П.

А К С Е Л Ь Р О Д Ъ

?

~'г 7 Г КЪ

ВОПРОСУ

f •

о

С О В Р Б М Е Н Н Ь ІХ Ъ З А Д А Ч А Х Ъ н Т А К Т И К Ѣ

РУССКИХ Ъ СОЦ ІА ІЬ-Х км о КРА т овъ

И зданіе

„ С оюза

Р усскихъ

С оціальдем ократовъ“

Ж ЕНЕВА

Т ипогркия „СОЮЗА РУОСКИХЪ СОЦІАЛіДЕМОКРАТОВі“ .
1898

Государст'!»-^..-;'. ;•
ордена Лвнин" j

MSJMTEKA CGÖ4
В. И. ЛЕНИНА g
Ш 9 П --М ?

Печатаемый Письма предназначались и написаны были
первоначально, одно — для новогодияго сборника, издапіе котораго задумало было „Русскимъ Соціальдемократнческимъ Обществомъ“ въ Нью-Іоркѣ, другое —
для jYs 2 „Рабочей Газеты“ , издающейся въ Россіи. Н о
литературный проэктъ нашихъ нью-іоркскпхъ товари­
щей не осуществился: — сборникъ ихъ не вышелъ въ
свѣтъ. Второе Письмо также не появилось еще въ пе­
чати, хотя и по другой причинѣ. Когда оно попало въ —
руки редакціи „Рабочей Газеты“ , № 2 э^ого соціальдемократическаго органа былъ уже го то в і, а, можетъ
быть, даже отпечатанъ.
Второе Письмо отчасти дополняетъ первое, и оба вмѣстѣ конкретнѣе развиваютъ и поясняютъ до пзвѣстной
степени ту руководящую мысль и тѣ руководящія тенденціи, которыя лежатъ въ основѣ, но не формулированы,
въ моемъ Послѣсловіи къ брошюрѣ „Объ А ги та ц іи “ . Я
питаюсь, поэтому, надеждой, что Письма эти разсѣютъ
: нѣсколько тѣ недоразумѣнія, которыя „Послѣсловіё“
" вызвало въ нѣкоторыхъ соц.-демократич. кружкахъ.
: В ъ первой изъ предлагаемыхъ статей я подчеркнулъ
индифферентизмъ большинства марксистской молодежи
въ прошломъ десятилѣтіи къ нЬкоторымъ изъ наиболѣе
основныхъ отрицательныхъ сторонъ русской жизни.
Этимъ я отнюдь не хотѣлъ набрасывать тѣни на пер­
выхъ піонеровъ нашего движенія. Односторонности и
' теоретическія преувеличенія неизбѣжны для всякаго но­
ваго направленія мысли на первыхъ стадіяхъ его раз­
в и т , когда ему приходится въ тяжелой борьбѣ завое-

вывать себѣ право на жизнь. А обстоятельства, при
которыхъ зародилось марксистское теченіе въ Россіи,
были особенно неблагопріятны и болѣе, чѣмъ доста­
точны для того, чтобы всецѣло оправдать первыхъ мо­
лодыхъ его представителей отъ всякихъ упрековъ въ
„односторонности“ , „узкости“ и т. п. Замѣчу кстати,
что не иародникамъ упрекать ихъ въ политическомъ
индпфферентизмѣ. Настоящимъ теоретикомъ этого ин­
дифферентизма явился никто иной, какъ г. Н . — онъ,
а г. В . В . уже въ началѣ 80-хъ годовъ пропагандировалъ даже союзъ демократіи съ абсолютизмомъ.
Цюрихъ, мартъ 1898 г.

К ъ
о

вопросу

соврем енны хъ
русскихъ

задачахъ и тактик^

с о ц іа л ь д е м о к р а т о в ъ .

П ЕРВОЕ

ПИСЬМ О.

Ноябрь 1897 г.
Д орогіе

т о в а р и щ и

!

Скоро будетъ 15 лѣтъ, какъ родилась русская соціаль-демократія. Н о не въ самой Россіи, въ пылу ге­
роической борьбы революціонной партіи съ правитель­
ствомъ, а среди маленькой группы эмигрантовъ, спас­
шихся волею судебъ отъ участи, постигшей большин­
ство ихъ друзей и товарищей. Борьбы въ настоящемъ
смыслѣ слова уже не было, раздавалось только шумное
ликованіе царевыхъ слугъ, разыскивавшихъ и безпощадно добивавшихъ попавшіеся имъ въ руки остатки
недавно еще столь грозныхъ отрядовъ русской революдіонной партіи. Новое для Россіи революціонное дѣтище появилось на свѣтъ въ самый разгаръ реакціи —
реакціи не только правительственной, но и обществен­
ной. Либеральная силы перепугались и съежились, когда
увидѣли, что за „Народной Волей к нѣтъ никакой силы,
что она представляетъ собою лишь авангардъ отважныхъ борцовъ, борцовъ, правда, неустрашимыхъ и полчыхъ непоколебимой энергіи, но все же безсильныхъ одоѴгь врага — за неимѣніемъ арміи. Когда правитель­

ство пребывало въ вѣчномъ страхѣ и трепетѣ подъ
ударами революдіонеровъ, либеральное общество втихо­
молку, по крайней мѣрѣ, восторгалось имя и до извѣстной степени оказывало имъ поддержку. Н о лишь
только реакція одолѣла партію „Народной В оли“ , симпатіи лябераловъ къ революціонному движенію вдругъ
испарплпсь, уступивъ мѣсто полйѣйшему индифферен­
тизму, чтобы не сказать больше. Учащаяся молодежь,
съ своей стороны, была слишкомъ ошеломлена и разо­
чарована трагическимъ исходомъ движенія, руководямаго
„Исполиительнымъ Комитетомъ“ , чтобы не усумниться
въ самой целесообразности революдіонныхъ путей, а
безъ активной поддержки этой молодежи и непрерывнаго притока бойдовъ изъ ея среды движеніе не могло
возобновиться, такъ какъ рабочая м а с с а оставалась
тогда совсѣмъ еще не затронутой революціонной агитадіей. Программа „Группы Освобожденія Т р уд а “ явилась
именно отвѣтомъ на вопросъ: какъ выйти изъ этого
тяжелаго положенія? Откуда взять силы для возобновленія борьбы съ самодержавіемъ и какъ вести эту
борьбу съ наибольшими шансами на побѣду?
„Возвышая голосъ во имя народа, они (демократическіе идеологи высшихъ классовъ) съ удивлепіемъ видятъ, чго народъ равнодушенъ къ ихъ призывамъ; от­
сюда — неустойчивость политическихъ воззрѣній, а
временами уныніе и полное разочарованіе нашей интеллигенціи“*). Вы сами знаете, какой выходъ изъ этого
положенія былъ указанъ „Группой'Освобожденія Т р уд а“ .
„Образованіе революціонной рабочей партіи, первой
задачей которой должно быть низверженіе абсолютизма“
— этими словами „Гр. Ос. T p .tt формулировала тотъ
путь, на который слѣдовало бы вступить революдіонной интеллигенціи. В ъ извѣстной брошюрѣ Плеханова
„Соціализмъ и Политическая Б орьба“ практическія за^
дачи русской содіальдемократіи были впервые теорети­
чески обоснованы. Но тѣ же обстоятельтва, которыя
*) Проэ&тъ программы.

вызвали къ жизни литературное соціаль-демократическое
теченіе, оказались большимъ тормазомъ для вознпкновенія живого соціаль-демократическаго движенія въ с а ­
м о й Р о с с ш . Можно сказать, что въ теченіе цѣлаго
десятилѣтія оно оставалось въ состояніи зародыша;
только въ послѣдніе годы оно начинаетъ проявлять
жизнь и принимать формы, обѣщающія быстрый и здо­
ровый ростъ.
Говоря, что движеніе наше до недавняго времени
оставалось въ зародышевомъ состояніи, я имѣю въ виду
не одни лишь непосредственно практическія пролвленія
его, не одну только практическую дѣятельность пред­
ставителей . его въ Россіи. Оно и въ теоріи, и по вопросамъ п р о гр а м м н ы м ъ только теперь начинаетъ становиться
на почву соціаль-демократіи. Дѣло въ томъ, что ученія
послѣдней, будучи интернациональными, охватывая общій ходъ и всемірноисторическія условія и задачи освободительнаго .движенія пролетаріата, даютъ только
теоретическую основу и указываютъ общее направленіе
его, но отнюдь не опредѣляютъ еще апріорнымъ обра­
зомъ н а ц іо н а л ъ н о й программы рабочихъ партіп въ каж­
дой отдѣльпоп странѣ.
Здѣсь, впрочемъ, слѣдуетъ сдѣлать одну оговорку:
соціальная демократія возникла и окрѣпла въ странахъ,
уже покончившихъ съ той эпохой развитія капитализма
и буржуазнаго общества, которую переживаетъ совре­
менная Россія. К акъ ни сильно различаются онѣ по
своимъ политическимъ учрежденіямъ, основныя условія
существованія пролетаріата въ нихъ, если не тожде­
ственны, то о д но р о д н ы . Поэтому, и въ практическихъ
задачахъ, въ программѣ и тактикѣ ихъ соціальдемократическихъ партій не можетъ быть существенной разницы.
Разница тутъ можетъ быть только въ деталяхъ. Совсѣмъ въ другомъ положеніи находится русская соціальдемократія. Россія, вступившая уже въ эпоху промышленнаго капитализма, вмѣстѣ съ тѣмъ живетъ и на примитивныхъ ступеняхъ его: она далеко еще не покон­
чила съ эпохой первоначальнаго накопленія, и народу

русскому приходится одновременно переживать страданія, вызываемые прогрессомъ крупной промышлен­
ности, и гнетъ экономическая и политическаго вар­
варства, соотвѣтствующаго періодамъ капиталистической
эволюціи, давно уже пережитыми передовыми народами
Запада. Русскому промышленному пролетаріату прихо­
дится начинать свою историческую карьеру въ тискахъ
бюрократическая абсолютизма и подъ высокимъ давленіемъ н а с и ль ст вен н о й экспропріаціи и дифференціаціи
крестьянства, совершающихся совмѣстными силами го­
сударства и торгово-ростовщ ическая капитала/ Обездоленныя и некультурная сельскія массы бѣгутъ въ
города и обезцѣниваютъ и безъ того болѣе чѣмъ деше­
вый трудъ уже сформированныхъ кадровъ городского
рабочаго класса. Уже однѣ эти особенности историчес­
к а я положенія послѣдняго требуютъ иной постановки
вопроса о б л и ж а й ш и х ъ задачахъ его освободительнаго
движенія, чѣмъ на Западѣ. Мысль эта »очень опредѣленно и ясно выражена уже въ обнародованной „Груп­
пой Осв. Труда“ программѣ въ слѣдующихъ словахъ:
„Практическія задачи, a слѣдовательно, и программы соціальдемократовъ естественно должны имѣть болѣе сложный характеръ
въ тѣхъ странахь, гдѣ современное капиталистическое производство
только стремится еще стать господствующим^ и гдѣ трудящіяся
массы находятся подъ двойнымъ игомъ развивающагося капитализма
и отживающаго патріархальнаго хозяйства, Въ такихъ странахъ
соціальдемократамъ приходится добиваться, ‘какъ переходныхъ сту­
пеней, такихъ формъ общественнаго устройства,, которыя уже те­
перь существуютъ въ передовыхъ странахъ, и необходимы для дальнѣйшаго развитія рабочей партіи.
Россія находится именно въ такомъ ноложеніи.“

Э та точка зрѣнія на задачи русской соціальдемократіи позволила представителями новаго теченія революціопной мысли отнестись къ бунтарско-террористи­
ческому періоду нашего революціоннаго движенія не
только какъ къ объекту отриданія. В ъ ихъ представленіи соціальдемократизмъ долженъ былъ явиться лишь
новой эволюціей движенія, уже н а ч а та я и создавшаго

извѣстныя традиціи, эволюціей, имѣющей не выбросить
за бортъ, а напротивъ, сохранить и, такъ сказать, ожи­
вотворить новой теоріей положительные элементы революціоннаго народничества. Революціонеры 70-хъ го­
довъ принимали въ разсчетъ интересы одного лишь
крестьянства и строили свою программу на положительномъ и отрицательномъ отношеніи къ остаткамъ крѣпостной эпохи, почтп-что игнорируя измѣненія, вносимыя въ русскую жизнь успѣхами крупной промышлен­
ности. Изъ новыхъ явленій этой жизни имъ больше
всего бросались въ глаза растущ ій гпетъ рыцарей
кулацко-торговаго капитала и порабощеніе ими себѣ
все болыпихъ и болыпихъ массъ деревенскаго населенія.
Э та односторонность, объясняющаяся зачаточнымъ состояніемъ промышленнаго капитализма въ періодъ возникновенія и выработки народническихъ ученій, ги­
бельно отразилось на движеніи 70-хъ годовъ. К ак ъ бы
то ни было, тѣ элементы русской дѣйствительности,
которыми определялось содержаніе и направленіе на­
родничества, образуютъ въ своей совокупности національно-историческія условія, въ которыхъ приходится
выступать на историческое поприще нашему пролетаріату. Они-то и обусловливаю т и „болѣе сложный ха­
р актеръ“ практическихъ задать русской соціальдемократіи. И поскольку народничество было революціонно,*
т. е. выступало противъ сословно-бюрократическаго
государства й поддерживаемыхъ имъ варварскихъ формъ
эксплуатаціи и угнетенія народныхъ массъ, по стольку
оно должно было войти, съ соотвѣтствующими измѣненіями, какъ составной элементъ въ программу русской
соціальдемократіи. Чтобы, ради экономіи, не входить
въ пространныя разъясненія, приведу еще пару выдержекъ изъ программы „Гр. Осв. Т р .“
„С тарая система натуральнаго хозяйства уступаетъ мѣсто то­
варному производству и тѣмъ самымъ открываетъ огромный внут­
ренней рынокъ для крупной промышленности. Патріархальныя, об­
щинная формы крестьянскаго землевладѣнія быстро разлагаются,
община превращается въ простое средство закрѣпощенія государ­

ству крестьянскаго населенія, а во многихъ мѣстностяхъ она слу­
житъ также орудіемъ эксплуатаціи бѣдныхъ общинниковъ богатыми.
„Русское революиіонное движеніе, торжество котораго послу­
жило бы прежде всего на пользу крестьянства, почти не встрѣчаетъ
въ немъ ни поддержки, ни сочувствія, ни пониманія. Главнѣйшая
опора абсолютизма заключается именно въ политическомъ безправіи
и умственной отсталости крестьянства. Необходимымъ слѣдствіемъ
этого является безсиліе и робость тѣхъ образованныхъ слоевъ высіпихъ классовъ, матеріальнымъ, умственнымъ и нравственнымъ интересамъ которыхъ противорѣчитъ современная политическая си­
стема.
„Такое положеніе дѣлъ было бы вполнѣ безнадежно, если бы
указанное движеніе русскихъ экономическихъ отношеній не созда­
вало новыхъ шансовъ успѣха для защитниковъ интересовъ трудящагося класса. Разложеніе общины создаетъ.у насъ новый классъ
промышленная пролетаріата. Болѣе воспріимчивый, поцвижный и
развитой, классъ этотъ легче отзывается на призывъ революціонеровъ, чѣмъ отсталое крестьянское населеніе.
„Въ лицѣ этого класса народъ нашъ впервые попадаетъ въ экономическія условія, общія всѣмъ цивилизованнымъ народамъ, а по­
тому только черезъ посредство этого класса оно и можетъ принять
участіе въ передовыхъ стремленіяхъ цивилизованнаго человѣчества.
Н а этомъ основаніи, русскіе соціаль-демократы считаютъ первою
и главнѣшею своею обязанностью образованіе революционной рабо­
чей партіи“.

В ъ этихъ выдержкахъ сам« собою бросается въ глаза
не только отрицательное, но и положительное отношеніе новаго теченія русской революционной мысли къ
бунтарско-террористическому періоду нашего движенія.
Характернѣе всего здѣсь заявленіе, что русская революція послужила бы „прежде всего на пользу кресть­
янства“ . Далеко не лишено значенія также то замѣчаніе, въ которомъ косвеннымъ образомъ, какъ пѣчто
само собою подразумѣвающееся, признается огромное
революціонное значеніе за энергичной оппозиціей либеральныхъ слоевъ общества правительству, если бы у
насъ таковая имѣлась. В ъ этомъ пунктѣ заграничная
группа русскйхъ соціальдемократовъ выразила тевденцію
партіи „Нар. Воли“, которая, въ лицѣ Желябова напр.,
считала необходимымъ союзъ революціонеровъ съ ли-

берально-оппозиціонными элементами „для завоеванія
возможно болѣе демократической конституціи“ . Н ако­
нецъ, если вникнуть въ п р а к т и ч е с к у ю мотивировку
идеи образованія „революціонной рабочей партіи “ въ
современной Россіи, то увидимъ, что и на ней от­
разилась духовная связь соціальдемократическаго теченія съ предыдущимъ періодомъ нашего революціоннаго
движепія. Политическая организація рабочихъ мотиви­
руется здѣсь не самодовлѣющими интересами пролетаріата и не отдаленными цѣлями соціализма, а настоя­
тельной необхо димостью такой организаціи для ближайшихъ общедемократическпхъ цѣлей русскаго революціоннаго движенія, для обезпеченія революціонерамъ
успѣха въ борьбѣ противъ соврем енная государства
за интересы трудящагося класса, класса вообще, т. е.
и крестьянскихъ массъ, и городскихъ рабочихъ, Можно
подумать, что въ представлении первой русской соціальдемократической группы рабочее движеніе рисовалось
не какъ нѣчто само въ себѣ заключающее цѣль и
оправданіе своего существованія, а лишь какъ средство
или орудіе, предназначенное служить другимъ общественныыъ силамъ. Такое заключеніе было бы, разумѣется, невѣрно. Н о несомнѣнно то, что для этой
группы мысль объ организации рабочей партіи въ Р ос­
сш тѣснѣйшимъ образомъ связывалась съ политическими
и соціальными тенденціями и задачами, воодушевляв­
шими и воодушевляющими всѣ демократическіе элементы
нашей интеллигенціи.
В ъ самомъ дѣлѣ, пересматривая пункты программы,
о которой здѣсь идетъ рѣчь, мы видимъ, что только
одинъ изъ нихъ касается исключительно и всецѣло ра­
бочихъ, именно тотъ, въ которомъ содержится требованіе серьезная ф абричная законодательства и организаціи фабричной инспекціы „съ представительствомъ
отъ рабочихъ“ . Большая же часть остальныхъ пунктовъ
направлена противъ сословной и общественной организаціи и противъ самодержавія ; н Ж ш М е изъ нйЖ , до
своему радикализму, идутъ д ал ьш еівощ ^ р [^ ^ І| > іен Ь о

либеральныхъ элементовъ, но за то охватываютъ инте- *
ресы всей народной массы и всѣхъ слоевъ демократи­
ческой интеллпгенціи. Затѣмъ, изъ четырехъ такъ-наз.
„экономпческихъ требований, только одно вышеупо­
мянутое имѣетъ въ виду исключительно рабочихъ („го­
родскихъ и сельскихъ“), всѣ же другія направлены, глав­
нымъ образомъ, на защиту крестьянъ и кустарей, и
только отчасти промышленныхъ пролетаріевъ.
Читатель знаетъ, съ какимъ рвеніемъ, достойнымъ
лучшаго дѣла, народники распространяли и распростра­
н я ю т легенду объ „узкости“ русскихъ соціальдемократовъ и ихъ крестьянофобіи. Читателю не безъинтересно
будетъ, поэтому, сопоставить съ этой легендой слѣдующ ія строки, резюмирующія смыслъ и практическія тенденціп цитированной программы.
„Эти требованія — содержаніе которыхъ только*что передано —
настолько же благоприятны интересамъ крестьянства, какъ и интересамъ промышлепныхъ рабочихъ; поэтому, добиваясь ихъ осуществленія, рабочая партія проложитъ себѣ широкій путь для сближенія съ земледѣльческимъ населеніемъ. Выброшенный изъ деревни
въ качествѣ обѣднѣвшаго члена общины, иролетарій вернется въ
нее соціальдемократическимъ агигаторомъ. Его появленіе въ этой
роли измѣнитъ безнадежную теперь судьбу общины. Е я разложеніе
неотвратимо лишь до тѣхъ поръ, пока само это раяложеніе не создастъ новой народной силы, могущей положить конецъ царству ка­
питализма. Такою силою явится рабочая партія и увлеченная ею
бѣднѣйшая часть крестьянства.“

В ъ этой х ар ак тер и сти к практической программы
первыхъ русскихъ соціальдемократовъ недостаетъ еще
только одной черты — именно, указанія на то, что
„требованія“, перечисленный въ ней, „благопріятны“ и
интересамъ прогрессивныхъ слоевъ высшихъ классовъ
вообще, а демократической интеллигенціи въ особен­
ности. Обще-демократическія тенденціи составляютъ
органическій элементъ въ политической дѣятельности
пролетаріата всѣхъ странъ. Н о они играютъ или дол­
жны играть, въ извѣстномъ смыслѣ, еще гораздо боль­
шую роль в ъ Poçcin| гдѣ промышленный капитализмъ

%

развивается еще въ соціально-политической и культур­
ной атмосферѣ эпохи первоначальная накопленія, гдѣ
буржуазія еще не принимаетъ участія въ у правлен іи
государствомъ, а промышленный пролетаріатъ, по сво­
имъ составнымъ элементамъ и условіямъ существованія,
въ высокой степени связанъ еще съ деревней. К ъ сожалѣнію, тяжелыя обстоятельства, при которыхъ марксизмъ началъ пріобрѣтать вліяпіе среди нашей учащейся
молодежи, помѣшали послѣдней усвоить его сразу въ
примѣненіи къ конкретнымъ историческимъ условіямъ
жизнп и развитія пролетаріата въ современной Россіи.
Истощ еніе въ интеллигенціи актпвныхъ революціонныхъ
силъ и полное разочарованіе въ старыхъ путяхъ сосре­
доточили мысль и вниманіе идейной молодежи на саморазвитіи и съузили кругъ ея интересовъ и стремленій
сферой теоретпческихъ вопросовъ, главнымъ образомъ,
конечно, „соціологическихъ“ . Идейная же атмосфера
народничества, изъ котораго все революціонпое вывѣтрилось и которое обратилось въ либерально-реакціонную
смѣсь, давало очень одностороннее направленіе этому
„саморазвитію“ и работѣ рвавшейся впередъ револю­
ционной мысли. Т ѣ элементы учащейся молодежи, симпатіи которыхъ тяготѣли къ соціальдемократіи, невольно
усваивали ученія послѣдней, какъ „соціологическую
доктрину“ , безусловно отрицающую все содержавіе на­
родничества, ничего общаго не имѣющую не только съ
его либерально-реакціонными выродками, но и съ бунтарско-террористическимъ періодомъ. Но порывая, та ­
кимъ образомъ, всякую идейиую связь съ революціоннымъ народнпчествомъ и его традиціями, элементы эти
тѣмъ самымъ вычеркнули изъ списка реальныхъ факторовъ, опредѣляющихъ современное историческое положеніе русскаго пролетаріата, тѣ элементы русской жизни,
которые образуютъ собою реакціонную національноисторическую атмосферу, въ которой задыхается русскій народъ, a вмѣстѣ съ тѣмъ и рабочій классъ. В ъ
результатѣ такой логической операціи, получилась аб­
страктная доктрина, объяснявшая историческую неиз-

бѣжность капиталистическая прогресса и его револю­
ционный тенденціи въ болѣе или менѣе далекой перспективѣ, по оставлявшая въ тѣни жгучіе вопросы
революдіонной борьбы въ современной Россіи. Полити­
чески! индпфферентпзмъ и безразличное отногаепіе къ
страданіямъ п бѣдствіямъ народныхъ массъ, не непо­
средственно обусловлпваемыхъ эксплуатаціеп рабочаго
промыпіленнымъ каппталистомъ, являлись характернѣйшей отличительной чертой чуть не большинства марк­
систкой молодежи въ прошломъ десятилѣтіи. Но разсматривая экономическій антагонизмъ наемныхъ рабо­
чихъ и каппталпстовъ изолированно отъ окружающей
ихъ содіальпо-политпческой и культурной среды, мы
прямолпнейнымъ образомъ приходимъ — въ теоріи — къ
абстрактному понятію объ отношеніи труда и капитала,
генезисъ и особенности котораго объясняетъ намъ учепіе
Маркса о стоимости и прибавочной стоимости, а па
практикѣ — къ такъ-называемой экономической борьбѣ,
проще говоря, къ стачкамъ, какъ къ единственному,
или по крайней мѣрѣ, главному освободительному сред­
ству пролетаріата. Въ 80-хъ годахъ, вслѣдствіе край­
н я я истощенія революдіонныхъ силъ и необходимости
усвоить основныя положенія марксизма, молодые адепты
его не могли еще вступить на этотъ путь. Зато тѣмъ
усерднѣе ломали они свои головы надъ теоріей стои­
мости. Многіе изъ нихъ попадали при этомъ въ схоластическіе дебри, серьезно воображая, однако, что они
все-таки работаютъ на пользу революдіи.
Впрочемъ, въ извѣстномъ смыслѣ, онп были правы.
Если не всѣ, то лучшіе изъ представителей моло­
дежи, упивавшихся ученіями Маркса, понесли эти послѣднія въ рабочую среду, съ твердымъ вамѣреніемъ
подготовить тамъ элементы „для будущей русской ра­
бочей партіи“.
Какъ ни абстрактна пропагандировались эти ученія,
ихъ революціонное вліяніе на передовыхъ рабочйхъ на­
чали проявляться уже въ первые годы нашего десятилѣтія. А въ серединѣ е я въ кругу марксистской моло­

дежи и спропагандированныхъ рабочихъ накопилось уже
столько активныхъ силъ, что сама собою назрѣла по­
требность въ переходѣ къ живой, непосредственно революціонной дѣятельности. На первыхъ порахъ она при­
няла одностороннюю форму организацій и поддержки
почти однѣхъ только стачекъ. Эта эволюція въ нашемъ
соціальдемократическомъ движеніи была въ значитель­
ной мѣрѣ исторпчески необходима и (что особенно
важно) не смотря на свою односторонность, несомнѣнно
очень плодотворна съ точки зрѣнія политическаго развитія русскаго пролетаріата и его друзей въ интеллигенціи. Стачечное движеніе въ какіе-нибудь два года
поставило зашевелившіеся рабочіе слои и ихъ органи­
зационный авангардъ лицомъ къ лицу съ абсолютизмомъ
и успѣло уже выдвинуть передъ ними на очередь вопросъ
о завоевапіи политической свободы. Этимъ самымъ соціальдемократическоё движеніе вступаетъ на такую
почву, которая должна привлечь къ нему симпатіп
всѣхъ истинныхъ друзей прогресса въ Россіи, какъ бы
отрицательно они ни относились къ теоріямъ и окончательнымъ иѣлямъ соціальной демократіи. Далѣе, агитація на почвѣ экономическихъ интересовъ - непзбѣжно
приведетъ соціальдемократическіе кружки въ непосред­
ственное столкновеніе съ фактами, наглядно показываю­
щими тѣснѣйшую солидарность интересовъ нашего про­
мышленная пролетаріата съ крестьянскими массами.
Съ другой стороны, съ успѣхомъ и расширеніемъ поля
агитаціи, прогрессивно будутъ рости и потребности
соціальдемократіи въ увеличеніи своихъ силъ и средствъ.
Уже теперь массовая агитація поглощаетъ тѣхъ и дру­
гихъ такое количество, что должна ощущаться нужда
въ обезпеченіи и расширеніи источника для ихъ непре­
рывная пополненія и обновленія. Еще настоятельнѣе
она, конечно, станетъ тогда, когда русскіе соціальдемократы раздвинутъ рамки своей деятельности въ указанномъ направленіи и поведутъ аттаку противъ абсолю­
тизма, хотя и подъ классовымъ знаменемъ пролетаріата,
по во имя и въ защиту всѣхъ угнетенныхъ и обездо-

лепныхъ. Но это же расшпреніе сферы классовой борьбы
русскаго пролетаріата и послужитъ вѣрнымъ источникомъ для обезпеченія ей постоянная притока необходимыхъ силъ и средствъ.
Господствовавши иъ средѣ марксистовъ въ 80-хъ го­
дахъ пндпфферентизмъ ко всѣмъ явленіямъ русской
жизни, выходящимъ за сферу непосредствеонаго анта­
гонизма труда и капитала, представлялъ собою свое­
образное отраженіе того тактическяго взгляда западной
соціальдемократіи, по которому всѣ классы и партіи
составляютъ по отношенію къ пролетаріату „одну сплош­
ную реакдіонную массу“. Этотъ тактическій лозунгъ
находится въ логической связи съ практическими стремленіями революціоннаго пролетаріата на Заиадѣ къ
„политической экспропріаціи“ высшихъ классовъ и выражаетъ въ нѣсколько гиперболической формѣ тотъ
фактъ, что въ силу своего господствующая положенія
въ государствѣ, классы эти не могутъ пе выступать
принципіальными антагонистами соціаль-демократовъ.
Вообще, тактика рѣзко враждебнаго противупоставленія
политической организаціи рабочихъ всѣмъ буржуазпымъ
партіямъ не есть плодъ соціальдемократическаго или
иного доктринерства. Она органически выросла на исто­
рической почвѣ, характеризующейся, съ одной стороны,
рѣзкимъ, окончательнымъ выдѣленіемъ городскихъ рабо­
чихъ изъ общей народной массы въ экономически и
культурно особый классъ, а съ другой стороны, полнымъ
господствомъ крупная капиталистическая производ­
ства и отсутствіемъ монархическая абсолютизма въ
управленіи государствомъ. Особенно важно при этомъ
то, что историческое движеніе, создавшее эту почву,
подняло вмѣстѣ съ тѣмъ пролетаріатъ и на интеллек­
туальную высоту, дѣлающую его способными къ органи­
зованной защитѣ своихъ интересовъ и создало политическія условія, до8воляющія ему, если не одерживать
рѣшительныхъ побѣдъ надъ соединенными силами дру­
гихъ классовъ, то, по крайней мѣрѣ, бороться противъ
нихъ и крѣпнуть въ атой борьбѣ.

Въ Россіи нѣтъ еще самаго главнаго условія для по­
литической борьбы съ буржуазіей — нѣтъ политически
господствующихъ классовъ, а за то имѣется царь съ
чиновниками, самодержавно властвующими надъ всей
націей. Промышленные рабочіе находятся въ непримиримомъ антагонизмѣ съ предпринимателями, т. е. съ
однимъ слоемъ капиталистической буржуазіи. Но такъ
какъ буржуазія вообще не стоитъ у кормила государ­
ственнаго корабля, то и антагонизмъ пролетаріата съ
нею непосредственно имѣетъ лишь экономическій харак­
теръ. И если онъ содержитъ въ себѣ неизсякаемый
источникъ импульсовъ для развитія политическаго сознанія и политическихъ страстей въ нашемъ рабочемъ
классѣ, то не въ силу политическаго господства капиталистическихъ слоевъ буржуазіи, а потому, что они нахо­
дятся подъ особымъ покровительствомъ царской бюрократіи. Но это относительно привилегированное положеніе торгово-промышленной буржуазіи является однимъ
изъ главныхъ источниковъ для антагонизма и разно­
чинской интеллигенціи и образованныхъ слоевъ пред­
ставителей частнаго землевладѣнія, противъ самодер­
ж авная строя государства. Наконецъ, въ лицѣ своихъ
кулацко-ростовщическихъ слоевъ, наша капиталисти­
ческая буржуазія является спеціальнымъ угнетателемъ
и врагомъ бѣднѣйшихъ массъ крестьянства, врагомъ,
опять-таки поддерживаемы мъ и покровительствуемымъ
„соціальной политикой“ абсолютизма и его прислужниковъ. Однимъ словомъ, реальное изложеніе вещей от­
нюдь не обрекаетъ нашъ промышленный пролетаріатъ
на соціально-политическую изолированность. И слава
Богу, что не обрекаетъ. . Начавши недавно только выдѣляться изъ закрѣпощеннаго государству, мало-культурнаго крестьянства, онъ и теперь еще, въ массѣ,
слишкомъ глубоко тонетъ въ общенародномъ варварствѣ
и невѣжествѣ, чтобы быть въ состояніи — въ тискахъ
абсолютизма — совершенно самостоятельно, безъ вся­
кой посторонней поддержки, подняться на высоту со­
знательной революціонной силы. Еще меньше шансовъ

пмѣла бы наша „революціонная рабочая партія“ ростп
п энергично проявлять себя въ жизнп, еслибъ ей при­
шлось уже на современной низкой ступени интеллекту­
альная и культурная разватія народныхъ массъ въ
Россіп, на иочвѣ самодержавно-полицейская государства,
вести борьбу противъ всѣхь буржуазныхъ и мелко-буржуазныхъ классовъ, какъ противъ „одной сплошной реакціонной массы“ . А между тѣмъ, марксистская моло­
дежь 80-хъ годовъ какъ бы совершенно не сознавала
зпаченія этихъ моментовъ и видѣла единственную гарантію успѣховъ нашего соціальдемократическаго движенія въ численномъ ростѣ фабрично-заводского пролетаріата. Эта точка зрѣнія могла уживаться кое-какъ
съ чисто-пропагандистской дѣятельностью въ маленькихъ кружкахъ изъ отборныхъ единдцъ рабочаго класса.
Но опа становится песовмѣстимой съ организаціонной
и агитаціонной дѣятельностью въ массахъ. Боевой ха­
рактеръ ея обусловливаем огромныя потери силъ и
вмѣстѣ съ тѣмъ требуетъ значительная контингента
иниціатнвныхъ элементовъ и организаторовъ, имѣюіцихъ въ своемъ распоряженіи крупныя литературныя
силы и матеріальныя средства. Для непрерывной рево­
люционной борьбы необходима, наконецъ, и сочувствен­
ная внѣшняя атмосфера, т. е. если не явное, то хоть
скрытное благоволеніе пшрокихъ общественныхъ слоевъ,
не стоящихъ цѣликомъ на точкѣ зрѣнія идеологовъ
революціоннаго пролетаріата.
Такимъ образомъ, помимо даже широкихъ политическихъ соображеній, однѣ повседневныя нужды нашего
-движенія въ новомъ его фазисѣ выдвигаютъ на очередь
вопросъ о возможно широкомъ воздѣйствіи русской
соціальдемократіи на тѣ слои населенія, которые,
хотя и не принадлежатъ къ рабочему классу, тѣмъ не
менѣе, страдаютъ отъ современныхъ порядковъ. Но для
воздѣйствія на эти слои отнюдь нѣтъ необходимости,
чтобы соціальдемократы отправились дѣйствовать въ
ихъ средѣ. Задача пріобрѣтенія русскими соціальдемократами привержешцевъ< и прямыхъ или косвенныхъ со-

юзниковъ среди не-пролетарскихъ классовъ рѣшается
прежде всего и главнымъ образомъ характеромъ агитаціонно-пропагандистской дѣятельности въ средѣ самого
пролетаріата. До сихъ поръ дѣятельность эта враща­
лась почти цѣликомъ вокругъ непосредственно эконо­
мической эксплуатадіи рабочихъ нанимателями. Указан­
ная же задача требуетъ расширенія объема агптаціи и
пропаганды вопросами, представляющими собою узловые
пункты, въ которыхъ сходятся и переплетаются инте­
ресы какъ пролетаріата, такъ и другихъ классовъ,
угнетаемыхъ или тѣснимыхъ абсолютизмомъ и покрови­
тельствуемой имъ капиталистической буржѵазіей. Но
эти вопросы оказываются, при ближайшемъ разсмотрѣніи дѣла, самыми важными и существенными въ насто­
ящее время для нашего пролетаріата. Слѣдовательно,
подчеркивая и выдвигая ихъ, наша пропаганда и агитадія будутъ наиболѣе пѣлесобразны и съ точки зрѣнія,
имѣющей въ виду исключительно развитіе политическаго
сознанія рабочихъ.
Принимая во вниманіе соціальную безпомощность
крестьянскихъ массъ и политическое безсиліе нашихъ
образованныхъ классовъ, можно напередъ сказать, что
соціальдемократическая тактика, построенная на толькочто указанныхъ соображеніяхъ, будетъ на каждомъ шагу t
обнаруживать общенациональное значеніе нашего рабо­
чаго двпженія, какъ фактора, наиболѣе сильнаго и наиболѣе рѣшительно дѣйствующаго въ борьбѣ противъ
отсталаго общественно-политическаго строя Россіи. А
это, въ свою очередь, явится источникомъ воздѣйствія
соціальдемократіи въ крестьянствѣ и среди высшихъ
классовъ, которымъ приходится терпѣть отъ этого строя.
По мѣрѣ же роста ея значенія и популярности, какънаиболѣе рѣшительнаго и передового борда за общенародные
интересы и за прогрессъ, либеральнымъ слоямъ при­
дется въ своей легальной дѣятельности все болѣе и болѣе считаться съ потребностями и стремленіями пролетаріата. Это значитъ, что легальыыя усилія и сред­
ства, которыми прогрессивные элементы высшихъ клас-

совъ стараются упрочить и усилить свое вліяніе на
общество и государство, будутъ непосредственно слу­
жить и на пользу созданія условій, благопріятствующихъ
политическому развитію и организаціи рабочихъ въ оковахъ деспотическая государства.
Время и мѣсто не позволяютъ мнѣ дольше останав­
ливаться на высказанныхъ здѣсь положеніяхъ. Онѣ
лишь намѣчаютъ, но далеко не исчерпываютъ тактическихъ вопросовъ русской соціальдемократіи. Намѣчениую выше тактическую точку зрѣнія я отчасти примѣнилъ въ области литературной пропаганды среди рабо­
чихъ — въ статьяхъ своихъ, помѣщеяныхъ въ двухъ
вышедшихъ книжкахъ соц.-демократическаго сборника
„ Р а б о т н и к ъ “ . Надѣюсь, въ скоромъ времеии буду
имѣть случай подробнѣе поговорить о современныхъ
тактическпхъ задачахъ русской соціальдемократіи. Те­
перь же позвольте мнѣ ограничиться вышеизложенными
общи|и замѣчаніями.
Не могу не воспользоваться случаемъ, чтобы не вы­
разить Вамъ*) и всему Вашему обществу искренней при­
знательности за ту нравственную и матеріальную под­
держку, которую русско-американскіе товариши не пе­
реставали оказывать русской соціальдемократіи почти
съ перваго момента ея зарожденія вплоть до настоящей
минуты. Крѣпко жму Вамъ руки и шлю соціальдемократичеекій привѣтъ всѣмъ товарищамъ.
ВТО РОЕ

ПИСЬМ О.
Декабрь 1897 г.

Д орогіб

т о в а р и щ и

!

Русская соціальдемократія переживаетъ теперь въ выс­
шей степени важный моментъ. Стачечное движеніе послѣднихъ двухъ лѣтъ, охватившее промышленные центры
Россіи и цѣлыя области, показало,, что русскіе соціаль-

*) Редакторамъ проэктировавшагося сборнику.

демократы пустили уже корни въ рабочую массу и
являются организаторами и руководителями въ ея повседневныхъ столкновеніяхъ съ эксплуататорами. Та­
кимъ образомъ, они въ какіе-нибудь два года изъ мирныхъ пропагандистовъ-просвѣтителей и саморазвивающихся приверженцевъ Маркса превратились въ живую^активную революціонную силу. Но эта сила находится
еще въ первыхъ стадіяхъ своего развитія, и дальнѣйшій
ростъ ея далеко еще не обезпеченъ.
Что наше рабочее движеніе не остановится и не замретъ — подъ гнетомъ царско-полицейскаго самовластія — въ этомъ нечего сомнѣваться, за это ручается
все экономическое развитіе Россіи. Но будетъ-ли оно
впередъ рости и крѣинуть подъ знаменемъ соціальдемократіи — это другой вопросъ. А между тѣмъ, отъ положительнаго или отрицательная его рѣшенія зависитъ
историческое значеніе борьбы рабочихъ съ предприни­
мателями и ихъ политическая роль въ современной
Россіи. Да не только классовые интересы пролетаріата,
весь ходъ внутренняго политическаго развитія Россіи
зависитъ въ значительной мѣрѣ отъ того или иного
характера и направленія нашего рабочаго движенія. Въ
настоящую минуту, быть можетъ, подготовляется это
рѣшеніе, и потому-то я считаю ее весьма важнымъ моментомъ въ жизни русской соціальдемократіи.
Двѣ перспективы рисуются мнѣ въ недалекомъ бу­
дущемъ :
Рабочее движеніе не выходитъ изъ тѣснаго русла
чисто зкопомическихъ столкновеній рабочихъ съ пред­
принимателями, и само по себѣ, въ цѣломъ, лишено '
политическаго характера. Въ борьбѣ же за политичес­
кую свободу передовые слои пролетаріата идутъ за ре­
волюционными кружками или фракціями изъ такъ-называемой интеллигенціи. Словомъ, освободительное дви­
ж ете идетъ, если не совсѣмъ, то въ одномъ, очень
важномъ отношеніи, тѣмъ же путемъ, какъ и на Западѣ въ давно-прошедшія времена, когда и тамъ еще
господствовалъ монархически-чиновничій произволъ: ра-

бочія массы не играютъ въ немъ самостоятельной революціоной роля, онѣ идутъ за буржуазной пнтеллигенціей и сражаются за свободу не подъ собственнымъ
знаменемъ, а подъ чужимъ.
Другая перспектива: Соціальдемократіа организуетъ
русскій пролетаріатъ въ самостоятельную политическую
партію, борющуюся за свободу,'частьюрядомъ и въ союзѣ
съ буржуазными революционными фракціями (поскольку
таковыя будутъ въ наличности), а частью же привлекая
прямо въ своп ряды или увлекая за собою наиболѣе
народолюбивые и революціонные элементы изъ интеллигенціп. Очевидно, эта послѣдняя перспектива требуетъ
отъ рабочихъ гораздо болѣе высокаго уровня полити­
ческаго сознанія и самосозпанія, чѣмъ первая, при ко­
торой руководителями революціоннаго движенія были бы
представители буржуазныхъ классовъ, a пролетаріатъ
являлся бы лишь руководимой, слѣпо идущей за ними
массой.
Имѣются-ли въ русской жизни средства, необходимыя
для развитія въ русскихъ рабочихъ такой полити­
ческой сознательности и самодѣятельности, которыя
сдѣлали бы ихъ способными организоваться въ само­
стоятельную и отчасти руководящую революционную
партію? Таковъ, поэтому, первый, можно сказать, основ­
ной вопросъ, отъ рѣшенія котораго зависитъ дальнѣйшая судьба русской соціальдемократіи. Если таковыхъ
средствъ не имѣется, другими словами, если нѣтъ воз­
можности доставить русскому пролетаріату самостоя­
тельную, передовую роль въ борьбѣ противъ царскополпцейскаго самовластія и самоуправства, то русская
соціальдемократія не имѣетъ историческаго і права на
существование. Она въ такомт случаѣ лишена всякой
жизнеспособности и своимъ существованіемъ скорѣе
тормозила бы ростъ революціоннаго движенія, чѣмъ
способствовала бы ему.
К ъ счастью для нашего пролетаріата, русская жизнь
отвѣчаетъ на поставленный выше вопросъ вполнѣ
утвердительно. Однвмъ изъ основныхъ условій для раз-

витія рабочихъ служитъ широкое распростаненіе эле­
ментарная образованы въ ихъ средѣ, дающаго возмож­
ность, при посредствѣ газетъ и книгъ, - расширять свой
умственный кругозоръ, находиться въ умственномъ общеніи съ міровымъ историческимъ движеніемъ и полу­
чать толчки и возбужденіе для мысли отъ идей и ctrr
бытій, наполняющихъ жизнь образованная, мыслящая
и дѣйствующаго человѣчества. Народное образованіе
стоитъ у насъ еще на низкой ступени; даже простая
грамота далеко еще не всему населенію доступна. Но
все-же Россія сдѣлала уже значительные успѣхп въ
этомъ отяошеніи и за дальнѣйшіе, еще болѣе быстрые
успѣхи ручаются настоятельныя нужды высшихъ клас­
совъ и самого правительства. Благодаря этимъ нуждамъ,
у насъ уже получили значительное распространеніе и
развитіе такія образовательный средства, какъ народ­
ныя школы, народныя читатьни и библіотеки, обще­
доступный популярный чтенія, дешевая народная лите­
ратура и періодичеекая печать. Конечно, все это да­
леко еще не соотвѣтствуетъ потребностями населенія,
но движеніе на пользу общенародная просвѣщепія не
можетъ остановиться, паоборотъ, оно будетъ дальше
идти ускореннымъ шагомъ, расширяя и укрѣпляя ум­
ственную почву для дѣятельности соціаль-демократовъ
въ рабочей массѣ.
Но грамотность и даже образованіе становятсй орудіемъ длй пробужденій народныхъ массъ къ политичес­
кой самодѣятельности лишь тамъ, гдѣ общественная
жизнь бьетъ живымъ ключомъ, гдѣ происходите борьба
между различными классами населенія въ органахъ об­
щественна™ самоуправленія, въ собраніяхъ и печати,
гдѣ, наконецъ, существуетъ и проявляется подъ раз­
ными формами и разными путями недовольство прави­
тельствомъ и всѣмъ государственнымъ строемъ. Въ конституціонныхъ странахъ всѣхъ этихъ двигателей и орудій политическая развитія рабочихъ массъ имѣется
вдоволь, и государственный порядокъ самъ благопріятствуетъ кипучей общественно-политической жизни. У

насъ, разумѣется, пока и рѣчи быть не можетъ о та­
кой кипучей жизни. Наши земскія собранія и городскія
думы, ихъ пренія и ходатайства передъ правительствомъ,
наши разнообразные съѣзцы и общественныя собранія,
наша либеральная печать и другіе легальные органы
общественной самодѣятельности представляютъ собою
лишь частички конституционной жизни, и притомъ ча­
стички, разведенныя бочками воды, наполненными враж­
дебными микробами. Однако, какъ они ни слабы, и эти
зародыши общественнаго самоуправленія и свободы мо­
гутъ послужить опорными точками и двигателями для
пробужденія и воспитанія русскаго пролетаріата къ
политической жизни. Не смотря на свою тѣлесную сла­
бость, они заключаютъ въ себѣ огромную революціонную
силу, находящуюся теперь еще въ скрытомъ, неразвитомъ состояніи, но легко могущую превратиться въ жи­
вую, дѣйствующую, подъ вліяніемъ энергичной работы
соціальдемократовъ среди рабочихъ. Можно даже ска­
зать (съ извѣстными оговорками), что зачаточные эле­
менты конституционной жизни въ современной Россіи
непосредственно заключаютъ въ себѣ больше революдіониаго духа, чѣмъ развитыя конституціонныя формы
на Западѣ. Больше потому, что на Западѣ высшіе
классы, начиная съ эксіглуататорскихъ, и кончая тѣми
слоями, которые у насъ называются „интеллигендіей“ ,
склонны къ консерватизму и пользуются находящеюся
еъ ихъ рукахъ законодательною властью, даже наукой
и печатью, для борьбы протгшъ революціонныхъ стремленій пролетаріата. Въ Россіи же значительная часть
атихъ классовъ, и въ особенности наиболѣе политически
развитые ихъ слои сами заражены „разрушительными
стремленіями“ и не могутъ не пользоваться всѣми
доступными имъ путями и средствами для скрытой или
явной борьбы противъ дарско-полицейскаго всевластія
и противъ безправія народныхъ массъ, служащаго фундаментомъ для этого всевластвія. Это, разумѣется, кла­
детъ соотвѣтствующій отпечатокъ, какъ на либеральную

прессу, такъ и на всю общественную дѣятельность на­
шихъ образованныхъ круговъ.
При такихъ условіяхъ, и такія, сами по себѣ невинныя, учрежденія, какъ наши органы общественнаго самоуправленія и наша печать, должны стать орудіями для
революціонизпрованья народныхъ массъ. Но, разумѣется, безъ энергическаго воздѣйствія соціальдемократовъ, условія эти могутъ, по отпошенію къ политичес­
кому развитію нашего пролетаріата, остаться въ состо­
я л и вяло дѣйствующей, дремлющей силы. Онѣ могутъ,
пожалуй, и послужить въ рукахъ революціонеровъ изъ
либерально-демократической интеллигенціи на пользу
его революціонизированья, но далеко не въ томъ смыслѣ,
какъ этого требуютъ настоящіе п будущіе его классо­
вые интересы; интересы эти требуютъ, чтобы русскій
рабочій классъ уже теперь началъ организовываться въ
самостоятельную революдіонную партію и выступать,
какъ самостоятельная политическая сила.

К ъ сожалѣнію, наши соціальдемократическіе кружки
чрезвычайно далеки еще отъ тактики, имѣющей цѣлыо
всестороннимъ образомъ пользоваться прогрессивными
элементами русской жизни въ интересахъ только-что
указанной задачи. Помимо внѣшнихъ, не зависящихъ
отъ нихъ обстоятельствъ, главной помѣхой къ выработкѣ
такой тактики служитъ господствующая среди нихъ
точка зрѣнія, съуживающая сферу дѣятельности русской
соціальдемократіи организаціей рабочихъ для борьбы съ
предпринимателями и активнымъ участіемъ въ стачкахъ.
Конечно, отнюдь не всѣ изъ Васъ, дорогіе товарищи,
такъ узко смотрятъ на дѣло, да и большинство на
практикѣ отклоняется нѣсколько отъ этой точки зрѣнія.
Но въ общёмъ, она несомнѣнно гораздо больше господствуетъ въ русской соціальдемократіи, чѣмъ бунтарскія
воззрѣнія господствовали среди революціонной интедлигеенціи 70-хъ годовъ.
Она, можно сказать, является своего рода возрожденіемъ бунтарства, только на новой соціальной почвѣ и
на другомъ теоретическомъ фундаментѣ. Бунтарство

революціоннаго народничества представляло собою утопію въ практическое отношеніи, но было вмѣстѣ съ
тѣмъ революціонно по своимъ теоретическимъ и логпческимъ предпосылками Оно исходило изъ того предположенія, что крестьяне имѣютъ уже въ головахъ го­
товый „соціалистпческій идеалъ“ и что борьба „на
почвѣ мѣстныхъ нуждъ и интересовъ“ поможетъ имъ
сплотиться и направить свои силы противъ всего суще­
ствующем строя, во имя этого назрѣыпаго въ народной
средѣ идеала. И къ чему могла и должна была сво­
диться мелкая подготовительная борьба крестьянства?
Къ частнымъ, но организованнымъ стычкамъ съ угнета­
телями парода, начиная съ помѣщиковъ и провпнціальныхъ властей и кончая кулаками и ростовщиками.
Практика революціоннаго народничества была постро­
ена на узкомъ фундаментѣ, узкомъ уже потому, что
оно не брало въ разсчетъ такихъ новыхъ первостепепныхъ силъ дѣйствительности, какъ промышленный пролетаріатъ и промышленная буржуазія. Но бакунизмъ
прямо толкалъ революціонные элементы на борьбу съ
отсталыми общественными и политическими условіями
русской жизнп; поэтому, практика его отличалась не­
посредственно революціоннымъ характеромъ. Воззрѣнія
же, по которымъ стачки должны служить единственной
или главной формой освободительная движенія пролетаріата, ставятъ гораздо болѣе узкія рамки самодѣятельностя послѣдняго н непосредственно далеко не такъ
революционно, какъ бунтарство.
Проіетаріатъ, по сознанію самихъ соціальдемократовъ, не обладаетъ готовымъ, исторпчедки выработаннымъ, соціальнымъ идеаломъ. „Экономическая борьба“
съ предпринимателями должна еще медленпымъ путемъ
выработать въ его сознаніи такой „идеалъ“ , проще го­
воря, — подготовить рабочихъ къ пониманіго окончательныхъ цѣлей соціализма. Но даже на, Западѣ, гдѣ
буржуазія имѣетъ въ рукахъ своихъ законодательную
власть и управлееіе государствшъ, даже въ такихъ
странахъ стачки являются лишь, однимъ изъ главныхъ

двигателей революционная развитія пролетаріата. Даже
тамъ, гдѣ буржуазія господствуете непосредственно во
всѣ^ъ сферахъ общественной и политической жизпи,
столкновенія рабочихъ съ ихъ эксплуататорами иногда
въ теченіе довольно продолжительнаго періода не раз­
вивали въ пролетаріатѣ классового политическаго самосознанія. И если въ немъ проявлялись политическія
страсти и стремленія, то обыкновенно подъ вліяніемъ
буржуазныхъ партій и ихъ междуусобій. Только въ Германіи и Австріи рабочее движеніе почти съ самаго на­
чала приняло характеръ классовою политическаго движенія пролетаріата. Но здѣсь соціальдемократія почти
съ первыхъ же шаговъ своей жизни съумѣла гармони­
чески и органически сочетать энергическое и неустан­
ное участіе въ частныхъ столкновеніяхъ рабочихъ и
предпринимателей съ систематической борьбой противъ
современная государства и многообразныхъ проявленій
его гнета надъ всѣми трудящимися массами. Герман­
ская и австрійская соціальдемократія, можно сказать,
ознаменовали свое появленіе на свѣтъ тѣмъ, что сразу
начали производить аттаку противъ буржуазнаго строя
съ разныхъ сторонъ.
Этимъ я отнюдь не хочу сказать, что мы во всемъ
должны подражать нашимъ старшимъ сестрамъ въ передовыхъ странахъ. Мы уже потому не можемъ имъ под­
ражать, что нашъ общественный строй еще пе совсѣмъ
буржуазный, что онъ еще покоится на соціально-политическомъ фундаментѣ, завѣщанномъ дворянско-крѣпостнической эпохой. Но это-то обстоятельство и дѣлаетъ опаснымъ одностороннее увлеченіе стачками, какъ
главнымъ орудіемъ революдіоннаго воспитапія и какъ
единственнымъ способомъ проявлешя революционной
самодѣятельности пролетаріата. Опаснымъ я его считаю
именно потому, что, будучи плодомъ недостаточная
вниманія къ низшаго, такъ сказать, порядка отношеніямъ въ русской дѣйствительности, увлеченіе это, съ
своей стороны, способствуете упроченію и укорененію
индифферентизма среди русскихъ соціальдемократовъ

ко многимъ фактамъ и явленіямъ русской жизни, об­
условливающих историческое положеніе нашего пролетаріата, a слѣдовательно, и современный задачи его-соціалыюдемократическаго авангарда. Оно вредно уже
тѣмъ, что, съуживая умственный кругозоръ передовыхъ
рабочихъ узко-классовыми интересами въ томъ грубомъ
смыслѣ, какой вкладываютъ буржуа всѣхъ цвѣтовъ и
оттѣнковъ въ ученія соціальной демократіи, замедляетъ собственное полититическое развитіе этихъ рабо­
чихъ и мѣшаетъ имъ выйти изъ стадіи политическаго.
младенчества. А это, въ свою очередь, становится тормазомъ для иріобрѣтенья нашимъ пролетаріатомъ того
центральнаго и передового политическаго значенія, ко­
торое онъ могъ бы пріобрѣсти въ современной Россіи,
благодаря политическому безсилію всѣхь другихъ классовъ.
Не смотри на свою соціальную безпомощность и пол­
ную безкультурноеть, крестьянство наше являлось до
сихъ поръ средоточіемъ заботъ и симпатій прогрессивныхъ и революціонныхъ слоевъ интеллигенции Почему?
Между прочимъ и потому, что они лишь въ немъ видѣли и видятъ какъ бы соціальное воплощеніе своихъ
прогрессивныхъ стремленій и рычагъ для избавленія
отъ сковывающаго русскую жизнь государственнаго
строя. Односторонняя же практика русскихъ соціальдемократовъ замедляетъ развитіе въ интеллигенціи та­
кого же отношенія къ рабочему классу, не смотря на
то, что послѣдній исторически дѣйствителъно призванъ
къ роли главной революціонной силы въ освободительномъ движеніи противъ устарѣлыхъ политическихъ порядковъ*
Во избѣжаніе недоразумѣнія замѣчу, что я далекъ
отъ мысли умалить значеніе такъ-называемой „экономи­
ческой борьбы“ . Наоборотъ, она составляетъ для меня
аксіому, истину, не требующую доказательству и рас­
пространяться о которой значило бы оскорблять раз­
витого читателя. Предъидущія замѣчанія исходятъ,
поэтому, изъ того предположенія, что первостепенная
важность стачекъ и вообще частныхъ столкновеній рабо-

чихъ съ капиталистами для освободительнаго движенія
пролетаріата признается всѣми русскими соціальдемократами, какъ уже нѣчто само собой подразумеваю­
щееся, вошедшее въ ихъ общее сознаніе. Но у насъ
при этомъ не замѣчаютъ обратной стороны медали.
Многіе совершенно упускаютъ изъ виду, что нигдѣ въ
дивилизованномъ мірѣ стачки не связаны съ такими
препятствіями и съ такими жертвами, какъ въ РоСсіи.
И въ то же время нѣтъ такой страны на Западѣ, гдѣ
бы рабочій классъ былъ такъ бѣденъ интеллектуаль­
ными, организадіонными и матеріальными средствами,
какъ у насъ. Слѣдовательно, есть полное основаніе
опасаться, что дальнѣйшее одностороннее развитіе ста­
чечная движенія можетъ отразиться временнымъ истощеніемъ нашихъ силъ и повлечь за собой періодъ разочарованія и реакціи въ рядахъ вашихъ и въ самой на­
родной массѣ. Только постоянно возрастающій притокъ
новыхъ силъ изъ ннтеллигенціи и сочувствіе нашему
движенію со стороны іірогрессивныхъ слоевъ высшихъ
классовъ вообще могли бы обезпечить насъ противъ
такой тягостной перспективы. А для созданія себѣ та­
кой опоры въ этихъ классахъ, мы должны всею своею
практической дѣятельностью, включая и сферу чисто
экономической борьбы, наглядно и неустанно обнару­
живать обще-демократическія задачи нашего движенія
и такимъ путемъ популяризировать обще-національное
революціонное его значеніе для современной Россіи.

К ром ѣ того, необходимо имѣть въ виду и перспек­
тиву затишья въ стачечныхъ волненіяхъ. К акъ уже
справедливо замѣтилъ Петербуржіецъ въ своей прекрас­
ной статьѣ „По поводу с.-петербургской стачки“ (№№
3-4 сборника „ Р а б о т н и к ъ “ ), — „такія событія, какъ
петербургская стачка, не могутъ ни долго тянуться, ни
часто повторяться“ . К уда же дѣнется, на что будетъ
затрачена энергія уцѣлѣвшихъ живыхъ революдіонныхъ
силъ пролетаріата? В ъ концѣ 70-хъ годовъ такія силы
уходили въ террористическое движеніе и затеривались
въ общей массѣ революдіонной интеллигенціп, ни на

волосъ не способствовавъ ни подъему политическаго
сознанія въ рабочей массѣ, нп усиленно тяготѣнія въ
прогрессивныхъ слояхъ общества къ пролетаріату, какъ
къ новой народно-революціопной общественной силѣ.
Отчего бы еще разъ не повториться такому явленію,
разъ наиболѣе энергичные и интеллигентные предста­
вители нашего пролетаріата не найдутъ примѣненія
своимъ силамъ и исхода своимъ политическимъ стремленіямъ — подъ флагомъ соціальдемократіи?
ІІора, однако, остановиться. Я взялся за перо совсѣмъ
не съ намѣреніемъ подробно разобрать недостатки на­
шей тактики и излагать свои положительные взгляды
на. нее. Для этого рамкя газетнаго письма слишкомъ
тѣсны. Затѣмъ, многое изъ того, что относится къ об­
ласти тактическихъ вопросовъ, можетъ быть должпымъ
образомъ обсуждено только путемъ коллективныхъ совѣщаній дѣйствующихъ товарищей на мѣстныхъ и общихъ съѣздахъ.
,
Быть можетъ, обсужденіе тактическихъ вопросовъ и
выработка общей программы дѣйствгя положить начало
или даетъ, по крайней мѣрѣ, рѣшительный толчокъ
дѣлу объединенія революціонныхъ рабочихъ кружковъ
и союзовъ въ „русскую рабочую революціонную цартію“ .
До тѣхъ же поръ, пока не состоится такое объединеніе
на почвѣ общей тактики, русская соціальдемократія бу­
детъ все еще представлять собою только зародышъ, а
отнюдь не живой, полный силъ организмъ, по праву
носящій это названіе.
Резюмируя свои крайне бѣглыя и очень отрывочныя
замѣчанія, я скажу, что наиболѣе насущные вопросы п
задачи нашего движенія группируются теперь вокругъ
одного вопроса или одной задачи, которая можетъ быть
формулированаслѣдующимъ образомъ: раздвинуть рамки
и расширить содержаніе нашей пропагандистско-агитаціонной и организаторской дѣятельности.
В ъ закдюченіе прошу васъ, дорогіе товарищи, при­
нять мой братскіа привѣтъ и искреннее пожеланіе
успѣха предпринятому вами изданію. Отъ всей души

желаю, чтобы „Р абочая Г а зе т а “ достойно выполнила
свое назначеніе — служить органомъ для всѣхъ нашихъ
соціальдемократическихъ группъ — и способствовала
бы скорѣпшему переходу нашего движенія въ періодъ
возмужалости.
IL Аксѳльродъ.

П Р О Э К Т Ъ

РУССКИХЪ

П Р О ГР А М М Ы

СОЦІАЛЬ-ДЕМОКРАТОВЪ*).

• Русскіе соціаль-демократы, подобно соціаль-демократамъ другихъ странъ, стремятся къ полному освобожденію труда отъ гнета капитала. Такое освобожденіе
можетъ быть достигнуто путемъ перехода въ обще­
ственную собственность всѣхъ средст въ и предм ет овъ
производства, перехода, ко*горый повлечетъ за собою:
а) Устраненіе современная товарнаго производства
(т. е. купли и продажи продуктовъ па рынкѣ) и
б) Фамѣну его новой системой общ ественная про­
изводства по плану, заранѣе составленному, въ виду
удовлетворенія потребностей, какъ цѣлаго общества,
такъ и каждаго изъ его членовъ, въ предѣлахъ, допускаемыхъ состояніемъ производительныхъ силъ въ
данное время.
Э та коммунистическая революція вызоветъ самыя коренныя пзмѣненія во всемъ складѣ общественныхъ п
международныхъ отношеній.
Замѣняя современное господство продукта надъ
производителемъ — господствомъ производителя надъ
продуктомъ, она внесетъ сознательность туда, гдѣ гос­
подствуете нынѣ слѣпая экономическая необходимость;
упрощая и осмысливая всѣ общественныя отношенія,
она, вмѣстѣ съ тѣмъ, предоставитъ каждому гражданину
реальную экономическую возможность непосредствен*) П рограм м иста, была издала въ 1885 г.

наго участія въ обсужденіи и рѣшеніи всѣхъ обществен­
ныхъ дѣлъ.
Это непосредственное участіе гражданъ въ завѣдываніи общественными дѣлами предполагаете устраненіе
современной системы политическаго представительства
и замѣну ея прямымъ народнымъ законодательством^.
Ером ѣ того, теперь уже можно предвидѣть между­
народный характеръ предстоящей экономической революціи. При современномъ развитіи международнаго
обмѣна, упроченіе этой революціи возможно лишь при
участіи въ ней всѣхъ или; по ’к райней мѣрѣ, нѣсколькихъ цивилизованныхъ обществъ. Отсюда вытекаете

солидарность интересовъ производителей всѣхъ странъ,
признанная и провозглашенная еще Международнымъ
Товариществомъ Рабочихъ.
Н о такъ какъ освобожденіе рабочихъ должно быть
дѣломъ самихъ рабочихъ, такъ какъ интересы труда
въ общемъ діаметральяо противоположны интересамъ
экслуататоровъ, и такъ какъ, поэтому, высшіе классы
всегда будутъ препятствовать указанному переустрой­
ству общественныхъ отношеній, — то неизбѣжнымъ
предварительнымъ его условіемъ является захватъ ра­

бочими клаЬсомъ политической власти въ каждой изъ
соотвѣтствующихъ странъ. Только это временное гос­

подство рабочаго класса можетъ парализовать усилія
контръ-революціонеровъ и положить конецъ существованію классовъ и ихъ борьбѣ.
Э та политическая задача вносите элементе разнообразія въ программы соціаль-демократовъ^ различныхъ
государствъ, сообразно общественнымъ условіямъ каж­
даго изъ нихъ въ отдѣльности.
Практичеекія задачи, a слѣдовательно, и программы
соціаль-демократовъ естественно должны имѣть болѣе
сложный характеръ въ тѣхъ странахъ, гдѣ современное
капиталистическое производство только стремится еще
стать господствующим^ и гдѣ трудящ іяся массы нахо­
дятся подъ двойнымъ игомъ развивающагося капита­
лизма и отживающаго патріархальнаго хозяйства. В ъ

такихъ странахъ соціаль-демократамъ приходится доби­
ваться, какъ переходныхъ ступепей, такихъ формъ
общественна™ устройства, которыя уже теперь сущ.ествуютъ въ передовгяхъ странахъ, и необходимы для
дальнѣйшаго развитія рабочей партіи. Россія находится
именно въ такомъ положеніи. Капитализмъ сдѣлалъ въ
ней громадные успѣхи со времени отмѣны крѣпостного
права. Старая система натуральнаго хозяйства уступаетъ мѣсто товарному производству и тѣмъ самымъ
открываетъ огромный внутренній рынокъ для крупной
промышленности. Патріархальныя, общинныя формы
крестьянскаго землевладѣнія быстро разлагаются, об­
щина превращается въ простое средстро закрѣпощенія
государству крестьянскаго населенія, а во многихъ
мѣстностяхъ она служитъ также орудіемъ эксплуатаціи
бѣдныхъ общинниковъ богатыми. В ъ то же время, пріурочивая къ землѣ интересы огромной части произво­
дителей, она преп ятствуете ихъ умственному и поли­
тическому развитію, ограничивая ихъ кругозоръ узкими
предѣлами деревенскихъ традицій. Русское революцион­
ное движеніе, торжество котораго послужило бы прежде
всего на пользу крестьянства, почти не встрѣчаетъ въ
немъ ни поддержки, ни сочувствія, ни пониманія. Главнѣйшая опора абсолютизма заключается именно въ
политическомъ безразличіи и умственной отсталости
крестьянства. Необходимымъ слѣдствіемъ этого явля­
ется безсиліе и робость тѣхъ образованныхъ слоевъ
высшихъ классовъ, матеріальнымъ, умственнымъ и нравственнымъ интересамъ которыхъ противорѣчитъ совре­
менная политическая система. Возвышая голосъ во имя
народа, они съ удивленіемъ видятъ, что онъ равнодушенъ къ ихъ призывамъ. Отсюда — неустойчивость
политическихъ воззрѣній, а временами — уныніе и пол­
ное разочарованіе нашей интеллигенціи.
Такое положеніе дѣлъ было бы вполнѣ безнадежно,
если бы указанное движеніе русскихъ экономическихъ
отношеній не создавало новыхъ шансовъ успѣха для
защитниковъ интересовъ трудящагося класса. Разложе-

ніе общины создаетъ у насъ новый классъ промышлен­
н а я пролетаріата. Болѣе воспріимчивый, подвижный и
развитой, классъ этотъ легче отзывается на призывъ
революдіонеровъ, чѣмъ отсталое земледѣльческое населеніе. Между тѣмъ какъ идеалъ общинника лежитъ
назади, въ тѣхъ условіяхъ патріархальнаго хозяйства,
необходимымъ политическимъ дополненіемъ которыхъ
было царское самодержавіе, участь промышленнаго ра­
бочаго можетъ быть улучшена лишь благодаря развитію
новѣйшихъ, болѣе свободныхъ формъ общежитія. В ъ
лицѣ этого класса пародъ нашъ впервые попадаетъ въ
экономическія условія, общія всѣмъ цивилизованнымъ
народамъ, а потому только черезъ посредство этого
класса онъ и можетъ принять участіе въ передовыхъ
стремленіяхъ цивилизованаго человѣчества. Н а этомъ
оенованіи, русскіе соціаль-демократы считаютъ первою
и главнѣйшею своею обязанностью образованіе революціонной рабочей партіи. Ростъ и развитіе такой партіи
встрѣтитъ, однако, въ современномъ русскомъ абсолютизмѣ очень сильное препятствіе.
Поэтому, борьба противъ него обязательна даже для
тѣхъ рабочихъ кружковъ, которые представляютъ со­
бою теперь зачатки будущей русской рабочей партіи.
Низверженіе абсолютизма должно быть ихъ первой по­
литической задачей.
Главнымъ средствомъ политической борьбы рабочихъ
кружковъ противъ абсолютизма русскіе соціаль-демократы считаютъ агитацію въ средѣ рабочаго класса и
дальнѣйшее распространеаіе въ ней еоціалистическихъ
идей и революціонныхъ организацій. Тѣсно связанный
между собою въ одно стройное цѣлое, организаціи эти,
не довольствуясь частными столкновеніями съ прави­
тельствомъ, не замедлятъ перейти, въ удобный моментъ,
къ общему, рѣшительному на него наігаденію, при чемъ
не остановится и передъ такъ-называемыми террористи­
ческими фактами, если это окажется нужнымъ въ интересахъ борьбы.
Цѣлью борьбы рабочей партіи съ абсолютизмомъ

является завоеваіііе демократической конституціи, обезпечивающей:
1) Право быть избирателелъ и избираемымъ какъ въ
Законодательное Собраніе, такъ и въ провинциаль­
ные и общинные органы самоуправленія всякому граж­
данину, не приговоренному судомъ, за извѣстныя,
строго опредѣленныя закономъ, позорныя дѣйствія,
къ потерѣ политической правоспособности.
2) Опредѣленную закономъ денежную плату народнымъ представителямъ, позволяющую выбирать ихъ
изъ бѣдныхъ классовъ населенія.
3) Всеобщее, свѣтское, даровое и обязательное образованіе, при чемъ государство должно снабжать
бѣдныхъ дѣтей пищей, одеждой и учебными пособіями.
4) Неприкосновенность личности и жилища граж­
данъ.
5) Неограниченную свободу совѣсти, слова, печати,
собраній и ассоціацій.
6) Свободу передвиженій и занятій.
7) Полную равноправность всѣхъ гражданъ, незави­
симо отъ религіи и племеннаго происхожденія.
8) Замѣну постояннаго войска всеобщимъ вооруженіемъ народа.
9) Пересмотръ всего нашего гражданскаго и уго­
л о в н а я законодательства, уничтоженіе сословныхъ
подраздѣленій и наказаній, несовмѣстныхъ съ достоинствомъ человѣка.
Опираясь на эти основныя политическія права, рабо­
чая партія выдвинетъ рядъ ближайшихъ экономическихъ
требованій, какъ напр.:
1) Р ади кальн ая пересмотра нашихъ аграрныхъ отношеніп, т. е. условій выкупа земли и надѣленія ею
крестьянскихъ обществъ. Предоставленіе нрава о т­
каза отъ надѣла и выхода изъ общины тѣмъ изъ кре­
стьянъ, которые най&утъ это для себя удобнымъ, и т. п.
2) Устраненія современной податной системы и
установленія прогрессивнаго подоходнаго налога.
3) Законодательная регулированія отношеній ра-

бочпхъ (городскихъ и сельскихъ) къ предпринимателямъ и организаціп соотвѣтствѵющей и н с п е к ц и и съ
п р е д с т а ви т е л ъ с т во ж т гъ р а б о ч и х ъ .

4)

Государственной помощи производительнымъ а ссоорганизующимся во всевозможныхъ отрасляхъ земледѣлія, добывающей и обрабатывающей про­
мышленности (крестьянами, горными, фабричными и
заводскими рабочими, кустарями и т. д.).
Эти требованія настолько же благопріятны иптересамъ крестьянства, какъ и интересамъ промышленныхъ
рабочихъ; поэтому, добиваясь ихъ осуществленія, ра­
бочая партія проложитъ себѣ широкій путь для сближенія съ земледѣльческимъ населеніемъ. Выброшенный
изъ деревни въ качествѣ обѣднѣвшаго члена общины,
пролетарій вернется въ нее соціаль-демократическимъ
агптаторомъ. Е го появленіе въ этой роли измѣнитъ
безнадежную теперь судьбу общины. Е я разложеніе
неотвратимо лишь до тѣлъ поръ, пока само это разложеніе не создастъ новой народной силы, могущей по­
ложить конецъ царству капитализма. Такою силою
явится рабочая партія и увлеченная ею бѣднѣйшая
часть крестьянства.
ц т ц ія м ъ ,

Примѣчанге. Какъ видно изъ вышесказаннаго, русскіе соціальдемократы полагаютъ, что работа интеллигенціи, въ особенности
при современныхъ условіяхъ сощально-политической борьбы, должна
быть прежде всего направлена на болѣе развитой слой трудящагося
населенія, какимъ и являются промышленные рабочіе. Заручившись
сильной поддержкой со стороны этого слоя, соціаль-демократы мо­
гутъ, съ гораздо большею надеждою на успѣхъ, распространить свое
содѣйствіе и на крестьянъ, въ особенности въ то время, когда они
добьются свободы агитаціи и . пропаганды. Само собою, впрочемъ,
разумѣется, что даже въ настоящее время люди, находящіеся въ
непосреественномъ соирикосновеніи съ крестьянствомъ, могли бы
своей дѣятельностью въ его средѣ оказать важную услугу соціали*
стическому движенію въ Россіи. Соціаль-демократы не только не
оттолкнуть отъ себя такихъ людей, но приложатъ все стараніе,
чтобы согласиться съ ними въ основны е принципахъ и пріемахъ
своей дѣятельности.