опыт ы
по

ИСТОРІН РУССКОГО ИРАВІ.

іШН****-

опыты
по

ИСТОРШ РУСШГО ПРАВА.
Б. ЧИЧЕРИНА.

Изданіе К. Солдатепкова и Н. Щепкина.

Ц

'"
Ф

НЛ

і

Р. СЕР.

МОСКВА.
х

ВЪ ТИЕЙГЕД№ІИ ЭРНСТА БЛРФКНЕХТЛ

1858.

И КОИП.

..
:

4$*^ А

ПЕЧАТАТЬ ПОЗВОЛЯЕТСЯ
съ т мъ, чтобы по отпечатаніи представлено было въ Ценсурный
Комитетъ узаконенное число экземпляровъ. Москва, Апр ля 22 дня
1858 года.
Цеясоръ Я. Фот-Крузе.

,

2007110206

%**"

^

Of. 4

^ртф»

31

ш
ч

|

J*

ПОСВЯЩАЕТСЯ

КОНСТАНТИНУ ДМИТРИЕВИЧУ

КАВЕЛИНУ.

ПРЕДИСЛОВІЕ.

Собранныя въ этой книг статьи были уже напеча­
таны: первыя четыре въ Русскомъ В стник , пятая въ
Московскихъ В домостяхъ. Хотя он относятся къ различнымъ предметамъ, т мъ не мен е он , см ю ска­
зать, находятся въ т сной взаимной связи и представляютъ картину нашей древней жизни, основанную на
внимательномъ изученіи памятниковъ старины. Им я нередъ глазами не только ссылки на источники, но отчасти
и самый текстъ ихъ, читатель можетъ вид ть, на сколь­
ко выводы согласны съ данными, которыя положены имъ
въ осиоваиіе.
Издавая теперь эти опыты отд льною книгою, я бы
желалъ по возможности выкинуть все, что въ пихъ со­
держится полемическаго. Полемика бываетъ иногда не­
избежна даже въ ученыхъ изсл дованіяхъ, но зд сь она
мен е ум стна, нежели гд либо; зд сь она должна
служить не орудіемъ вражды, а средствомъкъдостиженію
безпристрастнаго и всесторонняго взгляда на предметъ.
Наука должна возвышаться надъ партіями, соединяя ихъ

VIII
въ безкорыстномъ служеніп пстшгіз. Не смотря однако па
желаиіе представить читателямъ одни положительные
результаты нзсл дованій, я не могъ уничтожить полезшческій характеръ второй изъ заключающихся зд сь ста­
тей (Еще о сельской общин ). Для этого было бы нужно
перед лать ее всю и слить ее съ первою, то есть напи­
сать новое изсл дованіе по этому предмету, чего я въ
настоящее время сд лать не могу, да едва ли еще на­
стало для этого время. Поэтому я р шился оставить об
статьи въ первоначалыюмъ вид . Это было для меня
т мъ бол е возможно, что пренія, возникшія по поводу
вопроса о Сельской Общин не изм ішли моего взгля­
да на этотъ предметъ. Г. Соловьевъ привелъ опущен­
ную мною грамоту о перед л земли въ город Шу въ
конц Х ІІнго в ка; г. Калачовъ изъ неизданныхъ источниковъ привелъ свид тельство о перед л въ дворцовомъ сел около того же времени. Все это ничего не
доказываешь противъмоихъ положеній,ибо в ъ эту эпоху
кр постное право находилось ужевъ полномъ развитіи.
Притомъ же перед лъ земли въ городахъмыможемъ счи­
тать только исключеніемъ: оиъ предполагаетъ неотчуж­
даемость участковъ, между т мъ, какъ изъ памятииковъ
Х ІІ-го в ка мы знаемъ постоянныя яіалобы городскихъ жителей на отчужденіе тяглыхъ участ«6в%' 1 1 ъ * р ^ ки б лом стцевъ. Во всякомъ случа отд льные приме­
ры не могутъ служить опроверлченіемъ моихъ доводовъ.
Вопросъ состоитъ въ томъ, когда и подъ какими условіями установилась существующая ныи система мірскаго
влад нія, которая обнимаетъ все землед льческое сословіе въ Россіи? На этотъ счетъ я остаюсь при прежнемъ своемъ мн ніи и ссылаюсь въ подтвержденіе на
изложенныя въ книг изсл дованія. Что же касается до

IX
статьи г. Иванишева (Русская бес да 1857 г. № 3),то
она, не касаясь вопроса о мірскомъ влад ніи, раскрььваетъ намъ судебную деятельность общинъ въ юго-за­
падной Россіи. Я не могу считать ее возражеиіемъ на
мои выводы, ибо она ничего не говорить о Россіи сев ро-восточной или Великой, которая собственно соста­
вляла предметъ моихъ изсл дованій. Зд сь мы не видимъ
подобныхъ явлеиій, вытекающихъ изъ древняго обычая;
иначе мы встр тили бы на нихъ указаиія ивъ грамотахъ,
которыхъ мы им емъ достаточное количество, и въ памятникахъ законодательства, которые не могли бы умол­
чать о столь важномъ явленіи въ народной жизни. Литовскій статутъ говоритъ о судебной власти юго-западиыхъ громадъ; московскіе же Судебники иУложеніе да­
же и не упоминаютъ о мірскихъ сходкахъ, и это мы не
можемъ считать признакомъ невниманія законодателя
къ существующему быту, ибо наши памятники ясно показываютъ намъ путь, какимъ развивалась у насъ су­
дебная власть общинъ. На этотъ счетъ ссылаюсь опять
на изсл дованія.
Третья изъ предлагаемыхъ зд сь статей была напе­
чатана въ Русскомъ В стник подъ названіемъ: «Несвободныя состоянія въ древней Россіи». Она должна
была служить началомъ историческаго труда о развнтіи
у насъ кр постнаго права- Обстоятельства не позволи­
ли мн окончить эту работу. Поэтому я перем нилъ заглавіе статьи и прибавилъ въ конд н сколько словъ;
прочее осталось въ прежнемъ вид .
Въ четвертой стать я изі лъ въ виду не только разо­
брать обстоятельно происхожденіе государства въ древ­
ней Россіи, но показать и самую методу, которой я сл довалъ въ своихъ изысканіяхъ. Читатель, над юсь, уб -

X
дится, что не воззр ніе принесенное извн , а Факти­
ческое изученіе преддіета но дошедшимъ до насъ источникамъ легло въ осиованіе моихъ выводовъ- Для меня
господство частнаго права въ уд льный періодъ не подлежитъ сомн нію; оно совершенно очевиднымъ образомъ открывается изъ подробиаго разбора нашихъ древнихъ памятниковъ. Желательно бы было, чтобы т , ко­
торые не разд ляютъ этого мн нія, вм сто того, чтобы
голословно утверя;дать, что оно не бол е какъ йфчт*.
или ошибка, подкр пили свои возраженія столь же подробнымъ разборомъ лежащихъ передъ нами грамотъ.
Но этого мы в роятно не дождемся.
Наконецъ, -въ вид приложенія, я пом стилъ въ этихъ
опытахъ р чь, произнесенную на университетскомъ
диспут . Она составляетъ выводъ изъ диссертаціи Объ
областныхъ учрежденіяхъ Россіи въ Х ІІ-мъ в к и
представляетъ очеркъ развитія нашей древней администраціи. Эта статья можетъ служить дополненіемъ къ
предъидущимъ изсл дованіямъ.
15 апр ля 1858.

І ;• і •? т > , , H t # ^ _

ОБЗОРЪ ИСТОРИЧЕСКАГО РАЗВИТІЯ

СЕЛЬСКОЙ

ОБЩИНЫ

ВЪ Р О С С І И .

Внутренній бытъ нашихъ сельскихъ общинъ съ перваго взгля­
да поражаетъ своею особенностью. Въ западной Европ , у на­
род овъ германскаго и романскаго племени, не встр чается ни­
чего подобнаго. Тамъ вся земля или разд лена между мелкими
собственниками, полными и насл дствепными обладателями своихъ участковъ, или же находится въ рукахъ немногихъ землевлад льцевъ, которые въ свою очередь отдаютъ ее въ наймы
отд льнымъ поселенцамъ. Наши крестьяне напротивъ влад ютъ
землею собща и д лятъ ее между собою поровну, возобновляя
разд лъ каждый разъ, какъ всл дствіе умноженія народонаселенія установится между ними неравенство. Такое многозначи­
тельное явленіе не можетъ не обратить на себя вниманіе людей,
изучающихъ бытъ Русскаго народа и старающихся дать себ
отчетъ въ его особенностяхъ. Всякій по невол задаетъ себ
вопросъ о причинахъ такого, совершенно отличнаго отъ другихъ, общеетвеннаго устройства; каждому любопытно уяснить
себ , откуда оно проистекло, ивъкакихъ началахъ коренится?
Эти вопросы д йствительно занимали мыслящихъ наблюда­
телей русской жизни, но объясненіе казалось такъ легко, что
4

2
никто не даль себ труда подвергнуть его точному изсл дованію. Одинъ изъ самыхъ умныхъ путешественниковъ, пос щавшихъ Россію, баронъ Гакстгаузенъ, обратилъ особенное вниманіе на эту сторону нашего общественнаго быта, и пришелъ
къ сл душцей мысли, которую положилъ въ основание своей
книги о Россій: «Слово община, Gemeinde, означаетъ у народовъ западныхъ собраніе лицъ, которыхъ сблизилъ случай, и
которыхъ отяошенія были установлены столько же правитель­
ственною и законодательною д ятельностію, идущею сверху,
сколько нравами и обычаями. Но какъ отлична отъ нея общи­
на славянская, первоначально бывшая только разпшреиіемъ
патріархальной семьи, и представляющая донын семейство
Фиктивное, влад ющее землею собща, и въ которой глава им етъ какъ бы отеческую власть надъ другими ! Въ такомъ вид
находимъ мы ее въ Сербіи и въ Болгаріи, гд національность
сохранилась неприкосновенною, какъ очень хорошо зам тили
Кипріанъ Роберъ и знаменитый Ранке въ своихъ сочиненіяхъ
о Сербіи». Сюда же авторъ причисляетъ и Россію. «Между
т мъ какъ другія европейскія государства», говоритъ онъ, «по
евоему происхожденію и развитію суть государства Феодальный,
Россія напротивъ есть государство патріархальное. Множество
посл дствій истекаютъ изъ этой простой истины, которой уже
почти достаточно для объясненія политического^ и, общес|врщаі^
быта Россіи. Семья тамъ первообразъ народа. Въ ней суще­
ствуете полное равенство правъ. Пока она соединена, глава
есть отедъ семейства; посл его смерти старшій сынъ остается
полнымъ обладателемъ собственности, которою онъ по своему
усмотр нію над ляетъ каждаго члена семьи. Община есть се­
мейство въ болыиомъ вид : она обладательница земли; отд льныа же лица им ютъ только право пользованія своими участ­
ками и притомъ такъ, что доля каждаго совершенно равна другимъ. Участокъ отца не переходить по насл дству сыновьямъ,

3
но каждый изъ нихъ требуетъ своей доли въ силу своего личнаго права, какъ члена общины, которой неограниченный гла­
ва или мнимый отецъ называется старостою».
Въ другомъ м ст Гакстгаузенъ говорить: «Обычай равнаго и поголовнаго д лежа вытекаетъ изъ древн йшаго начала
славянскаго права, именно изъ неразд льности семейной соб­
ственности при разд леніи пользованія. Эта черта кажется мн
общею вс мъ народамъ славянскаго происхожденія, ибо даже
въ настоящее время, въ н которыхъ частяхъ Сербіи, въ Кроаціи
и стран Словенцевъ, земли вовсе и не разд ляются между чле­
нами общины, а находятся въ в домств сельекихъ старпшнъ,
которые д лятъ между жителями плоды ежегоднаго урожая».
Итакъ Гакстгаузенъ въ своихъ изсл дованіяхъ и наблюденіяхъ пришелъ къ двумъ результатамъ: 4) Сельская община въ
Россіи есть община патріархальная, или родовая, т . е . про­
истекшая изъ отношеній родственныхъ и сложившаяся по этому
типу. 2) Такая община составляетъ характеристическую осо­
бенность славянскаго племени.
Того же невидимому мн нія, которое вообще у насъ въ большомъ ходу, держится и другой зам чательный изсл дователь
зкономическаго быта Росеіи, г. Тенгоборскій. Въ сочиненіи
своемъ о производительныхъ силахъ Россіи, онъ говорить въ
стать о землед ліи : «Эта система д лежа коренится въ со­
вершенно патріархальномъ уетройств нашихъ общинъ, котораго касаться опасно. Она основана на первоначальной иде един­
ства общины и равенств правъ каждаго члена на соотв тствующую долю земли, принадлежащей общин ».
Таковы авторитеты, которые им етъ за себя эта мысль, —
авторитеты весьма важные. Но къ сожал нію этотъ вопросъ не
можетъ быть р шенъ такимъ образомъ. Одного нагляднаго изученія современнаго быта недостаточно для его повиманія. Чтобъ
им ть возможность вникнуть въ самую его основу, въ корен-

4
ныя начала учрежденій, необходимо изсл довать ихъ происхожденіе, необходимо изученіе историческое. Тогда только на­
блюдатель стоить на твердой почв и не подвергается опасности
быть обманутымъ вн шнею обстановкою и призрачными сход­
ствами ; тогда только добытые имъ результаты могутъ им ть
характеръ положительной истины.
Мы не им емъ претензіи написать полную исторію сельс­
кой общины въ Россіи. Это трудъ, который потребовалъ бы
слшпкомъ обширныхъ изсл дованііі; да едва ли въ настоящее
время есть для этого достаточно изданныхъ матеріаловъ. Наша
ц ль гораздо ограниченн е : мы хот ли только выставить на
видъ читателю н которыя историческія данныя, могущія слу­
жить къ уясненію этого важнаго вопроса. Мн нія баронаГакстгаузена пользуются такимъ всеобщимъ уваженіемъ, что, ка­
жется, было бы весьма полезно подвергнуть ихъ н которой кри­
т и к и показать, что историческіе Факты не совс мъ одравдываютъ выводы знаменитаго путешественника, а напротивъ указываютъ на необходимость посмотр ть на этотъ предметъ со­
вершенно съ другой стороны.
Прежде всего никакъ нельзя согласиться съ мн ніемъ, будто
родовая или патріархальная община составляетъ исключитель­
ную принадлежность славянскаго племени. Изъ превосходной
статьи покойнаго Грановскаго, пом щенной въ «Архив даш?
рико-юридическихъ св д ній о Россіи », русскіе читатели знаютъ уже, что совершенно такая же община существовала перво­
начально и у Германцевъ. У нихъ также родовая община влад ла землею неразд льно, а члены ежегодно м няли свои участ­
ки. Такой же бытъ существовалъ у Кельтовъ и у другихъ народовъ. Это явленіе составляетъ общую принадлежность племенъ въ первоначальную эпоху ихъ развитія. Личность челов ческая не вдругъ выступаетъ на историческое поприще. Пока
народъ находится въ состояніи еще младенчеекомъ, въ немъ

5
преобладаетъ чувство общности; все сливается въ безразличную
массу, поглащающую въ себ нед лимыя существа. Только ма­
ло по малу, при внутреннемъ развитіи общественнаго быта и
въ особенности при столкновеніи народа съ другими племенами,
изъ этой массы выд ляются личности, который, приходя къ сознанію своей особенности и своихъ частныхъ интересовъ, начинаютъ предъявлять свои отд льныя требованія и права. Тогда
образуется и частная собственность, которая прежде поглащалась совокупнымъ влад ніемъ общины. Ч мъ бол е развивает­
ся личность, т мъ шире становится кругъ ея д йствія, т мъ
свободн е д лается собственность. Полное освобожденіе част­
ной собственности изъ единства родоваго влад нія является уже
плодомъ долгаго и медленнаго историческаго процесса. Оно
встр чается у народовъ, которые разорвали уже всякую связь
съ прошедшимъ и, преобразуя свои нравы и учрежденія, пе­
решли на другую историческую почву. Даже въ древнихъ государствахъ, гд гражданственность была развита въ высокой
степени, родовая собственность долго была преобладающею Фор­
мою гражданскаго быта. Такъ было у Евреевъ, у которыхъ въ
юбилейный годъ отчужденный участокъ земли возвращался въ
родъ. Такъ было въ патриціанскомъ Рим , гд земля счита­
лась полемъ священнымъ или государственнымъ fager sacer,
ager publicus), и патриціанскіе роды влад ли каждый своимъ разъ опред ленньшъ, неотчуждаемымъ жеребьемъ. То же
самое было и въ Греціи, въ особенности въ Спарт 1 ) . Хотя
эти Формы влад нія были н сколько различны отъ перед ла
земли у германскихъ и славянскихъ народовъ, но все же он
указываютъ на одну общую черту: на ограниченіе частной соб­
ственности въ пользу родовой. Это — общее начало, которое
) Хотя Гротъ и старается доказать, что въ Спарт существовала
свободная собственность, но мн ніе его не выдерживаетъ строгой кри­
тики.

6
встр чается у вс хъ народовъ въ періодъ младенчества. Можно
сказать, что это — начало, принадлежащее древней исторіи
челов чества, и что тамъ, гд существуютъ остатки подобныхъ
учрежденій, народъ сохранилъ еще преданія о первобытномъ,
патріархальномъ, языческомъ состояніи.
Что касается до Росеіи, то у насъ н тъ положительныхъ
изв стій о древн йшемъ общинномъ устройств нашего отече­
ства. Но общая аналогія и ближайшее родство съ другими
славянскими племенами д лаютъ весьма в роятнымъ предположеніе, что^и у насъ существовали т же гражданскія Фор­
мы, какъ у другихъ. Самое разд леніе русскихъ Славянъ на
племена указываетъ на господство естественной, кровной свя­
зи между людьми. Гд народное единство основывается на союз племенномъ, тамъ ве гражданскія отношенія вытекаютъ
изъ отношеній естественныхъ или патріархальныхъ. Съ племенемъ неразлученъ и родъ; это меньшая его единица. А гд
есть родъ, тамъ есть и родовая собственность. Это общій
Фактъ, который получаетъ подтвержденіе и въ русской исторіи. Неразд льная собственность, какую мы видимъ первона­
чально въ княжескомъ род , даетъ намъ право думать, что то
же существовало и въ остальныхъ. Притомъ же у насъ до сихъ
поръ сохранились остатки родовой собственности въ выкуп
родовыхъ имуществъ. Это право не было введено законодательствомъ; законъ не можетъ создать родственныхъ союзовъ
и отношеній, не существующихъ въ нравахъ, а зд сь именно
встр чается указаніе на родъ, какъ на союзъ, им ющій сово­
купное право на имущество каждаго изъ своихъ членовъ. По­
этому нельзя сомн ваться въ томъ, что и Славяне, въ посл дствіи образовавшіе Русское государство, первоначально
отправились отъ собственности родовой или патріархальной.Но
за т мъ представляется вопросъ: сохранились ли до сихъ
поръ наши сельскія общины въ томъ патріархальномъ, мла-

7
денческомъ соетояніи, въ какомъ он были десять в ковъ то­
му назадъ? Не ужели он также мало подвинулись впередъ,
какъ Сербы и Болгаре, которыхъ исторія почти не коснулась?
Не ужели-, какъ утверждаетъ баронъ Гакстгаузенъ, русская
исторія играла только на поверхности народа, не касаясь низшихъ классовъ народонаселения, которые остались до-нын
при своихъ первобытныхъ гражданскихъ учрежденіяхъ ? Все
это вопросы, котбрые необходимо разр шить для подтвержденія патріархальнаго характера русской общины, и на которые
однако же, при мал йшемъ знакомств съ историческими дан­
ными, нельзя не отв чать отрицательно.
Патріархальная община можетъ удержаться въ иеторіи
только при однородности жизненныхъ элементовъ общества,
когда въ бытъ не вторгаются новыя етихіи, разлагающія прежнія родственныя отношенія. Д такія-то именно стихіи появи­
лись въ русской жизни съ нашествіемъ западныхъ дружинъ и
преимущественно Варяговъ. Дружина держалась на началахъ,
совершенно противоположныхъ прежнимъ родственно-общиннымъ отношеніямъ. Она была составлена изъ людей чуждыхъ
другъ другу, еоединенныхъ одн ми личными ц лями и заключившихъ между собою союзъ, основанный на доброй вол каждаго. Въ нее принимался всякій пришлецъ; въ ней старшин­
ство опред лялось воинскою силою и отвагой. И она-то при­
звана была играть въ Россіи первую роль; принесенныя ею
начала, разншряясь и развиваясь, обняли наконецъ ве общественныя отношенія народа, такъ что мало осталось м ста
для прежнихъ родовыхъ союзовъ.
Уже въ Русской Правд видны сл ды этого значительнаго
вліянія дружины на общественный бытъ. Въ постановленіяхъ •
о насл дств сказано, что за недостаткомъ сыновей имуще­
ство дружинника идетъ его дочерямъ, а имущество смерда, то
есть крестьянина, достается князю. Зд сь мы видимъ суще-

8
ствованіе полнаго права собственности въ дружин , гд лич­
ность получила значительное развитіе; видимъ также ограниченіе права собственности въ низшемъ народонаселеніи, въ
которомъ господствовалъ патріархальный бытъ. Но важно
зд сь то, что это ограниченіе было уже не въ пользу рода
или общины, а въ пользу князя, который самъ былъ главою
дружины, сл довательно представителемъ новаго начала. Онъ
не являлся зд сь только зам ною родоначальника, воображаемымъ представителемъ рода. Это" такое предположеніе, съ
которымъ нельзя согласиться: во-первыхъ потому, что мы во­
все не знаемъ о существованіи родоначальниковъ, какъ влад льцевъ родовой собственности. Прежніе родовые старшины
могли быть главами общины, но чтобы земля считалась ихъ
собственностію, также какъ она въ посл дствіи считалась
собственностію князя, чтобы они также им ли изв стное пра­
во на насл дованіе посл умершихъ членовъ общины, объ
этомъ н тъ ни мал йшаго намека. Во-вторых.ъ, постороннее
лице никогда не можетъ зам нить родоначальника; все зна"ченіе посл дняго состоитъ въ его кровномъ старшинств , въ
его родственной связи съ членами общины, чего въ постороннемъ лиц никогда нельзя предположить. Начальникъ пришлой
дружины могъ пріобр сти правительственныя права, принадлежавшія прежде родовому старшин , но во всякомъ случа
онъ пріобр талъ ихъ не въ качеств родоначальника, а какъ
верховный землевлад лецъ, какъ глава гражданскаго общества.
""ИГаконецъ, родовые старшины были только въ отд льныхъ
общинахъ; родоначальниковъ же, влад вшихъ ц лымъ обпгарнымъ округомъ, вовсе не было, а потому и князья не могли
заступить ихъ м сто.
Сл довательно князь не является только зам ною прежняго владыки; н тъ, это лице совершенно новое, носящее свой
особенный характеръ, сначала влад льческій, а въ посл дствіи

9
государственный. Князь пришелъ съ дружиною на с веръ
какъ посредникъ, "а на юг и въ большей части Россіи явил­
ся завоевателемъ. Силою оружія пріобр лъ онъ себ землю,
и этимъ самьшъ получилъ возможность сд латься въ посл дствіи единодержавнымъ государемъ» Такъ на Запад Феодаль­
ные короли считались верховными влад льцами земли (lord
paramount of the ground) въ силу завоеванія. Дружинники
бьіли ближайшими его помощниками и потому они вм ст съ
шшъ пріобр ли поземельную собственность. На Запад земля
игъ считалась ленною, у насъ она называлась б лою, т. е.
свободною отъ податей и повинностей и подлежавшею только
н которымъ регальнымъ правамъ, отъ которыхъ также влад льцы нер дко получали освобожденіе. Общинной же земли,
какъ увидимъ ниже, въ княжескихъвлад ніяхъ не осталось;
вм сто .прежней патріархальной общинной собственности яв­
ляется собственность князя и его дружины. Община родовая
превратилась во влад льческую, въ которой были одинъ част­
ный собственникъ, да пришлые люди, сид вшіе на его земл .
Это влад льческое значеніе князя въ особенности разви­
лось съ того времени, какъ князья сд лались ос длыми въ
своихъ областяхъ. Земля называется ихъ вотчиною, и сами
они носятъ названіе вотчипниковъ. Вся ц ль ихъ состоитъ въ
разширеши своихъ влад ній, въ умноженіи доходовъ, дающихъ
имъ матеріальную силу. Оружіемъ и куплею пріобр таютъ
они села и города , и влад льческіе элементы получаютъ все
большее и большее значеніе въ гражданскомъ быту. На нихъ
основывается посл дующее могущество государства; они явля­
ются центральнымъ пунктомъ историческаго развитія народа.
Только вольные города, Новгородъ и Псковъ, изб гли на
время этого всеобъемлющаго вліянія влад льческихъ элементовъ. Въ нихъ сохранилась община свободная, но она изм нил£ свой прежній характеръ : изъ родовой она сд лалась до- ,

40
говорною. Въ первый періодъ русской исторіи, въ періодъ
дружинный, мы видимъ еще въ городахъ остатки прежнихъ
родовыхъ общиыъ съ своими в чами, съ своими собраніями'
стар йшинъ, призываемыхъ на сов щаніе княземъ, или сходя­
щихся въ минуту опасности. Но въ періодъ вотчинный эти
старыя Формы быта выт сняются новыми началами. Он раз­
лагаются двоякимъ и притомъ противоположнымъ путемъ: съ
одной стороны он падаютъ^редъ большимъ и большимъ разширеніемъ влад льческихъ элементовъ, съ другой стороны
изъ родовой общины развивается договорная. Посл дняя осно­
вана уже не на родственной связи членовъ, опред ляющей
общественныя ихъ отношенія, анадобровольномъ согласіикаждаго лица, точно такжекакъ и дружина. Новгородъ при всякой
перем н князя призываетъ извн главу своего правленія, и
вс свои общественныя отношенія установляетъ догаворомъ,
безпрерывно возобновляющимся. На в чахъ н тъ постоянцыхъ
правилъ о р шеніи д л ъ ; все опред ляется взаимнымъ согласіемъ гражданъ, а если н тъ соглаеія, то открытою силою,
ибо меньшинство, также какъ въ частномъ товариществ , не
считаетъ себя обязаннымъ повиноваться большинству. Въ
Новгородъ , какъ и въ остальныя области, проникли уже дру­
жинные элементы, которые изм нили весь бытъ, не оставивши
и сл довъ прежнихъ родовыхъ отношеній. Государственныя
же начала еще не возникали, ибо Новгородъ не государство.
Онъ самъ великій вотчинникъ, влад лецъ обширныхъ земель,
составляющихъ его собственность, ивсеразличіе между нимъ
и другими областями состояло въ томъ, что тамъ верховнымъ
вотчинникомъ былъ князь, зд сь же это м сто принадлежало
союзу свободныхъ лицъ.
Точно то же было и на Запад въ вольныхъ городахъ; но
въ Россіи эта Форма ереднев ковыхъ учрежденій не получила
такого развитія какъ тамъ. У насъ княжеская власть сД ла-

11
лась единственнымъ двигателемъ народной жизни, а вольная
община исчезла передъ нею, не оетавивъ по себ и сл да въ
исторіи.
Что же сталось съ общиною въ княжескихъ влад ніяхъ?
Какой получила она характеръ? Вся земля принадлежала кня­
зю и называлась его вотчиною; но рядомъ съ пимъ являются
и другіе свободные собственники: прежде всего, какъ самые
многочисленные, потомки дружинниковъ, бояре и слуги; за
т мъ церковь, пріобр тшая значительныя им нія всл дствіе
пожер'хвовашй и покупокъ. Принадлежавшія имъ земли, хотя
какъ увидимъ не вс , назывались б льши, то есть свободны­
ми отъ податей и повинностей, взимаемыхъ княземъ съ т хъ
людей, которые поселялис^ на^оіобственнбй его земл . Остальныя принадлежаликнязЛи^вге д лились также на два разряда:
на дворцовыя и черныя. Первыя составляли ту часть, которую
князь отд лялъ себ для хозяйственнаго управленія, для снабженія дворца вс ми необходимыми потребностями; вторыя
оставались въ нолномъ обладаніи свободныхъ поселенцевъ,
которые только обязаны были платить съ нихъ князю изв стное тягло. Дворцовыя им нія принадлежали сл дственно къ
одному разряду съ влад ніями княжескихъ слугъ и церквей.
То были собственно им нія влад льческія, гд присутствовалъ
хозяинъ съ своими вотчинными правами и вотчиннымъ управленіемъ. Черныя же волости оставались свободными община­
ми, поселенными на чужой земл , за пользованіе которою жи- \)
тели несли только изв стныя повинности въ пользу землевлад льца.
Для князей это составляло одинъ изъ важн йшихъ источниковъ дохода, и потому они чрезвычайно дорожили черными
людьми. Въ договорахъ между собою они обязывались иногда
блюсти ихъ вм ст и въ службу ихъ не принимать. Служи­
лые люди были помощники князя въ д л ратномъ, вольныя

12
лица, переходившія отъ одного князя къ другому. Черные лю­
ди были также вольные и также переходили съ м ста на м сто, но назначеніе ихъ состояло въ обработк земли, въ производств промысловъ и въ уплат податей. Хотя законныхъ границъ между т ми и другими не было положено, да и не могло
быть положено при отсутствіи государственныхъ законовъ, но
они уже сами по себ составляли два различный сословія, и мы
видимъ изъ договоровъ, что переходъ бтъ одного къ другому
былъ затруднителенъ. Между т мъ князья и бояре старались
покупать черныя земли съ ц лыо обращать ихъ въ б лыя.
Относительно этого также д лались условія между князьями.
Въ изв стношиіо_Ш0Р великагр князя^Дмитрія Ивановича
съ двоюроднымъ братомъ Владиайромъ Андреевичемъ сказано,
что если посл дній или его родственнйкъ, или бояре купятъ
въ великомъ кяяженіи земли черныхъ людей, то черные люди
могутъ ихъ выкупить обратно; если же они выкупить земли
не въ состояніи, то новые влад льцы обязаны тянуть тяг­
ло вм ст съ другими, а не захотятъ они этого д лать, то
земли ихъ отдаются чернымъ людямъ даромъ. Въ этомъ видно
стремленіе князей удержать за собою доходы, но должно од­
нако зам тить, что это постановленіе относилось только къпокупк земель родственниками и боярами другаго князя; внутри
же каждаго княженія черныя земли могъ покупать всякій. Ихъ
покупали слуги; ихъ покупали и лица духовнаго ведомства.
Но во всякомъ случа и т и другіе обязаны были нести съ
нихъ тягло, пока он не об лялись жалованными княжескими
грамотами? Это оставалось основнымъ правиломъ при переходахъ черныхъ земель изъ рукъ въ руки, какъ видно изъ
многихъ грамотъ.
«А кто учнетъ жити на нашей на черной земл сынъ боярскій или
приказной челов къ или митрополичь и владычень и монастырской, или
чей кто ни буди: и тЬ люди въ т хъ двор хъ, и въ волост хъ и въ

43
деревняхъ и въ починкахъ, волостелю устюженскому нам стнику су­
димы и тягло съ черныхъ дворовъ и въ волост хъ съ черныхъ дере­
вень и съ починковъ наши оброки и всякіе розметы тянутъ повытно,
1
что на нихъ ц довальники положатъ» )*

Изъ этого видно, что хотя черные люди составляли особен­
ное сословіе, которое ш ло исключительньшъ призваніемъ
землед ліе и промышленность, но не изъ нихъ однихъ соста­
влялась вольная община, жившая на черной земл . Въ нее
могъ входить всякій, кто только покупалъ землю. При свободномъ переход крестьянъ и посадскихъ людей, тяглыя лица
м нялись безпрестанно, а земля оставалась постояннымъ и
неизм ннымъ источникомъ дохода. Съ нея платилось тягло
князю, она служила основой для живущей на ней тяглой об­
щины. Посл дняя была уже не родовая община, какъ прежде,
и не сословная, какъ въ посл дствіи, а чисто поземельная. *
Существенное ея значеніе заключалось въ платеж тягла съ
земли; это одно составляло ея единство и придавало ей характеръ общины. Иначе она состояла изъ совершенно различныхъ
лицъ, принадлежавшихъ къ различньшъ сословіямъ и не им вшихъ между собою ничего общаго. Самая земля могла безпрестанно изм няться въ своемъ объем ; какъ скоро покушцикъ
изъ служилыхъ людей или духовенства получалъ освобожденіе
отъ податей и повинностей, такъ им ніе его выходило уже изъ
тяглаго округа. Внутри общины являлись влад льцы , не им вшіе съ нею никакой связи. Всл дствіе различія жалованныхъ
грамотъ образовались права и обязанности самыя разнород­
ный, и какъ пространство земли, составлявшей основу общиннаго быта, такъ и отношенія членовъ общины получали чрезъ
это характеръ случайности.
Этимъ поземельнымъ значеніемъ общины условливалось и
безразличіе селъ и городовъ. Въ посл дствіи, какъ увидимъ.
4

) Акты Арх. Эксп. т. 3, J№ 138.

2

44
когда явились понятія государственныя, города были отд лены отъ селъ и получили особенное значеніе и отд льное управленіе. Но въ средніе в ка этого еще не было. Когда община
им ла характеръ поземельный, когда все д ло состояло въ
уплат тягла съ земли, и все различіе въ обязанностяхъ жи' телей опред лялось разрядомъ земли, на которой они сид ли,
принадлежностью ея тому или другому влад льцу, тогда, разум ется, не могло быть и разд ленія общинъ на городскія и
сельскія. Въ средніе в ка городъ им лъ одно существенное
значеніе: ст ны его могли служить общин защитою отъ
вн шнихъ враговъ; он были необходимымъ условіемъ для
существованія вольной общины, которая не могла бы удер­
жаться въ сел . Но тамъ, гд не было такой общины, это различіе изчезало. За исключеніемъ Новгорода и Пскова, осталь­
ные города были у насъ влад льческіе, и потому нисколько
не отличались отъ селъ. Какъ между селами были дворцовыя
и монастырекія, такъ были и дворцовые города, а равно и го­
рода, принадлежавшіе монастырямъ, напр. Тихвинъ. Въ городахъ, также какъ и въ волостяхъ, перем шивались б лыя и
черныя земли, а влад льцы посл днихъ равнымъ образомъ обя­
заны были тянуть тягло въ пользу князя, что и придавало общин единство; однимъ словомъ, характеръ в устройство
т хъ и другихъ были одинаковы, и это условливалось поземельнымъ и влад льческимъ значеніемъ общины.
Теперь взглянемъ поближе на самое устройство, какъ хо­
зяйственно-в лад льческихъ общинъ, такъ и черныхъ. Посмотримъ, что он были въ XVI в к , т. е. именно передъ т мъ
временемъ, какъ он получили уже значеніе государственное.
Хотя матеріяловъ, относящихся ко внутреннему быту селъ,
весьма немного, но все же, руководствуясь т мъ, что издано,
мы можемъ въ н которой степени проникнуть въ этотъ обы­
денный порядокъ общинной жизни и вывести основныя его на-

45
чала. Для им ній частньпъ собственниковъ главньшъ иеточникомъ будутъ намъ служить договоры между монастырями
и поселявшимися на ихъ земляхъ крестьянами; для черныхъ
же волостей судныя и другія грамоты, напечатанныя въ «Актахъ Юридическихъ».
Монастырскія земли отдавались въ наймы всякому вольноприходящему крестьянину. Новый поселенецъ получалъ изв стный участокъ земли, а иногда и подмогу деньгами, ж въ
зам нъ этого обязывался нести въ пользу монастыря изв стныя повинности. Объ этомъ заключался договоръ между имъ
и монастырскими властями. Вотъ образчики н которыхъ такихъ договоровъ:
«Се язъ Иванъ да язъ Семенъ Петровы д ти изъ Каргоігодьскаго
у зда съ Водлозера порядилися есмя у старца Меркурья у келаря Кириловскаго монастыря половничати, Курголовы деревни на треть об­
жи, да на Согиловы горы на шестой жребей обжи и всего на пол-ь
обжи: и жити намъ за Кириловымъ монастыремъ, а Государевъ Царьской оброкъ денежной давати по старому, по книгамъ, а въ Кириловъ монастырь давати намъ съ году на годъ и ставити въ Кирилов
монастыр на сроки на Рождество Христово съ обжи по три бочки
1
рыбы живопросольной и т. д.» )*

Если же, сказано дал е въ этомъ договор , они не захотятъ платить оброкъ рыбою, то опред ляется за рыбу изв стный денежный взносъ.
Зд сь мы не видимъ ничего кром обязанности платить
лично изв стный оброкъ монастырю и государю. Изъ этой же
грамоты можно вид ть, что половниками назывались не толь­
ко т , которые платили землевлад льцу половину своихъ произведеній, а вообще вс крестьяне, платящіе оброкъ натурою.
Въ другихъ договорахъ поселяющіеся крестьяне обязываются
О Акты Юридическіе сЛ^ 176.

16
платить государевы подати вм ст

съ волостью. Вотъ поряд-

пая 1585 года:
«Се язъ едоръ Игнатьевъ сынъ, своимъ сыномъ съ Мокіемъ, да
язъ Олекс й МикиФоровъ своимъ сыномъ съ Игнатьемъ, Государевы
Царевы В. Князя крестьяне Королева села съ деревни изъ Тютичь
порядидися есми... на пустую деревню на Молотово на обжу у Николаевскаго игумена Вежицкаго монастыря у Іон съ братьею, а взяли
есми у игумена у Іон съ братьею на подмогу денегъ пять рублевъ;
а за ту намъ подмогу поставити въ той пустой деревни дворъ, а на
двор хоромъ избу трехъ сажень и съ углы новую, да кл^ть, да хл въ
съ с нникомъ полутретьи сажени, да мшаникъ дву сажень, а т намъ
хоромы поставити на той деревн нын шняго 93 году, а самимъ намъ
итти на тое деревню на Рождество Христово 94 году. А тягла Госу­
дарева всякаго намъ съ тое деревни не давати 3 годы... а монастыр­
ского намъ оброку дати въ два года на годъ по рублю, а въ третій
годъ дати намъ оброку два рубля; а какъ т три годы минетъ, и намъ
Государевы всякіе подати давати съ обжи, какъ иные крестьяне Го­
сударевы подати всякія ллатятъ, и поселницкое. А не придемъ мы на
тое деревню на тотъ срокъ и не поставимъ хоромъ въ 93 году и не
станемъ пашни пахати и навозити, и на насъ взяти игумену Іон и
съ братьею за убытки и за волокиту десять рублевъ московскую и подможные деньги 1 )».

Другіе крестьяне, въ сл дующемъ году поселявшіеся на
земл того же монастыря, обязывались платить семь м ръ
ржи, семь м ръ овса, да м ру жита :
«А изъ л са пятой снопъ, а изъ заозерья шестой снопъ; аданьдомовная по книгамъ и старческіе и ключничьи и посельничьи пошлины
по старин ; и влад ти вс ми угодьи, куды прежь влад ли, а государскіе подати давати въ волость и посошные службы по волостной ров­
ности 2 )».

Иногда обязывались д лать монастырское изд лье наравн
съ прочими крестьянами:
«А дани Царю и Великому Князю и оброки и всякіе Государьскіе
подати давати и въ монастырь хл бной оброкъ всякой платити по
киигамъ, сполна, и изд лье монастырьское намъ всякое д лати, какъ
и прочіи крестьяне 3 )».
О А. Ю. JW 1 8 3 . — 2 ) А. Ю. Ж

1 8 4 . — 3 ) А. Ю. Ж

182.

І7
dm изд лья были иногда довольно значительны, какъ вид­
но изъ уставной грамоты Константиновскаго монастыря 1391
года. Зд сь опред лено:
«...Болшимъ людемъ изъ монастырскихъ селъ церковь наряжати,
монастырь и дворъ тынити, хоромы ставить, игумновъ жеребей весь
рольи орать възгономъ, и с яти и ложати и свезти, с но косити де­
сятинами и въ дворъ въвезти,
зъ бити и вешней и зимней, сады
оплетати, на неводъ ходити, пруды прудить, на бобры имъ въ осенин пойти и истоки имъ забивати; а на Великъ день и на Петровъ
день приходятъ къ игумену, что у кого въ рукахъ, а п шеходцемъ
изъ селъ къ празднику рожь молоти и хл бы печи, солодъ молоть,
пива варить, на с ыя рожь молотить; а ленъ даетъ игуменъ въ села
и они прядутъ с жи и д ли неводные наряжаютъ, а даютъ изъ селъ
вс люди на праздникъ яловицу*)».

Если личная отв тственность за неисполненіе условій каза­
лась монастырекимъ властямъ недостаточною, то он требо­
вали поручительства. Ручались за крестьянъ не общины, а
частные люди, иногда совершенно посторонніе, какъ это по
большей части бывало въ общественныхъ отношеніяхъ древней
Россіи. Вотъ для прим ра подобное поручительство:
«Се язъ Яковъ Никитинъ сынъ, хрестьянинъ Прилуцкаго Богороцкаго Ключа изъ деревни Стон гова поручился есми Спаского Прилуцкого монастыря игумену Тихону... и всей братьи по Богдан Иванов сын въ томъ, что онъ порядился Спаса Прилуцкого монастыря въ
вотчину, во хрестьяня... на четверть плуга земли въ Игнатьевской
жеребей на пустую землю... и владити ему вс ми угодьи куда ходилъ
плугъ и соха и коса и топоръ... А не учнетъ онъ за моею порукою
на той четверти плуга жити или живучи онъ не учнетъ вново хоромъ
ставити или не учнетъ пашни распахивати и с нныхъ покосовъ разчищати и около поль не учнетъ огородовъ городити, а какъ лготные
годы отойдутъ, и не учнетъ Государевыхъ податей давати и мона­
стырскихъ доходовъ и изд лья д лати или землю впуст покинетъ, и
на мн на порутчик игумену съ братьею взяти по сей записи за дворо-*
вую непоставку и за земляную нероспашку полтретья рубли денегъ 2 )».
4

) А. А. Э. т. 1-й Ж

1 1 . — а ) А . Юр. ^ 2 9 0 .

18
Крестьяне им ли иногда право сдавать свою землю и пере­
ходить въ другую деревню того же монастыря, какъ видно изъ
сл дующаго м ста въ наказ

монастырскому прикащику, при-

надлежащемъ впрочемъ уже XVII в ку:
«Кто съ к иъ под литца животами или пашнею или сдастъ, или
пром нитъ или приметъ, взять съ об сторону одну 2 алтына 1 денгу; а кто перейдетъ изъ села въ село или изъ деревни въ деревню,
перехожій боранъ взять съ об стороны одну 2 алтына 1 денга»').

Впрочемъ это совершалось съ разр шенія монастырскихъ
властей, которыя съ новымъ поселенцемъ заключали особен­
ный договоръ или брали съ него поручныя записи. Вотъ по­
ручная такого рода:
«Се язъ Иванъ МалаФІевъ сынъ и проч.- поручилися есмя Спаса Прилуцкаго же монастыря казначею... по Василь Зиновьев
въ томъ,
что онъ снялъ Василей по благословенію игумена Тихона еже о Христ съ братьею и по подписной челобитной Степановское повытье съ
дочери его съ Марьи четверть плуга земли съ нзс янною рожью, а
овсяныхъ с мянъ четыре четверти овса* поземныхъ, да полтина денегъ
поголовныхъ: и будетъ, что прищитъ въ казщЬ на Степана кабалъ
или записей, денежныхъ или хл бныхъ, и т кабалы выкупать Василью
своими денгами и хл бомъ... А не станетъ Василей за нашею пору­
кою земли пахати, и двора починивать и вново хоромъ ставить и Степановскихъ долговъ оплачивати, и на насъ на поручикахъ монастырскіе "сякіе доходы и государевы подати и всякіе волостные розме2
ты и Степановскіе долги» }.

Изъ этой грамоты можно вид ть, что участки переходили
даже въ насл дство, ибо договоръ заключался всегда на неопред ленный срокъ.
Отношенія были сл дственно весьма разнообразны, но во
^сякомъ случа земля не была совокупнымъ влад ніемъ об­
щины, а разд лялась на отд льные участки, жеребья, им вшіе каждый свои угодья и свой опред ленный обычаемъ и
О А. Юр.Л<Г334.— 2 ) А. Юр. гМ 290,111.

19
влад ніемъ объемъ: куда ходилъ плугъ и коса ж соха и топоръ. Участокъ составлялъ отд льную деревню, которая ц ликомъ переходила изъ рукъ въ руки, и даже когда оставля­
лась въ пуст , сохраняла свой прежній видъ до новаго носеленія. Каждый вновь приходящіп крестьянннъ, а иногда двое
или трое вм ст , получали свой опред ленный жеребій земли,
заключали съ монастырскими властями отд льный договоръ,
представляли своихъ частныхъ поручителей, жили въ своей деревн , и платили съ земли опред ленный условіями оброкъ.
Отношенія ихъ къ остальнымъ монастырскішъ крестьянамъ
ограничивались т мъ, что они вм ст с посл дшши несли
н которыя монастырскія повинности н платили | которые
сборы; точно также какъ отношенія къ остальнымъ крестья •
намъ , живущимъ на черной земл , ограничивались т мъ, что
они вм ст тянули царское тягло, сколько приходилось на
каждый участокъ. Впрочемъ большая часть монастырей полу­
чали жалованныя грамоты, по которымъ ихъ крестьяне осво­
бождались, отчасти или даже совершенно, отъ веякаго участія въ общихъ волостныхъ податяхъ и ловинностяхъ. Выраженія: «не надоб имъ съ моими христіаны съ волостными тянути ни въ какое д ло, ни въ какіе розметы», или: «ни къ сот­
скому ни къ дворскому не тянуть, ни въ какіе лроторыдш въ
розметы», встр чаются въ множеств жалованныхъ грамотъ ^ .
Такимъ образомъ въ им ніяхъ влад льческихъ единство
общины поддерживалось лишь обязанностями поселенныхъ крестьянъ къ землевлад льцу, а отнюдь не общественнымъ сою- *
зомъ членовъ общины между собою. Поемотримъ теперь,какъ
установлялись отношенія въ черныхъ волостяхъ тамъ, гд СО- '
хранилось бол е сл довъ старинной общины.
Общимъ правиломъ было, что земля принадлежала князю,
а крестьяне считались только ея влад льцами. «То, господи0 Между прочимъ А. А. Э. т. 1. сЛ^45, 46.

20
не, земля, на которой стоимъ, Божія да Государя Великого
Князя Есюншскіе волости; а роспаши и ржи наши; а пашемъ,
господине, т л сы мы» 1 ). Или: «Ступился есмь земли Ве­
ликого Князя, а своего влад нья» 2 ).
Новыгъ поселенцрвъ призывала на эти земли община. «А
мн , господине, тотъ л съ дала волость, староста съ крестьяны, и язъ, господине, избу поставилъ; а то, господине, л съ
Великого Князя, Волоцкой» 3 ). А вотъ и ц лый договоръ во­
лости съ крестьяниномъ:
«Се язъ ТаврейфДЙ соцкой Романъ ТроФимовъ сынъ Онтоманова и
проч., сговорится есми со вс ми христіаньг Тавренскія волости Иль­
инского пфхода дали пустого Сидору Демидову сыну пустого жеребія
земли въ Семеновской деревн
дв надцатую долю обежную на лготу
на два года: *въ т ему лготные въ два года никоторыхъ Государевыхъ податей не давать ни дани, ни оброку, ни мірскихъ розрубовъ;
и какъ огойдутъ лготные два года и Сидору дань и оброкъ и всякія
Государевы подати давать и мірскіе розрубы давать же съ міромъ вм ст . А отдали ему съ путики и съ ловищи и со вс мъ угодіемъ, куды
ходилъ топоръ и соха и коса и что къ тому жеребью изстари потягло. И Сидору на томъ жеребіи дворъ поставить и земля распахать и
огороды огородить и впуст не покинуть тое дв надцатые доли обеж4
ные, да въ томъ ему и путь дали» ).

t

Изъ этого видно, что зд сь также какъ въ монастырскихъ
им ніяхъ участки, на которые д лилась земля, были уже
•опред лены заран е, нто они со вс ми принадлежавшими къ
нимъ угодьями составляли отд льное ц лое, переходившее въ
такомъ вид отъ одного влад льца къ другому. Когда же участокъ оставался пустымъ, община старалась призвать на него
новаго поселенца, который бы помогалъ ей въ уплат пода­
тей и въ отправленіи повинностей. Ибо подати и повинности
налагались не на отд льныя лица, а на ц лыя волости или
О А. Ю. сЛ^ 2 0 . — aJ Тамъ же Ж 23. — 3 ) Тамъ же ^
сЛ^ 175. См. также Ж 187.

б. —*) Тамъ же

21
даже сохи въ совокупности, и потомъ уже разпред лялись по
участкамъ соразм рно съ поземельнымъ влад ніемъ. Иначе и
не могло быть при недостатк Финансовыхъ и правительственныхъ средствъ. Взысканіе податей съ ц лой общины въ со­
вокупности доставляло князю гораздо большее обезпеченіе въ
исправномъ платеж , нежели разложеніе ихъ на отд льныхъ
влад льцевъ, которые безпрерывно переходили съ м ста на
м сто. Но понятно, что для волости было тяжко, когда много
земель оставалось пустыхъ; поэтому она старалась по возмож­
ности набирать новыхъ поселенцевъ и раздавать имъ пустые
участки. Отданный разъ жеребій земли оставался въ в чномъ
и потомственномъ влад ніи крестьянина. Такъ въ н которыхъ
отступныхъ мы читаемъ, что крестьянинъ передаетъ другому
участокъ со вс мъ «что изстарь потягло отъ в ка къ той зем­
ли, по описи отца своего, свой жеребій, по книг » *). Въ
другой грамот встр чается сл дующая запись:
«А за вкладъ я Иванъ ему игумену Серг ю и всей братьи Архангельскаго монастыря далъ въ домъ Пречистые Богородицы Покрову и
Архангелу Михаилу станки Оасл дство) отца своего, въ Галенской
деревни свой участокъ въ Кехт въ острову, что мн достанетца въ
то деревни отъ дяди Семена да отъ брата своего Семена же, свою
долю, въ дерень безъ выкупа и вов ки*).»
Сохранилась и ц лая разд льная грамота крестьянъ между
собою:
«Се язъ (сд дуютъ имена)... разд лили есмя животы огцовъ своихъ
кони и коровы... и земля въ Карзин курьи свое влад нье и сереб­
ряное. Вс земли есмя разд лили въ Карзин курьи по третямъ, дво­
ры и дворища: дворъ Назарьи да Есипу съ братьею съ лижшто кон­
ца, Елизарью дворъ да Онкудимовымъ д темъ середней, а Омосу дворъ
съ братьею да съ Ларіономъ верхней3).»
Изъ этихъ грамотъ видно, что черныя земли д лились и
О А, Ю. ^ 2 3 стр. 54, 56.—з) Тамъже ^ 2 6 . Тамъ же Ж 23 стр.
57: «отца своего статки». — 3 ) Тамъ жеЛ^23. стр. 55.

22

/

передавались по насл дству безъ веякаго участія общины;
точно также отдавались он внаймы1) и отчуждались въ посторонніяруки. Крестьянинъ, который былъ не въ силахъ нести
общественное тягло, передавалъ свойучастокъ другому. Такъ
наприм ръ Сидоръ Демидовъ, который въ помянутой выше
грамот получилъ землю отъ крестьянъ Тавренской волости,
черезъ пять м сяцевъ передалъ свой участокъ А анасію Куз­
нецову, и въ заключенной между ними сд лк н тъ и сл довъ
участія общины2). Такихъ отступныхъ мы встр чаемъ н сколько; уступается ц лый жеребій, или же половина, съ
дворомъ и со вс ми угодьями «гд что ни есть изстарь потягло
къ той деревни» 3 ). Эти отступныя назывались также купчи­
ми, ибо утверждаемыя ими сд лки были настоящею продажею,
которую можно было совершать или съ оставленіемъ права
выкупа, или «въ дерень, безъ выкупа». Можно было продать
землю какъ другому крестьянину, такъ и служилому челов ку, или наконецъ монастырю или другой духовной власти. Изъ
приведенныхъ выше грамотъ мы вид ли, что служилые люди,
которые покупали земли у черныхъ людей, обязаны были тя­
нуть тягло на ряду съ ними. Но иногда князья избавляли ихъ
отъ этой обязанности. Вотъ грамота, данная сыну боярскому
княземъ Андреемъ Васильевичемъ :
«Се язъ Князь Андрей Васильевичь пожаловалъ есми Злобу Ва*. —
сильева сына ослободилъ есми ему на Водотд купити земли на соху
боярскихъ и служныхъ и черныхъ тяглыхъ земель, кто ему продастъ;
а съ тое земли съ слугами и съ черными людми не тянетъ; а служити своею братьею съ д тми боярскими*).»

Злоба Васильевъ д йствительно купилъ дв черныя пусто­
ши со вс мъ, что къ нимъ изъ старины потягло, и былъ на
основаніи жалованной грамоты и купчихъ оправданъ судомъ,
2

*) А. Ю. сЛ^ 23 стр. 55 — 56. — ) А. Ю. J& 175, II. —
сЛ^ 23 стр. 54, 56, 57,— *) Тамъ же JP 9.

3

) Тамъ же

23
когда волостные крестьяне жаловались, что онъ неизв стно
по какому праву насильственно влад етъ ихъ землею. Опять
зд сь купчая совершается не только безъ участія, но и безъ
в дома общины. Внутри тяглой волости является новый влад лецъ, который пріобр таетъ тяглую землю, не несетъ съ
общиною никакихъ податей и повинностей, и т мъ самымъ лишаетъ ее многихъ выгодъ и налагаетъ на нее лишнее бремя;
а между т мъ община не в даетъ объ этой покупк , и остает­
ся безсильною противъ такого вторженія совершенно чуждаго
ей лица. Точно такое же право им ли крестьяне отчуждать
свои земли и въ монастыри, какъ видно изъ приведенной вы­
ше вкладной записи, по которой влад лецъ участка отдаетъ
его въ монастырь вм сто вклада, въ зам нъ содержанія въ
монастыр въ продолженіи четырегъ л тъ, съ т мъ что если
онъ будетъ ослушаться или уйдетъ до срока изъ монастыря, то
земля остается собственностью посл дняго 1 ). Встр чается и
данная грамота, по которой три доли участка черной земли от­
даются въ даръ Корельскому монастырю2). Beликій князь Василій Дмитріевичъ позволилъ митрополиту Фотію купить деревнювъ Тальшинской волости съ освобожденіемъ ея отъ подсуд­
ности, податей и повинности, за исключеніемъ дани л-яма 3 ).
Участіе общины въ поземельномъ влад ніи ограничивалось
сл дственно раздачею пустопорожнихъ или запуст лыхъ участковъ вновь-приходящимъ крестьянамъ. За т мъ она зав дывала
только раскладкою и сборомъ н которыхъ податей и отправленіемъ повинности въ пользу князя. В домство общинныхъ начальниковъ, сотскихъ и старостъ заключалось единственно въ
«проторахъ и розметахъ», какъ видно изъ множества дошедшихъ до насъ жаловаиныхъ грамотъ монастырямъ и частнымъ
лицамъ. Остальное же управленіе, которое впрочемъ все огра4

) А. Ю.Ж20.—3)

Тамъ же, Ж 25 стр. 55. — 3 ) А. А. Э.т. 1-й стр.20.

24
ничивалось судопроизводствомъ, находилось въ рукахъ людей
совершенно постороннихъ — нам стниковъ и волостелей , княжескихъ слугъ, которые получали судопроизводство въ кормл е т е . Судъ разсматривался какъ иеточникъ доходовъ и жало­
вался въ вид временной или даже постоянной аренды. Общины
обязаны были давать судьямъ кормъ и поборы, да уплачивать
виру за убійства, въ случа если убійцы не было на лице. Это
было древнее установленіе, основанное на взаимномъ поручительств членовъ родовой общины, но которое теперь превра­
тилось въ доходную статью: кормленщикъ им лъ право на
изв стный доходъ съ убитаго т ла, и если онъ не могъ взять
его съ убшцы,.то взыскивалъ деньги съ общины, въ округ
которой найдено было т ло.
Значеніе общины было сл дственно чисто Финансовое или
скор е хозяйственное, ибо подати и повинности уплачивались
князю въ качеств землевлад льца. Хозяйственная д ль одна
поддерживала единство общины, которая безъ этого распалась
бы на отд льныя лица, ни ч мъ не связанныя между собою.
Прежняя родовая связь изчезла; община не была уже союзомъ
лицъ, соединенныхъ естественнымъ происхожденіемъ и общи­
ми патріархальньши интересами; это былъ союзъ лицъ, соеди­
ненныхъ общими повинностями въ пользу землевлад льца. Изчезло и право князя на насл дованіе посл смерда, ибо смердъ
былъ уже не членъ родовой общины, пользующейся обществен­
ною землею, а вольный пришлецъ, поселяющійся на чужой земл на основаніи свободнаго договора. Вторженіе влад льческихъ элементовъ и общая подвижность народонаселенія изм нила вс отношенія. Патріархальная община можетъ существо­
вать только при постоянномъ пребываніи членовъ на своихъ
м стахъ, при неподвижности созданныхъ в ками отношеній.
Но какъ скоро лице отрывается отъ родной почвы и пускается
бродить по земл , какъ скоро являются въ общте частная по-

25
земельная собственность и свободный договоръ, такъ прежнія
естественныя отношенія зам няются условными. На Запад патріархальный общинный быть былъ уничтоженъ бродячими
дружинами, у насъ онъ долженъ былъ изчезнуть самъ собою
при безпрерывномъ кочеваніи и обновленіи народонаселенія. А
каково было это кочеваніе, это изв стно всякому, кто сколько
нибудь знакомъ съ древними памятниками. Мы видимъ какихъ
страшныхъ усилііі стоило въ посл дствіи государству стараніе
остановить это кочевое стремленіе, и въ какихъ огромныхъ
разм рахъ совершалось переселеніе жителей съ м ста на м сто. Такъ наприм ръ в ъ 4 6 4 9 г., крестьяне за-онежскихъ погостовъ жаловались, что многіе, покину въ свои участки, вышли
въ другіе города и у зды и живутъ за монастырями, за дворя­
нами, д тьми боярскими и всякими людьми. По росписи, дан­
ной крестьянами, оказалось S80 семействъ, поселившихся въ
другихъ у здахъ на изв стныхъ м стахъ, не считая т хъ, ко­
торые ушли неизв стно куда. Въ это же время вышедшихъ изъ
1
лопскихъ погостовъ было 1 1 0 семей ). И это было въ половин XVII в ка, въ то время какъ переходъ былъ уже запрещенъ законами, при томъ же въ с верной Россіи, гд народонаселеніе было бол е удалено отъ вліянія постороннихъ элементовъ. Что же было въ XVI в к въ средней Россіи, гд вот­
чинники старались наперерывъ переманивать къ себ крестьянъ, гд безпрерывныя войны, иаб ги и опустошенія насиль­
ственно заставляли сельскихъ жителей покидать свои м ста?
Какъ въ настоящее время въ степномъ хозяйств землед льцы
н которое время обрабатывают одну часть земли, а потомъ
покидаютъ ее и переносятся на другую, такъ и въ древней
Россш жители кочевали съ м ста на м сто. Русская земля
представляла какъ бы обширное степное пространство, гд зе4

) Доп. къ Актамъ Историческимъ т. 3 JW 67. 82, II.

26!
мли было вдоволь и степное хозяйство существовало въ огромныхъ разм рахъ.
Что же тутъ было похожаго на общинный бытъ нашего вре­
мени? Въ среднев ковой Россіи не было ни ос длости народонаселенія, ни принудительныхъ отношеній, ни перед ла земель.
Каждый селился на отд льномъ участк , которымъ влад лъ
в чно и потомственно, которымъ распоряжался по произволу.
Не хот лъ онъ оставаться на м ст — о н ъ сдавалъ свою землю
другому или даже покидалъ ее впуст , и шелъ туда, гд жить
было лучше. Самое разселеніе крестьянъ не было похоже на
нын шнее: тогда не было этихъ многолюдныхъ селъ, въ кото­
рый соединяется все народонаселеніе, между т мъ какъ окружающія поля остаются пустыми. Каждый жилъ особнякомъ на
своемъ участк . Община селилась разс янно, и общинною еди­
ницею считалось не село, а волость, т. е. округъ, въ которомъ
было центральное село, и окружавшія его деревни. Село обык­
новенно состояло изъ весьма ограниченнаго числа дворовъ, а
деревня, составлявшая большею частью отд льный жеребій, за­
ключала въ себ одинъ, два, три и р дко бол е четырехъ дво­
ровъ. Въ этомъ можно уб диться изъ любаго описанія тогдашнихъ земель ^ . Волость была остаткомъ прежняго общиннаго
быта; она совершенно соотв тствовала древней н мецкой марк , съ т мъ только различіемъ, что въ ХУІ в к родовыя от-_
ношенія изчезли и зам нились отношеніями влад льческими и
договорными. Патріархальная община превратилась въ влад льческую.
Скоро однако же она потеряла и этотъ характеръ. Съ XV
в ка начали развиваться понятіягосударственныя, и эти новыя
начала произвели въ общин коренное изм неніе. Государство
4

) См. напр. Новогородскую окладную книгу, Временникъ 1851 г. Т.
Н-й; А. И, т. lll-1kJ№ 149; Д. къ А. И, т. 1-й <№ 160; А. Ю. Ж 228.

27
есть соединеніе общества или народа въ единое т ло, устроен­
ное согласно съ общественными потребностями и подчиняюще­
еся единству верховной власти. Съ возникновеніемъ государ­
ства постепенно изчезаетъ прежній влад льческій и частный
характеръ гражданекихъ отношеній. Цари московскіе не могли
уже довольствоваться прежнимъ порядкомъ; они стремились къ
созиданію государственнаго организма, и для этого искали себ
орудій въ т хъ элементахъ общественной жизни, которые каза­
лись наибол е къ этому способными. Нам стники и волостели,
съ государственной точки зр нія, представлялись вовсе негод­
ными для управленія; то были кормленщики, которые съ судопроизводствомъ обращались, какъ съ частною собственностью.
Чтобы ограничить ихъ власть, московскіе государи приб гли къ
т мъ лицамъ и у станов леніямъ, которыя мен е носили на себ
характеръ частныхъ собственниковъ — къ общинамъ и дьякамъ.
Выборное начало было вызвано наружу; на основаніи дарсішхъ
грамотъ и постановленій избираемые общинами старосты и ц ловальники ограничили власть нам стниковъ и волостелей, а
потомъ во многихъ м стахъ совершенно выт снили посл днихъ,
соединивши все управленіе въ своихъ рукахъ. Чрезъ это общи­
ны получили уже значеніе государственное. Новыя права ихъ,
новое устройство были даны имъ правительствомъ, на основаніи государственныхъ соображеній. Новыя власти были уже не
простыми орудіями для сбора податей въ пользу землевлад льца; он служили органами центральнаго правительства и со­
ставляли существенную часть государственнаго управленія.
Однако же общины могли образовать только низшую ступень
административной л ствицы. Вс мъ потребностямъ государства
он далеко не удовлетворяли, и центральная власть не могла
найдти въ нихъ удобныхъ органовъ управленія: он были слишкомъ разрознены, и частью слишкомъ удалены отъ центра; да
притомъ же он не заключали въ себ всего народонаселенія,

28
ибо въ нихъ не входили влад льцы б лыхъ земель и ихъ кресть­
яне. Но д лать было нечего; надобно было сначала довольство­
ваться т мъ, что находилось подъ руками, а потомъ уже помы­
шлять о дальн йшемъ устройств администраціи. Новый шагъ
былъ сд ланъ въ XVII в к . Хотя и прежде были уже частныя
попытки придать управленію бол е кр пости и единства, но посл смутнаго времени эта потребность сд лалась настоятель­
ною. Тогда надъ разрозненными общинными властями, им вшиМІІ непосредственное отношеніе къ масс народонаселенія, по­
ставлены были правители, которые доляшы были служить пря­
мыми органами верховной власти. Таковы были воеводы, которымъ вручена была вся правительственная власть въ у зд :
Казалось бы, сл довало строго опред лить и разграничить
права и в домство общинныхъ властей и воеводъ. Но Москов­
ское государство не знало еще точности и опред ленности юридическихъ отношеній. Стремясь къ водворенію порядка, къ организаціи управления, оно д йствовало безъ общей системы,
частными м рами и распоряженіями, нер дко приходившими въ
столкновеніе другъ съ другомъ и производившими страшную за­
путанность въ администраціи. При раціональномъ устройств
общинъ, надобно бы было прежде всего обратить вниманіе на
различіе между общинами городскими и сельскими, между чер­
ными, дворцовыми и влад льческими. А вм сто того права да-_
ровались имъ безразлично и притомъ не вс мъ вообще, а по­
рознь, и какъ попало. Точно также, когда были введены вое­
воды, отношенія ихъ къ общинамъ остались неопред ленными.
Только въ отд льныхъ пунктахь, всл дствіе жалобъ общин­
ныхъ жителей, установлялось иногда бол е правильное разграниченіе властей. Общины получали н которыя права, которыя
ограничивали власть воеводъ и ограждали подчиненныхъ отъ
прит сненій. Но и это относилось только къ т мъ общинамъ,
которыя ум ли выпрашивать себ жалованныя грамоты, а не

29
ко вс мъ въ совокупности. Общей системы не было, и разно­
родные правители приходили въ безпрестанное столкновеніе
другъ съ другомъ.
Сл дствіемъ такой неопред ленности было разум ется то,
что сильн йшая власть поглотила слаб йшую. Д йствительно,
въ XVII стол тіи общины стоятъ совершенно на заднемъ план
и управленіе ихъ подавляется управленіемъ воеводскимъ. Гражданскій судъ ц ликомъ перешелъ въ руки воеводъ; прежніе
старосты и ц ловальники оставались въ вид иеключеній. Уголовныя и полицейскія д ла безпрестанно переходили отъ выбориыхъ губныхъ старость къ сыщикамъ, отъ сыщиковъ къ воеводамъ и обратно, при томъ такъ, что общаго установленія для
всего государства не было никогда. Только при Петр Великомъ эта часть управленія окончательно осталась за воеводами.
Въ Финансовомъ управленіи было также величайшее разнообразіе, и вм шательство воеводъ въ эти д ла не подчинялось одинакимъ правиламъ. Въ таможенныхъ и питейныхъ сборахъ об­
щины несли всю отв тственность, а вліянія не им ли никакого:
ибо в рные головы и ц ловальники были не выборные отъ общинъ, а очередные люди, поставляемые на царскую службу и
находившіеся большею частью подъ непосредственною властью
воеводъ. Только при едор Алекс евич земскіе старосты и
ц ловальники получили на нихъ н которое вліяніе. Наконецъ
воеводы вступались и въ д ла чисто-общинныя, какъ наприм ръ, въ раздачу пустыхъ земельныхь участковъ. Это было
непосредственное д ло и самый живой интересъ общинъ, кото­
рый несли всю отв тственность за уплату податей. А между
т мъ пустые участки постоянно раздавались воеводами, несмо­
тря на вс жалобы со стороны жителей. Только особенными
жалованными грамотами давалось общинамъ право раздавать
земли изъ земскихъ избъ, да и въ этомъ случа прстановленія
весьма часто нарушались воеводами и притомъ совершенно без­
наказанно.

30
Прмведемъ одинъ прим ръ. Въ 1684 году, по челобитью
вятскаго старосты, послана была на Вятку царская грамота, по
которой запрещено было въ город и у зд раздавать тяглыя
земли б лом стцамъ изъ приказной избы, а вел но было раз­
давать нхъ тяглымъ людямъ изъ земской избы. Несмотря на
то, въ 1688 году поступила къ царю новая жалоба Вятчанъ,
что вопреки указамъ тяглые участки продолжаютъ раздаваться
б лом стцамъ изъ приказной избы. Снова былъ посланъ указъ,
по которому «впредь такихъ тяглыхъ земель и угодій б лом стцомъ, всякихъ чиновъ людемъ на оброки изъ приказной избы,
отнюдь давать не вел но, и чтобъ т мъ мирскимъ людемъ оби­
ды, и въ нашей Великаго Государя казн въ сбор пом шки не
было». А въ 1697 году поступаетъ новая жалоба Вятчанъ
по тому же предмету и посылается новый подтвердительный
указъ, при томъ безъ всякаго взысканія за постоянное наруте­
т е прежнихъ предписаній1).
Общины были совершенно подавлены воеводскою властью.
Возникающая администрація не усп ла еще разд лить и раз­
граничить своихъ началъ ; общинный д ла еще не отличались
отъ государственныхъ,и, разум ется, при томъ преобладающемъ
значеніп, которое іш ло государство, такое сліяніе не могло не
быть во вредъ общин . Только при еодор Алекс евич на­
чалось бол е правильное разграничение властей, но тогда уже
общинныя права и учрежденія не были раздаваемы такъ безпорядочно, какъ прежде. Приходя постепенно къ большему и боль­
шему сознанію государственныхъ ц лей и потребностей, пра­
вительство поняло и то. что городскія общины им ютъ другой
характеръ, нежели сельскія, и что по тогдашнему состояиію
общества и государства, только первымъ приходились выбор­
ный учрежденія. Всл дствіе этого воззр нія, проистекавшаго,
*) А. Ю. т. 5-й. № 264.

31
какъ увидішъ ниже, изъ самой сущности государственныхъ
условій того времени, города были отд лены отъ селъ, и учрежденія Ивана Васильевича Грознаго, едва не погибшія среди
административнаго безпорядкаХ І І в ка, были возстановлены,
за немногими исключеніями, дляоднихъ городовъ. Основаніемъ
такому различію служилъ новый взглядъ на сословія, который
возникъ всл дствіе кореннаго преобразованія, совершеннаго государствомъ въ общественномъ быту. Мы говоримъ объ укр пленіи къ м стамъ крестьянъ и иосадскихъ людей.
Кочевая жизнь, которой предавалось народонаселеніе Россіи, начиная съ бояръ и слугъ, пере зжавшихъ отъ одного кня­
зя къ другому, до землед льцевъ, переходившихъ отъ одного
влад льца къ другому, не могла приходиться къ государственнымъ потребностямъ того времени. Возникающее государство
лишено было всякихъ средствъ. Для того, чтобы им ть возмож­
ность развить свои начала и устроить свой организмъ, ему необ­
ходимо было потребовать отъ вс хъ сословій посильной служ­
бы, необходимо было наложить на нихъ постоянный обязанно­
сти, а это могло оно сд лать не иначе какъ по прекращеніи
безпрерывнаго кочеванія. При совершенномъ недостатк административныхъ средствъ, можно было принудить къ исполненію обязанностей только челов ка, который сид лъ на своемъ
м ст и котораго всегда можно было отыскать. Съ этою ц лью
правительство и старалось водворить всеобщую ос длость; для
этого оно уничтожило отъ зды бояръ и слугъ и запретило пе­
реходы крестьянъ и посадскихъ людей. На служилое сословіе
наложена была обязанность постоянной службы, на тяглое сословіе возложены обязанности отчасти служебныя, отчасти ФИнансовыя.
Это им ло неисчислимыя посл дствія для всего общественнаго быта того времени. Въ Средніе В ка основою гражданскаго
союза была земля; всякій кто садился на землю, т мъ самымъ

32
вступалъ въ гражданскія отношенія, какъ къ землевлад льцу,
такъ и къ другимъ поселенцамъ. Теперь основою государства
сд лался народъ: жители, гд бы они ни сид ли, получили постоянныя обязанности въ отношеніи къ царю, какъ къ глав
государства, а земля стала играть второстепенную роль. Въ пре­
жнее время на ней лежало тягло; поселенецъ платилъ свои по­
дати и отправлялъ свои повинности съ земли. Теперь же, когда
народъ сд лался главною силою государства, тягло должно бы^ ло необходимо перейдти на лице. Посошная подать черезъ под­
ворную естественнымъ образомъ перешла въ подушную. Въ самомъ д л , земля въ то время была весьма плохимъ предметомъ для взиманія податей: ея было много, и никто ею не дорожилъ; сегодня она обрабатывалась, а завтра покидалась впу­
сти. При обширности страны и малочисленности населенія одинъ
трудъ им лъ ц ну, и только въ немъ могло правительство найдти
постоянный и в рный иеточникъ дохода. Естественно, что лице
выступило на первый планъ, а земля сд лалась его придаткомъ.
Съ этимъ вм ст и общины должны были получить совер­
шенно другой характеръ. Иреаде община была влад льческая и
поземельная; это былъ союзъ людеіі, свободно поселившихся
на земляхъ одного и того же влад льца и соединенныхъ времен­
но общими къ нему обязанностями. Теперь община изъ позе­
мельной и влад льческой сд лалась сословною и государствен­
ною; это былъ уже союзъ людей, соединенныхъ общими по­
стоянными обязанностями къ государству. Они должны были
... нести ихъ своимъ лицемъ, а земля сд лалась только необходимымъ условіемъ для правильнаго ихъ исполненія. Отсюда стремленіе приписывать земли къ городамъ; отсюда новое, прежде
не существовавшее правило, что тяглыя земли могутъ принад­
лежать только тяглымъ людямъ.
Весь почти XYII в къ прошелъ въ стремленіи общинъ ор­
ганизоваться на этихъ новыхъ началахъ. Но при существую-

33
щемъ безпорядк въ управленіи, при подавленш д ятельности
общинъ властью воеводъ, эти стрешгенія оставались безусп шны. Ц ль общины была двоякая: во-первыхъ, не выпускать
изъ среды себя тяглыхъ членовъ, ибо, такъ какъ подати и •
повинности налагались на ц лую общину, которая потомъ уже
раскладывала ихъ на отд льныя лица, то, естественно, что
ч мъ больше было членовъ, т мъ легче было исполненіе обя­
занностей; во-вторыхъ, не отдавать тяглыхъ земель въ руки
б лом стцевъ для того, чтобы всегда быть обезпеченною въ
отяошеніи къ матеріяльньшъ средствамъ. Между т мъ ни та,
ни другая ц ль не достигалась, и вс издаваемые по этому
поводу запретительные указы нарушались постоянно. Черезъ
весь XVII в къ идетъ рядъ безпрерывныхъ жалобъ со сто- *
роны общинъ на то, что многіе люди ушли отъ нихъ неизв стно куда, а остальные обременены сверхъ силъ. Точно такія
же жалобы поступаютъ и на то, что, вопреки указамъ, б лом стцы пріобр таютъ тяглыя земли въ ущербъ тяглымъ людямъ. Казалось бы, въ посл днемъ случа общины легко мо- .
гли бы воспрепятствовать злу, если бы он им ли мал йшуш
власть и мал йшее участіе въ продаж земель. Но именно
этого-то у нихъ не было, и он оставались безсильны даже
въ такому д л , которое непосредственно касалось жив йшихъ ихъ интересовъ. И законодательство само не ум ло
поддержать своихъ началъ: неправильныя продажи оно узаконяло, взысканій за нарушенія закона никакихъ не д лало; да
и самыя постановленія по этому предмету часто были разно •
родныя и разнор чащія.
Только съ конца XVII в ка, съ законодательствомъ еодора
Алекс евича и въ особенности Петра Великаго, возникаетъ бол е правильный и опред ленный порядокъ вещей. Но это нахо­
дилось уже въ связи съ отд леніемъ селъ отъ городовъ. Села
за немногими исключеніями вс стали кр постными, и отчу-

34
жденіе учаетковъ сд лалось совершенно невозможньшъ. Города
же, напротивъ того, быливс изъяты изъ влад льческихъ рукъ;
дозволенъ былъ переходъ посадскимъ людямъ — не въ другія
службы, а по крайней м р въ другіе города, и допущена была
вольная продажа тяглыхъ участковъ въ руки б лом стцевъ. Для
торговыхъ людей зешгя не составляла необходивіаго условія жизни; они тягло несли съ своихъ промысловъ и торговли, а пото­
му и не было никакой нужды запрещать отчужденіе земли за
изв стный оброкъ, платимый городу. Безразличное запрещеніе
было сд лано въ то время, когда села и города сливались въ
одно, но какъ скоро было установлено различіе, такъ оказалось
и различное значеніе земель, приписанныхъ къ т мъ и другимъ.
Это различіе было необходимымъ сл дствіемъ новаго сословнаго значенія общины. Пока тягло лежало на земл , пока позе­
мельное влад ніе составляло существенную основу гражданскихъ
отношеній, до т хъ поръ не могло быть различія между городомъ и селомъ. Въ городахъ были т же влад льцы какъ и въ
селахъ, а потому и характеръ ихъ былъ одинъ и тотъ же. Но
какъ скоро общины изъ поземельныхъ сд лались сословными,
такъ начало обрисовываться различное значеніе городскаго сословія и сельскаго. Занятія перваго состоятъ въ добываніи денегъ посредствомъ капитала и труда, что требуетъ большей
или меньшей подвижности и свободы въ д йствіяхъ. Заняхія
втораго заключаются въ обработк земли, а это требуетъ по­
стоянной ос длости землепашцевъ. Съ другой стороны обя­
занности сельскихъ жителей относятся прямо къ землевлад льцу; онъ посредникъ между ними и государствомъ, тогда
какъ для городекихъ житетей такого посредника н т ъ ; лич­
ный трудъ служитъ имъ источникомъ дохода, и обязанности
ихъ могутъ состоять только въ денежныхъ взносахъ или въ
личной служб на пользу государства. Отсюда и различный
характеръ т хъ и другихъ общинъ: при существованіи посто*

35
янныхъ понудительныхъ обязанностей, города стремятся обра­
зовать изъ себя свободный общины, села же естественно д лаются чисто влад льческизш, но уже не свободными, а кр постными, всл дствіе наложенной на нихъ государствомъ со­
словной службы. Такое противоположное стремленіе ясно вы­
ражается въ Россіи XVII в ка. Посл всеобщаго укр пленія
сословій, черныя волости постепенно переходятъ въ частныя
руки или сливаются съ дворцовыми; частные же и дворцовые
города и слободы, всл дствіе государственнаго значенія городовъ, выходятъ изъ влад льческихъ рукъ и образуютъ свобод­
ный общины.
Такое разграниченіе сословій подвергалось однакоже исключенію. С верныя области, всл детвіе особенности своего
положенія, не подходили ни подъ тотъ, ни подъ другой разрядъ. Въ средней Россіи, гд влад льческіе элементы были
чрезвычайно развиты и гд сельскія общины находились подъ
непосредственнымъ вліяніемъ государства, само собою совер­
шилось сліяніе черныхъ волостей съ дворцовыми селами и отд леніе т хъ и другихъ отъ городовъ. Но не такъ было на с вер , гд частныхъ влад льцевъ было мало, а дальность цен­
тральной власти способствовала сохраненію въ общинахъ пре­
жней самостоятельности. Въ с верные у зды, которые назы­
вались у здами поморскихъ городовъ 1 ) , не проникли даже за­
коны объ укр пленш землевлад льческаго сословія, и донын
половники Вологодской губерніи сохранились, какъ остатки
древнихъ крестьянъ, переходивншхъ съ м ста на м сто. Эта
отдаленность е верныхъ у здовъ, которая препятствовала вліянію центральной власти и вторженію влад льческихъ элемен0 Поморскими городами считались: Вятка, Великій Устюгъ, Сольвы •
чегодскъ, Устьянскія волости, Каргополь, Яренскъ, Кайгородокъ, Тотьма, Соликамскъ, Пермь, Двинская область, Кевроль, Мезенская область,
Пусто озеро. Кола и Чаранда. Акты Археографической Экспедиціи,
т. 4 № 250.

36
товъ, не допустила и см шенія черныхъ волостей съ дворцо­
выми им ніями, а напротивъ сохранила общинамъ прежнюю
ихъ самостоятельностъ. У зды поморскихъ городовъ состави­
ли поэтому особенное явленіе въ Московскомъ гоеударств , и
общины ихъ уравнивались въ законахъ не съ прочими селами,
а съ городами.
Просл димъ теперь въ н которыхъ чертахъ это отд леніе
селъ отъ городовъ и постепенное развитіе сбсловнаго значенія
общины.
. Стремленіе къ устройству и обособленію городовъ вырази­
лось въ первый разъ въ указ 1648 г., подтвержденномъ въ
Уложеніи. Этимъ указомъ частныя им нія, лежавпшГ внутри
или около городовъ, были отобраны въ казну и присоединены
къ тяглымъ землямъ; влад льцевъ же вел но было вознагра­
дить изъ другихъ земель. Кром того влад ніе тяглыми участ­
ками и производство городскихъ промысловъ предоставлены
были исключительно тяглымъ посадскимъ людямъ. Этимъ го­
родская земля была округлена и отд лена отъ другихъ; жители
же получили отд льныя опред ленныя сословныя права. Дал е
Новоторговымъ уставомъ 4 667 г. торговые люди изъяты были
изъ в домства воеводъ и подчинены таможеянымъ головамъ
во всемъ, что касалось до ихъ по здокъ. Эта м ра была при­
нята для поощренія торговли и для огражденія торгующихъ
отъ прит сненій, Съ этою же ц лью была высказана мысль
о лодчиненіи торговыхъ людей одному и тому же приказу,
мысль, которая осталась однако же безъ исполненія. Новажн йшимъ шагомъ къ отд ленію городовъ отъ селъ и къ устрой­
ству самостоятельныхъ городскихъ общинъ былъуказъ 1681 г.
о введеніи стр лецкой подати. Она была наложена на вс тя­
глые города, на дворцовые города и слободы, на у зды помор­
1
скихъ городовъ и на Олонецкій у здъ ). Вс же влад льче4

) Акты Археогр. Эксп. т. 4 «Л^ 250.— Акты Истор. т. 5 сЛ^ 77.

37
скіе крестьяне, пом щичьи, церковные, дворцовые и бывшіе
черные были въ зам нъ этого обложены ямскими и долоняяичными деньгами. Сборъ стр лецкой подати былъ предоставленъ исключительно земскимъ старостаиъ и ц ловальникамъ; для раскладки же выбирались въ каждомъ посад и въ
каждой волости особенные выборные люди. Даже отсылка денегъ въ Москву нредоставлена была земскимъ властямъ, а
воеводамъ запрещено было вступаться въ эти д ла. Обязан­
ности ихъ ограничивались т мъ, что они давали старостамъ
служилыхъ людей для усмиренія ослушниковъ. Однако же,
какъ вообще въ Московскомъ государств принятый начала
никогда не проводились систематически, такъ и въ этомъ
случа были исключенія: царскія грамоты о сбор д негъ
посылались иногда къ воеводдмъ, которые въ свою очередь
давали преддисанія земскимъ властямъ, получали собранныя
деньги и отсылали ихъ въ Москву. Но это подавало поводъ
къзлоупотребленіямъ, всл дствіе чего, указами 39-го, 95-го,
97-го и 98-го годовъ, воеводы были уже совершенно устра­
нены отъ участія въ сбор податей: запрещено было посы­
лать къ нимъ о томъ грамоты, а вел но было посылать изъ
приказовъ памяти прямо къ земскимъ старостамъ, которые
должны были сами править деньги на ослушникахъ, безъ всякаго вм шательства воеводъ, и собранную подать прямо отъ
1
себя отсылать въ Москву ).
Это былъ важный шагъ къ разграниченію в домства и правъ
общинныхъ властей и правительственныхъ, ибо эта подать зам нила собою многія другія и сд лалась важн йшимъ налогомъ, который платился тяглыми земскими людьми. Въ связи
съ этимъ нововведеніемъ находились и указы, предоставлявшіе земскимъ властямъ и вс мъ посадскимъ людямъ надзоръ
*) А. И. т. 5 Ж 274; А. А. Э. т. 4 J& 243.

4

38
за таможенными, и кабацкими головами. Самые выборы этихъ
годовъ и ц ловальниковъ, указомъ 1681 г., возложены были
на посадскихъ людей, и только за недостаткомъ оныхъ вел но было выбирать ихъ изъ служилыхъ людей, а за недостат­
комъ посл днихъ изъ дворцовыхъ и монастырскихъ крестьянъ.
Это былъ второй важный шагъ къ разграниченію в домства
воеводъ и земскихъ властей, и къ предоставленію большей
самостоятельности городамъ, а вм ст съ ними и сельскимъ
общинамъ с верныхъ у здовъ. Но полное и систематическое
устройство земскаго управленія принадлежитъ уже Петру Ве­
ликому, который въ 1699 году отдалъ вс города съ поморски­
ми у здами въ в домство земскихъ бурмистровъ. Имъ предоставленъ былъ общинный судъ, а вм ст съ т мъ и зав дываніе вс ми земскими д лами безъ всякаго вм шательства
воеводъ; они же въ свою очередь подчинены были земскимъ
бурмистрамъ, которые составляли московскую ратушу. Въ
этихъ указахъ поморскіе у зды были еще сравнены съ горо­
дами; зто былъ остатокъ прежняго порядка, въ которомъ гос­
подствовало см шеніе административныхъ началъ и сое ловныхъ правъ и обязанностей. Но съ учрежденіемъ магистратовъ, города были уже совершенно отд леяы отъ у здовъ и
составили сословныя общины, которыя управляли д лами,
предоставленными в домству своего сословія. Это былъ окон­
чательный результатъ того развитія земскихъ учрежденій,
котораго начало было положено ИваномъВасильевичемъ Грозньшъ, результатъ, естественно вытекавшій изъ постепеннаго
водворенія гражданскаго строенія въ Московской Россіи.
Съ другой стороны, еще до Петра Великаго,лерныя воло­
сти, за исключеніемъ у здовъ поморскихъ городовъ, совер­
шенно слились съ дворцовыми им ніями. Когда съ развитіемъ
государства образовалась обширная пом стная система, чер* ныя волости безпрестанно раздавались въ пом стья, такъ что

39
въ половин XVII в ка он заключали въ себ уже не бол е
20,000 дворовъ. Въ то же время, по исчисленію Котодшхина, въ дворцовый» им ніяхъ было 3000 дворовъ, въ церковныхъ 117,000, а пом щичьихъ нельзя было счесть 1 ). Госу­
дарство въ своемъ развитіи опиралось преинущественно на
влад льческіе элементы, съ расширеніемъ которыхъ черныя
волости бол е и бол е ст снялись и теряли всякую самосто­
ятельность, пока он не см шались совершенно еъ дворцовы­
ми селами.
Первымъ-шагомъ къ этому сліянію было назначеніе въ чер­
ныя волости прикащиковъ. Это д лалоеь уже до Михаила едоровича, который жалованными грамотами отм нилъ прикащи­
ковъ въ н которыхъ м стахъ 2 ). Но въ половин XYII в ка въ
черныхъ волостяхъ, равно какъ и въдворцовыхъ им ніяхъ, по­
стоянно являются прикащики3). Вторымъ шагомъ было подчи4
неніе черныхъ волостей Приказу Большаго Дворца ), разум ется исключая поморскіе у зды, которые подчинялись Нов­
городскому приказу. Въ Уложеніи черные крестьяне уже со­
вершенно см шийаются съ дворцовыми. Такъ наприм ръ пред­
писывается въ посадахъ, въ дворцовыхъ селахъ и черныхъ
волостяхъ, отдавать сборы на откупъ и на в ру посадскимъ
людямъ и дворцовымъ крестьянамъ5). Названіе черныхъ во*) Котошихинъ гд. XI.
) Акты Археогр. Эксп. т. 3 Ж 30; т. 2 J№ 126. — Дополн нія къ
А. И. т. 1 Ж 167.
3
) Полное Собраніе Законовъ Ж 317, 998 ст. 4, 31, 43; <Л^ 1005.
4
) Котошихинъ гл. VII. ст. 4.
5
) Уложеніе гд. 9 ст. 6. — Котошихинъ тоже см шиваетъ черныя во­
лости съ дворцовыми. Въ глав XI ст. 1 онъ говоритъ: «Царскихъ
дворцовыхъ селъ и волостей крестьянъ судятъ... во Дворц и въ се­
лахъ и въ волостяхъ приказщики... А въ иныхъ царскихъ черныхъ
волостяхъ гд приказщиковъ не бываетъ....
3

40
лостей еще сохранилось, но крестьяне называются уже двор­
цовыми. Разум ется, зд сь исключаются жители поморскихъ
у здовъ, которые никогда не назывались дворцовыми, точно
также какъ и земли ихъ никогда не назывались черными во­
лостями. Указъ 1679 г., о стр лецкой подати совершенно
сравиилъ черныя волости съ дворцовыми им ніями^, и отд лилъ отъ нихъ поморскіе у зды, сохранившіе нрежній бытъ.
Петръ Великій нашелъ сліяніе уже совершеннымъ; учрежденіе земскихъ бу^миетровъ и указъ о подушной подати, кото­
рыми, прежніе черные крестьяне, за исключеніемъ помор­
скихъ, были сравнены съ дворцовыми, только узаконили существовавшій уже порядокъ вещей.
Это сліяніе черныхъ волостей съ дворцовыми селами мож­
но просл дить въ н которыхъ отд льныхъ явленіяхъ. Оно на­
чалось весьма рано, ибо т и другія земли равно принадлежа­
ли государю,, и черныя волости, которыя оставались свобод­
ными единственно всл дствіе обилія земель, служили постояннымъ источшшомъ для раздачи пом стій служилымъ людямъ, а равно и для умноженія дворцовыхъ доходовъ. Такъ
напріш ръ въ жалованной грамот , данной въ 1555 г. переяславскимъ рыболовамъ, они названы черными сохами, и под­
чинены не дворецкому, а дьяку; но въ 1562 г. они были уже
подчинены Приказу Большаго Дворца и въ подтвержденіи жа­
лованной грамоты едоромъ Алекс евичемъ слобода названа
дворцовою1). Въ 1617 г. жители Старой Русы жаловались,
что розданы были въ пом стья у здныя дворцовыя села и чер­
ныя волости. Въ 1681 г. они говорятъ о т хъ же раздачахъ,
но вс земли называютъ уже безразлично дворцовыми; о чер­
ныхъ н тъ.и р ч и 2 ) . Въ Новгородскихъ областяхъ, въ ХУ1
О А. А. Э. т. 1-й <№ 242, 261.— 2 ) А. А. Э. т. 3-й Л * 91; А. И.
т. 5-й Jfi 228.

41
в к , вс государственныя земли были разд лены на дворцовыя и оброчныя, изъ которыхъ яосл днія соответствовали чгерньшъ; а въ 1679 г., до введенія новостр лецкой подати, вел яо было въ Новгородскомъ у зд собрать для стр льдовъ
хл бъ съ монастырскихъ, пом щичьихъ и дворцовыхъ креетьянъ 1 ). Объ оброчныхъ яе упоминается, хотя они стр лецкій
хл бъ платили наравн съ другими; сл дственно они разум лись подъ именемъ двордоБЫіъ.
Такимъ образомъ, путемъ историческаго развитія, сельскія у
общины сд лались чисто влад льческим, тогда какъ города У
образовали изъ себя свободныя общины. Этотъ историческій I
ходъ находился въ связи съ развитіемъ коренныхъ началъ об­
щественной жизни. Гражданскій быть Среднихъ В ковъ основанъ былъ на частномъ прав , на которомъ утверждалась я
общинная жизнь того времени. Какъ частное право заключаетъ
въ себ дв Формы — собственность и свободный договоръ,
такъ и общины были одн влад льческія, другцГТоговорныя.
Хотя и влад льческія основаны были на договор между влад льцемъ и поселенцами, однако зд сь центромъ служило са­
мое лицо землевлад льца, и договоръ им лъ предметомъ влад ніе землею. Города преимущественно были способны къ образованію договорныхъ^общинъ; зд сь влад ніе землею было д ~
ломъ второстепенньшъ, да къ тому же одинъ городъ могъ дать
общин защиту противъ натиска влад льческихъ злемеятовъ.
Въ Россіи такой характеръ им ли только Новгородъ и Псковъ;
остальные города и села были влад льческими общинами, которыя заселены были свободными посадскими людьми и кресть­
янами. Но и посл днія им ли двоякій характеръ : земля была
обширна, а влад льческихъ элементовъ было немного; поэто­
му не вс общины находились въ непосредственномъ управде*) А. И. т. 5-Й J№ 38.

42
ніи влад льцевъ. Многія общины, которыхъ земля принадле­
жала князю-вотчиннику, обязаны были только податями и по­
винностями, сохраняя права полнаго распоряженія т ми земля­
ми, которыми он влад ли. Таковы были тяглыя черныя об­
щины. Сюда принадлежала и большая часть городовъ, гд не
могло быть обработки земли въ пользу землевлад льца или
даже ея найма; сюда же принадлежали и черныя волости, ко­
торый оставались тяглыми по недостатку влад льцевъ. Центромъ общественной жизни были однакоже князь и его слуги,
которые вс были землевлад льцы; церковь, игравшая такую
важную роль, была также вотчинницею. По этому, съ большимъ развитіемъ этихъ основныхъ элементовъ общественной
жизни древней Россіи, черныя земли должны были мало по
малу превращаться въ чисто влад льческія.
Въ особенности это стремленіе усилилось съ постепеннымъ развитіемъ государственныхъ понятій. Возникшее госу­
дарство не уничтожило т хъ элементовъ, которые оно нашло
подъ руками, но заставило/ихъ служить своимъ ц лямъ и
устроило ихъ сообразно съ своими потребностями. Первымъ
д ломъ его было умноженіе государственныхъ силъ, которыхъ
основою было служилое сословіе, а для этого нужно было умно­
жить пом стья на счетъ черныхъ земель. Съ другой стороны,
съ умноженіемъ средствъ, расширилось и хозяйственное управленіе, умножились потребности двора, и это повело къ распространенію дворцовыхъ им ній на счетъ черныхъ волостей.
Наконецъ укр пленіе посадскихъ людей и крестьянъ образо­
вало замкнутый сословія, им вшія опред ленныя обязанности,
и тогда обозначилось различіе между городскимъ сословіемъ
и сельскимъ. Какъ въ Средніе В ка городъ былъ преимуще­
ственно способенъ къ образованію свободной договорной общи­
ны, такъ теперь онъ былъ преимущественно способенъ къ образованію свободной тяглой и сословной общины. Но въ Сред-

43
ніе В ка возникновеніе евободныхъ городовъ завис ло отъ
случайныхъ, временныхъ и м стныхъ обстоятельствъ; те­
перь же это сд лалось сл дствіемъ систематическаго государственнаго воззр нія. Вс мъ городамъ дано было одинакое
устройство. Напротивъ того села, которыя въ Средніе В ка
преимущественно были способны къ образованію влад льческихъ общинъ, и теперь большею частью превратились во влад льческія им нія, но уже на основаніи государственныхъ постановленій и какъ сл дствіе сословныхъ обязанностей ихъ жи­
телей. Только на с вер осталась частичка прежнихъ тяглыхъ
сельскихъ общинъ, какъ будто бы для того, чтобы указать на
роль, которую играли черныя волости въ нашей исторіи. Сл дя за постепенньшъ процессомъ ихъ уничтоженія, мы неволь*
но приходимъ къ заключенію, что черными были у насъ т
сельскія общины, которыя въ Средніе В ка, по обилію зем­
ли, оставались вн сферы влад льческой д ятельности князей-вотчинниковъ, ихъ слугъ, монастырей н другихъ церковныхъ установленій, и которыя потомъ, всл дствіе отдаленно­
сти, мало подлежали вліянію государственной власти. Ихъ
мен е всего касалась общественная жизнь, которая при незначительномъ населеніи разыгрывалась сначала на неболь шомъ пространств ; но ч мъ бол е развивался общественный
организмъ, т мъ бол е черныя села должны были входить въ
общую СФеру и сл довать общему порядку.
Окончательное ихъ фгіяніе съ другими сельскими община­
ми принадлежитъ уже XYIII стол тію. И зд сь мы опять находимъ любопытный указанія на сл ды древняго порядка вещей
и на епособъ образованія новаго общиннаго устройства. При
Петр Великомъ въ средней Россіи, находились уже одни влад льческія села, которыя разд лялись надворцовыя, церковныя, пом щичьи. Свободные крестьяне остались только по
окраинамъ государства, куда мало проникала д ятельность

44
центральной власти. Сюда относились поселенные на юг од­
нодворцы, навосток ясашные и н а с вер черносошные кре­
стьяне. Первые не вошли въ общую категорію, какъ происшедшіе изъ дворянъ, вторые, какъ инородцы, третьи же сохра­
нились, какъ остатки древнихъ черныхъ волостей. Вс они
вм ст , по изв стному указу 1722 г. о введеніи подушной
подати, образовали сословіе государственныхъ крестьянъ въ
противоположность влад льческимъ.
Казалось бы между т ми и другими общинами должно было
установиться различіе въ устройств и въ поземельномъ влад ніи. Одн принадлежали частньшъ хозяевамъ, другія оста­
вались свободными. А между т мъ он постепенно пришли
къ одному и тому же порядку вещей : и въ т хъ и въ другихъ
равнымъ образомъ установилось общее влад ніе землею и соразм рное ея распред леніе между отд льными членами. При­
чина этого явленія заключалась въ томъ, что въ сущности
он были основаны на однихъ началахъ — на укр пленіи землед льческаго сословія къ земл и на платеж податей по душамъ. Отсюда проистекало троякое сл дствіе: 1) Такъ какъ
подать взималась съ лица, то естественно, что каждое лицо
должно было получать изв стный участокъ земли, съ котораго бы оно могло нести свои ^обязанности, и притомъ, такъ
какъ податный окладъ былъ равный для вс хъ, то и. участки
должны были быть равны. 2) Съ умноженіемъ народонаселенія въ общин , при невозможности перехода, должно было неизб жно установиться неравенство; сл довательно для возстанов ленія первоначальнаго нормальнаго отношенія—необходимъ былъ перед лъ земель. Это сд лать было легко, ибо
земля принадлежала казн или частному лицу, а крестьяне
были только временные влад льцы, укр пленные къ ней для
государственной пользы. 3) Съ этимъ вм ст должно было
уничтожиться разселеніе крестьянъ по мелкимъ деревнямъ и

45
жительство ихъ на своихъ учаеткахъ. Поел дніе стали пере­
ходить изъ рукъ въ руки, стали изм няться, смотря по потребностямъ. Они приписывались уже къ ц лому селу, кото­
рое распред ляло ихъ между своими членами, чтобы дать каж­
дому средства нести свое тягло. Такимъ образомъ отд льныя
деревни, хутора, какіе были въ древней Россіи уничтожились,
и жители каждой волости, собравшись въ одно центральное
село, составили единую общину. Теперь уже мы не видимъ
разбросанныхъ деревень; везд лежатъ болыпія села, окруженныя широкими, пустынными полями.
Однако же этотъ порядокъ вещей, составлявшій неизб жное сл дствіе новыхъ установленій, образовался не вдругъ.
Любопытно просл дить постепенное его водвореніе въ общинахъ. В роятно во влад льческихъ селахъ онъ установился
скор е, а въ свободныхъ медленн е; но къ сожал нію, для
первыхъ мы пм емъ мен е всего данныхъ. Однако же въ изданныхъ памятникахъ есть н которыя черты, которыя указываютъ
на постепенныя изм ненія, происшедшія въ земляхъ духов на­
го в домства. Пзъ договоровъ, которые заключались между
крестьянами и монастырскими властями въ XYII в к , видно,
что первые селились еще на отд льныхъ учаеткахъ, съ которыхъ каждый несъ тягло. Но зд сь уже встр чаются выраженія, какихъ не было прежде, наприм ръ: «и живучи мн Василью въ той деревн на своемъ участк , пашня пахати съ
своими сус ды вм ст и угодьями влад ти всякими по своему
жребью, повытно»1). Угодья сл дственно не приписывались
уже къ отд льнымъ участкамъ, а находились въ общемъ влад ніи. Въ одномъ изъ сохранившихся наказовъ, данныхъ мо2
настырскимъ прикащикамъ ), упомянуто еще о разд л , сдач
и пром н пашни между крестьянами и о переход ихъ изъ де О Акты Юрид. Ж 196. Смотри и другіе. — 2 ) А. Ю. <№ 334, I.

46
ревни въ деревню. Но тутъ же накр пко запрещено крестьянамъ продавать свои пашни и дворы. Отд льное владеніе зем­
лею не могло однако же долго существовать въ частныхъ им ніяхъ. Собственный интересъ землевлад льца требовалъ, что­
бы между крестьянами произведено было уравненіе, и ему лег­
ко было это сд лать при т хъ правахъ, которыя онъ пріобр лъ всл дствіе укр пленія. Такъд йствительно и вышло. Въ
Х ІП в к , когда введена была подушная подать, установился
обычай разд лять земли по числу душъ, написанныхъ въ ревизіяхъ. Ио и въ этомъ способ д ленія оказались неудобства,
и во второй половин XYIII в ка правительство предписываетъ производить разд лъ по тягламъ. Объ этомъ есть любо*
пытное наставленіе въ инструкціи, данной 4>-мъ экономическимъ правленіемъ, установленнымъ въ 1770 году для управленія крестьянами духовнаго в домства, которые въ это время
были уже отобраны въ казну. Выписываемъ его вполн ! ) :
«Изв стно, что во многихъ м стахх крестьяне д лятъ землю не по
числу им ющихся во двор работниковъ, но по числу написанныхъ въ
ревизскихъ сказкахъ мужескаго пола душъ, отъ чего происходитъ, что
вм сто должнаго уравненія крестьяне одинъ передъ другимъ несутъ въ
прокормленіи своихъ семей и въ платеж податэй разорительное отягощеніе, потому что не р дко случается, что хотя во двор , состоящемъ въ пять мужескаго пола душъ, одинъ только находится работникъ, а четыре въ томъ числ малол тные, или престар лые, никакой
работы^ а особливо хл бопашества исправлять не могущіе, однаксьж-е
долженъ тотъ одинъ работникъ какъ для всего своего семейства хл ба
напахать, такъ подушныя и оброчныя деньги не за одну только свою
душу, но и за малол тныхъ и престар лыхъ заплатить, и хотя навс
оныя души земля у него и есть, но не достаетъ у него силы оную
обрабатывать, ниже другою крестьянскою работою исправляться, по­
чему таковые и принуждены излишнюю землю и с нные покосы отда­
вать другимъ въ наемъ, но и то за дешевую ц ну, ибо сос ди, зная
его необходимость, надлежащей ц ны не даютъ. Сверхъ сего бываетъ
и то, что по довольству въ н которыхъ м стахъ земель, и въ наемъ
О П. С. сЛ^ 13,590. п. 6.

47
оныхъ брать некому, почему принужден* такой одинокій крестьянинъ
свой участокъ земли оставить впуст , а сами они отъ времени до вре­
мени приходятъ въ скудость и совершенное разореніе. Въ отвращеніе сего экономическимъ правленіемъ каждому въ своемъ в домств*
при каждомъ случающемся изсл*доваяіи о запущенныхъ недоимкахъ
надлежитъ наиприлежн йше осв домиться, не отъ сего ли описаннаго
крестьянскаго издревле екоренившагосл обычая1') сами они къ своему
разоренію терпятъ оскуд ніе, и буде подлинно при томъ откроется
тотъ непорядокъ, то немедленно вел ть такое селеніе непрем нно
расписывать на тягла, полагая въ оное работников* отъ 15 до 60-ти
Л ТНЯРО возраста и исчисляя собираемую со всего селенія подать, рас­
кладывать на тягла; а посему разд леніе земель и взысканіе податей
д лить уже не съ душъ, но съ тяглъ, а сверхъ сего наблюдать и того,
дабы крестьяне малосемейные отъ семей своихъ не отд лялись, а н е прем нно бы считалось въ каждомъ тягл
по 4, а по крайней м р
по 3 работника.»

Такъ старалось правительство водворить между крестьяна­
ми справедливость и уравненіе. Оно не довольствовалось из*
даніемъ общихъ узаконеній, не касающихся до внутренняго бы*
та самыхъ общинъ; н тъ, оно проникало въ подробности гражданскихъ и поземельныхъ ихъ отношеній, и отправляясь отъ
принятого разъ начала, старалось провести его повсюду съ воз­
можною посл довательностью и справедливостью. Гд кресть­
яне плохо распред ляли наложенный на нихъ обязанности и
сопряженное съ ними поземельное влад ніе, тамъ оно вводило
лушпій распорядокъ, и т учрежденія, который по видимому
проистекаютъ изъ нравовъ и обычаевъ, въ сущности опред ле
ны правительственными распоряженіями.
Разум ется, крестьяне духовнаго в домства, какъ влад льческіе, не им ли и собственнаго управленія. Ими зав дывали
прикащики и управители, отъ которыхъ они нер дко терп ли
болыпія прит сненія. Въ доклад , поданномъ княземъ Куракинымъ Императриц Еквтерин , по случаю учрежденія ка*) Очевидно, что обычай д лить земли по душамъ не могь вкоре­
ниться ран е подушной подати.

48
зеннаго управленія въ селеніяхъ духовнаго в домства, сказано:
«Вашему Императорскому Величеству изв стно, что сколь
управительское и прикащиково званіе по дерзкимъ до нын
поведеніямъ отъ подлыхъ въ ономъ употребленныхъ приведе­
но со стороны крестьянъ въ ненависть, а съ другой столь въ
уничиженіе, что съ трудомъ представляется ко оному именованіе и склонить будетъ не возможно заслужившихъ, каковые
предпочтительно ко оному и потребны» 1 ). Потому внутрен­
нее разбирательство споровъ между крестьянами предостав­
лено было выборнымъ, а для сбора податей учреждены по
городамъ казначеи, которые вм ст съ т мъ были и депу­
татами отъ духовнаго в домства. Въ посл дствіи, какъ увидимъ, сд ланы были другія преобразованія,
Такимъ образомъ крестьяне церковные и монастырскіе,
лзъ которыхъ образовалось большинство нын шнихъ государственныхъ крестьянъ, получили выборное управленіе только
въ посл дней четверти XYIII-ro в ка. Дворцовые крестьяне
им ли также управителей, которые равнымъ образомъ были
зам нены выборными должностями при переход дворцовыхъ
селеній въ казенное в домство. При Павл Петрович изъ
бывшихъ дворцовыхъ селъ образованы уд льныя им нія, и
вм ст съ т мъ изданы были для нихъ новыя учрежденія,
сохранившіяся досел почти безъ всякихъ перем нъ.
Бол е подробностей им емъ мы о постепенныхъ изм неніяхъ, происшедшихъ въ общинахъ однодворцевъ и черносошныхъ
крестьянъ, и зд сь эти явленія вдвойн любопытны, ибо они
представляютъ намъ остатки старины въ борьб съ новымъ
порядкомъ вещей, который установлялся государствомъ.
Однодворцы и разныхъ службъ служилые люди, какъ-то
копейщики, рейтары, драгуны, пушкари и пр. были собствен­
но дворяне, то есть члены служилаго сословія, получившіе
О Полное Собраніе Законовъ <№ 12,226.

49
пом стья для исправленія службы. Н которымъ давались зе­
мли въ общей меж , другіеже получали ихъ каждый особо, по­
чему и назывались однодворцами. ПриПетр Велшмшъ въ это
сословіе записались многіе дворяне, которые влад ли сотнею и
бол е дворовъ крестьянъ, но не желали нести службы. Земли
у нихъ остались, но между т мъ какъ у прочихъ служилыхъ лю­
дей, образовавшихъ изъ себя дворянство, пом стья слились съ
вотчинами, зд сь напротивъ пом стья совершенно уравнялись
съ казенными землями, и во второй половин XVIII в ка полу­
чили тоже самое устройство, какъ ипрочія сельскія общины.
Однодворцы со времени Петра Великаго назначены были
для образованія и содержанія ландмилиціи, охранявшей Украи­
ну ; на это шла сбираемая съ нихъ подушная подать. Обязан­
ности свои они несли съ земель, которыя находились въ ихъ
влад ніи, всл дствіе чего, въ 1727г., имъ запрещено было
отчуждать свои участки; еовершенныя же до того продажи
утверждены закономъ1). Имъ самимъ не дозволялось оста­
влять свои жилища и опред ляться въ другія службы. Т , ко­
торые нарушали это постанов л еніе, равно какъ и б глые лови­
лись и возвращались въ свои селенія. Однако, не смотря на
эти запрещенія, продажа земель въ постороннія руки продол­
жалась, и межевая инструкція 1754» г. отчасти узаконила
ихъ. Ею предписано было отмежевать однодворцамъ въ общей
меж по 30 дееятинъ на дворъ. Эти земли запрещено отчуж­
дать. Проданныя же посл указа 1727 г. вел но возвратить
безденежно, но только въ томъ случа , если земли при селеніи окажется недостаточно; иначе межевать ихъ за покупа­
телями. Все это однако же относилось единственно къ т мъ
землямъ, на которых^ однодворцы положены были вз подуш­
ный окладе. Изъ прочихъ же ихъ земель — н которыя были
О п. с. 3. <№ 5138.

5

50
казенныя, другія собственно имъ прянадлежаіція, купленный
ихъ предками или данныя за службу. Проданныя изъ казенныхъ земель вел но межевать за пріобр тателями, а остальныя, остающіяся въ излишк , обращать въ пустопорожнія
государствеиныя земли. Участки же, собственно имъ принадлежащіе, вел но межевать особо каждому влад льцу, но пра­
ва ихъ ограничены запрещеніемъ отчуждать ихъ иначе, какъ
другимъ однодворцамъ *).
Эти постановленія чрезвычайно важны. Изъ нихъ видно:
1) Что запрещеніе отчуждать участки относилось только къ
т мъ землямъ, на которыхъ крестьяне положены въ поду­
вший окладъ. Сл довательно ограниченіе права распоряженія
было ближайшиъ сл дствіемъ подушной подати. 2) Что это
запрещеніе не проводилось во всей строгости, а лишь на
столько, на сколько этого требовала казенная надобность.
3) Что земли, принадлежавшая самимъ однодворцамъ, а неказн ,4 находились не въ общемъ влад ніи, а въ частномъ, и от­
чуждались порознь. Однако же и зд сь казенный интересъ
ограничивалъ н сколько право собственности.
---*••
Вс эти начала были еще бол е развиты въ межевой инструкціи 1766 года. Прежнія положенія были подтверждены,
но пріобр тателямъ однодворческихъ земель посл запрети­
те льнаго указа 1727 г. сд лаша новыя льготы: вдгпленныя
земли вел но было отмежевать за ними съ т мъ, чтобы они
платили съ нихъ изв стную подать на содержаніе ландмилиціи.
Важны зд сь постановленія о внутреннемъ распорядк земель.
По прежнему земли, на которыхъ однодворцы положены въ
подушный окладъ, вел но межевать не къ каждому лицу осо­
бо, а къ ц лому селенію въ общую межу. Вм ст съ т мъ
постановлено, чтобы они впредь этихъ земель не только по- .
стороннимъ, но и равнымъ себ отнюдь не продавали и въ на*) П. С. 3. № 10237 гл. 23.

51
емъ не отдавали иначе какъ погодно, а также не отдавали бы
за иски и долги. Продавать другимъ однодворцамъ дозволено
единственно земли покупныя и данныя предкамъ за службу,
но и въ этомъ числ только т , которыя оставались въ излишк сверхъ общей продорціи земли, отмежеванной на села.
Такимъ образомъ и собственный зенли однодворцевъ были по­
ставлены въ одинъ разрядъ съ казенными; зд сь ограниченіе
права собственности въ пользу казны еще значительн е, не­
жели въ первой межевой инструкціи. Дал е, посл умершигъ, запрещено т земли, на которыхъ они положены въ
подушный окладъ, д лить между насл дниками или отдавать
въ приданое за дочерьми, выходящими за постороннихъ людей,
или за однодворцевъ другихъ селеній; а вел но оставлять
участки при т хъ селеніяхъ, къ которымъ они отмежеваны.
Если же посл умершаго останутся дочери, и мужья ихъ ноже •
лаютъ поселиться на доставшихся имъ по насл дству земляхъ,
то дозволять это, но съ т мъ, чтобы прежніе ихъ участки
оставались въ пользу остальныхъ крестьянъ того селенія 1 ).
Такимъ образомъ первоначальное государственное постано
вленіе отразилось и въ законахъ о насл дств . Все это на­
ходилось въ связи одно съ другимъ, вытекало изъ одного на­
чала, и постепенно установлялось правительственными распоряженіями.—Что касается до управленія однодворческихъ общинъ, то до второй половины Х Ш-го в ка однодворцы на­
ходились въ непосредственномъ в домств воеводскихъ канцелярій. Въ это время установлены были выборные отъ нихъ
управители, которые подчинялись единственно губернаторамъ 2 ). Не смотря на то, отъ однодворцевъ поступали многія
жалобы на свое начальство. Между ними образовались партіи,
и когда одна изъ нихъ превозмогала, то другая жаловалась на
прит сненія выбраннаго первою управителя. Въ 1759 г. Се0 П. С. 3. Ж 12659 гл. 19. — 3 ) П. С. 3. Jp 10998.

52
натЪ старался управителей къ нимъ опред лять «по большимъ
голосамъ», какъ сказано въ указ 1761 г. *), «но и то хорошаго усп ха не им ло, и по нын многія отъ однодворцевъ
жалобы происходятъ, и каждый годъ не по одному управителю
перем няютъ». Въ этотъ и въ сл дующіе года, вел дствіе
безпрерывныхъ жалобъ, многіе управители отр шалиеь; наконецъ въ 1763 г . 2 ) должность эта совершенно уничтожена,
и однодворцы по прежнему подчинены провинціалыіымъ и губернскимъ канцеляріямъ. Только длямелкихъ споровъ вел но
имъ выбирать изъ себя старость и выборныхъ, да запрещено
канцёляріямъ вступаться въ рекрутскій наборъ. Въ 1775 г.
однодворцы и уравненные съ ними прежнихъ службъ служи­
лые люди вошли въ общій составъ казенныхъ крестьянъ, и от­
даны въ в домство казенныхъ палатъ.
Еще важн е для насъ черносошные крестьяне, у которыхъ
долго сохранялся прежйій быть, если не во всей чистот , то по
крайней м р въ существенныхъ чертахъ. Это были крестьяне
поморскихъ городовъ, о которыхъ уже была р чь выше. Еще
въ половин XYII стол тія право ихъ на отчужденіе земель
ограничивалось всл дствіе того правила, что тяглыя земли
должны принадлежать только тяглымъ людямъ. Крестьянамъ заонежскихъ догостовъ въ 1649 г. вовсе запрещено было прода­
вать свой земли, и проданныя вел но было отобрать назадъ без­
денежно 3 ) . Каргопольскимъ и Турчасовскимъ крестьянамъ въ
1 6 6 3 г. позволено было выкупать назадъ проданные и заложен­
4
ные участки ). Но съ другой стороны посадскіе люди города
Великаго Устюга продолжали пользоваться правомъ влад нія ку~
плейныхъ ими у крестьянъ земель, подъ т мъ только условіемъ,
чтобы поселенные на нихъ половники несли вс волостныя тя­
гости наравн съ крестьянами 5 ). Это право они сохраняли до
О П. С. 3. <№ 11285.— 2 ) П. С. 3. Л* 11517, 27, 758. - - 3 ) П. С. 3.
<№ 10. — О П. С. 3. Л* 1 1 2 . — s ) П. С. 3. с ^ 7 9 .

53
половины Х Ш стол тія. Только въ 1 7 5 1 г. вел но было разсмотр ть права ихъ на эти земли, и оставить имъ только т ,
которыми они влад ли по жалованнымъ грамотамъ или по писцовымъ книгамъ; пріобр тенныя же чаетнымъ образомъ у черносошныхъ креетьянъ вел но было отобрать въ казну 1 ). Но въ
1753 году этотъ указъ былъ опять отм ненъ, и снова разр шена была продажа земель крестьянами купцамъ и обратно,
лишь бы эти земли не были отчуждаемы въ руки пом щиковъ,
монастырей и другихъ влад льцевъ 2 ) .
Такимъ образомъ на с вер , до половины XVIII стол тія,
сохранилось отд льное влад ніе земельныхъ участковъ и сопря- 4
женное съ этимъ право на отчужденіе ихъ въ руки другихъ тяглыхъ людей. Этотъ остатокъ старины весьма любопытенъ т мъ,
что онъ свид тельствуетъ о характер древняго быта и о про­
тивоположности его съ новыми учрежденіями. Только межевыя инструкціи установили и въ черносошныхъ волоетяхъ тотъ
же порядокъ, который введенъ былъ въ остальной Россіи; и
притомъ такъ, что смыслъ и значеніе новыхъ учрежденій ясны
изъ самыхъ указовъ.
Въ инструкціи 1 7 5 4 года вел но было отобрать назадъ зем­
ли, отчужденныя по смерти своихъ влад льцевъ въ руки людей,
%е положенныхб въ подушный окладб, и напротивъ утвердить
3
продажи, сд ланныя между посадскими людьми и крестьянами ).
Ясно, что лица положенный въ подушный окладъ соотв тствовали прежнимъ тяглымъ людямъ; къ нимъ прилагались и
прежнія правила. Но въ межевой инструкціи 1 7 6 6 г. посл довало уже запрещеніе продажи и всякаго рода отчужденія земель
кому бы то ни было, хотя и утверадены были прежнія купли,
сд ланныя посадскими людьми. Земли черносошныхъ крееть­
янъ вел но было межевать къ селеніямъ, и во всемъ руковод­
ствоваться правилами, установленными для однодвордевъ. ВвеО П . С . З . с ^ ЗТ^ — ^П.С.З.^ІООЗЗ. — ^П.С.З. №10237 гл.29.

54
дено было то же уравненіе земель между отд дьными кресть­
янами и тотъ же порядокъ насл дованія *). Посл дніе сл ды
прошедшаго исчезли, и черносошные крестьяне скоро слились
съ общею массою сельскаго сословія. Въ 1760 г. имъ позво­
лено было для защищенія отъ обидъ и для всякихъ ходатайствъ
выбирать изъ себя лучшихъ крестьянъ. Хотя и прежде у нихъ
были старосты, еотскіе и выборные, но эти начальники нахо­
дились подъ сильнымъ вліяніемъ правительственныхъ властей.
Для производства выборовъ забирали даже крестьянъ въ городъ;
сл дственно выборъ совершался по приказанію воеводы. Кром
того сотскихъ и старостъ таскали безпрестанно въ городъ по
самымъ маловажнымъ д ламъ, и это служило орудіемъ прит сненія. Теперь же все это было запрещено, и общины получили
бол е самостоятельности2). Въ 1775 г. черносошные крестьяне
вм ст съ другими поступили въ в домство казенныхъ палатъ.
Итакъ въ посл дней четверти XVIII стол тія вс крестьяне,
за исключеніемъ пом щичьихъ, образовали одно т ло и подчи­
нились одному в домству. Межевая инструкція 4 7 6 6 г., посте­
пенно исполнявшаяся до начала XIX стол тія, установила ихъ
поземельныя отношенія на основаніи государственныхъ требованій. Теперь надлежало устроить внутреннее управленіе общинъ. Это сд лано Высочайшими экономическими пунктами,
которые изв стны намъ по ссылкамъ, находящимся въ Учреж*
деніи казенныхъ селеній Екатеринославской губерніи, изданномъ въ Полномъ Собраніи Законовъ (№ 1 6 6 0 3 ) . Зд сь пос­
тановлено, чтобы въ каждомъ селеніи, им ющемъ бол е тыся­
чи дворовъ, былъ сельскій старшина; на каждые пятьсотъ дворовъ опред лены сельскій староста, двое выборныхъ или словесныхъ разборщиковъ и сборщикъ податей. Въ меныпихъ селахъ было меньше властей. Стардшнъ и старостъ положено
избирать черезъ три года, выборныхъ и сборщиковъ ежегодно.
О П. С. 3. Ж 12659. гл. 20. — а ) П. С. 3. Л ^ 11120.

55
Избирать можно было чиновнаго челов ка или поселянина не
моложе двадцати пяти л тъ, влад ющаго въ томъ сел дворомъ
или землю, женатаго и им ющаго д тей и не бывшаго въ наказаніяхъ, подозр ніяхъ, ябедахъ и явныхъ порокахъ. Должность
сельскаго старшины была исполнительная и распорядительная;
должность старосты хозяйственная; должность выборныхъ со­
стояла въ раскладк податей и въ разбирательств мелкихъ споровъ; должность сборщика, разум ется, въ сбор податей.
Кром того, для полиціи, на каждые сто дворовъ учреждены
были сотскіе, а на каждые десять дворовъ десятскіе, исправлявшіе должность свою по очереди. Общины получили между
прочимъ сл дующія права: 1) Если генералъ-губернаторъ,
губернаторъ или директоръ экономіи (членъ Казенной Палаты,
управлявшій казенными крестьянами) обществу сельскому учи­
нить какое предложеніе, то общество, собравшись, слушаеть
оное ичинитъ отв тъ, сходственный узаконеніямъ и общему до­
бру. 2) Общество можетъ представить губернатору и директо­
ру экономіи о своихъ общественныхъ нуждахъ и пользахъ, лишь
бы это не было противно общему благу и узаконеніямъ. 3) Оно
можетъ им ть свою казну, избу и писаря.
Эти установленія были въ посл дствіи изм няемы, но основныя черты ихъ остались досел . Межевая инструкція 1 7 6 6 г.
окончательно опред лила распорядокъ поземельнаго влад нія
сельскихъ общинъ ; Высочайшіе экономическіе пункты положи­
ли основаніе самостоятельности внутренняго ихъ управленія
посредствомъ выборныхъ начальниковъ. Сельскія общины одол­
жены нын шними своими учрежденіями великой строительниц
областнаго и м стнаго управленія въ Россіи. Прежде того он
большею частію были влад льческія и управлялись чисто влад льческимъ образомъ. Самыя земли ихъ не были примежеваны
къ нимъ надлежащимъ порядкомъ, и поземельныя отношенія бы­
ли разнообразный неопред ленны. Старыяучрежденіям шались

56
съ новыми, и общаго порядка не существовало. Екатерина,
образовавшая дворянскія общества, развившая учрежденія городовъ, устроила и казенныя сельскія общины. Межевая инструкція 1766 года окончательно развила т учрежденія, которыя
вытекали изъ наложенныхъ на землед льцевъ сословныхъ обя­
занностей ; устройство же внутренняго управленія было соб­
ственно создан!емъ великой монархини.
При Екатерин укр плены были и крестьяне малороссійскіе,
и зд сь мы найдемъ новое подтвержденіе той мысли, что общее
влад ніе землею и ея перед лъ не коренится въ древнемъ обыча русскаго народа. Въ Малороссіи, въ стран искони рус­
ской, прежде введенія великорусскихъ государственныхъ учрежденій, были только частные собственники — пом щики и ка­
заки, да крестьяне селившіеся на ихъ земляхъ по свободному
договору. Крестьянинъ, пріобр тшій участокъ земли, черезъ
это самое д лался казакомъ. Русское правительство укр пило
крестьянъ и ограничило право казаковъ отчуждать свои земли,
дозволивши имъ продавать ихъ только между собою. Но до сихъ
поръ общаго влад нія между ними н тъ; каждый влад етъ сввимъ участкомъ, на который другіе не им ютъ никакого права,
и который переходить въ насл дство д тямъ и родственникамъ.
Распред леніе общей земли между отд льными членами общины
существуете только у н которыхъ влад льческихъ крестьянъ,
которыхъ быть, разум ется, опред ляется волею влад льца, да
между крестьянами казенными, у которыхъ это введено распоряженіями правительства. Казенныя селенія произошли боль­
шею частію изъ им ній, отобранныхъ у монастырей и КОНФИСкованныхъ у частныхъ лицъ, и внутренній ихъ распорядокъ
составляеть въ Малороссіи такое же нововведеніе, какъ и въ
самой Россіи.
Изъ этого историческаго обзора сельскихъ учрежденій мы
можемъ вывести сл дующее:

57
1) Что наша сельская община вовсе не патріархальная, не
родовая, а государственная. Она не образовалась сама собою
изъ естественнаго союза людей, а устроена правительствомъ,
подъ непосредственнымъ вліяніемъ государственныхъ началъ.
2) Что она вовсе не похожа на общины другихъ славянскихъ
племенъ, сохранившихъ первобытный свой характеръ посреди
историческаго движенія. Она им етъ свои особенности, но он
вытекаютъ собственно изъ русской исторіи, не им ющей ника­
кого сходства съ исторіею западныхъ славянскихъ племенъ.
3) Что наша сельская община им ла свою исторію и разви­
валась по т мъ же началамъ, по какимъ развивался и весь об­
щественный и государственный быть Россіи. Изъ родовой об­
щины она сд лалась влад льческою, ж изъ влад льческой го­
сударственною. Среднев ковыя общинный учрежденія не им ли
ничего сходнаго съ нын шними; тогда не было ни общаго влад нія землею, ни ограниченія права насл дства отд льныхъ
членовъ, ни перед ла земель, ни ограниченія права перехода
на другія м ста, ни соединенія землед льцевъ въ больлпя села,
ни внутренняго суда и расправы, ни общинной полиціи, ни общинныхъ хозяйственныхъ учрежденій. Все ограничивалось сборомъ податей и отправленіемъ повинностей въ пользу земле­
владельца, и значеніе сельской общины было чисто владельче­
ское и Финансовое.
4) Настоящее устройство сельскихъ общинъ вытекло изъ
сословныхъ обязанностей, наложенныхъ на землед льцевъ съ
конца XVI в ка, и преимущественно изъ укр пленія ихъ къ
м стамъ жительства и изъ разложенія податей на души.
Такимъ образомъ мн ніе барона Гакстгаузена о патріархальномъ характер нашей сельской общины не находить себ
оправданія въ исторіи. Это — нареканіе, происходящее отъ
недостаточнаго знакомства съ историческими данными. Наша
община не остановилась-на той ступени общественнаго развитія,

58
на какой стояла община германская во времена Тацита; она не
похожа ни на общины н которыхъ западныхъ Славянъ, ни на
другія патріархальныя общины полудикихъ народовъ Азіи и
Африки. Въ ней господствуютъ не естественный отношенія, а
гражданскія. Это не зародышъ общественнаго развитія, а плодъ
его. Это результатъ прошедшей исторіи народа, образовавшаго
изъ себя великое государство, и въ которомъ государственныя
начала проникаютъ до самыхъ низшихъ слоевъ общественной
жизни. Ничто не ускользнуло отъ вниманія нашихъ законо­
дателей. Правительственными м рами и распоряженіями устро­
ены и поземельный отношенія общинъ и гражданскія, и хозяй­
ственный ихъ быть, и внутреннее управленівс Все это учрежденія относительно новыя, получившія окончательное свое
образованіе только въ посл дней четверти XVIII в ка, вм ст
съ другими областными учрежденіями. Патріархальности зд сь
н тъ уже и сл довъ. Если въ нравахъ сохранились еще обычая
и выраженія, напоминающіе древній родовой бытъ, то это об­
ломки старины, которые въ учрежденіяхъ потеряли уже всякое
значеніе. Точно также сохранились и н которыя преданія вре^
менъ язычества, но это не м шаетъ намъ быть народомъ христіанскимъ. Учрежденія нашихъ общинъ суть произведенія новаго времени, и сравнивать ихъ съ патріархальными общинами
другихъ народовъ, значитъ отрицать въ насъ историческое
развитіе.

ЕЩЕ

О СЕЛЬСКОЙ
(ОТВ

ТЪ Г.

ОБЩИН

.

Б-БЛЯЕВУ.)

Въ первой кнжжк «Русской Бес ды» появилась критика
г. Б ляева на статью мою, пом щенную въ <І Русекомъ В стник », подъ заглавіемъ: «Обзоръ историческаго развитія сель­
ской общины въ Россіи». Г. Б ляевъ не соглашается съ моими
выводами, не видитъ историческаго хода въ развитіи нашей
сельской общины, а приходить къ-заключенію, что т начала,
на которыхъ основаны общинныя учрежденія въ настоящее вре­
мя, существовали задолго еще до прибытія Рюрика. Вопросъ
этотъ им етъ важное значеніе не только въ наук , но и въ жи­
зни, и для того, чтобы привести его къ н сколько удовлетво­
рительному р шенію, не будутъ излишни совокупный силы
вс хъ занимающихся нын русскою исторіею. Разум ется,
зд сь д ло не въ томъ, хорошо или дурно доказано изв стное
положеніе, авъ томъ: на сколько оно справедливо? Зд сь идетъ
разработка ученаго вопроса, при которой нельзя оставить безъ
вниманія ни ошибочныхъ выводовъ и изсл дованій, ни безосновательныхъ опроверженій. Поэтому, поднявши этотъ вопросъ
въ литератур , я считаю себя обязаннымъ отв чать на кри­
тику, т мъ бол е, что ни доводы и возраженія г. Б ляева, ни

60
выводы, сд ланные изъ его статьи г. издателемъ «Русской
Бес ды,» не кажутся мн нисколько уб дительньши.
Г. Б ляевъ соглашается съ высказаннымъ мною мн ніемъ,
нисколько впрочемъ не новымъ, что у насъ, какъ и у вс хъ другихъ народовъ, существовала первоначально община родовая или
патріархальная. Но онъ утверждаетъ, что эта община разруши­
лась задолго до прибытія Варяговъ, и приписываетъ это разрушеніе, этотъ переходъ въ общиду договорэую, разселенію славянскихъ племенъ между Финнами и Латышами, которые см шеніемъ съ ними нарушили однородность элементовъ, необхо­
димую для поддержанія кровнаго союза.
Вопросъ сл довательно состоитъ только во времени, въ ко­
торое совершился этотъ переворотъ, и мы бы охотно готовы
были согласиться съ г. Б ляевымъ, если бы до насъ дошли хо­
тя мал йшія объ этомъ изв стія до прибытія Варяговъ. Какія
л тописныя свид тельства говорить намъ о разселеніи Славянъ
между Финнами и Латышами и о славянизаціи досл днихъ?
Что это совершалось на памяти исторіи, подъ вліяніемъ кр пкаго и могучаго русскаго государства, не доказываетъ еще,
чтобы тоже самое д лалось при поселеніи полудикихъ племенъ
славянскихъ, особенно когда мы р шительно не знаемъ, жили
ли когда нибудь Финны на юг Россіи, какъ утверждаетъ
г. Б ляевъ. На с вер мы видимъ д йствительно соединеніе
ФИННСКИХЪ племенъ съ славянскими для призванія князей, но это
соединеніе условливалось предшествующимъ покореніемъ т хъ
и другихъ чужеземными Варягами.
Общее подчиненіе пришельдамъ совокупило ихъ воедино.
Впрочемъ, и самое участіе Финновъ въ призваніи князей пред­
ставляется не еовс мъ правдоподобнымъ; трудно п&в рить,
чтобы племена, не показавшія въ продолженіи всей исторіи
ни мал йшаго признака гражданскаго развитія, совершили та­
кое д ло, въ которомъ выражается ясное сознаніе о необходи-

61
мости общественнаго порядка. Гораздо в роятн е, что южный
л тописецъ, который, на основаніл преданій, писалъ двав ка
спустя о событіяхъ с верныхъ, не им лъ объ нихъ слишкомъ
отчетллвыхъ жзв стій, почему и см шивалъ племена, покоренныя Варягами, племена, ихъ призвавшія, и наконецъ т ,
которыми въ посл дствіи влад лъ Рюрикъ. Д йствительно^
свид тельства о призваніи варяжскихъ князей представляются
намъ въ л тогіиси н сколько смутными. По Лаврентьевскому
списку въ немъ участвуютъ Новгородскіе Славяне, Кривичи
и Чудь; тоже находимъ и въ СОФІЙСКОМЪ Временник , въ которомъ сверхъ того Меря участвуетъ въ изгнаніи. Но въ Ни­
коновской л тописи о Чуди вовсе и не говорится, а везд
д йствуютъ Славяне, Кривичи и Меря. По пршпествіи же
братьевъ, по общему преданію, Синеусъ садится въ Б л озер — город , принадлежащемъ Веси, которая вовсе не
участвовала въ призваніи князей.
Поэтому и зд сь соединеніе ФИНСКИХЪ племенъ съ сла­
вянскими въ общемъ гражданскомъ д л представляется намъ
весьма сомните ль нымъ, не смотря на то, что оно совершен­
но удовлетворительно объясняется предварительнымъ покореніемъ ихъ Варягами и совокупленіемъ силъ для изгнанія иноземныхъ поб дителей. Но допустивши, что это соединеніе несомн нный Фактъ, допустивши даже съ г. Б ляевымъ предва­
рительное см шеніе ФИНСКИХЪ И латышскихъ племенъ съ сла­
вянскими, о чемъ л тописи не говорятъ ни слова, все-таки
изъ этого не сл дуетъ, чтобы эти чуждые элементы необходимымъ образомъ разрушили патріархальную связь, существо­
вавшую между племенами славянскими. Покоренное племя
долго можетъ жить рядомъ съ поб дителями, какъ чуждый
приростъ, не амальгамируясь съ ними, и не нарушая гражданскихъ ихъ отношеній. Вообще племенная связь разрушается
либо высшею государственною, либо свободною челов ческою
6

62
личностью; у Финновъ же и Латышей никогда не было ни то­
го, ни другаго. У Варяговъ мы напротивъ находимъ весьма
сильно развитую личность; ибо дружина основана была на свободномъ договор . Варяжскій путь въ Константинополь лежалъ
чрезъ славянскія земли; Варяги покорили с верныя племена ;
естественно, что они-то и явились разрушителями стараго родоваго быта.
Такимъ образомъ, уже изъ одного разсужденія мы можемъ
заключить, что славянская патріархальная община распалась
не всл дствіе вліянія Финновъ и Латышей, а всл дствіе прибытія Варяговъ. Но мы им емъ на это и прямое указаніе л тописца, который обозначаетъ самую эпоху распаденія. Въ
862-мъ году, говоритъ онъ «изъгнаша Варяги за море и не даша
имъ дани, и почаша сами по себ волод ти; и не б въ нихъ
правды, и въста родъ на родъ, быша въ нихъ усобиц , и воевати почаша сами на ся». Кажется, это ясно для всякаго, кто
не хочетъ вносить въ исторію собственныхъ воззр ній. Г. Б ляевъ, вм ст съ другими изсл дователями, согласенъ въ
томъ, что первоначально у Славянъ была община патріархальная, которая въ поел дствіи разрушилась. Когда же совер­
шился этотъ переворотъ ? и подъ какимъ вліяніемъ ? На эт
указываютъ приведенныя выше слова л тописца. Не основательн е ли будетъ держаться историческихъ свид тельствъ,
и на основаніи ихъ дотянуть патріархальную общину до поло­
вины ІХ-го в ка, нежели предполагать см шеніе племенъ, о
которомъ мы ничего не знаемъ, воображать себ перевороты,
о которыхъ л тописи ничего не говорятъ, и создавать дого­
ворную общину, о которой мы не им емъ никакихъ изв стій?
Внутреннія усобицы, возникшія всл дствіе разрушенія родоваго быта, повели къ призванію варяжскихъ князей. Я назвалъ
прибытіе Варяговъ нашествіемъ, и г. Б ляевъ, возставая на
это выраженіе, говоритъ, что это отступленіе отъ историче-

63
ской истины повело меня къ новымъ противор чіямъ вс мъ
даннымъ, представляемьшъ русскою исторіею. Но д ло зд сь
не въ слов ; назовите это событіе нагиествіемз или пришествгемб—это совершенно все равно. Вопросъ состоитъ въ
томъ, съ какимъ значеніемъ прибыли князья между славян­
скими племенами; мирно ли они водворились или явились завое­
вателями?
Г. Б ляевъ не могъ думать, что я призваніе Варяговъ въ
Новгородъ называю завоеваніемъ , ибо онъ на той же страниц приводитъ м сто изъ моей статьи, гд я именно гово­
рю, что на с вер князь пришелъ съ дружиною, какъ поередникъ. Но что же посл довало за этимъ приглашен!емъ? Послушаемъ, что скажетъ л тописецъ: «И пришедъ, говоритъ
онъ, стар йши Рюрикъ с де въ Нов город , а Синеусъ, братъ
Рюриковъ, на Б л озер , а Труворъ въ Изборъсц : и начата
1
воевати всюду» ). Сами Новгородцы почувствовали скоро, что
призванный посредникъ становится властителемъ : «оскорбишася Новгородцы, глаголюще: яко быти намъ рабомъ, и много зла
всячески пострадати отъ Рюрика и отъ рода его. Того же л та
уби Рюрикъ Вадима храбраго и иныхъ многихъ изби Новгородцевъ сов тниковъ его.». И дал е : «Избежаша отъ Рюрика
изъ Новагорода въ Киевъ много Новгородцкихъ мужей» 2 ).
Какъ завоеватель, Рюрикъ значительно распространилъ свои
влад нія; Олегъ же покинулъ Новгородъ и отправился на
югъ, покоряя на пути вс славянскія племена. Преемники его
продолжали завоеванія. Н сколько разъ покоренные возставали, но каждый разъ они снова силою оружія были приведе­
ны къ повиновенію. Такъ прижучены были взбунтовавшіеся
Древляне, Радимичи, Вятичи. Мало того : Владиміръ, боясь
4

) СОФІЙСК. времен, изд. Строева, стр. 12. — 2 ) Никоновская д толись стр. 16, 17.

64
замысловъ Ярополка, б житъ за море, приводить съ собою
Варяговъ, ж снова покоряетъ всю Русскую землю.
Кажется, что завоеваніе не подлежитъ сомн нію. Каковы
же были его посл дствія?
Г. Б ляевъ чрезвычайно уб дитедьньши доводами опровергаетъ мн ніе, будто бьГнаши князья, какъ западные короли,
тотчасъ сд лались ос дльши л под лпли всю землю съ свошія дружинниками. Весьма сожалею, что подалъ поводъ къ
подобному недоразум нію. Им вши въ виду изложить достепенныя изм ненія во внутреннихъ учрежденіяхъ сельскихъ общинъ, преимущественно съ того времени, какъ у насъ сохрани­
лись объ этомъ изв стія, я считалъ совершенно лиганимъ сл дить за постепеннымъ ходомъ русской исторіи, а хот лъ толь­
ко въ общихъ чертахъ характеризовать ту почву, на которой
возникли сельскія общины, и обозначить т существенныя
явленія, которыя могли служить къ объясненію ихъ устрой­
ства. Поэтому, раньше ли, поздн е ли совершилось то или
другое событіе — это было для меня вопросомъ второстепеннымъ. Я никогда и не думалъ, что князья и дружинники ед лались ос длыми тотчасб. Но въ посл дствіи мы видимъ, что
князья считаютъ подвластную имъ область своею вотчиною,
д лятъ ее между сыновьями, распоряжаются ею, какъ соб­
ственностью; мы видимъ дал е, что черныя и дворцовыя зе­
мли считаются непосредственнымъ достояніемъ князя, и что
частными собственниками являются, кром князя, только его
слуги, дацерковныя лица иучрежденія, которыя большею ча­
стью получали земли отъ нихъ же. Откуда же произошло та­
кое явленіе ? Гд его корень и начала ? Вотъ вопросъ, который
казался мн чрезвычайно важнымъ, и я не усумнился отне­
сти источникъ этихъ вотчинныхъ правъ къ первому завоеванію Варяговъ.
Первоначально князья, какъ чистые дружинники, искавшіе

65
только добычи и завоеваній, довольствовались, разум ется,
наложеніемъ дани на докоренныя племена. Но эта дань имен­
но означала принадлежность покоренныхъ земель поб дителямъ, и этому можно найдти подтвержденіе въ л тописныхъ
свид тельствахъ. Г. Б ляевъ говорить, что при изв стіяхъ о
покореніи племенъ, вошедшихъ въ составъ древняго руескаго
государства, «н тъ и помину о томъ, чтобы русскіе князья,
покоряя то или другое племя, забирали себ землю, принадле­
жавшую покоренному племени, а везд упоминается только о
наложеніи дани». См емъ думать, что г. Б ляевъ въ этомъ
случа ошибается: такое изв стіе въ л топиеяхъ есть, и если
бы ученый изсл дователь принялъ его въ еоображеніе, онъ
можетъ-быть пришелъ бы къ другому заключенію. Вотъ оно:
«Въ л то 6491. Иде Володимиръ на Ятвяги, и поб ди Ятвяги ивзя землю ихъ 1 ).» Неужели же Владиміръ забралъ себ
всю землю отдаленныхъ и дикихъ Ятвяговъ, и ус лся тамъ
какъ хозяинъ, между т мъ какъ, относительно ближаЁшихъ
племенъ, онъ довольствовался полученіемъ дани? Этого не
станетъ утверждать и г . Б ляевъ.^Мы знаемъ, что Ятвяги
далеко не были приведены Владиміромъ въ полное порабощеніе, и что Ярославъ еще ходилъ на нихъ, да и то, повидимому,
безъ усп ха. Хотя л тописецъ объ этомъ и умалчиваетъ, но
безъ сомн нія поб да надъ Ятвягами им ла посл дствіемъ
одно наложеніе дани, и выраженіе: «взя землю ихъ», вовсе
не означало полную экспропріацію влад льцевъ, а просто то,
что князь считалъ покоренную землю своею принадлежностью
или собственностью. Это мы знаемъ и относительно другихъ
областей. Уже при самомъ первомъ пришествіи русскихъ кня­
зей л тописецъ говоритъ : «отъ т хъ прозвася Руская земля...
2
прежде бо б ша Слов ни ).» Но Русская земля можетъ значить
4
3

) Полное Собр. Л топис, т. I, стр. 35.
) Полное Собр. Л топис, t. I, стр. 9.

66
либо земля населенная Русью, либо земля, принадлежащая Ру­
си. Разум ется, зд сь не можетъ быть р чи о населеніи зем*
ли пришлою дружиной, которая составляла только верхній слой
народонаселенія и не им ла даже ос длости ; сл дственно мы
должны принять, что русскою землею называлалась земля при­
надлежавшая русскимъ князьямъ. Эта принадлежность земли
князю постоянно является въ памятникахъ. Когда Святославъ
пошелъ воевать Болгарію, а между т мъ Печен ги едва не
взяли Кіева, жители посл дняго послали сказать князю:
«Ты княже, чужея земли ищеши и блюдеши, а своея ся охабивъ (отрекся), малы бо насъ не взяша Печен зи.... аще ти
не жаль отчины своея, ни матере стары суще, и д тій своихъ». Но Святославъ, пл нивишсь завоеванною Болгаріею,
сказалъ: «Не любо ми есть въ Кіев быти; хочю жити въ
Переяславц на Дунай, яко то есть середа въ земли моей,
1
яко ту вся благая сходятся )». Яроелавъ, умирая, говорить
сыновьямъ, что если они будутъ жить въ распряхъ, то погибнутъ сами, и погубятъ землю отцовъ своихъ и д довъ, ко­
торую они стяжали (нал зоша) трудомъ своимъ великимъ,
«И тако разд ли имъ грады, запов давъ имъ не преступа2
ти пред ла братия )». Въ вышеприведенныхъ словахъ Кіевлянъ Русская земля названа о?тиною князя, — вырая^еніе,
которое въ древней Россіи означало собственность. Точно
также и князья, съ хавшіеся въ 1096 г. на Любечскій
съ здъ, говорятъ «Половци землю нашю нееуть розно, и
ради суть оже межю нами рати, да нон отсел ішемъся
въ едино сердце и блюдемъ Рускы земли, кояэдо да дер3
житъ отчину свою ).» Другое слово, употреблявшееся въ
томъ же смыел , было волость. Такъ называлась и самая
*) Полное Собр. Л топис, т* I, стр. 28.
*) Полное Собр. Л топ., т. I, стр. 69, 70.
3
) Тамъ же, стр. 109.

67
земля и власть надъ нею. Волостью назывался нашенышй
земельный округъ ; составлявшій отд льную общину; волостью
называлось и отд льное им иіе; волостью же назывался і
княжескій уд лъ. Такъ Св нельдъ говоритъ Ярополку : «пойди
на братъ свой и прими волость его».
Итакъ посл дствіемъ завоеванія была принадлежность зем­
ли князю. Все различіе между первымъ временемъ и поел дующимъ состояло въ томъ, что пока сохранялось понятіе о
единств княжескаго рода, земля считалась принадлежностью
ц лаго рода, въ посл дствіи же линіи распались, и каждый
князь сталъ считать себя полнымъ хозяиномъ и влад льцемъ
своего участка. При этомъ не было никакой нужды, чтобы
князь прогналъ съ земли вс хъ ея влад льцевъ, и взялъ ее
себ въ хозяйственное распоряженіе. Онъ считалъ ее своею
собственностью, но, довольствуясь податями и повинностями,
оставлялъ ее во влад ніи земскихъ людей, точно также, какъ и
западные короли, будучи верховными собственниками земли,
не принимали ея однако въ непосредственное свое распоряженіе, точно также наконецъ, какъ и Татары, которые въ силу
завоеванія считали себя собственниками всей земли, но т мъ
1
не мен е довольствовались наложеніемъ дани ). Если же
князьямъ нужны были села для хозяйственныхъ ихъ потребно­
стей, то безъ сомн нія они отд ляли ихъ себ , не спрашива­
ясь никого, ибо вся земля принадлежала имъ. Хотя г. Б ляевъ и утверждаетъ, что земцы, для того, чтобы привязать кня­
зей и дать имъ ос длость, уступали имъ опред ленные уча­
стки, но о подобныхъ уступкахъ н тъ р шительно никакихъ
историческихъ изв стій. Прим ръ уступки, сд ланной Новгородомъ въ XV в к , ничего не доказываетъ, ибо Новгородъ
самъ былъ государь, влад лецъ обширныхъ земель, издавна
4

) См. Неволинъ, Исторія гражданскихъ законовъ, т. I I , стр. 136.

68
ветупавшій въ договоры съ князьми и юридически опред лявгаій
свои отношенія къ нимъ. Что при этой уступк великій князь
требуетъ себ отд льныхъ земель по обычаю Низовекой земли,
опять-таки ничего не доказываете, ибо въ посл дней, какъ
увидимъ ниже, рядомъ съ землею княжескою существовали
земли слугъ и церковншъ установленій. Вообще же приво*
дить отношенія Великаго Новгорода къ московскимъ государямъ въ подкр пленіе предположений, сд ланныхъ объ отношеніяхъ хоть бы наприм ръ Радимичей къ Олегу, значитъ см шивать вс историческія эпохи для доказательства любимой
мысли. И возможно ли предположить, чтобы сельскіе жители,
смерды, которые такъ низко стояли на общественной л ствиц , что вира за ихъ убійство равнялась плат за убійство раба,
которыхъ насл дство, за недостаткомъ сыновей, обращалось
въ пользу князя, —возможно ли предположить, чтобы они всту­
пали въ юридическія сд лки съ Варягами завоевателями, усту­
пая имъ, какъ бы изъ милости, часть земли, для того чтобы
привязать ихъ къ себ ? Повторяю : это положеніе совершенно
произвольно, ибо не основано ни на какихъ историческихъ свид тельствахъ.
Но, скажетъ критикъ, земля принадлежала князю не какъ
собственнику, а какъ государю. Г. Б ляевъ уб жденъ, что
государство возникло у насъ съ самаго призванія Варяговъ, и
упрекаетъ меня въ противор чіи, утверждая, что образованіе
государства въ XV в к могутъ признавать только посл дователи родоваго быта. Объяснимся.
Прежде всего надобно установить самое понятіе о государств , ибо иначе мы будемъ спорить о словахъ. Что же такое
государство? Это—устройство общества, какъ ёдинаго т ла;
это общество, поселенное на своей территоріи, управляющееся
постоянными законами и им ющее единую верховную власть.
Поэтому неразд льность общества, территоріи и верховной

69
власти, одшшъ сдовомъ единодержавіе составляетъ первое и
главное условіе государственнаго быта. Иначе общество разсматривается уже не какъ единое ц лое, не какъ индивидуумъ, а какъ случайное соединеніе разныхъ земель и областей.
Разум ется, и государство можетъ распасться вел детвіе историческихъ событій; оно можетъ быть разд лено, у негомогутъ быть отторгнуты части. Но это случайности, которымъ
подвержено все существующее на земл ; и у челов ка мо­
жетъ быть оторвана рука или нога, хотя единство челов ческаго т ла составляетъ необходимое уеловіе его индивидуаль­
ности. Другое д ло, если это разд леніе совершается на основаніи внутренняго постояннаго закона. Тогда мы въ прав
сказать, что это общественное т ло не им етъ единства въ
самомъ себ , а получаетъ его только вн шнимъ, случайнымъ
образомъ. Но такой-то именно внутренній законъ распаденія
существовалъ на Руси до XY в ка. Князья разд ляютъ зем­
ли между своими сыновьями, какъ свое пом стье, какъ соб­
ственность, а отнюдь не какъ государство. Мы видимъ зд сь
насл дованіе по праву частному, а вовсе не по общественно­
му. Иногда, разум ется, случалось и то, что за недоетаткомъ
братьевъ одинъ князь соединялъ всю землю въ своихъ рукахъ.
Такъ влад ли ею Рюрикъ по смерти братьевъ, Олегъ, Игорь,
Святославъ, Владиміръ, Ярославъ (посл днему впрочемъ не
принадлежало Полоцкое княжество). Но это было д ло слу­
чайное, происходившее отъ случайности рожденія; такъ и
частное пом стье можетъ перейдти неразд льно къ одному
насл днику, если посл днему не съ к мъ его д лить. Какъ
же скоро у князя было н сколько сыновей, такъ тотчаеъ
происходилъ д лежъ земли. Князья влад ли каждый евоимъ
участкомъ, м нялись ими, ссорились за нихъ, отнимали ихъ
другъ у друга; однимъ словомъ, поступали, какъ частные
влад льцы, а отнюдь не какъ государи, управляющее единою

70
землею. Пока еще кр пко было сознаніе о единств княжескаго рода, сохранялось и понятіе о единств влад нія, о томъ,
что младшіе братья должны слушаться старшаго. Но по м р
того, какъ затемнялась мысль объ общемъ родств , уничто­
жалось и понятіе о единств влад нія, о повиновеніи одного
князя другому. На с вер князья уже не переходятъ изъ од­
ной волости въ другую; каждый влад етъ своею и д литъ ее
между сыновьями. Князья московскіе, рязанскіе, тверскіе до­
говариваются между собою, какъ совершенно самостоятельные
влад льцы. Каждый князь стремится увеличить свой уд лъ
на счетъ другихъ, и это онъ д лаетъ не съ государственною
ц лью, а въ виду увеличенія собственности, умноженія доходовъ; ибо пріобр тенную землю онъ опять д литъ между сы­
новьями по частному праву. Только въ XV в к , когда одинъ
родъ усиливается на счетъ другихъ и установляется единодержавіе въ московской земл , мы можемъ говорить о государств . До того времени это общество, гражданское обще­
ство, если хотите, но имени государства ему нельзя дать, ибо
въ немъ н тъ понятія объ обществ , какъ объ единомъ т л ,
управляемомъ единою верховною властью; въ немъ господствуетъ не общественное право, а частное.
Разум ется, и въ гражданскомъ обществ
существуютъ
учрежденія общественный, какъ то власть, судъ и законы,
обычаемъ установленные или письменные. Безъ нихъ не можетъ держаться ни одно общество, ни одно даже товарище­
ство. Въ разбойничьей шайк вы найдете власть , судъ и за­
коны, а между т мъ никто не назоветъ ее государствомъ.Вопросъ состоитъ зд сь въ томъ: на какомъ прав зиждутся
вс эти общественныя установленія ? На общественномъ, или
частномъ, на понятіи объ обществ и народ , какъ единомъ
т л , въ которомъ правительство, какъ представитель этого
единства, им етъ власть надъ отд льными членами, или на

71
прав собственности, на договор , на семейныхъ связяхъ, и
вообще на отношеніяхъ частнаго права ? Въ уд льный леріодъ
мы видимъ посл днее, а потому и должны признать юридиче­
скую Форму тогдашней Россіи за гражданское общество, а не
за государство. Князья, это правда, еов щались съ дружин­
никами объ установленіи гражданскихъ законовъ; но и пом щикъ можетъ сов щаться съ своими управляющими и прикащиками объ установленіи правилъ для управленія им ній. Су­
ществовало различіе между свободнымъ челов комъ, закупомъ
и рабомъ, но вс эти отношенія чисто гражданскія, а не государственныя: рабъ составляетъ собственность другаго челов ка, соетояніе же закупа основано на свободномъ, чаетномъ
дог вор между двумя отд льными лицами. Существовали наконецъ и сословныя разд ленія; но вс они основывались на
прав чаетномъ, ибо не вытекали изъ понятія о различномъ
служеніи государству, какъ единому ц лому. Вообще, различіе ереднев ковыхъ сословій состояло въ различіи между поб дителемъ и поб жденнымъ, между сильнымъ и слабымъ,
съ т мъ добавленіемъ, что сильный, пріобр тши разъ изв стное значеніе въ обществ , передавалъ его своимъ д тямъ,
какъ частную свою принадлежность.
Посл этого понятно, какую роль играли въ нашей исторіи
родовыя отношенія князей. Я никогда не думалъ отрицать ихъ,
ибо это значило бы отрицать исторію, отрицать Факты. Но ро­
довыя отношенія могутъ им ть двоякое значеніе : общественное
и частное. Когда весь народъ проникнутъ сознаніемъ о своемъ
кровномъ единств , тогда родъ становится необходимымъ членомъ и основою всего общественнаго организма; тогда въ обществ господствуетъ бытъ родовой или патріархальный. Такъ
бываетъ у вс хъ племенъ первобытныхъ; тоже было и въ древнихъ государствахъ? пока эта кровная связь неослаб ла подъ
вліяніемъ чужеродныхъ элементовъ и отд льной личности. То-

72
же было и у насъ до пршнествія Варяговъ. Но когда этотъ
бытъ разрушается, когда въ общество вторгается свободная
челов ческая личность, тогда родъ становится уже не началомъ, опред ляющимъ всю общественную жизнь, а частною
сферою, въ которой вращаются отд льныя лица, какъ и нын
въ гражданскомъ прав существуютъ отношенія семейныя и
родственныя. Но теперь эти отношенія ограничиваются част­
ною жизнью, тогда же, то-есть въ средніе в ка, частное право
составляло начало, опред лявшее весь общественный бытъ.
Поэтому и родовыя отношенія продолжаютъ играть значитель­
ную роль въ исторіи, какъ мы это видимъ въ отношеніяхъ кня
жескихъ и въ м стничеств . Но существенное значеніе ихъ
заключается въ томъ, что они составляютъ одну изъ сторонъ
частнаго права, лежащаго въ основаніи вс хъ учрежденій. Они
играютъ въ обществ ту же роль, какъ и права отд льной лич­
ности, какъ право собственности, какъ свободный договоръ.
Все это вм ст составляетъ основу, на которой зиждется гра­
жданское общество.
Зд сь мы зам чаемъ однако же одно весьма важное разли*
чіе : верховныя права въ гражданскомъ союз могутъ принадле­
жать либо отд льному лицу въ его родственной сФер , съ правомъ собственности на землю, либо союзу лицъ, опред ляющихъ общественное свое право на основаніи договора. Первая
Форма частнаго права образуете княжескую вотчину, вторая —
вольную общину. Въ первый періодъ русской ясторіи, въ юж­
ной Россіи, об Формы см шивались и существовали рядомъ,
такъ что при благопріятныхъ обстоятельствахъ могли развить­
ся либо т , либо другія учрежденія. Земля, всл дствіе завоеванія, принадлежала князьямъ, какъ собственность; они рас­
поряжались ею на основаніи родственныхъ своихъ счет въ и
отношеній; но иногда общины вступались въ это д ло и при­
глашали къ себ князей мимо родоваго распорядка. Это вовсе

73
не было ихъ правомъ, ибо въ такомъ случа князья никогда бы
не сажались на столъ безъ игь соглаеія, какъ въ посл дствіи
они сажались въ Новгородъ неиначе, какъ по договору съ Нов­
городцами. Н тъ, это было временное, Фактическое яарушеніе права; но нарушеніе, которое не считалось беззаконіемъ,
ибо, всл дствіе вліянія дружиннаго начала, свободный договоръ признавался въ обществ точно такъ же, какъ и право
собственности, а безпрерывное кочеваніе князей давало общинамъ возможность возвышать иногда и свой голоеъ. Такимъ
образомъ, об Формы частнаго права — собственность и сво­
бодный договоръ — существовали рядомъ, не исключая другъ
друга, но приходя въ постоянныя столкновенія, ибо въ сущно­
сти он другъ другу лротивор чили. Южная Россія не съум ла разр шить этого внутренняго противор чія жизни, всл дствіе
чего она осуждена была на безсиліе. Оно разр пгилось на с вер , гд оба начала разд лились и стали основой каждое для
отд льной Формы гражданскаго быта. Въ Новгород и Псков
развилась вольная община; въ остальныхъ же областяхъ обра­
зовалось чисто вотчинное управленіе. Но вольная община исче­
зла у насъ, не оставивъ по себ сл да; русское государство
такъ же, какъ и вс другія европейскія державы, образовалось
изъ вотчиннаго элемента, ибо вотчинное право им ло въ себ
гораздо бол е кр пости нежели свободный договоръ.
Изъ всего этого мы можемъ, кажется, вывести то, что зем­
ля принадлежала князю, какъ собственнику, а не какъ госу­
дарю, ибо государственныхъ понятій до XV в ка вовсе не бы­
ло. Но общинныя земли составляли его, собственность, еще въ
бол е т сномъ смысл . Это будетъ ясн е изъ разсмотр нія
отношеній князя къ другимъ землевлад льцамъ.
Зд сь мы должны пользоваться источниками XIV и XV
стол тій, ибо хотя прежніе памятники и упоминаютъ о боярскихъ и монастырскихъ вотчинахъ, но такъ легко и неопред 7

74
ленно, что точныхъ выводовъ изъ этихъ изв стій нельзя сд лать. Такая ссылка на поздн йшіе источники не ослабить од­
нако же достоверности выводовъ, ибо въ этотъ промежутокъ
времени отношенія князей къ ихъ слугамъ не изм нились, такъ
что мы можемъ принять установленія XIV и XV стол тій за
окончательное развитіе предыдущей эпохи. Только со второй
половины XV в ка постепенное образованіе государства полагаетъ основаніе новымъ поземельньшъ отношеніямъ, о которыхъ мы скажемъ посл .
Первый вопросъ, который представляется намъ при этомъ
разысканіи, состоитъ въ сл дующемъ : какимъ образомъ, если
вся земля составляла вотчину князя, могли быть рядомъ съ
нимъ частные собственники? Не означаете ли это права соб­
ственности двухъ различныхъ лицъ на одну и ту же землю.
Это действительно противор чіе, но въ исторіи нер дко
встречаются подобныя противор чія; они составляютъ посл дствіе предыдущей жизни и разрешаются дальнейшимъ ея ходомъ. Въ этомъ то и состоитъ главная пружина движенія впередъ. Здесь противоречіе вытекало изъ перехода дружинныхъ
отігошеній въ поземельныя. Дружина состояла изъ вольныхъ
лицъ, связанныхъ съ княземъ посредствомъ свободнаго догово'
ра, который всегда могъ быть уничтоженъ въ случае неудовольствія. Предводительствуя дружиною, князь завоевалъ зем­
лю, и, какъ завоеватель, считалъ ее своею собственностью.
Но и дружинники, какъ товарищи въ завоеваніи, получили так­
же право на пріобретеніе земель. Раньше ли, позднее ли они
этимъ воспользовались-—это все равно. Главное то, что черезъ
это должны были измениться отяошенія ихъ къ князю. Какъ
человекъ, лично свободный, не зависящій ни отъ кого въ міре,
дружинникъ долженъ былъ иметь и собственность свободную.
Но между темъ какъ личное подчиненіе его князю могло быть
всегда разорвано съ уничтоженіемъ договора, подчииеніе позе-

75
мельное не могло уничтожиться такъ легко, ибо землю нельзя
унести съ собою. Членъ дружины могъ отъ хать, но на зем­
лю его князь всегда сохранялъ свои права, ибо она находилась
въ его вотчин . Такимъ образомъ, всл детвіе завоеванія, на
одну и ту же землю образовалось двоякое право собственности: *
право князя, который, какъ глава дружины, еяиталъ своею
собственностью всю завоеванную землю, и право члена дру­
жины, который считалъ своею собственностью изв стный учпстокъ.
Это было и на Запад , гд дружинники при поселеніи полу­
чили отд льные участки въ полную собственность, въ качеств алодовъ, что совершенно соотв тствуетъ нашимъ вотчн*
намъ, а король между т мъ считалъ всю землю своею соб­
ственностью. Тамъ это противор чіе разр шилось т мъ, что
алодіальное право перешло въ Феодальное, право собственно­
сти во влад ніе, право вотчинное въ пом стное. Алодіальные
влад льцы отдали свою землю королю, и получили ее обратно
уже не какъ собственность, а какъ потомственное влад ніе.
подъ условіемъ изв стныхъ служебныхъ обязанностей. За то
съ другой стороны и королевскія земли, которыя прежде раз­
давались за службу во временное или пожизненное влад ніе
дружинникамъ, теперь перешли во влад ніе потомственное.
Такъ устроился Феодальный міръ, въ которомъ король считал­
ся верховнымъ собственникомъ земли, а непосредственные его
вассаллы, получивши ее отъ леннаго господина въ потомствен­
ное влад ніе, подъ условіемъ службы, въ свою очередь пере­
давали ее своимъ вассаламъ, образуя такимъ образомъ іерархическую л ствицу, которой связью служило поземельное
влад ніе.
У насъ такого исхода не могло быть, потому что бояре и
слуги, чуждаясь ос длости, пере зжали отъ одного князя къ
другому и не хот ли вступать въ прочныя, потомственныя

76
обязательства. Поэтому съ одной стороны вотчинное ихъ пра­
во сохранялось неприкосновеннымъ даже въ случа отъ зда ;
съ другой стороны пом стныя земли, раздавались князьями во
временное, а не въ насл дственное влад ніе. Къ тому же въ
древней Руси вообще мало было развито юридическое сознаніе, и жизненное противор чіе существовало, неразр шенное,
V такъ же какъ существовали рядомъ многія другія явленія, которыя по видимому другъ друга исключали, какъ лаприм ръ
насл дственное право князей на волости и призваніе князей
общинами на юг , права князя и права в ча въ Новгород —
это двоевластіе, которое такъ хорошо характеризовано въ сочиненіи г. Соловьева: «Объ отношеніяхъ Новгорода къ великимъ
князьямъ». Тоже повторялось и въ поземельномъ влад ніи:
на одной и той же земл лежали два права собственности; это
была собственность въ собственности. «Ачто его отчина въ мо­
ей отчин », какъ говорилось въ н которыхъ грамотахъ1).
И это выраженіе не означало только влад ніе чрезполосное, ибо, какъ видно изъ той же грамоты, вотчинныя пра­
ва князя распространялись на вотчину боярина, какъ и на
другія земли. Изъ этого противор чія проистекала и та ша­
ткость поземельныхъ отношеній, какую мы видимъ въ древнихъ грамотахъ. Князья видимо не знали, считать ли частныя земли своею вотчиною или н т ъ : такимъ образомъ ино­
гда они говорить о своей вотчин со включеніемъ земель, прянадлежащихъ боярамъ и слугамъ, иногда же они ясно отличаютъ свою вотчину отъ посл днихъ, какъ отъ чужаго влад яія. Приведемъ прим ры.
Въ духовныхъ своихъ зав щаніяхъ князья обыкновенно д лили свои влад нія между сыновьями, не упоминая о земляхъ
частныхъ людей, которыя въ нихъ находились, наприм р ъ ; «А
4

) Акты Археогр. Эксп., т. I, «Л^ 379.

77
приказываю отчяну свою Москву д темъ своимъ... А се даю
сыну своему князю Юрью: Звенигородъ со вс ми волостми и
съ тамгою и съ мыты и зъ бортью и съ селы и со вс ми по­
шлинами и т. д.» 1 ). Между т мъ мы знаемъ, что какъ въ
Моекв , такъ ивъ другихъ городахъ иволостяхъ, были земли
боярскія, на которыя князья им ли изв стныя права 2 ); сл дственно он включались въ общее названіе вотчины. Точно
также и въ договорахъ своихъ князья говорятъ обыкновенно
объ отчин своей вообще, не отличая отъ нея частныхъ зе­
мель ; напр. : «отчины ти моей княженья Рязанского, Переяславля и Проньека и вс хъ волостей Переяславскихъ иПроньскихъ, что потягло къ Переяславлю и къ Проньску по реку
по Оку, того ти подо мною блюсти и твоимъ д темъ, а не
обидети, ни вступдтися вамъ никоторою хитростью»3). Когда
князья постановляли въ договорахъ условіе : «а селъ ти въ
моей вотчин не купити», подъ этимъ разум лись и боярскія
села, ибо мы знаемъ изъ н которыхъ прим ровъ, что всл дствіе этого условія князья не могли пріобр тать боярскихъ
селъ въ чужомъ уд л иначе, какъ съ согласія князя, имъ
4
влад вшаго ). Точно также, когда говорилось о взиманіи дани,
отчина бралась во всей совокупности, напр. : «а дань и ямъ
давати ти мн съ своее отчины изъ Галича съ волостьми по
5
давному» ). Но мы знаемъ, что дань взималась и съ част­
ныхъ земель, даже съ т хъ, которыя принадлежали боярамъ,
служащимъ другому князю. «А которыхъ бояръ и слугъ села,
а имутъ жити въ вашей отчин , взяти вы нанихъ дань и судъ,
6
какъ на своихъ» ). Вообще судъ и дань были знакомъ прина*)
2
)
3
)
*)
5
)
6
)

Собр.
Собр.
Собр.
Собр.
Собр.
Собр.

Госуд.
Госуд.
Госуд.
Госуд.
Госуд.
Госуд.

Грамотъ,
Грамотъ,
Грамотъ,
Грамотъ,
Грамотъ,
Грамотъ,

т.
т.
т.
т.
т.
т.

I,
1,
I,
I,
I,
I,

«Л^ 34.
Ж 138, 139, 144.
Ж 48.
<№ 97.
М 43, также 34, 38, 49, 51.
<№№ 76, 119, также 29.

78
длежности изв стной земли князю; это было лежащее на ней
вотчинное его право, почему и употреблялись выраженія: «А
судомъ и данью потянути по земл и по вод », или: «А судъ
господине, и дань моя по земл и по вод » 1 ). Всл дствіе это­
го, ве частныя земли, который подлежали этимъ правамъ,
считались принадлежностью княжеской вотчины. Есть грамо­
ты, въ которыхъ прямо даже выражается эта принадлежность.
Такъ въ духовной грамот великаго князя Вясилія Васильеви­
ча мы читаемъ: «А кому буду давалъ своимъ княземъ и бояромъ и детемъ боярскимъ свои села въ жалованье, или хотя
л въ куплю кому далъ; ино т мои села моимъ д темъ, во
чьемъ уд л будетъ, ино тому то и есть» 2 ).
Съ другой стороны также многочисленны прим ры того,
что частныя земли прямо отличаются отъ княжеской вотчины.
Въ той же самой грамот , изъ которой мы выписали выше
слова о взиманіи дани безъ отличія княжеской вотчины отъ
частныхъ земель 3 ), сказано: «А что мои нам етници и воло­
стели и посельскіи и ихъ тивуни в дали твою отчину и села
боярский въ твоей отчин ...». Въ другихъ это выражено еще
ясн е, напр. :* «да къ тому ми еси, господине, придалъ
Пл снь, опрочь Ш сеньскаго села и деревень того села, что
еси пожаловалъ Семена Ондр евича Плота, а судъ, господине,
мой того села и деревень и дань по земл и по вод 4 )». Или :
«отступилъ ти ся есмь свое отчины Б жецского верха съ
волостми и съ путми и съ селы и со вс ми пошлинами въ
уд лъ и въ вотчину: и со вс мъ т мъ какъ было за княземъ
Иваномъ Ондр евичемъ... опроче т хъ селъ, што есмь продалъ своимъ бояромъ, князю Семену Ивановичю Оболенскому
О
3
3
3
*)
2

Собр.
Собр.
Собр.
Собр.

Госуд.
Госуд.
Госуд.
Госуд.

Грамотъ,
Грамотъ,
Грамотъ,
Грамотъ,

т.
т.
т.
т.

I,
I,
I,
I,

<№<№* 28, 76, 80 и другіе.
Ж 86.
J№ 43.
<№Ж 75, 91.

79
Толетиково л зъ деревнями, да Федору Михайловичю село
Микитинское Константиновича Башарово и зъ деревнями, да
Сопрыгиныхъ д тей деревни ихъ вотчину, а судъ и дань съ
т хъ селъ и зъ деревень по старин » 1 ). Или еще полн е :
с<Язъ князь велики тобя пожаловалъ Вышегородомъ съ волостми и съ путми и зъ селы въ вотчину и въ вуд лъ, какъ
было за княземъ за Михайломъ, опрочь т хъ селъ, которые
есмь подавалъ монастыремъ и бояромъ и детемъ боярьскимъ,
а на т хъ селехъ судъ и дань твоя по земл » 2 ). Наконецъ
приведемъ дв межевыя грамоты 1504 года3), гд по установленіи межи, сказано: «и которые земли мои Великого Кня­
зя по сему списку перешли черезъ тотъ рубежъ изъ Радонежа
въ Дмитровские въ станы и въ волости г и т земли къ Дми­
трову. .. А которые земли монастырские и боярские, села и
деревни, по сему списку перешли черезъ тотъ рубежъ въ
Дмитровские станы и въ волости, и т мъ монастыремъ и боярамъ и д темъ боярьскимъ т свои земли в дати по старин ;
а данью и судомъ т мъ землямъ тянути къ Дмитрову». Въ
этой грамот сд лано изъ княжескихъ земель исключекіе для
земель численныхъ и ордынскихъ, которые составляли осо­
бый разрядъ, и находясь въ Дмитровскомъ у зд , должны бы­
ли однако по прежнему тянуть къ Москв . Въ другой грамот этого исключенія н тъ.
Изъ этого видно, что право собственности князя на частныя
земли состояло въ сущности въ прав суда и дани. Въ осталь­
ное онъ не вступался, какъ это именно постановлено во многихъ грамотахъ. «А кто бояръ и слугъ отъ халъ отъ насъ къ
тоб или отъ тобе къ намъ, а села ихъ въ нашей вотчин въ
Великомъ Княженьи или въ твоей вотчин во Тф ри, въ ты
О Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, *№ 78.
3
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, <№ 110, тоже <№ 97 и 106.
3
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, <Ж 138, 139.

80
села намъ и тоб не въступатися» 1 ). «А бояромъ и слугамъ
межж насъ волнымъ воля; а домы имъ свои в дати, а намъ ся
въ нихъ не въступати» 2 ). «А у кого будутъ у бояръ и у кня­
зей и у детей у боярскихъ внутри города на Москв и за городомъ на посадетъ дворы, ихъ отчины и купли, или кому буду
далъ на Москв внутри города и за городомъ по посадомъ на
дворы грамоты свои жаловальные прочные: и сынъ мой Василей въ т дворы у нихъ въступается» 3 ). «А что есми давалъ
свои села бояромъ своимъ и княземъ и д темъ боярскимъ, и
грамоты есми имъ свои жаловальные подавалъ на т села проч­
но имъ и ихъ д темъ, или кому буду въ куплю далъ свои гра­
моты : и въ т села сынъ мой Василій и мои д ти у нихъ не
въетупаются» 4 ). «А что въ моей отчин монастырские села и
земли бортные и воды : и мн Великому Князю, въ то не вступатися» 5 ).
Эти-то частныя села князья не р дко покупали у влад льцевъ, обращая ихъ въ полную свою собственность, которою они
могли уже распоряжаться, какъ хот ли, и съ которой могли
требовать не только суда и дани, но и всякихъ другихъ повин­
ностей. И наоборотъ, какъ видно изъ приведенныхъ выше грамотъ, князья собственныя земли продавали частнымъ лицамъ
и отдавали ихъ въ жалованье своимъ слугамъ. Эти частныя зе­
мли, по справедливому зам чанію г. Б ляева, назывались б лыми, какъ составлявшія не только влад ніе, но и собствен­
ность влад льцевъ. Но въ производномъ смысл слово: б лый
означало и свободу отъ податей и повинностей, хотя г. Б ляевъ
это отрицаетъ. Во множеств жалованныхъ грамотъ освобожде')
*)
3
J
•*)
б
)

Собр. Госуд. Грамотъ,
Собр. Госуд. Грамотъ,
Собр. Госуд. Грамотъ,
Тамъ же, стр. 398.
Собр. Госуд. Грамотъ,

т. I, Ж 28.
т. I, № 76.
т. I, JW 144. стр. 390.
т. I, JP

127.

81
ніе отъ податей и повинностей прямо обозначаюсь словомъ:
об литъ1). Поэтому и различіе между черными землями и б лыми состояло именно въ томъ, что одн несли такое тягло,
котораго не тянули другія, а не въ томъ только, что платежъ
съ одн хъ былъ легче, а съ другигь тяжеле, по количеству
десятинъ, входившихъ въ соху, какъ утверждаетъ ученый критикъ. Это совершенно ясно изъ приведенныхъ въ прим чаніи
грамоть; это подтверждается и т мъ, что черныя земли назы­
вались по преимуществу тяглыми. Причина двоякаго значенія
слова б лый заключалась въ томъ, что первоначально посл дствіемъ поземельной собственности было именно такое освобожденіе отъ тягла. Вотчинное право князя на земли, которыя
входили въ составъ его уд ла, состояло главными образомъ въ
томъ, что онъ требовалъ съ нихъ разныя подати и повинности,
ибо самый судъ былъ не что иное, какъ изв стный доходъ. Отъ
этого избавлялись дружинники и монастыри, какъ скоро они
получали землю въ свою собственность; за княземъ оставались
только н которыя права. Можно полагать, что и самая дань бы­
ла наложена на частныя земли только со времени татарскаго
владычества, ибо дань, о которой говорится въ приведенныхъ
выше грамотахъ, была дань татарская, которой подлежали вс
4
) См. напр. Собр. Госуд, Грамотъ, т. HI, tM 50. «На чемъ онъ
Богдашка нын живетъ, полторы чети выти земли вел ли об литъ, съ
тое полудеревни... нашихъ никакихъ податей, и кормовъ и подводъ,
и наметныхъ всякихъ столовыхъ и хл бныхъ запасовъ, и въ городовыя под лки и въ мостовщину и въ иныя ни въ какія подати имать
съ нихъ не вел ли, вел ли имъ тое полдеревни во всемъ об литъ».
Или Акты Археогр. Эксп., т. Ш , <№ 2 5 4 : «А по той нашей грамот вел но Нырыбская деревня Николы Чудотворца об литъ, и на­
шихъ всякихъ денежныхъ доходовъ имать не вел но». См. также
Акты Археогр. Эксп., т. II, J№ 85, Акты Истор. т. I, c/^*272 и мно­
го другихъ. На этомъ различіи основанъ былъ весь споръ черносдободцевъ съ б лом стцами въ городахъ, что конечно не можетъ быть
неизв стно г. Б ляеву.

82
жители земли — отъ высшаго до низшаго. Во всякомъ случа ,
въ настоящій періодъ, какъ можно уб диться изъ цитатовъ,
сущность вотчвнныхъ правъ князя на земли, входившія въ со­
ставь его влад ній, состояла въ суд и дани.
Однако и зд сь было много видоизм неній. Если бы судъ и
дань разсматривались какъ право государственное, въ отличіе
отъ прочихъ правъ, какъ вотчинныхъ, то это строгое разграниченіе между правами княжескими и правами частпыхъ собственниковъ безъ сомн нія существовало бы во всей своей сил . Но
въ то время этого различія между государственнымъ правомъ
и частнымъ вовсе не было, ибо вс общественныя учрежденія
основаны были на прав чаетномъ. Бсл дствіе того и эти,
такъ сказать, регальныя права (выраженіе, которое мыупотребляемъ единственно для вн шняго отличія ихъ отъ прочихъ) см шивались съ чисто-вотчинными, и производили разнообразныя
видоизм ненія въ поземельномъ прав . Съ одной стороны, при
продаж или пожалованьи земель, князь могъ оставить за собою
не только судъ и дань, но и другія вотчинныя права. Кром
того, монастыри и частныя лица могли покупать земли черныхъ
людей, принадлежавшія собственно князю, и тогда, по крайней
м р въ н которыхъ случаяхъ, тягло съ нихъ не снималось,
какъ видно изъ договора Димитрія Донскаго съ Владиміромъ
Андреевичемъ, гд постановлено, что люди, купившіе черныя
земли, должны тянуть къ чернымъ людямъ, или отступиться
отъ покупки 1 ). Въ другихъ случаяхъ могло быть впрочемъ
иначе; ибо при переход земель во влад ніе лицъ, пользую­
щихся правомъ собственности, опять происходило столкновеніе
между двумя правами — княжескимъ и частнымъ. Даже Мо­
сковское государство долго не могло справиться съ этимъ насл діемъ былыхъ временъ, и еще въ XVII в к чернослободцы
О Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, JW 33.

83
постоянно жалуются на б лом стцевъ, которые покупаютъ ихъ
земли и не хотятъ тянуть съ ними тягла. Съ другой стороны,
князья не р дко даровали частньшъ вотчинникамъ и свои регальныя права въ болыпемъ или менынемъ разм р ; это дохо­
дило до того, что частное влад ніе иногда вовсе освобождалось
отъ всякаго вліянія княжеской власти, и такимъ образомъ со­
стояло на правахъ отд льнаго княжества.
Все это легко усмотр ть изъ множества дошедшихъ до насъ
жалованныхъ грамотъ частньшъ людямъ, монастырямъ и духо­
венству. Въ иныхъ мы встр чаемъ освобожденіе земель отъ
н которыхъ пошлинъ, въ другихъ отъ з с хъ, въ н которыхъ
освобожденіе временное, въ другихъ совершенное; н которымъ
предоставляется полное право суда надъ живущими въ им ніи
людьми, въ другихъ за исключеніемъ душегубства, которое
остается за княземъ, въ третьихъ — за исключеніемъ душегуб­
ства и разбоя, въ четвертыхъ — за исключеніемъ душегуб­
ства, разбоя и татьбы съ поличнымъ. Въ договор рязанскихъ
князей 4 4 9 6 года сказано: «А что домъ великихъ мученикъ
Бориса и Гл ба, и отца нашего Семіона Владыки въ нашей от­
чине, и волости и села и земли бортные и воды; и мн вели­
кому князю во владычни волости и села и земли бортные не
вступатися, а знаютъ владычни люди мою великаго князя дань
и ямъ, и городъ рубятъ; а судъ мой великого князя надо владычними людьми въ душегубств и въ разбои и въ татб ; а
межъ моихъ людей и Владычнихъ людей судъ и приставъ вопчей, а межъ владычнихъ людей — владычнь судъ. А что въ
моей отчин монастырские села и земли бортные и воды, и мн
великому князю въ то не вступатися; а межъ своихъ людей мо­
настыри судятъ сами, и приставъ ихъ за ихъ людми, а в даютъ
своихъ людей по старин » 1 ). Н которыя земли, какъ сказано,
і

Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, Ж 127.

84
получали полное оевобожденіе, какъ отъ суда, такъ и отъ всякихъ податей и повинностей. Не смотря на то, он иногда про­
должали причисляться къ княжеской вотчин *), иногда же он
отличаются отъ нея, какъ это д лается, наприм ръ, въ грамот
Ивана HI митрополиту Кипріяну на слободку, которую князь
пром нялъ на Алексинъ: «а мн , князю великому, въ свою от­
чину, въ великое княженіе, слободчанъ не пришшати, ни моей
братье»2)* Митрополитъ им лъ даже своего воеводу, который
шелъ подъ стягомъ великаго князя, какъ и воеводы уд льныхъ
князей. Наконецъ встр чаются прим ры передачи князьями су­
да и дани въ вотчинное влад ніе боярамъ даже безъ пожалованья земли. Округъ, въ которомъ княжескіе слуги получали
эти права назывался ихъ вотчиною, но распоряжаться ею по про­
изволу они не могли, ибо въ пред лахъ ея находились вотчины
частныхъ людей и монастырей 3 ). Монастырь могъ въ свою оче­
редь отдать свое им ніе въ пом стное влад ніе своимъ д тямъ
боярскимъ, какъ это и д лалось не р дко, а посл дніе отдавали
землю въ оброчное влад ніе крестьянамъ. Такимъ образомъ
установлялась такая же іерархическая л ствица землевлад льцевъ, какъ въ Феодальномъ мір на запад . Сверху быль
князь — верховный землевлад лецъ, зат мъ бояринъ, им вшій
право суда и дани, зат мъ монастырь, распоряжавшійся зе­
млею, какъ собственностью, зат мъ сынъ боярскій, влад вшій
ею временно подъ условіемъ службы, наконецъ крестьянинъ,
платившій съ нея оброкъ. На одной и той же земл лежало пра­
во д лой іерархіи лицъ, и вс держали ее одинъ надъ другимъ.
Князья, какъ и слуги, пріобр тали земли въ чужой вотчин , и также подъ различными условіями. Такъ въдоговор
1

)
)
3
)
стр.
3

Акт. Археогр. Эксп, т. I, <№ 5.
Описаніе Государ. Архива старыхъ д і ъ , стр. 213.
Архивъ Калачева книги второй 1-я половина, отд леніе 3-е,
Ш.

85
Ивана Ш съБориссшъ Васильевичемъ Волоцкимъ 1473 года
читаемъ : «А что отець нашъ князь великій поволилъ своей бонрын Маріе Федоров Федоровича Голтяев дати тоб свои
села, и тоб т села в дати по тому, какъ были за Маріею,
а судъ и дань на т хъ селехъ наша великихъ князей» 1 ). Но
иъ договор , заключенномъ въ 1481 году между т ми же кня­
зьями, т же самыя села, находящіяся въ великомъ княжеств ,
считаются за уд льнымъ княземъ съ судомъ и съ данью: «и
того всего >ш великому князю подъ тобою блюсти и не обидети, и не вступатися, и моимъ д темъ подъ твоими д тми. А
которые села подавала тоб Марья въ Москв , а т села держати тоб по тому, какъ при отц нашемъ при великомъ княз его братья держали свои села Московские» 2 ). Такими
образомъ эти села изъ принадлежности великокняжеской вот­
чины д лаются постепенно принадлежностью уд ла. Встр чаются и другіе прим ры такихъ чрезполосныхъ влад ній на различныхъ правахъ, не говоря уже о селахъ въ Москв , которыя постоянно находились въ общемъ влад ніи князей 3 ).
Такимъ образомъ на одной и той же земл лежали два пра­
ва собственности, которыя, слаживаясь Фактически, принима­
ли разнообразныя Формы. Юридическаго же разр шенія этого
противор чія не было, и это неизб жно должно было вести къ
столкновеніямъ. Вообще юридическое сознаніе,. точное опред леніе правъ и обязанностей, составляетъ ту сторону обще­
ственной жизни, которая, какъ общая нить, соединяетъ въ
одно связное ц лое разнообразные и часто противор чащіе
элементы жизни. Юридическое сознаніе есть выраженіе обще­
ственности, совокупнаго житія; развитіе его идетъ рядомъ съ
*) Собр. Государ. Грамотъ, т. I, Ж 97.
а
) Собр. Государ. Грамотъ, т. I, Ж 110.
3
) Собр. Государ. Грамотъ, т. I, <Ж 43, 58, 128, стр. 327.

8

86
развитіемъ общеетвеннаго смысла въ народ . Гд его н тъ,
тамъ между Фактйчески-противодоложными элементамя происходятъ столкновения и борьба, а борьба эта ведетъ неизб жно къ порабощенію слабаго сильному, ибо первый нич мъ не
огражденъ отъпритязанійпосл дняго. Такъ Новгородъ посто­
янно выгонялъ своихъ князей, пока посл дніе не сд лались
столь могучи, что совершенно поработили его себ . Тогда
какъ на Запад , съ развитіемъ королевской власти, волышя
общины потеряли несовм стныя еъ государственными понятіями державныя права, но сохранили свои муниципальныя
учрежденія, у насъ, напротивъ, Новгородъ, мало развитый съ
юридической стороны, исчезъ, не оставивъ по себ и сл да.
Тоже самое произошло и въ томъ столкновеніи, о которомъ мы
говоримъ теперь : тяжба между правомъ собственности князя
и правомъ собственности частныхъ лицъ кончилась не сд лкою между ними, не разграниченіемъ правъ регальныхъ и вотчинныхъ, а совершеннымъ преобладаніемъ княжескаго права
надъ частньшъ.
Князьямъ весьма было непріятно ігм ть внутри своей вот­
чины земли, принадлежавшая другимъ князьямъ или слугамъ
другихъ князей, нер дко имъ враждебныхъ. Вся сила ихъ со­
стояла въ вотчинныхъ правахъ: вс стремленія ихъ клонились
къ развитію этихъ правъ, къ разширенію своей вотчины, а ме­
жду т мъ сос дніе влад льды изъ собственной ихъ земли мо­
гли получать и доходы и помощь въ случа войны. Для-предупрежденія подобныхъ столкновеній князья часто договарива­
лись между собою: «А тоб въ нашихъ уд л хъ и въ отчин
данщиковъ своихъ не всылати, ни приставовъ даватл, ни селъ
не купити, ни твоимъ д темъ, нитвоимъ бояромъ, безъ наше­
го в данья, ни закладній, ни оброчниковъ не держати, ни гра4

) Собр. Государ. Грамотъ, т. I, «Л^ 35. Есть и много другихъ, въ
которыхъ содержатся по крайней м р н которыя изъ этихъ условій.

87
мотъ давати» 1 ). Но къ чему елужили иодобпыя ограниченія,
когда всякій слуга и бояринъ могъ свободно отъ хать отъ од­
ного князя къ другому, и по общему признанно, сохранялъ свои
вотчины неприкосновенными? Это было опять одно изъ т хъ
противор чій, которыя были неизб жны при существованіи кореннаго противор чія. Поэтому, какъ скоро князья стали уси­
ливаться, они начали приб гать къ другимъ м рамъ. Прежде
всего они наложили руку на вотчины служебныхъ князей, бывшигь уд льныхъ. Какъ скоро посл дніе отъ зжали отъ одного
князя къ другому, они лишались своихъ вотчинъ 1) ; сл дственно они сохраняли ихъ только подъ условіемъ службы. Потомъ
очередь дошла и до другихъ. Шемяка отобралъ вотчины бояръ
и д тей боярскихъ, отъ хавшихъ отъ него къ великому князю.
Однако это считалось еще нарушеніемъ договора и клятвы, и
духовенство упрекало его за этотъ поступокъ, какъ за грабежъ 2 ) . Но въ духовной Ивана III встр чаемъ сл дующее распоряженіе : «а бояромъ и д темъ боярскимъ ярославскимъ съ
своими вотчинами и съ куплями отъ моего сына отъ Василья
не отъ хати никому никуд ; а хто отъ детъ, и земли ихъ сы­
ну моему; а елужатъ ему, и онъ у нихъ въ ихъ земли не въступается, ни у ихъ жонъ, ни у ихъ д т е й » 3 ) . Наконецъ пра­
во отъ зда было совершенно уничтожено, и какъ вотчины,
такъипом стья, оставлены служилымъ людямъ подъ условіемъ
службы. Хотя только посл днія собственно давались за слу­
жбу и пзм нялись соотв тственно служебной степени и заслугъ влад вшаго ими лица, тогда какъ первыя оставлялись
въ потомственномъ влад ніи хозяевъ; но служилые люди дол­
жны были нести службу, какъ съ пом стій, такъ и съ вот­
чинъ. При верстаніи пом стьями обращалось вниманіе и на
О Собр. Государ. Грамотъ, т. I, JH* 39 и много другихъ.
*) Акт. Историч., т. I, Ж 40.
3
) Собр. Государ. Грамотъ, т. I, стр. 391.

88
вотчины; когда служялый челов къ отбывалъ отъ службы, онъ
лишался не только пом стій, но ивотчинъ. За всякую вину, да­
же ничтожную, отписывались на государя и пом стья и вот­
чины. Наконецъ самыя подати и повинности налагались по изволенію правительства на т и другія безразлично, безъ всякаго участія влад льцевъ. Такъ разр шпло государство противор чія среднев коваго вотчиннаго права.
Посл этого длиинаго изсл довлпія, которое было необхо­
димо, какъ для устраненія недоразум ній, происшедшихъ отъ
слишкомъ сжатаго изложенія общихъ историческихъ началъ,
такъ и для ббльшаго уясненія поземельныхъ отношеній въ среднев ковой Руси, мы можемъ приступить къ разсмотр нію отношеній князя къ свободной общин и внутренняго распорядка
посл дней. До сихъ поръ возраженія г. Б ляева основывались
либо на недоразум ніи, въ которомъ, можетъ быть, я виноватъ, либо на опущеніи прямыхъ свид тельствъ л тописей и
грамотъ, въ которомъ виноватъ уже кргпшъ, либо наконецъ на
произвольныхъ предположеніяхъ, не іш ющихъ Фактической
основы въ источникахъ. Посмотрішъ теперь, будутъ ли его
возраженія сильн е въ настоящемъ предмет нашего пзсл дованія.
Изъ разбора отношенііі князя къ другимъ землевлад льцамъ
мы могли вид ть, что въ частныхъ им ніяхъ верховное вот­
чинное право князя состояло въ суд и дани, но что оно было
ограничено, какъ въ отношеніи къ податямъ и повинностямъ,
такъ и въправ распоряженія землею. Въ черныхъ волостяхъ,
напротивъ того, князь былъ полнымъ хозяиномъ. Съ нихъ онъ
преимущественно передъ другими взималъ подати и повинности,
1
почему эти земли назывались тяглыми ) и люди, ими влад вшіе, носили наименованіе черныхъ тлглыхв людей. Эти земли
*) А т , господине, наволоки тянутъ къ нашей земд , къ Овсяниковской, къ тяглой , къ черной. Акт. Юрид., JW 4, также «Л^ 9.

89
князья продавали, отдавали въ пом етья и въ вотчины, м нялись ими, однимъ словомъ распоряжались ими по произволу.
Хотя г. Б ляевъ и утверждаетъ, что черный волости оставались
неприкосновенными, и только пустующія ихъ части продавались
или отдавались въ пом стья, но источники говорятъ против­
ное. Вотъ н сколько свид тельствъ о передач черныхъ дере­
вень въ частныя руки: «А въ монастыри бы Князь Велики
пожаловалъ земли подавалъ... въ Кириловъ монастырь села
Кобаново зъ деревнями въ Углецкомъ у зде, и съ т^ми де­
ревнями, которые есми деревни чорные придалъ хъ тому селу...
а къ Николе на Улеііму село Не едьево зъ деревнями, да п съ
т ми деревнями, которые есми деревни чорные къ нему при­
далъ... а къ Михаилу Святому въ Боръ Чурьяковсково села
деревни... да дв деревни чорные городцкого стану» 1 ). Или:
«пожаловалъ есми Василья ТимоФ ева сына Олекс ева... сво­
ими Великого Князя деревнями чорпыми... *сб вс мъ съ т мъ,
что къ т мъ дерегшямъ потягло... въ вотчину и съ судомъ,
опричъ душегубства и разбою съ поличнымъ, впрокъ ему и его
2
д темъ» ). Или: «пожаловалъ есми... къ монастырю къ Во­
скресенью Христову, что въ Горахъ, въ вотчину, въ Б лозерскомъ у зд , изъ своихъ изъ чорныхъ волостей селцо Никол3
ское съ деревнями и съ пустошми» ). Или: «пожаловалъ есмь
Опасного Каменского игумена Нифонта съ братьею, м нялъ
есмь съ ними деревнями: пром нилъ есмь имъ свою деревню
тяглую... впрокъ... а вым нплъ есмь у нихъ ихъ деревню мо­
настырскую» 4 ). Или: «По Государеву Цареву и Великого
Князя... наказу... отд лили Ивану Семенову сыну Манова въ
4
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, Л ^ 147, духовная князя Дмитрія
Ивановича 1509 г.
2
) Акт. Археог. Экспед. т. I, JW 162.
3
) Акт. Историч., т. I, Ж 217. См. также Доп. къ Акт., т. I. «Л^ИЗ.
4
) Допол. къ Акт. Историч., т. I, «Л^ 18.

90
Костромскомъ у зд ... въ стану въ Троецкомъ въ черномъ въ
его окладъ въ семьдесятъ четьи, деревню Дорокъ... а была
та деревня въ пом сть за Васюкомъ за Миколаевьшъ сыномъ
Серблянинова, деревню Дрествино... и. т. д.» 1 ). Въ 1591 г.
Соловецкому монастырю пожалована была въ вотчину поло­
вина Кемской волости 2 ), а Борису Годунову, кром другихъ
земель, отданъ былъ ц лый Важскій у здъ. Впосл дствіи же
д йствительно было принято за правило раздавать земли въ
пом стья^ и вотчины преимущественно изъ порожнихъ пом стныхъ земель, аза недостаткомъ ихъ, изъ пустыхъ дворцовыхъ
и черныхъ; пожалованье же земель монастырямъ совершенно
прекращено.
Изъ этого ясно, что князю принадлежало право полнаго
распоряженія не только дворцовыми землями, состоявшими въ
непосредствештмъ, хозяйственномъ 8го влад нііц но и чер­
ными, которыя оставались въ пользованіи общинъ. Поэтому
черныя земли всегда называются землями великаго князя;
зд сь его право собственности не сталкивалось съ другимъ,
ибо крестьяне считались только владельцами земли, а не вот­
чинниками. Я уже привелъ этому н сколько прим ровъ въ
стать , на которую возражаетъ г. Б ляевъ; тоже мояшо вид ть и изъ приведенной выше жалованной грамоты, гд чер­
ная земля названа княжескою 3 ). Что это принималось не въ
томъ смысл , какъ вся земля считалась княжескою вотчиною,
видно изъ того, что черныя земли, въ качеств княжескихъ, от­
личаются отъ чаетныхъ. Въ этбмъ можноуб диться изъ любаго
акта о размежеваиіи, наприм р ъ : «На-л в , господине, земля
Великого Князя Мекурсскіе волости, а на-прав , господине,
4
) Акт. Юридич., <№ 157. См. также Собр. Госуд. Грамотъ, т. II,
J@ 221. —Дополн. къ Акт. Историч., т. I, № 173, т. И, Ж 29, 39,
2
) Акт. Археогр. Эксп., т. I, JW 353.
3
) Акт. Археогр. Эксп., т. I, ,№ 162.

91
земля Митрополича Селецкая» 1 ). Или: «правая, господине,
сторона земля Великого Кяязя Есюшшскые волости, а л вая,
господине, сторона, земля Пречистыя Богородицы ерапонтова монастыря»2). Въ судебшшахъ черная земля, какъ кня­
жеская, прямо уравнена съ пом стною; въ этомъ качеств
она пользовалась большими правами, нежели частная: такъ въ
случа захвата со стороны частнаго собственника, ее можно
было отыскивать за шесть л тъ, тогда какъ въ отношеніи къ
частнымъ землямъ это право ограничено тремя годами 3 ). Отъ
итого различія въ прав влад нія происходило и то, что боя,ринъ, отъ зжавшій къ другому князю» сохранялъ свои вот­
чины неприкосновенными, тогда какъ дворцовый или черный
крестьянинъ, если уходилъ изъ уд ла, терялъ всякое право на
землю, какъ видно изъ духовной грамоты Владимира Андре­
евича. Если бы, поэтому, даже и можно было принять, что
вся вотчина принадлежала князю, не какъ собственнику, а
какъ государю, то черная земля во всякомъ случа принад­
лежала ему не по государственному праву, а по праву собст­
венности. Этому не противор чптъ то, что князья въ евоихъ
договорахъ обязывались иногда не покупать земель черныхъ
людей. Князю принадлежала только черная земля въ его собственномъ уд л ; въ чужомъ же княжеств онъ могъ покупать
и черную землю, какъ всякую другую, ибо черные люди, какъ
увидимъ, свободно распоряжались своими тяглыми участками.
Въ договорахъ же р чь шла о черныхъ людяхъ, находившихся
въ общемъ влад ніи московскихъ князей, которые поэтому
ограничивали себя разными обязательствами.
Такимъ образомъ вс земли, заключавшіяся въ вотчин ,
разд лялись на кияжескія, церковныя и земли служилыхъ лю~
*) Акт. Юридич. чМ 8.
) Акт. Юридич. Ж 20.
3
) Акт. Историч., т. I, стр. 155, 245.
9

92
дей> какъ видно изъ приведеыныхъ выше межевыхъ грамотъ 1 ).
Другихъ земель въ древней Россіи, за исключеніемъ Новго­
рода и Пскова, вовсе не было. Общины собственной земли
не им ли, а жили всегда на земляхъ частнаго влад льца,
князя или другаго лица, на основанш договоровъ о влад ніи.
Поэтому я ихъ и назвалъ влад льческими, также какъ можно
назвать владельческими крестьянскія обіцины въ нын шнихъ
пом щичыіхъ им ніяхъ, съ т мъ только различіемъ, что посл днія въ значительной степени носятъ на себ вліяніе государственныхъ началъ, ибо укр плеиіе крестьянъ было госу­
дарственною м рою.
Эта принадлежность черной земли князю — ФЭКТЪ чрезвы­
чайно важный, на который критику, кажется, сл довало бы
обратить особенное вшшаніе. Но вм сто того, чтобы изсл довать это явленіе и разобрать его значеніе, г. Б ляевъ прё'дпочелъ пуститься въ совершенно произвольныя предположенія
объ уступк части земель общинами киязьямъ, при чемъ онъ
не усумнился сослаться даже на порядокъ, существовавши! въ
ХУ в к , тогда какъ мы достоверно знаемъ, что въ XV в к
вся черная земля составляла полную собственность князя.
Впрочемъ мн ніе почтеннаго критика на этотъ счетъ по види­
мому не совс мъ установилось. Онъ говоритъ. чтоназваніе:
б лый, которое давалось землямъ церковнымъ и служилыхъ
людей, «указывало только, что земля составляетъ чью-то
частную собственность и не принадлежитъ къ чернымъ зем­
лямъ, составляющимъ влад ніе общины и государства» 2 ). Но
посл днія чью же составляли собственность? Общины или
государства? Или обоихъ вм ст ? Это сл довало бы разъ*) Собр. Госуд. Грамогъ, т. I, J№ 138, 139. См. также Судебникъ
1550 г. стр. 84.
3
) Въ текст стоитъ: Общины государства, но зд сь явно пропущенъ
преддогъ: w, ибо иначе выраженіе не им ло бы смысла,

93
яснить. Въ самомъ же д л , со времени варяжскаго завоеванія, общины не им ли права собственности на землю; земля
принадлежала князьямъ. Но пока посл дніе переходили изъ
одной волости въ другую, занимались своими родовыми счета­
ми, искали съ дружиною добычи; они, разум ется, мало доро­
жили землею; довольствуясь данью, они невм шивались во внутренній распорядокъ общинъ. Когда же они сд лались ос длыміг
въ евоихъ областяхъ, когда стали расширяться потребности
управленія, легкая дань начала мало по малу зам няться много­
численными и разнообразными податями и повинностями, такъ
что черныя земли преимущественно назначены были для того,
чтобы нести княжеское тягло. Съ умноженіемъ потребностей
двора отд лялись отъ нихъ части въ дворцовое в домство; еъ
умноженіемъ служилаго сословія и съ развитіемъ пом стной
системы раздавались он въ пом стья и вотчины; иаконецъ
благочестіе князей побуждало пхъ жаловать земли и монастырямъ. Такимъ образомъ черныя земли мало по малу сменя­
лись и къ концу XVII в ка остатокъ ихъ совершенно слился съ
дворцовыми им ніями, за исключеніемъ с верныхъ у здовъ,
о чемъ еще мы поговоримъ ниже. Во всемъ этомъ не было
никакой экспропріаціи общинъ въ пользу князя: не было ни
какого ни насильствеинаго, ни добровольнаго перехода права
собственности изъ одн хъ рукъ въ другія. Объ этомъ въ источникахъ н тъ ни мал йшаго намека. Исконное право князя,
пріобр тенное завоеваніемъ, расширялось только и развивалось
сообразно съ развитіемъ самой жизни, а вм ст съ т мъ и
правительственная д ятельность бол е и бол е проникала во
внутренній распорядокъ общинъ.
Въ чемъ я*е еостоялъ этотъ распорядокъ, и какимъ онъ
подвергался изм иеніямъ? Этотъ вопросъ мы доляшы пересмотр ть сызнова, ибо съ этой стороны посл довало наибол е
возраженій.

94
Понятно, что съ пришествіемъ варяжской.дружины, съкоренньшъ переворотомъ всего общественнаго быта, не могла
сохраниться прежняя патріархальная община. Въ ней явились
два новыя начала, которыя должны были произвести глубокое
изм неніе въ самыхъ ея основахъ: вотчинный элементъ и стремленіе къ кочеванію. Право собственности на землю отъ об­
щины перешло къ князю и къ другимъ влад льцамъ; князь
былъ насл дникомъ смерда, не оставившаго сыновей; наконецъ вотчинныя подати и повинности сд лались основною обя­
занностью общины: все должно было сообразоваться съ этою
ц лью, и распорядокъ земель, и отношенія общины къ ея членамъ, и самое управленіе, котораго главною задачею сд лалась Финансовая часть. Въ общин явился и судья-кормленщикъ, лицо постороннее, къ ней не принадлежащее, а между
т мъ зав дывающее самымъ существенньшъ д ломъ — отправленіемъ правосудія. Съ другой стороны дружинное начало
разрушило прежнюю родовую связь; на поприще выступило
отд льное лицо, которое переходило съ м ста на м сто, л
всякій разъ селилось на основаніи свободнаго договора. Безпрерывныя внутреннія междоусобія должны были страшнымъ
образомъ усилить кочеваніе народонаселенія. Этому способ­
ствовали и отд льныя вотчинники, которые всячески стара­
лись переманить къ себ сос днихъ поселяиъ. Мы знаемъ
изъ жалованныхъ грамотъ, что сами князья давали монастырямъ значительныя льготы для т хъ людей, которыхъ посл дніе перезывали къ себ изъ другихъ княжествъ. То же д лали частныя лица, и нер дко при этихъ переходахъ сове­
ршались даже иасилія. Наконецъ креетьянинъ, соблазненный
военною удалью и надеждою на добычу, могъ весьма часто
выходить изъ общины для вступленія въ личное услуженіе
своему или сос днему вотчиннику, и наоборотъ, слуги могли
снова переходить въ крестьяне. Вс эти переходы произвели

95
въ народ такое броженіе, которое придало общин совершен­
но особенную ФИЗІОНОМІЮ. Вм сто прежней ое длой общины,
заключенной въ себ самой, живущей на своей земл , подъ
вліяніемъ родственныхъ отношеній, управляющей собствен­
ными д лами; вм сто прежняго патріархальнаго быта, какой
существовалъ въ то время, когда, по выраженію л тописда,
«живяху кождо съ своимъ родомъ и на своихъ м ст хъ, влад юще кождо родомъ свонмъ», образовалась община, живу­
щая на чужой земл , им ющая главною ц лью нести тягло въ
пользу землевлад льда, получающая въ судьи княжескаго слу­
гу, отпускаемаго на кормленіе, окруженная воинственными
сос дями, подверженная безпрерывнымъ наб гамъ, сънародонаселеніемъ постоянно обновляющимся, съ постояннымъ переходомъ изъ рукъ въ руки поземельныхъ участковъ, то предаваемыхъ запуст яію, то заселяемыхъ вновь. Могло ли тутъ
остаться ч'іо нибудь отъ прежняго быта?
Впрочемъ, за исключеніемъ скуднаго л тописнаго свщ тельства, у насъ не осталось никакихъ изв стій о внутреннемъ быт древней патріархальной общины. Потому, при сравненіи ея съ поздн йшею, мы можемъ ограничиться только
догадками и общими указаніями. За то у насъ сохранилось бол е евид тельствъ о быт общинъ въ XV и XYI стол тіяхъ,
и мы им емъ возможность сравнить его съ настоящимъ, въ
чемъ мы и полагали главную свою задачу.
Зд сь прежде всего сл дуетъ опред лить, въ чемъ заклю­
чаются оеноввыя черты общиннаго быта нашего времени. Гла­
вное его отличіе отъ быта, существующаго у другихъ народовъ, состоитъ въ поземельномъ влад ніи. Нын шная наша
сельская община, какъ и древняя, живетъ не на своей, а на
казенной земл . Къ ней приписанъ изв стный округъ, но пра­
ва свободнаго распоряжения землею она не им етъ. Каждый
членъ ея обязанъ лично платить государству подати и отпра-

96
влять повинности ; поэтому, какъ скоро опъ вступаетъ въ возрастъ, община (а въ пом щичьихъ им ніяхъ обыкновенно поМ ЩРІКЪ) над ляетъ его участкомъ земли, равнымъ съ други­
ми, или по крайней м р съ т ми, которые принадлежатъ лицамъ одного съ нимъ разряда. Свободнаго распоряженія своішъ участкомъ членъ такяіе не им етъ ; личное его влад ніе
совершенно подчинено общинному, и какъ скоро прибывающимъ отъ нарожденія члеиамъ недостаетъ земли, между кре­
стьянами по необходимости происходить перед лъ. Итакъ существенныя черты нын шняго общиннаго влад нія землею за­
ключаются въ сл дующемъ: 1) въ равномъ над л общиною
вс хъ ея членовъ и въ перед л земель для уничтожения возиикшаго неравенства; 2) въ отеутствіи права свободнаго распоряженія какъ отд льными участками, такъ и всею общинною землею. Посмотршіъ же, было ли у насъ въ древности
то и другое.
•Япривелъ н сколько порядныхъ записей, заключенныхъ,
какъ между пом щиками и ихъ крестьянами, такъ и между
волостными крестьянами и общинами, и сказалъ, что за этою
раздачею пустыхъ земель, община не вступалась уже въ от^
д льные участки, и что перед ла въ то время не было. Г.
Б ляевъ на это пишетъ : «Въ нын шнихъ сельскихъ общинахъ бываютъ по м р надобности иеред лы поземельныхъ
участковъ; то же самое было и въ общинахъ среднев ковой
Россіи. Правду сказать, г. Чичеринъ не признаетъ этого;
впрочемъ его признаніе или непризнаніе не можетъ уничто­
жить самаго д ла. Самъ же г. Чичеринъ утверждаетъ, и
справедливо, что община д лала раскладку податей и повинно­
стей и над ляла своихъ членовъ поземельными участками;
сл довательно община же производила и перед лы въ позе­
мельныхъ участкахъ, смотря по надобности, то-есть т мъ
своимъ членамъ, которые могли обрабатывать земли больше

97
и платить податей больше, давала большіе участки, а другимъ
меньшіе, какъ мы и встр чаемъ во многихъ грамотахъ, что
одинъ крестьяиинъ получалъ земли на ц лую выть, другой
на дв выти, а иной на полвыти, на четверть выти и даже на
двенадцатую долю выти».
Не знаю, откуда критикъ взялъ, будто я признаю, что об­
щина над ляла своихъ членовъ поземельными участками. Я
сказалъ, опираясь на источники, что община раздавала пустые
участки новымъ поселенцамъ на основаніи свободнаго дого­
вора; но отъ втого до над ленія очень далеко. Над леніе предполагаетъ изв стную власть общины надъ ея членами; въ
настоящее время, каждый изъ нихъ обязанъ платить подати и
нести повинности наравн съ другими, для чего ему и дается
равный съ другими участокъ. Въ древней же Росеіи, напротивъ
того, мы видимъ отношенія совершенно свободный. Община не
им ла никакой власти надъ членами; посл дніе не им ли никакихъ обязанностей, пока не получали во влад ніе изв стнаго количества земли, соразм рно съ которымъ и несли
тягло. Величина участка определялась не общимъ над леніемъ, а свободнымъ договоромъ, предложеніемъ и требованіемъ. Новый поселенецъ или бралъ предложенную ему землю,
или выбиралъ ееб пустой участокъ по желанію, и выговаривалъ ееб льготы, которыхъ величина завпс ла также отъ
предложенія и требованія : ч мъ тяжел е было для общины
лежавшее на земл тягло, ч мъ трудн е было перезвать къ
себ новыгь поселенцевъ, которые бы помогали ей въ упла­
те, т мъ бблыпія выгоды она, разумеется, лмъ предоставля­
ла. Если такія договорный отношенія считать, вместе съ г.
Беляевымъ, за наделеніе землею, то можно наделеніемъ на­
звать и веякій наемъ земли ; можно сказать, что и помещики,
когда посылали въ соседнія села откащиковъ для того, что­
бы переманивать къ себе крестьянъ, наделяли последнихъ зе-

98
мельными участками съ ц лью дать имъ возможность уплачи­
вать вотчинные оброки и подати и отправлять вотчинныя по­
винности. А мы знаемъ, что общины въ этомъ случа посту­
пали точно такъ же, какъ и пом щики. Отъ эти\ъ совершен­
но свободныхъ отношеній проистекало иразнообразіе влад нія,
о которомъ говорить г. Б ляевъ. Какъ при нанм земли одинъ
беретъ по условію больше, другой меньше, такъ было и зд сь.
А г. Б ляевъ называетъ это над леніемъ по силамд !
Что же касается до перед ла, то изъ словъ г. Б ляева
можно заключить, что въ источникахъ находится на это безчисленное множество указаній, который я по нев д нію опустилъ. На что же ссылается онъ для подкр пленія своего
мн нія? Онъ приводить одну только грамоту, и притомъ не
находящуюся въ напечатаиныхъ актахъ ; онъ не потрудился
даже сказать, что эта грамота неизданная, такъ что читатели,
не сове мъ посвященные въ д ло, должны остаться въ совершенномъ недоум ніи относительно обилія опущенныхъ мною
свид тельствъ. Странный способъ ученой критики! Не хочу
предполагать, чтобъ это было сд лано съ нам реніемъ; но
такіе обороты не даютъ ли поводъ думать, что въ возраженіяхъ им лось въ виду не столько добросов стное изсл дованіе д ла, сколько низложеніе вс ми возможными способами
автора, которагомн нія противор чатъ уб жденіямъ критика?
Впрочемъ это зам чаніе постороннее, вызванное къ сожал нію этимъ и разными другими выраженіями, разс янными
шкстать г. Б ляева. Но посмотримъ, на сколько этотъ новый
памятникъ подкр пляетъ возраженія учепаго критика. Можно
сказать, что онъ подкр пляетъ не возраженія, а именно мою
мысль, которую г. Б ляевъ хочетъ опровергнуть. Ие видя
въ памятникахъ изв стій о перед л земель, зам чая напротивъ въ быту того времени многія черты, которыя его исключаютъ, я утверждалъ, что это явленіе новое, происшедшее изъ

99
пом щичьяго права и государственныхъ постановленій. Какъ
будто бы для того, чтобы дать этой мысли еще большую уб дительность, г. Б ляевъ, на основаніи неизданнаго источ­
ника, доказываетъ, что пом щики производили у себя перед лъ еще въ XYI в к . Конечно, это не было общимъ лравиломъ, какъ нын ; ибо до насъ дошло множество порядныхъ,
въ которыхъ крестьяне договариваются съ пом щикомъ отд льно отъ другихъ о поселеніи на изв стномъ участк , а гд
участокъ опред ленъ свободнымъ договоромъ, тамъ не можетъ
быть произвольнаго перед ла. Но мы знаемъ, что рядомъ съ
этимъ шм щики селили иногда на земли своихъ купленныхъ
людей; мы знаемъ, что часто и свободные крестьяне находи­
лись къ нимъ въ весьма зависимыхъ отношеніяхъ: они брали
деньги въ ссуду, и за проценты обязывались обрабатывать
пом щичьи земли. Въ обоихъ случаяхъ пом щикъ могъ, разум ется, и над лять землею крестьянъ и перед лять ее ме­
жду ними. Не знаемъ, къ какой категоріи принадлежали кре­
стьяне, упоминаемые въ грамот , которую приводитъ г. Б ляевъ. По сообщенному имъ отрывку невозможно судить о
ц ломъ; но во всякомъ случа это не свободное распоряженіе крестьянъ, а д йствіе пом щичей власти, которое в ъ Х І
в к было еще исключеніемъ, въ посл дствіи же сд лалось
общимъ правиломъ.
Было ли н что подобное и въ черныхъ земляхъ, объ этомъ
источники ничего не говорить; но многія указанія заставляютъ
устранить такое предположеніе. Перед лъ земли можетъ уста­
новиться только тогда, когда земли становится мало, а люди не
могутъ уходить съ м ста и искать новыхъ поселеній. Но въ то
время, о которомъ мы говоримъ, земли было вдоволь, люди же
не только свободно уходили с ъ м ста, непостоянно переходили
съ м ста на м сто. Какъ же тутъ образоваться перед лу? И
точно, мы видимъ, что границы поземельныхъ участковъ —

100
деревень, особенно въ черныхъ земляхъ, опред лялись большею
частію не искусственнымъ размежеваніеі іъ, а стариннымъ обычаемъ. На это указываютъ выраженія, которыя такъ часто
встр чаются въ грамотахъ: «куда топоръ, соха и коса ходи­
ли», или: «что къ той деревн

изстари потягло». Участки со*

ставляли сл довательно н что ц льное, въ неразд льномъ состав

переходившее изъ рукъ въ руки. Что получалъ каждый

кррстьянинъ, это спред лялось не ігпд ленісмъ и не неред ломъ
земли, а взаимнымъ условіемъ договаривающихся сторонъ, какъ
можно уб диться изъ приведенныхъ мною порядныхъ записей.
Изъ порядныхъ же видно, что крестьянинъ, получившій участокъ, обязывался д лать около него ограду, и это опять указываетъ на совершенно независимое влад ніе и на хозяйство
совершенно другаго рода, нежели то, которое существуетъ нын . Отсюда же проистекало и разселеніе крестьянъ по отд льнымъ деревнямъ, что признаетъ и г. Б ляевъ, хотя онъ не
объясняетъ причины такого страннаго изм ненія въ быт
щины, сохранившей неприкосновенными вс

об­

свои древніе обы­

чаи. Наконецъ возможность перед ла устранялась и т мъ, что
община, разъ отдавши пустой участокъ въ руки поселенца, от­
казывалась отъ всякаго дальн йшаго на него права, и новый
влад лецъ могъ распоряжаться имъ совершенно свободно, не
только безъ согласія, но и безъ в дома общины.
Въ стать

своей я привелъ н сколько прим ровъ такого сво-

боднаго распоряженія землею, и полагалъ въ этомъ одно изъ
самыхъ существенныхъ отличій стараго общиннаго быта отъ
новаго. Въ самомъ д л , если въ древней Россіи не было не
только над лешя и перед ла земель, но и независимости права
влад нія отъ личной воли поселенцевъ, то что же остается
сходнаго? Г. Б ляевъ понялъ, что зд сь его система находить
себ

камень преткновенія; чтобъ устранить прямыя показанія

источниковъ о свободномъ отчужденіи участковъ, онъ утвержда-

104
етъ, что все это крестьяне д лали съ своими собственными
вотчинными землями, а отнюдь не съ общинными, и что ве
приведенные мною акты, какъ и многіе другіе относятся един­
ственно къ Двинской области, гд между крестьянами была ра­
спространена поземельная собственность, не въ прим ръ другимъ краямъ Русской земли. Безъ сомн нія, такого положенія
нельзя высказать наобумъ. Въ какихъ же памятникахъ находить
почтенный критикъ изв стія объ этомъ исключительномъ положеніи Двинской области? Въ указахъ 1751 г. и 53 годовъ, изъ
которыхъ первымъ запрещена продажа черносошныхъ земель
между черносошными крестьянами и посадскими людьми, а во
второмъ эта продажа разр шена, на томъ основаніи, что такой
порядокъ соблюдается тамъ издавна, чего н тъ въ другихъ провинціяхъ. Совершенно справедливо, что въ половин Х Ш в ка, въ Устюжской провинціи, существовало не то поземельное
право, какое было въ другихъ русскихъ областяхъ, и я именно
коснулся этого въ своей стать , какъ одного изъ важн йшихъ
доказательствъ въ пользу моей мысли. Изъ указа о подушной
подати мы ясно видимъ, что только въ с верныхъ областяхъ
сохранились черносошные крестьяне, тогда какъ въ остальной
Россіи все сельское сословіе разд лялось въ то время на дворцовыхъ, церковныхъ ипом щичьихъ крестьянъ. Но г. Б ляевъ
совершенно упускаетъ изъ вида эти перем ны, происшедшая
въ поздн йшее время; на различіи, образовавшемся въ Х Ш
в к , онъ основываетъ сущеетвованіе его и въ XV, точно такъ
же, какъ онъ изъ договора Новгорода съ Иваномъ III, въ конц
XV в ка, вывелъ отношенія между Олегомъ и Радимичами,
точно такъ же наконецъ, какъ онъ привелъ славянизацію Финновъ въ нов йшее время въ прим ръ того, что совершалось
задолго до прибытія Рюрика. Съ такою историческою методою
н тъ положенія, котораго бы нельзя было доказать. Почтенно­
му критику сл довало бы быть осмотрительн е, и обращать

102
вшшаніе на изм нившіяся усдовія жязни. Во всякомъ случа ,
если онъ Двинскую область считаетъ какимъ-то особеннымъ
уголкомъ, который развивался своимъ путемъ, то сл довалобы
объяснить, откуда же произошло такое различіе? Если нын шняя Форма общины искони вытекала изъ духа русскаго народа,
то неужели Двиняне не были Русскіе ? А если эта особенность
произошла отъ того, что эти земли принадлежали прежде Нов­
городу, вольной общин , то почему же этотъ порядокъ не со­
хранился въ остальныхъ новгородскихъ областяхъ?
Ученый критикъ утверждаетъ дал е, что въ приведенныхъ
мною грамотахъ д ло идетъ о вотчинныхъ земляхъ крестьянъ,
составлявшихъ полную ихъ собственность. Посмотримъ, такъ
ли это на самомъ д л . Открываемъ № 23 Юридическихъ
Актовъ, на который мы оба ссылаемся, и на стр. 54 читает»:
«Се язъ Онтоией, Нечай, да Иванъ СтеФановы д ти Карзина,
ступилися есмя земли великого князя, а своего владгьпъя, на
Лисестров , въ Карзин курьи, Тимо ею да Гаврилу Барсану
Селиверстровьшъ д темъ, и двора, и дворища, и орамымъ зе­
мель, и пожень, и съ притеребы и съ рыбными ловищи и Ьо
вс ми угодьи, гд что ни есть изстарь потягло къ той деревни».
Или: «Се язъ Елизарей едоровъ сынъ да язъ Павелъ Онкиндиновъ сынъ отступилися есмя Тимо ею да Гаврилу Барсану
Селеверстровымъ д темъ, великого князя земли, а своего
влад нъя, половины своего жребія». На стр. 5 5 : «разд лили
есмя животы отцовъ своихъ... и земля въ Карзин курьи свое
владгьнье». На стр. 56. «судьи вел ли Онисимкову купчую
чести; и въ купчей пишетъ: Се язъ Есипъ, да язъ Григорей,
да язъ ВалФромей Филиповы д ти, отступилися есмя ЕФИМУ
Селиверстрову сыну великого князя земли, а своего влад нья
въ Карзин курьи». На стр. 5 7 : «отступились есмя земли
Онисиму Васильеву сыну, великого князя земли, отца своего
сташка, а своего владтъя въ Карзин курьи.... а отступи-

403
лись есмя и съ старыми отступными грамотами, свою поло­
вину, Онисиму Васильеву сыну въ дернь, безъ выкупа». Или:
«се язъ Василей да язъ Иванъ Онкундиновы д ти, отступилися
есмя дяди своему Елизару
едорову сыну долгу и слободы и
всего живота, безъ выв та въ Карзин курьи, и вотчины ве­
ликого князя, а своего влад/ънья, что намъ досталось съ д лу
отъ СтеФановыхъ д тей». Подъ № 26 на стр. 6 6 : «Се язъ
Семенъ Семеновъ сынъ Лебедева, да язъ Семенъ Лукояновъ
сынъ Лебедева же, племянникъ его, отступилися есмя царя и
великого князя земли, а своего владтнъя, Архангилскаго мона­
стыря игумену Еуеимыо
и всей брать
Голенской де­
ревни з е м л и — своей выти, полуобежки съ шестью долью
обежки». Надобно прибавить, что въ посл днемъ случа прямо
сказано, что д ло идетъ о земл тяглой. Кажется, это совер­
шенно противор читъ тому, что говоритъ г. Б ляевъ. Стран­
но, какъ можно такъ ошибиться! Не обратить вниманіе на
какое-нибудь свид тельство можетъ даже и весьма ученый
челов къ; но вид ть въ грамот совершенно противное тому,
что въ ней есть — это, воля ваша, необъяснимо!
Итакъ, мы должны заключить изъ этого, что Двинская об­
ласть не представляла никакой особенности. Въ ней также бы­
ла черная тяглая земля, какъ и въ остальной Россіи, а поэтому
мы можемъ принять за общую норму то, что мы знаемъ о прав влад нія въ Двинской области. Но кром того, у насъ есть
положительныя свид тельства источниковъ о свободномъ отчужденіи тяглыхъ земель въ остальныхъ областяхъ. Если московскіе князья въ договорахъ своихъ обязывались не покупать
земель черныхъ людей, находившихся въ общемъ ихъ влад ніи,
то, значить, посл дніе им ли право ихъ продавать. Въ договор Дмитрія Донскаго съ Владиміромъ Андреевичемъ прямо
сказано, что если кто купитъ земли черныхъ людей (опять же
въ Москв , гд всл дствіе общаго княжескаго влад нія, они бы-

104
ли бол е ет снены въ своихъ правахъ), то посл дніе им ютъ
право выкупить ихъ обратно, а не могутъ они выкупить, то
покупщики обязаны вм ст въ ними тянуть тягло, и только
если посл дніе не захотятъ тянуть тягла, земли возвращаются
черньшъ людямъ даромъ. Относительно городскихъ тяглыхъ
черныхъ земель, которыя въ то время нич мъ не отличались
оть сельскихъ, мы им емъ положительныя и постоянныя изв стія объ ихъ отчужденіи. До всеобщаго запрещенія тяглые дво­
ры на посадахъ отдавались въ монастыри 1 ). В ъ 1 6 2 1 году
черныхъ сотенъ сотскіе и старосты жаловались на тяглыхъ
людей «что они, своимъ умысломъ, продаютъ дворы свои въ
черныхъ сотняхъ и въ черныхъ слободахъ, на своихъ тяглыхъ
м стахъ б лом стдомъ, дорогою ц ною; а на т , государи,
тяглые дворы и на тяглыя м ста б лом стцы, которые купятъ,
емлютъ у тяглыхъ людей, съ ними по стачк , закладные каба­
лы, въ купчихъ м сто, въ великихъ деньгахъ, и т дворы и
м ста тяглые по закладнымъ кабаламъ просрочиваютъ, и посл
сроковъ тяглые м ста хотятъ об ливать, и черные, государь,
2
сотни и черные слободы отъ того пуст ютъ» ). Всл д с т е
этого запрещено было тяглые дворы и м ста продавать, закла­
дывать и отдавать по насл дству и въ приданое б лом стцамъ.
Впрочемъ этотъ указъ, кажется, относился только къ Москв ,
но въ Уложеніи это запрещеніе распространено на вс города.
А не смотря на то, тяглые люди продолжали продавать свои
дворы и участки б лом стцамъ, общины продолжали на это
жаловаться, и правительство нер дко узаконяло такое нарушеніе закона, потому что оно слишкомъ глубоко было вкоренено
въ нравахъ. Продажи эти совершались сл дственно отд льными
лицами, противъ воли общинъ и даже безъ ихъ в дома. То же

*) Акты Археогр. Экспед., т. I, Ж 373»
) Акт. Историч., т. Ш , стр. 95.

3

105
самое было и въ селахъ, какъ лучше всего доказываетъ приве­
денная мною грамота 1 ), въ которой Злоба Васильевъ купилъ
черную землю, а община жаловалась на него, не зная, по какому
праву онъ влад етъ этою землею, и почему онъ не хочетъ тя­
нуть съ нея тягла. Но въ XVII в к и въ волостяхъ также,
какъ въ городахъ, посл довало многократно повторенное запрещеніе отчуждать тяглые участки б лом стцамъ 2 ); тяглые лю­
ди сохранили право продажи только между собою, и то не везд .
Такое свободное распоряженіе княжескими землями не дол­
жно насъ удивлять; ибо мы почти то же видимъ и въ земляхъ
монастырскихъ. Я уже привелъ этому прим ръ ; а вотъ и дру­
гой. Въ уставной грамот села Пузырева, принадлежавшаго
Соловецкому монастырю, читаемъ: «такожъ есмя васъ благословилъ и пожаловалъ: волно вамъ межъ себя дворы и зем­
лями м няти и продавати, доложа прикащика» 3 ). Монастырь,
какъ непосредственный хозяинъ, постаиовлялъ однако н которыя ограниченія : продажа дозволена только между крестьяна­
ми и съ доклада прикащика; для черныхъ же земель и этого
не д лалось. Главная забота князя состояла въ томъ, чтобы
поселенцы тянули ему тягло, а кто влад лъ землею, на какихъ правахъ она переходила изъ рукъ въ руки, въ это онъ не
вступался. Къ тому же, при обиліи земли и ея малоц нности,
не было никакой нужды полагать пред лы свободному ея обращенію. Ограниченіе правъ отд льныхъ влад льцевъ могло
быть только интересомъ общины, для которой свободное отчужденіе поземельныхъ участковъ увеличивало иногда бремя по
датей; но община не могла этому воспрепятствовать, ибо не
им ла никакаго вліянія на своихъ членовъ. Даже царскіе ука*
О Акт. Юридич., сЛ^ 9.
а

) См. Дополн. къ Акт. йсторич., т. III, с/И* 88; Акт. Историч. т. V,
Л* 174, 198.
3
) Акт. Археогр. Экспд., т. I, <№ 258.

406
зы, изданные на этотъ счетъ въ XVII в к , постоянно и без­
наказанно нарушались отд льньши лицами и воеводами.
Если такимъ образомъ отд льные члены могли свободно ра­
споряжаться предоставленными имъ участками, то конечно и
ц лая община могла распоряжаться порожними землями. Это
подтверждается приведенною г. Б ляевымъ разъ зжею грамо­
тою 1555 г . , въ которой волость м няется деревнями съ мо«
настыремъ; но опять-таки она указываетъ на совершенно дру­
гое поземельное право, нежели то, которое существуетъ нын . В роятно впрочемъ, что общины весьма р дко пользова*
вались такимъ правомъ ; для нихъ переходъ земли въ чужія ру­
ки былъ очень невыгоденъ, ибо монастырь или служилый челов къ могъ всегда выхлопотать себ у царя об льную грамо­
ту, по которой отданный участокъ совершенно уже выходилъ
изъ-подъ вліянія общины. Кром того, и самыя пустыя земли
не считались неотъемлемымъ влад ніемъ общины. Мы вид лі,
что он даже по законамъ XVII в ка нер дко раздавались въ
пом стья и вотчины; мы знаемъ также, что въ XVII в к он
вовсе не отличались отъ казенныхъ оброчныхъ статей, и раз­
давались на оброкъ воеводами; только особенныя жалованный
грамоты предоставляли это право земскимъ людямъ. Однимъ
словомъ, въ прежнее время князь, община и отд льные кресть^
яне распоряжались землями свободно, тогда какъ при нын шнихъ учрежденіяхъ мы видимъ совершенно противное: теперь
казенныя земли приписаны къ общинамъ, какъ постоянное
ихъ влад ніе.; общины не могутъ ни м няться ими, ни прода^
вать ихъ по собственному изволенію ; наконецъ отд льные кре­
стьяне лишены права распоряжаться своими участками. Въ
чемъ же состоитъ сходство стараго быта и новаго ?•
Безъ сомн нія древняя община могла защищать судомъ при­
писанную къ ней землю ; это право непосредственно вытекало
изъ того, что она съ этой земли должна была нести царское тя-

407
гло. А между т мъ общинная связь была до такой степени сла­
ба, что и оно не признавалось за нею, какъ постоянная закон­
ная ея принадлежность. Хотя г. Б ляевъ и ув ряетъ, что о за­
щите земель общиною въ суд свид тельствуютъ вс грамоты,
въ которыхъ д ло касалось до общинныхъ или черныхъ земель,
однако это не совс мъ подтверждается источниками. Во многихъ
судныхъ грамотахъ мы видимъ, напротивъ, что тягаются за зе­
мли не общины, а т только крестьяне, которые влад ютъ спор­
ными участками, и судьи отсуждаютъ ихъ сос днимъ влад льцамъ, не спросясь общины, единственно потому, что тяжущіеся
крестьяне не представили достаточныхъ доказательствъ своего
права 1 ). Это личное право им ло до такой степени перев съ
надъ общиннымъ, что судебники вовсе и не признаютъ за об­
щинами права иска и защиты своихъ земель въ суд ; все это
предоставляется отд льнымъ лицамъ, какъ видно изъ 84 статьи
Судебника 4550 г. 2 ) , въ которой подъ заглавіемъ : «о землягь
судъ» сказано : «Взыщетъ бояринъ на боярин или монастырь
на монастыр , или бояринъ на монастыр , ино судити за три
г о д ы . . . . А взыщетъ черный на черномъ, или пом щикъ на пом щик , за которыми земля царя и великого князя, или черной
сельской на пом щик , или пом щикъ на черномъ на селскомъ,
ино судити потому жъ за три годы. А взыщутъ на боярин или
на монастыр царя великого князя земли, ино судити за шесть
л тъ, а дал не судити». Право судебной защиты предостав­
ляется сл дственно отд льнымъ поселенцамъ; объ общин же
н тъ и помину.
Наконецъ, что касается до поручительства общины за своихъ
членовъ, какое мы видимъ въ приведенной г. Б ляевымъ гра*) См. Акты Юрид. <№<№ 3, 6, 7, 11, 20, 23, 26, описаніе Госуд.
Арх. старыхъ д лъ стр. 201. и сл д. 222 и сл д. Въ посл дней тя­
гается одинъ только сотникъ своимъ лицомъ, а не «во вс хъ крестьянъ м сто ».
а
) Акты Историч. т. I, стр. 2 4 5 .

408
мот , то это не что иное, какъ частный случаи. Поручитель­
ство въ древней Россіи было д ломъ очень обыкновеннымъ; оно
требовалось при всякой почти сд лк . Зд сь же, при полюбовномъ размежеваніи земель, вея община поручилась монастырю,
что крестьяне не станутъ л зть черезъ межу, и положила не­
устойку въ случа нарушенія этого условія, съ какой бы сто­
роны оно нипосл довало. Конечно, монастырь, полагая для се­
бя неустойку въ 50 рублей, не могъ довольствоваться мен е
надежнымъ поручительствомъ. Но это отнюдь не было общимъ
правиломъ, какъ видно изъмногихъ судныхъ грамотъ, въ которыхъ крестьяне обвиняются за то, что перел зли черезъ межу,
а между т мъ о взыеканіи съ общины и о поручительств вс хъ
за каждаго н тъ и р чи.
Итакъ, если съ одной стороны общины могли свободн е ра­
споряжаться пустыми участками, нежели въ настоящее время,
то съ другой стороны т мъ же правомъ пользовались и отд льные члены; существенной же черты нын шняго сельскаго бы­
т а — лодчиненія личнаго влад нія общинному, мы въ древней
Россіи не находимъ.
Взглянемъ теперь на другія стороны общиннаго устройства
того времени. Ч мъ кр пче общинная связь, ч мъ больше этотъ
мелкій союзъ им етъ значенія въ ц ломъ обществ , т мъ боль­
ше онъ им етъ и автономіи. Посмотримъ же, какія права пре­
доставлены были общинамъ относительно управленія собствен­
ными ихъ д лами. Прежде всего представляется намъ право су­
да, какъ одно изъ зажн йшихъ общественныхъ правъ. Въ на­
стоящее время существуютъ сельскіе и волостные суды, соста­
вленные изъ выборныхъ отъ крестьянъ; сельское сословіе, по
крайней м р de jure, им етъ представителей въ у здномъ суд , въ сов стномъ суд , въ гражданской и уголовной палатахъ.
Есть ли это право, искони принадлежащее общинамъ? Судились
ли он въ древности своими выборными судьями ?

109
Этого мы опять не влдимъ; судьями были нам стники и во­
лостели, людипосторонніе, княжескіе кормленщики. Яеказалъ,.
что кормленіе было учрежденіе суда по началамъ частной соб­
ственности. Г. Б ляевъ съ этимъ не согласенъ; онъ говорить,
что «должности сіи д йствительно давались въ награду за слу­
жбу и прямо назывались кормленіемъ; но чтобы нам стники и
волостели по закону обращались съ судопроизводствомъ, какъ
съ чаетною собственностью, это не справедливо, и не им етъ
за себя никакихъ историческихъ данныхъ. РусскШ законъ, продолжаетъ онъ3 всегда высоко ставилъ судъ и правду и ограждалъ ихъ отъ произвола судьи и правителя». Ученый критикъ
доходитъ даже до того, что волостелей еравниваетъ съ стано­
выми приставами и окружными начальниками, и находитъ,
что должности посл днихъ во многомъ сходны съ должностью
первыхъ.
Не станемъ зд сь подробно распространяться объ этомъ вопрос ; это повело бы насъ слишкомъ далеко. Не станемъ го­
ворить, что нам стники и волостели получали судебные окру­
ги въ кормленіе, чтобы «имъ сытымъ быти», а когда они жа­
ловались, что «имъ сытымъ быти не съ чего», то имъ давал­
ся въ придачу другой округъ; не станемъ говорить, что корм­
ленщики управляли на себя, посредствомъ своихъ собственныхъ людей, что изъ каждаго судебнаго д йствія они извлека­
ли законную прибыль, что каждое преступленіе служило для
нихъ по закону источникомъ значительныхъ барышей, что при
см шанномъ суд надъ людьми, подсудными разнымъ лицамъ,
каждый судья держался за своего подсудимаго и извлекалъ изъ
него свой барышъ; что когда не было уставныхъ грамотъ, вызванныхъ именно желаніемъ ограничить произволъ кормленлщковъ, посл дніе брали пошлины совершенно произвольный; не
станемъ говорить, что князья д лили между собою право суда,
какъ частную собственность или доходную статью, что они да10

410
рили его частнымъ лицамъ, какъ принадлежность ш нія, ВАІ ст съ хл бомъ стоячимъ и молоченымъ и другимъ имуществомъ; что они жаловали одно лицо однимъ преступлешемъ,
другое другимъ: — в с е это какъ нельзя ясн е видно изъ иеточниковъ, и в роятно очень хорошо изв стно г. Б ляеву ^ . Но
для того, чтобы однимъ яркимъ прим ромъ охарактеризовать всю
эту систему, сошлемся на яравую грамоту XV в ка, сообщен­
ную самимъ г. Б ляевымъ въ «Архивъ», издаваемый г. Калачовымъ 2 ). Зд сь какой-то бояринъ Левъ Ивановичъ тягается
за себя, за брата и за нев стку съ старцемъ Игнатіемъ, пов реннымъ Кириллова монастыря. «Жалоба ми, говоритъ онъ, на
игумена на Трифона Кирилова монастыря и на его братью; отнимаютъ, господине, у насъ отъ суда, да отъ дани въ нашей
отчин въ Кистем деревню Михалевьскую Горкаваго, а та, го­
сподине, деревня изстарины тянетъ судомъ къ намъ: еще, го­
сподине, отецъ нашъ Иванъ судилъ ту деревню и дань на ней
ималъ ; а посл , господине, отца нашего судили мы ту деревню
съ своею братьею и дань на ней имали есмя». Старецъ отв чаетъ, что деревню эту далъ монастырю чернецъ Арсеній, ко­
торый влад лъ ею еще по купчей своей прабабушки, и что онъ
же передалъ имъ и жалованную грамоту, данную д ду его и от­
цу княземъ Андреемъ Дмитріевичемъ, по которой Б лозерскимъ
нам стникамъ и Кистемскимъ боярамъ не вел но судить ихъ ни
въ чемъ, и ни по какимъ д ламъ не всылать людей въ ихъ де­
ревню. На основаніи этой грамоты князь Михаилъ Андреевичъ
Б лозерскій оправилъ монастырскаго игумена, а истцовъ обвияилъ. Что, если бы въ настоящее время становой приставъ
' ) Если кому любопытно уб дигься въ этомъ изъ самыхъ Фактовъ,
то ссылаюсь на изданное мною сочиненіе: « Объ областныхъ учрежденіяхъ Россіи въ XVII в к », гд во введеніи собраны многія свид тельства о кормленіяхъ.
2

) Первая половина второй книги отд леніе 3-е, стр. 130.

Ill
вздумалъ искать передъ судомъ чиновничье право, переданное
его нев стк умершимъ ея мужемъ ?
Итакъ общинный судья былъ кормленщикъ, которому во­
лость давалась въ награду за службу, для насыщенія. Въ глазахъ общины во всякомъ случа это былъ челов къ совершен­
но постороннШ, временно прибывшій для собетвенныхъ бары­
шей. А между т мъ онъ зав дывалъ важн йлгамъ общинньшть
д ломъ — отправленіемъ правосудія. Даже чисто общинныя
д ла — и т подлежали ему. Такъ мы читаемъ въ Судебник : «А крестьяне межь себя въ одной волости или въ сел хъ,
кто у кого межу переоретъ или перекоситъ, ино волостелю
ино поселскому имати на немъ за боранъ два алтына 1 )».
Если бы влад ніе было общинное, а не личное, то конечно
крестьяне за порчу межи другъ у друга не платили бы пени
волостелю.
Но, говоритъ г. Б ляевъ, община им ла искони участіе въ
суд ; ни нам стникъ, ни волостель, ни ихъ тіуны не могли
производить суда безъ судныхъ мужей, выбираемыхъ т ми об­
щинами, къ которымъ принадлежали подсудимые. Что же это
были за судные мужи и въ чемъ состояла ихъ должность? Изъ
вс хъ судныхъ грамотъ видно, что они были не иное что какъ
свид тели, призванные для того, чтобы въ посл дствіи могли
показать, что д йствительно судъ былъ таковъ, въ случа если
бы обвиненный сталъ отъ этого отрекаться 2 ). Участія же
въ суд они не принимали, да и не видать ни откуда, чтобъ
они были выборные отъ общинъ. Это были просто понятые,
которые могли точно также представляться тяжущимися сто­
ронами или назначаться судьею. Писцы иногда судили тяжбы
о земляхъ между волостными крестьянами и сос дними вла' ) Акты Историч., т. L стр. 247. Тоже въ судебник 1497 г. тамъ
же стр. 155.
2
) Акты Юридич. <№ 14. Опис. Госуд. Арх. старыхъд лъ стр. 205.

412
д льцаии, и на суд у нигь бывали собственные ихъ товари­
щ и 1 ) . У князей бывали на суд ихъ бояре. Только въ конц
XY в ка московскіе государи, которые стремились къ ограниченію произвола нам стниковъ и волостелей, запретили посл днимъ судить безъ дворскаго, старосты и лучшихъ людей.
Прежде же такого законнаго ограниченія вовсе не бвгло, какъ
видно изъ древн йшей дошедшей до насъ. уставной грамоты,
длиной Василіемъ Дмитріевичемъ двинскимъ жптелямъ въ
1398 г.; въ ней и помину н тъ о присутствіи въ суд ста­
росты и лучшихъ людей 2 ). Въ жалованныхъ грамотахъ, при
передач суда въ частныя руки, нигд также не говорится о такомъ прав общинъ, и если въ половин XVI в ка н которые
монастыри, по прим ру государства, запрещали своимъ прикащикамъ судить безъ лучшихъ людей, то въ другихъ уставныхъ грамотахъ такого ограниченія н т ъ 3 ) . Вообще, если да­
же, въ поздн йшее время, когда приеутствіе выборныхъ въ суд было постановлено закономъ, кормленщики т мъ не мен е
4
устраняли ихъ иногда отъ суда ), то чтоже должно было быть
въ то время, когда законнаго постановленія вовсе не было?
Мы должны сл довательно признать, что присутствіе въ суд представителей общины установлено было , какъ право,
московскими государями. Подъ вліяніемъ законодательства,
случайно взятые понятые превратились потомъ въ выборныхъ
ц ловальниковъ, дм вшихъ постоянную должность и получившихъ н которыяправа, которыя еще бол е ограничивали власть
нам стниковъ и волостелей. Хотя г. Б ляевъ и ув ряетъ,
что въ этихъ преобразованіяхъ д ло шло не объ ограниченіи
О Акты Юридич. JW 9, 11,
3
) Акты Археогр» Эксп., т. I, J№ 13.
3
) Акты Археогр. Эксп., т. 1, <М 221. Въ грамот
лостановдяется это ограниченіе.
л
) Акты Археогр. Эксп., т. I, «Л^ 196.

подъ Ж

258.

из
власти нам стниковъ и волостелей, а о зам неніи ихъ зем­
скими судьями, но это зам неніе было только окончательнымъ
результатомъ ограниченій власти. А что такія ограниченія
были д йствительно д ломъ законодательства въ этомъ можетъ уб диться всякііі при самомъ б гломъ обозр ніи судебниковъ.
Такимъ образомъ участіе общинъвъ суд было установленіемъ московскихъ государей. Зат мъ мы должны обратиться
къ полицейскимъ д ламъ. Им ли ли общины право собствен­
ной полиціи? На это мы найдемъ отв тъ въ губныхъ грамотахъ, которыми введены первыя постоянный полицейскія учрежденія. Вотъ что мы читаемъ въ Б лозерской губной грамот
1539 г. ^ : «Били естя намъ челомъ о томъ, что у васъ въ
т хъ вашихъ волоетяхъ многія села и деревни разбойники разбиваютъ, и животы ваши грабятъ, и села и деревни жгутъ и
на дорогахъ многихъ людей грабятъ иразбиваютъ, и убиваютъ
многихъ людей до смерти; а иные многіе люди у васъ во во­
лоетяхъ разбойниковъ у себя держатъ, а къ инымъ людемъ
разбойники съ разбоемъ прі зжаютъ и разбойную рухлядь къ
нимъ привозятъ; и мы къ вамъ посылали на Б лоозеро обыщиковъ своихъ, и отъ пашихъ де обьіщиковъ и отъ нед лщиковъ чинятся вамъ великіе убытки, а вы де и съ нашими
обыщики лихихъ людей разбойниковъ не имаете для того,
что вамъ волокита велика; а сами деи вы разбойниковъ межъ
еобя, безъ нашего в дома, обыскивати и имати разбойниковъ
не см ете». Т же самыя выраженія повторяются и въ другихъ
грамотахъ 2 ), такъ что это очевидно была общая вс мъ черта.
Итакъ, до преобразованій, совершенныхъ московскими го­
сударями въ областномъ управленіи, общины не им ли ни со<) Акты Археогр. Эксп., т. I, JP 187.
) Акты Археогр. Эксп., т. I, <№ 194, П.

2

114
бственнаго суда, ни собственной полиціи. Въ чемъ же заклю­
чалось в домство выборныхъ старостъ, сотскихъ и десятскихъ ? На это мы опять найдемъ отв тъ во вс хъ жалованныхъ грамотахъ ; въ нихъ постоянно говорится, что люди, живущіе въ изв стномъ им ніи, освобождаются отъ суда нам стниковъ и волостелей, а къ сотскимъ и старостамъ, «не тянутъ ни въ какіе проторы и разметы». Итакъ уплата податей
и отправленіе повинностей—вотъ въчемъ главнымъ образомъ
заключалось в домство выборныхъ начальниковъ, вотъ что
было существенно общиннымъ д ломъ. Отв тственность за
подати и повинности лежала не на отд льныхъ лицахъ, а на
ц лой общггн : это д лало ее юридическимъ лицомъ, хотя и
составляло для нея весьма тяжелую обязанность, ибо община,
неся насеб отв тственность, не гш ла надъ членами своими
никакой власти. Это опять было одно изъ т хъ противор чій,
которыя такъ часто встр чаются въ учрежденіяхъ того време­
ни. Въ немъ заключается причина, почему мы въ древнихъ
памятникахъ находимъ такъ много жалобъ со стороны общинъ
на то, что члены ихъ разошлись по разнымъ м стамъ, и остающіеся должны уплачивать подать за выбылыхъ. Неужели это
означаетъ кр пость общиннаго быта? Противор чіе это разр шилось наконецъ укр пленіемъ тяглыхъ людей, вел дствіе
котораго общины получили надъ членами власть, необходимую
для того, чтобы общая отв тственность могла быть д йствительна. Во всякомъ случа , и прежде и посл укр пленія,
•существеннымъ предметомъ общиннаго управленія было имен­
но государственное тягло. Самый земельный распорядокъ
им лъ въ виду уплату додатей и отправлеиіе повинностей. Съ
этою ц лью общины призывали къ себ новыхъ поселенцевъ, и
заключали съ ними договоры. Если даже признать съ г. Б ляевымъ, что общины над ляли членовъ своихъ землею по сил ,
то все же это д лалось для того, чтобы они могли по силамъ

115
тянуть княжеское тягло. Въ этомъ заключалась самая связь,
соединявшая общину въ одно ц лое; для означенія принадле­
жности отд льныхъ участковъ или деревень къ селу, употре­
блялось выраженіе, что деревни тянуть къ селу. Точно так­
же и угодья тянули къ селу и деревнямъ, села и волости
тянули къ городу судомъ и данью, ибо судъ былъ также до­
ходною етатьею, которая составляла часть тягла. Поэтому
наконецъ и самая черная земля называлась тпглою.
Им лъ ли я посл этого право сказать, что значеніе среднев ковой общины было чисто Финансовое, и что тягло, ко­
торое она тянула въ пользу землевлад льца, связывало ее въ
одно ц лое? Но г. Б ляевъ говорить, что «отправленіе тягла
скор е разстроивало, а не поддерживало общину». Что же,
но его мн нію, поддерживало въ ней единство? Какой общій
интересъ соединялъ разрозненныхъ членовъ ? Какими общими
д лами, независимыми отъ тягла, управляли они заодно? Ка­
кими пользовались они общими правами? На это опред лпт дьно отв чать, конечно, довольно трудно. Не мудрено, что
г. Б ляевъ предпочелъ приб гнуть къ выраженію, совершен­
но общему и потому ничего не объясняющему. Онъ говорить,
что причина, соединявшая общину, лежала «въ самомъ дух
народа, въ склад русскаго ума, который не любитъ и не понимаетъ жизни вн общины»; онъ говорить даже, что «другаго
быта, другаго образа жизни русскій иародъ не признавалъ и не
хот лъ признавать». Откровенно сознаюсь, я р нштельно не
понимаю, что это значитъ. Г. Б ляеву такая причина кажется
глубокою; но повидимому зд сь заключается только неопред ленность, подающая поводъ къ многоразличнымъ недоразум ніямъ. Прежде всего представляется вопросъ: неужели
бояре и слуги, которые не жили общинами, переставали отъ
этого быть Русскими и принадлежать къ русскому народу ?
Неужели крестьянинъ, который выходилъ изъ общины и по-

116
ступалъ въ холопы къ боярину, д лался черезъ это Н мцемъ ?
А между т мъ этой ііерем н состоянія способствовало само
русское законодательство, которое крестьянина, выходящаго
въ холопы, освобождало отъ пошлинъ, платимыхъ за выходъ
его въ другую общину. И почему, дал е, для того чтобы жить
въ общин , нуженъ особый складъ ума? На какомъ основаніи
можемъ мы полагать, что общинный быть бол е вытекаетъ
изъ русскаго духа, нежели изъ Французскаго, н мецкаго,
англійскаго, итальяискаго ? Всегда и везд люди живутъ въ
общеетвенномъ соединеніи; разрозненныхъ людей мы вовсе
не знаемъ. Но эти общественные союзы могутъ быть или общіе, обнимающіе собою ц лую территорію, или м стные; пе­
рвые называются государствами, областями, вторые — общи­
нами. М стный союзъ можетъ существовать безъ общаго;
колонія можетъ поселиться на пустынномъ берегу и образо­
вать ни отъ кого независимую общественную единипу. Общій
же союзъ безъ м стнаго никогда не бываетъ; поэтому и об­
щины существуютъ во вс времена и у вс хъ народовъ, у самыхъ дикихъ, какъ и у самыхъ образованныхъ. Во Франціи и
Германіи есть такіе же села и города, какъ и у насъ; есть
сл дственно и общины, который называются Gemeinden, com­
munes. Все различіе между т ми и другими можетъ состоять
только въ томъ : какое значеніе им ютъ эти юридическія еди­
ницы? каковы общіе, связывающіе ихъ интересы? какими он
обладаютъ правами? на сколько он пользуются автономіею?
А въ этомъ отношеніи мы р шительно не видимъ, почему бы
намъ отдать преимущество русскимъ среднев ковымъ общинамъ
передъ другими. Почему наприм ръ мы признаемъ меньшимъ
развитіе общиннаго начала въ общинахъ германскихъ, городскихъ и сельскихъ, которыя постоянно черезъ своихъ скабиновд не только присутствовали въ еуд , но даже и произно­
сили приговоръ ? Или въ сельскихъ общинахъ швейцарскихъ,

417
которыя им ли свои собственныя земли, свой судъ, свою полицію, одшшъ словомъ полное автономическое управленіе вну­
тренними своими д лами посредствомъ выборныхъ ? Вся запад­
ная Европа была ус яна вольными городами, которые пользова­
лись полною автономіею и обладали весьма развитымъ городовымъправомъ, сохранившимся и донын , тогда какъ Новгородъ
и Псковъ пали при первомъ столкновеніи съ сильными князья­
ми. Мы знаемъ также, что въ Англіи общинные союзы до та­
кой степени кр пки и самостоятельны, что государственное
управленіе до сихъ поръ почти не проникаетъ въ нихъ, тогда
какъ у насъ, напротивъ того, все историческое движеніе съ
самаго XV в ка представляетъ не что иное, какъ большее я
большее развитіе государственныхъ учрежденій. А мы все
толкуемъ объ общинномъ быт , какъ о какой-то особенности
русскаго народа! Пора бы, кажется, отстать отъ общихъ, ни­
чего не означающихъ Фразъ, и приняться за Фактическую
разработку предмета.
Разум ется однако, что при такомъ изсл дованіи нельзя по­
ступать по метод г. Б ляева. Для почтеннаго критика какъ
будто бы не существуетъ исторія. Самыя важныя черты въ
учрежденіяхъ, полагающія коренное различіе между древнею
общиною и нын шнею, онъ считаетъ ничтожными, а вн пшее
сходство въ именахъ выборныхъ начальниковъ кажется ему
с ущественнымъ. Отд льные договоры крестьянъ съ общинами
о влад ніи т мъ или другимъ участкомъ земли онъ признаетъ
тождественными съ общимъ над леніемъ землею вс хъ членовъ. Перед лъ, произведенный однимъ ном щикомъ въ ХУІ
в к , онъ считаетъ доказательствомъ, что съ т хъ поръ общин ный бытъ не изм нился до нашего времени, когда вс почти
крестьяне постоянно перед ляютъ землю между собою. Наконецъ онъ волостелей и етановщиковъ признаетъ тождественны­
ми съ нын шними окружными начальниками и становыми при-

418
ставами: и т и другіе назначены отъ правительства; ясное
д ло, что быть не изм нился. Но такимъ способомъ можно до­
казать и неизм нность управленія: если волостели соотв тствовали окружнымъ начальникамъ, то нам стники, разум ется,
то же что нын шніе губернаторы, дворскіе то же что управляющіе уд льными конторами, а ключники и казначеи были не
что иное, какъ древніе министры Финансовъ; посл дніе, всл дствіе западнаго вліянія, получили только иностранное имя. Гд
же тутъ перем на?
Но довольно объ этомъ; обратимся лучше къ преобразован!ямъ, совершеннымъ московскими государями, и посмотримъ,
какимъ образомъ водворился нын шній изм ненный бытъ.
Мы вид ли выше, что постепенныя ограниченія власти нам стниковъ и волостелей привели наконецъ къ совершенному
ушічтоженію этихъ должностей. Д йствительно, устройство
суда, на основаніи частнаго права, не могло согласоваться съ
новыми государственными потребностями. Однако г. Б ляевъ
утверждаетъ, что «нам стники и волостели были отм нены
отнюдь не потому, чтобы они были негодны для управленія, а
потому, что царь Иванъ Васильевичь Грозный хот лъ ослабить
московскую аристократію; а когда же съ І о б б года князья и
бояре сами въ ОФФИЦІЯЛЬНЫХЪ бумагахъ стали писаться госу­
даревыми дворлнамгі, то всл дъ за симъ онъ уничтожилъ и
опфгічтіну (учрежденную имъ же для ослабленія бояръ), и съ
т мъ вм ст пересталъ настаивать, чтобы выборные головы и
старосты везд зам нялп нам стниковъ л волостелей, и оставилъ на произволъ самихъ городскихъ и сельскихъ общинъ,
управляться ли исключительно одними старостами и излюблен­
ными головами, или держать по прежнему государевыхъ нам стниковъ и волостелей, что и продолжалось до конца Х ЧІ в ка».
Зд сь представляется множество загруднительныхъ вопросовъ; укажемъ только на главные: 1) Не странно ли было

119
Ивану Васильевичу Грозному совершать коренныя вреобразованія въ государственномъ управленіи для того, чтобы бояре
стали писаться государевыми дворянами, тогда какъ они уже
прежде писались государевыми холопами, какъ можно вид ть
изъ множества записей въ Собраніи Государственныхъ Грамотъ? 2) Неизв стно, на какомъ основаніи г. Б ляевъ полагаетъ, что управленіе нам стниковъ и волостелей продолжа­
лось до конца XVII в к а ; тогда какъ въ это время объ нихъ
н тъ никакихъ изв стій, а напротивъ, мы положительно знаемъ, что въ XYII в к всюду введены были воеводы, кото­
рые весьма р дко опред лялись по просьб жителей, обыкно­
венно же назначались прямо правительствомъ. 3) Можно
еще предположить, что для ослабленія бояръ нужно было
отм нить нам стниковъ, которые обыкновенно были лют ро­
довитые : но для чего же было отм нять волостелей — мелкихъ слугъ, составлявшихъ одну изъ самыхъ надежныхъ опоръ
престола? Предположеніе критика т мъ бол е странно, что
оно прямо противор читъ историческимъ свид тельствамъ.
Источники р дко указываютъ намъ на причины, побудившія
правительство издать ту или другую законодательную м ру ;
но зд сь, какъ нарочно, мы им емъ такое указаніе, и притомъ
н сколько разъ повторенное. Вотъ что пишетъ царь Иванъ
1
Васильевичъ Грозный въ уставной грамот 1555 . г ) : «что
напередъ сего жаловали есмя бояръ своихъ и князей и д тей
боярскихъ, городы и волости давали имъ въ кормленья, и намъ
отъ крестьянъ челобитья великіе и докука была безпрестанная, что нам стники наши и волостели и ихъ пошлинные лю­
ди, сверхъ нашего жалованья указу, чинятъ имъ продажи и
убытки великіе, а отъ нам етниковъ и отъ волостелей и отъ
ихъ пошлинныхъ людей намъ докука и челобитья многіе, что
4

) Акты Археогр. Эксл., т. I, <Л^ 242.

120
имъ иосадскіе и волостные люди подъ судъ и на поруки яе
даются, и кормовъ имъ не платятъ, и ихъ бьютъ, и въ томъ
межъ ихъ поклепы и тяжбы великіе; да отъ того на посад хъ
многіе крестьянскіе дворы, а въ у зд хъ деревни и дворы запуст ли, и наши дани и оброки сходятся не сполна, й мы,
жалуючм крестьянство, для т хъ великихб продаже гі
убытковд, нам стниковъ и волостелей и праветчиковъ отъ
городовъ и отъ волостей отставили».
То же повторено и въ другихъ грамотахъJ) ; то же свид тельствуетъ и л тописецъ, который жал етъ о возстановле­
т и нам стниковъ въ правленіе Шуйскихъ во время малол тства Ивана I V 2 ) . Вообще, мы не должны забывать, что зам нять кормлешциковъ выборными судьями началъ ужь князь
Б льскій, что Важская грамота, въ которой также встр чается отм неніе нам стяиковъ, дана была въ 1552 г., въ годъ
взятія Казани, и что самая приведенная выше грамота писана
въ 1555, сл дственно прежде нежели началась ожесточенная
борьба Грознаго съ боярами. Зач мъ же было почтенному кри­
тику придумывать собственныя свои предположенія, когда самъ
Иванъ Васильевичь Грозный потрудился объяснить намъ, для
чего онъ принималъ эту м ру ? Для чего пенять на меня за
то, что я призналъ нам стяиковъ и волостелей негодными для
управленія, когда я повторялъ только сужденіе самаго преоб­
разователя, подкр пленное словами л тописца?
Какъ бы то ни было, несомн нно то, что новое, самостоя­
тельное устройство общиннаго управленія было д ломъ зако­
нодательства. Не долго однако удержалась ата самостоятель­
ность; надъ земскими старостами и ц ловальниками возникаетъ власть приказная, им ющая въ своемъ в домств д ла
4

) Акты Археогр. Эксп., т. I. «Л^ 243.
*) Карамзинъ, т. Ш , прим ч. 121.

121
ц лаго у зда. Въ XVI в к она поручается дьякамъ, городовымъ прикащикамъ, губнымъ старостамъ и р дко воеводамъ.
Въ XVII же в к , воеводское управленіе д лается почти повсем стнымъ. Я старался объяснить причину такого явленія,
и показать, почему чисто общинныя власти не могли удовле­
творить потребноетямъ государства, и почему нужны были
другія, высшія. Г. Б ляевъ съ этими объясненіями не согласенъ; посмотримъ, въ чемъ состоятъ его возраженія. Я
сказалъ во первыхъ, что общины были елишкомъ разрознены.
Г. Б ляевъ говорить, что это выраженіе поставлено безъ
всякаго значенія и безъ доказательствъ, основанныхъ на историческихъ данныхъ. Но какія же тутъ нужны доказатель­
ства? Историческія данныя состоятъ въ томъ, что отъ общинныхъ начальниковъ власть переходитъ къ у зднымъ; объяс­
нить же это весьма естественно т мъ, что обширное государ­
ство ищетъ въ областяхъ такихъ центровъ, около которыхъ
группировались бы отд льныя, разс янныя общины. Во вторыхъ, я сказалъ, что общины были частью елишкомъ удалены
отъ центра; на это г. Б ляевъ возражаетъ, что холмогорскій
воевода не былъ ближе къ Москв , нежели холмогорскій земскій староста. Но д ло въ томъ, что, при дальности разстоянія, легче было контролировать одного воеводу, нежели двад­
цать земскихъ старостъ. Наконецъ я сказалъ, въ третьихъ,
что общины обнимали собою только одн черныя земли, а г.
Б ляевъ въ прим ръ противнаго приводить челобитную всего
города Дмитрова о назначеніи въ него губнаго старосты вм сто воеводы. Зд сь, кажется, явное недоразум ніе : я говорилъ о земскихъ старостахъ и ц ловальникахъ, которые д йствительно были только въ черныхъ земляхъ, а г. Б ляевъ
понялъ повидимому совершенно другое.
Ученый критикъ утверждаетъ даже, что вовсе не было зам ны общинныхъ властей воеводами, а что было оставлено на
11

122
произволъ общинъ управляться или своими выборными на­
чальниками или воеводами; поел дніе, по мн нію г. Б ляева,
введены были почти во вс хъ городахъ уже въ XVI в к .
Но вотъ что говорятъ купцы на Азовскомъ собор 1 ) : «а въ
город хъ всякіе люди обнищали и оскудали до конца отъ твоихъ государевыхъ воеводъ, а торговые людишки, которые здятъ по городамъ для своего торговаго промыслишка, отъ ихъ
же воеводскаго задержанья и насильства въ про зд хъ торговъ
своихъ отбыли. А при прежнихъ государ хъ въ город хъ в дали губные старосты, а посадскіе люди судилися сами промежъ себя, а воеводъ въ город хъ не было». Вотъ какъ общинамъ предоставлено было право управляться по своему
изволенію! Д ло въ томъ, что г. Б ляевъ изъ двухъ, трехъ
грамотъ, напечатанныхъ имъ во «Временник », и относящих­
ся къ началу царствованія Михаила едоровича, сд лалъ заключеніе обо всемъ управленіи, а все то управленіе совер­
шенно противор чило этимъ началамъ. По просьб жителей
незначительнаго Дмитрова можно было поставить имъ губнаго старосту вм сто воеводы, но это отнюдь не было общимъ
правиломъ. Намъ достов рно изв стно, что воеводы опред лялись отъ приказовъ, большею частью по собственному
ихъ челобитью, а жителей городовъ и не думали объ этомъ
спрашивать. Г. Б ляевъ могъ бы точно съ такою же достов рностью доказать, что служилые люди всегда им ли право
см нять воеводъ, ибо мы знаемъ два, три случая, въ которыхъ они д йствительно это сд лали, будучи не въ состояніи
вынести прит сненій, и правительство не подвергло ихъ за
это наказанію. Въ Московскомъ государств много было всякихъ исключеній и отклоненій отъ правилъ, ибо управлялось
оно большею частью не на основаніи общихъ постановленій>
*) Собр. Госуд. Грам. т. Ш , стр. 395.

123
а отд льными распоряжешявш правительства; но т мъ осторожн е надобно поступать при вывод общихъ заключеній объ
администраціи того времени.
Каковы же были посл дствія воеводскаго управленія? То, разум ется, что при неопред ленностиправъ, воеводская власть,
какъ сильн йшая, подавила общинную, какъ слаб йшую. Но г.
Б ляевъ и съ этимъ не соглаеенъ. «Ежели, говорить онъ, об­
щины им ли свою особенную земскую избу, состоящую въ в д ніи старость и ц ловальниковъ, и д йствовали зд сь независи­
мо отъ воеводъ по д ламъ собственно касающимся общины и
подлежащимъ ея в д нію, то сл довательно общины еще не бы­
ли подавлены воеводскимъ управленіемъ». Заключеніе, кажет­
ся, слишкомъ посп шное! Существованіе земской избы доказываетъ только, что земское управленіе не было уничтожено; но въ
какой степени оно было подчинено воеводскому, изъ этого еще не
ясно. Обратимся же къ различнымъ отраслямъ управленія и посмотримъ, что доставалось на долю земскимъ людямъ. Мы знаемъ
во первыхъ, что судебная власть отъ излюбленных^ старость
перешла къ воеводамъ; только въ н которыхъ волостяхъ, какъ
исключеніе, сохранились еще земскіе судейки. На Двин же,
при первомъ назначеніи воеводъ, судили съ ними старосты и
ц ловальники, но черезъ н сколько времени выборные были со­
вершенно устранены отъ участія въ суд . Въ Оштинекомъ стану
и въ Сумерской волости, пока въ нихъ были прикащики, съпо- *
сл дними судили также земскіе выборные люди; но, какъ ско­
ро туда назначены были воеводы, это общинное право пре­
кратилось . Полиція равнымъ образомъ находилась въ полномъ
распоряженіи воеводъ; только пресл дованіе и наказаніе воровъ
и разбойниковъ, и вообще губныя д ла, находились въ в домств губныхъ староста. Но и зд сь мы видимъ сильное колебаше законодательства: въ продолжепіе ХУІІ в ка эти д ла по­
стоянно переходятъ изъ рукъ въ руки — отъ губныхъ старость

124
къ сыщикамъ, къ воеводамъ и на оборотъ, до т хъ поръ пока
губные старосты не были окончательно уничтожены Петромъ
Великимъ. Воеводы зав дывали также вс ми Финансовыми д лами, и зд сь можно вид ть самое лучшее доказательство то­
го, какъ мало значенія им ли общины въ XVII в к . На м стныхъ жителяхъ лежала вся отв тственность за таможенные и пи­
тейные сборы; посл дшшъ д лались ежегодные оклады и если
сборщики чего не добирали, то недоборы взыскивались съ земскихъ людей. А между т мъ земекія власти, до указовъ царя
едора Алекс евича, не им ли ни мал йшаго вліянія на сборы,
тогда какъ воеводы зав дывали ими постоянно. Наконецъ, вое­
воды вступались и въ чисто-общинныя д ла: сборъ податей сосовершался подъ непосредственнымъ лхъ вліяніемъ; они запи­
сывали въ тягло новыхъ членовъ общины; они же раздавали
тяглые участки въ тягло и на оброкъ безъ в дома общины. Я
привелъ этому разительный прим ръ въ жалоб жителей Вят­
ки; изъ нея видно, что для изъятія этихъ существенно общинныхъ д лъ изъ в домства воеводъ, нужны были особенныя жалованныя грамоты царя, и не смотря на то? посл днія постоянно
и безнаказанно нарушались воеводами. А г. Б ляевъ видитъ въ
этомъ доказательство точнаго опред ленія правъ и разграничения
властей!
,

Только при едор Алекс евич земское начало получило
въ управленіи самостоятельное значеніе, которое еще бол е бы­
ло усилено Петромъ Великимъ. Но это относилось преимуще­
ственно къ городамъ. Причина такого различія лежала въ развитіи сословныхъ началъ, которое проистекло изъ укр пленія
крестьянъ и посадскихъ людей.
Безъ сомн нія, эта посл дняя м ра не могла остаться безъ
важныхъ посл дствій для внутренняго быта общинъ. Прежде
того на общин лежала отв тственность за подати и повинно­
сти, но власти надъ своими членами она не им ла. Теперь

125
же она ее получила и могла, сообразно съ нею, устроить и
внутренній распорядокъ поземельнаго влад нія и способы ра­
складки податей. Кром того, всл дствіе укр пленія, подати
съ земли перешли на лица, и это опять должно было значи­
тельно изм нить весь общинный бытъ. Прежде того отд льные, неравные участки отдавались отд льнымъ поселенцамъ,
которые тянули съ нихъ тягло соразм рно съ ихъ величиною ;
теперь же каждый членъ общины долженъ былъ получить участокъ, равный другимъ для того, чтобы им ть возможность тя­
нуть съ него тягло, лежащее на его лиц . Такимъ образомъ
наступило над леніе землею и перед лъ земли между кресть­
янами. Съ этимъ вм ст и участки должны были рано или
поздно сд латься неотчуждаемыми, а люди принуждены были
изъ разброеанныхъ деревень переселиться въ центральныя
села.
Вотъ существенное, коренное изм неніе, совершившееся
въ самомъ внутреннемъ быт общпнъ; вотъ начало т хъ общинныхъ учрежденій, который существуютъ въ настоящее
время. Я старался преимущественно указать на это, и, кажет­
ся, никакой основательный изсл дователь или критикъ не можетъ коснуться вопроса объ исторіи нашихъ общинъ, не объ­
яснивши значенія и посл дствій этого кореинаго преобразованія. А между т мъ, г. Б ляевъ пе обращаетъ на него ника­
кого вниманія. Въ глазахъ почтеннаго критика этотъ коренной
переворотъ въ судьбахъ общины совершился безъ всякихъ посл детвій для внутренняго ея быта, и община осталась посл
него т мъ же, ч мъ она была и прежде. Какого же рода вы­
воды можно сд лать изъ его статьи?
Не сказавши ни слова объ укр пленіи сословій и его посл дствіяхъ для быта, критикъ обращается прямо къ постепен­
ному отд ленію селъ отъ городовъ. Зд сь опять г. Б ляевъ
не согласенъ съ моими положеніями; онъ утверждаетъ, что

126
это отд леніе существовало ИСКОНИ ВЪ законахъ и въ жизни,
и что новаго съ ХУІІ в ка ничего не произошло. Но въ чемъ
же искони заключалось различіе т хъ и другихъ общинъ ? Разв города и села не им ли совершенно одинакаго земскаго
управленія? Разв въ т хъ и другихъ земли не разд лялись
одинаково на б лыя и черныя? Разв поземельное право не
было въ нихъ одно и то же ? Разв и т и другія не платили
одинакихъ податей ? Къ концу XVII в ка мы видимъ однако
же существенное различіе: города образуютъ бол е или мен е свободныя общины съ самостоятельнымъ управленіемъ, а
села, напротивъ того, большею частью д лаются чисто вла>
д льческими и кр постньши. Какъ же установилось это разд леніе ?
Я сказалъ, что стремленіе къ устройству и обособленно городовъ выразилось въ первый разъ въ указ І б ^ З г . , по ко­
торому, лежавшія около городовъ частныя им нія были отобра­
ны и приписаны къ городамъ, а городскимъ жителямъ предо­
ставлено было исключительное право влад ть тяглыми участ­
ками и производить въ городахъ торговлю и промыслы. Г. Б ляевъ возражаетъ, что эти распоряженія вовсе не были ново­
стью, и доказываетъ это самьшъ же приведеннымъ мною указомъ, въ которомъ челобитчики ссылаются на порядокъ, существовавшіі при цар Иван Васильевич . Ссылка эта д йствительно есть; однако зд сь произошло одно очень важное изм яеніе, на которое я и хот лъ указать. Прежде, при свободномъ переход крестьянъ и посадскихъ людей, тяглую землю
могъ пріобр тать всякій, торговлю и промыслы могъ произво­
дить всякій, лишь бы онъ тянулъ съ нихъ тягло. Этимъ б лом стцы и пользовались, чтобы покупать тяглые участки, и
укр плять ихъ за собою, какъ собственность. Указъ IC-iS г.
хот лъ положить пред лъ такимъ злоупотребленіямъ : съ этою
ц лью право на влад ніе тяглыми участками и на производство

127
торговли и промысловъ въ городахъ онъ оставилъ за одними
тяглыми посадскими людьми. Въ этомъ, какъ я сказалъ, вы­
разилось стремленіе государства придать городской общин со­
словный характеръ и дать ей н которую самостоятельность. То
же самое стремленіе, къ отд ленію сословій, я вижу дал е въ
Новоторговомъ устав , и г. Б ляевъ ничего на это не возражаетъ. За то онъ возстаетъ противъ значенія, которое я придалъ введенію новой сір лецкой подати. Онъ утверждаетъ, что
эта подать вовсе и не была введена, но что былъ изм ненъ толь­
ко способъ ея раскладки. Н тъ сомн нія, что и прежде суще­
ствовали сборы деньгами и хл бомъ на еодержаніе стр льцовъ; но вотъ что мы читаемъ въ указ 1681 г . : «Въ прошломъ въ 188 году... по указу великаго государя.... и по бо­
ярскому приговору, вел но... вм сто стр лецкихъ денегъ, и
данныхъ, и полоняничныхъ, и четвертныхъ, и ямскихъ, и пищальныхъ, и малыхъ ямщинъ, и иныхъ мелкихъ денежныхъ
доходовъ (какъ то : подмоги подъячимъ, сторожамъ, палачамъ,
тюремнымъ и губнымъ ц ловальникамъ, сборовъ на строеше
воеводскихъ дворовъ, губныхъ избъ, и тюремъ, сборовъ на
св чй, бумагу, чернила и дрова въ приказныя избы и проч.) *),
кром лавочныхъ и мелничныхъ и иныхъ оброчныхъ статей,
которыя платятъ изъ воли по перекупк , на его государево
жалованье московскимъ стр лцомъ, на 188 годъ, взять и
впредь съ нихъ имать, съ прежнихъ и съ прибылыхъ дворовъ,
по нын шнимъ переписньшъ книгамъ, указною статьею, и
в дать ихъ т ми сборами въ одномъ стр лецкомъ приказ ».
Сл дственно зд сь не только была новая раскладка старой по <
дати, но было и введете новой, зам нившей собою много другихъ. Самое же важное преобразованіе заключалось въ томъ,
что новая подать распространялась не на вс хъ, тогда какъ
*) Акты История, т. 1, сЛ^ 274.

128
старую платили вс . Первая, какъ можно удостов риться изъ
указа 1 ), была разложена на тяглые города, числомъ 9 3 , на
дворцовые города и слободы, числомъ 15, на города и у зды
поморскіе, да на Олонецкій у здъ. Я именно старался указать
на особенное значеніе поморскихъ у здовъ, которое было при­
чиною уравяеніяихъ съ городами. Но г. Б ляевъ не говорить
объ этомъ ни слова, и противополагаетъ мн только то, что
эту подать, по словамъ указа, платили не одни посадскіе, но
и у здные люди; «сл довательно, говорить онъ, въ этомъ
указ не зам тно никакого, не только важн йшаго шага для
отд ленія городовъ отъ селъ». Да помилуйте! я самъ говорю,
что н которые у здные жители, всл дствіе особенности сво­
его положенія, уравнивались съ посадскими. Если уже по­
чтенный критикъ удостоилъ статью мою своего возражения, то
по крайней м р сл довало бы повнимательн е ее прочесть.
Вопросъ состоитъ въ томъ: были ли исчисленные въ указ
тяглые и дворцовые города съ поморскими у здами обложены
стр лецкою податью, тогда какъ пом щичьи, церковные, двор­
цовые и бывшіе черные крестьяне въ зам нъ этого обложены
были ямскими и полоняничными деньгами? А такое различное
обложеніе не показываетъ ли, что правительство разд ляло
жителей на два разряда, и старалось отд лить одинъ отъ другаго? Отв тъ, кажется, нееомн ненъ. Но въ этомъ указ
есть дал е еще одна особенность, которой г. Б ляевъ не хочетъ признать. Онъ утверждаетъ, что предоставленіе этого
сбора въ полное в домство земскихъ властей вовсе не соста­
вляло новости. А между т мъ во вс хъ этихъ указахъ видна
особенная заботливость правительства о томъ, чтобы воеводы
не вм шивались въ эти сборы, какъ они поступали относите­
льно вс хъ другихъ. Чтоже это такое, какъ не освобожденіе
О Акты Археогр. Эксп. т. IV, Ж

250.

129
земской власти отъ приказной подъ вліяніемъ законодатель­
ства?
За этими указами сл довало другое важное нововведеніе :
въ 1681 г. земскимъ людямъ т хъ же городовъ и у здовъ
предоставлено было полное в домство таможенныхъ и питейныхъ сборовъ, чего они прежде не им ли. Въ 1699 г. имъ
лредоставленъ былъ и собственный судъ; вм ст съ т мъ
для городовъ и поморскихъ у здовъ учреждено совершенно
самостоятельное государственное управление. Наконецъ, съ
учрежденіемъ магистратовъ, отъ городовъ отд лены были и
поморскіе у зды, которые дотол съ ними уравнивались. Но
обо всемъ этомъ г. Б ляевъ умалчиваетъ, утверждая только,
что у насъ искони существовало отд леніе городовъ отъ
селъ.
Между т мъ, какъ города д лались такимъ образомъ бол е
и бол е самостоятельными, большая часть селъ, напротивъ
того, становились бол е и бол е кр поетными. Въ особенно­
сти это зам тно въ черныхъ волостяхъ, гд прежде того влад льческій элементъ им лъ мен е значенія, нежели въ другихъ, но которыя въ теченіи ХУП в ка совершенно слились
съ дворцовыми. Однако г. Б ляевъ не хочетъ признавать и
этого. Прежде всего онъ возстаетъ на мнимое, по его уб жденію, уменьшеніе количества черныхъ земель въ Х У І І в к .
Онъ утверждаетъ, что черныя волости никогда не раздава­
лись въ пом стья и вотчины, и мы вид ли уже выше, на
сколько это справедливо. Онъ отвергаетъ дал е свид тельство Котошихина, который говорить, что въ его время, въ
черныхъ волостяхъ, было только 20, 000 дворовъ. Возраженія свои критикъ основываетъ на томъ, что Котошихинъ,
какъ подъячій посольскаго приказа, не могъ им ть в рныхъ
статистическихъ св д ній о числ дворовъ въ черныхъ воло­
стяхъ по всей Россіи. Но почему же бы онъ не могъ узнать

130
это отъ другихъ? Не говоритъ же онъ о числ дворовъ у пом щичьихъ крестьянъ, котораго онъ не зналъ. Вообще, от­
вергать свид тельство современника можно только тогда, ко­
гда есть ясныя доказательства противнаго, а г. Б ляевъ такихъ доказательствъ не представилъ. Можетъ-быть, Котошихинъ и неправъ, но мы все-таки должны держаться его
ноказанія, пока оно не будетъ опровергнуто очевидными
свид тельствами.
Впрочемъ это нисколько не изм няетъ самаго д л а ; глав­
ный вопросъ состоитъ зд сь въ постепенномъ сліяніи черныхъ
волостей съ дворцовыми им ніями. Въ этомъ отношеніи я указалъ на учрежденіе прикащиковъ въ черныхъ волостяхъ, какъ
на первый шагъ къ такому сліянію. Но г. Б ляевъ, сближая
прикащиковъ съ волостелями, возражаетъ, что если на назначеніе волостелей въ черныя земли нельзя указать, какъ на
шагъ къ сліянію ихъ съ дворцовыми, то нельзя это сказать и
относительно прикащиковъ. Возраженіе им ло бы силу, если
бы эти дв должности были одинакія; но разв прикащики то­
же, что волостели? Посл дніе зав дывали судомъ и вовсе не
вм шивались въ общинныя д ла, какъ можно уб диться изъ
вс хъ уставныхъ грамотъ; первые же, какъ можно вид ть изъ
приведеннаго г. Б ляевымъ наказа 1 6 1 2 г . 1 ) , были полными
хозяевами и распорядителями въ своихъ округахъ. Они зав дывали не только судомъ, но и выборомъ старость и ц ловальниковъ, сборомъ податей, распорядкомъ земель, однимъ
словомъ, вс ми общинными д лами. Въ дворцовыя села лосьь
лалиеь прикащики, потому что въ нихъ нужно было хозяй­
ственное управленіе, и введете этихъ должностныхъ лицъ въ
черныя волости означало зам ну общиннаго управленія хозяйственнымъ, что уподобляло черныя волости дворцовымъ им ні*) Дополн. къ Акт. Истор. т. I, <№ 167.

131
ямъ. Власть прикащиковъ совершенно даже заслонила собою
власть выборныхъ, какъ можно вид ть изъ н которыхъ указовъ XVII в ка. Такъ въ указ 1661 г. читаемъ, что если
дворцовыхъ селъ и черныхъ волостей приказные люди, въ
городахъ же на посадагь и въ ямскихъ слободахъ земскіе ста­
росты, а въ частныхъ им ніяхъ приказные люди будутъ б глыхъ людей сажать у себя въ крестьяне и въ посадскіе люди,
то они подвергнутся за это наказанію. О старостахъ же въ
черныхъ волостяхъ н тъ и р ч и 1 ) . Самъ г. Б ляевъ приво­
дить дал е наказъ 1683 г., въ которомъ вел но было, при
размежеваніи пом щичьихъ и вотчинныхъ земель съ землями
дворцовыхъ селъ, черныхъ волостей и ямскихъ слободъ, съез­
жаться межевщикамъ съ прикащиками этихъ общинъ, а если
прикащики будутъ въ отъ зд , то брать старостъ, ц ловальниковъ и выборныхъ крестьянъ 2 ). Кажется, это свид тельствуетъ о томъ, что выборные им ли самостоятельное значеніе только за отсутствіемъ прикащиковъ, тогда какъ г. Б ляевъ хочетъ доказать, что ихъ положеніе при новой власти ни­
сколько не изм нилось.
Вторымъ шагомъ къ сліянію черныхъ волостей съ дворцовы­
ми им ніями было, какъ я сказалъ, подчиненіе и т хъ и тругихъ в домству одного приказа Большаго Дворца. Г. Б ляевъ
и въ этомъ не видитъ никакого сближенія; онъ говоритъ, что
это сд лано было только въ видахъ управленія, такъ же какъ
пом стныя и вотчинныя земли были подчинены Пом стному
приказу. Но прежде всего надобно зам тить, что Пом стный
приказъ не вм шивался во внутренній порядокъ им ній, тогда
какъ приказъ Большаго Дворца в далъ и внутреннее управленіе черныхъ земель, а это составляетъ разницу. Но кром то<) Поли. Собр. Зак. т. I, № 317.
fl
) Поли. Собр. Зак. <№ 1005.

132
го, если д лалось различіе между государственными, черными
крестьянами, и государевыми дворцовыми, то какъ же можно
было подчинить ихъ одному управленію, и притомъ такому, ко­
торое собственно зав дывало дворцовыми д лами? Если дал е
нужно было для черныхъ волостей учредить особое управленіе,
то почему же поморскіе у зды остались въ управленіи Новгородскаго приказа? Ясное д ло, что внутри Россіи черныя земли
слились съ дворцовыми, тогда какъ поморскія остались въ сторон . Названіе черныхъ сохъ, на который указываетъ критикъ,
могло еще долго сохраниться въ жизни и въ памятникахъ, такъ
же какъ бывшіе монастырскіе крестьяне досел именуютъ се­
бя экономическими, не смотря на то, что они съ Екатерины II
вошли въ общій разрядъ съ казенными. Въ сущности же сліяніе
было уже совершено, какъ ясно видно изъ указовъ о стр лецкой подати, о ямскихъ и полоняничныхъ деньгахъ и о земскихъ
бурмистрахъ. Зд сь черные крестьяне внутри Россіи вс при­
числены къ дворцовымъ, тогда какъ поморскіе, какъ остатокъ
прежнихъ черныхъ крестьянъ, отнесены къ другой категоріи.
Я привелъ даже н сколько отд льныхъ прим ровъ этого вліянія,
Но о всемъ этомъ г. Б ляевъ опять-таки умалчиваетъ. Мало
того: почтенный критикъ съ XYIII в ка самыя дворцовыя им нія считаетъ государственными. И на какомъ основаніи? На
томъ, что по раскладк въ книгахъ сошнаго письма они почти
сравнялись съ черными волостями. Это, кажется, прямо говоритъ въ мою пользу. Но г. Б ляевъ, который тотчасъ передъ
этимъ считалъ различіе по сошному письму признакомъ того,
что черныя волости никогда не сливались съ дворцовыми, те­
перь считаетъ безразличіе по сошному письму признакомъ того,
что дворцовыя им нія слились съ черными и сд лались госу­
дарственными. Противор чіе зд сь действительно видно, но
причины, почему бы дворцовыя им нія сл довало отнести къ
государственнымъ—р шительно не видать. Это даже прямо

133
протйвор читъ главнымъ, вс мъ изв стньшъ указаніамъ на ра­
зличные разряды крестьянъ при Петр Веллкомъ, именно :
указамъ о подушной подати. Зд сь государственными крестья­
нами названы только черносошные крестьяне поморскихъ у здовъ, однодворцы, да ясачные инородцы. Вс они, равно какъ
и городское сословіе, сверхъ общаго оемигривеннаго оклада,
обложены были особеннымъ окладомъ въ четыре гривны съ ду­
ши, въ зам нъ пом щичьяго дохода, платимаго церковными
крестьянами въ синодальное в домство, пом щичьими и вотчин­
ными своимъ господамъ, а дворцовыми во дворецъ 1 ). Этотъ порядокъ продолжался до Екатерины II, которая вс хъ крестьянъ
государственныхъ, дворцовыхъ и бывлшхъ монастырскихъ наз­
вала казенными и отдала въ управленіе казенной палат . Но
при Павл Петрович дворцовыя им нія были снова отд лены
и образовали им нія уд льныя, которыхъ никто не считаетъ го­
сударственными.
Черносошные крестьяне въ поморскихъ областяхъ сохрани­
лись сл дственно, какъ единственный остатокъ древнихъ черныхъ крестьянъ. На нихъ-то мы лучше всего можемъ просл дить изм неніе древняго быта подъ вліяніемъ законодательства.
Изъ межевыхъ инструкцій мы ясно видимъ, какимъ образомъ
законъ вводить между ними т коренныя установленія, которыя
отличаютъ новую общину отъ старой : неотчуждаемость участковъ, приписаніе земли къ ц лой общин , а не къ отд льньшъ
членамъ, ограниченіе свободнаго распоряженія землею л права
насл дства и т. п. Т же самыя преобразованія мы видимъ въ
земляхъ однодворческихъ, притомъ такъ, что законъ приводитъ
ихъ въ прямое соотношеніе съ подушною податью. Зд сь уже
не можетъ быть р чи о томъ, что законодательство не въ состояніи укоренить въ нравахъ и обычаяхъ то, чего въ нихъ н тъ
О Поли. Со<5р. Закон., J&JP 4332, 4533, ст. 317.

12

134
самобытно. Мы ш емъ на глазагъ прим ръ противнаго. Одно­
дворцы и черносошные крестьяне такіе же Русскіе, какъ и вс ;
у тіхъ также подчиненіе личнаго влад ніа общинному ед лалось кореннымъ обычаемъ жизни. А между т мъ оно установ­
лено у нихъ только съ половины XYIII в ка. Д ло вътомъ,
что радикальный преобразованія въ учрежденіяхъ не могутъ не
под йствовать на самые нравы; съ теченіемъ времени новый,
водворенный ими порядокъ вещей д лается жизненною привыч­
кою и укореняется такъ, что трудно отъ него и отстать. Сл ды преобразованій остаются даже на характер народномъ, ко­
торый развивается въ ту или другую сторону, смотря по тому,
подъ какимъ вліяніемъ живетъ общество. Неужели, наприм ръ,
всеобщее укр пленіе сословій въ ХУІ в к осталось у насъ
безъ посл дствій? Н тъ, оно породило такія черты, такія при­
вычки, который перешли въ самую нашу плоть и кровь. Вооб­
ще, учрежденія не представляютъ одного только поверхностнаго
явленія въ исторіи народа, они составляютъ самую обществен­
ную его жизнь, они — произведете общественнаго его духа.
Итакъ, мы въ общинахъ однодворческихъ и черносошныхъ
крестьянъ им емъ очевидный прим ръ перехода стараго быта
въ новый. Что же говоритъ объ этомъ г. Б ляевъ? Р шительно ничего; у него объ этомъ н тъ ни слова. Конечно, въ этомъ
слу.ча молчаніе благоразумнее, ибо зд сь критикъ встр чается съ самымъ очевиднымъ, можно сказать почти неотразимымъ
доводомъ противъ своей системы. Но выигриваютъ ли отъ это­
го его возраженія ? Г. Б ляевъ останавливается только на приведенномъ мною отрывк изъ экономической инструкціи 1770
года, который еще бол е подтверждаетъ прямое соотношеніе новаго порядка вещей съ подушною податью. Зд сь предписывает­
ся, вм сто над лепія земли по душамъ, производить над леніе
по тягламъ. Ревизія им ла очевидно въ виду перенести подать
съ земли на рабочія силы, которыя одн им ли значеніе въ об-

135
щественномъ хозяйств . Но опред лить ихъ правительство бы­
ло не въ состояніи; поэтому оно за единицу рабочей силы при­
няло каждую мужскаго пола душу, записанную въревизію, пред­
полагая, что при посл дующихъ изм неніягь, вновь прибывающіе члены будутъ платить за выбылыхъ, а взрослые за несовершеннол тнихъ и стариковъ. Такимъ образомъ, отв тственность за уплату возлагалась не на каждаго въ отд льности, а на вс хъ вм ст . А между-т мъ общины, какъ видно,
не хот ли принять на себя этой отв тственности за своихъ
членовъ. Поэтому он над ляли равнымъ участкомъ каждую
ревизскую душу, не исключая даже малол тныхъ и стариковъ,
и предоставляли отд льнымъ семействамъ распоряжаться и
расплачиваться по своему усмотр нію. Такой порядокъ им лъ
много весьма невыгодныхъ посл дствій для хозяйства и ФИнансовыхъ сборовъ, и правительство, обративъ на это вниманіе, предписало, при над леніи землями, зам нить Фиктивную
единицу рабочихъ силъ — душу, д йетвительною — тягломъ,
то-есть взрослымъ мущиною съ женою. Относительно этогото распоряженія г. Б ляевъ утверждаетъ, что оно было толь
ко возстановленіемъ древняго обычая, издавна существовавшаго въ нравахъ народа. Но гд же г. Б ляевъ вид лъ, въ древней
Россіи, равное разд леніе земли по тягламъ? Онъже самъ
на предыдущей страниц говорить, что въ древности «кресть­
яне садились на выть земли или на полъ-выти или на другую
какую долю и соразм рно съ полученнымъ участкомъ земли
платили подати». А зд сь, напротивъ, мы видимъ совершен­
но равное приписаніе земельныхъ участковъ къ каждому тя­
глу, такъ что подати ел довало платить уже не соразм рно съ
участкомъ, а вс мъ одинаково. Да и гд же мы в древнихъ
памяти икахъ встр чаемъ понятіе о тягл , какъ объ единиц
рабочихъ силъ, на которую накладывается подать? Оно оче­
видно образовалось при перенесеніи податей съ земли на ли-

4 36
ца, сл дственно въ новое время; а между-т мъ это понятіе
основное для всего нын швяго общиннаго быта.
Итакъ поземельный распорядокъ , составляющій отличи­
тельную черту нашей сельской общины, возникъ въ новое вре­
мя. То же самое мы видимъ и въ учрежденіяхъ. Зд сь вопросъ долженъ быть поставленъ сл дующимъ образомъ: от­
куда общины получили право управляться посредствомъ свотъ выборныхъ, іпт ть своихъ выборныхъ судей, своихъполицейскихъ, хозяйственныхъ и Финансовыхъ должностныхъ липъ?
Есть ли это право исконное ихъ достояніе, или оно даровано имъ
государственными законами? Изв стно, что большая часть нын шнихъ государственныхъ крестьянъ, которые одни им ютъ
н которую самостоятельность, образовались изъ монастырскихъ. Монастырскія же им нія постоянно управлялись прикащиками, которые притомъ пріобр ли весьма плохую репутацію, какъ видно изъ доклада князя Куракина. Правда, г. Б ляевъ утверждаетъ, что рядомъ съ ними всегда существовали
выборныя должности; но для доказательства онъ ссылается
на грамоты XVI и Х И стол тій, изданныя въ то время, ко­
гда, подъ вліяніемъ государственныхъ преобразованій, духовиыя власти вводили у себя участіе въ суд старостъ и ц ловальниковъ. Такіе доводы, взятые изъ другой эпохи, не могутъ быть уб дительны. Если же мы взглянемъ на значеніе,
которое им ли выборные даже и въ то время, то намъ предста­
вится еще бол е сомнительною непрерывность общинной автономіи. Изъ наказовъ, пом щенныхъ въ Юридичеекихъ Актахъ (№ 334-), видно, что и въ XVI в к , за исключеніемъ
суда, вс ми д лами зав дывалъ одинъ прикащикъ, безъ всякаго участія выборныхъ властей. Со времени же укр пленія
крестьянъ прикащичья власть постоянно возрастала, и присутствіе выборныхъ въ суд , даже въ н которыхъ грамотахъ
ХТП в ка, еще не доказываете, чтобы это сохранилось ивъ

137
Х Ш. Во всякомъ случа никто не скажетъ, чтобы пом щичье им ніе, которьшъ зав дываетъ прикащикъ, управля­
лось само собою, есля даже въ немъ и есть н которыя выборныя должности. Когда мы поэтому видимъ, что нри переход монастырскихъ им ній въ казну, прикащики отм няются, и общинамъ предоставляется право управляться посредствомъ выборныхъ, мы не можемъ признать это иначе, какъ
за нововведеніе, и должны приписать его законодательнымъ
м рамъ правительства. То же должно сказать и объ однодворцахъ и черносошныхъ крестьянахъ, какъ можно уб диться изъ
указовъ, приведенныхъ въ моей стать .
Изъ этого видно, на сколько справедливо мн ніе г. Б ляева, что начала общиннаго управленія, высказанныя въ экономическихъ пунктахъ «въ существенныхъ своихъ и главныхъ
частяхъ составляли исконный и неумолкающій обычай русекаго народа, давно узаконенный исторіею и жизнью, о которомъ
вовсе не нужно было напоминать новыми указами», и что
«управленіе посредствомъ выборныхъ было издревле вкоре­
нившимся обычаемъ, никогда не прекращавшимся въ сознаніи
народномъ и существовавшимъ на д л всегда». Исторія гово­
рить нанротивъ, что этотъ обычай весьма часто прекращался
и изм нялся. До XYI в ка, даже въ самыхъ свободныхъ общинахъ, то-есть въ черныхъ, выборные люди управляли толь­
ко Финансовыми д лами. Въ XVI в к государство даетъ об­
щинамъ полную автоиомію. Въ Х Н управленіе опять пере­
ходить въ руки приказныхъ людей, которые совершенно заелоняютъ собою выборныхъ. Только въ конц XVII в ка, опять
же подъ вліяніемъ законодательства, получаютъ большую само­
стоятельность городскія общины и н которыя уравненныя съ
ними сельскія, тогда какъ въ большей части селъ, напротивъ
того, съ усиленіемъ пом щичьей власти, развиваются и за­
висящая отъ нея приказныя должности. При Екатерин Н, на-

438
конецъ, рядомъ съ устройствомъ городскихъ общинъ, пола­
гается начало и управленію общинъ казенныхъ крестьянъ посредствомъ выборныхъ, что продолжается и донын . Потому
я и сказалъ, что внутреннее устройство сельскихъ общинъ
есть собственно созданіе великой монархини. На это г. Б ляевъ возражаетъ, что н которыя положенія Высочайшихъ экономическихъ пунктовъ не сохранились до нашего времени. Но у
меня сказано то же самое, и это нисколько не доказываетъ,
чтобы не сохранились существенныя черты управленія. Зам тимъ только, что г. Б ляевъ могъ бы удачн е выбрать указанія на такія исчезнувшія поетановленія, ибо изъ двухъ приведенныхъ имъ прим ровъ (именно : приеутетвіе при выборахъ
у здньіхъ стряпчихъ и сельскихъ зас дате лей, и устройство
куреней около селеній), ни одинъ, сколько намъ изв стно, не
находится въ Высочайшихъ экономическихъ пунктахъ. Оба пом щены въ учрежденіи казенныхъ селеній въ Екатеринославской губерніи, но при первомъ н тъ ссылки ни на какое постановленіе, а при второмъ есть д йствительно ссылка, толь­
ко не на экономическіе пункты, а на полицейскую инструкцію
4722 года.
Что же касается наконецъ до вопроса: сохранялись ли эти
обычаи въ сознаніи народномъ, когда они прекращались на д л ?
то объ этомъ ни г. Б ляевъ, ни кто-либо другой не им етъни
мал йшаго св д нія; это опять одно изъ т хъ общихъ выраженій, которыхъ сл дуетъ по возможности остерегаться, ибо мы
подъ ихъ Фирмою слишкомъ часто склонны принимать Фразу
за д ло. Сознанію мы можемъ все приписать, когда оно не
проявляется во вн шнихъ Фактахъ. Не въ такихъ произвольныхъ предположеніяхъ состоитъ д ло историка: задача его —
изучить то, что выработалось жизнью, наблюдать за постепеннымъ ходомъ ея изм неній, отыскивать причины того или другаго явленія. Въ перем нахъ общественнаго быта и учрежде-

m)
ній выражается и самое развитіе сознанія народнаго. Если мы
хотимъ подойдти кънему поближе, уловить постепенный его
ходъ, мы прежде всего должны строго сл дить за различіемъ
отд льныхъ историческихъ эпохъ, и поверхностное сходство
не должны тотчасъ принимать за тождество. Н тъ сомн нія,
что въ Россіи, какъ и везд , выборное начало и приказное
(разум я подъ посл дшшъ назначеніе должностныхъ лицъ отъ
правительства) существовали всегда; это основные элементы
всякого общественнаго быта. Но въ какой м р они существо*
вали, какой они им ли характеръ, которое изъ нихъ им ло
перев съ, подъ какимъ вліяніемъ совершались въ нихъ изм ненія — вотъ что составляетъ содержаніе исторіи права. А
при внимательномъ изученіи посл дней, даже посл . статьи
г. Б ляева, мы все-таки приходимъ къ заключенію, что об­
щинная жизнь развивалась у насъ подъ вліяніемъ общихъ государственныхъ м ръ, а не м стныхъ обычныхъ постановлен
ній. Духъ русскаго народа выразился преимущественно въ созданіи государства; отсюда истекаютъ основныя начала его об­
щественной жизни.
Поэтому мы никакъ не можемъ согласиться съ издателемъ
• «Русской Бес ды» въ томъ, что нын шняя наша община не
государственная, а товарищеская или мірская. Первое основаHie товарищества есть свободное согласіе каждаго ; но в роятно самъ г. издатель «Русской Бес ды» не будетъ утверждать, что современная русская община основана на свободномъ договор . Принадлежность члена къ изв стной общин ,
, также какъ и власть общины надъ членами, опред ляются въ
ней отнюдь не договоромъ, а государственными постановленіями. Община живетъ дал е не на своей, а на казенной земл ;
приписаніе къ ней изв стнаго округа совершалось и совер­
шается на основаніи правительственныхъ распоряженій. 06щіе государственные законы опред ляютъ ея права я обязан-

140
ности. Право суда, также какъ разяыя гюлицейскія и хозяйственныя учрежденія, дарованы ей государствомъ. Раскладка
и сборъ податей и отправленіе повинностей совершаются съ
государственною ц лью, а это им етъ непосредственное вліяніе на самое поземельное влад ніе. Однимъ словомъ, везд
видится и чувствуется присутствіе государственнаго элемента,
опред ляющаго вс основы общиннаго быта. Даже въ пом щичьихъ им ніяхъ, гд преобладаетъ влад льческій элементъ, го­
сударство установило самую существенную ихъ черту, отъ которой зависитъ все внутреннее ихъ устройство — именно:
кр постное право. Гд же во всемъ этомъ товарищество?
Въ заключеніе намъ остается поблагодарить г. издателя
«Русской Бес ды» за лестный отзывъ о моей стать . Я долженъ однако сказать, что онъ д лаетъ мн слишкомъ много
чести : я вовсе не думалъ совокупить воедино и уяснить главные
доводы, опровергающіе исконное существованіе нын шняго об* щиннаго быта в ъ Р о с с і и 1 ) . Я хот лъ только возбудить важный
историческій вопросъ и собрать н сколько данныхъ, могущихъ
способствовать его уясненію. Не думаю, чтобы критика г. Б ляева много подвинула впередъ разр шеніе этой задачи; какъ
мн кажется, она не поколебала ни одного изъ выведенныхъ
мною положеній. Во в^якомъ.случа вопросъ этотъ едва затро<дутъ и требуетъ еще долгой разработки. А если такъ, то не
странно ли вид ть въ предисловіи «Русской Бес ды» положеніе о мірской общин , высказанное за •несомн нную истину, и
притомъ такую, на основаніи которой мы должны подвергнуть
4
) Зам чу зд сь, что издатель говорить, будто я отвергаю исконное
существованіе общины въ Россіи. Это не совс мъ в рно. Общины
всегда были, есть и будутъ, у насъ, какъ и везд . Я сказалъ только,
что съ теченіемъ времени изменялась у насъ Форма общиннаго быта.
Сначала была- патріархальная община, потомъ влад льческая, и частью,
въгородахъ, договорная, наконецъ государственная, какъ это и выска­
зано въ третьемъ положеніи, выведенномъ изъ моей статьи.

141
критик все современное просв щеніе? Да позволить мн ска­
зать г. издатель: выводы, сд ланные прежде исторической
и Фактической разработки предмета, принадлежать не къ обла­
сти науки, а къ области воображенія, и заслуживаютъ названіе вьшысловъ. Кто не радъ, что новый журналъ хочетъ при­
няться за разработку русскихъ началъ; всякій готовъ, по м р
силъ, помочь этому д лу. Но что такое русекія начала — это
можетъ открыться только изъ основательнаго изученія про­
шедшей и настоящей жизни нашего народа, то-есть изъ науки,
а наука русской жизни едва начинается. Кой-что уже сд лано,
но многое и многое остается впереди, и до сихъ поръ еще не
выработалось несомн нныхъ, признанныхъ вс ми положеній.
Будемъ продолжать эту работу; чего же лучше? Но зач мъ
превращать д ло Фактическаго изсл дованія въ д ло уб жденія? Не значитъ ли это добровольно закрыть себ путь къ
отысканію истины? Въ исторію намъ незач мъ вносить еобственныхъ желаній и требованій; пов рьте, отъ этого никто
не выиграетъ. Какъ бы истина ни была печальна, она все таки лучше обольстительной лжи. Только глядя ей въ глаза, съ
трезвою мыслью, не отуманенною влеченіями сердца, можемъ
мы понять настоящее свое положеніе и сд лать что-нибудь ы
для будущаго. Русскій народъ не нуждается въ томъ, чтобы
мы ему приписывали созданіе лучшихъ Формъ общежитія, хо­
тя бы даже и въ т сныхъ пред лахъ, и разныя другія преи­
мущества передъ современными народами. Не самохвальство
намъ потребно, а самосознаніе. Къ нему-то мы и должны
стремиться, отр шившись отъ Фантастическихъ призраковъ,
отъ приготовленныхъ заран е уб жденій, и приступивши къ
основательной Фактической разработк исторіи нашего оте­
чества.

ХОЛОПЫ

И КРЕСТЬЯНЕ
ВЪ
до

РОС С I I
XVI

В

КА.

Въ государственномъ быту встр чаются учрежденія, которыхъ корни глубоко затаены въ жизни народной. Они не про­
изведете вчерашняго дня; ихъ не установило законодатель­
ство, им ющее въ виду потребности времени и изм няющееся
съходомъ обстоятельствъ. Они составляютъ насл діе давнихъ
временъ, и достаются отъ предковъ отдаленному потомству.
Иногда они живутъ единственно благодаря этой древности.
Жизнь ушла впередъ, а учрежденія остаются т же. Перво­
начальный смыслъ ихъ затемняется и забывается; они прино­
равливаются къ потребностямъ новаго быта, совершенно отличнаго отъ того, который ихъ произвелъ, и представляютъ
остатокъ старины, не всегда понятный для современниковъ.
Люди, получившіе это насл діе, живущіе подъ вліяніемъ этихъ
стародавнихъ учрежденій, стараются однакоже уяснить себ
ихъ значеніе. Для этого придумываются обыкновенно разныя
государственныя соображенія, разныя причины бытія, почерпнутыя изъ настоящей жизни, и дающія имъ смыслъ въ на­
стоящее время. Но такія объяененія могутъ только затемнить
д ло; каждое учрежденіе им етъ смыслъ и значеніе един-

143

j
!

ственно на той почв , на которой оно возникло. Чтобы понять
его, нужно перенестись мысленнымъ взоромъ къ тому поря­
дку вещей, который нрисутствовалъ при его зарожденіи, нужно
просл дить постепенный процессъ его образованія и поел дующихъ его изм неній, устранивши современныя соФистическія
выдумки. Однимъ словомъ — каждое учрежденіе объясняется
только своею исторіей; исторія одна даетъ намъ его смыслъ,
а вм ст съ т мъ и р шаетъ, им етъ ли оно право на дальн йшее существованіе, или н тъ. Историческая работа дол­
жна по этому служить краеугольнымъ камнемъ для пониманія
современнаго состоянія общества и народовъ; безъ нея вс государственныя соображенія им ютъ слишкомъ шаткую основу.
Отправляясь отъ одного настоящаго, они не могутъ отд лить
временныхъ стихій отъ постоянныхъ, не могутъ уразум ть
внутренняго смысла жизни, глубоко затаеннаго въ н драхъ
исторіи, не могутъ наконецъ и создать прочнаго порядка ве­
щей, ибо ничего не видятъ дал е минутныхъ потребностей со*
временности, дал е рутиныпривычнаго порядка. Но, разум ется, изучая исторію, мы не должны приступать къ ней съ заран е приготовленными уб жденіями, вносить въ нее современныя требованія, современные интересы; ибо тогда она потеряетъ истинное свое значеніе, и сд лается орудіемъ для до­
казательства той или другой мысли. Поэтому, когда мы изучаемъ исторію какого бы то ни было учрежденія, мы должны
прежде всего отд литься отъ настоящаго и разсмотр ть, при
какихъ оно возникло условіяхъ, какая была причина существованія такого порядка вещей ?
Къ чяслу учрежденій, составляющихъ зав щанное в ками
насл діе, у вс хъ народовъ, по крайней м р въ изв стныя
эпохи ихъ жизни, принадлежатъ еостоянія несвободныя. Раб­
ство мы видимъ уже въ глубочайшей древности ; н тъ народа,
у котораго бы оно не проявилось въ той или другой Форм . На-

144
чало его теряется во мрак ; въ посл дствіи оно продолжаетъ
существовать, изм няясь съ теченіемъ времени, принимая
въ себя новыя стихіи, но вообще смягчаясь по м р развитія
началъ челов колюбія и нравственности. У каждаго народа оно
получаетъ свой отт нокъ, зависящій отъ народиыхъ свойствъ
и отъ характера общественнаго развитія. У одного оно принимаетъ черты бол е суровыя, у другаго бол е мягкія; у одного
развивается преимущественно юридическая сторона, у другаго
юридическія опред ленія касаются только самыхъ яркихъ про •
явленій жизни; у одного мы видимъ строгую посл довательность выводовъ, у другаго напротивъ неопред ленность отношеній раждаетъ противор чія, которыя разр шаются только
жизнью. Въ какой же Форм являются несвободныя соетоянія
у нашихъ предковъ? Откуда они возникли и какпмъ подвер­
глись изм яеніямъ ? Вопросъ чрезвычайно важный, можно
сказать одинъ изъ важн йшихъ въ нашей исторіи, если мы
взглянемъ на долгов чность этихъ отношеній и на значеніе,
которое они им ютъ. даже въ настоящее время.
У вс хъ народовъ первоначальнымъ источникомъ рабства
былъ^л нъ. Племена первобытныя лишены сознанія объ обіценіи народовъ; у нихъ н тъ ионятія о челов к , нбо это понятіе постепенно вырабатывается путемъ историческаго развитія. Для нихъ право и законъ не выходятъ изъ т снаго
круга національной исключительности, и все, что вн этой
сФеры подпадаетъ подъ ихъ власть, становится законнымъ
нхъ достояніемъ. Такимъ образомъ пл нникъ, взятый на войпіі, вм ст съ добычею д лается собственностью поб дителя
и превращается въ раба, находящагося въ полномъ распоряженіи господина. Это явленіе всеобщее. Но отъ племеннаго ха­
рактера зависитъ состояніе, въ которомъ содержатся пл нные
невольники. Ч мъ мягче нравы народа, ч мъ меньше онъ склопенъ къ воинственной жизни, т мъ отношенія къ ПЛ ЕНЫМЪ

145
отзываются большею кротостью. У Славянъ, по евид тельству
Маврикія1), пл нные держаллеь въ невол только временно;
посл изв стнаго срока имъ предоставлялось на выборъ запла­
тить выкупъ и возвратиться на родину, или остаться у хозяевъ на свобод и какъ друзья.
Этимъ скуднымъ изв стіемъ ограничивается то, что мы
знаемъ о рабств , существовавшемъ у нашихъ предковъ. Но
его достаточно для уб жденія , что не у нихъ мы должны
искать начала т хъ кр постныхъ отношеній, какія развились въ
посл дствіи. Настоящее рабство является у насъ вм ст съ
варяжскою дружиной, и в роятно было принесено ею. Уже въ
договорахъ Олега и Игоря съ Греками встр чаются условія о
рабахъ, требуется выдача б жавшаго раба и установляется
ему ц на. Изъ этихъ и другихъ источниковъ 2 ) мы знаемъ,
что варяжскіе купцы въ Константинопол торговали рабами,
пл нными или купленными. Воинственный характеръ дружины
долженъ былъ значительно способствовать умноженію рабовъ
и вм ст съ т мъ сд лать положеніе ихъ гораздо худшимъ,
нежели какимъ оно было у древнихъ Славянъ. Пл нные по
прежнему считались военною добычею, и князья въ своихъ
походахъ выводили ихъ во множеств изъ опустошаемыхъ зе­
мель. Такъ Ольга, взявши Коростень, многихъ Древлянъ из­
била, а другихъ отдала въ рабство своему войску. Такъ Ярославъ и Мстиславъ воевали Ляшскую землю и многихъ Ляховъ
вывели и разд лили между собою3).
Въ Русской Правд рабство является, какъ в ш м ^ развЕ*—
тое учреждение. Зд сь исчисляются три и с т ^ н и к а Х О л О П С Т в а
об льнаго, т. е. полнаго : 1) Купля F ; ^ ^ евид телями, щт
.чемъдокупщикъ долженъ былъ ^ т ь п р 0 д а В ц у т ч в Ш Й м р
*) Карамз. т. I, п р и ^

^2.

а

> К а Р а м з - т* \ прим ч. 329,
зч рейпъ
u
^
^ йзданіе Морошкина, стр. 67.

13

146
ногату (мелкую монету) въ присутствіи холопа, а не безъ не­
го. В роятно это было установлено для большей кр пости до­
говора, который совершался безъ Формальнаго акта; въ случа спора о принадлежности холопа или о его свобод , д ло
могло быть р шено его показаніемъ или присягою. Ниже мы
найдемъ подтвержденіе этой мысли. 2) Женитьба на раб безъ
ряда; но если женихъ заключалъ особенный договоръ съ хо*
зяиномъ, то условія получали законную силу. Въ посл дствіи
всегда существовало правило: по раб холопъ, а по холоп
раба. Оно возникло не изъ понятія о неразд льности семействаГибо на основаніи договора мужъ могъ оставаться свободнымъ, когда жена была кр постная, и наоборотъ, какъ увидимъ ниже, жена могла быть отпущена на волю, когда мужъ
оставался холопомъ. Оно им ло основаніемъ то, что свобо­
дный челов къ связывалъ себя съ лицемъ, составлявшимъ со­
бственность другаго, въ сл дствіе чего и самъ онъ становил­
ся собственностью. Личная зависимость д лала челов ка кр постнымъ, какъ видно и изъ сл дующаго источника об льнаго
) холопства. Это 3} принятіе должности тіуна или ключника
- безъ ряда; если же это совершилось на основаніи договора,
«то како ся будетъ срядилъ, на томъ же и стоить» 1 ). Зд сь
опять личная зависимость д лаетъ челов ка холопомъ, если
онъ особеннымъ условіемъ не выговорилъ себ право свободы.
Кром того въ Русской Правд упоминаются и другіе
источники рабства. Сюда относится : 1) Рожденіе отъ рабыни.
Плодъ отъ челяди, такъ же, какъ плодъ отъ скота, составляетъ собственность хозяина (ст. 68). 2) Неоплатный долгъ.
Купецъ, взявшій въ долгъ деньги или товаръ, и утерявшій ихъ
по неаависимымъ отъ него обстоятельствамъ, какъ-то всл дствіе пожара, кораблекрушенія, или пл на, или грабежа, не
і

) См. Русская Правда, изданіе Кадачева, стр. IV, V, VI.

147
подвергался насильственному взысканію денегъ, но могъ упла­
чивать ихъ по м р возможности, потому что та папуба отъ
Бога, а самъ онъ въ томъ не виноватъ. Но если онъ пропьетъ
деньги или товаръ, или вообще испортить и утеряетъ ихъ по
своей вин , то заимодавцу предоставляется право либо ждать
своего долга, либо продать своего .доддшдка (ст. 42). Въ дру­
гой стать (55) предписано, всякаго челов ка, кто задол- і
жаетъ многимъ, и не въ состояніи уплатить, вести на торгъ и
продать. То же самое правило постановлено и въ договор
Новгорода съ Готландцами въ начал XIII в ка: несостоя­
тельный должникъ отдается въ рабство иностранцу со ве мъ
семействомъ; гость можетъ увести его съ собою изъ Новго­
рода, если никто не согласится выкупить его на торгу, заплативъ за него долгъ. Это самая жестокая Форма уплаты; дол­
жникъ разсматривается, какъ вещь, которой ц на должна удо­
влетворить заимодавца. Въ посл дствіи, когда развивается го- [
сударство, оно беретъ человеческую свободу подъ свою защи- і
ту: сначала установляется временное служеніе для заработки
долгана потомъ и совершенное уничтоженіе личной зависимо- і ,
сти. Въ настоящее время заимодавецъ можетъ посадить дол- \
жника въ тюрьму; это какъ бы понудительное средство къ 1
уплат долга, но держать его въ личномъ услуженіи онъ не :
можетъ. 3) Въ н которыхъ случаяхъ закупъ, т. е. челов къ
временно отдавшій себя въ работу за долгъ, д лался рабомъ
хозяина, именно если онъ б жалъ отъ хозяина, или совершилъ
преступленіе, за которое хозяйнъ обязанъ былъ вознаградить
истца. Объ этомъ будетъ говорено еще ниже, когда мы будемъ
разсматривать состояніе закупа.
Ко вс мъ этимъ способамъ укр пленія надобно прибавить
еще пл нъ, о которомъ мы уже говорили, и добровольную про­
дажу себя въ рабство, которая безъ сомн нія существовала
въ то время, также какъ и въ посл дствіи, хотя въ Русской

148
Правд объ ней не упоминается иначе, какъ въ Форм добровольнаго вступленія въ должности ключника и тіуна. Въ договор смоленскаго князя Мстислава Давидовича съ Ригою и
Готскимъ берегомъ 1229 г. говорится также и о томъ, что
если князь разгн вается на подвластнаго ему челов ка, онъ
можетъ обратить его въ холопство вм ст съ женою и д тьми.
Въ другомъ списк того же договора, вм сто обращенія въ
ттопство, сказано: довелитъ его разграбить еъ женою и
д тьми 1 ). Это изв стная Форма наказанія — потокъ и разграбленіе, которая встр чается и въ Русской Правд : разбойникъ
съ женою и д тьми выдается на разграбленіе, или же, по дру­
гому списку, на потокъ и разграбленіе. На потокъ отдавался
и лошадиный воръ, равно какъ и зажигатель, котораго домъ
предавался грабежу. Въ одномъ списк слово «потокъ» зам няется словомъ «изгнаніе», изъ чего можно заключить, что
посл дствіемъ преступленія могло быть какъ изгнаніе, такъ и
обращеніе въ холопство.
Изъ этого видно, какъ многочисленны и разнообразны были
способы личнаго укр пленія. Каждое зависимое отношеніе мо­
гло быть источникомъ рабства: пл нъ, женитьба, заемъ, наемъ, преступленіе, добровольное подданство — все могло свободнаго челов ка сд лать рабомъ, не говоря уже о способахъ
производныхъ, как то купл и рожденіи въ холопскомъ состояніи. Во времена насилія и неустройства каждое лице стреми­
лось расширить свою власть, укр пить^за*собою все, что при­
мыкало къ нему какимъ бы то ни было образомъ, и т мъ увеІ Е Н З с в о е з н Л ч епіе въ обществ . Это стремленіе было даже
до такой степени сильно, что законодательство принуждено бы­
ло поставить ему н которыя ограниченія: по законамъ Рус­
ской Правды, челов къ, получившій ссуду (дачу) или хл бъ
О Русская Правда, Калачева, стр. 158.

149
или придатокъ (?), черезъ это не д лался холопомъ, но сохранялъ право возвратить данное (милость) и отойдти отъ
хозяина (ст. 7). Но самая необходимость такого ограниченія
показываетъ, до какой степени каждое лице старалось уста­
новить полное свое господство надъ вс мъ окружающимъ.
Каково же было юридическое положеніе холопа ? На это мы
найдемъ отв тъ въ постановленіяхъ Русской Правды.
З^лопъ считался не лицомъ, а вещю^частною собствен­
ностью хозяина, которая подвергалась т мъ же юридическимъ
посл дствіямъ, какъ и всякое другое имущество. Плодъ отъ
челяди наравн съ плодомъ отъ скота, съ товаромъ и съ день­
гами высчитывается въ числ движимаго. имущества хозяина
(ст. 68). Собственности у холопа н т ъ ; все, что б глый хо] лопъ пріобр лъ, все то, вм ст съ его лицемъ, поступаетъ'
къ влад льцу (ст. 58). Кто даетъ холопу денегъ взаймы,
; зная, что онъ холопъ, тотъ лишается своихъ денегъ; но если
\ онъ сд лалъ это по нев д нію, то хозяинъ обязанъ заплатить
за холопа. Въ договор Мстислава Давидовича съ Ригою до­
пускается впрочемъ долгъ, сд ланный холопомъ княжескимъ:
если латинскій гость дастъ ссуду княжескому холопу или дру­
гому доброму челов ку, а тотъ умретъ, не заплативъ долга, то
насл дникъ его обязанъ вознаградить Н мца; т мъ же правомъ
пользуются и Русскіе въ Риг и на Готскомъ берег 1 ) . Но
въ Русской Правд объ этомъ исключеніи н тъ ни слова. Хо­
зяинъ же платитъ долги холопа, котораго онъ отпустилъ тор­
говать (ст. 5 7 ) ; онъ же вознаграждаетъ истца, если холопъ
совершилъ преступленіе, за которое долженъ платить. Такимъ
образомъ, если холопъ укралъ что нибудь, господинъ его пла­
титъ вдвое противъ ц ны вещи, но на холопа пени не нала­
гается, потому что онъ несвободный (ст. 46). Господинъ во4

) Собр. Гос^д. Грамотъ, т. И, Ж

1-й.

150
ленъ однакоже, вм сто уплаты, выдать его истцу съ женою и
д тьми, если они участвовали въ покраж или въ утайк укра­
денной вещи, или безъ нихъ, если они ни въ чемъ невиновны
(ст. 4-9). Было одно только преступленіе, которое им ло посл дствія и для самого холопа. Это личная обида, нанесенная
свободному челов ку. Если холопъ ударитъ свободнаго мужа
и уб житъ къ хозяину, а посл дній не захочетъ его выдать,
то онъ обязанъ заплатить истцу 12 гривенъ, но обиженный
вюгъ за т мъ убить холопа, гд бы онъ его ни встр тилъ.
Такъ уставилъ Ярославъ Владиміровичъ, но сыновья его смяг­
чили этотъ законъ; они предоставили на выборъ обиженному:
связать холопа, или бить, или продать его за деньги, или взять
гривну кунъ за посрамленіе (ст. 60).
Такимъ образомъ собственность холопа есть собственность
господина; зад йствія холопа отв чаетъ господинъ. Какъ не­
свободный, холопъ не можетъ быть и свид телемъ въ суд ;
только по крайней нужд допускается свид тельство дворскаго
тіуна боярскаго (ст. 117). Но во всякомъ случа по свид тельству холопа судья не могъ подвергнуть отв тчика испытанію жел зомъ и водою, разв этого потребуетъ истецъ, ска­
завши, что испытанно подвергаетъ отв тчика самъ онъ, а не
холопъ. Однакожь если отв тчикъ не могъ быть уличенъ, ис­
тецъ обязанъ былъ заплатить ему гривну за муку, потому что
онъ основался на р чахъ холопа (ст. 119).
Какъ вещь, холопъ могъ быть уничтоженъ, украденъ, утаенъ. Поэтому въ Русской Правд постановляются правила для
вс хъ этихъ случаевъ. За убійство свободнаго челов ка пла­
тится вира; но за холопа и за рабу виры н тъ, а въ случа
убійства безъ вины, убійца платитъ урокъ господину, да кня­
зю 12 гривенъ пени (ст. 84). Количество этого урока опред лено въ другой статъ (82): за холопа платится 5 гривенъ,
за рабу 6. Только за кормильца или кормилицу платится 12

m
V

гривенъ, даже если они холопы (83). Изъ этого посд дняго
выраженія можно заключить, что княжескіе и боярскіе тіуны,
также княжескіе конюхи, отроки, старосты, за убійство которыхъ полагаются разныя виры и платы, не принадлежали къ
числу холоповъ. Впрочемъ не мудрено, что за холопа княжескаго платилось бол е, нежели за холопа, принадлежавшаго
другимъ лицамъ, точно также, какъ за уничтоженіе борти кня­
жеской платилось 3 гривны, а за борть, принадлежавшую про­
стому челов ку (смерду), 2 гривны. Ц на, постановленная за (
убіиетво холопа (5 гр.) и рабыЦб гр.), равняется ц н , на- '{
значенной и за убійство свободнаго смерда (ст. 82) инаемни- і
^ ^ я д о в и ч а ^ с т . 80), что показываетъ низкое состояше, і ъ 1
которомъ находился простой народъ. Зам чательно при этомъ,
что за убійство лошади или скота, также какъ иза холодд^ по*
становлено 12 гривенъ пени, а господину гривну за пагубу, да
урокъ (ст. 101). Въ договор Новгорода съ Готландцами по­
ложено за убійство простаго челов ка платить 10 гривенъ се­
ребра, за холопа же 2 гривны, за рану, нанесенную свободному
челов ку, 2 гривны, холопу полгривны. Въ договор Мстисла­
ва Давыдовича съ Ригою положено за убійство свободнаго че*
лов ка платить 10 гривенъ серебра, за холопа гривну. За ра­
ну и побои, нанесенные холопу, въ первомъ договор положе­
но платить гривну кунъ. Въ Русской Правд о посл днемъ
н тъ ни слова; в роятно эти постановленія развились въ посл дствіи. Не говорится въ ней и о томъ случа , если самъ
гасйодйнъ убьетъ своего раба, но это молчаніе должно припи­
сать единственно тому, что онъ за это не подвергался никакой
отв тственности. «Въ холоп и въ роб виры н туть», а есть
только пени за уничтоженіе чужой собственности, также какъ
и за убіеніе лошади. Поэтому, какъ скотину хозяинъ влаетенъ
былъ убить или оставить въ живыхъ, точно также и надъ рабомъ им лъ онъ полное право жизни и смерти. Подобное по-

1S2
становленіе встр чается даже въ исход XIV' в ка. Въ Двин­
ской грамот , данной великимъ княземъ Васидіемъ Дмитріевячемъ въ 1399 г., читаемъ : «а кто осподарь огр шится ударитъ холопа или робу, а случится смерть, въ томъ нам етници не судятъ, ни вины не емлютъ» ^ .
Холопъ могъ быть не только убитъ, но и украденъ. Въ
древн йшемъ списк Правды положено за уводъ чужаго холопа
или рабы, платить хозяину 12 гривенъ за обиду; въ поздн й
шихъ спискахъ установлено 12 гривенъ продажи въ пользу
князя (ст. 107). За покражу скота положено 3 гривны и 30
кунъ, за покражу бобра также 12 гривенъ (ст. 108, 111).
Нашедши своего украденнаго холопа, хозяинъ не им лъ однакоже права тотчасъ взять его себ , но долженъ былъ, также
какъ и для всякой другой украденной вещи — лошади, платья,
скотины, вести отв тчика на сводъ, т. е. заставить его ска­
зать, у кого онъ купилъ вещь. Дошедши до третьяго челов
ка, хозяинъ могъ взять у него другаго холопа и предоставить
отв тчику дальн йшіВ искъ. При этомъ говорится, что зд сь
нельзя, какъ при покупк скота, отговариваться т мъ, что я
не знаю у кого купилъ, но должно по показаніямъ (по языку)
идти до конца свода (ст. 127). Отъ этихъ Формальностей хозя­
инъ могъ однакоже избавиться, прокликавши на торгу, что у
него пропалъ холопъ. Если посл того въ продолженіи трехъ
дней холопа не приводили, и хозяинъ отыскивалъ его уже самъ,
то онъ бралъ его тотчасъ, а съ передержателя по луча лъ 3 грив­
ны за обиду (ст. 124.). То же самое постановлено при отысканій похищеннаго коня, оружія или платья (ст. 123). Впрочемъ
купившій чужаго холопа по нев д нію во всякомъ случ:а получалъ обратно данную ц ну; но тотъ, кто по купа лъ его, зная,
что онъ чужой, въ наказаніе лишался своихъ денегъ (ст. 9).
4

) Акты Археогр. Эксп., т. I, J№ 13.

453
Въ этихъ постановлешяхъ мы находимъ и объясненіе, для че­
го нужно было продажу совершать въ приеутствіл холопа:
его показанія могли облегчить отысканіе настоящаго вора, или
удоетов рить въ томъ, зналъ ли покупщикъ о его принадлеж­
ности другому хозяину, или н тъ.
Русская Правда установляетъ д§ню и за помощь, оказанную I
б жавшему рабу. Если кто дастъ ему хл ба или укажетъ ему;;
путь, зная, что онъ холопъ, тотъ обязанъ заплатить хозяинуjj
за холопа 5 гривенъ, за рабу 6. Ц на установлена таже, что м
и при убійств — ясное доказательство того, что зд сь глав­
ное вниманіе обращено было на лишеніе собственности. Въ
обоихъ случаяхъ хозяинъ терялъ одинаково, почему и получалъ
одинаков вознагражденіе. Но если оказавшій помощь или пе
редержатель б глаго холопа давалъ присягу, что онъ не зналъ
его за холопа, то онъ избавлялся отъ всякого взысканія (ст.
52, 53). Перехватившій чужаго б глаго холопа и изв стившій
о томъ хозяина, получалъ за это отъ посл дняго гривну кунъ
за переемъ; но если онъ его упускалъ, то обязанъ былъ за­
платить і гривны за холопа и 5 за рабу, ибо гривна остава­
лась въ его пользу за поимку (ст. 54). Если же хозяинъ самъ
отыщетъ холопа въ какомъ-либо город , то онъ обязанъ объ­
явить о томъ посаднику, и взявши у него отрока, пойдти съ
нимъ связать холопа. Но если при этомъ онъ его упуститъ, и
погнавшись за нимъ, убьетъ его, то убытокъ остается на
немъ, и никто ничего не платитъ (ст. 142).
Таковы постановленія Русской Правды о холопахъ; изъ
нихъ видно, что рабство принималось въ самомъ строгомъ
смысл . Рабъ считался полною собственностью хозяина,
вещью лишенною всякихъ правъ. Одно только и ветр чается
законоположеніе въ пользу холоповъ : это то, что д ти, при­
житые хозяиномъ отъ рабыни, посл его смерти д лаются сво­
бодными вм ст съ матерью. Зд сь нравственное начало вое-

154
торжествовало и ослабило юридическую строгость учрежденій.
Рядомъ съ рабствомъ является въ Русской Правд другое
зависимое состояніе: это состояніе закупа. Закупомъ назы/ вался челов къ, который за долгъ отдавался въ работу до
{
уплаты. Въ одной стать Русской Правды (ст. 20) онъ на­
зывается также наймитомъ, и д йствительно это былъ родъ
\ личнаго найма, но съ присоединеніемъ къ этому ааемнаго обязательства (купы). Поэтому такое состояніе скор е можно
Назвать ^лиздымъ закладомъ, на что указываетъ и слово : заІкупъ, тождественное съ закладомъ 1). Въ посл дствіи самое
г это слово изчезаетъ, и вм сто его является названіе: за/ кладшц- которое въ свою очередь превращается наконецъ въ
\ названіе кабальнаго холопа. Впрочемъ и договоръ найма близ­
ко подходилъ къ этому, ибо наемный работникъ часто получалъ отъ хозяина ссуду, которую обязанъ былъ возвратить,
/ когда отходилъ отъ него. Въ то время ничего не могло быть
I естественн е, какъ такой личный закладъ; за недостаткомъ
\ правильнаго обществениаго устройства и законовъ, охраняюj щихъ искъ, трудно было найдти другое обезпеченіе для заимо­
давца. Если у должника было недвижимое имущество, тогда
оно могло поступать въ залогъ, и въ такомъ случа оно обы­
кновенно отдавалось въ распоряженіе заимодавца. Но если та­
кого имущества не было, нужно было искать обезпеченія ли­
чнаго, а сд лать это было т мъ легче, что свобода челове­
ческая мало ц нилась, и стремленіе къ личному порабощенію
и безъ того сильно проявлялось въ общественномъ быту. По-\
этому закупъ становился въ состояніе близкое къ холопству-,
но т мъ не мен е существенно отъ него различное 2 ) . Зави4

) См. объ этомъ Неводина Исторія гражд. законовъ, т. I, стр. 346,
прии ч. 123; также Доподн. къ А. И. т. II, стр. 136; АкЪы Юридич.
J^417. Акты Археогр. Эксп. т. I, Ж 1 6 0 .
а
) Си. Русская Правда, статьи 17 — 21 и 117.

185
симость была только временная, и онъ долженъ былъ сохра­
нить возможность освободиться отъ нея уплатою долга. У не­
го была своя собственность, своя лошадь; онъ работалъ я на
себя, хотя обязанъ былъ также работать на господина. И то и
другое именно говорится о закуп ролейномъ, то есть землед льческомъ, который в роятно сид лъ на земл своего хо­
зяина. Опред лены и н которыя обязанности его въ отяошеніи къ господину. Если онъ погубитъ данные ему господиномъ
плугъ или борону, то онъ долженъ за это вознаградить хозяи­
на ; но если эти орудія подвергнутся порч или истребленпо
безъ него, въ то время, какъ господинъ отошлетъ его на свою
работу, то платить онъ не обязанъ. Точно также не обязанъ
онъ платить, если скотину выведутъ изъ хл ва или забоя безъ
его вины;»но если это сд лается по его оплошности, или
если онъ загубить ихъ на своей работ , то онъ обязанъ воз­
наградить хозяина. Съ своей стороны ихозяинъ былъ ограниченъ въ своихъ правахъ. Онъ могъ бить закупа, но не ина­
че какъ за д ло ; если же онъ билъ его безъ вины, будучи
пьянъ, то долженъ былъ платить ему за оскорбленіе, наравн
съ свободнымъ челов комъ. Точно также и неправильно удер­
жанный или отнятыя у закупа деньги хозяинъ долженъ былъ
возвратить, дакром того заплатить ему за обиду. Наконецъ,
если хозяинъ продавалъ закупа въ полное холопство, то онъ
обязанъ былъ въ наказаніе заплатить пеню въ 12 гривенъ,
и кром того лишался отданныхъ закупу денегъ. Вообще за­
купу предоставлено было право жаловаться на господина, но
не смотря на это постановленіе, положеніе его было весьма
зависимое; ибо законныя ограничения были слишкомъ недостаточны для обезпеченія его свободы. Ими не опред лялись
ни время, которое онъ долженъ употребить на господскую ра­
боту, ни ц на трудовъ его, ни проценты долга, а такая неопред ленность, разум ется, всегда обращается въ пользу

] J

;
,
)

156
сильнаго 1). Эту зависимость понимало и само законодатель­
ство, которое запрещало принимать свид тельство закупа ина­
че, какъ въ самыхъ незначительныхъ тяжбахъ. Оно возлагало
на господина и отв тственность за преступленія закупа, также
какъ за преступленія холопа: если закупъ укралъ что-нибудь,
тогосподинъ обязанъ былъ вознаградить истца, а закупъ стано­
вился его холопомъ ; если же хозяинъ не хот лъ платить, то
онъ могъ закупа продать, и заплатить украденное изъ выручен­
ной ц ны, а остальное взять себ . Совершивши преступленіе ,
за которое онъ долженъ былъ дать вознагражденіе, закупъ какъ
бы принималъ на себя новое обязательство, не исполнивъ прежняго, и т мъ самымъ д лался какъ бы несостоятельнымъ,
всл дствіе чего и постулалъ въ холопство къ своему заимо­
давцу. Точно также закупъ д лался рабомъ всл дствіе б гства: если онъ б жалъ отъ господина для того, чтобы жало­
ваться князю или судьямъ на обиду, то онъ не подвергался
взысканію; иначе онъ становился холопомъ своего господина.
Б гствомъ онъ какъ бы разрушалъ заемное обязательство, и
черезъ это закладъ поетупалъ въ полную собственность заи­
модавца. Переходъ въ рабство былъ сл дствепно чрезвычайно
легокъ, ибо закупничество составляло н что среднее между
свободою и хрлрп.ствомъ, а въ то время между т мъ и другимъ.
состояніемъ не было такого р зскаго разграниченія, какое д лается въ посл дствіи, когда челов ческая свобода получаетъ
большую ц ну.
Таковы постановленія Русской Правды о холопахъ и закупахъ. Относительно первыхъ мы видимъ въ ней довольно стро­
гое развитіе принятыхъ законодательствомъ началъ; относи­
тельно посл днихъ напротивъ является неопред ленность, со*) См. статью г. Панова о кабальныхъ людяхъ въ «Московскихъ
В домостяхъ» 1856 г. <№J@ 24 и 25. Впрочемъ съ н которыми вы­
водами автора нельзя согласиться.

157
ставляющая какъ бы принадлежность тогдашняго времени. Въ »
младенческую эпоху законъ обыкновенно д лаетъ только т

)

постановленія, въ которыхъ встр чается настоятельная потре- j
бность. Онъ не ищетъ полноты опред леній, ибо обычай до- |
вольно еще кр покъ, чтобы служить главною основою жизни.
Но за недостаткомъ данныхъ мы, разумеется, не можемъ про^
никнуть въ эту Фактическую сторону учрежденія. Поэтому
намъ остается только дополнить эти постановленія н которьши
поздн йшими изв стіями, которыя содержатся въ духовныхъ
и договорныхъ грамотахъ великихъ и уд льныхъ князей.
Изъ этихъ памятниковъ мы видимъ, что холопы разд лялись
на большихъ и меньшихъ ^ ; первые были приказные люди —•
2

ключники, посельскіе, старосты, тіуны, дьяки, казначеи ). Это
были княжескіе дворовые люди, управлявшіе д лами князя, ко­
торыя впрочемъ не отличались отъ д лъ общественныхъ. Ме­
жду этими приказными людьми могли быть и не холопы, но во
всякомъ случа

они состояли въ т сной зависимости отъ го­

сподина, и не пользовались правами свободныхъ людей* Такъ
въ духовной грамот

князя Владиміра Андреевича3) мы чита-

емъ: «а что мои ключники некупленые, а покупали деревни
за моимъ ключемъ, сами ключники д темъ моемъ не надоб , а
деревни ихъ д темъ моемъ, во чьемъ будутъ уд ле». — Зд сь
не сказано, что они отпускаются на волю, сл дственно они не
были холопы; но мы знаемъ, что должность сельскаго ключни- \
ка была одна изъ т хъ, которыя свободнаго челов ка д лали |
холопомъ, если онъ принималъ ее безъ особеннаго уговора. Г
Въ числ

обыкновенныхъ холоповъ вычисляются люди полные,

купленные, грамотные (подъ которыми разум лись и дареные),
приданые", доставшіеся за долгъ (въвин ), наконецъ кабаль*) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, Ж 83.
я
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, J\£ J№ 25, 30, 86, 96 и др.
3
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, <ft£ 40.

14

158
ные, о которыхъ будетъ говорено ниже 1 ). Н которые изъ
! втихъ холоповъ были посажены на оброкъ, и назывались об; рочниками 2 ), другіе работали на господина и назывались д лоІ выми людьми 3 ). Холопы сажались и на земли; встр чаются
\ ц лыя сёла7заселенньія ими 4 ). Были также кр постные пчеj ловоды (бортники) 5 ); но вообще сельское народонаселеніе со1 стояло изъ свободныхъ крестьянъ , между которыми, только
\ какъ исключеніе, сажались холопы. Посл дніе большею частью
принадлежали къ личной пдшслуг

князей и другихъ лицъ, къ

ихъ дворовьшъ людямъ. Въ н которыхъ духовныхъ грамотахъ
высчитывается множество дворовыхъ должностей, занятыхъ
холопами. Такъ напр. князь Иванъ Юрьевичъ Патрикеевичъ
д литъ между своими насл дниками 429 челов къ дворовыхъ
людей, большею частью съ женами и съ д тьми, кром

25 по-

именованныхъ и другихъ не поименованныхъ, которыхъ онъ
отпускаетъ на волю. Въ числ этихъ людей упоминаются-стр лки, трубники, бронники, конюхи, псари, сокольники, утятни­
ки, садовники, огородники, хл бники, повара, пщщжщ, исто­
пники, мельники, серебряныхъ д лъ мастера, наконецъ дьяки.
Изъ числа 429 челов къ семеро передаются съ землею 6 ). Изъ
*) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, №<№ 25, 39, 41, 82,112,121 и 147.
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, «Л? 21.
3
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, Ж 25. Д ловыя деревни, Ж 121,
и 144.
4
) «А што мое село Пересдавичи въ твоемъ уд ле, а сидятъ въ
немъ мои холопы Шипиловы». Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, «Л^ 127.
5
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, Ж 21.
б
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, сЛ^ 130. Въ этой и другихъ грамо­
тахъ упоминаются между холопами страдники или страдные люди; но
трудно сказать, что они были. Въ н которыхъ поздн йшихъ памятникахъ слово «страда» принимается, какъ однозначительное съ слок т ы
вомъ «работа» О
Юрид. Ж 193, 194, 201). Сл дственно это
были рабочіе люди, можетъ быть, кр постные поселяне, также какъ
и д ловые люди, ибо страдники жили въ селахъ (Собр. Госуд. Граа

159
этого видно, что бояре наши окружены были многочисленною
дворнею, которая сл доваяа за ними въ ихъ пере здахъ и при­
давала имъ могущество и значеніе. Такъ кіевскій бояринъ Родіонъ Несторовичъ, пере хавши въ Москву при Калит , привелъ, съ собою 1 7 0 0 челов къ дворни. Не вс впрочемъ были
кр постные, ибо въ чиел ихъ находились княжата и д ти боярскіе. Но во всякомъ случа несомн нно стремленіе образо­
вать себ многочисленную дворню изъ холоповъ. Они, кром
личиаго услуженія, д лали все нужное для господина, они же
следовали за нимъ и въ войн . «Кто кому служитъ, тотъ съ
своимъ осподаремъ и идетъ», это выраженіе встр чается во
многихъ договорныхъ грамотахъ между князьями *). Эти обя­
занности, эта личная принадлежность были в роятно причиною,
что съ нихъ не бралось дани, которой подлежали вс свобод­
ные слуги, переходившіе съ м ста на м сто. Въ договорахъ,
заключаемыхъ между князьями относительно^платежа дани, го­
ворится : «а на холоп хъ (иногда : на полныхъ холоп хъ) дани
2
не взяти, на которыхъ ключники ц луютъ» ). Ключники бы­
ли сл дственно главными начальниками холоповъ. Любопытно
впрочемъ, что это условіе встр чается только въ договорахъ
московскихъ князей съ тверскими; въ другихъ этого н тъ.
Какая этому причина, за недоетаткомъ изв стій невозможно
сказать.
мотъ, т. I, сЛ^* 83) и получали скотину отъ господина («Л^* 121). Они
см
преимущественно^ередъ другими отпускались на свободу С - также
ІС^ыПЙТрйд. стр. 440). Были также страдныя лошади (Акты Юрид.
стр. 448), страдныя земли (Акты Юрид. стр. 145, 431). Въ Русской
Правд* ст. 38 подъ заглавіемъ: «о сиротьемъ вырядк » говорится о
страд , получаемой женою съ дочерью по гривн на л то. Но изъ
вс хъ этихъ изв стій трудно составить себ объ этомъ выраженіи
точное понятіе. Не были ли страдныя земли т г которыя рбработыва- *
ІИСЬ
•
въпшьзудод щика?
«J Собр Госуд. Грамотъ, т. I, J\@ 54, 56, 60.
а
) Собр. Госуд. Грамотъ, «Л^ 28, 76, 88, 119.

460
Это стремленіе къ частному укр пленію было не только въ
боярахъ ж слугахъ, но еще въ большей степени въ князьяхъ.
Главный интересъ посл днихъ состоялъ въ примысл , въ покупк селъ, въ нріобр теніи подвластныхъ людей; будущее го­
сударственное могущество созидалось на основаиіи чаетнаго
пріобр тенія. Но понятно, что другіе князья старались противод йствовать этому стремленію; имъ непріятно было вид ть
укр пленіе за друпшъ княземъ людей, живущихъ въ ихъ уд л . Отсюда постоянное условіе, встр чающеесявъкняжескихъ
договорахъ: «а селъ ти въ моей отчин не купити и закладней ти въ моей отчин не держати». Иногда запрещается
держать и оброчниковъ, а въ н которыхъ договорахъ вс эти
условія распространяются и на бояръ другаго князя 1 ). Т же
условія встр чаются и во вс хъ договорахъ Новгорода съ
князьями 2 ). Князья, влад вшіе Москвою собща, обязывались
кром того не держать заложниковъ въ город 3 ) . Но какъ
скоро между князьями вспыхивала война, такъ эти условія
тотчасъ нарушались; каждый князь, вступившій въ чужую
область, старался захватить какъ можно бол е людей въ свою
власть. Не только пл нные обращались въ холопство, но и
самые жители занятой области укр плялись за княземъ и его
боярами. Они приводились къприсяг , отдавались на поруки,
укр плялись грамотами и заемными обязательствами, покупа­
лись ; однимъ словомъ: всякими средствами обращались въ
холопство или по крайней м р въ кабальную зависимость.
Однакоже, какъ скоро возстановлялся миръ, такъ об договаривающіяся стороны обязывались уничтожить эти насильст­
венные акты укр пленія. Такъ въ договорныхъ грамотахъ Нов0 Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, JW 27, 35, 45, 52, 56, 62, 70, 71,
73, 78, 92.
3
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, *№ 1—20.
3
J Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, <№ 35, 45, 71, 78.

^

461

города съ князьями читаемъ : «а что селъ или людей во время
распри зало жилось за князя, за княгиню, за д тей ихъ и бояръ, или если кто изъ нихъ села купилъ, то деньги свои взять
имъ назадъ, а села Новгороду»1). Или: «а которыхъ Новгородцевъ или Новоторжанъ князь Михайло или его бояре при­
вели къ присяг или отдали на поруки, или взяли на нихъ
грамоты, и ту присягу отм нить и поручительство свести и
грамоты отложить»2). Такія же уеловія находимъ и въдоговорахъ между князьями. Пл нниковъ обыкновенно князья обя­
зывались отпустить безъ окупа; т хъ же, которые уже про­
даны за границу или гд бы то ни было, выкупить и возвра­
тить 3 ). За т мъ сл довали условія о княжескихъ людяхъ;
они освобождались отъ всякой зависимости въ отношеніи къ
чужому князю: «а хто будетъ, брате, въ нашемъ нелюбіи твояхъ людей на поруц данъ или кабалы на нихъ или серебро
переведено, и мн съ т хъ поруки свести и кабалы отдати и
переведеное серебро». Н которыя же лица иногда исключа*
4
лисьизъ этого условіяи оставлялись за новымъ хозяиномъ ).
Князья требовали сл дственно только уничтоженія кр постныхъ актовъ, взятыхъ на ихъ собственныхъ людей или слугъ,
тогда какъ въ договорахъ съ Новгородцами это условіе рас­
пространялось на вс хъ жителей города. Оно подтверждалось
и въ т хъ между-княжескихъ договорахъ, которые касались
Новгорода и его области. Такъ напр. въ договор Дмитрія
Донскаго съ тверскимъ княземъ читаемъ : «а какъ еси взялъ
Торжокъ, и кто ти ся будетъ продалъ пословицею Новотор­
жанъ одернь, или будешь серебро на комъ далъ пословицею.
О Собр. Госуд.
Собр. Госуд.
3
Собр. Госуд.
54, 60, 66, 67.
4
) Собр. Госуд.

Грамотъ, т. I, J)£ 12.
Грамотъ, т. I, *№ 17.
Грамотъ, т. I, ,№ 47, также шМ 35, 48, 49, 52,
Грамотъ, т. I, «Л^ 60: «опроче Василья Вепрева».

І62

^

т хъ ти отпустяти по целованью, а грамоты дерноватый по-?
I драти» 1 ). Одерноватый холопъ значить холопъ полный, также
1
какъ и об льный.
Изложенныя условія княжеекихъ договоровъ показываютъ,
что пл нъ не могъ уже служить такимъ обильнымъ иеточникомъ рабства, какъ прежде. До этого времени пл нники посто­
янно обращались въ рабство, и притомъ не только въ войнахъ
съ иноплеменниками, но и въ междоусобіяхъ внутреннихъ.
Такъ наприм ръ Изяславъ Мстиславичъ въ 1149 г., опусто­
шивши съ Новгородцами Ростовскую землю, вывелъ оттуда
7000 пл нныхъ. Новгородцы, отразивши войска Боголюбч
скаго, набрали столько пл нныхъ, что продавали десять Суздальцевъ за гривну. Н которые, какъ сказано выше, прода. вались и за границу. Вообще безпрерывныя войны и междоусобія должны были страшно умножить количество рабовъ, и
\ хотя договорныя грамоты полагали этому н который пред лъ,
(но пл нные иностранцы по прежнему продолжали обращаться
| в ъ рабство. Съ Литвою до поздн йшихъ временъ не было полI наго обм на пл нныхъ по прекращеніи войны, некрещенные
же инородцы всегда считались законною добычею2)Въ договорахъ между князьями постановлялось условіе и о
выдач б глыхъ холоповъ. «Холопа, робу, должника, поручьника, б глеца, татя, розбойника по исправ выдати» 3 ). Въ
договорахъ Москвы съ Тверью предписывается хозяину, оты­
скавшему холопа или должника, поставить егонередъ княземъ,
передъ нам стшікомъ пли волостелемъ. Если холопъ захочетъ
тягаться съ господпномъ за свободу, а порукъ по иемъ не будетъ, то обвинить его и выдать господину. Если же господинъ
*) Собр. Госуд. Грамот-ь, т. I, Л^ 28,
а

) Си. диссертацію г. Лохвицкаго «О ил нныхъ по древнему русскому
праву».
3

3 Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, JW 43, 49 и множество другихъ.

463
уведетъ холопа самовольно, не поставивъ его передъ воло*
стелемъ, «въ томъ ему вина» 1 ). Впрочемъ не опред лено, ка­
кому онъ за это подвергался наказанію. Вообще для отысканія |
раба непряннмалось давности: «Суженое, положеное, даное, і
поручное, холопу, роб судъ отъ в ка» 2 ). Въ новгородскихъ
грамотахъ постановлялось кром того, чтобы судьи холопа
безь господина не судили; князь же обязывался не в рить хо­
лопу, который начнетъ доносить на хозяина.
Вотъ что мы знаемъ охолопахъ до второй половины ХУ з -.;
ка, т. е. до того времени, какъ образуется Московское госу- \
дарство. Варяжская дружина принесла къ намъ рабство со ве - *
ми его юридическими посл дствіями. Дружина основана была
на начал личности и свободнаго договора. Каждое лице им ло
только т обязанности, которыя оно добровольно принимало на
себя по взаимному условію съ другими, но каждое вм ст съ
т мъ им ло ц лью нажить себ какъ можно бол е добычи,
пріобр сти собственность, разширить свою власть, и т мъ
пріобр сти въ обществ значеніе и могущество. Этотъ характеръ сообщился и всему гражданскому быту того времени.
Другой общественной связи не было, кром той, которая осно-1
вывалась на договор свободныхъ лицъ или на личной зависи- \
мости отъ того или другаго лица. Ч мъ больше у отд льнаго
свободнаго челов ка было зависящихъ отъ него люден, т мъ
онъ становился могущественн е. Отсюда стремленіе богатыхъ ;
пріобр сти какъ можно бол е кр постныхъ, насиліемъ, обя- \
зательетвами, наконецъ об щаніемъ выгодъ, сопряженныхъ
съ служепіемъ богатому и сильному лицу. Отсюда съ другой
стороны стремленіе б дныхъ укр питься или заложиться за )
богатыхъ, которые могли доставить имъ и средства жизни и/
4

) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, Ж 28, 76, 88, 119.
*) Тамъ же, сЛ^ 28, 61, 62, 69.

164
\ защиту, необходимую во времена буйства я междоусобій. Препятствій къ этому стремленію не было ни какихъ; не было
; общественной власти, которая принимала бы свободу каждаго
\ подданнаго подъ свою защиту и покровительство, которая тре\ бовала быГотънего обязанностей не частныхъ, а общественншъ. Въ посл дствіи, когда возникло государство, явились
ограниченія этого выхода изъ подданства въ частную зависи­
мость, сначала для людей служилыхъ, а потомъ для тяглыхъ;
при Екатерин II посл довало наконедъ совершенное запрещеніе вступать въ кр постное состояніе1). Но въ то время, о
которомъ мы говоримъ, этихъ государственныхъ потребностей,
этого общественнаго подданства еще не было. Личность ивы/ текающее изъ нея частное право, служили кореннымъ нача; 4 ' f ломъ всего общественнаго быта, а господство частнаго права
1
| влекло за собою установленіе частной власти, частнаго под\ данства. Самые князья смотр ли на себя, какъ на частныхъ
I собственниковъ, и старались увеличить свое значеніе покуп­
ками, примыслами, личнымъ укр пленіемъ людей за собою.
Тоже самое д лали и бояре, то же д лалъ и всякій челов къ,
ибо не существовало никакихъ ограниченій относительно влад нія рабами; ихъ могъ им ть и купецъ и крестьяшшъ и всякій
свободный челов къ. На это было, какъ мы вид ли, множество
^/средствъ; всякое обязательство могда.вести къ укр пленію, ?
V \что опять вытекало изъ коренныхъ оеновъ тогдашняго быта. *
I При развитіи начала общественнаго, власть сосредоточивается
въ рукахъ государства или т хъ лицъ и сословій, которымъ
/ она вручается государствомъ. Подданные же во взаимныхъ
^

4
) Въ посл дствіи мы увидимъ также и укр іиеніе, установленное
государствомъ, но уже на другихъ началахъ; это не частное укр плеігіе
лица за лицемъ, а власть, врученная правительствомъ одному_сословію,
и обязанности, налрженныя на другое. Объ этоиъ различіи будетъ по­
дробно сказано ниже.

165
обязательствахъ между собою соприкасаются только отд льными сторонами своей жизни, сохраняя независимость лица.
При такихъ условіяхъ переходъ отъ частнаго обязательства
къ господству невозможенъ, ибо между т мъ и другимъ лежитъ все различіе начала частнаго и начала общественнаго.
Этотъ переходъ возможенъ только тамъ, гд самое господство
считается д ломъ не общественнымъ, а частнымъ. Тамъ каж­
дое лиде стремится наложить свою власть на окружающую его
сФеру, и все, что приходить съ шшъ въ еоприкосновеніе, все,
чтовступаетъ в ъ н которую отъ него зависимость, чрезъ это
самое получаетъ уже возможность сд латься полною его собст­
венностью. Изъ лица зависимый челов къ д лается вещью,
ибо по частному праву между лицомъ и вещью н тъ такого
неизм римаго разстоянія; все различіе состоитъ въ болыпемъ
или меныпемъ подчиненіи. Только въ государств лице полу­
чаетъ полное свое значеніе, ибо тогда оно становится членомъ
общественнаго союза. Самымъ яркимъ выражеиіемъ этой част­
ной власти, этого господства лица надъ окружающею сФерою
было то, что н которыя зависимыя должности сами собою д лали челов ка рабомъ ; вступивши въ эту СФеру личнаго права,
онъ не могъ уже оставаться свободнымъ-. Такъ сильно было
значеніе частнаго лица въ гражданскомъ быту, такъ самое
общество признавало законность этого господства.
Но если съ одной стороны общество держалось на началахъ
частнаго права, если челов къ, не знавшій другихъ побужденій, кром личныхъ правъ и личнаго своего владычества, стре­
мился по возможности къ порабощенію всего окружающаго, къ
разширенію своей власти и своей собственности, къ превращенію свободныхъ лицъ въ принадлежащія ему вещи, то съ
другой стороны это етремленіе находило себ противод йствіе
въ начал совершенно противоположномъ, въ начал нравственно-религіозномъ. Рядомъ съ гражданскимъ обществомъ,

166
въ которомъ господствовало анархическое броженіе буйныхъ
среднев ковыхъ силъ, произволъ личности, стремящейся къ
Г преобладанію, стояла церковь, которая говорила, что челов къ
есть лице, а не вещь, и стремленію къ порабощенію противо­
полагала стремленіе къ освобожденію. Наставленія пастырей
смягчали суровые нравы воиновъ и д лали бол е сноснымъ
положеніе рабовъ, предоетавленныхъ законодательствомъ въ
полное распоряженіе господина. Такъ въ одномъ памятник
ХИв ка мы находимъ сл дующее поученіе: «Сиротъ домашнихъ не обидьте, но больше милуйте, голодомъ не морите, ни
наготою, потому что это домашніе твои нищіе. Нищій въ другомъ м ст себ выпросить, а рабы только въ твоей рук ;
милуйте своихъ рабовъ, п учите ихъ на спасеніе и покаяніе,
а старыхъ на свободу отпускайте... Если холопа своего или
рабу не кормишь и не обуваешь, и убьютъ ихъ у воровства, то
за кровь ихъ ты отв тишь. Ты какъ апостолъ въ дому своемъ :
научай грозою и ласкою. Если рабы и рабыни не слушаются,
по твоей вол не ходятъ, то лозы не жал й до шести ранъ и
до дв надцати, а если велика вина, то до 20 ранъ; если же
очень велика вина, то до 30 ранъ лозою, а больше 30 ранъ не
велимъ... Рабовъ, которыхъ возмешь съ собою въ походъ, че­
сти и люби, чтобъ они были теб въ обид и въ рати добрыми
помощниками» *). Въ другомъ памятник читаемъ сл дующее :
«Слухъ ми, господине, приходить», пишетъ Св. ІОСИФЪ ВОлоцкій одному вельмож , «что будто деи немилосердіе твое и
нежалованіе велико къ твоимъ рабомъ и сиротамъ домашнимъ,
т снота и скудость велика имъ т лесныхъ потребъ, пищею и
одеждою не токмо доволни, но и гладомъ таютъ и наготою
стражютъ, и сего ради азъ гр шный дерзнулъ теб воспомянути, моему господину, помянувъ твою в ру къ пречистой Бо*) Соловьевъ, Русская Исторія, т. Ш, стр. 101.

167
городици и къ намъ нищимъ великое твое жалованіе и любовь
о Христ .., И ты, господине, зри о семъ, како Божественное
ГІисаніе страшно претить и глаголеть : есть б да велика и
страшна и мученіе безконечное, еже не пекутся, ни им ютъ
печали о домашныхъ своихъ сиротахъ, но токмо д ломъ насилующе л ранами казняще, од аніа же и пища не дающе и гладомъ моряще, а душами ихъ не пекущеся еже о спасеніи, но
гордящеся и желающе суетнаго и тщетнаго житія, прелести
св та сего и не им я промышленіа сицеваго, ниже воспоминанаа, яко вси есми созданіе Господне, вси плоть едина
и вси м ромъ единьшъ помазани, и вси въ руц Господ­
ни, его же хощетъ, обнищеваетъ, и вс мъ стати предъ един мъ Царемъ страшнымъ на суд его на обьименн м ъ , яко
сицевыи властелины имуть мучимы быти въ в кы и преда­
ны имуть быти въ муку в чную. И ты, господине, Бога ра*
ди, побреги себя, понеже господине, и малое небреженіе великимъ б дамъ ходатайетвенно бываетъ; колми паче боятиея
подобаетъ страшнаго оного божественнаго прещенія къ немилостивымъ и немилосердымъ и воспоминати всегда подобаетъ
Христову запов дь евангельскую , глаголюще сице : якоже
хощете, да творятъ вамъ челов ци, и вы лмъ творите такоже благая; и блажени милостивіи, яко ти помилованы бу1
дутъ» ). Въ Домостро Сильвестра, который относится къ
XVI в ку, но котораго нравственныя правила безъ сомн нія
не были новостью, мы читаемъ: «А государи бы и государини людей своихъ: мужей и женъ и робятъ и всякихъ слугъ
жаловали, и кормили и поили и од вали, и въ тепл бы жили
и въ благоденств всегда». Дал е : «А если кто людей держитъ у себя не по сил и не по состоянію, и не удовольствуетъ ихъ пищею, питьемъ и одеждою, то они по невол начнутъ
О Допол. къ Акт.

Историч., т. I, JW 213.

468
предаваться порокамъ. И тому безумному государю отъ Бога
гр хъ, а отъ людей посм яніе, в самъ онъ оскуд етъ за ску­
дость ума». Домострой даетъ наставленія и относительно то­
го, какъ держать людей, и зд сь вдается даже въ самыя мелочныя подробности домашней жизни. Хорошаго слугу онъ
предписываетъ «пожаловати и добрьшъ словомъ привечати, и
есьти и пити подати и нужа его всякая иеполнити, а чево
безхитростно ИЛИ недогадкою, или неразуміемъ не гораздо сд лалъ, или попортилъ што, — и въ томъ словомъ наказати,
перёдъ вс ми — вс бы того береглися — и вины отдати. А
въ другіе и въ третіе проступить, или ленитца, и ино, по вин и по д лу смотря, по разсуженію наказати и побити: доб­
рому бы была честь, а худому наказаніе, и всему тому наукъ.
А государыня жоиокъ и д вокъ, въ своемъ обиход , тако же
сзираетъ и смечаетъ и наказуетъ тако же, какъ зд писано».
Любопытно сл дующее предписаніе: «Аще людемъ твоемъ
лучитца съ к мъ брань гд ни будь, и ты на своихъ брани; а
кручиновато д ло, и ты и ударь, хотя и твой правъ: т мъ
брань утолиши, такоже убытокъ и вражда не будетъ». Въ
этихъ наставленіяхъ проявляется начало той строгой домашней
власти, которая такъ сильно развита была въ древней Россіи,
Но Сильвестръ говоритъ, что онъ освободилъ своихъ рабовъ.
«Работныхъ своихъ вс хъ свободихъ и над лихъ, и ины окупихъ изъ работы и на свободу попущахъ. И вс т работные
наши свободны и добрыми домами живутъ, яко же видиши, и
молятъ за ны Бога и доброхотаютъ иамъ всегда, а кто забылъ
насъ, Богъ его проетитъ во всемъ. А ныи домочадцы наши
вс свободны, живутъ у насъ по своей воли» 1 ). При освобожденіи рабовъ, равно какъ и при продаж ихъ требовалось,
чтобы господинъ не бралъ занихъ бол е, нежели сколько они
*) См. Времеиникъ 1842 г,, кн. I, матеріялы, стр. 31 — 33, 49, 97,
109, 111.

169
стоили ему самому; ибо берущій лишекъ торгуетъ живыми
душами, «съ ними же предъ Богомъ стати есть». Кто съ отпускаемаго на свободу раба, сверхъц ны, которую онъ за него
далъ, беретъ изгойство (то-есть выходъ), тотъ «обр тается
продая кровь неповинную и взыщется милостыни. Милостивіи
бо помилованы будутъ. Аще кто хотя спасенія кается, да опять
дасть т мъ ихъ же обид лъ, а не тако — не быти прощену» ^ .
Такой поступокъ считался въ числ самыхъ тяжкихъ гр ховъ:
«всего же есть гор е изгойство взимати» 2 ). Самыхъ вольноотпущенныхъ, взгоевъ, церковь принимала подъ свое покрови­
тельство, какъ людей безпомощныхъ, не примкнувшихъ ни къ
одному изъ т хъ мелкихъ свободныхъ и кр поетныхъ союзовъ,
на которые разбивалось гражданское общество. «То люди цер­
ковный, богад лніи».
Безъ сомн нія эти правила, эти наставленія не оставались
безъ посл дствій. Должно однакоже сознаться, что на жизнь
они д йствовали мало, какъ видно изъ другихъ прим ровъ.
Тотъ же самый Сильвестръ въ своемъ Домостро наставляетъ
сына «всякаго неправеднаго собранія, и ростовъ и корчмы и
мыта и перевозовъ и мостовщины и всякаго лукавства не лю3
бити» ). Точно также и Кириллъ Б лозерскій въ начал X Y
в ка пишетъ къ князю Андрею Можайскому, чтобъ у него не
было корчемъ, ни мыта: «понеже, господине, куны неправедныя» 4 ). А между т мъ само законодательство установляло 20
процентовъ, какъ законный ростъ, п мы знаемъ, что корчмы,
мыты, перевозы и мостовщина въ древней Россіи встр чались
на каждомъ шагу. Жизнь такъ протявор чила этимъ нравственнымъ требованіямъ, что они не могли получпть въ ней
d

)
)
3
)
4
)
а

Архивъ Калачева, кн. 2, отд л. 6-го стр. 42.
Архивъ, кн. 1, статья Калачева объ изгояхъ, стр. 63.
Домострой, стр. 18.
Акты Истор., т. I, tM 16.

45

170
большую силу. Челов къ въ окружающей его сред не находилъ ееб нравственной опоры; все кругомъ него предавалось
разгулу, все стремилось къ пріобр тенію, къ порабощенінк
и самъ онъ невольно увлекался этими страстями и старался
увеличить свою силу и зпаченіе разширеніемъ своей власти,
порабощеніемъ окружающихъ его лицъ. Но посл буйной жиз­
ни наступала минута, когда утихали въ немъ движенія страсти,
ивс обуревавшіе его своекорыстные и честолюбивые помыслы
бл дн ли передъ открывающеюся перспективою в чности и за­
гробной жизни. Передъ смертью челов къ приходилъ въ себя,
; и тогда сильн е слышался ему нравственный голосъ, осуждав• шій житейскія его стремленія. Тогда онъ прощался съ міромъ,
над валъ на себя монашескую схиму, прощалъ долги, отпускалъ своихъ рабовъ. За стремленіемъ къ порабощенію сл довало противоположное стремление къ освобождению. Во всякомъ почти духовномъ зав щаніи того времени встр чаются
- распоряженія относительно отпущенія на волю рабовъ. Люди
безд тные обыкновенно освобождали ихъ вс хъ безъ исключенія, другіе оставляли часть своимъ д тямъ, а остальныхъ
отпускали на волю, н которые же, хотя р дко, и при смерти
не думали разкр пить то, что укр пили при жизни 1 ). Пре­
имущественно передъ другими отпускались люди приказные,
т , которые пользовались наибольшею дов ренностью и ока­
зали наибол е услугъ. Н которые отпускались на волю и съ
2
землею ), но разум ется это было исключен!е, ибо холопы
принадлежали больше къ личной прислуг хозяина. Иногда
отпускаемымъ рабамъ давались н которые пожитки 3 ) . Встр чаютея и условныя отпускныя, наприм ръ въ случа смерти
4

) См. духовныя
частныхт» дицъ въ
2
) Собр. Госуд.
3
) Акты Юрид.,

князей въ I т. Собр. Госуд. Грамотъ и духовиыя
Акт. Юрид.
Грамотъ, т. I, JH* 130.
JP 417, 419, 420, 421, 425.

471
д тей, или если д тей не будетъ 1 ), или посл изв стнаго
числа л тъ службы у насл дниковъ, иногда же до ихъ смер­
т и 2 ) , или посл смерти хозяина, если при жизни еще дава­
лась рабу отд льная отпускная 3 ), или за деньги 4 ). Иногда
же передаваемому въ насл дство холопу предоставлялось на
волю остаться въ холопств или заплатить опред ленное ко­
личество денегъ и получить свободу5). Обыкновенно мужья,
отпуская людей своихъ на волю, оставляли женамъ т хъ изъ
нихъ, которые находились въ брачномъ союз (см шались) съ
ея рабынями 6 ). Но нер дко освобождался мужъ, а жена оста­
валась кр постною, и наоборотъ освобождались жена и д ти,
а мужъ оставался рабомъ, или же освобождались д ти безъ
родителей или родители безъ д тей 7 ). Это показываетъ, что
въ то время не слишкомъ смотр ли на святость семейныхъ
узъ. Вообще духовная память была устроеніемъ души умирающаго 8 ). Эти раепоряженія—отпущеніе долговъ, освобожденіе
кр постныхъ, были посл днимъ долгомъ, который исполнялъ
христіянинъ при прощаніи съ міромъ.
Такимъ образомъ стремленіе каждаго лица къ порабощенію
другихъ встр чало себ противод йствіе въ нравственно-религіозномъ начал . То, чего челов къ старался достигнуть
въ продолженіи всей жизни, въ чемъ онъ полагалъ свою силу
и свое значеніе, то отрицалось при смерти. А д ти, получив­
ши уменьшенное насл діе, снова стремились къ стяжанію и
порабощенію, снова пополняли пріобр тенньши рабами м ста
О
*}
3
3
*)
б
)
6
)
7
)
8
)

Акты
Акты
Акты
Акты
Акты
Акты
Акты
Акты

Юрид.,
Юрид.,
Юрид.,
Юрид.,
Юрид.,
Юрид.,
Юрид.,
Юрид.,

еЛГ 409, I, 413.
Ж 420.
Ж 409, X, JP 406.
Ж 414.
Ж 410.
JP 418, 420.
JP 409, I, 410, 420.
Ж 421.

472
т хъ, которые были отпущены на волю отцомъ, и сами въ свою
очередь, прощаясь съ жизнью, отпускали ихъ на волю, и от­
рицали свою прошедшую д ятельность. Это было в нное дви^
женіе отъ одной противоположности къ другой, отъ корыстнаго житейскаго стяжанія, посягающаго на челов ческую сво­
боду, къ высоконравственной ц ли, отрицающей всякіе личные
интересы. Эти р зкіе скачки отъ одной крайности въ другую,
это в чное колебагтіе между двумя противоположными стремленіями составляютъ характеристическую черту среднев ковой жизни, какъ въ Россіи, такъ и на Запад . «Юный народъ,
при сильномъ кип ніи страстей, при отеутствіи т хъ сдержекъ, которыя могутъ выработаться обществомъ только посл
долгой государственной жизни, юный народъ увлекался часто
къ нарушенію нравственныхъ законовъ, но таже самая сила
молодости давала лучдшмъ природамъ средства, когда разда­
лись слова спасенія, съ неудержимымъ могуществомъ стре­
миться въ другую лучшую сФеру, и являть подвигъ добра,
подвигъ силы нравственной подл подвига силы матеріяльной,
подл д ла насилія; таже самая сила молодости, которая съ
неудержимою стремительностью влекла къ паденію, таже са­
мая сила помогала челов ку встать посл паденія и загладить
дурныя д ла подвигомъ покаянія... Сильны были бол зни въ
неустроенномъ юномъ т л ; но благодаря этой юности, силь­
ны были и протйвод йствія этимъ бол знямъ, охранявшія т ло
отъ разрушенія: какъ сильны были нравственные безпорядки,
какъ часты были насилія, такъ же сильны были и подвиги
нравственные лучшлхъ людей, такъ же сильна была борьба
ихъ съ страстями, съ требованіями матеріяльной природы,
такъ же велики лишенія, которьшъ они подвергались во имя
природы нравственной, чтобъ дать ей торжество надъ матеріялыюю. На встр чу богатырю, гордому своею веществен­
ною силою, безнаказанно дающему волю страстямъ своимъ, вы-

173
ходилъ другой богатырь, ополченный нравственною силою,
величіемъ нравственнаго подвига, славою торжества духа надъ
плотью—выходилъ монахъ, и въ борьб этихъ двухъ бога­
тырей юное общество было на сторон втораго, ибо хорошо
понимало, что его подвигъ выше, трудн е, и этимъ сочувствіемъ заставляло перваго богатыря признавать себя поб жденнымъ, снимать свой жел зный панцырь, и просить другаго
бол е почетнаго—мантіи монашеской» 1 ).
Такова была эта среднев ковая жизнь, вся слагавшаяся изъ
крайностей и противор чій!
Это стремленіе личности къ разширенію своей власти, къ
норабощенію окружающей среды, встр чало себ препятствіе
и въ другомъ явленіи. На Запад народонаселеніе было ос длое; дружинники ус лись въ своихъ замкахъ, вступили съ
ленными влад льцами и королями въ договоры насл дственные, и пріобр ли такимъ образомъ значеніе поземельное.
Всл дствіе этого личная зависимость распространилась тамъ и
на жителей земли. Виланы также, какъ и рыцари, заключалисъ земдевлад льцами договоры прочные и постоянные; всту­
пая къ шшъ въ насл дственную зависимость, они сами собою ,
укр пились къ земл . На Запад вліяніе лица на поземе ль- )
ное его влад ніе было такъ сильно, что во многихъ среднев ковыхъ законодательствахъ существовало правило: воздухъ
д лаетъ кр постнымъ OLuft macht eigen). Проживши годъ со
днемъ на влад ніяхъ изв стнаго лица, подышавши лринадлежавшимъ ему воздухомъ, поселянинъ черезъ это уже вступалъ
къ нему въ кр постную зависимость, точно также, какъ про­
живши годъ со днемъ въ ст нахъ города, онъ д лался горожаниномъ и пріобр талъ городскія права. У насъ не было ничего
подобнаго: дружина была кочевая; князья поздно получили
4

) Соловьевъ: Древняя Россія, въ гЛ^ I «Русскаго В стника».

174
ос длость, а бояре и слуги постоянно пере зжали съ м ста
на м сто, заключая съ князьями договоры временные, а не
насл дствешше, такъ что поземельнаго значенія они пріобр сти не могли. Этотъ же кочевой^характеръ сообщился и
всему народонаселенію; крестьяне переходили съ м ста на
м сто, пзъ одного селенія въ другое, изъ одного княжества
въ другое, и заключаемые ими договоры никогда не им лп
насл дственнагр характера. Потому власть лица распростра­
нялась только на среду, окружавшую егчГлично, а не на жиI телей Тёмли; стремленіе къ порабощенію находило себ пре-..
д лъ и противод ііствіе въ етремлеши къ кочеванію. Поэтому
\ сіуяГёбныя должности, личная зависимость могли д лать челоI в ка холопомъ, но позезіельныя отиошенія оставляли его сво\ боднымъ.
Свободный переходъ крестьянъ — повсем стиое явлеіііе въ
древней Россіи. Во вс хъ жалованпыхъ грамотахъ духовен­
ству, монастырямъ и частнымъ лнцамъ, встр чаются выраженія: « Кого перезоветъ къ себ жить». Иногда и въ княжескихъ договорахъ постановлялось : «а бояромъ и д темъ боярскпмъ и слугамъ и христіяномъ межъ насъ волныдгь воля» ' j .
Въ духовной грамот Владиміра Андреевича чптаезіъ : «Сына
князя Ивана благословляю, на стар йшій путь ему въ МосквГ.
и въ станахъ конюшій путь, бортники, садовники, псари, бобровники, бараши и д люи; а кто изъ нихъ не захочетъ жить
на т хъ земляхъ, тотъ земли лишенъ, пойди прочь, а сами
сыну князю Ивану не надобны, на которыхъ н тъ грамоты пол­
ной, а земли ихъ сыну князю Ивану». И дал е: « А кто будетъ
подъ дворскимъ слугъ, (т. е. дворцовыхъ крестьянъ и дворовыхъ людей), т хъ д ти мои промежъ себя не пришшаютъ,
ни отъ сотниковъ (то-есть черныхъ крестьянъ), а кто изъ
*) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, t№ 127, договоръ рязанскихъ князей.

и;;
нихъ выдетъ изъ уд ловъ д тей моихъ и княгини моей, тотъ
земли лишенъ, а земли ихъ сыну моему, чей будетъ уд лъ» 1 ).
Зд сь видны и н которыя ограниченія перехода, о которыхъ
будетъ говорено ниже. Но вообще свобода лица и свобода от­
хода остаются неприкосновенными. Только въ Новгород ,
в роятно всл дствіе большей ос длости народонаселенія, яв­
ляются и бол е зависимыя отношенія крестьянъ отъ господъ.
Половникъ въ н которыхъ случаяхъ сравнивается съ холопомъ. Такъвъ договорахъ съ князьями постановляется: «а хо­
лопа и половника безъ осподаря не судптп» 2 ). Еще важн е
то, что въ договор съ Тверью 1307 года положено б глыхъ
холоповъ и половниковъ выдавать обратно 3 ) . Въ Новгород
сл дственно, въ вольной общин , крестьяне не пользовались
такою свободою, какъ въ остальныхъ русскихъ областяхъ ;
поземелыіыя отношенія ближе подходили къ отношеніямъ кр постнымъ. Въ Псков же, какъ видно пзъ псковской судной
грамоты, этоіі зависимости не было ; крестьяне сохраняли пол­
ную свободу it считались вольными наемниками.
Ограниченія перехода, которыя мы вид ли въ духовной гращьт Владиміра Андреевича, и которыя повторяются во мно•"Же-ств договорныхъ и жалованныхъ грамотъ того времени,
возникли изъ поземельнаго значенія князей. Дружина, какъ
сказано, была кочевая; бояре п слуги пере зжали съ м ста
на м сто. Тоже самое д лали и крестьяне ; это былодсе^бщеа
броженіе по всей Русской земл . Князья первые сд лались Гу
ос длыми, и они-то стали собирателями земли, а въ посл д- Q
ствіи созидателями государства. Понятно, что вотчинникъ, ! ,
им вшій значеніе поземельное, старался удержать у себя поселенныхъ на земл его хл бопашцевъ и перезвать къ ее') Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, J№ 40.
а) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, ^ 6, 7, 8, 10.
3
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, <№ 10.

176
б новыхъ поселенцевъ, об щая ямъ веевозможныя льготы 1 ).
Они платили ему подати, оброки, несли повинности за влад ніе землею, а въ этомъ состояла его сила. Но при бдодячемъ
ддух на^одонаселешя удержать ихъ было невозможно. Земля
1 по своей обширности им ла для нихъ слишкомъ мало значеІнія, и не могла служить кр пкимъ звеномъ между хозяиномъ
;и поселенцемъ. Холопство было личное, а не поземельное;
| личныя отношенія могли установить прочную зависимость, поI земельныя же всегда им ли характеръ временный. Съ другой
стороны не возможно было въ то время и запретить переходъ.
Такая м ра могла быть только д йствіемъ государственной
власти, а государство еще не возникало. Князья были соб­
ственно влад льцы земли, а подданныхъ у нихъ не было, ибо
каждый свободно покидалъ одно княжество и переходилъ въ
другое, вступая въ добровольныя сд лки съ хозяевами т хъ
/ земель, на которыхъ онъ поселялся. Поэтому прямыми м рами не возможно было д йствовать; оставалось употребить м ры косвенныя, и д йствительно князья старались ограничить
свободу перехода, обязывая другихъ князей и землевлад льцевъ не принимать уходящихъ съ земель ихъ крестьянъ. Это
относилось въ особенности къ людямъ тяглымъ, то - есть
т мъ, которые поселены были на земляхъ, принадлежавшихъ
князю, и несли разныя подати и повинности въ его пользу.
Крестьяне же, поселенные на земляхъ духовенства и елужилыхъ людей, им ли непосредственный обязанности къ своимъ
і землевлад льцамъ; они мен е первыхъ платили податей кня' зю, а иногда и вовсе освобождались отъ княжескихъ повин; ностеи, почему естественно князья мен е дорожили ими, не- ,
же ли первыми.
Князья впрочемъ р дко договаривались между собою не при­
нимать крестьянъ изъ чужаго княжества. Это условіе встр 4

) См. Допоін. къ Акт. Историч. т. I, Ж 8.

177
чается только между князьями московскими, которые вм ст
влад ли Москвою и вм ст блюли живущихъ въ ея у зд черныхъ людей и дворцовыхъ крестьянъ. Въ этихъ договорахъ
встр чается постоянное условіе: «а который слуги потяг ли
къ дворьскому, а черный люди къ сотникомъ, тыхъ ны въ слу­
жбу не пришшати» 1 ), или, какъ обыкновенно говорится въ поздн йшихъ договорахъ, просто : «т хъ намъ не приаимати» 2 ).
Иногда къ этому присоединяется запрещеніе покупать ихъ зе­
мли 3 ). Кажется, что условія о непринятіи въ службу инепокупк земель им ли м сто при неразд льности влад нія; ко­
гда же участки въ Москв разд лялись между князьями, то­
гда посл дніе уговаривались не принимать крестьянъ изъ одно­
го участка въ другой. Въ первомъ случа постановленіе ра­
спространялось и на купечество 4 ). Эти условія не уничтожали |
однако свободы крестьянъ; сос дній землевлад лецъ могъ не |
принимать ихъ на свою землю, но они всегда им ли право уй- )
дти въ другое княжество. Это очевидно изъ приведенной выше
духовной грамоты Владиміра Андреевича, въ которой онъ запрещаетъ сыновьямъ своимъ принимать крестьянъ изъ одного
уд ла въ другой, а между т мъ говорить, что крестьянинъ воленъ уйдти куда хочетъ, но подъ условіемъ потери земли.
Владиміръ Андреевичъ былъ тоже участникъ въ Московскомъ
уд л ; въ друглхъ княжествахъ такихъ условій не встр чается. Въдоговор рязанскихъ князей прямо сказано : «ахристіяномъ межъ насъ волнымъ воля». Въ договорахъ между
князьями различныхъ уд ловъ въ зам нъ этого ограниченія
перехода всегда включалось условіе о выдач холоповъ, рабовъ, разбойниковъ и проч., чего наоборотъ н тъ въ догово*)
)
8
)
*)
3

Собр.
Собр.
Собр.
Собр.

Госуд.
Госул.
Госуд.
Госуд.

Грамотъ,
Грамотъ,
Грамотъ,
Грамотъ,

т.
т.
т.
т.

1,
I,
I,
I,

Ж
Ж
Ж
Ж

27,
35,
33,
33,

33.
45, 71, 78, 84, 95.
95.
95.

178
рахъ между московскими князьями. Только въдоговор 1472г.
между Иваномъ III и братомъ его Андреемъ Углицкимъ *)
встр чаются оба условія вм ст , но первое относится соб­
ственно къ Москв , въ которой Андрей Васильевичъ былъ
участникомъ, а второе къ уд лу. Вь договорахъ 1473 и 81
годовъ между т ми же князьями2) перваго условія уже н тъ,
и съ т хъ поръ оно больше не встр чается. Власть великаго
князя усилилась и участки уд льныхъ князей въ Москв и въ
окрестныхъ городахъ отошли къ нему; Андрей Васильевичъ
сохранилъ только право изв стное время держать въ Москв
своего нам стника для суда. Въ договор великаго князя Василья Васильевича съ Шемякою встр чается также постажм
вленіе, чтобы посл дній данныхъ людей съ Б жецкаго-Верха
не лришшалъ3). Но Б жецкій-Верхъ былъ областью новго­
родскою, Новгородцы же постоянно договаривались съ князь­
ями, чтобы посл дніе не выводили людей въ свое княженіе,
ни изъ Б жецкаго-Верха, ни изъ другихъ волостей новгородскихъ 4 ). Въ договорахъ между Москвою и Тверью или Ря­
занью также включалось условіе : «а вывода и рубежа межи
себя не замышляти»5). Но выводъ означалъ насильственное
завлад ніе людьми, также какъ рубежъ значилъ насильствен­
ное завлад ніе имуществомъ, за что виновные выдавались по
розыску.
О Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, <№ 95.
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, J ^ 99, 106.
3
J Собр. Госуд. Грамотт», т. I, JH* 60. Что касается до упрека, ко­
торый духовенство д лаетъ Шемяк въ своеиъ посданіи (Акт. Ист.
т. I, J№ 40) въ томъ, что онъ лерезываетъ къ себ людей великаго
князя, то и это относится къ Москв , которую оба князя обязыва­
лись держать по старин .
4
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, «Л^ 1, 3, 5, 6, 7, 8, 9.
5
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, № 28, 32, 36, 48, 76, 88. Срав.
чМ 14: «а силою ти гостя въ Тф рь не переимати».
2

179
Такія же ограничешя встр чаются и въ жадованныгь грамотахъ духовенству и служилымъ людямъ. Движимые духомъ
благочестія, князья одарили церковь многочисленными земля^
ми, и жаловали монастырямъ и духовенству разныя льготь^І
и нривилегіи, какъ для нихъ самихъ, такъ и для крестьянъд!
поселенныхъ на ихъ земляхъ. Но понятно, что при такихъ
значительныхъ преимуществахъ сос дніе крестьяне должны
были массами переселяться въ церковныя им нія, а необходимымъ сл дствіемъ такого переселенія было уменьшеніе княжескихъ доходовъ. Для изб жанія этого князья давали льгот­
ный грамоты условно ; обыкновенно льготы распространялись
только на три разряда крестьянъ: 1) на старожильцевъ, либо
уже сидящихъ на земл , либо ушедшихъ на другія м ста, если
они возвратятся вновь; 2) на людей купленныхъ (или окупленныхъ), и посаженныхъ на земли; 3) на людей перезванныхъ
изъ другихъ княжествъ, а не изъ вотчины того князя или той
княгини, которые даровали грамоту. При всемъ томъ общаго
правила не было : иногда льготы даровались однимъ старожиль 1
2
дамъ ), или однимъ людямъ купленнымъ ), или однимъ пе3
резваннымъ изъ другихъ княжествъ ) 3 иногда же т мъ и другимъ вм ст — старожильцамъ, и перезваняымъ4), куплен­
5
нымъ и перезваннымъ ), или старожильцамъ, купленнымъ и
6
перезваннымъ ). На это закона не было, ибо все завис ло отъ
благораспололоженія князя; это былъ частный подарокъ, при
О Акты Археогр. Эксп., т. I, сЛі1 38, 131.
) Акты Археогр. Эксп., т. I, <№ 52.
3
) Акты Историч., т. I, *№ 36, 88, 108. Акты Археогр. Эксп.,
<№ 17, 19, 28, 41. Допод. къ Акт. История., т. I, JH* 208.
*) Акты Историч., т. I, «Л^* 25, 73. Акты Археогр. Эксп., т. I,
J№ 23, 31, 39, 51, 56, 60. Допол. въ Акт. Историч., т. I, <№ 17.
5
) Акты Историч., т. I, t№ 28. Акты Археогр. Эксп., т. I, t№ 31.
в
) Акты Археогр. Эксп., т. I, *Л^ 53. Дополн. къАкт. Историч.,
т. I, сЛ^ 193.
2

480
которомъ можно было давать бол е или мен е льготъ. Нер дко
одинъ и тотъ же князь одному и тому же монастырю на разныя
деревни давалъ льготныя грамоты совершенно различнаго содержанія 1 ). Поэтому и права были чрезвычайно разнообразны:
одни получали освобожденіе отъ н которыхъ податей, другіе
отъ вс хъ, одни на одинъ срокъ, другіе на другой, а третьи
на безсрочное время. Иногда старожильцы, наприм ръ, осво­
бождались отъ податей на пять л тъ, а перезванные изъ другихъ княжествъ на десять; иногда старожильцы и перезван­
ные изъ того же княжества освобождались на три года, а перезванные изъ другихъ на десять 2 ); наконецъ есть грамоты,
въ которыхъ инокняженцы освобождаются на двадцать л тъ,
призванные изъ того же княжества нетяглые люди на десять,
а тяглыхъ принимать не вел н о 3 ) . Это посл днее условіе въ
различныхъ Формахъ встр чается во многихъ жалованныхъ
грамотахъ. Иногда предписывается: «людей моихъ великаго
князя не принимать» 4 ), или: «не принимать тутошныхъ становыхъ и волостныхъ людей», сл довательно съ ограничені5
емъ изв стною м стностью ); иногда же : не принимать тяг-?
лыхъ людей, которые называются также данными отъ плате­
жа дани, письменными отъ переписи, и еытными отъ тяглыхъ
земельныхъ участковъ, которыми они влад ли 6 ) . Въ одной
грамот на деревню, населенную рыболовами, запрещено при­
7
нимать съ Углича рыбаковъ великаго князя ). Но во множестд жалованныхъ грамотъ н тъ р шительно шшакихъ огра0 Напр. Акты Историч., т. I, <М 83, 87, 88.
3
) Акты Археогр. Эксп. т. I, JW 18, 21.
3
) Акты Археогр. Эксп. т. I, J№ 102.
4
) Акты Историч., т. I, J)/= 87.
5
) Акты Археогр. Эксп., т. I. Ж 17, 20.
6
) Акты Историч., т. I, гМ 88. Акты Археогр. Эксп., т. I, J^* 4,
60, 88, 385.
7
) Акты Археогр. Эксп., т. I, <№ 43.

184
ннченій; льготы даруются людямъ, «кто иметъ или учнетъ
жити на т хъ земляхъ», или «кого къ себ игуменъ зоветъ»,
или «кого посадить на той земл » 1 ). Это было д ло сове*
ршенно случайное, въ которомъ правительствеиныхъ видовъ
и распоряжен'й никакихъ не было. Встр чается даже условіе,
чтобы не только на церковныя земли не принимать лвдей изъ
великаго княжества, но и въ уд лъ великаго князя не прини­
мать людей съ церковной земли2).
Такія же льготныя грамоты, съ столь же различньшъ содержаніемъ давались и частньгаъ людямъ ; зд сь также осво­
бождались отъ податей и повинностей или просто люди «кто
учнетъ жити» на ихъ земл , или купленные, старожильцы и
призванные изъ другихъ княжествъ, или наконецъ «кто перезоветъ неписьменныхъ людей»3). Не только князья, ной
духовныя власти и даже частныя лица давали подобныя гра­
моты съ ограниченіемъ перехода крестьянъ. Въ 14.50 году
митрополитъ Іона далъ грамоту Андрею А анасьеву, «что
с лъ на своей купл , на Голямовской пустоши, въ волости
пречистые Богородици и въ моей въ Романовскомъ: и кого
Андрей на ту пустошъ къ себ перезоветъ людей изъ иныхъ
княженей» а не изъ волости ни изъ селъ пречиетыа Богоро­
дици, и т мъ людемъ пришлымъ не надоб съ моими хриетіяны съ волостными тянути ни въ какое д ло... а которой
христіянинъ волостной Романовецъ, или изъ села изъ цер­
ковного, выидетъ за рубежъ, а хотя ити къ Андрею на ту
пустошъ, и Андрею т хъ христіянъ волостныхъ ни сельчанъ
О Акты Историч., т. I, J@ 13, 15, 83, 106, 131. Акты Археогр.
Эксп., т. I, Л*75, 88, 122, 136, 158, 164, 171, 208. Допол. къ Акт.
История., т. I. сЛ£* 27.
• *Э Описаніе Госуд. Архива старыхъ д лъ, стр. 213.
8
) Акты Историч., т. I, Ж 115. Дополн. къ Акт. Историч., т. I,
ЛИ* 36. Акты Археогр. Эксп., т. I, Ж Ш , 120, 132, 163, 371, 374,
379.

46

182
церковныхъ не пришшати» 1 ). Зд сь видно стремленіе къ образованію такого же іерархическаго порядка землевлад льцевъ,
какъ въ Феодальномъ мір на Запад . Духовное лице, мона­
стырь получаютъ отъ князя земли, а вм ст съ т мъ ы соединенныя съ ними права и льготы, сами же они въ свою очередь
передаютъ эти права и льготы людямъ, которые поселяются на
ихъ земл и черезъ это д лаются отъ нихъ зависимыми. Но у
насъ, всл дствіе всеобщаго разъединенія и кочеванія, этотъ
порядокъ никогда не могъ получить такой опред ленности, какъ
на Запад . Еще любопытн е данная грамота новгородскаго по­
садника Василія Степановича П нежскому монастырю, въ ко­
торую включено условіе : «а игумену половниковъ посадиицихъ
Васильевыхъ ни отхожихъ людей не пришшати 2 )». Изъ этого
іочевидно, что вс эти ограниченія перехода были д ломъ со­
вершенно частнымъ {ъто было условіе, заключаемое между н | которыми землевлад льцами, и свобода крестьянина черезъ это
не нарушалась.
""""'
Съ образованіемъ Московскаго государства изчезли, разу/м ется, вс ограниченія перехода крестьянъ изъ одного кня­
жества въ другое. Въ большей части жалованныхъ грамотъ поздн йшаго періода употребляется выраженіе: «кто учнетъ жи3
ти людей )» безъ другихъ условій; только относительно тяглыхъ людей встр чаются постановленія, о которыхъ мы ска] жемъ посл . Н ^ ъ ж а ж т и н ь і Л . Г . ^ ка являются ограничения
иного рода, —именно олред лете срока, въ который кресть­
яне могутъ переходить отъ одного землевлад льца къ другому.
Ло изданія Судебника 1497 года вс подобнаго рода ограниченія встр чаются единственно въ жалованныхъ грамотахъ,
*) Акты Археогр. Эксп., т. I, J№ 45.
) Акты Юрид., т. I, сЛ^ 110, VI.
*) Акты Историч., т. I, J№ 163, 188, 21.7, 226. Акты Археогр.
Эксп. т. I, J№ 300, 329, 386. Дополн. къ Акт. Юрид., т. I, JP 130.
3

183

X

даиныхъ въ Б лозерскомъ княжеств монастырямъ КириллоБ лозерскому и ерапонтову, и въ первый разъ въ грамот
князя Михаила Андреевича Б лозерскаго около 1 4 5 0 года 1 ).
Грамота эта писана на имя едора Константиновича, в роятно
какого-нибудь боярина, которому пожалована была въ аренду
(въ путь) Волоцкая волость. Изъ словъ ея видно, что влад лецъ волости им лъ отъ князя жалованную грамоту, по кото­
рой волоцкому старост позволено было принимать въ волость
половниковъ
ерапонтова монастыря среди л та и всегда,* л
притомъ такъ, что половникъ серебряникъ 2 ), вышедшій изъ-за
. монастыря, обязаыъ былъ выплачивать последнему занятый капиталъ въ два года, безъ процентовъ. Игуменъ и братья жало­
вались князю на такія ст снительныя уеловія, и князь, уничтоживъ первую грамоту, далъ имъ новую, по которой запре­
щалось едору Константиновичу принимать къ себ монастырскихъ людей серебряниковъ. иначе, какъ около Юрьеза дня
осенняго (2 6 ноября), именно: за дв иед ли до Юрьева дня и
одну нед лю посл . Выходящій изъ деревни поселенецъ долженъ былъ въ то же время заплатить и занятыя деньги; т же
крестьяне, которые уже вышли, обязаны были дод лывать свое
д ло на занятое серебро, и представить по немъ поруки, а ко­
гда осень придетъ, тогда уплатить долгъ. Вм ст съ т мъ по­
зволено было игумену не выпускать изъ своихъ деревень се­
ребряниковъ отъ Юрьева дня до Юрьева дня. Это посл днее
постановленіе чрезвычайно важно. Хотя оно им ло въ виду
только исполиеніе срочной работы, для которой заняты были у
хозяина деньги, однакоже, не смотря на то, это первое закон*_) Акты Археогр. Эксл., т. I, «^* 48, I.
) Серебряникомъ назывался крестьянинъ, занявшій серебро или день­
ги у землевлад льца. Это д лалось весьма часто при поселеніи, ибо
крестьянинъ нуждался обыкновенно въ деньгахъ, чтобы обзавестись
новымъ хозяйствомъ, или расплатиться съ прежнимъ пом щикомъ.
2

184

'

ное ограниченіе полной свободы перехода. Зд сь не только запрещеніе принимать, которое не лишало крестьянина возмо­
жности уйдти, когда онъ хот л ъ ; зд сь является позволеніе:
невьшускать^ сл дственно прямо ограничивается свобода лица.
Но надобно зам тить, что въ этомъ не видно еще стремленій
государственныхъ; это — постановленіе частнаго права для
обезпечеиія исполиешяГ наемной работы, и притомъ въ вид
жлтованной грамоты отд льному монастырю.
Такую же грамоту далъ князь Михаилъ Андреевичъ и Ки*
рилло-Б лозерскому монастырю1). Она писана на Б лоозеро,
къ нам стнику, ко ве мъ вотчинникамъ и управителямъ. Зд еь
сказано, что игуменъ Кириллова монастыря жаловался князю
на то, что упомянутыя лица отказываютъ (то-есть перезываютъ) у него людей моиастырскихъ: серебряниковъ, половниковъ, рядовыхъ людей (наемниковъ) п юрьевскихъ не въ Юрь•евъ день, а н которыхъ въ Рождество Христово, другихъ же
около Петрова дня. Князь запрещаетъ отказывать серебряни­
ковъ, половниковъ и свободныхъ людей иначе, какъ щ> Юрьевъ день и съ уплатою серебра, игумену же дозволяетъ не вы­
пускать серебряника до Юрьева дня. Великій князь Василій
Васильевичъ, по присоединеніи къ Москв Б лозерской обла­
сти, подтвердилъ грамотою запрещеніе отказывать людей Ки­
риллова монастыря иначе, какъ въ Юрьевъ день, да нед лю
посл , но съ добавленіемъ, чтобы и игуменъ въ свою очередь
отказывалъ къ себ людей не иначе, какъ въ эти сроки 2 ). То­
же подтвердилъ и сынъ его, Андрей Васильевичъ Вологод3
скій ). Въ об ихъ грамотахъ сказано, что управители и вот­
чинники отказываютъ людей не въ Юрьевъ день; сл дственно
первыя грамоты нарушались постоянно. Притомъ въ посл д4

) Акты Археогр. Эксп., т. I, <№ 48. II.
) Акты Археогр. Эксп., т. I, *№ 48. III.
3
) Дополн, къ Акт. Историч., т. I, *№ 198,

2

48S
нихъ не дается игумену дозволенія не выпускать людей, а за­
прещается только другимъ отказывать нхъ не въ положенный
срокъ.
Изъ всего этого видно, что Кирилловъ монастырь и другіе (
ІІМ ЛІІ обыкновеніе нанимать:_крестьдд% да годовые сроки, отъ :
Юрьева дня до Юрьева дня, откуда взялось и названіе юрьев- ;
скихъ серебряниковъ. Срокъ этотъ былъ весьма удобный, ибо \
осенью оканчиваются вс сельскія работы; крестьяшшъ могъ
уже продать хл бъ и уплатить не только монастырскіе оброки,
но и взятыя въ ссуду деньги. Вообще гораздо выгодн е было,
чтобы крестьяиинъ отходилъ по окончаніи годоваго срока, не­
жели въ другое время, ибо тогда легче было сд лать разчетъ. /
Но изъ этихъ же грамотъ видно, что ^ ь е в ъ д е н ь . . далелаие...
былъ всеобщимъ, обычаемъ установленнымъ срокомъ для пе­
рехода крестьянъ, а что, напротивъ, не смотря даже на княжескія грамоты, многіе вотчинники перезывали ихъ къ себ во
всякое другое время. Въ этомъ уб ждаютъ насъ и дошедшія до
насъ иорядньія записи крестьянъ съземлевлад льцами. ВъЮридическихъ Актахъ н тъ ни одной, которая бы относилась къ
XV в ку; но для насъ одинаков значеніе им ютъ порядныя
XVI и даже начала XVII в ка, ибо обычай изм няется не ско-\
ро, особенно когда законодательство не только ему не противо- ft
д йствуетъ, а напротивъ утверждаете его законность. И такъ
изъ дошедшихъ до насъ порядныхъ мы можемъ вид ть, что при­
нятые обычаемъ сроки для переселенія крестьянъ и для плате­
жа оброковъ и т. п. были самые разнообразные. Кажется,
1
только въ двухъ срокомъ назначенъ Юрьевъ день осенній ) или
около того, въ прочихъ же мы находимъ Николинъ день вешній, Николинъ день осеншй, Юрьевъ день вешній, Святую нед лю, Рождество Христово, Спасовъ день, Дмитровъ день.
*) Акты Юридич., Ж

178, 180.

186
Семеновъ день, Покровъ и разные другіе дни и праздники 1 ).
Точно также въ заемныхъ и закладныхъ грамотахъ назначался
иногда срокомъ Юрьевъ день-осенній2), но гораздо чаще со­
вершенно другіе сроки 3 ). Встр чается наконецъ грамота, въ
которой срокомъ для платежа княжескаго оброка съ монастырскихъ земель установляются Юрьевъ день вешній, да Юрьевъ
день осенній; но тотъ же монастырь съ другихъ деревень платилъ оброкъ на Рождество Христово4). Изъ шести оброчныхъ
грамотъ XVI в ка, напечатанныхъ въ Актахъ Юридическихъ,
н тъ ни одной і въ которой бы срокомъ для платежа назначенъ былъ Юрьевъ день 5 ). Доходы нам стниковъ, волосте­
лей и другихъ правителей также всегда сбирались на Пасху,
въ Петровъ день и на Рождество Христово, а иногда въ Юрь­
евъ день.
Такимъ образомъ уетановленнаго обычаемъ срока для пере­
хода крестьянъ и для всякихъ сд локъ не было; ихъ перезьь
вали и селили во всякое время—и весной, и л томъ, и осенью,
и'зимбй.ТГоэтому, когда мы въ^удебник Л. 4.9 L r . находимъ
постановленіе, запрещающее отказывать крестьянъ иначе,
какъ въ Юрьевъ день осенній, да нед лю прежде и нед лю
спустя 6 ), то мы должны принять его отнюдь не за узаконеніе
» существующаго въ народ обычая, а напротивъ за щ щ ю за1 конодательную м ду, им ющую въ виду установленіе бол е I
: прочнаго порядка въ поземельныхъ отношеніяхъ крестьянъ и
• господъ. Понятно впрочемъ, что законодательство руковод0 Акты Юридич., Ж 26 стр, 67, JP 175, 182, 184, 186, 187, 189,
190, 191, 200, I, И, IV, У.
а
) Акты Юридич., <№ 232, 233, 235, 237, 238, 247.
3
5 Акты Юридич., JW 236, 239, 240 — 46, 248 — 52.
*) Акты Археогр. Эксп., т. I, J№ 19, 28.
5
) Акты Юридич., Ж 168 — 173. С*, также Акты Археогр. Эксп.,
т. I, J№ 256, 258, 307, 348, 357.
б
) Акты Историч. т. Т, <Ж 105, стр. 155.

487
I ствовалось при этомъ и жизненньшъ опытомъ; оно установило
і срокъ, какъ самый удобный, такъ, можетъ быть^и самый
употребительный. Для этого оно им ло уже н которыя данныя въ првёДбнныхъ выше б лозерскихъ грамотахъ, писанныхъ на основаніи просьбъ самихъ землевлад льцевъ. Около
того же времени въ 1467 г. въ Псковской судной грамот
также установленъ былъ одинъ срокъ въ году для отказа
крестьянъ, именно: Филиппово загов нье, т. е. 14ноября 1 ).
| Надобно притомъ зам тить, что положеніе Судебника не отно! силось къ т мъ крестьянамъ, которые съ пашни продавали
{ себя въ полное холопство. Покрайней м р въ Судебник
j 1550 г. сд лано это ограниченіе: зд сь сказано, что такіе
крестьяне им ютъ право выходить безсрочно 2 ). Холопство,
/какъ зависимость полная и всец лая, уничтожало зависимость
временную и случайную, также какъ купля можетъ уничто;жать наемъ.
1
Въ обоихъ Суд бникахъ постановлены и н которыя другія
правила относительно перехода крестьянъ. За дворъ, въ которомъ онъ жилъ, крестьянинъ долженъ былъ платить хозяину
пожилое, Въ первомъ Судебник установлена ц на пожилой
платы, именно: въ поляхъ за дворъ рубль, а въ л сахъ пол­
тина. Эта плата распределялась на четыре года, такъ что
крестьянинъ, прожившій во двор годъ, платилъ за четверть
двора, прожившій два года—за полдвора, три года—^за три
четверти, и только отжившій полный четырехъ-годовой срокъ
3
уплачивалъ всю ц н у ) . Во второмъ Судебник установлена
ц иа: въ поляхъ рубль два алтына, въ л сныхъ м стахъ пол­
тина съ двумя алтынами; зд сь же объяснено, что л сными
м стами называются т , гд л съ находится не бол е, какъ

.

*) Псковская Судная Грамота, изд. Мурзакевича, стр. 8.
) Суд., стр. 88. Акты Историч., т. I, еЛ^* 153.
3
) Акты Историч., т. I, стр. 155.

2

488
за десять верстъ до строеніа. Потомъ оиред ляетоя и способъ
взиманія: ла пожилое имати съ воротъ, а за повозъ (можетъ
быть за вывозъ) имати съ двора по два алтына; а опричь того
на немъ пошлинъ н тъ». Вообще пожилое везд приводится
въ сортдошеніе съ срокомъ отказа! Ерестьянинъ, который
| ііродаетъ себя въ холопы, выходить вонъ безсрочно, и съ него
Іне берется пожилое; тоже постаяовленіе относится и къ попу.
Следственно эта подать взималась хозяиномъ именно при от/ход , за переходъ, почему въ одной грамот она названа gjaxo(домъ 1 ). Пока крестьянинъ жилъ на земл , законодательство
• не вм йіивалось въ эти внутреннія отношенія его къ хозяину,
но какъ скоро онъ отходилъ, являлась необходимость опред лить права той и другой стороны, т мъ бол е что, какъ увидимъ дал е, при этомъ переход часто происходили болынія
злоупотребленія.
Опред леніемъ срока перехода и количества пошлинъ утвер­
ждались права хозяина; но кром того въ царскомъ Судебник есть и постановленія, ограждающія права крестьянина.
Переходъ совершался въ Юрьевъ день, сл дствепно посл
пос ва, и у крестьянина оставалась въ земл рожь. Относи­
тельно этого законъ постановляетъ, что когда вышедшій поселенецъ сожнетъ этотъ хл бъ, или даже еъ несжатаго еще
хл ба, онъ долженъ заплатить «боранъ два алтына». Съ этой
пос янной ржи онъ платить подать царя и великаго князя;
боярскаго же ему д ла, за к мъ онъ жилъ, не д лать. Крестьянинъ, который продается въ холопы, выходитъ вонъ безсроч­
но и пожилаго съ него н тъ, но съ хл ба, который остается
въ земл , онъ платитъ царскую подать; если же не захочетъ
платить, то онъ хл ба землянаго лишенъ. Вообще въ этихъ
4

) Доп. къ Акт. История., т. I, <№ 56. См. также Акты Археогр.
Эксп., т. I. ,.№ 258, гд подать эта названа похоромнымъ.

189
доложеніяхъ С^дебниковъ видно стремленіе законодательства \
установить между землевлад льцами и крестьзддми бол е (
прочныя и правильныя отношенія, и положить н который пре^/
ід лъ безпрерывному кочеванію, которое часто, въ самую нуж- 1
І ную пору, лишало пом щика рабочихъ рукъ. Къ этому могло '
I побуждать правительство и желаніе дать пом щикамъ возмож. ность лучше и в рн е исправлять свою службу государству.
Это посл днее соображеніе встр чается въ одной весьма
зам чательной грамот , относящейся къ посл днимъ годамъ
княженія Василія Васильевича., именно къ 1460 г . 1 ) . Это —
жалованная грамота игумену Троицко-Сергіевскаго монасты­
ря. Въ ней предписывается людей, которые въ этотъ годъ
вышли изъ монастырскихъ селъ Углицкаго у зда въ села великаго князя, великой княгини и боярскія «не хотя хати на
мою службу великого князя къ берегу», вывести опять назадъ; т хъ же, которые и нын живутъ въ этихъ еелахъ, не
отпускать прочь. Если при этомъ монастырскому посельскому нуженъ будетъ приставъ, то взять его у нам стника углиц­
каго на т хъ людей, которые вышли.
Зд сь мы видимъ временное укр пленіе для исправленія
княжеской службы ; люди, обязанные нести ее, должны сид ть
на своихъ м стахъ, и теряютъ свободу перехода. Но въ другой
жалованной грамот Троицкому монастырю, относящейся къ
тому же времени н тъ даже и этого соображенія. Зд сь про­
сто дозволяется игумену съ братьею не выпускать ни куда }
своихъ старожильцевъ изъ села Прис къ 2 ). Изъ всего этого
видно, что княжеская власть растетъ и развивается; въ частныхъ и произвольныхъ ограниченіяхъ перехода высказываются
зачатки т хъ государственныхъ требованій, которыя въ поел дствіи поведутъ ко всеобщему укр пленію сословій.
4

) Акты Археогр. Эксп., т. I, «Л^ 64.
) Акты Иегорич. т. 1, Ж 59.

%

490
Go временъ Ивана Васильевича Грознаго мы видивгь уже
укр пленіе тяглыхъ людей. Въ уставной Важской грамот
1552 года постановлено: «Старыхъ имъ своихъ тяглецовъ
хрестьянъ изъ-за монастырей выводить назадъ безсрочно и
безпошлинно, и сажати ихъ по старымъ деревнямъ, гд кто
въ которой деревни жилъ преже того»1). Это укр пленіе
м стяое, но въ другихъ памятяикахъ мы видимъ и укр пленіе
всеобщее, именно въ двухъ жалованныхъ грамотахъ, данныхъ
Григорію и Якову Строгановымъ на земли по Кам и по Чусовой2). Въ нихъ сказано:
«А изъ Перми, ни изъ иныхъ городовъ нашего государства, Григорью (въ другой грамот : Якову) тяглыхъ людей и писменыхъ къ
себ* не называти и не ігріилати; и воровъ ему и боярскихъ дюдей
б глыхъ, съ животомъ, и татей и розбойниковъ не пріимати жъ; а
прі детъ кто къ Григорью изъ иныхъ городовъ нашего государства,
или изъ волостей, тягдые люди съ женами и съ д тми, и станутъ о
т хъ тяглыхъ людехъ присылати нам стники или волостели или выбор­
ные головы, и Григорью г хъ людей тяглыхъ съ женами и съ д тми
отъ себя отсылати опять въ т жъ городы, изъ которого города о которыхъ людехъ отпишутъ именно, а у себя ему т хъ людей и не держати и не пріимати ихъ... А которые люди пойдугъ изъ Перми жити, и т хъ людей Григорью имати съ отказомъ, неписменыхъ и нетяглыхъ».

Вообще со второй половины XVI в ка съ тяглыми людьми
Р а В?- ю - тс . я І Ж .Ь к а к ъ с ъ кр постньши. Такъ напр. въ 1690
г. въ Сольвычегодскъ послано было царское повел ніе взять
съ посадскихъ и у здныхъ жителей тридцать челов къ пашенныхъ людей съ женами, д тьмп и имуществомъ для отправ3
ленія на жительство въ Сибирь ).
Іаківдь^образомъ въ XVI в к тяглые люди считались уже
К
Т0ЧН0
і К52££ІШЕ?2^
также, какъ служилые люди считались
об

О Акты Археогр. Эксп. т. I, J№ 234.
) Доп. къ Акт. Историч. т. I, Ж 117, 119.
3
) Акты Археогр. Эксп., т. 1, Ж 349.
а

ш
царскими холопами, обязанными всю жизнь^свото^ нести цар­
скую службу. И то и другое совершилось безъ особенныхъ
закбнодательныгь постановленій, но т мъ не мен е это су- ''
ществрвало. Въ грамотахъ Василія Васильевича мы вид ли
и начало укр пленія пом щичьихъ крестьянъ. Вообще съ обра*
зованіемъ государства влзнщідеіъ^^ мысль ^ что каждый поддан- ,
ный долженъ нести на своемъ м ст наложенное на него го­
сударственное тягло, мысль, которая лежитъ въ основаніи
укр плепія крестьянъ. Сначала она высказывается случайно ;
она является, какъ м ра временная и частная ; но нужно было
только обобщить ее, сд лать изъ нея государственную систе­
му, и прямымъ посл дствіемъ должно было сд латься всеоб­
щее укр пленіе еословій. Заііишы Бориса Годунова бщидоль- \
ко расщю^раненіемъ на крестьянъ. пожіщичыгх^ т хъ с^імыхъ
государственныхъ обязанностей, которыя лежали уже на служилыхъ людяхъ и на тяглыхъ; это было окончательное раз­
вале той мысли, которая была высказана въ грамот 1460 г.
Но прежде, нежели мы приступимъ къ изложенію этихъ м ръ,
мы должны бросить взглядъ на положеніе крестьянъ въ XV и
XVI в кахъ, и на отношенія ихъ къ землевлад льцамъ.
Изъ памятниковъ законодательства, опред ляющихъ юриди­
ческую сторону этихъ отношеній, первое м сто по полнот
опред леяій занимаетъ въ то время, о которомъ мы говоримъ,
Псковская судная грамота, составленная на в ч въ 4467 го­
ду. Какъ мы уже сказали, въ ней установленъ одинъ срокъ въ
году для крестьянскаго отказа или отрока ] ), именно: Филипново загов нье, 14 ноября. «А иному отроку не быти», все
равно, государь ли откажетъ изорнику, огороднику или кочетнику 2 ), или кто изъ нихъ самъ захочетъ отказаться. Но в 4

) Это слово происходитъ отъ глагола: отр чься.
- ) Изорникъ значитъ пахарь, отъ орать, пахать. Как-ь видно, онъ
жилъ на сел . Что такое кочетникъ, это не совс мъ ясно, не сшотря
а

192
роятно поселяться вновь вольные люди могли во всякое время.
При поселеніи крестьянинъ получалъ отъ хозяина покруту,
то-есть подмогу или ссуду на обзаведеніе хозяйствомъ; она
могла состоять изъ денегъ, изъ разныхъ орудій домашнихъ,
землед льчеекихъ, рыболовныхъ, изъ хл ба озимаго и яроваго. Иногда объ этомъ составлялась запись, но это нисколько
не было обязательно, и догово^ъ словесный им лъ полную си­
лу (стр. 13). Въ Псковской грамот ничего не постановлено о
взаимныхъ обязанностяхъ хозяина и крестьянина; сказано толь­
ко, что старый изорникъ долженъ извозничать на хозяина (стр.
12). Но что разум лось подъ именемъ стараго изорника, и
какого рода это были извозы, остается неизв стнымъ. Такая
неопред ленность объясняется самымъ характеромъ памят­
ника, который им лъ въ виду постановить р шенія только для
случаевъ спорныхъ, когда д ло доходило до суда. Пока кресть­
янинъ жилъ на земл , предполагалось, что онъ исправно уплачиваетъ свои оброки и отправляетъ свои работы. Законода­
тельство въ это и не вм шивалось; но какъ скоро онъ уходилъ
отъ хозяина, такъ являлась необходимость разр шить возникающія затрудненія и недоразум нія. То же самое мы зам тили
и въ Судебникахъ. Однако въ постановленіяхъ псковскихъ и
московскихъ видно н которое различіе. Судебники опред ля(
: ютъ ц ну пожилаго, которое хозяинъ им етъ право взыскивать
I съ отходящаго крестьянина; Псковская же грамота постановляетъ, что въ этомъ случа хозяинъ беретъ половину произведеній, а изорникъ другую половину (стр. 11). Если же изор­
никъ, огородникъ или кочетникъ запрется и скажетъ, что хозя­
инъ не отказалъ ему въ срокъ, то онъ долженъ идти на при­
сягу^ и тогда хозяинъ теряетъ уже право на искъ и лишается
на вс попытки объяснить это слово. См. Устрялова и&сл дованіе Пско­
вской судной грамоты, прим ч. 96. В роятн е всего, что оно означало
рыболова.

193
своей четверти, или огородной части, или рыбной части съ
исадовъ *)
Им лъ ли при этомъ хозяинъ право взыскивать недоплачен­
ные оброки? Объ этомъ мы въ Псковской грамот находимъ
только сл дующее постановленіе: если кочетникъ, или исполовникъ отойдетъ отъ хозяина, заложивши напередъ весенній
ловъ свой, то онъ обязанъ заплатить ему столько, сколько выловится рыбы на томъ же исад другими рыболовами (стр. 8).
Впрочемъ зд сь д ло идетъ, кажется, объ особенной ссуд
подъ залогъ будущихъ произведеній; объ обыкновенномъ же
оброк за пользованіе землею или угодьями н тъ ни слова.
Бол е подробны постановленія о взысканіи покруты. Ссуда
эта была временная, и хозяинъ могъ требовать ее назадъ :
1) въ случа выхода крестьянина, съ какой бы стороны ни посл довалъ отказъ. Онъ могъ искать ее въ закличъ, то есть посредствомъ словеснаго объявленія на торгу, ипритомъ сказав­
ши именно, какія вещи онъ далъ крестьянину— серебро ли,
верши, пшеницу озимую и яровую; безыменные же иски не
принимались (стр. 8). Если изорникъ запирался въ покрут ,
говоря, что онъ живалъ у хозяина въ сел , но не долженъ ему
ничего, то господинъ обязанъ былъ предварительно предста­
вить пять или десять челов къ постороннихъ людей въ свид тели, что изорникъ д йствительно у него на сел не только
\ живалъ , но и сид лъ , и потомъ присягнуть и взять искъ
свой, или предоставить присягу отв тчику. Если же онъ по­
стороннихъ свид телей представить не могъ, то онъ лишался
иска (стр. 2). Впрочемъ это могло случиться только, когда не
было записи, если же изорникъ уклонялся отъ платежа по за*) Стр. 8. Подъ именемъ четверти разум ется в роятно хл бная м ра вообще; иначе трудно объяснить сопоставленіе четверти съ ого­
родной иди рыбной частью и согласить это положеніе съ предыдущимъ,
по которому хозяинъ беретъ половину произведеній.

17

494
писи, то вс убытки за проволочку взыскивались съ него (стр.
14»). 2) Въ случа б гства изорника за границу или куда бы
то ни было, хозяинъ беретъ приставовъ у князя и у посадни­
ка, созываетъ губскихъ старость и постороннихъ людей и при
нихъ продаетъ оставшееся въ сел имущество изорника, что­
бы вознаградить себя за покруту. Если чего не доставало, а
изорникъ посл этого возвращался, то хозяинъ воленъ былъ
искать на немъ остальное (стр. 12). 3) Точно также прода­
валось имущество изорника и въ случа его смерти, когда у
него не оставалось ни д тей, ни родственниковъ; если даже
посл дніе оказывались посл , они теряли уже право иска. Но
когда посл умершаго оставались жена и д ти, то хозяинъ съ
нихъ взыскивалъ покруту до записи, а если не было записи, то
предписывалось судить ихъ по псковской старин . Наконецъ,
если посл смерти изорника оставались родственники, то хо­
зяинъ взыскивалъ покруту съ посл днихъ, и они обязаны бы­
ли не утаивать отъ него ни лукошка, ни кадки (стр. 13).
Изъ вс хъ этихъ положеній видно, что права хозяина были
довольно подробно обезпечены законодательствомъ. Но во всякомъ случа крестьянинъ разсматривался, какъ совершенно
свободный челов къ. Чтобы уб диться въ этомъ, стоитъ только
сравнить статью о б гств изорника съ статьею о б гств за­
купа въ Руской Правд . Какъ свободный челов къ, изорникъ
им лъ и полное право иска на хозяина. Если онъ тягался съ
нимъ объ имуществ безъ письменнаго акта, то д ло р шалось
свид тельствомъ постороннихъ (стр. 13 — 1 4 ) . Но если
изорникъ представлялъ кр пость (доску), то судъ производил­
ся по ней. Точно также и насл дники изорника им ли право
отыскивать у хозяина коня или корову, которые принадлежали
умершему (стр. 13).
Постановленія Псковской судной грамоты касались преиму­
щественно казусной, спорной стороны обязательства. Изъ по-

195
рядныхъ же и другихъ грамотъ мы узнаемъ самую жизненную
его сторону, Фактическія отношевія между крестьяниномъ и
землевлад льцемъ, ихъ взаимныя права и обязанности.
Мы вид ли уже, что Судебники установили одинъ срокъ въ
году для перехода крестьянъ отъ одного хозяина къ другому,
но что крестьяне селились и во всякіе другіе сроки. Отказъ
совершался различнымъ образомъ: иногда хозяинъ высылалъ
неисправнаго крестьянина съ своей земли * ) ; иногда же кре­
стьяне сами отказывали своимъ пом щикамъ и уходили на другія м с т а 2 ) . Но такъ какъ они при этомъ должны были воз­
вратить ссуду, которую получали отъ пом щика, да сверхъ то­
го заплатить ему пожилое и за вывозъ, то в роятно они р дко
могли уйдти безъ чужой помощи. Обыкновенно же они не са- \ $
ми переходили, а перезывались другими.. Землевлад лецъ,
желавшій перезвать къ себ крестьянъ, посылалъ въ чужія
деревни отказчиковъ, которые заключали условія съ тамошни­
ми поселенцами. При этомъ часто происходили большія злоупотребленія: одинъ, разум ется, старался удержать кресть­
янина или взять съ него больше, нежели сл довало; другой,
напротивъ, хот лъ увезти его съ наименьшими издержками, не
ст сняясь законными сроками. Такъ въ 1556 г. н сколько
новгородскихъ пом щиковъ жаловались царю на Данилу Зезевитова и другихъ, которые развезли крестьянъ ихъ не въ
срокъ, безъ отказа и безпошлинно. Царь вел лъ возвратить
ихъ, по Судебнику, на прежнія м ста и жить имъ до срока за
старыми пом щиками 3 ). Въ томъ же году пом щики Ростиславскіе жаловались на Скобельцынныхъ, что лосл дніе вы­
везли отъ нихъ крестьянку Машку съ д тьми не въ срокъ,
безъ отказа и безпошлинно, и та Машка сожгла дворъ свой,
*) Акты Историч., т. I, JW 134.
) Акты Юрид., J№ 10,
5
) Доя, къ Акт. Историч., т. I, J№ 51, Х Ш .
2

196
на что они и принесли жалобу. Всл дствіе этого Скобельцынымъ сл довало бы крестьянку возвратить прежнимъ хозяевамъ, дворъ выстроить вновь, и самимъ бить челомъ и выдать
себя головою за насильетво, а они ничего этого не хот ли д лать 1 ). Съ другой стороны, въ 1574» году игуменъ ж братья
Илантова монастыря жаловались царю, что князья и д ти боярскіе, отъ которыхъ они перезываютъ крестьянъ, берутъ съ
посл днихъ лишнее пожилое, именно : по пяти рублей вм сто
полтины съ двумя алтынами; царь вел лъ брать по Судебни­
ку 2 ). Въ 1556 году новгородскій пом щикъ Картмазовъ подалъ жалобу, что онъ за нед лю до Юрьева дня посылалъ
двухъ людей своихъ въ село къ пом щику Лизунову, чтобъ от­
казать изъ-за него двухъ крестьянъ, и Лизуновъ отказъ принялъ и пожилыя пошлины взялъ, а посл того крестьянъ не
выпускаетъ, и держитъ ихъ у себя насильно3). Другой пом щикъ, принявши отказъ и взявши пожилое, ограбилъ имуще­
ство крестьянина, и потомъ, схвативши его, поставилъ его
4
передъ тіуномъ, и сталъ искать на немъ холопства ). Но все­
го любопытн е жалоба ржевскихъ етановыхъ выборныхъ головъ на пом щиковъ разныхъ у здовъ, которые изъ ржевскихъ
черныхъ деревень вывозили крестьянъ «не по сроку, по вся
дни, безпошлинно; а какъ деи изо ржевскихъ изъ нашихъ де­
ревень прі дутъ къ нимъ отказщики, съ отказомъ, въ срокъ,
хрестьянъ изъ-за нихъ отказывати въ наши въ черные во ржевекіе деревни, которые хреетьяне похотятъ итти жити въ т въ
наши въ черные деревни, и т деи д ти боярскіе т хъ отказщиковъ быотъ и въ жел за куютъ, а хрестьянъ деи изъ-за себя не
выпущаютъ, да поимавъ деи ихъ мучатъ и грабятъ и въ жел *)
)
3
)
*)
а

Тамъ же, JP 51, V.
Акты Историч., т. I, Ж 191.
Доп. кг Акт. История,, т. I, «Ж 51, XXII.
Тамъ же, Доподн. къ Акт. йстор., т. I, <№ 51, XXIV*.

197
за куютъ, и пожилое леи на нихъ емлютъ не до Судебнику,
рублевъ по пяти и по десяти; и отказати де имъ крестьянина
изъ-за т хъ д тей боярскихъ не мочно» 1 ). Вообще въ то вре­
мя подобный насилія были не р дкостью, и если съ одной сто­
роны пом щики употребляли во зло свою власть, то съ другой
-стороны крестьяне не только жгли села т хъ пом щиковъ, ко­
торыми они были недовольны2), но и насильно оставались на
своихъ м стахі-, не исполняя никакихъ обязанностей. Такъ въ
1533 г. игуменъ Богословскаго монастыря жаловался на
крестьянина, который, отсид въ льготные годы, отказывался
платить пошлины, не давался подъ судъ и жилъ на ихъ земл
насильно. Дворецкій великаго князя судилъ ихъ, и крестьяни­
на обвинилъ, всл дствіе чего вел но было выслать его изъ
села, а если онъ въ м сяцъ не вывезется, то выбросить его
вонъ, въ тотъ же ч а с ъ 3 ) ,
Нельзя сказать, совершались ли въ Московскомъ государств договоры чисто словесные между крестьяниномъ и пом щикомъ; по крайней м р н тъ нигд законнаго предписанія,
чтобъ эти обязательства основывались на письменныхъ актахъ.
Но кажется, что обыкновенно прн этомъ заключалась письмен­
ная запись, рядная или порядная, въ которую вносились вс
4
условія контракта ). Большею частью она составлялась при
самомъ поселеніи крестьянина на землю, но иногда и за долго
до этого. Такъ въ одной рядной, заключенной въ январ , крестьянинъ обязывается придти на жительство въ Рождество; въ дру­
гой, заключенной въ август , срокъ поселенія назначенъ 9 мая
сл дующаго года 5 ). Въ об ихъ однакожь крестьяне обязыва*)
а
)
3
)
*)
5
)

Допол. къ Акт. История., т. I, J@ 56.
Акты Юрид., Ж Ю.
Акты История., т. I, еЛ^ 134.
См. въ Акт. Юрид. порядныя, J@ 176 — 196.
Акты Юрид., <№ 183, 186.

498
ются въ промежутокъ поставить избу съ разными строеніями,
для чего безъ сомн нія и назначена такая долгая отсрочка. Для
бблынаго обезпеченія землевлад лыщ въ исполненіи крестьяниномъ своихъ обязанностей, съ посл дняі^о требовалась иногда
порука съ отв тственностью поручителей за вс неисправно­
сти 1 ).
Каждый крестьяшшъ договаривался съ пом щикомъ особо и
селился на свой отд льный участокъ, иногда одинъ, иногда съ
д тьми и еъбратіею; но случалось, что и не родственники
брали одинъ участокъ двое или трое собща, вм ст заключали
договоръ и несли обязанности. Величина земельнаго участка
была различна ; въ каждой вотчин принималась изв стная зе­
мельная м ра за единицу, и крестьяне селились на ту или дру­
гую ея долю. Такъ наприм ръ въ земляхъ Вяжицкаго монасты­
ря единицею была въ н которыхъ обжа, въ другихъ выть. Ве­
личина обжи была различна: въ н которыхъ м стахъ она со­
держала въ себ десять четвертей или пять дееятинъ въ пол ,
сл довательно всего пятнадцать дееятинъ, въ другихъ же не
бол е семи четвертей въ пол 2 ) . Выть также им ла значеніе
неопределенное ; первоначально это слово просто означало уча­
стокъ, жеребій, котораго величина определялась м стнымъ
обычаемъ. Въ посл дствіи же, въ сошномъ письм , выть озна­
чала единицу, содержащую въ себ изв стное количество де­
еятинъ, но также не всегда одинаков. Въ одной грамот мы
читаемъ, что по старому письму въ выть полагалось отъ де­
вяти до десяти дееятинъ худой земли, а по новому только
семь 3 ); Поселяющіеся крестьяне брали изв стную долю этихъ
земельныхъ единицъ. Н которые брали ц лую обжу, другіе по')
)
Акт.
3
)
3

См. лоручныя записи Акт. Юрид., J№ 290.
Первое— Акт. Историч., т. III, Ж 139, второе — Дополн. къ
Историч., т. I, J\£ 160.
Акты Юрид., J№ 230.

199
ловину, третьи четверть, четвертые 11%, н которые l 1 / ^ ; иные
наконецъ брали въ разныхъ м стахъ, наприм ръ ^ з обжи въ
одномъ м ст , да е обжи въ другомъ. Точно также находимъ
крестьянъ поселенныхъ на четверти выти и на полвыти. Земли
Прилуцкаго монастыря разд лялись на плуги, и крестьяне брали то полплуга, то четверть плуга. Въ ХУІІ в к находимъ
также порядныя на четверти пашни, осмины и б лки 1 ).
Почти вс дошедшія до насъ порядныя заключены на безсроч-j ,//>
ное время; только въ одной означенъ пятил тній срокъ 2 ), да
и та им етъ бол е характеръ оброчной записи, нежели поряд­
ной, хотя и названа посл днимъ именемъ. Понятно, что не бы­
ло никакой необходимости заключать обязательства срочньиЦ
Крестьянинъ сид лъ на земл , пока ему жилось, и пока онъ|
исправно исполнялъ свои обязанности. Такимъ образомъ мы въ!
н которыхъ монастырскихъ им ніяхъ встр чаемъ старожильцевъ, которыхъ отцы сид ли на т хъ земляхъ 3 ). Т мъ не мен е безсрочный договоръ далеко не былъ общимъ правиломъ; мы
вид ли выше, что въ н которыхъ монастыряхъ серебряники
нанимались на годъ. Можетъ быть, это различіе завис ло отъ \
того, какую Форму принималъ договоръ : личнаго ли найма кре- /
стьянина на работу, за плату, взятую заран е, или найма зем- \
ли песеленцемъ. Хотя то и другое соединялось вм ст , но смо­
тря по тому, которая сторона перев шивала, договоръ могъ за­
ключаться пли на безсрочное время, или на изв етный срокъ.
Обыкновенно при заключеніи условія означались льготные \
годы, въ продолженіе которыхъ крестьянинъ освобождался отъ ;
*) См. вообще порядныя и поручныя въ Акт. Юрид.
2
) Акты Юрид., стр. 67, JW2Q. Что она им етъ характеръ обро­
чной грамоты, видно изъ того, что крестьянинъ не несетъ никакихъ
обязанностей, крояЬ оброка. Оброчная земля была пожалована царемъ
монастырю, а крестьянинъ, ее нанимавшій, возобновилъ контрактъ на
пять л тъ.
3

) Акты Юрид., <№ 20.

200
\ всякихъ податей и повинностей. Это время давалось ему наоб^ | заведеніе хоаяйствомъ, а кром того это былъ способъ перемаI нить его съ чужой земли. Сами князья, какъ мы вид ли выше,
въ своихъ жалованныхъ грамотахъ, давали монастырскимъ крестьянамъ льготы на изв стное число л тъ, и притомъ вновь
поселяющимся обыкновенно на бол е продолжительные сроки,
нежели старожильцамъ. Въ порядныхъ записяхъ льготные сро­
ки опред ляются различные: одинъ, два, три, четыре года,
иногда же только н сколько м сяцевъ: съ Юрьева дня осенняго до Юрьева дня вешняго. Въ одной грамот крестьянинъ осво,бождается отъ повинностей на годъ, а отъ оброка на два; въ
^ \ другой онъ выговариваетъ себ свободу отъ повинностей на
тотъ годъ, когда онъ будетъ ставить избу. Въ одной порядной
1601 года постановлено: «а податей мн государевыхъ и волостныхъ розрубовъ до государева указу не тянуть, и д ла манастырьскаго не д лати и дани мн въ манастырь не давати».
Обыкновенно срокъ льготы начинался со времени поселенія
крестьянина, но въ одной грамот крестьянинъ обязывается
придти на Рождество, а льготу выговариваетъ себ на три го­
да съ сл дующаго Юрьева дня вешнаго. Наконецъ, въ н которыхъ порядныхъ вовсе не говорится о льгот ; это т , въ ко•* торыхъ договоръ заключается на старое поселеніе того же
І крестьянина, или на новый, но жилой участокъ.
Кром льготы, поселяющійся крестьянинъ получалъ и под­
могу на обзаведеніе. Она могла быть различна; иногда дава­
лись деньги—полтина, рубль, два и даже до пяти рублей,
иногда хл бъ, иногда же на льготные годы давался пустой учасумЪл,ьъ котораго крестьянинъ не платилъ ничего, и который
онъ обязанъ былъ возвратить по истеченіи срока. Вън которыхъ
порядныхъ вовсе не говорится о подмог , въ особенности если
крестьянинъ садился на старый свой или на жилой участокъ.
За подмогу крестьянинъ обязывался въ льготный годъ рас*

201
пахать и огородить поля, чинить старыя хоромы и ставить но­
вый, почему она возвращалась хозяину, единственно если крестьянинъне исполнялъ этихъ обязанностей. Въ Псковской суд­
ной грамот мы вид ли напротивъ, что крестьянинъ всегда
долженъ былъ возвратить покруту своему господину. Но въ до-\
шедшихъ до насъ порядныхъ подмога отличаетсд. отъ ссуды 1 ), •
которую крестьяне также нер дко получали отъ пом щиковъ
при заключеніи договора или въ посл дствіи. Изъ приведенныхъ выше грамотъ б лозерскихъ2) мы вид ли, что монастыридавали крестьянамъ въ ссуду деньги, за которыя посл дніе дол­
жны были исправлять барскія работы, съ т мъ однакоже, что­
бы возвратить ихъ при отказ . Отъ этого они получали названіе серебряниковъ. Это былъ наемъ, соединенный съзаймомъ:
крестьянинъ, взявшій ссуду, обязывался «за роетъпахати», по
древнему выраженію. При этомъ онъ лолучалъ и участокъ зе­
мли, который обработывалъ на^ себях и съ котораго, можетъ
быть, платилъ также оброкъ, ибо обязательства могли быть
чрезвычайно разнообразны. Ссуда, которая давалась въ виду
будущей работы, называлась серебромз изд лънымь, и сами
крестьяне назывались изд льниками. Но кром того, крестья­
не брали деньги и за проценты, и это называлось серебром^ \
ростовымъ. Въ духовныхъ своихъ зав щаніяхъ князья и бояре
весьма часто прощали эти долги или по крайней м р часть
ихъ. Это было посл дствіемъ т хъ благочестивыхъ и нраветвенныхъ побужденій, о которыхъ мы говорили выше. Такъ въ ду­
ховной князя Андрея Васильевича меньшаго читаемъ: «а что
въ моихъ селехъ на Вологд и въ Торус на хриетіанехъ мое
серебро изд лное и ростовое и мое жито на нихъ заемное и обро чное и которые мои села и деревни за моими д тми боярскими
*) Ср. напр. Акт. Юрид., «Л^ 178, 182, 191.
3
) Акт. Археогр. Эксп., т. I, Ж 48.

202
съ моимъ серебромъ, и я то свое серебро и жито все отдалъ
христіаномъ» 1 ). Другіе отдавали половину 2 ); великая же кня­
гиня СОФІЯ Витовтовна, отказавши половину заемнаго серебра
своимъ крестьянамъ, прибавляетъ: «кто изъ изд льниковъ охуд лъ и не.можетъ заплатить даже и половины серебра, и еынъ
мой тому велитъ отдать за мою душу все изд льное серебро;
а который будетъ изд льный серебряникъ изможенъ въ живот , а не охуд лъ, можетъ заплатить и все серебро, и на томъ
сынъ мой великій князь велитъ все изд льное серебро взять;
то учинитъ сынъ мой великій князь своего ради спасенія, а и
за мою душу, по обыску» 3 ). Изъ этого видно, что вотчинники ста/рались удержать за собою крестьянъ, д лая имъ ссуды, которыя
они часто не въ состояніи были уплатить. Но и зд сь это стремленіе_къ укр пленію, которое впрочемъ проявлялось въ меньшей
степени, нежели въ отношеніи къ холопамъ, находило себ противод йствіе въ нравственно - религіозномъ начал . Кром тог
г о , такъ какъ земли было много, а рабочихъ рукъ мздо, то по! м щики, переманивая йГсеб крестьянъ, поттми. имъ вы} іілачивать долги прежнимъ хозяевамъ. Это впрочемъ способствовало*только переходу, а нисколько не уменьшало зависимаго
положенія крестьянина, который черезъ эту сд лку вступалъ
только въдовую даб-алу, не меШ>е тяжелую, нежели прежняя.
:
: Вообще въ этомъ отношеніи положеніе крестьянъ оброчныхъ,
какое мы видимъ въ порядныхъ записяхъ, было легче и вы, годн е, нежели положеніе изд льныхъ. Р зкаго различія ме/ жду т ми и другими, кажется, однакоже не было; ибо одно и
то же лице часто обязано было и уплачивать оброкъ и исправ*) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, «Л^ 112. Тоже J\£ 122: «а что мои
денги въ моихъ селехъ въ ростехъ и въ пашни и на комъ ни буди,
т хъ денегъ не вел лъ взяти».
а
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, J№ 96, 130.
3
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, «Л^ 83.

203
лять работы въ пользу землевлад льца. Это будетъ ясн е изъ
разсмотр нія обязанностей крестьянъ къ пом щикамъ.
Крестьянинъ селился либо на жилой участокъ, либо на пу­
стой. Въ первомъ случа онъ обязывался только поддерживать
: строеніе, чинить его, д лать крышу, а иногда, если изба была
! уже ветха, то поставить новую. Во второмъ случа онъ долженъ былъ ставить новую избу съ разными строеніями по уго­
вору, какъ-то: кл тяші, хл вами, с нниками, мшанниками,
•банями, сараями, овинами. Если селились двое или трое вм ст , то каждый изънихъ ставилъ обыкновенно отд льный дворъ,
а если всякій бралъ свой участокъ, то онъ строилъ на немъ
свою
избу 1 ). Зам чательно еще, что почти во вс хъ поряд-f
)
|ныхъ крестьянинъ обязывается огородить свое поле, что ука-|
ізываетъ на хозяйство совершенно другаго рода, нежели то9\
^которое существуетъ въ настоящее время. Въ ХУІ в к , въ
каждомъ н сколько значительномъ им ніи, было центральное
село, гд жило н сколько крестьянъ, влад вшихъ впрочемъ ка­
ждый своимъ особениымъ участкомъ. Вокругъ села расположе­
ны были деревни, составлявшія каждая отд льное поселеніе, на
которомъ жилъ одинъ крестьянинъ, а иногда и н сколько вм 2
ст . Такихъ деревень было иногда до двадцати и бол е ) . Са­
мое слово: деревня означало землю, почему и употреблялось
выраженіе: «деревня пахати». Границы такого отд льнаго хо­
зяйства опред лялись обычаемъ: «куда топоръ, коса и соха
ходили». Въ этомъ вид оно переходило изъ рукъ въ руки, такъ
что каждый поселенецъ жилъ въ своей деревн особнякомъ и
огораживался^отъ друтихъ.
Относительно земли, крестьянинъ обязывался пахать ее,
не запереложить, а иногда и навозить, также чистить луга.
О Акты Юрид., «Л* 183, 186, 190, 196, И.
з) Акты Истор., т. I, Ж 180. Акты Юрид., J№ 392.

204
Если онъ всего этого не иеполнялъ, и не доживалъ льготныхъ
годовъ, онъ обязывался возвратить нодможныя деньги, а иног­
да, кром того, заплатить неустойку, въ два, въ три, въ пять,
\ а чаще всего въ десять рублей.
Вс эти условія относились собственно къ влад нію; что
же касается до самьпъ обязанностей крестьянъ къ вотчин­
нику или пом щику, то он въ послушныхъ и ввозныхъ грамотахъ опред лялись обыкновенно ел дующимъ образомъ: «и
вы бы вс крестьяне, которые въ томъ сел и въ т гь деревняхъ живутъ, (такаго-то N N) слушали, пашню на него пахали
и оброкъ ему пом щиковъ хл бный и денежный платили» 1 ).
Иногда прибавлялось: «ч мъ онъ васъизоброчитъ» 2 ), или: «по
стария » 3 ) ; а иногда также: «а онъ васъ в даетъ и судитъ во
всемъ по сей нашей грамот » 4 ) . Вещественныя обязанности
І состояли сл дственно: і) въ оброкахъ хл бныхъ и денежныхъ
|иразныхъ поборахъ въ пользу землевлад льца, 2) въ повин\ ностяхъ, 3) въ ссудныхъ и разныхъ другихъ пошлинахъ. Къ
. этому присоединялись еще доходы прикащиковъ, посельскихъ
и другихъ лицъ, которые управляли им ніемъ и исполняли
Должность судей, и наконецъ подати и повинности княжескія,
которыя нер дко составляли значительную тяжесть для кресть­
янъ. Разсмотримъ каждую изъ этихъ статей.
Способъ опред ленія оброковъ былъ двоякій: или каждый
крестьянинъ уговаривался особо, что ему платить, или же
установлялся общій оброкъ съ выти или съ обжи и т. п., и
тогда вновь поселяющійся крестьянинъ обязывался уплачивать
4
) Акты Истор., т. I, JW 180, 243. Акты Археогр. Эксп., т. I,
J№ 251, 290.
3
) Акты Истор., т. I, <№ 167, 182, 185, 186, 190, 201. Акты
Археогр. Эксп., т. I, <№ 340.
3
) Акты Истор., т, I. <№ 183, 244.
4
J Акты Истор., т. I, <№ 185, 186, 190, 2 0 1 .

205
сл дующую съ него часть по книгамъ 1 ), такъ что занявшій
полъвыти платилъ половину оброка, занявшій четверть выти
четверть и т. д. Иногда крестьянинъ д лалъ особый уговоръ о
хл бномъ оброк , а денежный обязывался платить по книгамъ 2 ).
Такимъ образомъ и тотъ и другой оброкъ нер дко существова­
ли рядомъ; но случалось, что платился одинъ хл бный оброкъ
ггли одинъ денежный 3 ). Разум ется, если крестьянинъ дого­
варивался объ оброк отд льно отъ общаго полозкенія, то вели­
чина оброка совершенно завис ла отъ уеловій, и могла быть
различна длякаждаго. Въпорядныхъ, заключенныхъ крестья­
нами Вяжицкаго монастыря, которыхъ больше всего напечатано
въ Юридическихъ Актахъ, мы находимъ самые разнообразные
оброки. Иногда крестьяне обязываются давать въ монастырь
четвертый, пятый, шестой снопъ, иногда деньгами рубль или
два. Въ одной порядной находимъ сл дующее условіе: «адавати
ему съ той деревни оброку... хл ба ржи и овса пять коробей,
въ новую м ру съ году на годъ, а изъ л са пятой снопъ, а
изъ заозерья шестой снопъ, а денежная дань по книгамъ давати». Въ другой же трое крестьянъ обязываются платить « семь
м ръ ржи, да семь м ръ овса, да жита м ру, а изъ л са пя­
той снопъ, а изъ заозерья шестой снопъ, а домовную дань по
книгамъ» 4 ).
Оброки, опред ляемые общимъ постановленіемъ вотчинной
власти, были также разнообразны. Въ уставной грамот ,
данной въ 1561 г. игуменомъ и братьев Соловецкаго мона­
стыря крестьянамъ села Пузырева, опред лено платить еже­
годно съ выти по четыре четверти ржи, да по четыре четверти
О Акты Юрид., JW 177, 182.
) См. напр. порядныя, Ж 177, 184.
3
) Акты Археогр. Эксп., т. I, J№ 258. Акты Юрид., J№ 26, стр.
67, Ж 178, 182, 183, 186, 189, 191.
*) Акты Юрид., Л * 177, 184.
2

•18

206
овса, и кром того «на Оспожинъ день по сыру по сухому, а
нелюбъ сыръ и за сыръ дв денги • да въ осень на покровъ
свят й Богородици по пятидесяти яицъ, да по хл бу, да по
калачу» 1 ). Въ 1580 г. крестьяне села Соболева, прянадлежавшаго Троицко-Сергіевскому монастырю, должны были да­
вать ежегодно на Азанасіевъ день оброку съ выти по три руб­
л я 2 ) . Въ уставной грамот Кирилло-Б лозерскаго монасты­
ря 1593 г. опред лено: «давати старостамъ и крестьяномъ на
три праздники, на великъ день (Св тлое Воскресеніе), да на
Петровъ день и Павловъ, да на Рождество Христово, лразднишного съ выти по дв деньги; да на великъ же день, Б лозерского у зда во вс гь сел хъ, съ выти по десяти яицъ; дана
Петровъ день и Павловъ по сыру да по десяти яицъ съ выти,
да на Успеньевъ день потомужъ ; а въ иныхъ во вс хъ сел хъ
монастырьскіе отчины яицъ и сыровъ не имати. Да въ Б лозерскомъ у зд , да и въ иныхъ во вс хъ сел хъ монастырьскіе
отчины имать съ выти по овчин , да по ярятин » 3 ) . Въ н которыхъ селахъ, какъ видно, брались также холсты, масло и
4
т. п . ) , не говоря объ оброкахъ рыбою съ рыболововъ, медомъ
съ пчеловодовъ и другихъ.
Также разнообразны были и повинности. Он состояли въ
\\*'> І обработк пом щичьей земли, въразныхъ работахъ иизвозахъ.
Въ 1590 году власти и старцы Троицко-Сергіевскаго мона­
стыря постановили, чтобы кшпкияскіе яхъ крестьяне, вм сто
всякихъ монастырскихъ доходовъ, пахали на монастырь по пяти
десятинъ съ выти 5 ). Никольскіе крестьяне Соловецкаго мо­
настыря должны были пахать въ сел монастырскую пашню
*)
а
)
3
)
*)
5
)

Акты Археогр.
Акты Археогр.
Акты Археогр.
Тамъ же, т. I,
Тадіъ жо*

Эксп., т. I, Ж 258.
Эксл., т. I, «Ж 307.
Эксп., т. I, <№ 357.
JP 348. 11.

207
и зас вать ее монастырскими с менами съ выти по четверти
ржи да по дв четверти овса, всего съ тридцати трехъ вытей
тридцать три четверти ржи да шеетьдесятъ шесть четвертей
овса, а если прикащикъ захочетъ с ять пшеницу, или жито,
или горохъ, или гречу, или ленъ, то крестьянамъ пахать тамъ,
гд прикащикъ укажетъ1). Крестьяне должны были, кром
того, д лать монастырскш дворъ и гумно, и ставить новыя
хорошмна м сто обветшавшихъ. «И прикащика слушати по
всемъ, и на моиастырьское д ло ходити на солнечномъ всход ,
какъ десяцкой в сть подастъ; а кто не придетъ, на томъ запов ди прикащику дв денги, а доводчику съ десяцкимъ дв
денги; а коли прикащикъ позоветъ на монастырьское д ло
креетьянъ въ честь, сверхурочного д ла, и кто придетъ, и
прикащику т хъ людей кормити монастырьскимъ хл бомъ».
Зд сь же опред лено относительно!ШвоЩЩ «да съ т хъ же
вытей, съ выти, привозити на монастырьской дворъ по два
возы дровъ, да пол неныхъ по третьему возу съсновыхъ дровъ
на квасы, да по десяти пол нъ лучины, такожъ крестьяномъ.
ІАІповозъ везти къ Вологд съ выти по лошади; а на лошади
везти по четыре четверти ряеи, а овсд .ло шти четвертей; а
съ Вологды везти въ село въ Никольское или на Городецко,
или на Кіасову гору, на т хъ же кон хъ, на выть по полутретьядцати пудовъ соли; а пшеница и горохъ и с мя и крупа
запарная и толокно класти противъ ржы, а солодъ и гр чневая
крупа класти на лошадь по пяти четвертей; а случится повозъ везти къ Москв или на Б лоозеро или ближе Вологды
или дал Вологды, и крестьяномъ съ приказщикомъ въ томъ
счетъ противъ Вологды; а не лучится крестьяномъ которого
| году повозу везти, ино на нихъ взяти за подводу по четыре
гривны московскую». Иногда крестьяне освобождались отъ
О Тамъ же,, т. I, Л? 258.

208
вс хъ или отъ н которыхъ извозовъ, наприм ръ: «и камени и
извести въ монастырь не возити, и дровъ въ монаетыр не
с чи ни возити, опричьно государева (городоваго?) д ла, и
приказщикомъ нашимъ на крестьян хъ, куды по детъ въ городъ для крестьянского д ла, подводъ на нихъ не ішати, здитиимъ на своихъ лошад хъ». Или: «подводъ имъ ни въ кото
рое село подъ тесъ и подъ лубіе не давати; а которые слупг
или старцы станутъ здити на Вохну для монастырского д ла... и т мъ вохонскимъ старостамъ и вс мъ крестьяномъ
нашимъ, етарцомъ и слугамъ подводъ не давати»1).
Вообще повинности опред лялись одинакія длявс хъ креетьянъ, смотря по величин ихъ участковъ. Поэтому въ порядныхъ почти всегда опред лялось: «а на д ло на монастырское
ходити, какъ и прочіе крестьяне ходятъ». Эти новинности
служили звеномъ, соединявшимъ въ одну общину разрозненныя
деревни; ибо креетьянинъ, жившій наприм ръ на полвыти
земли, долженъ былъ складываться съ т мъ, который жилъ
на другой полвыти, для того, чтобы выставить подводу, кото­
рая требовалась съ ц лой выти. Кром того, они могли н которыя повинности исправлять вм ст , а другія поочередно,
наприм ръ поставку подводъ для старцевъ и прикащиковъ. Но
всего бол е связывали ихъ подати и повинности государственныя, если они не освобождались отъ нихъ жалованными гра­
мотами. Въ княжескіе «проторы и розметы» крестьяне частнаго влад льца тянули или сами собою, или вм ст съ осталь­
ными крестьянами той же волости. Во всякомъ случа податью
^облагалось все им ніе ц ликомъ, а раскладка предоставлялась
*> \уже самимъ жителямъ; ибо лица, при постоянномъ кочевеніи
(
Агародонаселенія, м нялись безпрестанно, земельные участки
*) Акты Археогр. Эксп. т. I, Ж 348. II, Ш. См. также устав­
ную грамоту Константиновскаго .монастыря, Акты Археогр. Эксп.,
т. I, Ж 11.

209
то покидались впуст , то зас лялиеь вновь, и не было другаго
средства, какъ обложить общею податью ц лый земельный
округъ, кто бы въ немъ ни селился. Въ Х І в к , ігри умноженіи гоеударственныіъ потребностей, установились весь­
ма разнообразные оклады, и это иногда чрезвычайно затруд­
няло крестьянъ. «Били есте намъ челомъ», пишетъ въ 1564
г. соловецкій игуменъ крестьянамъ Сумской волости, «а ска­
зывайте, что у васъ въ Сум о волостныхъ розруб хъ и о
всякихъ тягл хъ промежъ собою смущенье живетъ великое:
и язъ Филшгаъ игуменъ, посов товавъ съ братьею, написалъ
есмя вамъ указъ о всякихъ розруб хъ и о тягл хъ, чтобы у
васъ въ волости промежъ вами да и съ иными нашими волостками и деревнями впередъ смущенья не было». Онъ предписываетъ имъ, когда случится раскладка, выбирать въ оклад­
чики по два челов ка изъ большихъ (то-естъ зажиточныхъ),
Hfv

средние и меньшихъ людей, да двухъ изъ казаковъ, и того
* 8 челов къ. Если выбранный не захочетъ идти въ окладчики,
то старост и крестьянамъ взять на него доводчика монастырскаго у тіуна и отдать его на поруки, съ обязательетвомъ въ
изв стный срокъ стать къ отв ту передъ монастырскими
властями. Такъ же должны они поступать, если кто изъ окладчиковъ возьметъ взятки. Наконецъ если бы кто изъпоселенцевъ ослушался и отказался платить, то старосты и кресть­
яне точно также должны просить у тіуна доводчика, и вел ть
на оелушникахъ доправить требуемыя деньги. Изъ этого вид'но, что хотя землевлад ленъ въ раскладку не вм шивался,
но вся власть была въ его рукахъ: онъ судилъ ослушниковъ
:
\ ІЬ / и виновныхъ въ злоупотребленіяхъ; онъ же черезъ своихъ
слугъ взыскивалъ подати съ неплательщиковъ. Въ настояіцемъ случа игуменъ давалъ наставленіе и о способ рассладки, ибо крестьяне не знали какъ поступать. Онъ опред лилъ, какія подати сл дуетъ раскладывать по обжамъ, какія

210
поголовно, какія по имуществу, какія по торговл и т. п.
Такъ какъ притомъ несколько способовъ соединялись иногда
вм ст , то понятно, что изъ этого должна была произходить
величайшая путаница 1 ).
Если у вотчинника не было тдрдад,, освобождавшаго посе; ленцевъ отъ княжескихъ податей и повинностей, то кресть*> янамъ безъ сомн нія было чрезычайно трудно нести вм ст
тягло вотчинное и государственное. Этому мы находимъ прим ры въ грамотахъ. Въ 1578 года суздальскій епископъ жа­
ловался, что городовые прикащики притянули крестьянъ его
къ городу съ посадскими и волостными людьми, и оттого им ніе его запуст ло; въ четыре года изъ него вышло семдесять
шесть семей, а запуст ло шестдесятъ вытей 2 ). Впрочемъ
вс подобныя жалобы со стороны духовенства кончались т мъ,
что князья, движимые духомъ благочестія, даровали имъ освобожденіе отъ податей и повинностей. Но остальньшъ отъ
этого д лалось не легче. Хотя большая часть податей падала
на тяглыхъ людей, но и вотчинные крестьяне не были совер,
шенно избавлены отъ тягла; б лыя сохи, по тогдашнему выч
t раженію, платили многія подати и отправляли многія повин­
ности. Когда часть ихъ освобождалась отъ этого льготными
грамотами, то тяжесть сваливалась на остальныхъ, которыхъ
(положеніе черезъ это д лалось гораздо хуже. Это мы видимъ
изъ постановленій Собора 1 5 8 4 года 3 ), гд сказано: «что
земли митрополичи и архиепископли и владычни и монастыр­
е й въ тарханехъ, и съ т хъ никакіе царскіе дани и земсклхъ
розметовъ не платятъ, а воинство служилые люди т ихъ зем­
ли оплачиваютъ: и сего ради многое запуст ніе за воинскими
О См. Акты Археогр. Эксл. т. I, «Л^ 268.
) Акты История., т. Г, Ж 200. См. также Акты Археогр. Эксгг.,
т. I, Л? 344.
3
) Собр. Госуд. Грамотъ, т. I, Ж 202.
2

211
людми въ вотчинахъ ихъ и въ пом етьяхъ, платячи за тар, хани, а креетьян , вышедъ лзъ за сдужилыхъ людей, живутъ
за тарханы во лготе и отъ того великая тощета воинскимъ
людёмъ пріиде». Поэтому положено было до государева указа
- тарханщикамъ платить наравн съ другими, «чтобъ воинство
^ ' конечне во оекуденіе отъ того не было, для ради тое вины и
государеве казн въ томъ убытка не было».
Но этимъ еще не ограничивались подати, которыя выпла­
чивались вотчинными крестьянами. Кром оброковъ, поборовъ'
и повинностей вотчинныхъ, кром податей и повинностей кня- ,}jf
жескихъ, на нихъ лежали еще р а т і я пошлины и поборы по j
суду и управленію. Судъ собственно былъ принадлежностью
князя; этбвылб'рёгальное право, лежавшее на каждой земл ,
которая находилась въ пред лахъ области. Но судъвъ то время
разсматривался не какъ общественное д ло, а какъ частная
собственность, какъ доходная статья, на которую князь им лъ
право, и которую онъ жаловалъ своимъ слугамъ въкормленіе
или въ насл детвенное влад ніе. Посл днее обыкновенно им ло м сто относительно суда въ им ніяхъ духовенства и служилыхъ людей. Они освобождались или совершенно или от­
части отъ суда нам стниковъ и волостелей; вотчинникъ получалъ отъ князя право самому судить поселенныхъ на земл
его крестьянъ. Только н которыя преступленія, какъ самыя
доходныя статьи, оставлялись иногда въ пользу нам стниковъ.
Такимъ образомъ вотчинники получали право суда, иногда за
исключеніемъ разбоя, иногда разбоя и душегубства, иногда
разбоя, душегубства и татьбы съ поличнымъ ^ . Впрочемъ вот­
чинный судъ, какъ видно изъприм ра монастырскихъ им нііі,
4
) Жалованныхъ несудимыхъ^грамотъ монастырямъ и духовенству
такъ много, что и цитовать не стоить. О частныхъ лицахъ см. Акты
Историч. т. I, JW 115. Акты Археогр. Эксп., т. I, Ж 44, 73, 79,
111, 120, 132, 160, 371, 374.

212
о которыхъ сохранилось бол е изв стій, носилъ совершенно
тотъ же характеръ, что ж княжескій, то есть учреждался по началамъ права собственности и служилъ для вотчинника доход­
ной статьею. Вс т пошлины и .поборы, которые встр чаются въ кормленіяхъ, повторяются и зд сь.
•Въ мояастырскихъ вотчинахъ' судили обыкновенно прикащики, управляшіе им ніемъ, или посельскіе старцы, или
ключники, а иногда особенные тіуны ^ . •• Для исполненія судебныхъ д йствій были обыкновенно доводчики, но въ близкихъ
къ монаетырямъ селах'ь, вм сто доводчиковъ, эти д ла возла­
гались иногда на посылаемыхъ изъ монастыря нед лыциковъ 2 );
иногда же доводъ отдавался самому прикащику. Кром того,
для объявлений бывали биричи. Вс эти лица равно какъ и
старосты, которыхъ должность состояла въ сбор податей и
наряд на повинности, им ли свои доходы, сбираемые съ крестьІянъ 3 ). Прикащики получали не везд одинаков содержаніе.
Mr Изъ ежегодныхъ поборовъ, которые взимались съ крестьянъ
Т ,/въ ихъ пользу, мынаходимъ сл дующіе: въ зжее, праздничное
или праздничный кормъ, осеннее. Кром того, крестьяне
иногда обязаны были отправлять въ ихъ пользу н которыя повиности; такъ напр. въ уставной грамот Соловецкаго мона­
стыря селу Пузыреву 1561 г. вел но крестьянамъ всею во­
лостью на прикащика, на слугу и на доводчика молоть рожъ
на хл бы и солодъ для кваса 4 ). Въ оброчной грамот села
Соболева, принадлежавшаго Троицко-Сергіевскому монастыІрю, въ 1580 г. постановлено: «да нашему прикащику давати
{
имъ со всей волости съ году на годъ, въ осень, по 20 четл? вертей ржи, да по 20 четвертей овса, да на четыре праздни4

)
*)
3
)
*)

Акты
Акты
Акты
Акты

Археогр.
Археогр.
Археогр.
Археогр.

Эксп.,
Эксп.,
аксп.,
Эксп.,

т.
т.
т.
т.

I, Ж 255, 258.
I, Ж 255. II.
I, Ж 348, IIL
I, <№ 258.

213
ки, на великъ день, да на Петровъ день, да въ осень, да на
Рождество Христово по алтыну съ выти, да ему же съ волости
рубль денегъ, да с на косити имъ 60 копенъ»1). Въ другомъ
сел того же монастыря положено прикащику брать на три
праздника съ выти по дв деньги; въ н которыхъ же селахъ,
какъ праздничное, такъ и осеннее вовсе были отм нены 2 ).
Въ уставной грамот Кирилле - Б лозерскаго монастыря въ
1593 г. постановлено: «да прикащикамъ давати въ зжего съ
выти по дв денги, да осеннего съ выти по пяти денегъ, за
которымъ приказщикомъ доводъ, азакоторымъ доводу н тъ,
ино ему съ стола два рубли»3). О посельскихъ и ключниках^
въ уставной грамот Троицко-Сергіевскаго монастыря 1560 г. ;;
опред лено: «около манастыря поселскимъ старцомъ пошлина,
гд доводчика н тъ: на два праздника съ выти по дв денги,
а третей праздникъ въ манастырь беретъ съ выти по дв ден­
ги ; а гд ключники въ сел хъ міряне и имъ пошлинъ одинъ
праздникъ въ году съ выти по дв денги... да два праздника
на манастырь берутъ»4). О доходахъ тіуна находимъ только
въ уставной грамот Сумской волости, чтобы платить ему
5
кормъ по монастырской жалованной грамот ) . Зд сь же ска­
зано, чтобы старост сумскому, а также ибиричу, ве кресть­
яне и казаки Сумской волости, подсудные сумскому тіуну,
давали съ головы по московк , за пеключеніемъ т хъ, кото­
рымъ меньше пятнадцати л тъ. Крестьяне же другихъ селъ,
подсудные прикащикамъ виремскимъ и колежемскимъ, должны
были давать сумскому старость и биричу по полуденьг съ
головы, также за исключеніемъ малол тныхъ. Бол е подроб')
2
)
3
)
*)
6
)

АКТЫ Археогр.
Акты Археогр.
Акты Археогр.
Акты Археогр.
Акты Археогр.

Эксп., т. I, сЛ^ 307.
Эксп., т. I, Ж 348, I, III.
Эксп., т. I, <№ 357.
Эксп., т. I, J@ 255, II.
Эксп., т. I, t№ 268.

244
ныя изв стія им емъ мы о доводчикахъ. Въ уетановной грамот села Пузырева опред лено имъ брать съ выти праздничныхъ кормовъ: на великъ день и на Петровъ по дв деньги
московскихъ, а на Рождество четыре, да по два алтына еже­
годно за осеннее, и того ежегодно гривну московскую еъ вы­
ти, кром въ зжаго, которое равнялось двумъ деньгамъ съ
дыма ежегодно. Въ уставной грамот Кирилло-Б лозерскаго
монастыря положено доводчикамъ брать въ зжаго и осенняго
столько же, сколько и прикащикамъ.
ф I Таковы были доходы постоянные ; за т мъ сл довалц вре\ менные, и прежде всего судныя пошлины. Въ Пузырев прикащикъ бралъ на виноватомъ съ каждаго исковаго рубля по
алтыну, то есть три процента; если же онъ халъ или посылалъ кого на межу или протраву, то бралъ «за боранъ» алтынъ. Въ Соболев онъ бралъ «на боранъ хати алтынъ, на
поруку дати зду дв денги, а правда (за представленіе свид теля) вдвое; а съ судового д ла съ суда прикащику имати
по 10 денегъ, а ставъ у поля помирятся, ино пошлинъ гри­
вна. .. А судной списокъ доложатъ въ монастыр архимарита
и келаря и старцовъ соборныхъ, и прикащику съ рубля по гривн , да здъ монастырской, да правда ; а случится крестное
ц лованье, да помирятся, не ц ловавъ, ино заворотного ал­
тынъ». Зд сь, какъ видно, онъ исполнялъ должность не толь
ко судьи, но и доводчика. Въ другихъ м стахъ этого не было ;
такъ въ уставной грамот Кирилло-Б лозерскаго монастыря
доводчику одред лены свои пошлины, а поеельскому вел но
брать съ суда по дв деньги. Въ уставной же грамот Троицкаго монастыря 1590 г. постановлено : «а случится кресть­
янину со крестьяниномъ судъ, и досудитъ до поля, и ставъ у
поля да побіются, ино поселскому полевыхъ пошлинъ два ал­
тына , а ставъ у поля да помирятся, ино поселскому мировыхъ пошлинъ десять денегъ; а на судъ не ходя, за приста-

215
вомъ да помирятся, ино поселскому пошлинъ н тъ никоторыхъ». Въ н которыхъ грамотахъ эти пошлины назначаются
нед лыцику. Въ уставной грамот Троицко-Сергіевскаго мо­
настыря 1560 г. подробно опред лены доходы нед лыциковъ;
они были сл дующіе :
«Кого дастъ на поруку въ нанастыр , зду на виноватомъ денга, а
правды вдвое; а кого дастъ въ сел на поруку, зду на три версты
денга, а правды вдвое. А полевыхъ пошлинъ нед лыцикомъ въ манастыр : стоявъ у поля истецъ съ отв тчикоиъ да помирятся, и имъ съ
об ихъ пошлинъ имати 10 денегъ; а побьются, и имъ съ виноватого
пошлинъ гривна, а стоявъ у цоловонья истецъ съ отв тчикомъ, да по­
мирятся, и имъ съ об ихъ пошлинъ б денегъ; а поцолуетъ ищея или
отв тчикъ, и имъ съ виноватого пошлинъ здъ да правда; а не сто­
явъ у поля и у цолованья истецъ съ отв тчикомъ помирятся, и имъ
пошлинъ н тъ, опричь зду и правды. Да нед лыцикомъ же зду, кто
лередъ келаремъ и передъ старцы ищетъ и отв чиваетъ, изъ ближнихъ и изъ далнихъ селъ , и ставленого по денг съ виноватого;
а кто о чемъ докладывает-!, и имъ съ того пошлинъ н тъ; а кого велятъ келарь и старцы дати на поруку въ манастырскомъ д л , и имъ
о томъ бити челомъ келарю и старцомъ, что ложалуютъ на винова­
томъ велятъ взяти; а пожел зного нед лыцики емлютъ...»

Зд сь въ грамот пропускъ. Въ сел Пузырев доводчикъ
бралъ зду на версту по московской деньг , а на правду съ
суда вдвое. Въ селахъ же Кирилло-Б лозерскаго монастыря
установлены были сл дующія пошлины:
«Хоженого доводчику въ сел денга, а правда вдвое; а зду доводчикомъ на десять верстъ пять денегъ, а на 20 или на 30 верстъ та жъ
пять денегъ зду. А случится ссылка съ суда на правду, челов къ на
10 или на 15 въ одномъ д л , и правда давати та жъ дв денги; а съ
одного челов ка та жъ дв денги; а будетъ исцова правда, а отв тчикова правда жъ, и съ об ихъ сторонъ имати по дв денги .. А пожел вного доводчику имати со челов ка по дв денги на день да на ночь,
по комъ поруки не будетъ, а вязчего имати, съ татя или съ душе­
губца, по два алтына; а которого челов ка поколютъ или убіютъ болечо не до смерти, и смотр ного доводчику имати по два алтына на
виноватомъ.»

216
Ни въ одной изъ упомянутыхъ уставныхъ грамотъ не гово­
рится о вир ; причина безъ сош нія та, что она платилась
не прикащику, а монастырскимъ властямъ, если только она
не оставлялась за нам стниками и волостелями. Монастыр­
скимъ же властямъ приносились и жалобы на прикащиковъ и
доводчиковъ въ случа злоупотребленій или отказа въ суд ;
он же судили и см сный судъ, то-есть споръ своихъ крестьянъ съ посторонними людьми. Въ посл днемъ случа монастырскій креетьянинъ (или же вообще всякій вотчинный) «въ
правд ивин » подлежалъ своему судь , то-есть посл дній •
им лъ право въ томъ и другомъ' случа взыскивать съ него
сл дующія пошлины, не допуская посторонняго судью всту­
паться въ это д ло. Право суда было правомъ собственностиГ|
и подсудимый разсматривался, какъ источникъ дохода, при-)
надлежащій своему судь , а не другому.
^J | Кром судныхъ пошлинъ, было множество другихъ, которыя
то взимались въ пользу вотчинника, то предоставлялись прикащикамъ, доводчикамъ, пятенщикамъ и т. п. Сюда принадлежа^ |ли Свадебныя пошлины, наприм ръ: «случится у кого свадба, выдастъ за волость дочерь, лприказщику куница десять
денегъ, дасъ отводинъ хл бъ да колачь, а доводчику дв денги;
а женитъ сына, л прикащику алтынъ новожеыой, да хл бъ да
колачь, а доводчику дв же денги»1). Пошлина за выдачу до­
чери за мужъ въ другую волость называлась выводною куни;
f цею : «а выводная куница грпвна, а новоженной въ одной во­
лости алтынъ» 2 ); или: «а выводные куницы лмати по полу­
третья алтына, да новоженной алтынъ, а дву денегъ за утиральникъ не имати»3). Въ селахъ же Клрило-Б лозерскаго
*) Акты Археогр. Эксп., т. I, Ж 258.
3
) Акты Археогр. Эксп., т. I, Ж 307.
3
3 Акты Археогр. Эксп., т. I, Ж 348, I.

217

^4

монастыря вел но было брать за выводную куницу два алтына,
а если гд за волостью берутъ больше, то брать протжвъ
того. 2) То^говыя пошлины, который были весьма разнообра­
зны. Въ уставной грамот Троицкаго монастыря 1560 года
постановлено: «кто пдодастъ лошадь за волость, съ продавца
денга; а м няются лошадми въ одной волости, съ об ихъ по
дв денги; апродастъ корову или быка за волость, съ прода­
вца денга; а продастъ за волость стогъ с на или възородъ,
явки дв денги; а продастъ за волость хоромину, явки еъ угла
дв денги; а продастъ за волость одонье ржи или овса, явки
поземного четверть». Подобный поетановленія встр чаются и
во вс хъ другихъ грамотахъ. 3) Разныя явки, какъ-то: за
наемъ прихожаго казака явки 4 деньги, а за яаемъ въ одной
волости деньга 1 ), съ братчины дв деньги и т. п. 4») Разиыя
пени, между прочимъ сгонное съ лошади, если лошадь при\ б житъ изъ-за волости 2 ). Наконецъ, 5) отхожія пошлины:
I пожилое или похоромное съ уходящаго крестьянина, и поря­
дное съ покупщика, который съ разр шенія прикащика пріобр талъ земельный участокъ 3 ).
Изъ этого видно, что каждая вотчина представляла собою )
маленькое княжество, точно также, какъ княжество было ни (
что иное, какъ большая вотчина. Въ обоихъ господствовали )
одни и т же начала — начала частнаго влад нія. Все, что
составляетъ насущную потребность общества, съ этой точки
зр нія превращалось въ частную собственность, разсматривалось, какъ доходная статья. Каждый землевлад лецъ им лъ въ
своей вотчин разныя Фискальныя права, которымъ подлежалъ
БСЯЩЙ^КТО селился .на его зещі . Сюда принадлежали: право
суда съ сопряженными съ нимъ доходами, право на изв стныя
'} Акты Археогр. Эксп., т. I, Ж 307.
) Акты Археогр. Эксп., т. I, Ж 357.
3
) Акты Археогр. Эксп., т. I, Ж 258.
а

• *

2d 8
1 повинности, право на сборъ разнообразныхъ дошлинъ. Все это
1 были вр^чинные доходы, которые порождали весьма многосло­
жное и запутанное управленіе, ибо вся ц ль влад льца состо^
яла въ томъ, чтобъ изъ каждаго д йствія поселенца извлечь
•:і Iдля себя какую-нибудь выгоду. Къ тому же н которьія изъ
;
этихъ статей принадлежали князю, другія вотчиннику ; и тотъ
\ и другой жаловали ихъ различнымъ управителямъ въ вид ко рмлеиія или милости, такъ что съ однихъ и т хъ же лицъ дохоі ды шли въ различныя руки. Понятно какія зд сь могли проис\ ходить злоупотребления. Д йствительно, въ н которыхъ грамотахъ мы видимъ жалобы крестьянъ на прикащиковъ и доводчиковъ, которые берутъ оброкъ и пошлины не по грамотамъ и не
по окладу, и требуютъ съ крестьянъ лишнихъ повинностей *).
Но также, какъ государи московскіе въ X Y и XYI в кахъ
стремились къ ограниченію власти кормленщиковъ, къ огражденію подданныхъ отъ злоупотребленій, такъи вотчинники да­
вали подобный же грамоты своимъ поселенцамъ. Такъ вън которыхъ уставныхъ грамотахъ постановляется, чтобы прикащикъ не судилъ безъ священника и крестьянъ 2 ), въ другихъ
отм няются поборы посельскихъ, доводчиковъ и другихъ дворовыхъ людей 3 ), въ третьихъ дается староетамъ право самимъ
привозить въ монастырь ежегодные оброки, и с но косить и во­
зить безъ монаетырскихъ закосчиковъ 4 ). Однако въ частныхъ
вотчинахъ это стремленіе къ ограниченно произвола и злоупотребленій далеко не им ло того значенія, какъ въ государств ; въ монаетырскихъ вотчинахъ мы видимъ всю среднев ковую систему кормленій и лошлинъ въ то время, какъ въ об­
щей администраціи она давно уже была уничтожена москов­
скими царями. Частное право не легко поддается государст*)
)
3
3
*)
2

Акты Археогр. Эксп., т. I *№ 258.
Тамъ же.
Тамъ же, т. I, J№ 255.
Тамъ же, т. I, Л* 348, III.

219
венньшъ потребностямъ, ибо для частнаго влад льца общест­
венная польза всегда составляетъ д ло второстепенное. Нужно
сильное вм шательство власти, чтобъ искоренить отжившіе
свой в къ и противные новымъ условіямъ обычаи и установленія, если они однажды проникли въ сФеру частнаго права.
Каждая частная вотчина представляла такимъ образомъ отf

раженіе большой княжеской вотчины. Но какъ въ княжескихъ
уд лахъ народонаселеніе сгободно переходило съ м ста на м •
сто, такъ и зд сь былъ постоянный приливъ и отливъ прсе-

і ленцевъ. Каждый изъ нигь, на основанш свободнаго договора,
вступа-іъ въ союзъ съ землевлад льцемъ и подчинялся тому
порядку вещей, который господствовалъ въ вотчин . Землевлад лецъ былъ не столько хозяинъ, сколько князь своей вот­
чины; ц ль его состояла не въ экономическомъ устройств
им нія, а въ сохраненіи вотчинныхъ правъ, который вовсе не
им ли хозяйственнаго характера. Это мы видимъ и въ монастырскихъ им ніяхъ, а т мъ бол е это должно было быть въ
им ніяхъ служилыхъ людей, которые были заняты постоянною
службою, особенно въ періодъ отъ здовъ, когда они безпрестанно кочевали съ м ста на м сто. Вел дствіе этого вотчинникъ предоставлялъ крестьянамъ довольно свободное распоряженіе землями; ему было все равно, кто бы ими ни влад лъ.
Такъ въ уставной грамот села Пузырева соловецкій игуменъ
пишетъ: «такожъ есмя васъ благословилъ и пожаловали : вол­
не вамъ межъ собя дворы и землями м няти и продавати, доложа приказщика». Это было даже выгодно для вотчинника,
ибо за это платились пошлины: «а кто свой жеребей продастъ
или пром нитъ, и приказщику имати на томъ явки м новного
съ об ихъ половинъ на монастырь полполтины; а кто продастъ
свой жеребей, а самъ пойдетъ за волость, и на томъ имати
похоромное сполна, а съ купца имати порядное посмотря по
земл и по угодью». Это впрочемъ не было общимъ правиломъ;

220
встр чаются грамоты, гд крестьянину дается земля съ усдсь
віемъ, чтобъ ее «не освоиватп, ни окняжить, ни обоярить, ни
продати, ни заложити, ни по душ не дать ^ » , Во всякомъ
случа отъ такого свободнаго распоряженія землею крестьяни­
ну д лалось не легче, ибо вотчинныя права лежали на немъ
всею своею тяжестью.
Въ самомъ д л , если мы посмотрішъ только на оброки,
которые крестьяне платили своимъ пом щикамъ, то положеніе
первыхъ представится намъ довольно выгоднымъ. Платить че> твертый, пятый, шестой снопъ весьма легко для землед льца.
«/1 Но если мы возьмемъ въ разсчетъ всю совокупность податей и .
повинностей, какъ влад льческихъ, такъ и княжескихъ, и то
безчислешюе хШіожество пошлпнъ и поборовъ, которые взима­
лись всякими властями, то мы уб димся, что положеиіе землед льца было весьма неотрадно. Чтобы н сколько пособить ему,
|онъ долягенъ былъ приб гать къ постояииымъ займамъ, но это
^ставило его еще въ большую зависимость отъ пом щика. Ко
I всему этому надобно прибавить и безпр^ханпшя, даоилія, неизб жныя во времена неустройства. Такъ напр. въ 4 5 6 0 г. игу­
менья и сестры Михаліщкаго монастыря просили царя о м н
своей вотчины, потому что «на сумежь деп около то воло­
сти многихъ нашихъ д тей боярскихъ Б жецкіе пятины пом щиковъ пом стья, и отъ т хъ деи д тей боярскихъ, въ земляхъ и во всякихъ д л хъ и отъ про зжихъ людей крестьяномъ то ихъ волости чинятца насилства и обиды великіе, и
имъ деи т хъ своихъ крестьянъ отъ обидъ уберечи не мочно,
потому что деи отъ нихъ удал ли». Всл дствіе этого мона­
стырь принужденъ былъ давать крестьянамъ многія льготы, и
уплачивать за нихъ подати 2 ). Въ 4579 г. прикащикъ и кре­
стьяне монастырскаго села Хрепелева заявили, что сос дній
4
2

) Акты Археогр. Эксп., т. I, JW 74, IW
3 Доп. къ Акт. История., т Г, «Л^ 113.

221
пом щикъ Новокрещеновъ наслалъ на нихъ людей своихъ и крестьянъ, которые село обступили, начали грабить дворы крестьянскіе и монастырскіе, а людей и крестьянъ «учали бить
на смерть и стр лять изъ луковъ и изъ рушницъ, и колоть
рогатинами, и саблями с чь, и топорками». За т мъ вычисля­
ются пограбленныя рухлядь и скотина, и все оц нивается въ
460 рублей, сумма чрезвычайно значительная въ то время 1 ).
;Ие мудрено посл этого, что Герберштейнъ описываетъ поло/ женіе крестьянъ, какъ самое жалкое, потому что имущество
• ихъ подвержено грабительствамъ воиновъ и служилыхъ люідей 2 ). Не мудрено, что деревни пуст ли и народонаселеніе
безпрестанно кочевало съ м ста на м сто. Прим ры такого запуст нія встр чаются на каждомъ шагу. Въ 1386 г. наприм ръ въ Б лозерскомъ у зд царь даровалъ Горицкому мона­
стырю въ вотчину село съ двадцатью пятью пустошами, которыя были деревнями3).
/ Правительство старалось однако противод йствовать этому
! стремленію, несогласному съ государственными "потребностя­
4
ми и съ общественнымъ порядкомъ. У станов леніемъ срока для
перехода крестьянъ, Судебники старались по крайней м р ] «ф
дать посл днему н которую правильность, ограничивши его/
изв стнымъ временемъ года, когда уже кончались вс работы.
Временное уничтожение тархановъ въ 1584» г. іш ло также)
ц лыо прекратить переселеніе крестьянъ съ земель служи- \
лыхъ людей, которые черезъ это лишались возможности ис-/
правлятъ свою службу. Съ другой стороны потребность поряд­
ка въ управленіи вела въ н которыхъ случаяхъ къ усиленію
власти господъ надъ крестьянами. Въ царскомъ Судебник
(ст. 89) постановлено, что если крестьянина въ судебномъ
*) Акты Юридич., « Ж 46.
*) Карамзинъ, т. X, прим ч. 347.
3
) Акты Истории., т. I, JW 217.

222
поединк побьютъ въ разбо или въ друтомъ лихомъ д л и
отдадутъ его за того государя, за к мъ онъ жив тъ, или же
тотъ его выручитъ, а крестьянинъ захочетъ отойдти, то его
отпустить; но наотказчик взять поруку съ записью, чтобы
крестьянинъ былъ на лице, если его потребуютъ по какомунибудь другому д лу. Въ дополнительныхъ статьяхъ къ Судеб­
нику 1 ) вел но боярамъ приказнымъ людямъ и дворянамъ накр пко приказать въ своихъ селахъ, чтобы люди ихъ и кресть­
яне въ обыскахъ не лгали; если же они солгутъ, то самимъ
боярамъ и д тямъ боярскимъ быть въ великой опал , а людямъ
ихъ икрестьянамъ быть казненнымъ, какъ въ разбойныхъ д лахъ. Впрочемъ пом щикъ избавлялся отъ отв тственности,
если онъ самъ, узнавши о лжи, доносилъ о томъ государю.
Въ уставной книг Разбойнаго приказа постановлены три Фор­
мы обвиненія или уликъ, по которымъ челов къ предавался
пытк : поличное, оговоръ и лихованный обыскъ. Но кром
того, если дворяне, приказные люди и д ти боярскіе приведутъ
людей своихъ, крестьянъ или дворниковъ, и скажутъ на нихъ
разбой, воровство или подводы, то вел но пытать ихъ безъ
обыска и безъ оговора, и чинить указъ, кто чего доведется 2 ).
Ветр чаются также прим ры взысканій по судебнымъ приго3
ворамъ съ пом щика за людей его и крестьянъ ). За то съ
другой стороны преел дованіе воровъ и разбойниковъ въ XVI
в к сд лалось д ломъ государственнымъ. Прежде того мдогіе вотчинники им ли право суда съ разбоемъ и съ татьбою;
теперь же воровъ и разбойниковъ вел но было ловить и судить
губнымъ старостамъ и ц ловальникамъ. Сначала губныя гра­
моты давались и отд льньшъ им ніямъ по просьб самихъ вотчинниковъ; но посл дніе въ эти д ла не вм шивались. Все
*) Акты Историч., г. I, <№ 154. V, ст. 10, 11.
) Акты Историч., т. Ш , <№ 167.
3
) Акты Юридич., <№ 17.
3

223

f

возлагалось на самихъ крестьяиъ, у которыіъ губными ста­
ростами были прикащики — либо вотчинные, либо выбираемые
ими самими, либо назначаемые царемъ; подчинялись ж они
непосредственно Разбойному приказу 1 ). Вскор однакоже губ­
ные старосты сд лались властью у здною, и совершенно по­
теряли вотчинный характеръ.
f
Таково было положеніе крестьянъ въ конц XVI в ка. Въ
\ 1592 или 93 г. посл довало ихъ укр пленіе. Самый указъ до
І насъ не дошелъ, но содержаніе его ясно изъ сл дующаго ука­
за U ноября 1598 г . 2 )
а Царь и великій князь едоръ Ивановичь всея Русіи указалъ и бо­
яре приговорили: которые крестьяне изъ-за бояръ и изъ-за дворянъ
и изъ-за приказныхъ людей и изъ-за д тей боярскихъ и изъ-за всякихъ людей изъ пом стей и изъ вотчинъ, и изъ патріарховыхъ и изъ
митропоіичьихъ, и изъ вдадычнихъ и изъ монастырскихъ вотчинъ выб жали до нын шняго 106 году за пять л тъ; и на т хъ б гдыхъ кресть­
янъ въ ихъ поб г , и на т хъ пом щиковъ и вотчинниковъ, за к мъ
они выб жавъ живутъ, т мъ пом щикамъ, изъ-за кого они выб жади,
и патріаршьимъ и митрополичьимъ и владычнимъ д теиъ боярскииъ и
ионасгырскихъ селъ прикащикомъ и служкоиъ давати судъ и сыскивати накр пко, всякими сыски, и по суду и по сыску т хъ б глыхъ кре­
стьянъ съ женами и съ д тми и со вс ми животы возити назадъ, гд
кто жилъ. А которые крестьяне выбежали до ныньшняго 106 году л тъ
за шесть и за семь и за десять и больше, а т пом щики и вотчин­
ники, изъ-за кого они выб жали... на т хъ своихъ б глыхъ крестьянъ
въ ихъ поб г и на т хъ пом щиковъ и на вотчинниковъ, за к мъ они
изъ-за нихъ выб жавъ живутъ... не би&аля ^еломъ... и на т хъ... су­
да не давати и назадъ ихъ, гд кто жилъ не вывозити ».

/
Изъ этого можно заключить, что ужь и прежде пом щики
• бивали челомъ о возвращеніи вышедшихъ изъ-за нихъ кресть| янъ. На это указываютъ и жалобы ихъ на оскуд ніе и запу? ! ст ніе деревень, представленныяна собор 1 5 8 4 г., на кото\ ромъ временно были уничтожены тарханы. Но во веякомъ слу\
4
3

) Акты Археогр. Эксп., т. I, Ж
) Акты Истор., т. I, стр. 420.

194, ^24.

224
\ ча это посл днее обстоятельство показываетъ, что въ 1 5 8 4 г .
• крестьяне еще пользовались полнымъ правомъ перехода.
^ I Въ 1601 г. снова позволено было въ н которыхъ случаяхъ
£ ' перевозить "крНстьянъ отъ одного пом щика къ другому. Царь,
сказано въ указ *), и царевичъ «пожаловали во всемъ своемъ
гоеударств отъ налога и отъ продажъ вел ля крестьяномъ давати выходъ». Отказывать и возить позволено между собою :
1) выборнымъ дворянамъ, 2) жильцамъ, 3) городовьшъ д тямъ боярскимъ, і) городовьшъ прикащикамъ вс хъ городовъ»
5) инозещамъ, 6) всякихъ чиновъ дворовьшъ людямъ Большаго Дворца , какъ-то : ключникамъ, стряпчимъ, еытникамъ,
подключникамъ, 7) разньшъ людямъ, принадлежащимъ къ в домству конюшенному, ловчему, сокольничьему, 8) д тямъ
боярскимъ царицы, 9) подъячимъ вс хъ приказовъ, 10) стр лецкимъ сотникамъ и казачьимъ головамъ, 11) переводчикамъ
и толмачамъ посольскаго приказа, 12) приказнымъ людямъ и
д тямъ боярскимъ патріарха, митрополитовъ, архіепископовъ
и епископовъ. Напротивъ, запрещено перевозить крестьянъ въ
^ дворцовыя села, въ черныя волости и въ им нія патріарха,
митрополитовъ, архіепископовъ, епископовъ, монастырей, бояръ, окольіничьихъ, болынихъ дворянъ, приказныхъ людей, дьяковъ, стольниковъ, стряпчихъ и стр лецкихъ головъ, а цавно
и отъ нихъ. Т мъ лицамъ, которымъ вывозъ былъ позволенъ,
разр Шш) ^ыло вывозить одному отъ другаго не бол е одного
дли двухъ челов к ъ ; вывозить же трехъ или четырехъ одному
пом щику отъ другаго запрещено. Срокъ вывоза по прежнему
назначенъ былъ Юрьевъ день, да дв нед ли спустя. Пожидщіи&ел но платить по рублю по два алтына за дворъ.
Указъ этотъ былъ изданъ только на этотъ годъ, но въ сл дующемъ году вышелъ другой точно такого же содержанія съ
: прибавленіемъ, чтобы «крестьянъ изъ-за себя выпускали со
*) Акты Археогр. Эксп., т. И, <№ 20.

22o
\ вс ки ихъ животы, безо всякія зац пки, и во крестьянской бы
/ возк промежъ вс хъ людей боевъ ж грабежей не было, л
•/( сжлно бы д ти боярскіе крестьянъ за собою не держали и проД I дажъ жмъ нйкоторыхъ не д лали; а кто учнетъ крестьянъ грабити и изъ^за себя не выпускати, и т мъ отъ насъ быти въ
великой опал » 1 ).
\
Эти указы явно клонились..къ облегченію участи мелкопо
Г' / м стныхъ дворянъ, которые, не нм я крестьянъ, часто нахоі дились въ невозможности отправлять государеву службу. Неизв стно, повторены ли эти положенія и въ сл дующіе года.
Изъ приведеннаго ниже указа Василія Ивановича Шуйскаго
;' можно однакоже думать, что они получили законную силу и на
j посл дующее время.
При Лжедимитріи въ 1606 г. 1 Февраля изданъ былъ указъ
другаго содержанія2). По прежнему приговору вел но было
отыскивать б глыхъ крестьянъ за пять л тъ, а не дал е. Это,
показываетъ, что крестьяне не считались кр пкими земл ц
что всл дствіе укр пленія они еще не сд лались полною собіі
ственностью пом щиковъ. Даже и въ этомъ промежутк вел -'
но отдавать назадъ не вс хъ: о т хъ, которые ушли отъ пом щиковъ въ голодные года, и къ новымъ влад льцамъ при­
шли въ б дности, предписано д лать сл дствіе, и если ока­
жется, что крестьянинъ былъ не б деиъ и уб жалъ съ имуществомъ, им я средства прокормиться, то такого возвращать
прежнему пом щику. Если же онъ ушелъ, потому что не
им лъ возможности прокормиться, а новый пом щикъ прокормилъ его въ голодные года, то въ таковыхъ отказывать истцамъ: «не ум лъ онъ крестьянина своего кормити въ т голодныя л та, а нын его не пытай». Точно также запрещено
возвращать и т хъ, которые въ голодные года по нужд отда• 4У Акты Археогр. Эксп., т. II, <Л£ 23, 24.
a
J Тамже, т. I, Ж 40.

226
лись другигь пом щикамъ въ холопства или въ кабалу. Если
же крестьянинъ пошелъ въ кабалу къ собственному пом щику, и потомъ начнетъ говорить, что пом щикъ взялъ его во
дворъ еъ пашни насильно, потому что ему неч мъ было про­
кормиться, то ему отказывать, если кабала записана въ кни­
ги; ибо онъ им лъ возможность жаловаться на насиліе при
записк . Кабаламъ же, которыя не записаны въ книги, в рить запрещено.
Но окончательное укр пленіе поел довало при Василіи йванович Шуйскомъ указомъ 9 марта 1607 г. Въуказ сказано :
«Государь царь и ведикій князь Василій Іоанновичъ всея Русіи, съ
отцомъ своимъ свят йшимъ Гермогеномъ патріархомъ, со вс ъ освященныиъ соборомъ и со своимъ царскимъ синкдитомъ, слушавъ д о ­
клада пом стной избы отъ бояръ и дьяковъ, что переходомъ крестьякъ причинилися великія ісромолы, ябеды и насилія немощнымъ отъ
сильныхъ, чего де при цар Іоанн Васильевич не было, потому что
крестьяне выходъ км ли вольный, а царь едоръ Іоанновичъ, по на­
говору Бориса Годунова, не слушая сов та стар йшихъ бояръ, вы­
ходъ крестьяноиъ заказалъ, и у кого колико тогда крестьянъ было,
книги учинилъ, и посл отъ того началися мяогія вражды, кромолы и
тяжи. Царь Борисъ едоровичъ, видя въ народ волненіе веліе, т
книги оставилъ и иереходъ крестьяномъ далъ, да не совс мъ, что су­
дьи не знали, како по тому суды вершити, и нын великія въ томъ
учинились распри и насилія, и многимъ разоренія и убивства смерт­
ный и многіе разбои и по путемъ грабленія сод яшася и сод ваются.
Сего ради приговорили есмы и уложили по святымъ ведикимъ соборамъ и по правиламъ святыхъ отецъ. Которые крестьяне отъ сего чи­
сла предъ сииъ за 15 л гъ въ книгахъ 101 году положены, и т мъ
быть за т ми, за к мъ писаны; а буде т крестьяне вышли за кого
инаго, и въ томъ есть на крестьянъ т хъ, или на т хъ, кто ихъ держитъ, челобитье, и т д ла не вершены, или кто Сентября по 1-е чи­
сло сего года будетъ бить челомъ, и т хъ крестьянъ отдавати по т мъ
книгамъ со вс ми ихъ животы т мъ, за к мъ они писаны, до сроку Рож­
дества Христова 116 года (1608) безъ пожилаго; а не отдастъ кто на
тогъ срокъ, ино на немъ брати за пріимъ и пожилое по сему уложенію; а не было о которыхъ крестьянахъ челобитья по сей день и
Сентября по 1-е не будетъ, и т*хъ посл того срока по т мъ книгамъ.
не отдавати, а написати ихъ въ книги, за к мъ они нын живутъ, и

227
впредъ за 15 л тъ о крестьянахъ суда не давати и крестьянъ не вы­
возит. »*).

За передержахельство опред лено платить 10 руб. пени го­
сударю, да пожилое прежнему пом щику : по 3 рубли ежегод­
но за дворъ, а за холостаго также по 3 рубли. Если же уб житъ женщина и выдетъ за мужъ за чужаго крестьянина, то
ноел дняго выдавать съ женою и съ прижитыми отъ нея д тьми. Но если есть у него д ти отъ перваго брака, то посл дніе
остаются у своего пом щика, кром малол тныхъ, которые сл дуютъ за отцемъ и должны жить съ нимъ до 4 5 - л тняго во зраста.
Таковы указы объ укр пленіи крестьянъ. Изъ посл дняго
видно, что неустройства^дрщзшедшія отъ укр пленія не полнаго, поведи къ укр дленію полному.
Если мы на эти п о й і Ш Ш Т я взгляйемъ отр шенно отъ существовавшаго въ то время порядка вещей, то намъ покажется
весьма страннымъ и непонятнымъ д ломъ уничтоженіе однимъ
указомъ свободы ц лаго сословія, которое искони пользовалось
правомъ перехода. Но если мы разсмотримъ ихъ въ связи съ
другими явленіями жизни, въ связи съ предыдущею исторіею,
мы уб димся что въ этомъ не было ничего исключительнаго
и несправедливаго. Это было укр пленіе не одного сословія въ
особенности, а вс хъ сословій въ совокупности; это было го­
сударственное тягло, наложенное на всякаго, кто бы онъ ни
былъ. Вс равно должны были вею жизнь свою служить го­
сударству, каждый на своемъ м ст : служилые люди на пол
брани и въ д лахъ гражданскихъ, тяглые люди — посадскіе и
крестьяне, отправленіемъ разныхъ службъ, податей и повинно­
стей, наконецъ вотчинные крестьяне, кром уплаты податей и
отправленія повинностей, также службою своему вотчиннику,
который только съ ихъ помощью получалъ возможность испра*) Указатель Россійскихъ Законовъ Максимовича часть I, стр. 130—1.

228
влять свою службу государству. Служилые люди не были укре­
плены къ м стамъ, ибо служба ихъ была повсем стная. Тяг-!
лые же люди, какъ мы уже вид ли, считались кр постными,
и не могли уходить съ своихъ м стъ. Невозможно было не распрострщхь .этого положенія и на вотчинныхъ крестьянъ. Во
времена зсеобщаго укр пленія это было бы несправедливьшъ
исключ^ніемъ.
I Такова была главная побудительная причина для запрещенія
/ свободнаго1[е|)ехода крестьянъ7причина, котораяв]ьщі]Иіаизъ
са^шго^мШлТ^жизни, и незам тно направляла умы современниковъ. Къ ней сводятся и вс второстепениыя побужденія, которыми обыкновенно стараются изъяснить эту м ру. Сюда от­
носятся: 1) Желаніе оградить б дныхъ пом щиковъ отъ перезыва крестьянъ людьми богатыми, пм ющимп бол е средствъ
дать поселенцамъ разныя льготы л т мъ переманить ихъ къ се­
бе. Это желаніе действительно существовало, какъ видно изъ
постановленій собора 4584 г. и изъ указовъ Бориса Годунова,
Но оно вызвано было именно т мъ, что служилымъ людямъ ну­
жны были средства для исправленія государственной службы..
Эти средства давались имъ въ пом стьяхъ, съ которыхъ они ее
и несли. Пом стья же безъ крестьянъ не давали дохода; зем­
ли было много, а рабочихъ рукъ мало, и когда работники ухо­
дили, пом щикъ лишался способовъ содержать себя на служб .
Итакъ, если дворянинъ обязанъ былъ всю жизнь свою служить *
государству, то необходимымъ поел дствіемъ этой обязанности
было то, что крестьяне должны были всю жизнь свою служить
ему. Это также была служба государственная, только въ дру­
гой фддо . 2) Необходимость установить правильную Финансо­
вую систему. При общемъ кочеваніи народонаселенія, при не-.
достатк административныхъ средствъ, невозможно было уста­
новить правильные оклады и удобную податную систему, необ­
ходимую для существованія государства. Подати лежали на зе-

229
мл , а земля ничего не значила; она то обрабатывалась, то по­
кидалась впуст . Нужно было разложить ихъ на лица, а люди
уходили съ м ста, и нельзя было за ними усл дить. Такимъобразомъ, если государство хот ло устроить свои Финансы, оно j
необходимо должно было приб гнуть къ укр$пл.ешіо прдатныхъ /
лицъ. Но и эта побудительная причина къ укр пленію находит­
ся ІвъТвязи съ установленіемъ общаго государственнаго тягла:
уплата податей и отправленіе повинностей составляли особен­
ную обязанность сословія тяглаго, а отчасти и вотчинныхъ крестьянъ, обязанность равносильную служебнымъ обязанностямъ
служилаго сословія. Тяглому челов ку необходимо было сид ть
на м ст , чтобы тянуть свое тягло, вотчинный же крестьянинъ
тянулъ тягло какъ государству, такъ и своему вотчиннику.
3) Желаніе упрочить^общественную безопасность, которая бес­
престанно нарушалась, дри ойцеЖ *бр*оженіи народонаселенія.
Но общественная безопасность была также потребностью госу­
дарства, которой оно не могло удовлетворить иначе, какъ по­
винностью подданныхъ; ибо собственныхъ средствъ оно въ то
время им ло слишкомъ мало. Всл дствіе этого самая поимка
воровъ и разбойниковъ возложена была на м стныхъ жителей,
какъ повинность. Укр пленіе сословій было всеобщею повинно­
стью, которой посл дствіемъ была между прочимъ и обществен­
ная безопасность.
Посл этого мы можемъ понять различіе между укр пленіемъ холоповъ и укр пленіемъ крестьянъ. Первое возникло изъ
"частнаго права, которое составляло основаніе общественной жи­
зни въ средніе в ка, изъ господства личности, не знавшей надъ
собою общественной власти, изъ стремлеиія каждаго челов ка
увеличить свое могущество порабощеніемъ окружающей его сре­
ды. Второе вышло изъ потребности государства устроиться и
укр питься. Образуясь изъ среднев ковой неурядицы, лишен­
ное всякйхъ средствъ, и денежныхъ и административныхъ, оно
20

230
должно было требовать отъ подданныхъ посильной службы для
того, чтобы учредить правильное управленіе, водворить благо­
устройство, создать силу и могущество Россіи. Укр пленіе
крестьянъ было не частнымъ правому, пріобр тенньііъ" Щнимъ
лидемъ надъ другимъ, а посл дствіемъ обвдихъ обязанностей,
наложенныхъ навс сословш: "Но съ^Другой стороны, при соедйненш крвстьянъ и холоповъ подъ рукою одного влад льца,
одно учрежденіе возд йствовало на другое, одно сословіе сооб­
щило другому н которыя черты своего характера.
Итакъ, этотъ переворотъ въ судьб крестьянскаго сословія
былъ необходимымъ посл дствіемъ условій тогдашняго быта. Но
какимъ же образомъ могъ онъ совершиться безъ сильныхъ потрясеній? Только въ пословиц : «вотътеб , бабушка, Юрьевъ
день!» сохранилось объ немъ воспоминаніе въ народ . Мы найдемъ этому объясненіе, если взглянемъ на способъ укр пленія бояръ и служилыхъ людей. Посл дніе также пользовались
правомъ перехода: «а боярамъ и слугамъ вольнымъ воля». Но
когда уничтожилась уд льная система, московскіе государи ста­
ли требовать, чтобъ они перестали отъ зжать. И вотъ, безъ пе­
реворота, даже безъ указа, бояре и служилые люди изъ вольныхъ слугъ сд лались кр постными и стали писаться холопами. ^Ъло въ томъ, что требованіямъ государства ни бояре, ни
крестьяне не могли противопоставить такого д ятельнаго сопротивленія, какГ наприи р Феодальные владельцы на Запад . Они были для этого слишкомъ разрознены. Бояре и слуги
могли протестовать только б гствомъ, да крамолами; ихъ сд лали холопами, а они все-таки продолжали отъ зжать. Точно
также и крестьяне, не смотря на укр пленіе, продолжали ухо"дить тайкомъ. Весь ХУІІ в къ наполненъ исками о б глыхъ
крёстьянахъ. Даже б дствія смутнаго времени должно припи­
сать главнымъ образомъ этому протесту боярства и крестьян­
ства противъ требованій государства. Но посл днее взяло на-

231
конецъ верхъ, потому что на сторон его было право. Оно не
д лало исключеній ни для кого; оно отъ вс хъ сословій требо­
вало посильной службы, необходимой для величія Россіи. Исословія покорились и сослужили эту службу. До самыхъ временъ
Екатерины продолжалась эта система повинностей, которая ле­
жала въ основаніи вс хъ учрежденій того времени. Но когда
государство достаточно окр пло и развилось, чтобы д йствовать
собственными средствами, оно перестало нуждаться въ этомъ
тяжеломъ служеніи. При Петр Ш и Екатерин съ дворянства
сняты были его служебныя обязанности. Жалованною грамотою
4 7 8 5 года оно получило разныя права и преимущества, какъ
высшее сословіе въ государств ; оно получило въ собствен­
ность и пом стныя земли, которыя сначала даны были ему,
только какъ временное влад ніе, для содержанія на служб .
\Это была награда за долговременное служеніе отечеству. Го­
родское сословіе также получило свою жалованную грамоту;
и оно освободилось отъ повинностей и службы, и пріобр ло
различный льготы и преимущества. Оставались одни крестьяне,
которые подпавши подъ частную зависимость и прировнявшись
къ холопамъ, досел несутъ свою пожизненную службу пом щикамъ и государству. Въ настоящее время уничтожается наконецъ и эта посл дняя принудительная связь: в ковыя повин­
ности должны зам ниться свободными*обязательствами. Въ на­
стоящее время окончательно разр шается та государственная
задача, которая была положена въ XYI в к , и начинается для
Россіи новая пора.

ДУХОВНЫЯ и ДОГОВОРНЫЙ ГРАМОТЫ
ВЕЛИКИХЪ

и УДЪЛЬНЫХЪ КНЯЗЕЙ.

Когда возникло русское государство? Это вопросъ перво­
степенной важности въ пашей исторіп, которой существенное
значеніе состоитъ въ развлтш государства. Съ перваго взгляда
кажется, что зд сь и не можетъ встр титься затрудненіе; од­
нако въ нашей литератур этотъ вопросъ подвергается противоположнымъ р шеніямъ. Причина заключается, можетъ быть,
вътомъ, что подъ словомъ государство одни разум ютъ одно,
другіе другое; можетъ быть и въ томъ, что при Фактической
разработк предмета не разъяснены до очевидности самыя про­
стая юридическія понятія. Ц ль настоящей статьи — способ­
ствовать по м р силъ такому выясненію вопроса, принявши
за основаніе главные источники, которые раскрываютъ намъ об­
щественное право древней Россіи. Мы не думаемъ сказать зд сь
ничего особенно новаго; прежде насъ ученые изсл дователи
разработали все содержаніе этихъ памятниковъ, такъ что намъ
придется повторить многое, что уже было сказано другими. Но
мы считаемъ не безполезнымъ разобрать эти грамоты подроб­
но со стороны собственно юридической, выставить наглядно ихъ
существенный характеръ и значеніе, останавливаясь на отд льныхъ Фактахъ, выясняя по возможности т понятія и отно-

233
шенія, которыя непосредственно въ нихъ заключаются. Наша
ц ль будетъ вполн достигнута, если намъ удастся хоть сколь­
ко-нибудь разс ять т туманныя представленія, которыя блуждаютъ около этихъ вопросовъ. Для этого мы прежде всего дол­
жны напомнить читателямъ н сколько самыхъ элементарныхъ
юридическихъ св д ній.
Изв стно, что внутреннее право, на которомъ зиждется гра­
жданская жизнь каждаго общества, разд ляется на государ­
ственное, гражданское и уголовное 1 ). Изъ нихъ посл днее не
им етъ самостоятельнаго значенія; оно елужптъ только освященіемъ существующихъ законовъ посредствомъ наказанія ихъ
нарушителей. Первыя же два им ютъ ц лью опред лить юри
дическія отношенія между людьми, принадлежащими къ одному
обществу. Каждое изъ нихъ ноеитъ однако свой характеръ, ко­
торый зависитъ отъ различія содержанія, отъ различія отношеній, входящихъ въ тотъ или другой разрядъ. Гражданское
или частное право разсматриваетъ отд льныхъ людей въ ихъ
отношенія ь другъ къ другу и къ окружающему міру. Челов къ живетъ въ обществ , онъ им етъ Физическія и нрав­
ственный потребности, при удовлетвореніи которыхъ онъ стал­
кивается съ другими людьми. Все это раждаетъ изв стныя пра­
ва и обязанности. Прежде всего отд льный членъ общества
принадлежитъ къ естественному, кровному союзу: онъ сынъ,
мужъ, отецъ, родственникъ. Совокупность этихъ отношеній со­
став ляетъ отд льную часть гражданскаго права — право семей­
ное. Дал е, челов къ им етъ имущество, движимое или не­
движимое; отсюда понятіе*объ имущественномъ прав . Дал е,
онъ находится въ отношеніяхъ не только къ своимъ родньшъ,
но и къ посторошшмъ людямъ. Если онъ челов къ свободный,
4

) Мы не говорим^ зд сь о церковномъ прав , ибо оно составляетъ
совершенно особенную категорию.

234
то зд сь его права и обязанности опред ляются договорами;
отсюда новый отд лъ гражданскаго права — право по обязательствамъ. Если же онъ не свободный, а кр постной челов къ, то отношенія его къ господину могутъ разсматриваться:
либо, какъ имущественное право, если рабъ считается вещью,
либо, какъ семейное, если онъ считается членомъ семейства,
либо, наконецъ, какъ сословное право, если кр постные составляютъ отд льный разрядъ лицъ, им ющихъ изв стныя пра­
ва и обязанности къ государству, о чемъ мы скажемъ еще ни­
же. Наконецъ челов къ умираетъ; н которыя его отношенія
совершенно прекращаются, другія переходятъ на иныя лица,
на насл дниковъ. Отсюда четвертый отд лъ гражданскаго пра­
ва — право насл дственное , въ которомъ соединяются вс
предыдущія отношенія.
Таковъ объемъ гражданскаго права: зд сь разсматривается
лицо въ его частной СФер , съ его отношеніями имуществен­
ными, родственными, договорными и насл дственными.
Совс мъ другое им етъ въ виду право государственное. Оно
разсматриваетъ не отд льныя лица въ ихъ частной СФер , съ
ихъ взаимными отношеніями, а всю совокупность лицъ, соединенныхъ въ единый, неразрывный союзъ — государство. Об­
щество составляетъ зд сь единое т ло, им ющее единую волю,
и представителемъ этого единства является правительство. Посл днее облечено верховною властью въ обществ , ибо вс ча­
стный воли должны подчиняться вол общественной. Отсюда
понятіе о подданств . Подданный подчиняется верховной вла­
сти не на основаніи договора, какъ онъ подчиняется частному
лицу, къ которому онъ ветупаетъ въ изв стныя обязательства,
а на основаніи постоянныхъ государственныхъ законовъ, исходящихъ отъ самой верховной власти 1 ). Законъ же, а не дого*) Зам тимъ, что слово подданный въ н когорыхъ законодатель-

235
воръ, зависящій отъ случайной перем ны лицъ, опред ляетъ
права и устройство верховной власти и органовъ, черезъ кото­
рые она д йствуетъ. Такимъ образомъ, общество, организо­
ванное какъ государство, представляетъ собою индивидуумъ,
который живетъ своею жизнью, несмотря на см ну покол ній
и на различный отношенія, который установляются между чле­
нами. Поэтому верховная власть, какъ представительница общественнаго единства, не можетъ д литься, дробиться и от­
чуждаться, какъ частное имущество. Поэтому нед лима и са­
мая государственная территорія, какъ принадлежность ц лаго
общества. Она можетъ быть разторгнута насильственньйіъ об­
разомъ всл дствіе отношеніи къ сос дямъ или внутреннихъ междоусобій, но въ нормальномъ положеніи она не д лима.
Изъ этого ясно, что государственное право и гражданское
представляютъ намъ дв противоположный области: исходною
точкою одного есть лицо съ его частными отношеніями, исход­
ною точкою другаго — общество, какъ единое ц лое. Есть од­
нако же сФеры, въ которыхъ тотъ и другой характеръ явля­
ются въ см шеніи. Таково судопроизводство. Съ одной сторо­
ны, оно служить охраненіемъ личныхъ и имущественныхъ интересовъ, а потому является принадлежностью гражданскаго
права, съ другой стороны, при существованіи государственнаго порядка, судъ составляетъ одну изъ Формъ, въ которыхъ
проявляется деятельность верховной власти. Но во всякомъ случа , каково бы ни было общественное устройство, судъ и поствахъ заи няется словомъ гражданинъ. Но въ сущности понятіе остается
одно и тоже: гражданинъ точно также подчиняется верховной власти
не на основании частныхъ обязательствъ, а на основаніи общественныхъ законовъ. Что касается до верховной власти, то она можетъ
принадлежать монарху, собранію народныхъ представителей, народно­
му собранію и т. д. Этими Формами опред ляется различіе образовъ
правленія, вопросъ, который сюда не относится.

236
етановленія о судопроизводств существуютъ всегда, ибо безъ
нихъ немыслимо никакое общество. Къ той же категоріи при­
надлежать и сословія. Съ одной стороны, передача правъ и
обязанностей частнымъ лидомъ по насл дству указываетъ на
гражданское право; съ другой стороны, государство опред ляетъ ихъ права и обязанности въ отношеніи къ себ , установляетъ изв стные разряды лицъ для служенія своизіъ ц лямъ.
Оттого юристы колеблются въ опред леніи значенія сословій;
н которые относятъ ихъ къ государственному праву, другіе къ
частному, какъ наприм ръ Эйхгорнъ въ своей Исторіи германскаго права. Д ло въ томъ, что значеніе сословій опред ляется не столько теоретическимъ анализомъ, сколько бытомъ то­
го общества, въ которомъ они существуютъ. Д йствительно,
вглядываясь въ исторлческія явленія, мы видимъ н которыя
общества, въ которыхъ сильно развито сознаніе общественнаго
единства, и всл дствіе этого преобладаетъ государственная Фор­
ма. Въ другихъ, напротивъ, н тъ такого сознанія: верховная
власть, а равно и земля, на которой живетъ общество, д лятся и дробятся по насл дству, какъ частное имущество; отношенія верховной власти къ подчиненнымъ опред ляются либо
частными обязательствами, либо личною зависимостью; сословія или разряды лицъ, существующихъ въ обществ , основаны
на понатіи о насл дственной знатности, о насл дственныхъ занятіяхъ; однимъ словомъ, гражданское право опред ляетъ вс
отношенія какъ общественныя, такъ и частныя. Очевидно, что
мы не можемъ см шивать этихъ двухъ совершенно различныхъ
Формъ общественной жизни. Если мы первую, въ которой мы
видимъ учрежденія, исходящія изъ сознанія объ общественномъ
единств , назвали государствомъ, то второй мы должны дать
другое названіе. Такъ какъ въ немъ госнодствуетъ граждан­
ское право, то назовемъ его граждаискимъ обществомъ. Въ на­
стоящее время это различіе признается почти вс ми юристами.

237
Въ западной юридической литератур являются ц лыя сочиненія, которыя им ютъ ц лью развить отношенія, исходящія изъ
этихъ двоякаго рода союзовъ. Мы остановились только на самыхъ главныхъ, существенныхъ различіяхъ, какъ потому, что
они, повидимому, не подлежатъ никакому сомн нію, такъ и по­
тому, что для нашей ц ли не нужны бол е подробныя опред ленія.
Теперь спрашивается: какая изъ этихъ двухъ Формъ общежитія существовала въ древней Р у с и ? Какія въ ней были юридическія понятія? Управлялась ли она на основаніи идеи об­
щества, какъ единаго ц лаго, или на основаніи частнаго пра­
ва ? Для разр шенія этихъ вопросовъ обратимся къ духовнымъ
и договорнымъ грамотамъ великжхъ и уд льныхъ князей. Зам тьте, что мы обсуждешю этого вопроса не предпосылаемъ
никакой отвлеченной теоріи ; мы не говоримъ, что то хорошо,
а другое дурно, что то должно быть, а другое не должно быть.
Мы только зам чаемъ въ исторіи и въ жизни изв стныя явленгя> опред ляемъ ихъ различіе, и потомъ спрашиваемъ: кь
какому разряду явяенгй относится то, которое мы нам рены
изсл довать.
И такъ обратимся къ источникамъ.
Раскрываемъ первую духовную грамоту, пом щенную въ
Собраніи государственныхъ грамотъ и договоровъ — духовную
Ивана Калиты ^ . Что же мы читаемъ ?
«Во имя Отця и Сына и Святого Духа. Се язъ гр шный
худый рабъ Божій Иванъ пишу душевную грамоту, идя въ
' ) Собр. Государ, грамотъ и договор, т. I, «Л* 2 1 . Въ сл дующих/ъ
ссылкахъ, тамъ, гд будутъ стоять одни нумера, это будетъ означать
первый томъ Собранія государственныхъ грамотъ, изъ котораго мы
черпаемъ ббльшую часть изв стій. Зам тимъ, что во второмъ том
(«Л^ 4 , 5 ) пом щена духовная Владиміра Васильковича Волынскаго
1286 года. Она очень коротка и не заключаетъ въ себ ничего о с о беннаго, но мы объ ней упо-мяиемъ въ посл дствіи.

238
.Орду, ник мъ не нуженъ (не принуждаемъ) ц лымъ своимъ
умомъ, въ своемъ здоровьи. Аже Богъ что розгадаетъ о моемъ жявот , даю рядъ сыномъ свонмъ и княгини своей».
Остановимся на этомъ и зам тимъ эту Форму. Вид нъ ли
зд сь государь, представитель ц лаго общества или народа?
Ничего подобнаго н тъ. Пишетъ «худый рабъ Божій Иванъ»
въ здравомъ ум 3 безъ принужденія. На случай смерти, онъ
даетъ рядъ жен и д тямъ, какъ д лалъ всякій частный челов къ. Стало быть изъ самой Формы мы усматриваемъ уже силь-.
ное развитіе частнаго права. Но можетъ-быть, онъ д лаетъ1
распоряженія только о своемъ личномъ имуществ , какъ и
нын д лаютъ цари? Посмотримъ же, что онъ зав щаетъ
жен и д тямъ.
«Приказываю сыномъ своимъ отчину свою Москву; а се
есмь имъ роздгьлд учипилд. Се далъ есмъ сыну своему болшему Семену: Можайскъ, Коломну со вс ми Коломенскими
волостьми...» Сл дуетъ исчисленіе коломенскихъ волостей и
сряду исчисленіе разс яиныхъ въ разныхъ м стахъ селъ, которыя онъ даетъ Семену. За т мъ : «А при своемъ живот
далъ есмь сыну своему Семену: 3 чепи золоты, 4 поясы
золоты, 3 чаши золоты съ женчуги, блюдцо золото съ женчугомъ съ каменьемъ. ...» и разныя другія вещи. «А се
даю сыну своему Ивану: Звенигородъ»; сл дуетъ исчисленіе звенигородскихъ волостей, потомъ селъ, наконецъ движимаго. Третьему сыну Андрею точно также дается Лопастна и н сколько другихъ волостей, которыя въ посл дствіи
составили Серпуховской уд лъ, дакром того села, движи­
мое ; княгин же съ меньшими д тьми зав щаютея московскія волости и н сколько селъ. «А по моимъ гр хомъ ци
ішуть искати Татарове которыхъ волостей, а отоимутся, вамъ
сыномъ моимъ и княгиня моей под лити вы ся опять тыми волостми на то м сто». Москва, какъ сказано выше, была от-

239
дана вс мъ сыновьямъ вм ст ; на этотъ счетъ д лается тоже
н сколько распоряженій: «А изъ городскихъ волостий (зд сь
волость означаетъ просто имущество, находящееся во власти
хозяина) даю Княгини своей осмничее1) ; а тамгою и иными
волостми городьскими под лятся сынове мои: такоже и мыты,
который въ которомъ у зд , то тому; а оброкомъ медовымъ городскимъ Васильцева в данья под лятся сынове мои. Ачто моихъ бортниковъ и оброчниковъ купленыхъ, который въ кото­
рой росписи, то тому. А числьпые люди2), а т в даютъ сыно­
ве мои собча, а блюдутъ вси съ одиного (вм ст ): а что мои лю­
ди купленые въ великомъ свертц , атыми ся под лятъ сыяове
мои». За т мъ опять раздаются разныя движимый вещи, наприм ръ обручи, ожерелья и монисто дочери, золотая коробо­
чка княгия съ меньшими д тьми, изъ платья: Семену кожухъ
червленый и золотая шапка, Ивану кожухъ желтый, Андрею
соболій бугай съ наплечьниками и т. п. «А что ся оетанеть
моихъ портъ (одеждъ), а то раздадять по всемъ попьямъ и на
Москв . А блюдо великое серебряное, а то есмь далъ свят й
Бородици Воладимерьской. А приказываю тоб сыну моему
Семену братью твою молодшую и Княгиню свою съ меньшими
д тьми, по Боз ты имъ будешь печалникъ. Ачто есдоь далъ
сыну своему Семену стадцо, а другое Ивану; а иными стады
моими под лятея сынове мои и Княгини моя». За т мъ сл дуютъ подписи свид телей — трехъ священниковъ , духовныхъ
отцовъ Ивана Калиты, и дьяка, писавшаго грамоту. Въ конц прибавлено: «А кто сю грамоту нарушить, судить ему
Богъ».
Вотъ и вся духовная Ивана Калиты. Мы нарочно привели
ее съ н которою подробностью, потому что въ ней выражается
*) Родъ таможенной пошлины.
) Особый разрядъ людей въ Московскомъ у зд , кажется переписанныхъ поголовно для платежа дани Татараиъ.
а

240
общШ характеръ вс хъ духовыыхъ грамотъ князей того вре­
мени, все игъ, можно сказать, наивное воззр ніе на общественныя отношенія. О государственныхъ понятіяхъ, объ обществ , котораго князь есть представитель, н тъ ж помину. Вс
раепоряженія носятъ совершенно частный характеръ. Иванъ
Калита влад лъ неболышшъ пространствомъ земли, которое
было гораздо мен е нын шней Московской губерніи. Онъ д литъ его между женою и д тьми, какъ свою собственность ;
онъ раздаетъ имъ города, волости, села 1 ), разные доходы,
движимыя вещи, стада, однимъ словомъ, все, что ему принадлежитъ, совершенно наодинакомъ основаніи. Н тъ нимал йшаго намека на то, чтобы насл дники влад ли одного рода имуществомъ по государственному праву, другимъ по частному.
Главный городъ Москву онъ имъ отдаетъ вс мъ вм ст ; это
ихъ общее достояніе. Уд лыже даются въ разныхъ м стахъ :
Семену, наприм ръ, зав щаются Можайскъ я Коломна, которыхъ округи разд лены были влад ніями Андрея; Можайскъ
сверхъ того совершенно отд лялся отъ Московскаго у зда во­
лостями звенигородскими2). Не видать сл дственно даже стремленія сосредоточить и округлить влад нія каждаго. Видна
только забота отца о томъ, чтобы каждый сынъ над леяъ былъ
достаточньшъ им ніемъ. По этому и предписывается под литься вновь, если Татары отнимутъ у кого часть насл дства. II это приказаніе, которое при государственномъ порядк было бы столь важно, вставлено между распоряженіями о
купленныхъ людяхъ, посл чего идетъ раздача разныхъ оже*) 0 различіи волостей отъ селъ мы логоворимъ ниже.
а
3 Изъ межевой грамоты J№ 140, мы знаемъ, что граница между
Звенигородскимъ у здомъ и Московскимъ шла отъ Суходола Сприяадлежавшаго прежде къ Звенигороду, а потомъ приписаннаго къ Боро­
вску) на с веръ къ р к Пахр и отсюда къ Москв , вверхъ по Истр ; следственно Можайскъ совершенно отр зывался.

241
релій, коробочекъ, кожуховъ и т. п., пока наконедъ, между
статьями о серебряяомъ блюд и о стадахъ, поручается стар­
шему сыну заботиться о матери и о младшихъ братьяхъ и сестрахъ, порученіе, которое, какъ увидимъ ниже, давалось ве­
ликими князьями не только уд льнымъ, но и другимъ великимъ князьямъ, наприм ръ тверскимъ и литовскимъ.
Спрашиваемъ теперь у всякаго безпристрастнаго читате­
ля: есть ли во веемъ этомъ какая нибудь государственная
мысль ?
До насъ дошла и другая духовная Ивана Калиты 1). Содержаніе ея то же, что и первой, но зд сь уже старшему сыну
вовсе не поручается печаловаться о младшихъ. За то приба­
влены распоряженія о вновь купленныхъ селахъ. Калита былъ
хорошій хозяинъ; онъ старался объ увеличеніи своихъ влад ній. Онъ накупилъ села въ разныхъ м стахъ: въ Нижнемъ,
Владимір , Ростов , Костром , и проч., и эти свои примыслы также разд лилъ между д тьми. Мало того : изъ духовной
Дмитрія Ивановича мы узнаемъ, что д дъ его купилъ ц лыя
княжества — Галичъ, Угличъ, Б лоозеро, но м стные князья
оставались пока въ своихъ влад ніяхъ, неизв стно на какихъ
правахъ, и только при внук Калиты земли эти присоединены
были къ Москв . По этому, в роятно, о нихъ и не говорится
въ прежнихъ духовныхъ. Не упоминается также о великомъ
княжеств Владимірскомъ, ибо передача его тому или друго­
му князю завис ла отъ хана Золотой орды. Въ поел дствіи
же, когда московскіе князья сд лались самостоятельнее, и
право ихъ на великое княжество Владимірекое утвердилось,
посл днее стало упоминаться въ зав щаніяхъ наравн съ дру­
гими землями.
Сынъ Калиты, Семенъ Ивановнчъ, умеръ безд тный. Какъ
же онъ распорядился своими влад ніями? Онъ все отдалъжен .

242
«А чигь мя благословиіъ отець мой Князь Великий, Коломна съ
волосхми и съ селы и зъ бортью, Можаескъ съ волостми и съ селы и
зъ бортью, Заячковъ, что мя благословила тетка моя княгини Анна и
Гордошевичи; а въ городе на Москв жеребей мой тамги, а села на
Москв въ городьскомъ у зд (сл дуетъ исчисленіе) а въ Переяславл
купля моя (сл дуетъ исчисленіе селъ, купленныхъ въ разныхъ м стахъ): или буде чего забылъ написати своее купли и участка, чимъ
мя благословилъ отець мой; такоже и про золото, чимъ мя благосдовилъ отець мой и что буди примыслилъ при своемъ живот , золота ли,
женчугу ли, то все далъ есмь своей Княгини. А исъ конь изъ своихъ
изъ здовыхъ вел лъ есмь дати своей Княгини 50 конь; а и стадъ
изъ моихъ моей Княгин стадо Коломеньокіе, другое стадо Д тино
Иватьково. А что есмь писалъ въ сю грамоту, то есмь все далъ своей
Княгини, ать молитъ Бога, а душу мою поминаетъ до своего живота» 4 ).

Вотъ какъ распоряжался своимъ насд дственнымъ участкомъ тотъ, который носилъ титулъ великаго князя всея Руси!
f Изъ этихъ грамотъ ясны духъ и понятія того времени: го/ сударственныхъ стремленій мы вовсе не видимъ; источники
/ указываютъ намъ только на хозайетвенныяраспоряженія. Уяс­
нивши этотъ главный пунктъ, мы можемъ н сколько изм нить свое изложеніе. Мы уже не будемъ излагать духовныя
грамоты по порядку времени, а станемъ разбирать ихъ по отд льнымъ статьямъ. Прежде всего просл димъ разд лы меж­
ду сыновьями.
Жена Семена Ивановича передала весь свой уд лъ, отчасти
/ при жизни, отчасти посд смерти, великому князю Ивану
/Ивановичу. Въ рукахъ посл дняго соединилось такимъ обра/ зомъ два уд ла. Онъ опять разд лилъ ихъ между сыновьями —
Дмитріемъ и Иваномъ: первому онъ отдалъ Коломну съ Можайскомъ, второму Звенигородъ. Онъ пріобр лъ и н которыя рязанскія м ста, изъ которыхъ часть отдалъ племян­
нику Владиміру Андреевичу въ зам нъ отошедшей къ Рязани
Лопастны, остальное же разд лилъ между сыновьями. Отно0 J& 24.

243
сительно Москвы въ его духовной также говорится: «прика­
зываю отчину свою Москву сыновьямъ», но оговаривается, что
племяннику Владиміру Андреевичу принадлежитъ жеребій его
отца — треть въ нам стничеств , въ тамг ; въ мытахъ и въ
пошлинахъ городскихъ; «что потягло къ городу»1).
Любопытна духовная Дмитрія Ивановича2), который не
только посл смерти брата своего Ивана получилъ уд лъ
посл дняго, но который сгерхъ того сд лалъ еще значительныя пріобр тенія. Онъ, по прим ру предковъ, приказываетъ
отчину свою Москву четыремъ своімъ сыновьямъ? «а братъ
мой князь Володимеръ в даетъ свою треть, ч мъ его благословилъ отецъ его». Однако Дмитрій не д литъ свои два жеребія между сыновьями поровну; старшій сынъ получаетъ
больше другихъ: «А сына своего Князя Василія благослов­
ляю на стариший путь въ город и въ стан хъ моего уд ла
двою жеребьевъ половина; а тремъ сыномъ моимъ половина,
и въ пошлинахъ въ городьскихъ половина. А тамга изъ двою
моихъ жеребьевъ Княгин моей половина, а сыномъ моимъ
половина; а восьмничее мои два жеребья Княгин моей. А на
стариший путь сыну моему Князю Василью Васильцево сто и
Добрятиньская борть (пчельникъ) съ селомъ зъ Добрятиньскимъ, а бортьници въ стан хъ городскихъ и конюший путь и
сокольничий и ловчий3), т мъ сынове мои под лятъся ровно.
А численныхъ людий моихъ двою жеребьевъ сыномъ моимъ
по частемъ, а блюдутъ съ одиного». Зам тимъ зд сь, что де­
лятся не только доходы, но и д йствительное влад ніе. Хотя
Москва остается общимъ достояніемъ, ибо приказывается
*) JP 25, 26.
) J№ 34.
8
) М сга, опред ленныя для содержанія конюшенъ, соколиной и дру­
гой охоты. Они обыкновенно отдавались въ кормленіе княжескимъ
конюшимъ, сокольничимъ и ловчимъ.
а

244
вс мъ вм ет , однако каждый им етъ въ ней свой участокъ.
Ниже мы увидимъ отношенія влад ющихъ князей между со^ бою. Старшій сынъ получаетъ больше другихъ на стар йшій
путь, по праву старшинства. Это постановленіе въ духовныхъ
грамотахъ встр чается въ первый разъ, но тоже самое мы видимъ и прежде въ договор Семена Ивановича съ братьями 1 ):
«А что еемы съступилися тоб на стар йшинство, тоб
полтамги
да тоб сокольничий путь и садовници и коню­
ший путь и кони ставити (по станамъ и по варямъ) и ловчий
путь тоже; и потомъ, на стар йший путь, кто будетъ стар йший*, тому полтамги; а молодшимъ двумъ полтамги». Наконецъ Дмитрій Ивановичъ д литъ между сыновьями и княжескія села въ Московскомъ у зд . Мы вид ли, что Калита въ
числ прочаго іш нія раздаетъ д тямъ и села; но различія
между московскими и другими онъ не д лаетъ, а исчисляетъ
особенною статьею вс села сряду, гд бы они ни находи­
2
лись ). Въ духовной Ивана Ивановича села, находящіяся въ
уд лахъ, считаются уже принадлежностью посл днихъ , наприм ръ: «а се даю сыну моему князю Ивану Звенигородъ
со ве ми волостми и съ мытомъ и съ селы и зъ бортью и съ
оброчники и съ пошлинами». Но за т мъ исчисляются не
только звенигородекія волости и села, а вм ст съ ними и
села московскія 3 ). Въ духовной же Дмитрія Ивановича села
О *№ 2а.
а

) Такъ посл исчисіенія коломенскихъ волостей упоминается село
АстаФьевское въ Московскомъ у зд , за т мъ село на С верьц , о
которомъ прямо говорится, что оно въ Похрянскомъ у зд , то-есть
въ Коломенскомъ уд л , за т мъ опять идутъ все московскія села.
Точно также изъ селъ, которыя даются Ивану, села Рюховское, Руз­
ское , Каменичское, Андреевское, находились въ Звенигородскомъ
уд л , а Домантовское, Семцвнское въ Московскомъ.
3
) Именно села Михайловское и Домантовское, которыя въ духов­
ной Дмитрія Ивановича прямо называются московскими, хотя даются
также Звенигородскому князю.

245
въ уд лагь уже вовсе не упоминаются. Говорится: «а се даю
сыну своему Василію Коломну со вс ми волостми и съ там­
гою и съ мыты и зъ бортью и съ селы и со вс ми пошлинами»
и потомъ исчисляются одн волости коломенскія, а не села.
За то съ другой стороны московскія села именно отличаются
отъ прочихъ. По обычаю того времени яасл дники получали
городъ Москву и станы, какъ общее достояніе, села же въ
Московскомъ у зд они пріобр тали въ разд лъ, также какъ
свои уд лы. Поэтому и стали съ этихъ поръ исчислять въ
духовныхъ грамотахъ одни московскія села, не упоминая о
прочихъ уд льныхъ, которыя не составляли отд льной статьи,
а включались въ число принадлежностей. Отсюда ясно, что
князья селами влад ли совершенно на томъ же прав , какъ и
своими уд лами. Московекія села везд упоминаются подъ
одною рубрикою съ посл дними и потому только исчисляются
особо, что противополагаются влад нію Москвою, которая
была общимъ достояніемъ князей. Исчисляются особо и другія села, именно т , которыя князья пріобр тали въ чужихъ
уд лахъ. Зд сь, разум ется, нужно было сказать, которому
сыну они должны достаться, ибо они не составляли принадлеж­
ности отданныхъ въ насл дство уд ловъ. Такъ въ разбираемомъ надои духовномъ зав щаніи, ДмитрійИвановичъ, отдавши
старшему сыну Коломну съ волостьми и московскія села,
даетъ ему еще н сколько юрьевскихъ селъ, тогда какъ другія
юрьевскія же села д лятея между другими насл дниками.
Такъ была разд лена Москва; изъ остальныхъ влад ній
Дмитрій Ивановичъ отдалъ старшему сыну Василію Коломну
съ волостьми; Юрію Звенигородъ ; Андрею Можайскъ, а так­
же вновь пріобр тенныя Калугу, Рощу, Товъ и Медынь; Петру
Дмитровъ, къ которому была приписана та часть московских!»
волостей, которая посл смерти вдовы Калиты досталась Дмитрію, тогда какъ другая часть отошла къ князю Владиміру Ан-

246
дреевичу; наконецъ Ивану, который в роятно былъ одержимъ
неизл чимою бол зпью и д йствительно скоро умеръ, дв московскія волости да село. Изъ количества даня, которую каж­
дый долженъ былъ платить съ своего уд ла въ Орду, видно,
что значительность уд ловъ соотв тствовала порядку стар­
шинства, именно: на каждую 1000 рублей дани Василій дол­
женъ былъ платить 342 рубля, Юрій 2 7 2 , Андрей 2 3 5 ,
Петръ 114, Иванъ 1 0 ^ . Но кром того Дмитрій пріобр лъ
еще НОБЫЯ земли: этими онъ распоряжается особо, над ливши
каждаго сына уд ломъ. Распоряженія сл дующія: старшаго
сына Василія великій князь благословляетъ отчиною своею *
великимз тяженъемъ (то-есть Владимірскимъ); Юрія ку­
плею д да Галичемъ съ волостьми, селами и вс ми пошлинами
и съ т ми селами, которыя тянули къ Костром ; Андрея Б лоозеромъ, Вольскимъ съ Шаготыо, даМилолюбскимъ зомъ2)
съ слободками; наконецъ Петра Угличемъ, Тошною и Сямою.
О над л княгини мы зд сь не говоримъ; это будетъ особая
статья.
Прежде всего зам тимъ, что великое княжество не счи­
тается ч мъ-то особеннымъ, а ставится наряду съ другими
влад ніями. Объ немъ даже не говорится въ первомъ м ст ;
оно стоитъ на конц вм ст съ другими пріобр теніями. Зам ітимъ еще, что въ одну категорію ставятся городъ, составлявшій княжество (Б лоозеро), отд льныя волости (Вольское съ
Шаготыо) и м сто для рыбной ловли — ясный признакъ соівершеннаго безразличія государственныхъ и хозяйственныхъ
понятій. Наконецъ зам тимъ, что уд лы не сосредоточены
[каждый въ одномъ м ст , а напротивъ, разбросаны по обширIному пространству. Великое княжество Владимірское отд ле4

) Итого 970, а сказано: на 1000, сл дсгвенно зд сь яедостаетъ 30
рублей; не брались ли они съ Москвы?
%
) М сто для рыбной ловли.

247
но отъ Москвы и отъ Коломны московскими волостями, при­
писанными къ Дмитрову, или принадлежащими князю Владиміру Андреевичу; Звенигородскій князь получаетъ отдаленный
Галичъ на с вер за Волгою; Можайскій еще бол е отдален­
ное Б лоозеро; наконецъ Дмитровскій — Угличъ, отъ котораго отд ляютъ его волости тверскія и переяславскія1), да
кром того влад нія въ Вологодской области2). Случайность и
частный способъ пріобр тенія опред ляли и случайность разд ленія. Прибавимъ къ этому еще села, разбросанныя въ разныхъ м стахъ, какъ въ Московскомъ у зд такъ и въ другихъ.
Этотъ над лъ не былъ однако же окончательный. У Дмитрія могъ родиться сынъ посл смерти, что д йствительно и
случилось. Им я это въ виду, онъ предписываетъ жен над лить его им ніемъ, взявши часть у старшихъ братьевъ. Кро-^
м того перед лъ могъ наступить и въ случа смерти или;
уменьшенія уд ла одного изъ сыновей. Объ этомъ распоряже-і
нія сл дующія: «А по гр хомъ которого сына Богъ отъиметъ,
и Княгини моя над литъ того уд ломъ сыновъ моихъ; которо­
му что дастъ, то тому и есть : а д ти мои изъ ее воли не вымутъ. А у котораго сына убудетъ отчины, ч мъ есмь его благословилъ, и Княгини моя над литъ сыновъ моихъ изъ ихъ уд ловъ; а вы д ти мои матери слушайте, А по гр хомъ отъ­
иметъ Богъ сына моего князя Василія, а хто будетъ по немъ
сынъ моя, ино тому сыну моему княжъ Васильевъ уд лъ, а
того уд ломъ под литъ ихъ моя Княгини: а вы д ти^мои слу­
шайте своее матери; что кому дастъ, то тому и есть». Одна­
ко относительно уд ла младшаго сына Ивана сд лано исклю*
ченіе; въ зав щаніи прямо сказано, что онъ въ евоемъ уд л
воленъ, который братъ будетъ къ нему добръ, тому онъ и
<) См. межевую грамоту Ж 138.
*) Именно Сяма, см. Ж 112.

248
дасть. Причина такого исключенія по всей в роятности за­
ключалась въ желаніи обезпечить его судьбу по смерти отца.,
Таковы распоряженія Дмитрія Донскаго. Опять спрашиваемъ всякаго безпристрастнаго читателя: какое право господствуетъ въ обществ , гд происходатъ подобные разд лы —
государственное или частное? Отв тъ, кажется, не можетъ
быть сомнителенъ.
Такъ же, какъ большой уд лъ Московскій, д лились и
меньшіе уд лы. Въ княженіе Василія Дмитріевича умеръ дя­
дя его Владиміръ Андреевичъ, котораго зав щаніе дошло до
насъ 1 ). По прим ру великихъ князей онъ приказываетъ отчи­
ну свою Москву, свою треть, ч мъ его благословилъ отецъ,
вс мъ пяти сыиовьямъ вм ст ; они должны в дать ее пооче­
редно, по годамъ. Старшему сыну Ивану онъ даетъ на стар йшій путь въ Москв и въ станахъ конюшій путь, бортниковъ, садовниковъ, псарей, бобровниковъ, барашевъ и д люевъ; треть же численныхъ людей въ Москв и въ станахъ онъ
отдаетъ пополамъ двумъ сыновьямъ, князю Андрею и князю
Ивану, а жен своей зав щаетъ свою треть московской там­
ги, восмничее, гостиное, в счее, пудовое, пересудъ, сере­
бряное литье и вообще вс пошлины московскія до ея сме­
рти. За т мъ распред ляются уд лы, сначала изъ прежнихъ
серпуховскихъ влад ній, потомъ вновь пріобр тенные на с вер , юг и с веро-восток 2 ) ,
О JW 40.
) Распред леніе сл дующее: 1) Ивану Серпуховъ съ н которыии
воюстьми и другими принадлежностями, да н которыя яосковскія с е і а ; 2 ) Семену Боровскъ, къ которому приписаны н которыя изъ преж­
нихъ серпуховскихъ волостей (Щитова только половина) да треть
Мушкова около Дмитрова, доставшаяся посл княгини Ульяны, вдовы
Ивана Калиты; кром того н сколько московскихъ и юрьевскихъ селъ;
3) Ярославу Ярославль (нын шній Малоярославец*!,) съ Хотунью, н ~
которыя другія вод ости, московскія села и мельница; 4) Андрею н 2

249
Такимъ образомъ, каждый изъ сыновей Владиміра Андре­
евича получилъ : 1) право черезъ пять л тъ влад ть третью
Москвы, 2) часть волостей серпуховскихъ, 3) разныя влад нія — города, волости и села, разс янныя въ разныхъ м стахъ, н которыя отд льно, другія пополамъ съ братьями.
Въ зав щаніи Владиміра Андреевича встр чается н сколько распоряженій о дальн йшемъ насл дованіи; но они не совс мъ сходны съ распоряженіями Донскаго. Они состоять въ
сл дующемъ : если умретъ кто изъ сыновей, и останется у не­
го жена, то посл дняя сидитъ съ д тьми въ уд л мужа до
которыя московскія волости на с веро-востокъ отъ Москвы, также
доставшіяся отъ княгини Ульяны, а изъ другихъ влад ній — числен­
ные люди на Кержач съ селами, бортью и вс ми пошлинаии, да изъ
серпуховскихъ волостей на юго-западъ отъ Москвы Тухачевъ; кром
того н сколько московскихъ селъ; 5 ) Василію изъ серпуховскихъ во­
лостей Перемышль, Растовецъ и половина Щитова, да треть Добрятинская и московскія села. Кром этихъ влад ній Владиміръ Андреевичъ им лъ еще несколько волостей, уступленныхъ ему великимъ княземъ Василіемъ Дмитріевичемъ. Сначала великій князь далъ ему въ
уд лъ Волокъ съ волостьми, да еще три волости ( И* 3 5 ) , но потомъ
Владиміръ Андреевичъ все это возвратилъ назадъ и получилъ вм сто
того въ уд дъ и въ вотчину на с веро-востокЪ Городецъ съ волость­
ми и со вс ми принадлежностями, на с вер Угличъ съ лутьми, пош­
линами и Золоторусскимъ селомъ, а на юг Козельскъ, Гоголь, Алексинъ, куплю Пересв тову и Лисинъ; вм ст съ т мъ великій князь
обязался, если Городецъ и Козельскъ какъ-нибудь отойдутъ, датьвм сто
Городца Тошну, а вм сто Козельска Рожалово и Боженку. Эти воло­
сти Владиміръ Андреевичъ также разд лилъ между сыновьями: стар­
шему Ивану онъ отдалъ Гоголь, Алексинъ и Лисинъ, младшимъ — Ан­
дрею и Василію Угличъ пополамъ, а среднимъ, Семену и Ярославу, Г о ­
родецъ съ станами пополамъ. Посл дніе должны были разд лить городъ
и станъ ровно, такъ чтобы тотъ, у кого окажется лишнее уступилъ
другому; опред ленъ и разд лъ волостей.
зъ подъ Городцомъ они
держатъ вмБст и д лятся доходомъ пополамъ, равно какъ и солью;
если же кто изъ нихъ захочетъ устроить рыбныя ловли для себя од­
ного, то Семенъ можетъ устроить ихъ на Волг выше Городца, а Ярославъ ниже.

250
своей смерти. Посл ея смерти уд лъ переходитъ къ ея сы­
ну, а не будетъ сына и останется только дочь, тогда дяди
обязаны выдать ее замужъ, а сами разд ляютъ между собою
уд лъ своего брата поровну; Если же князь умретъ, не оставивъ но себ д тей, то жена его все таки остается въ уд л
мужа до кончины «по сей по моей грамот , а поминаетъ нашу
душу»; остальные же сыновья до ея смерти никакимъ образомъ не должны вступаться въ уд лъ своего брата. Частный
характеръ этихъ распоряженій совершенно ясенъ.
Обратимся теперь опять къ великимъ князьямъ.
У Василія Дмитріевича остался одинъ сынъ. Въ посл дней
своей духовной1) онъ отдаетъ ему свою треть въ Москв , Ко­
ломну съ волостьми и путьми, н которыя московскія села, да
два примысла — села въ Юрьев . За т мъ вычисляется то,
что великій князь оставляетъ жен , посл чего говорится: «а
дастъ Богъ сыну моему великое княженье, ино и язъ сына
своего благословляю князя Василья». Изв стно, что причи­
ною такой оговорки были притязанія брата Юрія Дмитріевича; о значеніи этихъ притязаній мы поговоримъ ниже. Но примыслы свои : Муромъ и Нижній великій князь прямо отдаетъ
2
сыну ). Изъ вс хъ этихъ влад нійвыд ляется часть княгин .
Наконецъ между сыномъ и женою д лятся движимый вещи,
стада и холопы. Посл смерти Василія Дмйтріевнча вспых­
нула между московскими князьями ожесточенная борьба, въ
продолженіи которой уд лы безпрестанно переходили изъ рукъ
3
въ руки. Намъ я тъ нужды сл дить за этими переходами ),
О Ихъ три: J@ 39, 4 1 , 42.
2
) Въ предыдущей духовной сказано нер шительно: «если дартъ мн
Богъ Нижній », ибо пріобр теніе не было еще упрочено.
8
) Охсылаемъ читателей къ 4-му тому Исторіи Россіи г. Соловьева,
гд все это изложено въ подробности. Упомянем* зд сь однако для
полноты о зав щаніи Юрія Дмитріевича («Л^1 5 1 ) . Онъ такъ же, какъ

251
ибо во вс хъ этихъ перем нахъ видно только господство npaf
ва сильнаго; кто былъ сильн е, тотъ и бралъ себ уд лыі
Такимъ образомъ, хотя по духовной Дмитрія Ивановича вы­
морочный уд лъ долженъ былъ д литься поровну между брать­
ями, но поел смерти безд тнаго Петра Дмитріевича, великій кйязь взялъ себ уд лъ его Дмитровъ, который впрочемъ вскор отдалъ Юрію. Точно также онъ взялъ себ и вы­
морочный уд лъ Константина Дмитріевича и такимъ образомъ
мало-по-малу все соединилъ въ своихъ рукахъ, за исключеніемъ одного уд ла Верейекаго. Какъ же онъ распорядился
этимъ достояніемъ ?
По Форм зав щаніе Василія Васильевича1) нисколько неі
отличается отъ прежнихъ; по содержанію оно также во мноі
гомъ съ ними сходно. Въ Москв старшій сынъ Иванъ получилъ треть, которою влад лъ его д дъ, со вс ми принадлеж­
ностями, н сколько еелъ съ городскими дворами, принысанными къ селу Красному, да лугъ большой у города. Юрій
получилъ треть князя Владимира Андреевича пополамъ съ
братомъ Андреемъ Болыпимъ, перем няясь по годамъ, да годъ
князя Константина Дмитріевича; Андрей Большой, кром по­
ловины трети князя Владиміра Андреевича, село Сущевское
другіе, приказываетъ д тямъ отчину свою Москву, свой жеребій въ город и станахъ и въ пошлинахъ городскихъ, въ тамг
и въ восмничемъ и въ численныхъ дюдяхъ и въ мытахъ, вс мъ на трое. Зат иъ
даетъ 1) Василію Звенигородъ съ воюстьми, московскія села и луга,
2 ) Дмитрію Рузу съ волостьми, а изъ московскаго участка бортниковъ, да лугъ лротивъ города, 3 ) Дмитрію меньшому Вышгородъ съ
разными волостьми, московскія села, сокольниковъ, бортниковъ, пса­
рей, да лугъ ХодынскіЙ. Дмитровъ, пожалованный ханомъ, сыновья
должны разд лить поровну, такъ же, какъ и Вятку; Галичъ же отдает­
ся Дмитрію меньшому. Наконецъ имъ предписывается разд лить по­
ровну же дворъ, да садъ за городомъ (в роятно въ Москв ) , да меньшій садецъ, и д лится движимое имущество.
О Л * 86.

252
>съ городскими дворами, которые къ нему тянули ; Бориеъ годъ
князя Ивана Можайскаго, Андрей Меньшой годъ князя Петра
Дмитріевича, да три села подъ Москвою. Изъ тамги москов­
ской треть со вс ми пошлинами отдана бдаа Ивану, треть
князя Владиміра Андреевича шшоламъ Юрію и Андрею Боль­
шому, а остальная треть меньдшмъ пополамъ же.
Такъ разд ленъ Московскій у здъ. Изъ остальныхъ влад ній Иванъ получилъ все обширное пространство земли на
с веро-востокъ отъ Московскаго у зда съ 40 городами, изъ
которыхъ важн йшіе Владиміръ, Переяславль, Кострома, Галичъ, Нижній, Устюгъ, Вятка; изъ московскихъ уд ловъ онъ
* получилъ по обычаю Коломну, да кром того Боровскъ и еще
южн е Калугу съ Алексиномъ. Юрій получилъ уд лъ въ четырехъ разлдчныхъ м стахъ : на с веръ отъ Москвы Дмитровъ съ приписанными къ нему волостями московскими и пе­
реяславскими; на юго-западъ Можайскъ, на югъ Серпуховъ
(отд ленный отъ Можайска Боровскимъ уд ломъ), инаконецъ,
посл смерти матери, онъ долженъ былъ получить дальный
Ростовъ, въ которомъ однако же оставались свои князья; о
поел днихъ сказано, что ояив даютъ свое и держатъ по тому
же, какъ держали при великомъ княз , а княгиня и Юрій нихъ
въ то не вступаются. Кром того, Юрій отъ бабки СОФЬИ ВИтовтовны насл довалъ множество селъ въ разныхъ м стахъ—
въ у здахъ Московскомъ, Коломенскомъ, Юрьевскомъ, Костромскомъ и Вологодскомъ. Андрей Большой получилъ уд лъ
въ двухъ м стахъ: Угличъ съ принадлежностями и близъ лежащій Б жецкій верхъ, да Звенигородъ. Младшіе же сыновья
получили влад нія бол е сосредоточенныя: Бориеъ — Волокъ,
Рузу и Ржеву, а Андрей Меньшой — Вологодскую область
съ волостями. Бориеъ кром того влад лъ многими разс янными въ разныхъ у здахъ селами, которыя онъ получилъчастью отъ СОФЬИ ВИТОВТОВНЫ, большею же частью отъ дру­
гой бабки, боярыни Марьи едоровны Голтяевой.

253
Таковъ былъ разд лъ великаго князя Василія Васильевича.
Повидимому, все осталось по прежнему, но мы можемъ уже
зам тить признаки новаго порядка вещей. Старшій сынъ получаетъ несравненно большее пространство областей, нежели
младшіе, такъ что уд льные князья не въ соетояніи уже соп­
ротивляться великому. Въ этомъ нельзя не признать стрем- /
ленія къ установленію единодержавія, то-есть государственнаго
порядка. Другую особенность мы зам чаемъ въ Форм ; въ зав щаніяхъ Донскаго и Василія Дмитріевича великимъ княжествомъ называлась область Владимірская; теперь же это названіе дается всему уд лу старшаго сына, иВладиміръ исчи­
сляется на ряду съ прочими городами. Нельзя не вид ть втЛ
этомъ стремленія перевести территоріяльное значеніе велико-І
княжескаго достоинства въ значеніе личное, династическое. •
При Иван III большая часть уд ловъ московскихъ снова
присоединились къ великому княжеству. Прежде вс хъ умеръ
Юрій Васильевичъ ; въ духовной своей1) онъ зав щалъ села
братьямъ, матери, племяннику, а объ уд л не говорить ни
слова. Причина заключалась въ томъ, что, всл дствіе новыхъі
стремленій къ единодержавно, великіе князья объявляли притязанія на выморочные уд лы, тогда какъ по старому праву
посл дніе должны были д литься поровну между братьями.
Юрій никого не хот лъ обид ть и не сд лалъ никакого распоряженія. Но великій князь воспользовался его молчаніемъ и
взялъ уд лъ себ . Однако братья разсердились, и великій
князь долженъ былъ удовлетворить ихъ: Борису и Андрею
Меньшому онъ далъ н которыя другія волости, а Андрею
Большому уступилъ въ поел дствіи Можайскъ, часть уд ла
Юрія Васильевича. Другіе князья не посл довали прим ру
Юрія; Андрей Меньшой и Михаилъ Андреевичъ Верейскій
прямо зав щали свои уд лы великому князю. Первый далъ
*) JP 96.

22

2M
только одну волость Андрею, одно село Борису, да сорокъ
деревень въ монастыри; второй же далъ три сельца князю
Ивану Юрьевичу, да множество въ монастыри, предоставивъ
однако великому князю право выкупа ^ . Борисъ Волоцкій оставилъ уд лъ свой еыновьямъ, но младшій изъ посл днихъ,
князь Иванъ Борисовить, въ духовной своей2) отдалъ брату
* только два села, да полъ-луга, вотчину же свою, Рузу, да
половину Ржевы, зав щалъ мимо брата великому князю, съ
т мъ, чтобы посл дній заплатилъ съ нея долги умершаго и
помянулъ его душу. Такъ уже сильно было значеніе московскаго князя!
Духовная Ивана III 3 ) по Форм также нисколько не отли­
чается отъ прочихъ; никогда и нигд новый порядокъ не яв(ляетсявъ жизни ц ликомъ, а мало по малу пробивается сквозь
старый Формы. Но въ содержаніи этой грамоты еще бол е
проглядываютъ государственныя стремленія, нежели въ зав щаніи Василія Васильевича. Старшему сыну, Василію, великій князь даетъ «городъ Москву съ волостми и съ путми и зъ
станы и зъ селы, и зъ дворы зъ городцкими со вс ми и зъ сло­
бодами и съ тамъгою и съ торги и съ лавъками, и зъ дворы зъ
гостиными и со вс ми пошлинами и зъ Добрятинскимъ селомъ
и зъ бортью и съ Васильцевымъ стомъ да числяки и Ординцы;
. а мои д ти, Юрій, Дмитрій, Семенъ, Андрей... у своего брата
у стар йшаго въ числяки и въ Ординцы не въступаются ни во
что
Да ему жъ даю село Семциньское и зъ дворы зъ го­
родцкими и зъ Самсоновымъ лугомъ (и разныя другія села
московскія)... А сынъ мой Василій дръжитъ на Москв боль­
шего своего нам етника по старин и какъ было при мн , а
другово своего нам стника дръжитъ на Москв на княжъ Во4

2

) сЛ^ 112, 121.

) Ж 132.
3
) Ж 144.

255
лодимирской трети Андр евича, что была дана брать моей
Юрью да Андр ю. А что которые мои дворы внутри города
на Москв и за городомъ на посадехъ, и сады мои вс , и
пустые мои м ста по посадамъ ; то все сыну моему Василью.
А что которые мои дворы внутри города на Москв и за горо­
домъ за моими Бояры и за князьми и за детми за Боярскими
и за дворяны за моими и за дворцовыми людми и за конюхи и
за мастеры за моими; и т вс дворы сыну же моему Ва­
силью. А у кого будетъ у Бояръ и у Князей и у д теіі у Боярскихъ внутри города на Москв и за городомъ на посадехъ
дворы, ихъ отчины и купли, или кому буду далъ на Москв
внутры города и за городомъ по посадомъ на дворы грамоты
свои жалованныя прочные: и сынъ мой Василей въ т дворы
у нихъ не въетупаетея. Да что были приданы къ Дмитрову
волости московскіе Рогожь, Воря, Корзенево, Шерна городокъ, Сулишинъ и съ Новымъ селомъ; и язъ т волости даю
къ Москв со вс мъ по старин сыну своему Василью. Да
ему жъ даю волости Сурожыкъ, Лучиньское, да Радонежъ съ
волостми и зъ путми и зъ селы и со ве ми пошлины, да треть
Мушкову съ мытомъ съ Лопьскимъ *); да даю ему городъ Ко­
ломну съ во лостми и зъ путми и зъ селы и со вс ми пошли­
нами, городъ Каширу съ зар чьемъ....» и т. д. Сл дуетъ
исчисленіе вс хъ областей великаго княжества. Наконецъ,
кром всего этого Василій получилъ учаетокъ въ Москв
вм ст со вс ми младшими братьями : именно, имъ даны были
въ общее влад ніе годъ князя Константина Дмитріевича, годъ
князя Петра Дмитріевича, да годъ князя Михаила Андреевича.
Въ эти года они должны были держать въ трети Москвы своихъ нам етниковъ, перем няясь по годамъ, черезъ пять л тъ.
J

) Все это тоже московскія волости, которыя были уступлены Юрію
Дмитріевичу и его д тямъ, и потомъ снова возвращены Москв .

256
Кром того былъ еще годъ князя Бориса Васильевича Волоцкаго, который держалъ нам стника на шестой годъ; по смер­
ти его этотъ годъ разд лился на два между его сыновьями.
Младшій изъ нихъ зав щалъ свои полгода великому князю,
который теперь отдалъ его старшему сыну. Права младшихъ
ограничены однако однимъ судомъ; изъ тамги же и прочихъ
пошлинъ Василій долженъ былъ выдавать каждому изъ нихъ
по І 0 0 рублей. Наконецъ, млядшіе сыновья получили по
прежнему обычаю дворы внутри города, подмосковныя села,
къ которымъ была приписана и часть посадскихъ городскихъ
дворовъ, да села въ московскихъ станахъ. «А опричь того у
моего сына у Василья, а у своего брата у стар йшаго, на
Москв въ дворы въ городные и на посадехъ въ дворы и въ
тамгу во всю и въ пошлины во вс , также и въ станы и въ
волости и въ пути и въ села въ московскіе во вс не въступаются ни во что ; а в даютъ то по тому, какъ имъ въ сей ду­
ховной грамот писано».
I

Таковы были распоряженія Ивана III относительно влад нія Москвою. Мы зам чаемъ въ нихъ важное нововведеніе.
Изъ прежнихъ зав щаній мы вид ли, что Дмитрій Донской,
по прим ру предковъ, отдалъ Москву вс мъ сыновьямъ вм ст ; Василій Васильевичъ старшему сыну далъ только треть,
а остальную, принадлежавшую ему часть разд лилъ между
младшими. Иванъ Ш въ первый разъ отдаетъ старшему вообще
городъ Москву съ принадлежностями, выд ляя младшимъ толь­
ко отд льныя права и имущества. Это показываетъ, что онъ
старшему хот лъ дать гораздо высшее значеніе, нежели про-

Ічимъ. Но мы отнюдь не можемъ вид ть зд сь различія между
частнымъ княжескимъ влад ніемъ и государственнымъ. Мы
\съ нам реніемъ сд лали такую длинную выписку, ибо изъ нея
(совершенно ясно выходитъ противное. Старшему сыну дает­
ся городъ Москва съ волость ми и путьми и прочими принад-

257
лежностяю. Но что составляетъ принадлежность Москвы?
Уд льные князья также получаютъ въ ней участки; ихъ пра­
ва на это насл дственное достояніе ограничивают!» права великаго князя. Надобно опред лить, какія именно отд льныя
статьи, могущія быть предметомъ спора, принадлежатъ посл днему. Мы вид ли прежде, что влад я Москвою собща,
князья получали въ разд лъ отд льныя села, а иногда и дво­
ры; мы вид ли, что это было противоположеніе не государственнаго влад нія частному, а общаго частному. Эти-то
статьи, которыя прежде давались въ разд лъ, сл довало въ
особенности исчислить и опред лить, что кому принадлежитъ.
Кром селъ и дворовъ исчисляются и волости, о которыхъ
могло быть сомн ніе, ибо он прежде были отчислены къ другимъ уд ламъ. Но вс эти разряды имуществъ ставятся со­
вершенно въ одну категорію относительно права влад нія, какъ
очевидно изъ выписки. Сначала дается сыну городъ Москва съ
принадлежностями, потомъ села, потомъ д лается распоряженіе*о нам стникахъ, то-ееть о суд , что по государетвеннымъ понятіямъ принадлежало бы къ государственному праву,
потомъ даются дворы, потомъ волости и наконедъ сряду вс
города, которые зав щаются старшему сыну. Все это стоить
рядомъ, безъ всякаго различенія. Какъ сначала говорится:
«даю ему городъ Москву», такъ всл дъ за этимъ: «да емужъ
даю селдо Семциньское, да емужъ даю селдо Воронцовское на
Яуз гд мой дворъ, и съ дворы съ городцкими со ве ми, и
съ мельницами, какъ было при мн », и потомъ : «даю городъ
Белоозеро», «даю ему городъ Т рь», «даю ему Великій
Новгородъ со вс мъ съ пятью пятинами» и т. д. Нужно очень
пылкое воображеніе, чтобы вид ть зд сь мал йшій намекъ на
разлачіе государственнаго влад нія и частнаго княжеекаго 1 ).
4

) Прибавииъ ко всему этому, что въ обыча

того времени было

2o8
Въ то время, къ которому относится зав щаніе Ивана III, д йствительно проявлялись уже сильный государственныя стрем"ленія; но зд сь мы ихъ вид ть не можемъ. Они проходили
въ жизнь не путемъ теоретичеекаго противоположенія государственнаго права частному, очемъ тогда еще не думали, а
путемъ практическимъ, возведеніемъ частнаго права къ го1

сударственному посредствомъ усиленія одного насл дника на
счетъ другихъ. Это мы и видимъ въ распред леніи областей
въ зав щаніи Ивана III.

t
Старшаго сына Василія великій князь благословилъ отчи| ною своею великими княжествами: Московскимъ, Тверскимъ
Новгородскимъ. Сюда входило множество городовъ и земель,
І которые мы не станемъ исчислять; Василій же получилъ зем­
ли псковскія и рязанскія, посл днія зав щанныя княземъ едоромъ Васильевичемъ. Такпмъ образомъ его влад нія обни­
мали огромное пространство земли. Младшіе братья, напроисчисленіе отд льныхъ составныхъ частей каждой области посл того,
какъ он были применованы вообще, Такъ въ саиомъ зав щаши Ива­
на III онъ сначала даетъ старшему сыну великія княжества, а потомъ
упоминаетъ каждый городъ отдельно. Если по прии ру н которыхъ
изсл дователей задавать себ вопросъ : зач мъ князья вычисляли отд льныя села, когда уже прежде было сказано, что городъ отданъ съ
волостями и селами? и разр шать это т мъ, что въ первый разъ за­
вещано насл діе по государственному праву, а во второй по частному,
то какъ разр шить сл дующую задачу? Иванъ Калита говоритъ въ
своемъ зав щаніи «се далъ есмь сыну своему большому Семену Можаескъ, Коломну съ волостьми, Городенку, М зыню, П сочну, Похряне,
Устьмереку, Брашевую, Гвоздну, Ивань, деревни Маковецъ, Левичинъ,
Скулневъ, Каневъ, Гжелю, Гор тово, Горки, село АстаФьевское, село
на С версьц въ Похрянехъ, село Константиновское» и т. д. Можно
подумать, что Городенка, М зынь и т. д. составляютъ отд льныя вла~
д нія; а между т мъ до села АстаФьевскаго все это только исчисленіе
коломенскихъ волостей. Для чего же нужно было исчислять ихъ, ког­
да уже прежде было сказано: «Коломна съ волостьми»? Да еще въ
добавокъ он стоятъ зд сь на ряду съ селами!

259
тивъ, получили лишь по н екольку второстепенныхъ горо*
довъ ^ . Чтобы понять различіе между количествомъ влад ній
старшаго сына и остальныхъ, нужно сравнить сумму выхода,
который каждый князь долженъ былъ давать на разные ордынскіе расходы. На каждую 1000 рублей Юрій долженъ былъ )
давать около 82, Дмитрій около 58, Семенъ около 65, Ан-ь
дрей около 40, едоръ Борисовичъ Волоцкій около 37, Василій же, съ однихъ земель московскихъ, тверскихъ ирязан-J
скихъ, за исключеніемъ новгородскихъ и псковскихъ, давалъ
717 рублей. Наконецъ относительно права насл дованія важн е всего въ духовной Ивана III распоряженіе о выморочныхъ
уд лахъ: «А которого моего сына не станетъ, а не останется
у него ни сына, ни внука, ино его уд лъ весь въ Московской1
земл и въ Т рской земл , что есми ему ни далъ, то все
сыну моему Василью; а братья у него въ тотъ уд лъ не
въступаются; а останутся у него дочери и сынъ мой Василей
т его дочери над ливъ, подаетъ замужъ. А что дастъ своей
Княгин волостей и селъ и казны, и въ то во все сынъ мой Ва­
силей у не не въступается ни во что до ея живота». Такимъ/
юбразомъ старый поголовный разд лъ уетупилъ м сто новом\{
праву; прежнее частное наел дованіе было нарушено во имя|;
государства. 'Зам тимъ зд сь, что мы то же самое стрем4

) Юрій получидъ изъ московскихъ уд ловъ Дмитрова, Звенигородъ,
Руау (кром села Рюховскаго, которое Иванъ Борисовичъ въ зав щаніи своемъ отдаіъ брату), изъ тверскихъ влад ній Кашинъ, да на
іог Брянскъ и Серпейскъ съ волостьми; Дмитрій — н а с вер Угличъ
и Мологу, на запад Хлепень съ принадлежностями, половину Ржевы,
да Зубцовъ и Опоки въ Тверской земл , а на юг Мещовскъ и Опаковъ; Семенъ—на с вер
Б жецкій верхъ, а на юг Калугу и К о зельскъ; наконецъ Андрей — около Москвы въ разныхъ м стахъ В е ­
рею, Вышгородъ, Алексинъ, Любутскъ, н сколько волостей, отд ленныхъ отъ Дмитрова, да волости Гжелю и Раменейце, а изъ твер­
скихъ земель Старицу, Холмъ, Новый Городокъ и дв волости.

260
леніе видимъ и въ другихъ княжеетвахъ : въ договор 1496 г.
великій князь Разанскіи Иванъ Васильевичъ ббязываетъ бра­
та своего едора Васильевича, въ случа безд тной смерти,
не отдавать своей вотчины никому, никоторою хитростью, ми­
мо старшаго брата 1 ). Однако это не пом шало едору Ва­
сильевичу зав щать свой уд лъ Ивану III, который приходился
ему дядею по матери. Рязанскій князь, какъ слаб йшій, разум ется не могъ этому воспротивиться.
Младшіе сыновья Ивана III получили еще уд лы, какъ
самостоятельные князья; но окончательное торжество госу­
дарства мы видимъ въ духовной Ивана Грознаго 2 ). Старшаго
.сына своего Ивана онъ благословляетъ своимъ царствомъ
Русскимъ; младшему же
едору, хотя даетъ въ уд лъ н сколько городовъ, но прибавляетъ, что тотъ уд лъ «емужъ
(Ивану) къ великому государству». На этомъ основаніи малол тный Дмитрій Ивановичъ въ посл детвіи получилъ въ уд лъ
Угличъ; но это былъ посл дній прим ръ. Съ т хъ поръ пре­
кращается раздача уд ловъ; царство Русское составляетъ еди­
ное, неразд льное ц лое, въ которомъ частный порядокъ насл дованія не можетъ им ть м ста.
< Мы изложили на основаніи духовныхъ грамотъ насл дованіе князей мужскаго пола. Намъ остается дополнить это обозр ніе разборомъ насл дованія лидъ женскаго пола, преиму­
щественно княжескихъ женъ, ибо дочери никогда почти не
получали земель.
Z1 Мы вид ли, что Калита далъ жен своей, княгин Ульян ,
[съ меньшими дочерьми н которыя московскія волости да села;
кром того жен онъ зав щалъ въ Москв осмничее, часть
движимаго имущества и стадъ, а дочерямъ часть движимыхъ
вещей. Въ дошедшихъ до насъ духовныхъ грамотахъ, которыя
*) <№ 127.
2
) Доп. къ А. И. т. 1-й Л£* 222.

261
об писаны въ 1328 г. не говорится, на какомъ прав даются
эти волости; но въ зав щаніи Ивана Ивановича сказано, что
по духовной отца его княгиня Ульяна в даетъ эти волости,
села и осмничее пожизненно. Сл довательно мы можемъ пред­
полагать поздн йшую грамоту, которая до насъ не дошла. Въ
зав щаніи Ивана Ивановича сказано дал е, что по смерти
княгини Ульяны вс ея влад нія должны быть разд лены меж­
ду двумя сыновьями великаго князя, его женою и племянникомъ Владиміромъ Андреевичемъ на четверо безъ обиды.
Только волость Сурожикъ, да село Луцинское поступаютъ къ
дочери Калиты. Неизв стно , на какомъ основаиіи влад нія
княгини Ульяны могли быть разд леиы на четыре части. Если
по смерти матери отданное ей въ пожизненное влад ніе иму­
щество должно было д литься между сыновьями, "то во всякомъ случа князь Владиміръ Андреевичъ долженъ былъ по­
лучить треть , а жена и д ти Ивана Ивановича остальныя
дв трети. Д йствительно, мы видпмъ въ посл дствіи, что
Владиміръ Андреевичъ получилъ по разд лу не четверть, а
треть 1 ). Сурожикъ же по духовной Дмитрія Ивановича при­
числяется къ Звенигороду; но въ зам нъ этого, мы видимъ,
что княгиня едосья (в роятнб она и есть дочь княгини Уль­
яны) влад етъ н которыми м етами на Б л озер и другими,
которыя она отдаетъ великому князю и его жен . Можно
предполагать, что остальныя дв дочери Калиты либо умерли,
либо вышли замужъ, и нужно было обезпечить только по
сл днюю.
Семенъ Ивановичъ, какъ мы сказали, отдалъ весь уд лъ
свой жен , княгин Марь . Въ духовной его не сказано на
какомъ прав , но в роятно на прав полной собственности,
ибо посл смерти ея, уд лъ не былъ разд ленъ между потом •
ками обоихъ братьевъ Семена, какъ сл довало бы по законно*) Ж 33.

262
му праву насл дованія. Княгиня Марья все свое достояніе от­
дала одному великому князю Ивану, удержавъ только н которыя коломенскія волости, которыя по ея смерти должны были
достаться Дмитрію, да дв волости, которыя великій князь посл ея смерти зав щалъ своей жен .
і Въ духовной Ивана Ивановича въ первый разъ встр чаются
раепоряженія, которыя въ посл дствіи стали обычаемъ у моI сковскихъ князей. Онъ далъ жен своей въ пожизненное влаj д ніе по три волости и по два села изъ уд ла каждаго изъ сы­
новей, да въ Москв треть тамги изъ двухъ своигь жеребь/ евъ. Посл ея смерти каждый еынъ долженъ былъ обратно по\лучить то, что у него было взято. Кром того княгиня Але­
ксандра получила дв волости посл смерти княгини Марьи,
безъ всякихъ ограниченій. Можно думать, что он были от­
даны ей въ полную собственность, какъ это д лалось въ
посл дствіи.
Также распорядился въ своемъ зав щаніи и Донской : онъ
/ далъ жен въ пожизненное влад ніе по н скольку волостей и
селъ изъ уд ла каждаго сына, да въ Москв половину обоихъ
I своихъ жеребьевъ тамги, да оба свои жеребья осмничаго. Но
кром того, онъ далъ ей пріобр тенныя имъ въ разныхъ м стахъ села и слободы, три села моековекихъ, к сколько юрьевскихъ, влад нія, дарованныя княгинею едосьею, посл
смерти посл дней, да еще дв волости. «А т ми своими примыслы вс ми благословляю княгиню свою, а въ т хъ примысл хъ волна моя княгиня, сыну ли которому дастъ, по душ
1
ли дастъ; а д ти мои въ то не вступаются» ). Эти земли,
*) Зд сь сказано» что великіЙ князь благословляетъ жену «т ми сво­
ими примыслы», но въ томъ чисд высчитываются и три седа московскихъ, которыя Дмитрій лоіучиіъ огь отца; можно думать, что они
отданы были въ полную собственность, ибо села АстаФьевское и Ильяовское бол е не упоминаются въ духовныхъ, села же Семцинскаго

263
отданныя княгин , не въ пожизненное влад ніе, а въ полную
собственность, въ духовной Василія Дмитріеввгча называются
опричниной. Въ посл днемъ своемъ зав щаніи Василій Дми-І
тріевичъ далъ жен своей, СОФЬ Витовтовн , ВЪ опржчнину
старую коломенскую волость Гжелю, да московское село Семцинское, которыми она вольна была распоряжаться также,
какъ собственными пріобр теніями. Кром того, онъ по обыкновенію далъ ей въ пожизненное влад ніе разныя волости и
села, треть своего жребья во вс хъ пошлинахъ московскихъ,
да половину пошлинъ нижегородскихъ. Однако СОФЬЯ ВИТОвтовна не довольствовалась этимъ богатствомъ; изъ ея духо­
вной1) мыузнаемъ, что она купила себ множество селъ и
даже волости и станы въ разныхъ м стахъ. Все это она раз*
д лила между сыномъ, внуками, снохой, и кром того множе­
ство селъ отдала въ мынастыри. Въ особенности любимому
внуку Юрію она зав щала, кром опричнины, многіе прикупы
въ у здахъ Моековскомъ, Коломенскомъ, Юрьевскомъ, Костромскомъ, Вологодскомъ и другихъ, а также дворы свои и
дворовыя м ета въ Москв , предоставивъ однако великому
князю право вым нить у него безъ обиды что ему понадобится.
Зам тимъ зд сь, что княгини им ли совершенно т же права
на свои земли, какъ и князья. Ихъ влад нія точно также на­
зываются ихъ уд ломъ; князья не только не должны были
вступаться никакимъ образомъ во влад нія княгинь, но не мо­
гли даже и всылать въ нихъ за ч мъ бы то ни было. Такія
ограниченія именно постановлены въ зав щаніяхъ Дмитрія Дон тъ въ первой духовной Василія Дмитріевича. Во второй онъ отдаетъ его жен въ полную собственность, но онъ могъ получить его по
зав щанію матери. Зам тимъ, что седо Семцинское было дано и же^
н
великаго князя Ивана Ивановича, но только въ пожизненно §
влад ніе.
О Л* 83.

264

І

нскаго, Василія Дмитріевича и Владиміра Андреевича. Посл дній далъ жен своей ц лую область Лужу съ слободами
: и волостьми, которая посл ея смерти должна была разд лить-

\ ся между тремя сыновьями, за исключеніемъ н которыхъ
селъ, предоставленныхъ княгин въ полную собственность.
І Она получила въ пожизненное влад ніе и отд льныя села изъ
уд ловъ каждаго сына, да н которыя моековскія села, изъ которыхъ два, да мельница отданы были ей въ опричнину. Кром того, изъ ея духовнаго зав щанія1 ) видно, что она н которыя села получила въ полную собственность и отъ сыновей,
умершихъ прежде ея смерти. Выше уже было сказано, что по
зав щанію Владиміра Андреевича вдовы его сыновей должны
были влад ть уд лами умершихъ супруговъ или вм ст съ
д тьми или одн , если не было у нихъ д тей.
Такимъ образомъ мывидимъ, что князья предоставляли женамъ отд льные уд лы въ пожизненное влад ніе, а н которую
часть и въ полную собственность. Василій Васильевичъ установилъ для своей княгини опричнину не въ самой духовной, а
въ отд льной приписной грамот . Въ духовной же ей предо­
ставлено право распоряжаться только собственными покупка­
ми, которыя однако были значительны. Княгиня купила городокъ Романовъ, устье Шексны у м стныхъ князей, да воло­
сти и села въ разныхъ м стахъ. Въ пожизненное влад ніе,
кром прочаго, ей данъ былъ Ростовъ со вс ми принадлежно­
стями, которымъ однако, какъ мы вид ли, продолжали вла­
деть ростовскіе князья.
Жена Ивана III, СОФЬЯ оминична, умерла прежде мужа,
почему въ его духовной н тъ уд ла княгини. Но зд сь же мы
находимъ важное распоряженіе относительно женъ уд льныхъ
князей, именно то, что если мужъ умретъ безъ сыновей, то
волости, села и казна, предоставленныя жен , посл ея сме0 Ж 82.

265 .
рти постудаютъ къ великому князю. Государственныя требованія уничтожаютъ прежнюю опричняну.
Что касается до дочерей, то мы вид ли уже, что Калита|»
зав щалъ уд лъ жен съ дочерьми; то же самое постано­
вляется и въ духовной Владиміра Андреевича. Мы вид ли дал е, что дочь Калиты и посл смерти матери должна была!
получить н которую часть ея влад ній. Но въ духовной Владиміра Андреевича прямо сказано, что поел смерти матери,
если н тъ сыновей, уд лъ получаютъ братья, которые доляшы '
племянницъ отдать замужъ. Та же обязанность въ духовной'
Ивана III возлагается на великаго князя относительно вьшо- '
рочныхъ уд ловъ. Борисъ Васильевичъ Волоцкій 1 ) ничего не
даетъ дочерямъ, а поручаетъ только жен и сыну, въ случа
свадьбы которой-нибудь дочери, взять что нужно съ отчины
и т мъ ее выдать замужъ. Михаилъ Андреевичъ Верейскій 2 ),
зав щая весь уд лъ свой великому князю, проситъ его дать
остающейся дочери 300 рублей. Но едоръ Борисовичъ Во3
лоцкій, распоряжаясь въ своемъ зав щаніи ) на случай, если
у него посл смерти родится дочь, даетъ ей волость и села,
поручая ее внрочемъ великому князю, «какъ ему Богъ положитъ на сердце».
Обозр вши, на основаніи источниковъ, насл дованіе великихъ и уд льныхъ князей, мы можемъ наконецъ спросить:
какое насл дственное право господствовало между московски­
ми князьями до установленія единодержавія ?
f
Перебирая вс изв стія, мы видимъ, что везд на первомъ
план стоить личная воля зав щателя. Во вс хъ своихъ распоряженіяхъ онъ руководствуется только собственнымъ усмо\ тр ніемъ; потому мы въ разныхъ зав щаніяхъ, а иногда даже
*) Ж 105.
^ Ж 121.
3
) <№ 151.

23

266
и въ одномъ итомъ же, видимъ разные порядки наел дованія.
Такое преобладаніе насл дованія по зав щанію надъ насл до,ваніемъ по закону представляется намъ и въ другихъ памятникахъ древняго нашего законодательства. Это была общая
черта того времени, которая не ограничивалась однимъ княжескимъ родомъ. Такъ въ Русской Правд читаемъ: «Аже
кто умирая розд литъ домъ, на томъ же стояти ; накы ли без
рядуумреть, то все д темъ». И в ъ обоихъ Судебникахъ : «А
который челов къ умретъ безъ духовный грамоты, а не будетъ у него сына, ино статокъ весь и земли дочери; а не будетъ у него дочери, ино взяти ближнему отъ его рода» 1 ). Въ
то время в роятно р дко наступало насл дованіе по закону.
Каждый считалъ своею обязанностью сд лать зав щаніе, ра­
спорядиться на случай смерти. Князья д лали это за долго до
кончины, и мы находимъ н сколько посл дующихъ зав щаній
одного и того же князя. Отсюда объясняется и скудость древнихъ нашихъ постановленій о насл детв .
Однако мы въ зав щаніяхъ московскихъ князей можемъ зам тить н которыя обычныя, хотя и не постоянныя правила.
Главный городъ Москва отдается вс мъ насл дникамъ вм ст ,
хотя каждый изъ нихъ получаетъ въ ней опред ленныіі участокъ. Какова величина этого участка, что получаетъ каждый,
это зависитъ совершенно отъ распоряженій зав щателя. Со вре­
мени Дмитрія Ивановича Донскаго старшій сынъ получаетъ по­
стоянно лишнее противъ другихъ, на стар йшш путь. То же са­
мое мы видимъ и въ духовной Владиміра Андреевича ; но Юрій
Дмитріевичъ не далъ старшему большего участка противъ дру­
гихъ. Зам тимъ, что такое же общее влад ніе главнымъ городомъ существовало въ Тверскомъ кяяжеств и въ Рязанскомъ.
*) См. Неволина Исторія Россійскихъ Гражд. Зак. т. Ш , разд дъ о
насл дств .

267
Зат мъ мы видимъ, чтомосковскіе князья каждому почти сы­
ну даютъ одинъ изъ собственно-московскихъ уд ловъ, ж посл
того уже распред ляютъ остальныя влад нія, какъ особенную
статью. Такъ же поступаютъ и уд льные князья — Владиміръ
Андреевичъ Серпуховскій и Юрій Дмитріевичъ Звенигородскій.
Однако сынъ велігкаго князя Василія Васильевича, Алдрей Мень­
шой, не получилъ уд ла около Москвы; встр чаются тому и
другіе прим ры. Иванъ III пріобр лъ Тверское княжество, и
каждому почти изъ сыновей далъ часть старыхъ московскихъ
уд ловъ, участокъ въ поздн йшихъ пріобр теніяхъ да участокъ
въ Тверской земл ; однако четвертый его сынъ Семенъ въ
Тверской земл ничего не получилъ. Такимъ образомъ, вообще
зам тно стремленіе уд лить каждому сыну участокъ въ каждомъ разряд влад ній, но это стремленіе отнюдь не составляетъ общаго правила, ибо окончательно все завпситъ отъ личной
воли зав щателя.
Такое же невыдержанное стремленіе зам чается и въ порядк распред ленія московскихъ уд ловъ. Въ зав щаніяхъ первыхъ московскихъ князей, Коломна постоянно дается старшему
сыну, а Звенигородъ второму. Ио Василій Васильевичъ от далъ
второму сыну Юрію Дмитровъ, принадлежавший прежде четвер­
тому сыну Донскаго, и Можайскъ, принадлежавшій третьему;
Звенигородъ же Васпліи Васильевичъ отдалъ третьему сыну
Андрею. Но Коломна постоянно остается уд ломъ старшаго.
Иаконецъ, въ опред леніи разм ра участка каждаго сына мы
видимъ уже совершенный произволъ. Обыкновенно князья раз*
давали ц ликомъ города съ у здами, отд льныя волости, села ;
но иногда волости для уравненія отписывались отъ одного уд ла къ другому. Иногда же городъ отдавался н сколькимъ сыновьямъ вм ст , съ предписаніемъ разд лить его поровну. Въ
зав щаніи Донскаго разм ръ областей соотв тствуетъ порядку
старшинства; ч мъ старше сынъ, т мъ больше уд лъ. Но это

268
было личное распоряжеше зав щателя. Въ духовной Владиміра
Андреевича мы видшгь напротивъ, что средній сынъ получилъ
меньше другихъ, и зд сь предписывается, въ случа смерти
одного изъ сыновей, остальньшъ разд лить его уд лъ поровну.
Вообще, занедостаткомъ другихъ распоряженіі, посл днее пра­
вило было кажется господствующимъ обычаемъ. Такъ Владиміръ Андреевичъ получилъ сл дующую ему треть изъ влад ній
княгини Ульяны.
Та же личная воля зав щателя господствовала и въ опред леиіи участка вдовы. Мы видимъ зд сь различныя постановленія:
то вдов отдается въ пожизненное влад ніе, напрожитокв, отд льный участокъ, то, какъ д лалось обыкновенно, ей назна­
чалась въ пожизненное влад ыіе часть изъ уд ла каждаго сына
и кром того давались н которыя влад нія въ полную собствен­
ность, въ опричнину ; то наконецъ она оставалась до смерти въ
иеразд льномъ влад ніи съ д тьми. Безд тная же вдова, или
оставалась въ пожизненномъ влад ніи уд ла своего мужа, или
получала его въ полную собственность, какъ наприм ръ вдова
Семена Ивановича, или наконецъ получала изв стный только
участокъ. Вс эти разнообразныя постановленія встр чаются,
какъ въ законахъ Русской Правды, такъ и въ духовныхъ зав щаніяхъ частиыхъ лицъ. Русская Правда прямо выставляетъ
главнымъ правиломъ : «Аже жена сядеть по мужи, то у своихъ
д тей взять часть, а что на ню мужъ възложитъ, тъ тому го­
спожа есть, а задиича (насл дство) ей мужня ненадоб ». Но
ежели въ насл дованіи княжескихъ женъ мы зам чаемъ совер­
шенное согласіе съ обычаями и постановленіями того време­
ни, то въ пасл дованіи дочерей мы такого согласія не видимъ.
Устраненіе дочери отъ насл дства, когда есть сыновья, было
исконнымъ правиломъ русскаго права, «Оже будетъ сестра въ
дому; тъ то задница не надоб , но отдадять ю за мужь братья
како си могуть». Но какъ въ Русской Правд , такъ и въ Су-

269
дебнпкахъ (въ первой только относительно боярскаго насл дства, а въ посл днихъ вообще) постановляется, что за недостаткомъ сыновей насл дуютъ дочери, а въ духовныхъ московскихъ князей мы этого не видимъ. Нельзя однако признать это
за особенность насл дственнаго права въ княжескомъ род , ибо
изъ предыдущей исторіи мы знаемъ прим ръ княжны Ярослав­
ской, которая получила княжество по смерти отца. Мы зд сь
должны вид ть опять распоряженія, зависящія отъ личной воли
зав щателей. Заботясь о богатств , сил и могуществ своего
потомства, князья не желали, чтобы влад нія ихъ могли пере­
ходить въ другой родъ; а это было бы неизб жно при насл дованіи дочерей, который, выходя замужъ, должны были перено­
сить свои права на чужеродцевъ. Поэтому зав щатели давали
преимущество братьямъ передъ дочерьми. Посл днія влад ли
иногда уд лами, но не иначе, какъ неразд льно съ матерью, до
смерти посл дней ; иногда же он получали неболыпіе участки,
какъ мы вид ли въ прим р дочери Ивана Калиты и въ распоряженіяхъ едора Борисовича Волоцкаго.
Эта заботливость князей о судьб потомства ясно видна въ
томъ, что они не ограничивались однимъ над леніемъ непосредственныхъ насл дниковъ, но опред ляли и дальн йшій порядокъ
насл дованія, какъ это д лается на Запад въ субститутахъ и
Фидеикоммиссахъ. Изъ разнородности этихъ распоряженій видно
однако, что это было д ло чисто личное. Такъ Владиміръ Андреевичъ постановляетъ, что по смерти безд тнаго сына, вот­
чину его получаетъ въ пожизненное влад ніе жена посл дняго
«по сей моей грамот , а поминаетъ нашу душу». Донской же,
напротпвъ, вел лъ выморочный уд лъ прямо д лить между
остальными братьями, за исключеніемъ уд ла старшаго сына,
который перех(}дитъ къ сл дующему брату. Дал е, Владиміръ
Андреевичъ вел лъ сыновьямъ, посл смерти вдовы, д лить
выморочный уд лъ поровну; Донской же предоставилъ въ этомъ

270
случа полную волю своей жен , то-есть ш въ будущемъ зам ншгъ опред ленный порядокъ насл дованія личными раепоряженіями главы семейства. Исключеніе сд лано только для небольшаго уд ла меньшаго сына, которому предоставлено право
распоряжаться имъ по произволу. Съ другой стороны мы видимъ однако, что насл дники не всегда слушались подобныхъ
распоряженій, и вопреки зав щаніямъ сильн йшій князь бралъ
себ одному то, что сл довало бы разд лить между вс ми, какъ
и сд лалъ Василій Васильевичъ съ уд лами своихъ дядей.
Во всякомъ случа нельзя не вид ть во вс хъ этихъ распоряженіяхъ полнаго господства личной воли зав щателя. Умирающій можетъ отдать свои влад нія кому хочетъ: д тямъ, жен , братьямъ, даже мимо ближайшихъ насл дниковъ. Уже въ
1286 году Владиміръ Васильковичъ Волынскій отдалъ свой
уд лъ двоюродному брату Мстиславу, мимо старшихъ братьевъ
посл дняго 1 ). Иванъ Борисовичъ Волоцкій отдалъ свой уд лъ
Ивану Ш мимо старшаго своего брата, Рязанскій уд льный
князь ему же мимо старшаго брата, Рязанскаго великаго князя.
Братья Ивана III считали нарушеніемъ права то, что великій
князь взялъ себ одному уд лъ Юрія, который въ своемъ зав щаніи не сд лалъ на этотъ счетъ никакихъ распоряженій. Но
когда Андрей Меньшой отдалъ свой уд лъ великому князю по
зав щанію, тогда посл дній могъ взять его себ безъ всякаго
прекословія.
Въ одномъ только блуча мы видимъ, что зав щатель не рас­
поряжается своими влад ніями, какъ безусловно принадлежащимъ ему имуществомъ, а говорить неопред ленно. Донской,
какъ было уже сказано, зав щалъ отчину свою, великое кня­
жество, старшему сыну, паравн съ прочимъ достояніемъ. Но
Василій Дмитріевичъ, зав щая остальныя влад нія, какъ соб*) Собр. Государств. Грам. т. II, <№ 4, 5.

271
ственность, которою онъ им етъ полное право распоряжаться,
говоритъ: «а дастъ Богъ сыну моему Великое Княженье, ино
ж язъ сына своего благословляю Князя Василья» 1 ). Причина
такого огравиченія права зав щанія заключалась въ притязаніяхъ Юрія Дмитріевича на насл дованіе великаго княжества по­
мимо племянника. Такое исключеніе изъ общаго, господствовавшаго въ то время порядка, условливалось т мъ, что съ обладаніемъ великимъ княжествомъ соединено было право родоваго старшинства, первенствующее положеніе въ обществ . Ка-.
кое значеніе им ло это старшинство, мы увидимъ въ посл дствіи, когда станемъ говорить объ отношеніяхъ князей между
собою; зд сь ж е , говоря о насл дств , мы должны сд лать
различіе между простымъ насл дованіемъ влад ній и насл дованіемъ, съ которымъ соединяется понятіе о старшинств .
Въ первые в ка русской исторіи мы видимъ, что вообще
братъ насл дуетъ посл брата, съ исключеніемъ сыновей посл дняго. Такъ старшіе сыновья Ярослава берутъ себ удБлы
умершихъ братьевъ, а племяиникамъ не даютъ ничего. Одна­
ко уже въ то время, этотъ норядокъ насл дованія такъ мало
былъ признаваемъ, что князья изгои не думали ему покорить­
ся. Они стали искать себ уд ловъ силою оружія и точно до­
бились ихъ; на Любечскомъ съ зд было постановлено : «кождо да держитъ отчину свою». Въ Русской Правд ивъ Судебникахъ прямо утверждается иасл дственное право сыновей по­
мимо братьевъ 2 ). Въ настоящій періодъ мы видимъ то же са*) Въ предыдущихъ зав щаніяхъ Васидія Дмитріевича говорится гадательно о новыхъ пріобр теніяхъ, Нижнемъ и Муром ; но зд сь при­
чина заключается въ тоиъ, что эти пріобр тенія не были еще упро­
чены за великимъ княземъ.
а
) Мы не можемъ согласиться съ болыпинствомъ нашихъ изсл дователей, что въ Русской Правд совершенно устраняются боковые род­
ственники. Это постановляется только въ насл дованіи иосл смерда,
о боярахъ же и членахъ дружины прямо сказано, что ихъ насл дство

272
мое во вс хъ духовныхъ зав щаніяхъ князей. Ио другое д ло, когда съ изв стньшъ влад ніемъ соединялось понятіе о
старшинств ; зд сь уже долженъ былъ насл довать не сынъ
посл отца, а старшій въ род , то-естьэ по древнимъ понятіямъ, сл дующій братъ. Намъ н тъ нужды говорить о томъ,
что это представленіе о старшинств было сначала господствующимъ, а потомъ вступило въ борьбу еъ новымъ понятіемъ о
преимуществ племянника передъ дядею; все это слишкомъ
хорошо обсл довано нашими историками. Сд лаемъ только од­
но зам чаніе на счетъ соединенія понятія о старшинств съ изв стнымъ влад ніемъ. Пока историческое движеніе сосредото­
чивается въ югозападной Руси, старшій столъ, кіевскій, по­
стоянно нёреходитъ по праву къ старшему въ род . То же
самое мы видимъ и при переход исторіи на с веровоетокъ:
Владимірскій столъ также достается старшему (или тому, кто
назначается старшимъ, какъ наприм ръ Юрій Всеволодовичъ
помимо брата Константина). Но въ настоящій періодъ является
другой обычай. Владимірекое княжество сл дуетъ еще ста­
рому порядку, но другіе главные столы — Москва, Тверь, Переяславль-Рязанскій отдаются уже въ общее влад ніе вс мъ
насл днцкамъ, изъ которыхъ каждый получаетъ въ нихъ свой
князю не идетъ. Посл такого общаго выраженіа дикакъ нельзя при­
нять* что если о боковыхъ родственникахъ не говорится, то значить,
они не наследовали. Русская Правда ушжинаетъ только о немногихъ
случаяхъ, именно о т х ъ , гд является какая-нибудь противополо­
жность, наприм ръ въ насл дованіи посл смерда и посл члена дру­
жины, или о случаяхъ сомнительныхъ и спорныхъ, какъ въ отношеніяхъ вдовъ къ д тямъ, или въ насл дованіи сводныхъ д тей. Подроб­
ное же опред леніе порядка насл дованія было излишне при господств права зав щанія. Прибавимъ къ этому, что тутъ же опека надъ
малол тными д тьми предоставляется ближайшему родственнику, а гд
есть право опеки, и притомъ соединенное съ обладаніемъ находящагося подъ опекой имущества, тамъ не можетъ быть исключения изъ насл дства.

273
участокъ. Мы не можемъ не вид ть въ этомъ явленіи разрушенія понятій о старшинств ; главное м сто дается уже не
старшему, а вс мъ вм ст . Старшій иногда получаетъ лиш­
нее «на стар йшій путь», но это вовсе не тобщее правило, и
притомъ ничтожность этого излишка показываетъ намъ, какое
зиаченіе придавалось старшинству. Во всякоиъ случа ясно,
что государственныхъ понятій мы зд сь предполагать не мо­
жемъ, ибо на стар йшш путь даются конюхи, садовники, пса­
ри, медовый оброкъ и т. п. имущество, которое носитъ на
себ совершенно частный характеръ. Притомъ же старшему
могло придаваться что-нибудь во всякомъ семейств , уд льному князю такъ же, какъ и великому. Владиміръ Андреевичъ
д лаетъ на этотъ счетъ точно такія же распоряженія, какъ и
Донской.
Зам тимъ еще, что на Запад въ ленномъ прав переходъ
къ старшему въ род главнаго стола установился подъ вліяніемъ понятія о неразд льности лена. Старшій насл дникъ
прежде всего бралъ главное м сто, которое во Фраиціи на­
зывалось le vol du chapon, потому что оно обнимало во вс
стороны отъ дома или замка пространство, которое могъ нролет ть п тухъ. Остальное д лнлось между вс ми ближайши­
ми насл дииками по м стнымъ обычаямъ, причемъ младшіе,
или ихъ потомки, оставались подчиненными старшему. Такого
преобладанія насл дованія по зав щанію надъ насл дованіемъ
по закону, какое было у насъ, мы на Запад не видимъ. Напротивъ, относительно имуществъ родовыхъ, личная воля зав щателя совершенно устранялась; насл дованіе непрем нно
должно было сл довать порядку, установленному постоянными
обычаями, которые въ ленную эпоху развились подъ вліяніемъ
м стныхъ союзовъ и были чрезвычайно разнообразны. Когда
возникло государство, оно старалось этим стныя права зам нить правилами общими. Вооружившись постановленіями рим-

274
скаго права, оно боролось еъ крепкими Феодальными обыча­
ями. Изъ этой борьбы, изъ взаимнаго возд йствія обоихъ началъ, образовалось тамъ право новаго времени. У насъ же
мы ничего подобнаго не видимъ: м стныхъ обычаевъ н тъ;
Ізаконныя постановленія скудны, и личная воля зав щателя яв­
ляется на первомъ план . Поэтому у насъ посл дующая д я[тельность законодательства проявилась не въ борьб съ окр пшими Формами, а въ законномъ опред леніи того, что до т хъ
поръ предоставлялось произволу. Мы видимъ зд сь ту же чер­
ту, которую зам чаемъ везд , въ каждой области нашихъ
древнихъ учрежденій — господство личной воли, неопред ] ленность и шаткость вс хъ гражданскихъ отношеній, ипосл . дующее оиред леніе ихъ государствомъ.
/ Личная воля зав щателя явилась у насъ л проводнпкомъ
' государственныхъ стремленій. Познавши на опыт невозмож­
ность прочнаго могущества при разд леніи влад ній, московскіе князья стали усиливать одного насл дника на счетъ дру*
гихъ, что они могли безпрепятственно д лать всл дствіе права
зав щанія, предоставленнаго отцу семейства. Но эти новыя
стремленія, какъ уже зам чено, проявлялись подъ старыми
Формами. Пванъ III назначилъ себ преемникомъ сначала вну­
ка, потомъ сына, и побужденія, которыя онъ при этомъ высказывалъ, носятъ характеръ чисто семейный, а не государ­
ственный. Посламъ, отправленнымъ въ Литву, онъ поручилъ
объяснить эту перем ну такимъ образомъ : «который сынъ от­
цу служитъ и норовитъ, того отецъ больше и жалуетъ; а ко­
торый сынъ родителямъ не служитъ и не норовитъ, того за
что жаловать ?» Подобныя объясненія должны были дать пос­
лы и въ Крым : «внука своего государь нашъ было пожало*
валъ, а онъ сталъ государю нашему грубить; но в дь жалуетъ
всякій того, кто служитъ и норовитъ, а который грубить, то­
го за что жаловать?» Точно также, когда Псковичи прислали

275
просить, чтобы княземъ у нихь былъ тотъ, кто будетъ княземъ и въ Москв , Иванъ III разсердилея, и отв чалъ : «Разв не воленъ я, князь велжкій, въ своихъ д тяхъ и въ своемъ
княженіи? кому хочу, тому и дамъ княжество»1).
Чтобы вполн постигнуть характеръ этихъ объясненій, до­
статочно сравнить ихъ съ т ми побужденіями, которыя высказалъ Петръ Великій въ Правд Воли Монаршей, когда онті
призналъ за царствующимъ государемъ право назначить себ і
преемника но своему изволенію. Иванъ III разсердился за то,
что Псковичи выразили желаніе самое естественное и не­
обходимое для существованія государства, за то, что земскіе
люди, побуждаемые самою настоятельною потребностію, взду­
мали вм шиватьея въ личныя его расноряженія; Петръ же
счелъ нужнымъ передъ лицомъ народа оправдать изм неніе въ
обычномъ порядк престолоиасл дованія. Для этого онъ призвалъ на помощь и логику, и нсторію, и государственныя по­
требности и наконецъ самое Священное Писаніе. Вотъ глав­
ный доводъ Правды Воли Монаршей :
«А еще когда разсудимъ, кое долженство на царехъ лежитъ, отъ самого Бога возложенное на нихъ, то не токмо и
отъ того познаемъ, что не гр хъ имъ по вол своей избирать
себ насл дника, но и гр хъ есть не избирать. Царей дол­
жность есть содержать нодданныхъ своихъ въ безпечаліи и
промышлять имъ всякое лучшее наставленіе, какъ къ благо­
честие, такъ и къ честному жительству; да будутъ же под­
данные въ безпечаліи, долженъ царь пещися, да будетъ истин­
ное въ государств правосудіе на охраненіе обидимыхъ отъ
обидящихъ нодданныхъ ееб , такожъ и да будетъ кр пкое и
полезное воинство на защищеніе всего отечества отъ непріятелей. А чтобъ было и всякое лучшее наставленіе, долженъ
*) Соловъевъ: Исторія Россіи т. V, стр. 80, 81.

276
царь смотр ть, чтобы были искусные учители, какъ духов­
ные, такъ и граждане™, довольное число.
«А если о добр общемъ народа себ подданнаго толико пещися долженъ самодержецъ, то како не долженъ есть прил жно смотр ти, дабы по немъ насл дникъ былъ добрый, бодрый,
искусный и таковый, который бы доброе отечества состояніе не
токмо сохранилъ въ ц лости, но и паче бы утвердилъ и укр «
пиль и еслибы что недовершенное засталъ, тщился бы приве­
сти въ совершенство. Есть ли же самъ добр государство упрочивъ, оставитъ оное негодному, неискусному, а новому, и не
утверждати, но разв разсьшати общее добро могущему, то
что пользовало его шшеченіе; не самъ ли виновенъ будетъ все­
му нестроенію и гибели, худымъ насл дникомъ сд ланной ; что
пользуетъ, что самъ много добра отечеству промыслитъ, если
самъ же черезъ насл дника непотребнаго все тое разрушитъ ;
воистину каковой похвалы достоинъ искусный кормчій, кото­
рый добр правивъ корабль, отлучаясь отъ корабля, посадитъ
на кормил вм сто себя челов ка отнюдь къ тому необученаго :
таковой достоинъ и монархъ, который управленное отъ себя го­
сударство худому и разорительному дастъ насл днику».
Ясно, что въ словахъ Ивана III является отецъ семейства,
вотчинникъ, для котораго народъ еще не существуетъ ; зд сь
же, напротивъ, говорить государь, вполн сознающій себя правителемъ общества, призваннымъ къ водворенію общаго благоденствія. Въ посл дствіи, когда государство устроилось и укр пилось, признано было, что этой ц ли лучше сод йствуетъ про­
чный порядокъ престолонасл дованія ; но нельзя не зам тить,
какое высокое понятіе о значеніи и обязанностяхъ монарха вы­
ражается въ этихъ словахъ, которыя Петръ распубликовалъ
для всенароднаго св д нія.
Итакъ дервыйвыводъ, который мы можемъ сд лать изъ раз­
бора духовныхъ грамотъ, заключается въ томъ, что насл дова-

277
ніе у московскихъ князей происходило по частному праву, при
чемъ, также какъ ивъ насл дованіи частныхъ лицъ того време­
ни, преобладающим) началомъ является личная воля зав щателя.
Второй выводъ, который непосредственно сл дуетъ изъ перваго, но который сверхъ того самъ по себ открывается изъ
источниковъ, состоитъ въ томъ, что тогда не д лалось различія между имуществомъ государственнымъ и частнымъ княжескимъ. Все, что принадлежало князю, принадлежало ему, какъ
собственность (неограниченная или ограниченная правами другихъ лицъ) по частному праву, а не по государственному. Нигд въ грамотахъ мы не видали ни мал йшаго намека на такое
различіе. Вс отд льныеразряды имущества: города, волости,
села, доходы, пути, движимое, холопы, стада, стоятъ рядомъ
и передаются насл дникамъ совершенно на одинакомъ основаніи. Уд лъ, которымъ влад етъ князь, называется его вотчи­
1
ною, также какъ им ніе частныхъ лицъ ). Князь распоряжается
имъ какъ своею собственностью: уд лы отдаются въ насл дство жен , д тямъ, родственникамъ, д лятся, продаются, по­
купаются совершенно на томъ же основаніи, какъ и отд льныя
села, какъ всякое частное имущество.
Мы вид ли, что въ духовной Ивана Калиты вычисляются три
главныхъ разряда имуществъ : города съ волостями, села, дви­
жимое , хотя и не д лается никакого различія въ сущности княжескаго права на то или другое. Города съ приписанными къ
нимъ станами и волости составляли округи, въ которые входи*) Слово отчина всегда и везд означаетъ насл дственное влад ніе, принадлежность земли отцу, всл дствіе которой на нее лолучаетъ
право и сынъ. Такое насл дственное право на землю именно и лежитъ
въ основаніи понятія о земельной собственности, почему всякая з е ­
мельная собственность называется вотчиною (сравн. выраженіе terra
paterna, terra aviatica). Въ доказательство достаточно сослаться на
изсл дованія г. Погодина (т. 4 стр. 373—9), гд собрано много лрим ровъ.

24

278
ли разнаго рода влад нія: земли черныя княжескія, земли принадлежавшія боярамъ и другимъ слугамъ, наконецъ монастырскія и вообще церковныя. Эти округи назначались собственно
для кормленія княжескихъ слугъ; они отдавались въ управленіе нам стникамъ и волостелямъ. Села же, которыя въ поздн йштъ памятникахъ называются подклгътными и дворцовыми,
доставляли все нужное для домашняго обихода князей; они управ­
лялись хозяйственнымъ образомъ княжескими посельскими и прикащиками. Однако это различіе отнюдь не было твердымъ ипостояннымъ; одинъ разрядъ имущества легко могъ переходить отъ
одного назначенія къ другому, зам няться одинъ другимъ. Мы
вид лиуже, что слово : волость им ло весьма иеопред ленный
смыслъ. На древнемъ язык оно означало уд лъ, принадлежавшій
какому-нибудь князю ; волостями же назывались округи, управ»
ляемые волостелями, дал еим ніячастныхъ лидъ, отд льныя се­
ла и деревни, наконедъ просто доходы 1 ). Такимъ образомъ во­
лостью называлось всякое им ніе, все, на что простиралась
власть лица 2 ). Поэтому мы въ числ волостей, приписанныхъ
къ городу, видимъ города, слободы, слободки, села, деревни 3 ) ;
однимъ словомъ всякаго рода отд льныя влад нія. Даже одно и
то же влад ніе называлось попеременно то волостью, то се4
ломъ ). Старая коломенская волость Гжеля отдана была въ
опричнину великой княгин СОФЬ вм ст СЪ московскимъ се*) См. выше въ духовной Калиты.
2

) Ср. въ памятникахъ западныхъ законодательствъ слово potestates,
которое принималось совершенно въ томъ же значеніи.
3
) Такъ наприм ръ, въ духовной Дмитрія Ивановича въ числ коломенскихъ волостей исчисляются деревни: Л вичинъ, Скульневъ, Маковецъ, въ числ звенигородскихъ—Замошсиая слобода, Дмитріева сло­
бодка, Руза городокъ ; въ числ отъ здныхъ можайскихъ волостей —
с е ю Репинское, и село Ивана Васильевича въ Гремичахъ. Есть и
много другихъ прим ровъ.
4

) Такъ Андреевское и Кляповское въ Звенигородскомь уд л
званы селами въ «Л^ 25 и 34, и волостыш въ JW 51 и 78.

на­

279
ломъ Семцинскимъ. Князья Волоцкіе пром вши Ивану ІІІ~му
разныя села, полученныя ИМИ ВЪ насл дство отъ бабки, боярыни
Марьи едоровны Голтяевой, и получили въ зам нъ дв тверскія ВОЛОСТИ-1). Черныя земли могли переходить въ шш стныя и дворцовыя2), и на оборотъ, дворцовыя села отдавались
въ пом стья 3 ), что при государственномъ порядк превращало
бы ихъ въ государственное имущество, ибо пом стныя земли
давались, какъ жалованье за службу. Однимъ словомъ мы видимъ везд , что эти два разряда им ній, различные по назпаченію, легко переходятъ одинъ въ другой, потому что влад ніе
т мъ идругимъ основано на одинаковомъ прав собственности.
Оттого иногда села, не только уд льныя, н о й московскія ис­
числяются сряду въ числ волостей, которыя даются въ уд лъ
насл днику 4 ), или же, какъ д лается обыкновенно, уд льныя
села ставятся въ числ прочихъ принадлежностей уд ла, какъ
одно ц лое, которое передается по одному праву, наприм ръ :
«се даю сыну своему Дмитрію Коломну со вс ми волостми, съ
тамгою и съ мытомъ и съ селы и зъ бортью съ оброчники и
съ пошлинами».
*) Ж 129.
) Да въ Гусдиц дворцовое жь седо Богородтцкое, что было прежъ
сего въ поя стныхъ и въ вотчинныхъ и въ черныхъ земдяхъ, «Л** 188.
3
) Тамъ же.
4
) Наприм ръ въ духовной Ивана Ивановича. « А что иеъ тыхъ волостий (кодоленскихъ) за Княгинею за Марьею, т волости до ее жи­
вота и села: а по ее живот
т волости и села сыну моему князю
Дмитрію; Городна, М зыни, П сочна, Середокоротна, Похряпе, Устьмерьска, Брашевая, Гвоздна, яелце Ивань, деревни Маковець, Л вичинъ, Скульневъ, Каневъ, Кошира, Гжеля, Гор тово, Горки, село
на С верц , село Малино, село Холмы, село Константиновское, село
Орининское, село Островьское, село Копотеньское, село Микульское,
село Малаховьское, село Напрудьское, село Илмовьское, село Новое,
Мещерка у Коломны». Зд сь подъ одной рубрикой исчисляются сначала
коломенскія волости, потомъ коломенскія села (на С верц , Малино,
Холмы), потомъ московскія села, и наконецъ коломенская волость
Мещерка. О духовной Калиты мы уже говорили выше.
а

280
Но мы сказали, что собственность князя могла быть неогра­
ниченная или ограниченная правами другяхъ лицъ. Д йствительно, въ княжеской вотчин могли быть вотчины другихъ
князей, бояръ, слугъ, монастырей. Изъ духовныхъ и договор/ныхъ грамотъ мы видимъ, что князья обязываются не встудатьj ся въ эти им нія; сл дственно вотчинное ихъ право было зд сь
I ограничено вотчинными правами другихъ лицъ. Въ то время
не думали разбирать, кто зд сь им лъ право собственности и
кто право влад нія или право на чужую вещь (jus in re aliena) ; наши предки были далеки отъ подобныхъ юридическихъ
тонкостей. И тотъ и другой считались вотчинниками, а разр шалось д ло практически : часть вотчинныхъ правъ принадле­
жала одному, а часть другому. Обыкновенно князь сохранялъ
надъ частными вотчинами право суда и дани, право чисто по­
земельное, по изв стному обычному выраженію: «а судомъ и
данью тянути по земл и по вод ». Но судъ и дань могли точ­
но также принадлежать и частному вотчиннику, въ полномъ состав или въ н которыхъ частяхъ, а съ другой стороны и князь
могъ въ вотчин частнаго лица сохранять право на изв стныя
повинности, которыя въ разныхъ случаяхъ могли быть бол е
или мен е обширны. Зд сь опять видно совершенное безразли­
чие государстеннаго права и частнаго; вотчинное право князя
и вотчинное право боярина или монастыря переходятъ одно въ
другое, получая болышй или меньшій объемъ, смотря по м стнымъ и случайнымъ условіямъ. Точной границы между ними
н тъ; ибо въ сущности зд сь сталкиваются не два права съ разнороднымъ содержаніемъ , то есть государственное съ частнымъ, а два права съ одинакимъ содержаніемъ, то есть част­
ное съ частнымъ * ) .
*) Привожу зд сь только главные выводы, а для подробности докавательствъ ссылаюсь на статью: «Еще о Сельской Общин ».

281
/ Понятно однако, какая неопред ленность ж запутанность
должна была произойти отъ столкновенія этого множества
вотчишіыхъ нравъ. Прибавимъ къ этому чрезполосность зе-1
мель, указывающую на тотъ же частный характеръ влад ній,,;
который является во всемъ. Мы вид ли, что князья получали'
обыкновенно уд лы въ разныхъ м стахъ. Москва оставалась*
въ общемъ влад ніи, но разс янныя по у зду села отдавались
наел дникамъ въ разд лъ. За т мъ д лились старыя влад нія и наконецъ новыя пріобр тенія въ разныхъ м стахъ. Такимъ образомъ земли одного князя перес кались и разд ляі
лись землями другаго. Самый способъ пріобр тенія усиливалъ
чрезполосность: князь покупалъ, получалъ въ насл дство,
или пріобр талъ другимъ способомъ, гд село, гд волость,
гд городъ, гд ц лое княжество. Ве эти влад нія могли
такимъ образомъ находиться въ чужихъ пред лахъ. Такъ кня­
гиня СОФЬЯ Витовтовна, накупивши въ разныхъ м стахъ села,
которыми она влад ла какъ полная, верховная вотчинница,
раздала ихъ сыну и внукамъ, которыхъ влад нія зашли такимъ
образомъ одно въ другое. Князь Иванъ Борисовичъ Волоцкій,
зав щая уд лъ свой, Рузу, Ивану III, отдаетъ находящееся
въ немъ село Рюховское брату едору Борисовичу, и великій
князь, передавая Рузу сыну, исключаетъ село Рюховское,
какъ принадлежащее другому. Самыя волости могли заходить
одна въ другую, такъ что земли, приписанныя къ одной во­
лости , находились въ пред лахъ другой. Такъ изъ межевой
грамоты 1504» г. *) мы видимъ, что среди земель московской
волости Сурожика попадаются земли московской же волости
Лучинскаго, а среди земель дмитровской волости Радомля зем4
) <Ж 140. Большую услугу Русской Исторіи оказалъ бы тотъ, кто
на основаніи этихъ драгоц нныхъ памятниковъ и другихъ указаній,
съ помощію изсі дованій на м стахъ, составилъ бы карту московских:*
земель.

282
ли дмитровской же волости Беренд евской; а между т мъ Сурожикъ и Лучинское находились иногда во влад ніи различныхъ князей. Мало того: случалось, что съ влад ній одного
князя платились изв стные доходы другому. Изъ духовной
Донскаго мы видимъ, что Юрій Ді іитріевичъ получилъ Галичъ
съ селами, которыя тянули къ Костром (в роятно, поюбыкновенііо судомъ и данью), Изъ договоровъ моековскихъ князей
мы узнаемъ, что въ уд лахъ были влад нія, которыя изстари
тянули судомъ къ Москв . То же самое явленіе встр чается
и въ другихъ памятникахъ того времени : такъ у Новгорода
были влад нія, съ которыхъ дань и другіе доходы шли князьямъ литовскимъ; такія же совм стныя права были у князей
лнтовскихъ съ тверскими 1 ). Все это объясняется частнымъ
способомъ пріобр тенія и влад нія, который господствовалъ
въ ту эпоху. Въ другихъ странахъ мы встр чаемъ то же са­
мое; на Запад долго еще существовали, а отчасти и теперь
существуютъ сл ды средпев коваго Феодальнаго порядка, ко­
торый также основанъ былъ на частномъ прав . Мы знаемъ,
что предлогомъ къ войн 1792 г. между Германіей и Франціей было то, что Французская республика, во имя государственнаго начала, отобрала Феодальныя влад нія н мецкихъ кня­
зей въ Эльзас , предоставивъ имъ соразм рное денежное вознагражденіе. Везд однородныя основныя начала жизни вызываютъ аналогическія явленія.
Чрезполосность влад ній не могла однако же быть удобною
для влад льцевъ. Д йствительно мы видимъ, что князья от­
части стараются противод йствовать ей м рами предупрежденія 2 ), отчасти стараются уничтожить ее, когда она уже яви­
лась. Такъ Владиміръ Андреевичъ въ своей духовной грамот
4
) См. Соловьева Исторія Россіи т. IV* стр. 162.
*) Это мы увидигь ниже при разбор договорныхъ грамотъ.

283
вым нилъ у сына своего Ивана село, купленное поел днимъ
на зевіл , которая должна была достаться брату его Яросла­
ву. Такъ СОФЬЯ Витовтовна, зав щая бблыпую часть селъ
своихъ внуку Юрію, даетъ великому князю право вым ншъ
ихъ безъ обиды, если что ему понадобится; но великій князь
въ своемъ зав щаиіи предоставляетъ сыну своему Ивану то
же самое право только относительно коломенскихъ селъ Юрія
Васильевича. Такъ, наконецъ, Волоцкіе князья вым нили у
Ивана III разс янныя въ великомъ княжеств села на дв
близкія къ ихъ уд лу волости. Въ межевыхъ грамотахъ, писанныхъ по приказаиію Ивана III, мы также видивгь желаніе
точн е и лучше опред лить границы уд ловъ. Но все это были
м ры частныя; обыкновенно же влад нія переходили изъ рукъ
въруки, со вс мъ т мъ, что къ нимъ изстари потягло, и
чрезполосность продолжала существовать. Такимъ образомъ,
влад нія московскихъ князей представляли землю, на которой
лежало множество вотчинныхъ правъ, и права эти перекре­
щивались и перепутывались между собою самымъ безпорядочиымъ образомъ. Иначе и быть не можетъ, когда въ обще^
ств господствуетъ одно частное право.
Оно же было причиною и крайняго измельчанія княжескихъ
уд ловъ. Первые князья Рюриковичи, Святоелавъ, Владиміръ, Ярославъ, влад ли весьма обширньшъ пространствомъ
земли. Но умноженіе ихъ потомства, при чаетномъ способ
насл дованія, произвело чрезвычайную дробность влад ній.
Мы вид ли, что уд лъ Ивана Калиты былъ гораздо мен е нын шней Московской губерніи. Этотъ небольшой клочекъ былъ
разд ленъ на три части, изъ которыхъ Коломенско-Можайскій уд лъ снова разд лился на дв 3 а Серпуховской, несмо­
тря на свою ничтожность, даже на пять. Благопріятныя обсто­
ятельства и усиленіе московскихъ князей па ечетъ другихъ
не допустили дальн шаго дробленія; къ тому же самая воз-

284
можность усилиться лежала въ томъ же чрезм рномъ измельчаніи сос днихъ влад ній. Мы не должны забывать, что, раз­
бирая памятники, мы им емъ передъ глазами только князей
бол е видныхъ, и что рядомъ съ ними существовало множе­
ство князей самыхъ ничтожныхъ, которыхъ исторія даже не
знаетъ и которььхъ имена сохранились только въ родословныхъ. Всл дствіе частнаго порядка въ насл дованіи уд ловъ
явились наконецъ князья, которые влад ли однимъ только городомъ, волостью или даже селомъ, а между т мъ они были
такіе же верховные влад льцы своихъ земель, какъ и князья
московскіе. Немудрено, что при такомъ ничтожеств они со­
вершенно исчезли съ иеторическаго поприща и скоро погло­
щены были бол е могущественными сос дями. Такимъ образомъ частный способъ наел дованія разрушилъ самъ себя,
уничтожая въ окончательныхъ своихъ результатахъ всякую са­
мостоятельность насл дниковъ. Крайнее измельчапіе влад ній
Дало возможность усилиться т мъ изъ князей, которымъ обІ стоятельства бол е или мен е благопріятствовали; оно же
(показало князьямъ необходимость, во что бы ни стало, увели­
чить свое могущество, чтобы оставить д тямъ какую-нибудь
независимость; оно же, ноконецъ, повело къ установленію
новаго порядка насл дованія, когда вс другія средства оказа­
лись недостаточными для уничтоженія зла.
Сд лаемъ еще одно зам чаніе. Мы перебрали вс духовныя грамоты древнихъ нашихъ князей; мы вид ли, что князья
везд распоряжаются уд лами, какъ своею собственностью,
д лятъ ихъ между насл дниками по частному праву. О земл ,
какъ объ общественной единиц , о народ , нигд н тъ и по­
мину. Князья получаютъ волости, какъ им ніе, а не распред ляются по нимъ, какъ правители, исполняющее изв стную
общественную должность. Изъ этого ясно, что понятіе о земл , въ противоположность государству, которое н которыеизъ

28S
напшхъ жзсл дователей приписываютъ древней Руси, составляетъ одно изъ т хъ лсторическихъ представленій, которыя
не выдеряшваютъ пов рки съ Фактами. Князья собрали во еди­
но разрозненныя славянскія племена, князья по частному пра­
ву насл дованія раздробили это пріобр тенное ими достояніе,
князья же въ посл дствіи соединили въ одно т ло разрознен­
ныя части. Тогда явилось и понятіе о государ и земл : го^
сударь былъ верховный правитель, а земля составляла егсі
государство. Въ первыя же времена самое слово: Русская
земля, означавшее влад нія пришлаго племени Руссовъ, упот­
реблялось обыкновенно въ весьма ограниченномъ смыел . Сна­
чала, при первомъ призваніи князей, оно означало областьНовгородскую, потомъ, съ переходомъ дружины наюгъ, этимъ\
именемъ стала называться земля Кіевская, такъ что Русская
земля противополагалась земл Смоленской, Суздальской, |
Новгородской. Общее единство этихъ областей поддерживалось
еще сознаніемъ о единств княжескаго рода, безпрестаннымп
переходами князей, которые смотр ли на землю, какъ на об­
щее свое достояніе, и охотно м нялись волостями. Но какъ
скоро князья сд лались ос длыми, какъ скоро линіи разош­
лись и разрушилось внутреннее единство рода, такъ уничто­
жилось и единство земли. Нравы, обычаи, в рованія могли
остаться бол е или мен е сходными, какъ и теперь есть та­
кое сходство, наприм ръ въ раздробленной Италіи; но каждая
вотчина составляла отд льное общественное т ло, съ отд льньшъ своимъ влад льцемъ, который часто находился съ дру­
гими въ отношеніяхъ враждебныхъ , или соединялся съ ними
связью родственною, то-ееть личною, частною, а отнюдь не
принадлежностью къ единому отечеству и народу. Однимъ словомъ, государственныя перегородки не строились надъ землею,
но самая земля соединялась князьями и разд лялась между
ними, какъ частное им ніе, при чемъ о народ не было и р чи.

286
Скажемъ еще въ заключеніе, что несмотря на мн ніе, вы­
раженное г. Соловьевымъ1), мы все таки думаемъ, что вотчинныя права князей коренились въ завоеваніи. Н тъ сомн нія, что въ первый періодъ, рядомъ съ вотчиннымъ началомъ,
мы видимъ и начало общинное, договорное, которое иногда
ст сняло и нарушало первое, хотя надобно зам тить, что въ
гіродолженіе около полутора в ка посл завоеванія, общины
не играютъ никакой роли въ южной Россіи; поэтому усиленіе
йхъ должно приписать ослабленію власти княжеской, всл дствіе безпрерывныхъ междоусобій. Н тъ сомн нія также,
что сначала вотчинныя права, по причин неос длости кня­
зей, не могли получить полнаго развитія/что родственные ин­
тересы въ первое время брали верхъ надъ имущественными,
что понятіе объ общей родовой собственности преобладало надъ
понятіемъ объ отд льной собственности каждаго члена княжескаго рода. Но очевидно также, что съ самыхъ первыхъ
временъ князья д лятъ по насл дству пріобр тенную ими зем­
лю, какъ свою собственность, на томъ же основаніи, какъ
они д лаютъ это въпосл дствіи. Каковъ былъ способънад ла,
каково было отношеніе отд льнаго влад нія къ влад нію родо­
вому — это вопросы второстепенные; главное то, что земля
д лится по частному праву, какъ собственность князей. А
если это д лается съ первыхъ временъ, то мы не можемъ не
вид ть основанія такому взгляду на общественный бытъ въ
первоначальномъ завоеваніи.
Таковы главные наши выводы относительно насл дственныхъ и вотчинныхъ правъ великихъ и уд льныхъ князей. Те­
перь обратимся къ отношеніемъ князей влад льцевъ между
собою.
Духовныя грамоты князей не ограничиваются однимъ разд ломъ насл дства умирающаго; он опред ляютъ и отноше*) См, статью: «Споръ о селькой общин ».

287
нія насл дниковъ. Уже самое это обстоятельство показыетъ
вамъ, что мы не можемъ искать зд сь отношеній государетвенныхъ. Въ государств права и значеніе верховной власти опред ляются постоянными законами, которые, какъ важн йшіе,
носятъ названіе основныхъ, а не княжескими зав щаніями,
содержащими въ себ распоряженія объ имуществ всякаго
рода, Такимъ образомъ самая Форма памятниковъ указываетъ
намъ на ихъ содержаніе, и это зам чаніе вполн оправдывается
характеромъ т хъ отношеній, которыя у станов ляются духовны­
ми грамотами.
Мы вид ли уже выше, что въ первомъ зав щаніи Калиты
между распоряженіями о серебряномъ блюд и о стадахъ вста­
влена статья:
«А приказываю тоб сыну моему Семену братью твою молодшуюи княгиню свою съ меньшими д тми, по Боз ты имъ будешь лечадникъ.»

Во второмъ его зав щаніи объ этомъ н тъ ни слова; такъ
случайны были эти распоряженія. Ничего н тъ и въ об ихъ
духовныхъ грамотахъ Ивана Ивановича, в роятно, потому что
онъ оставилъ сыновей малол тныхъ. Но въ духовной Семе­
на Ивановича мы находимъ распоряженія характеристическія.
Вотъ они:
«А по отца нашего благословенью, что намъ приказалъ жити за
одинъ, тако жъ и язъ вамъ приказываю своей братьи жити за одинъ,
а лихихъ бы есте людей не слушали, и хто иметь васъ сваживати,
слушали бо есте отца нашего владыки Олекс я, тако же старыхъ бояръ, хто хот лъ отцу нашему добра и намъ. А пишу вамъ се слово
хого д ля, чтобы не перестала память родителей нашихз и наша, и
в ча бы не угасла».

Спрашивается: есть ли зд сь хоть мал йшій намекъ на го­
сударственный отношенія, или это ув щанія чисто семейныя?
Посл дній характеръ до такой степени очевиденъ, что нечего
на этомъ останавливаться.

288
Сблизимъ теперь съ этими словами т наставленія, которыя посл дній русскій единодержавецъ, Ярославъ Владиміровичъ, далъ своимъ сыновьямъ, разд ляя между ними своивлад нія. Вотъ что разсказываетъ объ этомъ л тописецъ :
«И еще бо живущю ему наряди сыны своя, рекъимъ: се язъ отхожю св та сего, сынове мои; им йте въ соб любовь, понеже вы есте
братья единого отца и матере, да еще будете въ любви межю собою,
Богъ будетъ въ васъ и покорить вы противныя надъ вы, и будете ми­
рно живуще, аще ли будете ненажидно живуще въ распряхъ и которающеся, то погибнете сами и погубите землю отець своихъ и д дъ
своихъ, иже нал зоша трудомъ своимъ великымъ. Но пребывайте ми­
рно, послушатогце братд брата. Се же поручаю въ соб м сто столъ
стар йшему сыну моему и брату вашему Изяславу Кіевъ, сего послу­
шайте, яко же послушаете, мене, да то вы будеть въ мене и сто; а
Святославу даю Черниговъ, а Всеволоду Переяславль, а Игорю Володимерь, а Вячеславу Смолинескъ. И тако разд ли имъ грады; запов да въ не преступати пред ла братня, ни сгонити; рекъ Изяславу:
аще хто хощегь обид ти брата своего, то ты помогай его же обидять. И тако уряди сыны своя пребывати въ любви.»

Очевидно, что наставленія Ярослава носятъ тотъ же характеръ, какъ и наставленія Семена Ивановича — характеръ
чисто семейный. Это ув щаніе о томъ, чтобы братья пребы­
вали въ мир , любви и согласіи; тоже самое, что д лаетъ и
частный челов къ, лежа на смертномъ одр . Какъ Семенъ говоритъ братьямъ, чтобъ они слушали старыхъ бояръ и митро­
полита, такъ и Ярославъ говоритъ д тямъ, чтобъ они слуша­
ли другъ друга ивъ особенности брата старшаго, который заступитъ имъ м сто отца. Въ посл днемъ обстоятельств н которые видятъ государственное подчиненіе младшихъ старше­
му. На это лучшимъ отв томъ будетъ зав щаніе Довскаго,
которое также служитъ любопытнымъ предметомъ для сближеній.
Вотъ что мы читаемъ въ самомъ начал духовной Дмитрія
Ивановича: «Даю рядъ сыномъ своимъ и своей княгин , а

289
вы д ти мои живите заодинъ и матери своее слушайте во
всемъ, изь ее воли не высту айтесл ни вя чемб». Дал е
дается ей право разд лять между остающимися въ живыхъ сы­
новьями уд лъ умершаго ихъ брата, над лить сына, который
можетъ родиться посл смерти отца, и взять для этого часть
влад нія у остальныхъ, наконецъ прибавлять такимъ же образомъ уд ла тому изъ сыновей, у котораго часть земли отойдетъ по какому-нибудь случаю; при этомъ н сколько разъ под­
тверждается : «а вы д ти мои слушайте своее матери; что ко­
му дастъ, то тому и есть». Въ конц зав щанія опять подтвер­
ждается, чтобы д ти изъ воли матери ие выступали ни въ
чемъ, и прибавляется: «А который сынъ мой не иметъ слушати своее матери, а будетъ не въ ее воли, на томъ не будетъ моего благословенья». За т мъ уже говорится о почтеніи, которое младшіе должны оказывать старшему: «А д ти
мои, молодшая братья княжы Васильевы, чтите и слушайте
своего брата старшего, князя Василья, въ мое м сто своего
отця : а сынъ мой князь Ваеилей держытъ своего брата князя
Юрья и свою братью молодшую въ братьств безъ обиды».
Мы видиш» зд сь, что ув щаніе чтить и слушать старшаго
брата етоитъ на второмъ план ; прежде всего самъ старшій
вм ст съ остальными братьями подчиненъ матери, которой
дается и право д лить и перед лять влад нія сыновей, — великаго князя такъ же , какъ и остальныхъ . Въ государств
такое право можетъ'принадлежать только верховной власти ;
а между т мъ никому еще, сколько намъ изв стно, не прихо­
дило въ голову говорить, что поел смерти Дмитрія Донскаго
государыней стала великая княгиня Евдокія Дмитріевна!
Прибавамъ, что такое подчиненіе д тей матери не есть оди­
нокое явленіе въ тогдашней жизни. То же самое мы видимъ и
въ другихъ зав щаніяхъ, Василій Дмитріевичъ пишетъ въ сво­
ей духовной: «Приказываю своего сына князя Василья своей
25

290
княгин , а ты сынъ мой, чти матерь свою и слушай своее
матери в5 мое м сто своего отца». То же говоритъ Василій Васильевичъ : «А вы д ти мои живите за одинъ и матери
своей слушайте во всемъ въ мое м сто своего отца... а изъ
ея воли не выступайте ни въ чемъ, а который сынъ не будетъ
слушаться матери, на томъ не будетъ моего благословенья».
За т мъ, такъже какъ у Донскаго, сл дуетъ ув щаніе младшимъ чтить и слушать старшаго брата. Такъ же, какъ Донской,
Василій Васильевичъ предоставилъ вдов своей право — тому
цзъ сыновей,' у кого убудетъ вотчины, пополнить изъ уд ловъ
остальныхъ, «а д ти мои изъ ея воли не вымутся». Такія же
наставленія мы встр чаемъ наконецъ и въ зав щаніяхъ уд льныхъ князей. Владиміръ Андреевичъ точно такъ же приказываетъ д тямъ своимъ жить за одинъ, чтить и слушать свою
мать; княгиня д лаетея посредницею въ ихъ спорахъ, если
бояре ихъ не въ соетояніи будутъ уладить д ла, причемъ ве­
ликому князю поручается доправить искъ на томъ, кого обви­
нить княгиня. Относительно подчиненія младшихъ старшему
брату въ духовной Владиміра Андреевича н тъ ни слова, хотя
онъ старшему далъ лишнее въ Москв на стар йшій путь. Въ
зав щаніи же Юріа Дмитріевича н тъ даже и посл дняго, а
просто предписывается д тямъ жить за одинъ «по моему бла­
гословенью».
Иванъ III, какъ мы вид ли, им лъ ц лью усилить старша­
го сына на счетъ младшихъ. Потому, сохраняя обычныя выраженія, онъ счелъ нужнымъ подтвердить въ своей духовной
грамот приказан!е о почтеніи и послушаніи сильн йшими выраженіями:
«А который сынъ мой не учнетъ сына моего Насилья слушати во
всемъ, или учнетъ подъ нимъ подыскивать великихъ княжествъ или
лодъ его д тьми, или учнетъ отъ него отступати или учнетъ ссылатия съ к мъ ни буди тайно или явно на его лихо, или учнетъ кого на

291
него подьшатм, или съ к мъ учнетъ на него одиначитяся, ино не бу­
ди на немъ милости Божьей и Пречистой Богоматери и Святыхъ Чудотворецъ молитвъ и родителей нашихъ и нашего благословенья и въ
сей в къ и въ будущій».

Въ этнхъ словахъ нельзя не вид ть желанія упрочить власть
старшаго сына, новее же уд льный князь связывался только
отцовешшъ ув щаніемъ. Единственньшъобезпеченіемъисполненія была нравственяо-религіозная угроза, а какъ мало это
д йствовало въ то время, видно изъ отношеній Василія Ива­
новича къ братьямъ. Самъ Иванъ III считалъ свое ув щаніе
недостаточнымъ ивел лъ Василію заключить съ братомъ Юріемъ письменный договоръ, которымъ онред лялиеь ихъ взаимныя отношенія. Но и договоры нарушались безпрестанно.
Еще сильн е выразился въ своей духовной Иванъ IV :
«И ты бъ едоръ сынъ, сыну моему Ивану, а своему брату стар йшейму, во всемъ покоренъ былъ и добра ему хот лъ во всемъ, такъ
какъ мн и себ , и во всемъ въ воли его буди до крови и до смер­
ти, ни въ чемъ ему не прекослови; а хотя будетъ на тебя Ивановъ
сыновенъ гн въ, или обида въ чемъ-нибудь, и ты бы сыну моему Ива­
ну, а своему брату стар йшему, непрекословенъ былъ, и рати ника­
кой не вчинялъ, и собою нич мъ не боронился, а ему еси билъ челомъ,
чтобъ тебя пожаловалъ гн въ свой сложить изволилъ и жаловалъ тебя »
во всемъ, по моему приказу; а чемъ будетъ твоя вина, и ты бъ ему
добилъ челомъ, какъ ему любо — и послушаетъ челобитья, ино добро,
а не послушаетъ, и ты бъ собою не оборонялся жъ, со всемъ бы еси
печаль на радость преложа положилъ на Бога; ванеже всякимъ неправдамъ местникъ есть Богъ.»

Иванъ ІУ не довольствовался уже нравственною угрозою,
а прибавилъ :
«А учнешь ты, сынъ мой едоръ, подъ сыномъ подъ Иваномъ государствъ его подыскивать, или учнешь съ к мъ-нибудь ссылатися на
его лихо, тайно или явно, или учнешь на него кого подымати, или
учнешь съ к мъ на него одиначитися, ино по евангельскому сдовеси,
едоръ сынъ, аще кто не чтитъ отца или матерь, смертью да умретъ».

292
Кром старшаго сына я матери, великіе князья приказы­
вали д тей своихъ и другимъ князьямъ. Такъ Василій Дмитріевичъ поручилъ въ своемъ зав щаніи жену и д тей тестю
Витовту «какъ ми рекъ, на Боз , дананемъ, какъ ся иметъ
печаловати», и младшимъ братьямъ, роднымъ и двоюродньшъ.
Владиміръ Андреевичъ приказалъ жену и д тей великому кня­
зю, Василій Васильевичъ — Казиміру Литовскому. Подобныя
же условія встр чаются и въ договорахъ Московскихъ князей
съ Тверскими. Все это опять чисто семейныя раепоряженія;
но въ духовной Бориса Васильевича Волоцкаго 14.77 года вид­
но уже большее подчиненіе уд льнаго князя великому. Онъ
пишетъ: «Приказываю своему господину и господарю и брату
стар йшему великому князю Ивану-Васильевичу и сыну его
господину великому князю Ивану Ивановичу, кат имъ Богъ
положите на сердце, жалоеати п печаловатисл моимъ сыномъ Федоромъ и моею княгинею и моими д тьми».
| Итакъ до поздн йшаго времени въ духовныхъ грамотахъ
установляются между насл дниками отношенія чисто семей­
ныя, родственныя. О подданств , о государственномъ подчиненіи н тъ и помину; все ограничивается ув щаніями, чтобы д ти жили въ любви, въ согласіи, слушались бы матери и стар­
шаго брата, а въ духовной Семена Ивановича, чтобы слуша­
лись митрополита и старыхъ бояръ. Посл днее находится так­
же въ зав щаніи Донскаго , напечатанномъ въ Никоновскомъ
Сборник . Изъ вс хъ этихъ постановленій ясно, какого рода
юридическія воззр нія господствовали въ то время: родствен­
ныя отношенія входятъ въ составъ права частнаго или гражданскаго; сл дственно мы зд сь находимъ т же самыя нача­
ла, которыя мы вид ли выше въ насл дственныхъ и имущественныхъ отношеніяхъ князей.
Остановимся на этомъ вывод и скажемъ по этому поводу
н сколько словъ о родовыхъ отношеніяхъ, которыя, какъ из-

293
в стно, по мн пію нов йшихъ изсл дователей составляютъ
главный отличительный приздакъ историческаго развитіядрев­
ней Россіи. Для нашей ц ли эти объясненія необходимы, ибо
въ этомъ отношеніи мы н сколько уклоняемся отъ мн нія заслуженныхъ ученыхъ, которыхъ мы считаемъ своими учите­
лями по русской исторіи. Намъ кажется, что родовымъ отно-'
шеніямъ придано уже слишкомъ много значенія въ среднев ковой Руси. Такъ всегда бываетъ при разработк новыхъсторонъ жизни: историки устремляютъ на нихъ главное свое
вниманіе и всл дствіе этого обыкновенно даютъ имъ слиш­
комъ видное м ето. Нельзя не согласиться, что въ древн йшую эпоху мы видимъ исключительное господство кровныхъ '
союзовъ; на это указываютъ вс т скудныя изв стія л тописца, которыя относятся къ тому времени, и всякая попытка
опровергнуть эти свид тельства не можетъ не быть безусп шною. Но съ появленіемъ дружины, съ развитіемъ новыхъ
жизненныхъ элементовъ, старинная кровная связь разрушает­
ся, и въ средніе в ка родовыя отношенія, по нашему мн нію, і
далеко не им ютъ того значенія, какое имъ придаютъ наши J
изсл дователи.
Прежде всего мы никакъ не можемъ согласиться съ т мъ,і
что родовыя отношенія составляютъ особенность историче-]
скаго развитія нашего отечества. Первоначально и Германцы
и Славяне жили подъ Формами родоваго быта; въ этомъ состояніи застаетъ ихъ исторія. Въ посл дствіи у т хъ и у другихъ эти Формы распались подъ вліяніемъ новыхъ началъ; но
въ областяхъ, занятыхъ Германцами, такъ же какъ у насъ,
родъ остался, какъ одинъ изъ соетавныхъ элементовъ гражданскаго общества. Въ этомъ не трудно уб диться изъ н ко
торыхъ явленій среднев ковой жизни на Запад . Возьмемъ
прежде всего насл дство и посмотримъ, какъ оно установлялось въ прав западно-европейскихъ народовъ. «Челов къ,

294
который пріобр лъ ленное влад ніе для себя и для своихъ
иасл дняковъ», говорить Ибелинъ въ Assises de Jerusalem, можетъ отчасти распоряжаться гаъ по усмотр нію; но если
ленъ достался ему по насл дству, то влад лецъ не им етъ
уже права распоряженія; онъ можетъ оставить им иіе только
ближайшему насл днлку, ибо вс лрочіе насл дники перваго
пріобр тателя равны настоящему влад льцу въ томъ, что ленъ
•достался по насл дству вс мъ вм ст , и все различіе заклю­
чается въ томъ, что прямой насл дникъ держитъ его только
прежде других г » 1 ) . Зд сь ясенъ характеръ родоваго влад нія. На этомъ основано было и право выкупа родовыхъ имуіцествъ, которое существовало на Запад "также, какъ и въ
Россіи 2 ). Можно сказать даже, что устраненіе насл дованія
по зав щанію въ родовыхъ имуществахъ показываетъ большую
кр пость родоваго начала на Запад , нежели у насъ.
Возьмемъ другой прлм ръ. Изв стно, что каждый Феодаль­
ный влад лецъ им лъ право вести частныя войны. Но въ та­
кой войн принимали участіе не только обиженный и обидчикъ,
.а ц лый родъ того и другаго, такъ что нер дко одна сторона
нападала на такихъ родственяиковъ другой, которые не толь­
ко не были участниками въ нанесенной обид , но ничего о
ней ш не знали. Этотъ родовой характеръ войны повелъ ко
многимъ юридическимъ по станов леніямъ. Такъ, наприм ръ,
не могли принимать въ лей участія родственники, которые
*) Warnk6nig,
Franzusische Staats-und Rechtsgeschichte. T II.
стр. 449.
а
) Г. Неволинъ въ своей «Исторіи россійскихъ гражданскихъ законовъ» отрицаетъ происхожденіе права выкупа изъ родоваго віад нія
на томъ основаніи, что Эйхгорнъ и Миттермайеръ ие признаютъ его
въ германскомъ прав . Но нов йшіе изсл дователи все бол е и бол е
убеждаются въ существованіи у Германцевъ родоваго элемента, и самъ
г. Неволинъ, отвергая это объясненіе, останавливается на другомъ,
весьма близко къ нему под ходящем*.

295
стояли такъ же близко къ одному противнику, какъ и къ дру­
гому. Поэтому родные братья не могли воевать между собою ;
ибо всякій родственникъ былъ на одинакой степени близокъ
къ обоимъ. Но сводные братья могли вести войну другъ еъ
другомъ, ибо у каждаго былъ свой родъ. Въ н которыхъ м стахъ обычай постановлялъ даже, что война должна быть веде­
на со вс ми родственниками до седьмаго кол на, ибо заэтимъ
пред ломъ допускался уже бракъ, сл дственно начинался но­
вый родъ, Такимъ образомъ, при существованіи родоваго со­
юза, новое право частныгъ войнъ возстановило древнее право
родовой мести. Это совершилось подъ вліяніемъ ос длости, подъ
вліяніемъ м стнаго элемента, который вс мъ средиев ковымъ
союзамъ на Запад придалъ особенную кр пость. Онъ же опред лилъ и единство рода, и возстановилъ въ немъ старшинство.
Весь родъ получилъ одно имя отъ названія главнаго пом стья.
Посл днее, какъ мы уже сказали, переходило всегда къ стар­
шему въ род . Младшіе либо прямо д лались его вассалами,
либо получали участокъ Cparagiunof) независимо отъ старшаго, и только потомство ихъ становилось подчиненнымъ стар­
шей линіи. Какимъ образомъ при этомъ опред лялось стар­
шинство, по праву ли первородства или по Физическому стар­
шинству — это не изм няетъ сущности родоваго начала, ибо
единство рода можетъ сохраняться точно также при старшинств одной линіи, какъ и при етаршинетв , лереходящемъ отъ
старшаго кол на къ младшему. Мы знаемъ даже, что глава
рода могъ быть и выборнымъ. Все это видоизм ненія, кото­
рый опред ляютъ м стный, временный, народный характеръ
родовыхъ правъ и обязанностей, но не уничтожаютъ ихъ сущ­
ности. Впрочемъ, и въ этомъ отношеніи мы видимъ на Запад
явленія сходныя съ нашими. У наеъ осирот вшій князь исклю­
чался изъ насл дства, становился изгоемд; въ германскихъ
обычаяхъ точно также искони не признавалось въ насл дств

296
право представительства, такъ что мяадшій дядя искдючалъ
старшаго племянника. Только мало по малу, въ одномъ м ст ран е, въ другомъ поздн е, это древнее право уступило
новому порядку насл дованія. Въ Германіп при император
Оттон I вопросъ о томъ: могутъ ли внуки насл довать, ког­
да есть д ти, былъ р шенъ судебньшъ поединкомъ въ пользу
внуковъ. Но въ другихъ м стахъ старое право продолжало су­
ществовать. Изв стенъ въ ХІ -мъ в к процессъ графа Ро­
берта д'Артуа съ теткой его Матильдой, процессъ, который
подалъ поводъ къ в ковьшъ войнамъ между Франціей и Ан­
гл! ей: графство получила Матильда, потому что по обычаямъ
Артуа право представительства не допускалось. Мало того:
мы на Запад видимъ и насл дованіе брата посл брата, еъ
исключеніемъ д тей посл дняго, и борьбу дядей съ племян­
никами. Такъ Карлъ Великіи насл довалъ посл брата Кар
ломана, несмотря на то, что упосл дняго оставались д ти,
и это не считалось нарушеніемъ закона. Тотъ же Карлъ Великій при разд леніи государства между д тьми, въ 806 го­
ду, установилъ, чтобы насл довали имъ сыновья, но не иначе
какъ по выбору народа и съ соглаеія дядей. Это правило ос­
тавалось и въ посл дствіи, причемъ въ договор 84»7 года при­
бавлено : « если однако племянники захотятъ быть послушными
дядямъ». Изв стны отношенія Людовика Благочестиваго къ
племяннику Бернарду Ломбардскому; другой подобный прим ръ мы находимъ въ борьб Іоанна Безземельнаго съ племянникомъ Артуромъ. Между потозшами Карла Великаго проис­
ходили безпрестанные споры за насл дованіе посл родственниковъ и за старшинство, которое соединялось съ император­
скою короной. Но особенно любопытны для насъ, по сходству
съ предметомъ нашихъ изсл дованій, духовныя и договорный
грамоты н мецкихъ князей ХІ -го и Х -го в ковъ. Въ нихъ,
съ ц лью уничтожить безконечное дробленіе влад ній, кото-

297
рое совершенно ослабляло князей, постановлялись разный пра­
вила для насл дованія и управленія: то вс насл дники влад ли и управляли собща, то старшій братъ управлялъ во имя
вс хъ, то установлялось право майоратства, то наконецъ
учреждался сеніоратъ, то-есть насл дованіе Физически старшаго х ).
Такимъ образомъ мы не въ прав признавать родовыя отношенія за особенность исторіи славянскихъ племенъ. Можно бы
еще сказать, что у насъ родовой союзъ, вел дствіе нравственнаго сознанія родственнаго единства, им лъ бол е кр пости, ^
нежели въ другихъ странахъ; но ЕГ этой особенной кр пости 1
мы не видимъ. Если она первоначально существовала въ боль- \
шей степени, нежели у другихъ современныхъ народовъ, то
съ лзм неніемъ быта, въ средніе в ка, мы зам чаемъ зд сь
ту же шаткость, какая господствовала во вс хъ гражданскихъ %
отношеніяхъ, ту же шаткость, какая была и на Запад прежде |
нежели утвердились Феодальные союзы, основанные на посто- І
янной ос длости и на насл дственности отношеній. Тамъ но- і
выя начала гражданскаго общества и зав щанный Римлянами '
юридическій тактъ, скр пили и упрочили прежніе кровные
элементы; у насъ же гражданственность была гораздо мен е
развита, и родовыя отношенія, предо став ленныя естествен­
ному ходу, сталкиваясь съ другими элементами, представляютъ
удивительную неопред ленность. Только подъ вліяніемъ возникшаго государства, въ м стническихъ счетахъ, они получи­
ли бол е правом рный характеръ; прежде же того, еознаніе |
родства и соблюденіе родственныхъ правъ и обязанностей было і
до крайности шатко. Главный родъ, который у насъ въ продолженіи исторіи всегда остается на виду, есть родъ, княже*) Объ этомъ см. Эйхгорна: Deutsche Staats-und Rechtsgeschichte,
изданіе 5-е, §§ 413 и 429.

298
скій. Но какое зр лище представдяетъ онъ намъ ? Зам чаемъ
ли мы въ немъ кр пость родственнаго союза ? Напротивъ,
исторія его открывается н сколькими братоубійствами, за ко •
торыми сл дуетъ безпрерывный рядъ междоусобій. Если въ
род устаыовляется иногда что-то похожее на единство, то это
д лается благодаря сильному князю, который личнымъ своимъ
могущствомъ ум етъ сдержать остальныхъ. Много толкуютъ
князья о родственной любви, о родственныхъ отношеніяхъ; но
этимъ выражается только желаніе, надежда на братское со.гласіе, которое въ д йствительности не существуетъ. У каждаго князя на первомъ йлан стоитъ личный его интересъ;
достаточно припомнить Олега Святославича, Всеволода Ольговича, Владимірка Галицкаго и другихъ. И ч мъ дал е по­
двигается исторія, т мъ бол е ослаб ваетъ сознаніе родственнаго союза. Поэтому и отношенія князей опред ляются не
столько правилами родства, сколько добровольнымъ, большею
чаетію временнымъ ихъ еогласіемъ, договорами. Договорное
начало, то-есть элементъ личности, свободной воли, едва ли
не занимаетъ больпіаго м ста даже внутри одного княжескаго
рода, нежели отношенія родовыя. Такія соглашенія князей мы
видимъ съ самаго начала уд льнаго періода; отъ поздн йшаго
времени, отъ московскаго періода, до насъ дошли и подлинные
памятники. Къ нимъ-то мы теперь обращаемся,
~ Прежде всего остановимся на Форм . Что такое договоръ?
Это юридическое отношеніе между двумя лицами, выражающими свою свободную волю относительно какого-нибудь взаимнаго обязательства. Отсюда ясно, что договоромъ могутъ опред ляться только такія отношенія, въ которыхъ оба лица не
находятся въ зависимости другъ отъ друга. Договоры могутъ
быть между различными государствами, между гражданами од­
ного и того же государства, между казною и частными лицами,
ибо даже въ посл днемъ случа каждая сторона им етъ свое

299
отд льное, независимое отъ другаго имущество. Но сынъ не
можетъ опред лить договоромъ своихъ сыновиихъ отношеній къ
отцу, ибо въ такомъ случа отношенія его станутъ уже не сы­
новними, а договорными ; они будутъ им ть корень не въ родственномъ союз , а въ свободной вол лица. Точно также и
рабъ не можетъ вступать въ обязательства съ своимъ господиномъ; договоръ можетъ между ними существовать или когда
рабъ еще свободенъ, или когда онъ перестаетъ быть рабомъ.
Наконецъ и отношенія правительства къ подданному не могутъ
опред ляться договорами. Каждый членъ общества подчиняется
верховной общественной вол не на основаніи личныхъ условій или частнаго обязательства, а на основаніи общихъ законовъ, которые опред ляютъ его положеніе, какъ подданнаго
или гражданина. Договоръ есть Форма не государственнаго
права, а гражданскаго или международнаго, ибо въ посл днемъ
государства разсматриваются какъ свободныя, независимыя
другъ отъ друга нравственныя лица. Поэтому, если мы видимъ,
что отношенія уд льныхъ князей къ великому опред ляются
договорами, то мы уже изъ этого обстоятельства въ прав за­
ключить, что великій князь — не государь, а уд льные — не
подданные. Это свободныя лица, соединенныя довольно шат­
кою родственною связью и ветупающія въ добровольныя вза­
имный обязательства.
t Взглянемъ на существо этихъ обязательствъ.
Во вс хъ почти договорныхъ грамотахъ подтверждаются т
родственный отношенія, которыя установлялись въ духовныхъ;
но выраженія бываютъ различны. Иногда говорится: «быти
намъ за одинъ до живота. Брата своего стар йшаго им ти ны
и чтити во отцово м ста, а брату нашему насъ им ти въ брат»
1
ств (и въ чести) безъ обиды» ). Иногда сыновнія отногаешя
усиливаются: «им тивамъ мене соб отцемъ, амн велико<) <№ 23, 37.

300

І

щ князю ваеъ держати въ сыноветв и во чти безъ обиды» *).
Но часто вовсе не говорится о сыновнихъ отношеніяхъ, а толь­
ко о братскихъ: уд льный князь обязывается держать великаго въ стар йшинств или братомъ старшимъ, а посл дній обя
зывается держать перваго въ братств безъ обиды или братомъ
младшимъ2). Мы не можемъ считать эти различный выраженія за однозначительныя, ибо въ то время чрезвычайно точно
опред лялись отношенія старшинства и меньшинства. Такъ,
наприм ръ, Борисъ Васильевичъ Волоцкій обязывается великаго князя Ивана III им ть братомъ старшимъ, въ отца м сто,
а сына его просто братомъ старшимъ3). Не р дко случалось,
что уд льный князь заключалъ договоръ не еъ однимъ великимъ,
новм ст исън сколькнмиуд льными; вътакомъслуча опред лялась степень его родства къ каждому изъ нихъ. Такъ, на *
лрим ръ, Владиміръ Андреевичъ обязывается им ть великаго

| князя Дмитрія Ивановича отцомъ, сына его Василія Дмитріевича — братомъ старшимъ, Юрія Дмитріевича — просто бра­
4
томъ (равнымъ), а остальныхъ — братьями младшими ). Ва*
- силія Ярославича Боровскаго Великій князь Ваеилій Василь­
евичъ обязывается им ть братомъ младшимъ и сыномъ, Константинъ Дмитріевичъ (дядя великаго князя) племянникомъ, а
j Можайскіе князья (двоюродные братья великаго князя) — бра­
томъ младшимъ5). Юрій Дмитріевичъ обязывается им ть Василія Васильевича братомъ старшимъ, Константинъ Дмитріе
вичъ долженъ наоборотъ Юрія им ть братомъ старшимъ, аМо6
жайекіе князья Юрія же дядею ). Случалось даже, что эти
О <№ 47. Договоръ Юрія Дмитріевича съ Можайскими князьями.
^) Ж № 46, 64, 71, 73, 75, 84, 95, 99, Акты Арх. Эксп. т. Т, <№ 10.
3
) Ж 97.
4
) <№ 33. См. таиъ же № 35.
*) <№ 45.
6
) <№ 49.

301
отношенія изм нялись между одними и т ми же лицами: такъ
Михаилъ Андреевичъ Можайскій въ одномъ договор , 1465 г.,.
обязывается держать великаго князя Ивана Васильевича и бра­
та его Юрія братьями старшими, Андрея Васильевича Большаго — просто братомъ, а Бориса и Андрея Меньшаго —
братьями младшими; но въ томъ же году заключается новый
договоръ, по которому вс они становятся уже для него брать ями старшими1). Изъ этого видно, что степени опред лялись|
не однимъ родствомъ, не естественньшъ только происхожде-І
ніемъ, но и могуществомъ того или другаго князя. Вм ст с ъ |
т мъ, такъ какъ каждый уд льный князь становился въ по­
добный отношенія не только къ великому князю, но и къ другимъ уд льнымъ, то ясно, что эти опред ленія не сообщали
никакихъ гоеударственныхъ правъ и не налагали никакихъ государственныхъ обязанностей. Степени родства служили толь­
ко означеніемъ м ста, которое князь занималъ въ ряду другихъ — явленіе аналогическое еъ т мъ, которое мы видимъ
въ м стническихъ счетахъ; м сто же опред ляло не права и
обязанности, а только изв стную честь, изв стный почетъ, ко­
торый могъ завис ть, какъ отъ родствениаго старшинства или
меньшинства, такъ и отъ большаго или меньшаго Фактическаго могущества князя; оба начала см шивались.
Такое значеніе степеней родства подтверждается и т мъ, что
он у станов лялись не только между великими князьями и уд льными, но точно также между разными великими князьями —
московскими, тверскими, рязанскими. Такъ Михаилъ Александровичъ Тверской и Олегъ Рязанскій обязываются им ть ДмитріяДонскаго братомъ старшимъ, а Владиміра Андреевича про­
сто братомъ; сынъ Олега, едоръ Ольговичъ, обязывается
им ть Василія Дтитріевича братомъ старшимъ, Владиміра Ан­
дреевича и Юрія Дмитріевича братьями, а остальныхъ сыновей
О Л* Л* 90 — 93.

26

302
Донскаго братьями младшими *). Тоже самое находимъ и въ другихъ договорахъ, хотя не вс хъ; въ н которыхъ н тъ никакихъ
опред леній родства 2 ).
Кром этихъ выраженій, опред ляющихъ отношения князей,
встр чаются и другія. Иногда великій князь обязываетъ уд льнаго держать подъ нимъ великое княженіе честно и грозно, или
- какъ говорится обыкновенно въ поздн йшихъ договорахъ, дер; жать честно и грозно великаго князя и великое княженіе; ино­
гда къ этому прибавляется: безъ обиды. Въ первый разъ выI раженіе: честно и грозно, встр чается въ договорахъ Дмитрія
Донскаго съ Владиміромъ Андреевичемъ; но въ договорахъ посл дняго съ Василіемъ Дмитріевичемъ ихъ н т ъ : уд льный
князь обязывается держать великаго честно, но не грозно. Въ
договор Василія Дмитріевича съ братьями этого выраженія так­
же н тъ. Н тъ его и въ договорахъ Василія Васильевича съ
дадею Юріемъ, н тъ его наконецъ въ первомъ договор того же
великаго князя съ князьями Можайскими. Но въ посл дующихъ
договорахъ Василія Васильевича съ т ми же князьями Можай­
скими, въ дого§орахъ его съ княземъ Боровскимъ и съ двоюрод­
ными братьями, д тьми Юрія, наконецъ во вс хъ договорахъ
великихъ князей съ уд льными при Иван III оно встр чается
3
постоянно ). Что же оно означало? Соединялось ли съ нимъ
понятіе объ изв стныхъ обязанностяхъ младшаго князя къ стар­
шему, или это слово такъ же какъ опред леніе старшинства,
служило только выраженіемъ бол е возвышеннаго значенія ве­
ликаго князя?
О <№<№ 28, 32, 36.
*) JPJ@ 76, 88.
3
) Зам тимъ, что оно употреблялось не только между московскими
князьями, но и между другими. Рязанскій уд льный князь
едоръ Васильевичъ точно также обязывается держать честно и грозно брат.а
своего великаго князя Рязанскаго и его княженіе. сЛ^ 127.

303
Для разр шенія этого вопроса стоитъ сравнить условія, ко­
торый постановляются въ договорахъ обоего рода, — въ т хъ,
гд встр чается выраженіе «честно и грозно», и въ т хъ, гд
его н тъ. Сличимъ наприм ръ договоръ Василія Васильевича съ
княземъ Боровскимъ и договоры Василія Дмитриевича съ братья­
ми и съ Владиміромъ АндреевичемъJ). Во вс хъ условія почти
одни и т ж е ; на князей, которые обязываются держать вели­
кое княженіе честно и грозно, не налагается никакихъ особенныхъ обязанностей. Мало того: эти договоры, въ существенныхъ чертахъ, сходны даже съ т ми, которые заключались съ
князьями посторонними, наприм ръ съ великими князьями Ря­
занскими 2 ). Сл дственно мы должны заключить, что выраженіе: «честно и грозно», заключало въ себ не бол е, какъ признаніе н котораго превосходства положенія, такъ же какъ вы­
шеупомяну тыя опред ленія стар йпшнства. Поэтому Владиміръ
Андреевичъ, употребивъ это выраженіе въ договор съ Дмитріемъ Донскимъ, не употреблялъ его въ договорахъ съ Василіемъ
Дмитріевичемъ, который, какъ племянникъ, н сколько передъ
нимъ понизился въ чести. Въ самомъ д л , что въ сущности
значатъ слова: «честно и грозно»? Первоначально они относи­
лись только къ великому княжеству, то-есть къ Владимірской
области, которая им ла свою честь, ибо обладаніе ею давало
старшинство: въ посл дствіи это выражеше перенесено и на
великаго князя. Уд льный князь долженъ былъ держать его че­
стно, то-есть блюсти его честь, отдавать ему должный почетъ,
и грозно, то-ееть бояться эту честь нарушить. Это значені
вполн ясно изъ словъ, которыя вомногихъ грамотахъ прибав­
ляются къ этому выраженію: без обиды. Держать великаго
князя и великое княженіе честно и грозно значило воздавать
і) Jpjp 35, 37, 45.
*) Ср. JP 48.

304
имъ должную честь и бояться ихъ обид ть. Но и великій князь
съ своей стороны обязывался держать уд льнаго въ чести и не
обид ть его и его влад ній. Условіе было сл дственно обоюд­
ное, и на сторон великаго князя быль только бблыній почетъ,
превосходство положенія, которое обозначалось выраженіями
бол е почтительными.
Йтакъ, изъ всего сказаннаго мы не можемъ еще вывесть подчшіенія уд льныхъ князей велишшу; но въ договорахъ Донскаго съ Владиміромъ Андреевичемъ встречаются выраженія, которыя именно указываютъ на отношенія такого рода. Зд сь великій князь обязываетъ уд льнаго служить емубезд ослушата, или подробн е : «а тоб брату моему молодшему мн служити безъ ослушанья по згадц (то-есть по соглашенію), какъ
будетъ мн слично и тоб , брату моему молодшему, а мц тобе
кормити по служб » 1 ). Зд сь нельзя не вид ть попытки обра­
тить уд льнаго князя въ слугу. Но вм ст съ т мъ мы не мо­
жемъ не зам тить, до какой степени эта попытка была неопред ленна: уд льный князь съ одной стороны обязывается слу­
жить безъ ослушанія, а съ другой стороны это должно совер­
шаться по взаимному согласно, какъ будетъ прилично тому и
другому. Владиміръ Андреевичъ не нисходитъ на степень боя­
рина: изъ договора видно, что онъ сохраняетъ значеніе полноправнаго князя; онъ, какъ князь, участвуетъ въ договорахъ съ
Тверью и Рязанью. Мало того: какъ скоро умеръ Дмитрій Ива­
новича такъ эти отношенія прекратились; къ племяннику Владиміръ Андреевичъ не могъ уже стать въ служебное положеніе.
Въ другихъ грамотахъ это выраженіе вовсе не встр чается. Мы
видимъ зд сь, сл довательно, не отношенія уд льнаго князя къ
великому, а личныя отношенія Владиміра Андреевича къ Дми
трію Ивановичу. Это одинокая попытка, показывающая личный
<) J№J№ 27, зз.

305
перев съ одного князя надъ другимъ, но государствеянаго зд сь
н тъ ничего.
Наконецъ, мы должны обратить вниманіе на то, что уд льные князья называютъ иногда великаго князя господиномз. Но
и это не что иное, какъ знакъ уваженія, который не влекъ за
собою никакихъ обязанностей- Новгородцы точно также называ­
ютъ господиномъ князя Бориса Александровича Тверскаго, отъ
котораго они нисколько не завис ли, и съ которымъ заключали
договоръ на правахъ совершенно равныхъ 1 ).
Итакъ изъ вс хъ общихъ выраженій, которыми въ договорныхъ грамотахъ обозначаются отношенія князей между собою,
н тъ ни одного, которое бы указывало на отношенія государственныя. Везд мы видимъ степени родства, бблышй или мень
шій почетъ, личный перев съ одного князя надъ другимъ, но
отнюдь не видимъ государственнаго подданства, подчиненіячленовъ общества единой верховной власти. Изъ шшиженія чести
младшихъ князей передъ старшимъ, изъ попытокъ заменить служебнымъ подчиненіемъ отношенія чисто родственныя, разовьет­
ся въ посл дствіи государство; сильный покоритъ себ

вс хъ

слаб йшихъ, создастъ единое общественное т ло и станетъ его
главою. Но пока еще это т ло не сложилось, отнопгенія князей
являются личными, гражданскими. Въ этомъ мы еще бол е
уб димся, взглянувши на отд льныя условія договорныхъ грамотъ. Сначала переберемъ взаимныя права и обязанности кня­
зей относительно внутренняго управленія уд ловъ, а потомъ
касательно вн шнихъ сношеній.
Относительно перваго, князья являются совершенно самосто­
ятельными влад льцами. «Тоб

знати своя отчина, а мн

зна­

ти своя отчина» 2 ). Во вс хъ договорахъ князья обязываются
другъ у друга отчины «блюсти, не обид ть и не вступаться».
О JH* 18.
*) JP 27.

~"*

306
Это относилось какъ къ насл дственнымъ уд ламъ, такъ и къ
новымъ примысламъ, которые иногда именно обозначались,
иногда же оставлялись неопред ленньши, наприм р ъ : «Или
кто изъ насъ

что примыслилъ или прикупилъ или кто по

семъ что кто прикупить или примыслить чюжее (къ) своимъ
волостемъ, и того блюсти, а не обид т и » 1 ) . Часто подобный
обязательства д лались и на случай смерти, наприм р ъ :
«А отыметъ Богъ мене великого князя... и того ти всего подъ мо­
ею великою княгинею и подъ моииъ сыномъ ведикимъ княземъ Иваномъ и подъ вс ми моими д тми блюсти и боронити, а не обидети,
ни вступатися и печаловатися и твоинъ д темъ».
Съ своей стороны великій князь обязывается поступать такимъ же образомъ въ случа смерти уд льнаго 2 ). Иногда же
уд льные князья обязывали великаго «жаловать ихъ и печаловатися ихъ отчинами» 3 ).
Однако эти общія положенія были недостаточны, и во многихъ грамотахъ встр чаются бол е подробныя ограниченія притязаній одного князя на уд лъ другаго. Въ н которыхъ грамо­
тахъ великій и уд льный князь обязываются не покупать въ
чужомъ уд л селъ и не держать закладчиковъ *); въ другихъ
договорахъ условія еще бол е подробны:«А въ твой намъ уд лъ
и въ отчину дашциковъ своихъ не всылати, ни приставовъ
давати, ни селъ не купити, ни нашимъ бояромъ безъ твоего
в данья, ни закладней, ни оброчниковъ не держати, ни грамотъ
жалованныхъ давати» 5 ). Эти постановленія встр чаются не во
вс хъ грамотахъ: самыя подробныя мы находимъ въ договорахъ
великихъ князей съ Владиміромъ Андреевичемъ и его внукомъ
*)
)
3
)
*)
5
)
а

<№ 23, также 35.
<№ 78 и много другихъ.
«Л^сЛ^ 37, 46 и много другихъ.
JPJ& 52, 54, 70, 75, 127.
Ж Ж 27, 29, 33, 35, 45, 71, 78, 84, 95.

307
Василіемъ Ярославичемъ Боровскимъ, да въ одномъ договор
Ивана III съ братомъ Андреемъ Углицкимъ; въ договорахъ же
съ князьями Можайскими и Шемякою встр чаются только два
вышеупомянутыя условія. Однако мы не можемъ изъ этого за­
ключить, что тамъ, гд ихъ н тъ, князья им ли бол е вліянія
на чужой уд лъ. Юрій Дмитріевичъ, наприм ръ, находился от­
носительно великаго князя въ бол е выгодномъ шложеніи, не­
жели сынъ его Шемяка, а между т мъ въ договорахъ съ посл днимъ включены ограниченія, въ договорахъ же съ первымъ
говорится только, чтобы отчину блюсти, не обид ть и не всту­
паться. Изъ вс хъ уд льныхъ князей не было ни одного, кото­
рый призналъ бы себя въ такой зависимости отъ великаго, какъ
Владиміръ Андреевичъ отъ Дмитрія Донскаго; а между т мъ
съ этихъ-то договоровъ и начинаются подробныя условія, ко­
торый потомъ повторяются въ посл дующихъ, заключенныхъ съ
его внукомъ. Изъ этого мы должны заключить, что подробныя
условія являлись именно тамъ, гд нужно было оградить слаб йшаго князя отъ сильн йшаго. Притомъ, такъ какъ договоры
опред ляли не государственныя отношенія вс хъ вообще уд льныхъ князей къ великому, а личныя отношенія двухъ или н сколькихъ князей между собою, то обыкновенно случалось, что
условіе, внесенное, всл дствіе особенныхъ обстоятельствъ, въ
договоръ съ какимъ-нибудь княземъ, оставалось въ посл дующихъ договорахъ съ атимъ же княземъ и съ его потомствомъ,
если только не было нужды изм нить его. Такимъ образомъ
договоры можно бы разд лить на отд льные разряды, которые
при общихъ основныхъ чертахъ , им ютъ однако свои особен­
ности. Впрочемъ, это зам чаніе далеко не приложимо ко вс мъ
случаямъ; такъ какъ все зд сь завис ло отъ случайнаго перев са силы и значенія, то невозможно искать общаго, постояннаго правила. Зам тимъ еще, что въ договорахъ съ Тверью так­
же встр чаются условія, чтобы князья въ чужомъ уд л не по-

308
купали селъ и не держали закладчиковъ, а иногда только посл днее ; въ договорахъ же съ Рязанью н тъ ничего подобнаго.
Такая полная независимость князей относительно внутренняго управленія подтверждается и духовными грамотами. Такъ
въ зав щаніи Владиміра Андреевича читаемъ:
«А д ти мои братъ въ братень уд лъ.... не въ зжаютъ на свою ут ху, опроч того, аже ел путь (позводеніе) получитъ поперекъ уд ла
хати, ни приставовъ своихъ не всылаютъ братъ въ братень уд лъ,
и не вступаются никоторыми д лы; ни судовъ ияъ не судити, ни грамотъ ииъ жаловальныхъ не давати, ни дани не имати брату на братн
уд л ... А д темъ моимъ брату въ братне уд ле селъ не купити, такъ
же и ихъ бояромъ селъ не купити въ уд ле д тей моихъ безъ повел нья д тей моихъ, чей будетъ уд лъ сына моего».
йванъ III въ своемъ зав щаніи запрещаетъ д тямъ поку­
пать и влад ть землями и держать закладчиковъ другъ у дру­
га въ уд лахъ. Если же, какъ случалось нер дко, одинъ князь
влад лъ селами въ уд л другаго, то и на посл днія прости­
ралась иногда эта полная независимость княжескаго влад ль*
ческаго права. Обыкновенно признавалось, что судъ и дань
1
принадлежать тому князю, въ чьемъ уд л находится земля );
исключеніе составляли, какъ уже было сказано, м ста, которыя по старинному обычаю тянули къ другому городу. Но Василій Васильевичъ пишетъ въ своемъ зав щаніи: «а кото*
рымъ еемь д темъ своимъ села подавалъ, во чьемъ уд л ни
буди, ино того и судъ надъ т ми селы, кому дано». Въ дого2
вор Ивана III съ Андреемъ Углицкимъ ) постановляется,
что посл дній в даетъ съ судомъ и данью разныя села, которыя зав щали ему бабка, мать и братъ; великій князь долженъ эти села подъ нимъ и его д тьми блюсти, не обид ть и
О А судомъ и данью тянути по зеш и по вод , еЛ^ И* 28> 76. По
уд ламъ гд кто живетъ, «Л*1 40, см. также <№*№ 91, 106.
я
) J№ 106.

309
не вступаться, хотя они лежали въ пред лахъ великаго кня­
жества. Борисъ Волоцкій также влад лъ въ велякомъ княжеств разными селами, которыя дала ему бабка, боярыня Марья
едоровна Голтяева. Въдоговор 14-73 года онъ обязывается
держать ихъ такъ, какъ они были при ней, причемъ судъ и
дань принадлежать великому князю; но въ 14-81 году поел дній уступилъ ему и эти права, такъ что Борисъ Васильевичъ
сд лался полнымъ ихъ обладателемъ1). Съ другой стороны,
когда князь уступалъ другому уд лъ, онъ выговаривалъ ино­
гда права т хъ лицъ, кому онъ раздалъ земли отъ своего име­
ни. При этомъ судъ и дань оставались иногда за т мъ княземъ, кому передавался уд лъ, иногда же изв стныя земля
совершенно освобождались отъ подданства новому князю 2 ).
Такъ Василій Васильевичъ, отдавая Б жецкій Верхъ дяд
Юрію, выговорилъ села, отданныя Константину Дмитріевичу,
да для себя н сколько селъ, отнятыхъ у боярина Ивана Дмитріевича Всеволожскаго. Но относительно жалованныхъ грамотъ, данныхъ прежними князьями на слободы, постановлено,
3
что въ нихъ воленъ Юрій, кого хочетъ жаловать ).
Также независимы были и княгини въ своихъ влад ніяхъ.
Т постановленія, которыя мы вид ли выше въ духовной Владиміра Андреевича объ уд лахъ его сыновей, относятся и къ
уд лу ихъ матери; она является въ немъ полною хозяйкой.
Донской точно также запрещаетъ сыновьямъ вступаться какимъ бы то ни было образомъ въ волости и села своей мате­
ри. Если кому изъ жителей будетъ жалоба на ея волостелей,
то она одна им етъ право судить ихъ. Василій Дмитріевичъ
запрещаетъ сыну за ч мъ бы то ни было всылать въ уд лъ
*) <№<№ 97, 110.
*) <№<№ 38, 75, 78, 97.
. 3 ) Ж 49.

340
своей матери. Подобныя ряспоряженія находятся и въ зав щаніи Василія Васильевича.
При такой полной независимости князей, разум ется, не
могло быть р чи о суд великаго князя надъ уд льньши. Д йствительно, вс распри между князьями, равно какъ и меж­
ду жителями различныхъ уд ловъ, р шались судомъ третейскимъ. Такъ въ договор Донскагссъ Владиміромъ Андреевичемъ постановлено: «А чего ми будеть искати на твоихъ
боярехъ или чего искати тоб на моихъ боярехъ, намъ отоелати отъ еобе по боярину, т тому д лу учинять исправу; а ци
о каков д л меже собе сопрутся, хати имъ на третий, кого
соб изберуть, тамо хавъ перемолвятся. А чего ны будетъ
по искати тоб , мн ли, а тому тако же межи насъ исправа»1).
Въдругихъ прибавляется: «акотораго князя бояръ умолвять,
тотъ князь подъиметь (платитъ) а боярамъ вины н тъ» 2 ).
Способъ третейскаго суда былъ впрочемъ различенъ. Иногда
бояре, которые не могли сговориться, должны были предста­
вить д ло на судъ митрополита, а если посл дняго не будетъ
3
въ земл , тогда брать третьяго, кого излюбятъ ). Иногда по­
становлялось, что третьяго беретъ судья истца, но если несогласенъ на то судья отв тчика, то третьимъ берутъ одного
4
изъ трехъ русскихъ князей ). Въ другихъ договорахъ постановленія еще подробн е : судья истца назначаетъ двухъ бояръ
великаго князя и одного боярина уд льнаго князя; изъ нихъ
выбираетъ третьяго судья отв тчика; но если онъ откажется
отъ выбора, тогда они должны идти передъ великаго князя,
который самъ назначаетъ одного изъ именованныхъ бояръ и
велйтъ доправить искъ на отв тчик , если посл дній будетъ
*)
)
3
)
*)
2

еЛ^ 27.
<№<№ 35, 45, 71, 78, 90 — 94, 97, 99.
J$ 33.
<№ 95.

341
упорствовать въ отказ 1 ) . Впрочемъ во многихъ договорахъ
просто постановляется: «судьямъ нашимъ третій вольный»,
кажется только въ одномъ — съ ограниченіемъ, что бояре не
зовутся на третьяго вонъ изъ земли2).
Третейскимъ же судомъ судились и распри Московскихъ
князей съ Тверскими и Рязанскими; такъ въ договор Донскаго съ Тверью постановлено:
«А что ся учинитъ межи насъ князей каково д до, ино съ дутся
бояр наши на рубежь, да межи насъ поговорягь: а не уговорятся,
ино дугь на третий на князя на Великого на Ольга (Тязанскаго); на
кого яояолвитъ, виноватый передъ правымъ поклонится, а взятое отдастъ. А чьи судьи на третий ни по дутъ, или на кого третий помодвитъ, инъ взятого не отдастъ; то правому отняти, а то ему не въ изм ну... а намъ княземъ въ судъ въ вопчіЙ не вступатися, в даютъ то
т , на комъ есмя положили 3 ).

Иногда д лается различіе между д лами князей и обидами,
причиненными жителями т хъ и другихъ влад ній.
«А гд учинится разбой иди на здъ или татба изъ твоей отчины на
моихъ людей великого князя и о томъ суда вопчего не ждати, отслати
наімъ своихъ судей, да вел ти учинити исправа безъ перевода (не от­
лагая до другаго времени); а не даси мн исправы, или судьи твои
судомъ переведутъ; и мн свои отняти, а то не въ изм ну. А что ся
учинитъ межи насъ на то д ло великихъ князей, и намъ отослати на
4
то своихъ бояръ ). »

Впрочемъ и зд сь ветр чались разнообразныя постанов ле­
т я , какъ можно вид ть изъ договоровъ. Иногда великій князь
Московскій являлся исполнителемъ третейскаго суда между
другими. Такъ постановлялось, что въ спорахъ князей Рязанскихъ съ Пронскими, Новосельскими и Тарусскими, третьяго
*) Лад^ 52, 54, 60.
*) <ЖЖ 46, 49, 61, 64.
3
) Ж 28.
*) J№J\£ 48, 65.

312
избираютъ бояре; но если виноватый не захочетъ исполнить
приговора, то великій князь Московскій принуждаетъ его къ
этому по троекратномъ ув щаніи, и это не считается изм ною 1 ).
Во вс хъ этихъ случаяхъ князья являются вполн незави­
симыми другъ отъ друга влад льцами. Но были города, кото­
рыми они влад ли собща. Какія зд сь установлялись между
ними отношенія?
Московскіе князья въ евоихъ договорахъ постоянно обязы­
ваются не вступаться другъ у друга въ т участки Москвы,
которые достались имъ въ разд лъ по насл дству 2 ). Каждый
является сл дственно хозяиномъ своего участка. Но влад льческія права князей не всегда были одинаковы. Изъ зав щаній Калиты и Ивана Ивановича видно, что влад ніе было об­
щее, а д лились только доходы. Въ первой изъ этихъ грамотъ
Москва приказывается ве мъ сыновьямъ; относительно же
разд ла говорится, что д ти должны под литься тамгою и «ины­
ми волоетми городскими, также оброкомъ городскимъ Васильцева в данья. А числьные люди в даютъ сынове мои собча,
а блюдуть вси съ одиного ; а что мои люди купленыи въ великомъ свертц , и тьши ся под лять сынове мои». Зд сь про­
тивополагается сл дственно общее влад ніе разд льному. Въ
зав щаніи Ивана Ивановича читаемъ *
«Приказываю отчину свою Москву сыномъ своимъ князю Дмитрию и
князю Ивану; а братаничу моему князю Володииеру на Москв въ нам стничеств треть и въ тамз , въ мыт хъ и въ пошлинахъ городскихъ треть, чтб потягло къ городу; и чт<5 медъ оброчный Васильцева стану и чтб отца моего куплены* бортнищи подъ в чные варяхъ
О <№<№ 36, 48.
*) Иаприм ръ <М 78, 84, 95. Зам тимъ, что и зд сь уд лы ставят­
ся иногда наряду съ движимыиъ, наприм ръ: «а чимъ ны благословилъ отецъ нашъ, волоетми ли, порты ли, а ты ся есмы под лили, то­
го ны не поминати». <№ 23.

343
и кони ставити по станоиъ и по варямъ, и конюшій путь, то имъ
все натрое. А числены люди вси три князя блюдутъ сопча съ одиного.»

Зд сь мы видимъ опять, что д лятся пошлины и право су­
да (нам етничество), авлад ніе остается неразд льньшъ. Но
совс мъ другое мы наюдимъ въ зав щаніи Дмитрія Донекаго /
Въ начал онъ по старому обычаю говорить: «приказываю от­
чину свою Москву д темъ своимъ.. а братъ мой, князь Володимеръ, в даетъ свою треть»; но потомъ:
«А сына своего Василья благословляю на старший путь въ город и въ
стан хъ моего уд ла двою жеребьевъ половина, а тремъ сыномъ моимъ половина и въ пошлинахъ въ городскихъ половина... А на стариший путь сыну моему князю Василью Васильцево сто и Добрятиньская борть съ селомъ зъ Добрягиньскимъ, а борьтьницы въ стан хъ
въ городьскихъ и конюший путь и сокольничий и ловчий, т мъ сынове мои под лятся ровно. А численыхъ людей моихз двою жеребъевг,
сыномъ моимъ по частемъ, а блюдутъ съ единого.»

• Зд сь мы видимъ, что въ Москв является уже уд ль великаго князя, его два жеребья; численные люди раздаются
по частямъ, и если насл дники должны блюсти ихъ вм ст ,
то это выраженіе совершенно неопред ленное, которое ле
означаетъ общаго влад нія. Мы говорили выше, что князья
обязывались блюсти чужой уд лъ; иногда великій и уд льный
князь обязываются вм ст блюсти и не обид ть младшую свою
братью л ). Относительно численныхъ людей мы увидимъ даль­
ше, почему князья должны были блюсти ихъ вм ст . Всл дствіе этого новаго разд ла, Василій Дмитріевичъ въ своемъ
зав щаніи уже не приказываетъ сыну отчину Москву, а даетъ
ему «свой жеребій треть Москвы» съ принадлежностями и
треть численныхъ людей. Василій Васильевичъ, оставляя в сколько сыновей, не отдаетъ имъ Москвы въ общее влад ніе.
О А. А. э . т. 1-й, Ж 10.

27

314
а назначаетъ каждому свой участокъ. Въ договорахъ своихъ
Василій Васшгьевичъ ставить уд лъ свой въ Москв наряду
съ прочими влад ніями1). Владиміръ Андреевичъ, по старому
обычаю, приказываетъ еще д тямъ вотчину свою Москву,
свою треть, но разд ляетъ ее по годамъ : каждый держитъ
нам стника въ свою очередь. Старшему даются въ город и
въ етанахъ конюшійпуть, бортники, садовники, псари и проч.
съ ихъ землями ; треть численныхъ людей д лится между дву­
мя средними сыновьями, а пошлины городскія зав щаются вдов . Въ договорахъ Владиміра Андреевича и внука его Василія Ярославича Боровскаго съ Московскими князьями находит­
ся постоянное условіе: «а въ городъ намъ послати своихъ
нам стниковъ, и тоб своего нам стника, ино очиетять нашихъ холоповъ и сельчянъ. А кого себ вымемъ огородниковъ
и мастеровъ, и мн князю великому зъ братьею два жеребья,
и тоб , брате, треть». Но Иванъ III, какъ мы вид ли, отдалъ
всю Москву одному старшему сыну, выд ливъ только участки
остальнымъ. Однако старшій сынъ долженъ былъ по прежне­
му держать большаго нам стника на великокняжескомъ участк , а другаго на трети князя Владиміра Андреевича. То же
распоряженіе мы видимъ и въ духовной Ивана Грознаго. Такъ
въ то время держались случайно установившагося обычая !
Зам тимъ еще, что въ духовной Ивана III мы видимъ, что
часть посадекихъ дворовъ въ город приписана къ подмосковнымъ селамъ, которыя принадлежали уд льнымъ князьямъ 2 ).
Сл довательно, самый городъ д лился на отд льные участки,
которые находились каждый во влад ніи своего князя. Но, съ
другой стороны, младшимъ запрещается въ этихъ сельцахъ де­
ржать торги, ставить лавки и позволять останавливаться въ нихъ
О <№<№ 73, 84.
) Ж 136.

2

315
гостямъ съ товаромъ. Посл дніе должны становиться въ Мо
скв на гостиныхъ дворахъ, «какъ было при мн », и младшіе
братья въ гостиные дворы не вступаются. Если же кто въ
эт ихъ сельдахъ станетъ торговать съ стнымъ товаромъ, то
пошлину полавочную беретъ прикащикъ старшаго сына, «какъ
было при мн ». Немудрено, что зд сь являются черты новаго
порядка, ибо Иванъ I I I , какъ мы вид ли, установилъ во влад ніи Москвою новизну. Подробныхъ изв стіі о прежнихъ разд лахъ до насъ не дошло, и м ы н е з н а е м ъ , какимъ образомъ
князья д лили городъ между собою, были ли тутъ какія-нибудь особенныя условія, на какихъ основаніяхъ они влад ли
наприм ръ гостиными дворами и т. п.
Влад я такимъ образомъ Московою и приписанными къ ней
станами каждый особенно, князья въ н которыхъ случаяхъ
д йствовали однако за одно. Это мы видимъ относительно да­
ни и суда.
Дань платилась Татарамъ. Каждый уд льный князь сбиралъ съ своего уд ла то, что приходилось платить ему по
раскладк , и вручалъ собранный деньги великому князю, ко­
торый уже передавалъ хану всю сумму отъ имени вс хъ. Но
въ Москв , несмотря на разд льность влад нія, князья сби­
рали дань вм ст . Это видно изъ условій, которыми поста­
новляется, что если великій князь пошлетъ своихъ дашциковъ въ Москву и въ станы Московскаго у зда, то и уд льный пошлетъ съ ними своихъ данщиковъ; собранная сумма
должна идти въ казну великокняжескую для уплаты выхода 1 ).
Точно также и писцовъ, которые опред ляли количество да­
ни, князья должны были посылать вм ст 2 ) . Однако все это
считалось м рою временною, пока не свергнуто было татар<) ЛІ ^ 33, 35, 45, 71, 78.
) <№ 95.

9

316
ское иго; «а оже ны Богъ избавить, ослободитъ отъ Орды,
ино мн два жеребья, а теб треть» сказано о дани въ договор Донскаго съ Владиміромъ Андреевичемъ. Зд сь какъ
будто предполагается, что они будутъ продолжать сбирать
дань вм ст , но въ сл дующихъ договорахъ просто говорится,
что если князья освободятся отъ орды, то каждый будетъ
брать дань себ *).
Этотъ способъ взиманія дани общими силами былъ при­
чиною н которыхъ другихъ условій относительно влад нія
Москвою. Съ этою ц лью князья обязывались блюсти численныхъ людей собща, хотя они влад ли ими въ разд лъ
(посл днее в роятно для взиманія всякаго рода другихъ по­
винностей). Вм ст блюли они и другіе разряды людей, ко­
торые платили дань: слугъ, которые были подъ дворскимъ,
черныхъ людей, гостей, сукошшковъ и городскихъ людей,
наконецъ ордынцевъ и д люевъ. Князья обязывались не по­
купать ихъ земель, такъ же какъ не покупали они земель
другъ у друга въ уд лахъ, не принимать ихъ въ службу
или даже вовсе не принимать ихъ къ себ 2 ) . Земли данныя, то-есть съ которыхъ платилась дань, ограждались и
отъ покупокъ частными людьми; для этого установлялись
разныя правила, какъ-то : право выкупа, обязанность покуп­
щика тянуть тягло вм ст съ черными людьми, наконецъ
просто возвращеніе земли прежнимъ влад льцамъ, если покупщикъ не хот лъ тянуть тягла. Въ посл дствіи же для покуп­
ки данныхъ земель въ Москв нужны были особенный княжескія грамоты 3 ) . Прибавимъ еще, что князья обязывались
не держать въ город закладчиковъ, опять на подобіе т хъ
*) Ср. особенно JW 35, изъ котораго, несмотря на н сколько стертыхъ словъ, ясно, что условіе относится и къ МосквФ.
3) ,№№ 33, 35, 45, 71, 78, 84, 95.
3
) <№<№ 33, 95.

317
условій, которыя они заключали относительно чужихъ уд ловъ ^ .
О суд мы находимъ также разныя поетановленія, которыя
показываютъ большій или менышй перев съ одного князя надъ
другимъ. Въ договор Семена Ивановича съ братьями сказа­
но: если Москвичъ ударитъ чёломъ великому князю на московскихъ бояръ и слугъ ул льяыхъ князей, то судитъ великій
князь, коли будетъ въ Москв , и уд льные вм ст съ нимъ,
если же ихъ въ Москв не будетъ, то отсылать д ло къ
княжескимъ нам стникамъ, которые учинятъ исправу, а приставовъ изъ другихъ м стъ не посылать 2 ). Зд еь участіе
князей совершенно равное; напротивъ въ договор Донскаго
съ Владиміромъ Андреевичемъ видно преимущество старшаго
князя. Зд сь постановляется: «а судовъ ти (Владиміру Ан­
дреевичу) московскихъ безъ моихъ нам стниковъ не судити,
а язъ иму московьскыи суды судити; т ми ми ся съ тобою
д лити. А буду опроче Москвы, а ударитъ ми челомъ Моеквитинъ на Москвитина, пристава ми дати, а послати ми къ
своимъ нам стникомъ, ино исправу учинятъ, а твои нам стники съ ними; а ударитъ ми челомъ хто изъ великого княженья на Москвитина на твоего боярина, и мн пристава по­
слати по него, а тоб послати за нимъ своего боярина». Въ
случа
жалобы жителей одного уд ла на жителей другаго
долженъ «исправу учинить» князь отв тчика, а другой шлетъ
своего боярина. Наконецъ прибавлено: «а который суды по­
тяг ли къ Москв при нашихъ отц хъ, т суды и нон ча потянутъ къ городу» 3 ) . Изъ этого видно, что великій князь какъ
будто бы судилъ одинъ, и только доходами д лился съ уд ль
О <№<№ 45, 71, 78, 84.
) «Л^ 23. За т мъ сл дуетъ еще дрстановленіе, но къ сожал^нію
оно наполовину стерто.
3

3

) ж зз.

'г

318
нымъ, тогда какъ посд днійне могъ судить безъ нам стниковъ
великаго князя. Но въ договор Василія Дмитріевича съ Владиміромъ Андреевичемъ это условіе опять обоюдное: каждый
князь обязывается не судить безъ нам стнвгковъ другаго городскихъ еудовъ и становыхъ, которые тянутъ къ городу;
суды же, которые по старому обычаю тянутъ къ городу изъ
волостей, находящихся въ уд л каждаго князя, т судятъ
ихъ нам стники, «какъ было и досел » 1 ) . Опять отнопіенія
полнаго равенства. Посл днее условіе повторяется во ве хъ
договорахъ Василія Васильевича съ княземъ Боровскимъ 2 ) .
Но въ первомъ договор Ивана III съ братомъ Андреемъ
Большимъ условія почти совершенно сходны съ выпгеприведеннымъ договоромъ Донекаго 3 ) .
Изъ всего этого мы однако же не узнаемъ, какого рода
суды тянули къ городу изъ волостей, и что судили князья съ
нам стнпкамц. Н сколько уясняютъ намъ эти вопросы губ­
ная московская запись, составленная при Иван Ш-мъ, и зав щаніе посл дняго. Изъ первой 4 ) мы узнаемъ, что душе
губствомъ тянули къ Моекв 5 ) Серпуховъ со вс ми волостьми и съ селами княжескими и монастырскими, Звенигородъ
съволостьми, н сколько дмитровскихъ^и другихъ волостей,
наконецъ вс села въ Московскомъ у зд . Относительно
посл днихъ сказано, что жителей въ душегубств
судитъ
большой нам стникъ, «а судья за нимъ идетъ своего прибыт­
ка емотритъ». То же относительно жителей селъ окологородныхъ и относительно городскихъ дворовыхъ людей, княжескихъ, митрополичихъ и монастырскихъ, но при этомъ имен') Ж 35.
3) №<№ 45, 71, 78, 84.
8
) № 95.
*) А. А. Эксп. т. I сЛ^ 115.#
б
) То-есть д ла объ убійствахъ, совершенныхъ въ этихъ м стахъ,
судились въ Москв .
л

319
но сказано, что прежде того дворы ж дворцовые люди уд льныхъ князей въ Москв судились большимъ нам стникомъ, а
судьи за ними не бывали, пока не установила этого великая
княгиня СОФЬЯ Витовтовна. Во вс хъ этихъ случаяхъ, какъ
можно заключить изъ выраженій грамоты, судилъ одинъ боль­
шой нам стникъ, а третники (то-есть нам стники уд льныхъ
князей) получали только доходы. Но относительно жителей
другихъ уд ловъ прямо сказано, что, если ихъ поймаютъ съ
поличнымъ въ Москв , то судитъ ихъ и казнитъ большой нам стникъ съ двумя третниками, и судьи за ними н тъ; во
всякомъ другомъ пенномъ д л ему даютъ срокъ поставить
за собою судью. Наконецъ въ губной записи находится еще
выраженіе, не совс мъ ясное:
«А что деревни въ московскомъ въ становомъ уд іныхъ князей и
BoiocieJH ихъ судятъ, а доложить своего князя, ажъ будетъ на Москв ; а не будетъ на Москв его князь, и ему доложить великаго
князя или большого нам стника, а по инъшъ городамъ ихъ не во­
дить къ докладу.»

Что это за деревни? Он зд сь отличаются отъ селъ;
сл довательно можно думать, что подъ этимъ разум ются
участки моековскихъ становъ, которые князья получали въ
разд лъ. Это предположеніе т мъ бол е в роятно, что зд сь
судятъ волостели, тогда какъ въ селахъ были посельскіе и
прикащики, какъ видно изъ духовной Ивана III. Въ ней ска­
зано, что въ селахъ, которыя находятся въ московскихъ станахъ, судъ и дань принадлежатъ князю влад льцу; но душегубствомъ и поличнымъ они тянутъ къ Москв по старин ,
кром того поличнаго, которое случится между крестьянъ
т хъ селъ: то судятъ прикащики, докладывая большому нам стнику. Посл дній судитъ также душегубство и поличное
въ окологородныхъ сельцахъ уд льныхъ князей. Мы знаемъ
уже, что Иванъ Ш не далъ младшямъ сыновьямъ другихъ
влад ній въ Московскомъ у зд .

320
Ясно, что бол е и бол е возрастало значеніе старшего
сына, а вм ст съ нимъ и большаго нам стника. Посл дній
въ этихъ грамотахъ везд является на первомъ план , тогда
какъ въ большей части прежнихъ договоровъ мы вид ли со­
вершенное равенство князей и ихъ судій. Такое преобладаніе
старшаго должно было повести къ значительному упрощенію
управленія; ибо понятно, какая запутанность, какія столкновенія должны были произойдти изъ этого влад нія, разд леннаго и вм ст неразд льнаго. Право суда дробилось зд сь
между насл дниками, какъ все остальное имущество, ибо
существеннымъ д ломъ въ суд считался доходъ; иной князь
ставилъ своего нам стника на четвертый, пятый, шестой годъ,
иной даже на полгода; и этотъ нам стникъ судилъ съ дру­
гими и д лился съ ними доходами. Такъ же разд лялся судъ
и въ станахъ, гд каждый князь назначалъ въ свой участокъ
отд льныхъ волостелей. Къ этой дробности управленія, прои­
сходившей отъ насл дованія по частному праву, прибавимъ
множество отд льныхъ правъ, которыя то сохранялись вел дствіе стараго обычая при изм нившихся отношеніяхъ, то воз­
никали вновь всл детвіе случайнаго перев са того или другаго князя, или даже всл дствіе большей или меньшей степени
вліянія княгини; наконецъ вспомнимъ, что князья, которые
влад ли уд лами въ Москв , большею частью находились
между собою во враждебныхъ отношеніяхъ или даже въ явной
войн , и мы поймемъ, до какой степени управленіе было
шатко и запутанно.
Въ заключеніе этого обзора отношеній князей влад льцевъ
въ Москв упомянемъ еще объ одномъ общемъ ихъ д л . Въ
договорахъ встр чается следующее условіе: «а Московская
рать ходитъ съ моимъ (великаго князя) воеводою, какъ было
прежде сего» *). Чтб же это за московская рать? Ясно, что
О Ж<№ 35, 45, 71, 78.

321
она не состояла изъ горожанъ, ибо въ договорахъ она прямо
отъ нихъ отличается: князья обязываются не принимать мо­
сковской рати, кто ходилъ съ воеводами; и тутъ же поста­
новляется условіе , чтобы гостей, суконниковъ и городскихъ
людей блюсти вм ст и въ службу ихъ не принимать ^ . Думаемъ, что н которому уясненію этого вопроса можетъ спо­
собствовать еближеніе съ сл дующимъ м стомъ изъ договора
Семена Ивановича съ братьями, къ сожал нію н сколько
вытертымъ: «А который люди по нашимъ волостемъ выиманы
нын... войны.... намъ къ соб не принимати : а которыхъ
людий отець нашъ князь великій выималъ изъ
въ слу­
жбу, т такъ и знаютъ свою службу, въ которую кто уряженъ, а намъ ихъ къ соб не принимати»2). Посл днее, по
всей в роятности, относится къ ордынцамъ, то-есть пл нникамъ, выкупленнымъ изъ орды; они несли какую-то службу,
о которой мы не им емъ изв стій. Первое же можетъ отно­
ситься къ московской рати, — но что это были за люди?
вольные или бол е или мен е кр постные? на какихъ основаніяхъ они служили? все это вопросы, которые, по недо­
статку данныхъ, остаются иеразр шимыми.
Обратимся теперь къ Переяславлю Рязанскому, въ которомъ точно также существовало общее и разд льное влад ніе
князей. О взаимныхъ отношеніяхъ посл двихъ мы узнаемъ
изъ договора 1496 г. между великимъ княземъ Рязанскимъ
Иваномъ Васильевичемъ и братомъ его едоромъ Васильевичемъ 3 ) . Городомъ Переяславлемъ князья, такъ же какъ московскіе, влад ли въ разд лъ; «а жити ми, господине, съ то­
бою съ великимъ княземъ въ Переяславли потому какъ отд лилъ меня ты князь великій и мати наша великая княгини».
О сЛ^ зз,
3
) Л* 23.
8
) Л ^ 127.

322
Уд льному князю были отд лены княжескі дворы въ город ,
посадъ, мельницьі; поле у города, лугъ и треть въ городской
тамг . Старшій же князь им лъ въ город тяглыхъ людей,
которые кормили нословъ, мыты и другія пошлины. Княгиня
влад ла своими купленными дворами въ город и кром того
взяла ееб въ пожизненное влад ніе четверть всего великаго
княжества и четверть трети младшаго сына. Изъ договора
видно, что братья под лили между собою и разныхъ людей:
ловчанъ, рыболововъ, истопниковъ, псарей и т. п., какъ д лали и московскіе князья. Наконецъ, младшіи обязанъ былъ
поддерживать съ своей отчины треть городскихъ укр пленій.
Относительно общаго взиманія дани въ договор н тъ ника
кихъ условій; сказано только, что если нужно будетъ дать
выходъ въ Орду, то великій князь возьметъ съ младшаго
треть; иначе онъ дани не беретъ. Изъ этого можно заклю­
чить, что каждый бралъ дань самъ по себ съ своего уча­
стка. Поэтому, в роятно н тъ и т хъ ограниченій, который
встречаются въ договорахъ московскихъ; сказано просто, что
князья другъ у друга въ уд л не должны покупать селъ и
держать закладчиковъ . . Но относительно суда договоръ содержитъ въ ееб довольно подробный постановленія. Въ Переяславл находился большой нам стникъ великаго князя и
третчикъ уд льнаго. Въ д лахъ объ убійств , разбо и воровств съ поличнымъ, случившихся на посад между чьими
бы то ни было людьми, пристава даетъ нам стникъ; а слу­
чится тутъ приставъ третчика, онъ съ нимъ идетъ, и отдаетъ
отв тчика на поруки, а не случится онъ тутъ, тогда приставъ
нам стника идетъ одинъ, отдаетъ отв тчика на поруки и ставитъ его передъ нам стникомъ. Такія отношенія существуютъ
и въ самомъ суд : нам стникъ судитъ вм ст съ третчикомъ, если посл дній случится тутъ, иначе, онъ судитъ
одинъ, а третчикъ смотритъ своего прибытка. (Зам тимъ,

323
какой совершенно частный характеръ им етъ зд сь право су­
да: судитъ или н тъ судья, это д ло второстеленное, а глав­
ное доходы.) Тотъ же порядокъ им етъ м сто во вс хъ д лахъ между гостями и черными людьми на посад , за исключеніемъ великокняжескихъ тяглыхъ людей, которые кормятъ
пословъ. Но д ла между людьми уд льнаго князя, которые
живутъ на посад , за исключеніемъ убійства, разбоя и поличнаго, еудятъ прикащики младшаго князя и докладываютъ
ему, а если его не будетъ въ Переяславл , они должны его
дождаться, а не водить тяжущихся съ докладомъ въ уд лъ.
Людей же уд льнаго князя, которые прі зжаютъ изъ уд ла
въ Переяславль, еудятъ въ убійств , разбо и въ поличномъ
нам стникъ съ третчикомъ, и приетавъ посл дняго не можетъ
отдать ихъ на поруки безъ пристава перваго. Самъ уд льный
князь не им етъ права ихъ судить, тогда какъ великій князь
воленъ судить и казнить людей уд льнаго князя во всякихъ
д лахъ, причемъ обвиненный долженъ платить дв
трети
пошлины нам стнику, а остальное третчику (это тоже уеловіе, которое мы вид ли въ договорахъ Дмитрія Ивановича съ
Владиміромъ Андреевичемъ и Ивана III съ Андреемъ Углицкимъ). Великій же князь судитъ вс жалобы на третчика,
его тіуна и доводчиковъ. Наконецъ, перев съ старшаго брата
выражается и въ томъ , что вс таможенный преступленія
судитъ одинъ его нам стникъ и доходы беретъ себ .
Таковы опред ляемыя духовными и договорными грамотами
взаимныя отношенія князей во внутреннемъ управленіи своихъ
уд ловъ. Въ главныхъ городахъ мы видимъ странную см сь
общаго влад нія и разд льнаго съ ббльшимъ или меньшимъ
перев сомъ одного князя надъ другимъ ; въ уд лахъ же князья
являются совершенно независимыми влад льцами своихъ вотчинъ. Только Иванъ Ш въ своемъ зав щаніи постаиовилъ
ограниченія власти уд льныхъ князей, которыя показываютъ

324
уже гоеударственныя стремленія: онъ заггретялъ младшимъ
сыновьямъ самимъ д лать деньги и отдавать денежное д ло
на откупъ; право чеканить монету предоставлено было одно­
му старшему. Но повторяемъ, это поздн йшее ограниченіе ;
прежде мы ничего подобнаго не видимъ.
Изъ всего этого ясно, какъ день, что не можетъ быть
р чи о государственномъ подчиненіи уд льныхъ князей ве­
ликому. Въ самомъ д л , возможно ли вообразить, чтобы
верховная власть отказалась отъ всякаго вліянія на влад нія
подданнаго, чтобъ она обязалась ни подъ какимъ видомъ не
всылать туда своихъ чиновниковъ, не покупать тамъ земель,
не держать закладчиковъ, не судить, не сбирать податей? И
зам тьте, это даже не льгота, а обоюдное обязательство на
совершенно равныхъ правахъ. Наконецъ въ этихъ ограниченіяхъ права, которыя по существу своему им ютъ характеръ
общественный, и права совершенно частныя находятся въ полно^яъ безразличіи: рядомъ съ обязательствомъ не всылать
дашциковъ и приставовъ находится запрещеніе покупать зем­
ли и держать закладчиковъ, при чемъ условіе о земляхъ распространяется и на бояръ. Посл дняго рода вторженія въ
чужую область считались даже опасн е первыхъ; ибо условія на счетъ ихъ повторяются въ болынемъ числ грамотъ,
даже въ договорахъ между князьями, совершенно независи­
мыми другъ отъ друга, каковвГ были Тверскіе и Московскіе.
Каждый князь старался расширить свою власть не столько
государственными притязаниями, сколько частными пріобр теніями, почему первымъ д ломъ при занятіи чужой области
было накупить или набрать земель и закабалить за себя какъ
можно больше людей. Противъ такихъ-то частныхъ способовъ
пріобр тенія старались оградить себя другіе князья, которые
хот ли остаться полными хозяевами своихъ им ній.
Но если такимъ образомъ князья были совершенно незави-

325
симы другъ отъ друга въ своихъ влад ніяхъ , то какія же
между ними существовали обязательства ? На это дастъ намъ
отв тъ разсмотр ніе условій, которыми опред лялись вн шнія
еношенія князей, къ чему теперь и обращаемся.
Князья, вступающіе въ договоры, обязываются «быть за
одинъ до живота». Это условіе встр чается какъ между ве­
ликими князьями и уд льными, такъ и между различными
великими князьями 1 ) . У нихъ одни друзья и враги. Обыкно­
венно говорится, что кто другъ великому князю, тотъ другъ
и уд льному, а кто недругъ великому князю, тотъ недругъ и
уд льному. Это показываете н которое превосходство перваго
надъ посл днимъ. Оно выражается и въ томъ, что уд льный
князь обязывается «сложить ц лованье», если онъ съ к мъ
находится въ союз помимо великаго князя, а поел дній съ
своей стороны обязывается «учинить его въ докончанье» съ
собственными союзниками2). Однако это условіе встр чается
и въ обоюдной Форм : кто другъ или недругъ одному князю,
тотъ другъ или недругъ и другому, и наоборотъ. Притомъ,
мы видимъ эту посл днюю Форму не только въ договорахъ
между великими князьями и уд льными 3 ), но и въ договорахъ
съ князьями бол е или мен е служебными 4 ) ; и нанротивъ,
условіе встр чается въ односторонней ФОрм въ договорахъ
съ великими князьями Рязанскими и Тверскими 5 ) . Во всякомъ случа различіе выраженій не уничтожало обоюдности
обязательству ибо въ т хъ же договорахъ , гд находится
условіе въ первой Форм , прямо говорится: «быть теб съ
О Первое Ж Ж 23, 33, 37, 43, 52, 53, 54, 61, 64 и другіе; второе
<№<№ 36, 48, 65, 76, 115.
2
) №<№ 43, 49, 52, 54, 56, 61, 66, 70, 75, 90, 95.
3
) *М 60. Договоръ Василія Васильевича съ Шемякою и Днитріемъ
Краснымъ.
4
) JH* 62. Договоръ Шемяки съ Суздальскими князьями.
6
) <№№ 32, 119.

28

326
нами, а намъ съ тобою» *) и прибавляется обоюдное условіе,
чтобы ни одинъ князь безъ другаго не канчивалъ (не заключалъ договоровъ), и даже не ссылался ни съ к мъ, ни уд льный безъ великаго, ни великій безъ уд льнаго. Поел днее
встр чается впрочемъ также въ разнообразныхъ Формахъ:
иногда князья обязываются только не канчивать другъ безъ
друга 2 ) ? иногда также не ссылаться 3 ) ; иногда же уд льный
князь не долженъ ни канчивать, ни ссылаться (иногда только
съ недругомъ) безъ великаго, а посл дній не долженъ только
канчивать безъ перваго 4 ) . Однако мы этому разнообразно
Формъ не можемъ придать большаго значенія; ибо не видимъ
различія въ отношеніяхъ князей, съ которыми заключались
договоры того или другаго рода. Такъ, наприм ръ, въ договорахъ Василія Васильевича съ княземъ Боровскимъ посто­
янно встр чается первая Форма, въ договорахъ съ князьями
Можайскими — вторая, а съ Шемякою — третья.
Во всякомъ случа ясно, что это полный взаимный оборо­
нительный и наступательный союзъ, который могъ равно су­
ществовать между родственниками , и между посторонними
князьями. Поэтому договоры часто заключаются отъ имени не
одного только великаго князя, а вм ст и его союзниковъ,
нер дко даже отъ имени его д тей, какъ старшихъ, такъ и
младшихъ. Отсюда понятно, что мы не можемъ въ заключавмыхъ усдовіяхъ искать отношеній государственныхъ : обязан­
ности относятся ко вс мъ, а мы не можемъ предположить
подчиненія одного уд льпаго князя другому.
Въ обоюдной же, а иногда и въ односторонней Форм ,
встр чается условіе, что князья должны хот ть другъ другу
*)Л£Л*
) Ж№
3
) №,№
4
) ЛМ^
а

43,
23,
27,
37,

52,
33,
46,
52,

54,
35,
61,
54,

61,
43,
64,
56,

64,
45,
66,
58,

66, 75, 90—95.
47, 49, 60, 71, 73, 78, 84, 95.
69, 70, 75, 90—94.
97—102, 106—109.

327
добра и сообщать одинъ другому все слышанное въ пользу
или во вредъ союзника. То же въ договорахъ съ Тверью и
Рязанью. Если кто будетъ ихъ ссорить, то нелюбья другъ на
друга не держать, а виноватаго наказать по розызку 1 ) . Ино­
гда уд льный князь особеннымъ условіемъ обязываетъ великаго оборонять его, если кто обидитъ его отчину 2 ). То же
выговариваютъ себ и Рязанскіе князья, иногда впрочемъ
только въ случа , если сами не въ состояиіи будутъ оборо­
няться 3 ). При этомъ постановляются различный уеловія о по­
мощи : такъ наприм ръ, если на Рязанскаго великаго князя
пойдетъ великій князь Литовскій, то великій князь Московскій долженъ самъ идти оборонять его; если же Литовскій
князь пошлетъ воеводъ, то и Московекій долженъ прислать
воеводъ 4 ) . Въ договор Василія Дмитріевича съ Тверью по­
ложено, что если Татары, Литва, Н мцы или Ляхи пойдутъ
на Тверь, то Московскій великШ князь долженъ самъ идти
на помощь съ братьями, оставивъ только одного изъ нихъ,
кого нужно, для сторожи; если же непріятель пойдетъ на
Москву, то Тверской князь долженъ послать на помощь двухъ
5
сыновей и двухъплемданиковъ, оставивъ одного сына у себя ).
Зд сь вид нъ перев съ Тверскаго князя, но во многихъ другихъ
грамотахъ отношенія равныя или перев съ Московскаго князя.
Такъ въ договорахъ съ Рязанью говорится, что если пойдетъ на
рать самъ великій князь Московскій или братъ его, то Рязанскій князь долженъ вс сть на коня безъ ослушанія, а еслиМосковскій князь пошлетъ воеводъ, то и Рязанскій долженъ
сд лать то же 6 ) .
О
3
)
3
)
4
)
б
)
в
)

<№ 23.
еЛ^ 49.
<№<№ 48, 65, 115.
<№Ж 65, 115. Тоже вь договор
Акты Арх. Эксп. т. I, Ж 14.
<№<№ 48, 115.

съ Тверью Ж 119.

328
Такія же условія встр чаются и въ договорахъ съ уд льными князьями. Во многлхъ грамотахъ встр чается условіе :
«а гд ми (великому князю) будетъ вс стл на конь, вс сти
вы (уд льнымъ) со мною, а гд ми будетъ самому не вс сти,
а будеть ми васъ послати, вс стй вы на конь безъ ослушанья»1). Но Владиміръ Андреевичъ въ договор съ Дмитріемъ Донскимъ выговариваетъ себ право не садиться на
коня, если не сядетъ сынъ Донскаго Василій Дмитріевичъ ;
когда же великій князь пошлетъ д тей Владиміра Андрееви­
ча, то имъ идти безъ ослушанья 2 ) . Точно также Василій
Ярославичъ Боровскій садится на коня, только если сядетъ
самъ великій князь, иначе онъ долженъ только послать воеводъ 3 ) . Юрій же Дмитріевичъ не идетъ въ походъ, а посылаетъ сына, даже когда самъ великій князь сядетъ на коня;
сынъ его идетъ и въ томъ случа , если великій князь пош­
летъ дядю Константина Дмитріевича; но если онъ пошлетъ
двоюродныхъ своихъ братьевъ или воеводъ, то и Юрій посылаетъ воеводъ. Однако великій князь сохраняетъ право въ
случа нужды послать и сына Юріева, и тогда посл дній
долженъ идти безъ ослушанія 4 ) . Та же обязанность идти въ
походъ безъ ослушанія встр чается и въ н которыхъ догово­
рахъ съ Шемякою, причемъ однако съ воеводами великаго
князя уд льный долженъ посылать своихъ воеводъ 5 ) . Но въ
другихъ договорахъ Шемяка обязывается идти самъ, только
когда великій князь пойдетъ самъ, или пошлетъ кого изъ
6
братьевъ ) . Въ договор Донскаго съ Владиміромъ Андрее<) ,№<№ 23,
Эксп. т. I, Ж
*) Ж 38.
3
) Ж 45.
•) <№ 49.
&
) ,МЖ 56,
в
) ЖЛ? 52,

33, 35, 37, 46, 74, 61, 64, 75, 90—94, Акты Арх
10.

60.
54.

329
вичемъ встр чается подобное усдовіе и относительно город­
ской осады: «оже ми (великому князю) самому с сти въ город , а то бе ми послати изъ города; и тоб оставити своя
княгини, и свои д ти и свои бояре, а будетъ ми тобе оста­
вити въ город , хати ми изъ города; и мн , брате, оставити
своя мати и свою братью молодшую и свои бояре» ^ . Наконецъ Юрій Дмитріевичъ выговариваетъ себ право не посы­
лать помощи въ случа похода на Литву и не здить къ вели­
кому князю въ Москву 2 ) . Посл днее выговариваетъ себ и
Иванъ Можайскій, пока въ земл не будетъ митрополита 3 ).
Характеръ вс хъ этихъ условій очень ясеиъ. Когда дер-і
жавы заключаютъ между собою союзъ, вниманіе устремляет­
ся преимущественно на вопросы, существенные для гоеудар-1
ства: опред ляется количествен родъ помощи, случаи, въ.
которыхъ она должна оказываться, и т. п. Зд сь же все это
вопросы второстепенные; на первомъ план стоить опред л е - '
ніе личныхъ отношеній между князьями, ихъ м стническихъ'
разсчетовъ. Въ какихъ случаяхъ князь долженъ с сть на коняі
самъ, когда онъ долженъ послать брата, сына, племянника,1
воеводу — все это становится предметомъ заботливаго попече-t
нія, ибо въ этомъ выражается большее или меньшее личное і
превосходство одного князя надъ другимъ. Такъ дядя не согла-*
шается идти безъ ослушанія по приказанію плямянника; двою-*
родный же братъ можетъ принять на себя подобное обязатель-1
ство. И зд сь впрочемъ родственныя отношенія не опред ля-*
ютъ исключительно положенія членовъ въ союз . Такъ же, *
какъ въ другихъ случаяхъ, о которыхъ мы говорили выше, *
м сто зависитъ столько же отъ личнаго могущества того или і
4

) Л** 35.
) Ж 49.
3
) Ж 66.
а

330
другаго князя, сколько отъ степени, которую онъ заншаетъ
на родственной л ствиц .
Особенный условія заключались князьями относительно Ор­
ды. Обыкновенно уд льные князья обязывались не ссылаться
съ Ордою; вс сношенія предоставлялись одному великому
князю, который выплэчнвалъ и дань , собравъ ее предвари­
тельно съ уд льныхъ. Это д лалось не только въ Москв ,
но и въ другихъ княжестваіъ. Такъ Романовскіе и Заозерскіе
князья платили дань князьямъ Яроелавскимъ, и это продол­
жалось даже, когда Заозерье отошло къ Москв : Михаилъ
іАлдреевичъ Верейекій, получивъ отъ великаго князя Василія
Васильевича половину Заозерья, обязывался платить съ нея
дань по старин князьямъ Яроелавскимъ *). Мало того : Юрій
Дмитріевичъ, будучи уд льньшъ княземъ, уступилъ часть
*Звенигородскаго у зда брату Константину Дмитріевичу, и
^посл дній обязался платить съ нея дань не прямо великому
князю, аЮрію 2 ). Такъ всякое отношеніе стремилось принять
іхарактеръ вотчиннаго права, влад льческой повинности. А
'между т мъ уплата дани считалась д ломъ временнымъ; во
^ с хъ договорахъ постановлялось, что если перем нитъ Богъ
^Ощ, то каждый князь беретъ дань себ , и тогда великій
^нязь не им етъ права ничего требовать 3 ). Сл дственно и въ
•этомъ условіи мы не можемъ вид ть не только государствендаго, но и никакого подчиненія уд льныхъ князей великому.
,Это временное отношеніе къ вн шнимъ поб дителямъ, въ ко/торомъ самый могущественный князь стоитъ на первомъ пла*н . Великіе князья Московскіе, Тверскіе, Рязанскіе обыкно­
венно договоривались обоюдно, что имъ къ Орд путь чистъ г
*) <№<№ 64, 66, 99.

*) JP 43.
3

) <№J№ 35, 84, 90, 94 и много другихъ.

331
то-есть сношешя совершенно свободны1); но Рязанскій князь
Иванъ Васильевичъ обязался не слать въ Орду безъ думы
Московскаго князя Ивана III 2 ). Суздальскіе князья, хотя ОНИ
сошли уже на степень бол е или мен е служебную, выгово­
рили себ однако у Шемяки право сноситься съ Ордою, но
въ договор съ Василіемъ Васильевичемъ они потеряли эту
льготу3).
Въ ПОЗДН ЙШЙГЬ договорахъ Москвы съ Тверью встр чается условіе и относительно уд льныхъ князей. Если кто изъ
младшихъ братьевъ Московскаго великаго князя сгрубить ему,
то Тверской князь обязывается не принимать ихъ, а быть на
нихъ за одно съ Московскимъ и наоборотъ, если кто изъ
младшей братьи сгрубитъ Тверскому князю, его сынуименьшимъ д тямъ, то МосковскШ князь обязывается не принимать
ихъ, а быть на нихъ за одно съ Тверскимъ4). Слово сгрубите
нельзя однако принимать за выраженіе какого-либо подданства
или подчиненія. Оно употреблялось Литовскими князьями от­
носительно Новгорода, который вовсе не былъ имъ подчиненъ,
иВладиміромъ Андреевичемъ Старицкимъ о боярахъ Ивана IV.
Оно означало просто неуваженіе, обиду со стороны кого бы
то ни было, и упомянутое условіе им ло ц лью заключеніе со­
юза противъ общихъ враговъ.
Ч мъ же обезпечивалось исполненіе обязательствъ? Объ
этомъ мы находимъ два постановленія, первое въ договор Суздальскихъ князей съ Шемякою :
«А и съ чего гд господинъ нашъ выступить, и намъ тоб о томъ
ломянути и тоб обыскати, а тоб насх жадовати, а гд мы и съ чего

і)
а
3
3
)
*)

,№,№ 76, 77, 88, Акты Арх. Эксп. т. I, JPJp
Л* 115.
<№<№ 62, 80.
<№<№ 76, 88, 119.

14, 33.

^

332
выстушшъ, и тоб господину нашему вел ти намъ възв сити и намъ
1
тоб челомъ бити, а тоб насъ жаловати, а за то не слояеити» ).

Суздальскіе князья, какъ мы сказали, нисходили уже отча­
сти на степень служебныхъг хотя отношенія были до того неопред ленны, что они сохраняли при этомъ право сноситься
прямо съ Ордою. Въ договор же Василія Васильевича съ
Иваномъ Можайскимъ, который былъ самостоятельный уд льный князь, мы находимъ условіе другаго рода:
«А хто насъ нарушить се наше докончанье и сию нашу утвержден­
ную грамоту, и крестное целованье по докончалнымъ грамотомъ и по
сей грамот не исправитъ: ино на томъ на виноватомъ не будетъ ми­
лости Божьей и Пречистое efo Богоматери, и молитвъ великихъ чудотворцовъ и Святителей Николы и Петра и Леонтея и преподобныхъ,
старцевъ Серг я и Кирилы и молитвы святыхъ родителей нашихъ,
благородныхъ и благов рныхъ великихъ князей , въ сей в къ и въ
будущій; а братъ нашъ князь велики Борисъ Александровичъ и наша
братья молодшая князь Михайло Ондр евичъ и князь Василій Ярославичъ, будугь съ правымъ на виноватого» 2 ).

Изъ этого опять-таки ясно, что между уд льнымъ княземъ
и великимъ н тъ р чи объ отношеніяхъ государственныхъ.
Посл дній не им етъ надъ первьшъ высшаго права суда, не
можетъ наказать его за неисполненіе обязанностей. Оба могутъ быть и правы и виноваты; объ этомъ предоставляется
судить поетораннимъ, которые однако не произносятъ приго­
вора, а по личному уб жденію берутъ сторону того или дру­
гаго. Исполненіе обязательствъ обезпечивается сл дственно
не д йствіемъ высшей власти, а нравственнымъ страхомъ клятвопреступленія и вм шательствомъ другихъ. Однако то и дру­
гое средство быліГвесьма ненадежны. До какой степени пер­
вое им ло мало д йствія на умы, видно изъ безпрерывнаго на рушенія договоровъ. Сложить крестное ц лованге считалось
О JW 62.
) Ж 63.

а

333
д ломъ самымъ обыкновенньшъ; какъ мы вид ли выше, оно
включалось даже въ договоры, если новое обязательство дол-*
жно было разрушить старое. Чтобы упрочить н сколько такой
шаткій порядокъ, князья приб гали иногда къ проклятымз гра­
мотами, въ которыхъ нарушившій условіе бралъ проклятіе на
свою душу. Но й это не помогало; всегда можно было найдти
духовное лицо, которое брало гр хъ на себя, и тогда уже не.
оставалось никакого препятствія для нарушенія. Также мало
приносило пользы обязательство другихъ князей помогать пра­
вому: кто былъ правъ, кто виноватъ, это р шалось личньшъ
сужденіемъ каждаго, въ основаніи котораго лежалъ все-таки
собственный интересъ; тотъ въ глазахъ князя былъ правъ ,
кому онъ находилъ выгоднее для себя помогать. Отсюда безпрерывныя междоусобія и необыкновенная шаткость отношеній, которая ясн е всего открывается изъ того множества договоровъ, которые заключались между одними и т ми же ли­
цами. Такъ изъ дошедшихъ до насъ грамотъ мы находимъ въ
Румянцовскомъ Собраніи три договора Владишра Андреевича
съ Донскимъ и два съ его сыномъ, пять договоровъ Ваеилья
Васильевича съ Шемякою, пять договоровъ его же съ княземъ Боровскимъ и семнадцать договоровъ его же и сына
его Ивана III съ князьями Иваномъ и Михайломъ Андрееви­
чами Можайскими1). Вм сто общихъ положеній, которыя установляли бы прочныя отношенія, мы видимъ множество личныхъ обязательствъ, безпрерывно нарушаемыхъ, безпрерывно
см няющихся и возобновляющихся, такъ что окончательное
р шеніе вопросовъ все-таки предоставлялось матеріяльной
сил .
Если мы посл всего сказаннаго захотимъ подвести отноіпенія князей вотчинниковъ подъ одну изъ категорий, сущест*) Михаиіъ Андреевичъ въ посл дствіи былъ княземъ Верейскимъ,
а не Можайскимъ.

334
вующихъ въ настоящее время, то мы поставимъ себя въ за­
труднительное положеніе. Это не государственныя отнош ЕІЯ, ибо мы не видимъ зд сь верховной власти и подданныхъ;
каждый князь д йст^етъ^какъ^полньій, самостоятельный хозяинъ своей вотчины, и союзныя отношенія им ютъ м сто
только относительно вн шнихъ друзей и враговъ. Это не со-юзъ государствъ, ибо въ посл дней Форм общественнаго уст­
ройства существуютъ постоянныя общія положения, обязательныя для вс хъ и опред ляющія д йствія союза, какъ единаго
ц лаго; зд сь же мы видимъ договоры чисто личные, безпрерывно изм няющіеся всл дствіе личныхъ отношеній отд льныхъ князей между собою. Наконецъ мы не можемъ прило­
жить зд сь даже понятія объ отношеніяхъ международныхъ:
уд льный князь относится къ великому не только какъ само­
стоятельный влад лецъ къ самостоятельному влад льцу, но и
какъ родственникъ. Будучи сыновьями одного отца или внука­
ми одного д да, они черезъ это самое находятся уже въ изв стныхъ отношеніяхъ, которыя входятъ, какъ опред ляющій
элементъ и въ установление ихъ союзныхъ обязательствъ.
Различные великіе князья точно также входятъ между собою
въ изв стныя отношеяія родства. Физическое или родовое
старшинство лица опред ляетъ и отношенія его къ другимъ ;
съ изм неніемъ родственныхъ отношеній изм няются и союз­
ныя обязательства. Наконецъ международныя отношенія, по
нын шнимъ понятіямъ, предполагаютъ общія нормы, права,
которыя вырабатываются изъ взаимнаго общенія государствъ;
между отд льными державами уетановляются отношенія бол е
или мен е прочныя, и договоръ считается постояннымъ обязательствомъ, которое не им етъ нужды въ безпрерывномъ возобновленів. Въ древней жеРоссіи мы видимъ хаотическій безпорядокъ, въ которомъ вс отношенія опред ляютея случайнымъ положеніемъ и столкновеніями князей-

335
Д ло въ томъ, что вс эти новыя понятія предполагаютъ
существованіе государства, а потому неприложимы къ такому
быту, въ которомъ сознаніе о государств еще не развилось.
Намъ не для чего и прилагать ихъ : мы должны ограничиться
выводомъ изъ Фактовъ т хъ отношеній, которыя господство­
вали въ то время. Какъ ясно изъ вс хъ приведенныхъ свид тельствъ, отношенія эти были родственныя, имущественный,
договорный, насл дственныя, то есть чисто гражданскія, вра-,
щаіощіяся въ области частнаго права. Одинъ князь могъ быть
старше, сильн е другаго, и че£езъ это получалъ перев съ
надъ посл днимъ; но вс эти преимущества входятъ въ раз рядъ того же юридическаго воззр нія, которое опред ляло основныя начала жизни и при разнообразіи столкновеній могло
проявляться въ весьма различныхъ Формахъ.
Развитіе гражданскаго права въ древней Россіи им етъ
свою исторію. Періодъ предшествующій той эпох , которую мы
теперь разсматриваемъ, отличался н сколько отъ посл дней,
Въ то время, особенно въ югозападной Россіи, сознаніе род­
ства было сильн е между князьями; каждый изъ нихъ, какъ
потомокъ общаго прародителя, получалъ долю въ общемъ на*
сл дств , и становился такимъ образомъ на ряду со вс ми дру­
гими. Князья не усп ли еще прочно ус сться на м ст , ма­
ло дорожили своими влад ніями и обращали главное вниманіе
на степень, которую они занимали въ родственномъ союз .
Въ посл дствіи сознаніе родства стало бол е и бол е пропа­
дать; линіи разошлись такъ далеко, что не им ли уже почти
ничего общаго между собою. Даже близкіе родственники ста­
ли мало уважать родственныя отношенія. Имущественные ин­
тересы выступили на первый планъ; каждый князь сталъ стре­
миться къ тому, чтобы усилить себя на счетъ другпгь, ибо
для вс хъ сд лалось очевиднымъ, что самый почетъ пріобр талсяне столько положеніемъ на родственной л ствид , сколь-

336
ко силою, а сила завис ла отъ количества влад ній. Такимъ
образомъ Русская земля, собранная первыми князьями и, не­
смотря на разд льность влад ній, считавшаяся общимъ достояніемъ рода, разбилась на множество мелкихъ княжествъ, которыхъ влад льцы им ли въ виду каждый только собственный
свой интересъ, враждебный другимъ. Это былъ порядокъ ве­
щей, самый противоположный государственному, какой толь­
ко можно вообразить. Но онъ-то иповелъ къ установленію го­
сударства. Чтобы остаться ц лымъ и невредимымъ, чтобы со­
хранить свое м сто, каждый князь долженъ былъ необходимо
стремиться къ умноженію своей силы, къ увеличенію своихъ
влад ній. Отсюда стараніе подчинить себ все окружающее,—
стараніе, въ которомъ скрывался зародышъ будущаго государственнаго подданства, но которое находило себ значительное
препятствіе въ господств частнаго права. Какъ скоро одинъ
князь усиливался на счетъ другихъ, онъ, какъ частный влад лецъ, снова д лилъ свое им ніе между д тьми, и снова мо­
гущество исчезало, сила раздроблялась, положеніе д лалось
не прочнымъ. Князья начали понимать, что значеніе и могу­
щество иначе нельзя сохранить, какъ усшшвъ одного насл дника на счетъ другихъ. Но какъ скоро одинъ получилъ не­
сравненно большую силу, нежели прочіе, онъ естественно
сталъ покорять себ слаб йшихъ, чтобы т мъ положить пред лъ всякому сопротивленію. Этимъ путемъ начали собирать­
ся раздробленныя массы, и создалось наконецъ единое т ло,
еъ единымъ главою, который, сд лавшись единодержавцемъ,
мало-по-малу снялъ съ себя прежній типъ вотчинника и сталъ
сознавать себя государемъ. Такимъ образомъ крайное развитіе личнаго начала повело къ водворенію начала совершенно
противоположнаго — начала государственнаго. Это діалектическій процессъ историческріхъ явленій, который мы зд съ
не выводимъ a priori, а наблюдаемъ на д л . Внутреннее про-

337
тйвор чіе одной жизнейной Формы ведетъ къ установлению но *
вой, высшей Формы; частности, распадаясь врозь, необходимо
вступаютъ между собою въ стодкновеніе, въ борьбу, и эта
анархическая ихъ д ятельность становится причиною возникновенія общаго порядка, который вс частности сдерживаетъ въ
своемъ единетв .
Стараясь усилиться одинъ на счетъ другаго, еильн йшіе
князья, какъ мы сказали, подчиняли себ слаб йшихъ. Въ
чемъ же состояло это подчиненіе? Зд сь опять все опред лялось случайными обстоятельствами, бблыпимъ или меньшимъ
перев сомъ одного князя надъ другимъ. Между полною независимостію и полнымъ подчиненіемъ могъ быть д лый длинч
ный рядъ посредствующихъ ступеней съ разнообразными опред леніями. Къ сожал нію до насъ дошло слишкомъ мало подобнаго рода договоровъ изъ с веро-восточной, или Москов­
ской Руси, которая собственно составляетъ предметъ нашего
изсл дованія. Однако мы им емъ н которыя указанія на эти
разнообразный отношенія князей елужебныхъ. Мывид ли вы­
ше, что Владиміръ Андреевичъ, оставаясь совершенно самостоятельнымъ кияземъ, обязывался служить Дмитрію Дон скому. На этой ступени служебный отношенія не многимъ от­
личались отъ отношеній союзныхъ, въ которыхъ являлось преобладаніе сильн йшаго князя. Повторяемъ, что въ жизни во­
обще переходы смягчаются посредствующими ступенями, а
зд сь можно зам тить это въ особенности, ибо отъ неровнаго
союза къ служб переходъ былъ не къ противоположнымъ отношеніямъ, а къ отношеніямъ однороднымъ, гражданскимъ же
и договорньшъ. Ио если содержаніе оставалось почти тоже,
то по ФОрм князь становился на низкую степень, понижался
въ чести, терялъ свое первенствующее положеніе въ обществ . Поэтому Владиміръ Андреевичъ не соглашался стать въ
подобный отношенія къ племяннику, который былъ моложе его,
29

338
и эта попытка унизить уд льнаго князя кончилась нич мъ.
Другой прим ръ служебныхъ отношеній, съ сохраненіемъ
большей или меньшей независимости , мы видимъ въ договорахъ князей Суздальекихъ съ Шемякою и великимъ княземъ
Василіемъ Васильевичемъ 1 ). Въ первомъ мы видимъ весьма
слабые сл ды подчиненія: условія большею частію обоюдны,
Суздальскіе князья сохраняютъ даже право сноситься съ Ор­
дою, и уменьшенное ихъ значеніе является только вь н которыхъ выраженіяхъ, которыя мы привели выше. Во второмъ же
договор видны уже чисто служебный отношенія: Суздальскіе
князья называютъ Василія Васильевича не господиномъ, а господаремъ, что по понятіямъ древней Россіи составляло вели­
кую разницу: они обязываются идти на службу безъ ослушанія, куда пошлетъ великій князь, наконецъ, что всего важн е,
въ случа изм ны, они лишаются вотчины. При всемъ томъ,
они остаются полными влад льцами своего уд ла; великій
князь не вступается въ него ни какимъ образомъ, не веылаетъ приставовъ и не держитъ въ немъ закладчиковъ; д ла
между жителями княжествъ разр шаются еудомъ третейскимъ.
Подобное же условіе заключили съ Вптовтомъ великіе князья
Рязанскій и Проиекій: они быотъ ему челомъ, отдаются на
службу, называютъ его господаремъ, обязываются служить
ему в рпо, безъ хитрости, противъ всякаго недруга; а онъ съ
своей стороны обязывается оборонять ихъ, не вступаясь въ
ихъ земли и воды; въ случа споровъ установляется судъ тре*
теііскШ, а если судьи не согласятся, то д ло р шаетъ госпо­
дарь князь Витовтъ 2 ). Начиная съкняжеиія Василія Василь­
евича князья постоянно обязываются въ договорахъ не при­
нимать другъ отъ друга князей служебныхъ съ вотчинами, а
О <№№ 62, 80.
*J А. А. Э. т. І-й, <№№ 25, 26.

339
если кто изъ посл днихъ отъ детъ, тотъ вотчины лишенъ1).
Такимъ образомъ, сохраняя личную независимость, они теряютъ независимость влад льческую, и остаются хозяевами своихъ земель, только пока служатъ великому кгшзю. Въ этомъ
положеніи служебный князь совершенно уподоблялся Феодаль­
ному барону, который, будучи обязанъ службою своему лен­
ному господину, оставался вполн независимымъ внутри своихъ влад ній. Однако великій князь могъ пріобр тать ин ко
торыя вотчинныя права въ земляхъ служебныхъ князей, въ
большемъ или меньшемъ объем ; ибо зд сь не было ничего
опред леннаго и все завис ло отъ перев са силы. Мы виде­
ли выше, что Василій Васильевичъ въ духовномъ своемъ зав щаніи отдалъ Ростовъ въ уд лъ своей вдов , а между т мъ
князья Ростовскіе продолжали влад ть имъ по прежнему. Неизв стно, каковы были ихъ права; но во всякомъ случа яс­
но, что великая княгиня получила зд сь н которыя вотчинныя
права и доходы.
Съ ббльшимъ и большимъ развитіемъ государственныхъ понятій, разум ется, должны были ст сняться и права служеб­
ныхъ князей; самые уд льные князья нисходятъ на степень
служебныхъ, притомъ съ весьма ограниченными правами.
Этотъ постепенный переходъ мы можемъ просл дить въ договорныхъ грамотахъ. Въ н которыхъ договорахъ, заключепныхъ
при Иван III, видно стремленіе усилить и подробп е опред лить обязательства уд льныхъ князей. Такъ Борисъ Василь­
евичъ Волоцкій обязывается «не ссылаться съ Литвою ни
грамотою, ни челов комъ, ни какимъ образомъ, никакою хи­
тростью, а что король и его д ти, или князь Михаилъ Борисовичъ Тверской пришлютъ сказать, то пов дать великому
князю вправду и отослать къ нему и челов ка и грамоту; такі) Л^ И1 43, 49, 52, 54, 60, 61, 64, 76, 78.

340
же съ иными князьями и панами, съ Новгородомъ и съ Псковомъ, не ссылаться на лихо великаго князя никакимъ образомъ и изв щать его обо всемъ и не одшачитъся на его лихо
никакимъ образомъ, никакою хитростью, а быть неотступнымъ
отъ великаго князя и его д тей, и быть съ ними за одно до
кончины на всякаго недруга». Т же обязательства распро­
страняются и на д тей Бориса Васильевича; Иванъ Ш, съ
своей стороны, обязывается только держать его въ братств ,
любви и чести, и печаловаться имъ и его отчиною 1 ). При
Иван IV мы видимъ уже не договоры великихъ князей съ
уд льными, а записи уд льныхъ, то есть обязательство одно­
стороннее, а не обоюдное. Форма остается еще личная; отнопіенія установляются не законами, а отд льными гражданскими
актами; но въ ней выражается уже не обоюдный союзъ свободныхъ лицъ, а лодчиненіе одного лица другому. Впрочемъ,
въ записи Андрея Ивановича Старицкаго, данной въ 1537 го­
ду во время малол тства Ивана IV, упоминается еще о докончальной грамот , то-есть о заключенномь договор . Въ
этой записи уд льный князь обязывается хот ть великому кня­
зю добра, а лиха не хот ть, ни мыслить, ни думать ни съ к мъ,
ни д лать никакимъ образомъ, никакою хитростью, а что услы
шитъ, того не утаить, а сказать вправду, безъ хитрости; великій же князь и его мать должны его жаловать и беречь по
2
наказу д д а ) . Сынъ Андрея Старицкаго, Владиміръ Андреевичъ, далъ на себя три записи Ивану I V 3 ) . Въ первой онъ
обязывается держать царя и его д тей честно и грозно, безъ
хитрости, хот ть имъ добра во всемъ, быть съ ними везд за­
одно; кром ихъ ни съ к мъ не быть въ ц лованьи, изв щать
ихъ вправду о добр и лих , не подыскиваться государствъ,
О JP 123.
*) Ж 163.
*) ,№Ж 167, 168', 169.

341
не покупать въ ихъ земляхъ селъ и не держать закладчиковъ,
не принимать къ себ ихъ слутъ, и блюсти царскихъ бояръ и
слутъ, живущихъ въ его вотчин . Со стороны царя н тъ никакихъ обязательствъ. Во второй и третьей грамот прибавле­
но, что уд льный князь долженъ жить въ Москв , на своемъ
двор , и держать тамъ не бол е 108 челов къ служни, апрочихъ держать въ отчнн , не мстить за грубости дарскщъ бо­
яръ, не д лать никакихъ д лъ безъ озяаченныхъ въ духовномъ
зав щаніи бояръ царевича, сына Ивана I T 1 ) , наконецъ не вер­
шить никакого д ла, не сказавъ царевичу и его матери, а вер­
шить ихъ такъ, какъ прикажутъ посл дніе. Зд сь видно уже
совершенное уничтоженіе всякой самостоятельности уд льнаго
князя; онъ не только нисходить на степень служебяыхъ кня­
зей, но д лается подданнымъ царя.
Такой же переворотъ совершился и въ судьб сословій.
Изъ дошедшихъ до насъ договорныхъ грамотъ, н тъ почти ни
одной, въ которой бы не включено было условіе: «а боярамъ
и слугамъ (и д тямъ боярскимъ) вольньшъ воля». Иногда при­
бавляется, что князья не должны держать нелюбья, если кто
по детъ отъ одного изъ нлхъ къ другому 2 ). Вотчины свои бо­
яре и слуги сохраняли даже въ случа отъ зда 3 ) ; но судъ и
дань съ земель ихъ шли по обыкновенію тому князю, въ уд л
котораго он находились : «а судомъ и данью тянути по земл
и по вод ». Иногда князья именно уговаривались не вступать­
ся въ отчины отъ хавшихъ бояръ; исключенія д лались толь­
4
ко для им ній лицъ, провинившихся прежде отъ зда ). Вооб­
ще бояринъ, пока служилъ князю, подлежалъ его суду и могъ
4

)
)
3
)
отъ
О
а

Запись писана по случаю бол зни царя.
<№<№ 23. 27.
Искдюченіе составляли бояре новгородскіе, которые, въ случа
зда, теряли свои земли, <№ 28.
J№<№ 28, 127.

342
быть иыъ наказанъ, но какъ скоро онъ отъ зжалъ, такъ дадьн йшіе споры съ прежнимъ княземъ р шались уже судомъ
третейскимъ 1 ). Бояре, служившіе одному князю, могли жить
въ уд л другаго, и посл дній обязывался блюсти ихъ, какъ
своихъ, а иногда и брать съ нихъ дань, какъ съ своихъ 2 ). Въ
одной изъ поздн йшихъ грамотъ сказано: брать на нихъ дань
и судб какъ па своихз3);
по это кажется единственный прим ръ. Такое же исключеніе составляетъ и постановление въ
договор Донскаго съ Владиміромъ Андреевичемъ, что бояре
и слуги должны идти на войну съ т мъ княземъ, въ уд л ко тораго они живутъ 4 ). Обыкновенно же бояре и слуги шли съ
воеводою того князя, которому они служили, или вообще по­
становлялось: кто которому князю служитъ, гд бы нижилъ,
тотъ детъ съ евоимъ господаремъ 6 ). Только въ случа го­
родской осады, всякій долженъ былъ сид ть на своемъ м ст ,
за иеключеніемъ бояръ введенньнъ и путныхъ6'),
Такимъ образомъ бояре и слуги, люди вольные ходили съ
м ста на м сто, вступая въ личныя, временныя обязательства
съ т мъ или другимъ княземъ. Нелюбо имъ было служить од­
ному — они у зжали къ другому, безъ всякаго препятствія,
О Ж 28.
*) Первое J ^ J ^ 3 7 , 43, 47, 49, 52, 54, 60, 61, 62, 64, 75, 90 — 95, 97;
второе <№<№ 27, 33, 35, 45, 71, 78, А. А. Э. т. 1-й Ж 29.
3
) J& 119.
*) Ж 33.
5
) <№<№ 35, 45, 49, 52, 54, 60, 61, 64, 75, 90 — 95, 97, 127.
•) Л ^ 37, 43, 45, 47, 49, 52, 57, 60, 64, 75, 90, 94, 97, 99.
Г. Соловьсвъ производить CJOUO : путный отъ путь, дорога, и объяспяетъ его противоположеніемь бояр-ь степениыхъ, изі вшихъ доізкности на м ст , и бояръ путных-ь, или им вшихъ должность во вре­
мя дороги. Сл дующсе м сто показываетъ напротивъ, что слово: пут­
ный происходитъ отъ слова mjmi> въ зпачепш дохода: а а коля ті
взять дань на своихъ боярахъ, па большихъ и путныхъ, то и теб*
взять, по кормдеиіеиъ и по путоыъ» JP 33.

343

безъ всякаго ограниченія правъ. Они могли даже сохранять
прежнее свое им ніе, служа князю враждебному, такъ что
изъ вотчины одного князя извлекались доходы и силы, кото­
рый шли на подкр пленіе его противника. Понятно однако,
что это не могло нравиться вотчиннику; и точно, князья ста­
рались оградить себя условіемъ, чтобы бояре чужаго князя
не покупали въ ихъ вотчпн селъ и не держали закладчиковъ. Впрочемъ, въ этомъ случа условіе было почти безполезно, ибо вотчина могла быть куплена собственнымъ бояриномъ, который посл того могъ отъ хать къ другому князю.
Притомъ же, при разд леніи княжествъ по насл дству, бояре
и слуги, переходившіе къ одному брату, сохраняли влад нія,
пріобр тенныя въ земляхъ, которыя доставались другому.
Это было неразр шимое противор чіе, изъ которого невоз­
можно было выпутаться, ибо корень его заключался въ самомъ основномъ положеніи — въ личномъ и временномъ характер обязательствъ. Этотъ характеръ распространялся на
вс сосл овія : торговые люди и крестьяне точно также пер < ходили съ м ста на м сто, изъ княжества въ княжество,
вступая при поселеніи въ договоры съ землевладельцами или
съ мірскими обществами, на чьихъ земляхъ они селились ^ .
Понятія о постоянной принадлежности къ обществу, какъ къ
единому ц лому, о государствениомъ подданетв , вовсе не
было; вм сто государя и подданныхъ мы видимъ только лица,
ветупающія между собою въ свободныя обязательства. Един­
ственные люди, которые состояли въ подчпиешя поетоянномъ,
были холопы, о которыхъ также встр чаются распоряженія
въ духовныхъ грамотахъ 2 ) ; но и это было не подданство, а
личная власть одного челов ка надъ другимъ, власть, которая
*) См. статью «Холопы и крестьяне въ Россіи до XVI в ка».
) См. также именованную статью.

а

344
могла принадлежать боярину и елуг такъ же, какъ и князю.
Прочіе были люди вольные, то-есть независящіе ни отъ кого,
не признающіе надъ собою никакой власти и подчиняющіеся
другому лицу единственно на основаніи свободнаго договора.
Это выраженіе: люди вольные, совершенно соотв тствуетъ
слову: франки, hommes francs, которое на Запад означало
то же самое понятіе. Оба явленія принадлежать одному вре­
мени и сходны между собою, потому что происходятъ изъ од­
ного источника, именно изъ дружиннаго начала, изъ этого
союза лицъ, совершенно свободныхъ, никому не подчиненныхъ
и соединенныхъ между собою единственно договоромъ. Этотъ
дружинный типъ, разбивши первоначальную родовую связь,
вошелъ, какъ составной элементъ, въ большую часть гражданскихъ отношеній того времени. Но на Запад бродячая
жизнь Франковъ скоро превратилась въ подчиненіе хотя ли­
чное, договорное, однако постоянное. Тамъ дружины пришли
въ столкновеніе съ предыдущею, развитою гражданственностію; тамъ самая природа страны мало способствовала кочеванію. И вотъ мы съ раннихъ временъ видимъ ограниченія
перехода слугъ. По договору 587 года, заключенному въ Андели меровингами Гонтраномъ и Хильдебертомъ, оба князя
обязываются не переманивать другъ отъ друга слугъ д лю­
дей, и не принимать т хъ, которые будутъ отъ зжать. По
ломбардскому закону всякій, кто держалъ землю, могъ сво­
бодно у зжать и выбирать себ другаго господина, но въ такомъ случа все его имущество отходило къ тому, котораго
онъ оставлялъ. Пипинъ, сынъ Карла Великаго, будучи королемъ Ломбардскимъ, установилъ, что вс вольные люди ломбардскіе, по прежнему обычаю, могутъ свободно вступать въ
службу, къ кому зачотятъ, но никто не должеиъ принимать
ихъ безъ отпуска прежняго господина и не узнавши нав рное,
почему они его покинули. Самъ Карлъ Великій говорить въ

345
одномъ капитуляріи : еели вольный челов къ оставить своего
господина противъ воли посл дняго, и перейдетъ изъ одного
государства въ другое, то король не долженъ принимать его
въ свою службу, ни позволять людямъ своимъ принимать его.
А въ другомъ: всякій челов къ, взявшій отъ господина ц ну
одного солида, не долженъ его оставлять иначе, какъ если
господинъ захочетъ убить его или побить палкой или обезчеститъ жену его или дочь, или наконецъ похитить его наел дство. Карлъ Лысый постановилъ, что веякій вольный челов къ можетъ выбирать себ господина, какого хочетъ, но
оставлять его онъ не долженъ безъ справедливой причины, и
никто другой не долженъ принимать такого отъ зжика иначе,
какъ по правиламъ, у станов леннымъ обычаями отцовъ. Въ
н которыхъ изъ этихъ постановленій нельзя не вид ть государственныхъ стремленій, которыми тогдашніе короли и им­
ператоры пытались воскресить Римскую шшерію. Но во
всякомъ елуча это сообщило договорамъ постоянный, насл дственный характеръ, который не только сохранился, но
еще бол е разврілся при утверждеиіи Феодализма. У насъ же
до самаго образованія Московскаго государства бояре и слуги
свободно пере зжали отъ князя къ князю, и договоры носили
характеръ временный. Зд сь опять мы зам чаемъ то различіе между среднев ковыми учрежденіями на Запад и въ Россіи, о которомъ мы говорили выше: при одинакихъ основныхъ
началахъ быта мы видимъ, съ одной стороны, прочность и
кр пость гражданскихъ отношеній, съ другой — совершенную
ихъ шаткость.
Зам тимъ еще, что у насъ переходы вовсе не были основа­
ны на мысли о единств Русской земли. Бояре, слуги, кре­
стьяне переходили не только отъ великихъ князей къ уд льньшъ и наоборотъ, но и отъ великихъ къ великимъ — отъ
Московскаго князя къ Тверскому, Рязанскому, Литовскому,

346
къ влад льцамъ земли, совершенно друтъ отъ друга независимьшъ, и часто другь другу враждебнымъ. Это ст сняло и
граждавскія ихъ права; бояринъ, служившій одному кназю,
не могъ нріобр тать селъ во влад ніяхъ другаго. Князья,
близкіе другъ къ другу, ст сняли даже переходы низшаго народонаселенія изъ уд ла въ уд лъ, какъ видно изъ договоровъ Московскихъ князей и изъ духовной грамоты Владиміра
Андреевича1). Бояринъ, слуга, крестьянпнъ переходилъ сво­
бодно изъ одного княжества въ другое не потому, что онъ
шелъ въ землю, которая составляла одно ц лое съ тою, ко­
торую онъ покинулъ, а потому, что онъ былъ челов къ воль­
ный, ник мъ не ст сняемый и не принадлежащій постоянно
ни къ какому обществу, что и выражалось словами: вольнымъ воля.
Изъ приведениыхъ свид тельствъ видно, что бояре* и слуги
составляли особый разрядъ лицъ, которыя пользовались осо­
быми правами. Бояринъ могъ отъ зжать свободно, чего не
могъхолопъ; бояринъ (за исключеніемъ новгородскихъ), уходя
въ другое княжество, сохранялъ свои земли, тогда какъ крестьянинъ лишался ихъ. Ясно, что въ то время существовало
сословное различіе. На чемъ же оно было основано? Коне­
чно, не на обязанностяхъ сословій къ государству, ибо отд льное лицо нисколько не считало себя соединеянымъ посто­
янною связью ни съ общественною властью, ни съ другими
лицами того же разряда; оно свободно пере зжало съ м ста
на м сто и вступало въ обязательства личныя и временныя.
Ни одно сословіе не составляло такимъ образомъ единаго государственнаго т ла: были только отд льиые разряды лицъ,
состоянія, которыя еще не сплотнились въ сословія; были
сословные элементы, но элементы весьма гааткіе, лишенные
*) См. Статью: Холопы и крестьяне въ Россіи до XVI

в ка.

347
единства и государственнаго значенія. Различіе ихъ осно­
вывалось главнымъ образомъ на троякаго рода отношеніяхъ:
1) на различіи зависимости, что производило состоянія вольныхъ людей и холоповъ; 2) на различіи занятій, им вшихъ
бол е или мен е характеръ насл дственности; зд сь корени­
лось различіе служилыхъ людей, занятыхъ военнымъ д ломъ,
духовенства, торговыхъ людей и крестьянъ; 3) на различіи
знатности, которая давала высшее или низшее положеніе въ
обществ ; отсюда различіе бояръ, д тей боярекихъ, дворянъ,
гостей, черныхъ посадскихъ людей и т. д. Изъ Судебниковъ,
которые, разум етізя, не установили новыхъ разрядовъ, а
только узаконили и устроили бол е или мен е существующій
порядокъ, мы видимъ, что каждый изъ этихъ разрядовъ им лъ
своего рода честь. Одно занятіе считалось честн е, другое
мен е честнымъ. Мало того; внутри каждаго разряда, каждое
отд льное лицо им ло свою особенную честь : одинъ бояринъ
садился выше другаго. занималъ бол е почетное м сто, не­
жели другой, и ревниво ел дилъ за т мъ, чтобы эта личная
его честь не подверглась какому-нибудь уменьшенію, ибо разъ
пріобр тенное положепіе становилось уже насл дственною
собственностью пріобр тателя. Такииъ образомъ права каж даго отд льнаго лица могли безпрестанно приходить въ столкновеніе съ правами другихъ лицъ. Вновь прі зжій челов къ
должеиъ былъ непзб жно нарушать установившуюся іерархію;
онъ получалъ м сто не по заслугамъ, ибо выходецъ не могъ
еще оказать никакпхъ заслугъ, а по знатности (по отечеству)
п по сил . Онъ вт спялся въ сомкнутые ряды, и бол е или
меи е удачныя столкновения его съ другими р шали, какое
м сто оиъ заііметъ въ ихъ круг . Такъ Родіоиъ Несторовдчъ
привелъ съ собою въ Москву 1700 челов къ дружины и получилъ первое м сто; но бояринъ Акин ъ счелъ себя оекорблешіымъ и у халъ въ Тверь.

348
Изъ этого видно, что тогдашнее общество представляло ц лую іерархію лицъ, которыхъ честь и положеніе онред лялись
знатностью, занятіями, могуществомъ, личною зависимостью,
то-есть элементами чисто гражданскими, а отнюдь не государ­
ственными. Отсюда безконечное неравенство между людьми.
Внутри каждаго разряда не было, можетъ-быть, двухъ лицъ съ
одинакою честью. Имъ стоило с сть за одинъ столъ, и уже
одинъ получалъ высшее м сто, другой низшее, а какъ скоро
первый пріобр талъ такой перев съ, онъ уже считалъ себя честн е втораго, всякій разъ ссылался на этотъ случай, чтобы до­
казать свое превосходство и всегда занимать бол е почетное
м сто. Такое всеобщее неравенство составляетъ необходимую
принадлежность быта, въ которомъ господствуетъ частное право. Зд сь выступаетъ отд льное лицо со вс ши своими частньь
ми отношеніями, со вс ми своими случайными, индивидуальны­
ми принадлежностями, которыя могутъ разниться до безконечности. Эти чисто личныя условія опред ляютъ положеніе челов ка въ обществ , а когда онъ разъ пріобр лъ изв стное положеніе, онъ, всл дствіе т хъ же понятій частнаго права, считаетъ его своею неотъемлемою принадлежностью, своею насл дственною собственностью. Онъ можетъ и потерять его такимъ
же случайнымъ образомъ: с лъ разъ ниже другаго, и навсегда
уже понизилась честь не только самого лица, но и ве хъ другихъ, соетоящихъ съ нимъ въ родственной связи. Поэтому-то
каждый и заботился такъ усердно о томъ, чтобы не уронить се­
бя какъ-нибудь въ самыхъ мелочныхъ, ничтожныхъ обрядахъ
жизни. Отсюда доходящій до нел пости Формализмъ, который
коренился въ томъ, что честь челов ка—выраженіе его лично­
с т и — слагалась изъ случайныхъ, частныхъ опред леній. От­
сюда проистекало и развитіе аристократаческихъ понятій: вс
частныя отношенія челов ка, его порода, его положеніе были
гораздо бол е видный бол е уважались въ лиц , занимающемъ

349
высокое м сто въ обществ , нежели въ томъ, который стоялъ
на низшей ступени. Оттого м стническіе счеты, существуя во
вс хъ сословіяхъ, господствовали преимущественно въвысшемъ
класс ; а м стническіе счеты опред лялись знатностью, поро­
дою, то-есть именно т мъ, что составляетъ основаніе всякаго
аристократическаго элемента.*
Совершенно съ другимъ характеромъ является личность
наприм ръ у римскихъ плебеевъ. Тамъ, всл дствіе сильнаго
развитія элемента общественнаго, государственнаго, лицо получаетъ значеніе не по частнымъ своизіъ отиошеніямъ, а въ
качеств члена общества. Все частное, случайное откиды­
вается, не признается, а берется только общее, существен­
ное, им ющее значеніе для ц лаго. Лицо выетупаетъ уже
какъ гражданинъ. По этому общественное начало производить
всеобщее уравненіе; какъ граждане, вс люди равны, ве несутъ одинакія обязанности, и каждый получаетъ м сто толь­
ко по м р своихъ заслугъ. Въ обществ , которое зиждется
на частномъ прав , необходимо является перев еъ сильнаго
надъ слабымъ, и всл дствіе того установляется обществен­
ное неравенство; въ государетвенномъ же порядк такого
случайнаго перев са быть не можетъ, ибо общественная
власть им етъ обязанностью не допускать господства силы и
случайнаго превосходства. Въ первомъ случа лицо являет­
ся, какъ особь, во второмъ, какъ членъ общества, какъ гра­
жданинъ.
Такое абсолютное уравненіе подданныхъ произошло въ нов йшее время и въ н которыхъ западныхъ государствахъ; но
и зд сь оно проистекло изъ сильнаго развитія общественной
власти, которая уничтожала средпев ковой порядокъ. Прежде
того тамъ существовали такія же сословія, какъ и въ Россіи.
Считаемъ не лишнимъ сказать объ пихъ н сколько словъ. У
насъ до сихъ поръ еще многіе дуыаютъ, что западныя сосло30

350
вія произошли изъ завоеванія1); это старая мысль, которая
въ настоящее время оставлена западными историками, и спра­
ведлива только относительно Англіи. Не говоря уже о Германіи, въ которой Феодальныя отношенія установились между
единоплеменниками, но даже и во Франціи образованіе сословій произошло совершенно другимъпутемъ. Завоеваніе конеч­
но им ло на него вліяніе; надъ прежнимъ народонаселеніемъ
явилась дружина съ исключительно-военньшъ характеромъ,
какъ это было и у насъ. Но разряды лицъ, которые существо вали при завоевапіи, не были похожи на т , которые образо­
вались въ посл дствіи, и вм сто того, чтобы смягчаться при
сліяніи покорителей съ покоренными, различія классовъ д лались бол е и бол е р зкими и опред ленными. Во Фрашци
посл завоеванія очутилось рядомъ н сколько племенъ. Если
для краткости мы возьмемъ только поб дителей Фрапковъ и
поб жденныхъ Галло-Римлянъ, то увидимъ, что каждый изъ
этихъ народовъ разд ляется на классы, совершенно другъ дру­
гу соотв тствующіе. За исключеніемъ лицъ, внолн неевободныхъ, рабовъ, мы видимъ между Франками три различные
*) Наши толки о завоевааіи напоминаютъ почтеннаго Французскаго
ученаго, аббата Дюбо, который паходилъ неприличнымъ, что Франки
завоевали Галлію, и доказывадъ, на основаніи источниковъ, что завоеванія отнюдь ие было, а что Франки въ иныхъ и стахъ были при­
званы Галлами, въ другихъ же занимали землю безъ всякаго сопротивленія со стороны посл диихъ. Другіе изсл дователи находили также
неприличнымъ, что Франки были чуяідое племя и доказывали, что это
были т же Галлы; третьи наконецъ переносили на старину вс свои
современныя желанія и требовапія, и смотр ли на исторію сквозь эту
призму: одни въ самыхъ древн йшихъ эпохахъ находили преобладапіе
аристократіи, другіе сильное развитіе монархіи, третьи господство народныхъ учрежденій. Это т же явленія, которыя до сихъ поръ по­
вторяются у насъ съ т мъ различіемъ, что таиъ эти давно пройден­
ные зады уступили м сто новому направлению, которое называется
историческимъ.

354
класса: 4) личныхъ слугъ короля Cantrustiones), которые обя­
зывались постоянною къ нему службою, 2) людей вольныхъ,
собственно Франковъ, землевлад льцевъ, которые, хотя н которымъ образомъ подчинялись королю, но обязаны были толь­
ко изв стною службою, 3) людей полусвободныхъ (ШГ), кото­
рые находились въ большей или меньшей кр постной зависи­
мости отъ первыхъ двухъ классовъ и отъ короля. Точно так­
же разд лялись и Римляне; между ними были: 1) Romani
convivae regis, собес дники короля, 2) Romani possessores,
землевлад льцы, 3) Romani tributarii, платившіе подать. Все
различіе между Франками и Римлянами состояло въ томъ, что
въ соотв тствующихъ разрядахъ за убійство первыхъ взыски­
валась вдвое большая вира, нежели за убійство посл днихъ.
Но за Римлянина высшаго разряда платилось бол е, нежели
за Франка пизшаго разряда. Кром того, сюда прим шивзлись
и постороннія обстоятельства : за Римлянина, убитаго съ насильственньшъ вторженіемъ въ его домъ, платилось бол е,
нежели за Франка, просто убитаго на большой дорог . Изъ
этого видно, что отнюдь не было такого р зкаго различія ме*
жду поб дителями и поб жденными, какое воображаютъ, и что
различіе классовъ основывалось главнымъ образомъ на боль­
шей или меньшей степени личной зависимости ихъ членовъ.
Въ посл дствіи, когда вс бродящіе элементы н сколько ус лись и отношенія сд лались бол е постоянными, классъ воль­
ныхъ людей исчезъ почти совершенно; одна часть его пере­
шла въ высшій разрядъ, другая въ низшій, и тогда обозначи­
лись два сословія, р зко отличавшіяся другъ отъ друга: ры­
цари и виланы, — слуги, занятые исключительно войною, и
слуги, платившіе вещеетвенныя подати и повинности. Между
ними занялъ м сто третій классъ, торговый, который, зам­
кнувшись въ городахъ, получилъ особыя права и привилегіи.
Такимъ образомъ на Запад , какъ и у насъ, различіе сред-

352
нев ковыхъ сословШ основывалось на различіи занятій, кото­
рый приняли бол е или мен е характеръ насл дственности и
условливали различіе насл дственной чести, при чемъ и зд сь
и тамъ это распред леніе совершалось на основаніи часгааго
права. Существенное различіе состояло только въ томъ, что
у насъ, всл дствіе шаткости вс гь отношеній, всл дствіе временнаго характера договоровъ, сословія не могли получить та­
кой опред леняости, какъ на Запад . Впрочемъ и во Франціи
въ средніе в ка, аа исключеніемъ духовенства, сословные со­
юзы не им ли еще общаго характера, не составляли одного ц лаго. Каждый городъ им лъ свои права и привилегіи ; дворян­
ство каждой провинціи точно также считало себя отд льнымъ
союзомъ съ особенными правами, отличными отъ другихъ, какъ
видно изъ грамотъ, данныхъ рыцарству Людовикомъ X. Сословія на Запад получили единство только съ возникновеніемъ
государства, когда они явились передъ лицомъ его въ земскихъ думахъ — генеральныхъ штатахъ. Тогда точн е обо­
значились отношенія ихъкъ общему, всенародному союзу, тог­
да опред лилось значеніе ихъ въ гоеударств . Каждое полу­
чило свои постоянный общественный обязанности, которыя
опред ляли существенный его характеръ. Дворянство явилось
как5 cocjoete, обязанное нестгі службу, преимущественно
военную, сд сво хд земель; духовенство осталось сословгемб,
обязаннымд отправлять церковную службу; городскіе жите­
ли явились сословіемь промышленнымъ, на котором^ пре­
имущественно передд другими леоюалгі государственныя по­
дати гі повинности; крестьяне — сословіемб, которое сид ло
на чужой землгь и обязано было платить оброкд или нести
повинности въ пользу землевладельца1). Элементы остались
*) Надобно впрочемъ зам тигь, что во Франція не было такого р зкаго различія между крестьянами и городскими жителями; первые рано
начали освобождаться отъ Феодальнаго подчиненія, стали пріобр тать

353
преяшіе; они были взяты изъ быта, осиованнаго на частномъ
прав , но онп получили бол е ц льности, опред ленности и
пріобр ли государственное зпачепіе. Государство только при­
способило ихъ къ своимъ ц лямъ, заставивъ ихъ служить об­
щему д лу.
Нельзя не зам тить, что у насъ, какъ скоро возникло го­
сударство , сословія явились буквально съ т мъ же значеніемъ, какъ и иа Запад ; государство точно также взяло эле­
менты, образовавшіеся изъ разввтія частнаго права, укр пило
ихъ, наложило нанихъ общія обязанности, и мало-по-малу со­
общило имъ ц льпость и опред ленность. Сословія получили но­
вое, общественное значеніе, хотя они все еще сохраняли прежній частный характеръ, который проглядываетъ въ нихъ и досел . Долго еще удерживались даже такія частныя права, ко­
торый были прямо противоположны государственньшъ требо
ваніямъ, какъ наприм ръ м стничество — чистое выраженіе
знатности, заслоняющей собою заслуги. Эти аристократичен
скія стремления были сильны не только въ выешемъ боярств ,
но и въ ппзшпхъ служилыхъ лтодяхъ. Этому встр чаются зам чательные прим ры. Не говоримъ уже о просьб астра*
ханскихъ д тей боярскпхъ, которые говорятъ, что вмъ невм стно служить съ гайдуцкими и м щанскими д тьми; эта
просьба относится къ XVII в ку, и можно, пожалуй, припи­
сать ее вліянію Польши. Но въ XVI в к было тоже самое.
Изъ одной правой грамоты, пом щепной въ «Описапіп государственнаго архива старыгь д лъ» видно, что д тп боярскіе от­
казались отъ судебпаго поединка съ крестьянами, потому что
считали это для себя безчестиьшъ. Судья не принялъ этого
въ собственность земли и мадо-по-маду яримкпуди нъ третьему с о словікк Въ Гсрманіи же оба сословія отличались другъ отъ лруга> ии ли свое отд льное представительство и ПОСИДИ именно тотъ характеръ,
который мы обозначили в*ь текст*.

354
отвода ж обвинилъ ихъ; но во всякомъ случа это указываетъ
на такія ариетократическія замашки, которыя не признавались
даже на Запад , гд всл дствіе прочности отношеній сослов­
ное начало было сильн е развито, нежели у насъ: на Запад
рыцарь нередъ судомъ всегда бился въ поединк съ лицами
изъ другихъ сословій.
Такимъ образомъ, всл дствіе вновь возникшаго государственнаго начала, сословія изъ разрядовъ вольныхъ людей пре­
вратились у насъ въкр постные союзы. Какъ это совершилось
относительно низшихъ сословій/объ этомъ мы им ли случай
говорить въ другомъ м ст 1 ) . Относительно же служилыхъ
людей мы можемъ просл дить эту перем ну въ 1-мъ том
«Собраііія государственныхъ грамотъ». Въ первый разъ, въ
княженіе Ивана Ш, встр чается запись князя Холмскаго, въ
которой онъ обязывается не отъ зжать къ другимъ князьямъ.
Временные договоры превращаются такимъ образомъ въ по­
стоянные. Холмскій пишется еще слугою; но со временъ Василія Ивановича это названіе зам няется въ записяхъ словомъ
холопе. Въ этомъ изм неніи нельзя не вид ть ц лаго перево­
рота въ судьб служилаго сословія. Прежній вольный человшб, свободно пере зжавшій съ м ста на м сто, свободно
вступавшій въ договоры, д лается кр поетнымъ, состоящимъ
въ личной зависимости отъ князя. Древняя Русь хорошо пони­
мала значеніе именъ, и уставовляла р зкое между ними различіе. Мы знаемъ наприм ръ изъ исторіи отношеній Новго­
рода къ Ивану Ш, какое значеніе придавалось различію словъ:
господине и господарь. Новгородцы, не соглашались назвать
Ивана III господаремъ, потому что это значило признать власть
его надъ собою. Точно также и вольные слуги не могли на­
зывать себя холопами иначе, какъ при совершенной перем н
отношеній. Слово холопе было хорошо изв стно людямъ того
4

) См. статью «Холопы и крестьяне въ Россіи до XVI в ка».

355
времени; иередъ ихъ глазами существовали ц лые разряды
лицъ, которые носили это имя и состояли въ полной зависи­
мости отъ господина. Съ нихъ-то оно и было взято для означенія новыхъ отношеній слугъ къ князьямъ. Возникающее го­
сударство не могло довольствоваться подчиненіемъ временнымъ
и договорньшъ; оно искало отношеній поетоянныгь и стало
уничтожать право отъ зда какъ записями служилыхъ людей,
такъ и условіями, которыми младшіе князья обязывались не
принимать слугъ, отъ зжающихъ отъ старшаго1). Но обра­
зуясь путемъ практическимъ, государство не усп ло еще вы­
работать понятій для означенія общественнаго подданства. По
этому новую Форму постояннаго, полнаго подчиненія оно взяло
изъ частнаго права, изъ существовавшаго въ немъ отношенія
холопства. Князь сталъ господиномъ, а подданные холопами.
Такъ обыкновенно новый порядокъ вытекаетъ изъ стараго.
Бояре и слуги, какъ наибол е близкіе къ князю, составляли
какъ бы его дворню и прямо писались холопами; тяглые люди,
бол е удаленные, писались людишками и сиротами, названіе
также заимствованное отъ домашней челяди. Пом щичьи же
крестьяне вступили къ своимъ господамъ въ такое же полное
подчиненіе, какъ бояре къ князю, и мало-по-малу совершенно
уравнялись съ холопами.
Изъ этого личнаго, частнаго характера, въ которое облек­
лось понятіе о подданств , проистекло неограниченное пра­
во князя распоряжаться лицомъ и имуществомъ подданныхъ.
Служилые и тяглые люди несли настоящую барщину, такъ же
какъ и донын несутъ ее пом щичьи крестьяне — остатокъ
т хъ учрежденій, которыя со времени образованія Московскаго государства до самаго царствованія Екатерины II, распрострянялись на вс сословія безъ исключенія. Им нія слу­
жилыхъ людей не составляли частной ихъ собственности, а
.

О JPJ& 163, 167.

356
были только жалованьемъ царя, которое отбиралось въ казну
за мал йшій проетупокъ; земли тяглыхъ людей прямо счита­
лись собственностью государя, а крестьянскія принадлежали
пом щику. Оба посл днія сословія были кр пки къ м стамъ
жительства, народонаселеніе не могло двигаться свободно да­
же въ пред лахъ государства; служилые же люди были кр пки къ служб , отъ которой не могли уклоняться. Вс равно
состояли въ полной власти государя. Иногда царь собиралъ
сословія въ земскія думы, но это было сов щаніе барина съ
своими холопами. Онъ созывалъ, кого хот лъ, когда хот лъ
и какъ хот лъ; голосъ ихъ пе им лъ законной силы, низшіе
разряды лицъ обыкновенно даже вовсе не подавали своего мн нія, а говорили только, что въ томъ воленъ царь и его боя­
ре, а они готовы идти, куда ихъ пошлютъ. Однимъ словомъ,
при отношеніяхъ холопства, которыя распрострянялись на все
народонаселеніе, Московское государство представляло такое
зр лище, которое заставляло прі зжихъ иностранцевъ спра­
ведливо зам тить, что ни одинъ монархъ въ мір не им етъ
надъ подданными такой обширной власти , какъ государь Мо­
сковски. .
Власть эта перешла преемственно и къ сл дующимъ самодержцамъ; но при Петр Великомъ она совлекла съ себя Фор­
му личной зависимости и получила характеръ государствен­
ный. Петръ запретилъ подчиненнымъ называться холопами,
ж зам нилъ это имя названіемъ подданныхз. Съ этою пере м ной возгшкаетъ ц лый міръ новыхъ понятій объ обществен­
ной жизни. Самъ Петръ пересталъ смотр ть на себя, какъ на
барина, влад ющаго своими людьми. Онъ вид лъ въ себ слу­
жителя государства и, чтобы паглядн е показать народу значеніе царя, опъ самъ вм ст съ другими проходплъ военные
чипы, начиная отъ самыхъ нпзшихъ. Въ Петр вполн воплоти­
лись государствениыя понятія, возникшія въРоссіисъ Х в ка. ^

357
Заклгочимъ наше б глое обозр ніе значенія и судьбы сословій однимъ общстмъ зам чаніемъ. Мы вид ли въ нихъ пере
ходъ отъ полной свободы, разрушающей всякое прочное обще­
ственное устройство, къ полному подчиненію, налагающему
служеніе слишкомъ тяжелое для челов ческой личности. Та­
кой переворотъ представляетъ одно изъ т хъ явленій, который
нер дко встр чаются въ исторіи. Крайнее развитіе одной жи­
зненной Формы ведетъ къ крайнему развитие другой, тогда
какъ большее или меньшее равнов сіе различныхъ общественныхъ элементовъ дол е сохраняетсянеизм инымъ. Разитель­
ный прим ръ того и другаго представляетъ намъ исторія Англіи п Франціи. Въ ц лой Европ не было, можетъ-быть, го­
сударства, въ которомъ бы въ средніе в ка королевская власть
была такъ сильно развита, какъ въ Англін; не было ни одно­
го, въ которомъ бы сословія получили такое единство, такую
кр пкую органпзацію. Правда, все это существовало подъ Фор­
мами Феодализма, то-есть, частнаго права, однако это устрой­
ство ближе другихъ подходило къ единству и прочности государственнаго порядка. Поэтому въ Англіи новая государствен­
ная власть не им ла нужды уничтожать все старое и скр плять разнообразные элементы безусловнымъ подчиненіемъ ихъ
своему единству. Старыя Формы остались, потерявши только
т черты, которыя были совершенно несовм стны съ новыми
требованіями; государство организовалось не путемъ перехода
отъ одной крайности въ другую, а путемъ постепеннаго, хотя
нер дко насильственнаго изм ненія существующаго порядка.
Во Франціи, напротивъ, въ средніе в ка существовала такая
разрозненность, какъ можетъ-быть ни въкакомъ другомъ западно*европейскомъ государств . Зато, съ другой стороны, и
новая королевская власть, собирательница земли, строительница государства» возникла тамъ съ большею силою, нежели
гд либо. Только абсолютнымъ подчиненіемъ центру можно

358
было соединить въ одно ц лое стремящіеея врозь элементы.
Въ древней Россіи разрозненность и шаткость отношеній
существовали еще въ большей степени, личная независимость,
которая выражалась въ прав отъ зда, была еще сильн е раз­
вита, нежели во Франціи; поэтому и задача новой государ­
ственной власти была трудн е, и безусловное ея господство
достигло еще большихъ разм ровъ. Въ этомъ отношеніи разі/£итіе нашего отечества представляетъ значительное сходство
еъ развитіемъ Франціи, тогда какъ н тъ государства въ Европ , съ которьшъ бы мы им ли мен е общаго, нежели съ
Англіей.
Если мы посл этого спросимъ : какой изъ этихъ двухъ способовъ развитія лучше, то надобно отв чать, что съ практи­
ческой точки зр нія этотъ вопросъ совершенно неум стенъ.
Все зд сь зависитъ отъ м стныхъ условій, отъ народнаго ха
рактера; отд льныя личности сами по себ не въ состояніи
переломить ц лаго историчеекаго хода. Потому одинъ народъ
развивается однимъ путемъ, другой инымъ; въ этомъ различіи выражается характерическая особенность каждаго, его національный геній. Если же мы на оба способа развитія взглянемъ съ точки зр нія всемирной исторіи, то мы должны ска­
зать, что развитіе крайностей полн е исчерпываетъ историче­
ское содержаніе общественной жизни и скор е возводитъ ее
на высшую точку, нежели пребываніе въ первобытномъ равнов сіи элементовъ, изм няющихся только практическими сд лками. Разум ется, однако, что это общее зам чаніе можетъ
быть приложено только ко всец лому ходу исторіи, а отнюдь
не къ каждому отд льному народу, ибо зд сь опять таки все
зависитъ отъ м стныхъ условій и отъ народнаго духа : одинъ
народъ можетъ преимущественно развивать одну Форму быта,
другой — другую; одинъ можетъ быть богаче содержаніемъ,
другой б дн е ; одинъ наконецъ можетъ пройдти н сколько

359
ступеней, тогда какъ другой остановится на одной, и не будетъ въ силахъ достигнуть высшаго развитія.
Теперь обратимся снова къ источникамъ и, въ дополненіе
ко всему сказанному, постараемся объяснить себ характеръ
княжеской службы въ то время, къ которому относятся разбираемыя нами духовныя и договорныя грамоты.
Мы вид ли, что Владиміръ Андреевичъ обязался служить
Дмитрію Донскому безъ ослушанія, а посл дній долженъ былъ
кормить его по служб . Мы вид ли также, на какихъ условіяхъ Рязанскіе князья отдались на службу Витовту. Въ обоихъ случаяхъ службою считалась военная помощь, ибо слу­
жебные князья не обязывались ни къ чему другому. То же
самое им ло м ето относительно бояръ. Везд , гд въ грамотахъ говорится объ ихъ служб , д ло идетъ о войн : наприм р ъ : «А кто иметь служити мн князю Юрью Дмитріевичю,
а живучи въ твоей отчин въ великомъ княженьи, а будетъ
ти слати изъ т хъ городовъ на свою службу, гд т живутъ,
и мп слати съ т ми людми своего воеводу съ твоимъ воево­
дою» 1 ). Подобныя условія повторялись, какъ уже сказано, по­
чти во вс хъ грамотахъ. За эту службу давались боярамъ и
слугамъ города и волости вз кормленге. Прі хавшій бояринъ
или слуга получалъ ихъ бол е или мен е, временно или насл дствеішо, смотря по сил своей и значенію, а также по
характеру заключенпаго обязательства. Обыкновенно предметомъ кормленія былъ судъ, со вс ми, принадлежащими къ не­
му доходами, которые были весьма значительны; иногда жа­
ловались и другіе доходы, а нер дко отдавался ц лый городъ
или волость со вс мъ, «что къ нимъ потягло». Такъ какъ слу­
га іш лъ право отъ зжать, когда ему вздумывалось, даже не
отслуживши служебнаго срока, то онъ могъ произвольно поки­
дать свое кормленіе ; въ такомъ случа ему выдавалось по раз0 Jfi 49.

360
счету то, что сл довало за прослуженное время. Это именно
постановлено въ договор Донскаго съ Владиміромъ Андреевичемъ: «Который боярішъ по детъ и съ коръмленья отъ тобе
ли ко мн отъ мене ли къ тоб , а службы не отъслуживъ, то­
му дати коръмленье по иеправ , а любо служба отслужити
ему» 1 ). Изъ всего этого ясно, что собственною службою счи­
талась военная помощь, пріобр таех^іая большею частью вольнымъ наймомъ, а на гражданское управление смотр ли, какъ
на кормленіе или жалованіе за службу.
Намъ н тъ нужды распространяться подробно о характер
кормленій. Мы им ли уже случай говорить объ этомъ въ другомъ м ст 2 ) . Притомъ же т памятники, которые мы разбираемъ теперь, представляютъ для этого мало данныхъ. Но
нельзя не обратить вниманія иан которыявозраженія, которыя
были представлены по этому случаю. Возражатели придаютъ
большое зііаченіе тому обстоятельству, что количество корма
было опред лено ; следственно это было не что иное, какъ
жалованье, получаемое служащимъ лицомъ изъ первыхъ рукъ,
3
изъ рукъ народа ). На это прежде всего сл дуетъ зам тить,
что уставныя грамоты второй половины XV в ка, возникшія
подъ вліяиіемъ образующихся государственыыхъ понятій, точ­
но представляютъ намъ опред леніе количества корма, и это­
го никогда никто не отрпцалъ. Въ древн йшихъ же памятникахъ мы такой определенности не видимъ. Въ откупной Обонежской грамот прямо сказано: «брать корму себ и конемъ
довольно». Въ уставной Двинской грамот количество корма
не опред лепо, а между т мъ эта грамота была политическою
О J№ 27.
а
) См. Областныя Учрежденія Россіи въ ХУІІ в к (Москва 1856).
Введеніе.
3
J См. г. Аксакова разборъ VI тома «Исторіи Россіи» г. Соловь­
ева, въ 4-й книжк «Русской Бес ды» за 1856 г.

361
м рою, которою великій князь Василій Дмитріевичъ старался
привлечь къ себ Двинянъ во время кратковременнаго своего
господства надъ ними. Самое поздн йшее опред леніе корма
далеко еще не исчерпывало вс хъ доходовъ, которые сопряже»
ны были съ м стомъ нам стника или волостеля, такъ что если
даже считать это обстоятельство главнымъ, то все таки си­
стема управленія средпихъ в ковъ представится намъ совершеннымъ произволомъ. Но все это вопросы второстепенные;
д ло вовсе не въ томъ, было ли кормленіе опред ленно или неопред ленно, а въ томъ, какъ емотр ли въ то время на гра­
жданскую службу: какъ на исполненіе общественной обязан­
ности, или какъ на доходное м сто, которое жаловалось въ
вид аренды за службу военную ? Что посл дній взглядъ былъ
единственньшъ, господствующимъ въ среднев ковойРуеи, въ
этомъ не можетъ быть сомн нія. Нам стеикъ не получалъ
кормъ за свое управление, а самое управление получалъ, какъ
кормъ, какъ аренду за другаго рода службу. Поэтому кормле­
ние им ло характеръ совершенно частный; право суда разсматривалось, какъ доходная статья, которая исчислялась наряду
съ хл бомъ стоячимъ и молоченымъ, съ мытами угодьями, и
другими принадлежностями им ній и волостей. Отсюда и выраженія: кормиться, быть сытымз, который прямо вытекали
изъ воззр пія того времени. Конечно князья должны были при
этомъ н еколько оберегать жптелей отъ прпт еиепш, ибо
иначе, при свободномъ переход людей пзъ княжества въ кня­
жество, посл дніе вс бы разб жались и некому было бы пла­
тить доходы. Но этотъ страхъ былъ единственною преградою
произволу, которому предоставлено было самое обширное поле
при частномъ способ управленія посредствомъ слугъ и холоповъ кормленщика, при совершенно произвольномъ штраФОванін преступниковъ, наконецъ при возможности вымогать у
жителей всякаго рода взятки, что даже въ Московскомъ го31

362
сударств считалось отчасти законнымъ доходомъ. Этотъ су­
щественный характеръ кормленій выражается какъ нельзя луч­
ше наивною жалобою Новгородцевъ : «Кормилъ Новгородъ Бо­
риса Константиновича Корелою, а онъ Корелу всюистерялъ,
въ Н мцы загналъ». Зд сь Борисъ Константиновичъ обязал­
ся служить Новгороду на войн , а Новгородъ отдалъ ему за
это Финскійнародецъ, чтобы онъ могъ быть съ него сытымъ;
но кормленщикъ былъ уже слишкомъ голоденъ, такъ что жи­
тели не вытерп ли и разб жались.
Такимъ образомъ княжеская служба управлялась въ средніе
в ка т ми же началами частнаго права, какъ и весь остальной
быть: съ одной стороны личный наемъ, съ другой кормленіе,
аренда. Это частное воззр ніе оставило по себ долгіе сл ды
въ нашей исторіи. Въ XVII в к Московское государство смотр ло уже на воеводъ, какъ на правителей, исполняющихъ изв стную общественную должность; но рядомъ съ этимъ, какъ
второстепенный элементъ, существовалъ и прежній взглядъ на
гражданскую службу. Служилые люди просили отпустить ихъ
на воеводство покормишься- Само правительство признавало
это, и вид ло въ этихъ должностяхъ доходный м ста, на которыхъ можно было нажиться посредствомъ получаемыхъ отъ жи­
телей посуловб, то-есть по нашему взятокъ. Кто бралъ только
взятки, приносимыя добровольно, а не вымогалъ ихъ насиль­
ственно, тотъ считался хорошимъ челов комъ и въ награду по­
лу чалъ бол е доходное м сто, съ котораго онъ могъ купить по­
рядочную деревню. Въ новой Россіи этотъ взглядъ совершенно
уже исчезъ пзъ законодательства, но въ жизни эти понятія им ютъ еще глубокіе корни. До сихъ поръ еще на многія общественныя должности смотрятъ единственно, какъ на средства для
частнаго обогащенія, и взятки, равно какъ и пользованіе казен­
ными деньгами, считаются у большинства д ломъ самымъ обыкновеннымъ, которое не налагаетъ на челов ка никакого пятна.

363
Впрочемъ надобно сказать, что этонасл діе среднев ковой жи­
зни не составляетъ особенности исторіи нашего отечества. Въ
другихъ государствахъ точно также долго сохранялось, а отча­
сти и до сихъ поръ сохраняется въ различныхъ Формахъ част­
ное воззр ніе на службу. Во Франціи, наприм ръ, до самой
революціи многія должности постоянно продавались и покупа­
лись ; въ Англіи же до сихъ поръ продаются военные чины. Но
зд сь учрежденія остались старыя, бытъ же народа возвсгь об­
щественную честность на значительную степень высоты, а у
насъ случилось на оборотъ: законъ далеко опередилъ жизнь.
Чтобы ясн е показать, до какой степени это частное воззр ніе на службу противор читъ государственнымъ требованіямъ,
приведемъ зд сь отрывокъ изъ письма, писаннаго благородн йшимъ изъ австрійсквхъ монарховъ, ІОСИФОМЪ I I , въ которомъ
м тко и живо высказываются истинно государственныя повятія:
«Во всемъ, что предпришшаемъ на служб , говоритъ онъ, дол­
жно им ть въ виду единственно общій интересъ, или по край­
ней м р благоденствіе большинства. Кто не им етъ любви къ
служенію своему отечеству и своимъ согражданамъ, кто не чув­
ству етъ себя воспламененнымъ ревностью при мысли о томъ,
что онъ можетъ д лать добро, быть полезньшъ другимъ, тотъ
не созданъ для общественной службы и недостоинъ носить по­
четный титулъ. Личный интересъ—пагуба общественной служ­
бы, самый непростительный порокъ въчиновник государства.
Личный интересъ состоитъ не только въ возможности подкупа,
но и въ допущеніи личныхъ видовъ, затм вающихъ истину. Под­
чиненный, который поступаетъ такимъ образомъ, нарушаете
свои обязанности; начальникъ, который прикрываетъ и допускаетъ это, нарушаетъ свою клятву. Служитель государства
долженъ отр шиться отъ самого себя. Никакая личная ц ль, ни­
какое личное д ло, никакой посторонній интересъ не должны
отвлекать его отъ главнаго его занятія; никакой споръ о первен-

ш
ств , никакой вопросъ о почет не должны отдалять его отъ
настоящей его ц ли, которая состоитъ въ томъ, чтобы д лать
добро».
Въ связи съ изложеннымъ выше чаетнымъ воззр ніемъ на
службу находились и понятія м стническія, о которыхъ мы уже
говорили выше. Служащій считалъ себя въ прав занимать изв стное м сто въ іерархіи не потому, что онъ возвысился до
него своими заслугами, а потому, что знатность его не дозво­
ляла ему сид ть ниже. Вм сто общественной пользы, д ло р шалось зд сь чаетнымъ правомъ. Разум ется, государство дол­
жно было бороться съ этими притязаніями, совершенно несовм стными съ его требованіями; но зд сь правительство ветр чало почти неодолимую преграду. Московскій царь могъ безу­
словно распоряжаться личностью и имуществомъ подданныхъ,
но какъ скоро онъ ставилъ кого-нибудь подъ начальство мен е
знатнаго челов ка, онъ встр чалъ тупое сопротивленіе, передъ
которымъ сокрушалось все его могущество. Однако посл долгихъ усилій м стничество было наконецъ уничтожено на зар
преобразованія; Фактически оно продолжало существовать до
временъ Петра Великаго, который установленіемъ Табели о
Рангахъ, окончательно утвердилъ новый порядокъ вещей. Это
было въ свое время великое учрежденіе. Достоинству и заслугамъ открыто было свободное поприще, отъкотораго заслоняли
ихъ прежде знатность и порода. Современное чиновничество зам нило такимъ образомъ прежнее м стничество, и если, глядя
впередъ, мы видимъ его недостатки, то обращаясь назадъ, мы
не можемъ не признать въ немъ огромного шага сравнительно
съ прежнимъ порядкомъ. Однако и на чиновничеств остались
многіе сл ды м стничества: по прежнему чиновникъ слишкомъ
склоненъ полагать честь свою въ чин , въ совершенно вн шнихъ признакахъ почета, а не во внутреннемъ челов ческомъ
достоинств ; по прежнему, мелочная привязанность къ іерархи-

365
ческимъ правамъ, къ служебному Формализму, слидшшъ часто
заслоняетъ собою ревностное исполненіе общественнаго д ла.

Мы разсмотр лн подробно главные памятники, которые намъ
оставила древняя Русь о своей общественной жизни; мы пере­
брали по очереди отд льныя юридическія СФеры, о которыхъ
мы нашли въ нихъ свид тельства. Везд мы вид ли господ­
ство одпигъ и т хъ же началъ—началъ чаетнато права. Нуж­
но ли посл этого спрашивать: какая Форма общественнаго
союза существовала въ то время — гражданское общество,
или государство? Это до такой степени очевидно, что трудно
предположить какое-нибудь сомн ніе. Форма гражданскаго
общества въ изв стную эпоху была общимъ достояніемъ вс хъ
новыхъ народовъ; въ средніе в ка мы видимъ ее на Запад
точно такъ же, какъ у насъ. Въ настоящей стать мы не
разъ им ли случай указать на это отношеніе западныхъ учрежденій къ русскимъ, на основное ихъ тождество и на различіе
т хъ и другихъ. Везд мы зам тили, что особенностью древ­
ней Руси была шаткость вс хъ гражданскихъ отношеній, шат­
кость, происходившая, какъ отъ недостатка исторической гра­
жданственности, какую западно-европейскимъ народамъ зав щалъ Римъ, такъ и отъ самой природы страны, степной, скуд­
ной, малонаселенной, способствовавшей кочеванію. Если по­
зволено въ этомъ случа употребить сравненіе, взятое изъ
другой области в д нія, то можно сказать, что въ западной
Европ среднев ковая масса гражданскихъ элементовъ кристализировалась сама собою подъ вліяніемъ ое длоети, такъ
что въ посл дствіи нужно было ломать образававшіяся иглы
для того, чтобъ это множество отд льпыгь кристалловъ со­
брать въ единое ц льное т ло; у насъ же масса эта остава­
лась бол е или мен е въ состояніи броженія, и твердая кри-

366
сталлизація началась уже тогда, когда она нашла ееб центръ;
отъ него и пошли разнообразныя, угловатыя Формы, которыхъ элементы скрывались еще въ прежнемъ бродячемъ состояніи.
«Слабость, говоритъ Гизо, уединяется и прячется; сила
дикая бродитъ наобумъ везд , куда влекутъ ее похот нія; си­
ла разумная д лается ос длою, становится средоточіемъ, и
созываетъ вокругъ себя вс силы, которыя могутъ помочь ей
въ достиженіи ц ли; сознавая свое превосходство, она не бо­
ится ихъ сос дства, а владычествуетъ надъ ними, пріобщая
ихъ къ себ .»
Если мы эти слова великаго историка приложимъ къ развитію нашего отечества, то вс народные элементы въ средHie в ка мы должны признать за выраженіе слабости или ди­
кой силы. Первое возникновеніе силы разумной является въ
князьяхъ-вотчинникахъ, которыхъ раздробленный стремленія
въ посл дствіи покорились единому центру, постепенно со­
бравшему вокругъ себя вс разнообразные элементы, изъ ко­
торыхъ сложилось Русское государство. Такое развитіе го
сударства одно способно было дать Россіи кр пость и могу­
щество. Тогда какъ раздробленная Русь не могла противосто­
ять дикой татарской Орд , новая Россія не только отстаивала
себя не разъ противъ силъ государствъ образованныхъ, но
заняла въ ряду ихъ одно изъ первыхъ м стъ, и р шала своимъ мечомъ всемірно историческіе вопросы, которые волно­
вали просв щенную Европу.
Гражданское общество составляетъ вторую ступень въ
историческомъ развитіи нашего отечества. Въ первую эпоху,
на зар исторіи, мы видимъ союзъ кровный; зат мъ является
союзъ гражданских, наконецъ союзъ государственный. Первый
составляетъ первоначальное, естественное проявленіе челов ческаго общества. Челов къ существо общежительное ; вя

367
общества онъ никогда не жилъ и не можетъ жить. Но это
стремленіе къ общественности выражается въ немъ сначала
безсознательнымъ образомъ; оно лежитъ въ немъ, какъ естест­
венное опред леніе его природы, и проявляется въ союз ,
данномъ самою природою. Это союзъ кровный, происшедшій
изъ наростанія семьи. Люди связаны зд сь сознаніемъ объ
единств происхожденія; личности еще не выд лились и составляютъ массу, им ющую одни нравы, одно нар чіе, одни
в рованія, и разчленяющуюся внутри себя по естественнымъ,
Физіологическимъ опред леніямъ: семья, родъ, кол но , пле­
мя. Этотъ первоначальный союзъ им етъ ц лую исторію,
проходитъ черезъ множество видоизм неній, отъ блуждающихъ
разс янныхъ родовъ и семействъ до высоко-развитыхъ государствъ, гд различные кровные союзы представляются, какъ
Формы общежитія, который могутъ допускать въ себ разно­
образные элементы. Опред лить въ точности, какой изъ этихъ
видовъ кровнаго союза господствовалъ въ изв стномъ народ ,
въ этомъ состоитъ задача изсл дователей; усп шное ея разр шеніе зависитъ отъ достаточнаго количества сохранившихсяисточниковъ. При скудости изв етій, сообщаемыхъ нашимъ
л тописцемъ, мы можемъ сказать только, что у насъ, какъ и
везд , существовалъ союзъ кровный, и что преобладающею
его Формою была особность родоваго быта.
Этотъ союзъ, основанный на сознаніи естественнаго происхожденія, долженъ однако распасться при бол е или мен е
частыхъ столкновеніяхъ съ.другими народами, при вторженіи
чужестранныхъ элементовъ, которые достаточно кр пки, что­
бы не поддаться сил кровнаго быта, иаконецъ при развитіи
челов ческой личности. Такое разложеніе совершилось у насъ
съ появленіемъ варяжской дружины, основанной на договор
лицъ свободныхъ. Принесенные ею элементы, см шавшись съ
прежними, образовали порядокъ вещей, совершенно отличный

368
отъ предыдущаго. Общественное единство, которое коренилось
въ сознанія кровной связи, рушилось; личности, не сдержан­
ный бол е въ своихъ стремленіяхъ тягот ніемъ общаго, гос­
подствую щаго обычая, предались чаетнымъ своимъ интересамъ; отношенія родственныя, договорный, имущественный,
однимъ словомъ частное право, сд лалиеь основаніемъ всего
быта, точкою зр нія, съ которой люди смотр ли на ве общественныя явленія. Такъ произошелъ союзъ гражданскій,
образовавшійся изъ столкновеній и отношеній личностей, вра­
щающихся въ своей частной СФер . Общественною связью слу­
жило либо имущественное начало—вотчинное право землевлад льца, либо свободный договоръ, либо личное порабощеніе од­
ного лица другимъ. Общественныя единицы то слагались, то
разлагались снова, по обстоятельетвамъ совершенно случайньшъ, наприм ръ по большему и меньшему числу княжескихъ
д тей. Въобществ появились сословные элементы, происшедшіе отъ насл дственноети занятій и насл дственности чести.
Всл дствіе господства силы, образовалось между людьми безконечное неравенство. Положеніе челов ка опред лялось не
заслугами, который онъ оказалъ обществу, а частными, слу­
чайными, даже вн шними его преимуществами. Война сд лалась главною ц лью владычествующихъ слоевъ общества, а
внутреннее управленіе превратилось въ аренду для накормленія знатныхъ воиновъ. Однимъ словомъ личность во всей ея
случайности, свобода во всей ея необузданности лежали въ
основаніи всего общественнаго быта и должны были вести къ
господству силы, къ неравенству, къ междоусобіямъ, къ анархіи, которая подрывала самое существованіе союза и д лала
необходимымъ установленіе новаго высшаго союза — государ­
ства. Только въ государств можетъ развиваться и разумная
свобода и нравственная личность; предоставленныя же самимъ себ , безъ высшей, сдерживающей власти, оба эти на-

369
чала разрушаютъ сами себя. Необузданная свобода ведетъ къ
порабощенію слабаго сильнымъ; личность, выражающаяся въ
преимуществахъ чисто индивидуальных!), ведетъ къ уничтоженію внутренняго достоинства челов ка. Таковъ діалектическій процессъ различныхъ общественныхъ элементовъ.
\/ Государство есть высшая Форма общежитія, высшее проявленіе народности въ общественной сФер . Въ немъ неопред ленная народность, которая выражается преимущественно
въ единств языка1), собирается въ единое т ло, получаетъ
единое отечество, становится народомв." Въ немъ верховная
власть служитъ представительницею высшей воли обществен­
ной, каковъ бы впрочемъ ни былъ образъ правленія—насл дственная ли монархія, народное ли представительство, или то
и другое вм ст . Эта общественная воля подчидяетъ себ
воли частныя и установляетъ тадимъ образомъ твердый порядокъ въ обществ . Ограждая слабаго отъ сильнаго, она даетъ
возможность развиться разумной свобод ; уничтожая вс пре­
имущества случайныя, не им ющія для общества никакого в са, она производитъ уравиеніе между людьми; оц няя един­
ственно заслуги, оказанныя обществу, она возвышаетъ внут­
реннее достоинство челов ка; заставляя вс хъ подданныхъ
уд лять часть своихъ средствъ для общественной подьзы, она
' ) Мы не говоримъ, что народность выражается въ единств в рованій, ибо это противор чило бы вс иъ существующимъ Фактам-ъ.
Принявши это, мы не могли бы говорить, наприм ръ, о народности
н мецкой, ибо южные Н мцы—католики, а с верные — протестанты,
и напротивъ должны бы считать однимъ народомъ южныхъ Н мцевъ,
Чеховъ, Поляковъ, Венгровъ, Французовъ, Итальянцевъ, Ирландцевъ,
которые вс испов дуютъ одну религію—катодицизмъ. Вообще народ­
ность является принадлежностью религій языческихъ, хотя н которыя
изъ послъднихъ, какъ буддизмъ, им ютъ бол е общій характеръ. Христіянство же, по самой своей сущности, есть религія общечелов ческая, возв щенная для вс хъ временъ и народовъ. Сл дственно, нельзя
говорите о воззр ніи христіанскомъ, какъ о воззр ніи народномъ.

370
сод йствуетъ осуществленію т хъ разнообразныхъ челов ческихъ ц лей ; которыя могутъ быть достигнуты только въ общежитіл, при взаимной помощи, и для которыхъ сущеетвуютъ
гражданскіе союзы. Челов къ перестаетъ быть вольною пти­
цей, которая несется туда и сюда, случайно останавливаясь
тамъ, гд находить бол е пищи; онъ перестаетъ емотр ть на
свою личность, какъ на единственную ц ль евоихъ стремленій, противоположную и часто враждебную другимъ. Онъ при*
мыкаетъ къ прочному порядку, становится звеномъ общей
ц пи, д ятелемъ общаго д ла; вм ст съ т мъ онъ сознаетъ,
что при такомъ только общеніи, пожертвовавъ необузданною
свободою, трудясь на пользу другихъ, онъ можетъ достигнуть
и полнаго развитія личныхъ евоихъ интересовъ.
Являясь такимъ образомъ полн йпшмъ выраженіемъ общительнаго естества челов ка, государство проходить однако
черезъ разнообразныя Формы; оно им етъ свою исторію, дол­
гую и часто мучительную. Только мало-по-малу возвышается
оно до чистаго сознанія своей общественной сущности; сна­
чала же оно бол е или мен е носить характеръ личный и
частный; долго еще остаются на немъ сл ды прошедшаго вре­
мени. Однако и при самой развитой Форм не исчезаютъ въ
немъ прежнія начала; они остаются, какъ подчиненные эле­
менты, съ которыхъ стирается все то, что противор читъ
новому порядку. Эта существенная черта историческаго развитія проявляется на вс хъ трехъ ступеняхъ общественной жиз­
ни, которыя мы обозначили выше.Наблюдая за историческимъ
ходомъ, мы видимъ, что съ появленіемъ гражданскаго общества,
прежнія кровныя связи не уничтожаются, а входятъ въ него,
какъ одинъ изъ составныхъ его элементовъ. Точно также съ
появленіемъ государства не уничтожается гражданское обще­
ство. Везд остаются люди съ своими частными стремленіями и интересами, съ своими правами и отношеніями родствен-

374
ными, имущественными, договорными, насл дственными. Но
все это въ государств становится подчиненнымъ моментомъ;
частное право не вторгается въ общественное устройство и
должно всюду уступать общественной польз ; надъ разрознен­
ными личностями возвышается общій союзъ, который собираетъ ихъ въ единое т ло.
Таковъ преемственный ходъ общественныхъ союзовъ, ко­
торый мы зам чаемъ въ исторіи нашего отечества; таковъ,
по нашему мн нію, законъ развитія нашего народа. Ояъ до
такой степени простъ и ясенъ, что это самое говорить уже въ
пользу правильности нашихъ выводовъ. Еще бол е говорить
за нее то, что этотъ законъ, выработанный изъ Фактическаго анализа предмета, совнадаетъ съ умозрительными выводами
ФИЛОСОФІИ. Въ самомъ д л , означенная нами преемственность
союзовъ та самая, которую Гегель начерталъ въ своей ФИЛОСОФІИ права. Для предупрежденія всякихъ недоразум ній сд лаемъ по этому поводу н сколько зам чаній.
Умозрительная разработка исторіи, подвергающаяся те­
перь общему и справедливому осуждешю, им ла значеніе въ
свое время. Когда"н мецкая ФИЛОСОФІЯ достигла высшихъ пред ловъ чистаго умосозерданія, она въ пылу увлеченія думала
еъ этой высоты охватить весь міръ и вс явленія подвести
подъ свою точку зр нія. Отправляясь отъ чисто логическихъ
началъ, сл дуя твердой метод , она шла отъ опред ленія къ
опред ленію, бол е и бол е углубляясь въ действительное
бытіе, нанизывая, такъ-сказать, встр чающіеся Факты на нить
логическихъ выводовъ. Но зд сь-то и оказалась несостоя­
тельность этого пути. Логическій выводъ им етъ свое закон­
ное м сто въ умозр ніи, которое развиваетъ чистые законы
и опред ленія челов ческаго разума; но какъ скоро д ло до­
ходить до реальнаго міра, требуется прежде всего полное и
добросов стное изученіе Фактовъ. Умозрительная ФИЛОСОФІЯ,

372
выводя a priori логяческія опред ленія природы и исторіи
подыскивала зат мъ подходящія къ нимъ явленія. Но эта посл дняя работа составляетъ совершенно особенную категорію
изсл дованій, которая им етъ свою точку отправленія и свою
меуоду. Чтобы показать значеніе и м сто изв стнаго явленія,
нужно изучить его вполн путемъ опыта, анализировать отд льно каждую его сторону, равно какъ и связующія ихъ на­
чала, наконецъ т мъ же путемъ познать и связь этого явленія съ другими. Всего этого умозр ніе не въ состояніи было
сд лать, ибо оно сл довало одной только метод умозритель­
ной, а Факты подбирало случайно и наглядно, подводя ихъ ча­
сто насильственно подъ логическія Формулы. У передовыхъ
мыслителей этотъ недостатокъмогъеще н сколько выкупаться
геніальными взглядами, чутьемъ великаго челов ка, который
отгадываетъ сущность вещи даже безъ подробнаго ея изуче­
ния. Но даже у нихъ поверхностное подведеніе явленій подъ
общія категоріи слишкомъ часто вело къ совершенному искаженію Фактовъ. У посл дователей же великихъ мастеровъ это
превратилось въ пустую игру логическими Формулами, кототорыя являлись, какъ опред ленія природы и исторіи. Этимъ
путемъ, всякш вопросъ разр шается очень просто. Н тъ ни­
чего іегче, какъ взять какую-нибудь общую схему, наприм ръ самую обиходную: единство и раздвоеніе, и налагать ее
произвольно на ц лыя историческія эпохи пли даже на жизнь
ц лыхъ народовъ, подбирая подъ нее, какъ попало, кой-какія
явленія. Такимъ способомъ можно доказать съ одинокою досто в рностью совершенно противоположный теоріи, наприм ръ,
что въ Россіи всегда господствовало единство, а на Запад
раздвоеніе, или на обороты что на Запад было единство,
а у насъ раздвоеніе. Подобныя попытки историческаго изсл дованія не подвигаютъ челов ческаго знанія ни на шагъ ; по­
этому современная наука и осудила ихъ безвозвратно. Только

373
изр дка слышатся еще запоздавшіе отголоски этого навравленія, которое, какъ мы сказали, им ло значеніе въ свое в р е м .
Въ настоящую эпоху науки естественныя и историческія
двигаются другимъ путемъ. Чтобы понять явленія, нужно
изучить ихъ посредствомъ наблюденій и опытнаго анализа.
Фактъ, обсл дованный со вс хъ сторонъ, служитъ точкою
отправленія, твердая опытная метода — руководящею нитью.
Сюда невозможно внести воззр ніе, выработанное вн науки,
ибо въ такомъ случа прервется нить, Факты будутъ осв щены вн шнимъ для нихъ св томъ и предстанутъ въ обезображенномъ вид . Нужно медленно, постепенно идти отъ частнаго къ общему, отъ явленій къ законамъ и началамъ, имъ лрисущимъ, дозволяя себ общіе взгляды только по м р того,
какъ опытъ раскрываетъ связь между отд льными Фактами.
Такимъ способомъ наука пріобр таетъ точность и достов рность; каждое явленіе получаетъ въ ряду другихъ д йствительно принадлежащее ему м сто. Но ч мъ бол е раскрывает­
ся связь явленій, ч мъ бол е они возводятся къ общимъ за­
конамъ , къ началамъ, владычествующимъ въ ц лыхъ разрядахъ однородныхъ ФЯКТОВЪ , т мъ ближе они лодходятъ подъ
логическія категоріи, которыя суть выраженіе чистаго зако­
на. Когда наука, им ющая предметомъ вн шній міръ, міръ
природы и исторіи, доходить путемъ опыта до общихъ началъ,
которыя совпадаютъ еъ выводами умозр нія , тогда эта наука
перестаетъ уже быть чисто опытною и получаетъ значеніе ФИлосоФСКое; тогда установляется вождел нное согласіе различныхъ областей знанія и различныхъ путей изсл дованія.
Опытъ показалъ д йствительность выведеннаго закона; умозр ніе доказываетъ его необходимость.
Такое согласіе различныхъ путей знанія мы именно видимъ
въ настоящемъ случа : выведенная изъ опыта преемствен­
ность общественныхъ союзовъ совпадаетъ съ умозрительными
32

374
выводами ФИЛОСОФІИ. Намъ возразятъ, можетъ-быть, что мы
уже заран е смотр ли на предметъ съ этой точки зр нія. Въ
отв тъ мы сошлемся на все настоящее изсл дованіе; пусть
всякій безпристрастный читатель скажетъ: какимъ дутемъ мы
д лали выводы? Вносили ли мы въ Факты воззр ніе, которое
въ нихъ не заключалось, или мы анализировали только ихъ су щество? Если мы въ нашемъ изел дованіи сд лали заключенія, который противор чатъ положенньшъ въ основаніе Фактамъ, пусть намъ укажутъ нашу ошибку, и мы готовы ее испра вить. Но безъ доказательетвъ нельзя говорить, чтовоззр ніе принесено извн , а не выработано изъ Фактовъ: голослов­
но можно утверждать все, что угодно. Скажемъ еще, что значеніе союзовъ кровнаго и государственнаго давно уже изв стно въ нашей исторіи и утверждено въ ней на незыблемыхъ
основахъ чисто-Фактическою разработкою памятниковъ, безъ
всякой прим си ФилосоФСкаго взгляда. Значеніе же средней
между низги эпохи не было , какъ намъ кажется, выставлено
въ надлежащемъ св т , хотя оно и предугадывалось. Ее счи­
тали временемъ переходнымъ между т мъ и другимъ ; и точно
гражданскій союзъ служитъ посредствующимъ звеномъ между
союзомъ кровнымъ исоюзомъ государственнымъ. Но эта сред­
няя эпоха не представляетъ намъ только ем шеніе предыду щаго и посл дующаго; она им етъ свои жизненныя начала,
свою точку зр нія, съ которой она смотрнтъ на явленія быта,
свою, можно сказать, систему общежитія, основанную на
частномъ прав . Опред лить точн е значеніе этой эпохи, изъ
подробнаго анализа памятяиковъ, выяснить господствовавшія
въ ней начала —вотъ въ чемъ мы полагали главную свою за­
дачу. Читатели могутъ судить, на сколько мы исполнили ее.
Сд лаемъ однако при этомъ одну посл днюю оговорку. Го­
воря о ФИЛОСОФСКОМЪ значеніи, о разумной необходимости выведеннаго нами историческаго хода, мы отнюдь не думаемъ

375
возвести его на степень всемірно-историческаго закона. Еслибы мы захот ли приложить его, наприм ръ, къ нсторіи древнихъ государствъ, мы впали бы въ грубую ошибку. Почему?
Это до насъ не касается; законы не прилагаются, а выводят­
ся. Мы не думаемъ даже говорить, что этотъ законъ обнимаетъ всю жизнь того времени; это опять выходить изъ пред ла нашихъ выводовъ. Мы утверждаемъ только, что въ той
СФер , которую мы разсматривали на основаніи памятниковъ,
этотъ законъ существуетъ, и что ручательствомъ за его ра
зумность и за правильность нашихъ Фактическихъ выводовъ
служитъ совпадете ихъ съ умозрительными выводами глубочаіішаго мыслителя XIX в ка. Если позволено ед лать общее
зам чаніе, скажемъ только одно .мысль, какъ внутренній за­
конъ, живетъ въ природ , управляетъ ея явлениями и приво­
дится къ сознанію въ челов к ; мысль живетъ и въ исторіи,
управляетъ ея ходомъ, но къ сознанію она приводится только
посл дующими покол ніями, который могутъ изм рить взглядомъ вс извилины оставленной позади дороги.

О РАЗВИТІИ

ДРЕВНЕ-РУССКОЙ АДМИНИСТРАЦІИ.
(РИЧЬ,

ПРОИЗНЕСЕННАЯ

ПРИ ПУБЛИЧНОМЪ

ЗАЩИЩЕНІИ ДИССЕРТАЦІИ « О Б Ъ

ОБДАСТНЫХЪ УЧРЕЖДЕШЯХЪ РОССІИ ВЪ

XYII В

КФ»).

Мялостивые Государи!
XVII в къ — одинъ изъ самыхъ любопытныхъ періодовъ рус­
ской исторіи. Онъ стоить на рубеж между т мъ, что обык­
новенно называютъ старою Русью и новою, между исключительно-національнымъ развитіемъ и перенесеніемъ на отечествен­
ную почву европейскаго образованія. Въ XYII в к вполн вы­
сказалась старая Россія; посл страшнаго напряженія силъ въ
эпоху междуцарствія, она показала на д л все, что она могла
произвести собственными средствами.
Время достойное вшшательнаго изученія!
А между т мъ, ч мъ ближе мы въ него вглядываемся, т мъ
мен е зам чаемъ мы въ немъ признаковъ развитія, достигшаго
до своей зр лости и полноты. Мы видимъ зд сь не стройное
развитіе народной жизни, а напротивъ вс черты эпохи пере­
ходной. Передъ нами являются и сл ды отжившихъ учрежденій, и усилія, часто напрасныя, установить лучшій порядокъ, и
вопросы, на которые отв тъ былъ еще впереди. XVII в къ
представляетъ см сь разнородныхъ элементовъ, столкновеніе
стараго съ новымъ, прошедшаго съ будущимъ.

377
Въ чемъ же состояло это прошедшее ? Въ чемъ должно бы­
ло состоять это будущее?
Полное разр шеніе этихъ вопросовъ доляшо быть предостав­
лено историкамъ, которые въ своихъ изсл дованіяхъ обнимаютъ
всю совокупность народной жизни. Моя задача была гораздо т с н е: мн предстояло разработать отд льную сторону быта,
отд льную СФеру права, разнять въ ней составные элементы и
опред лить значеніе каждаго. Выборъ мой палъ на учрежденія
областныя, и я думаю, что я не безъ основанія остановился на
этомъ предмет .
Въ самомъ д л , ни одна, можетъ быть, другая сторона жи­
зни не знакомить насъ до такой степени съ характеромъ ХУІІ
в ка. Зд сь вполн разкрывается передъ нами д ятельность
государства со вс ми принадлежавшими тому времени особен­
ностями, а развитіе государства составляло главную задачу древ­
ней Россіи. Безъ сомн нія, мы т же черты встр тимъ и въ
другихъ юридическихъ установленіяхъ, ибо общій характеръ
эпохи отражается на всемъ. Изучая, наприм ръ, центральныя
учреждения, мы можемъ ужо * тоігіог ывести существенныя
черты областнаго управленія. Но в^первыхъ мы видимъ толь­
ко д ятельность верховнаго правителГьства, въ посл днемъ же
мы можемъ изучить самое приложеніе е^ къ д лу, ея столкновеніе съ народомъ; мы видимъ зд сь средіиа, которыми обла­
дала власть, способы, къ которымъ она приіб гала дляисполненія своихъ нам реній, уклоненія, которыя прётерп вали ея ц ли отъ характера м стныхъ учрежденій; мы видику значеніе
и устройство сословныхъ повинностей, д ятельност общинъ,
выборное начало, поземельныя отношенія, Финансь^полицію;
однимъ словомъ, изученіе областныхъ учрежденій вв^дитъ насъ
въ самую глубину жизни того времени.
|
Ограничиваясь этою бол е т сною задачею, мы до>ішы по­
вторить вопросъ, который мы сд лали выше: какое м сто^ь-

378
нимаютъ областныя учрежденія XYII в ка въ государственномъ
развитіи древней Россіи? Отв тъ будетъ тотъ же: въ шш>
живо высказываются признаки переходной эпохи, въ нихъ ясно
можно найдти сл ды прошедшаго и зачатки будущаго. Въ чемъ
же состояло это прошедшее и въ чемъ должно было состоять
это будущее?
Прошедшимъ для управленія XYII в ка была среднев ковая
система кормленій, будущимъ должно было быть систематиче­
ское устройство государства, которымъ Россія обязана Петру.
Кормленія образовались изъ понятія о суд , какъ о частной
собственности, о доходной стать , которая по вол влад льца
могла дариться въ томъ или другомъ разм р , отдаваться на
откупъ, иаконедъ идти на жалованье слугамъ, «чтобы имъ сытымъ быти». Прі зжалъ ли служить знатный выходецъ—князь
или бояринъ , — ему давалось въ кормленіе н сколько городовъ
или волостей, обыкновенно въ вид временнаго жалованья, ино­
гда безъ отнимки, иногда даже въ насл дственное влад ніе. Разум ется, зд сь не &ыло р чи о суд , какъ объ исполненіи об­
щественной о б я з а н н о с ^ ^ ^ й ^ ^
наприм ръ Свитригайло, чтобы стать въ Москв судьею надъ жителями двухъ,
трехъ городковъ ? Все_в.*шманіе устремлялось тогда на войну;
война давала могущество князьямъ, а гражданское управленіе
служило только ср^Дствомъ для поддержанія военной силы. По­
этому кормленщикр распоряжался судомъ, какъ пожалованной
ему арендоіі^^^ь в далъ судъ на себя, ставнлъ для управленія свою^ людей, у зжалъ когда хот лъ. До введенія уставныхъ гр^мотъ не было даже законнаго огражденіяподсудимыхъ,
не было ^ормъ судопроизводства, ст сняющихъ произволъ су­
дьи, или ііо крайней м р он были очень немногочисленны. Да
въ сущности нужны ли были точныя юридическія опред ленія,
когда гжавнымъ доказательствомъ былъ судебный поединокъ?
ТаковЪ былъ порядокъ управленія, который служилъ исход-

379
ною точкой нашей исторіи. Онъ отражалъ въ себ всю тогдаш­
нюю эпоху и вытекалъ естественньшъ образомъ изъ господства
частнаго права въ общественномъ быт . Сравнивая его съ по­
добными явленіями у другихъ народовъ, мы приходимъ къ заклю
ченію, что такой порядокъ составлялъ общее достояніе челов чества въ изв стную эпоху его развитія. Это было время, въ
которое господствовало отд льное лице, не сдержанное прочнымъ государственньшъ порядкомъ, не сознающее себя членомъ
общества, какъ единаго ц лаго. У насъ такой бытъ едва ли не
былъ бол е укоренеиъ пежели гд либо ; у насъ бол е, неже­
ли у другихъ народовъ, личность держалась въ своей независи­
мости, въ своей частной сФер , мен е примыкая къ мелкимъ
союзамъ, которые въ то время служили зам ною общаго союза
государственнаго.
Но ч мъ бол е личность одинока, т мъ б дн е она содержаніемъ. Только общество, только союзъ съ другими людьми
вызываетъ вс дремлющіе въ ней силы и д лаетъ ее живымъ
цроявлен'емъ общаго содержанія. На Запад мы видимъ лич­
ность рыцаря, личность горожанина, личность ученаго, кото­
рый служатъ выраженіемъ выработанныхъ въ союз элементовъ. У насъ же одинокое, блуждающее лице не было въ состояніи развить ни науку, ни искусство, ни прочную граждан­
ственность. Затерянное въ необозримомъ, едва заееленномъ
пространств , оно бол е подлежало вліянію природныхъ стихій, нежели общественныхъ началъ.
Такимъ образомъ природа, не опред ляя заран е сущности
духовнаго развитія народа, налагаетъ однако свою печать на
каждую эпоху его жизни. Въ первоначальный періодъ, въ ко­
торый исторія застаетъ Славянъ, при ос длости землед льческаго населенія, обширныя пустынныя пространства способ­
ствовали особыости родоваго быта. Съ нашествіемъ Варяговъ
легкость сообщенія по р камъ, и отсутствіе горъ сд лали воз-

380
можнымъ быстрое покореніе страны. Въ настоящую эпоху, въ
уд льный перюдъ, таже самая степь способствовала кочеванію
народонаселенія, препятствовала образованію прочныхъ союзовъ
между людьми. Въ то время не было ничего, вызывающаго на
ос длость; прежняя кровная связь рушилась, земли было вдо­
воль, а между т мъ везд бол е или мен е однообразная и ску­
дная природа не придавала отд льнымъ м стностямъ особенной
привлекательной для челов ка прелести; не было и накопленныхъ в ками сокровищъ, обладаніемъ которыхъ можно было до­
рожить ; не было съ другой стороны и м стностей, способствующихъ защит отъ враговъ: бояринъ не могъ, какъ Феодаль­
ный баронъ, взгромоздиться на неприступной скал и тамъ, въ
недосягаемой твердын замка, изд ваться надъ усиліями осаждающихъ : не было наконецъ преградъ безпред льному стремленію къ кочеванію. Все предавалось разгулу, все расплывалось
въ этомъ необъятномъ простор , который представлялъ такъ
мало пищи собственно челов ческимъ интересамъ. Не найдемъ
ли мы зд сь н которое объясненіе и тому недостатку общественнаго духа, который донын зам чается во многихъ явленіяхъ
нашей жизни?
Но если пространная степь способствовала кочевымъ стремленіямъ народа, то съ другой стороны она д лала возможнымъ и созданіе обширнаго государства. Какъ скоро явилась
потребность общаго союза, такъ государственныя стремленія
лзъ центра, изъ нашей Москвы, стали мало по малу распро­
страняться къ окружности, прибирая отд льныя м стностикъ
общему средоточію, укр пляя къ м стамъ блуждающія лица.
Образованіе государства — вотъ поворотная точка русской
исторіи. Отсюда она неудержимымъ потокомъ, въ стройномъ
развитш, движется до нашего времени. Направленія бол е или
мен е изм няются, встр чаются и отклоненія въ сторону, но
общій характеръ движенія одинъ. Каждая поздн йшая эпоха

381
является поел довательнымъ развитіемъ предыдущей, представляетъ отв тъ на сд ланный ею вопросъ. Вс он ш ютъ
однуц ль, одну задачу — устройство государства. Вотъ глав­
ная характеристическая черта русской исторіи съ ХУ в ка,
вотъ результатъ д ятельности русскаго народа и заслуга его
передъ челов чеетвомъ. Другая черта, столь же р зко хара­
ктеризующая весь этотъ періодъ, состоитъ въ томъ, что го­
сударство организовалось сверху, д йствіемъ правительства,
а не самостоятельными усиліями гражданъ. Въ этомъ историческомъ значеніи власти мы находимъ ключь къ уразум нію
всего нашего общественнаго быта, и это мы лучше всего можемъ просл дить въ исторіи областныхъ учрежденій.
Прежде всего мы видимъ исходящія отъ княжеской власти
ограниченія произвола кормленщиковъ, зат мъ и совершенное
отм неніе посл днихъ. Управленіе возлагается на выборныхъ,
на отд льныя общины, которыя правительствомъ вызываются
къ жизни и организуются согласно съ государственными по­
требностями. Вм ст съ т мъ на нихъ возлагается тяжелая
отв тственяость, которая должна служить ручательствомъ въ
исполненіи общаго д ла. Не только за злоупоребленія власти,
но и за простую небрежность выборныхъ угрожается смертью ;
съ нихъ безъ суда взыскивается имущество, пограбленное ра­
збойниками, которыхъ они не усп ли переловить; они отв чаютъ за уплату податей, за недоборы въ казенныхъ регаліяхъ; м стные жители несутъ множество службъ въ пользу го­
сударства. Но разум ется, чтобы такая отв тственность мо­
гла быть д йствителыюю, необходимо было дать общинамъ
власть надъ своими членами. Былали, наприм ръ, возможность
исправно уплачивать подати и отправлять повинности, когда
жители могли ежеминутно разбрестись въ разныя стороны?
И вотъ тяглые -люди, посадскіе и крестьяне укр пляются къ
м стамъ жительства; въ н которыхъ уставныхъ грамотахъ

382
это укр пленіе дрямо приводится въ соотношеніе съ новою организаціею общинъ. Мало того : система повинностей раснространяется на вс сословія и становится основаніемъ всего об­
ще етвеннаго быта. Можно сказать, что ни въ одномъ государств въ мір не было такого обширнаго развитія повинностей,
какъ въ Россіи. При б дности страны, при недостатк государственныхъ средствъ, и матеріальныхъ и нравственныхъ,
надобно было приб гать къ страшнымъ жертвамъ и усиліяііъ, чтобы создать и устроить великое общественное т ло.
И это было т мъ иеобходим е, что естественное влеченіе
народойаселенія обращалось совершенно въ другую сторону.
Ч мъ бол е въ обществ было склонности къ кочевой жизни,
ч ыъ бол е все расплывалось по широкому степному про­
странству, т мъ сильн е нужно было государству сдерживать
расходящіяся массы, связать ихъ въ прочные союзы, заставить
ихъ служить общеетвеннымъ ц лямъ. Не легкое было д ло,
при недостатк средствъ, при скудости народонаселенія, ло­
вить челов ка по обширнымъ пустырямъ и принудить его къ
иеполненію своихъ обязанностей. На это правительство обра­
тило преимущественное вшшаніе; отысканіе б глыхъ сд лалось одною изъ главныхъ задачъ -админиетраціи того времени.
И однако, не смотря на повторенные законы, не смотря науси
лія правительства, мы видимъ до конца XVII в ка посто­
янное стремленіе народонаселеніяразбрестись врозь, стремленіе, которое высказывалось явно, хотя оно было незаконно.
Такъ были установлены повинности; но надобно было упра­
влять ими, употреблять ихъ на государственное д ло. Коне­
чно разс янныя, разрозненныя общины не могли вполн отв чать этой д ли; слишкомъ мало заключали он въ себ гражданскихъ началъ, слишкомъ мало подлежали вліянію центральнаго правительства. Верховная власть, которая была исходною
точкою обществ ннаго движенія, должна была искать орудій

383
бол е удобны4хъ, непосредственно отъ нея зависящихъ. Та­
кими были сначала дьяки, и другіе приказные люди, потомъ
воеводы. Передъ ними общины мало по малу потеряли всякое
значеніе : какъ прежде общинный д ла и государственныя вм ст возлагались на выборныхъ, такъ теперь они вм ст ста­
ли возлагаться на воеводъ. Съ повсем стньшъ установленіемъ посл диихъ въ XVII в к завершается процесъ организаціи Московскаго государства. Съ т іъ поръ д лаются частныя изм ненія, улучшенія, но характеръ управленія въ сущ­
ности остается одинъ, новыхъ элементовъ не прибавляется.
Какое же зр лище представляетъ намъ администрація XVII
в ка, когда вызвано было наружу все, что заключала въ себ древняя Россія?
Мы видимъ великое государство, • обладающее обширными
землями, съ народонаселеніемъ, которое составляетъ бол е
или мен е однородную массу. Сознавши свое единство, оно
стремится организоваться въ стройное т ло, увеличить свое
могущество, установить внутри себя спокойствіе и порядокъ .
Для этого оно напрягаетъ вс свои силы; все должно слу " жить этой верховной д ли. Ц лое сословіе, влад ющее зна­
чительными пом стьями, которому подчинено другое соеловіе,
еще гораздо бол е многочисленное, обязано являться по перво­
му зову правительства, идти на вн шнихъ враговъ или испол­
нять порученія по части гражданской. Другія сословія несутъ
службу поочередно, платятъ подати, исправляютъ повинности.
Какъ скоро возникаете новое требованіе, такъ съ этимъ вм ст рождается новая тяжелая повинность съ немен е тяже­
лою отв тственностыо. Вс подданные укр плены такимъ образомъ къ м стамъ жительства или къ служб ; вс им ютъ
своимъ назначеніемъ служеніе обществу. И надъ вс мъ этимъ
господствуетъ правительство съ неограниченною властью. Все
подчиняется ему безусловно, нигд не встр чаетъ оно про-

384
тивор чій или ггреградъ. Н тъ для него неприкосновенныхъ
правъ, ибо оно само источникъ вс хъ правъ и вс хъ обязан­
ностей. Д ятельность его идетъ безпрепятетвенно по всему
обширному пространству земли; въ каждой области оно им етъ свой органъ, своего представителя, вполн отъ него зависимаго, облеченнаго властью почти неограниченною, въ рукахъ котораго сосредоточиваются всякаго рода д ла. Государ­
ственная власть проникаетъ въ самыя мелочныя подробности
м стной жизни, которая сама по себ не им етъ инициативы,
а всю силу, все значеніе получаетъ сверху. Воеводы являют­
ся полновластными распорядителями въ областяхъ, но вм ст
съ т мъ они подвергаются строгой отв тственности передъ
высшею властью. Правительство прлб гаетъ къ самымъ еильнымъ м рамъ? къ ст снительнымъ запрещеніямъ, къ же стокимъ угрозамъ, къ безпрерывнымъ ем намъ, чтобы сдержать
ихъ произволъ и подчинить ихъ своему контролю. Въ особен­
ности вниманіе его обращено на Финансы. Умноженіе государственныхъ средствъ еоставляетъ главную задачу управленія ;
Фискальный ц ли дроглядываютъ везд , тянуть тягло — вотъ
существенное значеніе сословныхъ и общинныхъ союзовъ. Съ
другой стороны и полицейская д ятельность государства при­
няла самые обширные разм ры: отыскйніе б глыхъ, пресл дованіе воровъ и разбойниковъ, задержаніе подозрительны хъ
людей, ст сненіе произвольнаго перехода жителей съ одного
м ста на другое—все это становится предметомъ особеннаго
попеченія. Для сохраненія порядка употребляются самыя сильныя средства—пытка, жестокія казни, тяжелая отв тственность, и разум ется, при этомъ н тъ р чи объ огражденіи челов ческой личности, о гарантіяхъ противъ полицейскаго про­
извола.
Обладая такою громадною властью, заставляя ц лый народъ
служить единой общественной ц ли, казалось бы государство

38S
олжно накопить несчетныя средства и достигнуть высокой
степени могущества. А между т мъ все ускользаетъ изъ его
рукъ, все стремится врозь и стараніяводворить порядокъ, уста­
новить правильное общественное устройство остаются большею
частью безусп шны. Обширная земля яредставляеттГ пеструю
см сь разнородныхъ и разнохарактерныхъ учрежденій; разли­
чный отрасли управленія, различный власти сталкиваются, пе­
рекрещиваются, перепутываются между собою безъ всякаго
порядка. Давно пережитыя Формы проглядываютъ на каждомъ
шагу: видны и сл ды кормленій и родствепыыя отношенія въ
государственной слуя^б ; система частныгь правъ и привилегій остается въ полной сил . М стные жители готовы еже­
минутно разбрестись, въ разныя стороны; должноетныя лица
безнаказанно позволяютъ себ всякого рода злоупотребленія,
не слушаются праказаній правительства и уклоняются отъ д йствительнаго контроля; Финансы представляютъ страшный хаосъ, полиція по недостатку средствъ часто остается безсильна. Противъ этого правительство принимаетъ д ятельныя м рьх> .до распоряя епія его отрывочны; это бол е частныя по­
пытки, нежели общая система, и управленіе, безъ того уже
запутанное, еще бол е осложняется и-запутывается отъ подобиыхъ поправокъ. Во -всемъ этомъ чувствуется яедостатокъ гражданскаго образованія , иедостатокъ юридическаго
смысла, который точно опред ляетъ и разграничиваем пра­
во и обязанности, соединяетъ однородное, разд ляетъ раз­
личное, каждому элементу даетъ м сто и значеніе въ общемъ
порядк . Частности въ Московскомъ государств преобладааи надъ общимъ. Есть сильное стремленіе къ оргапизаціи,
но н тъ еще твердыхъ началъ, которыя бы служили при этомъ
дутеводною нитью. Н тъ, какъ въ Англіи, системы, исходя­
щей изъ уважепія къ пріобр тепному праву; н тъ, какъ во
Франціи, государственной мысли, неуклонно идущей по пред33

*
386
назначеннозіу лути. Вообще до мысли древняя Россія не до­
росла; да и не было ей м ста въ исключительно національномъ развитіи 1 ). Видны стремленія, видны попытки, но н тъ
еще ум нія справиться съ т мъ громаднымъ гражданскимъ
матеріаломъ, изъ котораго слагалось русское государство.
Однако Россія не могла оставаться въ этомъ положеніи ;
ейнуженъ былъ исходъ, и она нашла его сама. Изъ среды се­
бя выставила она великаго зодчаго, которому суждено было
осуществить настоятельныя требованія общества, озарить св томъ разума д ятельность государства, собрать разсыпанную
храмину въ единое стройное зданіе. Онъ совершилъ свое д ло,
но вм ст съ т мъ онъ долженъ былъ отстать отъ чисто національной почвы и обратиться за наукой къ народамъ бол е
развитымъ. Въ этомъ онъ поступилъ, какъ истинно русскій
челов къ, какъ прямой продолжатель того, что начали московскіе государи. Въ самомъ д л , отличительная черта наше­
го стремленія къ лросв щенію состоитъ именно въ томъ, что
мы не приняли его, какъ вн шній наплывъ чужеземныхъ элементовъ, не обратились къ нему всл дствіе случайнаго/;столкновенія съ народомъ бол еобразованнымъ, или наученные стра­
шными б дствіями, которые, потрясая весь общественный организмъ, пробуждаютъ въ народ дремлющія его силы. Н тъ,
мы собственнымъ развитіемъ, внутреннимъ процессомъ жизни
дошли до сознанія о необходимости просв щенія; мы сами по­
шли искать его у другихъ. Въ этомъ состоитъ наша заслуга,
и эта черта вполн выразилась въ великомъ нашемъ преобра*) Такъ какъ эта *раза подала ловодъ ко ыногииъ до/кнымъ толкованіямъ, то я долженъ объяснить, что подъ этимъ я разум ю не б е з смысленное историческое развитіе, ибо я папротивъ стараюсь предста­
вить разуашость хода нашей исторіи; подъ словомъ мысль я разум ю
ясное сознаніе ц ди и средствъ, разумное возведете жизни къ общимъ
руководящими ею началамъ, чего въ обществ мало развитомъ обыкно­
венно не бываетъ.

387
зовател . Д йствительно, что д лаетъ личность Петра столь
высокою и привлекательною ? Не изувштельная сила ума, ко •
торыіі обнималъ все — отъ высшихъ государственныхъ вопросовъ до мельчайшихъ техническихъ подробностей, не страшная
энергія воли, не способность къ труду, которая д лала его
в чнымъ работникомъ яа трон , не р дкій даръ организаціи,
не знаніе людей, давшее ему возможность въ б дномъ блинщпк открыть умнаго ж д ятельнаго исполнителя своихъ замысловъ, не простота жизни, которая простиралась до того, что,
отвергнувъ восточную пышность московскихъ царей, онъ носилъ небогатое платье, сшитое и заштопанное собственною его
царскою рукой. Все это безспорно высокія качества, которыхъ
соединеніе р дко встр чается въ челов к . Но предметомъ
в чнаго сочувствія и удивленія для потомства онъ былъ и будетъ за свою необъятную любовь къ отечеству, которому онъ
жертвовалъ и царскимъ величіемъ и вс ми удобс£вами жизни,
за свою страстную жажду знанія, которая заставила его поки­
нуть престолъ одного изъ величайшихъ государствъ въ мір
ц да ^ачеств простаго поденщика работать на Сардамской верФИ. Не вид нъ ли зд сь истинный сынъ Россіи? не искупаетъ ли это вс недостатки тогдашняго общества—и неуваженіе къ челов ческой личности и нев жественную привязан­
ность къ старин , которая привела къ поклоненію мертвой букв и пустому обряду? Да, велика была древняя Россія, ибо
она могла произвести Петра! Петръ — ея цв тъ, ея плодъ,
представитель лучшихъ ея стремленій, призванный къ осуществленію т хъ идеаловъ государства, которые смутно носи­
лись въ голов московкихъ царей. Самые недостатки преобразованія коренятся въ предыдущей исторід. Если, особен­
но въ изм неніяхъ областныхъ учрежденш мы видимъ частиыя попытки, сл дующія другъ за другомъ, въ которыхъ д ло
каждый разъ какъ бы начинается съизнова, если преобразо-

388
ватель, покидая практическую почву, заб галъ иногда слишкомъ далеко впередъ или уклонялся въ сторону, то не объяс­
няется ля это вполн т мъ недоетаткомъ твердаго преемственнаго направлеиія, который мы зам тили въ Московскомъ государств ? Преобразователь, уча другихъ, долженъ былъ
учиться самъ; воздвигая великое зданіе, онъ пе могъ опереть­
ся на труды предшествепниковъ, онъ часто должепъ былъ ид­
ти ощупью, соображаясь съ разс яннымъ, разнороднымъ матеріаломъ. Но плодомъ его работы было основаніе прочной го­
сударственной системы, организація государственныхъ силъ,
возведете Россіи на ту степень могущества, которая дала ей
возможность играть всемірно-историческую роль. Преезшики
его продолжали его д ло, и между ними кого мы назовемъ,
какъ пе мудрую монархиню, дочь просв щенія XVIII в ка,
великую Екатерину?
Такимъ образомъ древняя Русь и новая подаютъ другъ дру­
гу руку, и въ этомъ пасъ бол е всего уб ждаетъ подробное
изучепіе учрежденіі) XVII в ка. Если при взгляд , который
остоиавливается на вн шнпхъ призиакахъ, па перем п пла­
тья, на бород , между обоими періодами нашеіі исторіи чудит­
ся глубокая пропасть, то нри бол е вшімательномъ разсмотр иіи исчезаетъ эта видимая грань. Мы видимъ внутреннюю
струю жазіш, въ неудержимомъ стремленіи протекающую
изъ одной эпохи въ другую и соединяющую ихъ въ одно живое
ц лое; мы видимъ, что преобразование было только отв томъ
на т задачи, который были поставлены древнею Россіею, но
который посл дняя не въ сплахъ была разр шпть сама собою.
Внутрешшмъ процессомъ жизни, собственною д ятельпостью
Россіа вышла изъ своего особнаго быта и стала въ ряды
европейскихъ государству участвуя въ общихъ иптересахъ,
пользуясь плодами просв щенія, выработаннаго челов чествомЪс Однако мы не должны забывать, что зд сь прошла ру-

389

,

ка одного изъ т хъ могучихъ д ятелей, которые, искусно по­
льзуясь данньшъ матеріаломъ, разомъ подвигаютъ народы внередъ. Россія петровская была посл довательнымъ развитіемъ
Россіи московской; об идутъ по одной дорог , но между ни­
ми лежитъ все пространство отъ Нарвы до Полтавы.

*А

ОГЛАВЛЕІІІЕ.

Стр.
Предисдовіе
VII.
1. Обзоръ историческаго развитія сельской общины въ Россіи
1.
""З^ШіІе о сельской общин (отв тъ Г. Б ляеву)
59.
3. Холопы и крестьяне въ Россіи до XVI в ка
142.
4. Духовныя идоговорныя грамоты великихъ и уд льныхъ князей '232.
5. О развигіи древне-русской адиинистраціи
376.