Сегодня открывается XVIII с'езд Всесоюзной Коммунистической
партии (большевиков), великой партии Ленина —Сталина
МАРТ
10
ПЯТНИЦА
1939 год
№ 14 (793)
Цена 30 коп.
ПРО'ЛЕТ'АРИ И ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ!
ИТЕРАТУРНАЯ
Выходит под редакцией: В. Ставского, Е. Петрова,
В. Лебедева-Кумача, Н. Погодина, О. Войтинской.
ГАЗЕТА
ОРГАН
ПРАВЛЕНИЯ
СОЮЗА
СОВЕТСКИХ
ПИСАТЕЛЕЙ
СССР
Восемнадцатому с’езду Всесоюзной
Коммунистической партии (большевиков
Весь мир в эти дни будет слушать вместе с нами голос
Сталина, голос героической партии большевиков,
На человечество, живущее в капиталистических странах,
обрушилась низменная жестокость трусливйх зверей фашиз-
ма. В фашизме сосредоточена вся кровавая грязь буржуаз-
ного мира. Храбрость фашизма состоит  в массовом истреб-
лении детей. Разум враждебен убийцам, и поэтому фашисты
провозглашают смерть науке, смерть искусству, смерть ин-
теллигенции.
Фашизм — это война, подготовка похода всех реакцион-
ных сил против СССР.
Человечество, живущее в странах капитализма, познако-
милось за последнее время с особой породой деятелей, зашу
мающих нередко руководящие посты в государствах бур-
жуазной демократии. Эти министры и депутаты устанавли-
вают свое отношение к фа.ппгзму в зависимости от того,
сколько людей он уничтожил. Чем больше детей, стариков
и женщин разорвано бомбами и расстреляно из пулеметов
фашизмом, тем ниже склоняют перед ним головы предатели
и трусы, толкающие пароды своих стран на капитуляцию
перед смертью...
Но человечество пе хочет ни умирать, ни превращаться
в рабов, оно не хочет расстаться с ценностями созданной
им культуры, оно не хочет и не может забыть о лучшем,
о светлом будущем. И поэтому с восторгом и надеждой оно
смотрит на нашу страну, руководимую партией, которая не
знала, не знает и не будет знать капитуляций, которой не
страшны никакие грозы и бури, которая живет и работает
только для счастья человечества.
Мы, писатели народов Советского Союза, с радостным и
гордым волнением приветствуем XVIII с’езд победоносной
партии большевиков, с’езд, который выработает конкретный
план перехода нашей страны от социализма к коммунизму.
Во всей работе партии большевиков бьется вечно живое
могучее сердце нашего народа, всего передового человечест-
ва, — тех титанических людей, которых человечество рож-
дало на протяжении веков, — мужественных, несгибавших-
ся борцов, великих мечтателей, гениев науки и искусства.
Радостно знать, что их усилия, их страдания, кровь, проли-
тая ими, не пропали даром, что осуществляется мечта луч-
ших людей — о счастье и справедливости, о жизни, в ко-
торой труд станет для каждого увлекательным творчеством,
когда будут удовлетворяться все потребности человека. и
каждый будет талантлив, великодушен и силен, — мечта о
коммунизме!
Для торжества коммунизма нужно преодолеть еще немало
трудностей. Оно придет, как результат героической, смелой
и радостной работы всех партийных и непартийных боль-
шевиков, как результат повышения бдительности всего на-
рода, как результат непримиримой борьбы с предателями и
двурушниками, наемными убийцами, агентами' фашизма.
Мы, писатели, принадлежим к тому отряду советской ин-
теллигенции, который в первую очередь призван помогать
партии в деле коммунистического воспитания людей.
Мы живем в стране, в которой многомиллионная армия
интеллигенции непрерывно пополняется и растет, в которой
весь народ становится интеллигентным, в которой поставле-
на задача поднять уровень всего рабочего класса до уровня
инженерно-технических работников. Страна хочет, чтобы
каждый труженик был передовым, культурны^ деятелем,
чтобы вместо десятков и сотен тысяч стахановцев у нас
были десятки миллионов стахановцев во всех областях тру-
да, чтобы у каждого гражданина страны был материальный
достаток, чтобы жизнь стала еще радостней для всех, чтобы
достояния мировой культуры стали достоянием каждого.
Какая великолепная литература, какое величественное, и
мудрое, и страстное искусство нужны этой стране!
В день открытия с’езда мы, как и все советскй люди,
сравниваем сделанное нами с тем, что нужно сделать.
Мы гордимся теми работами наших товарищей, которые
стали нужными и дорогими многим труженикам в нашей
стране и за ее пределами. Мы радуемся тому, что много раз-
нообразных и ярких писательских дарований выдвинули на-
роды Союза, мы гордимся тем, что работаем для советской
литературы, которую мы любим, достоинство которой мы бу-
дем беречь и впредь.
Но мы хотим, чтобы наша литература гораздо глубже и
полнее отражала всю жизнь страны, со всеми ее победами
и трудностями, с перспективой ее завтрашнего дня.
Мы хотим писать такие книги, прочитав которые каж-
дый труженик в стране победившего социализма захотел бы
работать лучше, умнее, работать всей силой души.
Мы хотим писать такие книги, в которых образ ясного
и определенного, смелого и мудрого, преданного до конца
народу и ненавидящего врагов народа, человека ленинско-
сталинского типа увлекал людей, усиливая в них желание
быть такими, как Ленин, такими, как Сталин.
Мы хотим, чтобы наша литература выражала идеи комму-
низма в безупречной художественной форме, чтобы больше
было радостных находок в области темы, образа, сюжета,
чтобы каждый советский писатель чувствовал себя и про-
должателем великих классических традиций, и смелым нова-
тором, прокладывающим новые пути. Советский писатель
должен жить всеми вопросами, которыми живут миллионы,
работать для миллионов, осмысливать каждый свой образ
с точки зрения 'коммунизма, в совершенстве владеть пере-
довой наукой своего времени — теорией марксизма-лени-
низма.
Мы хотим, чтобы наша литература была оружием в борь-
бе с врагами передового человечества, чтобы она разоблачала
их перед всем миром. Мы хотим, чтобы наша литература в
страстных памфлетах, в грозной сатире пригвождала к по-
зорному столбу трусов, политических обывателей, людей не-
ясного, неопределенного типа, самодовольных и успокоенных
людей, консерваторов, которым ненавистно все новое, кото-
рым чуждо лен'интьеталинское, постоянное, непрерывное,
гордое устремление вперед, к непрестанному творчеству но-
вых форм жизни.
Да, мы хотим, чтобы литература, которую мы делаем, бы-
ла поистине достойна своего времени и нужна партии
Ленина—Сталина.
Товарищи, делегаты XVIII с’езда! Для советского писате-
ля нет ничего более великого и святого,/ чем бороться и
своим пером, и всею своею жизнью, за дело партии, за осу-
ществление тех решений, которые будут приняты открыва-
ющимся с’ездом.
Разрешите пожелать вам плодотворной работы под руко-
водством гениального Сталина!
ПРЕЗИДИУМ СОЮЗА СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ.
Плакат художника Н, Жукова, выпущенный государственным издательством
«Искусство» к XVIII с’езду ВКП(б).
Великий день
УКАЗ
ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР
ОБ УВЕКОВЕЧЕНИИ ПАМЯТИ ПОЭТА Т. Г. ШЕВЧЕНКО
В СВЯЗИ 0 125-ЛЕТИЕМ СО ДНЯ ЕГО РОЖДЕНИЯ.
В связи с 125-летием со дня рождения Т. Г. Шевченко для увековечения памяти
поэта:
1.	Присвоить имя Т. Г. Шевченко Государственному Ордена Ленина Киевскому
академическому театру оперы и балета.
2.	Присвоить имя Т. Г. Шевченко Государственному Киевскому университету.
3.	Совету Народных Комиссаров СССР установить две стипендии имени Т. Г.
Шевченко в Ленинградской Академии Художеств.
Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. КАЛИНИН.
Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН.
Москва, Кремль. 5 марта 1939 г.
УКАЗ
ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР
О НАГРАЖДЕНИИ СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ УКРАИНЫ
За выдающиеся успехи и достижения в области развития советской художествен-
ной литературы наградить:
ОРДЕНОМ ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ
1. Кочергу Ивана Антоновича.	2. Ле Ивана Леонтьевича.
ОРДЕНОМ «ЗНАК ПОЧЕТА»
1.	Десняка Алексея Игнатьевича.	4. Тардова Михаила Семеновича.
2.	Малышко Андрея Самойловича.	5. Иваненко Оксану Дмитриевну.
3.	Миронец Марию Павловну.	6. Сосюру Владимира Николаевича.
Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. КАЛИНИН.
Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН.
Москва, Кремль. 5 марта 1939 года.
К открытию
XVIII с’езда ВКП(б).
ЦК ВКП(б) извещает делегатов XVIII с’езда, что
открытие с’езда состоится 10 марта, в 5 часов вечера в
Большом зале Кремлевского дворца.
ЦИДЕН ГАЛСАНОВ
СТАЛИН—
Б ATOP
Есть гора в моей стране.
До вершины той горы
Не взлетят — сдается мне —
Даже мощные орлы!
В синем небе серебром
Блещет пик ее крутой.
Свищет ветер, бродит гром
По снегам вершины той.
Окружил ее бока
Облаков прозрачных рой.
Очень низки облака
По сравненью с той горой!
И буряты с давних пор
Говорить любили так:
— Нет во всей вселенной гор
Выше Мунко Сарыдак!
Но увидел мой народ,
Что вершина выше есть:
Это Батор, что ведет
К счастью край бурятский весь.
В солнечной стране моей
Люди озером горды:
Ярче синевы морей
Чистый блеск его воды.
Глубока его вода!
До таинственного дна
Tie спускалась никогда
Даже рыба ни одна.
Вытекает Ангара
Из безбрежных, светлых вод.
В бурный лень волны гора
Мчит, как щепку, пароход.
В день спокойный, вижу я.
Гладь ясна и широка:
Блещет, будто чешуя,
Голубеет, как шелка.
Исполинской цепью скал
Озеро окружено
И зовут его — Байкал.
Больше всех озер оно!
Но увидел мой народ,
Что и глубже и мощней
Батор тот, что нас ведет
На простор счастливых дней.
И улусов дружный хор
Славу Батору поет:
— Этот Батор выше гор,
Глубже он байкальских вод!
Точно знамя, он в бою!
Он нам счастье дал и мощь!
Так о Баторе поют.
Этот Батор — Сталин вождь!
Перевел с бурят-монгольского
Ник. ПАНОВ.
Приятно и радостно ощущать в себе |
самом, как ровно и мощно бьется сердце
страны. Прекрасно и величаво время, в
строю которого так ладно и крепко стоят
настоящие люда.
Сейчас под Киевом воды Днепра лома-
ют лед. Немного дней, и кинется вперед
могучая река.
Чуден Киев — славный город — сто-
лица древней Руси и Советской Украины.
Собрались сейчас в Киеве люди, с’ехались
со всех сторон советской земли на ве-
лим и народный праздник.
Добрым словом помянули Тараса. Гри-
горьевича Шевченко, добрую чару подня-
ли за светлую память великого поэта и
художника.
И, сидя в кругу друзей, начали заду-
шевный вести разговор. Вспоминали бой-
цы минувшие дни и битвы, где вместе и
рядом рубились с врагами.
Вспоминал украинец времена, когда на
помощь ему, как па зов Тарасов, торопи-
лись русские полки.
Рассказывал русский, как под Грюн-
вальдом в 1410 году ударили на тевтон-
ских рыцарей русские, смоленские, бело-
русские и украинские отряды, как в кро-
вавой сече били врагов по чем ни попа-
ло — ив хвост, и в гриву.
К вернулась речь к сегодняшним дням, i
еше ярче загорелись глаза товарищей, ;
сдвинулись они ближе, прислонились иле- !
чом к плечу, оа свободу и счастье наро-
дов. за родину, за Сталина, за комму-
низм многие из них пролили свою, непро-
павшую даром, кровь.
Замечательно жить в нашей стране, ра-
достно работать и творить, зная, что зо-
вет нас по имени всяк сущий в ней язык.
Великий Руставели становится любимым!
поэтом Белоруссии и Украины, перед Та-
расом Шевченко склоняет головы грузип-
[ ский народ. В Москве заучивают наизусть
! стихи Миколы Бажана и Павло Тычины,
। в Казахстане зачитываются Пушкиным и
i Шолоховым, дунганский поэт Ясыр Ши-
; ваза переводит Шевченко и Лермонтова,
! Янку Купала слышно по всей стране.
i Создается подлинно интернациональная
культура великого советского народа.
Мы широко глядам вперед, в прекрас-
ное и близкое завтра. Страна, решает ве-
личайшую свою задачу — задачу комму-
нистического воспитания человека. Солн-
це коммунизма согревает нас.
И мы уже видим не контуры, не чер-
тежи этого огромного здания. Величест-
венный дворец коммунизма на наших гла-
зах освобождается от лесов.
В злобном испуге воют вокруг краплеп-
ные свастиками гиены фашизма. Но рас-
свет близок. Ночные хищники знают, что
их двенадцатый час недалек. Границы Со-
юза на крепком замке.
Сегодня наполнится народом огромный
зал с’езда. Словно ветер по вершинам де-
ревьев, пройдет человеческий говор, стих-
нет и навсегда останется в памяти людей
наступившая тишина.
На трибуну взойдет вождь народов
великий Сталин, и будут стены дро-
жать от бури и грома сыновнего привета,
и через границы, горы, моря, по всему
свету разнесутся раскаты этого1 грома, как
предвестники освежающей мир грозы.
Как ясно мы видам и слышим все это.
Советский народ собран сейчас, нака-
нуне XVIII с’езда партии, в единый, бое-
вой. готовый к любым боям, передовой
отряд человечества. Морально-политическое
единство народами ничем нерушимая друж-
: ба народов пашей страны окружает дове-
: рием и любовью партию	Ленина—
: Сталина,
В торжественный день открытия С’ез-
да мы передаем ей от разума и сердца
наших народов, от тех, кому мы служим
художественным слоим, — дружный
привет.
П. Антокольский, Н. Ахунди, Вс.
Вишневский, Р. Григорьян, П. Пав-
ленко, А. Корнейчук, П. Тычина,
П. Панч, М. Бажан, Ю. Яновский,
С. Голованивский, Л. Первомайский,
И. Прут, X. Пулат, Я. Купала, Я. Ко-
лас, М. Лыньков, 3. Бядуля, А. Ку-
лешов, С. Зули, С. Чиковани,
Б. Жгенти, К. Бобохидзе, Г. Абов,
В. Сираз, Л. Микаэлян, М. Маргарян,
В. Терзибашян, Рафили.
МАЯК
ЧЕЛОВЕЧЕСТВА
Иностранные писатели о тезисах доклада
товарища Молотова
Когда читаешь тезисы доклада
Молотова о третьей пятилетке, перед
взором предстает всеоб’емлющая картина
строительства социалистического обще-
ства.
В строках этого документа, столь бо-
гатых по содержанию, — при всей своей
сжатости — ощущаешь творческую силу
освобожденного человечества. При чте-
нии тезисов я испытывал волнение и
гордость, словно я сам гражданин Совет-
ского Союза.
Одна из наиболее замечательных осо-
бенностей тезисов — то, что, показывая
великие достижения двух прошедших
пятилеток, тезисы откровенно говорят о
трудности задач, которые предстоит
преодолеть. Это меня порадовало, это
уличает клеветников, подобных Андре
Жиду.
Как писатель я особенно был удовлет-
ворен той частью плана, где идет речь
о дальнейшем росте культуры. Я, конеч.
но, того и ожидал.
Я предвижу ударное выполнение пла-
на, что явится новым гигантским шагом
советского общества на пути к полной
победе коммунизма.
У нас, в Западной Европе, где угроза
фашизма все усиливается, мы нуждаемся
в моральной поддержке. И мы знаем,
что в трудную минуту мы почерпнем
новую силу, обратив взоры к Советско-
му Союзу. Третья пятилетка — новый
советский маяк, посылающий свет всему
миру.
ДЖЕК ЛИНДСЕЙ (Англия)
*
С глубоким интересом я прочел тези-
сы доклада товарища Молотова о
третьем пятилетием плане. Это даже не
гигантский, это — просто титанический
план. Приведенные в нем цифры гово-
рят не только о прогрессе социалистиче-
ского государства по пути к конечному
осуществлению коммунизма, но и о бес-
примерной дружбе между рабочими и
крестьянами. Такое сотрудничество,
являющееся плодом великой мудрости
Сталина, — непременное условие про-
гресса и побед.
Я видел в СССР огромную гидро-
электростанцию, поднимающуюся над
водами Днепра, и заводы в Москве,
Ленинграде, Харькове, расцветающие в
эту весну социалистического строитель-
ства. Я участвовал в демонстрации в
двенадцатую годовщину Октябрьской
революции, и я чувствовал движение
гигантов, встающих на защиту любимой
страны от фашистских агрессоров. И я
видел, как «Прюмпартия» была разбита
наголову.
Но все то. что я видел, бледнеет пе-
ред достижениями последних десяти
лет, — Беломорско-Балтийский канал,
канал Москва—Волга, Магнитострой...
Но разве мне нужно перечислять все то,
что было построено в первые двадцать
лет Советской власти, перед лицом
открыто выраженных угроз германского,
итальянского и японского фашизма.
Тезисы товарища Молотова прозвучат
на с’езде как законченное целое. Они
превратятся в план, который рабочие и
крестьяне СССР перевыполнят.
«Превратить к концу третьей пятилет-
ки Северный морской путь в нормально
действующую водную магистраль, обес-
печивающую планомерную связь с Даль,
ним Востоком».
Простые слова, но какая цель в них
поставлена! Не достаточно ли одного
этого, чтобы взволновать человека, ко-
торый очень далек от романтики? Сам
по себе этот тезис уже является планом,
а стоит он почти последним в списке
проектов, от которых буквально захва-
тывает дыхание.
Я мог бы продолжать без конца ци-
тировать тезисы. Величественное здание
социализма построено в СССР — это
безусловно так. Социализм, о котором
мечтали мы и наши отцы, строится пар-
тией Ленина—Сталина под блестящим
руководством Иосифа Сталина.
ГАРОЛЬД ХЕЗЛОП (Англия)
*
Я прочитал тезисы доклада В. Молотова
о третьем пятилетием плане развития
народного хозяйства СССР.
Что я думаю об этом гигантском
строительстве, этом подлинно титаниче-
ском труде, самое описание которого
! уже производит глубокое впечатление?
! Трудно человеку, которому еше не
! пришлось побывать в СССР, ответить
j так, как того заслуживает вопрос. Но я
могу сказать одно: я твердо убежден,
(и в этом я черпаю бодрость), что ре-
зультаты первых двух пятилетних пла-
! нов в СССР прочны и нерушимы,
• тогда как дело фашистских правителей
представляется мне лишь карточным
домиком, который рассыплется от пер-,
вого толчка.
ФРАНС ЭЛЛЕНС (Бельгия)
Торжественное заседание
памяти Шевченко
j Писатели-делегаты XVIII
В Ч!иале делегатов, избр.гнтаых партии- ; пьянов и
яыми организациями на XVIII с’езд Все- : с’езда —
союзной коммунистической партии больше-
виков,— несколько писателей.
Московские большевики избрали на XVIII
с’езд ВКП(б) писателя Александра Фадее-
ва.
Герои Советского Союза Михаил Водо-
с'езда ВКП(б)
Георгий Байдуков — делегаты
также являются членами союза
советских писателей.
Большевики Лекрнтрада послали на
с’езд поэта Александра Прокофьева.
В числе делегатов XVIII с’езда от Рос-
товской области — писатель Михаил
Шолохов.
Вчера вечером в Колоппом зале Дома
Союзов состоялось торжественное заседа-
ние, созванное Академией наук СССР, со-
юзом советских писателей и Всесоюзным
комитетом по делам искусств по поводу
125-летия со дня рождения великого на-
родного поэта-революционера — Тараса
Григорьевича Шевченко.
Подробный отчет о торжественном за-
седании будет напечатан в следующем
номере нашей газеты.
Москва, Кремль— товарищу Сталину
Дорого! товарищ Сталин!
Над свободным советским Днепром, в
столице цветущей Советской Украины, мы,
партийные и непартийные большевики,
представители рабочих, колхозников и со-
ветской интеллигенции Украины в единой
семье с представителями братских наро-
дов великого Союза Советских Социалисти-
ческих Республик, собрались на большое
торжество — празднование 125-летия со
дня рождения великого сына украинско*
го народа, певца гнева и мужества, бор-
па за счастье народное, гениального по-
эта — Тараса Григорьевича Шевченко.
В этот радостный день первое наше сло-
во, первая наша мысль — о Вас, дорогой
товарищ Сталин. Вам, величайшему
вождю трудового человечества, Вам, гени-
альному кормчему социалистической рево-
люции, всей силой наших взволнованных
сердеп мы шлем пламенный большевист-
ский привет.
Вот он высится перед нами, запечатлен-
ный на века образ бессмертного поэта, а
вокруг кипит чудесная жизнь социалисти-
ческой родины. Пылают домны могучей
индустриальной республики. Миллионами
огней светят гигантские электростанции.
Колхозные массивы готовят стране новый
обильный урожай. Металл и уголь, кораб-
ли и паровозы, тракторы и комбайны —
все это производит наша социалистическая
родина. Советская Украина в счастливом
созвездии братских социалистических рес-
публик гордится детищами славных
сталинских пятилеток — новыми городами,
первоклассными заводами, цветущими кол-
хозами и совхозами. Она гордится своими
передовыми людьми, которых воспитали
Вы, товарищ Сталин, она гордится своей
вольной песней, своим щедрым солнцем,
всеми богатствами плодоносного врал, ко-
торые безраздельно и целиком принадле-
жат народу.
Социализм прочно и животворяще вошел
в быт советского народа. Преобразилась
вся наша жизнь. Просторы коммунизма
открываются перед нами, счастливыми
современниками мудрого Сталина.
Под знаменем Лепина—Сталина, при
братской помощи великого русского наро-
да, трудящиеся Украины разгромили пол-
чища немецких и польских интервентов,
белогвардейские банды и буржуазно-нацио-
налистическое отребье.
Великие гении человечества — Ленин
и Сталин обеспечили нерушимость братской
дружбы украинского народа” с великим
русским народом, со всеми народами на-
шей страны. В этой дружбе — залог всех
побед Советского Союза.
Советская Украина, живет и крепнет,
как несокрушимый стальной форпост со-
циализма на Западе, как неот’емлемая
часть СССР. Па высоком под’еме все на-
родное хозяйство Украины. Велики успе*
хи науки, культуры, искусства украинско-
го народа. К светлой и счастливой жизни
поднялись миллионы сынов молодой Совет-
ской Украины. Из родников народного
творчества идут все новые и новые та-
ланты.
Вы, товарищ Сталин, учили и учите
нас бережно хранить культурное наследие
каждого народа, Вы даете образец благо-
родного уважения к памяти передовых
людей прошлых эпох, к памяти лучших
сынов человечества. Всем народам нашей
страны одинаково дороги Пушкин и Руста-
вели, Горький и Шевченко. Только в
стране, озаренной солнцем Сталинской Кон-
ституции. возможно такое широкое, дей-
ствительно всенародное чествование памяти
великого сына украинского народа, рево-
люционера-демократа, вдохновенного коб-
заря — Тараса Григорьевича Шевченко.
Царизм терзал душу и тело поэта. Совет-
ская власть ставит ему памятники. Слава
Шевчейко гремит во всех концах необ’ят-
ной социалистической державы. Стих Шев-
ченко стал орудием борьбы за новую жизнь
в руках всех народов СССР. Это — огром-
ная победа. Это сделала мудрая партия
большевиков, это сделали Вы, родной
товарищ Сталии.
Зпаменательпы1м символом является от-
крытие памятника Шевченко в Киеве. Ста-
рый дореволюционный Киев — Киев мра-
кобесов, лабазников и кликуш — свирепо
преследовал поэта. Новый Киев — Киев
героизма и труда, Киев юности и побед
чтит память поэта открытием памятника.
Подлые враги народа, троцкистско-буха-
ринские и буржуазно-националистические
лакеи фашистских разведок пытались со-
рвать мирный труд украинского советского
народа. Они стремились оторвать Советскую
Украину от СССР.
Просчитались псы фашистские. Не бро-
дить врагу по нашим цветущим нивам, не
видать ему наших городов, заводов. Совет-
ский народ уничтожил змеиные гнезда вра-
гов, он выкорчует их до последнего, чтобы
духа их не было на священной советской
земле.
Подлые враги народа пе раз протягивали
свои грязные лапы к творениям Тараса-
Шевченко. Они фальсифицировали его ог-
ненные строфы, они пытались исказить
мужественный облик поэта, колючей про-
волокой лжи отделить его от народа. Став-
ка врагов бита и здесь. Произведения
Шевченко были и остаются гордостью ук-
раинского народа. Они стали достоянием
всех народов СССР. Пламенная поэзия
Шевченко служит своему народу, она на-
ходит отклик в сердцах миллионов и мил-
лионов советских патриотов. В стране, где
сбылись мечты лучших умов человечества,
в этой стране умеют ценить песню, под-
виги бойца за дело народа, бойца, каким
был Taipao Шевченко.
Дорогой товарищ Сталин, мы помним
Ваши прозорливые слова о капиталистиче-
ском окружении. Мы их помним с тем
большей ответственностью, что живем у
границы. Мы в любую минуту готовы к
бою против немецкого и польского фашиз-
ма, Горе им, если они осмелятся посягнуть
на наш мирный труд. Мы уничтожим вра-
га на его же территории. Пусть помнят
все наши капиталистические соседи, близ-
кие и дальние, что свободолюбивый укра-
инский парод всегда ненавидел и жестоко
бил своих извечных врагов — немецких
баронов, пОЛъских «шляхтичей. Об этом
немало поэм и стихов сложил наш люби-
мый поэт Тарас Шевченко.
В дни, когда в странах фашизма пресле-
дуют и гонят все передовое и мыслящее,
когда на площадях Берлина сжигают кни-
ги лучших писателей мира, когда пропо-
ведуется варварство и одичание, в эти дни
мы открываем памятник народному поэту
Тарасу Шевченко. Мы — восход нового
человечества. Мы — провозвестники под-
линного социалистического гуманизма. Мы
— счастливые люди солнечного сталин-
ского времени.
Да здравствует наша славная социали-
стическая отчизна!
Да здравствует великая	нерушимая
дружба всех народов СССР!
Да здравствует мудрая большевистская
партия и ее Сталинский Центральный
Комитет!
Да здравствует великий вождь народов,
светоч и гений трудящихся всего мира,
друг и учитель, наш родной, любимый
Сталин!
Приветствие принято на 200-ты-
сячном митинге в Киеве, посвященном
открытию памятника Т. Г, Шевченко,
и на торжественном заседании, посвя-
щенном 125-летнему юбилею поэта,
в Кшвском ордена Ленина театре опе-
ры и балета им. Т. Г. Шевченко.
6 марта в Киеве состоялось торжественное открытие памятника великому
украинскому поэту Т. Г. Шевченко. На снимке: митинг у памятника Т. Г.
Шевченко,	(Фотохроника ТАСС) \
Москва, Совнарком СССР— товарищу Молотову
Дорогой Вячеслав Михайлович!
семье вольной, новой, в семье брат-
народов Союза, украинский народ
В
ских
уверенной п несокрушимой поступью ша-
гает к коммунизму
В далекое прошлое канула его горест-
ная судьба. Нет Украины — бывшей
царской колонии, где гнет и произвол
царили с особенной силой, где лучшие
люди ссылались на каторгу и поселение,
где одним росчерком пера царских сатра-
пов уничтожалась культура.
Есть свободная Украина — страна, где,
как сталь, крепок социалистический строй,
где куется новая невиданная жизнь.
Давно уже отзвучали на нашей земле
песни горести и печали.
Им на смену пришли гордые песни на-
рода-победителя. Перекатным эхом
разносятся они над тучными полями,
благоухающими садами, над городами,
водами, шахтами и селами цветущей
ветской Украины.
В них наш народ славит того,
создал его прекрасную жизнь, кто ведет
страну от победы к победе, чье имя с
огромной любовью произносится всюду:
«Бо 1м’я це—щастю
Людей провцнж,
Про Стал ina меню
Сшва робинии».
С именем Сталина тга устах наш народ
вершит великие дела.
В тесной братской дружбе, в нераз-
за-
Со-
рывном союзе с великим русским народом
украинский народ завоевал счастливую
жизнь. Неот’емлемая составная часть ве-
ликого СССР — Уюра-ина превратилась
под мудрым испытанным руководством
ленинско-сталинской партии в несокру-
шимый форпост страны социализма на
Западе.
Пышным цветом расцвела Украина под
ярким солил ем Сталинской Конституции.
Буйно колосятся ее колхозные поля, гор-
до поднимаются к вебу трубы фабрик и
заводов, растет социалистическая по со-
держанию, национальная по форме куль-
тура, растут ее дюди— знатные мастера
труда, сталинские питомцы. и в своей
счастливой жизни украинский народ не
забывает тех.
годы и жизнь
его к победам,
жил примером.
Сегодня мм
сына украинского народа, певца его доли,
борца за его свободу, поэта-революционера
Тараса Григорьевича Шевченко. Вместе с
нами чтут его память и все народы нашей
необ’ятной страны — от Балтики до Вла-
дивостока, от дальнего Севера до теплого
Юга, ибо Шевченко вместе с лучшими
представителями революционной демокра-
тии России — Герценом, Чернышевским,
Добролюбовым — будил их к борьбе и
призывал их:
«Громадою обух сталить,
Та добре вигострить сокиру».
кто отдавал лучшие свои
за благо народа, кто звал
чей не угасающий дух слу-
чтим память гениального
кто
Шевченко близок народам СССР, он до-
рог им, км пламенный борец за лучшую
Презренные трюцкиотхжо-бухаринские
выродки и б^тжуазно-напионалистические
агенты фашистских разведок, пытавшиеся
оторвать Украину от братской семьи на-
родов СССР, стремились отдалить Шевчен-
ко от народа, фальсифицируя его творче-
ство, они хотели использовать его имя для
своих гнусных целей. Не вышло. Грозный
народный гнев омел их с лица земли, раз-
громил их гнезда, и поэт-революпионер во
всей мощи правдивого слова предстал
ред нами.
Шевченко наш. 0 крепко живет
память в сердцах трудящихся нашей
дины:
«I мене в с1м’1 велтпй •
В cisi’I вольшй, новпЧ.
Не забудьте пом’япути
Незлим тихим словом».
Эти слова нашли живейший отклик в
великой семье освобожденных народов
Союза Советских Социалистических Рес-
публик.
День 12 5-летнего юбилея со дня рож-
дения поэта является днем торжества
ленинско-сталинской национальной поли-
тики, является днем единения всех наро-
дов нашего великого Союза.
В этом единении растет и крепнет на-
ша мощь. В этот торжественный день мы
— представители работих, колхозников,
советской интеллигенции цветущей Уюра-
не-
его
ро-
ины вместе с дорогими гостями братских
республик — шлем Вам, главе советско-
го правительства, ближайшему соратнику
великого Сталина, пламенный большевист-
ский привет и заверяем Вас, что под ру-
ководстром испытанного соратника Сталина
— Никиты Сергеевича. Хрущева украин-
ский народ приложит все силы в борьбе
за окончательное торжество великого дела
Ленина—Сталина, за полное торжество
коммунизма.
И если враг осмелится посягнуть на на-
ши границы, если фашистские громилы
попытаются напасть на нас, то они на де-
ле убедятся, как мужественно может бить-
ся в рядах семьи вольной, новой украин-
ский народ за свободу, за торжество дела
Ленина-—Сталина.
Да здравствует наша пветушая несокру-
шимая социалистическая родина!
Да здравствует правительство первого в
мире социалистического государства рабо-
чих и крестьян и его глава верный сорат-
ник Сталина — Вячеслав Михайлович
Молотов!
Да здравствует наш великий
вождь, друг и учитель, наша
великий Сталин!
Приветствие принято
венном заседании,
125-летнему юбилею
ченко, в Киевском ордена Ленина
театре оперы и балета им. Шев-
ченко.
отеп,
гордость —
на торжест-
посвященном
Т. Г. Шев-
ВСЕНАРОДНЫ
КИЕВ. (Наш. корр.). Это был на-
поенный ярким киевским солнцем, прони-
занный острым днепровским ветром пер-
вый весенний день. Город украсился фла-
гами, портретами великого украинского
поэта, с транспарантов звучали яркие
строки его стихов. Весь Киев сдвинулся
в сторону университета, которому с этого
дня присвоено великое имя Т. Г. Шевчен-
ко. В самом парке, на прилегающих к не-
му улицах, вдоль бульвара имени Т. Г.
Шевченко собрались трудящиеся Киева и
гости, приехавшие на торжество.
На трибунах, воздвигнутых в парке, —
руководители КП(б)У, члены украинского
правительства, представители братских рес-
публик, родственники и земляки великого
поэта, писатели, композиторы, художники,
артисты, стахановцы украинских заводов'
и колхозов? Патриоты советской земли со-
брались здесь к подножью величественного
монумента почтить память своего гени-
ального поэта, мужественного революцио-
нера, верного сына украинского народа
Тараса Шевченко.
Первое слово предоставляется руководи-
телю украинских большевиков, секретарю
ЦК КП(б)У тов. Хрущеву. В яркой речи
Никита Сергеевич Хрущев говорит о люб-
ви к поэту, которая
дящпхея Советского
достпом празднике,
годня наша страна.
Затем с речами выступают
Совнаркома Украинской ССР
ченко, президент Академии
жи вет в
Союза, о
который
сердцах тру-
болыпом ра-
отмечает се-
ПРАЗДНИК
Тараса Шевченко, чуть склоненная
Уничтожение противоположности между
умственным и физическим трудом в на-
шей стране находит яркое выражение в
гигантском росте культурного уровня тру*
дяшихся. в громадной тяге их к овладе-
нию культурным наследием, в развитии
эстетических вкусов читателей.
Прекрасным примером этому может слу-
жить состоявшаяся в шевченковские дни
конференция читателей — рабочих четы-
рех крупнейших заводов Москвы, посвя-
щенная памяти великого украинского по-
эта.
Рабочие, стахановцы краснознаменного
комбината Трехгорной мануфактуры им.
Дзержинского, заводов имени Сталина,
«Динамо» и «Серп и молот» выступили с
докладами о жизни и творчестве Шевчен-
ко. Готовясь к своим докладам, они поль-
вовались материалами и консультацией
Всесоюзной библиотеки имени Ленина.
Театр имени Ленина, где происходит
Конференция, переполнен. В президиуме—
члены партийной организации комбината
«Трехгорки», представители заводов, сот-
рудники Библиотеки имени Ленина, поэ-
ты-орденоносцы.
Конференцию открывает зам. секретаря
парткома «Трехгорки» тов. А. И. Шемят-
кин.
Слово для доклада предоставляется быв-
шему рабочему, ныне молодому инжене-
ру «Трехгорки», преподавателю ФЗУ В. А.
Бережкову.
— 25 февраля 1814 г., — начал свой до-
клад т. Бережков, — в прекрасной Украи-
на, терзаемой в то время панами польски-
ми, русскими и украинскими, родился в
семье крепостного Тарас Шевченко. Исто-
рия его жизни, как он сам пишет, есть
«история жизни людей, выбившихся сво-
ими способностями и делами из темноты
безгласной толпы простолюдинов».
Рассказывая о важнейших этапах жизни
Шевченко, докладчик подробно излагает
биографию поэта, начиная с его сирот-
ского детства, останавливаясь на участии
в кирилло-мефодиевском братстве и после-
довавших затем тяжких годах ссылки и
кончая последними днями его существо-
вания, — одинокого, безрадостного, под
неизменным надзором полиции, вдали от
любимой им Украины.
7 *
Счетовод бухгалтерии ситценабивного
цеха «Трехгорки» М. Я. Храпунова сдела-
ла доклад об образе крестьянской женщи-
ны в творчестве Т. Г. Шевченко.
опальным мотивам в творчестве Шевчен-
ко. Он говорил о связи поэта с прогрес-
сивной русской интеллигенцией, о его
дружбе с негритянским актером Олриджем,
о выступлениях Шевченко в защиту евре-
ев и против антисемитизма.
Стахановка прядильного цеха комбината
Трехгорпой мануфактуры Мира Ходарина
содержанием своего доклада избрала ан-
тирелигиозные темы в
ко. Она привела ряд
которые так яростно
творчестве Шевчен-
стихотворений, за
ненавидели поэта
черносотенцы и мракобесы. Но ни их
ярость, ни бесконечные репрессии царских
жандармов не сломили бунтарского духа
Шевченко.
*
Сталевар, стахановец завода «Динамо»
им. Кирова тов. М. Новиков посвятил свой
доклад влиянию русских классиков на
творчество великого поэта Украины, его
связи с русскими революционными демо-
кратами.
«Русские классики и Шевченко»
Доклад сталевара М. Новикова
председатель
тов. Корот-
наук УССР
тов. Богомолец, поэты-орденоносцы тт. Ба-
жан, Тычина, Колас, представители заво-
дов и колхозов. Взволнованную речь про-
изнес родственник великого поэта, колхоз-
ник т. Шевченко, горячо благодаривший
партию и правительство за огромное вни-
мание, которое уделяется памяти Тараса
Григорьевича.
Приветственную телеграмму Иосифу Вис-
сарионовичу Сталину зачитывает поэт Ми-
кола Бажан. Лес рук вздымается кверху,
когда ставят на утверждение текст этой
телеграммы. Из тысячи грудей вырывает-
ся приветствие мудрому вождю народов,
великому другу украинского народа
товарищу Сталину.
Наступает торжественный момент. С па-
мятника медленно сползает холст. Перед
глазами всех собравшихся открывается ве- сердцах трудящихся,
личественный памятник. Знакомое, дорогое •
лицо
голова, внимательные, вдумчивые глаза..;
А через несколько часов снова собра-
лись в помещении Киевского ордена
Ленина театра оперы и балета руководи-
тели партии и правительства, писатели и
рабочие, колхозники и артисты, киевляне
и гости.
На торжественном вечере, посвященном
памяти великого поэта, с большим инте-
ресным докладом о жизни и творчестве
Тараса Шевченко выступил писатель-
академик А. Корнейчук. Он рассказал о
героической жизни Тараса Григорьевича,
о его гениальных творениях, о его дружбе
о: великими русскими демократами, о
непримиримой борьбе Тараса Шевченко с
панами, царизмом, польской шляхтой.
С яркой темпераментной речью высту-
пил Всеволод Вишневский. Он рассказал
о великой дружбе русского и украинского
народов, о вековечной борьбе, которую
победно выдержали русские и украинцы,
разгромив захватчиков-немцев.
От имени белорусского народа выступил
поэт Янка Купала. Его сменяет на три-
буне грузинский поэт Сандро Эули. Низ-
кий поклон от московских художников па-
мяти великого поэта передает заслужен-
ный деятель искусств тов. Герасимов.
После выступления армянского поэта
Г. Абова выступает представитель Азер-
байджана тов. Рафили. Он преподносит по-
дарок от трудящихся Азербайджана —
ковер с вышитым портретом Т. Г. Шев-
ченко и книги украинского поэта на азер-
байджанском языке.
Председатель президиума Верховного
Совета УССР т. Корниец читает Указ Пре-
зидиума Верховного Совета СССР о при-
своении имени Тараса Шевченко Киевско-
му оперному театру и Киевскому универ-
ситету и об установлении стипендий име-
ни великого украинского поэта. Затем Ми-
кола Бажан и Павло Тычина зачиты-
вают тексты приветственных телеграмм
товарищам Сталину и Молотову.
...Поздно ночью закончился празднич-
ный концерт в честь поэта. А в парке
возле памятника все еще не расходились.
Еще долго звучали песни поэта. И. осве-
щенный
товским
достную
память
яркими лампами и большим мар-
месяцем. задумчиво гляделка ра-
поющую молодежь великий поэт,
о котором будет вечно жить в
Ю, МАРТИЧ
«Женщина-крестьянка 8 произведениях Шевченко»
Доклад счетовода М. Я. Храпуновой
Тарас Григорьевич Шевченко был кре-
постным и всю тяжесть крепостной жизни
вынес на своих плечах. Он вышел из ГУ’
щи народа, любил свой народ, свою роди-
ну. В своих произведениях он много ме-
ста отдал описанию жизни угнетенной
женщины.
Крепостная женщина была трижды ра-
бой: рабой насильника-барина, рабой сво-
его мужа и рабой существовавших тогда
нелепых законов тиранического строя.
Бесчеловечное отношение к женщине глу-
боко чувствовал Тарас Григорьевич.
В поэме «Катерина» Шевченко с заме-
чательной простотой, волнующе рассказы-
вает о тяжелой доле Катерины, обесче-
щенной. брошенной, опозоренной и погиб-
шей
дом
В
гой
ной „ . .
губит своего «незаконного» сына, подобно
Катерине, а ради его счастья до самой
смерти с героической стойкостью храпит
свою тайну, оберегая сына «от людского
Эла».
В поэме «Марина» Тарас Григорьевич
показывает новый образ крестьянки. Это
уже не безмолвная, замученная раба, а
Гордая, протестующая против унижения
в непосильной борьбе со всем укла-
царского строя.
поэме «Батрачка» Шевченко дает дру-
образ женщины — более мужествен-
и сильной. Ганна не погибает и не
женщина. Она больше не желает поко-
ряться своей рабской доле. Защищая свою
гордость, она убивает насильника-барина,
сжигает дом. Марина погибает, по она по-
гибает, как героиня, как борец за свою
свободу, а не как жалкая, безропотная
жертва.
В своих стихах о женщине Шевченко
восстает против законов своего века, от-
воевывает для нее священные права же-
ны и матери.
Нам, женщинам свободной страны, урав-
ненным в правах с мужчинами, чужды и
непонятны теперь дикие нравы царизма
Узнавая о них из художественных произ-
ведений, мы чувствуем, как далеко мы
ушли от этого темного времени. Мы мо-
жем жить свободно, дышать легко, рабо-
тать с радостью, любить по своему вы-
бору. Мы можем, как равноправные чле-
ны общества, строить новую, счастливую
жизнь. Материнство стало для нас не
игом, а счастьем.
Молодые девушки! Цеппте вашу свобод-
ную жизнь, стройте здоровую семью, умей-
те уважать других и заставьте, чтобы
уважали вас.
Место Катерины, Ганны и Марины у нас
заняли новые женщины, героини Полина
Осипенко. Марина Раскова, Валентина
Гризодубова. Мария Демченко, Дуся Ви-
ноградова.
Механик строительства ВИС то в. Ново-
хатский посвятил свой доклад интернаци-
Несмотря на жестокое подавление де-
кабрьского восстания 1S25 года в России
все чаще и громче раздавался призыв бо-
роться против рабства крестьян, против
существующей государственной системы.
Эхо выстрелов на Сенатской площади рас-
катилось по всей стране и слилось с голо-
сами Радищева, Пушкина, Лермонтова.
Тарас Григорьевич Шевченко обстоя-
тельствами жизни был связан с русскими
демократами-революционерами. Свободолю-
бивые народы России и Украины были
исторически связаны общей судьбой и
имели общего врага в лице крепостниче-
ства и самодержавия.
Шевченко стабит в своих произведени-
ях те же проблемы, какие мы находим и
в творчестве Пушкина, Герцена, Черны-
шевского, Некрасова.
Герцен «призывал Русь к топору». Позд-
нее Некрасов словами русского крестьяни-
на богатыря Савелья как бы отвечает
Герцену: «Наши топоры лежали до поры».
Шевченко также призывает народ к орга-
низованному вооруженному восстанию:
...надо миру
собраться, обух закалить
и наточить острей секиру...
Вот почему Шевченко был нетерпим
крепостниками и царизмом.
Тема труда занимает большое место в
творчестве Шевченко. Он возлагал боль-
шие надежды на развитие машины. Обра-
щаясь к великим изобретателям парового
двигателя. Тарас Григорьевич воскликнул:
«Великий Фультои и велпкий Уатт! Ваше
молодое не по дням, а по часам расту-
щее дитя в скором времени пожрет кну-
ты, престолы и короны... Мое пророче-
ство несомненно».
Великий мыслитель Чернышевский в
своем романе «Что делать?» в развитии
машин также видел освобождение наро-
да (4-й сон Веры Павловны). Великие
люди правильно понимали значение труда
Они понимали, что все благо, которое соз-
дано трудом, должно принадлежать тому,
кто его создает.
В стихотворении Некрасова «Железная
дорога» читаем:
Эту привычку к труду благородную
Нам бы не худо с тобой перенять...
Благослови же работу народную 1
И научись мужика уважать.
Вынесет все — и широкую, ясную
Грудью дорогу проложит себе.
Жаль только жить в эту пору пре-
красную
ни тебе.
Шевченко:
Уж не придется — пи мне,
вот как говорит об этом
Работящим рукам.
Работящим умам
Только нови пахать. .
Думать, сеять, не ждать,
Что посеянное жать, —
Работящим рукам.
Творчество Шевченко народно в самом
широком смысле слова. Оно понятно не
только пароду его любимой Украины, но
близко чувствам всех народов Советского
Союза, которые несли такую же тяжесть
крепостничества.
Шевченко многое сделал в борьбе с
крепостничеством и самодержавием. Мы,
люди социализма, видим великого, щедро-
го сеятеля добрых семян, которые упали
на плодородную почву и в Октябре 1917
года дали мощные всходы.
А
Интересные факты привел в своем до-
кладе «Юбилей Шевченко в царское время
и в нашей социалистической стране» сту-
дент рабфака завода «Серп и молот» тов.
Масленко. Он рассказал о возмутительной
кампании, поднятой мракобесами, исступ-
ленно требовавшими запрещения отмечать
в 1914 году столетие со дня рождения
великого поэта.
Проф. Н. Ф. Бельчиков, принявший уча-
стие в конференции, отметил, что конфе
ренция представляет большой интерес для
последователей творчества Шевченко.
Выступления докладчиков чередовались
с чтением стихов Шевченко поэтами
П. Антокольским, А. Безыменским, Е. Бла-
гининой и В. Звягинцевой. Памяти Т. Г.
Шевченко посвятили свои стихи фрезеров-
щик завода «Динамо» Н. Зверев, бывший
токарь завода «Серп и молот» т. Филатов
и т. Гринев.
В заключение силами драмколлектива
комбината Трехгорной мануфактуры был
исполнен один акт из пьесы Шевченко
«Назар Стодоля».
Шевченковский вечер
в Ленинграде
я зык ах
вдохно-
особен-
звучит
рубежи
и
недо-
иметь
серд-
ЛЕНИНГРАД. “(Наш корр.). В Ленингра-
де в Академии художеств — здании, где
жил и умер Т. Г. Шевченко, 6 марта со-
стоялось торжественное собрание, посвя-
щенное 125-летию со дня рождения вели-
кого украинского поэта.
Собрание открыл председатель Шевчен-
ковского комитета ленинградского союза
советских писателей Михаил Зощенко.
— Тарас Шевченко, — сказал М. Зощен-
ко, — был не только поэтом и художни-
ком, он был революционером, активным
борцом за дело народа. Все его искусство
было проникнуто болью за народ, надеж-
дой на лучшую долю. Все его искусство
—это призыв к борьбЬ, призыв к раскре-
пощению народа,
Шевченко обладал теми качествами ума
и сердца, которые делают человека вели-
ким. История искусства знает, что для то-
го, чтобы быть великим мастером,
статочно иметь только талант. Надо
волю, мужество, светлый ум, доброе
це, энергию и благородную цель.
Все это имел Шевченко, и вот почему он
был великим человеком, на жизни кото-
рого следует учиться. Вот почему совет-
ский народ, осуществивший надежды
Шевченко, так чтит его память.
С яркой речью выступил делегат XVIII
с’езда партии поэт Ал. Прокофьев.
— Сегодня, — говорит А. Прокофьев, —
по всему Советскому Союзу открываются
юбилейные торжества в честь стодвадцати-
пятилетия со дня рождения величайшего
украинского поэта Т. Г. Шевченко. Весь
советский народ, весь передовой и про-
грессивный мир отдает ныне дань восхи-
щения гениальному сыну великого укра-
инского народа,
В невыносимых условиях чудовищного
рабства и произвола царской России —
этой тюрьмы пародов —шел к вершинам
мировой славы гений Тараса Шевченко.
Через ссылку, через солдатчину, через ка-
торгу Орской крепости, через муки, через
тысячу мук бесправья и униженья про-
шли обессмертившие украинский народ
стихи и поэмы великого поэта. Прошли,
и вот семья свободных советских народов,
весь мир видит их бессмертие. Весь мир
видит их бессмертие, их неувядаемые кра-
соту и силу, будящие и вызывающие у
людей чувства' восторга! Вольнолюбивые и
вдохновенные, они пришли в братскую
семью народов Советского Союза, и вот
мы являемся свидетелями торжеств, ко-
торые дает Советская страна в честь рож-
дения гениального сына украинского на-
рода. На всех наречиях, на всех
звучит ныне высокое, правдивое,
венное слово Т. Г. Шевченко и в
ности со всепобеждающей силой
оно у. нас. От нас оно шагает за
вдохновляет на борьбу угнетенных.
Призыв поэта:
Поховайте та вставайте,
Кайданы порв!те
И вражою злою кров’ю
Волю окроште
— вел героический интернациональный ба-
тальон имени Т. Г. Шевченко по полям
сражений республиканской Испании.
«В четвертом часу рано я встречал вос-
ход солнца около могилы бессмертного
Т. Г. Шевченко. Было незабываемое для
меня утро» — писал Матэ Залка.
Отсюда идет благословенье на подвит.
Свободолюбивый великий поэт благосло-
вил на подвиг писателя Матэ Валка, став-
шего потом генералом Луканом —- героем
испанского народа.
Батальон имени Т. Г. Шевченко и ге-
нерал Лукач шли на смерть, шли через
смерть и побеждали ее во имя красных
зорь, блещущих от Москвы по всему ми-
ру, за свободу, во имя которой билось
всю жизнь сердце гениального поэта.
С речами выступили также проф. Г. Гу.
Ковский, представители ленинградских ра-
бочих, бойцов и командиров РККА.
После докладов т. Ямпольского—«Шев-
ченко и революционная демократия» и
проф. Исакова — «Шевченко-художник»
новые переводы стихов Шевченко читали
И. Браун, В. Рождественский и Е. По-
лонская. М. Зощенко прочел отрывки ИЗ
написанной им биографии Шевчейко.
'Литературная газета
------	№ 14
125-летие со дни рождении Тараса Шевченко
ДОКЛАД тов. А. КОРНЕЙЧУКА
НА ТОРЖЕСТВЕННОМ ЮБИЛЕЙНОМ ЗАСЕДАНИИ В КИЕВСКОМ ОПЕРНОМ ТЕАТРЕ 6 МАРТА
РЕЧЬ тов. М. БАЖАНА
Товарищи! Сегодня свободная, счастли-
вая Советская Украина и все народы на-
ше! великой родины отмечают 125-летие
со дня рождения гениального сына украин-
ского народа Тараса Григорьевича Шевчен-
ко. На этот всенародный праздник приеха-
ли госта, выдающиеся представители ин-
теллигенции, выдающиеся мастера социа-
листического труда. Они приехали в сто-
Ипу Советской Украины, чтобы вместе с
украинским народом почтить светлую па-
мять великого поэта, революционера-демо-
крата — Тараса Шевченко.
В 1937 году весь 170-миллионный со-
ветский народ отмечал светлую память ве-
ликого русского поэта А. С. Пушкина. В
минувшем году мы отмечали 750-летие
гениального творения грузинского поэта
Шота Руставели.
Никогда, ни в одну эпоху и ни в одной
стране за пределами Советского Союза
не любили и не почитали так выдающихся
деятелей—борцов за светлые идеи челове-
тества, борцов за гуманизм, за передовую,
прогрессивную культуру.
Нынешний день знаменателен еще и
тем, что мы собрались на великий празд-
ник украинского народа вместе с предста-
вителями всех братских народов нашей
родины; собрались в то время, когда в фа-
шистских странах—Германии, Италии и
Японии уничтожаются достижения челове-
ческой культуры. Варвары двадцатого сто-
летия в Берлине, Риме сожгли книги и
разбили статуи гениальных поэтов, уче-
ных, прогрессивных деятелей, людей, ко-
торые являлись гордостью немецкого и
нтальянского народов.
Варвары двадцатого столетия, уничто-
жая культуру в своих странах, истребляют
культуру и других народов. Это они под-
«вергают бомбардировке памятники культу-
ры в Испании, убивают женщин и детей.
Это они обращают в развалины памятники
тысячелетней культуры Китая, уничтожа-
ют японскими, германскими и итальянски-
за бомбовозами беззащитное население в
городах и селах.
Только в стране Советов, где в 1917 го-
ду, под руководством великой партии
Ленина—Сталина, была свергнута власть
буржуазии, помещиков и фабрикантов, —
только у нас, на одной шестой земного ша-
ра, бурно расцвела социалистическая куль-
тура, культура всего советского народа,
являющаяся вместе с тем подлинной обще-
человеческой культурой. Она свободна от
йдеалиэма, метафизики, поповщины. Социа-
листическая культура служит великим
идеалам Маркса — Энгельса — Ленина —
Сталина.
Свободный советский народ стал един-
ственным властителем и наследником всех
достижений и ценностей передовой, про-
грессивной культуры минувших эпох. Вот
почему все народы Советского Союза отно-
сятся с глубочайшей любовью и уваже-
нием к пламенным борцам, которые в тем-
ную зловещую ночь царского произвола
поднимали знамя борьбы, возвышали свой
голос в защиту трудового, обездоленного
народа от крепостников, царских погром'
щиков, жестоких деспотов.
Таким пламенным борцом, революционе-
ром-демократом был великий поэт украин-
ского народа Тарас Шевченко. Это он вме-
сте с великими русскими революционерами
Герценом, Чернышевским, Добролюбовым
«вал народ на борьбу с самодержавием,
превратившим Россию в тюрьму народов.
Гневное слово Шевченко звало народ
на бой против царизма, против панов
украинских, польских, русских.
... Вставайте,
Кайдани порвите
I вражою злою кров’ю
Волю окротте...
Шевченко ненавидел украинских пайбв
— либералов, националистов, которые
стремились оторвать гениального поэта от
передовых представителей русского народа.
В те время, когда украинские паны-ли-
бералы — Кулиши, Мартосы и другие —
предавали свой народ и были верноподдан-
ными лакеями царизма, — великие рус-
ские демократы поднимали свой голос за
свободу украинского народа, его культу-
ры, его языка.
Думы народа, его чаяния и стремления
поддерживали в поэте жгучий огонь, не
угасавший в его душе от юных лет н до
последних минут тяжкой жизни поэта.
Сын крепостного, еще ребенком видел
Он в родной Кирилловне, бышего Звени-
городского уезда, каждодневную «неволю,
роботу тяжкую», видел, как мать, «ще мо-
лодую—у могилу нужда та прапя положи-
ла», как отец «не витершв лихо! дол!,
умер на ланщиш», братья же «на панщи-
ну ходили, поки лоби ГМ погодили».
Много издевательств пришлось испытать
мальчику у помещика Энгельгардта. Но ни
угрозы помещика, ни розги конюхов, кото-
рые секли его по приказу Энгельгардта,—
ничто не могло сломить непокорство моло-
дого Тараса. Имея склонность к рисова-
нию, Тарас, сопровождая в качестве «ка-
зачка» пана Энгельгардта, каждую свобод-
ную минуту посвящал любимому занятию.
Когда Энгельгардт увидел большую ода-
ренность своего казачка, он решил закон-
трактовать его в Петербурге на 4 года у
«разных живописных дел мастера» Ши-
ряева, чтобы иметь впоследствии своего
дворового художника. Шевченко было в ту
нору 18 лет.
У Ширяева Шевченко приходилось вы-
полнять различные малярные работы. И о
самом Ширяеве Шевченко вспоминает как
о деспоте.
В свободное время, по ночам, Шевченко
Ходил в летний сад, срисовывал статуи.
Там он встретился с известным художни-
ком Иваном Сошенко. При помощи Со-
шенко он познакомился с выдающимися
деятелями русской культуры: Григоро-
виче», Жуковским, Венециановым, Брюл-
ловым, которые высоко оценили художе-
ственный талант Шевченко и начали хло-
потать о его освобождении из крепостной
неволи. За свободу поэта помещик тре-
бовал две с половиной тысячи рублей.
Брюллов написал /портрет Жуковского.
Этот портрет разыграли в частной лотерее,
р 22 апреля 1838 года выкупили Шев-
ченко на волю. «Общество поощрения ху-
дожеств» зачислило Тараса Григорьевича
на стипендию. Вскоре он стал одним из
любимых учеников и товарищей Брюллова.
В богатейшей библиотеке своего учителя
Шевченко знакомится с произведениями
Пушкина, Гомера, Шиллера, Вальтер-Скот-
та и других известных писателей, изучает
историю Греции и историю Украины. Он
слушает курс ряда наук — зоологии, фи-
зики, физиологии, изучает французский
язык, посещает театры.
Еще у Ширяева Шевченко начал свои
первые литературные опыты на украин-
ском и русском языках. В 1840 году вы-
ходит из печати знаменитый шевченков-
ский «Кобзарь», в конце 1841 года изда-
ется героическая поэма «Гайдамаки». Поэт
пишет «Мар’яну-черницю», «Утоплену»,
«Причинну» («Реве та стогне Днмтр ши-
рокий»), Поэт работает над русской драмой
«Слепая красавица», а в 1842 году в
журнале «Маяк» появляются отрывки из
драмы, написанной по-русски, «Никита
Гайдай». Тогда же Шевченко работает нал
русскими поэмами «Слепая», «Тризна».
В начале 40-х годов мы видим Шев-
ченко в кругу передовых деятелей рус-
ской культуры.
В 1843 году поэт возвращается на
Украину. Он едет на Киевщину, Черни-
говщину, Полтавщину и на каждом шагу
видит разгул барского произвола. Грустные
картины вставали перед поэтом. Шевченко
видел на каждом шагу бесправие и ни-
щету крестьянства, изнемогавшего под тя-
желым гнетом крепостничества.
Он глянь: у Tin pal, що та покидает,
Латану свитину з калжи зшмають,
3 шкурою зшмають,—бо шчим обуть
Княжат недорослях. А он розпинають
Вдову за подушно; а сина кують,
Единого сина, едину хитину,
Едину над!ю! — в вйсько оддають!
Бо його, бач, трохи! А онде шд тином
Опухла дитина — голоднее мре,
А мати пшениц» на панщин! жне...
В 1844—45 годах Шевченко сближает-
ся с участниками кружка Петрашевского.
Их социально-утопические идеи и оппози-
ционное отношение к самодержавию, к
крепостничеству были близки Шевченко.
В 1845 году, в марте, Шевченко закан-
чивает обучение в Петербургской Акаде-
мии художеств. Совет Академии «удостоил»
его звания неклассного художника, и по
просьбе поэта, 25 марта он был откоман-
дирован на Украину «для художественных
занятий».
Поэт поехал в родные места — на Зве-
нигородчину. В 1845 году на Украине
он пишет свои замечательные, полные ре-
волюционного пафоса произведения: «Ере-
тик» («Иван Гус»), «Слший», «СтоТть в
сел! Суботов!».
В селах Шевченко встречается с кре-
стьянами, читает им отрывки своих произ-
ведений, пишет большую поэму «Кавказ».
В этой поэме с грустной иронией поэт ри-
сует долю народа в царской России.
А тюрм! а люду!.. Що й л!чить!
Од молдаванина до ф!на
На вс!х язиках все мовчить,
Бо благоденствуе!..
И это «благоденствие» Шевченко изо-
бражает в поэме «Кавказ», как кровавую
колониальную политику царизма.
А сльоз, а кров!! напорть
Bcix !мператор!в би стало
3 дггьми i внуками, втопить
В сльозах удов’!х...
Имя поэта не сходит с уст народа, Шев-
ченко почитают и любят за страстные и
пламенные строки, которые призывали к
борьбе за волю и человеческое счастье. В
1846 году в Киеве поэт встречается на
литературных вечерах с членами Кирил-
ло-Мефодиевского братства и сближается
с его наиболее радикальными представите-
лями.
По доносу студента Петрова о суще-
ствовании в Киеве тайного общества, где
не раз читались «противозаконные» стихи
Шевченко, в которых «Малороссия» при-
зывалась к восстанию, был получен при-
каз из Петербурга арестовать всех «брат-
чиков» и Шевченко и немедленно доста-
вить их в Петербург.
z 5 апреля 1847 года возле Киева жан-
дармы арестовали Шевченко. 0 вот при-
говор:
«Художника Шевченко за сочинение
возмутительных и в высшей степени дерз-
ких стихотворений, как одаренного креп-
ким телосложением, определить рядовым в
Оренбургский отдельный корпус, поручив
начальству иметь строжайшее наблюдение,
дабы от него ни под каким видом не могло
выходить возмутительных и пасквильных
сочинений».
На этом решении Николай I собственно-
ручно добавил: «Под строжайший надзоре
запрещением писать и рисовать».
Десять лет царизм держал Шевченко в
ссылке, десять страшных лет, которые по-
дорвали здоровье поэта, но не сломили его
волю. Невзирая на запрещение писать и
рисовать, Шевченко в изгнании нарушав1!
«высочайший указ». Рискуя жизнью, он
пишет на русском языке повести: «Худож-
ник», «Музыкант», «Прогулка с удоволь-
ствием и не без морали» и др. В послед-
ний год ссылки поэт начал свой знаме-
нитый «Дневник».
В «Дневнике» Шевченко ярко показы-
вает изгнание, горькую долю, какую при-
шлось ему испить до дна во время пребы-
вания в ссылке.
В «Дневнике» мы встречаем драгоцен-
ные строки, которые помогают нам полнее
представить себе образ великого поэта, ра-
зобраться в его философских и эстетиче-
ских взглядах, в его отношении к господ-
ствовавшей крепостнической системе, к
демократическим идеям, к выдающимся
прогрессивным деятелям — политикам и
литераторам русского народа и народов
Запада.
Шевченко прекрасно понимал, что на-
ция — это не • дворянство, а народ. Он
призывал художников отдать свой талант
только народу.
Если в поэтических произведениях Шев-
ченко выступает как ярке выраженный
реалист, то в своем мировоззрении он про-
являет себя материалистом. Стихийный ма-
териализм Шевченко шел от его народно-
сти, от его знакомства с произведениями
выдающихся демократов — Чернышевского,
Добролюбова, Герцена, от знакомства е
учением французских энциклопедистов.
Революционно-демократическое мировоз-
зрение Шевченко, его идейная дружба с
великими русскими революционерами-демо-
кратами—все это вызывало ненависть к
Шевченко со стороны украинских нацио-
налистов, панов-либералов.
Шевченко глубоко уважал и любил
Пушкина, Лермонтова, Салтыкова-Щедри-
на, Гоголя. Такое же теплое, любовное от-
ношение было у Шевченко и к декабри-
стам.
Какими жалкими кажутся нам попытки
украинских националистов, пытавшихся в
своих грязных писаниях оторвать Шевчен-
ко от его друзей—^передовых людей русской
культуры.
Мы не можем не вспомнить сегодня о
том, как деятельно помогали выдающиеся
русские литераторы Тарасу Григорьевичу
выкупить его родню из крепостной зави-
симости. Комитет «Общества для пособия
нуждающимся литераторам и ученым» об-
ратился с письмом к помещику, польскому
магнату Флиорковскому, крепостными ко-
торого были два брата и сестра великого
украинского поэта.
Это письмо подписали Тургенев, Черны-
шевский, Аннрпков, известный хирург Пи-
ропов и другие.
Чествуя светлую память нашего гени-
ального поэта, мы с глубокой любовью и
признательностью вспоминаем и отмечаем
память великих друзей Тараса Григорьеви-
ча—передовых, прогрессивных представи-
телей культуры великого русского наро-
да. (Аплодисменты).
10 февраля 1858 года Шевченко полу-
чает разрешение вернуться в Петербург.
В Петербурге Шевченко сближается с
«Современником», вокруг которого об’еди-
пились лучшие представители русской ре-
волюционной демократии—Добролюбов, Не-
красов, Чернышевский, Салтыков.
У Костомарова он встречается с Н. Г.
Чернышевским и с знаменитым грузинским
писателем Акакием Церетели. В своих вос-
поминаниях Церетели пишет:
«...Встреча осталась у меня светлым
воспоминанием на всю мою жизнь. При-
знаюсь, я впервые понял из его слов, как
нужно любить родину и свой народ».
В «Колоколе» Герцена было напечата-
но письмо: «...Слышите ли вы, бедняки?
Напрасны ваши надежды на меня,—гово-
рит вам царь. На кого же надеяться те-
перь? На помещиков? Но они вкупе с ца-
рем, а парь явно держит их сторону. На
себя только надейтесь, на крепость рук
своих, отгоните топоры — и за дело...»
Шевченко, ознакомившись с этим пись-
мом, также призывает народ точить топо-
ры против царя:
...Добра не жди,
Не жди спод!вано! вол! —
Вона заснула: пар Микола
П прислав. А щоб збудить
Хиренну волю, треба миром
Громадою обух сталить.
Та добре витострить сокиру —
Та й заходиться вже будить.
Несколько времени спустя в «Колоко-
ле» было помещено письмо Герцену от
русских революционеров-демократов с при-
зывом:
«К топору зовите Русь!»
Нужны ли еще комментарии к этой
общности лозунгов Шевченко и великих
революционных демократов!
В 1859 году Шевченко едет на Украи-
ну', но впереди поэта мчатся курьеры с
приказом следить за ним. В Петербург
прибывает донос о том, что Шевченко,
встретясь с народом,
«...помимо богохульства говорил также,
что не нужно ни царя, ни попов, ни па-
нов».
В июле того же года поэта арестовыва-
ют и приказывают ему немедленно вер-
нуться в Петербург.
Здесь Шевченко подготовляет к пе-
чати новое издание «Кобзаря». Револтоци-
онные стихи Шевченко распространяются
нелегально.
До последних дней своей жизни Шев-
ченко призывал народ к свободе и борьбе
с крепостническим, самодержавным строем.
26 февраля (10 марта) 1861 года ге-
ниального поэта не стало. Его безвремен-
ная смерть была следствием ужасных
условий жизни. Его убил царизм, подор-
вавший силы поэта тюрьмой, ссылкой,
бесконечными жестокими притеснениями.
Весть о смерти великого кобзаря молни-
ей облетела Петербург, Москву, Украину.
Полиция приняла все меры, чтобы не до-
пустить демонстрации. И все же за гро-
бом поэта шли толпы людей. На Смолен-
ском кладбище над свежей могилой Шев-
ченко прозвучали горячие речи, несмотря
на присутствие больших нарядов полиции.
Некрасов посвящает памяти Шевченко
стихи, исполненные глубокой любви и ува-
жения к великому украинскому поэту.
В Лондоне, в герпеновском «Колоколе»,
появляется теплый некролог на смерть
Шевченко.
Долго велись переговоры с царскими чи-
новниками, пока, наконец, было вырвано
разрешение перевезти тело Шевченко на
Украину, чтобы похоронить над Днепром,
согласно завещанию поэта. Города и села-
встречали гроб Тараса Григорьевича Шев-
ченко. Молодежь произносила вдохновен-
ные речи, прощаясь с великим кобзарем.
В Киеве студенты и крестьяне выпрягли
лошадей, впряглись сами в катафалк и со
слезами на глазах везли гроб Шевченко.
На Чернечыо гору, вблизи Канева, с’еха-
лнсь крестьяне. Тысячи людей прощались
с гениальным сыпем украинского народа.
10 мая 1861 года прах поэта был по-
хоронен на Чернечьей горе. С тех пор
не зарастала тропа к могиле Шевченко. Ни
полицейские, ни жандармы—ничто не мог-
ло остановить тысячи и тысячи людей, ко-
торые ежегодно весной приходили на моги-
лу поэта, приносили цветы, читали его
бессмертные стихи.
Преследование Шевченко не прекрати-
лось и после его смерти. Кто же защищал
от царских сатрапов великого украинского
поэта, его поэтическое наследство, его
светлую память? Его защищала партия
Ленина—Сталина, партия рабочего класса.
(Бурные аплодисменты).
Когда в 1914 году исполнилось сто лет
со дня рождения Шевченко, царское пра-
вительство запретило чтить светлую па-
мять народного певца. И против этого за-
прещения резко выступил орган больше-
вистской партии — «Правда».
Буржуазные националисты — Мартосы,
Кулиши и иже с ними искажали, фальси-
фицировали сочинения Шевченко и глубо-
ко его ненавидели. Они действовали заодно
с ПурипцЛвичамп — с черносотенцами.
Только большевистская партия, возглав-
ляемая великим гением революции
Лениным, защищала Шевченко от черносо-
тенцев, от напионалистов, от всех тех, кто
пытался исказить голос великого народного
певца.
В своей статье «Критические заметки
по национальному вопросу» Владимир
Ильич Ленин писал: «Есть две националь-
ные культуры в каждой национальной
культуре. Есть великорусская культура
Пурипгкевичей, Гучковых и Струве, — но
есть также великорусская культура, ха-
рактеризуемая именами Черньппе®ского и
Плеханова. Есть такие же две культуры в
украинстве...» (Ленин, том XVII, стр. 143).
Украинский народ знает так называе-
мую «культуру» зоологических национали-
стов — Петлюр, Ефремовых, Випниченок,
Донцовых, Шаповаловых—иноземных най-
митов. И украинский народ знает свою
подлинную культуру, связанную в первую
очередь с именем гениального сына
украинского народа—Шевченко, с выдаю-
щимися писателями—Коцюбинским, Лесей
Украинкой. (Аплодисменты).
Ленин в свое время писал*.
«Запрещение чествования Шевченко бы-
ло такой превосходной, великолепной, на
редкость счастливой и удачной мерой с
точки зрения агитации против правитель-
ства. что лучшей агитации и представить
себе нельзя... После этой меры миллионы
и миллионы «обывателей» стали превра-
щаться в сознательных граждан и убеж-
даться в правильности того изречения, что
Россия есть «тюрьма народов» (Ленин,
том XVII, стр. 324).
В октябре 1917 года, под руководством
героической партии Ленина--Сталина, бы-
ла уничтожена тюрьма народов, была
свергнута власть буржуазии. Украинский
парод при помощи великого русского на-
рода освободился от кабалы помещиков и
капиталистов, разгромил контрреволюцион-
ное нашествие Петлюры, Деникина, поль-
ско-немецких интервентов.
30 июля 1918 гота Владимир Ильич,
как председатель Совнаркома, подписывал
декрет об установлении в Москве и других
городах монументов наиболее выдающимся
деятелям прошлого. Наряду с именами
лучших деятелей, революционеров, писа-
телей, Философов стояло имя Т. Г. Шев-
ченко. В Петрограде в торжественной об-
становке был открыт тогда памятник поэ-
тическому гению украинского народа.
В послеоктябрьское время украинские
буржуазные националисты, маскируясь,
пытались в своих писаниях показать, что
Шевченко был националистом. Они пыта-
лись доказать, что украинской классиче-
ской литературе свойственен национализм,
как нечто для нее органическое. Подлые
предатели, работавшие по заданиям поль-
ской. немецкой и. японской фашистских
разведок, были разоблачены и беспощадно
разгромлены советским народом, руководи-
мым партией Ленина — Сталина.
Имя Тараса Шевченко было, есть и бу-
дет дорогим всем народам Советского Сою-
за. (Бурные аплодисменты).
Такой гигантский размах в подготовке
к 125-лет.нему юбилею Шевченко возмо-
жен только в стране Советов. Все сочине-
ния Шевченко вышли теперь в огромных
тиражах на Украине, а также на языках
братских народов.
Лучшие советские русские поэты пере-
вели все поэтическое наследие Шевченко
на свой родной язык. Лучшие белорусские
поэты, грузинские, казахские, армянские и
другие перевели пламенные строки «Коб-
заря» на языки братских народов. Произ-
ведения Шевченко изданы сейчас во всех
одиннадцати союзных республиках.
6 марта 1939 года в Киеве открыт па-
мятник поэту. Монумент, воздвигнутый
правительством Советской Украины, всем
советским народом в нашу радостную'
сталинскую эпоху, будет стоять века, как
памятник великого уважения и любви тру-
дящихся к народному кобзарю.
Свободный украинский народ исполнен
глубоким чувством любви, уважения и
сердечной благодарности партии большеви-
ков, великому гению революции, вождю и
учителю—Иосифу Виссарионовичу Сталину
за счастливую, радостную жизнь, за буй-
ный расцвет украинской советской культу-
ры, национальной по форме, социалистиче-
ской по содержанию. (Бурные аплодис-
менты).
Народ бессмертен. — сказал товарищ
Сталин.
Вечная же слава поэту, вышедшему из
народа, отдавшему всю свою жизнь, весь
свой талант на службу трудовому народу!
Слава тем, кто помогал поэту при жиз-
ни в его тяжелой, неравной борьбе!
Слава великой партии Ленина—Сталина,
поднявшей свой пламенный голос в защи-
ту поэта от царских сатрапов и возвратив-
шей украинскому народу его верного сына
в Октябре 1917 года, свергнув власть бур-
жуазии! (Аплодисменты).
В эту торжественную минуту украин-
ский народ вместе с представителями брат-
ских республик, празднуя 125-летниЙ
юбилей великого украинского поэта, рево-
люционера-демократа Т. Г, Шевченко, шлет
лучшему другу украинского народа, вож-
дю и учителю всех трудящихся—Иосифу
Виссарионовичу Сталину пламенный при-
вет и благодарность за счастливую жизнь,
за бурный расцвет культуры народов на-
шей родины, (Бурные аплодисменты).
Народ бессмертен, — сказал - великий
Сталин. И народ несет в бессмертие имя
поэта, который каждым ударом своего мо-
гучего сердца, каждым порывом души,
каждым пламенным словом своим отражал
глубочайшие стремления и думы народ-
ные. Как образ этого бессмертия—во веки
веков — высится перед нами на широ-
кой, чистой, вольной земле Советской
Украины, на священной земле древнего
Киева величественный монумент гениаль-
ному народному поэту, революционеру-де-
мократу Тарасу Шевченко.
Партия, народ, правительство чествуют
память того, кто в тяжелые, кровавые
времена прошлого жил и пылал чувством
единства своего с бессмертным народом, со
всем необ’ятным своим отечеством.
Родина освободилась, разорвала древние
цепи. Расцвели родные прекрасные поля,
стерты в пыль идолы царей и плачей.
Гордо возносятся ввысь памятники верным
сынам отчизны, всю свою жизнь отдавшим
борьбе за то, чтобы «був ! син, була i ма-
ти, були i люди на землЬ.
Первые свободные люди на земле —
граждане прекрасной страны социализма,
озаренной солнцем ленинско-сталинской
мудрости, — славословят на всех языках
своей родины ее великие дела, ее великих
сынов. И среди этих сынов—певцов на-
родной души,—наряду с именами светлого
Пушкина и солнечного Руставели, сияет
имя Шевченко; под радостным небом сво-
бодной страны возвысился его величе-
ственный монумент.
РЕЧЬ тов. П. ТЫЧИНЫ
Товарищи! Празднуем торжество. Памят-
ник Шевченко открываем, — памятник,
являющийся выражением всенародной люб-
ви к Тарасу. Счастлив народ, породивший
такого великого сына, познавший за него
гордость и радость. Эту радость видим мы
сегодня здесь, и эту гордость чувствует
вся страна — двойную гордость: за поэта'
и за славную победу советской власти.
Верный сын украинского народа, вели-
кий поэт, революционер-демократ Тарас
Григорьевич Шевченко всю свою жизнь от-
дал борьбе с самодержавием: за счастье
людей, за раскрепощение людей, за свобо-
ду. Самодержавие жестоко отомстило ему:
и живому — сослав его на десять лет в
пустыню, и мертвому—запретив распро-
странять произведения поэта, не допустив
увековечения образа Шевченко в мону-
ментах.
И только благодаря Великой пролетар-
ской революции слово Шевченко получило
возможность звучать перед всем народом
широко и свободно, очистилось от извра-
щений, от националистических искажений.
И образ поэта—в камне и бронзе во веки
веков нерушимо на пьедесталах встал: в
городах,, в селах, на заводах.
Радуйся, красный Киев! Сегодня в са-
мом твоем сердце, в центре города старин-
ного, вознесся грандиозный монумент ве-
личайшему патриоту родины — Тарасу
Шевченко. И то, что он вознесся, говорит
еще раз о могуществе нашем и непобеди-
мости, говорит о глубоком почитании и
изучении прекрасного наследства прошло-
го. Об этом заботится коммунистическая
партия, заботится вождь ее, вождь всех
народов — Иосиф Виссарионович Сталин.
Как прекрасна эта идея—поставить па-
мятник поэту именно здесь, в саду! Вот
перед нами университет, в котором когда-
то из-за жандармской опеки вешателя-
царя так и не пришлось Шевченко учить
рисованию молодое поколение. Теперь в
этом нашем советском университете Шев-
ченко — желанный учитель. И молодое
советское поколение вкусы свои воспиты-
вает на произведениях поэта, учится
любить свою родину и ненавидеть врагов.
Вот против университета — картинные
галлереи. Когда-то Шевченко, как худож-
ник, мечтал показать в своих картинах
«живописную Украину». О, как бы радо-
вался он теперь, когда взглянул бы на
нашу прекрасную Украину, отраженную в
образах советских художников!
Вот справа от памятника Шевченко
Наркомпрос. Когда-то Шевченко положил
много силы, чтобы издать букварь для
народа. О, Тарас! У нас теперь, на свобод-
ной, обновленной земле, для одной только
Украины на этот учебный год нужно было
дать 60 млн. учебников, —- шестьдесят
миллионов!
И, наконец, слева от памятника Шев-
ченко улица Максима Горького — вели-
чайшего нашего пролетарского писателя,
который особенно ценил гения украинской
земли и в своих известных лекциях на
Капри сказал, что «Шевченко — первый
воистину народный поэт».
Слушай же, наш первый и воистину
народный поэт! Твое революционное, твое I
пророческое слово о семье великой, семье I
ШЕВЧЕНКОВСКИЕ ТОРЖЕСТВА В РЕСПУБЛИКАХ
В ГРУЗИИ
ТБИЛИСИ. (Наш корр.). Госиздат Гру-
зни в связи с 125-летием со дня рож-
дения Т. Шевченко издал «Кобзарь» на
грузинском языке под редакцией III. Ра-
дпани и С. Чиковани. В книге помещены
поэмы: «Катерина» (перевод С. Чикова-
нл), «Гайдамаки» (пер. К. Надирадзе),
«Сон» (пер. Д. Гачечиладзе), «Кавказ»
(пер. К. Лордкипанидзе) и 150 избранных
стихотворений в переводах: В. Гапринда-
швили, С. Чнковани, М. Патаридзе, Иаса-
мани, Ш. Апхаидзе, ЕГр. Абашидзе, А.
Абашелп. И. Мосашвили, Д. Гачечиладзе.
ОСП Абхазии готовит к печати на аб-
хазском языке сборник избранных стихо-
творений Т. Шевченко. Стихотворения пе-
ревели Д. Гулия, Л. Квнциния, Б. Шин-
куба, М. Адуба и др.
В КАЗАХСТАНЕ
АЛМА-АТА. (Наш корр.). Во всех об-
щественных и научных учреждениях, а
также учебных заведениях Алма-Аты ор-
ганизуются вечера, посвященные юбилею
великого украинского поэта Т. Шевченко.
Казахское издательство художественной
литературы выпустило в свет юбилейный
сборник произведений Шевченко. 7 марта
состоялся торжественный пленум алма-
атинского горсовета и правления ссдоза
советских писателей Казахстана совмест-
но с партийными, комсомольскими и
профсоюзными организациями, посвящен-
ный 125-летию со дня рождения Тараса
Григорьевича Шевченко.
Никогда к этому монументу не прикос-
нется грязная вражеская рука. В мудрые
очи поэта никогда не заглянут хищные
глаза врагов. Украинский бандит-нацио-
налист—подлый торговец кровью и свобо-
дою народной, немецкий варвар и поль-
ский грабитель-пан никогда не ступят
своим грязным сапогом на землю, где вы-
сится этот бронзовый памятник, где слово
Шевченко было, есть и будет разящим ме-
чом против всех врагов и угнетателей на-
рода.
В тесном братском единении великого!
русского и украинского народов рос и му-
жал гений Шевченко. В тесном братском
единении русского и украинского народов
развивались и крепли те силы, которые
под знаменем Ленина—Сталина принесли
нам волю, счастье, радость, расцвет.
В вечном братском единении, руководи-
мые партией большевиков, идут наши на-
роды к новым победам. Могучее слово о
них прозвучит на весь мир с высокой
трибуны Кремлевского дворца — с трибу-
ны с’езда партии.
Слава великому поэту» который жил а
творил для народа!
Слава великой партии, которая ведет
наши народы от победы к победеt
Слава великому Сталину — образу на-
ших побед, знамени нашей славы, солнцу
нашего расцвета, нашему отцу и вождю!
(Аплодисменты, оркестр исполняет «Интер-
национал»).
вольной и повой—сбылось. Вот она. семья
эта, сегодня встречающая тебя. Действи-
тельно великая и действительно новая.
Сталинской дружбой народов обозначена,
славой успехов повита. И тебя в своих
песнях славят и русский поэт, и казах-
ский, и белорусский, и еврейский, и мол-
давский, и грузинский. Каждый считает
тебя близким, и каждый считает тебя род-
ным. И в перекличке колхозов грузинских
с украинскими ты, точно так же, рядом
с Пушкиным и Руставели, звучишь, как
родной, как близкий, одинаково понятный
Слушав же, наш первый и воистину на-
родный Лэт! Ты открыл нам долю Катери-
ны, ты верил, что женщина будет раскре-
пощена, что женщина добьется прав чело-
веческих, законных. Вот она пришла се-
годня на праздник к тебе, — наша жен-
щина новая, советская. Вот дальние род-
ственницы твоей Катерины, но узнаешь
ли ты их? Твои Катерины давно уже на
тракторы охотно пересели, твои Катерины
давно уже на самолетах в небе реют, рабо-
тают в академиях, на ответственных по-
стах в наркоматах.
Слушай же, любимый поэт! Ты мечтал
к^гда-то о матери молодой со своим ребен-
ком маленьким. Ты любил децей и никогда
не забывал о них. Ты, даже пребывая в
далекой неволе—в Кос-Арале, все время
душой тосковал по детям: «может быть, и
меня ненароком детки вспомнят».
0, Тарас! Эта твоя мечта о рае земном,
в котором счастливы были бы дети, осу-
ществтЙась.
Солиле Сталинской Конституции щедро,
проливает свои лучи теплые на материн-
ство и детей. Вот они — и матери и дети.
Они сегодня также пришли к тебе. Они
высокую честь тебе, Тарас, вместе с дру-
гими приносят: за слово твое ласковое,
за слово прозорливое, пророческое.
А в то же время в фашистских странах
неслыханно жестокая расправа вершится
над мирным населением и над женщинами
и детьми. В странах фашизма ценности
уничтожают и все культурные сокровища
бесчестят, все наследие народное выбрасы-
вают вон.
овери, вандалы, ублюдки—они рады
были бы нас как-нибудь, хоть немножко
укусить. Но славная и непобедимая Крас-
ная Армия наша крепко оберегает грани-
цы единственной в мире прекрасной, мно-
гонациональной родины. Пусть слышат
враги, что мы железные!—раздавим, за-
душим того, кто посягнет на нас.
Памятник Тарасу Шевчеяко, который
мы открываем сегодня в столице Советской
Украины, в Киеве, — это громадное дока-
зательство нашего несокрушимого могу-
щества, это громадное доказательство на-
шего всемирного звучания, нашего веса во
всем мире.
Так мы завоевали счастье для людей,
мы установили сталинскую дружбу наро-
дов, мы — сильны? — ибо мы бережем и
чтим свое прекрасное наследие, о котором'
заботятся коммунистическая партия и
вождь ее. вождь всех народов — Иосиф
Виссарионович Сталин! (Бурные аплодис-
менты. Оркестр играет «Интернационал»).
В АРМЕНИИ
ЕРЕВАН. (Наш корр.). Госиздат Арме-
нии выпустил сборник избранных стихов
и поэм Тараса Шевченко в переводе поэт
га-орденоносца Гегама Сарьяна. Книга ро-
скошно оформлена, снабжена биографиче-
ской статьей, примечаниями, иллюстриро-
вана офортами Шевченко.
На торжественное заседание, посвящен-
ное 125-летию со дня рождения Шевчен-
ко, в Киев выехала делегация писателей
Армении. В Киев выехала также делега-
ция школьников школы им. Шаумяна,
которая повезла в подарок украинским
школьникам бюст Шевченко работы уче-
ника Арамяна.
9 марта общественность Еревана широко
отметила юбилей Шевченко. Доклады и
вечера памяти Шевченко проводятся в
вузах и школах Еревана и других горо-
дов. Армянская филармония готовит спе-
циальный вечер памяти Шевченко с уча-
стием артистов оперы и драмы.
В БУРЯТ-МОНГОЛИИ
УЛАН-УДЭ. (Наш но».). В Bywrr-Мот-
гольском издательстве вышли отдельной
книжкой избранные стахй Т. Г. Шевчен-
ко.
В течение марта на предприятиях, в
институтах и школах республики состоят-
ся вечера, посвященные Шевченко.
Литературная газета
№ 14	------ а
ЛИТЕРАТУРА
К XVIII С'ЕЗДУ
ВКП (б)
Коллектив работников Детиздата ЦК
ВЛКСМ выполнил свои социалистические
обязательства к XVIII с’езду ВКП(б). Все
17 книг, которые должны быть изданы,—
к открытию с’езда появятся в продаже.
В ознаменование 21-й годовщины Крас-
ной Армии и Военно-Морского Флота вы-
пущены книги: С. Михалкова и В. Щег-
лова — <Красная Армия», И Мошляка —
<У озера Хасан» и сборник «Война».
К годовщине смерти Серго Орджоникид-
ве вышла книга В. Смирновой «Товарищ
Серго».
В последние дни выпущены книги: Г.
Байдукова —- «Встречи с товарищем
Сталиным», Л. Квитко— «Колыбельная»
д сборник «Дети о Сталине».
В связи с юбилеем Шевченко выпуще-
но 6 изданий — два однотомника — в
художественном оформлении и в удешев-
ленном издании, сборник стихов, поэма
«Батрачка» и два издания биографии по-
нта, написанной Л. Бать и Ал. Дейчем.
На языках народов СССР Детиздат вы-
пустил четыре книги. На горно-марийском
языке вышли повесть В. Катаева «Я, сын
трудового народа», книга Г. Байдукова
«Через полюс в Америку» и на языках
•рзя в мар и-л уговом книга А. Ляпидев-
ского «Челюскинцы».
В Иркутском областном издательстве
Вышел № 2 альманаха «Новая Сибирь», в
Котором напечатаны произведения И. Лис-
та, А. Ольхона, И. Молчанова и др. В том
же издательстве вышла отдельным из-
данием поема А. Ольхона «Большая Ан-
гара», К XVIII с’езду партии вышел сбор-
ник стихов — «Родной партии».
Ростовским н/Д издательством выпущен
сборник «Фольклор Дона и Кубани».
В Куйбышевском издательстве вышла
повесть А. Савватеева «Голубые корабли».
«ДРУЖБА
НАРОДОВ»
В ближайшие дни выходит из печати
альманах Гослитиздата «Дружба- наро-
дов», издаваемый вместо альманаха
«Творчество народов СССР».
Основной раздел альманаха посвящен
Юбилею Тараса Шевченко. Кроме биог-
рафической повести М. Зощенко, в этом
разделе напечатан ряд новелл, связанных
а отдельными этапами биографии Шев-
ченко: «Встреча» — Андрея Малышко, «На
Волге» — Мих. Хазана, «Ярина» ~ Се-
мена Скляренко и «Смерть поэта» — На-
тана Рыбака Здесь же печатаются сти-
хотворные переводы из Шевченко Н. Ти-
хонова А. Глебы, Н. Ушакова < А. Сур-
кова. а также поэма казахского поэта Аб-
тильда Таджибаева «Разговор о Тарасом».
Национальные литературы братских наро-
дов наиболее разнообразно представлены
в альманахе стихотворными переводами.
В номере даны переводы новых стихов
грузинских поэтов Ило Мосашвили, Симо-
на Чиковани и Георгия Леойидзе, укра-
инской поэтессы Марии Миронеп, «Песни
о прекрасной горе Алатоо» Джоомарт Бо-
канбаева, «Кавказ» С&мед Вургуна, «Ле-
доход» । Переца Маркиша и «Письмо в
Кульджу» дунганского поэта Ясыра Ши-
ваза.
Художественная проза представлена на-
чалом второй книги «Истории одной жиз-
ни» Ст. Зорина, рассказом Д. Бергельсо-
на «У бронепоеэДа» и повестью А. Десня-
ка «Полк Тимофея Черняка».
Большой интерес представляет отдел
эпоса и фольклора в альманахе. В нем
Напечатаны армянские и таджикские
сказки и народные поговорки и послови-
цы Грузии и Туркменистана. ч
В публицистическом отделе надо отме-
тить статью А. Болдырева «Устный эпос
Таджикистана».
«СЛОВО
ПИСАТЕЛЯ»
Под таким заглавием Гослитиздат вы-
пускает к XVIII с’езду ВКП(б) сборник
публицистических статей и стихов совет-
ских писателей.
В сборнике печатаются стихи Н. Асеева,
В. Каменского, Янки Купала, Якуба
Коласа, Теучеж Цуга, П. Маркиша, О. Ши.
раза, И. Фефера, Ц. Галсанова, сказитель-
ницы Беззубовой и статьи А. Толстого,
Вс. Иванова, Д. Джерманетто, Бела Бала-
Ша, Д. Бергельсона, Ф. Гладкова, Арази,
В. Бахметьева, Д. Демирчяна, А. Мака-
ренко, А. Серафимовича, А. Первенцева,
Ж Тихонова, М. Шагинян, В. Финка.
Писатели-делегаты
Слева
Байдуков, М, Водопьянов, А. Прокофьев,
направо:
XVIII с’езда ВКП(б).
А. Фадеев и М. Шолохов.
Мои часы
Скучат и днем и ночью,
,И, тикая, они мне песнь поют.
То затихает песнь,
То делается звонче,
Неуловим для сердца бег секунд.
И каждый день все это повторимо,
А море жизни —• ие окинет взгляд...
Секунды и часы
Бегут неудержимо
И падают, как в бездну водопад.
Часы стучат из века в век
И с песнею.
Не знающей покоя,
Они у времени вымеривают бег
Незримою, но мощною рукою.
РАДОСТЬ ТВОРЧЕСТВА
Почти каждому человеку, очевидно, зна-
комо ощущение неизбежного счастья. Оно
"как будто ждет за порогом. Стоит только
распахнуть дверь, чтобы счастье ворва-
лось, вместе с ветром и шумом листвы, в
вашу комнату.
Это ощущение всегда застает нас врас-
плох. Чаще бьется сердце, мысли, пере-
бивая друг друга, теснятся в сознании,
человек улыбается, сам не зная чему.
Так иногда бывает, — идет обыкновен-
ный дождь, вы открываете окно, и вдруг
вам кажется, что золотые обильные ливни
вьются над всей «страитой, и шум дожде-
вых капель в лесах, в траве, в чащах са-
дов говорит о богатстве, о блеске, о пре-
красном будущем этой земли.
Радуги стоят торжественными триум-
фальными арками, входом в сказочные, за-
тянутые дымом стихающих дождей, без-
заботные страны.
Или внезапно в памяти выплывают где-
то давно прочитанные строки: «Из цар-
ства льдов, из царства вьюг и снега как
чист и свеж твой вылетает май»,—и по-
новому, почти по-детски раскрывается об-
лик недалекой весны.
Когда в сознании писателя рождается
книга, он испытывает такое же чувство
приближающегося неизбежного счастья.
Еще все неясно. Еще все смешалось
вокруг в дождевой пыли, в разноголосых
криках птиц и людей, в шуме деревьев, в
громыхании грома. Еще сознание заполне-
но перекличкой отдельных слов, мыслей,
образов, сравнений, но сквозь все это уже
возникает даль свободного повествования.
В каждую книгу писатель уходит на-
долго, как уходят в просторы неизведанной
страны исследователи и завоеватели. Он
часто не знает, что его ждет, какие реки,
леса и горные кряжи он нанесет на кар-
ты, каких неожиданных людей он встре-
тит, свидетелем каких событий ему по-
счастливится быть.
Волнение писателя, начинающего книгу,
сродни волнению человека, уходящего в
глубину еще неоткрытых и нерассказан-
ных стран.

ГУРГЕН БОРЯН
ПЕСНЯ О ВРЕМЕНИ
И сколько лет часы, не уставая,
Вое пели песнь
О времени седом.
Но ие встречалась им еще такая
Большая жизнь, какою мы живем,
Ответьте мне, часы, вы многое видали,
Как старого солдата, спрашиваю вас:
Когда-нибудь
Вы жизнь встречали
Такую радостную, как у нас?
Нет, не найти вам
Ни одной минуты
Такой счастливой в прошлом,:
Как теперь...
Над нами всходит молодое утро,
К. ПАУСТОВСКИЙ
Тревога и радость — два самых силь-
ных чувства, сопровождающих писателя
на еро пути. Тревога — обычный спут-
ник его мучительной и упорной работы.
Найдутся ли ясные и веские слова, что-
бы рассказать обо всем увиденном и про-
думанном, рассказать об этом своему на-
роду, — а его наш советский писатель
всегда ощущает как друга. Хватит ли
воли, свежести чувств, остроты мысли для
того, чтобы взволновать книгой этого взы-
скательного друга?
Радость работы над книгой — это ра-
дость победы над временем, над простран-
ством. Мне кажется, что у настоящих пи-
сателей в чувстве радости от законченной
работы всегда есть частица чего-то сказоч-
ного. Как будто писатель крепко взял за
руку друга и повел его за собой в жизнь,
в страну, пожую событий и света. «Смо-
три!» ~ говорит он, и перед другом от-
крываются двери домов, и он видит трога-
тельные и печальные, смешные и герои-
ческие истории, случившиеся около про-
стых семейных очагов. «Смотри!» — сно-
ва говорит писатель, и жестокие бури про-
носятся над успокоенной землей. «Еще
смотри», — и синие дни поднимаются ве-
реницами над берегами морей.
Радость подлинного писателя — это ра-
дость проводника по прекрасному, знаю-
щего дорогу туда, в то будущее, куда стре-
мится народ всей силой своих надежд.
Это — сложное чувство. Писатель ис-
пытывает радость от созерцания жизни, от
размышлений, от той особой внутренней
напряженности и тишины, которая пред-
шествует рождению книги, от множества
как будто бы случайных вещей, дающих
толчок для работы.
Год назад я ехал в Севастополь. Где-то
за Синельниковым поезд внезапно остано-
I вился в степи. После гула и грохота в ва-
И в новый мир
Для нас открыта дверь.
И я хочу,
Чтоб в песне передали
Вы поколению грядущих лет
О том,
Как жизнь упорно мы ковали
За счастие народа на земле.
Пусть современник ваш
К часам приложит ухо
И век наш пламенный
Оценит и поймет...
В размеренных секундных стуках
Сердца н души наши он прочтет.
Перевел с армянского
БОРИС БЕНДИК
гоны вошла мягкая тишина. Пассажиры
сразу притихли. Только ветер шелестел га-
зетами, забытыми на столиках.
Я вышел. Стоял туманный мартовский
день. Весенний разлив голубел вдали, в
степях над ним голубело неяркое и про-
сторное небо. Тишина хлынула на нас.
Она шла со всех сторон, из степей, из
безмолвной деревни на косогоре. Она об-
ступила и сжала остановившийся поезд.
Я пошел по полотну. Около переезда
стоял старик в соломенной шляпе. Он опи-
рался ла посох и смотрел на меня ласково
и спокойно. Косматый застенчивый пес
стоял радом со стариком и тоже смотрел
ва меня желтыми ласковыми глазами.
— Вот и вам незабаром (случайно)
привелось побывать в степу, — сказал
старик. Пес тихо махнул хвостом. — Ме-
сто наше широкое, чистое, — тем местом
шли большевики на Чонгар. Великая была
битва на Чонгаре. Дуже великая!
Пес снова робко махнул хвостом.
Через несколько минут поезд снова гре-
мел на стрелках, рвал, звенел, грохотал,
и старик с застенчивым псом остались да-
леко позади, в иной, более сосредоточен-
ной и уже неповторимой жизни.
Мне показалось, что вот такая же встре-
ча была, должно быть, у Малышкина, и
после нее он написал «Падение Дайра».
Очень хотелось писать.
Так вот бродишь в жизни и то тут,
то там наталкиваешься на встречи, на ка-
кие-то часы тишины и сосредоточенности,
на «закономерные случайности», и в это-
то время и возникает обычно замысел
книг. В этом есть особая радость' — очень
ощутимая, но трудно поддающаяся расска-
зу. Очевидно, это и есть то состояние, ка-
кое мы называем «радостью творчества».
Все отдают своей стране, своему народу
знания, опыт, навыки, наконец, самую
жизнь, если этого требует существование
страны. Но у писателей есть одно неволь-
ное преимущество — они отдают своему
народу еще и великолетное чувство сча-
стья. Поэтому так радостен писательский
труд — тяжелый и многолетний.
АЛЕКСАНДР ПРОКОФЬЕВ
Делегат XVIII тс’езда ВКП(б)
Осуществленная
мечта
Ие дни, а часы отделяют уже нас от то-
го исторического момента, который войдет
в славную летопись нашей родины, как
знаменательный день открытия XVIII с’ез-
да Всесоюзной коммунистической партии
(большевиков). На трибуну с’езда подымется
Иосиф Виссарионович Сталин.
Мы услышим Сталина!
Великий зодчий человеческого счастья
наметит путь, по которому пойдет совет-
ский народ, воплощая в жизнь величай-
шую ®з идей человечества — построение
коммунизма!
Я безгранично счастлив доверию, ока-
занному мне большевиками Ленинграда, из-
бравшими меня одним из своих делегатов
на XVIII с’езд партии Ленина — Сталина.
Решения исторического с’езда будут утвер-
ждать и делегаты-писатели. Этим наша
партия еще раз подчеркнула значение ху-
дожественной литературы и всего советско-
го искусства в великой борьбе за полное
построение коммунизма.
Владимир Маяковский, лучший и та-
лантливейший поэт советской эпохи, меч-
тал:
Я хочу,
чтоб к штыку
приравняли перо.
С чугуном чтоб
и с выделкой стали
о работе стихов,
от Политбюро,
чтобы делал
доклады Сталин.
В нашей стране осуществлена прекрас-
ная мечта Владимира Маяковского.
Всем известно внимание, которое повсе-
дневно оказывают партия и товарищ Сталин
советской литературе, всем известна лю-
бовь вашего народа, нашей партии и
лично товарища Сталина к советской ли-
тературе.
Чем же отвечают писатели на это вни-
мание, на эту любовь?
Советская литература, в частности ее
ленинградский отряд, за время, отделяю-
щее XVII партийный с’езд от XVHI с’езда
партии, дала советской стране, советскому
народу новые, в ряде случаев замечатель-
ные произведения. Они общеизвестны, их
отлично знают наш читатель и зритель.
Я не буду анализировать эти книги, пье-
сы, сценарии, а перечислю только неко-
торые из новых произведений, принадле-
жащие перу ленинградских писателей. Это
«Пушкин» Ю. Тынянова, «Емельян Пуга-
чев» В. Шишкова, «Голубая книга» и во-
вне рассказы М. Зощенко, «Палубная кни-
га» и сценарий «Пугачев» 0. Форш, «Гу-
лящие люди» А. Чапыгина, повести Ю. Гер-
мана, «Депутат Балтики» и «Беспокойная
старость» Л. Рахманова, превосходные поэ-
тические переводы М. Лозинского, «Испол-
нение желаний» В. Каверина, «Земля и
небо» В. Саянова и рад даугих повестей,
романов, стихов... Достижения ленинград-
ских писателей отмечены высокой наг-
радой партии и правительства—13 членов
Ленинградского отделения союза советских
писателей награждены орденами СССР.
Писателям Ленинграда принадлежит зна-
чительное место в начатой по инициативе
А. М. Горького большой работе — озна-
комлению читателя с литературными сок-
ровищами народов OQCP, с замечательны-
ми фольклорными богатствами. В частно-
сти, молодой научный работник Нечаев
выявил в Карелии такого выдающегося ска-
зочника, как М. Коргуе®, которого награ-
дили недавно орденом. В Ленинграде роди-
лась идея издания свода русского фолькло-
ра, который покажет всему миру лучшие
образцы народного творчества. Эту идею
осуществляет сейчас группа писателей во
главе с Алексеем Толстым.
II все же мы не можем еще сказать, что
ленинградские писатели работают в полную
силу. На районной и об'единенной област-
ной и городской партконференциях я дол-
жен был говорить и о том, что мешает
творческой работе писателей. Я должен
был заявить о заседательской суетне, об
«организационной перегрузке», которые
подчас захлестывают наш союз писателей,
отвлекая в ряде случаев прозаиков, поэ-
тов, драматургов от их прямых обязанно-
стей, от их прямого дела с— творчества,
создания литературных произведений.
Мы должны еще больше и лучше пи-
сать. Тезисы доклада товарища Молотова
о том решающем значении, которое приоб-
ретает сейчас дело коммунистического вос-
питания трудящихся, преодоление пережит-
ков капитализма в сознании людей —-
строителей коммунизма, —- относятся »
повседневной работе каждого литератора.
Это мы должны помнить все время.
*
Художественная литература тесно свяг
зала со всеми отраслями искусства —
театром, кино, музыкой. И .мне хочется
упомянуть о творчестве ленинградски!
композиторов, с которыми, в первую оче-
редь, связаны мы, поэты.
Пятилетие, отделяющее XVII партийный
с’езд от XVIII с’езда партии, было решаю-
щим периодом, определившим успехи раз-
вития советского искусства, советской му-
зыки. Указания товарища Сталина о соз-
дании советской музыкальной классики,
статьи «Правды», направленные црогн
формализма и натурализма в искусстве по-
могли ленинградским композиторам добить-
ся больших успехов во всех областях му
зыкального творчества. В Ленинграде
И. Дзержинский написал оперы «Тихий
Дон» и «Поднятая целина», 0. Чиптко -г
оперу «Броненосец Потемкин», В. Жело-
б ин сой — «Мать» л т. д. Написан»
большое количество вокальных а инстру-
ментальных произведений, наконец, надо
упомянуть о музыке к созданным в Ленин-
граде таким картинам, как трилогия о
Максиме, «Человек с ружьем», «Петр I».
Песни И. Дунаевского, В. Соловьева-Седого
стали народными песнями.
*
С радостным волнением я перечитывал,
накануне XVIII с’езда партии, строки, на-
писанные сто лет назад В. Г. Белинским
— «неистовым Виссарионом».
«Завидуем внукам и правнукам нашим,
— писал Белинский, — которым суждево
видеть Россию в 1940 году — стоящею
во главе образованного мира, дающею за;
коны и науке и искусству и принимаю-
щею благоговейную дань уважения ОТ
всего просвещенного человечества».
Настало время, о котором говорил с бла-
городной завистью великий русский писа-
тель. Это — наше время, это сталинская
эпоха. Наша прекрасная родина находится
во главе всего передового человечества, в
голосу нашей страны прислушивается
весь мир, яркий свет рубиновых звезд
Кремля виден всюду.
XVIII с’езд могучей, непобедимой партий
Левина—Сталина открывает новые гори-
зонты для трудящихся нашей страны, дая
всего передового человечества. Страна со-
ветов, руководимая великой партией Ленина
— Сталина, идет к вершинам коммунизма.
Нет на свете державы сильнее, чем наша
страна. Нет на свете силы, способной пре-
градить или помешать нашему победному
движению вперед.
Ответ на всенародную любовь к вашей
литературе у нас, писателей, может быть
только един: это — неустанно заботиться
о славе и расцвете, о могуществе нашей
великой родины. Вам есть что любить, что
защищать, о чем все время помнить. Это
о ней, прекрасной и единственной в мире
стране, о нашей отчизне, о той, которая:
От северных льдов до краев полуденных,
С Востока на Запад сильна в вомьйа,3’
Светлее, чем солнце, для всех
угнетенных.
Одна — под звездой — пятикрылой —
страна.
И за эту страну под грохот орудий
„Станем все, отовсюду грозя,
Потому что, когда стали счастливы
лтпди,
То отнять вто счастье нельзя!
В. КАВЕРИН
СОВРЕМЕННАЯ
Гема
У пас необыкновенная, окруженная са-
мыми требовательными читателями в ми-
ре. любимая всей страной литература.
Тот, кто наблюдал ее движение, начи-
ная с тех лет, когда она робко пыталась
изобразить грандиозную картину Октябрь-
ской революции и гражданской войны, и
кончая нашим временем, когда ее мировое
значение стало неоспоримым, мог заметить
одну черту, отличавшую ее неизменно: она
всегда была историей советской эпохи.
Время отбирало только те книги, в ко-
торых были отчетливо выражены его при-
знаки, черты его неповторимости. Иногда
эти книги были написаны неопытной ру-
кой, ИО общее народное убеждение в не-
обходимости создания этих книг было так
сильно, что наша критика подчас начи-
нала называть неумелость, с которой они
были написаны, новой литературной фор-
мой.
Эта мысль — наша литература есть ис-
тория советской эпохи —- стала как бы
границей между двадцатыми и тридцатыми
годами. В двадцатых годах она была за-
слонена личной темой. Писатели с не-
скромностью, которая теперь кажется по-
разительной. писали главным образом о
том. как они относятся к революции, и о
том, как революпия относится к ним. Это
была эгоцентрическая литература, построен-
ная на ложном представлении о собствен-
ном значении, литература, полная при-
знаний, в которых давно уже никто не
нуждался. Потом РАПП пустил в ход своп
страшные тормоза, влияние которых порой
н теперь еще чувствуется в робости не-
которых наших лучших мастеров. Именно
РАПП пытался подрывать дружество в ли-
тературе, исказить честный, профессио-
мальпый взгляд на ее задач®.,
Литературная газета
4	-------- № 14
Потом Горький напомнил нам, что мы
пишем великую историю нашей страны,
и началась литература тридцатых годов,
литература неровная, но многообещаю-
щая.
Что сделано за эти годы? И много и
мало. Много — потому что открыты новые
темы; мало — потому что эти темы еще
не подняты на высоту настоящего искус-
ства.
Нужно признать, что успех книги Ост-
ровского поразил профессиональную лите-
ратуру. Это был успех книги, в которой
искренняя, высокая тема заслонила все —
п неровность в обрисовке характеров и не-
брежности стиля. Тысячи людей прочита-
ли в ней свою биографию. В ней было как
бы некоторое изумление перед возможностя-
ми, которые открывал в себе человек,
изумление, которое испытываешь, читая
о жизни Чкалова или Молокова.
После этой книги человек, который
был ничем, стал всем — становится люби-
мым героем наших книг и пьес.
Но получила ли эта тема, с такой
серьезностью поставленная Островским,
глубокое, действительное развитие? Нет.
Почему? Потому, что мы еще не умеем
пли не смеем со всей прямотой писать о
сложных и противоречивых явлениях на-
шей жизни; потому, что мы либо обходим
эти явления, либо пишем о них с мнимой
значительностью.
Эта мнимая значительность, фальшивая
«философская» глубина недавно поразила
читателей романа Алехина «Неуч*.
Изобразить молодого советского челове-
ка, пораженного гигантской фигурой
Ленина,—что может быть интереснее и
благороднее этой задачи. Найти его по-
ступь, понять его дыхание, понять всю
силу® всю широту его ума и рядом с этим
необыкновенным человеком, который че-
рез несколько дней после победы советской
власти пишет декрет о расширении
Публичной библиотеки, поставить пытли-
вого, умного юношу нашего времени —
вот тема будущего романа. Но автор «Не-
уча» написал о том, как цекий человек
читает Ленина, и о том, как это чтение в
конце концов помогает ему устроить свою
личную жизнь — жизнь второстепенного
мещанина.
От этой мнимой «философской» глуби-
ны следует предостеречь.
По вернемся к литературе.'
Одна мысль приходит в голову, когда
перелистываешь книги последних лет:
старшее поколение наших писателей отка-
залось от современной темы. 0 том, что
занимает решительно всех. — от школь-
ника старших классов до седого академи-
ка, пишут люди, пришедшие в литературу
в тридцатых годах.
Бе так давно Шкловский в интересной
статье напомнил читателям «Литературной
газеты» о том, что Всеволод Иванов —
автор замечательных современных расска-
зов. Никто никогда не сомневался в талан-
те одного из самых оригинальных писате-
лей Юрия Олепти. Бабель остался не-
превзойденным по силе и оригинальности
новеллистом. Однако эти писатели без
борьбы уступили современную тему моло-
дому поколению. Жаль — потому что при
всем уважении к нашим молодым писате-
лям «старики» с их огромным опытом и
вкусом сумели бы придать современной те-
ме глубину, достойную нашей литературы.
Говоря об этом, я меньше всего думаю
о каком-то противопоставлении «молодых»
«старикам». Нашим старикам по сорока
лет — возраст, за которым у Льва Тол-
стого последовали «Война и мир», «Анна
Каренина» и «Воскресение».
Двадцатилетиями юношами они взяли
на себя огромную задачу создания совет-
ской литературы. Они выполнили эту за-
дачу, но рано им уставать.
Но что такое современная тема?
Прочитайте книги, вышедшие за пос-
ледние годы, и вам бросится в глаза одна
черта, на первый взгляд поразительная,
если иметь в виду, что речь идет о совре-
менной прозе.
В наших книгах почти пет «сцен ча-
стной жизни». Именно та сторона жизни,
в которой с необычайной силой запечатле-
лись перемены, происшедшие в нашем со-
знании, в нашем существовании, мало за-
тронуты в литературе.
Бальзак писал: «Я придаю явлениям
постоянным, ежедневным, фактам личной
жизни, их причинам и законам такое же
значение, какое историки придают явле-
ниям общественной жизни народа».
Вероятно, он упрекнул бы нас, сопо-
ставив все богатство нашего общества, всю
огромность его жизни, его интересов, его
характеров, все бесконечное разнообразив
его типов, его страстей и недостатков
с отражением этого общества в нашей
литературе.
Быть может, он упрекнул бы нас в не-
которой «алгебраичности» искусства.
Современная тема считается самой
трудной, недаром в издательских планах она
занимает сравнительно небольшое место.
Но трудности эти преувеличены. Это дока-
зано замечательным искусством наших
кинематографистов. Уважение к собствен-
ной смелости — вот принцип, на кото-
ром были созданы лучшие современные
фильмы. Кино никогда не боялось ошибок,
оно шло прямо на предмет, оно всегда за-
нималось тем, что неверно называется
«банальной темой».
Нет ничего более банального, чем эта
литературная боязнь «банальности». «Не-
ведомое сражение, которое разыгрывается
между г-жой де-Морсоф и страстью, быть
может, столько же велико, как и самое
знаменитое из известных сражений», —
писал Бальзак. «Несчастье братьев Би-
рото является для ’меня несчастьями, ха-
рактерными для всего человечества. Я
должен был сто раз делать то, что Ричард-
сон сделал только раз».
Повседневная жизнь людей нашей стра-
ны со всеми частностями их радостей и
печалей, со всеми драмами и комедиями
их личной жизни — вот поле действие
нашей литературы.
Я вовсе не хочу сказать, что современ-
ная тема отодвинута на задний план в
сравнении с какими-либо другими темами.
Напротив, над ней думают и работают.
Так, в оборонной литературе, первосте-
пенная задача которой неоспорима, появи-
лись в последние годы замечательные про-
изведения. Драматургия дала несколько
пьес с острым политическим содержанием.
Но этого мало в сравнении с тем, что нам
ещй предстоит сделать.	;
Замечали ли вы, какое место в нашей
литературе занимают книги летчиков, па-
рашютистов, моряков, рабочих, актеров?
Недавно я прочитал книгу Пивешптейиа
«Гора Дионисия закрыта»! *
Написанная о профессиональной точно-
стью летчика, с искренностью человека,
не задумывающегося над тем. станут ли его
воспоминания искусством, эта книга чи-
тается с глубоким интересом.
Мысль Льва Толстого о том, что можно
вовсе не знать, какие бывают формы ис-
кусства, что в подлинном искусстве, вдох-
новленном непосредственной жизнью, это
знание является само собой, невольно при-
ходит в голову при чтении этой книги.
Вот как описана ночь в Вилькальтене,
по дороге ца Ванкарем, когда звено Кама-
нина вынуждено было сесть в чукотском
селении, и командирский самолет при по-
садке повредил шасси:
«Я начал было засыпать, но снова чет-
ко, как наяву, увидел темные следы лыж
на озерке и покосившиеся крылья самоле-
та Каманина... Что же, ты боишься ду-
мать о том, что это значит? Ведь ясно,
что тебе придется отдать твой самолет
командиру. Ясно, что ты останешься здесь,
с поврежденной машиной, среди заброшен-
ных чукотских яранг...
Я начал обманывать себя.—-Успокойся,-—
говорил я себе, — может быть, это и к
лучшему. Почем знать, что ждет тебя впе-
реди. Оставаясь здесь, ты избегаешь опас-
ности. Ты не дезертир, конечно, ты оста-
ешься поневоле, но так или иначе ты
избегаешь опасности. Какая пошлость!..
Конечно, — я пробовал рассуждать
трезво, — конечно, ты должен отдать ма-
шину, Каманин отвечает за судьбу всех
самолетов, всей экспедиции до конца, ка-
питан корабля остается последним на суд-
не...
Это все холодные рассуждения, друг!
А говоря от души, от сердца, — хочешь
ты отдать самолет? Нет, не хочешь... По-
чему в самом деле ты должен страдать,
если ты сел благополучно, а Каманин по-
вредил свою* машину?
Погоди, погоди, «обиженный», — вдруг
уцепился я за это слово. — Во-первых,
сел не он и не ты. а сели мы. Kwaw,
как командир, ©ел первым, беря на себя
весь риск первой посадки. Он показал наМ
площадку — это его обязанность, ко это
дает ему и права. Это во-первых. А во-
вторых, кто этот обиженный? Это ты *—
сын одесского грузчика с арбузной гава-
ни, умершего от чахотки и бедности. Рае-
ве ты забыл свое детство?..
Так это ты, которому страна доверила
самое почетное поручение, будешь теперь
разыгрывать обиженного и протестовать
против того, что ты сам признал револю-
пионно-пелесообравным?
Довольно! Я хотел покончить с этим
вопросом, я хотел отрезать все пути к от-
ступлению и сейчас же, не дожидаясь
завтрашнего дня, не дожидать требования
Каманина, предложить ему свою машину.
Я приподнялся и тихо окликнул его. Но
Каманин уже спал».
В предисловии к роману «Армаде»
Стендаль писал: «В стиле" этого романа
найдется много наивных выражений. У
меня нехватает смелости их изменить». ‘
Эту мысль можно поставить эпиграфом
к книге Пивенштейна, к книгам Голови-
на, Ляпидевского. У этих книг есть свой,
стиль —- стиль, в котором сохранены И*»*
достоинства разговорной речи, стиль, не
боящийся самого обыкновенного «нелите-
ратурного» слова.
Я не сомневаюсь в том, что наша ли-
тература —- накануне появления новых
книг, написанных ясным, точным языкам
без стилевых пустот, без стилевых Нече-
стностей и украшений.	’
Советская литература полна сия, про-
никнута самыми высокими идеями нашего
времени, <гна растет, с каждым годом у
нас появляются молодые таланты, она ока-
зывает глубокое влияние на кино, оперу,
живопись.
Огромные движущие силы нашей стра-
ны неисчерпаемы во всех областях ’
в области искусства. Великий образ совре-
менности будет создан нашей литературой.
В Государственной Третьяковской галле рее ма-днях открывается «Всесоюзная выставка молодых художников».
На снимке: картина художника Б. А. Колозяна «Колхозники обедают в поле».
--------—............................................•  ----------------------------:--------------------------
Художник и человек наших дней
В. ГРОССМАН
Степан Кольчугин
«На основе победоносного выполнения
второго пятилетнего плана и достигнутых
успехов социализма, СССР вступил в треть-
ем пятилетии в новую полосу развития,
в полосу завершения строительства
бесклассового социалистического общества
и постеленного перехода от социализма к
коммунизму, когда решающее значение
приобретает дело коммунистического воспи-
тания трудящихся, преодоление пережит-
ков капитализма в сознании людей —
строителей коммунизма».
Этот тезис доклада товарища В. М.
Молотова на XVIII с’еаде е классической
выразительностью и глубиной характер®-
зует основное содержание опоки, ее «дух»
н философию и намечает генеральную ли-
нию развития коммунистической культуры
и воспитания коммунистического сознания.
Под этим знаком, под этим знаменем че-
ловечество шестой части мира идет к сво-
ему счастью. Наше солиле поднимается
юсе выше и выше. Творец нового, комму-
нистического общества, наш народ проло-
жил твердый путь в великое царство сво-
боды.
«Коммунизм для нас не состояние, ко-
торое должно быть установлено, — учат
нас Маркс и Энгельс, — не идеал, с ко-
торым должна сообразоваться действитель-
ность. Мы называем коммунизмом действи-
тельное движение, которое устраняет те-
перешнее состояние».
Наш советский человек превращает
идеал в действие, в поведение и ставит
этот идеал как практическое дело настоя-
щего дня. Он не удивляется самому себе,
хотя и достоин всяческого удивления. Он
создает изумительные чудеса во всех об-
ластях труда, но считает, что это — по-
вседневная его работа. И самое великое
чудо — наука и искусство, которые он
поднял на высшую ступень, это — си-
стема его мыслей и деяний.
Движение нашей жизни могуче, ритмы
ее строги; наши годы — это эпохи. Со-
вершается борьба не только за утвержде-
ние новых отношений и новых творческих
завоеваний, но и борьба с привычками и
предубеждениями прошлого, с болезнями и
рудиментами- вчерашнего дня. Переделка,
переплавка людей — это наиболее слож-
ная, трудная, мучительная борьба.
Писатель наших дней — это писатель-
революционер. , писатель-боец, писатель-
ленинец. Он не’ только наблюдатель, но и
деятель. Чтобы понять все процессы жиз-
ни, чтобы быть в сердце действительно-
сти, надо самому быть в рядах действую-
щих масс и непременно в авангарде кол-
лектива. Надо с первых же часов моби-
лизации участвовать во всех боевых опе-
рациях и уйти последним в свою мастер-
скую, чтобы создать поэму пережитой
борьбы.
Родилась новая женщина — боевой то-
варищ рабочего и колхозника. Создалась
целая армия воинствующей, героической
молодежи. Это — люди, которые дали мно-
гочисленную, подлинно нашу интеллиген-
цию, с новыми трудовыми навыками, с
большевистской целеустремленностью, е
ленинско-сталинской закалкой. Эта наша
интеллигенция — уже ведущая сила.
Проследите историю заводов и колхозов, и
вы увидите, что они ведутся и управля-
ются преимущественно нашей молодежью.
Мы крепко закладываем основы комму-
нистического мира. Но мы не только ка-
менщики. Мы — творцы коммунистиче-
ского общества. Мы уже сейчас разреша-
ем все проблемы, поставленные перед нами
будущим. У нас нет уже экоплоатапии
человека человеком, но мы живем в ве-
личайшей борьбе с окружением вражеских
В ПРЕЗИДИУМЕ СОЮЗА СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ
8 марта состоялось заседание президиу-
ма союза советских писателей, на котором
был заслушан доклад тов. П. Скосырева
о работе бюро национальных комиссий
ССП СССР.
Командировки писательских бригад в
16 республик и дальнейшая планомерная
связь с этими республиками дали пред-
ставление о состоянии братских литера-
тур.
Местные издательства выпускают очень
мало художественной литературы, причем
особенно остро стоит вопрос с кадрами
редакторов. В одной из республик, на-
пример, поэт перевел стихотворение
С. Маршака «Человек рассеянный». Ре-
дактор забраковал книжку иа том основа-
нии, что у нас-де нет таких людей.
Плохо обстоит дело и с переводами ли-
тературы братских народов на русский
язык.
Тов. Скосырев остановился также на
том, что Гослитиздат и периодическая пе-
чать печатают мало произведепий лите-
ратуры народов СССР.
Ф. ГЛАДКОВ
сил: тут не только капиталистический мир
с его страшными орудиями разрушения,
но и враг внутренний, и собственнические
пережитки в быту и в сознании людей.
Писатель современности всеми нитями
связан с животрепещущими вопросами на-
шего дня. Он призван быть летописцем
настоящего. Он — певец и глашатай пе-
реживаемых дней. Он обязан не отставать.
Создается новое общество, рождается и
мужает новый, социалистический человек
— творец чудес, дерзновенный и трезвый
реалист-мечтатель, непрерывно, расчетли-
во, планомерно воплощающий мечту в дей-
ствительность, Он создает новый, неви-
данный ритм жизни — ритм труда (будь
это цех, шахта, научно-исследовательская
лаборатория), ритм мысли, ритм времени.
Это — высший род наслаждения, ибо
ритм — это цель, воплощенная в дей-
ствие, в динамику мана. Сколько новых
проблем, мыслей, чувств загорается с каж-
дым новым шагом, с каждым новым вздо-
хом, с каждым новым ударом сердца!
Большой и сложной проблемой стоит
перед художником человек наших дней.
Нужно гениальное проникновение, чтобы
увидеть, /узнать, понять, поднять его и
воплотить в «нетленный» образ — в тип
эпохи, как это могли делать огромные
поэты прошлого.
Наша советская литература создала мно-
го незабываемых характеров, ярких картин
героической борьбы за власть Советов, за
социалистическую промышленность и кол-
хозную деревню. Новый пейзаж расцветает
на страницах книг, не виданный раньше
никогда. Новые поэма и песня волнуют
миллионы. Наше искусство зреет, и сила
его становится все более могучей и неот-
разимой.
Мы создаем великий план, мы упорно и
организованно ведем борьбу с природой,
преображая ее, овладевая ею на благо
трудящихся.
Наша организация хозяйства и труда
невозможна без неустанного, богатейшего
творчества рабочих масс. Организатор и
хозяин, созидатель и работник, наш народ
призван к всестороннему проявлению всех
своих творческих сил. Таланты и способ-
ности пробуждаются и расцветают, как зе-
лень под ослепительным солнцем весны.
Превосходно сравнение наших людей с
плодовыми деревьями сада, данное вели-
ким Сталиным. Каждое дерево одинаково
ценно, каждое дерево в нашем социалисти-
ческом саду требует заботы и любовного
ухода. Каждый человек, участвующий в
общественном труде, создающий ценности,
должен воспитываться, гармонически раз-
виваться, непрестанно расти и совершен-
ствоваться. Энтузиазм и героизм стано-
вятся в социалистическом труде массовым
явлением. То, что называется вдохнове-
нием, является уже как под’ем творческой
энергии, характерной особенностью наше-
го человека.
Каждый человек из миллионов — рав-
ноценная личность, и каждая индивиду-
альность — своеобразна, оригинальна. По-
степенно исчезает грань между трудом
умственным и физическим, потому что раз-
мах социалистической культуры, во всем
разнообразии ее слагаемых захватывает
глубокие пласты народных масс. Культур-
ная революция вооружает всех и каждого
неотразимым оружием знаний и ленинско-
сталинской целеустремленностью. Уваже-
ние и любовь к товарищу, к соратнику
приобретают характер человеческого вели-
Директор Гослитиздата тов. С. Лозов-
ский подтвердил, что издательство выпу-
скает лишь 1/50 часть того, что выходит
на языках народов СССР. В настоящее
время выпускается альманах «Дружба на-
родов», который по решению издательства
должен выходить 4 раза в год.
Тов. Максудов, рассказывая о лите-
ратурной жизни Татарской республики,
подчеркнул, что необходимо помочь татар-
ским писателям в отборе произведений для
перевода на татарский язык.
Тов. Радин (Мордовия) указывает, что
мордовская литература неизвестна русским
читателям: три года выпускает Гослитиз-
дат сборник стихов мордовских поэтов, а
из прозы ничего не переведено до сих пор.
Тов. Радин считает, что необходимо из-
дать на русском языке сборник произведе-
пий орденоносной сказительницы Ф. Беззу-
бовой.
В прениях выступили также тт. 0.
Мсти^лав'С’кий, Б. Грифцов, А. Пиало,
М. Немченко, А. Сурков, В. Гольцев,
чия. Только у нас возможно появление
ударничества и соревнования как энтузи-
азма и планомерной борьбы за хозяйствен-
ную и культурную мощь своей страны.
И тут невольно выдвигается на первый
план проблема личности. Впервые эта про-
блема была поставлена по-настоящему на-
шей литературой. Но разрешить ее во всей
полноте пока еще не удалось. Не потому
ли проблема так называемого «положи-
тельного» героя, «ведущего характера»
остается по-прежнему в порядке дня? Мно-
го громких фраз говорилось об этом «ве-
дущем герое», но слова так и остались
словами. А человек наших дней, полных
ярчайших проявлений, выходит твердыми
шагами навстречу художнику. Вопрос
только в том, чтобы изучить этого чело-
века, проникновенно взять его как полно-
ценную личность, как типический образ,
как героя нашего времени. Нет, не описы-
вать его, не фотографировать, а создать
цельный характер как живую индивиду-
альность с наиболее яркими, эпохальными
особенностями ею существа.
В чем же особенности этого «ведущего
героя»? Основная его черта — это на-
пряженная творческая энергия. При огром-
ной любви к жизни он знает сцои силы
и умеет эти силы преобразить в дело. Он
знает себе цену, и его личное достоинство
определяется критическим его отношением
и к вещам, и к людям, и к самому себе.
Он взращен и воспитан комсомолом, пар-
тией и своим классом. Его поведение —
простота, скромность и гордость, чуждая
самообольщения и самолюбования. Его
большие дела, его героизм, его творческие
искания, борьба и победы — это его еже-
дневный планомерный труд и поведение.
Его личные цели — это цели коллектива
и общественной пользы. Его радости от
собственных свершений и муки от пораже-
ний сливаются с чувствами коллектива.
Отношение к труду и к товарищам — это
уже отношение к себе.
Он никогда не стоит на месте; тля него
жизнь—в преодолениях, для него наслаж-
дение — в бою. То, что мешает ему дви-
гаться вперед и создавать новое, это —
препятствие, которое нужно обязательно
побороть. Он хорошо, основательно знает
производительные силы и своего участка,
и всей страны, понимает политический
смысл эпохи и умеет определить слабые
места на фронте борьбы за великий план.
Рутина и пережитки, как отложения прой-
денных этапов, для него так же ненавист-
ны, как вражеские фортеции, которые
нужно взорвать до основания. Уметь радо-
ваться творческой радостью, испытывать
счастье от постоянного самообновления,
волноваться и вдохновляться новыми за-
мыслами и постоянно быть готовым к но-
вым порывам в будущее и к ударам по
окаменелостям, это —> не просто увлече-
ние и склонность к азарту, а осмыслен-
ные, продуманные в содружестве и сотвор-
честве план и тактика действий, неустан-
ное движение вперед и выше.
Вот отсюда и большевистское благород-
ство, и высокое уважение, и доверие друг
к другу. Эта личность, сильная и молодая,
живет и крепнет всюду: и в цехах, и в
колхозах, и в научных лабораториях, иг в
шахтах, и на железных дорогах.
Надо чутко и проникновенно жить,
надо учиться быть передовыми людьми
своей эпохи, своего общества, надо по-
стахановски ковать в себе социалистиче-
скую личность и твердо знать свою до-
рогу в будущее, чтобы предвидеть и созда-
вать образы, которые бы звали и подни-
мали миллионы людей, строящих новую
культуру, новую систему жизни.
Вот то «действительное движение» худо-
жественной литературы, которое должно
совершаться в третьем пятилетии.
А. Миних, Н. Чертова, А. Рябинина, К.
Федин и А. Фадеев.
Тов. Фадеев, подводя итоги прениям,
предложил бюро Довести в ближайшее
время ряд конкретных мероприятий. В ча-
стности, решено подготовить ко второй
половине апреля курсы-конференцию для
50 молодых авторов.
Решено устроить в клубе декадники
литературы и искусства союзных и авто-
номных республик. Бюро поручено созвать
совещание представителей толстых жур-
налов и «Литературной газеты», посвя-
щенное вопросу помещения в периодиче-
ской печати произведений братских
литератур; президиум союза писателей ре-
шил просить Институт мировой литерату-
ры создать архив классических и рукопис-
ных материалов национальных литератур.
В связи с 20-летием Чувашской респуб-
лики, исполняющимся в 1940 году, и
20-летием Башкирской республики (в ап-
реле 1939 года) решено поставить вопрос
перед Гослитиздатом о выпуске сборников
чувашской и башкирской литератур.
— Продолжительный сильный звонок
послышался из передней Он ослабевал,
усиливался, вновь ослабевал — звонив-
ший, очевидно, то нажимал до отказа, то
отпускал кнопку.
— От больного наверное, — сердито ска-
зал доктор, идя к двери.
— Нет, — вдруг сказала Марья Дмит-
риевна, — это за Абрамом, я чувствую!
Звонок оборвался. Мгновенье они стоя-
ли неподвижно. Казалось, все сно>ва ста-
ло тихо, спокойно, мирно: стол, погасший
самовар, темная винная бутылка, блюдо с
пирогами, салат, конфеты, хрустальная
сахарница, стулья, ковер, картины на
стене. И в то же время эта мирная об-
становка и мгновенная тишина были не-
лепы и страшны, как страшен в пылаю-
щем доме сонный покой не тронутой еще
огнем комнаты, как нелеп чинный поря-
док на столах, когда вихрь, распахнув
окно, краткий миг колеблется, прежде чем
ворваться в дом. Когда вновь раздался
звон, они точно почувствовали облегче-
ние, переглянулись, и доктор спросил у
Ба.хмутского:
— Как же быть, открывать?
— Опросите —кто. Если скажут — от
[больного, — сперва откажите открыть,
если полиция — скажите, что раньше дол-
жны одеться.
Он быстро прошел в комнату и вернул-
ся с чемоданчиком, в пальто и в шапке.
Доктор уже стоял в столовой и, указав
рукой в сторону входной двери, кивнул
головой.
— Сперва соврали, что от больного,—
сказал он, — а когда сказал, что ночью
не езжу к больным, какой-то тип крик-
нул: откройте, полиция! Я им заявил, что
должен одеться.
Он пытался говорить тихо, но от не-
привычки и волнения большой голос его
выскальзывал из шепота, гудел во всю
силу и наверное был слышен в передней,
за дверью.
Снова зазвенел звонок.
— Оставайтесь, плюньте, куда вы пой-
дете ночью, больной! Я за все отвечаю’—
вдруг сердито крикнул Петр Михайлович,
со злобой чувствуя, как подлые мысли
о ждущих его неприятностях все беспо-
койней и тревожней овладевают им.
А Марья Дмитриевна прислонилась к
стене и пристально смотрела на Бахмут-
ского. Он стоял перед ней в незастегнутом
пальто, в нахлобученной на лоб шапке,
с воротом, наполовину приподнятым вок-
руг шеи, с немного прищуренными глаза-
ми. Ей показалось, что она проникла ьо
все его мысли: мелькнули перед ним чер-
ные шинели городовых, окошечко с ре-
шеткой, белая пелена туманных сибир-
ских снегов, тяжелая северная ночь. Ей
показалось, что он должен вскрикнуть от
ужаса, побледнеть,—он так недавно вер-
нулся после долгой мучительной ссылки.'
И вдруг ее поразило—ведь он был спо-
коен, смуглое лицо его не изменило своего
обычного выражения, оно было усталым,
обычным. Таким он вошел впервые, таким
она видела его идущим по улице, таким
он пришел чаю тому назад и таким он сто-
ял перед ней сейчас, уходя. Этот вихрь,
мрак открывшейся бездны, потрясший ее
и Петра Михайловича, был для него обыч-
ной жизнью Он сохранял свои обычные
мысли, насмешливость, интерес к книгам
(он старательно прятал в карман пальто
томик какой-то немецкой философской
книжки, которую вчера положил в сто-
ловой на овальном столике). И на мгно-
венье чувство какого-то мистического во-
сторга охватило Марью Дмитриевну —
«вечный рыцарь, вечный рыцарь», дума-
ла она, и ей хотелось встать на колени
перед этим человеком. Она видела его,
трудное назначение в жизни — итти бу-
дить, вести других, бороться, забывать о
себе, не успокаиваться до последнего дня
своей трудной жизни. «Рыцарь, рыцарь,
рыцарь на всю жизнь, нигде, никогда он
не устанет, не успокоится, спорщик, про-
поведник, с вечной философской книгой».
Но она, конечно, не стала на колени, зная,
что это внешне смешно, неизящно, без-
вкусно, а только молча пожала протяну-
тую руку Бахмутского и улыбнулась, кри-
вя дрожащие губы, когда он сказал:
— Кажется, в «Сорочинской ярмарке»
кто-то в окно вылезает, — вот в ванной
опо не замазано. Прощайте, Маша, не ру-
гайте меня за этот вечерний звон, ей-бо-
гу, не я виноват.
Он пожал руку доктору и поспешно по-
шел в ванную.
— Сейчас иду, что вы, С ума сошли
или пьяны? — грозно закричал Петр Ми-
хайлович в сторону передней. Он снял
пиджак, кинул его на диван и пошел к
двери, на пути расстегивая одной рукой
пуговицы жилетки, а другой растягивая
узел галстука и срывая воротничок.
Окно ванной комнаты выходило в са-
дик поповской усадьбы. Бахмутский по-
стоял некоторое время, привыкая к тем-
ноте, прошел через двор и осмотрел ули-
цу. Было пусто.
— Провалился — один или со всеми?
—думал он, — они меня провалили или.
я за собой тащил хвост? А может быть
случайность? Нет, таких случайностей не
бывает. Может быть, кухарка эта? Бес-
цельно гадать на кофейной гуще, никаких
ведь данных нет сейчас. Вот, как быть?
Итти на вокзал — рискованно, туда в
первую очередь отправится полиция, в
гостиницу тоже нельзя, в ресторан с че-
моданчиком ночью являться не следует,
да к тому же единственный ресторан в
городе — ето хуже вокзала. Самое луч-
шее отправиться на извозчичью биржу и
перебраться в Макеевку. Извозчики с пя-
ти утра выезжают. Лучше всего погулять
до утра. Прогулки полезны здоровью, —
с насмешкой подумал он.
Он шел по улице медленно, спокойно
рассуждая, а сердце его радостно билось
от ощущения одиночества, простора пу-
стой улицы, от холодного зимнего возду-
ха, от темной ночи. Он наслаждался всем
этим бессознательно, противопоставляя
прелесть свободы камере в полицейском
участке, всегда одинаковой, где бы ни был
этот участок. Бахмутский удивлялся, по-
чему всюду так одинаков запах в каме-
ре участка. Ведь он совершенно свое-
образный отличный от запаха пересыль-
ной тюрьмы, не схожий с запахом тю-
ремных камер, запахом комнат заключе-
ния в жандармских управлениях, каторж-
ной тюрьмы, арестантского вагона. Этот
запах, тяжелый, сырой, отдающий овчиной
и гнилой мочей, одинаков и в Челябинске,
и в маленьком еврейском городишке Коро-
стышеве, и в знаменитом киевском Печер-
ском участке, которым правит пристав
дворцовой части, и в Петербурге, и в Мо-
скве, и в Иркутске, и даже в Гурзуфе,
где через мутное окошечко видны были
ветви цветущего миндаля. И сейчас, вды-
хая ночной холодный воздух, Бахмутский
радовался кровью, сердцем, легкими, что
Не смотрит на жирный огонь керосиновой
лампы, не разглядывает стены в рыжих,
ржавых запятых и не дышит отвратным
воздухом полицейского участка, прислу-
шиваясь к осторожному дыханию дежур-
ного городового, разглядывающего в гла-
зок нового жильца.
Улыбаясь, он пробормотал’
— Ox, ffenosse Энгельс, в тюремной ка-
мере я утешаюсь твоей мыслью, что сво-
бода — осознанная необходимость, но как
хорошо сейчас, ах, как хорошо!
Он вышел к заводу, в темноте вскараб-
кался на железнодорооипую насыпь и
вдруг остановился дер’ед удивительным
Отрывок
из третьей книги
зрелищем. Завод лежал прямо перед ним.
Тысячи белых электрических огней сияли
холодно и зорко, над батареями коксовых
печей пылали бесчисленные желтые и
красные огни, колеблемые сильным вет-
ром. Бахмутскому казалось, что толпы на-
рода размахивают факелами и что тяже-
лый гул, подобный*гулу моря, — голоса
тысяч не видимых во мраке людей. Со
стороны домен раздавались глухие взры-
вы; громадные металлические тела печей
тускло блестели в свете пламени и элек-
тричества. Иногда над ними подымались
многосаженные клубы кровавого дыма, и
густое, быстрое облако ярких искр, трепе-
ща, мчалось в небо; тогда низкие зимние
облака розовели, будто накаляясь, и Бах-
мутскому казалось: вот они сейчас вспых-
нут, и громадный красный пожар охватит
небо и землю.
Долго стоял Бахмутский, глядя на ноч-
ной завод. Он поставил чемоданчик рядом
с собой и жадно всматривался, точно на
всю жизнь стараясь запомнить это зре-
лище, не упустить ни одной подробно-
сти, мелочи, все унести с собой. Какой
огромной силой был этот заводище, ка-
кие богатыри работали на нем! Ему
вспомнились лица рабочих, бывших на се-
годняшнем конспиративном собрании, и
он старался представить их себе на ноч-
ной работе среди искр и пламени: в тя-
желых фартуках они били молотами по
раскаленному металлу. Этот молодой до-
менщик Степан Кольчугин, о котором с
таким восхищением говорил Алексей, ве-
роятно тоже .вышел работать в ночную
смену. Жидкий чугун, жаркий и ослепи-
тельный, течет из домны, и молодой ра-
бочий на мгновенье задумался, отошел в
сторону и вспоминает слова, услышан-
ные на конспиративном собрании. Какая
сила — рабочие люди, собранные воеди-
но! Ничто в мире не может быть им про-
тивопоставлено, они хозяева жизни, и
скоро уже, скоро они заявят миру о сво-
ей силе, о своем праве властвовать. Бах-
мутский набрал воздуху в грудь, припод-
нялся на носки, взмахнул рукой.
— Хорошо, а-а, как хорошо, какая зре-
лость, зрелость, — сказал он. — Он вы-
нул часы, белый циферблат казался чуть-
чуть розоватым. Было всего лишь двад-
цать минут второго. Бахмутский спрятал
часы, наклонился и ощупью нашарил руч-
ку своего чемодана, продолжая глядеть
на завод. Ручка стала холодная, обжигаю
щая.
— Что ж, прогулки полезны для здо-
ровья, — снова подумал он и пошел
вдоль железнодорожного полотна.
В том месте, где железнодорожное по-
лотно пересекали мягкие доски переезда,
разбитые подковами, он постоял немного
в раздумье и пошел по дороге. Мысли
его были заняты заводом. «Как тяжело
было Чернышевскому, — думал Бахмут-
ский, — он чувствовал, что сила, приз-
ванная взорвать старый мир, еще не соз-
рела. Какие тяжелые муки, вероятно, ис-
пытывал он, физически ощущая эту сте-
ну, глухой, Тяжелый камень, отделяющий
его от революции. Мыслью он был уже с
нами, а жизнь его шла в период вязкий,
темный. И снова, вспоминая завод, Бах-
мутский думал: «Зрелость, зрелость, зре-
лость!» Сам того не замечая, он шел в
сторону дома, где недавно проводил соб-
рание. Внезапно остановившись, он уви-
дел запертые ворота, одиноко стоящие пе-
ред домом, тропинку, отделяющуюся от
дороги и ведшую мимо этих запертых во-
рот к сеням. В окнах нет света — зна-
чит спят, обыск в темноте не производят.
Закончили уже? Нет, не может быть. За-
сада? Какой смысл устраивать засаду пос?
ле собрания. И хотя Бахмутский понимал,
что все же благоразумней пройти мимо
этого дома, не останавливаясь, даже ине
оглядываясь, он свернул на тропинку и
пошел к дверям. Он сам не знал, поче-
му сделал это, но у него сразу возникло
чувство полной безопасности этого дома,
и ему захотелось зайти в темный сарай,
сесть на доски возле горна и отдохнуть.
«Может быть, угли теплые, я погрею ру-
ки», — подумал он, как опытный конспи-
ратор доверяя чувству спокойствия и уве-
ренности. внезапно возникшему ‘ в душе.
Он знал в себе это чувство и верил ему,
хотя никому не говорил о нем, находя
его необ’ясннмым и как бы непристой-
ным для марксиста. Он часто вспоми-
нал старика-охотника, у которого жил во
время первой ссылки. Старик рассказы-
вал, что сразу чует -г есть ли зверь в
ветвях густого дерева. «Стоит оно темное,
ничего не разберешь, а мне — прямо в
сердце стучит здесь!»
Бахмутский уверенно толкнул дверь,
прошел в сени, вынул спички из карма-
на, нащупал дверь, ведущую в сарай, она
была полуоткрыта, и, переступив порог,
зажег спичку. Секунду он оставался не-
подвижным, растерявшись, но вдруг по-
няв, кинулся к человеку, стоявшему на
опрокинутом боченке из-под кислой ка-
пусты (Бахмутский сидел на этом боченке
несколько часов назад) и негромко, но
сильно и властно крикнул: «Брось, брось,
прыгай вниз!» Человек, ошарашенный
внезапностью, оттолкнул веревку и тяже-
ло соскочил на землю. Бахмутский вновь
зажег спичку и при свете ее узнал моло-
дого доменщика Степана Кольчугина. Тем-
но и скорбно глядели глаза, и мертвым
казалось лицо Степана, освещенное жел-
тым пламенем спички.
— Предал, а теперь’ в петлю’ вешать-
ся, — мелькнула у Бахмутского мысль, и
он грубо, громко спросил:
— Немедленно отвечайте, что это, по-
чему?
Степан молчал, все еще не понимая, от-
куда в его страшную последнюю минуту
мог появиться приезжий. Долго Бахмут-
ский допрашивал его, и долго молчал Сте-
пан. По резкости и грубости вопросов, по
настойчивости, с которой вопросы задава-
лись, Степан вдруг понял, в Чем подозре-
вает его приезжий. Он вздрогнул, очнув-
СТЕПАН ЩИПАЧЕВ
ТРИБУНА
Ты долго смотришь на Эльбрус,
рюкзак на плечи надевая.
Почти до звезд возиесеяа
вершина снеговая.
И ты, поднявшись на нее
отвесной каменной тропою,
увидишь весь, до самых Млет,
Кавказ перед собою...
Стоит — совсем невысока —
в тени знамен трибуна с’езда,
но выше Шат-горы она
и выше Эвереста.
С нее открылся коммунизм,
как открываются долины,
увиденные в первый раз .
со снеговой стремнины.
шись внезапно. — Как вы можете! —♦
сказал он, и Бахмутский сразу понял, чт($
Звонков не ошибся; все, что ни скажет
этот молодой рабочий, — правда и ни-
чем, кроме правды, быть не может.
Вскоре они сидели рядом на доске, И
Бахмутский говорил Степану:
— Жить не хочется, жить? Да как вы
смеете даже думать так.
Он облизнул губы — внезапная острая
жалость к этому парню, запутавшемуся,
заблудившемуся, охватила его. Лицо Сте-
пана при свете спичек, — Бахмутский их
зажигал время от времени, — выглядело
бледным, некрасивым. Одежда его каза-
лась нищенски бедной, голос был сиплым,
глухим, и то. что он сидел в холодном,
сыром сарае, и то, что кругом шла же-
стокая, железная жизнь и что любоввая
драма парня была так наивно бедна И
проста, все это растрогало и взволновало
Бахмутского. Он всегда был очень далек
от таких мыслей и представлений: моло-
дые революционные пролетарии казались'
ему громкоголосыми, мускулистыми, ре-
шительными, быстрыми в движениях и
поступках. Первое мгновенье он даже
растерялся, поняв, что ему суждено вне-
запно сделаться участником личной дра-
мы. Но он быстро подавил в себе нас-
мешливо-недоброе чувство и с горячно-
стью заговорил. Он знал, что не отличает-
ся большим тактом в личных делах,
об этом часто говорила ему Анна Михай-
ловна, — но на этот раз, случайно или
неслучайно, он поступил правильно. Он
ни слова не сказал о том, что произошло,
не стал уговаривать Степана, ие стыдил
его, ничего не внушал ему. Он начал
говорить так, как говорят матери и нянь-
ки: жалея и любя. Говоря, он испытывал
странное волнение—и грусть, и неловкость,
и умиление. Он точно одновременно стал
моложе и дряхлей: как юноша, горячо от-
давшись чувству, на время забыв, где
он, откуда и куда идет, он в то же вре-
мя испытывал печаль и слабость — и
нечто еще, волновавшее и смущавшее его
своей непонятностью.
— Вот, знаете, товарищ Степан,—быст-
ро говорил Бахмутский, — когда я шел
сюда, в долине возле завода поднимался
туман; я не знал, что в этих местах зи-
мой бывают туманы. Где мне только ни
приходилось видеть туман—на Днепре и
на Волге, и в Альпах на Юнгфрау, и за
Полярным кругом, и знаменитый лондон-
ский, и когда я шел по дороге, туман под-
нимался все выше, застилал заврд, по-
думайте, такая хлипкая, холодная материя
сумела сделать невидимой эту огромную
пылающую махину. А потом, как пола-
гается, подул ветер, и все стало на свое
место. Ия — знаете — шел и размыш-
лял о жизни в тумане. Вот, я себе пред-
ставляю, Колумб стоит иа мостике своего
судна. Он идет через туман, в море, по
которому впервые плавают люди. Этовсе
старые разговоры. Ночью, вглядываясь в
туман, он думает: «Вдруг нет там обето-
ванной земли, вдруг все это бред, там
только туман да вода. А может быть, и
того хуже — голые скалы, холодный ве-
тер, дождь, камень». И человек этот бо-
рется, даже с самим собой борется и плы-
вет вперед. Пусть себе плывет, бог с ним,
это все пустяки. Но я вот люблю эти хо-
лодные, темные ночи. Ветер, туман, мрак*
И мне представляется вся наша громад-
ная страна Россия в этом мраке, холоде,
грязи. Сибирь и Волга, и всюду темно, я
всюду туман. И всюду, товарищ Степан,
по всей России в этих страшных дерев-
нях. в мастерских, на ткацких фабриках,
на громадных заводах работают люди. И
я себе представляю, как они идут в ноч-
ную смену, собираются на работу, выхо-
дят из подаалов, спускаются с чердаков.
А дома сидят их жены, хилые дети, ста-
рики в тряпье, при тусклых лампочках,
при которых и вы наверное читаете свои
книги Люди эти создают прекрасные ве-
щи, но домой, Степан, они не приносят
шелка, который ткут в эти длинные зим-
ние ночи. Домой они приносят свою уста-
лость. И страна под гнетом, Россия в ту-
мане, в вечном страшном холоде. Темный,
огромный кабак, где царь, жандармы гра-
бят и насилуют, обманывают простаков.
Каторга, и притом русская, бессрочная в
тумане, холоде и темноте.
Он увлекся и уже не чувствовал печа-
ли и слабости, он уже не жалел Степана
Кольчугина. Обычное состояние стреми-
тельной силы, напряжение жаркого дей-
ствия вновь вернулись Jt нему.
— Маркс! — громко сказал он. Карл
Маркс, вот кто стал для человечества Ко-
лумбом. Если б вы знали, Кольчугин, чтб
такое гений этого человека. Сотни великих
умов до него пробовали вести корабль.
Спартак. Марат. Робеспьер, Бабеф. И ко-
рабль пошел, и он идет, чего бы это иЦ
стоило.
— Кольчугин, мы Идем к мировой рево-
люции, — вдруг тихо сказал Бахмутский*
—знаете ли вы это?
Степан молчал.
— Вы несчастны? — сердито спросил
Бахмутский. — Вас обманула женщина?
Вы думаете, я не люблю жизнь, просто
жизнь? Краооту моря, весну, семью свой,
жену, детей? Если жандармское управле-
ние позволит мне дожить до старости, мне
выпадет горькое чувство. У меня нет ДО-
ма, нет даже того, без чего немыслим рос-
сийский обыватель, — паспорта нет. НО
я ни с кем не обменяю свою судьбу,
Кольчугин, ни о Толстым, ни с Менделее-
вым. Знаете? Если б мне пришлось ты-
сячу раз жить, я бы тысячу раз прожил
свою жизнь так, как живу сейчас. Я не
хочу счастья для себя! Жизнь — это до-
рога, а по правильной дороге всегда труд-
но ходить. А для чего бороться, за что. бо-
роться, против кого бороться? Можно за
многое бороться, Кольчугин. Но я знай,
только одну борьбу, это — борьбу рабо-
чего класса. А счастлив ли я? Да на это
плевать — прежде всего мне самому.
Долго еще говорил он, и хотя Степан
не отвечал на его вопросы, Бахмутский
безошибочно чувствовал, что слова его не
проходят даром: Кольчугин вышел из
страшного и печального состояния, в ко-
тором Бахмутский застал его, и, вероятно,
уже ужасался и недоумевал, как моглЦ
случиться, что вложил он голову в петлю’.
Через несколько часов Бахмутский бла-
гополучно выехал из города по макеевской
дороге — туманное утро было хмурым,
темным, но воздух потеплел. Бахмутский,
полузакрыв глаза, оглядывал голую, бес-
снежную степь, в мозгу неторопливо шли
мысли, где заночевать, не провалилась ли
вслед за кравченковокой квартирой я ма-
кеевская явка, не безопасней ли изменить
маршрут — минуя Макеевку, пробраться
на Ясиноватую, оттуда в Мариуполь, Та-
ганрог. Лошадь шла почти шагом, и ши-
роконосый парень-извозчшк обмотанный
платком, не подгонял ее. видимо, и воз-
нице и лошади некуда было торопиться,
пх не угнетали холодное, серое небо, пе-
чальная. изрытая земля, туман, изморозь,
горы породы в клочьях серого и желтого
тумана, запах серы, пропитавший, каза-
лось, и небо и землю.
Литературная газета
Xs 14	------ а
К. ТРЕНЕВ
УЧИТЬСЯ У жизни
Советская литература растет вместе с
советской страной. Партия и правитель-
ство недавно отметили ее успехи высо-
кшга наградами. В числе награжденных
писателей немало драматургов. Это —
признание роста советской драматургий. До
последнего времени главное место в репер-
туаре наших театров занимали русская и
мировая классика и переводные пьесы со-
временных европейских и американских
авторов. По сейчас основной репертуар со-
ветского театра составляют советские пье-
сы. и число их неуклонно растет.
Наши пьесы отражают советскую дей-
ствительность со всех сторон, во всех ее
периодах — от дней Октябрьской револ ю-
пии до наших дней. К двадцатилетию со-
ветской власти драматургия театра и кино
так выросла, что ей оказалось по силам
в художественной форме показать на сцене
и на экране образ Ленина.
Основная вадача советской драматургии
сероста, шаблона. Наши драматурги изо-
бражают, по крайней мере стремятся изо-
бразить, новых, небывалых в истории лю-
дей. героев духа, смелых и неустрашимых,
открывающих новые горизонты строителей
социализма. Но ведь сама драматургия —
тоже участок советской жизни и тоже за-
нимается строительством социализма, и по-
нтону она также должна дерзать, смело
ставить и глубоко художественно решать
проблемы нашей жизни. Вот этой смелости
и дерзости v нас еще очень мало. Оттого
мало в нашей драматургии живых, боль-
ших и оригинальотиг образов, оттого в зри-
тельном зале советского театра гораздо
больше подлинных, полнокровных героев
нашей жизни, чем на* сцене.
Робость, конечно, ведет по проторенным
дорожкам, под прикрытие шаблона и об-
щеизвестных бесспорных истин. Отсюда в
большинстве наших пьес—какое-то казен-
ное благополучие с заранее, с первого же
Международное значение
советской культуры
— рассказать о наших достижениях и
нашей борьбе с врагами, со старым миром
в его пережитками. Главное же — пока-
зать советских людей, строителей и героев
нашей жизни на всех ее путях и ступе-
нях. Задача необычайной трудности.
Советская литература, а следовательно и
драматургия, является продолжательницей
великих заветов русской литературы. До-
революционная наша литература в лучших,
великих ее образцах всегда стояла в рез-
кой оппозиции к тогдашнему укладу жиз-
ни. в поэтому основными «героями» ее
были типы отрицательные. Это потому,
что городничие, Чичиковы. Фамусовы, Об-
ломовы. были, хозяевами той жизни. Те-
перь хозяином жизни является ее творец—
трудящийся народ. И естественно, что ос-
новными героями нашей литературы и в
частности драматургии являются новые в
истории люди — строители социализма.
Изобразить их в художественной литера-
туре — дело исключительно благодарное,
но и исключительно сложное. И нет ниче-
го удивительного и печального в том. что
мы с этим пока справляемся неважно. Но,
делая скидку на новизну и трудность за-
дачи, мы должны относиться к себе с
чрезвычайной требовательностью. Уже дав-
но все мы сошлись на том, что пьеса
должна представлять не только идейную,
но и художественную ценность, и что важ-
ность темы и высокие устремления дра-
матурга ии в коей мере не могут ком-
пенсировать низкого качества его произве-
дения. К сожалению, это пока еще больше
в теории. На практике же иное. То и де-
ло по поводу отдельных пьес, невысоких
по качеству, но актуальных по теме, вы-
сказываются оценки, игнорирующие ху-
дожественную сторону пьесы км второ-
стейевную и ставящие в заслугу автору
«актуальность».
Беда не в том. что тот или другой ав-
тор написал художественно слабую пьесу,
а театр эту пьесу поставил, — не пусто-
вать аге театрам в ожидании, пока появят-
ся пьесы, одинаково совершенные и идей-
но в художественно. Беда в том, что теа-
тральная наша критика недостаточно тре-
бовательна к качеству нашей драматургии.
Она еше мало руководит воспитанием дра-
матурга и зрителя, которого она в некото-
рых случаях дезориентирует. Наша теа-
тральная критика мало уделяет внимания
принципиальным вопросам творчества. Пи-
шутся главным образом рецензии о новых
постановках, принципиальных же статей
о советской драматургии мы почти не
встречаем, а между тем она ведь суще-
ствует уже двадцать лет. имеет свою ис-
торию, свои ошибки и достижения, свои
пути. Быть может, больше, чем всякий
другой род литературы, драматургия нуж-
дается в освещении ее путей и методов.
Очень уж ответственен этот участок! Не
от ото го ли в нашей драматургии, при ее
несомненном росте, есть робость, грани-
чащая с растерянностью, большой налет
действия известным, счастливым концом—
торжеством добродетели и посрамлением
порока. Со штампованными. унылыми в
своем однообразии апофеозами. Этот штамп,
прежде всего,— от робости. А благополу-
чие в пьесе — из боязни неблагополу-
чия для пьесы.
А робость — не только от трудности,
но и оттого, что мы часто недооцениваем
своих сил. Часто не только недооцениваем
сил, но, не полагаясь на них. и не дора-
батываем своих произведений. Это особен-
но оказывается в существующих и еше
не изжитых отношениях между театром и
драматургом. Среди известной части дра-
матургов и критиков существует такая
пагубная теория, что пьеса пишется не
для чтения, а только для театра, и что в
чтении нельзя судить о качествах пьесы.
Конечно, это вредная неправда. О каче-
стве пьес Гоголя. Грибоедова. Островского,
Чехова, Горького мы судим независимо от
постановки их в театре. Утверждение же,
что пьеса не обязательно должна пред-
ставляться в театр как законченное ли-
тературное произведение, что она являет-
ся только полуфабрикатом для дальнейшей
доработки в театре, такое утверждение ве-
дет прежде всего к снижению качества
драматургии до низшего сорта литературы,
к деквалификации драматурга, к потере им
творческой самостоятельности и уважения
к себе как к писателю.
Конечно, наша драматургия, как и вся
советская литература, растет потому, что
она социалистическая, и потому, что она
растет от могучих корней — от Пушкина,
Гоголя, Грибоедова, Островского. Щедрина,
Чехова. Горького. Это мы все помним, но
думается, мы не все и не всегда помним,
что гиганты нашей литературы были преж-
де всего поэтами и потому великими дра-
матургами. Драматургия прежде всего —
поэзия, и без поэзии не может быть дра-
матургии. В ней остается и останется толь-
ко то, что овеяно поэзией.
Перед нашей драматургией совершенно
правильно ставится требование писать на
большие «узловые» темы, о больших лю-
дях. Но от большой темы до большого
произведения еше очень большое расстоя-
ние. Все дело в том. что тема должна
быть значительна не сама по себе, а пре-
жде всего считаться и чувствоваться та-
ковой для самого автора. При этом усло-
вии и маленькая тема станет большой, а
без него—самая важная и нужная тема
окажется никчемной и бесполезной. Вели-
кие писатели возводили в перл создания не
только грандиозных героев, но и маленьких
людей, потому что жизнь всех этих людей
была овеяна поэзией человечности. Наша
прекрасная жизнь, которую творит народ,
овеяна именно этой поэзией, и нужно
только уметь почувствовать ее.
Будем смело и свободно учиться у жиз-
ни — подлинного источника и учителя
нашего искусства.
Мы знаем, какую роль играют советская
наука и искусство в международной жиз-
ни. Нам известны высказывания отдель-
ных зарубежных ученых о значении со-
ветской науки для той отрасли знания,
в которой они работают. Мы знаем, какой
популярностью пользуются за рубежом со-
ветская литература, советское кино, со-
ветская музыка. Но еще не написана кни-
га о международном, о мировом значении
советской культуры в целом. Не напи-
саны еще и художественные произведе-
ния, которые отразили бы сложные про-
цессы воздействия культуры построенно-
го социализма на умы, на чувства., на
жизнь людей за пределами СССР.
Говоря о влиянии страны социализма
на культурную жизнь за рубежом, на
борьбу против фашистского мракобесия, за
сохранение ценностей человеческой куль-
туры, конечно, в первую очередь нужно
напомнить о значении Сталинской Кон-
ституции. Для трудящихся за рубежом
Сталинская Конституция — это небыва-
лая, вдохновляющая для творчества и для
боев программа действий.
Великое значение Сталинской Консти-
туции в жизни человечества заключается
в том, что эта программа действия для
пяти шестых земного шара уже превраще-
на в действительность на одной шестой.
Революционный поэт Запада может петь
о солнце социализма не только потому,
что он предвидит его восход над своей,
еще погруженной в мрак, страной, но и
потому, что он видит сияние его лучей
в стране построенного социализма.
Нет надобности распространяться о зна-
чении самого существования Советского
Союза для международного революционного
движения. Очевидно, что революционное
значение Советского Союза предопределя-
ет и его решающую роль в борьбе за но-
вую культуру освобожденного человече-
ства. Страна, в которой восторжествовал
творческий марксизм, ленинизм, страна,
жизнь которой направлялась и направляет-
ся гениями революции Лениным и
Сталиным, не может не быть источником
величайшего опыта. — политического и
культурного для передовой интеллигенции
за рубежом. Недаром «Краткий курс исто-
рии ВКП(б)» уже вызвал самый живой
интерес за пределами СССР. Эта книга,
несомненно, станет в скором времени од-
ной из популярных книг современности.
Самый факт существования страны,
правительство которой при всех обстоя-
тельствах дает отпор агрессин и готово
возглавить борьбу против разгула фашизма
и войны, придает бодрость зарубежной
интеллигенции, служит противоядием про-
тив усталости, пассивности, вдохновляет
антифашистскую интеллигенцию, дает ей
силу в творчестве и борьбе.
Фашизм в современной Европе гонят
из страны в страну лучших представите-
лей народов. Из Германии в Австрию,
из Австрии в Чехо-Словакито или в
Испанию, из этих стран во Францию,
из Франции, быть может, в другие стра-
ны Европы, — таков тернистый и тяж-
кий путь, который в наши дни продела-
ли талантливые ученые, писатели, дея-
тели искусства и науки.
Бывают минуты, когда эти люди теря-
ют твердость духа, бывают периоды, когда
они теряют почву для творчества, и в
эти тяжкие мгновения голос СССР, голос
советской интеллигенции, дела и успехи
советского народа служат, быть может,
важнейшим источником вдохновения и бод-
рости.
Советская литература в целом, неза-
висимо от мастерства отдельных наших пи-
сателей, является ведущей силой мировой
Евг. АЛЕКСАНДРОВ
литературы, ибо в произведениях совет-
ских писателей не только отражены пе-
редовые идеи современности, но их вопло-
щение в жизнь. Самая тематика советско-
го искусства означала новое слово в ис-
тории мировой литературы. Социалистиче-
ский гуманизм открывает и перед зару-
бежными писателями совершенно новые
перспективы для их творчества.
Конечно, антифашистские деятели могут
найти точку опоры для своей борьбы в
окружающей их непосредственной дей-
ствительности и, прежде всего, в соб-
ственном народе. Пример русских больше-
виков в эпоху реакции, пример немец-
ких коммунистов в Третьей империи, при-
мер героических испанских бойцов пока-
зывает, что в самых тяжелых условиях,
в самых мрачных обстоятельствах вера в
свое дело, воля к борьбе дают возможность
совершать величайшие подвиги и побеж-
дать. Но тем большее значение имеет со-
ветский маяк, ибо он освещает дальней-
ший путь народов.
Если фашизм бросает черную тень на
мир мыслителей, художников и поэтов
Запада, — то культура социализма про-
низывает этот мир своими лучами, будит
мысль за рубежом и освещает дорогу.
В наших последних исторических филь-
мах есть прекрасные кадры, рисующие
едены братания на фронте в 1917 году.
Мы знаем судьбу людей, которые были
на этой стороне в дни братания. Из них
вышли прекрасные, сознательные борцы
за революцию, храбрые большевики, че-
стные строители социализма, которые свою
сознательную жизнь начали, прочтя пер-
вую большевистскую листовку в окопах
и протянув руку солдату по другую сто-
рону фронта. Но что сталось именно с
теми, кому протянули руки русские ра-
бочие и крестьяне? Какова их судьба?
Мы говорим не о людях Ремарка, кото-
рых постигло разочарование после окон-
чания войны и которые не нашли места
в жизни, мы говорим |'акже не о ком-
мунистах, которые знают, что их место
— на передовой линии огня. Русскому
«человеку с ружьем» противостоял гер-
манский «человек с ружьем», и он также
не забыл той минуты величайшего под’е-
ма, когда он осознал, что существуем
международная солидарность в борьбе
против эксплоатапии человека человеком,
в борьбе против империалистического на-
силья. Эти люди с 1917 года несут в
себе зародыши того, что мы называем
культурой социализма, и трудно переоце-
нить значение в жизни отдельных людей
тех решающих переломных минут, когда
протянутая через проволочные загражде-
ния рука, когда неожиданно услышанная
фраза и брошенный лозунг пробудили в
них тягу к социализму.
Мы привели этот пример не для того,
чтобы сказать, что именно немпы, ав-
стрийцы, участники братания в 1917 го-
ду, должны оказаться в первых рядах
антифашистской борьбы в 1939 году, хотя
это и весьма вероятно. Мы хотели толь-
ко на особенно ярком примере братания
показать роль психологических факторов,
неуловимых процессов в жизни отдельных
людей для формирования социалистическо-
го сознания. Нет сомнения, что вести, иду-
щие из Советского Союза, даже отрывоч-
ные сведения о советской культуре, о
нашей литературе, даже случайные кадры
советских фильмов, или снимки этих кад-
ров, даже простое фото, на котором изо-
бражен советский дом отдыха, станция
московского метро или липа советских лю-
дей, — все это элементы сильнейшего
воздействия советской культуры за рубе-
жом. Какой же снаряд великой силы пред-
ставляют собой дошедшие до зарубеж-
ного читателя произведения советской ли-
тературы, а тем более слово Ленина,
слово Сталина.
Социализм дал мопчий, небывалый в
истории толчок развитию национальной
культуры в Советском Союзе. Русский,
украинец, казах и грузин именно в усло-
виях социалистического строя наново по-
знают свою национальную культуру, соз-
дают ее и развивают. Но расцвет нацио-
нальной культуры в СССР является силь-
нейшим фактором для пробуждения нацио-
нального самосознания за рубежом не толь-
ко в политической, но и в культурной
жизни. Недаром именно коммунисты в Ев-
ропе и в Америке становятся застрельщи-
ками в борьбе против фашистских разру-
шителей культуры, против их человеконе-
навистничества. и в борьбе за подлинное
освоение культурный: ценностей, создан-
ных народом, но непонятых или потерян-
ных одичавшей буржуазией. Не случай-
но Торез — этот подлинный сын фран-
цузского начода вскрыл перед массами
истинный смысл «Марсельезы», и она за-
звучала по-новому. Не случайно Эрл Бра-
удер, руководитель американской комму-
нистической партии, с таким под’емом бо-
рется за оживление истинных американ-
ских традиций и вызвал к жизни народ-
ный образ Линкольна.
Мы обрели нашу социалистическую ро-
дину. Мы — патриоты своего социали-
стического отечества. Но вместе с Нами
обрели свою родину миллионы трудящих-
ся за рубежом. Они нашли в Советском
Союзе свое духовное отечество, отнюдь не
разрывая кровных связей со своей стра-
ной, а, наоборот, еше в большей степени
их укрепляя. Крупнейший современный
германский поэт Иоганнес Бехер написал
лучшие свои стихи о Германии, как своей
родине, находясь в Советском Союзе.
Я в доме деревянном под Москвою
Живу, где родину нашла вторую
Поэзия. О, как просторен мир.
Где человек завладевает счастьем.
. а , в
Я в доме деревянном улетаю
В Германию, спускаюсь там, где Урах,
Где сузилась долина — словно мир
Замкнулся вдруг пологими холмами.
Так пишет Бехер в своей поэме «Дере-
вянный домик», в которой он как бы
построил «мост воспоминания», чтобы «по
нему спасти, что любо нам и дорого:
нетленные богатства народа». Воздух Мос-
квы вдохновляет антифашистского поэта
Германии на борьбу за воздух Германии,
за нее самое. Так, построенное, обретен-
ное нами социалистическое • отечество
служит опорой для борьбы других наро-
дов за свою культуру, за свою родину.
Это наша общая борьба, ибо речь ‘ идет
о том. чтобы вывести все человечество
на тот светлый путь социализма, по ко-
торому уже далеко вперед ушел СССР.
От него тянутся неисчислимые нити к
народам, еще замкнутым в темнице капи-
тализма. Почетная задача мастеров сло-
ва — показать, как тесно связана рево-
люционная борьба за рубежом с социа-
листической культурой в нашей стране,
показать международное значение совет-
ской культуры не только, как оно выра-
жается в общественной жизни, но и как
оно преломляется в жизни людей, в их
психике, в их творчестве.
М. ИСАКОВСКИЙ
Писательская
застольная
НА МОТИВ ПЕСНИ
«БУДЬТЕ ЗДОРОВЫ»
Будьте здоровы,
Пишите богато.
А мы уезжаем
До Гослитиздата.
Желаем, чтоб каждый,
Как надо трудился,
Чтоб стол от стихов
От хороших ломился;
Чтоб все их читали
С большою охотой.
Чтоб к ним, если надо,
Нашлись бы и ноты.
Еше пожелаем
Для полной программы:
Чтоб шли на театре
Все новые драмы;
Чтоб вы сочиняли
И ярко, и сильно,
Чтоб вы не забыли
Дорогу к Мосфильму.
Еще пожелать вам
Немного осталось:
Чтоб по сто романов
В году появлялось.
А если, по счастью,
И вдвое прибудет, —
Ннкто с вас не спросит,
Никто не осудит.
Так будьте ж здоровы,
Пишите богато.
А мы уезжаем
До Гослитиздата.
ТВОРЧЕСКИЙ ВЕЧЕР
Л. ЛЕНЧА
5 марта в Центральном доме журнала*
ста состоялся творческий вечер Леонида
Ленча.
— Л. Ленч, — сказал в своем вступи-
тельном слове Г. Рыклин, — пришел В
литературу из газеты и тонкого журнала.
Печать журнализма, в лучшем смысле!
этого слова, т. е. политическая острота и
жизненность образов, присущи всему на-
писанному Ленчем. Сочетание художест-
венности с публицистической страстно-
стью — вот что определило успех «Павла
Грекова». Ленчу необходимо беречь это цен-
ное свойство и изучать живую жизнь вО
всех ее проявлениях, непрерывно накан
пливать жизненный опыт и наблюдения.
Л. Ленч рассказал 0 своей работе Й
прочитал несколько новых новелл.
Большой успех имели рассказы и скэт*
чи Л. Ленча, превосходно исполненные
артистами театров Революции, Вахтангове,
Сатиры и Театра эстрады и миниатюр.
Концертные выступления показали, что
миниатюры Ленча нашли себе прочное
место в репертуаре эстрады.
Удивляет, почему Л. Ленч, автор ряде
прекрасных рассказов, один из авторов
«Павла Грекова» — пьесы, получившей
единодушное признание советской обще-
ственности, до сих пор не принят в чло*
ны союза советских писателей.
КАЛЕНДАРЬ
КЛУБА ПИСАТЕЛЕЙ
Завтра, 11 марта, в 23 часа — вечер
отдыха.
13	марта — лекция профессора Гуреви-
ча: <Шаг вперед, два шага назад». Нача*
ло в 20 часов.
В 21 час зо мин. — вечер Рины Зеле-
ной.
14	марта — лекция профессора В. Ас-
муса на тему: «Томас Манн и ремесло пи-
сателя».
15	марта — декадник секции поэтов*
Чтение и обсуждение поэмы 0. Колыче-
ва «Щорс». На вечере выступят участии*
ки гражданской войны — соратники?
Щорса.
НА ВОИНЕ КАК НА ВОИНЕ
В искусстве главное — человек.
И искусство, если оно хочет быть жи-
вым и великим, обязано всмотреться в
жизнь, в человека, в его сегодняшний,
вчерашний и будущий день.
Дни этого человека захватывающе инте.
ресны.
Социализм очень человечен.
Колонны идут 'по Красной площади, гре-
мят аплодисменты на концерте, женщина
нйньчит ребенка, девушка едет на Даль-
ний Восток помогать Хетагуровой, умный
старик играет о ребятами, человек смот-
рит на облака, человек об’езжает места,
где когда-то он бился с белыми, человек
умирает за человека, человек живет за че-
ловека, — все это овеяно счастьем, гор-
достью, благородством.
Такая хорошая и сердечная родина у
мао.
Ну, бывают неполадки, глупости, деше-
вые эффектики, мещанские грустишки, не.
лепицы. Но это — не характерное, случай
ное, временное. Это от старого. Это ненави-
дим.
Так и текла бы жизнь, теплыми весен-
ними днями, но вот...
Т-р-а-а-ах!
Что это?
Послышалось!
Не бойтесь!
Ерунда!
Земля!
Смотрите,
что по волосам ее?
Морщины окопов легли на чело!
Т-с-с-с-с-с-с...
грохот.
Барабаны, музыка?
Неужели?
Она это,
она самая?
Да!
началось.
(Маяковский «Война и мир»)
...Вторая империалистическая война.
И вы идете на работу, на митинг, от-
дыхать в лес, купаться в море, писать
книгу, лепить статую, играть на сцене,
сниматься в кино, слушать симфонию, ра-
ботать, творить, —с мыслью что началась!
Вы раскрываете газету, и перед вами
встает картина разбоя, грабежа, попрания
фашистами *мых элементарных прав че-
ловека W
Литературная газета
6	------ № 14
н. охлопков
Из сумасшедших домов Германии, Ита-
лии и вечно желтой от злости Японии вы-
бежали тысячи оголтелых зверей, хватаю-
Щ'Мх и терзающих каждого, кто осмелился
быть человеком.
Теперь ваша мысль то и дело несется
туда, где сейчас
...падает красный снег
сочными клочьями человечьего мяса.
Но художник не прячется под постель,
не валится опустошенным на тюфяк, не
вгрызается зубами в подушку, чтобы за-
глушить страх и отчаяние, не погружает-
ся в иллюзорные сны.
Он уже давно знал, что так будет.
Он уже давно фронтовой солдат.
Не тот, что, придя на побывку домой
о фронта, скулит, как побитая собака:
«...Я представлял себе отпуск иначе...
Охотнее всего я остаюсь один... Мое беспо-
койство растет. Устрашающее чувство от-
чужденности внезапно поднимается во мне.
Я не могу вновь найти себя, я отвержен...
Безучастно и печально я сижу, как осуж.
денный, а прошлое отворачивается от ме-
ня. В то же время я боюсь слишком умо-
лять его. потому что не знаю, что тогда
может случиться...» (Ремарк «На западном
фронте без перемен»).
Мы не закричим ни в жизни, ни в ис-
кусстве, как кричал на фронте итальянец
Пассини у Хемингуэя в «Прощай, ору-
жие»: «О, Иисусе, убей меня! Христос,
убей меня, пречистая дева Мария, убей
меня! Прикончи! Прикончи! Прикончи!»
Слепой страх перед действительностью
и правдой чужд нам. Если уж страшиться
чего, то страшиться сладеньких попыток
приукрашивать жизнь созданием лживых
иллюзий.
«Охотнее всего» — мы вместе с народом,
о товарищами. «Устрашающее чувство от-
чужденности» нам не свойственно. Прош-
лое наше, героическое прошлое нашего на-
рода не только не «отворачивается» от те.
бя, а зовет к такому же яркому и силь-
ному воплощению себя в искусстве, каким
оно было в действительности.
В наших театрах мы, выражая свою
любовь к героическому прошлому народа,
воспеваем и «Ивана Болотникова», и взя-
тие русскими войсками Берлина, и «Ива-
на Сусанина», «Александра Невского»,
«Богдана Хмельницкого», «Петра», «Пол-
ководца Суворова», «1812 год», и леген-
дарную героику гражданской войны и на-
ших дней в «Оптимистической траге-
дии», в «Кочубее», в «Пути к победе», в
«Кубанцах», в «Гибели эскадры», в «Лю-
бови Яровой», «Мы из Кронштадта», «Ча-
паеве:», «Волочаевских днях», «Ленин в
Октябре», «Ленин в 1918 году», «Человек о
ружьем», «Падь Серебряная» и т. п.
Советское искусство мощно идет вперед
по пути расцвета. На моих глазах стано-
вятся крепкими художниками, подлинны-
ми мастерами театра согни актеров и де-
сятки режиссеров.
Сила их в том, что они имеют право и
основания любить жизнь.
Они знают, что если человек прекрасен
своей смелостью, дерзаниями, мечтой, сво-
ей правдой и мужеством, если он разгадал
подлинный смысл жизни, если сердце его
полно неиссякаемой любви к своей родине,
то, будь он иа мирных полях или на по-
лях сражений, он всюду и всегда останет-
ся прекрасным.
Дни этого человека и в мирном труде
и в битвах за счастье человечества захва-
тывающе интересны.
Этого человека очень трудно выразить
в искусстве так же красиво, умно и звон-
ко. как ты его чувствуешь.
Но в этом Твое назначение.
«Народу, — писал Р. Роллан, — нужен
театр, в котором бы он узнавал себя, во-
сторгался бы своим прошлым. Спектакль
должен будить любовь к величию, укреп-
лять волю к подвигу».
При всех положительных качествах мно-
го еще в наших пьесах и постановках бу-
колических пасторалей, романтической
патоки, плакатного героизма, «либераль.
ной» лакировки, монументальности «на ко-
турнах», а то и «правденки», бытовизма,
натуралистичности и пр.
Говоря словами Белинского, нам надо
утверждать па театре «не преувеличение,
не ложь, не ребяческую фантазию, а факт
действительности, такой, как она есть,
но факт, не списанный с действительности,
а проведенный через фантазию поэта, оза-
ренный светом общего (а не исключитель-
ного, частного и случайного) значения, воз-
веденный в перл создания и поэтому бо-
лее похожий на самого себя, более верный
самому себе, нежели самая рабская копия
о действительности верна своему оригина-
лу».
Многие, боясь оторваться от земли, с го-
ловой уходят под нее. Ограниченно© по-
нимание реализма снимает о многих на-
ших произведений все поэтическое, вдох-
новенное, все, что отличает дарование от
природной Неспособности быть художни-
ком, а мастера от ученика. Анри Барбюс
в своей книге «Золя» писал о «фанати-
ках от реализма», которые «благодаря по-
стоянному урезыванию и химической сте-
рилизации понятия «поэзия» довели себя
до увечий...»
Конечно, художник не должен творить
мир из своей головы. Он должен понять
закономерности об’ективно существующей
действительности, закономерности, сущест-
вующие вне его сознания, и претворить
это познание через себя в своем художе-
ственном творчестве. Но такие великие ма-
стера искусства, как Горький и Станислав-
ский, огромное значение придавали при
этом художественному вымыслу, «художе-
ственной сценической были», воображению
и догадке. Правда, да, правда, «но правда
богатой фалтазии, а не бедной» (Стани-
славский).
Мы не умеем находить в человеке тех
«двадцати людей, которые сидят в нем»,
говоря языком Коля Брюньона. Мы знаем,
что человек — это не мешок картофелин,
ничем друг от друга не отличающихся. Но
нам далеко еще до тех таежных следопы-
тов, которые по совершенно непонятным
Для простого глаза признакам угадывают в
горах и тайге, кто прошел, с чем прошел,
старый или молодой, чем он занимался в
лесу и т. п.
В литературе делать это умеют Шоло-
хов и А. Толстой.
Право же, этого нехватает нам.
Вот почему многие постановки наши
отличаются друг от друга только степенью
каких-то первобытных творческих сил, за-
траченных на нее постановщиком и ре-
жиссером.
Искусство постановки спектакля часто
сводится только к игре актера.
Нужно ли в тысячный раз говорить
всем нам, что актер — это главное в
театре, что актер — основа его!
Давайте же поговорим и о роли поста-
новщика-режиссера. Теорию актерского
мастерства и мастерства режиссера-педаго-
га мы имеем. Теорию мастерства постанов-
щика следует еше создать. Ее еще нет.
Какой огромный материал в этом плане
дадут работы Станиславского, Немировича-
Данченко, Мейерхол1^а^ Вахтангова, Мард-
жанишвили и других.
Разве не ясно еще, что существует мно-
го режиссеров, умеющих прекрасно рабо-
тать о актером над ролью (хотя часто это
умение заканчивается вместе о окончанием
«застольной» работы и улетучивается при
переходе на сцену), но совершенно не-
способных создать спектакль в целом, оп-
ределить образ всего спектакля, найти
его единый стиль, театральное его выра-
жение, композицию его. атмосферу и пр.
и т. д.
Да мало ли в нашем деле недостатков.
Все это, несомненно, выправится.
Главный недостаток, на мой взгляд, за-
ключается в том, что при всем сравни-
тельном многообразии существующих теа-
тральных жанров, стилей, типов и видов
театра у нас нет именно того театра, без
которого наш театральный фронт явно не-
полон.
Нет театра Маяковского.
Конечно, Малый театр не только театр
Островского, но прежде всего ему и его
славным традициям он обязан своего ог-
ромною ролью в искусстве.
Художественный театр обязан прежде
всего Горькому и Чехову.
О началах театра Маяковского можно
говорить с тем же правом, как и о началах
театра Мольера, театра Пушкина Гоголя,
Лопе де Вага и т. д. и т. п., т.-е. как о
совершенно и подлинно оригинальной ху-
дожественной стихии, как об определенной
системе художественных взглядов на театр,
как о своеобразном поэтическом театраль-
ном строе.
Пламенность трибуна и революционный
оптимизм, простота, четкость и чеканность
образов, занявших место его ранних ги-
пербол; суровая лиричность, страстность—
да еше какая! — страстность, роднящая
его с Шекспиром, подлинное новаторство и
в основе всего — настоящая жизнь.
Но она
в зрелище необычайнейшее
театр ом превращена.
Он звал в искусстве «на баррикады сер-
дец и душ». Улины — его «кисти», пло-
щади — его «палитры».
Он в поэзии и на театре похож на
мощного Чкалова в авиации.
Что бы он написал, если бы только был
жив!
Дело не только в его «Мистерии-Буфф»,
«Бане», «Клопе», айв той глубине и па-
тетичности раскрытия острых человеческих
переживаний, которые захватывают нас,
как захватывают монологи Шекспира и в
«Перовском». и «Владимире Ильиче
Ленине», к «Войне и мире», «Мы не ве-
рим», «Во весь голос», «Мама и убитый
немцами вечер». «Про это» и т. д.
Место его театра — на огромных мас-
совых аудиториях, на площадях и стадио-
нах.
Театр Маяковского — это еще нера-
скрытое начало нового романтического теа-
тра наших дней, для которого необходимо
специально воспитывать режиссеров и ак-
теров, владеющих подлинной простотой,
но о трепетностью и громовым внутренним
голосом, каким были одарены Ермолова,
Мочалов. Томасо Сальвини, Кин, Тальма
и др.
Оставаясь самими собой, смеясь и плача
по-своему, пусть поэты и прозаики нашей
эпохи — Сельвинский, Асеев. Кирсанов,
Вс. Вишневский и многие другие — под-
хватят знамя романтики, вырванное пулей
из рук Маяковского.
А как бы зазвучала в этом театре тра-
гедия Сервантеса «Нумансия», в переводе
и обработке такого поэта, как Пастернак.
Соберитесь, поговорите об этом.
У иас все есть, даже «Камерный» театр»*
А театра Маяковского — нет!
Нам нужен театр того активного роман*
тизма, о котором писал Горький, подчер*
кивая,что «основное назначение искусст-
ва — возвыситься над действительностью,
взглянуть на дело текущего дня о высоты
тех прекрасных целей, которые поставил
перед собой рабочий класс, родоначальник
нового человечества. Героическое дела
требует героического слова».
Чтобы придать творческой «регулярной ,
армии» работников искусства огромную»
стремительность и маневренность, необхо-
димо создать, так сказать, вое «роды Ж
виды» творческого оружия, найдя для
них свободные формы движения.
Единым советским фронтом многообраз-
ных и разновидных творческих отрядов!
мы и прямо в лоб, и сбоку, и 6 тыла,
и изнутри, и сверху должны силой наше-
го искусства раскрывать всю наиподлей-
шую природу хищников XX века, перед
которыми меркнут и Яго, и Иудушки Го-
ловлевы, и Салтычихи. Не экзотически-
деюоративное восприятие действительности,
не безнадежность и трусость перед .лицом
новой войны, а политически-страстное ра-
скрытие истинных причин и мотивов ее.
Мы должны рассказать миру о том, что!
на одной шестой части его, в социали-
стическом отечестве всех трудящихся —*
Советском Союзе, «мы имеем право гор-
диться и считать себя счастливыми тем,
что нам довелось первыми свалить в од-
ном уголке земного шара того дикого зве-
ря, капитализм, который залил землю
кровью, довел человечество до голода и
одичания, и который погибнет неминуе-
мо и скоро, как бы чудовищно зверски
ни были проявления его предсмертного
неистовства» (Ленин).
Мы должны всмотреться в прошлое, и
там, среди воя и разрывов гранат на по-
лях сражений, среди горя и отчаяния за-
парываемых парями деревень, различить
шквалы народного гнева против jraeta-
телей и бури народной любви к своей от-
чизне, к свобод-?. И мысли, такие же жар-
кие, опаляющие сердце, как у Шекспира:
Нет. лучше обнажим
Губящий меч, пойдем спасать’ отчизну
И бодро станем за свои права.
Что новый день, то вопли новых вдов,
И плач ойрот, и тяжкий стон
несчастья
Восходят к небу...
(«Макбет»).
Мы уже давно, товарищи, фронтовые
солдаты. Солдаты великой народной ар-
мии искусства. И мы должны поступать,
как на войне.
РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:
В. СТАВСКИЙ, Е. ПЕТРОВ. В. ЛЕБЕДЕВ.
КУМАЧ Н. ПОГОДИН, О. ВОЙТИНСКАЯ.
РЕДАКЦИЯ: Москва, Пвследний перч д. 26, тел. К 4-46-19 и К 4-34-60, ИЗДАТЕЛЬ: издательство «Советский писатель», Москва, Б. Гнездниковский, 10.
Удоляомоч. Главлита Б-1425.
Типография газ. «Индустрия», Москва, Цветной бульвар, 30.
С