гГб

u:i
МОСКОВСКИЙ ОРДЕНА ЛЕНИНА
И ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ
ПЕДАГОГИЧЕаша ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
имени В. И. ЛЕНИНА
Специализированный совет Д 053.01.06

Па правах рукогшея

ЕФИМОВ Виктор Васильевич

Ж И З Н Ь П ТВОРЧЕСТВО А. В. ЛУНАЧАРСКОГО
в КОНТЕКСТЕ Л11ТЕРАТ.\ТПО-ОПЩЕСТВЕППЫХ
Р Е А Л т Л КОНЦА XX ВЕКА
Специальность 10.01.02 ~ Л11те])атура 1гародов СССР
(сопетский период)

ДИССЕРТАЦИЯ
в виде научного докмадп на сотч.анме угеноп степени
доктора фнлолог11'1СС1;нх наук

Москва 1993

Работа выполнена в Таджикском государственном универ­
ситете.
Официальные

оппоненты:

доктор филологических наук ТРИФОНОВ Н. А.,
доктор филологических наук,
академик РАН ФРИДЛЕНДЕР Г. М.,
доктор филологических наук,
профессор АГЕНОСОВ В. В.
Ведущая организация: Московский государственный уни­
верситет имени М. В. Ломоносова.
Защита состоится ч..с?.. »^.^.^»f!:?1993 г. в .'.....
часов
на заседании специализированного совета Д 053.01.06 по при­
суждению ученой степени доктора филологических наук в Мо­
сковском ордена Ленина и ордена Трудового Красного Знаме­
ни педагогическом государственном университете им. В. И. Ле­
нина по адресу: Малая Пироговская улица, д. 1, ауд. -лТ:^.^
С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке МПГУ
им. Б. И. Ленина (Малая Пироговская, д. 1).
Автореферат равослан «,
Ученый секретарь специализированного совета,
каЯ^дат/филологических наук

^ ' y/MSt'^^^b.

П. ТРЫКОВ

OBlIiW ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ _____-^ -—-- """
Актуальность темы. В ряду крупнейших представителей русской
культуры ХХ^века -эпохи глоОальнь^х эстетических и социальных
- утопий, терпящих крах экспериментов - вйдное .уесто принадлежит
Анатолию Васильевичу Луначарскому /I875-I933/.
Обширная литература семи последних десятилетий, посвященная
жизни и многогранной деятельности паркона просвеиения, критика,
драматурга, публициста, поэта, переводчика Луначарского, .адекН9ТН0 отражала оценки и отношение к нему господствовавшей в
стране тоталитарной идеологии. Зто, конечно, не значит, что ра­
боты таких ведущих исолсдователеЯ &отет!:1С1, критики, художест­
венного TBOfJMecTBa Луначарского, как П.А.Ьугаенко, А.И.Дейча,
II.A.TpKcfOHOBa, А.А.Лебедева, И.А.Луначарской, И.П.Кохно и ряда
других лишены были глубоких, интересных наблюдений, ценных вы­
водов, сохранивших свою значимость и поныне. Тем не менее в них
доминировала условиями времени предопределенная концептуальная
тенденция, основанная на иллюзиях, заблуждениях ученых, оказав­
шихся в ослеплении традиционно десятилетиями восприкимаваихся
коммунистических догматов, классовых мифов и воеохватьвающего
откровенного идеологического бле,^а.
Начавшие в середине 80-х годов набирать силу демократические
веяния, затем окончательно утвердившиеся в отвоеванном у власт­
ной системы праве инакомыслящих на плюрализм мнений и их сво­
бодное выражение, неожиданно обнаружили совершенно произвольный
крен в противоположную сторону, на этот раз - несостоятельной
критики, сплошного охаивания, беспочвенных обвинений в адрес
Луначарского. В том нетрудно убедиться, ооратившись к ком!лентариям составленной ншли библиографии основной "Литературы эпохи
перестройки о А.В.Луначарском"^. №Э 203 зарксированных здесь
работ у доброй четверти их авторов явно преобладает безоглядно .
очернительная заданиость.
Характерно также, что дая убедительности обоснования подобно­
го рода собственных однозначных суждений многие нынешние публи­
каторы стали широко использовать прежде недоступные работы писа­
телей и ученых первой водны русского зарубежья, отношение
I. См.: Ефимов В.В. Луначарский и культура.- Душанбе.-1991*.
С.215-251.

которых к Луначарскому, по понятным причинам, было далеко не во
всем объективным. В равной мере это касается недавно переиздан­
ных у нас мемуаров В.Ф.Ходасевича, З.Н.Гиппиус, И.А.Бунина и
критических статей М.Алданова.
Между тем, собственная долголетняя исследовательская работа
по сбору богатого, разнохарактерного материала,его хроникальной
систематике, беспристрастного изучения в ходе составления трех­
томной "Летописи жизни и деятельности А.В.Луначарского. I9I7 1933 г г . " /Душанбе.-1992/, а до нее - развернутой дооктябрьской
"Хроники"'^ позволяет, опираясь на обобшаяные таким образом факты
и доказательства, впервые во всей полноте обозреть и объективно
осмыслить сложный, трагически противоречивый жизненный и творче­
ский путь Луначарского; выдвинуть и обосновать принципиально но­
вую концепцию научного подхода, критической оценки личности Лу­
начарского в свете современных представлений, освобожденных на
исходе XX столетия от политической конъюнктуры, вообще каких бы
то ни било деструктивных влияний преяней тоталитарной идеологии.
Яри этом в центре внимания находится комплекс трех, наиболее
характерных для послеоктябрьского периода, тесно связанных сфер
активной деятельности и творчества Луначарского - наркома про­
свещения, литературного критика и художника слова.
Цеди и задачи работы. Стремясь исследовать жизнь и деятель­
ность наркома, критика, драматурга Луначарского в аспекте посттоталитарных, качественно новых для нас, представлений и поиятяй
о п?1!нцяпах общепринятых, в цивилизованном мире нормальных отно­
шен ли худоотйка и общества, подлинной.свободы творческой личнос­
ти, ва*.носта независимого искусства в духовном развитии челове­
ка, авто? ставит своей задачей выяснить следующее:
- роль Луначарского в создании управляемой партийно-государ­
ственной идеологии, культуры и литературы в частности;
- влияние революционно-классовых убеждений на литературнокритическую сторону творчества Луначарского;
- вызванные широтой взглядов и позиций его колебания, отступ­
ления от ортодоксальных коммунистических схем в ходе культурного
строительства;
I . См.: Е(5-и«ов Б.В. Мастерство А.Б.Луначарского-литературного
критика. - АУаанбе.-1990. - С. 223-312.

- существо и причины противоречивого" харгжтера художествйнного творчества-Луначарского.
- " "' Главная цель co£(_ie;,-:enHcro прочтения жизни к тьорческоГ; до-лт(;Л(|Ности Луиачарскох'О - не осудих'ь очередаоИ раз ei'o ошиОки, а,
Вилснив, Е1;спь!нни« GCoto.'iVc.ia.oTi'i:.'.-';; ,1 j'CjiOBi;jii.iii времени про:,'.ал;;,
заблуждения критика-наркс/.а, понять пр::г;оду, суть is ссц;:;!Л1нос^ь;оотаеиные корни их ьорсд!^;..':; ^;-;,bK;'iiiii.o одеил^ь значение
Л:;п"";-;;-'С1СОго г. уОе^и.ге.'Дчи .••.piy.-,.;iViipoBaTb наше нынешнее к н°г:-'
opiiCiiiuHiie.

Научная новизна ря^лт^. Lll^^!"'r:c ь ши11сг::;''. и^;следовательский
обпог-"- з^идитсг c-wirtBi'e':::^;» пали "Летописв жизни и деятельности
л.л,.'!ун^чарского. I9I7-I933 гг.", оснащенная оогаткм документально-цвктическим материалом и вместе с дооктябрьской "Хрони­
кой" открывающая перспективную возкояность нового, отвечающего
запросам вре.менн, действительно научного, системно-полного ана­
лиза жизненного и творческого пути критика, наркома, художника,
Непосредственным выражением настоятельной необходиг.-гс;;: pt;;.лиаации яных подходов, кардинального neprc.v.cTpf. ao^ui с;.-.-г.ск
долгие годы tfsspss-e^i'.nu ;---':-;;о,л."1301';1:дс;: •X\-::C::WX-/A тстя.:/;чи'!;пI'O отроя, в Ле;;о:;|.,пр;;л-ч.!';Х услс^^;;лл yoTOiicrc протек^,::! v. ;;;!учалаоь яизнь наркс.'.'о-крит'^ка, лвляотся 1;а;:.а !.Х1Л0Гра?|:лл ''A.B.j^'/naмарскпй л кокмун>;с'1'л<!ескиу; тогаЛнгар!!Зм" /^••уяпч'г. - 1995/.
Утверждается нов.^я !'ские.".ц:ы Ы!з:-Ц1 i' ТЕ01(Чостьа Лу!'.ачарсь;о1'о.
со.цержание KOTopcfi з сскове своей таково:
1. Луначарский как государственный и литературно-художествен­
ный деятель - личность сло;*шая. ямпульсивиая, но многом противо­
речивая, чТо проявляется з переплетении в его- мировоззрении
классово-революционных и обшечеловзческих устре.'."лен;;й, гуманис­
тических идеалов и соъективяого отступления от iuix;
2. Непросто складывавшиеся отношения Луначарского со временем
отчетливо выявляются в преимущественно деструктивном воздействии
на его художественно-эстетические концепции политических доктрин
Ленина, Троцкого, Сталина и других коммунистических лидеров;
3 . Луначарский - один из непроизвольных создателей и вместе с
тем яертва тоталитарного строя; э^о достаточно полно сказывается
в деятельности его как наркома просвещения и рельефно оонаруживается непосредственно в литературно-критическом, художественном
творчестве;

4. Беспристрастное критическое осмысление, объективная оценка
разностороннего творческого наследия Луначарского позволяет выя­
вить наряду с несомненно позитивным в нем обусловленную временем
ограниченность, утопизм Луначарского-теоретика литературы и ис­
кусства, постичь драматизм художника.
Методология исследования. Сам исходный материал, каким яви­
лась для реферируемой диссертации во всей полноте, разнообразии
представленных фактов, исторических документов, архивных источ­
ников "Летопись жизни и деятельности А.В.Луначарского", заметно
оОусловил достаточную целостность системного подхода к изучению
оригинально-неоднозначной фигуры Луначарского - наркома, крити­
ка, художника. Как раз возможность системного анализа позволяет
избежать принятого в недавнем пропшом строго избирательного,
классового освешения определенных сторон деятельности и индиви­
дуальных кочеств Луначарского, преимущественно интересовавших
011ициальную большевистскую идеслогив.
В основу исследования положен конкретно-исторический принцип,
позволяювдй рассмотреть с позиций нынешних литературнс-общзствен1ШХ реалий незаурядную личность крупного деятеля отечественной
культуры в неразрывном контакте с-его эпохой,
Ннуч1!я? и практическая эначтаость раСотн. Концептуальная
ношпна предложенной трактов'й Луначарского - наркома, критика,
худсхнико - HaiiacT в условиях посттоталитарной действительности
понимание, поддержку, явится серьезной базой в создании его под­
линно научной биографии,' получит дальнейшее развитие как в обвдгх
проблемных исследованиях, так к в новых историях специальных от­
раслей культуры: литературы, искусства, просвещения. Добытые ре­
зультаты могут быть использованы такяе при чтении лекций, спец­
курсов по актуальным проблемам современной литературы и критики.
Апробация работы. Основные идеи данного исследования много­
кратно апробировались на заседаниях кафедры.русской литературы и
теории литературы Таджикского государственного университета, а
выступлениях автора на союзных, региональных конференциях и совеаднияд, посвященных изучению ашзни и хворчества A.B.JiyHa4apcкого, проходивших в Москве, Санкт-Петербурге, Киеве, Львове,
Череповце и Душанбе.

в ваде научного-доклада диссертция оосу.адена на совместисм
-ззседаиии ка,{€др русской литературы и теории литературы, все­
мирной литературы Таджикского госуниверситета.
- Положения и реаультати исследования отражены в лаоногра(|йи
автора "А.В.Луначарский и коммунистический тоталитаризм" / д у канбе.- 1993/, в трехтомной "летописи жизни и деятельности
А.В.Луначарского. I9IV-I933 г г . " /душанСе.- 1992/, "Хронике
s.iSHH и деятельцос1а А.В.Луначарского, 1875-1917 и',", в y w o иых пособиях по спецкурсам "Л.Ь.-'!у!:?ларский и л.;то^атурное
лвитокло. АМОНКГ::: I9iV-I9G3 гг.-' /Душанбе.- I 9 9 I / , "А.В.ЛунацнрсгиГ. и культура" /Душанбе,-I99I/, а также в статьях, опубли­
кованных в повременных изданиях Республики Таджикистан.и СНГ.
Общий объем публикаций составляет 180 печатных листов.

Структура работы.
ВВЕДЕНИЕ. Последние десятилетия XX века войдут в истсрив
мировой цивилизации как важная веха в деде пае^и чйлсьс-и;ск>,го
разума, доброй воли няд Г^.ТЙЛЬ;:0 у:;;ерс;'оГ; c:0}[,:h:.hiiot> c;:oiJMo;;,
долготе годы nfiCi«bCT;;e;!ii.) иавк-1:в')'::к?. ньро^Гу. 7'ем yci!oi;;;iee
этст процесс Gy.roT '.ег'сдчл реа5!!нсвына]'},Сл, 4ei,; глуСл:и, о''ьективнсе псстигне;; f-^i; сучкссть, i5CTo:;.i йнед[)сния оо.';ьц:сьистско»'
модели в области кулыуры, наскслькс верно сцен.ь'л ри.;ь л месго
HeiiocpeACTEQHHiix вк7>:и]1иХ уост.чикОЕ ех'С, никак, одчако, не
идсализирул и не оисшляя их. Пре;ы.е всего это кссается А.ii.Лу­
начарского - наркс!.;а, критика, худо.кника.
Д,о недавнего времени улзнь, раоносторонняя деятельность Лу­
начарского в 01{дциальной литературе о кегл рассматривались не в
ревльно-историческом контексте, а, как правило, в Дьстиллиросапно.ч, за редкими искчюченишии, искусственно созданном мире
старых пснятий л представлений. Однако и последние суждения,
высказывания наших современников об этом человеке сложной, про­
тиворечивой, драматической судьбы часто иэоонлуют ЛВНША-Л "пере­
хлестами" в противоположную сторону. ПоАчинное переосглыслйние
значения деятельности Луначарского в истории отечественной
культуры, литературы в частности, нередко подаиеняется в таких
случаях "простой" перестановкой знака, изменение структуры и с ­
торического знания - перекраской, откровенным злословием.

ГДежду тем, искреннее, неустанное служение интересам пролета­
риата, делу партии, революции составля-чо смысл всей сознатель­
ной жизни этого субъективно честного, богато художественно ода­
ренного человека. С гишшзических дет увлеченный идеями социа­
лизма к коммунизма,он продолжал их горячо отстаивать до послед­
него вздоха. Но как раз в силу художественно-артистического
склада натуры, увлекающегося импульсивного характера, "аишком
Бсеобъемлюцей" широты взглядов Луначарский, случалось, "вылемывался" из накатанной колеи узко партийных догматов и схем. В .
ранне?; кности он пытался создать "эмульсию из Спенсера и Марк­
са", но Б зрелые годы добавил сюда еще и Ленина, С детства был
яркм атеистом, в начале XX века спорил с идеалистами, а вскоре
сам выдвинул откровенно идеалистическую теорию социализма зсак
религии. Отдавая доллное общечеловеческим ценностям, жадцю вш;тквая все богатое многообразие мировой культуры, Луначарский
еад с кгприйской поры упорно стремился реализовать хкмернув
идею создания пролетарского искусства и потом долгие годгг Оазуспсшно ждал ее настоящего "расцвета".
Так всю кизнь: И!1!ущий и сомневающийся, убежденный и заблуждоющийсн, созидзЕхий и не удовлетворенный достигнуть^. Луна»"
чаь'ски."; - сын своего трагического века, не столько ЕОЛИТ;;К,
сколько илтеллигеит, втянутый в политику. Фигура, безусловно,
С'С?аЕ/:г;-'.зя эаглетыый след в истории кировсЯ цивилизации.
ГлаРй пер рая, А.В.ЛУ1]АЧАРСШ12 И ПАРТИйШ-ГОСУДАРСШЗНаШ
nOJuIT/lia СТРО;ГГЕЛЬСТВА С01ЩЛ}^СТИ7£СК0Й КУЛЬТУРЫ.
Подлинно современное постижение, трезвая оценка не оправдав­
шего себя в условиях XX стсзлетия большевистского' эксперимента •
ь.) насильственному внедрению государственного социализма не воз^;o.!a:ы без серьезного изучения роли таких тоталитарных институтов
и кетодсБ воздействия коьмунистической системы аа o<Sii;ecTBO, как
литература, искусство, культура , идеология в целом, У истоков
этого процесса с первых дней советской власти находился А.В.Лунечарски?, явивши? собой уникальный в отечественной история
пример соединения представителя кира искусства и ответственного
государственного руководителя ии, марксистского теоретика-а
оолы^евистского деятеля-ирактика, в личности которого данные
ипостаси, тесно переслетаясь, часто взаимопроникали одна в

'
-7
другую. Внимательное, непредубежденное рассмотрение Й оОъектившй аяалаз столь-необычного симбиоза представляются интересны­
ми,'во многом научно продуктивными.
Все двенадцать лет пребывания на посту наркома просвещения
Луначарский ни разу не усомнился в правоте своего изначального
декларативного заявления о необходимости общего идейного руко­
водства большевистской партии культурным строительством в стра­
не, Он неизменно считал, что возглавляемый им комиссариат'дол­
жен быть "непосредственно просветительно-государственным по
своему размаху, но партаЗным по своей сущности, коммунистичес­
ким просветительным органом нашей партии"^.
Исходно заложенная в йамих'целях партии идея насилия еще в
дооктябрьскую пору своеобразно художественно-эмоционально
трансформировалась в революционном сознании Луначарского /не
без воздействия ницшеанских его увлечений/ в рискованную идею
"взнуздания историй". Объективно по-своему приняли ее в октябре
1917 года в такие признанные.величины русской радикально наст­
роенной йнтеллигеяции,' как А.А.'Блок, В.В.Маяковский, В.Э.Мейер•хояьд, А.Н.Бенуа, сразу же открыто заявившие о своей готовности
сотрудничать с новой властью.
Но поскольку все же преимущественная часть представителей
старой интеллигенции в результате октябрьского переворота ока­
залась по другую сторону идейных баррикад, Луначарскому при­
шлось потратить немало усилий в искренне доброжелательном стрег.игвнпа перетянуть как мояно больше их на свои "коммунистические
острова". Заметные подвижкя тут достигнуты были первым нарког/.ом
просвещения главным образом благодаря глубоко импонировавшим
МНОГИМ, ого демократизму, эрудиции,'широте взглядов. В равной
мера это обнаруживалось как среди писателей, занявших поначалу
вы.тадательную Позицию, так и особенно в. разноликом кругу его
былых литературных'^оппонвнтов - Ф.К.Сологуба, З.Н.Гиппиус,
Д.С.Мёрежковского, К.Д.Бальмонта, В.Я.Врюсова, К.И.Чуковского.
Мнрго^исленннв "охранные грамоты", устройство на работу, .«латеривльная пстлощь, издание книг писателей, вступительные речи пе­
ред спектакляии по их произведении!, рецензии, отзывы о них 1.-Ефамов В.В. Летопись жизни а деятельности А.В.Луначарско­
го. 1917-1933 гг. -Душанбе. - 1 9 9 2 . Т. I . -0.482. Далее ссылки
на это издание даются в тексте реферата,указаны том и страница.

таков далеко неполный перечень проявлений наркомовской благо­
склонности к талентливым художникам.
Однако стоило тем же З.Гиппиус, Д.Мережковскому, К.Бальмон­
ту, оказавшимся в эмиграции и словно забывшим о добропорядочном
отношений большевистского наркома, позволить себе политические
выпады против советской власти,, как Луначарский тут же резко
обрушил на них весь богатый арсенал своих обличений. Непримири­
мым классовым врагом становился каждый, кто, как ему казалось,
"клеветал на революцию и ее нетленные завоевания". Не стали ис­
ключением прежде высокочтимые им Л.Н.Андреев, А.И.Куприн, даже
И.А.Ьунин, которому, кстати, десятилетием ранее он признательно
посвятил свои восторженные стихи. В подобного рода ситуациях
классовая злоба буквально ослепляла ревмюционера Луначарского,
он становился по-большевистски непримиримым. Определенным стимулоги тому служила воцарившаяся в стране система монопольной
ачасти.
Непростыми а раннюю послеоктябрьскую пору оказались также
отношения наркома просвещения и недавних еще честных защитников
свободы, равенства народа, какими в его представлении искони
Скли А.Н.Горький и В.Г.Короленко^ Об этогд он писал в статье
"Сретение" / I 9 I 7 / , не упоминая, впрочем, их имен. Но как раз
ropiiciiJ! и Короленко увидели в ней несправедливый себе упрек. Ilx
захззт;!ла, конечно же, возмоджность "строительства нового мира",
только идею социализма они поникали в ее истинно гуманистичес­
кой сущности, а не в большевистски искаженном испачненни.
iio всей этой полемике зеркально отразилось непрккир1иое
н])алственно-этическое противостояние кабираваей кс1дь грубой
£vwj классовой ненависти и ооъектИБКОЛ исторической тавди.
'.'.Горького сломило B.iacTKoe могущество тоталитарного режима,вы­
нудив смириться. И чем больше со временем совершал он уступок,
тем "явственнее" .Оуначарский-критик обнаруживал в нем "черты
подлинно пролетарского художника", А В.Г.Короленко, рештельно
осуждая кривду большевистского террора, до конца дней своих ос­
тавался последовательным завдтником общечеловеческих принципов
гуманизма. А только верой наркома-критика в оследляищие крм?/унистические миражи, незыблемостью классовых предрассудков, ЕОСпитенннх революционной средой, можно объяснить данную им вслед
за Леь'инкм итоговую оценку личности Короленко: "Хороший писа­
тель, но обыватель самый естественный" /11,91/.

• 9
___.--- - ""
Это отнюдь не значит,_,будто'Кор6ленковская проповедь идеа­
лов социальной" справедливости чужда была Луначарскому. Интере­
сы страны его искренне беспокоили не меньше, чем писателя-гу­
маниста. Драматизм ситуации осложнялся иным: нелегкие думы,
тревоги эти объективно преломлялись у наркома-критика сквозь
лукавую призму кошлунистиче^кого понимания, идеологии, в сущ­
ности, спекулирующей обещанием счастья для всех, достигаемого
через насилие над их интересами и правами. Он даже не созна­
вал, насколько эта доктрина фетишизгфована оольшеьикз.чи как
единственная точка зрения.
Преданность идее, полное согласие со стратегическими целями
партии и безусловное подчинение себя им неизменно составляли
смысл жизни революционера Луначарского. К такому фанатизму ог­
раниченного своим временем большевика-ленинца следует подхо­
дить исторически. Необходимо, наконец, признать, что нарком
Луначарский в немалой степени.генерировал и затем энергично
реализовывал. ряд базовых оснований идеологии тоталитарной ком­
мунистической системы.
Так, принятая в советской России по его инициативе обиал
структура образования, одобренная новой Программой ленинской
партии / I 9 I 9 / , строилась на кардинальном тезисе о неооходимости формировать мировоззрение человека и его образ мыслей. При­
мечательно, что подобного рода манипулятивный подход, характерннй для тоталитарного, авторитарного общества, еще в ISOI
году. Луначарский-публицист горячо отстаивал с марксистских по­
зиций в ранней своей статье, посвященной идеям воспитания не­
мецкого педагога И.Ф.Гербарта.
В следующих главах данного реферата у нас еще будет возмож­
ность показать на конкретных (фактах советской реальности, чем
на деде все это обернулось касательно проблем развития искус­
ства и.литературы. .Здесь же, говоря вообще о роли iijBa48pcKoro
в создании системы идеологических координат советского комму­
нистического образца, ваяно отметить, что он, подобно большин­
ству партийных соратников, видел в революции оптивтальное ./а то
и уникальное/ средство разрешения всех проблем, в их числе и
нравственных.
Наряду с безмерней верой в "непогрешимость" коммунистичес­
ких идеалов Луначарский долгие годы бережно растил и лелеял
легенду о Ленине - "вожде вождей и масс", "человеке нового

10 ^
мира". Мифотворчество это развивалось поэтапно, странно ужива­
ясь в его коммунистических убеждениях с известной марксистской
трактовкой роли личности в истории. Этому способствовала иск­
ренняя влюбленность, настоящая личная преданность ilyHa4apcKoro
Ленину, их многолетние товарищеские отношения, хотя объективно
тот и другой часто давала повод к более критическому подходу и
весьма неоднозначным оценкам.
Подобного рода мифы, возникавшие в пылком воображении Луна­
чарского, успешно вырастали на благодатной почве заниженных
моральных критериев, предъявляемых коммунистами друг к другу,
их особой снисходительности, неколебимой убежденности в "высоконравственностй" революционеров и их "святого" дела, острой
потребности иметь стабильный символ для существующей системы. .
Отсюда вытекали многие утрированно "суздальские" похвалы Луна­
чарского Б адрес Троцкого первых послеоктябрьских лет, а затем
его ^йктическое невольное содействие победе сгалинтаи над
троцкизмом. И все это совершалось под красныгл стягом ожесто­
ченной борьбы за мнимую маркспотско-ленинскую чистоту идей.
Морализация ПОЛИТИКИ неизбежно приводила наркома, критика и
художника Луначарского к полити1^ации морали, прЕОПособленив ее
к догматам своей доктрины, повседнеЕным нуздак "правительстве­
нной партии". В разгар начавшейся погони за "аздьмаки" ииако™
мислия он выступил со статьей' "Мораль и свобод;!"' /IS22/, в ко­
торой доказывал, что пока народ России' "болен наследствешшгла
Селезнями капитализма .- мещанством, невехеством, згоагмогл, до тех пор никакой моралью не поможешь" /1,414/. Общечеловечз-'
ским нравственным принципам противопоставлялись 'отвлеченно д э магогические рассуждения о свободе человека. Протепенно узако­
нивалась практика революционного аморализма, уничтожался нрав­
ственный императив, открывалась прямая дорога освобожденному ,
от всех этических норм большевизму к беззакониям, репрессиям, •
террору и заведомому их оправданию. Неуклонно утверждалась'
"коллективистическая мораль" казармы. Без тени сомнения-или
раскаяния за деятельное личное участие в ее создании Луначарс­
кий удовлетворенно констатировал: "У нас абсолютное перемеще­
ние определителей жизни... У нас именно среда выше, сильнее,. '
светлее, чем индивидуальность". Все личные стремления людей
'
нового общества нарком рассматривал в прялюм подчинении

"высшей морали - интересам рабочего' дьиженин к социализму". А
чтобы такая."великая гармония" не нарушалась, необходимо, по
твердому его убеждению, "изменить волю человека" /П, 120, Мб/.
В бесхитростной чернс-Оелой схеме тоталитарного управления
"кадлективным сознанием масс" наряду с проблемой их целена­
правленного просвещения важную роль иа^ком отводил также "покоммунистически поставленной" пропаганде воинствующего атеиз­
ма. Но как ни парадоксально, в оостановке догматизма и всеоб­
щей регламентации Луначарский сумел благодаря присуди ему ши­
роте взглядов именно в атих с^.ерах многогранной культурно-просввтитслышй деятельности пусть не сразу, однако честно при­
знать П21'убную угрозу разрушительных последствий насильствен­
ного насаждения коммунистической модели.
Год "великого перелома" стал решающей вехой в жизни наркома
просвещения, отчетливо осознавшего, к чему в действительности
приведет новое общество дальнейшее "марксистское развитие" ::и
самим обоснованных постулатов казарменной морали недальновид­
ными партийцами-технократами стрлинской закалки, peinHBainwif во­
обще "ничему лишнему" не учить юных "коллективистов" из школ
ФЗУ, кроме как бездуховной привычке трудиться и подчиняться.
Настолько ужасной представлялась в 1929 году najjKOKy иросве!;;ения трагическая перспектива жизненных судеб этих пролетарских
"винтиков", что благоразум!!ая совесть подсказала старому рево­
люционеру единственно реальный в тех условиях выход - немед­
ленно уйти в отставку.
Непосредственным импульсом к столь бескомпромиссному шагу
послужило принятое в обход его правительственное решение о
сносе древнего архитектурного памятника Кремля - Чудова монас­
тыря.- Оправданная горячность наркома, резко осудившего необос­
нованную жестокость тоталитарной системы в отношении к куль­
турному прошлому, по-своему расценена была на заседании Полит­
бюро ЦК ВКЦ/б/, принявшем решение: "...Указать тов. Луначарско­
му на некоммунистическое поведение" /П,455/. В тот же день, 4
июля 1929 года, Луначарский ушел с поста наркома просвещения.
Оставаясь в области достоверной истории, нельзя опроверг­
нуть беспримерного (|акта уникальной роли Луначарского в деле
охраны и сбережения для потомков художественного' наследия прошлох'о. Русской культуре, смело можно сказать, повезло, что в

12
первые годы советской власти среди многих ее неистовых руково­
дителей оказался Луначарс1сий, фактически во многом предотвра­
тивший разрушительные тенденш1й культурно-революционного лева­
чества, готового "до основанья" смести решительно все, так или
иначе связанное с категориями старого мира. Не случайно Горь­
кий как раз в этой стороне неутомимой деятельности наркома
просвещения вообще усматривал главное достижение новой власти
первых лет ее существования, о чем восхищенно сообщал Ленину.
Це110й невероятных усилий Луначарскому и его сподвижникам
удалось спасти многие бесценные художественные коллекции, биб­
лиотеки, музеи, архивы, па/лятники, дворцы и среда них писа­
тельские усадьбы-Ясная Па1яна,. Оста^1>ево, Мураново, Щелыково,
дача Чехова в Ялте. По линии сбережения старины следует также
рассматривать разностороннюю благотворительную работу Луначарсксго-наркома, своеврекенно поддержавшего наследников, родственникоЕ Пушкина и Гоголя, Л.Тачстого и Достоевского, Островс­
кого и Чернышевского, СалтыковаЧЦедрина и Г.Успенского, Твтчева н Чехова...
В годы военной разрухи к голода едва ли не на каждом засе­
дании коллегии Наркомпроса заслдагивались ин^оршцли, дохслады
Луначарского об организац!Ш срочной помощи творческой иателлиге;1цни. В широком тогдашнем писательском кругу трудно назвать
иг-спа литераторов, которым карком не оказывал бы содеЁстзкл
iviv. полпержкй в сакых разных [формах. М.К. Цветаева считало про­
сто несправедливым в таких условиях заплчавать его "KcjariQ4iiтельно рыцарское охнощенио к поэтам".
А ме;к,у' тем строгая секретность партийных таЙ! долго с»:рывала малейшие попытки наркома отмежеваться от порочных перегкОоэ тоталитарного pejuwa в практике руководства искусствйл.
Собственно Б такса; ракурсе следует рассматривать недавно впер­
вые опубликованный резкий письменный протест против "легкомыс­
ленного решения" Политбюро не выпускать на лечение за границу
умирающего А.Блока.
из чудом сохранившихся в архивах Наркомпроса разрозненных.
документов видно, что в I9I9-I920 г г . только благодаря энерги­
чному вмешательству Луначарского были освоболсдены из-под арес­
та 4J{ А.Елок, А.Ремизов, Н.Ляшко, Л.Чижевский. Случалось,прав­
да, что даже авторитет Ленина и Дзержинского оказывался бес­
сильным перед безжалостной неуправляемостью-сработанной их

•13

_

J._-^--——'"

совместными усшттт ка^^ательноймошины. С этим Луиача1)ск15Й не
одназдЫ-Стадкивалс/Ги на примере трагической судьСи невинно
••"ра«;трелянного кроеными в Крым;у сына писателя И.С.Клелева, и в
деле беасушюй расправы 'зекйстов над двумя полтавскими 1'рааданами, поступиться за которых его настойчиво просил В.Г.Коро­
ленко. Но под прессом большевистских догм даже горячее сердце
словно каменело. И в ответ iia три оезуслонно дощадшил до него
п;^ська Короленко .5уначарск11й 11анравляет писателю кнйгу Tp'cmi&го "Терроризм А коммунизм", являвшуюся, ш глуйскому уосздсник;
наркома-крйтика, "псбедоноснсйщкл опровержением, увы, всех
обиьательск:;:с сооора;г.е1!«й, которыми он переполнил свои письма"
Досад{1ЫХ примеров подобного рода непоследовательности, про­
тиворечивости Луначарского, к сожалению, можно привести нема­
ло, в том числе конкретного их выражения в литературной поли­
тике Наркомпроса.
Исторический парадокс большевистского ленинского учения
заключался в том, что созданная на его основе безжалостная с л стема тоталитаризма, ее многоч.';сленяые неуклюжие аппаратн1,.е
механизмы, в купе с ущербной идеологией, едва ли не перьыми
своими жертвами сделали собственных творцов и добросовестных
испол;!ителей. Не минул подобно? участи и росси'/скяй нарком
просвещения, сполна испытавимй на себе все "прелести" насаадавшегося партией управляемого абсурда: ничего без указания "во­
ждя", ни единой мелочи без санкции"сверху". Касалось ли ото
технической стороны дела приобретения занавеса дая Ьольд^ого
театра или назначения на второстепенный пост руководителя Ли­
тературным отделом Наркомпроса не пользующегося особым довери­
ем в правящих партийных кругах "символиста-ког.муниста" Б.Я.Брюсова.
Позитивную роль Луначарского-наркома просвещения в истории
отечественной культуры на драматическом изломе ее развития
объективно можно оценить, лишь учитывая далеко не абсолютную
неадекватность его сложной,под стать трагическому времени про­
тиворечивой личности мертвенным стандартам фатально ущербной
системы о ее монополией на истину, в последней инстанции. О
том, как непросто было в условиях коммунистической диктатуры
идейно генетически тесно с ней связанному наркому Луначарскому
выполнять трудную миссию защиты культуры и просвещения от

14
тоталитарного раОства и оОскурантизма, свидетельствуют много­
численные суждения на этот счет прямых его апологетов и откро­
венных противников.
Как считал А.И.Южин, русское искусство "не забудет, что для
него сделал А.В.Луначарский в грозных условиях революции, и
многое, что сохранилось благодаря ему и что .выросло при кем,
будет ему памятником прочнее меди" /П,80/,Даже яростный про­
тивник новой власти Н.А.Бердяев, этот пристальный свидетель из
"чужого" лагеря, с большим пониманием говорил, что значило для
Луначарского, человека, "менее всего жестокого... быть народ­
ным комиссаром в правительстве жестокой диктатуры" / 1 , 3 , 5 / .
Самому наркому Луначарскому, искренне считавшему недостойные^
для революционера "дезертировать с острых постов, предуказанных
историей" /П,96/, помогали двенадцать лет честно, добросовестно
выполнять ei'o трудный долг не только прочные кождуиистические
убевденяя, неиссякаемая ревалюционноя энергия, но и настоящая,
большая люОоБЬ к искусству, его дeятeлЯiV,, их творчеству. Заинтересоъакная заоотз, э44ективная поддержка и практическая помоац., - так можно ощ1еделить отношение наркома Луначарского к
писсгелям и литературе в целом. J{ сожалению, многое, объективно
искреннее, правдивое утрировалось здесь суровое задзнпостьк са­
мих сольшевистоких установок наркома-ленинца, до конца жизни
остававаегося "у своего знамени". Столь сушественная историчес­
кая сграииченность отрицательно сказалась прежде всего кепссредственно на творческой деятельности Луначарского.
Глава втора?. ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА ЛУНАЧАРСКОГО Б- СИСТЫВ
И,и£ййОГИЧЕСКЛ)С KOOP^IHAT КЯЩДНО-АДМИНЙСТРАтВИОГО СТРОЯ.
Современников А.В.Луначарского привлекала в нем разносторон­
няя талантливость, широта интересов в таких несхожих с<|ерах ху­
дожества, как литературная критика, драматургия, дублицистика,
поэзия. Но все грани неравномерно проявлявшегося дарования у
него прочно цементировала одна неизменная идея революционной
борьбы. Еще в молодости он часто подписывал свои многочисленные
работы, среди них и литературные, псевдонимом Воинов. И хотя с
революцией и социализмом фактически свя'зана была вся сознатель­
ная жизнь Луначарского, многим такая его большевистская стой- '
кость, революционная закалка представлялась "слишком эластич-'
ной", особенно в области искусства.

••

15

_.^__-^

'

-'-

Согласно общепринятой,в советском литературоведении схеме
Луначарский'обкчно'рассматривался "развивающ/люя" под неизмен"•'но благотворним воздействием "всепобеждающих ленинских идей",
неуклонно преодолевающим сначала "гениально вскрытые вождем"
,• его филосос[ские заблуждения, потом не менее опасные политичес­
кие тенденции пролеткультства. Между тем, многочисленные '{акты
свидетельствуют, что в семнадцатый год Луначарский вошел с гру­
зом всех своих прежних противоречий. Твердо усвоенная им в ран­
нюю дооктябрьскую пору революционная марксистская доктрина, ее
незыблемые коммунистические постулаты в условиях советской дей­
ствительности лишь творчески варьировались, приспосабливаясь к
реалдш новой жизди.
Так, начатую еще в книге "Религия и социализм" / I 9 0 8 - I 9 I I /
сакрализацию социализма в послеоктябрьские годы Луначарский
персонифицировал в образе-символе "вождя мирового пролетариата"
Ленина и в.антитетически иносказательно противопоставленном ему
Сталине и сталинщине,
• Едва ли не в самом начале XX столетия, в период первых поли­
тических ссылок и эмиграции, экспансивное воображение молодого
•революционера Луначарского, увлеченного магией искусства, рож­
дает заманчивую идею создания особой пролетарской культуры, ко- торая грезится ему как некая "органическая метаморфоза единой
общечеловеческой культуры" / 1 , 1 9 / . Заведомая мертвенность столь
иллюзорного эксперимента в эстетике обусловлена была надуманным
подразделением неразрывного культурно-исторического процесса на
пролетарскую и социалистическую стадия развития. Причем, если
социалистическая культура далекого грядущего виделась Луначарс­
кому как общечеловеческая, внекласеовая и по духу своему клас­
сическая, то современная культура революционного пролетариата
трактоваласгь им в формах резко обособленных, сугубо классовых,
построенных на романтической грезе борьбы, ярко выраженном при­
мате идеи. Вся эта умозрительная конструкция изначально проник­
нута была призрачным идеалом "победы над калечащим человека
,индивидуализмом" / 1 , 1 9 / .
В речи на проходившей за неделю до октябрьских событий пер­
вой Петроградской кон!|еренции пролетарских культурно-просвети­
тельных организаций Луначарский особенно подчеркивал важность
вооружения рабочего класса знаниями, формирования его чувств

16
средствами искусства "для успеха титанической борьбы за новый
общественный строй". Первоочередной им ставилась задача "завла­
деть всем, культурным достоянием прошлого и настоящего" / 1 , 3 8 / .
Широко развернувшаяся в условиях советской власти культурнопросветительная работа со всей очевидностью доказала, что', ПОсуществу, это была достаточно продуманная, четко осуществляемая
наркомом-критиком акция подлинно большевистской "обработки" с
помощью искусства массового общественного сознания.
'
Молодая пролетарская интеллигенция, нароадающаяся прк актив­
ной поддержке наркома просвещения, с энтузиазмом отиеслеоь к
его утопической теории духовной революции, противопостевившей
"рабской морали христианства" марксизм, эту "религию социалйзг^а
. . . религию без бога, религию труда в борьбы" /1,443,104;П.31/.
В упорядочение начал пролетарской марксистской встетйки легла
основополагающая мысль критика о важности доминирования в ТБ0Р7
честве каждого художника "коллективистической ноты" / 1 , 2 1 1 / .
Своеобразным отражением взглядов Луначарского-критика к тео­
ретика пролетарской культуры явилась статья А.1]."Ш1йтоноБа/1Э20/
посвященная двадцатялетию литературной работы нарксма просвеще­
ния. Б личности Луначарского молодому пролетарскоуу автору ви- делся нрехсде всего "поэт революции, возллхЗивкий в аверском су­
ществе чсловет'.а его истинную открывшуюся сущность - брата всех
и всего, могучего бога, для которого, быть может,' только и соэда>;а и существует Вселенная от звезды до былинки". Плзнетарн0!,^у
восбражеЕпш начинакяаего. воронежского пролеткультовца нарком чудигся "вождем юных, великих д^/ховнкх ценностей пролетариата культуры и оправдания труда, признания его отцом -шта, едййгт-- ,
венной дорогой, ведущей человека на небо и эа кеОо"^.
Тем не Metiee ког-илунистическуй критику ультрарадикального тол­
ка не устраивала заметная широта ПОЗИЦИЙ Дуначарокого, •ьсемерно ,.
.стремившегося развивать, укрепяять молодую пролетарскус литервг
туру на основе разумной соревновательности, а не оголтелого со­
перничества и откровенной вражды со отарой литературой и встав­
шими на путь сотрудничества ее мастерами. В острой полемике • о
Г.Устиновым, Н.Бухариным критик-нарком доказывал, как важно, было
"не скомпрометировать-- грядущее пролетарское .искусство, путем '• ;
I. "Красная деревня"/Вороне*/, 1920, Л112,

• г?
официального покровительства'вздергивая его и во вред ему при­
давая ему слишком большие размеры, в то время, как оно начало
только сейчас нащупывать свое содержание л основные формы свое­
го выражения" /1,208/. Необходимо при этом учитывать, что, рез­
ко осуждая крайности "азбучно примитивного коммунизма" во
взглядах на культуру "лвбимца партии" Н.И.Бухарина, сам Луна­
чарский оставался пocлeлoвaтeль!и^^) сторонником-классового под­
хода и оценок произведений искусства как "наиболее шодотвсрпого метода pro исследования" / 1 , 1 0 5 / ,
В первис воачеоктябрьокие годы театр в России становится
паибсйее распространенной художественной формой духовного воз­
действия на кассы. Однак'о учитывающая данное обстоятельство т е ­
атральная политика наркома-критика не встретила должного пони­
мания и поддержки со стороны государственно-партийного руковод­
ства. И,если Ленин одно время настаивал-на закрытии лишь "бур­
жуазных" 'Большого и Мариинского театров, то Бухарин шел дяльи;е,
требуя от наркома немедленной коренной ломки вообще всего "бур­
жуазного- репертуара" современного театра, включая сюд& русскую
и мировую KJiaccaKy.
Критику Луначарскому приходилось доказывать товарищам по
партии, что невозможно "захватить пропагандой и агитацией всю
жизнь" и что пролетарий имеет полное право "жить разными сторо­
нами своего сердца и своей души" /1,208/. Исподволь эти обтека­
емые декларативные 'заявления наркома о "свободе выбора" стали
логически подкрепляться его конкретной поддержкой сепаратист­
ских богдановских установок оиюсительно "права пролетариата на
совершенно самостоятельное, даже от советского государства не­
зависимое, лабораторное строительство своей особой культуры" .
Все это, естественно, не могло ise насторожить Ленина, рьяно
защищавшего монополию тотального воздействия своей партии на
пролетарское сознание. Стоило лишь предельно осторожничающему .
наркому просвещения выступить-? октября 1920 года на съезде
Пролеткульта с' речью, средактированной "довольно уклончиво и
примирительно"^ как тут же последовал резкий "разнос" вождя.
Уоедившись в несговорчивости Луначарского по данному вопросу,
Ленин отстранил его от подготовки партийного письма "О Пролеткультах". Мало того, и в опубликованном ""йравдой" I декабря
I.. "Народное просвещение".-I9I9, » 9^10. - С.5.

18 •
1920 года тексте этого большевистского документа, и в состав- .
ленном ранее самим Лениным "Проекте постановленяя Пленума ЦК
РКП/б/" отмечалось наличие "явно буржуазных уклонений" в рабо­
те ведомства Луначарского по руководству художественной жизнью,
Неоправданно хлесткий ленинский ярлык оказался настолько жи­
вучим, что в год "великого перелома",, первых страшных симптомов
сталинщины, наркому Луначарскоод пришось, возводя на себя за­
ведомую напраслину, "чистосердечно" покаяться в якобы недопус­
тимом потворстве политически "глубоко вредной тенденции пролеткультства". Впрочем, еще при жизни Ленина его беспочвенный icaтегорический упрек в "явно буржуазных уклонениях" охотно под­
хватили оппоненты из большевистского окружения, приняваиеся до­
казывать немарксистский, онтиленинский характер творческой дея­
тельности Луначарского, Характерно, однако, что П.М.Керл;енцев а
его единомышленники при этом большую часть своих благоглупостей
кому 11л Ир свали "шмелем пролетариата", выдавая собственный догма­
тизм и "левые" ijpasu за lUiaccoBoe мнение.
Но и сам Луначарский, полемически задорно доказывающий, что
именно сн является подаинкым проводником пролетарской идеология
в кассы, объективно мало чем отл'^чалса здесь от справедливо
осуждаемых им "футуро-коммунистов". Общим источником такого
утопизма являлась воспитанная в большевиках Лениным самоуверен­
ность Б непогрешимой правоте своих гсласоовых прннцкаов. Этспо-бужг.зло Луначарского-критика, вопреки сопротивляющемуся в нем
худсжаственному чутью, .тем не менее энергично направлять сощ}?менкую литературу на достижение "настоящего реалистиче-сзгого паtfoca, которым пролетарские произведения долмы быть насыщсяы",
Отсюда его амбициозная убевденность в праве говорить "именем
пролетариата", отсюда априорность утверждения, будто новый чи­
татель более всего требует от искусства "социального реалазйа"
/11,47/. Так уже в начале 20-х годов под влиянием ссшйтельньрс
доктринальных схем в критике Луначарского намечаются утопичес­
кие ориентиры для пролетарской литературы, обретают вес ее
мнимые художественные ценности.
Следует также отметить, что в вопросе.о перспективах классо­
во выдержанной пролетарской литературы Л.Троцкий я Луначарский*
стояли на крайне противоположных позициях. Если первый вообда
отрицал возможность и необходимость создания в переходный пери­
од сролетарской культуры; литературы в частности, с той ликь

• 19
-' '
оговоркой, что искусство социйлнстической эпохи должно быть цро__сто революшюннкм, то второй отстаивал казавшееся ему бесспорным
право самостоятельного пролетарского творчества на будущее, "на
широкое место в литературе завтрашнего дня"/1,543/. довод Троц­
кого о революцисннссти искусства луначарский парировал в духе
большевистской ортодоксии: "Действительно реьолюционним может
быть только искусство пролетарски-революционное" /11,426/.
Теперь трудно с полной достоверностью установить, кто из них
первшй - Троцкий или Луначарский - об1)атлл внимание на талантли­
вых писателеЯ-некомчунистов, поверивших в возможность сотрудни­
чества с советской властью, и назвал их попутчиками ее в искус­
стве. Во всяком случае, нарком-критик при этом очень рассчитывал
на прочные демократические трада!ции русской интеллигенции, с по­
мощью чего надеялся "разбудить в ней некоторые веяния нового
времени". Революдаонная действительность наглядно демонстрирова­
ла обнадеживающие примеры судеб уже вставших под красное знамя
недавнего'Ъождя символистов* В.Я.Брюсова, "поздних народников"
А.С.Серафимовича, И.М.Касаткина и других.
С пониманием отнесся Луначарский к идее создания журнала
"Красная новь" и организации издательства "Круг" под началом
А.К.Воронского, олиэкого по взглядам Троцкому. Здесь ему виде­
лась реальная возможность "собрать определенный круг лучших пи­
сателей, прикормить, приласкать и приручить их, чтобы они поста­
рались бы нас понять, присмотреться к нам... могли Оы оказаться
для нас очень полезными как учителя и техники, может бить, не на
все 100;? наши, но все же достаточно умелые пропагандисты наших
начал".Тем не менее уже в середине 20-х годов Луначарский начи­
нает все решительнее осуждать BopojacKoro за "утрирование" твор­
ческого потенциала попутнической интеллигенции, "преувеличение
ее сил, недооценку ее слаОостей а фальшивых нот, звучавших в ее
произведениях,и несколько пренебрежительное отношение к быстро
поднимающейся поросли чисто пролетарской литературы"/!!,230/.дос­
талось, правда, тогда от наркома и "напостовцам" за их сектант­
ское "комчванство", нетерпимость к непролетарским писателям,
Участие в разработке резолюции ЦК РКП/б/ "О политике партии в
области художественной литературы" /1925/ еще крепче убеждает'
Луначарского в мысли о том, что стремление большевиков "создать
себе попутчиков - дело, требующее некоторого искусства и такти-

20

ки" / П , 4 / . Но как раз этих качеств порой очень недоставало и
самому Луначарскому. Поэтому, справедливо ополчаясь против по­
пыток подмены таланта художника его коммунистической благона­
дежностью, критик-нарком старательно регламентировал писате­
лей-попутчиков на "категории" в прямой зависимости от верности
или вражды их по отношению к коммунистическому режиму. В ре­
зультате такого классового отбора в числе попутчиков оказыва­
лись едва ли не все крупнейшие современные критику-большевику
писатели России. Оставалось лишь незначительное, "чисто проле­
тарское крыло нашей литературы... Гладков, ЛиОединский, Фадеев,
Уткин, Жаров, Безыменский" /11,230/.
Жестко, энергично борясь с "индивидуалистическим мещанством"
в душах писателей-попутчиков, осторожно лавируя в условиях то­
талитарного строя, Луначарский выдвинул "обадй политический ло­
зунг - не отбрасывать от себя сразу инакомыслящих, не действо­
вать Боенно-комл)унистически.м путем приказов, силою власти, е
согласовывать свои действия со всем целым нашей общественности,
но согласовывать так, чтобы руководство оставалось в руках про­
летариата". И тут же уточнял стратегическую задачу: "В области
литературы руководство выражается в принципе - растйть свою
собственную литературу, растить свою критику и таким образом
стать гег'вмоном культуры" /П.ЗЗ/.
Но поскольку дорогу подобного рода пролетарским притязания;»!
HS полновластное господство преграядала в первую очередь попут­
ническая литература, ее ссздателйл больше друх'их досталось от
экспериментов "правильно организованной марксистской критики",
о необходимости которогй так горячо ратовал Луначарский. Его
отзывы, спеодальные статьи о Б.Пильняке, Л.Леонове, Л.Сейфуллкной в полную меру отражали присуще критику тенденцию преимуще­
ственно социологического анализа произведений современных авто­
ров, его способность политизировать, идеологизировать даже ху­
дожественную их сторону.
В 1929 году на основе своих общих наблвдений над попутничес­
кой литературой критик-нарком признает, что происходящее в
стране "обострение классовой борьбы от{Газадось в на ней". В та­
кой обстановке ему представляется безосновательным требование
"не торопить писателя". По твердому убеждению большевистского
критика, настало время "потребовать значительной

. 21 ^

_доли-СоциалнстичЪского смысла и социалистических настроений от
тех людей, которые претендуют на звание попутчиков". И вообще,
считает он, "Судет величайшей нелепостью, если мы будем такими
"дсбрыми хозяевами", которые откажутся подхлестывать и пришпо­
ривать в нашей стране отсталнх, хотя йы этими отсталыми явля­
лись и писатели" /П,508/.
Потому так тревожила его "аполитичность" Б.Пильняка, упорно
отстаивавшего тезис о свойодном, независиясм от политики разви­
тии современной литературы. Тут критику слышалась жалоба талан­
тливого художника "на неумение черпать из живой жизни,и при том
не только мелочи, а нечто синтетическое". Корень зла, убежденно
заявляет Луначарский, состоит в том, что "товарищи писатели, не
знающие марксизма, не позаботившиеся о своем политическом обра­
зовании в наше время, действительно могут потонуть в крохобор­
стве, в круяевной работе, совершенно потерять ценность писателя
и оказаться выброшенными за бррт истории" /11,4Св/.
К несчастью, это случилось всего через десять лет с Б.Пиль­
няком, оказавшимся надолго "выброшенным". Л не по воле или зло­
му умыслу критика-оольшевика Луначарского, а по логике развития
самой системы тоталитаризма, строить, развивать и укреплять ко­
торую он объективно столь убежденно призывал писателей-попут­
чиков.
Коварный коммунистический эксперимент создания себе подобных
по убеждениям писателей-попутчиков при всей изначально кажущей­
ся демократичности этой акции тоталитарного режима уже в основе
своей был безжалостпо груб, нравственно неэтичен по отношению к
Художнику, которого, ввиду его классово-революционной "неполно­
ценности", сразу же стали одергивать, наставлять, элементарно
поучать в духе марксистско-ленинской идеологии, постоянно под­
черкивая цри этом и сохраняя дистанцию отчуждения, явного недо­
верия.
Конечно, здесь у Луначарского-критика была более "эластич­
ная" тактика, более гибкая нюансировка в подходах и оценках
творчества писателей-некоммунистов. Но нельзя отрицать, что соб­
ственно так, исподволь в советский литературе и критике зарожда­
лись истоки последующих партийных проработок, безжалостных р е ­
прессий тех инакомыслящих художников, из которых правящей Систе­
ме не удавалось "создать себе попутчиков".

22

Признавая теперь полностью обанкротившейся сработанную ком­
мунистической идеологией теорию так называемого "нового челове­
ка", исправно семь десятилетий служившую утверждению господства
тоталитарной власти, необходимо, наконец, открыто сказать, что
Лу11ачарский - нарком, критик, худо;адик - фактически являлся
одним из активных творцов этого очередного большевистского бле­
фа, нанесшего непоправимый урон отечественной культуре,искус­
ству. В литературно-критических работах Луначарского термин
этот стал широко употребляться с 1923 года, начала полемаки его
с поэтом А.К.Гастевым, тогдашним директором Центрального инсти­
тута труда. Однако интерес к сатлой проблеме молодой революцио­
нер Луначарский проявил еще в начале века, время острого увле­
чения "энергетическими" теоришии Ф,Ницше, его сверхчеловеком.
Накба1ее близкий "к сверхчеловеку тип, - утверадал потом нарком-пу0ли!шст, - создается в России, это - большевик" / 1 , 4 8 / . В
кслскунвсте ему виделся прообраз человека будущего, нового герся
жизни 1! пролетарского искусства. Читатель еще не знал ни Кожуха,
ни Клычкова, ни Левинсона, а публицист Луначарский уже говорил
как о настоящем худс«ественном открытии, отражающем ревадкциокную iiOBb, положительном образе комиссара-большевика.
1;а основе "практического идеализма" марксистских схем критик
Луначарский стремился обосновать в ccj-epe искусства "жизненность"
типа "нового человека"-коллективиста. Тут он и столкнулся с Гастеьь'м, участником руководимого им в эмигрантские годы париксксго
кружа "Пролетарская культура" / I 9 I 2 / , теперь автором проникну­
той "духом индустриализации" книги "Поэзия рабочего удара". К
какой бы справедливо объективной не казалась нам сегодня прису­
щая Луначарскому широта взглядов и позиций, в данном случае сле­
дует говорить не столько о действительной тревоге наркома отно­
сительно возможности подчинения человека нового общества машине,
ограничения его всестороннего развития, сколько об узко полити­
ческой цели большевика, хорошо сознающего угрозу ослабления или
деже утраты контроля тоталитарной власти за идеологическое влия­
ние на массы. Вся острота полемики с А.Гастевым приходится на
годы нэпа, когда, несмотря на вынужденнее уступки капитализму
в экономике, твердые ленинцы-большевики не хотели сдавать свои "
позиции в вопросах воспитания, всей идеологии пролетарской
диктатуры в целом.

23

__. __-

"

Статья "Новый русский-человек" 71923/, переизданная в виде
предисловия к брошюре А.Гастева "Снаряжение современной ку.пьтуры", Окла по существу чрезвычайно оперативной реакцией критикабольшевика, раньше других партийцев ощутившего опасность "своим
иллгзиям по чясти коммунизма", грозившую со стороны так неочидяино разбуженного в народе стихией нэпа сознания необходимости
деятельного практицизма той самой' личности,которую они последог.ителню н упорно старались загнать в коллективное стойло.
Заведомо неприемлемому дая него "идеалу кулака" Луначарский
противопоставил в псздсстве эталонный тип качественно "нового
^ы^юйРчг", pabVMPSTCH, пролетария, "честного производственника
i; ьместе с тe^^ коммунистического гражданина нашей страны и платкеты" /11,325/. Таким в панферовских "Брусках" критику видится
одержимый идеей ксмективного начала в деревне Огнев, а в пьесе
ЛЛ'лебовй "Рост" он горячо приветствует "коренное созвучие пар­
тии и масс", показанное драматургом "в целой галерее превосход­
ных положительных типов" /П, 165/.
В то же время герои де15ст2Ительно "очень дароЕиткх";)асскга;10н
А..С.Яко)»Я':'г;л, ;"и>'.';«-!;':екнуе автором "Сез тепденшп!" такой c c u ' ьльио?? f]t!.-:M'>/, :':'•••';стп!1ллли(;ь i;yHD4ajiCKCf'>' не "наши.'/.н". Ов спа'т-л',';-: O'i'^i'.b, 'if./ •'у:п!лаг'1:;ь1 обыватель, прочитав их, только j\>ov-^e ?!iCK;;.'!,-r vuz '\.',:грс,Ансй и secxOKci' лизнью иншей" /i!,29/. Не
ПОТОМ}' лп *-ii-j. ''I'u )<c-i^V Ь'лгкости нату,1Ы, КРИТИК Лунпчлр.скнй T'AY
rciopoAf!!; cTK';ci;.'!i;<; i-: lYi'.yoVibViWAn в с сьременной лит<^;>'-туре укпсоБ гракд.=11;ско? ЕОИ'^,

Слепая оольн.!:т11с';гкая вера в ужестсчение классовой борьбы в
ходе социалистического строительства, непрестанный поиск Р::Г!ГР
превращал в глазах критика в откровенную клевету стремление
субъективно честных писателей правдиво показать теневые сторонм
"постройки новой морали, нового человека". Стоило лишь • летом
1923 года появиться в зарубезлном издании трагедии Л.Лунца "Вне
закона",остро сатирически обличающей коммунистический Оыт, кяк
тут же последовала резкая оценка ее Луначарским как пьесы пло­
хой, с политической точки зрения "явно контрреволюционной"/!,
488/. Критик настоятельно рекомендует А.И.Шину отказаться от
постановки в Малом театре пьесы "мелкого, злобного обывателя"
Л.Лунца, И сразу же решением Главреперткома трагедия "Вне зако­
на" была запрещена к постановке как "политический пам(|лет на
диктатуру пролетариата России" /1,506/. В те времена,к счастью,

24

8та диктатура не позволяла себе более свирепых репрессий в отно­
шении авторов неугодных ей вроизведений.
На драматической судьбе своих пьес М.А.Булгаков также сполна
- познал все горести большевистских "запретительных" расправ. И не
о широте взглядов критика-наркома следует при этом говорить, а о
жестких шорах его классово-революционных предрассудков. Необос­
нованно заподозрив однажды создателя "дней Турбиных" в отсутст­
вии искренности его отношения к революции, завороженный магией
классовой борьбы, подогреваемый сталинскими лозунгами о "бди­
тельности", Луначарский до конца дней своих так и не смог изба­
виться от слепящего сознание недоверия к таланту художника.
Потому и оказались удивительно близкими порожденные тотали­
тарным большевизмом позиции классовой подозрительности критиканаркома и сталинской тактики безжалостной дискриминации, созна­
тельной дискредитации талантливого Мастера. По той же причине
Луначарский и "левые" коммунисты от искусства очутились на деле
в общем ряду борцов, выступивших по призыву воадя против "отъяв­
ленных классовых врагов". Только "левые" громили старый театр, а
он рьяно атаковал "скандальное" творчество нового драматурга
М.А.Булгакова, однозначно квалифицируя его откровенно"контррвволюционным" /П,,190/.
Все туже затягивающаяся на шее художников удавка коммунисти­
ческой опеки, в сущности, сознательного искоренения, подавления
свободы творчества, представлялась Луначарскому в искаженном ви­
де, как некое единственно спасительное благо для них, "в особен­
ности обнаруживающееся при свете марксистской критики, видящей .
секреты глубоко и широко проходящих процессов" /11,246/.
Не менее характерно также, что, справедливо предостерегая пи­
сателей от выражения официального оптимизма, Луначарский искрен­
не верил, будто в социалистическом обществе "казенный оптимизм"
и "революционная бодрость" - явления прямо противоположные. В
этом глубоком заблуждении своем он поломал много копьев, самоаабвенйо борясь с оппонентами, справедливо считавшими благонаме­
ренно ликующих поэтов А.А.Жарова, А.И.Безыменского и им подобных
авторов "бряцател;ши советской славы, и сочинителями разнокали­
берных. акафистов" /П, 163/.
Оставаясь по-прежнему верным своим революционным убеждениям,
Луначарский и в дальнейшем неутомимо доказывал необходимость '

25

-

-

для общества писателя, "пламенеющего новой этикой", цассматривающего с точки зрения "становления нового человека все явле­
ния, для которого поэтому всякий кусок социальной жизни, им из­
ученный, .чвляется картиной борьбы вчерашнего и завтрашнего дня"
/11,9/. О чем бы ни говорил в своих многочисленных последних вы­
ступлениях Оольашпик Луначарский, он каждий раз убежденно заяв­
лял: "Мы переживаем огромный подъем, у нас происходит зарсждеияо нового человеческого общества. И первый этап этого-.оОщества
дпио строить нам" /Ш,133/. •
•
Все усгийя Луначарского-криткка Окли направлены на превраще"Хй сорйтсго?. Литературы в верную и "удобную" сотрудницу- социа.истичвского строительства, способную отражать текущую жизнь,,"предугадывать будущее и раскрывать тенденцию развития"/!!', 476/.
Такому социальному заказу "правительственной партии" призван
был верно служить, теоретически тщательно под него подгонялся •
новый вид реалпзг/а - "социальный", впервые обнаруженный Луна­
чарским еще в 1925 году в произведениях револвдионных дряматурГОЕ и протйвопсстйвленный им "бытовому" реплиэму русских кляссвков. Чсре» гх-~ ^-са-э кр/тик констатировал "окончательный пово­
рот к ZGVАЬТл-\-.-'л), рогпкзну" y:je всего массива празетарской лн-

т?рзтур>. ,''n.;j.u;:3("/.
ПодзСчо масгчь' рена-шгсюнерак-ленинцам, Луначарский часто
пр;-:нг;мг,л нс!;;б:-'го'-иг! телагмые мечты за настоянную реальность. К
-oiv'y '-n rie c/c-yi'T з^СкЕПТь: большую часть последчйх лет своей
.,п!П!)И он проре./ ?', гу1а:г.'.ц:'й, о многом, происходящем в его страx.'i, очевй.адо, :!роото ке .уогслызался. Поэтому, говоря, например,
гС oqapeAnii-f г-адачпх соррексиной литературы, критик не столько
укатывал пмиокрсвно-правдивое отражение ес'поллнмясй жизни,
сколько декпарирсзол ввжность для нее выражения отвлеченных ка­
тегорий долленствования и прогнозирования будущего,
Совершенно ошибаются нынешние многочисленные оппоненты я. заЕитники доклада Луначарского о социалистическом реалйэкв/1533/,
когда пытавтся отыскать в нем новые теоретические откровения и
открытия, в сущности это было сконцентрированное повторение
прежде VH неоднократно сказанного о "социальной реализме", ре­
волюционной романтике, разновидностях комического, применитель­
но к наиболее близкой и знакомой ему с(1йре современной драма­
тургии.. Здесь тот же, что я в специальной статье "Диалектика в

26

драматургии" / I 9 3 I / , резкий привкус социологизма в слабо попрежнему аргументированных размышлениях докладчика о важности
"метода диалектического материализма" для успешного творчества
советского писателя. Только с честной оговоркой в мудрой притче
о сороконожке, которую так озадачил коварный вопрос жабы, что
она вообще перестала ходить. Тут обильно повторяются не однажды
уже звучавшие в последние годы политические сентенцйи критика о
сложной жизни коллективизированной деревни, не освободившейся
все еще "от чуждых кулацких элементов", которых, тем не менее,
необходимо по-ленински решительно"добить" /11,321; Ш,94/Действительно новым в докладе Луначарского о социалистичес­
ком реализме оказалась так инородно неожиданно прозвучавшая в
его заключении фраза о "знаменах побед" над писательским "отря­
дом борцов за социализм", на одном из которых "рукой т. Сталина
начертано: "Борьба за науку и технику" M,1QI/.
. Было бы, конечно, по меньшей мере недобросовестным представЛить Луначарского - наркома и критика - только так. Он был сло­
жным, порой противоречивым, но и таким, о каком обычно честно,
открыто не принято было говорить в долгую эпоху безвременья
марксистско-ленинских схем и чудес классового подхода.
Рассматривая искусство как существенно важный "элемент жиз­
ни, способствующий общему делу социалистического строительства','
критик-нарком -прекрасно сознавал, что из всех средств воспита­
тельного воздействия "художественное наиболее действенно". Но в
отличие от многих.своих оппонентов "левого фронта" в политике и
искуортве его подлинное развитие усматривал лишь в "творческих
актах", а не "полицейских мерах" /П,352;1,298/. При всей безус­
ловной заданности своих кошлунистических убеждений Луначарский
сумел сохранить определенную терпимость и широту взглядов, что­
бы занять единственно благоразумную в условиях времени позицию,
на которой он стоял в вопросе о государственно-партийной полатике в области литературы середины 20-х годов, с его главным
тезисом: "Нельзя-ставить вопрос о литературной политике, не
считаясь с особыми законами художества" /1,539/. Учитывая эту
'закономерность и творческие судьбы двух "самых ярких литератур­
ных дарований... подлинных-попутчиков" Л.Леонова и Л.Сейфуллиной, критик.говорил об ошибочности попыток вапповских ортодок­
сов "замкнуть круг литературы.одними коммунистами или одними
людьми, отвечающих в своих литературных произведениях всем

27

_ .__- '- - - '

ожиданиям парши_а-ТОЧНОЙ ее" программности" / П . З / . ,
Сквозь паутину социологических схем, проникавших даже в луч­
шие работы критика-(^арксиста, часто совершенно спонтанно проОиззлись живые лучя объективных оценок, запоминающиеся яркие х а ­
рактеристики отдельных писателей. Нынешнему поколению молодых
Лктературопедов предстоят еще выполнять сложную, трудаую задачу
- п е р е г с о т й офлцкозно трактовавшуюся историю русской и мировой
.яите^'.г.туры йолоть до яаиах дней с зазубренной мног!2.ш аоколопзnn;i со врег№н Луначарского классово-пвртл?ло2 марксистской (фра­
зеологии па »сс:а жютугаша. покят1!ыа язык общечеловеческих, х у nr^rrtZhiitii^HK q^niiooTefl.
.•.'."•
Тлта третья. ХУДСЖЕСТВЕННОЕ ТВСРЧЕСТВО А.В.ЛУНАЧАРСКОГО • ••
В УСЛОВИЯХ ТОТАЖХАРНОЙ ВЛАСТИ,
'
••
Яркий ортйстппм натуры Луначарского наиболее отчетливо проя- '
Еился в его огромном непреходящем увлечения театром и драматур-'
гией. Во многом таму содействовала эпоха мощных драматических
катаклязнов, правратнвгаая театр в оануи ;ге?,!стгратлчес:ш доступну» арену художественного осигузн;;;' i-psnnteoKiix конфликтов yj,
tavr. ]',~^^^^.^o•^ " ',';;;..|г;га оЗ лскусп'г'ле" /I9G5/' 'Л до отстоищах от
: г.го иа чЧ:1,•••':;""••.. f;ci--i 1!Сг',.;:еД!Л!Х "л.ч-.'.'л:а*"Г7", всегд» главный
;1.'Г,7, "роиту.к •)/;•'I-." Луп'.чгсскего состг К'!ял;; п^'ООлем.ы непримиригАОХ
:•„::•).::со;.ч^;( рп--;: :;•':. Н i::x-'oi\ Он Huoraie ;;.;t,4vw.inioi< ^ор.че ОНУ ие
!..7pr.,i.'.-!,i.ac'f. -- ':!'•..-)•% .'.ii:;v, Г;рнтчк, и.^г.делсксй легеялы, - атс
:i:Hovc;!!io Gj;.;i:i о:с ;•< '•.с.;-';''оннче '';v;f.i! п л'аскбх". ЙЛЙСЬ отралаЛ1^;ь ?(:'.г;;" xiT.oi.i',!;, -^Л',!,' «rr-jivjft кг-л-л^яг и сбоотрс?апсе к нему
ОГ'ЛОЛСЯЙй iiDTCCri, ЧГ-А',,''.;!;,!;!-!'!., ilCiDXii, В ПрОЦеССв ИХ ССЗДЯНЙ-^
rsr^oh "HL'cio/irfr-iil о*л^^х, "уте:лонйе", со» кс^'лгунисгз" / 1 , 2 - 4 / .
Оайчас приходится лита •н5лоу,"св8Ть, как м.Алдансг, ироиичсокя гневно обрушйвгайЕся в эмигриптскрй печати /1926/на один из
таких "снов" - пьесу Луначарского "ТЛаги", яв ощутял в ней "тонглх связей с реальностью". Не обнаружила их я нэпа современплця
А.Спаль, П05ТИ дословно повторившая в "TfoBCM мирв"/1992, К5/
критические уцрвкй аядановской статьи;"Луначарский". А меаду
тем, лрвг.штург «о скрывал, что здесь им "выражена огзелляция к
ввлвкодушноЗ а провальной и д е е . . . исторической победы иокупля»Езй силн" красного террора, которая, по убежденип иаркома-драеттурга, "всегда пребудет как слава я честь нашей- революции"
/ 1 , 2 9 3 Л Показательно, что
эту его попытку художественно оп­
равдать, Нравственно облагородить явстокости коммунистов тогда

28

разделяли Д.Бедный-и даже М.Горький, рекоиендовавший Луначарс­
кому HenpeiseHHO опубликовать "Магов", потому что "в момент ин­
тенсивного террора эта вещь написана одвии из, членов советско­
го правительства" / 1 , 2 9 3 / .
Высокая'идея "вечного движения, вечного роста человеческой
психологии" качественно нового склада, волновавшая драматургабольшевика Луначарского в его "мифе в пяти картинах" - пьесе
"Иван в раю" /1920/, оказалась не менее близкой поэту-футурис­
ту В.В.Маяковскому, создателю образа такого же Ивана в
"150000000".И если пьеса Луначарского и поэма В.Маяковского
были встречены буквально в штыки по обе стороны баррикад /Ле­
нин, Керженцев - Алдаяов/, то виной тому их изоа!ренная символи­
ка. Да и драматург открыто признавая, что тут сказалась "не
только наивность критики или ее недружелюбный подход", но и яв­
ная "трудность $ормы, сложность изложения". Так неудачно завер­
шилась первая попытка критика-драматурга Луначарского преподать
современным авторам наглядный урок, как практически следует'по­
дыматься над уже изжитой полосой митинговой агитации" /1,293/.
Говоря о "недружелюбном подходе" критики к своим ранним пос­
леоктябрьским пьесам, Луначарский имел в виду прежде всего об­
лыжные выпады одного из коммунистических ее ортодоксов П.М.Кер­
женцева, ополчившегося на "(Лагов" и "Ивана в раю" из-за казав­
шегося ему отсутствия в них "коммунистического духа". Безогово­
рочно причисляя эти произведения Луначарского к "разряду мелко­
буржуазных", крйтчк считал "общепризнанным ^ктом провалы их
создателя в буржуазную драматургию".
Не меньше досталось Луначарскому-драматургу от критики с
"того берега", никогда не считавшей его своим. Вполне понятная
антибольшевистская настроенность М.Алданова помешала ему трезво
оценить в "Королевском брадобрее" Луначарского скрытое за дей­
ствительно неудачными картинами натуралистических сцен безумия
короля искреннее стремление драматурга-коммуниста показать пре­
вращение неограниченной монархической власти."в чудовищное вла­
столюбие, непосредственно переходящее в своеобразное eesiyMHe"
/11,8-9/. Кстати, Луначарский об этом еще раз напомнил в 1925 году,-в момент зарождения сталинщины.
Важно также отметить, как резко поначалу сталкивались праг­
матические выкладки, классовые установки пролетарского критика

29
;___ _ - Луначарского с его соботвенной-худояественной практикой на ниве
драматургия.Так,D статье "Театр и революционная Россия" /1922/,
тяжело переживая создавшуюся коляизис, он откровенно заявлял:
"Всего интереснее здесь то, что я, в полной мере сознавая, что
для пролетйраата, д.чя народа надо писать проще, монументальнее,
Жизненнее, решительно не могу этого сделать" / 1 , 4 0 3 / .
В иепрет.етргксм противоречии смущенной совестя художника,стре-1',!'1'шзг.:'ск '!f,cTii:> следовать законам интенсивного творчества, п
;!рсг.'«ен>:1; стаоильяо одномерного социального мышл^I5ИiI критикзкок(лун11ста побе/^дяет упро«1ен!?кй, нвдуматшй схематизм. Луначарск»й-.«т?.'гт":1 шотол.тззт уаорно настаивать на яеоОходкмрсти появ­
ления новых драматургов "аз сомой пролетарской среды",, а драма- '
, Tj'Pr ЛукачЕрсчйй рассматривает каждое очередное свое произведе­
ние всего лишь Ea:t "ученический опнт", подступ к "подданно про- •
лзтарскям пед5Ер2М грядущего".
Позхе, в Дискуссии с Ф. ф.Раокольниковш о ленинском отноаеняи
к творчеству /i.H.Ta^CToro /1928/ полемически тикай Лу.чзчарский
высказал прямо-таки "крякольмнй" ,%-"а иольшгппка тезис о праяе
ЛСТ5сго И'^'г"чй,'тг "vxi язвсотние Г'»-.5ь;о!г по CTHoiaerinio к главнсчу
ру^лу Ш1:;7;:Г;--:,г '/;(С/;П, о';:и-эль не oiniinT'^.-^bncro соОлйдения стро!',"Н Ht'O.'/'ui,:;:-. ./.?''•,', Aejiravj-CA се Г.ЙГ^Ь'ТОПЗ" В вопросах лйтв,:атуры
/?тд.,-г/, ч.'!;:.':'- г'.п гсгсричность н« в ;)^сле.глпл очередь np'oiiiirrosaп;:-. \.w-,z ii^c?:.yi''-- j-.:\'vihb ,j;i;:-v,aTypr:") Луапчарсхого, ссознавае1'о на
л.лчи.о?.' '."чо!}')!':.ч;,' ;; ;)1те ЬСЙ ((ЙООСПНСРПИКОСЧ'Ь JCSHO'IOB Оольиелист,-;;;о;; K:-..i'r'in.:t;, .-пз:', .:• .jr.v-T-t,';, "icp.ocHcrc см/.О-^^яцтсткл" fl.Vi.ifcpTew яс f>';r.?c-, ог;";12зал сегод:и драматургию Лунпч»рг^ого, i:pn.ход1Тся открыто пригнать спрч^й.тлг.упс.гь GUNH-MRH;*.:; T^icuKoro оо
отсутотвйа Е его аьесзх "печ'лтк подлин!!ого художестгенногй г е ­
ния". Но, говоря словема самого Луначарского о Р.Роллане-дрвма-.
турге, все «в удостоверим: "подсознательное творческое начало,
которое А делает человека худоаникон, у него, конечно, имеется"
/Ш.231;П,96/.
: : '
;
Преямяе, далеко не комилиментврные отзыва А.П.Чехоив» сдер­
жанные реплики А.М.Горького о'раяней драматургии Луначарского
сменились в бытность его наркомом просвеаенйя менее оОъентавнымй оценками ее Д.А.Фурмановым, К.А.Федйнш, n.C.CaStyjBHaM И даже

30
В.Я.Брюсовым. Лишь А.А.Блоку, судя ло его дневникам и записным
книжкам, здесь чуад- был всякого рода подобострастно-предвзятый.
подход. Позиция В.В.Маяковского при этом, как известно, отлича•лась явной непоследовательностью. Определенно.необъективные,непрос^ессионалЬные оценки менее авторитетных пролетарских оппо­
нентов только усугубляли нездоровую обстановку, мало способст­
вовали трезвому, самокритичному взгляду Луначарского-драматурга
на собственное творчество,
С осени 1924 года Луначарский возглавлял Союз революционных
драматургов. Однако, несмотря на непомерное разбухание этого
Союза, критик-нарком на седьмом году советской власти вынуаден
был признать полное отсутствие новых произведений, способных
"озарить театр".Впрочем, о своем существований напомнили рево­
люционные драматурги совершенно в духе времени. В "Декларации
Союза революционных драматургов", единогласно подписанной всеми
ее членами, не исключая и Луначарского, одной из главных выдви­
галась задача "поднимать театр до принципиальной точки зрения
революционной драматургии" /Л,47/. Проще говоря, театрам созна­
тельно навязывалось "чисто пролетарское задание" освоения дра•матургии откровенно конъюнктурного толка.
.
О качественном уровне продукции данного Союза можно судить •
по пьесам одного из плодовитых лидеров его - В.Н.БилльтВелоцерковского. Но стоило только Луначарскому-критику объективно усом­
ниться в художественном достоинстве первой его пьесы "Эхо" и
сдержанно повести себя в вопросе о постановке драмы "Лево руля"
в Малом_театре, как молодой драматург немедленно обжаловал в
Агитпроп ЦК "недостаточно энергичные в направлении' защиты инте­
ресов коммунистических писателей" действия председателя Союза/П,36/.'
После личного объяснения со Сталиным по данному вопросу кри­
тик-нарком заметно стал более сговорчивым, а почувствовавший
неожиданную поддержку "вождя партии" пролетарский драматург в
новой своей пьесе "Шторм" вывел Луначарского в образе заведу»
щего "отделом народного образования, расстрелянного по требова­
нию Братишки за бытовое разложение,
Как же бездушо уродовал тоталитарный режим нормальные чело­
веческие отношения, во что превращал свободу художественного
творчества и самого художника! Однако, сбгодня нам ваяно не
, стрль)со осудить, сколько понять самую природу этих трагических

31
_._._
--'-"'"
деформаций.
_ __-^ - • -""
_ Конкретным "проярлелием общего поворота "янтереса драматургов
к живо11 современности" Луначарский искрепке и серьезно считал
свею "JiiJav.i' из московской жизни "Яд"/1925/.!.!е;!иу тем,новая пьеса
лрпматурго не .lyuiiiM оОразом действительно представляла полньй
энтурая "/хньо;; современности". В ней фигурировали и преданный
революции наркс;,'. :i,y,jynoB, и его сОивш1п1ся с луолетарского . пути
ci.H Яа;1ч'р.я>;, ".(!зр,)иь;й "представитель держав" Запада Мельхиор ii
"::Kb:iiiu' £ОЛ1{овник" Евстигнеев, "старый рабочий-ксг.слуниот" и про­
ститутка Ршлка, '^рп:;:.о ком':'оксльца и °ni;a ли не впервые появив'^,г<:«. н" :c^(.ii:Ko;> -цене "агенты ГПУ" с их смелым начальником
'.'.смшхшиА /чуть не Ягодой!/. Когда в 'финале пьесы "агелты ГПУ",.
уопеа.'по розоСлачают западного шпиона Мельхиора, нарком Ыурупов
устраишюще-назкдательно вещает: "...Мы, Калинин, с этим челове­
ком искзэательныи процесс должна предложить правительству".
Заведомое искажение критяком-?/аркскстоь! (фактора злободневнос­
ти в литературе привело его в cjepe творчестга к м^чтхг.у.лз гонгженно-политической "ягитки", ?сг" См;;--- '.;•.;-,• ^:Л"ч'.'7 л.'..ь ;•::•!;.:тав"с11 <'1>!;*г""">.. ;:'• : г ' ' ч у 'А(^-,;"'
КС.':'-' ",•; . ; ! : , " t !:'.';^Jt;:h':i. ;;

w.'-v,'.:, >: ко:;,'*. Zx;--'- '!',:{<.•,. '•.: ;,i!i>y.';.; :-ij-,'i< К'?;1';екТ|''1к i" . •,, ;b:;.-'j;i
•.••злл'::.'.\.ы '.' k.'-.c-\ur- <; i.'. .':.:.',о>"ер.<ол1,д, .•.t'eonvi;&eKHUi? нарком просвешйкия ЕЬ'нукдек онл lipaivso заявить о "кризисе тр°трг.", •.,'t.;'K;-iнем засильи в нем революционно-бытового репйртуа])а, что ооьективно "не могло не обескрылить Чехова" /П.оЗО/, Бьнужденного в
результате покинуть родину. Луначарскому пришлось тогда нэпом- .
нить неистовым ревнителям коммунистического правоверия, что сов­
ременному театру наряду с революционным не менее нсоохоликы и
талантливые пьесы, "даже уклоняющиеся.от прямого пути", иоо "ис­
кусство растет только так, только сшибаясь, уклоняясь, учась на
недостстках"/П,72/. Вместе с тем критик не перестгвал упорно докяяывать важность проблемы театра, "менлюшего в нужном направле­
нии человека", и .^драматурга, "полностью совпадающего с сОщей л и ­
нией класса и партии" Д ' , 7 5 / . Собственно такими авторами в

32
его представлении были А.Глебов в "Росте", В.В.Вишневский в
"Последнем решительном", В.М.Киршон в "Хлебе".
Принципиально важно при этом, однако, подчеркнуть, что таких
-заглушавших все разумное, бодрых призывов Луначарского-критика
словно и слы'шать не хотел прежде всего драматург Луначарский,
почти совсем отказавшийся в последние годы от агитационных поде­
лок, от предъявляемого им советским авторам неукоснительного
требования "подвести марксистско-ленинскую научную базу под свое
художественное творчество" /Ш,75/.
Начиная с мелодрамы "Медвежья свадьба" по П.Мериме до "Наше­
ствия Наполеона" по пьесе-В.Газенклевера /совместно с А.*1.Дей­
чем/ Луначарский-драматург демонстрирует, как справедливо заме­
тил Л.Троцкий, "незаурядную способность к сочетанию выдумки и
заимствования" /Ш,231/, Но и над самой безобидной из них с точки
зрения политической благонадежности - мелодрамой "Медвежья сва­
дьба" - неожиданно нависла реальная угроза коммунистического
синдрома запретительства.
Луначарский-нарком, еще недавно вдохновенно доказывавший не­
обходимость "цензуровать даже изящную литературу... во имя вели• ких идеалов" пролетарской революции /1,358/, как драматург здесь
на собственном опыте впервые столкнулся вплотную с абсурдом р а з ­
работанной при его личном участии з_апретительной политики в т е ­
атре. Потребовалось прямое вмешательство ЦК партии для отмены в
_августе 1924 года "ошибочного постановления Главреперткома",под­
чиненного, между прочим, Наркомпросу, о запрете постановки его
пьесы в Малом театре. Не этот ли "скандальный ^ к т " побудил з а ­
тем наркома напомнить реперткомовским службистам, чтобы впредь
"цензоры драматургами себя не считали и в драматургическую рабо­
ту, не вторгались, а были бы стражами государства" относительно
сугубо политических проблем. "Нельзя же думать, - здраво размыш­
лял Луначарский, - что мы посадили туда людей, представляющих из
себя Толстых, Достоевских коммунистических, непререкаемых худо­
жественных авторитетов" /П,169/.
К'сожалению, вредоносная бадьшевистская «фантазия социального
моделирования, перенесенная в сферу искусства, заметно искажала,
объективный смысл многих суждений Луначарского-критика о подлин­
ных ценностях культуры прошлого и значения творчества Пушкина,
Гоголя, Достоевского, Л.Толстого. Примечательно тем не менее,что
. тогда же одним из первых, кто посмел дерзостно усомниться в приго

33

_..__-

- - • - - '-^"''

нести этоЛ доктрины как универсального средства марксистской ме'тсдолсг;!.!, Сыл п/.сатель А.П.Платонов. Схоластика социологических
схем трактовки Луначарским пунжи'юкого "Медного всздшша" и его
героя - с;!;,гаола "анархического индивидуализма" /П.ЗО?/ - заста- Еила А.Платонова в начале 30-х годов резко изменить свое рад^-хно-востсрженное отношение к недавнему кумиру - "вождю молодм'О
псколеки"". Но тег.-тс и парадоксален д^раматйзм данной ситуации, •
••'1С) oOb-.KTi'.Hiio ь CzraxotA духовном развитии энпиклспед.1чеокой
личности Луначарского во мнсгсм йпрвделяхи,;^» оыло непреходящее
блягстг:р;,ие ноя,'',с1:с.:^^ие как раз Пушкина, его произведений,всеу.,, ,,^/, ,":.^осиедственно связано с именем гения pyccKoii литературы,
В сознании Луначарского, нельзя не признать, удивительно . .•
уживались, совмешаясь, абстрактные социологические схемы и жи­
вое, нкчсм не замутненное восприятие реальности конкретных ху-" •
дсЕников и их творчества. Вместе с тем все послеоктябрьские годы"
Луначарский оставался неколебимым в бескомпромиссной борьбе о
"несозвучной", как он полагал, революшоннсй ппохз идеиг. !!.JHBC,:кичествя, "лп;сря"Ь!тго 1'у:--Н;;:^"", nsni-MiUivn, ":5КЗЕл>.т;;рс1>с:!1!с, , • - ; , : " < : ; 1 : , • ( -;

::: \1z~'-':.

•

З

':•'."(••'•, ^•/••"Г::-К

•';b,:'i;":'

.•KC'iM

и 'ПЛЛ,

oy/i'j

' ' . : о ; . ,•"•;' /лч '\Го";'-!;. •:,•..=' ъ Г9?" голу, ь р.^з-

'•-; •/о:-•,?.•; г; л- .. .:,; •' •• "'"г 'а".":!!асго .п \O\JAV\V:. И к^^чгаг;^;^-,
"..:;г;;ого ч с:; '••:,•.'-•'':/ -• -^ ::!•:", вдумчивого человека, ставшего '?
;".Л'"у "!;е;-ао^йре«с!шости своего некритиоолт-пго ':;'Л•r^-vv-.',-,•... •.:.?
самом деле вояг»^.» ?*:•-•:,-'-• •;•;••;!.»•", пс: •••:."ч:у т'^? '''r.-i,;,'-;^'-, ncv•:.;л, 'чй'';!;:р''?.:1': -.;•"'.-г^С'-;!;";^ гг.'Г':, ксюрыв на самом доле вели к
псЗ-:г.з, К i.'iipy iia земле" /11,95/. В подобном клкче рассмзтрярял •
он'тогда а позже в своих этюдах о В.Г.Короленко личность этого
"благородного праведника". Идея coBpe"eimoro дсчкихоти-лма Di:oxcдит практически через все работы Луначарского-критика и nyvOanaiiста, посвященные творчеству Л.Толстого и Р.Роллана.
Одним из первых соаетских ^1уководителей Луначарский начал
сем Е фактически помогал многим другим своими статьями а выступления1ли о загранице психологически выходить из долголетнего

34
противостояния, в которое ввергли Оольшевики страну в октябре
семнадцатого года, когда, казалось, что кругом одни враги,
только и думающие, как бы нас погубить. Многочисленные личные
контакты Луначарского - наркома, дипломата, критика, публицис­
та - с передовыми деятелями мировой культуры, науки, политики
немало способствовали возвращению страны в семью цивиллизованных народов.
. Горькие откровения в письмах к сыну, скупые дневниковые ис­
поведи, отдельные фрагменты критических работ Луначарского по­
зволяют заключить, что в последние годы жизни его все неотступ­
нее одолевали тяжелые раздумья, внутренние сомнения'при виде
стремительно набиравших в стране силу тоталитарного произвола и
злодеяний, отхода руководимой Сталиным партии от всегда казав­
шегося ему единственно верного ленинского пути. Сознание собст­
венной неспособности достаточно, твердо, лоследовательно реши­
тельно противостоять всему этому ужасу держало Луначарского от
самого себя на определенной дистанции.
"...Хотя в груди его--бушевали сомнения, ему хотелось порой
крикнуть правителягл А^ин, что они являются тиранами, которые
сами раскаются в недостаточном внимании к пророческим предуп­
реждениям оппозиции'"провидцев" /П,247/. Это написано Луначарс­
ким в 1927 году об Зсхиле. И о себе "провидце" трагической
судьбы.' Тогда яе в работах критика возникает беспокоившая его
проблема "двойничеотва" в творчестве и личных судьбах таких р а з ­
ных писателей, как ф.Гёльдерлин, Н.В.Гоголь, Ф.М.Достоевский,
Ф.Ницше, Л.Н.Толстой я трагический современник его В.В.Маяков­
ский.
Основным оружием неприятия сталинской олигархии, посильного
.сопротивления ей у Луначарского становится художественное сло­
во. В его поздних публицистических и особенно литературно-кри­
тических работах о классиках отечественной и мировой культуры
внимательный читатель не мог не заметить неуклонно сознательно
направленной авторской апелляции к фактам, наводящим на прямые
сопоставления и .параллели с реальной действительностью. Такие
•реминисценции характерно обнаруживаются,, например, в блестящей
статье его "О "многоголосности" Достоевского" /1929/, служив­
шей, помимо всего прочего, прекрасным назиданием потомкам, пре~
дупреждением современникам, что никакие злопыхательские якспе-'
рийенты человечество, общество не забыли и не простят.

35

'___,_^.-^

--

--'^

Прозрачными намеками, недиюявками, иносказаниями, автор про­
водит, прямую аизлогию ужасного, прошлого и - настоящего, йлу аонятио внутреннее состояние В.Г.Белинского, не раз говорившего о
тем, "как кошмарно проснуться в полноте сознания в стране за­
мор дозанноЗ, в стране, которой командуют глубоко некультурные и
переполненные чванством фельдфебеля, в стране, в которой нет
сколько-нибудь спрьезной опорц для критики' тех немногих, .кото- •
рае ,гля подобной критики созрела" /П,460/. И далее .нв! менее
даакатично звучавшее признание Луначарского: " . . . Белинскому
буквально посчастливилось умереть раньше того острого испытаг^ил, которое Бкаало па долю Чернышевскому и Достоерскому"/П,460/
Тут словно предсказана его собственная судьба, большевика-ревалвцяонера, именно т ^ избежавшего трагической участи Н.И.Буха­
рина, А.Й.Рнкова и других "ленинских маршалов".
' . '•
Ярко колоритная артистическая натура Луначарского явно тра- '
гична в своей несвоевременности, в удивительной несовместимости
широты его интересов, глубины познания с убогой зашореппостью
классовоЗ идеологап партпйно-гооу'гзпственно); системн.
,Даяе DTO'f' крлткхк! SKcrryuo в секреты маств1Эского влоденяя ху-'
дсетчка» Лу*!в'-:Л;;ся;!!' ззог;глзо,чой речью был Он слиаз'ш скуднын
iiKZ упо1!ИЯ);'г1г.д о егл поразитслг.ксл спосооиссги по-иаотояшс;/у
ггрппгиолзтг. ск;г.^того сппсяен'га .'- йог/.ош.ья умс-ло г.сдоОранггь'л ци7'ЯГ. Так, в oc-Liipfio? ргзСлге "J-.apvx Сдигюаз ;' Оуржуязия" /Г953/
г^чтср ляи'й с-Л!!я^,:и-1 n,';:rcai'r i'yni'MtniT из его ;?ид ос омского трскVf,Tf.i, co3H,Ticv,;;io спе-лясь тс,' СЗ.'ЙМ някрепхо зпкрепгггь в осз~
кя!'кя читз';-зл,-. •;;'.;3-v.-.'-:at:^ijc нл.^^нун адл usro, лезрелсжно одйозна4Hv»i истину: '*Гс;удпрс?2с ко имеет права, - пятиоувг Спинозу
Л'укачдрсйай, - Гфекрашть ЛЮЛЙ» .fn рагукн'.гХ су^^.^стп; - мкдсггпгх
ллк 8ВТСб5атг>°г TiacO'pnv, с:;г дм.«'ЯО ii^cTatb поБс:^Ораниску рзз;j-!Tiw ах те:°сн!1х ;< j,.vi"cnriL';; Ci«, даОн они пользовались своим •
разукст а atj йоролйсь друг с другом гневом, ненавистью и viyKasством, но ставили бы себе общие цели. .Подлинная 1?ель государст­
ва -. свобода"/In, 165/.
: '• .
. В поолеявлз годы яизнн Луначарсю!Й-критяк и публицист часто
использовал в СВОИХ работах реминисценция лпчяого плана, имеювде, однако,обаэственный интерес. В пору отчетливо оОнаруживш'^йСЯ; как казалось Луначарскому и многим ксьилуниотам, "сталйнйзпцяц леиинйзул", незадолго до смерти он не случайно в одной из
статей напомнил слова Гегеля, писавшего об "особых натурах,

36
которые гибнут в силу своей трагической вины". Суть трагическо­
го прегрешения этих натур, разъяснял критик, "заключается в
том, что они в такой мере верны своему первоначальному идеалу,
что никак не могут пойти на компромисс с действительностью. Они
не калечат," не засоряют своего основного идеала, но вследствие •
этого они оказываются неприемлемыми для многосложной действи­
тельности. и последняя разбивает их". Такие люди, подобно Геге­
лю, считает Луначарский, "естественно, заслуживают какой-то сво­
еобразной похвалы и славы именно за непреклонность своего
культурного характера" /Й,169/.
К их числу, вероятно,- можно было бы отнести и самого Луна­
чарского-художника, если бы не трагическая, по существу, его
стойко-фанатичная вера в тотальную и абсолютную утопию комму­
низма, если бы не действенное соучастие в объективно иллюзорном
созидании социализма, оказавшегося в реальной исторической пер­
спективе элементарной раздачей всем поровну в рамках общей ма­
териальной и духовной нищеты.
:
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Современное осмысление разрушительных последствий насильст­
венного насаждения в советском искусстве, литературе в частнос­
ти, коюлунйстической модели убеждает, что высвоОодиться из-под
бремени прошлого в наши дни. в конце Ш отсяетия,.нёвоэможнс
без строго критического, беспристрастного научного подхода к
нему. Вместе с тем целостно воссоздать этот процесс в его под­
линной противоречивости немыслимо без правдивой оценки Луначар­
ского-, органической части того прошлого, <{актически его творца.
Результаты исследования доказывают, что для объективного
восприятия незаурядной, сложной личности наркома, критика, ху­
дожника Луначарского важно не только учитывать серьезно реаль­
ный контекст времени, его историческую роль, но и подходить к
их оценке с позиций идейного плюрализма нынешних представлений
и взглядов.
,В данной связи правомерной представляется точка зрения
Д.О'Коянора, автора изданной недавно в России книги "Анатолий
Луначарский и советская политика в области культуры" АН. '• Про­
гресс. - 1992/, рассматривающего первого наркома просвещения в
ряду "видных деятелей большевистской революции - прежде всего

3 7

.,

^ ^ ^ - • - -

•-'-"

благодаря тем усилиям,-которые он приложил, .чтобы ос;|аОить с о -диальную'напряженность на первых этапах советского общества"
/ с т р . 1 0 - 1 1 / . Наряду, с этим довольно гипотетичной выглядит по­
пытка американского ученого судить о Луначарском "не по тому,
что'ему удалось осуществить, а по тому, о чем он мечтал, его
стремлениям и целям" / с т р . 1 2 4 / . Подобного рода подход едва ли
мояю считать продуктивным хотя бы уже потому,, что, как мы ви­
дели. у самого Луначарского пути и средства достижения-.его •
субъективно благородных, гумаиишс устре»,«лений в действительнос­
ти окязнвались лялеко не всегда столь безупречными. В фундамен­
те -злнняя тоталитаризма есть определенная доля и Луначарского, •
своеобразно способствовавшего его идеологическому цемектиро-. ,•
ванаю.
Особую опасность в многогранной деятельности наркома-критика •
представляли вредоносные последстдая коммунистической тенденции
тотального руководства., всео<5щего регулирования, в том числе и
в тончайшей.художественной сфере. Творческая личность по сущес­
тву вытесняется кз обширпс* эскн отихийностч v. свобод,-. Этс »лtT'.: оком^вгрльно гзг^хвэткмяк;! ~артиЙ!!с-?!Лзст;л'й структуры со
сг-оеР "гадйтако'."', iiiniiSKz, л;1ре'?'Т'ггпк1; ;•: рг';олр;д!Я!^н. В зы.:туплоь;)л.\ ;; статьях и.х осяо1';:о1о проводги'ка и .!оК1И'!еского ;;c:iai^•^гвля нарко'.'^-крйтлкз п^'оОлсхп Ч?ЗЙ;,1''^"!:',ГС,''':* лудо.т.еоп-еГ'Ного
тзс'Р'^оствй гс-:> .•г.'.'СгпС'Ь'ккг у;туг.чсх д.есгс г;"а<г^чк1<гг.',' н-з31;:1?!!;'ям

Э1?сч?ри!'у;!7.9?срстгр j.'.VH.-'.-.soncF'or.o Е ^'с;:леьногл засаждении оранжеi'i-J'iic;' пролр^т::рСйой культуры я особой lusccoB'-f .":;'.;'•. -"v;-; пе,
АнтПЕОтетЕчесЕОй по гв«;?;? г/т,';/:- •:г-.-:-~?ст5;г г:-с'Т' ,!'-••";;.•;
";•":.•'•.• i'VAjrifToii у.р>'т;;:-м*--'.'арг'':^'^-чи •.•R.;V''.? Д;.,^4^рйнпгап2я худо.оти"!•,;•-• 0.1СВ» V. .nti.'-.^Oi! ^авйсвиоотя ст степени приверженности кажло'^
го пэ RHX идее цролетарской револщип и диктатуры ког.^мунйстической адаа10г;ан, что объективно поолуяапо г.-бсльнЬ;-'по',,--'• гг-.т,
ЕОЗНИКПОЗСНИЯ в ДГ"'Г'5ГС г.арпз!;т;'ровокпя •• !;;'Сятольг-':г;! с;";Л':
гслого ряг,о ОапАйгнкх пслктггчесг^рх прг'епособленцев пт л:п?'рчт,уY-' е отйрсвспиогс .хретйровоп?» ппстожппх тпллитоя.
£orR«ec:tnr.5 СлйДг:?Б?!СК умсгрвтельних (Js-iTS;;;!? nspnuv.a просвег,."нуп пр!! создйп;;в "коллект-ЕйсмческсЯ морали" нового сош1ума
лр^'лсд ^йсаадасшй з искусстве при ссдействир Луначврско1'о-крвтикз так нззываеглыЯ "социальный реализм", препоэносивулн! ышплне

38
революционные ценности, поддельный "пролетарский пафос", ложные
идеи и надуманные образы. , ' ' •
Магистральным стержнем "социального реализма" критик-иарн• сист безоговорочно провозглашает тип "нового человека", омыаяоы
жизни которбго декларируется стремление "принести себя в жертву
общим задачам, умереть за эти задачи", И все эхо: страдания,
кровь, жертвы - во имя иллюзорного идеала "светлого коммунисти­
ческого грядущего".
И "социальный реализм", и его генетически поздний вариант
"социалистический реализм" - этот большевистский "лоэунг"-тан•дем советского искусства— не может теперь объективнр не рас­
сматриваться нами как в принципе антигуманная эстетическая уто­
пия Дуначарского-критйка и теоретика литературы. Обоснованность
такого вывода подкрепляют статьи его, специально посвященныа
данной проблеме, и многочисленные упоминания в качестве "достой­
ных образцов" произведений таких, никогда не перестававших быть
о^циоэкыми советских писателей, как ф. Панферов, А.Бе.эыменсквй,
А.Глебов, Вс.Вишневский,
Однако научный анализ сложной, противоречивой фигуры Луначар­
ского нельзя считать полным и объективным.без должного учета t o го обстоятельства, что восприимчивость его натуры, имцульсивяо
увлекающейся всем новым в политике, филосбфии,. эстетике, порож­
дала определенную широту взглядов, терпимость к проявлениям
творческой инициативы, поиска в искусстве. Собственно, непре­
станным поиском путей художественного самовыражения во многом
отмечена драматургия Луначарского. Здесь он более всего на себе
ощутил пагубность сковывающих творчество художника безжалостно..
узких рамок коммунистических схем, декларативно устанавливаемых
им как литературным критиком.
Пожалуй, ни один герой, русской и мировой литературы не зани­
мал творческое воображение Луначарского так неотступно всю его
жизнь, как Дон Кихот. Ярко запечатленная в нем "трагедия разры­
ва между идеалом и действительностью:" характерно отраз)алась в •
драме Луначарского "Освобожденный Дон Кихот" /1922/. Этот "разрив прошел через сердце" не только Сервантеса, но и самого Луна­
чарского. 'Тлубокая трагедия разрыва между идевлсм и действа-.
тельноотью" /1,556/ во многом определила его собственную жизнен­
ную и творческую судьбу.
. /
• : •. i

39
Щзиоущая лснинско.му'парьому широта взглядов, uorytJKii стоЛко-fjtyrioii.ls.My Оол^:;;евкатС!!;:х ус:£,?.де;'.нй, ст11;,:удйровалч трезьсо о ? iiCffifiiiie ej"o к культурному наслеД1::п свергнутых iiесо.г/,ц.:•?.-/. v-iao-сов. Одной КЗ главных зослух^- наркома и крит,!ка' Луначарского,
безусловно, сле/joT сч;;тать его иоистане тоз::»;и;:чес;-ую pcciicсторопнвз} деятельность по coxnaiieHiij а лс;;'л;;го!1р;:л'П!;.;;-: услоилях
рерол-:,и1:о11})с;! or.oxi; уни';плы!сго ?;y.:;/jypaci'o достояния, люЗовпо- '
го, V'B4i^TeAhsicrc. опю^ения к русской литературч ;: ей ь.адп'"-::;::.;с;л
деятелям.
OT^^irrCibiKiH 'прлс-и KO"!>'yi;;;oTa Луначарского Н.К.Крупская
!:;ьвимрр''с :>^,;тйла его талан тли в е с т ь , сознательно поста&ленну»
на служ.йу революции. Теперь у пас есть все основания утзерадат-ь,
что деСстюительно разносторонняя одаренность многогранной лич­
ности Луначарского менее всего оказалась востребованной ею твсрческ.ч. Тяжело переживая это драматическое противоречие в жизни
"сурового пролетарского лагеря", критик на примере трагической
судьбы "певца реватации" В.3.Маяковского !:г:гг.-,',!;г..'; "та-::;г", кгк
ее грубость, HBCN;CIIIK«, "ОЛС;-, :K-;K';:,-r.'a:i!'" от::л.-кзл.-;г;- •; jy^.e г.с—

?р, Ci'.'ici; -Ц.Т \;'тг-гя ''i-!,-,r;t,t i^'\i'>f.'' ,^'';;eT!j? т «-.Jii;.;" йП''-:;;гл11гуп
ь'г;1;'ия"'К': vii'ir-jf'c; r'-г'ч, то Н!ЗЛГ'ре1'-ч;'чо--сод&Г!/!'Гйлг,н1;й Сталин
гскзрно .'/плняу.'к'.гоп';..': л'.-'-лкигл:! Г!го,а1«;ен1Шли отоЯ "болыиевистссо"
QCunv.'ti:r,i,'utw:i", нытался тем самш ДйСкпвяг)Т'.Т'!-'(Г'ть i' г,.:,,"С':'Т-еннсм ш е в а а к а з а ш а е г я 'srnf o:;.'i;!i\-y >гш ;:уначг!,ч;1:01 о.
г
Из гс-е спосолныо "пэр:;))»! :-Q;4;-v4Hi>-" пзр'1йи'',ее литературные
iyi!KU7CHcpii, вреду Л.АьерсЗеха, немало потрудились, огульно оОви1шл а угоду Сталину стойкого,верного реяолкцил КОММУНИСТА Л
"гнилом либерализме","протаскивании врз^леСних онтл;;?1';;н<:кил,
меньшевистских теорий". Но страи'нее всего в этой |аитяс,--.агорйи
Окло то, что автор статей "Маркс;5з.м я литература", "Культуриьи
оольшевизм", "Классовая Оорьба з искусстве", ";;енкн л литеряту.роведенйе"й десятков созвучних пм по соц;!олсг;;ческой ([актуре и
политической выдерханкости искренне каялся в несодеямних им пре­
грешениях, стремясь доказать "товарищам по партйиУчто сн "сьой".

40
Луначарский жил и боролся в уверенности, что активная, чест­
ная работа в созданной большевиками системе правления - это
главный, единственно' верный путь к улучшению положения народа и
всего государства. Не случайно именно в год "великого перелома"
как о "поучительном лозунге" своей эпохи вспоминал Луначарский
часто слышанную им от Ленина <{разу: "Судьба согласным руково­
дит, а несогласного ломает!" /11,479/. Приходится, однако, при­
знать, что, субъективно честно посвятив свою жизнь самоотвер­
женной борьбе за счастье человека, его гармоническое развитие,
когушунист-революционер Луначарский, как оказалось в реальной
действительности, лучшие-годы жизни, энергию,талант отдал соз­
данию строя, совершенно игнорирующего человеческую личность. В
этом смысле к нему вполне соотносимы его же слова, сказанные о
Гёте, оказавшемся "скорее жертвой своего времени, нежели вож­
дем" /ffi,I40/.
Объективно историческим уроком, который преподает нам доаматически сложная ;«а1зненная и творческая судьба Луначарского наркома, критика, художника,- служит серьезншл предупреждением
о том, как необходимо теперь, в условиях очередного деклариро­
вания "новых духовных ценностей", свежих идеалогем,не. запутать­
ся в их пестроте, как важно сегодня не просто разрушать или
изобретать, но и сохранять общечеловеческие культурные ценности.
При нынешней радикальной смене социального устройства общества
нашим демократам необходимо, видшло, учесть его опыт терпимого ,
отношения, критического подхода, исключавдего всякий экстремизм,
непримиримость, В области искусства это в первую очередь касает­
ся, конечно, такого уникального, неоднозначного явления нашего
недавнего культурного прошлого, как советская литература.
Пока ученые еще не представили обществу современного, в све­
те утверждающегося плюрализма мнений, прочтения этого сложного
пласта литературы и ее критики, не следует, пожалуй, произвольно
отвергать целиком как таковую марксистскую методологию, широко,
хотя' и не все1'да далеко успешно применявшуюся Луначарским-крити­
ком: Он отчетливо сознавал ее неполноту, не скрывал слабостей и
ошибок ее, В последние годы оа все чаще напоминал собратьям по
критическому цеху, что марксистская методология для настоящего
исследователя не может быть "волшд^иой палочкой, которой откры­
вается всякий Сезам" /Ш,125/. ,

.41
•
._...-Отбрасывая сегодня за их несостоятельностью расхожие оольшеБИСТСКИ8 лозунги.'-зпклй'нания критика-наркома, его обращешше к
деятелям культуры призывы верно служить идеалам партии и npaieтаряата, следует быть прелельно осмотрительными в огульном осуж­
дении безусловно присущего работам Луначарского социологизмп.
Традиционно учительным русской литературе н критике Т1!удно будет
отказаться от ооипалкной ({ункции 'даже в свободном демократичес­
ком 'об:гестре, Иное дело, преднамеренная их политизация.-. Горизон­
ты идейного плсрзлиэма открывают перед ученти; л критикрии боль­
шие перспективы, сулят ггродактиинкс приобретения.
11п;хоя1«н" "тсрсосмчсленпо истории, в том числе истории.русской
дитер'т^ры, ее критики, невозможно без объективного постижения
прошлого и решительного расставания со всем HeraTHBHHf-t в нем.Основное содержание д^иссертации отражено в следуюдщх научных'
публикациях автора:
1. А.В,Луначарский и коммунистический тоталитаризм. - Душакбр,
- 1993. - 18 п.л.
2. Мастерство Л.В.ЛунРтарокпго-лптерглурного кп;'/гикп /19(7 -Т93Э г г . / . - ;.у!"->!;бй, - ТУУО. - 2-1 п.л.
J. k.ii.J'r/''•'^'r':r:^i !'• ,':игерУтурнос л'рачеш'в. Хроника: 191'? А. A,i;..-,y;-4a.JCK;ii: :\ /.ультуря. Уче:и'!:е поссОип ио спе?{к>рсу.
~ ^лушяноз. - Vji\. ' ИЗ .!.л.
о. Х5Тог:и'л- ^:л-ул-] к д".1Т';льнссти /i.В,.^:у!7Пч?рс;'.ого. В гр-.х
TOi/ax, ПЯТИ к;:,;ггл. - Лу,.;;-!:Сп. - 1S92. - 83,9 п.л.
с. Сб o;;HCi/ ;.:ял,',лггйл;,т|:ом предислсиии А.В.Лунач8рского//Руп~
скап литгфатуря. Быа. U. - Ал/ла-Ата. - 1 9 7 3 . - С,-', 'Чл.
7. Творчество поэтов "Лг^г** з оценке А..B.Jiyfia-wpcicoi'o./•';.-(•-ПК9Я ллтерг.тура, сыи. VJ. - 4лма-Атэ. - 1373.- - 0,4 п.л.
8. Исправить ошиОку//РаАянське л1тературознавство.. - Киев.
- IS74, #6. - 0,2 п.л.
9. Классик советской литературной критвнй//БТсник КиТвсычиун1верситету. Я 7 . СерГя фТлолог!!. -'Киеп. - 1?75.- 0,75 п.п.
ТО. Рецензии А.В.Луначарского на поэтические сборники й.Уткян8//Вопросы русской литературы.'Вып. 1/25/.-Львов,-1975.-О,Vim.л.
Ц. Мастерство А.В.Луначарского-критика. Советский период /На
украинском языке//А.В.ЛуначарськиЙ. Статт1. -Киев.-1975.- 5, п.л.

42
12. Полемическое мастерство А.В.Луначарского-крйтика//Проблеык развития советской литературы. Вып. 2 / 6 / . - Саратов.-1975.
- 1,1 п.л.
- 13. Рецензия: А.В.Луначарский, Исследования и материалы.-Л.,
1978/А1звестия АН СССР, Серия литературы и языка. Т.39.- 1980,
<'»4. - 0,2 п.л.
14. Рецензия: И.П,Кохпо. А.В.Луначарский и формирование марк­
систской литературной критики. - Минск, 1979//Филологические
науки.. - I98I, Н. - 0,2 п.л.
15. Путеводитель по наследию А.Б.Луначарского//Вопросы лите­
ратуры. - I98I, .ПО. - 0,75 п.л.
16. Две статьи А.Б.Луначарского о Льве Толстом//Русская ли­
тература. - 1983, НА. - 0,5 п.л.
17. Из истории несостоявшейся, поездки С.Есенина за границу
//Вопроси литературы. - 1983, №1. - 0,3 п.л.
18. Критик художн1!к//ПроОлемы развития литературнрй критики.
Соорник статей. - Душанбе. - 1984. - 0,75. п.л.
19. Нарком А.В.Луначарский и классики русской литературн/по
архивным материалам//Русская литература, - 1985, М. - 0,5 п.л.
20. А.В.Луначарский. Педагогические идеи ГерОарта /публика'ция и комл1еитарии//Пройлемы коммунистического воспитания и обра­
зования в педагогическом наследии А.В.Луначарского. - Вологда.
- 1988. - 2 П.Л..
21. А был ли вообще "поезд имени А.В.Луначарского"?//Вопросы
литературы. - 1990, Иб. - 0,2 п.л.
22. Надо ли "сечь" Луначарского? /Совместно с Н.А.Трифоновым
//Вопросы литературы. - I99I, Я . - I п.л.
23. Хронологический указатель мест пребывания А.В.Дуначарского/Итйнерарий//11исатель-критик-цисатель. Сборник статей. -Душан­
бе. - 1992. - 0,5 п.л.