7Г (В. Л'ОХАЪОФ
ЛТуманы плачут


Кемерово
Кузбассвузиздат
2015
ББК 84Р7-5
П65
Похабов П. В.
П65 Туманы плачут росами: стихи / П. В. Похабов. -
Кемерово: Кузбассвузиздат, 2015. - 131 с.
ISBN 978-5-202-01297-6.
ББК84Р7-5
ISBN 978-5-202-01297-6
©Похабов 11. В., 2015
© АИ «Кузбассвузиздат», 2015
От автора
Уважаемые читатели!
В это непростое время нельзя оставаться
равнодушным к происходящему вокруг. Когда
на Россию смотрят лишь как на лакомый кусок.
А здесь люди живут! Рождаются и умирают, влю-
бляются и женятся, встречаются и разлучаются.
Живут и богатые, и бедные, и порядочные, и бес-
совестные, и жестокие, и милосердные. Несмо-
тря ни на что, жизнь продолжается. В свое время
украинский писатель Михайло Стельмах напи-
сал роман «Кровь людская - не водица». Сейчас,
наверное, некоторые об этом забыли. Зря. Ког-
да-то Достоевский сказал, что мир спасет красо-
та. Я бы к этому добавил: «Не только красота, но
и доброта, милосердие, человеколюбие».
плачут f/nca.cnc
4c 4c 4c
Ты грустишь, и тебе одиноко.
Тусклым пламенем светят огни.
Сиротливо бегут мимо окон
Безнадежные серые дни.
То, что будет, цыганка сказала,
То, что было - скажу наизусть:
Незаметно мне в душу забралась
Одинокая бедная грусть,
Потихоньку прошла в уголочек
И присела, потупив глаза.
А на синий в горошек платочек
Потекла горемыка-слеза.
И зашлась слезами не в меру,
Запечалилась бедная грусть.
«Кто обидел? Какая холера?
Мне скажи, я с ним разберусь,
Обращу в христианскую веру,
Покажу ему кузькину мать.
Поделом, стало быть, лицемеру,
Будет знать, как грусть обижать».
Ты грустишь, и тебе одиноко.
Тусклым пламенем светят огни.
Сиротливо бегут мимо окон
Безнадежные серые дни.
4
rmf>
* * *
У заброшенной избушки,
Возле каменных ворот
Неприметно-неприглядно
Волчья ягода растет.
У нее дурная слава,
Нехорошая молва:
Несъедобна, мол, отрава,
И шальная голова.
Перегуды, пересуды,
И, как будто бы на спор,
В женихи к ней набивался
Старый мудрый мухомор.
А сестра ее - сестричка
Лет двенадцати на вид,
Как девчонка-невеличка,
В чистом полюшке стоит.
Из-под серенькой юбчонки
Ножка стройная видна.
«Как зовут тебя, девчонка?»
Отвечает: «Бузина».
5
n.uiiifm JwctKtut,
* * *
Гимн исполнен, и вывешен флаг,
На Парнасе ликует избранник.
Только вдруг из далекой страны
Появился загадочный странник.
Он едва лишь сошел с корабля,
Засияла, запела земля.
Засмеялось осеннее солнце,
И потомки великого Нобеля
Распахнули пошире оконца.
Скандинавы застыли внимая,
Злой октябрь стал солнечным маем.
Он едва лишь сошел с корабля,
Засияла, запела земля!
Он песни пел про дивную страну,
Где уважали и ценили старину.
Слагал стихи про солнечный рассвет,
Как одолел злодея Пересвет.
Оплакивал ушедших матерей
И восхвалял подросших дочерей.
Рассказывал про подвиги отцов -
Непобедимых русских молодцов.
6

Горевал о солдатах-сынах,
Что приснятся лишь в радужных снах.
Про ночное поведал, покосы
И Аленушек русые косы.
Он едва лишь сошел с корабля,
Засияла, запела земля!
пм11у,т jKxtKtut
* * *
«Прощание» - печальное слово,
Печальнее только - «молва».
Мы встретимся снова и снова,
И кругом пойдет голова.
У старой раскидистой груши
Прощались погибшие души.
Не останние и не першие,
По злодейской указке умершие.
Не видать им своих малых деточек,
Небо синее в черную клеточку.
Небо синее кровью забрызгано
Молодых, правду жизни не вызнавших.
Театр войн - чудовищный театр.
Здесь есть свой режиссер, свой оператор.
Галерка есть и даже ложи,
Где правят бал заморские вельможи.
А коли здесь идет война,
То, значит, есть и схема,
Чтоб не царила тишина
От «доброго» «покладистого» Сэма.
И несет, и сеет беды,
Сеет смерти, хоть убей,
Проводник и проповедник
Подлых западных идей.
S
jZr<4ir/r/
Никогда пелена с людских глаз не спадет.
Кто допрежь воровал, тот опять украдет.
Кто детей убивал, убивал их отцов,
Это все смаковал и хихикал во мгле,
Для таких подлецов
Места нет на Земле.


пм/чут ftcca.tui
* * *
Девчонку несмышленую
Обидели в автобусе.
На глазки навернулись
Непрошенные слезы.
«Обидели» - сказуемое,
«Обида» - подлежащее.
И не понять, где прошлое,
А где же настоящее?
«Обидели» - сказуемое,
«Обида» - подлежащее.
Обида вроде детская,
А слезы настоящие.
10


* * *
Перед Всевышним кланяюсь в пояс,
Пред ложным искушением устою.
И лишь обратный быстрый скорый поезд
11е замечает станцию мою.
Какая злая неоконченная повесть.
Нелепая, как брошенная жизнь.
И я тебе, обратный скорый поезд,
В который раз кричу: «Не торопись!
Езжай помедленнее, встань на перегоне,
Как пожилой усталый человек.
Не забывай, что доживал в агонии
Такой несчастный и кровавый век».
Шагают вдаль шальные километры,
А по ночам свирепствуют ветра.
Чудо-красой пленяют небо кедры.
Поодаль церковь Павла и Петра.
Зайдем, помолимся и поставим свечи,
С тоскою поглядим на образа,
Чтоб было по-людски, по-человечьи.
Без веры православным жить нельзя.
Тебе, Всевышний, кланяюсь я в пояс,
Пред ложным искушением устою.
И пусть обратный быстрый скорый поезд
Почтит вниманием станцию мою.
/У
г’ЛГу.нл'мы	f/ссжнч
* * ★
Вечер на дворе. Сегодня пятница,
Мне чертовски хочется дурачиться.
Вылечу из дома ветром вольным я,
Пусть душа сегодня будет вольная.
Полечу на море, море Белое,
Там немного шороху наделаю.
Вот плывет, плывет буржуй на яхточке,
Я его немного побарахтаю,
Напою соленою водичкою,
Назову, блин, несмышленой птичкою.
Шороху на Белом я наделаю,
Полечу потом на Средиземное:
- Где ты там, сопляк, на пятипалубной?
Я тебя сегодня не пожалую,
Отшвырну от берега Лазурного,
До поры раздутого, гламурного.
В щепы размечу твое суденышко.
И пойдешь ты, паразит, на донышко.
Погостишь немножечко на дне,
Словно бы в сыром, холодном Лондоне.
'КыаЛ(
* Л *
Порою не сбываются приметы.
И сегодня опять, как назло,
Дышит зноем капризное лето,
Л птенцы уж встают на крыло,
Деловито снуют по пригоркам,
Оперенье на солнце блестит.
«Посмотри, посмотри же, Егорка,
Самый шустрый сейчас полетит!»
Шаг за шагом - и снова шажочек,
Шаг за шагом - и снова шажок.
Не насмелится бедная птица.
«Что ты медлишь? Решайся, дружок!»
И как будто бы вняв нашим просьбам,
Клюв раскрыл от волнения, и вот
Наш герой свои крылья разбросил,
В бездну шаг - и начался полет!
Синью манит прохладное небо,
Манят солнце и море у скал.
И нигде в этой жизни он не был,
Ничего он еще не видал.
Но окрепнут, расправятся крылья,
Будет море и солнце у скал.
И легенда окажется былью,
Где доныне никто не бывал.
Не сбываются часто приметы.
И сегодня опять, как назло,
Задождило капризное лето,
А птенцы уж встают на крыло.


•к к к
Пять фронтов прошел,
Сто дорог, и звезда светила во мгле.
Как я смог прожить без тебя
На израненной бедной земле.
'Гвой письма хранили меня,
Твои чувства меня берегли.
И враги бы убили меня -
Обереги твои помогли.
Я вернулся в родное село,
Повстречал меня дед Ферапонт:
«Ты прости нас, солдат дорогой,
Похоронки не носят на фронт...».
Я от горя ослеп и оглох
И, как призрак, блуждаю во мгле:
«Как мне дальше жить без тебя
На заброшенной Богом земле?».
/5


* * *
Среди гор, в ложбине,
Городок возник.
Где-то на чужбине
Сын его погиб.
Ты живи и здравствуй,
Милый городок,
В светло-синем царстве
Солнечных дорог.
Средь березок и сосен красивых -
Бесконечное сердце России!
В светлой рощице стена Памяти.
Здесь Герои, что Гурьевск прославили.
И взгрустнет потихоньку тальяночка,
И гурьянин вздохнет, и гурьяночка.
Принесут весной дети малые
И гвоздики, и розы алые.
И уложат их вам в изголовье -
Сыновьям - с материнской любовью.
/6
‘КмпМ
* ★ ★
Я забрался в медвежью берлогу,
Изумился, на слово поверь:
Как в такой теснотище убогой
Помещался немаленький зверь?
Не согнуться, не разогнуться,
Не притопнуть и не сплясать,
Лишь покорно клубочком свернуться,
Зиму-зимушку лапу сосать.
Да и люди - посланники Бога -
Зачастую зимуют в берлогах.
Мораль сей басни ясна:
Берлога и та не каждому дана.

n.utrtf m f*ocfK*u<
* * *
Столица Сибири - большой Новосиб...
Тык дому подъедешь на светлом такси.
По лестнице вверх поднимись поскорей,
Где Китнесс встретит у самых дверей
И скажет: «День добрый» (по-кошачьи «Мур!»).
А ночью приснится цветущий Амур,
Еще приснится святой Николай
И спросит желанья, а ты пожелай:
Чтоб жить-поживать, поживать, не скучать,
Чтоб верного друга в пути повстречать,
Чтоб годы шагали упрямо,
Чтоб дома всегда ждала мама.
В косу русую вплети
Золотую ленточку.
И танцуй, и веселись,
Девочка-студенточка!
С тонкой веточки вспорхнет
Озорная льдиночка.
С днем рождения тебя,
Милая Алиночка!
18
ж ж тк
Круто изменился ход судьбы,
Волны жизни закачали катер,
Может, яхту мне приобрести
И в спокойный перейти фарватер.
Не нужна политика совсем.
Не за левых я и не за правых.
Буду берег из лазури изучать
И катать француженок картавых.
Средиземноморье изучу сполна -
Хватит слыть уже неучем, хватит!
Может, Адриатики волна
К стенам града вечного докатит.
Прохожу по Риму день-деньской,
А потом, совсем уж на закате,
Под печальный колокольный звон
Загляну в гости к Римскому Папе.
Папа встретит меня хорошо,
Посмотрев по-отечески мудро
И подробно обо всем расспросив,
Из Ватикана отпустит лишь утром.
Позже олигарха повстречаю,
Предложу с ним в шахматы сыграть.
Я не знаю, как же он играет
И какой предложит вариант,
Только я сыграю Каро - Канн.
19
ианы пмчут fwcfK*u
Я его, понятно, обыграю
И вдобавок про себя, тайком,
Матом обложу семиэтажным,
Назову негодным сопляком.
Он меня, понятно, не услышит
И вдобавок про себя, тайком,
Имя мое в книжечку запишет,
Назовет веселым шутником.
Позже мы надолго разойдемся,
Точно так, как в море корабли.
Хорошо бы мне купить яхтенку,
Жалко, что финансы на мели.
20


к 'к к
Живет дилемма: быть или не быть?
И есть проблема: жить или не жить?
Если жить, так надо честно жить:
Отечеством, свободой дорожить.
Поддерживать достойнейший народ
И не растить бездомных и сирот,
Хранить и помнить традиции отцов,
Наказывать злодеев, подлецов,
Побольше делать, меньше говорить,
Разумное и доброе творить.
Говорят, в этом грешном быту
Наши души бессмертны, нетленны,
И, наверное, потому,
Их услышав, заплачет Вселенная.
Мы четко, ясно вынесли из школы
Склонения, спряжения, падежи.
А жизнь людская - та же теорема:
Попробуй! Попытайся! Докажи!
21


* * *
Когда сил больше нет,
А так хочется жить,
Беспокоят давнишние раны,
Вы развейте тоску, разгоните печаль,
Не старейте душой, Ветераны!
Солнце луч золотой и лесной ручеек
Каждый день вас приветствовать рады.
Пусть фортуна-судьба вам протянет ладонь,
Боевые друзья Сталинграда!
Поседели виски, поредели ряды,
Но болезням сдаваться не надо.
Вы, как прежде, возьмите последний рубеж.
Удалые бойцы Сталинграда!
Пусть недуги уйдут насовсем, навсегда
И здоровье вам станет наградой.
Вы живите теперь и живите всегда,
Золотые бойцы Сталинграда.
Stem ft сКшк/oi

* * *
Я - простой человек,
Ни волшебник, ни гном.
Я живу на Земле
И пишу о земном.
И стихи - порой просто стихия,
И не надо судьбу ворошить,
Как детишки на свет народились,
Так же плачут и просятся жить.
* * *
И живут, и блистают таланты,
Умирают, рискуют судьбой...
И стоят тополя, как атланты,
На плечах небосвод голубой!
44-ff.
•к тк Ж
Ночь. Зима. Средневековье.
Дуют резкие ветра.
Тыс горячею любовью
У горящего костра.
Молодая и нагая -
Красота из вещих снов!
Дорогая, дорогая,
Несравненная любовь!
Ты стоишь и замерзаешь,
Русый локон на челе.
Я другой такой не знаю
На истерзанной земле.
И мои надежды тают,
Что тебя увижу вновь,
Золотая, золотая,
Ненаглядная любовь!
По ночам я сжег все свечи,
Вовсе не ложился спать,
Чтобы видеть твои плечи,
Твои волосы ласкать.
Мое сердце говорит мне:
«Тебя знаю, как никто.
Ведь не выйдешь ты к молитве
В старом клетчатом пальто.
24
yj&mft ‘/Гола</с&
He насытит тебя ужин,
Не уляжешься ты спать.
Тебе надо, тебе нужно
Свою милую спасать».
«Что для этого мне нужно?» -
Я спросил издалека.
«Уведи с чужой конюшни
Вороного рысака.
Заседлай коня пожестче,
Возьми бурку и клинок.
И скачи по белой роще
Там, где солнце, на восток.
Если встретят басурмане
Грубой, злобною гурьбой,
Ты не бойся, всадник ранний,
Ты им дай последний бой!
А исход реши на месте,
Ведь иначе - дело швах...
И сгорим с любовью вместе
На языческих кострах...»
г. Гурьевск, 2015 год

УКу-ипны п.и/ч^т ffoca.nn.
•k * *
Шел дорогой тяжелой, тернистой.
Не упал, не сломался и выстоял.
И пришел по вершинам и склонам
К своим предкам с сыновьим поклоном.
И сердце сильнее забьется,
Пусть плачущий вдруг рассмеется.
Больной сразу станет здоровым,
Седеющий - черноголовым.
И стройным пусть станет горбатый,
Бедняк сгребет деньги лопатой.
Обиды забудутся древние,
Воскреснут пустые деревни.
Снега заблестят в серебре,
И люди вдруг станут добрее.
Навстречу протянутся руки,
И друг не забудет о друге.
И брат стеной встанет за брата,
Враги замолчат виновато.
И солнце на сказочном блюде:
«Живите в согласии, люди!»
26


* * *
Монотонно заиграли трубы,
Об одном теперь тебя молю:
Может, ты когда-нибудь полюбишь
Фантазерскую сущность мою?
Может быть, когда-нибудь увидишь,
Что один стою я на краю?
И отказом горьким не обидишь,
И поймешь, что я тебя люблю.
Может быть, мы новый дом построим?
И совьем семейное гнездо,
И удвоим семью иль утроим,
И пусть люди скажут: «Повезло!».


п.ючут fxwi.tut
к к -к
Красу твою в камень речной обратил,
А камень, как память, в туман превратил.
В ночных сновидениях, о Боже ты мой!
Как чудным мгновением, любуюсь тобой.
Туманные ночи.
Туманные дни.
Тоску мне пророчат,
Печаль и огни.
Огни пролетающих мимо комет,
Любовь и страдания
На множество лет.
Тоску устремившихся ввысь журавлей,
Печаль не напившихся вдоволь полей.
Любовь и страдания,
Тоска и печаль.
И годы,
Летящие в звездную даль....
28
rmfi 'JCc-mr/rA
* * *
Я не знаю, как тебя найти?
Где живешь ты? Как твое имя?
Я не знаю, с кем тебя сравнить?
Разве что с прекрасною богиней?
Ты явилась нежданно,
Безо всяких звонков.
Словно бы Несмеяна
Из таинственных снов.
Словно бы Афродита
Из морской глубины.
Мое сердце разбито,
И слова не слышны.
Меня, с горячечною кровью,
Ты, ради бога, позови.
И я примчусь к тебе с любовью,
С средневековием любви.


11Ки.м*ы n.vi-iym Jmw.hh
* * *
Хорошие, светлые, добрые новости:
Он в гости ко мне зашел с «Каменным гостем»,
Шутил и смеялся душевно и ярко,
А ночь целовалась с певуньей-цезаркой.
Туман обнимался с певуньей белесой,
А ветер ласкал ее русые косы.
Плыл по небу месяц румяный и полный,
Ласкал и лелеял прибрежные волны.
Ласкал и лелеял,
Журил и любил
И вскоре на небо
Дорогу забыл.
Мой гость Александр
Семьей дорожил,
Спросил бы Кассандру,
Доселе бы жил....
Печальный и скорбный,
Вина пригубил
И вскоре на небо
Дорогу забыл!
30
.‘jtrmfi Жомн/об
к -к *
Лес проснулся, смахнул зимний спальник,
В стороне где-то дятел стучит.
Разыгрался проказник-протальник,
С дальних гор побежали ручьи.
Л ночами, глухими ночами
Запирайте покрепче дома.
Когда юный протальник задремлет,
В его царство ворвется зима.
Заморозит она, забуранит
И сердца своим холодом ранит.
И жилища прижмутся друг к другу,
Словно люди в холодную вьюгу,
Плотно-плотно плечами-стенами,
Не возьмет их ни дождь, ни цунами.
Это ж надо такому случиться,
Людям есть чему поучиться!
И теснее прижаться друг к другу,
Как жилища, в январскую вьюгу.
* * *
Он был поэтом. 11ету спора.
И рассуждал об этом страстно, пылко.
Свои стихи писал лишь на заборах.
И на недавно выпитых бутылках.
31
* * *
В давно ушедших
Я души не чаю,
Ушедшим близким -
Скорбная печать.
Их имена еще я повстречаю,
А им мое - уже не повстречать.
В рожденных в будущем
Я души не чаю.
Прапраправнучкам - жить и не скучать.
Имя мое, конечно, повстречаете,
А ваши мне - уже не повстречать...
* W *
Я - Ромео, ты - Джульетта.
Черно-белое кино.
Есть вопросы, нет ответов,
Дождь стучит в мое окно.
Я любовь твою девичью
В руках ласково кручу.
А любовь кричит, как птичка:
«Не удержишь - улечу!»
32
cm ft SKojcami
* * *
Я не знаю, что случилось?
Что ты сделала со мной?
Яркой молнией светилась,
Белоснежною зимой.
Завладела, захватила
Душу раненую вновь.
Хмелем ласковым обвила,
Взволновала мою кровь.
Прямо в сердце поразила,
Позже выстрелив в висок...
Из подрубленных деревьев
Вытекает свежий сок...
к к к
В школе получал пятерки,
Был тому безмерно рад.
Ездил в Горький, видел Горки.
Кушал горький шоколад.
33
плачут ftcca.ua
к к к
Первый бой! Первый бой! Первый бой!
Сердце чаще обычного бьется.
А сосед мне кивнул головой:
«Ты не бойся, парнишка, пробьемся!».
Отшумел, отгремел первый бой,
Снова солнце сквозь слезы смеется.
Мой окопный товарищ живой,
Я окликну, и он отзовется.
Расскажу я ему про Сибирь,
Про дожди и туманы, про стужи:
«Хороши вечера на Оби!
На Катуни рассветы не хуже!»
Он в Поволжье семью потерял -
Неприятная, злая картина.
А еще мне сказал, чтоб я знал,
Что похож на погибшего сына.
...Гремела война, шелестели дожди.
Менялась страна, и старели вожди.
А на той высоте, где обрывистый склон,
Утопая в крови, погибал батальон.
И сказал мне сосед: «Вот беда так беда -
Их орда, нас осталось лишь двое.
Ты гранаты, сынок, береги
Для последнего, ближнего боя.
34
I

Ты не бойся, пока я с тобой.
Мы воюем за общее дело.
Ты живи, ты еще молодой»...
И прикрыл меня раненым телом.
Я толкаю его: «Ты живой?»
Но, увы, сердце друга не бьется.
И звучит, как печальный габой:
«Ты не бойся, парнишка, прорвемся!»

к к -к
Пространство светом солнечным залито,
Как будто летний дождичек прошел.
Меня к тебе тянуло, как магнитом,
А я все не решался и не шел.
Боялся, что приду и все испорчу,
Взгляну в твои усталые глаза.
И вновь разлука будет рожи корчить
И говорить: «Встречаться вам нельзя».
И только ливень, теплый летний ливень
Прошелестел: «Решайся и иди,
Не будь так простодушен и наивен,
И все преграды рухнут на пути».
Мы все равно с тобою встретимся когда-то
В объятьях кромешной темноты,
Твои глаза блеснут, словно агаты,
И зашуршат прибрежные кусты.
Рука в руке и в длани длань,
И ты, как трепетная лань.
И я, как юный сорванец:
«Неужто прошлому конец?»
Все предсказано, сказано, сверено
Роковою недоброй судьбой.
Почему в каждой встречной намеренно
Ищу внешнее сходство с тобой?
cJGkxaJot
Пространство светом солнечным залито,
Как будто летний дождичек прошел.
Меня к тебе тянуло, как магнитом,
Я все-таки решился и пришел.
‘/Ку.чн'ны n.unym Jtoca.tut,
к к к
Мать-старушка из госпиталя
Получила письмо:
«Навестите, Ивановна, Вы сынка своего.
Он лежит весь израненный
И ни ест ничего, и без помощи маминой
Не поднять нам его.
Он командовал взводом, и в бою под Ирту
Взвод, изранен, исхлестан, удержал высоту.
Все сражались геройски до последней черты,
Их осталось лишь трос
После той высоты.
И лежит он несчастный,
В глазах вечный упрек.
- Что горюешь напрасно?
- Я ребят не сберег...
-	Не кручинься, служивый,
Не печалься, солдат,
Всем ушедшим на небо
Нет дороги назад.
-	Я знаю, что они не возвратятся
Ни темной ночью,
ни средь бела дня.
И только с поминальных обелисков
Мои ребята взглянут на меня».
38
Ах, если б небеса раскрепостились,
За героизм погибшим, как в награду,
Их души бы на Землю возвратились
В кристаллах снега и слезинках града.
'.УКу-нлны пмчут fxtcti.tm
* к -к
Тебя, как шар земной, руками трогаю,
В мечтах ласкаю, словно шар земной.
А ты, красивая, светлая и строгая,
Мимо меня проходишь стороной.
И значимое сразу стало мелочным,
Затихла, пригорюнилась весна.
И ты уходишь в белой шубке беличьей,
Что много лет мне грезится во снах.
А там, в далеком далеке,
Река-речонка сказочная.
Ее крутые берега
Смеются сверхзагадочно.
Там, где крутые берега,
Зажжется свет таинственный.
И я приду к тебе тогда -
К единственной! Единственный!
40
cmf> etJTojattJoi
* * -к
Прощай, Иркутск, мне уезжать пора.
Ты не скучай, ночная Ангара.
Из дальних странствий, словно Одиссей.
К тебе спешит красавец Енисей.
Строптивец гордый, как девятый вал,
Им недоволен батюшка-Байкал.
Коварный, вроде африканский Нил,
Родную дочку замуж поманил.
Не гневайся, седой, и не ворчи,
Влюбленные пусть встретятся в ночи.

* * ik
И что с того, что формы растеряла?
Не благоухаешь ароматом роз?
Ведь ты душой своей, как одеялом,
Меня укрыла в мартовский мороз.
Проснутся, застучат локомотивы,
Разгладятся морщинки у бровей.
Любимая женщина красива,
А любящая - вдвое красивей!
Да что с того, что лишний вес набрала?
Что по ночам порой грустишь тайком?
Ведь ты меня так бойко защищала
Своей душой, как рыцарским клинком.
Игра теней порой бывает лживой,
И я открою вековой секрет:
На свете каждая женщина красива,
А некрасивых женщин в мире нет!

rmft .'КомнЛЖ
* * *
Приготовился спать я,
Но в полночной тиши
Мне кричат мои братья:
«Ты про нас напиши,
Как влюблялись, дружили
И клялись на крови.
То, что мы не дожили,
Ты за нас доживи.
Тех, что раньше любили
И тебе не враги,
Чтобы нас не забыли,
Ты друзей береги.
Расскажи про Победу
Не с газетных столбцов.
И про нашего деда,
И про наших отцов.
Напиши про туманы,
Про дожди расскажи.
И про старую маму,
И про тропку во ржи».
Приготовился спать я,
Но в полночной тиши
Мне кричат мои братья:
«Ты про нас напиши...»
43
n.un^m [юс/кни
* Л *
Я целовал тебя в своих стихах,
Красивую, светлую и нежную.
И ты жила. Жила в моих мечтах
Прекрасною и доброю надеждою.
Я с тобой открывал
По ночам Южный Крест.
Я с тобой покорял
Ледяной Эверест.
Погружался, нырял
В твоих глаз глубину,
Словно бы
В Марианскую впадину...
Не бывает такой высоты,
Той, что сразу сдается без боя.
Я в мечтах доживу до мечты,
Когда будем с тобой только двое!
ffirmft JT&xa</of
к к *
Океанская вода - сильное безмолвие.
Я пришел к тебе тогда
Для того, чтоб помнила.
Океанская вода - риск и суеверие.
Я пришел к тебе тогда
Для того, чтоб верила.
Вместе с нами шар земной
крутится и вертится.
Что нашел тебя тогда,
Верится не верится.
Я в мечтах своих тогда
Был с тобой помолвленный.
Океанская вода - синее безмолвие.
В своих песнях и стихах
Был с тобой повенчанный.
Неземная красота - сказочная женщина!
к к к
Надоела война, грабежи,
Обвинения, угрозы и санкции.
Я весь мир в мать-Россию влюблю!
Главное - чтобы хватило дистанции...
45

n.ufiym /kniMi
* ★ *
Зимний вечер на дворе,
И погода стылая.
А девчонка в гардеробе
Грустная, унылая.
Из открытого окна
Тихой грустью дунуло.
Тихо плакала она
И о чем-то думала.
Не грусти, мой ясный свет,
Милая Аленушка.
Хочешь, брошу тебе вслед
Ласковое солнышко?
Хочешь связку соболей,
Шубку горностаевую?
Хочешь, чтобы в этот день,
Все снега растаяли?
Хочешь, в сказку превращу
Жизнь твою унылую?
Чтоб ты весело жила,
Улыбалась, милая!
46

* * *
Я был расстроен,
Был обижен.
Летний воздух был настоен
Ароматом спелых вишен.
И душа моя с цыганами
В вольном таборе кочует.
Неизвестно мне, незнамо,
Где любовь моя ночует?
Может, ветрами обласканная
Засыпает в поднебесье?
Может, грустная, несчастная
Тихо напевает песню?
Может быть, ее не радует
Чужедальняя сторонка?
Может, тихою отрадою
Льется песня жаворонка?
Может быть, она расстроена?
Может быть, обижена?
Может, воздух был настоен
Ароматом вишен?


/Ку. инны tuvittym ftncti.tui
* * *
Жил среди людей,
был затворником.
Водку горькую
Пил по вторникам.
И по средам пил, и по пятницам.
Да какая тут, собственно, разница?
А друган его служил дворником,
Слыл в своих кругах алкоголиком.
Гулеванил, смеялся и бражничал,
И по пьяни порой безобразничал.
«Впрочем, это лишь молва голая!» -
Ворковали окрестные голуби.
Год-другой прогуляли соколики -
Закадычные друзья - алкоголики.
Надоела потом жизнь мажорная,
Оба в залы пошли, тренажерные.
Стали трезвыми пятницы, вторники.
На других теперь кричат:
«Алкоголики!»
48
МСплгн/сЖ
* * *
Течет песок из солнечных часов,
А мы с тобой как будто с разных полюсов.
И вроде невелик меж нами путь,
Вернее - только руку протянуть.
Попристальней взглянуть
Судьбе в глаза.
Магнитом пусть притянет полюса...
А любовь моя, как птица
В ожидании вешних дней,
Звездной полночью лучится
В окружении огней.
И мне издали чудится
Твой девичий голосок:
«Возвращайся, мой любимый,
Через реки и песок.
Через ветер, через тучи,
Через солнечную рань,
Ты лети, любимый, лучший!
Только сердце не порань...».
49


* * *
Есть холода природные,
Есть холодность души.
Но делать обобщение,
Пожалуй, не спеши.
Порой чудесной вешнею
Снег превратится в дождь.
А душу охладевшую
Бедою не проймешь.
Природа оскудневшая
Имеет жалкий вид.
Душонка обнаглевшая
Не стонет, не болит.
Запасы были кровные
У дедов и отцов,
Их выкрали холодные
Затеи подлецов.
Есть холода природные...
50
* * чк
Не в угоду злодею Иуде
Я решился и выбрался в люди.
Повстречал звонкий смех юных модниц
И притворные вздохи старых сводниц,
Горделивый фасон светлых улиц,
И надменный сарказм недоумиц,
И таинственный бег переулков,
И ехидство больных недоумков.
Я пришел на грядущую площадь,
Искалеченный хмурый старик,
Попросил хоть копейку учтиво.
И нахально вещал телевизор,
Как живем мы достойно, красиво.
«Замолчите, да будет вам врать!
Перестаньте, да сколько же можно?»
И отец мне с небес говорил:
«Осторожно, сынок, осторожно...»
И июньский солнечный день
Посмотрел на меня настороженно,
И холодный подул ветерок,
И забегали хмурые тучи.
«Почему я забыл свитерок?
Отчего я такой невезучий?»
ЗКи.нл'ИЫ п.<ту.т
* * *
Весь мир обшит и загорожен сайдингом
С достоинством, солидно, не спеша:
Аукционы, холдинги, консалтинга
И досками забитая душа.
Больные души время не излечит,
Не просветит заблудшие умы,
А только лишь поранит, искалечит
И от сумы проводит до тюрьмы.
Больная совесть горя не услышит,
В холодном сердце вряд ли оживет.
И почему ребенок трудно дышит?
И для чего больной старик живет?
Весь мир обшит
и загорожен сайдингом...
rmf> ЖыМ
к к к
Биенье сердец и слияние душ
Унял беспристрастный молчания душ.
«Чудесница», «прелесть», «печаль» и «молва»
Какие забытые нынче слова.
Не спал, размышлял
До вечерней зари,
А там, за окном,
На снегу снегири.
Ходил и бродил,
Не отдыхал почти сутки
И утешение находил
В объятьях юной институтки.
А в снегу и на ветру
В преддверии зари
Мою печальную любовь
Оплачут снегири....

[цьШ'НЫ пм*у/т fKWktut
к к к
Безнадега моя безнадежная,
Ты опять возвратилась ко мне.
А душа трепетала и ежилась,
Как бумага на жарком огне.
Серый в яблоках конь
У ворот меня ждал.
В глазах блещет огонь,
И тихонечко ржал,
Нервно грыз удила
И копытами бил.
Серый в яблоках конь,
Он меня не забыл.
Я его, стригунка,
В чисто поле водил.
И купал, и кормил,
И растил, и холил.
Запылала тайга, загорелось село.
Нам пора убегать.
Забираюсь в седло.
Задымились сады,
Совсем рядом огонь.
Вывози из беды,
Несгораемый конь.
Увези в те края,
Где душа запоет.
Где, наверно, моя
Безнадега живет.
54

★ ★ *
Мели белые снеги,
Пролетали года.
Друг мой Женька Онегин
11е любил холода.
Он любил пробежаться
Босиком по росе,
Полежать, поваляться
В васильковой красе.
Был парнишка нехилый,
Полон жизненных сил
И с рогатиной, было,
На медведя ходил.
Ликовал, когда летом громыхает гроза.
Знаменитого тезку он не видел в глаза.
Очень было бы здорово:
Одолев время снегово,
На сторонке ковровской
Вдруг сошлись два Онегина.
Между тем наш Евгений
Повзрослел, посерьезнел,
Обзавелся семьею
И охоту забросил.
Дочку в школу нарядит и повяжет ей бантик.
А жена улыбается: «Ты последний романтик!»
И вдруг беда вселенская
Свалилась на страну,
Затеяли проклятую
Чеченскую войну.
55

iJKymri'M'H плачут j>cca.*a
Застрелили ребенка невинного -
Оборвалась песнь журавлиная.
Загубили ребенка безгрешного -
И оставили мать безутешную.
Потеряли ребенка-кровиночку,
И угасла его половиночка.
Без семьи и любимой
Он не мыслил и дня.
Если б не было дыма,
Не видать бы огня.
Все случилось внезапно,
Как в жестоком кино.
Ранен был в Гудермесе
И погиб в Ведено...
Мели белые снеги,
Пролетали года.
Друг мой Женька Онегин
Не любил холода.
к к к

Легкой поступью обмана,
Наяву или шутя,
Появилось из тумана
Черноокое дитя.
Красота ее от Бога,
Тонкий стан - от тополька.
Черноглаза, босонога,
И глаза - два уголька.
Речи, словно волны Ганга,
Танцы - ярче мотылька.
Современная цыганка
Грациозна и легка!
Легконога и умела,
Своенравна и быстра.
Вихрем поле пролетела
И уселась у костра:
«Я вольна и не спесива,
Таковой родила мать.
Помоги же мне, красивый,
Вольный табор разыскать.
Бриллиантовый, спаситель,
Молодец, что спас меня,
Бог храни твою обитель
От беды и от огня!
На прощание проси ты,
Что мне сделать для тебя?».

‘jKy.MUvm п.п/чут /кси.нн
«Твой тревожный табор рядом,
Это просто благодать.
На прощание прошу я,
Ты мне сможешь погадать?»
«Я не стану тебе ворожить,
Скоро сам все поймешь без меня,
Ты цепляйся за грешную жизнь,
Как за гриву лихого коня».
Я послушал гадалку, кажись,
Сидел дома, не шел никуда
И упрямо цеплялся за жизнь,
Как за кромку весеннего льда.
Жизнь летела, хрипела в огне
Через ржанье лихого коня.
И вернулась цыганка во мгле,
И осталася жить у меня.

•к it it
Снег. Зима. Завьюженное поле.
И январь в печальном ореоле.
Безжалостное дуло пистолета -
Гибель Величайшего поэта.
Вдова - Наталья, Ната.
Винит себя сама.
И над ее утратой
Заплакала зима.
Смертельную усталость
Засыпали снега.
И, как ребенок малый,
Захныкала пурга.
Притихли облака над опустевшим домом.
И племя призадумалось, младое, незнакомое.
Детишкам не видеть отеческих уз.
Что ты натворил, окаянный француз?
Дуэль - не подмога, судьба - господин.
Дантесов так много, а Пушкин - один.
Убийство - коварство и зло.
И тяжкий грех в этом пороке.
Январское солнце взошло
И село опять па востоке.
Россия, Россия - обитель Богов.
Не надо в страну приглашать чужаков,
С них проку нисколько, один только блуд.
Так пусть по своим заграницам живут.
59
'	плачет fic-rii,
Л * ★
Кот случайно поймал соловья,
Оборвалась вдруг песня моя.
И тревожно кричал воробей:
«Не убей! Не убей! Не убей!»
Покачал головою скворец:
«Нежилец! Нежилец! Не жилец!»
Недовольно рычал старый пес:
«Что себе позволяешь, Барбос?»
А хозяин кивнул головой:
«Что творишь ты, охальник такой?
Это ж райская птичка почти,
Прогоню из квартиры, учти».
Кот учел - отпустил соловья,
Продолжается песня моя.
/Сс.лгк/сЖ	~G''^ •
k к к
Сказал тиран тиранов:
«Воюем до конца!
Возьмем страну Иванов,
Не помнящих родства».
Иваны жили мирно:
Гоняли лошадей,
Лелеяли землицу
И берегли детей.
Учили жить по совести:
«Чужого не бери,
Умей делиться с ближним,
Трофеи раздари».
Июньской теплой ночью спокойно спал народ,
Фашистская армада затеяла поход.
Как пчелы, налетели «юнкерсов» стада
На спящие поселки, деревни, города.
Порочной злой агрессии не стал никто терпеть,
Достали крепко пчелы - и заревел «медведь».
Такой жестокой битвы не видел человек.
И застонал, заплакал навзрыд двадцатый век!
«Никто вас не звал и не кликал сюда.
Зачем вы пришли, душегубы?
На месте людского жилья
Торчат только черные трубы,
И ветры разносят печаль без конца,
И плачут сожженных младенцев сердца».
Погибла семья, и сгорело жилье,
Сгорело солдатское сердце живьем.
Кого же он будет любить и ласкать?
Погибла жена, и детишки, и мать.
67
-к к *

Война впереди, и бои впереди,
И бьется солдатское сердце в груди.
Тоскует и рвется, не может понять,
За что его близких посмели отнять?
Он будет теперь горевать, и грустить,
И злому врагу обязательно мстить.
В разведку пойдет, приведет «языка».
«Гутен абенд, фашист, будь твоя нелегка!»
Захваченный - важный эсэсовский чин,
Осиной дрожал в окружении мужчин.
Ресницами хлопал, бормотал: «Руссиш гут!»
И «Гитлер ист швайн!» И «Гитлер капут!»
Насильно послали его воевать,
А дома жена, и детишки, и мать.
И дом его - полная чаша,
Совсем не должна земля наша...
...Дороги фронтовые - дороги без конца,
Устали плакать души и горевать сердца.
Прошел солдат войною дорогу до конца,
Не стал солдат Иваном, не помнящим родства.
62
!‘Кала<М
к к к
Взбесилась нынче, что ли, Андромеда.
Расшелестелась, крыльями шурша.
Сошлись два «географических соседа»:
Украина и эти, как их, вроде CIJIA.
Два флага рядом: желтый с полосатым.
И любопытных не разбить лопатой.
Прошу учесть ответственный момент -
Ведь на трибуне их вице-президент,
Язык развесил вплоть до самых ног
И тихо внемлет, словно бы щенок.
Вот этот самый вроде, Яценюк.
«Какому Богу нынче молишься,
Хамелеон - вчерашний комсомолец?»
Горят поселки, города горят,
И небеса как будто говорят:
«...Самолет направляет пилот
Для безжалостной, подлой атаки.
На земле тихо дремлет народ.
И город большой - Нагасаки.
В дом беда не приходит одна,
Не проходит мимо.
И десять тысяч журавлей
Летят над Хиросимой...»
63

к к -к
Снег посыпал неспеша
Над лунною дорогой.
В белом мареве душа,
Да ее не трогай.
Снег насыпал, намостил
Белые сугробы.
Уезжают на такси
Девочки-зазнобы.
Уезжают на такси
Девочки-вертушки.
Белый снег посеребрил
Серые верхушки.
Белый иней. Белый снег.
Белая отрада.
Спит усталый человек.
Не буди. Не надо.
64
<'JCrmf> Жола(/ё$
if it if
Прости, любовь, что был так смел,
Но не вернулся, не сумел.
Был вроде ловок и умел,
Да дождь свинцовый песню пел.
В мечтах дарил тебе цветы,
Вплоть до зловещей высоты.
Где мы попали под обстрел,
Где дождь свинцовый песню пел.
Война когтистой лапою
Рванула мою грудь.
И осень тихо плакала,
Навеивая грусть.
И кровь сочилась, капала
Из раненой груди.
И умирала заповедь,
В которой: «Не вреди...».
65

ткf>ccn.U"
к к *
Осень - за труды награда.
Много света и добра.
На деревьях много злата,
А под ними серебра.
Белка, озорница белка
Тащит шишку на сучок.
Пищу на зиму готовит,
А за ней бурундучок
Гриб несет, лесной бродяга,
Чтобы спать и видеть сны,
Что припасы уцелели
И дожил он до весны.
Вот и в жизни так бывает:
Весим шишки на сучки.
Пашем, сеем, жнем, снимаем,
Словно мы бурундучки.
А придет иной мерзавец,
И нечистою рукой
Разворует кладовую,
И нарушит наш покой.
66

* * *
Забузила зима, заскандалила,
Дверь холодную настежь оставила.
И морозы стоят — не морозики,
Еле-еле ползут паровозики,
Пешеходы идут спотыкаются,
Потихоньку под нос чертыхаются.
И морозы - совсем не морозики,
Недовольно фырчат паровозики.
Птицы бедные хохлятся, ежатся.
И земля под ногами корежится.
А морозы - так просто морозищи.
И тревожно гудят паровозищи.
К нам весною придут ветры южные,
Холода сразу станут ненужными.
И морозы заменят морозики,
Веселей побегут паровозики!

УКу.нл'хы nMi'iy.m ftcca.mt
•к Л *
Коварнейший враг был опасен и плох,
Свой план «Барбаросса» он начал врасплох
Под рев «мессершмиттов» и лязг гусениц.
Стоял наш солдат от границ до границ.
Несметные орды теснили ребят,
Но дан был приказ: «Ни шагу назад!».
В кровавых бушлатах, по пояс в грязи
Стояли вы насмерть, упавши - ползли.
Не видел вражина повернутых спин,
Один в поле воин - совсем не один!
Герои войны! Хвала вам и честь!
Спасибо за то, что вы были и есть.
Дай бог вам здоровья. Совет да любовь.
И надо, чтоб войны не вспыхнули вновь!
68
rrnff
SloxnJit
* * *
После боя на привале
Солнце брызнуло лучом.
И солдаты толковали
Возбужденно, горячо.
Ведь для воина все свято,
Не гадайте на бобах:
Светлый ливень, горечь мяты,
Вкус полыни на губах,
Пробежать без автомата
По тропинке налегке,
И старушка - мать солдата,
И подруга вдалеке,
Налетевший быстрый ветер,
Разогнавший облака,
И весенний теплый вечер,
И малиновый закат.
Небеса укрыли землю,
В небо смотрится земля
И курлыканье приемлет
Молодого журавля.
После боя на привале
Солнце брызнуло лучом,
И солдаты толковали
Возбужденно, горячо.
69
Mf.


к к к
Едва пригрело солнышко,
И прямо у стены
Заплакали сосульки -
Предвестницы весны.
Природа пробуждается,
А вместе с нею птицы:
Нахальней стали воробьи,
Проворнее синицы.
У крошечной проталинки,
По краешку зари
Гуляют красногрудые
Залеты-снегири.
Весна - пора чудесная.
Весна волнует кровь.
Мальчишкам снятся девочки,
А девочкам - любовь.


* it *
«Поступки светлые, как дождь,
И мысли чистые, как снег.
Что тебе пожелать,
Золотой человек?»
«Чтоб было лето,
Скошенные травы.
Туман, как молоко,
Облил луга.
И где-то далеко
Среди дубравы
Стояли светло-желтые стога.
Чтоб дождик лил, не глядя на невзгоды,
И наполнял речные берега.
И чтоб, как прежде, как в былые годы,
Сияла в небе радуга-дуга».


л * *
Небо синее в белых прожилках
Улыбается, плачет, хохочет.
А на шее твоей бьется жилка,
С увяданием мириться не хочет.
Ты - моя чудесная находка,
Огонек, затерянный в ночи.
Прошагай уверенной походкой
И в ночные ставни постучи!
Постучи сильнее, не разбудишь,
Не нарушишь мимолетных грез.
Мои ночи стали вместо буден
В белом царстве сказочных берез.
Проходи скорее и разденься,
И рассмейся, чуб мой теребя.
Пусть исполнятся давние грезы...
А о том, как люблю я тебя,
Ранним утром расскажут березы.

SKrrnft ЖоммМ
к к -к
Хвалить хваленых, видно, мало толку,
Не верящих ни в сына, ни в отца.
Полжизни прошагал тропою волка,
Л нынче вышел на тропу ловца.
Мне все известно, ошибусь едва ли,
Нелегкий путь без помощи пройду.
Собаки, что вчера меня гоняли,
Сегодня у меня на поводу.
Я собак напоил, накормил,
Потрепал фамильярно по холкам.
Не ругал их и не корил
Лишь за то, что побыл в шкуре волка.
Объяснил им суровый закон:
«Погодите, нахлещете шишек,
Изловить надо страшных волков,
Что на воду сажают детишек.
И не надо тянуть повода
И пружинить ершистые холки.
Подождите немного, когда
Здесь пойдут настоящие волки».
Пробежали слепые щенки.
Протащились старухи-волчихи,
А стрелять мне по ним не с руки,
Ведь они безответны и тихи.
Появились, возникли волки.
Важно, чинно идут душегубы.
И у них золотые клыки,
И богатые серые шубы.
пм/чут f>cm.
Вот настал и нагрянул момент
Для решающей яростной драки!
Да не вышел эксперимент.
Боже правый! Л где же собаки?
Стушевались, поджали хвосты
И айда восвояси в кусты...
Ругать браненых, видно, мало толку,
Не помнящих ни сына, ни отца.
Полжизни прошагал тропою волка,
А нынче вышел на тропу ловца.

* * *
Звонок телефонный,
А в трубке молчанье.
Молчит абонент,
Затаивши дыханье.
«А что ты молчишь,
Мой амиго иль фройлин?
Ответ для тебя уж давно
приготовлен.
Давай говорить, если сильно охота.
Давай говорить про рыбалку, охоту.
Давай говорить о Ромео, Джульетте,
О верной любви, о печальном сюжете.
Мы чаю попьем,
Все обсудим на свете,
От счастья всплакнем,
Словно малые дети».
Звонок телефонный,
А в трубке молчание.
Звонок телефонный,
Окутанный тайной...

П~М!Чут f>nr)K<DJ)
* * -к
«С днем рождения, брат мой милый», -
Я сквозь слезы говорю,
На просевшую могилу
С тихим трепетом смотрю.
Павлик, Павлик, Павел, Пашка
Был любимцем детворы
И с душою нараспашку
Шел в соседние дворы.
Когда была жизнь тревожна,
Ты болящим помогал:
Сколько только было можно
Безвозмездно кровь сдавал.
Тебя многие любили,
И в награду за любовь,
Чтобы люди не забыли,
В чужих жилах твоя кровь.
Я тому невольный зритель,
Как с рождением зари
Повидать твою обитель
Прилетели снегири.
Прилетели и расселись
На березоньках вокруг,
Удивленье на пределе:
«Что не угощаешь, друг?».
Между тем уж снег растаял,
Где-то звонят бубенцы,
А от центра до заставы
Расселяются скворцы.

«С днем рождения, брат мой милый...» -
Я с печалью говорю
И на братскую могилу
С тихим трепетом смотрю...
iKAfvtg/m
•fc & Vc
Как-то вдруг потемнело,
Тучи небо заносят.
Я поранил малину,
А она плодоносит.
Я косил у забора лебеду и крапиву,
Не успел разглядеть жизни тонкую ниву,
Тонкий стебель разрезал разудалой косою,
И малина залилась теплой сладкою кровью.
Не волнуйся, малинка, я тебя не оставлю,
Тонкий столбик - плечо под твой стебель
поставлю
И глубокие раны чистой глиной замажу,
На больной стебелек чистый бинтик прилажу.
Твои жилы нальются
Молодой, свежей кровью,
И ветвями помашешь
Мне при встрече с любовью!
* * *
Зимний вечер на дворе,
Дальняя дорога.
Провожает Водолей
Друга Козерога.
По дорогам бытия
Пройдено немало,
Проводы большой любви,
Слезы на вокзалах.
Белый снег посеребрил
Светлые попоны,
И по снежной целине
Мчатся чудо-кони.
Снег. Мороз. Зима. Январь.
Теплая одежда.
С днем рождения тебя,
Наденька, Надежда.

плачут ftoowui
к к *
Чудеса на широких экранах.
Снится: я как будто бы в Каннах,
Дружелюбно беседую с Гиром,
И подъехал дружок мой Де Ниро.
— Здравствуй, Петр!
- Приветствую, Роберт!
Как жена и детишки? Как хобби?
- Все о’кей, хорошо все и ладно,
На душе и на сердце отрадно,
Ребятишки давно уж с усами.
Расскажи, как живете вы сами.
Про малышку поведай, Алину,
Расскажи про свою половину.
Вспоминаем о вас мы с любовью.
Как живете в Сибири с Любовью?
Нам понравились сибирские горки.
Ждем вас в гости на вилле в Нью-Йорке...
Волшебство на широких экранах.
Я проснулся. Досадно, не в Каннах.
SO '^5^^ •

к к к
В зале яблоку негде упасть,
Напряжение в воздухе витает.
Вечер будет просто экстра-класс:
Сам Сергей Есенин выступает!
Он прочел про белых яблонь дым,
Что не станет больше молодым,
Иволгу поведал и пожар,
Тот, что во влюбленных селит жар.
Рассказал, как мечется злодей
И под горло режут лебедей.
Многое поведал, рассказал,
Узелок на память завязал.
Он такими рифмами блистал -
Самородок, умница, мыслитель!
В зале я сидел и горевал
От того, что просто бедный зритель.



* к к
Туманы плачут росами
И тают вдалеке.
А ты, светловолосая,
Босая, налегке.
Порой обидой маемся,
Да разве в этом суть?
Порой кричим, ругаемся,
Но ты не обессудь.
Молчания осколки -
Безмолвия печать.
Рожденные от соколов
Не могут промолчать.
Рожденные от соколов
Не могут в страхе жить
И все вокруг да около,
Как вороны, кружить.
А где-то рядом загрустит тальянка,
Ведь ты не зря певуньею слывешь,
Проснешься рано утром, спозаранку,
И лебедем по сцене проплывешь.
Мне песню спой про ласковые зори,
Про зимний лес, про солнечный рассвет.
Пусть люди в радости живут, без горя.
И ты живи и здравствуй много лет.
82
‘JCc-.iru/гЖ
к к к
Нет, ты не можешь умереть,
Пока живут стихотворения.
Из памяти людской нельзя стереть
Души твоей бессмертные творенья.
Твои стихи - величье века,
Народ запомнит их навек.
Ты - Бог в обличьи человека
Иль просто Богочеловек.
Александр, сын Сергеев,
Светлый ум и ясный слог.
Пусть стихи твои согреют
И расскажут о былом.
Засижусь я ночью шалой
Над огарочком свечи.
Ты, как путник запоздалый,
Мне в окошко постучи.
Сердце, как большой подранок,
Заколотится в груди.
Александр, гость желанный!
Открываю, заходи!
83
•к -к *
Летний вечер над Белою Русью.
Небо выткано светлою грустью.
И гуляют влюбленные пары,
И звенят озорные гитары.
И кричит ребятня: «Тили-тесто!»
И жених обнимает невесту.
Над рекою шумят камыши,
И звучит: «Если ласка, скажи!»

rmft ‘/Толч</с£
* * Л
Приуныла, угасла краса.
В ожидании сумрачный зритель.
А сентябрь раздевает леса,
Как таинственный, злобный грабитель.
Стоят деревья в строгом карауле,
Да только вот, наверно, зря:
Горячее дыхание июля
Задули злые ветры сентября,
То там, то здесь мелькают чьи-то тени,
В поход собралась вся земная рать.
Вот только что прошла пора цветения,
А уж настало время умирать.
На внезапно пришедшую осень
Дес взирает с какой-то опаской.
А деревья опушку заносят
Сумасшедшей рябиновой сказкой.
Тополек рукою-веткой,
Ожидая холода,
Приобнял свою соседку:
«Будем вместе навсегда».
И в листопаде - огненной геенне -
Погиб листок, невинно убиенный.
Он на глазах у белочки-соседки
Вдруг оборвался с материнской ветки.
И напрасно черемушка злится,
Ее сынок уже не возвратится.
Полетит он, подхваченный ветром,
В путь далекий по белому свету.
«zrw-л/ п.и/чут ftnrri.mi

А северный ветер, круша все подряд,
Из грустного леса унес листопад.
Довольно уже побуянил, дружок,
Теперь твоя песенка спета...
Тихо падал, кружился снежок,
Провожая дождливое лето.


•к * *
Белополье, белоснежье.
Хмуро, пасмурно на вид.
Снег, израненный и нежный,
И летит, летит, летит.
Задувает, заметает
И равнину, и холмы.
Он как будто бы витает
В белых сумерках зимы.
Летом отгремели грозы
Над полями и тайгой.
И усталые березы
Потянуло на покой.
Спят березы, сосны, ели,
Впечатлений целый воз.
А на следующей неделе
Небо вызвездит мороз.
Забуранит, заколдует
И опушки, и колки.
Реки бедные обует
В ледяные башмаки.
Белополье, белоснежье.
Хмуро, пасмурно на вид.
Снег, израненный и нежный,
И летит, летит, летит...

«ft
* * *
Сердце, словно брошенный подранок,
Беспокойно мечется в груди.
- Отчего не спится тебе, Данко?
Ты так юн и вечность впереди.
- Третий день мы блуждаем по кругу,
И земля под ногами, как тесто,
В двух шагах не увидишь друг друга,
Видно, тут нехорошее место.
Темноты ужасные оковы -
Нет оков безрадостней на свете.
Стали слышны стоны стариков,
Где-то потихоньку плачут дети.
Предаваться унынию не надо.
«Грех - уныние», - сказано в Библии.
Умирая, мне мама сказала:
«Грех - людей оставлять па погибель».
А намедни мне было видение,
Будто мама кричит из тумана:
«Ты, сынок, принесешь им спасение,
Из беды людей вызволишь, Данко».
Одолела смертельная грусть,
Той тоски не понять иноверцу.
И тогда разорвал себе грудь
И поднял над толпой свое сердце...
Освещенной тропой, очарованной
Из беды людей вызволил Данко.
И осталась навек нецелованной
Русокосая гордая славянка.
88
rm ft
* к к
Я по миру немало поездил.
И всегда торопился, спешил.
А вчера повстречал вдруг поэзию,
Поэзию израненной души.
Я представлял ее девчонкой глазастой,
Молодой, озорной, голенастой.
А она оказалась другою -
Соболиные брови дугою,
Два сияющих глаза-алмаза
И душа, одолевшая сглазы.
Осмелел я, как шанс упустить:
«Разрешите на чай пригласить!»
За чайком мы разговорились,
Подружились, душою сроднились.
Я просил ее: «Не уходи.
Все равно мне с тобой по пути,
Поживи хоть денечек-другой».
И услышал: «Не могу, дорогой.
Пожила бы я с радостью тут,
Да меня еще многие ждут».
И, уходя, добавила чуть слышно:
«Ты не грусти, мой ясный свет,
Живи своей правдивой, доброй жизнью,
Все остальное - суета сует».
89
‘Jlty.iuiubt n.w'ttf.m
k * *
Дорогу в рай или дорогу в ад,
Надеюсь, мы еще не проторили.
Давай поговорим с тобою, брат,
О чем уже давно не говорили.
Я вновь в краю таинственных озер,
Где в детстве мы подчас тайком курили.
А друг твой, безнадежный фантазер,
Погиб геройски где-то на Курилах.
А в юности нашей шел дым над трубой
И как мы любили девчонок с тобой!
В лихих заварушках могли защищать
И маму-старушку, и Родину-мать.
И как ты, брат мой младшенький,
Мой свет, ушел совсем, не погасивши свет.
Ушел совсем, не погасивши свет,
И на Земле оставил добрый след.
Былое придавят могильные плиты,
Былые никто сразу станут элитой...
Дорогу в рай или дорогу в ад
Надеюсь, мы еще не проторили.
Давай поговорим с тобою, брат,
О чем уже давно не говорили...
I’jZrmft “КомМ
к к *
Тихо ночь опускалась на тоскующий вечер,
Светлой грустью ложилась на девчоночьи плечи.
Расставались на миг -
Мне казалось, на вечность.
Уходишь в даль далекую
Походкою плакучею,
Такою недолюбленной,
Такою невезучею,
Такою неразгаданной,
Нежданной и незванной,
Такою необласканной,
Такою нежеланной.
Встревожат дали дальние
Ранимое сердечко.
Не забывай о прошлом -
Храни свое колечко.
Настанет утро раннее
С малиновым рассветом.
Душа твоя загублена
Бессовестным «эстетом».
Тихо ночь опустилась на тоскующий вечер,
Светлой грустью легла на девчоночьи плечи.
Мы не виделись миг -
Мне казалось, что вечность.
91
п.шчут
* * *
Кровь людская - не водица,
Не коньяк и не вино.
И не надо бы родиться,
Если жить не суждено.
Если солнечной планетой
Прошагаешь, не любя,
А весенний, теплый ветер
Не обрадует тебя.
Если песня жаворонка
Не обрадует в тиши,
Если звонкий смех ребенка
Не отрада для души.
Если в горе и тревоге
Ты - не помощь для отца,
Если на большой дороге
Не осадишь подлеца.
Если над душистым дымом
Не поудишь у реки,
Если женщине любимой
Не подаришь огоньки.
Кровь людская - не водица,
Не коньяк и не вино.
Все же следует родиться,
Хоть и жить не суждено!
92

к -к *
Проказница-осень во тьме разыгралась.
Снимая одежду, шутила, смеялась.
Бросалась листвою, шурша и балуя,
И губы открыла для поцелуя.
Раскинула ветви, как для объятий.
Мне в душу ее заглянуть и понять бы.
Мне сердце ее отогреть, приласкать бы
И желтое платье купить ей для свадьбы,
Любить, целовать ее желтые косы.
Собою закрыть, уберечь от морозов.
Гулять и бродить меж березок и сосен,
Моя желтоглазая, нежная осень...
п.шчут ftoai.mt
* * -k
Загорелись звезды в синей вышине,
Самая далекая улыбнулась мне.
Мы всю ночь гуляли тропками безвестными.
Я в нее влюбился, предложил быть вместе.
А она, сияя с дивной высоты, грустно так сказала:
«Не надейся ты. Я жила бы с тобой и в землянке,
Только быть не дано мне землянкой.
И сюжет уважителен очень - я живу только
темною ночью.
А как звезды на небе погаснут,
Жизнь моя замирает и гаснет»...
И померкли звезды в светлой тишине,
Самая печальная улыбнулась мне.

к к к
В город знакомый приехал я вновь.
Никак не припомню, где оставил любовь.
И, как в назидание, мне шепчут кусты:
«Пришел на свидание? А где же цветы?»
«Я дома не вижу. Где старый тот дом,
С раскидистым кленом над крайним окном?
Беседок не вижу, и нет юных пар.
И где деревянный мосток-тротуар?»
Душа в миру потеряна.
Да как же без потерь?
Как раненое дерево,
Терзал свирепый зверь.
Как раненое дерево,
Опять кричу без слов:
«Сколь жизни нам намеряно,
Пропавшая любовь?!»
95
сНСумтм* пм/пу-т ftccti.
к -к *
Отгони от себя невезение,
Оттолкни от себя клевету.
В жизни много бывает мгновений.
Жизнь твоя, как всегда, на виду.
Сторонись вороватых и подлых,
Лицемерных и жадных людей.
Дай душе изболевшейся отдых
И на двери подкову прибей.
Жизнь - святая, случайная радость.
На ходу, на бегу, на лету.
Летним ливнем пусть смоет усталость
И вернет небесам доброту.
...Не дожили до лета братья,
Не увидели листья березы.
И рыдала со мною свеча,
Проливая восковые слезы.
96
. JTcKUit/cf-
* * ★
Лета - жизнь-река.
Или вечности крик.
И у этой реки
Погибал фронтовик.
Горевал, вспоминал молодые года.
Не вернуть их теперь ни за что, никогда.
Он за что воевал, свою кровь проливал?
Чтоб сопливым буржуям дарить капитал?
Ни почтенья, ни льгот
Для больных стариков.
И как деньги отнять,
Так полно чудаков.
В глазах никакой укоризны -
Пусть Боже Всевышний воздаст...
Однажды предавший Отчизну
Потом своих близких предаст.
Лета - жизнь-река.
Или вечности крик.
Не дожив до добра,
Умер там фронтовик.


Женины n.ui'ttfm Jimi.mi
* * *
Навстречу мне шагает старость.
Унылая, с березовой клюкой.
Какой красивой, светлой жизнь казалась,
И вот настало время выйти на покой.
Где бы молодость взять? Где бы юность найти?
Не купить, не сберечь и не занять.
И в конце векового пути
Греет прошлого добрая память.
На плечах пальтецо, на ногах сапоги,
Теплым мехом надежно подбитые.
Постарело, поникло лицо.
И виски как морозом побитые.
Но не беда, что грядут холода,
Сердце стучит и душа молода.
98
'iToxar/cfc
* * *
Ударил гром, и я пошел в солдаты.
Надолго покидая отчий дом.
Л там, вдали, осталися девчата
И ива над звенящим ручейком.
Летели в даль шальные полустаночки.
Я в тамбуре покуривал тайком.
А на перронах девочки-беляночки
Задумчиво махали мне платком.
Вагончик наш тащился еле-еле,
А впереди маячил пелетон.
Потертые колеса песню пели:
«На фронт тебя везем, браток, на фронт».
Защитник мой - саперная лопата.
Окоп - надежда, укрытие и дом.
А темной ночью снятся мне девчата
И ива над звенящим ручейком.
Еще мне снятся травы буйно-спелые,
Березы белые, дарящие сок,
И синие глаза твои несмелые,
И налитой пшеничный колосок.
Придет весна - заскачут солнечные зайчики.
И сразу нам всем станет не до сна.
А на полях желтеют одуванчики,
Они не знают, что идет война.
Война священная, война жестокая
За Мать. За Родину. За родные дали.
За семьи. За Отечество. За дом.
За девочек, что вдали остались.
За иву над звенящим ручейком.

Mil,gm [юспмн
* * *
Во Вселенной надежды витают,
А в морозы снега не растают.
Не воспрянут зеленые травы,
Яд не станет послаще отравы.
Не обрадует зимняя стужа,
И жена загорюет без мужа.
Ночь кромешная не залучится,
С горем горьким беды не случится.
Страх не станет коварней испуга.
Хорошо, когда в лучшее веришь,
А находка не хуже потери.
Жизнь людская - мудреная штука.
Находя, не теряйте друг друга!
100


* к *
Давно это было, осенней порой,
Я к брату спешил на подмогу,
Но как ни спешил, все равно опоздал,
11е ту, значит, выбрал дорогу.
А какой же он был паренек,
С пылом рвался в дружбу и в драку.
Поднеси ему шкалик-другой,
Он пошел бы в любую атаку.
Он не верил в Христа и не верил в судьбу,
Не любил катаклизмы природы.
Свято верил в семью и семье посвятил
И здоровье, и лучшие годы.
Он любил погулять и любил отдохнуть,
Полежать под зеленой березой.
Но распалась семья - опустело гнездо,
И шипами оскалились розы.
Он не смог рассудить, как же жить.
И навечно застыли вопросы:
И как ты посмел? И как я не успел?
И что ты наделал, курносый?
/С7

n.u/’iy.m
ftcrd.ntt
•к * ★
Он был мечтатель солнечный,
Парнишка-весельчак.
Дружок мой - Колька Колчин,
А попросту - Колчак.
Любил родное, лучшее,
Любил сходить в кино.
А в праздники, по случаю,
Мог пригубить вино.
Он не был бригадмильцем
И не служил в ЧК.
Но вся шпана окрестная
Боялась Колчака.
Бывало, забалует компания юнцов,
Колчак кулак покажет:
«Не троньте сорванцов».
Он мог по тонкой дужке
Пройти меж двух огней.
А по утрам в речушке
Купал лихих коней.
А лучики плескались
По солнечной реке.
А люди улыбались:
«Колчак на Дончаке!»
Словечко к слову лепится.
Сливается река.
Вдруг сущая нелепица
Сгубила Колчака.
И на конюшне каменной затосковал Дончак.
Негаданно-нечаянно погиб мой друг Колчак.
102
'iCrmp ЖсмиМ
•к it it
Русь привольная, Русь бревенчатая,
Перед Богом с ветрами повенчанная.
И народ незатейливый вроде бы,
11огибает, сражаясь за Родину,
Русь великую, Русь белесую,
За любовь свою русокосую,
За любовь свою ненаглядную -
Русь просторную, необъятную,
За деревни, что в битвах сгорели,
За ребят, что в бою уцелели,
За награды, достойно врученные,
За Россию, с бедой обрученную,
За поля налитые, пшеничные,
За поляны в лесу земляничные,
За росу, опадавшую с веточек,
За невинно застреленных деточек,
За народ незатейливый вроде бы,
Что умрет, но спасет свою Родину.
103
ЧТСу-иамы пмчут fwrn.nu
* * -к
Любовь и влюбленность -
Тончайшая грань.
Ты сердце пойми, не сгуби, не порань.
Ты душу свою сохрани, сбереги.
Любовь и влюбленность -
Они не враги.
Влюбленность - к разлуке
Ближайший вокзал.
«Не так повернулся,
Не это сказал».
Любовь - это вспышки летящих комет.
Любовь - это чувства на тысячи лет.
Любовь и влюбленность -
Земля и Луна.
Любовь и влюбленность -
На все времена.
104

•fc -к к
Кромешной ночью бродит злая вьюга
И исчезает в призрачной дали.
Нам тяжело, нам трудно друг без друга,
Мы раньше встретиться с тобою не могли.
Глаза твои - что небо голубое,
А голос, как журчание ручья.
И вроде я с тобой и не с тобою.
И снова я ничей, а ты - ничья.
Летело время тройкой вороною,
Как молния, над мокрой мостовой.
И ты была тогда чужой женою,
И я был, к сожалению, не твой.
Я в мечтах был всегда мореход-водолаз,
Первый раз утопал в глубине твоих глаз.
Первый раз ощущал теплоту твоих рук,
И от нашей любви все стихало вокруг.
А ты была такой желанной,
Как крыша мира, иль Памир.
И неразгаданною тайной
Ушла в иной, жестокий мир...

nMi'itfm fmtn.
•k * *
Речушка небольшая - на берегу родник.
Я к студеной водице в летний полдень приник.
Трава, росой умытая, раздольные поля.
Кругом моя родимая сибирская земля.
В лесу, где вольно дышится
И слышно пенье птиц,
Страдания выводит
Природный гармонист.
Поет о том, что видит,
Поет о том, что есть.
И ложь он ненавидит,
И презирает лесть.
Он ноты не попутает
И не допустит фальшь.
Пой, соловей-соловушка,
Лесной волшебник наш.
Воспой мое Отечество,
И колокольный звон,
И славный, благодатный
Гурьевский район.
* * *
На груди из колодок столбец:
Ордена и медаль «За отвагу».
- Где хотел побывать бы, отец?
- Я хочу повидать Злату Прагу.
Четко помню победный рассвет:
Солнце нас озарило лучами.
За спиной - двадцать прожитых лет,
И три года войны за плечами.
Три года - без подушек, одеял.
А дома ждал прелестный идеал
С распущенной соломенной косой,
Красивый, нераспущенный, босой,
Живущий, где ночуют облака,
Где первый снег белее молока.
Мне так хотелось ринуться домой
И крикнуть: «Я вернулся! Я живой!»
Не удался задуманный завет,
И я вернулся через много лет.
- Отец, позволь про идеал узнать.
- Конечно, сын, ведь это - ваша мать.
ЛСу.иннь) n.ta'iym
★ * *
Как девчонки-красавицы
В белых платьях с оборками,
Все березки-березоньки
Разбрелись по пригоркам.
Разбрелись, раскудрявились
Пышной летней красой.
Платья белые-белые,
И с зеленой косой.
И стоите вы вечно тут,
Как солдат на посту,
Прикрывая застенчиво
Белизны наготу.
Осень, грустная осень
Незаметно настанет.
И зеленые косы
Сразу желтыми станут.
Ветер листья разбросит
По логам и оврагам.
И снега забуранят
Бесконечным аншлагом.
И морозы нехилые
Загосподствуют тут.
Белым снегом укутают
Ваш невольный приют.
И стоите вы вечно тут,
Как солдат на посту,
С синим небом повенчаны
За свою красоту.

Но весна-чародейка
Одолеет морозы,
На стволы навернутся
Тихой радости слезы.
Как девчонки-красавицы
В белых платьях с оборками,
Все березки-березоньки
Разбрелись по пригоркам,
Разбрелись, раскудрявились
Пышной, летней красой.
Платья белые-белые,
И с зеленой косой!
109
сЩСилмуны п.и/чут finrii.mi
•k ★ *
И были проводы, и была отвальная.
И поезда гудели, как прибой.
И малолетка-девочка вокзальная
Вдруг прошептала:
-	Возьми меня с собой.
-	Я не возьму тебя с собою, милая,
Там вечный мрак, ветра и холода.
И люди там большие и нехилые,
И никогда не ходят поезда.
Сурово там - бывает минус семьдесят,
И птицы замерзают на лету.
-	Возьми меня с собою, дядя с Севера,
Я здесь скорее, раньше пропаду.
Я сирота с отроческих лет, малых,
Который год кочую по вокзалам.
Бывает так, наверное, бог видит,
Один приветит, а другой обидит...
Глаза ее под грозовыми вехами,
Глядишь, и хлынут проливным дождем.
Я тихо молвил:
- Так и быть - поехали,
Коль будем живы, знать, не пропадем.
Летели годы, словно ветры шалые,
Вдали, как поезда, гудел прибой.
И вышла замуж девочка вокзальная,
Которую тогда привез с собой.
ПО

•к * *
Родной отец - основа всех основ -
Пришел ко мне из добрых детских снов.
Был энергичный, молодой и зоркий,
Достал кисет и закурил махорки.
По комнате поплыл душистый дым,
И ты сказал мне:
- Здравствуй, сын!
То было утром иль в начале дня.
И вдруг спросил:
- Как жил ты без меня?
- Снова гонял по крышам голубей,
А по ночам в тиши смотрел хоккей.
Я в спорт влюбился и душою вник,
Как слушал в детстве радиодневник,
Я помню, так просил меня будить,
Чтобы в речушке рыбу поудить.
Ты разбудил, сказал:
«Вставай, сынок, друзья ушли.
Они, небось, в неведомой дали.
Ты догони их, матушка-сынок».
И я вдогон пускался со всех ног.
Внушительным, солидным был разбег,
Но мастерски отточен был мой бег...
Я многое бы, наверно, смог,
Чтоб вновь услышать:
«Матушка-сынок!»
///
* * *
Я прошу, не грусти, старина!
Наливай пополнее вина.
Выпьем чарки, тряхнем стариной.
Пусть вино тому будет виной.
Ты - как старший товарищ, бывалый,
Поговаривал прежде, бывало:
«Поддаваться печали не надо,
Выпьем чарку хмельного вина,
Сердцу будет больному отрада».
Мы по жизни шагали красиво:
Никого ни о чем не просили.
Перед трудностями спины не гнули,
С векового пути не свернули.
Песни дивные пел для нас Галич,
А при встречах всегда веселил
Крестник мой - твой сынишка Каль Калич.
Мы не то чтобы стали невежи,
Просто с возрастом виделись реже.
Стали вроде немного беспечны,
И казалась нам жизнь бесконечной.
Я не знал, видит бог, я не знал,
Что тебя в этой жизни не стало.
Я дошел бы, добрел, добежал,
Хотя так не люблю ритуалы.
И сейчас предо мной обелиск.
Снимем шапки, в глаза твои взглянем.
Помянем пролетевшую жизнь,
И тебя, старый друг мой, помянем.

к Л *
Свеча горела на столе. Свеча горела.
По телеку богема песни пела.
По залу плыл негромкий гул,
На сцену вышел постаревший «есаул».
Раздавались выкрики и приятный смех,
Он песню спел про белый снег.
Потом был потрясающий вокал —
На сцене Маршал или Генерал
Через неяркий, приглушенный свет
Всем показал «Мерцающий рассвет».
Я песней был тронут и искренне рад,
Пока вдруг скандальный не взвыл «Ленинград».
Дурацкие песни в громадной стране,
Л зал рукоплещет внутри и извне.
Бесстыдства полоски - распущенных дам,
Да только не Бродский, не Мандельштам.
Свеча горела на столе.
Свеча горела.
По телеку богема песни пела...

п.ипут pern.
к к к
Всемогущий, помилуй, прости.
Да за что же такая расплата?
В одночасье на небо ушли,
Два братка моих, братушки, брата.
Младший брат добродушен был, весел.
Никогда нос напрасно не весил.
Балагур был и парень-рубаха,
Пацаны его кликали: «Паха!»
Паха быстро улаживал споры
И конфликты сводил к разговорам.
Дескать, это не дело, ребята,
Стычки, ссоры, конфликты, дебаты.
Средний был основательный, крепкий.
Сына младшего в шутку звал репкой.
И жила в нем несметная сила,
Да не выжил - и канул в могилу.
Перестройка, конфликты, раздоры,
Безработица, глупые споры.
И руками, и саблями - вжик!
Не привык к тому русский мужик.
Про былое рассказы - вранье.
Над страною кружит воронье.


к к 'к
Косой дождь над рекой матерится,
Хлеб проворно печет мастерица.
И Адам в раю кушает яблоки,
И мальчишка рисует кораблики.
Лучом засверкает в углу биссектриса,
Печальную песню исполнит актриса.
А ветер летит в Куршавель, Геленджик
И ломится в двери, как пьяный мужик.
Небо синее к осени клонится,
Закрома урожайные ломятся.
Позабытые земли хиреют,
Господа Головлевы жиреют.
То Фигаро там, то Фигаро тут.
За русские деньги - нерусский уют
Дипмиссия там, дипмиссия тут.
На русские деньги и русских же бьют.
Коварен и злобен судьбы поворот,
Как черная кошка, у белых ворот
Раскричались кликуши охальные,
И без смысла орут, и со смыслом.
А над Русью моею печальною
Светлый месяц повис коромыслом...
115
/Ку.тпич n.vviy.m
* * -k
Стираются в памяти даты
На лике огромной страны.
Отчизне мальчишки-солдаты,
Наверно, уже не нужны.
По дорогам войны - два экватора,
По мирной земле - ни версты.
Остались навек неженатыми
Вдали от мирской суеты.
Немногим и двадцать исполнилось.
И молодость погибла нецелованной.
Погибла необласканной
Перед войной опасною.
Любовью девчат не согрели,
Не успели они, не успели.
Жить мечтали долго и счастливо,
Но судьба оказалась ненастливой.
И погиб брат, вступаясь за брата.
А во всем лишь война виновата...
Пожалейте седых матерей,
Им скажите про гибель иначе:
Дескать, ноги сынов не пойдут,
А глаза никогда не заплачут.
116
Жолпе/сД
* •к *
He все, что горит, серебро.
И слово нс каждое - олово.
За веру, надежду, добро
Солдаты положили головы.
Записке этой полета лет - пол века.
Написано - не высечь топором.
Нам не понять седого человека,
Его душа живет в сорок втором:
Вдвоем в окопе с другом глуховатым,
И на двоих - саперная лопата.
И на двоих - потертая шинель,
А позади кровавый страшный день.
Зарылись в землю, словно бы кроты,
И не отдали фрицам высоты.
Здесь для атаки важный полигон,
Но замолчал десантный батальон.
Рядом лежат и калмык, и таджик,
И с Белоруссии крепкий мужик,
Гиви - грузин и Иван - балагур,
Что после боя кричал: «Перекур!»,
Герка - цыган, ленинградец Илья -
Вся фронтовая большая семья.
Разбросали вольготно во мгле,
На исконно российской земле.
Заостренные скорбные лица.


Нет! Они не погибли, нет!
А приникли водицы напиться.
Нет! Они не погибли, нет!
А решили с землею сродниться.
Не все, что блестит, серебро,
И слово не каждое - олово.
За Веру, Надежду, Добро
Солдаты положили головы...



* * *
Затихла война, зашумел старый бор.
Мой предок услышал такой разговор:
- Скажи, Толмовая, и, Гурьевск, скажи,
Сыны ваши где?
- Полегли у межи, в непаханом поле
далекой страны.
- Зачем не вернулись с жестокой войны?
- Они не вернулись, погибли от ран
Роман и Гаврила, Иван и Степан.
А дома оставили вдов молодых,
Детишек сироток и предков седых.
Их предки мечтали и видели сны:
«Прогоним германцев - вернуться сыны».
Сыны не вернулись, но спели сыны
Забытые песни забытой страны
Про тяжкую долю, про снег и мороз,
Про русское поле, про зимний обоз,
О том, как любили подруг и невест,
Про синее небо, про солнечный лес.
Ругали Иуду, хвалили Христа.
С тоской вспоминали родные места,
О том, как красиво поют весной птицы,
Про запах лежащей в амбарах пшеницы,
Про зной и про стужу,
Про солнце и тень,
Про белых красавиц-черемух цветенье.
Их песен нехитрых простые слова
Запомнят равнины, холмы и поля.
//Р
'ЛГу-инмы	f>crn,uu
Запомнят деревья, запомнит листва
И стран чужеземных сырая трава.
И теперь своих деток-кровинушек
Не порадуют в праздник обновами.
А их жены - девчонки-красавицы -
В тридцать лет стали вечными вдовами.
Вот и все - по ним пролиты слезоньки,
Не обнявшим ни дочку, ни сынку.
На цвету засыхали березоньки,
Их березоньки в светлых косынках.
Война не забыта, остались следы.
Сыны тех солдат - уже сами деды.
НО
ТСслпгГс^
it * *
Погиб человек, погиб человек.
Неважно, кто был он: испанец иль грек,
С которой державы и подданный чей,
Засохнул, иссяк его жизни ручей.
Отшагал, отлюбил, отгрустил,
Тихо смежил усталые вежды.
Безмятежное тело его
Одевают в чужие одежды.
А где-то в далекой деревне
Горюет его маленький сын.
И детское сердце надеется:
Отец возвратится живым.
Такая жизнь натужная,
А вместе с тем тонка.
И не дождется к ужину
Родная мать сынка.
Сынок пришел бы солнечный, упрямый
И улыбнулся, галстук теребя:
«Вот я пришел, день добрый, моя мама.
Пусть видит бог, как я люблю тебя!»
...И когда все повиснет в тиши,
И враги твои напрочь разбиты,
Обратиться к тебе разреши
То ли с просьбой, а то ли с молитвой:
«Приоткрой на минуту глаза,
Уходить не простившись нельзя.
Пошути и посмейся с братвой.
Небо хмурое просинью тронет.
И всплакнет осень желтой листвой,
И достойно тебя похоронят».


г/.
* * *
Огромнейший город, зажатый в кольцо, -
Живая могила детей и отцов.
Здесь Петр в Европу окно прорубил,
Но Гитлер зловещий об этом забыл.
Не зажжется в окошках огонь,
Не сыграют на зорьке горнисты.
Не споет, прослезившись, гармонь,
На войне правят бал сатанисты.
В каждом сердце страдание и боль,
Да, далеко до Бога.
И блестит, как в печурке огонь,
Чудо-Ладога - жизни дорога.
Проснулся праведный Иисус,
И было как в награду:
Картошки мерзлой сладкий вкус
В голодном Ленинграде.
Втроем ложилась спать семья,
А просыпались двое.
И смерть бросала семена
В бою и около боя.
Время голодное, время раздетое,
Время, в военных рассказах воспетое,
Жаждой моренное, бомбежками выжженное,
Только немногие в блокаде той выжили...
Минуют годы и века,
Но забывать не надо
Картошки мерзлой сладкий вкус
В блокадном Ленинграде...
i’iTfmp - JCoxat/oA
* -к *
Колокола церковные ударили набат.
Повестку невеселую прислал военкомат.
В повестке ясно значилось, что, «Иванов Сафрон,
Без всяких промедлений проследуйте на фронт».
И сразу заревела, заплакала семья -
Жена простоволосая и крохи-сыновья.
Собрали быстро, наспех нехитрые пожитки,
Все, что солдату надобно, от мыла и до нитки.
Грустно и невесело вышли из села.
Судьба поклон отвесила - такие вот дела.
Потом старшой скомандовал: «Ребята, по машинам!»
К отцу прижалась разом печальная дружина.
Жена прильнула к мужу в предгрозовой тиши
И тихо прошептала: «Ты письма нам пиши»...
Речушка небольшая сбежала из тайги,
И тихо прожурчала: «Ты землю сбереги».
Деревья вековые качали головой:
«Не подкачай, родимый, за Родину постой!»
С боями шла на Запад пехота, мать-пехота.
Врагу давала жару красноармейцев рота.
Однажды поздно вечером окликнул вестовой:
«Куда ты так торопишься, брат Иванов, постой!
Ну, что застыл так сразу, как мотылек в ночи?
Л я пришел, служивый, письмо тебе вручить».
В конверте - фотография, на ней его семья.
Жена простоволосая и крохи-сыновья.
Колокола церковные ударили набат:
«Скорее возвращайся, мы ждем тебя, солдат!»
«/томи

ж *
В океане любви тонут листья.
И куда-то спешат мои мысли.
На какой-то неведомый остров,
Разыскать его будет непросто.
Через штормы, дожди и невзгоды,
И другие капризы погоды.
Через вьюги, морозы и ветер,
Через тернии, что есть на свете.
И неровно стучит мое сердце,
И в мечты сумасшедшие верится...
И меня ты на острове встретишь,
Несмотря на тайфуны и ветер.
И цветочек изнеженный, ранний
Расцветет в океане желаний.



к к к
Жизнь промелькнула, как ночная тень,
И наступил последний, судный день.
Рядом сидят хлеборобы, жнецы -
Книг моих первых, безвестных чтецы.
Все родные и близкие люди -
Теперь мои защитники и судьи.
Первым взял слово мой старый комбат:
- Как жил-бедовал? Расскажи нам, солдат.
- Я сам себя так мало знаю.
Я - сын Венеры, Марса иль Земли.
В моей душе то музыка играет,
То рвутся в бой морские корабли.
То где-то рядом загрохочут танки,
А я один с гранатою в руке.
То ясным днем на солнечной полянке
Узнал себя в летящем мотыльке.
Вот из колодца набираю воду,
Обе бадейки - полные края.
И в ясный день, и в злую непогоду
Встречать выходят милая моя.
Вот в край родной вернулся издалека,
А позади враждебные края:
«День добрый, мать - Россия синеокая!
И здравствуй, мама! Бедная моя»...
Мама спросонья, в стоптанных обутках.
Ведь мы в разлуке много-много лет.
Ее глаза, как полевые незабудки,
А в изголовье детский мой портрет.
125
плачут ftoca.Ha
Это кто из одеяла завыглядывал тайком?
Посоветовал сначала: «Брат, согрейся кипятком».
Кипяток, а слаще меда. Отчего бы это вдруг?
Кипяток - а слаще меда. Он из материнских рук.
Я уже далеко не орел,
Нелегко мне управиться с высью.
И бегу по бескрайней земле
Невеселой, унылою рысью.
И никто не похвалит меня
И не скажет, что я молодец.
Не взгрустнет моя мать у огня,
Не кивнет головою отец.
Не зажжет, когда надо, свечу.
Не уймет утомляющий жар.
Не ударит мой брат по плечу
И не спросит: «Ты держишь удар?».
Суд сказал мне:
- Живи, человек!
Будет путь твой долог и светел.
Пролетит над планетой Земля
Долгожданный, божественный ветер.
126


Содержание
От автора.............................................2
«Ты грустишь, и тебе одиноко...»......................4
«У заброшенной избушки...»............................5
«Гимн исполнен, и вывешен флаг...»....................6
«Прощание» - печальное слово...»......................8
«Девчонку несмышленую...»............................10
«Перед Всевышним кланяюсь в пояс...».................11
«Вечер на дворе. Сегодня пятница...».................12
«Порою не сбываются приметы...»......................13
«Пять фронтов прошел...».............................15
«Среди гор, в ложбине...»............................16
«Я забрался в медвежью берлогу...»...................17
«Столица Сибири - большой Новосиб...»................18
«Круто изменился ход судьбы...»......................19
«Живет дилемма: быть или не быть?..».................21
«Когда сил больше нет...»............................22
«Я - простой человек...».............................23
«И живут, и блистают таланты...».....................23
«Ночь. Зима. Средневековье...».......................24
«Шел дорогой тяжелой, тернистой...»..................26
«Монотонно заиграли трубы...»........................27
«Красу твою в камень речной обратил...»..............28
«Я не знаю, как тебя найти?..».......................29
«Хорошие, светлые, добрые новости...»................30
«Лес проснулся, смахнул зимний спальник...»..........31
плачут, fwctwui
«Он был поэтом. Нету спора...».........................31
«В давно ушедших...»...................................32
«Я - Ромео, ты - Джульетта...»........................32
«Я не знаю, что случилось?..».........................33
«В школе получал пятерки...»..........................33
«Первый бой! Первый бой! Первый бой!..»...............34
«Пространство светом солнечным залито...».............36
«Мать-старушка из госпиталя...».......................38
«Тебя, как шар земной, руками трогаю...»..............40
«Прощай, Иркутск, мне уезжать пора...»................41
«И что с того, что формы растеряла?..»................42
«Приготовился спать я...».............................43
«Я целовал тебя в своих стихах...»....................44
«Океанская вода - сильное безмолвие...»...........1...45
«Надоела война, грабежи...»...........................45
«Зимний вечер на дворе...»............................46
«Я был расстроен...»..................................47
«Жил среди людей...»..................................48
«Течет песок из солнечных часов...»...................49
«Есть холода природные...»............................50
«Не в угоду злодею Иуде...»...........................51
«Весь мир обшит и загорожен сайдингом...».............52
«Биенье сердец и слияние душ...»......................53
«Безнадега моя безнадежная...»........................54
«Мели белые снеги...».................................55
«Легкой поступью обмана...»...........................57
128
Жстпр rJCoxfif/of>
«Снег. Зима. Завьюженное поле...»......................59
«Кот случайно поймал соловья...».......................60
«Сказал тиран тиранов...»..............................61
«Война впереди, и бои впереди...»......................62
«Взбесилась нынче, что ли, Андромеда...»...............63
«Снег посыпал неспеша...»..............................64
«Прости, любовь, что был так смел...»..................65
«Осень - за труды награда...»..........................66
«Забузила зима, заскандалила...».......................67
«Коварнейший враг был опасен и плох...»................68
«После боя на привале...»..............................69
«Едва пригрело солнышко...»............................70
«Поступки светлые, как дождь...».......................71
«Небо синее в белых прожилках...»......................72
«Хвалить хваленых, видно, мало толку...»...............73
«Звонок телефонный...».................................75
«С днем рождения, брат мой милый»...»..................76
«Как-то вдруг потемнело...»............................78
«Зимний вечер на дворе...».............................79
«Чудеса на широких экранах...».........................80
«В зале яблоку негде упасть...»........................81
«Туманы плачут росами...»..............................82
«Нет, ты не можешь умереть...».........................83
«Летний вечер над Белою Русью...»......................84
«Приуныла, угасла краса...»............................85
«Белополье, белоснежье...».............................87
129

f>cca.*a
«Сердце, словно брошенный подранок...»..................88
«Я по миру немало поездил...»...........................89
«Дорогу в рай или дорогу в ад...».......................90
«Тихо ночь опускалась на тоскующий вечер...»............91
«Кровь людская - не водица...»..........................92
«Проказница-осень во тьме разыгралась...»...............93
«Загорели звезды в синей вышине...».....................94
«В город знакомый приехал я вновь...»...................95
«Отгони от себя невезение...»...........................96
«Лета - жизнь-река...»..................................97
«Навстречу мне шагает старость...».......................98
«Ударил гром, и я пошел в солдаты...»...................99
«Во Вселенной надежды витают...».......................100
«Давно это было, осенней порой...».................>....101
«Он был мечтатель солнечный...»........................102
«Русь привольная, Русь бревенчатая...».................103
«Любовь и влюбленность...».............................104
«Кромешной ночью бродит злая вьюга...».................105
«Речушка небольшая - на берегу родник...»..............106
«На груди из колодок столбец...».......................107
«Как девчонки-красавицы...»............................108
«И были проводы, и была отвальная...»..................110
«Родной отец - основа всех основ...»...................111
«Я прошу, не грусти, старина!..».......................112
«Свеча горела на столе. Свеча горела...»...............113
«Всемогущий, помилуй, прости...».......................114
130
JTrinf) ()ТСола(/о&

«Косой дождь над рекой матерится...»...............115
«Стираются в памяти даты...».......................116
«Не все, что горит, серебро...»....................117
«Затихла война, зашумел старый бор...».............119
«Погиб человек, погиб человек...»..................121
«Огромнейший город, зажатый в кольцо...»...........122
«Колокола церковные ударили набат...»..............123
«В океане любви тонут листья...»...................124
«Жизнь промелькнула, как ночная тень...»...........125

Литературно-художественное издание
Похабов Петр Васильевич
ТУМАНЫ ПЛАЧУТ РОСАМИ
Редактор Е. В. Фефелова
Технический редактор В. И. Труханова
Компьютерная верстка Л. А. Астанковой
Дизайн обложки И. А. Коробова
Подписано в печать 07.05.2015. Формат 70* 1 ОО'/$2. Бумага офсетная № I
Печать офсетная. Усл. печ. л. 5,36. Тираж 300 экз. Заказ № 60
Адрес издательства и типографии «АИ «Кузбассвузиздат»:
650099, г Кемерово, пр Советский, 60Б.
Тел. 8 (3842) 58-29-34, т/факс 36-83-77.
E-mail: 58293469@mail.ru, vuzizdat@gmail.com