Марк Марков
(sjtuzu
vk.com/wean books
Жил да был маленький
мальчик по имени Его-
рушка.
Вот однажды этот
мальчик и говорит:
— Хочу сказку!
— Эка новость, — от-
вечаю.— Ты всегда хочешь
сказку. Все хотят сказку!
— Я не такую. Сложи
мне сказку с картинками,
чтобы всё в ней было как
взаправду. — И тут же он
произносит волшебное слово «пожалуйста».
Ну, раз это слово сказано, придётся делать.
Только про что сказку-то!
— Про интересное, — говорит. — Чтобы в
в ней всё, как на самом деле. Л то, например,
ковёр-самолет! Ту-104 и то быстрее мчится. Или,
например, Емеля-дурак. Подумаешь, на печке
ездил. Мама считает, лодырь он —и больше ни-
чего. Шнурков даже себе не завяжет. Ты лучше
сложи сказку про морской теплоход. Только про
настоящий и с картинками, пожалуйста!
Вот так задал он задачку! Ясное дело, без
волшебства её не решить. Тут созвал я на совет
еще двух дядей. У одного волшебный ящичек
есть, называется «фотоаппарат». А второй все-
гда в кармане кусок сахару носит. Стали мы все
трое совет держать, как Егоркину просьбу вы-
полнить. Держали, держали, взяли да и сложили
ему сказку.
Плыл осенней порою по самому синему мо-
рю самый настоящий морской теплоход. Прав-
да, красивый! Это тебе не какое-нибудь малое
судёнышко, а огромное морское пассажирское
судно. С мачтой, с трубой, с настоящим капита-
ном и с двумя якорями
впереди. Рассмотрел, где
якорь! Второго не видно,
потому что он подвешен с
другой стороны. А что та-
кое мачта, знаешь! А что на
самом верху мачты разве-
вается! Но если флаг тре-
угольный, по-морскому
это уже вымпел.
Вот плывёт этот тепло-
ход по самому синему мо-
рю. А может быть, по Чёр-
ному морю, или Балтий-
скому, или даже по океану.
I

И вдруг капитан с капитанского мостика видит...
Между прочим, не с капитанского мостика. Это
его раньше так называли. А теперь говорят хо-
довой мостик. Потому что отсюда управляют
ходом судна. Здесь и руль поворачивают, и тут
все приборы, чтобы знать, где находится тепло-
ход, когда берегов не видно. А в это время как
раз берегов и не было видно.
И вдруг капитан видит: в море кто-то плава-
ет. Не судёнышко, не лодка, а будто даже чело-
век.
. И тогда по всему судну раздалось: «Человек
за бортом! Объявить тревогу! Стоп машина!
Спустить шлюпку!» Всё это капитан сказал не
своим голосом, как дома говорят, а другим,
каким команду подают.

И сейчас же машина, которая теплоход дви-
гает, остановилась. Матросы надели спасатель-
ные нагрудники и побежали к шлюпке.
Только матросы в шлюпку сели, боцман, это
самый главный над матросами, как скомандует:
«Майна!» И шлюпка на канатах спустилась до
самой воды. И поплыла быстро-быстро.
На морской шлюпке есть и руль, и мотор, и
винт — всё как полагается. Потому она и везёт
так быстро сразу восемь взрослых человек.
Мотор вертит винт. А винт, ввинчиваясь в во-
ду, толкает шлюпку вперёд. Впрочем, как это
происходит, ты небось и сам понимаешь, потому
что видел. Что значит где! В ванне, или в тазу, или
на речке... Ведь твоя игрушечная лодка движет-
ся по воде точно таким же способом, хоть и
маленькая. Её винт толкает.

Не успели матросы оглянуться — уже под-
плыли. Что такое! Это не судёнышко, даже не
шлюпка и вовсе не человек. Это самый настоя-
щий медведь, только маленький. Наверно, мед-
вежонок ещё. Как он сюда попал! Земли-то
близко и в помине нет. А тем более леса — одно
море кругом. Откуда же здесь медведь взялся!
Ну, откуда бы ни взялся, а спасать надо. Жи-
вой ведь, медвежонок-то, и очень даже симпа-
тичный.

Видишь, ои сидит в ко-
ридоре между каютами
(это такие комнаты для
пассажиров]. Он сидит и
раздумывает: что теперь
делать! «Теперь, — дума-
ет,— на теплоход я попал.
А дальше что! Я ведь не
просто так попал. Я на
этом теплоходе хочу ка-
питаном быть!»
Ишь чего замыслил.
Смешной! Да! А ты не
смешной, что ли! Гово-
ришь, что лётчиком бу-
дешь, а сам за столом
капризничаешь, как ма-
ленький: «Не буду есть, не
хочу есть, этого не люблю,
того не желаю!»
Знай же: скорей мед*
ведь станет капитаном,
чем ты лётчиком. Для это-
го нужны здоровье и сила.
А откуда сила у того, кто
есть как следует не умеет!
Посидел медвежонок,
подумал, да и поскрёбся
у дверей бабушки Таты,
которая на теплоходе за
каютами смотрит, чтобы
чисто было. Открыла баба
Тата двери — а там медве-
жонок. Сейчас же нало-
жила она полную тарелку
манной каши. Ест мед-
ведь— аж за ушами тре-
щит. Ладно. Значит, мож-
но и поговорить.
— И что же тебе на
теплоходе нужно-то! —
спрашивает.
— Хочу быть капита-
ном, — отвечает Топка
(этого медвежонка Топкой
звали).

— Что ж... Кушать ты, конечно, умеешь.
А вот почему ты такой заросший! Может быть,
когда тебя стригут, ты капризничаешьI
Этого Толка и сам не знал. Потому что его
ещё никогда не стригли. Пошёл ом в парик-
махерскую и сказал мастеру:
— Постригите меня, пожалуйста. А то, мо-
жет быть, я капризничай», когда меня стригут.
Мастер говорит:
— А кам! Под бокс или, может быть, под
польку с чубчиком!
— А под льве нельзя! Или под капитана!
— Ишь, чего захотел... Подрасти ещё, —
сказал мастер. — Ладно. Я тебя под медве-
жонка подстригу,
Это он такую стрижку сразу придумал.
Стрижёт, стрижёт Толку, а тот... что! Совер-
шенно ми разу даже не закапризничал.
Вернулся Толка к бабе Тате гордый такой.
— Нет, — говорит, — когда меня стригут,
я совершенно не капризничаю.
— Вот и хорошо, — отвечает ему бабу-
ля. — Но только это всё для себя. А для дела
ты чего-нибудь умеешь!
— Я умею через голову кувыркаться.
И под одеялом спать.
— Тоже хорошо. Но
для капитана этого ещё
мало. А палубу драить ты
умеешь!
— Не пробовал, — от-
вечает медведь.
— Так ведь любой
матрос может, не то что
капитан! Иди-ка сперва
поучись палубу драить.
Пошёл Топка учиться
палубу драить — мыть и
чистить и такой машинкой

скрести, вроде пылесоса
или полотёра. Чтобы нигде
ни соринки, ни пятнышка.
И что ты думаешь! Вы-
учился! Это медведь-то!
А ты хотя бы со стола уби-
рать умеешь!
Приходит он назад.
— Выучился, — гово-
рит, — палубу драить. Да-
вай, — говорит,— опре-
деляй меня теперь в капи-
таны.
Баба Тата в ответ:
— Это не всё ещё.
Капитан все должен уметь
и знать. А ты знаешь, по-
чему это наш теплоход
никто за верёвочку не тя-
нет, а он всё равно по мо-
рю плывёт, да так быстро!
Эка наловчилась воп-
росы задавать, бабуля-то!
Топка, конечно, молчит.
Не знает. Откуда медведю
об этом знать!
— Ну, тогда иди в ма-
шинное отделение. Там
есть такой Механик, его
еще все Дедом называют,
потому что он старший. Он
тебе всё расскажет.

Пришлось Топке  машинное отделение идти. А в
зтом отделении стоит мотор, или, иначе сказать, двига-
тель. Величиной с пятиэтажный дом — вот какой огром-
ный! От низу и до верху пять лестниц с площадками!
А что! Это тебе не шлюпке, а теплоход! У него у самого
на палубе десять шлюпок подвешено, и все с моторами,
как у «Волги» или ГАЗа. На таком теплоходе не восемь
человек, а, наверное, тысяча взрослых плывёт, не считая
детей! Да ещё он груз на себе везёт, одних автомобилей
штук тридцать, и больших, а не игрушечных.

Чтобы такую махину только с места сдвинуть, знаешь,
какой двигатель нужен! А винт! Высотой до потолка,
а шириной с целую комнату — от стены до стены.
Этот винт ещё только начнёт вертеться в морской во-
де— сразу судно отплывает от берега. Называется «ма-
лый ход». А как дадут мотору «полный», что тогда!
Тогда теплоход со всеми людьми, и шлюпками, и ав-
томашинами мчится по морю, только догоняй! Да нет,
куда там. Разве поезд догнать можно! Так и теплоход.
Ну, Топка всё это быстро понял. Ему же машинное
отделение сам Дед показывал! Вернулся медвежонок
к бабе Тате и говорит:
— Я теперь знаю, отчего теплоход сам по морю плы-
вёт и никто его за верёвочку не тянет. Его двигатель дви-
гает. Ну, уж теперь выдвигай меня в капитаны.
Баба Тата отвечает:
— Я бы выдвинула, да рано ещё. Не всё
ты ещё знаешь и умеешь. Например, для чего
на судне радио нужно!
Тут Топка обрадовался даже:
— Подумаешь, радио. Я его дома всякий
день слушал. Да что радио, я, наверно, даже
телевизор смотреть умею, велико дело!
— Велико не велико, да совсем другое! Ты,
когда у приёмника сидел, слышал небось, как
через музыку нет-нет да что-то и пропищит.
Да так жалобно-жалобно: пик-пик, пик-пик-
пик. Это теплоходы между собой разговари-
вают. Или с берегом говорят, мол, плыву
к вам, завтра буду, освободите, мол, причал.
Или берег теплоходам передаёт: приготовь-
тесь, мол, буря на вас идёт. Или ждёт вас пере-
менная облачность без осадков. Эти все слова
радисты на особом ключе выстукивают,
а ключ этот на столе в радиорубке стоит. Сту-
пай-ка в радиорубку, проси Радиста, чтоб на-
учил тебя ключом по радио слова передавать.
Делать нечего, пошёл медведь в радио-
РУбку.
Видишь, в кресле сидит Радист, ему всё
как есть объясняет.
Вернулся Топка к бабе Тате.
— Ну, — говорит, — мне теперь Радист всё
как есть объяснил. Как по радио стуком слова
передать. Он стучит, а у других радистов
в приёмниках получается такой жалобный
писк: пик-пик, пик-пик-пик. Когда — пик-пик —
одна буква, а когда — пик-пик-пик — другая.
А когда все вместе — получается слово. Как
в книжках, только буквы другие.
— Ага! — сказала баба Тата. — Ну, теперь
иди к самому Капитану. Он тебя научит рулём
управлять. А тогда уж видно будет, что с то-
бой делать.
Обрадовался Топка и пошёл к самому Ка-
питану на ходовой мостик. Долго ли, коротко
ли этот Капитан Топку учил рулём управлять,
всё-таки выучил. А когда выучил, Топка ему и
говорит:


— Не пойду больше к бабе Тате! Она меня
всё завтраками кормит: завтра да завтра, да
того не знаешь, того не умеешь! Я хочу сегод-
ня капитаном стать. Я для этого всё теперь
умею: и кушать, как полагается, и в парикма-
херской не капризничать, и палубу драить.
И для чего двигатель нужен — знаю, и как по
радио говорить, и как рулём управлять. Всему
выучился, давай теперь иди домой. Теперь
я тут капитаном буду!
— Эге, — сказал Капитан, — тут что-то не
то выходит. А научился ли ты, медведь, Чело-
веком быть!
— Ну, как же я научусь!.. Я же медведь.
— Вот видишь. А ведь самое главное для
капитана — Человеком быть. Ему ведь на теп-
лоходе все люди подчиняются. Если капитан
с другими людьми медведем будет, что тогда!
Вот я тебя рулём управлять научил, а ты мне:
иди, мол, теперь я капитан. Это только медве-
ди так поступают. А капитан должен Челове-
ком быть! Наоборот — бывает, а таи — ни-
когда.
Видит Топка, и впрямь плохо дело. Потому
что не может медведь Человеком %«мгь. На-
оборот — бывает, а так — никогда.
— Ну, ничего, — говорит Капитан. — Всё
равно для тебя наука даром не прошла. Теперь
уж ты не простой медвежонок. Ты самый на-
стоящий учёный медведь. Да ещё и морской.
Иди-ка на палубу. Уже берег виден, Ялта близ-
ко. А мы тут все вместе подумаем, что с тобой
делать дальше.
И позвал он на совет меня и ещё двух вол-
шебных дядей. Одного, который все эти фото-
снимки делал, — дядю Колю Рахманова.
И другого, который в кармане всегда кусочек
сахару носит, — дядю Сашу Гетманова. Этот
дядя каждый раз, когда Топке фотографиро-
ваться надо, за это ему кусочек сахару даёт.
А то без подачки Топка не слушается. Но ведь
Топка-то медвежонок. А я, между про-
чего ннбудь требует. Как ты думаешь,
станет этот мальчик Человеком!
А с Т тпкой осе хогошо кончилось.
Собрали.ь мы псе совет держать, по-
держали меМНОЖКО, да и вернули Топку
е уголок дедушки Дурова, что в Москве
находится. Оттуда-то мы его и взяли,
когда надо было эту сказку складывать.
Чтобы не только теплоход и всё, что
есть на теплоходе, а и медвежонок то-
же был настоящий.
Теперь уж Топка не медвежонок,
а большой медведь. Важный такой,
самый главный медведь в уголке де-
душки Дурова. Он ведь учёный, да ещё
и морской штурвал крутить умеет.
И даже палубу драить. А не только
после себя посуду со стола убирать...
Понял, в чём дело-то!
редактор Д Пчел
_ |т«Ам. Сл«*о • пре ।
1QOOOO Бумаг* Мы I 60*90- ,
*4ГОР<М u- ' JHUr
Редактор Л. Аржароаа. X удожеста*->иыи ।
редактор М Матюшина Корректор С Б юямш
Подпиаако п тмдть2П-72г Тираж 100t’00 Б
а. 3,1 Над N. '90 Эамаа 1367 По орм-ималп*»
печати п,-н Сод»Л« Министров РСФСР Мосиоаска