ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ МОСКВА ЛЕНИНГРАД


В ИЛЬЯМ ШЕКСПИР
ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ
Б ВОСЬМИ ТОМАХ
ПОД ОБЩЕЙ РЕДАКЦИЕЙ А. А. СМИРНОВА
ГОСЛИТИЗДАТ
4ÇÇ0


В ИЛЬЯМ ШЕ КОПИР
ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ
ТОМ ШЕСТОЙ
ГОСЛИТИЗДАТ
4д 50


Шекспир
С «Федьтоновского» портрета маслом на доске, приписываемого Ричарду Бербеджу, современнику Шекспира. Назван так по имени его бывшего владельца С. Фельтона


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Э CL JJ Г»
Цезарь I
1 о н и й >
глий Л е п и д J
триумвиры после смерти Юлил Цезаря.
сенаторы.
участники заговора против Юлил Цезаря.
Юлий Цезарь Октавий Цезарь Марк Ант Марк Эми Цицерон Публий Попилий Лена Марк Брут Кассий Каска Требоний Д и г а р и й Деций Брут Метелл Цимбр Ци нн а
Марулл! г
, r J „ > трибуны.
Флавии J ^
Артемидор Книдский, учитель красноречия, Прорицатель.
Ц и н н а, поэт.
Другой поэт.
Л ю ц и л и й Титиний М е с с а л а Молодой Катон Волумний В ар р о н К л и т Клавдий С тр а то н Люций Дарданий
сторонники Брута и Кассия.
> слуги Брута.
П и н д а р, слуга Кассия.
Кальпурния, жена Цезаря.
Порция, жена Брута.
Сенаторы, горожане, стража, слуги и прочие.
Место действия: Рим; окрестности Сард; окрестности Филипп.


АКТ I
СЦЕНА 1
Рим. Улица.
Входят Флавий, Марулл и несколько горожан,
Флавий
Эй вы, ленивые созданья, прочь!
Домой, домой ступайте! Праздник, что ли?
Ремесленники вы, а не слыхали,
Что в будний день обязаны носить
Знак ремесла? — Ну, ты! Чем промышляешь?
1- 	й Горожанин Да я, господин мой, плотник.
Марулл
Где кожаный твой Фартук и правило?
Зачем надел ты праздничное платье? —
Ты, друг, чем промышляешь?
2- 	й Горожанин
Сказать по правде, господин, если взять настоящего мастера, так я, можно сказать, с ним рядом только заплатчик.
Марулл
Твой промысел? Давай прямой ответ.
2-й Горожанин
Промыслом этим, надеюсь, я могу заниматься, господин, с чистой совестью: я чиню то, на что наступают.


Акт I. Сцена 4
43
М А Р У Л Л
Твой промысел, бездельник! Промысел!
2 -й Горожанин
Ох, господин, прошу тебя, не раздирайся так; а раздерется что,— могу починить.
Мару л л
Что? Починить меня? Ах ты, наглец!
2-й Гор ожанин
Ну да, господин, — поставить заплату. 20
Флавий
Ты чинишь башмаки, не так ли?
2-й Горожанин
Так точно, господин, — только шилом и зарабатываю. В дела ремесленников-мастеров я не суюсь, с торговками не путаюсь; а для старых башмаков — лекарь: когда они в смертельной опасности, я спасаю их. На мою работу ступали господа из самых изрядных, что когда-либо топтали бычачью кожу.
Флавий
А почему же ты не в мастерской?
Зачем ведешь вот этих горожан?
2-й ГОРОЖАНИН
Признаться, господин, затем, чтобы они износили свои башмаки 30 и у меня прибавилось работы. Впрочем, сказать по правде, господин, мы устроили себе праздник, чтобы поглядеть на Цезаря и порадоваться на его триумФ.
Марулл
Радость — о чем? Добро ль везет он в Рим? Какие пленники пойдут за ним,
Чтоб узами украсить колесницу?
Чурбаны! Камни! Нет, вы хуже их.


Юлий Цезарь
44
О черствые сердца, народ жестокий,
Помпея вы забыли? Сколько раз Карабкались с детьми вы на руках На стены, на зубцы, на башни, окна, —
Что говорю!—на дымовые трубы И ждали целый день, пока великий Помпей по римским улицам поедет;
А чуть его завидев колесницу,
Такой вы подымали крик, что Тибр Дрожал в своем глубоком ложе, слыша,
Как впадины нависших берегов Те повторяют звуки.
Теперь же — вот, вы в праздничной одежде!
Теперь же—.вот, у вас. сегодня праздник!
Теперь же — вот, вы сыплете цветы Пред Цезарем, на триумфальный путь,
*Что пролегает через кровь Помпея!
Ступайте!
Домой бегите, бросьтесь на колени,
Богов молите кару отвратить,
Что вас, неблагодарных, ожидает.
Флавий
Да, да, почтенные сограждане,
* Ступайте. А чтоб грех свой искупить,
Товарищей своих вы созовите
На берег Тибра и, в его русло Роняя слезы, плачьте там, пока Струею мелководнейшей не смочит
* Он гребня высочайших берегов.
[Уходят горожане.
Смотри, как пронял я их грубый нрав.
Молчат, уходят: знают — виноваты.
Пора нам в Капитолий: здесь пройду я,
Ты — там. Да знаки царские сорви Со статуй Цезаря, если увидишь.
Мару л л
А можно ли?
Сегодня, помнишь, праздник Луперкалий.


Акт 1. Сцена 2
ia
ФлАви й
И всё ж ему на статуях трофеев Не оставляй. Я похожу кругом И буду с улид гнать простонародье;
И ты гони, лишь где толпу завидишь.
Коль эти вырастающие перья * У Цезаря мы вырвем из крыла,
Его полет мы этим ограничим;
Не то сокроется из глаз людских И будет всех держать нас в рабском страхе.
[Уходят.
СЦЕНА 2
Площадь.
Входят под музыку Цезарь, Антоний, одетый для бега, Кальпурния, Порция, Деций, Цицерон, Бруту Кассий и Каска; за ними многочисленная толпа; среди толпы — Прорицатель.
Цезарь
Кальпурния!
Каска
Тсс... Цезарь говорит. Музыка смолкает.
Цезарь
Кальпурния!
Кальпурния Я здесь, супруг мой.
Цезарь
Когда Антоний будет совершать
Свой бег, стань на пути его. — Антоний!
Ант о ний
Что, повелитель?


16
Юлий Цезарь
Цезарь
Стремясь вперед, не позабудь, Антоний, Кальпурнии коснуться ты. От дедов Мы слышали, что с женщины снимает * Касанье бегуна в священном беге Проклятие бесплодья.
Антоний
Буду помнить.
Рек Цезарь: «Сделай)), значит — свершено.
Цезарь
Начнем же. Соблюдайте все обряды.
Музыка.
Прорицатель
Цезарь!
Це зарь
А? Кто зовет меня?
Каска
Ни звука больше. — Замолчите же!
[.Музыка смолкает.]
Цезарь
Кто обратился из толпы ко мне?
Л слышал, звонче музыки раздался Крик: «Цезарь!» Говори: внимает Цезарь.
Прорицатель Ид марта берегись!
Цезарь Кто он такой?
Брут
То молвил прорицатель — что беречься Ид марта должен ты.
ю


Юлий Цезарь
Античный бюст (Британский музей в Лондоне)


Лкгпг I. Сцена 2
/7
Цезарь
Пусть подойдет.
*Хочу я увидать его лидо.
Каска
Эй, выходи! На Цезаря взгляни.
Цезарь
Теперь что скажешь? Повтори еще раз.
Прорицатель Ид марта берегись.
Цезарь
Он грезит. Пусть идет себе.—Вперед!
Трубы.
[Уходят все, кроме Брута и Кассия. Кассий
Отправишься ли ты смотреть на бег?
Я? Нет.
Брут
Кассий
Пойдем, прошу тебя.
Брут
Я не любитель игр. Мне нехватает Подвижности Антония живой.
Но не хочу тебе мешать я, Кассий* Прощай же.
Кассий
С недавних пор не нахожу я, Брут, В твоих глазах приветливости той И той любви, к которым я привык.
2 Шекспир, т. VI


48
Юлий Цезарь
Ты слишком холодно и отчужденно Глядишь на любящего друга.
Брут
Кассий,
Не заблуждайся. Потому покровом Закрыт мой взор, что обращен, в смятенье,
Он в глубь моей души. С недавних пор Противоборство чувств меня волнует, 40
Волнуют мысли, скрытые в душе,—
Быть может, этим вид мой омрачен.
Но пусть мои не сетуют друзья,—
А к их числу принадлежит и Кассий, —
И пусть мое толкуют невниманье
Лишь так, что бедный Брут, с собой враждуя,
Свою любовь к ним выразить забыл.
Кассий
Так, значит, я тебя не понял, Брут,
И потому сокрыл в своей груди
Ряд важных размышлений, веских мыслей. зо
Брут, можешь ты свое лидо увидеть?
Брут
Нет, Кассий: глаз себя увидеть может,
Лишь отразившись в чем-нибудь другом.
Кассий
Ты прав;
И многие жалеют, Брут, зачем Нет у тебя зеркал, где б отраженной Явилась денность скрытая твоя И образ свой увидел ты. Не раз От благородных, всеми чтимых римлян — За исключеньем Цезаря — средь жалоб На иго, нас гнетущее, я слышал: аО, будь мои глаза глазами Брута!»


Акт I. Сцена 2
49
Брут
В опасный путь меня зовешь ты, Кассии.
Ты хочешь, чтоб в себе искать я стал То, чего нет во мне.
Кассий
Тогда меня послушай, добрый Брут;
И так как ты лишь в отраженье можешь Себя узреть, — я, зеркало твое,
Со всею скромностью тебе открою
То, что в себе ты сам еще не знаешь. 70
Меня не опасайся, честный Брут.
Вот если б я шутом был площадным
И клятвою дешевой клялся в дружбе
Всем тем, кто скажет мне: «Я — друг твой»; если б
Я подольщался к людям, их душил
В объятьях, а потом позорил; если б
В час пира я со всей толпой сдружался,—
Тогда сказать ты мог бы: «Он опасен».
За сценой трубы и радостные клики.
Брут
Чу! Клик... Боюсь, народ уж не избрал ли Там Цезаря в цари.
Кассий
А, ты боишься? 80
Так этого ты, значит, не хотел бы?
Брут
Да, не хотел бы, — хоть его люблю.
Но для чего меня ты держишь здесь?
Что ты доверить мне намеревался?
Коль будет то направлено ко благу Всеобщему, — поставь мне пред глазами:
* Честь пред одним и смерть перед другим, —
На них взгляну я с равным беспристрастьем,
И милостью богов готов поклясться,
Что для меня дороже честь, чем жизнь.


20
Юлий Цезарь
Кассий
Как твоего лица черты, известна ое
В тебе мне добродетель эта, Брут.
Так вот, хочу я говорить о чести.
Не знаю я, что ты и что другие
Об этой жизни думают, но я
Готов не жить, коль нужно жить мне в страхе
Пред существом таким же, как и я.
Рожден свободным я, как Цезарь, — так же И ты; питались оба мы не хуже,
Чем он; не хуже сносим зимний холод.
Я помню: в ледяной и бурный день, мо
Когда, ярясь, кидался Тибр на берег,
Промолвил Цезарь мне: «Дерзнешь ли, Кассйй,
Сейчас со мною прыгнуть в эти волны И до того вон места доплывешь ли?»
В ответ на те слова, как был, одет,
* Я прыгнул в воду, Цезаря призвав Последовать за мной, — что он и сделал.
Река ревела; мышцами тугими Мы волны поражали, рассекая,
Отбрасывая их упорной грудью.
Но прежде чем доплыли мы до места, но
Воскликнул Цезарь: «Кассий, помоги мне:
Тону!» И я, как из горящей Трои Анхиза-старца вынес на плечах Эней, великий предок наш, так вынес Я Цезаря усталого на берег.
И этот человек стал ныне бог, —
А Кассий, жалкое созданье, должен Гнуть спину на кивок его небрежный!
В Испании схватил он лихорадку,
И помню: видел я, в часы припадков т
Как он дрожал: да, этот бог дрожал!
С его трусливых губ сбегала краска;
Глаза, что взором устрашают мир,
Теряли блеск; я слышал, как он стонет;
Уста, которым римляне внимают И в летописях пишут их слова,


Акт Г цена 2
24
Увы! кричали: «Пить мне дай, Титиний!», Как девочка недужная. Клянусь,
Не странно ли, что человек столь слабый 0передил весь необъятный мир И пальму взял один?
За сценой трубы и радостные клики. Брут
Вновь общий клик...
Иль новые, вдобавок к старым, сыплют Там почести на Цезаря?
Кассий Э, друг!
За тесные шагнув пределы мира,
Стоит он, как колосс; а мы, людишки,
Меж ног его расставленных шныряя, Бесславные себе могилы ищем.
Порою человек — судьбы хозяин.
В своем порабощении мы сами,
Не звезды, виноваты, милый Брут.
Ты — Брут, он — Цезарь; почему же слышно Повсюду имя ((Цезарь», а не «Брут»?
Их напиши — они равно красивы;
Произнеси — твое звучит не хуже;
Взвесь — тот же вес в них; духов закляни — «Брут» вызовет их так же, как и «Цезарь». Так именем богов, всех вместе взятых, Прошу, скажи: чем Цезарь наш питался,
Что вырос так? Век, опозорен ты!
Рим, оскудел ты благородной кровью!
Со времени потопа где он — век,
Одним лишь человеком знаменитый?
Кто б раньше мог сказать, что стены Рима Вмещают одного лишь человеку?
А это так, и Рим слывет обширным,
Хоть в нем один лишь человек живет.
О, слышали мы оба от отцов:


22
Юлий Цезарь
Жид некогда здесь Брут,* и этот Брут —
Власть сатаны он потерпел бы в Риме iso
Скорей, чем власть gapa.
Брут
Что любишь ты меня, не сомневаюсь;
К чему ты речь ведешь, подозреваю;
Что думаю я сам об этом всем,
Тебе скажу я после. А покуда
Прошу тебя как друг: меня к ответу
Не принуждай. Над тем, что ты сказал мне,
Я поразмыслю; что еще мне скажешь —
С вниманьем выслушаю и найду
Час для беседы о вещах столь важных. 170
Но помни, благородный друг, одно:
Скорей бы поселянином стал Брут,
Чем захотел бы зваться сыном Рима,
Постигни злая участь нас, которой Грозят нам наши дни.
Кассий
Я рад тому,
Что слабый голос мой из Брута высек Хоть эти искры.
Брут
Окончен бег; идет обратно Цезарь.
Кассий
Как подойдут, за тогу дерни Каску;
Пусть желчно, как всегда, он нам расскажет, ш
Что любопытного произошло там.
Входит Цезарь со сбитой.
Брут
Я так и сделаю. Но посмотри-ка,
Пылает гневом Цезаря чело,
* Брут Старший, свергнувший тиранию царя Тарквиния и учредивший в Риме республику (VI в. до н. э.)«


«Юлий Цезарь»
С гравюры Дейнингера по рисунку Адамо


Акт 1. Сцепа 2
25
У остальных — вид слуг побитых; щеки Кальпурнии бледны; а Цицерон Своим хорьковым красным глазом мечет Огонь,-—таким бывает он в сенате,
С враждебными сенаторами споря.
Кассий
Поведает нам Каска, в чем тут дело.
Цезарь
Антоний!
Антоний
Что скажешь, Цезарь?
Цезарь
Хочу кругом людей я видеть полных,
Приглаженных и крепко ночью спящих;
А этот Кассий тощий — слишком много Он думает. Опасны эти люди.
Антоний
Его не бойся; не опасен Кассий.
Он римлянин честнейший, благородный.
Цезарь
Будь он жирней! Его я не боюсь,
Но страху будь доступен я, не знаю,
Кого бы я охотней избегал, 200
Чем Кассия. Читает много он;.
Он вечно наблюдает и насквозь Дела людские видит; игр не любит,
Как ты их любишь; музыке не внемлет;
Он редко улыбается, и то лишь Презрительно-насмешливой улыбкой,
Как будто презирая сам себя *3а то, что мог чему-то улыбнуться.
Не ведают покоя эти люди,
Пока они перед собою видят


24
Юлий Цезарь
* Кого-нибудь, кто больше их самих,—
„ 210 И потому они весьма опасны.
Я говорю: таких бояться должно,
Но не боюсь, — ведь я всё так же Цезарь.
Зайди-ка с правой стороны — я глух
* На ухо левое — и откровенно Скажи мне, что ты думаешь о нем.
Трубы.
[Уходят Цезарь и бее сопрово- ждающие его, кроме Каски.
Каска
Меня за плащ ты дернул, Брут; что скажешь?
Брут
Ну, Каска, расскажи нам, что случилось,
Чем недоволен Цезарь?
Каска
Да ты же был с ним; разве нет?
Брут
Тогда бы не спросил я, что случилось.
Каска
Ну, ему предложили там царский венец; и когда ему предложили 220 его, он отстранил его тыльной стороной руки — вот этак; и тогда народ разразился кликами.
Брут
А почему еще раз закричали?
Да то же самое.
Каска
Кассий
Кричали трижды; ну, а третий раз?
Да то же самое.
Каска


Акт I. Сцена 2
25
Брут
Иль трижды был венед ему предложен?
Каска
То-то и есть, что трижды, и он трижды отстранял его рукой — с каждым разом всё любезнее; и каждый раз добрые мои приятели разражались кликами. 230
Кассий
Кто предлагал ему венед?
Каска
Да Антоний.
Брут
А ну-ка, расскажи, как было дело.
Каска
Пусть меня повесят, если я могу вам это рассказать. Это было сущее шутовство: я не обратил на него внимания. Я видел, как Марк Антоний предложил ему венед, — это был, собственно говоря, даже не венед, а просто веночек с императорской повязкой, — и Це- зар^, как я уж сказал вам, отстранил его в первый раз, но всё же, на мой взгляд, он охотно бы принял его; затем Антоний снова предложил ему венед, и он снова отстранил его, но, на мой взгляд, отвел 240 от него пальды с большой неохотой. Тогда ему в третий раз предложили венед, и он в третий раз отстранил его; и каждый раз, как он отказывался от венда, толпа разражалась кликами, и била в свои загрубелые ладони, и бросала вверх свои потные ночные колпаки, и испускала из-за этих отказов Цезаря такое облако зловонного дыхания, что сам Цезарь чуть было не задохся: он потерял сознание и упал. Что касается меня, — я боялся смеяться из страха, что, открыв рот, глотну отравленного воздуха.
Кассий
Постой. Как? Цезарь потерял сознанье? т
Каска
Он упал посреди рыночной площади, пена шла у него изо рта, он не мог выговорить ни слова.


26
Юлий Цезарь
Брут
Возможно: ведь падучей он страдает.
Кассий
Нет, Цезарь-то здоров. А ты, да я,
Да честный Каска — щы больны падучей.
Каска
Не знаю, что ты хочешь этим сказать; но я знаю наверное, что Цезарь упал. Не будь я честным человеком, если эта чернь не награждала его то рукоплесканиями, то свистками, смотря по тому, нравился он ей или нет, как это делают с актерами в театре. 260
Брут
Что он сказал, когда пришел в себя?
Каска
Да вот, еще до того, как он упал, — когда он заметил, что это стадо довольно его отказом от венца, — он разорвал на себе нательную одежду и выставил горло: режьте, мол, я готов. Будь я ремесленником, — отправьте меня с мерзавцами в ад, если бы я не поймал его на слове. Тут он и упал. Когда же пришел в себя, он объявил, что если он что-нибудь сделал или сказал не так, то просит глубокоуважаемых граждан приписать это его болезненному состоянию. Три ет§ или четыре бабенки, стоявшие поблизости от меня, воскликнули: «Ах, добрая душа!»—и простили ему от всего сердца. Впрочем, это не много значит: заколи Цезарь их матерей, они бы его простили точно так же.
Брут
И тут он, значит, удалился, мрачен?
Да.
Каска
Кассий
А Цицерон сказал ли что-нибудь?
Каска
Да. Речь сказал по-гречески.
Кассий
Что ж он сказал?


Акт J. Сцена
27
К А С К Л
Ну, пусть мне никогда больше не глядеть вам в. лицо, если я сумею 280 рассказать вам это; но те, кто его понимал, переглядывались с улыбкой и качали головами. Для меня же это осталось греческим языком. Могу рассказать вам еще новость: Маруллу и Флавию заткнули рты За то, что они сорвали царские знаки со статуй Цезаря. Будьте здоровы! Были еще и другие дурачества, но я не старался их запомнить.
Кассий
Не придешь ли поужинать ко мне сегодня вечером, Каска?
Каска
Нет, я уже приглашен в другое место.
Кассий
Не придешь ли пообедать ко мне завтра?
Каска
Согласен, если буду в живых, если ты не передумаешь и если твой т обед стоит того, чтобы его есть.
Кассий
Хорошо, я буду ждать тебя.
Каска
Ладно. Будьте оба здоровы.
Брут
Как он отяжелел! А помню, в школе Был мальчиком он пылким и живым.
[Уходит.
Кассий
Таким, поверь, остался он доныне Для благородных иль отважных дел,
Хоть кажется лениво-равнодушным.
Взял резкость он в приправу остроумью, И это повышает в людях вкус К его остротам.


Юлий Цезарь
28
Брут
Он верно рассчитал.
* Однако же, теперь пора идти мне.
Коль хочешь ты со мной поговорить,
К тебе зайду я завтра, а не то
Сам приходи ко мне — я буду ждать.
Кассий
Приду. А ты тем временем подумай.
[.Уходит Брут.
Ты благороден, Брут. Но отклонить Возможно от его предназначенья Возвышенный твой дух — я это вижу.
Общаться благородные умы 310
* Должны бы лишь друг с другом: ибо где он,
Тот, твердость чью нельзя поколебать?
Меня не терпит Цезарь, Брута любит.
Будь Брутом я и Кассием будь Брут,
Уж Цезарь на меня не повлиял бы.
Сегодня ж ночью, почерк изменяя,
Как будто от лица различных граждан,
Ряд писем напишу я и подброшу Их в окна Бруту. Речь в них поведу я О том высоком мнении, какое Имеет Рим о Бруте, и туманно В них честолюбья Цезаря коснусь.
А там — стой крепче, Цезарь! Верь мне в том: зно
Тебя мы опрокинем, иль умрем.
[Уходит.
СЦЕНА 3 Улица.
Гром и молния.
Входят с разных сторон Каска с обнаженным мечом и Цицерон.
Цицерон
А, добрый вечер, Каска. Проводил ли Ты Цезаря домой? Но почему ты * Так дышишь тяжело? Так смотришь дико?


Акт 1. Сцепа 3
29
Каска
Кто не дрогнёт, когда весь строй природы Колеблется, как лист? О Цицерон,
Видал я, как в грозу ревущий ветер Раскалывал дубы; видал, как море Вздымалось, и ярилось, и кипело,
Стремясь до туч надменно досягнуть;
Но не случалось мне до этой ночи
Идти сквозь бурю, льющую огонь. 10
Иль на небе гражданская война,
Иль мир за непочтенье к небесам Приговорен богами к разрушенью.
Цицерон
Так, так. И ты других чудес не видел?
Каска
Раб городской — его ты знаешь с виду —
Ввысь поднял руку левую: вспылала Она, как двадцать Факелов, а боли Не чувствуя, стоит он невредим.
Затем — и меч с тех пор мой обнажен —
Близ Капитолия я встретил льва: 20
Он грозно на меня взглянул — и mhmq Прошел, меня не тронув. Там же видел Я кучу тесно сгрудившихся женщин,
Неузнаваемых от страха; клялись Те ясенщины, что огненных мужей На улицах видали. А вчера На рыночную площадь в полдень села Сова, стеная и визжа. Недаром Столь жуткие событья происходят Одновременно. Пусть не говорят:
«Вот в чем причина их; всё в них обычно». зо
Нет, мнится мне, грозны они для края,
К которому относится их смысл.
Цицерон
Поистине, то странные предвестья;
Но люди часто судят произвольно,


50
Значение событий искажая.
Придет ли завтра Цезарь в Капитолий?
Юлий Цезарь
Каска
Придет. Тебе об этом передать Он поручил Антонию.
Цицер он
Ну что ж,
Покойной ночи, Каска: непогода Влечет домой.
Каска
Здоров будь, Цицерон. 40
[Уходит Цицерон.
Входит Кассий.
Эй, кто там?
Кассий
Каска
Римлянин.
Кассий
То голос Каски.
Каска
Твой верен слух. Ну, Кассий, что за ночь! Кассий
Прекраснейшая ночь для тех, кто честен. Каска
Кто видел столь разгневанное небо?
Кассий
Кто — столько преступлений на земле?
Что до меня, по улицам бродил я,
Предав себя угрозам этой ночи,
И так вот, пояса не затянув,
Как видишь сам, грудь распахнул я грому. Когда же разверзали лоно неба
50


Акт 1. Сцена 3
34
Изломы молний синие, себя Я подставлял под пламень их разящий.
Каска
Зачем так искушал ты небеса?
Приличествует смертным страх и трепет,
Когда, как грозных вестников, шлют боги Нам знаменья, чтоб содрогнулись мы.
Кассий
Ты, Каска, духом вял. Та искра жизни,
Что в римлянах должна гореть, — ее Иль нет в тебе, или она сокрыта.
Ты бледен, озираешься, дрожишь. 6С
Смущен ты необычным гневом неба;
Но если б знал ты, где тому причина,
Что всюду пламень блещет, реют духи,
Что цтиц, зверей обычай изменился,
Что старцы слепы, дети ж дальновидны,
Что все они закон своей природы И свойств, им прирожденных, нарушают Столь небывало, — ты тогда бы понял:
То небо в них вдохнуло этот дух,
Чтоб ужаса и предостереженья 70
* Орудиями сделать их для мира,
Что извратил законы естества.
Да! Мог бы человека я назвать,
Похожего на эту ночь:
Гремит он, блещет, склепы разверзает И в Капитолии рычит, как лев.
Хоть телом он не более могуч,
Чем ты иль я, но вырос он зловеще,
И грозен он, как эти чудеса.
Каска
Ты разумеешь Цезаря, не так ли?
Кассий
Кого б ни разумел я. Мышцы, члены so
Такие же у нас, как и у предков;


£2
Юлий Цезарь
Но горе нам: в нас умер дух отцов,
Дух матерей владычествует в нас.
Мы гнемся, терпим, — нет, мы не мужчины!
Каска
Ты прав. Я слышал, Цезаря хотят В сенате завтра объявить царем,
С тем, чтоб везде, на суше и на море,
Венец носил он — только не у нас.
Кассий
Тогда кинжал не промахнется этот.
От рабства Кассий Кассия спасет. 90
Так, боги, вы даете силу слабым,
Так, боги, посрамляете тиранов.
Темницы мрак, медь кованая стен,
Цепей железо, башня из гранита —
Ничто не превозможет силы духа.
Жизнь, утомясь от утеснений мира,
Всегда властна себя освободить.
Я знаю, знают все: ту долю гнета,
Которую я выношу, могу Стряхнуть в любое время я.
Каска
Я тоже. loo
Так держит каждый раб в своей руке Власть вырваться из плена на свободу.
Кассий
И отчего быть Цезарю тираном?
Бедняга! Знаю, он не стал бы волком,
Когда б не видел в римлянах—овец;
Не сделался бы львом, не будь мы лани.
Костер могучий разжигают люди Соломинками хилыми. О Рим!
Так, значит, ты лишь хворост, лишь отбросы,
Разжегшие огонь, чтоб озарить но
Ничтожный облик Цезаря? Но, скорбь,
Куда ты завлекла меня? Быть может,


Акт I. Сцена 5
35
Я с добровольным говорю рабом;
Тогда ответ придется мне держать!
Пусть! Я вооружен — и я спокоен.
Каска
Ты с Каской говоришь: я не доносчик С улыбкой лживой. Вот моя рука.
Сплоти людей, встань на борьбу с неправдой,—
И где нога отважнейшего ступит,
Там ступит и моя с ней рядом.
Кассий
Сделка ш
Заключена. Узнай же, друг: подвигнул Я несколько сограждан благородных Со мною дело предпринять одно,
Что столь же славно, сколь оно опасно.
Теперь, я знаю, ждут они меня Под портиком Помпеевым: ведь ныне Всех гонят с улиц страхи этой ночи.
Напоминает зрелище стихий Задуманное нами дело: так же
Оно кроваво, пламенно и грозно. ш
Каска
Постой! Сюда идет поспешно кто-то.
Кассий
То Цинна: это шаг его. Он друг.
Входит Цинна.
Куда идешь ты так поспешно, Цинна?
Цинна
Тебя ищу. А это кто: Метелл?
Кассий
Нет, Каска. Он участник в нашем деле.
Меня там ждут ли, Цинна?
3 Шекспир, т. VI


и
Юлий Цезарь
ЦИННА
Очень рад.
Какая ночь! Там кое-кто из нас Видал необычайные виденья.
Кассий
Меня там ждут ли, ты скажи?
Цинна
Да, ждут.
О, если б убедил
Ты доблестного Брута к нам примкнуть!
Кассий
Спокойствие, друг Цинна. Вот возьми Записку эту, положи ее На преторское кресло, чтобы Брут Мог там найти ее; вот эту кинь Ему в окно; приклей вот эту воском К подножию той статуи, что в память Воздвигли Брута Старшего; потом Иди назад к Помпееву театру.
Что, Деций Брут с Требонием — пришли?
Цинна
Все в сборе, лишь Метелла нет. Пошел Он за тобой как раз. Ну ладно! Мигом Записки отнесу, куда сказал ты.
Кассий
Потом вернись к Помпееву театру.
[ Уходит Ции на.
Идем со мной скорее, Каска, к Бруту.
Сейчас уж на три четверти он наш;
При первой встрече будет наш всецело.
Каска
Да, он стоит высоко в мненье граждан.
Что в нас бы показалось преступленьем,
В достоинство и в добродетель это


Преобразится соучастьем Брута,
Как силою алхимии бесценной.
Кассий
Ты понял правильно и ценность Брута И то, как он нам нужен. Так идем.
Уж за полночь; его еще до света Разбудим мы — и нашим будет он.
[ Уходят*


АКТ II
СЦЕНА 1 Рим. Сад Брута.
Входит Брут.
Брут
Эй, Люций! Эй! —
Я не могу понять по звездам, долго Осталось ли до утра. — Люций! Что ж ты? — Хотелось бы страдать мне сном столь крепким.— Ну, Люций, ну! Проснешься ль ты? Эй, Люций!
Входит Люций.
Люций
Меня позвал ты, господин?
Брут
В моей рабочей комнате поставь Светильник, Люций. Как зажжешь, скажи мне.
Люций
Сейчас.
Брут
Случится то чрез смерть его. Причин Нет личных у меня, чтоб с ним бороться: Лишь благо Рима. Он к венцу стремится:
Как скажется на нем венец — всё в этом. Выманивает яркий свет змею. —
Будь зорок, путник.—Царь он станет... Так... Но это жалом одарит его,
Которым он всегда ужалить сможет.
[Уходит.
ю


Акт II. Сцена 4
57
Могущество пойдет на преступленье,
Как только власть о совести забудет.
Сказать до правде, я еще не видел,
Чтоб в Цезаре страсть победила разум. го
Но знают все, что лестницею служит Для молодого честолюбья скромность.
К той лестнице оно обращено,
Пока по ней взбирается, ступив же На верхнюю ступеньку, к облакам Подъемлет взор, с презреньем забывая О лестнице. Так может сделать Цезарь;
Так пресечем^ тот замысел. Пока Предлога для вражды он не дает нам.
Но можно думать, что при царской власти До крайностей дойдет он шаг за шагом,
Что он — яйцо змеиное: доспеет —
И смертоносным станет; так задушим Мы гада в скорлупе.
Входит Люций.
Люций
Зажег тебе светильник, господин.
Искал кремень — и на окне записку Нашел. Вот — запечатана. Записки Той не было, когда я спать ложился.
(Передает ему письмо.)
Брут
Ступай, усни: ведь ночь. Скажи мне, мальчик,
Не завтра ль наступают Иды марта? t»
Люций
Не знаю, господин.
Брут
Взгляни на календарь и мне скажи.
Люций
Сейчас.
[Уходит.


Юлий Цезарь
-58
Брут
Свет метеоров, в воздухе свистящих,
Так ярок, что могу при нем читать я*
(Распечатывает записку и читает)
«Брут, дремлешь ты; проснись, себя узри.
Иль должен Рим... Кинь клич, рази, исправь.
Брут, ты заснул; проснись)).
Воззвания подобные нередко Подбрасывали мне.
«Иль должен Рим... » Я так дополню это:
«Иль должен Рим пасть ниц у трона?)) Рим!
Из Рима изгнан предками моими Тарквиний был, когда царем назвался.
«Кинь клич, рази, исправь)). Так должен я Клич кинуть и разить? О Рим, поверь:
Когда б затем настало исправленье,—
* Из Брутовой руки ты получил бы
Всё полностью, к чему теперь стремишься!
Входит Люций.
Люций
Пятнадцатый день марта наступает.
Стук за сценой.
Брут
Гак, хорошо. Открой поди: стучат.
[Уходит Люций.
С того мгновенья, как забстрил Кассий
* Враждебно против Цезаря мой дух,
Не знал я сна.
Меж совершеньем страшного деянья И первым „побужденьем жизнь подобна Виденью иль мучительному сну.
Тогда совет друг с другом держат гений И смертные орудья, * — и в то время,
Как некая держава, человек Восстание в себе претерпевает.
*Г ений — в античном смысле этого слова — дух, высшая часть души человека; смертные орудья — тело.


1 km 11. Сцена 4
m
Входит Люций.
Люций
Там, господин, у двери брат твой, Кассий. *
Тебя он хочет видеть.
Брут Он один?
Люций
Нет, господин, еще есть.
Брут
Тех ты знаешь?
Люций
Нет, господин, не знаю1, под плащами Наполовину спрятаны их лица,
* И на уши надвинуты их шапки,
Так что не мог ни одного из них Узнать я по чертам лица.
Брут
Впусти их.
[Уходит Люций.
То заговорщики. О заговор!
Ты мрачное чело явить стыдишься В ночи, когда приволье злу! А днем —
Пещера где столь темная, что скрыла б Твой злобный лик? Не сыщешь, заговор!
Так прячься за улыбки и любезность.
Ведь если явишь подлинный свой лик,
Эреба ** мрак — и тот не защитил бы Тебя от подозрений.
Входят заговорщики: Кассий, Каска, Деций, Цинна, Метем Цимбр и Требоний.
Кассий
Час неурочный... С добрым утром, Брут.
Боюсь я, твой покой мы нарушаем.
* Кассий был женат на Юнии, сестре Брута.
** Э р е б — в античной мифологии — подземное царство мрака.


40
Юлий Цезарь
Брут
Не спал я, и не сплю всю эту ночь.
Знакомы ли мне спутники твои?
Кассий
Знакомы все; и нет ни одного, уо
Кто Брута бы не уважал; и каждый
Хотел бы, чтоб держался о себе
Брут мнения всех благородных римлян.
Требоний это.
Брут
Он желанный гость.
Кассий
Вот Дедий Брут.
Брут
Желанный гость и он.
Кассий
Вот Каска, вот Метелл, вот Цинна.
Брут
Все
Да будут здесь желанными гостями.
Между глазами вашими и ночью Бессонные какие встали думы?
Кассий
Два слова, Брут.
Брут и Кассий шепчутся.
Д e ци й
Вон там — восток; не день ли там занялся?
Нет.
Каска
Цинна
Конечно, день. И серые полоски,
Что в тучах проступили, — признак утра.
100


Акт IL Сцена, 1
Ы
Каска
Признайтесь же, что оба вы ошиблись.
Вон там, куда я направляю меч,
Восходит солнце, — значит, ближе к югу:
Юнейшее ведь ныне время года.
Минуют дни — и севернее солнце
Огонь свой будет возжигать. Восток же 110
Лежит за Капитолием — вот здесь.
Брут
Мне руку дайте — все поочередно.
Кассий
И клятвою решение скрепим.
Брут
Нет, клятв не надо. Если римлян лица,
Страданья наших душ, зло этих дней,
Все эти побужденья слишком слабы,—
Расстанемся тогда, пока не поздно,
* И вновь вернемся в сонную постель.
Простор надменной тирании! Будем,
Как в лотерее, каждый ждать конца!
Но если побужденья эти, верю, ш
Огонь в себе несут, который трусов
* Воспламенит и закалит отвагой Нетвердый женский дух, — тогда, друзья,
Какая нам еще потребна шпора,
* Помимо дела нашего? Какие Потребны узы? Римляне сказали Друг другу слово втайне — и назад
Уж не возьмут. Какой обет? Лишь тот,
Что честность честности дает, решая:
Да будет это, иль падем в бою.
Клянутся пусть жрецы, лукавцы, трусы,
Полуживые старики, те души, ш
* Что немощно благодарят за зло;
Пусть при свершенье темных дел клянутся Мошенники. Но осквернять не будем


ш
Юлий Цезарь
Мы чистоту высокого решенья И мужество неукротимых душ Раздумием, что мы иль наше дело Нуждаться могут в клятве. Нет! Ведь капля Последняя той благородной крови,
* Что римлянин несет в себе, она Солгала б, оказавшись чуждой кровью,
Когда б он хоть частицу обещанья,
Исшедшего из уст его, нарушил. т
Кассий
Как с Цицероном быть? Поговорить с ним?
Он, думаю, нас горячо поддержит.
Каска
Нельзя нам упускать его.
Ц ИНН А
Никак.
М Е Т Е Л Л
О, убеди его! Людей подкупят Серебряные волосы его И обеспечат нам их одобренье.
Все скажут: он задумал, те свершили.
И молодости нашей буйный пыл Его степенной важностью затмится.
Брут
О нет, не открывайтесь Цицерону: т
К тому, что было начато другими,
Он не примкнет.
Кассий
Так исключим его. Каска
И впрямь, он не годится.


Акт II. Сцепа 4
45
Д ЕЦИЙ
Один ли Цезарь должен быть сражен?
Кассий
Ты, Дедий, прав. Как быть? Я полагаю,
Что столь любимый Цезарем Антоний Его не должен пережить: иначе Окажется у нас противник ловкий.
* Ведь знаете вы сами: если он
Все средства пустит в ход, нам всем Антоний Наделает хлопот. И потому-то Пускай Антоний с Цезарем падет.
Брут
Не кровожадно ль, скажут нам, Кай Кассий, Главу отсекши, члены отрубать,
К убийству примешав ожесточенье?
Антоний — что? Член Цезарева тела.
Жредами будем, Кай, не мясниками.
Мы против духа Цезаря восстали,
А в духе человека крови нет.
О, если б к духу Цезаря проникнуть,
Не рассекая тела! Но, увы!
Должны мы кровь пролить его. Убьем же Его без страха, но и без вражды.
Как блюдо для богов, его разрежем,
А не разрубим, как для гончих тушу.
Сердда свои мы уподобим ловким Хозяевам, которые, к насилью Подвигнув слуг своих, затем, для вида,
Бранят их. Так поступок наш предстанет
* Плодом необходимости, не злобы,
И .весь народ увидит не убийство,
А жертву очистительную в нем.
Антоний же — о нем не стоит думать. Бессилен он, как Цезаря рука
Без головы.
Кассий
И всё ж я опасаюсь Антония: так Цезаря он любит ...


и
Юлий Цезарь
Брут
Ах, позабудь о нем, мой добрый Кассий. Одно он может: обратить печаль На самого себя — и чахнуть с горя.
И то едва ли: весь он предан играм Да буйным развлечениям с друзьями.
Требоний
Антоний нам не страшен: не умрет И будет жить и весело смеяться.
Бьют часы.
Брут
Чу! Колокол. Считайте.
Кассий
Било три.
Требоний Пора нам уходить.
Кассий Но вот вопрос:
Сегодня выйдет Цезарь или нет?
С недавних пор он вдался в суеверье,
Хоть до того смотрел совсем иначе На знаменья, видения и сны.
А эти явно грозные предвестья,
Необычайный ужас этой ночи,
Авгуров уговоры, может статься,
Побудят Цезаря остаться дома.
Д еций
Не бойтесь: я решение такое Преоборю. Он любит поговорку,
Что деревом единорогов ловят,
Медведей ловят зеркалом, львов — сетью,
Ямой — слонов, а человека — лестью.
Когда ж скажу, что он льстецов не терпит, — Он соглашается, весьма польщенный.


Акт II. Сцена /
45
Доверьтесь мне:
Его направить мысли я сумею ш
И в Капитолий приведу его.
Кассий
Нет, лучше все придем за ним наутро.
Брут
К восьми часам, не правда ли? Не позже.
Цинн А
К восьми часам, и все до одного.
Me те л л
Лигарий Цезарю враждебен: Цезарь Был резок с ним за похвалы Помпею.
Дивлюсь я, как никто о нем не вспомнил.
Брут
Так вот, зайди к нему, Метелл мой добрый.
Меня он любит, — есть тому причины;
Пришли его ко мне: он будет наш. т
Кассий
Нас утро настигает. — Брут, пора нам.—
Рассеемся, друзья мои. Но каждый Пусть помнит то, что сказано здесь было,
* И римлянином пусть себя покажет.
Брут
Явитесь свежи, веселы, друзья;
Пусть вид ваш наших замыслов не выдаст;
Должны, как наши римские актеры,
Уверенно и бодро вы держаться.
Итак, скажу вам всем я: с добрым утром.
[,Уходят все, кроме Брута.
Эй, мальчик! Людий!—Крепко спит! Ну что ж!
Пей сна медвяно-томную росу. язо


Юлий Цезарь
46
Ни образов, ни странных снов заботы В твоем мозгу тревожно не рождают,
И можешь спать ты сладко.
Входит Порция.
Порция
Брут! Супруг мой!
Брут
Что, Порция, тебе? Зачем ты встала?
Тебе, с твоим здоровьем слабым, вредно Сырым, холодным утром выходить.
П о рция
Как и тебе. Покинул ты сурово Мою постель. За ужином вчера Вдруг встал, задумался, скрестивши руки,
Взад и вперед ходить ты стал, вздыхая.
Когда тебя спросила я, в чем дело,
Ты кинул на меня суровый взор.
Я вновь спросила; почесавши лоб, Нетерпеливо топнул ты ногою.
Настаивала я—ты не ответил,
Лишь замолчать мне приказал сердитым Движением руки. Я замолчала,
Боясь, что разожгу словами гнев,
В глазах твоих сверкнувший, и надеясь,
Что это — лишь минута раздраженья,
Какие посещают всех людей.
Не спишь, не ешь, со мной не говоришь ты; И изменись твоя наружность так же,
Как изменилось поведенье, Брута В тебе я не узнала б. Муж мой милый,
Скажи, чем озабочен ты столь тяжко.
Брут
Немного нездоров я — вот и всё.
П о р ц ия
Разумен Брут и, если б заболел,
Лекарства от болезни принимал бы.


Акт II. Сцепа 4
47
Брут
Я так и делаю. — Ложись, мой друг. геи
П о рция
Брут болен? А гулять ему полезно Полуодетым здесь, сырого утра Вдыхая испаренья? Как! Брут болен, —
И он постель делительную бросил И вышел в этот час ночной, чтоб воздух Промозглый, чье дыхание — зараза,
Его болезнь усилил? Нет, мой Брут:
В уме твоем гнездится та болезнь.
По праву и достоинству супруги
Я знать ее должна; и на коленях, т
Моей красой, прославленной когда-то,
Любовными обетами твоими,
* Великим тем обетом, что меня
С тобою слил в одно, — я заклинаю Тебя, мой муж, поведай мне, своей
* Ты половине, самому себе:
Что тяготит тебя и что за люди Тебя сегодня ночью посетили?
Шесть или семь пришло их, прячась даже От тьмы ночной.
Брут
Не преклоняй колени,
* Милая Порция.
Порция Их преклонять
Мне не пришлось бы, будь ты милым Брутом. Иль в брачном договоре нашем, Брут,
Имеется условье, что не должно
Мне ведать тайн твоих? Что я — ты сам,
Но только до известного предела:
Деля твою трапезу, услаждая * Твою постель, с тобою иногда Беседуя? Или живу я только В предместьях твоего расположенья?


48
Юлий Цезарь
О, если так, то Порция для Брута * Наложница, а не жена.
Брут
Жена
Ты подлинная, чтимая глубоко,
Мне близкая, как капли алой крови,
Втекающие в горестное сердце.
Порция
Будь это так, твою б я знала тайну.
Я, правда, женщина, — но всё же в жены Ту женщину взял благородный Брут.
Я, правда, женщина, — но именита Та женщина: она — Кадюна дочь.
Отец мой и супруг мой — не порука ль Тому, что я сильнее, чем мой пол?
Откройся мне: твою не выдам тайну.
Что я тверда — я доказала, рану По доброй воле нанеся себе Сюда, в бедро. Не выдала я боли,
Ужели выдам тайну мужа?
Брут
Дайте
Достойным стать такой жены, о боги!
Стук за сценой.
Чу! Порция, оставь меня на время.
Сегодня ж утром грудь твоя разделит Все тайны сердца моего: тебе Я изъясню все замыслы мои И письмена моих бровей угрюмых.
Ступай, ступай же.
[Уходит Порция.
Люций, кто стучит?
Входит Люций с Лтарием.
Люций
Тут человек больной к тебе пришел.


A km IL Сцена 4
49
Брут
Слова Метелла... Это Кай Лигарий. —
Ты, мальчик, отойди. — Как? Кай Лигарий?
Лигарий
Прими привет уст ослабевших, Брут.
Брут
Не во-время, любезный Кай, платком Ты повязался. Эх, зачем ты болен!
Лигарий
Не болен я, коль Брут замыслил подвиг, Который имя славного стяжал бы.
Брут
Такой замыслил подвиг я, Лигарий,—
Здоровым ухом слушать бы о нем.
Лигарий
Клянусь я всеми римскими богами,
Болезнь я отряхаю! Сердце Рима!
Сын доблестный, от славных чресл рожденный! Как заклинатель, к жизни вновь вернул Ты душу омертвелую. Лишь слово —
И я на невозможное пойду;
Я совершу его! Что надо сделать?
Брут
То, от чего больной здоровым станет.
Лигарий
Но заболеет кое-кто здоровый?
Брут
И это тоже. Расскажу, в чем дело,
Тебе, мой добрый Кай, когда пойдем мы К тому, над кем свершится всё.
Лигарий
Веди.
С горящим сердцем за тобой пойду я,
4 Шекспир, т. VI


№
Юлий Цезарь
Готовый сделать всё. С меня довольно, Что мой вожатый — Брут.
Брут
Иди за мною.
СЦЕНА 2 Дом Цезаря.
Гром и молния.
Входит Цезарь в ночной одежде. Цезарь
Всю эту ночь не ведали покоя Ни небо, ни земля. Во сне три раза * Кальпурния кричала: «Помогите!
А! Убивают Цезаря!» Эй, люди!
Входит Слуга.
Слуга
Что, господин?
Цезарь
Скажи жрецам: пусть жертву принесут, — И, что они предскажут, передай мне.
Слуга
Иду.
Входит Кальпурния. Кальпурния
Что, Цезарь мой? Иль хочешь ты уйти? Тебе сегодня выходить не должно.
Цезарь
Сегодня выйдет Цезарь. Только в спину Опасности глядят мне, а когда Лик Цезаря они увидят, — нет их.
[Уходят.
[Уходит.
Кальпурния Я знаменьям не верила доныне,


Сегодня же страшусь их. Сверх того,
Что видели и слышали мы сами,
* Там повествует человек один,
Какие ужасы видала стража.
На камнях улиц окотилась львида; Разверзшись, склепы мертвых извергали; Средь туч бойцы сражались огневые В рядах, в полках, точь-в-точь как на войне, На Капитолий брызжа ярой кровью;
Громами сечи воздух скрежетал,
Стонали раненые, ржали кони,
И духов разносился визг и вой.
То вещи небывалые, о Цезарь,
И я боюсь их.
Це зарь
Можно ль избежать Того, что предначертано богами?
Так! Выйдет Цезарь. Эти предвещанья Относятся не к Цезарю, — ко всем.
КАЛЬПУРНИЯ
При смерти нищих не видны кометы: Огнем вещает небо смерть владык.
Цезарь
Трус умирает много раз до смерти; Однажды лишь вкушает смерть храбрец. Из всех чудес, рассказанных мне ныне, Одно всего странней мне — страх людей: Ведь знают — смерть, конец необходимый, Придет в свой час.
Входит Слуга.
Что говорят авгуры?
Слуга
Советуют: не выходи сегодня.
Они, рассекши внутренности жертвы, Найти в животном сердце не могли.


Ö2
Юлий Цезарь
Цезарь
То трусость посрамить хотели боги:
Животное без сердца был бы Цезарь,
Когда б из страха дома он остался.
Нет, так не будет. Знает хорошо Опасность, что ее опасней Цезарь.
Мы с ней — два льва; родились в тот же день,
Но из двоих я старший и грознее.
Сегодня выйдет Цезарь.
КАЛЬПУРНИЯ
Ах, супруг мой!
Твоя уверенность твою пожрала мудрость.
Не выходи сегодня. Страх не твой—
Мой страх пускай тебя удержит дома.
Антония отправим мы в сенат Сказать, что ты сегодня нездоров.
Молю тебя об этом на коленях.
Цезарь
Пусть скажет, что сегодня нездоров я,
Твоей причуды ради — остаюсь.
Входит Деций.
Вот Деций Брут; пусть им объявит это.
Деций
Привет, достойный Цезарь! С добрым утром!
Явился я просить тебя в сенат.
Цезарь
И во-время как раз пришел ты, Деций: 60
Сенаторам мой передай привет С известьем, что сегодня не приду я.
Сказать, что не могу, была б неправда;
Что не решаюсь — злейшая неправда.
Сегодня не приду я — так ты скажешь.
К а льнурни я Скажи: он болен.


Акт 11. Сцена 2
53
Це зАРЬ
Цезарь станет лгать?
Я для того ль простер над миром руку,
Чтоб от седых бород скрыть правду в страхе?
Ступай, скажи им: Цезарь не придет.
Д e ди й
Открой причину мне, великий Цезарь.
Осмеян буду я, коль так скажу. то
Цезарь
Причина — воля Цезаря. Сегодня Я не приду — с них этого довольно.
Но так как я тебя люблю, готов Ради тебя я объяснить, в чем дело.
Кальпурния меня не отпускает:
Приснилось ей, что статуя моя Кровь изливает чистую, подобно Стоустому Фонтану, и подходят С улыбкой много римлян благородных * И руки омывают в той крови.
Жена в том видит предостереженье, so
Злой признак, близость бед, и на коленях Меня молила дом не покидать.
Д e ци й
Неверно этот сон был истолкован.
В нем скрыт благоприятный, дивный смысл.
Из статуи кровь била многоструйно,
И римляне в ней омывали руки:
Поить ты, значит, будешь Рим великий Животворящей кровью, и мужи Великие, теснясь, в ней черпать будут Отличий знаки, памятки, гербы/
Вот сон Кальпурнии что означает. »о
Цезарь
Ты хорошо его истолковал.  ** Руки, платки и т. п., окрашенные кровью Цезаря, будут для них реликвиями и почетными знаками того, что они принадлежат к числу его приверженцев.


Юлий Цезарь
Ö4
Деций
Ты это скажешь, выслушав меня.
Узнай: постановил сенат венед Сегодня предложить тебе, о Цезарь.
А услыхав известье: «Не придет он»,—
Как знать, вдруг передумают? К тому же Здесь повод для насмешек. Кой-кто скажет:
«Отложим заседание, пока
Его жена снов лучших не дождется».
Начнешь скрываться — разве не зашепчут:
«Эге! Боится Цезарь!»
Прости мне, Цезарь: но любовь к тебе Повелевает мне сказать об этом,
И разум подчиняется любви.
Цезарь
Как страхи мне твои теперь смешны,
Кальпурния! Стыжусь, что уступил им. —
Подать мне тогу: я иду.
Входят Публий, Брут, Лигарий, Метелл, Каска, Треб опий и Цинна. А вот пришел за мной и Публий.
Публий
Достойный Цезарь.
Здравствуй,
Цезарь
С добрым утром, Публий. — Как? Брут? И ты с постели встал так рано? - А, с добрым утром, Каска!—Кай Лигарий, Вовек тебе таким врагом я не был,
Как этот гложущий тебя недуг. —
Который час?
Брут
Пробило восемь, Цезарь.
Цезарь
Спасибо вам за труд и за любезность.
Входит Антоний.
но


Акт 11. Сцена 3
55
Ого! Ночной гуляка наш, Антоний,
И тот пришел? Антоний, мой привет!
Антоний
И мой тебе, высокочтимый Цезарь.
Цезарь
Скорее приготовить всё, что надо.
Опаздываю я: нехорошо. —
А! Цинна? И Метелл с ним?—Ба! Требоний? ш
С тобою нужно мне поговорить,—
Так не забудь зайти ко мне сегодня.
Чтоб помнил о тебе я, стань поближе.
Требоний
Всё выполню.
(В сторону)
И стану я так близко,
Что будут сожалеть твои друзья,
Зачем не стал я от тебя подальше.
Цезарь
Друзья, войдите; выпьемте вина
И, как друзья, в сенат пойдемте вместе.
Брут
(в сторону)
Тот, кто идет, как друг, еще не друг.
От мысли той тоскует сердце Брута.
\Уходят.
СЦЕНА 3
Улица близ Капитолия.
Входит Артемидор, читая записку.
Apteмидор
«Цезарь, берегись Брута, остерегайся Кассия, не приближайся к Каске, присматривай за Цинной, не доверяй Требонию, следи за Метеллом Цимбром; Деций Брут тебя не любит; ты обидел Кая Лигария. Одна мысль живет во всех этих людях, и эта мысль


56
Юлий Цезарь
направлена против Цезаря. Если ты не бессмертен, — будь на страже: беспечность благоприятствует заговору. Да хранят тебя великие боги. Твой доброжелатель Артемидор».
Здесь Цезаря дождусь я и подам Ему записку эту, как прошенье.
Себя от зуба зависти — о горе! —
Не может добродетель уберечь.
Коль ты прочтешь, спасешься, Цезарь, — или Союз с изменой Парки * заключили.
[ Уходит.
СЦЕНА 4
Другая часть той же улицы, перед домом Брута.
Входят Порция и Люций.
Порция
Прошу тебя, в сенат беги скорее.
Не отвечай, беги. Что ж ты стоишь?
Люций
Что делать там, скажи мне, госпожа.
Порция
О, если б ты успел уж воротиться Пока не начала я говорить!
[В сторону]
Не покидай меня ты, твердость духа;
Горою встань меж сердцем и устами.
Я муж умом, но женщина по силе:
Как трудно женщине не выдать тайну! —
Всё здесь ты?
Люций
Что мне делать, госпожа? Бежать ли к Капитолию—и всё? Потом к тебе назад бежать — и всё?
* Пар к и — в античной мифологии — три сестры, прядущие нити жизни людей. Когда они обрывают нить, человек умирает.


Акт IL Сцена 4
&Т
Порция
Да. Принеси мне весть, каков на вид Твой господин: он болен. И заметь, Просителями Цезарь окружен ли?
Чу, мальчик! Что за гул?
Не слышу я.
Люций
Порция
Прислушайся, прошу.
Я слышу бурный шум, как будто схватки; Доносится по ветру этот шум * От Капитолия.
Люций Не слышу, нет. Входит Прорицатель.
Порция
Друг, подойди. Откуда ты идешь?
Прорицатель Из дома, госпожа.
Порция Который час?
Прорицате ль
Уж екоро будет девять, госпожа.
Порция
Скажи, прошел ли Цезарь в Капитолий? Прорицатель
Нет, госпожа: хочу занять я место На том пути, которым он пойдет.


S8
Юлий Цезарь
Порция
Ты к Цезарю с прошением, не так ли?
Прорицатель
С прошеньем, госпожа. Коль будет Цезарь К себе столь добр, что слух ко мне преклонит,
Я попрошу, чтоб был себе он другом.
Порция
Как? Знаешь ты, что с ним беда случится? зо
Прорицатель
Нет. Знаю лишь: она случиться может. Прости меня. Здесь улица узка.
Толпою вслед за Цезарем теснятся Сенатор, претор и простой проситель; Я слаб, — меня* до полусмерти стиснут. Займу я место там, где попросторней, И к Цезарю оттуда обращусь.
Порция
[ Уходит.
Должна домой вернуться я. Увы!
Как слабо сердце женщины. О Брут!
Пошли судьба успех тебе сегодня.—
Ай, мальчик слышал!—Есть у Брута просьба; 40
Отказывает Цезарь. — О, мне дурно!
Беги же, мальчик, к моему супругу,
Привет ему мой передай, скажи:
Я весела, — и возвратись с ответом.
[.Уходят в разные стороны.


АКТ III
СЦЕНА 1
Перед Капитолием»
Наверху заседает сенат.
У входа в Капитолий — толпа; среди нее — Артемидор и Прорицатель.
Фанфары.
Входят Цезарь, Брут, Кассий, Каска, Деций, Метелл, Требоний, Цинна, Антоний, Лепид, Попилий, Публий и другие.
Це зАРЬ
Настали Иды марта.
Но не прошли.
Пр ОРИдАТЕль Да, о Цезарь,
Артемидор
Привет, великий Цезарь! Прочти записку эту.
Деци й
Тебя Требоний просит на досуге Прочесть его смиренное прошенье.
Артемидор
Прочти мое сначала, Цезарь! Ближе Оно тебя касается. Прочти!
Цезарь
Что нас касается — пойдет последним.


Юлий Цезарь
Артемидор
О Цезарь, не откладывай, прочти!
Цезарь
Он что — в уме?
Публий
Эй ты, с дороги прочь!
Кассий
Что! Подавать на улице прошенья?
Ступайте в Капитолий.
[.Цезарь входит в Капитолий За ним — остальные.
П о пи ли й Желаю вам сегодня я удачи.
Кассий
Удачи в чем, Попилий?
П о п и л и й
Будь здоров.
(Направляется к Цезарю.)
Брут
Что он сказал?
Кассий
Он пожелал сегодня нам удачи.
Боюсь я, что наш замысел раскрыт.
Брут
Он к Цезарю спешит. Следи за ним.
Кассий
Проворней, Каска: упредить нас могут. —
Что делать, Брут? Если раскрыто всё, —
20


Акт 111. Сцена 4
64
Иль Кассий с места не сойдет, иль Цезарь: Себя убью я.
Брут
Успокойся, Кассий.
Заговорил Попилий не о том:
Он улыбается, спокоен Цезарь.
Кассий
Требоний не зевает: Брут, гляди —
Антония с пути он убирает.
[Уходят Антоний и Д еций
А где Метелл? Пусть тотчас подойдет И Цезарю подаст свое прошенье.
Брут
Готов он. Все за ним: его поддержим.
Цинна
Ты, Каска, первый руку занесешь.
Цезарь
Готовы ль все? Какие беззаконья Рассудят Цезарь и его сенат?
Метелл
Великий, мощный, всемогущий Цезарь,
Перед тобой склоняет твой Метелл Смиреннейшее сердце...
(Преклоняет колени.)
Цезарь
Знай, Метелл:
Такое льстивое низкопоклонство Могло б обычным людям кровь разжечь И прежде установленный закон —
Требоний.
зо


62
Юлий Цезарь
* Первоначальное решенье — сделать Изменчивым, как детская забава.
*Но не питай надежды безрассудной:
Иль Цезарь над собой уже не властен, 40
И силу растопить его возможно,
Как дураков смягчают, — сладкой речью,
Склоненьем до земли, собачьей лаской?
Твой изгнан брат моим постановленьем.
Ты за него ли ластишься и просишь?
Тогда, как пса, тебя я отшвырну.
Знай: Цезарь справедлив, и оснований Он требует.
М Е ТЕ ЛЛ
Быть может, голос более достойный
И слаще уху Цезаря звучащий so
За брата моего замолвит слово?
Брут
Твою целую руку я, о Цезарь,
Хоть я не льстец: прошу я, чтобы мог В Рим тотчас же вернуться брат Метелла.
Цезарь
Как! Брут?
Кассий
Прости! Прости, о Цезарь!
Склоняется к твоим ногам и Кассий:
Изгнанника помиловать он просит.
Цезарь
Будь я, как вы, меня могли бы тронуть:
Умей просить я, мог бы внять я просьбам.
Но стоек я, как севера звезда, ее
Что на небе незыблемо недвижна,
Соперницы не ведая себе.
Мильоном искр расцвечен свод небесный, —
Все огненные, каждая блестит,—


Акт 111. С%ена 4
63
Но лишь одна всегда на том же месте.
И в мире так же: он людьми наполнен,
Во всех есть плоть, и кровь, и разуменье; Но в их числе лишь одного я знаю, Который, неприступен, неизменен,
Стоит там, где стоит. Что это—я,
Хочу вам показать я на примере:
Был тверд я — и виновного изгнал; Останусь тверд — и в Рим он не вернется.
О Цезарь...
Цинн А Цезарь
Прочь! Иль сдвинешь ты Олимп?
Д Е g И Й
Великий Цезарь...
7fr
Цезарь
Брут молил напрасно!
Каска
Мой сказ — рукой!
Ударяет Цезаря кинжалом. Вслед за ним наносят удары все остальные заговоргцикщ последним — Марк Брут.
Цезарь
Et tu, Brute!* Умри же, Цезарь!
(Умирает.)
Цинн А
Свобода! Тирания умерла!
На улицу—тот клич! Бежим! Кричим!
Кассий
На площадь кто-нибудь! С трибуны крикнуть: «(Раскован Рим! Освобожденье! Воля!»
* 1И ты, Брут!’ (лат.)


€4
Юлий Цезарь
Брут
Народ, сенаторы, не бойтесь, стойте:
То честолюбия уплачен долг.
Каска
Ступай на площадь, Брут.
Д e g 9 й
И Кассий тоже.
Брут
Где Публий?
Цинн А
Он здесь, ошеломлен восстаньем нашим. М Е Т Е Л Л
Плечо к плечу мы станем: кто-нибудь, Друг Цезаря...
Брут
Стоять нам не придется.
Не бойся, Публий: больше никому эе
Из римских граждан не грозит опасность.
Так, Публий, всем скажи.
Кассий
И уходи:
Не то, боюсь, не пощадят твой возраст,
Коль кинется на нас народ.
Брут
Он прав;
Должны в ответе быть за наш поступок *Лишь мы, свершители.
Входит Тре$оний.
Кассий
Антоний где?


►а
Он
eS
ea
о
&
С гравюры по картине Жерома


Акт 111. Сцена 4
65
Треб оний
Он, потрясенный, поспешил домой.
Мужчины, женщины и дети с воплем * Бегут, безумно озираясь, словно В день страшного суда.
Брут
Теперь явите, Парки, волю вашу!
Что мы умрем — мы знаем; но когда 100
(Попозже бы!) — вот что людей заботит.
Кассий
Так тот, кто вычтет двадцать лет из жизни,
Лишь вычтет двадцать лет боязни смерти.
Брут
А если так, то смерть — благодеянье:
Мы Цезарю друзья — уже не знает Он страха смерти. Римляне, нагнемся,
В его крови омоем наши руки По локоть и мечи окрасим наши.
Затем вперед — на Рыночную площадь
И, красными клинками потрясая, ио
На ней провозгласим: «Свобода! Мир!»
Кассий
Нагнемся ж и омоем... Сколько раз В веках грядущих воскресят наш подвиг Театры в государствах нерожденных *На языках, неведомых теперь!
Брут
И кровь точить на сцене будет Цезарь,
Что здесь лежит у статуи Помпея,
Как прах ничтожнейший!
5 Шекспир, т. VI


66
Юлий Цезарь
Кассий
И каждый раз
Нас будут поминать как тех людей, Что принесли отечеству свободу.
Д ЕЦИЙ
Ну что ж, идем?
Кассий
Идем. Брут — во главе, ш
А мы украсим путь его — мы, Рима Отважнейшие, лучшие сердца.
Входит Слуга.
Брут
Тсс... Кто это? Антония слуга!
Слуга
Велел мне господин стать на колени,
Велел мне Марк Антоний в прах склониться И, так склонясь, сказать тебе, о Брут: аБрут благороден, мудр, отважен, честен;
Был Цезарь смел, могуч, велик и добр.
Люблю я Брута, и его я чту;
Любил и чтил я Цезаря — с боязнью. т
Пускай Антонию позволит Брут Явиться в безопасности к нему,
Чтобы узнать, за что убит был Цезарь, —
И Брут живой — не мертвый Цезарь — будет Антонию дороже, и готов Он будет сердцем верным разделить Судьбу и цели доблестного Брута Средь шаткости тревожных этих дней».
"Так говорит мой господин Антоний.
Брут
Твой господин и доблестен и мудр.
Я это знал и раньше. 140
Скажи ему: коль он сюда придет,—


Акт 111. Сцепа /
67
Узнает всё, и — честь моя порукой — Вернётся невредим.
С ДУГ А
Тотчас придет он. Брут
Я знаю, что он будет нашим другом.
Кассий
То было б хорошо; но всё ж в душе Его я опасаюсь; а доныне Предчувствия мои были верны.
Брут
Вот он идет.
Входит Антоний. Привет тебе, Антоний.
[Уходит.
Ант оний
О мощный Цезарь! Ты ль упал так низко?
И все завоевания, триумФЫ,
Трофеи, славу ныне уместило * Пространство столь ничтожное? Прости!..— Намеренья мне ваши неизвестны:
Чья брызнет кровь, кто слишком полнокровен? Но если я на очереди, — знайте:
*Нет часа лучшего, чем этот час —
Час смерти Цезаря; орудья нет Достойней, чем ваш меч, от крови алый:
Ведь кровь та—благороднейшая в мире.
Я вас прошу: коль вам я ненавистен, Исполните свой замысел сейчас,
ISO
Когда еще дымятся кровью руки. *Хоть сотни лет я проживу — и всё же Так ре умру охотно я, как ныне:
Нет места лучшего и лучшей смерти, Чем здесь, близ Цезаря, и от руки Людей первейших, избранных умов.
*
160


68
Юлий Цезарь
Брут
Нет, смерти не проси у нас, Антоний.
Мы кажемся жестоки, кровожадны,—
Достаточно взглянуть на руки наши,
На дело их. Но видишь ты лишь руки,
Лишь дело их кровавое; не видщпь
Сердец, — сердца же полны состраданья. по
Мы сострадали скованной отчизне;
Как изгоняется огонь огнем,
* Изгнало состраданье — состраданье:
Мы Цезаря убили. Пред тобой же Свинцовы острия мечей, Антоний,
Враждебно не сжимается рука.
С любовью, уваженьем и доверьем,
Как брата, принимаем мы тебя.
Кассий
Как равный, ты участье с нами примешь В распределенье высших должностей.
Брут
Лишь время дай народ нам успокоить, ш
От страха обезумевший, и ты Узнаешь, почему так поступил я —
Я, Цезаря любивший в то мгновенье,
Когда его сразил.
Антоний Вы мудры, знаю.
Кровавую пусть каждый даст мне руку. —
Марк Брут, твою хочу пожать я первой.— Твою теперь беру, Кай Кассий, руку.—
Ты, Деций Брут, — ты, Цинна, — ты, Метелл, — Ты, мой отважный Каска; и последним, —
Хоть в сердце не последний ты, — Требоний. Что я могу, патриции, сказать?
Увы! Ведь я стою на скользкой почве,
И вы меня сочтете неизбежно Либо за труса, либо за льстеца.


Акт 111. Сцена 4
69
Тебя любил я, Цезарь, — о, то правда!
И коль сейчас глядит на нас твой дух,—
Ты, благороднейший! — не горше ль смерти Тебе узреть, как твой Антоний мир С убийцами твоими заключает
И пальцы жмет кровавые над трупом? 200
Когда бы глаз имел я столько ж, сколько Ран у тебя, и каждый глаз струею
* Лил слезы бы, как эти раны — кровь,
Приличней мне то было б, чем с врагами Твоими договариваться мирно.
Прости мне, Юлий! Здесь, олень отважный,
Ты загнан был, здесь ты упал; и здесь
* Охотники стоят, твоею кровью Отмечены, твоею смертью алы.—
О мир, ты был тому оленю лесом;
Твоим был сердцем тот олень, о мир.—
Рукой князей-охотников сраженный, 210
Лежишь ты здесь.
Кассий
Антоний...
Антоний
Извини меня, Кай Кассий.
Сказал бы так о Цезаре и враг:
Умерен я и холоден для друга.
Кассий
Тебя не осуждаю я за то,
*Что Цезаря ты хвалишь. Но какое Ты соглашенье с нами заключишь?
Включить ли нам тебя в число друзей,
Иль на тебя рассчитывать нельзя нам?
Антоний
Ведь всем пожал вам руку я, — хоть, правда,
Забылся я, на Цезаря взглянув. 220
Вы все — друзья мне, всех вас я люблю —


70
Юлий Цезарь
В надежде, что узнаю я от вас,
Чем Цезарь мог опасным быть для Рима.
Брут
Иначе наш поступок был бы зверством.
Но наши основания так вески,
Что, будь ты сыном Цезаря, всё ж был бы Ты убежден.
Ант оний
Мне этого довольно.
Еще прошу, чтоб вынести мне дали Прах Цезаря на Рыночную площадь И дали речь сказать, как должно другу,
С трибуны там, по чину похорон.
Брут
Ты можешь это сделать.
Кассий
Брут, два слова. (Говорит ему тихо)
Не знаешь ты, на что идешь: не должен Антоний речь над телом говорить.
Ты знаешь ли, как взволновать он может Народ своею речью?
Брут ( тихо)
Нет, прости.
Сам на трибуну первым я взойду И объясню, за что убит был Цезарь. Скажу, что будет речь держать Антоний С согласья нашего и разрешенья,
Что согласились мы, чтоб соблюден Был полностью чин погребенья. В этом Нам больше пользы будет, чем вреда.


Акт III. Сцена 4
74
Кассий ( тихо )
Так ли? Как знать? Не нравится мне это.
Брут
Возьми же тело Цезаря, Антоний.
Но помни — в речи нас не порицай,
Лишь Цезаря хвали, как пожелаешь,
Сказав, что мы на это согласились,—
Иначе в чине похорон участья
Не примешь ты совсем; и говорить 23()
Ты будешь вслед за мной, с трибуны той же,
Когда я кончу речь.
Ант о ний
Пусть будет так.
Мне большего не надо.
Брут
Так приготовь же тело и—на площадь.
[.Уходят все, кроме Антония.
Ант о ний
Прости меня, ты, ком земли кровавый,
Что жму я руки этим мясникам,—
Прах благороднейшего из людей,
Из всех, кто жил когда-либо на свете!
Рукам, кровь дивную пролившим, — горе!
Здесь, над немыми ртами ран твоих, 260
Разинувших рубиновые губы,
Прося, чтобы за них я говорил,
* Пророчу я: проклятье поразит Тела людские; внутренние бури,
Свирепая гражданская война В Италии повсюду забушует;
Так часты станут кровь и разрушенье,
Так хорошо узнают люди ужас,
Что улыбаться будет мать, увидя


72
Юлий Цезарь
Войною четвертованных детей.
* Привычкою к деяниям свирепым Бесследно истребится состраданье,
И, по стране блуждая в жажде мести,
Дух Цезаря, как царь, провозгласит: «Пощады не давать!»—и псов он спустит Войны, и, жаром ада опаляя,
Богиня Ата * рядом с ним пойдет,
И смрад злодейства этого ** повсюду Неубранные трупы разнесут.
Входит Слуга.
Твой господин — Октавий Цезарь, правда? Слуга
Да, Марк Антоний.
Антоний
Октавия письмом звал Цезарь в Рим.
Слуга
Письмо он это получил и едет;
А на словах сказать тебе велел...
О Цезарь!
(Замечает тело.) Антоний
Скорбишь? Тогда стань в сторону и плачь. Скорбь заразительна, — и жемчуг слез Увидя на твоих глазах, мои Туманятся. Так едет господин твой?
Слуга
В семи ночует милях он от Рима.
Ант оний
Спеши назад и расскажи, что видел. Здесь траурный, здесь неспокойный Рим,
270
280
* Ата — в античной мифологии — богиня бедствий.
** Убийства Цезаря.


С фотографии


Акт UL Сцепа 2
73
Октавию здесь быть небезопасно.
Так и скажи ему. Нет, впрочем, стой:
Дай вынесу сначала это тело На Рыночную площадь. Речь скажу я,
Попробую народ я испытать —
Как смотрит он на это злодеянье.
И сообразно с этим обо всем Ты юному Октавию расскажешь.
Ну, помоги мне.
[,Уходят, унося тело Цезаря.
СЦЕНА 2
Форум.
Входят Брут, Кассий и толпа горожан.
Горожане
Мы разъясненья ждем; нам разъясненье дайте.
Брут
Идем сюда: всё разъясню, друзья.—
В другую улицу ступай ты, Кассий,
Да раздели толпу:
Меня кто хочет выслушать — стой здесь;
Кто—Кассия, тот пусть идет за ним.
Дадим народу римскому отчет Мы в смерти Цезаря.
1- 	й Горожанин
Я остаюсь.
2- 	й Г о р о жАНИН
À я пойду за Кассием; потом Между собой сравним их разъясненья.
[Уходит Кассий с частью толпы. Брут поднимается на трибуну.
3- 	й Горожанин Брут благородный на трибуне. Тише!


7-4
Юлий Цезарь
Брут
Спокойными останьтесь до конца.
Римляне, сограждане и друзья! Выслушайте мою защиту и. соблюдайте тишину, чтобы меня услышать; поверьте мне ради моей чести и уважайте мою честь, чтобы вы могли поверить мне; судите меня согласно вашей мудрости и напрягите ваш разум, чтобы лучше судить. Если есть в этом собрании человек, горячо любивший Цезаря, я говорю ему, что любовь Брута к Цезарю не меньше, чем его любовь. Если же он спросит, почему Брут восстал против Цезаря, вот мой 20 ответ: я восстал не потому, что я меньше любил Цезаря, а потому, что я больше любил Рим. Что предпочли бы вы: чтобы Цезарь остался в живых, а вы все умерли рабами, или чтобы он умер, а вы все жили свободными людьми? Цезарь любил меня — я его оплакиваю; судьба осыпала его милостями — я радуюсь этому; он был доблестен — я преклоняюсь перед ним; но он был честолюбив — и я убил его. Итак, слезы — за его любовь, радость — за его счастье, преклонение— за его доблесть, смерть — за его честолюбие. Кто здесь так зо низок, что хотел бы быть рабом? Если есть, пусть выступит: я виноват перед ним. Кто здесь так туп, что не хотел бы быть римлянином? Если есть —пусть выступит: я виноват перед ним. Кто здесь так подл, что не хочет любить свою родину? Если есть — пусть выступит: я виноват перед ним. Я жду ответа.
Горожане
Нет такого, Брут, нет такого!
Брут
Так, значит, я ни перед кем не виноват. Я совершил над Цезарем не более того, что вы совершили бы над Брутом. Отчет о его смерти записан в Капитолии: слава, которую он заслужил, не преуменьшена; проступки, за которые он поплатился смертью, не преувеличены.
Входят Антоний и другие, неся тело Цезаря.
Вот несут его тело, сопровождаемое Марком Антонием. Хотя Марк 40 Антоний и не причастен к смерти Цезаря, он выиграет от его смерти — получит должностное место в государстве. Да и кто из вас не выиграет от этой смерти? Вот мое последнее слово,—с ним я покину вас: как для блага Рима я убил этим кинжалом своего лучшего друга, так я вонжу в себя этот же кинжал, когда отчизне будет угодно потребовать моей смерти.


Акт III. Сцена 2
75
Горожане
Живи, Брут! Живи! Живи!
1- 	й Горожанин Торжественно домой его проводим!
2- 	й Горожанин Ему меж предков статую поставим!
3- 	й Горожанин Пусть Цезарем он будет!
4- 	й Горожанин
Увенчаем
В нем Цезаря часть лучшую!
1-й Горожанин
Проводим
Его домой мы с кликами привета!
Сограждане...
Брут
so
2-Й Г ОРОЖАНИН Брут говорит. Внимайте!
Эй, тише!
1-й Г ОРОЖАНИН Брут
Сограждане, уйти мне разрешите.
Но, для меня, с Антонием останьтесь. Почтите тело Цезаря и речь Во славу Цезаря почтите тоже.
* Здесь с разрешенья нашего ту речь Произнесет над телом Марк Антоний. Я вас прошу, чтоб не ушел отсюда Никто из вас, пока он речь не кончит.
60
[Уходит.


76
Юлий Цезарь
1-й Горожанин
Стой! Слушай! Будет речь держать Антоний.
3- 	й Горожанин
Пусть на трибуну всходит; будем слушать. Антоний благородный, на трибуну!
Антоний
Во имя Брута вас благодарю я.
(Поднимается на трибуну.)
4- 	й Горожанин Что он сказал о Бруте?
3- 	й Горожанин
Он сказал,
Что нас благодарит во имя Брута.
4- 	й Горожанин Посмей сказать дурное он о Бруте!
1- 	й Горожанин Тираном этот Цезарь был.
3-й Горожанин Ну, ясно.
Рим счастлив, что избавлен от него!
2- 	й Горожанин Эй, тише! Дай Антония послушать.
Антоний
Вы, доблестные римляне...
Горожане
Тсс... Слушай!


Акт III. Сцена 2
77
Ант оний
О римляне, сограждане, друзья!
Пришел я Цезаря похоронить —
Не прославлять. Переживает нас То зло, что мы свершили, а добро Нередко погребают с пеплом нашим.
Пусть будет так и с Цезарем. Сказал Достойный Брут: был Цезарь честолюбец.
Что ж! Если так, виной то было тяжкой,
И тяжко за нее он поплатился. 80
Здесь, с разрешенья Брута и других,—
Ведь Брут почтенный человек, а впрочем,
Все, все они почтеннейшие люди,—
Хочу я речь над Цезарем сказать.
Он был мне другом, верным, справедливым.
Но Брут сказал, что был он честолюбец,—
А Брут, друзья, почтенный человек.
С собой привел немало пленных: Цезарь,
Их выкупом обогатился Рим,—
Иль это показалось честолюбьем? 9о
Когда бедняк стонал, с ним плакал Цезарь:
Столь мягким вряд ли было б честолюбье.
Но Брут сказал, что был он честолюбец, —
А Брут, друзья, почтенный человек.
Вы видели, как в праздник Луперкалий Поднес я трижды Цезарю венец.
Его отверг он: это ль честолюбье?
Но Брут сказал, что был он честолюбец,—
А Брут, слов нет, почтенный человек.
Не думаю опровергать я Брута, ш
Я говорю здесь только то, что знаю.
Любили вы его — не без причины:
Так где ж причина, чтоб о нем не плакать? —
О разуменье, ты к зверям бежало,
Утратили рассудок люди. — Дайте
Мне выждать, чтоб ко мне вернулось сердце: *
Здесь, с Цезарем лежит оно в гробу.
* Дайте мце придти в себя.


18
Юлий Цезарь
1- 	й Горожанин Мне думается, он во многом прав.
2- 	й Горожанин
Коль в это дело вникнешь ты, — выходит:
Убит несправедливо Цезарь.
3- 	й ГОРОЖАНИН
Ну? по
Другого не дождаться б нам — похуже.
4- 	й Горожанин
Вы слышали? Венец отвергнул Цезарь:
Так ясно, что он не был честолюбцем.
1-й Горожанин
Но если прав ты, дорого за это Кой-кто заплатит.
2- 	й Г ОРОЖАНИН
Бедная душа!
Красней огня глаза его от слез.
3- 	й Г ОРОЖАНИН
Нет в Риме человека благородней.
4- 	й Горожанин Внимание! Он хочет говорить.
Антоний
Еще вчера противостать вселенной Могло бы слово Цезаря, а ныне * Лежит он здесь, и ни один бедняк,
Как мал ни будь он, не почтит тот прах. О граждане, задумай я подвигнуть Сердца, умы на ярость и мятеж,
Я оскорбил бы Кассия и Брута, Почтеннейших людей. Их оскорблять


Акт HL Сцена 2
79
Посмею ль! Предпочту я оскорбить Усопшего, себя и вас. Но вот — Пергаментный здесь свиток; он скреплен Печатью Цезаря. Нашел тот свиток Я в комнате его, — то завещанье.
Когда б узнал народ, что в этом свитке,— Читать его, простите, я не буду,— Тесниться все вкруг Цезаря бы стали,
Его целуя раны, окуная * Свои платки в его крови священной, Вымаливая волосок на память,
И, умирая, этот волосок,
Как ценное наследство, завещали б Своим потомкам.
4-й Горожанин Прочти нам завещание, Антоний!
Горожане
Читай! Читай! Мы знать его хотим!
Антоний
Нет, милые друзья, читать не надо. ио
Не должно знать вам, как любил вас Цезарь.
Не камни вы, не дерево: вы — люди,
И, завещанье Цезаря узнав,
Обезумели б вы, воспламенились.
Не лучше ли не ведать вам того,
Что вы его наследники? Ведь если б О том узнали вы, — о, что тогда?
4-й Горожанин
Читай завещание! Мы хотим слышать его, Антоний! Ты должен прочесть нам завещание, завещание Цезаря!
Ант оний
Вы не потерпите ль? Не подождете ль?
Напрасно я сказал о завещанье! iso
Боюсь, я повредил почтенным людям —


80
Тем, чьи кинжалы Цезаря пронзили. Да, этого боюсь я.
Юлий Цезарь
4-й Горожанин
Они изменники, а не почтенные люди!
Горожане
Волю Цезаря! Завещание!
2-й Г ОР ОЖАНИН
Они злодеи, убийды! Завещание! Читай завещание!
Антоний
Вы принуждаете меня читать?
Так станьте здесь кругом: вам покажу я Того, кто завещание писал.
Сойти ли мне? Даете ль позволенье?
Сходи.
Спускайся.
Позволяем.
Горожане
2- 	й Горожанин
3- 	й Горожанин Антоний сходит с трибуны.
4- 	й Горожанин
В круг! Станьте кругом.
1- 	й Горожанин
Эй, подальше от гроба, подальше от тела!
2- 	й Горожанин
Дайте место Антонию, благородному Антонию!
Ант о ний
Нет, не теснитесь так; поодаль станьте. Горожане
Назад! Отступите! Дайте место!
160


«Юлий Цезарь»
С гравюры Крауса по рисунку Шписа


Ahm UI. Сцена 2
84
Антоний
Коль слезы есть у вас, — готовьтесь лить их.
Все знаете вы этот плащ. Я помню, и©
Когда его надел впервые Цезарь:
В его шатре то было, в летний вечер;
Он нервиев * в тот день разбил в бою.
Смотрите: здесь вонзил кинжал свой Кассий;
Здесь бешено прорвался злобный Каска;
Сюда вот Брут возлюбленный ударил;
Когда ж клинок проклятый он извлек,
Кровь Цезаря, глядите, за клинком Вслед бросилась, как из дверей, узнать —
То Брут ли так разит немилосердно? ш
Ведь ангелом для Цезаря был Брут, —
Судите, боги, как его любил он!
Был тот удар жесточе всех других:
Когда увидел Цезарь Брута сталь,—
Сильнее, чем изменников рука,
Его неблагодарность поразила,
* Великое его разбилось сердде;
Своим плащом закутал он лидо,
И у подножья статуи Помпея,
С которого струилась кровь, упал
Великий Цезарь. О, что за паденье, ш
Сограждане мои! И я и вы,
Все до последнего в тот час упали;
Кровавой лишь измене праздник был.
Вы плачете; я вижу, ощутили Вы жалость. Добродетельные слезы!
О души добрые, ведь это только Одежда Цезаря. Но вот он сам,
Руками изуродован измены.
1- 	й Горожанин О горестное зрелище!
2- 	й Горожанин О благородный Цезарь!
Одно из галльских племен.
6 Шекспир, т. VI


82
Юлий Цезарь
3-й Горож АНИН
О злосчастный день!
4-й Горожанин
О изменники, злодеи!
1- 	й Горожанин
О кровавый вид!
2- 	й Горожанин
Мы отомстим.
Горожане
Месть! Идем! Ищи! Жги! Запаливай! Бей! Режь! Не давай пощады изменникам!
Ант о ний
Постойте, граждане.
1- 	й Гор о жанин Тише! Слушайте благородного Антония!
2- 	й Гор о жани н
Мы выслушаем его! Мы пойдем за ним! Мы умрем вместе с ним!
Антоний
Друзья, друзья, толкать вас не хотел я На этот взрыв внезапный мятежа.
Всё свершено почтенными людьми.
Не знаю я — увы! — их личных жалоб На Цезаря; они почтенны, мудры И доводы вам привести сумели б.
Я не пришел сердца у вас похитить,
Друзья. Ведь не оратор я, как Брут,
А, как известно каждому из вас,
* Простой, бесхитростный я человек,
Что любит друга своего; и это Отлично знают те, кто разрешил мне
* Здесь, перед вами речь о нем сказать.
Ведь у меня нет острого ума,
Нет слов, заслуг нет, нет телодвижений


Акт HL Сцена 2
85
Ораторских, нет силы красноречья,
Что кровь людей волнует; напрямик Я говорю; рассказываю то,
Что знают все; на Цезаревы раны,
На эти бедные, немые рты
Показываю я и говорить
Прошу их за меня. Но будь я Брутом,
А Брут — Антонием, Антоний этот Потряс бы ваши души и, язык Вложивши в каждую из этих ран,
Поднял бы камни Рима на восстанье. зз»
Гор о жане
Восстанем мы!
1-й Горожанин Дом Брута мы сожжем!
3-й Горожанин Идем! Эй, заговорщиков ищи!
Антоний
Прислушайтесь, друзья; сказать мне дайте.
Горожане
Вы, тише там! Антоний говорит,
Антоний благороднейший!
Антоний
Друзья,
Ужели вы на всё пойти готовы?
Чем Цезарь заслужил любовь такую?
Не знаете вы это, — что ж, скажу вам:
О завещанье-то вы позабыли.
Горожане
Постойте! Верно! Слушай завещанье! ж
Ант о ни й
Написано и скреплено печатью:
Всем римским гражданам оставил Цезарь По семьдесят пять драхм на человека.


84
Юлий Цезарь
2- 	й Горожа НИН
О Цезарь благороднейший! Месть! Месть!
3- 	й Горожанин О Цезарь царственный!
Антоний Дослушайте меня.
Эй, тише!
Горожане
Антоний
Еще оставил Цезарь вам свои Беседки, парки, новые сады,—
Все те, что на восток лежат от Тибра,— Навек оставил вам и детям вашим,
Чтоб вы гуляли там и развлекались.
Вот он каков! Дождемся ль вновь такого?
1-й Гор о жанин
Нет! Никогда! — Идем! Вперед! Вперед! В священном месте прах его сожжем, А головнями подпалим дома Изменников. Эй, тело поднимай!
250
2- 	й Горожанин
Давай огня!
3- 	й Горо жАНИН Срывай скамейки!
4- 	й Горожанин Сиденья, рамы, всё, что попадется.
[Уходят горожане, унося тело Цезаря,
Антоний
Теперь пойдет! Мятеж, ты на ногах, —
Беги, куда захочется.
Входит Слуга,
Что скажешь?


Акт III. Сцена 3
85
Слуга
Октавий, господин, уж прибыл в Рим.
Где он?
Антоний
Слуга
Сейчас он в доме Цезаря с Лепидом.
Антоний
Пойду к нему тотчас же я. Приехал Он во-время. Фортуна весела И потому нам даст, что ни попросим.
Слуга
Я слышал, он сказал, что Брут и Кассий Чрез римские ворота проскакали, т
* Как бешеные.
Антоний Услыхали, верно,
Как поднял я народ своею речью.
Ну что ж, веди к Октавию меня.
[Уходят.
СЦЕНА 3
У лица*
Входит Цинна-поэт. Цинн а-п о э т
Приснилось мне—я с Цезарем пирую. Зловещие меня тревожат мысли.
Из дома выходить мне не хотелось,
Но что-то потянуло.
Входят горожане.
1-й Г о р о жАНИН
Как твое имя?


86
Юлий Цезарь
2-й
Горожанин
Куда ты идешь?
Где ты живешь?
3-й
Горожанин
4-й
Горожанин
Ты женат или холост?
2-й
Горожанин
Отвечай каждому прямо.
Да коротко.
1-й
Горожанин
4-й
Горожанин
Да разумно.
3-й
Горожанин
Да без утайки, не то худо будет.
ЦиННА-ПОЗТ
Как мое имя? Куда я иду? Где я живу? Женат я или, холост? Да еще ответить каждому прямо и коротко, разумно и без утайки. Скажу разумно: я холост.
2-й Горожанин
Значит, кто женятся, те дураки? Смотри, как бы не заработать тебе тумака. Дальше,—прямо.
Цинна-поэт
Отвечаю прямо: я иду на похороны Цезаря. 20
1- 	й Г о р о ж АНИН Как друг или как враг?
Цинн а-п о э т
Как друг.
2- 	й Горожанин
Это сказано прямо.


Акт 111. Сцена 5
87
4-й Горожанин Где ты живешь? Коротко.
Цинн а-п о э т Коротко: около Капитолия.
3- 	й Горожанин Твое имя, без утайки.
Цинна-по э т
Без утайки: мое имя — Цинна.
1-й Горожанин Рви его на части: это заговорщик.
Ци нна-п о э т
Я — поэт Цинна, я — поэт Цинна!
4- 	й Горожанин
Рви его на части за плохие стихи! Рви его на части за плохие зо стихи!
Цинна-по эт Я не заговорщик Цинна!
4-й Горожанин
Всё равно, его зовут Цинна. Вырвем у него из сердца это имя, и пусть убирается.
3-й Горожанин
Рви его на части! Рви его на части! Эй, головней! Пылающих головней! К Бруту, ц Кассию! Жги всё! Одни ступайте к дому Деция, другие—к дому Каски, третьи — к дому Лигария. Идем, в путь!
[Уходят.


АКТ IV
СЦЕНА 1 Дом в Риме.
Антоний, Октавий и Лепид сидят за столом. Ант о ний
Итак, всем этим — смертный приговор:
*Их имена помечены.
Октавий А также
Смерть брату твоему; Лепид, согласен? Лепид
Согласен я...
Октавий
Пометь его, Антоний. Лепид
Но при одном условье, Марк Антоний: Умрет и Публий, сын твоей сестры.
Антоний
Пускай умрет: вот приговор — пометка. А ты в дом Цезаря сходи, Лепид,
И завещанье принеси: посмотрим, Нельзя ли в нем урезать что-нибудь.
Лепид
Гак где же вас найду я? Здесь?


Акт IV. Сцена 4
89
Октавий
Иль в Капитолии.
Иль здесь,
[,Уходит Лепид.
Антоний Тупой, ничтожный, Лишь на посылки годный человек! При разделенье мира меж троими Ему ли быть одним из трех владык?
10
Октавий
Ты сам так рассудил и сам ему Дал голос при решении вопроса,
Кого внести в проскрипционный список.
Антоний
Октавий, больше прожил я, чем ты. Ту честь мы на Лепида возложили, Чтоб осужденья бремя снять с себя. Как золотом нагруженный осел,
В поту, кряхтя, ее нести он будет, По доброй воле иль из-под кнута * Плетясь по нами избранной дороге. Когда ж сокровище он довезет,
Его мы разгрузим и прочь прогоним: Пускай трясет ушами и пасется На общем луге.
Октавий
Поступай, как хочешь.
Всё ж он —- солдат испытанный и смелый.
Антоний
Таков мой конь, Октавий; и за это
Ему я вволю отпускаю корма. яо
Его я обучаю биться, прыгать,
И поворачиваться, и скакать:
Мой ум его движенья направляет.
Таков отчасти и Лепид: должны мы Его учить, подготовлять, толкать,


90
Юлий Цезарь
А он, дурак, лишь подражать умея,
Питается объедками чужими И видит в том обновку, что другими Затрепано, изношено давно.
Он может быть орудием — и только. &о
Но вот известье важное, Октавий:
Знай, войско собирают Брут и Кассий.
К отпору приготовиться должны мы.
* Сплотимся же теснее, созовем же Друзей, нам верных, силы напряжем,—
И тотчас же идем держать совет О том, как козни тайные раскрыть нам И явную опасность отразить.
Октавий
Да будет так. К столбу мы, как медведь,
Прикованы, и лает вражья свора.
У многих на устах улыбка, в сердце ж, 5Ü
Боюсь, коварство.
[Уходят.
СЦЕНА 2
Лагерь около Сард. Перед шатром Брута.
Входят с одной стороны Брут, Люцилий, Люций и воины, с другой стороны — Титиний и Пиндар.
Стой!
Брут Л ю ц и л и й
Давай команду! Стой!
Брут
Ну что, Люцилий? Кассий далеко ли?
Люцилий
Он близок. И к тебе с приветом Пиндар От своего явился господина.
Брут
И очень кстати. Господин твой, Пиндар, — Не знаю, сам ли изменился он,


Акт IV. Сцепа 2
9i
’'Или его приказы искажались,—
Дал повод мне о многом пожалеть,
Что совершил он. Но теперь он близок —
Всё разъяснится вскоре.
ПиндАр
Нет сомненья, и
Что мужем, полным мудрости и чести,
Предстанет господин мой благородный.
Б р у т
Я в нем не сомневаюсь.
[Тихо Люцилию]
Расскажи,
Людилий, как был Кассием ты принят.
Людилий
С учтивостью и должным уваженьем,
Но той короткой близости, что прежде, Непринужденно-дружеской беседы —
Уж не было.
Брут
Ты видел охлажденье Горячей дружбы. Так всегда, Людилий:
Когда любовь скудеет, — принужденно- п
Учтивою становится она.
Бесхитростна простая верность сердда.
Двуличные же люди с теми схожи Конями, что прельщают нылкой мощью,
*Пока ведет их конюх под уздды;
Когда ж отведают кровавой шпоры,
Главою поникают, оказавшись Лишь клячами. Его подходит войско?
Людилий
Оно сегодня к ночи будет в Сардах.
Часть бблыпая, вся коннида, сюда Подходит вместе с Кассием.


92
Юлий Цезарь
Марш за щепой.
Брут
Чу! Вот он»
Пойдем навстречу не спеша.
Входит Кассий с войском.
Стой!
Кассий
Брут
Давай команду!
Стой!
Стой!
1-й Воин
Стой!
2-й Воин
Стой!
3-й Воин
Кассий
Ты оскорбил меня, брат благородный.
Брут
Судите, боги! Если и врага Не оскорблю я, — оскорблю ли брата?
Кассий
За этой сдержанностью — оскорбленья. Коль их наносишь...
Брут
Кассий, успокойся
И тише говори, — твой нрав я Энаю.
Не будем: ссориться перед войсками,
Что лишь любовь должны меж нами видеть. Отдай своим приказ ты отойти.
А после, Кассий, у меня в шатре Изложишь ты свои обиды.
80
40


Акт IV. Сцепа 5
УЗ
Кассий
Пиндар,
Начальникам скажи: отсюда войско Пусть отведут.
Брут
Ты, Люций, сделай то же. Пусть не входит Никто, пока совет мы держим. — Станьте, Люцилий и Титиний, здесь на страже.
СЦЕНА 3
В шатре Брута.
Входят Брут и Кассий. Кассий
Вот оскорбленье: осужден тобой И заклеймен позором Люций Пелла За то, что был сардийцами подкуплен.
Я знал его и за него просил,
Но ты письмо оставил без вниманья.
Брут
Себя сам оскорбил ты, написав *По поводу подобному письмо.
Кассий
Сейчас не время так карать сурово За каждый незначительный проступок.
Брут
Скажу и я тебе, что осуждают
Тебя за то, что любишь греть ты руки,
Что должности ты недостойным людям За деньги продаешь.
Кассий Я — грею руки!
Ты знаешь, что ты — Брут, и потому
[Уходят.


94
*Так говоришь. Будь то другой, клянусь, Его последним словом было б это!
Юлий Цезарь
Брут
Разврату имя Кассия защита,
И потому сокрыло лик возмездье.
Возмездьё!
Кассий
Брут
Ты вспомни март, ты Иды марта вспомни. Не ради ль справедливости убит
* Великий Юлий? Был ли кто так низок,
Что руку на него тогда занес
Не ради справедливости? Убили Мы величайшего из всех людей За то, что покрывал он лихоимцев.
* Ужели ныне пальцы загрязнить Нам взятками презренными и поле Широкое подвластных нам отличий Продать вот за такую горстку праха?
Быть псом и лаять на луну — всё лучше. Чем быть подобным римлянином!
Кассий
Брут,
До крайности не доводи меня:
Я этого не потерплю. Сдержись! Солдат я с ббльшим опытом, ч$м ты, И подобает мне, а не тебе Учить других.
му
30
Таков.
Брут
Брось! Не таков ты, Кассий. Кассий Брут
Нет, не таков.


Акт IV. Сцена 5
95
Кассий
Довольно! За себя я не ручаюсь. Не искушай меня — поберегись.
Брут
Назад, ничтожный человек!
Возможно ль?
Кассий
Брут
Слушай: говорить я буду. Иль отступлю пред гневом безрассудным? Недвижных глаз безумца ль испугаюсь?
Кассий
О боги, боги! Это всё стерпеть!
Брут
Всё это! Более того. Ярись,
* Покуда сердце гордое не лопнет.
Ступай к своим рабам, свой гнев яви там — Пускай дрожат. Иль должен уступать я?
К тебе приспособляться? Должен гнуться Перед твоею вспыльчивостью? Нет!
Яд злобы ты своей, клянусь, проглотишь, Хотя б он разорвал тебя: отныне Забавой мне, посмешищем ты будешь,
Едва вспылишь.
Кассий До этого дошло?
Брут
Ты говоришь, что лучший ты солдат,— Что ж, оправдай ту похвальбу на деле. Я буду очень рад: готов охотно Учиться я у доблестных людей.


96
Юлий Цезарь
Кассий
Ко мне несправедлив ты, Брут; во всем *Ко мне несправедлив ты. Я сказал:
Солдат я с бблыним опытом, — не лучший. Ужель сказал я: «лучший»?
Брут
*Что мне до этого!
Хоть сказал бы, —
Кассий Покойный Цезарь
Со мной бы не посмел так обращаться.
Брут
Ему б ты не посмел так вызов бросить.
Кассий
Я не посмел бы? во
Нет.
Брут
Кассий
Ему бы не посмел я вызов бросить?
Брут
* Клянусь твоею жизнью, не посмел бы.
Кассий
Не злоупотребляй моей любовью.
Могу я сделать то, о чем потом Я пожалею.
Брут
Ты это сделал, Кассий.
Мне не страшны теперь твои угрозы:
Мой пандырь— честность; так несокрушим он, *Что дуновением пустым угрозы


Акт 1 F. Сцена 5
97
Меня не задевают. Я послал К тебе за золотом, — отказ свой помнишь? Ведь не умею денег добывать * Я низменными средствами. Скорее Перечеканю сердце на монету И кровь по каплям источу на драхмы,
Чем буду из крестьянских грубых рук Их жалкие оболы исторгать.
Просил я денег для уплаты войску.
Ты отказал: то Кассию к лицу ли?
Тебе бы разве так ответил я?
Когда Марк Брут так станет скуп, что другу Откажет в этих круглячках ничтожных,
Тогда готовь свои перуны, небо:
Рази его!
Кассий Тебе не отказал я.
* Ты отказал.
Брут
Кассий
Нет. Искажен глупцом был мой ответ. Разбил мне сердце Брут. Иметь бы должен Друг снисхождение к недостаткам друга. Мои ж теперь преувеличил ты.
Брут
Не раньше, чем меня они коснулись.
Кассий
Ты, Брут, меня не любишь.
Брут
* Твоих я не люблю.
Недостатков
Кассий
Тех недостатков Взор друга не заметил бы вовеки.
7 Шекспир, т. VI
70


98
Юлий Цезарь
Брут
Нет, взор льстеца,—хотя б они и были 00
Огромны, как Олимп!
Кассий
Сюда, сюда, Антоний и Октавий!
На мне одном насытьте вашу месть.
Устал от жизни Кассий; ненавидим Он тем, кто мил ему; отвергнут братом;
Как раб, отчитан; слабости его Все в памятную книжку внесены,
* Заучены, известны наизусть
И брошены ему в лицо. О, душу Я выплакать готов. Вот мой кинжал,
Вот грудь моя открытая; в ней сердде, юо
Что золота дороже, что ценнее,
* Чем Плутуса* подземные богатства.
Когда ты римлянин, — возьми его;
Не дал я золота — отдам я сердде.
Рази, как Цезаря разил. Я знаю:
В миг ненависти всё ж его любил ты Сильней, чем Кассия.
Брут
Спрячь свой кинжал.
Сердись, когда захочешь. Я смолкаю.
Что хочешь, делай. Шуткой стань, позор!
О Кассий, ты вступил в союз с ягненком,
Чей гнев огню кремня подобен: так же щ
Кремень рождает искру под ударом И тотчас остывает.
Кассий Для того ли
Жил Кассий, чтоб забавой быть для Брута Любимого, когда от огорченья * Иль от несдержанности он вспылит?
* П л у т у с — бог богатства.


Акт IV. Сцена 5
99
Брут
Был я в своих словах несдержан, Кассий.
К АССИЙ
Ты это признаешь? Так дай мне руку.
Брут
И сердце с ней.
Кассий О Брут!..
Брут
Скажи, в чем дело.
Кассий
Меня любя, не можешь ли терпимым Ты быть ко мне, когда кипучий нрав,
* От матери полученный, меня Заставит позабыться вновь?
Брут
Да, Кассий. ^
Когда перед твоим вскипишь ты Брутом,
Он будет представлять себе отныне,
Что это мать твоя ворчит — и только.
Поэт
(за сценой)
В шатер меня впустите к полководцам.
Меж ними нелады; наедине Нельзя их оставлять.
Люцилий (за сценой)
Ты не войдешь.
Поэт
(за сценой)
Лишь смерть меня удержит.
Входит Поэт; за ним Люцилищ Титиний, ./!юций.


wo
Юлий Цезарь
Кассий
Что такое?
Поэт
Не стыдно ль, полководцы? Разве можно?
В согласье и любви вы жить должны:
Ведь прожил я побольше лет, чем вы. ш
Кассий
Ха, ха! Ну и риомует этот циник! *
Брут
Вон из шатра, бездельник! Вон, наглец!
Кассий
Прости его: таков его обычай.
Брут
Пусть выбирает время для него.
К чему такие риФмачи-глупцы В походе? Вон!
Кассий
Ступай, ступай отсюда. Брут
Люцилий и Титиний, на ночлег Пусть разместят начальники войска.
[Уходит Поэт.
Кассий
И, взяв с собой Мессалу, к нам вернитесь Немедленно.
[Люцилий и Титиний уходят.
Брут
Подай вина мне, Люций.
140
[Уходит Люций.
* Здесь имеется в виду Философская школа «циников», проиоведывавших первобытную простоту человеческих отношений.


Акт IV. Сцена 5
т
Кассий
Не думал я, что так вспылить ты можешь. Брут
О Кассий, много горя у меня.
Кассий
Так подчинясь случайным огорченьям, Забыл ты философию свою.
Брут
Я в скорби тверд. Знай, Порция скончалась.
Как! Порция? Скончалась.
Кассий
Брут
Кассий
Как спасся я, когда тебе грозил? О горькая, безмерная утрата! Больна была?
Брут
Не вынесла разлуки
И горьких дум о том, как мощны стали Октавий и Антоний: эти вести * Одновременно я узнал; и вот,
В отсутствии домашних, обезумев,
Она горящий уголь проглотила.
И умерла?
Кассий
Брут
Да, умерла.
1SU
Кассий О боги!
Входит Люций с вином и светильником.


402
Юлий Цезарь
Брут
Не будем говорить о ней. — Вина! —
Я в кубке погребаю нашу ссору.
(Пьет.)
К А С G И Й
Услышав благородный этот тост, Возжаждал я. Лей доверху мне, Люций. Упиться я хочу любовью Брута.
(Пьет.)
Брут
Войди, Титиний!
Входят Титиний и Мессала.
[Уходит Люций.
Здравствуй, друг Мессала! Подсядем потесней теперь к свече; Обсудим, что нам должно предпринять.
Нет Порции ...
К а с с и й Брут
Прошу тебя, довольно Мессала, вот — здесь получил письмо я О том, что с многочисленною ратью Идут на нас Октавий и Антоний,
К Филиппам направляя свой поход.
М Е С С А Л А
И мне в письме о том же самом пишут.
Брут
А что еще? i7o
Мес сала
Октавий, Марк Антоний и Ленид Послали сто сенаторов на смерть,
В проскрипционный список их внеся * И этим их поставив вне закона.


Акт IV. Сцена 5
т
Брут
Мое письмо расходится с твоим.
Мне пишут, что погибли от проскрипций Лишь семьдесят сенаторов. Средь них Был Цицерон.
Кассий Как! Цицерон?
Месс ала
Погиб.
Он был включен в проскрипционный список. Мой господин, жена тебе писала?
Брут
Нет.
М Е С С А Л А
И ничего о ней тебе не пишут?
Брут
Нет, ничего, Мессала.
Me с с а л а Это странно.
Брут
Что спрашиваешь? Иль тебе писали?
Мессала Нет, господин мой.
Брут
Ты римлянин: всю правду мне скажи.
Мес сала
Прими ее как римлянин: скончалась Твоя жена. Странна была та смерть.
Брут
Прости, о Порция!—Все люди смертны, Мессала. Размышлением о том,
180


т
Юлий Цезарь
*Что и жена когда-нибудь умрет,
Я силу приобрел быть ныне стойким.
Месса ла
Так тверд великий дух в великой скорби. Кассий
Быть внешне твердым я сумел бы тоже,
Но дух мой так смириться бы не мог.
Брут
Ну, к жизни, к делу. Что б сказали вы, Когда б мы тотчас двинулись к Филиппам?
Я — против.
Кассий
Брут
Основанье?
Кассий Вот оно:
Пусть лучше враг разыскивает нас.
Он утомит солдат, истратит средства,
А мы бы отдыхали, оставаясь Свежи, боеспособны и проворны.
Брут
Хороший довод лучшему уступит.
Народ, что населяет этот край,
На нашей стороне лишь поневоле: Поборами его мы раздражили. Противник, средь него идя, пополнит Свои ряды и двинется в сраженье, Умножившись, ободрясь, обновясь.
Коль встретим у Филипп его, оставив Край здешний позади, тех преимуществ Лишится враг.
Кассий
Послушай, милый брат..,
190
200
210


Ahm IV. Сцена 5
m
Брут
Дай мне сказать. — Заметьте, сверх того,
Что нам друзья уж дали всё, что могут,
В составе полном наши легионы,
Враг с каждым днем становится сильней,
А мы — на высоте, нас ждет закат.
Как бы прилив в делах людских бывает:
Поймай его — и выплывешь ты к счастью;
Пропустишь — и корабль твоей судьбы Завязнет в отмелях и неудачах.
Сейчас плывем мы на волне прилива:
Воспользоваться ею мы должны,
Иль груз наш мы погубим.
Кассий
Что же делать!
Пойдем вперед, коль этого ты хочешь.
Брут
Подкралась ночь, пока мы совещались.
Потребности покорствует природа:
Дадим ей краткий отдых, как подачку.
Всё сказано ли?
Кассий
Всё. Покойной ночи.
Так рано утром Hà ноги — и в путь.
Брут
Людий!
Входит Люций.
Одежду на ночь.
[Уходит Люций.
Будь здоров,
* Любезнейший Мессала. — Доброй ночи,
Титиний. — Доброй ночи, спи спокойно.
Ты, благородный, благородный Кассий.
Кассий
О милый брат! Начало этой ночи Печально былб. Да не встанет больше


406
Такое разделенье между нами. Вовеки да не встанет.
Брут
Всё забыто.
Кассий
Так доброй ночи, Брут мой!
Брат милый!
Брут
Доброй ночи,
Титиний и Мессала Доброй ночи, господин!
Брут
* Здоровы будьте оба.
[Уходят все,
Входит Люций, неся ночную одежду. Дай одежду.
А лютня где твоя?
Люций Она в шатре.
Брут
Э, да ты спишь? Бедняжка! Порицать Тебя не буду: спал ты слишком мало. Сюда мне кликни из моих людей Ты Клавдия — да с кем-нибудь еще.
* Здесь на ночь уложу их на подушках.
Люций
Варрон и Клавдий!
Входят Варрон и Клавдий.
Варрон
Ты звал нас, господин?
Юлий Цезарь
кроме Брута,.
240


Акт IV. Сцена 3
i07
Брут
Друзья мои, ложитесь здесь и спите. Быть может, вскоре разбужу я вас И к Кассию отправлю с порученьем.
Варрон
Позвольте постоять и подождать нам.
Брут
Нет, так я не хочу. Друзья, ложитесь: Могу я передумать. — Люций, видишь? Вот книга та, которую искал я:
Засунута в карман ночной одежды.
Варрон и Клавдий ложатся. Люций
Я помню, что не брал я, господин.
Брут
Прости, мой милый мальчик: я рассеян! Ты можешь ли с отяжелевших век Сон отряхнуть и мне сыграть?
Люций
Могу,
Коль это, господин, тебе приятно.
Брут
Приятно, мальчик. Утруждаю я *Тебя сверх меры, но ты так усерден.
Люций
То, господин, мой долг.
Брут
Его б не должен
Я простирать за грани сил твоих:
В дни юности нам сон необходим.
260


408
Юлий Цезарь
Люций
Я спал уж, господин.
Брут
И хорошо. И ляжешь вновь. Тебя Не задержу я. Коль в живых останусь,
Тебя я не забуду.
Люций играет и поет; к концу песни он засыпает. Дремотен твой напев. — О сон-убийца,
Твой жезл свинцовый на него опущен. — Покойной ночи, милый мальчуган.
Мне жаль тебя, — тебя будить не стану. Качнешься ты, так лютню переломишь.
Возьму ее. Покойной ночи, мальчик.
Посмотрим, не загнул ли я страницу Там, где остановился. Не она ли?
Появляется Дух Цезаря.
Как тускл огонь. Д! Кто сюда идет?
Должно быть, это слабость глаз моих Чудовищный тот призрак порождает.
Он на меня идет. — Ты есть иль нет?
Ты бог ли, или ангел, или дьявол?
Заледенела кровь, и вздыблен волос.
(жажи, кто ты?
Дух
Я твой злой дух, о Брут.
Брут
Зачем явился ты?
Дух
Тебе сказать, т
Что ты меня увидишь у Филипп.
Брут
Так я, тебя увижу вновь?
Дух
Да, у Филипп.


Акт IV. Сцепа 3
409
Брут
Будь так. Увидимся мы у Филипп.
[Дух исчезает.
Когда я овладел собой, — ты скрылся.
Злой дух, с тобой бы я потолковал. —
Эй, Люций! — Клавдий! — Эй, Варрон! — Проснитесь! — Клавдий!
Люций
Струна разладилась...
Брут
Он думает, что он еще за лютней.— Люций, проснись!
Люций
Что, господин?
Брут
Со сна ты, что ли, закричал так громко? Люций
А я не знал, что крикнул, господин.
Брут
Да, крикнул ты. Ты что-нибудь увидел? Люций
Нет, господин.
Брут
Спи дальше, Люций. — Клавдий! — Проснись, Варрон!
Варрон
Что, господин?
Клавдий
Что, господин?
Брут
С чего так закричали вы во сне?


Юлий Цезарь
МО
Варрон и Клавдий Кричали? Мы?
Брут
Или видали что? Варрон
Я — ничего, мой господин.
Клавдий
Я тоже.
Б р у т
Привет мой брату Кассию снесите. Пусть на заре он двинет рать вперед. Мы вслед пойдем.
Варрон и Клавдий
Всё скажем, господин.
[Уходят.


АКТ Y
СЦЕНА 1
Равнина у Филипп.
Входят Октавий, Антоний и их войско,
Октавий
Теперь ты видишь: я был прав, Антонии.
Ты думал — не сойдет противник с гор,
А предпочтет остаться на высотах.
Случилось же не так: их войско близко; Здесь, у Филипп, дать бой они хотят,
Ответ свой нам бросая до вопроса.
Антоний
Ба! Я насквозь их вижу. Ясно мне,
К чему они стремятся: были б рады Они отправиться в другое место И сходят с гор с отвагой напускной,
Чтоб нас заставить в храбрость их поверить. Ошиблись!
Входит Гонец.
Гонец
Приготовьтесь, полководцы.
Враг движется на нас в порядке стройном, Сражения подняв кровавый знак,
И нужно действовать, не тратя мига.
Антоний
По левой стороне равнины двинь,
Не торопясь, войска свои, Октавий.


442
Юлий Цезарь
Октавии
По правой стороне; по левой — ты.
Антоний
Враги не ждут, — зачем ты мне перечишь?
Октавий
Я не перечу; но я так хочу. «о
Марш. Барабаны.
Входят, Брут, Кассий и их войско; Люцилий,
Титиний, Мессала и прочие.
Брут
Они стоят и ждут переговоров.
Кассий
Титиний, стой! Сперва поговорим.
Октавий
Давать ли знак к сраженью, Марк Антоний?
Антоний
Нет, Цезарь, будем ждать их нападенья.
Пройдем вперед: они хотят вступить В переговоры.
Октавий
Стойте. Ждите знака.
Брут
Сперва слова, потом удары — правда,
* Сограждане?
Октавий
Не потому, что мы,
Подобно вам, слова предпочитаем.
Брут
*Не лучше ль слово честное, Октавий,
Бесчестного удара?


Акт V. Сцена i
из
Антоний Брут наносит
Удар бесчестный с честными словами. 30
Не ты ли сердце Цезаря пронзил,
Крича: «Живи и благоденствуй, Цезарь!»
Кассий
Не видели еще твоих ударов,
Антоний. Но слова твои пчел Гиблы*
* Обкрадывают, оставляя их Без меда.
Антоний
Не добавишь ли: без жала?
Брут
Да! И без голоса: у них украл ты Жужжание — и вот, благоразумно Ты угрожаешь, раньше чем ужалить.
Ант о ний
Не то, что вы, когда кинжал с кинжалом Вы скрещивали в Цезаревом теле,
Презренные. Как обезьяны, зубы *Вы скалили, ласкались по-собачьи,
Вы рабски ноги Цезаря лобзали В тот миг, когда проклятый Каска сзади Впился, как пес дворовый. О льстецы!
Кассий
Льстецы! — Ну, Брут, благодари себя:
Не оскорблял бы нас его язык,
Когда б меня послушали.
Октавий
Довольно. В пот вогнали вас укоры,
А действия в кровавый вгонят пот.
Смотрите:
На заговорщиков меч обнажил я.
* Г и б л а — город в Сицилии, славившийся особенно сладким медом.
8 Шекспир, т. VI


Юлий Цезарь
М4
Когда в ножны вернется он опять?
Не ранее, чем все отомщены * Тридцать три раны Цезаря им будут,
Иди сразят изменников мечи Другого Цезаря. *
Брут
Сразить не может Тебя рука изменников, о Цезарь,
Коль ты с собой их не привел.
Октавий
Надеюсь:
Не мне сраженным быть рукою Брута.
Брут
О, будь ты цветом рода своего,
Ты, юноша, славнее пасть не мог бы.
Кассий
Не много ль чести? Глупый школьник в паре С любителем таверн и маскарадов!
Антоний
Всё тот же старый Кассий!
Октавий
В путь, Антоний. — Изменники, мы вызов вам бросаем.
На бой дерзнете — выходите в поле,
А нет — сразимся мы, когда решитесь.
[Уходят Октавий, Антоний и их войско.
Кассий
Ну, ветер, вой! Ввысь, волны! Мчись, корабль!
Час бури наступил, — что принесет он?
Брут
Люцилий, слушай-ка.
Он имеет в виду самого себя.


Акт V. Сцена /
445
Л ю g и л и й (подходя к нему)
Что, господин?
Брут и Люцилий беседуют в стороне.
Мессала!
Кассий
Мессала
Что прикажешь мне, начальник?
Кассий
* Мессала,
Мой день рожденья нынче. В этот день Родился Кассий. Руку дай, Мессала. Свидетелем ты будь, что, как Помпей,
Я ныне принужден в одном бою Поставить ставкой наши все свободы.
Ты знаешь, я сторонник Эпикура;
Теперь, однако, изменил сужденья И знаменьям готов отчасти верить.
Когда от Сард сюда мы шли, слетели На знамя перед войском два орла.
Они, кормясь из рук легионеров,
Нам до Филипп попутчиками были,
Сегодня ж утром, снявшись, улетели.
И вороны, вороны, ястреба Кружатся вместо них и: вниз на нас Глядят, как на бессильную добычу.
Их тень — как мрачный балдахин; и мнится,
* Под этим балдахином наше войско, Простерто, дух готово испустить.
Мессала
Не верь тому.
Кассий
Я верю лишь отчасти.
Я духом бодр и стать лидом к лиду С опасностью любой готов спокойно.
70
80
90
*


446
Юлий Цезарь
Брут
Конечно, так, Людилий. *
Кассий
А теперь,
Мой благородный друг, да будут боги К нам ныне благосклонны, чтоб могли мы *До старости дожить в любви и мире.
Но дел людских исход сокрыт во мраке, —
Так худшее, что может быть, обсудим.
Коль мы сегодня битву проиграем, —
В последний раз беседуем с тобой.
Как, Брут, тогда решил ты поступить?
Брут
Согласно правилу того ученья, т
Которое заставило меня * Касгона осудить за то, что он Себя убил (не знаю, так ли это,
Но кажется мне низменно-трусливым —
Из страха пред опасностью грозящей Срок жизни сокращать), я положил:
*Вооружась спокойствием, принять То, что мне власти высшие судили,
Людских судеб вершительниды.
Кассий
Значит,
Ты согласишься пленником в триумФе Идти по римским улидам?
Брут
Нет, Кассий,
Нет, благородный римлянин: не будет ш
Брут в узах,,— духом слишком он велик.
Закончено сегодня будет дело,
Которому начало — Иды марта.
Увидимся ли мы еще—не знаю:
Поэтому простимся навсегда.
*Брут заканчивает разговор, который он вел в стороне с Люцилием.


Акт У. Сцена 5
U 7
Навеки же, прости навеки, Кассий.
Коль встретимся опять — что ж, улыбнемся;
А нет — так, значит, во-время простились.
Кассий
Навеки же, прости навеки, Брут.
Коль встретимся опять — да! улыбнемся,
А нет — простились во-время: ты прав.
Брут
Так в бой!—О, если б нынешнего дня Заранее конец нам был известен!
Но день закончится, мы это знаем,—
Тогда узнаем и конец.—Вперед!
[Уходят.
СЦЕНА 2
Поле сражения.
Шум битвы.
Входят Брут и Мессала.
Брут
Скачи, скачи, Мессала, и отдай Записки эти тем отрядам крайним.
Шум битвы усиливается.
Пусть атакуют тотчас же: я вижу,
Октавия крыло ослабевает,—
Стремительный удар их опрокинет;
Скачи, скачи, Мессала. Все — в атаку!
[Уходят.
СЦЕНА 3
Другая часть поля сражения.
Шум битвы.
Входят Кассий и Титиний. Кассий
Гляди, Титиний: подлецы бегут.
Для войск моих врагом я стал сегодня:


m
Юлий Цезарь
Бегущего увидя знаменосда,
Убил я труса, знамя ж взял себе.
Т итиний
О Кассий, рано отдал Брут приказ; Октавия принудив к отступлению,
Пре следованьем слишком он увлекся: *Его солдаты грабить принялись,
А нас в то время окружил Антоний.
Входит Пиндар. Пиндар
Спасайся, господин, спасайся! В лагерь Антоний к нам ворвался, господин! Беги же дальше, дальше!
Кассий
Этот холм
И так далек. Смотри, смотри, Титиний: Огонь! То не шатры ль мои горят?
Да, господин.
Титиний
Кассий
Когда меня ты любишь, Садись на моего коня и шпоры Всади в него: пускай тебя домчит Вон до того отряда и назад,
Чтобы узнать — друзья там иль враги.
Титиний
Я возвращусь к тебе быстрее мысли.
Кассий
Ты, Пиндар, выше поднимись по склону (Глаза мои издавна были слабы);
* Оттуда за Титинием следи И говори мне, что увидишь в поле.
Пиндар всходит на холм.
В день этот я вздохнул впервые. Круг
ю
[Уходит.
20


Ahm F. Сцена о
119
Закончен: там, где начал я, там кончу.
Свой оборот свершила жизнь моя.
Скажи, что видишь ты?
Пиндар
(сверху)
О господин!
Кассий
Скажи, что видишь?
Пиндар
(сверху)
Титиний всадниками окружен;
Они летят за ним во весь опор.
Коня он шпорит... Вот почти настигли... зо
Вот кой-кто спешился... Титиний тоже...
В плену!
За сценой радостные крики.
И чу! Кричат они, ликуя.
Кассий
Спускайся, больше не гляди. — Я трус,
Раз дожил до того, что в плен врагами Взят на моих глазах мой лучший друг!
Пиндар сходит с холма.
Поди сюда.
В земле парфянской взял тебя я в плен;
Тебя в живых оставил я, но клятву С тебя я взял, что ты исполнишь всё,
Что я скажу тебе. Сдержи же клятву— 40
И ты свободным станешь: этот меч,
Что Цезаря пронзил, вонзи мне в грудь.
Не возражай мне: рукоять возьми И, как лицо закрою (вот — закрыто),
Вонзай клинок.
Пиндар закалывает его.
Ты отомщен, о Цезарь,
Той самой сталью, что тебя сразила.
(Умирает.)


420
Юлий Цезарь
Пиндар
Свободен я. Но так освободиться Я никогда б не пожелал. О Кассий,
В край отдаленный Пиндар убежит,
Где римлянин вовек его не встретит. 50
[Уходит,
Входят Титиний и Мессала,
Me с с а л а
Обменом это было лишь, Титиний:
Октавия отряды Брут разбил,
Отряды Кассия разбил Антоний.
Титиний
Утешен будет Кассий этой вестью.
Мессала
Где он, скажи?
Титиний
Он с Пиндаром, рабом,
В отчаянье здесь на холме остался.
Мессала
Не Кассий ли там на земле лежит?
Титиний
Так не лежит живой. О мое сердце!
Мессала
Не он ли то?
Титинйй
То был он, друг Мессала:
Нет Кассия. — О солнце на закате! во
Как сходишь в ночь в своих лучах ты алых,
Так в алой крови Кассий наш угас;
Угасло солнце Рима. День наш кончен, —
Находят тучи, падает роса.
Неверье в мой успех его убило.


Акт F. Сцена 5
т
Me с с а л а
Неверие в успех его убило.
О заблужденье ненавистное,
Дитя унынья! Людям легковерным То, чего нет, зачем являешь ты?
* Твое зачатье быстро, заблужденье,
Но сумрачно твое рожденье: мать, Родившую тебя, ты убиваешь.
Т и т и ни й Эй, Пиндар! Где ты?
Me с с а л а Поищи его,
Титиний. А тем временем отправлюсь Я к Бруту благородному — пронжу *Известьем этим слух его. Могу Поистине сказать: пронжу. Ведь были б Отточенная сталь или стрела Отравленная слаще уху Брута,
Чем эта весть.
Титиний
Скачи скорей, Мессала.
Я Пиндара пока здесь поищу.
[Уходит Мессала,
Зачем меня послал ты, храбрый Кассий?
Ведь встретил я друзей! Ведь увенчали Мое чело они вендом победным,
Чтоб тот венед тебе я передал!
Ужель ты криков радостных не слышал?
*Увы! Превратно всё истолковал ты.
Всё ж на свое чело прими венед.
Твой Брут велел тебе его вручить,—
Я выполняю приказанье.—Брут,
Спеши взглянуть, как мной почтен Кай Кассий,— Простите прегрешение, о боги,—
*То римлянина долг. — Приди, вонзись,


422
Юлий Цезарь
Меч Кассия, Титинию ты в сердце.
(Закалы бается.)
Шум битбы.
Входит Мессала; с ним Брут, Молодой Катон и другие.
Брут
Где, где, Мессала, прах его лежит?
Мессала
Вон там. Склонясь, скорбит над ним Титиний. Брут
Титиний в небеса глядит.
Катон
Убит!
Брут
О Юлий Цезарь, ты еще могуч!
Твой бродит дух кругом и обращает Мечи он наши против нас самих.
Вдали шум битбы.
Катон
* Титиний честный! Возложил венец Он Кассию на мертвое чело.
Брут
Где римлян двух найти таких, как эти?
Кассий, последний римлянин, прости!
Подобного тебе Рим не увидит Вовек. — Друзья, из слез моих о нем Лишь малую я часть пролью сегодня. —
Но час найду я, Кассий, час найду я. —
Возьмите тело, в Фазос увезите:
Ведь погребенью в лагере не место,
Там бодрость быть должна. — Идем, Люцилий И молодой Катон, на поле битвы. —
Ведите войско, Лабион и Флавий. —


Акт V. Сцена 4
№
Уж три часа. Должны, друзья, сегодня ж,
* Покуда ночь не скрыла вражью рать,
В бою втором мы счастье попытать.
[Уходят.
СЦЕНА 4
Другая часть поля сражения.
Шум битвы.
Входят, сражаясь, воины обеих армий; затем Брут, молодой Катон, Люцилий и другие.
Брут
Смелей, сограждане! Эй, в бой смелее!
Катон
Тот выродок, кто струсит. Кто за мною?
Я имя возглашу свое над полем:
Я сын Катона славного. Сюда!
Тиранам недруг, друг моей отчизне,
Я сын Катона славного. Сюда!
(Бросается в битву.)
Брут
А я — Марк Брут; во мне узнайте Брута!
Я — Брут, моей отчизне друг! Сюда!
[Уходит, сражаясь. Катон падает под натиском врагов.
Люди ли й
О благородный молодой Катон!
Сражен ты? Да, достойно, как Титиний, и»
Ты умер, сын Катона. Честь тебе!
1-й Воин
Плен или смерть!
Людилий
Сдаюсь, чтоб умереть.
Здесь столько, что со мной ты вмиг покончишь.
(Предлагает ему деньги.)
Я — Брут; убей меня и тем гордись.


124
Юлий Цезарь
1- 	й Воин
Нельзя убить. — Здесь пленник благородный!
2- 	й Воин
Вы, прочь! — Скажи Антонию: Брут схвачен.
1-й Воин
Пойду скажу... Сам вождь сюда идет.
Входит Антоний.
Захвачен Брут, захвачен Брут, начальник!
Ант о ний
Где Брут?
Людилий
Не здесь: он в безопасности, Антоний.
Тебя могу заверить я: живым
Вовек не будет взят Брут благородный,—
От этого стыда храним он небом.
Где б ни нашли его, живым иль мертвым,
Он будет Брутом, будет сам собою.
Антоний
Нет, то не Брут, друзья. Но знайте, он —
Добыча, столь же денная. Вреда * Не причиняйте пленнику, с ним будьте Учтивы. Предпочел бы я иметь Таких людей друзьями, не врагами.
Жив Брут иль мертв — ступайте, посмотрите.
А там к шатру Октавия вернитесь Сказать нам обо всем.
[Уходит*
СЦЕНА 5
Другая часть поля сражения.
Входят Брут, Дарданищ Влит, Стратон и Волумний.
Брут
Друзей остаток бедный, отдохнем Здесь на скале.


Акт У. Сцена о
№
Клит
Вождь, показал Статилий Нам пламя Факела, но не вернулся:
Он схвачен иль убит.
Брут
Сядь, Клит. «Убит» — Одно лишь это слово нынче слышно. Послушай, Клит...
(Что-то шепчет ему.)
Клит
Я, господин? Нет! Нет! Брут
Тогда молчи.
Кл и т
Скорей себя убью я.
Брут
Дарданий, слушай.
(Шепчет ему.)
Дарданий Мне пойти на это!
Клит
Дарданий!
Дарданий
Клит!
Клит
Что сделать Брут просил тебя, скажи.
Дарданий
Убить его. Смотри, он размышляет.
Клит
До края благородный ноли сосуд Страдания: гляди, из глаз струится.
Брут
Приблизься, мой Волумний: на два слова.


т
Юлий Цезарь
Волумний Что скажет вождь?
Брут
Вот что скажу, Волумний.
Дух Цезаря два раза по ночам
Являлся мне: раз*—в Сардах; во второй раз —
Сегодня в ночь, здесь в поле, у Филипп.
Я знаю, наступил мой час.
Волумний
Нет, вождь. 20
Брут
Не спорь со мною: это так, Волумний.
Ты видишь, как дела идут на свете:
Враг оттеснил нас к пропасти.
Вдали трубы.
Достойней
Самим в ту пропасть броситься, чем ждать, Пока в нее столкнут нас. Мой Волумний,
С тобою вместе в школу мы ходили;
Прошу тебя, во имя старой дружбы:
Держи мой меч — я брошусь на него.
Волумний
Такой услуги не проси у друга.
Непрерывные звуки боевых труб.
К л и т
Беги, о господин! Нельзя здесь медлить.
Брут
Прощай же, Клит;—и ты, — и ты, Волумний.— Стратон, всё это время ты проспал,
Прощай и ты, Стратон. — Сограждане,
Я сердцем радуюсь при мысли той,
Что во всю жизнь не знал я человека,
* Который не остался бы мне верен.


Акт V. Сцена о
427
День этот принесет мне больше славы,
Чем низменная принесет победа Октавию с Антонием. Итак,
Прощайте, все прощайте: жизни повесть
Уста уже заканчивают Брута. 40
Над взором тяготеет ночь; покоя
* Мой жаждет прах: затем лишь он трудился,
Чтоб к цели — к часу этому — придти.
Звуки боевых тру5. Крики за сценой: «Беги! Беги! Беги!»
К л и т
Беги, о господин, беги!
Брут
Ступайте.
Последую за вами я.
[,Уходят Клит, Дарданий и Волумний. Стратон,
* Прошу, с своим останься господином.
Достойным ты сподвижником мне был:
На жизнь твою бросает честь свой отблеск.
Вот меч — держи и отврати лицо,
А я на меч тот упаду. Согласен?
Стратон Дай руку, господин. Прощай!
Брут
Прощай же!
Вкуси, о Цезарь, мир: убил тебя so
Я не с такой охотой, как себя.
(Бросается на меч и умирает.)
Звуки боевых труб. Отбой.
Входят Октавий, Антоний, Мессала, Люцилий и войско.
Октавий Кто этот человек?
Мессала Сподвижник Брута.
Где вождь, Стратон?


т
Юлий Цезарь
С т P А т о н
От плена он свободен,
В котором ты находишься, Мессала.
Пусть победители сжигают тело.
Лишь сам собою Брут был побежден; Никто себя той смертью не прославит.
Людилий
Так Брута и должны были найти.
Спасибо, Брут: ты доказал — был прав я.
Октавий
Служивших Бруту всех беру на службу.— Приятель, хочешь у меня служить?
С т р а т о н
Хочу, если замолвит за меня Мессала слово.
Октавий Согласись, Мессала.
Мессала
Как умер Брут, Стратон?
С ТР а т о н
Я меч держал, — пал на клинок он грудью. Мессала
На службу же прими к себе того,
Октавий, кто последнюю услугу * Вождю Мессалы оказал.
Антоний
Средь них
Был римлянин он самый благородный.
Всех прочих зависть к Цезарю толкнула На то, на что пошли они. Лишь он Руководился честно общим благом,
Когда их соучастником он стал.


Акт F. Сцена 3
429
Был сердцем кроток он, и в нем стихии Так сочетались, что природа может Встать и сказать пред целым миром: «Это *Был человек».
Октавий
В знак уваженья к Бруту Да будут свершены над ним с почетом Обряды похорон. Его останки В моей палатке пусть лежат до утра В убранстве, подобающем бойцу.
Теперь, друзья, на отдых удалимся И радостью победы насладимся.
[Уходят•
9 Шекспир, т. VI


gaissfesspti
АНТОНИИ
и
КЛЕОПАТРА
П Б P Е В ОД
О.Б. рум ЕРА


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
приверженцы Антония.
приверженцы Цезаря.
Марк Антоний |
Октавий Цезарь > триумвиры.
JF е п и д ]
Секст Помпей.
Домиций Энобарб В ентидий Эрот С к а р Д е р к е т Деметрий Филон Меценат )
Агриппа Долабелл а Прокул ей Тире й Галл
М е н а с 1
Менекрат I приверженцы Помпея.
В а р р и й !
Тавр, главный военачальник Цезаря.
Канидий, главный военачальник Антония.
Сили й, один из военачальников Вентидия. ЕвФроний, посол от Антония к Цезарю.
А л е к с а с Мардиан, евнух С е л е в к Диомед Прорицатель.
Деревенский парень.
Клеопатра, царица Египта.
Октавия, сестра Цезаря и жена Антония. Хармиана 1
Ж р а д а / пРислУжнииь1 Клеопатры.
Военачальники, воины, гонцы, придворные и слуги.
придворные Клеопатры.
Место действия: в разных частях Римской империи.


АКТ I
СЦЕНА 1
Александрия. Зала во дворце Клеопатры.
Входят Деметрий и Филон.
Филон
Бет, полководца нашего влюбленность Теряет меру: чудный взор его,
Сверкавший некогда, как Марс в кольчуге,
Над строем воинским, теперь иль вниз Опущен, или преданно вперен В лицо смуглянки; сердце полководца,
Что некогда в сраженьях рвало пряжки Его брони, теперь мехами стало И опахалом, чтобы охлаждать
Цыганки’" похоть. Вот они идут. ю
Трубы.
Входят Антоний и Клеопатра со сбитой.
Евнухи обмахивают ее опахалами.
Вглядись внимательно — и ты увидишь:
Один из трех столпов вселенной*  ** стал Шутом блудницы. Обрати вниманье.
Клеопатра
Любовь? А велика ль она, скажи?
Антоний
Лишь нищую любовь возможно мерить.
* Цыгане считались выходцами из Египта. Поэтому Клеопатра презрительно названа здесь «цыганкой».
** Как член триумвирата.


Акт Л Сцепа У
т
Клеопатра
Я положу твоей любви предел.
Ант о ний
Коль так, то землю новую создай * Под новым небом. *
Входит Слуга.
Слуга
Повелитель мой,
Гонцы из Рима.
Антоний
Ну их! В чем там дело?
Клеопатра Нет, выслушай, Антоний:
Быть может, Фульвия** раздражена, 20
Иль безбородый Цезарь шлет строжайший Тебе приказ: «То сделай, это сделай;
Одну страну займи, другой дай волю;
Исполни всё, не то смотри!»
Антоний
Царица!
Клеопатра
Быть может, — нет, наверно, —
Отбыть ты должен; Цезарь посылает Тебе отставку. Выслушай. Где вызов***
Жены? Да нет же, Цезаря! Обоих! —
Впустите же гонцов. — Клянусь венцом,
Он покраснел и тем признал себя зо
Вассалом Цезаря; иль устыдился Он криков Фульвии? — Гонцов впустите.
* Антоний хочет сказать, что его любовь велика, как мир.
** Первая жена Антония.
*** Вызов тебя на суд.


436
Антоний и Клеопатра
Антоний
Пусть Тибр размоет Рим и рухнут своды Империи, — отсюда не уйду я.
Что царства? Прах! Равно и скот и люди На этой жалкой кормятся земле.
Цвет жизни — вот в чем,
(обнимает ее)
если только двое
Таких, как мы с тобой, друг друга любят. Пусть мир найдет — ему бросаю вызов — Подобную чету!
Клеопатра О лицемерье!
Он, не любя, на Фульвии женился? Посмешищем я буду, а Антоний Останется собой.
Антоний При Клеопатре!
Но, из любви к Любви, прошу, не будем Сладчайшие часы на ссоры тратить.
Без радостей пусть ни одно мгновенье Не пролетит. Что ждет нас нынче ночью?
Клеопатра
Прими гонцов.
Антоний
Ты всё свое, царица!
Тебе к лицу и смех, и гнев, и слезы.
В тебе все человеческие страсти Становятся прекрасны и желанны.
Забудь гонцов! Я — твой; друг с другом рядом Пойдем бродить по улицам сегодня И наблюдать толпу. Ведь это было Вчера твоим желанием. — Оставь нас.
[Уходят Антоний и Клеопатра со сбитой»


Клеопатра
Египетский рельеф из Дендера (Лувр, в Париже)


Акт I. Сцепа 2
437
Деметрий
Антоний Цезаря так мало ценит?
Филон
Увы, порой, когда он — не Антоний,
Порочит он и предает величье,
Ему присущее.
Деметрий
Как жаль! Молву,
Которая на Форуме судачит,
Он подтверждает. Но другим надеюсь Его увидеть завтра. До свиданья.
[Уходят.
СЦЕНА 2
Там же. Другая зала во дворце.
Входят Хармиана, Прада, Алексас и Прорицатель.
Xармиана
Господин Алексас, дорогой Алексас, изумительный Алексас, совершенно наисовершеннейший Алексас! Где прорицатель, которого ты так расхвалил царице? Как бы я хотела познакомиться с человеком, который, по твоим словам, должен украсить свои рога венками!
Алексас
Кудесник!
Прорица тель Что угодно?
Хармиана
Так это он? — Ты будущее видишь?
Прорицатель
Я в книге тайн природы разбираюсь Немного.
Алексас Руку покажи ему.


Антоний и Клеопатра
т
Входит Энобарб.
Эноварв
Живей несите столик и вина —
За Клеопатру выпить.
Хармиана
Друг, подари мне счастье.
Прорицатель
Я не дарю его — лишь предрекаю.
Хармиана Так предреки, прошу.
Прорицатель
Ты расцветешь, как не цвела еще.
Хармиана
Я пополнею?
Ир а да
Нет, в старости с румянами сдружишься.
Хармиана
Да пощадят меня морщины!
Алексас
Ему предсказывать мешаешь! Слушай!
Хармиана
Молчу!
Прорицатель
Любовь твоя даст больше, чем получит.
Хармиана
Я лучше вином буду горячить себе печень. *
* Печень в такой же мере, как и сердце, считалась носительницей страстей.


Акт I. Сцена 2
439
АЛЕКСАС
Да слушай же!
Хармиана
Ну-ка, предскажи мне настоящее счастье! Пусть я в один день выйду замуж за трех царей и трижды овдовею; пусть я в пятьдесят лет рожу ребенка, перед которым преклонится Ирод Иудейский! Наворожи мне брак с Октавием Цезарем, чтобы я сравнялась с моей госпожой.
Прорицатель
Ты госпожу свою переживешь. зо
Хармиана
Отлично! Долгая жизнь мне милее фиг.
Прорицатель
К тебе досель добрее было счастье,
Чем будет впредь.
Хармиана
Так, значит, мои дети останутся безыменными. Скажи, сколько мальчиков и девочек мне предстоит народить?
Прорицатель
Когда бы все твои желанья с чревом Рождались плодоносным, — миллион.
Хармиана
Поди ты, дурак! Прощаю тебя, потому что ты колдун.
АЛЕКСАС
А ты думала, что только простыни твои знают о твоих желаньях? 4о
Хармиана
Погадай теперь Ираде.
АЛЕКСАС
Мы все хотим знать, что нас ждет.


Антоний и Клеопатра
440
Эн О ВАР В
Меня, дай большинство из нас ждет сегодня одно: ляжем пьяными в постель.
Ир а да
Вот ладонь, которая предрекает целомудрие, если не что-нибудь иное.
Хармиана
Вроде того, как разлившийся Нил предрекает голод.
Ир а д а
Убирайся, распутница, ты ничего не понимаешь в прорицаниях!
Хармиана
Да что там! Если влажная ладонь не говорит о щедрости на ласки, то я правой своей руки не отличаю от левой. Прошу тебя, предскажи ей безрадостное будущее.
Про рица те ль У вас одна судьба.
Ира да
Но какая? Какая? Я хочу знать подробности.
Прорицатель
Я всё сказал.
И Р А Д А
Моя судьба ни на вершок не лучше, чем ее?
Хармиана
Ну, если бы твоя судьба была на вершок лучше моей, где бы ты Этот вершок предпочла иметь?
Ир а да
Да уж не на носу моего мужа.
Хармиана
О небо, исправь наши дурные мысли! — Ну, Алексас, теперь твой черед — твоя судьба. — Ах, пусть он женится на женщине, которая


Акт 1. Сцена 2
Ui
еле волочит ноги!—Милостивая Изида, прошу тебя об этом!—И бв пусть она умрет, а тогда дай ему худшую, а за худшей еще худшую, так чтобы самая худшая со смехом проводила его в могилу пятидесятикратным рогоносцем. — Милостивая Изида, услышь эту мольбу мою, хотя бы отказала мне в чем-нибудь более важном. Милостивая Изида, прошу тебя.
И Р А Д А
Аминь. Услышь, богиня, всенародную мольбу! Ибо если горестно видеть красивого мужчину женатым на распутнице, то смертельно больно мириться с тем, что подлец ходит без рогов. Поэтому, милостивая Изида, соблюди приличие и дай ему судьбу, которую он и заслуживает!
Хармиана
Аминь.
А Л Е К С А С
Полюбуйтесь! Если бы от них зависело наставить мне рога, они уже для этого одного сделались бы потаскухами.
Э н о Б А Р Б
Тсс... вот Антоний.
Хармиана
Нет, не он, — царица.
Входит Клеопатра.
Клеопатга
Антоний здесь?
Нет, госпожа.
Э НО Б A P Б
Клеопатра Его вы не видали?
Нет, царица.
Хармиана


442
Антоний и Клеопатра
Клеопатра
Он весел был, но мысль о Риме вдруг Его заполнила.—Энобарб!
Э новАРБ
Что, госпожа?
Клеопатра
Найди его и приведи. — Алексас!
Алексас
Я здесь и жду приказа. — Вот и он!
Входят Антоний, Гонец и сбита.
Клеопатра
Оставим их одних, уйдем отсюда.
Гонец
Сперва твоя жена пошла войной...
Антоний
На брата Люция?
Гонец
Да.
Раздор недолго длился; скоро время Их против Цезаря соединило.
Тот одолел; Италию покинуть Пришлось им тотчас.
Антоний
Хуже вести есть?
Гонец
Дурные вести лишь клеймят гонца.
Антоний
В глазах глупца иль труса. Продолжай! О том, что миновало, не тужу
[ Уходят.


Акт I. Сцена 2
т
И правде — хоть бы в ней таилась смерть —
Внимаю, словно лести.
Г OHEg Лабиен,
Парфянским войском Азию заняв.
Через ЕвФрат из Сирии прошел,
Неся свои победные знамена
В Ионию и Лидию; ш
Меж тем...
Антоний
Антоний... Продолжай!
Гонец
Прости мне.
Антоний
Будь прям со мной и не смягчай молвы. Как называют в Риме Клеопатру?
Клейми меня, как Фульвия, нещадно;
Всё вырази, что подсказать способны Лишь истина и злость. Когда мутнеет Наш дух, мы зарастаем сорняком;
Хула нас как бы полет. — Ну, ступай!
Гонец
Мне твой приказ — закон.
[Уходит.
Антоний Гонца из Сикиона!*
1- 	й Слуга
Эй, кто из вас из Сикиона прибыл?
2- 	й Слуга
Он здесь, к твоим услугам.
Сикион — город в Греции.


444
Антоний и Клеопатра
Антоний
Пусть войдет. — Иль сброшу я египетские узы,
Иль захлеснет меня безумье!
Входит 2-й Гонец.
Кто ты?
2-й Гонец Твоя жена скончалась.
Ант оний
Где скончалась?
2-й Гонец
В Сикионе.
Здесь о ее недуге и о прочем,
Что важно знать, написано.
(Передает письмо.)
Ант о ни й Иди.
[Уходит 2-й Гонец9
Почил великий дух! И я об этом
Давно мечтал. Но часто жаждем мы т
Того, что мы презрели. То, что нынче
Нас радует, нам колесо Фортуны
Несносным делает. Уйдя, ты снова
Мне дорога, и я тянусь к тебе.
Я должен сбросить колдовские чары.
Мильоном бед, — каких, я и не знаю,—
Моя грозит мне праздность.— Энобарб!
Входит Энобарб.
Энобарб Что скажешь, господин мой?
Антоний
Уехать должен я.


Ahm L C%ena 2
Uo
ЭНОБАРБ
В таком случае мы убьем всех наших женщин. Мы знаем, как их ieo ранит всякая наша нелюбезность; если на них обрушится наш отъезд, то неизбежна смерть.
Антоний Отплыть я должен.
ЭнОБАРБ
Если это необходимо, то пусть умирают. Было бы жаль бросать их из-за пустяка. Но раз дело идет о чем-то серьезном, то их можно считать ни во что. Дойди до Клеопатры хотя бы слух об этом, она тотчас же умрет. Я раз двадцать видел ее умирающей по более ничтожным поводам. Словно в смерти есть сила, действующая на нее, как любовное объятие, — до того быстра она на смерть. ш
Антоний
Притворство в ней чрезмерно.
ЭнОБАРБ
О нет, мой господин: ее чувства пронизаны чистейшей любовью.
Ее вздохи и слезы мы не можем назвать ветрами и потоками: это ураганы и ливни, о которых не говорит ни один календарь. Нет, это не может быть притворством; а если притворство, то она производит ливни, как Юпитер!
Антоний Не знать бы мне ее!
Энобарб
О господин, тогда ты так бы и не увидел одного из удивительнейших чудес. Если бы тебе не улыбнулось это счастье, то твой приезд сюда потерял бы всякий смысл. iso
Ант о ни й Скончалась Фульвия.
Как?
Энобарб
Антоний Скончалась Фульвия.
10 Шекспир, т. VI


т
Антоний и Клеопатра
Фульвия?
ЭНОВАРБ
Скончалась.
Антоний
ЭНОВАРБ
Ну что же, господин, принеси благодарственную жертву. Когда небесные величества отнимают у человека жену, пусть он вспомнит о земных портных, пусть он утешится тем, что когда старое платье износилось, находятся люди, которые сошьют ему новое. Если бы не wo было других женщин, кроме Фульвии, тогда твое дело было бы плохо, было бы уместно отчаянье. Но эта смерть вселяет утешенье: вместо старой сорочки — у тебя новая юбка. Поистине, в луковице надо искать слез для орошения этого горя.
Антоний
Волненья, ею поднятые в Риме,
Зовут меня назад.
ЭНОБАРБ
А волнения, поднятые тобою здесь, не могут обойтись без тебя. В особенности волнения Клеопатры, которая только и живет твоим присутствием.
Ант оний
Шутить довольно! О моем решенье ш
Военачальников осведоми.
Я сообщу царице о причине Отъезда спешного — и, убежден,
Она меня отпустит. Ведь не только Смерть Фульвии и многое другое,
Но также от друзей десятки писем Зовут нас в Рим обратно. Секст Помпей Не подчинился Цезарю, и море В его руках. Изменчивый народ, —
Он признает заслугу лишь за тем, т
Кого уж нет в живых,— теперь готов Великого Помпея сан и славу На сына перенесть. Силен и властью


Акт I. С\рпа о
/47
И именем, еще сильней отвагой —
Он угрожает в будущем жестоко Мир* потрясти. Чревато время многим, Что, словно конский волос, может вмиг Наполниться змеиным ядом.** Всем,
Кто подчинен мне, сообщи: решен Немедленный отъезд.
Э н о в АРБ
Иду.
190
[Уходят,
СЦЕНА 3
Там же. Другая зала во дворце.
Входят Клеопатра, Хармиана, Ирада и Алексас.
Клеопатра
Где он?
Хармиана Его я больше не видала.
Клеопатра
Поди узнай, что делает он, с кем он.
Меня не выдавай. Коль он задумчив, —
Скажи, что я пляшу; а если весел,—
Скажи, что я занемогла. Живей!
[Уходит Алексас.
Хармиана
Царица, если любишь ты его, Неверный это путь — его заставить Пылать, как ты.
КЛЕ ОПАТРА
Каков же твой совет?
* Вселенную.
** Намек на поверье, что конский волос, опущенный в воду, может превратиться в змею.
*


448
Антоний и Клеопатра
Хармиана
Покорной быть, ни в чем не прекословить.
КлЕОПАТ РА
Чтоб безвозвратно потерять его?
Хармиана
Испытывать любовника опасно:
Всегдашний страх рождает злобу в нас.
Но вот и он.
Входит Антоний.
КлЕ О ПАТ РА Не по себе мне нынче.
Антоний
Сказать мне тяжко то, с чем я пришел.
К ЛЕ О ПАТ Р А
О, помоги мне выйти, Хармиана:
* Иначе упаду.
Нет, так не может долго продолжаться: Слабеют силы.
Ант о ни й Госпожа моя...
Клеопатра Прошу тебя, не подходи!
Антоний
В чем дело?
Клеопатра
Весть добрую в твоем читаю взоре. Что говорит законная супруга?
Зовет к себе? О, лучше б никогда Ей не пускать тебя! А я бессильна Тебя здесь удержать: ты раб ее.


Акт 1. Сцепа 5
449
Антоний
Свидетель небо...
Клеопатра
Ни одну царицу Не предавали так. Но уж давно Я чуяла измену.
Антоний Клеопатра!..
Клеопатра
Могу ли я поверить, что ты мой,
Хотя бы всех богов ты призывал,
Раз изменил ты Фульвии? Безумье —
Обетам доверять, что, лишь даны, зм
Уже нарушены!
Антоний Моя царица!..
Клеопатра
Не скрашивай отъезда своего:
Простись и уходи! Когда молил *0 разрешении со мной остаться,—
Ты был достаточно красноречив.
Ты вечность находил в моих глазах, Блаженство на устах, — была небесной Я с головы до ног. Всё та же я,
Иль ты, прославленнейший в мире воин, — Презренный лжец.
Антоний Помилуй, Клеопатра!
Кле ОПАТРА
Будь я сильна, как ты, ответ достойный t#
Ты получил бы.


4 SO
Антоний и Клеопатра
Ант о ний
Выслушай, царица! Тяжелый долг зовет меня на время Домой, но сердде полное мое —
В твоих руках. В Италии блестят Враждебные мечи сограждан; к порту Подходит с кораблями Секст Помпей; Рождает распри равенство двух партий; Кто ненавистен был—теперь, став силой, Стал людям мил. Отвергнутый Помпей, Богат отцовской славой, потихоньку Умом и сердцем тех овладевает,
Кто ропщет против нынешнего строя, — А их число растет. Устав от мира,
Свет жаждет перемен. Всего же лучше В твоих глазах отъезд мой оправдает Смерть Фульвии.
Клеопатра
Мой возраст от ребячества спасает,
Хоть от безумия не спас. Не верю!
Ант оний Но это так, царица!
Прочти здесь на досуге, что за шум Был поднят ею; главное ж—когда И где она скончалась.
Клеопатра
О предатель!
А где сосуды, чтоб ты их наполнил Слезами горькими? Теперь я вижу,
Как позже и мою ты примешь смерть.
Антоний
Не гневайся и выслушай спокойно Мой план, который ты вольна отвергнуть Иль утвердить. Клянусь огнем, который Ил оживляет нильский,* что отсюда
* Солнцем.


Я ухожу твоим: война и мир В твоих руках.
Клеопатра Мне дурно, Хармиана! —
Уже прошло. — То в жар, то в холод кинет. Вот так Антоний любит.
Антоний
Нет, царица,
Его любви доверься; ей не страшен Тягчайший искус.
Клеопатра Фульвия — пример!
Ну, отвернись, поплачь по ней; затем, Простясь со мной, скажи, что эти слезы Относятся ко мне. Ну, разыграй Притворства сцену, ей придав искусно Вид правды.
Антоний
Не дразни меня! Довольно! Клеопатра
Ты б мог и лучше, но и так не плохо.
Антоний Мечом клянусь я...
Клеопатра
И щитом. Отлично!
Но жду я большего. — О Хармиана,
Взгляни, как этот римский Геркулес Выходит из себя.
Ант оний Позволь уйти мне.
Клеопатра Погоди немного,
* Учтивый полководец, господин мой!


ш
Антоний и Клеопатра
Должны расстаться мы... Ах, нет, не то. Любили мы друг друга... Нет, не то;
Ты это знаешь сам... Нет, я хотела...
Но память у меня — точь-в-точь Антоний; Я так забывчива.
Антоний
Не будь беспечность Тебе рабыней, мог бы я тебя Беспечностью назвать.
Клеопатра
Тягчайший труд —
Носить в своей душе беспечность эту. Прости, однако! Прелести мои Мне ненавистны, если ты их хвалишь. Однако честь зовет тебя отсюда; Поэтому будь глух к моим причудам. Пусть боги будут за тебя, победа Пусть увенчает меч твой, пусть, усцех Тебе сопутствует.
Антоний Итак, в поход!
Нас разлучить не в силах и разлука.
Ты, оставаясь здесь, идешь со мной;
Я, отплывая, остаюсь с тобой.
В поход!
[Уходят.
СЦЕНА \
Рим. Комната в доме Цезари.
Входят Октавий Цезарь, читая письмо, Лепи д и свита.
Цезарь
Ты должен знать, Лепид: не склонен Цезарь Товарища по власти ненавидеть.
Мне пишут из Египта: удит он,


Пьет, напролет прогуливает ночи;
Он вряд ли мужественней Клеопатры,
Она же вряд ли женственней его.
Гонцов он еле выслушал; о том,
Что делит власть с другими, еле вспомнил. Ты видишь: в нем людские все пороки Скопились.
Л e пи д
Всё ж, мне кажется, они Его достоинства не омрачают,
Которые, подобно звездам в небе,
Сильней горят в ночи; скорее это — Наследие отцов, чем добровольный, Свободный выбор.
Цезарь
Ты чересчур терпим! Не срам, допустим, Валяться на постели Птолемея,*
Платить за шалость царством, за столом Сидеть и пировать с рабами вместе,
Средь бела дня навеселе шататься,
Бороться с потной сволочью, — пусть так! — Хотя кого б такое поведенье Не обесчестило? — Себя Антоний Оправдывать не может потому,
Что нам вредит своим беспутством. Если б Развратом наполнял он свой досуг,
То был бы он сухоткою наказан И пресыщеньем; но гулять сейчас,
Когда высокий долг — и свой и наш —
Бьет зорю, — за такой позор достоин Он отповеди строгой, как юнец,
Что, зрел умом, миг наслажденья ловит Уму наперекор.
Входит Гонец.
Л епи д
Вот снова вести.
* Египетский царь* покойный муж Клеопатры.


154
Антоний и Клеопатра
Гонец
Приказ твой выполнен, великий Цезарь;
О положенье дел из часа в час Ты будешь знать. Помпей силен на море; Он, видимо, влечет к себе всех тех,
Кто лишь боялся Цезаря; в порты Все недовольные бегут, молва Его обиженным считает.
Цезарь
Что ж!
Спокон веков так водится, что тот,
Кто поднялся, толпе уже не мцл,
А кто упал, становится ей дорог,
Хоть не был никогда любим. Толпа Пловучим стеблям на реке подобна,
Что, взад-вперед теченьями гонимы, Гниют.
Гонец
Я весть принес, что два пирата,
Менас и Менекрат, царят над морем И пашут волны тысячами килёй;
Вторгаются в Италию; дрожит т
Прибрежный люд; вся молодежь в броженье.
Лишь выглянет из гавани корабль,
Как он уже захвачен. Секст Помпей Страшнее именем своим, чем если б Он войско против нас повел.
Цезарь
Антоний,
Сбрось хмель с себя! Когда ты отступал,
Разбитый, из Модены,—хоть сразил ты На поле битвы Гирция и Пансу,
Двух консулов, — с терпеньем столь великим
Ты голод, неженка, переносил, Ш)
Какого и у диких нет. Ты жажду
Гасил мочою конской и водой
Из желтых луж, противных и скотине.


Акт 1. Сцена 4
455
Сосал ты ягоды кустов колючих;
Ты, как олень, когда под снегом луг, Кору деревьев грыз; ты ел на Альпах Такое мясо, говорят, что многих Оно лишь видом убивало. Всё —
Тебе теперь об этом слышать больно! — Ты перенес, как воину пристало,
Не похудевши даже.
Л Е пи д Жаль его!
Цезарь
Пусть в Рим его скорей Погонит стыд. Пора обоим нам На поле показаться. Соберем же Немедленно совет. Все проволочки — Помпею на руку.
Л Е пи д
Я завтра, Цезарь,
Могу тебе подробно сообщить,
Какими силами располагаю На суше и воде.
70
Цезарь
До нашей встречи О том же позабочусь я. Прощай.
Лепи д
Прощай, и если что-нибудь узнаешь О происках врага, меня поставить Прошу в известность.
80
Цезарь
В том не сомневайся,
Почту за долг.
\Уходят.


i№
Антоний и Клеопатра
СЦЕНА 5
Александрия. Зала во дворце Клеопатры.
Входят Клеопатра, Хармиана, Ирада и Мардиан.
Хармиана! Что, царица? Ах!
Клеопатра
Хармиана
Клеопатра
Дай мандрагоры мне испить. *
Хармиана
Зачем?
Клеопатра
Чтоб сном могла заполнить дни разлуки С Антонием.
Хармиана Ты слишком занята им.
КЛЕ OHАТРА
Изменница!
Хармиана Да нет же, госпожа.
Клеопатра
Эй, Мардиан!
Мардиан Что госпоже угодно?
Клеопатра
Не слышать пенья твоего; сейчас Ничем мне евнух не угоден. Счастлив
* Корню и плоду мандрагоры приписывались многие замечательные свойства, в том числе — снотворная сила.


Акт I. Сцена о
457
Ты, семени лишенный! Из Египта Душой не рвешься. Ты любить умеешь?
Да, госпожа.
Мар диан
Клеопатра
На самом деле?
Мардиан
На деле — нет; лишь .то могу я делать, Что в самом деле делается честно;
Но, зная страсть, себе я представляю Венеру вместе с Марсом.
Клеопатра
Хармиана,
Где он сейчас, как думаешь? Стоит ли, Сидит ли, или мчится на коне? Счастливый конь, гордись своею ношей; Ты знаешь ли, кто на спине твоей? Второй Атлант вселенной, * длань и шлем Людского рода... Он, я слышу, шепчет: «Где нильская моя змея?» Меня Он так зовет. Вкушаю я теперь Сладчайший яд. Как! Думать обо мне, Жестоко лаской Феба опаленной, Изборожденной временем? Когда Был ты средь нас, широколобый Цезарь,
Я лакомой была и для gap ей;
Помпей Великий, взор в меня вперив,
Его не отрывал, чтоб умереть,
Глядя на жизнь свою. * **
Входит Алексас.
20
30
Алекс а с
Привет, gapnga!
Атлант (или Атлас), согласно античному мифу, поддерживает на своих плечах небесный свод. Геркулес оказался в силах временно заменить его в этом деле. Отсюда двойная метаФора: Антоний — Геркулес — второй Атлант.
** На меня, которая стала его жизнью.


458
Антоний и Клеопатра
Клеопатра
Как мало ты Антонию подобен!
Но был ты с ним, и этим эликсиром Сам словно позолочен.—
Как чувствует себя мой Марк Антоний?
Алекса с
Со мной прощаясь, он
Поделовал*—в последний раз—вот эту
Жемчужину ; слова его храню.
Клеопатра Я извлеку их слухом.
Але к с а с
Так он молвил, а Скажи ей, друг: египетской дариде Шлет верный римлянин дар скромный этот; К ее ногам положит скоро он Бесчисленные дарства; весь Восток Ее признает госпожой». Кивнул мне —
И на могучего вскочил коня,
Который громким ржаньем заглушил Ответ мой.
КлЕ onАТРА
Был он грустен или весел? Алексас
Как день осенний, что далек от жара И холода,—не грустен и не весел.
Клеопатра
Чудесный строй душевный! — Хармиана, Заметь, какой он человек! Заметь:
Он не был грустен, озарять желая Кругом все лида; но и весел не был, Показывая тем, что он в Египте Душой. Не грустен и не весел. Смесь Чудесная. Равно задор и мрачность


Акт I. Сцена о
4о9
Тебе к лицу, как никому другому.—
В пути ты встретил вестников моих?
А Л Е К С А С
Не меньше двадцати. Зачем так часто Их шлешь?
Клеопатра
Да будет проклят день, в который Послать гонца к Алтонию забуду! —
Бумагу и чернил!—Тебе я рада,
Алексас. Я когда-нибудь любила Так Цезаря?
Хармиана О благородный Цезарь!
Клеопатра
Свой проглоти язык! Скажи мне лучше: «Антоний благородный».
Хармиана
Дивный Цезарь!
КЛЕ ОПАТРА
Исколочу тебя, коль мне еще раз Посмеешь с Цезарем равнять того,
Кому нет равных.
Хармиана Я лишь то пою.
Что пела ты.
Клеопатра
Что ж, молода была.
Не кровь, вода струилась в жилах, если Так говорила я. Ну, ладно, дай Бумагу и чернид.
Всех египтян я изведу, но гнать Гонцов не перестану.
[Уходят,


АКТ II
СЦЕНА 1
Мессина, Комната в доме Помпея.
Входят Помпей, Менекрат и Менас в доспехах.
Помпей
Коль боги справедливы, то они За правых постоят.
Менекрат Не сомневайся!
Их долгое молчанье — не отказ.
Помпей
Пока мы молим их, предмет молений В цене теряет.
Менекрат В слепоте своей
Мы часто просим то, что нам во вред,— И боги отвергают нашу просьбу Во благо нам.
Помпей
Успех за мной! Народом Любим я, море всё в моих руках,
И мощь моя растет, как юный месяц; Я полнолунья вправе ждать. Антоний В Египте всё пирует — и забыл


Акт Л. Сцена 4
464
О битвах; Цезарь загребает деньги, Сердца теряя; льстит Лепид обоим,
И оба льстят ему; но он им враг,
Они ж к нему полны презренья.
Мен а с
Цезарь
С Лепидом выступили с сильным войском. Помпей
Откуда эта весть? Неправда это.
Менас
От Сильвия.
Помпей
Он бредит. Оба в Риме
И ждут Антония. — Но, Клеопатра, ^
Пусть чары красоты и жар желанья Вновь молодость устам твоим вернут!
Держи его на пиршественном поле,
Мутящем ум. Питай в нем вечный голод Приправами эпикурейской кухни.
Пусть честь свою утопит в Лете он Сном и обжорством.
Входит Варрий.
С чем пришел ты, Варрий?
Варрий
То, что скажу, не подлежит сомненью:
Антония с минуты на минуту
Ждут в Риме; уж давно Александрию зо
Покинул он.
П о мне й
Я был бы рад услышать Не эту весть. Кто ожидал бы, Менас,
Что для войны ничтожной шлем наденет Гуляка этот? Он, как полководец,
11 Шекспир, i. VI


i62
Антоний и Клеопатра
Обоих выше головой. Гордиться Мы можем тем, что разлучить сумели С египетской вдовой того, который Неутомим в любви.
М Е H А С
Навряд ли Цезарь
И Марк Антоний встретятся друзьями.
С его женой покойной на ножах
Был Цезарь; брат с ним воевал — хоть, правда,
В том нет вины Антония.
Помпей
Кто знает,
Не смолкнут ли их распри пред враждой,
Которая сильней. Когда б не мы,
Они давно бы все передрались,—
Немало было поводов у них
Меч обнажить. Но мы еще не знаем,
Не сможет ли их общий страх пред нами Замазать все их мелкие раздоры.
Пусть будет, что совет богов решил!
Нам надо биться, не жалея сил;
Идем же, Менас.
[Уходят.
СЦЕНА 2
Рим. Комната в доме Лепида.
Входят Энобарб и Лепид.
Лепи д
Любезный Энобарб, ты б заслужил Хвалу, когда бы своего вождя Склонил к уступчивости.
Энобарб
Пусть Антоний
Самим собою будет. Если Цезарь


Акт IL Сцепа 2
465
Его заденет, пусть поверх него Он поглядит и зарычит, как Марс.
Будь борода Антония моей,
Я б нынче не побрил ее. * *
Лепи д
Не время
Теперь для личных счетов.
Э н о Б АРБ
Каждый миг —
Слуга тому, что им порождено. м
Лепи д
Но пред великим мелкое смолкает.
Э но Б АР Б
А если мелкое важней?
Л e п и д
Ты злобой
Руководим. Но старый пепел лучше Не вороши. — Антоний здесь!
Входят Антоний и Вентидий.
ЭнОБАРБ
И Цезарь.
Входят Цезарь, Меценат и Агриппа.
Ант оний
Коль здесь договоримся, — на парФян!
Вентидий, так?
Цезарь
Не знаю, Меценат. Спроси Агриппу.
* Презрительный намек на «без&ородость» Октавия.
*


164
Аптопий и Клеопатра
Лепи д
Славные друзья!
Велико то, что нас соединяет;
Прочь распри мелкие! Кто провинился — Да будет выслушан; горячий спор Лишь растравит, а не излечит рану. Поэтому, — о том я вас прошу,
О благородные мои друзья,—
Касайтесь осторожно мест больных,
Чтоб их не бередить.
Антоний
С тобой согласен. Стой перед войском я, готовясь к бою,
Я так бы поступил.
Трубы.
Цезарь
Тебе привет мой в Риме!
Антоний
Благодарю.
Садись.
Цезарь
Антоний
Ты первый!
Цезарь
Ну, хорошо.
Антоний
Меня винишь ты попусту иль в Что не касается тебя.
том,
Цезар ь Смешно
По пустякам мне было бы сердиться — В особенности на тебя; еще Смешнее, если б я тебя порочил,
Тогда как даже называть тебя Не должен был бы вовсе.
20
30


Ahm II. Сцепа 2
465
Ант о ний
Что ж тебе
До пребыванья моего в Египте?
Цезарь
Не больше, право, чем тебе в Египте До моего здесь в Риме. Но оттуда Ты козни строил против нас, и это Меняет дело.
Антоний Речь твоя темна.
Цезарь
Пусть разъяснят ее тебе событья Последних дней. Жена твоя и брат Со мною воевали, и для них Был ты, Антоний, кличем боевым.
Антоний
Ты заблуждаешься. Брат никогда
Не смел ссылаться на меня; об этом so
Осведомлен я теми, кто сражался С тобой и за тебя. Да разве ж он И мне не повредил, как и тебе?
И мог ли я сочувствовать борьбе С моим союзником? Тебе об этом Писал я. Если между нами ссору Ты хочешь на живую нитку сшить,—
Ищи других путей.
Цезарь
Себя ты хвалишь,
Меня за недомыслие коря;
Но доводы твои ползут по швам. 6«
Антоний
Да нет же! Ты не можешь пренебречь Весьма естественным соображеньем,


466
Антоний и Клеопатра
Что я, союзник твой, никак не мог Потворствовать другим в борьбе, смущавшей И мой покой. А Фульвия? Не знаю,
С такой женой что мог бы сделать ты?
Тебе подвластна треть вселенной: легчб С ней справиться, чем с женщиной такой.
ЭновАРБ
Будь у нас у всех такие жены, они и нам бы не уступили в бою! то
Ант о ний
Ее неукротимый нрав, не чуждый Порой коварства, — это с сокрушеньем Я признаю, — тебе забот немало Доставил. Да, но согласись, что тут Я был бессилен.
Цезарь Я писал тебе,
Но ты, меж двух пиров александрийских, Письмо небрежно положил в карман,
Не удостоив выслушать гонда.
Антоний
Ко мне гонед ворвался без доклада!
За час пред этим трем дарям обед Давал я — и устал; ему об этом На следующий день я рассказал,
Что было равносильно извиненыо.
Не поминай о нем; для нашей ссоры Не повод это.
Цезарь
Ты нарушил клятву, Мне данную. Такого обвиненья Мне не предъявишь ты.
Лепи д
Но, Цезарь...


Акт IL Сцена 2
т
Антоний
Нет;
Пусть продолжает он!
Мне честь моя священна, хоть во мне
Ее он отрицает. Дальше, Цезарь: 91)
Нарушил клятву я...
Цезарь
...Мне в случае нужды помочь оружьем И войском. Ты мне отказал.
Антоний
Да нет же,
Лишь задержал. Часов беспутных ядом Отравлен был мой дух. Насколько можно,
Винюсь; пусть искренность моя, однако,
Не умалит достоинство мое И не унизит мощь. Да, это правда —
Здесь Фульвия, чтоб в Рим привлечь меня,
Смутьянила. В том без вины виновный, юо
Насколько позволяет честь, прошу Меня простить.
Л епи д
Прекрасные слова! Меценат
Я думаю, вам нужно прекратить Дальнейший спор. Взаимные обиды Велит забыть бедой чреватый час: За примиренье он.
Л епи д Прав Меценат.
Э н о Б А РБ
К тому же, если вы сейчас ссудите друг другу приязнь, вы сможете ее вернуть, как только смолкнут разговоры о Помпее; у вас хватит времени ссориться, когда нечего будет делать. по


т
Антоний и Клеопатра
Антоний
Ты только воин, Энобарб; молчи.
ЭнОБАРБ
Я почти забыл о том, что правда должна безмолвствовать.
Антоний
Собранию мешаешь ты; молчи.
Энобарб
Так продолжай; я буду нем, как камень.
Цезарь
Не так неправ он, хоть слова его Не очень складны. В самом деле, в дружбе Нам можно ль быть, когда так разны мы По склонностям? Но если бы я знал,
Где обруч тот, что мог бы нас скрепить, —
На край земли пошел бы я за ним.
Агриппа
Позволь мне, Цезарь...
Цезарь
Говори, Агриппа!
Агриппа
Есть у тебя по матери сестра:
Прекрасная Октавия; Антоний —
Теперь вдовед...
Цезарь
Остановись, Агриппа. Подумай, что сказала- б Клеопатра, Слова услышав эти.
Антоний
Я, Цезарь, не женат; пускай Агриппа Всё скажет до конда.


Акт II. Сцепа 2
469
Агриппа
Чтоб вашу дружбу укрепить навек,
Чтоб сделать братским ваш союз и ваши 130
Связать сердца, в супруги пусть Антоний Возьмет Октавию, чья красота Достойна лучшего на свете мужа,
А качества душевные любых Красноречивей слов. Меж ними брак Сведет на нет все мелкие обиды,
Что нынче ранят так, и всякий страх,
Напастями чреватый. Правда* станет Лишь сказкою, — теперь же сплетни — правда.
Ее любовь к обоим сблизит вас но
И с вами всех. Простите речь мою:
Она подсказана мне чувством долга И размышленьем.
Антоний
Ты что скажешь, Цезарь?
Цезарь
Мне нужно знать, что думает об этом Антоний.
Антоний
Если я скажу Агриппе:
«(Согласен)), — чтб порукой мне за то,
Что властен он решать?
Цезарь
Тому порукой
Власть Цезаря, власть также над сестрой.
Антоний
Мне ль на дороге стать тому, что благо
Сулит нам всем?—Дай, Цезарь, руку мне; iso
Осуществи союз? и пусть отныне
В нас бьются братские сердца для общих
Великих целей.
* Разлад между Цезарем и Антонием.


т
Антоний и Клеопатра
Цезарь Вот моя рука.
Я отдаю тебе сестру, к которой Привязан так, как редко брат к сестре.
Пускай она звеном меж нами будет И наш союз крепит.
Лепи д Аминь, аминь!
Антоний
Я на Помпея меч поднять не думал;
Он оказал мне крупные услуги
Еще недавно: благодарность должен юо
Ему я выразить сперва по чести,
А уж потом — борьба.
Л e пи д
Не время мешкать.
Немедленно в поход! Иначе он Пойдет на нас.
Антоний Где флот его стоит?
Цезарь
У мыса он Мизенского. *
Силен он?
Ант оний
На суше
Цезарь
Да, и крепнет. Но над морем Он господин.
Антоний
Так говорит молва...
Скорей бы встретиться! Не будем медлить!
* Около Неаполя.


Акт II. Сцена 2
{74
Но перед тем как взяться за оружье, Закончим то, о чем шла речь.
Цезарь
Отлично!
К сестре я приглашаю вас. Мы прямо Отсюда к ней.
Ант оний
Лепид, надеюсь, с нами Пойдешь и ты?
Лени д
Болезнь меня, Антоний,
Не удержала бы.
Трубы.
[Уходят Цезарь, Антоний, Лепид. Меценат
Приветствую тебя в Риме!
Э н о к АРБ
Половина души Цезаря, достойный Меценат!—Мой почтенный друг Агриппа!
Агриппа
Славный Энобарб!
Меценат
Мы можем радоваться, что всё так хорошо устроилось. А вы недурно жили в Египте!
Энобарб
О, мы так спали, что день терял свой облик, а ночь мы освещали попойкамю
Меценат
К завтраку целиком зажарцвали восемь кабанов — всего на двенадцать человек, — правда это?
Энобарб
Да это муха в сравнении с орлом; мы за столом проделывали гораздо ббльшие подвиги, о них стоит рассказать.


т
Антоши и Клеопатра)
Меценат
Клеопатра неотразимая женщина, если слухи о ней справедливы*
Э н о Б АРБ
При первой же встрече с Марком Антонием она сцапала его сердце. Это было на реке Кидне.*
Агриппа
Там она, действительно, была великолепна, если только рассказывавший мне об этом не присочинил.
Э новАРБ
Я расскажу вам:
Ее галера, словно трон, сверкала Над Кидном; золотом корма горела;
К пурпурным благовонным парусам Влюбленный ветер льнул; под пенье Флейт Серебряные весла били волны,
И те, как будто влюблены в удары,
Свой ускоряли бег. Сама ж царица —
Бессильны тут слова! — она в шатре Своем золототканном возлежала И затмевала тот Венерин образ,
Где живописец превзошел природу.
Подобные Амурам нежным, рядом Стояли дети с ямками на щечках,
*Но веянье их пестрых опахал,
Казалось, раскаляло жар ланит,
А не гасило.
Агриппа
Счастлив ваш Антоний!
ЭнобАРБ
Прислужницы, подобны нереидам,
Ловили взор царицы и склонялись Пред ней с восторгом; на руле сидела Как бы сирена; шелковые снасти Взбухали под искусным управленьем Проворных нежных пальцев. От ладьи
В Киликии, в Малой Азии.


Акт IL Сцепа 2
т
Шел: к берегу незримый аромат.
Всё населенье города столпилось Перед рекой. Антоний восседал Один на площади и вел беседу
Лишь с воздухом, который бы и сам 220
Ушел полюбоваться Клеопатрой,
Будь пустота возможна.
Агриппа
Перл Египта!
Э н ОБ АРБ
Когда она сошла на берег, ужин Ей предложил Антоний, но она Ответила, что видеть у себя Его желает гостем; наш Антоний Для женщины всегда на всё готов:
Идет, завившись десять раз, на пир —
И сердцем платит там за то, что только Очами пожирает.
Агриппа
Иу и девка! 23©
Меч Цезаря в постель уложен был Не ею ль? Он пахал ее, а жатва Досталась ей.
Э н ОБ АРБ
Она при мне однажды, Немного пробежавши, запыхалась.
Едва дыша, она красой дышала;
И не пороком это — совершенством В ней показалось мне.
Меценат
Теперь о ней забыть Антоний должен.
ЭнобАРБ
Нет, этого не будет!
Ее не старят годы; и привычка
240


т
Антоний и Клеопатра
Бессильна истощить разнообразье,
В ней заключенное. От прочих женщин,
Насытившись, отходит вскоре страсть;
Она ж неутолимый голод будит;
Поистине, и непотребства в ней Жрецы благословят.
Меценат
Коль красота, и ум, и скромность могут Антония остепенить, то он Клад обретет в Октавии.
Агриппа
Идем! —
Будь, Энобарб, моим желанным гостем,
Покуда в Риме ты.
Энобарб
Благодарю.
[Уходят.
СЦЕНА 3
Там же. Комната в доме Цезаря.
Входят Антоний, Цезарь, Октавия и свита.
Ант оний
Мой долг перед республикой порой Нас будет разлучать.
Октавия
Все дни разлуки,
Колени преклонив, молиться буду Я за тебя.
Антоний
Покойной ночи, Цезарь. —
Октавия, свет судит зло меня;
Но верь: хоть в прошлом я грешил, — отныне Я буду безупречен. До свиданья. —
Покойной ночи, Цезарь.


Акт II. Сцепа 3
т
Цезарь
там
Покойной ночи.
[.Уходят бее, кроме Антония. Входит Прорицатель.
Антоний
Что, друг? Тоскуешь, верно, по Египту? Прорицатель
Лучше бы мне никогда не покидать его, а тебе не появляться
Ант оний
Почему? Объясни, если можешь.
Пр ориц ате ль
Сказать не могу, но так чувствую. Всё же, вернись в Египет.
10
Антоний
Скажи мне,
Кто выше вознесется — я иль Цезарь?
Пр орицатель
Цезарь.
Поэтому будь от него подальше.
Дух, что тебя всегда хранит, твой демон, 20
Отвагою силен и благородством Вдали от Цезаря. А рядом с ним Робеет гений твой и клонит крылья.
Держись подальше от него.
Ант оний
Довольно.
Прорицатель
Я лишь тебе об этом говорю.
В какую б с ним игру ты ни вступил, Тебя ждет проигрыш. Рок за него, Хотя б ты был и в лучшем положенье. В его лучах ты меркнешь. Повторяю:


176
Антоний и Клеопатра
Твой дух, при нем робеющий, всегда, зо
Когда далек он, воспаряет.
Антоний
Прочь,
И позови Вентидия ко мне.
[.Уходит Прорицатель.
Пусть на пароян идет. — Случайно ль, нет ли —
Он прав. Послушны Цезарю и кости.
Его удача бьет мое искусство.
Потянем жребий5 — я ни с чем. Осилит Его петух, будь мой сильнее вдвое.
Всегда перепелов моих—и лучших —
Клюют его перепела. — В Египет!
Чтоб обрести покой, я здесь женился,— ад
Но сердцем на Востоке я.
Входит Вептидий.
Вентидий,
Пойдешь ты на парфян; я полномочья Вручу тебе. Идем.
[Уходят.
СЦЕНА 4
Там же. Улица.
Входят Лепид, Меценат и Агриппа. Лепи д
Прошу вас обо всем теперь забыть И торопить своих вождей.
Агриппа
Антоний
Октавию обнимет, и мы — в путь.
Лепид
Итак, до встречи в воинском наряде;
Он вам пойдет. Прощайте.


Акт II. Сцена о
/77
Меценат Если я
Не ошибаюсь, — до тебя, Лепид,
У мыса * будем мы.
Л ЕПИ Д
Ваш путь короче.
Не прямо я; меня опередите Вы на два дня.
Меценат и Агриппа
Итак, Лепид, в час добрый!
Л e п и д
Прощайте.
[Уходят*
СЦЕНА 5
Александрия. Зала во дворце Клеопатры.
Входят Клеопатра, Хармиапа, Ирада и Алексас.
Клеопатра Я музыки хочу, унылой пищи Для нас, влюбленных.
Все
Живо, музыканты!
Входит евнух Мардиан.
Клеопатра
Ах, нет!.. Сыграем лучше на бильярде. Хармиана
Рука болит; сыграйте с Мардианом.
Клеопатра
Что с женщиной, что с евнухом играть —
Не всё ль равно?—Ну что ж, со мной сыграешь?
* У Мизенского мыса.
12 Шекспир, т. YI


т
Антоний и Клеопатра
Мардиан
Я постараюсь.
Клеопатра
Тот, кто старается, — хоть безуспешно,— Прощенье заслужил. — Нет, не хочу!
Где удочка моя? К реке пойдем,
И там, под звуки музыки далекой,
Я буду рыб ловить, крючком пронзая Их слизистую пасть, и каждой рыбе Шепну, вообразив, что то Антоний:
«Ага, попался!»
XАР МИАНА
Вот была потеха —
Удить с ним вместе. Помнишь, водолаз твой К его крючку селедку* прицепил?
Как он ее тянул!
Клеопатра
Тогда — о время! —
Он вышел из себя, — я так смеялась.
А ночью смехом был он успокоен; ^
Наутро я, свалив его вином,
В мое всё обрядила, а сама Надела филиппийский меч. **
Входит Гонец.
Из Рима?
Наполни слух мой вестью плодоносной.
Так долго был бесплоден он!
Гонец
Царица!
Клеопатра
Антоний умер? Ты убьешь меня,
Сказавши «да»; но если ты мне скажешь:
* Точнее: соленую рыбу.
** Меч, которым Антоний сражался при Филиппах.


Акт 11. Сцена 5
П 9
«Здоров, свободен», — золото возьми И подойди к руке, что целовали Монархи с трепетом.
Гонец
Ему отлично.
Кл EOHATPА
Вот, возьми еще! —
Но стой: про мертвых Мы так же говорим! Я растоплю Всё золото и им залью твои Зловещие уста.
Г о НЕЦ
Царица, выслушай!
Клеопатра Ну, говори! —
Но если он свободен и здоров,
Что значит мрачность на твоем лице?
К чему она? А если плохо с ним,
Ты должен был бы Фурией явиться т
С венком из змей!
Гонец
Позволь мне всё сказать. Клеопатра
Готова я тебя ударить прежде;
Но лишь скажи, что он здоров, что Цезарь Ему не враг и что свободен он,—
И золотым дождем, жемчужным градом Ты будешь залит.
Г о не ц Он здоров.
Клеопатра
Отлично.


480
Антоний и Клеопатра
Гонец
И в дружбе с Цезарем.
Клеопатра
Ты честный малый.
Гонец
Они друзья, какими не бывали.
Клеопатра
Озолочу тебя.
Гонец И всё же ...
Клеопатра
Не нравится мне это «всё же»: сводит Оно все вести добрые на нет;
Оно — тюремщик, и злодеев страшных Порой освобождает. — Живо, друг,
Сложи мне в уши груз твоих вестей, Хороших и дурных. Итак, здоров он,
Друг Цезаря, и, ты сказал, свободен?
Гонец
Свободен? Нет. Я так не мог сказать.
С Октавией он связан.
Клеона тра
С нею? Чем же?
Гонец
Чем? Ложем.
Клеопатра Ах, мне дурно, Хармиана.
Гонец
Антоний на Октавии женился.


Акт 11. Сцена о
№
Клеопатра Чумою заразись и околей!
(Бьет его.)
Гонец
Терпение, царица!
Клеопатра Вон отсюда!
(Снова бьет его.)
Не то, мерзавец, вырву я глаза И волосы из головы твоей!
(С силой трясет его.)
Велю стегать тебя кнутом железным,
* Тебя в рассоле заживо сварить На медленном огне.
Гонец
Ведь только весть Принес я; брак не мною был устроен.
Клеопатра
Скажи, что это ложь, — получишь область И будешь вознесен! Мои удары Тебе за то, что раздражил меня.
Проси всего, что скромность разрешит Тебе просить.
Гонец
Увы, женился он.
Клеопатра Ты слишком долго жил.
(Выхватывает нож.)
Гонец
Мне остается
Бежать. Царица, в чем моя вина?
70
[ Уходит.


182
Антоний и Клеопатра
Хармиана
Сдержи свой гнев, царица! Ведь гонец Ни в чем не виноват.
Клеопатра
Нередко гром невинных поражает.
Пусть Нил зальет Египет, в добрых душах Вскипит змеиный яд!—Гонца верните;
Его не укушу, хоть и взбесилась.
Хармиана Напуган он тобой.
Клеопатра Его не трону.
[Уходит Хармиана.
Я руки опозорила свои,
Раба ударив. Между тем всему Причина — я сама.
Входит Хармиана с Гонцом.
Ну, подойди.
Быть вестником дурным всегда опасно.
Весть добрая пусть сотней уст кричит,
Дурная же и без того нам знать Даст о себе.
Гонец
Я долг исполнил свой.
КлЕ ОНА ТРА
Женился он?
Тебя сильней могу ль возненавидеть,
Вновь седа» твое услышав?
Гонец
Он женился.
Клеопатра
Так будь же проклят! На своем стоишь?


Акт IL Сцена 5
485
Гонец
Не лгать же мне тебе?
Клеопатра
О, если б лгал!
Тогда пусть пол-Египта поглотил бы Ил, гадами кишащий!—Убирайся!
Будь ты Нарциссом даже, я б в тебе Урода видела. Так он женился?
Гонец
Прости меня, царица.
Клеопатра
Он женился?
Г о не ц
Не гневайся, что гневать не дерзаю.
Казнить за то, к чему неволишь, можно ль? Антоний на Октавии женился.
Клеопатра
Его виной ты превращен в мерзавца.
Уж ты не тот, кем мнишь себя. Ступай! Он слишком дорог, римский твой товар. Пусть при тебе останется и душу Тебе гнетет.
Хармиана
[Уходит, Гонец.
Царица, успокойся.
Клеопатра
Превознося Антония, хулила Я Цезаря. *
Хармиана Не раз.
* Юлия Цезаря.


Ш
Антоний и Клеопатра
Клеопатра И вот награда!
Уйдем отсюда!
Мне дурно, Хармийна... Ничего... — ''
Сходи к гонцу, Алексас, и узнай
Всё про Октавию — и сколько лет ей
И нравом какова; спроси его
Про цвет волос. Я буду ждать тебя.
[Уходит Алексас.
Да пропади он!—Нет же, Хармиана...
Со стороны одной пусть он Горгона,
С другой он — Марс.
(Ыардиану)
Алексасу вели
Про рост ее узнать. — О Хармиана,
Меня ты молча пожалей. Пойдем.
[ Уходит.
СЦЕНА 6
Около Мизенского мыса.
Трубы. Фанфары.
Входят с одной стороны Помпей и Менас с барабанщиком и трубачом, с другой — Цезарь, Антоний, Лепид, Энобарб, Меценат с воинами.
Помпей
Заложниками обменялись мы;
Поговорим пред боем.
Цезарь
Да, разумно
Начать с переговоров; потому Тебе вперед письмом мы сообщили Свои условья. Что ж, не склонен ты Вложить в ножны свой возмущенный меч И молодежь, в Сицилию вернув,
От смерти оградить?


«Антоний и Клеопатра»
С гравюры по картине Жерома


Акт 11. Сцена в
485
Помпей Вам всем троим.
Единственным сенаторам вселенной, Наместникам богов, скажу: ужели б Отед мой, сына и друзей имея,
Лишен был мстителей, раз Юлий Цезарь, Явившись Бруту при Филиппах, видел,
Как вы там бились за него? Зачем Шел бледный Кассий в заговор? Что гнало Честнейшего из римских граждан, Брута,
И остальных защитников свободы На Капитолий? Нежеланье видеть Всех под одним! Оно же и меня Заставило морские волны вспенить Тяжелым флотом; наказать решил я Неблагодарность ветреного Рима К покойному отду.
Цезарь Не горячись.
Ант о ний
Ты флотом нас, Помпей, не запугаешь: На море мы поборемся; на суше,
Ты знаешь, перевес у нас.
Помпей
Еще бы!
Помпея дом — и тот в твоих руках.
Ну что ж, пусть так; ведь своего гнезда Нет у кукушки.
Л e пи д
Это всё не к делу.
Не откажи на наши предложенья зо
Ответить нам.
Цезарь
Да, мы ответа ждем.


Антоний и Клеопатра
Антоний
Их не принять ты волен; но подумай О выгоде своей.
Цезарь И что за виды
Перед тобой.
Помпей
Вы предложили мне Сицилию с Сардинией; я ж должен, Очистив от пиратов море, в Рим Послать пшеницы груз; коль я согласен, Мы разойдемся, не скрестив мечей,
Не повредив щитов.
Цезарь, Антоний и Лепид И что же?
Помпей
Знайте ж:
Сюда я прибыл раньше вас с решеньем Принять условия; но Марк Антоний Меня слегка расстроил. Хоть заслугой Кичиться плохо, всё же я скажу:
Когда твой брат и Цезарь враждовали,
Я мать твою с любовью приютил В Сицилии.
Антоний Об этом я слыхал —
И неоплатным должником твоим Себя считаю.
Помпей Дай же руку мне.
Здесь встретиться с тобою я не думал. Ант оний
Мягки постели на Востоке; вам За вызов неожиданный спасибо:
Я только выиграл.


Акт IL Сцепа 6
487
Цез арь Ты изменился
С последней нашей встречи.
П о мне й
Я не знаю,
Как мне лицо Фортуна злая метит,
Но к сердцу доступа ей нет; его Она не подчинит.
Л Е пи д
Сошлись мы кстати. Помпей
Надеюсь. — Значит, мы договорились. Хотел бы я, чтоб наше соглашенье Мы подписали.
Цезарь
Тотчас же подпишем.
Помпей
Перед прощаньем угостим друг друга: бо
Кто первый—скажет жребий.
А н т о н и й
Мне позволь.
П омпёи
Нет, жребий вынь. Но так или иначе, Твоя египетская кухня, верно,
Одержит верх. Я слышал, Юлий Цезарь Там растолстел.
Ант оний
Ты очень много слышал.
Я не в обиду.
Помпей


488
Антоний и Клеопатра
Антоний Это сразу видно.
Помпей
Я так слыхал;
Еще слыхал я, что Аполлодор...
Э н о в а р в
Что из того? Ну да, принес...
Помпей
А что?
Э н о Б А Р Б
.. .Одну царицу Цезарю в постель.
Помпей Тебя узнал я. Как живешь?
ЭНОБАРБ
Отлично,
Особенно с тех пор, как предвкушаю Четыре пира.
Помпей
Руку жму. К тебе Враждебен не был я; меня в боях Ты изумлял своей отвагой.
ЭнОБАРБ
Я
Тобою не был никогда пленен;
Но то в тебе хвалил, что было выше Моих похвал.
Помпей
Вот это откровенность! Она к тебе к лицу.—
Вас на корабль к себе я приглашаю. Прошу!


Акт 11. Сцена в
Цезарь, Антоний и Лепид Мы за тобой.
189
П О МПЕЙ Итак, идем.
[Уходят все, кроме Менаса и Энобарба.
Мен ас (в сторону)
Твой отец, Помпей, никогда не заключил бы этого договора. — Мы с тобой уже знакомы.
Энобарб
Мы как будто встречались на море.
Менас
Совершенно верно.
Э н о Б а р Б
Ты на воде показал себя молодцом.
А ты на суше.
Менас Энобарб
Я похвалю того, кто хвалит меня, — хотя кто бы стал отрицать мои подвиги на суше?
Менас
Или мои на море? 90
Энобарб
Нет, кое от чего ты мог бы отречься ради собственной пользы; ты был большим разбойником на море.
Менас
А ты на суше.
Энобарб
От такой сухопутной службы я отрекаюсь. Дай же мне руку, Менас! Если бы наши глаза были представителями власти, они бы тут поймали двух целующихся воров.


!90 Антопий и Клеопатра
Менас
Лица у всех правдивы, чем бы ни были заняты их руки.
Э н о в а р Б
Но среди красивых женщин не найдешь ни одной с правдивым лицом.
Менас
Это правда: ведь они воруют сердца!
Э н о в а р в
Мы прибыли сюда биться с вами.
Менас
Что касается меня, то я очень жалею, что всё кончилось попойкой. Помпей нынче смехом спугнет свое счастье.
Э н о Б а р Б
В таком случае ему уже никогда не выплакать его обратно.
Мена с
Несомненно. Мы не ожидали встретиться здесь с Марком Антонием. Скажи, пожалуйста: женился он на Клеопатре?
ЭнобАРБ
Сестру Цезаря зовут Октавией.
Менас
Да, и она была женой Кая Марцелла.
Э н о Б А РБ
А теперь она жена Марка Антония.
Менас
Неужели?
Э н о Б а р Б
Истинная правда. г
Менас
Значит, Цезарь и он связаны навсегда.


Акт II. С^ена 7
№
Э H О Б А РБ
Если бы меня заставили предсказать, к чему приведет этот союз, я бы не стал утверждать этого.
Менас
Полагаю, что в этом браке большую роль сыграла политика, чем любовь.
ЭНОБАРБ
И я так думаю. Но ты увидишь, что те узы, которые их как будто связывают, в конце концов задушат их дружбу. Октавия — женщина благочестивая, холодная и молчаливая.
Менас
Кто не пожелал бы себе такой жены?
Энобарб
Тот, кто сам не таков, — например, Марк Антоний. Он затоскует по своим египетским блюдам; а тогда вздохи Октавии раздуют огонь в Цезаре, и — как я уже сказал — то, что сейчас крепит их союз, потом породит разлад между ними. Чувство Антония осталось там же, где и было; здесь он женился только на выгоде.
Менас
Так оно, должно быть, и будет. Не пройти ли нам на корабль? Я хочу выпить за твое здоровье.
Энобарб
Отвечу тебе тем же; мы в Египте приучили свои глотки. ш
Ну, так идем.
Менас
[Уходят.
СЦЕНА 7
На борту галеры Помпея около Мизенского мьтса.
Музыка.
Несколько слуг вносят вино и фрукты.
1-й Слуга
Они сейчас придут сюда. Кое-кто из них еле держится иа своих корнях; достаточно ветерка, чтобы свалить их.


/92
Антоний и Клеопатра
2-й Слуга
Лепид раскраснелся.
1- 	й Слуга
Его заставляют пить за всех.
2- 	й Слуга
Стоит только одному из них задеть другого, как Лепид уже кричит: «Не надо!» и ублажает их уговорами, а себя кубками.
1- 	й Слуга
Но тем больший разлад создает ато между ним и здравым смыслом, ю
2- 	й Слуга
Вот к чему приводит желание затесаться в компанию великих людей. Меня так же мало прельщает тростинка, от которой нет никакого толку, как и алебарда, которую я не в силах поднять.
1-й Слуга
Попасть в высокие СФеры и оставаться там незамеченным — всё равно, что на месте глаз иметь одни лишь впадины, уродующие лицо.
Трубы.
Входят Цезарь, Антоний, Лепид, Помпей, Агриппа, Меценат, Энобарб, Менас и другие военачальники.
Антоний
(Цезарю)
У них обычай: пирамидой меря Разливы Нила, по ее ступеням Судить о том, что ждет их — урожай
Иль недород. Чем больше вспухнет Нил, 2о
Тем лучше. Только спал он, — семена Кидает в ил крестьянин, и недолго Уже до жатвы.
Лепид
У вас там водятся удивительные змеи.
Да, Лепид.
Антоний


Акт II. Сцена 7
№
Л Е ПИ Д
Значит, ваши египетские змеи рождаются из вашего ила действием вашего солнда? А ваши крокодилы тоже?
Антоний
Именно так, Лепид.
Помпей
Присядьте, и давайте выпьем. За здоровье Лепида!
Лепид
Мне немного не по себе, но я от вас не отстану.
Э н о БАР Б
Пока не заснешь; боюсь, что до тех пор ты не отстанешь;
Лепид
Нет, право, я слыхал, что Птолемеевы пирамиды очень славные штучки; да, да, я слыхал это.
Mehag (тихо Помпею) Помпей, послушай!
Помпей (тихо Менасу)
На ухо скажи мне.
Мен ас (тихо Помпею)
Прошу тебя из-за стола подняться И выслушать два слова.
П о МПЕЙ (тихо Менасу)
Погоди. —
Налить вина Лепиду!
Лепид
А что это за штука крокодил?
13 	Шекспир, т. VI


494
Антоний и Клеопатра
Антоний
Он весьма похож на самого себя: широк в меру своей ширины, высок в меру своего роста и двигается с помощью собственных лап; живет тем, чем кормится, а когда издыхает, душа его переселяется.
Какого он цвета?
Л Е пи д Антоний
Своего собственного.
Л Е пи д
Забавная змея!
Антоний
Действительно. И слезы у него мокрые.
Цезарь
Удовлетворит его это описание?
Антоний
При помощи кубка, который ему подносит Помпей; иначе он — so
эпикурейски ненасытен.
П о М ПЕ й (тихо Менасу)
Отстань ты от меня и мой приказ Тотчас же выполни.—Где кубок мой?
Менас (тихо Помпею)
Когда меня ты хоть немного ценишь,
То выслушай.
Помпей (тихо Менасу)
В уме ли ты? В чем дело? (Встает и отходит с Менасом в сторону.)
Менас
Я верным был всегда тебе слугою.


À km IL Сцена 7
m
П о m n E й
Ты верой мне служил и правдой. Дальше! —
Сейчас, друзья!
Антоний
Лепид, песков зыбучих Остерегись: ты тонешь.
Мен ас
Владыкой мира хочешь стать?
Помпей
О чем ты? m
M e н а с
Еще раз: хочешь стать владыкой мира? П о м не й
Каким же образом?
Мен ас
Лишь дай согласье,
И я — ничтожество в твоих глазах —
Тебе весь мир вручу.
П о МПЕЙ
Ты пьян, должно быть. Мен ас
О нет, Помпей! Не брал я кубка в руки. Лишь пожелай, и ты — земной Юпитер!
Всё, всё в твоих руках, что океан И небо обнимают.
П о МПЕЙ Как, скажи?
Мен ас
На корабле твоем все триумвиры;
Я оборву причал; мы выйдем в море —
*


т
Антоний и Клеопатра
И перережем их, — и вот тогда.
Всё, всё в твоих руках.
Помпей
Чем говорить,
Ты б лучше действовал! Твою услугу, Оказанную тайно мне, сумел бы;
Я оценить. Но так? Ты должен знать, Что выгода моя идет за честью,
Не честь за выгодой. Себя ты выдал,
И то, что мог бы я потом одобрить,
Я должен осудить. Забудь — и пей!
Менас (в сторону)
Коль так,
Я меркнущей твоей звезде не спутник. Кто, клад найдя, его поднять не хочет, Тот враг себе.
Помпей
Лепид, твое здоровье!
Ант о ни й
Снять на берег его. Я за него.
Эноьарб
Твое здоровье, Менас!
Менас
Друг, спасибо!
Помпей
Полнее чаши!
Эноб АРБ
(Менасу, указывал на Слугу, уносящего Лепида) Однако он силен.
А что?
Менас


Акт 11. Сцена 7
т
Э Н О Б А Р Б
Да как же? Треть вселенной он несет. Мен ас
Пьяна же эта треть! Пускай же кругом И вся земля пойдет!
ЭнОБАРБ Так пей, прибавь ей хмелю!
Менас
Давай!
П о м не й
Наш пир египетским еще не
равен.
Антоний
Сравняется. Еще наполним кубки! Я пью за Цезаря.
90
Цезарь С меня довольно.
Мучительно всё полоскать свой мозг И лишь грязнить его.
Антоний
Служи мгновенью!
Цезарь
Ну, пей, а я отвечу.
Но лучше всё ж четыре дня поститься,
Чем столько выпить в день.
ЭнОБАРБ
(Антонию)
Мой славный вождь.
Пир завершим александрийской пляской Вакхической!
Помпей
Мы просим, славный воин.


498
Антоний и Клеопатра
Ант оний
Так за руки возьмемся,
Покуда хмель сознанье наше в Лету Не погрузил.
ЭнобАРБ
Ну, за руки, живей! —
Эй, громче музыка! — А я расставлю Вас по местам. Лишь мальчик запоет,
Припев пусть каждый громко повторяет, Насколько хватит легких.
Музыка.
Энобарб расставляет всех в круг, соединив их руки.
ПЕСНЯ
Бог, что пьяным лозам рад,
Чьи глаза огнем горят,
Нам забот забвенье дай,
Гроздьями нас увенчай.
Лейте в кубки через край,
Лейте в кубки через край!
Цезарь
Чего ж еще? — Помпей, покойной ночи! — Пойдем же, брат! * У нас дела, которым Разгул не впрок.—Друзья, пора расстаться.
У всех горят ланиты; Энобарб Уж от вина размяк, а мой язык Слова коверкает. Нас хмель в шутов Переодел. Довольно, до свиданья! —
Антоний, руку!
Помпей
Долг теперь за вами.
Антоний
Готов; дай руку.
Помпей
Дом отца, Антоний,
В твоих руках, но мы с тобой друзья.
Сойдем же в лодку.
* Он обращается к Антонию, своему шурину.


Акт IL Сцена 7
ЭНОБАРБ
Тише, не свалитесь. (Менасу)
№
Я здесь останусь.
[.Уходят все, кроме Энобарба и Menaça. Менас
Да, сойдем в каюту.—
Эй, трубы, барабаны, Флейты! Пусть
Нептун услышит, как мужей великих 13о
Мы провожаем. Громче, чорт возьми!
Трубы и барабаны.
ЭнОБАРБ
Кидаю шапку вверх!
Менас
Пойдем же, славный воин.
[Уходят


АКТ III
СЦЕНА 1
Равнина в Сирии.
Входит в триумфальном шествии Вентидий; за ним Силий и другие римские военачальники и воины. Перед ними несут тело Покора.
Вентидий
Страна парфянских луков, ты разбита!
За Марка Красса отомстить Фортуна Мне помогла. Всё войско пусть увидит Пакора тело. Царь Ород, твой сын За Марка Красса уплатил.
С и л и и
Вентидий,
Пока твой меч от крови не остыл,
ПарФян преследуй по пятам, хотя бы Всю Мидию пришлось пройти и всю Месопотамию: тогда Антоний
ТриумФОм наградит и увенчает ю
Венком тебя.
Вентидий
О Силий, Силий! Сделал Довольно я. Кто подчинен — не должен Блистать не в меру. Верь мне, Силий: лучше Бездействовать, чем слишком громкой славой Себя покрыть в отсутствии вождя.
И Цезарь и Антоний добивались Побед славнейших чем? Руками слуг.
Здесь до меня командовавший Соссий


Акт 111. Сцепа 2
204
Опалу заслужил за то, что счастье
Его на щит подняло слишком быстро. 20
Кто затмевает своего вождя,
Становится вождем вождя; порою Велит нам честолюбье предпочесть Успеху пораженье.
Я для Антония мог сделать больше,
Но он бы рассердился и услугу Мне в грех вменил.
С п л и и
Ты обладаешь тем,
Вентидий, без чего не отличишь Меча от воина. Ему напишешь?
Вентидий
Я сообщу, чтб именем его, з0
Творившим чудеса, мы совершили,
Как под его знаменами мы с поля Прогнали конниду пароян, доселе Непобедимую.
Си лий Он где теперь?
Вентидий
В Афины держит путь; туда и мы,
Хоть стеснены добычей, поспешим,
Чтоб до него прибыть. Итак, вперед!
[Уходят.
СЦЕНА 2
Рим. Передняя в доме Цезаря. Входят в разные двери Агриппа и Энобарб. Агриппа
Что ж, братья * распрощались?
Цезарь и Антоний.


Антонии и Клеопатра
ЭновАРБ
С Помпеем—мир, и; он отплыл; те трое Скрепляют договор. В слезах к отъезду * Готовится Октавия из Рима.
Сам Цезарь что-то грустен; а Ленид С Помпеевой попойки занемог,
Как говорит Мейас.
Агриппа Ленид достойный!
ЭновАРБ
Еще бы! Ах, как Цезаря он любит!
Агриппа
Ему безмерно дорог и Антоний!
Э новАРБ
О Цезарь! Он среди людей — Юпитер!
Агриппа
А Марк Антоний! Он Юпитер сам!
Э н о Б АР Б
Ты что, о Цезаре? Ему нет равных.
Агриппа
Ты об Антонии? То новый Феникс!
Э н о Б АРБ
Про Цезаря сказать довольно: Цезарь.
Агриппа
Обоих он безмерно восхваляет.
Энобарб
Всех лучше Цезарь... Но Антоний? Да, Поэты, диФры, языки не могут Спеть, сосчитать, изречь его любовь К Антонию. Но Цезарь... Все падите Ниц перед ним!


Акт III. Сцепа 2
Агриппа Обоих любит он.
203
ЭНОВАРБ
20
Они ведь крылья этого жучка.
Трубы за сценой.
То клич: в седло! Агриппа, будь здоров.
Агриппа
Счастливо, храбрый воин! До свиданья.
Оба отходят в сторону.
Входят Цезарь, Антоний, Лепид и Октавия.
Антоний
Простимся, друг.
Цезарь
Ты часть моей души с собой увозишь;
Чти в ней меня. — Сестра, такой супругой,
Какой тебя в мечтах я вижу, будь;
Мою поруку оправдай. — Антоний,
Да не послужит чистая душа,
Скрепляющая камни нашей дружбы,
К тому, чтоб их разбить, рассыпать в прах. и
Уж лучше бы тогда любили мы Друг друга без нее, коль мы не можем Ее лелеять оба.
Антоний
Недоверьем
Меня не рань.
Цезарь Довольно же.
Антоний
Не сможешь
Ты повода малейшего найти К таким сомнениям. Храним будь небом


204
И преданностью римского народа! Простимся здесь.
Антоний и Клеопатра
Цезарь
Прощай же, дорогая, будь здорова.
Да будут благосклонны все стихии К твоей душе. Здорова будь, прощай.
Октавия
Мой благородный брат!
Антоний
В ее глазах апрель, и этот дождь Сулит весну любви. — Развеселись!
Октавия За домом мужа последи и...
Октавия?
Цезарь
Что,
Октавия на ухо скажу.
Ан т о ни й
Ее язык не слушается сердца:
Оно в раздумье, — так перо лебяжье Стоит над волнами в час половодья, Как бы застыв.
ЭновАРБ (тихо Агриппе) Ужель заплачет Цезарь?
Агриппа (тихо Эпо5арбу)
Он мрачнеет.
Э н о в А РБ
(тихо Агриппе)
Коня и то такая тень не красит; Подавно — мужа.


Акт 11L Сцена 2
20Ö
Агриппа (тихо Энобарбу)
Полно, Энобарб!
Над трупом Цезаря Антоний плакал,
Как малое дитя; а при Филиппах,
Увидя Брута мертвым, зарыдал.
Э но б ар в
(тихо Агриппе)
Тот год страдал он насморком, должно быть;
Он слезы лил над тем, о чем мечтал!
Таким слезам не верь.
Цезарь
Тебе, сестра,
Я часто буду слать известья; время 60
Не вырвет память о тебе.
Антоний
С тобой
В любви готов я состязаться, Цезарь.
Обнимемся еще раз — и богам Тебя препоручу.
Цезарь
Прощай, будь счастлив! Лепи д
Пускай твой путь все звезды освещают. Прощайте оба!
Цезарь В добрый час!
(Целует Октавию.)
Антоний
Прощай.
Трубы.
[Уходят.


206
Антоний и Клеопатра
СЦЕНА 3
Александрия. Зала во дворце Клеопатры.
Входят Клеопатра, Хармиана, Ирада и Алексас.
Клеопатра
Ну где же он?
Алексас Боится он войти.
Клеопатра
Бсё это вздор!
Входит Гонец.
Приблизься, друг.
Алексас
Царица,
Коль ты не в духе, — Ирод Иудейский И то робеет пред тобой.
КЛЕ ОПАТРА
Убить
Я Ирода хочу! Но где Антоний,
Чтоб выполнить приказ? — Ну, подойди же.
Гонец
Великая царица...
Клеопатра Что ж, Октавию
Ты видел?
Гонец
Видел, госпожа.
Клеопатра
* Где?
Гонец
В Риме; и ее лицо, царица,
Успел я разглядеть; она меж братом Шла и Антонием.


Акт 111. Сиена 5
207
Клеопатра Скажи мне, ростом
Она с меня?
Г о не g Нет, госпожа.
Клеопатра
А голос
Высок иль низок у нее? Ты слышал?
Гонец
Слыхал; не звонкий голос.
Клеопатра
Это плохо,
И к ней любовь его недолговечна.
Хармиана
Ее любить? Клянусь Изидой, вздор!
Клеопатра
Надеюсь. Карлица с невнятной речью! — В ее походке есть величье? Вспомни, Коль можешь о величии судить.
Гонец
Она ползет; не отличишь, стоит ли Иль движется; нет жизни в этом теле, На статую похожем.
Клеопатра Это правда?
Г о не ц
Коль нет, — я слеп.
Хармиана
Среди египтян мало Таких, что видят зорче.


208
Антоний и Клеопатра
Клеопатра Он толков.
Она мне не опасна, — нтот малый, Конечно, прав.
Ха р миана Еще бы! Спора нет.
Клеопатра
А сколько лет ей может быть?
Гонец
Она
Была уже вдовой.
Клеопатра Вдовой? Ты слышишь?
Гонец
Ей лет под тридцать.
Клеопатра Лицо ее овально или кругло?
Гонец
Донельзя кругло.
Клеопатра
Обычно круглолицые безмозглы. —
А волосы?
Гонец
Черны, а лоб так низок,
Что просто ужас.
Клеопатра Золото возьми.
Забудь о том, что я была недавно С тобой груба. Я вновь тебя пошлю, Пригоден ты в делах; готовься в путь,— Я письма дам тебе.
[Уходит Гонец.


Акт III. Сцена 4
209
ХАРИНAHA
Неглупый малый!
Клеопатра
Конечно; я жалею, что тот раз Была с ним так сурова. Нет, не стоит Из-за нее тревожиться.
Хармиана
Нисколько.
Клеопатра
Ведь о величии судить он может?
Хармиана
Еще 6 не мог! Он столько лет на службе У Клеопатры.
Клеопатра
Я собиралась кой о чем еще
Его спросить; но ладно, пусть придет
Ко мне он за письмом. Всё обойдется.
Хармиана Ручаюсь, госпожа.
СЦЕНА 4
Афины. Комната в доме Антония. Входят Антоний и Октавия. Ант о ний
Нет, нет, Октавия! Не только это:
Такой пустяк и тысячи других — Простительны! Но вот с Помпеем снова Воюет он; составил завещанье И обнародовал;
Меня не ценит; если уж не может Не похвалить, то в выраженьях скуп.
14 	Шекспир, т. VI
40
[Уходят.


240
Антоний и Клеопатра
При случае мне должное воздать Не хочет иль бездушными словами Спешит отделаться.
Октавия Мой господин,
Всему не верь, а если верить должен,
То не сердись. Произойди разрыв —
Нет женщины несчастнее меня,
Молящей за обоих.*
Смеяться будут боги надо мной,
Коль буду я просить: «Храните мужа»,
А вслед за этим вознесу мольбу: «Храните брата». Эти две молитвы Друг друга разрушают, а меж ними Средины нет.
Антоний Октавия моя,
Склонись к тому, кто больше дорожит Твоей любовью. Я себя утрачу,
Утратив честь; тогда уже не в радость Мне быть твоим. Но сделай, как хотела: Посредницей меж нами будь; а я К войне получше подготовлюсь, с тем Чтоб посрамить его. Итак, спеши!
Об этом ведь просила ты.
Октавия
Спасибо.
Юпитер пусть мне, немощной, поможет Вас помирить. Меж вас война! Ведь это Как если б раскололся мир и трупы Наполнили бы бездну.
Антоний
Когда ты уяснишь себе, кто в ссоре Повинен, — будь к нему строга: не могут Быть наши вины так равны, чтоб ты Могла любить равно обоих. В путь Готовься же, в расходах не стесняясь,
И свиту подбери.


Акт 111. Сиена о
214
СЦЕНА 5
Там же. Другая комната.
Входят с разных сторон ЭноЗарЗ и Эрот.
Э Н О В АР в
Что нового, Эрот?
Эрот
Странные известия, господин.
А именно?
Э н о в а р в
Эрот
Цезарь и Лепид начали войну с Помпеем.
Э н о в ар в
Это старо. Еще что?
Эрот
Цезарь, воспользовавшись помощью Лепида в войне против Помпея, отказывает ему в равных правах и не желает разделить с ним славу похода; больше того, обвиняет его в том, что когда-то он писал Помпею, и на основании собственного обвинения арестует его. И вот этот несчастный третий — под замком, пока смерть не отопрет его темницу.
Э н о в ар в
Ты, мир, отныне с парой челюстей,
И сколько пищи ни бросай меж ними,
Они сотрут друг друга. Где Антоний?
Эрот
В саду блуждает; то ногой отбросит С дороги прут, ворча: «Дурак Лепид!»,
То смертью угрожает он вождю,
Убившему Помпея.
Э н о в а р в Флот готов.


ш
Антоний и Клеопатра
Эрот
Да, против Цезаря. Тебя, Домидий, Антоний требует; я эту весть Мог сообщить и позже.
Эн о в а р в
Пустяки,
Должно быть. Всё же проводи к нему.
Идем.
Эрот
[Уходят.
СЦЕНА 6
Рим. Комната в доме Цезаря. Входят Цезарь, Агриппа и Меценат. Цезарь
Клянусь, он издевается над Римом!
В Александрии, как мне сообщают,
Он вместе с Клеопатрой на помосте Посеребренном, в креслах золотых, Воссели пред народом; у их ног — Цезарион, * которому отед мой Был будто бы отдом,/И все исчадья Их грязной похоти. Ее Египет Признал он независимым и тут же Ей подчинил часть Сирии, весь Кипр, Всю Лидию.
MEgEHA т
Как! На глазах народа?
Цезарь
Да, на арене для игры военной Он сыновей своих провозгласил Царей дарями: Александру дал
* Цезарион был сыном Клеопатры будто бы от Юлия Цезаря, который усыновил Октавия.


Акт III. Сцена 6
215
Всю Мидию, Армению и Пароию,
А Птолемею — Сирию, Киликию И Финикию. * В этот день одета Она была Изидой, как не раз,
По слухам, на приемах.
Меценат
Пусть узнает
Об этом Рим...
Агриппа
Который, возмутившись, От наглеца отступится бесспорно.
Цезарь
Рим знает. Он прочел и обвиненья Антония.
Агриппа Кого ж он обвиняет?
Це зарь
Кого? Да Цезаря. Взяв у Помпея Сицилию, его при дележе, мол,
Мы обошли; затем, я не вернул Им присланных судов, и, наконец,
Он недоволен, что Лепид уж больше Не триумвир и что его доходы Присвоил я.
АГР ИННА Ему ответить надо.
Цезарь
Ответ уж послан; мой гонец в пути.
Я написал, что стал Лепид жесток Не в меру, саном злоупотреблял И поделом смещен; что я согласен С ним поделиться тем, что покорил,—
* Александр и Птолемей — сыновья Клеопатры от Антония.


Ш
Антоний и
Но пусть и он мне долю даст в Армении И прочих странах.
Meце на т Не пойдет на это.
Цезарь
Тогда пускай пеняет на себя.
Входит Октавия со свитой.
Октавия
Привет тебе, мой господин и брат!
Цезарь
В тебе жену отверженную вижу?
Октавия
Так называть меня причины нет.
Цез арь
Зачем же Цезаря сестра явилась Тайком сюда? Должно бы было войско Перед женой Антония идти И ржание коней нам возвестить Ее прибытие; людские гроздья Должны бы были виснуть на деревьях,
И ожиданье — истомить сердца;
Столбами пыль должна была бы к небу Нестись от тысяч ног. А ты пришла Служанкой в Рим, не дав нам проявить Свою любовь, в которую, коль скрыта, Народ не верит. Мы должны бы были Тебя встречать на море и на суше, Приветствуя всё громче.
Октавия
Господин мой,
Я так явилась не по принуждении —
По доброй воле. Мой супруг Антоний Мне сообщил, что ты войну готовишь,


Акт 111. Сцена 6
215
И, ужаснувшись, отпросилась я Домой.
Цезарь
Он отпустил! Еще бы, ты ««
Меж ним и похотью его стояла.
Октавия Не говори так, брат.
Цезарь За ним слежу,
И ветер мне о нем приносит вести.
Он где теперь?
Октавия
В Афинах, господин мой.
Цезарь
Нет, бедная сестра, у Клеопатры Твой муж теперь: ей стоило его Лишь поманить к себе. Свою державу Блуднице отдал он, и вот вкруг них Уже стоят, готовые к войне,
Фракийский царь Адал, лидийский Бокх, ?»
Каппадокийский Архелай, царь Понта,
Царь паФлагонский ФиладельФ, арабский Царь Малх, царь Комагены Митридат,
Царь Иудейский Ирод, Полемон Индийский, ликаонский царь Аминт, —
И сколько их еще!
Октавия О, горе мне,
Чье сердце двум враждующим друзьям Принадлежит!
Цезарь
Тебя мы рады видеть.
Разрыв твои отсрочивали письма,
Пока не понял я, как подло ты so


216
Антоний и Клеопатра
Обманута и что опасно мешкать.
Не слишком огорчайся тем, что тучи Сбираются над головой твоей;
Событиям предоставь идти туда,
Куда их гонит рок. Тебя я в Риме Приветствую. Безмерная обида Тебе нанесена! Пусть боги мне И всем, кому ты дорога, помогут Обиду эту смыть. Еще раз в Риме Тебе привет!
Агрипп А Привет и от меня.
Меценат
Октавия, привет!
Любовь и сострадание питают Все римляне к тебе; один Антоний,
Не знающий узды прелюбодей,
Тебя отверг и поднял против нас Распутницу.
Октавия Ужели это правда?
Цезарь
Чистейшая!—Сестра, будь терпелива,
Прошу тебя. О бедная сестра!
[ Уходят.
СЦЕНА 7
Лагерь Антония около жыса Акциума. *
Входят Клеопатра и Энобарб.
Клеопатра
Тебе припомню это, погоди!
Эно БАРБ
Но что же?
На северо-западном побережье Греции.


Акт IU, Сцена 7
Клеопатра
Ты нежелательным мое участье В походе счел.
Эноварв
Чего же тут желать? КлЕОПАтра
Войну, объявленную мне, не мне ли Самой вести?
Эноварв (в сторону)
Я б мог ответить так:
Коль есть кобылы в войске, то пропали В нем жеребцы, — вслед за кобылой конь Поскачет во весь дух.
Клеопатра
Ты что бормочешь?
Эноварв
Твое присутствие смутит вождя,
Отнимет у него вниманье, время И мужество. И так за легкомыслие Его уже бранят; смеются в Риме,
Что девушки твои и евнух Фотин Ведут войну.
Клеопатра
Сгинь ты, проклятый город Клеветников! Но нет, не отступлюсь! Глава державы, буду я, как муж, Сражаться за нее. Не возражай!
С бойцами буду я.
Эноварв Что ж, я молчу.
Но вот и вождь.
Входят Антоний и Канидий.


Антоний и Клеопатра
Антоний
Не странно ли, Канидий, Как быстро из Тарента и Брундузия Прошел он ионические волны И взял Торин?* — Что скажешь, дорогая?
Клеопатра
Дивится быстроте обычно тот,
Кто сам нерасторопен.
Антоний
Муж ученый
Таким ответом мог бы осудить Медлительность. — Канидий, бой дадим Мы на море ему.
Клеопатра А где ж еще?
Но почему?
Канидий
Антоний
Он вызывает нас.
Эноварб
А ты его на поединок вызвал.
Канидий
Да, и на то, чтоб драться при Фарсалах, Где Цезарь и Помпей дрались;** но он Отверг невыгодные предложенья.
Мы то же сделаем.
20
30
Эноварб
Твои матросы —
Народ сырой: погонщики мулов
* Тарент и Брундузий (ныне Бриндизи) — порты на юге Италии; Торин — город в Эпире* на севере Греции.
** В битве при Фарсалах в 48 г. до н. э. Цезарь одержал над Помпе ем Великим победу, решившую борьбу между ними.


Акт III. Сцепа 7
219
И пахари; у Цезаря ж во Флоте Те, что не раз с Помпеем воевали,
Да и суда быстрей. Позора нет От боя на море нам уклониться,
Коль мы сильней на суше.
Антоний
В море, в море! 4о
Эно вАРВ
Мой господин, пренебрегаешь ты Своим искусством воевать на суше;
Раскалываешь армию, чья сила —
В испытанной пехоте, руководством Которой славишься; бросаешь путь,
Ведущий к несомненному успеху,
И случаю неверному в объятья Бросаешься.
Антоний Я на море дам бой.
КлЕОпАтра
Здесь шестьдесят судов, не хуже римских.
Антоний
Огню предавши лишние суда, зо
Все остальные мы людьми пополним И разобьем врага. А если нет, —
На суше встретимся.
Входит Гонец.
Какие вести?
Гонец
Молва права: его уже видали;
Взят Цезарем Торин.
Антоний
Он лично там? Не верю. Уж довольно,
Что там его войска. — Тебе, Канидий,


Антоний и Клеопатра
Вверяю девятнадцать легионов И всадников двенадцать тысяч. — Мы же На борт, моя Фетида! *
Входит Воин.
Что, приятель?
Воин
Не бейся на воде, о император.
На сгнивших досках. Иль не доверяешь Вот этому мечу и этим ранам?
Египетским и финикийским уткам Пристало плавать; мы —на твердой суше Привыкли побеждать.
Антоний
Довольно! Прочь!
[Уходят Антоний, Клеопатра и Энобарб». Воин
Клянусь я Геркулесом, это правда.
К а н и д и й
Ты прав, мой друг, но не своею волей Он действует. Наш вождь на поводу,
А мы все — бабье войско.
Воин
А на суше
Пехоту с конницей ты поведешь?
КАНИДИЙ
Выходят в море Марк Октавий, Целий,
Публикола и Марк Юстей, а мы На суше ждем врага. Невероятна Поспешность Цезаря.
* Фетида — богиня моря.


Акт III. Сцена 8
Воин
Частями силы
Он посылал сюда и обманул Разведку нашу.
Канид ий Кто ведет войска?
Воин
Я слышал, некий Тавр.
Кани ди й
Его я знаю.
Входит Гонец.
Гонец
Тебя Антоний просит.
Кани д и й
Чревато время: что ни миг, то весть 8»
Оно рождает.
I Уходят.
СЦЕНА 8
Равнина около мыса Акциума.
Входят Цезарь, Тавр и войско; они проходят по сцене.
Тавр!
Мой вождь!
Цезарь
Тавр
Цезарь
В сражение на суше не вступай, Покуда на море не кончим боя.
Тебе для руководства — этот свиток: Залог успеха в нем.
[Уходят.


222
Антоний и Клеопатра
СЦЕНА 9
Другая часть равнины.
Входят Антоний и Энобарб.
Антоний
Войска свои поставим за холмом,
Пред войском Цезаря. Оттуда можно Суда их сосчитать и поступить,
Как нами решено.
[Уходят,,
СЦЕНА 10
Другая часть равнины.
Входит с одной стороны Канидий, ведя свои войска через сцену; с другой стороны — Тавр, полководец Цезаря, Они уходят со сцены. Издалека доносится шум морского боя, Тревога, Входит Энобарб.
Эно БАРБ
Погибло всё! Глаза бы не глядели!
Все шестьдесят с «Антониадой» * вместе,
Руль повернувши, обратились в бегство.
•Смотреть мне больно!
Входит Скар.
С к А Р
Боги и богини!
Совет небесный!
Э н о в а р в
Чем ты так расстроен? Скар
По неразумью проиграли мы Часть мира большую, процсловали Провинции и царства.
* Адмиральский корабль Антония.


Акт 111. Сцена 10
т
Э Н О Б А Р Б Как дела?
С к а р
У нас — чумы пятнистой, смертоносной Не лучше. Подлая кобыла эта,—
Гром разрази ее!—в разгаре битвы, Когда успех на пару близнецов — Причем постарше наш был — походил, Как мучимая оводом корова,
Взвив паруса, бежит.
ЭНОБАРБ
Я видел;
Глаза мои от зрелища такого Занемогли.
Ск АР
И вот, увидев это,
Антоний, жертва чар ее, бросает Кипящий бой; как селезень влюбленный, Поднявши крылья, он летит за ней.
Я горшего позора не видал;
Честь, опыт, мужество себя впервые Так опозорили.
ЭНОБАРБ Увы, увы!
Входит Канидий.
Канидий
Успех наш на море едва лишь дышит; Вот-вот ему конец. Когда б Антоний Самим собою был, — другое дело;
Меж тем, он бегством подает пример И нам бежать.
ЭНОБАРБ [в сторону]
Вы, значит, вот о чем? Тогда всему- Конец!


224
Антоний и Клеопатра
К АНИ д и й
В Пелопонес* бежали все.
Ск АР
Туда рукой подать; что дальше будет —
Там выжду я.
КАНИдий
Сдам Цезарю пехоту И конницу; мне шестеро царей Уж показали путь.
ЭновАРБ А я пойду
За раненой судьбой вождя, хоть разум В противном ветре веет.**
[Уходят.
СЦЕНА И
Александрия, Зала во дворце Клеопатры.
Входят Антоний и слуги.
Антоний
Мне не велит земля ступать по ней;
Нести меня ей стыдно!—Ах, друзья,
Меня настигла ночь, и мне дороги Уж не найти! Есть у меня корабль, Груженный золотом; им поделитесь —
И сдайтесь Цезарю.
Все
Бежать? О нет! Ант оний
Я сам бежал и трусам дал пример, Тыл показав. — Друзья мои, идите.
* Южная часть Греции.
** Хотя разум влечет меня в другую сторону.


Акт 111. Сцепа 41
225
В пути, что я теперь себе избрал,
Без вас могу я обойтись; идите.
Возьмите в гавани казну. Увы,
На то, за чем я шел, глядеть страшусь я;
Разлад и средь волос моих: седые Упрек бросают черным в безрассудстве,
А те им — в трусости. Идите, вас Я письмами снабжу к друзьям, и те Вам облегчат судьбу. Не огорчайтесь И не противьтесь; мой совет внушен Отчаяньем; кто сам себя покинул,
Нуждается ль в других? Спешите в гавань!
Я отдаю вам с золотом корабль;
Прошу меня оставить ненадолго.
Приказывать я не могу, — прошу Поэтому. Я скоро вас увижу.
( Садится.)
Входит Клеопатра, которую ведут Хармиана и Шрада; за
следует Эрот.
Эрот
О госпожа, к нему! Утешь его!
Ир ада
Царица, сделай это.
Хармиана Да как же иначе?
Клеопатра Сесть дайте. — О Юнона!
Антоний Нет, нет, нет, нет!
Эрот
Взгляни же, господин!
Позор, позор!
15 	Шекспир, т. VI
Антоний
ними


Àптопий и Клеопатра
226
Хармиана
О госпожа!
И Р А ДА
Царица дорогая!
Эрот
Мой господин!
Ант опий
Так вот, я говорю: он при Филиппах Меч, как танцор, держал, тогда как я Бил Кассия сухого, и не я ль Покончил с безрассудным Брутом? Он же Всегда чужим успехом жил; к боям Был непривычен; а теперь... Ну, ладно!
Ах, помогите!
Клеопатра
Эрот
Царица, господин!..
№
Ир А да
Заговори с ним, подойди к нему.
Смотри: он от позора сам не свой.
Клеопатра Меня вы поддержите!
Эрот
Антоний, встань! К тебе идет царица.
Она поднять не смеет глаз; скажи ей Хоть слово утешенья.
Антоний
Свое навек я опозорил имя!
Что может быть страшней?
Эрот
Вот Клеопатра. эо  ** Тощего, каким он охарактеризован уже в Юлии Цезаре.


Акт 111. С%епа ii
227
Антоний
Куда ты привела меня, царица?
Свой стыд скрываю я, глядя назад, На то, что мной оставлено, позором Раздавленный.
Клеопатра
Мой господин! Прости Трусливым парусам! Когда б я знала,
Что ты последуешь за мной!
Ант оний
Ты знала,
Что сердце тащишь за собой мое,
Привязанное к твоему рулю;
Ты знала, что я весь тебе одной
Принадлежу, что лишь кивни — и я во
Богов оставлю.
Клеопатра О, прости!
Антоний
Теперь
Пред юношей я должен унижаться, Просить о милости, — и это я,
Еще вчера игравший полумиром, Судьбой царей! Ты знала, до чего Я подчинен тебе и что мой меч, Ослабленный любовью, только ей Одной послушен.
Клеопатра О, прости меня!
Антоний
Но ты не плачь. Одна твоя слеза Всех поражений стоит и побед. Ну, поцелуй меня, — я всё забуду.
*


228
Антоний и Клеопатра
Вернулся ли учитель?—Как свинцом Я налит весь. — Эй, там! Вина сюда!
Нас злобный рок не сломит никогда.
[Уходят.
СЦЕНА 12
Лагерь Цезаря в Египте.
Входят, Цезарь, Долабелла, Тирей и другие. Цезарь
Посла Антония ввести сюда.
Кто он такой?
До ЛАБЕЛЛА
Детей его учитель.
Неплохо он общипан, раз сюда Такое жалкое перо послал!
Давно ль ему посланцами служить Цари готовы были?
Входит Евфроний в качестве посла Антония.
Цезарь
Говори.
Евфроний
Я от Антония; еще недавно Я так ничтожен был в его глазах,
Как перед морем малая росинка На миртовом листе.
Цезарь
Пусть так. Что скажешь? Евфроний
Он шлет тебе, его судьбы владыке,
Привет и просит разрешенья жить В Египте; если ж это невозможно,
То где-нибудь — меж небом и землей —


À km III. Сцена 42
229
Афинским гражданином поселиться. Царица, признавая мощь твою И власть над нею, просит не лишить Ее детей короны Птолемеев,
Теперь тебе доставшейся.
Цезарь
Я к просьбе
Антония глух; царицу же готов Принять и выслушать. Пускай она С любовником расстанется бесчестным Иль умертвит его: тогда мы с нею Договоримся. Вот ответ обоим.
Евфроний
Будь счастлив!
Цезарь
Провести его чрез лагерь!
[Уходит, Евфроний„
(Тирею)
Блесни же красноречием своим!
Отторгни от Антония царицу;
Наобещай, что вздумаешь. И в счастье Слаба ведь женщина, нужда ж способна Весталку развратить. Тирей, искусство Нам покажи свое — и за труды,
Какую хочешь, дам тебе награду, —
Лишь назови мне.
Тирей Цезарь, я иду.
Цезарь
И наблюдай, как с участью своей Справляется Антоний; стереги Его движенья.
Тирей
Будь спокоен, Цезарь.
Уходит.


250
Антоний и Клеопатра
СЦЕНА 13
Александрия. Зала во дворце Клеопатры.
Входят Клеопатра, ЭнобарсГ, Хармиана и Иради. Клеопатра
Что делать мне?
Э н о в а р Б Подумав, умереть.
Клеопатра
Антоний в том повинен или я?
ЭнОБАРБ
Лишь он один, свой разум подчинивший Желаниям. Хотя б ты и бежала От лика грозного войны, чьи станы Друг друга устрашали, — за тобою Вослед зачем он броеился? В нем похоть Сломила мужество в тот час, когда Из-за него два полумира бились.
Не только пораженье, — и позор,
Что он к бегущим парусам примкнул, Весь флот тем изумив.
Клеопатра
О, замолчи!
Входят Антоний и Евфроний. Антоний
Он так ответил?
Евфроний
Да, господин.
Антоний
Царицу милостиво приму!, если Предаст меня?
Евфроний Да, так.


Акт 111. Сцена 15
254
Антоний
Ей сообщи. —
[.Клеопатре]
Седеющую голову мою
Пошли юнцу — и он тебя засыплет
Дождем корон.
КЛЕ ОПАТРА
Как? Голову твою?
Ант о ни й [Евфронию]
Вернись к нему. Скажи, что он увенчан 2(1
Цветами юности; дел необычных
Ждут от него: ведь флот и легионы
Вести бы мог и трус, и побеждать
Могли б они под знаменем младенца,
Не только Цезаря. Я предлагаю:
Пусть сбросит он с себя победы блеск И встретится со мною, сокрушенным,
Мечом к мечу. Я напишу; пойдем.
[Уходят Антоний и Евфроний.
ЭнОБАРБ (в сторону)
Да, так и жди; войсками сильный Цезарь,
Победой пренебрегши, на арене зо
Появится с мечом! Ах, ум людей
Есть часть судьбы их: внешние событья
И внутреннюю сущность заразить
Болезнью могут. Как он мог подумать, —
Ведь он не глуп! — что с пустотой его Помериться захочет полный Цезарь?
Ты, Цезарь, победил и ум его.
Входит Слуга.
Слуга
Посол от Цезаря.


Антоний и Клеопатра
т
Клеопатра
Без лишних слов? *
Вы видите? Мила лишь в почке роза, — Расцветшая смердит. Пускай войдет.
Энобарб
[Уходит Слуга.
40
(6 сторону)
Меж мной и честностью моей разлад.
Глупцам быть верным — значит верность в глупость На деле превращать; и всё ж, кто верность Хранит и к побежденному вождю,
Над победителями торжествует И памятен в веках.
Входит Тирей,
Клеопатра Ты с чем пришел?
Тирей
Мы не одни.
Клеопатра Друзья все; говори.
Тирей
Они друзья Антония, быть может?
Э Н О Б АРБ
Что в нас? Ему друзей не меньше нужно,
Чем Цезарю. Коль Цезарь пожелает, —
Готов Антоний с ним дружить, мы ж —с тем, С кем он: с твоим вождем.
Тирей
Так вот:
Тебя, прославленная, Цезарь просит Не думать о судьбе своей, а помнить.
Что он ведь Цезарь.
* Без соблюдения полагающихся при дворе церемоний.


Акт UL Сиена io
255
Клеопатра Продолжай. По-царски!
Т и Р e й
Он знает, что к Антонию не любовь,
А страх тебя привязывает.
Клеопатра
О!
Т И Р Е Й
Позором, не заслуженным тобою, Считает он те пятна, что легли На честь твою.
Клеопатра
Он бог, и знает правду. Я честь свою не отдала; она Была похищена.
Э но Б АРБ (в сторону)
Проверить надо;
Спрошу Антония. — Увы, мой вождь,
Ты тонущей ладье подобен ныне:
Любовь — и та бежит.
[Уходит.
Тире й
Чего желаешь От Цезаря, скажи. Он просьб твоих,
Чтоб их исполнить, ждет и был бы рад,
Когда б ты, как на посох, оперлась На мощь его успехов. Если ж ты Порвать с Антонием и стать под сень Владыки мира пожелаешь, Цезарь В восторге будет.
Клеопатра Как тебя зовут?


254
Антоний и Клеопатра
Т ИРЕЙ
Тирей.
Клеопатра
Посол почтенный, передай, Что руку победителю целую Через тебя я и к его ногам Сложить венец египетский готова; Скажи ему, что приговора жду Из властных уст.
Тирей
Вот благородный путь! Когда, с Фортуною воюя, мудрость Себе по силам выбирает средства,—
Она непобедима. Допусти Меня к твоей руке.
Клеопатра
Покойный Цезарь Нередко, замышляя царства рушить,
К ней губы прижимал, и поцелуи Лились дождем.
Входят Антоний и Энобарб.
Ант оний
Кто ты?
Что вижу! Громовержец! Тирей
Слуга того, кто заслужил Своим величьем, чтобы исполнялись Его приказы.
Энобарб (в сторону)
Ну, получишь порку!
Ант оний
Эй вы, сюда!—Ишь, коршун!—Ад и небо! Где власть моя? Мне стоило лишь крикнуть Когда-то: «Эй!»—и, словно дети в свалку,


Акт 111. Сцепа 15
23d
Цари стремглав кидались. Вы оглохли? Еще Антоний я!
Входят слуги.
Шута под розги!
ЭновАРБ (в сторону)
Играй со львенком, не со старым львом, Что умирает.
Антоний Отстегать его!
Застань я двадцать данников, признавших Власть Цезаря, целующими руку Вот этой — как ее?—что Клеопатрой Была недавно... — Отстегать его,
Чтоб он, как мальчик, искривил лицо И о пощаде стал молить! Ступайте!
Антоний!
Тирей
Антоний
Прочь же с ним! Но, отстегав,
Сюда верните. К Цезарю послать Хочу шута его.
[Уходят слуги с Тиреем.
Поблекшей я тебя узнал. Зачем Несмятой в Риме оставлял подушку И пренебрег зачать законный род От дивной женщины? Чтоб со слугою Меня ты надувала?
Клеопатра Господин мой!
Антоний
Беспутством отличалась ты всегда; но
Но — ах! — когда порок нас охватил,
Нам боги затуманивают взор,


256
Антоний и Клеопатра
Ум втаптывают в нашу грязь, рождают Любовь к ошибкам и, смеясь, глядят, Как гибнем мы.
Клеопатра Вот до чего дошло?
Ант о ний
На блюде Цезаря остывшим яством Тебя нашел я, — нет, куском, упавшим С Помпеева стола; уж я молчу О скрытых от людской молвы часах Блудливой похоти. Я убежден:
Ты о воздержанности лишь слыхала,
Ее не знаешь ты.
Клеопатра За что всё это?
Антоний
Позволить человеку, что живет Господской милостью, твоей руки —
Моей игрушки и печати царской —
Коснуться! Боги! На горе Васанской Мне б очутиться и рогатый скот Перекричать! * Есть у меня причины!
Спокойно говорить об этом — то же.
Как если б висельник благодарил За ловкость — палача!
Входят слуги с Тиреем.
Что ж, отстегали?
1-й Слуга Изрядно, господин.
Антоний Просил прощенья?
Васанская гора с множеством ревущих тельцов на ней —- образ* взятый из Псалмов Давида.


Акт 111. Сцена 45
251
1-й Слуга Пощады запросил.
Антоний
Коль жив отец твой, пусть он пожалеет,
Что ты не дочь ему; а ты оплачешь,
Что следовал за Цезаревым счастьем;
За это ты отстеган был. Отныне,
Увидев ручку белую, дрожи,
Как в лихорадке. Цезарю, вернувшись,
Скажи, как принят был; еще скажи, ш
Что он меня своей гордыней злит,
Своим презреньем, тем, что забывает,
Кем некогда я был. Он злит меня;
Сейчас добиться этого не трудно,
Когда хранившие меня светила,
Свои покинув СФеры, погрузили Огонь свой в преисподнюю. А если Ему поступок мой и эта речь Не нравятся, — пытает пусть Гиппарха,
Вольноотпущенника моего, ш
Иль на смерть засечет — и мы в расчете.
С рубцами вон отсюда!
[Уходит Тирей,
Клеопатра
Отвел ты душу?
Антоний
Горе мне, затмилась Моя луна земная, предвещая Падение Антония.
Кле ОПАТРА
Я жду.
Антоний
Чтоб Цезарю польстить, с его слугою Любезничать?
КлЕО ПАТРА Меня ты мало знаешь!


238
Антоний и Клеопатра
Антоний Ты холодна ко мне.
КлЕ О НАТРА
Любимый мой,
Коль это так, пусть ядовитый град В холодном этом сердце зародится И первую меня убьет! Затем Пусть жертвою Цезарион падет! Пусть все, кто лоном рождены моим, И верный мне египетский народ Лежат под этим градом без могилы, Покуда мухи с Нила не схоронят Добычу эту!
Ант о ни й
На душе мне легче.
В Александрии Цезарь укрепился.
Там с ним сражусь я. Наши легионы
Держались хорошо, и флот, опять не
Сомкнув ряды, подходит грозной силой.—
Где ж было, сердце, ты?—Моя царица,
Коль суждено мне возвратиться с брани К твоим устам, вернусь я весь в крови;
Мой меч и я — мы в летопись войдем.
Жива надежда!
Клеопатра
Так, узнаю тебя!
Антоний
Я силу сердца, легких, мышц утрою И буду биться дико, беспощадно.
Бывало, в счастья дни, я жизнь врагу ш)
Дарил за шутку; но теперь столкну Любого в ад, кто на пути мне станет.
Веселья ночь! Позвать вождей! Еще раз Над звоном полуночным посмеемся За кубками!


Акт III. Сцепа 43
239
Клеопатра
Мой день рожденья нынче;
Его справлять не думала; но если Ты вновь Антоний, — буду Клеопатрой.
Антоний Мы поживем еще.
Клеопатра
Военачальников прошу на пир.
Антоний
Да, с ними я поговорю, заставлю 190
Вино сквозь их рубцы блестеть. — Царица,
Душа горит; в бою, что ждет меня,
Я смерть в себя влюблю, с ее серпом Вступив в соревнованье.
[Уходят все, кроме Энобарба.
ЭнОБАРБ
Теперь он молнию затмит. В нем страх Сменила ярость; в этом состоянье За ястребом погонится и голубь.
Мне ясно: мужество его растет За счет ума. Но мужество такое
Способно меч пожрать, которым бьется. зоо
Пора спасаться мне.
[Уходит.


АКТ IV
СЦЕНА 1
Лагерь Цезаря под Александрией.
Входят Цезарь, Агриппа, Меценат и бойско. Цезарь читает письмо.
Цезарь
Зовет мальчишкой и бранит, как будто Меня он из Египта выгнать может.
Посла избил и вызов мне прислал,—
Антоний Цезарю! Гуляка старый Пусть знает: к смерти много у меня Других путей; над вызовом смеюсь.
Меценат
Коль сильный бесится, то, значит, близок Его конец. Передохнуть ему Ты не давай: кто раздражен, себя Не отстоит!
Цезарь
Начальникам скажите, м
Что завтра мы даем последний бой.
Приверженцев Антония вчерашних У нас в рядах немало, чтоб его В плен захватить. — Войска мои созвать На пир веселый: люди заслужили,
И хватит всем добра. Антоний бедный!
[Уходят.


Акт IV. Сцена 2
244
СЦЕНА 2
Александрия. Зала во дворце Клеопатры.
Входят Антоний, Клеопатра, Энобарб, Хармиана, Прада, Алексам
и другие.
Антоний Не принял вызова Домиций?
Э Н о Б А РБ
Нет.
Антоний
Но почему?
Э Н о Б АРБ
Считает, что он в двадцать раз счастливей И стоит двадцати.
Антонцй Я завтра храбро
На море и на суше буду биться:
Иль жизнь спасу, иль кровью честь омою.— А ты как будешь биться, Энобарб?
ЭнОБАРБ
На ставке будет жизнь!
Антоний
Хвалю; идем.
Позвать сюда всех слуг дворца. Сегодня — Вино рекой пусть льется.
Входят трое или четверо слуг.
Дай мне руку;
Ты честен был всегда, и ты, и ты,
И ты, и ты; вы славно мне служили —
Не хуже, чем цари.
Клеопатра (тихо Энобарбу)
Что это значит?
16 	Шекспир, т, VI


Антоний и Клеопатра
ЭНО Б АРБ
(тихо Клеопатре)
Одна из тех причуд, что злая мука Родит в уме.
Антоний
Ты тоже честен был. —
О, если б мне на всех вас расколоться,
А вам соединиться в одного Антония, чтоб мог я вам служить,
Как вы служили мне.
Слуги Избави бог!
Ант о ни й
Вы эту ночь, друзья, мне послужите; ^
Меня почтите так, как если б с вами Мне полумир служил, еще послушный Моим приказам!
Клеопатра (тихо Эпобарбу)
Для чего всё это?
ЭнОБАРБ (тихо Клеопатре)
Чтоб их заставить плакать.
Антоний
Нынче ночью,
Быть может, вы последний долг свершите И больше не увидите меня,—
Иль разве только искаженной тенью.
Быть может, завтра вам служить другому.
Друзья, прощаясь, я гляжу на вас.
Вас не отталкиваю я, — до смерти 30
За вашу верность буду благодарен.
Мне послужите два часа, не больше,
И да хранят вас боги!


Акт IV. Сцена 5
245
Э Н О Б А Р Б
Господин,
Смотри, ты их довел до слез; и я,
Осел, нанюхался как будто лука.
Не превращай нас в женщин.
Антоний
Полно, полно!
Не для того я говорил, клянусь!
Добро взрастет, где дождь такой пролился.
Вы слишком мрачно поняли меня;
Я вас хотел развлечь, хотел просить Сжечь Факелами эту ночь. Друзья,
Дня завтрашнего жду, чтоб повести К победе вас, а не к почетной смерти.
Теперь к столу! Пускай в вине утонут Заботы ваши все.
[Уходят.
СЦЕНА 3
Там же. Перед дворцом.
Входят два воина и занимают свои посты.
1- 	й Воин
Покойной ночи! Что-то будет завтра?
2- 	й Воин
Решится всё; покойной ночи, брат.
Ты ничего на улидах не слышал?
1- 	й Воин
Нет. Что такое?
2- 	й Воин
Быть может, болтовня. Покойной ночи,
1 -й В о ин
Прощай, товарищ.
Входят еще два воина.


ш
Антоний и Клеопатра
2- 	й Воин
Смотрите в оба.
3- 	й Воин
И вы. Прощайте.
Становятся в разных котках сцены.
4-й Воин
Здесь станем. Если завтра Наш одолеет флот, то я уверен. Что легионы не сдадут.
3-й Воин
Готовы в бой.
Войска
Звуки гобоев как будто из-под земли.
4-й Воин Тсс... музыка!
1-й Воин
Вниманье!
Где это?
2-й Воин
1-й Воин В воздухе.
3-й Воин Нет, под землей.
4-й Воин
К добру ли это?
3-й Воин Нет.
1 -й В о ин
Да ну, молчите!
Что это значит?


Акт IV. Сцена 4
245
2-й Воин
Бог Геркулес, Антонием любимый, Уходит прочь.
1- 	й Воин
К другим постам пойти И разузнать, как там.
2- 	й В о ин
Ну что, друзья?
Воины (друг другу)
Что это?
1-й Воин Как странно, право!
3- 	й В о ин
Вы слышите, вы слышите?
1-й Воин
Пойдем за музыкой, насколько можно; Где замолчит, посмотрим.
Воины
Пойдем. Как странно!
[Уходят*
СЦЕНА \
Там же. Зала во дворце Клеопатры.
Входят Антоний, Клеопатра, Хармиана и другие.
Антоний Эрот! Доспехи дай!.
Клеопатра
Поспи немного.


246
Антоний и Клеопатра
Антоний
Нет, пташечка. — Эрот, живей доспехи!
Входит Эрот с доспехами.
Иди сюда. Одень меня в железо.
Коль мы не победйм сегодня, — значит, С судьбою спорим мы.
Вот зто что?
Клеопатра
Дай, помогу.
Антоний
Оставь, — оруженосцем Будь сердцу моему. Не так! Вот это!
Клеопатра
Ах, верно; погоди, вот так.
Антоний
Отлично.
Теперь за мной победа. — Видишь, друг?
Пойди, вооружись и ты.
Эрот
Сейчас. 10
Клеопатра Довольно стянута броня?
Ант о ний
Чудесно!
Кто самовольно отстегнет ее,
Того мой гнев сметет с земли, как буря. —
Эрот, ты оплошал; моя царица Искуснее. Спеши!—Любовь моя,
Когда б меня ты нынче увидала В бою за царскою работой, ты бы Мое усердье оценила.


«Антоний и Клеопатра»
С гравюры Гольдберга по рисунку Дикси


Акт IV. Сцена 4
247
Входит вооруженный Воин.
Здравствуй!
Долг воинский тебе, я вижу, дорог:
Любимый труд нас подымает рано, зо
И мы спешим к нему.
Воин
Хоть час и ранний,
Уж тысячи тебя ждут у ворот В вооруженье полном.
Крики. Трубы.
Входят военачальники и воины.
В ОЕНАЧАЛЬНИК
Сияет утро! В добрый час, Антоний!
Все
В час добрый, полководец!
Антоний
Вот во-время сигнал!
Подобно духу юноши, который *Ждет славы в жизни, это утро рано Проснулось. — Меч теперь подай. Вот так.—
Прощай, любовь моя! Что б ни случилось,
Прими мой поцелуй.
\Целует ее.]
Не должен воин 3«
Сверх меры нежничать перед разлукой.
С тобой прощаюсь как боец, чья грудь Покрыта сталью. — Кто желает биться,—
За мной! Я поведу вас. — Будь здорова.
[Уходят Антоний, Эрот, военачальники и воины.
Хармиана Пройди к себе, царица.


ж
Антоний и Клеопатра
Клеопатра
Проведи же.
Он полн отваги. Если б этот бой Решали он и Цезарь меж собой,
Тогда б Антоний... Но теперь... Идем!
[Уходят.
СЦЕНА 5
Лагерь Антония под Александрией.
Трубы.
Входят Антоний и Эрот; навстречу им — Воин. Воин
Пошли тебе победу нынче небо!
Антоний
О, если б, вняв тебе, твоим рубцам,
На суше я тогда сразился!
Воин
Да,
Тогда бы за тобой доселе шли Цари, что отложились, и тот воин,
Что Нынче скрылся.
Антоний Кто же это?
Воин
Кто?
Из близких близкий. Кликни Энобарба —
Он не услышит иль ответит: «здесь»
Из стана Цезаря.
Антоний
Ужели?


Акт 1Y. Сцепа 6
249
Воин
Да,
Он с Цезарем.
Эрот
Он сундуков и денег м
С собой не взял.
Ант оний Так он бежал?
Воин
Конечно.
Антоний Эрот, тотчас же отошли ему Всё, всё и напиши, — я подпишусь,—
Чтоб он здоров и счастлив был; скажи:
Желаю я, чтоб больше не пришлось Ему менять вождя. Увы, мой жребий И честных развращает. Энобарб!
[Уходят.
СЦЕНА 6
Лагерь Цезаря под Александрией.
Трубы.
Входят Цезарь, Агриппа, Энобарб и другие.
Цезарь
Итак, Агриппа, начинай сраженье.
Чтоб взят Антоний был живым, хочу я. Всем сообщи.
Агриппа
Приказ исполню.
Цезарь
Всеобщий мир, приблизился твой час! Коль нынче победим, три части света Покроются оливами.
[Уходит.


250
Антоний и Клеопатра
Входит Гонец.
Гонец
Войска
Антоний двинул.
Цезарь
Передай Агриппе,
Чтоб перебежчики шли впереди:
Пускай Антоний собственную ярость Обрушит словно на себя.
[Уходят все, кроме Энобарба- Э Н О Б А Р Б
Алексас изменил; он, в Иудею Отправленный Антонием, царя Там убедил Антония покинуть И к Цезарю примкнуть; и вот, повешен Он Цезарем. Канидий и другие,
Что перешли, зачислены в войска,
Но нет доверья к ним. Я поступил Нехорошо и так терзаюсь этим,
Что свет не мил.
Входит один из воинов Цезаря.
Воин
Тебе прислал Антоний Твое имущество, дары прибавив.
Гонец у моего поста мулов Остановил, он пред твоей палаткой Их разгружает.
ЭНОБАРБ
Всё дарю тебе.
Воин
Брось шутки.
Я правду говорю; гонца из стана Сам выведи скорей; я б это сделал,
Не жди меня мой пост; ваш полководец — Юпитер всё еще.
[Уходит.


A km IT. Сцепа 7
2o4
Э Н О Б A P Б
Лишь я один — презренный негодяй,
И это мучает меня. — Антоний,
Рудник щедрот, как уплатил бы ты За верность, если за измену платишь Горою золота?—Разбейся, сердце,—
Не от тоски, так от иного средства;
Но нет, меня убьет тоска, я знаю.
Мне на тебя идти? Так нет же, лучше В канаве умереть; я заслужил —
Увы! — такой конец.
[Уходит.
СЦЕНА 7
Поле сражения между обоими лагерями.
Шум битвы. Барабаны и трубы. Входят Агриппа и другие.
Агриппа
Назад! Мы слишком далеко зашли.
Сам Цезарь поработал; нас теснят Сверх всякой меры.
Шум битвы.
Входят Антоний и раненый Chap. Ск АР
О дорогой мой вождь! Вот это бой! Пойди мы с самого начала так,
Мы б раздавили их.
Ант о ний Ты весь в крови.
Ск АР
Тут прежде рана вроде Т была;
Теперь она как Н.
Вдали сигнал h отступлению.
[Уходят.


252
Антоний и Клеопатра
Антоний Враг бьет отбой.
С к а р
Да мы их в нужники загоним. — Места Ран для шести осталось.
Входит Эрот.
Эрот
Они разбиты, вождь; и наш успех Победе равен.
Ск АР
В спину их лупите, Хватайте зайцев сзади! Как забавно Бить трусов на бегу.
Антоний
За нрав веселый
Вознагражу тебя, за доблесть — вдвое. Ступай вперед.
С к а р
Я сзади поплетусь.
[Уходят.
СЦЕНА 8
Под стенами Александрии.
Шум сражения.
Входят Антонищ Chap и войско. Антоний
Он в лагерь отступил. — Послать царице О наших подвигах доклад! А завтра,
Чуть рассветет, тех кровь прольем, что нынче Спаслись от нас. Вас всех благодарю:
Вы бились так, как если бы не мне Служили вы своей рукой отважной,
А лишь себе. Все Гекторами были.


Акт IV. Сцена 8
255
Войдите в город, чтобы жен, друзей Обнять, и пусть они слезами счастья Омоют ваши раны и залечат Их поцелуями.
[Скару)
Дай руку мне.
Входит Клеопатра со сбитой. Волшебницы вот этой благодарность Благословит тебя! — О свет вселенной, Сожми мою закованную шею,
Сквозь панцырь ты в одежде проберись *Мне прямо в сердце — и ликуй в его Биении счастливом!
Клеопатра Царь царей!
Цвет доблести! Смеясь, из вражьей сети Вернулся ты?
Антоний
Мой соловей, в постели Мы уложили их. Хоть седина У нас глядит сквозь черноту волос,
Всё ж мозг еще питает наши нервы: Нам юность не страшна. Вот этот воин К твоей руке достоин подойти.—
Целуй ее, герой. — Он славно бился — Как бог, что к человеческому роду Пылает злобой.
Клеопатра Друг, тебе я дам
Броню из золота, что царь носил.
Антоний
Он заслужил ее, хотя б в каменьях Она была, как колесница Феба.—
Дай руку; в город радостно мы вступим.— Несите исщербленные щиты:
Они достойны вас. Когда б всё войско


254
Антоний и Клеопатра
Вместил дворец, мы выпили бы вместе Заздравный кубок за грядущий день,
Опасностью чреватый. — Трубачи,
Весь город оглушите медным ревом;
Смешайтесь с дробью наших барабанов.
Пусть небо и земля вступленье наше Приветствуют.
[Уходят.
СЦЕНА 9
Лагерь Цезаря.
Часовые на постах.
1-й Воин
Коль через час не сменят нас, то надо На главный пост вернуться. Ночь светла, А говорят, уж во втором часу Начнется бой.
2- 	й Воин
Вчерашний день для нас
Нелегок был.
Входит Энобарб.
Э Н О Б А РБ
Свидетельница ночь.,.
3- 	й Воин
Кто это?
2-й Воин
Тсс... Молчи и слушай.
ЭнОБАРБ
Мне будь свидетельницей, о луна, Когда предателя клеймить позором Потомство будет, что перед тобой * Покаялся несчастный Энобарб!
Как! Энобарб?
1-й Воин


Акт IV. Сцена 9
3-й Воин Тсс... Слушай!
25S
ЭНОБАРБ
Пролей, царица истинной печали,
На грудь мою ночных туманов яд,
Чтоб эта жизнь, ведущая борьбу С моею волей, кончилась. Ударь Мое иссохшее от муки сердце О твердый камень моего греха:
Оно рассыплется во прах — и больше Не станет черных мыслей. — О Антоний,
Прости меня лишь ты, чье благородство,
Подобно низости моей, границ so
Не ведает; а мир пускай меня В предатели и в беглецы запишет,
Антоний! Ах!
(Умирает.)
2- 	й Воин Заговорить мне с ним?
1-й Воин
Нет, слушай: может быть, его слова Важны для Цезаря.
3- 	й Воин
Да, да. Но спит он.
1- 	й Воин
То обморок скорей; не перед сном Была его молитва.
2- 	й Воин Подойдем же.
3- 	й В о ин
Проснись, скажи нам что-нибудь,
2-й В о ин
Ты слышишь?


2о6
Антоний и Клеопатра
1-й Воин
Рукою смерти схвачен он.
Вдали звук барабанов.
То спящих
Сурово будит барабанный бой.
Давай снесем его на главный пост;
Он видный человек. — Наш час прошел.
3-й Воин
Тащи его, — быть может, отойдет.
[.Уходят, унося тело.
СЦЕНА 10
Между двумя лагерями.
Входят Антоний, Скар и войско.
Ант оний
Они морской готовят бой: не любят На суше нас.
Скар
На суше и на море.
Антоний
В огне и в воздухе пускай воюют;
Готовы мы и там сразиться с ними. —
Но к делу. Пусть холмы займет пехота;
Я с ней останусь. Флоту выйти в море Приказано, — уж он покинул гавань.
Отсюда за движеньями судов Мы сможем наблюдать.
\Уходят.
СЦЕНА И
Другая часть того же поля.
Входит Цезарь с войском.
Цезарь
Коль враг не нападет, — стоять спокойно!
Не жду, чтоб он напал: большие силы


Послал он на суда. Итак, в равнину! Держитесь крепко!
[Уходят.
СЦЕНА 12
Холмы близ Александрии.
Входят Антоний и Chap.
Антоний
Еще не сшиблись! С вышки, где сосна, Я всё увижу; сообщу тебе Немедленно.
Ск А р
На парусах царицы Внезапно свиты ласточками гнезда; Авгуры — сумрачны, сказать не смеют Того, что знают про себя. Антоний Меж неуверенностью и отвагой Колеблется; в нем борются надежда *На то, чего уж нет, и страх пред тем, Что совершилось.
Вдали шум морской битвы. Входит Антоний.
[Уходит.
Ант оний Всё погибло, все!
Я предан этой подлой египтянкой!
Флот сдался Цезарю; там пир идет;
Они кидают шапки и ликуют,
Как долго разлученные друзья. —
Тобою, сука, продан я юнцу,
*И сердце лишь с тобой одной воюет!
Проклятие!—Вели им всем бежать!
Мне только б этой ведьме отплатить,
А после — будь, что будет. — Пусть бегут!
[Уходит Скар.
В последний раз восход твой вижу, солнце!
17 	Шекспир, *. VI


2ö8
Антоний и Клеопатра
Фортуна и Антоний здесь навек Расстанутся. Вот до чего я дожил!
Те, что за мной ходили по пятам,
Как псы, дары выклянчивая, ныне * Пред Цезарем расцветшим сладко млеют.
Сосна, что высилась над ними всеми,
Стоит ободранной. Я подло предан.
Царица вероломная, чей взор Меня в поход иль из похода гнал,
Чья грудь была венцом моих отрад.
Меня, как настоящая цыганка,
На узелки решила разыграть.—
Эрот, Эрот!
Входит, Клеопатра.
Исчадье ада, прочь!
Клеопатра
Зачем же гонишь ты любовь свою?
Антоний
Прочь, или дам тебе, что заслужила,
И тем испорчу Цезарю триумФ.
Посмешищем ликующих плебеев Иди за колесницею его *Ты, пола своего живой позор;
Чудовище, пусть на тебя толпа Глазеет за гроши; тебе лицо Тишайшая Октавия ногтями Пусть исцарапает.
[Уходит Клеопатра.
Ушла? Отлично,
Коль хочешь жить; но лучше бы тебе Пасть жертвой ярости моей и тем Немало жизней сохранить. — Эрот!
На мне сорочка Несса! — Научи Меня, Алкид, мой предок, своему Неистовству. Дай силы мне забросить *Лихаса на луну и той рукой,
Что палицы тягчайшие держала,


Акт IV. Сцепа i5
259
Сгубить свое же доблестное я!*
Смерть ведьме! Продала она меня *Юнцу из Рима: от ее обмана Я гибну. Смерть за это ей! — Эрот!
[ Уладит.
СЦЕНА 13
Александрия. Зала во дворце Клеопатры.
Входят Клеопатра, Хармиана, Ирада и Мардиан.
Клеопатра
Ах, помогите мне! Так не ярился И Теламон из-за щита;** смирнее Был Фессалийский вепрь.***
Хармиана
В гробницу скройся! Ему ж пошли сказать, что умерла.
С душою тело легче расстается,
Чем человек с величием.
Клеопатра
В гробницу! — [Мардиан у]
Скажи ему, что я себя убила,
* Намек на следующие эпизоды из мифи о Геркулесе (иначе Алкиде, т. е. потомке Алкея), которого Антоний считал своим предком. Кентавр Несс, на смерть пораженный Геркулесом за попытку оскорбить его жену Деяниру, захотел после смерти отомстить Геркулесу и с этой целью дал Деянире пропитанную ядом сорочку, сказав, что она будто бы обладает чудесным свойством возвращать супружескую верность. Когда впоследствии Геркулес изменил Деянире, она послала ему через своего раба Лихаса эту сорочку. Надев ее, Геркулес сразу же почувствовал тяжкие страдания и, схватив Лихаса, бросил его в море.
Намек на следующий эпизод из мифа о Троянской войне. После смерти Ахилла одним из претендентов на его доспехи выступил Аякс Теламонид (неправильно названный у Шекспира Теламоном). Доспехи, однако, были присуждены Одиссею. Тогда Аякс от ярости сошел с ума и перебил стадо баранов,, приняв их за обидевших его греков.
*** Чудовищный вепрь, которого Артемида (Диана) послала на Калид опекун)» область (в Грецию) и который опустошал ее, пока его не убил Мелеагр.
*


260
Антоний и Клеопатра
Пред смертью прошептав: « Антоний»; с чувством, Прошу тебя, скажи. Как весть он принял,
Мне тотчас сообщи. — Скорей в гробницу!
[Уходят.
СЦЕНА 14
Там же. Другая зала.
Входят Антоний и Эрот.
Ант оний
Еще меня ты видишь?
Эрот
Да, мой вождь. Антоний
Порой мы видим облако, со львом,
С медведем схожее, а то с драконом,
С высокой крепостью, с крутым утесом, С горою или мысом, на котором Стоят деревья, что кивают миру И лгут глазам. Вечерних этих зрелищ Немало видел ты.
Эрот
Да, господин. Антоний
Ты на коня глядишь, а через миг Расплылся он, утратив очертанья, Стал как вода в воде.
Эрот
Да, это правда. Ант оний
Такое ж зрелище теперь твой вождь: Как будто я Антоний, а меж тем


Акт IV. Сцена 44
264
Вот-вот мой зримый образ расплывется.
За египтянку бился я, она же,—
Чье сердце я считал своим, свое Ей подарив, а вместе с ним мильоны Других, теперь утраченных, сердец,—
Она мою всю славу проиграла,
""Подтасовав для Цезаря колоду И обеспечив торжество врагу.— го
Не плачь, Эрот; я сам еще остался,
Чтобы с собой покончить.
Входит Мардиан.
О злодейка!
Она мой меч похитила!
Мардиан
Антоний!
Она тебя любила и с тобой Свою судьбу связала.
Антоний Евнух, прочь!
Я ею предан, — пусть умрет за это!
Мардиан
Никто не может дважды умереть:
Ее уж нет в живых; долг отдан ею Без помощи твоей. Последним словом
Царицы было: «Дорогой Антоний!» зо
Ужасный стон прервал посередине
Антония имя, разделив его
Меж сердцем и устами; в ней могилу
Оно себе нашло.
Антоний
Скончалась?
Мардиан
Да.


262
Антоний и Клеопатра
Антоний
[Эроту]
Сними с меня доспехи; тяжкий день Окончен, спать пора.
(Мардиану)
Что цел уйдешь — Тебе за труд награда.
[Уходит Мардиан.
[Эроту]
Ну, снимай же! —
Аяксов семипластный щит* пробил бы Такой удар. — Разверзнись, грудь моя!
* О сердце, покажи, что ты сильнее,
Чем эта клетка хрупкая твоя: м
Сломай ее!—Эрот, не медли! Больше Не воин я. — Долой наряд измятый!
Его носил я с честью.
[Уходит Эрот.
За тобой
Спешу я, Клеопатра, чтоб слезами Прощенье вымолить. Мне промедленье Мучительно. Раз Факел твой погас,—
Ложись и не вставай. К чему усилья?
Они вредны; себе лишь в тягость сила.
Клади ж печать — и кончено. — Царица,
Иду к тебе!—Эрот! — О, подожди, зо
Чтоб на подземный луг вступить нам вместе,
Дивя своим веселым видом души;
Покинут все Дидону и Энея,
Вкруг нас толпясь. — Иди сюда, Эрот!
Входит Эрот.
Ты звал меня?
Эрот Ант о ни й
С тех пор как Клеопатра Скончалась, жизнь моя — позор, и боги
* Щит Аякса состоял из семи слоев воловьей кожи.


Акт IV. Сцена 14
265
Меня за низость презирают. Я,
Что мир крошил мечом и города Из кораблей на голубой спине
Нептуна строил, — я слабее духом, во
Чем та, что смертью Цезарю сказала:
«Себя я победила».—Мне, Эрот,
Поклялся ты, что в тяжкий час, — а он,
Поистине, уж наступил, — когда За мною бросятся позор и ужас,
Ты, моему приказу повинуясь,
Меня убьешь. Эрот, час этот пробил.
Убив меня, ты Цезаря сразишь.
Бледнеешь ты!
Эрот
Да не допустят боги,
Чтоб то я сделал, что враждебным стрелам 7о
ПарФянским совершить не удалось!
Ант о ни й
Ты, значит, хочешь в Риме из окна Глядеть на то, как я, склонив лицо,
С завязанными за спиной руками,
Сгорая от стыда, за колесницей Счастливца Цезаря пойду, позором Раздавленный?
Эрот
Нет, нет, я не хочу !
Антоний
Всего один удар меня излечит.
Не медли, обнажи свой меч, который Так честно родине служил.
Эрот
Прости! go
Антоний
Когда тебя я отпускал на волю,
Ты дал мне клятву. Будь же верен ей,


Антоний и Клеопатра
Не то твои былые все заслуги Бессмысленны. Вынь мечь свой из ножон.
т
Эрот
Так отврати свой благородный лик,
Что для вселенной делой был кумиром.
Скорей!
Антоний
(Отворачивается от него.)
Меч обнажен.
Эрот
Антоний
Пусть сразу свое дело
Он сделает.
Эрот
О дорогой мой вождь, Мой император, прежде чем ударить, Хочу сказать последнее прости.
Антоний
Уж ты сказал; прощай.
Эрот
Прощай, мой вождь! Теперь ударить?
Антоний
Бей.
Эрот
Так вот же! Легче так мне, чем кончину Антония оплакивать.
(Падает на свой меч.)
Ант оний Эрот,
Ты трижды благороднее меня;
Ты показал мне, что я должен был,
А ты не мог свершить. Да, Клеопатра И ты своим примером заслужили Почет в веках; о смерть, я, как жених


Акт IV. Сцепа 44
26ö
В постель возлюбленной, спешу к тебе*
Твой вождь, Эрот, — твой ученик. Вот так...
(Падает на сбой меч.)
Ты научил... — Как? Смерти нет? — Сюда! Прикончите меня!
Входят Деркет и часовые.
1- 	й ЧА совой
Что здесь за шум?
Антоний
Друзья, я плохо долг исполнил. Ах, Исправьте же скорей.
2- 	й Часовой
Звезда скатилась.
1-й Часовой Свершились времена.
Все
Увы! О горе! Ант оний
Кто любит, пусть убьет меня.
1-й Часовой
Не я.
Не я.
2- 	й Часовой
3- 	й Часовой
И ни один из нас.
Деркет
Твоя судьба велит друзьям бежать. За этот меч и эту весть я милость У Цезаря найду.
но
[Уходят, часовые.


266
Антоний и Клеопатра
Антоний где?
Входит Диомед. Диомед
ДEP KEТ
Здесь, Диомед. Диомед
Он жив?
Не отвечаешь ты?
Антоний
Ты, Диомед? Меч обнажи, скорее Меня добей.
Диомед
Мой славный господин, Меня к тебе послала Клеопатра.
Антоний
Когда послала?
Диомед
Нынче.
[Уходит Деркет.
Антоний Где ж она?
Диомед
В гробни0е заперлась. Она полна 120
Пророческого страха бед грядущих;
Увидев, что ее ты заподозрил * В сношеньях с Цезарем, — сношеньях мнимых, -—
И ярость дикая в тебе клокочет,
Она сказалась мертвой. Но потом,
Испуганная тем, как весть ты принял,
Меня сказать послала правду. Поздно,
Боюсь, пришел я.
Ант оний
Да, поздно, Диомед. Где часовые?


Акт IY. Сцепа 4 о
267
Диомед
Эй, люди! Полководец вас зовет.
Скорей сюда! т
Входят несколько часовых.
Ант оний
Меня, друзья, к царице отнесите;
Последней мне услуга эта будет.
1-й Часовой
О, горе нам! Тебе бы пережить Всех слуг твоих!
Все
О тяжкий, тяжкий день!
Антоний
Друзья, не позволяйте злому року Торжествовать. Примите вы спокойно То, что карает нас, и тем его Вы покараете. Я часто вел вас,
Теперь меня несите вы, друзья;
Я вас благодарю. ш
[Уходят все, неся Антония.
СЦЕНА 15
Там же. Гробница.
Входят наверху Клеопатра со служанками, Хармиана и Ирада.
Клеопатра Я не уйду отсюда, Хармиана.
Хармиана Утешься, о царица!
Клеопатра Нет же, нет!
Пускай придут все ужасы, но только


268
Антоний и Клеопатра
Не утешение; моя тоска
Должна не меньшей быть, чем та причина,
Которой рождена.
Входит внизу Диомед.
Ну что? Он умер?
Диомед
Нет, жив еще, но смерть над ним витает. Взгляни туда, дарида: на носилках Его несут сюда, к гробниде.
Входят внизу часовые, неся Антония.
Клеопатра
Солнде,
Сожги свою орбиту! Краски мира Пусть мрак окутает. О Марк Антоний! Антоний!—Помоги мне, Хармиана,
Поднять его; все помогите.
Антоний
Тише...
Антония не Цезарь одолел;
Сам над собой Антоний торжествует.
Клеопатра
Антония сломить кто б мог еще,
Как не Антоний? Всё же горе нам!
Антоний
Я умираю, египтянка; только На миг один хочу отсрочить смерть,
Чтоб на уста твои сложить последний Из тысяч поделуев.
Клеопатра Я не смею
Сойти, — прости!—не смею, чтоб не быть Захваченной. Победный свой триумФ


Акт IV. Сцена 46
269
Счастливый Цезарь мною не украсит.
Покуда есть в ноже, в настоях, в змеях Яд, жало, острие, — я спасена.
Твоя жена Октавия не сможет
Меня унизить тихой укоризной
Своих Фальшивых глаз. — Приди ко мне!
Мне помогите, женщины, друзья, зо
Поднять его.
Ант оний
Скорее! Смерть близка.
Клеопатра
Улов печальный! Как тяжел ты, милый!
Мы все от тяжкой скорби ослабели —
Стал не по силам груз! Будь я Юноной,
Тебя б к Юпитеру на мощных крыльях Понес Меркурий. О, приди ко мне... —
Безумны все желанья!.. — О, приди!
Антония поднимают наверх.
Привет тебе! Скончайся там, где жил,
И оживи от поцелуев; если б *В моих губах была такая сила,
Я их истерла бы, целуя.
Все
Горе! 4о
Антоний
Египтянка, я умираю! Дай мне Глоток вина, чтоб мог я говорить.
Клеопатра
Хочу кричать, ругать Фортуну громко,
Чтоб лживая бабенка эта в злобе Свое веретено сломала!
Антоний
Слушай:
У Цезаря ищи и честь и жизнь.


270
Антоний и Клеопатра
Клеопатра Они несовместимы.
Ант о ни й Дорогая,
Ты там лишь Прокулею доверяй.
Клеопатра
Я доверяю лишь своим рукам,—
Не Цезаря клевретам. зо
Ант оний
О, не оплакивай конец прискорбный Моей судьбы, а вспоминай о том,
Как прежде самым благородным мужем И величайшим из владык вселенной Я в счастье жил; и умираю я Не жалким трусом, что снимает шлем Пред соплеменником, а римским мужем,
Сраженным римскою рукой. Вот смерть...
Не в силах больше я...
Клеопатра
Ты умираешь,
Меня бросая? Неужель мне жить (Jü
В унылом этом мире? Без тебя он Не лучше хлева.
Антоний умирает.
Женщины, глядите —
Расплавился венец земли. — Антоний!
Упало знамя воина, поблек
Победный лавр войны. Теперь сравнялись
С мужчинами девчонки и мальчишки;
Смешалось всё, и не осталось больше * Уж ничего достойного вниманья Под зоркою луной.
(Лишается чувствJ
Хармиана Приди в себя!


Акт IV. Сцена 4 о
274
И Р А Д А
Царица умерла!
XАРМ иАНА
Царица!
Ир ада Ах!
Хармиана
О госпожа, о госпожа моя!
Императрица! Тсс... тише!
Ир А да Хармиана
К ЛЕО ПАТРА
Теперь я только женщина, не боле,
И тем же жалким я страстям покорна,
Что скотница простая. Я хотела б
Швырнуть свой скипетр в злых богов и крикнуть:
«Баш мир был равен вашему, покуда Жемчужины вы нашей не украли!»
Теперь же всё — ничто. Смиренье — глупость,
А гнев достоин бешеного пса.
Так разве грех — не дожидаясь смерти,
До срока вторгнуться в ее обитель? —
Ну, полно, успокойтесь! —Хармиана! —
Вы, милые! О женщины, взгляните —
Светильник наш погас! —
[Воинам, оставшимся внизу]
Друзья, мужайтесь!
Его мы похороним, а потом * Мы доблестно свершим и благородно,
Что нам велит обычай славный Рима;
Пускай гордится нами смерть. — Идемте.
Навек остыл покров души великой.—
О женщины! Звездой нам будет впредь Решимость добровольно умереть.
[Уходят, унося тело Антония.


АКТ У
СЦЕНА 1
Лагерь Цезаря под Александрией.
Входят Цезарь, Агриппа, Долабелла, Меценат, Галл, Проку лей
и другие.
Цезарь
Скажи ему, чтоб сдался, Долабелла;
В своем бессилье этой проволочкой Он лишь себя позорит.
Долабелла
Всё скажу.
Входит Деркет с мечом Антония.
[Уходит.
Цезарь
Что это? Кто ты, что дерзаешь так Передо мной предстать?
ДЕ Р КЕ т
Зовусь Деркетом;
Я был слугой Антония, который,
Пока стоял и говорил, достоин Был наилучшей службы; жизнь свою Я б отдал за него. Коль пожелаешь Меня принять к себе, — чем для него был, Я буду Цезарю; а если нет,
То ЖИЗНЬ МОЮ ВОЗЬМИ.
Цезарь
Что говоришь ты?


Акт V. Сцена i
273
ДE РКЕ T
Я говорю, что умер Марк Антоний.
Цезарь
Падение такого великана Должно бы было землю потрясти,
Львов выбросить на улицы, людей же Загнать в берлоги львов; Антония смерть — Не просто смерть: ведь с именем его Полмира связано.
ДЕ Р КЕ т
Он умер, Цезарь;
Но знай: не исполнитель правосудья, Не нож наемный поразил его;
Та самая рука, что начертала Его деяний блеск, пронзила сердце, Отвагу у него заняв. — Вот меч,
Из раны извлеченный; он запятнан Бесценной кровью.
Цезарь
Скорбь на ваших лицах? Клянусь богами, эта весть способна Взор увлажнить царей...
Агриппа
Не странно ль: то,
К чему мы так стремились, нам природа Велит оплакивать!
Меценат Его пороки,
Как и достоинства, велики были.
Агриппа
Возвышеннее дух не правил миром * Вовек. Но чтоб людьми нас сделать, боги Дают нам слабости.—Растроган Цезарь.
18 	Шекспир, т. VI


274
Антоний и Клеопатра
Меценат
Пред ним ведь зеркало, в котором он Себя увидеть должен.
Цезарь О Антоний,
Вот до чего ты мною доведен!
Но ведь нарыв на теле мы вскрываем. Когда б не я на твой закат взирал,
Ты б мой увидел: нам двоим был тесен Широкий мир; и всё же слезы лью,
Не меньше драгоценные, чем кровь,
Над тем, что ты, мой брат и мой товарищ В высоких замыслах, в державной власти, Мой неизменный друг на поле брани,
Моя рука, моя душа, в которой
Моя пылала мысль, — что наши звезды,
Непримиримые, дорогу нашу
Так разделили. — Слушайте, друзья...
Входит Египтянин.
Отложим, впрочем: час неподходящий.
Лицо гонца спешит нам выдать весть. Послушаем его. — Откуда ты?
Ег ип тянин
Лишь бедный египтянин я. Царица,
Моя владычица, в своем последнем * Владенье запершись, — в своей гробнице, —; Желает знать намеренья твои,
Чтоб подготовиться к тому, что ей Принять придется.
Цезарь
Пусть спокойна будет: Один из наших скоро сообщит ей,
Какие дружеские чувства мы Питаем к ней: злопамятным не может Быть Цезарь.


Акт У. Сцена 4
275
Египтянин Боги да хранят тебя!
60
[Уходит.
Цезарь
Пойди к ней, Про кулей, и сообщи, Что мы ее порочить не хотим; Утешь ее в беде ее великой,
Чтоб на себя не наложила рук И нас победы нашей не лишила. Она, живою Риму показавшись, ТриумФ увековечила бы наш. Ступай! Ответа буду ждать.
Прокулей
Иду.
Цезарь
И ты с ним, Галл, пойдешь.
[Уходит.
[Уходит Галя.
Пускай и он идет.
Где Долабелла?
Агриппа, Меценат и другие Эй, Долабелла!
Цезарь
Не надо! Я теперь припоминаю,
Что занят он. Уж скоро он вернется. Прошу ко мне в палатку; докажу там. Как мне навязана была война,
Какое в письмах обнаружил я Долготерпение. Идемте, вам Всё станет ясным.
*
[Уходят.


276
ЛнтониИ и Клеопатра
СЦЕНА 2
Александрия. Гробница.
Входят Клеопатра, Хармиана и Прада.
Клеопатра
Жизнь лучшую * передо мной откроет Мое отчаянье. Как жалок Цезарь!
Он не Фортуна, — он лишь раб Фортуны, Покорный воле госпожи. Прекрасно —
Покончить все дела одним ударом,
Всем сменам рока положить предел,
Заснуть и не сосать ту грудь., что кормит И нищих и царей.
Входят в ограду гробницы Проку лей, Галл и воины. Прокулей
Царица, Цезарь шлет привет и просит Желания, которые исполнить Он мог бы, высказать.
Клеопатра
Твое как имя?
Про кулей Зовусь я Прокулеем.
Клеопатра
Марк Антоний
Велел мне доверять тебе; но я В доверье не нуждаюсь, потому что Не страшен мне уже обман. Коль Цезарь Мольбе царицы хочет внять, ему Скажи: просить о меньшем, чем о царстве,
Она не может; если он вернет Египет сыну моему, то буду За это достояние мое Безмерно благодарна.
* Лучшая жизнь — смерть.


Ahm У. Сцепа 2
277
IÏP О К У Л E Й
Не тревожься:
Ты в руки благородные попала.
Доверься господину моему,—
Он милостив к нуждающимся в нем;
Я про твою покорность расскажу,
И ты в нем победителя найдешь,
Который доброту зовет на помощь,
Когда взывают к милости.
Клеопатра
Ему
Скажи: раба его Фортуны, я
Пред ним склоняюсь нищ я ежечасно зо
Учусь смиренью и была бы рада С ним встретиться.
Пр окулей Я передам, дарида.
Спокойна будь, — твоих невзгод виновник Тебя жалеет.
Галл
Смотри, как просто захватить ее!
Прокулей и два воина поднимаются в верхнюю часть гробницы по лестнице, приставленной к окну, и, спустившись, становятся позади Клеопатры. Другие воины открывают ворота.
Стеречь ее! Сейчас здесь будет Цезарь.
Увы, дарида!
И РА ДА ХА?МИАНА
\Уходит.
Ты схвачена, дарида Клеопатра!
Клеопатра О руки милые, скорей!
(Вынимает кинжал.)


278
Антоний и Клеопатра
Прокулей
(обезоруживая ее)
* Остановись! Не причиняй себе Такого зла: тебе освобожденье,
А не обман несем.
Клеопатра
От смерти также, Желанной псам несчастным?
Прокулей
Клеопатра,
Не оскорби самоубийством милость Владыки моего. Своею смертью Ты помешаешь миру лицезреть Его великодушье.
Клеопатра Где ты, смерть?
Приди, возьми царицу: стоит тысяч Детей она и нищих!
Прокулей
Успокойся!
Клеопатра
Друг, я не буду есть, не буду пить,—
И если, друг, прибавить это надо,—
Не буду спать. Свой бренный дом разрушу, — Пусть Цезарь делает, что может. Знай,
Не соглашусь закованною жить В дворце владыки твоего и ждать,
Чтоб глупая Октавия меня
* Своим смиренным взором бичевала!
Меня посмешищем хотел он сделать Кричащей черни? Лучше пусть могилой Мне будет ров в Египте; или голой
* Пускай меня опустят в нильский ил,
Чтоб водяные мухи искусали


Акт Y. Сцена 2
279
* И превратили в чудище меня;
Иль пусть меня, закованную в дени,
Повесят на вершине высочайшей Из пирамид!
Прокулей
Ты слишком предаешься Столь черным мыслям; повода к ним не дал Мой повелитель.
Входит Дола$елла.
ДОЛАБЕЛЛА
Прокулей, о том,
Что сделано тобою, Цезарь знает;
Тебя он хочет видеть. При царице Останусь я.
Пр о ку ле й
Отлично, Долабелла;
Я очень рад. Будь с нею ласков.
(Клеопатре)
Можешь
Через меня ты Цезарю сказать,
Чего желаешь.
Клеопатра
Умереть хочу я.
[Уходят Прокулей и воины.
Д О ЛАБЕ ЛЛА Царица, ты слыхала обо мне?
Не помню.
Клеопатра Д о ЛАБЕ ллА
Убежден, меня ты знаешь.
Кле ОНАТРА
Чтб в том, что я слыхала, знаю? Слушать Рассказ о снах от женщин и детей Ведь вам смешно.


280
Антоний и Клеопатра
Д О ЛАБЕ Л Л А
Тебя не понимаю. Клеопатра
Мне снился император Марк Антоний; Еще бы сон такой, чтоб увидать Ему подобного!
До ЛАБЕЛЛА
Когда б, царица... Клеопатра
Был небом лик его; луна и солнце Горели в нем, на маленький кружок Земли бросая свет.
ДОЛАБЕЛЛА
Но, Клеопатра... Клеопатра
Он по морям шагал, своей рукою Мир покрывая; в голосе его Друзьям звучало пенье СФер; * когда же Хотел он потрясти весь шар земной, — Грозой рычал он. Щедрость у него Зимы не знала: вечным урожаем Сверкала осень в ней; средь наслаждений Он, как дельФин в своей родной стихии, Показывал нам сцину; ** щеголяли Цари его ливреей; как монеты,
Ронял он царства, острова.
ДОЛАБЕЛЛА
Царица...
* Музыка небесных СФер.
** Он не погрязал в своих наслаждениях и не скрывал их: они были явными, простодушными.


Акт V. Сцепа 2
284
Клеопатра
Скажи мне, был ли, мог ли наяву Такой герой быть?
Д О ЛАБЕЛЛА
Нет, царица, нет.
Клеопатра
Ты лжешь и оскорбляешь слух богов!
Но если есть иль был ему подобный,—
Он превзошел все сны. — С воображеньем Не можешь ты, природа, состязаться;
* Но, выдумав Антония, победу Ты одержала над мечтой, что может Создать лишь тени.
ДоЛАБЕЛЛА
Выслушай, царица. т
Твоя утрата велика, как ты;
Подавлена ты бременем ее.
Клянусь тебе, при виде мук твоих Я ощущаю в сердце состраданье Безмерное.
Клеопатра Благодарю тебя.
Как мной распорядиться хочет Цезарь?
Д О ЛАБЕЛЛА
Сказать мне тяжко; жаль, что ты не знаешь.
КЛЕ ОПАТРА
Нет, я прошу...
ДОЛАБЕЛЛА Хоть он великодушен...
К ЛЕ О H А Т Р А
Его триумФ должна украсить я?


282
Антоний и Клеопатра
ДО ЛАВЕЛЛА
Так хочет он, — я знаю. по
Трубы и голоса за сценой: « Дорогу Цезарю!»
Входят Цезарь, Галл, Прокулещ Меценат, Селевк и сбита.
Це з А Р Ь
Которая из них — царица?
До ЛАБЕ ЛЛА
Царица, пред тобою император.
Клеопатра опускается на колени.
Цезарь
Не преклоняй колен, императрица;
Тебя прошу я, встань.
Клеопатра
Богам угодно,
Чтобы покорно я склонилась ниц Перед своим владыкой.
Цезарь
Не тревожься:
В обидах, нанесенных нам тобой,—
Нам врезавшихся в плоть, — хотим мы видеть Лишь дело случая.
Клеопатра Владыка мира,
Перед тобою оправдаться я ш
Бессильна; но скажу: владели мною Те слабости, которые наш пол Позорят часто.
Цезарь Клеопатра, знай:
Я к снисхожденью, а не к злобе склонен;
Коль нашим замыслам пойдешь навстречу, —
К тебе вражды в них нет, — то переменой


Акт V. Сцепа 2
285
Довольна будешь; если ж пожелаешь Мне нанести урон,* пойдя вослед Антонию, — лишишься нашей дружбы
И сыновей своих подвергнешь доле, ш
Которую я отвращу от них,
Коль мне доверишься. Я ухожу.
Клеопатра
Иди, перед тобой весь мир, — он твой.
А нам, твоим троФеям, надо быть,
Где пожелаешь. Вот, мой господин...
[Подает ему бумагу.]
Цезарь
В твоих делах твоих советов жду.
Клеопатра
Тут список драгоценностей моих,
И утвари, и денег; в нем опущен Ряд мелочей всего лишь. — Где Селевк?
С елe в к
Я здесь, царица. ш
Клеопатра
Пускай тебе, под страхом смерти, скажет
Мой казначей, что я не утаила
Тут ничего. — Селевк, скажи же правду.
Селевк
Царица,
Мне лучше б онеметь, чем ложь сказать Под страхом смерти.
Клеопатра
Что ж я утаила?
Селевк
Достаточно, чтоб всё купить, что в списке.
* Набросив на меня тень жестокости.


284
Антоний м Клеопатра
Цезарь
Царица, не красней; я одобряю Твой мудрый шаг.
Клеопатра
Да, Цезарь, там рабы,
Где власть! Кто мне служил — твои теперь; И в миг один твои моими б стали. — Неблагодарность этого Селевка Меня приводит в бешенство. — О раб,
О тварь продажная! Бежать ты хочешь?
Но тщетно: я схвачу твои глаза,
Хотя б они крылаты были. Пес,
Бездушный червь!
Цезарь
Царица, успокойся!
Клеопатра
Какой мучительный позор! Меня Своим ты удостоил посещеньем,
Мне, бедной, честь такую оказал,
А между тем мой собственный слуга
Своею злобою усугубляет
Мое несчастье! Ну, положим, Цезарь,
Я спрятала немного безделушек,
Тех мелочей, которые мы дарим Своим друзьям; положим, утаила Кой-что и поценнее, чтоб Октавию И Ливию* задобрить, — неужели Меня предать за это должен тот,
Кто мною вскормлен? Боги! Эта мука Больнее всех.
( Селевку)
Уйди скорей отсюда,
Не то увидишь: под золой судьбы Мой нрав еще горит. Будь человек ты, — Меня б ты пожалел.
Ливия — жена Октавия.


Уйди, Селевк!
[Уходит Селевк.
Клеопатра
Да, нас, великих, часто в том винят, Что делают другие; а когда Упали мы, за них ответ мы держим. Мы жалости достойны.
Цезарь
То, gapnga,
Что указала ты и что себе Приберегла, к добыче не причислю; Всем этим ты владей и впредь. Поверь, Что Цезарь не Kyneg, и торговаться С тобой не станет он. Спокойна будь, Из мрачных дум не создавай темшщы. Тебе готовим долю мы, какую Ты изберешь сама. Еды и сна Не избегай. Я друг тебе, который Страдает за тебя душой. Прощай!
Клеопатра
Мой повелитель!
Цезарь
Нет, нет! До свиданья.
Трубы.
[,Уходит Цезарь со свитой•
Клеопатра
Словами хочет он меня, словами Отвлечь от долга. — Слушай, Хармиана.
(Шепчет ей на ухо.)
И Р А Д А
Кончай, gapnga! День для нас погас,
И мрак нас ждет.


286
Антоний и Клеопатра
Клеопатра
Да поскорей вернись. Уже я заказала. Всё готово.
Не медли и ступай.
Хармиана Иду, эарина. Входит Долабелла.
ДОЛАБЕЛЛА
Царица где7
Хармиана
Здесь.
Клеопатра Долабелла, ты?
ДОЛАБЕЛЛА
По твоему желанию, царица,
Которому любовь моя покорна,
Тебе я сообщаю: Цезарь путь Чрез Сирию направит; послезавтра Он отошлет тебя с детьми вперед. Воспользуйся моею вестью. Сделал Я все, что мог.
[Уходит.
200
Клеопатра Перед тобой в долгу
Останусь я.
ДОЛАБЕЛЛА
Я — твой слуга, царица. Прощай. Я должен к Цезарю спешить.
Клеопатра Прощай. Благодарю.
Ну что, Ирада?
Египетской марионеткой будешь
[Уходит Долабелла.


Ahm V. Сцена 2
287
Рим потешать; подымут нас с тобой* Ремесленники грязные с линейкой И молотком; их смрадное дыханье Нас тучей окружит; вдыхать мы будем Их испарения.
Ир а да
Избавьте, боги!
Клеопатра
Не миновать! Как потаскушек, будут Хватать нас ликторы; ** куплеты сложат Чесоточные риФмачи; на сцену Комедианты выведут нас в наших Пирах александрийских; Марк Антоний Выходит пьяным, юноша пискливый***
Величье Клеопатры принижает Движеньями блудливыми.
И Р А Д А
О боги! 220
Клеопатра
Не миновать!
Ир ад а
Я не увижу этого; с глазами Ведь ногти справятся.
Клеопатра
Вот верный путь Их замыслы расстроить, обуздав Безумье их надежд.
Возвращается Хармпана.
Что, Хармиана? —
Теперь скорее, девушки, меня
* Чтобы было виднее.
** Должностные лица, выполнявшие, между прочим, приговоры над осужденными.
*** В шекспировском театре женские роли исполнялись молодыми актерами.


288
Антоний и Клеопатра
Оденьте в дарение одежды. Вновь Спешу на Кидн, Антонию навстречу. — Живей, Ирада! — Хармиана, нынче Мне послужи, а уж потом гуляй До страшного суда.—Венед мой дайте.
За сценой шум.
230
[Уходит Прада.
Что там за шум?
Входит один из воинов стражи.
Воин
Тебя, дарида, хочет Крестьянин видеть; говорит, что фиги Тебе принес.
Клеопатра
Впусти.
[Уходит Воин.
Какое жалкое орудье Порой творит великие дела!
Несет свободу он. Моя решимость Во мне убила женщину, и мрамор Я с головы до ног; неверный месяд Уж не моя планета больше.
Входит Воин с деревенским Парнем, несущим корзину.
Воин
Вот он.
240
Клеопатра Оставь его и удались.
Принес ты змейку нильскую, что дарит Без боли смерть?
[Уходит Воин.
Парень
Принес, принес. Но я бы не советовал прикасаться к ней, потому что укус ее бессмертен; * кто от него умирает, тот уж редко, а то и никогда не поправляется.
* Парень хочет сказать: смертелен; подобно всем шекспировским шутам, он искажает слова и говорит иногда несуразности.


Акт V. Сцена 2
289'
Клеопатра
Не припомнишь ли случая, чтобы кто-нибудь умер от него?
Парень
Сколько угодно, мужчины и женщины. Еще вчера я слышал об одной. Честнейшая женщина, хоть и любила приврать, — чего не следовало бы делать женщине, разве из честности; она рассказывала, как она умерла от укуса, как страдала. Да, она очень расхваливала эту змейку. Впрочем, кто верит всему, что люди говорят, тому не поможет и половина того, что они делают.* Но одно сомненно: змейка эта — замечательная.
Клеопатра Свободен ты; прощай.
Пар е нь
Желаю вам всяческого удовольствия от змейки.
(Ставит корзину на пол.)
Клеопатра
Прощай.
Парень
Но вы должны помнить, что змейка свое дело знает.
Клеопатра
Да, да. Прощай.
Парень
Положиться на нее можно только тогда, когда она в руках опытного человека, потому что, говоря правду, в ней мало доброты.
Клеопатра
Не беспокойся; буду осторожна.
Парень
Отлично. Советую ничего не давать ей; она не стоит того, чтобы ее кормили.
* Кто верит половине того, что говорят люди, тому не помогут все их дела. 19 Шекспир, т. VI


290
Антоний и Клеопатра
Клеопатра Меня она захочет есть?
Парень
Не считай меня за такого простака; я прекрасно знаю, что сам ш дьявол не станет есть женщину. Я знаю, что женщина —- блюдо для богов, если поваром не был дьявол. Но, по правде сказать, проклятые черти доставляют богам большие неприятности с их женщинами: из каждых созданных ими десяти черти портят пять.
Клеопатра Иди ж, иди; прощай.
Парень
Ну что ж! Желаю вам удовольствия от змейки.
Входит Ирада, неся мантию и корону. Клеопатра
Подай мне мантию; надень корону.
Я так истосковалась по бессмертью!
Уж больше губ моих не увлажнит Египетская гроздь. Живей, Ирада!
Мне кажется, меня зовет Антоний,
Хваля за мужество; смеется, слышу,
Над счастьем Цезаря; ведь счастье боги *Дают нам для того, чтоб оправдать Потом свой гнев. — Иду к тебе, супруг! Так называть тебя теперь я смею.
Я — воздух и огонь; долой же груз Других стихий.—Готово всё? Примите Последнее тепло от губ моих.
Прощайте же, Ирада, Хармиана!
Целует их. Ирада падает и умирает.
Упала ты? Иль яд в моих губах?
Коль так легко с природой расстаешься, То, право, смерть — любовника щипок,
Что, хоть и боль несет, желанен. Миру
[Уходит.
280
290


Акт У. Сцена 2
29f
Своей кончиной говоришь, что с ним Разлука не страшна.
Хармиана
Дождем разлейся, туча, чтоб могла я Сказать: «И боги плачут!»
Клеопатра
О позор!
Ее Антоний встретит первой, ей Отдаст тот поцелуй, который мне Дороже неба!—Ну, зверек смертельный!
(Прикладывает змею к груди.)
Мне сложный узел жизни развяжи Зубами острыми. Змееныш глупый,
Будь злым и торопись! О, если б ты Мог говорить и Цезаря назвать Ослом тупым!
Хармиана Звезда востока!
Клеопатра
Тише!
Ребенок на моей груди: сосет он — И засыпаю я.
Хармиана Разбейся, сердце!
Клеопатра
О, сладко, как бальзам; как воздух, нежно... Антоний! — Да, и ты иди сюда.
(Прикладывает вторую змею к руке.) Что медлить мне? ..
(Умирает.)
*


292
Антоний и Клеопатра
XАРМИАНА
В ничтожном этом мире? Так, прощай! Гордись же, смерть! Ты овладела лучшей Из женщин на земле. — Замкнитесь, окна Нежнейшие; уж не увидит Феб Очей столь дарственных. — Корона сбилась; Поправлю — и гулять!
Вбегают воины стражи.
1-й Воин
Царида где?
XАР МИАНА
Тсс... Не буди ее.
1-й Воин
От Цезаря...
XАР МИАНА
Медлительный гонед. (Прикладывает змею к груди.) Иди сюда! Спеши! Ты слабо жалишь.
1- 	й Воин
Не ладно что-то тут! Обманут Цезарь!
2- 	й Воин
Где Долабелла, Цезаря посол?
1-й Воин
Хорошее ль то дело, Хармиана?
Хармиана
Хорошее, — как подобает той,
Чей род державный дарствовал столетья. Ах, воин!
( Умирает.)


Акт У. Сцепа 2
Входит Долайелла.
До ЛАВЕЛЛА
295
Что здесь?
2-й Во ин Все бездыханны.
До ЛАВЕЛЛА
Цезарь, ты
Предвидел правильно. Сейчас придешь Удостовериться: свершилось то,
Чему ты помешать хотел.
За сценой крики: «Дорогу! Дорогу Цезарю!» Входит Цезарь со сбитой.
Ты, видно, прорицатель: то случилось,
Чего боялся ты.
Цезарь
Конец достойный! Проникнув в наши замыслы, она Свой путь по-царски избрала. Но крови Не вижу я.
До ЛАВЕЛЛА Кто тут последним был?
1-й Воин
Простой крестьянин, фиги ей принесший. Вот и корзина.
Цезарь Значит, яд.
1-й Воин
О Цезарь,
Сейчас еще дышала Хармиана;
Она на мертвой госпоже корону
Поправила — и вдруг, вся задрожав, т>
Упала.


Антоний и Клеопатра
Ш
Цезарь
Благородное бессилье!
Не выпит ими яд: тогда б тела Распухли; а она как будто спит И ловит в сеть могучих чар своих Антония другого.
ДоЛАБЕЛЛА На груди
Я вижу ранку, вздутую кругом; Другая — на руке.
1-й Воин
То след змеи, и Фиговые листья Покрыты слизью, той же, что на Ниле В змеиных норах водится.
Цезарь
Возможно,
Что так она скончалась. Врач ее
Мне говорил, что ей всегда хотелось
Путь к легкой смерти знать. Возьмите ложе
И унесите девушек. С Антонием
Пусть рядом ляжет: ни одна могила
Славней четой не может похвалиться.
События такие поражают
Тех, кто повинен в них. Преданье это
Не меньше жалости доставит павшим,
* Чем славы — победителю, который Заставил сострадать им. Пред гробами Войскам пройти торжественно рядами,
И — в Рим! Ты, Долабелла, наряжён Блюсти великолепье похорон.
[Уходят.


ТРАГЕДИЯ
О
КОРИОЛАНЕ
ПЕРЕВОД П О Д Р ЕДАКЦ ИЕЙ
А. А. СМИРНОВА


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
I народные трибуны.
Кай М а р ц и й, затем Кай М а р ц и й Кориолан. Тит Ларций 1 римские полководцы в войне с волъ- Коминий J скажи.
Менений Агриппа, друг Кориолана.
Сициний Велут Юпий Брут Молодой М а р ц и й, сын Кориолана.
Т у л л А в ф и д и й, полководец волъсков. Военачальник вольсков, подчиненный Лвфидию. Заговорщики Авфидия.
Горожанин из Анциума.
Два Вольских часовых.
Волумния, мать Кориолана.
Виргилия, жена Кориолана.
Валерия, подруга Виргилии.
Римские и Вольские сенаторы, патриции, эдилы, ликторы, воины, горожане, гонцы, слуги Авфидия и другие слуги.
Место действия: Рим и его окрестности; Кориолы и их окрестности; Анциум.


АКТ I
СЦЕНА 1
Рим. Улица.
Входит толпа восставших горожан с палками, дубинами и другим
оружием.
1-й Горожанин
Слушайте, слушайте, прежде чем идти дальше.
Все
Говори, говори.
1-й Горожанин
Решились вы все скорее умереть, чем терпеть голод?
Все
Решились, решились.
1-й Горожанин
А известно ли вам, что Кай Марций — главный враг народа?
Все
Известно, известно.
1- 	й Горожанин
Так убьем его — и хлеб подешевеет. Таков ли наш приговор?
Все
Не стоит и толковать; убьем, и больше ничего; идем, идем!
2- 	й Горожанин Одно слово, добрые граждане...


Акт /. Сцепа i
299
1- 	й Гор о жанин
Мы тебе не добрые граждане: всё добро — у патрициев. Нас м> могло бы спасти одно то, что богачам уже в горло не лезет. Если бы они отдали нам объедки со своего стола, пока они не прокисли, мы сказали бы, что нам помогли по-человечески; но они находят, что мы и без того им дорого обходимся. Наша худоба, вид нашей нищеты — это вывеска их благосостояния. Чем больше мы страдаем, тем лучше для них. Отомстим им нашими кольями, покуда мы не высохли еще совсем, как жерди. Богов призываю в свидетели — не от жажды мщения, а от голода говорю я это.
2- 	й Горожанин
И вы хотите начать с Кая Марция?
В СЕ
Да, с него первого: он истинный пес для народа. 20
2-й Горожанин
А помните вы про его заслуги перед родиной?
1- 	й Горожанин
Очень даже помню. И похвалил бы его, если бы сам он спесью себя не вознаграждал.
2- 	й Горожанин
Постой, постой! Ты только говори без озлобления.
1- 	й Горожанин
Говорю тебе — всё, чем он прославился, сделано ради этой самой спеси. И хотя добродушные простаки готовы признать, что это для родины, а на самом деле он делал в угоду матери; ну, конечно, и ради собственной спеси, которая не меньше его славы.
2- 	й Горожанин
То, чего он не может изменить в своей природе, ты считаешь пороком. Но уж ты никогда не скажешь, что он жаден. зо
1 -й Горожанин
Это-то правда; зато в других обвинениях недостатка у меня не будет. Пороков у него не оберешься, — устанешь, их перечисляя.
За сценой крики.


500
Коргюлан
Что это за шум? Восстала и другая часть города. Что же мы даром теряем время? В Капитолий!
Все
Идем, идем.
1- 	й Горожанин Тише! Кто идет к нам?
Входит Менений Агриппа.
2- 	й Гор ожанин
Достойнейший Менений Агриппа — тот, который всегда любит народ.
1-й Горожанин
Да, он честный человек; если бы все были такими!
Менений
Что с вами, земляки? Куда идете С дубинами и палками? Скажите.
1-й Г op о жАНИН
Сенату известно, в чем дело. Там уже недельки две как могли догадаться, что мы задумали, а теперь мы это на деле покажем. Говорят, что от бедняков крепко пахнет; а теперь узнают, что у нас и руки не слабые.
Менений
Друзья мои, почтенные соседи,
Ужель вы ищете себе беды?
1-й Гор ожанин Не ищем мы, — попали уж в нее.
Менений Скажу, друзья, заботою своей
Патридии не забывают вас. so
Но в бедствиях, в нужде, в страданьях вам Подняться против Рима — это то же,
Что против неба с палкой восставать.
Поверьте, воля Рима устранит


Акт 1. Сцепа 4
304
С пути порядка тысячи препятствий И посильней, чем в замыслах у вас.
Ведь не патриции, а боги вам Создали голод, и помочь должны Не руки, а колени и молитвы.
Увы! Беда послала вас туда, во
Где худшее вас ждет, и вы без толку Порочите отчизны рулевых.
Они о вас пекутся, как отцы,
А вы проклятья шлете, как врагам.
1-й Горожанин
Пекутся о нас! Нечего сказать! Да они никогда о нас не заботились. У них амбары от хлеба ломятся, а они морят нас голодом да издают законы о ростовщичестве, которые идут на пользу ростовщикам; всякий день отменяют какой-нибудь хороший закон, тяжкий для богачей, а для бедняков, что ни день, издают новые постановления, чтобы покрепче скрутить и прижать их. Если только 70 война не пожрет нас, они сами это сделают; вот какова их любовь к нам.
Менений
Иль вы должны
Признать в себе чудовищную злобу,
Иль вы глупы. Но я вам предложу Рассказ отличный, — может, вам знакомый,
А все ж вполне уместный, — постарайтесь Раскрыть его значенье шире.
1-й Горожанин
Ладно уж, послушаем. Только не рассчитывай, что тебе удастся замаслить своим рассказом наши лишения. Так и быть, начинай. во
Менений
Однажды в человеке части тела Восстали против чрева, утверждая,
Что будто бы оно, как омут в теле,
Всю пищу поглощает, а само,
Ленивое, не занято работой,
Меж тем как все другие члены тела Глядят, изобретают, слышат, ходят


502
Кориолан
И осязают, учат, принимая Взаимное участие в стремленьях
И склонностях всего живого тела; эо>
А чрево им ответило...
1-й Горожанин Ну, ну, говори; что чрево им ответило?
Менений
Я расскажу вам. С тонкою улыбкой,
Не очень радостной, а вот как эта (Взгляните — волен я заставить чрево И улыбаться, как и говорить),
Язвительно ответило оно Мятежникам, завистникам доходов,
Которые точь-в-точь шумели так,
Как вы сейчас сенаторов хулите юо
За то, что вы им не чета...
1-й Горожанин
Но что же.
Что голове под дарственным вендом,
Что бдительному глазу и руке- Борду, и сердду, что дает советы,
Ноге-коню, и языку-горнисту,
И всем помощникам и мелким слугам,
Что в нашем теле трудятся, могло Ответить чрево, коль они...
Менений
Ну что?
Ты перебил меня — кончай же сам!
Ну, говори.
1-й Горожанин
Когда прожора этот, но
Живот, ведет их к истощенью...
Менений
Ну?


Акт I. Сцена 4
Z05
1-й Горожанин
На жадобу всех органов телесных Что он ответит?
Мене ни й
Я вам расскажу. Хотя у вас короткое терпенье, Но всё ж вниманье уделите доне.
1-й Горожанин Ты очень тянешь.
Менений
Слушай, добрый друг.
Живот степенный был нетороплив,
Не опрометчив, как они. Ответил:
«Друзья-сочлены, вы сказали правду:
Я принимаю общий харч сначала, 120
Которым вы живете. Так и надо:
Для тела я и лавка и амбар.
Но помните: я рассылаю соки
По всем рекам, несущим кровь по телу,
И к сердцу во дворец, и к трону-мозгу.
Чрез все проходы тела и извивы,
От крепкой мышцы до последней жилки —
Всё получает силу от меня,
Чтоб жить. Но, добрые мои друзья,
Хоть всем вам...»
(4-му Iорожанину)
Так, заметь, сказало чрево! 130
1-й Горожанин Ну, хорошо...
Менений
«Хоть всем вам и не видно,
Что отдаю я каждому из вас,
Однако я могу закончить так:


ш
Еориолан
Вы от меня берете всю муку,—
Мне остаются отруби».
(4-му Горожанину)
Что скажешь?
1~й Горожанин
Ответ неглупый. А какой твой вывод?
Менений
Сенаторы — разумнейший живот,
Вы ж — члены непокорные. Лишь стоит Вам оценить их доброе усердье,
Заботы их об общем нашем деле — ш
И согласитесь вы, что благо всех Всегда исходит и приходит только От них, а не от вас. — Что скажешь ты,
Большой в собранье палец?
1-й Г о р о жАНИН
Большой палец! Но почему я — большой палец?
Менений
А потому, что в этом мудром бунте Ты, самый слабый, жалкий и ничтожный,
Зачинщиком желаешь быть и рвешься Вперед, ища поживы. Колья, палки
Готовы к битве. И за это кто-то ш
Поплатится.
Входит Кай Марций.
Привет, достойный Марций!
М а р ц ий
Спасибо.
(Толпе)
Эй, в чем дело? Для чего вы,
Мятежные бездельники, мерзавцы,
Поддавшись духу ваших жалких мнений,
Себе коросту начесали?


Акт I. Сцепа 1
505
1-й Горожанин Вечно
Для нас ты доброе словцо имеешь.
МАРЦИЙ
К тебе кто с добрым словом обратится,
Тот с омерзеньем будет льстить, конечно.
(Толпе)
Что надо вам, дворнягам, недовольным И миром и войной? Война пугает,
А без войны становитесь спесивы.
Чуть положись на вас — найдешь гусей,
Где ждал лисиц, и зайцев вместо львов.
Вы не верней каленого угля
На льду, вы — градины под жарким солнцем.
О нет! Способны вы хвалить того,
Кто склонен к преступленью, а закон,
Карающий его, вам ненавистен.
Кто истинно велик — противен вам.
Желанья ваши — лишь больного блажь, t70
Способная недуг его усилить.
Тот с плавниками из свинца плывет И хрупким тростником дубы срубает,
Кто положился в чем-либо на вас.
Идите к чорту! Верить, вернгть вам,
Раз каждый час меняете вы мненья,
Готовые того превознести,
Кто только что вам ненавистен был,
И очернить вчерашнего любимца?
В чем дело? Почему везде кричите iso
Вы против благородного сената,
Который волею бессмертных в страхе Вас держит, чтобы не пожрали вы Друг друга?
(Менению)
Объясни мне, что им надо?
Меиений
На хлеб цены дешевой. Говорят,
Есть в городе запасы.
20 Шекспир, т. VI


зов
Коргюлан
M A p g и й Говорят?
К чертям их! Заседают на насесте —
И в Капитолий нос совать дерзают:
Кто в ход пошел, кто преуспел в делах,
Кто ослабел; кто с кем в союзе там, т
Кто женится, по их предположеньям.
Чуть кто им люб, так за того горой;
Не люб — так с грязью тотчас же смешают.
Они толкуют про запасы хлеба?
Когда б сенат отбросил состраданье И мне позволил в ход пустить мой меч,
Тогда из тысяч этих всех рабов,
Что рыскают по городу сейчас,
Я навалил бы гору — вышиною
С мое копье. зоо
Менений
Молчи, притихли эти уж совсем И, несмотря на всё свое нахальство,
Расходятся трусливо. Но скажи мне,
Как обстоят дела с другой толпой?
М А р g и й
Рассеялась, — чтоб чорт их всех побрал!
Они кричали, будто голодают,
Пословидами сыпали угрюмо:
Что голод даже крепости берет,
Что и собаки есть должны, а пища
Должна бы направляться в рот, что боги 210
Не богачам одним зерно послали,—
И изливали жалобы свои Косноязычно, а когда им вняли И обещали требованье их Исполнить, — а оно необычайно (Оно должно разбить сердда всей знати,
Заставив силу власти потускнеть!),—
Они в восторге шапками кидали,
Стараясь их забросить на луну.


Акт I. Сцена t
т
Менений
И что ж им обещали?
М А Р П И Й
Им даны, 220
Для поддержанья их затей негодных,
Пять ими всеми избранных трибунов:
Сициний Велут, Юний Брут, еще...
Не помню. Чорт возьми! Скорей бы чернь Могла снести по городу все крыши,
Чем одержать победу надо мной.
Она со временем окрепнет в силе Для худших возмущений.
Менений
Странно, странно.
М а р g и й
[толпе]
Ну, по домам, отребье, расходись!
Входит торопливо Гонец.
Гонец
Здесь ли Кай Марций?
М а р g и й
Здесь. Скажи, в чем дело. ззо
Гонец
С известьем я, что вольски поднялись.
М А р g и й
Я очень рад. Вот случай нам извергнуть Все затхлые излишки. Вот идут Почтенные отцы.
Входят Коминищ Тит Ларций и другие сенаторы, Юний Брут
и Сициний Велут»,


308
Кориолап
1 -и Сенат о р
Сбылось, о чем ты, Марций, говорил: Вооружились вольски.
Марций
Тулл Авфидий—
Их вождь; наделает он вам хлопот. Соперничаю с ним я в благородстве, И если б я не я был, то хотел бы Быть только им.
К о м ини й
Ты с ним уже сражался? 240
Марций
Когда бы мир распался на две рати,
À он со мной остался бы в одной,—
Я поднял бы мятеж, чтоб с ним сразиться.
Он лев: горжусь охотой на него.
1-й Сенатор
Тогда, достойный Марций, в этих битвах Сопровождай Коминия.
Ко миний Ты это
Мне раньше обещал.
Марций
Готов и ныне:
Во всем я постоянен. Ты, Тит Ларций,
Меня увидишь снова в битве с Туллом
Лицом к лицу. А сам ты ослабел »
И дома остаешься?
Тит
Нет, Кай Марций; Хоть мне придется драться костылем И на костыль опершись, — не отстану.


Акт L Сцена /
т
Me не ни и О доблестная кровь!
1-й Сенатор
Скорее в Капитолий, — там друзья Нас ждут.
Тит
Веди же нас туда, Коминий.
(Марцию)
Иди за ним; а мы все за тобой Последовать должны; ты справедливо Достоин первенства.
Коминий
О славный Ларций!
1-й Сенатор (горожанам)
Ну, что же вы? Ступайте по домам.
М ар ци й
Нет, нет, пускай последуют за нами;
У вольсков много хлеба; этих крыс Возьмем амбары грабить.
(Толпе)
Вот, смутьяны
Почтенные, отваге вашей выход;
Прошу, за нами!
[Уходят сенаторы, Коминий, Марций, Тит и Менений. Горожане потихоньку расходятся*
С и ц и н и й
Видал ли ты на свете человека Надменней Мардия?
Брут
Нет, не видал.


ыо
Кориолан
Сициний
Когда нас избирал народ в трибуны...
Брут
Заметил ты его глаза и губы?
Сициний
Нет, только оскорбления его. 270
Брут
Взбесившись, он богов не пощадит.
Сициний
Над скромною луною посмеется.*
Брут
Пускай бы сгинул в этой он войне!
Он сделался надменным непомерно От храбрости своей.
Сициний
Да, он таков,
Что, вознесенный доброю удачей,
И тень свою способен презирать,
Ее ногами попирая в полдень.
Но странно, что при гордости такой
Коминию ГОТОВ ОН ПОДЧИНЯТЬСЯ. 280
Брут
Стремится к славе он, хотя он ею Уже весьма украшен. Чтоб сберечь То, что уж есть, или подняться выше,
Верней — иметь второе место в войске;
За промахи в ответе полководец:
Хотя бы совершил он чудеса,
Всё ж глупая, вертлявая хула
Начнет галдеть: «Ах, если б нашим делом
Руководил наш Марций!»
* Луна* посвященная богине Диане, — символ девственности.


Акт I. Сцена 2
ZU
С и g и н и й
При удаче ж
Народный голос, к Мардию прилипнув, 290
Коминия в заслугах обворует.
Брут
Для Мардия — Коминия лишат Наполовину почестей, хотя бы Не заслужил их Мардий, и ему Послужат в честь Коминия ошибки,
Хотя б ни в чем заслуг он не имел.
С и д и н и й
Пойдем узнаем, что решил сенат,
А также поглядим, как этот вредный Чудак теперь сбирается в поход.
Брут
Идем, идем. зоо
[Уходят.
СЦЕНА 2
Кориолы. Сенат.
Входят Тулл Авфидий и сенаторы.
1 -й Сенат ор
Итак, Авфидий, полагаешь ты,
Что римляне в наш замысел проникли И знают, что мы делаем?
Авфидий
А ты?
О чем бы ни задумали у нас, Осуществить успеем ли мы раныпе$
Чем это Рим пронюхает? Да вот,
Четыре дня назад я получил Посланье. Здесь со мной как будто... Да. (Читает)
«Они собрали войско. Неизвестно,


342
Кориолап
На запад иль восток его пошлют.
Хлеб в Риме дорог, а народ мятежен,
И ходит слух, что будто бы К о миний,
А также давний враг твой Марций (в Риме Его сильней, чем сам ты, ненавидят), Храбрейший римлянин Тит Лардий—трое Поход готовят. А куда направят?
Всего скорее—на тебя пойдут.
Обдумай это».
1 -й Сенат ор
Войско наше — в поле.
Мы никогда еще не сомневались В том, что всегда готов нам Рим ответить,
А в ф и д и й
И не считал ты глупым под секретом Все замыслы великие держать,
Пока нужда не выведет наружу.
Но выводком они гуляют в Риме;
Раскрыто всё, и нам уж не удастся Взять много городов, как мы хотели,
Пока узнают в Риме о войне.
2-й Сенатор
Авфидий благородный, будь вождем И торопись к отряду своему,
А нас оставь охраной в Кориолах.
При их осаде с войском подоспеешь,
Чтоб снять ее. Но думается мне,
Что не готовы римляне.
Авфидий
Готовы,
Я это знаю. Более того:
Уже сюда направлено их войско.
Прощайте же. Случится встретить мне Там Кая Мардия— тогда, клянусь я,
Мы смертным боем будем драться с ним.


Акт 1. Сцепа 5
343
Все
Да будет помощь от богов тебе!
А в ф и д и й
И вашу честь пускай хранят они!
1- 	й Сенатор Счастливый путь!
2- 	й Сенат ор Прощай!
Все
Прощай!
40
[Уходят,
СЦЕНА 3
Рим. Комната в доме Марция.
Входят Волумния и Виргилия. Они садятся на два низеньких
табурета и шьют,
В о лумния
Прошу тебя, дочь моя, спой что-нибудь или будь повеселей. Если бы Мардий был моим мужем, меня больше радовало бы его отсутствие, когда он создает себе славу, чем самые жаркие брачные поцелуи.
В ту пору, когда его тело было еще очень нежным и он был единственным сыном моего чрева, когда его юношеская красота пленяла взоры встречных, в эту пору, когда ни одна мать ни за что не рассталась бы с сыном ни на час, даже если бы об этом просили цари, — я охотно разрешала ему искать опасностей и с ними — славы; ибо я понимала, что такому сыну подобает честь и не годится ему быть похожим на повешенную на стене картину, оставаясь глухим к при- ю зывам славы. Я послала его на тяжкую войну, и он вернулся с дубовым венком на челе. Уверяю тебя, дочь моя, что я меньше ликовала, когда узнала, что родила мальчика, чем тогда, когда в первый раз узнала, что он проявил себя храбрецом.
Виргилия
А если бы он погиб на войне? Что тогда?


Кориолан
3U
Волумния
Тогда добрая слава о нем стала бы моим сыном, и в ней я обрела бы себе потомство. Говорю по правде тебе: будь у меня двенадцать сыновей, любимых мною столь же сильно, как наш добрый Марций, — я легче перенесла бы благородную гибель одиннадцати за отечество, нежели праздную жизнь двенадцатого.
Входит Прислужница.
Прислужница
Благородная Валерия желает вас видеть.
В ир ги лия
Разреши мне удалиться.
Волумния
Не уходи.
Мне кажется, я слышу барабаны И вижу мужа твоего — как будто За волосы Авфидия он тащит.
Бегут, как дети от медведя, вольски.
Мне кажется, он топает ногой,
Кричит войскам: ((Вперед, вперед же, трусы,
Зачатые в час робости позорной,
Хотя и были в Риме рождены!»
И сам рукой, закованною в сталь,
С чела стирает кровь, вперед шагая,
Как жнец, который взялся всё убрать,
Или лишиться платы за работу.
Виргилия
Чело в крови! Не надо, о Юпитер!
Волумния
Глупа ты! Замолчи! Идет мужчине Скорее кровь, чем позолота славы.
Когда кормила Гектора Гекуба,
То грудь ее не так была прекрасна.


Акт I. Сцена 3
345
Как сына лоб, когда у греков он Пятнал мечи.
(Прислужнице)
Валерии скажи:
Готовы мы приветствовать ее.
[Уходит Прислужница.
Виргилия
Спасет ли небо мужа мне в борьбе С АвФИдием ужасным?
Волумния
Авфидия собьет он под колено И попирать его ногами станет.
Входит Валерия с Привратником и Прислужницей.
Валерия
Добрый день, дорогие мои.
В о лумния
Милая Валерия!
Виргилия
Я рада видеть тебя. т
Валерия
Как вы себя чувствуете? Всегда заняты хозяйством! Что это вы шьете? Прекрасная вышивка, клянусь честью! (Виргилии) А как твой сынок?
Виргилия
Благодарю, он здоров.
Волумния
Он больше любит глядеть на мечи и слушать барабан, чем учиться.
Валерия
Видно, пошел в отда. Право, это прелестный ребенок. Представьте, в среду я полчаса наблюдала за ним; ах, какое у него смелое лицо!
Я видела, как он бегал за золотым мотыльком: поймает, потом отпустит — и снова за ним; отпустит — и снова поймает. Иль то, что он 6®


316
Кориолап
упал, рассердило его, или что другое, но только он стиснул зубы, так вот, — и разорвал мотылька. Надо было видеть, как он рвал его!
Волумния
Вспылил по-отцовски.
Валерия
Да, он замечательный ребенок.
В ИР гилия
Шаловлив очень.
Валерия
(Виргилии)
Отложи шитье и отдохни немного. Прогуляемся вместе.
Виргилия
Нет, милая, я не пойду из дома.
Валерия
Не пойдешь?
Волумния
Пойдет, пойдет.
Виргилия
Нет, нет, как бы вы меня ни уговаривали, я не переступлю порога, пока мой супруг не вернется с войны.
Валерия
Полно! Очень глупо так замуровывать себя. Должна же ты навестить добрую соседку, которая больна.
Виргилия
Я желаю ей скорого выздоровления и помогу ей своими молитвами^ но идти к ней я не могу.
Волумния
Но почему же, скажи, пожалуйста?
Виргилия
Во всяком случае, не по лености и не от недостатка расположения.


Акт 1о Сцена 5
317
Валерия
Ты хотела бы, я вижу, стать второй Пенелопой. Однако говорят, что пряжа, сотканная ею без Улисса, только развела моль по всей 8» Итаке. Пойдем! Жаль, что твое полотно не может чувствовать боли, как твой палец; тогда ты из сострадания перестала бы его колоть. Ну, пойдем же с нами!
Виргилия
Прости, милая Валерия, я не пойду.
Валерия
Нет, пойдем. Я сообщу тебе хорошие вести о твоем муже.
Виргилия
О нет, никакие вести еще не успели прибыть.
Валерия
Уверяю тебя, я не шучу; ночью получено известие.
Виргилия
Неужели?
Валерия
Правда; один из сенаторов рассказывал при мне. Вольски выступили в поле; против них пошел полководец Коминий с частью рим- 90 ских сил. Твой муж и Тит Ларций осадили тогда их город Кориолы; они не сомневаются, что победят и быстро закончат войну. Это правда, честное слово. Ну, пойдем же с нами.
Виргилия
Прости меня, дорогая. Когда это кончится, я во всем буду слушаться тебя.
ВоЛУМНИЯ
Оставь ее. В таком состоянии, как сейчас, она только нагонит на нас тоску.
Валерия
Да, и я то же думаю. — Прощай же. — Пойдем, милая. — Прошу тебя, Виргилия, выгони за двери свою степенность, и пойдем с нами.


518
Кориолан
Виргилия
Нет, нет, я ни за что не пойду. Желаю вам развлечься.
Валерия
В таком случае прощай.
[Уходят.
СЦЕНА h Перед Кориолами.
Входят с барабанами и знаменами Марций, Тит Ларций, военачальники и войско. Навстречу им — Гонец.
М ар н;и й
Есть новости. Побьемся об заклад:
Сраженье было.
Л а р g и й
Нет, коня я ставлю,
Что не было.
М A P g и й
И я.
Идет.
ЛАРЛИЙ
Мар лий (Гонцу)
Скажи-ка нам, вступил ли в бой С врагом наш полководец?
Гонец
Повстречались;
Готовятся к сраженью.
Достался мне.
Л а р ц и й
Добрый конь
Марций
Я выкуплю его.


Акт I. Сцена 4
349
ЛАРЦИЙ
Нет, не хочу дарить иль продавать,
А одолжить тебе его согласен —
Так, лет на пятьдесят. — Начнем осаду.
М А р g и й
Войска далеко?
Гонец
Милях в двух отсюда.
М а р ц и й
Их бранный крик тогда дойдет до нас,
А наш — до них, — Молю тебя, о Марс,
Дай быстроту нам, чтоб могли отсюда С дымящимся оружьем скорым маршем Придти друзьям на помощь в их сраженье.
Трубите, эй!
Трубят к переговорам. На стены всходят двое сенаторов и прочие. Скажите, Тулл Авфидий с вами здесь?
1-й Сенатор
Нет, хоть и нет здесь никого, кто вас
Боится менее, чем он, — а страха зо
У Тулла менее, чем мало.
Вдали барабаны.
Слушай!
Вот барабанцый бой зовет к сраженью Всю нашу молодежь. Скорее мы Разрушить стены предпочли б, чем видеть Опору в них. Ворота тростником Скрепили мы для виду; сами мы Откроем их. Вот, слышишь?
Доносится шум сражения.
Там Авфидий
Творит сейчас кровавую расправу Над вашим жалким войском.


520
Кориолап
М А р ц и й
Да, там бьются!
Л АР ЦИ Й
Пусть этот бой зовет нас к наступленью. а»
Эй, лестниц!
Входят войска волъсков.
М А р g и й
Из города выходят, — не боятся.
Теперь щитом прикройте вашу жалость,
Сражайтесь с сердцем, более надежным,
Чем щит. Вперед, наш благородный Тит!
Они нас презирают чересчур;
Меня бросает в жар от гнева. Ну,
Вперед, друзья, а кто отступит, я Сочту того за вольска и ему
Почувствовать дам острие меча. 40
Сражение. Римляне отступают.
Позор для Рима! Южная чума
Пускай на вас нагрянет! Ах вы, стадо!..
Нарывами и язвами пускай Оштукатурит вас, чтоб отвращенье Питали к вам издалека, а вы По ветру друг от друга заражались!
Скажите, как, гусиные вы души В людском обличье, как могли бежать вы,
Спасаясь от рабов, которых бить
И обезьяны могут? Силы ада! т
Все сзади ранены, и спины красны!
И бледны вы от лихорадки бегства И трусости! Пред родиной вину Загладьте, или я — огнем небесным Клянусь — врагов забуду и пойду На вас! Смотрите! Эй, вперед! И если Вы устоите, — к женам их загоним,
Вот как они загнали нас во рвы!
Снова битва. Волъски бегут. Марций преследует их до ворот
города.


Акт h Сцена 4
321
Так, так: ворота настежь! Упускать Такой удобный случай нам нельзя. Судьба не беглецам их распахнула,
А тем, кто наступает. Все за мной,
И действуйте, как я!
Входит в борота.
1- 	й Воин
На безрассудство не пойду!
2- 	й Воин
Я тоже.
Ворота запираются. 1-й Воин
Гляди: за ним захлопнулись ворота.
Шум битвы продолжается.
Все
Пропал наверно он.
Входит Тит Ларций.
Л а р g и й Что с Марцием случилось?
Убит теперь.
Все
Без сомненья,
1-й Воин
За беглецами гнался Он по пятам, и с ними он вошел.
Но вдруг захлопнулись ворота. Он Пред целым городом один в ответе.
Ларций
О доблестный товарищ мой! Живой, Меча безжизненного тверже ты:
21 Шекспир, т. VI


522
Кориолан
Когда он гнется, ты несокрушим.
Ты, Мардий, нас покинул, и потерян Алмаз чистейший, более прекрасный,
Чем все другие в мире. Сам Катон Такого воина в мечтах не видел;
Не только ты свирепым и ужасным
В ударах был, но потрясал врагов sa
И грозным видом, голосом своим Громоподобным. Мир как будто бился Весь в лихорадке, трепетал...
Входит Марций, обливаясь кровью; за ним — врат.
1-й Воин
Смотри...
Л А Р Ц и й
Да это Мардий! Мы должны Его отбить иль вместе с ним погибнуть!
Сраэюаясь, врываются в город.
СЦЕНА 5
Улица в Кориолах.
Входят несколько римских воинов с добычей.
1- 	й Римлянин Вот ЭТО я возьму с собой в Рим.
2- 	й Римлянин
А я — это.
3- 	й Римлянин
Чтоб тебе сдохнуть! Я принял это за серебро!
Вдали шум продолжаюгцейся битвы. Входят Марций и Тит Ларций с Трубачом.
М А р п и й
Вот полюбуйся на вояк! Они
Ни в грош не денят дорогое время.


Акт I. Сцена о
525
Не решено сраженье, а они Укладывают, низкие рабы,
Подушки, ложки из свинца, и лом Железный, и нательную одежду,
Которую палач зарыл бы в землю С тем вместе, кто ее носил. Убить их! — Послушай, Тит, какую суматоху Затеял полководец наш. К нему!
Авфидий там, проклятый, режет римлян. Ну, добрый Тит, бери отряд пригодный, Чтоб город охранять, а я людей Из теху кто посмелее, отберу И поспешу к Коминию.
Л А Р Ц И Й
О друг мой
Достойнейший, ты истекаешь кровью,
И слишком ты суровую задачу Берешь, когда стремишься снова в бой.
М а р ц и й
Нет, не хвали; я не успел еще Разгорячиться в битве. Ну, прощай, Потеря крови для меня скорей Целебна, чем опасна. Покажусь Авфидию я вот таким и с ним Сражусь.
Ларций
Тогда прекрасная богиня, Фортуна, пусть тебя полюбит крепко И чарами волшебными введет Мечи противников твоих в смятенье!
Да будет для тебя слугой удача, Храбрейший из людей!
Марций
И пусть к тебе Она не менее благоволит,
Чем к вознесенным ею. Ну, прощай!


524
Корполан
Л а р g и й
Достойнейший наш Мардий!
[Трубачу]
Иди на площадь и сзывай трубою Всех городских начальников ко мне: Им волю нашу сообщу. Ступай!
[Уходит Марций.
[J ходят.
СЦЕНА 6
У лагеря Коминия.
Входит Коминий с войском (они отступают).
К о мини й
Переведите дух, друзья; сражались Прекрасно вы — без дерзости безумной;
И в этот час, когда мы отступаем,
Средь вас трусливых не было. Такими Всегда должны быть римляне. Поверьте — Мы скоро нападем на них опять.
Порой, когда стихал шум битвы, к нам По ветру доносился клич друзей.
О боги Рима! Дайте им победу,
И дайте нам ее: пусть обе рати Сойдутся радостно, с улыбкой, здесь На жертву благодарственную.
Входит Гонец.
Что нового?
Эй,
Г о н e g
Покинув Кориолы,
Там с Лардием и Мардием в сраженье Вступили горожане. Видел я —
В окопы наших гнали. А потом Я поскакал сюда.


Ahm 1. Сиена 6
32o
К о м и н и й Хотя бы правду
Ты говорил, — но мне твои слова Не по душе. Давно ли это было?
Гонец
Да час тому назад. т
К о м и н и й
Отсюда в миле слышны барабаны.
Так как же мог ты к нам так долго ехать И с вестью опоздать?
Г о не ц
Шпионы в о ль сков Устроили облаву на меня:
Я мили три-четыре прокружил;
Иначе донесенье я принес бы И полчаса тому назад.
Входит Марций.
К о мини й О, кто
Пришел к нам, весь в крови? Благие боги!
На Марция похож; случалось мне Видать его таким.
Марций
Не опоздал я? зо
К о мини й
Пастух не отличит скорее грома От звуков бубна, чем я — голос этот Средь шума заурядных голосов;
То голос Марция!
Марций Не опоздал я?


Кориолан
т
Коминий
Да, если не в крови врагов пришел,
А собственной покрыт.
М а р g и й
Позволь обнять
Тебя так крепко, как жену когда-то;
На сердде весело, как в брачный день, Когда он был закончен и зажглись У ложа свечи.
Коминий
Цвет храбредов, скажи нам, где Тит Лардий?
М а р g и й
Порядком в городе теперь он занят:
Одних он приговаривает к казни,
Других — к изгнанью; тем назначит выкуп,
Других простит, — чтоб всех их устрашить.
В узде во имя Рима Кориолы Он держит, как собаку, что виляет Хвостом, чтоб отпустил ее на волю.
Коминий
Но где тот раб, который говорил,
Что вас они прогнали до окопов? ^
Где он? Позвать!
М а р g и й
Оставь его в покое: Он прав. Одни патридии дрались, Плебеи же... Чума на них! И им Дают трибунов!—Мыши никогда Не бегали от кошки так, как эти От сволочи, что хуже их самих, Бежали.
Коминий
Как же победить ты мог?


Акт 1. Сцена в
527
МАрдий
Да время ли рассказывать? Едва ли!
А где наш враг? За вами поле битвы?
И если нет, — зачем не бьетесь вы? м
К о м и ни й
Не без потерь сразились, Мардий, мы И отступили, чтоб иметь успех.
М а рди й
Как расположены войска врагов?
Не знаешь ли, с которой стороны Стоят отряды верные у них?
К о м и н и й
Насколько знаю, Мардий, во главе У них стоят отряды андиатов,
Их лучшая опора; там — Авфидий:
Он сердде их надежд.
М а р g и й Молю тебя
Во имя битв, в которых мы сражались,
И крови, вместе пролитой, обетов Быть неизбежно в дружбе, — дай сейчас Мне на Авфидия и андиатов Обрушиться. Не пропускай минуты;
Пусть в воздухе сверкнут мечи и копья,
Чтоб испытать нам этот час успеха.
К о миний
Хотя тебе я пожелал бы баню,
Для ран твоих делительный бальзам,
Однако никогда я не решусь
В той просьбе отказать тебе; Возьми т
На выбор лучших, кто тебе полезен В сраженье будет.
МАрдий Я возьму с собою Лишь тех, кто пожелает сам идти.
(К войску)
Когда из всех найдется здесь один


528
Кориолан
(А сомневаться было бы грешно),
Кому глядеть приятно на румяна,
Которыми измазан я, кому Страшней дурная слава, чем опасность,
Кто понимает, что кончина храбрых —
Превыше прозябанья, и кому 90
Милей отчизна самого себя, —
Пусть воин тот иль все, кто тех же мыслей,
Поднимут руку так вот, в знак согласья Пойти за Марцием.
Ерики. Воины потрясают мечами и, подхватив Марция, поднимают его высоко над собой, кидая вверх шлемы.
Пустите! Приняли меня за меч?
Когда из вас чистосердечен каждый,
Так кто ж не равен вольскам четырем?
Таких здесь нет, чтоб не могли сойтись,
Щит со щитом, сурово и с самим
АвФИдием прославленным. Хоть всех ш
Благодарю, но выберу немногих.
Для остальных, по прихоти войны,
Найдется дело и в других боях.
Вперед, друзья! Пусть четверо из вас Тех отберут, которые со мною Всего охотнее пойдут в поход.
Ко миний
Вперед! Себя на деле покажите —
И будете во всем подобны нам.
[Уходят.
СЦЕНА 7 У ворот Кориол.
Тит Ларций, оставив отряд для защиты Кориол, выходит под звуки труб и барабанов на помощь к Коминию и Каю Марцию. При нем Военачальник, воины и Проводник.
Ларций ( Военачальнику)
Мои приказы соблюдайте строго.
Когда дам знать, — отправить сотни те


Äkm 1. Сцена 8
529
Нам в помощь. С остальными ты пока Удержишь власть. Коль битву проиграем, —
Нам города не удержать.
Военачальник
Ты можешь,
Конечно, положиться на меня.
Л а р g и й
Ворота вслед за нами запирайте.
Ну, проводник, вперед, и проведи Нас в римский стан.
[Уходят.
СЦЕНА 8
Поле битвы между лагерями римлян и вольсков.
Шум битвы.
Входят с разных сторон Марцгт и Авфидий,
М А р g и й
Дерусь с тобой одним. Клятвопреступник Мне ненавистен менее, чем ты.
Авфидий
По ненависти оба мы равны.
Ты мне гнусней, чем африканский гад,
Со всей твоею злобою и славой.
Готовься к бою.
М а р g и й
Кто отступит первый — Пусть станет навсегда рабом другого, И пусть богами будет проклят он!
Авфидий
Меня, как зайда, Мардий, улюлюкай, Когда я побегу.


550
Кориолап
М А р g и й Послушай, Тулл:
Я три часа, ворвавшись в Кориолы,
Один сражался и себя потешил.
Я не в своей крови измазан так.
Готовься мстить — сбери свои все силы!
А в ф и д и й
Когда б ты был сам Гектор, — этот бич Для вас, его хвастливые потомки, —
Ты всё же бы не спасся от меня.
Они сражаются. Несколько больсков бросаются на помощь к Авфидню.
Марцнй теснит их.
Услуга вялая! Меня вы ею
Лишь в стыд вогнали. К чорту вашу помощь!
\ У ходят.
СЦЕНА 9 Римский лагерь.
Трубы. Шум битвы. Отбои.
Входят с одной стороны Коминий и римляне, с другой стороны — Марций, с рукой на перевязи, и его отряд.
Коминий
Когда б я стал рассказывать тебе О всех делах, тобой свершенных нынче,
Ты в подвиги свои бы не поверил.
Составлю донесенье: пусть с улыбкой Сенаторы смешают слезы; будут И славные натридии внимать,
Плечами пожимая, а потом
Придут в восторг. В волнении приятном,
Вздыхая, будут наши жены жадно Слова ловить; и глупые трибуны,
Которые, с своим плебейством затхлым,
Хотя твою и ненавидят славу,
А всё же скажут нехотя: «Хвала


Акт I. Сцена 9
354
Богам, что в Риме есть такой воитель». —
Ио ты на пир явился лишь к концу,
Уж раньше пообедав.
Входит Тит Ларций с войском, преследовавшим неприятеля.
ЛАРЦИЙ
Полководец,
Вот бранный конь, мы — лишь его попона.
Когда б ты видел...
М а р ц и й
Замолчи, прошу!
Хоть мать моя и вправе кровь свою
Во мне превозносить, но я бываю 2®
При похвалах ее лишь огорчен.
Как вы, я совершил, что мог, и так же Я это сделал только для отчизны.
Кто от души сражался, тот свершил Не менее, чем я.
К о м и н и й
Мы не позволим Тебе могилой быть твоих заслуг:
Пусть знает Рим своих сынов деянья. Скрывать твои дела—то было б кражей, Поистине предательством, — хотя бы Ты скромностью облечь старался то,
Чем выше всех похвал. Прошу тебя Поэтому (не для наград за подвиг,
А ради правды) пред войсками здесь Меня послушать.
М а р ц и й
Я изранен. Если О ранах вспоминать, они заноют.
К о м и н и й
А если вспоминать не будем рай,
Их может загноить неблагодарность


552
Кориолан
И к смерти привести. Из всех коней (Мы взяли их немало) и сокровищ,
Что в городе и в битве мы забрали, 4о
Мы часть десятую тебе даем.
Ее возьми пред общим дележом,
И выбирай свободно.
М а р g и й Полководец,
Благодарю! Но сделать меч корыстным При неподкупном сердце невозможно.
Я отклоняю и стою за долю С другими наравне, кто был в бою.
Продолжительный звук труб. Все кричат: «Марций, Марций!», бросая вверх шлемы и копья. Коминий и Партий снимают шлемы.
Не оскверняйте этих бранных труб!
Пусть замолчат они! Уж если станут
Они льстецами на полях сражений, 5о
То, видно, при дворах и в городах Найдем мы только худших лицемеров.
Когда железо делается мягким,
Как шелк на паразите, уж оно Для битвы не годится.
Послушайте, довольно! Иль за то,
Что не успел кровь отереть с лица,
Или за то, что нескольких несчастных,
Тщедушных победил, — что совершили
И многие из вас, но неприметно,— 60
Вы шумно мне кричите одобренье,
Раздув его, как если бы я сам Своих заолуг ничтожных не припомнил Без лживой похвалы?
Коминий
Ты слишком скромен:
Не столько благодарен нам за то,
Что искренно тебя мы одобряем,
Как сам жесток к своей ты доброй славе,
И если постоянно раздраженным


Акт 1. Сцена 9
535
Ты будешь против самого себя
(Как тот, кто сам себе вреда желает), — "о
Ручные кандалы тебе наденем,
Чтобы спокойней говорить с тобой.
Поэтому — пусть знают все на свете,
Как знаем мы, что в настоящей брани Венок победный Мардий заслужил;
В залог того мой благородный конь,
Известный всем, со всей своею сбруей,
К нему, как дар, на память переходит.
А сверх того, за всё, что сделал Мардий У Кориол, пускай получит он, so
При шумных и хвалебных криках войска,
От нас прозвание — Кориолан.
Пусть он вовек его со славой носит!
Трубы и барабаны.
Все
Кориолан — Кай Мардий!
Кориолан
Пойду, умоюсь — и тогда увижу,
Не покраснел ли. Так или иначе,
Я вас благодарю.
(Коминию)
А на коне
Я буду ездить и всегда стараться Свое прозванье доблестью украсить.
К о м и ни й
Пойдем в палатку. Там, не отдыхая, до
Напишем об успехах наших в Рим.—
Тит Лардий, ты в Кориолы вернешься,
Вождей их в Рим пошли для мира с нами На выгодных и им и нам условьях.
Л А р g и й
Исполню, полководед.


554
Кориолан
К О Р И О Л A H
Боги стали
Меня дразнить. От дарственных даров Сейчас я отказался; между тем Тебя просить я должен, полководец...
К о м и н и й
Бери, что пожелаешь. Просьба в чем?
Кориолан
Случалось в Кориолах мне не раз юо
У бедняка в дому иметь ночлег.
Он был со мной приветлив. À теперь Он в плен попался и взывал ко мне;
Но я в тот миг Авфидия заметил,
И гнев во мне всю жалость подавил;
Прошу тебя бедняге дать свободу.
К о м и н и й
Счастливейший проситель! Если б был Он даже сына моего убийцей,
Он должен быть свободен, точно ветер.
(Ларцию)
Освободи его.
ЛАРЦИЙ
Как имя, Марций?
Кориолан
Клянусь Юпитером, забыл. Устал я.
Да, утомилась память. Есть вино?
К о м и н и й
Пойдем в палатку. На лице твоем Кровь запеклась. Подумать бы пора О перевязке. — Ну, пойдемте все.
[Уходят.


Акт I. Сцена W
5ôo
СЦЕНА 10 Лагерь вольсков.
Трубы и рожки.
Входят Тула Авфидий весь в крови и два или три воина.
А в ф и д и й
Наш город взят!
1-й Воин
Вернется к нам на выгодных условиях. Авфидий
Условиях!
Хотел бы быть я римлянином, если Самим собою быть я не могу Как вольск! Условия! Добрые условия Возможны ль для того, кто побежден? — Пять раз сходились мы с тобою, Маркий,
И всякий раз меня ты побеждал;
И будешь побеждать, хотя б так часто Встречались мы с тобой, как хлеб едим. Стихиями клянусь, что если снова Когда-нибудь лицом к лицу я встречу, —
Он — мой, иль я — его. Раз не могу я Сломить его, сражаясь с ним как равный, — От чести отказаться я готов:
К иным прибегнув средствам, одолею Не яростью, так хитростью его.
1-й Воин
Он сущий дьявол!
Авфидий
Смелей его, хотя не так хитер.
Он доблесть отравил мою: позором Он запятнал мне честь, и для него Теперь я отрекаюсь от себя.
Будь в храме он, нагой иль безоружный,


Кориолан
556
В священном Капитолии, в часы Молитв иль жертвоприношений, — все Обычаи и ржавые законы,
Что ярости могли б служить помехой,
Меня не сдержат. Если б в доме я
Его нашел и защищал его зо
Мой брат родной, то даже там, забыв Закон гостеприимства, у него Свирепо в сердце руку бы омыл.
Идите в город и узнайте там —
Что там решили и кого для Рима В заложники назначили.
1-й Воин
А ты
Идти не хочешь?
А в фидий
Нет, ждут меня здесь в роще кипарисов.
За городскими мельницами к югу
Я подожду известий. Там решу, 4о
Что делать мне.
1-й Воин Исполню непременно.
[Уходят.


АКТ II
СЦЕНА 1 Рим. Площадь.
Входят Менений и народные трибуны Сгщиний и Брут.
Менений
Авгур сказал мне, что к вечеру будут вести.
Брут
Хорошие или дурные?
Менений
Не по вкусу народа, потому что он не любит Марция.
Сициний
Природа и зверей учит, как распознавать друзей.
Менений
А скажи мне, кого любит волк?
С ициний
Ягненка.
Менений
Да, чтобы пожрать его; так и голодные плебеи хотели бы уничтожить благородного Мардия.
Брут
Он — ягненок, который только блеет по-медвежьи,
Менений
Он — медведь, который живет по-овечьи. Вы оба — старики, ответьте мне на один вопрос. м
22 Шекспир, т. VI


338
Кориолан,
Спрашивай.
Оба трибуна
Менений
Какой гнусностью Марций беден, тогда как у вас она процветает?
Брут
Да он ни одной не беден, а всеми недостатками украшен.
С ициний
Особенно гордостью.
Брут
А хвастливостью и того больше.
Менений
Странно, а известно вам, за что осуждают вас в городе, — не все, конечно, а мы, люди почтенные? Знаете?
Оба трибуна
Ну, за что же вы нас осуждаете? 20
Менений
Да вы, пожалуй, рассердитесь. Вы сейчас толковали как раз про гордости.
Оба т рибуна
Ладно, ладно, продолжай.
Менений
И в самом деле, большой беды не будет, раз все равно малейший пустяк может расхитить всё ваше терпение. Дайте волю своему нраву и сердитесь себе сколькС угодно, если это может доставить вам удовольствие. Итак, вы порицаете Марция за гордость?
Брут
Не одни мы.
Менений
Знаю, что одни вы не много значите. Помощников у вас много; не будь их, все, что вы делаете, было бы только смешно. Ума у вас зо


Акт IL Сцена t
339
не больше, чем у младенцев, и одни вы много не сделаете. Вы толкуете про гордость, а не плохо бы было заглянуть в свои мешки за спинами и полюбоваться своими особами! Очень не плохо было бы!
Брут
А что тогда было бы?
М ЁНЕНИЙ
Да то, что тогда вы увидели бы пару недостойных, гордых, наглых, злобных трибунов, — проще сказать, дураков, каких Рим еще и не видывал.
С и ц и н и и
Мы тебя, Менений, хорошо знаем.
Менений
Меня все знают за весельчака-патриция, любителя кубка горячего вина, не разбавленного ни одной каплей воды из Тибра. Во мне счи- 4о тают недостатками только то, что я таю от первой жалобы и вспыхиваю, как трут, из-за всякого пустяка, что я больше знаком с хвостом ночи, чем со лбом утра; что я говорю то, что думаю, а всерд- цах молчать не умею. Встретив таких двух государственных мужей, как вы (я не назову вас Ликургами), я морщусь от напитка, который вы мне преподносите, ибо он мне не по вкусу. Не могу же я сказать, что речи ваших милостей искусны, когда в каждом звуке, издаваемом вами, я слышу ослиный рев. И хотя я терпеливо слушаю, когда другие называют вас людьми почтенными и серьезными, я всё же скажу, что бесстыдно лгут утверждающие, что у вас добродушные so лица. Если вы всё это замечаете на карте моего малого мира,*  * то следует ли отсюда, что вы меня хорошо знаете? Какие же ваша безглазая проницательность сумела найти в моей личности изъяны, позволяющие сказать, что вы меня хорошо знаете?
Брут
Брось, брось, мы тебя хорошо знаем.
Менений
Ни меня, ни себя, да и вообще ничего вы не знаете. Вам нравится,, что разные голяки вам кланяются. Вы способны целое утро убить,,
* Т., е. моего лица.
*


340
Кориолап
решая спор между торговкой апельсинами и трактирщиком, и отложить тяжбу из-за трех грошей на следующий день. Если при выслушивании сторон у вас схватит живот, —вы начинаете гримасничать, во словно шуты, теряете терпение, злитесь, шумно требуя себе ночной горшок, распаляете тяжбу и, плохо прислушиваясь к говорящим, еще больше запутываете дело. И правый и виноватый у вас оказываются мошенниками. Да, вы замечательная парочка чудаков!
Брут
Ты, видно, и сам понимаешь, что тебе легче балагурить за столом, чем дельно говорить в Капитолии.
Менений
Сами жрецы научатся смеяться, если будут иметь дело с такими чудаками, как вы. Даже в вашей лучшей речи смысла меньше, чем в потряхивании ваших бород; а бороды эти не заслуживают даже 70 такой почтенной могилы, как дрянная подушка или ослиное вьючное седло. А вы еще говорите, что Марций горд; да он, по самому скромному суждению, лучше всех ваших предков, начиная с Девкалиона,* хотя лучшие из них, кажется, были потомственными палачами. Пожелаю вам всего хорошего, а то боюсь, как бы долгая беседа с вами, пастырями плебейского стада, не замусорила моих мозгов. Будьте здоровы.
Брут и Сицгтий отходят в сторону.
Входят Волу мни я, Виргилия и Валерия.
Что с вами, прекрасные и благородные дамы, столь же чистые, кар^ была бы луна, если бы она спустилась на землю? Куда устремляются с таким нетерпением ваши взоры? so
Волумния
Почтеннейший Менений, мой сын Марций подходит к Риму. Ради Юноны, не задерживай нас.
Менений
Как! Марций возвращается?
* Согласно античному мифу — единственный человек, спасшийся от потопа и сделавшийся таким образом прародителем человеческого рода.


Акт IL Сцена 4
344
ВоЛУМНИЯ
Да, достойнейший Менений, и с великой славой.
Me нени й (бросал вверх шапку)
Вот тебе шапка, Юпитер! Благодарю тебя. Неужели Мардий к нам возвращается?
Виргилия и Валерия Да, да, это верно.
Волу м ния
Смотри, вот его письмо ко мне; в сенате получено другое, к его жене пришло третье, да и тебя, наверно, дома письмо дожидается.
Менений
Весь дом мой сегодня запляшет от радости! Неужели письмо ко »» мне?
Виргилия
Да, да, письмо к тебе. Я видела его.
М Е не ни й
Письмо ко мне! Да оно сделает меня здоровым на семь лет, и я натяну нос моему лекарю. Лучшие рецепты Галена по сравнению с этим — сущее шарлатанство или, самое большее, слабительное для лошадей. А он не ранен? Он всегда возвращается раненым.
Виргилия
Ах, нет, нет, нет.
Волумния
О, ранен, конечно, и я благодарю богов за это.
Менений
И я тоже, если раны не слишком тяжелые. А победу он принес в кармане? Раны ему к лиду. too
Волумния
Он принес победу на челе, Менений. Третий раз возвращается он с дубовым венком.


342
Кариолан
М e н e н и й
А здорово он проучил Авфидия?
ВолУмнил
Тит Лардий пишет, что они сразились в единоборстве, но что Авфидий бежал.
Менений
И хорошо сделал, даю мое слово. Потому что, если бы он не сбежал, Мардий так бы его разавФидил, что я не согласился бы быть на месте Авфидия за все кориольские ларды с золотом. Знает ли обо всем этом сенат?
Волумния (Валерии и Виргилии)
Идемте, милые. (Менению) Да, да, да, сенат получил письма от но полководда, в которых он говорит, что вся слава этой войны принадлежит моему сыну. В этом походе он превзошел свои прежние деяния.
Валерия
Действительно, о нем рассказывают чудеса.
Менений
Чудеса? Ручаюсь вам, что только самые правдивые!
Виргилия
Да подтвердят боги истину этих слов!
Волумния
Истину? Еще бы!
Менений
Истину? Могу поклясться, что это истина. — В какое место он ранен? (Трибунам) Привет вам, почтеннейшие! Мардий возвращается, и теперь у него еще больше причин гордиться. (Волумнии) Куда же ш он ранен?
Волумния
В плечо и в левую руку; у него теперь достаточно рубдов, чтоб показать их народу, когда он будет требовать себе консульского звания. Когда мы отбивались от Тарквиния, Мардий получил семь ран.


Акт 11. Сцена /
545
М ЕНЕНИЙ
Одну — в шею и две — в бедро; всего девять, мне известных.
В ОДУМНИЯ
У него еще до этого похода было двадцать пять ран.
Me не ни й
Теперь их двадцать семь, и каждая из них была могилой для врага.
Крики и трубы за сценой. Слушайте, трубы!..
В о лу м ни я
О Марции то вести. Перед ним ш
Ликуют все, а позади — рыдают.
Едва протянет руку всем на страх —
И гибнут люди под ее размах.
Трубы.
Входят Коминий и Тит Ларций; между нимиКориолан, увенчанный дубовым венком; за ними — военачальники, воины и Глашатай.
Г Л4ШАТАЙ
Пусть знает Рим: в воротах кориольских Один сражался Марций, и со славой Он прозвищем почетным награжден:
Добро пожаловать, Кориолан,
Желанный Риму, славный, знаменитый!
Трубы.
Все
Добро пожаловать, Кориолан!
Кориолан
Довольно! Это мне не по душе, ио
Прошу...
Коминий
Взгляни, вот мать твоя подходит!


ш
Кориолан
Корио ЛАН
О, знаю я, ты всех богов молила Послать мне счастье!
(Становится на колени.)
В О ЛУ мни я
Встань, мой славный воин,
Мой Марций благородный, Кай достойный И нареченный заново за подвиг...
Ну, как? .. Кориолан — так звать должна я?
Но вот твоя жена.
Кориолан Привет тебе,
Прелестная м;олчальница моя!
При торжестве моем ты вся в слезах?
Ужель смеяться стала бы, когда б ш
В гробу к тебе я прибыл? Дорогая,
Так только вдовы в Кориолах плачут И матери, лишенные детей.
Me не ни й
Увенчан будь богами ты теперь.
Кориолан
Ты жив еще?
(Валерии)
Прости, душа моя!
Волумния
Не знаю я, куда и повернуться...
(Коминию)
Привет вернувшимся. И полководцу Привет. Добро пожаловать вам всем!
Менений
Сто тысяч вам приветов! Я готов
И плакать и смеяться. Мне легко ш
И вместе тяжело. До корня сердца


«Кориолан»
С рисунка Д* Джидьберта


Акт IL Сцепа 4
545
Пусть будет проклят тот, кому с тобой Теперь не весело при встрече станет!
А вас троих обязан до безумья Весь Рим любить. Однако, наряду С людьми честнейшими, здесь дома есть И несколько дичков закоренелых;
Как пням, им не привить достоинств ваших.
Но это вздор! Всем воинам привет!
Ведь мы зовем крапиву лишь крапивой, по
И дурью — дурь глупцов.
Ком и ни й
Всегда он прям.
Кориолан
Всегда, во всем — Менений!
Глашатай Вперед, вперед! Дорогу!
Кориолан
(Волумнии и Виргилии)
Дайте руки!
Но прежде чем в тени родного дома Главу склонить, мне надо навестить Патрициев почтенных, от которых,
Помимо слов привета, получил Я много почестей.
В о ЛУМНИЯ Мне удалось
Дожить до исполненья всех желаний —
Того, о чем всегда мечтала я. т
Недостает мне только одного;
Но, несомненно, Рим исполнит это.
Кориолан
Пойми, мать добрая моя, что лучше По-своему служить я буду им,
Чем править с ними и по их указке.


Кориолан
546
Ко МИНИН Идемте в Капитолий!
Трубы и рожки.
[Все уходят в торжественной процессии. Брут и Сициний выступают вперед.
Брут
Все говорят о нем. Слепые люди.
Чтоб на него взглянуть, очки надели.
О нем болтает нянька в восхищенье*
Не слыша криков своего малютки. ш
Глаза таращит с кухни судомойка,
Скрепив на потной шее грубый шарФ Булавкою, она на стену лезет.
Заполнены ларьки, прилавки, окна,
На крышах люди, на коньках верхом Сидят на кровле; всё кругом пестрит,
И всё слилось в одном желанье жадном —
Его увидеть. Средь толпы народной Затворники-жрецы явились нынче:
Пыхтят и ищут места поудобней. 200
Матроны в покрывалах отдают Свое лицо, где белизна и алость Воюют, жгучим поцелуям Феба.
Толпа шумит, как будто некий бог,
Ведущий Марция, в него проник,
Придав ему свое очарованье.
Сициний
Ручаюсь, скоро консулом он будет.
Брут
Достигнув власти, нашу должность он Сведет к тому, что будем почивать.
Сициний
Он власть свою осуществлять разумно 210
И кончить так, как начал, не сумеет —
И потеряет то, что приобрел.


Акт IL Сцена /
347
Брут
Всё утешенье — в этом.
С и g и н и й
Будь уверен;
Народ, который защищаем мы,
Народ, ему недавно так враждебный,
Забудет славу новую его
При первом поводе. А повод этот,
Поверь мне, явится: он сам создаст Его своею гордостью.
Брут Я слышал,
Как клялся он, что если пожелает т
Он консульство искать, то никогда Не выйдет он на рыночную площадь,
Надев смиренья ветхую одежду,
И не покажет ран (как подобает)
Народу, чтобы домогаться их Вонючих голосов.
С и g и н и й Недурно это.
Брут
Он говорил, что консульскую должность Он получить желает не иначе,
Как если знать о том его попросит
И станет уговаривать его. зво
С и g и н и й
Желаю от души ему исполнить Всё это поскорее.
Брут
Так и будет.
С и g и н и й Его наверняка погубит это,
Как мы того хотим.


348
Кориолап
Брут
Одно из двух:
Иль он, иль наша власть. Для этой дели Плебеям мы напоминать должны,
Что их всегда он ненавидел; если б
Он мог, их в мулов превратил бы он
И вольностей лишил бы, рот зажал бы
Защитникам народа, полагая, ш
Что по природе чернь к делам и к чести
Не более способна, чем верблюды,
Которых кормят при войсках за то,
Что тяжести они всегда таскают,
Хотя при этом бьют нещадно тех,
Что падают под грузом.
Сициний
Это всё
Внушим народу мы, как только Марций Его своею спесью оскорбит (Случится скоро это, без сомненья),
И подстрекнем его, — а это просто, 2зо
Как натравить собаку на овду:
Тогда плебеи вспыхнут, точно хворост,
И дымом закоптят его навек.
Входит Гонец.
Брут
В чем дело?
Г о НЕд
Зовут вас в Капитолий. Полагают,
Что Мардий консулом назначен будет; Толпятся все: немые — чтоб взглянуть, Слепые — чтоб послушать. От матрон, Когда проходит он, летят перчатки;
От женщин, девушек — платки и шарФы; Пред статуей Юпитера как будто Склонилась знать пред ним. А из толпы Дождем летят и шапки и приветы.
Я никогда подобного не видел!


Акт IL Сцена 2
349
Брут
Идем же в Капитолий. Пусть пока И уши и глаза понаблюдают; Сердда же наши будут наготове.
С и g и н и й
Идем, идем.
[Уходят.
СЦЕНА 2
Там же. Капитолий.
Входят два служителя с подушками для скамеек.
1-й Служитель
Скорей, скорей — они сейчас придут. А сколько всех, кто ищет консульства?
2-й Служитель
Да, говорят, трое. Но все говорят, что будет избран Кориолан.
1- 	й Служитель
Он храбрый малый, но только дьявольски горд и не любит простого народа.
2- 	й Служитель
Сказать по правде, немало сильных людей льстили народу, а все- таки народ их не любил; а других он любил неизвестно за что; так что можно сказать: если народ любит без причины, то и ненавидит без всякого основания. А Кориолан это знает: ему всё равно, любит или ненавидит его народ, и из-за своей благородной откровенности он не скрывает этого.
1-й Служитель
Если бы ему было всё равно, любит или не любит его народ, он держался бы в стороне и не делал бы ему ни добра, ни зла. Между тем он словно добивается народной ненависти и не упускает ни малейшего случая показать это своим врагам. А стараться пробудить к себе злобу и раздражение народа, по-моему, так же плохо, как льстить тем, кого ненавидишь, чтобы добиться их любви.


350
Кориолан
2-й Служи те ль
Он достойно послужил родине. И возвышение далось ему не так легко, как многим другим, которые, любезничая с народом и всячески угождая ему, не делают ничего такого, что должно было бы пробудить в народе уважение и почтение к ним. А он так запечатлел свою славу в глазах народа и свои подвиги в сердцах, что молчать и не признавать этого было бы черной неблагодарностью; отзываться о нем иначе было бы злобой, которая сама себя обличает во лжи, вызывая упрек и осуждение со стороны каждого, кто это слушает.
1-й Служитель
Ну, довольно; он—достойнейший человек. Прочь с дороги, они идут.
Трубы.
Входят консул Коминий, предшествуемый ликторами, Менений, Кориолан, сенаторы, Сгщиний и Брут. Сенаторы занимают свои места; трибуны садятся на свои. Кориолан стоит.
Me не н и й
Мы с вольсками покончили, и дан Приказ вернуться Ларцию. Теперь Собранью нашему осталось только (И мы для этого сейчас сошлись) —
Вознаградить за славные заслуги Тоге, кто так отважно постоял За родину. А потому позвольте,
Почтенные и мудрые отцы,
Просить, чтоб здесь присутствующий консул И полководец, ведший нас к победам,
Нам рассказал о подвигах достойных,
Которые Кориолан Кай Марций Свершил; вот он стоит, и мы должны Благодарить его и честь воздать,
Как следует.
1-й Сенатор
Коминий благородный.
Речь за тобой. Не сокращай рассказа И убеди, что государство наше Поистине не может слишком щедро


Акт 11. С%ена 2
dot
За доблестную службу наградить.
(Трибунам)
У вас, избранники народа, просим Вниманья благосклонного, затем —
Поддержки дружеской перед народом Того, что мы решим.
С идиний Готовы мы
Способствовать согласию всегда so
И поддержать всё то, что благородно Решит собранье это.
Брут Но охотней
Мы сделали бы это, если б Марций Ценил и уважал народ побольше,
Чем до сих пор.
Менений Некстати речь твоя!
Ты лучше помолчал бы. Что ж, желаешь Коминия послушать?
Брут
Да, но всё же
Мое уместней предостережете,
Чем брань твоя.
Менений
Он любит твой народ,
Но спать не хочет с ним в одной постели, — во
Достойнейший Коминий, говори.
Кориолан встает,, намереваясь уйти.
Нет, ты останься.
1-й Сенатор Сядь, Кориолан,
И слушать не стесняйся никогда О подвигах, свершенных благородно.


352
Кориолан
Кориолан
Прошу сенаторов простить меня: Заняться лучше мне леченьем ран,
Чем слушать, как их получил.
Брут
Надеюсь,
Не речь моя тебя прогнала с места?
Кориолан
О нет, хотя, ударов не страшась,
От слов пустых я убегал нередко.
Ты мне не льстил, и, значит, ты меня Не оскорблял. А твой народ — его я Готов любить, когда того он стоит.
Менении Прошу тебя — садись.
Кориолан
Сидеть бы я на солнде предпочел, Почесывая голову, когда Тревогу бьют, чем, праздно сидя здесь, Делам моим ничтожным похвалу Выслушивать.
Менении
Избранники народа,
Как может плодовитой мелюзге Он угодить (на тысячу у них — Один иль два достойных), если он, Как видите, скорей во имя чести Отважится отдать всего себя,
Чем краем уха слушать восхваленья Своим делам? — Коминий, начинай.
Коминий
Мой голос слаб. Обыденною речью Кориолаца дел не передать.
70
[Уходит.
80


Ahm 11. Сцена 2
5S5
Когда не ложь, что храбрость — добродетель,
Которая превыше всех достоинств, эо
То воин, о котором речь веду,
Себе подобных в мире не имеет.
Уже в шестнадцать лет, когда на Рим Войною шел Тарквиний, он, сразившись,
Всех превзошел. Там был диктатор наш Прославленный и видел сам, как Марций,
С лицом еще без бороды тогда,
Напоминавшим юных амазонок,
Гнал пред собой щетинистых врагов.
В сраженье увидав, что перед ним юо
Теснили римлянина, он рванулся Ему помочь и трех врагов убил,—
Наш консул видел это. Сам Тарквиний Был в стычке опрокинут им на землю В тот славный день, когда с лицом своим Он женщину играть бы мог на сцене.
На поле брани лучшим оказался И был венком дубовым награжден.
Он начал так — и рос, подобно морю,
В семнадцати сражениях с тех пор но
Отбив у всех венки. И наконец,
Сражаясь под стенами Кориол И в городе самом (не знаю я,
Найду ль слова, достойные его),
Он беглецов остановил, заставив
Всех трусов редкостным своим примером
Их жалкий страх в отвагу обратить.
Как под плывущим кораблем"—трава Морская, так повиновались люди
И падали пред ним. Мечом своим— 120
Печатью смерти — всех он поражал;
Залитый кровью с головы до нят,
Движеньем каждым исторгая вопли Предсмертные, ворвался он один В ворота гибельные Кориол И их отметил кровью — знаком рока,
Без помощи, один оттуда вышел,
И, сразу же собрав всю нашу рать,
23 Шекспир, т. VI


Он, как планета, в город снова вторгся —
И Кориолы взял. Достиг всего!
Но тут он чутким ухом уловил Шум битвы вдалеке; воспрянул вновь Он духом, сжатым в утомленном теле,
И снова — в битву; там в крови носился По грудам мертвых тел, что были словно Его неиссякающей добычей.
И так, пока своими не назвал И города и поля битвы там,
Сражался он без всякой передышки.
Менений Достойнейший из смертных!
1-й Сенатор
Пусть же примет Те почести, которых он достоин.
К о м и н и й
Добычу нашу оттолкнул ногой,
А на дары ценнейшие взглянул,
Как на земную грязь. Он хочет меньше,
Чем мог бы нищий дать ему; наградуг В своих деяньях видит и готов Так провести всю жизнь.
Менений
Он благороден!
Пу скай его попросят.
1-й Сенатор Позовите
Сюда Кориолана.
С лужител ь Он идет.
Входит Кориолан.
Менений
Кориолан, сенат тебе вручает Сан консула.


Акт 11. Сцена 2
т
К О Р И О Л А н Ему принадлежат И жизнь моя и служба.
Менений
Остается
Тебе к народу речь держать.
КОРИОЛАН
Позвольте
Мне этого обычая избегнуть:
Не в силах в тоге я, полунагим,
Молить, свои показывая раны,
Отдать мне голоса. Прошу — избавьте Меня от этого.
С и ц и н и и
Народа голос тут необходим:
Ни капли не уступит он в обряде.
Менений
Не досаждай народу, я прошу:
Смирись перед обычаем старинным И сан добудь себе, как добывали Его все те, кто были до тебя.
Кориолан
Играя роль такую, покраснею,
И лучше было бы народ избавить От выступленья моего такого.
Брут
[Сицинию]
Ты слышишь?
Кориолан
Похваляться перед ними:
«Я сделал то да се...»—и обнажать Рубды зажившие, что скрыть бы надо, — Как будто приобрел я эти раны Для голосов их только...


3Ö6:
Кориолан
Менений
Не противься. —
Народные трибуны, поручаем Вам передать немедленно народу Решенье наше. —
[.Кориолапу]
Благородный консул,
Желаем вам всех радостей и славы.
Сенаторы
Кориолану — радостей и славы!
Трубы.
[,Уходят все, кроме Сициния и Брута. Брут
Ты видишь, как намерен поступить С народом он?
Сициний
Вот если б догадались!
Просить он станет, будто презирая ш
Всё то, на чем настаивает сам И что от них он получить бы должен.
Брут
Идем. Расскажем им о том, что было.
Я знаю, что на площади у рынка Они нас ожидают.
[Уходят.
СЦЕНА 3
Форум.
Входят семь или восемь горожан.
1-Й ГОРОЖАНИН
Нечего толковать, уж если он попросит наших голосов, отказа ему не будет.
2-й Горожанин Получит, если мы захотим.


Акт IL Сцена 5
557
3-й Горожанин
Конечно, это наше право; но вправе ли мы теперь пользоваться этим правом? Если он покажет нам свои раны и расскажет про свои подвиги, мы вложим свои языки в эти раны и будем за них говорить. Да, если он расскажет про свои благородные подвиги, мы тоже должны будем благородно выказать ему свою признательность. Неблагодарность чудовищна, и когда народ неблагодарен, он — чудовище. А так как мы принадлежим к народу, то и мы тоже окажемся чудовищами.
1- 	й Горожанин
Да нас и теперь считают почти что чудовищами. Ведь когда мы восстали из-за хлеба, он не постеснялся назвать нас многоголовой толпой.
3-й Горожанин
Многие нас так называли; и не за то, что у одних из нас головы черные, у других каштанового цвета или русые, а у некоторых просто лысые, а за то, что у нас умы пестрые. По правде сказать, я думаю, что если бы все наши умы выскочили даже из одного черепа, то они разлетелись бы во все стороны — на восток, на запад, на север, на юг — и по прямым дорогам сошлись бы одновременно на одном круге, только в разных точках.
2- 	й Горожанин
Ты так думаешь? Ну, а в какую сторону, по-твоему, полетел бы мой ум?
3- 	й Горожанин
Ну, твоему уму не легко быстро выскочить: так крепко он забит в твою голову; а если бы он всё же вырвался на свободу, то наверно полетел бы на юг.
2- 	й Горожанин
Почему же именно в таком направлении?
3- 	й Горожанин
Чтобы затеряться в тумане; * там три четверти его растают среди гнилых паров, а четвертая часть „из добросовестности вернется к тебе, чтобы помочь тебе раздобыть жену.
Южный берег в Англии обычно нагоняет тучи.


538
Кориолан
2-й Горожанин
Ты без шуток своих никак не обойдешься. Ну, продолжай, продолжай!
3-й Горожанин
Так как же? Решили дать ему свои голоса? Ясное дело, большинство наших его поддержит. Скажу правду: будь он подобрее к народу, более достойного человека не найти было бы.
Входят Кориолан в одежде смирения * и Менений.
Вот он идет в одежде смирения; смотрите, как он будет держать себя. И не будем толпиться все вместе, а начнем подходить к тому месту, где он стоит, по одному или по двое, по трое. Пусть просит каждого в отдельности, чтобы всякому выпала честь дать ему голос своим языком. Идемте за мной: я покажу вам, как следует проходить 4о мимо него.
Все
Согласны, согласны.
Менений
[Уходят горожане.
Нет, ты не прав: не знаешь разве ты? Так делали достойнейшие люди.
Кориолан
Ну, как начать?—«Пожалуйста, мой друг...»
ТьФу, чорт! Вот не могу язык настроить На Этот лад. — «Смотри, вот раны, друг!
За родину их в битвах получил я В тот самый час, когда твои собратья
Ревели и бежали врассыпную, до
Услышав бой своих же барабанов!»
Менений
О боги! Это не годится. Надо Просить их о тебе подумать.
Кориолан
Их?
Подумать обо мне?—Послать их к чорту!
Пусть лучше бы они меня забыли,
В простой тоге, без украшений и оружия.


Акт II. Сцена 5
559
Как добродетели, которым их Жрепы без пользы учат.
Менений
Всё испортишь!
Ну, я пойду. А всё ж прошу тебя — Поговори ты с ними, сделай милость, Приветливее!
Кориолан
Ты велел бы им Умыться, зубы вычистить.
Входят двое горожан.
Я вижу,
Подходят двое.
[Уходит.
б»
Входит 3-й Горожанин.
Вам, конечно, известно, зачем я здесь стою.
3-й Горожанин
Известно, известно. А все-таки скажи, что привело тебя сюда?
Кориолан
Мои заслуги.
2- 	й Горожанин
Твои заслуги!
Кориолан
Да, но я не по доброй воле пришел сюда.
3- 	й Горожанин
Не по доброй воле!
Кориолан
Нет, я сам никогда не стал бы нищему докучать попрошайничаньем.


т
Кориолан
3-й Горожанин
Помни, однако, что если мы что-нибудь дадим, то за это надеемся кое-что получить и от тебя.
К о р и о л АН
Отлично! В какой цене у вас должность консула?
1- 	й Гор о жанин Ее цена — ласковая просьба.
Кориолан
Ласковая? Приятель, дай мне, пожалуйста, твой голос. А раны я покажу, когда мы будем наедине. —
[2-му Горожанину]
И ты дай мне свой голос. Что скажешь?
2- 	й Горожанин Ты его имеешь, достойный воин.
Кориолан
Ну, вот и сторговались. В общем, приобрел два почтенных голоса. Благодарю за подаянье. Прощайте.
3- 	й Гор о_ж анин Как-то странно всё это.
2-й Горожанин Если бы снова... Ну, да всё равно.
[Уходят три горожанина. Входят два других горожанина.
Кориолан
Если вы расположены избрать меня консулом, дайте мне, пожалуйста, ваши голоса. Видите, я одет, как полагается в таких случаях.
4- 	й Горожанин
Ты честно служил отечеству и не служил ему.


Акт II. Сцена 5
56 t
Кориолан
Что это за загадка?
4-й Горожанин
Ты был бичом для его врагов и розгой для его друзей. Ты никогда не любил простого народа.
Кориолан
Тогда тем более ты должен ценить меня, раз я не любил без раз- 90 бора всякого встречного. Но теперь, приятель, я стану льстить моему нареченному братцу-народу, чтобы заслужить его драгоценное уважение; он придает этому большую цену. Если мудрый народ любит больше поклоны, чем сердце, я научусь низенько кланяться и гримасничать по его вкусу; усвою замашки некоторых угодливых людей и буду прислуживаться ко всем и каждому. Поэтому — помогите мне сделаться консулом.
5-й Гор о жанин
Мы надеемся, что ты будешь нашим другом, и потому охотно даем тебе наши голоса.
4-й Горожанин
Ведь ты получил много ран, сражаясь за отечество.
Кориолан
Я не стану их показывать, раз ты про них знаешь. Я очень ценю ваши голоса — и не буду вас больше беспокоить.
Оба горожанина
От души желаем тебе, чтобы боги послали тебе счастье!
[Уходят.
Кориолан
О, как мне сладки эти голоса! —
Нет, лучше умереть голодной смертью,
Чем клянчить то, что заслужили мы.
Зачем стою я здесь в одежде жалкой,
Прося у Дика с Хобом голосов,
Что вовсе не нужны? Таков обычай!
Но если делать будем мы всё то,
по


562
Кориолан
Что нам велит обычай, — пыль веков Горой всё выше будет громоздиться,
И истина сокроется за ней.
Чем мне стоять шутом среди толпы,
Не лучше ль предоставить честь и должность Тому, кто это вытерпеть готов?
Но* половина пройдена пути,—
Так надо и вторую мне пройти.
Входят еще три горожанина.
Вот голоса еще. —
Прошу... Для ваших голосов сражался,
Не спал для ваших голосов; для них Две дюжины ношу на теле ран,
Участвовал в семнадцати сраженьях.
Для ваших голосов свершил я много И важных и не очень важных дел.
Давайте ж голоса: я в самом деле Хочу быть консулом.
6-й Горожанин
А ведь он вел себя благородно, и ни один порядочный человек не откажет ему в голосе.
7-й Горожанин
Ну, пусть он будет консулом. Пусть пошлют ему боги радостей ш и сделают его истинным другом народа!
Все
Аминь. Бог в помощь, благородный консул!
[Уходят горожане.
Кориолан Почтеннейшие голоса!
Входит Менений с Брутом и Сицинием.
Менений
Ты испытанье выдержал; несут Тебе трибуны голоса народа.
Теперь тебе осталось лишь облечься


Акт II. Сцена 5
565
В одежду консула, чтобы в сенат Тотчас явиться.
КориоЛАН Кончено ли дело?
Сициний
Обычай просьбы выполнен. Допущен
Народом ты. Теперь лишь остается т
Избранье утвердить.
КориоЛАН В сенате?
С и динцй
Да.
Кориолан
Так я могу переменить одежду?
Сициний
Да, можешь.
Кориолан Я сейчас переоденусь И, сделавшись опять самим собой,
В сенат отправлюсь.
Мёнений
И я иду с тобой.
(Трибунам)
А вы куда?
Брут
Останемся с народом.
Сициний
В добрый путь.
[Уходят Кориолан и 31енений. Добился цели он. Однако видно,
Что он взбешен.


564
Кориолан
Б рут
Как гордо он стоял
В смиреннейшей одежде. Что же, хочешь iso
Ты распустить народ?
Входят горожане.
С и ц и н и й
Ну, как, мои друзья? Его избрали?
1- 	й Горожанин Ему мы дали голоса.
Брут
Молю богов, чтобы он дружбу, вами Проявленную, заслужил.
2- 	й Гор о жанин
Аминь.
Но я простым моим умом заметил:
Над нами издевался он, когда Просил о наших голосах.
3- 	й Г о р о жАНИН
Конечно,
Он явно насмехался.
1- 	й Горожанин
Нет, он не насмехался. Просто так ш
Привык он говорить.
2- 	й Горожанин
Что поступал презрительно он с нами,
Все говорят, — лишь ты один не видел.
Он должен был следы заслуг своих,
Те раны, что за родину имеет,
Нам показать.
С и g и н и й
Он, без сомненья, показал их вам!


Акт II. Сцена 3
365
Горожане
(отдельные голоса)
Нет, нет; никто и не видал их вовсе.
3-й Гор о жанин Сказал—наедине покажет раны;
Махнув с презреньем шапкой, говорил: 170
«Хотел бы консульства; обычай старый Без ваших голосов не позволяет;
А потому мне дайте голоса)).
Когда мы согласились, он сказал:
«Благодарю за ваши голоса;
Я их весьма ценю; спасибо вам;
Ну, а теперь, как голоса мне дали,
Мне с вами делать нечего)). Так разве Всё это не насмешка от него?
Сициний
Ужели вы настолько глупы были, iso
Что не могли понять, или, поняв,
Вы всё же уступили голоса С ребяческим доверьем?
Б ру т
Разве вы
Ему ответить не могли при этом,
Как мы учили, — что врагом для вас Он был еще в те дни, когда слугою Ничтожнейшим он в государстве был?
Что против ваших вольностей и прав В общественных собраниях всегда
Он восставал? И что теперь, достигнув ш
Могущества и власти в государстве,
Коль он останется врагом плебеев,
То ваши голоса на вас самих Накликают беду? Вам надо было Сказать, что если все его дела Заслуживают этот сан, который Он получить хотел, то с добротою


Он должен быть признательным за выбор. Былую злобу в дружбу превратить И стать защитником.
Сициний
Вот если б так Сказали вы, как мы внушали вам, — Разгорячился бы и обнаружил Себя он сразу: или обещанье Он дал бы вам, которое потом Могли 6 ему при случае напомнить,
Иль раздражился б дух его угрюмый, Который не выносит никакого Насилия. Так, разъярив его.
Вы в бешенстве его найти могли бы Предлог удобный, чтоб не утвердить Его избранья.
Брут
Или вам не ясно,
Что он просил, открыто презирая,
Когда нуждался в дружбе? Неужели
Его презренье в палочный удар
Для вас не превратится, если он
Получит власть, чтоб вас давить, как хочет?
Иль сердца больше нет у вас в груди?
Иль языки лишь для того даны вам,
Чтоб восставать на разум?
Сициний
Разве вам
Отказывать ни разу не случалось Тем, кто просили ваших голосов?
Так почему же их теперь вы дали Тому, кто даже не просил, а только Над вами насмехался?
3-й Горожанин Он еще
Не утвержден. Его отвергнуть можно.


Акт 11. Сцена 5
567
2-й Горожанин И мы его отвергнем!
Я голосов пятьсот сейчас добуду.
1-й Гор о жанин
Я— вдвое больше; соберу друзей Еще впридачу к этим.
Брут
Так сейчас же
Идите и скажите тем друзьям: т
Они избрали консула, а он
Лишить их хочет прав и голосов,—
Совсем как тех собак, которых бьют Частенько и за лай, хотя для лая Как раз их держат.
Сициний Собирайте всех.
И, с толком обсудив, пускай отменят Нелепое избранье. Вы поставьте На вид ему и злобу к вам и гордость;
Припомните и то, с каким презреньем
Смиренную одежду он носил т
И как, прося, глумился он над вами.
Скажите, что лишь память о заслугах Его недавних помешала вам Понять его насмешки и кривлянья,
Внушенные закоренелой злобой Его к народу.
Брут
На трибунов ваших,
На нас вину свалите и скажите,
Что в этом деле постарались мы
(Ни в чем тому препятствий не встречая) —
И вы невольно выбрали его. ш
С ициний
Скажите прямо — выбор сделан был По приказанью нашему скорей,


Чем вами по свободной, доброй воле; Что ум ваш тем всецело занят был,
Что надо было сделать, а не тем,
Что вам хотелось бы, и так случилось, Что консулом его избрали вы Наперекор себе. Вините нас.
Брут
Да, не ]щадите нас. Скажите им,
Как поучали мы, твердили вам,
Что с юных лет отечеству служил он«
И нынче служит и что род его —
От дома славных Марциев, откуда Произошел Анк Марций, бывший внуком В колене женском Нумы, что царем был Великому Гостилию вослед;
Свой род ведут оттуда Квинт и Публий; Устроили они водопровод,
Снабдив водой хорошей; Цензорин Великим предком был, народу милый; Почетно так был прозван потому,
Что цензором он дважды был.
Сициний
Скажите,
Что, наряду с его происхожденьем, Хвалили мы достоинства его,
Считая, что вполне они пригодны К тому, чтоб занял он высокий пост; Но, взвесив все его поступки ныне,
Вы поняли, что он — ваш вечный враг, А потому решили отменить Поспешное согласье.
Брут
Говорите, —
Да посильней на это напирайте, —
Что сами вы его бы никогда Не выбрали, без наших настояний, Затем, собравши голоса, скорее Идите в Капитолий.


Акт II. Сцена 3
36Р
Горожане
Непременно,
Почти уж все раскаялись теперь В своем голосованье.
Брут
[Уходят.
Пусть идут!
Уж лучше на восстание рискнут^
Сейчас, чем ждать, покуда бунт страшнейший Произойдет, — а это несомненно. 299
Коль Марция, как надо ожидать,
Лишенье консульства повергнет в ярость,—
Из этого мы пользу извлечем.
Си циний
Идем же в Капитолий поскорей,
Пока поток людской туда не хлынул.
Пускай подумают, что сам народ (Отчасти так и есть) решил всё дело,
К которому его мы подстрекнули.
[Уходят.
24 Шекспир, т. VI


АКТ III
СЦЕНА 1
Улица в Риме.
Рожки.
Входят Кориолащ Менений с патрициями, Коминий, Тит Ларций и другие сенаторы.
Ко РИО ЛАН
Итак, Авфидий снова в бой готов?
Ларций
Да, поднял голову; вот почему Мы поспешили заключить с ним мир.
Кориолан
Так, значит, вольски, вновь вооружившись, Попрежнему минуты поджидают,
Чтобы на нас нагрянуть?
Коминий
Нет, они
Изнурены, достойный консул, так,
Что колыханье их знамен едва ли В наш век придется снова увидать,
Кориолан Авфидия ты видел?
Ларций Он ко мне
Являлся под охраной в стан и вольскам


Акт III. Сцена I
374
Проклятья изрыгал за то, что сдали Так подло город. В Андиум затем Он удалился.
Ко РИОЛАН
Не было ли речи С ним обо мне?
ЛАРЦИЙ Рассказывал он...
Кориолан
Что же?
Л АР ЦИ Й
Что часто вы сходились меч с мечом, Что в мире ты ему всех ненавистней, Что всё добро отдал бы, без надежды На возвращенье, в ссуду, если б мог Быть назван победителем твоим.
Корио ЛАН
Так в Анциуме он живет теперь?
Л А р g и й
Да, в Андиуме он.
Кориолан
Желал бы я к нему туда пробраться, Чтоб грудью встретить ненависть его. — Тебя же я приветствую с возвратом.
Входят Сицилии и Брут.
Смотри: идут народные трибуны, Глашатаи толпы. Их презираю За то, что должностью своей они Сильнее чванятся, чем это можно Нам всем перенести.
С иди ни й Остановись.
20
3»
*


$72
Кориолан
КориолАН Ха-ха! В чем дело?
Брут
Стой! Идти вперед Опасно для тебя: остановись.
Кориолан
Но почему?
Менений В чем дело?
К оминий
Разве он
Не избран знатью и народом вашим?
Не избран, нет.
Брут
К о р и о ЛАН Голосовали разве
Ребята малые?
1 -й Сенат о р Трибуны, прочь!
Он держит путь на Рыночную площадь.
Брут
Народ разгневан на него.
С иg и ний
Ни с места,
Иль тотчас вспыхнет бунт.
Кориолан
Вот ваше стадо!
Ему ль голосовать, когда свой голос *о
Дает затем он, чтоб через минуту Отречься языком? — В чем ваша служба?


Акт III. Сцена 4
т
Уж раз теперь вы стали глоткой стада, Зачем не правите его зубами?
А может быть, вы сами подстрекнули?
Менений
Не горячись, не горячись, будь сдержан. Кориолан
Тут умысел, тут заговор устроен,
Затем чтоб власть патрициев сломить! — Что ж, уступите, поживите вместе С народом, неспособным управлять И над собой не признающим власти.
Брут
Тут заговора нет. Народ кричит,
Что насмехался ты над ним, а раньше, Не так давно, негодовал, когда Был роздан даром хлеб; что ты позорил Защитников народа, называл Их подлипалами, врагами знати.
Кориолан
Ну, это уж давно известно всем.
Не всем.
Брут
Кориолан
Ты, значит, разболтать успел?
Я — разболтать?
Брут
К о м и ни й Способен ты на это.
Брут
Способен я на лучшее, чем ты И даже лучшие твои собратья.
so
60


574
Кориолан
КориоДАН
Тогда зачем же консулом мне быть?
Клянусь тем облаком, я быть хотел бы Столь низким, как и вы. Меня возьмите В товарищи-трибуны.
С и g и н и й
Слишком много В тебе того, чего народ не терпит;
Но если хочешь ты того добиться,
К чему стремишься, — спрашивай учтивей О том пути, с которого ты сбился; ?о
Без этого ты консулом не будешь,
Да и трибуном тоже.
Менений Тише, тише.
Ко миний
Народ в обман ввели и подстрекнули.
Такая плутня Риму не к лицу.
Не заслужил Кориолан таких Препятствий подлых, заваливших гнусно Его заслугам чистую дорогу.
Кориолан
О хлебе вспомнил! Да, что говорил я,
То снова повторю.
Менений Лишь не теперь.
1-й Сенатор Ты слишком возбужден.
Кориолан
Клянусь в том жизнью, 80
Скажу сейчас.—Честнейшие друзья,
Меня простите вы.
А что касается толпы зловонной,


Акт III. Сцена /
37Ö
Непостоянной, — знайте, я не стану Прислуживаться к ней: пускай она В моих речах сама себя увидит.
Я повторю, что, потакая ей,
Против сената сеем сами мы Посевы буйства, дерзости и бунта;
Что сами мы для них вспахали землю, эо
Что сами мы взрастили это семя,
Позволивши смешаться с нами черни,
Лишенной добродетели и силы,
И власти часть отдавши этим нищим.
М Е не ни й
Ни слова больше!
1-й Сенатор Замолчи! Мы просим.
КориолАН
Ни слова! Как! Я, не страшась врагов,
За родину лил кровь на поле брани,—
Так побоюсь ли я слова чеканить,
Покуда в легких сила не иссякла,
На обличенье прокаженных этих, юо
Которых мы должны бы; избегать,
Меж тем как сами к ним идем навстречу!
Брут
Ты здесь против народа говоришь,
Как будто бог карающий, не смертный,
В© всем с народом равный.
С ициний
Не мешало б,
Чтобы народ слова твои узнал.
Менений
Как! Те слова, что гнев ему внушил?
Кори олан
Гнев!
Да будь я терпелив, как сон полночный,


576
Кориолан
Клянусь Юпитером, то и тогда но
Ту мысль я высказал бы.
Сидиний
Эта мысль
Лишь одному тебе отравой будет:
Не сможешь ею отравить других.
Кориолан
Сказал он: «будет!)) — Слышали Тритона*
Рыбешки мелкой? Властно он сказал Нам слово «будет».
Ко миний Нет в том ничего Противного законам.
Кориолан
«Будет! Будет!» —
О добрые, но слабые отды,
Сенат почтенный, но недальновидный!
Затем ли вы народной гидре дали ш
Трубу и голос в этих болтунах,
Чтобы они своим строптивым «будет»
Старались с явной наглостью направить В болото ваш властительный поток?
Когда у них вся власть, — пусть перед ними Согнет свои колени ваша глупость,
Которая дала им эту власть;
А если нет, — опомнитесь и сбросьте Вы гибельную слабость. Мудры вы,
Так не сходитесь с глупыми, но если ш
Вы сами глупы, то сажайте их С собою рядом! Надо полагать,
Они — сенаторы, а вы — плебеи,
Раз голос их звучит сильнее в общем Собрании. Они себе избрали Сановников, как, например, вот этот,
* Морской бог., который, трубя в раковину, смотря но надобности, волнует или успокаивает море.


Акт III. Сиена /
577
Который здесь кидает слово «будет»
В лицо совету доблестных мужей,
Какого и у греков не бывало.
Клянусь Юпитером, он унижает i*q
Здесь званье консула! Мне больно видеть,
Как между двух разрозненных властей Засела смута и одну из них Другою хочет подорвать.
К о м и н и й
Довольно!
Идемте все на Рыночную площадь.
Кориолан
Тот, кто совет вам дал — запасы хлеба Без платы раздавать, как иногда То в Греции бывало...
Me не ни й
Ну, довольно!
Кориолан
Хотя народ имел там больше власти,
Я вам скажу, что этим своеволье ш
И будущие смуты в государстве
Подготовлялись.
Брут
Как! Народ свой голос Отдаст тому, кто это говорит?
Кориолан
Я доводы ценнее приведу,
Чем эти голоса. Известно им,
Что хлеб был роздан вовсе не в награду:
Они его ничем не заслужили.
Когда народ мы звали на войну И сердцу родины враги грозили, —
Он отказался выйти за ворота. ico
За подвиги такие не дают Бесплатно хлеба. А служа в войсках,


378
Кориолан
Они свою отвагу проявили —
Бунтуя, поднимая мятежи.
Едва ль нелепейшие обвиненья,
Которые так часто предъявляли Они сенату, побудить могли К такому дару щедрому. И что же?
Как понял эту доброту сената
Желудок черни? Все дела плебеев m
Нам говорят яснее слов: «Нас больше,
Мы попросили хлеба — и от страха Они нам дали хлеб». Природа власти Унижена, и снисхожденье наше Зовется трусостью. Наступит время,
Когда спадут замки с ворот сената,
И станут вороны, в него ворвавшись,
Клевать орлов.
М к н e н и й Довольно!
Брут
Довольно, и с излишком!
Кориолан
Нет, послушай.
Скреплю людской и божескою клятвой т
Последние слова. — Где часть одна По праву презирает, а другая Без всяких оснований оскорбляет,
Где мудрость, сан и род бессильны стали Пред голосом невежественной черни,—
Такое двоевластье очевидно Насущные потребности упустит И неустойчивости даст опору.
Коль мы загородим дорогу к дели,
То ясно, что и дели не достигнем. т
(ÜT сенаторам)
А потому молю вас,—-знаю: вы Не столько робки, сколь благоразумны,
Любви к порядку прочному в вас больше,


Акт 111. Сцена i
373
Чем страха перемен, достойно жить Для вас важней, чем долго; вы способны Решиться на опасное леченье,
Коль без него нас верная ждет смерть,— Я вас молю — без промедленья вырвать Язык толпы, чтоб сладостного яда Уж больше не лизала. Ваш позор Лишает власть единства и свободы:
Коль зло ее опутало, добро Творить она не может.
Брут
Всё сказал он!
С ИЦЕНИЙ
В словах его измена; и ответит Он как изменник.
Кориолан
Негодяй! Ты лопнешь От бешенства!—Я вас спрошу: к чему Плешивые трибуны у народа,
Когда при их поддержке здесь народ В покорности отказывает власти?
Избрали их во время мятежа,
Когда не мысль о том, ^то надо делать,
Была законом, а лишь неизбежность.
Но в этот лучший час скажите вы:
ссЧто быть должно, пусть будет», — и их власть
Развейте прахом!
Брут
Явная измена!
С иди ний И это — консул? Нет!
Эдилы, эй!
Брут
Входит Эдил. Арестовать его!
210


380
Кориолан
С и g и н и й
Иди, зови народ сюда.
Ты мной
Задержан здесь от имени народа:
И за предательство и за вражду. Иди и повинуйся; обвиняю И требую ответа от тебя.
Кориолан Эй, прочь, седой козел!
Сенаторы и прочие Мы отвечаем за него.
[,Уходит Эдил.
т
К о м и ни й Старик,
Его не трогать!
Кориолан Прочь отсюда, гниль,
Иначе из твоей одежды кости Я вышибу.
Сидиний
На помощь, горожане!
Входят, эдилы с шумной толпой горожан.
Менений
Опомнитесь, сдержитесь оба вы!
Сидиний
Вот, горожане, человек, который
Хотел бы всякой власти вас лишить! гзо
Брут
Схватить его, эдилы!
Горожане Смерть ему!
Кончайте с ним!


Âkm 111. Сцена 4
384
Сенаторы и прочие К оружию, к оружью!
Все с криком окружают Кориолана.
Патриции!.. Трибуны!.. Горожане!..
Сициний!.. Брут!.. Кориолан!.. На помощь!.. Постойте!.. Горожане!.. Успокойтесь!.. *
Менений
Что это! Задыхаюсь я. Лишь шаг До гибели! Не в силах говорить! —■
Народные трибуны!—Успокойся,
Кориолан! — Ну что же, говори,
Сициний добрый!
Сициний
Тише, горожане! 240
Послушайте меня!
Г ОРОЖАНЕ
Молчите! Тише!
Послушаем трибуна!—Говори.
Сициний
Вам всем грозит утрата ваших прав.
Отнять задумал Марций их, тот самый,
Кого сейчас вы консулом избрали.
М e н е н и й
ТьФу, тьФу! Ты этим поджигаешь только,
Совсем не тушишь.
1-й Сенатор
Чтоб разрушить город,
Сровнять с землей.
Сициний А что такое город,
Как не народ?
* Разрозненные восклицания отдельных лиц.


т
Кориолаи
Горожане
Вот правильно сказал: Народ есть город.
250
Брут
С соизволенья всех утверждены Мы судьями народными.
Горожане Вы ими
И остаетесь.
Менений Так оно и есть.
К о м иний
Чтоб город весь с землей сровнять, снести
До основанья крыши и зарыть
Под грудами развалин весь порядок.
Сициний
Заслуживает смерти он. *
Брут
Иль власть
Свою покажем мы, иль потеряем. —
Мы были избраны народной волей; Провозглашаем в силу власти нашей: Достоин Марций смерти неотложной.
Сициний
Поэтому хватайте и тащите
Его к скале Тарпейской, чтоб оттуда
Его низвергнуть.
26»
Брут
Взять его, эдилы!
* Это относится к Кориолану.


Акт III. Сцена 4
383
Горожане Сдавайся, Мардий!
Me не н и й
Слушайте, трибуны!
Одно лишь слово!
Эдилы
Тише, замолчите! Менений
Тем, чем вы кажетесь, на деле будьте — Отечества друзьями. Хладнокровно Обдумайте всё то, что в страсти дикой Хотели сделать вы.
Брут
Но хладнокровье,
Похожее на медленную помощь,
Таит в себе опасный яд, когда Болезнь дошла до крайности. — Хватайте Его и на скалу тащите!
Кориолан (iвынимая меч)
Нет !
Я здесь умру. Ведь кое-кто из вас Меня видал в сраженьях, — так теперь Проверьте сами на себе, каков я.
Менений
Вложи свой меч!—Трибуны, удалитесь На время.
Брут
Взять его, схватить!
Менений
На помощь!
На помощь Мардию, кто благороден! 28t>
Кто стар иль молод, все к нему на помощь!


584
Кориолац
Горожане
Вали его, долой!
Происходит схватка.
[Трибуны, эдилы и парод прогнаны за сцену.
Менений
(Кориолану)
Иди, ступай домой скорей! Иначе Пропало всё.
2-й Сенатор Ну, уходи.
Коминий
Останься:
У нас друзей не меньше, чем врагов.
Менений Ужели мы до этого дойдем?
1-й Сенатор
Да не допустят боги!—В дом к себе Иди, прошу, наш благородный друг,
А нас оставь уладить это дело...
Менений
Ведь это—язва общая: без нас 290
Тебе не сладить с ней. Прошу тебя,
Иди скорей домой.
Коминий Пойдем же вместе.
Кориолан
Зачем не варвары они, о боги,
А римляне, к стыду родной земли Зачатые у входа в Капитолий?


Акт 111. Сцена 1
Ж
Менений
Иди. Не выражай свой правый гнев Речами. Час возмездия наступит.
Кориолан
Я в чистом поле сорок человек Таких измолотил бы.
Менений Я бы сам
За пару лучших взялся — двух трибунов. 3(К
К о м и н и й
Теперь же перевес не в нашу пользу,
И храбрость будет только сумасбродством,
Когда стоим пред падающим зданьем. —
Пока не возвратилась чернь, уйдешь ли Отсюда ты? Она, подобно морю,
Преграды разрушает, подавляя
Бсё то, пред чем привыкла отступать.
Менений
Прошу, уйди. А я здесь попытаю,
Что может изобресть мой старый ум
Против безумных. Мы беду поправим зм
Какой-нибудь заплатой.
К о м и н и й
Ну, идем.
[Уходят Кориолан, Коминий и другие.
1-й Патриций Сам погубил он счастие свое.
Менений
Он слишком чист и прям душой для мира:
Что думает, то он и Говорит.
Не стал бы льстить Нептуну за трезубец,
Юпитеру — за силу грома. В нем
25 Шекспир, т. IV


386
Кориолап
Что совесть выкует, то речью льется;
Всердцах он забывает, что когда-то Он слышал слово «смерть».
За сценой шум.
Ну, будет дело!
2-й Патриций
Вот желал бы я, ш
Чтоб улеглись в постели поскорей.
Менений
А я их уложил бы лучше в Тибр. —
Ах, чорт возьми! Не мог поговорить Повежливее с ними!
Входят Брут и Сициний с толпой плебеев.
Сициний Где ехидна,
Где тот, что хочет город обезлюдить,
А сам быть всем?
Менений
Почтенные трибуны...
С и п; и н и й
Он будет сброшен со скалы Тарпейской Суровыми руками. Он закону Противился, а потому закон
Пренебрегает следствием над ним, ш
Передавая прямо власти строгой,
Которую он ставил ни во что.
1-й Горожанин
Узнает, что в трибунах благородных —
Уста народа, мы же—руки их.
Г ОРОЖАНЕ
Узнает, верно!


Акт 111. СЩеиа 4
587
Менений Выслушай...
С и g и н и й
Молчи!
Менений
Зачем беснуетесь вы, если можно Без шума всё покончить?
С ициний
Для чего
Ему помог ты вырваться от нас?
Менений
Но дай же мне сказать. — Как знаю я
Заслуги консула, так недостатки ш
Я мог назвать бы.
Сициний Консула? Какого?
Менений
Кориолана-консула.
Брут
Он — консул?
Горожане Нет, нет, нет, нет!
Менений
С согласия трибунов можно ль мне Здесь, люди добрые, сказать два слова? Вы потеряете на этом только Немного времени.
Сициний Что ж, говори,
Да только покороче: надо нам


ж
Кориолан
G предателем покончить поскорее!
Изгнать его — опасно будет, здесь же [Збо
Его оставить — верная нам гибель;
А потому — сегодня ж он умрет.
Менений
Пускай благие боги не допустят,
Чтоб славный Рим — чья благодарность к лучшим И самым доблестным его сынам Записана в Юпитерову книгу —
Подобен стал бесчувственному зверю,
Что пожирает собственных детей!
С и g и н и й
Он — язва, что мы вырезать должны.
Менений
Он — тела член больной. Отсечь его— зво
Смертельно; вылечить его—легко.
Какой же вред он Риму причинил,
Что стал достоин смерти? Разве тем,
Что наших убйвал врагов? Та кровь,
Что потерял он (смею поручиться —
На много ундий больше, чем осталось),
За родину лилась; и если вы Остаток тот прольете, это ляжет На всех, кто сделал то иль допустил,
Клеймом позорным до кончины мира. 370
Сидиний
Ты говоришь слова пустые!
Брут
Вздор!
Когда любил он родину, ему И честь была.
Менений
Но разве мы не деним За службу прежнюю свою же ногу,
Когда случится омертветь ей?


Акт III. Сцена 4
Ш
Брут
Больше
Мы не желаем слушать. — Вслед за ним Идите в дом и — вытащить оттуда,
Чтобы его прилипчивой заразе Не дать распространиться.
Мене ний
Слово мне!
Еще одно лишь слово! Вы за ним, зво
Как тигры, в ярости своей несетесь.
Когда поймете, что за быстротой И легкомыслием идет беда, —
Придется к пяткам вам свинцовый груз Привязывать, но будет слишком поздно.
Преследуйте судом, чтобы не вышло (Ведь он любим) мятежных выступлений И римлянами не был бы разграблен Великий Рим.
Брут
Когда бы так случилось...
Сици н ий
Ну, что болтаешь? зэо
Его повиновенья разве мы Не испытали? Он не бил эдилов?
И не противился он нам самим? —
Идите...
Менений
Вы подумайте о том,
Что с той поры, как меч свой обнажать Он научился, — в битвах рос всё время;
Ему с трудом давался в этой школе Язык ученый, и немудрено,
Что без разбора он кидает всё —
Муку и отруби. Позвольте мне ш
Пойти к нему, — ручаюсь, приведу,—
Чтоб мог ответить он в законной Форме Пред высшею опасностью спокойно.


590
Кориолан
1-й Сенатор
Трибуны благородные, вот это —
По -человечески; а путь другой Кровавым слишком будет, и неведом Его конец, хоть знаем мы начало.
С и g ини й
Менений благородный, будь тогда Служителем народа.—
[ÜT народу]
Эй, на время
Оружие сложить!
Брут
Но по домам 410
Не расходиться!
Сидиний Встретимся с тобою На площади, — тебя там будем ждать;
Но если Марция не приведешь,
Исполним наше первое решенье.
Менений
Я приведу его.
( Сенаторам)
Позвольте мне
Вас пригласить с собой. Придти он должен,—
Иначе всё пропало.
1-й Сенатор Да! Идемте.
[Уходят.
СЦЕНА 2
Комната в доме Кориолана.
Входят Кориолан и патриции.
Кориолан
Пускай грозятся растоптать меня Копытами коней; пусть обещают


Акт III. Сцена 2
т
Мне смерть на колесе; пусть взгромоздят Утесов десять на утес Тарпейский,
Чтоб я, пред тем как брошен буду ими, Не видел дна, — я всё же буду с ними Таким, как прежде был.
1 -й Патриций
Ты благороден!
Кориолан
Мне странно только:
Меня сейчас не одобряет мать,
Которая всегда их называла Рабами шерстяными, чье призванье — Грошовою торговлей заниматься,
Без шапок головы свои на сходках Показывать, затем зевать, молчать, Дивиться, если кто-либо когда —
Но только из моих рядов — расскажет О мире и войне.
Входит Волумния.
Я о тебе.
Зачем ты хочешь, чтобы стал я мягче? По-твоему, своей природе должен Я изменить. Скажи, чтоб я остался Таким, каким я создан.
Волумния
Сын мой, сын мой! Ты прежде облекись во власть, а там уж Изнашивай ее!
Кориолан
Износится!
Пускай она Волумния
И без тревог всех этих Ты мог всегда остаться тем, чем создан.
ю
20


392
Кориолйн
Они не так бы на тебя восстали*
Когда бы ты намеренья свои Скрывал до той поры, докуда силу У них не отняли б идти тебе Наперекор.
Кориолан
Их надо перевешать! во
В о лумн ия И сжечь вдобавок.
Входят Менений и сенаторы.
Менений
Признайся, что ты слишком резок был,
Пожалуй, слишком резок; должен ты Опять туда пойти и попытаться Исправить дело.
1-й Сенатор
Нет другого средства. Откажешься — тогда наш славный город Расколется от смуты и погибнет.
В о лумния
Прошу тебя, послушай их совета. Упорная не менее, чем ты,
»Я всё же подчиняю вспышки гнева Веленьям разума, что ими правит,
К своей же пользе.
Менений Хорошо сказала!
Ведь если бы разнузданное время Сейчас в таком лекарстве не нуждалось Для пользы общей, я надел бы латы, Которые с трудом ношу, чтоб только Ему пред этим стадом унижаться Не надо было.


Акт 111. Сцепа 2
т
Кориодан
Что ж я должен делать?
Менений Пойти к трибунам.
Кори о лан Так. А что же дальше?
Менений
Б своих речах пред ними повиниться. 5»
Кориолан
Пред ними? Я не мог бы пред богами, —
Могу ли я пред ними повиниться?
В о лумния
Ты слишком непреклонен. Но когда Нужда уступок требует от нас,—
Должны мы поступиться благородством.
Ты сам мне говорил, что на войне Дружат друг с другом мужество и хитрость:
Так если их при мире разлучить,
Не будет ли для них ущерб огромный?
Кориолан
Молчи, молчи!
Менений
Разумен твой вопрос. so
В о ЛУМНИЯ
Коль на войне притворство не бесчестит (Ведь хитрость там способствует победе),
То почему ж и тут оно не будет В согласье с доблестью, когда оно В войне и в мире нам равно полезно?
Кориолан
К чему ты это говоришь?


394
Кориолан
В о лумния
К тому,
Что должен ты поговорить с народом Не так, как хочешь, как подскажет сердце,
А звуками, которые язык
Рождает, как детей своих побочных, 70
Словами, что от сердца не исходят И истинную мысль не выдают.
Поверь, бесчестья тут не больше будет,
Чем в том, чтоб город кротким словом взять,
Вместо того чтобы идти к удаче Ценой кровавых жертв,—
Готова и сама я притворяться,
Когда судьба моя или друзей Поставлена на карту: нет для чести
Ущерба в этом. Я, твой сын, жена, so
Сенаторы, вся знать — об этом просим Тебя. Но ты предпочитаешь черни Показывать, как хмуришься пред нею,
Чем, ласковой улыбкой ей польстив,
Приобрести ее расположенье,
Когда известно нам, что без него Мы все погибнем.
М Е не н и й Дивная жена! —
[.Кориолану]
Идем же с нами. Ласкою спасешься Ты от опасности и возвратишь То, что потеряно.
В о лумния
Мой сын, прошу, уо
Пойди к ним с этой шапкою в руке,
Отставь ее подальше — так (похожим На них ты в этом будь), и прикоснись Коленями к камням (в таких делах Поступки заменяют красноречье:
Глаза невежд чувствительней гораздо,


«Корнолан»
С грашоры Лепэ по рисунку ЖоФруа


Акт HL Сцена 2
Ж
Чем уши их), и головой вот так Покачивай, чтобы смирялось сердце,
Как будто бы плодом на шелковице,
Когда созреет он и не выносит ню
Давленья рук. Или скажи им там,
Что ты их воин, вскормленный боями,
Затем сознайся им, что мягко стлать,
Как требуют они, ты не обучен,
Но просишь доброй дружбы их к себе И обещаешь впредь приноровиться К толпе, насколько хватит у тебя Способностей и сил.
М ЕНЕНИ Й
Ты только сделай,
Что говорит она, — и все сердца
Твоими будут, ибо на прощенье но
Они, когда их просят, столь же щедры,
Как на пустые речи.
Волумния Я прошу —
Иди, послушайся совета. Правда,
Я знаю, ты скорее за врагом Последовал бы в огненную бездну,
Чем стал бы льстить ему в цветущей роще.
Входит, Ко линий.
Но вот идет Коминий.
Ко миний
Я был на площади. Или готовься Ты силой силу встретить, иль смирись,
Или беги из Рима. Всё восстало! ш
Менений Одна лишь речь покорная!..
Коминий
Конечно,


596
Кориолап
Она поможет, если он смирит Свой гордый дух.
Волумния
Он должен — стало быть, И сделает. — Мой сын, прошу тебя — Скажи, что ты согласен, и иди.
КориоЛАН
Итак, я с непокрытой головой К ним должен напоказ идти? И должен Я подлой речью доблестное сердце Позорить? Что ж, я уступаю вам.
Скажу однако: если б дело шло О гибели моей лишь, — этой плоти,—
О Форме Марция,— я б им позволил В ripax истолочь меня, чтобы по ветру Развеять...* — Ну, на Рыночную площадь! Вы дали мне такую роль сейчас,
Что никогда мне в жизни не исполнить.
Коминий
Идем! Подсказывать тебе мы будем.
Волумния
Прошу еще, мой милый сын, тебя:
Ты говорил, что похвалы мои В тебя вдохнули воинскую доблесть; Теперь, чтоб снова я тебя хвалила, Исполни роль, что внове для тебя.
Кориолан
Так, я решился! Прочь, мой дух! Пускай Душа распутницы в меня вселится!
Пускай и голос бранный мой, привыкший
* В своем возбуждении Кориолан не заканчивает Фразы. Подразумевается: «Скорее, чем пошел бы на такое унижение».


597
Акт III. Сцепа 2
Под барабаны рокотать, свистком Пискливым, как у евнуха, вдруг станет Иль в голос девственницы превратится,
Малюток усыпляющий! Пускай
Улыбки негодяев поселяйся ш
В моих щеках гримасой! Буду плакать,
Как школьники, мрача слезами взор,
И через губы стану я цедить Слова, как нищий, а мои колени,
Которые лишь гнулись в стременах,
Пускай, как у него за подаяньем,
Согнутся. Нет! Не в силах, не могу Перед собою лгать: подобным делом Приучишь к подлости себя навек!
В о лумния
Ну что ж, как хочешь! Просьбами своими т
Я более унизила себя,
Чем ты себя унизил бы пред чернью.
Пусть гибнет всё — и матери твоей От гордости сыновней гибнуть легче,
Чем от упрямства твоего страдать.
Я так же, как и ты, смеюсь над смертью С высокомерным сердцем. Поступай,
Как хочешь. Мужество свое всосал Ты с молоком моим, но эту гордость Ты сам добыл себе.
Кориолан
Ну, успокойся 170
И не брани меня. Сейчас пойду На Рыночную площадь. Их любовь Я выклянчу, кривляясь, как паяц,
Сердца похищу их и возвращусь Любимцем римских торгашей. Смотри —
Вот, я иду. Привет мой передай Моей жене. Я консулом вернусь,
Иль никогда тому не верьте больше,
Что мой язык умеет льстить.


598
Кориолан
В о лумния
Как хочешь.
[Уходит.
К о МИНИН
Идем! Трибуны ждут. Вооружись *во
Ответом кротким; ибо, как я слышал,
Они готовы к новым обвиненьям,
И посерьезнее.
Кориолан
Пароль мой: кротость. Прошу, идем. Пускай предъявят мне Все выдумки свои. Я возражу С достоинством.
Менений
Да, да, но только кротко. Кориолан
Я кротко им отвечу, очень кротко.
[Уходят.
СЦЕНА 3
Там же. Форум.
Входят Сициний и Брут.
Брут
Всего сильнее напирай на то,
Что он тираном стать хотел; а если Он в этом оправдается, припомни Его вражду всегдашнюю к народу И то, что до сих пор не роздал он Добычу, взятую у анциатов.
Входит Эдил.
Ну что? Придет?


Акт III. Сцена 3
Эдил Идет уже.
Брут
399
Кто с ним?
Эдил
Менений и сенаторы из тех,
Которые особенно ему Благоволят.
Сидиний
А у тебя ли список Всех голосов, какие мы собрали С подсчетом поголовным?
Эдил
У меня.
Готов.
Сидиний Ты собирал по трибам?
Эдил
Да.
Сидиний
Ну, так немедленно сбирай народ,
И только я скажу: «Да будет так Во имя прав народа)) и прибавлю:
«Изгнанье», «пеня» или «смерть», — пускай При слове «пеня» тотчас крикнут: «пеня!»,
А если «смерть» скажу, пусть крикнут «смерть!» — Ссылаясь на старинные права,
Как и на то, что правду защищают.
Эдил
Я им скажу.
Брут
А как начнут кричать, Пускай уж более не замолкают,
i«
20


AOO
Кориолан
Пока мы не заставим этим шумом Исполнить приговор наш.
Эдил
Так. Отлично.
Сициний
Пусть действуют решительно, как только Мы знак дадим.
Брут
Теперь иди. За дело.
[Уходит Эдил*
Ты сразу же взбеси его. Привык он Господствовать и слова не спускать
Противнику при споре. Стоит только зо
Его разжечь — и сразу осторожность Забудет он и выскажет нам всё,
Что думает, а этого довольно,
Чтоб шею он сломал.
Сициний
Вот он идет.
Входят Кориолан, Менений, Коминий, сенаторы и патриции.
Менений
(Кориолану)
Прошу тебя, будь сдержан.
Кориолан
Да, словно конюх, что за грош глотает Любую ругань. — Праведные боги,
Храните Рим! Нам дайте честных судей!
Любовь посейте между нами! Пусть
Все прославляют мир в обширных храмах, 40
И распря нас не посетит.
1-й Сенатор Аминь.


Акт III. Сцена 5
404
Менений Желанье благородное.
Входит Эдил с горожанами.
Сициний
Плебеи,
Поближе станьте.
Эдил
Слушайте трибунов.
Вниманье! Тише!
Кориолан Я скажу сперва.
Оба трибуна Ты можешь говорить.—
[Горожанам]
Молчать и слушать!
Кориолан
Все ль обвиненья здесь услышу я?
И здесь ли будет принято решенье?
Сидиний
Ответь сперва: смиришься ль пред народом,
Признаешь власть избранников его
И примешь ли ты приговор законный, so
Когда тебя осудят за проступки,
В которых будешь обвинен?
Кориолан
Согласен.
Менений
Вот, горожане, он сказал: «согласен»;
Подумайте о том, что у него —
Военные заслуги; не забудьте,
26 Шекспир, т. VI


402
Кориолан
Что много он на теле носит ран,
Которые имеют вид могил Священного кладбища.
Кориолан
Пустяки!
Царапины пустые!
Менений И заметьте —
Не так он говорит, как горожанин, ßo
Но говорит всегда как воин он;
Не принимайте грубости его За злобу; я сказал, что речь его —
Солдата речь, но не враждебна вам.
К о миний Довольно же об этом.
Кориолан
Как случилось,
Что вы, избрав меня единогласно,
Тотчас же отменили выбор свой,
Меня тем опорочив?
Сициний
Ты — ответчик.
Кориолан Ты прав, и я отвечу. Говори.
Сидиний
Тебя мы обвиняем в том, что *ты ?о
Пытался ниспровергнуть строй законный И в Риме ты хотел себе присвоить Тирана власть, — за что объявлен ты Изменником народу.
Кориолан
Я — изменник!


Акт 111. Сцена 5
т
Менений
Спокойнее! Ты обещал нам это.
КориоЛАН
Спали народ, о пламя адской бездны!
Назвать меня изменником! Трибун,
Ты — клеветник! Так знай, когда б смертей В глазах твоих гнездилось двадцать тысяч.
Когда бы ты мильоны их зажал so
В своих руках и столько же сидело
На лживом языке, то всё же я
Сказал бы: «Лжешь!» — да, это я сказал бы
Таким же вольным голосом, каким
Молю богов.
Сициний
Народ, ты слышишь это?
Г О Р О Ж A H Е
Тащите на скалу его! Тащите!
Сициний
Молчанье! Обвинять его еще
Нам больше нет нужды. Как он себя
Ведет — вы видели; как говорит —
Вы слышали; он бил эдилов ваших, 9о
А вас он проклинал; сопротивлялся
Закону кулаками; оскорблял
Он тех, кто в силу высшей власти должен
Его судить. Всё это так преступно.
Так близко к государственной измене,
Что он достоин злейшей казни — смерти.
Брут
Но так как Риму хорошо служил он...
Кориолан
К чему болтать о службе?


404
Кориолап
О том, что знаю.
Брут
Говорю
КориоЛАН Ты?
Менений А обещанье,
Что дал ты матери своей?
Прошу тебя...
Коминий
Припомни,
Ко РИОЛАН
Ни знать, ни помнить больше Я не хочу. Пускай же объявляют С Тарпейской крутизны мне смерть они, Сдерут мне кожу иль пошлют в изгнанье, Пусть голодом морят в тюрьме, давая В день по зерну, — я всё ж не соглашусь Купить у них пощаду кротким словом,
Свой дух за все дары не обуздаю,
Какие мог бы получить от них,
Когда б сказал им только: «С добрым утром».
Сициний
За то, что он, по мере средств и сил, Вражду нередко проявлял к народу И случая искал отнять права,
И, наконец, за то, что ныне он Позорил власть в час грозного суда И исполнителям, ведущим дело, Враждебен был, — мы, именем народа И в силу власти, нам, трибунам, данной, Из города его изгнать решили Немедленно. Под страхом низверженья С скалы Тарпейской, не войдет вовек В ворота Рима он. Да будет так —
От имени народа!
100
110
120


Ahm III. Сцена 5
405
Горожане
Да будет так, да будет так! Он изгнан!
Пускай покинет Рим! Да будет так!
К о МИНИН
Послушайте, друзья мои простые...
Сидиний
Он осужден, и нечего нам слушать.
К о м и н и й
Послушайте! Я консулом был тоже,
И мог бы показать следы ударов,
Полученных в боях на службе Риму. ш
Люблю я благо родины и чту Ее я глубже, выше и нежней,
Чем жизнь свою, и честь своей жены Милейшей, и детей своих, рожденных От нашей плоти. Если б я сказал...
Сидиний
К чему ты клонишь, знаем мы. Что скажешь?
Брут
Нам толковать тут нечего; он изгнан,
Народа враг и родины своей.
Да будет так.
Горожане
Да будет так! Да будет!
Кориолан
О свора подлая ничтожных псов! ш
Дыханье ваше ненавижу я,
Как вонь болот гнилых; мне ваша дружба —
Как трупы незарытых мертведов,
Которые лишь воздух отравляют.
Я — изгоняю вас; живите здесь С непостоянством вашим! Пусть малейший


406
Кориолан
Тревожный слух на вас наводит страх!
Пусть развевающейся гривой шлемов Враги отчаянье навеют вам.
Храните власть, чтобы в изгнанье слать iso
Защитников, покуда ваша глупость (Ей надо всё изведать, чтоб понять) —
При вашей неспособности к защите (Ведь вы — враги себе) — не отведет вас Как пленников, униженных глубоко,
К врагу, который победит без боя!
Я презираю вас и этот город И становлюсь спиной к нему теперь:
Есть жизнь вне этих стен.
[Уходят Кориолан, Коминий, Мененищ сенаторы и патриции.
Эдил
Уходит враг народа, он уходит! 1бо
Г ОРОЖАНЕ
Врага изгнали! Он уходит! У!..
Кричат и кидают шапки вверх.
Сициний
Его вы проводите до ворот;
Преследуйте его с такой же злобой,
С какою сам преследовал он вас.
Он заслужил все эти оскорбленья —
А мы пройдем со стражей через город.
Горожане
Проводим до ворот его! Идем! —
Да здравствуют трибуны!—Ну, идем же!
[Уходят.


АКТ IV
СЦЕНА 1
Перед воротами Рима.
Входят Кориолан, Волумния, Виргилия, Менений, Коминий и несколько молодых патрициев.
Кориолан
Ну, полно плакать. Сократим прощанье.—
Я вытолкнут из города скотом Многоголовым.—Мать, куда девалась Твоя былая бодрость? Говорила,
Бывало, ты, что крайняя беда Бывает испытаньем силы духа,
А заурядным людям по плечу Переносить беду простую только,—
Ведь по морю в спокойную погоду Нетрудно плыть любому кораблю,—
И только тот, кто бодро переносит Тягчайшие судьбы удары, этим Выказывает благородство духа.
И ты тем правилам меня учила,
Что делают непобедимой душу,
Проникшуюся ими.
Виргилия
О боги, боги!
Кориолан Перестань, жена,
Прошу тебя.


т
Кориолан
В о лумния Багровая чума
Ремесленников римских, торгашей Пусть поразит.
Кориолан
Зачем, зачем? Когда 20
Я удалюсь, они меня оденят.
Нет, мать, верни себе былую бодрость;
Припомни, как ты говорила прежде,
Что, будь женою Геркулеса, ты Свершила бы шесть подвигов его,
Всю тяжесть разделив с своим супругом. —
Прощай, Коминий, и не падай духом. —
Моя жена и мать моя, прощайте!
Я поживу еще!—Менений верный,
Мой добрый старый друг, слеза твоя зо
Богаче солью, чем у молодых;
Для глаз твоих она вредна, как яд.
(Коминию)
Мой бывший полководец, помню я,
Как ты взирал всегда суровым оком На душу леденящие картины.
Прошу тебя, печальным этим женам Скажи, что при ударах неизбежных Рыданья безрассудны, как и смех.—
Послушай, мать, ты знаешь хорошо,
Что доблестью моей ты утешалась. 40
Верь твердо, — хоть один теперь иду я,
Подобный одинокому дракону,
Который, спрятавшись в пещере, ужас Внушает оттого, что он невидим И знают лишь по россказням его,—
Что сын твой над толпой восторжествует,
Коль хитростью не обойдут его.
В о лумния
Мой первенец, куда же ты пойдешь?
Ты доброго Коминия с собой


Ahm IV, Сцепа 4
409
Возьми на время. Избери дорогу Получше, чтоб себя не подвергать Нелепым, злым случайностям.
КориолАН
О боги!
К о м иний
На месяц я иду с тобой, а там Придумаем, где поселишься ты,
Чтоб от тебя нам вести получать,
Тебе — от нас, и чтоб потом, как только Здесь явится возможность отменить Твое изгнанье, — нам бы не пришлось Тебя искать везде по белу свету,
С задержкою, которая способна 60
Расхолодить, когда в отлучке тот,
Кто в милости нуждается.
Кориолан
Прощай!
Ты стар, и слишком бранными трудами Ты пресыщен, чтобы со мной скитаться;
А я ведь свеж совсем и полон сил.
Лишь за ворота проводи меня.—
Идемте, милая моя жена И дорогая мать, и вы, друзья Мои чистейшей, благородной пробы.
Как только выйду за ворота я, 7о
Счастливого пути мне пожелайте И улыбнитесь. Я прошу — идемте.
Пока я жив, к вам от меня немало Вестей придет. Но только никогда Не скажут обо мне, что стал не тем,
Чем был я прежде.
Мене ни й
Слов, достойней этих,
Не слыхивали люди никогда. —
Идемте, плакать перестанем. — Эх,


т
Кориолан
Вот если б с этих старых рук и ног Стряхнуть я мог одну семерку лет,— Клянусь богами, всюду за тобой Побрел бы я.
Кориолан Дай руку мне. — Идем.
[Уходят.
СЦЕНА 2
Там же. Улица неподалеку от ворот.
Входят два трибуна — Сгщиний и Брут, в сопровождении Эдила.
С и g и н и й
Вели всем расходиться по домам.
Он удалился — мы теперь притихнем.
Та знать, что сторону его держала, Раздражена.
Брут
Всё сделав, что хотели,
Мы показали нашу власть. Теперь Казаться будем мы скромней, чем были.
С ициний
Пусть разойдутся по домам! Скажи:
Ушел их главный враг, и власть плебеев Крепка опять, как было встарину.
Брут
(Эдилу)
Отправь их по домам.
[Уходит Эдил.
Входят Волумния, Виргилия и Менений.
Ну вот, гляди,
Проходит мать его.
Сициний Свернем с дороги.


Акт IV. Сцепа 2
4M
Брут
Зачем?
С и ц и н и й
Да говорят, она безумна.
Брут
Останемся: они нас увидали.
В о лумния
А, вот! Вы кстати мне попались оба! Пускай же боги все чумные язвы Нашлют на вас в отплату за приязнь!
Менений
Ну, тише, тише! Громко так не надо.
В о л у м н и я
Когда б не слезы эти, вам пришлось бы... Нет, вы должны услышать кое-что.
(Бруту)
Ты хочешь уходить?
Виргилия (Сицилию )
Нет, должен ты 20
Остаться, как и он. — О, если б я Имела власть сказать супругу то же!
Сипиний
[Волумнии]
Уж не мужской ли ты породы будешь?
Волумния
Ну да, глупец. Чего же тут стыдиться? — Заметьте только, как он глуп! — Да разве Отец мой не был мужем? А ты сам Не лисьего ли нрава, что в изгнанье


Того отправил, кто за Рим ударов Нанес побольше, чем наговорил Ты всяких слов?
С идиний О всеблагое небо!
В о ЛУМНИЯ
Не больше ль он нанес ударов славных, Чем слов премудрых у тебя? И всё — Для блага Рима! Я б тебе сказала...
А впрочем, уходи... Нет, ты еще Остаться должен... Если б сын мой был В Аравии, и весь твой род пред ним,
И добрый меч в его руке...
С и g и н и й
А дальше?
Виргилия
А дальше? Он твое потомство всё Прикончил бы.
В о лумни я
Вплоть до детей побочных. О, сколько ран он получил за Рим!
Me нений Ну, полно, успокойся.
С ид ини й
Желал бы я, чтоб кончил он, как начал, Трудясь для родины, — не развязав Узла заслуг, который завязал он.
Брут
И я желал бы.
В о ЛУМНИЯ
«Я желал бы!» Вы Ведь сами же и возбудили чернь,


Акт IV. Сцена 2
445
Вы, кошки злые, что судить способны Настолько ж о достоинствах его, Насколько я — судить о тайнах неба, От нас сокрытых.
Брут
Ну, пойдем, Сидиний.
В олумния
О да, теперь вы можете идти,
Хороших дел наделав. Лишь прибавлю:
Насколько Капитолий превышает Ничтожнейшие римские лачуги,
Настолько же мой сын, что вами изгнан,—
Муж этой женщины, вот здесь стоящей, —
Настолько же он превышает вас.
Брут
Ну, хорошо; нам надо уходить.
Сидиний
К чему нам тут стоять и толковать С безумною?
В олумния Мои молитвы — с вами.
[Уходят трибуны.
Других занятий пусть не знают боги,
Как только утверждать мои проклятья! —
Когда б я каждый день встречала их,
Спадала б тяжесть с сердда моего.
Менений
Ты дельно говорила и, конечно,
Вполне права. Поужинаем вместе?
Волумния
Мне пища — гнев. Моя печаль — мой ужин;
Питаясь так, я с голода умру. —


Кориолан
[.Виргилии]
Ну что ж, идем, и перестань уныло Так охать и оплакивай, как я,—
Как сетовала гневная Юнона.
Идем, идем, идем.
[Уходят Волу мни я и Виргилия.
Me не ни й О, гнусно, гнусно!
[ Уходит.
СЦЕНА 3
Дорога между Римом и Анциумом-
Входят Римлянин и Вольск навстречу друг другу.
Римлянин
А я тебя хорошо знаю, приятель, и ты меня тоже. Кажется, тебя зовут Адрианом?
Вольск
Да, так, приятель. А вот как тебя звать, по правде сказать, забыл.
Римлянин
Я — римлянин; только служу теперь, как и ты, против Рима. Ну что, признал меня?
Вольск
Никанор, что ли?
Римлянин
Верно, друг мой.
Вольск
У тебя борода была больше, когда я видел тебя в последний раз, но твою милость уж очень выдает голос. Что нового в Риме? Мне дано было поручение от начальников — разыскать тебя; это хорошо, что ты сберег мне день пути.


Акт I Y. Сцена 3
44 о
Римлянин
В Риме был большой мятеж: народ восстал против сенаторов, патрициев и знати.
Вольск
Был! Значит, теперь кончился? А наши правители рассчитывали на другое: они усердно готовятся к войне, надеясь обрушиться на Рим в разгар этой сумятицы.
Римлянин
Главный-то пожар погасили, но по малейшему поводу он может вспыхнуть снова. Знать до того раздражена изгнанием доблестного Кориолана, что готова в любую минуту отнять всю власть у народа 20 и навсегда отделаться от трибунов. Всё это тлеет под пеплом и, уверяю тебя, может сразу прорваться наружу.
Вольск
Неужели Кориолан изгнан?
Римлянин
Да, приятель, изгнан.
Вольск
Ну, Никанор, за такую весть тебя ласково встретят.
Римлянин
Момент для ваших — самый благоприятный. Недаром говорится, что соблазнить чужую жену легче всего, когда она поссорится со своим мужем. Ваш благородный Тулл Авфидий покажет себя в этой войне, раз его великий противник Кориолан отвергнут своей родиной.
Вольск
Еще бы! Очень мне повезло, что я встретился с тобой. Теперь зо дело мое кончено, и я с радостью провожу тебя до дому.
Римлянин
А дорогой, до ужина, я тебе порасскажу весьма странные вести из Рима. Всё складывается наилучшим для вас образом. Ты говоришь, что и войска у вас наготове?


446
Ео риалам
Вольск
В самом лучшем виде: дентурионы с их отрядами уже расставлены по местам, жалованье им роздано, и все готовы выступить в поход по первому приказу.
Римлянин
Превосходно: вот от моих вестей они и тронутся в путь. Очень рад, приятель, встрече с тобой, а еще больше — тому, что отсюда пойдем мы вместе.
Я
тебя.
Вольск
хотел, голубчик, сказать то же самое. Я рад этому не меньше Римлянин
Идем же вместе.
[Уходят.
СЦЕНА é
Анциум. Перед домом Авфидия.
Входит Кориолан, переодетый в бедную одежду, прикрывая лицо
плащом.
Кориолан
Хороший город Андиум. А я Тебя наполнил вдовами. Со стоном Владельды этих зданий величавых Передо мною падали в бою.
Не узнавай меня — не то сбегутся С каменьями и жены и младенды И умертвят меня в бесславной битве!
Входит Горожанин.
Здорово, друг.
Горожанин
Здорово.


Акт IV. Сцепа 4
411
Кориолан
Укажи,
Где тут живет Авфидий знаменитый? Он в Анциуме ?
Горожанин
Да. Как раз сегодня м
Дает он пир всем городским вельможам.
Кориолан А где же дом его?
Горожанин Перед тобой.
Вот дом Авфидия.
Кориолан Прощай! Спасибо.
[Уходит Горожанин.
О свет, изменчив ты! Друзья по клятвам,
В ком бьется сердце на двоих одно,
Бессменные товарищи друг другу,
В трудах и в сне, в трапезе и в забавах Друзья, которых, словно близнецов,
Любовь сроднила, — по пустой причине
В единый час меняют дружбу эту т
На горькую и смертную вражду.
А рядом — вдруг заклятые враги,
Во сне своем не знавшие покоя От ярости и помыслов враждебных,
По поводу ничтожнейшему станут Нежнейшими друзьями и потомство Перемешают браком. Так—со мной:
Я ненавижу место, где родился,
А вражий город этот полюбил.
Войду в него. Коль он убьет меня, 30
Он будет прав; но если кротко примет,
Его земле я окажу услуги.
27 Шекспир, т. VI
[Уходит.


448
Кориолап
СЦЕНА 5
Там же. Зала в доме Авфидия. Внутри дома музыка. Входит Слуга.
1-й Слуга
Вина, вина, вина! Прямо безобразие! Должно быть, все наши слуги уснули.
Входит другой Слуга.
[ Уходит,
2-й Слуга
Где Котус? Господин зовет его. Котус! Входит Кориолап.
Кориолан
Прекрасный дом, и всюду пахнет пиром. Лишь я пришел не гостем.
Входит i-й Слуга. •
1-й Слуга
[Уходит.
Что тебе нужно, приятель? Откуда ты? Здесь тебе не место.
Ступай-ка за двери.
Кори о лан
Кориолан, конечно, недостоин Приема лучшего.
Входит 2-й Слуга.
2-й Слуга
[Уходит.
Откуда ты явился? Или у привратника глаз нет, что он впускает ю сюда всякий сброд? Убирайся, пожалуйста.
Кориолан
Эй, прочь!


Акт IV. Сцена о
419
2-й Слуга
Прочь? Сам ты убирайся прочь!
Кориолан
Ты надоел мне!
2- 	й Слуга
Да ты что это храбришься? Вот я поговорю с тобой сейчас. Входят l-й и 3-й Слуги.
3- 	й Слуга
А это что за человек?
1-й Слуга
Чудак, какого я не видывал; не могу выпроводить его из дома. Пожалуйста, попроси сюда господина. (Отходит 6 сторону>)
3-й Слуга
Ты по каким же это делам сюда явился? Убирайся, сделай одолжение. 20
Кориолан
Пускай меня оставят лишь в покое;
Я в доме очага не оскорблю.
3-й Слуга
Да кто ты такой?
Кориолан
Я знатен родом.
3-й Слуга И очень беден при этом!
Кориолан Да, правда, беден я.
3-й Слуга
Пожалуйста, бедный знатный господин, выбери себе какое-нибудь другое пристанище, а здесь тебе не место; прошу тебя, убирайся! Ну!..
*


420
Кориолан
КориоЛАН
Знай свое дело. Пошел к своим объедкам! (Отталкивает его.)
3-й Слуга
Как, ты сопротивляешься? [2-му Слуге] Пойди-ка, скажи господину, что за гость сюда забрался.
Иду.
Где ты живешь?
Под открытым небом.
2- 	й Слуга
3- 	й Слуга Кориолан
3-й Слуга
Под открытым небом?
Да.
Где же это?
Кориолан 3-й Слуга
Кориолан
В царстве коршунов и воронов.
[Уходит.
3-й Слуга
В царстве коршунов и воронов? (В сторону) Ну и осел! (Громко) Значит, ты живешь и с галками тоже?
Кориолан
Нет, я твоему хозяину не служу.
3-й Слуга
Как! Ты еще задеваешь моего господина?
Кориолан
Да; такая услуга честнее, чем трогать твою хозяйку. Довольно болтовни! За дело! Прочь! (Бьет и выталкивает его.)
[Уосо.дит 3-й Слуга.


Акт IV. Сцена о
421
Входят Авфидий и 2-й Слуга. А в ф и д и й Где этот молодед?
2-й Слуга
Вот, господин. Только не хотел тревожить господ в доме, а то избил бы его, как собаку. (Отходит в сторону.)
Авфидий
Откуда ты пришел? Чего желаешь?
Как имя? Почему не говоришь?
Скажи, любезный, как тебя зовут?
Кориолан (открывая лицо)
Но если, Тулл, теперь меня увидев,
Ты всё же не узнаешь, не сочтешь Ты за того меня, кто я, тогда Назвать себя мне самому придется.
Авфидий Скажи свое мне имя!
Кориолан
Не сладостно оно для слуха вольсков;
Звучит оно сурово для тебя.
Авфидий
Послушай, как тебя зовут? По виду Свиреп ты, на лиде же — власти знаки;
Хоть снасти все изодраны твои,
Но из-под них корабль великолепный Глядит; скажи мне, как тебя зовут?
Кориолан
Нахмурить брови приготовься ты.
Меня узнал?


Кориолан
422
А в ф и д и й Не узнаю. Как имя?
Кориолан
Меня зовут Кай Марций, тот, который Нанес ударов много, зла наделал Тебе особенно, а также вольскам,
А прозвище мое—Кориолан:
Улика явная. За все труды,
За крайние опасности, за кровь, Пролитую за родину мою Неблагодарную,—я награжден Лишь этим прозвищем: напоминает Оно, что злобу и вражду питать Ко мне ты должен. Это имя только И остается; прочее пожрал Жестокий и завистливый народ При попустительстве трусливой знати, Которая покинула меня,
Стерпевши то, что голоса рабов Меня из Рима с гиканьем изгнали.
И вот, теснимый крайнею нуждою,
Я к твоему явился очагу.
Не ошибись во мне: пришел к тебе Я не в надежде жизнь свою спасти, — Поверь, когда бы я страшился смерти, Тебя из всех я в мире избегал бы,— Но только гневное мое желанье Разделаться с изгнавшими меня К тебе меня толкнуло. Если носишь Ты в сердце злобу, если хочешь ты И отомстить за личные обиды И возместить урон своей отчизне,— Воспользуйся моею жаждой мести,
Из бед моих всю пользу извлеки Скорее, ибо я сражаться буду,
Как лютый дух из адской глубины,
С отчизной зараженной. Если ж ты На это не дерзнешь, уставши слишком, Чтобы еще пытать свою судьбу,
70
80
90
100


Акт IV. Сцена о
425
То знай: и я измучен слишком жизнью, Чтоб жить еще. Вот грудь моя: рази Во имя старой ненависти нашей.
Коль не убьешь меня, ты будешь глуп: Ведь я всегда преследовал со злобой Тебя, выцеживая бочки крови Из самой груди родины твоей,—
И жить могу лишь на позор тебе,
Когда не окажу тебе услуги.
А в ф и д и й
О Марций, Марций, каждым: этим словом Из сердца с корнем вырываешь ты Вражду мою старинную к тебе.
Когда б Юпитер сам из облаков Со мной заговорил о тайнах неба И подтверждал правдивость слов своих, Ему б не больше верил я, чем нынче — Тебе, всецело благородный Марций! Позволь моим рукам обнять тебя,
На ком сто раз мое копье ломалось, Обломками взлетая до луны И нанося ей раны.
[Обнимает Кориолана.]
Вот сжимаю
Я наковальню своего меча В объятиях, и нынче состязаюсь С тобой в любви я пламенной и верной, Как некогда из гордого упрямства Я состязался в доблести с тобой.
Скажу тебе, я девушку любил,
На ней женился, и едва ль кто в жизни Так искренне вздыхал тогда, как я;
Но сердце восхищенное мое Танцует больше от того, что встретил Я здесь тебя — высокое творенье,
Чем в миг, когда избранница моя Ступила через мой порог. Знай, Марс: Мы здесь собрали войско; и хотел я


т
Кориолан
Еще раз щит рвануть с руки твоей Или своей рукою поплатиться.
Двенадцать раз ты побеждал меня,
И ни одной не проходило ночи, т
Чтоб не видал во сне я наших стычек;
Мы наземь падали с тобой во сне,
Срывали шлемы и один другого За горло брали; я изнемогал —
И просыпался. Благородный Марций!
Когда б других причин мы не имели Для ссоры с Римом, — за одно изгнанье Тебя оттуда соберем мы всех —
И отроков в двенадцать лет и; старцев
Семидесятилетних — и вольемся ш
В неблагодарный Рим, в его пределы Войной, чтоб яростным потоком в нем Всё опрокинуть. О, войди же в дом,
Там руки ты пожмешь моим друзьям Сенаторам; они сегодня здесь Прощаются со мной перед походом В твою страну, хоть не на самый Рим.
Кориолан
О боги, вы меня благословили!
А в ф и д и й
Теперь ты здесь хозяин. Если хочешь
Своею местью сам руководить,— 160
Тебе отдам я половину власти.
Что хочешь, делай: опыт твой богаче,
И силы родины и недостатки Тебе известны. Прямо ли нагрянуть Нам на ворота Рима, или раньше Нам в областях далеких разгромить их,
Чтоб в них посеять ужас, — сам решай.
Войди ж ко мне. Позволь сначала тем Тебя представить, от кого услышишь
Согласие на замыслы твои. 170
Стократ привет! Ты больше стал нам другом,


Акт IV. Сиена о
425
Чем раньше был врагом; а враждовали Мы сильно, Марций. Руку дай. Привет!
[Уходят Кориолан и Авфидий. t-й и 2-й слуги выходят вперед.
1- 	й Слуга
Вот необычайная перемена!
2- 	й С ЛУГА
Право, я уже собирался угостить его палкой, да только смекнул во-время, что он не то, чем кажется по одежде.
1- 	й Слуга
Ну и ручища же у него! Он повернул меня двумя пальцами, словно кубарь какой-нибудь.
2- 	й Слуга
Уж по лицу его я догадался, что тут что-то не спроста. В его лиде есть что-то такое... не знаю, как бы это назвать.
1- 	й Слуга
Да, да, что-то особенное... Пусть меня повесят, если я сразу не догадался.
2- 	й Слуга
Клянусь, и я тоже. Другого такого не часто встретишь.
1- 	й Слуга
И мне так кажется; хоть мы знаем с тобой воина почище его.
2- 	й Слуга
Кто это? Наш господин, что ли?
А кто же еще?
1-й Слуга
2-й Слуга
Да, он шестерых таких стоит.


426
Кориолан
1- 	й Слуга
Ну, это, положим, уж слишком, хотя я и считаю его отличным воином.
2- 	й Слуга
Тут, видишь ли, решать трудно; по части того, чтобы оборонять wo город, наш полководец большой мастер.
1-й Слуга
Да и брать города он умеет.
Входит 5-й Слуга.
3- 	й Слуга
Ну, голубчики, и новости я вам сейчас расскажу; удивительные новости, дорогие мои плуты!
1-й и 2-й Слуги Что? Что? Какие? Скорей рассказывай.
3-й Слуга
Ни за что на свете не хотел бы я сейчас быть |шмлянином; уж лучше быть повешенным.
1-й и 2-й Слуги А почему так? Почему?
3-й Слуга
Почему? Да ведь здесь тот, который всегда колотил нашего полководца, — Кай Марций. ш
1- 	й Слуга
Как это ты говоришь — колотил нашего полководца?
3-й Слуга
Ну, если не колотил, так вроде того.
2- 	й Слуга
Ну, мы здесь приятели, свои люди. Марций был всегда жестковат для нашего; я слышал, как он сам говорил это.


Акт IV, Сцена о
427
1- 	й Слуга
Да уж нечего сказать, жестковат: под Кориолами он искромсал и отколотил нашего, как котлету.
2- 	й Слуга
Так что, будь он каннибалом, пожалуй, он изжарил бы его и съел бы.
1- 	й Слуга
А еще какие новости?
3- 	й Слуга
Наши его так чествуют, как если бы он был сыном и наследником Марса. За столом ему отвели первое место, и если кто из сена- ш торов с ним заговаривает, так не иначе, как стоя и с непокрытой головой. Наш полководец ухаживает за ним, как за любовницей; то бережно дотронется до его руки, то слушает его, вытаращив глаза, а главная новость —• то, что полководец наш разделен пополам, и теперь он. только половинка того, чем вчера был, потому что другой половинкой, по желанию и с согласия всех собравпшхся, сделался теперь Марций. Он уверяет, что схватит римского привратника за уши, всё сметет на своем пути и, где ни пройдет, после него останется гладкое место.
2- 	й Слуга
Что ж, он способен, по-моему, сделать это лучше, чем кто-либо. 220
3- 	й Слуга
Не только способен сделать, но и сделает, потому что, — смекни, дружок, — у него там столько же друзей, как и врагов; только друзья эти, — смекни, дружок, — не смеют, как бы это сказать, прямо выступить за него, покуда он декредитирован.
1-й Слуга
Декредитирован? Как это так?
3-й Слуга
А как только, дружок, они снова увидят, что он поднял гребень своего шлема и в полной своей силе, так они вылезут из своих нор, как кролики после дождя, и запляшут с ним вместе.


428
Кориолап
1- 	й Слуга
А когда же это будет?
3-й Слуга
Завтра, сегодня, сию минуту. После обеда забьют в барабан; это ззо будет им словно десерт, и они двинутся вперед, даже не утерев губ.
2- 	й Слуга
Значит, мы снова повеселимся! В мирное время только железо ржавеет, портные плодятся, рифмачи разводятся.
1- 	й Слуга
И по мне тоже, война—-лучше; она — ясный день, а мир — это ночь. Война живит, веселит, полна слухов и россказней. А мир — будто сон или паралич: скука, пустота, глухота, вялость. В мирное время побочных детей больше родится, чем на войне людей гибнет.
2- 	й Слуга
Да, это верно. Если на войне, надо сознаться, иной раз и насилуют женщин, то в мирное время, вы должны с этим согласиться, жены мужьям рога наставляют. 240
1-й Слуга
Да, и потому люди ненавидят друг друга.
3-й Слуга
А почему? Да потому, что в мирное время они меньше нужны друг другу. То ли дело война! Вот теперь и римляне будут так же дешевы, как и вольски. — Они встают из-за стола!
1-й и 2-й Слуги
Идем, идем скорее!
[Уходят,
СЦЕНА 6 Рим. Площадь.
Входят Сициний и Брут.
С ициний
О нем не слышно ничего, и нам Не следует бояться: он безвреден


Ahn IV. Сцена 6
Теперь, когда в согласии и мире Живет народ, который раньше жил В смятенье яростном. Пускай краснеют За этот мир друзья Кориолана, Которые, хоть и страдали сами От этого, предпочитали видеть На улидах побоища и схватки,
Чем наблюдать, как распевают в лавках Довольные ремесленники наши,
Трудясь спокойно.
Брут
Да, в добрый час мы отстояли дело.
Входит Менений. Менений, кажется?
Сициний
Он, он. С тех пор Куда поласковее стал. — Привет, Почтенный муж!
Менений Привет и вам обоим!
Сидиний
О том, что нет Кориолана, только Друзья его жалеют. Государство,
На зло ему, теперь прочнее стало.
Менений
Всё это хорошо. Но вдвое лучше Могло бы быть* когда б он уступил.
Сидиний А где он, знаешь?
Менений
Ничего не знаю. Жена и мать известий не имеют.


4о0
Еориолан
Входят трое или четверо горожан.
Горожане Обоих вас да охраняют боги!
Сициний
Соседи наши, добрый вечер вам.
Брут
Всем добрый вечер, добрый вечер всем.
1-й Горожанин
Мы сами, жены, дети на коленях Обязаны молить за вас обоих.
С и g и н и и
Живите, процветайте!
Брут
До свиданья,
Соседи добрые. Как мы вас любим,
Когда 6 вас так любил Кориолан!
Горожане
Пускай хранят вас боги!
Оба трибуна
До свиданья!
[Уходят горожане.
С и g и н и й
Теперь живется легче и спокойней, Чем в дни, когда, бывало, горожане Вопили и по улицам метались.
Брут
Умел Кай Марций доблестно сражаться, Но дерзок был, безудержно спесив, Честолюбив...


Акт IV. Сцена 6
mi
С и ц и н и й
Всегда стремился к власти Неограниченной.
Менений Едва ли так.
Сициний
Когда бы консулом остался он, 4о
На горе нам мы б в этом убедились.
Б р у т
Но, к счастью, боги отвратили это:
Рим без него спокоен, невредим.
Входит Эдил.
Эдил
Достойные трибуны, раб какой-то Болтал (его в тюрьму мы заключили),
Что во владенья Рима вольски вторглись Двумя отрядами и в ярой злобе Всё истребляют на пути своем.
Менений
Авфидий это. Он, узнав, что Мардий
В изгнанье, снова высунул рога, 30
Что прятал тщательно, покуда Мардий Стоял за Рим.
С и g и н и й
Да что ты всё толкуешь
Про Марция?
Брут
[Эдилу]
Чтобы болтун сейчас
Был высечен! Не может быть, чтоб вольски Посмели мир нарушить.


432
Кориолан
Менений
Как, «не можете?
Нам память говорит, что очень может.
Я трижды видел на своем веку Подобное. Чем бить того раба,
Вы расспросили бы его сначала,
Чтоб в спешке вам не выпороть того, 60
Кто весть принес и предостерегает Вас от опасности.
Сициний
Что ты толкуешь?
Не может быть, я знаю.
Брут
Невозможно.
Входит Гонец.
Гонец
Патриции толпой бегут в сенат.
Все лица бледны. Весть пришла плохая.
С ицини й
Всё этот раб... —
[Эдилу]
Пусть высекут его Там на глазах народа. Верно, всех Он взволновал своею болтовнею.
Гонец
Достойный муж, того раба известья
Уж подтвердились, и пришли другие, 70
Еще ужаснее.
С и цини й Еще ужасней?
Гонец
Все говорят открыто (правда ль это,
Не знаю я), что будто бы и Марций,


Акт IF. Сцена в
433
Вступив в союз с Авфидисм, ведет Войска на Рим, поклявшись отомстить Всем в городе от мала до велика.
Нелепость!
С и g и н и й
Брут
Распустили этот слух Слабейшие,* чтобы иметь им повод Потом похлопотать о возвращенье Любезного им Мардия.
С и g и н и й
Вот ловко!
Менений
Не верю я!
Кай Мардий и Авфидий — никогда Две крайности такие не сойдутся.
Входит %-и Гонец.
2-й F о н в g
Сенат вас призывает.
Кай Мардий и Авфидий во главе Огромнейшего войска нас громят. Они уже ворвались в наши земли, Огнем всё истребляют, грабят всё, Что на пути лежит.
Входит Коминий.
К о м и н и й [трибунам]
Наделали вы дел!
Me нени й Какие вести?
* Партия аристократов. 28 Шекспир, т. VI
90


434
Кориолак
К о м и н и й [трибунам]
Вы сами виноваты в том, что скоро Бесчестить будут ваших дочерей,
Что на башку теперь вам литься будет Расплавленный свинец от ваших кровель, Что ваших жен позорить будет враг Пред самым носом...
Менений
Говори скорей:
Какие вести? Ну, какие вести?
К о м и н и й
Они сожгут дотла все ваши храмы,
А ваши все права, столь дорогие,
Загонят в мышью норку.
Менений
Вести! Вести! — [Трибунам]
Боюсь я, поработали вы славно! —
[.Коминию]
Скажи, какие вести? Если б Марций Соединился с вольсками...
Коминий
Как, «если б»!
Он — бог для них; ведет он их, подобно Созданью не природы — высшей силы, Создавшей лучший облик. И они Идут за ним на всё отродье наше Со смелостью не меньшей, чем мальчишки, Бегущие за бабочками летом,
Иль мясники, когда идут бить мух.
Менений
Наделали вы дел
С поддержкою ремесленников жалких!


Акт 1У. Сцена 6
435
Не понапрасну вы за чернь стояли, Так чесноком пропахшую.
К о м и ни й
Он Рим
Тряхнет — и затрещат у вас башки.
Менении
Так Геркулес сбивает зрелый плод. Наделали вы славных дел.
Брут
Однако
Всё это правда ли?
К о м и н и й О да. И раньше
Ты побледнеешь, чем найдешь иное. Все области * с улыбкой восстают И только издеваются над теми, Которые, как храбрые невежды, Сопротивляются и гибнут, словно Упрямые глупды. Хулить его Кто может? Кое-что в нем признают Его враги и ваши.
Менений Если только
Не пощадит нас благородный муж, Мы все погибнем здесь.
К о м и ни й
А кто пойдет Просить пощады? От стыда трибуны Идти не могут, а народ достоин Такой же точно жалости, как волк От пастухов. Когда б его друзья Ближайшие сказать ему решились:
* Раньше завоеванные Римом.


«Будь к Риму добрым», этими мольбами Они б себя сравняли с остальными,
Кого по праву ненавидит он,
И стали бы его врагами.
Менений
Правда!
Когда бы подошел он с головнею,
Чтобы поджечь мой дом, я не посмел бы Ему сказать: «Не надо! Пощади!» —
[Трибунам]
Да, вы удачно правите делами С мастеровыми вместе. И недурно Вы дельце смастерили.
К о м и ни й
Да, нагнали
Вы дрожь на Рим такую, что бессильны Все .средства тут.
Трибуны
Напрасно говоришь,
Что мы нагнали.
Менений
Как! А разве мы?
Любили мы его, но, как скоты И трусы знатные, мы уступили Ватаге вашей, а она со свистом Его изгнала.
К о м и ни й
Боюсь, они его обратно ревом Сюда пригонят. Тулл Авфидий стал Вторым по войску, словно воин младший, Ему во всем покорный, — и для Рима Опора, сила и подмога вся —
Одно отчаянье.


Акт IF. Сцена 6
Входит толпа горожан. Менений
437
А, вот и чернь!
Так и Авфидий с ним? —
[Толпе]
На Рим заразу
Вы навлекли в тот час, когда кидали
Свои засаленные шапки вверх, т
В тот час, когда приветствовали криком Изгнание Кориолана. Вот,
Он сам иде,т к нам и несет с собою Для вас бичей не меньше, чем волос У воинов его на головах.
За шапки, что кидали вы когда-то,
Он столько же снесет голов безмозглых.
Что толковать? Да если всех нас в уголь Он пережжет, — мы заслужили это!
Г ОРОЖАНЕ Ужасна эта весть.
1- 	й Горожанин
Что до меня, — 170
Сказав: «Изгнать)), прибавил я: «А жалко».
2- 	й Горожанин
Да и я тоже.
3-й Горожанин
И я. Сказать по правде, так говорили очень многие из нас. Мы заботились об общем благе, и хоть соглашались на изгнание, однако Это было против нашей воли.
К о м и н и й
Да что и говорить: голосовать Вы мастера!


т
Кориолан
Meне ни й
Вы натворили дел Своим галденьем!
[.Коминию]
Что же? В Капитолий?
К о миний
Куда же больше?
[Уосодят Ко миний и Менений
С и ц и н и й
Ну, по домам, друзья. Не унывайте: iso
Ведь это всё сторонники его;
Они довольны были бы, когда Всё подтвердилось бы, чего они Как будто испугались. По домам;
Да пободрей глядите.
1-й Горожанин
Да смилостивятся боги над нами! Идем домой, друзья. Говорил я вам, что мы напрасно изгнали его!
2-й Го р о жАНИН
И
мы все говорили то же самое. Ну, идем домой.
[Уходят горожане.
Брут
Не по сердду мне эта весть.
Сициний
И мне.
Брут
Идем же в Капитолий. Я бы отдал Сейчас же половину состоянья, Чтоб услыхать, что это ложь.
Сидиний
Идем.
[Уходят.


Акт IV. Сцена 7
439
СЦЕНА 7
Лагерь поблизости от Рима.
Входит Авфидий с одним из военачальников. Авфидий
Так к римлянину льнут?
Военачальник
Он словно всех околдовал;
Его лишь имя всюду поминают:
Во время предобеденной молитвы,
И за едой, и встав из-за стола,
Взамен ((спасибо» снова имя то же.
Да, полководец наш, в походе этом Своими ты забыт.
Авфидий Бессилен я:
Начав борьбу, я погубить бы мог Наш план. Он и со мной надменней стал С тех пор, как я обнял его впервые;
Того ль я ждал? Но неизменен он —
Таков уж по природе. Должен я Оправдывать, чего нельзя поправить.
ВОЕНАЧА ЛЬНИК
Мой господин, для собственного блага Ты должен был с ним власти не делить,
А самому вести войска, иль вовсе Ему начальство сдать.
Авфидий
Тебя я понимаю хорошо,
Но будь уверен, что, когда дойдет До общего расчета, он не/ знает,
В чем я сумею обвинить его.
Хотя он сам считает, — и толпа, Повидимому, так же рассуждает, —


Что он походом славно руководит И делу вольсков служит превосходно,
В бою дерется, как дракон, и всё Решает взмахом своего меча,—
Он всё же нечто упустил, на чем Себе сломает шею, — если только Мне шею он не сломит, — в час распета.
В О ЕНA4АЛЬНИК Ты думаешь, он овладеет Римом?
А в ф и д и й
Все города сдаются до осады,
А в Риме знать на стороне его;
Патриции, сенат — ему друзья;
Не войны трибуны; а народ С такой же легкостью вернет его,
С какой услал в изгнание. И Рим Он схватит так же, как морской орел Хватает рыбу, по природе властный.
Он им слугою верным был вначале,
Но перенесть свою не мог он славу.
То гордость ли была, что при удачах Бессменных развращает человека;
Иль пылкость, неспособная вести Весь ряд удач к одной разумной цели;
Иль, может быть, сама его природа,
Упорная, несклонная к уступкам,
Из-за которой на скамьях совета
Он шлема не снимал и в мирном деле
Был грозен, словно вождь на поле брани, —
Из этого иль то, или другое
(Хоть в нем задатки есть всех этих свойств,
Я не скажу, чтоб все они сполна
Ему присущи были) в том повинно,
Что страх и ненависть к себе он вызвал И изгнан был за то. Свои заслуги Он уничтожил, говоря про них.
Зависит наша честь от мненья света,
И силе, хоть и стоящей похвал,


Акт IV. Сцена 7
444
Могилой верной станет та трибуна,
Где превозносится она.
От одного огня другой спасает; * Гвоздем мы выбиваем вбитый гвоздь; Мы право через право умаляем,
А силу силой же и ослабляем. —
Идем. — О Кай, коль станет Рим твоим, То сам, несчастный, будешь ты моим.
[Уходят..
* Раны от ожогов лечили прижиганиями.


АКТ Y
СЦЕНА 1 Рим. Площадь.
Входят Менеиий, Коминищ Сициний, Брут и другие* М Е H Е НИ Й
Нет, не пойду. Вы слышали, что Марций Сказал тому, который был когда-то Начальником его и свыше меры Его любил. Меня он называл Отцом, а прок /какой? Идите вы,
Изгнавшие его, падите ниц За милю пред палаткой и ползите Так, на коленях, к милости его.
Когда Коминия не стал он слушать,
Я дома посижу.
К о ми ни й Не захотел он
Узнать меня.
М Е НЕНИЙ (трибунам)
Вы слышите?
К о м иний
А всё же
Разок назвал по имени меня.
Ему напомнил я про дружбу нашу,
Про то, как кровь мы вместе проливали, — Сказал, что все прозванья отвергает,


Акт V. Сцена 1
443
Что он — никто, безвестный, безыменный,
Пока в огне пылающего Рима Не выкует он имени себе.
Менений
Да, да, вы поработали на славу,
Трибуны! Уголь станет нынче дешев. 20
Вас долго будут в Риме вспоминать.
К о м и н и й
Я говорил о том, как благородно Простить того, кто милости не ждет;
Ответил он, что Рим просить не должен Того, кого он сам же покарал.
Менений
И дельно: что ж сказать он мог иное?
К о м и н и й
Я пробовал в нем жалость пробудить К друзьям его ближайшим. Он ответил,
Что некогда ему их отбирать
В гнилой мякинной куче и что глупо 30
Оставить несожженной эту кучу Зловонную, чтоб из нее спасти Два или три несчастные зерна.
Менений
Два или три зерна! Одно — я сам,
Другие — мать, жена его, ребенок,
Да этот храбрый воин, — вот все зерна.
А вы — мякина сгнившая, и вонь Луны превыше здесь от вас идет.
За вас сгорим мы!
G и g и н и й Не сердись же. Если
Не хочешь ты помочь нам в тяжкий час, 40
То нас бедой хотя бы не кори.
А всё же, если бы ты согласился


ш
Кориолан
За родину просить Кориолана,
Язык твой бойкий больше бы помог нам,
Чем все дружины наши.
Менений
В это дело
Я не хону мешаться.
С и g и н и й Молим мы:
Иди к нему!
Менений
Зачем? С какою целью?
Брут
Хоть испытай, что может дружба ваша Для Рима сделать.
Менений
Чтобы потом вернуться, как Коминий, 3<»
Невыслушанным даже? Только это?
Чтоб к вам пришел я, тяжко оскорбленный Его холодностью?
С и ц и н и й И всё ж тогда
От Рима благодарность ты получишь, Поскольку постарался для него.
Менений
Что ж, попытаюсь; полагаю я,
Меня он станет слушать. Хоть и горько Подумать, как он губы закусил И «гм» сказал Коминию при этом! Должно быть, был не в духе, не обедал. С пустыми жилами, с холодной кровыо, Мы хмуримся на утреннее солнце,
Не склонны ни дарить мы, ни прощать; Но если мы заполним эти трубы,


Акт У. Сцена i
445
Каналы крови, пищей и вином,
Тогда уступчивей и души наши,
Чем в час, когда постимся, как жреды, -—
Поэтому я лучше подожду,
Пока он пообедает, а после
Начну его просить, 79
Брут
Ты к доброте его дорогу знаешь И не свернешь с нее.
Менений
Ну, будь, что будет! Попробую! И скоро я узнаю,
Чем это кончится.
К о м и ний Не станет Мардий
Его и слушать.
С и g и н и й Почему бы нет?
Ко миний
Я расскажу тебе: он там сидит,
Весь в золоте; глаза его пылают Огнем, способным Рим испепелить;
Его обида — милости тюремщик.
Я преклонил колени. Он едва Промолвил: «Встань», и удалил меня Вот так, движением руки безмолвным. Затем мне письменно дал знать о том, Что станет делать и чего не станет, Поскольку клятвой он себя связал.
Итак, надежды тщетны,
Коль мать его с женой нам не помогут: Они хотят его молить, я слышал,
Быть милосердным к родине. Идем же. Попросим ласково их поспешить.
[Уходит.
80
90
[Уходят.


Кориолан
СЦЕНА 2
Передовой пост лагеря вольсков перед Римом.
Часовые стоят на страже. К ним подходит Менений.
1- 	й Часовой Стой! Ты откуда?
2- 	й Часовой Стой! Ступай назад!
Менений
Вы честно стражу держите — хвалю вас.
Но я сановник и имею дело К Кориолану.
1-й Часовой À откуда ты?
Из Рима я.
Менений
1- 	й Часовой
Нельзя пройти. Назад!
Не хочет вождь иметь сношений с Римом.
2- 	й Часовой
Увидишь раньше в пламени свой Рим,
Чем говорить с Кориоланом будешь.
Менений
Любезные друзья, когда ваш вождь О Риме и друзьях своих при вас Говаривал, — ручаюсь, что меня Он поминал. Зовут меня Менений.
1-й Часовой
И всё-таки — назад. Не пропускаем И с именем почетным.


Акт F. Сцена 2
447
Менений
Слушай, малый:
Твой вождь меня особенно любил.
Я книгой был его деяний добрых,
В которой о его бессмертной славе,
Преувеличенной, быть может, мною,
Читали люди; ибо я всегда
Моих друзей (а он из них был первый) 20
В полнейшей мере признавал заслуги,
Насколько с истиной согласно это.
Порой случалось даже — словно шар,
Что пущен по обманчивой дорожке,*
Я слишком уносился вдаль, готовый Крупицу лжи прибавить к похвалам.
Поэтому пусти меня, приятель.
1-й Часовой
Уверяю тебя, когда бы ты налгал в его похвалу столько же, сколько наговорил слов в свою пользу, то и тогда я нс пропустил бы тебя. Нет, даже если бы ложь считалась такою же добродетелью, зо» как и целомудрие. Поэтому — уходи назад.
Менений
Да пойми же, приятель, что меня зовут Менений и что я всегда был на стороне твоего вождя.
2-й Часовой
Хоть ты и был, как сам уверяешь, его облыгателем, я, обязанный на службе его говорить правду, заявляю, что не пропущу тебя. Поэтому — уходи назад.
Менений
Можешь ты мне сказать, обедал он или нет? Потому что я не хотел бы толковать с ним, пока он не пообедал.
1-й Часовой
Ведь ты римлянин?
По дорожке, длина и покатость которой неясны пустившему шар.


448
Кориолан
Менений
Так же, как и твой вождь. м
1-й Часовой
Так ты должен ненавидеть Рим так же сильно, как и он. Неужели ты думаешь, что, выбросив за ворота своего лучшего защитника и отдав врагу, в угоду бессмысленной толпе, свой собственный щит, вы так легко избегнете мести нашего вождя с помощью воплей ваших старух, сложенных рук ваших дочерей или немощных просьб такого слабоумного старика, как ты? Неужели ты надеешься своим слабым дыханием задуть пламя, которое неминуемо охватит ваш город? Нет, вы ошиблись, а потому возвращайся в Рим и готовься к казни. Вы осуждены, и наш вождь поклялся, что никому не будет пощады.
Менений
Ах ты, бездельник! Если бы твой вождь знал, что я здесь, он зо отнесся бы ко мне с уважением.
1-й Часовой
Полно болтать, он тебя и не знает вовсе.
Менений
Я говорю о вашем полководце.
1-й Часовой
Моему полководцу нет дела до тебя. Уходи назад, говорят тебе, или я выпущу последние полпинты твоей крови. Назад! Кроме пинков, ты здесь ничего не получишь. Назад!
Менений
Послушай, послушай, приятель...
Входят Кориолан и Авфидий.
Кориолан
Что тут случилось?
Менений [4-му Часовому]
Ну, голубчик, теперь тебе попадет! Ты увидишь, как меня здесь уважают. Ты поймешь, что какому-то жалкому часовому не отогйать ео


меня от сыпка моего Кориолана. Послушай, как мы с ним будем разговаривать, и ты смекнешь, что не миновать тебе повешения или иной смерти, еще более для зрителей продолжительной, а для тебя мучительной. Ну, смотри теперь и падай в обморок от того, что тебе предстоит. —
[.Кориолану]
Великие боги ежечасно держат совет о твоем благоденствии и любят тебя не меньше, чем твой старый отец Менений. Сын мой, сын мой! Ты готовишь пожар для нас; но гляди, вот влага, которая зальет его. Меня с трудом уговорили пойти к тебе; но так как я был уверен, что никто, кроме меня, не может тебя тронуть, вздохи римлян выдули меня за ворота города, и вот, я заклинаю тебя —прости Рим и твоих умоляющих сограждан. Да смягчат благие боги твой гнев и направят подонки его на этого вот слугу, который, как пень, загородил мне дорогу к тебе.
Прочь!
Кориолан
Менений
Как! Прочь?
Кориолан
Жена, и мать, и сын — я их не знаю,
Дела мои — на службе у других.
Хоть месть — моя, но право на пощаду Я отдал вольскам. Память дружбы нашей Меня не склонит к милости: скорее Я дружбу ту забвеньем отравлю.
Иди же прочь! Мой слух для слов мольбы Надежней замкнут, чем ворота Рима От войск моих. Но так как прение я Любил тебя, возьми бумагу эту.
Ее я для тебя писал и думал Послать тебе.
(Дает ему письмо.)
Затем, Менений, слов Передо мной не трать. — Авфидий, в Риме Его любил я; но теперь — ты видишь...
29 Шекспир, т. VI


т
Кориолап
Авфидий Да, верен ты себе.
[Уходят Кориолап и Авфидий.
1- 	й Часовой
Ну, достойный муж, так твое имя — Менений?
2- 	й Часовой
Видишь, какая в нем оказалась сила! Дорогу домой ты, наверно, знаешь?
1- 	й Часовой
Славно нас отчитали за то, что мы не пропустили ваше великолепие?
2- 	й Часовой
Отчего же это мне надо было упасть в обморок?
Менений
Мне нет дела ни до вашего вождя, ни до всего света. А о такой дряни, как вы, я и думать не хочу: вы слишком ничтожны. Кто сам готов наложить на себя руки, тот не боится убийц. Пусть вашь вождь юо творит свое злое дело. А вы оставайтесь тем, что вы есть, только пусть ваше убожество возрастает с годами! Скажу вам то, что вы мне говорили: «Прочь!»
[Уходит.
1-й Часовой
Нечего сказать, славный человек!
2-й Часовой
Вождь наш — достойный человек: будто скала или дуб, с которым ветру не справиться.
[Уходят.
СЦЕНА 3
Палатка Бориолана.
Входят Кориолап, Авфидий и другие. Корио лАН
Так завтра мы поставим наше войско Под римскими стенами. —
[Авфидию]


Акт 7. Сцена 5
4о4
Мой товарищ,
Ты можешь сообщить вельможам вольсков,
Что честно я служил.
Авфидий
Лишь их веленья
Ты исполнял; был глух к моленьям Рима;
Не выслушал ни разу частных просьб Друзей, уверенных в тебе.
Корйолан
Старик,
Которого сейчас с разбитым сердцем Прогнал я в Рим, боготворил меня,
Любил меня отцовскою любовью.
Для них была последняя надежда —
Его посольство. Ради старой дружбы К нему, — хоть он и встречен был сурово, —
Я снова предложил им те условья,
Которые они уже отвергли,
Да и теперь принять едва ли могут.
Чтобы его утешить (он ведь думал,
Что большего достигнет), я прибавил Ничтожные уступки. Но отныне Посольств не буду больше йринимать.
И просьб ни от друзей, ни от сената Не стану слушать я.
За сценой шум.
Что там за шум?
Хотят склонить меня нарушить клятву В тот миг, когда я дал ее? О нет!
Входят в траурной одежде Виртлия, Волумния, ведущая маленького Марция, Валерия и свита.
Жена моя идет сюда; за нею Та Форма благородная, в которой Сложилось это тело,
[указывая на сейя]
и ведет


4о2
Кориолан
С собою внука кровного. Но прочь, Любовь! Долой оковы и права Природы! Добродетелью пускай Мое упорство будет! Как прелестны Ее осанка и голубки взор!
Отрекся б ради них и бог от клятвы! Растроган я, не тверже я других.
Передо мной склонилась мать моя, — Перед кротовиной Олимп согнулся;
И мальчик мой меня как будто молит:
((О, пощади!» Пусть вольски вспашут Рим И взборонят Италию, — не буду Я никогда птенцом бессильным, слабым, Чтобы слепым влеченьям подчиниться,
Но до конца таким останусь, словно Сам человек лишь был творцом себя, Родства не зная никакого.
Биргилия
И повелитель!
Муж мой
30
40
Кориолан
Я гляжу теперь Уже не так, как в Риме.
Биргилия
Это скорбь
Так изменила нас: вот почему Ты не узнал нас.
Кориолан
Как актер дрянной,
Забыл я роль свою, и ждет меня
Позор великий. — Плоть моя родная, 50
Прости мою жестокость! Но при этом Не говори мне только: «Рим прости!»
[.Целует Виртлию.]
Твой поцелуй мне сладостен, как месть,


«Кориолан»
С гравюры Бауэра по картине Бона


Акт V. Сцена 5
455
И так же долог, как мое изгнанье.
Клянусь ревнивою царицей неба/
Что поцелуй твой я сберег, и губы Его всегда хранили в чистоте. —
Но, боги, я болтаю, мать оставив,
Почтеннейшую в мире, без поклона!
(Становится на колени.)
Склонитесь в прах, мои колени, так, «о
Чтоб глубже след почтенья я оставил,
Чем кто-либо когда из сыновей.
В ОЛУМНИЯ
О, встань, благословенный! Пред тобой Не на подушку, а на жесткий камень Я опущу колени, чтоб исполнить Долг матери пред сыном, до сих пор Превратно толковавшийся!
(Становится на колени.)
Кориолан
Что вижу !
Ты преклонила предо мной колени,
Пред сыном, что наказан тяжко был?
Так пусть каменья с берегов голодных 70
Ударят вверх по звездам; ветер буйный Захлещет пусть ветвями гордых кедров По пламенному солнцу. Что же трудно,
Раз стало всё возможным?
В о лу мния
Ты — мой воин:
Я создала тебя. — Ты узнаешь ли Ее?
[.Указывает на Валерию.]
Кориолан
Достойная сестра Публйколы, о римская луна!
* Юноной, ревнивой супругой Юпитера.


4о4
Кориолан
Строга, как льдинка, что мороз сковал Из снега непорочного, повесив
На храм Дианы... Милая Валерия! яо
Волумния
[подводя к Кориолану сынаJ
А вот ты сам, хотя и в доалом виде;
Но срок придет — и станет он подобен Тебе, каков теперь ты, целиком.
Корио ЛАН
Пусть бог войны, с Юпитером в согласье,
Тебя великодушьем одарит,
Чтоб для позора стал неуязвимым И маяком великим на войне Ты возвышался стойко в каждой буре,
Спасая тех, кто на тебя взирает.
В о лумния
[мальчику]
Ну, на колени!
Кориолан Славный мальчик мой!
Волумния
С ним наравне жена твоя, затем Валерия и я сама, мы все —
Ходатаи перед тобой.
Кориолан Молчи!
Иль перед просьбой вспомни об одном:
Не уступлю того, в чем я поклялся.
Ты мне не предлагай, чтоб распустил Я воинов своих иль соглашенье С мастеровыми Рима заключил.
Не говори, что я бесчеловечен.
И голосом холодного рассудка
100


Акт V. Сцепа 5
4оо
Моей вражды и гнева не пытайся Обуздывать.
Волумния
Довольно, о, довольно!
Сказал ты, что ни в чем нам не уступишь!
А мы просить хотели лишь о том,
В чем ты уж отказал. Но всё ж попросим,
Чтоб, в случае отказа твоего,
Пятном тяжелым на тебя легла Твоя жестокость; выслушай меня.
К о ри о ЛАН
Авфидий, вольски, подойдите ближе,
Чтоб мне наедине без вас не слушать по
От Рима ничего.—В чем ваша просьба?
Волумния
И без речей — по виду и по платью
Ты можешь угадать, как жили мы
С тех пор, как ты от нас ушел в изгнанье.
Подумай сам, встречал ли ты когда На свете женщин более несчастных,
Чем мы, пришедшие сюда к тебе!
Твой взгляд, который вызвать должен был У нас у всех потоки слез счастливых,
Сердца заставить радостно забиться,— ш
В нас вызывает ужас и печаль.
Супруга, сын и мать—должны мы видеть,
Как ты — супруг, отец и сын — терзаешь Отчизны сердце. И для нас, несчастных,
Твоя вражда особенно горька:
Ты отстранил нас от молитв — отрады,
Что всем доступна, лишь не нам, увы!
Возможно ли молиться за отчизну,
Как долг велит, и за твою победу,
Как долг велит? Увы! Иль мы утратим 130
Кормилицу бесценную — отчизну,
Или тебя — в отчизне утешенье.
Кому бы мы победы ни желали,


456
Кориолан
Нам всё равно беды не миновать;
Иль как злодей, нам чуждый, в кандалах По улицам ты будешь проведен,
Иль гордо по развалинам пройдешь Своей отчизны и венок получишь,
Пролив отважно кровь жены и сына.
Что до меня, мой сын, я не хочу ш
Прислуживать судьбе и дожидаться,
Чем кончится война. Коль я не в силах Склонить тебя к тому, чтоб ты явил К обеим сторонам великодушье,
А не искал бы гибели одной,—
Поверь мне, прежде чем идти на Рим,
Ты должен будешь наступить ногой На чрево матери, тебя родившей.
Виргилия
И на мое, что жизнь дало младенцу,
Который имя сохранит твое. 150
Мальчик
Он на меня не ступит — убегу я;
А вырасту — я сам сражаться буду.
Кориолан
Тот, кто не хочет женщиною стать,
Не должен на детей глядеть и женщин.
Я засиделся с вами.
(.Встает.)
В о лу мния
Нет, не можешь
Ты так уйти от нас. Когда бы мы Тебя молили римлян пощадить На гибель тем, кому теперь ты служишь,
Ты был бы вправе нас корить за то,
Что честь твою мы губим. Только мир ш
Тебя мы просим водворить, чтоб вольски Могли сказать: «Мы милость проявили»,
А римляне: «Мы приняли ее».
Привет всеобщий с двух сторон получишь


Акт V. Сцена 3
4о7
От каждого: «За заключенье мира Ты будь благословен!» Мой сын великий,
Ты знаешь, что исход военных дел Сомнителен, но верно то, что ты,
Когда раздавишь Рим, одно пожнешь,
Одну лишь выгоду — получишь имя, 170
Которое с проклятьем по пятам Пойдет вослед и будет повторяться;
И впишут в летопись: «Он был велик,
Но тем свою он славу уничтожил,
Что родину сгубил, докрыв позором Себя в веках». Промолви слово, сын!
Ведь ты всегда стремился честным быть,
По милости — богам уподобляться;
Ты громом рвал широкой тверди щеки,
Но молнией одни дубы громил. iso
Что ж ты молчишь? Иль честно мужу славы Обиды помнить?—Дочь, на слезы он Не смотрит. Говори же с ним. — Малютка,
Проси его. Быть может, детский лепет Подействует сильнее наших слов.—
Нет в мире человека, кто бы был Так матери обязан; и однако,
Он допускает то, что я пред ним Здесь попусту болтаю, как колодник.
Ты к матери всегда неласков был; ш
А для неё, наседки одинокой,
В тебе вся жизнь была. Она тебя,
Кудахтая, взрастила для войны И радостно встречала из походов,
Где славу добывал ты. Что ж, гони Меня домой, в моленьях отказав мне.
Но если справедливы те мольбы,
То чести нет в тебе — и гнев богов За матери права тебе отплатит. —
Он отвернулся — припадем же все т
К его ногам и пристыдим его!
[Все падают к ногам Кориолана.]
Кориоланом прозван он, но гордость,


Кориолап
458
Не жалость, с этим именем сроднилась.
В последний раз падемте на колени.
Откажет он, — уйдемте и умрем Среди соседей, дома. — Погляди Хоть на малютку ты: он сам не знает,
О чем просить, но ца коленях с нами К тебе простер ручонки; этот довод
Сильней на много доводов твоих, 210
Которые имеешь для отказа. —
Идемте; этот человек родился От Вольской матери; его жена,
Должно быть, в Кориолах, и случайно Наш мальчик на него похож лидом. —
Что ж ты не гонишь нас? Молчать я буду,
Покуда Рим в огне не запылает.
Тогда — поговорим.
КориоЛАН О мать, о мать!
Что сделала со мной! Разверзлось небо!
Смотри, глядят со смехом боги сверху т
На эту небывалую картину.
О мать моя, о мать! Для Рима ты Счастливую победу одержала;
Но сына ты — поверь мне, о, поверь! —
К опасности великой привела,
Быть может даже, для него смертельной.
Но будь, что будет. — Если не могу,
Авфидий, я вести войну, как надо,
То мир почетный заключу. Скажи
Мне сам, Авфидий добрый, если б ты 2зо
На этом месте был, ужель тогда Ты к матери остался б равнодушным Иль уступил ей меньше б ты, Авфидий?
Авфидий Я тоже тронут был.
Кориолан
О да, дерзнул бы Я клятвой поручиться за тебя.


Акт V. Сцена 4
459
Ведь и моим глазам покрыться влагой Не так легко от состраданья, друг.
Однако, добрый друг, ты посоветуй:
Какие им условья предложить?
Что до меня, то в Рим я не вернусь: 240
Уйду я с вами; и прошу тебя Теперь помочь мне. — Мать! Жена моя!
Авфидий
(в сторону)
Доволен я, что ты в себе поссорил И честь и милосердие свое.
Воспользуюсь всем этим и верну Себе удачу прежнюю.
Женщины хотят прощаться с Кориоланом.
Ко ри о ЛАН Постойте!
Сначала вместе выпьем мы вина:
Свидетельство мы этим обоюдно Скрепим, которое надежней слов.
Его вы в Рим снесете. Что ж, идемте.
О женщины, за этот подвиг вам Должны бы храм воздвигнуть. Все мечи Италии и государств союзных Не привели бы нас к такому миру.
т
[Уходят.
СЦЕНА 4 Рим. Площадь.
Входят Менений и Сициний.
Менений
Видишь ли ты этот выступ на Капитолии, угловой камень?
Сиг$иний
Ну, что же дальше?


460
Кориолан
Менений
Если ты сдвинешь его с места мизинцем, значит, есть надежда на то, что римлянки, особенно его мать, уговорят Кориолана. Нечего надеяться, говорю тебе: наши шеи приговорены и ждут повешения.
С и ц и н и и
Возможно ли, чтобы человек в такое короткое время мог до такой степени перемениться!
Менений
Есть разница между червяком и бабочкой; а все же бабочка была червяком. Этот Марций стал драконом из человека; у него выросли ю крылья, и ползать он уж больше не станет.
Сициний
Он горячо любит свою мать.
Менений
И меня тоже; а теперь не больше думает о своей матери, чем восьмигодовалый конь. От его упрямого вида спелый виноград закиснет. Он ходит, как башня, и земля дрожит от его походки. Своим взглядом он способен пробить панцырь; голос его похож на колокол, и каждый звук его подобен пушечному выстрелу. Он сидит в кресле под балдахином, словно статуя Александра. Не успеет он приказать что-нибудь, как уж это исполнено. Он отличается от какого-нибудь бога только тем, что не обладает вечностью и троном на небе. 2о
Сициний
Да еще не способен к милости, если ты описал его верно.
Менений
Я изобразил его в точности. Вот увидишь, какую милость принесет мать от него. Милости в нем не больше, чем молока у тигра- самца. Наш несчастный город еще почувствует это. И всё это произошло из-за вас!
Сициний
Да смилостивятся боги над нами!


Акт V. Сцепа 4
461
Менений
Нет, на этот раз боги над нами не смилостивятся. Когда мы изгоняли его, мы не заботились о богах, и теперь, когда он придет свернуть всем нам шею, боги о нас не позаботятся.
Входит Гонец.
Г о не g
[Сицинию]
Почтенный, если хочешь жизнь спасти, зо
Беги в свой дом; товарищ твой уж схвачен Плебеями, которые его По улицам волочат и клянутся,—
Когда и римлянки отрадной вестью Нас не утешат, — разорвать его.
Входит 2-й Гонец.
С и g и ни й
Какие вести?
2-й Гонец
Вести всем на радость —
Что римлянки победу одержали:
Ушли враги и Марций вместе с ними.
Рим не видал дня радостнее, даже
В ту пору, как Тарквиний изгнан был. т
С и g и н и й
Мой друг, то правда ли? Ты верно знаешь?
2-й Гонец
Так верно, как я знаю солнца свет!
Да где же ты скрывался, что с сомненьем Встречаешь вести? Не спешил еще Так никогда прилив, гонимый ветром,
Под арками мостов, как за ворота Бежит утешенный народ. Послушай!..
За сценой звучат трубы и гобои, бьют в барабаны, раздаются
радостные клики.
Литавры, трубы, Флейты, барабаны,


462
Кориолан
Кимвалы, ликованье римлян — всё
Плясать заставит солнце. Слушай, слушай! so
Снова крики.
Менений
Благая весть! Иду навстречу женам.
Одна Волумния дороже стоит Патрициев и консулов, а также Сенаторов и города всего,
Ну, и трибунов, вот таких, как вы,
Которых и на суше и на море Без счета. Вы, должно быть, помолились Сегодня хорошо. Не дал бы гроша За десять тысяч глоток ваших утром!
Чу! Слышите, как веселятся там? «о
Крики и музыка.
Сициний
Сперва пусть боги за твои известья Тебя благословят. Затем прими И от меня ты благодарность.
2-й Гонец
Что ж,
Благодарить имеются у всех У нас причины.
От города?
Сициний Далеко ль они
2-й Гонец Почти что у заставы.
Сициний
Идем встречать, чтоб заодно со всеми Поликовать.
[Уходят.


Акт V. Сцепа 5, 6
465
СЦЕНА 5
Там же. Улица близ городских ворот.
Входят Волумния, Виртлия, Валерия и другие 6 сопровождении двух сенаторов, патрициев и народа; они проходят через сцену.
1-й Сенатор
Вот покровительница наша, в ней Вся Рима жизнь! Сзывайте трибы ваши! В знак радости огни зажгите всюду! Богов благодарите! Путь цветами Усыпьте женам! Заглушите крик, Которым раньше Марция изгнали, Приветом дружным матери его!
Кричите все: «Привет вам, жены Рима!»
Все
Привет вам, жены Рима!
Трубы и барабаны.
[Уходят.
СЦЕНА 6
Кориолы. Площадь.
Входит Тулл Авфидий со свитой.
Ав ф идий
Сказать в сенате, что вернулся я.
Пусть там теперь прочтут бумагу эту И все немедленно идут на площадь,
Где я пред ними и пред всем народом Удостоверю то, что написал я.
Уж обвиненный в город наш вступил И хочет появиться пред народом В надежде оправдать себя словами. Спешите же.
[Уходит свита.


464
Кориолан
Входят три или четыре заговорщика партии Авфидия.
Привет вам!
1- 	й Заговорщик
Полководец!
Что, как твои дела?
А в ф и д и й
Как у того, ю
Кто подаянием своим отравлен И гибнет от своей же доброты.
2- 	й Заговорщик
Достойный вождь, коль ты не изменил Своих решений прежних, для которых Ты нас призвал, мы от такой беды Тебя избавим.
Ав фидий
Я — в сомненье; надо Тут действовать с народом заодно.
3-й Заговорщик
Но раз возможен выбор между вами,
Народ всё время будет колебаться,
Покуда не падет один из двух, 2о
Оставивши другому всё наследство.
А в ф и д ий
Всё знаю я — и наступило время Нанесть удар. Возвысил я его,
Я за него моей ручался честью;
А он, окрепши вдруг, стал поливать Все всходы новые росою лести И ею подкупать моих друзей.
Он ради этой цели обуздал
Свою природу, — он, когда-то бывший
Суровым, непреклонным и открытым. зо


Акт Y. Üuena 6
46o
3-й Заговорщик
А прежде, из упорства,
Он не хотел смиряться — и утратил Сан консула.
Ав фидий
Про то и говорю я.
Его изгнали — он пришел в мой дом,
Подставив горло моему ножу;
Я взял его в товарищи по власти;
Я уступил всем замыслам его;
Нет, больше: чтобы мог он их исполнить,
Ему позволил выбрать из рядов Всех лучших, сильных воинов моих,
И сам служил намереньям его,
И пожинать пошел с ним вместе славу, —
А он присвоил всю ее себе.
Отчасти я гордился даже тем,
Что о самом себе позабывал,
Пока не стало ясно, что слуга,
А не товарищ я ему, что платит Он милостивым взглядом мне, как будто Простой наемник я.
1-й Заговорщик Всё это правда.
В войсках дивились этому; тогда,
Когда он к Риму подступал, а мы Не только славы, но добычи ждали...
А в ф и д и й
Вот в том-то всё и дело; тут-то я Со всею силой на него обрушусь.
За капли женских слез? как ложь дешевых,
Он продал кровь и труд великих битв,
Поэтому он должен умереть,
И чрез его паденье — я восстану.
Послушайте!
За сценой звуки барабанов, труб и радостные клики народа.
30 Шекспир, т. VI


ж
Кориолан
1 гй Заговорщик Ты сам в родной свой город
Как будто бы гондом вошел и дома во
Приветствий не имел; его же крики Встречают, громом потрясая воздух.
2- 	й Заговорщик
И дураки прилежные, чьи дети Убиты прежде были им, теперь Его, надсаживая глотки, славят.
3- 	й Заговорщик
Коль хочешь ты своей добиться дели, —
Пока он речью не успел привлечь Народ на сторону свою, ты дай Почувствовать ему свой меч, а мы
Тебя поддержим. А когда он будет 70
Повержен, ты представишь объясненья,
Его же оправданья вместе с телом Уложим в гроб.
А в ф и д и й
Ни слова больше. Вот Идут сановники.
Входят сановни1т города.
С АН о вники
Привет тебе!
Ав фидий
Не стою я приветов. Прочли ли вы, достойные отды,
Что написал я?
Сановники
Да.
1-й Сановник
С большою скорбью Все прежние проступки без труда


Акт F. Сцена 6
467
Мы извиняем в нем; но кончить так,
Едва начав, пожертвовать напрасно т
Издержками, народом и трудами,
За наш же счет вознаградить потери,
Мир даровать поверженным врагам,—
Тут оправданий нет!
Авфидий
Вот он и сам. Послушайте его.
Входит Кориолан с барабанами и знаменами, толпа горожан следует за ним.
Кориолан
Привет, отцы! Вот воин к вам вернулся;
И к родине он заражен любовью Не более, чем был перед походом;
Как прежде, я покорен вашей воле.
Да будет вам известнр, что удачно т
Я вел поход; дорогою кровавой К самим воротам Рима я привел Войска. Добыча наша превышает На третью часть издержки всей войны.
Мир заключен, для анциатов славный,
Для римлян же постыдный. Вот, вручаем Вам договор; на нем печать сената;
Патриции и консулы скрепили Его своею подписью.
Авфидий Не стоит
Читать, отцы. Изменнику скажите, ш
Что властью вашей злоупотребил Чрезмерно он.
К о р и о ЛАН
Изменник — я!
Авфидий
Да, ты изменник, Марций.
*


т
Кориолан
Корио ЛАН
Я — Мардий!
А в ф идий
Мардий, да, Кай Мардий, да. Ужель, ты думаешь, тебя украшу Прозваньем, что украл ты в Кориолах?— Отды, главы правленья, ваше дело Он предал вероломно; сдал жене И матери своей ваш город Рим —
Да, он был ваш! — за несколько слезинок; Военного совета не созвав,
Он разорвал и клятву и решимость,
Как рвут гнилую нитку; он проплакал Победы ваши; мог он только хныкать При виде слез кормилиды своей,
Дивя мужей и в стыд юндов вгоняя.
Кориолан Ты слышишь, Марс?
А в ф и ий
Тебе ль к нему взывать, Заплаканный мальчишка!
Кориолан
Что?
А в ф и дий
Мальчишка!
Кориолан
О беспримерный лжед! Разгневал ты Мне сердде, переполнив свыше меры! «Мальчишка»! Ах ты, раб!—Отды, простите; Я в первый раз, достойные отды,
Так вынужден ругаться. Обличите Своим судом во лжи собаку эту.
Пусть этот лжед, что след моих ударов На теле до могилы не износит, —


Акт F. Сцена 6
469
Пусть он во всем сознается и ложью Своей подавится.
1-й Сановник
Молчите оба И слушайте меня!
Кориолан В куски меня
Рубите, вольски! Юноши и мужи, ш
В моей крови мечи свои омойте! —
«Мальчишка))!—Ах ты, лживая собака!
Когда правдивы летописи ваши,
То там найдете вы, что это я,
Я, как орел, влетевший в голубятню,
Загнал дружины ваши в Кориолы.
«Мальчишка)) !
Ав ф и д ий Благородные отцы,
И вам в глаза хвастун безбожный этот Осмелится твердить без наказанья
О всех случайных ваших неудачах, 140
Позоря вас?
Заговорщики За это смерть ему!
Г о р ожАНЕ
Разорвать его в куски!—Убить сейчас же! — Он убил моего сына!—Мою дочь!—Моего брата Марка!—Моего отца!
2-й САНО вник
Молчать, вы все! Молчать, без оскорблений!
Он — славен, и nô всей земле о нем Молва идет. Обсудим здраво мы Его последнюю обиду нам. —
Остановись, Авфидий, и порядка Не нарушай.


470
Кориолан
КориоЛАН О, как желал бы я,
Чтоб он и шесть АвФидиев, иль больше, iso
И племя всё его ко мне явились Попробовать вот этой честной стали!
Авфидий Ты — наглый негодяй!
Заговорщики
Убить, убить,
Убить, убить, убить его!
Заговорщики, обнажив мечи, бросаются на Кориолана и убивают его. Авфидий наступает ногой на его труп.
Сановники
Стой, стой!
Авфидий
Достойные властители мои,
Прошу я слова.
1- 	й Сановник Тулл, о Тулл!..
2- 	й Сановник
Заплачут
Все храбрые от твоего поступка.
3- 	й Сановник
Не попирай его ногою. — Тише! —
Мечи в ножны вложите.
Авфидий
Отцы почтенные, когда вы все 1б0
Узнаете (а вам ведь неизвестно,
Чем этот гнев он возбудил во мне)
О той опасности великой вам,


«Кориолан»
С рисунка Д. Джильбсрта


Акт V. Сцена 6
474
Которую таила жизнь его,
Порадуетесь вы, что он нашел Такой конец. Почтенные, прошу —
В сенат меня зовите; там отвечу Я, как слуга вам верный, иль от вас Безропотно приму я злую кару.
1- 	й С АН о вник
Несите тело; плачьте все по нем; по
Пусть видят самый благородный труп,
Какого никогда еще глашатай Не провожал до урны.
2- 	й Сановник
Был строптив
Кай Марций, и чрез это часть вины С Авфидия снимается. Быть может,
Всё это к лучшему произошло.
Авфидий
Прошел мой гнев, и скорбью потрясен я. —
Берите труп, вы, трое из вождей Достойнейших; сам буду я четвертым.—
Пусть барабан гремит печальным звуком; ш
Стальные копья пусть пред ним склонятся.
Хоть вдовами наш город он наполнил И потеряли многие детей,
Хоть слезы их доныне не обсохли,
Мы память славную должны почтить. —
Берите тело!
[Уходят с телом Кориолана. Похоронный марш.


о о ста о о о
I
жизнь
ТИМОНА
АФИНСКОГО
TIE PI ВОА
П.И.ВЕЙНБЕРГА


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Тимон, знатный афинянин. Люций I
Лукулл J. его льстець
С е мир они й ]
1
его льстецы.
Вентидий, один из ложных друзей Тимона* Алкивиад, афинский военачальник. Апемант, язвительный философ.
Флавий, управитель Тимона.
Поэт.
Живописец.
Ювелир.
Купец.
Старик-афинянин.
Фламиний 1
Люцилий > слуги Тимона.
Сервилий J
К а ф и с 1
Ф и л о т
Тит > слуги кредиторов Тимона.
Гортензий I
и другие J
Паж.
Шут.
Три чужестранца
Тимандра
Купидон и Амазонки, маски.
Сенаторы, вельможи, воины, разбойники, слуги.
Ф р и на
Место действия: Афины и лес поблизости*


АКТ I
СЦЕНА 1
Афины. Зала в доме Тимона.
Входят в разные двери Поэт, Живописец, Ювелир, Купец и другие.
Поэт
Здорово.
Живописец Рад я вас здоровым видеть.
Поэт
Давно уж вас я не встречал. Ну, как Наш мир идет ?
Живописец
Чем больше он растет,
Тем более ветшает.
Поэт Это всё
Известно нам. Чего-нибудь такого Не знаете ль чудесного, о чем Сто тысяч раз уж все не повторяли? Смотрите-ка! О колдовство богатства!
Ты силою могучею своей Служить себе призвало эти души.
Вот тот купец знаком мне.
Живописец
Знаю я
Обоих их; вот тот другой — брильянтщик.


Акт I. Сцена 4
477
Купец
О, он вполне достойный человек!
Ювелир
Да, в этом нет сомненья.
Купец
Несравненный Он человек: весь дышит, так сказать, Прекрасною и вечной добротою.
Да, господин, каких немного.
Ювелир
Вот
Со мной брильянт.
Купец
Ах, покажите мне,
Пожалуйста. Наверно, для Тимона?
Ювелир
Да, если он не скажет, что прошу 2о
Я дорого. Но в этом отношенье,..
Поэт
(декламируя)
«Хваля порок из-за награды, мы Кидаем тень на блеск стихов счастливых,
Назначенных превозносить добро».
Купец
(рассматривая брильянт)
Брильянт красив.
Ювелир
Да, и к тому ж роскошен; Смотрите-ка: чистейшей он воды!


т
TùMoh Афинский
Живописец
Вы заняты, как видно, сочиненьем Каким-нибудь? Приветственным стихом Великому Тим о ну?
Поэт
Право, это
Самой собой возникло у меня.
Стихи из нас струятся, как сочится Камедь с ствола, вскормившего ее.
В кремне огонь тогда лишь засверкает, Когда по нем ударишь. Баш огонь Прекраснейший родится сам собой И, как поток, несется, разрушая Преграды все. À это что у вас?
Живописец
Рисунок мой. Когда же ваша книга Появится?
Поэт
Как только поднесу.
Позвольте мне взглянуть на ваш рисунок.
Жив ОПИСЕЦ (показывал картину)
Он недурен.
Поэт
Отлично, превосходно!
Так, ничего.
Живописец
Поэт
Нет, чудно хорошо!
Как эта вся Фигура грациозна! Какою силой разума горит Вот этот глаз! Могучая какая Фантазия трепещет на губах! Движения хоть немы, но не трудно Вполне понять их смысл.
30
40


Акт 1. Сцена 4
479
Живописец
Да, я сумел
Жизнь передать недурно. Посмотрите На этот штрих, — хорош?
Поэт
Я вам скажу, эд
Что он урок дает самой природе.
Искусства дух, присутствующий здесь Во всех чертах, живее самой жизни.
Через сцену проходят несколько сенаторов.
Живописец
Как окружен друзьями наш патрон!
Поэт
Афинские сенаторы! Счастливец!
Живописец
Вот, вот еще!
Поэт
Вы видите поток
Громаднейший, толпу гостей Тимона?
В своих стихах, не конченных еще,
Представил я такого человека,
Которого наш мир земной дарит во
Объятьями и роем наслаждений.
На вольный дух мой не кладут оков Отдельные подробности: по морю Поэзии свободно мчится он;
В своем пути не отравляет злобой Он ни одной малейшей запятой,
Но, как орел, летит вперед отважно,
И путь его бесследен.
Хотите вы?
Живописец
Что сказать


т
Тимол Афинский
Поэт
Сейчас вам объясню я.
Вы видите, как люди всех сословий И все умы—■и самые пустые И самые серьезные — спешат С услугами покорными к Тимону. Громадные богатства и при них Приветливость и доброта большая К нему влекут все души, от льстеца С лоснящимся лицом до Апеманта, Которому ничто не любо так,
Как ненависть к себе же; пред Тимоном Склоняется и этот человек,
И от него домой уходит с миром, Улыбкою его обогащенный.
Живописец
Д видел, как беседу меж собой Они вели.
Поэт Итак, изобразил
Фортуну я: сидит она на троне,
На высоте прелестного холма;
Внизу холма стоят рядами люди Достоинств всех и всевозможных свойств, Стоят все те, которые хлопочут,
Чтоб на земле себя обогатить.
Средь той толпы, прикованной глазами К царице, я поставил одного,
Похожего чертами на Тимона.
Движением руки зовет его К себе на холм Фортуна — и такая Внезапная любезность быстро всех Противников Тимона превращает В его рабов и слуг.
Живописец Какая мысль
Прекрасная! Всё это—трон, Фортуна,


«Тимон Афинский»
С рисунка Д. Джилъберта


Акт i. Сцена 1
481
И этот холм, и этот человек, мо
От всех внизу стоящих отличенный,
Идущий вверх с опущенным челом По крутизне холма навстречу счастью, —
Мне кажется, могло бы послужить И нашему искусству славной темой.
Поэт
Но слушайте, что будет дальше. Все,
Стоявшие с ним наравне, и даже Все, старшие по званию, теперь Бегут за ним, стоят в его передних,
Льют в слух его благоговейный шопот, не
Боготворят всё, даже стремена Его коня, и им одним лишь дышат.
Живописец Ну, что ж потом?
Поэт
Когда Фортуна вдруг, По прихоти своей обыкновенной,
Кидает вниз любимца своего,— Приверженцы, которые недавно С трудом, на четвереньках, вслед за ним Ползли наверх, дают ему скатиться,
И ни один не следует за ним В падении.
Живописец
Да, так всегда бывает.
Я указать на тысячу картин Могу таких, где эти повороты Внезапные представлены живей,
Чем на словах. Но все-таки отлично Вы сделали, Тимопу показав,
Что мелкие не раз уже видали Падение великих.
31 Шекспир, т. IV
Трубы.


482
Тимол Афинский
Входит Тимол и приветливо здоровается со всеми посетителями. К нему подходит Гонец от Вентидия. Люцилий и другие слуги следуют за Тимоном.
Ты говоришь?
Т им о н Он в тюрьме,
Гонец
Так точно; пять талантов —
Весь долг его; но средства у него
Истощены, а кредиторы строги. m
Он вас покорно просит написать
К тем, кто его в тюрьму упрятал. Если ж
Откажете, — спокойствие его
Разрушено.
Т им о н
Вентидий благородный! —
Ну, хорошо. Не так я сотворен,
Чтоб покидать приятеля в то время,
Как он во мне нуждается. Вполне Он помощи достоин и получит Ее сейчас. Плачу я за него И дам ему свободу.
Гонец Он навеки
Обязан вам.
Т и м о н
Снеси ему поклон
Мой дружеский, — а деньги я сейчас же Пошлю туда,— и попроси его,
Как только он освободится, в гости Придти ко мне. Заслуга ведь не в том, Чтоб слабому помочь, но чтоб и после Поддерживать несчастного. Прощай!
Г ОНЕЦ
Желаю вам благополучий всяких.
140
[Уходит.


Акт I. Сцена 4
483
Входит Старик-афинянин.
Старик-афинянин Тимон, дозволь с тобою говорить.
Т им он
Охотно, мой почтенный старец.
Старик-афинянин
В доме
Твоем живет слуга Люцилий.
Тимон
Да.
Что ж из того?
Старик-афинянин
Высоко благородный Тимон, вели его позвать сюда.
Тимон
ISO
Он здесь иль нет?—Люцилий!
Вам приказать?
Людилий
Что угодно
С тарик-афинянин Вот этот человек,
Твой раб, в мой дом ночной порою ходит. Я — человек, всегда для барыщей Работавший, и капитал мой, право, Наследника достоин поважней,
Чем человек, тарелки подающий.
160
*
Тимон
Ну, хорошо. Что ж дальше?


484
Тимон Афинский
СтАрик-Афинянин У меня
Есть дочь одна. Нигде я не имею Других родных, и ей одной отдам,
Что приобрел. Она весьма красива И в тех летах, чтоб выйти замуж. Ей Отличное я дал образованье И на него истратил, сколько мог.
Теперь вот он, слуга твой, дерзко ищет Ее любви. Прошу тебя, Тимон,
Скажи ему, чтоб к ней ходить не смел он: Мои слова напрасны.
Тимон
Человек
Примерный он и честный.
Старик-афинянин
Так пускай же
Он честным здесь окажется, Тимон.
Ведь честность та должна найти награду В самой себе и незачем еще Ей дочь мою в придачу брать.
Она его?
Тимон
А любит
170
Старик-афинянин Ее такие годы,
Что полюбить недолго; знаем мы,
По собственным, минувшим, взрывам страсти, Как молодость легко воспламенить.
Тимон
[Лкщилию]
Ты любишь ли ту девушку?
Людилий
Да, добрый
Мой господин, и ею я любим.
180


Акт I. Сцена 4
485
Старик-афинянин Когда она, без моего согласья,
Возьмет его, — в свидетели зову Я всех богов, что ей не дам ни грбша И нищего в наследники возьму.
Т и м о н
А сколько ты приданого ей дашь,
Когда она приличного супруга Найдет себе?
Старик-афинянин Я три таланта дам
Сейчас, и всё, что я имею, после. ш
Т и м о н
Людилий мне давно уж служит; я Употреблю усилье небольшое,
Чтоб счастие его составить: тем Исполню я долг человека только.
Отдай ему дитя свое; а то,
Что от меня получит он, сравнится Количеством с приданым, здесь тобой Назначенным, — и,. значит, равновесье Восстановит меж ними.
Старик-афинянин
Обяжись
Мне честью в том, достойнейший вельможа, — 200
И дочь моя его супругой станет!
Т и м о н
[протягивает ему руку]
Моя рука и честь тебе порукой.
Л юци лий
Благодарю сердечно. С этих пор,
Что б только я ни приобрел на свете,
Всем буду я обязан вам одним.
[Уходит со Стариком-афиняиином.


486
Тимон Афинский
Поэт
Мой слабый труд и тысячу приветствий Позвольте поднести вам, славный муж!
Тимон
Благодарю. Не уходите: скоро Услышите вы обо мне. — А вы Что принесли, приятель?
Живописец
Мой рисунок. 210
Его принять я умоляю вас.
Тимон
Картине я душевно рад. Картина —
Почти ведь то, что человек живой:
С тех самых пор, как начало бесчестье Душой людскою нагло торговать,
Стал человек созданьем чисто внешним.
Те образы, что производит кисть,
С действительностью очень схожи. Ваша Мне нравится картина, — в этом скоро
Вы убедитесь. Приходите снова — 220
И с вами я еще поговорю.
Живописец Да сохранят вас боги!
Тимон
До свиданья,
Мои друзья. Сегодня жду к обеду Вас всех в мой дом.—
[Ювелиру]
А ваш брильянт немало Помучился в руках у знатоков.
Ювелир
Как! Неужель он найден нехорошим?


Акт 1. Сцена У
487
Т и м о н
Нет, похвалы замучили его.
Дай за него я то, во сколько ценит Его восторг, пришлось бы мне совсем Истратиться и разориться.
Ювелир
Он 230
Так оценен, как может покупатель Мне заплатить; но ведь известно вам,
Что вещь одна и та же стоит больше Иль менее, смотря по человеку,
Владеющему ею. Верьте мне:
У вас в руках в цене поднялся б сильно Любой брильянт.
Т им о н
Гм... Хороша насмешка!
Купец
Нет, господин, он говорит лишь то,
Что говорят и все другие люди.
Т им о н
Смотрите, кто идет сюда! Иль вы 240
Хотите быть обруганными?
Входит Апемапт.
Ювелир
С вами
Мы эту брань разделим наравне.
Купец
Он никого не пощадит.
Т им о н Здорово!
Привет тебе, мой милый Апемант!


488
Тимол Афинский
Апемант
Побереги привет, пока я стану И вправду мил; а этого тогда Дождешься ты, когда ты превратишься В пса своего, а эти подлецы В порядочных людей.
Тимон
За что назвал их Ты подлецами? Ты не знаешь их.
Апемант
Разве они не афиняне?
Тимон
Да, аФиняне.
Апемант
Ну, так я не раскаиваюсь в своих словах.
Ювелир
Ты знаешь меня, Апемант?
Апемант
Ты знаешь, что я тебя знаю: я назвал тебя твоим настоящим именем.
Тимон
Ты гордец, Апемант.
Апемант
И ничем так не горжусь, как тем, что я не похож на Тимона.
Тимон
Куда ты идешь теперь?
А пе м АНТ
Вышибить мозги из головы одного честного афинянина.
Тимон
Да ведь за это ты поплатишься жизнью!


Акт 1. Сцепа 1
489
АПЕ М АНТ
Действительно, если закон наказывает смертью того, кто не сделал ничего.*
Т им о н
Апемант, как тебе нравится эта картина?
Апемант
Нравится больше всего потому, что она безвредна.
Т имон
Правда, что человек, нарисовавший ее, очень искусен?
Апемант
Еще искуснее тот, кто сделал самого живописна; а между тем Это была грязная работа.
Живописей
Ты пес.
Апемант
Твоя мать из моей породы; так кто же она, если я пес?
Тим он
Ты отобедаешь сегодня у меня, Апемант?
Апемант
Нет, я не ем вельмож.
Т им о н
Если бы ты делал это, наши женщины сердились бы на тебя.
Апемант
О, они-то едят их! Оттого-то у них и животы пухнут.
Тимон
Какое неприличное замечание!
Апемант
Если оно кажется тебе неприличным, возьми его себе за труд.
* Так как в голове этого человека нет мозгов.


490
Тимол Афинский
T им о н
Как тебе нравится этот брильянт?
Апемант
Не так, как честность, которую, однако, можно иметь даром.
Т им о н
Как ты думаешь, сколько он стоит?
Апемант
Не стоит того, чтоб я думал о нем. — Ну, что скажешь, поэт? 280
Поэт
Что скажешь, философ?
Ты лжешь.
Апемант
Поэт
Да разве ты не философ?
Апемант
Философ.
Поэт
Ну, так я не лгу.
Апемант
А ты разве не поэт?
Поэт
Поэт.
Апемант
Ну, так ты лжешь. Припомни свое последнее сочинение, где твой вымысел изобразил его [указывает на Тимона] достойным человеком.
Поэт
Это не вымысел: он действительно достойный человек. 299
Апемант
Да, достойный тебя и того, чтобы оплачивать твой труд. Тот, кто любит лесть, достоин своего льстеда. О боги, если б я был вельможа!


Ahm J. Сцена 4
Т и м о н
Что ж бы ты стал тогда делать?
494
Апемант
То самое, что теперь делает Апемант: ненавидел бы вельможу от всей души.
Т им о н
Как! Ты бы ненавидел самого себя?
Да.
За что же?
Апемант Т и м о н
Апемант
За то, что, сделавшись вельможей, я утратил бы свой едкий ж ум* — Послушай, ты, кажется, купец?
Да, Апемант.
Купец
Апемант
Пусть торговля разорит тебя, если боги не позаботятся о том!
Купец
Если торговля разорит меня, так это сделают боги.
Апемант
Твой бог — торговля; пусть же твой бог и разорит тебя!
Трубы.
Входит Слуга.
Тимон
О чем трубят?
Слуга
Алкивиад, и с ним Десятка два приятелей.


492
Тимон Афинский
Тимон
Скорее
Принять их всех и провести сюда.
[Уходят несколько слуг.
Вы у меня обедаете нынче.
Я вас прошу не уходить, пока Не выражу вам благодарность. После Покажете работу вашу мне.
Я очень рад вас видеть здесь.
Входит Алкивиад с приятелями.
От всей души!
Привет вам
Апемант
Так, так! Пускай совсем Иссохнут, искривятся ваши ноги, Столь гибкие! Ведь на волос любви Не чувствуют друг к другу эти плуты Сладчайшие, когда один с другим Приветливы! Порода человечья Вся перешла в породу обезьян.
Алкивиад
[Тимону]
Я голодал по вас, и насыщаюсь Теперь вполне.
Тимон
Я вам душевно рад.
Пока вы здесь, мы в разных наслажденьях День проведем. — Пожалуйте за мной.
[Уходят все, кроме Апеманта.
Входят двое вельмож.
1 -й Вельможа Который час, Апемант?
Час быть честным.
Апемант


Акт 1. Сцена /
493
1 -й Вельможа Этот час бывает всегда.
Апемант
Тем хуже для тебя, который никогда не знает его.
2-й Вельможа Ты идешь на обед к Тимону?
Апемант
Да, иду посмотреть, как яства упитывают плутов, а вина разго- ззо рячают дураков.
2-й Вельможа Будь здоров! Будь здоров!
Апемант
Ты дурак, что говоришь «будь здоров» два раза.
2-й Вельможа Отчего же так, Апемант?
Апемант
Тебе бы следовало одно из них приберечь для себя, потому что ты от меня приветствия не получишь.
1- 	й Вельможа
Провались ты!
Апемант
Нет, я ничего не сделаю по твоей просьбе; обращайся с этими просьбами к твоему другу.
2- 	й Вельможа
Убирайся вон, сварливая собака, или я выгоню тебя отсюда! т
Апемант
Я, как собака, убегу от копыт осла.
1-й Вельможа
Он враг людей. — Ну что ж, войдем и щедрость
[Уходит.


494
Тимон Афинский
Тимонову вкусим там? Превзошел Он самую высокую любезность.
2-й Вельможа
Да, щедрость он рекою просто льет.
Сам Плутус, бог богатства, только ключник У нашего Тимона. Окажи Ему одну услугу — он отплатит Семь раз; ему подарок принеси —
Ответит он тебе таким подарком, ззо
Какому нет подобного.
1-й Вельможа Да, в нем
Живет душа, какой еще на свете И не было.
2-й Вельможа
Пусть долго он живет И счастливо! Ну что ж, войдем?
Я следую.
1-й Вельможа
За вами
[Уходят.
СЦЕНА 2
Парадная зала в доме Тимона.
Гобои.
Накрыт большой стол. Флавий и другие слуги хлопочут около пего. Входят Тимощ Алкивиад, вельможщ сенаторы и Вентидий. Позади всех идет с сердитым видом Апемант.
Вентидий
Мой славный друг, богам угодно было Преклонный возраст моего отда Припомнить, чтобы к вечному покою Призвать его. Счастливо отошел Он в мир другой, оставив мне богатство.


Акт L Сцена 2
495
В меня своим великодушьем вы Глубокую вселили благодарность —
И я пришел теперь, чтоб вам вернуть Таланты те, которым я обязан Свободою, а вместе с тем принесть Моей любви и преданности чувства.
Т имон
Нет, не за что, Вентидий честный мой! Мою любовь ты дурно ценишь. Деньги Тебе я дал в подарок. Человек,
Дающий с тем, чтоб получить обратно, Себя назвать не может давшим. Пусть Кто выше нас * так поступает; нам же Им подражать нельзя, у богачей И самые ошибки — не ошибки.
Вентидий
Высокий дух!
Т и м о н
[гостям, которые не садятся]
Друзья, лишь для того Придуманы законы этикета,
Чтоб лоск покрыл Фальшивые дела И глубоко притворное радушье, Которое, еще не проявясь,
Уж сердится, что надо проявиться. Но в искренней приязни этикет — Вещь лишняя. Я вас прошу садиться. Дороже вы богатству моему,
Чем мне мое богатство.
Все садятся.
1-й Гость
Все мы в этом
Уже давно сознались!
Апемант
О-го-го!
Сознались вы! Так можно вас повесить?
ю
20
30
Сенаторы, которых дальше Тимон учтиво называет богачами.


496
Тимои Афинский
Тимон
А, Апемант! Я очень рад тебе.
Апемант
Нет, радовать тебя я не желаю:
Я с тем пришел, чтоб выгнал ты меня.
Тимон
Фи, как ты груб! Совсем не человечий Нрав у тебя — и похвалить его Никак нельзя. У нас есть поговорка:
Ira furor brevis est. *
Но Апемант всегда сердит и зол —
Так пусть ему накроют стол отдельно:
Он общества не любит, да и сам Для общества решительно не создан.
Апемант
Пожалуй, я останусь здесь, Тимон,
На твой же страх; но только знай заране:
Я для того пришел, чтоб наблюдать.
Тимон
Это для меня решительно всё равно; ты — афинянин, и потому милости просим. Я не хочу пользоваться здесь моей властью, только прошу тебя: пусть хоть мой обед закроет тебе рот.
Апемант
На твой обед плюю я: подавиться Я им могу, затем что никогда Твоим льстецом не буду я. О боги!
Толпа людей Тимона жрет, а он Не видит их! Ведь просто злость берет,
Что множеству такому пищей служит Кровь одного, и — что глупей всего —
Он сам к тому же всех их подстрекает.
* Тнев есть кратковременное безумие’ (лат.).


Акт I. Сцена 2
437
Дивлюся я, что люди могут жить В доверии взаимном. За обедом Им подавать не следует ножей:
И экономней было б и верней. 6»
Примеры есть: вот тот, сидящий рядом
С хозяином, с ним преломляет хлеб
И дышит вместе с ним, но всех скорее
Убить его решится: всё давно
Доказано. Будь я вельможа, право,
Я пить поостерегся б на пирах:
А вдруг заметят слабость моей глотки?
Коль хочет знатный безопасно пить,—
На горле панцырь должен он носить.
Т и м о н
\i-My Гостю в ответ на тост]
От всей души — и пусть наш тост обходит 70
Вокруг стола.
2-й Гость
Направьте к нам его,
Почтеннейший хозяин!
Ап e м а н т
К нам направить!
Вот молодец! Он мастер направлять.
Не поздоровится от этих тостов Тебе, Тимон, и твоему богатству.
Вот у меня напиток — слишком слаб
Он для того, чтоб быть преступным; честной
Водой еще никто не брошен в грязь.
Она сродни тому, чем я питаюсь.
Я трезв; к богам с мольбою обращаюсь. во
ВОЗЗВАНИЕ АПЕМАНТА К БОГАМ
Богатства, боги, не прошу я!
Лишь о себе одном молю я:
Не дайте стать глупцом таким,
32 Шекспир, т. VÏ


498
Тимол Афинский
Чтоб верил клятвам я людским,
Развратнице, когда рыдает,
И псу, когда хвостом виляет,
Тюремщику моей свободы,
Друзьям в минуту злой невзгоды!
Аминь. Пусть богачи грешат;
А мне милей простой салат. эо
Желаю доброго здоровья твоему доброму сердцу, Апемант! (Ест и пьет.)
Т и м о н
Алкивиад, твое сердце теперь на поле сражения?
А л к и в и а д
Мое сердце всегда к твоим услугам, Тимон.
Т и м о н
Тебе было бы приятнее быть на завтраке у врагов, чем на обеде у друзей.
Алкивиад
Когда из врагов струится кровь, ни одно кушанье на свете не может сравниться с этим, и такого угощенья я желаю своему лучшему другу.
Апемант
Хотелось бы мне, чтобы все эти льстецы были твоими врагами; тогда ты убил бы их и пригласил меня откушать. юо
1-й Гость
Тимон, мы сочли бы себя навеки осчастливленными, если бы ты хоть раз испытал наши сердца и дал нам случай доказать тебе хоть часть нашей преданности.
Тимон
О, не сомневайтесь, добрые друзья мои! Боги предназначили вам оказать мне когда-нибудь помощь; иначе разве вы были бы моими друзьями? Не будь вы частицею моего сердца, разве из многих тысяч людей вам досталось бы это прекрасное название друзей? Я сам говорил себе о вас гораздо больше, чем ваша скромность позволила бы вам сказать, и уверенность моя в вас велика.


Акт I. Сцена 2
499
«О боги! — думал я. — Для чего существовали бы на свете друзья, если но бы нам никогда не приходилось нуждаться в них? Они были бы самыми бесполезными существами, если бы нам никогда не случалось прибегать к их помощи, и в этом случае походили бы на те музыкальные инструменты, которые висят на стенке в своих Футлярах и хранят свои звуки для самих себя». Часто я даже желал обеднеть, чтобы более сблизиться с вами. Мы рождены для благотворения; а что мы можем назвать своею полною собственностью, если не имущество наших друзей? О, какое драгоценное утешение заключается в мысли, что такое множество людей может, подобно братьям, располагать состоянием друг друга! [Плачет.] О радость, уми- по рающая еще до своего рождения! Мои глаза не могут сдержать слез. Чтобы заставить забыть их проступок, я пью еще ваше здоровье!
Ане м ант
Ты слезы льешь, чтоб их заставить пить.
2- 	й Гость
У нас в глазах такое ж совершилось
Зачатие отрады — и она
Является, как плачущий младенец!
Апемант
(хохочет)
Побочный сын, должно быть! Просто смех!
3- 	й Гость
(Тимону)
Поверьте мне, что я растроган сильно.
Апемант
Еще бы. 130
Трубы.
Входит Слуга.
Ти м о н
Что значит этот звук? Что там такое?
*


оОО
Тимол Афинский
Слуга
Осмелюсь доложить вам, господин, что несколько женщин убедительно просят вас принять их.
Тимон
Женщин? Чего ж они желают?
Слуга
С ними явился гонед, которому поручено передать вам их желания.
Ну, проси их сюда.
Тимон
Входит Купидон.
Купидон
Привет тебе, достойный муж, и всем,
Вкушающим твои благодеянья!
Узнай: пять чувств, признав тебя своим ш
Властителем, пришли сюда с приветом
Твоей душе великодушной. Слух
И вкус и два другие чувства встали
Из-за стола в восторге здесь; теперь
К тебе я с ними для того явился,
Чтобы твой взор их видом насладился.
Тимон
Я рад им всем. Приветливый прием Найдут они. Пусть музыка их встретит!
[Уходит Купидон.
1-й Гость
Вот видите, как всюду любят вас!
Музыка.
Купидон возвращается; за ним следуют замаскированные дамы, одетые амазонками, с лютнями в руках; они играют и танцуют.
А НЕ М АНТ
Фу, суеты количество какое! iso
Ишь, пляшут как! Помешаны они?


Акт I. Сцена 2
Ö01
Безумие — и женщин этих пляски И роскошь вся в сравнении с моей Трапезою из масла и кореньев.
Мы делаем безумцами себя Лишь для того, чтоб веселиться; щедро Кидаем лесть, чтоб только опоить Других людей, и за попойки эти Мы платим им на старости их лет
Презрением и злобой ядовитой. 1бо
Где человек, который хоть бы раз Не развратил иль не был развращен?
Кто в гроб сошел без помощи любезной Своих друзей? Как знать, плясуньи эти Когда-нибудь, быть может, и меня Начнут топтать. Да, в мире так бывает:
В закатный час всяк двери закрывает.
Гости встают из-за стола и льстиво окружают Тимола. Чтобы засвидетельствовать ему свою любовь, каждый из них выбирает амазонку, после чего пары танцуют некоторое время под звуки
гобоев.
Т и м о н
Красавицы, вы скрасили наш пир,
Придали вы ему большую прелесть,
В нем красоту удвоили, к нему по
Прибавили достоинства и блеск —
И чудно так исполнили мой план,
Что от души я всем вам благодарен.
1-я Дама
Вы слишком нас балуете, Тимон.
А п e м а н т
Да, потому что худшая из вас — грязь и не заслуживает того, чтобы к ней прикасались.
Тимон
[дамам]
В той комнате вас угощенье ждет; Я вас прошу самих распорядиться.


502
Тимол Афинский
Все дамы
От всей души мы благодарны вам.
[Уходят вместе с Купидоном.
Эй, Флавий!
Здесь.
Т и м о н Флавий
Тимон
Подай мою шкатулку.
Сейчас.
Флавий
(.В сторону)
Опять брильянты! И никак Ему нельзя перечить, а иначе Сказал бы я... Да, следует сказать! Когда всё лопнет, пожалеет он,
Что не встречал ни в ком себе препон. Жаль, что у щедрости нет сзади глаз; Тогда бы сердце не губило нас.
1-й Гость
Где слуги наши?
180
[Уходит.
Слуга
Здесь. Что вам угодно?
2-й Гость Мы едем. Лошадей!
Входит Флавий со шкатулкой.
Тймон Друзья мои,
Я должен вам сказать еще два слова. юо
[4-му Гостю]
Мой добрый друг, я вас прошу сердечно


Акт I. Сцена 2
505
Почтить своим вниманьем этот камень. Прошу принять и на себе носить,
Мой добрый друг!
1- 	й Гость (принимая брильянт)
И без того я многим
Обязан вам.
Все
Мы все — не в меньшей мере. Входит 2-й Слуга.
2- 	й Слуга
Несколько сенаторов сошли с лошадей и идут сюда.
Тимон
Душевно рад.
Флавий
Позвольте, умоляю,
Мне вам сказать два слова: вас они Касаются, и очень близко.
Тимон
Близко?
Так ты потом их скажешь, а теперь, т
Пожалуйста, распорядись приемом
Приехавших.
Флавий (в сторону)
Не знаю, как и быть.
Входит 3-й Слуга.
3-й Слуга
Осмелюсь я вам доложить, что Люций Как знак любви прислал в подарок вам Двух лошадей в серебряной упряжке И белизны молочной.


Тимол Афинский
т
Тимон
От души
Я их приму. Смотрите, чтоб достойно Даритель был вознагражден.
Входит 4-й Слуга.
Ты что?
4-й Слуга
Благородный гражданин Лукулл просит вас поехать с ним завтра на охоту и посылает вам две своры гончих. 210
Тимон
Я очень рад — и буду; а подарок Примите там и щедро одарите Лукулла.
Флавий (в сторону)
Чем окончитсд всё это —
Не знаю я. Он нам повелевает Всех угощать, подарки раздавать —
И это всё с пустыми сундуками.
Не хочет знать он, сколько в кошельке Его лежит, и мне не позволяет Раскрыть ему, что сердце его — нищий,
Бессильный выполнить свои желанья. 220
Чтб он сулит, так сильно превосходит
Его казну, что все его слова
Долги на нем скопляют: с каждым словом
Он входит в долг. В нем столько доброты,
Что за нее платить теперь проценты Обязан он: имения его Заложены. Желал бы я, чтоб мирно Отставили от должности меня,
Пока к тому не принужден я силой.
Беда, когда друзья нас окружают, т
Что хуже, чем враги, нас разоряют.


Акт 1. Сцена 2
оОо
Моя д^ша терзается жестоко Из-за него.
Т и м о н
[продолжает разговор с гостями] Несправедливы вы К самим себе, так сильно унижая Достоинства свои.—■
[2-му Гостю]
Прошу принять
Как знак моей любви безделку эту.
2- 	й Гость
Беру ее, свидетельствуя вам Не пошлую, простую благодарность.
3- 	й Гость
О, сам он дух высокой доброты!
Ти м о н [5-му Гостю]
Да, вспомнил я: мою гнедою лошадь Хвалили вы недавно. Вам она Понравилась — и потому возьмите Ее себе.
[Уходит.
240
3-й Гость О, этого никак
Я не хочу; пожалуйста, оставьте!
Т им о н
Вы можете мне верить до конда. Известно мне, что по заслугам хвалим Мы только то, что любим; вашу дружбу Равняю я с моею дружбой к вам. Поверьте, скоро приглашу вас снова.
Все
Приятней всех нам будет весть такая.
250


Ж
Тимол Афинский
Тим он
Поверьте мне, все ваши посещенья Так дороги душе моей, что я Мои дары ничтожными считаю.
Мне кажется, я мог бы раздавать Без устали обширнейшие царства Моим друзьям. — Алкивиад, ты — воин И потому с богатством не знаком.
[Дает ему какую-то ценную (>ещъ?\
Дарить тебе считаю добрым делом.
Ведь ты живешь лишь мертвыми, твои Поместья все — поля сражений.
Алкивиад Бесплодные поместья.
Правда,
1-й Гость Мы все вам
Обязаны душевно.
Т и м о н Я не меньше
Обязан вам.
2-й Гость И преданы навек.
Тим о н
Я ваш всегда. — Свечей, свечей побольше!
1-й Гость
Пусть счастие полнейшее, и честь,
И золото не расстаются с вами!
Тим о н
Всегда готов служить моим друзьям!
[Уходят все, кроме Тимона и Апеманта. Апемант
Вот суета ! Собранье спин согнутых


И рабских лид! Ужель колени их
Тех стоят сумм, что здесь за них даются?
Любуйтесь дружбой, полною отбросов!
Мне кажется, что людям с лживым сердцем Иметь прямые ноги не пристало.
Так простаков поклоны разоряют!
Т и м о н
Ах, Апемант, будь ты немного мягче,
Я делал бы и для тебя добро.
Апемант
Нет, ничего не надо мне. Когда бы Я и себя позволил подкупить,
Ведь никого б на свете не осталось Бранить тебя — и стал бы ты грешить Еще сильней. Ты так безумно тратишь Свое добро, что скоро—я боюсь —
И сам себя отдашь по документу;
К чему, скажи, все празднества твои,
И роскошь вся, и этот блеск тщеславный?
Т им о н
Ну, если ты желаешь сыпать брань На общество, так не хочу и слушать Я слов твоих. Прощай и приходи, Когда твой тон исправится.
Апемант
Не хочешь
Послушать ты? Ну, хорошо, так я И говорить не буду и закрою Вход в небеса навеки для тебя.
О люди, только слово лести Приятно вам — не голос чести!
\Уходит.
\Уходит.


АКТ II
СЦЕНА 1
Комната в доме одного из сенаторов.
Входит Сенатор с бумагами в руке. Сенат о р
Еще на-днях пять тысяч у Варрона,
У Исидора девять тысяч взял;
А с тем, что мне он должен, — двадцать тысяч Он задолжал. И это мотовство Безумное не хочет прекратить!
Нет, долго он не выдержит... Когда Я в золоте нуждаюсь, — только стоит У нищего украсть собаку мне И подарить ее Тимону, — тут же Чеканит мне монету этот пес.
Когда продать я пожелаю лошадь С тем, чтоб купить хоть двадцать лошадей Ценней ее, — мне стоит лишь Тимону Ее отдать, и хоть бы ничего Я не просил, она сию минуту Доставит мне отличных лошадей.
Нет на крыльце Тимона никакого Привратника: там только человек,
С улыбкою зовущий всех прохожих К хозяину. Да, долго так делам Нельзя идти. Тимона положенье Надежным счесть не может здравый смысл. — Эй, КаФИС, эй! Где Каоис?


Акт 11. Сцена 4
509
Входит Кафис.
Вам приказать?
Кафис
Что угодно
Сенатор
Надень скорее плащ,
Беги сейчас к Тимону и потребуй,
Чтоб деньги мне он отдал; отговорок Пустых не принимай. И если скажет Тебе: «Снеси поклон мой твоему Хозяину)), и станет этак шапкой Вертеть в руке, — не вздумай промолчать: Скажи ему, что я и сам нуждаюсь До крайности и тронуть принужден Свой капитал; что срок его расписок Давно прошел; что собственный кредит Я подорвал уверенностью полной В его словах. Тимона я люблю И чту его, но не могу же шею Свернуть себе из-за его мизинда.
Я — в крайности, и не. ответ пустой, Уклончивый, а лишь одна уплата Скорейшая меня освободит.
Беги к нему; прими вид самый строгий, Настойчивый. Боюсь я, чтоб Тимон,
Пока еще блестящий, словно Феникс,
Не стал похож на голого дрозда,
Когда ощипан будет он. Ступай!
Сейчас иду.
Кафис
Сенатор
Сейчас иди! Скорее! Да захвати расписки все с собой И присчитай просроченные дни.
30
40
Исполню всё.
Кафис


т
Тимол Афинский
Сенатор
Ну, хорошо. Ступай.
30
[Уходят.
СЦЕНА 2
Зада в доме Тимона.
Входит Флавий с пачкою счетов в руках.
Флавий
Ни удержу, ни смысла! Так безумен В расходах он, что нет желанья в нем Ни думать, как вести расходы эти,
Ни прекратить такое мотовство.
Не хочет он и знать, куда уходит Его добро, не думает совсем,
Чем это всё окончится. На свете Нет никого, кто был бы так, как он,
Душою добр и разума лишен.
Как быть? Ведь он тогда лишь станет слушать, ю
Когда уж сам почувствует... Нет, всё Ему скажу, как только возвратится С охоты он. Увы! Увы! Увы!
Входят Кафис и слуги Исидора и Варрона.
Кафис
Здорово, друг! Ты по какому делу?
За деньгами?
Слуга Варрона И ты за тем же?
Кафис
Да.
А Исидор, должно быть, тоже?
Слуга Исидора
Тоже.


Акт II. Сцена 2
о44
К А ф и с
Ах, если бы нам заплатили всем!
Слуга Варрона
Не думаю.
Кафис А вот и сам хозяин!
Входят Тимощ Алкивиад, вельможи и прочие.
Т и м о н (.Алкивиаду)
Любезный друг, как только встанем мы Из-за стола, поедем снова в поле.
Кафис подходит к нему.
Ко мне? Чего ты хочешь?
Кафис
Господин,
Счет здесь долгов.
Я из Афин.
Тимон
Долгов? Да ты откуда? Кафис Тимон
За этим обратись Ты к Флавию.
Кафис
Простите! Целый месяд Со дня на день откладывает он.
Мой господин нуждается ужасно И принужден покорно вас просить, Согласно с вашим благородством, нынче Отдать ему, что следует.


Тимол Афипский
512
Тимон
Мой друг,
Пожалуйста, приди ты завтра утром. зо
Кафис
Я не могу.
Тимон
Сдержи себя, мой друг.
Слуга Варрона
Позвольте мне, служителю Варрона...
Слуга Исидора
Мне Исидор велел у вас просить Покорнейше немедленной уплаты.
Кафис
Ах, если бы вы знали, как теперь Мой господин нуждается!
Слуга Варрона
Осмелюсь
Вам доложить, что п;елых шесть недель Просрочено.
Слуга Исидора
Меня ваш управитель Уж сколько раз с отказом отсылал, Теперь я к вам нарочно прислан.
Тимон
Мне хоть вздохнуть. —
[Г остям]
Дайте
Друзья мои, прошу Идти вперед — я следую за вами.
АО
[Уходят Алкивиад и вельможи.


Акт II. Сцена 2
МЪ
(Флавию)
Поди сюда. Пожалуйста, скажи,
Как это так устроилось, что чести Моей в ущерб я осаждаюсь вдруг Крикливыми желаньями уплаты Таких долгов, которые давно Просрочены?
Флавий
[слугам]
Об этом деле, право, Теперь совсем не время толковать: Сначала пообедаем спокойно.
А я пока успею объяснить Хозяину причину неуплаты Его долгов.
Т имон
Да. Поступите так,
Друзья мои.—
[Флавию]
Распорядись получше
Их угостить.
Флавий
Пожалуйте за мной. Входят Апемант и Шут.
so
[Уходит.
[Уходит.
К а ф и G
[другим слугам]
Погодите, погодите: вот идет шут с Апемантом! Позабавимся немного с ними.
Слуга Варрона На виселицу его: он обругает нас.
Слуга Исидора
Задави его чума, собаку!
33 Шекспир9 т, VI


Тимон Афинский
514
Слуга Варрона
Как поживаешь, шут? во»
Апемант
Ты это со своею тенью разговариваешь?
Слуга Варрона Я не с тобою говорю.
Апемант
Нет, ты говоришь с самим собою. — [Шуту] Пойдем отсюда.
Слуга Исидора (слуге Варрона)
Вон уже шут висит у тебя на шее.
Апемант
Нет, ты стоишь на ногах, ты не висишь на нем.
Да кто же тут шут?
К а ф и с
Апемант
Тот, кто задал этот вопрос. Ах вы, бедные плуты, лакеи ростовщиков, сводники золота с нуждою!
Все слуги
Кто мы такие, Апемант?
Ослы.
Почему?
Апемант Все слуги Апемант
70
Потому что вы меня спрашиваете, кто вы такие, и не самих себя. — Шут, поговори-ка с ними.
знаете


Акт II. Сцена 2
513
Шут
Как поживаете, господа?
Все слуги
Покорно благодарим, добрый шут. Как здоровье твоей повелительницы?
Шут
Она теперь кипятит воду, чтобы обваривать таких цыплят, как вы. Очень мне хотелось бы видеть вас в «КоринФе»!*  *
Апемант
Отлично! Очень благодарен!
Входит Паж.
Шут
Смотрите, вот пришел паж моей повелительницы. 8»
Паж
[Шуту]
Что нового, полководец? Что ты делаешь в этой мудрой компании? — Как поживаешь, Апемант?
Апемант
Хотелось бы мне держать во рту палку, чтобы дать тебе назидательный ответ.
Паж
Пожалуйста, Апемант, прочитай мне адреса на этих письмах, я не знаю, которое из них к кому.
Апемант
Ты разве не умеешь читать?
Паж
Не умею.
* Название веселого заведения, которое содержит жена шута.
*


о/6'
Тимон Афинский
А П Е М A H Т
Ну, так в тот день, когда тебя повесят, умрет не особенно большая ученость. Вот это письмо — к Тимону, а это—к Алкивиаду. 9» Эх, брат, родился ты незаконнорожденным, а умрешь сводником!
П А Ж
А тобой ощенилась сука, и ты издохнешь от голода, как пес. Не отвечай мне, потому что я уже ушел.
[Уходит.
Апемант
Точно так же быстро ты уходишь от божьей милости. — Шут, я пойду с тобой к Тимону.
ПТ у т
И оставишь меня там?
Апемант
Если Тимон дома.—Вы все трое служите трем ростовщикам?
Все слуги
Лучше бы они нам служили!
Апемант
Да, и я хотел бы этого — хотел бы, чтобы они служили вам так, как палач служит вору. юо
Шут
Скажите, вы все трое—слуги ростовщиков?
Да, шут.
Все слуги Ш у т
Я полагаю, что нет ни одного ростовщика, который не имел бы в услужении шута. Моя хозяйка — тоже ростовщика, и я — ее шут. Когда люди идут занимать у ваших господ, они приходят грустные, а уходят веселые; но в дом моей хозяйки они входят веселые, а уходят печальные. Знаете причину?
Слуга Варрона
Я мог бы сказать ее.


Акт IL Сцена 2
of!
Апемант
Так скажи, чтобы мы могли объявить тебя прелюбодеем и негодяем, что, однако, не уменьшит уважения к тебе. ш
Слуга Варрона А что такое прелюбодей, шут?
Шут
Шут, хорошо одетый и отчасти похожий на тебя. Он — дух, иногда являющийся в виде вельможи, иногда — законоведа, иногда — Философа. По временам он бывает и рыцарем, словом, бродит по свету во всех видах, которые человек принимает на себя от тринадцати до восьмидесяти лет.
Слуга Варрона
Ты не совсем дурак.
Шут
Точно так же, как ты не совсем мудрец. Сколько у меня глупости, столько у тебя недостает мудрости.
Апемант
Этот ответ достоин Апеманта. m
Все слуги
Посторонитесь, посто2)Онитесь: идет Тимон!
Входят Тимон и Флавий.
Апемант
Пойдем, шут, пойдем.
Шут
Я не всегда следую за любовником, старшим братом и женщиной, но иногда иду за философом.
Флавий
[Уходит с Апемаптом.
Я попрошу вас отойти в сторонку;
Поговорю я скоро с вами.
|_Уходят слуги.


т
Тимол АфинскгМ
Т и м о н
Сильно
Я изумлен. Но отчего же мне
До этих пор ты не сказал всей правды?
Тогда б я мог расходы уменьшить
И жизнь вести по средствам. 13®
Флавий
Ах, сколько раз ни предлагал я вам Поговорить со мной,—-вы не хотели.
Т и м о н
Вот пустяки! Ты, верно, приходил Не во-время, когда не мог я слушать,
Не в духе был, — и это ты теперь Приводишь, оправдать себя желая.
Флавий
О господин мой добрый! Сколько раз Я приносил счета вам, перед вами Их клал на стол, а вы кидали их
И лишь одно мне отвечали: ((Честность ш
Твоя мне заменяет все счета».
Когда, взамен ничтожного подарка,
Вы посылали денные дары,
Я головой качал и только плакал.
Я нарушал нередко службы долг И вас просил не так широко руку Всем раскрывать; не раз я получал От вас за то суровые упреки,
Что представлять пытался вам отлив
Того, чем вы владеете, и вместе iso
Прилив долгов. Любезный господин,
Вы наконец — хотя уж слишком поздно —
Должны узнать, что всё, чем только вы Владеете, и половины долга Покрыть никак не может.
Т и м о н
Прикажи
Продать мои все земли.


Акт II. Сцена 2
519
Флавий
Эти земли
Заложены, и часть из них давно Потеряна. Что остается — хватит Едва на то, чтоб рот заткнуть долгам
Предъявленным. Другие также скоро 1бо
Заговорят. Как будем с вами мы Отныне жить? Как, наконец, все счеты Свои сведем?
Т и м о н Поместив мои
Ведь простирались до Лакедемона!
Флавий
О господин любезный мой, весь мир Лишь звук один! Когда б в одном дыханье Его могли отдать вы, скоро б с ним Расстались вы.
Тим он Ты прав.
Флавий
Коль недоверье Имеете вы к честности моей,
К веденью дел, — строжайших изберите по
Посредников и поручите им
Судить меня. Беру богов бессмертных
В свидетели того, что, между тем
Как весь наш дом стонал от паразитов
Распутнейших, и наши погреба
Все плакали от винных излияний,
И залы все, залитые огнями,
Торжественно оркестром оглашались,—
Я уходил в пустынный уголок И волю там давал слезам.


520
Тимон Афинский
Прошу тебя.
Тимон
Довольно,
Флавий
ссО небо, — говорил Я каждый раз, — как он великодушен! Как много здесь добра истреблено За ночь одну невеждами, рабами!
И кто из них Тимону не слуга?
Кто не отдаст меча, и сил, и сердца, И головы Тимону — да, ему,
Великому, достойному Тимону?»
Но стоило иссякнуть средствам тем, Что эту лесть так быстро покупали, — И вмиг она рассеялась, как дым.
Что на пиру добыто — после пира Потеряно. Чуть тучка налетит Холодная — мрут разом эти мухи.
Тимон
Ну, перестань мне проповедь читать И согласись, что доброты постыдной Моя душа не знала никогда.
Я раздавал безумно, но не подло.
Скажи, о чем ты плачешь? До того ль Ты потерял в людскую совесть веру,
Что думаешь — друзей я не найду?
Нет, будь вполне спокоен. Если б только Я захотел в сосуде дружбы кран Открыть себе и займом испытать Всю преданность сердец моих друзей,— Людьми и их имуществом я мог бы Располагать так точно, как тебе Могу велеть заговорить.
Флавий
Когда б
На деле оправдались мысли ваши!
18а
190
ш


Акт II. Сцена 2
52i
Т и м о н
Я даже рад нужде своей и вижу В ней дар небес: она мне средство даст Увериться в друзьях моих. Увидишь,
Что ты насчет богатства моего Ошибся: я богат — богат друзьями. —
Эй, кто-нибудь! Фламиний, поскорей! Сервилий!
Входят Флалтнищ Сервилий и другие слуги. Слуги
Здесь! Что будет вам угодно?
Т и м о н
Я разошлю поодиночке вас.
Ты к Люцию ступай; а ты к Лукуллу: Сегодня был я на охоте с ним;
Ты побеги к Семпронию. Скажите,
Что дружбе их себя я поручить Хочу теперь и тем горжусь, что случай Позволил мне прибегнуть с просьбой к ним О ссуде денежной; им передайте,
Что пятьдесят талантов я прошу.
Фламиний Исполним всё, как вы сказали.
Флавий
Лукулл? Гм!
сторону]
Люций?
Т и м о н
[другому слугё\
Ты к сенаторам ступай: Услугами, оказанными мною Отечеству, я право приобрел Рассчитывать на их вниманье. Просьбу
2101
т
т


622
Тимон Афинский
Им передай — немедленно прислать Мне тысячу талантов.
Флавий
Эту смелость Я сам себе позволил, так как знал, Что это путь весьма обыкновенный: Я предложил им подпись вашу взять, Но головой в ответ мне покачали Сенаторы — и с тем же я ушел,
С чем и пришел.
Тимон
Возможно ли? Мне правду
Ты говоришь?
Флавий Единогласно все
Ответили, что в крайности и сами m
Они теперь, что денег нет у них,
Что рады бы дать денег, но не могут;
Прибавили: «Прискорбно очень нам...
Он человек почтенный... Мы, однако,
Желали бы... Не знаем, право, как...
И он порой ошибки делал... Может И лучших дух свихнуться иногда.
Желаем мы ему уладить дело...
Нам очень жаль!)) И под предлогом дел
Серьезнее к ним перешли; их взгляды 250
Недобрые, отрывистая речь,
Какие-то полупоклоны, злое,
^Холодное качанье головой Мои слова морозом оковали —
И я замолк.
Тимон О, наградите их
Бессмертные!—Ну, не горюй, мой Флавий, Прошу тебя. У этих стариков


Акт IL Сцена 2
525
Наследственный порок — неблагодарность.
В них кровь створожилась и охладела:
Едва-едва она струится. Если 260
Так злы они, то это оттого,
Что теплоты живительной лишились.
Когда идет к могиле человек,
Становится он грубым и тяжелым.
(Одному из слуг)
Ступай к Вентидию.
( Флавию )
Прошу тебя,
Развеселись. Ты верен мне и честен;
Я говорю от сердца — упрекнуть Тебя ни в чем я не могу.
(Слуге)
Вентидий
Еще на-днях отца похоронил И получил огромное наследство.
Когда он был и беден, и в тюрьме,
И без друзей, то пять моих талантов Спасли его. Поди, ему поклон Мой передай и объясни, что крайность Заставила меня теперь ему О тех деньгах напомнить.
( Флавию)
270
[Уходит Слуга.
Лишь получишь
Ты их, без промедленья заплати Тем должникам, что требуют уплаты.
Ни говорить, ни думать ты не смей,
Что может пасть Тимон среди друзей. 280
Флавий
Расстаться б рад я с мыслями моими:
Кто добр, считает и других такими.
[Уходят.


АКТ III
СЦЕНА 1
Комната в доме Лукулла.
Фламиний ждет. Входит Слуга.
Слуга
Я доложил моему господину; он сейчас выйдет к тебе.
Спасибо.
Фламиний Входит Лукулл.
Слуга
Вот мой господин.
Лукулл (в сторону)
Слуга Тимона! Бьюсь об заклад, что с подарком. Это очень кстати. Мне еще сегодня снились серебряный таз и рукомойник. — [Громко) Здорово, Фламиний, честный Фламиний! Душевно рад видеть тебя. — [Своему Слуге] Принеси-ка нам вина.
[Уходит Слуга.
Ну, как здоровье этого почтенного, благороднейшего, великодушного афинского гражданина, твоего добрейшего господина и повелителя?
Фламиний
Он здоров. ю
Лукулл
Крайне радуюсь тому, что он здоров. А что это у тебя под плащом, драгоценный Фламиний?


Акт 111. Сцена 4
525
ФЛАМИНИЙ
Всего лишь пустая шкатулка, которую, по поручению моего господина, я умоляю вас наполнить. Он крайне нуждается в пятидесяти талантах и покорнейше просит вас одолжить ему эту сумму, вполне уверенный в вашей готовности служить ему.
Лукулл
Гм, гм... Ты говоришь: «Он вполне уверен))? Ах, какой это
добрый, благородный человек! Если бы только он не жил на такую большую ногу! Не раз я обедал у него и говорил ему об этом; я даже ужинать к нему приходил нарочно для того, чтобы убедить его умень- 20 шить расходы, но он не обращал никакого внимания на мои советы и мои частые посещения. У каждого человека есть свои недостатки, а его недостаток — щедрость: это я ему говорил не раз, но никак не мог исправить.
Входит Слуга с бином.
Слуга
Вот, ваша милость, вино.
Лукулл
Фламиний, я всегда считал тебя умным человеком. За твое здоровье!
Фламиний
Благодарю вашу милость за честь.
Лукулл
Должен отдать тебе справедливость, я всегда замечал в тебе гибкий и быстрый ум, понимающий, где как должно действовать; я замечал, зо что ты умеешь пользоваться случаем там, где случай к твоим услугам,— в этом твое достоинство. (Своему Слуге) Выйди отсюда.
[Уходит Слуга.
Подойди ближе, честный Фламиний. Твой господин — великодушный человек, но ты человек умный; хотя ты и пришел ко мне, но очень хорошо знаешь, что теперь совсем не время давать взаймы деньги, особенно под дружбу, без всякого другого обеспечения. Вот


о26
Тимол Афинский
тебе три со лид ара/ Закрой глаза, мой любезнейший, и скажи Тимону, что ты не застал меня. Прощай.
ФлАМИНИЙ
Возможно ли, чтоб изменился так Наш мир, а мы остались тем, чем были?
(Бросает деньги на пол.)
Проклятое ничтожество, ступай К тому, кто чтит тебя благоговейно!
Лукулл
Вот как! Ну, теперь я вижу, что ты дурак и вполне достоин своего господина.
Фламиний
[Уходит.
[показывал на монеты, лежащие на полу\
Пускай они составят часть того,
На чем гореть ты будешь после смерти!
В растопленном металле этом вечно Варись в аду! Ты только язва друга,
Но ты не друг. О дружба, неужели В твоей груди всё молоко так сильно Испорчено, что меньше чем в два дня Оно совсем свернуться может? Боги,
Тимона гнев я чувствую в себе!
У этого бездельника в желудке Еще лежит обед Тимона; как Он послужить ему на пользу может И пищей стать питательной, когда Сам человек в отраву превратился?
О, пусть тебе та пища принесет
Одну болезнь! Пусть на одре смертельном
Все силы те, которые тебе
Давал Тимон, болезнь не побеждают,
А только муки смерти продолжают!
[Уходит.
Вымышленное название афинской монеты.


Акт 111. Сцена 2
527-
СЦЕНА 2
Площадь.
Входят Люций и три чужестранца.
Люций
Кто? Тимон? Он мой лучший друг и почтенный человек.
1- 	й Чужестранец
Мы сами это знаем, хотя незнакомы с ним. Но я могу сообщить, вам кое-что, о чем теперь все говорят: золотые дни Тимона прошли, и его богатство уходит от него.
Люций
Какие пустяки! Не верьте этому! Тимон не может нуждаться в деньгах.
2- 	й Чужестранец
А все-таки поверьте мне, что еще недавно один из его слуг ходил к Лукуллу с просьбой ссудить его господину несколько талантов; он умолял его об этом, описывая затруднительное положение своего господина, но, несмотря на это, получил отказ.
Неужели?
Люций
2-й Чужестранец
Да, я вам говорю — отказ.
Люций
Как это странно! Клянусь богами, мне совестно слышать об этом. Отказать этому почтенному человеку! Такой поступок делает Лукуллу мало чести. Что касается меня, то я должен сознаться, что хотя и получал от Тимона лишь мелкие подарки, как, например, деньги, посуду, драгоценные камни и тому подобныё безделки, ничтожные в сравнении с тем, что он давал Лукуллу, но обратись он вместо Лукулла ко мне, я никогда бы не отказал ему в нескольких талантах.
Входит Сервилий.
Сервилий
Вот счастье, что наконец нашел Люция; щэямо вспотел, разыскивая его. (Люцию) Почтеннейший господин...


Тимол Афинский
-528
Л Ю Ц IÎ й
Сервилий! Очень рад, что вижу тебя. А затем — прощай. Поклонись от меня твоему почтенному и добродетельному господину, моему драгоценнейшему другу.
Сервилий
Осмелюсь доложить вашей чести, что мой господин посылает вам...
Люций
А! Что же он посылает? Я уж стольким обязан ему: он так охотно посылает. Чем я могу отблагодарить его? Что же он прислал теперь?
Сервилий
Теперь он прислал вам только убедительную просьбу: одолжить *ему немедленно несколько талантов.
Люций
Уверен я, что шутит он со мною:
Талантов тьму легко ему достать.
СвЕ р в и л и й
Покамест он в гораздо меньшей сумме Нуждается. Не будь он так стеснен,
Просил бы вас я вдвое холоднее.
Люций
Сервилий, ты серьезно говоришь?
Сервилий
Клянусь душой, что говорю лишь правду.
Люций
Какой же я дуралей, что истратил деньги как раз в ту самую минуту, когда мог показать себя достойным человеком! Надо же было случиться такому несчастью, что именно вчера я сделал небольшую покупку и через это лишаюсь теперь большой чести! Клянусь богами, 40 -Сервилий, я не могу исполнить желание Тимона. Истинный дуралей! — «повторю еще раз. Вот эти господа — свидетели, что я сам хотел попро-


Акт 111. Сцена 2
529
сить у Тимона взаймы; но теперь я не сделаю этого за все сокровища Афин. Передай мой самый дружеский привет твоему доброму господину. Я надеюсь, он не перестанет любить меня из-за того, что я не в состоянии одолжить ему деньги. Прибавь, что невозможность сделать приятное такому почтенному человеку доставляет мне сильнейшее огорчение. Пожалуйста, добрый Сервилий, окажи мне дружескую услугу — передай ему это именно в этих выражениях.
Обязательно, сударь.
Сервилий
Люций
Этим ты очень обяжешь меня, Сервилий.
Вы были правы: падает Тимон. Раз получив отказ? не встанет он.
1-й Чужестранец Заметил ты, Гостилий?
50
[Уходит Сер вилгт.
[Уходит.
2-й Чужестранец О, еще бы!
1-й Чужестранец
Вот свет каков! И души всех льстецов Из этого же матерьяла сшиты.
Вот, называй приятелем того,
Кто ест с тобой с одной и той же ложки!
Для Люция, я знаю, был Тимон
Вторым отцом: он деньгами своими во
Его кредит поддерживал, давал
Все средства жить; он жалованье даже
Платил его прислуге. Каждый раз?
Как Люций пьет, — касается губами Он серебра Тимонова. И что же?
Теперь... О, как в неблагодарном виде Чудовищно ужасен человек! —
Теперь того он не дает Тимону,
Что нищему хороший человек Всегда подаст.
34 Шекспир, т. VI


530
Tu,von Афинский
3-й Чужестранец Скорбит, на это глядя,
Религия!
1-й Чужестранец
Я о себе скажу:
Тимоном я ни разу не был взыскан,
Он никогда не осыпал меня Щедротами, с намерением друга Во мне найти, но — прямо говорю — Так сильно чту я дух его высокий,
И доблести, и действия его Почтенные, что обратись он только В такой нужде за помощью ко мне, — Из своего именья половину Ценнейшую я отдал бы ему —
Так сильно я люблю его! Но вижу, Что жалости не надо людям знать; Расчет теперь стал совесть побеждать.
70
80
[ Уходят,
СЦЕНА 3
Комната в доме Семпрония.
Входят Семпроний и слуга Тимона.
Семпроний
Гм! Отчего же именно ко мне Он пристает? Ведь мог бы он к Лукуллу Иль к Люцию прибегнуть; или, вот, Вентидий стал богатым человеком,—
А ведь его он вывел из тюрьмы;
И все они богатствами своими Обязаны Тимону.
Слуга Тимона Все они
Испытаны уже и оказались Фальшивою монетой: все они Ему отказ прислали.


Акт 111. Сцена 5
551
Семироний Отказали?
Не может быть! Вентидий и Лукулл!..
И он ко мне прислал тебя? Все трое! ..
Гм! Значит, я последним должен быть Прибежищем. Три друга отказались,
Как доктора, лечить его—и я Взять на себя леченье это должен?
О, он меня глубоко огорчил,
Не оценив, как должно: не могу я Совсем понять, зачем в своей нужде Он прежде всех ко мне не обратился?
Ведь, говоря по правде, от него Я получать подарки начал первый.
И что ж? Теперь так низко обо мне Он думает, что вздумал обратиться Уж после всех? Нет, если я ему Не откажу, — отдам на посмеянье Себя другим, и дураком меня Все назовут. Я дал бы втрое больше,
Чем просит он, когда б ко мне прислал Он к первому, — так сильно я всегда Хотел ему полезным быть. Теперь же Ступай домой и к жесткому отказу Троих друзей прибавь такой ответ:
Кто честь мою презрительно обидит,
Тот денег от меня уж не увидит.
[Уходит.
Слуга
Превосходно, ваша милость — изрядный негодяй! Дьявол не знал, что делал, в то время, когда делал человека лицемером. Он этим возвысил себя, и я убежден, что, наконец, гнусности людей дойдут до того, что дьявол в сравнении с людьми покажется невинным созданием. Как восхитительно этот господин старается выказать себя мерзавцем! Он принимает добродетельный вид, чтобы делать зло, подобно тем людям, которые под личиной пламенного рвения готовы испепелить целые государства. Его дипломатическая любовь — такого же сорта.
*
10
20
30
40


т
А на него сильнее, чем на прочих, Мой господин надеялся; теперь Бежали все — остались только боги. Теперь друзья все умерли, и дверь,
Уж столько лет не знавшая затворов, Должна навек закрыться, чтоб служить Убежищем надежным господину.
Жизнь щедрая кончается — и тот,
Кто всё растратил, взаперти живет.
СЦЕНА 4
50
\Уходит.
Зала в доме Тимона*
Входят двое слуг Варрона и слуга Люция; они встречают Тита, Гортензия и слуг других кредиторов Тимона, ожидающих его выхода.
1-й Слуга Варрона Здорово, Тит. — Гортензий, здравствуй.
Тит
И ты, Варрон добрейший.
Здравствуй
Гортензий
Как, и ты?
Мы все зараз сошлись!
Слуга Люция Я полагаю,
Что нас одно и то же привело: За деньгами я прислан.
И мы, и все.
Тит
Точно так же Входит Филот.
Слуга Люция Наверно, и Филот За тем же здесь!


Акт UL Сцена 4
533
Ф и л о т Здорово.
Слуга Люция
Здравствуй, добрый Приятель. Как ты думаешь, теперь Который час?
Ф и л о т
Да скоро будет девять.
Уже?
Слуг а Люция
Фи л о т
Тимон еще не выходил?
Слуга Люция
Нет.
Ф и л о т
Странно! Он с семи обыкновенно Уже сияет.
ю
Слуга Люция Да, но день его
Короче стал. Заметь себе: жизнь мота —
Как солнца ход; но только уж она,
Раз закатясь, взойти не может снова.
Сдается мне, что лютая зима Теперь постигла кошелек Тимона.
И руку как в него ни запускай,
Ты все же там найдешь совсем немного.
Ф и л о т
Да, я и сам так думаю.
Тит
Заметь, 2о
Вещь странная какая!
(Гортензию)


ö'54
Тимон Афинский
За деньгами?
Ты ведь прислан
Гортензий
Конечно.
Тит
À меж тем
Брильянты те, что господин твой носит,— Тимона дар, с которого пришел Я денег требовать.
Гортензий Не по душе
Мне это дело!
Слуга Люция Странно это всё!
Тимон теперь гораздо больше платит,
Чем должен он. Ведь это всё равно,
Как если б господин твой за брильянты,
Что носит он, потребовал с Тимона ао
Расплаты.
Гортензий
Призываю я богов В свидетели, что это порученье Противно мне! На счет Тимона жил Мой господин, и, забывая это,
Он действует преступнее, чем вор.
1-й Слуга Варрона
Нам должен он три тысячи; а сколько Приходится на долю вашу?
СлугА Люция Пять.


Акт 111. Сцена 4
1-й Слуга Варрона
Огромный долг! Судя по этой сумме,
Мой господин Тимону доверял
Не так, как твой; иначе, без сомненья, 4
Претензии их были бы равны.
Входит Фламиний.
Тит
Вот один из слуг Тимона.
Слуга Людия
Фламиний, на одно слово; скажи, пожалуйста, твой господин скоро выйдет?
Фламиний
Нет, совсем не скоро.
Тит
Мы дожидаемся его; доложи ему о нас, пожалуйста.
Фламиний
Мне незачем докладывать: он и сам знает, что вы очень усердны.
[Уходит.
Входит Флавий, прикрывая лицо плащом.
Слуга Люция
Смотрите-ка: ведь это управитель Закутался. Он в облаке от нас
Уносится. Зовите-ка, зовите! so
Тит
Эй, слушайте!
2-й Слуга Варрона Постойте!
Угодно вам?
Флавий
Что, друзья,


о56
Тит
Мы ждем уплаты долга.
Тимол Афинский
Флавий
Ах, будь мы в ней уверены, как в том, Что ждете вы, мы были бы спокойны! Зачем же вы не предъявили нам Своих счетов в то время, как сидели За моего хозяина столом Хозяева Фалыпивейшие ваши?
Тогда они могли смеяться с ним,
И про долги не помнить, и проценты Желудками прожорливыми брать!
Но вы ко мне напрасно пристаете; Пожалуйста, позвольте мне пройти.
Мы подсчитали с господином. Знайте: Не может вам он заплатить. Прощайте.
Слуга Люция
Но ваш ответ не может нас устроить.
Флавий
Он, значит, вас честней, раз вы хотите Устраивать мошенников дела.
1-й Слуга Варрона
Что там бормочет этот отставленный господин?
[Уходит.
2-й Слуга Варрона
Всё равно, что бы он ни бормотал; он беден, и это одно уже 70 достаточное наказание. Может ли кто-нибудь говорить свободнее того, кто не имеет, где приклонить голову? Таким людям остается только ругать роскошные здания.
Входит Сервилий.
Тит
А, вот и Сервилий! Наконец-то мы получим разумный ответ.


Акт, 111. Сиена 4
557
Сервилий
Друзья мои, я умоляю вас Придти сюда в другое время, — этим Глубоко вы обяжете меня.
Клянусь душой, мой господин ужасно Теперь сердит; оставило его Обычное спокойствие; серьезно Он заболел, не может выходить Из комнаты.
Слуга Люция
Немало и здоровых Из комнаты не могут выходить.
А если он так болен, — тем скорее, Мне кажется, он должен бы отдать Свои долги, чтоб тем себе на небо Свободную дорогу проложить.
О боги!
Сервйлий Тит
Нам такой ответ не может Ответом быть.
Фламиний (за сценой)
Сервилий, помоги!
Входит Тимон 6 припадке бешенства; за ним следует Фламиний.
Т им он
Как? Дверь моя меня не пропускает?
Я был всегда свободен — и теперь Мой дом тюрьмой и вражеской преградой Стал для меня! В том месте, где пиры Я задавал, я вижу то же сердце Железное, как и у всех людей!
Слуга Люция Ну, теперь подойди к нему, Тит.


558
Тимон Афипский
Тит
Вот мой счет, господин.
Слуга Люция
А вот мой.
Г ортензий
Вот мой.
Слуги Варрона
Вот и наши. ш
Ф и л о т
Вот все наши счета.
Тимон
Ну, убейте меня ими, разрубите меня до пояса.
Слуга Люция Увы, добрый господин...
Тимон
Вычеканьте из моего сердца деньги!
Тит
Мне следует пятьдесят талантов.
Тимон
Возьмите мою кровь!
Слуга Люция Мне пять тысяч крон...
Тимон
За них заплатят пять тысяч капель крови. — Ну, а тебе сколько? —
А тебе?
1-й Слуга Варрона
Господин... но
Господин...
2-й Слуга Варрона


Акт Hl. Сцена 4
559
Тимон
Разорвите меня на части, возьмите меня — и да убьют вас боги!
Гортензий
[Уходит.
Теперь я вижу, что наши господа могут распрощаться со своими деньгами. Эти долги можно очень верно назвать отчаянными, потому что должник обезумел.
Входят Тимон и Флавий.
\Уходят.
Тимон
Бездельники! Я чуть не задохнулся! Заимодавцы! Черти!
Флавий
Господин
Любезный мой...
Тимон
(подумав)
А если бы устроить... Флавий
Мой господин...
Тимон
Недурно... — Флавий!
Флавий
Тимон
Здесь!
Усерден ты. Поди, зови Лукулла, Семпрония, и Люция, и всех Моих друзей на пир; мерзавцев этих Еще хоть раз хочу я угостить.
Флавий
О господин, душевное расстройство Одно виной таких речей. У нас
120


540
Провизии нехватит и на самый Простой обед.
Тимон
Об этом не заботься! Ступай — тебе приказываю я:
Всех пригласи. Пусть раз еще ворвется Сюда поток бездельников — и им Устрою пир я с поваром моим.
СЦЕНА 5 Зала Сената. Сенаторы заседают.
1- 	й Сенатор
И я вполне согласен с вами: это — Кровавое злодейство. Умереть Обязан он. Ничто такой; отваги Не придает греху, как состраданье.
2- 	й Сенат о р
Вы правы. Да, не может пощадить Его закон.
Входит Алкивиад со свитой.
Алкивиад
Сенату мой привет!
Желаю вам и чести, и здоровья,
И жалости.
1-й Сенатор Чего, Алкивиад,
Хотите вы?
Алкивиад
К серддам высоким вашим Просителем смиренным я дришел:
Тимон Афинский
I Уходят.


Акт 111. Сцена о
544
Ведь жалость есть закона добродетель,
И действует без жалости в суде Лишь злой тиран. Судьба и время тяжко На одного из близких мне людей Обрушились; в минуту раздраженья Шагнув чрез грань закона, он свалился В ту пропасть, из которой не спастись Нечаянно упавшему в нее.
Приятель мой, за исключеньем этой
Его вины, отличный человек, 20
Исполненный достоинств. Преступленья Не запятнал он подлостью, и тем Свою вину он с честью искупает.
Он на врага восстал лишь потому С го2)ячностыо и гневом благородным,
Что честь его была на смерть врагом Оскорблена. На поединке он,
Гнев подавив, так доблестно держался,
Как если бы за истину сражался.
1-й Сенатор
Вы парадокс уж чересчур отважный зо
Нам привели в старании придать Прекрасный вид постыднейшему делу.
Вы тратите слова как будто с тем,
Чтоб гнусное убийство возвеличить И с доблестью высокою сравнить Драчливый нрав; а он — не что иное,
Как доблести побочное дитя,
Пришедшее в ту самую минуту,
Когда родились секты.
Нет, только в том действительная доблесть, *о
Кто с мудростью умеет выносить Всё худшее, что только могут люди Произнести; кому обиды все —
Одежда лишь, в которой равнодушно Гуляет он; кто сердда своего Не отдает на жертву оскорбленьям,
Губить его не позволяет им.
Когда обида — зло, к убийству нас


542
Тимоп Афинский
Влекущее, то как безумен тот,
Кто этой жизнью ради зла рискнет!
Алкивиад
Но...
1- 	й Сенатор
Не придать вам блеска преступленью: Наш долг — терпеть, не предаваться мщенью.
Алкивиад
Ну, если так, почтенные отцы,
Простите мне вы мой язык солдатский. Скажите-ка, зачем же человек Безумно так бросается в сраженье И всех угроз не сносит? Почему Спокойно он не подставляет горла Своим врагам? Когда заслуга в том,
Чтоб всё терпеть, — к чему на поле битвы Стремимся мы? Когда вся доблесть в том, Чтоб всё сносить, то жены наши, сидя В своих домах, ведь доблестнее нас,
И лев ослу в Отваге уступает.
Когда страдать умеет лишь мудрец,
То вор в цепях мудрей, чем наши судьи. Сенаторы, могучи вы, сильны,—
Так будьте снисхождения полны!
Кто холодно насилие свершает,
Того ничто вовек не оправдает.
Убийство, сознаюсь, есть тяжкий грех,
Но защищать себя — лишь долг нас всех.
Вы скажете, что гнев есть преступленье?
Но кто из нас свободен был от гнева?
Его вину измерьте этим здесь.
2- 	й Сенат о р Напрасно вы хлопочете.
Алкивиад
Напрасно?
А между тем, всё, сделанное им


Акт III. Сцена о
545
В войне Афин со Спартой, Византией, Могло б легко ходатаем служить За жизнь его.
1-й Сенатор
Что вы сказать хотите? 8о
Алкив иАД
Хочу сказать, что родине своей Он оказал блестящие услуги И отнял жизнь у множества врагов В сражениях. Еще в последней битве —
Как дрался он и сколько тяжких ран Нанес врагу!
2-й Сенатор
И сколько в то же время С собой унес добычи! У него,
Заклятого развратника, порок Огромный есть, который часто топит
Весь ум его и мужество его эо
Уводит в плен. И не имей он даже Других врагов, то это уж одно Могло б над ним одерживать победу.
Ведь в бешенстве животном он не раз Свершал дела постыдные и ссоры Кровавые с другими затевал.
Известно это нам, и мы согласны,
Что жизнь его преступна и опасна.
1-й Сенат о р
Да, он умрет.
АлкивиАд Жестокая судьба!
Он мог бы смерть найти на поле битвы... юо
Бу, если так, отцы мои, когда
Вам дела нет до всех его достоинств,—
Хоть правою рукою он бы мог Свою вину очистить совершенно,—


Тимок Афипский
344
То, чтоб себя к тому расположить, Возьмите вы мои заслуги также, Соединив с заслугами его.
Я знаю: ваш почтенный возраст любит Ручательства — и потому мои Победы все и воинскую славу Даю в залог того, что он свой долг Заплатит вам. Когда за это дело Преступное закону жизнь отдать Обязан он, то лучше пусть в сраженье Заплатит долг своею кровью он:
Война строга не меньше, чем закон.
1 -й Сенат о р
Мы — за закон. Оставьте ваши просьбы Докучные. Будь друг иль брат, но тот Порочит кровь свою, кто кровь прольет.
Алкивиад
Ужели так и будет? Нет, не будет! Сенаторы, прошу я вас припомнить,
С кем говорите вы...
2-й Сенатор Что?
Кто я такой.
Алкивиад
Не забудьте,
но
120
3-й Сенатор Что это значит?
Алкивиад
Вы
От старости, конечно, позабыли Меня совсем; иначе со стыдом Я б не просил о деле столь пустом. Отказом вы мои открыли раны.


Вид Акрополя
С Фотографии


Акт III, Сцена 5
545
1-й Сенатор
И смеешь ты так дерзко говорить?
Так знай: хотя наш гнев словами беден,
Но действием весьма богат. Тебя 130
Отныне мы навеки изгоняем.
АлкивиАД
Изгнать меня! Нет, изгоните вы Ваш ум тупой и ваше лихоимство, Что страшно так позорят весь сенат.
1 -й Сенат о р
Коль из Афин чрез два восхода солнца Не выйдешь ты, то жди от нас суда Сурового. А чтоб не раздражаться Нам долее, — твой друг сейчас умрет.
[Уходят сенаторы.
АЛКИВИАД
Пусть боги вас живыми сохраняют
До той поры, пока не превратят ш
В скелеты всех, противные для взора!
Неистовством душа моя полна...
Как! Между тем как вы считали деньги И с должников огромнейший процент Тянули здесь, я с вашими врагами За вас сражался, наживал себе Не золото, а тяжкие лишь раны,—
И вот теперь награда мне за то!
И вот бальзам, что ростовщик-сенат
Пролил теперь на раны полководца! ш
Изгнание! Ну что ж, оно пришлось Мне по душе. Изгнанье мне приятно:
В нем я найду для гнева моего И ярости достойную причину Нанесть удар Афинам. Возбужу Всех воинов моих я недовольных И их склоню на сторону свою.
Честь — сильных бить; как боги, мы, солдаты,
Обид не оставляем без отплаты.
35 Шекспир, т. VI
[Уходит.


546
Тимоп Афипский
СЦЕНА 6
Пиршественный зал в доме Тимона.
Музыка, накрытые столы; вокруг них гости.
В разные двери входят вельможи, сенаторы и другие гости.
1- 	й Гость
Желаю вам доброго здоровья.
2- 	й Гость
И вам того же желаю. Мне кажется, что наш почтенный хозяин хотел только испытать нас.
1- 	й Гость
Именно об этом я думал, когда мы с вами встретились. Надеюсь, что ему совсем не так плохо, как он говорил, когда вздумал испытать своих друзей.
2- 	й Гость
Конечно, нет, судя по этому новому пиру.
1-й Гость
Да, и я так полагаю. Он прислал мне настоятельное приглашение, от которого я было отказался, потому что был занят очень спешными делами; но он так упрашивал меня отложить мои дела, что я ноне- м воле должен был согласиться.
2-й Гость
Точно так же и я был занят очень важным делом; но он ни за что не захотел принять моего отказа. Мне крайне досадно, что когда он присылал ко мне за деньгами, у меня не было ни гроша.
1- 	й Гость
Да, и я теперь досадую на то же самое, когда вижу, как идут его дела.
2- 	й Гость
Все, кто приглашен сегодня, испытывают такие же чувства. Сколько он просил у вас взаймы?


Акт 111: Сцена 6
о47
Тысячу ЗОЛОТЫХ. Тысячу?
А у вас?
1- 	й Гость
2- 	й Гость 1-й Гость
2-й Гость
Ко мне он присылал... Но вот и он сам.
Входит Тимон со свитою.
Ти м о н
Приветствую вас от всего сердца! Как поживаете?
1-й Гость
Мы всегда совершенно здоровы, когда слышим, что и ваше здоровье хорошо.
2-й Гость
Ласточка не так охотно следует за летом, как мы за. вами.
Тимон (в сторону)
И не так поспешно убегает от зимы. Да, люди — перелетные птицы! — [Громко] Друзья мои, мой обед не вознаградит вас за ваше долгое ожидание. Покамест насыщайте ваш слух музыкой, если звуки труб не составляют для вас слишком тяжелого кушанья. Мы скоро сядем 30 за стол.
1- 	й Гость
Я надеюсь, что вы не сердитесь на меня за то, что я отпустил вашего посланца с пустыми руками.
Тимон
О, пожалуйста, не беспокойтесь об этом!
2- 	й Гость
Благородный Тимон...
*


548
Тимол Афипский
Т и м о н
Что скажете, мой добрый друг?
2-й Гость
Высокоуважаемый Тимон, я просто болен от стыда, что в ту минуту, когда вы прислали ко мне, я был таким жалким нищим.
Тимон
Полноте, стоит ли думать об этом?
2-й Гость
Если бы вы прислали двумя часами раньше...
Тимон
Не расстраивайте себя, вспоминая об этом.
Подают несколько Олюд.
Эй, подавайте все кушанья вместе!
2- 	й Гость
Всё закрытые блюда!
1-й Гость
Ручаюсь вам, что в них царские кушанья.
3- 	й Гость
Да, уж не сомневайтесь, что тут есть всё, что только можно достать за деньги и в это время года.
1-й Гость
Ну, как живете? Что нового?
3-й Гость
Вы слышали — Алкивиад изгнан?
1-й и 2-й Гости
Алкивиад изгнан?


Акт III. Сцена 6
549
3-й Гость
Да, это не подлежит сомнению.
so
1-й Гость
Что? Что?
2-й Гость
Но за что же? Расскажите, пожалуйста.
Т и м о н
Достойные друзья мои, прошу пожаловать.
3-й Гость
Я вам после всё расскажу. Какой роскошный стол!
Тимон верен себе.
2-й Гость
3-й Гость
Но долго ли выдержит? Долго ли выдержит?
2- 	й Гость
Покамест выдерживает. Но придет время — и тогда...
3- 	й Гость
Понимаю.
Тимон
Прошу каждого занять свое место с такой поспешностью, как если бы он устремился к губам своей возлюбленной. Кушанья у всех 60 у вас будут одинаковые. Не превращайте вашего пиршества в церемонный обед, на котором блюда успевают простыть раньше, чем гости договорятся о том, кому занять лучшее место. Садитесь, садитесь.
А теперь воздадим благодарение богам.
(сО вы, великие благодетели, посейте в нашем обществе чувство благодарности! Заставляйте чтить себя за то, что вы раздаете, но всегда оставляйте что-нибудь про запас для будущих даров, дабы общество ваше не было презрено. Давайте каждому столько, чтоб он не имел возможности давать взаймы другому, потому что, приве- дись вам, о боги, занимать у людей, — люди отступились бы от богов! 70 Сделайте так, чтобы люди любили пиршество больше, чем того,кто дает


330
Тимон Афинский
его! Чтобы в обществе из двадцати человек нашлось всегда достаточное количество негодяев! Чтобы из двенадцати женщин, сидящих за одним столом, дюжина была тем, что они есть на самом деле. Остальных же подданных ваших, о боги, вместе с афинскими сенаторами и презренной чернью, сделайте годными к разрушению! Что же касается моих друзей, сидящих здесь, то, так как они для меня — ничто, не благословляйте их ничем и обратите в ничто!»
Теперь, собаки, снимайте крышки и лакайте!
Гости снимают крышки с сосудов; все они оказываются наполненными горячей водой.
Несколько голосов Что он хочет этим сказать?
Не знаем.
Другие
Тимон
Пусть никогда, приятели обжорства,
Вам лучшего обеда не видать!
Пар и вода горячая — вот ваше Достоинство. Покончил всё Тимон:
Он, красивший так долго ваши щеки Приветами, теперь смывает их И вам в лицо бросает вашу гнусность Кипящую!
(Брызгает в них горячей водой.)
Желаю долго жить Под бременем людского отвращенья Вам, вежливым убийцам, вам, волкам Смиреннейшим, вам, гадким паразитам С ласкательной улыбкой на^губах,
Вам, ласковым медведям, вам, обжорам, Шутам судьбы, толпе паскудных мух, Рабам колен и шапки, слою пара, Вертящимся по ветру Флюгерам!
Пускай вас всех коростою покроют Болезни все животных и людей! —
Как? Ты бежишь? Так захвати ж лекарство
90
100


Свое с собой!—И ты! — И ты!—И ты!
(Бросает в них блюда и выгоняет их.)
Постой: тебе взаймы я дать желаю,
А не занять!—Как? Разбежались все!
Отныне не бывать пирам таким,
Где плут бы не был гостем дорогим!
Гори, мой дом! Разрушься, город мой!
Тимону мерзок стал весь род людской!
[Уходит.
Некоторые гости возвращаются.
1- 	й Гость
Ну, что вы скажете на это?
2- 	й Гость
Чем объясните вы это бешенство Тимона?
3- 	й Гость
Чорт побери! Не видали ли вы моей шапки?
4- 	й Гость
Я потерял свой плащ.
1- 	й Гость
Он просто помешанный и действует не иначе, как по капризу. Ha-днях он подарил мне брильянт, а сегодня сбил его с моей шапки. Не видали ли вы моего брильянта?
3- 	й Гость
Не видали ли вы моей шапки?
2- 	й Гость
Вот она.
4- 	й Гость
Вот мой плащ.
Уйдем-ка поскорее!
1-й Гость


552
Тимон Афинский
2- 	й Гость
Взбесился он.
3- 	й Гость
Мой горб про это знает.
4- 	й Гость
То дарит, то в нас камнями бросает. ш
[Уходят.


АКТ IV
СЦЕНА 1
Перед стенами Афин.
Входит Тимон.
Тимон
Дай на тебя последний раз взглянуть. * —
Стена, волкам служащая оградой,—
О, провались ты в землю и Афин Не защищай!—Матроны, развратитесь! —
Дитя, забудь родителей своих! —
Рабы, шуты, низвергните на землю Морщинистых сенаторов-господ И вместо них правителями станьте! —
Ты, девственность цветущая, ступай
Немедленно в пристанища разврата м
И на глазах отцов и матерей Распутничай!—Банкроты, стойте твердо,
Когда придет за долгом кредитор,
И, вынув нож, ему вы режьте горло! —
Служители, воруйте у господ,
Как господа воруют по закону И грабят всех широкою рукой! —
Ложись в постель хозяина, служанка:
Его жена ушла в публичный дом.—
Ты, отрок-сын, костыль насильно вырви 20
У дряхлого, увечного отца И размозжи им голову седую! —
Любовь к богам, и набожность, и страх,
И истина, и мир, и справедливость,
* Эта Фраза обращена к Аоинам.


5о4
Тимой Афипский
Семейственность, и жизнь в ладу с соседом,
Ночной покой, приличье, просвещенье,
Религия, почтение к летам,
Промышленность, обычаи, законы —
Пусть обратятся в противоположность,
Себя разрушив этим, и отныне зо
Во всем пусть водарится беспорядок! —
Ты, бич людей, зараза, ниспошли На город мой, созревший для паденья,
Весь страшный яд твоих болезней!—Вы,
Мучения подагры, изувечьте Сенаторов, чтоб стали члены их,
Как нравственность, хромать и спотыкаться! —
Нагой разврат, проникни в сердде, ум И костный мозг афинской молодежи,
Чтобы плыла наперекор добру 40
И в бешеном распутстве утопилась! —
Вы, семена нарывов, чирьев злых,
Во всех грудях яфинских распуститесь И сделайте их жатвою чуму Всеобщую! Пускай одно дыханье Вливает яд в другое, чтоб их жизнь,
Как дружба их, была одна отрава! —
Я уношу с собою от тебя
Лишь нищету, о город ненавистный!
Возьми ж и ты ее себе в удел, зо
Возьми ее с проклятьями моими!
Уйду в леса: найду у злых зверей Я больше доброты, чем у людей.—
Внемлите, боги, мне: пусть разрушенье Постигнет город и его селенья!
С годами пусть растет во мне сильней Презрение к породе всех людей!
Аминь!
[Уходит.


Акт IV. Сцена 2
Öoö
СЦЕНА 2
Афины. Комната в доме Тимона.
Входят Флавий и несколько слуг.
1-й Слуга
Послушайте, скажите ж, наконец,
Где господин наш? Мы погибли, что ли?
Оставлены? Совсем разорены?
Флавий
Увы, друзья, что вам сказать могу я?
Поверьте мне, я не богаче вас —
Клянуся в том правдивыми богами!
1-й Слуга
Легко сказать: такой богатый дом Совсем пропал! Такой хозяин славный —
И разорен, и нет ни одного
Приятеля, который бы решился ю
Взять за руку судьбу его и с ним Пойти вперед!
2-й Слуга
Так точно, как спиною Становимся мы к брошенному в гроб Товарищу, — приятели Тимона Прочь отошли, чуть только схоронил Богатство он, и клятвами пустыми Отделались, как кошельком пустым,
А он, бедняк, как нищий без приюта, Отвергнут всеми, словно воплощенье Позора, он наедине остался С своею нищетой... Сюда идут Другие.
Входят другие слуги.
Флавий
Исковерканная утварь Разрушенного дома!


ооб
Тим он Афинский
3-й Слуга Но у нас
Написано на лицах, что ливрею Тимонову не сняли мы с сердец.
Мы всё еще товарищи — и скорби Мы служим все. Наш челн водой залит,
А мы стоим, как бедные матросы,
На палубе, клонящейся ко дну,
Угрозам волн внимая; в море жизни зо
Нам суждено расстаться.
Флавий
О друзья
Любезные, меж вами разделю я Последнее имущество мое!
Где б снова мы ни встретились, сойдемся,
Любя в душе Тймона, как друзья,
И, покачав печально головами,
Произнесем, как похоронный звон Умершему богатству господина,
Слова: «У нас бывали лучши дни».
[Раздает им деньги.]
Тут каждому придется. Протяните ж 40
Все руки мне. Ни слова больше. Мы Расстанемся, богатые печалью И бедные имуществом.
[Слуги обнимаются и расходятся.]
О, как
Ужасны те страдания, что слава Приносит нам! Копу охота жить Среди богатств, когда богатства эти К презрению и бедности влекут?
Кто славою коварною прельстится?
Кто жить захочет, если дружба — сон?
Приятна разве роскошь, коль она so
Фальшива так же, как притворный друг?
Ты нищим стал, мой честный господин,
Своею щедростью убит! Как странно,


Акт IT. Сцена 3
557
Что доброта есть худшее из зол!
Так кто дерзнет хотя б наполовину Таким же добрым быть, каким был он?
Мой господин благословен — и проклят,
Богат — для нищеты; в своих богатствах Безмерных лишь несчастье он нашел.
Ах, господин мой бедный! Он бежал, 60
Как бешеный, из этого жилища Бездушного чудовищных друзей;
И ничего для поддержанья жизни Нет у него. Пойду его искать.
Останусь с ним как преданный служитель;
Пока с деньгами — буду управитель.
[Уходит.
СЦЕНА 3
Лес и пещера около моря.
Тимон выходит из пещеры.
Т и м о н
О солнце, ты, зиждитель благодатный! Из недр земли наружу извлеки Сырую гниль и зарази весь воздух Здесь, пред лицом твоей сестры — луны. Два близнеца, рожденные одною Утробою, почти не могут быть Различены по своему зачатью,
Развитию, рождению; но чуть Судьба им даст различные уделы — Счастливейший начнет пренебрегать Несчастнейшим. Природа человека, Теснимая напором всяких бед,
Так создана, что счастия большого Переносить не может без того,
Чтоб не питать презрения к щэироде. Попробуйте вы нищего поднять,
А знатного унизить — и сенатор Наследственным презрением тотчас Покроется, а нищий — уваженьем.


558
Тимол Афинский
Бока скота тучнеют от травы 20
И сохнут лишь от недостатка пищи.
Кто ж из людей осмелится восстать,
Чтоб в чистоте души своей воскликнуть:
«Вот это — льстец!))? Коль одного льстецом Назвали вы, — зовите всех льстецами:
Пред каждою из высших ступеней Нижайшая стоит благоговейно,
И голова ученого всегда Склоняется пред золотым болваном.
Всё вкривь идет; прямого ничего зо
Нет в проклятой натуре человека,
И подлость лишь прямая в ней пряма.
Поэтому — проклятие всем сходкам,
Всем обществам, всем празднествам людей!
Тимон теперь на всех себе подобных И на себя с презрением глядит.
Пусть гибнет всё живущее на свете!
(Копает землю.)
Земля, дай мне кореньев, а тому,
Кто лучшее в тебе найти желает,
Вкус услади своим сильнейшим ядом! — 4о
Что вижу я? Как! Золото? Металл Сверкающий, красивый, драгоценный?
Нет, боги! Нет, я искренно молил:
Кореньев мне, безоблачное небо!
Тут золота довольно для того,
Чтоб сделать всё чернейшее — белейшим,
Всё гнусное — прекрасным, всякий грех —
Правдивостью, всё низкое — высоким,
Трусливого — отважным храбрецом,
А старика-—и молодым и свежим! So
К чему же мне, о боги, это всё?
Бессмертные, к чему — скажите? Это От алтарей отгонит ваших слуг,
Из-под голов больных подушки вырвет.
Да, этот плут сверкающий начнет И связывать и расторгать обеты,
Благословлять проклятое, людей


Акт 17. Сцена 3
оо9
Ниц повергать пред застарелой язвой,
Разбойников почетом окружать,
Отличьями, коленопреклоненьем, во
Сажая их высоко, на скамьи Сенаторов; вдове, давно отжившей,
Даст женихов; раздушит, расцветит,
Как майский день, ту жертву язв поганых,
Которую и самый госпиталь
Из стен своих прочь гонит с отвращеньем! —
Ступай назад, проклятая земля,
Наложница всесветная, причина Вражды и войн народов, — я тебя
Вновь положу в твоем законном месте. 70
Доносятся звуки военного марша.
А, барабан!—Живуча ты, но я Похороню тебя... Постой, однако;
Возьму себе на всякий случай часть.
(Берет несколько горстей золота.)
Входит Алкивиад в вооружении, при звуках барабанов и труб; за ним Фрина и Тимандра.
А Л КИ В И А д
Кто ты таков?
Т и м о н
Животное такое ж, Как ты. Пускай тебя изгложет язва За то, что облик человека снова Мне показал ты!
Алкивиад
Как зовут тебя? Ты — человек, и можешь человека Так не терпеть?
Т и м о н
Зовусь я мизантроп И род людской глубоко ненавижу.


Что до тебя, хотел бы я, чтоб ты Был псом; тогда я мог бы хоть немного Любить тебя.
Алкивиад Я знаю хорошо,
Кто ты такой; но что с тобой случилось Неведомо и странно для меня.
Т и м о н
И я тебя отлично знаю также —
И больше знать, чем это, не хочу. Ступай же вслед за звуком барабанов И кровию людскою землю всю Раскрашивай краснее и краснее!
Закон людской и божеский жесток, —
Так чем же быть должна война? А эта Тварь подлая, пришедшая с тобой, — Хотя лидом на ангела похожа,—
Разит людей сильнее, чем твой меч.
Ф рин А
Чтоб сгнить твоим губам за эти речи!
Т и м о н
Ведь я тебя не стану целовать —
Так, значит, и останется вся гниль В губах твоих.
Алкивиад
Как доблестный Тимон Мог снизойти до этого?
Тимон
Как месяц,
Утративший способность освещать;
Но так, как он, не мог я возгордиться, Не мог затем, что солнца не нашел, Чтоб свет занять.


Акт IV. Сцепа 3
564
Алкивиад
Тимон мой благородный, Чем я могу тебе мою приязнь Здесь доказать?
Тимон
Не чем иным, как только Мой взгляд на мир сильнее укрепив.
Алкивиад
Какой же взгляд?
Тимон
Дай слово быть мне другом —
И обмани. Не дашь, — пускай тебя
Бессмертные накажут, потому что и®
Ты человек; а сдержишь, — пусть тебя Бессмертные погубят, потому что Ты человек.
Алкивиад
О бедствиях твоих Я кое-что уж слышал.
Тимон
Ты их видел,
Когда я жил богато.
Алкивиад Нет, теперь
Я вижу их; то время было время Блаженное.
Тимон
Как ты теперь блажен, Ведя с собой на своре потаскушек.
ТИМАНДРА
Так это вот—краса и честь Афин, Предмет любви и поклоненья мира?
36 Шекспир, т. VI
120


Тимол Афинский
562
Тимон
Тебя зовут Тимандрой?
ТИМАНДРА
Да.
Тимон
Так будь
Блудницею до смерти. Не любима Ты ни одним любовником своим.
Они тебе дают в подарок похоть,—
Ты им дари болезни; извлекай Из всех часов распутничества пользу;
Препровождай бездельников своих Б лечебницы и бани; на диету Всю молодежь цветущую сажай.
Тимандра
Чудовище, ты виселицы стоишь! ш
АлкивиАД
Прости ему, Тимандра, милый друг:
Несчастия сгубили, потопили Рассудок в нем.—Любезнейший Тимон,
Остался я почти совсем без денег,
И оттого бунтуют каждый день Мои всего лишенные солдаты.
Я с горестью услышал, что тебя Проклятые Афины оскорбили,
Забыли все деяния твои
В те времена, когда их раздавили б ш
Соседи их, не помоги ты им Своим мечом и деньгами своими.
Тимон
Пожалуйста, ударь ты в барабан И от меня проваливай подальше.
Алкив иад
Я друг тебе, любезнейший Тимон,
И я тебя жалею.


Акт IV. Сиена 5
563
Тимон
Ты жалеешь Того, кому покоя не даешь?
Я в одиночестве хочу остаться.
Алкивиад
Ну, так прощай. Немного вот при мне Есть золота — возьми его.
Тимон
Не надо —
Ведь есть его я не могу.
Алкивиад
Когда
Я обращу надменные Афины В развалины...
Тимон
Так на Афины ты
Идешь войной?
Алкивиад Да, друг, и основанье
Хорошее имею.
Тимон Пусть их всех
Бессмертные убьют твоей победой!
А вслед за тем, когда ты победишь,— Так и тебя!
Алкивиад
Меня, Тимон? За что же? Тимон
За то, что ты рожден на этот свет, Чтоб победить страну мою убийством Бездельников. Спрячь золото евое.


т
Tuмоп Афипский
Ступай себе. Вот золото — ступай же!
Будь как чума планетная,* чума,
Что носится над городом преступным,
Когда Юпитер наполняет воздух Отравою. Пусть меч твой не минует Ни одного. Пощады не давай Ты старикам, столь чтимым за седые Их бороды: они — ростовщики.
Руби на смерть лукавую матрону: 170
В ней честны лишь одежды, а сама —
Развратнида. Пред девственнид щеками Не опускай разящего меча:
Знай, что их груди белые, коварно Манящие к себе глаза мужчин Из-за своих решетчатых окошек,
Не вписаны в страниды доброты И жалости; отметь их как ужасных Изменников. Бей и грудных детей,
Смягчающих улыбкою веселой т
Гнев дураков; кроши их на куски Без жалости; воображай, что каждый Из тех детей — тот незаконный сын,
Которого двусмысленный оракул Избрал затем, чтоб глотку у тебя Перерубить. От жалости навеки Ты отрекись; на уши и глаза Надень такой неодолимый пандырь,
Чтоб не могли проникнуть сквозь него
Крик матери, и девы, и младенда, ш
И вид жреда, лежащего в крови Перед тобой в священном облаченье! —
Вот золото для воинов твоих!
Всё истреби и, бешенство насытив,
Погибни сам! Ни слова — и ступай.
Алкивиад
Ты золото имеешь? Я согласен Его принять, но твой совет — никак.
* Вызванная гибельным влиянием звезд (согласно астрологическим представлениям).


Акт IF. Сцена 5
665
Т и ai о н
Возьмешь иль нет, будь проклят небесами!
ФРИНА И ТиМАНДРА
И нам, Тимон добрейший, тоже дай Часть золота: ведь у тебя осталось!
Тимон
Достаточно осталось для того,
Чтоб побудить развратницу отречься От ремесла, а сводню — перестать Плодить блудниц.—Ну, твари, подымите Передники! С вас клятвы брать нельзя, Хоть знаю я, готовы вы поклясться, Поклясться так, что боги, внемля вам, Начнут дрожать в небесной лихорадке.
Не нужно клятв: и без того ваш нрав Мне хорошо известен. Оставайтесь Вы шлюхами навеки. Если кто Задумает благочестивой речью Исправить вас, — усильте свой разврат. Советника зажгите, распалите И дым его втяните в свой огонь.
За этот труд труды совсем иные Пусть будут вам шесть месяцев в году Возмездием. Усердно прикрывайте Облезшие и жалкие макушки Остатками умерших,* будь они Хоть с виселиц, и их по гроб носите,
Чтоб надувать; распутничая вечно, Раскрашивайте лица до того,
Чтоб лошади в них вязнули, — и к чорту Морщины все!
ФрИНА И ТиМАНДРА
Ну, ладно, лишь давай Нам золота побольше. Что же дальше?
За деньги мы всё сделаем — поверь.
* Волосами, взятыми у мертвецов.


■ж
Тимон Афинский
Т и м о н
В костях мужчин вы сейте истощенье,
Параличом сводите ноги их,
Энергию и живость расслабляйте; ш
Ломайте адвокатам голоса,
Чтоб не могли они давать защиту Кривым делам и ябеды гнусить;
Слуг алтаря, кричащих против плоти И собственным не верящих словам,
Заразою дарите; продолжайте Проваливать и разрушать совсем,
Вплоть до костей, носы у тех, кто, слыша Своим чутьем свой личный интерес,
Лишен чутья к общественному благу; m
Плешивьте всех мерзавцев завитых;
Каким-нибудь страданьем наделяйте Тех храбрецов хвастливых, что войной Пощажены; всё в мире заражайте И заглушать старайтесь и сушить Источники людского плодородья!
Вот золото. Губите вы других,
А это пусть и вас самих погубит:
Пусть грязный ров могилой будет вам!
ФРИЙА И ТИМАНДРА
Давай, давай побольше и советов ш
И золота, великодушный муж!
Тимон
Нет, пусть сперва увижу я побольше Распутства, зла: задаток дал я вам.
Алкивиад
Бей, барабан, — и прямо на Афины! —
Прощай, Тимон. Удастся мне поход, —
Так я опять увижусь здесь с тобою.
Тимон
Коль сбудется желание мое,
То никогда тебя я не увижу.


Акт 1У. Сцена 5
567
Алкивиад Я никогда тебе не делал зла.
Т и м о н
Нет, делал: ты хвалил меня.
Алкивиад
И это
Ты злом зовешь?
т
Т и м о н
Да, это каждый день Мы узнаем из опыта. Однако Проваливай, да захвати е собой Своих собак.
Алкивиад
Ему мы только в тягость. —
Бей, барабан!
Раздается Sou барабанов.
[Уходят Алкивиад, Фрина и Тимандра.
Т и м о н
Возможно ли, чтоб мучилась природа От голода, когда и без того Она больна изменой человека!
(Копает землю.)
О мать всего, рождающая всё Утробою бездонною своею,
Дающая неизмеримой грудью Питание живущему всему,—
Ты, чье одно и то же вещество Родит на свет твоих детей надменных —
Исполненных тщеславия людей —
И черных жаб, и ящериц блестящих,
И синих змей, и злых слепых червей,
И всё, что есть мерзейшего под небом,


568
Тимон Афинский
Где ярко так горит Гиперион, * —
Даруй тому, кто ненавидит сильно зм
Весь род людской, даруй из недр твоих,
Щедрейших недр, один ничтожный корень!
Стань навсегда бесплодною, земля,
И перестань людей неблагодарных Рожать на свет; беременей, земля,
Лишь тиграми, драконами, волками,
Медведями; чудовищам таким Ты жизнь давай, каких еще не видел Свод мраморный небесный на твоей
Поверхности! — А, корень! Благодарен 290
От всей души. Ты засухой покрой Луга, поля, изодранные плугом,
И те места, где виноград растет,—
Места, в которых ненасытный смертный Находит те напитки, яства те Вкуснейшие, что грязью покрывают В нем чистый ум и делают его Созданием без сердца и рассудка.
Входит Апемант.
Вновь человек! Чума, чума!
Апемант
Сюда
Направлен я другими. Мне сказали, 300
Что начал ты по-моему и жить И действовать.
Тимон
Я, верно, поступаю Так потому, что у тебя нет пса, Который мне служить бы мог примером. Будь проклят ты!
Апемант
Натяжка это всё, Позорное и жалкое унынье,
* Одно из наименований Феба, бога солнца.


Превратностью судьбы твоей в тебе Рожденное, К чему вот этот заступ? Убежище такое? Мрачный вид И рабская одежда? Продолжают Твои льстецы ходить еще в шелку,
И пить вино, и спать на мягких ложах, И никогда им не приходит в ум,
Что жил Тимон на свете. Посрамляешь Ты этот лес, разыгрывая роль Хулителя сурового. Стань лучше Ты сам льстецом, старайся преуспеть Тем, что тебя навеки погубило.
Колени гни; пусть каждый вздох того, Кому служить ты будешь, сбросит шапку Твою долой; пороки все его Гнуснейшие превозноси, зови их Отличными достоинствами. Так Ведь и тебе, бывало, говорили —
И слушал ты и, как трактирщик, всех Бездельников просил радушно в гости. Поэтому и сам ты должен стать Мошенником; разбогатеешь снова, —
Так снова всё мошенникам отдашь.
Зачем тебе быть на меня похожим?
Тимон
О, походи я только на тебя,
Я сам себя отвергнул бы.
Апемант
Отвергнул
Ты сам себя, когда еще был схож С самим собой. Так долго сумасшедший, Теперь — дурак, не думаешь ли ты,
Что станет греть твою рубашку ветер, Твой ледяной и бешеный слуга?
Что эти мхом покрытые деревья, Которые орлов переживут,
Вслед за тобой пажами будут бегать?
Что может заменить ручей холодный


Питье из подогретого вина,
Которое восстановляет силы,
В ночных растраченные кутежах?
Нет, созови к себе все существа,
Что в наготе стоят, сопротивляясь Грозе небес, и, крова лишены,
Борьбу стихий выносят, оставаясь Всегда верны природе; созови И прикажи им льстить тебе, — увидишь.
Тимон
Что ты дурак. Ступай отсюда.
Апемант
Я
Теперь тебя люблю сильней, чем прежде
Тимон
А я тебя сильнее не терплю.
За что?
Апемант
Тимон
За то, что льстишь ты нищете.
Апемант
Нет, я не льщу, я говорю: ты — нищий. Тимон
Зачем меня ты отыскал?
Чтоб побесить.
Апемант
Затем,
Тимон
Занятье негодяя И дурака. И наслажденье в нем Ты находить способен?


Акт IV. Сцепа 3
57/
А пе м АН т
Да.
Ты негодяй?
Тимон
Так, значит,
А пЕмант
Когда бы в эту жизнь зво
Холодную, суровую вошел ты Лишь для того, чтоб гордый нрав смирить,
Ты 6 поступил отлично; но ведь это
Ты делаешь насильно. Не живи
Ты в нищете — ты снова стал бы мотом.
Свободно избранная нищета И долговечней и куда почетней Великолепья шаткого: оно Неутолимой мучается жаждой,
А нищета довольна тем, что есть. 370
Полнейшее богатство без довольства Мучительней и хуже во сто раз*
Чем нищета, довольная собою.
Ты жалок так, что должен бы желать Чтоб смерть пришла.
Тимон
Не потому, что это Тот говорит, кто больше жалок. Ты —
Ничтожный раб; тебя не обнимала С любовию Фортуна никогда;
Ты родился собакой. Если б с детства
Ты так, как мы, прошел сквозь целый ряд зво
Тех радостей, что эта жизнь земная
Дает тому, кто право получил
Ее вполне послушными сосцами
Располагать по воле, ты бы стал
Развратничать без меры, истощал бы
Ты молодость не на одном одре
Постыдного распутства; никогда бы


TujwH Афипский
572
He соблюдал ты правил ледяных,
Внушаемых рассудком, и гонялся б Без устали за лакомым куском.
Но для меня вселенная являлась Кондитером: так много уст, сердец,
И языков, и глаз людских толпилось Вокруг меня, что я уж и не знал,
Где находить для них работу. Ими Я был покрыт, как дуб своей листвой;
Но листья те, при первом зимнем ветре, Отпали все и, обнажив меня,
Оставили на жертву всяким бурям.
Мне, знавшему на свете только то,
Что хорошо, такая перемена Не так легка; но ты и начал жить В страданиях и в них окреп с годами.
За что людей ты ненавидишь так?
Они тебе ведь никогда не льстили.
Что дал ты им? Коль хочешь проклинать, Так разразись проклятьем над несчастным Оборвышем, отцом твоим, за то,
Что в скверный час с какой-то попрошайкой Сошелся он и с ней соорудил Тебя, голыш по роду. Вон отсюда!
Прочь! Не родись ты худшим из людей,
Ты сделался б льстецом и негодяем.
Апемант
И до сих пор ты так гордишься?
Т и м о н
Да.
Я тем горжусь, что я — не ты.
Апемант
А я
Горжуся тем, что в жизни не был мотом.
Ти м о н
А я — что им остался и теперь. Лежи в тебе хоть всё мое богатство,
390
400
410


Акт IV. Сцена 5
573
Я и тогда позволил бы тебе Повеситься. Ступай отсюда!
(Берет корень.)
ЕСЛИ б 420
Вся жизнь Афин была заключена Вот в этом, я ее бы точно так же Сожрал.
(Ест.)
А НЕ М АН Т
(подавая ему другой корень)
Возьми; поправить твой обед Мне хочется.
Т и м о н
Ты общество сначала Мое поправь уходом от меня.
Апемант
Бет, этим я свое поправлю только.
Т имон
Поправишь? Нет, испортишь. Если ж нет, Желаю я, чтоб это было.
Апе мант
Что же
Желаешь ты Афинам?
Т и м о н
Чтобы в них,
Как буйный вихрь, ты перенесся. Хочешь — Скажи ты им, что я теперь богат!
Вот золото!
Апемант
Здесь ни к чему не может Оно служить.


о74
Тимон Афинский
Т и м о н
Тем лучше и верней:
Пусть дремлет здесь и злу совсем не служит.
Апемант
Скажи, Тимон, где спишь ты по ночам?
Тимон
Я сплю под тем, что надо мной. Скажи мне,
Где днем себя ты кормишь, Апемант?
Апемант
Там, где мой желудок находит себе пищу, или, вернее, там, где я ем ее.
Тимон
Хотелось бы мне, чтоб яд слушался меня и понимал мои ш желания.
Апемант
Куда ж бы ты послал его?
Тимон
Приправить твои кушанья.
Апемант
Ты никогда не знал середины в жизни, а знал только противоположные крайности. Когда ты жил среди золота и благоуханий, люди насмехались над твоей чрезмерной утонченностью; теперь, под рубищем, ты совсем потерял ее, — и тебя осмеивают за противоположное. Вот кизил — ешь его.
Тимон
Что я ненавижу, того не ем.
Апемант
Так ты ненавидишь кизил? 4зо
Тимон
Да, хоть он и похож на тебя.


Акт IV. Сцена 5
Ö7Ö
Апемант
Ненавидь ты раньше похожих на кизил проныр, ты теперь любил бы себя побольше. Слыхал ли ты когда-нибудь, чтоб расточителя любили после того, как он потерял состояние?
Т и м о н
А ты слыхал ли, чтобы человека любили и тогда, когда у него нет состояния, о котором ты говоришь?
А П È М А н т
Я такой человек.
Т и м о н
Я понимаю тебя: ты был настолько богат, что мог держать собаку.
Апемант
Какое создание в мире, по-твоему, больше других походит на 460 твоих льстедов?
Т и м о н
Больше всех — женщины; но мужчины, мужчины — сама лесть. Скажи, Апемант, что сделал бы ты с миром, если бы он был в твоей власти?
Апемант
Я отдал бы его зверям, чтобы освободиться от людей.
Т и м о н
И ты хотел бы сам уничтожиться вместе со всеми людьми и остаться зверем среди зверей?
Да, Тимон.
Апемант
Тимон
Вот животное честолюбие! Да помогут тебе боги осуществить Это желание! Будь ты лев, лисида надула бы тебя; будь ты ягненок, 470 лисида съела бы тебя; будь ты лисида, лев заподозрил бы тебя, если бы даже случилось так, что обвинителем твоим выступил бы осел; будь ты осел, твоя тупость мучила бы тебя, и ты жил бы для


376
Тимоп Афинский
того только, чтобы служить завтраком волку; будь ты волк, твоя прожорливость не давала бы тебе покоя, и ты нередко рисковал бы жизнью ради того, чтобы добыть себе обед; будь ты единорог, тебя погубили бьх гордость и бешенство, и ты сделался бы жертвою собственной злости; будь ты медведь, тебя убила бы лошадь, ты попался бы в когти леопарда; будь ты леопард, ты сделался бы родственником льва, и пятна твоего родства* стали бы твоими судьями: всё 480 твое спасение заключалось бы в бегстве, а вся защита — в отсутствии. Каким бы животным ты ни стал, ты неизбежно окажешься во власти другого животного. Да и какое животное ты уже теперь, когда не предвидишь, что тебя ожидает в этом превращении!
Ане м Ан т
Если беседа с тобой в состоянии мне когда-либо понравиться, то это может случиться скорее всего теперь. Афинское государство превратилось в лес, наполненный зверями.
Т и м о н
Как это ослу удалось проломать стену, что ты очутился сейчас за городом?
А не мАН т
Сюда идут поэт и живописец. Пусть чума их общества обру-ш шится на тебя. Я боюсь заразиться и потому ухожу. Когда мне нечего будет делать, я опять приду к тебе.
Т и м о н
Когда из всего живущего на свете останешься только ты,—милости просим! Я желал бы лучше быть собакой, чем Апемантом.
А ПЕ М АН Т
Из всех глупцов, какие есть на свете,
Первейший — ты.
Т и м о н
Будь ты хоть столько чист, Чтоб на тебя возможно было плюнуть!
* Пятна на шкуре леопарда.


Акт IV. Сцена 5
577
Апемант
Ты гадок так, что даже проклинать Тебя нельзя. Чтоб ты пропал от язвы!
Тимон
Все подлецы в сравнении с тобой—
Чистейшие создания.
Апемант
Проказа
Живет во всем, что говоришь ты.
Тимон
Да,
Когда твое произношу я имя.
Охотно б я побил тебя, когда б Рук заразить не побоялся.
Апемант
Рад бы
Я загноить их языком моим!
Тимон
Иди же прочь, отродье псов паршивых!
До бешенства смертельного меня
Доводит мысль, что ты живешь, — и видеть
Без дурноты тебя я не могу. sie
Апемант
Чтоб лопнул ты!
Тимон
Вон, негодяй несносный!
(Бросает в него камень.)
Мне даже жаль и камня, что в тебя Пускаю я.
Апемант
Животное!
37 Шекспир, т. YI


378
Тимол Афинский
Тимон
Раб!
Апемант
Жаба!
Тимон
Подлед! Подлед! Подлед!
Апемант отходит 6 сторону.
Весь лживый мир Противен мне, и ничего отныне Я в нем любить не буду, разве то,
Что для меня совсем необходимо.
Итак, Тимон, могилу ты теперь
Готовь себе; ты ляжешь там, где в камень
Надгробный твой бить будет каждый день S20
Непрочная морская пена; надпись
Надгробную составь себе, и пусть
В ней смерть твоя над жизнью всех смеется.
(Смотрит на золото.)
О милый мой дареубийда! Ты,
Орудие любезное раздора Отдов с детьми; ты, осквернитель светлый Чистейших лож супружеских; ты, Марс Отважнейший; ты, вечно юный, свежий И взысканный любовию жених,
Чей яркий блеск с колен Дианы гонит ззо
Священный снег; ты, видимый нам бог,
Сближающий несродные предметы,
Велящий им лобзаться, говорящий Для ge лей всех на каждом языке;
Ты, оселок сердед, — представь, что люди,
Твои рабы, вдруг взбунтовались все,
И силою своею между ними Кровавые раздоры посели,
Чтоб сделались дарями мира звери.
Апемант
Да будет так, но только уж тогда, мо
Как я умру! Я расскажу в Афинах,


Акт I У. Сцена 5
579
Что ты богат, — и все тотчас толпой Придут к тебе.
Т и м о н
Толпой ко мне придут?
Апемант
Да.
Т и м о н
Уходи, пожалуйста, скорее!
Апемант
Живи же со своею нищетой,
Люби ее.
Т им о н И ты живи с своей Подолее, и так умри. Мы квиты.
[Уходит Апемант.
Опять идут подобия людей!
Ешь, ешь, Тимон, и посылай проклятья!
Входят разбойники.
1- 	й Разбойник
Откуда быть у него золоту? Это, верно, какая-нибудь малость, ззо* какие-нибудь крохи от прежнего богатства. Оттого-то он и грустит так, что денег нет,, а друзья отвернулись.
2- 	й Разбойник
Однако слыхать, что у него сокровищ видимо-невидимо.
3- 	й Разбойник
Попытаемся узнать. Коли он не дорожит деньгами, так без спору отдаст их; а вот как их получишь, если он скряжничать станет?
2-й Разбойник
Правда, ведь он не носит их с собою, а прячет где-нибудь.
1-й Разбойник
Не это ли он?


oSO
Тимон Афинский
Где?
Разбойники 2-й Разб ойник
Да, таким его нам описывали.
3-й Разбо йни к
Это он, я его знаю.
Разе ойники
Здорово, Тимон.
Тимон
Чего вам, воры?
Разе ойники
Нс воры, а солдаты.
Тимон
И воры, и солдаты, и еще сыновья женщин.
Разбойники
Не воры мы, а люди в самой крайней Нужде.
Тимон
У вас главнейшая нужда —
Питание: зачем же вам нуждаться?
Смотрите, вот в земле коренья есть,
Тут сто ключей на небольшом пространстве; Там, на кустах, пурпурные плоды;
Здесь ряд дубов, покрытых желудями.
На всех кустах природа сытный стол,
Как щедрая хозяйка, предлагает.
И вы в нужде? В какой такой нужде?
1-й Разе ойник
Не можем мы, как птицы, звери, рыбы, Питаться лишь плодами и водой.
Тимон
Не можете питаться даже дичью, И птицами, и рыбами: должны
560
570


Акт If. Сцена 5
581
Вы есть людей. Но всё же благодарен
Я вам за то, что хоть открыто вы ш
Воруете, не прикрывая действий Почтенною личиной: ведь у нас Сильней всего воруют при занятьях,
Дозволенных законами. Ну, вот Вам золото, мошенники и воры!
Ступайте же, сосите кровь лозы До той поры, пока горячка вспенит И вашу кровь и тем избавит вас От виселиц. Врачам не доверяйте:
Лекарства их — отрава; чаще, чем 590
Вы грабите, они в могилу сводят.
Лишайте всех и жизни и богатств,
Все гнусности свершайте: это ваше Призвание и ремесло. Везде Я вам найду грабительства примеры:
Так, солнце — вор, который океан Обкрадывает силой притяженья;
И месяц — вор нахальный: он крадет Свой бледный свет у солнца; океан —
Вор: жидкостью своей он растворяет ооо
Луну в поток соленых слез; земля —
Такой же вор: она родит, питает Навозом тем, что для себя крадет Из всех людских и скотских испражнений.
Всё в мире — вор. Закон — узда и бич Подобных вам — без наказанья грабит В могуществе насильственном своем.
Самих себя вы не любите: грабьте Друг друга. Вот вам золота еще.
Пилите глотки: все, кого вы только ею
Встречаете, — грабители. Теперь Направьте путь в Афины, разбивайте Все лавки там: что ни украли б вы,—
Украдете у вора. Не воруйте Умереннее оттого, что я Вам это дал. А в заключенье — пусть Погубит вас то золото! Аминь.
[,Уходит в пещеру.


582
Тимол Афинский
3-й Разбойник
Он почти отбил у меня охоту заниматься моим ремеслом, подстрекая меня на это.
1- 	й Разбойник
Да ведь он давал нам такие советы не из желания нам успеха, бяо а из ненависти к человечеству.
2- 	й Разбойник
Я поверю ему, как поверил бы врагу, — и откажусь от своего ремесла.
1-й Разбойник
Пусть прежде в Афинах настанет мир. Нет такого ужасного времени, когда человек не мог бы снова сделаться честным.
Входит Флавий.
[Уходят.
Флавий
О боги правосудные, ужели
Тот человек оборванный и жалкий —
Мой господин? Как страшно он упал!
О памятник чудесный дел прекрасных,
Направленных так дурно! Как весь блеск бзо
Разрушен здесь ужасной нищетою!
Что может быть гнуснее на земле Приятелей, способных ум высокий До крайнего позора довести?
Да, в наши дни свет сделался таков,
Что нам назначено любить врагов!
Мне тот милее, кто мне зла желает,
Чем тот, кто ложной дружбой награждает. —
Тимон меня заметил: заявлю
Ему печаль глубокую и стану 64о
Всю жизнь ему служить, как моему
Властителю.
Тимоп выходит из пещеры.
Мой господин любезный!


Акт IV. Сцена 3
383
Тимон
Прочь! Кто ты?
Флавий
Как! Забыли вы меня?
Тимон
Такой вопрос к чему ты предлагаешь?
Я всех людей забыл; ты — человек, —
Так и тебя я позабыл.
Флавий Я бедный
И честный ваш служитель.
Тимон
Так тебя
Не знаю я. Людей с душою честной Я никогда не видел близ себя.
Вокруг меня все были негодяи, езо
Служившие мерзавцам за столом.
Флавий
Пусть будут мне свидетелями боги,
Что никогда служитель бедный так Не горевал душевно о несчастье Хозяина, как я скорблю о вас.
Тимон
Как? Плачешь ты? Ну, если так, приблизься:
Я полюбил тебя за то, что ты
Стал женщиной, отрекшись от мужчины
Кремнистого, что может слезы лить
От хохота и сладострастья только. т
В них состраданье спит. Да, свет таков:
От смеха лишь всяк плакать в нем готов.
Флавий
Я вас молю, мой господин любезный,
Признать меня, не отвергать печаль


Тимон Афинский
Моей души, позволить мне, как прежде,
У вас служить, пока не истощен Мой капитал убогий.
Тимон
Неужели
Был у меня слуга с такой душой Правдивою, и честной, и готовой Так утешать? Совсем ты с толку сбил Мой жесткий нрав. Дай пристальней вглядеться В твое лицо. — Бесспорно, он рожден От женщины.—Молю вас, боги, вечно Правдивые, — простите мне мое Великое и злое увлеченье!
Я признаю: есть честный человек;
Но — слушайте внимательнее! — только И есть один, не более, прошу Понять меня, — и это — управитель!
О, как хотел я ненавидеть всех Живых людей — и вот ты выкупаешь Себя! Пусть так: зато всех остальных Я проклинать вовек не перестану.
Мне кажется, однакоже, что ты Не так умен, как честен: надувая,
Губя меня, конечно, ты бы мог Скорей найти себе другую службу.
Ведь многие въезжают так в дома Вторых господ на шее первых. Впрочем, Скажи-ка мне по совести (ведь в том,
Что ясно так, я всё же сомневаюсь):
Не хитрости ль и алчности полна Твоя любовь? Она не лихоимство ль?
Ты действуешь, быть может, как богач,
Лишь для того подарок приносящий,
Чтоб двадцать взять в замену одного?
Флавий
Нет, господин достойный; слишком поздно,
К несчастию, пробрались в вашу грудь


Акт If. Сцена 5 oSo
Сомнения и подозренья. Если б Вы их узнали в радостные дни!
Когда погибло всё — пришли они.
Нет, боги мне свидетели, что это Я делаю из истинной любви,
Из ревностной привязанности к вашей Прекраснейшей натуре, из того,
Что я хочу вам доставлять и пищу И средства жить. И верьте, господин Почтеннейший, всё счастие, какое Иль ждет меня, иль может быть теперь,
Я с радостью отдам за исполненье Желания, чтоб вы могли меня Вознаградить своим обогащеньем.
Т и м о н
Смотри ж и будь доволен! Человек Единственно правдивый, вот всё это Возьми себе. Из нищеты моей Сокровище тебе послали боги.
Ступай, живи богато, хорошо,
Но лишь с одним условием: подальше Будь от людей; их всех и ненавидь И проклинай; не ведай состраданья Ни к одному — и прежде чем помочь Ты нищему задумаешь, пусть голод С его костей сорвет всё мясо; псам То отдавай, в чем будешь человеку Отказывать. Пусть тюрьмы жрут людей, Пускай долги в ничто их превращают!
Пусть жизнь их будет лес средь зимних вьюг! Пусть кровь их с ложью высосет недуг!
Затем прощай; будь счастлив.
Флавий
О, позвольте
Остаться здесь, мой добрый господин,
Вас утешать...
700
710
720
730


586 Тимон Афинский
Проклятия,
Тимон
Когда ты ненавидишь — не оставайся здесь.
Беги, пока ты счастлив и свободен.
С людьми, покуда жив ты, не встречайся И на глаза мне впредь не попадайся!
[Уходят 6 разные стороны.


АКТ У
СЦЕНА 1
Лес перед пещерой Тимона.
Входят Поэт и Я{ивописец. Тимон наблюдает за ними из пещеры.
Живописец
Если мне хорошо описали местность, то жилище его должно быть недалеко отсюда.
Поэт
Не знаю, что и думать о нем. Верить ли слухам, что у него такое множество золота?
Живописец
Конечно, верить: это рассказывал Алкивиад. Фрина и Тимандра получили от него золото; точно так же он обогатил бедных бродяг- солдат. Говорят еще, что он подарил большую сумму своему управителю.
Поэт
Ну, так его разорение было только придумано для испытания его друзей. ю
Живописец
Конечно. Вот увидишь, что он опять явится в Афинях и расцветет роскошнее знатнейших вельмож. Поэтому мы поступим недурно, если, несмотря на его мнимое несчастие, заверим его в нашей преданности. В этом он увидит доказательство нашей честности, .и, вероятно, наши кошельки наполнятся тем, чего они добиваются, если слухи о его богатстве справедливы.
Поэт
Что ты поднесешь ему теперь?


Ö88
Timon, Афинский
Живописец
Покамест ничего, кроме моего посещения; но пообещаю ему отличную картину.
Поэт
Я услужу ему тем же; скажу, что напишу в его честь поэму. 20
Живо ПИСЕЦ
Превосходно! Обещания — в духе нынешнего времени: они открывают глаза у ожидания. Исполнение — дело гораздо более глупое, и в настоящую пору оно в ходу только у простых и ограниченных людей. Обещание — дело самого хорошего тона, исполнение — нечто вроде духовного завещания, доказывающего тяжелое умственное заболевание у того, кто делает его.
Тимон выходит из пещеры.
Т им о н
(в сторону)
Превосходный художник! Ты не в состоянии нарисовать человека гаже себя.
Поэт
Я всё придумываю, какое пообещать ему сочинение. Оно должно быть олицетворением его самого, сатирою на изнеженность благосо- зо стояния, обличением бесконечной лести, преследующей молодость и богатство.
Тимон (в сторону)
Так ты хочешь предстать негодяем в своем собственном произведении? Хочешь бичевать в других людях свои собственные пороки? Что ж, делай это: у меня есть золото для тебя.
Поэт
Отправимся искать его скорей!
Когда из рук барыш мы упускаем, —
Против своей удачи погрешаем.
Живописец
Желанного ищи при блеске света,
*Пока земля в мрак ночи не одета. 40


589
Акт К Сцена 4
Т и м о и
(в сторону)
Я встречу вас. О золото, какой Ты сильный бог, когда в жилищах, гаже, Чем хлев свиной, мы чествуем тебя!
Ты корабли оснащиваешь, пашешь Ты океан, к презренному рабу Внушаешь уважение. Так будь же Ты окружен куреньями, а тот,
Кто лишь тебе послушен, пусть чумою Увенчан будет! К ним я подойду.
(Подходит.)
Поэт
Привет тебе, Тимон достойный!
Жив о п и с e g
Ты, 50
Недавний наш и славный покровитель!
Тимон
Ужель пришлось дожить мне до того,
Чтоб увидать двух честных?
Поэт
Мы, так часто
Вкушавшие всю вашу доброту Безмерную, узнав, что удалились От света вы, что изменили вам Приятели, народ неблагодарный...
О гнусные созданья! Все бичи Небесные для вас еще не кара!
Как! Бросить вас, чье благородство им, со
Как звездный свет, давало и влиянье И даже жизнь! Я возмущен глубоко И слов найти не в силах, чтобы эту Чудовищную гнусность в них облечь.


590
Тимон Афинский
Тимон
Иу, пусть она нагая ходит: люди Тем явственней ее увидят. Вы, Правдивые созданья, оставаясь Тем, что вы есть, характеры других Покажете ясней!
Живописец Тимон, мы оба
Житейский путь свершали под дождем то
Твоих даров — и чувствуем благое Влиянье их.
Тимон
Да, оба честны вы.
Живописец
Мы с тем пришли, чтобы услуги наши Вам предложить.
Тимон
Честнейшие! По чем Вас наградить могу я? Не едите,
Конечно, вы кореньев и воды Холодной пить не станете.
Оба
Что можем,
То сделаем, чтоб вам полезным быть.
Тимон
Вы — честные. До вас дошло известье,
Что я богат, — наверное, дошло. во
Сознайтесь же: ведь честны вы.
Живописец
Да, это
Мы слышали, достойнейший Тимон;
Но не затем пришли сюда мы оба.


Акт У. Сцена 4
594
Тимон
О добрые и честные!
(Живописцу)
Из всех
Афинян ты — первейший живописец. Да, право так! Естественнее всех Рисуешь ты.
Живописец Да, так себе, недурно.
Тимон
Дет, именно всех лучше.
(Поэту)
У тебя
Так гладок стих, так нежен и изящен, Что и в своем искусстве ты всегда Естественен. — Но, несмотря на зто, Честнейшие друзья мои, сказать Я должен вам, что есть у вас обоих Один порок — конечно, небольшой:
Он далеко не страшен, и нисколько Я не хочу, чтобы трудились вы Исправиться.
Оба
Покорнейше вас просим Сказать, какой.
Тимон
Пожалуй, вы еще
Рассердитесь.
Оба
Мы будем благодарны От всей души.
Тимон
Серьезно?


Ручаемся.
Честью вам
Т и м о н
Порок ваш вот в чем: оба Вы верите бездельнику, что вас Бессовестно надул.
Оба
Возможно ль это?
Т и м о н
И ложь его всё слушаете вы,
И видите притворные поступки,
И грубые проделки все его Вы знаете — и, несмотря на это,
Вы любите, и кормите его,
И носите в душе своей. Не верьте — Он негодяй отъявленный!
Живописец
Совсем
Не знаю я такого.
И я.
Поэт
Точно так же
Т и м о н
Друзья, я, право, вас люблю И золота вам дам, пожалуй; только Избавьтесь вы от этих подлецов. Повесьте их, зарежьте, утопите В грязи канав, иль чем-нибудь другим Убейте их — и после приходите Сюда ко мне: я золота вам дам Достаточно.


w
«Тимон Афинский»
гравюры Гольдберга по рисунку Ролстона


Акт V. Сиена /
Оба
Но кто они? Скажите Нам имя их.
Тимон
Ступай-ка вот сюда,
А ты — туда, — и все-таки вы вместе Останетесь, и каждому из вас,
Хотя бы он стоял и одиноко,
Придется всё ж в сообществе иметь Ужасного мерзавца.
(Указывал Поэту на Живописца) Если хочешь,
Чтоб там, где ты, два плута не сошлись, Не подходи к нему.
(Указывая Живописцу на Поэта) Ты, если хочешь,
Чтоб там, где ты, один мерзавец был, Оставь его. Вон!
(Бьет их.)
Вот вам, негодяи,
И золото: ведь вы за ним пришли.
(Живописцу)
Ты для меня работал, получай же!
(Поэту)
Алхимик ты — так деньги извлечешь Из этого. — Вон, подлые собаки!
(Прогоняет их и уходит в пещеру.) Входят Флавий и два сенатора.
Флавий
Напрасно вы с Тимоном говорить Желаете: он занят так глубоко Самим собой, что лишь его лицо Из всех людских наружностей приятно Его глазам.
38 Шекспир, т. VI


594
Тимол Афинский
1- 	й Сенат о р
К его пещере нас Ты проводи: мы дали обещанье
Афинянам с Тимоном говорить. ш
2- 	й Сенатор
Ведь не всегда одним и тем же может Быть человек. Тимон преображен И временем и горем; то же время,
Вновь дав ему из щедрых рук своих Богатство дней прошедших, может снова И прежний вид Тимону возвратить.
Веди ж к нему: пусть будет там, что будет.
Флавий
Вот здесь его пещера. Тихий мир
Да будет в ней! — Тимон, Тимон, подите
Поговорить с приятелями. Вас iso
В лиде двоих сенаторов почтенных
Приветствуют Афины. Выдьте к ним,
Мой господин, поговорите с ними!
Тимон выходит из пещеры.
Тимон
О солнде, ты, в чьем блеске благодать,
Сожги их всех! — Ну, что же, говорите —
И чтоб пропасть на виселице вам!
Пусть ваш язык нарывы покрывают За каждый звук правдивый, а за ложь Малейшую пусть он сгниет до корня
И пропадет, чуть скажете ее! wo
1-й Сенатор Достойный муж!
Тимон
Достойный вам подобных,
Как вы — меня.


Ahm F. Сцена i
т
1 -й Сенат ор Сенаторы Афин
Тебе, Тимон, привет свой посылают.
Тим о н
Благодарю. За это им чуму
Послал бы я, когда б мне было можно
Поймать ее для них.
1- 	й Сенатор
О, позабудь,
Что нас самих так сильно огорчает!
Сенаторы единодушно все,
Любя тебя, вернуться умоляют
В Афины: там высоких званий ряд по
Лежит никем не занят, ожидая,
Чтоб ими ты облек себя.
2- 	й Сенат ор
Они
Признали, что забыли слишком грубо Твои заслуги. Городской совет,
Не любящий менять своих решений,
Почувствовал, как в помощи твоей Нуждается весь город наш, и понял,
Что сам себя погубит, коль Тимон
В нем помощи не встретит; он отправил
Нас с тем сюда, чтоб заявить тебе ш
Свою печаль и предложить награду
Значительней, чем были оскорбленья, —
Такой запас богатства и любви,
Какой сотрет в душе твоей навек Обиды все и в ней напишет только Слова любви аФинян, чтоб всегда Ты их читал.
Тимон
Я просто очарован; Я изумлен так сильно, что готов
*


396
Тимол Афинский
Почти рыдать. Так дайте же мне сердце
Безмозглого и женщины глаза—■ ш
И я сейчас от радости заплачу,
Почтенные сенаторы.
1- 	й Сенатор
Итак,
Будь милостив и возвратись в Афины —
Отечество и наше и твое —
И там прими начальство. Будешь встречен Глубокою признательностью ты И облечен самодержавной властью,
И будет снова имя жить твое Во всех устах. Тогда Алкивиада
Свирепого мы скоро отразим— 200
Его, что мир отчизны вырывает,
Как дикий вепрь, с корнями.
2- 	й Сенатор
И грозит
Стенам Афин мечом своим ужасным.
1-й Сенатор
Итак, Тимон...
Т и м о н
Извольте, я готов.
Согласен я. Итак, когда случится,
Что земляков моих Алкивиад Начнет душить, — сказать Алкивиаду От имени Тимона я прошу,
Что дела нет до этого Тимону;
Когда же он начнет опустошать 2io
Прекрасные Афины, наших старцев Почтеннейших за бороды таскать И наших дев священных поруганью Войны, как зверь безумный, отдавать, —
Тогда ему вы громко передайте Мои слова, что, всей душой скорбя О старости и юности афинян,


Акт У. Сцена /
597
Я не могу не высказать ему,
Что дела нет до этого Тимону.
Пусть делает, что хочет. О ножах 220
Вам нечего заботиться, покамест У вас для них довольно глоток есть.
Что до меня, то в лагере мятежном Нет ножичка, который не ценил бы Дороже я почтеннейшего горла Афинского. Затем, вручаю вас Защите всех богов благотворящих,
Как бы вручил тюремщикам воров.
Флавий
Ступайте: всё напрасно.
Тимон
Перед вашим
Приходом я надгробные стихи 230
Себе писал. Вы их прочтете завтра.
Столь долгое страданье моего Здоровия и жизни начинает Идти к концу. Ничтожество мое Мне всё дает. Ступайте и живите!
Пусть будет вам чумой Алкивиад,
А вы — ему, и долго, очень долго!
1-й Сенатор Мы говорим напрасно.
Тимон
Но люблю
Я все-таки мою страну и, право,
Не радуюсь — как обо мне везде по
Трубит молва — всеобщему крушенью.
1-й Сенатор Вот это — речь прекрасная!
Тимон
Прошу
Поклон снести всем землякам любезным.


598
Тимол Афинский
1- 	й Сенатор
Твои слова украсили уста,
Их произнесшие.
2- 	й Сенатор И в наши уши
Вошли они так, как в ворота входит Прославленный триумфом победитель.
Т и м о н
Поклон им всем. Скажите им, что я,
Желая их освободить от горя,
От ужаса пред силою врага, 230
От всех потерь, от злой любви, мучений И от других случайных бед, каким Непрочный челн природы так подвержен На жизненном причудливом пути,—
Хочу теперь услугу небольшую Им оказать: хочу их научить,
Как отвратить Алкивиада злобу Свирепую.
1-й Сенатор
Отлично! Хочет он Вернуться к нам.
Т и м о н
Тут, близ моей пещеры
Есть дерево. Я должен для себя 260
Его срубить и сделать это скоро.
Скажите всем друзьям моим и всем Афиняням, всех званий и сословий,
От высшего до низшего, что тот,
Кто хочет все страдания покончить,
Пускай скорей является сюда,
Пока еще топор не уничтожил То дерево, — и пусть спешит на нем Повеситься. Прошу вас, передайте Совет им мой.


Акт V. Сцена 1
Ö99
Флавий
Довольно вам ему 270
Надоедать: .он будет всё такой же.
Тимон
Вам незачем вновь приходить ко мне;
Но, возвратясь в Афины, расскажите,
Что вечный дом возвел себе Тимон На берегу, куда, шумя и пенясь,
Однажды в день стремится дико море И кроет всё соленою волною.
Туда придти вы можете — и пусть Мой памятник оракулом вам будет.
Всю горечь выплюньте, уста, скорей— 280
И смолкните. Пусть злым делам людей Зараза впредь послужит исправленьем!
Пусть будут гробы лишь людей твореньем,
А смерть — наградой. — Солнце, спрячь свой свет:
Уж царствия Тимона больше нет!
[Уходит 6 пещеру.
1 -й Сенат ор
В нем ненависть срослась с душой.
2-й Сенатор
Все наши
Надежды рухнули. Ну что ж, пойдем И средств других поищем отвратить Великую опасность нашу.
1-й Сенатор Медлить
Никак нельзя. Идем же поскорей. 290
[Уходят.


eoo
Тимол Афинский
СЦЕНА 2
Перед стенами Афин.
Входят, два сенатора и Гонец.
1- 	й Сенатор
Ты хорошо ль узнал, и столько ль в войске Его людей, как объявил ты нам?
Гонец
Еще я вам уменьшил эту цифру;
К тому ж, судя по быстроте его,
Немедленно он явится.
2- 	й Сенатор
Придется
Нам пострадать ужасно, коль они Не убедят Тимона возвратиться.
Гонец
Мне встретился гонец, мой старый друг,
И хоть мы с ним стоим в рядах враждебных,
Старинная привязанность взяла 10
Свои права — и мы разговорились Приятельски. К Тимону в лес скакал Приятель мой с письмом Алкивиада,
В котором тот Тимона умолял Идти войной с ним вместе на Афины,
Затем что та война из-за него Затеяна отчасти.
Входят сенаторы, ходившие h Тимону.
1-й Сенатор Вот и наши
Товарищи!
3- 	й Сенатор
Пропала вся надежда на него.
Уж слышен бой грозящих барабанов,
И страшное движенье вражьих сил
20


«Тимон Афинский» рисунка Д. Джильберта


Акт 7. Сцена 3, 4
604
Наполнило и душит воздух пылью.
Скорей пойдем отпор приготовлять:
Мы пасть должны, а враг — торжествовать.
[Уходят.
СЦЕНА 3
Лес. Пещера Тимона и перед нею надгробный камень*
Входит Воин, ищугций Тимона.
Воин
Должно быть, здесь, судя по описанью.—
Эй, кто тут есть? Откликнись!—Никого!
Ответа нет. А это кто? Тимон Окончил жизнь. Пусть зверь читает это:
Ведь здесь людей не водится кругом.
Да, умер он — и вот его могила;
И надпись есть, но прочитать ее Я не могу. Сниму-ка оттиск воском.
Начальник наш умеет разбирать
Все письмена. Не стар, а знает много. ю
Теперь уж он к Афинам подступает,
Которые унизить так желает.
[Уходит.
СЦЕНА 4
Перед стенами Афин.
Трубы.
Входит Алкивиад с войском.
АЛКИВИАд
Трубите наш губительный приход Трусливым и распущенным Афинам.
Трубы возвещают о появлении афинских сенаторов. На стены всходят сенаторы.
До этих пор вы время всё свое Неправедным деяньям посвящали,


602
Тимол Афинский
И превращали собственную волю В закон для всех; до этих пор и я И все, кто спал под сеныо вашей власти,
Скитались, руки на груди скрестив,
И скорбь свою напрасно изливали
В стенаниях. Теперь пришла пора: 1®
Энергия проснулась в угнетенном,
И он кричит: «Довольно с вас!» Теперь Усталое страдание удобно Рассядется и станет отдыхать На дорогих и мягких креслах ваших;
Надменность же с набитым кошельком От ужаса и бегства задохнется.
1- 	й Сенатор
О молодой и благородный вождь!
Когда твой гнев еще был только мыслью,
Когда еще ты силы не имел, 20
А мы — причин бояться, посылали
К тебе мы, чтоб на бешенство твое
Пролить бальзам. Неблагодарность нашу
Старались мы вознаградить тогда
Щедрейшею любовью.
2- 	й Сенатор
Точно так же
Старались мы Тимона примирить С Афинами: к нему мы посылали Покорнейших просителей, ему Богатые давая обещанья.
Не все неблагодарны мы; не все зо
Достойны быть поражены войною.
1-й Сенатор
Не тех рукой, кто оскорбил тебя,
Воздвигнуты родные наши стены;
Притом твоя обида уж не так Значительна, чтоб эти башни наши,
ТроФеи все и школы пали в прах Из-за вины немногих.


Акт Y. Сцена Л
605
2-й Сенат ор Те, что были
Виновники изгнанья твоего,—
Уж умерли; стыд за свое коварство
Сердца разбил им. Славный вождь, войди, 40
Развеявши знамена, в наши стены,
И если уж так жаждет месть твоя Насытиться той пищей, что природе Противна так, — по жребию казни:
Кто вынет кость, помеченную черным,—
Пусть тот умрет.
1- 	й Сенатор
Не все виновны здесь;
За мертвых мстить живым — несправедливо!
Переходить в наследство не должны Проступки так, как земли! Потому,
Земляк любезный, в город наш введи so
Свои войска, но гнев пусть за стенами Останется; не обрекай на смерть Афин, тебе служивших колыбелью,
И близких всех, которых ты в пылу Неистовства погубишь вместе с теми,
Кто виноват. Как пастырь, подойди К своим стадам: животных зараженных Прочь отгони, но всех не убивай.
2- 	й Се на тор
Что хочешь ты — добудешь всё скорее
Улыбкою, чем вырубишь мечом. во
1- 	й Сенатор
Коснись ногой ворот замкнутых наших —
И все они раскроются, когда Вперед пошлешь свое благое сердце Сказать, что ты идешь как добрый друг.
2- 	й Сенатор
Брось нам свою перчатку иль, пожалуй,
Другую вещь в залог того, что ты


вол
Тимон Афинский
Оружием воспользоваться хочешь,
Чтобы воздать как должно, но не с тем, Чтоб нас сгубить, — и пусть твои солдаты Стоят у нас до той поры, покуда Не выполним мы всех твоих желаний.
АлкивиАД
Быть так — и вот перчатка вам моя.
Сойдите вниз? откройте мне ворота.
Из всех врагов Тимона и моих Падут лишь те, кого для наказанья Назначите вы сами. А чтоб в вас Сомненья не было в благих моих Намереньях, — пусть ни один солдат,
Покинув пост, не возмутит потока Законности в Афинах без того,
Чтоб не подпасть ответственности страшной Пред вашими законами.
Оба сенатора Слова
Прекрасные!
Алкивиад
Сойдите вниз, чтоб слово Сдержать свое.
Сенаторы сходят со стен и отворяют вороте Входит Воин.
В о ин
Мой елавньщ вождь, Тимон Окончил жизнь. На берегу морском Он погребен; и на могильном камне Увидел я вот эту надпись: воском Оттиснул я ее — и этот слепок Пусть за мое невежество ответит.
Алкивиад
(читает)
«Здесь покоится жалкое тело, Разлученное с жалкой душой!
70
80
90


Акт У. Сцена 4
605
Не старайтесь узнать мое имя.
Пусть задавит всех плутов чумой!
Здесь лежу я, Тимон, что при жизни Ненавидел живущих людей.
Проклинай, сколько хочешь, прохожий,
Только мимо иди поскорей!»
Да, выразил ты этим хорошо Последние свои пред смертью мысли.
На скорбь людей с презреньем ты смотрел, мо
Пренебрегал ты всяким излияньем Людских мозгов и каплями тех слез,
Что скупо льет природа человека,
Но научил тебя твой мощный ум,
Как побудить громадного Нептуна,
Чтоб вечно он на гробе у тебя Оплакивал прощенные проступки.
Скончался ты, наш доблестный Тимон,
И помянуть тебя мы не забудем.—
Ведите же меня в ваш город: я но
Хочу свой меч соединить с оливой.
Пускай война родит нам мир, а мир —
Смирит войну: я вместе их поставлю И врачевать друг друга их заставлю! —
Бей в барабан!
[Уходят.


ТРАГЕДИЯ О ЮЛИИ ЦЕЗАРЕ
Пьеса возникла, очевидно, в 1599 г„ так как, с одной стороны, написанная в этом же году комедия Бен Джонсона Каждый без своих npwiyd содержит явную цитату из нее, а с другой стороны, в ней можно найти отголоски некоторых произведений, опубликованных в том же 1599 г.
События, описываемые в пьесе, охватывают исторический период в три года, со дня триумФа Цезаря (осень 45 г. до н. э.) до битвы при Филиппах (осень 42 г. до н. э.).
Действие развивается в течение шести дней, с интервалами.
День 1-й — акт I, сцены 1—2.
Интервал.
День 2-й — акт I, сцена 3.
День 3-й — акт II; акт III.
Интервал.
День 4-й — акт IV, сцена 1.
Интервал.
День 5-й — акт IV, сцены 2—3.,
Интервал.
День 6-й — акт V.
Действующие лица
Юлий Цезарь (100—44 гг. до н. э.) был убит 15 марта 44 г. Душою заговора был Кассий, но руководящая роль в нем была предоставлена Марку Юнию Бруту (79—42 гг. до н. э.), отчасти из уважения к памяти его предка, Люция Юния Брута, свергнувшего с престола царя Тарквиния Гордого (509 г. до н. э.) и этим положившего начало республиканскому строю в Риме. После того как Марку Антонию удалось своей демагогической речью восстановить римский народ против заговорщиков, Брут удалился в Грецию, а затем проследовал в Малую Азию, где соединился с Кассием. Совместно с Кассием Брут получил от римского сената верховную власть над всеми провинциями Востока. Вскоре, однако, в Риме восторжествовал второй триумвират в составе Октавия, внучатного племянника и наследника Юлия Цезаря (род. в 63 г. до н. э.), Марка Антония (род. в 82 г. до н. з.) и Л е п и д а.
39 Шекспир, т. VI


640
Комментарии
Первые двое выступили против республиканцев с сильным войском. При Филиппах, в Македонии, был сначала разбит в отдельности Кассий, покончивший с собою после поражения; затем через двадцать дней вынужден был принять бой в той же самой местности Брут, также проигравший сражение и умертвивший себя.
Молодой Катон был сыном Катона Младшего, или Утического, и правнуком Катона Старшего, Цензора; Порция, жена Брута, была его сестрою.
Акт I, сцена 1
46. ...я чиню то, на что наступают. В подлиннике 2-й Горожанин называет себя «починщиком плохих soles» — с каламбуром, основанным на созвучии слов soles 'подошвы* и souls 'души*.
49. Эта строка в кембриджском издании напечатана как прозаическая. Однако она свободно читается как стихотворная.
68. Праздник Луперкалий — празднество в честь оплодотворяющего божества, Фавна Дуперка, справлявшееся 15 Февраля. Во время этого празднества происходил «священный бег» знатных юношей, стегавших ремнем на бегу всех встречных (женщин эти удары будто бы делали плодовитыми). Такой бег Антония упоминается в следующей сцене.
Акт I, сцена 2
48. Ид марта берегись! Мартовские иды соответствуют нашему 15 марта.
442—444. Во 2-й песне Энеиды рассказывается, как Эней вынес на плечах своего отца Анхиза из пылающей Трои. Дальше в той же поэме описывается основание троянскими беглецами римской державы.
456—457. ...он как колосс... Намек на Колосса Родосского — тройную статую Аполлона, стоявшую на двух берегах входа в Родосский порт, так что корабли проходили между ног ее.
452. Со времени потопа... Это отнюдь не анахронизм со стороны Шекспира, так как у древних было свое сказание о потопе, в котором роль Ноя и его жены играли Девкалион и Пирра.
456. ...и Рим слывет обширным... В подлиннике — игра созвучием слов: Коше 'Рим* и room 'пространство*.
265. Будь я ремесленником... Выражение подлинника: a man of any occupation допускает и более широкое толкование:'практиком*,'человеком дела* (а не мечтателем, пассивным наблюдателем).
544. Уж Цезарь на меня не повлиял бы. Неясное место в подлиннике, где сказано не «Цезарь», а «он». По мнению некоторых комментаторов, «он» означает Брута, который «не стал бы играть на моих (Кассия) слабостях или причудах, как я, Кассий, игр ло на слабостях его, Брута».


Трагедия о Юлии Цезаре
644
Акт II, сцена 1
204— 	206. Ловлю единорога (сказочного зверя) надо себе представлять так: охотник, разъярив единорога, прятался за деревом, и тогда зверь вонзал свой рог в дерево с такой силой, что потом не мог уже его вытащить.
286. В предместьях твоего расположенья? Обитатели предместья пользовались меньшими правами, чем жители города.
Акт III, сцена 1
77. Et tu, Brute! Откуда Шекспир взял это латинское восклицание*, неизвестно. У Плутарха оно не приводится. Но современники Шекспира, несомненно, знали предание о таких словах Цезаря. Например, в анонимной Правдибой трагедии о Ричарде III (изд. 1694 г.) король Эдуард говорит Кларенсу: «Et tu, Brute, ты тоже хочешь поразить Цезаря?»
407. В его крови омоем наши руки по локоть... Омовение рук в крови убитого — древний обряд, выполнявшийся в тех случаях, когда убийство носило «священный» характер.
475. Враждебно не сжимается рука. В подлиннике — более сложное выражение: «Тебя обнимают наши руки — сильно, как в злобе» (iu strength of malice), — один из самых смелых образов Шекспира, с трудом поддающийся точному переводу.
205— 	206. Здс)сь, олень отважный, ты загнан был... В подлиннике — игра созвучием слов hart ‘олень* и heart ‘сердце*. В связи со вторым из этих слов стих 208 может получить смысл: «Цезарь был сердцем мира».
Акт III, сцена 2
49. Ему меж предков статую поставим! В Капитолии стояла статуя Люция Юния Брута.
Акт IV, сцена 2
Начальная ремарка. Сарды — столица Лидии в Малой Азии.
50. В тексте кембриджского издания в этом стихе стоит: Люцилий, а в стихе 52: Люций. Однако по характеру и Функциям этих персонажей нам представляется более естественным принятое в переводе распределение их, которое было предложено некоторыми текстологами.
Акт IV, сцена 3
444. Забыл ты философию свою. Брут—приверженец стоицизма,., который учит быть выше невзгод, Кассий — эпикуреец.
Акт V, сцена 1
/4. Сражения подняв кровавый знак... Плутарх в «Жизнеописаниях» рассказывает, что сигналом к бою в войске Брута и Кассия бы.1 поднятый на древке копья панцырь пурпурового цвета.
*


612
Комментарии
76—78. Эпикур отрицал всякое вмешательство богов в человеческую жизнь, объясняя все ее явления естественными причинами.
400—407. Эти слова Брута противоречат высказанной им и дальше проявленной на деле решимости лучше умереть, чем подвергнуться унизительному порабощению. Некоторые критики видят в этом противоречии проявление душевной растерянности Брута.
Акт У, сцена 3
5Ö. Ты, Пиндар, выше поднимись по склону... На шекспировской сцене Пиндар поднимался на «верхнюю сцену» (балкон), изображавшую в данном случае холм, и, следовательно, оставался всё время видимым для зрителей.
404. Ф а з о с — остров в северной части Эгейского моря.
Акт У, сцена 5
2—о. ...показал Стати л и й нам пламя Факела.,. Статилий должен был, пробившись сквозь неприятелей в свой лагерь, в случае если там всё благополучно, поднять в виде сигнала зажженный Факел.


АНТОНИИ И КЛЕОПАТРА
Хотя пьеса эта была зарегистрирована в 1608 г. в книгоиздательских списках, издание это не было осуществлено, и пьеса была впервые напечатана лишь в 1623 г.
В 1607 г. Деньель переиздал свою пьесу Клеопатра (написанную в 1594 г.), внеся в текст некоторые детали, являющиеся очевидным заимствованием из трагедии Шекспира. Равным образом намек на последнюю содержится и в пьесе Барнеса Грамота дьявола, поставленной в том же 1607 г. С другой стороны, метрика Антония и Клеопатры указывает на то, что пьеса эта возникла позже Макбета и Лира. Скорее всего она б ыла написана в 1607 г.
События в пьесе охватывают исторический период с 42 г. (сразу после, смерти Брута) до 30 г. до н. э. (смерть Антония и Клеопатры). Действие развертывается в течение двенадцати дней, с интервалами.
День 1-й — акт I, сцены 1—4.
Интервал примерно в двадцать дней.
День 2-й — акт I, сцена 5; акт II, сцены 1—3.
День 3-й — акт II, сцена 4.
Интервал.
День 4-й — акт II, сцены 5—7. (Сюда же входит, нарушая последовательность, акт III, сцена 3.)
Вероятно, интервал.
День 5-й — акт III, сцены 1—2.
Интервал.
День 6-й — акт III, сцены 4—5.
Интервал.
День 7-й — акт III, сцена 6.
День 8-й — акт III, сцена 7.
День 9-й — акт III, сцены 8—10.
Интервал.
День 10-й — акт III, сцены И—13; акт IV, сцены 1—3.
День 11-й — акт IV, сцены 4—9.
День 12-й — акт IV, сцены 10—15; акт У, сцены 1—2.
Действующие лица
Марк Антоний (82—30 гг. до н. э.) — римский полководец, сподвижник Юлия Цезаря; после смерти последнего (44 г.) — член второго триумвирата,, совместно с Октавием Цезарем и Лепидом.


вы
Комментарии
Октавий (или Октавиан) Цезарь (63 г. до и. э. — 14 г. и. э.) — внучатный племянник Юлия Цезаря, усыновленный им по завещанию; член второго триумвирата; после разрыва с Антонием и победы над ним (30 г. до н. з.) -стал самодержавным правителем римского государства и принял титул императора Августа.
Марк Эмилий i е п и д — сподвижник Юлия Цезаря, позже — третий член второго триумвирата, вскоре, однако, отстраненный Октавием от власти (ум. в 13 г. до н. з.). Секст Помпей — сын Гнея Помпея Великого, члена первого триумвирата, затем — соперника Юлия Цезаря; успешно воевал с Октавием и Антонием и заключил с ними почетный мир в Мизене, но затем, по возобновлении борьбы, был разбит Антонием и умер в заточении в 35 г. до н. з. Гай Цильний Меценат — римский аристократ, друг Октавия Цезаря, сопровождавший его во всех его войнах; после установления монархии — известный покровитель поэзии и искусств (ум. в 9 г. до н. э.). Октавия — сестра Октавия Цезаря; была сначала замужем за Марком Клавдием Марцеллом, затем, овдовев, в 40 г. до н. э. вышла замуж за Марка Антония. Клеопатра (69—30 г. до н. э.) — царица Египта, дочь Птолемея Авлета. По завещанию отца вышла замуж за своего брата, Птолемея Диониса, и правила совместно с ним; затем была свергнута с престола, но восстановлена на нем Юлием Цезарем; после смерти его сблизилась с Антонием, участь которого разделила до конца, как это изображено у Шекспира.
Акт I, сцена 1
2L ...безбородый Цезарь... Октавию было тогда лишь 21 год.
Акт I* сцена 2
85—91. События, о которых так кратко сообщает Гонец, заключались в следующем. В то время как Антоний и Октавий вели на окраинах римского государства войну с республиканцами, убившими Юлия Цезаря, Фульвия, жена Антония, сделалась почти диктатором Рима. После недолгой борьбы с консулом Люцием Антонием, братом Марка Антония, Фульвия соединилась с ним против Октавия, который к этому времени развелся со своей женой, Клодией, дочерью Фульвии от первого ее брака. Война эта закончилась в 41 г. победой Октавия.
96—100. Квинт Лабиен, римский полководец, сын Тита Лабиена, сподвижника Юлия Цезаря в Галльской войне, примкнул к республиканцам, затем, после разгрома их при Филиппах (изображенного в Трагедии о Юлии Цезаре), удалился к парФянам, в союзе с которьши вел войну против Рима. Он был разбит Веитидием, полководцем Антония (см. ниже, акт III, сцена 1).
115. Проиграв войну против Антония, Фульвия отправилась в Грецию для свидания с Антонием. После бурного объяснения между ними и отъезда Антония в Египет Фульвия вскоре умерла, не перенеся его измены:
145. Ее вздохи и слезы мы не можем назвать ветрами и потоками. ..В подлиннике сказано наоборот: «ее ветер и воду мы не можем назвать вздохами и слезами». Энобарб, играющий в первой половине


Антоний и Клеопатра
645
трагедии роль шута, допускает здесь типичную для шекспировских шутов обмолвку.
465. Можно искусственно вызвать слезы, натерши глаза луком (средство, применявшееся во времена Шекспира актерами).
477—479. Секст Помпей, изгнанный из Рима триумвирами, овладел хлеб«' ными областями — Сицилией, Сардинией и Корсикой — и подверг Рим голодной блокаде.
Акт I, сцена 3
84о Антоний был очень похож лицом на статую Геркулеса, потомком которого он считался. (Намек на этот мотив неоднократно встречается далее.)
94—95. ...беспечность... Точнее: суетность (idleness).
Акт I, сцена 4
57—59. Во время войны с республиканцами, убившими Юлия Цезаря, Антоний осадил в 43 г. одного из их вождей в Модене (древней Мутине), в северной Италии. Тогда на выручку осажденным римский сенат послал войско под начальством консулов Вибия Пансы и Авла Гирция, которые разбили Антония, но сами погибли оба в сражении.
Акт I, сцена 5
29—54. Согласно Плутарху, Юлий Цезарь, когда был в Египте (в 48 г. до и. э.), тоже подпал под влияние чар Клеопатры. Что касается Помпея, то здесь Шекспир допускает ошибку: Плутарх сообщает, что Клеопатра пленила не Помпея Великого, а его сына Гнея Помпея, младшего брата выведенного в трагедии Секста Помпея.
do. Бумагу и чернил! Один из ярких анахронизмов Шекспира.
Акт II, сцена 6
27—29. Когда продавался дом Помпея, Антоний купил его, но затем отказался заплатить деньги.
70. ...Одну царицу Цезарю в постель. Согласно Плутарху, Юлий Цезарь пожелал, чтобы свидание его с Клеопатрой произошло втайне. После того как слуга Клеопатры, сириец Аполлодор, в сумерках подвез ее в лодке ко дворцу Цезаря, она легла в мешок для постели, и Аполлодор, стянув его ремнями, в таком виде внес Клеопатру в комнату Цезаря.
Акт II, сцена 7,
47—20. О таблицах на пирамидах для определения подъема воды в Ниле Шекспир мог узнать из Плиния.
Акт III, сцена 1
2. Марк Красе (вместе с Юлием Цезарем и Помпеем Великим — участник первого триумвирата) в 53 г. до н. з. был разбит парФянским царем Ородом и вслед за тем предательски убит парФянами.


646
Комментарии
Акт HI, сцена 11
56. М е ч, как танцор, держал... Во времена Шекспира кавалеры для танцев надевали особые, чисто декоративные мечи.
Акт 1Y, сцена 14
55. Здесь Шекспир допускает ошибку: согласно Вергилию, Дидона в посмертном существовании была соединена не с Энеем, а со своим мужем Сихеем (Энеида, VI, 472—474).
Акт V, сцена 2
454—457. Хотя сохранившийся текст и не содержит здесь никакой ремарки, несомненно, что в этот момент Клеопатра бьет Селевка, как об этом рассказывает Плутарх.


ТРАГЕДИЯ О КОРИОЛАНЕ
Подобно предыдущей трагедии, пьеса эта была впервые издана лишь в 1623 г. Текст этот сильно испорчен и потребовал многочисленных поправок.
Для датировки пьесы мы не имеем вполне убедительных данных. Особенности ее стилистики и метрики склоняют исследователей к тому, чтобы поместить ее между Антонием и Клеопатрой и Периклом. Весьма вероятно поэтому, что она возникла в начале 1608 г.
Исторический период охватывает четыре года — от ухода плебеев на Священную гору в 495 г. до н. э. до смерти Кориолаыа в 491 г. до н. э. Действие развивается в течение одиннадцати сценических дней, с интервалами.
День 1-й — акт I, сцена 1.
Интервал.
День 2-й — акт I, сцена 2.
Интервал.
День 3-й — акт I, сцена 3—10.
Интервал.
День 4-й — акт II, сцена 1.
Интервал.
День 5-й — акт II, сцены 2—3; акт III; акт IV, сцены 1—2.
День 6-й — акт IV, сцена 3.
День 7-й — акт IV, сцены 4—5.
Интервал.
День 8-й — акт IV, сцена 6.
Интервал.
День 9-й — акт IV, сцена 7.
Интервал.
День 10-й — акт V, сцены 1—5.
Интервал.
День 11-й — акт V, сцена 6.
Действующие лица
Кай Map g ий Кориолан (год рождения неизвестен) — римский полководец, о жизни которого сохранились полулегендарные предания. Неясно, принимал ли он участие в конфликте между патрициями и плебеями в 495 г. до н. э. Он был еще юношей, когда отличился, в 493 г. до н. э., при


Комментарии
€18
взятии Кориол. Изгнание его и предпринятая им месть Риму произошли в 491 г. до н. э. Относительно того, что последовало после его решения пощадить Рим, сведения расходятся: по одной версии, разгневанные вольски убили его, по другой — он дожил в изгнании до глубокой старости.
Акт I, сцена 1
12а—124. По помните: я рассылаю соки по всем рекам, несущим кровь по телу... Истинный механизм кровообращения был объяснен Гарвеем лет через десять после возникновения Кориолана. До тех же пор на этот счет существовали весьма Фантастические представления.
Акт I, сцена 1
77—78. Сам Катон такого воина в мечтах не видел... Плутарх сообщает, что Катон Старший требовал от воина не только силы и храбрости, но и громкого голоса и грозного взгляда, которые наводили бы ужас на врагов. Шекспир воспроизводит анахронизм, допущенный Плутархом: Катон жил в III—II вв. до н. э., т. е. на три столетия позже времен Кориолана.
Акт I, сцена 5
9—11. ...одежду, которую палач зарыл бы в землю с тем вместе, кто ее носил. Одежда казненного переходила в собственность палача.
Акт I, сцена 6
95. Пустите! Выражение в подлиннике (О me alone!) неясно. Другое возможное толкование его: «О, я одинок!»—риторическая Фигура, имеющая целью выразить противоположное: «А я еще мог думать, что я одинок! Нет, я на одинок!»
Акт I, сцена 8
1 о—16. Когда б ты был сам Гектор, — этот бич для вас, его хвастливые потомки... Существовало легендарное представление,что римляне были потомками троянцев. Для трусливых римлян доблестный предок является воплощенным укором, «бичом»«
Акт II, сцена 1
59—40. ...любителя кубка горячего вина, не разбавленного ни одной каплей воды из Тибра. Здесь соединены вместе два обычая, древнеримский и английский. Римляне разбавляли вино водой, англичане любили подогретое чистое вино.
Акт II, сцена 3
108. Прося у Дика с Хобом голосов... Дик — уменьшительная Форма имени Ричард, Хоб — имени Роберт. Введение английских имен (для обозначения лиц низших сословий) в пьесах, действие которых происходит в другой стране, у Шекспира встречается довольно часто.


Трагедия о Кориолане
649
Акт III, сцена 1
75. .. .п о д с т р е к н у л и. В подлиннике: set on. Выражение это допускает, наряду с принятым в переводе, другое толкование: «Идите дальше» (вставное восклицание Коминия, обращенное к его спутникам).
293—295. Зачем не варвары они, о боги, а римляне, к стыду родной земли зачатые у входа в Капитолий? В подлиннике сказано сложнее: «Я хотел бы, чтобы они были варварами, — каковы они и есть на деле, хотя матери выбросили их в Риме, — а не римлянами, — ибо они поистине не римляне, хотя ими и ощенились у входа в Капитолий».
Акт III, сцена 2
44. Рабами шерстяными... Это можно понять двояко: 1) 'одетыми, в отличие от воинов, в шерстяную одежду’, 2) 'мягкими, податливыми, как шерсть’.
43—44. Без шапок головы свои на сходках показывать... Привилегией знатных лиц было при любых обстоятельствах не снимать головного убора.
Акт III, сцена 3
45, Ты собирал по трибам? Плутарх поясняет, что выборы по трибам (территориально-административное подразделение римского народа), а не по центуриям (подразделение военного характера) должны были обеспечить перевес голосам бедняков.
Акт IY, сцена 5
44. Значит, ты живешь и с галками тоже? В подлиннике — каламбур: daw значит 'галка’ и 'глупый болтун’.
Акт IV, сцена 7
58—40. И Рим он схватит так же, как морской орел хватает рыбу, по природе властный. Существовало поверье,что морской орел одною лишь силою своего «благородства» заставляет рыб из инстинкта покорности подниматься на поверхность моря, где затем он хватает их.
Акт Y* сцена 1
85. Поскольку клятвой он себя связал. Перевод этого места, очень неясного в подлиннике и, может быть, испорченного, гадателей. Возможен другой перевод его: «и заставил меня дать клятву, что я подчинюсь его условиям».
Акт Y, сцена 4
48. ...словно статуя Александра. Снова анахронизм: Александр Македонский жил через полтора столетия после Кориолана.


ЖИЗНЬ TÏÏMOHA АФИНСКОГО
Пьеса эта была впервые напечатана в 1623 г. Полагают,, что пьеса была написана после Кориолана, но до Перикла, иначе говоря, в 1608 г.
События, описываемые в пьесе, происходят во времена Алкивиада (У в. до н. э.), но в изображении их колорит места и времени почти совершенно отсутствует.
Действие развивается в течение шести сценических дней, с одним про-* должительным интервалом.
День 1-й — акт I, сцены 1—2.
День 2-й — акт II, сцены 1—2; акт III, сцены 1—3.
День 3-й — акт III, сцены 4—6; акт 1У, сцены 1—2.
Интервал.
День 4-й — акт IV, сцена 3.
День 5-й — акт У, сцены 1—2.
День 6-й — акт У, сцены 3—4.
Акт I, сцена 1
38—39. Когда же ваша книга появится? — Как только поднесу. Поэт хочет напечатать свою книгу на сродства Тимона. В шекспировской Англии поэты обычно получали от меценатов денежный подарок за посвящение им своих произведений.
63—64. ...по морю поэзии свободно мчится он. ..В подлий- нике «по восковому морю» — намек на покрытые воском дощечки, на которых писали в древности.
Акт I, сцена 2
58—59. За обедом им подавать не следует ножей... В подлиннике сказано: «их надо приглашать без ножей». Во времена Шекспира приглашенные на обед обычно приходили со своими ножами.
Акт II, сцена 2
92. ... и ты издохнешь от голода, как пес. Апемант принадлежит к философской школе «циников», получивших свое название от гре«^ ческого слова куоп 'собака*.


Жизнь Тимона Афинского
624
Акт III, сцена 8
42—45. ...подобно тем людям, которые под личиной пламенного рвения готовы испепелить целые государства. Намек на современных Шекспиру пуритан.
Акт III, сцена 4
95—95. В том месте, где пиры я задавал, я вижу то же сердце железное, как и у всех людей! Тимон, олицетворяя свой собственный дом, видит даже в нем ложного друга.
402. Ну, убейте меня ими, разрубите меня до пояса. В подлиннике — игра двойным значением слова bill 'счет' и 'топор’.
Акт Ш, сцена 5
78. В войне Афин со Спартой, Византией... Византия — один из типичных для Шекспира анахронизмов.
Акт III, сцена 6
60—64. Кушанья у всех у вас будут одинаковые. Менее почетным гостям иногда подавали худшие кушанья.
97. Вертящимся по ветру Флюгерам! В подлиннике minute- jacks. Так назывались автоматы, отбивавшие часы на башенных часах.
Акт IT, сцена В
98—99. Так, значит, и останется вся гниль в губах твоих. В подлиннике сказано сложнее: «В противном случае [т. е. если я тебя поцелую] вся гниль [которую я получу от тебя] вернется к твоим губам».
428. В лечебницы и бани... Одним из распространенных способов леченья было голодание и потение.
452. Ненавидь ты раньше похожих на кизил проныр... В подлиннике — игра созвучием: medlar 'кизил’, meddler 'сводник’.
476—477. ...будь ты единорог, тебя погубили бы гордость и бешенство... Смотри примечание к Трагедии о Юлгш Цезаре, акт И, сцепа 1, 204—206.
599—604. —океан — вор: жидкостью своей он растворяет луну в поток соленых сдез... Полагали, что воздействие моря на луну вызывает на ней соленую росу, которая затем падает в море и увеличивает этим его объем.
Эта пьеса дается в старом переводе П. И. Вейнберга, заново сверенном с подлинником и исправленном для настоящего издания.


СПИСОК ИЛЛЮСТРАЦИЙ
Шекспир. С «фелътоновского» портрета маслом па доске, приписываемого Ричарду Бербеджу, современнику Шекспира. Назван так
по имени его бывшего владельца С. Фельтона фронтиспис
Юлий Цезарь. Античный бюст (Бргшанский музей в Лондоне) 16— 17
«Юлий Цезарь». С гравюры Дейнингера по рисунку Адамо 24— 25
«Юлий Цезарь». С гравюры по картине Жерома 64— 65
Римский Форум. С фотографии 72— 73
«Юлий Цезарь». С гравюры Крауса по рисунку Шписса 80— 81
Клеопатра. Египетский рельеф из Дендера (Лувр, в Париоюе) 136—137
«Антоний и Клеопатра». С гравюры по картине Жерома 184—185
«Антоний и Клеопатра». С гравюры Гольдберга по рисунку Дикси. . 246—247
«Кориолан». С рисунка Д. Джильберта 344—345
«Кориолан». С гравюры Ленэ по рисунку Жофруа 394—395
«Кориолан». С гравюры Бауэра по картине Бона 452—453
«Кориолан». С рисунка Д. Доюильберта 470—471
«Тимон Афинский». С рисунка Д. Джильберта 480—481
Вид Акрополя. С фотографии 544—545
«Тимон Афинский». С гравюры Гольдберга по рисунку Ролстона. . . 592—593 «Тимон Афинский». С рисунка Д. Джильберта * 600—601


СОДЕРЖАНИЕ
Трагедия о Юлии Цезаре
Перевод М. П. Столярова 9
Антоний и Клеопатра
Перевод О. Б. Румера 131
Трагедия о Кориолане
Перевод под редакцией А. А. Смирнова 295
Жизнь Тимона Афинского
Перевод Н. И. Вейнберга 473
Комментарии 607
Список иллюстраций 622


Редактор М. С. Трескунов
Технический редактор Л. А. Чалова
Корректор А. Г. Рабтова ★
Подписано к печати 48/llï то г. А-02633. Тираж 40000 экз. Формат бумаги 82 X 440i/le. Учетно-авт. листов 23,64. Печатных листов 78 -j- 47 вклеек. Заказ № 420.
★
Отпечатано во 2-й типографии «Печатный Двор» им. А. М. Горького Главпо- лиграфиздата при Совете Министров СССР. Ленинград, Гатчинская, 26.