Общество
"Мемориал"
Фо нд
имени
Ген ри ха
Бёлля
КОРНИ
ТРАВЫ
СБОРНИК
СТАТЕЙ
МОЛОДЫХ
ИСТОРИКОВ
Москва
"Звенья" 1996

ББК
63.3(2)7
К
67
Совет
программы
«Поддержка молодых исследователей
—
1995»:
Кристина
Бах,
Лариса
Богораз,
Татьяна
Великанова,
Елена
Жемкова,
Татьяна
Касаткина,
Марина
Павлова-Сильванская,
Екатерина
Шукшина,
И рина
Щербакова
Под
редакцией
Л.С.Ере м ин ой
и
Е.Б.Жемковой
Издание
сборника
осуществлено
при
поддерж к е
Фон да
им.Генриха
Б елля
совместно
с
«Stiftungsverband Regenbogen e.V .»
ISBN 5-7870-0001-3
©НИПЦ «М емори ал», составление, 1996 г .
©М.Кор ен ева,
офо рм лен ие, 1996 г.

От
редакторов
Сборник,
который
мы
предлагаем
читателю,
не
совсем
обычный.
В
нем
представлены
статьи
молодых
историков,
чьи
исследования
проводились
не
в
ст енах
традиционных
а кад емиче ски х
учрежде­
ний,
а
в
рамках
программы
«Поддержка молодых исследователей»,
осуществляемой
двумя
гуманитарными
общественными
ор гани за­
ц иями
—
обществом
«Мемориал» (Москва)
и
Фондом
им ени
Генриха
Бёлля
(Кёльн). Большинство наших авторов работают вдали от столич­
ных
нау ч ных
центров,
и
это
—
пр инципиал ь но
важ ное
обстоятельство.
В сех
без
исключения
авто р ов
этого
сборника
можно
назвать
начинающими:
ср едний
их
возраст
около
двадцати
пяти
л ет,
а
самым
молод ы м
едва
исп олн ило сь
двадцать.
Таким
образом,
книга
позволяет
увидеть
панораму
интересов
и
проблем
нового
поколения
исследователей,
разрабатывающих
традиционную
«мемориальскую»
тематику
—
изучение
ист ор ии
поли ти ческ их
репрессий.
Впрочем,
сегодня
эта
тематика
пон имается
более
ши рок о,
чем
н ес колько
лет
н азад,
и
предметом
исследования
ста но вятся
не
только
п оли тич ес­
кие
репрессии
в
узком
смысле
слова,
но
и
сам ые
разные
аспекты
системы
отношений
между
тоталитарной
влас т ью
и
обществом.
Особенно
хотелось
бы
отметить
растущий
инт ер ес
к
истории
о бще­
ственного
сопротивления
тоталитарному
диктату.
При
э том
сопро­
тивление
в
наши
дни
рассма три в ается
уже
не
только
как
интел­
лек т уаль но -нр авственны й
феномен,
имеющий
уз ко
биографическое
значение,
—
гуманитарная
мысль
пос теп ен но
осознает
системность
этого
я вле ния
и,
соответственно,
пыт ается
его
осмыслить.
Все
мы
помним
волну
ко ло ссаль но го
общественного
ин терес а
к
новейшей
отечественной
истории,
поднявшуюся
в
эпоху
пе рест р ой­
ки,
в
1987-1991 гг.
Сейчас
эта
в олна
очевидным
об разо м
схлынула.
Не
будем
много
р ассу жд ать
о
то м,
хорошо
это
или
плохо:
это
так.
В
сущности,
уже
в
те
го ды
бы ло
ясно,
что
массо вый
ажиотажный
спрос
на
ис тори ю
возник
ли шь
как
производное
от
и нт ересов
иного
рода,
прежде
всего
—
от
политических
ст р астей.
В
э том
не
был о
ничего
дурного,
и
те,
для
кого
история
—
не
абстрактное
знание
о
прошлом,
а
нечто,
постоянно
присутствующее
в
нашей
сег одн яш ней
жизни
нез ависимо
от
в нешни х
обстоятельств,
могут
лишь
радовать­
ся,
что
о днажды
их
чувства
разделил
вес ь
народ,
и
чт о,
в
конечном
счете,
именно
пробудившееся
и стори чес кое
сознание
масс
о пред е­
л ило
в
решающий
момент
на ше
будущее.
3

В
наши
дни
по лит икой
зан им ают ся
политики,
остальных
о бще­
ственные
проблемы,
кажется,
не
очень
интересуют.
Прошлое ,
о дна­
ко,
пр о дол жает
б ыть
предметом
спекуляций.
В сем
памятно,
что
совсем
недавно
лиде р
кр уп нейш ей
партии,
пр ет енд овав ший
даж е
на
верх овн ую
власт ь,
пу блич но
заявлял:
ни как их
ма сс овых
репрес­
сий
на
самом
дел е
не
бы ло.
Ра зум ее тся,
за
рубежом
тоже
иногда
сл ышат ся
голоса,
заявляющие,
что
на цист ские
лаг еря
с мерти
—
ми ф,
созданный
пропагандой
союзников.
Но
там
подобные
заявле­
ния
—
у дел
политических
маргиналов,
и
дискуссионной
остается
л ишь
одна
проблема:
по длеж ат
ли
авторы
эт их
у т верж дений
уголов­
ному
преследованию,
и
е сли
да,
то
какому
им енно .
Означает
ли
упомянутое
выше
утверждение
об
о тсут ств ии
мас со вых
политичес­
ких
репрессий
в
СССР,
что
его
автор
становится
по ли тичес ким
маргиналом
в
нашей
стран е?
К
сожалению,
эт от
в ывод
каж ет ся
преждевременным.
Поэтом у
чрезвычайно
важной
пр ед ставл яется
ра бота
историков,
занимающихся
массовыми
репрессиями
в
СССР,
пусть
даж е
их
иссле­
дования
уже
не
вызывают
того
общественного
возбуждения,
как
шесть-семь
лет
назад.
Вдво йн е
важно,
что
в
эти
исслед о вания
актив но
в клю чает ся
молодежь
—
как
на
про фессио наль но м,
так
и
на
любитель­
ско м
уровне.
И
втройне
ва жно,
что
это
происходит
не
тол ько
в
стол и­
ца х,
но
и
в
провинции.
Все
это
вмест е
взятое
о знач ает:
в
общественном
сознании
начались
глубокие
и,
гла вн ое,
нео бр ат имые
п еремен ы.
Как
известно,
почва
для
роста
гражданского
общества
создает­
ся
прежде
всего
л ок аль ными
и
децент рали зо ванны ми
граждански­
ми
инициа тив ам и
—
тем,
что
в
англоязычном
обществоведении
п рин ято
называть
^корнями травы* (roots of grass).
То
же
можно
ск азать
и
о
гр аж дански м
сознании
и,
в
частности,
о
его
важнейшей
компоненте
—
историческом
со знании.
Большинство
пред ставл енны х
в
сборнике
м а тери алов
тес но
связаны
с
историей
регионов,
и
это,
на
наш
взг л яд,
свидетельствует
не
только
о
постепенном
возрождении
исторического
краевед ени я
в
России,
но
и
о
том,
что
семена,
посе ян­
ные
«Мемориалом»
и
другими
историко-просветительскими
о бщес т­
вен ными
ор га низа циям и,
начинают
дава ть
в с ходы.
Пестрота
исследовательских
методик,
жанров
публикаций
и
да же
об ст ояте льс тво,
к оторо е
в
иной
ситуации
можно
было
бы
отне­
сти
к
не доста тка м
сбо рн ика,
—
очевидная
н е одн ороднос ть
научного
уровн я
в ыпо лненны х
исследований,
—
в
этом
контексте
об ор а чива­
ются
едв а
ли
не
достоинствами.
Это
—
естественные
осо бенно сти
роста,
и
составители
не
сочли
возможным
ни
производить
селек цию
работ
по
обычным
пуб лик ацио нным
критериям,
ни
нивелировать
их
посредством
ч ересч ур
усердного
научного
и
ли тер ат урн ого
ред акти­
рования.
Что
у
нас
по л уч илось
—
судить
читателю.

Vorwort der Redaktion
Wir legen dem Leser einen nicht ganz gewöhnlichen Sammelband
vor. Er enthält Artikel junger Historiker, deren Forschungsarbeiten
nicht in traditionellen akademischen Einrichtungen, sondern im
Rahmen des Programms «Förderung junger Forscher», getragen von der
Gesellschaft «Memorial» (Moskau) und der Heinrich-Böll-Stiftung (Köln),
entstanden. Die meisten unserer Autoren arbeiten weit entfernt von den
wissenschaftlichen Zentren der Hauptstadt, und dies hat grundsätz­
liche Bedeutung.
Alle Autoren können ausnahmslos als Anfänger bezeichnet werden.
Ihr Durchschnittsalter ist 25 Jahre, die jüngsten aber sind kaum
zwanzig Jahre alt. Der Sammelband ermöglicht also den Blick auf das
Spektrum der Interessen und Probleme einer neuen Generation von
Forschem zum traditionellen «Memorial»-Thema der Geschichte der
politischen Repressionen. Diese Thematik wird heute weiter gefaßt als
noch vor einigen Jahren, erforscht werden nicht nur politische Repres­
sionen im engen Wortsinn, sondern auch verschiedenste Aspekte des
Beziehungsgefüges von totalitärer Macht und Gesellschaft. Besonders
hinweisen möchten wir auf das wachsende Interesse für die Geschichte
des gesellschaftlichen Widerstandes gegen die totalitäre Diktatur. Wid­
erstand wird in unserer Zeit nicht mehr nur als Intellektuelles und
sittliches Phänomen von rein biographischer Bedeutung betrachtet.
Das geisteswissenschaftliche Denken kommt immer mehr zur Erken­
ntnis seines Systemcharakters und versucht, ihn dementsprechend
darzustellen. Spuren dessen sind auch in einigen Artikeln des vorliegen­
den Bandes zu finden.
Wir alle erinnern uns an die Welle des kolossalen öffentlichen
Interesses für die neuste Geschichte unseres Landes in der Zeit der
Perestroika zwischen 1987 und 1991. Sie ist heute eindeutig abgeebbt,
wir konstatieren dies, ohne lange zu überlegen, ob es gut oder schlecht
ist. Schon damals war im Grunde klar, daß das aufgeregte Interesse für
die Geschichte überwiegend für ganz anders geartete Interessen, vor
allem für politische Leidenschaften stand. Daran war nichts schlechtes.
Und diejenigen, für die Geschichte kein abstraktes Wissen über die
Vergangenheit darstellt, sondern in unserem heutigen Leben unabhän­
gig von äußeren Umständen ständig präsent ist, können sich darüber
nur freuen, daß das ganze Volk damals dieses Gefühl teilte und daß
letzlich sein erwachtes Geschichtsbewußtsein im entscheidenden
Augenblick die Weichen für unsere Zukunft stellte.
5

Heute beschäftigen sich mit der Politik nur die Politiker, die übrigen
scheinen sich nicht allzu sehr für gesellschaftliche Probleme zu interes­
sieren. Die Vergangenheit ist nach wie vor Gegenstand von Spekula­
tionen. Alle erinnern sich daran, wie erst vor kurzem der Führer der
größten Partei, die vorhatte, die Regierungsmacht zu erringen, öffentlich
erklärte, daß es, genau genommen, gar keine massenhaften Repres­
sionen gegeben hatte. Zwar kann man auch im Ausland ab und zu
Behauptungen hören, daß die nazistischen Todeslager ein von der
allierten Propaganda erfundener Mythos sei. Derartige Erklärungen
gehören aber zum Sprachgebrauch politischer Randgruppen und lösen
höchstens Diskussionen darüber aus, ob nach welchen Paragraphen
ihre Autoren strafrechtlich zu verfolgen sind. Bedeutet die erwähnte
Behauptung, daß es in der UdSSR keine Massenrepressionen gab, daß
ihr Autor zur politischen Randfigur wird? Diese Schlußfolgerung sche­
int leider verfrüht.
Die Arbeit der Historiker über massenhafte Repressionen in der
UdSSR bleibt deshalb äußerst wichtig, auch wenn sie keine derartige
Aufregung der Gemüter wie noch vor sechs Jahren mehr auslöst.
Doppelt wichtig ist, daß sich an diesen Forschungen die Jugend be­
teiligt, professionell ebenso wie als Amateure, und, noch wichtiger, daß
dies nicht nur in der Hauptstadt, sondern auch in der Provinz geschieht.
Alles zusammen weist auf tiefgreifende und vor allem unumkehrbare
Veränderungen im gesellschaftlichen Bewußtsein hin. Der Boden für
das Wachstum der Zivilgesellschaft wird bekanntlich vor allem durch
lokale und dezentrale Bürgerinitiativen bereitet — was in den anglo­
amerikanischen Gesellschaftwissenschaften «gross roots* genannt wird.
Analoges gilt für das Bürgerbewußtsein und besonders für das
Geschichtsbewußtsein als für sein zentrales Element. Die hier vor­
gestellten Materialien sind mehrheitlich eng mit der Geschichte der
Regionen verbunden. Dies zeugt nicht nur von einem allmählichen
Wiedererstehen der historischen Regionsforschung, sondern auch
davon, daß die Saat, die «Memorial» und andere, mit Geschichts­
aufklärung befaßte Organisationen ausgebracht haben, aufzugehen
beginnt.
Die Palette der Forschungsmethoden und Textgattungen und sowie
die augenfällige Uneinheitlichkeit des wissenschaftlichen Niveaus der
Beiträge - in einer anderen Situation eher als Nachteil zu werten —
erweisen sich in diesem Zusammenhang durchaus als Vorteile. Sie sind
natürliche Besonderheiten eines Wachstumsprozesses. Deshalb haben
sich die Herausgeber weder zu einer Auslese der Arbeiten nach üblichen
Publikationskriterien entschließen können noch dazu, die Unterschiede
durch eine allzu strikte redaktionelle Bearbeitung nach wissenschaft­
lichen und literarischen Gesichtspunkten zu nivelieren.
Das Urteil über unsere Absichten und ihre Ergebnisse überlassen
wir dem Leser.

Архивные
исследования.
Публикации

Марин а
Саламатова
(Новосибирск)
Л ИШЕ ННЫЕ
ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ
ПРАВ
В
НОВОСИБИРСКЕ
в
1927-1936 гг.
Лишенные
изб и рат ельн ых
п рав
(«лишенцы») —
о дна
из
наиболее
массо­
вых
групп,
подвергавшихся
репрессиям
в
1920-1930- е
гг.
Эта
дискримини­
руемая
груп па ,
до
последнего
времени
крайне
мало
изученная,
представ­
ляет,
однако,
несомненный
исследовательский
интерес,
пос кольк у
включает
представителей
самых
разн ых
слоев
и
сословий
до-
и
послере­
волюционного
об щес т ва : « кулаков », « нэпманов », административно­
ссыльных,
а
также
всевозможных
«бывших»
—
дво рян ,
белых
офи це ров,
полицейских,
священников.
Множественностью
прич ин
л иш ения
избирательных
прав
объясняет­
ся
и
разнородный
демографический
состав,
об разо вател ьн ый
уров ень ,
с оциа л ьное
положение
и
другие
статусные
характеристики
«лишенцев» .
Действительно,
б ыв шего
бе лого
офицера
и,
скажем,
заж иточ ног о
крестья­
нина
объединяло,
в
сущности,
одно:
и
тот
и
другой
б ыли
поражены
в
избирательных
правах
(то есть не могли выбирать и быть избранными в
органы
государственной
в ла с ти ), лишены активного и пассивного избира­
тельного
права
в
профессиональных
и
других
общественных
ор г аниз аци­
ях,
а
также
не
могли
занимать
ответственные
должности1.
Изучение
личных
дел
лиш енных
избирательных
прав
в
Новосибирске
за
1927-1936 гг.
позволяет
составить
представление
о
социальном
облике
городских
«лишенцев».
В
20-30-е
гг.
Новосибирск
—
г ород
с
быстрорас­
тущим
населением
(в 1921 г.
—
67 000 человек,
в
1929 г.
—
153 0002), в
1921 г.
он
ст ано ви тся
а дминис тр ат ивны м
центром
С ибир и,
а
в
1930- м
—
Западной
Сибири.
Естественно,
что
характерное
для
в сей
страны
увеличе­
ние
численности
и
изменение
сост ава
«лишенцев»
в
полной
мере
прояви­
лось
и
здесь.
Об щее
число
лишенных
избирательных
пр ав
выросло
с
1000
человек
в
1926 г.
до
3300 в 1927 г.,
до
5300 в 1929 г.
и
далее
—
с
1930 до
1936 г.
—
ост ава лос ь
практически
неизменным:62003.
Для
воссоздания
социального
портрета
«лишенцев»
Новосибирска
нами
был
подв е ргнут
машинной
обработке
массив
из
800 личных дел
—
примерно
треть
от
всех
дел,
заведенных
на
л иц,
ходатайствовавших
о
восстановлении
в
избирательных
правах4.
Это
позволило
нам
составить
представление
о
демографическом
составе
«лишенцев», их образователь ­
ном
уровне,
сословной
принадлежности
до
1917 г., национальном составе,
9

партийности,
участии
в
общественной
жизни,
изменении
социального
положения.
Кроме
того,
по
сохранившимся
в
архивах
отзывам,
жалобам,
заяв лени ям
мы
мо жем
судить
об
отношении
к
ним
сослуживцев,
соседей,
родственников.
Источники,
обладая
большими
информативными
во зм ож­
ностями,
позволяют
реконструировать
облик
как
в
целом
всей
группы
«лишенцев», так и ее отдельных категорий .
Среди
лишенных
избирательных
прав
и
в
1920-е
и
в
1930- е
г.
почти
3/4 составляли мужчины .
Женщин,
как
правило,
лишали
пра в
только
за
торговлю
и
предпринимательство,
как
членов
семе й
«лишенцев»
и
—
в
редких
случаях
—
как
административно-ссыльных.
Ж е нщины- «л иш енки»
бы ли
менее
образованны,
чем
мужчины:
п реобла да ли
получившие
на ча ль­
ное
образование,
а
то
и
вовсе
неграмотные.
Л ишь
1/5 часть женщин
получили
среднее,
средне-специальное
или
высшее
образование.
В
отличие
от
мужчин,
они
почти
не
принимали
уча с тия
в
общественной
жизни,
не
состояли
в
профсоюзах.
По чти
60% из них были домашними хозяйками,
остальные
—
работали
в
советских
учреждениях
или
по
найму.
Говоря
о
в озр ас тном
составе
«лишенцев», следует отметить,
что
60%
из
них
в
1920-е
г.
и
72% в 1930-е
был о
от
30до50
лет.
Значительная
част ь
молодежи
в
1930- е
гг.
смогла
восстановиться
в
правах
благодаря
Пост а­
новлению
ЦИ К,
принятому
в
1930 г.
Доля
люд ей
от
50 лет и старше
никогда
не
превышала
15%.
Уровень
грамотности
городских
«лишенцев», составлявший в 1927 г .
90%, в 1930- е
гг.
снизился.
Это
объясняется
двумя
причинами.
Во-первых,
в
1927 г.,
согласно
принятой
«Инструкции о перевыборах в Советы», в
массовом
порядке
лишили
избирательных
прав
всех
бы вших
б елых
офице­
ров,
чей
уров е нь
образования
ока зал ся
высок
даж е
для
г ородс ког о
населен и я.
И,
во-вторых,
в
1930- е
гг.
в
городе
в
значительном
кол и чес тве
стали
оседать
бежавшие
из
деревень
крестьяне,
а
сред и
этой
категории
20% были неграмотными.
В
1930- е
гг.
в
Новосибирске
среднее,
средне-спе­
ци ал ьное
и
высшее
образование
им ели
43% «лишенцев» .
Б о ль шинство
из
них
до
лишения
прав
работали
в
советских
учреждениях.
По
утверждению
большевиков,
лишенные
избирательных
прав
явля ­
лись
«классовыми врагами пролетарского государства » .Та ков ы ми ,
в
пер­
вую
очередь,
считались
представители
привилегированных
до
революции
сословий.
В
связи
с
э тим
мо жно
бы ло
предположить,
что
в
общ ем
числе
«лишенцев»
окажется
весьма
высо ким
удельный
вес
выходцев
из
дворя н­
ства,
купечества,
духове н с тва
(хотя необходимо иметь в виду,
что
сослов­
ное
де ле ние
к
1917 г.
уже
не
отражало
адекватно
реальную
социальную
структуру
российского
общества).
Одна ко
в
Новосибирске
в
1920-е
и
1930- е
гг.
95% «лишенцев»
не
относились
к
этим
социальным
группам:
около
трети
городских
«лишенцев»
происходили
из
мещан,
а
65% —
из
крестьян.
При
эт ом
сле дуе т
учитывать,
что
в
центральных
районах
стр аны
процент
п риви лег ир ова нных
сословий
среди
«лишенцев»
был
выше,
так
10

как
Сибирь
в
этом
смысле
регион
с пециф ич ес кий,
до
революции
здесь
практически
не
был о
дворянства.
Нельзя
не
затронуть
и
вопрос
о
н ацио наль ном
с ост аве
«лишенцев», так
как
в
литературе
вы ск азы вал ись
предположения,
что
при
л ишен ии
п рав
дискриминировались
национальные
меньшинства.
На
это т
факт
у казы вае т,
в
частности,
Эл .Ки мерли нг ,
ана лизир у я
национальный
состав
«лишенцев»
Укр аины 5.
А.И.Добкин
так же
отмечает,
что
в
Ленинграде
и
С вер дловск е
«доли евреев,
немцев,
китайцев,
греков
среди
лишенцев
в
несколько
раз
превышают
д оли
соответствующих
эт ниче с ких
групп
в
н аселени и
тех
же
ме стн о стей »6.
Однако,
по
данным,
относящимся
к
Новосибирску,
эти
пр ед­
положения
не
по дтв ер жд аются.
В
1927—1930 гг.
в
изучаемой
группе
«лишен­
цев »
этнический
состав
выглядел
следующим
образом:
ру сск их
—
88%,
украинцев
—
4%, белорусов
—-
2%, евреев
—
2%, татар
—
1,5%, немцев
—
0,5%, поляков
—
0,5%, всех остальных ( арм ян,
мо лд аван,
в е нгров
и
дру­
г их)
—
ч уть
бол ее
1%.
Сравнивая
эти
цифры
с
национальным
сос тав ом
населения
Новосибирска
на
1928 г .,
можно
утверждать,
что
они
вполне
сопоставимы
(за исключением чуть более высокой доли русских
—
в
пределах
2%) и,
сл едов ат ельн о,
дискриминации
«лишенцев»
по
национальному
при ­
знаку
в
эти
г оды
в
Новосибирске
не
было.
В
1930-е
гг.
среди
городских
«лишенцев»
до
7% увеличилась доля евреев,
что
связано
с
рос том
числа
ад мин ист рат и вно- ссы ль н ых, 1/4 которых составляли евреи.
Таким
образом,
за
исключением
нетипичной
ситуации
с
административно-ссыльными,
среди
ко то рых
практически
не
бы ло
уроженцев
Сибири,
национальный
состав
«лишенцев»
почт и
не
претерпел
изме не ний
в
1930- е
гг.
Поэтому
у
нас
нет
оснований
говорить,
что
в
Сиби ри
при
лиш е нии
избирательных
прав
созна­
тельно
ди ск рим ини ро вались
национальные
меньшинства.
Мы
привели
только
самые
общие
демографические
характеристики
«лишенцёв» .
Однако
каждая
из
названных
категорий
име ла
значительные
отличия
по
составу,
происхождению,
ме сту
рождения,
занятиям
и
т. д.
Попытаемся
рассм о тр еть
более
по др обно
каждую
из
э тих
групп.
Согласно
статье
65 Конституции РСФСР 1918 г.,
определялись
семь
категорий
граждан,
не
имевших
права
избирать
и
б ыть
избранными
в
Советы
всех
уровней.
Прежде
всего
сюда
бы ли
отнесены
«лица,
прибегав­
шие
к
наемному
тру ду,
с
цель ю
извлечения
пр иб ы ли»7.
В
городе
данная
группа
была
чрезвычайно
разнородной:
к
ней
от нос ил ись
«бывшие экс­
плуататоры»
—
помещики
и
предприниматели,
бывшие
«кулаки», куста ­
ри
и
р еме сл ен ники,
пользовавшиеся
на емн ым
т рудом ,
разного
р ода
мел­
кие
хозяева.
В
этой
гру ппе
преобладали
лю ди
старше
40 лет,
хот я
среди
кустарей
и
ремесленников
нередко
встречались
и
молодые.
70% этой
группы
составляли
ремесленники
и
быв шие
«кулаки», среди которых
крайне
мало
уроженцев
Сибир и.
Многие
«кулаки»
б ыли
удачливыми
крестьянами-переселенцами
с
Украины
и
Белоруссии,
а
также
из
губерний
Центральной
России.
Среди
кустарей,
напротив,
много
сибирских
уро­
11

женцев
—
и
выходцев
из
деревни,
и
коренных
горожан.
Тех,
к ого
можно
б ыло
бы
наз ва ть
крупной
буржуазией,
кто
по д лежал
лишению
пр ав
по
пункту
«а», в изучаемой группе единицы,
и
почти
все
они
приезжие,
оказавшиеся
по
разным
причинам
в
Сибири
(некоторые из них в 1930- е
гг.
спасались
от
угрозы
лишения
прав,
переезжая
из
го рода
в
город).
Образовательный
у рове нь
«эксплуататоров наемного труда»
также
оказался
весьма
разнородным.
Среди
бывших
«кулаков»
грамотных
было
80%, что для сельской местности было высоким показателем (дл я
сравне­
н ия:
по
Сибирскому
краю,
сог ласн о
Переписи
1926 г. ,
гр а мот ными
были
ли шь
27%)8. «К улак и»
и
кустари
имели
в
основном
начальное
или
домаш­
нее
образование,
а
по мещ ики
и
предприниматели
—
среднее
или
высшее.
По
роду
занятий
и
ст еп ени
участия
в
общественной
ж изни
«кулаки»
и
кус т ари
также
значительно
разнились.
«Кулаки»
до
раск ул ачи вани я
были
достаточно
ув аж ае мыми
в
деревнях
людьми
(60% из них до 1926 г.
зани мали
там
различные
выбор н ые
дол жн ос ти ), и опасения большевиков,
что
они
могут
ок азат ь
существенное
влияние
на
мнения
и
настроения
од носель чан,
несо­
мненно
имели
основания.
Занятия
эт ой
части
«эксплуататоров»
до
раскула­
ч ивания
были
стабильны:
и
до
ре волюци и,
и
в
годы
гражданской
войны,
и
при
со ве тской
вл асти
они
за ним ал ись
хлеборобством,
за
исключением
участ­
вова вш их
в
войнах
по
м об илиз ации
—
как
в
со ст аве
Бело й,
так
и
К расн ой
армий.
Репрессиям
со
стороны
Советской
власти
до
конца
1920- х
гг.
«кула­
ки»
не
подвергались
и
л ишь
после
лик вида ци и
их
хозяйств
оказались
в
городе,
где
осваивали
рабочие
сп еци альн ост и
либ о
занимались
кустарным
трудом.
Власти
с
большой
неохотой
восст ан авливал и
их
в
п равах ,
почти
90%
из
них
оставались
в
с писка х
«лишенцев»
до
ликвидации
само го
института
«лишенчества»
в
1936 г.
Ситуация
с
кустарями
несколько
сложнее.
«Эксплуататорами»
их
стали
счи та ть
только
с
1926 г. ,
а
до
этого
работа
с
двумя
учениками
или
о дним
взрос лым
на ем ным
раб оч им
не
рассматривалась
как
эксплуатация.
Очевидно,
кустарей
и
единоличников
большевики
лишали
избирательных
прав,
чтобы
уничтожить
негосударственный
экономический
сектор
и
частную
собственность.
Ст ав
в
1927 г.
«лишенцами», они очень настойчи­
во
добивались
восстановления
в
правах,
тем
более,
что
половина
из
них
состояла
в
профсоюзах,
различных
общественных
организациях,
был
даже
о дин
член
В КП(б).
Зан ятия
их
такж е
относительно
стабильны:
ученичество,
собственная
пр актика ,
затем
—
работа
на
заво дах ,
железных
дорогах
и
т .п.
Боле е
60% подававших апелляции кустарей были восстанов­
л ены
в
избирательных
п рав ах,
так
как
имели
пятилетний
стаж
работы
и
членства
в
профсоюзах.
Многие
кустари
возмущались
факт ом
ли шен ия
их
избирательных
прав,
считая
себя
«самыми что ни на есть пролетария­
ми»
—
и
по
происхождению,
и
по
характеру
труда.
Во
избежание
тягот
«лишенчества»
мно гие
кустари
закрывали
св ое
дело
и
старались
по
возможности
устроиться
на
государственных
пр едп рия ти ях.
12

К
сле д ующей
группе
«лишенцев»
Конституция
1918 г.
относила
«жи­
вущих
на
не т рудовы е
дох о ды », но фактически сюда причисляли и торгов ­
цев .
По
численности
это
самая
значительная
категория
—
как
в
целом
по
стране,
так
и
в
Новосибирске,
где
в
разные
го ды
она
сост ав ля ла
от
30 до
44%отвсех «лишенцев»9.
Не обходи мо
отметить,
что
социальный
состав
этой
категории,
в
отличие
от
«эксплуататоров», в меньшей степени
претерпел
изменения.
В
1918 г.
«лишенцами»
стали
все
т орг овцы
н езав и­
симо
от
раз м аха
их
предприятия.
Иск лю че ние
составляли
лиш ь
торговцы
в
разнос.
Однако
в
1926 г.
и
их
причислили
к
«живущим на нетрудовые
д ох од ы », не беря во внимание,
что
многих
вы ну дила
з анять ся
торг овле й
безработица.
Единс тв енны м
за
все
годы
значительным
расширением
кр уга
этой
категории
ст ало
при чи сле ние
в
1924 г.
к
«буржуазии»
всех,
кто
когда-либо
торговал,
в
том
числе
и
до
революции10.
По
составу
эта
группа
«лишенцев»
достаточно
разнородна:
сюд а
причислили
как
бывших
профессиональных
предпринимателей,
управляю­
щи х,
приказчиков
в
купеческих
лавках
(хотя последних,
если
следовать
букве
закона,
не
должны
были
лишать
прав,
так
как
они
являлись
наемными
работниками), так и когда-либо
торговавших
—
независимо
от
размеров
т орг овли
и
времени,
в
те че ние
которого
они
эт им
занимались.
Поражает
в
отдельных
случаях
несущественность
причин
л ише ния
прав:
«продавала молоко от своей коровы», «продавала масло своим соседям».
Основную
массу
да нной
группы
в
1927-1936 гг.
составляли
мелкие
торговцы,
относительно
крупных
же
предпринимателей
было
мало.
Бол ее
половины
«лишенцев»
э той
группы
—
люд и
от
35до50
лет,
пожилых
и
молодых
бы ло
приблизительно
равное
количество
(около 20-25% в разные
годы).
Причины,
заставлявшие
молодежь
зан им ат ься
тор говле й ,
различ­
ны.
Кто-то
пытался
получить
дополнительные
до ходы
к
основному
зар а­
ботку,
для
ког о-т о
в
ус лови ях
безработицы
это
был
единственный
способ
о б еспеч ить
себе
существование.
Некоторые
продолжали
т рад иции
своих
родителей
—
например,
д ети
«кулаков», продававшие выращенное зерно
или
другие
продукты
на
р ынке.
Они-то
и
да ли
высокий
процент
молодежи
в
этой
гр у ппе.
Интересно
отметить,
что
д ети
бывших
предпринимателей-
го ро жан,
напротив,
всеми
возможными
способами
«открещивались»
от
занятий
и
доход ов
своих
родителей
и
старались
устроиться
на
работу
в
советские
учреждения
и
на
пре дп рияти я.
Образовательный
уровень
это й
группы
не
оч ень
высок : 12% —
негра­
мотные
(среди них преобладают женщины- то р го в ки ), более половины
—
с
начальным
и
домашним
образованием.
Судя
по
нашим
да нным,
торговля
редко
для
кого
являлась
постоянным
занятием.
Крестьяне
до
лишения
прав
тор гова ли
произведенными
в
своем
хозяйстве
продуктами.
Некото­
р ые,
включая
и
женщин,
выбирали
торговые
патенты
за
отсутствием
иной
работы
и
необходимого
для
службы
образования.
Ч асто
меняли
в
услов и ­
ях
безработицы
свои
з аня тия
мужчины:
работали
по
найму,
старались
13

устроиться
на
предприятия,
занимались
единоличным
трудом
и,
кроме
того,
торговали.
Примечательна
с удьба
бывших
приказчиков,
управляющих
и
ч асти
предпринимателей.
В
начале
1920- х
гг.
многие
из
них
смо гли
устроиться
в
г осуд арст вен ные
учреждения,
как
правило,
сохраняя
проф ил ь
ра бо ты,
—
в
магазины,
на
склады
различных
организаций,
—
и
состояли
в
пр офсо юзе
Сов то рг сл ужащи х.
Насколько
был и
удачны
апелляции
торговцев
и
предпринимателей
на
восстановление
в
правах?
В
1927-1929 гг.
восстановили
ли шь
треть,
а
в
1930- е
гг.
—уж е
более
половины.
Это
объясняется
не
гуманностью
вл ас ти,
а
т ем,
что,
во-первых,
к
данной
категории
в
1930- е
гг.
многие
были
отнесены
ошибочно,
а
во- вт ор ых,
бо льш ая
часть
бывших
торговцев
уже
имела
5-летн и й
торговый
стаж,
что
и
обусловило
высокий
пр оце нт
восста­
новленных
в
правах
«лишенцев»
этой
ка т ег ории.
Следующая
группа
(лишенные избирательных прав по пункту « г»
статьи
65 Конституции 1918 г .
—
мо на хи,
священнослужители
и
т .п.)
составляла
5-7% от всех « ли шенц ев»
в
разные
го ды.
Численность
этой
категории
увеличивалась
во
многом
искусственно.
По
инс тр у кции
о
в ыбо­
рах
1926 г.,
пр ав
лишались
не
только
священники,
но
и
все
те,
кто
когда-либо
служил
при
ц ерк вах,
вспомогательный
и
технический
персонал
(псаломщики,
хористы,
пономари
и
т. п .)11.
По
возрастному
и
образовательному
уро вню
г руппа
«священнослужи ­
теле й»
неоднородна.
Несмотря
на
преобладание
старших
возрастов
(как
правило,
сю да
относятся
свящ ен ни ки
и
церковные
ста ро сты), встречались и
относительно
молодые
люд и
—
1891-1895 гг .
рождения.
П ослед н ие,
как
правило,
служили
в
церквах
п салом щи ками ,
хористами
от
1 месяца до 2
ле т.
Вот
од ин
из
интересных
примеров:
в
1923 г.
З ыр янов
А. К.
служил
вольнона­
емным
в
Ен ис ейск ом
пограничном
отряде
вой ск
Г ПУ,
затем,
потеряв
раб от у,
пошел
в
псаломщики,
за
что
и
был
лишен
избирательных
прав12.
Только
священники,
как
правило,
имели
духовное
образование,
у
остальных
оно
было
начальным.
О тде льно
необходимо
ск азат ь
о
тех,
кто,
со гласн о
инструкциям,
не
мог
быть
причислен
к
«лишенцам», —
это
верующие,
которые
не
отк аз ал ись
от
своих
в згля дов
(чаще всего старооб ­
рядцы,
т ихон овц ы,
б ап т ист ы), выполняли определенные обязанности в
общинах,
но
священнослужителями
не
являлись,
да
и
не
могли
быть
таковыми,
так
как
многие
из
них
не
име ли
соответствующего
образования.
По
происхождению
только
священники
принадлежали
к
духовенству,
все
ост альн ые
б ыли
из
мещан
или
из
крестьян.
По
на циона л ьном у
составу:
пр еоб лад али
русские,
х отя
встречались
укра инц ы
и
евреи.
Мо гли
ли
надеяться
л юди,
лишенные
избирательных
пра в
по
ре ли ги­
озным
мотивам,
на
восстановление
в
правах?
Кроме
тех,
кто
непродолжи­
тел ьн ое
время
работал
в
церкви,
ссылаясь
на
безработицу,
и
ошибочно
внесенных
в
список
священнослужителей,
в
1920- е
гг.
почти
никто
восста­
14

новления
не
добился.
В
1930- е
гг.
в
связи
«с участившимися случаями
отречения
от
сан а
в
значительном
кол иче стве »13 перед местными властями
встал
вопрос
—
что
дела ть
с
священнослужителями,
отрекшимися
от
сана?
Так ,
в
частности,
Томский
Окрадмотдел
считал
«не лишним восста­
новить
в
и зби р атель ных
правах
некоторых
служ ит елей
культа
(предвари­
тельно
тщательно
проверив
кандидатуры,
а
также
по
согласованию
с
ОГПУ).
Подобное
мероприятие
бу дет
способствовать
массовому
отказу
служ ит еле й
культа
от
са на »14.
Сибкрайадмуправление,
однако,
вскоре
разъя сн и ло,
что
отречение
от
сана
автоматически
не
д ает
права
на
восстановление
в
пр авах
и
в
каждом
подобном
случае
необходимо
хода­
тайствовать
перед
В ЦИК 15.
Участь
отрекшихся
от
сана
священнослужителей
б ыла
незавидной.
Поскольку
на
биржах
труда
их,
как
«лишенцев», не регистрировали,
на
работу
в
учреждения
не
брали,
пож ил ым
люд ям
приход илось
наниматься
чернорабочими,
браться
за
тяжелую
физическую
работу,
так
как
только
это
давало
надежду
стать
со
временем
пол нопра в ны ми
гражданами.
Лишенные
изб и рат ельн ых
прав
по
пу нкту
«д»
Конституции
1918 г.
вызывали
особое
внимание
властей.
Поначалу
к
это й
категории
отнесли
то лько
служащих
и
агентов
царской
полиции,
особого
корпуса
жандармов
и
членов
царствующего
дома.
В
1920-е
гг.
сю да
постепенно
стали
вклю чать
крупных
чиновников
царской
Рос сии ,
военачальников,
а
с
1926 г.
—
в сех
бывших
белых
офи цер ов
и
военных
чиновников.
Таким
образом,
к
1927 г.
численность
это й
категории
значительно
возр осла.
Так,
в
Новосибирске
лишенные
прав
по
пункту
«д»
составляли
29% от всех «лиш е нц ев», тогда
как
и
до
1927 г.,
и
в
1930- е
гг.
их
д оля
не
превышала
8%16.
Среди
полицейских
в
исследуемой
нами
новосибирской
группе
нет
высших
чинов
по лиции
и
жандармерии.
В
основном
это
мелкие
служащие
или
технический
пер сон ал
карательных
органов:
г ородо вые ,
стражники,
урядники,
надзиратели,
учетчики,
шоферы,
писари
и
т.п.
По
большей
части
это
были
люд и
по
45-55
лет,
лиц
моложе
40 лет среди них нет .
Ста рш ие
по
возрасту
с лужи ли
в
карательных
органах
до
1914 г. ,
более
молодые
—
в
годы
первой
мировой
войны
(служба в полиции освобождала
от
призыва
на
фронт,
и
молодые
люди
пользовались
эт ой
возможностью,
что
и
подчеркивали
в
своих
анкетах
и
заявлениях,
пытаясь
добиться
восстановления
в
правах).
Уроженцы
Сибир и
со ст авля ли
менее
половины
данной
группы.
Это
свя зан о
с
т ем,
что
многие
из
них
—
переселенцы,
не
сумевшие
устроить
свою
жизнь
в
д ругих
регионах.
Как
правило,
перепробовав
все
возможные
заня т ия
в
го роде
—
работу
по
найму,
и звоз,
мелкую
то ргов лю
и
т. п.,
они
на нимал ись
в
полицию,
жандармерию,
преимущественно
—
на
низ шие
должности.
Образовательный
уровень
представителей
рассматриваемой
гру ппы
невысок:
почти
у
80% начальное и домашнее образование, 12%
во все
неграмотны
(технический персонал)
и
лиш ь
у
8% среднее образова ­
15

ни е.
Несмотря
на
невысокий
уро вен ь
образования, 45%изнихужевгоды
гражданской
войны
работали
в
советских
учреждениях,
на
складах,
по чт ах,
заводах
и
в
мастерских
на
низших
или
тех ни чес ких
должностях,
например
писарями,
кладовщиками,
сторожами,
шоферами.
Только
оче нь
немногие
бывшие
полицейские
работали
в
советской
пе нитен циар но й
системе
по
своей
сп еци аль ност и
—
надзирателями.
В
1921 г.
ВЦИК
пр инял
постановление,
в
котором
предписывалось
соблюдать
осторожность
при
предоставлении
этим
людям
бо лее
или
менее
ответственной
работы,
так
как
«каждая ошибка в этом отношении будет дискредитировать советскую
власть
в
глазах
широких
трудящихся
масс»17.
Однако
и
по
выходе
этого
постановления
бывшие
полицейские
в
изучаемой
гр уппе
прод олж а ли
работать
в
советском
аппарате.
Не
попавшие
в
государственный
апп арат
бывшие
служащие
каратель­
ных
органов
зани м ал ись
хлебопашеством,
работали
по
найму.
Горож а не
состояли
в
профсоюзах,
а
40% из членов профсоюза занимали выборные
должности.
И
не
меньше
половины
бывших
полицейских
вполне
а да пти­
ро вал ись
в
послереволюционном
обществе.
Этому
способствовало
и
то,
что
1/5 этих людей отслужила в Красной Армии,
а
некоторые
принимали
участие
в
партизанском
движении.
В
Белой
армии
и
в
ка рате ль ных
органах
белых
никто
из
них
не
с лу жил.
Убеж дая
власти
в
своей
лоя ль н ости
им
с
первых
дн ей
большевистской
революции,
они
отмечали,
что
попали
в
по л ицию
или
жандармерию
случайно
и
не
только
не
уча с тво вали
в
подавлении
революци­
онного
дв иже ния,
но
поддерживали
его
в
с илу
своего
«пролетарского»
происхождения.
И
действительно,
по
происхождению
они
не
пр ина длеж али
к
привилегированным
сословиям
(95% —
из
крестьян, 5% —
из
мещан), что
о тч асти
облегчило
их
интеграцию
в
н овое
общество.
Местные
власти
учи тыва ли,
что
большинство
этих
людей
работали
в
карательных
органах
царской
России
на
низших
должностях,
имели
пятилетний
т руд овой
стаж
при
советской
власти,
участвовали
в
общест­
венной
жизни,
состояли
в
профсоюзах,
служили
в
Красной
Арм ии.
Именно
потому
50% из них после возбуждения ходатайства были восста­
н овле ны
в
избирательных
правах.
Мно гих
бывших
белых
офицеров,
вое н ных
чиновников,
а
так же
служивших
в
милиции
у
К олча ка
(исключение составляли те,
кто
ра бот ал
в
м ил иции
Вр е менно го
правительства)
вп ервые
лишили
избирательных
прав
в
1927 г.
И
именно
на
перевыборную
кампанию
эт ого
год а
приходит­
ся
пик
обращений
«лишенцев»
это й
категории
в
избирательные
комиссии
с
ходатайствами
о
восстановлении
в
правах.
В
1930-е
гг.
ч исло
апел ляций
бывших
белых
офи ц еров
снизилось,
большинство
из
них
обращались
по
п оводу
повторного
лишения
прав
мест н ыми
властями.
Основную
массу
бывших
белых
офицеров
в
исследуемой
гр уппе
составляли
люди
в
возрасте
от
30до45лет(40%—35-, 40-летние).
Это
б ыли
ещё
активные
гра ж дане,
представители
интел лигенции,
подавляющее
16

большинство
к от орых
не
являлись
профессиональными
военными.
Многие
из
них
впервые
оказались
на
фронте
в
годы
первой
мировой
войны
по
мобилизации.
В
1915—1916 гг. ,
в
связи
с
нехваткой
на
фронте
младшего
командного
сост ав а,
вы пус книко в
гражданских
уч еб ных
заведений
от­
правляли
в
школ ы
прапорщиков,
где
они
и
становились
офицерами
воен­
но го
врем ени .
По сле
о ктя бря
1917 г.
их
демобилизовали,
они
возврати­
ли сь
домой,
но
б ыли
вн овь
мобилизованы
—
теперь
уже
в
Белую
армию.
Люд и
старшего
поколения
среди
бывших
белых
оф иц еров
до
пер вой
мировой
войны
работали
учителями,
агрономами,
землемерами
и
т. д.
В
1914—1915 гг .
они
служили
в
царской
армии,
а
с
началом
гражданской
войны
были
мобилизованы
в
Белую
армию
или
вступили
ту да
д об ров оль­
цам и.
Кадровых
офицеров
среди
это й
группы
очень
мало
(3%), и все они
принадлежат
к
ста рш им
возрастным
группам.
Почти
половина
бывших
белых
оф ице ров
впервые
о каза лись
в
Сибири
в
г оды
гражданской
войны.
Многие
из
них
—
уро женц ы
центральных
районов
России,
но
еще
больше
с
Урала
и
из
Поволжья.
Эти м
объясняется
однородный
национальный
состав
этой
группы
«лишенцев»
—
преимуще­
ст венно
русские
и
только
6%—
украинцы,
поля ки
и
немцы.
Образовательный
ур ове нь
этой
группы
был
самым
высоким
по
сра вн е­
нию
с
«лишенцами»
других
к атег ори й:
несколько
чел овек
с
начальным
образованием
(служившие в милиции у Колчака)
и
незаконченным
средним,
40% —
со
средним, 45%—
со
с ре дним
специальным
и
10% —
с
вы сш йм.
В
отличие
от
лишенных
пр ав
по
пункту
«д»
К онст ит уции
1918 г.
—
гру п пы,
где
почти
все
был и
выходцами
из
крестьян,
здесь
социальный
состав
не
так
однороден: 45%указали,
что
пр ин ад лежали
к
низшему
городскому
сословию
—
мещанству, 3% —
к
дворянству, 3% —
к
духовен­
ству, 2%—
к
почетным
гражданам.
Однако
оказалось
немало
бе лых
офицеров
и
крестьянского
происхождения.
Чт обы
обосновать
свою
«не-
чужд ост ь»
советской
власти,
последние
пис а ли,
что
происхождение
у
них
«пролетарское»: даже в годы учебы им приходилось работать по найму
(родители не могли их содержать) .
И
все
же
для
большевиков
бывшие
бел ые
офи це ры
представляли
идеальный
образ
классового
врага.
После
мобилизации
в
Белую
армию,
не ко то рые,
не
жел ая
участвовать
в
гра жда нск ой
войне,
де зе р тир о ва ли , 55% в изучаемой группе после пленения
(или добровольно)
перешли
на
сторону
Кр асно й
Армии.
В
принципе,
белые
офицеры,
служ ивш ие
зат ем
в
Красной
Армии,
не
должны
были
лиш ат ься
избирательных
п рав,
но
в
«Инструкции о выборах» 1926 г.
не
уточнялось,
что
подразумевается
под
«активным участием в защите советской республи­
ки »18, и местные власти произвольно трактовали смысл этого пункта .
Несмотря
на
то,
что
40% бывших белых офицеров были репрессиро­
ваны
советской
вл ас тью
и
отбывали
наказание,
к
1921 г.
почти
все
приступили
к
тру дов ой
деятельности
(за исключением эмигрировавших в
К ита й).
К
мо мен ту
л иш ения
их
прав
это
бы ли
о бр азован н ые,
о пытные
17

специалисты,
раб от авши е
в
советских
учреждениях
бухгалтерами,
счето­
водами,
учителями,
врачами,
аг ронома ми ,
ветеринарами
и
т.д.
Один
из
них
служил
кр а евым
специалистом
по
коневодству,
другой
—
кр ае вым
инженером
Западной
Сибири,
несколько
человек
занимались
научной
работой.
Мно гие
участ в овали
в
общественной
жизни
(90% состояли в
профсоюзах
и
почти
80% занимали различные выборные должности).
Относительно
м олоды е
представители
это й
гру ппы
помимо
основной
профессиональной
деятельности
с
энтузиазмом
организовывали
драмати­
ческие
кружки,
хоровые
коллективы,
участвовали
в
антирелигиозной
кампании
и
т .п.
Таким
образом,
можно
сделать
вывод ,
что
многие
бы вшие
белые
офи ц еры
к
1927 г.
вполне
адаптировались
в
постреволюционном
советском
обществе.
Но,
разумеется,
не
все.
Су дя
по
нашим
данным,
сложнее
пришлось
людям
старшего
покол е ни я:
они
хот я
и
работали
в
советском
аппарате,
но
не
участвовали
в
общественной
жи зни
столь
активно,
как
молодежь.
Особенно
тяжело
приходилось
те м,
кто
вернулся
из
эмигр а ци и:
к
ним
относились
с
еще
большим
недоверием,
и
они
ча ще
дру гих
попадали
в
разряд
безработных.
Хотя
многие
бы вшие
белые
офицеры
и
работали
в
советских
уч реж­
дениях,
не
следует
идеализировать
их
отношения
с
советской
вла сть ю.
По
отношению
к
ним
постоянно
со хран я лось
настороженное
отношение
к олле г,
партийных
и
советских
работников,
ко то рые
в
случае
недовольст­
ва
писали
жалобы,
доносы.
В
то
же
время
власти
относились
к
быв шим
б елым
офиц ера м
сугубо
прагматически:
их
знания
и
опыт
были
необходимы,
особенно
в
Сибири,
проблема
привлечения
в
советский
аппар ат
квалифицированных
сп ец иа­
листов
была
крайне
остра.
Еще
до
массового
лишения
пр ав
бе лых
офице­
ров ,
в
1925 г.
Сибкрайисполком
по днимал
перед
ВЦИКом
вопрос
о
во сста­
новлении
в
избирательных
пр авах
ответственных
советских
работников,
которые
ранее
бы ли
ми нис тра ми
в
правительстве
Колчака.
Речь,
в
част ­
ности,
шла
о
Н.В .Дм итри е ве
—
нач ал ьнике
Вал ютн ого
отдела
Управления
Упол Н КФ
в
Сиби ри
(при Колчаке он был товарищем министра продоволь­
ст вия ), и Г.А.Красн о ве
—
заместителе
Уполномоченного
НКФ
по
Сибири,
о
ряде
други х
лиц.
Председатель
Сибкрайисполкома
Р.И.Э й хе,
добиваясь
положительного
решения
это го
вопроса
перед
ВЦИКом ,
писал,
что
«они
являются
по
степени
своей
квалификации
и
дарованиям
исключительными
раб отни ка м и»19.
ВЦ ИК
разъ ясн и л:
прав
должны
лиш ат ься
все
минист ры
и
другие
ответственные
чи но вники
Белой
армии.
Однако
Сибкрайиспол­
ком
в т орично
ходатайствовал
о
восстановлении
в
правах
отдельных
работ­
ников
и
отправил
в
Москву
на
них
бле ст ящие
отзывы-характеристики20.
В
1926-1927 гг.
вновь
обсуждается
вопрос
о
бывших
бе лых
офицерах.
Принимая
в
1926 г.
решение
о
лишении
их
избирательных
прав,
В ЦИК
поставил
Сибкрайисполком
в
затруднительное
положение:
с
одной
сторо­
ны,
согласно
инструкции,
советские
органы
должны
б ыли
лишить
прав
18

всех
белых
офицеров,
не
служивших
в
Кра с ной
Армии,
а
та к овых
в
Сибири
насчитывалось
1608 человек ( по
Новосибирску
—
1042), а с другой
ст ороны
—
«многие из подлежавших лишению состоят агрономами,
учи­
телями
и
другими
активными
раб отни ка ми
советского
ап пара та ».
Сиб-
крайисполком
ходатайствовал
перед
ВЦИКо м
о
предоставлении
в
отдель­
ных
случаях
избирательных
пр ав
офицерам
Белой
армии,
не
служившим
в
Кра с ной
Армии.
Однако
6 января 1927 г .
ВЦИК
отклонил
ходатайство
«в связи с большими политическими затруднениями» .
Однако
Сибкрайис-
полком
настаивает
и
опять
обращается
в
Москву,
теперь
уже
в
ЦК
В КП(б),
считая,
что
«огульное лишение избирательных прав бывших белых офи­
церов
и
в ое нных
чиновников
нарушает
н орма льн ую
работу
аппарата
кр ая»21.
В
результате
бы ло
получено
разрешение
восстановить
в
правах
особо
ценных
работников.
В
исследуемой
гру ппе
в
1927-1928 гг .
был о
восстановлено
в
правах
70% —
те,
кто
им ел
пятилетний
т рудо вой
ст аж
либо
был
ошибочно
внесен
в
список
«лишенцев», ибо ранее служил в
Красной
Армии.
В
ко нце
1920-х
гг.
одной
из
самых
многочисленных
бы ла
категория
членов
семей
«лишенцев».
По
Конституции
1918 г.
они
не
лишались
избирательных
прав.
Впервые
на
общероссийском
уровне
эта
категория
бы ла
вв ед ена
в
1925 г.
и
первоначально
охва т ыва ла
только
дет ей
«быв­
ши х »22, а в 1926-1927 гг.
стала
одной
из
самых
массовых
(по СССР в
1927 г.
—
38%)23.
В
1930-е
гг.
численность
это й
категории
резко
уменьши­
лась
в
связи
с
принятым
ЦИКом
СССР
22 марта 1930 г.
постановлением
«Об устранении нарушений законодательства СССР»24.
Это т
документ,
возникший
в
результате
обсуждения
проблемы
«лишенцев»
в
По лит бю­
ро 25, предусматривал восстановление в избирательных правах достигших
в
1925 г.
совершеннолетия
и
не
зависящих
от
родителей
де тей
«лишен ­
це в».
К азал ось
бы,
гуманная
по
тем
вр ем енам
мер а
преследовала,
одн а ко,
сугубо
прагматическую
ц ель
—
внести
раскол
между
поколениями.
Бо ль­
шеви ки ,
сч ит ая,
что
старшее
поколение
перевоспитать
уже
не
удастся,
давали
шан с
молодежи.
В
резу льт ат е
многие
дет и
«лишенцев»
в
Новоси­
бирске
п ост арали сь
разорвать
все
отношения
и
связи
с
родителями.
В
категорию
членов
семей
«лишенцев»
в ходили
не
только
дети,
же ны,
тещи,
мат ери ,
но
были
д аже
слу ча и,
когда
работающие
муж чи ны
оказывались
«иждивенцами жен-т оргов о к».
В
возрастном
отношении
в
этой
группе
преобладала
молодежь:70%вконце1920-х
гг.
и
60% —
в
1930- е.
Жены
и
матери
лишенных
избирательных
прав,
как
п ра вило,
занимались
домаш­
ним
хозяйством,
в
профсоюзах
не
состояли,
поэтому
и
не
восстанавлива­
лись
в
пра в ах,
ес ли
не
могли
д оказ ать
свою
независимость
от
глав ы
семьи.
Следует
отметить,
что
некоторые
же нщины,
очень
настойчиво
добиваясь
своего
восстановления,
да же
разводились
с
мужьями.
Судьбы
детей
«лишенцев»
после
окончания
учебы
складывались
по- раз ном у,
но
примерно
трети
из
них
удалось
устроиться
в
советские
19

уч р еждени я
или
на
предприятия.
Остальные
либо
работали
по
найму,
занима лись
кустарным
про мыс лом,
ли бо
оказывались
безработными.
В
1930-е
гг.
80% членов семей в изучаемой группе были восстановлены в
изб ира т ель ных
пра ва х.
И
последняя
категория
л ише нных
избирательных
пр ав
по
Конститу­
ции
РСФСР
1918 г.
—
осужденные.
С
1922 г.
появилась
новая
группа
«лишенцев»
—
административно-ссыльные,
которых
местные
власти
учи­
ты вали
вместе
с
пораженными
в
правах
по
суду.
Численность
администра­
тивно-ссыльных
существенно
увеличилась
в
ко нце
1920-х
гг.
и
в
1930- е
гг.
оставалась
стабильной,
составляя
13%отвсех «лишенцев»
Новосибир­
ска26.
В
эт ой
группе
пр еоб лад али
уроженцы
Це н тра ль ного,
Северо-Запад­
ного,
Донецко-Приднепровского,
Южного
районов,
Белоруссии.
70% из
них
имели
среднее,
средне-специальное
и
высшее
образование.
90% ранее
состояли
в
профсоюзах
и
40% занимали различные выборные должности .
65% административно -с с ыльн ых
в
изучаемой
группе
были
в ысл аны
за
взятки
должностным
лицам,
ва лю тные
операции,
контрабанду
и
т. д.
Большинство
из
них
не
сл ужи ли
в
Белой
армии
и
ранее
не
бы ли
реп рес ­
сированы.
Во пр еки
на шим
предположениям,
лишь
незначительное
число
административно-ссыльных
состояли
в
опп ози цио нны х
большевикам
партиях
(эсеров и меньшевиков), а 1/3 из них служили в Красной Армии.
Большинство
до
ссылки
работали
в
советских
учреждениях,
на
предприятиях
или
занима­
лись
частной
пр а ктико й,
индивидуальной
трудовой
деятельностью.
В
Нов о­
сибирске
местные
власти
при вле ка ли
их
к
ра боте
в
советском
аппарате,
и
некоторые
по
окончании
срока
ссылки
остались
в
этом
городе.
Т ак,
в
частности,
Н.Я.Брянцев
—
горный
инженер,
проходивший
по
«шахтин­
скому
де л у », в Новосибирске работал при Сибкрайисполкоме консультан ­
то м,
Н. И.
Бел оу сов
—
бывший
гла вн ый
инж е нер
Мартайгинского
ком ­
бината,
ра бота л
инженером
в
Новосибирске,
А.М.Валькенштейн
—
в
прошлом
редактор
«РОСТа»
и
сотрудник
«Известий ЦИК», работал при
Сибкрайисполкоме27.
По
национальному
сост аву
эта
группа
в
1930-е
гг.
отличалась
от
других:
в
ней
было
26% евреев .
Однозначно
оп р едел ить
причину
этого
невозможно,
но
мы
полагаем,
что,
во-первых,
ад министр а тив но -сс ыл ьные
при быва ли
из
районов,
где
евреи
составляли
зна чи те льный
процент
насе­
ления
(Одесса,
Белоруссия,
Укра ин а
и
др.), а во-вторых,
ср еди
этих
лю дей
в
Новосибирске
б ыло
много
представителей
интеллигенции
—
социальной
группы,
в
кото р ой
до ля
евреев
традиционно
вы со ка.
С
окончанием
срока
а дмини стр ативн ой
ссылки
(как правило, 3-5
лет)
ис тек ал
и
ср ок
поражения
в
избирательных
правах.
Ес ли
не
протестовало
ОГПУ,
ссыльного
во сс тана влив али
в
прав ах.
В
исследуе­
мой
группе
95% административно -с сы л ьны х
в
1930-е
гг.
вновь
стали
полноправными
гражданами.
20

Лишение
избирательных
пр ав
было
важной
частью
социальной
поли­
тики
большевиков.
В
обществе,
где
статус
гражданина
определялся
не
степенью
образованности,
не
экономическим
положением,
а
наличием
политических
и
гражданских
прав,
принадлежность
к
«полноправным»
или
«лишенцам»
играла
решающую
роль.
Как
только
человек
оказывался
в
списках
«лишенцев», его увольняли с работы,
исключали
из
пр оф со юза,
могли
в ысе лить
его
семью,
повышали
налоги,
а
в
1930- е
гг.
лишали
продуктовых
карточек,
автоматически
поражали
в
правах
членов
его
семьи,
исключали
детей
из
шко л
и
вузов.
Одним
с л ов о м, «лишенцы»
находились
в
маргинальном
положении,
становясь
изгоями
общества.
Так,
е сли
судить
по
нов оси бирс ки м
«лишенцам», за исключением части быв­
ших
полицейских,
священников
и
социально
опасных
элементов,
под
удар
попали
наиболее
социально
и
хозяйственно
деятельные
слои
населения.
Среди
лишенных
прав
преобладали
люд и
активных
возрастов
(60% от 30
до
50 лет), с высоким уровнем грамотности (90%) и образования .
К
1927-1928 гг .
многим
из
числа
«бывших»
уда лос ь
до
известной
степени
адаптироваться
в
советском
обществе.
Они
работали
в
государственных
учреждениях,
на
предприятиях,
состояли
в
профсоюзах,
участвовали
в
общественной
жизни.
Нашли
сво ю
нишу
в
обществе
зажиточные
крестьяне
и
кустари,
и
большевики
не
зря
опасались
их
в ли яния
на
выборах,
так
как
к
моменту
лише ния
прав
они
проявили
выс оку ю
активность
в
обществен­
ной
жизни
и
профессиональной
деятельности.
Вместе
с
тем
большинство
«лишенцев»
ни
по
происхождению,
ни
по
со циа льно му
положению
не
принадлежали
к
«эксплуататорским клас ­
сам ».
В
принципе,
они
не
были
и
полит ич ес ким и
противниками
большеви­
ков
(лишь незначительная часть принадлежала к оппозиционным парти ­
ям), и,
следовательно,
в
огромном
большинстве
не
могли
считаться
«врагами»
советской
в лас ти.
«Лишенчество»
несло
в
себе
множество
тяжелых
последствий:
поми­
мо
очевидного
—
разр ушен и я
воссоздавшейся
в
годы
нэпа
соц иал ьн о­
культурной
и
эк ономи че ск ой
инфраструктуры,
мо жно
выд ел ить
глав­
ное
—
происходила
маргинализация
со циал ьно - активны х
слое в
на­
селения.
Часть
этих
людей
ок аз ывалас ь
за
рамками
правового
общества,
другая
часть,
вопреки
обстоятельствам
пыт авша яс я
ад апт и роват ься
к
н овым
условиям,
п орыва ла
связи
с
прошлым,
с
родственниками,
меняла
занятия,
мес то
жи т ельст ва
и
в
результате
ок азы вала сь
в
социальном
и
психологическом
вакууме.
Особенно
пагубно
«лишенчество»
сказалось
на
молодежи
и
институте
семьи
в
целом.
Члены
сем ей
«лишенцев»
оказыва­
лись
перед
выбором:
л ибо
сохранять
семью,
оставаясь
без
средств
к
существованию
и
перспектив
на
будущее,
ли бо
порвать
отношения
с
родителями,
супругами
и
э тим
обеспечить
себе
видимость
некоторых
перспектив.
Многие
городские
семь и
решали
эту
дилемму
в
п ользу
втор ого
варианта,
тем
самым
разрушая
устойчивые
се ме йные
от но ше ния.
21

Предпринятое
нами
исследование
социального
портрета
«лишенцев»
в
Новосибирске
конца
1920- х
—
начала
1930- х
гг.
во
многом
носит
пред­
вар ит ельн ый
характер.
Мы
только
в
общих
чертах
представили
здесь
демографический,
этнический
и
социальный
состав
изучаемой
гр уппы
в
целом
и
отдельных
ее
категорий.
Вместе
с
тем
це лый
ряд
вопросов,
к асаю щи хся
структуры
и
со ст ава
«лишенцев», социальной политики
большевиков
по
отношению
к
это й
категории
населения,
нуждается
в
дополнительной
разработке.
Примечания:
1 СУ РСФСР 1918 г.
No51 (Основной Закон); СУ РСФСР 1922 г.
No125, ст. 153.
2 Новосибирск, 100 лет:
Собы т ия:
Люд и.
Нов осиб ир ск , 1993.
С. 12 1,145.
3 ГАНО.
Ф.1347.
О п.1.
Д. 2 429.
Л. 15-19.
4 Там же.
Д .1-620; там же.
Оп .2.
Д .320.
5 Kimerling E.Civil Rights and Social Policy in Russia, 1918—1936 // Russian Review.
Vol.41 . 1982. January.
No
1.
6 Добкин А.И.
Ли ше нц ы, 1918—1936 гг./ /
Зве нья :
Исторический
альманах.
М.;
Сп б ., 1992.
С. 606.
7 СУ РСФСР 1918 г.
No51.
8 Сибирский край:
Статистический
справочник.
Но воси би рск , 1930.
С . 15-19.
9 Гос.
Архи в
Новосибирской
о б ласти
(ГАНО).
Ф. 1347.
Оп .1.
Д .2 429.
Л .15-19.
10 СУ РСФСР 1924 г.
No 71.
С т. 695; СУ РСФСР 1926 г.
No75.
Ст. 577.
11 СУ РСФСР 1926 г.
No75.
Ст . 577.
12 ГАНО .
Ф. 47.
О п.1.
Д. 531.
Л.128.
13 Там же.
Оп .5.
Д.99.
Л .1 23-124 .
14 Там же.
15 Там же.
Л . 12 1-122.
16 Там же.
Ф. 1347.
О п.1.
Д .2429.
Л . 15-19.
17 СУ РСФСР 1921 г.
No 62.
С т.440.
18 СУ РСФСР 1926 г.
No 75.
С т. 577.
П.15к,
пр имеч а ние.
19 ГАНО .
Ф .47.
О п.1.
Д. 233.
Л. 73.
20 Там же.
Л . 90, 90об.
21 ГАНО .
Ф.2-П.
О п.2.
Д.122.
Л.2.
22 СУ РСФСР 1925 г.
No 79.
С т. 603.
23 ЦГАОР .
Ф. 3316.
Оп .2.
Д. 918.
Л. 61-63.
24 СЗ СССР 1930 г.
No 19.
Ст .212.
25 ЦГАОР.
Ф. 3316.
О п.2.
Д. 912.
Л .4.
26 ГАНО .
Ф. 1347.
О п.1.
Д. 287.
Л. 15-19.
27 Там же.
Д. 289.
А. 186; Там же.
О п.2.
Д.214.

Н аде жда
Игнатова
(Сыктывкар)
СПЕЦПЕРЕСЕЛЕНЦЫ
В
РЕСПУБЛИКЕ
КОМИ
в
1930-1940 гг.:
ЗАСЕЛЕНИЕ
И
УСЛОВИЯ
ЖИЗНИ
Массовое
заселение
в
Ко ми
спецпереселенцев
можно
разд елит ь
на
три
основных
этапа:
I этап
—
1930-1931 гг. :
раскулаченные
крестьяне
из
ра й онов
сплош­
ной
коллективизации;
II этап
—
1940-1941 гг.:
немцы
—
граждане
СССР ,
представители
депортированных
н а родов;
выселенные
с
аннексированных
территорий;
III этап
—
1944-1946 гг .:
в о енно пле нные
(граждане СССР,
побывав­
шие
в
пл ен у), «власовцы», «оуновцы»
и
другие.
Над о
сказать,
что
уже
в
1929 г.
в
лесозаготавливающие
районы
Коми
бы ли
з аселен ы
небольшие
партии
административно-ссыльных.
В
1930-е
гг.
лесозаготовки
зд есь
вел и
тресты
«Комилес», «Волтлес», «Севлес», «Вят-
л ес », но спецпереселенцев в основном направляли на предприятия « Ко -
ми л еса», имевшего 87 лесопунктов в семи районах.
Наиболее
активно
зас елял ся
Ус ть-К ул о мский
район.
В
Центральном
государственном
ар хиве
Республики
Коми
(ЦГА КР)
и
в
Республиканском
государственном
архиве
общественно-политических
д ви­
жений
и
формирований
(РГА ОПДФ)
хранятся
протоколы
заседаний
отдела
спецпереселения
при
тресте
«Комилес», облисполкома Усть - К у-
ломского
РИКа;
п ост ан овлен ия
обла с тн ых,
краевых
и
общесоюзных
госу­
дарственных
учреждений;
делопроизводственная
документация,
включаю­
щая
статистическую
информацию,
отчетную
документацию
по
резуль­
татам
обследования
спецпоселков
и
работы
рай онн ых
организаций;
пере­
писка
между
инстанциями
в сех
уровней;
информационные
сообщения
ОГПУ.
Эти
документы,
а
также
интер вь ю,
взятые
а в тором
у
бывших
спецпереселенцев
и
местных
жи т елей
—
оч евид цев
со быт ий
тех
лет,
и
стали
источниковой
базой
нашей
работы.
1930-6
годы
Спецпереселенцев
в
1930- е
гг.
привозили
се мья ми,
с
некоторым
ли ч­
ным
имуществом.
Секретное
августовское
постановление
1930 г.
СНК
СССР
предписывало
ВСН Х
нам ет ить
конкретные
меры
по
максимальному
и спольз ов а нию
спецпереселенцев-кулаков
на
лесоз аго т ови т ель ных
рабо­
та х 1. 26 января 1930 г.
в
трест
«Комилес»
поступила
инструкция,
в
23

которой
указывалось,
что
«в Высших органах разрабатывается проект
р ас сел ения
кулацкого
элемента
дер е вни,
преимущественно
в
севе р ных
частях
Союза,
с
возможностью
для
этог о
эле мента
заниматься
общеполез­
ным
трудом»2.
Руководство
Ко ми
в
ответной
те ле гр амме
заверило
Москву
в
сво ей
поддержке
и
упомянуло,
что
одним
из
в ажн ейших
мероприятий
на
сле­
дующий
год
сч ит ает
освоение
новых
крупнейших
л есных
массивов
и
что
более
50% лесных запасов Северного края находятся на территории Коми
области
—
самой
малозаселенной
в
кра е3.
Таким
образом,
требования
центра
со в пали
с
инте ре са ми
самой
области,
экономическое
обоснование
заселен и я
было
н айде но
бесспорное.
Действительно,
проблема
нехватки
рабочих
рук
в
лесозаготавливающей
промышленности
в
1928-1929 гг.
стояла
ос обе нно
ост ро4 .
26 февраля 1930 г.
межд у
Ко ми
областным
отделом
ОГПУ
и
Государ­
ственным
ле с опр омышле нн ым
трестом
«Комилес»
был
заключен
договор,
по
которому
«Комилес»
принимал
5000 кулацких семей с целью расселе ­
ния
их
в
пределах
лесных
дач.
Передача
и
приемка
переселенных
семей
производилась
партиями
от
50 до 250 человек на станциях Мураши,
Пинюг,
Кот лас
Пермской
ж .д.
Спецпереселенцы
нах о дилис ь
под
юр исд ик­
ц ией
ОГПУ ,
а
«Комилес», чтобы использовать их как рабочую силу,
должен
был
с
каждой
колонной
заключать
особые
соглашения,
ут вер ж­
даемые
ОО
ОГП У5.
Всего
в
Северный
к рай
в
этот
пе риод
было
отправлено
9000 человек,
включая
и
переданных
«Комилесу»6.
Отчеты
и
статистика
о
численности
спецпереселенцев
в
пе рвый
год
очень
разнородны.
Установить
то чно
число
заселенных
практически
не­
возможно,
особенно
есл и
учесть
высокую
смертность
и
побеги.
При
подсчете
мы
основывались
на
сопоставлении
ц ифр
и
да нных ,
отрывочно
приводимых
в
отчетной
документации
отдела
спецпоселения
при
тресте
«Комилес»
и
в
отчетных
сводках,
направляемых
в
Коми
ОО
ОГПУ.
Точны й
учет
спецпереселенцев
и
составление
списков
начали
вести
с
июня
1930 г. 7
Из
планируемых
5000 семей в 1930 г.
был о
заселено
4682 (16 808
ч ело век )8.
Заселение
проходило
в
основном
в
ю жные
и
юго-восточные
районы
—
Прилузский,
Ви зингс кий,
Сыктывкарский,
Усть-Вымский,
Сто-
р ож евс кий,
Усть-Куломский.
В
Усть-Куломский
ра йон
был о
заселен о
163
семьи
(3786 человек) .
Перед ан ных
от
ОГПУ
раскулаченных,
с
этого
мом ен та
числившихся
спецпереселенцами,
с
железнодорожной
станции
этапом
или
на
подводах
н ап равля ли
в
Сыктывкар,
а
оттуда
на
баржах
развозили
по
рек ам
в
места
предварительного
проживания
или
и
из
Сыктывкара
—
этапом.
Ес ть
св еде ния
о
партии
в
1707 человек,
которые
на
барже
добирались
до
Усть-Куломского
района
по
реке
Выч е где
восем ь
суток9.
24

По
воспоминаниям
Полины
Егоровны
Лямбрехт,
высланной
из
Сара­
товской
области
и
нын е
проживающей
в
поселке
Югыдъяг
Усть-Куломско-
го
района,
партию
переселенцев
из
Котласа
на
тел ег ах
везли
до
се ла
Выльгорт,
которое
находится
недалеко
от
Сыктывкара,
а
зат ем
на
баржах
и
этапом
доставили
до
села
Помоздино
Усть-Куломского
ра йо на10.
Основными
населенными
пунктами
временного
расквартирования
в
районе
бы ли
с ела
Ус ть- Нем,
Керчемье,
Мые лдино ,
Пожег,
Помоз д ин о.
Позже
возле
этих
сел
б ыли
пос трое ны
спецпоселки,
которые
и
стали
м естам и
постоянного
проживания
спецпереселенцев.
Судя
по
воспомина­
ниям
П.Е.Лямбрехт
и
ра б очим
сводкам,
поступавшим
в
00 ОГПУ,
выслан­
ные
категорически
отказывались
идти
в
лес
строить
до ма.
Работники
О ГПУ
прибегали
к
чрезвычайным
мерам
—
угрозе
оружием,
снижению
пайка,
ар ест ам1 1.
В
первое
время
м ногие
спецпереселенцы
пытались
бежать
и
устроить­
ся
гд е-то
в
др угих
местах.
На
31 июля 1930 г.
сбежавшими
числились
344
человека12.
Большое
число
побегов
отмечалось
и
в
дальнейшем.
К
ст роит ельс тв у
поселков
пр ист уп или
в
августе.
С роки
строительства
затягивались,
поэ то му
вместо
предполагавшихся
типовых
домов
решено
было
ста вит ь
бараки.
Повсеместно
ощу щал ся
острый
недостаток
стройма­
териалов,
продовольствия,
медикаментов.
Никакой
согласованности
м ежду
организациями,
ответственными
за
снабжение,
не
существовало13.
К
ноябрю
1930 г.
б ыло
построено
по
области
268 жилых домов,
тогда
как
требовалось
70014.
Люд и
жили
во
временных
землянках.
Продукты
за в озили сь
с
опозданием
до
12 дней.
В
основном
л юди
питались
сухаря­
ми
—
по
200-500
г
в
день.
У
многих
не
б ыло
пригодной
обуви
и
одежды.
Медобслуживание
практически
отсутствовало.
Есте ст ве нно,
что
нечеловеческие
условия
жизни
привели
к
высокой
смертности.
В
п оселк ах
начали
распространяться
инф ек цион ные
за бо ле­
в ания
(скарлатина,
дифтерия,
сыпной
т иф).
На
строительстве
работали
все
—
от
16до60
л ет.
Крепкие
и
сильные
му жч ины
в
основном
занимались
доставкой
продовольствия,
так
как
снабжение
велось
по
рекам
на
ма л еньких
лодках,
что
был о
делом
опа сным
и
трудным15.
В
1931 г.
было
з асел ено
еще
большее
число
раскулаченных.
Прежде
чем
гов орит ь
о
заселении
в
1931 г.,
хотелось
бы
привести
пример
безответственного
отношения
властей
к
спецпереселенцам.
В
ап­
реле
1931 г.
был
заключен
дог овор
между
Ко ми
областным
филиалом
по
организации
территорий
и
подготовке
земельных
фонд ов
(Госземтрест)
и
Лесопромышленным
трестом
«Комилес», по которому первый обязался
провести
детальное
обследование
мест,
предназначенных
к
заселению.
Изыскания
проводились
на
территории
в
5000 га по поймам рек,
но
4800
га
из
этой
площади
уже
были
заселены
в
1930 г.
К
тому
же,
хотя
д огов ор
был
заключен
в
апреле,
обследование
проводилось
зимой
и,
как
ук азыв ал
25

один
из
работников
Го сз емтр еста
Ипполитов,
неточности
в
отчетах
(актах
обследования)
достигали
40%.
Да
и
при
пр о вед ении
работ
Госземтрест
ориентировался
на
«производственные требования»
к
будущим
поселкам,
а
не
на
у слов ия
жиз ни
спецпереселенцев16.
На
1931 г.
приш л ось
само е
массовое
переселение
в
Ком и
АССР
раскулаченных
крестьян.
10 июля 1931 г.
было
заключено
со гл ашение
между
Гл авн ым
управлением
ИТЛ
ОГП У
и
Всесоюзным
объединением
лесной
промышленности
и
ле сно го
хозяйства
ВСНХ
СССР
(Союзлес-
п ром ), по которому в распоряжение леспромхозов для использования на
лесозаготовительных,
сп ла вных
и
других
лесных
работах
передавалось
125 000 семейств спецпереселенцев.
«Переданные»
спецпереселенцы
за­
креплялись
в
лесной
промышленности
как
постоянные
кадровые
рабочие.
Распределили
так:
У рал
—
79 272 семейства
(333 475 человек)
Даль ни й
Восто к
—
1 900 семейств
(9 500 человек)
Нижегородский
край
—
1 485 семейств
(5 121 человек)
Северн ый
к рай
—
504 семейства
(1 371 человек)
Западная
Сибирь
—
8 015 семейств
(34 748 человек)
Восточная
Сибир ь
—
9 413 семейств
(47 067 человек)
Северный
край
в
распоряжение
«Северолеса»
--
14 803 семейства
(60 738 человек)
С еверн ый
край
в
распоряжение
«Комилеса»
—
8 090 семейств
(32 305 человек)
ВСЕГО:
123 482 семейства
(524 325 человек)17.
Следует
отметить,
что
по
до гов ора м,
заключенным
между
полномоч­
ным
п р едст ави телем
ОГ ПУ
по
Северному
краю
и
«Комилесом»
в
декабре
1931 г.,
п осле дне му
передавалось
9158 семейств (37 496 человек)18, то есть
значительно
больше
за планир ов анно г о
ранее.
Всего
же
численность
спецпереселенцев
в
1931 г.
составляла
8858
семей
(35 940 человек), а число организованных спецпоселков в 1931 г.
дош ло
до
4619.
После
1931 г.
новые
спецпоселки
не
организовывались.
Они
либо
пер ено сил ись ,
либо
объединялись,
л ибо
подвергались
к ак ой-либ о
другой
реорганизации.
Был и
случаи,
когда
под
юрисдикцию
лесопромышленных
тр есто в
пе ре ход или
лаг ерн ые
пу нкты ,
п олуча я
статус
спецпоселков,
но
общая
тенденция
заключалась
в
то м,
что
с
эт ого
года
число
спецпоселков
не
увеличивалось.
В
1932 г.
численность
спецпереселенцев
дос ти гла
мак симал ьно го
уровня
за
ве сь
период
—
38 902.
Национальный
состав
спецпереселенцев,
по
данным
ОГ ПУ,
на
1 мая 1932 г.
в
Ком и
был
таков:
немцев
—
2359,
чувашей
—
265, евреев
—
9, татар
—
505, мордвинов
—
283, киргизов
—
143, поляков
—
31, армян
—
39, чехов
—
83, русских
—
35 149 20.
26

На
этот
момент
в
области
бы ло
9517 административно- с сы льн ых ,
и
д оля
спецпереселенцев
и
административно-ссыльных
в
общем
чи сле
насе­
ления
составила
21%.
В
Усть-Куломском
районе
на
10 июля 1932 г.
проживало
самое
большое
число
спецпереселенцев
—
8195 (при местном
населении
в
29 264) и было построено самое большое число спецпоселков
по
сравнению
с
остальными
районами
области
—
1021.
Уже
с
1932 г.
численность
спецпереселенцев
начала
резко
сокращать­
ся.
В
1933 г.
в
Усть-Куломском
районе
только
в
мае-июне
умерли
667
человек
из
зарегистрированных
6981.
За
год
общее
число
спецпереселен­
цев
в
Ко ми
сократилось
более
чем
на
800022.
Главной
причиной
смертности
бы ли
ужасающие
условия
жизни.
Ср едни й
дне вно й
заработок
спецпереселенца
составлял
4 рубля в день,
но
де нег
эт их
они
не
получали.
Т ак, 31 августа 1936 г.
задо лж еннос ть
по
зарплате
промкадрам
по
Коми
обла с ти
составила
с выше
600 тыс.
руб ле й23.
Зарплату
задерживали
на
п олго да
и
больше.
Продукты
спецпереселенцы
получали
через
сис тем у
кооперации,
однако
в
организованных
в
поселках
«Комилеса»
лавках
их
был о
очень
мал о
и
все
плох ого
качества.
Хотя
спецпереселенцы
яв ляли сь
постоянными
кадрами
лесной
про­
мы шле нности ,
продукты
они ,
в
от лич ие
от
вольнонаемных,
выкупали
со
всем и
на ценка ми.
К роме
того,
спецпереселенцы
обязаны
б ыли
вы купить
продукты
в
течение
десяти
д ней
с
мом ента
их
завоза
в
лар ьки .
По
исте че нии
это го
срока
все
пускалось
в
свободную
продажу24.
В
результате,
по
свидетельству
обследовавших
п осе лки,
в
пищу
шли
в
основном
хлебные
сурр ога ты
(в ларьках с/ п. Вежа- ю
в
1932 г.
им ел ись
только
хлеб,
селедка
и
мах о рка )25.
Люди
го лод али,
так
как
к упить
продукт ы
бы ло
не где,
нечего
и
не
на
что.
Отс ю да,
естественно,
заболева­
ния
(в том числе эпидемические), попрошайничество и высокая смерт­
ность.
О
жилищных
условиях
можно
судить
по
материалам
обследований,
проводившихся
в
30-е
гг.: «В комнатах живут по 3-4
семьи,
отдельные
комнаты
(в бараках)
занимают
до
19 семей.
На
человека
приходится
по
1,5-2
метра
жилой
площ ад и.
В
бараках
антисанитария,
вследствие
этого
вспышки
забо леван ий ,
как
т иф,
цинга
и
др.»26.
В
бараках
не
хв атало
предметов
до машне го
оби ход а
(при этом спецпереселенцы должны были
вно си ть
квартплату). «В
п осел ках
ес ть
бани,
но
маленькие
и
недостаточ­
ные
для
проживающих.
Всем
поселкам
требуется
устройство
дорог,
обслу­
живание
почт,
телефонной
сет и.
Некоторые
поселки
целиком
окружены
бо ло та ми»27.
Несм от ря
на
это
люд и
обустраивали
св ой
быт.
С
1932 г.
в
поселках
начинают
действовать
школы
(учителями были как спецпереселенцы,
так
и
ме стны е
жи тел и), детские сады,
яс ли,
библиотеки,
нала жива ется
почто­
вое
обслуживание.
Во
вс ех
поселках
б ыли
организованы
различные
кус ­
27

тарные
артели
(кузнечные,
дегтекурные,
сапо жн ые,
портняжные,
бондар­
ны е,
гончарные).
В
с/п
Лопью
Сторожевского
района
существовала
д аже
артель,
д елав шая
балалайки.
Так
как
из-за
высокой
смертности
и
по бег ов
многие
д ети
остались
без
родителей,
уже
в
1933 г.
повсеместно
были
от кр ыты
детдома.
Только
в
Ус т ь-К уломс ком
районе
действовало
четыре
дет до ма
—
Ручевский,
Кер-
чемский,
Деревянский,
Усть-Куломский.
Де ти
жили
на
одной
картошке
и
х лебе , «одежда рваная,
зимней
и
сменной
одежды
не т »28.
Со
врем енем
маленькие
детдома
бы ли
рео рг ани зов аны
и
объ еди нены
в
более
крупные.
Обобщая
сказанное,
следует
отметить:
1.
Ликвидацией
ку лачест ва
как
класса
советская
власть
пыталась
решить
сразу
две
задачи:
обе с печ ить
лесную
промышленность
рабочими
кадрами
и
освободиться
в
деревне
от
врагов
кол хозн ого
строя.
2.
Люди,
высланные
с
нажитых
мест
в
дикую
тайгу,
перенесли
переселение
очень
тя жел о.
Безответственность
властей
пр иве ла
к
выс око й
смертности
спец п ер еселен цев.
Голодные,
деморализованные
люди
не
могли
эффективно
работать.
В
резул ьт ат е
переселение
о гро мных
ма сс
трудящихся
в
Ко ми
об ерн уло сь
не
расцветом
лесной
промышленности,
на
что
рассчитывало
п рави тел ьст во,
а
просто
разбазариванием
люд ски х
и
т руд овых
ресурсов,
уничтожением
значительной
дол и
трудового
потен­
циала
страны.
1940- е
г оды
В
1940-1941 гг.
в
Республику
К оми
бы ли
все лен ы
сем ья ми
нем цы
—
граждане
СССР,
а
та кже
депортированные
из
западных
областей
Украи­
ны,
из
Белоруссии,
Б ессараб и и,
Финляндии
и
с
других
территорий.
В
состав
спецпереселенцев
третьего
этапа
вхо ди ли
и
побывавшие
в
плену
советские
граждане.
Спецпереселенцы
это й
категории
поступали
без
семей,
так
как
направлялись
непосредственно
из
фильтрационно-прове­
рочных
пункт ов
и
лагерей.
В
февр ал е
1940 г.
был
заключен
до гов ор,
по
к от орому
ГУЛАГ
НКВД
передавал
Наркомлесу
21 000 спецпереселенцев .
Из
них
«как минимум
1 тыс.
се мей,
с
коэффициентом
4-5» направлялась в систему « Ком и л е-
са
»29.
В
осн овн ом
это
б ыли
раскулаченные
крестьяне
—
поляки
по
на ци­
ональности.
Они
прибывали
как
семьями,
так
и
поодиночке.
К
1941 г.
чи сло
поляков
в
Ко ми
(не считая тех,
что
содержались
в
лагерях
НКВД)
составило
5247 человек,
в
основном
они
проживали
в
Сыктывкаре
и
его
пригородах30.
Указом
Верховного
Совета
СС СР
от
12 августа 1941 г.
польские
граждане,
как
военнопленные,
так
и
находящиеся
в
лагерях,
спецпоселках
и
проживающие
в
советских
городах,
был и
амнистированы,
им
предостав­
лялось
п раво
свободного
проживания
на
территории
СССР,
не
находящей­
28

ся
на
во енном
положении,
как
иностранцам.
Однако
судьбой
их
никто
не
занимался,
и
вследствие
этого
в
Сыктывкаре
и
пригородах
множество
по л ьских
граждан,
ушедших
с
лесозаготовок,
оказ алис ь
без
работы
и
жилья31.
В
1944г., когда число проживающих в Коми АССР поляков составило
более
8000, Совнарком СССР постановлением от 5
апреля
разрешил
переселить
эвакуированных
из
западных
областей
Украины,
Белоруссии.
СНК
К оми
А ССР
совместно
с
представителями
Союза
польских
патриотов
б ыло
пр едл ожен о
подго тов ит ь
бывших
польских
граждан
к
переселению
в
ю жные
районы
страны.
Был
составлен
график
перевозки
7553 человек в Ростовскую область,
Ставропольский
и
Кр аснод арск и й
к рай 32.
Однако
рук овод с тво
Коми
на­
стоятельно
рекомендовало
мес тн ым
органам
власти
«провести большую
разъяснительную
работу
по
закреплению
бывших
польских
граждан
на
п ре дприят ия х,
особенно
спецпереселенцев».
Вследствие
этого,
например,
из
спецпоселка
Усть-Нем
Усть- Кул о мск ого
района,
обозначенного
в
г ра­
фике
перевозки,
не
был
выселен
ни
один
поляк.
Кстати
сказать,
в
1940 г.
был
расфор м ир ован
специализированный
лесопромышленный
лагерь
Л ок-
чимлаг,
лагпункты
которого
на хо дил ись
на
территории
четырех
ра йо нов
ре спу б лики.
В
1941 г.
эти
лагпункты
п рео бр азов али
в
спецпоселки
и
передали
«Комилесу»33.
Спецпоселок
Ус ть-Не м
как
раз
и
воз ник
на
территории
бывш ег о
ла гпун кт а.
Среди
спецпереселенцев
по се лк а.Ус ть-
Нем
бы ли
и
немцы,
дважды
пер е живш ие
раскулачивание.
По
воспомина­
ниям
Леонарда
Емельяновича
Ау,
его
семья
в
начале
30- х
гг.
была
раску­
лачена
на
Укр а ине
и
отправлена
в
Карелию,
а
в
1941 г.
раскулачена
во
второй
раз
и
выселена
в
Коми
АСС Р34.
По
постановлению
Государственного
комитета
обо роны
в
1942 г.
повсеместно
б ыла
проведена
трудмобилизация
немцев
в
возр аст е
от
17 до
50 лет.
В
инструкции
ука зы вало с ь: «Мужское немецкое население будет
ск онце нт риров а но
в
специальные
лесозаготовительные
участки
и
ук ом­
плектовано
в
отряды
по
взводам,
в
составе
34-40 человек,
под
руковод­
ством
НКВД .
Размещение
будет
казарменное,
немцы
должны
жить
от де ль­
но
от
семей.
Для
каждо г о
необходимо
установить
жесткие
дневные
но рмы »35.
В
Усть-Немском
(Усть-Ку лом ск и й
р- н), Локчимском (С то рож е вск и й
р- н ), Сысольском и Койгородском (Сы сол ьс ки й
р- н)
лесп ро мх озах
б ыло
организовано
29 взводов на семи участках.
Эти
отряды
направляли
на
самые
т я желые
участки
лесозаготовок.
Для
мобилизованных
немцев
уста­
навливался
10-ч ас ов ой
рабочий
день
без
дополнительной
опл а ты,
режим
для
них
был
установлен
особенно
стр о гий.
Медкомиссию,
например,
обследовавшую
спецпоселки
Усть-Куломского
рай он а,
за
освобождение
немца
от
работы
по
болезни
о бвин яли
в
потворстве
саботажу.
Категори­
чески
запрещалось
выдавать
немцам
отп ус ка
по
болезни36.
29

Несмотря
на
то,
что
спецпоселки
существовали
уже
десять
ле т,
дороги
все
так
же
не
были
проложены,
снабжение
не
наладилось,
жилищ­
ная
проблема
стояла
так
же
остро.
Все
это
к
тому
же
у сугу бля лось
проблемами
вое нн ого
времени.
В
ба ра ках
спецпоселков
стояли
3-ярусные
нар ы.
Не
был о
порой
элементарного:
тумбочек,
табуреток,
тазов,
столов,
ковшей,
чайников,
стекол.
Строения
за
десять
лет
пришли
в
негодность,
так
как
с ко ла чива­
лись
на
скорую
руку.
Антисанитарные
условия
приводили
к
развитию
туберкулеза,
таких
эпидемических
заболеваний,
как
сыпной
тиф .
Ме ди­
цинское
обслуживание
практически
отсутствовало.
Люди
по-прежнему
жи ли
на
во де,
хлебе
и
капусте.
В
результате
спецпереселенцы
страдали
авитаминозом,
к ури ной
слепотой.
Мал о
кто
и мел
теплую
одежду,
о бувь.
Дети
б ыли
обеспечены
ими
лишь
на
20%.
Спецпереселенцы
не
знали,
сколько
зар аба ты вал и,
так
как
им
не
сообщали
о
нормах
и
расценках
выработки.
По-прежнему
заде рж ивал ас ь
вы пл ата
зарплаты,
рег уля рно
выдавали
лиш ь
авансы
—
3 рубля на семью37.
В
конце
1944 г.
на чался
третий
этап
заселения.
Государственный
комитет
обороны
29 октября 1944 г .
принял
постановление,
обязывающее
Н КВД
ССС Р
в
целях
увеличения
объема
ле созаг о т овок
в
1945 г.
завезти
для
работы
в
леспромхозах
50 000 военнопленных в Архангельскую,
Молотовскую,
Кировскую,
Вологодскую,
Ярославскую,
К алининску ю,
Горь ков с кую
области,
Карело-Финскую
ССР,
Удмуртскую
и
Коми
АССР38.
В
К оми
АССР
направлялись
в
распоряжение
«Комилеса» 6000 человек,
в
распоряжение
«Печорлеса»
—
4ООО39.
В
1946 г.
в
Ком и
бы ли
за се лены
сп ец пересел енцы
—
«власовцы», а
также
«оуновцы»40.
У слови я
жизни
переселенцев
и
после
во йны
легч е
не
стали.
В
1945 г.
отмечалось,
что
спецпереселенцы
в
Сысольском
районе
размещаются
в
бараках,
совершенно
не
пригодных
для
жилья:
без
крыш,
дверей
и
окон,
во
вр емя
дождя
всё
заливает
водой,
ве зде
клопы
и
тараканы;
в
бараках
нет
хозинвентаря;
рабочие
раз мещ ены
скученно;
из-за
нехватки
постельных
принадлежностей
спят
на
голых
нарах;
с
п рихо дом
зи мы
выра­
ботки
спецпереселенцев
снижаются
на
30% из -за
отсутствия
теплой
одеж­
ды41.
Не
ред ки ми
в
зимнее
время
был и
случаи
обморожения.
О т овари вали сь
спецпереселенцы
по
карточкам,
зарплату
по луча ли
с
бо ль шим
опозда ние м.
Многие,
особенно
дети,
страдали
дистрофией.
Медицинское
обслуживание
по-прежнему
практически
о тсу тство вал о.
Не
улучшились
и
санитарные
усло­
вия,
д аже
мыл о
не
выд авалос ь.
В
п осел ках
с о хр анялся
высокий
проц е нт
смертности.
Число
побегов,
естественно,
не
уме нь ша лось 42.
В
1949 г.
на
предприятиях
«Комилеса»
раб от ало
18 450 спецпересе­
ленцев,
в
том
числе
в
Усть-Куломском
ра йоне
—
360043.
Е сли
вспомнить,
что
в
начале
1930- х
гг.
чис ленн ос ть
спецпереселенцев
сост авля ла
около
40 тысяч и впоследствии до 1949 г .
прошло
еще
два
этапа
заселения,
можно
представить
себе,
сколь
ог ро мны
б ыли
л ю дские
потери.
30

Н ачало
про цесса
восстановления
в
правах
По
окончании
срока
высылки
спецпереселенцам
должны
бы ли
ве р­
н уть
некоторые
права,
в
том
числе
избирательные.
Однако
восстановление
в
избирательных
п равах
шло
со
многими
огов орк ам и
и
сильно
тормози­
лось
ме стн ыми
властями.
Так ,
Президиум
Северного
крайисполкома
12
сент яб ря
1934 г.
пос та нов ил: «В связи с приближающимся окончанием
срок а
в ысыл ки
ку лак ов
и
восстановления
в
избирательных
правах
на
основе
постановления
от
27 мая с.г. ,
учитывая
чрезвычайную
важно ст ь
закрепления
восстанавливаемых
в
Северном
крае,
так
как
их
выезд
еще
больше
осложнит
во прос
о
ра боче й
с иле
на
основном
хозяйственном
участке
—
лесозаготовках,
—
восстанавливать
трудпереселенцев
в
изби­
рательных
правах
не
в
массовом
порядке,
а
в
порядке
повседневного
и
тщательного
п од бора
лучших
ударников
на
производстве
и
в
сельском
хо зяй ст ве,
про яв ивш их
себя
активно
в
общественных
раб от ах
и
порвавших
со
своим
прошлым»44.
Для
возбуждения
ходатайства
о
восстановлении
в
правах
гражданст­
ва
н е обходим о
был о
представить
характеристику,
подписанную
предста­
в ите лями
администрации,
партийной
и
пр офсо юзн ой
организаций
и
ко­
мендантом
РОУ
НКВД.
Зат ем
во прос
рассматривался
Президиумом
РИКа.
И
только
при
положительном
решении
соответствующие
документы
на­
правлялись
на
оформление.
Мало
кто
преодолевал
такую
цепь
инст анций.
И
все-таки
лед
тронулся:
уже
с
1935 г.
можно
гов орит ь
о
начале
процесса
восстановления
в
правах.
Что
кас ается
остальных
прав,
то
вл асти
отмечали:
на
спецпереселен-
цев
«на основании договоров между хоз .
орга на ми
и
НК ВД,
распростра­
няется
т руд овое
законодательство,
в
том
чи сле
соц .
страхование,
не зави ­
симо
от
восстановления
в
избирательных
правах».
Моло дежь
могли
направить
на
учебу
в
с р едние
технические
школ ы,
но
посылались
«исклю­
ч ите льно
пр оя вив шие
себя
как
ударники
на
производстве,
состоящие
чл енам и
сельхозартелей,
п рочно
осевшие
на
местах
поселения,
восстанов­
ленные
в
избирательных
п рав а х»45.
Единовременные
же
пособия,
кредиты
на
индивидуальное
строитель­
ство
и
на
приобретение
рогатого
скота,
обещанные
спецпереселенцам
в
се р едине
1930-х
г г.,
еще
в
1940 г.
выдавать
запрещалось.
С
1941 г.
правовой
статус
спецпереселенцев
был
определен
следую­
щим
обра з о м: «Трудпоселенцы не являются свободными гражданами
СССР ,
а
являются
гражданами
С ССР
без
права
выезда
с
ме ст
поселения,
набл юде ние
за
которыми
возложено
на
орг аны
НКВД»46.
Постановление
Со вна рк ома
СССР
от
8 января 1945 г.
«О правовом положении спецпере ­
селенцев»
объ я влял о: «За нарушение трудовой дисциплины спецпересе-
ле нцы
привлекаются
к
ответственности
в
соответствии
с
существующими
законами.
Спецпереселенцы
не
имеют
права
без
разреш ени я
коменданта
31

спецкомендатуры
НКВ Д
отлучаться
за
пределы
ра йо на,
обслуживаемого
данной
комендатурой.
От лучк у
рассматривать
как
побег,
влечет
за
собой
у гол овную
о тв етс твен но сть »47.
В
1947 г.
Министерством
лесной
промышленности
был
р азос лан
пр и­
каз,
в
соответствии
с
ко то рым
надлежало
«репатриированных граждан
всех
национальностей,
явля ющихс я
постоянными
жителями
Латвийской,
Эстонской,
Грузинской,
Литовской,
Армянской
и
Азер бай д жан ской
рес­
публик,
работающих
на
предприятиях
лесной
промышленности,
за
исклю­
чением
немцев
и
лиц,
служивших
в
немецкой
армии,
легионеров, «власов­
цев»
и
полицейских,
освободить
от
работы
в
1947 г.
для
возвращения
на
род ин у»48.
Однако
«Комилес»
во
и спо л нение
эт ого
приказа
освободил
ничтожно
малое
число
людей
—
62 человека49.
И
только
8 апреля 1948 г.
С овет
Министров
Коми
АССР
постановил:
«Трудоустроить спецпереселенцев в соответствии с профессией и квалифи­
кацией,
обеспечить
спецпереселенцев
жильем,
перестроить
помещения
барач­
ного
ти па
на
комнатную
систему,
организовать
предприятия
по
бытовому
обслуживанию
населения
по
месту
ж ит е льс т ва »50. Однако и в этом документе
отмечалась
необходимость
«наладить учет и установить обязательную явку
спецпереселенцев
на
регистрацию
к
комендантам
—
литовцев
и
немцев
не
р еже
одного
раза
в
месяц,
членов
семей
«оуновцев»
и
«власовцев»
не
р еже
д вух
раз
в
месяц».
А
за
сем ья ми
«беженцев из Зап .
Украины»
должен
был
устанавливаться
строжайший
к о н тр оль , «так как вся масса беженцев воспи­
тывалась
и
работала
в
условиях
фаш и стск ой
д ик тату ры,
среди
них
могут
ок азат ься
и
враждебные
советской
власти
элементы,
как
члены
бывшей
ППС,
агенты
инос тр анной
разведки,
фашисты
и
т . п.»51.
Спецпереселенцам,
служившим
в
К ра сной
Армии
во
время
войны,
было
обещано
выдать
паспор т а
и
разрешение
на
свободный
уход
из
спецпоселков.
(К сожалению,
нам
не
уда лос ь
выяснить,
бы ло
ли
выполне­
но
это
обещание.)
Высланных
во
врем я
войны
в
Ко ми
чеченцев,
карачаевцев,
ингу шей,
башкир,
калмыков,
кры м ских
татар,
по
Указу
Президиума
Верховного
Сове­
та
СССР
от
26 ноября 1948 г .,
ост авля ли
в
отдаленных
ра йон ах
С ССР
навечно,
без
пра ва
возврата
к
прежним
местам
жительства.
За
самовольный
выезд
(побег)
определялась
мера
наказания
—
20 лет каторжных работ52.
Постановление
Совета
Мин ист ров
СС СР
от
7 октября 1951 г .
предписы­
вал о
принять
ме ры
для
закрепления
лиц,
освобожденных
от
спецпоселения,
на
пр едпр иятия х
лесной
промышленности.
Мини ст р
т.
Орлов
13 ноября
1951 г.
отдал
приказ:
организовать
разъяснительную
работу,
заключать
индивидуальные
договоры
со
спец пересе ленцам и,
распространить
на
них
все
льготы
и
преимущества,
ус т анов лен ные
для
раб очи х
и
служ ащи х
от расли ,
вы да вать
ссуды
на
ст ро итель ств о
д омов,
приобретение
хозинвентаря,
оказать
лицам,
ос во бо жденн ым
от
сп ец по селен ия
и
оставшимся
на
пос то ян ной
работе,
необходимое
содействие
в
перевозке
к
ним
членов
семей53.
32

Завершая
наш
рассказ
о
спецпереселенцах
в
Республику
Коми,
отме­
тим
еще
один
аспект
это й
трагедии.
К
1940 г.
административно-ссыльные
и
спецпереселенцы,
на прим ер,
в
Усть-Куломском
районе
составили
ок оло
половины
населения,
однако
эти
люд и
не
смогли
в ос приня ть
традиции
ко ми
н арод а.
Переселенцы
стали
как
бы
ино ро дны ми
э ле мен тами.
В
на ши
дни
их
потомки,
оставшиеся
жить
в
мес тах
прежних
пр ину дите льны х
заселений,
—
это
далеко
уже
не
донские
казаки
или
крепкие
хозяева
со
Смоленщины,
не
см огли
они
стать
и
коми
крестьянами.
Трудно
решается
проб ле ма
возр ожд ен ия
коми
культуры,
так
как
коренное
население,
в
результате
массовых
переселений,
не
сост авля ет
большинства,
а
в
самых
северных
городах
оно
по чти
отсутствует.
Сл еду ет
сказ ать ,
что
коми
население
всегда
отн ос ило сь
доброжела­
тельно
к
переселенцам,
многие
из
кот оры х
обзавелись
семьями
в
н ашем
крае.
Част о
это
помогало
людям
выжить
в
те
трудные
и
го рьк ие
времена.
Зас луг ой
спецпереселенцев,
кроме
того,
что
они
смогли
выжить
в
неимоверно
тяжелых
условиях,
является
то,
что
именно
их
руками
разви­
валась
лесная
промышленность
в
нашей
республике.
Примечания:
1 Центральный государственный архив Коми Республики ( ЦГ А
КР) .
Ф .144.
Оп .1.
Е. х. 3125.
Л. 4.
2 Там же.
Л. 46.
3 Там же.
Ф. 701.
Оп .1.
Е .х .36.
Л. 13.
4 РГАОПДФ .
Ф. 1.
Оп.1.
Е. х.805.
Л .11.
5 ЦГА КР.
Ф .144.
Оп .1.
Е. х. 3125.
Л .54.
6 Там же.
Л.З.
7 РГАОПДФ .
Ф. 1.
Оп .2.
Е. х.808.
Л .28.
8 ЦГА КР.
Ф .144.
Оп.1.
Е. х. 1592.
Л .24.
9 РГАОПДФ .
Ф. 1.
О п.2.
Е. х. 914.
Л .22.
10 Воспоминания.
Личный
архив
авт о ра.
11 РГАОПДФ.
Ф.1 .
Оп .2.
Е. х.808.
Л. 38-42, 71.
12 Там же.
Л .27.
13 Там же.
Л. 43.
14 Там же.
Л. 114.
15 Там же.
Л . 83-84.
16 ЦГА КР.
Ф .144.
Оп .1.
Е. х . 1576, 1579, 1586, 1589, 1592, 1593, 1611, 1612, 1619,
1628.
17 Там же.
Е .х.1572.
Л. 841.
18 Там же.
Е. х .3138.
Л .50.
19 Там же.
Е. х .1662.
Л. 101.
20 РГАОПДФ .
Ф .1.
Оп .1.
Е. х.914.
Л .3-5.
21 Там же.
Л .51.
33

22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
Там
же.
Оп.2.
Е .х.970.
Л .128.
Е . х.972.
Л .29, 40.
ЦГА
KP.UD.144.
О п.1.
Е .х.3212.
Л. 20.
Там
же.
Ф.1 44.
О п.1.
Е. х .3138.
Л.5.
РГАОПДФ.
Ф .1.
О п.2.
Е . х.909.
Л .28.
ЦГА
KP.
Ф. 144.
О п.1.
Е .х.3138.
Л .236.
РГАОПДФ.
Ф. 1.
О п.2.
Е . х.909.
Л .28.
Там
же.
Е. х.970.
Л. 138, 145.
ЦГА
KP.
Ф. 144.
О п.1.
Е.Х.3237.
Л .20, 32.
Там
же.
Ф. 605.
Оп .4.
Е . х.77.
Л .93.
Там
же.
Е. х.68.
Л.211.
Там
же.
Е. х.160.
Л .9 -11.
Там
же.
Е. х.108.
Л.38; Ф.144.
О п.1.
Е. х .3244.
Л .8.
Воспом ин ан ия .
Ли чный
архи в
а втора.
ЦГА
KP.
Ф .144.
О п.1.
Е. х.3250.
Л. 1, 10.
Там
же.
Л.2; Е.х.3258.
Л.9; Е. х.3262.
Л. ЗЗ.
Там
же.
Е. х.3244.
Л. 24-68.
Там
же.
Е. х. 3262.
Л .59.
Там
же.
Л .66.
Там
же.
Е. Х. 3268.
Л .59.
Там
же.
Е. Х.3282.
Л. 19.
Там
же.
Е.Х.3287.
Л .19; Ф.6О5.
Оп.4.
Е. х. 186.
Л. 68.
Там
же.
Ф. 144.
Оп.1.
Е . х.3287.
Л .8.
Там
же.
Е. х.3166.
Л. 50.
Там
же.
Е. Х. 3213.
Л.22.
Там
же.
Ф.605.
О п.4.
Е . х.68.
Л. 97.
Там
же.
Е. Х.183.
Л. 10.
Там
же.
Ф.144.
О п.1.
Е. х. 3282.
Л.6.
Там
же.
Л .11.
Там
же.
Ф.605.
Оп.4.
Е .х.186.
Л .67.
Там
же.
Ф.1 44.
Оп.1.
Е . х.3237.
Л.7.
Там
же.
Ф. 605.
О п.4.
Е . х.189.
Л. 109.
Там
же.
Ф.144.
О п.1.
Е .х.3317.
Л.21.

Оксана
Реп ухова
(Петрозаводск)
ДЕЛО
О
КОНТРРЕВОЛЮЦИОННОМ
ЗАГОВОРЕ
В
КАРЕЛИИ
в
1932-1933 гг .
(«Заговор финского генштаба»)
Дело,
обозначенное
властями
как
«Заговор финского генштаба», до
по сл едне го
времени
ост авало сь
одним
из
многих
таинственных
звеньев
в
це пи
преступлений
сталинского
режима.
Первые
сведения
об
это й
акции,
проведенной
ГПУ
Ленинградского
военного
окр уга
(ЛВО)
в
1932-1933 гг. ,
бы ли
обнаружены
в
1993 г.
И. Р.Т ака ла
в
Государственном
архиве
общест­
венно-политических
движений
и
форми рова н ий
Кар елии1
и
И.И.Чухиным
в
архиве
ФСК
РК 2.
Исслед оват елям
была
доступна
лиш ь
небольшая
часть
до ку мент ов
д ела,
и
по это му
пок а
не
най де ны
окончательные
ответы
на
многие
вопросы:
ск оль ко
же
был о
«раскрыто»
в
Карелии
контрреволю­
ционных
ячеек,
составляющих
«заговор», представители каких нацио ­
нал ьно ст ей
и
социальных
слоев
стали
жерт вами
«дела», сколько человек
б ыло
по
нему
репрессировано
и
т.д.
В
архивных
фондах
ФСК
Рес пу бл ики
Кар ели я
сохранились
материа­
лы
по
И
ячейкам,
ликвидированным
ГПУ
ЛВО
на
территории
КаССР,
тог да
как
с в одное
обвинительное
заключение
по
«делу о заговоре»
н азыва ет
9 ячеек3, а в одном из предварительных отчетов следователей
ГПУ
ЛВО
речь
идет
о
15 ячейках4 .
Соответственно
н аз ывает ся
разное
числ о
проходивших
по
да нн ому
де лу
лиц.
Если
в
предварительном
отчете
следователей
утверждается,
что
по
15 ячейкам Карелии выявлено 1048
за г оворщи к ов5, то сводное обвинительное заключение по республике
н азыва ет
866 репрессированных6 .
Нам
у дал ось
из учит ь
23томадела «Заговор
финского
ген шт аба».
Это т
сложный
комплекс
разнообразных
документов
1930- х
и
1950-1960-
х
гг.
поз воли л
ответить
на
некоторые
из
поставленных
вопросов.
В
Карелии,
как
и
по
всей
стране,
к
началу
1930- х
сло жил ась
напря­
ж енная
ситуация
в
свя зи
с
экономически
неоправданными
высокими
темпами
раз вит ия
промышленности.
Трудности,
возникающие
на
пу ти
строительства
«нового мира», неизменно приписывались проискам « вр а­
гов
народа».
Специфические
ка ре льск ие
особенности,
обусловленные
близостью
Финляндии,
притоком
фин ск ого
населения
в
ре с публи ку
на
рубеже
1920-1930-х
г г.,
усилением
финизации,
стали
благоприятной
ос­
35

новой
для
нагнетания
атмосферы
шпиономании.
В
республике
назревал
новый
вит ок
репрессий.
«Заговор финского генштаба»
отн осилс я
к
категории
операций,
п ровод им ых
ОГПУ
в
рамках
борьбы
с
контрреволюционным
буржуазным
национализмом,
который
якобы
грозил
рас па ду
СС СР7.
О су жде нным
по
делу,
в
большинстве
своем
ка релам ,
вменялась
в
вину
подготовка
воору­
женного
восстания
прот ив
советской
власти
с
целью
«присоединения
Советской
Ка рел ии
к
Великой
Финляндии»8.
Кр о потл ивая
работа
по
созданию
«дела»
проводилась
ГПУ
с
октября
1932 по май 1933 г.
Главными
его
ис пол нит ел ями
бы ли
нач ал ьник
карель­
ского
ГПУ
Шершевский,
заместитель
полномочного
представителя
ОГ ПУ
в
ЛВО
Запорожец,
заместитель
начальника
ос обого
отдела
ЛВО
Яни шев -
ский.
Гро мк ое
название
сл едо вател ям и
обосновывалось
утверждением,
что
непосредственное
руководство
в сей
контрреволюционной
разведыватель­
ной
работой
п ротив
СС СР
осуществляет
II отдел Финского генштаба,
в озг лавл яем ый
Мальмбергом,
и
«финно-карельская
белогвардейская
эм и­
гр ац ия », сплотившаяся вокруг Карельского академического общества,
Восточно-карельского
комитета,
Ингерманландского
союза
и
Центрально­
го
комитета
племенных
организаций
—
то
ест ь
вокруг
националистичес­
ких
ор г аниз аций,
ак ти ви зи ровавш ихся
в
Финляндии
в
начале
1930-х
гг.
Ес ли
верить
со зда тел ям
«дела», разветвленная сеть агентуры Фин-
генштаба
охватила
всю
территорию
К ар елии
и
инге рм анл андс кие
районы
Ленинградской
области.
П еред
аге нтами
Фингенштаба
стояла
непростая
задача
со здать
зд есь
кон тр ре волюц ион ные
группы
—
«ячейки», которые,
в
свою
очередь,
следует
объединить
в
крупную
контрреволюционную
организацию.
Контрреволюционные
ячейки
я кобы
получили
от
Финген­
штаба
следующие
ус т ан ов ки : «1) Охватить своим влиянием все контрре ­
волюционные
эл еме нты
на
территории
Карелии
и
Ингерманландии;
2) Систематически проводить национал -шо в ини сти ч еску ю
агитацию
и
про­
паганду
под
лозунгом
борьбы
за
«Великую Финляндию»; 3) Всемерно
создавать
ус лови я,
обеспечивающие
максимальное
повышение
контррево­
люц ион ных
н а с тро е ний ; 4) Осуществлять во всех областях сельского и
л есног о
хозяйства
организованное
вр еди тел ьс тво ; 5) Настойчиво распро­
стр ан ять
слухи
о
близкой
войне
с
СССР,
его
неизбежном
поражении
и
присоединении
Карелии
и
Ингерманландских
ра йо нов
к
Финляндии;
6) Широко вести разведку в пользу Финляндии; 7) Организовать низовой
те ррор
против
советского
партийного
и
общественного
акт ив а; 8) Вербо­
вать
и
воспитывать
контрреволюционные
кадры
<...> 9) Накоплять в
местных
усл ови ях
ор уж ие; 10) Проникать в ряды ВКП(б) <...>9.
В
ре з уль­
та те
«деятельность врагов»
оказалась
оч ень
разнообразной,
затрагивала
важнейшие
сф еры
жиз ни
и
помогала
об ъясн ить
р ост
антикоммунистичес­
36

ких
настроений,
нерентабельность
работы
колхозов,
провалы
лесозагото­
вительных
планов
и
многое
другое.
Судя
по
имеющимся
документам,
аресты
начались
осенью
1932 г.
в
Пудожском
ра йо не : 4 октября был взят под стражу Ермоленко Тимофей
Семенович
—
перв ый
об виняе мы й
по
«делу о заговоре». Чис л о ар ест ован ­
ных
рос ло
с
каждым
ме сяце м.
Пик
арестов
пришелся
на
ма рт
1933 г.
«Следствие по всем ячейкам данного отдела <.. .>
ве дет ся
форсирован­
но»10, г-
рап ор то вали
в
апреле
1933 г.
его
авторы
и
испо л ните ли.
По
11 изученным нами контрреволюционным ячейкам к маю 1933 г .
б ыло
арестовано
866 человек .
Но
в
ходе
расследования
часть
из
них
из-под
стражи
освободили,
и
до
заседания
«троек»
дошли
727 человек.
След с тви ем
б ыли
охвачены
почти
все
приграничные
районы
ре сп уб­
л ики,
на
80-90%
заселенные
карелами.
В
то
время
кар ель ск ое
население
Ухтинского
района
сост ав ля ло
81%, Сегозерского
—
83,4%, Петровско­
го
—
85,5%, Тунгудского
—
85,7%, Ругозерского
—
86%, Олонецкого
—
92,6%, Пряжинского
—
95,1%п.
Среди
арестованных
и
осужденных
по
эти м
районам
большинство
бы ли
карелами.
В
других
районах
ре с публ ики
пострадало
в
основном
русское
население.
В
целом
национальный
состав
ли ц,
осужденных
по
де лу
«Заговор
фин ско го
г ен ш т аба», выглядел следующим образом*:
Контрреволюцион­
ная
ячейка
Общая
численность
яче йки
В
том
числе
карелы
финны
ру сски е
другие
Ухтинская
60
58
2
—
—
Кемская
47
6
—
33
8
Тунгудская
83
81
-
2
-
Ругозерская
34
34
-
-
-
Се гозе рск ая
51
49
-
2
-
Петровская
68
65
1
2
-
Кондопожская
59
51
-
7
1
Пряж ин ска я
76
74
1
1
-
Олонецкая
146
141
4
1
-
Пудожская
81
1
-
77
3
Лесн ая
промышленность
22
1
—
21
—
ИТОГО:
727
561
8
146
12
* Все таблицы составлены нами по материалам архива ФСБ РК .
37

В
национал-уклонизме
следователи
ОГПУ
обв инял и
именно
карел.
Утверждалось,
что
все
«карельские»
ра й оны,
оторванные
от
центра,
тяг о тели
к
Фи нля нди и.
Подтверждения
тому
создатели
«дела»
находили
в
событиях
времен
интервенции
и
гражданской
войны.
Но
особенно
веские
«доказательства»
неблагонадежности
«карельских»
ра йон ов
республики
следователи
черп али
из
событий,
связанных
с
так
называемой
карельской
авантюрой
начала
20- х
г г.,
когда
в
Финляндии
усилились
интервенцио­
нистские
настроения,
вылившиеся
в
новые
вторжения
на
т еррит ори ю
Карелии.
По сле
разгрома
этих
оп ера ций
в
1923 г.
постановлением
ВЦИ К
РСФСР
всем
лицам,
бежавшим
в
связи
с
«каравантюрой»
на
т еррит ори ю
Фи нлян дии ,
была
объявлена
амнистия
и
даровано
право
вернуться
на
Родину12.
Так
возникли
понятия
бы вший
«карбеженец», «каравантю -
ри с т», ставшие для следователей 1930-х
гг.
синон имам и
н ебл агон аде жно с­
ти.
В
следственных
документах
ут вер жда лос ь,
что
«проходящие по делу
бедняки,
середняки,
раб очи е
и
служащие
в
своем
под ав ляющем
большин­
стве
являются
бывшими
активными
участниками
каравантюры»13.
Им енно
тогда,
считали
разработчики,
эти
люд и
«заразились»
к онтрре в олюц ион ­
ными
настроениями.
Среди
арестованных
ОГПУ
—
508 человек
—
«быв­
шие
каравантюристы»14.
Су дя
по
обвинительным
заключениям,
такие
факторы,
как
сосредо­
точение
карел
в
приграничных
ра й она х, «засоренность»
их
«бывшими
к ар а ва нтю ри ст ами », систематическое отставание в выполнении различ ­
ных
народно-хозяйственных
п ла нов,
бы ли
для
ОГП У
неоспоримым
дока­
зательством
наличия
зд есь
кон трр ево люци он ных
организаций.
В
районах,
где
карельское
население
было
в
меньшинстве
(Пудож­
ский,
Ке м с ки й), ОГПУ обосновывало аресты утверждениями типа: «<...>
в
связи
с
оторванностью
от
административных
цент ро в
района
в
нем
имелась
возможность
осед ат ь
контрреволюционным
э ле ментам»15.
Подо­
зри т ель ным
бы ло
и
то,
что
в
некоторых
школах
в
1931 г.
о бна ружи ли
иконы,
а
учителя
—
выходцы
из
духовенства
крестили
детей16.
Говорить
о
карельском
национализме
в
«некарельских»
районах
было
трудн о,
но
здесь
исторические
и
социальные
корни
контрреволюционных
групп
иска­
ли
в
первых
годах
существования
советской
вл асти .
Так,
например,
в
обви ни те ль ном
заключении
по
Кондопожскому
району
п одробн о
освеща­
ет ся
местное
в осст ани е,
поднятое
«кулацкими элементами»
в
1919 г.
и
охва ти вше е
целиком
терр ито рии
Тив дий ск ого
и
Сопохского
сельсоветов17.
Очевидно,
на
этом
основании
в
1932—1933 гг .
в
Кондопожском
районе
аресты
пр ои звод и лись
в
первую
очередь
в
Тив дии
и
Сопохе.
Главным
доказательством
функционирования
контрреволюционных
групп
во
всех
районах,
охваченных
следствием,
ОГП У
считало
тот
факт,
что
колхозы
Карелии
ост ава лись
нерентабельными,
а
пл аны
лесо заго т ов ок
не
выполнялись.
38

Ре внив о
заботясь
о
ра зви тии
основы
республиканской
эк ономи ки
—
лесной
промышленности,
следователи
ОГПУ
обнаружили
контрреволюци­
онную
ячейку
в
аппарате
упра вле н ия
отраслью.
Оказывается,
«когда
белые
банды
на
территории
Карелии
были
уничтожены
и
окончательно
утвердилась
Советская
власть,
бывшие
активные
участники
бело-бандит­
ских
на лет ов
по
заданию
своих
бывших
хозяев
заняли
ответственные
и
руководящие
посты
в
лесной
промышленности
К аре лии »18.
Среди
них :
П.К.Нек л юдо в
—
ответственный
исполнитель
по
лесоэкспорту
«Карелле -
са», Н.С.Н ава гин
—
заведующий
производственным
сектором
показатель­
но го
леспромхоза
«Кареллеса»
и
дру гие .
В сего
22 человека.
В
обв ине нии
ут верж дало сь,
что
в
результате
их
вредительской
деятельности
б ыли
сорваны
производственные
планы
лесной
промышленности
КаС СР 19.
Социальный
состав,
или,
по
выражению
«писателей»
из
ОГПУ,
«физиономия»
подвергшихся
репрессиям,
убеждает,
что
основной
уда р
был
нанесен
по
карельскому
крестьянству.
Из
727 осужденных по И
рай она м
республики
485 были из крестьян.
Более
всего
подозрения
следователей
выз ыва ли
«крепкие мужики», которые уже были раскулаче­
ны,
но
в
колхозы
не
вступали.
Таких
крестьян-единоличников
среди
осуж де нн ых
было
287.
По
«делу о заговоре»
преследовались
также
представители
интеллигенции,
л ица
духовного
зван и я,
различного
рода
служащие.
Особенно
велика
доля
представителей
инте л лиге нции
(педаго­
гов,
вр ачей )
среди
репрессированных
в
Пудожском
районе:48человекиз
81.
Арестовывались
бывшие
участники
Белого
движения,
бывшие
поли це й­
ские,
торговцы.
Впрочем,
для
обвинения
в
участии
в
«заговоре»
достаточ­
но
бы ло
на л ичия
родственников
в
Финляндии.
В
погоне
за
шпионами
ОГПУ
не
щадило
квалифицированных
специа­
листов,
крайне
необходимых
республике:13из22
арестованных
в
ап пар а­
те
упра вл е ния
лесной
промышленностью
имели
среднее
или
вы сшее
обра­
зование.
Надо
сказать,
что
ср еди
осужденных
по
11 районам республики
довольно
высока
бы ла
д оля
грамотных
—
83%.
Назвав
одной
из
уст ан ово к,
да нных
Финге ншта бо м
кон т рре волюци ­
онным
ячейкам,
прони кнов е ние
в
ряд ы
ВКП(б), следователи ОГПУ выяви­
ли
42 «финских шпиона», являвшихся членами или кандидатами в члены
п ар тии.
Больше
вс его
членов
партии
арестовали
в
Пряжинском
районе
—
13 человек.
Репрессии
коснулись
и
людей,
занимавших
руко вод ящ ие
должности.
Чаще
всего
это
были
председатели
нерентабельных
колхозов,
председате­
ли
РИКов.
Из
727 репрессированных 66
были
ответственными
раб о тника­
ми.
Но
все
же
следует
о тме тить,
что
по
де лу
«Заговор финского геншта ­
ба»
прежде
всего
преследовались
люди,
не
явл явши ес я
членами
партии
и
не
за нима вши е
каких-либо
ответственных
постов.
В
б оль шинстве
своем
это
были
м у жчины;
женщин
по
этому
дел у
п роход ило
только
30.
39

Особое
внима ние
разработчики
«дела»
уделили
структуре
якобы
действовавшей
в
Карелии
контрреволюционной
организации.
По
их
ве р­
сии,
самые
ранние
контрреволюционные
группы
возникли
еще
в
1924—
1925 гг .,
пик
же
их
образования
пришелся
на
1930-1931 гг .
Причем,
оказывается,
существенно
повлияла
на
организационное
спло ч ение
контр­
революционеров
коллективизация,
так
как
«если до коллективизации с/х
враждебные
советской
власти
элементы
вел и
контрреволюционную
дея­
тельность
разрозненно,
то
при
организации
к ол хозов
классовая
борьба
переключилась
на
та ко вые,
где
условия
благоприятствовали
для
группо­
в ого
к-р
в ре дител ь ств а»20.
Следователи
ОГПУ
полагали,
что
существовали
две
категории
по­
встанческих,
контрреволюционных
групп.
К
первой
относились
объедине­
ния
по
территориальному
принципу
—
районные
ячейки.
Эти
небольшие
контрреволюционные
группы
формировались
в
важнейших
центрах
пол и­
тико-экономической
жиз ни
—-
в
школах,
бол ьница х,
леспромхозах,
колх о­
зах.
Вторая
категория
контрреволюционных
ячеек,
по
мы сли
творцов
«дела», была построена по принципу «с озд ани я
диверсионно-повстанчес­
ких
групп
вок руг
бывших
курсантов»21.
К
та ким
ячейкам
следователи
отнесли
Олонецкую
и
Ругозерскую.
В
«деле»
утверждалось,
что
в
пер вой
п олови не
1920-х
гг.
б ыли
организованы
военные
шк олы
для
подготовки
курсантов-боевиков
(например Сердобольская), военные школы Карель­
ского
академического
общества
(в Лиекса и Кухмопиеми)
и
спецкурсы
для
подготовки
разв едч ик ов
(в Салми,
Кителя,
Суомиосалми,
Пейдеварок,
Лапуа
и
Ту жил а).
Контингент
учащихся
отбирался
из
состава
«эмигриро­
вавших
в
Финл яндию
участников
авантюры»22.
Записывали
в
школы
и
на
курсы
«молодых карел,
наиболее
развитых,
здоровых
и
не
связанных
с
с ем ье й»23.
Далее
следователи
ОГПУ
выдвигают
свой
основополагающий
тезис
о
том,
что
«объявленная Совправительством амнистия дала возмож­
ность
в
числе
прочих
каравантюристов
просочиться
<...>
в
Кар ел ию
и
большей
час ти
фин курс ан тов »24.
В
1950-1960-е
гг.
в
хо де
допол ни те л ьной
проверки
бы ло
установлено,
что
в
названных
населенных
пунктах
нико гда
не
существовало
военных
школ.
Фантазией
фальсификаторов
«дела»
на
территории
Карелии
бы ла
со здан а
се ть
контрреволюционных
ячеек,
тесно
связанных
ме жду
собой
и
даж е
установивших
контакты
с
заключенными
лагерей,
расположенных
вдо ль
Беломорско-Балтийского
канала.
С
помощью
заключенных
якобы
приобреталось
оружие.
В
апреле
1933 г.
следователи
рапортовали:
по
Ка рел ии
изъ ято
1313 единиц оружия .
Их
нима ло
не
смущало,
что
боль шей
частью
это
б ыли
охотн ичьи
ружья.
В
ОГПУ
сч ит али,
что
и
это
в ооруж ени е
вполне
пригодно
для
совершения
диверсионно-террористических
актов.
На
арестованных
сп ис али
всю
вину
за
неудачи
к олхозн ого
ст роит ель ­
ства,
за
п ро валы
лесозаготовительных
планов
и
за
голод
начала
1930-х
г г.,
40

когда
во
многих
районах
республики
люд и
вынуждены
бы ли
питаться
древесной
корой.
К
маю
1933 г.,
как
уже
г овори лос ь,
следствие
было
закончено
и
де ло
передано
на
«тройку»
при
Полномочном
представительстве
О ГПУ
ЛВО
в
Ленинграде.
Сл уш ание
проходило
так
же
форсированно,
как
и
сл е дств ие.
5 мая 1933 г.
«тройка»
вы нес ла
реш ен ие
по
Пряжинской
и
Ухтинской
ячейкам, 7 мая
—
по
Олоне ц кой
No
2, Пудожской,
Ругозерской,
Кемской,
Кондопожской,
Сегозерской,
Петровской,
Тунгудской
яче йка м
и
Гр уппе
лесной
промышленности, 13мая
—
по
Олонецкой
ячейке
No
1.
В
Олонецком
районе
возникли
две
группы
осужденных
опять-таки
по
экономическим
причинам.
Так
как
район
был
объявлен
находящимся
в
«глубоком прорыве»
и
за
это
занесен
на
«черную доску», следователи
ОГПУ
после
ар еста
л иц,
непосредственно
обвиняемых
в
к онт рре вол юци­
онных
действиях,
посчитали
за
благо
произвести
«изъятие элемента,
составляющего
окружение
осужденных
членов
яче йк и» 25.
Р еш ения
«тройки»
вы нос ил ись
одновременно
бо льш ой
группе
людей,
в
протоколах
засед ания
ф и кси рова лось
об щее
обвинение
для
всех,
вк лю­
ченных
в
одну
ко нтрре в олюц ионную
ячейку.
"Контрреволюционная
яче йк а"
Чи сленн ость
Статьи
УК
Р СФСР
Ухтинская
60
ст. 58 п .6, 10,11
Кемская
47
с т .58 п. 6,10,11
Тунгудская
83
с т .58 п.4,6,7,10,11,12
Сегозерская
51
с т .58 п.7,10,11
Петровская
68
с т .58 п.6,7,8,11,14
Конд опож ск ая
59
с т .58 п .6,7,8,10,11,13
Пряж и нска я
76
с т .58 п.6,10,11
Олонецкая-1
57
с т .58 п. 10,11, ст. 182
Олонецкая-2
89
с т .58 п.6,7, 8,10,11, ст.19
Лесная
промышленность
22
с т .58 п.6,7,10,14
Пудожская
81
с т .58 п .7, 8,9,10,11
Как
види м,
практически
всем
бы ло
предъявлено
обвинение
в
ш пион а­
же
(ст . 58 п . 6), антисоветской агитации ( ст .5 8 п. 10), организованной контр­
революционной
деятельности
(ст.58 п.11).
Исключение
составила
Ру гозер -
ск ая
я че йка:
каждому
из
34 ее членов было предъявлено отдельное
обвинение.
Дела,
по
к отор ым
не
было
собрано
достаточных
доказательств,
после
рассмотрения
на
заседании
«тройки»
ОГПУ
ЛВО
поступили
на
утвержде­
ние
с пе циал ьных
«троек»
ЛВО.
Всего
из
727 дел в специальные «тройк и»
бы ло
передано
49.
41

Окончательные
приговоры
по
де лу
«Заговор финского генштаба»
бы ли
вынесены
в
мае
1933 г.
Признанные
виновными
подверглись
следу­
ющим
видам
на каз ания:
ВС ЕГО
«Контррево-
Число
лю ционна я
осуж­
ячейка*
денных
вмн
Ухтинская
60
2
Ке мс кая
47
8
Тунгудская
83
5
Ругозерская
34
1
Сегозерская
51
—
Петровская
68 16
Кондопожская
59
2
Пряжинская
76
17
Олонецкая
146
12
Пу дож ская
81
12
Лесная
п ро­
мышленность
22
1
Вид ы
приговоров
10
5
3 высылка
лет
к/л
лет
к/л
года
к/л
12
6
5
27
10 15
4
10
29 27
2
16
14
4
1
10
5
3
5
26
21 12
6
6
1
418
14
37
7
1
9
60
236
23
141515
24
10
8
3
ли ше ние
пр ав
проживания
в
определенных
местностях
4
2
2
-
4
3
-
1
12
-
-
6
-
1
11
-
9
5
-
-
5
4
4
1
-
-
168
727 76 213 103 93
47
621
Приговоренные
к
вы сшей
мере
с оц иал ьной
защиты
бы ли
расстреляны
в
мае
1933 г.
Точные
даты
расстрела
по
изученным
документам
установить
сложно.
При г ово рен ные
к
высылке
на
различные
сроки,
как
правило,
отправлялись
в
Западно-Сибирский
край.
Лишенным
прав
проживания
в
определенных
райо нах
зап ре щал ось
селиться
в
приграничных
районах
Карелии,
въезжать
в
Москву
и
Л е нингр ад.
Для
6 человек из 727 осужден­
ных
в
документах
не
указана
форма
наказания.
Причины,
по
которым
21 человек освобождены из - под
ст ражи ,
в
документах
не
указаны.
Известно,
что
один
из
них,
П. И.Оси п ов,
не
был
осужден
по
де лу
в
свя зи
со
с ме ртью
в
процессе
следствия
17 апреля 1933 г .
В
отношении
139 арестованных дело было прекращено .
Результатом
ликвидации
«заговора»
в
Карелии
стали
со тни
искале­
ченных
судеб
невиновных
л юдей.
Нам
уда лос ь
обнаружить
инф ор ма цию
о
дальнейшей
судьбе
86 человек,
обвиненных
в
прича с тнос ти
к
«загово­
ру ».
Чаще
всего
сведения
ограничиваются
со об щением
о
мес те
пр ебы ва­
ния
осужденного
—
Норильлаг,
Да льлаг ,
Ураллаг,
Кареллаг,
Ухтижим-
лаг...
В
1960-х
гг.
в
Кар елии
проживало
только
четверо
из
числа
репрес­
42

сированных
—
А.И.Туттчиев,
А.Н.Прокопьев,
Н.И.Пр о ко пь ев,
П.Г.Гап-
пое в.
Остальные
либо
погибли
в
лаг еря х,
ли бо
по
ок ончан ии
срока
наказания
не
вернулись
на
родину.
Более
двадцати
лет
эти
люди
считались
преступниками.
Процесс
реабилитации
по
делу
о
«Заговоре финского генштаба»
начался
в
1956 г.
и
продолжался
до
1962 г.
В
хо де
допол ни те ль ной
проверки,
осуществлен­
ной
Военным
трибуналом
Северного
военного
округа,
бы ло
полностью
д оказ ано,
что
«дело»
это
со
всех
точе к
зрения
является
фальси фик ац ией ,
не
подтверждено
никакими
о бъе ктив ными
данны ми,
и
в
отношении
б оль­
шинства
репрессированных
по
н ему
справедливость
был а
восстановлена.
В
материалах
дополнительной
проверки
нам
не
уд ало сь
обнаружить
документов
о
реабилитации
35 осужденных .
Вопрос
о
них
ост ает ся
открытым.
Реабилитация
по
«делу о заговоре»
в
1950-1960-х
гг.
п роход ила
негласно
и
но сила
с угубо
юридический
характер.
С
осужденных
были
снят ы
уголовные
обв ине ния ,
о
пересмотре
дела
п роин форм и рова ли
их
родственников.
Врем я
публичной
реабилитации
вс ех
пострадавших
от
репрессий
наступило
только
после
выхода
23 июня 1992 г.
Указа
Президента
РФ
о
с нятии
ограничительных
грифов
с
документов,
относящихся
к
массовому
террору
в
СССР.
Составленная
автором
работы
картотека
пострадавших
по
д елу
«Заговор финского генштаба»
будет
включе н а
в
книгу-мартиролог,
которую
ка ре льск ое
общество
«Мемориал»
планирует
издать
в
б ли­
жа йшее
время.
Так
мы
отдадим
долг
памяти
еще
сотням
жерт в
п о лити­
ческого
террора
в
СССР.
Примечания:
1 Такала И .Р.
Реп ресси вн ая
политика
в
отношении
финнов
в
Советской
Карелии
30-х
годов
// Вопросы истории Европейского Севера.
Петрозаводск, 1933.
С .11 1-128.
2 Чухин И.И.
Заговор
финского
генштаба.
Петрозаводск, 1994.18с.
(Рукопись).
3 Архив ФСБ РК.
Д.
Ф/П-177.
Т .1.
Л . 20-26.
4 Там же.
Д.
П-18456.
Т.17.
Л .163.
5 Там же.
6 Там же.
Д.
Ф/ П-177.
Т .1.
Л .463-568.
7 См.:
Такала
И.Р.
Указ.соч.
С. 114;ЧухинИ.И.
Указ.соч.
С. 1-2.
8 Архив ФСБ РК.
Д.
Ф/ П- 10042.
Т.2.
Л .32.
9 Там же.
Д.
П-18456.
Т .17.
Л .164.
10 Там же.
Л.170.
11 Ежегодник 1932-1933 гг .
Петрозаводск, 1934.
С. 1 1-13.
43

12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
Карелия
в
период
восстановления
народного
хо зя й ств а, 1921—1925 гг.
Петро­
заводск, 1979.
С.57-587.
Ар хив
ФСБ
РК.
Д.
П -18456.
Т.17.
Л .163.
Там
же.
Там
же.
Л. 7.
Там
же.
Л .9.
Там
же.
Д.
Ф/ П-10042.
Т.2.
Л.5.
Там
же.
Д.
Ф / П- 13606.
Т.З.
Л .361.
Там
же.
Л .373.
Там
же.
Д.
П -18546.
Т.2.
Л.17.
Там
же.
Д.
Ф / П- 10277.
Л. 19.
Там
же.
Д.
П -18546.
Т. 2.
Л.6.
Там
же.
Д.
П -18545.
Т.2.
Л.8 .
Там
же.
Л. 9.
Там
же.
Д.
Ф/ П-10480.
Т.2 .
Л.1.
С м.:
Сб ор ник
законодательных
и
нормативных
ак тов
о
репрессиях
и
реабили­
та ции
жертв
политических
репрессий.
М ., 1993.
С.62-63.

Ольга
К олобе н ина
(Ярославль)
«КОНТРРЕВОЛЮЦИОННАЯ
ПРАВО-ТРОЦКИСТСКАЯ
МОЛОДЕЖНАЯ
ОРГАНИЗАЦИЯ»
В
ЯРОСЛАВСКОМ
КОМ СОМ ОЛЕ
По
мат ериа лам
архива
Управления
ФСБ
по
Ярославской
о бласт и
Весь
37-й
год,
особенно
его
вторая
половина,
прошел
в
Ярославской
области
под
лоз унгом
бес пощ адно й
бор ьбы
с
вр аг ами
народа.
Курс
был
взя т
на
полное
истребление
«троцкистских последышей».
Незамед ли ­
тельно
это
ск азал ось
и
на
я ро славск ом
комсомоле.
В
утрате
большевист­
ско й
бдительности
были
о бви нены
крупнейшие
гор комы
—
в
Ры бинс ке
и
Ярославле.
«Троцкистские элементы»
были
выявлены
в
пер вичны х
орга­
низациях
ярославского
пе динс т итут а,
авиатехникума
и
завода
имен и
Павлова.
Вина
же
за
«притупление бдительности»
легла
на
руководите­
лей
ярославского
комсомола.
Особенно
резкой
критике
на
V городской
кон фе ре нции
комсомола
(март 1937 г .)
и
в
областной
газете
«Сталинская
см ена»
подвергся
секретарь
Ярославского
горком а
ВЛКСМ
Михаил
Еро-
ф е йкин.
Он
был
снят
с
должности,
а
первый
секретарь
обкома
ВЛКСМ
Б.И.П авл о в
выступил
с
призывом
до
конца
разгромить
«банду вредите ­
лей,
диверсантов,
шпионов
и
уби йц ».
Учитывая
недо пу ст имую
«засоренность комсомольских кадров троц­
кистским и
элем ен там и », в начале июня решено было провести отчетно - вы ­
борную
кампа нию
в
ком с омольс ких
организациях.
В
ию не
же
открылась
II областная конференция ВКП(б), на которой был разгромлен весь состав
обкома
па рт ии.
Б.И.Павлов
в
р езул ьт ате
этого
стал
вторым
секретарем
горкома
па рти и,
уйдя
с
должности
первого
секретаря
ОК
ВЛКСМ,
а
ОК
ВКП(б)
возглавил
Н.М .Зим ин .
Новые
назначенцы
с
энтузиазмом
в ступили
в
борьбу
с
«троцкистами»
в
комсомоле.
Началась
кампания
повальных
ра з обла че ний:
поч ти
в сех
секретарей
райкомов
и
горкомов
подвергли
ожесточенной
критике,
обвинили
в
связях
с
«вражеским»
бывшим
руко­
водством
городской
партийной
организации,
в
каждом
райкоме
ВЛКСМ
н ашли
«врагов народа», везде выявлялись « шайки
вредителей».
Критика
областного
комитета
ком со мола
и
нижестоящих
комитетов
стала
обяза­
тел ьно й
на
вс ех
районных
и
городских
конференциях.
Второго
секретаря
обкома
комсомола
А.В.Смирнову
25 августа 1937 г .
сняли
с
должности,
а
9 сентября она была арестована УНКВД .
45

К
концу
сент ября
1937 г.
ст ало
известно
о
су ще ство ван ии
в
обкоме
и
г орк оме
комсомола
«контрреволюционной право- троц ки с тс ко й
б а нды»,
которую
во зг лавля ли
второй
секретарь
ОК
ВЛКСМ
А. Смирнова
и
быв ший
секретарь
ГК
ВЛКСМ
г.
Яро славля
П.Полетаев.
В
результате
это го
разоблачения
за
свя зь
с
врагами
народа
с няли
с
раб оты
Б. И.Павл ова.
29 сентября 1937 г.
он
также
был
арестован
УНКВД.
Мно гие
участники
«контрреволюционной организации»
были
уже
ар ест ован ы,
но
новый
первый
секретарь
обкома
ВЛКСМ
т. Брусникин
с
большевистским
рвением
продолжал
разоблачать
врагов
на рода .
Колесо
репрессий
наб ира ло
обороты.
VI городская конференция подвергла ост ­
рейшей
критике
уже
и
Брусникина,
обвинив
его
в
том,
что
он
«проявлял
недопустимую
медлительность
в
л икв ида ции
последствий
вредительства
<...>
в
областной
и
городской
организациях,
не
смог
разоблачить
враж­
дебной
работы
ба нды
за кл ятых
врагов
народа,
орудовавших
в
бюро
ярославского
о б ко м а». «Сталинская
см ена»
пишет,
что
«т.Бру сни ки н
не
спе шит
ликвидировать
ошибок,
допущенных
прежним
руков одс тв ом».
При
этом
«прежнее руководство»
характеризуется
не
ин аче
как
«вра ­
жеское».
К
моменту
открытия
II областной конференции ВЛКСМ (16 октября
1937 г.)
пра во -т ро цкис тская
молодежная
организация
пополнилась
новы­
ми
именами.
Было
об ъя вле но,
что
воз гла вляли
ее
секретари
обкома
Б.Павлов
и
А. Сми рн ова,
активное
участие
в
ней
принимали
П.Полетаев,
С.Рау хм ан ,
А.Скворцов,
И.Прошин,
Е.Полтавцева,
М.Ерофейкин
и
А.Ов-
сянников.
Основная
задача
этой
«организации»
—
по беда
над
рабочими
и
крестьянами,
восстановление
в
стране
власти
помещиков
и
капиталис­
тов.
Девять
членов
обкома
были
разоблачены
органами
НК ВД
и
репресси­
рованы
как
враги
н аро да.
Сообщалось,
что
Ярославский
горком,
Ста­
линский,
Кировский,
Резинокомбинатский
райкомы
находились
в
руках
врагов
народа
П.Полетаева,
М.Еро фей к ин а,
К .Полт а вце ва,
К.Чикалева,
А.Рыбина,
Н.Березина.
К азало сь
бы,
все
враждебные
элементы
разоблачены
и
обезврежены.
Но
цель
II областной конференции ВЛКСМ оставалась прежней:
разобла­
ч ить
оставшихся
в
комсомоле
врагов
народа
(а в том,
что
они
еще
ост авали сь,
никт о
не
с ом н ева лс я ), избрать в руководство обкома комсо­
мол а
но вых
лю дей,
способных
противостоять
на тис ку
враждебных
э ле мен­
тов
и
беспощадно
их
искоренять.
Органами
НКВД
к
т ому
времени
были
раскрыты
«контрреволюцион­
ные
м олод ежн ые
организации
троцкистов»
почти
во
всех
районах
и
городах
Яро слав ско й
области:
Рыбинске,
Ростове,
Переславле,
Галиче
и
др.
В
целом
с
июня
по
октябрь
1937 г.
орга ны
НКВ Д
ра зо бла чили
в
об ласт и
около
сорока
вредительских
организаций,
возглавляемых
ли де ра­
ми
ярославских
коммунистов.
«Младший брат»
партии
—
комсомол
—
с тал
обширным
полем
для
поиска
контрреволюционных
групп.
На
II
46

областной
конференции
ВЛКСМ
45 райкомов из 46 признали свою работу
неудовлетворительной,
и
это
по служ ило
поводом
к
разоблачению
и
ис­
треблению
в
них
врагов
народа.
Решающим
в
работе
II областной конференции стало выступление
первого
секретаря
ОК
ВКП(б)
З имина ,
сод ер жащее
массу
любопытных
фактов.
В
частности,
он
ск азал : «Как мы разоблачали Павлова?
Перво е
с ом нение
в
отношении
Пав лова
у
ме ня
зародилось
в
ав гу сте
<...>
в
связи
с
большими
расхождениями
между
словами
и
делами.
Мы
стали
присмат­
риваться,
зацепились
за
его
3 хвоста:
Бриль,
Смирнова,
Раухман
<...>
Решили,
хотя
прямы х
показаний
не
было,
арестовать
Бриль,
Жук ов а,
Раухмана.
Они
быстро
созн али сь
в
целом
ря де
соучастников
<...>
Овсян­
никове ,
Прошине
и
д р.,
но
ни
один
в
своих
показаниях
о
Па влове
ничего
не
по казы вал
и
о
Смир но во й.
Ее
арестовали
по
другим
м атер иалам ,
что
когда
она
был а
сек рет арем
в
Костроме,
то
свя зы вал ась
с
Михалевым
по
контрреволюционной
работе.
В
начале
сентября
мы
вывели
П авло ва
из
состава
обк ома
и
сняли
с
поста
секр етар я
горкома
<...>
Пот ом
выясни­
лась
картина
пол ного
окружения
его
вр а гами
нар о да,
и
то гда
его
исклю­
чили
из
п ар тии.
Нажали
на
Раухмана,
он
и
Сафьянов
дали
по каза ния
об
уч а стии
его
в
контрреволюционной
организации.
Павлов
<...>
молчит
на
допросах
след оват еля
<...>
но
у
нас
ес ть
возможность,
не
такие,
как
Павлов,
з аго вари вал и,
и
Павлов
скаж ет,
но,
конечно,
не
сразу».
«Политические дела»
начинались
по рой
на
комсомольских
собрани­
ях,
конференциях.
В
это м
же
выступлении
Зимин
в ыск азал ся
о
Брусники­
не
как
о
человеке,
который
«заслуживает политического недоверия», и
это
решило
судьбу
пе р вого
секретаря
ОК
ВЛКС М.
Брусникин
был
исклю­
чен
из
состава
ЦК
ВЛКСМ
«за сокрытие своей связи с враждебными
элементами
и
за
п опыт ку
скрыть
от
ЦК
факты
засоренности
вражескими
элементами
Ярославской
областной
организации».
В
январе
1938 г.
Брус­
никина
арестовали.
Сл ед ствие
по
де лу
«право-троцкистской
кон т рре волюци онн ой
моло­
дежной
организации»
прово ди лос ь
с
при ме не нием
в сего
ар сен ала
жесто­
ких
пыток,
при ня тых
в
тогдашнем
НК ВД,
—
от
шан т ажа
и
угроз
до
многосуточного
«конвейера»
и
избие ний.
З ная
это,
можем
ли
мы
обви­
нять
«сознавшихся»
в
предательстве,
в
том,
что
они
загубили
жиз ни
невинных
людей?
Я
думаю,
нет.
К
то му
же,
пр и знав
сво ю
в ину
во
время
следствия,
некоторые
отказывались
признать
ее
на
суде,
мотивируя
это
те м,
что
давали
показа­
ния
под
давлением
или
б ыли
слишком
потрясены
фактом
арест а.
Так
поступили
Б. Павло в,
К.П олт авц ев,
А.Смирнов.
Трудно
да же
представить,
через
какой
ад
прошли
те,
кто
так
и
не
признал
своей
вины.
Это
С. Сем енюк,
М.Бриль,
В.Мочалов,
И.Прош ин ,
А .Ры бин.
Изучая
следствен­
ные
де ла,
можно
заметить,
что
непризнание
ви ны,
как
пра ви ло,
сохраняло
жизнь,
признание
же
почти
всегда
было
чре ва то
расстрелом.
47

Из
материалов
«дела»
Бориса
Павл ова
видно,
что
он
со зн ался
в
участии
в
контрреволюционной
группировке,
работающей
в
Ярославском
комсомоле.
Вред ит ель ск ая
деятельность
этой
группы,
согласно
его
по­
казаниям,
заключалась
в
след ую ще м:
сохра не ние
в
руководстве
сво их
людей,
несмотря
на
допущенные
ими
пров а лы
в
работе,
ср ыв
выполнения
решений
ЦК
о
развертывании
пропагандистской
работы
в
комсомоле,
развал
первичных
организаций
на
селе,
запутывание
сис те мы
учета
в
комсомольских
организациях.
Показания
П авло ва
д али
достаточные
основания
для
его
обвинения,
но
ярославские
чекисты
по шли
дальше
—
стали
выявлять
связи
«банды»
с
московским
руководством,
дабы
придать
делу
общесоюзный
размах.
А.Смирнова
и
А.Брусникин
свидетельствовали,
что
Павлов
свя зан
в
Мос­
кве
с
Салтановым
и
Че рны м,
чего
не
отри цал
и
сам
Павлов.
К
то му
же
А.
Брусникин
показал,
что
ярославская
организация
выполняла
указания
московских
руководителей.
Однако
Салтанов
и
Черный,
арестованные
в
Москве,
по каз аний
на
П авло ва
не
да ли,
и
масштаб
этого
де ла
пришлось
ограничить
Яр ослав ск ой
обла с тью.
Оснований
для
осуждения
врагов
народа,
орудовавших
в
Ярослав­
с ком
комсомоле,
за
время
следствия
набралось
предостаточно.
Бо ль шей
частью
это
были
показания
самих
обвиняемых,
дан ные
друг
на
друга;
учитывались
и
донесения
о
фактах
вредительства,
к
к оторы м
в
новы х
условиях
относилось
все
—■
от
неу да чно
ск азан н ого
слова
до
бракованной
детали
на
производстве.
Полностью
пр изна вш ие
сво ю
ви ну
С .Ж уков,
П.
Сафьянов,
М.Ерофейкин,
С.Раухман
б ыли
расстреляны
еще
в
дек абр е
1937 г.
Суд
над
большинством
остальных
был
назначен
на
3 октября
1938 г.
Приговоренных
к
высшей
мере
нак азания
Бориса
Павлова,
Ан ну
Смирнову,
Александра
Брусникина,
Владимира
Щербакова,
Александра
Смирнова,
Георгия
Никонова
(которому было всего двадцать лет)
расстре­
лял и
в
день
вынесения
приговора.
(Совсем недавно их останки были
идентифицированы
при
вскрытии
расстрельных
ям
у
деревни
Селифон-
тово
Ярославского
р айо на.)
Многих
других
ждал
ста ли нс кий
ГУЛАГ.
«Контрреволюционная право -тр о цкистс кая
молодежная
вредительско-
террористическая
организация»
в
городе
Ярославле
и
области
бы ла
уничтожена.
Однако
оставались
еще
люди,
жд авш ие
р еше ния
сво ей
судь­
бы
в
застенках
НКВД.
Массовые
арест ы ,
ссылки,
р асст релы
1937-1938 гг .
значительно
со­
кратили
численность
рядов
ВЛКСМ
и
ВК П( б).
В
обком
комсомола
посто­
янно
зво нили
с
мест,
с ооб щая
пр име рно
следую щ ее: «У нас в районе
осталось
всего
три
комсомольца.
Что
д е ла ть?» Не считаться с этим
руководство
уже
не
могло.
Фактов
а рест а,
осуждения,
расстрела
ко м­
сомольцев
стан ови ло сь
все
меньше,
многие
следственные
де ла
бы ли
пре­
кращены.
48

I
С
п
и
с
о
к
о
с
у
ж
д
е
н
н
ы
х
п
о
«
д
е
л
у
к
о
н
т
р
р
е
в
о
л
ю
ц
и
о
н
н
о
й
п
р
а
в
о
-
т
р
о
ц
к
и
с
т
с
к
о
й
м
о
л
о
д
е
ж
н
о
й
о
р
г
а
н
и
з
а
ц
и
и
»
в
Я
р
о
с
л
а
в
л
е
«)5 д
си
си
О
О
о
о
о
<
си
си
оо

2
<
о
(-
&
и
’5
>s
о
о
о
к
ж
к
ж
со
5
»
.g
О
«
*
&
о
CUЛ
о
Й4
£X,r*S
«О
S-2
И
СХ .ГП
hdО
й.®
и
~
cuiX
«о
®s§1?®
§t

II пленум обкома ВЛКСМ (10-11
фе вр аля
1938 г. )
отметил,
что
ранее
при
искл юч ении
из
комсомола
были
допущены
серьезные
по ли­
тич еск ие
ошибки,
вину
за
которые,
ес тест ве нно,
свал ил и
на
старое
рук овод с тво
об кома
и
конкретно
на
Брусникина,
который
звонил
во
все
райкомы
и
п ре ду пре жд а л: «Исключайте.
Это
не
собрание,
ес ли
исклю­
чили
меньше
пяти
чело век» .
И
исключали.
Теперь
же
была
по ста вле на
новая
з а да ча : «ликвидировать последствия вредительства в вопросе
исключения».
В
результате
в
1938 г.
большинство
исключ енных
из
ВЛКСМ
бы ли
восст ан о влен ы
комиссиями
по
приему
и
исключению
при
обкоме,
горко­
ма х,
райкомах.
Но
уже
арестованные
«враждебные элементы»
под
эту
реабилитацию
не
попадали
—
все-таки
основной
задачей
по-прежнему
оставалось
«полнейшее истребление замаскированного врага и прекраще­
ние
его
гнус ной
предательской
работы».
М ногие
комсомольцы
в
это
время
был и
уже
далеко
за
Уралом,
и
ост авши хся
на
свободе
родс т ве нни ков,
не
отрекшихся
от
своих
бл из ких,
естественно,
беспокоила
их
с удьба .
В
ЦК
партии,
ко мс омол а,
органы
НК ВД
и
прокуратуры
в
центре
и
на
местах
хлынул
поток
жало б
и
ходатайств
как
от
самих
заключенных,
так
и
от
их
родственников.
Т ак,
же на
Ивана
Прошина
в
нач але
1941 г.
ездила
ходатайствовать
за
му жа
в
Мос кв у.
Там
ей
ста ло
известно,
что
пересмотр
де ла
о
право-троцкистской
молодежной
организации
Яро славск ой
области
начался
еще
в
1940 г .,
что
вынесенные
комсомольцам
при гово ры
признаны
незаконными,
что
доку­
ме нты
по
реабилитации
уже
готовятся
и
осужденных
скоро
освободят.
Однако
с
н ачало м
войны
д ело
приостановилось,
от
заключенных
скрыли
радостную
весть.
Повезло
лишь
немногим.
Михаил
М ел ьнико в,
напр име р,
еще
осенью
1940 г.
был
от пр авлен
из
Нори льс к ого
л агеря
обратно
в
Рыбинск
на
переследствие,
кото р ое
винов нос ти
его
не
подтвердило.
13
апреля
1941 г.
Михаил
Геннадьевич
был
освобожден.
В
справке
значилось:
«С 30
сент ября
1937 г.
содержался
под
стражей
в
местах
заключения
и
о св обож ден
в
свя зи
с
прекращением
дел а
на
основании
ст.
204». Во время
войны
Михаил
Мельников
воевал
в
З акав казь е,
на
Орловском
направле­
нии ,
был
нагр ажд ен
двумя
орденами
Отечественной
войны
и
двумя
орде­
на ми
Кр асн ой
Зв езды ...
В опрос
о
ф аль сифик ации
д ела
Ярославской
молодежной
«право­
троцкистской
организации»
снова
вс тал
лиш ь
в
хрущевскую
«оттепель».
В
1956 г.
почти
вс е,
подвергшиеся
реп ре сс иям
по
это му
дел у,
бы ли
реабилитированы.
Но
не
ве рн уть
уже
11 человек,
расстрелянных
в
1937-
1938 гг .,
не
вернуть
скончавшихся
в
заключении
С.Семенюка,
А.Скворцо-
ва,
К.Ч ик але ва,
В.Мочалова,
И.Ширшова,
И .Прош ин а...
В
1959 г.
б ыла
посмертно
реабилитирована
Мария
Зусьевна
Бриль.
В
1938 г .,
уже
по сле
ее
расстрела,
мужу,
пытавшемуся
узнать
хоть
что-то
о
с удьбе
жены,
с ообщ или,
что
Мария
Бриль
осуждена
на
десять
лет
без
52

права
переписки
и
выслана.
Муж
Марии
в
1942 г.
по гиб
на
фронте,
так
и
не
узнав
о
смерти
жены.
О
расст рел е
и
реабилитации
М.З.
Бри ль
стало
известно
только
в
1989 г.
ее
п ле мяннице
Г.В.Ферштман.
С
1989 г.
ярославская
Школа
ю ных
журналистов
начала
акти вную
поисковую
и
исследовательскую
работу
с
целью
выяснения
истории
«право-т роцк ист ск ой
м олоде жной
диверсионно-вредительской
органи­
зации».
Исследователям
удалось
найти
мес то
захоронения
некоторых
расстрелянных
комсомольцев
у
дер евни
Се лифонтов о
Ярославского
района,
и
сейчас
там
установлен
па мя тник
жертвам
ре пр есс ий.
Комсо­
мольские
билеты
невинно
осужденных
были
переданы
на
хранение
их
р од ств енникам.
Серьезным
вкладом
в
д ело
восстановления
справедли­
вост и
стала
книг а
«Не предать забвению», куда вошли несколько
очерков
о
репрессированных
комсомольцах.
Однако
до
сих
пор
не
удалось
установить
места
захоронений
некоторых
из
расстрелянных
комсомольцев.
Поиск
продолжается.

Елена
Паповян,
Александр
Паповян
(Москва)
У ЧАСТИ Е
ВЕРХО ВН ОГО
СУДА
СС СР
В
ВЫРАБОТКЕ
РЕПРЕССИВНОЙ
П ОЛИ ТИКИ
1957-1958 гг.
Проведение
аналитических
исследований
в
области
истории
репрессивной
политики
ст ало
особенно
ак ту альны м
в
последнее
время:
во- п ер вых,
по яв ился
доступ
к
материалам
фондов
карательных
органов,
в о-вт ор ых,
работа
в
архивах
показала,
что
такие
исследования
необходимы
для
обобщения
и
структуризации
др угой ,
более
кон кре т ной
инфо р мации.
Вторая
поло вина
1950- х
гг.
зас лу жи вает
особого
внимания.
Это
было
время
выработки
н овой
репрессивной
по л итики,
основные
принципы
ко­
торой
практически
не
изменялись
вплоть
до
ко нца
1980-х
(за исключением
некоторых
аспектов
репрессий,
например
по ря дка
ис пол не ния
уголовного
на ка за ния).
До
сих
пор
процесс
выработки
и
пр име нения
нормативных
акто в
о
по литич е ских
реп рес си ях
вид елся
исследователям
(применительно к
послесталинскому
п ери оду)
как
подковерный
поединок
и
воспринимался
несколько
упрощенно.
Административные
и
судебные
орга ны
рассматри­
вались
как
послушные
проводники
па р тийной
линии,
не
и ме вшие
собст­
венного
влия ни я
на
принятие
решений.
Это
неверно
в
отношении
рассмат­
риваемого
периода
хо тя
бы
пот ом у,
что
в
1956-1958 гг .
из-за
нестабиль­
ности
в
верхах
четкой
партийной
линии
не
было:
перевес
сил
оказывался
то
у
сторонников
жесткого
курса,
то
у
«либералов»
в
Политбюро
—
соответственно
у
подчиненных
структур
существовал
более
широкий,
чем
раньше,
выбор
лин ии
поведения.
На
наш
взг ля д,
только
комп ле к сное
изучение
документов
государст­
венных
и
партийных
инстанций
позволяет
по нимат ь
см ысл
и
значение
и
тех
и
других.
С
одной
стороны,
появление
па ртий ного
документа
с
новыми
политическими
установками
или
посвященного
«отклонениям»
и
образу
«текущего»
врага
нередко
инициировало
появление
инст р укти вных
ма те­
риалов
соответствующих
административных
органов
(КГБ,
прокуратура,
суд).
С
дру гой
стороны,
решения
ЦК
КПСС
так же
не
возникали
из
ничего:
в
отсутствие
незави си мо й
информации
о
состоянии
общества
они
не
мог ли
не
базироваться
на
ведомственных
ис точ никах.
54

***
Наибольший
интерес
для
из уче ния
данной
темы
представляют
фонд ы
центральных
партийных,
государственных
и
ведомственных
орга н ов.
К
сожалению,
закрыт
фонд
Отдела
административных
органов
ЦК
КПСС,
весьма
затруднен
доступ
к
архиву
КГБ
при
СМ
С ССР.
В
н астоя щее
время
сотрудниками
программы
«История диссидентского движения», осущест ­
вляемой
Научно-информационным
и
просветительским
це нт ром
(НИПЦ)
«Мемориал», изучены или просмотрены материалы фондов Президиума
Верховного
Совета
СССР,
Верховного
суда
СС СР
(авторами составлен его
тематический
источниковедческий
об зо р ), Прокуратуры СССР,
Минис­
терства
юстиции
ССС Р,
ГУЛАГа/ГУИТУ(Главного
у пр авлен ия
исправи­
тельно-трудовых
учреждений)
в
Государственном
архиве
Российской
Фе­
дерации
(далее ГАРФ), Секретариата ЦК в Центре хранения современной
документации
(далее ЦХСД) .
В
этой
статье
представлены
главные
итоги
исследований
по
т еме
«Фор ­
мирова н ие
репрессивной
по л ит ики».
В
качестве
основного
источника
были
использованы
ма тер иалы
фонда
Ве рхов н ого
с уда
СССР
(далее ВС)
в
ГАРФ.
Вторая
п оло вина
1950-х
гг.
—
важный
период
в
деятельности
ВС.
Е сли
до
1957 г.
одной
из
гл а вных
его
функций
была
надзорная
практика
(ежегодно ВС рассматривал огромное число уголовных дел в порядке
кассации
или
надзора), то после 1957г.
эта
его
функция
существенно
сужается.
Согласно
ст .9 «Положения о Верховном суде СССР»
от
12фев­
р аля
1957 г.,
на
первый
план
вы шла
задач а
координировать
деятельность
судебной
сис тем ы
в
целом.
Для
это го
ВС
зан им ался
обобщением
судебной
пра кт ики
и
ра ссыл ал
у каз ания
судам,
добиваясь
единообразия
в
примене­
нии
зак он ов.
Анализ
постановлений
Пленума
ВС
позволяет
в ыяв ить
происходящие
в
этот
период
изменения
в
карательной
политике.
Наиболее
ценными
источниками,
отражающими
участие
ВС
в
выр а­
ботке
и
проведении
репрессивной
политики,
являются
проекты
руководя­
щих
ра зъясн ен ий
(указаний)
Пленума
ВС,
материалы
обзоров
судебной
практики
и
переписка
с
ЦК
КПСС,
КГБ ,
Прокуратурой
и
Президиумом
Верховного
Совета
СССР
(далее
—
ПВ С ), материалы совещаний членов
ВС,
обсуждавших
в опрос ы
судебной
практики
по
делам
о
контрреволюци­
онных
преступлениях.
Цен но сть
этих
документов
определяется
в
пе рвую
очередь
тем,
что
они
раскрывают
не
тол ько
ро ль
и
значение
самого
ВС
в
системе
карательных
органов,
но
и
работу
всего
ре пр ессив н ого
меха ни зм а.
Руков одящ и е
разъяснения
ВС
оформлялись
как
п ост ан овлен ия
его
Пленума
и
были
направлены
на
осуществление
ф ункци й
по
надзору
за
всей
су де бной
практикой
в
СССР.
Эти
подзаконные
п ра вила
ВС
выпускал
в
тех
с луча ях,
ко гда
в
пр име нении
того
или
ино го
закона
на
практике
допускались
ошибки.
В
юридической
литературе
воп рос
об
обязательнос­
ти
э тих
указаний
часто
расс мат р ив ался
как
дискуссионный,
но
это
проис­
ходило
скорее
оттого,
что
в
«Положении о ВС»
не
был
четко
оговорен
55

круг
органов
и
лиц,
для
которых
эти
разъяснения
являются
об язат ель ны­
ми.
Вместе
с
тем
на
практике
руководящие
разъяснения
требовались
для
координации
деятельности
не
только
судов,
но
и
органов
следствия
и
прокуратуры,
то
ест ь
всей
системы
карательных
органов.
Принятие
руководящих
разъяснений
Пленумом
ВС
в
большинстве
своем
бы ло
связано
с
из уче ние м,
о б об щением
и
анализом
судебной
практики.
Таким
образом,
до
составления
проекта
руководящих
разъяс­
не ний
должна
была
бы ть
проведена
работа
по
эти м
направлениям.
Итоги
эт ой
работы
чаще
всего
зафиксированы
в
таких
видах
документов,
как
обзоры
суд еб ной
практики
по
какой-либо
категории
преступлений
или
спр авки
по
обзорам;
анализ
судебной
практики
отражается
и
непосредст­
в енно
в
руководящих
ра зъ яснен иях
—
в
качестве
примеров
неверного
или
ве рно го
то лко ва ния
судами
зак он ов.
Материалы
по
обзор у
судебной
практики
—
многоаспектный
источ­
ник.
Здесь
мы
рассм ат ри в аем
его
как
подготовительный
материал
для
проектов
руководящих
р азъ я снений,
обосновывающий
нео бх о димос ть
принятия
решения,
ибо
от
акцентирования
внимания
на
тех
или
и ных
тенденциях
в
немалой
степени
зависела
тональность
будущих
рук оводя ­
щих
ра зъя с нений,
более
того
—
итоговые
документы
по
обзору
в
сво ей
резолютивной
части
уже
содержали
проекты
э тих
разъяснений.
Подготовленный
про ект
постановления
Пленума
ВС
или
са ма
справка
по
обзору
судебной
практики
с
п рое ктом
руководящих
разъяснений
направлялись
на
согласование
в
ЦК
КПСС,
на
отзыв
в
Верховные
суд ы
союз ных
республик
и
други е
с у дебные
орга ны,
в
Прокуратуру
СССР ,
заи нт ер есов анн ым
министерствам
и
ведомствам.
Проекты,
связанные
с
делами
о
контрреволюционных
преступлениях,
следствие
по
которым
велось
органами
КГБ,
отсылались
на
отзыв
и
в
это
ведомство.
Сравнительный
анализ
различных
редакций
проек т ов,
сопоставление
их
со
сведениями,
содержащимися
в
переписке,
позволяют
в
значительной
степени
проследить
процесс
выстраивания
репрессивной
по л итики
го­
сударства.
При
отсутствии
стенограмм
пленумов
ВС
большое
значение
приобрета­
ют
протоколы
совещаний
его
членов
и
п редс тав ит елей
заи нт ер есован н ых
ведо мст в
по
ко нкре тным
вопросам
судебной
практики,
касающимся
дел
о
контр ре вол юционных
преступлениях.
В
этих
документах,
как
и
в
материалах
переписки,
зафиксированы
различные
точки
зрения
на
форм ы
и
методы
пр ове д ения
репрессивной
политики,
отр а зила сь
м еж ведо мст вен ная
б орьба .
При
анализе
проектов
постановлений
приходится
учитывать
и
другие
ограничения.
Например
то,
что
документы
ЦК
КПС С,
направлявшиеся
в
адрес
ВС,
отсутствуют
в
фонде,
так
как
хранились
в
ведомствах
не
более
пяти
дне й.
А
как
уже
гово рилос ь
выше,
большинство
документов
Отде ла
административных
органов
ЦК
КПСС,
к от орый
непосредственно
куриро­
вал
всю
правоохранительную
систему,
до
сих
пор
секр етны.
56

Помимо
этого,
важно
представлять
себе
политическую
о б станов ку
в
момент
подготовки
и
редактуры
проектов,
поскольку
не
все
фиксировалось
в
документах,
—
сущ ест вовал и
и
«телефонное право», личные контакты.
Авторами
были
п ри влече ны
дополнительные
источники
из
секретных
частей
фондов
ГАРФ
(статистические данные из фонда МЮ СССР,
докумен­
ты
аппарата
ВС
и
его
коллегий
из
ф онда
ПВС
СССР), а также из других
а рхи вов,
документы
ЦК
КПСС
из
ЦХСД.
Эти
материалы
позволяют
допол­
ни ть
и
перепроверить
сведения
из
документов
секр етной
част и
фо нда
ВС.
Здесь
мы
наиболее
подробно
рассматриваем
основные,
на
наш
вз гляд ,
документы
ВС,
свя зан ные
с
изменениями
репрессивной
политики
в
1957-
1958 гг. ,
стараясь
придерживаться
схемы:
партийный
документ
—
соот­
ветствующий
(установочный)
документ
ВС
—
об об щение
судебной
пр ак­
тики
и
анализ
в ы полне ния
установок.
Документ,
инициировавший
эти
изменения
и
сыгравший
большую
роль
в
репрессивной
политике
по слест а-
линского
периода,
—
пис ьмо
ЦК
КП СС
от
19 декабря 1956 г .
«Об усиле ­
нии
политической
работы
партийных
организаций
в
массах
и
пр есе ч ении
выла з ок
антиобщественных
враждебных
элементов» (далее
—
Письмо
ЦК)
(ЦХСД .
Ф. 89.
Оп.6.
Е.х.1.
Л . 1-4).
**♦
Большое
вл и яние
на
внутреннюю
жизнь
страны
оказали
в енге рс кие
с об ытия.
Они
да ли
аргументы
в
руки
«консерваторам», расценившим их
как
результат
полит ик и
разоблачения
культа
личности.
В
сводках
КГБ
для
ЦК
факты,
связанные
с
в енге рс кими
событиями,
ставились
на
пе рвое
мес то
(ЦХСД.
Ф. 5.
Оп .ЗО.
Е. х.141.
Л .110).
Как
отмечает
французский
ис т орик
Н .В е рт, «после венгерского кри ­
зиса
позиции
Хр ущ ева
ос ла бли »1.
Это
подтверждается
возвращением
в
правительство
В.М.Молотова,
кот орый
20 ноября 1956 г.
был
н азн ачен
министром
государственного
контроля.
Эта
должность
давала
ему
право
проверять
деятельность
любых
гражданских
и
во ен ных
организаций,
к ото рые
он
принялся
защищать
от
«нигилистской критики политически
незрелых
людей».
Р.А.Медведев
пишет,
что
в
январе
1957 г.
в
Москве
стали
циркулиро­
ва ть
слу хи
о
возможной
от ставк е
Хрущева
и
возвышении
М оло то ва2.
Все
это
показывает,
что
власти
еще
не
выработали
внутриполитичес­
кий
курс
и
он
колебался
в
зависимости
от
перевеса
сил
в
руко водс т ве
стр а ны.
Как
следствие,
отсутствовала
чет кая
тр акто вка
тех
или
иных
высказываний
и
действий.
По эт ому
данны е
о
судебных
и
в нес уде бных
(партийно-комс омол ьс ки х)
репрессиях
в
тот
период
не
могут
да ть
точ ног о
представления
о
подлинных
масштабах
проявлений
инакомыслия.
Си туа ция
изменилась
пос ле
того,
как
Президиум
ЦК
КП СС
19 декаб ­
ря
1956 г.
утвердил
тек ст
Письма
ЦК,
представленный
Пр едс едат еле м
КГБ
И.А.
Серовым
и
Генеральным
Про к уро ром
СССР
Р. А.
Руденко.
Видимо,
57

именно
они
играли
главную
роль
в
п одгот ов ке
эт ого
документа
в
комис­
сии,
возглавляемой
Л.И.Брежневым
(остальные
—
Г. М.Ма ле нко в,
А.Б. Ар исто в,
Н.И.Беляев).
Проект
письма
под
названием
«Об усилении
работы
партийных
о рг анизаций
по
пресечению
вылазок
антисоветских,
враждебных
элементов»
предварительно
о бсу жда лся
на
Пре з ид иуме
ЦК,
где
было
решено
внести
в
не го
изменения,
зат ем
проект
опя ть
пре дста в или
на
рассмотрение
Президиума
ЦК
(13 декабря 1956 г .), и 14
декабря
он
был
обсужден
вновь
(ЦХСД.
Ф .89.
О п.6.
Е. х.2).
В
протоколе
заседания
чле нам
Пр е зидиу ма
ЦК
было
пр едл ож ено
внести
в
Секретариат
сво и
поправки
и
замечания
в
двухнедельный
срок.
Однако,
как
мы
знаем,
окончательный
те кст
с
нов ой
формулировкой
был
ут вер жден
уже
через
пя ть
дн ей3.
Письмо
ЦК
появилось
через
по лт ора
месяца
после
окончания
в енге р­
ских
событий.
Можно
предположить,
что
основной
побудительной
причи­
ной
явилось
жел ан ие
руководства
страны
застраховать
с ебя
от
возможно­
го
их
повторения4.
Насколько
велик
был
вызванный
началом
д естали н иза­
ции,
событиями
в
П ольше
и
Венгрии
всплеск
общественной
а ктив нос ти
в
стране5
и
наск оль ко
обоснованны
бы ли
опасения
рук овод с тва
—
вопрос
дискуссионный.
Пер вон ачал ьн ый
проект
письма
был
более
жестким,
чем
окон ча те ль­
ный
в ари ант6: в заголовке не было упоминания о работе партийных
о рг аниз аций
в
ма ссах ,
в
тексте
отсутствовали
смягчающие
мо т ивы.
В
окончательном
же
варианте
письмо
стало
назы ват ься
«Об усилении
политической
работы
партийных
организаций
в
массах
и
пресечении
вылазок
антисоветских,
вр ажде бн ых
элементов».
В
Письме
ЦК
изложена
фо рм ула
новой
репрессивной
политики.
Несмотря
на
грозный
тон
пи сьм а,
после
каждого
призыва
решительно
«разоблачать и пресекать»
в
нем
содержится
оговорка,
напоминающая
о
том,
что
«недопустимо сваливать в одну кучу преступную деятельность
врагов
советского
государства
и
случайные
ошибки,
допускаемые
частью
советских
лю дей
в
си лу
недостаточной
политической
зрел ост и
и
происте­
кающей
от
этого
неправильной
оце нки
происходящих
событий».
Говоря
человеческим
языком,
партия
давала
санк цию
только
на
ограниченное
применение
репрессий.
В
пис ьме
специально
указывались,
по
выражению
Е.
Зу б к ов ой, «группы риска»7 —
тв орч еск ая
инте л лиге нция
и
студенчест­
во,
что
зву чало
яв ным
отголоском
венгерских
со бы тий
и
ант иинте лл игент-
ских
настроений
в
партийном
руководстве,
вызванных
тем ,
что
наибо л ее
бурная
р еа кция
на
разоблачения
сталинских
преступлений
бы ла
зафикси­
рована
именно
в
эт ой
среде,
тогда
как
в
рабочей
аудитории
собрания
проходили
в
целом
спокойно,
а
ес ли
и
б ыли
«клеветнические»
высказы­
вания,
то
опять-таки
они
исходили
от
инженерно-технического
персона­
л а8.
Интересно
заметить,
что
в
том
же
декабре
1956 г.
на
Пленуме
ЦК
бы ло
приня то
решение
снизить
нормы
выработки
—
мера,
явно
направ­
58

ленная
на
успокоение
раб очи х,
высказывавших
недовольство
увеличением
норм
после
XX съезда9.
В
Письме
ЦК
предлагалось
обращать
в ним ание
и
на
та кую
категорию
граждан,
как
амнистированные
и
реп р ессир ова нн ые , «особенно из числа
бывших
троцкистов,
правых
оппортунистов
и
буржуазных
на цио на листо в».
Прямой
призыв
к
коммунистам,
р або таю щим
в
органах
прокуратуры,
суда
и
государственной
безо п асн ост и , «быть бдительными»
и
«своевре­
менно
пресекать»
«преступные действия»
запускал
собственно
репрес­
сивный
механизм.
Пос ле
появления
Письма
ЦК
разрабатывается
проект
Постановления
Пленума
ВС
«Об устранении ошибок в работе судов по рассмотрению дел
о
контрреволюционных
преступлениях» (ГАРФ.
Ф. 9474.
Оп .16с.
Е. х .610.
Л .5-9).
В
этом
документе,
призванном
сыграть
роль
инструкции
для
судов,
перед
ни ми
ставились
те
зад ачи ,
к оторы е
вытекали
из
П исьма
ЦК.
Проект,
хот я
в
конечном
ито ге
так
и
не
был
принят
в
качестве
Постанов­
ления,
существенно
п овлия л
на
судебную
практику
—
хотя
бы
потому,
что
был
р азос лан
на
мес та.
Во
всяком
случае,
в
рамках
судебной
сис те мы
нам
неизвестен
ни
один
другой
документ
такого
уровн я,
переводящий
данное
партийное
решение
на
язы к
правоприменительной
практики.
Так
как
проект
этот
нико г да
не
был
опубл ик ов ан,
позволим
се бе
привести
из
нег о
ва жне йшие
цитат ы.
Оговорив
в
пре а мбуле
необходимость
реабилитации
незаконно
осуж­
д енных
в
сталинские
годы,
ВС
д алее
переходит
непосредственно
к
поводу
появления
проекта
Постановления:
«Пленум Верховного суда отмечает,
что
<...>
отдельные
суды,
ос о­
бенно
за
последнее
время,
допускают
ин огда
серьезные
ошибки
<...>
свидетельствующие
о
притуплении
бдительности
и
о
недооценке
опаснос­
ти
к он трре волюци онн ой
деятельности
враждебных
социалистическому
строю
элементов.
<...>
Эти
ошибки
заключаются,
глав ны м
об разо м,
в
неосновательном
в
ря де
случаев
прекращении
дел
и
оправдании
виновных
всле д ствие
неправильной
политической
и
юр идич ес кой
оценки
их
дейст­
вий.
<...>
Наблюдаются
случаи
прекращения
производством
уголовных
дел
на
ос ужд е нных
за
антисоветскую
аг итацию
при
налич ии
злобных
антисоветских
высказываний;
при
эт ом
прекращение
мотивируется
т ем,
что
эти
высказывания
не
содержат
непосредственного
призыва
к
свер же­
ни ю,
подрыву
или
ослаблению
советской
в лас ти.
Между
тем
контррево­
л юционные
элементы
отлично
понимают,
что
в
современных
ус ловия х
открытый
призыв
к
свержению
советской
власти
не
будет
иметь
успеха
и
пр иве дет
ли шь
к
разоблачению
и
пресечению
их
враждебной
деятельнос­
ти.
Поэ том у,
как
показывает
практика,
метод
к онт рре волюци он ной
аги ­
та ции
зак лю чает ся
в
настоящее
время,
г лавн ым
образом,
в
клевете
и
злобных
измышлениях
на
проводимые
мероприятия
партии
и
советского
правительства
и
на
дис кре дит а цию
руководителей
партии
и
правительства
59

с
целью
подорвать
до вери е
народа
к
советскому
политическому
строю.
<...>
Отдельные
судьи,
находясь
под
впечатлением
бол ьшо го
количества
груб ых
ошибок,
допущенных
в
прошлом,
ос обе нно
по
делам,
рассмотрен­
ным
во
внесудебном
порядке
ОСО
и
тройками,
стали
проявлять
огульное
недоверие
к
материалам
предварительного
следствия,
проводимого
орга­
на ми
государственной
безопасности,
и
иногда
при
наличии
л ишь
одного
заявления
осужденного
о
незаконных
методах
в еде ния
с ле дст вия,
без
проверки
таких
заявлений
органами
прокуратуры,
допускают
прекраще­
ние
дела.
<...>
Указанные
вы ше
серьезные
ошибки
в
работе
судов
совер­
ше нно
недопустимы
и
не
могут
бы ть
дальше
те р пимы.
Практика,
если
она
примет
распространительный
характер,
может
причинить
большой
вр ед
нашему
государству.
Сигналы,
поступающие
с
мест,
свидетельствуют
о
т ом,
что
некоторые
из
реабилитированных
после
возвращения
из
мес т
заключения,
особенно
из
чис ла
бывших
троцкистов,
правых
оппор тун ис ­
тов
и
буржуазных
националистов,
группируют
в округ
се бя
антисоветские
настроения
и
политически
неустойчивых
лиц,
пытаются
возобновить
свою
пр ес туп ную
деятельность.
Это
тем
более
опасно
в
настоящее
время,
когда
под
воздействием
международной
р еа кции
остатки
антисоветских
элемен­
тов,
враждебно
настроенных
против
социалистического
строя,
пытаются
использовать
в
своих
гну сн ых
це лях
все
еще
имеющиеся
у
нас
отдельные
трудности
и
недостатки,
возводят
злобную
клевету
на
политику
комму­
нистической
партии
и
советского
государства,
распространяют
вс я кого
рода
провокационные
слухи,
пытаются
подорвать
доверие
народа
к
пар ­
тии
и
веру
в
могущество
социалистических
государств,
нарушить
их
братскую
дружбу.
Поэтому
действия
антисоветских
элементов
должн ы
решительным
образом
и
со
всей
строгостью
пресекаться.
Суд ы
при
этом
должны
помнить,
что
пар тия
и
советское
государство
про тив
ли ц,
в е дущих
враж деб ну ю
антисоветскую
деятельность,
вс егда
ве ли
и
вп редь
будут
вести
самую
решительную
б орьбу,
что
диктатура
пролетариата
по
отно­
шению
к
антисоветским
элементам
должна
быт ь
твердой
и
беспощадной.
<...>
Исходя
из
изложенного,
Пленум
Вер хо вно го
суда
СССР
постанов­
ляет
дать
судам
следующие
указания:
1.
Обратить
вн има ние
судов
на
необходимость
всемерного
повышения
бдительности
к
проискам
ли ц,
враждебных
советскому
строю,
им ея
в
вид у,
что
за дача
борьбы
с
антисоветскими
элементами
б ыла
и
есть
одна
из
глав н ых
задач
советского
су да.
Из
этого
и
до лжен
исх о дить
суд
при
рассмотрении
каждого
конкретного
дел а
о
контрреволюционных
преступ­
лениях,
учи тыва я
необходимость
решительной
и
бе спощ ад ной
борьбы
с
такого
рода
преступлениями.
2.
Одновременно
с
э тим
Пленум
обращает
внимание
судей,
что
при
решении
конкретного
де ла
не о бх одимо
тщательно
исследовать
все
обсто­
ятельства
де ла
и
лич нос ть
обвиняемого
с
те м,
чтобы
не
допустить
неосно­
вательного
осуждения
чес тн ых
советских
людей,
к ото рые
ин огда
в
силу
60

недостаточной
политической
зрелости
и
неправильной
оценки
пр о исх одя­
щих
со быт ий
вы сказ ываю т
политически
нездоровые
суждения,
не
вы зы­
вающиеся,
однако,
враждебными
побуждениями
к
советской
власти
и
допущенные
без
всякого
кон т рре волюц ион но го
умысла».
23 января 1957 г.
проект
Постановления
Плен ум а
был
разослан
для
согласования
в
Прокуратуру
и
КГБ.
2 февраля Председатель КГБ Серов направляет в ВС свои замечания
по
проекту,
из
которых
важнейшее
касается
пункта
2 постановляющей
части.
Органы
госбезопасности
предложили
сво ю
ре дак цию:
«2.
При
рассмотрении
дел
о
контрреволюционных
преступлениях
судам
необходимо
тщательно
рассматривать
все
обстоятельства
дела
в
их
совокупности,
всесторонне
учитывая
при
этом
данные,
характеризующие
личность
обвиняемого,
с
тем
чтобы
не
допустить
оправдания
или
вынесе­
ния
мя гк ого
наказания
в
отношении
действительных
врагов
советского
государства,
когда
совершенные
ими
преступления
по
законам
советской
власти
т ре буют
более
строгого
на каза ния » (Там же.
Л. 18-20).
Предложенная
редакция
пол нос тью
изменяет
смысл
этого
пункта
и
док уме нта
в
целом,
что
замечательно
характеризует
то,
как
КГБ
предлагал
трактовать
закрытое
п исьмо
ЦК.
Для
сравнения
отметим,
что
замечания,
вне се нные
Прокуратурой
СССР
5 марта,
был и
гораздо
умереннее
(Там же.
Л .21-23).
♦**
Пис ьмо
ЦК
КПСС
был о
воспринято
судебно-следственными
органами
как
директива,
и
исполнение
ее
на
местах
п рин яло
вид
кампании,
то
есть
гремучей
смеси
сугубо
формального
исполнения
с
«административным
восторгом».
То,
что
это
была
именно
кампания,
подтверждается
еще
и
тем ,
что
во
в сех
республиках
СССР
число
санкционированных
аре ст ов,
произведенных
КГБ,
в
первом
полугодии
1957 г.
превышает
это
же
число
за
в торое
полуг оди е
1956 г.,
причем
для
бо льш инст ва
республик
оно
увеличивается
в
два-пять
раз
(См .:
Фонд
ко пийных
материалов
п рограм мы
«История диссидентского движения»
НИПЦ
«Мемориал».
Оп .2.
Е. х.12.
Л .24).
Увеличение
или
уменьшение
числа
арестов
по
какому-либо
виду
преступлений
в
течение
всего
лишь
полугода
и
сразу
по
всем
республикам,
при
всем
их
несходстве
между
собой
в
ос та льном ,
не
мо жет
не
привлечь
внимания.
Даже
ес ли
рассматривать
такую
тенденцию
только
как
отраже­
ние
всплеска
общественной
активности,
то
проведение
ка мпан ии
—
есте­
ственная
реакция
а дм инис тр ат ив но-к ома ндной
с ист емы
на
такой
всплеск.
Прямым
следствием
декабрьского
Письма
ЦК
я вилос ь
значительное
увеличение
в
1957 г.
числа
дел
по
конт рре вол ю цион ным
преступлениям.
На
четверть
было
превышено
чис ло
осужденных
по
сравнению
с
1954 г. ,
более
чем
в
два
раза
—
с
1955 г.
и
почти
в
четыре
раза
—
с
1956 г.
Число
осуж де нны х
в
1957 г.
(2 948 человек), конечно,
не
сопоставимо
с
их
61

чи слом
хотя
бы
за
по сле дний
год
при
Ста ли не
(27 098 —
в
1952 г.,
13611—
в
1953) (ГАРФ.
Ф. 9474.
О п. 16с.
Е .х.648.
Л .2).
Однако
эти
цифры
бы ли
острым
сигналом
для
н ового
руководства
страны,
которое
во все
не
соб ир ал ось
отказываться
от
политики
жес тког о
контроля
над
кар атель ны­
ми
органами.
Реформы,
включающие
в
себя
подрыв
идеологической
осно­
вы
пре жней
репрессивной
политики
(осуждение незаконных методов
след ст вия ,
разоблачения
С т алин а), не предусматривали возможность рез­
кого
усиления
само сто я тел ьно сти
КГБ ,
да же
в
определении
количествен­
ног о
и
качественного
со ст ава
«врагов» .
Кар ат ель ная
политика,
в
н овом
ее
варианте,
должна
была
б ыть
более
избирательной10, и в середине—вто­
рой
половине
1957 г.
встал
воп рос
о
корректировке
курса.
Вскоре
после
июньского
(1957 г.)
Пленума
ЦК,
где
пот ерпе ла
пора­
ж ение
так
наз ы ваем ая
антипартийная
группа
(которую в историографии
приня то
связывать
с
консервативным
крылом
в
па ртии ), появляется новый
проект
По ста но вле ния
Пле ну ма
ВС.
О
его
бо лее
мягком
характере
свидетельствует
даж е
новое
наз ва ние:
«Об улучшении работы судов по рассмотрению дел о контрреволюцион ­
ных
преступлениях». 7
июля
1957 г.
проект
поступил
в
секретно-шифро­
ва льн ый
отдел
(ГАРФ.
Ф . 9474.
Оп . 16с.
Е. х.610.
Л. 24-27).
Пункт
1 его
постановительной
части
теперь
звучит
т ак:
«1.
Считая,
что
в
дальнейшем
одна
из
в ажне йших
задач
советского
правосудия
заключается
в
исправлении
о шибо к,
допущенных
в
прошлом
судами
и
внесудебными
органами,
Пленум
Верховного
суда
одновременно
обращает
в нима ние
судов,
что
борьба
за
дал ьнейш ее
укрепление
социалис­
тической
за ко нно сти
и
исправление
ошибок
и
извращений
должна
быть
нер аз ры вно
св яза на
с
пов ыш ение м
бдител ьно сти
против
п роис ков
враж­
дебных
социалистическому
строю
элементов.
Из
этого
и
должен
исходить
суд
при
рассмотрении
каждого
дела
о
контрреволюционном
преступле­
нии,
учитывая
необходимость
решительной
и
беспощадной
борьбы
с
такого
род а
преступлениями» (Тамже.
Л .26).
Трудно
сказать,
был
ли
введен
в
действие
этот
проект.
В
ис то ч никах
отсутствует
ин фор мация
об
этом.
Суще ствен н о
затрудняет
исследование
недоступность
документов
ЦК
и
самого
ВС
по
согласованию
это го
проек­
та.
Однако
работа
с
др у гими
документами
последнего
позволяет
нам
предположить,
что
в
данном
случае
мог
быть
прим енен
непрямой
меха­
низм
введ ен ия
в
действие
норм,
содержащихся
в
проекте.
Из
дальнейшего
изложения
будет
в идно,
что
подобная
практика
имела
место.
Проект
мог
быть
только
разослан
п ред сед ателя м
Верховных
судов
союзных
респуб­
л ик,
которые
из
его
направленности
могли
сделать
вывод ы
о
то м,
как
им
следует
поступать
в
сп орн ых
случаях.
Та к,
на
совещании
следственных
работников
КГБ
в
июне
1958 г.
во
время
вы сту пл ения
Председателя
ВС
А. Ф. Горкина
был
поднят
вопрос
о
необходимости
руководящих
разъясне­
ний
судам
по
этой
категории
дел,
но
оп реде ле нног о
ответа
Горкин
дат ь
не
62

смог,
по ста вив
это
в
зависимость
«от результатов дальнейшей работы»
и
согласования
«с директивными органами», после чего и будет решено,
издавать
«специальное руководящее разъяснение Пленума < ...>
и ли,
м ожет
быть,
бу дет
разослана
о бзо рная
справка» (ГАРФ.
Ф .9474. 0п.16с.
Е .х.635.
Л .6).
Сведения
о
том ,
что
п роведе ние
кампании
вошло
в
некоторое
противо­
речие
с
провозглашенными
задачами,
стали
поступать
в
ЦК
уже
в
н ачале
1957 г.
Полковник
юстиции
Н.А.Абрамский
в
письме
«О судебной ответст­
венности
избирателей» (31мая1957г.)
утверждал,
что
существующая
прак­
тика
«судебного преследования избирателей,
допускающих
враждебные
над­
писи
на
избирательных
бю лл ете нях », противоречит конституционным гаран­
тиям
(Там же.
Е.х. 602.
Л .63).
По
установившейся
практике
та кие
избиратели
привлекались
к
уголовной
ответственности
за
антисоветскую
агитацию.
Сам
факт
привлечения
из бир ате ля
за
такого
ро да
преступление,
утверждал
Абрамский,
нарушает
тайну
голосования
и
наносит
уще рб
при нц ипу
закон­
ности
в
СССР.
К
то му
же
такого
ро да
деяния
нельзя
наз ва ть
агитацией
уже
п ото му,
что
огласка
надписей
на
избирательном
бюллетене
практически
нево зм о жна
(Там же .
Л. 64).
Таким
образом,
Уголовный
кодекс
входи т
в
прот иво ре чие
с
Конституцией.
Далее
в
письм е
говорится: «Если,
как
указы­
валось
вы ше,
едв а
ли
можно
признать
формой
агитации
надпись
на
из бир а­
тельном
бюллетене
при
тайном
голосовании,
то
бесспорно
само й
злой
и
наглядной
ан тис оветс ко й
агитацией,
агитацией
против
на шей
избирательной
практики,
против
нашей
Конституции
яв ляет ся
суд
над
избирателем» (Там
же.
Л.6 5).
По сле
пер ечи слен ия
некоторых
примеров
Абрамский
пишет:
«<...>
отдельные
работники
прокуратуры
сделали
неправильные
выводы
из
декабрьского
письма
ЦК ».
И
предлагает: «<...>
чтобы
раз
и
навсегда
покончить
с
существующей
практикой,
н едост ой ной
социалистического
де­
мократизма,
необходимо
решение
ЦК,
при зна ющ ее
политически
вр е дным
судебное
пр еслед ован ие
избирателя,
связанное
с
нарушением
тайны
го лосо ­
ва ни я» (Там же.
Л. 67).
В
ию ле
1957 г.
в
ВС
был а
переслана
копия
эт ого
письма
с
указанием
внести
в
вопрос
ясность.
Получив
задание
ЦК,
Председатель
ВС
А. Ф.
Гор­
кин
запиской
п ору чает
своему
за мес тит елю
Н.К.Морозову
подготовить
предложения
по
письму
Абрамского
(Там же .
Л.60).21
августа
Морозо в
ставит
этот
воп рос
перед
В сесо юз ным
институтом
юр идич ес ких
нау к
и
Институтом
пр ава
АН
СССР
(Там же.
Л .61, 62).
В
сентябре
1957 г.
Институт
права
приходит
к
выводу
о
«политической нежелательности
уголовного
преследования
за
антисоветские
н адпис и
на
бюллетенях» (Там
же.
Л.70).
Несмотря
на
то,
что
в
дальнейшем
в
установочные
до ку менты
ВС
этот
сюжет
не
вошел,
принятые
по
рассмотрении
письма
р е шения
п озволя ют
предположить,
что
уже
в
1957 г.
появились
некоторые
призна­
ки
курса
на
введение
кампании
в
разумные
пределы
и
почувствовавшие
это
чиновники,
возможно,
использовали
письмо
как
пробный
камешек.
63

Явной
тенденции
к
с нижени ю
судимости
во
второй
п оловин е
1957 г.
еще
нет11.
Возможно,
сказались
фа кт оры
разного
порядка
—
инерционность
самого
репрессивного
механизма,
который
легче
запустить,
чем'остановить,
и
еще
с ильны е
позиции
явн о
относящегося
к
«ястребам»
ш ефа
КГБ
Серова,
п од д ержавшег о
Хрущева
пр отив
«антипартийной группы».
Наиболее
информативным
документом
о
судебной
практике
1957-
1958 гг .
по
делам
о
кон т рре волюц ион ных
преступлениях,
на
наш
взгляд,
является
составленная
ВС
в
первые
месяцы
1958 г.
«Справка о результа ­
тах
обобщения
с уде бной
практики
по
делам
о
контрреволюционных
пре­
ст уп лен ия х» (далее
—
«Справка») (ГАРФ .
Ф. 9474.
Оп . 16с.
Е . х.648.
Л. 1-
73).
Это
исследование
было
проведено
на
м ат ериал ах
уголовных
дел
1956- пе рвой
п оло вины
1957 г.
и
охватывает
только
начало
кам па нии,
но
его
положения
применимы
и
к
более
позднему
ее
периоду.
♦♦*
В
ис т ории
со зда ния
«Справки»
ес ть
некоторые
пробелы.
Пре д поло­
жительно,
информация
о
масштабах
и
составе
привлеченных
к
ответствен­
ности
(см .
статью
Е.Паповян
«Применение статьи 58-10 УК РСФСР в
1957- 1958 гг. »
в
настоящем
сборнике)
выз ва ла
определенную
реакцию
руководства
стр аны,
и,
судя
по
всему,
потребовалась
более
детальная
информация.
Именно
резкое
увеличение
числа
осуждений
по
обвинению
в
контрреволюционных
преступлениях
и
стимулировало
проведение
специ­
ального
анализа,
что
находит
подтверждение
в
позднейших
отчетах
ВС:
«Необходимость обобщения судебной практики по делам о государствен­
ных
преступлениях
вы зывалась
некоторым
рос том
в
1957 году числа
ос ужд енн ых
за
особо
опасные
государственные
преступления
по
сравне­
нию
с
да нны ми
1954-1956 гг.
и
большим
значением
деятельности
суд ов
по
борьбе
с
этими
преступлениями» (ГАРФ.
Ф .9474.
Оп. 16с.
Е .х .721.
Л. 112-
«Справка о работе Судебной коллегии по уголовным делам Верховного
суда
СС СР
за
1957-1961 гг.»).
Видимо,
с
эт ой
целью
Отдел
обобщения
судебной
практики
ВС
во
второй
по ловин е
1957 г.
н ачал
работу
над
обз оро м
судебной
пр а ктики
по
делам
о
контрреволюционных
преступлениях12.
Ито­
гом
ее
и
стала
«Справка»13.
В
тексте
«Справки»
нет
ссылки
на
п рямое
указание
па ртийно го
руководства,
работа
над
ней
п ред ст авлена
как
от вет
на
«пожелания,
вы ска за нные
председателями
Верховных
судов
сою зны х
ре с­
публик».
Возможно,
подо бно го
указания
как
та ков ого
и
не
было .
В
«Справке»
основной
при чин ой
появления
Письма
ЦК
названа
реак ц ия
враждебных
советской
вл асти
и
неустойчивых
элементов
на
вн еш не-
и
внутриполитические
со б ытия,
из
которых
н а зыв аются
«контрреволюцион­
ный
мятеж
в
Ве нгр ии
и
по след с твия
разоблачения
культа
личности».
Быт ь
может,
эт им
указанием
на
«конкретный исторический момент»
косвенно
ограничивалась
возможность
«глобальной»
тр акто вки
Письма
ЦК.
64

Практические
последствия
осуществления
кампании
на
местах
харак­
т ери зуют ся
в
«Справке»
следующим
обр азо м: «<...>
органы
государст­
венной
безопасности
и
прокурорского
надзо р а
стали
возбуждать
уг оло в­
ные
де ла
и
в
тех
случаях,
в
которых
ранее
они
ограничивались
п ре­
дупреждением
в ино вных
о
недопустимости
тех
или
иных
высказываний.
Одновременно
п роизо шло
уменьшение
числа
случаев
квалификации
ци­
ничных
высказываний
л иц,
находившихся
в
нетрезвом
состоянии,
гла вны м
образом,
по
адресу
отдельных
государственных
и
общественных
деятелей
как
проявление
злостного
хулиганства
и,
наоборот,
увеличилось
чи сло
случаев
квалификации
таких
деяний
как
антисоветская
агитация» (ГАРФ.
Ф. 9474. 0 п. 16с.
Е. х.648.
Л .9).
Увеличение
чи сла
осуждений
по
делам
о
контрреволюционных
преступлениях
(по данным «С п равк и») шло за счет
дел
об
антисоветской
агитации,
о снов ную
массу
ко то рых
давали
дела,
связанные
с
квалификацией
кри тиче с ких
высказываний
как
антисоветских
преступных
де ян ий.
Значительный
ро ст
это го
вида
п ре ст уплен ий,
а
не
шпионажа,
измены
Род ине ,
террористических
актов
и
диверсий,
и
я вился ,
согласно
«Справке», главной причиной необходимости исследовать су ­
дебную
практику
по
та ким
делам.
Примеры,
приведенные
для
обоснования
выводов
«Справки», в ос ­
новном
демонстрируют
ошибки
судов
в
рассмотрении
дел
о
контрреволю­
цио нных
преступлениях.
Так ой
отб ор
можно
расценить
как
стремление
проиллюстрировать
нас ущну ю
не обходим ост ь
серьезного
п ересм от ра
реп­
рессивной
политики.
Из
текста
явствует,
что
судебная
практика
на
местах
вош ла
в
прот ив оре чие
с
провозглашенным
пр инципо м
избирательности
(см .
также
упом янут ую
выше
статью
Е.Паповян
в
настоящем
сборнике).
Хо тя
в
«Справке»
и
приводятся
пр имер ы
резких
антисоветских
проявлений,
в
целом
она
написана
весьма
либе ральн о.
Это
видно
хотя
бы
из
того,
что
ситуация
с
кон трре в олюц ион ной
пре ст упнос т ью
о тнюдь
не
драматизируется,
несмотря
на
то,
что
анализу
под ве ргнут
период
самого
большого
за
всю
послесталинскую
эпо ху
всплеска
политических
репрес­
с ий.
Об
относительно
либеральной
направленности
составителей
«Справ ­
ки»
свидетельствует
и
то,
что
ср еди
примеров
правильной
судебной
пра кт ики
на
передний
пл ан
не
выдвинуты
дела
осу жде нн ых
из
ин те лли­
гентс ко й
среды
(против которой главным образом и было направлено
П исьмо
Ц К), хотя известно,
что
по до бных
дел
был о
немало14.
З ато
бросаются
в
глаза
другие
примеры
—
ошибочные
осуждения
граждан
(рабочих,
колхозников), которыми двигали «обывательские
настр о ения» .
Трудно’представить,
что
по добны й
либерализм
не
был
санкционирован.
Любопытно,
что
в
письме
Абрамского
мы
находим
трактовку
Письма
ЦК,
аналогичную
той,
которая
затем
вошла
в
выводы
«Справки» .
В
нем
директива
ЦК
КПСС
не
подвергается
сомнению,
признается
ос нов ой
для
деятельности
судов
и
в
будущем,
но
примечательно,
что
наиболее
подроб­
но
ци тирую т ся
те
места
П исьма
ЦК,
к от орые
сужают
область
применения
65

репрессивных
мер.
Такое
цитирование
основополагающего
документа,
по
сути,
демонстрировало
партийному
руко водс т ву
во змо жно сть
пересмот­
рет ь
карательную
политику,
не
отменяя
ранее
данны е
указания
и
не
принимая
решений,
признающих
ошибки.
«Справка»
же
идеологически
обосновывает
этот
путь:
советское
общество
—
это
уже
не
«арена клас­
с овой
борь бы», а единый здоровый организм;
вну тре нние
в раги,
конечно,
есть,
но
э то,
в
осн о вн ом , «последыши старого мира,
знавшие
ин ую
вл асть ,
кроме
С о ве тс ко й», или просто агенты иностранных разведок .
К
преступ­
ле нию
на
данном
этапе
могут
склониться
лиш ь
«отдельные»
граждане.
Нехарактерность
п одо бных
случаев
для
социалистического
строя
видн а
из
п ро екта
руководящего
р аз ъясн ения
судам,
в
к от ором
судебно-следствен­
ным
ор г анам
пре длаг ае тся
вы являт ь
«подстрекателей» (особенно по де­
лам
о
контрреволюционных
преступлениях,
совершенных
молодежью).
К
эти м
п ои скам
призывают
и
постоянные
напоминания
в
каждом
разделе
«Справки»
о
необходимости
более
тщательно
расследовать
мотивы
всех
видов
контрреволюционных
преступлений15.
Мотивы
и
обстоятельства,
наличие
которых
может
свидетельствовать
об
отсутствии
конт рре вол ю ци­
онного
умыс л а,
то
есть,
по
сути,
состава
пре с тупле ни я,
предусмотренного
ст. 58
УК
РСФСР,
в
проекте
ру ков одящ их
разъяснений
даже
конкретизи­
руются:
это
—
неблагоприятное
стечение
личных
обстоятельств,
б юрок ра­
тическое
отношение
ч инов ник ов
к
жалобам,
неправильные
решения
мес т­
ных
органов
власти.
Фактически
в
проекте
руководящих
разъяснений,
который
завершает
«Справку», предлагается отделять подлинно контрре­
волюционные
наст ро ен ия
от
«обывательских»
и
квалифицировать
дейст­
в ия,
сове рше н ные
под
влиянием
последних,
более
мягко.
Например
случ аи
п убли чног о
выражения
недовольства
властями
—
не
как
антисоветскую
агитацию
в
устной
форме,
а
как
хулиганство,
б егство
за
рубеж
—
не
как
измену
Ро ди не,
а
как
незаконный
переход
границы,
и
т. п.
5 мая 1958 г.
«Справка»
была
направлена
в
ЦК
КПСС,
а
затем
на
совещание
следственных
работников
КГБ
(которое уже упоминалось
выш е).
Председатель
ВС
в
своем
в ысту плении
использовал
материалы
этой
«Справки», однако вопрос о ее дальнейшей судьбе решен еще не был .
Вновь
предметом
обсуждения
«Справка»
стала
на
совещании
членов
ВС,
сос то яв шемся
28 июня 1958 г.
(Характерно,
что
вопрос
о
ней
не
был
вынесен
на
Пле нум
ВС,
завершившийся
как
раз
в
тот
день.)
В
ходе
дискуссии
выявились
две
точки
зрения
на
«Справку», а точнее,
на
саму
судебную
практику
по
делам
о
контрреволюционных
преступлениях.
Одни
считали,
что
судебная
практика
в
целом
правильна
и
руководящие
разъ­
яснения
не
нужны
(четче всех это сформулировал шеф КГБ И.А.С е ров,
его
поддержали
председатели
Вер хо вных
судов
Р СФСР
и
Азербайджана).
Другие
г овор или
о
необходимости
изменения
судебной
практики
и
изда­
ния
руководящих
у каз аний
по
этой
категории
дел
(председатели Верхов ­
ных
суд ов
БССР
и
УССР).
В
целом
спо р
велся
о
том,
как
надо
трактовать
66

Письмо
ЦК
от
19 декабря 1956 г.:
обе
ст оро ны
ссылались
на
него.
Сам
Председатель
ВС
А .Ф.Горк ин,
подводя
итоги,
предпочел
огра ничит ьс я
выражением
беспокойства
по
поводу
роста
судимости
в
1957 г.
(Там же .
Е .х.635.
Л. 5).
Тем
не
менее
«Справке»
и
проекту
руководящих
указаний,
изложенных
в
ней,
был
дан
ход.
10 июля 1958 г.
«Справка»
была
направлена
Председателю
Прези­
диума
Верховного
Совета
СССР .
В
соп ров од ите льном
письме
сообщалось
о
состоявшемся
совещании
и
о
то м,
что
документ
разослан
председателям
Верховных
судов
со юз ных
республик
для
обсуждения
и
внесения
ими
п редлож е ний
в
связи
с
п одг отов кой
и
предполагаемым
изданием
руково­
дящих
раз ъясн ени й
Плен ум а
ВС
по
э той
категории
дел
(ГАРФ.
Ф.7523.
О п .89с.
Е .х .7494.
Л .1 23).
Ни
декабрьское
Письмо
ЦК,
ни
директивные
у каза ния
судам
и
о
начале
кам па нии,
и
о
ее
приостановке
не
б ыли
офи ци ал ьно
изданы.
А
последние
и
вовсе
приняли
вид
мало
к
че му
обязывающего
«проекта
руководящих
у ка з ан ий», даже не выделенного в обособленный документ.
Ин тер есн о,
что
в
отчетных
документах
ВС,
относящихся
к
1961 г.,
«нецелесообразность»
пр инятия
руководящих
разъяснений
по
делам
о
контрреволюционных
преступлениях
мотивировалась
следующим
об разо м:
«Пленум Верховного суда СССР,
учитывая,
что
в
це лом
судебная
практика
по
эт им
делам
отвечала
требованиям
борьбы
с
этими
преступления­
ми
и
с
учетом
подготовки
проекта
нового
Закона
об
уголовной
ответствен­
ности
за
государственные
преступления,
нашел
нецелесообразным
принимать
руководящее
постановление
по
эт им
дела м
и
ограничился
рассылкой
матери­
ало в
обобщения
Верховным
судам
союзных
ре спу бли к » (ГАРФ.
Ф .9474.
О п .16с.
Е .х. 721.
Л.113— «Справка
о
раб оте
Судебной
к оллег ии
по
уголов­
ным
делам
Верховного
суда
СССР
за
1957-1961 гг.»).
Хотя
при
обсуждении
«Справки»
на
совещ ан и ях
это т
арг умен т
не
использовался.
«Справка», вместе с проектом руководящих разъяснений Пленума
ВС,
действительно,
был а
разослана
председателям
Верховных
судов
и,
с удя
по
всему ,
сыграла
сво ю
роль.
Министерством
юстиции
Бе л орус сии
б ыли
изучены
и
обобщены
в
первом
квартале
1958 г.
дела
о
госпреступле-
ния х
(Там же.
Е. х.642.
Л .38).
Ит огом
этой
работы
стал
«Обзор о резуль ­
татах
изучения
и
обобщения
судебной
практики
по
делам
о
государствен­
ных
преступлениях,
рассмотренных
суд ами
республики
в
1957ив1-м
квартале
1958 г.» (Там же.
Е . х.646.
Л. 1-18), выдержанный в духе общесо ­
юзной
«Справки»
и
содержащий
схожие
выводы.
Согласно
«сопроводи-
ло вке », итоги изучения и обобщения судебной практики были обсуждены на
закрытом
заседании
коллегии
Министерства
юстиции
БС СР
с
участием
вс ех
п ред седат елей
областных
суд ов,
руководства
и
членов
Судебной
коллегии
по
уг олов ным
делам
Верховного
су да
БССР
и
заместителя
Прокурора
Белорус­
сии.
По
результатам
изучения
сд еланы
представления
секретарю
ЦК
КПБ
и
Председателю
КГБ
республики
(Там же.
Е .х .642.
Л .38).
67

Видимо,
примерно
так
же
развивались
события
и
в
остальных
со юз­
ных
республиках.
Во
всяком
случае,
анализируя
судебную
статистику,
можно
отметить,
что
во
втором
полугодии
1958 г.
число
осужденных
по
вс ем
республикам
сн ижа ется
(Фонд копийных материалов НИПЦ «Ме м о­
риал».
Оп. 2.
Е. х.12.
Л.38).
Бо лее
того,
число
осуждений
за
весь
1958 г.
со кра щ ается
в
два
с
п оловин ой
ра за
по
ср ав нению
с
1957 г.
Это
позволяет
пред по ло жит ь,
что
состоялся
пересмотр
пр инципов
проведения
ка мпа нии
или
ее
окончание
(безусловно,
при
эт ом
надо
учитывать
и
возможное
снижение
общественной
активности
—
как
одну
из
причин
пересмотра
репрессивной
пол ити ки ).
Характерно,
что
в
марте
1958 г .,
после
снятия
Н.А.Бул га ни на
с
поста
П р едседа теля
Совета
Министров
СССР,
Хрущев
совместил
должности
П ерв ого
секретаря
ЦК
КПСС
и
Председателя
СМ
С ССР,
обеспечив
с ебе
полномочия,
сопоставимые
со
сталинскими.
А
в
декабре
и
шеф
КГБ
Серов,
занимавший
жесткую
позицию
в
отно шении
уголовных
преследований
по
политическим
статьям,
был
перемещен
со
своего
поста
на
должность
руководителя
во енн ой
разведки.
У чи тывая
давние
его
связи
с
Хрущевым,
тако е
назначение
может
свидетельствовать,
в
частности,
о
том,
что
рве ние
Председателя
КГБ
Хру щев
решил
использовать
для
в еден ия
борьбы
с
иностранными
разведками.
Таким
образом,
тезис
о
тесной
свя зи
характера
карательной
политики
с
изменениями
в
ба ланс е
сил
в
руководстве
страны,
на
наш
взг ляд,
н аход ит
подт ве рж дение
в
документах,
относящихся
к
кампании
1956—1958 гг .
Подтверждение
того,
что
ВС
сыграл
определенную
роль
в
изменении
с уде бной
практики
по
делам
о
контрреволюционных
преступлениях,
мы
находим
и
в
отчете
о
работе
Отдела
обобщения
судебной
практики
за
1958 г.
В
нем
сообщается,
что
помимо
протестов,
пр ине се нных
на
д ела
о
контрреволюционных
преступлениях,
Отде л ом
были
разосл ан ы
пи сь ма,
предлагающие
пересмотреть
вынес енные
приговоры
по
этой
категории
дел.
Всего
таким
образом
было
предложено
пересмотреть
75 дел
—
фактически
каждое
десятое
изученное
дело.
Кампания
по
борьбе
с
антисоветскими
проявлениями
практически
сошла
на
нет
к
середине
1958 г.
Сравнивая
ее
с
более
поздней
ка мпанией
по
борьбе
с
сам о го но вар ени ем 16, можно выявить определенный сценарий
проведения
п одобн ых
мероприятий:
—
заявление
партийного
лидера
(в нашем случае
—
выст уп лени е
Н.С .Хр уще ва
на
м итин ге
московской
молодежи
10 ноября 1956 г .,
остав­
шееся
за
рамками
данной
стат ьи ),
—
письмо
ЦК
КПСС,
—
резкое
увеличение
числа
судебных
дел
по
определенной
категории
преступлений,
—
обобщение
ВС
с уде бной
практики
(спустя некоторое время)
в
качестве
отчета
о
проведении
кампании,
68

—
окончание
кампании,
что
мог ло
бы ть
оформлено
в
в иде
ведомст вен­
ных
документов
(для ВС
—
руководящие
разъяснения
судам
или
их
проекты).
Обобщение
судебной
практики
хар акте рно
для
любой
кампании
как
форма
от чет нос ти
и
контроля
(хотя оценки хода проведения кампании в
эт их
об общ е ниях
могут
быть
различными).
Вместе
с
тем
не об ходи мо
учитывать,
что
появление
такого
документа,
как
обзор
судебной
практи­
ки,
свидетельствует
и
о
том,
что
назрела
не обходи мос т ь
ее
изменения.
Это
вытекает
из
самого
жан ра
подобн ы х
документов.
После
XX съезда КПСС при проведении не только внешней,
но
и
внутренней
политики
ре жим
был
вынужден
доказывать,
что
со
сталинской
практикой
без з ако нных
осуждений
пок онче н о.
В
беседе
с
американским
корреспондентом
Г.Шапиро
Н.С.Хрущев
указал,
что
«политические преступ­
ления
ст али
теперь
у
нас
редким
явлением.
Среди
люде й,
понесших
за
последние
г оды
заслуженную
ка ру
за
свою
антисоветскую
деятельность,
большую
част ь
со ста вл яют
агенты,
заброшенные
в
Советский
С оюз
и зв не»17.
Таинственность,
которой
был о
окружено
пи сьмо
ЦК
от
19 декабря
1956 г.
(так,
например,
его
не
разрешено
бы ло
отправить
в
парторганиза­
ции
советских
учреждений
за
границей,
а
случаи
его
утери
в
СССР
рассматривались
на
Секретариате
ЦК), нерешительность в проведении его
директив,
обходные
пут и
для
исправления
вызванных
им
последствий
говорят
о
том,
что
оно
в
определенном
смысле
бы ло
вынужденной
мерой,
ответом
на
экстремальную
ситу ацию.
В
изменившейся
же
политической
обстановке,
характеризующейся
сос ре доточе ни ем
всей
власти
в
рук ах
Хрущева
и
стаб ил иза ци ей
в
обществе,
о
нем
бы ло
решено
не
вс по мина ть,
на
всякий
случай
не
отменяя,
но
и
не
акцентируя
на
нем
вним ания.
В
докладе
на
внеочередном
XXI съезде КПСС Хрущев заявил,
что
«главное
—
это
профилактика,
воспитательная
ра бота ».
Это
его
утверж­
дение
подвело
черту
под
кампанией
1957-1958 гг.
«Конечно,
за
судом,
орг ана ми
милиции
и
прокуратуры
должны
быть
оставлены
определенные
обязанности.
Эти
органы
буд ут
продолжать
свою
деятельность
в
целях
воздействия
на
л иц,
которые
злостно
не
подчиняются
нормам
соц иали с­
тического
общежития», —
продолжил
Хр ущ ев,
но
характерно,
что
о
КГБ
он
сказал
о тде льно : «Надо укреплять органы государственной безопас­
ности,
острие
которых
прежде
всего
направлено
прот ив
агентуры,
засы­
лаемой
империалистическими
государствами»18.
А
24 мая 1959 г.
в
«Правде»
Н.С.Хрущев
за яв ил: «Преступление
—
это
отк лон ен ие
от
общепринятых
нор м
поведения
в
обществе,
нередко
вызываемое
р асстр ой ст вом
п сих ики
человека.
Могут
быть
заболевания,
психические
расстройства
в
коммунистическом
общ ес тве
среди
отдельных
людей?
Видимо,
могут
б ыть
<...>
Тем,
кто
<...>
ст ал
бы
призывать
к
борьбе
с
коммунизмом,
можно
ска зать ,
что
и
сейчас
ес ть
люди,
которые
борют с я
с
коммунизмом
<...>
но
у
таких
людей,
видимо,
явн о
не
в
норме
психическое
с ос то яние».
69

Эти
заяв ле ния
лидера
страны
можно
рассматривать
как
отражение
нового
кур са,
на
кото р ый
б ыли
орие н тиров а ны
органы,
проводившие
репрессивную
политику.
К оварн ым
и
зловещим
в нутр енним
врагам
не
впервой
в
истории
р ос сийско го
государства
ставился
под обн ый
диагноз,
но
чтобы
сразу
всем!
Такого
не
бывало.
Угрозу,
исходящую
от
умалишен­
ных,
уже
невозможно
было
представить
как
серьезную.
Психами
долж ны
з анима ться
врачи,
а
не
такие
серьезные
учреждения,
как
КГБ
или
Ве рхо в­
ный
суд
СССР .
Неудивительно,
что
КГБ
был о
предложено
сосредоточить­
ся
на
бо рьбе
с
«нормальной»
агентурой
иностранных
разведок.
А
для
внутреннего
пользования
применять
профилактику
—
те р мин,
сам
по
себ е
отдающий
карболкой.
Подводя
итог,
мо жно
заключить,
что
документы
из
Секретной
ча сти
ВС
позволяют
составить
более
точное
представление
о
новой,
послеста-
линской
реп ресс ивн ой
политике
в
целом,
об
этапах
ее
складывания,
наметить
их
периодизацию.
Но
э тим
значение
названных
документов
как
исторических
источников
не
исчерпывается
—
док уме нты
ВС
сод ер жат
богатейший
фактический
мат е риал
о
правоприменительной
практике
по
д елам
о
контрреволюционных
преступлениях
в
масштабе
всей
страны,
отражают
деятельность
ВС
не
только
как
государственного
учреждения,
участвовавшего
в
выработке
репрессивной
политики,
но
и
как
высшего
судебного
органа,
осуществлявшего
непосредственное
судебное
ра збир а­
тель ств о
и
надзорное
судопроизводство,
контролировавшего
деятельность
всей
системы
судов.
Примечания:
1 Верт Н.
История
советского
го су да рства, 1900-1991.
М.:
Пр огресс, 1992.
С.356-357.
2 Медведев Р.А.
Они
окружали
Сталина.—
Нь ю-Йорк , 1984.
С. 61.
3 Любопытно,
что
с
14 марта 1953 г.,
после
снятия
Мален кова
с
поста
секретаря
ЦК,
самой
влиятельной
политической
фи гуро й
в
С ек ретари ате
ст ал
Хрущ ев .
4 Сын Н. С.Хрущ ева
вспоминает,
что
мно гие
рук оводи тели
партии
и
г осударст ва
«оказались просто травмированы Венгрией .
Ча сто
о дно
воспоминание
о
1956
г оде
позволяло
удачно
п остави ть
очередную
р огатк у
на
пут и
де мок рат из ации
нашего
общества».
Трудно
сказать,
насколько
повлияли
сыновние
чувства
на
другое
его
утверждение:
противостояние
от ца
требованиям
принятия
жестких
мер.
Хрущев-младший
также
пишет:
из
ин форм аци и,
к о торой
снаб жали
его
отц а
посольство,
КГБ
и
сам и
члены
выс ш его
партийного
рук оводст ва,
побы­
вавшие
там,
вытекало,
что
основн ую
массу
мятежников
со ста вля ет
м о лодежь
(«мальчишки» -студ ен ты ), а рабочие и крестьянство их не поддерживают (Хру ­
щев
С .Н.
Ник ита
Хрущев:
Кри з исы
и
ракеты:
Взгл яд
изнут ри.
М.:
Новост и ,
1994.
Т. 1.
С. 259).
5 Обязательно надо учитывать,
что
противоречия
м ежду
«ортодоксами»
и
«ли­
бералами»
еще
не
нашли
с воего
разр ешени я.
На
руку
«ортодоксам»
сыграли
и
события
в
Тби лиси,
происшедшие
че рез
неделю
после
закрытого
док лад а
70

Хрущева.
Об
этом
свид ет ель ст вует
появление
в
«Правде»
ряда
статей,
акц ен­
тировавших
в нима ние
на
з асл угах
С талин а
перед
социализмом.
В
начале
ап ре­
ля
1956 г.
ЦК
обратился
к
членам
партии
со
специальным
письмом,
осуж даю ­
щим
«недозволенную критику», а в «П равд е»
через
ден ь
появилась
статья ,
пр овозг лаш ающ ая
борьбу
против
«демагогов и гнилых элементов,
к ото рые
под
видом
к рит ики
культа
личности,
кри ти куют
линию
партии».
В
ЦК
КПСС,
ознакомившись
со
сводками
о
н астроен ия х
в
обществе
(ЦХСД.
Ф. 5.
Оп.З О.
Е . х.141.
Л. 1 4 -15), поняли,
что
рам ки
дозволенного
в
критике
культа
Ст али на
оказались
размытыми.
Нуж но
было
четкое
указание
с верху
—
что
можно,
а
чего
нельзя
в
критике
Сталина.
И
такой
док ум ент
вск оре
появляется.
30 июня
ЦК
КП СС
при ни мает ,
а
затем
публикует
пост ановлен ие
«О преодолении куль­
та
личности
и
его
последствий»
—
документ,
который
в
значительной
степени
о тли чался
от
закрытого
доклада
Хрущева
на
XX съезде.
В
нем
практически
не
упоминались
разоблачения,
сделанные
Хрущевым.
16 июля 1956 г.
да тиро ван о
закрытое
пис ьмо
ЦК
«Об итогах обсуждения решений XX
съезда» (РЦХИД-
НИ.
Ф .556.
Оп.1.
Е . х.608.
Л.157-159), в котором уже сообщается о репрессив­
ных
мерах,
привлечении
к
ответственности
отдельных
коммунистов
и
даж е
о
р оспуск е
партийной
организации
Т еп лотехни ческой
лаборатории
АН
СС СР
за
«неправильное»
о бсу жде ние
решений
XX съезда.
Од нако ,
за
исключением
последнего
случая ,
в
остальных
де ло
ограничивалось
парт и йной
проработкой
(Наумов В. П.
Доклад
// Н.С.Хрущ ев
(1894-1971): Материалы научной конфе­
р е нции,
посвященной
ст олетию
со
дня
рож ден ия
Хрущева, 18апр.
1994 /
Горбачев-Фонд.
М.:
Р ГГУ , 1994.
С .1 28-129).
6 См.:
Наум ов
В. П.
Ук аз. соч.
С. 129.
7 Зубкова Е .
Ре фо рмы
Хр уще ва:
Культ ура
полит и ческ ого
действия
// Свободная
мысль.
1993.
No
9.
С. 106.
8 Зезина М. Р.
Шоковая
терапия:
От
1953-го
к
1956 году //
От ечест вен ная
ист о­
рия.
1995.
No
2.
С. 129.
9 Верт Н.
Указ.
со ч.
С.356-357.
10 Интересен тот факт,
что
всего
лишь
девять
дней
отделяют
появление
дек аб рь­
ского
Письма
ЦК
от
пред ст авления
в
ЦК
КП СС
и
п одп исани я
всеми
его
членами
выводов
Комиссии
под
председат ел ьством
Молотова
по
изучению
мат ер иалов
открытых
су де бных
п роцессов
по
де лу
Бухар ин а,
Р ык ова,
Зи нов ье­
ва,
Тухачевск ог о
и
других.
Доклад
комиссии,
как
и
мно гие
докум е нты
того
периода,
был
противоречивым:
оснований
для
пе рес мо тра
дел
Бухарина,
Зино­
вьева,
Р ыкова
и
Каменева, «поскольку они на протяжении многих лет возглав­
ляли
ант исоветс кую
б орьб у,
направленную
против
с трои те льс тва
социализма»,
н ай дено
не
было ,
од новрем ен но
п ри зн авалась
п орочн ой
практика
фальсифика­
ции
о бв инения
прот ив
«честных советских граждан»
—-
осн ова
для
массовых
репрессий.
Примечательно,
что
в
состав
к омис сии
вхо дил и
два
разработчика
письма
—
А.Н.Аристов
и
Р.А.Руденко
(См .:
Наумо в
В .П.
Указ.
соч.
С. 1 2 7-128).
11 Так,
по
статье
58-10 УК РСФСР — антисоветская агитация («основная»
с та­
тья,
осу жд енн ые
по
ней
во
время
ка мпа нии
сост авили
более
80%) — имело
место
незначительное
с окращ ен ие
числа
о суж денны х
в
шест и
республиках.
В
пяти
из
них
это
чи сло
не
превышало
40.
Общее
ч исло
осужде нны х
по
с т. 58-10
в
ССС Р
с остави ло
768 человек в первом полугодии 1957 г.
и
1028 во втором
(Фонд копийных материалов программы « Ис тор ия
диссидентского
дв ижен ия
в
СССР»
НИПЦ
«Мемориал».
Оп .2.
Е . х.12.
Л .25-26).
71

12 Не позднее ноября 1957 г.
Возможно,
на чало
этой
работы
связано
с
изм е не­
ни ями
в
с остав е
партийного
ру к овод ства,
происшедшими
на
июньском
Плену­
ме
ЦК,
когда
из
состава
Президиума
ЦК
КПСС
б ыли
выведены
соп рот ивля в­
шиеся
курсу
Х ру щева.
Среди
обвинений,
предъявлявшихся
членам
«антипартийной группы», было (выск аза нн ое
в
том
числе
Генеральным
проку­
рором
СССР
Р.А.Руденко)
соп рот и влен ие
п роц ессу
реабилитации
и
восст анов­
ле нию
социалистической
законности.
К асая сь
этого
в опроса ,
Хру щев
подчерк­
нул,
что
диктатура
пролетариата
должна
быт ь
н апр авлен а
против
врагов
рабочего
клас са,
а
уничтожение
членов
парт ии
—
преступление.
13 Окончательный текст появился в апреле 1958 г .
Именно
об
этой
спр авк е
г ово­
рил
Горкин
на
уже
упомянутом
совещании
следственных
р абот ни ков
КГ Б.
14 Например « дел о
Кр ас но пев цев а», «дело группы Вайля—Пименова», «дело
“Союза коммунистов”» и т.п.
15 Это указание сохранялось и в отношении дел,
свя занн ых
с
и згот овле ние м
и
распространением
ли стовок .
16 Материалы об этом также отложились в фонде ВС.
17 Правда.
1957. 19 нояб .
18 Внеочередной XXI
съезд
КПСС, 27 янв. -5
фе вр.
1959 г.
М.:
Госполитиздат,
1959.
С. 104-105.

Елена
Паповян
(Москва)
ПРИМЕНЕНИЕ
СТАТЬИ
58-10 УК РСФСР в 1957-1958 гг .
По
материалам
Верховн ого
суда
СССР
и
Прокуратуры
СССР
в
ГАР Ф1
У
людей,
специально
не
интересующихся
сов ре ме нной
ис торие й,
упо ми­
нание
о
репрессиях
второй
половины
1950-х
гг.
вызывает
у див ле ние.
Это
время
в
общественном
сознании
ассоциируется
с
реабилитацией
и
либе­
ра льн ым
курсом
внутренней
политики.
Редкие
публикации
пер ио да
«перестройки», затрагивавшие тему репрессий в хрущевский период,
бы ли
в
основном
посвящены
мар кс истс ким
подпольным
группам.
Ситуа­
ция
ма ло
изменилась
и
после
1991 г. ,
несмотря
на
то,
что
исследователи
получили
доступ
к
ранее
засекреченным
документам.
В
июне
1993 г.
бы ли
пр иняты
«Основы законодательства Российской Федерации об архивном
ф онде
Российской
Федерации
и
ар хив ах»2.
Их
следствием
стало
отк рыт ие
спецхранов,
в
частности
и
спецхрана
ГА РФ.
Но
и
современные
ра бот ы,
посвященные
те ме
репрессий,
даже
построенные
на
архивном
материале,
в
основном
подчеркивают
ге рои ку
сопротивления
и
огра ни чив ают ся
п ере­
числением
нескольких
фамилий
«марксистов».
Между
тем
в
послесталин-
ские
го ды
пик
осуждений
по
полит ич еским
статьям
приходится
на
1957 г.
У вели чен ие
числа
осуждений
произошло
в
основном
за
сч ет
дел
по
статье
58-10 (антисоветская агитация и пропаганда;
далее
АСА)
Уголовного
кодекса
РСФСР
(далее УК), значительную долю которых составили дела
по
обвинению
в
антисоветских
высказываниях.
Предшествующие
го ды
(1955-1956) характеризовались необычайным
либерализмом
карательных
органов.
Так,
в
1956 г.
дел
о
к онт рре вол юци­
онных
преступлениях
не
был о
в
22 областях и автономных республиках
РС ФС Р3, по другим данным
—
в
204.
Заместитель
прокурора
России
сообщает,
что
в
1956 г.
«контрреволюционные (да ле е
к/р .
—
Е .П.)
пре­
ступления
в
РСФСР
не
носят
распространенного
х ар акте ра » (Ф.8131.
О п. 32с.
Е .х.5386.
Л .27).
Кампания
репрессий
б ыла
санкционирована
письмом
ЦК
КПСС
«Об
у силе нии
политической
работы
пар тийны х
организаций
в
массах
и
пресе­
чени и
вылазок
антисоветских
враждебных
эл еме н то в » (декабрь 1956 г.;
далее
—
П исьмо
ЦК)5. Документы карательных органов,
ставшие
доступны­
ми
в
последнее
врем я,
позволяют
нам
проследить
механизм,
с
помощью
кот оро го
с т . 5 8 -10 превратилась в основной инструмент политических репрес­
73

с ии,
и
как
ограничивалось
применение
статьи
в
пр оце ссе
сверт ы вани я
кампании.
Формулировка
АСА
в
УК
практически
не
изменялась
на
протяжении
десятилетий6.
Ли шь
в
1966 г.
в
новый
(1960 г.) УК была введена
ст . 190-1
—
«заведомо ложные измышления».
Пр и чина
такого
постоянства
в
то м,
что
не
б ыло,
да
и
не
могл о
бы ть
четкого
определения
пон яти й
«АСА»
и
«контрреволюция» .
Их
толкование
зависело
от
действующих
в
тот
момент
инструкций,
что
позволяло
власт ям
нане ст и
удар
по
любой
гр уппе
насе­
ления.
На чи ная
со
второй
половины
1950-х
гг.
АСА
становится
основным
средством
преследования
по
су ду
недовольных
и
инако мыс л ящих .
В
1953-1956 гг .
партийное
рук овод с тво
многое
сделало,
чтобы
поста­
вить
карательные
органы
под
свой
жест ки й
кон тро ль
и,
как
сл е дств ие,
сократить
до
минимума
случайность
репрессий,
одновременно
резко
сузив
сферу
их
применения.
Т ак,
был и
отменены
в нес уде бные
органы
(тройки и
Особое
Совещание)
и
«надстройка»
над
УК
и
УПК
(Уголовно -пр о цес су ­
альным
кодексом)
времен
террора
—
драконовские
Указы,
Постановления
Пр ез идиу ма
В ерхов ног о
Совета
ССС Р
и
ЦИК
и
Указания
глав
репрессив­
ных
органов,
в
том
числе
упрощенный
порядок
судопроизводства;
в
соответствии
с
«Положением о прокурорском надзоре в СССР» 1955 г .
в
прокуратуре
создавались
отделы
по
над зор у
за
сл ед ствие м
в
орга на х
г ос без опасно ст и;
в
1956 г.
изменена
подсудность
дел
о
к/р
преступлени­
ях
—
все,
совершенные
гражданскими
лица м и,
кроме
дел
о
шпионаже,
ст али
подсудны
общим
судам.
Ограничение
применения
58-й
статьи
и,
в
частности,
АСА
в
середине
1950- х
гг.
достигалось
главным
образом
постановкой
в
основу
об винения
доказанности
наличия
к/р
ум ысл а.
Например,
попытку
перехода
границы
пре длаг ал ось
считать
изменой
Род ине ,
е сли
д оказ ано
намерение
об ви няе­
мого
произвести
какие-либо
враждебные
действия
за
рубежом,
в
против­
ном
случае
—
квалифицировать
как
незаконный
п ере ход
границы
по
неполитической
ст. 84УКРСФСР(максимальный
ср ок
3 года лишения
св обод ы,
по
58-1
—
изм ена
—
25 лет).
Заметим,
что
эт о,
каза ло сь
бы,
сп равед ли вое
дополнение
вн ос ило
еще
большую
пута ницу :
доказать,
что
сам
ч ело век
оценивал
свои
действия
в
момент
совершения
именно
так,
а
не
иначе,
во
многих
слу чая х
затруднительно.
По
Письму
ЦК
союзн ые
репрессивные
ведомства
издали
соответст­
вующие
инструкции,
п ри званн ые
перевести
на
их
язык
и
конкретизировать
партийные
установки
(к сожалению,
мы
не
располагаем
сведениями
об
указаниях
К ГБ): Верховным судом ( д ал ее
ВС)
был
разослан
Про ект
П ос тано вл ения
Пленума,
Прокуратурой
СССР
—
Указания
Генерального
прокурора.
Содержание
пер вог о
документа
достаточно
п одроб но
изложе­
но
в
статье
«Участие Верховного суда СССР в выработке репрессивной
по л ити ки», помещенной в настоящем сборнике (дал е е
—
Статья
1).
Заме­
74

тим
лишь,
что
по
не му
АСА
в
основном
зак люч алась
в
клевете
на
мероприятия
партии
и
правительства
и
дис кре ди та ции
их
руководства.
Ук азан ия
Генерального
прокурора
СССР
Р.А.Руденко
No1/190сс от
30 декабря 1956 г .
содержат
практически
те
же
формулировки,
что
и
до кум ент
ВС.
В
них
отмечается,
что
в
последнее
время
в
ряд е
сл у чаев
прокуроры
вносят
неправильные
представления
о
прекращении
дел
об
антисоветских
вы ск азыван ия х
на
том
основании,
что
«они не содержат
призыва
к
сверже ни ю,
п одр ыву
или
ослаблению
Советской
власти»
(Ф .8131.
Оп .32с.
Е. х.4578.
Л .77
—
цит.
в
тексте)7.
И
да ле е: «Прокурорам
<...>
следует
иметь
в
виду,
что
ли шь
в
весьма
редких
сл уча ях
лица ,
занимающиеся
антисоветской
аг ита цие й,
открыто
призывают
к
св ер же­
нию
Советской
власти
и
восстановлению
капиталистических
по р ядко в»,
поскольку
от кр ытый
призыв
«не может встретить никакой поддержки у
советских
гр аж дан» (Там же.
Л.77).
Клевета,
слухи
и
враждебные
дейст­
вия
прикрываются
словами
«о критике и самокритике,
лозунгами
борьбы
за
де м ок ра ти ю» (Цитата из Письма ЦК.
Там
же.
Л.78).
Ориентация
прокуроров
на
привлечение
к
уг оловн ой
ответственности
именно
за
выск азыван ия
дается
и
через
примеры
конкретных
дел:
в
Указаниях
три
примера
из
четырех
(по АСА)
свя зан ы
с
устной
а гита цией.
В
одном
из
них
к
врагам
отнесена
гад алк а,
пр ед ска завшая
скорую
войну,
«в которой американцы победят коммунистов» (Ф .8131.
Оп. 32с.
Е .х .4574.
Л .76).
На
наш
взг ляд ,
примеры,
сод ержащ и еся
в
обзорах
и,
особенно,
в
директивных
документах,
играли
существенную
рол ь.
В
исследуемый
период
пр оис ход или
кардинальные
изменения
репрессивной
политики,
законодательства,
реф орм а
кар ате льн ых
органов
—
и
все
это
в
условиях
нестабильности
внутриполитического
курса.
Такая
ситуация
и,
как
след­
ст вие,
нечеткость
директив
(в Письме ЦК,
к
примеру,
требование
беспо­
щад но
бороться
с
враждебными
эл ем ента ми
сочеталось
с
указанием
отделять
от
них
«совершивших ошибки») повышали ценность примеров.
Это
подтверждается
и
многочисленными
в
1957-1958 гг.
просьбами
по д­
чиненных
структур
ч аще
рассылать
им
об зоры ,
чт обы
можно
было
дейст­
вовать
по
аналогии.
У
нас
сложилось
впечатление,
что
существовало
некоторое
расхож­
дение
в
расстановке
акцентов
в
Письме
ЦК
и
Указаниях.
Даже
более
жест к ий
про ект
п ер вого
документа8
был
посвящен
в
основном
антисовет­
ск им
проявлениям
в
сре де
твор че с кой
инте лл игенц ии,
студентов,
а
дирек­
тива
приме н ять
име нно
судебные
репрессии
особенно
я вно
д авал ась
в
отношении
ранее
судимых
по
политической
статье.
В
Указаниях
Р.А.Ру ­
де нко
х отя
и
цитируются
партийные
и
государственные
док уме нты
(кроме
Письма
ЦК,
Стенографический
отчет
XX съезда КПСС,
постановление
«О
пр еодоле ни и
культа
личности
и
его
последствий»
и
др.), но та часть (п о
ст .5 8 -10), которая написана на ведомственном языке
—
т .е.
дающая
тол­
75

кование
партийным
установкам,
посвящена
в
основном
АСА
в
устной
форме,
исходящей,
судя
по
примерам,
отнюдь
не
от
«ревизионистов».
По
нашему
м не нию,
засл у живае т
упоминания
еще
од ин
фактор,
оказавший
влияние
на
интерпретацию
на
местах
партийных
установок.
Культурный
у рове нь
многих
следователей
был,
м ягко
г оворя ,
н евыс ок,
несмотря
на
во зросш ее
среди
них
чи сло
лиц
с
высшим
образованием:
в
1954 г,,
в
КГБ
было
12% следственных работников с высшим юридическим
образованием,
в
1958 г.
—
60% с высшим и незаконченным высшим («Ма ­
те риа лы
Всесоюзного
совещания
следственных
ра бот ников
органов
госу­
дарственной
б ез опас но сти» 9-13 июня 1958 г.
Далее
—
Совещание
КГБ
и
«Материалы»9).
Председатель
КГБ
И.А.Серов
пр ив одит
другие
цифры:
22% и 75% соответственно (Т ам
же.
Л. 175).
Такая
арифметика
и
явное
желание
поскорее
отчитаться
о
достигнутых
успехах,
на
наш
вз гл яд,
з аст ав ляют
усомниться
в
достоверности
прив о дим ых
д анных .
На
Сов еща­
нии
КГБ
ос н овной
докладчик
(Каллистов Н .Д .
—
исполняющий
обязан­
ности
начальника
Следственного
Управления
КГБ
при
СМ
СССР)
отдельно
ост ан ови лся
на
качестве
протоколов
доп рос ов.
Процитируем
два
из
них .
Допрос
Ч.,
арестованного
в
1957 г.
за
умышленное
повреждение
самолета.
Вопрос
к
о бв ин яе мо му : «Если вы ломали трубки ПВД у самолетов в пылу
з ло сти,
то
почему
вы
все
же
стали
ломать
самолеты,
а
не
наносили
удары
по
своему
т елу?» (Там же.
Л. 129).
Другой
пример
—
объяснения
обвиня­
емого
Г.; «Под влиянием радиопередач («Голоса Америки» .
—
Е.П .)
у
м еня
сло ж илась
уверенность,
что
в
неудачах
на
экзаменах
в ино ват
мате­
риализм,
который
надо
брать
повседневным
трудом,
а
вот
ес ли
бы
я
учил
идеализм,
то
он
бы
мне
в
голову
сам
влез,
а
мне
стоило
бы
только
сидеть
и
слушать,
и
это
было
бы
достаточно,
чтобы
вложить
в
мою
г лупую
голову
огромное
зн ан ие,
которое
накопило
человечество».
Комментарий
док ла д­
ч и ка : «...арестованный
издевался
над
следователем,
а
последний,
очевид­
но,
не
зам еч ал
этого. ..» (Там же.
Л. 129-129об. ).
О
каком
выяснении
побуждений
подследственных
—
наличия
к/р
умысла
—
мож ет
и дти
речь!
Полит и ка
реформаторского
крыла
в
партий­
ном
руководстве,
направленная
на
применение
репрессий
к
виноватым,
с
ее
т реб ован ием
выяснять
мотивы,
встречала
непо ним ание
на
м ес тах.
С ильно
с каз ывали сь
традиции
правоприменительной
практики
времен
те ррора
и
стремление
ведомства
показать
властям,
что
их
есть
от
кого
охранять.
Сотрудники
карательных
ведомств
на
местах
в
с воей
деятельности
искали
более
реальные
основания
для
пр име не ния
репрессий,
и
на бор
этих
оснований
м ен ялся
в
зависи м ости
от
новы х
указаний.
Суд я
по
материалам
фондов
ВС
и
Прокуратуры
СССР
в
ГА РФ,
на
начало
1957 г.
из
директив­
ных
документов
эти
работники
усмотрели
пр име рно
следующее:
1. «Группы
р и ск а» (категории населения,
на
кот оры е
следует
обра­
тит ь
особое
в нима ние)
—
ранее
судимые
по
политической
ст атье , «троц ­
76

ки с т ы», «правые оппортунисты», побывавшие в плену,
одним
словом,
люди
с
«плохой»
биографией,
а
также
интеллигенция.
2.
Способ
действия
«врага»: устная агитация
—
высказывания,
свя ­
занные
с
«разоблачением культа», событиями в Венгрии,
традиционная
«клевета на мероприятия партии и правительства», условия жизни.
3.
Наиболее
опасный
вид
а гитац ии
—
изготовление
и
распростране­
ние
листовок.
4. «Основная»
статья
УК
или
Указа
Президиума
Верховного
Совета,
по
которой
сле дуе т
квалифицировать
действия
«врага»: ст .5 8 -10. (З ам е­
ти м , «основной»
она
становилась
в
том
числе
и
благодаря
расширитель­
ном у
толкованию.
Последнее,
на
наш
вз гляд ,
вообще
ха ра ктер но
для
статьи
УК,
широко
применяемой
в
период
ка мпа ни и.)
Увели чен и е
или
уменьшение
числа
осужденных
регулировалось
с
п омощ ью
указаний
на
излишнюю
мягкость/строгость
судов,
прокуроров
или
с отрудн иков
КГ Б.
Времена
ра знар я док
прошли.
Однако,
если
количество
осужденных
и
квалификация
действий
в
значительной
степени
зав ися т
от
сотрудников
карательных
орга н ов
на
местах,
то
с
«качественным»
составом
де ло
обстоит
сложнее.
Ав тора
листовок,
с ов ер шившего
яв но
наказуемое
действие,
закоренелого
антисо­
ветчика,
неоднократно
высказывавшего
свои
взгляды,
хранившего
и
давав­
шего
знакомым
читать
запрещенную
литературу,
еще
н адо
был о
найти.
Думается,
по этому
сотрудники
карательных
органов,
стоявшие
перед
необходимостью
отчитываться
о
бо рьбе
с
«антисоветскими элементами»,
вполне
естественно
делали
выбор
в
пользу
чи сла
осужденных
(увеличить
к от орое
было
несл ожн о)
—
наиболее
на гля дн ого
и,
видимо,
считавшегося
основным
пока зате ля .
Итак,
после
Письма
ЦК
инс тр ук ции
карательных
орга н ов
расширяли
сферу
пр имене ния
с т. 5 8-10: отныне как АСА могла быть квалифицирована
ед ва
ли
не
любая
критика
властей.
Обычная
«болтовня», как назвали бы
мы
сейчас
такие
высказывания,
б ыла
объявлена
опасной
для
государства
«агитацией».
Результатом
столь
расширительного
толкования
АСА
стал
крайне
пестрый
состав
осужденных:
от
сектантов,
не
признававших
совет­
скую
власть
в
принципе,
и
участников
подпольных
молод е жн ых
групп
—
до
арестованных
за
пьян ые
в ык рики
и
заключенных-«бытовиков».
Пос­
ледние
отбывали
срок
за
различные
общеуголовные
пре с туплен ия
(воров ­
ств о,
хищения,
убийство)
и,
не
по л адив
в
лагере
с
какой-нибудь
группой
уголовников,
просили
перевести
их
в
другой
ла ге рь.
Как
пока за ла
практи­
ка,
простейшим
средством
для
это го
было
написание
текста
с
«сакраль­
ными»
антисоветскими
лозунгами
(«Да здравствует Америка!», «Долой
КПС С !» и т.д.).
Такая
листовка
изг от овляла с ь
обычно
в
1-2
экземплярах
и
передавалась
администрации
ла ге ря.
Другой
вариант:
приблизительно
то
же
самое
в
устной
форме,
на при мер , «клевета на советские карательные
органы».
Пос ле
этого
обычно
ме дле нная
бюрократическая
машина
уск о-
77

ряда
ход
—
заключенного
из оли ро вали
от
остальных
(что нередко спасало
ему
ж из н ь), судили,
давали
политическую
статью
и
отп ра вля ли
в
другой
лагерь
(см.
Приложение
2).
Естественно,
такое
преступление
лиш ь
внешне
напоминало
А СА.
Наиболее
информативный
ис т очник
по
кампании
репрессий,
на­
чавшейся
после
Письма
ЦК,
—
«Справка о результатах обобщения су ­
дебной
практики
по
делам
о
кон тррев олю цион ны х
пре с тупле ни ях»
за
1956 г.
—
I полугодие 1957 г.
(Ф .9474.
Оп. 16с.
Е .х .648.
Л. 1-73.
Далее
—
«Справка» .
Подробнее
об
этом
документе
см.
Статью
1), составленная
от дел ом
обобщения
суд еб ной
практики
ВС*.
Основное
внимание
состави­
те ли
«Справки»
уде ли ли
практике
осуждения
по
ст .58-10.
Материал
структурирован
«частично по степени общественной опасности
—
лис тов ­
ки
антисоветского
содержания,
час ти чно
по
ист оч ника м
возникновения
—
д ела,
возникшие
в
местах
заключения,
дела,
возникшие
при
сопротивле­
нии
представителям
власти,
частично
по
мето да м
совершенных
пре ст упле ­
ний
—
дела
об
анонимных
пи сьмах » (Ф .9474.
Оп . 16с.
Е. х .648.
Л. 32)
(см.
Приложение
3).
Соп ост авлен ие
приведенной
в
«Справке»
информации
с
другими
да нны ми
фондов
ВС
и
Прокуратуры
СССР
п ок азывает ,
что
во
время
кампании
под
уд ар
попали
в
ос нов ном
одиночки
(см.
При ло жен ие
4), люди
неинтеллигентных
профессий,
недостаточно
образованные
и
малокультур­
н ые.
Чаще
всего
они
не
только
нич его
не
знали
друг
о
друге,
но
и
не
имели
кас ател ь ства
к
либерально
настроенной
инт елл иге нции,
п оэтому
кампания
1957-1958 гг .
почти
не
упоминается
в
литературе
об
«оттепели», за
исключением
разве
что
студенческих
кружков
(см.
Приложение
5).
Пр име чате ль но,
что
за
одно кр а тно
совершенные
дейст ви я
б ыло
ос уж­
де но
37,4%10. «Однократно»
—
за
один
выкрик
в
лагере,
за
о дин
привод
в
отделение
мил иции,
за
одно
анонимное
письмо.
Думается,
за
эт им
стояло
вполне
понятное
ст ре мле ние
сот рудни ков
карательных
органов
прилагать
минимум
усилий
и
заниматься
делами
простыми,
где
и
преступ­
ление
и
преступник
н алицо.
Несоответствие
установок
и
правоприменительной
практики
вы раж а­
лос ь
не
только
в
«качественном»
составе
осужденных.
В
первой
по лов ине
1957 г .,
от м еча ется
в
«Справке», суды одни и те же действия стали чаще
квалифицировать
не
как
хулиганство,
а
как
АСА.
Большинству
осужден­
ных
по
ст . 58 -10 ставилась в вину АСА в устной форме.
Но
кто
не
ругает
по рой
начальство
или
правительство!
Подобный
состав
преступления
мо жно
бы ло
инкриминировать
гораздо
большему
числу
людей,
чем
было
осуждено.
Не
все
попадаются,
не
на
вс ех
доносят.
Таким
образом,
присутствовал
элемент
случайности
в
применении
политической
58- й
* Фрагменты «С пр авки»
с
комментарием
А.Ю. Даниэ ля
и
А.Б.Рогинского
опуб­
ликованы
в
газете
«Мемориал-Ас пек т »
за
сентябрь
1994 г.
78

ст атьи ,
что,
вообще
говоря,
прот ив оречил о
поли т ике
партийного
руковод­
ства,
направленной
на
установление
жесткого
контр о ля
за
карательными
ор га нами.
Мы
отметили
некоторое
несоответствие
социального
состава
осуж­
денн ых ,
а
та кже
в мене нных
им
в
в ину
дейс тв ий
(объективная сторона
дела)
установкам
Письма
ЦК
и
во
многом
случайный
х ар актер
осуждений.
Вопрос
о
ст епен и
виновности
осужденных
—
нал ич ии
у
них
антисоветских
взглядов
в
современном
понимании
—
в
данной
работе
мы
не
рассматри­
ваем .
Конспективное,
нер едк о
неполное
изложение
су ти
уголовных
дел
в
док уме нта х
ВС
и
Прокуратуры
СССР
д ает
весьма
приблизительное
пре д­
ставление
об
объективной
стороне
де л,
су дить
же
о
мотивах
де йств ий
обв иняе мых
в
большинстве
случаев
не
представляется
возможным.
Тем
более,
что
сод ер ж ание
высказываний
и
инкриминируемых
текстов
в
эт их
док уме нта х
пер ед ает ся
с
помощью
стандартных
фраз11.
Трудно
опреде­
лить ,
является
ли
это
проявлением
«инакомыслия»
или
выз ва но
недоволь­
ств ом
кон кре тны м
начальником,
решением
исполкома,
мероприятием
пра­
вительства
(например госзаймом).
Естественный
пр от ест
против
наруше­
ния
«справедливости» (в отношении конкретного человека)
характерен
для
любого
пер и ода
и
отн юдь
не
свидетельствует
о
на ли чии
«антисовет­
ских»
взглядов.
Так,
выск азыв ан и я,
квалифицированные
как
разжигание
межнациональной
розни,
могли
быть
вызваны
конфликтом
на
бытовой
п очв е; «листовки»
на
дел е
представляют
собой,
как
пра ви ло,
при м итив­
ные
тексты
—
два-три
лозунга,
составленные
одним-двумя
авторами;
«антисоветские высказывания»
могли
наполовину
состоять
из
н ецен зур­
ной
брани.
Есть
и
п рим еры
обратного.
Сколь-нибудь
точн о
оц ен ить
ре а льное
соотношение,
ус ло вно
говоря,
пол итп рес т упник ов
и
политзаключенных
мы
не
беремся.
По
нашему
мнению,
среди
осужденных
во
время
камп ании
вторая
категория
п р евалир овал а.
Косвенно
об
этом
свидетельствует
и
такой
факт.
Су дя
по
всему ,
в
первом
квартале
1957 г.
был
использован
«запас»
по
к/р
преступлениям
1956 г.
и
более
ранних
лет
(«засветившиеся»
в
КГ Б,
в
том
числе
проф и-
лактированные
—
то
есть
те,
с
кем
были
проведены
«беседы»).
В
несколь­
ких
рег иона льны х
обзорах
работы
отделов
по
кон т ролю
за
сл е дств ием
в
орг ан ах
госбезопасности
(фонд Прокуратуры СССР), в «С пра вк е»
ВС
(Ф.9474.
О п .16с.
Е .х.648.
Л. 1 -73) мы находим прямое подтверждение
это му.
Т ак,
в
выступлении
Пр едсе дат еля
ВС
А.Ф .Горк ин а
на
Совещании
КГБ
сказан о: «Были случаи,
когд а
за
антисоветские
высказывания
и
действия
человека
вызывали
в
следственные
органы
и
делали
ему
вн уше­
н ие.
По сле
этого
он
вел
себя
хорош о,
прекращал
враждебную
дея т ель­
ность,
но
все
же
его
потом
привлекли
к
ответственности» (Ф.8131.
О п .32с.
Е.х.6057.
Л. 166об).
79

Подтверждением
использования
«запаса»
могут
служить,
на
наш
взгляд,
данные
о
времени,
затраченном
на
сл е дств ие.
В
срок
свыше
д вух
месяцев
был о
рас след о вано
дел
о
к/р
преступлениях12(поСССР)(Ф.8131.
О п. 32с.
Е.х.6055.
Л .92):
I полугодие 1957 г.
16,4 %
II полугодие 1957 г.
23,2 %
I полугодие 1958 г.
29,2 %
Такие
циф ры 13, на наш взгляд,
свидетельствуют
и
о
т ом,
что
у т верж­
дения
госбезопасности
и
некоторой
части
партийных
функционеров
о
волне
ревизионизма
и
антисоветчины,
захлестнувшей
страну14, были пре­
увеличены.
Во
всяком
случае,
тех,
на
ко го
имелся
материал,
достаточный
для
привлечения
к
уг оловно й
ответственности
(при пониженных требова ­
ниях
к
таким
ма те ри алам
в
ус лов иях
к амп ании), на январь 1957 г . ,
б ыло
немного
(См .
Приложение
6).
Во
вт орой
п оловин е
1957 1958 г .
кампания
по
Письму
ЦК
посте­
пенно
схо ди ла
на
нет.
Сфе ра
применения
с т .5 8-10 сужалась.
В
«Справке»
следующим
образом
сформулирована
причина
ее
составления: «Главным
вопросом,
на
который
должен
быт ь
дан
от вет
при
обобщении
судебной
пр а ктики,
является
вопрос
о
правильности
уг оловно -п равовой
оценки
опре­
деленных
действий,
преимущественно
оценки
определенных
высказываний
как
антисоветских
преступных
д ея ни й» (Ф.9474.
О п .16с.
Е .х .648.
Л. 9).
По
архивным
документам
в
1957-1958 гг .
предметом
дискуссий
в
карательных
ведомствах
стали
след ующи е
вопросы:
1.
Необходимость
контрреволюционного
умысла
для
квалификации
преступления
по
58-й
статье
вообще
и
его
наличие
у
таких
ка те гори й,
как:
1.1.
заключенных;
1.2.
задержанных
за
кра жу
или
хулиганство;
1.3.
тех,
чьи
действия
вызваны
бытовыми
причинами;
1.4.
молодежи;
2.
Рол ь
профилактики.
Само
обсуждение
эт их
п робле м
свидетельствует
о
колебаниях
в
проведе­
нии
репрессивной
политики,
п оэт ому
остановимся
на
э том
подр о бнее .
1.
Контрреволюционный
умы с ел.
Формально
даж е
в
начале
кампании
он
«отменен»
не
б ыл.
Однако
указание
на
то,
что
судами
«допускается
упрощенная
оценка
фактов
антисоветской
деятельности
<...>
и
необосно­
ванное
прекращение
д е л»15 или квалификация действий по ст. 74 УК
РСФСР
(хулиганство)
по
мотивам
отсутствия
к/р
умысла
означало:
есл и
эт от
ограничитель
не
был
снят,
то
стал
играть
меньшую
роль.
Как
следствие,
его
обязательность
для
предъявления
обвинения
по
58-й
статье
стала
вызывать
сомнения
у
местных
работников.
Но
постепенно
ка мпа ния
р еп рессий
идет
на
убыль,
и
наличие
к/р
умысла
у
некоторых
кат его рий
все
ча ще
ставится
под
сомнение:
80

1.1. Заключенные.
«Недостатки»
расследования
дел
в
местах
лиш ения
свободы
отмечаются
в
обзорах
Прокуратуры
СССР
за
первое
и
вт орое
по луг одия
1957 г.
Начальник
Следственного
отдела
(далее
—
СО)
Управ­
ления
КГБ
(далее
—
УКГБ)
Пермской
области
на
Совещании
КГБ
го вори т,
что
в
ИТЛ
обычно
возбуждаются
дела
о
лис т овка х,
при чи на
написания
к от орых
—
желание
перейти
в
другой
лагерь
или
закрытую
тюрьму.
В
качестве
выхода
из
пол ож ения
он
предлагает
«изучить вопрос»
и,
е сли
н адо , «пересмотреть режим содержания»
в
закрытых
тю рьм ах
—
в
сто ­
рону
ужесточения,
разумеется.
1.2.
Осужденные
за
выкрики
в
отделении
милиции.
Уже
в
обзоре
Прокуратуры
ССС Р
за
первый
квартал
1957 г.
отмечается,
что
часто
дела
об
АСА
возникали
в
отношении
ли ц,
к оторы м
инкриминировалось
произ­
несенное
ими
в
нетрезвом
состоянии
в
общественных
местах,
в
милиции.
Как
«окончательную реабилитацию»
последних
можно
рассматривать
в ысту пле ние
Р.А.Руденко
на
Совещании
КГ Б,
где
он
заяв и л,
что
«иногда
милиция
применяет
такие
мето ды
заде рж ания ,
кот ор ые
не
в яжут ся
с
законом,
и
при
эт ом
в
п ылу
возмущения
задержанный
допускает
подчас
и
антисоветскую
фр аз у » («Материалы» .
Л . 172).
В
«Справке»
отмечается
нецелесообразность
при
тех
же
обстоятельствах
осуждения
за
АСА
арестованных
за
кражу.
1.3.
Осужденные
за
высказывания
на
бытовой
почве.
В
«Материалах»
цитируется
р азосл анн ый
издательством
«Высшая школа»
проект
учебни­
ка
«Советское уголовное право»: «Объектом посягательства при контр ­
революционной
пропаганде
не
могут
б ыть
отдельные
представители
совет­
ск ой
власти
или
партийные
и
общественные
ра бот ник и.
Поэтому
да же
заведомо
неправильные
высказывания
или
суждения
об
их
служебной
и
общественной
деятельности
не
мог ут
рассматриваться
как
контрреволю­
цио нн ая
агитация
и
п ро п аган да» (Ф .8131.
О п .32с.
Е. х.6057.
Л .142об).
В
«Справке»
ВС
(весна 1958 г .)
говорится,
что
«осуждение к реальному
сроку
лишения
с в ободы » (превышающему срок нахождения под стражей
до
су да
и
не
условному)
даж е
за
листовки,
если
причиной
совершения
преступления
явились
тяжелые
материальные
условия,
социальная
не­
с пр а ве дл ив о с ть, «возбуждает определенные сомнения» (Ф. 9474.
О п .16с.
Е . х.648.
Л .42).
1.4 .
Мол одеж ь.
В
«Справке»
ВС
проводится
мысль,
что
лишение
свободы
не
должно
применяться
без
крайней
не об ходи мос ти
(даже по
делам
о
распространении
лис тов ок)
к
люд ям , «не знавшим иной власти»,
с
хорошей,
особенно
ра боче й,
биографией.
Особое
же
внимание
следует
сосредоточить
на
выявлении
подстрекателей,
в л иянием
которых,
наряду
с
прослушиванием
зарубежных
ра диос т анц ий,
официально
объяснялось
формирование
антисоветских
взглядов
у
молодых
людей.
(Заметим,
из
различных
ис точн ик ов,
в
том
числе
из
мемуаров,
известно,
что
во
многих
81

слу чая х
никаких
«подстрекателей»
не
было.)
К
молодежи
предлагалось
применять
усл овн ое
осуждение
и
внесудебные
меры
воздействия
—
ис­
ключение
из
института,
из
ВЛКСМ.
2.
Пр офил акт ик а.
В
Письме
ЦК
говорится
о
необходимости
усиления
идейно-воспитательной
работы
в
отно шении
вс ех
«групп риска» .
По
документам
ВС
и
Прокуратуры
отдельные
сведения
о
«профилактирова-
нии»
в
основном
каса ю тся
пр оход ящи х
(видимо,
как
свидетели)
по
д елам
о
молодежных
о р ганиза циях
и
кружках.
Приведем
цитату,
по
нашему
м нени ю,
хорошо
передающую
атмосферу
времени.
Пис ьмо
Генеральному
прокурору
СССР
от
прокурора
Гродненской
области
от
23 января 1958 г.:
«В связи с одним делом <. ..>
я
выс каза л
на чал ьн ику
УКГ В
—
не
следовало
ли
в
данном
случае
ограничиться
мерами
профилактического
характера
(вызовом < ...>
и
п ред у преж де ни ем ), на что мне начальник УКГБ сказал,
что
в
конце
1957 года на состоявшемся Всесоюзном совещании руководя­
щих
работников
КГБ,
Председатель
КГБ
при
СМ
СССР
товарищ
СЕ РОВ
в
своем
выступлении
якобы
О СУДИЛ
ТА КУЮ
ПРАКТИКУ
(так в тексте .
—-
Е .П.)
и
за явил ,
что
с
контрреволюцией
на до
ве сти
борьбу,
а
не
зан и мат ься
профилактикой,
с
чем
согласились
и
Вы ».
Ряд ом
с
этим
на
п олях
руко­
писная
надпись,
возможно,
сделанная
заместителем
Генпрокурора
Д .Е. Сал ин ым : «Не так обстояло дело .
С
каждым
конкретным
факт ом
на до
р а зби р ат ься» (Ф.81131.
О п.32с.
Е. х.6058.
Л .14).
Примечателен
довольно
«мягкий»
тон
пометки.
В
представлении
авт ора
письма
профилактические
ме ры
н адо
применять,
когда
«отдельные высказывания антисоветского
содержания
допустила
молодежь
или
трудящиеся,
в
прошлом
ничем
себ я
не
оп орочи вши е » (Там же.
Л. 14 -15).
Таким
образом,
из
сферы
действия
с т.5 8-10 выводились категории,
чья
вина
вы зывал а
наибольшие
сомнения:
заключенные-«бытовики», при­
влеченные
за
пьяные
выкрики;
одиночки,
чье
мнение
о
власти
в
связи
с
размером
зарплаты
или
отсутствием
некоторых
продуктов
в
магазинах
бы ло
властью
услышано.
В
отношении
уже
осужденных
лиц
применялись
снижение
наказания
(изменением приговора по суду,
путем
зачетов
рабо­
чих
д н ей ), амнистия и переквалификация их действий на менее серьезные
неполитические
статьи.
На
Совещании
КГБ
начальник
следственного
отдела
УК ГБ
Харьковской
об ласт и
отмечает,
что
в
1957 г.
был о
много
случаев
переквалификации
дел
по
ст. 54-10 УК УССР (58-10 УК РСФСР),
когда
действия
расц ен и вали сь
уже
не
как
АСА ,
а
как
нездоровые,
непра­
вильные
суждения
(Ф. 8131.
О п.32с.
Е. х.6057.
Л .151).
Начальник
СО
УК ГБ
по
Москве: «Некоторыеиздел,
возбужденных
в
1958 году,
б ыли
переква­
лифицированы
со
ст.58-10 ч.1
на
ст. 74 ч.Н
УК
РСФСР.
Вместе
с
тем
эти
дел а
по
характеру
преступлений
ничем
не
отличаются
(курсив наш.
—
Е .П.)
от
дел
1957 года,
прошедших
в
пер вой
су де бной
и нст анции
и
утвержденных
Верховным
судом
Р СФ СР» (Там же.
Л . 152об. ).
82

Заметим,
переквалификация
со
ст . 19-58-8 (террористические намере­
ния)
на
ст . 58 -10 по сути также означала смягчение репрессивной полити­
ки.
Председатель
ВС
А.Ф .Горк ин
на
Совещании
КГБ
заявил,
что
«общие
высказывания
террористического
хар акте ра » (имеется в виду что-т о
вроде
«бей коммунистов!», угрозы устроить, «как в Венгрии») —
о дна
из
форм
АСА ,
имеющая,
п рав да,
повышенную
опасность
(Там же.
Л. 165).
По
мере
свертывания
кампании
пр име не ние
ст. 58 -10 снижалось.
Внимание
карательных
ор ган ов
акцентировалось
теперь
уже
на
других
видах
государственных
преступлений
—
шпионаж,
диверсия.
В
«Справке»
ВС
как
недоработка
КГБ
отмечается,
что
ни
о дин
из
осужденных
за
шпионаж
не
действовал
по
заданию
иностранных
развед ок .
Те ма
выступ­
ления
начальника
СО
КГБ
БС СР
на
Совещании
КГБ
бы ла
сформулирована
та к: «Практика расследования чрезвычайных происшествий органами КГБ
Б СС Р» («Материалы» .
Л.146об.) .
В
докладах
на ча льни ков
СО
наряду
с
констатацией
разнобоя
в
пра воп риме нит е л ьной
практике
по
делам
об
А СА,
не
мен ь шее
место
з анимает
проблема
р асслед овани я
дел
о
наруши­
телях
границы16.
Произошел
как
бы
во зв рат
к
прежним
установкам.
Т ак,
в
Указаниях
Р.А.Руденко
по
Письму
ЦК
приводятся
выдержки
из
партий­
ных
док уме нтов ,
изданных
до
П исьма
ЦК,
—
из
материалов
XX съезда и
письма
«О преодолении культа личности и его последствий», в которых
враги
предстают
как
раз
в
образе
шпионов-диверсантов.
В
выступлении
заместителя
Председателя
КГБ
при
СМ
СС СР
П .И.Ив ашут и на,
выдержанном
в
духе
новых
установок,
после
признания,
что
были
«отдельные случаи»
необоснованных
арест ов,
сл еду ют
уже
совсем
человеколюбивые
ф ра зы: «Всему оперативному составу <...>
пора,
наконец,
понять,
что
всякий
необоснованный
арест
приносит
не
то лько
серьезную
травму
человеку
<...>
но
зачастую
ока зы вает
серьезное
влия­
ние
на
его
слу жебн ое
и
общественное
положение» (Там же.
Л . 158).
Председатель
ВС
Горкин
заявляет:
к/р
умысел
—
обязательный
признак
к/р
преступления,
без
доказательств
его
нал ич ия
действия
«внешне»
антисоветские
не
являются
к/р
пр ес ту пл ением.
Нам
кажется,
важн о
даже
не
подч ерк ив ан ие
значения
к/р
умысла,
а
последние
слова.
В
результате
расширительного
толкования
с т.58-10 в конце 1956 — 1957 г.
антисовет­
скими
могли
б ыть
названы
весьма
различные,
п орой
абсолютно
не
опас­
ные
для
государства
и
не
направленные
против
не го
действия.
Это
о ст алось
в
силе.
Но
акцент
теперь
сделан
на
то,
что
они
только
«внешне»
являются
таковыми.
Итак,
осн овн ая
тенденция
репрессивной
политики
первых
послеста-
л инск их
лет
зак люч алась
в
т ом,
что
массовый
террор,
неизбежно
имею­
щий
случайный
характер,
предлагалось
заменить
на
весьма
ограниченные,
носящие
избирательный
характер
су дебные
и
психиатрические
репрессии,
и
главная
роль
здесь
отводилась
внесудебным
мерам
воздействия
—
административным,
партийно-комсомольским
и
профилактическим.
Су­
83

дебные
репрессии
теперь
следовало
пр име нять
к
наиболее
активному,
опасному
для
властей
эле ме нту
—
к
совершившим
конк ре тны е
действия.
Г осуд арст во
как
бы
отступало,
замыкаясь
в
рамках
мер
охран ите л ьног о
и
оборонительного
по ря дка.
АСА
вполне
удовлетворяла
новым
требованиям,
ее
широкое
ис пол ь­
з о вание
определялось
как
самим
характером
статьи,
так
и
новой
ролью
судебных
репрессий.
Можно
предположить,
что
кампания
по
Письму
ЦК
планировалась
ненадолго,
в
том
чис ле
и
потому,
что
расширять
сферу
действия
КГБ,
совсем
недавно
еще
пуг аю ще
всевластного,
не
стремились.
Сажать
теперь
пол аг а лось
«за дело», фальсификации не приветствова ­
лись.
(Конечно,
фа ль сиф икаци и
не
с
правовой
точки
зре н ия:
те
же
спе циа ль ные
психиатрические
б ол ьницы
сильно
облегчали
изоляцию
«антисоветчиков»
—
и
д о казател ьс тв
их
вины
ле
т реб о вало сь17.)
Но
для
осуждения
требовалось
что-то
реальное:
листовка,
письмо,
неоднократ­
ные
вы сказ ывани я .
На
наш
вз гля д,
на
увеличение
в
хо де
к амп ании
удельного
веса
осужденных
за
разговоры
и
в ыкр ики
пов лияла
выполнимость
установок.
Расследование
эт их
дел
не
составляло
большой
сло жн ости
в
ч асти
выяс­
нения
вино в ных
—
эти
дел а
и
возбуждались-то
по
доносам,
милицейским
протоколам
и,
возможно,
другим
оф ициал ьным
до ку ме нтам
властей,
к
примеру,
сод ер жащим
сообщения
об
«антисоветских»
выступлениях
на
пар тсо бр ан иях
(в материалах прокуратуры есть один пример пьяных
вык рик ов
в
УК ГБ).
Шпионы
же,
вн овь
объявленные
в
1958 г.
главными
врагами
государства,
ловились
крайне
плохо.
Диверсии
и
теракты
с тали
во
второй
по ловин е
1950-х
явлением
крайне
редким,
тем
более
раскрытые.
КГБ
не
ис пы тыв ала
особого
энтузиазма
при
расследовании
ЧП
(только
если
име ло
место
по д озр ение,
что
происшедшее
—
результат
диверсии
или
террористического
а кта,
госбезопасность
была
обязана
провести
рассле­
дование).
В
письме
ВС
(от 9
мая
1959 г. ), направленном в ЦК КПСС,
сказано,
что
«уменьшение числа осужденных за антисоветскую агитацию в 1958 г .,
главным
образом
во
вт ором
полугодии,
свидетельствует
не
только
о
то м,
что
случаи
таких
преступлений
стали
реж е,
но
и
об
известном
исправле­
нии
судебной
практики
по
указанным
де л а м» (Ф.9474.
О п. 16с.
Е. х. 667.
Л.25).
Это
сообщение
мо жно
рассматривать
как
зна к
того,
что
переориен­
тация
карательных
органов
произведена.
И
последнее.
Изложение
обстоятельств
конкретных
уголовных
дел
по
ст . 58 -10 периода кампании содержится в различных документах фондов
ВС
и
Прокуратуры
(надзорное производство,
переписка,
обзоры).
Дума­
ется ,
благодаря
расширительному
толкованию
АСА
в
тот
период
эти
материалы
—
довольно
представительный
источник
о
настроениях
в
ст ра­
не,
реакции
общества
на
действия
властей,
поэтому
они
могут
быть
использованы
для
социологических
ис сл едо в аний.
84

Приложе н ия*:
Приложение
1.
Среди
вс ех
осужденных
за
антисоветскую
а гита цию
к
ли шен ию
свободы
на
ср ок
до
пя ти
лет
б ыли
при гово ре ны
(Л. 11): 1951 г.
—
0,4%, 1952 г .
-
0,3%, 1957 г.
-
51,8%.
Приложение
2.
В
1957 г.
по
в сей
58-й
статье
по
сравнению
с
дру ги ми
категориями
преступлений
«максимально велик удельный вес лиц,
п овт ор­
но
с у дивш ихся» (Л . 7-8), которые составили 39,4% к общему числу осуж­
денных
по
58-й
ста ть е,
из
них:14,4%—•
ранее
судимы
за
контрреволюци­
онные
преступления, 28,0% —
по
другим
статьям.
По
данным
«Справки»,
12,6% осужденных на момент совершения преступления находились в
местах
заключения.
Пр ило ж ение
3.
Согласно
«Справке» (Л .30 -31), по 58 -й
статье
осуж­
д ено
за:
высказыв ани я
57,3%
листовки
13,0%
а нонимны е
письм а
19,0%
по дписа нны е
пись ма
3,0%
хранение
и
распространение
литературы,
в
том
числе
дневники,
пе репи са нные
от
руки
ст ихот ворен ия
и
песни,
другие
документы
а нти советск ого
содержания
7,7%
Приложение
4**.
Социальный
состав
осужденных
по
вс ей
58- й
статье
(в процентах) ( Л. 6 -7):
год
раб оч ие
ко лхозник и
служащие
прочи е
учащиеся
1955
30,1
18,5
24,9
22,2
-
1956
32,9
13,4
24,1
23,8
-
1957
46,8
9,9
18,3
15,7
4,6
В
группу
«прочие»
предположительно
входили
лица
без
определен­
ных
занятий,
пенсионеры
и
заключенные.
К
«учащимся»
от носи ли
школь­
ников,
у ча щихся
ФЗ У,
студентов.
Образовательный
уровень
осужденных
(«Справка» .
Л.7): низшее
—
49,4%, 7 классов
—
23,4%, среднее
—
10,5%, высшее
—
6,8%.
* Мы приводим данные двух типов:
первый
—
полученные
сос тави т еля ми
«Справки»
при
анализе
756 дел по контрреволюционным преступлениям,
второй
—
об щесоюз на я
ста ти стик а
из
того
же
документа,
поэтому
в
пр име ча ниях
указаны
только
ном ера
листов.
Е сли
приводятся
данные
пе рвог о
т ипа
—•
это
от мечает ся.
** При сложении данных по годам получаются числа меньшие,
чем
100%.
О став­
ляем
это
на
совести
авторо в
«Справки», однако погрешность,
на
наш
взг ля д,
незначительна
и
таблица
да ет
верное
предст авл ение
о
соотношении
категорий
осужденных.
85

Приложение
6.
Ос уж дено
по
стране
(«Справка».
Л. 4 -5):
Приложение
5.
Согласно
«Справке» (Л.32), из числа изученных
составителями
дел
по
АСА
дела,
по
ко тор ым
осужден
1 человек,
состави­
ли
91,3% ; 2-3
человека
—
6,0%; более 3
человек
—
2,7%.
ГОД
полугодие
число
осужденных
по
всей
58-й
статье
по
ст. 58-10
1956
I
136
79
1957
I
934
768
1957
II
1187
1028
Примечания:
1 Государственный архив Российской Федерации.
Д алее
ссылки
без
указания
хран ил ища
—
на
фонды
этого
архива.
2 Основы законодательства Российской Федерации об архивном фонде Россий­
ской
Федерации
и
архи вах
// Отеч .
архивы.
1993.
No
5.
С. 3-10.
3 Ф. 8131.
О п.32с.
Е . х.5386.
Л.27
—
«Обзор состояния следственной работы по
делам
о
контрреволюционных
п реступ лен ия х».
4 В материалах фонда Прокуратуры СССР есть,
од нако,
сведения
об
осужд ен и­
ях
в
двух
из
п еречис лен ных
22 регионов России .
5 Подробнее об этом документе см .
статью
«Участие Верховного суда СССР в
выработке
репрессивной
политики.
1956-1958 гг. »
в
настоя щ ем
сборнике.
6 Процитируем «П ол ож е ние
о
преступлениях
государственных»
от
1927 г.
(во­
шедшее
в
УК
1926 г.
и
действовавшее
до
принятия
закона
25 декабря 1958 г.
«Об уголовной ответственности за государственные преступления»): «Пропа­
ган да
или
агитация,
содержащие
призыв
к
свержению,
подрыву
или
ослаб ле­
нию
советской
власти
или
к
совершению
отдельных
к онт рре волюц ионных
пре ­
ступлений
<...>
а
равно
распространение,
или
изг от овлени е,
или
хранение
литературы
того
же
содержания
—
влек ут
за
со бою
лишение
свободы
со
строгой
изоляцией
на
срок
не
ниже
шести
месяцев.
Те
же
д ей ствия
при
массо вых
волнениях,
или
с
и спо ль зов анием
религи оз­
ных
или
н ацио наль ных
п ред рассуд к ов
м асс,
или
в
военной
об ст ановк е,
или
в
мест н остях ,
объявленных
на
военном
по ло жении ,
—
влекут
за
собою
меры
социальной
защиты,
указанные
в
ст .2
н асто ящег о
Положения» (от3
лет
лише­
ния
сво боды
до
высшей
м еры
наказания.
См.
Приложение
1.
Ци т.
по:
Сбо р ник
законодательных
и
нормативных
актов
о
репрессиях
и
реабилитации
жертв
политических
р еп рессий .
М.:
Р еспубл ика, 1993).
7 Возможно,
ранее,
до
Письма
ЦК,
такая
м от ивировк а
вполне
соо т вет ство вала
д уху
партийных
директив.
Использование
ее
для
сужения
сферы
применения
АСА
вряд
ли
могло
быт ь
прови нциа л ьным
из обрет ением ,
ск оре е,
оно
—
след­
ствие
вед ом ст венн ых
ук аз аний,
не
искл юч е но,
что
то го
же
Руденко.
Но
такова
традиция:
не
мы
(наверху)
отменяем
свой
при к аз,
а
вы
(на местах)
нас
не
так
поняли
и
не
то
делали.
86

8 Фонд копийных материалов программы «И сто ри я
диссидентского
движения»
НИПЦ
«Мемориал» .
О п.2.
Е . х.18.
Л. 46-67.
О
разных
проектах
Пись ма
ЦК
см.
стат ью
«Участие Верховного суда СССР ...»
в
наст оя щем
сб орни ке.
9 Ф.8131.
О п.32с .
Е . х.6057.
Л .136.
10 Данные по 756 изученным составителями «С прав ки»
делам
по
все й
58- й
ста ть е,
из
них
более
89% составили дела по ст. 58-10.
С огласн о
общесоюзной
ста ти стик е,
дела
по
э той
ст атье
составля ли
в
1957 г.
около
85% дел по всей
58-й
статье ,
а
в
1958 г.
—
около
75% (Фонд копийных материалов программы
«История диссидентского движения»
НИПЦ
«Мемориал».
О п.З.
Е.х.5.
Л. 15,16).
Поэтому
значение
относительных
показателей
и
динамика
их
из мене­
ния
по
АСА
не
должны
сильн о
отличаться
от
данных
по
58-й
статье
в
целом.
11 На недопустимость дословного цитирования антисоветских высказываний в
об зор ах
ВС
по
контрреволюционным
делам
указывал
Председатель
КГБ
И.А.Серов
(Ф .9474.
Оп. 16с .
Е . х.610.
Л .19).
В озни кал
«заколдованный круг»:
ци т ироват ь
высказывания
нельзя,
но,
не
проци т иров ав,
трудно
доказать,
явля­
ются
ли
они
антисоветскими.
Например,
в
пр оте сте
по
делу
Бет ева
С.М.
говори тся
(Там же.
Е .х.693.
Л. 2) со ссылкой на судебно-следст вен ное
де ло,
что
он
«неоднократно выкрикивал нецензурную брань в адрес Первого секретаря
ЦК
КПСС».
В
определении
Судебной
коллегии
по
угол ов ным
д елам
ВС
эт от
факт
приведен
в
так ом
в ид е: «нецензурно оскорблял одного из руководителей
парт ии
и
правительства» (Тамже.
Е. х. 694.
Л. З).
12 См.
примечание
10.
13 Превышение двухмесячного срока могло быть вызвано причинами,
не
завися­
щим и
от
следователя
(проведение судебно-пси хиат рич еской
экспертизы,
не об­
ходимость
допросить
свидетеля,
уже
отбывающего
срок,
на
доставку
ко тор ого
из
лагеря
могла
пойти
не
одн а
неделя).
С
д ругой
стор он ы,
в
док умент ах
фонда
ВС
и,
в
большей
степени ,
Прокуратуры
СССР
пр ивод ит ся
немало
фактов
пр оведен ия
следст вен ных
де йс твий
(допросов свидетелей,
экспертиз)
до
воз­
буж ден ия
уг оловн ог о
дела,
что
являетс я
нарушением
УПК
и
фактически
скр ы­
ва ет
подлинные
сро ки
ра сс ледо вани я.
14 Подобным образом охарактеризована ситуация заведующим Отделом партий ­
ных
орган и зац ий
ЦК
КПСС
по
РСФСР
В.М.Чураевым
в
записках
в
ЦК
КПСС
от
12и21
февраля
1957 г.
(ЦХСД .
Ф .89.
Оп .6.
Е. х.5,6.
Л.З
и
5).
15 В приведенной цитате речь идет о ВС РСФСР (Ф. 8131.
О п .32с.
Е. х.4715.
Л. 6).
16 В фонде Прокуратуры СССР наряду с брошюрой « Матер иалы
Всесоюзного
совещан ия
след ст венн ых
работников
Комитета
государственной
безопасности»
(9-13 июня 1958 г. )
(Ф. 8131.
О п .32с.
Е. х .6057.
Л .1 1 4 -180) имеется конспектив­
ная
запись
выступлений
некоторых
участников
Совещания
9и10июня,
сд е­
лан н ая,
видимо,
кем-то
из
сотрудников
Прокуратуры
СССР
для
Р. А. Руденко.
В
конспекте
двум
мо мент ам
авто р
уделял
осо бое
внимание:
претензиям
КГБ
к
решениям
прокуратур
и
воп росам,
связанным
с
у г олов но-п роц ессуаль ны м
за­
ко нод ат ель ст вом.
Судя
по
эт им
за пися м,
проблемы
кв алиф ик ации
дел
по
АСА
занимали
в
выст уплени ях
(по сути докладах-от ч ет ах )
местных
работ ни ко в
КГБ
боль ше е
место ,
чем
можно
предположить
по
опуб лик ован ным
текстам.
17 По данным « Справк и»
в
18%случаевделапоАСА «возбуждены
в
отношении
душ евнобол ь ных
и
ок ончи лись
пр имене ние м
мер
су дебно- меди ци нског о
харак­
тер а:
помещение
в
психиатрические
больницы
для
принудительного
лечения»
(Ф. 9474.
Оп . 16с.
Е . х.648.
Л. 9).

Геннадий
Кузовкин
(Москва)
ПАРТИЙНО-КОМСОМОЛЬСКИЕ
ПРЕС ЛЕД О ВАН ИЯ
ПО
ПОЛИТИЧЕСКИМ
МОТИВАМ
В
ПЕРИОД
РАННЕЙ
«ОТТЕПЕЛИ»
Преследования,
о
которых
пойдет
речь,
традиционно
принято
называть
внесудебными,
но,
опир ая сь
на
некоторую
специфику
периода,
мы
п ола­
гае м
уместным
использовать
термин
«партийно- ком с омоль с кие ».
Внимание
зарубежных
и
современных
отечественных
авторов,
пи шу­
щих
об
«оттепели», более всего привлекают репрессии,
инициированные
высшим
партийным
руководством
и
осуществлявшиеся
карательными
ор­
ганами.
Между
тем
партийные
и
комсомольские
организации
в сех
уровней
обладали
собственным
репрессивным
потенциалом.
Они
повседневно
и
п о всемест но
выпо лняли
функции
над зор а
и
социальной
се ле кции
(причем
не
только
внутренней,
но
и
вн еш не й), что и делало их основой системы
то тал ьн ого
контроля.
Документы,
отражающие
эту
сферу
их
деятельнос­
ти,
свидетельствуют
не
только
об
использовании
партийно-комсомольски­
ми
органами
на каза ний
по
«партийной линии», но и об инспирировании
административных
и
да же
уголовных
(далее будем называть их традици­
онными)
репрессий,
которые
затр аги вал и
как
членов
К ПСС
и
ВЛКСМ,
так
и
беспартийных.
В
исторической
л итер ату ре
довольно
полно
отражено
участие
поли­
тических
орг а нов
в
репрессивной
политике
послеоктябрьского
и
сталин­
ского
периодов,
но
значительно
меньше
в ним ания
уделено
эволюции,
которую
п рет ерп ели
партийно-комсомольские
преследования
в
послеста-
линс к ую
эпоху.
Это
становится
да же
л юб опытным ,
ко гда
замечаешь,
что
нема ла я
часть
сведений
поч ер пну та
авторами
непосредственно
из
до ку­
ментов,
ориентировавших
парторганы
на
ис польз ов а ние
собственных
реп­
рессивных
возможностей,
или
из
отчетности
о
предпринятых
мерах
по
выполнению
таких
директив.
Однако
исследователи,
как
правило,
ограни­
чиваются
иллюстрациями
расправы
с
отклонившимися
от
линии
пар тии
коммунистами1.
О
пострадавших
по
«комсомольской линии»
практически
вовсе
не
вспоминают.
Последствия
неортодоксальных
выступлений,
е сли
они
не
привели
к
ар ест у,
п орой
даж е
и
не
воспринимаются
как
преследо­
вания2.
Подход
такого
ро да
напоминает
р е акцию
Хр уще ва
на
по пы тку
А. И. Алиханова
зас ту пить ся
за
сотрудников,
исключенных
из
партии
и
уволенных
с
работы
п осле
выступления
на
партсобрании
в
ИТ ЭФ : «Пусть
88

радуются,
что
отделались
у вол ьнен и ем»3.
Даже
мемуаристы,
которые
сам и
подвергались
п а рти йн о-к омсом ольс ким
преследованиям,
пишут
о
них
с
некоторой
иронией,
то гда
как
репрессиям,
проводившимся
каратель­
ны ми
органами,
отдают
долж но е4.
Быть
может,
первые
меркнут
перед
жестокостями
неволи
—
в
брежневские
годы
критика
конформистского
поведения
строилась
на
противопоставлении
«зоны»
и
«трудностей»
—
минимальной
платы
за
гражданскую
позицию
или
хот я
бы
позицию
нев меш ате л ьств а.
Но
причина,
видимо,
глубж е .
Се го дня
существенной
корр ек ции
подвергаются
взг ляд ы
д аже
на
традиционные
репрессии,
про­
водившиеся
в
год ы
«оттепели» .
Среди
прочих
обстоятельств,
препятствующих
формированию
це­
лостного
представления
о
роли
и
зна ч ении
преследований,
осуществляв­
ши хся
силами
партийных
и
комс омол ьс ки х
организаций,
немаловажным
является
то,
что
из
ог ромн ого
массива
док уме нта ц ии,
сложившейся
в
процессе
их
деятельности,
источниками
для
абсолютного
большинства
работ,
посвященных
послесталинскому
пе риоду,
послужили
материалы
только
высоких
партийных
и нста нций
(прежде всего ЦК и МГК КПСС).
Практически
не
тронуты
архивы
первичных
организаций
ст ол ицы5.
Очен ь
мало
исследований,
осн ова нн ых
на
документах
местных
партийных
ин­
ст анций
и
«первичек»: монография и доклад О .
Лейбовича,
доклад
Е.
Ко­
р обовой 6.
Поч ти
нет
работ,
в
кот ор ых
б ыли
бы
широко
и спо льзов аны
документы
ЦК
и
МГК
ВЛКСМ 7 .
Пока
не
появились
отв еч ающие
современным
требованиям
специаль­
ные
источниковедческие
исследования,
посвященные
док умен та м
партии
и
комсомола.
Дискуссии
по
поводу
адекватности
отр аж ения
неортодок­
сальной
общественной
активности
в
политической
(как,
впрочем,
и
в
т р адицио нно й)
документации
показали,
что
приемы
ис точни ков ед че ског о
анали за
материалов,
ранее
недоступных
широкому
кругу
исследователей,
только
начинают
складываться8.
♦**
Не
требует
пространных
доказательств
утверждение,
что
партия
и
комсомол,
во
всяком
случае
в
том
их
ви де,
в
каком
они
существовали
в
послесталинский
пе риод,
не
бы ли
общественными
организациями.
Об­
щность
в з глядов
и
убеждений
объединяла
их
членов
отнюдь
не
в
первую
очередь.
Массовый
характер
этих
организаций,
сам
акт
вступления
в
к ото рые
был
почти
ритуальным,
приводил
к
тому ,
что
процедуры
фильт­
рации
при
приеме
не
гарантировали
от
возможных
неприятностей,
и
аппарат
постоянно
осуществлял
функции
в нут рипа рти йного
надзора.
Устав
КПСС
вменял
коммунистам
в
обязанность
сообщать
администра­
тив ным
и
судебным
властям
о
проступке,
наказуемом
в
с уде бном
пор ядке ,
п редвар ит ельн о
ис к лючив
провинившегося
из
своих
рядов
(это положение
89

б ыло
стыдливо
опущено
в
уставе
1961 г.) .
И
наоборот,
ком мун ист
или
комсомолец,
осужденный
к
отбытию
срока,
и ск люч ался
авт омат ич еск и.
«Каждый вольный союз (в
том
числе
партия)
волен
та кже
прог нат ь
таких
чле нов ,
которые
пользуются
ширмой
партии
для
проповеди
анти­
партийных
в зг л яд о в »; «для определения же грани между партийным и
антипартийным
служит
пар тий ная
программа,
служат
тактические
резо­
л юции
партии
и
ее
ус т ав»9.
В
это м
высказывании
перечислены
элементы,
составляющие
«правовую»
основу
для
партийно-комсомольских
пресле­
дований.
Не
буд ем
подробно
рассматривать
уставные
требования,
касаю­
щиеся
мер
наказания,
—
они
сохранились
со
сталинских
времен
и
фор­
мально
не
изменились.
В
исследуемый
период
гораздо
большую
роль
играли
«тактические резолюции»
па рти и,
отражавшие
з иг заги
политичес­
кого
курса.
Процедуры
«следствия»
и
«судопроизводства»
по
персональ­
ным
делам
хотя
и
существовали,
но
формализовались
достаточно
расплыв­
чато,
например
не
был
определен
документальный
состав
партийного
и
комсомольского
персонального
дела.
Как
писалось
в
справочниках
по
оргработе,
документов
«должно быть столько и таких,
чтобы
гарантиро­
ва ть
принятие
правильного
решения».
Начиная
с
уровня
«первичек», через предоставленное им право
контроля
за
деятельностью
ад мини ст рац ии,
партия
мо гла
оказывать
дав­
л ение
на
беспартийных
и
«несоюзную молодежь» (комсомол в данном
случае
д ей ствовал
путем
внесения
п ре длож е ний ). И хотя во внутрипартий­
ной
политике
с
1956 г.
пришлось
ве сти
борьбу
на
два
фронта
—
одновре­
менно
п ротив
«ревизионистов»
и
«догматиков», партия и комсомол не
ограничивались
только
собственными
членами.
Д. И.
Зубарев
предложил
критерий
для
разграничения
«внутренних»
и
«внешних»
партийно-комсомольских
преследований:
ес ли
первые
пред­
ст авля ли
собой
внесудебные
преследования
в
полном
смысле
слова,
то
вто рые
могли
бы ть
оспорены
в
суде,
так
как
реализовывались
государст­
ве нным и
структурами.
Для
коммунистов
и
комсомольцев,
поскольку
они
являлись
«добровольными»
членами
э тих
организаций,
основными
б ыли
«внутренние», но и « в не шн ие»
отнюдь
не
исключались.
Спектр
«внеш ­
н их», или дополнительных,
преследований
был
широк:
от
выговоров
по
административной
л инии,
увольнений,
отчислений
(простыхис «волчьим
б ил ет о м») до ареста10.
Единство
традиционных
и
внесудебных
преследований
диктовалось
сами м
государственным
устройством
страны,
при
котором
политические
интересы
формулировались
от
л ица
партийного
руководства
(и Генеральный
п рокурор,
и
шеф
госбезопасности,
и
г лава
Верховного
суда,
и
секретарь
парткома
руководствовались
решениями
ЦК ).
Но
наша
уверенность
в
том,
что
тр ад ицио нные
и
партийно-комсомольские
виды
п р еслед ован ий
необходи­
мо
рассматривать
в
совокупности,
базируется
не
тол ько
на
этом.
90

В
исследуемый
период
внутриполитический
к урс
властей
претерпел
дов ольно
значительные
изменения,
которые
привели
к
существенной
мо­
дернизации
репрессивной
политики.
Прежде
всего,
у шла
в
прошлое
пря­
мая
фальсификация
п овод ов
к
политическим
преследованиям.
Объектом
таких
п рес лед ован ий
стали
те
или
иные
реальные
действия
и
вы ска зыв а­
ния.
При
это м
перед
разработчиками
новой
внутренней
политики
ст ал
ряд
вопросов:
какие
именно
действия
и
высказывания
следовало
счи та ть
поводом
для
репрессивных
ме р;
их
внутренняя
классификация
(«враждеб­
ные
в ы ла зки», «вредные проявления», «пошлые и обывательские выска­
зы в ания », «ошибочные взгляды»
и
т .п.); соотнесение с этой классифика­
ц ией
соответствующей
иерархии
мер
воздействия;
и,
са мое
главное,
какие
инстанции
и
на
каком
уро вне
должны
определять
общие
критерии
приме­
не ния
репрессий
и
кто
и
на
каком
уровне
должен
прово ди ть
их
в
жизнь.
Ф ормулиров к а
ответов
на
эти
четыре
вопро са
и
составляет
суть
п ро цесса
становления
новой
репрессивной
по литики
в
1950- е
гг.
Модернизация
репрессивной
по литики
не
свелась
только
к
пересмот­
ру
отдельных
ме тодо в
этой
политики,
роли
субъектов
ее
проведения
и
к руга
объектов
ее
применения.
Пер есмо т ру
подв е рглас ь
и
идеологическая
база
репрессий.
Ключевыми
понятиями
этого
процесса
стали
«презумпция
здорового»
общества
и
«единичность нездоровых настроений» .
Что
на
практике
означало
отка з
от
«неприцельных»
массовых
репрессий
преж­
них
лет
и
привело
к
изменению
количе ст в ен ного
соотношения
между
традиционными
и
партийно-комсомольскими
преследованиями,
а
главное,
последние
получили
доп олни те льн ую
смысловую
нагрузку.
Кл ючев ым
явлением
этого
периода
(как в значительной мере и
последующей
эпохи)
становится
возникновение
обширной
области
о бще­
ственной
и
индивидуальной
активности,
формально
зак о ном
не
запрещен­
ной,
но
р еал изация
которой
на
практике
постоянно
ставилась
под
сомне­
ни е.
Конечно
же
эт а,
по
выражению
А. А.А маль ри ка , «серая полоса»11 не
стала
пространством,
свободным
от
контроля
и
репрессий.
Это ,
ско рее ,
область,
в
которой
пр име нение
внесудебных
преследований
бы ло
предпо­
чтительнее,
так
как
с
их
помощью
можно
б ыло
избегнуть
судебной
пр оцед уры ,
не
всегда
политически
выгодной,
обставленной
к
тому
же
различными
не уд обны ми
формальностями.
К
тому
же,
по
меткому
выражению
О.
Ле йбов ича ,
в
1953 г.
в
сопер­
ниче ст ве
партии
и
политической
пол иции
—
пала
по след ня я.
А
это
пред­
полагало,
что
значительная
до ля
«грязной»
работы,
которая
ранее
была
в
осн ов ном
в
ведении
карательных
органов,
ло жи лась
теперь
на
партию
непосредственно.
Приспособление
к
новому
курс у
прох оди ло
непросто.
М.Р.
З ез ина,
ц ити руя
заключительное
с лово
на
пленуме
МГК
глав ы
московской
парт­
организации
Е .А.Ф урце вой
(с большим сомнением отнесшейся к необхо­
димости
широко
обсуждать
закрытый
доклад
Х р ущ ев а), приводит следую­
91

щую
ее
ф р аз у: «Когда это было,
чтобы
кто-то
выступил
на
собрании
открыто
и
ст ал
говорить
антисоветские
вещи?
Раньше
за
такое
выст упле ­
ние
в
оче ре ди
гд е- нибу дь
его
привлекли
бы »12.
За
тоской
по
пр ежним
временам,
ко тора я
слышится
в
этой
фразе,
—
неумение
действовать
без
п рочн ой
оп оры
на
т юрьмы
и
лаг ер я.
После
XX съезда властям пришлось предпринять целый ряд шагов,
призванных
компенсировать
последствия
разоблачений,
содержавшихся
в
закрытом
до к ладе.
При
этом
применялись
не
только
карательные
м еры
(например,
именно
с
этого
времени
становится
заметной
тенденция
«объ ­
яснять»
причины
к рупн ых
проявлений
общественного
недовольства
эко­
номическими
трудностями
и,
соответственно,
использовать
экономичес­
кие
компенсации).
В
1956 г.
было
распространено
не с колько
закрытых
п исем
ЦК
КПСС.
Первое
пис ьмо
от
3 апреля 1956 г .
«О враждебных вылазках на собраниях
парторганизации
Теплотехнической
лаборатории
АН
СССР
по
итог ам
XX
съ ез да», сообщавшее о роспуске этой «п е рвич ки», можно рассматривать
как
грозное
предупреждение,
но
еще
не
рук овод ст во
к
действию.
А
вот
постановление
ЦК
от
30 июня 1956 г.
«О культе личности и преодолении
его
последствий»
уже
п ре длаг ало
официальную,
прекращающую
дискус­
сии
трактовку
доклада.
Появление
этого
«эталона»
позволило
партийцам
с удит ь,
насколько
«враждебно»
то
или
иное
выступление
(например,
только
«враги»
могли
свя зыват ь
ку льт
личности
с
недемократизмом
сам ой
си ст ем ы)13.
Всле д
за
по стан овл ени ем
было
распространено
закрытое
письмо
ЦК
от
16 июля «Об
итогах
обсуждения
решений
XX съезда», которое
требовало
пресекать
выходящие
за
рамки
дозволенного
выступления
и
еще
раз
напомнило
о
судьбе
парторганизации
Института
теоретической
и
экспериментальной
физики.
Эти
документы,
к оторы е
можно
об ъед инить
в
послесъездовский
блок ,
о б озн ачают
пр еде лы
возможной
кр ити ки
и
выводов
из
закрытого
до клада
и,
главное,
вводят
наказание
за
их
наруше­
ние
в
рам ки
партийно-административной
ответственности.
Го р аздо
менее
известно,
что
после
принявших
просталинскую
ок рас­
ку
волнений
в
Груз ии
(студенческая манифестация в Тбилиси 5
марта
1956 г.
стала
катализатором
митингов
во
многих
гор ода х
Грузии;
после
нескольких
дней
смятения
и
нерешительности
порядок
в
сто л ице
респуб­
лики
был
наведен
с
по мо щью
войск)
во
гла ву
у гла
бы ло
поставлено
именно
«усиление партийно-п о лит и ческо й»
работы,
а
не
деятельность
с обс тв енно
реп р ессивн ых
органов14.
Что
подразумевалось
под
термином
«партийно­
политическая», она же
—
«политико- восп и т ат ель н ая», она же
—
«идей ­
но-воспитательная»
работа?
Вот
выдержки
из
о пр едел е ния: «Главное во
всех
видах
И. -в.
р.
—
превращение
идей
в
убеждения
человека,
в
пр инц и­
пы
практических
действий
<...>
И.-в.
р.
осуществляют
различные
со ци­
альные
субъекты;
пар тия ,
государство,
общественные
организации,
от­
92

д ель ные
люд и»15.
Чем
на
самом
дел е
яв ля лась
«И .-в.
р . », более понятно
из
предложений
по
«грузинскому делу»
отдела
пропаганды
и
агитации
(пропаганда и агитация,
по
определению,
одн о
из
средств
«И.-в.
р.») ЦК
В ЛКС М 16: «Предоставить право директорам вузов по согласованию с
па рти йным и
и
общественными
организациями
исключать
из
вузов
без
права
последующего
п осту плен ия
—
студентов,
нар уша ющих
п ра вила
общественного
поведения
и
распорядка,
а
также
имеющих
в
течение
двух
лет
неудовлетворительные
оценки
на
экзаменационных
сессиях.
Рекомен­
довать
директорам
вуз ов
выселять
из
общежития
за
нарушение
правил
общежития,
а
также
за
систематический
п ропу ск
занятий.
Предоставить
право
директорам
вузов
и
техникумов
по
решению
ученого
и
педагогического
советов
лишать
на
некоторое
время
стипендий
тех
сту де нто в,
которые
систематически
пропускают
зан ятия,
не
выпо лня ­
ют
в
ср ок
уч еб ных
заданий
и
нарушают
правила
общественного
поведения.
Комсомольским
организациям,
райкомам,
горкомам,
обк ома м,
ЦК
ЛКСМ
необходимо
п окончи ть
с
позицией
невмешательства
по
отношению
к
неработающей
и
праздношатающейся
молодежи,
принять
самое
актив­
ное
участие
в
устройстве
этой
молодежи,
пр ио бщ ении
ее
к
общественно­
полезному
труду.
<...>
ЦК
ЛКСМ
подготовить
предложения
о
сокращении
количества
при­
нимаемых
в
вузы,
об
открытии
дополнительного
количе ст в а
технических
уч илищ
пр ежде
всего
для
учащихся,
оканчивающих
с р еднюю
школу;
о
создании
комиссии
при
СМ
Груз инс к ой
ССР
по
вопр ос у
устройства
на
работу
учащихся,
оканчивающих
в
это м
год у
с ре днюю
школу.
ЦК
ЛКСМ
под готов ит ь
предложения
совместно
с
соответствующими
организациями
о
запрещении
прописки
в
Тб ил иси
всех
ранее
су д ивших ся
за
ос обр
опасные
преступления,
об
оч ищен ии
города
Тби л иси
от
вс як ого
рода
случайных
эле ме нт ов,
л иц,
не
работающих
и
вед ущи х
паразитичес­
кий
образ
жизни,
а
также
ранее
судившихся
за
опасные
преступления,
об
установлении
строжайшего
режима
прописки
гра жда н
в
городе
Тбилиси,
об
изд ании
большими
т иража ми
серии
красочных
плакатов,
высмеиваю­
щих
пь яниц,
хулига нов ,
ст иляг ,
людей,
нар уша ющих
о б щест венный
поря­
док
и
вед ущи х
паразитический
образ
жизни,
о
создании
об щес тв енно го
мнения
против
этих
лю дей,
освещении
э тих
воп рос ов
в
печати.
<...>
Принять
меры
к
укреплению
комс омол ьс ки х
кадров
в
первичных
комсомольских
организациях
и
прежде
вс его
в
вуза х
и
школах,
а
также
секретарей
райкомов
и
горк ом ов
комсомола.
В
случае
не об ходи мос ти
по йти
на
кооптацию
(т. е.
нарушение
устава.
—
Г . К.)».
Предлагалось
также
выделить
дополнительные
ставки
«освобожден ­
ных»
комс омол ьс ки х
работников
в
«крупных»
вузах
и
школах.
«Рассмотреть в ЦК партии Грузии и в Совете Министров республики
следующие
вопросы:<...>
93

21.
О
принятии
закрытого
п исьма
ЦК
партии
Грузии
по
вопросу
повышения
ответственности
комм унис тов
и
парторганизаций
за
д ело
воспитания
детей
и
молодежи.
22.
Об
укреплении
кадров
учителей
шко л
и
преподавателей
ву зов ».
Той
же
весной
1956 г.
вним а ние
комсомольского
рук овод ст ва
бы ло
одновременно
н ап равле но
и
на
происходящее
в
Литве,
где
побывала
бригада
ВЛКСМ.
Из
проекта
записки
пе рвог о
секретаря
ЦК
ВЛКСМ
А.
Н. Шел епи на
в
ЦК
КПСС
и
представленной
бригадой
справки
(на ее
ос нове
проект
и
готовился)
узнаем,
что
в
республике
за
1955 г.
и
четыре
месяца
1956 г.
было
раскрыто
шестнадцать
подпольных
моло де ж ных
организаций.
В
ноябре
1955 г.
на
кладбище
в
Каунасе
сост оя л ась
демон­
стр ация ,
в
которой
принимали
участие
студенты.
Она
бы ла
посвящена
«памяти погибших буржуазных литовских “ па тр ио т ов” .
На
кладбище
исполнялись
песни
националистического
с о дер ж ания». 17 марта 1956 г.
«на вечере выпускников Каунасской ветеринарной академии группа сту ­
дентов
распевала
песни,
призывающие
бороться
за
“свободную”
Литву».
От м ечал ась
актив изация
деятельности
католической
церкви.
Однако
наря­
ду
с
эти м
тональность
«Справки»
отнюдь
не
зловеща.
Приведены
и
такие
пр и ме р ы: «на занятиях по политэкономии < ...>
ст рои те льн ого
факультета
Каунасского
политехнического
института
ст уде нты
спросили
преподава­
т еля
—
почему
в
Каун асе
большие
затруднения
с
продовольствием.
Вместо
внимательного
и
убедительного
ответа
на
поставленный
вопрос,
препода­
ватель
РАК АВ ЕЧЕ НЕ
ответила,
что
по до бный
вопрос
свидетельствует
о
буржуазных
настроениях
в
групп е
и
с
этим
на до
разобраться.
<...>
На
од ном
из
семинарских
заня тий
на
II курсе историко-фил оло ги че с ко го
фа ку льте та
Вильнюсского
государственного
университета
студент
ГОР­
ДОН
сп рос ил: “правда ли то,
что
американские
рабочие
живут
лучше
ру сс ких”.
Преподаватель
тов.МАСЛЯНСКАЯ
не
стала
отвечать
на
этот
воп ро с,
а
п осле
занятия
обратилась
в
комсомольское
бюро
факультета
с
просьбой
ра з обрат ься
с
э тим
неблагонадежным
сту де нто м.
<...>
Ча сто
литовская
молодежь
может
по луч ить
ответы
на
волнующие
ее
во п росы
в
нежел ат ель ны х
для
нас
источниках».
В
про екте
записки
в
ЦК
КПСС
материалы,
представленные
бригадой,
воплотились
в
следующий
т е к ст : «В ряде вузов состоялась такая обста­
новка,
когда
студенты
вообще
боятся
публично
выяснять
волнующие
их
вопросы,
т.к.
за
это
их
обв и няют
в
национализме,
в
антисоветчине,
докладывают
о
таки х
студентах
в
комитеты
комсомола
или
партийные
бю ро
для
принятия
необходимых
ме р.
Неправильно
в
связи
с
этим,
по
нашему
мнени ю,
и
то,
что
преподавание
общественно-политических
дис­
ци плин
вед ет ся
во
многих
сл уч аях
на
русском
языке
русскими
преподава­
телями
и
на
низком
уров не.
Это
нередко
вызыв ает
недовольство
ср еди
студенчества,
так
как
многие
из
них
недостаточно
владеют
русским
языком,
чтобы
глубоко
94

воспринимать
лекции
по
ф илос оф ии,
политэкономии,
основам
м арк си зма-
ленинизма.
Не
случайно
поэтому
многие
студенты
общественно-полити­
че ские
дисципл ины
называют
“русскими предметами”»17.
В
Грузии
и
Прибалтике
прошли
проверку,
а
возможно,
и
был и
выработаны
по дходы
к
практическому
воплощению
нов ой
политики
реа­
гирования
на
оппозиционные
выступления,
предполагавшей
вместо
явных
кар атель н ых
мер
использовать
сдерживающие
возможности
партийно-ад­
мин ист ра ти вного
а ппар ата.
Подтверждение
то му,
что
опробованная
или
разработанная
в
начале
1956 г.
модель
применялась
и
дале е,
нах о дим
в
«Справке»
отдела
ст уде н­
ческой
молодежи
ЦК
ВЛКСМ
о
событиях
поздней
осени
1956 г.
в
Прибал­
тике.
«Справка», подготовленная не позднее 16 декабря 1956 г.,
п род ол­
жает
либе ра льн ую
по слесъездо вску ю
тр а дицию.
О дин
из
ее
фрагментов
посвящен
повторившейся
мо лод ежн ой
манифестации
на
кладбище
в
Кау­
н асе : «В Каунас была направлена группа комсомольских работников,
в
том
числе
секретари
ЦК
комсомола
<...>
.
Органы
мили ции
и
Госбезопас­
ности
задержали
85 чел.
—
уча ст ни ков
беспорядков
на
Центральном
кладбище.
Пос ле
опроса
было
задержано
только
5 человек.
По
в сем
институтам
республики
прошли
собрания
в
группах
или
на
курс а х.
Всег о
исключено
из
членов
ВЛКСМ
6 человек,
из
институтов
—
4 человека .
Вопрос
о
работе
среди
студентов
обсуждался
на
бю ро
ЦК
партии
Ли твы.
Совет
Министров
республики
вы дел ил
500 тыс.
рублей
на
кул ьтурн о-м ас сов ую
работу
в
инс ти ту та х»18.
Еще
одним
принципиально
важным
моментом
в
выработке
представ­
ления
о
том
месте,
которое
заняли
внесудебные
п р еследо вани я
г
интере­
сующий
нас
период,
яв ляетс я
специфика
неортодоксальной
общественной
активности
тех
ле т.
В
значительной
с теп ени
она
возникала
как
нез апла ни ­
рованный
ответ
на
инициативу
самой
вла ст и.
Начатый
сверху
идеологический
п ерево рот
коснулся
прежде
всег о
коммунистов
и
комсомольцев,
которые
первыми
и
в
большей
мере
инфор­
мировались
о
разоблачениях,
связанных
с
преступлениями
в
период
ку льт а.
Поэтому
в
те
времена
в
гораздо
большей
степени,
чем
в
последую­
щие,
члены
КПСС
и
ВЛКСМ
проявляли
общественную
активность,
кото­
рую
власти
расценивали
как
недостаточно
лояльную.
Отсюда
—
определенная
несам ост оя тел ьн ост ь
фор м
и
социальных
тематик.
Даже
в
среде
п одп ольных
оп поз иционн ы х
групп
молодежи,
по
мнению
петербургского
историка
В .Ио фе,
вплоть
до
середины
1960-х
гг.
преобладала
внутренняя,
то
есть
базирующаяся
на
официально
деклари­
рова нн ых
ценностях,
идеология19.
С
э тим
же
обстоятельством
связано
наблюдающееся
от
ст олиц
«до
с амых
до
окраин»
стремление
использовать
офи циа ль ные
мероприятия
и
каналы.
Ру тинне йш ие
мероприятия
—
обсуждение
р е шений
партии,
выбо­
ры,
выпуск
стенных
газет,
самодеятельность
—
давали
п овод
к
«нездоро-
95

вым »
проявлениям
и
в
Москве,
и
в
Свердловске.
Ярчайший
п ри мер:
б ольша я
часть
«Информации о фактах неправильных и антисоветских
выступлений
некоторых
студентов»
и
материалов
к
ней
посвящена
вы ступ ­
лениям
на
отчетно-выборных
комс ом ольс к их
конференциях
и
официально
организованных
диспутах.
Соответственно
к ат алог
тем
ранней
оттепели
не
велик
и
мо жет
быть
охарактеризован
как
набор
альтернатив:
к ульт
личности
—
демократиза­
ц ия , «соцреализм»
—
«реализм без берегов», СССР
—
страны
народной
демократии,
ищущие
особый
п уть
(Польша,
Югославия,
Венгрия).
Воз­
можно,
именно
поэтому
он
и
с тал
«всесоюзным». О тго л о с ки эт ого на бора
проявлялись
даже
в
регионах,
где
превалировала
национальная
тема
(Прибалтика,
Армения,
Грузия).
Возможно,
да же
следует
говорить
о
получившем
в
те
годы
р аз витие
определенном
т ипе
о б ществ енной
актив­
ности,
связанной
с
особенностями
об разо ван ия
пространства
допустимо­
го
—
его
формировала
власть.
Это,
в
сочетании
с
реструктуризацией
репрессивной
политики,
предполагало
ставку
на
сдерживающие
возм о ж­
ности
партийно-комсомольских
органов.
В
комсомоле
состояло
под авл яющ ее
большинство
вузовской
моло­
дежи
(в 1956/57 учебном году в дневных вузах 94%, по данным ЦК
ВЛ КСМ20), роль которой в общественном брожении того времени значи ­
тел ьна .
Остановимся
на
эт ой
социальной
группе
подробнее.
В
стат ье
В.
Британишского,
которую
одновременно
можно
рассмат­
ривать
как
мемуарное
свидетельство,
о тм еч а е тс я: «Студенческая субкуль­
тура
была
то гда
отдельной
культурой,
альтернативной
культурой.
Но
это
ее
“контр”
поначалу
не
осо зна вало сь
верхами,
начальством.
Н аше
п око­
ление
не
успело
“засветиться”,
как
теперь
гов орят»21.
Позволим
себ е
не
согласиться.
И
не
только
потому,
что
пределы
оставались,
причем
и
в
соз нании
самих
студентов
тоже.
Известный
правозащитник
К.Любарский
(в те времена студент и член редколлегии стенной газеты « Ли те р а ту р ны й
бюллетень», о партийно-комсомольских
разб и рател ьст вах
вокруг
кот орой
см.
в
этой
статье)
на
в опрос :
почему
критика
соцреализма
стала
«хитом»
оттепели,
ответил,
что
социальные
тематики
маскировались
этой
оболоч­
кой,
внешне
как
будто
не
выходя
за
пределы
литературной
критики22.
Впрочем,
для
нашей
темы
не
столь
су щес тв енно,
было
ли
с трем л ение
к
«легальным»
формам
пр оте ста
полуосознанной
мимикрией
или
же
отра­
ж ало
искреннюю
лояльность
к
идеологическим
основам
строя.
Ва жен
сам
факт
такого
стремления,
зафиксированный
в
мемуарах
и
документах.
В
любом
случае
действия
властей,
как
свидетельствуют
источники,
вовсе
не
ка жут ся
неосознанными,
особенно
в
дел е
воспитания
молодежи,
являвшемся
сфер ой
интересов
пар ти и.
Все,
что
хотя
бы
на
йоту
отходило
от
официального
курса,
по пад ало
под
подозрение,
а
партийный
надзор
и
разбирательства
(как и репрессии кара ­
тел ь ных
орг ан ов)
никогда
не
прекращались23.
Информация
о
положении
на
96

местах
—
отрывочная,
но
наиболее
изученные
на
сегодняшний
день
фонды
парткома
и
комитета
комсомола
МГУ
свидетельствуют:
через
б юро
этих
о рганиза ции
проходило
ежегодно
до
десятка
персональных
дел
с
политической
подоплекой24.
Однако
за
п овы ше нную
самостийную
бдитель­
ность,
в
от лич ие
от
прошлых
в ре ме н25, можно было уже и проштрафиться.
Во
всяком
случае,
получения
отличий
и
продвижения
по
службе
она
не
сулила.
Показательна
история
со
студенческим
рукописным
журналом,
изло­
женная
в
зап ис ке
в
отдел
пр опаг ан ды
и
агитации
ЦК
ВЛКСМ
(архивная
помета
относит
записк у
к
сентябрю
1956 г .): «<...>
Наиболее
нелепые
ф ормы
при ня ло
грасследование”
по
де лу
пошлого
журнальчика
“Фиговый
листок”,
выпущенного
студентами
В[и ль н юсс кого]ГУ
Викуличем,
Ро л ьни-
ком,
Шульманом
и
Копелевым.
Вместо
того,
чт обы
самим
разобраться
в
содержании
журнала,
Ле нинс кий
РК
Л КСМ
Литвы
со о бщил
о
нем
в
Комитет
Госбезопасности.
У
реб ят
был
произведен
обыск.
Жур нал
изъя­
ли. <...>
работники
комитета,
ведшие
это
де ло,
пришли
к
заключению,
что
никакой
антисоветчины
в
журнале
не т,
что
журнал
да же
местами
интере­
сен ,
а
местами
пошл
и
лучш е
в сего
отражает
слабость
идеологической
работы
в
университете.
Пос ле
эт ого
за
“Дело о “Фиговом
листке”
взя ло сь
партбюро
факультета,
где
журнал
охарактеризовали
как
антисоветский.
Характеризовали,
кстати,
та к:
фра зу: “Копелев не бреется,
так
как
нет
безопасных
бритв”
расценили
как
насмешку
над
советской
действитель­
нос ть ю:
у
нас,
мол,
бритвы
есть.
Паро ди ю
на
беспомощный
ра сска зик
сту де нта
ВГУ
Юр ия
Оверко
в
альманахе
“Советская Литва”
как
призыв
к
реставрации
капитализма
и
т. д.
П осле
этого
вс ех
четверых
оптом
исключили
на
коми те те
ком сом ола
ВГУ
из
ВЛКСМ.
Под
о дну
гребенку
постригли
и
п ошляк а
Рольника,
и
са мол юбив ог о,
замкнутого
(со всеми не дружит,
а
с
кем
дружит
—
так
до
конца ,
—
говорят
в
группе)
Викулича,
и
ничем
не
отличавшихся
от
других
Шульмана
и
Копелева.
На
комитете
их
опять
обвиняли
в
анти со ве тч ине
и
требовали:
Скажи­
те,
кто
стоит
за
ваш ей
спиной?
Секретаря
факультетского
бюр о
комсомо­
ла
Нюнку,
преподавательницу
С а фрон ову,
ком с орга
группы
Ширякина
и
профорга
Чистякову,
которые
требовали,
чтобы
комитет
определил,
где
же
антисоветчина
и
кто
из
четверых
в
чем
виноват,
о бвини ли,
что
они
иду т
про тив
линии
пар тии.
Сло вом ,
нарушая
устав,
минуя
группу
и
первичную
организацию,
в сех
четверых
ис кл юч или.
Бюро
Ле нин ск ого
райкома
комсомола
решение
утвердило,
ослабив
ме ру
взыскания
лиш ь
для
Шул ьма на
(ему дали строгий
вы гово р).
Апелляции
горком
и
ЦК
Л КСМ
отклонил.
Погнавшись
за
несуществующими
ведь мам и
(курсив здесь и далее
наш.
—
Г . К.), комитет комсомола ВГУ с помощью Вильнюсского горкома
и
ЦК
ЛКСМ
превратили
троих
ребят,
из
которых
о дин
по шл як,
а
двое
—
97

сам ые
обыкновенные
моло дые
люд и,
в
своего
рода
героев
той
ча сти
студенчества,
среди
которой
еще
жи вы
отголоски
национализма,
мелко­
буржуазные
нр авы,
со зда ли
повод
для
распространения
в
городе
слухов
о
подпольной
о рг анизации
в
университете.
Заодно
бы ла
пропущена
в оз­
можность
для
превращения
рукописного
журнала
(под другим названием,
конечно)
после
открытого
его
обсуждения
и
отделения
зерна
от
м якины
в
университетский
орган
сати ры.
<...>
[Вывод:] побольше открытых дискуссий по самым разнообразным
во про сам,
по боль ше
у бе жде ния,
созн ат ель н ого
разбора
жизненных
ф ак­
тов
и
как
мож но
меньше
окриков,
заж има,
о бвин е ни й»26.
О
м ногом
говорят
пометы
на
это м
документе.
Дважды
—
возле
сообщения
о
передаче
журнала
в
КГБ
и
ок оло
рассказа
о
разбирательст­
вах
в
комитете
ВЛ КСМ
ВГУ
—
на
п олях
вы вед ено: «Грубая работа».
Изменение
приоритетов
(в терминах того времени смена «с т ил я
раб оты ») привело к тому,
что
дела,
подобные
разбирательству
с
журна­
лом
«Фиговый листок», воспринимались как проколы .
Не
по ощря лось
не
только
привлечение
КГБ,
но
да же
огульное
пр им енение
взысканий.
Де й­
ств ова ть
след ов ало
тоньше
—
направляя
молодежную
активность
в
оф и­
циальное
рус ло.
Указа ния
на
та кую
ситу а цию
со дер ж атся
не
только
в
политической
до ку м ент ац и и27, но и в материалах мемуарного характера
(включая и статью Британишского28), касающихся периода с весны 1953
до
второй
полов ины
1956 г.
В
истор ич еско й
литературе
п оследн их
лет
поворот
в
политике
властей,
произошедший
в
конце
1956 г.
под
влиянием
событий
в
Польше
и
Венгрии
и
отклика
на
них
в
СССР,
иногда
трактуется
как
откат
к
прежним
реп ресси в­
ным
мет од ам
управления.
Утверждение,
на
наш
взгляд,
нуждающееся
в
уточнении.
Внести
необходимые
коррективы,
возможно,
будет
легче,
ес ли
мы
по пы тае мся
взглянуть
на
происходившее
в
те
годы
сквозь
призму
избранной
темы,
то
ест ь
зададимся
вопросом:
изменился
ли
кардинально
ха ракт ер
использования
мер
воздействия,
не
связанных
с
уг оловны м
преследованием,
в
области
к онтроля
над
общ ест венн ой
активностью.
Уточнить
представление
об
этом
может
помочь
история
разработки
постановления
ЦК
КП СС
о
студенчестве.
10 ноября (напом ним:
к
этому
времени
кр у пные
войсковые
соедине­
ния
уже
находились
на
территории
Венгрии,
что
позволило
взять
ситуа­
цию
под
контроль) «Правда»
опубликовала
в
изл ожен ии
выступление
Хрущева
на
м и тинге
московской
молодежи,
посвященном
награждению
комсомола
орденом
Ленина.
В
эт ом
выступлении
т ема
«учащейся молоде­
жи»
заняла
центральное
место.
При
чтении
бросаются
в
г лаза
два
обстоятельства:
первое,
несколько
странное
—
то
ли
сам
первый
секре­
тарь,
то
ли
редакторы
старательно
избегали
слова
«студенты», и вто ­
рое
—
Хру щев
напрямую
связал
необходимость
«уделять больше внима­
ния
правильному
воспитанию
молодежи»
с
событиями
в
Ве нг рии.
В
98

свойственной
ему
манере
Хру щев
рассказал
две
«притчи»
о
том,
как
уб ежд али
румынские
(!) рабочие зарвавшихся « уч ащ ихс я» .
См ысл
этих
баек
можно
выразить
одной
ф р аз ой : «Если вам не нравятся наши поряд­
ки,
которые
мы
завоевали
своей
кровью,
своим
трудом,
тогда
пойдите
поработайте,
а
на
ваш е
место
придут
учит ься
другие».
Намек
глав ы
правительства
был
понят
п рав ильн о.
Это
видно
из
выступления
на
ко м­
с омольс ком
собрании
четвертого
курса
ф илф ака
МГУ
Л.Крысина
(начало
декабря
1956 г . ): «<...>
Т ова рищ
Хрущев
был
не
прав
в
своем
выступлении
на
собрании
молодежи
в
честь
награждения
комсомола
орд ено м
Ленина.
От
л ица
рабочих
он
заявил,
что
если
вам,
т.т .
студенты,
не
нравятся
наши
порядки,
идите
и
р аб ота йте,
а
мы
сядем
на
ваш е
место.
Зачем
разделять
ра бочих
и
студентов.
Кто
такие
студенты?
—
Дети
тех
же
рабочих.
Раз ве
то,
что
они
критикуют,
—
не
общее
де ло
вс его
н ар од а? (шумные апло ­
дисменты)»29.
Но
реч ь
Хрущева
не
сводилась
только
к
запугиванию
и
призывам.
Он
изложил
и
программу
«предупредительных»
мер : «Надо,
чтобы
наш а
учащаяся
молодежь,
говорит
он,
была
ближ е
к
жизни.
Нужно,
чтобы
в
высш ие
школы
поступала
де йст в ите льно
лучшая,
сам ая
п еред овая
часть
молодежи.
У
нас
ес ть
еще
немало
недостатков
в
практике
приема
в
вузы,
не ре дко
даж е
золотые
медали
выдаются
не
совсем
пра ви льн о,
иногда
пр оизвол ьно
допускаются
завышенные
отметки
в
школах.
Следует
улуч­
ши ть
порядок
приема
в
высшую
школу,
сделать
та к,
чт обы
в
вузы
попадали
лучшие
из
лучших,
чтобы
это
были
люди,
преданные
дел у
Лен ина ,
делу
н аро да.
Необходимо
больше
принимать
в
высшие
учебные
заведения
м оло дежи
с
производства,
с
заво до в,
фабрик,
строек,
из
колхозов,
МТС
и
с овхоз о в»30.
Уже
12 ноября в ЦК ВЛКСМ появился проект записки31 руководителя
комсомола
А.
Шелепина
в
ЦК
КПС С: «ЦК ВЛКСМ просит ЦК КПСС
рассм от рет ь
следующие
ме ры: <...> 2.
Изменить
порядок
приема
в
вузы,
пресечь
проникновение
в
вузы
случайных
людей,
ре ш ител ьно
улучшить
качественный
состав
студенчества».
Для
достижения
поставленных
ц елей
предлагалось
отменить
внекон­
курс ны й
пр ием
медалистов;
возможность
учит ься
в
вузе
обставлялась
необходимостью
два
го да
проработать
на
производстве.
Вносилось
такж е
предложение
предоставить
т рудов ым
коллективам
пра во
рек оме нда ци й,
а
лиц,
по лу ч ивших
такие
рек оме нд ац ии,
зачислять
в
вузы
«независимо от
количества
набранных
балл ов ».
«Обязать Госэкономкомиссию и Госплан СССР ежегодно включать в
народнохозяйственный
план
использование
выпускников
средних
шко л
в
народном
хозяйстве.
Да ть
указание
партийным
о рга нам
совместно
с
директорами
вузов,
п артийн ым и
и
комсомольскими
организациями
р ас смотр еть
по
каждому
вузу
конкретные
пр едл о жения
об
исключении
из
ин ст и тутов
тех
студен­
99

т ов,
которые
не
оправдывают
звания
со в етско го
студ ента .
Учитывая,
что
нездоровые
настроения
нередко
находят
почву
среди
студентов
закрытых
физических,
физико-технических
и
инженерно-физических
факультетов
и
институтов,
пору чит ь
Министерству
высшего
образования
СССР
(далее
МВ О.
—
Г.К.)
совместно
с
ЦК
ВЛКСМ
сп еци ал ьно
разобраться
с
качест­
венным
составом
студентов
эт их
факультетов
и
учебных
заведений
и
принять
соответствующие
меры.
Рассмотреть
также
вопрос
об
отмене
некоторых
льгот
для
студентов
этих
факультетов
и
институтов».
В
качестве
одного
из
п рие мов
давления
на
студенчество
ЦК
ВЛ КСМ
рассматривал
ужесточение
учебной
дис ципл ины
и
ответственности
за
ее
нарушение,
например
восстановление
студентов,
отчисленных
«за неуспе ­
ваемость
или
аморальное
поведение
из
других
вузов,
ли шь
после
тре х
лет
их
положительной
работы
на
производстве».
Но
одновременно
сту дент ам
бросалась
кость: «5.
Дать
поручение
МВО
СССР
с
участием
ЦК
ВЛКСМ
в
месячный
срок
дополнительно
рассмотреть
в опрос
о
свободном
п ос еще­
нии
лек ций
студентами
старших
курсов,
оставив
при
этом
обязательное
посещение
практических
и
лабораторных
занятий.
Сч ита ем
целесообраз­
ным
перевести,
для
накопления
опыта,
на
свободное
посещение
лекций
некоторые
вуз ы
М ос квы».
Одновременно
вносилось
предложение
о
расширении
се ти
заочных
и
вечерних
вузов.
«7.
Просим
ЦК
КП СС
поручить:
а)
МВО
и
д ругим
министерствам
скорее
внести
в
ЦК
КПСС
предло­
жения
о
переводе
из
Москвы
в
другие
города
таких
вузов,
как
рыб ный ,
нефтяной,
г орный
институт,
институт
водного
хозяйства
им.
Вильямса,
а
также
предложения
и
по
другим
крупным
городам
страны.
<...>
8.
Дать
у каз ание
МВО
издать
приказ
о
расширении
прав
комсомоль­
ских
организаций
в
вузах
<...>».
Пункт
8-й
подразумевал
введение
представителей
комсомола
в
вузов­
ские
рук ово дящ ие
структуры.
Неизвестно,
был
ли
этот
документ
направ­
лен
по
адресу,
но
на
заседании
13 ноября бюро ЦК ВЛКСМ первым
пу нкто м
утвердило
«Предложения по улучшению работы среди студенчес­
кой
мо ло деж и».
Они
предусматривали
командирование
в
нояб ре
в
круп ­
ные
вузовс к ие
центры
работников
ЦК
ВЛКСМ,
пр ов еде ние
в
ЦК
ВЛКСМ
совещаний
и
семинаров,
а
также
бюро,
пленумов,
акт иво в
и
совещаний
в
ЦК,
крайкомах,
обкомах
и
горкомах
комсомола.
Директивным
докумен­
т ом,
определяющим
конкретные
м еры,
с удя
по
этим
«Предложениям»,
должно
бы ло
стат ь
постановление
ЦК
ВЛКСМ
об
усилении
ид ейно-по ли ­
тической
работы
среди
студентов.
Еще
ч ерез
несколько
дне й
ЦК
ВЛ КСМ
подготовил
и
направил
в
ЦК
К ПСС
«Информацию о фактах неправильных и антисоветских выступле­
ний
некоторых
студ е нтов ».
Источниками
для
нее
послужили
сообщения
с
м ест
о
ход е
отчетно-выборных
комсомольских
конференций.
О
серь езно с­
100

ти
ситу а ции
говорит
то,
что
ино гда
эти
сообщения
передавались
по
ВЧ!
(И на следующий год этому довольно рутинному мероприятию было
посвящено
достаточно
д окум ент ов
—
память
о
прошлом
еще
не
остыла,
—
но
прежней
экстраординарности
в
них
уже
не
наблюдается.)
28 ноября министр высшего образования СССР В.
П.Елютин
направил
в
ЦК
ВЛКСМ
проект
постановления
ЦК
КПСС,
еще
не
и мевш ий
названия,
хот я
да ть
ему
«рабочий»
заголовок
не
составит
т руда : «Об устранении
кру пны х
недостатков
в
идейно-воспитательной
работе
среди
с туд е нтов»32.
Подготовленный,
как
явствует
из
сопроводительного
письма , «в соответ ­
ств ии
с
решением
Президиума
Ц К» (пока не удалось установить точно,
ког да
с ост оя лось
это
ре ше ние ), проект отражает точку зрения руководст ­
ва
М В О: «<...>
Име ют
место
случаи,
когд а
здо ровую
инициа тив у
ст уде н­
тов
по
критике
действительно
имеющихся
недостатков
руко води те ли
выс­
ших
учебных
заведений
не
подхватывают,
своевременных
мер
по
устране­
нию
недостатков
не
принимают,
мало
общаются
со
с ту дент ами.
Этим
польз ую тс я
отдельные
антисоветски
настроенные
лица,
пытаясь
увести
отдельных
студентов
в
сторону
критики
основ
совет ско го
строя.
<...>
Руководители
отдельных
вузов,
а
и ногда
и
руководители
пер­
вичных
партийных
организаций
не
дают
решительного
и
своевременного
отпора
не з до ровым
настроениям
и
выск аз ыва ни ям
со
стороны
отдельных
студентов,
сла бо
зан им ают ся
изучением
пр ич ин,
породивших
такие
несо­
вместимые
с
пребыванием
в
Советском
[так в тексте]
вузе
явления,
и
не
принимают
самых
энергичных
мер
к
их
недопущению.
Отдельные
препо­
даватели
вместо
того,
чтобы
р еш ител ьно
пресекать
подобные
вы ск азыва­
н ия,
па сс ивно
воспринимают
их
и
тем
с амым
позволяют
пропагандировать
нездоровые
настроения».
В
преамбуле
был
покритикован
(впрочем,
не
с трого )
и
комсомол:
мероприятия
проводятся
«сухо и неинтересно», «недостаточно настойчи­
во ».
Подверглась
критике
и
«Комсомольская правда», особенно за «н е ­
нуж ную »
дискуссию
о
свободном
посещении
ле кций.
«В целях устранения имеющих место крупных недостатков в деле
идейно-политического
вос пи та ния
студентов
ЦК
КП СС
ПО СТА НО ВЛ ЯЕТ:
1.
Об яза ть
ЦК
компартий
союзных
ре с публик ,
ОК,
ГК,
р ай комы
КПСС,
пар тийны е
комитеты
и
пар тийны е
бю ро
вузов,
а
также
ректоров,
ди ре кт оров
вузов
принять
немедленные
меры
к
устранению
недостатков
в
де ле
ид ей но-полит иче ск ог о
воспитания
студентов,
р еш ите льно
улучшить
пропаганду
политики
партии
и
правительства,
повысить
б оесп особ ность
[!] вузовских партийных организаций в деле разоблачения вражеской
антисоветской
пропаганды,
пыта юще йся
у
час ти
на шей
молодежи
посеять
сомнения
в
правильности
основ
по литик и
нашей
партии.
2.
Поручить
МВО
СС СР,
а
та кже
другим
министерствам
и
ведомст­
ва м,
имеющим
в
своем
распоряжении
вузы,
вместе
с
соответствующими
101

ЦК
союзных
республик,
обкомами
и
гор кома ми
К ПСС
изучить
положение
с
подбором
кадров
преподавателей,
учебно-воспитательной
работой
и
организацией
быта
студентов
в
каждом
высшем
учебном
заведении.
<...>
Обратить
особое
в нима ние
на
изучение
деловых
и
политических
к ачест в
профессоров
и
преподавателей.
Освободить
тех
ли ц,
кот ор ые
не
проявляют
достаточных
знаний
и
опыта
в
дел е
воспитания
молодежи.
Освобождаемых
преподавателей
направлять
на
практическую
работу
вне
высших
учебных
завед ен и й.
Исходить
при
пр ов еде нии
данной
работы
из
того,
что
моральное
пр аво
воспитывать
будущие
молодые
кадры
имеет
профессор
и
преподаватель
не
только
хороший
знаток
своей
специальнос­
ти,
но
и
ум еющи й
воспитывать
студентов
в
духе
коммунистической
морали
и
нравственности.
<...>».
В
пунктах
5-7
постановляющей
час ти
предлагалось
пересмотреть
сост ав
каф едр
общественных
наук,
освободить
пенсионеров,
отправить
на
пенсию
лиц
преклонных
лет;
при
приеме
в
вузы
установить
льготы
для
«стажников»
и
армейцев;
введение
свободного
посещения
—
«нецелесо­
об р азно*, но необходимо принять меры к устранению перегрузки.
«<...> Л иц,
не
оправ дыв ающих
в ысокого
звания
со ве тск ого
студента,
отчислять
из
вузов
и
напр ав л ять
на
производственную
работу,
возвраща­
ясь
к
вопросу
продолжения
обу че ния
в
высшей
школе
после
двух-трех
летней
[так в тексте]
работы
их
на
про из в одств е.
9.
ЦК
ВЛКСМ ,
ЦК
ЛКС М
союзных
республик,
обком ам,
горкомам
комсомола
решительно
улучшить
рук овод ст во
вузовскими
комсомольски­
ми
организациями.
[На полях помета,
сделанная
уже
в
ЦК
ВЛКСМ:
Конкретнее
пр ав а .]<...>
11.
ЦК
КП
со юзн ых
республик,
обкомам
КП СС,
минис тер с тва м
и
ведомствам,
имеющим
вузы,
представить
в
трехмесячный
сро к
в
ЦК
КП СС
от чет
о
работе,
проделанной
по
вы пол не нию
настоящего
постановления».
Заметно,
что
в
сравнении
с
проектом
предложений
А.Шелепина,
в
ЦК
ВЛКСМ
дер жа лись
более
радикального
в згля да
на
«орабочивание»
вузов,
а
в
МВО
отрицательно
от но си лись
к
введ ени ю
свободного
посещения.
Однако
главными
для
ЦК
ВЛКСМ
были
претензии
на
расширение
пр ав
комсомольских
организаций
в
ву зе,
включая
и
вопросы
отчисления.
Л юбо пыт но,
что
дата
отправки
Елютиным
проекта
постановления
в
ЦК
ВЛКСМ
совпадает
с
дат ой,
стоящей
под
запиской
в
ЦК
КПСС
министра
просвещения
Е. Афа насенк о
о
«нездоровых»
проявлениях
в
подведомственных
институтах
и
решениях
кол л егии
министерства
по
этому
пов о ду:
«<...>
директорам
институтов
д ано
указание
о
проведении
б олее
тве р­
дой
линии
в
преодолении
нездоровых
настроений
среди
студентов
и
препо­
давателей
и
пресечении
демагогических
выступлений
и
распущенности. <...>
4.
О
реш ит е льном
повышении
требовательности
к
студентам.
Вплот ь
до
1954 года педагогические институты работали в условиях острой
102

нехватки
учителей
с
соответствующим
образованием.
В
этих
условиях
рук овод ите ли
институтов
больше
бы ли
озабочены
те м,
чт обы
довести
студентов
до
выпуска,
выполнить
план
выпуска
учителей,
не
допустить
отсева
студентов
и
т.д .
<...>
Такая
линия
в
по дго то вке
учителей
всегда
явля лась
ошибочной.
В
ныне шних
условиях
некоторой
активизации
нездо­
ровых
настроений
среди
студентов
и
огр ом ного
числа
желающих
учиться
в
институтах,
но
не
попадающих
туда
из-за
недостатка
мест,
этот
ли бер а­
лиз м
<...>
совершенно
не
терпим.
<...>
В
част н ост и,
в
отношении
лиц,
проявляющих
несерьезное
отношение
к
за нятиям
или
к
будущей
работе
в
кач ест ве
учите ле й,
директорам
институтов
рекомендовано
применять
такой
метод,
как
исключение
на
с рок
с
правом
восстановления
после
2-3
лет
успешной
работы
на
производстве.
Директорами
институтов
эта
рекомендация
воспринята
по ло житель ­
но »33.
В
фонде
студенческого
отдела
ЦК
комсомола
отложился
еще
оди н
вариант
пр о екта
по стано вле ния
ЦК
КПСС,
который
был
существенно
дора­
ботан
и
уже
и мел
на зван ие: «О серьезных недостатках в идейно- поли ти чес­
кой
работе
сред и
студентов».
Его
можно
считать
альтернативным
пр оект у
М ВО.
Формулировка
об
от чи слени и
«лиц,
не
оп равды ваю щ их
высок ог о
звания
сов етск о го
с ту ден т а< ...>» была сохранена,
но
одновременно
подчер­
кив а лос ь: «Строго следуя указаниям об организации работы партии среди
молодежи,
необходимо
до
к онца
изжить
в
в ос питате льно й
работе
со
студентами
администрирование,
окр ик,
необоснованное
приклеивание
р аз­
личных
ярлыков.
Главным
методом
должен
б ыть
метод
убеждения,
тер­
пеливого
разъяснения,
с
учетом
специфики
студенческой
мо л о дежи <...>».
Тек ст
этого
проекта
был
отпечатан
за
два
дня
до
утверждения
известного
закрытого
письма
ЦК
КП СС
от
19 декабря «Об
ус ил ении
политической
работы
парторганизаций
в
массах
и
пресечении
в ылазо к
антисоветских,
вр ажде бн ых
элементов».
Име нно
с
появлением
этого
письма
почти
все
исследователи
связывают
резкое
ужест очен и е
партийно­
правительственной
линии
по
отношению
к
оппоз и цион ным
проявлениям.
Мно гие
да же
считают,
что
пос ле
19 декабря произошел радикальный
пересмотр
основ
репрессивной
по л итики.
С
на шей
точки
зр ения ,
это
не
совсем
так;
во
всяком
случае
—
в
о тноше нии
студенческой
молодежи.
Рассмотрим
этот
воп рос
подробнее.
Действительно,
в
период
подготовки
письма
на
рассмотрении
Се крета ­
р иата
ЦК
КПСС
находился
це лый
блок
м ат ери алов
о
положении
в
моск ов­
ских
вузах
—
з апис ки
Отдела
науки,
вузов
и
шк ол
ЦК
КПСС,
Отдела
ку ль туры
ЦК
КПСС,
МГК
КПСС,
Мини ст ерст ва
культуры34.
Поскольку
эти
документы
по ка
не
публиковались,
позволим
себе
част ь
их
процитировать.
Записка
Отдела
науки,
ву зов
и
школ
ЦК
КПСС
представляет
собой
от чет
о
мерах,
принятых
в
связи
с
выпущенной
на
механико-математическом
фа ку льте те
МГУ
стенной
газетой
«Литературный бюллетень».
В
э той
газ е­
103

те
—
весь
«оттепельный набор», даже не очень криминальный по москов­
ским
мерк ам:
Дудинцев,
Дж.
Ри д,
М.
Щеглов.
Из
вос пом ина ний
известно,
что
подкачала
э мбл ема:
рабочий,
зак о ванн ый
в
ц епи,
тяне тс я
к
к олоко лу.
«Установлено,
что
основными
организаторами
в ыпу ска
бюллетеня
являлись
студенты
БЕЛЕЦКИЙ,
СТОЦКИЙ
и
ВАЙНШТЕЙН,
за
что
они
заслуживали
исключения
из
университета35.
Однако
руководство
МГУ
пр изнал о
целе соо б раз ным
исключить
и
уже
исклю чило
то лько
сту де нта
БЕ ЛЕ ЦКОГ О36, как главного организатора выпуска « Ли те ра т урн ого
б юл­
летеня»
и
наиболее
активного
дезорганизатора
студентов
на
факультете.
За
самовольный
выпуск
на
факультете
порочног о
бюллетеня,
нане­
сшего
вред
воспитательной
работе
на
фак ул ьте те,
студентам
СТОЦКОМУ
и
ВА ЙНШ ТЕ ЙНУ
пр иказ ом
дек ан ата
объявлены
строгие
выговоры.
По
комсомольской
ли нии
за
это
же
СТО ЦК ОМУ
и
ВАЙНШТЕЙНУ
вы несе ны
выговоры
с
зан есени ем
в
личное
дело.
На
остальных
членов
бю лле теня
за
участие
в
выпуске
указанного
бюллетеня
наложены
различные
комсомоль­
с кие
взы скан ия .
Кроме
того,
после
собрания
к омс омол ьс кого
актива
«Литературный
бюллетень»
и
его
организаторы
бы ли
подвергнуты
критике
в
факультет­
ской
стенной
газ ете
«За лучший факультет» .
Что
касается
политически
вредных
выступлений
на
собрании
комсо­
мольского
актива
членов
ВЛКСМ
СМОЛЯНИНА
и
СМОЛЯКА,
то
в
ближайшее
вре мя
этот
воп рос
будет
обсуждаться
на
курсовых
ко мсо мо ль­
ских
собраниях
<...>
В
свя зи
с
выпуском
указанного
«Литературного
бюллетеня»
и
проведением
в
связи
с
этим
комс омол ьс ког о
актива
на
механико-математическом
факультете
партийный
комитет
провел
с
секре­
тарями
партийных
организаций
факультетов
спе циал ьно е
совещание
по
в оп росу
усиления
св язи
парторганизации
с
ком со мо льск ими
организация­
ми
и
несоюзной
молодежью
и
об
улу чшен ии
на
кафедрах
и
факультетах
политико-воспитательной
работы.
Вопрос
об
авторах
анонимной
записки,
поступившей
в
президиум
собрания
комсомольского
актива,
с
уг ро зой
«поднять студентов», если
БЕЛЕЦКИЙ,
СТОЦКИЙ
и
ВАЙНШТЕЙН
будут
исключены
из
универси­
тета,
выясняется»37.
Целый
ряд
документов
посвящен
со быт иям
во
ВГИКе.
«30 ноября с . г.
в
институте
п роходило
отчетно-выборное
па р тийное
собрание.
Выступавшие
в
прениях
студенты-коммунисты
сообщали,
что
среди
студентов
имеют
место
нездоровые
настроения.
Некоторые
из
студентов
откр ы то
п ыт аются
поставить
под
сомнение
ме роп рият ия
Пар­
тии
и
Правительства,
нигил ист иче с ки
относятся
к
советской
лит ера ту ре
и
искусству,
проявляя
вместе
с
тем
нездоровый
интер е с
к
дискуссии
в
Польш е
по
вопросам
литературы.
Некоторые
ст уд енты
отк рыт о
высказы­
ваются
против
партийного
и
государственного
руков одс тв а
искус ство м
и
п ринци пов
социалистического
реализма.
Коммунист
КРИВЦОВ
ра сск азал,
104

что
студент
1- го
ку рса
сценарного
факультета
ЗЛО ТВ ЕРО В38
ведет
анти­
советские,
контрреволюционного
толка
р азг ово ры,
позволяет
себ е
оскор­
бительные
выражения
о
руководителях
китайского
и
монгольского
на ро­
дов,
отвергает
изучение
трудов
В.И.ЛЕ Н ИНА .
<...>
После
отч ет н о-вы­
борн ого
партийного
собрания
директор
Института
т.ГРОШЕВ
А.Н.
вызы­
вал
для
беседы
студента
ЗЛОТВЕРОВА.
ЗЛОТВЕРОВ
держал
се бя
вы зы­
вающе
и
п одтв е рдил
ранее
высказанные
им
антисоветские
суждения.
11
декабря
ЗЛОТВЕРОВ
был
искл юче н
из
института,
а
12 декабря с. г.
—
арестован
органами
государственной
безопасности.
При
обыске
<...>
на йдены
дне вни ки,
в
которых
и зл аг алась
программа
действий
и
намеча­
лись
пут и
изменения
государственного
строя
СССР .
[Фраза отмечена на
полях
чертой,
обведенной
волнистой
л ини ей.]
Одновременно
со
ЗЛОТВЕ-
РОВЫМ
был
арест о ван
студент
1- го
курса
сценарного
отделения
А.
КА-
Ф А РО В3 9 (комсорг курса).
Арест
<...>
студентов
в
Институте
выз вал
значительное
возбуждение.
На шлис ь
даже
коммунисты
и
комсомольцы,
которые
выступили
в
защиту
арест ован ны х.
В
то
врем я,
когда
проходило
в
кабинете
директора
совещание
с
ком сорг ами
факультетов,
в
институте
возник
стихийный
м и ти нг»40. На этом
м итинг е
студенты
требовали
«дать объяснение по поводу ареста ЗЛОТВЕРО­
ВА
и
КАФАРОВА
<...>
ознакомить
студентов
с
материалами
следс тв ия .
На
митинге
также
раздавались
требования
проведения
открытого
суда.
Был а
избрана
комиссия
из
5 студентов < . ..>
которой
б ыло
поручено
подготовить
письмо
от
имени
уч ащих ся
на
имя
Председателя
Президиума
Верх овн ог о
Совета
СС СР
тов.ВОРОШИЛОВА
и
в
ЦК
ВЛКСМ»41.
Но,
ви д и м о, «комиссию»
удалось
запугать
совместными
ус ил иями
партбюро,
райкома,
горкома,
а
возможно,
и
КГ Б42, и спокойствие восста­
новилось.
О
т ом,
каки е
по след ств ия
это
имело
для
студентов,
уч аст вовавш их
в
волнениях
во
ВГИКе,
отчитался
в
ЦК
ВЛКСМ
секретарь
московского
комсо­
м ола 43: «После имевших место событий в институте 12
и
13 декабря 1956 года,
о дин
из
ярых
д емаг ог ов,
выступавших
на
собрании,
ст уд ент
3-г о
курса
к ом сомо лец
ПЕРОВ
разбирался
на
к омсо мол ьск ом
собрании
группы.
Ему
бы ло
вынесено
комсомольское
взыскание
—
стр ог ий
выговор
с
предупреж­
дением
об
ис кл ючен ии.
На
факультетском
с обра нии
и
на
комитете
комсо­
мола
он
не
разбирался,
так
как
декан
предложил
разбирать
персональное
де ло
ПЕРОВА
на
собрании
факультета
пос ле
экзаменов.
Студенты
нек ом-
сомольцы
АОТЯНУ
и
КУР МА НОВ4 4
обсуждались
на
ку рсов ом
собрании,
где
их
вы сту пл ения
на
митинге
были
осуждены».
Итак,
к
декабрю
1956 г.
ЦК
КП СС
завален
го рой
«копмромата»
на
сту д енто в.
Но
нас,
в
рус ле
избранной
тем ы,
интересует,
как
реализова­
ло сь
наличие
этого
компромата
в
руководящих
партийных
документах,
и
прежде
всего
—
в
письме
ЦК
К ПСС
от
19 декабря .
105

Это
письмо
является,
несомненно,
детищем
уже
нового
пе риод а
—
власти
в
дополнение
к
«послесъездовскому стрессу»
приобрели
еще
«венгерский комплекс» .
Како е
же
соотношение
между
т р адицио нны ми
и
внесудебными
вида ми
реп ресси й
устанавливалось
этим,
безусловно
этап­
ным
для
репрессивной
поли т ики
тех
лет,
док уме нто м?
Прежде
всего,
на
наш
взгляд,
небезынтересно,
что
более
жесткий
проект
письма
в
хо де
доработки
в
Секретариате
ЦК
КПСС
был
смягчен
и
заголовок
окончательного
варианта
стал
открываться
уже
знакомыми
словами
о
«политической работе партийных организаций в массах» .
Перейдем
к
со д ер жанию
ут вержд енн ог о
документа.
Текст
его
организован
сложно.
В
констатирующей
части
просматри­
вают ся
три
раздела,
посвященные
«криминогенным»
со циал ьны м
груп­
па м:
творческой
интеллигенции,
студенчеству
и
реабилитированным.
Но
студенчеству
и
творческой
интеллигенции
посвящены
не
са мые
жесткие
страницы.
К
«политической работе»
с
этим и
группами
карательные
орга­
ны
подключались
не
так
однозначно,
к ак,
например,
с
«ошибочно реаби­
лит ир ов анными» .
Обращение
к
коммунистам
в
органах
су да,
прокуратуры
и
КГБ
(именно это обращение можно рассматривать как запускающее
механизм
уг оловно й
репрессии)
соседствует
с
разделом,
посвященным
реабилитированным.
Подтверждение
нашей
точки
зрения
можно
на йти
в
малоизвестном
выступлении
Хр у щева
на
пленуме
ЦК
в
ко нце
декабря
1956 г.
В
финале
своей
речи
первый
секретарь
сосредоточился
на
ошибках
реабилитации
и,
говоря
о
реабилитированных,
даж е
употребил
слово
«нечистые».
Именно
они
должны
были
привлечь
внимание
«компетент­
ных »
органов
и
вернуться
на
нары.
Воп рос
о
политике
в
отношении
дв ух
остальных
групп
менее
изучен.
О
по л оже нии,
в
котором
оказалась
после
письма
тво рч еская
инте лл иген ­
ция,
уже
мног о
писалось
—
но
исследователи
отмечают,
что
заметных
судебных
реп рессий
не
посл ед ов ало45. Таким образом,
эта
гру ппа
осталась
в
це лом
в
рамках
партийно-административных
мер
воздействия.
Остается
третья
из
перечисленных
гр упп
—
студенческая
молодежь.
Рассмотрим,
как
интерпретировался
зиг заг
политической
линии
на
пленуме
ЦК
ВЛКСМ ,
также
состоявшемся
в
декабре
1956 г.
Пленум
был
посвящен
положению
молодежи
на
целине
и
на
«стройках социализма»,
обеспечению
сносных
материально-бытовых
и
культурных
условий.
Но
на
пленуме
б ыли
затронуты
и
ины е
вопросы.
В
выступлении
секретаря
ЦК
ВЛКСМ
3.Ту ман ово й
ре чь
пошла
о
студенческой
молодежи: «Что же
касается
всяк ог о
рода
антисоветских
и
враждебных
выла зок ,
то,
вид и мо,
здесь
у
Плен ум а
будет
единое
мне ние ,
что
их
на до
р еш ите льно
пресекать.
ЦК
ВЛКСМ
считает
правильными
действия
тех
комсомольских
ор ганиза ­
ций,
к оторы е
студентов,
мне
кажется,
не
оправдывающих
звания
совет­
ских
ст уд енто в,
исключают
из
членов
ВЛКСМ
и
из
институтов).
Был
описан
и
примерный
механизм,
ана л огич ный
тому,
о
ко то ром
говорил
106

Хрущев
в
ноя бре : «В том же Свердловском [Ура л ьс ком]
политехническом
инст иту те
им енно
благодаря
участию
рабочих
в
комсомольском
собрании
удалось
доходчи во
объяснить
студентам
ряд
вопросов
политики
наше й
па рт ии,
по каз ать
им
авангардную
роль
рабочего
класса
в
нашей
стране.
Ра бо чие
прямо
ставили
вопрос:
вы,
мо л,
товарищи
студенты,
уч ите сь
на
на родны е
деньги
и
мы
не
позволим,
чтобы
кто-то
из
вас
неправильно
вел
себя,
а
тем
более
п ороч ил
наш
строй
и
неуважительно
от зы вался
о
нем.
Име нно
под
влиянием
ра бочи х
факультетская
организация,
которая
вна­
ча ле
неправильно
оценивала
действия
и
выступления
злопыхателя
Немел-
кова
и
других,
приняла
р еш ение
об
исключении
его
из
рядов
ВЛКС М
и
из
института46.
То
же
самое
мож но
сказать
и
о
пленуме
Л енинско го
р айком а
комсомола
гор.
Моск вы,
который
очень
при нци пи ально
с
участием
опять-таки
раб о чих
решил
вопрос
о
вы воде
из
состава
п ленум а
райкома
комсомола
комсомольца
Бел ень ко г о47, который не проводил в жизнь решений районного комитета
комсомола
и
пытался
иметь
свою
какую-то
“особую”
позицию,
с вое
“особое”
мне ние
по
вопросам
нашей
комсомольской
раб о ты »48.
На
плену ме
ЦК
ВЛКСМ
«верхушка»
комсомола
бы ла
ознакомлена
с
закрытым
письмом
ЦК
КПСС
от
19 декабря.
Перед
оглашением
письма
в ысту пил
Шелепин
и
сообщил
о
то м,
что
принято
решение
после
обсуж­
дения
в
партийных
ор г анизация х
ознакомить
с
письм о м
вузовское
комсо­
мольское
ру ко вод ст во49 (важная подробность,
если
учесть,
что
это
письмо
было
одним
из
самых
«закрытых»).
Ст ен огра мма
заф ик сир ова ла
пр едв а­
ри тел ьный
комментарий
«вожака»
комсомола: «<...>
надо
по смо тр еть
и
ко е-ко го
освободить
из
ком с омола
и
прежде
всего
из
комсомо льс ких
орг а­
низ а ций
вузов.
Нам
над о
вузы
очистить
от
антисоветских
людей,
от
некоторых
людей,
которые
случайно
попали
т уда,
и
надо
очистить
комсомол.
Но
я
прошу
это
понять
прав иль н о,
не
прин им ать
это
как
ч ис тку.
Ни
в
коем
случае
н ель зя,
чт обы
это
по луч ил ось
как
чистка
комсомольских
орг ан иза ций,
но
коррективы
в
это
дело
внести
надо.
Многие
пр ед лагал и,
чтобы
принимать
в
комсомол
с
16 лет.
ГОЛОСА:
Пра ви льн о.
Ш ЕЛ ЕПИН.
Может
бы ть,
это
и
правильно,
но
надо
в
те ч ение
го да
подождать.
Давайте
дождемся
съезд а
и
на
съезд е
обстоятельно
решим.
Я
бы
просил
всех
това ри щей
согласиться
с
этим.
Это
уставной
в оп рос,
мож ет
быть,
это
и
пра ви льно ,
тогда
обсудим.
А
линию
вот
такую
на до
проводить.
Мы
в
бюро
в
ближайшее
время
будем
эти
вопро сы
обсуждать.
Что
ка сает ся
друг их
элеме н тов ,
тут
вы
знаете,
надо
руководствовать­
ся
указаниями
Ленина
на
этот
сч ет
по
отно шению
к
молодежи.
Есть
у
нас
среди
молод е жи
много
замечательных
товарищей,
но
на
них
влияют
люди.
Нельзя
не
считаться
с
те м,
что,
осуществляя
директивы
XX съезда
КПСС
о
соц иалис тиче с к ой
законности,
мы
много
вы пусти ли
из
тюрем,
да же
и
таких,
ко тор ых,
может
быт ь,
не
на до
было
выпускать.
Это
107

отмечали
и
на
П лен уме
па ртии
(Шелепин имеет в виду речь Хрущева,
о
которой
уже
гов ори ло сь.
—
Г .К.). <...>
Мы
располагаем
фактами,
когда
некоторые
из
них
ведут
вражескую
ра бо ту.
Тут
на до
быть
бдительными,
и
людей ,
которые
будут
вест и
антисоветскую
агитацию,
щадит ь
не
буд ут,
снова
[!] в тюрьмы сажать надо.
Но,
с
другой
стороны,
есть
в
вузах
такие
лю ди:
ему
17 лет,
ш колу
закончил,
пошел
на
первый
курс,
у
него
каш а
в
голове,
ничего
не
соображает.
Ему
кто-то
сказал,
или
он
послушал
Би-би-си
или
«Голос
Аме р ики», или он прочитал газету югославскую «Б орба», или какую -то
польскую
газету
прочитал,
и
он
начинает
соображать.
Я
хочу
привести
ленинское
указание: “<...>
Таким
людям
надо
всячески
помогать,
относясь
как
можно
терпимее
к
их
ошибкам,
стараясь
исправлять
их
постепенно
и
преимущественно
пу тем
убеждения,
а
не
борьбы”50.
Думаю,
это
целиком
и
полностью
относится
к
нашей
рабо те
сейчас
<...>».
Ита к,
к
концу
1956 г.
в
высшем
партийном
рук овод с тве
возобладало
мне ние
о
необходимости
активизировать
деятельность
репрессивных
ор­
ганов.
Однако,
на
наш
взгляд,
приведенные
документы
убе дит ель но
сви ­
дет ельст ву ют ,
что
предпочтение,
во
всяком
случае
в
отношении
молодежи
и
ст у ден чест ва,
отдавалось
иным
мерам
воздействия.
Наш а
т очка
зрения
корректирует
выводы
исследователей,
изучавших
подготовленную
В ерхо в­
ным
с удом
С ССР
«Справку о результатах обобщения судебной практики
по
д елам
о
контрреволюционных
преступлениях».
Они
утверждают,
что
под
у дар
«быть может,
воп ре ки
первоначальному
замыслу
инициат ор о в
Письма
ЦК»
попали
«самые что ни на есть простые люди,
мало
или
вовс е
не
соприкасавшиеся
с
интеллигентской
оппозиционностью»51.
В
«Справ­
ке», охватывающей 1956-1957 гг.,
критиковалось
до пущ енное
в
1957 г.
увеличение
среди
осу жд енн ых
д оли
молоде ж и
(по изученным Верховным
судом
СССР
делам
люди
в
возрасте
до
30 лет составили свыше 30%).
Однако
среди
осужденных
за
1956-1957 гг .
учащиеся
не
составили
боль­
шинства
(6,8 %)52.
Пе ревес
молодежи
(причем в основном школьной)
н абл юд ался
только
по
делам,
связанным
с
изготовлением
и
расп ро стр ан е­
нием
листовок.
Эти
действия
образовывали
состав
преступления,
повы­
шенная
общественная
оп асно сть
которого
в
советское
время
не
вызывала
сомнений.
Но
и
по
таким
делам
два
приговора
—
студента
техникума
и
группы
м олоды х
рабочих
и
учащихся
ФЗО
—
бы ли
признаны
ошибочны­
ми 53, а дело студента прекращено за отсутствием состава преступления по
протесту,
внесенному
Верховным
судом.
В
выводах
«Справки», направленной на свертывание репрессивной
кампании,
—
дано
толкование
письма
от
19 декабря 1956 г.,
полностью
совпадающее
с
н а шим; «В этом письме ЦК партии прямо ориентировал на
необходимость
усиления
бо рьбы
с
сознательными
и
активными
врагами
Советской
власти,
особенно
из
числа
бывших
троцкистов,
правых
оппор­
108

тунистов
и
буржуазных
националистов,
группирующих
вок руг
себя
ант и­
советские
элементы.
<...>
Недопустимы
ни ка кие
послабления,
когда
ре чь
иде т
о
сознательной
деятельности
вражеских
элементов.
Вместе
с
тем
бы ло
бы
совершенно
неправильным
искусственно
увеличивать
судимость
<...>
за
счет
лиц,
хотя
и
допустивших
отдельные
незд ор овы е
и
даж е
вредные
высказывания,
но
сделавших
это
не
из
вр аждеб н ых
побуждений,
а
в
с илу
недостаточной
политической
зрелости,
неправильной
оценки
со бы тий,
некритического
отношения
к
полученной
из
определенных
ис­
точников
ложной
и нформа ц ии
<...>
Во
всех
делах
и
особенно
о
преступ­
лениях,
совершенных
молодежью,
органы
суда
и
предварительного
след­
ст вия
должны
с
особой
тщательностью
выявлять
подстрекателей
к
п ре­
ступлениям»54.
Таким
образом,
в
письме
ЦК
не
было,
да
и
не
мо гло
быть,
отдано
явное
преимущество
судебным
репрессиям
по
сравнению
с
партийно-ад­
министративными
мерами
воздействия.
(Это косвенно подтверждается
тем ,
что
для
подкрепления
выводов
«Справки»
об
издержках
развернув­
шейся
кампании
авторы
апеллируют
к
письму
ЦК .)
Более
того,
даж е
партийно-административные
меры
не
должны
бы ли
приобрести
массовый
характер
—
принять
вид
ч ис тки.
Применять
все
виды
репрессий
сл едо ва­
ло,
как
при ня то
теперь
г овор ит ь, «точечно».
Мы
вовсе
не
намерены
умалить
репрессивный
пот енц иал ,
заложен­
ный
в
письме.
Мы
ли шь
хотим
обрат и ть
в ним ание
на
то,
что
в
тексте
и зна ча льно
была
заложена
определенная
возможность
толкования
п ар­
тийны х
указаний
как
в
жестко
репрессивном,
так
и
в
«мягко воспитатель­
ном»
духе.
Са мо
письмо
ЦК,
формулирующее
своего
ро да
«двуглавую»
политику
в
отношении
оппоз ици онны х
проявлений,
был о,
по-видимому,
результатом
определенного
компромисса.
Реальное
воплощение
э тих
ука ­
заний
зависело
от
того,
как
буде т
складываться
обстановка
в
стране
и,
в
частности,
вероятно,
от
перипетий
п одк ове рной
борьбы
в
высшем
партий­
но-правительственном
руководстве.
По см отрим ,
как
развивались
события
после
декабря
1956 г.
Состоявшийся
в
феврал е
1957 г.
Пленум
ЦК
ВЛКСМ
принял
поста­
но вле ние
«Об улучшении политико -во сп ит а те льн ой
работы
ко мсо мо ль­
ских
организаций
среди
комсомольцев
и
молодежи», в котором отмеча­
лось
то,
что
и
должно
был о
отмечаться
после
письма
ЦК
КП СС
от
19 декабря 55 .
Однако
в
докладе
Шелепина
уже
не
слышно
панических
нот,
звучавших
в
конце
декабря
1956 г.
на
предыдущем
Пле ну м е: «<...>
мы
должны
учить
кадры
и
акт ив
тому,
как
уб еждат ь,
вести
диску с сию.
В
эт ом
случае
все
меньше
будет
комс омол ьс ки х
работников
—
администраторов
и
метод
убежд ения
повсеместно
займет
в
идейн о-в осп итат е льн ой
работе
с
молодежью
главное
мес то.
Об
это м
при х одитс я
говорить
пото му ,
что
сейчас
кое- где
допускается
гру бое
администрирование
в
воспитательной
работе
сре ди
молодежи,
когда
вместо
того,
ч тобы
ответить
человеку
на
109

его
вопрос,
на чина ют
приклеивать
к
нему
ярлыки,
а
ко е-ко го
в ышиба ют
из
комсомола.
Это
н е правиль но.
Студенту
18 лет
—
какой
же
это
ан тисо ветс ки й
элемент?
Ко гда
он
за дал
в опр ос:
расскажите
о
Троцком,
об
его
позиции
в
воп росах
теор ии
госуд арс тв а,
—
то
за
это
сту ден та
вышибли
из
комсомол а
и
из
ин с титу та.
Разве
это
правильно?
Не прав ил ь­
но
это,
товарищи.
Мы
не
можем
в
на шей
вос пит ате льн ой
работе
дейст­
вовать
духом
запугивания.
Это
нев ерно .
<...>
Разъяснять,
объяснять,
а
не
запугивать,
не
приклеивать
ярлыков.
(Вновь,
теперь
уже
ближе
к
тексту,
приведена
та
же
самая
ленинская
цитата.
—
Г . К.) <...>
У
нас
еще
не
перевелись
лю ди,
к от орые
под
флаг ом
свободы
кр ити ки
нередко
пер епевают
мотивы
с
чужого
голоса.
Таких
“критиков”
надо
выводить
на
чистую
воду,
давать
им
решительный
отпор.
Вместе
с
те м,
сле дуе т
строго
отличать
критику,
ведущуюся
с
враждебных
нам
позиций,
от
критики
искренней,
но
неумелой.
К
такого
род а
к ритик е
на до
отн о­
сит ься
внимательно
и
чутк о,
путем
терпеливого
разъяснения
и
убеж де­
ни я,
показывать
к ри тику ющ ему,
в
чем
он
не
прав
и
в
чем
он
заблуждается,
ибо
неправильная
кри тик а,
независимо
от
воли
критикующего,
поддержи­
вает
гнилые
мелкобуржуазные
настроения.
Характерная
че рта
такой
критики
—
раздувание
и
преувеличение
ошибок,
чуждая
нам
сенсацион­
ность
и
рек лама .
Некоторые
товарищи
допускают
серь езн ую
ошибку,
перенося
в
своей
кри ти ке
недостатки
и
пороки
отдельных
руководителей
на
весь
пар тийн ый
и
государственный,
комсомольский
аппарат.
Когда
мы
слышим
в
критике
демагогические
нотки,
надо
в нимат ел ьно
и
терпеливо
разбираться
в
причинах
этого.
Одн ой
из
глав н ых
причин
скороспелых
и
н еоп равд ан ных
обобщений
является,
как
правило,
неболь­
шой
жизненный
оп ыт
некоторых
товарищей,
неумение
проникнуть
в
под ли нную
сущность
дела.
Надо
такж е
не
бояться
по пра вля ть
выступаю­
щих
с
неп рави льн ой
критикой,
ибо
поправлять
—
это
не
значит
глушить
критику»56.
Критерии,
предложенные
Ше лепиным
для
т ого,
чтобы
отделить
коз­
лищ
от
агнцев,
пож ал уй,
ко нк рет нее,
чем
в
ин стр у ктив ных
док уме нта х
кара тел ьн ых
органов.
Но
для
комсомольского
провинциального
аппарата
предложенная
формула
«бархатной»
по л итики
тоже
оставалась
чересчур
тонкой.
Это
про рв ал ось
в
выступлении
П .И.
Решетова,
секретаря
Челя­
бинского
обкома
к омс ом ола : «<...>
нехорошее
поведение
некоторой
части
молодежи,
обстановка,
которая
за
последнее
время
сло жил ась
на
международной
арене,
выступления
студенчества
в
н ашей
стране
не
могли
не
сказаться
и
сказались
на
молодежи
и
комсомольских
организациях
наше й
Челябинской
области.
Так
же,
как
в
ря де
организаций
институтов,
у
нас
студенчество
неправильно
повело
себя,
прежде
все го
в
П олите хни ­
ческом
институте
и
в
Медицинском
челябинском
институте,
у
нас
такие
явления
наблюдались
и
в
школах.
110

Нам
недавно
пришлось
читать
и
разбираться
с
рядом
сочинений
десятиклассников,
представленных
на
четвертных
за че тах
в
школах
ра бо­
чей
молодежи
и
в
средних
школах.
Это
относится
к
дву м
сочинениям
гор ода
Магн ит ог ор ска.
Пер вое
сочинение
—
в
школе
рабочей
мо лод ежи,
второе
—
в
средней
школе.
Од ин
десятиклассник
написал
сочинение
на
тему:
в
жизни
всегда
ес ть
место
[подвигу?] и второе на тему:
мой
любимый
герой.
Они
так
же
пытались,
как
и
в
выступлениях
делали
н аши
литера­
т оры
Сим онов
и
Дудинцев
в
св оем
рома не
«Не хлебом единым», обобщить
некоторые
недостатки,
имеющиеся
в
наш ем
строительстве,
в
частности
и
в
жилищном
строительстве,
и
пытались
клеветать
на
партию,
клеветать
на
комс омол ,
на
нашу
демократию.
В
частности,
в
одном
из
этих
сочинений
десятиклассник
говорит
о
том,
что
профсоюзы
в
нашей
стране
—
это
устаревшая
ор га низа ция,
что
государственные
займы
в
стране
—
это
грабеж
народа
и
молодежи
прежде
всего
на
предприятиях,
что
героев
в
нашей
советской
стране
нельзя
найти,
поскольку
на ша
литература
необъ­
ект ивна ,
не
отражает
действительности
в
нашей
стране.
Такие
настроения
коснулись
и
ряда
нашей
рабочей
молодежи.
К
сожалению,
многие
н аши
комсомольские
организации
оказались
не
на
высоте
положения,
не
смогли
дать
настоящего
отпора
нездоровым
выступ­
ле ниям
некоторой
части
молодежи.
<...>
Четыре
дня
тому
на зад
я
был
на
комсомольском
собрании
на
зав од е,
и
комсомольцы
там
да ли
очень
большой
бой
демагогам
и
людям,
которые
хотели
противопоставить
себя
комсомольской
организации.
Три
часа
шел
это т
бой.
<...>
На до
комсомольским
организациям
д ать
право
самим
разбираться:
кто
демагог
в
орг ан изации
и
кто
нет,
а
не
прятать
эти х
людей.
Мы
же
до
сих
пор
прячем.
А
то
п о луч ается
так,
как
у
нас
в
Челябинске,
в
медицинс ко м
инсти­
туте
студент
Виноградов
заявил,
что
ему
Советская
власть
ничего
не
дала.
Ес ли
бы
его
вы нес ли
на
собрание
ме дицинс ког о
института,
ему
бы
дали,
а
его
провели
по
кабинетам
и
исключили
из
института,
а
после
этого
ид ут
шепотком
всякие
разговоры.
Это
неправильно»57.
Но
трудности
п ровин ц иало в,
в ыпол няв ших
директивы
центра,
прин и­
ма ть
во
внимание
никто
не
собирался.
В
сам ом
начале
марта
появилось
Постановление
Бюро
ЦК
КПСС
по
РСФСР
«О неудовлетворительном состоянии политработы среди интеллиген­
ции
в
Томской
областной
партийной
орга низ а ции »58.
Об
одной
из
возмож­
ных
причин
его
по явл ения
можно
с у дить,
взглянув
на
«Справку о проведении
общеуниверситетского
диспута
на
те му
“Как ты понимаешь роль и место
комсомола
в
тво ей
жи зн и ”»59, направленную в ЦК ВЛКСМ секретарем
Томского
обкома
ко м сом ола: «Диспут был организован комитетом комсомо­
ла
ТГУ
и
с ог ласо ван
с
парткомом
Госуниверситета. <...>
взял
слово
студент
геолого-геофизического
факультета
Шв е йник6 0<...>
Швейник
отрицал,
что
111

комсомол
си лен
с воей
идейной
у беж денн ость ю.
Среди
комс омол ьце в
распространены
следующие
убеждения: “Я никому не верю:
Т ито
не
верю,
Эйзенхауэру
не
верю,
Хрущ е ву
не
верю”
—
та к,
по
мне нию
Швейника,
г овор ят
мн огие
комсомольцы.
“Культ личности,
продолжал
он,
привел
к
стр ашн ым
ош иб кам,
я
зна ю
это
из
рассказов
отца,
проведшего
17летв
лагере
и
сс ылке ”61.
По
утверждению
Швейника,
многие
ст уде нты
гово рят ,
что
Хрущев,
Булганин
“придавили”
Берия
и
де ла ют,
что
хотят.
Он
г овори л,
что
в
теперешних
условиях
“урезанной”
демократии
борьба
с
этими
явлениями
нево змо жна,
что
мы
изолированы
от
внешнего
мира,
что
печать
С овет ск ого
Союза
тенденциозно
освещает
вопросы
политики.
Ве нге р ские
события,
по
его
мнению,
доведены
до
народа
поздно
и
скупо,
речь
Тито
в
Пу ле
полн ос тью
не
опубликована.
Шв ейн ик
предложил
прекратить
глушение
з аруб ежн ых
радиостан­
ций,
дат ь
в
библиотеки
все
реакционные
газеты.
В
конце
речи
Ш ве йник
заявил
о
придавленности
студентов
—
“взнуз ­
дали,
лиш или
самостоятельности,
превратили
в
тупую
армию
зубарей”.
В
свя зи
с
эт им
Ш ве йник
предложил
требовать
создания
автономного
союза
студентов.
Выступление
Швейника
бы ло
встречено
апл о дисме нта ми,
особенно
в
задней
части
зал а.
С
поддержкой
из мыш ле ний
Ш ве йника
выступили
студенты
Соловьев,
Покровский
и
Коля да .
Студент
Соловьев
у тве р ждал,
что
он
не
чувствует
се бя
своб од ны м,
что
комсомольцам
не
с
кого
брать
пример,
что
этого
пр име ра
нельзя
брать
с
коммунистов.
“Я приехал сюда из Мариинска,
и
большинство
коммунис­
тов
нашего
города
—
это
карьеристы
и
пьяниц ы”.
Клевета
Со ловье ва
на
компартию
вызвала
возмущение
значительной
части
присутствующих,
р азда вал ись
в ыкр ики
лишить
Соловьева
слов а.
Далее
Соловьев
го вор ил
о
переписке
с
зарубежными
студентами.
Против
карьеризма
и
приспособленчества
он
предлагал
бороться
путем
стихийных
демонстраций
студентов,
путем
выпуска
своих
“плакатов,
листовок,
газет”.
Здесь
Соловьев
был
прерван
присутствующими
и
вынуж­
ден
был
у йти
с
трибуны.
О
необходимости
“свободной”
ин фор ма ции
говорили
в
своих
выступ­
лениях
ст уде нты
Покровский,
Ко ляд а.
“Самый великий грех,
г оворил
Ко ляд а,
это
сомневаться
в
правильнос­
ти
политики
партии.
Но
ведь
Маркс
такж е
призывал
подвергать
все
со мне нию,
и
сомнение
свойственно
самой
природе
ч е лове ка ”. <...> [Далее
секретарь
обкома,
который
сам
присутствовал
на
дис пут е,
излагает,
как
там
убедительно
разоблачили
«демагогов», не вдаваясь,
впрочем,
в
дета­
л и.]
Областной
и
городской
комитеты
пар тии
на
другой
день
собрали
директоров
вузов,
секретарей
парторганизаций,
ко мсо мо льц ев,
рабочих,
112

да ли
соответствующую
оценку
диспу ту ,
на мет или
целый
ряд
мероприятий
по
улучшению
воспитательной
работы
<...>
Проведены
комсомольские
активы
в
каждом
вузе,
где
дана
оценка
всем
подобного
род а
в ыс ту пле ниям.
Студенты
Швейник,
Соловьев
на
факультетских
комсомольских
со­
бран ия х,
а
затем
на
комитете
комсомола
исключены
из
комсомола
и
из
Университета».
Постановление
Бю ро
ЦК
КП СС
по
РСФСР
указывало
на
«недопус­
тимость
запоздалого,
недостаточно
принципиального
и
острого
реагиро­
вания
на
фа кты
антисоветских
высказываний
и
враждебных
про я вл ений»,
требовало
от
«Бюро обкома КПСС повысить политическую бдительность,
строго
оберегать
чи ст оту
марксистско-ленинской
теории,
решительно
пресекать
демагогические,
ан тип арт ийн ые
выступления,
вести
непримири­
мую
бо рьбу
с
враждебно
настроенными
элементами».
В
постановлении
предлагалось
«особое внимание обратить на ликвидацию запущенности
политико-воспитательной
работы
среди
студентов», но опять в «двугла­
во м»
в ар и а нте : «Терпеливо и вдумчиво вести разъяснительную работу
среди
студентов,
заблуждающихся
в
вопросах
теории
и
полит ики,
вскры­
вать
их
ошибки,
разоблачать
враждебные,
антисоветские
выступления
и
давать
решительный
отпор».
Пред лаг ал ось
также
улучшить
«культурно-
бы тов ые»
условия
студенчества.
Вернемся
к
судьбе
про е кта
постановления
ЦК
КПСС
по
студентам.
16
м арта
1957 г.
он
был
представлен
за
подписями
Е.
Фурцевой,
П.
По спел ов а,
В.
Елютина,
В.
Семичастного
в
Президиум
ЦК
КПСС.
Эта
редакция
проек­
т а62 еще полностью выдержана в духе письма от 19 декабря
—
в
пр еамб уле
перечислены
ву зы,
допустившие
«проколы», и приведены наиболее «з л о в е­
щи е»
приме ры .
Но
название
уже
чуть-чуть
облегчено: «О недостатках в
идейно-политической
работе
сред и
студентов
и
мерах
ее
улучшения».
«Имеются случаи,
ког да
среди
студентов
распространяются
ант ис о­
вет ские
листовки.
Некоторая
часть
студентов
стремится
преувеличить
недостатки
в
работе
вузовских
ком со моль ск их
организаций.
При
этом
отдельные
студенты-комсомольцы
выдвигают
тезис
о
том,
что
ВЛКСМ
як обы
потерял
авангардную
ро ль
среди
советской
молодежи.
<...>
Отрицательная
роль
в
распространении
в сяк ого
рода
ненужной
и
вредной
информации,
которой
п ольз уют ся
студенты,
принадлежит
неко­
торым
иностранным
газетам.
Часть
студентов
слушает
иностранные
ра­
диопередачи,
ч ерез
которые
ведется
антисоветская
про пага нд а».
В
первом
же
пункте
п ост ановля ющ ей
част и
на
пар то рганиз ации
бы ла
возложена
об яза ннос т ь, «настойчиво вести борьбу с буржуазной идеологией
и
разоблачать
враждебную
сущность
антисоветских
элементов».
Другой
важный
для
нашей
те мы
пункт
был
сформулирован
так: «Лиц,
не
оправды­
вающих
высок о го
зв ания
сове тск ог о
студента,
отчислять
из
ву зов
и
направ­
лять
на
производственную
р аб оту».
Одновременно
предполагались
и
ме ры
113

экономического
характера:
понижение
стоимости
биле т ов
в
кино
и
театр ,
на
тра нс порт,
улучшение
сферы
об с лужива ния
и
отдыха
студентов.
Несколько
раз
проект
подвергался
пер ерабо т ке.
Ви димо ,
он
стреми­
тельно
у ст ар евал.
7 марта (то
есть
до
представления
проекта
на
Президи­
ум)
министр
высшего
образования
Ел ютин ,
выступая
в
ЦК
ВЛКСМ
на
семинаре-совещании
се кре тар ей
комитетов
комс омол а
вузов,
сооб щ ил:
«Мы дали директорам указание,
это
кас ае тся
и
общественных
организа­
ций,
и
комсомола
—
против
голого
азарта
администрирования,
ко то рое
отбр ас ыв ает
р аз ъяс нение
и
убеждение;
кон ечн о,
ис ключ ение
из
выс шег о
уче бн ого
заведения
—
это
крайний
шаг,
на
который
над о
идти
только
в
крайнем
с лучае ,
но
прежде
на до
убедиться,
что
все
меры
приня ты ,
к от орые
мо жно
п ринят ь»63.
В
апреле
из
проекта
была
уда ле на
вся
на иболее
зловещая
часть
преамбулы.
В
мае
1957 г.
вышло
постановление
Б юро
ЦК
КПСС
по
РСФСР
«О се­
рь ез ных
недостатках
в
преподавании
общественных
нау к
в
вузах
г.Саратова».
Примечателен
и
умеренный
тон
этого
постановления,
и
то,
что
оно
посвяще­
но
преподавателям,
а
не
студ ен та м64.
В
этом
ме сяце
голос а ,
призывающие
в
большей
мере
использовать
по
отношению
к
молод е жи
методы
убежде­
ния,
ст али
зву чат ь
уже
и
в
партийной
печати.
«Коммунисты переубеждали
и
переубеждают
людей
с
устоявшимися
ошибочными
взглядами,
пр едр ас­
судками.
Что
же
говорить
о
молодежи,
которая
еще
не
име ет
жизненного
опы та
и
закалки,
у
которой
мировоззрение
только
формируется», пишет
журн ал
«Коммунист»65.
А
в
июн е
на
страницах
э того
установочного
журнала
не
только
была
осуждена
практика
исключений
из
партии
в
обход
первичных
о рг аниза ций,
которая
широко
применялась
в
горячую
пору
1956 г .,
но,
боле е
того,
сделан
упор
на
«профилактические»
ме ры:
«Обком не может не беспокоиться о том,
почему
в
какой-либо
районной
организации
чис ло
персональных
дел
не
уменьшается,
а
растет;
он
должен
ан ал изиро в ать
характер
проступков,
выявлять
причины
их
возникновения
и
на
основе
этого
принимать
меры
по
их
предотвращению,
по
усилению
воспитательной
работы
среди
коммунистов»66.
Потепление
затронуло
и
продолжавшуюся
тем
временем
в
Отделе
науки,
вузов
и
ш кол
ЦК
КПСС
работу
над
проектом
постановления
о
студентах.
К
нач алу
ию ня
на
свет
появился
еще
более
м ягкий
вариант.
Процитированный
на ми
пункт
об
исключении
студентов
предстает
с мяг­
ченно: «Клицам,
не
оправдывающим
высокое
звание
советского
студента,
применять
ме ры
общественного
воздействия
—
отчисление
из
в узов »67.
Правда,
экономические
по сулы
стали
менее
конкретны,
пун кт
же
о
льготном
тарифе
на
транспорт
вообще
исчез.
Из
подготовительных
м ате­
риалов
вид но,
что
на
льготы
просто
не
нашлось
средств
(еще в январе 1957 г.
бы ло
п ри нято
решение
выде лит ь
ву зам
Министерства
просвещения
дополни­
114

тел ьно
4 млн рублей68, финансовые вливания получило и МВО,
при
том,
что
сын
Хрущева
сооб щ ает : «В те дни считали каждую копейку»69).
В
итоге
проект
так
и
не
был
рассмотрен.
Характерно,
что
попытка
«антипартийной»
группы
захватить
власть,
задержавшая
укорот
разошедшихся
карательных
органов,
не
ве рнул а
проект
к
жизни.
В
1958 г.
его
отправили
в
архив.
К
этому
времени
бы ло
решено
ввести
новые
правила
приема,
призванные
пол нос тью
«орабо -
чить»
вузы,
а
требование
комсомольского
«лобби»
отчасти
удовлетвори­
ли
еще
в
1957 г.
—
МВО
дало
указание
в во дить
в
ученые
советы
предста­
ви теле й
комсомольских
организаций.
История
того,
как
ис к алось
решение
проблемы
ст уд енч ест ва,
по­
казывает,
что
по
отношению
к
этой
социальной
группе
использовался
широ ки й
набор
мер
воздействия,
но
уголовные
репрессии
не
заняли
среди
них
главенствующего
пол оже ния.
В
преамбулах
прое ктов
поста­
новления
ЦК
КПСС
довольно
ча сто
мелькало
при лага те льн ое
«антисо­
ветские», хотя в группу,
г от ови вшую
постановление,
не
были
включены
пре дстав ител и
КГБ
и
Прокуратуры.
На
наш
взгляд,
это
примечательно
и
знаменует
собой
о пре делен ную
девальвацию
важ ного
для
репрессив­
ной
политики
пон ят ия.
Ес ли
раньше
обвинение,
включа вше е
в
себ я
это
слово,
сулило
лаг ерь ,
то
теперь
партийно-административная
ответст­
вен ност ь
за
действия,
квалифицируемые
в
качестве
«антисоветских»,
вставала
на
равных
с
судебной.
Интересен
вопрос
о
масштабах
пр име не ния
партийно-комсомольских
преследований.
В
свя зи
с
э тим
хотелось
бы
выделить
работу
Н. А.
Барсу­
к о ва70, в которой,
пожалуй,
вп ер вые
ставится
вопрос
о
численности
подвергшихся
взыск ан и ям
(в его статье речь идет только о коммунистах)
в
го ды
ранней
оттепели
за
не
совпавшие
с
линией
партии
выступления.
Пока
мы
не
можем
оперировать
точными
цифрами,
так
как
только
приступаем
к
изучению
партийно-комсомольской
статистики
и
удалось
нам
(и то далеко не полностью)
ознакомиться
со
статистическими
матери­
алами
лиш ь
по
московским
партийной
и
комсомольской
организациям.
Взглянем
на
эти
материалы.
Любопытно,
что
именно
с
1956 г.
в
ежеквартальных
статистических
отчетах
по
МГК
КПСС
появляются
вписанные
от
руки
«причины» (термин
статотчета)
исключения.
Из
них
к
предполагающим
политическую
подо­
плеку
можно
отнести:
-
«Непартийное поведение и притупление партбдительности».
Тер­
мином
«непартийное поведение»
часто
обозначались
и
разного
рода
аморальные,
по
понятиям
того
времени,
пр ост упк и,
но
в
просмотренных
отчетах
«аморалка»
проходит
по
разд елу
«непартийное поведение в
быту».
За
«притуплением бдительности»
может
скрываться,
на прим ер,
допущенный
ли бер али зм
(член бюро комитета ВЛКСМ МГУ получил
выговор,
ко гда
при
обсуждении
одного
из
посещавших
собрания
красно-
115

певцевского
кружка
предложил
воздержаться
от
ис ключ ения
из
комсомо­
ла)
или
невольное
содействие
«преступным»
замыслам
(за подписание
положительной
х ар акте ри стики
«невозвращенцу»
А.
Дольбергу
получили
выговоры
несколько
коммунистов
филф ака
МГУ )71.
Если
за
такой
фор му­
лировкой
и
крылся
п ро сту пок,
то
все
же
не
самый
тяжкий.
-
«Антипартийные и антисоветские поступки».
Это
уже
гораздо
серьезнее,
исключение
с
та кой
форм ули ровк ой
могло
предшествовать
аресту
или
последовать
за
ним.
-
«Соблюдение религиозных обрядов» .
Не
очень
актуальная
«при­
чина»
для
ст оли цы
в
этот
пе ри од.
За
1956-1957 гг.
всего
по
эти м
«причинам»
исключены
58 коммунис­
тов
(в это число входят и кандидаты в члены партии).
Названная
цифра
не
учитывает
дво их
исключенных
с
несколько
неожиданной
формулировкой
—
«измена Родине».
Они
не
учтены
пото­
му,
что
подобное
обвинение
в
СС СР
практически
всегда
бы ло
связано
с
уг оловн ым
осуждением.
В
1956 г.
в
московской
парторганизации
из
пар тии
бы ло
исключено
по
первым
двум
«причинам» 27 человек (22 и 5
соответственно), в
1957 г.
число
исключенных
возросло
до
29 (13 и 16).
Общее
увеличение
незначительно,
но
по
второй
«причине» (уж точно нашей)
произошло
увеличение
бол ее
чем
в
три
р аза.
К
со жа л ению,
из
статотчетов
нельзя
понять,
включены
ли
в
это
число
те,
кто
выбыл
из
партии
в
связи
с
осуждением,
а
таковые
могли
проходить
по
второй
«причине» .
Отсут­
ствует
раск лад ка
по
«причинам»
других
видов
партийных
взысканий
(выговоров и т . п.) .
Положение
со
статистикой
по
комсомолу
еще
хуж е
—
в
отч е тах
пер ви чек
да же
по
исключениям
не
предусматривалось
указание
мотивов.
В
просмотренных
ежеквартальных
отчетах
ра йко мов
ВЛ КСМ
по
Москве
замечена,
п равд а,
одна
особенность
—
практически
во
в сех
районах
чи сло
исключенных
в
I квартале 1957 г.
превышает
(иногда на несколько десят­
ков )
цифр ы
предыдущего
квартала.
Ос но вывая сь
только
на
этих
данны х ,
окончательные
выводы
делать
не льз я,
но
все
же
некоторое
представление
о
количественных
параметрах
партийно-комсомольских
преследований
помогают
составить
информаци­
онные
и
справочные
документы
партии
и
комсомола.
В
з аписке
Ф.
Козлова
(в ту пору
—
глава
ленинградской
организации
К ПС С), поступившей в ЦК в декабре 1956 г . ,
названы
ф а милии
пят ер ых
привлеченных
к
партийно-комсомольской
«ответственности» (абсолютное
большинство
—
за
«враждебные»
высказывания). Там же сообщается еще
о
двух
коммунистах,
меры
в
отно шени и
к от орых
буд ут
пр ин яты
вскоре,
и
о
дв ух
представителях
«несоюзной»
молодежи,
отчисленных
из
вузов.
Итого
девять
человек.
116

В
дв ух
запис ках
отдела
парторганов
ЦК
КПСС
по
РСФ СР
от
ф евраля
1957 г.
сообщается
о
десяти
коммунистах
и
комсомольцах,
наказанных
по
«партийной линии»
за
«высказывания», и о роспуске бюро одной из
парторганизаций
на
строительстве
Куйбышевской
ГЭС.
В
обо их
случаях
мы
не
учитывали
«потерявших бдительность».
К
эти м
цифрам,
только
по
да нным
записки
«О принятых мерах по
фактам
неправильных
и
антисоветских
выс т упл ен ий », подготовленной для
Шелепина,
можно
прибавить
еще
15 человек,
подвергнутых
различного
род а
комсомольским
взысканиям.
На
самом
деле
их
значительно
боль­
ше
—
зап и ска
посвящена
лиш ь
случаям,
о
которых
бы ло
сообщено
в
ЦК
КП СС
в
ноя бре .
Даже
основываясь
исключительно
на
документах
студен­
ческого
отдела
ЦК
ВЛКСМ,
к
эт им
15 можно прибавить еще не менее двух
десятков.
Но
и
это
только
надводная
часть
айсберга
—
поп ав шие
в
поле
зрения
ЦК
ВЛКСМ.
Например
на
бюр о
комитета
ВЛКСМ
МГУ
в
начале
1957 г.
(исправляли ошибки 1956-го )
было
рассмотрено
еще
восемь
дел
с
политической
подоплекой:
трое
бы ли
и сключ ен ы,
пятеро
подверглись
взысканиям,
в
дв ух
случаях
был о
п ринят о
решение
о
ходатайстве
перед
деканатом
об
отчислении.
Множество
пр име ров
па ртийн о-ко мс омольс ких
преследований
рас ­
сыпано
в
публикациях,
статьях
и
мемуарах.
Все
это
позволяет
утверждать,
что
пострадавшие
по
э той
«линии»
в
1956—-1957 гг. ,
по
самым
скромным
подсчетам,
исчисляются
десятками.
Говоря
о
масштабах
общественной
активности
и
формах
ее
под а вле­
ния ,
следует
принять
во
в ним ание
несколько
важных
обстоятельств.
Первое.
Имеющиеся
в
на шем
распоряжении
данные
заведомо
не
полны.
Спущенные
в
теч ени е
года
из
ЦК
КПСС
директивы
недвусмысленно
указы­
ва ли
партийно-комсомольским
организациям
на
«несовместимость»
пребы­
вания
в
их
рядах
«враждебных элементов», ориентировали на «п овыш е ни е
бдительности».
Под
прицелом
оказалась
значительная
по
сво ей
численности
социальная
группа
(несколько миллионов человек)
—
студенчество.
Только
из
упомянутых
в
директивах
п ри меров,
отмечающих
проколы
в
«политико ­
восп ит ат ель ной
ра бо те» (за этим неизбежно следовали «о р гвыво д ы») можно
составить
своеобразный
атлас
«политической географии» . В нег о вой ду т о бе
столицы,
университетские
центры
Урал а,
С иби ри,
Поволжья,
со юзн ых
р ес­
публик.
На
д еле
«география», конечно,
значительно
шире.
Подробного
изучения
тр ебу ют
не
только
про винциаль ные
архивы,
но
да же
фо нды
райкомов
и
первичных
организаций
столицы,
например
А.
Бабенышев
сообщает
о
партийно-комсомольских
преследованиях
в
Мос к овск ом
геолого-тразведочном
институте.
Все
происходило
по
«схеме» 1956 г . :
многочасовое
собрание,
выступления
и
итог
—
«выгна ­
ли
<...>
одного
или
двух,
многие
получили
выговоры
по
партийной
и
комсомольской
линии,
резолюция
собрания
был а
пр из нана
недействи­
т ельн ой,
выбранное
бюро
было
разогнано»72.
О
«нескольких»
ис ключен ­
117

ных,
пос ле
выступлений
в
защиту
арестованных
Зл от вер ова
и
Кафарова,
в спо минае т
вгиковец
Н .К ле йман,
—
студентам
припом нил и
слишком
воль­
ный
капу с тн ик73.
Инф орма ц ия
об
эт их
людях
не
вышла
на
ур овень
высших
и
региональных
политических
инстанций,
с
которыми
в
ос новн ом
работают
исследователи.
В т орое.
Определенный
тип
общественной
активности,
характерный
для
исследуемого
пер ио да:
несамостоятельность
фо рм
и
социальных
тема­
ти к;
акти виза ция
«носителей официальной идеологии»
—
коммунистов
и
комсомольцев;
значительная
доля
участия
в
неортодоксальных
п рояв ле ни­
ях
«воспитуемой»
части
общества
—
молодежи.
Третье.
Общ ее
чи сло
осужденных
в
1956—1957 гг .
по
все й
стране
за
всю
га мму
«контрреволюционных»
преступлений
не
превышает
тре х
с
половиной
тысяч,
а
по
статье
58-10, которая стала в те времена основным
инструментом
борьбы
с
ина ком ы слие м,
—
чу ть
более
двух
тысяч.
Эти
цифры
в
сравнении
со
статистикой
сталинского
периода
пок а зыва ют,
что
введение
в
действие
пис ьма
ЦК
КП СС
от
19 декабря не затронуло
стержневых
понятий
идеологии
новой
репрессивной
политики
— «единич­
ности
нездоровых
настроений»
и
«здорового»
общества.
В
нашем
распо­
ряжении
статис тика
«профилактированных»
в
теч е ние
двадцатилетия
(1967-1987) —
их
число
всегда
(и значительно)
п рев ос ходило
число
осуж­
денных.
Усто йч иво сть
этой
тенденции
позволяет
предположить,
что
и
до
того,
как
профилактику
провозгласили
осно вно й
за дач ей
«орга ­
нов»,
ч исло
профилактированных
по
край ней
м ере
оставалось
на
уровне
ч исла
по павш их
в
тюрьмы
и
лагеря
(исключение может соста ­
вит ь
только
период
разгара
репрессивной
кампании
1957 г.,
когда
практиковались
аресты
профилактированных,
даже
прекративших
дея­
тельность,
вызвавшую
претензии
КГБ).
Реализация
профилактических
мер
воздействия
предполагала
у ча стие
пар тий но- а дмини стр ативны х
и
ком с ом ольс ких
орга нов ; «шлейф»
осуществлявшихся
их
сил ами
пре ­
следований
т я нулся
за
по литиче скими
про цесса ми
конца
50-х
гг.
(наи ­
более
известный
пример
—
дело
Краснопевцева).
А
после
того
как
в
1959 г.
на
XXI съезде КПСС был провозглашен курс на профилактику,
передача
из
КГБ
дел,
возбужденных
в
отношении
молодых
людей,
на
рассмотрение
«общественных»
организаций
сделалась
одним
из
пропа­
гандистских
пр иемо в.
Так ,
в
комсомольской
организации
МГУ
в
1962 г.
было
рассмотрено
персональное
д ело
студентки
экономического
фа­
культета
Р.
Буга й,
которая
не
донесла
о
листовках,
напечатанных
ее
знакомыми
А.
Мурженко
и
В.
Балашовым,
а
в
1963 г.
—
дело
«задумав ­
шего
предательски
бежать
в
Япо н ию»
Б.
Крылова,
выпускника
Инсти­
тута
восточных
языков
при
МГУ.
Пер ечи слен ные
обстоятельства,
на
наш
вз гля д,
заст авл яю т
прини­
мать
во
в нимание
включенность
па рт ий но-к омсо мольс ких
преследований
в
общ ий
концерт
репрессивной
по лити ки.
118

Примечания:
1 Хрестоматийным стал пример с коммунистами философского факультета МГУ,
выс т упле ния
ко тор ых
в
1955 г.
были
признаны
«непартийными», что повлекло
вз ыскан ия .
2 Зезина М.Р.
Шоковая
терапия:
От
1953-г о
к
1956 году //
От ечест вен ная
ис то­
рия.
1995.
No
2.
С . 124, 130.
3 Орлов Ю. Ф.
Оп ас ные
мысли:
Мемуары
из
русской
жизни.
М.:
Аргументы
и
факты, 1992.
С. 117.
4 «Литературную же молодежь [Лен ин града]
не
тронули.
То
е сть
«выводы»
последовали,
но
не
сам ые
к райн ие
<...>
в
тюрь м ах
и
л агер ях
сидели
не
мы,
а
д р уг ие » (Британишский В.
Студенческое
поэтическое
движение
в
Лен инг р аде
в
начале
о тт епели
// Новое литературное обозрение.
1995.
No
14.
С . 177).
5 Исключение составляют «п е рв ичк и»
МГУ :
Таранов
Е.
Раскачаем
Ленинские
горы< .. .> // Свободная мысль.
1993.
No
3; Зубарев Д.И.
«Принято единоглас­
но»: Б.Пастернак,
Р.Якобсон
и
Вяч.Вс.Иванов
пе ред
судом
пар тбюр о.
В
печа­
ти;
Зуб арев
Д.И .
Последний
к осмоп олит .
Готовится
к
печ а ти;
Куз нецов
В.
Исто ри я
одной
компании.
М.:
Изд.
авто ра, 1995.
6 Лейбович О . Л.
Реформа
и
модернизация
в
1953-64 гг . /
Пермск ий
го с.
уни вер­
ситет.
Пе рм ь, 1993; Лейбович О.Л .
Д ело
И.Ша рап ова :
Доклад
на
к онф еренц ии
«Постсталинский тоталитаризм:
сущность,
оппозиция,
реп ресси и» (г .Ч усов ой,
12-15 сент .
1995); Коробова Е.
Ю.Г.Оксман
в
С арато ве
1947-1957 гг.
(См .
с. 145-154 настоящего сборника); Диссертацию на соискание степени доктора
исторических
наук,
в
кот орой
бу дут
использованы
документы
Свердловского
об­
ко ма
КПСС,
готовит
исследователь
Л.Прищепа.
Видимо,
с
использованием
ма те­
риалов
местного
партархива
был
подготовлен
и
доклад
Г.А.Будкина
«Политичес ­
кие
вз гля ды
и
настроения
преподавателей
и
ст уде нтов
вузов
В ерхнего
Поволжь я
в
1956-1961 годах» (История российской интеллигенции:
Материалы
и
тезисы
к
конференции.
4.1-2 / АвГАДИ (Т ехни чес ки й
университет).
М ., 1995. 4.2).
7 Кроме,
по жалу й,
книги
В.А.
Алек сеева
«Штурм небес отменяется?: Критичес­
кие
очерки
по
истор ии
борьбы
с
религией
в
СССР» (М.:
Изд.
центр
«Россия
мо ло да я», 1992).
Исследователи
ИРИ
РАН
ведут
поис к
в
Центральном
а рхиве
общественных
движ ен ий
г. Москвы
(ЦАОДМ,
бывший
московский
городской
па рт архи в)
и
в
Цен тре
хранения
д ок умен тов
мол оде жных
организаций
(ЦХДМО,
бывший
архив
ЦК
ВЛКСМ )
матери алов
к
книге
«Университетское дело» .
В
г от овящ ей­
ся
к
печати
книге
Л.В.Поликовской
о
не фо рмаль ных
собраниях
мо лоде жи
на
пл ощад и
Маяковского
будет
опубликован
ряд
д ок умен тов
к омс омоль ск их
«первичек», райкомов,
МГК
и
ЦК
ВАКСМ.
8 Сборник материалов конференции «Ди сси дент ско е
движение
в
ССС Р:
Пр едмет
исследования:
Ист очни ки:
Методика
из уче ни я ». ( Москва, 24-25 авг.
1992).
Готовится
к
печати;
Сб орни к
ма т ери алов
конференции
«Постсталинский тота­
лит аризм :
сущность,
оппозиция,
репр ессии » (г.Чус ово й, 12-15 сент.
1995).
Готовится
к
печ а ти.
9 Ленин В.И.
Поли.
соб р.
соч.
Т .12.
С. 102-103.
10 Поскольку не всегда удается проследить дальнейшие судьбы людей,
уп омяну ты х
в
архи вн ых
документах,
воспользуемся
мемуаристикой.
Физик
Ю. Орл ов
(впоследст ­
вии
известный
правозащитник
и
политзаключенный)
был
одним
из
тех,
кто
в ысту­
119

пил
на
партсобрании
в
Теплотехнической
лаборатории
АН
СССР.
После
ис­
ключения
из
КПСС
он
су мел
найти
работу
по
сп ец иал ьн ости
только
в
Ар ме­
нии,
куд а
вынужден
был
уехать
на
долгие
г оды.
С м.:
Орл ов
Ю. Ф.
Указ.
со ч.
В. Буковский
оп и сывает,
как
выпущенный
в
его
к лассе
рукописный
журнал
стал
пр едмет ом
разбирательства
в
горк ом е
КПСС,
куда
был
вызван
и
он,
несмотря
на
то,
что
не
состоял
в
В ЛК СМ: «Когда я кончил,
они
молчали.
Нако не ц
главный
боров,
глядя
к уда-т о
мим о
м еня,
изрек:
-
У
вас
очень
н евер ные
мысли,
вы
политически
не зре лый,
и
на
вас
ду рно
вли яют .
—
Тут
весь
стол
опять
зашевелил ся,
задвигался: «Да-да,
политически
незрелый,
да-д а,
дурно
влияют!»
-
Мы
<...>
пришли
к
вывод у,
что
вам
ну жно
п оварит ь ся
в
раб очем
котле,
по жить
в
ха-ро шем
рабоч ем
коллективе,
чтобы
вам
там
вправили
мозги
<...>
-
Уч ит ься
вам
пока
пр ежд евремен но .
Вмес то
т ого,
чтобы
писать
<...>
нужно
было
собраться
и
почитать
се мил ет ний
план.
Мо жете
идти».
Ког да
избежавший
«рабочего котла» (еще не взятый в оборот,
но
уже
на
заметке
у
КГ Б)
Буковский
п ы тался
восст ановит ь ся
в
МГУ ,
«против <. . .>
восстановления
выступил
ко мите т
ком сом ол а»
и
ему
был о
отказано
«как
несоответствующему
облику
со ветск ого
студ ент а» .
Попытка
объ ясни т ься
в
ву зк оме
о ко нчи лась
гневными
кр ика ми: «Еще вопросы пришел задавать!
Разве
вам
не
объяснили,
что
запретили
учиться
в
институте?
А
потом,
разве
вы
не
ч ита ете
газет?
Таким,
как
вы,
не
место
в
уни ве рс ит ет е!» (Буковский В .К .
И
возвращается
ветер.
М.:
Демократическая
Ро сси я, 1990.
С. 100, 117-118).
11 Амальрик А. А .
П ро сущ ес твует
ли
Советский
Союз
до
1984 года? // Погруже­
ние
в
тр яси ну.
М.:
Прогресс, 1991.
С.655.
12 Зезина М.Р.
Ука з.
соч.
С. 129.
13 КПСС в резолюциях и решениях съездов,
конференций
и
пленумов
ЦК.
Т. 8.
М.:
По ли тиз да т, 1985.
С.122.
14 Подробнее об этом см .
источники
к
нашей
с
А.Па повя но м
публ ика ции
«Гроза
в
н ачале
оттеп ели » (Общая газета .
1996. 7
марта.
С . 10), хранящиеся в фонде
копийных
матер и ало в
из
г осударст венных
и
ведомственных
архивов
(Архив
НИПЦ
«Мемориал».
Ф. 17 2).
15 Словарь по партийному строительству.
М.:
Политиздат, 1987.
С .79.
16 ЦХДМО .
Ф .1.
Оп.32.
Е . х.804.
Л. 1 10-112, 116, 120-121.
17 Там же.
Оп. 46.
Е. х.192.
Л.7-8 .
18 Там же.
Л .6 6-67.
19 Иофе В.
Само де ятель ны е
общественные
орг ани заци и
как
фак тор
историческо­
го
процесса:
Проблемы
ти пол огии
и
пери оди заци и
// Сборник материалов
конференции
«Диссидентское движение в СССР:
Пред мет
исследования:
Ис­
то чник и:
Метод и ка
изучения».
20 ЦХДМО.
Ф. 1.
Оп.46.
Е . х.198.
Л .25.
21 Британишский В.
Указ.
со ч.
С. 174.
22 Архив НИПЦ « Мемо р и ал».
Ф.162 (Коллекция «У ст на я
история»).
Интервью
К .А.Лю б ар ского
(1995).
23 «Уничтожь свою антологию.
Ею
в
парткоме
интересуются»
—
совет
доброже­
лателя
в
1955 г.
См .:
Ло сев
Л.
Тулупы
мы
// Новое литературное обозрение .
1995.
No
14.
С .215.
См.
также:
Самиздат:
По
мат ериалам
конф еренц ии
«30 лет
120

независимой
пе чат и, 1950-80
годы».
СП б., 25-27
апреля
1992 г.
/ НИПЦ
«Мемориал».
СП б., 1992.
С. 26.
24 В данном случае мы опираемся на работу Е. Та ра н о ва,
исследования
Д. Зубарева
и
свои
со бств енн ые,
источниками
для
ко то рых
послужили
документы
парткома
и
коми те та
ВЛКСМ
МГ У,
а
также
документы
ЦК
и
МГК
КПС С/В АКС М,
касающие­
ся
партийно-комсомольских
преследований
в
Московском
уни верси тете.
25 Л.Л осев
пишет
о
т ом,
как
в
последние
годы
жизни
Ст али на
выход ка
несколь­
ких
студентов
ЛГУ
стала
т рампл ин ом
для
кар ьер
«массы молодых прохвостов
<...>
п ояви лось
ког о
шельмовать,
дем онст ри руя
собственную
идейность
и
бди­
т ельн ост ь,
на
как ом
основ ани и
подсиживать
—
не
проявивш е е
достаточной
бдительности
—
начальство
и
т.д
и
т.п .» (Лосев Л .
У каз.
с оч.
С. 210).
26 ЦХДМО.
Ф .1.
Оп.32.
Е. х.804.
Л .1 44 -146.
27НаV
Пленуме
ЦК
ВЛ КСМ
(апрель 1956) весьма либерально выступил редактор
«Комсомольской правды»
Д .П.Горю нов: « <...>
мы
описывали
об
одном
слу­
чае
в
Чувашии,
в
Мары йск ом
пос аде
в
техникуме
на
к омсомо ль ско м
собрании.
Об сужд ал ись
всякие
мирные
проблемы.
Один
к ом сом олец
встал
и
ск аз ал:
нельзя
ли
при
принятии
решения
записать
в
пункте,
чтобы
организовать
ле к­
цию,
из
к отор ой
ст ало
бы
ясным,
почему
в
г ороде
таки е
труд но сти
с
продо­
вольствием?
Что
же
вы
думаете?
По сле
этого
собр ан ия
этого
студента
в ызвал
к
себ е
секретарь
к о митета
к омсомола,
закрыл
дверь,
разложил
на
ст оле
чи с­
тый
ли ст
бумаги
и
начал
задавать
такие
вопросы:
-
Кто
ваши
род ит ели ? (Смех) .
-
По
своей
ли
воле
вы
вступили
в
комсомол
и
т.д .?
Это
был о
настоящее
следствие.
Парня
пот ом
начали
пре следов ать ,
устрои­
ли
ему
сп ециа л ьный
экзамен
по
последним
решениям
партии
и
пр авитель ст ва:
деск ат ь,
он
не
разбирается
в
политической
об стан овк е;
хотели
даже
исклю­
чи ть
чело век а
из
техникума.
Ну,
товарищи,
как
же
можно
при
таких
милицейских
порядках
у ст ановит ь
настоящую
д емок рати ю
на
к ом сом ольск их
соб рания х? <...>
К
сож але нию,
под обны е
фа кты,
которыми
ра сп ола гает
редакция,
не
ед и­
ни чны.
Поп роб уй
после
э того
на
к омс омоль ском
соб ран ии
задать
какой-ни­
будь
вопрос?<...>
Недавно
мы
столк нулись
с
созданием
так
называемой
тайной
орг ан изац ии
в
одной
из
школ
Узбекской
республики.
Товарищи,
создаются
таки е
тайные
организации,
и
их,
к
нашему
стыду,
нема л о.
Это
го вор ит
о
т ом,
что
у
нас
хор оша я
мол одежь ,
но
она
не
нах одит
пр им е нения
в
к омсомоле,
где
все
решают
ст арш ие,
и
в
результате
ребята
организуют
так
наз ываем ые
тайные
орг аниз аци и.
С
как ой
программой?
С
самой
пат ри оти ческ ой:
бороться
за
успеваемость,
бороться
с
хулиганством,
помогать
больным
и
т. д.
А
мы
приходим
в
испуг
и
недо у ме ние:
откуда
взялись
эти
орг аниз аци и?
Мы
разгоняем
эти
орг аниз аци и
и
опять-таки
чуть
ли
не
милицейскими
при емами ». (ЦХДМО.
Ф. 1.
Оп .2.
Е. х.347.
Л. 136-137, 139).
28 Авторы сами отмечают статьи в партийной периодике,
которые
п од держива ли
на чина ни я,
направленн ые
на
ра зви тие
самод ея те льн ост и
студ ентов,
связанные
с
эт им
по пыт ки
профсоюзных
комитетов
хо ть
как-то
об оз на чить
с вое
сущест­
вование.
(Британишский В.
Указ.
соч.
С. 173,174).
«На комсомольских конференциях стали поговаривать,
а
в
пре ссе
п опис ы­
ва ть,
что
надо
«быть ближе к массам», что «п ора
изгонять
формализм
в
121

29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
работе
с
молодежью». (Самиздат(По
м атери ала м
кон ферен ции
«30 лет неза ­
ви си мой
п ечат и, 1950-80
го д ы»<...>
С .25.
См.
также
С.2 4, 26, 29, 37).
ЦАОДМ.
Ф. 4.
О п.113.
Е .х.41.
Л .89-134.
Митинг
московской
молодежи,
посвященный
награ жден ию
ко мсомола
орденом
Ленина
// Правда.
1956. 10 нояб .
С. 2.
ЦХДМО.
Ф.1
О п.46.
Е . х.191.
Л. 5-16.
Там
же.
Е . х.192.
Л. 48-57.
Ц ХСД.
Ф .5.
Оп.ЗО.
Е. х.181 (р.4586).
Л. 87.
ЦХСД.
Ф .4.
О п.16.
Е.х.1098 (р. 3415).
Поначалу
было
реш ено
отчислить
всех.
«<...>
партбюро
создало
специальную
к ом иссию
по
изуч ению
его
[«Литературного бюллетеня»] и на своем заседа ­
нии
14 ноября 1956 года дало правильную оценку деятельности редакции < ...>
содержание
«Литературного бюллетеня»
No
4 квалифицировалось как антисо ­
ветское,
со став
редк о ллеги и
распускался,
деканату
фа ку ль тета
рек омен довался
ряд
лиц,
наиболее
ра зла гаю ще
действующих
на
студентов
(БЕЛЕЦКОГО М. ,
ПОЛЮСЮКА
Ю.,
СТОЦ КО ГО
Э.,
ВАЙНШ ТЕ ЙН А
и
ВОЛКОНСКОГО), пред­
с тав ить
к
отчи слени ю
из
числа
ст удент ов
и
ас п ир ан тов ». (ЦАОДМ.
Ф .4.
О п.113.
Е . х.41.
Л. 16-60).
Белецкий
Ми хаил
Иванови ч
(р.1934), киевлянин,
с ту дент
математического
от­
деления
м ехмат а
МГУ.
Ему
пришлось
до учиват ься
в
Ереван ско м
гос.
универси­
тет е.
Э.Ст оц кий
также
был
при ну жден
поки нуть
МГУ
(ему «помогло»
слабое
здоровье
—
устранение
было
оформлено
как
академический
отпуск).
Ц ХСД.
Ф .4.
О п.16.
Е .х.1098 (р. 3415).
Л. 48-49.
Злотверов
(Злотвер)
Вл ад имир
Михайлович
(р. 1925) так же,
как
и
Белецкий,
редкий
приме р
сту д ента-н еко мсомо ль ца
в
50-е
гг.
О сужд ен
в
июне
1957 г.
по
ст. 58-10к6
годам
лагеря
(срок отбывал в Дубравлаге)
и
3 годам ссылки .
Освободился
в
1962 г.
Кафаров
Али
Гусейнович
(р.1935), осужден в феврале 1957 г.
по
с т.58-10 к 3
годам
л агер я.
Срок
о тбы вал
в
Д убравлаг е.
Освобод ился
по
зачет ам
в
1958 г.
ЦХСД.
Ф .4.
Оп. 16.
Е.
х. 1098 (р . 3415).
Л. 50-52.
Там
же.
Будущий
ген ер ал
КГБ
Ф.Бобков
в
эту
горячую
пор у
побывал
в
МГУ
и
во
ВГИКе
и
встр еч ался
со
студентами.
(Бобков Ф. Д.
КГБ
и
власть.
М.:
Ветеран
М П, 1995.
С. 1 44).
ЦХДМО.
Ф .1.
Оп .46.
Е . х.192.
Л .232.
К
записке
о
ВГИКе
приложены
сведения
об
ар ест ованн ы х,
а
та кже
о
других
сту д ен тах,
участ вова вши х
в
событиях,
кое - что
м н ог означи т ельно
подчеркнуто.
Лотяну
Эмил ь
Владимирович
(р. 1936), ныне известный кинорежиссер — «<...>
дл итель ное
вр емя
проживал
в
Западной
Украине,
отец
его
был
членом
пар т ии,
п осле
во йны
ра бо тал
секретарем
обкома
парт ии,
затем
работал
п репод ават е­
лем
и
умер.
Мать
в
настоящее
время
преподает
в
институте
им.Ленина
в
Бухаресте.
ЛОТЯНУ
после
окончания
учебы
в
Молдавии
работал
некоторое
время
лектором
ЦК
комсомола
Молдавии.
В
1956 году ЛОТЯНУ поступил во
ВГИК».
Курмано в
Валентин
Иванови ч
(р. 1934).
—
«В 1943 году в период оккупации
вся
семья ,
за
и сключен ием
отц а,
б ыла
в ывез ена
в
Германию
и
на ход илас ь
там
122

до
конца
войн ы.
По сле
войны
его
мать
работала
в
сове тск ой
комендатуре
в
г .Поз на ни.
В
1953 г.
оконч ил
ли цей
в
Познани» (Тамже.
Л. 233-234).
45 Зезина М.Р.
Указ.
соч.
С.132.
46Из «Информации[ЦК
ВЛ КСМ
в
ЦК
КПСС]
о
фактах
неправильных
и
антисо­
ветских
выступлений
некоторых
студентов
(на 15 ноября с . г .)» (ноябрь
1956 г . ): «На отчетно-вы бор ной
к омсомольск ой
конференции
[31 октября]
ст у­
де нт
IV курса физико- тех ни че ск ого
факультета
Н емелк ов
выступил
с
антисо­
ветскими
и
дем аг огич еским и
заявлениями.
Он
д опуст ил
грубые
клеветнические
выпады
прот ив
Ком муни ст ической
парт и и,
со ветс к ого
народа
и
ком сом ола.
Не дос татк и
в
хозяйственном
стр ои тель стве ,
вскрытые
и
раскритикованные
в
ря де
ши роко
известных
парти йн ых
док ум ент ов,
Н емелк ов,
злобно
смак уя ,
преподнес
конференции
как
результат
якобы
неп рави ль ной
поли тик и
партии
и
п равит ель ств а,
как
следствие
якобы
существующего
в
стране
зажима
демокра­
т ии,
отсутствия
свобод ы
и
инициативы.
Секретарь
бюро
ВЛ КСМ
физико-тех­
нического
факу л ьте та
Пич асов
зач и тал
на
конференции
заявление
от
д еле га­
ции
факультета,
в
ко то ром
не
б ыло
д ано
правильной
и
острой
оценки
выступления
Немелк о ва
и
д елали сь
по пы тки
навязать
кон ф еренц ии
дискуссию
о
том,
является
ли
к омсомол
политической
организацией.
Наряду
с
этим,
в
заявлении
вы ставля лос ь
треб ован ие
политических
диск уссий
о
внутренней
и
в неш ней
политике».
Из
записки
А.Н .Шелеп ин у
«О принятых мерах по фактам неправильных и
ан тисо вет ских
выс т упле ний » (апрель 1957 г.): «Гор.Сверд лов ск .
По
фактам
неп равильн ог о,
к левет ни ческ ог о,
антисоветского
выст упл е ния
Н емелк ова
были
проведены
собрания
к омсомольск и х
групп
и
факультетские
активы.
К омсо­
моль ск ая
организация
физико-технического
факул ьт ета,
делегатом
от
к отор ой
был
Нем елк ов,
исключила
его
из
к омс омола
и
поставила
воп рос
перед
дирек­
ци ей
об
отчислении
его
из
института.
Немелко в
из
института
был
исключен.
Так
же
при нц ипи ально
и
строго
подошли
к ом сом оль ские
организации
к
дру­
гим
студентам,
выступления
которых
содержали
неправильные
взгляды»
(ЦХДМО .
Ф. 1.
Оп.46.
Е . х.199.
Л .172-178, Е. х.192.
Л. 145-149).
47 Беленький Борис Леонидович (1934-1996), еврей,
образование
не полн ое
выс­
ш ее,
ч лен
ВЛКСМ
с
1948 года,
сту дент
М оск овск ого
гор ного
института.
Реше­
н ием
пле нум а
Ле ни нс кого
РК
ВЛКСМ
от
28 ноября 1956 г.
«за допущенные
ошибки
и
политически
не пра вил ьные
действия»
выведен
из
со став а
Ленинско­
го
райк ом а
ВЛКСМ
и
исключен
из
рядов
ВЛКСМ.
Апелляция
на
заседании
бюро
МГК
ВЛКСМ
от
18.12 .1956 г.
от клон ена» (ЦАОДМ.
Ф .635.
Оп .13.
Е.
х. 512.
Л.10).
48 Из записки А .Н. Шелеп ин у
«О принятых мерах по фактам неправильных и
ан ти совет ски х
выс т упле ний» (апрель 1957 г. ): «Студенты 5- го
курса
Г орного
института
Беленький
и
1-го
кур са
Этк ин
исключены
из
ком сом ола
и
из
инсти­
тута.
Студенты
то го
же
института
Грохотов
и
Радепкий
исключены
из
инсти­
т ута
с
объ явлени ем
стр ог их
к омсомоль ск их
взыск ани й» (ЦХДМО.
Ф .1.
Оп .46.
Е .х.199.
Л .1 72).
Пример
Беленького
был
использован
секретарем
Ленинского
РК
ВЛКСМ
г.Москвы
для
подтверждения
одного
из
основных
выводов
статьи
в
журнале
«Молодой коммунист» .
В
ней
комсомольским
организациям
пре длаг ало сь
вы­
вести
«на чистую воду»
бол туно в,
безд ельн ико в
и
демагогов: «В Горном
институте
студенты
Гро хото в,
Свирский,
Эткин,
Лисицкий
поз вол или
себе
демагогические
и,
прямо
скажем,
не
верные
в ыск азыв ания .
Когда
им
пы тались
123

49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
разъяснить
ошибочность
их
взг ля дов,
они
упорно
стояли
на
своем.
Таким
взг ляд ам
над о
давать
решительный
отпор.
К
с ожалени ю,
не
все
на ши
активис­
ты
оказались
сп особн ым и
на
это.
Политическую
не зрел ость
проя вил
такж е
заместитель
секретаря
ко мсомол ьск ой
организации
э того
института
студент
5- го
кур са
Борис
Беленький.
Он
всячески
под держ и вал
эти
«искренние», по
его
мне ни ю,
выст уплени я.
Он
доказывал,
что
политические
ошибки
не
подл е­
жат
обсуждению,
что
их
надо
толь ко
разъяснять.
Стихийность
и
н еорг ан изо­
ванность
сред и
некоторой
ча сти
студентов
Беленький
пытался
представить
как
проявление
дальнейшей
демократизации
внутри
комсомольской
жизни.
Не
правильное
поведение
Беленького
не
так
да вно
обс ужд алось
у
нас
на
п лен уме
РК
ко мсом ола.
Члены
ра йко ма
в
большинстве
своем
дали
решительный
отпор
вредным
настроениям
и
неправильным
действиям
Б елен ьк ого» (Келарев Ю.
Ро ль
к омсо моль ско й
организации
в
в о спит ании
студенчества
// Молодой ком­
мунис т .
1957.
No
1.
С. 44-47).
В
ЦХДМО
в
фонде
отдела
сту денч еск ой
молодежи
(Ф .46) находится проект
комсомольского
закрытого
пи сьм а,
аналогичного
письму
ЦК
КПСС.
Весь
ко м­
плекс
документов,
к
сожалению,
изучить
полностью
не
удалось.
Появи вшая ся
в
янв аре
1995 г.
директива
пре дсед ат еля
комиссии
по
рассекречиванию
партий­
н о-к омсом оль ск их
до кум ен тов
С.Н.Красавченко
з начи тель но
усл ожни ла
п роце­
дур у
рассекречивания,
поэтому
сказать
т очно,
было
ли
это
письмо
подготовле­
но
и
разослано,
пока
нельзя,
но
похоже,
что
не т.
Бюро
ЦК
ВЛКСМ
до лжно
было
утвердить
«письмо» 25 декабря,
но
в
перечне
вопросов,
рассмотренных
на
бюро,
сведений
о
том,
состоялось
ли
ут вержден ие,
не
обнару ж ено.
Цитата
не
точн а,
но
смысл
п еред ан
верно.
См.:
Ленин
В. И.
Поли.
собр.
соч.
Т.ЗО.
С .226.
Л.Д[аниэль], А.Р[огинский].
Сп равк а
о
результатах
обо бще ния
судебной
пра к­
тики
по
дел ам
о
к онт ррев олюц ион ных
преступлениях:
Из
документов
Минис­
терства
ю ст иции
1958 года //
Мемориал-Аспект.
1994.
С ент.
С.8.
ГАР Ф.
Ф .9474.
Оп .16.
Е . х.648.
Л .71.
Там
же.
Л. 37, 40.
Там
же.
Л. 72 -73.
Постановление
VII Пленума ЦК ВЛКСМ от 27.02.1957 // Справочник партий­
н ого
раб отн и ка.
В ып.1.
М.;
Госп олит из дат , 1957.
С. 585.
ЦХДМО.
Ф .1.
Оп.2.
Е .х.356.
Л .112.
Там
же.
Л. 182.
Постановление
Б юро
ЦК
КПСС
по
РСФСР
от
02.03 .57 // Там же.
С .380-381.
ЦХДМО.
Ф .1.
Оп .46.
Е . х.198.
Л. 106-108.
Швейник
Г е оргий
Фил иппо вич
(р. 1936), арестован 31 декабря 1956 г. ,
осужден
Том ски м
облсудом
по
с т.58-10 ч.1, 182 ч.4
УК
РСФСР.
Срок
отбывал
в
Озер-
лаг е
и
Ду бравл аге.
Освоб о дил ся
в
1960 г.
На
наш
взг ля д,
в
соо тветстви и
с
духом
письма
от
19 декабря это обстоятель ­
ств о
и
стало
осн ов ной
при чин ой
осуждения
Швейника.
ЦХС Д.
Ф. 4.
О п.16.
Е . х.238 (р.З ЗО5).
Л .4-14 .
ЦХД МО.
Ф. 1.
Оп.5.
Е. х .644.
Л .29.
Постановление
Бю ро
ЦК
КПСС
по
РСФСР
от
06.05.1957 // Справочник пар­
ти йн ого
работника.
Вып .1.
С .3 97-398 .
124

65 Бурлацкий Ф .
Заметки
об
ид ейн ой
жизни
в
вуз ах
// Коммунист.
1957.
No
7.
С.119.
Авт ором
был а
предложена
и
предпочтительная
м одель
реаг ир овани я:
«В партийном Бюро Казанского университета стало известно,
что
оди н
из
студентов
4-г о
курса
фи з ик о-математи ческ ого
фа кул ьте та,
к омсомолец,
ч асто
высказывает
пут аны е,
сбивчивые
мнения.
У
него
бы ли
неверн ые
пре дст авлен ия
о
поли тик е
партии
и
Советской
власти,
о
решениях,
которые
сыгр али
б ол ьшую
роль
в
социалистическом
развитии
нашей
страны.
Секретарь
партийного
бю ро,
п репо дават ель
ка фед ры
истории
КПСС,
в
б есед ах
с
ним
и
наедине
и
в
при сут ­
ствии
других
студентов
ответил
на
мно гие
вопросы,
о тветил
по
парт и йном у,
при нципиа ль но
и
п равд иво,
об ращ ая
внимание
на
суть
д ела,
на
успехи
в
решении
ко ренн ых
про бле м
социалистического
строительства
в
СССР,
но
и
не
замалчивая
недостатков,
трудностей,
которые
преодолевались,
п реод ол ев ают­
ся
и
сейчас.
По сле
бесед,
когда
на
все
вопросы
бы ли
даны
исчерпывающие
от веты,
этот
ст уд ент
иск ренн е
ск аза л: «Какая же у меня в голове была
теоретическая
каша!
Но
почему
на
семинарах
нам
ни ко гда
не
разъясняли
эти
воп росы,
не
рассеивали
возникавшие
у
нас
сомне ни я?”» (С. 118).
66 Бойцов И .
О
с облю де нии
т реб овани й
ус тава
КПСС
при
ре ше нии
в опросов
о
члена х
партии
// Там же.
No
8.
С. 71.
67 ЦХСД .
Ф. 4.
Оп.16.
Е . х.238 (р.З З О5).
Л .34.
68 ЦАОДМ.
Ф .1934.
О п.6.
Е . х.67.
Л.4.
69 Хрущев С.Н.
Ука з.
соч.
С .221.
70 Барсуков Н.
Оборотная
сторона
«оттепели»: Историко-д оку мен тал ьн ый
очерк
// Кентавр .
1993.
No
4.
С. 138.
71 См.
также
фина л
процитированного
сюжета
из
ме муа ров
Буковского:
«<...>Д и ре кто ра
сняли
с
ра бо ты,
отцу
дал и
выг овор
по
парт и йной
линии,
школу
вычеркнули
из
какого-то
там
межрайонного
со ревн ова ни я» (С. 100).
72 Интервью с А. Ба бен ышев ым//
Архив
НИПЦ
«Мемориал» .
Ф.162. (Колле к ция
«Устная история»).
Отметим,
что
и
Британишский,
и
Бабенышев
вспоминают
о
волнениях
студенчества
в
Питере
и
Москве
как
об
общ ег ород ски х
явле ниях.
73 Клейман Н .
Финал
еще
о ткр ыт...
// Искусство кино .
1994.
No
10.
С .6.

Николай
Костенко,
Геннадий
Кузовкин,
Сергей
Л укашевски й ,
(Москва)
«ВРЕД,
НА НЕСЕН НЫ Й
ВАМИ,
НАДО
ИСПРАВИТЬ,
СТЕРЕ ТЬ,
И ЗГЛ А ДИТЬ!»
К
п уб ликац ии
<3аявления>
группы
архиереев
Русской
Православной
Церкви
ГАРФ.
Ф. 6991.
Оп.7.
Д.43.
А. 129-133 .
ЕГО
СВЯТЕЙШЕСТВУ,
СВ ЯТЕ ЙШЕ МУ
ПАТ РИА РХУ
М ОСКО ВСКО МУ
И
ВСЕЯ
РУ СИ
АЛЕКСИЮ
Группы
архие реев
Русской
Православной
Ц еркви
Зая влен ие
ВАШЕ
СВЯТ ЕЙШЕСТВО!
18 июля 1961 г.
состоялся
Арх иере йски й
собор,
ут­
вердивший
«впредь до созыва очередного Поместного Со­
б ора
Р усск ой
Православной
Церкви»
жур на льное
постанов­
лени е
Священного
Синода
от
18 апреля 1961 г.
о
мерах
по
улучшению
сущ еств ующе го
строя
п риходско й
жи зни
и
по
приведению
его
в
с оответстви е
с
г ражданск им
зак оно­
дательством
о
религиозных
о бъединен ия х
в
СССР.
Прошло
с
тех
пор
уже
более
трех
лет,
а
Поместного
соб ора
нет ,
и
трудно
предвидеть,
к огда
он
может
со­
браться,
так
как
в
совр еме нно й
пр актике
р усс кой
цер­
ковной
жизни
очередных
Пом ес тных
соборов
пока
не
суще­
ств ует
.
Между
тем
утвержденные
на
А рхие рейс ком
соборе
меры
по
улучшению
строя
п риходской
жизни,
как
по каза ­
ла
тре хлет няя
пра ктик а
пр им енения
их,
привели
не
к
улучшению,
а
к
еще
б ольш ему
расстройству
це рков но- при­
ходской
жизни.
Это
вну шает
нам
гл убо кую
тревогу
за
дальнейшие
судьбы
Русской
Православной
Церкви,
в веренной
на
дан­
ном
историческом
отрез ке
в ремени
водительству
ВАШЕГО
СВЯТЕЙШЕСТВА
вмес те
с
Епи скоп атом
нашей
Св.
Церкви.
126

Нужно
признать,
что
п ринятые
на
Архиерейском
соборе
1961 г.
решения
о
мерах.по
улу чшен ию
строя
при ходс кой
жизни
оказа лись
в
н ес огла сии
с
канонической
структу­
рой
Ц еркв и,
а
также
не
привели
его
в
соо тв етствие
с
гр ажд анс ким
законодательством
и
даже
создали
еще
боль­
шие
н ес оотв етст вия
в
этих
областях.
Такое
признание,
во-первых,
в ытек ает
из
то го,
что,
при
ссылке
на
апо стол ьски й
приме р
разделения
обя­
зан но сте й,
на
Соб оре
1961 г.
было
умолчано
о
важней­
шем
его
условии
—
избирать
для
х оз яй стве нных
дел
толь­
ко
«изведанных»
бра ти й,
«исполненных Духа Святаго и
м удро сти » (Деян.
6, 3),
и
что
на
изб ра нных
семь
мужей
апос толы
возложили
руки
(Деян .
6, 6),
утв ерд ив
этим
актом
их
избр ани е
и
подчеркнув
еди нст во
иерархическо­
го
пр инц ипа
при
разделении
функций.
Сов сем
п ри нцип иаль но
иное
на блю дает ся
сейчас
в
ре­
зультате
соб ор ного
решения
и
в
поряд ке
избрания
и
в
деятельности
ц ерко вно- пр иход ских
с ове тов.
Это
видно
из
того,
что
в
в опросе
избрания
церков­
ных
совет ов
совершенн о
и гнор ируе тся
церковно-канони­
ческая
п реро гати ва
Е писк опа
препо да вать
благословле­
ние
на
работу
выб орн ых
п ре дста вите лей
цер ковн ой
общи­
ны.
Далее,
изб ран ие
и
деяте ль ность
пр ихо дских
советов
проис ходит
теперь
не
только
без
уч аст ия
настоятелей,
но
во
многих
случа ях
им
з апрещает ся
даже
присутство­
ва ть
на
собраниях
двадцатки
и
вообщ е
д авать
какие-
либо
советы
членам
цер ковн о-п рих одск ого
совета,
квали­
фицируемы е
как
«вмешательство»
в
х оз яйст вен ные
дела
п рихода,
«запрещенное постановлением собора».
Во-вторых,
мы
не
за
то,
ч тобы
н асто ятел и
распоря­
жались
финансами
и
хо зяй ство м
прихо да
—
для
этого
из­
б ираются
цер ко вно- прих одс кие
со вет ы,—
но
мы
с читаем
совершенно
необходимым,
чтобы
насто ятель
был
полноп­
равным
членом
п ри ходс кой
общины,
как
.треб ует
то го
цер­
ковн о-к анон иче ска я
сторо на
дела
и
что
н аходится
в
пол­
ном
согл аси и
с
нашим
граж дан ски м
закон одательством.
Кон ечно,
пар аг раф
«Положения об управлении Рус­
ск ой
Православной
Ц еркв и»,
приня то го
на
Поместном
со­
бор е
1945 г.,
согласно
которому
н асто ятел и
по
самой
своей
должности
являлись
уже
и
председателями
церков­
ных
советов,
нельз я
было
считать
не
противоречащим
за­
кон одат ель ству
о
рел игио зных
объединениях
в
СССР,
хотя
с ледует
напомнить,
что
«Положение»
в
св ое
время
через
Совет
по
делам
Рус ск ой
Православной
Це ркви
при
Совете
М инис тров
С ССР
было
сог ла совано
с
Правительст­
вом.
О днак о,
ос но вываясь
на
при нц ипиа льны х
пол оже ниях
и
право вых
нормах,
действующих
в
нашем
государстве,
мы
счита ем ,
что
лишен ие
нашего
д ухов енст ва
права
уча ­
ствовать
в
вы бор ах
и
бы ть
избираемым
по
желанию
прихо-
127

жан
в
председатели
церковно-приходских
советов
являет­
ся
нарушением
основных
зак он ов
Советского
государства.
Извес тно,
что
на
VIII Чрезвычайном съезде Советов
в
1936 г.
при
обсуждении
ст.1 35 проекта Конституции
бы ла
отвергнута
поправка,
предлагавшая
не
предостав­
лять
или,
во
всяком
случае,
огра ничить
в
избиратель­
ных
правах
служителей
культа.
С
тех
пор
духовенство
уравнено
в
правах
со
всеми
гражданами
Советского
Союза ,
и
не
мож ет
быть
зак онн ым
такое
положение,
ког да
священнослужите ль,
пользующий­
ся
полнотой
избирательных
прав
в
го суд арст вен ной
жизни,
лишался
бы
э тих
прав
в
ц ерко вно- прих од ской
жизни,
каковыми
он
пол ьз овал ся
в
это й
обл ас ти
еще
с
пер вых
дней
существования
С оветског о
государства*.
Хорошо
известно,
что
по
инициатив е
В.И .
Лен ина,
придававшего
исключительно
больш ое
значение
в опр осам
законности,
всеми
вопросами,
св яза нным и
с
п ров еден ием
в
жи знь
декрета
об
отделении
церкви
от
государства,
занимался
У-й
Отдел
Нар одно го
Ком ис са риата
Юстиции.
Он
давал
руководящие
разъяснения
по
в сем
воп роса м,
ка­
сающимся
правового
пол ожен ия
дух овен ств а
и
религиоз­
ных
о рганизаций .
О дно
из
этих
разъяснений
было
прямо
посвящено
интересующему
нас
вопросу:
имеет
ли
право
священник
быть
председателем
ц ерко вно го
совета.
В
разъяснении
б ыло
о пред елен но
у каза но,
что
священник
может
быть
председателем
церковного
совета
и
председа­
телем
с обра ния
верующих,
если
п осле дним и
он
будет
из­
бр ан
в
председател и.
(Разъяснение Наркомюста от 7
июл я
1924 г.
за
No
17736.
См.
проф.
Гидулянов.
Отделе­
ние
церкви
от
госуд арства.
Москва,
1924 год,
стр.
126) .
Если
священник
в
то
время,
когда
он
был
«лишен­
цем»,
имел
право
по
избранию
вер ующ их
бы ть
председате­
лем
церковного
совета,
то
не
мож ет
быт ь
и
речи,
чт обы
он
не
имел
э того
права ,
когд а
с тал
пол но прав ным
граж­
данином
Советского
Со юза.
Мы
просим
ВАШ Е
СВЯТЕЙШЕСТВО
в
срочном
порядке
изыс кат ь
пути
к
исправлению
н енормального
положения,
несогласного
как
с
церковными
к анон ами,
так
и
с
граж­
данским
з аконодательс тв ом,
в
кот ором
оказалос ь
наше
духовенство
после
Архиерейского
со бора
1961 г.
Таким
путем
мог
бы
быть
соз ыв
П оместного
или
Архи ­
ерейского
собора
ко
дню
20-летия
ВАШЕГО
Патр иаршего
служения.
Но
ввиду
бесспорности
вопро са ,
а
также
несомнен­
ности
того,
что
ни
оди н
Епи скоп
не
может
протестовать
прот ив
восстановления
дух овен ства
в
его
законных
пра­
ва х,
мы
считаем,
что
им еющ ее
м есто
н енормал ьн ое
поло­
жение
мож ет
быть
в
ближайшее
время,
еще
до
созыва
Со­
бора,
исправлено
и
путем
спе ци ал ьного
ра зъяс нени я
со
128

сторо ны
ВАШЕГО
СВЯТЕЙШЕСТВА
на
имя
Преосвященных
Ар­
х иерее в,
предварительно
со гл асо ван ного
с
Со ве том
по
делам
Р ус ской
Православной
Церкви
при
Совете
Мини ­
стров
С ССР
о
то м,
что
д ухов енс тво
м ожет
наравне
со
всеми
верующими
гр ажд анам и
в ступать
в
члены
церковных
дв адца ток
и
настоятели
х рамов
могут
по
желанию
верую­
щих
избираться
в
председатели
церковно-приходских
со­
ветов,
чем
будут,
не
наруш ая
демократичности
структу­
ры
при ходс кого
устройства,
восстановлены
законные
права
духовенства
в
полн ом
с огла сии
с
наши м
граждан­
с ким
закон од ательством.
ВАШЕГО
СВЯТЕЙШЕСТВА
с
сыновней
любовью
смиренные
во
Христе
сослужители
Ерм оген ,
Архиепископ
Ка луж ский
и
Боровской
Вениамин,
Архиепископ
И ркут ский
и
Читинский
Михаил,
Архиепископ
Каз анск ий
и
Марийский
Ле онид,
Архиепископ
Пермский
и
Соликамский
Феодосий,
Архиепископ
П ензе нск ий
и
Саранский
Павел,
Архиепископ
Н овос ибир ск ий
и
Барнаульский
Никон,
Епископ
Р ижск ий
и
Латвийский
Г риг орий,
Арх.
Мукачевский
и
Ужгородский
Нестор,
Еп.
Черниговский
и
Неж инск ий
Гав риил ,
Архиепископ
Ташкентский
и
Среднеазиатский
♦♦♦
П ублик уем ое
выше
«Заявление»
гр уппы
архиереев
был о
подано
патриар­
ху
Алексию
I летом 1965 г ..
Десять
еп ис копов
поставили
свои
по дписи
под
прошением
к
гла ве
Русской
Православной
Церкви
пересмотреть
решения
Архиерейского
Собора
1961 г. ,
который,
безропотно
одо бр ив
поправки
к
«Положению об управлении РПЦ», еще раз подтвердил,
что
только
по дч инение
воле
государства
является
залогом
самого
существова­
ния
Церкви
в
СССР.
Новый
«конкордат»
был
заключен
на
гораздо
худших
условиях,
нежели
при
Сталине.
Власти
получили
возможность,
ссыл ая сь
на
ново е
Положение,
контролировать
жиз нь
каж дог о
прихода
вплоть
до
мелочей.
Церковно-приходской
совет,
главой
которого
вместо
св яще нн ика
ст ан ови лся
староста,
наделялся
всеми
административно-хо­
зяйственными
и
финансовыми
полномочиями,
включая
выбор
священно­
служ ит ел я.
Священник
те рял
пр аво
быт ь
членом
совет а,
и
за
ним
ост ав а­
лос ь
ли шь
ду ховно е
руководство
общиной.
«Заявление»
группы
архиереев,
в
к от ором
утверждалось,
что
такая
ситуация
противоречит
и
церковным
канонам,
и
советскому
законодатель­
ству,—
о дин
из
немногих
документов,
вышедших
из
церковной
среды
и
посвященных
гражданским
правам
духовенства
в
атеистическом
государ­
129

стве.
Насколько
нам
известно,
публ ик уем ая
пе тиция
епископов
—
единст­
ве нная
за
всю
послевоенную
ис т орию
РПЦ.
Коллективное
выступление
архиереев
произ ош ло
на
фоне
«гармони­
зи ро вавши хся »
отношений
рук овод с тва
РПЦ
с
государством.
П риход
к
власти
Брежнева
положил
конец
крайностям
хрущевской
антирелигиоз­
ной
кампании,
и
не
ис клю чен о,
что
пе тиция
—
пр о бный
ша р,
пущенный,
чтобы
проверить,
насколько
дале ко
простирается
«либерализм»
властей.
О
существовании
«Заявления»
стало
известно
церковной
обществен­
ности
не
только
в
СССР,
но
и
на
Западе,
где
в
нем
поспешили
увидеть
свидетельство
того,
что
ряд
и ерарх ов
противостоит
политике
патриархии
в
ее
взаимоотношениях
с
г осуда рс тв ом.
Авт ором
этого
документа
и
сборщиком
подписей
был
архиепископ
Ермоген.
Алексей
Степанович
Голубев
(в монашестве Ермоген1) родился 3(15)
марта
1896 г.
в
Ки еве
в
профессорской
сем ье.
Его
отец
и
дед
по
матери
были
известными
историками
це рк ви,
преподавали
в
Киевской
духовной
академии
и
Киевском
университете.
С
отличием
окончив
в
1915 г.
з наме ниту ю
Первую
киевскую
гимна­
зи ю2, А.
Голубев
поступил
в
Московскую
духовную
академию,
ректором
которой
был
авторитетный
церковный
деятель,
знаток
канонического
права
епископ
Волоколамский
Феодор
(Поздеевский), и закончил ее со
степенью
кандидата
богословия
уже
во
время
гражданской
вой ны.
В
1919 г.
он
был
пострижен
в
монашество
и
принял
имя
Ермоген.
Выбор
этого
славного
в
русск о й
истории3
им ени
позволяет
предположить
стрем­
ление
Е рмоге на
к
активному
це рков ному
служению.
21 июня 1919 г.
ар х иеписко п
Феодор
рукоположил
Ермогена
в
сан
иер о диак она
в
Московском
Даниловом
м он аст ыре4.
В
сентябре
1920 г.
патри­
арх
Тихон
пе рев ел
Ермогена
в
Киевскую
епархию,
где
он
был
принят
в
бра тию
Ки ево -Печ ер ской
лавры.
На
Украине
тогда
шла
борьба
со
сторонни­
ка ми
выделения
в
автокефалию
Ук раин ск ой
Православной
Церкви,
и,
види­
мо,
молодой
иеродиакон
удачно
проявил
себя
в
эт ой
непростой
обстановке.
Достоверно
известно,
что
в
1921 г.
патриарх
Тихон
от ме нил
ус та нов ле нную
в
1918 г.
автономию
УПЦ
и
в
том
же
г оду
в
Мало м
Успенском
соборе
в
Москве
рук опол ожи л
Ермогена
в
сан
иеромонаха.
С
января
1922 г.
Ерм о­
ген
—
чле н
Духовного
Собора
Киево-Печерской
лавр ы,
а
спуст я
всего
пол год а
в
Великой
церкви
в
Киеве
эк зар хом
Ук ра ины
митрополитом
Михаилом
(Ермаковым)
возве де н
в
сан
а рхима ндри та
и
назначен
Киевским
епархиальным
миссионером.
В
тридцать
лет
архимандрит
Ермоген
по
избранию
братии
утвержден
патриархией
настоятелем
Киево-Печерской
лавры.
Через
несколько
лет
духов ное
служение
Ермогена
прервалось,
и
долгие
годы
он
разделял
трагическую
участь
большинства
священнослу­
жителей
в
СССР.
27 января 1931 г .
он
был
осужден
в
Киеве
Судебной
коллегией
ОГ ПУ
по
ст.
58за «антисоветскую
деятельность»
на
10 лет
130

лагерей.
В
январе
1939 г.
постановлением
Президиума
Верховного
Совета
С ССР
Ермогена
пом илова ли,
но
к
служению
он
возвратился
лишь
в
1945 г.
в
Астраханской
епархии,
глава
которой
архиепископ
Филипп
(Ставицкий)
сам
был
назначен
на
кафе д ру
после
освобождения
из
заключения.
Восемь
лет
Ер мо ген
служил
настоятелем
в
нескольких
хр амах 5, а в январе 1953 г.
постановлением
патриарха
Алексия
I и Священного Синода хиротонисан
во
е пис копа
и
н азнач ен
на
Ташкентскую
и
Среднеазиатскую
епархию.
Именно
зд есь,
в
период
хрущевских
го нен ий
на
Це рк овь,
слу жени е
Ермогена
сделало
его
зам етн ой
фигу рой
в
епископате
РПЦ .
Он
упорядо­
чил
епархиальные
финансы,
помогал
священникам,
не
боялся
рукопола­
г ать
и
назначал
на
церковные
должности
лю дей,
имевших
судимость
по
ст.
58.
Ему
удалось
не
только
избеж ать
за кры тия
хра м ов,
но
и
отремон­
тировать
несколько
церквей.
Гла вным
же
делом
стал а
перестройка
Таш­
кентского
кафедрального
собора
—
од но
из
крупнейших
церковных
стро­
ительств
послевоенного
времени.
Т руды
главы
еп а рхии
бы ли
оце нен ы
п а триа рхом:
в
1958 г.
Ермоген
возведен
в
сан
архиепископа.
Но
многочис­
ленные
доносы
и
жалобы,
в
том
числе
и
из
ЦК
компартии
Узбекистана,
тон
которых
стан ови л ся
все
резче
и
нетерпимее,
возымели
наконец
свое
действие,
и
15 сентября 1960 г.
патриархия
под
нажимом
Совета
по
делам
РПЦ
вынуждена
была
отправить
неугодного
власти
архиепископа
за
шта т,
определив
местом
пребывания
Ж иро вицк ий
Успенский
монастырь.
Законник
«Осложнения», выражаясь слогом патриархии,
которые
возникали
у
Ермогена
в
возглавляемых
им
епа рх иях
(в Ташкенте,
а
затем
в
Омске
—
1962-1963 гг.
и
Калуге
—
1963-1965 гг.), в немалой степени связаны с тем,
что
свои
взаимоотношения
с
властями
он
пы талс я
строить,
апеллируя
к
законодательству.
Избранная
им
манера
поведения
вызывала
крайнее
недо­
вольство
властей,
которые
са ми
рядились
в
то гу
блюстителей
законности.
Осенью
1958 г.
началась
мощ ная
антир ел игиоз ная
кампания,
и
неугодных
священнослужителей
в
целях
дискредитации
обвиняли
именно
в
наруш ен ии
советских
законов6.
Пострадало
д аже
высшее
духовенство:
бы ли
осуждены
архиепископы
Казанский
Иов
(Кресович)
и
Черниговский
Андрей
(Сухенко).
Возможность
противостоять
б еззак он ию,
прикрывавшемуся
ссы лк а­
ми
на
за кон,
Ермоген
вид ел
в
доскональном
изучении
законодательства
и
в
правовом
просвещении
духовенства.
24 марта 1960 г.
Священный
Син од
рассмотрел
и
од об рил
представление
Ермогена
«о сборнике законов и
распоряжений,
касающихся
правового
положения
Церкви
и
духовенст­
ва »7.
Можн о
предположить,
что
к
то му
моменту
он
уже
составил
такой
сборник
для
распространения
в
своей
епархии8.
К
слову
ска зат ь,
непо­
средственным
пов одом
перевода
архиепископа
за
штат
было
требование
к
уполномоченному
Совета
по
делам
РПЦ
соблюдать
законный
порядок
при
закрытии
одного
из
молитвенных
домов.
131

В
1961 г.,
уже
будучи
в
Жировицком
Успенском
монастыре,
Ермоген
написал
письмо
председателю
Совета
по
делам
РПЦ
В.
Куроедову,
где
на
зак он ных
о сно вания х
потребовал
сво ей
«реабилитации» .
А
в
1962 г .,
обобщив
собственный
опы т
и
собрав
случаи
незаконных
пр ите сне ний
верующих
со
сто ро ны
местной
а дмин ис тра ции
в
дру гих
епархиях,
Ермоген
направил
пространное
письмо
Хрущеву,
в
котором
отверг
огульные
обви­
нения
ду ховен ст ва
в
нарушении
религиозного
зако но дат ель ства.
Более
того,
он
обратил
внимание
главы
г осу дар ства
на
то,
что
представители
администрации
г ораз до
чаще,
н ежели
духовенство,
вступают
в
противоре­
чие
с
законом,
и
указал,
какие
именно
положения
зако н од атель ств а
и
постановлений
партии
и
г осуд ар ства
нарушаются.
Посл е
нео бх о димых
р евер ан сов
перед
властью
он
привел
дл инный
список
вопи ющ их
наруше­
ний
уполномоченными
Совета
по
делам
РПЦ
зако н ов,
который,
по
сути,
разворачивался
в
кар тину
повсеместного
административного
произвола.
Причина
«ненормальной»
ситуации,
по
мысли
Ермогена,
коре нила сь
в
отсутствии
инструкции,
регулирующей
взаимоотношения
уполномочен­
ных
с
ар хие ре ями
и
религиозными
о бъе динени ями.
«Такая инструкция
для
служебного
пользования
уполномоченных,
архиереев
и
религиозных
объединений
крайне
н ео бхо дима,—
писал
Ермоген,—
и
отсутствие
ее
соз да ет
богатую
почву
для
административного
усмотрения
уполномочен­
ных ,
в
результате
чего
один
уполномоченный
пр едъя вля ет
одни
требова­
ния,
другой
другие;
оди н
упол ном оченн ы й
видит
нарушение
за кона
в
то м,
в
чем
не
усматривает
его
дру гой ,
и
наоборот.
И,
как
свидетельствуют
факты,
нарушение
Советского
законодательства
о
культ ах
именно
со
стороны
уполномоченных
ста ло
нор мой
их
деятельности»9.
Твердость
Ермогена
в
отстаивании
своей
самостоятельности
как
гла вы
епарх и и,
нежелание
безоговорочно
подчиняться
уполномоченному
об рели
от че т ливые
формы
—
апелляция
к
праву
и
использование
писем
и
пе тиц ий.
Отметим,
что
и
послание
Хру щ еву
Ермоген
начал,
по дч ер кнув
значение
«жалоб и писем населения» .
Как
метод
противодействия
произ­
в олу
в ластей
петиции
часто
использовались
верую щ ими ,
однако
для
правящего
архиепископа
поддерживать
такие
форм ы
общественной
актив­
ности
в
своей
еп архи и
—
шаг
д овольн о
смелый.
В
Омске
Ермоген
едва
не
оказался
на
скамье
подс уди мы х,
посоветовав
одной
из
верующих
«обра ­
титься
с
жалобой
в
Со вет
Министров
СССР
от
им ени
прихожан
це рк ви».
Бо лее
того,
он
«составил < ...>
тек ст
заголовка
для
с бора
подписей
веру ющ их », «отпечатал <...>
в
своей
кан це ля ри и»10 и рекомендовал
отв езти
в
Москву.
В
кон це
концов
Ермоген
был
привлечен
л ишь
в
качестве
свидетеля,
но
суд
вы нес
в
отношении
не го
частное
определение11.
Впос­
ледствии
и
светские,
и
церковные
власти
предержащие
не
раз
напоминали
ему,
что
тогда
они
спасли
его
от
суда
и
вс его
л ишь
перевели
в
Калугу.
Калужский
уполномоченный
Совета
по
дел ам
РПЦ
отметил
«закон -
ничество»
уже
как
характерную
черту
Ер м о гена : «Считая себя знатоком
132

советского
за коно дател ь ств а,
главным
образом,
по
вопросам
религиозных
культов,
архиепископ
Ермоген
при
кажд ом
благоприятном
случае
стара­
ется
давать
толкование
нашим
советским
зак о нам
с
выгодных
ему
позиций
или
вообще
не
признавать
имеющиеся
положения,
выт ека ющие
из
требо­
ван ий
советского
законодательства*12.
Репутация
архиерея,
стойко
противостоящего
давлению
властей,
при­
влекла
к
нему
молодых
священников,
искавших
п ути
к
изменению
ситуации
внутри
Церкви.
О.
Александр
Мень
пис ал
к
н ему
с
прос ьб ой
духовного
наставничества.
Оо.
Николай
Эшлиман
и
Г леб
Як унин
не
раз
приезжали
в
Калугу
и
гов орил и
с
владыкой
о
необходимости
реальных
действий.
Они
надеялись
обрести
в
нем
руководителя,
епископа,
имеющего
вес
и
авт ор и­
тет
в
Це ркв и.
Ермоген,
видимо,
отнесся
к
ним
с
дов е рием
и
сообщил,
что
написал
пис ьмо ,
в
котором
настаивает
на
пересмотре
«Положения об
управления
Р П Ц *, и собирает под ним подписи епископов .
Петиция
В
«Заявлении»
г овори лос ь,
что
док уме нт
этот
—
«плод глубокого
изучения
церковного
и
советского
пра ва »13, предлагалось «пр и
со г ласо­
вании
с
Советом
по
делам
Рус с кой
Православной
Церкви
при
Совете
Министров
СССР»14 издать специальное разъяснение о возможности
участия
духовенства
в
церковных
советах.
Эт им
можно
был о
бы
пр иве сти
практику
церковной
ж изни
в
соответствие
с
церковным
и
гр аждан ски м
законодательством,
а
следовательно,
пересмотреть
«Положение об управ­
лении
РП Ц», нарушавшее гражданские права священников.
Ап елляц ия
к
Праву
вводит
«Заявление»
в
контекст
тех
общественных
выступлений
1965 г.
(с ними принято связывать начало правозащитного
движения
в
С СС Р), в которых борьба с произволом уже сознательно
облекается
в
форму
требования
к
вл ас тям
соблюдать
ими
же
принятые
законы.
И
все
же
о дин
существенный
момент
коренным
об разо м
отличает
его
от
правозащитных
выступлений
середины
60-х .
Если
по сле дние
б ыли
пр инципиа льно
гл асн ыми
и
по рой
адресовались
исключительно
к
общест­
венному
мнению,
в
том
чи сле
и
международному,
то
Ермоген
уповал
на
метод
«тихой дипломатии» .
Он
решил
лиш ь
инициировать
исправление
«ненормального»
положения,
в
кот ором
оказалось
духовенство
после
Архиерейского
Собора.
По
словам
Ермо ге на,
патриарх
бла гос лови л
его 15.
Ссылаясь
на
это
бла г ос лов ен и е16, он стал собирать подписи архиереев под
прошением
к
патриарху.
Сбо р
подписей
нос ил
случайный
характер,
на
что
указывает
значитель­
ный
разброс
по
времени
подписания
и
разнородный
сос тав
подписантов.
Последнее
становится
очевидным,
если
воспользоваться
«классификацией»
заместителя
председателя
Совета
по
делам
РПЦ
Фурова17.
Архиепископ
Григорий,
по
его
мн ению ,
относится
к
первой
«группе»
—
к
тем,
кто
«и на
словах
и
на
д еле
подтверждают
не
только
лояльность,
но
и
патриотичность
133

к
социалистическому
обществу,
строго
соблюдая
законы
о
культах,
и
в
том
же
дух е
во сп итыв ают
приходское
духовенство,
верующих,
реал ьно
сознают,
что
на ше
государство
не
заинтересовано
в
возвышении
роли
религии
и
церкви
в
общ ест ве,
и,
понимая
это,
не
пр ояв ляют
особенной
акт ивно с ти
в
расширении
влияния
православия
среди
нас ел ени я».
Пред­
ста вители
второй
«группы»
—
архиепископы
Михаил
и
Леон ид
—
«стре­
мятся
к
активизации
служителей
культа
и
церковного
актива,
выступают
за
повышение
роли
церкви
в
личной,
семейной
и
общественной
жиз ни,
с
помощью
модернизированных
или
традиционных
концепций,
взгл я дов
и
действий
подбирают
на
свя щен ни ческ ие
должности
молодежь,
ретивых
ревнителей
православного
благочестия».
Епис к оп
Никон
же
из
тех,
у
ко го
«в разное время проявлялись и проявляются попытки обойти законы о культах,
некоторые
из
них
религиозно-консервативны,
дру гие
способны
на
фальсифика­
цию
положения
в
епархии
и
сложившихся
отношений
к
ним
органов
вла сти,
у
третьих
—
замечены
попытки
под куп а
уполномоченных
и
клеветы
на
них
и
на
должностных
лиц
местных
о рг анов
в ласт и». Подобную разнородность состава
подписантов
мо жно
рассм ат рив ать
как
косвенное
свидетельство
в
поль зу
того ,
что
Е рмог ен
соб ирал
по дпис и,
подкрепляя
это
ссылкой
на
патриарха.
Однако
к
момен ту,
когда
заявление
попало
к
патриарху,
видимо,
и
ему
и
его
окружению
стало
ясно ,
что
государство
не
склонно
к
каким-либо
переменам
в
сложившемся
полож ен ии 18.
В
своей
р ез ол юции,
датированной
5 августа 1965 г.,
патриарх
прос ил
Священный
Синод
выз вать
Ермогена
и
«указать ему на незаконность орга­
низ ации
групп
архиереев».
Собственно
содержанию
заявления
внимание
было
уделено
как
бы
мимоходом: «Крометого (курсив
н аш.—
А в т.) <...>
реш ение
архиерейского
Собора
61 г.
имеет
свою
давн ос ть
и
вошло
в
жизнь,
не
вызывая
в
насто ящее
вр емя
каких-либо
осло жн ен ий
и
возражений»19.
Патриарх,
похоже,
стремился
максимально
ограничить
негативные
п ослед ст­
вия ,
ко торы е
могло
вы зва ть
п ис ьмо,
представить
его
исключительно
внутри-
церковным
документом,
предугадывая
или
уже
зная,
что
С овет
р асцен ит
петицию
как
оп а сный
прецедент.
Внешне
до стато чн о
жесткая
резолюция
на
самом
де ле
преследовала
ц ель
минимизировать
послед ст вия
«Заявления»; в
нужный
момент
можно
б ыло
бы
отрапортовать,
что
необходимые
внушения
сд е ланы
и
б олее
что-либо
предпринимать
не
следует.
Буквально
на
следующий
де нь
появился
рапорт
архиепископа
Григо­
рия,
в
ко тор ом
он
пр осит
у
патриарха
прощения
и
снимает
сво ю
подпись
под
зая влен и ем.
Через
несколько
дн ей, 10 августа,
отказался
от
подписи
епископ
Нестор.
2 сентября митрополит Крутицкий и Коломенский Пимен в присутст­
вии
членов
Си нода
митрополита
Киевского
Иоасафа,
митрополита
Л енин­
градского
Никодима
и
архиепископа
Т алли нск ого
Алексия
з ачи тал
Ермо-
гену
резолюцию
патр иар х а.
Ему
б ыло
настоятельно
предложено
отказать­
ся
от
заяв лен ия
и
снять
свою
по дпись 20.
В
своем
письме
«Преосвящен ­
134

ным
—
постоянным
членам
Священного
Синода»
от
3 сентября21
Ермоген
взял
всю
ответственность
за
инициа тив у
и
текс т
за явл ения
на
себя,
в
целом
обосновывая
з ако нно сть
своих
де йст вий,
но
признав
оши бо чным
и
прося
у
патриарха
прощ е ния
лишь
за
надписание
зая в ления
«от группы
архи ер еев» .
Он
сообщил
также,
что
«во избежание всяких кривотолков,
имеющийся
у
меня
подлинник
зая в ления
бу дет
мною
показан
Председате­
лю
Совета
Владимиру
Алексеевичу
К урое до ву».
В.
К уроед ов
в
своем
отчете
в
ЦК
КП СС
«О некоторых отрицательных
явлениях
в
русской
православной
ц ер кв и» (1967)22 сообщает иное число
подписантов
(восемь)
и
пишет: «<...>
впоследствии
сем ь
епископов
отка­
зали сь
от
своих
подписей,
заявили
о
несогласии
с
содержанием
пет иц ии
и
выра з или
полную
приверженность
патриарху»23.
Е сли
учесть,
что
Совет
по
делам
р ел игий
к
это му
моменту
расп ол агал
подлинником
за явле ния,
то
можно
лиш ь
предположить,
что
из
числа
по дписа вш их ся
бы ли
исключены
архиепископ
Григорий
и
еп ис коп
Нест о р,
которые
сняли
свои
подписи,
как
только
стало
известно
о
негативной
реакции
патриарха.
В
да льне йше м
их
им ена
не
н азывали сь
и
не
учитывались
при
указании
числа
подписав­
шихся.
Таким
образом
ост ал ось
восемь
подписантов24.
Сообщая
в
побед­
ной
реляции
о
то м,
что
свои
под писи
сн яли
семеро,
В.
Куроедов
лука­
вил
—
то лько
два
из
известных
нам
объяснений
с
патриархией
мо жно
квалифицировать
как
отказ
от
по дпис и,
архиепископы
Павел
и
Михаил
открестились
от
участия
в
каких
бы
то
ни
бы ло
групп а х,
но
не
от
идей,
изложенных
в
«Заявлении» .
Вызывает
сомнение,
что
эти
и ерар хи
дали
объяснения
по
собственной
инициа тив е.
Пис ьма
архиепископов
датирова­
ны
ноя бре м,
причем
с
интервалом
в
два
дн я,
а
то
что
спустя
несколько
дн ей
(24 ноября)
появляется
«Прошение»
Ермогена
о
пер еме щ ении
его
на
другую
кафедру,
во
всяком
случае
заслуживает
в ним ания.
Суд я
по
всему,
в
п атр иархии
на
упо м ина ние
о
«Заявлении»
был о
нал о же­
но
табу,
поскольку
ни
тогда,
ни
впоследствии
оно
ни
ра зу
не
вменялось
в
вину
Ермогену,
в
то
время
как
жалобы
из
Калужского
обли сп олк ома
на
его
«противозаконные»
действия
в
епархии
объявлялись
«беспрецедентными»,
назывались
последней
ка пле й,
переполнившей
чашу
терпения
властей.
В
«Прошении»
Ермоген
тоже
ни
словом
не
об молви лся
о
«Заявле­
н и и». Он не согласился с предъявленными ему обвинениями,
хотя
признал
невозможность
дальнейшего
пребывания
в
Калуге,
и
главное,—
просил
не
об
отпуске,
а
о
перемещении
«на другую епархию*15 (курсив наш. —
Авт.).
Уже
на
следующий
д ень
вышло
постановление
Священного
Синода,
осво­
бождавшее
его
от
управления
епархией
и , «ввиду того,
что
в
настоящий
момент
нет
соответствующей
вакантной
ка федры »26, отправлявшее Ермо­
г ена
на
пок ой
в
Жировицкий
Успенский
монастырь.
Документ
мог
так
и
остаться
известным
только
незначительному
кругу
непосредственно
причастных
людей.
Однако
ув ол ьне ние
Ермогена
бы ло
воспринято
те ми,
кто
уважал
его
за
стойкость
в
отношении
уполно­
135

моченных
и
соч увст во вал
его
попыткам
инициировать
пересмотр
«Поло ­
жения
об
уп равл ени и
РПЦ », как гонение на одного из достойнейших
иерархов
РПЦ .
Священники
Н.
Эш лим ан
и
Г.
Яку нин
в
«Письме епископам Русской
Церкви»
излаг а ли
содержание
«Заявления»
и
под роб нос ти
увольнения
Ермогена.
Священники
утверждали,
что
«действия церковной власти,
направленные
на
пресечение
це рк овн о-п оле зной
деятельности
архиепи­
скопа
Ермогена,
бы ли
продиктованы
руководством
Сов е та 27 <...>
Святей­
ший
патриарх,
через
управляющего
делами
Московской
па триа рхии
Ар­
хиепископа
Таллинского,
и зъя вил
Архиепископу
Ермогену
пожелание,
что бы
Преосвященный
Владыка
подал
прошение
о
предоставлении
ему
длительного
отпуска
без
указания
ср ок а2\ при этом Архиепископу Ермо ­
ге ну
д ано
было
понять,
что
пожелание
патриарха
вызвано
настоятельным
тр ебо ван ием
руководства
Совета,
ко то рое
использовало
для
это й
ц ели
несостоятельные
жа лобы
председателя
Кал ужск о го
облисполкома».
По
иро нии
судьбы
именно
это
открытое
письмо,
опу блик ован ное
на
Зап а де,
сделало
широко
известными
события,
связанные
с
«Заявлением»
дес яти
архиереев.
Само
же
оно
не
ста ло
событием
религиозного
сам из дат а.
На
покое
В
постановлении
Синода
увольнение
мотивировалось
отсутствием
«в
настоящий
момент
вакантной
каф едры ».
Шло
время,
освобождались
кафедры,
однако
о
Ермогене
не
вспоминали.
В
двух
зая вл ен иях
и
«Объ ­
яснительной
записк е»29, направленных в патриархию,
он
доказывал
не­
обоснованность
своего
пребывания
за
штатом,
но
безрезультатно,—
на­
значения
не
последовало.
Ровно
чер ез
два
года
после
синодального
постановления, 25ноября
1967 г .,
Ер мог ен
направляет
заяв лен ие
патриарху,
в
ко торо м
р асст авл яет
все
точки
над
«1», и в первую очередь,
в
своих
взаимоотношениях
с
ним.
После
Ташкента
и
Омска
Е рмог ен
вряд
ли
мог
оставаться
правящим
архиереем
без
патриаршего
покровительства.
Влад ы ка
был
вх ож
к
Алек­
сию,
принимавшему
его
да же
на
отдыхе.
Сложилось
мн ен ие,
что
Ермоген
близок
к
патриарху
и
да же
имеет
на
не го
в лияние.
Наск ольк о
такое
мне ние
оправданно,
сказать
труд но.
Ермоген
неустанно
повторял,
что
патриарх
одобрил
его
зам ы сел
и
да же
бла гос лови л
на
с бор
подписей.
Представить,
что
архиепископ
ссылался
на
одобрение
Алексия,
не
полу­
чив
хотя
бы
намека
на
него,
почти
невозможно.
Неожиданная
легк ос ть,
с
которой
Ерм оге н
согласился
подать
прошение
о
переводе
после
неудачи
с
петицией,
находит
свое
объяснение
только
в
ноя брь ско м
заявлении.
Оказывается,
он
пол учил
заверения
пат р иар ха,
что
будет
назначен
на
ка федр у
«в ближайшее время»30, когда страсти улягутся.
Прошло
два
года,
но
Алексий
не
выполнил
данное
им
обещание.
И
Ермоген
р ешил ся
откр ы то
сказать,
что
«патриарх лишен возможности сохранять верность
136

своему
с ло в у »31, и назвал причину
—
неприемлемое,
по
церковным
кано­
нам
и
советским
за кон ам,
вмешательство
Совета
по
дел ам
РПЦ
в
деятел ь ­
нос ть
патриархии.
Внесение
в
открытый
документ
конфиденциального
обещания
патри­
арха,
обв ине ние
в
нарушении
ка нонов
Церкви
—
озн ач ало
отказ
архиепи­
скопа
от
попыток
кулуарной
пос та нов ки
воп рос ов,
от
методов
«тихой
дипломатии».
Само
назначение
его
на
кафедру,
пишет
он,
нужно
не
для
реализации
личных
а м биций,
в
чем
его
позднее
неоднократно
обвиняли,
а
для
«восстановления канонического правопорядка»32.
Кроме
того,
в
«Заявлении»
от
25 ноября 1967 г.
Е рмо ген
впер вые
по днима ет
те му
неканоничности
практики
«назначения»
епископов,
п ри­
нятую
в
патриархии.
В
год
50-ле ти я
восстановления
патриаршества
он
считает
уме ст ным
обратиться
к
опыту
Поместного
Соб ора
1917-1918 гг.,
ко торы й
«восстановил канонический порядок избрания епископов»33.
Этот
вопрос
подробно
рассм от рен
им
в
«Историко- ка н он ич е с кой
и
ю ри­
дической
справке
“К пятидесятилетию восстановления Патриаршества”»,
которая
уже
со знат ел ьно
распространялась
Ермогеном
и
в
ко нце
1967 г.
появилась
в
парижском
«Вестнике РСХД»
вместе
с
заявлением
патриарху
от
25 ноября 1965 г.
Действительно,
как
в ыс каза лся
архиепископ
Алексий
(Ридигер)34, преосвященный последовал опыту оо .
Н.
Эшлимана
и
Г.
Яку ­
нина.
Более
того,
теперь
Ермоген
сам
гов ори л, «что это
—
е динст ве нный
путь,
дающий
надежду
на
рассмотрение
вопросов»35.
Патриархия
пы талась
представить
дел о
так,
буд то
Ермогеном
движет
л ишь
жела ни е
занять
к афедр у.
В
резолюции
патриарха
на
ноябрьское
«Заявление»
гов ори лос ь: «В настоящее время дело обстоит так,
что
настроение
Преосвященного,
как
видно
по
тону
и
характеру
его
заявле­
н ия3 6, не дает надежды на то,
что
не
бу дет
повторения
т ого,
что
было
у
н его
в
Ташкенте,
Омске
и
Кал у ге,
и
потому
от
н его
самого
зависит
дать
возможность
Синоду
прекратить
его
пребывание
на
«покое»
и
назначить
его
на
Е парх ию»37.
В
начале
января
1968 г.
Ермоген
п риеха л
в
патриархию,
где
передал
управляющему
делами
мит рополит у
Ал е ксию
(Ридигеру)
сво ю
«Истори­
ко-каноническую
с пр а вк у », хотя к этому времени она была опубликована
на
Зап а де.
Ему
бы ло
выговорено
за
обращение
к
установлениям
Помест­
ного
Со бора
1917-1918 гг.
и
за
намерение
распространить
«Справку»
среди
епископата
и
церковной
общественности,
и
да же
за
возм ожн ое
появление
ее
в
западной
пе ча ти : «Можете ли вы,
как
архиерей
РПЦ
и
гражданин
Советского
Союза,
по йти
на
то,
чтобы
ваши
справки
был и
подобным
образом
использованы
в
грязной
б орьбе
против
Советского
Союза
и
нашей
Ц е ркв и?» Получив от Ермогена обещание впредь не
распространять
свои
работы,
ми тропол и т
Алексий
не
зн ал
еще
о
то м,
что
не
только
«Справка», но и ноябрьское « Зая вл ени е»
уже
опубл иков а ны
на
Западе,
однако
написал
подробный
отчет
о
беседе
в
Совет
по
делам
137

ре л игий,
который
з а кл ю чил : «Думается,
что
после
получения
новых
материалов
от
арх.
Ермогена
и
их
из уче ния
—
следовало
бы
его
пригла­
си ть
в
Москву
и
иметь
с
ним
беседу,
чтобы
погасить
его
п ыл,
так
как
распространение
любых
материалов
за
его
подписью
не
будет
по лезн о»38.
Вряд
ли
Ермо ге н
не
осознавал,
что
после
пу бл ик ации
в
«антисовет ­
ско м
реакционном»
журнале
никакого
разговора
о
назначени
его
на
каф едр у
быт ь
не
могло,
но
в
ход е
беседы
дал
яс но
п онят ь : «Заявление»
и
«Справку»
он
предал
гласности
вследствие
незаконного
отстранения
его
от
служения,
поскольку
ин ые
способы
добиться
справедливости
успеха
не
имели.
Увещевания
управляющего
делами ,
к он ечно,
же
были
впустую: «По­
верь т е,
что
не
пользу,
а
явный
в ред
наносите
вы
и
церкви,
и
себе
самому,
когда
даете
за
сво ей
под пис ью
такой
мате ри ал
нашим
врагам,
а
те
тенденци­
оз но
его
используют
в
с воей
антисоветской
про паг анде.
Вы
сами
закр ыва ете
себе
дорогу
на
кафедру,
и
пеняйте
только
на
себя ,
только
себ я
обвиняйте
в
то м,
что
вы
находитесь
на
по ко е»39.
Ни
о
назначении
на
епархию,
ни
да же
о
встр еч е
с
патриархом
Ермоген
просить
не
собирался,
что
и
констатировал
митрополит
А ле к си й: «Хотя сам архиеп.
Ер мог ен
не
просил
тако в ого
приема,
а
пос та вил
вопрос
таким
об ра зом
—
“если Святейший меня захочет повидать,
я
с
удовольствием
у
него
б уд у”. Докладывая патриарху о встрече
с
арх иепи ­
скопом
Ермогеном,
я
поставил
это т
вопрос
п еред
патриархом,
но
Святейший
не
высказал
желания
видеть
архиеп.Ермогена
и
выс ка зал
свое
мн ение ,
чт о,
если
он
будет
продол ж ат ь
свою
подобную
деятельность,
придется
принять
в
отношении
его
какие-то
ме ры »40.
Сов ет
пытался
использовать
и
другие
пути
воздействия
на
с троп ти­
во го
архиепископа,
в
том
числе
и
через
близ ку ю
к
патриарху
фигуру
—
его
личн ог о
секретаря
Д.
Ост ап ова.
Вызванный
в
Совет
Остапов
обещал
уговорить
Ерм оге на
принести
партриарху
покаяние.
Но
Ермо ге н
и
не
думал
оставлять
в
пок ое
патриархию:
на
очередной
встрече
с
управляющим
делами
Ер мог ен
сообщает
ему
о
своих
новы х
планах
—
писать
на
имя
патриарха
и
Син ода
докладную
с
предложением
выработать
статус
Русской
Православной
Ц ервки
и,
к роме
того,
подготовить
и
направить
в
Юри дич еску ю
ком иссию
Совета
Министров
документ
о
право­
вом
положении
Ц ерк ви.
Синоду
при шлось -т ак и
рассмотреть
его
дело.
Поскольку
еще
в
ноябрьском
«Заявлении»
Ермоген
отри цал
право
Си нода
наказывать
архиеерев
за
проступки,
на
заседание
30 июля он,
видим о ,
пр иех ал
только
для
того,
чтобы
публично
изложить
св ои
взгляды.
Патриарх
не
присутствовал,
но
его
«периодически информировали о ходе
з а се д ан и я», которое вел митрополит Алексий.
Он
же
выступил
с
пр о­
странным
докладом,
по св яще нным
деятельности
Ермогена,
нано сящ ей
вред
Церкви
и
несостоятельности
«Историко-к а нон ич е ск ой
справки».
Опальный
архиепископ
в
меру
сил
отвечал
на
обвинения
членов
Священ­
но го
Синода,
но
вря д
ли
он
о жид ал,
что
на па дки
на
нег о
будут
сто ль
резкими
и
огульными:
от
«безразличия к порученному делу и беспринцип­
138

ности»
до
«нарушения законов»
и
даж е
«потворства карловчанам»!
«Вред,
нанесенный
в ами,—
г ово рил
ми тро поли т
Алексий,—
надо
испра­
вить,
стереть,
и з гла ди ть!» Ему вторил митрополит Пимен ( И звек ов)41,
утверждавший,
что
Ер мог ен
«дает оружие в руки наших врагов»42.
Дело
кончилось
тем,
что
Ермоген
еще
раз
пообещал
не
ра спр о стр анять
свои
произведения,
но
не
пр изнал
их
вредоносность
для
Церкви.
Выпущенное
в
тот
же
д ень
официальное
постановление
Синода
гласило: «<...>
по-свое­
му
истолковывал
свое
ув ол ьне ние
и
вы ражал
устно
и
письменно
не до воль­
с тво
постановлением
Священного
Синода
и
при
эт ом
тенденциозно
из ла­
гал
некоторые
стороны
церковной
жизни;
в
отношении
Святейшего
п ат­
ри ар ха,
Священного
Синода
и
других
Преосвященных
арх иер еев
выражал
недопустимую
несдержанность
<...>
расс ыл ал
письма ,
вносящие
со б лазн
в
теч е ние
церковной
жизни,
с
целью
о ка зать
влияние
на
высшую
цер к ов­
ную
власть
в
нужном
ему
напр ав лении»43.
Власти
тревожились
по
поводу
Ер мо гена
еще
некоторое
время
и
после
постановления
Синода.
В
сообщениях
«доброжелателей»
и
в
сек ­
ретных
информационных
документах
Совета
по
делам
религий
сообща­
лось
о
п аломн ика х,
п ри езжаю щих
в
Жи рови цк ий
монастырь
к
Ер мо гену
получить
«благословение и наставления»44, о многочисленных письмах,
отправляемых
и
получаемых
им
в
основном
с
оказией,
высказывались
предложения
о
переводе
его
в
более
отдаленную
о бите ль.
Последний
документ,
написанный
архиепископом
Ерм оге ном,
кото­
рым
мы
расп ол агаем ,
датирован
1970 г.
Никаких
св ед ений
о
его
дальней­
шей
деятельности
вплоть
до
смерти
в
Жировицком
монастыре
9 апреля
1978 г.
в
н ашем
р аспо ря жении
нет.
Он
продолжал
следить
«за нашим
зако но дат ель ством
и
как
оно
на
деле
ос ущ ест вля ет ся ». Об этом свидетель­
ствует
хот я
бы
то,
что
на
1969 г.
им
б ыли
вы писа ны
«газеты “П р авда”
и
“Известия”
и
семь
(курсив наш.—
Ав т,) юридически- пр ав о в ых
журна­
лов»45.
Но
нам
неизвестно,
как
откликнулся
владыка
на
Архиерейское
совещание
и
Поместный
Со бор
1971 г. ,
где
вновь
в
центре
внимания
оказалось
«Положение об управлении РПЦ»46.
В
«Великопостном письме
Патриарху
Пимену» 1972г.,
осуждая
патриархию
за
молчание
о
гонени­
ях,
А.
Солженицын
упомянул
Ермоге на ,
но,
бы ть
может,
архиепископ
счел
сво ю
задач у
выполненной
—
постановление
Сино да
сд елало
очевид­
ным
то,
что
он
был
отправлен
в
Жи ров ицк ий
монастырь
не
по
д оброй
во ле.
Возможно,
продолжать
сопротивление
бы ло
уже
сл ишко м
тяжело
для
его
пре клонны х
л ет.
Не
исключено
также,
что
он
прекратил
с вою
деятельность,
сочтя
ее
б еспо лезно й
или
оп асая сь
усиления
преследований
после
жесткого
синодального
постановления.
М ногие
претендующие
на
п олн оту
ра бот ы,
к от орые
затрагивают
историю
Церкви
в
новейший
п е риод,
сообщают
о
«Заявлении»
десяти
архиереев
и
н аз ывают
Ермоге н а
его
автором
и
инициатором.
Однако
ни
в
одной
из
известных
нам
работ
не
упоминается
о
публикации
эт ого
139

документа.
Судя
по
всему,
авторы
в
большинстве
своем
приводят
св ед ения
о
«Заявлении»
и
его
инициаторе,
опираясь
не
на
оригинальный
те кст.
Это
позволяет
нам
предположить,
что
док уме нт
не
был
опубликован.
Изложе­
нию
и
трактовке
событий
вокруг
петиции
присущи
определенный
схема­
ти зм
и
неточности,
неизбеж ны е
при
недостаточном
внимании
к
личности
ее
автора.
Неординарность
Ермогена
не
исчерпывается
его
стойкостью
по
отношению
к
гонениям
на
Цер к овь
и
к
преследованиям
властей.
«Хрущев­
ский
ре н ессан с»
н евол ьно
сп осо бст вова л
пробуждению
п раво созн ан ия
у
некоторой
части
общества,
хотя
бы
п отом у,
что
вполне
прагматическая
цель
—
поставить
под
жес ткий
контроль
огромную
репрессивную
маш и­
ну
—
прикрывалась
декларациями
о
«восстановлении социалистической
законности».
До
сих
пор
неразвитость
правосознания
характерна
для
общества
в
целом,
а
в
то
время
призывы
пионе ров
правового
просвеще­
ния
—
Э. С.
Орловского
и
А .С.
Е с енина-В оль пина
—
по нимат ь
законы
та к,
как
они
писаны,
а
не
та к,
как
их
тра кту ет
начальство,
тем
более
не
воспринимались
всерь ез.
Ерм оге н
принадлежал
к
чи слу
немногих,
начав­
ших
са мо сто ятель но
изучать
законы
и
апеллировать
к
их
букве.
Представ­
ляется
нетривиальной,
в
особенности
для
церковной
среды,
и,
пожалуй,
достойна
отдельного
исследования
его
сознательная
оп ора
на
Пра во
в
отстаивании
своей
позиции.
Нын е
Церковь
свободна
от
д икта та
и звне,
а
Поместный
Собор
1988 г.
фа ктич ес ки
вне с
в
«Положение о РПЦ»
все
те
изм енен ия ,
за
которые
выс туп ал
и
пострадал
архиепископ
Ермоген.
Тем
прискорбнее,
что
в
издан­
ном
по
благословению
патриарха
«Учебнике для православных духовных
семинарий»
ни
слова
не
говорится
о
том,
что
претерпел
Ермо ге н
за
«пред­
ложен и я
<...>
продиктованные,—
как
пишет
ав тор
уче бник а
протоиерей
В.
Ц ип ин,—
искренней
тревогой
за
состояние
церковных
дел »47.
Примечания:
1 В некоторых источниках Гермоген.
2 Авторы благодарят историка Дм.
Зуб арева
за
то,
что
он
обрат ил
н аше
внима­
ние
на
восп оми нан ия
вы пуск ни ка
г имназии
Е.Б .
Букреева
о
своем
о дн окласс­
ник е
Михаи ле
Булгакове,
п озволя ющ ие
составить
представление
о
репутации
семьи
будущего
ар хие пи ск оп а: «В то же время у нас учились <...>
два
б рата
Голубевы
—
сыновья
невероятно
черносотенного
профессора
Духовной
ака де­
мии.
Коне чно,
Б ул гаков
не
был
с
такими
ярым и
черн осотен цами » (Чудакова
М.
Жизнеописание
Ми хаи ла
Булгак ова.
М.:
К нига , 1988.
С. 25).
Оценки
Бук­
реева
следу ет
принимать
с
некоторой
поп равко й,
поскольку
с
гимназического
возраста
и
до
преклонных
лет
он
о става лся
убе жденным
анархистом.
В
Пер­
вой
гимназии
одновременно
с
А.С.
Голубевым
учились
помимо
Булгакова
Кон­
стантин
Паустовский
и
бра тья
Георгий
и
Лео нид
Пятаковы
—
будущие
руко­
в од ители
украинских
большевиков.
3 Патриарх Ермоген (1606-1612), чьи призывы « вс ею
землею
обще
стать»
с ыг­
рали
огромную
роль
в
формировании
народного
ополчения
против
интервен­
140

ции
Речи
Посполитой,
принял
смерть
в
т емниц е
и
ст ал
первым
и
единственным
до
недавнего
времени
п атриа рхо м,
прич ис ле нным
к
лик у
святых.
Архиепи ск оп
Ермоген
воз мущ ался
в
патриархии
те м,
что
празднование
50- ле тия
восстан ов ­
ления
патри ар ше ства
не
было
назначено
на
де нь
памя ти
свят ит еля .
4 Отметим,
что
влад ыка
был
сторонником
более
т вердо й
позици и
по
отношению
к
новой
власти
и
обн овле нче с тву,
н ежели
сам
патриарх,
а
Данилов
мон аст ырь
ста л
местом
встреч
его
е диномы ш л еннико в.
5 Напомним,
что
Е рмог ен
был
в
сане
арх иман дри т а,
к отор ый
обычно
имеют
н асто ятел и
мон аст ырей .
6 Стоит добавить,
что
Совет
по
делам
РПЦ
даже
по тр ебо вал
от
патриархии
представить
доклад
о
нарушении
духове нс т вом
советск ого
законодательства.
7 К сожалению,
мы
не
р ас пол агаем
данны ми,
был о
ли
выполнено
по стан овлени е
Священного
Синод а
от
24 марта 1960 г.
о
создании
сборника.
8 Среди обвинений,
пред ъя вляем ых
уполномоченным
Сове та
Н.
Вороничевым
в
спр авк е
от
29 марта 1960 г.,— «ф альс иф ик ац ия
и
распространение
документа
о
по ло жении
ру сс кой
п раво сл авной
церкви
вместо
официального
“Положения
об
управлении
РПЦ”» (ГАРФ.
Ф . 6991.
Оп.7.
Д. 43.
Л .48-55).
9 Там же.
Л . 82-93.
10 Там же.
Непрон умерован ный
ли ст
меж ду
л.
9и10.
11 Определение суда,
обращающее
внимание
соответствующих
ор гани за ций
или
должностных
лиц
на
уст ановленны е
при
рассмотрении
дела
фак ты
нарушения
закона,
причины
и
услов ия ,
с пос обс твова вш ие
совершению
правонарушений.
12 ГАРФ.
Ф. 6991.
Оп .7.
Д. 43.
Л .7-9.
13 Там же.
Л.136-136об .
14 Там же.
Л. 129-133.
15 Этот факт никогда впоследствии не подтверждался,
но
и
не
опровергался
п ат риар хом
или
кем-либо
из
его
окружения.
Во змож но
также,
что
патриарх
—
старец
вес ьма
по чте нног о
на
тот
момент
возраста
(87 лет)
—
п оп росту
заб ыл
о
разговоре
с
Ерм огеном
и
своем
благословении.
16 Или,
по
словам
архиепископа
Михаила,
сочувственное
отношение.
17 Из отчета Совета по делам религии — членам ЦК КПСС (В ест ни к
РХД.
1979.
Апрель.
No
130.
С.2 78).
18 Об этом свидетельствует высказывание заместителя председателя Совета по
делам
религий
В.
Ку рое дова
—
Ма к а рце ва: «Тому,
кто
поп ы тается
соп роти в­
ляться
постановлениям
о
при хода х,
мы
пер елом аем
но ги». (Поспеловский Д. В.
Ру сс кая
Православная
Цер ковь
в
XX веке.
М.:
Респуб лика, 1995.
С . 335-336).
Сказано
это
было
нак ан уне
П омест но го
Соб ора
1971 г.
(на который надеялся
Е р м о ге н), утвердившего Постановление Архиерейского Собора 1961 г.
о
внесе­
нии
изменений
в
«Положение об управлении РПЦ» .
19 ГАРФ .
Ф .6991.
Оп .7.
Д. 43.
Л .100.
20 См.
письмо
священников
Н.
Эшлимана
и
Г.
Як ун ина
«Епископам Русской
Ц е рк в и» (Архив Самиздата.
No
724.
С .11 // Собрание документов Самиздата.
Мюнхен:
Ис сле дова тел ьск ий
институт
Ради о
«Свобода».
Т.П ).
21 ГАРФ .
Ф .6991.
О п.7.
Д. 43.
Л.136-136об.
22 ЦХСД.
Ф .5.
О п.59.
Д.24.
Л .2.
141

23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
В
книге
Л.
А лексе ев ой
«История инакомыслия в СССР:
Новейший
период»
(Москва;
Ви ль н юс, 1992.
С. 180) также утверждается,
что
бол ьшинс тв о
и ерар­
хов
сня ли
свои
по дпис и.
Это
же
чис ло
на зыв ае тся
в
указ,
письме
Г.
Якунина
и
Н.
Эшли ман а
(С.4) и в
указ,
книге
Л.
Алек сеевой
(С. 179-180).
Протоиерей
В.
Цыпин
в
«Истории
Русской
Православной
Церк ви , 1917-1990» (Московская патриархия;
Изда­
тельский
дом
«Хроника», 1994.
С . 165-166) помимо этого среди подписантов
называет
еще
и
епископа
Та мбо вск ого
Михаила
(Чуба), чьей подписи на самом
д еле
не т;
в
сп иске ,
приводимом
им,
отсутствуют:
архиепископы
—
Ташкент­
ский
и
Среднеазиатский
Гавриил,
П енз енск ий
и
Саранский
Феодосий,
епископ
Черниговский
и
Нежинский
Нестор;
архиепи ск оп
Мукачевский
и
Уж г ородс кий
Григорий
назван
им
епископом
Корсунь-Шевченковским.
ГАРФ .
Ф. 6991.
Оп.7.
Д .43.
Л. 232.
Там
же.
Оп .2.
Д. 455.
Л .144.
Со вета
по
де лам
Р ПЦ.
Курсив
в
тексте.
Одн о
из
заявлений
—
ГАРФ.
Ф.6991.
Оп .7.
Д. 43.
Л. 144; Объяснительная запис­
ка
—
Там
же.
Л .1 4 7-148об.
Архи в
Самиздата
No
75.
С . 1 // Собрание документов Самиздата.
Мю нхен :
Исследовательский
институт
Рад ио
«Свобода», 1972.
Т .1.
Там
же.
Там
же.
Там
же.
С .5.
Ны не
Святейший
патриарх
Моск овски й
и
Вс ея
Руси.
ГАР Ф.
Ф.6991.
Оп .7.
Д .43.
Л .172-176.
Имеется
в
виду
заявление
от
25.11.1967.
ГАРФ .
Ф. 6991.
О п.7.
Д. 43.
Л .171.
Там
же.
Л. 1 72 -176.
Там
же.
Л.2 1 2 -216.
Там
же.
Впоследствии
Святейший
патриарх
Московский
и
Все я
Руси
(1970-1990).
ГАРФ .
Ф.6991.
О п.7.
Д. 43.
Л.224-244.
Русская
Православная
Церк ов ь
в
советское
время:
Матери алы
и
документы
по
ист о рии
отношений
межд у
государством
и
Церковью.
К н.2 / Сост.
Г.
Штрик-
ке р.
М.:
Пропилеи, 1995.
С .77.
ГАР Ф.
Ф.6991.
О п.7.
Д .43.
Л. 278-278об .
Из
сп равк и
уп олн омоче нног о
Совета
по
Гродненской
области
(ГАРФ.
Ф. 6991.
Оп .7.
Д .43.
Л. 2 79-281).
На
совещании
архи епи ск оп
Бр юссель ский
В аси лий
осмелился
да же
выступить
с
критикой
Постановления
Архи ере йск ого
Собора
1961 г.
Ци пин
В.,
прот.
Исто р ия
Ру сск ой
П равославн ой
Це рк ви, 1917-1990: Учебник
для
православных
духовн ых
семинарий.
М.:
Хроник а , 1994.
С.166.

Статьи.
Сообщения

Елена
Коробова
(Саратов)
Ю. Г.О КСМ АН
В
САРАТОВЕ
1947-1957 гг .
. ..И
все
так
же,
не
проще,
век
наш
пробует
н ас.
А.Галич
12 января 1995 г .
отмечалось
столетие
со
дня
ро жде ния
Юлиана
Григорье­
ви ча
Оксмана.
Жанр
юбилея
абсолютно
не
подходит
к
неординарной,
всегда
выб ива ющейс я
из
контекста
времени
личности
уче ного,
по
отноше­
нию
к
которому
верна
пер вая
часть
бахтинской
фор мул ировк и: «Человек
всегда
либо
в ыше
своей
су дь бы,
либо
ниже
своей
ч еловеч но сти ».
В
1960- е
гг.
Оксман
поставил
в опрос
об
ответственности
интеллиген­
ции
за
все
происшедшее,
требуя
процесса
над
«стукачами от литературы» .
Это
отражено
в
его
пис ьма х
к
американскому
слависту
Г.П.С труве ,
опубликованных
Л.Флейшманом
!, письмах,
ста в ших
одной
из
первых
п опыт ок
прорыва
«железного занавеса».
В
них
зап е чат лел ась
вся
проти­
воречивость
процессов
«оттепели».
Ученый
писал,
что
«перекур» (как
кто-то
гениа льн о
назв ал
период
после
«рождества Хрущева»
до
пьян ого
гвалта
на
выставке
«30 лет МОСХа») был « не
по каз ател ен
для
общего
курса
литературной
по л итики»2.
Письма
к
Ст руве
даю т
представление
и
о
работе
Окс ман а
как
ре д актор а:
он
сообщает
собранные
по
крупицам
материалы
о
по этах
Сер еб р яного
века,
корректирует
подготовку
к
изданию
за
рубежом
п ерво го
четырехтомного
собрания
сочинений
О.Мандельштама...
Эта
переписка
ста ла
п ово дом
для
вторичного
и склю чени я
Оксмана
из
Сою за
писателей.
Се го дня
обращение
к
судьбе
ученого
такого
масштаба,
как
Окс ман ,
необходимо
не
только
для
восстановления
ис т ории
науки,
—
во
многом
оно
помогает
исследовать
отношение
тоталитарного
государства
к
интел­
лигенции.
Изучение
же
саратовского
периода
жизни
Оксмана
позволяет,
с
од ной
ст оро ны,
понять
атм о сферу,
духовный
климат
провинции
после­
во енных
лет
и
—
с
другой
—
наглядно
иллюстрирует
механизм
внесудеб­
ных
преследований.
В
Саратовском
университете
крупнейший
пушкинист
р або тал
десять
лет,
с
1947 г.
—
сразу
после
десяти
лет
Кол ым ы.
(Оксман был арестован
145

в
ноябре
1936 г.
за
то,
чт о,
ру ков одя
подготовкой
к
из дан ию
юбилейного
со бр ания
сочинений
П у шк и на 3, настаивал на научных принципах этого
из дания
и
доскональных
комментариях,
т.е .,
по
мн ению
в л аст ей, «созна­
тельно
тормозил
р або ту,
пытаясь
сорвать
пушкинский
юбилей»4.
На
работу
в
Саратов
ученого
взяли
по
ходатайству
его
коллеги,
друга
и
оппонента
Г.А.Гуковского,
профессора
Ленинградского
университета,
во
время
войны
в
эвакуации
работавшего
проректором
СГ У.
Во ссоз дава я
научную
биографию
Оксмана,
мы
мыслим
это
поня тие
широко,
в
духе
самого
ученого,
кот оры й
определял
«биографию»
как
«осмысление всего жизненного пути и творческой эволюции».
Здесь
вспоминаются
слова
Ключевского,
что
«в жизни ученого и писателя
г ла вные
биографические
фак ты
—
книги,
важнейшие
события
—
мы сли »5.
Это
и
оп ре дел ило
структуру
настоящей
ра б оты,
в
ко то рой
рассматривает­
ся
биография
уче но го
«для отдела кадров»
и
биография
научная
—
как
пр едст ает
личность
пушкиниста
в
его
статьях,
пись м ах,
выступлениях.
В
ходе
работы
н ами
бы ли
использованы
материалы
Саратовского
облпартархива,
архи ва
Саратовского
университета,
воспоминания
учени­
ков
и
коллег
Ю.Г.Оксмана
—
В.В.Пугачева,
В.К.Архангельской,
С.М.Ка-
сов ич а,
С .А. Бах,
письма
уче н ого
к
ним,
а
также
его
письма
из
Саратова
к
редактору
«Литературного наследства»
Кс ении
Петровне
Богаевской.
К
сожалению,
до
сих
пор
не
удалось
попасть
в
архивы
УФСБ
(КГБ)
по
Саратовской
области,
что
лишило
нас
очень
важных
фактов,
свиде­
тельств,
писе м
Ю.Г.Оксмана,
к от орые
некоторыми
его
коллегами
сдава­
лись
по
требованию
КГБ
в
«органы» .
Таким
об разом ,
для
нас
остался
недоступен,
как
это
ни
парадоксально,
и
ва жне йший
источник
нау чн ых
взглядов
ис след о ват еля
—
конспекты
его
л екций.
Оксман
же
в
одном
из
писем
гово рил,
что
все
его
лекции,
записи
к от орых
почти
не
сохранились,
«стенографируются и изучаются в нескольких инстанциях»6.
Одн ако
архи вы
«инстанций»
остаются
до
сих
пор
закрытыми,
о
продуктивности
же
их
испо ль зо вания
свидетельствует
книг а
«Госбезопасность и литера ­
тура»7, а также публикация в «Историческом
архиве»
материалов
КГБ
об
академике
Ланда у8 .
На
основании
имеющихся
в
нашем
распоряжении
документов
и
воспоминаний
хотелось
бы
исследовать
один
эпизод
биографии
Ю.Г.Окс­
мана
—
сл ожн ую,
неоднозначную
ист ор ию
его
отно шений
с
Саратовским
университетом,
в
частности,
странный
перевод
ученого
с
м ир овым
именем
в
1950 г.
с
должности
профессора
на
должность
старшего
преподавателя,
а
за тем
и
ассистента.
Во
время
недавних
юбиле йных
торжеств
во
многих
в ысту плениях
саратовских
профессоров,
в
статьях
проводилась
мысль,
что
г оды
в
Саратове
бы ли
для
Ок сман а
чуть
ли
не
идиллическими.
Это т
парадный
глянец
совершенно
искажает
су дьбу
ученого.
Не
подходит
к
нем у
и
образ
146

преуспевающего
педагога,
каким
пытаются
его
сегодня
изобразить.
Обра­
ти мся
же
к
фактам.
Перевод
профессора
на
должность
старшего
п реп од авате ля
в
1950 г.
обоснован,
как
можно
судить
из
л ич ного
д ела,
отка зо м
ВА Ка
в
д екаб ре
1949 г.
выдать
Ю.Г.Ок сма н у
аттеста т
профессора.
Д ело
в
том ,
что
в
к онце
сороковых
проводилась
аттестация
вс ех
работников
высшей
шко лы
и
вместо
существовавших
ранее
сп ра вок
пр офе ссо рам
и
доцентам
выдава­
лись
дипломы
о
научной
ст епен и
и
зв ани и.
Формально
отказ
ВАКа
был
мотивирован
«отсутствием у Ю. Г.О кс ма на
документа
об
утверждении
его
в
звании
профессора»9. (Это
несмотря
на
то,
что
до
ареста
ученый
раб о тал
пр офес сор ом
Ленинградского
университета,
был
заместителем
председателя
Пушкинской
комиссии
АН
СС СР,
Председателем
П уш кин­
ского
комитета,
заместителем
директора
Института
русской
литературы
Ака дем ии
наук.)
Думается,
аттестацию
В АКа
можно
сравнить
с
обменом
партдокумен-
тов ,
кот орый
фактически
превращался
в
чис тку
па рт ии,
—
дипл о мы
в ыд ав ались
далеко
не
всем.
Понять
смы сл
эт ой
аттестации
можно
только
обратившись
к
истори­
ческому
контексту.
1948-1949 гг .
—
время
очере дн ой
крупнейшей
разо­
блачительной
кампании,
на
этот
раз
против
«буржуазной генетики».
Оксман
пис ал
в
сентябре
1948 г.
из
С ар а то в а : «Четырехдневная дискуссия
в
университете
о
выявленных
у
нас
гнездах
вейсманистов
закончилась
не
только
изгнанием
из
университета
всех
виновных,
но
и
предложением
заняться
в ыяв л ением
идеологического
л ица
вс ех
факультетов.
Нажи м
п ре двиди тся
оч ень
серьезный,
ибо
прохв ост ов ,
л юб ящих
ловить
рыбку
в
мутной
воде,
везде
много,
а
в
ученых
круга х
ос обе нно»10.
И
действитель­
но,
уже
в
марте
1949 г.
в
университете
появились
комиссия
из
обк ом а,
ревизор
из
министерства
вы сшег о
образования
по
кадрам
и
еще
«какие -т о
менее
авторитетные
контролеры».
В
эти
дни
ученый
с
грустной
ир о нией
пишет
К.П .Б ог аевск ой : «Ведем проработку вопроса о космополитических
происках
на
литературном
фронте.
Поиски
врагов
еще
не
закончены,
идет
«изучение»
т рудов
вс ех
членов
кафедры
русской
литературы.
С
э тих
же
п оз иций
читаются
лекции
—
их
программы
и
стенограммы»11.
Становится
яс но,
что
проводимой
аттестации
придавалось
не
только
научное,
но
и
политическое
значение.
В
1948 г.
был о
получено
и
распоряжение
Минвуза
не
печатать
ни
одной
строки
без
рецензии
и
визы
М ос квы.
Оксман
ска зал ,
что
это
«убьет
наши
“Ученые записки”»12.
И
его
опасения
пол нос тью
оправдались.
Последний
выпуск
«Ученых записок Саратовского университета»
(1948.
Т . 20) подвергся резкой критике в центральной прессе .
5 октября
1949 г.
в
«Литературной газете»
б ыла
напечатана
статья
Г.Пермякова
«А
жизнь,
знай
себе,
идет
и
пр о х о дит. .. », половина которой была посвящена
разгрому
статьи
Оксмана
«А .К ол ьцов
и
тайное
“Общество независи ­
147

мых”».
Заканчивалась
«научная рецензия»
Пермякова
резюме
относи­
тельно
всего
сборника
«Ученых записок»: «В своей статье профессор
А.Скафтымов (редактор «Ученых
записок».
—
Е.К.) пи ше т: «Жизнь,
знай
себе,
идет
и
проходит».
Он
хотел
этим
выразить
о тнош ение
персонажей
чеховских
пьес
к
ок ру жающ ей
действительности.
Но,
сам
того
не
подозре­
ва я,
он
дал
очень
верную
характеристику
отношения
лит ер ат уров едов
Саратовского
университета
к
злободневным
вопросам
советской
литера­
ту ры
и
языкознания.
Действительно,
проф.
Скафтымов
и
его
кол леги
что-то
изучают,
что-то
пишут,
а
жизнь,
знай
себ е,
иде т
и
проходит»13.
Об
эт ой
статье
Пермякова
Оксман
пи сал: «<...>
хулиганскую
выход­
ку
в
«Литературной газете»
принял
очень
спокойно.
Уколы
и
удары
такого
рода
я
рассматриваю
очень
трезво
и
профессионально,
без
всяких
пре ув елич ени й.
Мне
гораздо
бы ло
б ол ьнее
умолчание
обо
мне
в
книжке
Ира клия
(Андроникова.
—
Е. К.)
—
им енно
потому,
что
он
мог
не
умол­
ча ть.
В
последние
месяцы
нельзя
бы ло
мне
не
учесть
изъятие
ссылок
на
мои
работы
в
книжка х
Блока,
Базанова,
В .Н.О рлов а.
И менно
«изъятие»,
ибо
все
они
ме ня
обильно
цитировали
и
упоминали
д аже
в
верстке.
Сами
понимаете,
что
ф акты
эти
я
не
мог
воспринимать
спокойно.
Шельмование
в
«Литературной газете», поскольку оно лишено политической и методо ­
логической
остроты,
ме ня
поэтому
не
очень
огорчило
—
вс е-т аки
фами­
лию
пустили
в
оборот!
В
дореволюционных
условиях
за
это
не кот орые
авторы
да же
платили
Пе рм як овым
из
«Синего журнала»
или
«Биржев-
ки»<...>
Но
есть
и
оборотная
сторона
в
эт ой
рецензии.
В
саратовских
условиях
она
может
им еть
самый
неприятный
резон ан с,
дискредитируя
меня
в
местных
культурных
орга низ а циях »14.
И
действительно,
ме ст ные
«культурные организации»
не
заставили
себ я
жда ть.
Под
давлением
обкома
на
филологическом
факультете
бы ло
устроено
публичное
обсуждение
статьи
Пермякова
с
приглашением
город­
ских
властей.
Но,
вопреки
ожиданиям,
пр ивы чно го
процесса
над
уче ны ми
не
п олучи лос ь
—
собрание
встало
на
их
з ащи ту.
16 октября 1949 г.
Оксман
пи с ал : «В пятницу очень бурно проходило общефакультетское открытое
соб р ание,
на
котором
обсуждался
фельетон
Пермякова.
Заседали
до
тр ех
ча сов
ночи
с
сем и
вечера.
Я
выступал
оче нь
г оряч о,
о
чем
сейчас
жалею.
Но
сам ое
неприятное
—
это
была
студенческая
демонстрация
в
мою
чест ь,
очень
бурная
и
единодушная.
Я
очень
боюсь,
что
городским
властям
это
кр айне
не
понравилось.
Разумеется,
е сли
бы
я
знал
о
настроениях
студентов,
я
п об есед овал
бы
с
акт иво м
и
не
допустил
бы
ни
оваций,
ни
выступлений
против
«Литературной газеты» .
Впрочем,
сейчас
об
этом
говорить
уже
п озд но »15.
«Хроническое ощущение бед и неприятностей», преследующее уче­
ного,
не
обманывает
его .
В
марте
1950 г.
сост о ялось
заседание
бю ро
обкома
партии,
где
разбиралось
«неудовлетворительное состояние науч­
но-исследовательской
работы
на
историческом,
филологическом
и
хими­
148

ческом
факультетах
Саратовского
университета».
В
протоколе
за седа ния
за п и са н о: «Серьезные недостатки и ошибки в научно- ис с ле до ва те льс к ой
работе
являются
следствием
незрелого
политического
руководства
этим
в ажне йшим
участком
со
сто ро ны
ректора
университета
т.Голубкова
и
секр ета ря
парткома
т .И льи на<...>
Несмотря
на
то,
что
за
последнее
время
«Ученые записки»
университета
неоднократно
подвергались
резкой
кри тик е
в
пе чат и,
ректорат
и
пар тк ом
не
позаботились
об
укреплении
состава
редакции
«Ученых записок» .
До
сих
пор
в
сост аве
редакции
зап исо к
находятся
аполитичные
л юди<.. .> «Ученые записки»
из дают ся
крайне
небрежно,
на
низком
научно-теоретическом
у ровне ,
с
гру бы ми
по ли тич еск ими
ошибками
и
идеологическими
изв р ащени ями<.. .>
Н ауч но -и сслед овател ьск ая
работа
на
кафедрах
филологического
фа-
ку л ьт ет а<...>
направлена
на
изучение
воп рос ов
далекого
прош лого,
кото­
рое,
к
тому
же,
не
всегда
тра кту етс я
с
марксистско-ленинских
поз и ций »16.
Бюро
обкома
по с та н овля ло : «Потребовать от ректора университета т .Г о­
лубкова
и
секретаря
парткома
т. Ильина
безусловного
в ыпо лнен ия
реше­
ний
ЦК
ВКП(б)
по
идеологическим
вопросам,
проведения
беспощадной
бор ьбы
с
а полит ичнос ть ю,
буржуазным
объективизмом,
к осмо по лит из­
мом
и
всякого
рода
извращениями
марксистско-ленинского
учения
в
нау чной
раб от е»17.
В
резу ль та те
д вой ного
—
административного
(отказ ВАКа)
и
партий­
ного
—
давления
ректор
подписывает
прика з
о
переводе
Оксмана
с
должности
профессора
на
должность
старшего
преподавателя.
А
в
1952 г.
его
переведут
на
должность
ассистента...
Его
имя
по-прежнему
изымается
из
научных
изданий,
з апр ещаютс я
ссылки
на
него.
«Кривая,
уход яща я
с
головокружительной
быстротою
вниз,
—
вот
мой
график
10/Х 1950»18, —
пишет
ученый.
А
на
воп рос ,
как
вы
чувствовали
се бя
в
Сарат ове
все
эти
го ды,
он
о т ве тит: «Как еще живая
че рн обур ка
в
меховом
ма г аз ине».
Особенно
обостряется
положение
ученого
в
июне
1952 г.
Он
пишет;
«Лучше самому вовремя отойти от “зл а”
и
избавить
се бя
тем
са мым
от
возможности
увольнения.
Дал ьше
нет
сил
терпеть
того,
что
д ела ется
в
нашем
университете.
Ни
морально,
ни
материально
моя
работа
меня
уже
второй
год
не
устраивает.
Неужел и
я
так
уже
никому
не
нужен,
что
не
найду
работы
в
более
человеческих
ус лови ях?
По ка
еще
я
в
состоянии
работать
по-настоящему...
Но
каждый
год
в
Сар ато ве
стоит
с
1949 г.
пя ти
лет
норм альной
жизни.
Печатных
возможностей
зд есь
никаких,
людишки
из
ректората
—
мелкота,
но
ядовитая,
от
них
каждый
де нь
мо гу
ж дать
только
подв охов ,
а
не
поддержки.
На
днях
всерьез
беседовал
с
ректо­
ром
—
и
понял,
что
мне
рассчитывать
не
на
что
—
лучш е
у йти
с
осени
самому,
а
ина че
“доймут”»19.
И
ле том
1952 г.
Оксман
уезжает
в
Москву
—
подыскивать
новое
ме сто
работы.
149

Именно
к
этому
времени
—
августу
1952 г.
—
относится
письмо
В.В.Виноградова
—
академика-секретаря
Отделения
языка
и
ли те рат уры
АН
СССР,
директора
Института
языкознания
АН
—
на
имя
м инис тра
в ысше го
образования
с
просьбой
перевести
Ю. Г.Оксмана
из
Саратовского
университета
в
один
из
филиалов
Академии
на ук.
По
воле
сл учая ,
Виктор
Владимирович
и
Юлиан
Григорьевич
роди­
ли сь
в
один
и
тот
же
день.
Но
совпала
не
только
дата
рожд ен ия
—
в
чем-то
схожими
бы ли
и
судьбы
двух
ученых.
Виноградов,
так
же
как
и
Ок см ан,
зна л
периоды
вз лет ов
и
падений,
сидел,
только,
в
отличие
от
Оксмана,
не
в
разгар
«большого террора», а раньше.
Синусоиды
д вух
судеб
не
раз
пересекались,
хотя
фазы
их
не
совпадали.
И
одним
из
таких
«сплетений
судеб»
стане т
письмо
В иног радов а
о
Юлиане
Григорьевиче.
Копия
этого
письма
находится
в
личном
деле
Оксмана,
и
так
как
оно
ранее
не
публиковалось,
приводим
его
текст
по лно ст ью.
«12 августа 1952 г .
Министру
высш ег о
об разо ван ия
СССР
No
339-6
Доктор
филологических
н аук
Юлиан
Григорьевич
Окс м ан,
известный
своими
специальными
работами
по
истории
рус ск ой
лит ера туры
XIX в.,
хотел
бы
перейти
из
Саратовского
гос уда рс тв е нного
университета,
в
котором
он
работает
в
настоящее
время,
на
научно-исследовательскую
и
научно-организационную
работу
в
один
из
филиа лов
АН
СССР.
Ю. Г.Оксман
яв ляе тся
одним
из
очень
квалифицированных
и
п родук ­
тивных
н а учных
работников.
Его
по сле дние
исследования
о
Белинском
получили
высокую
оценку
в
советской
пе чати
(«Вестник АН», 1951, No
10, «Ученые записки ЛГУ», 1952, «Советская книга», 1951, No 12).
Целесообразное
использование
Ю. Г.Оксмана
как
исследователя
литерату­
ры,
как
опытного
педагога
и
руководителя
молодых
научных
кадров
могло
бы
принести
существенную
пользу
развитию
советской
филологической
науки.
Директор
Ин сти тута
языкознания
АН
СССР,
академик
В.В.Виноградов»20.
За м.
министра
высшего
образования
М.А.Прокофьев
отказался
удов ле­
тво р ить
эту
просьбу.
Вместо
перевода
в
систему
АН
он
предложил
Оксману
работу
в
одном
из
прибалтийских
ун иверси т ето в
—
в
Р иге
или
в
Тарту.
Но
хотя
о жид аемо го
действия
письмо
не
оказ ал о,
оно
да ло
другой
эффект
—
сработали
другие
«каналы» .
Когда
текст
письма
был
доведен
до
сведения
пер вог о
секретаря
Сарат овск о го
обкома
партии
Г.А.Бор ов ко-
ва,
то т,
по
словам
работника
обкома
С. А.Ка с ьк ова,
тут
же
наложил
резолюцию
(устно): «Если Оксман может работать в системе Академии
наук,
почему
же
он
не
может
работать
в
СГУ?!»
150

И
ко гда
в
конце
августа
1952 г.
жена
ученого
Антонина
Петровна
Оксман
пришла
на
прием
к
ректору
университета
(им был тогда уже
Р.В.Мерцлин)
с
в опрос ом: «Что делать Юлиану Григорьевичу?
Имеет
ли
см ысл
возвращаться
из
Москвы?» —
Роман
Викторович
ответил,
погла­
жив ая
св ою
знаменитую
бо р од у: «Приближается первое сентября,
ему
нужно
выходить
на
раб оту».
Тут
же
Антонина
Петровна
д ала
телеграмму
в
М оск в у: «Ректор считает необходимым твое появление в университете».
Оксман
был
«спасен», по крайней мере,
оставлен
на
работе.
Выра­
жа ясь
словами
уч ен ог о, «кривая судьбы»
затормозила
свое
«головокру ­
жительное
скольжение
в низ».
Правд а,
профессором
ученый
ст анет
снова
только
после
смерти
Сталина
—
в
апреле
1954 г.
А
в
1958 г.
он
по лучи т
наконец
возможность
вернуться
в
Москву
—
на
работу
в
Институт
мировой
литературы
им. Горького.
В
его
судьбе
до
но вых
преследований
и
п овт орн ого
исключения
из
Союза
писателей
в
1964 г.
снова
наступил
взлет.
В
1962 г.
его
даже
выдвинули
в
чл ен ы-к ор­
респонденты
АН.
Но
он
так
и
не
был
избран,
так
как
не
представил
документы
на
конкурс,
ибо
не
допускал
ни
м ал ейшей
возможности
своего
избрания.
И
как
оказалось,
напрасно:
в
комиссии
был и
Н. И.Ко нр ад
и
М.П.Але к с е ев,
полн ос тью
готовые
поддержать
Оксмана.
Что
же
кас ае тся
Сар ат о ва, «культурные организации»
т ипа
обк ома
партии
не
оставались
равнодушными
к
Оксману
и
после
его
смерти.
Когда
в
1971 г.
вышел
первый
номер
с борни ка
«Освободительное движение в
Рос сии »
со
статьей
Ю.Г.Ок см ан а
«Пушкин и декабристы», членам ред ­
коллегии
была
устроена
длительная
проработка
на
всех
уров ня х.
В
обком
вызывали
секретаря
парткома
университета,
директора
издательства,
пр о­
ректоров,
редакторов
сборника.
На
заседании
членам
ре дколле гии
были
вы нес ены
партийные
взы ск а­
ния
за
то,
что
«редколлегия сборника и издательство университета
опубликовали
сб ор ник
без
официального
сог ласо вани я
сост ава
ав тор ов
сборника
с
вышестоящими
па рт ийны ми
органами» 21.
Х отя
и
прошло
уже
двадцать
с
лишним
лет,
все
это
напоминало
48- й
го д,
ко гда
для
пу бл ик ации
необходимо
бы ло
иметь
визу
из
Москвы...
До
конца
80- х
гг.
имя
Оксмана
оставалось
в
Сар ат ове
запрещенным,
а
на
лекц ия х
по
русской
литературе
на
ф илфа ке
СГУ
его
не
упоминали
до
1994 г.
***
Что
ка сае тся
другой
грани
жизни
ученого,
его
ли чнос ти,
такой,
как
она
предстает
из
его
статей
и
книг,
думается,
зд есь
плод от воре н
пу ть
Я.С.Лур ье ,
озаглавившего
последнюю
сво ю
книгу
«После Толстого»:
значимость
фи гуры
Оксмана
позволяет
рассматривать
развитие
истори­
ческой
и
литературоведческой
науки
«после Оксмана» . В от ли шь н еск оль­
ко
фак т ов.
151

В
Саратове,
работая
над
лекциями
«Пушкин и декабристы», ученый,
по
его
выра ж е ни ю, «набрел в своих бумагах»
на
две
пачки
материалов,
собранных
много
лет
назад,
когда
для
«Библиотеки поэта»
он
го тови л
кн игу
«Нелегальная поэзия первой половины XIX
века».
Просматривая
старые
в ыпис ки
и
че рн овик и,
Оксман
снова
загорелся
этим
замыслом
и
нач ал
работать
над
статьей
о
политической
лирике
и
сатире
Пушкина.
Впоследствии,
в
1955 г. ,
эти
материалы
лягут
в
основу
его
доклада
на
Пушкинской
конференции.
В
статьях,
а
потом
и
в
докладе
Оксман
останавливается
на
трех
вопросах:
хроно логи я
—
датировка
стихотворе­
ний
«Вольность»
и
«К Чаадаеву»; их жанр;
соотношение
эволюции
политических
взглядов
П ушк ина
и
деятельности
«Союза спасения»
и
« Союза благоденствия » .
Ученый
говорит
о
том ,
что
и
ода
«Вольность», и послание « К
Чаадаеву»
по
сути
своей
являются
политическими
прокламациями.
Поэ­
тому
традиционная
датировка
стихотворений
соответственно
1817 г.
и
1818 г.
представляется
ему
сомнительной
—
ве дь
стали
они
известны,
как
мо жно
су дить
по
воспоминаниям
современников,
то лько
в
1819 г.
(«Воль­
ность») ив1820г.
(«К Чаадаеву») гг .
Произведения
же
такого
рода,
по
убеждению
учено го, «не пишутся в стол,
они
рассчитаны
на
немедленное
воздействие
на
читателя»22.(На
что
Б.В.Томашевский
во
время
доклада
бр оси л: «Видно,
у
Вас
большой
опы т
в
распространении
прокламаций»23.)
Не
обсуждая
уместности
эт ой
ре пл ики
в
1950- е
гг.,
отметим,
что
в
сущности
Томашевский
был
не
далек
от
истины
реа льн ос ть
XX в.
помогала
глубже
понять
век
XIX.
И
сам
Оксман
выд ви гал
очень
интерес­
ную
мы сль
—
что
анализ
распространения
самиздата
позволил
бы
иссле­
дователям
увидеть
много
н ового
в
распространении
нелегальных
произве­
дений
начала
XIX в.2 4
Сп ор
о
датировке
обо их
пушкинских
стихотворений
объясняется
отсутствием
автографов
в
архивах.
Анализ
же
единс тв енно го
сохранивше­
гося
ав тор ско го
списка
«Вольности», а вернее
—
второй
его
половины,
подкрепил
догадку
ученого:
стихотворение,
да т ируем ое
впоследствии
ав­
тором
1817 г.,
бы ло
написано
на
бумаге
с
водяным
знаком
1818 г.25
Оч ень
интересна
и
концепция
ученого
о
десятой
главе
«Евгения
О не гина».
В
расшифрованных
строфах
он
видит
не
д не вник
Онегина
и
не
продолжение
«романа в стихах», а отрывки большого произведения поэта
об
Александровской
эпохе.
Антиправительственный
текст
требует
строгой
тайны
—
отсюда
и
шифро ван ные
строки.
Ученый
здесь
снова
опирается
на
документы
—
на
пис ьма
Пушкина,
д невники
П.А.Вяземского.
К
со жален и ю,
до
сих
пор
не
все
материалы
докладов
и
статьи
Ю. Г. Оксмана
оп убл иков ан ы.
Многое
находится
в
черновиках.
По
дв ум
причинам:
внешней
—
оп ала
ученого
и
вну тр енней
—
работу
над
пушкин­
ской
темой
ученый
считал
настолько
своей,
что
ему
казалось,
будто
написать
о
П уш кине
он
успеет
всег д а.
И
он
редактировал
академические
152

издания
Герцена,
Тургенева,
Краткую
Литературную
Энцик ло педию ,
го­
товил
к
изданию
пис ьма
В.Ф.Раевского,
о
которых
говорил: «Пушкиная
всегда
ус пею
написать,
а
письма
Раевского,
ес ли
бы
не
были
закончены,
ник о гда
бы
уже
не
б ыли
приведены
к
общему
зн амен ател ю»26.
О
широте
на у чных
интересов
Оксмана
го вор ит
обнаруженный
в
его
личном
дел е
список
печатных
трудов
(до 1953 г.), включающий более 140
наиме но ва ний.
Этот
список
составлен
самим
ученым,
и
его
значение
неоценимо,
так
как
в
России
до
сих
пор
полная
библиография
его
трудов
не
составлена.
Ученым
не
бы ла
написана
монография
о
Пушкине.
Однако
в
Сарат о ве
находятся
очень
ценны е
материалы
—
черно вик и
кн иги
ученого
«Пушкин
и
декабри сты », переданные вдовой Ю.Г .Ок с ма на
его
ученику
и
коллеге
В.В.Пугачеву.
Необходима
подготовка
этой
рукописи
к
изданию
—
ее
публикация
введет
мно го
нового
в
декабристоведение
и
пушкиноведение.
Эренбург
писал
о
своем
в ре ме ни : «Распалась связь между отцами и
д едам и,
но
зато
восстановилась
между
дет ьми
и
дедами».
Сегодня
и
эта
связь
утрачена.
И
тем
более
поражает
умение
Оксмана
бы ть
«своим»
в
каждом
слое
времени:
с
легкостью
переноситься
в
XIX век,
быть
«своим»
по
о тно шению
к
учит е лям
(напримерС.А.Венгерову,
в
семинаре
которого
он
зан и м ался 27), по отношению к ученикам и коллегам и,
наконец,
не
утратить
новизны
первооткрытия
и
с его дня.
Примечания:
1 Письма Ю .Г.Ок смана
к
Г.П.Струве /Публ.,
предисл.
и
коммент.
Л.Флейшмана
//Stanford Slavic Studies. 1987. Vol.l .
2 Там же.
Р .45.
3 О сложной истории подготовки к изданию юбилейного собрания сочинений
Пушкина
сви дет ель ст вуют
сохранивш иеся
в
рукописном
архиве
Института
рус­
ской
ли те ратур ы
сте ног рамм ы
заседаний
ред коллегии
(Ф .24 4.
Оп.27.
No
58).
4 См.
об
этом
эпизоде
подробнее
в
статье:
Дине с
В.А.,
Пуг аче в
В .В.
«А все-т ак и
она
ве ртит с я!» //Проблемы истории культуры,
литературы,
социально-эконо­
мической
мысли.
Вып .
5.
Ч.
2.
С аратов , 1989.
С.38-39.
5 Ключевский В . О.
Сергей
Михайлович
Соловьев
// Ключевский В. О .
Очерки
и
речи.
Пг ., 1918.
С. 25.
6Ю.Г.Оксман
в
Сар ат о ве: (Письма 1947-1957 гг. ) / Публ.
К.П .
Бога евск о й
//
Вопросы
лит ера т уры.
1993.
No
5.
С .233.
7 Госбезопасность и литература на опыте России и Германии (С ССР
и
ГДР ).
М.,
1994.
8 «По данным агентурной и оперативной техники... »: Справка КГБ СССР об
академике
Л.Д.Лан д ау //
Исторический
архив.
1993.
No
3.
С . 151-161.
9 Копия письма из ВАКа находится в личном деле Ю .Г .Ок смана,
хран я щемся
в
Архиве
Саратовского
госуниверситета
(Д.
No
45.
С .48).
10Ю.Г.Оксман
в
Саратове.
С. 244.
153

и
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
Там
же.
С .247.
Там
же.
С.244.
Пермяков
Г.
«А жизнь,
зн ай
себ е,
ид ет
и
проходит...»:(Об «Ученых
записках
Саратовского
у нив ер сите та», 1948, т.
XX)//Литературная газета.
1949. 5
о кт.
С. 7.
Ю .Г.Ок сман
в
Саратове.
С. 256.
Там
же.
П рото кол
заседания
бюро
обкома
КПСС
от
24 марта 1950 г .
// Саратовский
областной
арх ив.
Ф.594.
Д . 1326.
С. 52-52.
Там
же.
С.56.
Ю .Г.Ок сман
в
Саратове.
С. 259.
Там
же.
С. 263.
Личное
д ело
Ю. Г.
Оксман а.
С.56.
Протокол
заседания
б юро
Кировского
райкома
партии
г.
Са ратова
от
21
о кт ября
1971 г.
// Саратовский облпартархив .
Ф. 1327.
Д .27.
О п.63.
С. 2 7-28.
Оксман
Ю.Г.
Пушкинская
ода
«Вольность»: (К вопросу о датировке) // Про­
блемы
истории
культуры,
литературы,
со циаль но-эк оном ич еск ой
мысли .
С ара­
то в, 1989.
С. 2.
К
сожалению,
стенограммы
пушкинских
к он ферен ций
на
данный
момент
не
н айден ы
в
арх ив ах
Пушкинского
дома.
Они
цитируются
по
копиям,
хранящим­
ся
в
личн ом
архи ве
В . В. Пуг ачева.
См.
изложение
пушкинских
взг ля дов
в
ста тье
В. В.
Пугачева
и
В. Л.
Динеса
«А все-так и
она
верт ит с я!» (С. 49).
Ок сман
Ю. Г.
Пушкинская
ода
«Вольность» .
С .7.
Ю. Г.Оксма н
в
Саратове.
С.247.
См.
об
этом:
Депретто
К.
Литературная
критика
и
история
ли терат ур ы
в
России
конца
XIX — нач.
XX в.
// История русской литературы: XX век:
Серебряный
век
/Под ред.
Ж. Н ива,
И. Серман а,
В.Страда
и
Е.Эткинда.
М.,
1995.
С.257.

Денис
Букалов
(Донецк,
Украина)
ОСТАРБАЙТЕРЫ
ДОНБАССА
Во
время
вт орой
ми ровой
во йны
м илл ионы
советских
гр аж дан
бы ли
вывезены
на
работу
в
Германию
или
в
оккупированные
ею
страны.
По
св е дениям
Донецкого
областного
а рхив а,
только
из
Донецкой
обла с ти
было
насильно
угнано
более
250 000 человек.
Многие
из
них
потеряли
зд оровье
от
непосильного
труда,
некоторые
по
возвращении
на
родину
попали
в
советские
концентрационные
лагеря.
Большинство
людей
после
возвращения
из
Германии
прошли
через
фильтрационные
лагеря,
где
их
проверяли
органы
НКВД.
Некоторых
отп ра вля ли
в
ГУЛАГ,
других
отпус­
кал и
домой.
Однако
даж е
е сли
человека
впоследствии
не
трогали
власти,
факт
пребывания
на
работах
в
фашистской
Германии
вызывал
к
н ему
по до зрен ия
у
окруж а ющи х.
Только
в
последние
го ды
отношение
к
э тим
л юдям
ст ало
меняться
в
лучш ую
сторону.
Н ем алую
роль
в
этом
сыграло
Общество
«Мемориал».
При
его
участии
бы ла
поднята
проблема
выплаты
компенсаций
бывшим
«восточным рабочим» («остарбайтерам») за время рабского труда в
Германии.
Белоруссия,
Россия,
Укр а ина
и
ФРГ
подписали
соглашение,
которое
предусматривает
выплату
Германией
одноразовой
материальной
помощи
лицам,
пострадавшим
от
фашистского
режима.
На
Укр а ине
в
1993 г.
был
соз дан
национальный
фонд
«Взаимопони ­
мание
и
примирение».
В
п.2
Устава
этого
фонда
сказано,
что
он
«созда ­
ется
с
целью
организации
выплат
компенсаций
гражданам
Украины,
к от орые
в
го ды
Великой
Отечественной
войны
стали
жертвами
нацистских
п реслед ован и й».
Одним
из
основных
документов
фонда
является
и
«По ­
ложе ни е
о
порядке
и
критериях
опре де ле ния
компенсационных
выплат
гражданам,
которые
пострадали
от
национал-социалистских
пр еследо ва­
ний
в
г оды
вт орой
мировой
вой ны» .
Согласно
«Положению», в число тех,
кому
выплачивается
компенса­
ция,
входят
узники
ко нц л агерей
и
гетто,
граждане,
насильно
вывезенные
на
принудительные
работы
в
Гер ман ию,
насильно
вывезенные
д ети
до
16 лет,
а
также
де ти,
родившиеся
в
плену.
Тем,
кто
поехал
в
Германию
д обро вольн о,
компенсация
не
выплачивается.
Размер
выплаты
сос т авля ет
от
400 до 1000 немецких марок .
Величина
вы пл аты
зависит
от
места
и
характера
содержания
в
Германии,
возраста
на
тот
моме нт,
от
состояния
здоровья
в
настоящее
время.
155

«Положение»
также
определяет
оче ре днос ть
получения
вы п лат,
со­
держит
перечень
документов,
которые
мог ут
подтвердить
факт
на цист ­
ских
преследований.
Сбором
документов
—
заявлений
и
необходимых
сп ра вок
—
для
по­
лучения
выплат
занимаются
отделы
социального
обеспечения
(собесы) .
Со­
бранные
материалы
затем
напра вляют ся
в
региональные
представительства
фонда,
которые
фу нкцио нир у ют
в
каждой
обл аст и
Украины,
а
оттуда
—
в
Киев,
где
их
рассматривает
экспертная
комиссия
фонда.
Комиссия
выносит
окончательное
решение
о
в ып лате
компенсации
и
ее
размерах.
В
с п орных
случаях
можно
подать
жалобу
в
кассационную
комиссию.
Первоначально
предполагалось
закончить
прием
заявлений
31 декаб ­
ря
1994 г .,
а
все
выплаты
произвести
до
июля
1996 г. ,
но
в
связи
с
тем ,
что
многие
граждане
не
успели
собрать
необходимые
справки,
срок
приема
заявлений
продлен.
Поскольку
«Мемориал»
несколько
лет
н азад
заня л ся
проблемами
«остарбайтеров», многие ассоциативно связывают его с проводимыми
выплатами.
По
эт ой
причине
в
«Донецкий Мемориал»
часто
обращаются
жи тели
Д онб асса
с
про с ьбой
помочь
в
оформлении
документов
или
получении
сп раво к
о
пребывании
в
Германии.
Существующая
государственная
система
учета
эт ой
категории
гр ажд ан
и
оказания
им
помощи
с лиш ком
формальна
и
неэффективна,
и
«Донецкий
Мемориал»
всег да
ока з ывал
консультативную
помощь
обратившимся
граж­
данам,
но
его
возможности
в
проведении
этой
работы
ограничены.
Поддерж­
ка
Фонда
им.
Генриха
Бёлля
позволила
нам
боле е
широко
и
всесторонне
осу щест вит ь
прое кт
«Помощь остарбайтерам Донбасса» .
В ып олне ние
проекта
предусматривало
ока за ние
консультативной
помо­
щи
гражданам,
а
также
сбор
и
систематизацию
сведений
обо
всех
гражданах-
остарбайтерах,
обратившихся
в
«Мемориал».
На
ос нове
эт их
сведений
предполагалось
создать
банк
данных
об
о ста рб айтер ах
Дон б асса.
На
первом
этапе
вып олне н ия
проекта
в
ответ
на
обращение
«Доне­
цкого
Мемориала»
правление
фонда
«Взаимопонимание и примирение»
предоставило
свой
У с та в, «Положение о порядке и критериях определе­
ния
компенсационных
в ыпла т .. .», образец заявления- а нк е ты
и
другие
не об ходи мые
документы.
На
основании
этих
материалов
н ами
бы ла
написана
статья,
в
к ото рой
содержалась
инфо р мация
об
условиях
и
пор ядк е
оформле н ия
документов
и
получения
компенсационных
выплат
от
Германии,
а
такж е
о
во змо жн ос­
ти
получения
консультативной
помощи
в
«Донецком Мемориале».
По­
скольку
в
настоящее
время
на
Украине
многие
гр аждан е,
особенно
пре­
клонного
возраста,
не
могут
се бе
позволить
выписывать
более
одной
газеты,
текст
стат ьи
был
отправлен
более
чем
в
50 известных нам
районных,
городских,
шахтных,
профсоюзных,
студенческих
и
других
газет.
Мы
та кже
обратились
с
просьбой
в
редакции
э тих
газет
пересылать
156

в
«Донецкий Мемориал»
письма
граждан,
которые
обратятся
за
помощью
непосредственно
в
газету.
Судя
по
полученным
нами
письмам,
статью
опублик ов али
более
половины
газ ет
(точное число определить сложно).
В
некоторых
публика­
циях
редакции
внесли
в
текст
несу ще ств енные
изменения
и
поместили
его
без
авторской
п одп иси.
В
ответ
на
эти
публ ик аци и
на ми
получено
уже
более
680 писем,
и
они
п род ол жают
поступать.
Чаще
всего
авторов
интересует,
какие
документы
ну жны
при
подаче
заявления,
где
их
можно
получить,
каков
порядок
обращения
за
компенсацией
от
Германии,
критерии,
по
кот орым
оп р еде­
ляется
раз мер
выплаты,
сроки
получения
денег.
Большинство
обратившихся
к
нам
граждан
не
знают,
с
че го
начинать
хлопоты,
к
кому
обращаться.
Ес ть
очень
сложные
вопросы,
на
которые
трудно
найт и
ответ.
Например,
Ст а дник
Татьяна
Константиновна
из
г.
Тореза
Донецкой
области
бы ла
угнана
в
1942 г.
в
Германию,
а
в
1945 г.
освобождена
американскими
войсками,
кот ор ые
заключили
ее
в
лагерь,
где
она
ждала
отправки
на
родину.
Лагерь
охранялся
американскими
войсками.
Там
она
родила
дочь.
Имеет
ли
дочь
Татьяны
Константиновны
право
на
получение
компенсации?
Приравнивается
ли
пребывание
в
аме ­
риканском
л агере
к
плену?
О
другом
случае
р асс казы ва ется
в
письме
жи теля
Донецка
Гелевского
Давида
Яковлевича.
Оказавшись
на
занятой
нем ецким и
войсками
террито­
рии,
он
был
арес то ван
немцами,
отп рав лен
в
лагерь,
бежал.
С кр ывая
национальность
(он
—
ев р е й), жил под чужим именем как Пустовой Иван
Андреевич.
С
августа
1944 г.
по
фе вра ль
1945 г.
работал
в
электромастер­
ской
Эмиля
Вэйма
в
городе
Остэроде,
о круг
Алленштайн,
Восточная
Пруссия.
Как
сегодня
подтвердить
св ое
пр ебы ван ие
и
работу
в
Германии,
он
не
знает.
Восточная
Пр усси я
теперь
принадлежит
России,
жил
он
под
чужой
фамилией,
свидетелей
его
пр ебы в ания
в
Пруссии
разыскать
прак­
тич ески
невозможно.
Бо ль шинств у
обратившихся
граждан
нам
удается
помочь,
выслав
текст
«Положения»
или
бланк
запр о са
в
Арользен
о
пр ебы в ании
в
Германии,
л ибо
посоветовав,
куда
им
следует
обратиться
для
получения
ну жной
справки
на
Украине.
Нуждающимся
в
информации
нами
выслано
480 экземпляров текста « П о ло ж ен ия», 320 бланков для направления
запроса
в
Арользен.
Одновременно
вс ем
обращающимся
в
«Донецкий Мемориал»
п ред ла­
гается
заполнить
анкету
для
составления
бан ка
данных
об
остарбайтерах
Донбасса.
Помимо
паспортных
д анны х,
в
анкете
мы
просим
у каза ть
место,
откуда
человек
был
вывезен
в
Германию,
даты
отправки
и
осв об ожд ени я,
пу нкты
пребывания
в
Германии.
В
настоящее
время
собраны
св еде ния
более
чем
о
500бывших «восточных
р аб о чих », проживающих ныне в
Донецкой
области.
157

Интенсивность
по тока
писе м
гр ажд ан
в
«Мемориал»
позволяет
сде­
лать
вывод,
что
еще
многи е
из
ли ц,
насильственно
уг нанны х
на
работу
в
Германию,
не
обратились
за
компенсацией.
Ч аще
в сего
это
свя зан о
с
отсутствием
у
них
достаточной
информации
о
процедуре
ее
получения,
отсутствием
подтверждающих
документов,
необходимостью
писать
в
Арользен,
откуда
приходится
подолгу
ж дать
ответа.
Нередко
в
службах,
з аня тых
приемом
и
оформлением
заявлений
на
получение
компенсаций,
дают
гражданам
неверные
разъяснения.
Нап ри­
ме р,
од ной
женщине
ответили,
что,
так
как
во
время
отправки
ей
было
двадцать
два
года
и
она
могла
уйти
к
п арт из анам
(!), компенсация ей не
положена.
Консультативная
помощь
«Мемориала»
в
таких
случаях
быва­
ет
очень
кстати.
По
сведениям
Донецкого
представительства
фо нда
«Взаимопонимание
и
примирение», к 1
июня
1995 г.
компенсации
пос т упили
на
6000 человек,
выплачивают
их
банки
Донецкой
области.
На
5000 человек документы
отправлены
в
Киев
в
экспертную
комиссию
и
еще
5000 —
находятся
в
стадии
оф ормл е ния
в
Донецке.
Заявления
продолжают
поступать.
Второй
большой
частью
н ашей
работы
бы ло
и сследо ван ие
обстоятельств
отправки
советских
граждан
в
Германию
в
го ды
во йны.
Бы ли
лю ди,
к ото рые
уехали
на
работу
в
Германию
добровольно.
Однако
по
материалам
Донецкого
областного
архива
(выражаю огромную благодарность его директору Надеж ­
де
Метальниковой
за
оказанное
содействие)
установлено,
что
за
год ы
окку­
пации
252 239 человек из Донецкой области были угнаны насильственно.
Нами
получены
именные
спис ки
примерно
на
35 000 человек,
составленные
властями
сразу
после
войны
по
опросам
свидетелей.
Наиболее
массовой
была
отправка
1942 г.
Только
за
период
с
15 фев­
раля
по
19 апреля 1942 г .
бы ло
отправлено
из
Донбасса
50 эшелонов с
50 000 жителей.
Газета
«Донецкий вестник», выходившая в Донбассе во время окку­
пации,
писала
в
номере
за
8 февраля 1942 г. : «Приглашение отправиться
на
работу
в
Великую
Германию
вызвало
ж иве йший
отк лик
среди
безработ­
ных
г .Юзо вки
(название Донецка во время войны .
—
Д. Б.).
На
сегодня
зап иса ло сь
уже
свыше
6000человек. <...> желающим быть отправленными
в
первых
п ар тиях
следует
по с пеши ть,
так
как
в
ближайшие
дни
запись
будет
прекращена».
В
номере
за
22 февраля опубликована фотография,
на
к от орой
за печ атле на
отправка
эш е лона
в
Германию,
и
сообщается,
чт о, «желая
удовлетворить
возможно
бо льш ее
количество
безработных,
желающих
поехать
на
работу
в
В елику ю
Германию,
биржей
труда
в
недалеком
будущем
будут
дополнительно
организованы
пун кты
по
записи
в
гг.
Мар и упо ле,
Горло вке ,
Чистяково,
Краматорске».
Публикует
газета
и
письма
из
Германии.
В
а пре льс ком
номере
приве­
дено
письмо
Анастасии
Ашитовой,
которая,
в
час т нос ти,
пишет: «Перед
158

нами
стояла
иная
земля,
держащая
на
себе
громадные,
аккуратно
постро­
енные
за вод ы,
фабрики,
красивые
дома,
с
зеркально-чистыми
улицами,
с
хорошими
и
образованными
людьми.
Это го
мы
нико г да
не
видели
в
России.
Здесь
мы
действительно
у бедил ис ь,
что
Великая
Германия,
осво­
бо ждая
нас
от
большевистского
ига,
принесет
нам
счастье,
свободу
и
культуру.
И
в
этом
нет
никакого
сомнения».
Газета
выход ила
под
контролем
немецких
властей,
и
понятно,
почему
публиковались
име нно
такие
пис ь ма.
А
вот
образец
письма
из
Германии,
не
пу бли к овавш ег ося
в
газетах,
хот я
и
подвергшегося
п ерлю ст рац и и: «Дорогие родители,
у
нас
идут
ужасные
дожди,
приходится
спать
по
3 часа в ночь.
Жива
буду,
увидимся,
ес ли
не
постигнет
такая
су дьб а,
как
некото р ых
русских,
проживавших
в
Германии».
Пос ле
войны
очевидцы
ра сск азы вали ,
как
проводилась
отправка
в
Германию
эшелонов
с
«добровольцами».
В
архиве
хранится,
например,
свидетельство
жителя
г.Артемовска
Донецкой
обла с ти
Ко рзу на
Ивана
Ни ки фо рович а: «Цехендорф и руководимая им жандармерия и полиция
на
протяжении
вс его
времени
до
августа
1943 года путем вызовов под
видом
регистрации,
а
также
проведением
облав,
вс ех
задержанных
при
обла ва х
и
при бывш их
на
регистрацию
насильно
от п ра вляли
в
Ге рма ни ю».
Сам
начальник
жандармерии
Отто
Цехендорф
во
время
до пр оса
11
октября
1947 г.
п ок азыв ал : «Жандармерия и полиция под моим руковод ­
ств ом
оцепили
со
всех
сторон
город,
и
каждая
квартира
и
дом
по ли цией
тщательно
б ыли
обысканы
с
целью
задержания
зд ор овых
советских
граж­
дан
для
угона
в
Германию.
В
то
же
время
отрядами
полиции
в
селах
района
пров оди лис ь
облавы.
В
резул ьт ат е
облавы
в
городе
и
районе
б ыли
схвачены
до
50 советских
девушек,
которые
под
ох ран ой
пол иции
бы ли
направлены
в
Сталино
для
отправки
в
Германию.
Я
отлично
понимал,
что
всякий
принудительный
т руд
впоследствии
превращал
чело век а
в
неполноценного
в
фи зи ческ ом
отношении
или
пр иво дил
его
к
сме рт и».
По-разному
молодые
л юди
старались
избе жа ть
отп ра вки
в
Германию.
В
од ном
из
писем,
которые
сейчас
приходят
в
«Мемориал», описывается,
как
девушка
натира ла
се бе
те ло
перцем,
в ызыва я
жар
и
повышение
температуры,
чт обы
не
б ыть
отп ра вле нной
в
Германию.
Во
вт орой
раз
она
облилась
кипятком,
но
в
Германию
так
и
не
уехала.
П исьма
гр аж дан
в
«Мемориал», сообщающие подробности процеду ­
ры
угона
в
Германию,
касающиеся
об сто я тель ств
жизни
и
работы
там,
повествующие
о
том ,
как
сложились
су дьбы
«остарбайтеров»
после
войны,
—
нео це ни мый
исторический
материал,
свидетельство
тяжелейше­
го
пе риод а
в
истории
д вух
стран.

Гюльнара
Бекирова
(Москва)
ПРОБЛЕМА
ЭМИГРАЦИЙ
КРЫМС КИХ
ТА ТАР
В
РОСС И ЙС КОЙ
ИСТОРИЧЕСКОЙ
ЛИТЕРА ТУРЕ
XIX - 30-х
гг.
XX в.
П ол итиче ская
акция,
об о знач енная
Манифестом
8 февраля 1783 г.
о
присоединении
Кры ма
к
России,
стал а
поворотным
событием
в
истории
крымских
татар
(ПСЗ.
15708).
Что
это
был и
за
годы
в
сост ав е
России?
Время
политического
у па дка,
период
оседлости,
внешне
ми рног о
взаимодействия
с
Россией.
Но
при
этом
—
почти
непрерывный
эмиграционный
процесс,
потеря
земли,
яв ное
или
скрытое
вытеснение
из
Крыма.
И
вместе
с
тем
—
начало
духовного
возрождения
в
конце
XIX в.,
вновь
не
без
в лия ния
России
на
фор ми ро ва­
ние
национальной
татарской
инте л лиге нции.
Образование
в
1921 г.
Крымской
АСС Р
стало
новым
важным
этапом
в
жизни
крымскотатарского
нар о да,
который
после
десятилетий
«полити­
ческого
бесправия
поч увс твова л
себя
хозяином,
ответственным
за
судьбы
собственной
культуры
и
государственности» (Губогло,
Червонная.
Т .1.
С . 71*).
Однако
де пор тация
1944 г.
положила
конец
надеждам
на
равное
положение
в
«семье народов» .
Следы
этой
истории
в
XIX в.
остались
в
естественнонаучной,
геогра­
фической,
статистической,
ме муа рной
литературе,
в
20-30-х
гг.
XX в.
—
в
научно-исторической.
И
име нно
это
сложн о е
сочетание
свидетельств,
о тр ывочн ых
упоминаний,
преданий
сложилось
в
полную
лакун
и
ми фоло­
гем
систему
представлений
о
крымскотатарском
народе
—
не
всегда
т очн ых,
а
порой
и
превратных.
И
хо тя
литература
эта
составляет
огромный
массив,
ск ол ько -нибу дь
с ерь езно му
историографическому
исследованию
она
не
подвергалась.
Собственно
историографических
работ
бы ло
столь
нем но го,
что
рассмот­
рение
их
не
за ймет
большого
пространства
нашей
работы.
Од на
из
пе рвых
попыток
та кого
род а
—
вес ьм а,
как
кажется,
роб­
кая
—
бы ла
предпринята
в
1856 г.
в
небольшом
очерке
Б-на
«Крым» (Б -н) .
Автор
хара кт ери зуе т
несколько
работ
о
Крыме,
в
основном
научно-попу­
ляр ных.
Однако
источники
он
рассматривает
с
рез ко
критической
интона-
* Полное библиографическое описание источников,
на
которые
д аны
отсылки
в
скобках,
см.
в
приложенном
к
статье
«Списке использованных источников
и
литературы».
160

ци ей,
не
всегда
последовательно
и
логично,
к
тому
же,
на
наш
взгляд,
слишком
эмо ци он альн о,
чт обы
претендовать
на
научность.
Тем
не
менее
работа
заслуживает
внимания
как
едва
ли
не
самый
ранний
опыт,
поло­
живший
начало
историографической
традиции
в
крымоведении.
Историографические
об зор ы,
основная
цель
которых
—
представить
ст епе нь
из уче ннос ти
проблемы
к
мо м енту
написания
авторами
их
собст­
венных
работ,
содержатся
в
двух
серьезных
монографиях
по
истории
крымскотатарского
землевладения
(Блюменфельд.
С. 1-6; Лашков.
С .1-
XVI).
Историографический
оче рк
в
книге
Лашкова
подробнее
и
обстоя­
тельнее,
но
в
нем
пропущено,
в
частности,
издание
Ос обой
ко мис сии
о
вакуфах
1886 г.,
выпу щенно е
в
1892 г.
(Частно- ва к уфн ое
владение
в
Кр ыму ).
В
целом
же
ск лад ывает ся
впечатление,
что
эта
часть
работы
носит
чи сто
вспомогательный
характер
по
отношению
к
основной
—
исторической.
В
опубликованной
в
1930 г.
статье
(Чернышов)
рассматривается
исто­
риография
проблемы
эмигр ац ии
крымских
тат ар
в
1860 г.
Автор
п одроб но
анал изир уе т
работы
А. И.Мар к евич а,
А.Озенбашлы,
А.С . Серг еева,
С.А.Усова,
ост ан авли вая сь
гл авны м
образом
на
предложенной
ими
трак­
товке
причин
эмигра ции.
Однако
критика
аргументов
коллег
постепенно
превращается
в
это й
статые
в
оценку
их
иде ологич ес ки х
пр инципов .
Согласно
партийной
логике
Е.Чернышова,
С.А.Усов
ока зы вае тся
«мето­
дологическим
реа кцио нер о м», А.Оз ен ба шлы
—
националистом,
А .И.Мар-
кевич
—
«великодержавным шовинистом» .
Анализируя
вз гля ды
пр едш е­
ствующих
ав тор ов
сквозь
призму
«единственно верной»
марксистской
т еори и,
Е.Чернышов,
похоже,
и
не
подозревает
об
ограниченности
такого
подхода
применительно
к
реше н ию
сложных
и
многоаспектных
историчес­
ких
проблем.
Что
кас аетс я
работ
самого
последнего
времени,
мо жно
назвать
историографический
оче рк
по
истории
крымскотатарского
национального
движения
в
уже
уп омя нут ой
книге
(Губогло,
Че рвон н ая.
Т .1.
С. 12 -53).
Авторы
представляют
обзор
источников
и
ист ор и огра фии
по
проблеме
—
как
русскоязычных,
так
и
иностранных.
Четкая
и
логичная
структура
работы
позволяет
проследить
в
динамике
эволюцию
взглядов
и
позиций
по
тем е.
Анализ
наиболее
серьезных
книг
зар уб е жных
историков
Э.Ол-
ворт а
и
А.Фишера
придает
работе
дополнительную
ценность,
би бл иогр а­
фиче с кое
значение
име ют
упоминаемые
авторами
публикации
на
ино­
странных
языках,
историографически
пока
не
изученные.
Эт от
небольшой
обзор,
наметивший
общие
направления
историографического
рассмотре­
ния
проблемы,
несомненно,
может
стать
основой
для
крупного
и
обстоя­
тельного
труда
по
и с тории
крымскотатарского
национального
движения.
Таковы
историографические
ра бот ы,
связанные
с
изучением
и с тории
крымских
татар.
Однако
обобщающих
т рудов ,
историографической
мак­
роструктуры,
в
которой
с од ержа лась
бы
по пыт ка
обозреть
в есь
литера­
161

турный
массив,
проанализировать
его
основные
ид еи
и
мотивы,
по ка
не
создано.
Работа
такого
масштаба
яв но
не
под
силу
одному
человеку,
что
вовсе
не
означает,
что
э тим
не
следует
заниматься.
Остановимся
на
том
—
очень
пунктирно
и
общо,
—
как
и
в
ка ких
исторических
условиях
складывался
историографический
комплекс,
свя­
занный
с
жизнь ю
крымских
татар
с
1783 г.,
в
период
существования
Крыма
в
сост аве
России.
Научное
изучение
Крыма
с
конц а
XVIII в.
бы ло
св я зано
прежде
всег о
с
необходимостью
освоения,
закрепления
новой
территории,
сохранения
ее
богатств.
Правительственный
интерес
стимулировал
иниц иа тив у
первых
посетителей
российского
Крыма
—
государственных
сановников,
дипло­
матов,
ученых,
иностранцев,
оставивших
многочисленные
с виде тел ьст ва
о
пр еб ыван ии
на
этой
земле.
На
рубеже
XVIII—XIX
вв.
многие
из
них
пытались
осмыслить
древнюю
историю
Крыма
(Паллас;
На р ушев ич;
Сестренцевич-Богуш),
зап еч атле ть
его
географические,
при родны е,
топографические
особеннос­
ти
(Габлиц;
Зуев;
П ал ла с ), изучить археологические памятники ( К еппе н;
Мура вье в- Апос т ол;
Му рза ке ви ч ), причем исследования такого рода зачас­
тую
проводились
при
материальном
содействии
рос с ийс кой
вл асти .
Освоение
н овой
тер р итор ии
происходило
и
на
частном
уровне,
что
нашло
отражение
в
мн огочис ле нны х
источниках
ме муа рного
характера
(Броневский;
Демидов;
Клееман;
Корф;
Кравен;
Людоль ф
де;
Пис ьма
Иос ифа
II; Ромм;
Сегюр;
Сумароков
1800,1805), большая часть которых
приходится
на
конец
XVIII —
первую
половину
XIX в.
Путевые
очерки,
за писки,
воспоминания
о
Крыме
появляются
и
в
последующие
годы,
но
они ,
пожалуй,
более
ценны
с
точки
зрения
и зуче ния
эволюции
росси й ск о­
го
общества,
становления,
д уховн ого
со зрев ани я
ее
интеллигенции.
Ко
второй
половине
XIX в.
относятся
первые
по пыт ки
осмыслить
историю
Крыма
и
крымских
татар
в
составе
России
(Андриевский;
Голь-
денберг;
Горчакова;
Кондараки
1883, 1883-1884; Хартахай).
Поводом
для
рефлексии
такого
рода
становятся
значительные,
переломные
события
в
жизни
татар,
в
той
или
и ной
с теп ени
затрагивающие
интересы
России
(эмиграции, 100-л ет ни й
юбилей
присоединения
Кр ыма)
и
вызывающ и е
тем
самым
реакцию
в
российской
общественной
и
литературной
жизни.
Но
очевидно,
что
интерес
как
к
Крыму,
так
и
к
его
первобытным
обитателям
в
этот
период
неустойчив,
спорадичен,
и
красноречивым
подтверждением
э той
мысли
являе тся
полное
ра вно ду шие
мэтров
ро сси й­
ской
историографии
—
С. М.
Соловьева
и
В. О.Ключевского
—
к
истории
крымских
татар
по сле
падения
Крымского
ханства
в
1783 г.
Та
же
тенден­
ция
просматривается
в
б олее
поздних
обобщающих
трудах
по
истории
XIX в.,
в
которых
Крым
упоминается
лиш ь
в
контексте
важнейших
сюжетов
истории
Российского
государства
(Бочкарев;
Кизеветтер;
Корни­
162

л о в), а также при разработке восточного и национального вопроса (Жи­
гарев;
Мил юков ).
Тем
не
менее,
благодаря
у си лиям
местных
историков
и
краеведов,
таких,
как
Ф.Ф.
Ла шк ов,
Ф.
Хартахай,
А.И.
Маркевич,
Н.Ф.
Андриевский,
В .Х.
Кондараки,
во
вто рой
половине
XIX в.
некоторые
п роблем ы
истории
крымских
татар,
возникавшие
в
период
жиз ни
российского
Крыма,
—
эмиграции,
состояние
образования,
религия,
духовная
ж изнь,
поземель­
ный
вопрос,
—
пол учил и
более
глубокое
теоретическое
и
н а учное
обосно­
вание,
п роизо шла
их
нюансировка.
А
о
т ом,
что
местная
историческая
наука
существовала,
что
велась
активная
ис след оват ел ьск ая
и
публикатор­
ская
деятельность,
свидетельствуют
печ а тные
органы
Одесского
общества
истории
и
древностей
Черноморского
побережья
(с 1839 г.)
и
Таврической
ученой
архивной
коми сс ии
(с 1887 г.)
—
«Записки ООИД»
и
«Известия
Т УАК».
Сокровищницу
крымоведения
во
вто рой
полов ине
XIX в.
попол­
нили
значительные
работы,
явившиеся
результатом
быстрого
развития
статистической
науки
(Вернер;
Скальковский;
Ха на цк ий ), этнографии и
антропологии
(Кеппен;
Кондараки;
Мережковский;
Харузин), а также
труды,
от ра з ившие
ход
археологических
изысканий
(Брун;
Кулаковский;
Тизенгаузен;
Фа бр;
Фоменко).
К
ко нцу
XIX в.
осмысление
совместного
существования
Крыма
и
России
началось
в
среде
зар ожд ающ ей ся
крымскотатарской
инт еллиге н ­
ц ии,
что
отразилось,
в
частности,
в
раб от ах
И.
Гаспринского
(Гасприн -
ский
1896, 1991), в которых четко сформулирована дорогая автору идея о
необходимости
сближения
России
и
мус ул ьма нс кого
мира.
Важным
источником,
отразившим
эв олюц ию
духовной
жизни
россий­
ского
му сульм анст ва
является
издававшаяся
И.Гаспринским
в
Бахчисарае
газета
«Терджиман».
Несколько
по п ыток
изданий
такого
рода
для
тюр к­
ских
народов
предпринимались
и
ране е,
однако
все
они
до
револю ции
1905-1907 гг.
оказывались
недолговечными
—
аре сто выв али сь
и
закрыва­
лись.
«Терджиман»
же
выходил
как
при
жизни
Гаспринского,
так
и
п осле
его
смерти
в
1914 г.
(1883-1918).
Кроме
того,
в
Бахчисарае
на
крымскотатар­
ско м
языке
издавались
газета
«Миллет» (Нация)
и
еженедельный
журнал
для
женщин
«Алеми нисван» (Женский мир) (См. :
К лимович
1987.
С.173).
Начавшееся
в
1920-е
гг.
инт енс ивно е
и
целенаправленное
изучение
куль тур ы,
истории,
этнографии
крымскотатарского
народа
уже
в
30-е
гг.
фактически
сошло
на
нет.
Развитие
исторической
науки
в
Крыму
в
этот
период
—
сю жет
из
числа
почти
неразработанных
и
требующих
отдельно­
го
изучения.
Однако
и
сейчас
совершенно
очевидно,
что
эти
два
десятиле­
тия
в
к орне
отличаются
д руг
от
друга.
1920- е
гг.
—
время
активного
развития
крымоведения.
Лучшие
науч­
ные
силы
Крыма,
России,
Украины
—
археолог
А.Л.Б ерт ь е- Дел аг ард,
историки
Г.В.Вернадский
и
ста вши й
впоследствии
академиком
Б.Д.Г ре к ов,
возглавивший
в
1919 г.
Крымский
центрархив;
востоковеды
Ю.И.К рачк о в­
163

ск ий
и
А.Е. Крым ск и й,
эпиграфист
О.Акчокраклы
—
сосредоточились
в
это т
перио д
вокруг
основанной
еще
в
1887 г.
Таврической
ученой
ар­
хив ной
комиссии,
преобразованной
в
1923 г.
в
Таврическое
общество
ист о рии,
ар хео лог ии
и
э тног ра фии
—
ТОИАЭ.
Председателем
этого
пр и­
зн анно го
центра
крымоведения
мно гие
го ды
был
выдающийся
крымовед
А. И. Ма р кевич,
ст ав ший
в
1927 г.
членом-корреспондентом
АН
СССР,
а
с
3 апреля 1930 г.
комиссию
возглавил
арх еоло г
Н.Л.Эрнст.
Возникали
и
новые
организации,
считавшие
своей
основной
задачей
всестороннее
изучение
Крыма.
В
октябре
1922 г.
в
Москве
по
инициативе
группы
изв естн ых
ученых
и
общественных
деятелей
—
пр оф ессо ра
А.В.Ци н г ера,
врачей
А.В.Кузнецова,
А.А.Лит ке н с а,
пу бл ициста
и
о бще ст­
ве нн ого
деяте ля
Е.Д.Лейтнеккера
—
состоялось
учредительное
собрание
Российского
общества
по
изучению
Крыма
(РОПИК). В ко нце 1924 г.
было
организовано
Ленинградское
отделение
РОПИКа
во
гл аве
с
пр офе сс ором
Н. И.
Кузнецовым.
Отделения
общества
создавались
в
городах
и
поселках
Крыма
и
объединяли
около
900 крымоведов .
В
1925—1929 гг.
РОПИКом
издавался
общественно-научный
и
экскурсионный
журнал
«Крым», в
десяти
номерах
которого
опубликовано
большое
ч исло
научно-популяр­
ных
статей
по
истории,
археологии,
этн огра фи и,
географии,
курортному
стр ои т ельст ву.
Однако
уже
в
конце
1920- х
гг.
общее
изменение
ситу ации
в
советской
исторической
науке
коренным
об разо м
от р ази лось
и
на
развитии
краеве­
дения
в
Крыму.
Пр о цесс
1929-1931 гг.
по
делу
группы
историков
во
гл аве
с
С.Ф.Пла-
тоно в ым
п оложил
начало
разгрому
профессиональной
ис ториче с кой
ш колы
не
только
в
стране,
но
и
в
республиках.
Ос о бенно
усердствовали
в
бор ьбе
с
представителями
немарксистского
направления
в
и ст ориогра ф ии
уче ник и
и
сподвижники
М.Н. Покровского,
занявшие
в
20- х
гг.
руко водя ­
щие
позиции
в
советской
исторической
науке.
Уже
в
1930 г .,
в
ста тье
С .А.П ион тков ско го,
уче ни ка
Покровского,
одного
из
наиболее
радикаль­
но
настроенных
по
отношению
к
«ученым академикам», наряду с прохо­
дившими
по
делу
С.Ф.Платоновым,
С.В.Бахрушиным,
М. С. Лю бав ским,
подвергается
нападкам
и
А .И.Ма рк е вич,
многие
год ы
во з гл авл явший
ТУАК-ТОИАЭ,
—
за
«великодержавность и шовинизм», свойственный
«всем буржуазным историкам России» (Пионтковский).
В
1931 г.
деятель­
ность
ТОИАЭ
пре кра тилас ь ,
многие
его
чл ены
были
арестованы
и
поги б­
ли,
а
старейший
ист о рик
Крыма, 82-летний
А.И.
Маркевич,
в
1937г .
вновь
с тал
объектом
р азо блач ите ль ной
камп ании
на
страницах
газеты
«Красный
Крым»
—
на
этот
раз
как
авт ор
«контрреволюционных трудов»
по
краеведению
(См.:
Га ра гул я).
Чистки
1930-х
гг.,
проходившие
теперь
уже
под
знаком
борьбы
с
представителями
школы
М.Н.Покровского,
довершили
ра згро м
крымской
исторической
науки.
В
эти
же
го ды
по
обвинению
в
национализме
были
164

унич тож е ны
представители
крымскотатарской
научной
эл иты
—
этно гр аф
и
художник
У.Бода нин ск ий,
историк
и
эпиграфист
О.Акчокраклы,
исто­
рик
Я.Кемаль,
фило л ог
Б.Чобан-заде,
писатель
А.Лятиф-заде
и
др у гие.
Насколько
результативными
и
несомненно
ценными
с
научной
то чки
зрен ия
бы ли
достижения
крымоведов
в
1920-е
гг. ,
настолько
же
ску дны ми
они
стали
в
1930-е ,
ког да
наиболее
квалифицированные
исследователи
подверглись
репрессиям,
а
занятие
историей
—
в
соответствии
с
форму­
лой
«история есть политика,
опрокинутая
в
прошлое»
—
превратилось
в
дел о
политическое
и
отнюдь
не
безопасное.
♦**
На
фоне
тотальной
не из уче ннос ти
истории
крымских
татар
проблема
эмиграций
кажется
одной
из
наиболее
разработанных,
однако
при
де тал ь­
ном
знакомстве
с
историографией
становится
очевидной
ошибочность
э тих
представлений.
Можн о
смело
сказать,
что
литература
по
тем е
больше
ставит
вопросы,
чем
д ает
ответы.
При
т ом,
что
проблема
эмиграций
единодушно
признана
исследователями
од ной
из
самых
трагичных
стра­
ниц
в
истории
тат ар
после
падения
Крымского
ханства,
полной
ясности
по
ее
узловым
мо мент ам
(причины,
масштабы
каждого
из
движений,
хронологические
ра мки)
—
пока
нет.
Именно
п оэт ому
цел ь
данной
работы
мы
видим
не
только
в
то м,
чтобы
про сле дить
изменение
мотивов,
оце н ок,
трактовок
предшествую­
щих
а вт оров
в
связи
со
в семи
эмигр ац ио нн ыми
движениями
татар
в
составе
России
с
1783 г. ,
то
ес ть
исследовать
собственно
исто р иог ра фи­
ческий
аспект,
—
но
также
и
в
то м,
чтобы
опр еде лить
историографическое
пространство
проб ле мы
и
наметить
пути
ее
дальнейшего
изучения.
Мы
рассмотрим
каждую
из
упо мяну ты х
в
историографии
эмиг р аций
в
отдель­
нос ти,
независимо
от
масштабов
движения
и
с теп ени
отраженности
в
ис то риог ра фии.
Характеризуя
историографический
к омпле кс
в
целом,
можно
отме­
тить
следующее.
При
определенной,
хо тя
и
не ра вном е рной
по
каждой
из
волн,
обес­
печенности
историографическими
источниками
(не менее 20 работ по
исследуемому
периоду)
проблема
требует
дет альн ог о
изучения
каждого
из
д вижений.
Свидетельства
о
них
—
в
большей
или
мен ьш ей
ме ре
—
о став а­
лись
в
различных
нарративных
источниках
—
официальных,
публицисти­
ческих,
мемуарных,
исторических.
Одна ко,
судя
по
введенным
в
нау ч ный
обо рот
и
нашедшим
отражение
в
историографии
источникам,
они
оказа­
ли сь
недостаточно
репрезентативными
для
т очной
реконструкции
интере­
сую щег о
нас
исторического
ко нтин уу ма
(Крым в конце XVIII
—
начале
XX в.)
и
исследования
конкретной
проблемы.
О
слабой
изученности
те мы
свидетельствуют
прежде
всего
неясные
хронологические
рамки
эмиграционных
движений
татар .
Так,
границы
165

первой
эмиграции
обозначают
1784-1800 гг.
(Озенбашлы.
С. 70), 1785-
1788 гг .
(Марков .
С . 320; Мартьянов.
С.699), а в «Памятной
книжке
Таврической
губернии»
указано,
что
данное
эмиграционное
движение
было
«приостановлено в 1804 году при Ришелье» (Вернер.
С. 124).
Вторую
эм игра ц ию,
проходившую,
очевидно,
между
1800 и 1812 гг .,
о
которой,
по
мне нию
Е.М ар ков а,
существуют
только
«изустные преда ­
н ия » (Марков.
С. 322), большинство исследователей не упоминают вообще,
что
связано
как
с
недостатком
ис т очников ,
так
и
с
отсутствием
по дли нно
научного
интереса
к
проблеме.
А.
Озенбашлы
полагает,
что
вторая
эмиграция
приходится
на
1804-1805 гг.
(Озенбашлы .
С.72), В.Х.Кондара-
ки
—
на
1807 г.
(Кондараки, 1883.
Т.5.
С .132), П.К.М арт ь ян ов
—
на
1812 г.
(Мартьянов.
С.69 9).
А.Копчевский
второй
эмиграционной
в олной
называет
движение
тат ар
во
вр емя
Крымской
войны
(1853-1856 гг .), а третьей
—
п ереселе ние
1862 —
1865 гг. ,
вовс е
не
у по миная
об
эмиграции
н ачала
XIX в.
(Копчевский.
С .251).
Хронологические
очертания
третьей
волны
эмиграции
—
при
внешней
обеспеченности
историографическими
источниками
—
также
недостаточ­
но
четки.
Называются
1860-1862 гг .
(Озенбашлы.
С .71), 1860 г.
(Черны­
шо в.
С . 9 3), 1859-1860 гг.
(Гонение ...).
В ид имо,
при
обозначении
границ
данной
эмиграции
логичне е
всего
будет
при нят ь
крайние
цифры,
не
игнорируя
при
эт ом
движение
во
время
Крымской
войны,
то
ес ть
1854—
1862 гг.
Так ие
же
хронологические
рамки
предлагает
М .Пин сон
(Pin­
son) —
автор
од ной
из
серьезных
за ру б ежных
мон огра ф ий
по
теме.
Еще
х уже
обстоят
дела
с
пос ле дующ ими
движениями.
Эмиграция
1874г.
представлена
двумя
работами
(Мартьянов;
Муфтий-Заде), а конца XIX
—
начала
XX в.,
пик
к оторой
от м ечен
в
1902-1903 гг. ,
—
газетными
п ублик а­
циями
(Об эмиграционных планах . . . ;
Волынец;
К
воп росу
о
движении...).
А
поскольку
данные
пере сел ения
особым
интересом
и сслед оват елей
не
отм е­
чен ы,
то
и
их
хронологические
рамки
—
воп рос
дискуссионный.
Таким
образом,
разнобой
в
определении
временных
границ
первых
тр ех
в олн,
впрочем,
как
и
непротиворечивость
хрон олог ичес к их
очертаний
дв ух
последних
свидетельствуют
о
том,
что
проблема
эмигр ац ий
наш ла
скорее
публицистическое
о тр аж ение,
чем
научное
изучение
и
ждет
деталь­
но го
исследования.
Для
решения
этого
вопроса
необходимо
привлечение
а рхи вных
материалов,
в
том
числе
из
зарубежных
архивохранилищ
—
Турции,
Рум ыни и,
Польши,
куд а
прибывали
иммигранты.
Очевидно
неравномерное
историографическое
н аполн ение
источниками,
б ольша я
часть
которых
приходится
на
первое
(1800-1812 гг .)
и
третье
(1850-1860 гг . )
эмиграционные
движения.
Об
эволюции
оце нок
и
взглядов
авторов
мо жно
говорить,
пож ал уй,
только
пр име ни тел ьно
к
первой
и,
особенно,
к
третьей
эми грац ии,
в
отношении
которой,
в
свою
очередь,
сложилась
определенная
историографическая
традиция,
преемственность,
166

что
отмечено
в
работах
исследователей
(Чернышов.
С .3-13; Озенбашлы .
С .69).
Обобщающих
труд ов
по
про бле ме
нет.
Среди
опубликованных
источ­
ников,
специально
посвященных
этой
теме,
преобладает
публицистика
(Щербань;
А.У.;
Ма рть ян ов;
Озенбашлы;
Л ев ицкий;
Тотлебен;
Гоне ние ...;
Вол ын ец
и
д р.).
Попытка
научного
рассмотрения
проблемы
предпринята
в
работах
А.Маркевича
и
Е.Чернышова.
Многочисленные
упоминания,
составлящие
крупн ый
пл аст
фр агм ент арн ых
св ед ений
из
различных
источ­
ников,
нуждаются
в
тщательном,
весьма
скрупулезном
анали зе.
Перейдем
к
рассмотрению
у злов ых
моментов
каждой
из
эми гр ац ий,
ее
основных
сю жето в
и
мотивов.
Вполне
естественно,
что
все
исследователи
останавливались
на
п ри­
чинах
эмигр а ций
татар,
изучали
обстоятельства
и
масштабы
ка ждо го
из
дв иже ний.
Основными
причинами
первой
эмигр а ци и,
последовавшей
вскоре
после
аннексии
Крыма
—
в
1784 г.,
большинство
исследователей
считают
боя знь
перемен,
связанных
с
установлением
российской
вл ас тью
«нового
экономического
и
пр авов ого
порядка
ж и зн и » (Маркевич.
С .385), и
—
как
следствие
—
«убеждение,
что
правительство
<...>
не
будет
дер жа ть
их
в
Крыму
и
допустит
различные
меры
к
из гна ни ю» (Кондараки 1883.
Т .5.
С .76); а также тяготение «к
единоверной
Ту рции ,
по дст р екат ельст во
духовных
лиц
и
м ур з» (Лашков .
С. 1 2 4) и даже непривязанность татар к
земле
(Маркевич.
С .3 85).
Противоположную
п оз ицию
в
да нном
воп рос е
занимает
А.
Озенбаш­
лы,
считая
ре лиг ио зные
и
националистические
п рич ины
второстепенными.
Называя
г ла вным
в ино внико м
в сех
эмигр ац ио нн ых
движений
та тар
цар ­
ск ое
п ра вит е ль с тво , «путем утонченных приемов <.. .>
государственного
аппарата»
проводившего
в
жи знь
политику
«выпирания туземного насе ­
ления
из
насиженных
им
уго лков » (С .71), он предполагает,
что
эта
эмигра ц ия
«соответствовала видам правительства и самого Потемкина,
увлеченных
«греческим проектом», преследовавшим цели восстановления
на
Черноморском
побережье
бы вшей
Византийской
импер ии
с
монархом
из
Российского
императорского
дома
во
г ла ве » (С.70).
Нет
е д иного
мне ния
и
относительно
масштабов
первой
эмиграции.
Многие
исследователи
отмечают
шир ок ий
диапазон
чи сле ннос ти
отошед­
ших
в
Турци ю ,
ссылаясь
на
противоречивые
сведения
предшественников,
но
к
собственным
расчетам
не
приступая,
—
от
4000-5000
до
300 000
(Ханацкий.
С. 187), от 50 000
до
140 000 (Скальковский.
С .45), от 350 000
до
500 000 (Озенбашлы.
С .45).
На
основании
под сче та
численности
н асе­
ления
Кры ма
накануне
присоединения
к
России
в
1783 г.,
составлявшего
260 000-280 000, А.И .Ма рк еви ч
предполагает,
что
число
эмигрантов
пер­
вой
волны
не
превышало
80 000.
Та ким
образом,
он
ставит
под
сомнение
наиболее
п опу лярн ую
ци фру
историков
XIX в.
—
300 000.
167

Еще
менее
отражена
в
историографии
вторая
эмигр ац ия
—
между
1800 и 1812 гг.
Е.Л.Марков
сомневается
в
нал ичии
статистических
сведе­
ний
о
данном
событии
(Марков .
С .311), в то время как П. К.
М арт ьянов
не
только
соо бщ ает
число
ушедших
—
3199, но и связывает эту эмиграцию с
заключением
Бухарестского
м ирног о
трактата
1812 г. ,
по
кот ором у
Р ос­
сия
обязана
бы ла
не
препятствовать
переходу
в
Тур цию
буджакских
и
эдисанских
татар
(Мартьянов.
С .701).
Наиболее
освещена
в
ру сск оя зычн ой
историографии
третья
эмигр а­
ция
крымских
татар
—
1854-1862 гг.:
подробн ее
отражена
событийная
сто р она
проблемы
(Гонение ... ;
Ле вицкий;
Тотлебен;
Щербань), определе­
но
число
эмигрировавших
за
1860-1862 гг.,
составляющее,
по
офиц иа ль­
ным
сведениям, 192360человек.
И
хотя
спектр
мнений
по
этим
вопросам
довольно
ши рок,
здесь,
как
кажется,
можно
даже
говорить
о
некоторой
эволюции
оценок
по
мер е
временного
уд але ния
от
с обы тия.
В
ра бо тах
60- х
гг.
XIX в.,
написанных
в
разгар
эмиграции
и
вскоре
после
ее
окончания,
преобладающим
является
мотив
скорейшей
колониза­
ции
Крыма
славянским
и
ча с тично
немецким
нас ел ение м
(Щербань;
Пер е­
селение
т атар . ..).
Авт оры
выдвигают
многочисленные
предложения
по
спасению
кра я
(Щербань.
С.2 13-228; А.У .
С .256-259), открыто деклари ­
руя
а нтитат арс кие
настроения: «...
задерживать
на
нашей
по чве
племя,
которое
не
хо чет
жи ть
с
нам и
и
будет
только
в
тя гост ь
на м,
значит
хлопотать
о
том ,
что
нев о змож но
и
не вы го д но » (Переселение татар .. .
С.372; см.
такж е:
Ще рба нь.
С . 212).
Из
соображений
государственной
выгоды
рекомендуется
«отлив татарского населения»
—
для
«пополнения
края
более
одаренною
п ор од ою» (Щербань .
С .2 12), поскольку «т а та ры
по
их
мусульманско-азиатскому
характеру
чужды
усовершенствованию» (Ха-
на цк ий.
С . 214).
Признается,
однако,
что
«как рабочая сила,
сроднившаяся
с
естественными
условиями», татары «имеют
значительное
преимущест­
во»
—
пр авд а, «при условии,
что
гл авно е
руков одс т во
бу дет
находиться
в
руках
просвещенных
л юде й» (Ханацкий.
С. 214).
В
чи сле
причин
эт ой
эмиграции
называются
религиозный
фанатизм
(Щербань .
С .2 11; Маркевич.
С. 377), страх перед преследованиями за
«двусмысленное поведение»
во
время
войны
(Ханацкий .
С .2 14), низкий
к ульт урн ый
уро ве нь
татар
(Крым:
Путеводитель.
С. 114; Маркевич.
С . 377),
неже ла ние
отбывать
воинскую
повинность
и
«националистические тенден­
ци и » (Маркевич .
С . 377).
Протатарскую
позицию
демонстрируют
авторы
дву х
очерков,
на пи­
санных
в
период
эт ой
эм игра ции
—
в
начале
1860- х
гг.,
но
опубликован­
ных
много
позже
(Тотлебен;
Л е вицкий).
Для
обе их
раб от
хар акт ер ен
исторический
подход
к
проблеме.
Описываемое
эмигра цио нно е
дв иже ние
авторы
считают
отнюдь
не
мгновенным
иррациональным
побуждением,
а
естественным
результатом
тяжелого
м а те риа льного
положения
татар,
с вяз анно го
с
отсутствием
земли
и
своеволием
многочисленных
российских
168

начальников.
«Помещики < ...>
часто
присваивают
с ебе
зе мли,
принадле­
жавшие
татар ам. ..
30 лет назад в Крыму почти не было другого землевла­
ден ия,
кроме
свободного
татарского
и
небольшого
ко личе с тва
лиц,
вла­
девших
садами
на
юж ном
берегу
и
в
дол ин а х» (Тотлебен.
С .536); «вопию­
щая
несправедливость
отли ча ла
все
распоряжения
местного
начальства,
как
только
де ло
каса ло сь
поземельной
собственности
тата рс ко го
народо­
н асел ен и я », «ничто не избегнуло насилия и произвола,
ни
леса,
ни
вода»
(Левицкий .
С .6 02—-603).
Размышляя
о
жизни
татар
в
со ст аве
России
до
начала
Крымской
в ойны
в
1853 г .,
Левицкий
с
удивле ние м
констатирует,
что
«даже русское народо ­
население
не
перенесло
бы
без
ропота
или
явного
сопротивления
и
десятой
до ли
обид
и
несправедливостей,
претерпенных
татарами,
кото р ых,
однако
ж
<...> считают вредными и дурными». Подлинной причиной такого отношения
Левицкий
считает
«желание исторгнуть Крым из рук татар и заселить его
населением
православного
исп о ве дан ия » (Левицкий.
С .6 04).
Сх од ную
п озиц ию
по
данной
проблеме
за нимае т
герценовский
«Ко­
л о ко л », резко критически оценивая роль правительства в этой эмиграции
и
не
скрывая
своих
си мпа тий
по
отношению
к
т атар ам
: «По окончании
войны
пра ви те льст во
соо бр азил о,
что
ин ород ное
и
иноверное
население
Крыма
может
бы ть
оп асно
в
случае
новой
во йны
и
что
надо
принять
ме ры
к
заселению
этого
кр ая
русскими
и ли,
по
крайней
мере,
болгарами.
Поэтому
запрещено
был о
отклонять
татар
и
ногайцев
от
переселения
в
Ту рцию ...» .
Татары
вдруг
«обнаружили,
что
правительство
не
принужда­
ет
их
ост ават ь ся
в
Р ос с и и» (Гонение...)
Среди
причин
этой
эмигр ации,
по
мнен ию
Э.И.Тотлебена,
—
«извес­
тие
о
намерении
правительства
выс ели ть
татар
из
Кр ыма
во
внутренние
гу бер нии»
и
распространение
слухов
«о перекрещении татар в христиан­
скую
вер у»
после
учреждения
в
Мелитополе
новой
епархии
(С .537); а
также
толки
о
т ом,
что
тата ры
наравне
с
жителями
прочих
гу бер ний
будут
подвергнуты
рекрутскому
н а бору.
Не
отвергает
Тотлебен
и
религиозный
фактор,
п ола гая,
что
переселение
в
Тур цию
ногайцев
Кав каз а,
ко то рые
«проходили через Керченский полуостров и в Керчи и в Феодосии
са дилис ь
на
ко раб ли
<...>
невольно
в оз будило
в
татарах
желание
после­
довать
за
своими
единоверцами
в
Турцию» (С . 537).
Г.П.Левицкий,
задаваясь
вопросом,
каковы
же
пр ич ины
столь
па нич е­
ского
бегства,
что
же
могло
подвигнуть
на
это
цел ый
народ
—
«терпели­
вый,
ве рующ ий
в
догмат
ф а тализ ма»
и,
с ле дова т е льн о, «довольно нравст­
венно
на пр авлен ны й », Левицкий называет несколько обстоятельств.
Так,
во
время
Крымской
войны
казачьи
патрули,
разъезжая
по
губе р нии,
захват ывал и
та тар
(под предлогом,
что
те
намеревались
перейти
к
не при яте лю)
и
в
случае
отказа
откупиться
представляли
их
начальству
как
изменников.
В
результате
множество
татар
был о
выслано
в
Орлов­
скую,
Курскую,
Екатеринославскую
и
Херсонскую
гу бер нии.
169

Другой
п ричиной
Левицкий
на зыв ает
«неуравнительность пособий»
за
убытки,
понесенные
во
время
вой ны.
Вып ла ты
«производились самым
несправедливым
образом
и
сильно
п околеб а ли
привязанность
та тар
к
русскому
п рави тел ьст ву » (С . 607-608).
Не
последнюю
роль
сыграли,
по
мнению
Левицкого,
и
затянувшиеся
на
многие
дес я тилетия
земельные
неурядицы.
К
50-м
гг.
XIX в.
«стремле­
ние
исторгнуть
из
рук
татар
всю
поземельную
собственность
стало
столь
сильным,
что
захват
н аследст венн ых
участков
государственных
крестьян
из
татар
и
превращение
эт их
участков
в
общественную,
а
зат ем
и
по зе­
мельную
собственность
стало
зак о но м» (С.614).
Исследователь
ук азывает
также
на
«тягость налогов и повинностей», подробно их характеризуя
(С.614-617), на «н еуд овл ет во ри т ел ьн ост ь
судоустройства
и
су до прои з вод­
ства,
несо о бра зных
с
д ухом
и
характером
эт ого
н а род а» (С.617).
Как
видим,
пр ичины ,
выдвинутые
Левицким,
в
основном
экономичес­
кого
характера.
Э. И.Т отл ебен
воздерживается
от
поиска
виновных,
лишь
вскользь
замечая,
что
переселение
было
ускорено
администрацией
кр ая,
но
пишет
при
этом,
что
вследствие
злоупотреблений
ме стн ого
начальства
«татары
заслуживают
особого
покровительства
правительства,
подобног о
том у,
которое
им
оказывал
гра ф
Воронц ов » (С .543).
Более
радикальную
п озиц ию
зан им ает
в
дан ном
в опрос е
«Колокол»:
«Правительство вытесняло из Крыма преданное ему татарское население,
чтобы
з асе лить
его
русскими
—
и
только
когда
не
стало
100 тысяч татар,
догадалось
он о,
что
русские
в
Крым
не
по йду т» (Гонение...).
Всю
в ину
за
случившееся
«Колокол»
возлагает
на
правительство
в
лице
министра
М.Н .Му равь ева.
В
работе
Ф.Хартахая,
написанной
вскоре
после
эмиграции
1854—
1862 гг.,
по являе тся
мотив
кон ца
истории
кр ымс ких
т атар
в
Кр ыму: «За
крымскими
татарами
сохранится
теперь
только
их
историческое
значение,
в проче м,
немал ова жно е
для
нас» (С.220).
В
публикациях
более
позд нег о
вр емен и
—
в
ос обе ннос ти
научно-по­
пулярного
и
мемуарного
характера
—
возникает
н ота
сожаления
по
ушедшим
т а т ар ам: «Вместо того,
чтобы
гна ть
и
расстреливать
воров-чи­
новников,
у
нас
гнали
<...>
самое
честное
из
в сех
крымских
племен
—
татар.
Никого
так
не
о биде ли
в
эту
войну,
как
это
т ихое
и
полезное
племя.
Его
опозорили
изменой,
его
заст ав или
по кину ть
древнюю
родину
<...>
Крым
по гиб
пос ле
удаления
та та р» (Марков.
С .3 03).
Преобладающим
становится
мотив
ностальгии
по
Крыму
орие нта льном у,
персонифициро­
ванному
в
сохранившихся
татарских
местечках
и
в
оставшихся
татарах.
«На Отузах лежит особый стиль
—
милый,
давний
крымский
стиль...
Татары
вносят
известную
долю
мягкости
и
ласки
в
Отузскую
д о лину»
(Елпатьевский.
С. 75-76).
170

В
дореволюционной
историографии
последующего
времени
в
к ачест ­
ве
парадигматической
утвердилась
точка
зрен ия
Г.П.Ле в ицк ого ,
считавше­
го,
что
основные
при чи ны
эмигр ац ии
были
экономического
свойства.
По
Левицкому
трактует
эту
п робле му
и
К.И .Вер нер
(Памятная книжка .. .),
чью
оце н ку,
в
сво ю
очередь,
считают
наиболее
доказательной
авторы
оче рка ,
претендующего
на
концептуальное
обобщение
вопр ос а
(Статисти ­
ческий
справочник...).
В
советской
историографии
дов ое нног о
периода
бы ла
предпринята
новая
п опыт ка
осмысления
причин
эмиграции
кры мс ких
татар
1854-
1862 гг.
(Чернышов).
Написанная
на
основе
архивных
материалов
IIIОт­
деления
Кан цел яри и
е.и. в.,
работа
оставляет
двойственное
впечатление.
С
одной
стороны,
авт ор
ставит
перед
собой
задачу
научного
рассмотрения
проблемы,
анал изир у ет
бол ьшо е
число
источников
и
архивных
материа­
лов,
с
другой ,
в
ней
уже
проявляются
черты
публикаций
30- х
гг. ,
ко гда
практика
навешивания
ярлыков
становится
нормой.
Аг ресс ивн ая
критика
предшественников
и
их
аргументов,
занимающая
в
работе
значительное
место,
пре дпр инята
автором
для
доказательства
истинности
гла вн ой,
по
его
м нению ,
при чи ны
эмиграции
—
«классовых противоречий и классовой борь­
бы
татар,
которая
развернулась
на
территории
Крыма
в
результате
новых
капиталистических
о т но шен ий» (Чернышов.
С. 1 26).
Совершенно
оче вид но,
что
эта
причина
не
может
ста ть
исчерпывающим
объяснением
данного
движения,
хо тя
для
ограниченной
классовым
подходом
системы
мышления
историка-марксиста
такой
вывод
оказывается
ед инст ве нно
возможным.
Дов ольн о
глухо
отражены
в
ист ор и огра фии
эмигра ц ия
1874 г.
и
эмигр ац ио нн ые
движения
последующего
времени.
О
первой
известно,
что
она
с вя зана
с
сообщением
о
введении
всеоб­
щей
воинской
п ови ннос ти
и
возникшим
в
связи
с
этим
брожением
среди
татарского
населения.
Одной
из
ме р,
предпринятых
правительством
для
предотвращения
н овой
волны
эмигр а ци и,
стало
учреждение
специального
крымского
эскадрона,
для
которого
б ыли
«изменены некоторые положе­
ния
и
правила
стр оево й
службы»
и
введ ен ы
«порядки внутренней служ­
бы », учитывающие национальные и религиозные особенности крымских
тата р
(Муфтий -з ад е.
С .4; см.
также:
Мартьянов).
Еще
слабее
изучены
э мигр а цио нные
п роц ессы
кон ца
XIX —
начала
XX в.
Ес ть
данные,
что
в
разгар
движения
—
1902-1903 гг .
—
Крым
ежедневно
поки дали
600-800
татар
(Крым:
Путеводитель.
С . 146).
Некоторое
представление
об
эми гр а­
ционном
движении
этого
времени
мо жно
составить
из
сообщений
местной
периодической
печати
(Об эмиграционных планах ...;
К
в опрос у
о
дв иже­
нии
татар
на
юге
России;
Волынец), но сколько-нибудь
серьезных
иссле­
до ва ний
по
данной
про бле ме
не т.
Таким
образом,
наиболее
осв ещен ы
в
отечественной
историографии
XIX— 30-х
гг.
XX в.
первая
и
третья
волн ы
эмигр а ции
крымских
татар,
только
намечены
—
вт ор ая,
чет верт ая
и
пятая.
В
исследовании
последних
171

представляется
не обход имы м
прежде
всего
создание
репрезентативной
источниковедческой
баз ы,
к отор ая
п оз волила
бы
начать
научное
рассмот­
рение
этих
движений.
В
отношении
лучше
изученных
—
первой
и
тр е­
тьей
—
предстоит
освоение
н овых
исто ч нико в:
архивных
до ку мен тов
и
мат е риало в
печатных
изданий,
в
том
числе
из
библиотек
и
архивов
стран,
куда
прибывали
выехавшие
татары
—
Турции,
Румынии,
Польши.
Важным
в
предстоящих
исследованиях
представляется
и
пр име нение
современных
методик
и
подходов
—
этнопсихологических
для
выяснения
причин
эми­
граций,
количественных
—
для
расчета
их
масштабов.
Список
использованных
источников
и
литературы:
А. У.
0 заселении Крыма новыми поселенцами //
Русский
вестник.
1866.
Т .5.
С . 256-269.
Андриевский
А. А.
Крым
и
кр ымск ие
тата ры .
Ки ев:
Ти п.
гу б. пр а вл., 1883.61 с.
Б-н
И.
Крым
// Библиотека для чтения.
Т.35.
М. , 1856.
Ян варь .
С .3-15.
Блюменфельд
Г. Ф.
Крымско-татарское
землевладение.
О дес са:
т ип. «Одесского
вестника», 1888.112 с.
Б очкарев
В .Н.
И ст ория
России
XIX столетия.
М., типо-л ит.
Р их тер , 1912.436 с.
Броневский
В.
Обозрение
южного
б ерега
Тавриды
в
1815 г.
Тула:
ти п.
губ.
пр а вд., 1822.192с.
Брун
Ф .К.
Ч ерн оморь е.
Т.2. Одесса, 1880.404с.
Волынец
А.
Выселение
тат ар
в
Турцию
// Крымский вестник.
1901. Ноябрь.
No
313.
Таблиц
К.И .
Физи ческ ое
оп ис ание
Таврической
области
по
ее
местоположению
и
всем
т рем
ц арствам
природы.
С Пб., 1785.200 с.
Гарагуля
В. К.
А.И.Маркевич
// Маркевич А . И.
Таврическая
губерния
во
вре мя
Кр ымс кой
войны:
По
архивным
материалам.
Симферополь:
Би зн ес-
Ин фо рм, 1994. С.255-267.
Гаспринский
И.
Русско-восточное
со глаш ени е.
Бахчисарай:
Т ерд ж иман , 1896.20 с.
Гаспринский
И.
Русское
мусул ь ма н ство
// Звезда Востока.
1991. No 4 . С. 105-119.
Гольденберг
М.
Кр ым
и
крымские
татары
// Вестник Европы . 1883. Н оябр ь.
С .67-89 .
Г оне ние
на
кр ымск их
татар//Колокол.
1861. Декаб рь .
No1 17.
Горчакова
Е.
Вос пом инания
о
К ры ме . 4.1-2. М., 1883-1884.4.1.1883.189с.; 4.2.
1884. 215 с .
Губогло
М. Н.,
Червонная
С. М.
Кры мс кота т ар ское
национальное
движение.
М.,
1992.
Т. 1.
История,
проблемы,
перспективы.
331 с.
Т.2 .
Документы.
Материалы.
Хроника. 339 с.
Демидов
А.
Путешествие
в
Ю жную
Россию
и
Кр ым
ч ерез
Венгрию,
В алахию
и
Молдавию,
совершенное
в
1837 г.
Анатолием
Дем ид овы м.
М.:
тип .
Семена, 1853.543с.
172

Елпатьевский
С.
Кр ымс кие
очерки.
М.:
Книгоизд-во
писателей
в
М оскве, 1913.
149 с.
Ж игарев
С.
Русская
политика
в
в осточном
в опро се
(ее история в XVI-X1X
в.,
кр итическ ая
оценка
и
будущие
з ад а чи ). М., 1896. Т.1.465с.; Т.2.532с.
Зуев
В. Д.
Путешественные
за пи ски
В ас илья
Зуева
от
Санкт -П е тер бур га
до
Херсона
в
1781 и 1782 годах .
С П б., 1787.275 с.
К
во про су
о
дви жении
татар
на
юге
России
// Крым .
1893. Ноябрь.
No 325.
Кеппен
П.И.
О
древн ост ях
Южного
берега
и
гор
Таврических.
СП б., 1837.411
с.
Кеппен
П.И.
Этнографическая
карта.
С П б., 1852.153 с.
К из еветт ер
А. А.
История
России:XIXв.
М., 1915.235 с.
Клееман
П.
Путешествие
из
В ены
в
Белград
и
Новую
Килию,
также
в
земли
Бу дж ет ских
татар
и
во
вес ь
К рым
и
пр . , 1768-1770 гг.
СПб . , 1783.115 с.
Климович
Л.
На
службе
просвещения:
О
первой
тюркоязычной
г азете
«Терджи-
ман»
и
ее
издателе
И.
Г ас прин ском
// Звезда Востока .
1987.
No
8.
С .170-186.
Кондараки
В. Ф.
В
память
столетия
Кр ыма.
Т.1-4.
М.:
т ип.
В.В.Чечерина, 1883.
Т .1.145 с.; Т.2.313 с.; Т.3.135 с.; Т.4.196 с.
Кондараки
В. Ф.
В
па мять
столетия
Кр ыма.
Т.1 -5.
М.:
т ип.
В.В.Чечерина, 1883-
1884. Т .3 .1883.572 с.
Кондараки
В. Х.
Обычаи
кр ымс ких
та тар
// Новороссийские ведомости.
1870.
М арт.
No
66.
Копч евский
А.
Прошлое
и
настоящее
в
песнях
Крыма
// Забвению не подлежит.
Ка за нь:
Татар,
кн.
и з д-в о, 1992. С .2 50-254.
Корнилов
А. А.
Курс
истории
России
XIX века .
М.: Мысль, 1993.446 с.
Корф
Б.А.
Пребывание
в
Крыму
// Сын Отечества .
1834.
Т .41. 4.143.
No
4.
С .2 49-262.
Кравен
Е.
Путешествие
миледи
Кравен
в
Кр ым
и
Константинополь
в
1786 г.
М.,
1795. 525 с .
Крым:
Путеводитель.
Симферополь, 1914.382с.
Кулаковский
Ю .А.
Заметки
по
ис тор ии
и
т опографии
Крыма
//Археологические
изв естия
и
заметки.
Т.4. No
1.
М., 1896. С. 1-6.
Л ашков
Ф. Ф.
Исторический
оч ерк
ис то рии
крымско-татарского
землевладения.
Симферополь:
Тав р. губ. тип., 1897.203 с.
Левицкий
Т. П.
Перес елен ие
татар
из
Крыма
в
Т урцию
// Вестник Европы .
1882.
Октябрь.
С . 596-639 .
Людольф
де.
Письма
о.
Крыме
// Русское обозрение.
1892. Т.2. Март.
С . 155-201.
Маркевич
А .И.
Переселение
кр ымск их
татар
в
Турцию
в
св язи
с
движением
населения
в
Крыму
// Известия АН СССР.
Л ., 1928. No 4. С.375-405.
Марков
Е.Л.
Очерки
Крыма:
Картины
кры м ской
жизни,
п рирод ы
и
ист ории.
Изд.З.
СПб.: Т-во
М .О.
Вольф, 1903.520с.; ил.
173

Мартьянов
П.
Последняя
эмиграция
тат ар
из
Крыма
в
1874 году //
Исторический
вес тник.
1886. Т .24.
No
6. С.698-708.
Мережковский
К .С.
Отч ет
об
ант роп оло гиче ской
п оез дке
в
К рым
в
1880 году //
Известия
Русского
географического
общества.
Т .17.
Вып.
2. 1881.
С.104-130.
М илю ков
П. Н.
Национальный
во про с:
П роисхожд ен ие
национальности
и
н ацио­
нального
вопроса
в
Р оссии.
П ра га, 1925.192 с.
Муравьев-Апостол
И.М .
П уте шест вие
по
Тавриде
в
1820 г.
СПб.: тип.
Особ.
канц.
м- ва
внутр,
д ел , 1823.337 с.
М урз акев ич
Н.А.
П оездка
в
К рым
в
1836году//Журнал
М инист ерст ва
народного
п росв ещения .
Кн.
13.1837.
С .625-691.
Муфтий-Заде
И.
Очерк
во енной
службы
кр ымс ких
тат ар
с
1783 по 1889 г .:
По
архивным
материалам
// Симферополь, 1900.25 с.
От д.
от т.:
Извес­
тия
Та врическо й
ученой
архивной
комиссии.
1899. No 30.
Нарушевич
А.
Тав рикия ,
или
Из ве стия
древ нейши я
и
новейшия
о
состоянии
Крыма
и
его
жит елей
до
наших
дней.
К ие в, 1788.172 с.
Об
эмиграционных
планах
крымских
татар
// Крымский вестник.
1893. Март.
No
52.
Озенбашлы
А.
Роль
царского
правительства
в
эмиграции
кры мс ких
та тар
//
Забвению
не
подлежит.
Каз ань:
Татар,
кн.
из д- во, 1992. С .6 9-73.
Паллас
П.-С.
Краткое
физическое
и
т опо граф ическ ое
опи сание
Т аврич еского
п ол уос трова.
СП б., 1795.72 с .
Паллас
П. -С.
П ут ешест вие
по
Крыму
академика
Пал л аса
в
1793-1794 годах //
За пис ки
Одесского
об щест ва
ис тори и
и
д ревн ост ей.
Т. 12.
Одесса,
1881. С. 62-208; Т. 13.1883. С .35-107.
Памятная
кн ижка
Тав ричес кой
г уб ернии
/ Под ред.
К.И.Вернера.
Симферополь,
1889.460 с .;
ил.
Переселение
тата р
и
ч ерк есск их
ногайцев
// Русский вестник. 1860. Т .28. С .371-373.
Пионтковский
С .А.
В еликодерж авны е
тенденции
в
ист ориографии
России
//
Историк-марксист.
Т .17. М ., 1930.
С . 21-26.
Письма
им п ерат ора
Иосифа
II к фельдмаршалу графу Ласси во время путешест­
вия
в
Херсон
и
Крым
в
1787 году //
Русский
архив.
1880.
Кн.
2.
С . 356-372.
Полное
Собрание
З аконов .
Т .21.
No
15708.
Ромм
Ж.
Путешествие
в
Крым
в
1786 г.
Л.:
Изд- во
Л енинг р.
у н-т а, 1941.79 с.
Сег юр.
За пис ки
графа
Сегюра
о
пребывании
его
в
России
в
царствование
Екатерины
II (1785-1789). С Пб., 1865. 215 с.
Сестренцевич-Богуш
С.
История
царства
Х ерсон еса
Тав рийск ог о,
сочиненная
Станиславом
Сестренцевичем-Богушем.
С П б., 1806.440 с.
Скальков ский
А. А.
Опыт
с татис тичес ког о
о писа ния
Новороссийского
края.
Ч. 1-2.
Одесса:
т ип.
Н итче , 1850-1853.4.1.1850.366 с .; 4.2.1853.552 с.
174

Скальковский
А. А.
Хрон ологи ческ ое
обозрение
и стор ии
Новороссийского
края,
1731-1823. 4 .1-2 . Од ес са, 1836-1838.4.1.1836.289 с. 4.2.1838.351 с .
Статистический
справочник
Таврической
г уб ернии
/ Сост.
Ф. Н. Андриев ски й.
Под
ред.
М. Е.
Б енен сон а.
Си мфе ро пол ь, 1915.103 с .;
ил.
Сумароков
П.
Досуги
Крымского
судьи,
или
Второе
путешествие
в
Тавриду.
СПб.,
1803-1805. 4 .1 .1803. 226 с .; 4.2 .1805. 244 с .
Сумароков
П.
Путешествие
по
всему
Крыму
и
Б есс араб ии
в
1799 году с исто ­
рическим
и
т оп ограф ическ им
описанием
все х
мест.
М.:
унив.
ти п.
Ридигера, 1800.238с.
Тизенгаузен
В. Г.
О
со хранении
и
воз обн овл ен ии
кр ымск их
п ам ят ников
древн ост и
и
об
из дании
опис ан ия
и
рисунков
о ных
// Записки Одесского обще­
ства
истории
и
др евност е й.
1872. Т.8. С.363-403.
Тотлебен
Э .И.
О
выселении
татар
из
Крыма
в
1860 году//
Русская
старина. 1893.
Т. 78. С . 531-550.
Фабр
А.
Достопамятнейшие
др евност и
Крыма.
Одесса, 1859.97с.
Филиппов
С. Н.
По
Крыму:
Отражения.
М.: тип.
А .Л евен сон
и
К’, 1889.469 с.
Фоменко
К.
Пещерные
храмы
в
Крыму
//Труды Киевской духовной академии .
Т. З.
К ие в, 1894. С . 385-409.
Ханацкий
К.В.Памятная
кн ижка
Таврической
г уб ернии.
Вы п.1 / Сост.
под
ре д.
К.В.Ханацкого.
Симферополь, 1867.519с.;
ил.
Х арт ахай
Ф.
Историческая
судьба
кры м ских
татар
// Вестник Европы .
1866.
Июнь.
С.182-236; 1867.
Июнь.
С .1 40-174.
Харузин
А .Н.
Та тары :
К ефаломет рич ес кие
наблюдения
над
татарами
Южного
берега
Крыма
// Известия Общества любителей естествознания,
ан­
тропологии
и
э тног рафии .
Т .68.1890. С. 14-36.
4астно- вакуф ное
владение
в
Крыму.
Си мфе ро по ль , 1892.411
с.
4еглок А. А.
К расавица
Таврида.
М.:
К. И.
Тихомиров, 1910.283с.;
ил.
4ернышов Е .И .
Пр ичи ны
эмиграции
кры мс ких
тат ар
в
Турцию
в
1860 году:
Очерк
по
архивным
материалам
// Труды Общества изучения Татарстана .
К аз ан ь , 1930. Т.5. С.93-128.
Ще рб ань
Н.
П ереселени е
крымских
татар
// Русский вестник .
1860.
Т.
12.
С .211-229.
Pinson М .
Russian Policy and the emigration the Crimean Tatars to the Ottoman
Empire, 1854-1862. Istanbul, 1974.

Е.Ю.Садовская,
Э. А.
Толоконников
(Воронеж)
МЕТОД
ГР УППО ВОЙ
ИДЕ НТИ ФИКА ЦИ И
ОСТАНКОВ
ЖЕРТВ
МАССОВЫХ
РАССТРЕЛОВ
«Точное место захоронения неизвестно»
—
таков
стереотипный
отве т
орг ан ов
КГ Б- ФСБ
на
бесчисленные
зап р осы
родственников
те х,
кто
ста л
жертвой
массовых
расстрелов
сталинских
врем ен.
И
ответ
этот
не
содер­
жит
лукавства:
в
акт ах
о
приведении
в
ис по лнен ие
приговоров
к
высшей
мере
наказания
(ВМН)
время
расстрела
у каза но
с
точностью
до
часа,
а
место
расстрела
—
лиш ь
с
точностью
«до города» .
И
все-таки
в
тех
слу чая х,
когда
захоронения
имеют
групповой
характер
(что связано с групповым характером приведения в исполнение
ВМН ), по нашему мнению,
еще
остается
н адежд а
снять
«проклятие
безымянности»
с
мемориальных
зон
и
к ла дбищ
жертв
по лити че ск ого
террора.
В
частности
это
относится
к
мемориальному
кладбищу
у
поселка
Дубовка
в
двадцати
километрах
от
Воронежа.
Здесь
под
сенью
полувеко­
вых
уже
сосен
покоятся
в
расстрельных
ямах
останки
нескольких
ты сяч
жите ле й
Центральной
России
—
воронежцев,
белгородцев,
липчан
и
дру­
ги х,
—
казненных
в
1937-1938 гг.
В
марте
1938 г.
охотн ик -люби те ль
Иван
Текутев
обнаружил
по
п ро­
севшей
оттаявшей
зем ле
ясно
ви ди мые
сл еды
103 ям.
Эту
тайну
он
хранил
пять де сят
лет.
Только
в
августе
1989 г.,
используя
его
показания,
поиско­
вая
группа
«Риф»
установила
точное
местоположение
нескольких
мог ил
и
произвела
совместно
с
«Мемориалом», местным КГБ и Краеведческим
музеем
первые
их
вскрытия.
П ринцип
групповой
идентификации
В
наш ей
географической
зо не
сравнительно
легко
о суще ств ить
р ас­
копки
—
не
только
с
целью
ритуального
перезахоронения
по гр еб енных
(тела их просто свалены в расстрельные ямы), но и для проведения
н ау чных
исследований,
направленных
на
установление
и мен
рас ст реля н­
ных.
Конечно,
речь
не
идет
о
персональной
идент иф ика ции
останков
каждого
чело век а
с
данными
о
его
внешности
с
целью
опознания.
Это
дорогостоящая
пр оцеду р а,
и
е два
ли
она
может
быть
рекомендована
для
массовых
захоронений.
Мы
п ред лож или
принципы
так
называемой
гру п­
по вой
идентификации.
Существо
ее
сводится
к
установлению
соответствия
176

ме жду
группой
ли ц,
расстр еля н ны х
в
о дин
и
тот
же
д ень,
группе
останков,
извлеченных
из
одного
и
того
же
шурфа
(ямы) .
Такая
идентификация
не
позволяет
персонифицировать
останки,
но
она
дост ат оч на
для
того,
чтобы
победить
упомянутое
ран ее
«проклятие
безымянности»
при
созд ан ии
на
местах
рас стр ело в
городских
мемориаль­
ных
кладбищ.
Разработанную
на ми
методику
групповой
идентификации
останков
мы
попытались
реализовать
на
практике
в
Воронеже.
Час т ично
эта
работа
была
выполнена
при
создании
базы
данных
о
расст реля нн ых
жертвах
политических
репрессий.
База
данных
со зд ается
в
соответствии
с
проек­
том
студентки
ВГПИ
Ел ены
Садовской,
включенным
в
программу
«Под ­
держка
молодых
у чен ы х», осуществляемую обществом «М е мори а л»
и
Фондом
им.
Генриха
Бёлля.
Исходный
принцип
групповой
иде нтифи кации
останков
основан
на
предположении,
что
трупы
тех,
кто
по именов ан
в
одном
и
том
же
акт е
о
приведении
в
испо л не ние
ВМ Н,
бы ли
по гре бены
после
расстрела
в
одной
яме .
В
дальнейшем
эта
предпосылка
мож ет
быть
из мене на
в
сто р ону
ус ложн ен ия
на
о сно вании
более
полного
изучения
самих
про цед ур
ра с стре лов
и
захоронения.
Однако
для
уяснения
пр инципа
групповой
иде нт ифи кац ии
достаточно
ограничиться
принятым
выше
предположением.
Далее
установленные
судебно-медицинской
экспертизой
данные
о
в озраст е
и
по ле
погребенных
в
одно й
вскрытой
яме
сопоставляются
с
теми
же
признаками
расстрелянных,
поименованных
в
акт ах
приведения
в
ис пол не ние
ВМН
и
в
архивно-следственных
делах
осужденных.
Таким
образом
осуществляется
групповая
идентификация
каждой
расстрельной
ямы
с
актами
расст р елов
и
тем
сам ым
определяются
имена
погребенных
в
соответствующей
яме.
Схематически
ме тод ика
групповой
идентификации
по др азум ева ет
следую щу ю
последовательность:
1.
Изучение
порядка
приведения
в
исполнение
ВМН
и
зах ор оне ния
расстрелянных
в
данном
регионе.
2. Составление каталога копий актов о приведении ВМН в исполнение
(расстрельных актов) .
3.
Выделение
идентификационных
признаков
и
определение
их
значе­
ний
для
каждого
из
расстрельных
актов.
Составление
идентификационных
опис ани й
актов .
4.
Определение
местоположения
расстрельных
ям.
5.
Поиск
и
проведение
раскопок
расстрельных
ям.
6.
Прове де н ие
с уд ебно -медици нс ко й
экспертизы
останков
погребен­
ных
в
каждой
яме
с
целью
определения
признаков
для
ее
идентификации.
Составление
идентификационного
описания
ямы.
177

7.
Определение
коэффициентов
идентичности
ямы
и
расстрельных
актов
пу тем
математической
обработки
признаков
идентификации,
опре­
деление
наиболее
вероятного
акта.
8.
Рассмотрение
дополнительных
признаков
идентификации.
9.
Сост авлен ие
заключения
по
резу ль тат ам
иде нти ф ика ции.
Рас смо тр им
более
подробно
эту
методику,
используя
при
ее
из ло жении
примеры
из
опыта
работы
в
мемориальной
зо не
поселка
Дубовка.
Однако
сначала
из лож им
кратко
существо
само го
математического
приема,
л ежаще ­
го
в
основе
определения
идентичности
ямы
и
расстрельного
акта.
Предположим,
что
вск рыта
одна
из
расстрельных
ям.
После
этого
судебно-медицинская
экспертиза
позволяет
определить
пол
расстрелянно­
го
и
его
возраст
на
момент
смерти
с
некоторой
интервальной
точностью,
например
в
десять
лет ,
так
что
каждый
шурф
(расстрельную яму)
можно
охарактеризовать
вектором-строкой
с
на бором
значений
следующих
се м­
надцати
признаков
(координат вектора):
1.
Об щее
чис ло
останков
в
шурфе
—
No.
2.
В
том
чис ле
определяемых
как
мужские
—
М.
3.
Из
них
в
возрасте
до
20 лет
—
М1.
4.
Из
них
в
возрасте
от
20до29лет
—
М2.
9.
Из
них
в
возрасте
свыше
70 лет
—
М7.
10.
Общее
число
останков,
определяемых
как
женские
—
Е
11.
Из
них
в
возрасте
до
20 лет
—
Иь
12.
Из
них
в
возрасте
от
20до29лет
—
Б2.
17.
Из
них
в
возрасте
свыше
70 лет
—
Б7.
Приведем
пример
записи
вектора-строки
для
одного
из
подвергав­
шихся
эк спер т изе
шурфов:
Но мер
шурфа
(ямы): 24
No
М
М1
М2
Мэ
М4
М5
М6
М7
И
г2
Рз
Г4
Иб
Гб
Гт
444405491411100000000
И зв естно,
что
приведение
ВМН
в
ис пол не ние
всегда
удостоверялось
актом,
в
котором
поименно
ук азы вались
лица,
р асст релян н ые
в
опреде­
ленный
де нь.
Располагая
архивно-следственными
делами
казненных,
мо жно
составить
для
каждого
расст рель ног о
акта
вектор-строку,
эле ме н­
тами
которой
будут
такие
же
признаки,
что
и
в
вектор-строках
ш ур фов:
Номер
акта: 241
No
м
М1
м2
Мз
М4
М5
Мб
М7
Б
г2
Рз
Г4
Гб
Г<?
р7
6766028172410310000100
178

Предположим
теп ерь ,
что
мы
располагаем
вектор-строками
вс ех
расстрельных
актов.
Тогда
п осле
вскрытия
очередной
я мы,
составив
по
результатам
судебно-медицинской
эк сперт и зы
содержащихся
в
ней
остан­
ков
описание
ее
вектор-строки
и
сопоставляя
этот
вектор
с
векторами
актов,
можно
в ыя вить
совпадение
вектора
ямы
с
вектором
о дного
из
актов
и
сделать
вывод
о
том,
что
обнаруженные
в
яме
останки
ес ть
останки
л иц,
перечисленных
в
соответствующем
акте.
Возмущающие
факторы
При
полном
соо тветс тви и
действительной
процедуры
приведения
в
исполнение
ВМН
пр инято й
гипот езе
и
при
безошибочности
установления
п ола
и
возраста
та кая
процедура
идентификации
бы ла
бы
детерминирован­
ной
и
дала
бы
однозначные
и
абсолютно
достоверные
результаты.
Алгоритм
ее
в ыпо лнени я
был
бы
прост
и
основан
на
установлении
точного
равенства
зн ачени й
координат
в екто ра
шур фа
и
вектора
расстрельного
акта.
Однако
на
практике
мы
должны
учитывать
целы й
ряд
случайных
факторов,
действие
которых
пр ивод ит
к
т ому,
что
точное
равенство
векторов
может
явиться
лиш ь
редким
исключением
и
рассчитывать
на
нег о
мы
не
впра ве.
Как
п рави ло,
существует
целы й
ряд
обстоятельств,
затрудняющих
идентификацию.
Среди
них
можно
назвать
следующие:
1.
При
бол ьшо м
числе
одн овре ме нно
расстрелянных
их
захоронение
произвели
в
нескольких
ямах .
2.
Несколько
групп
расстрелянных
в
разное
(но близкое)
время
и
оформле н ны х
несколькими
актами
захоронили
в
одной
я ме.
3.
К
группе
расстрелянных
по
определенному
акту
добавлены
при
захоронении
отдельные
«случайные»
лица.
4.
Из
группы
арестантов,
пригов оре нны х
к
ВМН,
исключили
отдель­
ных
лиц
и
их
расстрел
и
захоронение
произвели
отдельно.
Нельзя
исключить
и
случайные
возмущения,
связанные
с
ошибками
экспертизы,
нарушением
неприкосновенности
расстрельных
ям
еще
до
моме нта
официального
вскрытия,
с
ошибками
при
раск оп к ах.
При
этом
элементы
векторов,
описывающих
останки
в
р асст рельн ых
ямах,
становятся
случайными
величинами,
а
проблема
идентификации
принимает
ха ра ктер
математико-статистической
зад ач и,
ставящей
целью
оц енит ь
близость
случайных
век т оров
и
выбрать
наиболее
близкие
па ры
с
наим ень шей
вероятностью
ошибки.
Принципиально
во змож ны
и
неточности
в
указании
возраста
расстре­
лянн ых
в
архивно-следственных
делах,
что
влечет
за
соб ой
не точнос т и
элементов
вектора,
описывающего
расстрельный
акт .
Рассмотренные
«возмущения»
сравниваемых
векторов
заставляют
от каз ать ся
от
поиска
их
равенства
и
требуют
введения
оценки
их
разнос­
179

ти.
В
качестве
такой
оценки
может
быть
использована
среднеквадратичес­
кая
разность
векторов
И,
выражающаяся
формулой:
7
7
где
не
отмеченные
индексом
признаки
относятся
к
вектору
вскрытого
шурфа,
а
отмеченные
—
к
вектору
ьго
ак та
приведения
в
исполнение
ВМ Н.
По
мин има л ьной
разности
Ю
можно
определить
самую
вероятную
идентифицированную
пару
ве кт оров
и
сделать
вывод
о
том,
что
останки,
обнаруженные
в
данном
шурфе ,
с
наибольшей
вероятностью
принадлежат
лицам,
поименованным
в
данном
акте.
На
пути
от
теории
к
р еаль но сти
Уяснив
принцип
групповой
идентификации,
ра сс м отрим
о снов ные
э тапы
ее
р еал иза ции,
опираясь
на
опыт
воронежского
«Мемориала».
Разработка
эффективного
алгоритма
идентификации
должна
базиро­
ваться
на
сведениях
о
самой
процедуре
расстрела
и
захоронения,
анализе
расстрельных
актов
во
вс ей
их
совокупности
и
да нных ,
получаемых
по
результатам
вскрытия
ям.
Некоторые
данные
о
рас стр ел ах
репрессированных
Воронежским
У НКВД
содержатся
в
следственном
дел е
No
89118018 по факту обнаруже­
ния
массовых
захоронений
в
районе
поселка
Сомово
(лесной квартал 73 у
пос елка
Д уб о вк а), начатом 13.09 .1989 г.
прокуратурой
Воронежской
об­
ласти.
Эти
материалы
могут
бы ть
дополнены
некоторыми
бол ее
поздними
(1994 г .)
показаниями
Е.А.
Молчанова
—
б ывш его
шофера
Ворон еж ск ого
ОТО
ПП
ОГПУ-УНКВД,
служившего
там
с
ле та
1929 г.
по
осень
1938 г.
Кр оме
тог о
мы
име ем
копии
небольшого
числа
актов
о
приведении
в
исполнение
ВМН
и
результаты
вскрытия
25 расстрельных ям в указанном
р айоне .
(Всего здесь в настоящее время зафиксировано более 50
ям.
)
Приведем
некоторые
сведения
о
ра сст рел ах
в
Воронеже,
кото рые
могут
быт ь
учт ены
при
разработке
более
сло жны х
алгоритмов
групповой
идентификации,
учитывающих
«факторы возмущения»
сравниваемых
век ­
торов
ям
и
актов.
1.
Расс тр елы
производились
в
подвале
до ма
У НКВД
по
ул.
Володар­
ско го , 41а.
Одновременно
расстреливали
от
нескольких
человек
до
не­
скольких
десятков
человек
(не более 80).
В
1937-1938 гг.
операции
по
приведению
в
и спо лн ение
ВМН
выпол­
нялись
под
руководством
коменданта
УНКВД
Якова
Луткова.
Су дя
по
актам
приведения
в
исполнение
ВМН,
расст релы
производились
поз дно
ве че ром
или
в
пол ночь.
Тру пы
вывозились
грузовыми
автомобилями
(до
чет ыр ех
машин
за
ночь)
за
город
в
ра йон
поселка
Дубовка,
где
У НКВД
180

четырех
маш ин
за
ночь)
за
город
в
рай он
поселка
Дубовка,
где
УНКВД
имело
сво и
летние
лагеря,
дачи,
стр ел ьбищ е
и
отведенную
для
за хорон е­
ний
территорию
слева
от
д орог и,
идущей
от
платформы
Дубовка
между
рекой
Усманкой
и
шоссе.
Труп ы
вывозились
сразу
же
после
расст р ела.
Кров ь
ст ек ала
скв озь
щели
кузова,
образуя
при
си льно м
морозе
кровавые
сосульки.
Утром,
по
пороше,
кровавые
следы
тянулись
от
ворот
вдоль
улицы
Володарского.
Гар аж
был
общий,
так
что
Е.А.Мо лча нов ,
оставлявший
сво ю
легковую
машину
в
гараже,
часто
н а блюдал
эту
картину.
2.
Были
случаи
р асст рело в
отдельных
лиц
или
небольших
групп
(2 человека)
и
их
захоронения
в
иных
местах.
«По Задонскому шоссе
отдельных
лиц
вывозили.
Хоронили
где -то
километрах
в
одиннадцати
от
Воронежа,
там
еще
недалеко
хутор
Ветряк
был», —
вспоминает
Е.А .Мо л­
чан ов.
3.
Имели
место
случаи
«неактированных»
расст релов ,
например
священнослужителей.
Эта
«традиция»
Воронежской
ЧК
тянется
с
1919 г .,
ко гда
в
Мит рофа н овом
монастыре
без
суда
и
следствия
расстреляли
группу
монахов.
Наличие
среди
останков
в
шурфах
«случайно расстрелянных», то
ест ь
л иц,
не
поименованных
в
актах,
подтверждается,
например,
те м,
что
в
одной
из
вс кр ытых
ям
был
обнаружен
бо льш ой
серебряный
наперсный
крест.
Едва
ли
с в яще нник,
прошедший
предварительное
заключение,
след­
ствие,
расправу
в
подвале,
транспортировку
и
«погребение», мог сохра­
нить
на
себе
столь
заметный
и
привлекающий
внимание
предмет.
И
действительно,
люди,
знавшие
главного
исполнителя
расст рел ов
Якова
Луткова,
говорят,
что
он
р асск азы вал,
как
однажды
отправил
в
яму
случайно
подвернувшегося
под
р уку
сельского
с вящ енни ка
из
близлежа­
щей
деревни
(вероятно,
Сомово).
4.
Часть
шур фов
б ыли
неглубокими,
и
в
некоторых
местах
останки
бы ли
потревожены,
по
все й
видимости,
во
время
пахоты
и
при
посадке
лесонасаждений
в
1951-1952 гг.
Однако
при
отсутствии
явных
следов
повреждений
зах о ро нения
(воронок,
раскопов)
ед ва
ли
с лед ует
опасаться
исчезновения
из
ям
отдельных
останков.
Хот я
не
исключены
«потери»
из- за
неб режн о го
вскрытия
ям
и
неаккуратной
проработки
их
кон тур ов.
5.
Наиболее
надежными
параметрами
идентификации
следует
при­
знать
пол
и
возраст
расстрелянного.
Установление
п ола
расстрелянного
предпочтительно
пров одит ь
по
остеометрическим
показателям
бедренной
кости
и
диагностическим
коэф­
фицие нта м
(ДК)
И.Найниса*.
В
качестве
измерительных
признаков
в
это м
случае
берутся
следующие
параметры:
* См.
в
кн.:
Паш ко ва
В.И.,
Резников
Б .Д.
Судебно-медицинское
отожд ествлен ие
личности
по
кост ным
остан кам
/ Изд.
Саратовского
ун-та.
С аратов , 1978.
181

а)
длина
бедренной
кости
в
естественном
состоянии,
то
ес ть
рассто­
я ние
от
наиболее
высоко
расположенной
то чки
бедренной
кости
до
плос кос ти,
проходящей
че рез
наиболее
низко
лежащие
точки
латерально­
го
и
медиального
мыщелков,
плотно
прижатых
к
вертикальной
стенке
остеометрической
доски;
б)
степень
из гиба,
то
есть
ра сс то яние
от
наиболее
выступающей
кверху
точки
на
пе ред ней
по вер хно сти
диафиза
до
остеометрической
доски,
на
к оторо й
бе дре нная
кость
располагается
своей
задней
пове рхн ос т ью;
в)
ширина
дистального
э пифи за,
то
ес ть
расст оя ни е
между
удаленны­
ми
дру г
от
друга
то чк ами
на
боков ы х
поверхностях
медиального
и
латерального
мыщелков;
г)
окружность
середины
диафиза,
определяемая
мет алли че ско й
лентой;
д)
окружность
головки,
измеряемая
по
кра ю
суставной
поверхности
металлической
лентой.
З атем
по луче нн ые
значения
показателей,
выраженные
в
миллимет­
ра х,
с равн и вают
с
дан ны ми
таблицы,
в
которой
ук азан ы
значения
диагнос­
ти чес ких
коэффициентов,
соответствующих
измеренному
параметру.
После
этого
найденные
по
таблице
диагностические
коэффициенты
ск ла­
дываются.
Так
как
значения
коэффициентов
могут
быть
как
по лож ит ель­
ными,
так
и
отрицательными,
то
и
получающаяся
сумма
может
ока зать ся
положительной
или
отрицательной.
Ес ли
суммарный
коэффициент
(независимо от того,
получен
ли
он
по
одному
или
нескольким
признакам
и
независимо
от
комбинации
призна­
ков)
оказался
больше
+128, то исследуемая часть считается принадлежа­
щей
женщине.
Если
же
суммарный
коэффициент
име ет
отри ца те льн ое
значение,
пр евосх од ящее
по
абсолютной
величине
число
128, то принима­
ет ся
реш е ние
о
пр инад л ежно сти
кости
мужчине.
При
эт ом
считается,
что
вероятность
ош ибки
не
превышает
5%.
При
суммарном
ДК,
выходящем
за
интервал
± 200, вероятность ошибки составляет 1%, а за интервал + 300 —
0,1%, то есть выражается в одной ошибке на 1000 экспертиз .
Определение
возраста
при
уже
известной
половой
принадлежности
может
быть
осуществлено
по
методике,
предложенной
в
1954 г.
Г.Ганзе-
ном.
В
ка чес тве
критерия
для
определения
возраста
б ер ется
уд аленн ост ь
костно-мозговой
полости
от
ве ршины
бо льшог о
ве рте ла
бедренной
кости
(в
мм) .
При
этом
во зраст
определяется
по
сп ециа льно й
т аб лице
интервалов
значений
удаленности.
Определив,
в
какой
интервал
попадает
из мере нн ое
значение
удаленности,
однозначно
устанавливают
возраст
умершего.
Этот
сравнительно
недорогой
мето д
при
хорошей
сохранности
скеле­
та
и
при
десятигодичном
возрастном
интервале,
с
точностью
до
которого
в едет ся
определение
возраста
по
Ганзену,
по
утверждению
экспертов,
гарантирует
99,99% правильности результата.
Однако
опыт
практической
диагностики
первых
20 шурфов показал невероятно большое число жен­
щин
ср еди
расстрелянных
(до 40%), что фактически дискредитировало
182

экспертизу.
Так
чт о,
даже
учитывая
небрежность
работы
исполнителей,
мы
не
в
праве
сбрасывать
со
счетов
указанный
ф ак тор,
пр ив одя щий
к
«возмущению»
векторов
ям.
Использование
метода
Г.
Ганзена
для
определения
возраста
погребен­
но го
по
удаленности
костно-мозговой
полости
от
вер шины
большого
вертела
бедренной
кости
обеспечивает
достаточно
высокую
десятилетнюю
интервальную
точность
в
диапазоне
от
20 до 70 лет.
Если
принадлежность
останков
к
то му
или
иному
полу
установлена,
то
для
повышения
достоверности
групповой
идентификации
можно
ис­
по льзо вать
данные
о
росте
расстрелянного.
Эти
данные
легко
получить
в
процессе
с уде бно- ме дици нс кой
экспертизы,
например
методом
К. Пирсона
и
В.Дюпертки,
то
ес ть
по
наибольшей
длине
бедренной
кости.
Однако
сведений
о
росте
расстрелянного
архивно-следственные
дела,
как
правило,
не
содержат,
получить
их
можно
только
в
отдельных
сл уча ях
от
род ст ве нни ков
и
знакомых
расстрелянного.
Малая
достоверность
таких
данных
делает
нец ел есоо бр азны м
включение
рост а
в
число
координат
(элементов)
сравниваемых
ве кт оров.
И
все-таки
пол нос тью
отказываться
от
этого
показателя
в
процессе
экспертизы
не
следует,
особенно
при
обнаружении
останков
явно
очень
высокого
человека.
Проведенный
анализ
условий
идентификации
показывает,
что
ее
а лгорит м
должен
предусматривать
как
возможность
нахождения
в
разных
ям ах
ост анк ов
л иц,
указанных
в
одном
акте,
так
и
обра тну ю
ситуацию:
помещение
в
о дну
яму
останков
лиц,
указанных
в
нескольких
близких
по
времени
составления
актах.
Однако
при
выполнении
идентификации
с
помощью
ЭВМ
это
не
может
служить
серьезным
затруднением.
В
этом
случае
алгоритм
идентификации
может
быть
усложнен
и
к роме
алгеб раи ­
ческих
дейс тв ий
при
определении
пока зат еля
идентичности
буде т
вклю­
ч ать
в
себя
логические
опер аци и.
В
заключение
следует
заметить,
что
при
вскрытии
ям
обычно
обнару­
жи вают ся
поврежденные
прижизненно
части
ск елет а,
отдельные
предме­
ты,
способствующие
иде нти ф ика ции:
остатки
одежды
и
обуви,
куритель­
ные
принадлежности
(трубки,
мундштуки), предметы туалета (мыльницы,
зубные
щетк и,
расчески
и
т.п .), нательные кресты .
Наиболее
ва ж ными
находками
являются
пластмассовые
пр едме ты
с
выцарапанными
на
них
инициа лам и
или
да же
частями
фамилии.
Не
исключена
возможность
обнаружения
документов,
например
кв ит анц ий,
вы данн ых
при
аресте
и
изъятии
личных
вещей
и
денег.
В
качестве
примера
таких
находок
мо жно
на зват ь
упом янут ы й
выше
наперсный
крест
в
яме
No
5, свидетельствующий о захоронении в яме
священника,
расческу
с
инициалами,
зубную
щ етку
с
предположительной
надпис ью
«А. З ам яти н», курительную трубку с инициалом «Ш»
или
«Е»,
многочисленную
пос уду,
ли ст
казенной
бумаги
из
какой-то
амбарной
книги
и,
наконец,
записку
с
отчетливо
прорисованной
частью
фамилии
183

или
имени
«Аниси» .
В
последнем
случае
с
высокой
с тепень ю
достовернос­
ти
уд ал ось
установить,
что
в
18-й
могиле
захоронен
белгородский
крес­
тьянин
Тимофей
Иванович
Анисимов.
В
ночь
под
Новый, 1938-й,
год
он
и
еще
66 его товарищей были расстреляны Лутковым в подвале Воронежско­
го
УНКВД.
На до
ли
говорить,
каким
мощным
орудием
иде нтиф икации
мог
бы
стать
групповой
метод
в
сочетании
с
такими
находками?
Однако
прак тика
показала,
что
небрежность
р аск опок
и
судебно-ме­
дицинской
эк спер т изы,
безынициативность
в
исследовании
останков
и
опознании
предметов,
порой
просто
недостаточность
ср едс тв
могут
погу­
бить
любую
методику
и
за ста вл яют
отк аза ть ся
от
иде нтиф ик ации
даж е
при
весьма
вероятном
ее
успехе.
В
частности,
в
случае
с
уп омя ну той
18- й
я мой
эксперимент
был
сорван
из-за
частичной
утери
образцов
в
б юро
судебно-медицинской
экспертизы
и
смешения
останков
из
нескольких
ям.

Устная
и стори я

Наталья
Ге расимова
(Саратов)
СОБИРАЯ
УСТНЫЕ
СВИДЕТЕЛЬСТВА...
Профессора
и
студенты
1960-х
Записывая
и
систе мат изир уя
воспоминания
о
н ачале
студенческого
дв иже­
ния
в
1960- е
гг., я столкнулась с необыкновенным многообразием духовного,
н равств енн ог о,
политического
оп ыта
людей,
с
замечательными
типами
пр ав­
доискателей,
сформированными
не
просто
провинциальной
жиз нью,
а
неве­
роятным
порой
пер еплет ен ием
исторических
и
соврем енны х
случайностей
в
жиз ни
человек а
и
в
жизни
города
(Пермь,
Нижний
Новгород,
Саратов).
Ценность
таких
мемуарных
свидетельств
ви дит ся
мне
в
д вух
аспектах.
Прежде
всего
мен я
интересовали
конкретные
суд ьбы
люде й,
стремивших­
ся
в
го ды
тотального
вра нья
пр орв аться
к
истине
—
в
политике,
в
науке
—
и
устоять
в
истине.
Мно гие
из
них
впоследствии
обрели
Истину
в
христианской
вере,
и
потому
их
пути
б ыли
интересны
мне
и
с
точк и
зрения
многообразия
дух овно го
опыта.
Но
и
для
специалиста,
стремящегося
восстановить
историческую
к арти ну
в р емени,
мне
думается,
будут
важны
эти
портреты
людей,
отразивших
психологию
их
поколения,
той
эпохи.
Почему
я
решила
обратиться
именно
к
устным
мемуарам?
Во-первых,
воспоминания
устные,
спонтанные
«независимее*
письм е нных ,
потому
ч то,
когда
человек
берется
за
перо,
в
нем
невольно
на чина ют
работать
и
редактор,
и
цензор
(при этом цензура может быть не только политичес ­
кой,
но
и
этич е ско й ); у него возникает стремление выдержать свои
воспоминания
в
определенном
жа нре,
и
он
отказывается
от
многих
«боковых»
подробностей,
между
тем
как
од на
такая
деталь
может
очень
ярко
вы св етить
эпоху.
Скажем,
знаменитый
ис торик -а нти чник
Моисей
Семенович
Альтман
вс по минал ,
как
в
1930- х
гг.
он
видел
в
Ле ни нгра де
у
черного
входа
в
З имний
дворец
о бъяв ле ние : «Цареубийцам сегодня выда ­
е тся
повидло».
Ни когд а
и
нигде
он
об
эт ом
не
написал,
а
ведь
такие
детали
передают
«воздух времени» .
Во-в то ры х,
многие
из
мемуаристов
просто
не
оставят
письменных
воспоминаний.
Одни
—
по
идейным
сооб раж ени ям ,
считая,
что
не
следует
зан и мат ься
саморекламой,
поскольку
это
—
суета.
Другие
не
найдут
вр еме ни
для
написания
мемуаров
по
причине
занятости
своей
работой.
А
сохранить
их
свидетельства
для
ис т ории
представляется
важным.
Основу
собранных
мн ою
материалов
составили
воспоминания
и звест ­
но го
историка
профессора
Владимира
Владимировича
Пугачева.
Владимир
187

Владимирович
—
чел овек
судьбы
по-своему
характерной
для
нашего
века,
но
в
то
же
время
и
уникальной.
Родился
он
в
1923 г.,
и
среди
его
родственников
были,
по
его
вы ражен и ю,
и
«Муравьевы,
к от орых
веша ют,
и
Муравьевы,
к отор ые
вешают».
Его
родственников
по
материнской
линии
раскулачили,
дед
по гиб
в
Кар ага нде,
над
матерью
всегда
висела
опасность
оказаться
«до­
черью
ку ла к а », и был среди братьев его отца тот,
кто
раскулачивал
(вернее,
под
предлогом
раскулачивания
отб ир ал
с амо го н), но был среди
них
и
Константин
Савельев,
убежденный
троцкист,
от кр ыто
пытавшийся
противостоять
сталинизму
в
рамках
коммунистической
партии
и
также
погибший
в
лаг ер е.
Сверстники
Владимира
Владимировича
—
мальчики,
гордившиеся
в
1930-е
гг.
тем,
как
храбро
их
о тцы
воевали
на
гражданской
войне,
—
уже
накануне
войны
Отечественной
раз очар овал ись
(не все,
конечно)
в
Сталине,
хотя
еще
и
пр од олж али
верить
в
сист ем у.
Уже
после
войны
моло дом у
историку
иногда
приходилось
идти
на
компромиссы
в
ча стно стях
ради
сохранения
исторической
ис тины ,
в
полемике
с
противниками
пользоваться
их
же
сл о весным
оружием.
Все
это
не
может
бы ть
по нято
вне
контекста
врем ен и.
И
вместе
с
тем
В.В.Пугачев
из
тех
людей,
которые
до
ко нца
не
могут
вписаться
ни
в
какое
время,
которые
всегда
противостоят
ем у,
прорываются
сквозь
него.
Вос­
поминания
его
показывают
жи знь
в
таких
парадоксальных
переплетениях
судеб,
ситуаций,
чт о,
будь
это
опис а но
в
художественном
произведении,
автора
упрекнули
бы
в
«сюжетной перегрузке».
Раз ум еетс я,
субъективность
устных
воспоминаний
необходимо
учи ­
тывать.
Моисей
Семенович
Альтман
как-то
раз ,
ц ити руя
слова
Тынянова
о
том,
что
все
источники
искажают
ист ину ,
иронически
прок омме нт иро ­
вал : «Значит,
буде м
искажать
источники».
Моисей
Семенович,
известный
пар адо кс алист,
оказался,
как
и
во
многих
случаях,
прав:
поневоле
п рихо­
дится
иногда
если
не
«искажать», то мысленно корректировать одни
источники
другими,
и
важно
при
э том
не
упрощать
ка рт ину,
не
пытаться
выстроить
все
ф акты
в
одну
линию,
но
максимально
добросовестно
их
зафиксировать
для
воссоздания
образа
времени.
Знакомство
с
устными
мемуарами
порой
раз руш ает
традиционные
представления
об
это м
жанре.
Считается,
что
люб ой
мемуарист
з адним
числом
стремится
себя
«обелить» .
Но
мне
довелось
с толкн утьс я
с
проти­
воположной
ситуацией,
когда
люд и
со
своих
сегодняшних
поз ици й
суд или
свое
прош лое
гора зд о
строже,
чем
это
могли
сделать
другие.
А.И.Рома-
нов,
отб ы вший
в
заключении
ше сть
лет
по
70-й
статье,
говорил
м не: «Мы
все
сидели
за
дело.
Мы
сидели
не
за
“антисоветскую пропаганду и
аг ит ац ию”: у каждого из нас были свои грехи,
за
к от орые
мы
несл и
наказание».
В
подтверждение
своих
слов
он
цитировал
стихотворение
Ю.М.Даниэля,
выразившее,
по
его
мнению,
психологию
многих
прав о за­
щитников:
188

И
не
за
то,
что
я
к ричал,
Ме ня
теперь
осудят
судьи,
—
За
то,
что
на
с вою
пе чаль,
Как
пластырь,
клал
чуж ие
судьбы.,.
Такие
мемуарные
свидетельства,
будучи
документом
двух
времен
—
т ого,
о
котором
мемуарист
вспоминает,
и
того,
ког да
он
осмысливает
прошедшее,
—
приближают
к
более
объемному
вид ению
конкретной
че ло­
веческой
личности
и
истории
в
ее
динам ике .
Устные
мемуары
цен ны
для
ис тории
са мой
случайностью
сцепления
фактов,
густотой
мелочей,
не
пр орежен н ой
само цен зуро й .
В.В.Пугачев
вспоминает,
например,
как,
приехав
раб от ать
в
Г орьков с кий
университет
из
Саратова
в
1960 г .,
поразился,
что
классифицируемое
в
Сарат о вск ом
университете
по
разряду
«вражеская вылазка»
здесь
воспринимается
впо лне
спокойно.
По
мемуарам
восстанавливаются
существенные
разли­
чия
в
атмосфере
разных
г ород ов
и
даж е
вузов
в
од но
и
то
же
время.
В
атмосфере
г.Горького
(Нижнего Новгорода)
ск азыв алось ,
что
это
гор од
рабочих
(их независимые настроения проявились,
например,
на
автозаводе,
ког да
во
время
заба ст овк и
из- за
отсутствия
продуктов
люд и
кр ич али
присланному
к
ним
А.И.Микояну: «Ты-то
что
можешь
сказать?!
Давай
нам
Хруща !»).
Ск азыв алос ь
и
необычное
происхождение
самого
Горьков с ког о
университета.
В
Нижнем
Новгороде
был
политехнический
институт
—
оче нь
крупный,
очень
н езависи мы й
по
отношению
к
совет ск ой
власти.
Многие
профессора,
и
в
частности
проре к тор
института
профессор
Чорба,
советскую
вла сть
не
признавали.
Тогда
у
А.В.Луначарского
или
у
кого- то
из
его
единомышленни­
ков
возникла
идея:
институт
закрыть,
а
на
его
базе
создать,
под
видо м
модернизации,
Нижегородский
университет.
Сюд а
в
начале
1930-х
гг.
приеха­
ла
из
Москвы
группа
талантливых
физиков:
А. А.
Андронов,
ставший
потом
академиком,
М.Т.Грехова (впоследствии
—
дир екто р
НИРФИ)... На их рабо­
ты
по
радиолокации,
электромагнитным
колебаниям
об р атили
внимание,
когда
американцы
в
туманную
н очь
благодаря
л ока ции
уничтожили
японский
фло т.
Вот
тогда
Андронову,
А.И.Бергу
были
поручены
работы
по
радиоло­
кации.
Берг у
в
1955 г.
да ли
полного
адмирала,
Андронов
с тал
не
просто
депутатом
В ерхов но го
Совета
СССР,
но
членом
Президиума.
Крупные
радиофизики,
радиохимики
задавали
тон
в
Горьков с ком
университете.
Их
независимость,
широта
мышления
с озд авали
особую
атмосферу.
Из
л юдей
старшего
поколения
многие
«отсидели» .
Например,
химик
Григорий
Александрович
Р азуваев,
сказавший,
что
Солженицын
в
«Одном дне Ивана Денисовича»
изобразил
курорт.
У
Разуваева
за
плеча­
ми
бы ли
десять
лет
лагерей.
Впоследствии,
как
он
вспоминал,
для
заня т ий
сво ей
научной
те мой
ему
пр иходилос ь
при езж ать
в
Москву
на
консульта­
цию
к
академику
А .Н.Н есмея но ву
(президенту АН СССР в 1950-е
гг. ),
кот орый
тайно
кл ал
ему
в
карманы
необходимые
х имич ес кие
реактивы.
189

Разуваев
защи т ил,
несмотря
на
преграды,
кандидатскую
и
докт орс кую
диссертации,
был
избран
членом-корреспондентом
АН
СССР
и
только
в
1960- е
гг. ,
когда
«стране понадобились»
с пециа лис ты
в
его
области,
стал
действительным
член ом
АН
СССР,
лауреатом
Ленинской
и
Государствен­
ной
премий,
Героем
Социалистического
Тр у да1.
Т акие
л юди,
конечно,
не
испытывали
никаких
иллюз ий
относительно
советской
системы.
Впрочем,
как
и
ученые
бол ее
молодого
п окол е ния,
видевшие,
что
успехи
советской
космонавтики
силь но
преувеличены.
Кр упн ый
радиофизик
Казимир
Станиславович
Ста нке вич
прям о
гов о рил
об
эт ом
Владимиру
Владимировичу.
Свободомыслящие
учен ые
работали
в
1960- е
гг.
и
на
историко-филоло­
гическом
факультете
Горьковского
университета:
Ал ексей
И саеви ч
Гуков­
ский,
Петр
Андреевич
Зайончковский,
Юлиан
Григорьевич
Оксман.
Ю.Г.Окс-
ман ,
дважды
исключенный
из
Союза
писателей,
отсидевший
десять
лет
на
Колы м е,
изгнанный
из
Института
ми ровой
литер ату ры
в
Москве,
в
Горьком
был
профессором-консультантом
по
дв ум
кафед р ам
—
истории
СССР
и
русской
литературы.
С
его
приездом
факультет
ста л
новым
культ урным
центр ом ,
новым
очагом
вольномыслия.
Опального
пушкиниста,
находивше­
го ся
под
по ст оян ным
на дз ором
К ГБ,
по
требованию
же
КГБ
и
обкома
КПСС
в
1968 г.
уволили.
Это
была
од на
из
«мер»
после
появления
в
университете
листовок,
приветствовавших
«Пражскую весну» (власти решили,
что
глав­
ным
«вдохновителем»
этого
был
Оксман)2.
Разумеется,
никто
из
преподавателей
не
«руководил»
студенческим
правозащитным
движением,
возникшим
в
Горьковском
университете
в
1960- е
гг. ,
но
в
созданной
ими
атмосфере
оно
просто
не
могло
не
заро­
диться.
Одной
из
гла вных
фиг ур
его
стал
Михаил
Капранов,
который
в
1963 г.,
будучи
студентом
первого
курса
и ст ф ак а, «сформировал»
но вое
правительство
из
таки х
же
студентов-свободолюбцев,
и
на
демонстрации
7 ноября они выбросили лозунг о свержении правительства Хрущева и о
создании
их
правительства.
Программа
—
расширение
демократии,
выдви­
жение
на
вы бо рах
хотя
бы
дву х
кандидатов
на
о дно
мес то
—
«как в
Венгрии».
Новы х
«министров»
исключили
из
университета
и
отправили
на
завод
—
«перевариваться в рабочем котле», —
однако
вскоре,
по
решению
того
же
КГБ,
в
университете
они
бы ли
восстановлены.
Михаил
Капранов
пошел
специализироваться
в
спецсеминар
к
В.В.Пугачеву,
но
одновременно
с
этим
зан им ался
созданием
но вой
по ли­
тической
партии.
В
КГБ
уз нали
об
это м
из
перехваченного
его
письма,
в
котором
он
из ла гал
программу
па р тии.
Капранов
был
исключен
вторично,
буквально
за
считанные
недели
до
защиты
дипл о мной
работы.
Но
эти м
д ело
не
ко нчи лос ь.
Весной
1968 г.
на
зданиях
университета,
отмечавшего
сво е
50-лет ие ,
появились
листовки,
призывающие
к
солидарности
с
«Пражской весной». Только через год,
после
многих
обысков
и
допросов,
КГБ
уд ало сь
доказать
авторство
Капранова.
Мих аил
Сергеевич
Кап ра нов
190

был
осужден
на
сем ь
лет
л агерей
строгого
режима.
В
лагере
он
стал
глубоко
верующим
человеком
и,
выйдя
на
свободу,
полностью
посвятил
с ебя
служению
Церкви.
Сейчас
он
св ящ енник
в
Барнауле.
Путь
М.С.Капранова
в
ка ко й-то
мере
типичен
для
его
поколения.
В
августе
1991 г.
мне
довелось
присутствовать
при
совместном
ин те рвью
кор­
респ он дент у
газеты
«Саратов»
отца
Мих аила
(Капранова), бывшего проез­
дом
в
нашем
городе,
и
дв ух
его
друзей,
с
которыми
судь ба
свела
его
в
ла г ере,
—
сара тов це в
Александра
Ивановича
Романова
и
Валентина
Ивано­
в ича
Кирикова,
входивших
в
конце
1960- х
гг.
в
«Группу Революционного
Коммунизма».
Все
участники
это й
г руп пы,
объединявшей
студентов
разных
вузов,
за
изучение
ра бот
Ленина
и
стремление
вернуться
к
«истинному
ле нин изм у»
был и
арестованы
и
осуждены
по
70- й
статье.
А.И.Романов
отбыл
в
неволе
шесть
ле т,
В.И.Кириков
—
два
с
по ловин ой
года.
Выйдя
на
свобод у,
А.И.Романов
—
историк,
по эт
—
работал
кочегаром
в
котельной,
п рие мщи­
ком
в
химчистке,
не
оставляя
и
своих
за нятий
философией.
Закончить
университет
он
смог
только
п осле
реабилитации,
через
двадцать
с
лишним
лет
п осле
ар еста .
В.И.Кириков
—
юрист,
работает
в
проектном
институте...
В
лагере,
столкнувшись
с
политзаключенными,
иные
из
которых
сидели
еще
со
сталинских
времен,
многое
перечитав
и
передумав,
А. И. Ро­
манов
и
В .И.Ки рик ов
разочаровались
в
марксизме
и
пришли
к
п р авослав­
ной
ве ре.
Их,
как
и
отца
Михаила,
приве ли
к
этом у
стремление
найт и
незыблемую
правду
и
любовь
к
человеку.
Сист ем а
отрицала
самоценность
человека.
Правдоискатели
1960-х
гг.
пыт али сь
противопоставить
ей
«не ­
искаженный»
ко мму низ м,
но,
поняв
его
подлинную
сущность,
обратились
к
действительно
незыблемым
основам
нравственности.
Отрывок
из
этого
совместного
интервью
был
опубликован
в
газете
«Саратов» 20 августа 1991 г.,
в
самый
трудный
день
путча,
вместе
с
текстом
знаменитого
Указа
Президента
Ро сс ии.
Полностью
беседу
этих
трех
людей,
кроме
меня
и
корреспондента,
никто
не
с лыш ал.
И
мне
подумалось
тогда,
что
такие
жи вые
свидетельства
не об ходи мо
сохранять
не
только
для
п олн оты
картины
прошлого,
но
и
для
поддержания
долж­
ного
нравственного
«градуса»
в
обществе
в
наш е
время.
Живые
воспоминания
неп осредст вен ны х
участников
событий
ценны
еще
и
те м,
что
они
помогают
избавиться
от
упро щен ног о
восприятия
прошлого,
подгоняемого
под
одну
схему:
противостояние
власти
и
общественности,
КГБ
и
пр ав долюб це в.
Психология
люде й,
по
эт ой
схеме,
укладывается
только
в
два
амп луа
—
злодея
или
героя.
А
в едь
с
обеих
сторон
был и
л юди
сложные.
Перв ый
секретарь
Горьковского
обкома
КПСС
в
1960-е
гг.
К.Ф.Катушев,
впоследствии
сек рета рь
ЦК
КП СС
по
«странам народной демократии», —
од ин
из
главных
инициаторов
ввода
советских
вой ск
в
Ч ехо словак и ю.
Каза­
ло сь
бы,
фигура
однозначная.
Но
в
«деле Капранова»
он
п овел
с ебя
неожиданно.
В
1967 г .,
пос ле
вторичного
ис к люче ния
из
университета,
Ми-
191

хайл
Сергеевич
записался
на
прием
к
Катушеву.
Разговор
был
любопыт­
ный.
К ат ушев
сидел
ря дом
со
своим
помощник ом.
—
Это
ваш
охранник?
-
спросил
Капранов.
-
Он
боится,
что
я
вас
убью?
—
Не т,
это
мой
по мо щник.
Кап ран ов
из ложил
Катушеву
свою
программу.
Тот
сказал:
—
Вот
я
старше
тебя.
Мне
в
тво и
го ды
не
на
что
было
к упить
брюки,
я
ход ил
грузить.
У
те бя
брюки
есть,
тебе
делать
нечего,
ты
занимаешься
болтовней.
Но
пос ле
этого
визита
последовал
зво нок
Катушева
ректору
универ­
ситета
И.А.Ко рш ун ов у,
смысл
которого
бы л:
восстанавливать
Капранова
сейчас,
конечно,
неудобно,
но
парень
он
с
гол овой ,
со
временем
его
надо
будет
восстановить.
Здесь
сказалась,
в идим о,
од на
из
характерных
че рт
провинции,
где,
с
одн ой
стороны,
мно гие
московские
директивы
«претворялись в жизнь»
с
еще
большей
рьяностию,
чем
в
столице,
а
с
другой
—
отдельные
их
исполнители,
в
си лу
своего
при род ного
здравомыслия,
могли
по вес ти
себя
нео жид анно
порядочно,
на
что
в
Москве
просто
не
решились
бы.
И
еще
од но
наблюдение,
которое
по звол яют
сделать
ус тные
мем уар ы.
Наличие
раз ных
жизненных
«слоев», проходящих через один небольшой
пр оме жу ток
вре м ени
(а порой и пространства) . В .
И.Ки ри ков
рассказывал
мн е,
что,
к огда
в
начале
1950-х
гг.
Саратовским
архиереем
был
назначен
митрополит
Ве ниа мин
(Федченков)
—
из
первой
волны
эмиграции,
бывший
епископом
во
Франции,
СШ А,
в ер нув шийся
после
войны
в
Россию,
—
он
провел
по
од ной
из
центральных
улиц
города
—
улице
Ле нина
—
огром­
ный
крестный
хо д,
ка к овых
в
Саратове
к
т ому
вре мен и
уже
больше
тридцати
лет
не
п ровод илос ь.
На
у лицу
Ленина
в ы ходят
окна
корпусов
Саратовского
ун и верси тет а.
Я
спрашивала
студентов
тех
лет,
что
они
знали
про
этот
крестный
ход.
Ничего
не
знали,
как
и
про
ту
хрущевскую
антирелигиозную
кампанию
кон ца
50-х-начала
60-х
гг .,
в
преддверии
ко­
торой
он
происходил,
—
самую
тяжелую
после
сталинских
«безбожных
пятилеток» 1930-х
гг.
Для
них
время
после
XX съезда было только
временем
освобождения
и
подъема
политического
сознания.
Явления,
о
которых
иде т
речь,
ост ава лись
тогда
вне
поля
их
восприятия.
Сейчас,
думается,
задача
состоит
в
том,
чтобы
собрать
как
можно
больше
разных
свидетельств
того
времени,
представляющих
как
бы
съемку
в
раз ных
ракурсах,
которая
помогает
приблизиться
к
полноте
пр ав ды.
Примечания:
1ОГ.А.Разуваеве
с м .: 1п тетопаш:
Ис т.с б.
памяти
Ф .Ф.Пе рче нк а.
М.;
Спб .:
Фе никс ;
АЛепе иш , 1995.
С. 195.
2 Пугачев В .В.
Опальный
пушкинист
в
Горьком:
Ю.Г.Оксман
и
«Пражская
весна» // Волга .
1995.
No
5/6.

Татьяна
Косинова
(Санкт-Петербург)
СОБЫТИЯ
1956 г.
В
ПОЛЬШЕ
ГЛАЗАМИ
СОВЕТСКИХ
ДИ ССИ ДЕНТ ОВ
Предлагаемая
в ним анию
читателей
публикация
сост авл ен а
на
основе
устных
инте р вью
с
советскими
диссидентами
и
политзаключенными.
Ин­
тервью
записывались
авт о ром
в
России
в
период
1992-1994 гг.
в
рамках
программы
НИЦ
«Мемориал» (С.-Петербург)
и
Восточного
Архива
(Вар­
ш а ва ) «Диалог.
Польско-советские
диссидентские
и
культурные
связи
и
взаимовлияния
1950-1980- х
гг.».
В
период
с
июл я
1994 г.
по
и юнь
1995 г.
работа
над
проектом
проводилась
при
финансовой
поддержке
Фо нда
им. Генриха
Бё лля.
Для
многих
людей
в
бывшем
СССР
середина
1950- х
гг.
ассоциируется
с
различными
событиями
в
Польше,
с
развитием
польского
ревизионизма,
польской
пре ссы
и
кино.
В
процессе
оп росов
А.Н.Краснопевцева,
Н.Г.Обушенкова,
М.А.Че шк ова ,
В .А.К озовог о,
В.Б.Меныпикова,
Б.П. Пу -
стынцева,
Э.С.Орловского,
И.С.В е рбл овск ой,
А.П.Лав у та,
С.Н.Ханжен-
кова,
В. Л.Ге р шуни
бы ло
установлено,
что
для
определенной
части
оппо­
з ици онно
настроенной
советской
инте лл игенции
то,
что
прои с ход ило
тог да
в
Польше,
а
зат ем
в
Венгрии,
стало
одним
из
самых
значительных
генерационных
переживаний.
Основной
зад ачей
интервью
бы ла
по пыт ка
мак симал ьно
восстановить
взгляды,
представления
и
п ережи ван ия
то го
времени,
отстраняясь
от
с его дняш ней
точки
зр ения
на
те
события
и
современного
уровн я
информированности.
Июнь
1956 г.
Познань
ЛЕВ
КР АСНОПЕ ВЦЕВ:
Лет ом
1956 г.
мы
с
большой
группой
студен­
тов
отправились
в
Казахстан
на
уборку
урожа я
пшеницы.
Информация
о
событиях
в
По знани
была
только
официальная.
После
XX съезда обста­
новка
в
Польше
и
Венгрии
становилась
все
боле е
накаленной,
и
в
партий­
ном
руководстве
как-то
пытались
ее
снизить
—
убирали
старых
секрета­
рей .
В
то
вр емя
я
особ ен но
п рис т ально
старался
с ле дить
за
всеми
перестановками.
После
познанских
с обы тий
произошли
изменения
в
ру­
ководстве
ПОРП.
Появился
Охаб
—
та кая
невыразительная
промежуточ­
ная
фи гура
центристского
толка,
его
мало
кто
по м нит.
Но
как-либо
овладеть
положением
в
стране
коммунистам
уже
не
удалось.
Я
старался
бы ть
в
курсе
происходящего,
иметь
возможно
более
полный
объем
инфор­
193

мации
для
последующего
анализа.
До
эти х
со быт ий
у
нас
не
б ыло
ника ких
оснований
инте ре сов ать ся
чем-то
н овым
в
польском
опыте:
жел ез ная
система
Циранкевича—Берута,
о п ир авшаяся
на
госбезопасность,
д ерж ала
По льшу
очень
жестко.
Но
летом
1956 г.
в
наших
кругах
поя вилс я
огром­
ный
ин т ерес
к
Польше.
Я
пр ина длеж ал
к
той
части
молодой,
только
что
сформировавшейся
интеллигенции
Москвы,
кот ора я
ст ала
сам ост оя тел ьно
задумываться
над
общественно-политическими
проблемами
в
кон це
40-х
—
начале
50-х
гг.
в
свя зи
с
острыми
идеологическими
ко нфликт а ми
и
преследованиями
куль­
туры
и
науки.
Наш а
активность
особенно
возросла
после
корейской
войны,
к отора я
показала
нам
истинное
положение
в
мире.
Но
до
1953 г.
эти
настроения
практически
не
выходили
на
поверхность,
зрели
внутри.
В
1955-1956 гг.
студенческая
молодежь
Московского
университета
заметно
активизировалась,
сам
университет
стал
напоминать
тогда
бурлящий
улей ,
оппозиционность
настроения
была
очень
большой.
БО РИС
ПУСТЫНЦЕВ:
Мы
всецело
поддерживали
Познань
1956
года.
Тем
летом
польские
события
я вил ись
импульсом,
каким-то
п оворот ­
ным
мом е нтом
для
меня
и
мо их
друзей.
Мы
решили
тогда,
что
на до
пыта ть ся
что-то
сделать.
В
наши
двадцать
лет
это
выглядело
вполне
естественно:
казалось,
все
мо жно
изменить.
Правда,
быстро
пришло
понимание
того,
что
мы
в
этой
стране
одиноки,
как
та
коз а
Робинзона
Крузо.
Массами
владел
абсолютный
шо винизм , 99% населения кричали:
«Зиг хайль!», разделяя все имперские устремления власти,
даж е
многие
антисталинисты
тогда
одобряли
люб ые
выверты
режима...
Но
остановить­
ся
мы,
конечно,
уже
не
могли.
Польс к ий
Ок тя брь
и
революция
в
Венгрии
бы ли
уже
инерцией
событий.
Логическим
завершением
был
наш
арест
весной
1957 г.
—
меньше,
чем
через
год .
Выс ту пле ния
в
Познани
показы­
вали,
что
все
это
не
на
век:
в
цитадели
появились
тр ещ ины,
значит,
можно
пыта ть ся
расширить
их,
ломать
ее
дальше.
НИ КО ЛАЙ
ОБУ ШЕНКОВ:
В
сентябре
1956 г.
я
впер вые
был
в
Поль­
ше.
Это
была
сво его
ро да
премия
за
работу
в
качестве
ответственного
секретаря
приемной
комиссии
исторического
факультета
Московского
ун и верси тет а.
Мне
рассказывали
о
том,
что
происходило
в
Познани
в
июне,
что
происходит
в
друг их
городах.
В
то
вре мя
шли
процессы
по
Познанскому
делу.
Мое
отношение
к
тем
событиям
бы ло
д в ойстве нны м.
Мне
было
ст рашн о
читать
в
по льск их
г аз етах
о
тех
д иких
эксцессах,
которые
происходили
на
улицах
Познани.
Например
о
то м,
как
молодые
люди ,
дети
репрессированных,
интернированных
поляков,
брали
следователей
и
член ов
их
семей,
водили
по
городу,
раздевали
до
пояса
и
жг ли
на
их
тел е
га зе ты,
не
спеша,
постепенно
за жа ри вали
людей...
Несколько
человек
поги бли.
Так ие
вещ и
могут
вызва ть
возмущение
у
любого
здравомысляще­
194

го,
не
злобн ого
человека.
Мне
была
непонятна
такая
первобытная
жест о­
кость
пол ьск ой
молодежи.
И
обвиняемые,
по
советским
меркам
то го
времени,
получили
«детские сроки»
—
пять,
четыре,
три
го да
заключения.
Еще
я
услышал
о
то м,
что
молод е жь
разнесла
вдребезги
вертушку-
глушилку,
которая
мешала
слушать
зап адн ое
радио.
Конечно,
их
интере­
совали
не
политические
передачи,
а
запа дная
музыка.
В
этом
молодежном
бунте
было
очень
мало
политики
по
замыслу
и
содержанию,
но
он
был
политическим
по
значению
—
это
стало
открытым
выступлением
против
общества.
Так
вот,
с
одной
стороны,
м еня
возмущала
же сто ко сть
молодых
поляков,
но,
с
др угой
стороны,
я
понял,
что
все
это
свидетельствовало
о
начале
большого
кризиса
всей
социалистической
сист ем ы.
МАРАТ
ЧЕ Ш КОВ:
На
м еня
произвело
бол ьшо е
впечатление
не
столь­
ко
са мо
выступление
в
Познани,
ск оль ко
реак ци я
ПОРП
на
эти
события.
Пра вда ,
это
не
б ыли
непосредственные
оценки
лета
1956- го .
Они
б ыли
высказаны
позднее.
Абсолютно
поразило
то,
что
отношение
Гомулки
к
выступлениям
молодежи
бы ло
положительным.
В
то
время
я
был
младшим
с отрудн иком
Института
востоковедения.
Помню,
на
ком со моль с ком
со­
брании
мы
все
это
обсуждали.
Часть
комсомольцев
сочувствовала
познан-
скому
восстанию.
Мы
считали,
что
и
у
нас
снизу
п ора
что-то
делать,
достаточно
уже
о беща ний
было.
Полит ику
и
поз и цию
Польской
объ ед и­
ненной
рабочей
партии
мы
считали
пр ави льно й.
Таким
был о
наше
отно­
шение
к
тем
событиям,
и
все
это
было
высказано.
Это
очень
воз мут ило
наших
партийцев,
они
вопили,
кричали,
неистовствовали.
Но
все
обошлось
бурными
разговорами.
ЭРНСТ
ОРЛ ОВС КИЙ :
По знань
я
заметил,
к онеч но,
и
сразу
ст ал
смотреть,
как
это
о свеща ют
польские
г аз еты.
Но
я
не
могу
сказать,
что
уде лил
этому
событию
очень
мног о
внимания.
Полу чи лос ь
так,
что
намного
в ажнее
в
тот
период
для
мен я
бы ло
в се,
что
происходило
в
Югославии,
—
югославская
пр ес са,
их
газета
«Борба», которая появилась у нас в начале
1956 г.
Это
настолько
поглощало
все
мое
внимание,
что
я
не
мог
спокойно
заниматься
ни
своей
диссертацией,
ни
чем-то
другим.
Пот ом у,
наверное,
летние
соб ыти я
в
Познани
у
мен я
не
оставили
особенных
впечатлений.
Осень
1956 г.
Октябрьский
пленум
ЦК
ПОРП.
В лади слав
Гом улк а
НИКОЛАЙ
ОБУШЕНКОВ:
Я
на блюд ал
обстановку
накануне
октябрь­
ских
со быт ий.
В
маленьком
к урорт ном
городке,
где
я
отдыхал,
в
экскур­
си онном
автобусе
нас
очень
часто
возили
вместе
с
министр а ми
польского
правительства,
которые
находились
там
в
отпуске.
Это
б ыли
представите­
ли
консервативного
крыла
из
группы
Рокоссовского
и
Новак а.
Они
б ыли
возмущены
на по ром
ревизионизма.
Очень
обиженные,
ра сск азывал и
о
том,
что
их
уже
практически
в ыст авили,
что
они
только
формально
195

являются
министрами
и
заместителями
минис тр ов
и
после
отпуска
уже
не
верн ут ся
в
свои
кре сла
в
правительстве,
откуда
их
вытеснили
сторонники
Гомулки.
А
сам
Гом улк а
был
тогда
ед ва
реабилитирован.
Позднее
я
был
в
ку рсе
всего,
что
прои с ходи ло
на
Октябрьском
пл е нуме
ЦК
ПОРП.
То,
что
было
непонятно
из
советских
сообщений,
например
почему
все
вое водс к ие
собрания,
только
что
сменившие
свои
партийные
руководства,
посылают
приветственные
телеграммы
в
ЦК
ПОР П,
—
комментировали
чуть
п оздн ее
знакомые
поляки,
с
которыми
мы
все
тогда
особенно
искали
контактов.
Мы
знали
из
газет
о
бр оске
танков
Рок ос со в ского
и
о
рейде
кораблей
Балтийского
флота
в
Гдыне.
Варшав­
с кий
комитет
польской
партии
оказался
на
высоте
со бы тий
настолько,
что
призвал
л юдей
в ыйти
на
улицы
строить
баррикады...
Все
это
ме ня
очень
интересовало
и
как
историка,
и
как
нач ина ющег о
маленького
политичес­
кого
деятеля,
авантюрного
плана,
правда,
но
все-таки.
Я
увидел,
что
все
это
довольно
простая
вещь,
убедился
в
во змо жн ости
этого.
На
собраниях
нашей
груп пы
я
рас сказ ывал
о
пр ог раммн ых
установ­
лениях
польской
партии,
о
том,
как
они
соб ира ют ся
реформировать
польский
социализм.
Взгляды
польских
коммунистов,
пол ьс кий
ревизио­
низ м
бы ли
очень
сильным
стимулятором
нашего
духовного
развития,
формирования
нашей
идеологии.
Мы
т огда
считали,
в след
за
Гомулкой,
еще
б олее
вслед
за
радикальными
деятелями
ти па
Эли ги уша
Лясоты,
что
социализм
можно
и
нужно
реформировать,
что
ес ть
возможности
для
этого.
Пример
Польши
в
1956 г.
был
для
нас
доказательством.
Потом,
уже
в
лагерных
дискуссиях
я
от ли чался
тем,
что
продолжал
верить
в
возможность
п ерем ен
с ве рху,
го ворил,
что
в
нашей
партии
доста­
точно
много
людей,
склонных
к
оппозиции,
к
реформированию,
что
она
не
представляет
собой
единства.
Оп ир аясь
на
пример
Гомулки
и
прог ресси вног о
крыла
П ОРП,
я
выступал
за
то,
чт обы
до би ват ься
зав ерш ен ия
п роцесса
формирования
блока
демократических
сил,
в
который
обязательно
войдут
и
силы
КП СС,
а
не
объявлять
тотальной
войны
коммунистам.
ЛЕВ
КР АСН ОПЕ ВЦЕ В:
С
большим
напряжением
я
следил
за
тем и
осенними
событиями.
В
Польше
разгорелся
колоссальный
пол ит иче ский
кризис.
Все
лет о
ситуация
там
постепенно
накалялась.
В
ок тя бре
все
вспыхнуло
—
прошел
знаменитый
О кт ябрьс кий
пленум,
вернувший
к
руководству
партией
Гомулку,
Зенона
Кли шко
—
в
профсоюзы.
Спых аль -
с кий
взял
в
свои
рук и
армию,
гомулковцы
заняли
ведущ ие
посты
в
экономике.
Полетели
Берман,
Минц,
Новак
—
все
с тали нист ы.
Естественно,
все
мы
бы ли
очень
рады
этому.
Гомулка
вернулся
почти
из
тюремной
к амер ы.
Все
понадеялись,
что
пережитое
не
прошло
ему
даром,
что
м ногое
изменилось
в
его
коммунистических
взглядах
и
настро­
ениях.
Пе рвые
сведения
о
Гомулке
появились
у
нас
в
период
Отечествен­
ной
войны,
когда
ст ало
известно,
что
в
Польше
ест ь
некий
«товарищ
196

В е с ла в», который руководит борьбой коммунистов с немцами,
яв ляетс я
организатором
Ар мии
Люд овой ...
Насколько
я
понял
по
беседам
с
Лясо-
то й,
Польша
бы ла
в
восторге
от
Гомулки
еще
летом
1957 г.
Восстание
в
Будапеште
своей
тр аг ичнос тью
и
размахом
засл онил о
по ль ские
события.
Нашим,
моим
иллюзиям
име нно
тогда
пришел
конец.
Мы
поня л и,
что
там
стреляли
в
на с,
нас
давили
танками,
наших
едино­
мышленников,
там
погибали
наши
товарищи
и
наш е
будущее.
Венг ри я
стала
для
нас
каким-то
лучом
света.
Что
ка сает ся
поляков,
то
мы
по нял и,
что
они
совершили
тактически
очень
верный
шаг,
п ойдя
на
консолидацию
с
Гомулкой.
Гомулка
то гда
о град ил
Польшу
от
того,
от
чего
Имре
На дь
не
с мог
оградить
Будапешт,
он
спас
своих
соотечественников
от
расправы
будапештского
типа.
Тем
не
менее
мы
всегда
очень
критически
и
подозрительно
относились
к
ли чнос ти
это го
«железного»
человека.
Хотя
понимали,
что
поля ки
под
крышей
гомулкинского
режима
очень
многого
добились:
ч аст ная
собственность
в
сельском
хозяйстве
восторжествовала,
раз ви валась
частная
торговля,
был
достигнут
высокий
урове н ь
свободы
информации.
К
этому
времени
отно­
сится
осознание
необходимости
борьбы
с
существующей
системой.
Я
отошел
от
активной
комсомольской
деятельности,
по шел
в
архивы
и
библ ио теки ,
где
занимал ся
не
столько
своими
аспирантскими
об яза ннос ­
тя ми,
сколько
личными
делами.
Я
начал
писать
свою
работу
по
истории
демократического
движения
в
России,
за
которую
и
получил,
собственно
г оворя,
свой
лагерный
ср ок.
ИРЭНА
ВЕРБ ЛОВСКАЯ:
К
Гомулке
бы ло
очень
хорош е е
отношение.
Его
приход
во спри ним али
как
большой
сдвиг
влево.
Он
сменил
совершен­
но
кондового,
железобетонного
Берута
и
был
окружен
орео лом
мучени­
ч еств а.
Сталинский
мученик!
—
естественно,
его
идеализировали
у
нас.
И
разобраться
тогда
объективно
в
том,
что
он
по
сути
из
себя
представляет,
было
пра кт иче ски
невозможно.
Симпатии
к
нему
сохранялись
довольно
долго,
пожалуй,
вплоть
до
антисемитской
кампании
1968 г.
ВЛАДИМИР
ГЕРШУНИ:
С
именем
Гомулки
связан
оди н
эпизод,
о
к от ором
рассказал
мне
мой
д руг
Владимир
Тельников,
диссидент
и
полит­
заключенный;
сейчас
он
эмигрировал,
р або тает
на
Би-Би-Си.
Володя
очень
независимого
характера,
и
когда
он
сид ел
во
Владимирской
тюрьме,
то
постоянно
гр ызся
с
надзирателями.
Однажды
вертухай
не
выд ер жал
и
ск а з а л: «У меня сам Гомулка таскал парашу!
А
ты
кто
такой?!» У него
был а
своя,
ментовская
гордос ть :
когда-то
он
охранял
Вл адисл а ва
Гомулку,
пок рики ва л
на
него,
заставлял
выносить
п арашу ...
Всю
революцию
1956 г .,
конечно,
ассоци и ро вали
прежде
всего
с
Гомулкой,
с
тем
п еревор от ом
в
ПОРП,
к от орый
он
в озг ла вил.
Как
же
хоро шо
он
на чин ал !..
Во
всяком
случае,
так
нам
казалось
поначалу...
Но
1968 г.
отравил
мне
всю
жизнь,
ко гда
тот
же
Гомулка
в
марте
запретил
«Дзяды»
Мицкев ич а.
197

Источники
информации.
Р оль
польс кой
прессы
АЛЕКСАНДР
ЛАВУТ:
С
1956 г.
я
регулярно
читал
польские
газеты.
В
то
время
там
была
боль ша я
з авар уш ка,
в
резул ьт ате
которой
пришел
к
власти
Гомулка ,
—
первое
очень
заметное
обновление
в
соцстранах,
многое
там
стал о
другим.
Особенно
это
бы ло
видно
по
газетам.
Я
с тал
выпис ыв ат ь
и
читать
их,
вначале
—
что
поп а ло,
а
потом
уже
ре гулярн о
читал
«Политику».
Из
разных
пу бл икац ий
знал,
что
одним
из
сам ых
популярных
изданий
был
журн ал
«По просту», но его здесь не было,
да
и
просуществовал
он
очень
недолго:
либеральный
по
меркам
тог о
вре мен и
Го мулк а
его
быстро
закр ы л.
А
«Политика»
хот я
и
б ыла
партийной
газетой
—-
ее
издателем
считался
ЦК
ПОРП,
—
но
с
очень
широкой
и нфор мацие й
и
свободой
изложения,
сравнимой
с
нашими
изданиями
1987 г.
Ч итая,
я
начал
понимать
и
у стную
реч ь.
И
потом
уже
все
вр емя
старался
следить
за
те м,
что
происходило
в
Польше,
читал
газеты,
иногда
что-нибудь
е ще.
Выписывал
«Политику»
вплоть
до
середины
70- х
гг. ,
пока
подписку
на
нее
не
запретили
у
нас.
ЭРНСТ
О РЛОВ СК ИЙ:
Газету
«Трибуна люду»
я
пробовал
читать
еще
в
1954 г. ,
ко гда
у
нас
впервые
появилась
в
пр ода же
пресса
стр ан
н арод ной
демократии,
но
она
мне
показалась
совершенно
неи нт ересн ой,
совпадающей
с
нашими,
да же
менее
привлекательной,
чем
га зеты
ГДР
т ого
времени.
Потом,
в
начале
1956 г.
вдруг
в
ней
и
в
«Штандар млодых»
ст али
появляться
инте р ес ные
статьи.
Тогда
я
регулярно
читал
«Зешиты теоретичны- полит ич -
ны»
—
очень
интересный
политический
журнал,
типа
дайджеста.
В
П ольше
вы ходи ло
еще
одн о
со ве рш енно
замечательное
изд ание
Польского
института
международных
вопросов
—
«Збюр документув».
Там
печатали
многие
интереснейшие
материалы,
к ото рые
у
нас
вообще
пр актич ески
невозможно
бы ло
достать,
нап риме р
программную
речь
пр ези ден та
СШ А,
полный
тек ст
ре зо люций
Генеральной
Ассамблеи
ООН,
документы
из
Китая,
Индии
и
то му
подобное.
Пар аллель но
печатались
два
текста:
оригинал
и
его
пер ево д
на
польский.
Е сли
оригинал
был
на
польском,
тогда
перевод
был
на
русский
или
а нгл ийски й
язык.
Эти
сборники,
несмотря
на
то,
что
выходили
с
боль ши м
опозданием,
бы ли
для
меня
о соб енно
важными,
потому
что
я
не
любл ю
расс ужден и я
философ­
ские
и
социологические,
я
лю блю
точные
факты.
В
то
время
я
не
собственно
Польшей
интересовался,
а
пр ежде
всег о
польской
печатью,
потому
что
через
польские
издания
мог
получить
обш ирны е
сведения
о
многих
в ещах
и
событиях.
Например,
е сли
по льс кие
коммунисты
не
поддерживали
итальянских
или
еще
к аки х-ниб удь
ревизи­
онистов,
то
они
все
равн о
информировали
об
это м,
п одробно
излагали
их
взгл яд ы.
О дно
время
я
выписывал
по ль ские
жур н алы
«Пшиязнь»
и
«Польша» .
Были
периоды,
когда
у
нас
вообще
запрещали
по дписку
на
«Польшу», это тоже очень интересный журнал.
То гда
я
впервые
ста л
198

делать
переводы
с
польского
для
различных
п одпол ьны х
изданий,
начиная
с
«Информации»
—
такого
маленького
бюл л ет еня,
ко то рый
мы
составля­
ли
вместе
с
Ре вольто м
Пименовым
и
Ирэной
Вербловской.
ИР ЭНА
ВЕРБ Л ОВСКАЯ:
Мы
успели
выпустить
ше сть
или
сем ь
номе­
ров
«Информации».
С
польского
большинство
пе рев одов
делала
я,
нек о­
тор ые
—
Эрнс т
и
да же
сам
Револьт.
Размножали
их
на
печатной
машинке.
В
них
б ыли
различные
сведения
и
факты,
о
которых
умалчивали
советские
средства
и нф орма ции.
И
по льск ая
пресса
была
для
нас
одним
из
самых
важных
источников.
Польский
яз ык
я
начала
учить
задолго
до
этого,
когда
в
университете
в ыбра ла
се бе
специализацию
по
ис тор ии
польского
ра б очего
движения.
Я
довольно
хорош о
знала
ист ор ию
Польши,
всегда
ею
интересовалась.
В
Ленинграде
угол
Невского
проспекта
и
улицы
Бродского,
ря дом
с
го ст иницей
«Европейская», стал в середине 1950- х
гг.
очень
важным
м есто м.
Че лове к
двадцать-тридцать
там
ежедневно
стояли
в
очереди
в
газетный
киоск,
дожидаясь,
ког да
подвезут
прессу
соцстран.
Расхватыва­
ли,
кто
—
какие.
Вн ач але
совершенно
не
брали
венгерские
газеты
по
причине
незнания
языка ,
но
наступил
ок тя брь
1956 г.
и
венгерские
тоже
стали
разб и рат ь.
А
в
ближайшем
сквере
на
площади
Искусств
их
ра зв ора­
чивали
и
«соображали на троих»
—
кто
с кольк о
сл ов
зн ал
—
так
пе ре во­
дили,
совершенно
незнакомые
друг
с
другом
люди .
Я
не
мо гу
сказать,
что
все
под ряд
читали
поль ски е
газеты,
такого
не
было.
Но
мы
очень
жа рко
обсуждали
все,
что
там
происходило.
Самыми
важными
для
меня,
не
считая
ежедневных
газет,
были
журналы,
особенно
«Пшеглёнд культуральны» .
Политические
новости
интересовали
меня
намн ого
меньше
культурных
преобразований
в
Польше
в
том
году.
НИКОЛАЙ
ОБУШЕНКОВ:
Пос ле
возвращения
из
По л ьши,
в
начале
октября
1956 г.
я
в
теч е ние
месяца
научился
читать
по-польски,
стал
регулярно
вы писы ва ть
польские
газеты,
познакомился
с
«Трибуна люду»,
с
«По просту», с другими серьезными журналами .
Часть
п олуча л
в
библиотеке,
часть
—
от
студентов
и
аспирантов
нашего
факультета.
Помню,
буквально
через
несколько
дней
после
выхода
у
мен я
появился
журнал
«Новы дроги»
—
политический
орган
ЦК
ПОРП
—
с
подробней­
шим
изло жен ием
знаменитого
пленума
19-21
октября
1956 г.,
и
все
выступления,
в
том
чис ле
объяснения
Рокоссовского
по
поводу
продвиже­
ния
наших
войск
к
Вар шав е,
у
меня
были.
Я
с
у див л ением
и
интересом
л овил
все
сведения
о
Польше.
В
обвинительном
заключении
или
в
п ригов оре ,
не
помню,
есть
фраза
о
том,
что
на
одном
из
собраний
группы,
которое
проходило
у
меня
на
квартире,
я
делал
переводы
с
по льс ког о.
Я
переводил
для
товарищей
доклад
Гомулки
и
какие-то
док уме нты
ПО РП,
опубликованные
в
польс к ой
прессе...
Польские
и здан ия
я
продолжал
потом
вы писы ва ть
в
лагере.
199

МАРАТ
ПЕШКОВ:
У
ме ня
лично
в
се р едине
50-х
гг.
никаких
источ­
ников
информации,
кроме
нашей,
советской,
прессы
и
каких-то
слухов,
которые
ход или
в
студенческой
среде,
не
было.
Зато
потом
в
лаге ре
инф о рм ация
о
польских
д елах
бы ла
лучше,
чем
на
свободе
в
1956 г.
Первое
вре мя
там
разрешали
получать
иностранную
прессу.
Я
чи тал
«Юманите»
и
всю
информацию
черпал
отт уда .
Мн огие
наши
ребята
вы пи сыва ли
польские
журналы
и
газеты.
Кто-то,
по-моему,
Коля
Обушенков,
даж е
уч ил
итальянский
и
п олу чал
итальянскую
прессу.
В
то
время
для
нас
не
менее
важным
было
вс е,
что
пр оис ходи ло
в
итальянской
компартии,
ее
позиции
по
различным
вопросам,
—
в
частности,
отно шени е
итальянских
коммунистов
и
мирового
коммунистического
движения
к
тем
же
со бытия м
в
П ольше
бы ли
очень
значимыми
для
н ас.
СЕРГЕЙ
ХАНЖЕ НКОВ :
Разумеется,
в
кон це
50-х
гг.
я
нач ал
учить
польский
язык ,
потому
что
появилась
газета
«Политика», которую мне
з а хоте лось
читать.
С
десяти
лет
я
регулярно
читал
газеты.
А
с
и нф орм ацией
у
нас
всег да
было
плохо.
Тут
я
установил,
что
если
в
на ших
газ етах
о
ка ком -либ о
соб ыт ии
напис ана
одна
строчка,
то
в
польских
—
уже
к олонк а.
Там
будет
многое
расписано,
будут
упомянуты
какие-то
л юди,
то
есть
что-то
можно
почерпнуть
для
дальнейшего
ан ализ а.
Исключительно
в
этих
целях
я
купил
польский
словарь
и
углубился
в
изуч е ние
польской
прессы.
БОРИС
ПУ СТЫН ЦЕВ:
В
моем
случае
было
полегче
с
получением
информации
—
я
слушал
Б и- Би-Си
и
«Голос Америки»
на
английском,
английский
э фир
у
нас
тогда
не
глушили.
С
друзьями
мы
пытались
сл уша ть
«голоса»
и
на
русском,
где
удавалось
пробиться
через
глушилки.
Мо гу
ска за ть,
что
очень
многие
в
те
годы
сбились
с
пути
ис тинно го
благодаря
польской
прессе.
Прав да,
чтобы
начать
читать
что-нибудь
подобное,
че лове к
уже
должен
был
получить
какой-то
толчок
извне
или
изнутри,
должен
был
появиться
интерес.
Но
потом
лю ди
вчитывались,
им
хотелось,
чтоб ы
у
нас
было
та к,
как
та м,
потому
что
поним али
—
там
свободнее,
хотя
бы
п отом у,
что
информационный
барьер
не
такой
пло т­
ный.
Польские
ревизионистские
издания
находили
горячий
отклик
в
ю ных
марксистских
сердцах.
А
в
те
да лек ие
времена,
в
сер е дине
50-х
гг.,
тем
более
еще
ран ьш е,
при
жизни
«вождя и учителя», практически вся
оппозиция
была
марксистского
толка
—
социалистическая.
Я
был
белой
вороной
да же
среди
своих,
на
меня
смотрели
как
на
недоразвитого,
потому
что
я
не
был
марксистом.
И
эт о,
наверное,
естественно:
пос ле
нескольких
десятилетий
пропаганды
коммунистических
идей
недовольство
режимом
и
осмысление
происходящего
совершались
под
девизом: «опле­
вано
прекрасное».
Поэтому
такой
ус пех
имели
югославские
идеи
времен
ран н его
социализма:
рабочие
советы,
самоуправление
и
так
далее.
Сюда
же
относится
и
польское
в лиян ие.
200

Я
читал
«По просту»
в
основном.
Был
такой
общественно-политичес­
кий,
литературоведческий
и
философский
жу рна л.
Его
выписывал
мой
приятель.
Сам ые
обычные
польс ки е
журналы,
например
«Пшекруй»
или
«Доокола свята», содержали информацию,
кот о рую
здесь
мы
могли
получить,
только
слушая
всякие
«голоса»
через
глу шилки.
А
в
лагере
это
вообще
был
единственный
источник
информации.
Почти
все
там
учили
польский.
Нам
р азреш али
получать
пол ьс кие
и
другие
издания
до
1961 г.,
до
введения
н ового
Уголовного
кодекса.
Естественно,
они
пр иходил и
с
б ольш им
опозданием,
но
все
ра вно
это
был а
какая- то
отдушина.
Они
давали
информацию,
не
столь
дис ти ллиров а нную ,
как
советские
органы
печати
—
она
была
и
экстенсивнее
и
инте нс ивн ее.
Тогда
я
зна л
польский
язык
на
уров не
чт ен ия.
До
сих
пор
по нима ю
прекрасно
речь,
мо гу
объясниться,
читаю,
как
по- рус ск и.
ВА ДИМ
КОЗОВОЙ:
Польский
язык
я
вы уч ил,
читая
польские
газеты
в
1956 г.
С
1955 г.
ст ала
выходить
«По просту», и я стремился читать ее,
а
такж е
«Штандар млодых», литературные журналы,
на приме р
«Жиче
литерацке».
Читал
я
их,
чтоб ы
сл едит ь
за
политическими
событиями,
кот орые
м еня
г лубок о
во лнов ал и,
потому
что
я
в
то
вр емя
уже
был
о тпе тым
а нт иком муни ст ом.
С
другой
стороны,
это
бы ло
для
меня
какое-то
культурное
окно
на
Запад,
е сли
мо жно
так
сказ ать .
В
л агере
из
журнала
«Фильм»
я
у з навал
о
том ,
что
п роис ход ит
в
кино .
О
мно гих
событиях
истории,
не
только
польской,
я
тож е
узн ава л
впервые
из
публикаций
в
польской
прессе.
Я
внимательно
следил
за
процессом
реабилитации,
воскрешения
и ст ории.
Несмотря
на
то,
ка ким
бы ло
мое
отношение
к
тем
или
иным
пер со наж ам,
мне
было
интересно
следить
за
тем ,
как
совершен­
но
забытая,
зачеркнутая
ист о рия
возрождалась
зан ово .
В
польских
изда­
ниях
э тот
процесс
шел
несравнимо
глубже
и
шире,
чем
у
нас,
даж е
в
пе риод
оттепели.
Меня
волновал
процесс
идейного,
идеологического
обновления
в
Польше,
с
огромным
интересом
я
читал
историко-философ­
с кие,
теоретические
статьи.
Через
польскую
прессу
я
соприкасался
впе­
р вые
со
многими
течениями
соц иологи че ск ой
и
философской
м ысли.
Пол ьс кая
культ ура.
Кино
ВЛАДИМИР
ГЕРШУНИ:
В
тот
год
родилась
острота,
потом
приме­
няемая
и
к
другим
ст ран ам
восточного
бл о ка : «Польский барак
—
сам ый
в ес елый
в
нашем
лагере».
Оч ень
воодушевляли
художественные
выставки,
где
поляки
пер в ыми
стали
выделяться
св оим
авангардом.
Мы
сразу
почувствовали:
жизнь
там
пошла
веселее,
чем
у
на с.
Хот я
очень
быс тро
начался
откат:
Гомулка
дал
погу лять
всего
несколько
ме сяце в.
Я
помню
его
сл ова: «Пора за работу,
хватит
митинговать».
Рассказывали,
что
он
не
любил
театра,
пл евался
и
чертыхался,
когда
бывал
на
спектаклях.
Это
был
тупой,
черствый
функционер,
замкнутый
в
партийных
делах,
ин триг ах
201

и
дрязгах,
совершенно
чуждый
культуре.
Он
очень
напоминал
Н икит у.
Тем
не
менее
име нно
со
стороны
Польши
в
то
время
получали
мы
не
только
информацию
о
последних
художественных
течениях,
но
и
нагляд­
ные
примеры
развития
современного
искусства.
Н ИК ОЛАЙ
ОБ У ШЕНКОВ:
В
м оем
до ме
всегда
бы ла
тяга
к
польской
литературе,
польскому
языку.
Кроме
газет
и
журн ало в
мы
с
женой,
сотрудницей
Института
славяноведения,
специалистом
по
ис тории
Поль ­
ши,
всегда
читали
польские
кни ги,
и
детям
тоже
привили
любовь
к
ним.
Они
читают
по-польски,
особенно
любя т
де тект ивы .
В
нашем
доме
по ль­
ск ий
ста л
бу днич н ым,
домашним
язы ком .
БОРИС
ПУ СТЫ НЦЕ В:
Я
выписывал
польский
журнал
«Экран»,
след я
по
н ему
за
развитием
миров ого
кинематографа.
О
в сех
польских
ф ил ьмах
мы
мно гое
зн али
задолго
до
того,
как
они
выходили
на
советские
экраны.
Никогда
не
забуду,
как
вдруг
совершенно
неожиданно
нам
в
лагере
показали
«Покушение»
Па ссе ндо рфе ра ...
Польское
искусство
я
воспринимал
прежде
всего
как
способ
противостояния
сущ ест ву ющ ему
режиму.
Оно
всегда
носило
какой-то
оппозиционный
налет,
иногд а
откро­
венно
оппозиционный
характер.
К
сожалению,
как
я
сейчас
понимаю,
оно
не
воспринималось
нами
как
искусство,
са мо
по
с ебе.
На ше
о тно шение
ко
в сем
вопросам
носило
политизированный,
идеологический
харак т ер.
И
в
польском
искусстве
мы
видели
прежде
всего
вызов
системе.
Это
б ыло
одним
из
тех
элементов,
которые
помогали
в ыжит ь.
ВАДИМ
КОЗОВОЙ:
Для
определенной
част и
ин т еллиг ен ции
в
Совет­
ск ом
Союзе
Польша
с
1955-1956 гг .
служила
мостом
в
Евро пу,
в
европейскую
культуру
—
нач иная
с
культуры
самой
отвлеченной,
кул ь туры
идей
и
вплоть
до
политической
культуры.
То
что
бы ло
запрещено
или
не
допускалось
советской
цензурой,
доходило
до
нас
в
М оскве
через
П ольшу,
через
поль с кие
книги,
журналы,
кино
и
театр.
Все
это
было
на
польском
языке,
с
польскими
акцентами
и
нюансами.
И
так
п олу чил ось
п от ому,
что
поляки
добились
сохранения
относительной
свободы
в
об ласт и
культуры
да же
в
период
сталинского
р еж има.
И
это
не
мо жет
бы ть
забыто.
Нечто
подобное
происходило
и
в
Венгрии,
что-то
там
то же
печата­
лось,
несомненно.
Но,
думаю,
буде т
довольно
трудно
найт и
кого-нибудь
в
бы вшем
Союзе,
кто
бы
впитывал
все
это
в
венгерской
инт ер пр ет ации.
Ес ли
г овор ить
о
ки но,
то
в
польском
к ино
50- х
гг.
е сть
примеры
подлинного
искусства.
«Канал»
Вайды
я
вп ер вые
увидел
в
лагере
—
оче нь
трагический,
прекрасный
фильм.
По зд нее
в
лагере
нам
по к азали
фильм
Ежи
Пассендорфера
«Покушение»
—
очень
хороший
фил ьм,
снят
в
строгой,
документальной
манере.
Уже
тогда
поляки
ум ели
делать
отл ич­
ное
кино.
В
их
фильмах
остро
и
трагически
был
изображен
конец
целой
эпохи,
границей
которой
и
ст ал,
на
мой
взгляд, 1956г.
202

В
польских
журналах
я
впервые
прочитал
многие
философские
труды,
новейшие
произведения
западной
литературы,
стихи
и
рома ны
—
Фолкнера,
к
примеру.
Это го
я
не
забуду
полякам,
в
хорошем
смысле,
я
им
многим
обязан.
Я
не
просто
сл едил
тогда
за
развитием
польс к ой
о б ществ енной
жизн и,
куль туры
в
особенности,
это
являлось
частью
моего
существования
с
середины
50- х
гг.
ЭРН СТ
О РЛ ОВ СКИЙ:
Именно
к
культуре
—
музыке,
живописи,
архитектуре
—
у
меня
интерес
был
небольшой.
Не
только
польское
искусство
мен я
не
интересовало,
но
и
русс к ое.
Честно.
На
польское
к ино
я,
конечно,
ход ил,
фильмы
Вайды
очень
люблю.
Но,
ск ажем ,
намного
важнее
того
же
фильма
«Пепел и алмаз»
для
меня
бы ла
к нига
Анджеев-
ск ого,
которую
я
прочитал
го ра здо
раньше...
Вот
книги
—
да!
Совершен­
ным
потрясением
для
м еня
было
в
1956 г.
заглав ие
к ниги,
к ото рую
я
увидел
и
сра зу
же
ку п ил: «Обзор боевых операций Войска Польского в
1946-1949 гг.» .
У
нас
ни ко гда
не
бывало
по до бных
книг.
Конечно,
я
сраз у
стал
ее
ч ита ть.
Я
ста ра лся
с ле дить
за
развитием
польской
литературы
постоянно.
Очень
гордился,
когда,
кроме
газет,
смо г
осилить
первую
книгу
на
польском.
Это
был
один
из
детективов
Збигнева
Ненацкого.
Я
стал
в ыписыва ть
журнал
«Новые польские книги» (он выходил на русском
я зы ке), чтобы быть в курсе всех новинок.
В
жу рнал е
«Польша»
то гда
был
опубликован
репрезентативный
от рывок
из
романа
Казимежа
Брандыса
«Матка Крулей» .
Эту
книгу
я
считаю
ос обе нно
важной,
просто
н еоб хо­
димо
перевести
ее
на
русский.
Это
о дна
из
немногих
книг,
где
глубоко,
талантливо
изображена
п с ихол огия
если
не
прямых
виновников,
то
со­
участников
репрессий
—
партийных
работников,
а вто ров
д онос ов
и
так
далее.
С
тех
пор
Брандыс,
скажу
вам,
важен
для
м еня
ничуть
не
меньше
Льва
Толстого.
К
ним
двоим
я
обращаюсь
постоянно.
До
сих
пор
мне
каже тся ,
что
польская
литература
во
многом
глубже
нашей
в
пс ихологи ­
ческих
сторонах,
там
чаще
и
больше
эти
темы
затрагиваются
—
реф ле к­
сия,
осмысление
прош л ого
и
настоящего.
Мне
очень
много
дал и
польские
художественные
и
исторические,
юрид иче ские
исто ч ники.
ИРЭНА
ВЕРБ Л ОВСКАЯ:
Для
нас
настоящей
революцией
стала
статья
Яна
Котта
в
жу рна ле
«Пшеглёнд культуральны», забыла ее название.
В
ней
вп ер вые
был
подвергнут
сомнению
социалистический
реализм.
Это
б ыло
неслыханно!
Представьте,
что
нам
вбивали
в
гол ову :
искусство
должно
отражать
только
то,
к
примеру,
что
я
сейчас
вижу
за
окном,
но
немножко
красивее.
Смешно,
да?
А
Ян
Ко тт
писал
о
т ом,
что
допустим
иной
вз гляд
на
реальность
—
не
только
из
чувственных
восприятий,
но
из
какого-то
др уго го
потока
сознания...
Я
ли хора доч но
бросилась
перево­
дить
эту
статью,
чтобы
всем-всем
быс тр ее
р ас ска зать
об
этом.
203

Это
было
время
воздействия
д вух
киношкол
—
польской
и
итальян­
с кой.
Не
знаю,
какое
воздействие
им ело
польское
кино
в
политическом
пл ане,
но
в
нравственном,
безусловно,
должно
было
иметь.
Зал ы
бы ли
переполнены,
лю ди
выходили
потрясенными.
Но,
думаю,
все
же
это
не
было,
как
гов орят
ф из ики,
каким-то
нуклеарным
во з дейс тви ем,
потрясе­
нием
до
основ.
Примеры
с вязе й,
впе чатл ени я
от
к онта ктов
с
поляками.
«По просту»
ВЛАДИМИР
ГЕРШУНИ:
Очен ь
важными
для
меня
бы ли
вс тре чи
с
поляками
в
ла гере .
Массовая
репатриация
тогда
еще
не
началась,
и
их
было
мно го
в
Кар лаге.
Среди
них
встречались
такие,
кто
в
полной
м ере
соответствовал
выр ажени ю
«гордый поляк» .
Независимые,
с
развитым,
не
сравнимым
с
нашим
чувством
собственного
достоинства.
Там
бы ли
разные
люд и,
из
разных
сословий
и
поколений,
но
всех
отличали
ч увство
собственного
достоинства
и
с пос обнос ть
до
конца
сопротивляться.
Освободился
я
в
1955- м.
Поэтому,
когд а
через
год
в
Польше
началась
р е волюци я,
я
был
внутренне
совершенно
готов
к
этому,
я
как
будто
бы
жда л
че го -нибу дь
подобного
им енно
от
пол яков .
БОРИС
ПУ СТЫ НЦЕВ:
Я
общался
в
Ленинграде
с
польскими
студен­
та ми.
Я
очень
увлекался
джазом.
Поэтому
ко гда
приезжали
какие-то
музыканты,
а
в
основном,
они
приезжали
из
восточно-европейских
стран,
с
ними
т оже
ст ал
быстро
общаться.
Мы
говорили
о
многом
—
что-то
из
на ших
сведений
подтверждалось,
что-то
корректировалось.
Приезжавшие
поляки,
самые
радикально
настроенные
из
них,
утв е ржда л и: «Все может
бы ть
по-другому.
У
нас
—
уже
по-другому.
Е сли
вы
будете
бороться,
то
и
у
вас
буде т
так...»
НИКОЛ АЙ
ОБУШЕНКОВ:
В
нашей
группе
довольно
тесные
контакты
с
поляками
им ел
Вадим
Козовой,
но
об
э тих
контактах
я
знаю
понаслыш­
ке.
Все
конта кты
Меньшикова
и
Краснопевцева
не
б ыли
их
лич ным и
инициативами:
они
предварительно
обсуждались
и
согласовывались
всей
груп пой.
Я
име л
мн огочис л ен ные
встречи,
беседы
и
приятельские
отн ош е­
ния
со
многими
молодыми
поляками
во
время
своего
пребывания
в
Польше.
Я
бывал
во
многих
домах,
участвовал
в
их
развлечениях.
Они
доверяли
мн е,
оберегали
от
возможных
столкновений.
Я
этог о
не
чувство­
вал,
но
они
говорили,
что
мне
лучш е
не
надо
оставаться
одному,
потому
что
мог ут
бы ть
неприятности,
не
от
них
—
от
ко го -нибу дь
другого.
Были
потом
встречи
и
в
Москве.
У
ст уде нток
нашего
факультета
бы ли
знако мые
поляки.
Ко гда
они
приезжали,
то
я
обычно
участвовал
в
эт их
вечеринках,
чт обы
дев уш ки
не
б ыли
скомпрометированы,
и
заодно
уз на­
вал
все
последние
польские
новости.
В
университете
мы
очень
акт ивно
общались
с
польскими
и
венгерскими
студентами.
Постоянно
шел
обмен
204

информацией
и
взглядами.
Я
вел
группу
д иплом ник ов,
почти
це ли ком
это
б ыли
вен гры ,
поляки,
восточные
немцы.
Думаю,
приехавшие
к
нам
поляки
представляли
по том
у
себя
на
родине
все
то
лу чше е,
что
было
в
ревизио­
нистском
движении.
Лидерами
они
не
стали,
но
определенную
роль
большинство
из
них
сыграли.
МАРАТ
ЧЕШКОВ:
Когда
я
учился
на
историческом
факультете,
в
период
с
1950 по 1955 г.,
у
нас
было
дво е
п оля ков.
Оба
они
жи ли
в
общ еж итии,
поэтому
я
не
мог
с
ними
контактировать.
По-моему,
они
ничем
не
выделялись,
особенно
какими-то
оппозиционными
взглядами,
я
не
заметил
этого,
они
бы ли
типичными
советскими
студентами,
компаней­
скими
парнями.
А
вот
ст уде нты
из
Венгрии,
наоборот,
выделялись
своей
политизированностью
из
общей
массы.
Но
потом,
учась
в
аспирантуре
на
экономическом
факультете,
я
заметил,
что ,
в
отличие
от
на шей
лю бви
к
марксистской
теории,
умения
разбираться
в
основных
догмах,
поля ки
старались
отс тр анять ся
от
этого,
как
бы
не
пр инима ли
такого
теоретизирования
всерьез.
У
нас,
лично
у
ме ня,
на
это й
поч ве
возн ик
комплекс
превосходства.
В
среде
советских
рев из и онис тов
он
существовал
весьма
устойчиво
и
до вольн о
долго.
Нам
казалось,
что
мы
на мног о
лучше
вл ад еем
марксистской
теорией.
Это
должно
было
вызывать
у
поляков
отнюдь
не
чувство
собственной
ущерб­
ности,
а
скорее
ир онию .
Марксистские
догмы
они
то гда
не
о твер гали
открыто,
но
как
бы
отодвигали
их.
Вот
та к : «Не столь уж это важно в конце
концов...»
И
очень
ча сто
уже
тогда
и зл агали
нове йши е
за падн ые
идеи.
В
середине
50-х
гг.
во зни кли
связи,
об услов ленн ы е
событиями
в
Польше
1956 г.
и
нашими
реакциями
на
них.
Но
конкретного
очень
мало.
Тогда
любые
контакты
с
поляками
были
исключительно
важн ы
для
на с,
г лав ным
об разо м
ради
получения
информации
и
обмена
мы сля ми
и
соображениями.
Организационных
связей
мы
не
налаживали.
Помню,
как
Меньшиков
просил
меня
приехать
в
общежитие
на
Ленинских
горах
к
польским
студентам,
чтобы
вести
с
ним и
разговоры
в
ревизионистском
дух е
и
узнать,
что
у
них
реально
происходит.
Несколько
раз
он
просил
меня
найти
в
общежитии
кого-нибудь
из
польских
студентов
или
аспирантов,
с
кем
было
бы
интересно
побеседовать.
Но
получалось
та к,
что
я
ездил
туда
главным
образом
в
клуб,
на
танцы.
У
меня
д аже
б ыла
одна
знакомая
полька,
Магда
Жимайтис.
Но
я
не
помню,
чтобы
мы
вели
с
ней
политические
разговоры.
Это
был о
приблизительно
во
второй
по ловин е
1956 г.
Тот
же
Вол одя
Ме ньшико в
познакомил
ме ня
с
польской
жу р налис т­
кой
Левандовской.
Но
я
не
помню,
о
чем
конкретно
мы
с
ней
говорили.
Тогда
мы
обсуждали
разные
польские
идеи.
Особенно
нас
интересовал
их
сп ециф иче ск ий
способ
кооперации
в
сельском
хозяйстве,
который
не
настаивал
на
коллективной
собственности.
У
них
в
то
время
возникли
и
действовали
рабочие
советы,
что
тоже
был о
весьма
интересно.
205

ВАД ИМ
КОЗОВОЙ:
Краснопевцев
хотел,
чтобы
я
начал
создавать
каки е-т о
кружки
подпольные
международные.
Я
был
единственным
сту­
дентом
в
наш ей
компании.
У
ме ня
б ыли
приятельские
отношения
с
несколькими
поляками,
которые
учились
у
на с.
То
что
можно
назвать
чем-то
более-менее
последовательным
—
контакты
с
по льс кими
журн ал ис­
тами
из
«По простую и «Шт ан дар
млодых», —
воз ни кло
позднее,
весн ой
1957 г.
Зан и м ались
э тим
в
ос нов ном
Краснопевцев
с
Меньшиковым.
Из
Польши
Лев
Красн оп евц ев
привез
сб орник
статей
из
«По просту»
за
1955-1956 гг.
и здания
и
подарил
его
мне .
Пот ом
с
это й
книжкой
б ыла
исто р ия,
когда
в
Харькове
ка гэбэ шни ки
искали
ее
в
доме
м оих
р од ител ей.
ВЛ АД ИМИР
М ЕНЬ Ш ИКОВ:
Международных
связей,
кро ме
контак­
тов
с
поляками,
у
группы
не
было.
Нам и
р уков одило
тог да
естественное
желание
об щат ься
с
едино мыш л енника ми.
Об щес тво
бы ло
настроено
консервативно,
мы
нах од и лись
как
бы
в
вакууме.
И
контакт
с
л юдь ми,
которые
думают
так
же,
как
мы,
был
очень
интересен
и
важен
для
н ас.
Других
международных
кон тактов
не
возникало.
С
чехами
ничего
подоб­
н ого
быт ь
не
мог ло
—
они
бы ли
все
ортодоксальны.
Вен гры
—
да,
но
зна комых
венгров
не
бы ло,
и
я
сомневаюсь
в
том,
что
ве нгер ский
сту де нт
осмелился
бы
открыть
рот
в
Москве.
Кроме
п оляк ов
не
был о
никого.
Да
и
эта
свя зь
возникла
по
чистой
случайности
зад олг о
до
Московского
фе стив ал я,
где
мы
со би рал ись
ра зви ть
бурную
де ят ельнос ть .
Од на
девуш­
ка
с
нашего
факультета,
за
которой
я
в
св ое
время
ухаживал,
подру­
жилась
с
польским
ст уд енто м.
И мея
дост ат очно
четкое
представление
о
моих
настроениях,
одн а жды
она
пр иглас ил а
меня
на
вст ре чу
с
гл авны м
редактором
то гдашне й
ле вой
газеты
«По просту»
Лясотой.
Каж дый
студент
тогда
им ел
свою
комнату
в
д ву хко мнатно й
квартирке
в
общежитии
на
Ленинских
гора х,
что
б ыло
кра йне
удобно.
Со седк а
м оей
знакомой
отсутствовала,
в
нашем
распоряжении
был а
вся
кв ар ти­
ра.
Там
и
сост оя лась
первая
встреча.
Со
мно й
бы ли
ребята
из
тех
кружков,
кот оры е
я
ве л.
При
Лясоте
—’
два
паренька.
Нас ко лько
помню,
в
нашем
деле
говорится
об
этой
связи,
о
«По просту», об этом
потом
даже
в
газетах
написали.
Зачем
нам
это
было
нужно?
При
первой
встрече
не
бы ло
разговора
о
п одп ольн ой
группе,
но
очень
четко
обозначились
пол итич е ские
по зиции
обе их
ст оро н.
Полякам
б ыло
сложно:
их
г лав ный
говорил
по-русски,
остальные
дв ое
—
не т.
Он
переводил.
Разговор
проходил
в
б еско нечны х
извинениях
из-за
форм
обращения,
принятых
в
польском
языке.
Постоян­
но
п ро и зн ос ил ось: «“Панове”
—
отнюдь
не
означает
“господа”,
мы
—
товарищи!
Об
это м
не
может
бы ть
и
речи,
мы
ист инные
ком м у нис ты!..»
Они
подробно
рассказывали
о
том,
как
они
а гитир у ют,
как
выбирают
темы,
раскрывают
их
—
о
повседневной
журналистской
работе
оппозици­
он ной
гр уппы.
206

Поляков
интересовало
абсолютно
все:
в
ци т адели
коммунистов
по яв ля­
ет ся
подпольная
группа!
Сами
они
был и
на
по след нем
издыхании,
первый
вз лет
демократизма
1956 г.
сходил
на
не т,
Гомулк а
начал
их
прижимать,
—
они
это
явственно
говорили.
Но
у
них
все
б ыло
легальн о:
Ляс ота
—
депутат
Сейма,
открыто
выпускал
оппозиционную
газету...
С овер шен но
ина я
кар ти­
на.
Ес ли
сравнить,
это
похоже
на
ситуацию
1989 г.
у
нас.
Пот ом
перед
фестивалем
Лев
Краснопевцев
съезд ил
в
Польшу
в
составе
какой-то
студенческой
делегации.
Там,
имея
мою
рекомендацию,
он
встречался
с
Лясотой
и
другими
людьми
из
«По простую.
Все
прошло
у спешно ,
они
договорились
об
обмене
литературой.
Но
он
носил
односто­
ронний
характер:
Лясо та
вывез
в
Польшу
экземпляр
Левиной
книжки
—
на
этом
обмен
завершился.
Через
какое-то
время
после
эт ого
меня
нашла
польская
журналистка
Ирэн а
Левандовская.
Представилась,
что
она
от
«По просту», но,
Бог
ее
знает,
от
к ого
она
был а
на
самом
де ле.
Очень
активно
шла
на
контакт.
Но
эти
контакты
был и
абсолютно
пустыми:
она
да ла
мне
почитать
какие-то
материалы
ПАП
—
Польского
агентства
печати,
они
б ыли
достаточно
кр итич ес кие
и
резкие.
П озд нее
пр иез жал
их
философ,
молодой
парень
—
Колаковский.
Бы ло
известно,
что
он
был
марксистом,
и
мы
очень
хотели
с
ним
встретиться,
но
этого
не
получилось.
Мы
даж е
связ али сь
с
одной
пол ькой,
знакомой
Левандовской,
приготовили
квартиру,
разработали
какую-то
идиотскую
детскую
методику
нелегальной
встречи
с
ним.
Но
та
полька
ск а зала
по
телефону,
что
«за Лешеком очень жесткая слежка,
и
наша
встреча
исключена».
ЛЕВ
КРА СНО ПЕВ ЦЕВ:
Связи
служили
гла вн ым
источником
инфор­
мации.
В
университете
училось
достаточно
много
польских
студентов
и
аспирантов.
Держались
по льс кие
студенты,
в
общем,
независимее,
резче,
в
отличие
от
чехов
или
в енгр ов.
Но
в
студенческой
среде
у
меня
практи­
чески
не
был о
контактов...
У
нас
на
историческом
факультете
учился
о дин
парень
—
Эрнест
Ска льс кий.
С
ним
и
с
его
же ной,
Л ией
Новиковой,
позже
было
свя зан о
много
с об ытий.
Через
них
б ыли
установлены
основные
контакты
нашей
гру ппы
с
поляками.
С
Элиг и ушем
Лясотой
я
встречался,
ко гда
был
в
Польше
в
составе
молодежной
д ел ега ции.
В
мае
в
Москве
была
о дна
полька,
журналистка
Левандовская.
Меньшиков,
Ск ал ьский
и
другие
ребята
несколько
вечеров
беседовали
с
не й.
Мы
знали,
что
молодежное
движение
в
Польше
активно
разви вае тся
и
име ет
очень
серьезные
п о зиции.
Тог да
уже
бы ло
известно,
что
я
поеду
в
Вар ша ву,
и
Володя
попро си л
Левандовскую
договориться
о
м оей
встрече
с
гла вн ым
редактором
«По просту»
Лясотой
—
очень
авторитетным
человеком
среди
молодой
интелл игенции .
207

Когда
я
был
в
По ль ше,
ме ня
пор азила
открытость,
раскрепощенность
поляков,
у рове нь
их
культуры
казался
мне
недосягаемым
для
нас.
Такие
бы ли
первые
впечатления.
Лясота
был
тогда
в
обращении
со
мно й
предель­
но
демократичен
и
контактен.
Я
воспринимал
его
как
единомышленника.
Позднее,
в
июле-августе
1957 г.
мы
встречались
с
группой
поляков,
которые
сами
нашли
меня
во
вр емя
работы
Московского
фестиваля
молодежи.
Тогда
мы
тоже
о
мно гом
беседовали.
После
нашего
ареста
госбезопасность
первым
дел ом
кинулась
на
на ши
польские
связи.
Думаю,
им
нужен
был
этот
«международный
з аг ово р», чтобы придать особый вес нашему делу .
Мой
следователь
Сыщ ико в
езд ил
в
Варшаву
со
специальным
заданием.
Материалы
«По
просту»
б ыли
включены
в
дело.
Производились
обыски
у
Скальских,
там
наш ли
мою
работу,
наско ль ко
помню,
и
н ашу
листовку,
текст
к ото рой
мы
соб и рали сь
передать
в
Польшу.
Вскоре
после
нашего
арест а
«По просту»
бы ла
закрыта.
Польский
вопрос.
Либерально-демократические
т радиц ии
МАРАТ
ПЕШКОВ:
Для
советского
студента
—
а
я
был
обычным,
средним
советским
студентом
—
проблемы
традиции
не
существовало.
Нам,
как
историкам,
вро де
было
бы
и
важн о
ее
учитывать,
но
эт ого
не
происходило,
насколько
я
мо гу
сейчас
реконструировать
наш и,
лично
мои
взгляды
того
в ре мени.
Мы
активно
интересовались
политикой,
бы ли
крайне
политизированы.
Но
при
чем
тут
т ради ции,
ког да
н ами
владело
со знание
первопроходства,
даже
первородства?
Мы
все
начали
сначала,
мы
не
знаем,
чем
это
все
может
закончиться,
как
будет
развиваться.
Да,
мы
знал и
о
поль с ких
восстаниях,
декабристах,
Герцене.
Краснопевцев
Ленина
сопоставлял
с
герценовской
традицией.
Тем
не
менее
для
н его
эталоном
оста ва лся
Ле нин.
Традиции
оставались
в
обла с ти
теоретическо­
го
знания.
Но
это
не
касалось
рефлексии.
Всерьез
к
традициям
ста ли
обращаться
тогда,
когда
ста ла
более-менее
вырисовываться
и
осознавать­
ся
химеричность
тех
наш их
марксистских
иллюзий.
Е сли
су дить
о
событиях
1939 г. ,
то
мы
не
могли
утверждать,
что
Сталин
с
Гитлером
сговорились
и
разделили
Польшу,
так
не
форм ул ир о­
ва лос ь.
Но
мы
считали
тогда,
что
Советский
Союз
заня л
«объектив ­
но...»
—
это
расхожее
выражение
тех
лет
озн ач ает
«независимо от
намерений
и
существующей
обстановки»
—
«объективно антипольскую
позицию».
И,
будучи
историками,
расценивали
это
как
п родолже н ие
в ек овой
традиции
разделов
По ль ши.
Интересовались
мы
и
событиями
1920 г.,
считали
поход
на
Вислу
чистой
авантюрой,
а
создание
польс кого
ревкома
с
Дз ер жинск им
и
Мархлевским
во
гла ве
—
типичным
э кс портом
революции.
Не
мо гу
сказать,
что
в
рассуждениях
мы
доводили
до
ко нца
выражение
своей
пр ия зни
к
Польше
или
откровенную
антип атию
к
внеш­
208

ней
политике
большевиков.
Но
тем
не
менее,
оценивая
все
в
комм унис т и­
ческих
категориях,
мы
считали,
что
поз ици я
Советской
России
в
польском
вопросе
не
бы ла
интернационалистской,
не
соответствовала
понятиям
истинного
пролетарского
интернационализма.
Б ОРИС
П УСТЫНЦЕВ:
Мы
прекрасно
зн али
пол ьс кую
историю.
От­
ношение
к
Польше,
к
дру гим
соцстранам,
по-моему,
является
очень
важной
составляющей
частью
мироощущения
человека.
Имперский
пери­
од
я
перерос,
когда
мне
бы ло
четырнадцать-пятнадцать.
Года
ч ерез
два
я
совершенно
серьезно
воспринимал
лозунг
«За нашу и вашу свободу»,
понимал,
что
мы
делаем
од но
общее
дело,
—
их
оппозиция
режи му
и
н аша.
Борь ба
Армии
Кр ай овой
с
советской
оккупационной
армией
для
некоторых
из
нас,
для
меня
в
частности,
была
п риме ром,
моделью.
Я
постоянно
слушал
Би-Би-Си
на
ан глийс ко м
и
всю
ситуацию
искренне
воспринимал
с
подачи
Лондона.
Я
был
белой
во роно й
среди
своих
прия те­
лей,
ориентированных
на
прогрессивную
модель
социализма,
потому
что
мне
было
интересно
все,
что
к аса лось
польского
правительства
в
Лондоне,
ар мии
Андерса,
гражданской
в ойны
в
Польше
пос ле
1944 г.
Я
был
заражен
польским
духом
сопротивления.
И
был
у
ме ня
огромный
комплекс
ви ны
уже
тогда
—
не
только
перед
поляками,
но
и
перед
другими
народами,
которым
мы
у чинили
столько
кривды.
Он
осн овы вался
гла вн ым
образом
на
знании
исто р ии:
я
знал ,
что
эти
страны
оккупированы
м оей
армией.
Нет,
я
не
считал
ее
своей,
я
всегда
говорил
«они», а не «м ы».
Но
я
ведь
не
выступал
прот ив
этого,
—
значит,
был
с оучас т ник ом.
В
1956 г. ,
несмотря
на
хрущевские
раз об л ачения
Сталина,
население
было
не
готово
к
по нима нию
того,
что
мы,
Советский
Союз,
можем
б ыть
неправы,
а
уж
тем
более
к
комплексу
в ины
перед
другими
народами.
Миф
о
советской
исключительности
—
результат
железного
зан ав еса
и
инфор­
мацио нно го
ва к уума
—
пр еоб лад ал
в
массовом
сознании.
ИРЭНА
ВЕРБЛОВСК АЯ:
Как
бы
там
ни
было,
они
продолжали
и
после
своего
Па дзер ника
сид еть
под
нашим
к улак ом
—
все
равно
все
дирижировалось
Москвой.
Они
всегда
безумно
нас
боя лис ь
и
не
любили.
Очень
боялись
и
очень
не
люб ил и.
Сколько
поляков
прошло
через
наши
ла ге ря!.. Как им не бояться?..
Наши
отношения
не
взаимоадекватны:
у
них
нет
оснований
для
любв и
к
нам.
Они
симпатизируют
только
тем
из
нас,
кто
определенным
образом
демократически
настроен,
с
тем и
они
могут
искать
общее.
Но,
к
сожал ени ю,
те,
кто
демократически
настроен,
никог­
да
не
делали
музыку
в
нашей
стране.
Демократы
здесь
играют
под
с урд инку...
Пло хо
у
нас
с
комплексом
вины.
У
русских
вообще
плохо
с
комплексом
вины.
По
отношению
ко
всем,
начиная
с
сам их
себ я...
ЛЕВ
КРА СНО ПЕВЦ ЕВ:
Польша
всегда
бы ла
нам
особенно
близка.
Мы
—
историки.
Мы
зн али
об
отно шении
Герцена
к
полякам,
Чернышев­
ского
к
полякам,
социал-демократов,
меньшевиков,
просто
русских
интел­
209

лигентов
демократической
ориентации.
Для
нас
со
времен
студенчества,
со
школ ьн ых
лет
были
характерны
отношения
э моцион ал ь ной
подде рж ки
польского
освободительного
движения,
союзнические
отношения
с
их
оппозицией.
Поляки
вынесли
на
своих
плечах
всю
тя ж есть
борьбы
с
ца риз мом.
Мы
сч ит али
себя
последователями
демократической
тр ад иции
поддержки
польского
освободительного
движения.
О бщие
оценки
со бы тий
1956 г.
Ра з витие
и нтер еса
к
Польше
после
1956 г.
БОРИС
ПУСТЫНЦЕВ:
Все,
что
проис ходило
тогда
в
Польше,
было
неве р оят но
интересно.
Пр актич ес ки
мы
знали,
стр е мили сь
знать
все
о
тех
событиях,
очень
пристально
с лед или
за
ним и.
Это
казалось
началом
трансформации
большевистского
режима.
Польша
всегда
бы ла
оплот ом
оппозиции
русскому
режиму
—
и
до
большевизма,
и
после.
Сравнительно
большая
страна
с
развитой
культурой,
не
Болгария
и
не
Ве нгр ия
по
масштабу,
такой
перекресток
Европы
—
Восток-Запад.
А
в
1956 г.
Польша
воспринима­
лась
как
островок
ес ли
не
свободы,
то
полу своб оды .
Не
политической
—
по литиче ские
раз личи я
были
незначительны
между
нашим
режимом
и
поль­
ским,
по
сут и
это
бы ло
одн о
и
то
же.
Но
атмосфера
в
обществе,
это т
вольный
дух,
присущий
Пол ь ше,
заражали
и
притягивали.
МАРАТ
ЧЕШКОВ:
Польские
события
мы
очень
много
и
долго
обсуж­
дали
до
ареста
и
в
л аг ере.
Для
нас
стало
очевидным,
что
сталинская
модель
социализма
не
воспроизводится
в
ст ран ах
Восточной
Е вр опы,
а
именно
в
Польше
и
Вен гр ии,
что
она
там
потерпела
по ражени е
и
они
будут
искать
свой,
индивидуальный
путь.
Помимо
вну тре нн их
польс к их
преобра­
зований
нас
интересовало
развитие
отношений
Польши
с
Советским
Союзом.
Мы
стали
осознавать,
что
и м еются
осн ов ания
для
постоянно
возникающих
противоречий
и
непонимания,
что
польская
сторона,
начиная
с
рук овод ств а
ПОРП,
все
чаще
отк ры то
выбирает
п озиц ию
противостояния.
Взять
х отя
бы
положение
перед
Октябрьским
пле н умом
1956 г.
и
сразу
после
него .
Несмот­
ря
на
то,
что
о тноше ния
Го мул ки
и
Хрущева
впоследствии
но рмал из овали сь ,
бы ло
вп ервые
публично
продемонстрировано
не
просто
ст ре млен ие
к
н еза ви­
симости,
но
открытое
игнорирование
устан о вок
Москвы.
Это
был о
бол ьшо й
победой
Гомул ки
и
нео б ыч айно
подняло
его
авторитет
в
глазах
поляков
и
в сех
сочувствующих
польской
р ев олюц ии.
АЛ ЕКСА НДР
ЛАВУТ:
Массового
интереса
к
событиям
1956 г.
в
По ль ше,
тем
бо лее
м ассово й
полонофилии,
в
то
время
я
не
наблюдал.
Круг
интересующихся
был
до ста точ но
узким,
—
инте л лиге нция
в
основном.
Их
радовали
те
изм енен и я,
кото р ые
происходили
в
По л ьше,
Венгрии,
затем
в
Чехословакии.
Польское
развитие
здесь
очень
отражалось
на
умонастрое­
ниях,
и,
конечно,
эта
св язь
все
время
чувствовалась.
Может
быть,
она
и
проявлялась
в
чем-то
материальном,
но
дов ольно
слабо.
Потому
что,
210

скажем,
в
подцензурной
литературе
и
пу бл ицист ике
в
то
время
она
не
могла
найти
отражение,
а
самиздата
практически
не
существовало.
ИРЭНА
ВЕРБ ЛОВСКАЯ :
Начиная
с
1956 г.
Польша
бы ла
одинаково
важна
для
филармонических
девочек
и
джазовых
мальчиков,
для
марксис­
тов
и
а нт иком мунис т ов,
для
достаточно
большой
части
советской
интел­
л иге нции
разных
поколений.
Почему
все,
что
происходило
у
них
тогда
и
потом,
находило
з десь
такой
живой
отклик?
М ожет
быть,
пот ом у,
что
поляки
все
же
очень
близки
нам.
Они
свои,
наши.
В
отличие
от
чехов
или
венгров.
С
ними
у
нас
бы ла
общая
история,
совместный
опыт.
А
совмест­
ный
опы т,
как
я
думаю,
пусть
даже
отрицательный
и
са мый
страшный,
—
он
люд ей
не
разъединяет.
Допустим,
даже
лаге рь
—
пример
тому.
А
чуж ой
опыт
оста ется
чуж и м...
СЕРГЕЙ
ХАНЖЕНКОВ:
В
1956-м
мои м
родителям
разрешили
выехать
с
Колымы
«на материк» .
На ша
семья
обосновалась
в
столице
Бе лорус си и
Минске.
Тогда
я
уже
был
законченным
антисоветчиком.
Но
открытое
сопротивление
коммунистической
системе,
к
которому
мен я
влекло,
каза­
ло сь
чем-то
немыслимым,
просто
самоубийством.
Но
уже
не
привлекали
те
фор мы
скрытого
противостояния,
к оторы е
появились
после
«оттепе ­
ли »: узкие брюки,
джаз,
кино
и
другие
в лия ния
Запада,
Польши
в
частности.
Все
это
казалось
чем-то
вроде
ф иги
в
кармане,
и
я
смотрел
на
это
несколько
свысока.
Поэ т ому
польский
ревизионизм
того
времени
я
не
п ережи вал
как-то
особенно
ярко,
и
те
события
в
Польше
не
стали
значимыми
для
м оей
внутренней
биографии.
Е сли
говорить
о
Польше,
то
намного
важнее
для
меня
был
провал
польской
кампании
К рас ной
Армии
в
1920 г.
Б оль ш евики
говорили
то гда: «Варшава
—
Берлин
—
П ар иж!..»
И
тут
—
на
тебе:
вся
страна
поднялась,
и
армия
Тухачевского
б ыла
разбита,
—
это
меня
восхищало.
Идея
«мировой революции»
провалилась,
и
э то,
бесспорно,
заслуга
п оля ков,
именно
они
тогда
защитили
Европу
от
коммунистичес­
кого
наш ес тв ия.
Узн ал
я
об
этом
достаточно
ран о.
Все
бы ло
прекрасно
описано,
хот я
и
старались
мно го го
не
говорить;
ве дь
это
было
кру пным
военным
поражением.
А
польский
Пазьдзерник
был
все
же
по
сути
попыткой
реформировать
существующую
социалистическую
систему,
ес ли
не
считать
извечного
с тре мле ния
п оляк ов
к
независимости.
ВЛАДИМИР
ГЕРШУНИ:
Года
через
два-три
после
польской
револю­
ции
у
нас
появилась
очень
странная
книжка.
Бы ла
она
по
сути
цитатником
из
польс ких
газ ет
и
журналов
пе риод а
вольности
1956- го .
Автор
—
поля к,
некто
Кш ем ень
—
писал
в
таком
д ухе: «Обратите внимание,
до
че го
может
дов е сти
ослепление
антикоммунизмом...»
И
дальше
шла
цитата
на
полто­
ры
ст ра ницы
из
захватывающих
материалов,
опубликованных
в
«По
п рос ту»
или
в
«Пшеглёнд культуральны».
Книжка
н азывалась
«Против
и де ологиче ск ого
разоружения
пар тии.
По
материалам
пу бл ика ций
в
п оль­
211

ск ой
печати
1956-1957 гг.» .
Я
носился
с
ней
тог да
как
с
писа но й
т орбой,
всем
знак ом ым
сов ет овал
не ме дле нно
ее
покупать.
Она
очень
быстро
и счезла
с
при ла вков.
Абсолютно
неважны
бы ли
куцые
комментарии
составителя,
на
них
никто
не
обра щ ал
в нимания .
Вот
эта
книжка
сыграла
тогда
большую
роль.
ВАДИМ
КОЗОВОЙ:
За
всеми
событиями
1956 г.
я
следил
очень
внима­
тельно.
Все ,
что
происходило
то гда
в
Восточной
Е вропе ,
особенно
в
Пол ьше ,
было
для
мен я
частью
процесса
десталинизации
и
начал ом
краха
коммунис­
тической
идеологии.
И
собственно
отн оше ние
к
Польше
ма ло
выделялось
из
общего
сочувствия
пр оцес сам
смен ы
сталинского
реж и ма.
Поэтому
тогда
у
мен я
не
было
четко
сформулированного
отношения
к
отдельно
взятым
событиям
в
По ль ше,
явлениям
польской
культуры,
тем
более
к
польс к ому
вопросу,
проблемам
польско-русских
отношений.
Но
мал о- помалу
именно
с
то го
времени
я
стал
все
бол ьше
и
больше
об
эт ом
задумываться.
Польский опыт
НИКОЛ АЙ
ОБ УШ ЕНКОВ:
В
1950-е
гг.
горячий
инт ер ес
к
Польше
был
связан
с
поисками
ответа
на
вопрос:
что
и
как
де ла ть?
У
поляков
мы
искали
образцов
поведения.
Чрез выч ай но
поучительной
б ыла
моя
поездка
в
Пол ьшу
осенью
1956 г.
Я
был
м олод
и
энергичен,
у
мен я
было
много
интересов.
Это
был
са мый
канун
октябрьских
событий
в
Польше
и
Венгрии.
Я
впитывал
ту
предреволюционную
психологическую
атмосферу
предгрозья.
Та кое
я
наблюдал
впервые.
Дело
в
том,
что
как
аспирант,
начинаю­
щий
научный
работник,
я
очень
интересовался
июньскими
событиями
1953 г.
в
Берлине.
Но
тогда
мне
еще
казалось,
что
все
это
—
действие
«бывших»
элементов,
продолжение
«фашистского похмелья».
Так
рабо­
тал а
пропаганда.
Но
уже
появились
с омн ения,
не
было
полной
увереннос­
ти
в
адекватности
официальных
советских
оценок.
Очень
смущало
актив­
ное
участие
ра боч их.
И
тут
вдруг
в
Польше
я
увидел
совершенно
незнако­
мую
мне
обстановку...
Ве дь
у
нас
в
Москве
это
был
еще
дофестивальный
пер ио д:
боязнь
доносов,
страх
перед
любым
лишним
словом,
постоянная
оглядка
на
совершенно
реал ьн о
суще ств ов авши х
тогда,
открытых
осв е до­
мителей
—
их
п олно
б ыло
вокруг
н ас.
А
в
Польше
я
увидел,
что
это
уже
не
работает,
или
на
это
никто
уже
не
обращает
вним ания,
что
л юди
раскованны,
внутренне
свободны,
вплоть
до
того,
что
свободно
бр ос ают
лозунги,
пу сть
наивные,
неглубокие,
—
это
была
уже
не
иллюзия
свободы,
это
был и
ее
первые
признаки,
заря
свободы
в
обществе.
И
это
оч ень
сильно
по влия ло
на
меня.
Появилось
жел ани е
что-то
подобное
делать,
чт обы
дос тичь
такого
же
уровня
раскрепощенности
общества
у
нас.
Ос об енно
интересно
было
узнать
о
т ом,
как
молодежные
группы
готовят
и
разбрасывают
листовки,
ор ганизу ют
различного
рода
диспуты,
встречи,
212

маленькие
митинги,
—
сло вом ,
со зда ют
брожение
в
обществе.
Я
понял,
что
какие-то
радикальные
изме не ния
—
д ело
вовсе
не
легендарное,
что
это
вот
тут,
в
нашей
среде
существует.
Я
увидел
носителей
эт ой
иде о ло гии,
которые
участвовали
в
по дг ото вке
революции
и
не
гордились
этим,
а
расск азы вал и
обо
всем
так
прос т о,
как
могли
бы
говорить,
например,
о
том,
как
танцевали
накануне
с
прелестной
де вч онк ой.
Ме ня
всерьез
заинтересовало
то,
как
гото­
ви лись
молодыми
поляками
п реоб раз ован ия
в
обществе.
В
то
время
я
был
морально
готов
вступить
в
какую-нибудь
нелегаль­
ную
гр уппу
или
создать
ее.
Поэт ому ,
когда
вернулся,
то
буквально
в
теч ение
пары
месяцев
мы
с
Краснопевцевым
договорились
о
формирова­
нии
своей
организации.
Потом
уз нал,
что
ре чь
шла
о
мое м
вхождении
в
уже
реаль н о
сл ожи вш уюся
или
склад ываю щ ую ся
г руп пу,
а
не
о
ее
создании.
И
мое
уча ст ие
в
написании
листовки
летом
1957 г.
б ыло
связано
не
ст оль ко
с
ожиданием
каких-то
определенных
политических
сдвигов
в
нашей
стране,
—
я
уже
не
был
настолько
наивен,
—
сколько
был
расчет
на
то,
что
наконец
начн ет ся
чт о- нибу дь
подобное
тому,
что
я
в идел
в
Польше.
В
лагере
от
же ла ния
адаптировать
польский
опыт
к
нашим
условиям
я
п ер ешел
к
разработке
какой-то
си стем ы
взглядов,
более
ориентирован­
ных
на
ситуацию
в
н ашей
стране.
Но
и
тог да
и
сейчас
их
опыт
преобразо­
ван ий
в
экономике,
начиная
с
1955 г.
до
сегодняшних
д ней,
очень
ценен
для
меня,
я
част о
использую
его
в
св оих
работах.
Польский
опыт
—
это
что-то
данное
на
всю
мою
сознательную
жизнь.
МА РАТ
ЧЕШКОВ:
Начи н ая
с
1956 г.
Польша
интересовала
меня
в
нескольких
аспектах.
Пе рвый
аспект :
что
вносят
по льс кие
эксперименты,
польский
опыт
в
модель
социализма
—
критика
сталинской
модели,
во сп рият ие
и
попытка
усвоения
поляками
югославской
модели.
Мы
в
то
время
сч ита ли,
что
именно
югославский
опыт
был
модельным.
Само
по ня тие
«модели»
вообще
тогда
не
оспаривалось,
оно
возникло
позднее.
В
принципе,
верно
ли
вообще
говорить
о
каком-то
опыте,
во звод я
его
в
ст епе нь
модельности?
Это
уже
теоретический
воп рос
для
л юбите ле й.
Второе,
что
было
важно
лично
для
ме ня,
—
развитие
польских
общественных
наук.
Они
в
значительной
ст епен и
п рог ресси ров али
в
то
время
и
бы ли
очень
важным
исто ч нико м
в
моей
работе,
а
я
все
время
занимался
развивающимися
странами.
Особенно
интересны
б ыли
работы
Ежи
Клиера
о
многоукладной
экономике,
о
соотношении
г осуд арст венн о­
го
устройства,
госсектора
с
эко но мико й.
Это
был о
очень
полезно.
В
ка ком- то
смысле
некоторые
наш и
научные
работники
занимались
тем,
что
пе ре лаг али
идеи
поляков
для
ме стн ого
обихода.
Многие
мои
друзья
и
коллеги
по
институту
в
разное
время,
после
1956 г .,
пропагандировали
пол ьс кий
оп ыт.
И
чем
дальше
шло
дел о,
тем
с
большей
очевидностью
мы
по нима ли,
что
по льс кие
об ще ственные ,
социологические
науки
очень
сильно
прогрессировали
по
сравнению
с
нашими.
И
Польша
выполняла
213

роль
не
только
некоего
реле ,
передатчика
западных
и дей
в
сфере
общ ест­
венных
наук.
Главный
их
вклад
в
т ом,
что,
не
отвергая
марксистской,
истматовской
догматики,
они
снизили
ее
теоретический
статус.
Оце нив ая
ее
с
точки
зрения
эмпирической
нау ки
и
с
точки
зрения
реальности,
они
очень
много
сделали
для
развенчания
марксистских
догм,
вплоть
до
сведения
к
идее
их
бесполезности.
Это
был о
оче нь
существенно.
ИРЭНА
ВЕР БЛОВ СК АЯ:
Польша
имел а
для
нас
всегда
особое
значе­
ние ,
потому
что
это
была
связующая
нить,
которая
тянула
нас
к
Западу.
Какие
бы
кат акл изм ы
ни
возникали,
то,
что
там
п роис ходи ло,
б ыло
для
нас
чем-то
вроде
зеркала,
зачас т ую
мучительного:
мы
набл юда ли
и
начи­
на ли
проецировать
—
а
вот
у
нас
могло
бы
быт ь
так?
Наши
связи
с
польским
на ро дом
неформальны,
они
иду т
по
очень
разным
путям.
Не
зав ис имо
от
границ,
а
в
зависимости
от
разных
этапов
политической
Исто ри и
ближне - запа дно е,
польское
в л ияние
был о
сил ьнее ,
чем
какое-
ли бо
друг ое .
Между
Ро сси ей
и
Польшей
пр ои сход ит
значительная
диффу­
зия .
В
особенности
в
мом ент ,
когда
п оявл яютс я
о тт епе льные
симптомы
и
тоталитарный
режи м
немнож ко
отступает,
—
тогда
мы
лучше ,
полнее
воспринимаем.
В
1956 г.
она
стала
для
нас
окошечком,
калиточкой,
ка ким-то
глазоч­
ком...
Да,
впервые
оттуда
мы
о
многом
узнали,
многое
увидели.
Нам
казалось,
что
многое
из
опыта
их
преобразований
можно
и
у
нас
претво­
рить,
нам
хотелось
этого.
Польша
была
ка ким-то
п одо бием
модели.
Мне
приходит
на
ум
кокетливое
сравнение:
Польша
б ыла
моделью
та кого
прекрасного
платьица,
которое
я,
конечно,
нико гда
на
себя
не
надену,
но
как
же
оно
замеч ат ель н о!..
Б иогр афи ческ ие
справки:
ВЕРБЛОВСКАЯ
Ирэна
Савель евна,
род илась
в
Ленинграде
в
1932 г.
Ис то­
рик ,
экскурсовод.
Арестована
в
Ле нин гра де
в
марте
1957 г.
по
делу
группы
сво его
мужа,
Револьта
П именова .
П ри говоре на
к
5 годам лишения свободы по
ста тье
58-10 ч.1, 2 Уголовного кодекса РСФСР за участие в антисоветской
г руп пе,
изготовление
и
распространение
ан ти совет ски х
м атери алов.
Живет
в
С.-Петербурге.
ГЕРШУНИ
В ла димир
Льв ович ,
роди лся
в
Москве
в
1930 г.
Был
трижды
арестован:
в
1949, 1969 и 1982 гг. ,
судимость
по
политическим
стать я м,
сроки
отб ыв ал
первый
раз
—
в
лагерях,
последние
два
—
в
спецпсихбольницах.
Писал
стихи,
занимался
правозащитной
дея тель ност ью.
Жил
в
Москве.
Ум ер
в
1994 г.
КОЗ ОВО Й
Вадим
Маркович,
род ил ся
в
Харькове
в
1937 г.
П оэт,
переводчик
французской
поэзии,
до
ареста
—
ст удент
IV курса исторического факультета
МГУ.
Арестован
в
Моск ве
в
авг уст е
1957 г.
по
делу
группы
Краснопевцева.
Осужден
по
ст.
58-10 ч . 1, 58-11
к
8 годам лишения свободы .
Ж ивет
в
Пари же.
214

КРАСНОПЕВЦЕВ
Лев
Ни колаевич ,
род ился
в
Москве
в
1930 г.
Ист ори к.
Арестован
в
Мос кве
в
августе
1957 г.
за
орг аниз ацию
ант и совет ск ой
группы
в
Моск овс ком
ун иверс ит ет е,
написание
листовки
с
приз ывом
к
забастовке.
Осуж­
ден
по
с т. 58-10 ч.1, 58-11
к
10 годам лишения свободы.
Живет
в
Москве.
ЛАВУ Т
Алек санд р
П авлов ич,
родился
в
Москве
в
1929 г.
Математик,
право­
защитник,
чл ен
И ниц иат ивной
группы
защиты
пра в
чел ов ека
в
СССР.
Арест ов ан
в
апреле
1980 г. ,
осуж ден
по
ст.
190-1
за
изг о товлен ие
и
распространение
правозащитных
д оку мент ов
на
3 года лагерей общего режима,
повторно
в
1983 г.
осуж ден
по
той
же
статье
за
анти советск ую
агитацию
ср еди
заключенных
на
5
лет
ссылки.
Живет
в
Москве.
МЕНЬШИКОВ
Владимир
Б ори сович,
род ился
в
Улан-Удэ
в
1933 г.
Историк.
Арест ован
в
Москве
в
авг уст е
1957 г.
по
делу
группы
Красноп ев цев а.
П риго во­
рен
к
10 годам лишения свободы по ст .
58-10 ч.1, 58-11.
Жи вет
в
Москве.
ОБУШЕНКОВ
Нико л ай
Григ о рье вич,
родился
в
Вологодской
об ласт и
в
1929 г.
Ар есто ван
в
Москве
в
авг уст е
1957 г.
по
де лу
группы
Красн опевцева.
Осуж ден
по
ст.
58-10 ч .1, 58-11
к
6 годам лишения свободы .
Жи вет
в
Москве.
ОРЛОВ СК ИЙ
Эрнст
Семенович,
р оди лся
в
Лен ин град е
в
1929 г.
Мат емат ик ,
правозащитник.
Подвергался
доп ро сам,
обыскам
и
вызова м
в
КГБ
по
многим
политическим
делам ,
начи ная
с
группы
Пименова
(1957 г.).
Живет
в
С.-Петер­
бу рге.
ПУСТЫНЦЕВ
Борис
П авлови ч,
род ился
во
Владивостоке
в
1935 г.
Перево­
дчик,
режиссер
дубляжа.
Ар ест ован
в
Ленинграде
в
мае
1957 г.
за
участие
в
антисоветской
группе
Ви кт ора
Трофимова
и
выпуск
листовки
в
поддержку
вос­
стания
в
Будапеште.
Осуж ден
по
ст.
58-10 ч.1, 58-11
к
10 годам лишения
свободы.
Живет
в
С .-Пет ерб ург е.
ХАНЖЕНКО В
Сергей
Ни колаевич ,
родился
в
лаг ерно м
поселке
Усть-Утиный
Магаданск ой
области
в
1942 г.
И нжен ер.
Арест ован
весной
1963 г.
в
Минске.
Осуж ден
на
10 лет лагерей по ст .ст .
69,65 и67, ч.1
УК
БС СР
за
ант исоветск ую
деятельность,
создание
ан т исо вет ской
орг ани зации
и
диверсию
—
подготовку
взрыва
глушителя
одной
из
м инс ких
радиостанций.
Жи вет
в
Минске.
ЧЕШКОВ
Марат
А ле ксан дрови ч,
р одился
в
Москве
в
1932 г.
Историк.
А рес­
т ован
в
сентябре
1957 г.
по
де лу
группы
Краснопевцева.
Ос ужд ен
по
ст.
58-10
ч. 1, 58-11
на
8 лет лишения свободы .
Жи вет
в
Мо скв е.

Екатерина
Белоусова
(Санкт- П ет ербу рг)
НА ШИ
СОВРЕМЕННИЦЫ
О
РОДОВС П ОМОЖЕН И И
В
РО ССИИ
Представление
женщин
о
характере
родовспомогательной
медицины
в
нашей
стране
—
о
врачах
и
мл ад шем
медперсонале,
об
уровне
медицин­
ского
обслуживания,
о
методах
отечественной
медицины
и
о
причинах,
вызывающих
её
к р изисное
состояние,
до
сих
пор
практически
не
являлось
предметом
специального
рассмотрения.
Это
весьм а
симптоматично
сам о
по
с ебе
.
Резу л ь таты
подобного
исследования
должны
бы ли
бы
заинтере­
совать
реформаторов
системы
здравоохранения,
так
как
без
учета
в з гляда
женщин
на
существующее
положение
дел
в
системе
приня ти я
родов,
их
замечаний
и
по жела ний
никакие
перемены
к
лучш ем у
в
оте че стве нных
роддомах
не
произойдут.
Исследование
представлений
же нщин
о
системе
родовспоможения
в
России
и
о
характере
ее
свя зи
с
государством
проводилось
нами
по
материалам
устного
оп ро са.
В сего
было
собрано
32 интервью.
Возрастные
и
с оц иа льные
категории
представлены
следующим
обр аз ом: 20-25 лет
—
3, 25-30
лет
—
10, 30-35
лет
—
4, 35-40 лет
—
5, 40-50
лет
—
3,
50-65
лет
—
5, 80-90
лет
—
2;изних5
рабочих, 13служащих, 2 учащих­
с я , 8 домохозяек, 4 пенсионерки (2 из них
—
бывшие
вр ачи) .
Опрос
проводился
в
Санкт-Петербурге,
но
среди
информанток
были
женщины,
рожавшие
в
разных
населенных
пунктах
бы вш его
Советского
Союза
—
в
Пс ко ве,
Киеве,
Ростове-на-Дону,
Мурманской
и
Московской
областях,
Эс то нии.
Информанткам
пр едл аг ался
список
вопросов,
как
можно
более
п олно
затрагивающий
разнообразные
аспекты
представления
о
родах.
При
обработке
материала
нами
учитывались
как
ответы
на
прямо
постав­
ленные
воп рос ы,
так
и
представления,
выраженные
в
ответах
л ишь
имп­
лицитно,
причем
зач аст ую
они
вступали
в
противоречие
друг
с
другом.
Прежде
всего
следует
ог овори т ь,
что
при
коммунистическом
режиме
в
России
существовала
единая
государственная
система
родовспоможе­
ни я,
не
имевшая
альтернатив.
Все
роддома
им ели
ра вные
п р едпис ания
относительно
методов
приема
род ов,
всюду
существовали
единый
режим
и
система
запретов.
Главенствующая
роль
в
пр инят ии
решений,
касающих­
ся
медицинской
и,
в
частности,
родильной
помощи
нас ел ению
принадле­
жа ла
Минздраву
(первоначально Наркомздраву) .
М.
Ле ви
в
сво ей
книге
«История родовспоможения в СССР»
п ише т: «...особенность
советской
216

системы
родовспоможения
заключается
в
том ,
что
родильная
помощь
планируется
в
общегосударственном
масштабе.
В
основу
планирования
родовспоможения
положены
методика
и
нормативы,
утвержденные
На­
родным
Комиссариатом
—
ныне
Министерством
Здравоохранения
Союза
ССР.
Все
это
обеспечивает
учреждениям
р одильной
помощи
единую
структуру,
единое
руководство
и
контроль
за
выполнением
плана
и
одн ородны е
методы
работы...»1.
Таким
образом,
система
родовспоможе­
ния
в
нашей
стране
бы ла
неразрывно
свя зан а
с
государственной
системой.
Пытаясь
проследить
представление
женщин
о
характере
взаи мо от но ше­
ний
двух
эт их
институтов,
мы
столкнулись
с
двумя
основными
т очка ми
зрения
по
данному
вопросу.
Ча сть
информанток
утверждает,
что
ро д овс пом о гатель ная
медицина
является
жертвой
государства,
которое
непосредственно
виновно
в
ее
кризи­
се.
Первое
обвинение,
пре дъяв ляем о е
женщинами
государству,
—
отсу тств и е
значительных
ассигнований
на
м ед и ц ин у : «Государство не помогает таким
з ав еден и ям» (И11)*.
Женщины
усматривают
прямую
свя зь
между
э тим
фактом
и
дурным
обращением
с
собой,
просчетами
или
бессилием
медпер­
сонала.
Они
пытаются
оправдать
медиков,
указывая
на
такие
последствия
мизерности
денежных
инв ес тиций
в
медицину,
как
низкий
урове н ь
жизни
(«Отношение медперсонала
—
как
ве зде
у
нас .
Их
тож е
можно
понять
—
они
уже
тоже
озверевшие,
как
в се,
по-моему,
в
нашей
стране»
—
И8),
небольшая
зарплата
медперсонала
и,
как
следствие,
отсутствие
у
н его
ф акто ра
заинтересованности
в
работе
(«Все это,
конечно,
от
зарплаты
зависит,
от
условий,
в
которых
л юди
работают.
<...>
цел ая
комната
д етей,
и
о дна
сестра
еле
живая
при х одит
за
коп ей ки
—
ну
так
что
ожидать»
—
И8), его усталость от тяжелой и неприятной работы,
непри­
я знь
к
ней
(«Я понимаю,
что
у
них
своя
работа,
что
их
достало
это
—
все
эти
небритые
гражданки,
но
как-то
неприятно»
—
И1 8).
Отсутствие
стимула
к
хорошей
работе,
по
мнению
женщин,
при вод ит
к
безразличию
медико в
к
своим
обязанностям,
к
матери
и
ребенку,
к
их
халатности
и
недобросовестности.
Им
приписывают
такие
качества,
как
не внима тел ьно ст ь: («Долго не хотели меня в родильное отправлять,
не
верили,
что
у
м еня
там
воды
отходят
—
мне
это
просмотрели» ~ И18),
равнодушие: («Онипо-свински
относятся.
Им
было
наплевать
абсолют­
но.
То
ес ть
отношение
как
к
скотине»
—
И24), недобросовестность:
(«Она взяла список и начала водить пальцем по строкам,
и
тут
ок аз ало сь,
что
стр о чки
идут
не
прям о,
а
косо,
и
это
лекарство,
собственно
го вор я,
относится
к
другой
больной»
—
И22), желание снять с себя ответствен ­
ность
(«Меня долго не хотели туда записывать,
потому
что
у
мен я
карточка
по
беременности
б ыла
на
эстонском
языке.
Они
г оворили :
* Отсылки даны на шифр интервью.
В
наст оящ ее
время
интервью
готовятся
к
пе ча ти.
217

поезжайте
в
свое
Тарту»
—
И 20), неаккуратность («Кто запаздывал с
ко рмл ением
—
мы
уже
сидим,
жд ем,
помылись,
а
они
то
позже
придут,
то
позже
прие ду т
их
заби рат ь»
—
И1 2).
Бедность,
усталость
и
озлобление
с
одной
стороны
и
отсутствие
страха
пот ер ять
работу
и
пол ная
безнаказанность
с
др угой,
в
свою
оч еред ь,
при водят
к
грубым
нарушениям
медработниками
правил
врачеб­
ной
этики.
Н аибо лее
часто
н азыва ют ся
такие
злоупотребления,
как
хам­
с тво
(«Врач,
ж енщина
ср едни х
ле т,
фамилии
ее
я
не
знаю,
оч ень
ра здр ажа­
лась,
обзывала
меня
туп ой
скот ин ой
и
еще
как-то»
—
И 1), насмешки и
изде ва тел ьс тва
(«Они,
вме сто
того,
чтобы
объяснить,
или
резко
отве­
тят ,
или
на
с мех
могут
поднять
—
тоже
не
оч ень
прия тно»
—
И19),
обман
(«Они меня обманули.
Они
сказали:
не
волнуйся,
мы
тебе
прокалы­
в ать
ничего
не
будем,
потому
что
я
зар ане е
еще
сказала:
нич его
мне
не
надо
прок ал ыват ь.
<...>
В рач
сказала:
видишь
руки
—
у
м еня
нет
ничего.
Я
только
посмотрю.
И
вот
она
меня
проткнула»
—
И 17), вымогание
денег
(«Детский врач,
к от орый
пришел
в
первый
же
день
пос ле
то го,
как
я
родила,
начал
просто-напросто
в ымогат ь
у
м еня
взятку
за
ребенка»
—
И2 5), подтасовка медицинских фактов (<У девчонки поднялась темпера­
тур а,
а
она
говорит:
ладно,
мы
напишем
в
журнале,
что
у
т ебя
нормаль­
на я»
—
И1 8), «показуха» («Перед СЭС сразу же всем выдали чистые
ночные
руб аш ки,
постелили
какие-то
простыни
из
гуманитарной
помощи
чу ть
ли
там
не
шелковые,
сразу
же
появилась
гор ка
одноразовых
шприцов
в
про це ду рной
—
там
многоразовые
были»
—
И1 8), предоставление лич­
ным
знакомым
особых
прив иле гий
(«Если бы это было не по знакомству,
они
вря д
ли
что-нибудь
стали
бы
де ла ть»
—
И20), злоупотребление
спиртными
напитками
на
работе
(«Может быть,
все
еще
осл ож нял ось
те м,
что
был и
майские
праздники.
Команда
был а
сов ер шенно
пьяная»
—
И 2 3), занятие личными делами в рабочее время («Медсестру было не
доз ват ься
—
она
смотрела
«Марию»
—
тогда
этот
сериал
шел »
—
И 20).
От сут ст вие
у
роддомов
необходимых
средств
для
содержания
доста­
точного
штата
низшего
персонала
—
нянечек
и
уборщиц,
—•
а
также
низкая
зарплата
последних
приводят
к
антисанитарии,
влекущей
за
собой
инфекционные
за б ол ев ания : «Меня очень поразила антисанитария,
изви­
няю сь
за
выражение,
абсолютно
засранный
сортир» (И1), «Тут мы
приу н ыли
и
уви д ели
в
э тот
же
момент
жирного
тар ака на,
бегущего
по
гинекологическому
кр еслу» (ИЗ).
Недостаток
средств,
выделяемых
государством
на
медицинскую
по­
м ощь
населению,
имеет
еще
и
такие
последствия,
препятствующие
нала­
женной
работе
роддомов,
как
недостаточное
число
в
них
персонала
(«С
медперсоналом
мы
м ало
общал ис ь,
пот ому
что,
естественно,
сестер
мал о
в
родд омах ,
врачей
тоже,
они
все
заняты
своими
дела ми ,
дел
у
них
много,
рожениц
тоже»
—
И25), нехватка в роддомах необходимых лекарств
(«Выяснилось,
что
необходимого
гор мо на
«Синестрола»
в
род дом е
не т.
218

Еще
они
собирались
кол оть
мне
«ношпу» ...
ее
в
роддоме
тоже
не
было
<...>
больше
ме ня
ни как
лечить
не
собирались»
—
И1), отсутствие пре­
паратов
(«Потеря крови у меня была больше двух литров,
и
поэт ому
мне
влили
ее
не
пол о женное
количество,
а
меньшее,
поскольку
даже
в
Инсти­
туте
скорой
помощ и
ее
оказалось
в сего
ли тр
или
пол тора,
остальное
до лив али
физиологическим
раствором»
—
И23), дефицит одноразовых
инструментов
{«Разговоры медсестер между собой о том,
что
вот
за
границей
все
инструменты
одноразовые
и
уничтожаются
после
употреб­
ления»
—
И 1), недостаток аппаратуры («А после этого на следующий день
м оего
ребенка
пе реве ли
в
детскую
больницу.
Я
думала,
что
ее
повезут
в
кювезе,
но,
поскольку
он
был
нужен
в
роддоме,
ее
просто
так
завернули
и
повезли.
Она
очень
пл охо
перенесла
это т
пе реезд ,
сра зу
ос лабл а,
и
первое,
что
мне
сказали
—
что
она,
вероятно,
о пять
не
вы живе т»
—
И2 0),
нехватка
белья,
редк ая
смена
его
(«Ночные рубашки меняли,
а
пос те льн ое
белье,
естественно,
не
каждый
день
и
не
каждые
три
дня
<..> Естествен­
но,
все
был о
залито
молоком,
это
о чень
неприятно.
С
подкладными
были
проблемы»
—
И19), дурное питание и его недостаточность («Утром меня
поразила
мерзостная
скл и зкая
холодная
каша,
кусок
булки
с
маслом
и
чай
без
сахара,
которого
в сем
не
хватило»
—
И 1), отсутствие удобной мебели
(«Правда,
к
м ладе нцам
пр ихо ди тся
в ремя
от
вр емени
вставать,
а
это-то
как
раз
весьма
проблематично
при
столкновении
двух
предпосылок
—
провисающих
кроватей
и
швов»
—И 1), недостаток телефонных аппаратов
и
необходимость
для
женщин
зв они ть
за
свой
счет
(«ПРИ ПОСТУПЛЕ­
НИИ
НА
ДО РО ДОВОЕ
ОТД ЕЛ ЕНИЕ
НЕ ОБ ХОД ИМО: <..>
Жето ны
м етро
для
автомата-телефона»
—
И 1).
Весьма
о щут имы
последствия
нехва тк и
сред ст в
как
для
стр ои тель ств а
но вых
ро ддом ов,
так
и
для
ремонта
и
переоборудования
имеющихся.
Зачас­
тую
роддома
располагаются
в
зда ниях ,
решительно
не
приспособленных
для
этой
функции,
результатом
чег о
я вля ются
их
перезагруженность,
нехватка
палат,
их
перенаселенность
(«Был на полгорода один роддом на Щорса,
и
там
такое
творилось...»
—
И 8), отсутствие благоустроенных помещений
для
со бл юде ния
личной
гигиены
(«Ни помыться,
ни
в
туалет
сходить.
Ту алет
без
дверей.
Ведь
пос ле
родов
это
особая
проблема»
—
И 6), неудоб­
ст во
и
непродуманность
расположения
помещений
(«Мы благополучно
бегали
в
душ
на
другой
этаж
через
тем ные
коридоры»
—
И 2), неналажен -
ное
водоснабжение
(«На Щорса из старого здания сделали роддом
—
ни
помыться,
ни че го»
—
И8), плохая система отопления («Там холодно
очень
б ыло
в
палате.
Наша
палат а
и
д етс кая
были
дверь
в
дверь,
тол ько
через
коридорчик.
Как
от кроют
оттуда
дверь,
и
мы
ноги
под нима ли
на
кровать
скорей
—
так ой
хол од
был»
—
И9),
отсутствие
в е нтил яции
(«Такая духота
—
просто
там
невозможно
нах одит ьс я.
Не
до
конца
там
все
продумано,
не
все
палаты
прис пособл ен ы»
—
И19).
219

Другое
существенное
обвинение,
предъявляемое
нашими
информант­
ками
государству,
связано
с
п олит ик ой,
проводимой
по
отношению
к
«хорошим», высококвалифицированным врачам .
С
одной
стороны,
указы­
вается
на
то,
что
цве т
отечественной
медицины
был
планомерно
истреблен
в
сталинскую
эпоху.
С
другой
стороны,
и
оставшиеся
в
живых
вр ачи
не
имели
возможности
действовать
согласно
своим
убеждениям
и
был и
ск ован ы
системой
предписаний,
продиктованных
выс ш ими
инстанциями.
Счи т ало сь,
что
Минздрав
при
пр ин ятии
своих
пос та нов лени й
учитывает
изыскания
научно-исследовательских
инс титу то в
акушерства
и
гин е коло­
гии.
Однако
на
пра ктике
передовые
начинания
часто
пресекались
на
корню.
Одна
из
наших
информанток,
бывший
сотрудник
Института
аку ­
шер ства
и
гинекологии
Российской
Ак адем ии
наук
им.
Отта,
ра сск азала
нам
об
эксперименте,
проведенном
гр у ппой
сотрудников
института
еще
в
1966 году: «Впервые у нас в институте мы провели работу по совместному
пребыванию
матери
и
ребенка.
<...>
И,
в
общем,
во
всех
о тноше ния х
—
мы
про вел и
цел ый
ряд
исследований
—
это
было
оч ень
хорошо.
<...>
Но
над
в сем
тяг о тел
Минздрав,
и
приехала
такая
Никончик
из
Минздрава,
прошла
по
э тим
пал атам
—
мы
ее
с
в остор гом
провели,
—
сделала,
как
сказала
одна
наша
с отру дниц а,
козью
морду
и
сказала,
что
нам
Минздрав
это
запре ти л.
М ол,
ни
к
че му » (И29).
Следующее
обвинение
со сто ит
в
том,
что
некоторые
из
злоупотреб­
лений,
имевших
место
в
системе
родовспоможения
и
могущих
расцени­
ваться
исключительно
как
преступные
действия
и
нарушения
прав
челове­
ка,
б ыли
вы зва ны
прямыми
директивами,
поступившими
в
роддома
«сверху» .
Так,
например,
известный
послевоенный
лозунг
«Каждый
родившийся
ж ивым
—
должен
жи т ь!» повлек за собой запрет для врачей
сообщать
женщинам
о
патологиях
родившихся
у
них
дете й
и
принимать
отказы
от
неполноценных
дет ей: «Но у нас
—
ве дь
это
б ыло
уж асно
—
маму
заставляли
брать
такого
реб ен ка.
А
есл и
она
отказывалась,
у
нее
не
принимали
отказа.
В
родильных
домах
было
запрещено
говорить
м атер и,
что
у
нее
больной
ребенок,
выпихали
ее
с
этим
ребеночком» (И29).
Сердобольные
сестры
и ногда
нарушали
запрет
и
говорили
матерям
о
постигшем
их
несчастье,
а
сочувствующие
вр ачи
закрывали
на
это
глаза.
Еще
од но
обв ине ние ,
предъявляемое
женщинами
государству,
связа­
но
с
порочной
политикой
в
области
ме дицинс ког о
образования.
При
этом
указывается
на
взяточничество, «блат»
и
попустительство,
распростра­
ненные
при
приеме
и
обучении
в
ме д ицинских
учебных
заведениях.
В
результате
д и пломи рова н ными
врачами
часто
оказываются
люд и,
мало
сведущие
в
м еди цине.
Же нщин ы
часто
жал уют ся
на
низ кий
п ро фессио ­
нальный
уро вен ь
медиков
—
некомпетентность,
не грам от нос ть
врачей,
отсутствие
элементарных
профессиональных
навыков
у
младшего
медпер­
сонала
(«Поскольку Лариса была очень молодая и неопытная,
мне
при­
шлось
самой
ру к ово дить
собственными
родами»
—
И2 0), отсутствие у
220

пер сон ала
родд ом ов
необходимых
для
медико в
качеств,
призвания
—
в
частности,
«тяжелая рука» («Ну,
кажется,
чего
там
можно
больно
сд елать
—
а
он
да же
этой
дудочкой
своей,
к от орой
слушает,
—
он
так
ей
надавит,
что
заорешь»
—
И18).
Итак,
роддом
часто
рассматривается
женщинами
как
жертва
государст­
ва,
препятствующего
ему
в
раб о те.
Однако
в
восприятии
женщинами
родовс­
помогательной
ме ди цины
с ущ ест вует
и
другая
точка
зрения:
часто
в
их
сознании
ме диц ина
как
бы
выступает
в
роли
двойника,
пособника
и
предста­
вителя
государства.
Все
пороки
роддомовской
сис тем ы
дублируют
в
миниа­
тюре
пороки,
при с ущие
государству.
В
роддомах
царят
те
же
тоталитаризм,
ав тор итар нос ть,
пр и н уж д е ни е, «конвейер», «штамповка», полицейская сис­
тема,
тюремный
режим,
пре не бр еже ние
мнением
че лове ка,
—
все
делается
с
учетом
интересов
ор га низа ции
в
ущерб
интересам
личности.
На
наш
воп рос
о
дов е рии
врачам
мы
полу ча ли
порою
резко
отр ица­
тел ьны е
отз ывы,
выск азанн ые
как
бы
от
лиц а
вс его
населения
страны:
«Врачам я,
конечно,
не
очень
доверяла
—
какой
же
советский
че лове к
д ов еряет
в рач ам?» (ИЗ).
Нередко
информантки
противоречат
сами
себе:
они
говорят,
что
доверяют
врачам,
но
из
их
рассказов
явствует
обратное.
Врачи
из
помощников
в
созн ан ии
женщин
превращаются
во
вра го в,
не ких
—
буквально
—
врачей-вредителей,
полномочных
представителей
машины
то тал итар но го
го суд арст ва,
вторгающихся
в
их
частную
жизнь
с
целью
по дч инить
ее
общепринятому
единому
закону.
Женщины
сбегают
из
дородового
отделения,
в семи
силами
стараются
из беж ать
приема
прописанных
им
лекарств,
отказываются
от
назначенных
процедур
и
т.п .
Они
всерьез
уб ежд ены
в
том,
что
медицинское
вмешательство
может
пр инес ти
вр ед
зд оровь ю
ребенка
и
их
собственному: «Толькоянепила
—
там
витамин
Е
давали,
п отом
еще
чего-то,
я
почему-то
не
пила,
боя лась ,
выливала
вон » (И9).
Недостаточно
оправданное
обращение
врачей
к
медикаментам,
про­
це дур ам
и
хирургическому
вмешательству
(эпизиотомия
—
разрез
про­
межности,
амниотомия
—
разрыв
пл одн ого
пузыря,
к есарево
сеч ение)
же нщин ы
склонны
объяснять
их
перестраховкой
и
боязнью
ответственнос­
ти
(«Может быть,
это
чисто
мое
мнение,
но
мне
кажется,
что
врач и
перестраховались
—
ив
пос ле опе рационн ый
период,
и
в
применении
лекар­
ств а,
пот ому
что
нам
оч ень
много
лекарств
давали
и
много
анти биоти­
к ов.
<...>
Я
разговаривала
об
этом
с
врачом,
а
она
сказала:
чем
калечим,
тем
и
лечим»
—
И 19), желанием облегчить себе задачу («Взяла и про­
ткнула.
Без
спросу.
<...>
Я
им
говорила:
я
чувствую,
что
я
скор о
рожу,
зачем
это
на до ? <...>
Так
они
облегчают
себе
задачу
прос то»
—
И17)и
отсутствием
и ндив идуа л ьного
п одхода
в
каждо м
отдельном
случае
(«Ну,
конечно,
врачи
действуют
по
схеме,
по
предписаниям»
—
И 8).
Следует
отметить,
что
зачастую
противодействие,
ок аз ываем ое
вр а­
чам
их
пациентками,
является
результатом
различного
род а
предрассуд­
221

ков
и
непонимания
ситуации.
Медработники
сталкиваются
с
весьма
се­
рьезной
проблемой,
успешно
справиться
с
которой
им
удается
далеко
не
всегда.
В
эт ом
отношении
они
б езу слов но
достойны
сочувствия.
Однако
неграмотность
женщ ин
в
вопросах
физиологии
и
медицины
является
тревожным
показателем
отсутствия
контакта
между
врачом
и
пациентом.
Опрос
показал,
что
ни
лекции,
ни
популярные
издания,
несмотря
на
их
очевидную
пользу,
не
спо соб ны
в
должной
сте пе ни
систематизировать
знания
бу ду щих
матерей
о
беременности
и
родах.
Набора
общих
сведений
оказывается
недостаточно:
женщинам
необходимо
ос мыс л ение
их
собст­
венного
опыта.
Е сли
бы
врачи
в
доступной
форме
объясняли
роженицам
смысл
происходящего,
число
беспочвенных
страхов
и
в о лнений
несомнен­
но
бы
резко
сократилось.
В
свою
очередь,
взаимопонимание
бы ло
бы
достигнуто
скорее,
если
бы
женщины
мо гли
свободно
обращаться
к
медперсоналу
с
тревожащими
их
вопросами,
не
оп асаясь
встретить
в
ответ
грубость,
ра зд раже ние
или
пустую
отговорку.
По
отзывам
многочисленных
наш их
информанток,
врачи
п роявл яют
пол ную
авторитарность
и
безапелляционность,
с
разд р ажени ем
отказыва­
ются
отвечать
на
во пр осы
р о жениц,
обсуждать
с
н ими
характер
не обх о­
ди мой
медицинской
п о м ощи : «Обычно за всю свою жизнь я когда спраши ­
ваю ,
какое
лекарство
мне
дают,
отвечают
обычно
грубо.
И
я
уже
просто
стала
плохо
больницы
переносить,
я
уже
старалась
просто
не
спраши­
в ать» (И19).
Женщины
та кже
лиш ены
информации
о
намерениях
враче й
и
возможности
обсуждать
их
целесообразность
(«Врач осмотрела меня на
кресле
и
что-то
с тала
дела ть
—
не
сказала,
что ,
как
вс ег да.
А
это
она
мне
пузырь
прокалывала,
мен я
не
спросясь.
Я
этого
не
х оте ла.
Если
б
знала,
о тказ алас ь
бы»
—
И1).
Характерно,
что
сама
поза,
в
которой
располагается
роженица,
заранее
зада на,
и
ника к их
вариантов
здесь
бы ть
не
мож ет.
Эта
поз а
удобна
для
врачей,
но
не
обязательно
для
самой
роженицы.
К
тому
же,
выяснилось,
что
она
освящена
традицией
и
потому
является
единственно
пристойной
для
советской
гражданки: «Онавстала
на
четвереньки,
потому
что
ей
так
было
легче,
а
они
ее
обругали
и
сказали,
что
она
находится
в
приличном
месте» (И1).
Женщин
совершенно
не
устр аив ает
уготованная
им
в
процессе
родов
пассивная
рол ь.
Они
оказываются
бессловесным
беспомощным
материа­
лом
в
руках
медиков.
Знаменательны
эмоции,
испытываемые
врачами,
даже
наиболее
любезными
по
отношению
к
своим
пациенткам,
—
недо ­
вольство,
раздражение,
ж ел ание
от де ла т ьс я : «Я проработала в роддоме
больше
пятнадцати
ле т.
И,
ко не чно,
ме ня
иногда
раздражали
—
я
же
имею
де ло
с
мамой
—
это
же
сумасшедший,
бо льной
человек,
ненормальный.
<...>
Она
вам
ду шу
выматывает,
а
вы
ей
улыбнитесь
в
от вет. <...> Мама,
пока
ре бе нок
здоровый,
все
хорошо.
Как
только
ребенок
заболевает,
ма ма
нач инае т
с ходи ть
с
у ма.
Она
просто
дергает
вс ех
и
мешает
—
мешает
леч ит ь,
мешает
ра бота ть » (И29).
Никто
не
принимает
во
внимание
222

мнение
женщин,
их
просьбы
и
тре бов ан ия: «Говорю:
не
кормите
их
ничем,
не
кормите,
не
кормите.
Прихожу
смо треть
на
них
—
у
них
такая
о тр ыжка
по
щеке
—
все
измазано,
кошмар
како й- то » (И17).
Реакция
женщин
на
собственную
беспомощность
и
бес сил ие
перед
медперсоналом,
унижение
и
издевательства
бо лезн ен но
ос тра я,
нередко
де ло
даже
доходит
до
сл ез : «Я поняла,
и
у
меня
как
слезы
полились
просто
от
ка ко го-то
негодования,
от
какой-то
слабости,
что
я
ничего
не
могу
с де лат ь» (И17).
Сил ьно е
внутреннее
с опрот ивл ени е
вызывают
у
женщин
установлен­
ные
в
р оддом ах
режи м
и
система
запретов.
Мать
ча сто
по долгу
не
име ет
сведений
о
ребенке,
его
состоянии,
уходе
за
ним
(«Мне никто ничего не
говорил
о
моем
ребенке
—
там
б ыло
все
закрыто,
что-нибудь
у
кого-нибудь
узнать
б ыло
нев о змо жно»
—
И2 0), на протяжении всего пребывания в
роддоме
она
да же
не
име ет
возможности
осмотреть
его
(«Его приносят
запеленутого,
и
нет
возможности
даже
посмотреть,
что
он
из
себя
представляет,
чистенький
ли
он,
какой
он,
как
за
ним
ухаживают»
—
И2 5).
Ей
запрещено
видеться
с
родственниками
(«Естественно,
никого
туда
не
пуск ают ,
—
это
тоже
мне
непон я тно ,
почем у»
—
И2 5), не
р азреш ает ся
также
покидать
пределы
роддома
(«Она сказала,
что
ух о­
дить
категорически
зап рещено .
Я
спр о си ла : «Тюрьма,
что
ли?» —
И 2),
н ельзя
выйти
подышать
свежим
воздухом
(«Мы ходили в сортир,
откры­
вали
форточку,
которая
бы ла
незаколочена,
и
через
нее
дыша ли »
—
И2 1).
Су щес тву ет
лимит
на
передачи
(«В окошко передавали на веревках,
якобы
тайн о,
но,
конечно,
все
об
этом
знают,
передачи»
—
И 8), имеется запрет
на
не ко торые
личн ые
ве щи
—
часы,
драгоценности,
книги,
газеты,
трусы,
вату,
цветы,
определенные
виды
продуктов.
При
этом
медперсонал
в
лю бое
время
и меет
прав о
на
контроль,
осмотр
самих
ро же ниц
(«Чтобы подкладные меняли почаще,
осм атривал а
прямо
на
кровати»
—
ИЮ ), их личных вещей («Тумбочки особо не смотрели,
но
проверяли,
что бы
там
колбасы
не
был о»
—
И1 8), в том числе,
передач
и
корреспонденции
(«Он попросил сотрудницу,
кот ор ая
передавала
передачи,
передачи
ей
не
передавать,
а
передать
е му.
И
когда
ему
принесли
эту
передачу,
он
в
передаче
на шел
записку
от
от ца
ребенка.
Записку
эту
он
взял
себе,
а
б укет
роз
и
коро бку
конфет
передал
ей»
—
И 22).
Медперсонал
также
распространяет
свои
п олн омочия
на
кон т роль
за
моральным
обликом
же нщин.
Ма ть
—
рол ь,
исп ол ня емая
не
только
в
семье,
но
и
в
обществе,
и
это
накладывает
на
женщину
определенные
обязательства: «Там какая-то
навороченная
обложка
—
какая-то
девица
голая,
со в ерше нно
не
относящаяся
к
этому
детективу,
—
ну
как
сейчас
все
эти
новые
кни жки
издают
—
такая
оч ень
красивая
обложка.
Медсе­
с тры
посмотрели,
так
языком
поцокали
—
срамота
какая,
а
заведующая
сказала
поучительным
тоно м,
что
здесь
нельзя
читать,
а
если
читать,
—
то
только
книги,
связанные
с
д еть ми » (И18).
223

Роддом
жив ет
строго
по
своим
законам,
и
интересы
матери
и
ребенка
при
эт ом
не
учитываются,
отступить
от
заведенного
порядка
ради
их
удобства
нельзя
(«После родов я сперва двое суток лежала в коридоре,
поскольку
у
них
так ая
система,
что
палата
заполняется
цел иком ,
и
то
есть
по ка
не
будет
пяти
штук,
все
леж ат
в
кор идо ре,
а
палата
стоит
пустая»
—
И2 3).
Все
процедуры
выполняются
в
ст рого
установленное
время,
и
опоз­
давшему
да же
по
уважительной
причине
может
б ыть
отка зано
в
лече ни и
(«Она видит,
что
я
ко р млю,
мне
не
оторваться,
а
она
кричит:
быстро
укол
делать!
Когда
я
опоз дала
на
пятнадцать
минут,
она
го вори т:
знаете,
вы
вот
напрасно
так
сделали,
что
опоздали,
пот ому
что
я
уже
закрыла
кабин е т
и
вас
уже
больше
не
п ущу»
—
И1 7).
В
выходные
дни
быт ово е
обслуживание
ро жени ц
мо жет
полно сть ю
прекращаться
(«Там были выходные,
значит,
—
все
это
за кры то
—
где
все
это
белье
выдавали,
и
мы
лежали
в
эти х
ноч ных
рубашках,
кот о рые
нам
в
первый
раз
вы дали,
—
дня
чет ыре
мы
в
них
лежали.
Простыни
тоже ,
дыр ки
на
них
немеренные
посередине
—
про сто
ужас.
Кровища,
м олоко
пришло,
вся
п рос тыня
в
молоке,
потная
вся
—
это
б ыло
ужасно,
на
самом
деле.
А
у
них
в ыхо дной,
им
все
по
фигу»
—
И1 8).
Однако
следует
отметить,
что
не
в се,
не
устраивающее
матерей
в
роддомах,
напрямую
связано
с
тоталитарным
характером
коммунистичес­
кого
режима.
Женщины
в
России
идеализируют
сис тем у
родовспоможе­
ния
за
границей
и
ничего
не
знают
о
существующих
там
в
этой
области
проблемах.
Тем
не
ме нее
проблемы
эти
есть,
а
это
означает,
что
следует
с
особой
осторожностью
отделять
явления,
спе цифич ны е
для
Ро с сии,
от
характерных
для
традиционного
родовспоможения
воо бще.
Рассмотрим
претензии,
предъявляемые
женщинами
на
Западе
тради­
ционной
системе
принятия
род ов.
Же нщин ы
там
борются
за
право
быть
главным
действующим
лицом
в
процессе
родов.
Их
возмущает
пассивная
ро ль,
уготованная
им
в
родах
и
авторитарность
врачей.
Проявляют
они
недовольство
и
злоупотреблениями
в
связи
с
медицинским
вмешательст­
вом
в
пр оц есс
ро дов
—
чрезмерным
ув лече ни ем
медикаментами,
хирурги­
ческим
вмешательством,
использованием
гром оз дк ой
аппаратуры.
Они
протестуют
против
поточного
метода
приема
родов.
Неудовлетворенность
режимом,
системой
запр ет ов
и
бытом
связаны
с
казенностью
роддомов­
ской
обстановки,
отличием
ее
от
привычной,
домашней,
свободной2.
При
наличии
всех
вышеперечисленных
недостатков
в
западной
систе­
ме
принятия
родов
имеются
неоспоримые
преимущества
перед
нашей,
отечественной.
Прежде
всего
это
возможность
выбора.
Система
родовс­
по мож ения
не
явл яе тся
единой,
и
беременной
женщ ине
предлагается
сам ой
заранее
выбрать
се бе
тот
тип
родов,
к оторы й
ее
более
устраивает.
Д алее.
В
отличие
от
пациентки
российского
роддом а,
у
роженицы
на
Западе
существует
целый
ряд
прав,
о
кот орых
ей
неустанно
напоминают.
224

Пассивность
з апад ной
женщины
в
род ах
относительна:
официально
счи­
тается,
что
она
«работает вместе»
с
врачом
и
акушеркой.
Женщина
име ет
очень
важн ое
право
—
пра во
на
информацию.
Руководства
по
беременнос­
ти
и
родам
постоянно
напоминают
женщине,
что
она
может
з адав ать
врачам
в
любое
время
любые
вопросы,
касающиеся
про т ек ания
род ов
и
состояния
ее
здоровья
и
здоровья
ребенка.
Жен щи на
может
принимать
участие
в
обсуждении
методов
родовспоможения
и
лечения.
Она
вольна
выбрать
устраивающий
ее
тип
анест ези и
или
отказаться
от
нее.
Она
име ет
право
сделать
соучастниками
род ов
своих
родных
и
близких.
Во
время
родов
женщина
не
только
пациентка,
но
еще
и
просто
человек,
пер е жи­
вающий
важнейшее
событие
в
жизни.
Ма ть
становится
первым
чел ов ек ом,
в
руки
которого
попадает
ребенок
после
рождения
—
его
сразу
прикла­
дывают
к
груди.
Она
мо жет
са ма
ухаживать
за
своим
ребенком.
В
случае
недовольства
режимом
род дом а
и
существующими
в
нем
запретами
ей
предлагается
обсудить
этот
воп рос
с
администрацией3.
И,
наконец,
у
роженицы
в
западных
ст ран ах
имеется
целый
ряд
гарантий.
Она
гарантирована
от
некомпетентности
медиков:
система
под­
готовки
врачей
на
Западе
чрезвычайно
серьезна.
Она
гарантирована
также
от
плохой
работы
и
недобросовестности
медработников
—
это
немысли­
мо,
так
как
они
заинтересованы
в
том,
чтобы
не
потерять
св ое
раб оче е
место,
не
остаться
без
практики.
По
той
же
прич ине
женщина
застрахо­
в ана
от
грубых
нарушений
персоналом
род дом ов
правил
врачебной
этики.
Сколь
бы
женщины
на
Запа де
не
был и
недовольны
засилием
т ехн ики
в
систе ме
медицинского
обслуживания
и
злоупотреблением
медикаментами,
тем
не
менее
оснащенность
родд омов
современной
аппаратурой
и
на лич ие
в
них
не обходи мы х
м едицинс ких
п реп арат ов
—
фа кт
явно
положитель­
ны й,
и
в
случае
осложненных
родов
роженице
и
реб енк у
гарантирована
надежная
медицинская
помощь.
К
тому
же
женщины,
пользующиеся
услугами
ро ддомов ,
избавлены
от
откровенных
бытовых
затруднений.
Из
всего
ск а занног о
можно
сделать
следующие
выводы.
В
России,
как
и
за
ее
пределами,
существует
традиционное
родовспоможение,
характе­
ризующееся
такими
признаками,
как
главенство
врача
и
пассивность
роженицы
в
ходе
родов
и
единство
врачебных
методов,
подразумевающих
существенное
медицинское
вме ша тел ьс тво
в
процесс
родов .
В
демократи­
ческих
ст ран ах
авторитарность
врача
в
системе
родовспоможения
носит
более
цивилизованный
характер
(роженица имеет ряд прав и гарантий и
застрахована
от
откровенных
злоупотреблений), в то время как в странах
с
тоталитарным
режимом
этот
фактор
мо жет
принимать
подчас
извращен­
н ые,
уродли вые
формы,
граничить
с
полным
беззаконием
и
про из волом .
Что
же
касается
так
называемых
медикаментозных
род ов
в
противовес
ес те ст вен ным,
то
эта
черта
традиционного
родовспоможения
целиком
зависит
от
системы
принятия
родов ,
сложившейся
в
каждой
конкретной
стране,
вне
зависимости
от
суще ств ующего
в
ней
государственного
строя
225

и
режима.
В
Европе
ун ик а льным
примером
страны,
где
домашние
роды
—
норма,
а
в
больницах
рожаю т
лишь
по
специальным
медицинским
показа­
ния м
и
собственному
волеизъявлению,
является
Го л ла ндия.
Еще
в
XVII веке,
когда
акушерство
только
начинало
развиваться
как
научная
дисциплина,
в
его
теории
и
практике
наметились
два
направления:
французская
шк ола
придерживалась
принципов
медицин ско го
вторжения
в
пр оц есс
родов,
английская
—
защищала
естественное
их
течение.
В ос­
п оль зовавши сь
методами,
принятыми
в
обоих
на пр авле ни ях,
в
XIX веке
ведущее
место
в
Европе
заняла
немецкая
школа4.
Характерной
чертой
ро ссийск о го
акушерства
до
революции
1917 года являлась « оч е нь
осто­
рожная
оценка
по каз аний
к
хирургическим
вмешательствам
в
процессе
ро до в»5.
Ведущие
ру сск ие
ак уше ры
начала
XX века (В.
Сутугин,
Г.
Рейн)
рассматривали
роды
как
естественный
физиологический
акт,
не
требую­
щий
медицинского
вмешательства.
При
советской
власти
их
взгляды
стали
восприниматься
как
«лженаучные»6.
Некоторым
об раз ом
отно шение
к
медицинскому
вторжению
в
процесс
родов
связано
с
нау чно -тех ничес ким
прогрессом,
однако
прямой
св язи
здесь
не
прослеживается.
Высокий
уро ве нь
науки
и
возможность
предоставить
для
родов
самую
сложную
и
дорогостоящую
аппаратуру
и
препараты
зачастую
вызывают
в
обществе
неприятие
и
отк аз
от
медикаментозных
родов.
В
развитых
капиталисти­
ческих
стр ана х
сопротивление
традиции
как
раз
может
ока зать ся
сильнее
и
поиск
новых
альтернатив
бы ть
более
активным.
За
последние
несколько
лет
сис те ма
родовспоможения
в
России
претерпела
существенные
изменения.
С
па дени ем
ко ммуни сти че ско го
ре­
жима,
как
прямое
следствие
общей
либерализации
и
гуманизации
общ ес т­
ва,
впервые
появилась
некая
альтернатива
традиционным
государствен­
ным
род ам
—
платные
роды.
Одн а ко,
и
женщины,и
врачи
сходятся
во
мне нии,
что
она
оправдала
себя
ли шь
частично.
Конечно,
это
уже
очень
бол ьш ой
шаг
вперед.
Присутствие
при
род ах
отца,
раннее
прикладывание
ребенка
к
груди,
содержание
его
вместе
с
матерью
в
отдельной
палате
—
все
это
значительные
перемены
к
луч ше му,
же нщ ины
их
ценят
и
готовы
платить
за
соблюдение
этих
условий.
Между
тем
на
практике
платное
родовспоможение
м ало
чем
от л ич ается
от
прежней
системы:
просто,
как
отмечают
женщины,
предприимчивые
кооперативы
взяли
это
де ло
в
свои
рук и
и
получают
деньги
за
реаль но
ничего
не
сто ящ ие
услуги
—
пр и­
сутствие
отца
при
родах
и
раннее
прикладывание
ребенка
к
груд и.
Персонал
остается
тот
же,
его
обращение
с
жен щино й,
рожающей
за
деньги,
ли бо
меняется
мало,
л ибо
вообще
не
меняется;
бытовые
условия
практически
п р ежни е: «Уход за ребенком и за мамой и все процедуры
—
те
же
самые,
и
ле чат
те
же
са мые
врачи
—
все
то
же
с амое
совершенно,
абсо л ютно ,
без
всякой
разницы
—
ис
той
же
ответственностью» (И29).
Сама
система
платных
род ов
в
кор не
порочна:
врачи
реальных
денег
от
р ож еницы
не
получают,
остаются
на
за рпла те,
о
чем
пря мо
и
говорят
в
226

ответ
на
прет е нз ии: <А Вы нам лично никаких денег не давали!» (И1).
Такие
удобства,
как
отдельные
палаты
и
достаточное
количество
белья,
предоставляются
за
счет
же нщ ин,
рожающих
бесплатно,
—
им
при ходи т­
ся
по тес ниться : «Нас было двое в палате,
а
женщины,
рожавшие
бесплатно
лежали
на
полу
в
коридоре,
ведущем
в
ту але т.
Все
их
пожитки
и
еда
лежали
прямо
на
пол у
на
д орог е,
мы
через
них
перешагивали» (И1).
Тем
не
менее
ослабление
централизованного
управления
медициной,
некоторая
свобода,
полученная
роддомами,
и
возможность
для
них
ор га­
низовать
у
с ебя
платные
роды
сделали
очень
важ ное
дело:
стереотипы,
б езразд ельн о
господствовавшие
в
родильной
мед ици нско й
помощи,
по­
шатнулись.
Это
привело
к
то му,
что
в
настоящее
время
в
некоторых
роддомах
часть
услуг,
ранее
при чи тав ших ся
ли шь
опл а тивш им
их
женщи­
нам,
стала
перепадать
и
те м,
кто
рожает
бесплатно,
постепенно
становясь
нормой.
К
сожа лени ю,
пока
это
ка сает ся
в
основном
роддомов
в
кру пны х
городах
страны.
К
т ому
же,
как
уже
бы ло
ск аз ано
выше,
п ока
еще
нет
кардинальной
разн и цы
между
прогрессивными
платными
форма м и
приня­
тия
родов
и
послеродового
у хода
и
отсталыми
бесплатными.
Реальной
альтернативой
государственной
с исте ме
родовспоможения
в
сознании
женщин
явл яют ся
домашние
роды.
Стремление
подавляемой
личности
к
свободе
вполне
понятно
и
закономерно.
В
последнее
время
в
по вед ении
беременных,
ух оде
за
детьми
и
их
воспитании
наблюдается
особенно
сильное
стремление
у йти
от
насилия
к
свободе,
природ е,
есте­
ств енно с ти.
С
этим
связана
и
ш ир окая
популярность
книг
Н икитины х ,
неоднократно
упоминавшихся
нашими
информантками.
Данная
тенденция
объясняется,
видимо,
и
религиозным
возрождением:
многие
акушерки,
принимающие
род ы
на
дому,
—
«духовные».
Их
подопечные
пола г ают ся
на
во лю
Божью,
а
не
на
помощь
мед и ко в: «А почему у нас так хорошо
заживают
пупки?
А
по тому ,
что
мы
все
делаем
с
молитвой!» (ИЗ).
Домашние
роды
становятся
все
более
распространенными
и
все
более
привлекают
же нщи н.
Чет ве ро
наших
информанток,
которые
соб ира ю тся
рожать
еще,
склоняются
к
решению
рожать
дом а
в
вод у.
Одна
н аша
информантка
поделилась
с
н ами
подобным
опыто м .
Она
был а
абсолютно
удовлетворена
всеми
аспектами
этого
нетрадиционного
способа
родов
и
оче нь
хвалила
вы со кий
профессионализм
акушерки.
Особенное
внимание
в
родах
уделялось
связи
между
матерью
и
ребенком.
Отец
также
был
не
простым
св идете л ем,
но
актив ны м
участником
в
процессе
появления
ребенка.
Две
информантки,
ходившие
на
заня тия ,
проводимые
домашними
акушерками,
но
не
решившиеся
воспользоваться
их
услугами,
впоследст­
вии
пожалели
об
этом.
Отказ
от
домашних
род ов
час то
св язан
с
и спы ты­
ваем ым
же нщина ми
страхом
перед
родами
и
упованием
«в случае чего»
на
помощь
медицинского
оборудования.
Од на ко,
убедившись
в
естествен­
но сти
процесса
родов
при
нормальном
их
теч е нии,
женщины
меняют
св ое
мн ени е.
К
сожалению,
этот
пу ть
неприе мле м
для
многих
же нщ ин,
ко то­
227

рым
уготованы
осложненные
род ы
и
которые
дейс тви тел ьно
нуждаются
в
аппар ату р е.
В
нашей
стране
нет
возможности
с ое динить
свободу,
естественность
пр о тека ния
процесса
родов
и
домашнюю
обстановку
с
гарантией
б езо пас­
ности
матери
и
плода.
И
хотя
рас сказ
о
род ах
И14
очень
близок
к
описанию
женщинами
род ов
в
кл инике
Мишеля
Од ена
в
Питивьере
(Франция), однако там они,
ко
всему
прочему,
находятся
под
покрови­
тельством
квалифицированных
врачей
в
прекрасно
об орудов а нном
меди­
цинском
учреждении,
в
то
время
как
все
гарантии,
к от орые
может
дать
домашняя
акушерка
в
наше й
стране,
—
э то: «Бог дал,
Бог
и
вз ял» (ИЗ) .
Женщины
считают,
что
для
разрешения
кризиса
требуется
карди­
нальное
улучшение
системы
именно
о б ычных
бесплатных
государствен­
ных
род ов:
некоторым
нашим
информанткам,
рожавшим
в
последнее
время,
пришлось
отказаться
от
идеи
пла тных
родов
ввиду
отсутствия
необходимых
средств,
так
что
появление
хороших
до роги х
государствен­
ных
или
частных
род дом ов
не
мож ет
решить
проблему
окончательно.
Остается
надеят ься,
что
в
том
случае,
есл и
либеральные
тенд енции
в
на шем
обществе
бу дут
развиваться,
женщ ины
смогут
рассчитывать
на
улучшение
пол о жения
дел
в
области
родильной
п омощ и.
Примечания:
1 Леви М.
История
родовспоможения
в
С ССР.
М ., 1950.
С. 128.
2 См.,
нап р.;
Од ен
М.
Возрожденные
ро ды
/ Пер.
с
фр.
М. , 1994.
3 См.
на пр.: Pregnancy book: a guide to becoming pregnant, being pregnant and
caring for your newborn baby. London, 1992.
4 Акушерство //
Малая
Советская
Энциклопедия:
Изд.
2.
Т .1.
М. , 1937.
С.228.
5 Бодяжина В. ,
Жмакин
К.
Акушерство:
Изд .
2.
М ., 1979.
С. 8.
6 Леви М.
Ука з.
соч.
С .89.

СО Д ЕРЖ АНИЕ
От
ре дак тор ов................................................................................................................................ 3
Архи вные
исследования.
Публикации
Марина
Саламатова
(Новосибирск) .
Лише нны е
избирательных
п рав
в
Новосибирске
в
1927-1936 гг............................................................................................. 9
Надежда
Иг н атова
(Сыктывкар).
Спецпереселенцы
в
Республике
Коми
в
1930-1940 гг.: заселение и условия жизни
........................................................23
Оксана
Репухова
(Петрозаводск). Дело о контрреволюционном заговоре
в
Ка рел ии
в
1932-1933 гг ................... ............ ............ ............ ............ ............ ............ ........3 5
Оль га
Колобенина
(Ярославль). «Контрреволюционная
право-троцкист­
ская
мол одеж на я
орган иза ци я»
в
ярославском
к омсо моле. ( По мате ри алам
архива
Управления
ФСБ
по
Ярославской
области)
.................................................. 45
Елена
Паповян,
Александр
Паповян
(Москва) .
Участие
Ве рх овног о
суд а
СССР
в
выр або тке
реп рессивн ой
политики.
1957-1958 гг......... ............ ............ .... 54
Еле на
Па п овян
(Москва).
П риме не ние
статьи
58-10 УК РСФСР в 1957-1958 гг .
(По материалам Верховного суда СССР и Прокуратуры СССР в ГАРФ)
................73
Геннадий
Кузовкин
(Москва).
Па ртийн о-ко мс омоль ские
преследования
по
политическим
м о тивам
в
период
ранней
«оттепели»
..................................... 8 8
Николай
Костенко,
Геннадий
Кузовкин,
Сергей
Лу ка шевс ки й, (Москва).
«Вред,
н анесенн ый
вами,
надо
исправить,
стер еть,
и зг лади ть !» (К публи­
кации
«Заявления»
группы
архиереев
Русской
Православной
Цер кв и)
...........
126
Ста ть и.
Со об щения
Елена
Кор обов а
(Саратов) .
Ю.Г.Оксман
в
Сар атове.
1947-1957 гг............ 1 45
Денис
Букалов
(Донецк,
Украина).
Остар байтер ы
Донбасса
....... ............ .
155
Гюльнара
Бекирова
(Москва) .
Проблема
эм играци й
крымских
татар
в
росс ий ской
ис ториче ск ой
лите рат уре
XIX - 30-х гг . X X в...............................
160
Е. Ю.
Са до вск ая,
Э .А.
Толоконников
(Воронеж) .
Метод
групповой
иден­
тификации
остан к ов
же ртв
м ассо вых
р асстр ело в
......... ............ ............ ...........
176
У стная
ис то рия
На та лья
Герасимова
(Саратов).
Собирая
устные
свид етел ьства...
П ро фессо ра
и
студенты
1960-х
..............................................................................
187
Татьяна
Косинова
(Санкт-П ет ербу рг ).
События
1956 г.
в
Польше
г ла­
зами
советск их
дис сиденто в
......... ............ ............ ............ ............ ............ ............ ....
193
Екатерина
Белоусова
(Санкт-П етербур г ).
На ши
современницы
о
ро­
довспоможении
в
России
................................................................................. ..........
216

INHALTSVERZEICHNIS
Vorwort der Redaktion...................................................................................................................5
Veröffentlichungen archivarischer Forschungen
Marina Salamatova, Wahlrechtsentzug in Novoslbirsk. 1927*1936 ...........................9
Ignatova, Nadezda, Zwangsumgesiedelte in der Republik Komi, 1930-1940.
Zwangsansiedlung und Lebensbedingungen.................................................................. 23
Oksana Repuchova, Die Vorgänge um die "konterrevolutionäre Verschwörung"
in Karelien in den Jahren 1932 und 1933 ......................................................................... 35
Olga Kolobenina, Die "konterrevolutionäre rechts-trotzkistische Jugendorgan­
isation" im Jaroslawer Komsomol’
................................................................................. .. 45
Jelena Papovjan, Aleksandr Papovjan, Die Rolle des Obersten Gericht­
shofes der UdSSR bei der Ausarbeitung der Repressionspolitik in den Jahren
1957-1958 ................................................................................................................................ 54
Jelena Papovjan, Die Anwendung des 58-10 des Strafgesetzbuches der RSFSR
in den Jahren 1957-1958 ...................................................................................................... 73
Gennady Kuzovkin, Politische Verfolgungen durch Partei und Komsomol’
während der frühen "Tauwetter“ -Periode...................................................................... 88
NikolaJ Kostenko, Gennadij Kuzovkin, Sergej LukasevskiJ,
Zur Veröffentlichung der "Erklärung" einer Gruppe Erzpriester der russisch­
orthodoxen Kirche ............................................................................................................ 126
Aufsätze und Mitteilungen
Jelena Korobova, Ju.G.Oksman In Saratov, 1947-1957
Denis Bukalov, Ostarbeiter aus dem Donbass ......................................................... 155
Gjulnara Bekirova, Das Problem der Emigration der Krimtataren in der russis­
chen historischen Literatur des 19. Jh. bis in die 30er Jahre des 20. Jh............... 160
Je.Ju-Sadovskaja, E.A.Tolokonnikov, Eine Methode_zur Gruppen Identifi­
kation der Opfer von Massenerschienungen anhand von Überresten.................. 176
Oral History
Nataja Gerasimova, Beim Sammeln von Augenzeugenberichten... Studenten
und Professoren in den 1960er Jahren ..................................................................... 187
Tatjana Kosinova, Die Ereignisse des Jahres 1956 In Polen aus der Sicht
sowjetischer Dissidenten ................................................................................................ 193
Jekaterina Belousova, Geburtshilfe in Rußland heute aus der Sicht betroffener
Frauen ................................................................................................................................. 216

КОРН И
ТРАВЫ
Сб орник
с татей
мо лоды х
исто рик ов
Редакционная
коллегия
издательской
пр ограм мы
«Мемориала»:
А.Ю.Даниэль,
Л.С.Ер ем ин а,
Т.И.Касаткина,
М.М.Кораллов,
Н.Г.Охотин,
Я . 3.Ра чинский,
А.Б.Рогинский (отв.ред.)
Зав.редакц ией
Л .С.Ер еми на
Худож ник
М.Ко ренева
Корректор
Л.Петрова
По дпис ано
в
печать
10.10 .1996.
Формат
60х90/и
Бумага
офсетная.
Печать
офс етн ая.
Ус л.
п еч.
л.
14,5 .
Тираж
1000.
Отпечан о
ООО
Ин формп олиг ра ф.
За каз
498
Научно-информационный
и
просветительский
це нтр
«Мемориал»
103051, Москва,
Мал ый
Каретный
пер., 12.