарное обращение — обслужива-
лись единой материальной денежной субстанцией —
полноценными деньгами или их бумажными замените-
лями (разменными на золото или неразменными), то
в последующем, в связи с углублением противоречий
капиталистического хозяйства и в особенности в связи
с развитием кредитных отношений как наиболее устой-
чивой формы установления производственных связей,
происходит расчленение единой денежной субстанции.
На роль материального носителя денег как капитала
выдвигаются кредитные деньги.
Кредитные деньги сегодня являются
Кредитные деньги преобл а дающей формой денег в разви-
Тосите^ден""/ тых капиталистических странах. Со-
как капитала гласно статистике Международного ва-
лютного фонда доля депозитов в сово-
купной денежной массе 11 промышленно-развитых
стр^н в начале 70-х годов составляла 73%, в том числе
1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. 2, с. 149.
160

примерно 90% приходилось на США, 80% — на Англию
и Швецию К Совершенно очевидно, что сущность функ-
ционирования современного денежного механизма ка-
питалистических стран можно раскрыть, научно обос-
новав прежде всего природу современных кредитных
денег.
Не касаясь специфики отдельных форм кредитных
денег для исследования их природы, важно исходить
из двух логически связанных между собой методологи-
ческих предпосылок, составляющих, по нашему мне-
нию, теоретическую базу их исследования. Речь идет,
во-первых, о том, что кредитные деньги являются ма-
териальным носителем денег как капитала. В кредит-
ных деньгах деньги как капитал получают свое адек-
ватное выражение. Во-вторых, исходя из всего предше-
ствующего анализа следует сделать вывод, что кредит-
ные деньги представляют в обращении не товарную
меновую стоимость, а обособившуюся форму меновой
стоимости капитала; они являются формой ее реали-
зации. Меновая стоимость капитала образует внутрен-
нюю субстанцию кредитных денег.
Образование кредитных денег — результат развития
объективных потребностей капиталистического произ-
водства и обращения. Они возникли непосредственно,
как пишет К. Маркс в I томе «Капитала», «из функции
денег, как средства платежа». Их функционирование —
способ разрешения противоречий между простым и ка-
питалистическим обращением. Существо этого противо-
речия проявлялось в том, что, несмотря на их внутрен-
нюю противоположность, до образования собственно
кредитных денег, простое и капиталистическое обраще-
ние, кругообороты Г — Д — Т и Д — Т — Д, обслужи-
вала одна и та же денежная форма — деньги как день-
ги, которые, перевоплощаясь, переходили из одной
сферы оборота в другую.
В результате, таким же образом, как и на ранних
этапах простого капиталистического обращения, функ-
ция денег как средства обращения получила свое
самостоятельное материальное воплощение в бу-
мажных деньгах. С развитием капиталистического
производства отпочковывается и функция средства
1 Деньги и кредит, 1976,№ 1, с. 75.

платежа, получившая обособленное существование в виде
тоже самостоятельной денежной формы — кредитных
денег.
Это еще раз подтверждает жизненность известного
методологического положения К. Маркса о том, что с
развитием противоречий капиталистического производ-
ства и обращения происходит расчленение, денег на обо-
собившиеся функциональные, или, как К. Маркс назы-
вает их, «цивилизованные» формы денег, в результате
чего функциональное бытие денег приобретает матери-
альное бытие. Практика современного капитализма
подтвердила эту формулу и тем, что на наиболее раз-
витых этапах капиталистического товарного обращения
в условиях интернационализации международных эко-
номических связей вообще и денежных рынков в част-
ности, что в свое время предсказывал К. Маркс, от
золота отпочковываются в самостоятельную денежную
форму и мировые деньги. Не касаясь механизма этого
весьма важного и интересного процесса, заметим, что
функция мировых денег сегодня также материально во-
площается в различных суррогатах бумажных знаков.
Однако при всей глобальности развития этих процессов,
«цивилизованные» формы денег не разрывают своей
функциональной связи с золотом, которое сохраняет за
собой монопольное право выполнять исходную функ-
цию денег — функцию меры стоимостей, представляю-
щую основу денежных отношений. Если попытаться
представить анализируемый процесс в наиболее общем
плане, то его главный смысл может быть выражен сле-
дующим: в то время как золото сохраняет за собой роль
всеобщего эквивалента, получившие развитие функцио-
нальные формы денег взяли йа себя роль технического
инструментария товарного обращения.
Положение К. Маркса о том, что кредитные день-
ги — порождение функции денег как средства платежа,
не означает, что они — продукт простого обращения.
Хотя кредит, как уже отмечалось, своими корнями ухо-
дит к периоду докапиталистических производственных
отношений, однако в условиях простого товарного об-
ращения кредитные отношения носили лишь мимолет-
ный характер. Кредит, пишет в этой связи К. Маркс,
в сколько-нибудь развитой форме не выступает ни в
162

одном из прежних способов производства. В своей раз-
витой форме кредит — продукт капиталистического об-
ращения, продукт кругооборота Д — Т — Д, где деньги
являются самоцелью обращения, выступают в качестве
представителя всеобщего богатства. Эту мысль К. Маркс
неоднократно подчеркивает. И это понятно. По своей
сущности кредит непосредственно связан с производ-
ством. Степень развития денег как платежного сред-
ства показывает уровень овладения меновой стоимостью
производством во всем объеме. В то же время кредит
предполагает не просто производство, а капиталисти-
ческое производство, основанное на эксплуатации на-
емного труда. «В качестве существенного, развитого про-
изводственного отношения кредит исторически и высту-
пает только в обращении, основанном на капитале или
на наемном труде» *,— развивает эту мысль К. Маркс
в Рукописи 1856—1857 гг. Достаточно определенно он
говорит об этом и в III томе «Капитала». «...Кредитная
система,— подчеркивает он,— с одной стороны, являет-
ся имманентной формой капиталистического способа
производства, с другой стороны — движущей силой его
развития в высшую и последнюю из возможных для
него форм»2. Таким образом, положение К. Маркса
о том, что «кредитные деньги возникают непосредст-
венно из функции денег как средства платежа», не
должно рассматриваться однозначно. Чтобы четко со-
ставить себе правильные представления о взглядах
К. Маркса по этому вопросу, необходимо отчетливо
представлять, что, по К. Марксу, кредитные деньги —
денежная форма, созданная непосредственно капитали-
стическим способом производства, продукт капитали-
стического обращения, феномен кругооборота Д — Т —
Д. Их подлинное назначение, их функциональная роль
связана с обслуживанием метаморфозы капитала, про-
цесса капиталистического воспроизводства. Оци — ма-
териализованная форма денег как капитала. В этом
ключ понимания их подлинного содержания, что неод-
нократно подчеркивалось. В этой связи возможно пред-
положить, что мысль К. Маркса о том, что «кредитные
Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 2, с. 27—28.
Там же, т. 25, ч. 2, с. 156.
163

деньги возникают непосредственно из функции денег
как средства платежа», выражает скорее внешнюю фор-
му их материального воплощения, нежели их генетиче-
скую основу. В этой связи обращает внимание весьма
важное положение, высказанное К. Марксом в Рукопи-
си о том, что для кредитных денег «их материальное
существование как денег безразлично и может быть
заменено любым титулом» 1.
Развиваясь на принципиально иной по сравнению
с деньгами как орудием обращения основе, в отличив
от предшествующих им денежных форм, кредитные
деньги не связаны непосредственно с золотом как мо-
нетарным товаром. Они не являются его представите-
лями в обращении. Об этом недвусмысленно пишет
К. Маркс не только в Рукописи 1857—1858 гг.* но и в
I томе «Капитала», утверждая* что кредитные деньги
представляют собой не что иное, как «...самостоятель-
ное наличное бытие меновой стоимости, или абсолют-
ный товар» 2. В этом же аспекте следует рассматривать
положение, высказанное им в «К критике политиче-
ской экономии», о том, что «кредитные деньги принад-
лежат (по сравнению с бумажными деньгами с прину-
дительным курсом.— А. Г.) к более высокой сфере об-
щественного производства и управляются совершенно
другими законами» 3.
Таким образом, основываясь на обращении капи-
тала, кредитиве деньги по сути представляют в об-
ращении определенную массу товаров. По выражению
К. Маркса, они являются не всеобщим, а «индивиду-
альным воплощением общественного труда» и не могут
поступать в обращение в качестве всеобщего денеж-
ного эквивалента. Это положепие К. Маркса, как мы
полагаем, чрезвычайно важное, поскольку из него ло-
гически вытекает вывод о том, что ценность кредитных
денег, как и денег как капитала, производными которых
они являются, определяется, как уже говорилось выше,
не стоимостью золота, которое они замещают, а стои-
мостью товарной массы, которую они представляют в
обращении. «Развитие денег как всеобщего платежного
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 332.
2 Там же, т. 23, с. 149.
3 Там же, т. 13, с. 99.
164

средства таит в себе то противоречие, что меновая
стоимость (К. Маркс в данном случае имеет в вида
стоимость.— А. Г.) приняла формы, независимые от ее
способа существования в качестве денег» х.
В то же время не менее важным моментом харак-
теристики сущности кредитных денег, денег как фор-
мы движения капитала является то, что их разрыв с
деньгами как орудием обращения, с деньгами как день-
гами следует рассматривать диалектически. В своей
функциональной деятельности кредитные деньги не
заменяют обычных денег, денег как денег. Они не могут
вытеснить последние. Несмотря на то что они возни-
кают на принципиально иной основе, чем деньги как
деньги, в их различном материальном воплощении, и
что они управляются совершенно другими законами
развития, их отчуждение от золота как монетарного
товара нельзя считать абсолютным. «...Не следует за-
бывать... о том,— пишет по этому поводу К. Маркс в III
томе «Капитала»,— что деньги — в форме благородных
металлов — остаются основой, от которой кредитное
дело по самой природе своей никогда не может освобо-
диться» 2.
В чем смысл этой связи — связи монетарного то-
вара и кредитных денег? Нет ли здесь у К. Маркса
противоречий? Точки зрения многих авторов при вы-
яснении этого вопроса расходятся.
Отвечая на этот вопрос, по-видимому, необходимо
учесть по меньшей мере два важных обстоятельства.
Прежде всего нельзя не учитывать, что движение ка-
питала, составляющего основу кредитных денег, не явля-
ется первичным. Началу функционирования капитала,
в процессе которого происходит взаимодействие про-
изводственных элементов, всегда предшествует процесс
простого обмена: обмен денег на составные элементы
производства, на его факторы, на жизненные средства
для рабочих, на сырье и орудия производства. В этой
связи элементы производственного назначения всту-
пают в кругооборот капитала, уже будучи воплощен-
ными в свою денежную форму стоимости. Их стои-
мость выражена не непосредственно в часах рабочего
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 2, с. 413.
2 Там же, т. 25, ч. 2, с. 156.
165

времени, а косвенно, посредством оценки во всеобщем
денежном эквиваленте. «Форма обращения Д—Т—Д,—
читаем в Экономической Рукописи 1861—1863 гг.,—»
т. е. деньги, совершающие процесс, самовозрастающая
стоимость,— исходит из денег, продукта простого обра-
щения Т — Д — Т. Поэтому деньги предполагают не
простое товарное обращение, а такое товарное обраще-
ние, которое уже развило все денежные формы... Чтобы
совершить процесс, в котором меновая стоимость вы-
ступает как исходный пункт и результат, она уже до
этого должна приобрести в деньгах свою самостоятель-
ную абстрактную форму» !.
Второе обстоятельство, обусловливающее связь кре-
дитных денег и золота как монетарного товара, объяс-
няется тем, что кредитные деньги, отделившись в ка-
честве отдельной материальной субстанции, не могут
приобрести полную автономность. К. Маркс рассмат-
ривает кредитные деньги как неразрывное, объективно
обусловленное единство денег в качестве собственно
денег и денег как капитала, как единство двух проти-
воположных, взаимоисключающих друг друга и в то же
время нераздельных моментов.
Обращает ka себя внимание такое обстоятельство.
С одной стороны, как известно, К. Маркс нигде не до-
пускает отождествления кредитных денег и банкнот.
Он критикует прудонистскую концепцию «регулируе-
мого кредита» и, в частности, позицию Даримона, ко-
торый при анализе банковской системы,полностью ото-
ждествляет денежное обращение и кредит. Экономиче-
ски, подчеркивает К. Маркс, это ошибочно, ибо по своей
природе кредитные деньги и банкноты — явления, про-
тивоположные друг другу. Однако попытка представить
капиталистическое обращение даже в его развитом виде
как некое «чистое» отношение вне связи его с простым
товарным обращением, вне связи с кругооборотом Т —
Д — Т была бы утопией. «Чистого» капитализма нет
и не может быть. В этом отношении кредитные деньги
даже после приобретения ими материальной само-
стоятельности в своем функциональном проявлении
объективно на могут изолироваться от в принципе не
свойственных их природе функций, от функций
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 47, с. 10.
166

обслуживания простого товарного обмена. Нельзя, под-
черкивает К. Маркс, говоря собственно о кредитных
деньгах, механически расчленять кредитные деньги на
ту часть, которая опосредствует обмен, выполняя функ-
ции средства обращения, и на вторую часть, которая
функционирует в качестве средств платежа как мате-
риализированная форма денег как капитала '.
Таким образом, произошла весьма интересная транс-
формация функциональных проявлений различных
форм денег. Если на ранних этапах капиталистиче-
ского товарного производства «дополнительную потреби-
тельную стоимость», т. е. функцию обслуживания кру-
гооборота Д — Т — Д, выполняли деньги как всеобщее
средство обмена, то, наоборот, на развитых этапах
товарного производства и обращения, когда основной
денежной формой стали кредитные деньги, их дополни-
тельной и также не свойственной для них функцией,
т. е. опять-таки в качестве, дополнительной потреби-
тельной стоимости, но в противоположном смысле, ста-
ло обслуживание кругооборота Т — Д —- Т. Следова-
тельно, и в условиях развитых капиталистических
производственных отношений одна и та же денежная
единица может попеременно переходить из одной сферы
в другую и попеременно выполнять обе функции.
Практика современного капиталистического разви-
тия полностью подтверждает это положение. «Капита-
листическое обращение,— писал А. Пезенти,— это об-
ращение денег как капитала, обращение денег в функ-
ции капитала. Здесь речь идет скорей об обращении
кредитных инструментов, кредитных денег, чем об обра-
щении наличных денег, и этот факт известен всем тем,
кто сталкивается с операциями делового мира. Обе сфе-
ры обращения внутренне связаны, потому что, с одной
стороны, сумма подлежащих израсходованию доходов
выражает размеры потребления, а с другой — величи-
на обращающихся в производстве и торговле капиталов
выражает размеры и быстроту процесса воспроизвод-
ства» 2.
Итак, кредитные деньги, все больше вытесняющие
в настоящее время в денежном хозяйстве совремеи-
1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. 1, с. 487—489.
2 Пезенти А. Очерки политической экономии капитализма,
с. 553—554.
167

ного капитализма бумажные знаки стоимости или, точ-
нее, сближающиеся в определенном смысле по своему
функциональному назначению с последними, не могут
рассматриваться исключительно как производные от
капитала или как производные только от денежных
функций монетарного товара. Они могут получить на-
учное объяснение только как генетический элемент
разнокачественных систем: с одной стороны, как кате-
гория, производная от капитала, его меновой стодмо-
<уги, с другой — как производственное отношение, бе-
рущее свое начало от денег как денег, денег-
товара. В этом проявляется внутренняя противоречи-
вость кредитных денег, их двойственность, которую учи-
тывают далеко не все исследователи. Абсолютизируя
лишь одну сторону, определяющую природу кредитных
денег — их генетическую связь с обращением капи-
тала,— Г. Матюхин в упомянутой ранее работе непра-
вомерно отрывает кредитные деньги от золота.
Двойственность природы кредитных де-
Упроявление°е нег 0ПРеДеляет особую специфику их
кредитных депег функционального проявления. Этот во-
прос также относится к числу до конца
не выясненных в экономической литературе. Существо
проблемы состоит в следующем. Выражают ли кредит-
ные деньги особые функции, отличные от классических
функций денег, или их функции вытекают из свойств
обычных денег?
На наш взгляд, этот вопрос неоднозначен. В самом
деле, там, где кредитные деньги «работают» на себя,
т. е. как материальный носитель денег как капитала,
их функции не могут существенно не отличаться от
функций, связанных с обслуживанием простого товар-
ного обращения. «...Совершенно неправильно,— пишет
К. Маркс,— специфические свойства и функции, харак-
теризующие деньги как деньги и товар как товар, вы-
водить из их свойств как капитала» !. В то же время
К. Маркс показывает, что в своей функциональной опре-
деленности кредитные деньги на определенном уровне
своего развития сближаются с деньгами как орудием
обращения.
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 24, с. 94.
168

Учитывая, что для функционирования капитала «все-
охватывающим и определяющим моментом» всего про-
цесса обращения является не обмен товаров, а увели-
чение стоимости, вполне естественно, что К. Маркс при
определении основной функции денег как капитала, рав-
но как и кредитных денег, отталкивается от этого ис-
ходного положения. Он показывает, что в условиях ка-
питалистического обращения определяющей функцией
денег как капитала является функция меры самовоз-
растания капитала, выражающая соотношение стоимо-
сти, предпосланной производству, к стоимости, полу-
ченной в результате производства. «В соответствии с
природой денег, в капитале — когда он превращен в
деньги — прежде всего выступает только измерение со-
зданной им новой стоимости, т. е. повторяется первое
определение денег как всеобщей меры товаров; однако
теперь деньги выступают в качестве меры прибавочной
стоимости, в качестве меры увеличения стоимости ка-
питала.. В форме денег это увеличение стоимости капи-
тала выступает как измеренное в себе самом, как име-
ющее свою меру в себе самом < ... > Когда капитал
положен в качестве денег, то он, таким образом, поло-
жен в первом определении денег, в определении их
как меры стоимости. Но эта стоимость является здесь
собственной стоимостью капитала, т. е. мерой его само-
возрастания» !.
Эти четкие формулировки К. Маркса свидетельству-
ют о том, что речь идет о строго автономном проявлении
прежде всего определяющей функции денег как капи-
тала — функции меры его самовозрастания, которая в-
своем развитии не выходит за границы кругооборота
Д — Т — Д, где нет, и в принципе и не может быть,
места для функции меры стоимости товаров. Это поло-
жение К. Маркса еще раз проливает свет на противо-
речивость концепции кредитных денег Г. Г. Матюхина.
Справедливо утверждая, что кредитные деньги являют-
ся формой движения капитала, он в то же время пы-
тается наделить их функцией меры стоимости. Однака
совершенно очевидно, что отношения, которые обуслов-
ливали бы общественную потребность в проявлении
функции меры стоимостей товаров, в движении
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 435.
169i

капитала не складываются. Эти отношения предшествуют
кругообороту Д — Т — Д. Этим подтверждается объек-
тивная обусловленность двойственности природы кре-
дитных денег и возможность обслуживания ими двух
сфер капиталистического обращения. Одновременно ав-
тономность определяющей функции кредитных денег
подтверждает также положение К. Маркса о том, что
как только деньги как капитал реализуют себя в сфере
обращения капитала, они возвращаются в сферу про-
стого обращения, где их функциональная роль ко-
ренным образом меняется, где они превращаются в
обычные деньги, деньги как деньги. Таким образом,
определенная денежная единица в виде кредитных денег,
находясь функционально в одном из своих определений
в качестве денег как капитала, не может одновременно
выступать в качестве денег как денег. Не учитывать
это — значит не видеть качественных различий между
кругооборотами Т — Д — Т и Д — Т — Д, значит в ко-
нечном итоге сводить товарно-денежные отношения
лишь к отношениям, базирующимся на движении ка-
питала.
Помимо функции меры самовозрастания капитала
кредитные деньги как выражение абстрактной формы
движения капитала, его меновой стоимости функцио-
нируют также и в качестве всеобщего покупательного
средства, а также всеобщего средства платежа. При
этом обнаруживается следующая закономерность.
Если в своих главных, определяющих функциях деньги
как деньги и деньги как капитал сохраняют строгую
автономность, то в функциях, связанных с техническим
обслуживанием кругооборота капитала, происходит об-
ратный процесс — переплетение и взаимное обогащение
функциональной деятельности двух разновидностей де-
нег. Так, если рассматривать отдельные стадии круго-
оборота промышленного капитала, осуществляемые с
помощью капиталистической формы денег, то и мета-
морфозы Д — СП и Д — Р и даже акт Т — Д с формаль-
ной стороны не вносят существенно новых моментов.
При соответствующих преобразованиях каждая из этих
форм движения может быть представлена в виде общей
формы простого товарного обращения Т — Д — Ту где
деньги должны фигурировать как простое средство об-
ращения, играющее всего лишь мимолетную роль, как
170

простой посредник в обмене товаров. Но это лишь внеш-
няя сторона процесса, ибо денежные отношения для
К. Маркса — бто выражение не чисто технических функ-
ций, а воплощение строго определенных социальных
отношений. В этой связи и в функции всеобщего по-
ступательного средства, и в функции всеобщего сред-
ства платежа, которые внешне не отличаются от функ-
ций денег в их классическом определении, деньги в
анализируемом обращении, в виду прежде всего тех
специфических условий, в которых эти функции осу-
ществляются, остаются формой проявления капитали-
стических отношений. Речь идет о том, что функции
всеобщего покупательного средства и платежа наполня-
ются новым содержанием, обусловленным условиями
уже развитого капиталистического производства, при
наличии класса наемных рабочих и класса капиталистов
и соединении факторов производства на основе купли и
продажи рабочей силы. В результате те новые отно-
шения, которые выражают в данном случае рассматри-
ваемые функции, как подчеркивает К. Маркс, выте-
кают опять-таки не из природы денег; напротив, лишь
существование определенных условий превращает обыч-
ные функции денег в функцию капитала.
Рассмотренные вопросы Свидетельствуют о значи-
тельном расширении и усложнении круга обязанностей,
выполняемых деньгами в условиях капиталистического
товарного обращения. Отчетливо проявляется процесс
переплетения, скрещивания функциональной роли кре-
дитных и бумажных денег, вытеснения первыми вторых.
Подобные процессы касаются не только взаимосвязи
функций. Факты капиталистической действительности
свидетельствуют о том, что, обращаясь в качестве инди-
видуального воплощения общественного труда в роли
абсолютного товара при отсутствии размена на золото,
кредитные деньги приобретают возможность выступать
по сути в качестве равноправного с золотом компонента
в столь важном процессе, как процесс ценообразования.
В этом смысле выше говорилось о развитии в условиях
современного капитализма тенденции трансформации
денежной формы стоимости в денежно-кредитную. Од-
нако кредитные деньги не могут полностью вытеснить
золото. Распределение ролей между ними в процессе
ценообразования зависит от множества факторов. В топ
171

мере, в какой имеется учет объективных потребностей
рынка, в какой капитализм достигает планомерности в
своем развитии, подрывая товарное производство, в этой
мере кредитные деньги отрываются от золотой основы,
приобретая свою автономию. «Развитие денег как всеоб-
щего платежного средства,— писал К. Маркс,— идет
рука об руку с развитием более высокого, опосредство-
ванного, в себя возвращающегося и уже взятого под
общественный контроль обращения, в котором снима-
ется то исключительное значение, которое деньги имеют
па основе простого металлического обращения» х.
С другой стороны, поскольку капитализм не может
обеспечить полную планомерность, не может преодолеть
стихийность рыночных отношений, связь кредитных де-
нег с золотом, посредством которого происходит обще-
ственный учет затрат абстрактного труда, воплощен-
ного в товаре, участвующего в кредитной сделке, со-
храняется.
Раскрывая несостоятельность мелкобуржуазных кон-
цепций денег, отрицающих их товарную, металлическую
основу, К. Маркс показывает, что объективная необ-
ходимость существования денежной формы в условиях
капитализма определяется антагонистическим противо-
речием, существо которого состоит в том, что, с одной
стороны, «индивиды производят только для общества»
и, с другой — «что их производство не является непо-
средственно общественным, не представляет собой про-
дукт ассоциации, распределяющей труд среди своих
членов» 2. Попытки уйти от этих противоречий, которые
предпринимают сторонники подобных feopnfi, утверж-
дая, что деньги лишаются их металлической основы в
условиях, когда сохраняется базис меновой стоимости,
представляют собой, как подчеркивает К. Маркс, жал-
кую стряпню. В этой связи он прямо заявляет, что толь-'
ко в том случае, «...если спрос и предложение покры-
вают друг друга; если налицо совпадение производства
и потребления, т. е. если в конечном счете имеет место
пропорциональное производство... то вопрос о деньгах
становится совершенно второстепенным» 3.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 2, с. 412.
2 Там же, т. 46, ч. 1, с. 101.
3 Там же, с. 96.
172

Рассматривая перспективы развития денежной сис-
темы капиталистического мира, К. Маркс явственно ви-
дел и неоднократно подчеркивал развитие тенденции
к дематериализации денежных отношений. «Вся исто-
рия современной промышленности,— пишет он в III
томе «Капитала»,— показывает, что если бы производ-
ство внутри страны было организовано, то металл тре-
бовался бы только для того, чтобы выплачивать раз-
ницу по балансу международной торговли, когда рав-
новесие ее в данный момент нарушено. Что внутри
страны уже теперь не требуется металлических денег,
показывает приостановка размена банкнот со стороны
так называемых национальных банков, к которой при-
бегают во всех крайних случаях как к единственному
спасению» К Развитие аналогичной тенденции К. Маркс
предвидел и в сфере международных отношений, ука-
зывая, с одной стороны, на преимущественное разви-
тие функции мировых денег как платежного средства,
с другой — обращая внимание на интернационали-
зацию денежных рынков. Однако дематериализация
функциональных форм денег, по К. Марксу, не озна-
чает их демонетизации. Дематериализация — это пока-
затель своеобразного «разделения труда» внутри общей
системы денежных отношений, процесс углубления спе-
циализации между формами денег, это, в конечном ито-
ге, индикатор нарастания противоречий денежной сущ-
ности, когда, как писал К. Маркс, «деньги вступают в
противоречие с самими собою и со своим определением
в результате того, что они сами являются особым то-
варом» 2.
Дематериализация функциональных форм денег не
означает преодоления имманентной денежной сущности
противоречий, к чему фактически сводится концепция
демонетизации золота. Противоречия, свойственные де-
нежным отношениям, не могут быть преодолены путем
реформ, даже самых радикальных. «Та или иная из раз-
личных форм денег,— писал К. Маркс,— может лучше
другой соответствовать общественному производству на
той или иной из его различных ступеней; одна форма
1 Маркс /Г., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. 2, с. 62.
2 Там же, т. 46, ч. 1, с. 93.
173

денег может устранить такие недостатки, с которыми
не в состоянии справиться другая; но ни одна из этих
форм, пока они остаются формами денег, а деньги —
существенным производственным отношением, не мо-
жет уничтожить противоречий, присущих выраженному
деньгами отношению, а может лишь преподнести их
в той или иной форме» 1.
Несомненно, что со времени создания Марксовой
теории денежных отношений многое изменилось. Капи-
тализм достиг монополистической стадии в своем раз-
витии, углубляется его общий кризис, что вносит суще-
ственные изменения в механизм современных капита-
листических денежных отношений. В этой связи
было бы ошибочно полагать, что каждое полажение
К. Маркса отражает современное развитие. Миропони-
мание К. Маркса — не догма. Теория К. Маркса жиз-
ненна как отправной пункт и метод анализа современ-
ных явлений.
1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 61—62.

ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение 3
I. К вопросу о становлении и развитии Марксовой теории
денежных отношений 7
1. Формирование исходных принципов теории 7
2. Структурные элементы теории денежных отношений
К. Маркса 29
II. Товар и деньги как диалектическое единство 43
1. Деньги как необходимый результат развития товарной
формы продукта 46
2. Противоречия денежной формы стоимости и ее истори-
ческие границы 59
III. Товарно-денежное обращение. Деньги как деньги 73
1. К. Маркс о диалектическом единстве функций денег и раз-
витии противоречий между ними 75
2. Благородные металлы как носители денежных отношений 86
3. К вопросу об обратимости неразменных банкнот в золото 111
IV. Деньги как капитал. Кредитные деньги 124
1. Единство и противоположность метаморфоз Т—Д—Т
и Д—Г—Д. Историзм развития меновой стоимости 128
2. Деньги как капитал в их существенной определенности 137
3. Функциональное проявление денег как капитала. Кре-
дитные деньги , . . . t ■ • • t ■ ■ . . 153

Анатолий Степанович Гальчинсний
Методологические проблемы денежных отношений
в трудах К. Маркса
Под общей редакцией доктора экономических наук,
профессора Ю. Н. Пахомова
Редактор В. Д. Добрянская
Обложка художника Д. Д. Грибова
Художественный редактор А. Е. Кононов
Технические редакторы Л. И. Горячая, М. С. Чабан
Корректор Н. Н. Шевченко
Информ. бланк ,N1 4617
Сдано в набор 14.11.78. Подл, в печать 25.04.70. БФ 08642. Формат
84Х 1087м. Бумага типогр. М 3. лит. гари. Вые. печать. 9,24 усл. печ,
л. 9,25. уч.-изд. л. Тираж 1000 экз. Изд. М 4847. Зак. 8-518. Це«а
1 р. 40 к.
Головное издательство издательского объединения «Вища школа»,
252054, Киев-54, ул. Гоголевская, 7.
Отпечатано с матриц Книжной фабрики им. М. В. Фрунзе республи-
канского производственного объединения сПолиграфкнига» Госком-
издата УССР, Харьков, Донец-Захаржевская, 6/8 в Харьковской типо-
графии № 16. Харьков-3, Университетская, 16. Зак, 1089.