PI л и

БОРЬБА ЗА СУЩЕСТВОВАНИЕ И СОВРЕМЕННОЕ
ОБЩЕСТВО.

П Е Р Е ВО Д Ъ ОЪ Н'ВМЕЦКАГО

Ю. БЕМЪ.

r^JFT?

С.-ПЕТЕРБУРГЪ
1907

141512
Т и п о г р а Ф І я А. С, С у в о р и н а , Э р т ѳ л ѳ в ъ , 13

Состояніе человѣческаго общества въ прошедшемъ и настоящемъ представляетъ собой въ глазахъ друга человѣчества мало утѣшительную во
многихъ отношеніяхъ картину. Она являетъ намъ
громадные контрасты высшаго счастья и глубочайшего бѣдствія. Безграничная бѣдность рядомъ съ
безграничнымъ богатствомъ, безграничная мощь
рядомъ съ безграничной слабостью, безграничное
изобиліе рядомъ съ безграничнымъ недостаткомъ,
чрезмѣрная работа рядомъ съ ничего-недѣланіемъ
и лѣнтяйничествомъ, политическая свобода рядомъ
съ экономическимъ рабсгвомъ, баснословное знаніе рядомъ съ глубочайшимъ невѣжествомъ, прекрасное всѣхъ видовъ рядомъ съ безобразнымъ и
отталкивающимъ, высшій подъемъ человѣческаго
бытія и силъ рядомъ съ ихъ глубочайшимъ упадкомъ, тупое суевѣріе рядомъ съ высшей свободой
духа—вотъ характеръ того общества, которое, повидимому, стремится еще превзойти по силѣ этихъ
контрастовъ наихудшія прошлый времена политичѳскаго гнета и рабства. Съ давнихъ пора, люди
такъ яростно враждовали между собою и со своимъ собственным'!, родомъ, что в ъ сравненін съ
ними самые дикіе и свирѣпые звѣри показались
бы кроткими ягнятами. Но хотя эти времена са-

маго дпкаго варварства ii кровожадности и миновали
большею частью в ъ цивилизованныхъ сгранахъ,
они всетакп повторяются в ъ другой формѣ в ъ
т ѣ х ъ потрясающихъ общественныхъ трагедіяхъ
убійства, самоубийства, голодной смерти, незаслуженной болѣзни, преждевременной гибели, безработицы и т. д., который намъ почти ежедневно
приходится видѣть, и мы не в ъ состоянім предотвратить пхъ ужаснаго повторенія или отвѣтить на
нихъ чѣмъ-нибудь инымъ, кромѣ мимолетнаго порыва состраданія. Ежедневно видпмъ мы людей,
быстро или медленно гибнущпхъ отъ недостатка
самаго необходимого для жизни, тогда какъ рядомъ с ъ ними лучше обставленная часть общества
задыхается отъ избытка и довольства, и тогда
какъ національное благосостояние достигаетъ никогда не виданной, но служащей обыкновенно на
пользу лишь отдѣльнымъ лицамъ, высоты. Когда
мы видимъ, что сотни тысячъ гибнутъ среди роскоши, между тѣмъ какъ милліоны испытываютъ ту
же участь вслѣдствіе нужды и лишенія, то является
почти искушеніе признать правымъ того англійскаго писателя, который спрашиваетъ: «Развѣ это
в ъ порядкѣ вещей, чтобы милліоны людей почти
умирали съ голода для того, чтобы нѣсколько тысячъ гибло отъ диспепсіи (переполнения желудка)'?»
Статистика обнаружила грустный фактъ, что
средняя продолжительность жизни бѣдныхъ составляешь едва немного больше половины продолжительности жизни богатыхъ. Итакъ, бѣднякъ, просто
в ъ силу факта своей бѣдности, лишается не только
наслаждения жизныо, но и самой жизни. Сильнѣе
всего тяготѣетъ это проклятіе нищеты надъ бѣд-

нымъ, иевиннымъ міромъ дѣтей, уже съ первымъ
своимъ вздохомъ принимающих'!, в ъ себя зародышъ ранней смерти или послѣдующей болѣзни и
главнымъ образом-!, по винѣ общества. Статистика
показывает-!,, что въ средиемъ половина всѣхъ дѣтей бѣдияковъ покидаетъ эту земную юдоль плача
ранѣе достижения пятилѣтняго возраста вслѣдствіе
недостатковъ, дурного ухода и т. д. Колоссальный
національно-экономическій вредъ этой безпрерывной и безцѣлыюй прибыли и убыли бросается въ
глаза. Всѣ милліоиы расходов-ь деньгами и работой, сдѣланные для этихъ дѣтей, вмѣстѣ съ ихъ
смертью безвозвратно пропадаютъ для общества и
никогда не могутъ быть возмѣщены его послѣдующей работой.
Не должно ли глубоко огорчаться серднщ друга
человѣчества, когда ему приходится слышать, что
цѣлыя толпы дѣтей бѣдняковъ выгоняютъ утромъ
безъ завтрака в ъ школы—или когда ему приходится читать объ отчаявшихся отцахъ или матеряхъ, приносящих-!, себя и своих-ь дѣтей в ъ жертву добровольной смерти, чтобы избѣжать смерти
отъ голода или лишенія—или когда ему приходится видѣть, какъ политический или промышленный кризисъ выбрасываешь на мостовую цѣлыя
толпы прилежных-ь работников-!,, оставляя ихъ и
ихъ семьи безъ пропитанія—или когда ему приходится наблюдать, что увеличеніе преступлении
противъ жизни и собственности большею частью
является слѣдствіемъ тайной войны между неимущими и имущими—или когда ему приходится убѣждаться, что эгоизма, и себялюбіе являются столпами, на которых-!, зиждется человѣческое обще-

ство II Т. дЛ Проходя по нашимъ болынимъ городами мы почти на каждомъ шагу имѣемъ случаи
наблюдать, ршкъ непосредственно рядомъ, нѳдъ и
подъ палатами богатства и блеска ютятся вертепы
порока il нищеты, какъ рядомъ с ъ ломящимися
столами и пресыщенными желудками голодъ со
впалыми глазами молча переносить спои мученія,
и какъ рядомъ со всевозможным'!, довольствомъ и
надменностью безнадежная нужда робко и боязливо
заползаетъ в ъ грязные углы или в ъ мрачномъ отчаяніи замышляетъ страшныя дѣла противъ государства и общества. Одна весьма справедливая поговорка гласить: «кто не работаешь, тотъ не долженъ также и ѣсть». Но какъ много людей ѣ с т ъ и
не работаетъ или никогда не работало, и сколь
многіе изъ работающихъ никогда не могутъ насытиться! Отсюда слѣдуетъ неопровержимое заключ е н о ЧТО 'Гѣ, которые работаютъ, должны трудиться не только для себя, но и для содержания
цѣлой арміи тунеядцевъ. Пусть не возражают'!, что
эти тунеядцы живутъ трудами или заслугами своихъ предковъ, такъ какъ именно все самое необходимое для жизни не можетъ быть создано заранѣе
и, разъ оно уничтожено, должно необходимо быгь
произведено трудами современниковъ.
Это неравное распредѣленіе распространяется
не только на м а т е р і а л ь н у ю , но также и на дух о в н у ю пищу. Сколько талантовъ и гешевъ должны
тянуть ежедневную лямку, потому что счастье не
улыбнулось имъ при рожденіи, тогда какъ часто
самьиГ ограниченный головы важно возсѣдаютъ на
вершинахъ власти и учености. Какъ разъ самая
совершенная умственная работа вознаграждается

обыкновенно хуже всего. Философы и поэты обыкновенно прирожденные пролетаріи и лишь послѣ
смерти достигают'!, гѣхъ почестей, который подобали имъ при жизни, между тѣмъ какъ спѣшная
и поверхностная фабричная работа во вкусѣ черни
награждается лучше всего еще при жизни. Вспомнимъ, напрнмѣръ, о жалкихъ притянутыхъ за волосы комическихъ положеніяхъ въ нашихъ нѣмецкихъ комедіяхъ, способныхъ тѣшить только пустыя головы и, несмотря на это, отодвигающихъ
болѣе или менѣе на задній плапъ всѣ лучшія
произведенія на нашихъ сценахъ, который должны
бы быть духовными воспитательными учрежденіями для народа. Такъ же какъ с ъ театрами,
поставившими себя въ полную зависимость отъ
платящей публики, обстоять дѣло и съ нашими
газетами и еженедѣльными изданіями; высішй идеалъ ихъ составляетъ и должно составлять число
подписчиковъ, и потому они, на ряду съ интересами своихъ редакторовъ и издателей, придаютъ
обыкновенно гораздо больше значенія временному
вкусу публики, чѣмъ распространенно истины и
просвѣщенія. Подобный же упрекъ, хотя и в ъ
меньшей степени, можетъ быть сдѣланъ также
книжной литературѣ, гдѣ мужественному прямодушно и философской вѣрности убѣжденпо несомнѣнно всюду придется бороться съ кучей пошлости невѣжества, злословія или безучастія, тогда
какъ жалкая, разсчитанная на любопытство и сенсацію или льстящая предразсудкамъ толпы литературная стряпня можетъ с ъ такой же увѣренностыо предполагать, что найдетъ тысячи жадныхъ читателей. Какое безконечно вредное вліяше

должно имѣть и уже имѣло это вынужденное подчинение именно господствующему духу или вкусу,
или вкоренившимся предразсудкамъ читающей публики, слишкомъ извѣстно, чтобы нужно было распространяться объ этомъ. Какъ часто, при подведеніи итога нашей книжной и газетной литературы,
вспоминаются горькія слова Ш е к с п и р а : «Истина
это песъ, который долженъ сидѣть в ъ конурѣ и
которого выгоняютъ плетыо, тогда какъ комнатная
собаченка (т. е. ложь) имѣетъ право стоять у огня
и портить воздухъ».
Если мы спросимъ себя о причинахъ этого
грустного факта, то думаемъ, что найдемъ отвѣтъ
в ъ томъ явленіи, съ которымъ знакомимся ближе
благодаря естествовѣдѣнію, по успѣху и значенію
далеко превосходящему нынѣ всѣ другія науки.
Это — неумолимая б о р ь б а за с у щ е с т в о в a ніе, получившая со временъ Д а р в и н а такую большую
извѣстность. Она прежде всего наблюдается в ъ растителыюмъ и животномъ мірѣ, гдѣ является существенной причиной эволюціи и прогресса, причемъ обыкновенно только болѣе сильные, болѣе
способные, благодаря тѣмъ или инымъ преимуществамъ, одерживают!, в ъ этой борьбѣ или состязаніи побѣду надъ своими товарищами. Повода
къ состраданію эта борьба намъ обыкновенно
не даетъ, такъ какъ смерть внезапна, наступаешь
безъ полного сознанія, и такъ какъ обыкновенно
рѣшающимъ является только личная сила или
своеобразіе. Ото — борьба, ведущаяся индивидами
в ъ общемъ совершенно одинаковыми военными
пріемами, или бѣгствомъ, или состязаніемъ, причемъ
индивидъ не пользуется никакими преимуществами

передъ другими в ъ смыслѣ защиты общества. Изобиліе и богатство природы довольно равномѣрно
росиредѣлены между всѣми ними и нѣтъ никакихъ
привилегій, запрещающих!! одному брать что-ннбудь дозволенное другому. Рѣшающей является
только индивидуальная сила или способность. Если
животное и считаетъ свою нору или свое гнѣздо
своей собственностью, то оно всетакн должно
быть готовыми, къ тому, что во всякое время может!, быть обезпокоено в ъ своем!, владѣніи или
же вытѣснено изъ него другими болѣе сильными
существами.
Но совсѣмъ другой видъ принимает!, эта борьба
у человѣка, вслѣдствіе его соціальнаго строя; уже
появляясь на свѣтъ, онъ находить всѣ хорошія
мѣста за житейской трапезой занятыми и, если
ему не приходить на помощь рожденіе, богатство,
рангъ и т. д., съ самаго начала бываетъ присужден!, расходовать свои силы и свою жизнь на
службѣ и на пользу тѣхъ, кто владѣетъ собственностью, и кому это владѣніе гарантировано обществом!,. Поэтому здѣсь побѣждаетъ не всегда лучшій, но самый богатый, не самый дѣльный, а самый могущественный, не самый способный или
прилежный, a имѣющій преимущества, благодаря
своему соціальному положенію, не самый умный,
а самый лукавый, не самый честный, а тотъ, кто
имѣетъ в ъ своихъ рукахъ различны я средства политической и соціальной эксплоатаціи и умѣетъ
хитрѣе всего пользоваться ими. По этой же гіричинѣ и вслѣдствіе того, что это отношеніе переходить изъ поколѣнія в ъ поколѣніе, и должно произойти то, что создается уже описанное нами по-

ложеніе крайнего соціальнаго неравенства, которое является отличительнымъ признакомъ современнаго общества и будетъ все усиливаться съ
теченіемъ времени. Вирочемъ, борьба человѣка за
существованіе представляетъ двѣ совершенно разный стороны, который слѣдуетъ строго различать.
Одна сторона заключается в ъ б о р ь б ѣ ч е л о в ѣ к а
с ъ п р и р о д о й и съ полагаемыми ею границами,
стѣсняющими свободное развитіе его силъ, — в ъ
борьбѣ, ведущейся имъ, какъ извѣстно, съ иаибольшимъ успѣхомъ, возрастающимъ съ каждымъ днемъ.
Въ этомъ успѣхѣ в ъ большей или меньшей степени
принимаюсь или могутъ принимать участіе всѣ
люди.
Вторая сторона представляется в ъ впдѣ о о р ь о ы
ч е л о в ѣ к а с ъ ему п о д о б н ы м и , могущей быть,
однако, какъ прямой, такъ и косвенной борьбой
или состязаніемъ за условія существованія. Эта
борьба сдѣлалась настолько же болѣе трудной, жестокой и неумолимой, насколько борьба съ природой стала легче. Она будетъ также тѣмъ сильнѣе,
чѣмъ значительнѣе будутъ успѣхи в ъ матеріальной области, и чѣмъ больше будетъ возрастать
число людей и количество ихъ потребностей. Благодаря ей, эгоизмъ и индивидуализмъ сдѣлались
властителями міра. Это - всеобщее соперничество
или война в с ѣ х ъ противъ всѣхъ, причемъ смерть
одного обусловливаешь хлѣбъ другого, несчастье
одного - счастье другого. Могучій инстинктъ самосохраиенія и гнетъ общественнаго эгоизма преобладаетъ надъ всѣмъ; сопротивленіе ему невозможно безъ тяжелаго наказанія сопротивляющихся.
Ибо тамъ, гдѣ дѣло идетъ о благосостояніи или

объ интересахъ индивида, общественному эгоизму
обыкновенно такъ же мало знакомо сострадаше
пли пощада, какъ тигру, терзающему свою жертву;
и этого нельзя и не слѣдуетъ даже ставить в ъ
упрекъ индивиду, такъ какъ инстинктъ или значение самосохраненія в ъ общественномъ оргаиизмѣ
в ъ томъ видѣ, в ъ какомъ онъ является нынѣ, повелительно предписываешь ему, какъ онъ долженъ
поступать, если не хочетъ способствовать собственной гибели. Даже наиболѣе самоотверженный
другъ человѣчества не можетъ не подчиняться
этому требованію эгоизма, не подвергая самого
себя величайшей опасности. Это до нѣкоторой степени великое и всеобщее бѣгство или скачка страха
передъ нуждой и лишепіямп жизни, безъ состраданія или помощи къ падаюіцимъ, подобно знаменитому переходу великой арміи черезъ Березину,
гдѣ каждый заботился и долженъ былъ заботиться
только о собственномъ спасеніи. Кто не хочетъ
быть растоптаннымъ, тотъ самъ долженъ топтать
и слѣдовать всеобщему боевому крику: «спасайся,
кто можетъ! гибни, кто долженъ!» Благодаря привычен, чувство индивида къ ужасамъ такого состоянія мало по малу притупляется, какъ у сражающихся къ ужасамъ битвы.
Кому не извѣстна знаменитая книга американца
Б е л л а м и , гдѣ онъ сравниваешь состоите человѣческаго общества съ большой удобно устроенной
каретой, занятой незначительнымъ числомъ людей,
тогда какъ большая часть, впряженная в ъ нее, изо
всѣхъ силъ тащитъ ее черезъ горы и долины, трясины и болота, подгоняемая кнутомъ голода, сидящего, подобно кучеру, на козлахъ! Я считаю, что

ото сравненіе, какъ всѣ сравненія, хромает-ь во
многихъ отношеніяхъ, но в ъ общемъ оно всетаки
мѣтко, на что указываетъ безпримѣрный успѣхъ
книги. Она, г>ылъ бы немыслима,, если бы большая
часть людей не была глубоко убѣждена в ъ неестественности и несправедливости иоложенія современного общества и не встрѣтила в ъ книгѣ болѣе
или менѣе собственныха, волнующихъ ее чувства,.
Конечно, пемногіе осмѣлятся серьезно отрицать,
что подобное состояніе общества сопровождается
il должно сопровождаться огромнымъ экономическпмъ и моральнымъ ущербомъ. Ca, одной стороны
бѣдность, нищета и недостатокъ воспитанія и образования порождаетъ большую часть преступленій противъ государства и общества, тогда какъ
с ъ другой стороны чрезмѣрное богатство влечетъ
за собой праздность и всякіе пороки; вслѣдствіе
этого государство и общество принуждены содержать дорого стоящій суда, со всѣми его отвратительными придатками и столь же дорого стоящія
благотворительный учреждения. Въ моральномъ отношении всеобщая конкуренція порождаетъ безобразный страсти, каковы: зависть, ненависть, безжалостность, любостяжание, жестокосердіе, страсть
к ъ взаимному преслѣдованію вмѣсто взаимной
любви и поддержки. Каждый думаешь и дѣйствуетъ
только для себя и ради своей собственной выгоды,
потому что знаешь, что в ъ случаѣ нужды никто
за него не вступится, что онъ не найдетъ опоры
в ъ обществѣ. В ъ правильно организованном!, обществѣ прибыль одного должна бы в ъ то же время
быть общей прибылью и обратно, и девизомъ его
должно бы быть: «одинъ за в с ѣ х ъ и всѣ за одною»,

тогда какъ теперь происходит!, обыкновенно противное. Наибольшую прибыль доставляет!, намъ
одно изъ самыхъ печальных!, явленій, т. е. смерть
т ѣ х ъ , кого мы сильнѣй всего любили в ъ жизни,
такъ какъ мы получаема, послѣ нихъ наслѣдство.
Архитектора, и в с ѣ занятые при постройкѣ рабочіе должны радоваться, когда рушатся или сгараютъ дома; врачъ долженъ радоваться большому
количеству болѣзнеп; адвоката, питается процессами, лишающими его сограждан!, спокойствія п
имущества; судья долженъ находить удовольсгвіе
в ъ крупныхъ уголовных!, процессах!,; офицеры
должны радоваться, когда разражается война, это
величайшее бѣдствіе, какое только можешь постичь
человѣка, такъ какъ они ожидаютъ отъ нея гіовышеній; трактирщика, или продавец!, спиртныхъ напитковъ долженъ радоваться, когда усиливается
пьянство;
в с ѣ ремесленники и производители
должны радоваться, если приготовленные ими предметы очень скоро приходятъ в ъ негодность; бурѣ
или граду, несмотря на причиняемый этими явлениями природы убытокъ, рада, стекольщика, или
страховой агента,, какъ и вообще почти все, что
приносіггъ одному вредъ, даетъ другому заработокъ.
Можно было бы набрать еще много подобных!,
гіримѣровъ, но это увеличение ихъ числа ничего не
измѣнило бы в ъ результатѣ.
Къ этому надо еще прибавить деморализирующін
характера, самой работы, которая производится
обыкновенно не ради общаго блага, a вслѣдствіе
стѣсненныхъ о б с т о я т е л ь с т в а Современный работника, такой же рабъ, какъ и в ъ былыя времена,

с ъ тою лишь разницей, что не плеть господина, а
плеть голода с т а в и т ь его в ъ зависимость отъ его
работодателе Но этотъ работодатель самъ в ъ свою
очередь рабъ—рабъ капитала, конкуренцін, застоя
в ъ дѣлахъ, забастовокъ, убытковъ, и бываетъ часто
в ъ гораздо худшемъ положеніи, чѣмъ оплачиваемый имъ рабочіп.
Если нелѣпость этой системы уже достаточно
велика в ъ моральномъ отношеніи, то она еще болѣе велика в ъ экономическомъ. Ибо, тогда какъ
земля производить столько гіитательныхъ веществъ,
что ими с ъ избыткомъ могло бы продовольствоваться в с е живущее человѣчество, а при болѣе
правильномъ, руководимомъ общими принципами
веденіи хозяйства она могла бы производить еще
гораздо больше, и тогда какъ національное благосостояніе и накопленіе колоссальныхъ богатствъ
в ъ отдѣльныхъ рукахъ достигаютъ никогда невиданной высоты, мы безпрестанно среди этого избытка должны быть свидѣтелями уже описанныхъ
сценъ голода, лишеній, незаслуженныхъ болѣзнеи
и преждевременной смерти. Какъ лицемѣрно попеченіе государства о своихъ гражданахъ с ъ цѣлыо
предохранить ихъ отъ малѣйшаго прегрѣшенія
противъ жизни, имущества или здоровья, между
тѣмъ какъ оно спокойно и снисходительно смотритъ на то, что нужда, бѣдность и лишенія постоянно доводят'!,, быстро или медленно, тысячи
людей до добровольной или недобровольной смерти,
NUI! что благодаря недостаточному воспитанно ИЛИ
питанію выростаетъ духомъ и тѣломъ увѣчное
юношество, будущіе кандидаты на скамью подсудимыхъ, наполняющее впослѣдствіи тюрьмы или

обременяющіе благотворительный учреждения. Издаютъ строгіе законы о жестокомъ обращеніи съ животными, но не обращаютъ вниманія на страшныя жестокости по отношенію к ъ человѣку, позволяющія, чтобы блѣдныя чахоточный дѣвушки и
женщины, даже жители цѣлыхъ округовъ, каковы
силезскіе ткачи, день и ночь работали ради платы,
едва хватающей, чтобы спасти ихъ отъ голодной
смерти; или чтобы другія тысячи людей ради той
же цѣли жертвовали жизныо и здоровьемъ в ъ безусловно вредной атмосферѣ нѣкоторыхъ отраслей
фабричнаго производства; или чтобы босоногія,
едва прикрытыя лохмотьями дѣти бродили въ зимнюю стужу по улицамъ нашихъ городовъ; или чтобы дюжина людей тѣснилась в ъ помѣщеніп, едва
достаточномъ для одного, между тѣмъ какъ другой имѣетъ одинъ в ъ своемъ распоряженіи десять
или двѣнадцать и болѣе комнатъ; или чтобы жилища бѣдняковъ были часто хуже собачихъ кону ръ и конюшенъ богачей; или чтобы многимъ ничего другого не оставалось, какъ ночевать подъ
открытымъ небомъ, подъ страхомъ преслѣдованія
или наказанія; или чтобы люди быстро или медленно гибли отъ голода и з а б о т ь о пропитаніи,
тогда какъ одни лишь остатки со стола богачей
или небольшая часть ихъ избытка могла бы предотвратить это и т . д. и т. д.
Повторяю, что вообще немногіе осмѣлятся отрицать эти голые факты или защищать связанное
съ ними положеніе вещей, какъ таковое. О признаніи соціальнаго вреда и соціальныхъ нелѣпостей таковыми свидѣтельствуетъ уже то, что вызванная ими литература съ безчисленными пред-

16
ложеніямп улучшенія с д е л а л а с ь почти необозримой. Mo—отвѣчаютъ обыкновенно на эти проекты—
это положен іе, к ъ сожалѣнію, невозможно изменить. Т а к ъ было испоконъ в ѣ к а , т а к ъ б у д е т ъ п остан е т с я в с е г д а . Неравенство—необходимый аттриб у т ъ человѣческаго о б щ е с т в а . В с е г д а было д в о р я н с т в о Ii низшія сословія, богатые и бѣдные, п
масса с у щ е с т в о в а л а в с е г д а лишь для работы и повиновенія. Разумъ и справедливость в ъ соціальномъ отноніеніи оставались в с е г д а в ъ идеале; и
в с е соціалъ-идеалисты, в о г л а в ѣ с ъ Платономъ с ъ
его разумнымч, государствомъ, на практикѣ всегда
терпѣлн позорное крушеніе. Если бы и в ъ настоящее время захотѣли равномѣрно раздѣлить в с е
имущество, то очень скоро с н о в а наступило бы
прежнее н е р а в е н с т в о . К ъ тому же, к а к ъ ясно док а з ы в а е т ! , разсчетъ, подобное всеобщее раздѣленіе
с о б с т в е н н о с т и принесло бы каждому в ъ отдѣльности
относительно лишь весьма незначительную выгоду.
При этомъ не упускаютъ случая напомнить о
великихъ благодѣяніяхъ конкуренции, которая д а е т ъ
настоящій имгіульсъ работѣ и прогрессу п привела
к ! , тому, что теперь, благодаря дешевизнѣ продуктов!,, потребленіе болѣе или менѣе принорав л и в а е т с я к ъ производству, между т ѣ м ъ какъ раньше
вообще держались того мнѣнія, что обратное о т ношеніе единственно правильное и возможное.
Но ч ѣ м ъ же помочь, сталкиваясь с ъ этими затрудненіяміП На это т ѣ м ъ болѣе трудно отвѣтить,
что до с и х ъ поръ в с ѣ безчисленныя попытки и
проекты разрѣшенія соціальнаго вопроса оказались безуспѣшными. Но это не должно отпугивать
друга ч е л о в е ч е с т в а о т ъ постоянной мысли о сред-

с т в а х ъ помощи. Н а д о помочь, а главное -

можно

Надо помочь, если мы не хотимъ рисковать тѣмъ,
что каждый политически! переворот!, в ъ н а с т о я ідемъ (а в ъ и и х ъ никогда не бываешь недостатка)
б у д е т ъ сопровождаться тяжелыми соціальными потрясеніями. всеобщее ч у в с т в о соціальнаго недов о л ь с т в а или несправедливости овладело оолынинс т в о м ъ людей именно в ъ низших!, с л о я х ъ населенія и будущая революція уже не о с т а н о в и т с я , к а к ъ
первая и ' в т о р а я фраицузскія револющи, передъ
«собственностью». Н ѣ т ъ н е д о с т а т к а в ъ я о н ы х ъ
признаках!, э т и х ъ страстей и желаши, звЬрски и
глубоко волнующих!, народную душу; ОНИ оонаружатся в ъ надлежащее время, и насильственный
меры не будутъ в ъ состояніи достичь н е г о - н В Д
иного, кроме воспитанія мучениковъ и фанатп
к о в ъ Нигилисты в ъ Россіи, коммунисты во франщи,
соціалъ-демократы в ъ Германіи, феніи, ирредентисты, динам,ітерики, в с е выше поднимаюпцй голову
и о б р а з у ю т , , ! формальную школу а н а р х и з м а , - д о
некоторой степени лишь буревестники или предостерегающіе сигналы надвигающегося переворота,
И политикъ или правитель, упускаюнцй и х ъ и з ъ
вида, походила, бы на шкипера, не обращающего
вниманія на вьющихся вокругъ его к о р а о л я . ж ф с к и х ъ чаекъ или видящего в ъ н и х ъ скорѣе оо ьшгг ь
преследованія, че.мъ п р е д о с т е р е ж е т е . Ибо, «кто
проводитъ время в ъ о х о т е за чайками, того неожиданно з астигиетъ буря и н а н е с е т ! , вредъ его жизни

ПОМ

и имуществу». (Раденгаузеиъ).
Если бы удалось, а это вполне возможно, надолго подавлять насильственными мерами каждую
ДІОДВ. Б Ю Х Н Е Г Ъ .

2

попытку соціалыіаго n^poDupuiti, то упомянутое
недовольство и неудовлетворенность не только не
исчезли бы изъ общества, а еще болѣе увеличились бы плп усилились. Съ теченіемъ времени между
имущими и неимущими классами общества возникло
бы иѣчто в ъ родѣ тайной войны, не менѣе нарушающей спокойствіе и счастье общества, чѣмъ открытая война. Ибо, если мы, напримѣръ, узнаемъ,
что в ъ 1864 году въ Амгліп на 5000 лицъ приходился ГОДОВОЙ ДОХОДЪ ОКОЛО 500 МНЛЛІОІІОВ'Ь марок!), т. е. болѣе, чѣмъ общая годовая прибыль
в с ѣ х ъ земледѣльцевъ Англіп и Валлиса, то едва ли
мі.і имѣемъ право считать возможиымъ продолжительный соціальиый миръ на почвѣ подобной ненормальности.
Къ счастью, нѣтъ недостатка в ъ возможности
пзмѣипть ото состояиіе или не дать разразиться
грозной бурѣ, ne прибѣгая при этомъ къ насильственным!) мѣрамъ, именно съ помощью множества
мирных!) реформъ, который, опираясь на современный общественный строй, медленно и постепенно поведутъ къ улучшенію положенія вещей —
предполагая, что удастся убѣдить большую часть
людей в ъ благодетельности и необходимости подобныхъ мѣръ. При этомъ мы, само собою разумеются, игнорируемъ радикальное рѣшеніе соціальиаго вопроса в ъ томъ впдѣ, в ъ какомъ требуетъ
этого коммунизмъ. Подобное положеніе, при котором!) все имущество было бы общпмъ, а работа
совершенно свободной или добровольной, и о котором!» болѣе подробная рѣчь будетъ впереди, конечно, возможно, но в ъ настоящее время в ъ большомъ масштабе оно невыполнимо, частью вслѣд-

сгвіе всеобщего несочувствія ему, частью вслѣдствіе слабости человѣческой природы,
сделавшейся, благодаіія долгнмъ годамъ эгоизма и индивидуализма, неспособной къ подобному идеальному
положеиію вещей. Такое положеніе было бы возможным!» лишь въ конце миоголетияго воспитанія
человеческаго духа в ъ альті)уистнческомъ и коллектнвпстпческомъ направленін, т. с. во всеобщ,ей
братской любви и гуманности.
Послѣ этого не остается ничего другого, кроме
пзыскапія HILL,IX!) средств!, или иной помощи. Ибо
здесь иамъ снова даетъ правильное указаніе е с т е с т в о в е д е н і е , которое в ъ настоящее время въ состояиіи произвести не только д у х о в н о е , но и copia л ы і о е освобожденіе человечества.
Возвращаюсь при этомъ снова къ правильно
освещенной этой наукой б о р ь б е з а с у щ е с т в о в а н і е , носящей, къ сожалѣнію, при настоящих!»
соціальныхъ отношеніяхъ еще вполне грубый характер!» Т а К О Й борьбы В Ъ ЖИВОТНОМ!» мірѣ С!, тою
лишь разницей, что в ъ п о с л е д и е м ъ с л у ч а е она
ведется более или менее равными, въ первомъ же
весьма н е р а в н ы м и средствами.
Въ первомъ случае спасительный лозунге гласите: з а м е н а с и л ы природы с и л о й разума, т. е.
возможное уравненіе средстве и обстоятельстве,
при которых!» и съ которыми ведется борьба, место
борьбы ииднвидовъ за жизнь должна занять общая
борьба В С І І Х Ъ в ъ п о л ь з у жизни. Другими словами:
место дикой естественной борьбы должна заступить общая, регулируемая разумомъ и справедливостью соціальная борьба за условія жизни.

Борьба, въ толп, впдѣ, какъ она ведется при настоящих!, соціальныхъ отношеніяхъ,гораздо меньше
заслуживаешь названія собственно борьбы, состязания съ одинаковыми средствами, чѣмъ нормированного закопомъ у г н е т е н і я . Какъ же иначе назвать борьбу человѣка, которого послали бы съ
одной только деревянной саблей противъ ружей и
гіушекъ? Или состязание в ъ скорости между человѣкомъ, пользующимся для передвижения только
собственными ногами, и другимъ, имѣющпмъ в ъ
своемъ распоряжении лошадей или желѣзныя дороги! Или какъ назвать иначе состязание двухъ
людей, І І З Ъ которыхъ одинъ владѣетъ всѣми преимуществами ранга, богатства, воспитания, образования, соціальнаго положения и т. д., тогда какъ
другой не располагаешь ничѣмъ, кромѣ силъ своих!,
рукъ и своего необразованнаго ума!
ІІсходъ подобной борьбы или состязанія можно
предвидѣть заранѣе. Обыкновенно судьба индивида
предопредѣлена уже при его рождении, и общественное рабство того, чья колыбель стояла в ъ хпжинѣ бѣдняка, гіредрѣшается съ его первыми, вздохом!,. «Мы влачимъ оковы нпзкаго рождения»,—говорит!, I. К. Ф п ш е р ъ 1 ) , «черезъ всю жизнь, и о
нихъ разбивается часто неслыханное напряжение
цѣлой жизци».
Правда, возразят!,, есть весьма яркія исключения
изъ этого правила. Вспомнимъ, напримѣръ, объ
американцѣ Джеіі Г о у л ь д ѣ , переселившемся в ъ
Америку бѣдиымъ пастушкомъ и умершемъ не имѣющпімъ себѣ равиаго милліардеромъ. Нельзя отрицать
Ц D i e Freiheit des menschlichen Willens. Leipzig, 1871. (Свобода
человѣческой воли).

этихъ исключений или счастливыхъ случайностей;
но они именно лишь чрезвычайно рѣдкія исключения, не опровергающія правила. Обыкновенно раигъ
и богатство удерживаются за отдѣльными семьями
или слоями общества наиеопредѣленно долгое время.
Къ счастью, угнетенные классы общества не
вполнѣ сознаютъ или чувствуют!, свое положение.
Сила привычки притупляешь ихъ чувство и заставляешь ихъ смотрѣть на твореніе рукъ человѣческихъ, какъ на неизбѣжное опредѣленіе судьбы.
Если бы это не было такъ, то давно уже наступила
бы та соціалышя революція, которая безпрестаино
возвѣщается, но все еще не приходишь. Природа
такъ же мудро устроила то, что счастье основывается скорѣе не характерѣ и темперамент!; индивида, чѣмъ на внѣшиихъ жизненных!, условіяхъ.
Обладающій счастлнвымъ темпераментом!, будетъ
в ъ каждомъ положении чувствовать себя болѣе или
менѣе хорошо, тогда какъ меланхолика или мнительнаго и склоняют къ унынію человѣка ne будутъ радовать и не удовлетворишь никакія счастивыя обстоятельства.
Тѣмъ не менѣе всѣ упомянутый уже обстоятельства и явления ясно показывают!,, что общество
чувствуешь себя вообще в ъ высшей степени не по
себѣ и идешь навстрѣчу надвигающемуся перевороту. Ужасающее распространение соціалъ-демократіи было бы негюнятнымъ, если бы нпзшіе слои
буржуазнаго общества не сознавали все больше
и больше своего угнетеннаго положения. «Фактъ
тотъ», говоришь Ф. А. Л а н г е въ своемъ превосходномъ сочинении о рабочемъ вопросѣ *), «что борьба
б Дуйсбургъ, 1866.

за существование снова теперь чувствуется во всей
своей подавляющей тяжести в ъ самомъ могущественномъ п рѣшающемъ слоѣ націи, и что людей
пачппастъ удручать однообразіе этого гнета».
ІІзмѣнеиіе этого печального положения возможно,
какъ сказано, лишь с ъ помощью большого уравнения в ъ средствахъ, которыми каждый индпвидъ
ведетъ борьбу за существованіе—уравнения, долженствующего распространиться прежде всего на
Iімуществеіишя отношения. Затѣмъ—съ іюмонц»ю
превращеиія индивидуальной борьбы в ъ общественную солидарную борьбу в с ѣ х ъ протпвч, бѣдствій
жизни, каковы: голодъ, холода,, нужда, лпшеніе, болѣзнь, старость, неудача, инвалидное состояніе и
смерть; пли съ помош,ыо установленія такого положенія, при которомч, благо индивида будетъ болѣе
или менѣе идентично с ъ общими, благомъ, и обратно—такого иоложеиія, при которомъ стапутъ
истиной прекрасный слова: «одпиъ за в с ѣ х ъ и всѣ
за одного».
Подобное положение было бы, по моему мнѣпію,
очень легко установить бсзъ ущерба для стремления
индивида къ работѣ п гіріобрѣтеиію, по такъ, чтобы
каждый пользовался плодами своего собствеинаго
трудолюбія, своей собственной дѣятельности п
интеллигентности, а именно черезъ примиреніе
интересов!, индивида съ интересами общества.
Во всякомъ случаѣ слѣдуетъ сознаться, что полн о е уравнение в ъ этомъ направлении—по крайней
мѣрѣ для начала—едва ли мыслимо. Но уже и час т и ч н о е уравнение должно и будетъ имѣть самыя
благодѣтелыіыя послѣдствія и, вѣроятно, постепенно приведетъ къ положеиію, обѣщающему окон-

нательное рѣшеше сицюлынаго вопроса. Итакъ,
столь благодѣтелыіая сама по себѣ поощряющая
сила конкурендіп будетъ не ослаблена этимъ рѣшеніемъ, а,- напротив!, того, обострится, причемъ
каждый будетъ пользоваться плодами своего собственного трудолюбія и не будетъ в ъ состоянии
жить на чужой счетъ. Рѣшеніе этого вопроса возможно также без!, уничтожения естественного неравенства общество по рождению, семейному положенно, мѣстожіітельству, задатками, внутренним!,
потребностями, духовному п тѣлесному превосходству, различно занятій и т. д. Это естественное неравенство не можетъ быті, устранено, такъ какъ
оно вложено в ъ самую природу человѣка и .вещей.
Поэтому в!, примирении индивидуализма с ъ коллективизмом!,, выражаясь вульгарно, съ соціалпзмомъ,
или в ъ правильно организованном!, соглашении
интересов!, и потребностей индивида съ интересами il потребностями общества заключается, повидимому, вся социальная проблема будущего. «Положительно, немыслимо», говорить В. Э. Б а к г а у з ъ '),
«чтобы в ъ государств! 1 ,, учреждения которого основываются на разумпомъ законѣ, соціализмъ и іпідіівпдуалнзмъ должны были дѣйствовать, какъ враждебный силы». Внутренняя связь индивидуалистической идеи съ социалистической, индивида с ъ обществомъ означает!, в ъ дѣйствительностп провед е т е великого политико-экономического основного
закона, по которому выгода индивида должна всегда
быть также п общественной выгодой. Конфликту
между интересами индивида и интересами общества
Э Allen die Erde, Loip/.ig, 1ВУЗ (Земля для в с ѣ х ъ ) .

в ъ экономической жизни нпродовъ пора найти
разрѣшеніе—-разрѣшеніе, находящееся ne в ъ рукахъ
темныхъ силъ судьбы, а единственно п только вч.
рукахъ самого человека. «Соціальное и индивидуальное хозяйство находятся в ъ государстве в ъ
тесной связи; они взаимно дополняютъ и помогают!» другъ другу; они нераздельны, какъ тело и
душа и т. д.»
Что же касается средстве этого прнмиреиія или
соціалыіаго освобожденія, то они могут!» быть троякаго рода. А именно:
1. Отмѣна такъ называемого поземельного дохода
или возврат,еніе обществу естественно и законно
принадлежащего всѣмъ права владѣнія землей (само
собой разумеется, со включеніемъ сюда водныхъ
пространств!» и горныхъ промыслов-ь).
2. Реформа наслѣдственнаго права, постепенно
ведущая, быть можетъ, къ полному его уничтожение.
3. Превращение государства в ъ общее, взаимно
связанное между собой страховое общество против!» болезни, старости, несчастных!» случаев!»,
инвалидности и смерти.
Что касается иерваго пункта, то едва ли можетъ
быть менее оспариваемый принципъ естественнаго
права, чѣмъ тотъ, что мать-земля, родившая в с ѣ х ъ
насъ, но никѣмъ сама не рожденная, безъ которой
было бы невозможнымъ человеческое бытіе, принадлежит!» не отдельным!» индивидам!», a всѣмъ. Какъ
человѣкъ является продуктомъ земли, такъ же и
бытіе его должно быть основано на праве владенія
ею. Человѣкъ—ничто и не можетъ ничего сделать
безъ помощи матери-земли и ея никогда неизся-

каемой силы; онъ не можетъ ничего добыть, ничего
создать, ничѣмъ овладеть безъ пользования ея силами и дарами. Отсюда следуешь, что, согласно
простейшими принципам!» справедливости, пользование этими дарами и силами должно быть в ъ равной мере предоставлено каждому появляющемуся
па свети, и что право на землю такое же естественное право, какъ право дышать чистыми воздухомъ, пить источаемую землей воду или пользоваться светомъ солнца. Къ сожалѣнію, в ъ действительности этотъ принцип!» подвергается самому
ужасному осмѣянію. Цѣлый рядъ обстоятельств!,,
каковы: насиліе, завоевание, война, наследование,
купля, дарение, феодальное пленное владѣніе и т . д .
привели с ъ течепіемъ времени къ тому, что меньшинство, благодаря владению землей, сделалось
господином!, всего человечества; в ъ конце концовъ, все было такъ разделено, что не оставалось свободнаго места для приходящего слишком!,
поздно, и что этотъ последний, разъ онъ случайно
ніе рождался владетелем!,, долженъ были оставаться
парить в ъ воздухе, если тотчасъ же не приобретали права опуститься на землю, закрепощая полученный ими отъ природы рабочія силы за владеющими землей и орудіямп производства. Громадная сила привычки довела до того, что большинство людей принимаешь это безправіе за нечто
естественное или само собой понятное, тогда какъ
тотъ, кто наследуешь причины этого явления, скоро
приходишь къ заключению, что частное владение
произошло не естественными образомъ, а при помощи иасилія и узурпации Въ глубокую старину
это естественное право было признано более или

менѣе почти всюду, какъ, иапримѣръ, в ъ Палестинѣ,
Греціи, Нталіп, Германіи, Галліи, Индіи, Китаѣ, Японім, Перу и т. д. Уже в ъ самыхъ древнихъ исторических!» докумептахъ человѣческаго рода мы нахоДІІМЪ ясно выраженную идею общности земли; такъ,
иапрнмѣръ, многочисленный относящіяся къ этому
вопросу изреченія Библіп настолько ясны, что не
оставляют!, пнкакихъ сомнѣиій. Правда, у древних!,
Квреевъ земля была родовой собственностью; но
каждый 50 лѣтъ происходил!, новый раздѣлъ ея.
Точно такъ же китайскій мыслитель Лао-цзы признавал!, во владѣніп землей святое благо, дарованное всѣмъ людямъ Богом!, всего міра. Сообразно
этому, право владѣнія землей в ъ Китаѣ было только
правомъ нользованія и было преемственным!,, лишь
какъ таковое, тогда какъ сама собственность оставалась в ъ теоріи и остается еще и до нашего времени за обществомъ, представителемъ которого
является государство. Индивидуальное владѣніе
землей могло быть проведено въ. Китаѣ лишь цѣлымъ рядомъ насильственных!, мѣропріятій и узурпации То же самое было и в ъ Ягіоиіи, гдѣ лишь
завоеватели—монголы насильно ввели феодальную
систему. Жителям!, Индіи до покоренія ихъ англичанами' не было извѣстно ни право отчужденія земельной собственности, ни право завѣщанія ея.
По мнѣнію Б а к г а у з а (тамъ же), в ъ высшей степени вѣроятно, если не несомнѣнно, что в ъ началѣ
исторіи земля всюду была общественной собственностью народов!,. Древніе философы высказывались
в ъ томъ же духѣ. А р и с т о т е л ь заявляешь, что
земля необходимо должна составлять общественное достояніе, a Г і л а т о н ъ требуешь, чтобы ка-

ждому изъ граждан!, былъ данъ в ъ пользованіе педѣлимый Ii неотчуждаемый, равный по величинѣ и
доходности участокъ земли. Римъ и Греція имѣли
вначалѣ соотвѣтствующее этому земледѣльческое
государственное устройство. Запрещеніе продажи
и завѣщаиія земли в ъ Спартѣ долгое время поддерживало равенство собственности; а в ъ Аоинахъ
С о л о н ъ и его гюслѣдователи вообще подвергли
частную собственность тяжелымъ ограничеіпямъ,
вѣроятно, какъ отголосоіп, первоначального коммунизма. Въ Рнмѣ частное владѣніе землей лишь
постепенно образовалось изъ общинного. Будучи
сначала общинной собственностью, земля сдѣлалась
позже собственностью отдѣлыіыхъ семей и родовъ,
составлявших!, по отношенію къ влодѣнію до н е которой степени лишь одно лицо. Только благодаря закону 12-ти таблица, н введеиію права продажи и завѣщанія получила частная собственность перевѣсъ надъ общественной. Крупная земельная собственность постепенно поглотила мелкую, il образовалось положеніе, которое мы еще п
нынѣ видимъ в ъ Аигліи. Достовѣрно также, что по
д р е в н е - г е р м а н с к о м у праву большая п самая необходимая часть эксплоатируемой земли или такъ
называемый пограиичныя части марки 1 ) находились в ъ общемъ владѣніп товарищей марки, тогда какъ виутрешпя части марки принадлежали
частпымъ лицам!, лишь в ъ качествѣ «управителей». «Использованіе п эксплоатація поземельной
Ц Марка означала в ъ V I I в. округъ, заключавшііі в ъ себѣ разнаго рода владѣнія, состояния к а к ъ в ъ общинной, т а к ъ и в ъ частной собственности.

Поров.

собственности и почвенной силы отдѣльными лицами исключительно ради собственной выгоды
было совершенно незнакомо древнимъ германцами,». Этому земельному праву и доказываемому
имъ духу общественности обязаны древніе германцы своей свободой и неисчерпаемой силой.
Лишь демонической силѣ римскаго законодательства с ъ его чрезмѣрнымъ подчеркиваніемъ личного права владѣнія и собственности удалось
также и в ъ древней Германіи создать частное право
на землевлодѣиіе. Это были, Нессовъ хитонъ '),
коварно завѣщанный умирающим!» Римомъ германскимъ исполинамъ. Но древне-германскія юридическія установленія отличались такими, первобытными, здоровьемъ, что остатки общинного владѣнія подъ разными названіями удержались до настоящего времени в ъ отдѣльныхъ нѣмецкихъ земляхъ и областяхъ. Журналу «Freiland», органу нѣмецкаго общества реформъ землевладѣнія, удалось
доказать, что в ъ Германіи еще существует!, болѣе
100 областей, оставшихся при счастливом!, общинномъ владѣиіи землей. Еще в ъ гораздо большей
степени сохранилось ото устройство, какъ в ъ значительной части Россіи, такъ и в ъ нѣкоторыхъ селахъ Сербіи и Кроаціи, а также и у многихъ азіатскихъ ордъ, в ъ формѣ русского такъ называемого
«міра», причемъ владѣютъ землей и обрабатывают!,
ее всѣ члены общество вмѣстѣ, урожай же равно1) Кентавръ Нессъ отдадъ передъ смертью свой окровавленный
хитонъ

женѣ Геракла, Деянирѣ,

свойствами

любовнаго талисмана;

увѣривъ

онъ обладаетъ

впослѣдствіи Деяннра,

ности к ъ Іолѣ, послала хитонъ Гераклу,
смерти.

ее, что

изъ рев-

что и было причиной его
П

°Рев-

мѣрно дѣлится между всѣми. Въ Швейцаріи мы находимъ остатокъ этого древняго устройства в ъ
формѣ такъ называемого «Allmend» (земля, для
всѣхъ). Во всей Африкѣ, согласно Л е т у р н о * ) , и н дивидуализация и мобилизация поземельной сооственности составляет!, лишь исключеше. То же
самое относится и къ туземцам!, Америки, у которых!, мѣста охоты и рыбной ловли принадлежат!,
не отдѣльнымъ лицамъ, а племени или триоѣ. IIa Явѣ
еще всюду существует!, общность земли и устройство, приближающееся къ уже упомянутой русской
сельской системѣ «міра». Согласно П р е с к о т т у ) , у
древнихъ перуанцевъ существовал!, систематически проведенный и руководимый высшими сферами коммунизм!,, слѣдствіемъ чего было отсутствіе бѣдности и лишеній и достаточная забота
о старыхъ, слабыхъ, больныхъ или несчастных!,.
Если, основываясь на этихъ даниыхъ, мы ооратимся къ предшествующей исторіи человѣка, то
должны будемъ, конечно, признать, что, какъ подробнѣе изложено авторомъ в ъ его сочиненш о зоТіотомъ вѣкѣ, дикія орды первобытных!, времен!,
такъ же мало знали и признавали личное право
собственности, какъ и современные д и к а р и : - и
именно, не только охотники и рыболовы, у которыхъ едва ли была возможна прочная земельная
собственность, но также и земледѣльцы. Только оружія и орудія, приготовленный иидивидомъ для
себя, считались его частной собственностью, хотя,
Ц L a sociologie d'après Tomographic,

ПО ЭТН0Л0ГІИ).
2) History of
Лейпцигь.

Taris,

1880.

.
the conquest of Peru.

(Содіологія

. _ V

(Исторія завоепашя Пер})-

согласно П л у т а р х у , даже др0 и шь.»ь лакедемонянам!, было дозволено пользоваться лошадьми,
собаками и орудіями сосѣдей, если они сами не
пользовались ими.
Впрочемъ, возвратъ къ прежнему состоянию или
возвращение обществу естественно и по справедливости всѣмъ принадлежащего владѣиня землей —
даже и помимо всѣхъ социальных!, или естествеииоправовыхъ оснований — я в л я е т с я такой экоиомической или полптнко-зкономпчѳской необходимостью,
что, несмотря на act, сопротивления, его нели.зя
обходить долгое время. Ибо при колоссальном!,
приростѣ населения в ъ европейскихъ странахъ
иѣтъ иного средстиш для наиболынаго увеличения
доходности земли. Поэтому увеличение доходности
земелізнаго участка ии степень этого увеличения не
могутъ и не должны быть предоставлены на усмотрѣніе отдѣли,наго владѣльца; иио, в ъ интересах!,
общества, отъ земли должно быть взято все, что
она в ъ состоянии дать. Это возможно лишь при
крупной эксплоатаціи, опирающейся на принципы
огрономіи, а также и при томъ условии, чтобы ни
одпнъ кусочекъ земли не остался неиспользованным!, сообразно съ его положеніемъ и качеством!,,
между тѣмъ какъ частная эксплоатація в ъ данномъ случаѣ поступает!, или можетъ поступать
совершеннпо произвольно и часто весьма нерационально. Нигдѣ это не проявляется такъ ярко, какъ
в ъ Англии, гдѣ, какъ извѣстно, общая предназначеиная для хлѣбоииашества земля, при населеыіи
около 35 милліоновъ, находится в ъ рукакъ 14 —
15000 собственников!,, получающихъ съ нея — обыкиовено безъ труда І І Л І І какого-либо усилия с ъ ихъ

стороны — ежегодным
дъ не менѣе, чѣмъ въ
4000 милліоновъ марокъ. Такъ, напримѣръ, изъ колоссальной массы иимѣній герцога Сутерландскаго
(11 мил. акровъ) обрабатывается лишь около
23000 акровъ; а общий доходъ считается въ среднем!, иио одной маркѣ с ъ акра, между тѣмъ какъ
мѣстами онъ мог!, бы быть увеличен!, въ 40 разъ.
Но безмѣрно богатые англійские лэидъ-лордил предпочитают!, превращать годную для обработки
землю, на которой могли бы прокормиться тысячи
трудолюбивых!, людей, въ пастбища для овецъ,
охотничьи парки, бѣговые ипподромы или барскіе
сады и т. д. и, ради этой цѣли, не колеблясь, безсердѳчио выгоняют!, колонистов!, или коренных!,
обитателей; то же самое, если и не в ъ такой степени, какъ в ъ Англіи, происходит!, всюду. Такъ,
папрпмѣръ, в ъ Германии десять крупнѣйшпхъ собственниковъ владѣютъ девятой частью всей воздѣлываемой площади Германии, тогда какъ во Франции, по отношению къ раздѣлению земли, дѣло обстоитъ гораздо лучше. Даже в ъ Америкѣ, гдѣ
имѣется избытокъ земли, печальный слѣдствія частнаго землевладения проявляются уже в ъ такой
мѣрѣ, что извѣстное гіроизведеніе американца
Д. Д ж о р д ж а о прогрессѣ и бѣдности, в ъ котором!,
это владѣние выставляется, какъ главный источникъ социального зла, нашло милліонъ читателей.
Однимъ изъ глупѣйшихъ и вмѣстѣ съ тѣмъ несправедливѣйшихъ поступков!, или упущеній американского правительства было то, что оно с ъ самого начала не объявило необъятную территорию,
находившуюся в ъ его распоряжении, национальной
собственностью иі не отдало ее но частямъ в ъ

аренду частными лицами, — что ему было нетрудно
сдѣлать, — а частью роздало ее монополистами и
частными обществами, частью сбыло за безцѣнокъ
частными лицами, частью же предоставило произвольному захвату. Исключение сдѣлалп лишь дли
большого національнаго парка в ъ штатѣ Колорадо,
почти столь же обширнаго, какъ Саксонское корол е в с т в о — н о не ради національно-экономическихъ
цѣлей, а ради удовольствія богачей. Если бы такъ
поступили со всей землей, то слѣдствіемъ было
бы безмерное, неисчерпаемое національное богатство американскаго народа, между тѣмъ какъ это
колоссальное сокровище служишь ныне лишь на
пользу частныхъ лицъ. Поразительнее и несправедливее всего кажется подобное соблюдение частной выгоды в ъ т е х ъ случаях!», когда, вслѣдстніе
простого возрастания населения, ценность земельной собственности подымается часто до невероятія, какъ, иагірпмеръ, в ъ разростающихся болыипхъ
городахъ и ихъ окрестностях!,, где участки земли,
не имевшіе до того почти никакой цены, въ течет е короткаго времени зачастую превращаются в ъ
настоящее золотое дно для своихъ владельцевъ—
и даже безъ всякаго содействія или заслуги последних!,, а единственно вследствіе прилежаиія и
деятельности общества, которое темъ не менее
весь результата своего прилежанія, безъ всякаго
изъятія, * отдает!» в ъ распоряженіе частнаго собственника.
Что же касается способа перехода частнаго
землевладеиія в ъ государственное или общинное,
то это второстепенный вопроса,, на который различные защитники реформы землевладенія даютъ

разнообразные ответы. При этомъ, само собою разумеется, не можетъ быть и речи о насильственном!, присвоении, а лишь объ отчужденін
ренты или самой земли за умеренное и устанавливаемое по справедливой оценке вознагражденіе.
Ибо, если, какъ доказано, многія и, быть можетъ,
именно самыя крупный владения пріобретеиы не
законнымъ путемъ, а путемъ насилія, то тѣмъ не
менее, вслѣдствіе невозможности по пстеченіп
столь долгаго времени наследовать законность
права пріобретенія и сделать потомковъ ответственными за грехи предковъ, никто не можетъ
быть ограниченъ в ъ своихъ настоящихъ закоиныхъ
правахъ.
Наиболее распространенным!, способом!, былъ
бы выкупъ по прежней оценке или за налпчныя
деньги, или же за государственную ренту, выдаваемую в ъ форме закладных!, листовъ, гіричемъ маленькія имѣнія или земельные участки должны
были бы оплачиваться по ихъ полной стоимости,
а очень болыиіе подлежали бы известному уменьшению цены. Во всякомъ случае тутъ для начала
понадобились бы болынія денежный средства; но
они не составили бы серьезнаго препятствія, если бы,
благодаря гіринятію моего второго предложения объ
ограничении наследственнаго права, все землевладение или по крайней мере большая часть его в ъ
течение одной человеческой жизни, пли еще того
менее, вернулось государству. Зптѣмъ, благодаря
увеличений населенія и более раціоиальному ведению земелыіаго хозяйства, къ этому присоединилось бы постоянное возрастание ценности земли;
это возрастание, являясь продуктом!, деятельности
люди. ВІОХЕШРЪ.

3

самого общества, при всѣхъ обстоятельствах!, шло
бы также и на пользу самого общества или государства.
Открытые приверженцы реформы землевладѣнія, образовавшіе в ъ Германіи особый «союза,» съ
множеством!, филіальныхъ отдѣленііі и пмѣющіе въ
Берлинѣ свой органа,, подъ назвапіемъ «Freiland»,
в ъ болыиинствѣ придерживаются, повидимому, того
взгляда, что «передача землевладѣиія, особенно
земельной ренты, пзъ рукъ отдѣльныхъ лица, въ
руки общины», составляющая, согласно уставу,
цѣль ихъ стремленій, достаточна для того, чтобы
привести, хотя бы и не непосредственно, къ полному
рѣшенію соціальнаго вопроса. Въ концѣ концовъ
они ожндаютъ отъ этого, благодаря упраздненію
ипотечной системы, уничтоженія власти часгнаго
капитала в ъ видѣ земельной собственности, равно
какъ il власти капитала, состоящаго в ъ движимой
собственности вообще, считая при этомъ преобладающее частное владѣніе землей причиной в с ѣ х ъ
соціально-экономическихъ бѣдствій н основаніемъ
всякаго экономическаго рабства. Именно благодаря
этому, по мнѣнію Б а кг ay з а (тамъ же), будетъ
положенъ гіредѣлъ «наводящему ужасъ» демону
налога, который еще гораздо сграшнѣе демона
войны, ибо онъ не признаетъ мира и размножается
безпрерывно. Налогъ превратил!, все общество в ъ
одинъ громадный военный станъ, гдѣ ему ежедневно приносятся безчисленныя
человѣческія
жертвы. Ибо, при госгюдствѣ и подъ вліяніемъ
частноземельной монополіи, преобладающее большинство каждого народа точно такъ же становится
данникомъ крупныхъ землевладѣльцевъ и капита-

лнстовъ, какъ в ъ свое время мелкіе граждане
Рима и покоренные пмъ народы дѣлалпсь данниками владѣльцевъ римскихъ латпфуидій и крупных!, капиталистов!,.
Если бы авторъ хотѣлъ говорить лишь въ духѣ
прежней школы реформаторов!, землевладѣнія, то
онъ могъ бы покончить на этомъ, такъ какъ эта
школа, какъ уже сказано, полагает!,, что пмѣетъ
основаніе ожидать окончательного унпчтоженія социальных!, бѣдсгвій отъ осуществленія свопхъ стремленігі. Не будучи, однако, въ состоянии раздѣлять
этпхъ чаяиій, онъ вынужденъ в ъ духѣ своего
глубже захватывающего вопроса, проекта уравнепія средств!,, которыми индивиду приходится вести
борьбу за существованіе, перейти къ изложеиію
своего второго предложенія относительно огранпченія или отмѣиы иаслѣдствеинаго права или наслѣдствениаго капитализма.
Правда, авторъ сознаешь, что попадаетъ с ъ
этимъ предложеніемъ в ъ нѣкоторомъ родѣ в ъ осиное ГПѣЗДО И долженъ быть ГОТОВЫМ!, КО ВСЯКИМ!,
враждебным!, нападкамъ критики. Ибо, когда замѣшивается личный ннтересъ индивида, тогда уже
нѣтъ мѣста какому бы то ни было спокойному и
справедливому обсуждению. Никто не хочешь позволить отнять отъ себя право оставлять своимъ дѣтямъ и внукамъ то, что онъ самъ нажилъ. II онъ
вполнѣ права,, пока стоишь на почвѣ существуюіцихъ соціальныхъ отношеній. Но дѣло обстоит!, совсѣмъ иначе, когда соціалыіый реформаторъ предвидит!, совершенно пныя и долженствуют,ія быть совершенно иными отношенія. Потому что, какъ политпческія революціи проіізво3*

дятся не съ помощью розовой воды, такъ и соціальныя реформы, обѣщающія благодѣтельныя послѣдствія, не могугъ быть проведены слабыми полумѣрами. Впрочемъ, для подкрѣпленія моего предложенія, я прежде всего могу сослаться на то, что
наслѣдственная пошлина уже давно признана и
примѣняется, какъ одна изъ самыхъ справедливыхъ и менѣе всего тяжкихъ, и что нужно лишь
дать ей болѣе широкое распространеиіе, именно
при косвенномъ наслѣдованіи, для того, чтобы
ближе подойти къ моему нредложенію. Число послѣдователеіі этой идеи обложенія пошлиной, какъ
среди ученыхъ, такъ и среди неученыхъ, съ каждым!, годомъ увеличивается, и нѣтъ недостатка
в ъ авторптетиыхъ, даже консервативныхъ профессорах!, государственнаго права, высказывающихся в ъ принцнпѣ въ ся пользу; таковы: Брницъ,
Рошеръ, Марло, Умпфенбахъ, Шеффле, Пфпцеръ,
Блунчли, Баронъ, Галліеръ и т. д. Что истые социалисты согласны другъ съ другомъ, понятно само
собой. Уже международный рабочій конгресс!, в ъ
Базелѣ в ъ 1869 г. внесъ в ъ свою программу уничтожеиіе частной земельной собственности п наслѣдственнаго права; a французскій общій конгресс!,
соціалпстовъ в ъ 1880 г. утвердилъ послѣднимъ
пунктомъ своей программы уничтоженіе наслѣдственнаго права для родственников!, побочной
линіи и всякого прямого наслѣдованія на сумму
болѣе, чѣмъ 20000 франковъ. Также и программа
англійскихъ радикалов!, полностью принимаешь
оба названных!, требовонія. Среди новѣйшихъ писателей радикального направленія М а к с ъ Нордау,
опираясь на несомнѣнные доводы, прпнялъ сто-

роиу этого воззрѣнія в ъ своей нзвѣстной киигѣ
объ обычной лжи культурного че.мовѣчества. По
моему мпѣнію, подобная реформа наслѣдственнаго
права и ограничены или унпчтоженія иаслѣдственнаго капитализма является п р о с т ы м ъ т р е б о в а II і е м ъ с о ц і а л ы і о і"і с п р а в е д л и в о с т и. Ибо ни кто не
можешь считать соотвѣтствующимъ этому требованію то, что одни изъ людей, появляющихся на свѣтъ,
хотя и съ различными качествами, но съ одиноко
вымъ правомъ на существованіе, родятся съ полной
мошной, a другіе—съ голодной сумой. Никто не
станешь считать слѣдствіемъ естественной справедливости тотъ фактъ, что одинъ человѣкъ еще
в ъ колыбели утопаешь въ мплліоііахъ пли считаешь своей собственностью огромный участок!,
земли, который долженъ былъ бы принадлежать
всѣмъ, не имѣя при этомъ лично за собой ни малѣйшей заслуги, тогда какъ другой, подобно Сыну
Человѣческому, не знаетъ, гдѣ преклонить голову,
чтобы отдохнуть отъ трудов!, и тягостей своего
бѣдственнаго существоваиія. Вспомиимъ каиризъ
одного богатого англичанина, завѣщавшаго все
свое громадное состояніе лично совершенно незнакомой ему дамѣ только потому, что ему понравился ея красивый носъ; вспомиимъ подобные же
примѣры совершенно безсмыслениыхъ завѣіцаній
в ъ пользу иенуждающихся наслѣднпковъ. ГІодумаемъ объ имѣніяхъ, завѣщаныыхъ в ъ вѣчное владѣніе церкви и обращенныхъ лишь во вредъ всему
обществу, о безобразных!,, иодлыхъ заискиваніяхъ
ради наслѣдства, о безчнеленных!, спорахъ наслѣдниковъ, часто влекуіцихъ за собой глубокій
разладъ всей семьи и дающихъ пищу самымъ от-

вратптелыплмъ пнстинктамъ челивѣческонй природы, о вредѣ фпдеикомиссовъ, объ огромныхъ
часгиыхъ состоянічхъ, сохранившихся благодаря
постоянной передач!', по наслѣдству и представляющпхъ собой государство въ государств!!, денежное государство в ъ политическом!,, о передач!',
иаслѣдства по отдаленным!, боковым!, линіямъ
родственникам!,, никогда не впдѣвшимъ пли не
знавшим!, завѣщателя, п т. д. Такъ называемое
д у х о в н о е з а в ѣ щ а н і е или право свободно распоряжаться оставляемым!, имуществом!, также вовсе
не вытекает!, изъ естественного права, а является
болѣе поздннмъ йзобрѣтеніемъ, вѣроятно, римскаго
происхожденія; в ъ древней Германіи, иапримѣръ,
оно было совершенно неизвѣстно. Самой ранней
ступенью собственности была скорѣе, согласно превосходным!, пзысканіямъ Л а б у л э п Л а в е л э о возникновении понятия собственности, о б щ е с т в е н н а я с о б с т в е н н о с т ь . Липни, римское право, со своим!, чрезмѣриымъ, уже упомянутыми, подчеркиваніем!, индивидуализма іи лпчнаго права владѣния и
собственности, покончило съ прежним!, положением!, дѣлъ иі довело ихъ до крайности в ъ духѣ
лпчнаго эгоизма,—отношеніе, отъ которого намъ и
нынѣ еще, къ сожалѣнію, приходится тяжело страдать. Въ настоящее время, какъ говорить Л а в е л э ,
собственность совершенно утратила свой былой
соціальный характер!,. Вполнѣ отличаясь отъ того,
какой оииа была вначалѣ, она уже не имѣетъ в ъ
себѣ ничего общественного. Привилегированная,
свободная, ничѣмъ не сдерживаемая или не имеющая обязанностей, она, повидимому, игнорируя
интересы общества, не преслѣдуетъ никакой другой цѣли, какъ только благо индивида и т. д.

«Право собственности»,—говорить Л а б у л э в ъ
своемъ премированном!, сочинения объ исторіи этого
право, «есть создание общества... Каждый разъ,
когда общество что-либо мѣпяетъ в ъ немъ, оно июступаетъ совершенно законно, никто не можетъ
препятствовать этому во имя болѣе древняго права;
ибо до него и послѣ него не существует!, шичего.
Въ немъ—единственный источникъ и начало права».
Индивидъ не можетъ дарить пріобрѣтенное или
унаслѣдовонное имъ кому угодно уже потому, что
его пріобрѣтение не является чисто личнымъ п возможно лишь в ъ обществ!! и при его содѣйствіи.
Однимъ изъ наиболѣе яркихъ примѣровъ этого рода
является уже упомянутое громадное повышеиіе цѣнности земли внутри болылихъ развивающихся городов!, и в ъ ихъ окрестностяхъ, отдающее миллионы
въ распоряжеиіе отдѣльныхъ владѣльцевъ, иие имѣющнхъ за собой никакой заслуги, и не приносящее
обществу, вслѣдствие огромного повышении платил
за наемъ помѣщенія, никакой пользы, а приносящее лишь вредъ. Это — состояние форменного наемнаго рабства неимущих!, иио отношению къ имущим!,, которому законодательство давно уже должно
было бы положить предѣлъ.
Само собой разумѣется, что такая рѣшительная
социальная мѣра, какъ ограничение наслѣдственныхъ
правъ, могла бы осуществиться не сразу, а лишь
постепенно и безъ слишком!, крупного или слишком!, внезапного нарушения частныхъ интересов!,.
Но именно в ъ этой возможности постепенного все
болѣе широкого проведения ея в ъ жизнь заключается главное преимущество проекта, гиричемъ
практика и ежедневный опытъ постоянно прихо-

дятъ па помощь теоріп п поддерживают!, ее. Слѣдуя
этимъ путемъ, не трудно будетъ также рѣшить,
идти ли до пол наго унпчтоженія наследственных!,
правъ пли же лишь до известнаго предела ограниченія ихъ.
Главная выгода всего проекта заключается в ъ
его уравнивающей справедливости или в ъ томъ,
что каждый наслаждался бы лишь плодами своего
собственнаго трудолюбія, своей собственной деятельности, а не плодами деятельности или удачи
своихъ предков!,, безъ всякаго усилія со своей стороны. Сыновья богатых!, родителей обыкновенно
пользуются привилегіей быть необразованными, невежественными, ленивыми или безпутпымп, такъ
что большое, именно незаслуженное богатство становится часто не благословеніемъ, a проклятіемъ.
Большинство смотришь на богатыхъ или знатныхъ
по рожденію, какъ на существа высшаго рода, къ
которымъ можно приближаться лишь съ иекоторымъ робкнмъ благоговеніемъ, хотя эти трутни
общества стоишь гораздо ниже тѣхъ, кто сама, зарабатываешь себе жизнь. Въ основе знаменптаго
изреченія Up удона: «собственность есть воровство»,
лежитъ постольку вполне правильная мысль, поскольку лишь владеніе, пріобретенное собственным!, трудомъ, можетъ быть названо законной собственностью, тогда какъ владеніе, унаследованное
безъ всякаго усилія, можетъ разсматрпваться, какъ
родъ воровства но отношенію къ нмуш,еству и рабочей силе общества. Ибо, если разбогатевшая съ
помощью наследства часть общества живешь до
некоторой степени в ъ состояніи довольства и относіггельнаго ничего-неделанія, то это возможно лишь

благодаря тому, что она заставляет!, работать за
себя своп деньги, а такъ какъ деньги работают!,
не сами, то—благодаря страданіямъ, работе и лишениям!, более бедныхъ собратьев!,,которые должны
добывать проценты. Мы ие говоримъ, что следуешь
посягать на ту собственность, которая пріобретена
своимъ трудомъ и бережливостью, а говоримъ, что
надо лишь известными пределами ограничить ту,
которая обязана своимъ возникновеніемъ трудолюбію или удаче других!, людей. Тотъ, кто видишь
в ъ этомъ несправедливость, имеешь, вероятно, свои
собственный понятія о справедливости.
Дальнейшая недостаточно оцениваемая выгода
моего проекта состоишь въ томъ, что съ его осуществлением!, будетъ положена непереходимая граница чрезмерному скопленпо крупныхъ частпыхъ
состояній въ одиехъ рукахъ, являющихся, какъ
уже замечено, государством!, въ государстве, денежной властью на ряду съ политической. Громадный вредъ подобного накопленія въ политическом!,
отношеніи замечается именно тамъ, где, какъ например!,, в ъ Америке, господствуешь несчастная
манчестерская доктрина, и где крупный или богатый железнодорожный общества держатъ иногда
целый іитатъ в!, полной политической зависимости. Американскіе директора железпыхъ дорогъ, при
громадиомъ протяженіи и важности тамошней железно-дорожной сети, пграютъ в!, настоящее время
такую же роль, какую играли средневековые феодалы, и, вследствіе плохого управленія или неудовлетворительности построекъ дорогъ, ежегодно
почти безнаказанно переламывают!, сотнямъ и тысячамъ людей шеи или, по меньшей мере, руки и ноги.

Да, в ъ Америкѣ не скрываютъ отъ себя той опасности, что со временем-і, желѣзно-дорожная монополія покорить даже конгрессъ п правительство союза.
ІІо и Квропѣ грознтъ опасность или возможность
того, что крупные капиталы, при нзвѣстныхъ обстоятельствахъ, будутъ в ъ состояніи рѣшать вопросъ о
войнѣ и мпрѣ пли заставить подчиниться своей волѣ
парламентская партіп. Неужели же деньги представляют!, собой теперь все опредѣляющую силу, и богъ
Маммонъ — единственный богъ, которому еще молятся ci, дѣйствителыіымъ усердіемъ?
Послѣднее и самое главное преимущество моего
проекта основывается на томъ, что государство,
не имѣя необходимости прибѣгать къ ненавистной
системѣ налоговъ, самымъ легкимъ способом-ь добывает!, достаточный денежный средства для того,
чтобы в ъ интересах!, всего общества быть в ъ состояніи провести необходимый мѣры, каковы: воспитаніе и содержа nie дѣтей в ъ т ѣ х ъ случаяхъ, когда
отдѣлыіыя семьи не в ъ силахъ этого сдѣлать, безплатное всеобщ,ее обученіе, гіризрѣніе вдовъ и сиротъ, пскорененіе нищенства и безработицы, доставленіе средств!, для работы и производство,
обслуживание путей сообщенія и т. д. Если подумать о томъ, что, согласно обнородываніямъ прусского министерства финансовъ, в ъ одной лишь
ІІруссіи ежегодно переходить по наслѣдству 1200
м и л л і о н о в ъ м а р о к ъ — оцѣнка, гіо другимъ источникамъ, впрочемъ, еще слпшкомъ незначительная
и могущая быть увеличена болѣе, чѣмъ вдвое,—то
отсюда явствуетъ, какъ велики должны бы быть
доходы отъ этой мѣры, да еще в ъ связи ея съ государственнымъ обложеніемъ земельной ренты.

Естественно, что противъ пея и ея удобоисполнимости имѣется иаготовѣ множество возражений, среди которых!» главную роль играешь внушающее опасеніо стѣсненіе наклонности къ пріобрѣтенію, опасность расточительности и обходъ закона посредсгвом-ь дарения при жизни, на ряду съ
причиненіемъ ущерба семьѣ. Болѣе подробный разборъ этихъ возражеиій перешелъ бы границы
этого небольшого сочинения. Поэтому я долженъ
удовольствоваться ссылкой на мою книгу о «Положении человѣка в ъ прнродѣ и обществѣ», в ъ третьем!, отдѣлѣ которой я, какъ полагаю, достаточно
опроверг!, эти возраженія, и гдѣ в ъ добавлении
подробно разработать пмѣющій важное значеиіе
вопросъ о капиталѣ.
Но здѣсь нельзя не упомянуть о томъ, что в ъ
качествѣ побужденія къ работѣ вліяніе наслѣдственнаго права по сравнению съ правомъ собственности представляет!, собой явленіе болѣе
низкаго порядка. Во всякомъ случаѣ мы постоянно
слышпмъ, что чрезмѣрно бережливые люди, накапливавшие піепіужныя богатства, увѣряютъ, ч т о
они д ѣ л а ю т ъ э т о т о л ь к о д л я с в о и х ъ д ѣ т е й .
Но тотъ, кто безусловно повѣрилъ бы этпм-ь убѣжденіямъ, показалъ бы себя плохимъ знатоком!,
человѣческой природы. Копятъ большею частью
для себя и ради удовольствія владѣть и только
обманывают!, себя или другихъ, говоря, что дѣлаютъ это для потомковъ; а это видно уже по
тому, что именно среди неимѣющихъ кровныхъ
наслѣдниковъ встрѣчаются самые болыдіе скупцы
il скопидомы. Напротив-ь того, было бы гораздо
естественнѣе, если бы тѣ, кто пріобрѣлъ своп

богатство или достигъ благосостоянія собственными трудами, требовали пли ожидали отъ своихъ дѣтей пли наслѣднпковъ такнхъ же трудовъ, такой же работы, вмѣсто того, чтобы напрягать всѣ свои силы и приготовлять имъ покойное ложе, на которомъ они съ дѣтскихъ лѣтъ
могли бы безпечно растянуться. Мы могли бы поучиться в ъ этомъ отношеніи у животныхъ, который вѣдь также съ самымъ трогательнымъ
стараніемъ заботятся о прокормленіп и воспитаніи своихъ дѣтей, но предоставляют!, нхъ самимъ
себѣ съ того момента, какъ только они становятся
способными содержать себя собственными силами.
Такъ должно бы быть m u t a t i s m u t a n d i s и у людей. Дѣйствительно, автору разсказывали во время
его пребыванія в ъ Америкѣ, что тамъ, именно в ъ
Ныо-Іоркѣ, очень богатый семьи имѣютъ обыкновение отдавать значительную или даже большую
часть своего состоянія научнымъ, художественным!, или гуманитарнымъ учрежденіямъ или употреблять ее на основаніе такъ называемых!, филантроп ій и таким!, образомъ принуждать своихъ члеиовъ къ работѣ, руководствуясь опытомъ, показывающимъ, что сыновья очень богатыхъ семей, в ъ
сознаніи этого богатства, весьма часто гибнуть в ъ
лѣности и распутствѣ. Но это, вообще говоря, конечно, лишь достойный похвалы исключенія. Ибо
богатство и деньги скрываютъ въ себѣ, къ сожалѣнію, демоническую притягательную силу, не дающую покоя тѣмъ, кто разъ вступилъ на этотъ
путь, и усиливающуюся алчность къ большему в ъ
той степени, в ъ какой она удовлетворяется. Жажда денегъ и облоданія имѣетъ поэтому ту осо-

бенность, что она не утоляется, а еще сильнѣе
возбуждается удовлетвореніемъ. Въ то же время
удовлетворение ея оказываешь у большинства людей вредное вліяніе на характер!,, дѣлаетъ жадным!,, жестокосердым!, II ЭГОИСТИЧНЫМ!, и лишь
исключительнымъ лицам!, даетъ поводъ удовлетворять, съ помощью своего богатства, прекрасный
и благородный стороны человѣческой природы по
собственному внутреннему побужденію.
Всему этому самымъ благодѣтельнымъ образомъ
будетъ противодействовать умно составленный закон!, о наслѣдственной пошлинѣ, дающій подлежащему учрежденію право облагать наслѣдства
пошлиной во имя государства и управлять наслѣдствомъ, поскольку это необходимо и целесообразно,
в ъ пользу дѣтей, в ъ остальных!, же случаях!, в ъ
пользу государства. Чрезмѣрной бережливости, жадности, алчности, безполезному собиранію и слишком!, большому скопленію богатствъ въ однѣхъ
рукахъ будетъ поставлена извѣстная преграда,
причемъ у индивида не будетъ отнято то побуждеыіе къ пріобрѣтеиію, которое зиждется на первой заботѣ о потомствѣ и на любви къ работе.
«Ибо», но мѣткому замѣчанію профессора I I a l l i e r
«пожалуй, самое безчестное—это смотрѣть на работу, какъ на тяжесть и не относиться къ ней съ
уваженіемъ ради нея самой. Кто здоровъ и силенъ
тѣломъ или духомъ, для того работа—высшее наел ажденіе жизни. И неужели богачъ будетъ такъ
безчестеиъ, что станетъ бить баклуши, зная, что
') Hie sozialen Probleme und das Erbrecht. München (181)2). (Coц і а л ы ш я проблемы и наслѣдствѳнное право).

дальнейшее пріобрѣтеніе гюйдетъ не на погибель
его детей, а на благо государства, на благо его сограждан!,. Если кто-нибудь обладает!, большими
богатствами, то онъ вдвое, втрое больше обязана,
работой показать себя достойным!, этихъ богатства,.
Т у и е я децъ - - безч ест 11 ы й « і ел о вѣ къ ».
Присоединяясь къ этимъ прекрасным!, словамъ,
можно выразить понятную надежду на то, что сознаніе іпідпвпдомъ полезности его работы не только
для него самого и его близких!,, но до известной
степени п для общества, будетъ оказывать на
него ободряющее и облагораживающее вліяніе и
этимъ самыма, поможет!, подготовить то сосгояніе,
при котором!, счастье индивида совпадает!, со
счастьем!, общества, причемъ, следовательно, то,
что нндпвпдъ считаешь потерянным!, съ одной
стороны, съ другой опт, снова с ъ процентами получишь обратно.
Что касается моего третьяго и послѣдняго предложенія, то оно относится, какъ уже сказано, къ
превращенію государства въ большое всеобщее
солидарное с т р а х о в о е о б щ е с т в о противъ старости, болѣзии, несчастья, инвалидности, незаслуженной нужды и смерти. Уже одной этой мерой міръ былъ бы одипмъ ударомъ избавлен!,
от!, большей части соціалыіаго зла, а дорого стоящее призрѣніе бѣдныхъ, приносящее часто больше
вреда, чѣмъ пользы, стало бы ненужным!,. Ile было
бы больше несчастных!, и одпиокихъ безъ собственной в ъ томъ вины, и великій принцип!, общественной взаимности обратился бы въ правило
не только для отдѣлыіыхъ круговъ, но и для всего
человѣческаго общества. Само общество съ его

различными расчлененіямп не подверглось бы при
этомъ никаким!, измѣненіямъ, а продолжало бы существовать, какъ до сихъ поръ, и каждому индивиду давалось бы, смотря по его обстоятельствам!,
или потребностям!,, по его житейскому и социальному положенію и по жертвамъ, который онъ
приносишь и принесъ своей работой или своимъ
состояніемъ для содержанія государства. Конечно,
будутъ возражать, что эти жертвы благодаря этому
должны были бы не уменьшаться, а существенно
увеличиться. Но подобное разсужденіе не можетъ
имѣть значенія по сравненію съ огромными преимуществами такого устройства; да и тяжесть, возложенная на плечи всѣхъ граждан!, безъ исключен ія, не была бы слишком!, велика для каждаго
в ъ отдѣльности. Не слѣдуетъ забывать, какія громадный жертвы уже теперь приносятся со стороны
частныхъ лицъ ради различных!, цѣлей страхованія и сбереженія, и какія страшный тяжести налагаются на общество безпрестанно возрастающими
издержками на призрѣніе бѣдиыхъ. Не слѣдуетъ
также упускать изъ вида огромнаго моралыіаго
преимущества, заключающегося в ъ томъ, что каждый живешь и работаешь въ сознаніи, что онъ не
можетъ быть в ъ любую минуту безъ вины нзгнанъ
пли отвергнут!, обществомъ, или что его потомки
могутъ сдѣлаться добычей голода и несчастья; не
слѣдуетъ, иаконецъ, забывать, что матеріалыіыя
жертвы, который государству постоянно прпходится приносить ради защиты отъ преступленій
противъ личности и собственности, Д О Л Ж Н Ы ' будут!, значительно сократиться. Если государство,
какъ, иапримѣръ, великое герцогство Гессенское,

принуждаетъ каждого домовладельца участвовать
в ъ государственном!, страховании отъ огня своего
владѣнія, и этнмъ кладетъ основание солидарности
в с ѣ х ъ гражданъ-домовладѣльцевъ въ защите своей
собственности отъ огня, то почему оно не нмѣѳтъ
права установить подобную же солидарность граждан!, в ъ борьбѣ съ причиняющими еще больший
вредъ болѣзнями, старостью, инвалидностью ии
смертью? И какъ легко и просто было бы управлять такой махинаціей в ъ сравнении съ сложными
и обременительными для индивида законоиоложеніями государствеинаго социализма Б и с м а р к а , в ъ
которомъ едва въ состоянии разобраться законовѣдъ.
Тѣмъ не менѣе, мы съ радостью можемъ приветствовать то, что введсніе этого государствеинаго социализма представило самое убедительное
доказательство, что необходимость мѣры, подобной проектируемой мною, достаточно сознана, какъ
в ъ офиціальныхъ, такъ и в ъ парламентскихъ кругахъ. Но при этомъ, къ сожалѣнію, слишкомъ часто
придется вспоминать известную пословицу: «вымой мне волосы, да не замочи головы». Этотъ государственный социализмъ, заслуживающий самъ по
себе полной похвалы, является лишь слабымъ
опытомъ на пути соціальныхъ реформъ и совершенно не способен!, устранить соціальное бедствие.
Онъ можетъ даже стать опаснымъ, поскольку, не
имея возможности исполнить то, что обещаетъ,
вводитъ во вредный обманъ и противодѣйствуетъ
такимъ образомъ радикальным!, реформамъ. То же
самое относится ко множеству частныхъ.благотворительныхъ учрешденій, деятельность которыхъ

направлена протичвъ нищенства, пьянства, бедности, безработицы, недостатка в ъ квартирахъ и
т. д., а также къ стремленію поднять религіозный,
нравственный или интеллектуальный уровень низших!, классов!, населенія, или къ подъему мелкаго сельскаго хозяйства, млн къ общему доставлению средств!, производства и потребленія путемъ самопомощи, или къ попыткам!, снова воскресить старое цеховое устройство, или улучшить положеніе работающих!, классовъ установленіемъ
нормальнаго вознаграждения и нормального рабочего времени и т. п. Все это, иио справедливому замечанию Б а к г а у з а (тамъ же), палліативныя средства, косметическія мушки, который, правда, тамъ
и сямъ скрываютъ отъ взора соціальное бедствие
или даютъ скоропреходящее облегченіе, но в ъ сущности способствуютъ дальнейшему распространенно зла.
Какъ недостаточенъгосуда рственный соціализмъ,
такъ же недостаточно и частное страхование, имеющее при этомъ столь многія невыгоды, что изъ
него выросъ Б и с м а р к о в с к і й планъ превращения
страхования жизни в ъ государственное, планъ, потерпевший, какъ известно, крушение въ разногласіи
парламентариев!, и приверженцев!, манчестерской
системы. Впрочемъ, мой проектъ существенно отличается отъ этого плана, такъ какъ, согласно последнему, страхованіе должно быть для каждого
гражданина не добровольным!,, а обязательным!,,
в ъ зависимости отъ его положенія, состояния Или
заработка. Если бы государственныхъ доходовъ не
хватило для указанной цѣли (что едва ли было бы
мыслимо при принятіи моихъ двухъ первыхъ проЛЮДВ. ВЮХНЕРЬ
'.
4

ектовъ), то слѣдоволо бы взимать страховые взносы
в ъ вндѣ пошлины, пока застрахованный работоспособен!,.
Излошеніе дальнѣйшнхъ подробностей опять
завело бы насъ слшнкомъ далеко. Поэтому я позволяю себѣ указать на статью, помѣщенную во
втором!, томѣ моего сочиненія изъ «Природы и
науки», о принятіи на себя государством!, страхованія жизни.
Вотъ основный черты предлагаемой мною, в ъ
и ротн вой оложность с о ц і а л ъ - д е м о к р а т и ч е с к о й
реформѣ, с о ц і а л ь н о й реформы, которая, само
собою разумѣется, можетъ и должна быть проведена лишь м и р н ы м ъ п у т е м ъ , и именно только
склоняя на свою сторону съ помощью постепенного
убѣжденія большинство вліятельныхъ лицъ.
Правда, соціалъ-демократія точно такъ же увѣряетъ насъ, что хочетъ достичь своей цѣли мирнымъ путемъ; но это можетъ быть лишь тактическим!, увѣреніемъ. Уже слово «демократія» указываешь на господство народа и вмѣстѣ съ тѣмъ
на переворот!, в ъ полптическихъ отношеніяхъ.
Между тѣмъ раньше, чѣмъ перейти къ болѣе подробному изложенію важныхъ различій между социальной реформой и с о ц і а л ъ - д е м о к р а т і е й , я
долженъ замѣтить, что мои проекты не имѣютъ
совершенно ничего общаго съ коммунизмомъ. Я
нмѣю в ъ виду не упраздненіе частной собственности и не ограниченіе личной свободы, а, напротив!, того, большее развитіе ихъ, благодаря расширенію границъ,стѣсняющпхъ индивида в ъ борьбѣ
за существованіе, а также благодаря тому, что в ъ
случаѣ нужды помощь государства была бы до-

ступна каждому, но не какъ милостыня, а какъ
право, пріобрѣтенное работой. Тотъ, кто при такихъ обстоятельствахъ и при возможности свободнаго развитія своихъ силъ ничего не производит!,, достоин!, своей участи. Онъ гибнешь не в ъ
силу обстоятельств!, или несправедливости общества, а по своей собственной винѣ.
Правда, коммунизм!, отнюдь не есть что-либо
столь Страшное и чудовищное, какъ обыкновенно
представляет!, себѣ это большинство людей. Можно,
какъ уже замѣчено, легко представить себѣ государство, основанное на коммунистических!, началах!,, в ъ котором!, все состояніе было бы общимъ,
и работа совершенно добровольной,—предполагая,
что развившіеся в ъ теченіе долгихъ лѣтъ и при
благопріятствующихъ имъ общественных!, условіяхъ эгоистпческіе инстинкты и склонности человѣческой природы превратились бы въ альтруистическія, что могло бы произойти, конечно, • лишь
весьма медленно и постепенно. Да и отнюдь не всѣ
извѣстныя до сихъ поръ коммушютическія попытки
потерпѣли крушеніе, п тамъ, гдѣ оиѣ не удавались,
это происходило часто не столько вслѣдствіе внутренней невозможности, сколько вслѣдствіе гнета
внѣшнихъ неблагопріятныхъ обстоятельствъ, среди
общественнаго строя, основаннаго на совершенно
других!, принтіпохъ
Вѣдь уже и въ теперешней
государственной и общественной жизни существуешь немалое количество коммунистических!,
1) Соотвѣтствующія

фактическая доказательства

этого

зкденія имѣются въ моемъ неоднократно цитированномъ
о человѣкѣ.

утвер-

сочнненіп

учрежденій, которыя, если вѣрнп односторонняя и
сухая манчестерская доктрина, должны были бы быть
всѣ болѣе пли менѣе упраздняемы и предоставляемы почти всегда неудовлетворительной частной дѣятельности. Подумаемъ только о налогахъ
и ихъ разнообразном!, примѣненіи для цѣли общественнаго блага, о государственных-], долгахъ, в ъ
которыхъ каждый индивидъ принимает!» участіе, о
воинской повинности, принуждающей каждаго жертвовать самой жизнью и здоровьем!, ради общественных!, интересов!,, о такъ называемых-], законах!, объ отчужденіп, о преподаваніи, которое ведется государством!, на общественный счетъ, объ
обязательном!, обученіи, желѣзныхъ и обыкновенных!, дорогахъ, объ общественных!, постройках!,,
о государственной почтѣ и телеграфѣ, объ общественном!, здоровья, объ общественном!, прнзрѣніп и попеченіи о бѣдныхъ, о государственных!,
мѣропріятіяхъ, направленных!, къ поднятію сельскаго хозяйства, о государственном!, падзорѣ за
фабриками, гориымъ промысломъ, банками, постройками и т. д., о минеральных!, источниках!,,
объ общественных!, музеяхъ, библіотекахъ, мѣстахъ для прогулокъ, домахъ призрѣиія, госпиталях!, и т. д. Все это, всякое обложеніе граждан!,
пошлиной со стороны государства и общества для
пныхъ цѣлей, чѣм-ь полиція, судъ я войско, т. е.
не для внѣшней и внутренней защиты индивида,
представляешь собой болѣе или менѣе соціалистическія или коммунистическія учрежденія, находящіяся в ъ прямомъ противорѣчіи съ манчестерской
доктриной, видящей в ъ государствѣ одно лишь полицейское учрежденіе для защиты личности, соб-

ственности и общественной безопасности и навязывающей ему таким-], образомъ въ нѣкоторомъ
родѣ роль получающего вознаграждение полицейскаго агента.
Но все это не препятствует!, тому, чтобы порой
проявлялось еще столь сильное и всеобщее нерасположеніе ко всякого рода коммунистическому государственному устройству, что всѣ дальнѣйшія
разсужденія являются излишними. Должны протечь,
какъ уже сказано, многіе годы альтруизма и коллективизма, чтобы нѣко-горымъ образомъ можно было
побѣдпть это нерасположеніе.
IIa первое же время будешь достаточными, если,
руководясь сдѣланнымн мною предложеніями,будутъ
в ъ состояніи достигнуть большего соглашенія между
государственным!, и общественными владѣніемъ
или между интересами индивида и общества. Это
та же программа, которую политнко-экономъ Шеффле выставляет!, в ъ своей «квпнтэссенціи соціалпзма», видя эту квинтэссенцію в ъ з а м ѣ н ѣ ч а с т ив г о к а п и т а л а к о л л е к т и в н ы м ъ. О н a cor л асу етс я
также в ъ главных!, чертахъ съ расширенной программой, которую Б е б е л ь въ своемъ сочпненіи «О
женщинѣ» кладетъ в ъ основу будущего соціальнаго
государство, требуя, чтобы понятія государства и
общества в ъ будущемъ совпали, и чтобы исчезло
существующее нынѣ противорѣчіе между соціальной
и политической организаціей.
Благодѣтельность подобного строя или примирение частныхъ и общественныхъ интересовъ можно
уяснить себѣ лучше всего сравненіемъ государственного организма съ устройством!, животного
или человѣческаго организма. Здѣсь происходишь

постоянное движеніе жизненных!, соковъ отъ переферіи къ центру и обратно, отъ центра къ переферіи. Чѣмъ энергичнѣе п безпрепятственнѣе
совершается это двнженіе, тѣмъ лучше сосгояпіе
здоровья, тогда какъ задержка в ъ обмѣиѣ соковъ
в ъ отдѣлыіыхъ мѣстахъ тѣла влечешь за собой болѣзнь и гибель.
То же самое относится къ государству п человѣческому обществу, которыя чувствуютъ себя тѣмъ
лучше, чѣмъ энергичнѣе обмѣнъ частной и общественной дѣятельности. Большія частиыя состоянія
подобны нагноеніямъ и застоямъ крови, которые,
являясь на какомъ-нибудь отдѣльномъ мѣстѣ, препятствуютъ описанному выше обмѣну и гибельно
дѣйствуютъ на общественный организмъ. ГІодъ
вліяніемъ моихъ проектов!, подобное гірепятствіе
сдѣлается уже болѣе невозможными Ибо они способствуютъ постоянному возвращеиію частнаго владѣнія во владѣніе общества и отсюда новому распредѣленію по переферіи или между индивидами.
Великая государственная касса должна составлять,
такъ сказать, сердце государственнаго организма,
посылающее съ одной стороны при посредствѣ
безчисленныхъ каналовъ свое плодотворное и питательное содержимое в ъ органы и ткани государственнаго тѣла, а съ другой стороны всасывающее
его снова в ъ себя изъ такого же множества каналовъ или жилъ. Безъ ненавистнаго коммунпстическаго «дѣленія»—дѣленіе будетъ происходить в ъ нѣкоторомъ родѣ въ каждое мгновеиіе, и установится
состояніе, въ которомъ осуществятся прекрасны я
уже не разъ цитированныя слова: «одинъ за всѣхъ,
и всѣ за одного».

«Возврат,еіііе послѣ смерти частныхъ лицъ всего
ими пріобрѣтеннаго государству», говоришь М. Пор-,
д а у (тамъ же), «создает!, почти неистощимое общественное имущество, б е з ъ у п р а з д н е п і я и н д и в и д у а л ь н о г о в л а д ѣ н і я . Каждый иидивндъ владѣетъ тогда своей собственностью и общественной
точно такъ же, какъ онъ имѣетъ личное имя и родовое, т. е. фамнлію... Работая для себя, ннднвидъ
в ъ то же время работает!, и для общества, на
пользу котораго когда-нибудь пойдешь излишекъ
того, что онъ пріобрѣлъ, иадъ тѣмъ, что онъ израсходовал!,. Общественное состояніе представляет!,
собой необъятную сборную кружку, устраняющую
при помощи избытка однихъ иедостатокъ другихъ
и сглаживающую посредствомъ раздѣла имущества
тѣ неравенства, которыя снова возникаютъ послѣ
каждаго поколѣнія и укрѣпляются наслѣдственностыо, дѣлающей ихъ все болѣе рѣзкнмп».
Совершенно отличной отъ этой программы соц і а л ы ю й реформы, долженствующей білтьпроведенной мирнымъ путемъ, является программа с о ц і а л ъ - д е м о к р а т і и , которая, по крайней мѣрѣ в ъ
Германін, в ъ настоящее время стоишь во главѣ
всего соціалистическаго двнженія и питаешь открыто
высказываемую надежду перестроить со временем!,
в ъ своемъ духѣ государство и общество. Эта надежда эфемерна и, конечно, останется такою. Главный упрекъ, который можно и должно сдѣлать соціалъ-демократіи, заключается в ъ томъ, что она
вообще слишкомъ суживаетъ попятіе соціальной
реформы и соціальнаго вопроса. Ибо она превращаешь великій общественный вопросъ, охватывающий все человѣчество, в ъ узко ограниченный ра-

б о ч і й попро с ъ , касающіПся, какъ это видно при
нодробіюмъ разсмотрѣніи, лишь определенного
класса рабочпхъ. Всеобщія человѣческія права и
интересы заключаютъ в ъ себѣ, само собою разумеется, также в права н интересы рабочпхъ, между
тѣмъ какъ обратное не имѣетъ места, и права и
интересы рабочпхъ (въ более тѣсномъ смысле) не
заключаютъ в ъ себе всеобщихъ человѣческихъ
правъ. Весьма иллюзорной, какъ будетъ показано
I юдробнѣе, является надежда соціалъ-демократовъ,
что они, исходя прежде всего и в ъ силу практических!, осиованіп пзъ интересов!, п правъ несущнхъ
физическую работу классовъ и опираясь на нихъ,
со временем!, достигнуто, того, что примутся и за
всеобщіе человѣческіе интересы или рѣшатъ велпкій
соціальный вогіросъ.
Истиннымъ отцомъ нынешней соціалъ-д емок paTin является Ф е р д н н а н д ъ Л а с с а ль, который, выступив!, в ъ начале (Ю-хъ годовъ, нанесъ ударч,
почти всюду возникавшим!, в ъ то время рабочимъ
образовательным!, союзам!, п учреждаемыми по
Ш у л I, ц е-Д е л В ч с к о м у образцу обществами потребіггелей, производителыіымъ тонарііществамъ, обществам!, взаимного кредита, и, благодаря обѣщаніямъ будущпхъ благъ, привлеки на свою сторону
рабочую массу. Она все еще почитается множествомъ
соціалъ-демократовъ, наряду с ъ К о р л о м ъ Марксом!,, на которого следуетъ смотреть, какъ на духовного отца всего движеиія, в ъ нѣкоторомъ роде
апостоломъ или святыми, хотя его теоріи давно
уже признаны ложными н более или менее оставлены даже нынешней школой соціалъ-демократии Въ особенности его великая надежда на все-

общую подачу голосовъ, при помощи которой
они полагали осуществить в с е свои планы, оказалась совершенно иллюзорной. Мы имеем!, в ъ Германін уже более тридцати летъ всеобщую подачу
голосовъ или всеобщее равное, прямое и тайное
избирательное право для выборовъ в ъ высшее
представительное учреждепіе немецкого народа, или
в ъ рейхстаг!,. Но что же достигнуто за это долгое
время соціалъ-демократическими вождями съ помощью неслыханной до этпхъ поръ агптаціи? То,
что относительно небольшое число ихъ приверженцев!,, которые во всякомъ случае энергіей п
талантом!, в ъ некотором!, роде возмѣщаютъ свою
малочисленность, добилось въ нѣмецкомъ рейхстаге
места и голоса, несмотря на то, что, напримѣръ,
вліяніе католической выборной агитаціп было боле,е чѣмъ втрое сильнее. Во всякомъ случае ведав I ю соціалъ-демок ратін і еская и a j >ті я н ап рав и л а
в с е своп силы ICI, тому, чтобы перенести агптацію
в ! , деревню и привлечь на свою сторону массу
сельского паселеиія, имеющую при всеобщих!, выборах!, обыкновенно решающее значеіпе. ГІо можно
почти совершенно определенно предсказать, что
ж ж 1 > і I гіреобладаніи консервативных!, стремлений сельского иаселенія и его политической апатіи этотъ
опыта, потерпитъ крушеніе. Если же этого не случится, и если рано или поздно соціалъ-демократы
действительно добьются ожидаемого ими успеха,
или если явится хоть только надежда на него, то
имущіе или находящіеся у власти классы общества
заранее позаботятся о томъ, чтобы было введено
такое измѣненіе или ограничение всеобщего избирательного права, которое сделало бы невозмож-

нымъ подобный результат!,. Весьма наивна вѣра
соціалъ-демократовъ в ъ то, что господствующее
классы общества позволят!, свернуть себѣ шею,
руководствуясь всеобщей подачей голосовъ; никто добровольно не дастъ убить себя. Поэтому
проведеніе соціалъ-демократической реформы в ъ
концѣ К О Н Ц О В ! , возможно лишь с ъ помощью н е силен. Но и в ъ этомъ случаѣ господство ея не
могло бы быть продолжительным!,, ибо господство
н е о б р а з о в а н н ы е надъ образованными—нелѣпость
и возможно лишь временно. Еще греческій философъ
К с е н о ф а н ъ произнесъ достойное размышленія изр е ч е т е : «Познаніе выше, чѣмъ сила мужей и коней».
Прибавнмъ к ъ этому, что организація государствомъ общественныхъ работъ, къ чему стремится
соціалъ-демократія, есть чистая утопія и всегда
останется ею. Человѣческая работа в ъ ея совокупности слишкомъ сложный и разнообразный, регулируемый отношеніемъ предложенія и спроса механизм!,, чтобы имъ можно было управлять по бюрократическому образцу. Если же захотѣли бы,
несмотря на это, ввести подобное управлеше, то
в ъ результатѣ получилось бы и должно было бы
получиться невыносимое господство бюрократия
тиранія и ограниченіе личной свободы, который
были бы в ъ десять разъ хуже теперешняго стѣсненія, вытекающего изъ монархически-бюрократического правленія. Великій американскій реформаторъ земледѣлія Г е н р и х ъ Д ж о р д ж ъ , у которого,
конечно, никто не станетъ оспаривать глубокого
значенія политико-экономическихъ отношеній, не
колеблясь, опредѣляетъ подобную организацію работа, сверху прямо, какъ египетскій деспотизма,».

Подобным!, же образомъ несомнѣнный соціалистъ
Ѳ. Г е р ц к а г ) называешь «тиранію такого порядка
работъ невыносимой» и признаешь свободу и справедливость несовмѣстимой с ъ «неслыхаинымъ гнетомъ, который когда-либо имѣлъ мѣсто». Къ тому
же проявляемая такимъ образомъ соціальная справедливость была бы смертью всякого прогресса п
всей цивилизации Въ обществѣ, гдѣ все должно
работать для того, чтобы быть сытымъ, не могло
бы быть ни науки, ни искусства, ни свободы, ни
счастья».
Кому не извѣстны соціалъ-демократическія картины будущего Е в г е н і я Р и х т е р а ? Въ нихъ можетъ
быть кое-что невѣрно изображено или ложно понято, или же преувеличено; но в ъ общемъ, невыносимое состояніе, долженствующее быть слѣдствіемъ подобного бюрократического управленія
работой, изображено правильно и сильно. Конечно,
соціалъ-демократы не захотятъ сознаться во всемъ
этомъ; но пока они не выскажутся яснѣе, чѣмъ до
сихъ поръ, относительно того, какъ они представляют!, себѣ государство будущего, они должны
терпѣливо сносить подобное обвинение.
Такимъ же невозможным!,, какъ организація общественныхъ работъ, является и гюлученіе всего
дохода с ъ работы самими рабочими, какъ того
требуетъ соціалъ-демократія. Это прямо-таки непонятное требованіе. Гдѣ же при такомъ положен а дѣла вознагражденіе (умственной или физической) работы предпринимателя, фабриканта, осно1) Sozialdemokratie und Sozialliberalismus. Dresden und Leipzig.

1891 (Соціалъ-демократія и соціалыіый либерализм*!,).

вателя дѣла? Гдѣ рискъ? Гдѣ дѣловые кризисы?
Отдача капитала в ъ роешь? Гдѣ вознагражденіе
того изобрѣтателыіаго или организаторского генія,
который является, во всякомъ случаѣ, душой всего
дѣла? Неужели, иаиримѣръ, разиосчикъ и «иаборщикъ» газеты или литературного журнала, обязанного своимч, возникновеніемъ и продвѣтаиіемъ
дѣятелыюсти талантливого писателя и предпріимчпваго издателя, должны принимать такое же участіе в ъ доходахъ этого предпріятія, какъ его основатель и руководитель? Неужели поденщикъ, каменщикъ, не имѣющій при постройкѣ дома никакой другой задачи, какъ класть камень на камень,
долженъ в ъ той же мѣрѣ участвовать в ъ доходахъ
готового дома, какъ архитектор!, и капиталиста,
давшій нужный для постройки деньги? Кто сталъ
бы вообще, в ъ виду подобного принуждения, заниматься еще дѣламп или основывать фабрики, для
которых!, ему было бы необходима помощі, рабочих!,? И какой капиталиста былъ бы настолько
простодушен!,, чтобы давать свои деньги на такія
предгіріятія, в ъ которыхъ онъ зарабатывалъ бы не
больше каждого поденщика? Всѣ упреки, дѣлаемые
соціалъ-демократіей капиталистическому способу
производства и такъ называемой системѣ заработной платы обыкновенно имѣютъ силу лишь по
отношению къ крупным!, промышленнымъ иредпріятіямъ и къ такимъ дѣламъ, гдѣ имѣютъ значеніе
т о л ь к о рабочія руки и капиталъ, тогда какъ всюду,
гдѣ дѣло или фабрика существуешь благодаря
творческой дѣятельности индивида, большая прибыль или неправильно названная «прибавочная
цѣнность» является вполнѣ заслуженной предпринимателем!, или организаторомъ.

«Совершенно непонятное заблужденіе в с ѣ х ъ доселѣшнихъ соціалыіыхъ школъ», говоришь Г е р ц к а
(тамъ же), «заключается в ъ томъ, что для защиты
права рабочаго на всю прибыль, онѣ считали нужным!, доказать, что одна лишь работа продуктивна.
A предпріпмчпвость, земля и капитал!, — иѣтъ.
Это могло бы измѣниться лишь в ъ томъ случаѣ,
если бы рабочій былъ своимъ собственнымъ предпринимателем!,, хозяином!, и каииталистомъ и т. д.»
Во всякомъ случаѣ соціалъ-демократы хотятъ
замѣнить отдѣльнаго предпринимателя государством!», которое должно доставлять всѣ средства
производства. Но они забываютъ при этомъ, что
государство несетъ тѣ же убытки или подвержено
тѣмъ же опасностям!», какъ и частный предприниматель. Вѣдь государство не колдунъ, которому
стоишь только взмахнуть волшебным!, жезломъ,
чтобы извлечь сокровища изъ земныхъ нѣдръ, пли
который можетъ повторить чудо Христа съ хлѣбами и рыбами,—а лишь совокупность всѣхъ гражданъ; и то, что оно даетъ одному, оно должно
вынуть изъ кармана другого. Только государство,
получающее благодаря земельной рентѣ и ограниченно наслѣдственнаго права необычайно болыдія
денежный средства, было бы, можетъ быть, в ъ состояніи удовлетворить столь обширным!, требованіямъ. Прнбавпмъ къ этому, что полученіе всего
дохода рабочими, чего требуютъ соціалч,-демократы,
даже не можетъ считаться особенно большим!,
счастьемъ для отдѣльнаго рабочаго. Если фабрика,
дающая работу нѣсколышмъ сотнямъ людей, приносит!, своему владѣльцу или основателю в ъ два
раза больше чистой прибыли, то эта чистая при-

быль, кажущаяся во всякомъ случаѣ весьма крупной въ рукахъ одного человѣка, будучи равномѣрно раздѣлеиа между всѣмп рабочими, была бы
в ъ состояніи лишь весьма незначительно улучшить
ихъ бытъ.
Соціалъ-демократы столько говорятъ о вредномъ
вліяніи классоваго государства и классового господства; но сами они стремятся къ еще болѣе
широкому классовому господству, возвышая промышленныхъ и фабричныхъ рабочихъ в ъ привилегированный общественный классъ, которому должны
быть болѣе или менѣе подчинены всѣ силы государства,— причемъ они сверхъ того совершенно
забываютъ, что ихъ проекты выгодны всегда лишь
относительно меньшей части работающего населенія, Ii что остается весьма значительная часть, которой, вообще говоря, государству совсѣмъ не приходится помогать доставленісмъ такъ называемых!,
средствъ производства, такъ какъ они ей совершенно не нужны. Подумаешь, напримѣръ, хотя бы
о весьма болыиомъ классѣ с л у г ъ и о столь многих!, другихъ отраслях!, человѣческой дѣятелыюстн, не укладывающихся в ъ этомъ шаблонѣ! Кромѣ
того, этотъ шаблонъ годится, какъ уже сказано,
лишь для существующихъ уже отраслей фабричного производства, не нуждающихся ни в ъ чемъ
иномъ, какъ только в ъ капиталѣ и рабочихъ руках!,, между тѣмъ, какъ примѣненіе его при новых!, или развивающихся отрасляхъ фабричного
производства можетъ быть весьма опасным!, и
вреднымъ.
Какъ словомъ «рабочій», такъ и словом!» «продетарій» соціалъ - демократія сильно злоупотре-

бляетъ. «Не трагикомично-ли по истинѣ», спрашивает!, Б а к г а у з ъ (там!, же), «желать сдѣлать пролетаріатъ гос-подствующимъ классомъ'? К л а с с о м ъ ,
хотя классовый строй возбуждает!, страшную ненависть соціалистовъ и коммунистов!,1? Да еще
г о с п о д с т в у ю щ и м ! , классомъ, хотя они не желаютъ терпѣть господства ни одного класса? Не
является ли неразрѣшимымъ противорѣчіемъ желаніе сконцентрировать высшую политическую
власть в ъ рукахъ пролетаріата и передать в ъ его
распоряженіе в с ѣ орудія производства? Какъ будто
многіе другіе элементы гражданскаго общества, не
принадлежащіе ни къ пролетаріату вообще, ни къ
пролетаріату, какъ господствующему классу, просто
на просто не существуютъ или, если и считаются
существующими, то могутъ быть разсматриваемы,
какъ безвольные, безчувственные, безголовые или
какъ живые мертвецы. Во всякомъ случаѣ пролетариата,, какъ таковой, не могъ бы выполнить назначаемой ему роли безъ потери своихъ свойства,
пролетаріата. Ибо въ высшей степени забавно
было бы видѣть властелинов!, общества в ъ «пролетаріатѣ», т. е. бѣдномъ, жалкомъ, кое-какъ перебивающемся рабочемъ населеніи, которое можетъ
служить государству не деньгами, а только своими
дѣтьми и т. д.»
Нѣтъ, — и с т и н и ы й соціализмъ, в ъ противоположность этому ложному соціализму, не хочетъ
господства отдѣльныхъ общественных!, классовъ
или предпочтенія какого-нибудь одного круга занятой, а хочетъ освобождения в с е г о общества (включая сюда занимающихся и у м с т в е н н ы м ! , трудомъ,
которымъ часто приходится еще гораздо хуже,

оо

тіѣмъ несущнмъ физическую работу) при помощи
большого ' уравиенія имущества и средства,, которыми каждому индивиду приходится вести борьоу
за существование. Вч, сущности в с ѣ мы р а б о т е или
должны были бы быть таковыми, за исключеніемъ
относительно немногпхъ, живущихъ на счета, накопленнаго и х ъ предками жира. Кто не работаетъ,
т о т ъ не долженъ и ѣсть. Но при этомъ индивидъ
должепъ не превращаться в ъ рабочую машину, какъ
в ъ соціалъ-демократическомъ государстве, а пользоваться полной личной свободой и самостоятельностью. Ибо только при соединении э к о н о м и ч е с к а я освобожденія с ъ п о л и т и ч е с к о й свободой
можно найти решение соціальнаго вопроса. «Воща лъ-демократія, напротивъ того, означаете, какъ
показывает!, само название, лишь перемену господина в ъ соціальной области; вместо многихъ мелких!, господа, долженъ быть одинъ господина,, весь
народа,. Конечно, этотъ всеобщій властелина, имела,
бы то крупное преимущество передъ маленькими
тиранами', что поставила, бы с е б е целью благо
в с е х ! , , тогда какъ они думаютъ лишь о своемъ
собственном!, благе. Но свобода предпочтительнее
даже самаго благожѳлатѳльнаго господина и т. д.»
° обдумывая все это, невольно приходишь къ
предположении, что вожди всего соціалъ-демократическаго движенія смотрятъ на него скорее, какъ
на средство для своихъ целей, чѣмъ какъ на действительную политику будущего. Они слишком ь
умны и проницательны, «чтобы не понимать громадной разницы между мирной социальной реформой и насильственной соціалъ-демократіей. Но они

0

зашли слишком!, далеко по пути, проложенному
М а р к с о м ъ и Л а с с а л е м ъ , чтобы отступать, и
смотрятъ па управляемый или руководимый ими
рабочія массы в ъ некотором!, роде, какъ на орудіе осуществления в ъ будущемъ своихъ гілановъ.
Что касается этихъ в ъ таинственном!, мраке парящихъ плановъ будущего, то здесь, конечно,
в с т р е ч а е т с я огромный камень преткновенія. Ста,
вождей немецкой соціалъ-дѳмократіи уже весьма
часто требовали, чтобы они подробнее объяснили,
какимъ образомъ они представляютъ себе образованіе ихъ будущего соціалъ-демократическаго государства. Подобное требованіе, конечно, весьма
справедливо; ибо никто не будетъ настолько глупа,,
чтобы устремиться безъ настоятельной необходимости в ъ неведомое будущее, если онъ не увѣренъ, что это будущее принесетъ съ собой нечто
лучшее, чѣмъ настоящее. Тотъ, кто хочетъ коренного преобразования общественнаго строя, обязанъ прежде всего составить себе более ясную
картину того строя, который долженъ заменить
прежній. Общія обещанія делу не помогутъ. Если
же рабочія массы все-таки в ѣ р я т ъ этимъ общимъ
обѣщаніямъ и следуютъ за теми, кто ихъ даетъ,
то это легко объясняется тѣмъ, что они проникнуты вполне справедливым!, чувствомъ неудовлетворительности своего положения п готовы следовать за каждымъ, обѣщающимъ имъ улучшение
этого положения, не ломая головы иадъ способом!,
этого улучшения и надъ возможностью или невозможностью его осуществления. Такъ какъ имъ терять нечего, то имъ желательна всякая перемена,
дающая, быть можетъ, надежду на выгоду. Иначе
ДЮДВ. ВЮХНЕРЪ.

,Г)

обстоять дѣло тамь, гдѣ задача серьезнаго изслѣдованія подобных!, плановъ будущего властно
встаетъ переда, мыслителем!, п другомъ человѣчества. Н о к а к о й о т в ѣ т ъ п о л у ч а е т ъ о н ъ п а е в о й
в о п р о с а , о б у д у щ е м ъ с о ц і а л ъ - д е м о к р а т hі1
Тотъ, что теперь нельзя еще предвидѣть этого будущего и предсказать, какъ впослѣдствіи сложатся
обстоятельства. Прежде всего дѣло в ъ томъ, чтобы
подорвать старое классовое государство, остальное сдѣлается уже само собой. Развитіе общественных!, отношеиій в ъ будущемъ было бы такъ
же трудно предсказать, какъ и развитіе исторіи;
еще менѣе можно предписывать ему законы уже теперь: одно будетъ совершенно самостоятельно развиваться изъ другого.
Подобный отвѣтъ, правда, весьма удооепъ, но
никоимъ образомъ не достаточенъ, и ни одинъ
разумный или безпристрастный соціалистъ не можетъ имъ удовлетвориться. Лучше синица в ъ рукахъ, ч ѣ м ъ журавль в ъ небѣ, и нынѣшнее состояние
со всѣми его недостатками во всякомъ случаѣ
лучше, чѣмъ перспектива мрачнаго соціалъ-демократическаго хаоса, о которомъ никто не можетъ
сказать, выйдетъ ли изъ него что-нибудь хорошее
или худое для человѣчества.
При такихъ обстоятельствах!, для обсуждешя
соціалъ-демократической программы не остается
ничего другого, какъ придерживаться того, что о
ней извѣстно офиціально. Такое изложение имѣется
в ъ обсужденной и законченной ирограммѣ соціалъдемократической партіи на ея съѣздѣ в ъ Эрфуртѣ
( 1 4 - 2 1 октября 1891 г.). Если безпристрастно изслѣдовать эту программу, то она очень скоро вы-

зоветъ удивленіе частью относительной умѣренпостыо выставленных!, в ъ ней требованій, частью пустотой, іізлпншостыо или самойротиворѣчіемъ нѣкоторыхъ изъ нихъ. Да и вся программа в ъ корнѣ построена еще всецѣло на принципах!, Маркса и Лассаля, хотя они уже давно признаны несостоятельными.
' ч т о касается при этомъ требуемаго во введеніп
«превращенія частной капиталистической собственности В!, видѣ средств!, производства (земли, рудников!,, сырого матеріала, орудій, машннъ, средств!,
сообщенія) в ъ общественную и превращенія товарнаго производства въ соціалистическое, осуществляемое для общества и имъ самимъ», то подобное
требованіе, предъявляемое в ъ общих!, чертахъ безъ
подробной разработки частностей такого рѣшительнаго мѣропріятія, едва ли можетъ претендовать на какое-нибудь серьезное значепіе,— не
говоря уже о томъ, что на связанную съ нимъ
организации государством!, в с ѣ х ъ работа, слѣдуетъ
смотрѣть, какъ уже было доказано, какъ на утогіію
или невозможность.
Переходя къ отдѣлыіымъ пунктам!, программы,
мы видпмъ, что они, собственно говоря, гораздо скорѣе политпческаго характера, чѣмъ соціалпстическаго, и согласуются съ требованіями политической
демократии Первое мѣсто занимаешь такъ рѣшительно подчеркнутое Л а с с а л ем ъ требованіе в с е о б щ а г о
п р а в а г о л о с а или в с е о б щ е г о и з б и р а т е л ь н о г о
п р а в а , —требование, являющееся нзлпшнимъ уже
потому, что, во-первыхъ, оно уже отчасти приведено в ъ исполнение, а во-вторыхъ, оно совпадаешь
съ однимъ изъ самыхъ пзвѣстныхъ и менѣе всего
оспариваемыхъ требованій политической демокраб*

тіп. Здѣсь еще разъ слѣдуетъ напомнить, какъ о
ненадежности этого права, на что уже было
обращено шінмаиіе, такъ и о томъ, что оно является
обоюдоострым!, оружіемъ, которое при свободномъ примѣнеиіи можетъ дѣйствовать такъ же легко
п р о т и в ъ соціалъ-демократіи, какъ и за нее. Пока
существует!, нынѣшняя политическая, соціальная
п" религиозная зависимость массы избирателей,
нельзя даже смотрѣть на всеобщее право голоса,
какъ на действительное выраженіе народной воли,
не говоря уже о томъ, что эта всеобщая народная
воля отнюдь не всегда находитъ правильный путь,
о колеблется порой между величайшими крайностями. Стоишь только вспомнить, какъ о наиболѣе
убѣдителы-юмъ доказательств-^ этого, объ извѣстномъ плѳбисцитѣ Наполеона III, который, несмотря
на это, спустя нѣсколько лѣтъ, возбудивъ противъ
себя всеобщую ненависть націи, былъ съ позоромъ
изгнанъ. Или о провозглашены въ 1789 году во Франкфурте народовластія, слѣдствіемъ котораго в ъ теченіе цѣлаго столѣтія была лишь то разгорающаяся,
то потухающая непрерывная политическая борьба
между самыми различными мнѣніями и формами
правленія, не давшая никакого положительного результата. Если рабочій подчиняется приказанію
своего работодателя, чиновникъ предписашямъ правительства, избиратель-католикъ слѣдуетъ команде
своего священника или капеллана, или если крестьянинъ восторженно привѣтствуетъ того, кто краснорѣчіемъ или матеріальными средствами умѣетъ
привлечь его на свою сторону, если, наконецъ, интерес!, к ъ избранію у народа или у самихъ избирателей настолько незначителенъ, что онъ можетъ

быть возбуждена, лишь искусственным!, разжнганіемъ,—то придется согласиться, что результатъ подобнаго избранія часто не будетъ имѣть ничего
общаго съ разумомъ и справедливостью. При необразованности или невѣжествѣ массы, при ея
умственной косности, несамостоятельности и матеріальной зависимости, подчиненіи обычаямъ п гіривычкамъ, или при всемъ ея грубо матеріалистическомъ способѣ мыслить и чувствовать, она является
большой помѣхой в ъ развитіи человѣчества, задерживающей это развитіе, и часто болѣе или менѣе
парализуешь колоссалыіѣйшія усилія просвѣщеннаго меньшинства, одушевленнаго благомъ человѣчества.
Безпредѣльная вѣра соціалъ-демократіи во всеобщее право голоса, какъ средство осуществленія
ея плановъ будущего, является поэтому по меньшей мѣрѣ весьма сомнительной. Но если это даже
и не такъ, и если бы удалось заставить рабочія
массы слѣдовать призывамъ ихъ вождей в ъ надежде получить путемъ всеобщего права голоса
политическую власть в ъ своп руки, то госпоцствующіе классы, какъ уже замѣчено, надлежащими агорами давно предотвратили бы подобную случайность или же приготовились бы къ серьезному конфликту. Итакъ, в ъ этомъ случаѣ тоже оставался бы
лишь путь насилія или революціи, исходъ которой
былъ бы по меньшей мѣрѣ весьма сомнителен!,, и
которая, можетъ быть, или даже весьма вѣроятно,
повлекла бы за собой обратное тому, чего хотятъ
соціалъ-демократы.
Второе изъ поставленныхъ требованій заключается в ъ н е п о с р е д с т в е н н о м ъ з а к о н о д а т е л ь с т в ѣ

п а р о д а , причемъ остается совершенно пеяснымъ,
какъ нредставляютъ они себѣ подробности осуществлен^! подобной мѣры. Быть можетъ, они нмѣютъ
в ъ виду Швейцарию, гдѣ принятіе или отклоненіе
важныхъ законопроектовъ рѣшается прямымъ всенародными, голосованіемъ. Но то, что возможно в ъ
маленькой Швейцарін, немыслимо в ъ болыномъ государств'!;, гдѣ подобное всенародное голосованіе
должно было бы сопровождаться величайшими неудобствами. Не слѣдуетъ также забывать, что эти
голосоваиія, вслѣдствіе глупости и необразованности масел,, кончаются часто весьма реакціонно и
препятствуют'!, самыми, благодѣтелыіымъ реформами,. Въ строго-католическихъ странахъ это иавѣрно повлекло бы за собой величайшія опасности
для свободы мысли и совѣсти; a вѣдь эти великія
блага выставлены на знамени соціалъ-демократіи.
Третій пунктъ требуетъ н а р о д н о й милиціи
в м ѣ с т о п о с т о я н н а г о в о й с к а . Насколько справедливо подобное требованіе само по себѣ, настолько же оно глупо при данныхъ политических'!,
обстоятельствах!,. Для Германін, втиснутой между
двумя крупными готовыми к ъ нападенію военными
державами, выполненіе подобного требованія было
бы иастояіцимъ политическимъ самоубійствомъ, не
говоря о томъ, что такое коренное измѣненіе привело бы наст, на болѣе или менѣе долгій иеріодъ
времени в ъ состояніе слабости или неспособности
в ъ воеиномъ отношенін, которое сдѣлало бы насъ
желанной добычей нашихъ хищныхъ сосѣдей.
Что касается связанного съ. этимъ пунктомъ
программы требованія рѣшать в с ѣ м е ж д у н а р о д н ы е с п о р ы т р е т ѳ й с к и м ъ с у д о м ъ , то это

требование всѣхъ искрениихъ друзей мира, являющееся, къ сожалѣнію, ДЛЯ настоящего времени,
подобно многнмъ другимъ соціалъ-демократическимъ пожеланіямъ, «бесплодными уснліями люови».
Четвертый пунктъ справедливо требуешь отмѣны
в с ѣ х ъ полицейских'!, ограничены с в о б о д ы в ы р а ж е н і я м н ѣ н і й и п р а в а с о б р а н і й . Въ свободномъ
или демократическомъ государств'!; это настолько
понятно само по себѣ, что упоминаніе объ этомъ
в ъ программѣ является совершенно излишнимъ.
Пятый пунктъ требуешь п о л и т и ч е с к а г о и соц і а л ь н а г о у р а в н е н і я ж е н щ и н ъ с ъ мужчинами,
требованіе, съ которымъ согласны и мнопе не соціалъ-демократическіе ученые и писатели, и которое, поэтому, не является характерными, для соціалъ-демократической программы.
То же самое относится и къ шестому пункту,
заключающему в ъ себѣ столь часто выставляемое
всѣми передовыми политическими партіями треоованіе о т д ѣ л е н і я г о с у д а р с т в а о т ъ ц е р к в и , уже
давно осуществленное в ъ Америк-!;.
То же можно сказать и о седьмомъ пунктѣ, требующемъ, чтобы школы были свѣтскимп, и чтобы
было введено обязательное безплатное обучеше, существующее уже во многихъ мѣстахъ.
Восьмой пунктъ снова требуетъ того, что уже
давно является требоваиіемъ либеральная законодательства, именно: безвозмездная о т п р а в л е н і я п р а в о с у д и я , права на аппеляцію, вознагражденія невинно-приговоренныхъ, уничтоженія смертной казни. Сюда же относится и требованіе производства суда избранными народомъ судьями. Примѣръ Америки, гдѣ этотъ институтъ уве-

личилъ подкупъ II мздоимство, долженъ былъ бы
удержать составителей программы отъ введенія в ъ
нее этого пункта.
В е з и л а т н а я в р а ч е б н а я помощь (включая
сюда погребеиіе умершихъ), требуемая девятымъ
пунктомъ, хотя п имѣетъ своп преимущества, но
съ другой стороны имѣетъ и большіе недостатки.
Впрочемъ, установленіемъ больничнаго сбора это
требованіе хотя до некоторой степени уже удовлетворено.
Десятый пунктъ относится къ важному вопросу
о н а л о г а х ъ , относительно которыхъ в ъ частности
существуют!,, какъ известно, самыя противоположныя мненія. Въ общемъ соціалъ-демократическія
требованія в ъ этомъ пункте совпадаютъ с ъ требованиями в с е х ъ друзей прогресса.
Къ этимъ десяти пуыктамъ присоединяется рядъ
требований, выставленныхъ специально « в ъ з а щ и т у
р а б о ч а г о к л а с с а » . При этомъ прежде всего снова
должно поражать выражение «рабочій классъ», ибо,
какъ уже замечено, самая ожесточенная борьба
соціалъ-демократіи направлена противъ какихъ бы
то ни было классовых!, различій и противъ такъ
называемого «классового государство». Какимъ образом!, можно соединить с ъ этимъ выдвиганіе обособленного отъ остального общества «рабочаго
класса», подъ которымъ, если подробно последовать дело, можно подразумевать лишь не имеющих!,
собственности рабочихъ, занимающихся Физическим!, трудомъ0? Почему эти рабочіе должны составлять особый классъ6? Въ правильно организованномъ государстве рабочими являются или должны
являться' в с е , независимо отъ того, работаютъ

они руками, ногами, или головой, или какимъиибудь другимъ образом!,; поэтому нельзя считать
противоположностью или делать различіе между
«рабочими» в ъ соціалъ-демократическомъ смысле
и остальными гражданами. Несмотря на это, соціалъ-демократическая программа требуетъ для
своихъ «рабочихъ» особой «защиты государства»,
и именно в ъ следующихъ пунктах!,:
На п е р в о м ъ месте стоитъ известное требование
нормальнаго восьмичасового рабочаго дня,—
требование, которое, какъ известно, могло бы быть
успешно проведено лишь международным!, соглашеніемъ, а до т е х ъ поръ, пока на это нѣтъ надежды, должно быть названо утопическимъ. Къ
этому следуетъ прибавить, что большинство самихъ
рабочихъ не хочетъ и слышать о такомъ постановлении, видя в ъ этомъ тяжелое ограничение личной
свободы и ущербъ для своего заработка. Въ рѣзкомъ противорѣчіи съ этимъ требованіемъ находится, впрочемъ, ставшій известным!,, благодаря
газетамъ, фактъ, что в ъ типографіяхъ соціалъ-демократической партіи въ Берлине и Франкфурте
на Майне установлен!, девяти и десятичасовой рабочій день.—Более подробный постановления относятся къ воспрещению детской и (ненужной) ночной
работы, къ определенному времени для отдыха и
запрещению такъ называемой Trucksystem *),—'требованія, съ которыми темъ более можно согласиться, что для проведенія ихъ нѣтъ необходимости в ъ соціалъ-демократическомъ государстве.
Э Система вознагражденія рабочихъ не наличными деньгами, а
различными товарами.

Перев.

Требованія, поставленный на в т о р о е мѣсто,
касаются частью государственного надзора за фабричной промышленностью и фабричной гипеной,
частью же основанія чего-то в ъ родѣ министерства
труда. Первое требование, благодаря учреждений
государственной фабричной инспекціи в ъ болыпинс т в ѣ к у л ь т у р н ы й , странъ, болѣе или менѣе уже
удовлетворено, тогда какъ такъ называемое министерство труда, насколько намъ извѣстно, учреждено только во Франціи, в ъ д р у г и х * же с т р а н а х *
оно замѣняется промышленными и сельско-хозяйственными ведомствами.
Т р е т і й п у н к т * т р е б у е т * уравненія в ъ п р а в а х *
сельских* рабочих* и с л у г * с ъ фабричными рабочими. Такъ какъ в ъ правовом* г о с у д а р с т в е в с е
граждане б е з * исключенія пользуются одинаковыми
правами, то э т о т * п у н к т * б е з * более п о д р о б н а я
толкования является неяснымъ.
Ч е т в е р т ы й и послѣдиій пункшь, требующій
принятія на себя государствомъ общаго страхованія рабочих-ь, болѣе или менѣе совпадаешь с ъ третьим!, -гребованіемъ пашей соціалыюй реформы, и
лишь значительно отстает-!, о т ъ него в ъ смысл",
требуемого нами обязательного с т р а х о в а н ы в с ѣ х ъ
гоажданъ безъ исключения.
Что же касается приводимого далѣе требованы
«руководящего содѣйствія рабочихъ в ъ п р а в л е н ы . ,
то авторъ программы не вполнѣ уясняешь ceoL,
что онъ хочешь отимъ сказать. «Управлять» совсѣмъ не то, что размахивать молоткомъ или
действовать иглой, и для этого требуются совершенно иныя способности и познанія; и поэтому
господа рабочіе поневолѣ должны будутъ предо-

ставить эту дѣятельность другпмъ, болѣе приспособленным-!, для этого силам-!,. Насколько рабочіс,
предоставленные сами себѣ, не в ъ состояніи управлять своими собственными дѣлами, видно было на
т ы с я ч " примѣровъ. Несогласие, зависть, нѳдостатокъ
взаимного довѣрія ИЛИ знанія дѣла, нерѣдко нечестность руководителей или кассировъ, какъ извѣстно,
немедленно губили большую часть основанных-!,
рабочими т а к ъ называемыхъ гіроизводителыіых-і,
ассоціацій, между тѣмъ какъ немногія сохранившіяся совершенно потеряли изъ вида ихъ идеальную цѣль, а основатели и участники в ъ дѣлѣ весьма
скоро превратились в ъ классъ буржуазіи и мелкихъ
кцпиталистовъ и стали относиться къ рабочимъ,
которым-!, они давали работу, теперь уже открыто,
какъ къ получающимъ вознаграждение рабамъ, точно
такъ же, какъ поступаютъ ненавистные капиталисты и владѣльцы фабрикъ. Изъ этого совершенно
ясно, что для большинства людей собственный
интерес-!, стоишь выше всякого другого, и что в с я кой общественный строй, не считающійея с ъ отимъ
интересомъ и не умѣющій согласовать его с ъ интересами общества, на первыхъ порахъ но крайней
мѣрѣ, не достигнет-!, цѣли.—
Если мы бросимъ ретроспективный взглядъ на
приведенные здѣсь одинъ за другпмъ пункты соціалъ-демократичеекой программы, то, разсматрпвая
ихъ безъ предубѣжденія, мы будем-ь принуждены
сознаться, что они не имѣютъ болѣе пли менѣе
серьезного основанія п никонмъ образом-ь не способны привести к ъ соціалъ-демократическому Эльдорадо. Они, какъ уже замѣчено, частью невыполнимы, частью болѣе или менѣе уже приведены в ъ

исполнение, частью же совпадаютъ с ъ давно признанными и отчасти уже осуществленными требованіями буржуазного либерализма или политической
демократіи. Ихъ предъявление основывается не
столько на самой сущности дѣла, сколько на томъ,
что вождямъ нужно было дать что-нибудь положительное руководимымъ ими массамъ. Настоящая же
цѣль, или превращеніе всего товарного производс т в а в ъ общественное, остается при этомъ такой
же неопредѣленной и туманной, какъ и раньше, и
не совпадаетъ с ъ гораздо болѣе широкимъ, охватывающимъ в с ѣ общественные слои безъ исключенія, понятіемъ «работы», какъ таковой.
Моя программа соціальной реформы, напротивъ
того, ясно, прозрачна и легко осуществима безъ
примѣненія насилія, какъ только удастся мирными,
путемъ убѣдить большую часть людей в ъ ея справедливости, а также и в ъ ея полезности и необходимости. Поэтому выборъ между обоими способами общественного освобожденія, какъ мнѣ кажется, не представляется труднымъ.
Впрочемъ, авторъ не хочетъ распроститься съ
соціалъ-демократіей, не признавъ за ней той заслуги,
что с ъ одной стороны, благодаря агитаціи, она
обратила внимаиіе обширного и имѣющаго большое
значеніе класса людей на необезпеченность и неудовлетворительность его положенія, о съ другой
стороны давала вообще много разъ толчекъ к ъ
обеужденію и разработкѣ соціального вопроса. Доже
и безъ рѣшенія соціальнаго вопроса в ъ соціалъдемократическомъ духѣ, эта заслуга принесешь свои
плоды в ъ дѣлѣ наступленія нѣкогда осуществленія
лучшаго будущаго для общества.

Если же авторъ ошибался в ъ своихъ сужденіяхъ
о соціалъ-демократическихъ ученіяхъ, то онъ охотно
готовъ выслушать объясненія. Для него имѣетъ
значеиіе не одобреніе, а лишь истина и улучшеніе.
Ибо онъ согласенъ с ъ дуракомъ в ъ Шекспировской
комедіи «Какъ вамъ угодно», сказавшими,: «Чѣмъ
больше друзей, тѣмъ хуже, чѣмъ больше враговъ,
тѣмъ лучше. Потому что с ъ врагами я научаюсь
самопознанію, а друзья меня надуваютъ». Руководствуясь этой мыслыо, авторъ хочетъ закончить
настоящее изложеніе прекрасной цитатой изъ нашего великаго поэта Р ю к к е р т а :
Всѣ тѣ, кто къ истинѣ идетъ чрезъ заблужденье,
Суть мудрецы,
A тѣ, которые косн'Ьютъ въ заблужденьи,—
Глупцы.