/
Text
а. к. у ледов Структура общественного сознания Теоретико- социологическое исследование Издательство «Мысль* 1908 Москва
i МИ?- У47 Главная редакция социально-экономической литературы 1-5-3 37-68
Введение Каждая из наук стремится раскрыть структуру предмета своего исследования. Осуществляя такую цель, она достигает подлинной зрелости, ибо раскрытие элементов изучаемых ею объектов, их внутренних связей делает науку способной выяснить сущность явлений действительности, закономерности их возникновения, изменения и развития. Науки, изучающие духовную жизнь общества, исследуют проблему структуры общественного сознания. В условиях социализма актуальность такой проблемы обусловливается в особенности тем, что управление общественным развитием предполагает и управление процессами духовной жизни. Последнее же требует знания закономерных связей общественного сознания и общественного бытия, внутренних закономерностей развития общественного сознания, т. е. существенных взаимосвязей структурных элементов сознания, специфических закономерностей общественного сознания. Оно требует также в каждый данный период времени и знания степени распространения и усвоения идей и взглядов широкими массами, конкретных состояний общественного сознания. Проблема структуры общественного сознания привлекает к себе все большее внимание ученых в нашей стране и в других странах социалистического содружества. Из советских ученых ее исследуют Г. М. Гак, В. Ж. Келле, В. А. Ядов, В. В. Журавлев, Г Я. Нестерен- ко и другие специалисты в области общественных наук. Пристальное внимание к этой проблеме связано и с тем, что традиционные представления о структуре общественного сознания как совокупности идеологических форм являются недостаточными. Они не соответствуют тем данным, которыми располагает современная наука о явлениях духовной жизни общества. Так, изучение общественной психологии привело к осознанию того, что сведение общественного сознания к одной лишь идеологии, как это часто делалось, обедняет анализ духовной жизни общества и что необходимо включить общественную психологию в структуру общественного сознания. 3
Пристальное внимание к проблеме структуры общественного сознания связано также и с тем, что от разрешения ее во многом зависит разработка учения об общественном сознании в целом. Исследование этой проблемы оказывает помощь при анализе законов развития общественного сознания, при проведении идейно-воспитательной работы в обществе. При изучении таких явлений духовной жизни общества, как общественное мнение, традиции, социальные нормы поведения людей, необходимо исходить из определенного понимания структуры сознания и места в этой структуре данных духовных образований, иначе нельзя раскрыть их специфику. Что же следует понимать под структурой общественного сознания? Этот вопрос один из самых сложных и трудных в учении об общественном сознании. Правда, на первый взгляд может показаться, что здесь нет ничего трудного. Известно, что в науке уже выработано понятие структуры материальных тел1 и в какой-то степени можно использовать это понятие при анализе структуры общественного сознания. Под структурой принято понимать прежде всего расчлененность объекта на элементы, его строение, а также связь элементов, их взаимодействие 2. Такое понимание структуры в общем приемлемо и при анализе общественного сознания, поскольку здесь также идет речь о расчлененности данного духовного образования, о выделении наиболее устойчивых его элементов, уровней сознания, их взаимосвязи и т. д. Но этим аналогия между структурой материальных систем и общественного сознания и ограничивается. Структура общественного сознания имеет качественное своеобразие, определяемое спецификой данного духовного образования. Это своеобразие сказывается уже в употреблении категорий для характеристики строения общественного сознания. Так, хотя иногда и исполь- 1 См. В. И. Свидерский. О диалектике элементов и структуры п объективном мире и в познании. М., 1962; И. Ф. Овчинников. Понятие материи и современные знания о ее структуре. — «Вопросы философии», 1963, № 11; «Проблемы исследования систем и структур», [сб.]. Материалы конференции. М., 1965. 2 «Понятие структуры той или иной системы охватывает не только ее строение, но и ее изменения, взаимодействия, все ее поведение и развитие в целом» (М. Ф. Веденов, В. И. Кремянский. О специфике биологических структур. — «Вопросы философии», 1965, № 1, стр. 84). 4
зуется при расчленении общественного сознания категория «часть», но вряд ли она применима к данному духовному образованию. Здесь аналогия строения сознания со строением материальных систем идет дальше, чем это допустимо. Философию, например, нельзя назвать «частью» сознания, ибо последнее не разделяется на дискретные элементы в том понимании, как это имеет место в материальных системах1. Она скорее является видом сознания, его мировоззренческой стороной. Для характеристики строения общественного сознания больше подходят такие категории, как «вид» сознания, «уровень сознания», «состояние сознания» и др. При выявлении качественных особенностей структуры общественного сознания мы исходим из того, что общественное сознание отражает материальный мир и проявляет себя через многообразные идеи, представления, взгляды, настроения людей. И какие бы идеи, представления и взгляды людей мы ни взяли, уже по их содержанию мы можем в определенной мере судить о духовном мире данного общества. Сознание как целое обнаруживает свою специфику через конкретные проявления. Последние и составляют его структурные образования. Во всех структурных образованиях мы имеем дело как бы со всем общественным сознанием, обнаруживающим себя с той или иной стороны, на том или ином уровне отражения действительности, сохраняющим то или иное состояние и т. д. Проявления общественного сознания и его структурные образования определяются общественным бытием, что также составляет специфическую особенность структуры сознания. Структура общественного сознания более конкретно определяется структурой общественных отношений, господствующих в обществе. Чем многообразнее общественные отношения, тем богаче и соответствующая им структура общественного сознания. Конечно, между видами общественных отношений и духовными образо- 1 «Общественное сознание, — отмечает М. С. Даниелян, — принципиально нельзя «разложить по полочкам», рассечь на части в том смысле и таким образом как это можно сделать с материальным веществом, и тем более невозможно определить местонахождение этих частей...» (М. С. Даниелян. К вопросу о структуре общественного сознания. — «Историко-филологический журнал» (Ереван), 1966, №2 (33), стр. 117). 5
ваннями нет полного соответствия, но в принципе раскрыть структуру общественного сознания можно лишь через анализ системы общественных отношений и потребностей, вызвавших к жизни данные отношения, а следовательно, и соответствующих идей, взглядов, чувств, с помощью которых реализуются общественные отношения. Поскольку в разные исторические эпохи общественные отношения существенно изменяются, то и структура общественного сознания претерпевает от эпохи к эпохе серьезные преобразования. При выяснении качественных особенностей структуры сознания данного общества важно учитывать эти изменения, сопоставляя их не только со структурой материальных систем, но и со структурой сознания другой исторической эпохи. Скажем, структура общественного сознания при социализме имеет существенные отличия от структуры сознания прошлых эпох. Раскрытие качественного своеобразия структуры сознания социалистического общества, как и сознания других обществ, наталкивается на серьезные трудности, которые связаны прежде всего с пониманием сознания как явления общественной жизни. В самом деле, общественное сознание выступает, с одной стороны, как процесс отражения действительности, а с другой— как определенный результат отражения, как его продукт, воздействующий на общественное бытие. Структура сознания в этих случаях будет различной. В первом случае она складывается в зависимости от предмета отражения и от способа отражения, а во втором — в зависимости от видов деятельности людей и их общественных отношений, на обслуживание которых направлены различные представления и взгляды, идеи и теории. В первом случае в структуре выделяются образования, различающиеся своими особенностями отражения, а во втором — образования, различающиеся по своим общественным функциям. Трудности анализа особенностей структуры общественного сознания связаны и с тем, что в учении об общественном сознании бытует немало положений, требующих уточнения. Например, нередко содержание общественного сознания, на наш взгляд, неправомерно сужается. Это сужение идет по линии, во-первых, разграничения «сознания вообще» и «общественного созна- 6
ния»\ во-вторых, сведения общественного сознания к идеологии2, в-третьих, различения широкого и узкого смысла общественного сознания3, в-четвертых, отождествления общественного сознания с познанием 4. Несомненно, что сужение содержания общественного сознания приводит к обеднению его структуры. Скажем, если общественное сознание сводится лишь к идеологии, то из его структуры выпадают общественная психология и наука. Или рассмотрение сознания в широком и узком смысле слова предполагает по сути дела две структуры: многообразную, полную и урезанную, сокращенную. Общественное сознание в широком смысле представляется как сумма всех идей, взглядов, теорий данного общества, совокупность всего того, что является отражением жизни общества в сознании как его отдельных представителей, так и всего общества. В узком же смысле общественное сознание трактуется лишь как отражение экономического строя общества. Понятно, что структура общественного сознания, понимаемого в узком смысле слова, будет во многом отличаться от структуры того же общественного сознания, но понимаемого уже в широком смысле слова. Все это говорит о тех трудностях, с которыми связано исследование структуры общественного сознания. Целью данной работы является главным образом выяснение методологических принципов изучения общественного сознания, его структуры. В ней подробно не рассматриваются определенные структурные образования сознания. Такую задачу ставят перед собой специальные общественные науки: государственно-правовая наука, этика, эстетика, социальная психология и другие, имеющие своим предметом те или иные области общественной жизни. Изучая политическое сознание, правосознание, нравственное сознание и другие виды сознания, специальные общественные науки нуждаются в научной методологии анализа духовных явлений, основные положения которой призвана разрабатывать философия. Некоторые из них, в особенности принцип многообразия 1 См. В. П. Тугаринов. О сознании и общественном сознании.— «Вестник ЛГУ», вып. 3. Серия общественных наук, 1955, № 9. 2 См. В. В. Журавлев. О специфике форм общественного сознания. — «Ученые записки кафедры философии Ростовского-иа-Дону педагогического института», вып. I (XXV), 1957. 3 См. «Исторический материализм». М., 1954. 4 См. «Формы общественного сознания». М., 1960. 7
аспектов научного исследования структуры общественного сознания, и обосновываются в работе. В связи с обоснованием принципа многообразия аспектов научного исследования структуры общественного сознания предпринимается попытка рассмотреть, насколько это представлялось возможным, структуру сознания по преимуществу в плане социологическом. Выбор данного аспекта связан с тем, что он до сих пор не занял подобающего ему места в научном исследовании духовной жизни, но именно он, по нашему убеждению, позволяет глубже проникнуть в сложную структуру общественного сознания и раскрыть активную роль последнего в жизни общества.
глава i Методология изучения общественного сознания и его структуры Понимание природы общественного сознания, его структуры, общих и специфических закономерностей развития, роли сознания в деятельности людей во многом зависит от методологии, т. е. от самого способа рассмотрения, подхода, истолкования явлений духовной жизни общества. Философская методология является своеобразной ариадниной нитью процесса познания, позволяющей исследователям определять свой путь и находить средства для преодоления встречающихся на нем трудностей. Важная роль методологии в процессе познания духовных явлений обусловливает постоянную потребность философии в обогащении уже установленных и в обосновании новых принципов, вытекающих из опыта познания действительности 1. 1 Основополагающий принцип изучения общественного сознания Данный принцип изучения общественного сознания связан с решением вопроса об отношении сознания к бытию, духа к природе. В предисловии Маркса к работе «К критике политической экономии» решение 1 Вопросы методологии изучения общественного сознания рассматриваются в работах: В. А. Ядов. Некоторые методологические предпосылки эмпирического исследования социальной обусловленности общественного сознания. — «Человек и общество», [сб.]. Л., 1966; М. X. Игитханян. Теория познания и исследование общественного сознания. — «Диалектика материальной и духовной жизни общества в период строительства коммунизма», [сб.]. М., 1966; М. С. Даниелян. К вопросу о структуре общественного сознания. — «Историко-филологический журнал», 1966, № 2 (33); «Historicky materialismus. Me- todologicke a teoreticke problemy». Ved. redaktor D. Prokop. Praha. 1965; /7. Я. Велчев. Философски и социологически проблеми на со- циалистнческото съзнанис (някои методологически постановки).— «Годишник на катедрнте по марксизъм-ленинизъм при висшите учебни заведения», кн. 1—2. София, 1964. 9
его сформулировано следующим образом: «Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание» 1. Это положение и выступает основным методологическим принципом познания духовной жизни, ибо оно выражает собой суть материалистического понимания истории. Материалистическое понимание истории противоположно идеалистическому пониманию, идеалистическому подходу к жизни людей. Сторонники последнего придерживаются того взгляда, что сознание людей лежит в основе всех социальных процессов. Под сознанием понимается то «дух», «разум» вообще, то сознание отдельных индивидов, составляющих общество, то общественное сознание. Категорию «общественное сознание» впервые стали употреблять классики марксизма. Что же касается буржуазной общественной науки, то она употребляла в значении общественного сознания такие категории, как «общественное мнение», «национальный дух», «народный дух». Например, сторонники немецкой «исторической школы» широко пользовались понятиями «национальный дух» и «народный дух» при разработке теории государства и права. В 60—70-х годах XIX в. принцип «национального духа» рассматривался в буржуазной общественной науке как всеобщий принцип истории. Сторонники этой концепции полагали, что общественная жизнь не подчиняется общему принципу причинности, а имеет свою особую, «психическую причинность». Общественные связи между людьми они сводили к психическим связям, а социальную психологию выдавали за единственную науку, призванную объяснить историю2. Буржуазная общественная наука неправильно решала вопрос о соотношении общественного сознания и общественного бытия. Исходя из принятой ею посылки, что все связи и отношения между людьми — это явления духовного порядка, она утверждала, что общественное сознание базируется лишь на такого рода связях и отношениях членов общества. Исследователи, руководствуясь таким пониманием общественной жизни, не имели объективного критерия для анализа эволюции 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 13, стр. 7. 2 См. Б. Д. Парыгин. Социальная психология как наука. Л., 1967, стр. 23-39. 10
общественного сознания, не могли определить и самое явление. Так, немецкий психолог и социолог В. Вундт, разрабатывая психологию народов, относил к общественному сознанию верования, обычаи, язык и другие духовные продукты, возникающие, согласно его представлениям, только в процессе духовного общения 1. Попытки определить общественное сознание, не соотнося его с общественным бытием, не приводили к положительному результату, ибо лишали общественное сознание материальной основы и объективного содержания. Современная буржуазная социология, как и социология в прошлом, стоит на позициях идеалистического понимания истории и также не разработала научных принципов изучения общественного сознания. Подтверждением тому могут служить взгляды психологической школы в социологии, занимающей в ней ведущее место2. Представители этой школы (Богардус, Олпорт, Аш и др.) при анализе социальных процессов исследуют лишь идеальные побудительные мотивы поведения людей, игнорируя при этом их материальные отношения, социальное бытие. Для них социальное бытие не есть нечто независимое от сознания людей. Напротив, оно оказывается в зависимости от восприятия и отношения к нему субъекта. Психологическая школа в социологии сохраняет свое влияние в буржуазном мире. И все же в современную эпоху трудно защищать открыто идеалистический взгляд на соотношение общественного бытия и общественного сознания как в силу явного противоречия подобных взглядов историческим фактам, показывающим социальную обусловленность сознания, так и вследствие развития научного знания. Положение исторического материализма об определяющем значении общественного бытия по отношению к общественному сознанию получает все большее распространение в умах людей. В этих условиях своеобразной реакцией на марксистское учение об общественном сознании, его происхождении и развитии в зависимости от общественного бытия явилась социология знания или 1 См. В. Вундт. Очерк психологии. СПб., 1897. 2 Ю. А. Замошкин. Проблема общественного сознания и теории социальной психологии. — «Исторический материализм и социальная философия современной буржуазии», [сб.]. М., 1960, стр. 421. И
познания, становящаяся одним из ведущих Направлений буржуазной социологии1. Сторонники этого направления (Э. Дюркгейм, М. Шелер, К. Маннгейм, П. Сорокин, В. Штарк, Ж. Маке и др.) не только не отрицают обусловленности общественного сознания, но, напротив, считают основной задачей социологии познания раскрытие детерминации знания условиями социального существования. «Социология познания, — писал один из родоначальников этого направления, немецкий социолог К. Маннгейм,— исследует взаимоотношения между познанием и бытием»2. Она стремится, по его мнению, к истолкованию теорий и их производных в теснейшей связи с социальными группами и типичными всеобщими социальными ситуациями, в которых эти теории рождаются и произведением которых они являются. По словам другого немецкого социолога — М. Ше- лера, социология познания призвана изучать «фундаментальный факт: социальную природу всякого знания, всякого сохранения и передачи знания, его методического расширения и развития»3. Американский буржуазный социолог Р. Мертон в книге «Социальная теория и социальная структура» дает краткое изложение концепций основных представителей социологии познания. При этом он указывает, что социология познания призвана дать ответы на такие вопросы: каков реальный (социальный и культурный) базис продуктов мыслительной деятельности? Какие именно продукты мыслительной деятельности подвергаются социологическому анализу? Как продукты мыслительной деятельности связаны с реальным базисом?4 У представителей буржуазной социологии познания нет 1 Критику основных положений буржуазной социологии познания см. в работах: Н. В. Мотрошилова. О современной буржуазной социологии познания. — «Марксистская и буржуазная социология сегодня». М., 1964; Л. Е. Хоруц. Критика теоретических основ буржуазной ссоциологии познания». — «Вопросы философии», 1964, № 3; В. Сергеев. Социология К. Маннгейма. — «Под знаменем марксизма», 1931, № 1—2. 2 К. Mannheim. Ideology and Utopia. An Introduction to the Sociology of Knowledge. Harcourt Brace, 1936, p. 237. 3 M. Scheler. Gesammelte Werke, Bd. 8, 2. Aufl. Bern — Munchen, 1960, S. 17. 4 R. Merton. Social Theory and Social Structure. The Free Press. Glencoe, 1957, p. 460—461. 12
единой точки зрения по этим важным вопросам. Объединяет их, пожалуй, лишь то, что они решают проблему социальной обусловленности познания с позиций идеализма. В чем суть их ответов на указанные вопросы? Под реальным (социальным) базисом продуктов мыслительной деятельности людей они понимают самые различные явления социальной жизни общества: класс, поколение, профессиональную группу, этническую целостность, структуру власти и т. д. Но при этом они обходят вопрос о роли материального производства, экономических отношений людей как главного фактора, определяющего в конечном счете содержание мыслительной деятельности. Если и называются экономические отношения в числе реальных факторов общественного развития, то их значение нивелируется в ряду других общественных отношений. Так, К. Маннгейм специально оговаривается, что в его представлении социальное бытие не сводится к экономическим отношениям и последние вообще не являются определяющими. Сторонники социологии познания подвергают анализу такие продукты мыслительной деятельности, как идеологии, политические теории, ценности, идеалы и т. д. К примеру, М. Шелер подвергает социологическому анализу «объективный дух», т. е. смысловое содержание, воплощенное либо в материальной форме, либо в виде специфически человеческой психической деятельности. Формами его выступают произведения искусства, язык, письменность, нравы, обычаи, обряды и соответствующие типы группового сознания. Ценности, идеалы, идеи и т. п., являющиеся продуктом деятельности интеллектуальной элиты и выраженные в соответствующих формах, также должны быть подвергнуты социологическому анализу К Как же сторонники социологии познания понимают связь «объективного духа» с социальным бытием? Связь между социальным бытием и продуктами мыслительной деятельности они понимают крайне ограниченно. Одни из них считают, что познающий субъект никакого социального влияния не испытывает2. Обще- 1 М. Scheler. Gesammelte Werke, Bd. 8, 2. Aufl. 2 Стремление к знанию, согласно взглядам Шелера, «вырастает из врожденного импульса, который присущ не только человеку, но и всем высшим позвоночным животным, особенно человекообразным обезьянам» (М. Scheler. Gesammelte Werke, Bd. 8, 2 Aufl., S. 65). 13
ство воздействует лишь на процесс распространения знаний, выработанных элитой, среди масс. Другие же соглашаются признать влияние общества на идеологию, религию, но полагают, что «чистое знание», «чистая наука» не испытывают социального воздействия \ а если и испытывают, то определить его очень трудно. Последнего взгляда придерживается, в частности, бельгийский социолог Ж. Маке. Он подразделяет духовную деятельность на две области: область научного знания и область, не являющуюся таковой, которая включает в себя философию, этику, литературу, религиозные верования и т. д. Если продукты деятельности, относящиеся ко второй области, обусловлены классовыми интересами, то социальную детерминацию естествознания, экспериментальных наук установить трудно2. В действительности, конечно, социально детерминирована не только идеология, но и наука. Детерминированность последней, в особенности естествознания, выражается в том, что ее развитие определяется потребностями и интересами материального производства. Вся история естествознания является ярким подтверждением того, что становление и развитие различных отраслей знания о природе вызывалось насущными потребностями производства. В современных условиях превращение науки в непосредственную производительную силу еще больше подчеркивает социальную обусловленность данной формы духовной деятельности. Ограниченность понимания сторонниками буржуазной социологии познания связи между социальным бытием и духовной деятельностью сказывается и в ряде других моментов, например в механическом понимании причинно-следственной связи между социальным базисом и сознанием, в сведении реального базиса сознания лишь к культурному базису, под которым разумеются духовные ценности, тип культуры, народный дух, виды общественного мнения и т. д. * В марксистской литературе довольно обстоятельно показана несостоятельность взглядов буржуазных социологов познания по названным вопросам, поэтому мы не будем сколько-нибудь подробно на них останавли- 1 A. Schelting. Max Webers Wissenschaftslehre. Tubingen, 1934, S. 86. 2 /. Maquet. The Sociology of Knowlege. Boston, 1951. 14
ваться. Обратим лишь внимание на понимание причинно- следственной связи между социальным бытием и сознанием. Маннгейм утверждает, что отношение между условиями, которые «определяют», и сознанием, которое «определяется» условиями, не является в полном смысле причинным отношением. Оно представляет собой некую неопределенную форму связи. Неопределенность проявляется в том, что идеи могут иметь внесоциальное содержание, которое нельзя свести к социально-классовым интересам. Классы и группы предопределяют лишь стиль мышления, но не содержание идей и взглядов. Маннгейм понимает причинную связь между социальным бытием и сознанием как выражение интересов и целей класса в сознании каждого из его представителей. Поскольку же этого не наблюдается в жизни, то он и выступает против каузальности при рассмотрении соотношения социального бытия и сознания. В то же время он утверждает, что принадлежность индивида к определенной группе приводит к фатальной предопределенности его мышления положением его группы. Индивид якобы неотделим от группы, внутри которой он «мыслит и действует»*. Мышление его жестко связано с сознанием группы, под которым разумеется непосредственное осознание группой своей социальной ситуации. Все это свидетельствует о противоречивости и непоследовательности взглядов Маннгейма по вопросу о связи между социальным бытием и сознанием. С его точки зрения связь социального и идеального, с одной стороны, не может быть представлена как причинно- следственное отношение, поэтому он упрекает Маркса за то, что последний в духе этого принципа обосновывает связь между общественным бытием и общественным сознанием. А с другой стороны, сам он в духе механистически понятой причинности истолковывает связь между мышлением индивида и сознанием группы, и всю зависимость сознания от социального бытия сводит, по существу, к зависимости сознания индивида от положения группы, ее социальной ситуации. Нередко критики марксизма отождествляют взгляды Маннгейма по вопросу о связи социального бытия и coze Mannheim. Ideology and Utopia.., p. 25. 15
знания со взглядами Маркса. Так, Мертон отмечает, что Карл Маркс показал, в сколь большой мерс экономическая и политическая ситуация группы определяет характер мышления этой группы К Затем он излагает маннгеймовское понимание зависимости сознания индивида от положения группы, в которой он действует, и приписывает марксизму характерное для социологии познания Маннгейма понимание идеологии как непосредственного осознания группой своей социальной ситуации. Все это понадобилось Мертону для того, чтобы выдать противоречивость взглядов Маннгейма за несостоятельность взглядов марксизма по вопросу о соотношении общественного бытия и общественного сознания. Правда, при этом американский социолог признает несомненную заслугу марксизма в разработке проблем социологии познания и социологии науки, но он отвергает его как цельное учение об общественном сознании. И это понятно: идеалистический подход к проблемам познания несовместим с подходом материалистическим. Поэтому, как бы много ни говорили о социальной обусловленности сознания, они не вкладывают в понятие «социальное бытие» научного содержания, ибо не видят главного, определяющего в нем — производства материальных благ. Буржуазная социология познания, как отмечалось, — крайне неоднородное явление. Хотя ее сторонники и провозглашают данный вид социальной теории наукой о детерминации знания условиями социального существования, но далеко не все школы занимаются действительно исследованием этой проблемы. Так, американская социологическая школа в этой области непосредственно не ставит перед собой задачу разработки такой проблемы. Один из ее главных представителей, П. Сорокин, реальный базис сознания свел по существу лишь к культурным предпосылкам или социокультурным факторам. В своем четырехтомном труде «Социальная и культурная динамика» он анализирует зависимость познания от культурных предпосылок, под которыми разумеет прежде всего «системы идей», философские категории, общественно-политические теории и другие духовные образования и устанавливает логическое со- 1 R. Merton. Social Theory and Social Structure, p. 462. m
ответствие между «системами истины» и системами знания К В настоящее время в американской социологии познания отдается предпочтение исследованию вопросов распространенности идей и взглядов, систем мышления и мнений, другими словами, изучению степени информированности массовой аудитории в сравнении с вопросами о социальной обусловленности этих явлений. Но было бы неправильно, конечно, утверждать, что американские социологи не выражают своего отношения к вопросам социальной обусловленности сознания. Такие представители американской социологии, как Т. Пар- сонс2 и Р. Мертон3, в своих работах придают большое значение вопросам социологического анализа систем идей в обществе и утверждают, что системы идей являются функционально независимыми от экономической и политической структуры общества. Они, следовательно, пошли не по пути преодоления ограниченности взглядов Шелера, Маннгейма, Дюркгейма и других представителей классической социологии познания, настаивавших на социальной обусловленности познания, а по пути отказа от такой обусловленности. Это является прямым свидетельством невозможности с позиций идеализма научного решения проблемы соотношения общественного бытия и общественного сознания. Критикуя взгляды Шелера и Маннгейма, Н. В. Мотрошилова справедливо заметила: «Социология познания Шелера и Маннгейма оказалась бессильной выработать точные методологические рекомендации, которые позволили бы на научной основе связать различные формы и комплексы знаний с соответствующими им конкретными социальными условиями»4. Это замечание может быть отнесено в равной мере к современным американской и другим школам буржуазной социологии познания. Отстаивая материалистическое решение вопроса о соотношении общественного бытия и общественного сознания, марксисты критиковали и критикуют и тех, кто 1 P. Sorokin. Social and Cultural Dynamics, 4 volums American Book, 1937—1941. 2 T. Parsons. The Social System. Free Press, Glencoe, 1952. 8 R. Merton. Social Theory and Social Structure. 4 H. В. Мотрошилова. О современной буржуазной социологии познания. — «Марксистская и буржуазная, «социология сегодня», стр. 418. ^'"* п
признает материализм, но непоследовательно его проводит. Известно, что такую непоследовательность в свое время проявлял К. Каутский, признававший зависимость сознания от бытия, но отрицавший в то же время, что общественное сознание есть отражение общественного бытия!. Неправильное понимание марксистского положения о соотношении общественного бытия и общественного сознания рельефно выражено и в высказываниях Л. Аксельрод. Так, в работе «Философские очерки» Л. Аксельрод, излагая взгляды Маркса и Энгельса, противопоставляла «зависимость содержания сознания от реального бытия и развития существующего вне нас объективного мира»2 (которую она признает) отражению объективного мира в нашем сознании, извращая тем самым марксистское понимание этого вопроса. Противопоставление положения об «отражении» сознанием бытия положению о «зависимости содержания» сознания от реального бытия неправомерно, ибо первое лишь дополняет, а не исключает второе. Оно позволяет глубже понять взаимоотношение бытия и сознания. В самом деле, если бы сознание не было по своей природе отражением, то было бы трудно обнаружить и зависимость сознания от реального бытия. Ведь суть идеального в том и состоит, что оно есть отражение или выражение материального. Маркс и Энгельс не только не отрицали такой природы идеального, сознания, но впервые и определили ее. Сознание, утверждали они в «Немецкой идеологии», «никогда не может быть чем-либо иным, как осознанным бытием...»3. «Господствующие мысли,— писали они в той же работе, — суть не что иное, как идеальное выражение господствующих материальных отношений, как выраженные в виде мыслей господствующие материальные отношения...»4 Классики марксизма стоят на точке зрения отражения действительности в сознании человека. Это видит и Л. Аксельрод, но делает оговорку: «Маркс и Энгельс 1 См. «Исторический материализм», [сб.], 1919. Критику этих взглядов см. Г. М. Гак. Учение об общественном сознании в свете теории познания. М., 1960, стр. 59—60. 2 Л. Аксельрод. Философские очерки, изд. 4. М. — Л., 1925, стр. 164. 3 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 25. 4 Там же, стр. 46. 19
слово «отражение» употребляли не в прямом, а в переносном смысле. Иное дело зависимость идей от вещей, а иное дело точное отражение их в мозгу как в зеркале...»1 Материалистической теории познания чуждо вульгарное понимание отражения, отражения в мозгу как в зеркале, поэтому из ее сути никак не может вытекать противопоставление «зависимости» идей от бытия «отражению» бытия в идеях, и его не допускали классики марксизма. В современных условиях ленинское положение об общественном сознании как отражении общественного бытия прочно вошло в науку. Однако до сих пор по вопросу о том, как же соотносится данное положение с принципом об определении общественным бытием общественного сознания, высказываются различные точки зрения. Развернулась дискуссия о понимании основополагающего методологического принципа изучения духовной жизни общества. В. П. Тугаринов предлагает различать «сознание вообще» и «общественное сознание». «К сознанию вообще,— пишет он, — относятся всякие мысли об окружающем, а не только об обществе». Имеются при этом в виду мысли о природе, «которые нельзя отнести к общественному сознанию, согласно определению последнего как отражения общественных отношений»2. Различая сознание о природе и сознание об обществе, В. П. Тугаринов первое из них не включает в категорию «общественное сознание», ибо усматривает в этом противоречие уже данному определению этой категории как «отражению общественного бытия». Тезис В. И. Ленина об отражении общественным сознанием общественного бытия вряд ли будет правильным принимать за определение категории «общественное сознание» и по данной причине не включать в ее содержание сознание о природе. Ленинское положение не дает оснований сводить общественное сознание, т. е. сознание общества, к сознанию об обществе, т. е. к само- 1 Л. Аксельрод. Философские очерки, стр. 164. 2 В. П. Тугаринов. О категориях «общественное бытие» и «общественное сознание». — «Вопросы философии», 1958, № 1, стр. 25. См. также В. П. Тугаринов. Соотношение категорий исторического материализма. Л., 1958. 19
сознанию общества. А такое сведение как раз и харак^ терно для суждений В. П. Тугаринова '. Возникает вопрос: почему же рассмотрение общественного сознания лишь в плане отражения общественного бытия приводит некоторых философов к сужению содержания общественного сознания, т. е. к выключению из него сознания о природе? Одна из причин сужения содержания общественного сознания состоит, на наш взгляд, в одностороннем толковании основополагающего методологического принципа анализа сознания. В сто толковании крен делается в сторону рассмотрения сознания как отражения общественного бытия и упускается из виду то, что общественное сознание определяется общественным бытием. Все внимание исследователей сосредоточивается на самом факте отражения и в должной мере не учитывается, что отражение осуществляется в конкретных общественных условиях, через призму определенных интересов и т. д., т. е. не учитывается определяющая роль общественного бытия по отношению к общественному сознанию. Классики же марксизма-ленинизма выяснению такой зависимости придавали первостепенное значение. \ Маркс и Энгельс в «Немецкой идеологии» показали, что сознание «с самого начала есть общественный продукт и остается им, пока вообще существуют люди»2. Основой, на которой возникает и развивается сознание, является материальная практика людей. При этом классики марксизма не отделяли сознание о природе от сознания об обществе, ибо основа возникновения у данных видов сознания одна — деятельность людей. Даже ««чистое» естествознание, — отмечали они, — получает свою цель, равно как и свой материал, лишь благодаря 1 Подобные взгляды разделяет, например, и болгарский философ П. И. Велчев. В статье «Философские и социологические проблемы социалистического сознания (некоторые методологические постановки)» он различает три вида сознания: сознание вообще, являющееся отражением бытия вообще, природное сознание как отражение природного бытия и общественное сознание — отражение общественного бытия. Сознание вообще включает в свое содержание как природное, так и общественное сознание (П. И. Велчев. Философски и социологически проблеми на социалистическото съзнание (някои методологически постановки). — «Годишник на катедрите по марксизъм-ленинизъм при висшите учебни заведения», кн. 1—2, стр. 3—62). 2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 29. 20
Торговле и промышленности, благодаря чувственной деятельности людей» 1. Деятельность людей по изменению природы порождает естествознание, а не природа, как таковая. Поэтому последняя, хотя и отражается в сознании людей, как и ее свойства, закономерности развития, но о сознании природы мы не можем судить, отвлекаясь от его социальной обусловленности. Только принимая во внимание потребности общества в познании природных явлений, уровень развития общества, его общественный строй, мировоззрение классов, воздействующих на познание, другими словами, только принимая во внимание общественную обусловленность познания природы, мы можем правильно судить о нем. Такой подход позволяет увидеть, что между сознанием о природе и сознанием об обществе нет принципиальных различий в плане отражения. Как одно, так и другое сознание является продуктом общества, зависящим от последнего. Сознание является продуктом общества, и в этом смысле оно выступает как общественное сознание. В этом качестве оно противостоит общественному бытию как вторичное, производное от него образование, как осознание, отражение бытия людей, «а бытие людей есть реальный процесс их жизни»2. ^— За последние годы понимание общественного сознания как продукта общества, как духовного образования, включающего в свое содержание и естествознание, получило широкое распространение3. Однако толкование термина «общественное сознание» до сих пор остается неопределенным, поскольку все еще сохраняется понимание общественного сознания и в узком смысле слова, как осознания лишь материальных общественных отношений. При рассмотрении общественного сознания важное значение имеет понимание общественного бытия, ибо от этого зависит в свою очередь понимание содержания, вкладываемого в общественное сознание. Болгарский философ И. Шипски подсчитал, что у 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 43. 2 Там же, стр. 25. 3 См. В. Ж. Келле, М. #. Ковальзон. В. И. Ленин о соотношении общественного бытия и общественного сознания. — «Великие идеи В. И. Ленина претворяются в жизнь», [сб.]. М., 1961; «Основы марксистской философии». М., 1962, стр. 530. 21
философов-марксистов встречается шесть различных толкований категории «общественное бытие». В работе Ст. Попова «Причинность в обществе» рассматриваются все шесть определений категории «общественное бытие» К Мы не будем повторять сказанное в названном исследовании, отметим лишь, что в философской литературе наряду с правильным, на наш взгляд, пониманием категории «общественное бытие» существуют две крайности: одна из них состоит в сужении понятия «общественное бытие», в сведении его лишь к совокупности производственных отношений, а другая, напротив, состоит в непомерном ее расширении, во включении в это понятие явлений, не относящихся к общественному бытию. Сведение общественного бытия к совокупности производственных отношений нередко подкрепляется ссылками на работы В. И. Ленина, в частности на «Три источника, три составных части марксизма» и «Карл Маркс», где экономический строй общества рассматривается как та основа, на которой вырастают явления общественного сознания. Но вряд ли будет правильным утверждать, что Ленин отождествлял понятие «общественное бытие» с понятием «экономический строй общества». В его работах встречаются и другие высказывания, которые позволяют судить о том, что экономический строй лишь в конечном счете определяет сознание людей, но не исчерпывает собой содержание «общественного бытия». Так, в книге «Материализм и эмпириокритицизм» В. И. Ленин, раскрывая содержание общественного бытия, складывающегося независимо от общественного сознания, писал: «Из того, что вы живете и хозяйничаете, рожаете детей и производите продукты, обмениваете их, складывается объективно необходимая цепь событий, цепь развития, независимая от вашего общественного сознания, не охватываемая им полностью никогда. Самая высшая задача человечества — охватить эту объективную логику хозяйственной эволюции (эволюции общественного бытия) в общих и основных чертах с тем, чтобы возможно более отчетливо, ясно, критически приспособить к ней свое общественное сознание и сознание передовых классов всех капиталистических 1 См. Ст. Попов. Причинността в обществото. София, 1964, стр. 109—131. 22
стран»1. Видимо, нет необходимости отсылать к другим трудам Ленина, поскольку приведенное высказывание позволяет понять, что он не ограничивался при анализе общественного бытия характеристикой лишь экономического строя. Сведение общественного бытия к совокупности материальных производственных отношений приводит и к сужению содержания общественного сознания. За его пределами оказывается не только естествознание, но и многие другие духовные образования, не являющиеся отражением в умах людей существующих производственных отношений. Общественное сознание сводится по существу к идеологии общества. Другую крайность в понимании общественного бытия составляет расширительное его толкование. В конце 50-х годов на страницах журнала «Вопросы философии» происходила дискуссия по вопросу о соотношении общественного бытия и общественного сознания, которая обнаружила, что отдельные философы склонны включать в категорию «общественное бытие» всю реальную практическую жизнь и деятельность людей2. Такая расширительная трактовка понятия «общественное бытие» не нашла поддержки в ходе дискуссии, ибо стирала всякую грань между материальными и идеологическими отношениями, между базисными и надстроечными явлениями в обществе, но отдельные высказывания в ее поддержку встречаются и поныне3. По своему содержанию такого рода высказывания неправильны, но они, как нам представляется, являются своеобразной реакцией на сведение общественного бытия к производственным отношениям, на утверждение о том, что общественное сознание отражает только производственные отношения. В ходе дискуссии о соотношении общественного бытия и общественного сознания высказывались и правильные, на наш взгляд, суждения по вопросу о содержании категории «общественное бытие»4. Обществен- 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 18, стр. 345. 2 См. «Вопросы философии», 1958, № 1, стр. 21. 3 Так, В. Г. Иванов и И. В. Рыбакова в работе «Очерки марксистско-ленинской этики» пишут, что «нравственность есть сторона поведения и потому входит в понятие общественного бытия...» (Л., 1963, стр. 28). 4 См. Г Е. Глезерман. К вопросу о понятии «общественное бытие». — «Вопросы философии», 1958, № 5, стр. 117—126. 23
ное бытие — это область материальных отношений, т. е. таких, которые при своем складывании не обязательно должны проходить через сознание людей. В отличие от отношений надстроечных они могут складываться независимо от воли и сознания людей. К такого рода отношениям относятся прежде всего экономические отношения, т. е. отношения между людьми, складывающиеся в процессе совместного производства, обмена и распределения продуктов. К ним относятся и отношения людей к природе, которые становятся возможными благодаря существованию отношений между людьми. В понятие «общественное бытие» включаются все виды общественных отношений, являющиеся по своему характеру материальными. Понятие общественного бытия является очень емким, богатым по своему содержанию. Раскрывая его содержание, важно анализировать материальные элементы и семейных, и жилищных, и бытовых, и иных отношений, связанных с повседневными условиями жизни людей. Понимание общественного бытия как области материальных отношений людей позволяет, на наш взгляд, правильно подойти к раскрытию содержания общественного сознания, т. е. не сводить его к общественной идеологии. В самом деле, если общественное бытие включает в себя не только производственные отношения между людьми, но и отношения их к природе, то эти последние найдут отражение в сознании, и знание о природе нельзя будет исключить из общественного сознания. Природа, точнее, та ее часть, которая включена в общественную практику, выступает одной из сторон жизни общества. Природа для человека выступает, по выражению Маркса, как «историческая природа». В этом смысле отражение «исторической природы» является и отражением бытия людей, т. е. их связей с природой. Понимание общественного бытия как области материальных отношений позволяет рассматривать положения «общественное бытие определяет общественное сознание» и «общественное сознание есть отражение общественного бытия» как две неразрывно связанные между собой стороны основополагающего методологического принципа анализа общественного сознания. Обоснование этой мысли дано в книге Г М. Гака «Учение об общественном сознании в свете теории познания». Правда, Г М. Гак, стремясь защитить от извращений важ- 24
нсйший методологический принцип марксизма в своей аргументации допускает, на наш взгляд, неточность. Согласно его пониманию, в положении «общественное бытие определяет общественное сознание» слово «определяет» выражает не только отношение причины к своему следствию. Для того чтобы яснее выразить свою мысль, он сравнивает отношение между общественным бытием и общественным сознанием, с одной стороны, и отношение между производительными силами и производственными отношениями — с другой, и говорит: «В последнем случае понятие «определяет» означает производящую причину — и только; в первом же случае оно означает также отражение» К Истолковав таким образом термин «определяет», Г. М. Гак снял определенное различие между положениями «общественное бытие определяет общественное сознание» и «общественное сознание есть отражение общественного бытия» ценой их отождествления. Но они не тождественны между собой, так же как и термин «определяет» имеет иной смысл, чем термин «отражает». Отношение между общественным бытием и общественным сознанием включает в себя как отношение первого ко второму, так и второго к первому. Если первое из них «определяет» второе, то второе по отношению к первому есть «отражение». Как известно, Энгельс, раскрывая основной вопрос философии — вопрос об отношении мышления к бытию, говорил о двух его сторонах, т. е. об отношении бытия к сознанию и сознания к бытию. Применительно к обществу решение первой стороны основного философского вопроса как раз и означает, что общественное бытие определяет общественное сознание. Общественное сознание вторично, производно от общественного бытия, является его продуктом. Оно изменяется и развивается вместе с общественной практикой людей. Решение же второй стороны основного философского вопроса позволяет раскрыть природу общественного сознания как «осознания» бытия, его «выражения», т. е. понять его как отражение общественного бытия. Ясно, что понять общественное сознание как отражение бытия можно лишь исходя из материалистического решения 1 Г М. Гак. Учение об общественном сознании в свете теории познания, стр. 59. 25
Первой стороны основного философского Ьбпроса, ИЗ того, что общественное бытие определяет общественное сознание, но отсюда еще не следует, что решение первой стороны философского вопроса есть вместе с тем и решение второй его стороны. Поэтому при изучении общественного сознания важно учитывать, при каких условиях совершается отражение, какой класс (или классы) выступает носителем сознания и т. д. В самом деле, сознание обусловлено общественным бытием данной формации, эпохи, оно зависит как от объекта отражения, так и от субъекта, т. е. конкретного носителя сознания. Одни и те же экономические отношения (объект отражения) по-разному воспринимаются в сознании различных классов, например буржуазии и пролетариата, каждый из которых по-своему видит и оценивает действительность. Материальные условия, общественное положение определяют интересы класса и придают его сознанию целенаправленность, т. е. сосредоточивают его внимание на некоторых сторонах общественного бытия, важных для этого класса, вырабатывают у него свой образ мышления, способ видения действительности. Поэтому при анализе духовных явлений важно учитывать как то, что сознание есть отражение бытия, так и то, что оно определяется бытием. Другими словами, важно учитывать двухстороннюю реально существующую связь между общественным бытием и общественным сознанием1. 1 Интересные суждения по вопросу о связях между бытием и сознанием высказывает Ст. Попов. Он пишет, что в отношении между общественным бытием и общественным сознанием «существуют два вида причинно-следственных отношений. Первое причинно-следственное отношение имеет гносеологический характер. Формы общественного сознания имеют познавательное значение, поскольку они являются субъективным отражением объективного общественного бытия. В этом смысле о их содержании, которое является отражением различных сторон общественного бытия, можно сказать, что оно детерминировано этими сторонами. Второе причинно-следственное отношение и отражение характеризует социальную обусловленность общественного сознания общественным бытием. Возникает вопрос по поводу этого вида причинно-следственных отношений, которые свидетельствуют о рассмотрении одних и тех же событий различным образом разными общественными классами. Здесь существует причинное отношение, потому что соответствующие стороны общественного бытия детерминируют соответствующий способ видения. В этом случае также существует отражение, но это отражение не имеет гносеологического характера» (Ст. Попов. Причин- ността в обществото, стр. 140 (курсив мой. — А. У.). 26
Взаимосвязь общественного бытия и общественного сознания — это причинное отношение, определяющая роль в котором принадлежит общественному бытию. Отражение же является стороной этого отношения, его специфической формой и результатом. Отражение, сознание играет по отношению к общественному бытию активную, творческую роль, оно воздействует наряду с другими факторами на разнообразные общественные отношения, в том числе и на экономические. Объективно существующие причинно-следственные связи между общественным бытием и общественным сознанием позволяют, таким образом, рассматривать положения; «общественное бытие определяет общественное сознание» и «общественное сознание есть отражение общественного бытия» как две неразрывно связанные между собой стороны основополагающего принципа анализа духовной жизни общества. 2 Гносеологический и социологический аспекты изучения общественного сознания Общественное сознание — это сложное и многогранное явление общественной жизни. Его нельзя изучать и раскрывать присущую ему структуру в каком- либо одном аспекте или плане, как нельзя, скажем, дать характеристику пространству, пользуясь одним измерением. Важным методологическим принципом служит многоплановость подхода к изучению общественного сознания, определяемая многообразием связей и отношений данного феномена с другими явлениями: объектом отражения, социальными условиями, в которых осуществляется отражение, историческими условиями выражения и деятельности сознания и т. д. Изучение общественного сознания в разных аспектах складывалось исторически. Далеко не сразу четко от- дифференцировались различные аспекты, которыми пользуется современная наука. Да и сам принцип многопланового подхода к изучению общественного сознания получил свое обоснование только в марксизме. Буржуазные философы и социологи не могли его обосновать, хотя потребность в таком подходе их представители чувствовали и предпринимали определенные попытки к ее реа- 27
лизации. Так, французский социолог Э. Дюркгейм стремился дополнить гносеологический анализ сознания социологическим и тем самым преодолеть порок идеалистических теорий познания, рассматривающих процесс познания вне зависимости от общества. Суть взглядов Дюркгейма состоит в том, что общие понятия (концепты) в отличие от индивидуальных представлений — ощущений, восприятий и т. п. — являются коллективными представлениями, они вырабатываются общественными группами и зависят от них1. Между индивидуальными и коллективными представлениями существует такое же расстояние, отмечает Дюркгейм, какое отделяет индивидуальное от социального2. Дюркгейм полагает, что социологический подход к анализу сознания приведет к обновлению теории познания 3. В принципе с такого рода оценкой социологического подхода следует согласиться. Однако применение самим Дюркгеймом этого подхода к анализу общественного сознания не привело к обновлению теории познания. Он не сумел преодолеть разобщенность гносеологии и социологии, органически увязать социологический анализ с гносеологическим, ибо он пытался решить эту задачу с позиций идеализма. Хотя он и говорил о социальной обусловленности сознания, о зависимости категории коллективного сознания от групповой организации общества, социальной структуры, но последнюю понимал ме- 1 См. Э. Дюркгейм. Социология и теория познания. — «Новые идеи в социологии», [сб.]. СПб., 1914, стр. 37. 2 Индивидуальные представления тесно связаны с личностью, коллективные, напротив, с социальной группой: «Концепт есть представление по существу своему безликое: он служит, главным образом, средством общения людей между собой... Из того, что он не носит на себе печати какого-либо индивидуального ума, следует заключить, что он выработан умом коллективным» (Э. Дюркгейм. Социология и теория познания. — «Новые идеи в социологии», стр. 48). 3 «Категории, — пишет он, — перестанут быть п наших глазах фактами первичными, не допускающими анализа, весьма простыми понятиями, которые первый встречный мог извлечь из своих личных наблюдений и которые, к несчастью, усложнили народное воображение, напротив, они считаются нами ценными орудиями мысли, терпеливо созданными в течение веков общественными группами, вложившими в них лучшую часть своего умственного капитала» (Э. Дюркгейм. Социология и теория познания. — «Новые идеи в социологии», стр. 44). Социологический подход к сознанию позволил увидеть, что понятия «не только исходят из общества, но и то, что они выражают суть явления социальные. Содержанием их служат различные стороны общественного бытия» (там же, стр. 56). 28
ханически, как пространственно-временную структуру. В основе развития общества, тех или иных его институтов лежат, согласно его концепции, идеи. Социальные явления существуют в идеях и благодаря идеям *. Понятно, что если существование социальных явлений ставится в зависимость от идей, то принцип социальной обусловленности сознания теряет реальную основу. Применение социологического подхода к изучению сознания в таком случае не приведет к обогащению теории. Концепция Дюркгейма и является как раз тем примером, когда решение объективно назревшей потребности научного познания с неправильных позиций послужило толчком к распространению релятивизма в буржуазной социологии. Дюркгейм снял вопрос об истинности коллективных представлений и считал, что социально оправданы любые верования, раз они соответствуют социальным потребностям и поддерживают коммуникации в обществе. Это пренебрежение проблемой истины в его социологическом подходе было подхвачено сторонниками социологии познания. Стремление дополнить гносеологический анализ сознания анализом социологическим характерно для всего направления социологии познания. Но не менее характерно для него и то, что его представители стоят, как правило, на позициях крайнего релятивизма. При попытке преодолеть такой релятивизм они по существу отказываются от самого положения о социальной обусловленности общественного сознания, от социологического аспекта изучения сознания. Так, Шелер утверждал, что познание истины возможно лишь при абстрагировании от интересов социальной группы. Сходную точку зрения защищал и Маннгейм. Поскольку стремления и цели у разных социальных групп различные, то каждая из них может считать свои взгляды истинными. Бессмысленно спорить об истинности групповых взглядов, рассуждал Маннгейм, важно лишь установить связь тех или иных высказываний с «групповым мышлением». 1 «Организация семьи, договорных отношений, репрессивных мер, государства, общества, — писал Дюркгейм, — являются... простым развитием идей, имеющихся у нас насчет общества, государства, справедливости и т. д. Вследствие этого, эти и аналогичные им факторы, по-видимому, существуют лишь в идеях и благодаря идеям, которые являются их источником...» (Э. Дюркгейм. Метод социологии. Киев — Харьков, 1899, стр. 23). 29
Сторонники буржуазной социологии познания принцип социальной обусловленности продуктов познавательной деятельности обратили в сущности в тормоз объективного познания действительности. Раз сознание социально обусловлено, то отсюда они заключают, что не может быть и объективного знания. Каждая из социальных групп, руководствуясь своими интересами и целями, вырабатывает пристрастное и потому извращенное понимание действительности. На самом же деле далеко не каждая социальная группа вырабатывает непременно извращенное понимание окружающего мира. Все зависит от характера объективных групповых интересов, а последние зависят от места общественных групп (и прежде всего классов) в социальной структуре общества. В том случае, когда коренные интересы классов совпадают с объективным ходом истории, в содержание их интересов входит и правильное познание действительности. Поэтому социальная обусловленность сознания всех прогрессивных классов не препятствует, а, напротив, обусловливает познание объективной истины. Отсюда следует, что нельзя из факта социальной обусловленности сознания делать выводы в пользу релятивизма. Только принимая во внимание социальную обусловленность сознания, общественную практику как критерий истины, можно отличать объективное знание от субъективных взглядов и представлений. Отрицание объективной истины и возможности ее познания является, пожалуй, основным пороком буржуазной социологии познания. История этого направления в социологии показывает, что от дополнения гносеологического анализа сознания социологическим, когда такое дополнение осуществляется на базе идеализма, не выигрывают ни гносеология, ни социология. На такой порочной основе невозможно органическое соединение гносеологического и социологического аспектов изучения общественного сознания. Не случайно поэтому современные буржуазные социологические теории в своем большинстве не анализируют в гносеологическом плане вопросы общественного сознания!, а теории познания, в свою очередь, отвлекаются от социальной обусловлен- 1 См. «Социология сегодня. Проблемы и перспективы». М., 1965; Г Беккер и А. Босков. Современная социологическая теория в ее преемственности и изменении. М., 1961. 30
йости сознания, но рассматривают познание как социальное явление К Органическое соединение гносеологического и социологического аспектов анализа общественного сознания присуще только марксизму. К. Маркс и Ф. Энгельс, по выражению В. И. Ленина, создав исторический материализм, достроили материализм доверху, т. е. распространили его и на понимание общественной жизни. Благодаря материалистиче.скому пониманию истории теория познания впервые получила свой научный вид. Маркс и Энгельс, положив в основу теории познания практику, т. е. историческую деятельность людей, научно раскрыли основные вопросы этой теории: об объекте познания, путях познания, об истине, ее объективном критерии. Материализм, примененный классиками марксизма к познанию, «остается все время на почве действительной истории, объясняет не практику из идей, а объясняет идейные образования из материальной практики.. .»2. С созданием исторического материализма открылась возможность для изучения общественного сознания не только в гносеологическом плане, но и в плане социологическом. ^Заслуга Маркса и Энгельса состоит в том, что они выяснили социальную природу сознания, обусловленность общественного сознания общественным бытием, относительную самостоятельность в его развитии и активную роль в жизни общества, т. е. обратили внимание на важность социологического аспекта в изучении общественного сознания. Анализ идеологии и ее форм в трудах Маркса и Энгельса проводится главным образом в социологическом аспекте3. На важность анализа идеологии и ее форм как в гносеологическом, так и в социологическом планах указы- 1 Раскрывая содержание современных буржуазных идеалистических теорий, Т. И. Хилл показывает, что подавляющее их большинство игнорирует социальные факторы познания. А тем немногим из них, усматривающим функциональную зависимость познания от исторических событий (например, инструменталистским теориям Мида, Дьюи, Мура), идеалистическое понимание истории не позволяет выявить особенности познания как социального явления, объективные закономерности его развития (см. Т. И. Хилл. Современные теории познания. М., 1965, стр. 324—327). 2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 37. 3 Ярким свидетельством тому может служить анализ Марксом и Энгельсом буржуазной идеологии в работе «Немецкая идеология». 31
вал и В. II. Ленин. Известны его замечания о необходимости раскрытия гносеологических и социальных корней религии1, о социальных основах и гносеологических корнях познавательных процессов2. Ленин считал анализ духовных явлений только в гносеологическом или только в социальном аспекте надостаточным и брал их в единстве3. Необходимость использования гносеологического и социологического аспектов в процессе изучения общественного сознания вытекает из самого существа марксистской философии, представляющей собой единство диалектического и исторического материализма. Поэтому настораживает категорическое отрицание названных аспектов со стороны ряда товарищей, работающих над проблемой общественного сознания. Так, М. X. Игитха- нян называет различение гносеологического и социологического аспектов «надуманным» и утверждает: «Неверно мнение, будто в области философии сознание изучается в двух планах — гносеологическом и социологическом» 4. Почему же неверно такое мнение? Да потому, заявляет М. X. Игитханян, что есть, собственно, только один аспект — гносеологический, в котором изучают общественное сознание и диалектический и исторический материализм5. Исторический материализм в отличие от диалектического является частной наукой и имеет свою гносеологию, или «диалектику социологического познания». М. X. Игитханян, как можно заметить, отделяет «социологическое познание» от философского, гносеологию или теорию познания диалектического материализма от теории познания исторического материализма (диалек- 1 См. В. И. Ленин. Социализм и религия. Поли. собр. соч., т. 12; его же. Об отношении рабочей партии к религии. Поли. собр. соч., т. 17. 2 См. В. И. Ленин. К вопросу о диалектике. Поли. собр. соч., т. 29. 3 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 18, стр. 142. 4 М. X. Игитханян. Теория познания и исследование общественного сознания. — сДиалектика материальной и духовной жизни общества в период строительства коммунизма», [сб.], стр. 183. 6 Общественное сознание «изучается с позиций диалектического материализма как общефилософской науки и историческим материализмом» («Диалектика материальной и духовной жизни общества в период строительства коммунизма», стр. 183). 32
тики социологического познания), для которой он вычленяет особые теоретико-познавательные задачи К Попытки отделить гносеологию исторического материализма от теории познания диалектического материализма имели место и раньше. Они не дали положительных результатов. Нам кажется, что углубленный подход к изучению общественного сознания лежит не на пути выделения особой гносеологии в рамках исторического материализма. Диалектический и исторический материализм представляет собой цельное мировоззрение, и у него есть одна теория познания. То, что общественное сознание обычно рассматривалось в историческом материализме, а теория познания — в диалектическом материализме, не может служить основанием для выделения особой гносеологии исторического материализма, ибо историко- материалистическое учение об общественном познании является частью теории познания. Причем, являясь такой частью, оно изучается как в гносеологическом, так и в социологическом планах. Последний из них является необходимым дополнением первого. Tionpoc о том, в каком из этих планов изучать общественное сознание, скажем гносеологическом или социологическом, зависит от решения тех задач, которые перед ними стоят. Видимо, и те и другие могут воспользоваться обоими аспектами, поскольку последние не исключают, а дополняют и предполагают друг друга2. Поэтому напрасны опасения, что изучение общественного сознания в гносеологическом плане будет означать «выведение проблем отражения и познания за рамки социологического анализа», а изучение в социологическом плане — отказ от рассмотрения общественного сознания как отражения «материальных отношений и интересов в головах людей»3. Такого рода опасения теряют почву под ногами при диалектико-материалистическом взгляде на познание. 1 См. «Диалектика материальной и духовной жизни общества в период строительства коммунизма», стр. 185—186. 2 Многоплановый подход к изучению сознания используют и другие науки, изучающие данное явление. Так, психология изучает сознание в гносеологическом, социальном и естественнонаучном планах. 3 См. «Диалектика материальной и духовной жнзни общества в период строительства коммунизма», стр. 189, 190. 33 2 А. К. Уледов
Однако диалоктико-материалистичоский взгляд на познание в отличие от релятивизма не отрицает особенностей гносеологического и социологического аспектов изучения общественного сознания. ^Гносеологический аспект предполагает анализ связей и отношений общественного сознания прежде всего с объектом отражения, выяснение того, как совершается общественное познание, в чем состоит специфика его форм в зависимости от способа отражения, каков путь познания истины и т. д. Гносеологический аспект — это рассмотрение основных вопросов теории познания применительно к общественному познанию 1. Социологический аспект — это анализ общественного сознания, занимающего определенное место в системе общества и выполняющего специфические функции в общественной жизни2. Он открывает возможности для изучения новых связей и отношений данного явления с другими явлениями общественной жизни. В гносеологическом плане общественное сознание выступает как отражение общественного бытия. Однако сознание человека, по словам В. И. Ленина, «не только отражает объективный мир, но и творит его»3. Активная, творческая роль сознания как раз и раскрывается в ходе социологического анализа, при котором сознание рассматривается в связи с социальными условиями, определяющими его, с общественной деятельностью людей. Анализ общественного сознания в социологическом аспекте позволяет не только раскрыть активную роль сознания, но и полнее определить его содержание, выясняя его зависимость от классов и других общностей людей, 1 В качестве примера анализа сознания в гносеологическом аспекте можно указать на книгу «Проблемы мышления в современной науке» (М., 1964), где обстоятельно раскрываются общественное и индивидуальное мышление, эмпирическое и теоретическое, эмоциональное и рациональное, художественно-образное и научное мышление. «В гносеологическом плане, — пишут авторы книги, — виды мышления различаются в зависимости от характера внешних факторов и степени их влияния на познавательное содержание мышления, характер постижения истины» (стр. 125). 2 Специфика социологического аспекта, пишет В. Ж. Келле, «состоит в выделении социальных функций, выполняемых общественным сознанием в целом, его отдельными сторонами и формами, в изучении происхождения, места и роли в общественной жизни различных элементов общественного сознания» (В. Ж. Келле. Структура общественного сознания. М., 1964, стр. 6). 3 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 29, стр. 194. 34
через призму потребностей и интересов которых отражается действительность, выяснить зависимость структуры общественного сознания от организации самого общества и т. д. Такой анализ углубляет наши представления об общественном сознании, особенностях его формирования и функционирования. Гносеологический и социологический аспекты исследования вытекают из взаимодействия общественного бытия и общественного сознания, из того, что сознание отражает бытие, а бытие определяет сознание, что сознание активно воздействует на жизнь людей. Гносеологический аспект позволяет раскрыть по преимуществу движение от действительности к сознанию, происхождение идей и взглядов, а социологический аспект — переход от сознания к действительности, реализацию идей и взглядов в жизни общества. Правомерность гносеологического и социологического аспектов изучения духовной жизни общества подтверждается самой историей познания. В этих аспектах уже давно изучается общественное сознание в марксистской литературе, посвященной данной проблеме. Например, при характеристике форм общественного сознания их специфика выясняется в зависимости как от предмета отражения и способов отражения (гносеологический аспект) , так и от их роли в общественной жизни, от содержания той общественной потребности, с которой связано существование каждой из них (социологический аспект). В то же время вопрос о различии аспектов изучения общественного сознания и их сочетании в практике исследования не снимается. Напротив, в настоящее время он приобрел определенную остроту, ибо общественное сознание исследуется по преимуществу в гносеологическом плане, что ограничивает всестороннее познание данного явления. Социологический же аспект в практике исследования используется явно недостаточно. Недостаточность использования социологического аспекта сказывается прежде всего в недооценке конкретно-исторического подхода к анализу структуры общественного сознания. Гносеологический и социологический аспекты изучения сознания дают положительные результаты лишь при соблюдении конкретно-исторического подхода. Скажем, для организации борьбы с пережитками прошлого в сознании и поведении людей еще мало знать, что общественное сознание отражает 35
общественное бытие в специфических формах и на разных уровнях, что оно обладает относительной самостоятельностью и преемственностью в развитии. Для этого необходимо знать вполне определенные причины существования пережитков в данном обществе, иметь конкретное представление о господствующем общественном сознании, его состояниях, тенденциях развития и т. д. А чтобы располагать таким знанием, нужно сделать следующий шаг от абстрактного к конкретному в познании общественного сознания. И такой шаг возможен лишь при конкретно-историческом подходе к изучению общественного сознания. Применительно к изучению общественного сознания в социологическом плане конкретно-исторический подход означает, во-первых, обращение к анализу сознания данного общества с присущим последнему материальным и духовным производством и соответствующей социальной структурой. Духовное производство определяется производством материальным, но последнее различно в различных общественных формациях. «Чтобы исследовать связь между духовным... и материальным производством, — писал Маркс, — прежде всего необходимо рассматривать само это материальное производство не как всеобщую категорию, а в определенной исторической форме. Так, например, капиталистическому способу производства соответствует другой вид духовного производства, чем средневековому способу производства. Если само материальное производство не брать в его специфической исторической форме, то невозможно понять характерные особенности соответствующего ему духовного производства и взаимодействия обоих» К Во-вторых, при конкретно-историческом подходе общественное сознание рассматривается как продукт всей совокупности условий, оказывающих влияние на его возникновение и развитие. Кроме социальной среды с ее материальным производством как определяющим фактором на общественное сознание оказывает влияние природная и историческая среда. Относительно последней Г. В. Плеханов писал: «Так как почти каждое общество подвергается влиянию своих соседей, то можно сказать, что для каждого общества существует в свою очередь 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 26, ч. I, стр. 279. 36
известная общественная, историческая среда, влияющая на его развитие... Влияние исторической среды, окружающей данное общество, сказывается, конечно, и на развитии его идеологий» ]. В-третьих, конкретно-исторический подход требует учета в процессе познания уже раскрытых с помощью социологического и гносеологического анализа общих закономерностей взаимоотношений общественного бытия и общественного сознания, относительной самостоятельности общественного сознания, преемственности в его развитии и т. п. Г. В. Плеханов, обращая внимание на эту сторону конкретно-исторического подхода к познанию, писал: «Чтобы понять «состояние умов»каждой данной критической эпохи, чтобы объяснить, почему в течение этой эпохи торжествуют именно те, а не другие учения, надо предварительно ознакомиться с «состоянием умов» в предыдущую эпоху; надо узнать, какие учения и направления тогда господствовали. Без этого мы совсем не поймем умственного состояния данной эпохи, как бы хорошо мы ни узнали ее экономию»2. Конкретно-исторический подход приводит, в-четвертых, к выяснению убежденности и сознательности широких народных масс, т. е. того реального сознания, которое определяет их стимулы к деятельности. Господствующие в обществе учения и направления отражают состояние теоретического общественного сознания, и по ним нельзя еще составить полного представления о реальном сознании масс. Поэтому наряду с теоретическим сознанием (идеологическими системами, наукой) важно анализировать те духовные образования, которые действительно разделяются широкими массами. Когда идеи действительно овладевают сознанием масс, то они, по известному выражению Маркса, становятся материальной силой. Исторический подход как раз и требует доводить анализ до раскрытия тех духовных образований, которые уже стали убеждениями широких масс, овладели их чувствами и помыслами. Последовательное соблюдение исторического подхода к изучаемому явлению расширяет рамки его познания. В самом деле, гносеологический аспект позволяет 1 Г В. Плеханов. Избранные философские произведения в пяти томах, т. I. M., 1956, стр. 656, 657. 2 Там же, стр. 662. 37
рассматривать общественное сознание как отражение, абстрагированное от социальных условий, в которых оно осуществляется. В известном смысле можно говорить, что в таком аспекте изучаемое явление берется само по себе. В социологическом аспекте общественное сознание рассматривается как специфическое явление общественной жизни, детерминированное условиями социального существования и играющее активную роль в жизни людей. Конкретно-исторический подход ориентирует исследователя на изучение сознания определенного общества, находящегося на данной ступени своего развития. Таким образом, всесторонний анализ предполагает рассмотрение общественного сознания и в гносеологическом и в социологическом планах. Различными аспектами в их единстве важно пользоваться при решении любых вопросов, касающихся общественного сознания. Остановимся вкратце на важности их использования при определении общественного сознания как специфического явления духовной жизни общества и при анализе его структуры. В гносеологическом плане определение общественного сознания возможно лишь через соотнесение его с общественным бытием. В этом случае общественное сознание рассматривается как отражение общественного бытия. Данное определение подчеркивает социальную природу общественного сознания, что оно порождено материальными условиями жизни людей, является их отражением. Труд, общественные отношения, в которые вступают люди в процессе своей деятельности, язык как форма выявления и закрепления разультатов познавательной деятельности обусловливают социальную природу сознания К Определение общественного сознания чаще всего дается в гносеологическом аспекте, а само явление анализируется в разных аспектах2. Иногда при определении 1 Вопрос о социальной природе общественного сознания раскрыт в работах: А. Н. Леонтьев. Проблемы развития психики, изд. 2. М., 1965; С. Л. Рубинштейн. Бытие и сознание. М., 1957; А. Г Спир- кин. Происхождение сознания. М., 1960, и др. 2 См. «Формы общественного сознания». 38
совмещаются разные аспекты подхода к сознанию, хоти они еще специально и не дифференцируются К Однако потребность всестороннего анализа общественного сознания заставляет исследователей вновь и вновь возвращаться к вопросу об определении этого явления. Это обусловлено тем, что гносеологический аспект рассмотрения общественного сознания не позволяет исчерпать сущность и содержание последнего. Отсюда и определение общественного сознания как отражения общественного бытия является недостаточным2. Духовные образования многообразны, и для их обозначения выработаны такие понятия, как духовная жизнь общества, духовная культура, общественное сознание, индивидуальное сознание и другие. Между этими образованиями существуют различия, но последние в гносеологическом плане не усматриваются, ибо все они представляют собой отражение общественного бытия. Различия выступают тогда, когда анализ переходит в плоскость социальную, когда выясняются носители этих видов сознания, их содержание, роль в жизни общества и т. д. В плане соотношения с общественным бытием нет различий между понятием «общественное сознание» и понятиями «духовная жизнь общества» и «духовная культура». Поэтому часто все эти три понятия употребляются в одном значении3. Различия между ними начинают выступать тогда, когда анализ переходит в социологическую плоскость. 1 См. Е. В. Шорохова. Проблема сознания в философии и естествознании. М., 1961, стр. 50—51. 2 Такого же взгляда придерживаются Л. В. Алякринский, Л. А. Зеленов, Л. Г. Олех, Ф. А. Селиванов — авторы статьи «Гносеологические проблемы общественного сознания». Они пишут, что «понятие «общественное сознание» в гносеологическом аспекте (т. е. как общественное познание) должно определяться прежде всего со стороны его природы, характера» («Вопросы философии», 1961, № 9, стр. 143—144). Но такое определение, по их мнению, еще не исчерпывает всей сущности общественного сознания. Авторы книги «Коммунизм и культура» (М., 1966) также считают, что духовные явления следует рассматривать как со стороны гносеологической, так и социальной. 3 «Общественное сознание, — пишут В. Келле и М. Коваль- зон, — это вся совокупность духовной жизни общества» (В. Келле, М. Ковальзон. Формы общественного сознания. М., 1959, стр. 11). Они не различают общественное сознание и духовную жизнь общества. 39
В социологической литературе последних лет даются определения понятий духовной жизни общества \ духовной культуры2, индивидуального сознания3, что позволяет в соотнесении с такого рода понятиями определить и общественное сознание в его социологическом плане. При определении того или иного явления важно сравнить его с другими однопорядковыми явлениями. Сравнение общественного сознания с духовной жизнью общества позволяет видеть, что оно не совпадает с последней. Говоря о духовной жизни, мы не можем отвлечься от самого производства. В содержание понятия «духовная жизнь общества» наряду с идеями, представлениями, т. е. с тем, что принято называть «общественным сознанием», включаются и духовное производство, и духовные отношения. ССоциологический план анализа тем и отличается от гносеологического, что он позволяет раскрывать те стороны сознания, от которых мы абстрагируемся при рассмотрении его как отражения общественного бытия. Известно, что вся сфера духовных отношений между людьми органически связана с идеями и взглядами, чувствами и представлениями и другими подобными образованиями. В гносеологическом плане этот вопрос не встает, а в социологическом — выступает на первый план. То же самое следует сказать и о духовном производстве. В гносеологическом плане обращается внимание на то, что Ъбщественное сознание есть совокупность представлений, идей, теорий и т. д., а в социологическом — на производство людьми, вступающими между собой в определенные отношения, этих духовных образований, на целенаправленное их использование. Ясно, что это должно войти в характеристику духовной жизни общества. Понятие «духовная жизнь общества» является самым широким понятием при анализе духовных образований в их социологическом плане. Оно включает в свое содержание и духовную культуру. Духовная культура «есть производство, распределение и потребление духовных ценностей; она является единым процессом созидания и освоения всего духовного богатства общества»4. Если 1 См. «Строительство коммунизма и духовный мир человека». М., 1966, стр. 15—16. 2 См. «Коммунизм и культура», стр. 33. 3 См. Л. П. Буева. Формирование индивидуального сознания в процессе перехода к коммунизму. М., 1965, стр. 5. 4 «Коммунизм и культура», стр. 33. 40
материальная культура является показателем уровня практического овладения человеком природы, то духовная -культура — идейного овладения миром. Общественное сознание непосредственно соотносится с духовной культурой. Из соотношения вытекает, что общественное сознание является стороной духовной культуры. Эти понятия не совпадают не только потому, что духовная культура 'включает в свое содержание самое производство идей, взглядов, теорий и т. д., их распределение и потребление, но и потому, что понятие «духовная культура» обнимает собой всю совокупность идейных ценностей, созданных человеком на протяжении всей его истории К Понятие же «общественное сознание» включает в свое содержание прежде всего совокупность идей, взглядов, представлений и других образований данной эпохи. Скажем, общественное сознание прошлых эпох не включается в социалистическое общественное сознание, но оно существует в виде памятников духовной культуры — в произведениях литературы и искусства, в обычаях, традициях <и т. д. И все прогрессивное из этого духовного наследства поставлено на службу народу. Диалектика духовной культуры и общественного сознания такова, что сознание данной эпохи опирается на достижения всей культуры прошлого и многое впитывает из нее. В то же время с изменением общества его сознание не исчезает бесследно, а передается от одного поколения к другому в виде овеществленных памятников культуры. Лучшие из них составляют непреходящие ценности мировой культуры. Из краткого сравнения духовной культуры и общественного сознания вытекает, что последнее есть воспроизведение людьми действительности в виде идей и представлений, теорий и взглядов на данном этапе исторического развития и отношение к ней. В этом проявляется его особенность как духовного явления. Однако отмеченная специфика относительна, ибо общественное сознание — это сторона целого, т. е. духовной культуры. Общественное сознание нельзя представить обособленно, вне духовной культуры. В самом деле, произведенные идеи, понятия, представления и другие духовные образования 1 Однако такое понимание духовной культуры не исключает того, что она развивается в национальной форме н что в классовом опщссгве культура всегда носит классовый характер. 41
материализуются в языке, в книгах и иных материальных воплощениях культуры. Овладевая продуктами духовного 'Производства, «распредмечивая» их, т. е. переводя в идеальный план заключенное в них содержание, люди тем самым овладевают и общественным сознанием К Специфика общественного сознания, анализируемого в 'социологическом плане, более отчетливо проступает при сравнении его с индивидуальным сознанием. Индивидуальное сознание по своему происхождению также является общественным продуктом. С точки зрения своего источника нет различий между индивидуальным и общественным сознанием. Они различаются между собой прежде всего тто своему носителю. Индивидуальное сознание — это сознание отдельной личности. Общественное сознание есть массовидное явление. По существу оно надындивидуально, т. е. включает в себя знания, представления, взгляды, общие для многих людей. Поэтому, анализируя общественное сознание, мы можем отвлекаться от сознания отдельных индивидов и брать его в обезличенном виде как продукт определенных общественных условий, закрепленный в языке, б произведениях культуры. Кто же является носителем или субъектом надындивидуального сознания? Иногда утверждают, что общественное сознание не имеет своего 'конкретного социального носителя2. При этом ссылаются на Маркса, который отмечал <в «Нищете философии», что нельзя себе представлять общество по- прудонотзски, т. е. как общество — лицо, имеющее свой собственный ум*. Но ссылка на Маркса в данном случае вряд ли уместна. Маркс подчеркивает лишь то, что обще- 1 И в этом смысле «общественное сознание существует как деятельность, направленная на постоянное опредмечивание и распредмечивание содержания сознания» (В. Ж. Келле. Индивидуальное и общественное сознание. — «Проблемы сознания». Материалы симпозиума. М., 1966, стр. 16). 2 См. В. В. Журавлев. Общественное и индивидуальное сознание. М., 1963, стр. 7—8. 3 Прудон делает из общества «общество-лицо, — писал Маркс, — общество, которое представляет собой далеко не то же самое, что общество, состоящее из лиц, потому что у него есть свои особые законы, не имеющие никакого отношения к составляющим общество лицам, и свой «собственный разум» — не обыкновенный человеческий разум, а разум, лишенный здравого смысла» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 4, стр. 118). 42
гтпо не есть нечто отличное от людей, его составляющих. Оно есть продукт взаимодействия людей, и его сознание еегь результат деятельности умов — членов общества. Однако отсюда еще не следует, что нельзя говорить о социальном носителе общественного сознания. Будучи связанным с индивидами, осуществляясь и развиваясь только через них, общественное сознание есть реальность по отношению к индивидуальным сознаниям. Носителем или субъектом общественного сознания в классовом обществе выступают те или иные классы, социальные группы. При социализме и коммунизме носителем общественного сознания выступает (народ в целом. Общественное и индивидуальное сознание различаются и по своему содержанию. Каждый в отдельности индивид ограничен конкретными условиями своей жизни и деятельности, ближайшей жизненной средой, и потому он не в состоянии охватить своим сознанием все общественное бытие. Это оказывается под силу лишь классу, обществу в целом К Общественное сознание, будучи продуктом духовного творчества целых классов, является —в сравнении с индивидуальным сознанием — более разнообразным, богатым по содержанию духовным образованием. При этом следует учитывать еще и то, что индивидуальное сознание формируется каждой личностью заново, в то время как общественное сознание передается по наследству от одного поколения к другому. По этой причине индивидуальное сознание неизбежно оказывается уже по своему объему, беднее по содержанию, чем сознание общественное. Общественное сознание, таким образом, есть понимание действительности определенным классом, социальной группой или обществом в целом и отношение к ней. При анализе общественного сознания в социологическом плане главное внимание обращается на субъект отражения. И такой акцент ни в коей мере не отрицает необходимости изучения данного явления в гносеологическом плане как отражения общественного бытия. Напротив, определение общественного сознания по его субъекту лишь дополняет определение по объекту отражения. И это дополнение, на наш взгляд, весьма существенно, ибо позволяет перейти от самой общей характеристики общественного сознания как отражения общественного 1 См. /С Маркс и Ф. Энгельс. Соч., г. 8, стр. 145. 43
бытия к пониманию его моста и роли в обществе. Известно, что сила идей, взглядов, представлений лежит не столько в них самих, сколько в их носителях и тех, кто их разделяет, руководствуется ими, поэтому и важно анализировать общественное сознание в плане социологическом, с учетом его носителей — субъектов. В различные исторические эпохи различны и носители общественного сознания, а в связи с этим неодинакова и роль сознания в жизни люден. II чтобы раскрыть эту роль, (важно анализировать различные ииды или типы общественного сознания. ■ • ч Многоплановый подход к общественному сознанию очень важен и 'при анализе его структуры. Он позволяет раскрыть многообразие элементов общественного сознания, их взаимосвязь, а тем самым глубже понять и самое явление. Структура общественного сознания, анализируемая в гносеологическом аспекте, выступает прежде всего в виде двух уровней: обыденного сознания и сознания теоретического К Обыденное сознание порождается эмпирическими условиями жизни общества. В нем выражаются повседневные нужды и потребности людей. В. И. Ленин, подчеркивая особенности обыденного сознания, писал: «Каждый отдельный производитель в мировом хозяйстве сознает, что он вносит такое-то изменение в технику производства, каждый хозяин сознает, что он обменивает такие-то продукты на другие, но эти производители и эти хозяева не сознают, что они изменяют этим общественное бытие»2. Их сознание ограничено эмпирическими условиями бытия. Сознание, ограниченное повседневными рамками жизни людей, и есть обыденное сознание. В отличие от обыденного теоретическое общественное сознание выходит за рамки эмпирических условий бытия людей. Оно стремится выразить сущность общественных явлений. К примеру, материалистическое понимание истории, разработанное Марксом и Энгельсом, является теоретическим общественным сознанием рабочего класса. 1 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 42; т. 20, стр. 14; т. 23, стр. 551. 2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 18, стр. 345. 44
Качественное различие между обыденным сознанием и сознанием теоретическим состоит, следовательно, в том, что первое как бы останавливается на поверхности явлений, его обобщения неглубоки, а второе стремится проникнуть в самую сущность явлений, раскрыть закономерности их существования и развития. Поэтому обыденное и теоретическое сознание образуют как бы два уровня или два слоя общественного сознания. Данные уровни общественного сознания различаются между собой и по формальному признаку. Как обыденное, так и теоретическое сознание всегда есть обобщение. Но теоретическое сознание — это обобщение более высокого порядка, чем сознание обыденное, и оно выступает в виде определенной концепции, системы взглядов. Обыденное же сознание не оформлено в стройную систему взглядов и представляет собой совокупность трудовых и иных навыков людей, традиционных представлений, знаний. В этом сознании факты накапливаются и классифицируются по внешним признакам, оцениваются с точки зрения повседневных нужд человека. Обыденное сознание « сознание теоретическое постоянно взаимодействуют между собой. Каждому типу общественного сознания присуще определенное соотношение между данными уровнями сознанияГАнализ структуры общественного сознания >в гносеологическом плане предполагает выяснение как специфики каждого из уровней, так и их соотношения, закономерностей взаимодействия. Общественное сознание, анализируемое в гносеологическом плане, выступает далее в виде форм познания, различающихся между собой по предмету отражения и по способу отражения. В настоящее время имеется обширная, литература, где дана характеристика политического сознания, правосознания, нравственного сознания и других форм общественного познания 1. Можно сказать, что представление о структуре общественного созна- 1 В качестве примера можно назвать следующие работы последних лет: Г М. Гак. Учение об общественном сознании в свете теории познания; В. Ж. Келле, М. Я. Ковальзон. Формы общественного сознания; В. Ж. Келле. Структура общественного сознания; сФормы общественного сознания», [сб.]; «Взаимодействие форм общественного сознания», [сб.]. М., 1964; В. А. Ядов. Идеология как форма духовной деятельности общества. Л., 1961; Г Я. Нестеренко. Идеология, се особенности и формы. М., 1964. 45
ния сложилось в основном в связи с анализом различных его форм. Дает ли представление о структуре общественного сознания подразделение последнего на специфические его формы? Безусловно, дает. В зависимости от предмета отражения, каким выступают те или иные стороны действительности, от 'способов отражения, обусловленных познавательными способностями людей, в общественном познании выделяются определенные формы, обладающие специфическими чертами. Вряд ли нужно сейчас доказывать необходимость анализа структуры общественного сознания в зависимости от «предмета отражения и способов отражения, т. е. в плане гносеологическом. Подразделение общественного сознания на уровни в зависимости от глубины (полноты) отражения и на соответствующие формы в зависимости от предмета и способов отражений является лишь одной из его структур. Ее можно назвать структурой первого порядка, выражающей специфику общественного сознания как отражения общественного бытия. Но специфика общественного сознания не исчерпывается лишь тем, что оно является отражением общественного бытия 1. Поэтому и структура его не сводится к структуре первого порядка. Сознание есть единство отражения действительности и отношения к ней. Но не во всех духовных образованиях эти моменты выражены в равной мере. Например, «в потребностях и эмоциях, — пишет В. Н. Мясищев, — -выступает на «первый план отношение человека. Эти и подобные им понятия имеют предметное содержание, отражаемое сознанием человека. Далее необходимо говорить, что содержанием понятий потребности, страсти, чувства, интереса является не внешний предмет, а сама потребность, страсть, чувство, интерес, и они не только отражают объ- 1 Такой взгляд обосновывается и в статье В. С. Барулина «Отражательная и активно-творческая функции сознания и их место в структуре общественной жизни». Автор пишет, что «диалектико- материалистический подход к сознанию, рассмотрение его как идеального отражения объективной реальности составляет главное и основное в характеристике сознания, его самую глубокую сущность. Но сознание возможно анализировать и в несколько ином аспекте, а именно со стороны его творческой активности. В этом случае главное внимание переносится на раскрытие роли и проявления сознания в непосредственной человеческой деятельности» («Философские проблемы сознания и познания», [сб.]. Новосибирск, 1965, стр.21). 46
ективную действительность, а существуют как психическая жизнь, как отношение, направленное на те или иные объекты. Таким образом, ъ потребностях и чувствах «есть» отражение и отношение, но главным и определяющим здесь является отношение» 1. ^Аналогичное положение имеет место и в общественном сознании. Например, при анализе специфики такого образования сознания, как общественное мнение, момент отражения не имеет первостепенного значения. Дело в том, что формирующемуся мнению всегда "предшествуют факты общественной жизни, относительно которых складывается мнение, и представления об этих фактах; оно формируется на основе определенных взглядов, установок социальных групп, их традиций, обычаев и т. д. Поэтому специфика общественного мнения состоит не в том, что оно есть отражение действительности (это само собой разумеется), а в том, что на основе уже имеющихся у людей взглядов и представлений оно 'выражает отношение, т. е. активно воздействует. При рассмотрении структуры общественного сознания в его гносеологическом аспекте мы не сможем найти в ней места для общественного мнения, ибо оно формируется на уровне и обыденного и теоретического сознания, проявляется и в политике, и в нравственности, и в искусстве, и в других формах общественного 'сознания, не выступая специфической формой наряду с ними2. Уже на этом 1 В. Н. Мясищев. Сознание как единство отражения действительности и отношении к ней человека. — «Проблемы сознания», стр. 129. 2 Абсолютизация гносеологического аспекта при анализе общественного мнения приводит к тому, что некоторые исследователи вообще снимают вопрос о месте общественного мнения в структуре общественного сознания. Так поступает, например, Б. А. Грушин. Для него общественное мнение есть бесструктурное общественное сознание, или, как он пишет, «общественное сознание со сломанными внутри него перегородками» (Б. А. Грушин. Мнения о мире и мир мнений. М., 1967, стр. 61). Он критикует существующее п литературе определение общественного мнения как одного из состояний общественного сознания, но, не найдя лучшего определения, он пользуется им, уверяя читателей, что в его трактовке оно приобретает иной смысл. Если же общественное мнение есть состояние общественного сознания, а состояния последнего разнообразны, то вопрос о месте мнения в структуре общественного сознания не снимается. Но встает такой вопрос в связи с анализом не статической структуры, а структуры динамической, а последняя может быть раскрыта лишь при исследовании сознания в социологическом аспекте. Подробнее об этом будет сказано ниже. 47
примере можно видеть, что рассмотрение структуры сознания лишь в гносеологическом аспекте является недостаточным. Он должен быть дополнен анализом в социологическом аспекте. Анализ роли общественного 'сознания в жизни люден, выполняемых им функций, позволяет обнаружить иную его структуру. В этом случае общественное сознание подразделяется на вполне реальные образования уже в зависимости не от предмета и способов отражения, а от выполняемых им идеологических, познавательных, эстетических и иных социальных функций. Здесь обнаруживаются и иные структурные элементы общественного сознания и взаимозависимости между ними. В гносеологическом аспекте простейшими структурными элементами сознания выступают ощущения, восприятия, представления, понятия и подобные им чувственные, волевые и рациональные образования. В социологическом же аспекте ими выступают знания, мнения, убеждения, нормы, символы, ценности К Каждый из этих элементов имеет определенное значение в деятельности людей и зависит от той социальной нагрузки, которую оно несет. Скажем, с помощью знаний, фиксирующих представления о явлениях и закономерностях объективного мира, осуществляется разнообразная деятельность людей. Взаимоотношения людей осуществляются с помощью социальных норм. Последние определяют границы проявления человеческой активности, предписывая или запрещая то или иное поведение. Или, скажем, ценности выступают как цели и идеалы людей. Посредством ценностей люди органически соединяются с жизнью общества. Ценности выступают регулятором деятельности как отдельной личности, так и социальных групп, классов, поддерживают нормы поведения людей, определяют важность и необходимость использования знаний в обществе и выполняют другие функции. В зависимости от выполняемых социальных функций идеи и взгляды людей подразделяются на большие области или сферы общественного сознания. Среди них исторически выделялись на первый план такие, как общественная психология, идеология «и наука. Эти образования 1 Характеристика элементов сознания в зависимости от выполняемых социальных функций дана в статье: Э. В. Соколов. О некоторых элементах и структуре общественного сознания. — «Философские науки», 1907, Л«? I. 48
существуют наряду с видами общественного сознания. Виды сознания, выполняя определенные функции, и составляют ту или иную специфическую сферу общественного сознания. Конкретно-исторический подход к изучению структуры общественного сознания в социологическом плане позволяет подметить ряд новых его образований, обычно выпадающих при гносеологическом анализе, например, состояния общественного сознания. Вопрос о состояниях сознания возник в связи с выяснением роли конкретных идей и взглядов в жизни общества. Практика научных исследований подсказала, что нельзя глубоко раскрыть роль политических, нравственных, художественных и иных идей, вычлененных нз совокупности сознания класса или общества в целом. Нельзя потому, что все они тесно связаны между собой и воздействуют на жизнь людей совместно. Скажем, воздействие нравственных идей на поведение людей проявляется вместе с политическими, правовыми, философскими и иными идеями. В таком случае спрашивается, как же анализировать роль нравственных и иных идей в общественной жизни? Роль тех или иных идей и взглядов проявляется, на наш взгляд, через конкретные состояния общественного сознания. Последнее, принимая определенные состояния, оказывает воздействие на стимулы поведения людей, их деятельность. Оно оказывает влияние всем своим содержанием, всей совокупностью идей, представлений, чувств и т. д. Состоянием общественного сознания является не просто совокупность тех или иных идей и взглядов, представлений и чувств, а такое их положение, когда одни из них занимают доминирующее положение в сознании и пронизывают все его содержание. В самом деле, сознание любого общества (класса, социальной группы) в каждый данный период времени бывает пропитано определенными идеями (то политическими, то философскими, то нравственными и т. д.), и в зависимости от этого оно приобретает определенную настроенность и направленность, что и позволяет судить о разнообразных его состояниях. Настроенность и направленность сознания под влиянием доминирующих в нем идей и взглядов, представлений и чувств составляет специфическую особенность состояний общественного сознания. 49
Отмеченная особенность состояний дает возможность различать содержание общественного сознания, т. е. наличествующие в нем идеи, теории и другие образования, и его конкретные проявления в зависимости от того, какие идеи и чувства начинают в нем доминировать в определенный момент времени. Таким образом, структура общественного сознания может изучаться в гносеологическом и социологическом аспектах, опирающихся на конкретно-исторический подход к изучаемому явлению. Структура любой системы зависит не от аспектов подхода к ее анализу, а от самого изучаемого явления, многообразия его связей и отношений с другими явлениями действительности. Как мы уже говорили, наиболее изученной в настоящее время оказалась структура общественного сознания, анализируемая в гносеологическом аспекте. Что же касается изучения структуры в социологическом плане, то здесь многое до сих пор остается неясным, и это делает такой анализ особенно актуальным К 3 Зависимость структуры общественного сознания от видов деятельности людей и их общественных отношений Структура общественного сознания социально обусловлена. Но как понимать эту ее социальную обусловленность? Э. Дюркгейм придерживался того взгляда, что существует прямое соответствие между организацией общества и коллективным сознанием людей. Последние создают коллективные «понятия по образу и подобию организационных форм общества2. Сходных 1 Н. П. Антонов, подчеркивая творческую роль сознания в процессе общественно-трудовой деятельности людей, справедливо пишет: «Эта активная творческая роль сознания, его обратное влияние на общественное бытие заслуживает более пристального внимания и глубокого изучения» (И. П. Антонов. Природа сознания и аспекты его исследования. Иваново, 1967, стр. 17). 2 Категории, писал Дюркгейм, «выражают собой прежде всего те или другие состояния коллективности: они зависят от ее состава и способа организации, от ее морфологии, от ее институтов... Идеи времени, пространства, рода, причины построены из социальных элементов. .» (Э. Дюркгейм. Социология и теория познания. — «Новые плен в социологии», стр. 37, 42—43). 50
взглядов в своих исследованиях придерживался, например, и немецкий экономист В. Зомбарт. Развитие капиталистического духа, его основных элементов — предпринимательского духа и духа мещанского — он ставит в прямую зависимость от развития производства, от основных форм организации предприятия К Он усматривает жесткую зависимость между ними. Суждения о жесткой связи между структурой сознания и общественной структурой не получили широкого распространения в социологии ввиду явного упрощения и огрубления в них реально существующих связей. В основе таких суждений лежит стремление с позиций механистического детерминизма объяснить существующие связи между материальными и духовными явлениями. Современные буржуазные социологи точку зрения механистического детерминизма по вопросу о социальной обусловленности общественного сознания приписывают и марксизму. При этом они обрушивают огонь критики на позиции исторического материализма2. Буржуазные социологи стремятся противопоставить диалектико-мате- риалистическому обоснованию социальной обусловленности структуры общественного сознания, на характеристике которой мы специально намерены остановиться в данном параграфе, структурно-функциональный анализ. Структурно-функциональный анализ в буржуазной социологии претендует на раскрытие структуры общества в целом, в том числе и структуры сознания или культуры, и функций отдельных социальных институтов. Ооновными стержнями структуры общества (выступают личность, культурная система и социальная система. Последняя подразделяется на ряд подсистем3. Системы рассматриваются в структурном и Динамическом планах, связующим звеном между которыми выступают функции. 1 См. В. Зомбарт. Буржуа. Этюды по истории духовного развития современного экономического человека. М., 1924. 2 Например, американские социологи утверждают, что существует неясность в рассмотрении Марксом «отношений между системами идей в обществе и общественными производственными отношениями» («Социология сегодня. Проблемы и перспективы», стр. 237). Для буржуазных социологов действительно существует такая неясность, ибо материалистическое понимание истории исключает идеалистическое понимание, на позициях которого они стоят. 3 См. Т. Парсонс. Общетеоретические проблемы социологии. — «Социология сегодня...»; Т. Parsons. The Social System; «Theories of Society». New York, 1965. 51
В марксистской литературе показана научная несостоятельность структурно-функционального анализа буржуазной социологии К Состоит она прежде всего в неумении выделить существенные связи и отношения в общественных явлениях, в игнорировании производственных отношений как главных и определяющих все другие отношения. Марксизм исходит из того, что различные системы в обществе и их элементы взаимодействуют между собой, но определяющим в этом взаимодействии выступает экономика. А этого-то и не признают структурные функционалисты. Такой их взгляд отчетливо проступает при анализе системы идей в обществе. В ряде работ американских социологов, в особенности Т. Парсонса и Р. Мертона, большое место отводится анализу структуры идей2. В зависимости от выполняемых функций они выделяют определенные системы идей: мировоззрение, религию, науку и др. При этом они подчеркивают, что эти системы независимы от других систем общества, таких, как экономические -и политические системы. Такой подход к структуре общественного сознания буржуазные социологи выдают за заслугу этих социологов перед наукой3. Если уж говорить о «заслугах», то сама идея структурно-функционального подхода к общественному сознанию не принадлежит современным буржуазным социологам—она выдвинута давно. Например, в свое время А. Богданов ставил вопрос о функциональной роли идеологии4. Он отмечал, что «в исследовании любой идеоло- 1 См. Г. В. Осипов. Современная буржуазная социология. Мм 1964; А. Б. Зельманов. Научная несостоятельность метода структурно-функционального анализа в современной американской социологии. — «Проблемы методологии и логики наук». Томск, 1965. 2 Т. Parsons. The Social System; R. Merton. Social Theory and Social Structure. 3 Т. Парсонс и Р. Мертол «сконцентрировали свое внимание на социологическом анализе систем идей в обществе и показали теоретически и эмпирически, что системы идей, включая науку, являются функционально независимыми составными частями общества и независимыми от других функциональных элементов, таких, как экономические и политические структуры» («Социология сегодня...», стр. 239). 4 «Идеология, — писал А. Богданов, — есть орудие организации общества, производства, классов и вообще всяких общественных сил или элементов, — орудие, без которого эта организация невозможна» (А Богданов. Наука об общественном сознании, изд. 2. М., 1918, стр. 5). 52
гической формы основным должен быть такой вопрос: кого, т. е. какие элементы общества и в каких отношениях она организует? Только выяснив этот вопрос, можно понять возникновение, развитие, преобразования изучаемой идеологической формы и научно «предвидеть ее судьбу» 1.. Сама идея структурно-функционального подхода к общественному сознанию не может вызвать возражений. Вызывает возражение абсолютизация такого подхода и противопоставление его подходу гносеологическому. Общественное сознание есть отражение действительности и в своем развитии определяется материальными общественными отношениями. Только при таком понимании общественного сознания можно понять роль тех или «иных его видов в жизни общества. Известно, что Богданов отождествлял общественное сознание с общественным бытием и при рассмотрении видов идеологии различия между ними свел к различиям по их функциональной роли. Он снял гносеологический аспект анализа общественного сознания и его структуры, а потому и структурно-функциональный его подход без опоры на гносеологический оказался научно несостоятельным. Современные буржуазные социологи, в том числе Пар- сонс и Мертон, в деле абсолютизации структурно-функционального подхода к общественному сознанию идут дальше А. Богданова. Последний при выделении различных эпох в идеологическом развитии общества (эпохи первобытных культур, эпохи культур авторитарных, эпохи культур индивидуалистических и эпохи культуры коллективистской) пытался увязать в какой-то мере развитие форм идеологии с развитием общественных отношений, проследить зависимость возникновения и развития тех или иных идей от производственных отношений, Пар- сонс же и Мертон отрицают такую зависимость. В их понимании функционализм сводится к такому взаимодействию, где взаимодействующие стороны выступают как равнозначные. Поэтому они в принципе не отрицают взаимного влияния, скажем, экономической системы и системы идей, но отрицают тот факт, что ведущее место в этом взаимодействии принадлежит экономике, что здесь имеет место взаимодействие неравнозначных величин. Другими словами, социальную обусловленность струк- 1 Л. Богданов. Наука об общественном' сознании, стр. 32. 53
туры общественного сознания буржуазные социологи понимают крайне односторонне, а потому и неправильно. Они сводят ее лишь к зависимости тех или иных систем идей как структурных образований духовной культуры от выполняемых ими социальных функций. В отличие от буржуазной социологии исторический материализм не ограничивает рассмотрение социальной обусловленности общественного сознания и его структуры каким-либо одним планом, а подходит к вопросу всесторонне. Он усматривает социальную обусловленность прежде всего в том, что общественное сознание является продуктом духовного производства. Оно вырабатывается, производится людьми, находящимися между собой в определенных отношениях. Преодоление 'марксизмом созерцательности старого материализма выражалось и в том, что марксистская философия раскрыла активную роль людей в производстве общественного сознания. В процессе своей практики люди производят как материальные, так и духовные продукты, и производство в свою очередь подразделяется на материальное и духовное. Последнее создает представления, идеи, взгляды, теории и т. д. и непосредственно связано с идеологическими отношениями между людьми. Духовное производство становится возможным лишь на основе материального производства *и в связи с ним. Как отмечали Маркс и Энгельс, основной формой деятельности людей является «материальная деятельность, от которой зависит всякая иная деятельность: умственная, политическая, «религиозная и т. д.» *. Отношения материального производства определяют и идеологические отношения, в которые вступают люди в процессе духовного производства. Идеологические отношения выступают своеобразными формами или видами духовного производства 2, зависимыми от материального производства и его отношений. Зависимость духовного производства от производства материального сказывается прежде всего на содержании общественного сознания, определяемом материальными отношениями людей. «Производство идей, представлений, 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 71. 2 Право, мораль, религия, искусство и т. д., писал Маркс, «суть лишь особые виды производства и подчиняются его всеобщему закону» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Из ранних произведений. М., 1956, стр. 589). 54
сознания, — писали Маркс и Энгельс, — первоначально непосредственно вплетено в материальную деятельность и в материальное общение людей, в язык реальной жизни. Образование 'представлений, мышление, духовное общение людей являются здесь еще непосредственным порождением материального отношения людей. То же самое относится к духовному «производству, как оно проявляется в языке политики, законов, морали, религии, метафизики и т. д. того или другого народа»4. Исторически 'непосредственной предпосылкой возникновения духовного производства явилось отделение умственного труда от труда физического. Отделившись от физического труда, умственный труд получил в духовном производстве форму своего конкретного существования. Произошло это в условиях классового общества. В родовом обществе материальная и духовная стороны производства и воспроизводства общественной жизни были неразрывными функциями общества в целом. В классовом обществе материальное и духовное производство стали функциями различных социальных групп. В обществе выделились социальные группы, рекрутировавшиеся по преимуществу из эксплуататорских классов, каждая из которых была занята особым видом духовной деятельности2. Эти группы были призваны разрабатывать политические, правовые, религиозные, философские и иные представления и взгляды, идеи и теории, т. е. сознание господствующих классов. Анализируя возникшее духовное производство, Маркс отмечал, что в прямом смысле оно имеет своим результатом производство духовных потребительных ценностей, овеществляющихся в определенных предметах, существующих отдельно как от производителя, так и от потребителя. «.. .Таковы, например, книги, картины и вообще все произведения искусства, существующие отдельно от художественной деятельности создающего их художника»3. Другой формой духовного производства является такая, когда продукт производства не получает самостоятельной жизни, отдельной от самого производителя. «Производимый продукт неотделим от того акта, в котором он 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 24. 2 Первую из таких групп, говорил Маркс, составили попы (см. Л". Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 30). 3 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т 26, ч. I, стр. 420. 55
производится, как это имеет место у всех художников- исполнителей, ораторов, актеров, учителей, врачей, попов и т. д.» 1 Связь между материальным и духовным производствами, оказавшимися в классовом обществе уделом различных социальных групп, осуществляется через отношения между классами. «Класс, имеющий в своем распоряжении средства материального производства, располагает вместе с тем и средствами духовного производства, и в силу этого мысли тех, у кого нет средств для духовного производства, оказываются в общем подчиненными господствующему классу»2. Таким образом, существующая связь между духовным и материальным производствами, зависимость первого от второго свидетельствуют о социальной обусловленности общественного сознания. «.. .Из определенной формы материального производства, — писал Маркс,— вытекает, во-первых, определенная структура общества, во-вторых, определенное отношение людей к природе. Их государственный строй и их духовный уклад определяются как тем, так и другим. Следовательно, этим же определяется и характер их духовного производства»3. Опираясь на это положение, мы можем более конкретно рассмотреть вопрос и о подходе к анализу социальной обусловленности структуры общественного сознания. Начало дифференциации общественного сознания положило разделение труда на материальный и духовный. Разделение труда является тем важнейшим социальным фактором, анализ которого позволяет подойти к правильному пониманию структуры общественного сознания. Исторически виды и сферы общественного сознания выделялись по мере того, как у общества возникали определенные потребности и появлялись особые отрасли духовного производства, в которых были заняты те или иные группы людей. «Общество порождает, — говорил Энгельс,— известные общие функции, без которых оно не может обойтись. Предназначенные для этого люди образуют новую отрасль разделения труда внутри общества»4. Энгельс иллюстрирует эту мысль на примере права. «Как только становится необходимым новое разделение труда, 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 26, ч. I, стр. 421. 2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 46. 3 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 26, ч I, стр. 279. 4 К. Маркс и Ф. Энгельс. Сом., т. 37, стр. 416. 56
создающее профессиональных юристов, открывается опять-таки новая самостоятельная область...» 1 Деятельность в области права, так же как религиозная, художественная, научная и другие ее виды, послужила основанием для становления соответствующих структурных образований общественного сознания. Поэтому причины появления тех или иных духовных образований следует искать прежде всего в общественных потребностях людей и соответствующих видах деятельности, направленных на удовлетворение этих потребностей. Скажем, правосознание как особый вид общественного сознания вызван к жизни такой социальной потребностью классового общества, как необходимость правового регулирования общественных отношений. Не будь этой потребности, не возникло бы ни право, ни правосознание. Данная потребность обусловлена возникновением частной собственности на средства производства и делением общества на классы. И суть ее сводится к тому, что господствующий класс свою фактическую экономическую и политическую власть в обществе стремится закрепить юридически, свою волю утвердить -в качестве общеобязательной для всех членов общества. Его воля принимает форму юридических норм, создаваемых государством и охраняемых принудительной силой последнего. Юридические нормы создаются в соответствии с правосознанием господствующего класса. Поэтому потребность в юридических нормах есть вместе с тем и потребность в правосознании. Последнее представляет собой совокупность взглядов, идей, представлений о праве, его оценку. Правосознание выражает идею правовой нормы, закона; оно влияет на применение закона, т. е. на его истолкование, определение наказания. Правосознание как специфический вид сознания можно рассматривать лишь в связи с правовой деятельностью. Однако, как ни важно учитывать влияние разделения труда на структуру общественного сознания, одного этого еще недостаточно. Дело в том, что, принимая во внимание различные виды духовной деятельности, мы можем составить представление о структуре сознания лишь с точки зрения его производства, т. е. по продуктам определенных видов духовной деятельности. Это даст нам статическую структуру общественного сознания. Но ведь созна- 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 37, стр. 417. 57
пие вырабатывается для того, чтобы распространить его в массах, воплотить в реальных отношениях между людьми. В процессе же усвоения массами и воплощения в реальных отношениях сознание претерпевает большие изменения как по содержанию, так и по структуре. Далеко не все из выдвинутых идей воплощаются в реальных отношениях. Кроме того, идеи взаимодействуют и взаимопроникают в процессе активного воздействия на жизнь общества; в результате складывается весьма динамическая структура сознания, во многом отличающаяся от статической структуры. Поэтому более полное представление о структуре сознания можно составить на основе анализа структуры общественных отношений К Общественное сознание объективируется в общественных отношениях: наглядным примером этого служат идеологические отношения. Политические, нравственные и иные идеологические отношения позволяют судить и о реализующихся в них идеях и взглядах. Другими словами, по структуре общественных отношений мы можем в известной мере судить и о структуре общественного сознания2. Выдвинутый принцип подхода к анализу структуры общественного сознания позволяет понять место в структуре сознания и таких образований, как классовые, национальные и групповые сознания, так как названные духовные образования выступают формой выражения и реализации классовых, национальных и групповых отно- 1 На зависимость структуры общественного сознания от структуры общества, общественных отношений указывали А. Лабриола (см. «Очерки материалистического понимания истории». М., 1960) и Г. В. Плеханов. «Материализм, объясняя психологию данного общества или класса, — писал Плеханов, — апеллирует к общественной структуре, создаваемой экономическим развитием» (Г. В. Плеханов. Избранные философские произведения в пяти томах, т. III. М., 1957, стр. 182). 2 Связь между структурой идеологических отношений и структурой общественного сознания в известной мере прослеживается при анализе форм идеологии. Так, Г. Я. Нестеренко в книге «Идеология, ее особенности и формы» возникновение различных форм идеологии ставит в зависимость от классовых отношений. Правда, связь между видами идеологических отношений и формами идеологии усматривается в плане отражения: каждая из форм идеологии отражает какой-то вид отношений. В действительности, конечно, любая из форм идеологии отражает всю совокупность общественных отношений. Но примечательно уже само стремление увязать структуру общественного сознания со структурой общественных отношений. 58
шсиий. По характеру и богатству реальных отношений можно судить о содержании и структуре сознания тех или иных социальных групп -и общностей людей. Зависимость структуры общественного сознания от общественных отношений сказывается через интересы людей, ибо отношения между людьми проявляются как отношения интересов 1. Так, на основе объективного положения класса в обществе и уровня потребностей складываются его интересы, которые существуют независимо от того, сознают ли эти интересы его члены или отдельные представители, т. е. существуют объективно. Логика развития любого класса такова, что интересы рано или поздно, адекватно или не адекватно осознаются его членами. Осознание >их осуществляется в процессе практической деятельности класса, реальных отношений данного класса с другими классами. Осознанные интересы в виде определенных идей и взглядов становятся идеальными побудительными мотивами деятельности, реальных отношений членов класса. Все социальные отношения (а «е только экономические) выступают как отношения интересов. Отсюда следует, что анализ социальных отношений есть вместе с тем анализ взаимоотношений интересов между классами и другими социальными группами, нациями, обществом и личностью и т. д., есть анализ их объективного содержания и осознания людьми2. Поскольку сложившаяся в обществе система деятельности и общественных отношений выступает реальным основанием существования духовных образований, то выяснение структуры сознания в связи с анализом видов деятельности людей и их общественных отношений можно также рассматривать как один из важных методологических принципов марксистской философии. 1 «Экономические отношения каждого данного общества, — писал Энгельс, — проявляются прежде всего как интересы» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 18, стр. 271). 2 Иногда осознание интереса рассматривают как субъективную сторону самого интереса, а интерес — как единство объективного и субъективного (см. А. Г. Здравомыслов. Проблема интереса в социологической теории. Л., 1964, стр. 29). В таком понимании затушевывается вопрос об объективном существовании интересов. Видимо, более правильным будет рассматривать единство объективного и субъективного не в связи с характеристикой интересов, как таковых, а с реализацией их, с практическими отношениями людей. Взгляды и идеи, представляющие собой осознание интереса, выступают стороной не самого интереса, а общественных отношений.
г.шва и Виды общественного сознания 1 О понятиях *форма* и «вид» общественного сознания Представление о структуре общественного сознания ассоциируется, как правило, с его формами. Авторы работ, рассматривающих проблему духовной жизни общества, в большинстве своем исходят как из непреложной аксиомы, что общественное сознание существует и проявляется в различных формах, и не ставят вопроса о том, что же -имеется в виду тюд понятием «форма общественного сознания». Да и читатели философской литературы настолько уже привыкли к употреблению термина «форма сознания», что ответ на такого рода вопрос -кажется самоочевидным. В действительности же ответить на него не так легко в силу неопределенности самого понятия. Первоначально категория «форма общественного сознания» выражала лишь сам факт структурности общественного сознания. Такое ее употребление, скажем, в «Немецкой идеологии» Маркса и Энгельса было вполне оправданным. В дальнейшем, по мере разработки реальной структуры общественного сознания этой категорией стали широко пользоваться для обозначения и содержания конкретных духовных образований, и специфических способов отражения действительности, и воплощения идеального в произведениях культуры. Она потеряла свою определенность, а в связи с этим стали избегать и постановки вопроса о ее содержании. Однако потребность в уточнении понятий, выражающих структуру общественного сознания, существует. Она обусловлена как развитием самой науки, так и практикой конкретных социальных исследований духовной жизни общества. За последние годы были сделаны отдельные попытки уточнить понятие «форма общественного сознания» и тем самым преодолеть существующую неопределенность. Уточнение понятия шло прежде всего по линии ограничения его объема. Было подвергнуто критике расши- 60
рительное толкование категории «форма сознания», когда в нее наряду с духовными образованиями включались и отношения между людьми. Такое толкование понятия имело распространение в литературе 20—30-х годов1. В последующие десятилетия от такого расширительного толкования данного понятия стали отказываться, но оно до сих пор сохраняется, в особенности при анализе нравственности и искусства2. Поэтому прав Д. И. Чесноков, возражая против такого расширительного толкования форм сознания. На примере анализа политики, права, морали и других общественных явлений Д. И. Чесноков показал, что последние включают в свое содержание как идеологические отношения, так и взгляды, идеи, теории, составляющие формы сознания в собственном смысле слова. Так, анализируя мораль, он пишет: «Мораль как система общественных норм поведения, которым следуют люди в своих действиях, есть определенное общественное отношение, несводимое к нравственным взглядам и теориям, обосновывающим эти нормы или отвергающим их». На основе проделанного анализа Д. И. Чесноков заключает: «.. .следует отличать идеологические формы, имеющие дело со взглядами и теориями людей, от многообразия идеологических отношений, явлений, ценностей, в которых соответственно воплощены эти взгляды и теории»3. Наряду с расширительным толкованием понятия «форма общественного сознания» в социологической литера- 1 Для примера можно сослаться на книгу И. Ф. Куразова «Исторический материализм» (М. — Л., 1929). Автор ее придерживается того взгляда, что исторический материализм изучает не всякое сознание, а только идеологию. «Всякая идеология, — пишет он, — есть система идей, но не всякая идея и система идей образует идеологию» (стр. 128). Автор отличает идеологию как общественное отношение от сознания как субъективно-психологического процесса и рассматривает виды идеологии как различные общественные отношения. Он утверждает: «.. .идеология есть не сам психико-сознательный процесс в головах людей, а вид общественных, объективных надстроечных отношений, в которые вступают сознающие, мыслящие люди. Если в сознании бытие находит свое субъективное отображение, то в идеологии общественное бытие вновь объективируется, причем в этой объективации обнаруживается относительно осознанная деятельность людей. Сознание через общественно-обусловленную деятельность людей переходит в идеологию как в общественное отношение» (там же). 2 См. «Исторический материализм». Под ред. проф. А. Д. Макарова и др. М., 1963, стр. 235—256, 290—312. 3 Д. И. Чесноков. Исторический материализм, изд. 2. М., 1965, стр. 340-341. 61
туре имеет хождение и другая крайность: и данное понятие не включаются социально-психологические явления, относящиеся, скажем, к морали, к искусству, и тем самым обедняется содержание 'понятия. Формы общественного сознания отождествляются по существу с формами идеологии и называются не иначе как идеологическими формами 1. Сторонников точки зрения, исключающей из форм сознания социально-психологические образования, становится все меньше и меньше. Исследования духовных образований, осуществленные за последние годы, убедительно -показывают, что в содержание форм сознания включаются и идеологические и социально-психологические моменты, т. е. и идеи, и чувства, и проявления воли. Отождествление форм общественного сознания с формами 'идеологии приводит не только к исключению из первых социально-психологических образований, но и к ограничению многообразия форм сознания. Нередко такое духовное явление, как наука, не рассматривается в качестве специфической формы общественного сознания. Такое ограничение многообразия форм сознания вызывает возражение, и в связи с этим поднимается вопрос о соотношении форм общественного сознания и форм идеологии. Возражение совершенно справедливое, ибо общественное сознание не сводится к идеологии. Формы общественного сознания многообразнее идеологических форм, и последние не тождественны первым2. В работах, посвященных анализу проблем общественного сознания, выясняется, что же обозначается понятием «форма общественного сознания». Так, в монографии, написанной работниками кафедры философии гуманитарных факультетов МГУ, указывается: «Понятием «форма общественного сознания» обозначается определенное идейное 'содержание, обусловленное объектом отражения (отличие, например, политической идеи от правовой), и определенный способ отражения (отличие, например, фи- 1 См. «Основы марксистской философии», изд. 2. М., 1963, стр. 530. 2 См. С. В. Гуреев. Некоторые вопросы проблемы соотношения форм общественного сознания в свете ленинской теории отражения. — «Вопросы истории КПСС и философии». «Труды Ленинградского инженерно-экономического института», вып. 38. Л., 1961, стр. 193—196. 62
лософии как понятийного отражения, от искусства как образного отражения)» '. Здесь сформулирован ответ на вопрос, что же подразумевается под «формами общественного сознания». Как можно видеть, при их характеристике речь идет главным образом о содержании тех или иных идей и взглядов, а также о различиях между ними по способу отражения. Приведенное толкование анализируемого понятия позволяет поставить и ответить на вопрос, соответствует ли данное понятие тому, что им «обозначается». Нет, не соответствует, поскольку им обозначаются не только различия по «форме», но прежде всего различия по «идейному содержанию». Различающиеся между собой идеи и взгляды «по своему содержанию (качеству) называть «формами сознания» нелогично. Самое название должно указывать на имеющиеся между идеями, взглядами, представлениями различия по содержанию. Если уж говорить о соотнесении понятия «форма сознания» к тому, что им «обозначается», то оно может относиться лишь к «способу отражения». В таком случае употребление данного понятия было бы оправдано. Содержание духовных явлений, как и материальных, оформлено, и они действительно различаются по «способу отражения». В общепринятом же употреблении понятие «форма» обозначает и содержание сознания и собственно форму. И это не может не вызывать возражений. Г. М. Гак не соглашается с распространенным пониманием форм общественного сознания и пытается определить их более строго. «Анализ специфики разных форм общественного сознания,—пишет он, — обычно сводят к выяснению специфики предмета той или иной идеологической области: политического учения, правовой теории, философии и т. д.»2, в то же время как «историко-мате- риалистическое рассмотрение форм общественного сознания обязывает показать, что в разных формах общественного сознания отражаются экономическая структура, ее разные стороны»3. Если мы намерены, скажем, раскрыть специфику морали как формы сознания, то надо рассмотреть ее как отражение экономической структуры и указать, что и как она отражает. 1 «Формы общественного сознания», стр. 22. 2 Г М. Гак. Учение об общественном сознании в свете теории познания, стр. 87. 3 Там же, стр. 90. 63
Г. М. Гак усматривает специфику форм общественного сознания в способе отражения и в объекте отражения. Он подчеркивает, что при определении специфики разных форм сознания нельзя «сводить дело к специфике предмета того или иного учения — политического, философского и т. д., а необходимо исходить прежде всего из учета специфической стороны экономического развития, рождающей н "питающей данную форму общественного сознания» !. Приведенные высказывания позволяют судить, что Г. М. Гак пытается вложить более соответствующий смысл в понятие «форма общественного сознания». Но можно ли рассматривать описанные Г. М. Гаком в его монографии политическое сознание, правосознание, нравственность, религию, 'искусство и философию как формы общественного сознания? Нам думается, что в строгом смысле слова нельзя их принимать за формы общественного сознания. И вот почему. Г. М. Гак при рассмотрении форм сознания во главу угла поставил объект отражения и показал, что, скажем, политическое сознание есть наиболее непосредственное отражение экономических отношений, а нравственное сознание лишь в конечном счете отражает экономическую структуру, что политическое и правовое сознание существует постольку, поскольку экономические отношения имеют классовую структуру, в то время как моральное сознание не связано обязательно с классовой структурой экономических отношений. Все это очень важно для -понимания духовной жизни общества. Но ведь по замыслу речь должна идти о «формах» сознания, т. е. о структуре продуктов осознания бытия, а здесь рассматривается вопрос об объекте отражения, о специфике отражения. И формы, проанализированные в книге, являются скорее не формами сознания, а формами познания. Г. М. Гак не усматривает различий между сознанием и познанием и возражает тем, кто проводит такое различие. Поэтому для него формы познания и есть формы сознания2. Не вдаваясь в рассмотрение вопроса о созна- 1 Г. М. Гак. Учение об общественном сознании в свете теории познания, стр. 91. 2 «В философской науке, —пишет Е. В. Шорохова, —сознание часто сводится к познанию. Фактически сознание отождествляется с мышлением, а вся содержательная характеристика сознания сво- 64
нии и познании, требующего специального анализа, отметим, что вряд ли можно отрицать, что сознание допустимо рассматривать и как процесс осознания, и как его результат, поэтому вполне допустимо и употребление понятия «познание» применительно к процессу осознания, хотя самое понятие еще недостаточно определено *. Психическое, его высшая форма — сознание есть процесс отражения, деятельность субъекта; в своем же отношении к объекту отражения оно выступает как идеальное. Характеристика психического как идеального, замечает С. Л. Рубинштейн, «относится, собственно, к продукту или результату психической деятельности — к образу или идее в их отношениях к предмету или вещи... Противопоставляться материальному психическая деятельность может лишь в качестве духовной, поскольку она оказывается насыщенной идейным содержанием, приобретенным в процессе общественно организованного познания»2. Если процесс достижения истины выступает как познание, то результат познания, или, как говорит С. Л. Рубинштейн, «идейное содержание», приобретенное в процессе познания, есть сознание. Это согласуется с классической трактовкой сознания как осознанного бытия3. Попытка уточнить понятие «форма общественного сознания» привела Г. М. Гака к выделению общественных форм познания, хотя он по-прежнему называет их формами сознания. Попытку уточнить понятие «форма общественного сознания» предприняли Л. А. Зеленов и Ф. А. Селиванов; они рассмотрели отношение формы и содержания в общественном сознании и пришли к выводу, что отношения между общественным сознанием и отдельными видами сознания — политическим, нравственным, философским и другими — не выступают как отношения между содержа- дится к раскрытию его логической структуры» («Природа сознания и закономерности его развития». Материалы симпозиума. Новосибирск, 1966, стр. 4). Такое отождествление сознания и мышления Е. В. Шорохова считает необоснованным. 1 Подчеркивая трудность определения, Б. Рассел не без юмора заметил: «.. .не будем забывать, что вопрос: «Что мы имеем в виду под понятием «познание»? — не является вопросом, на который можно дать более определенный и недвусмысленный ответ, чем на вопрос: «Что мы имеем в виду под понятием «лысый»?» (Б. Рассел. Человеческое познание. Его сфера и границы. М., 1957, стр. 191). 2 С. Л. Рубинштейн. Бытие и сознание, стр. 41. 3 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 25. 65 3 А. К. Уледов
нием и формой, так как форма есть выражение содержания, способ его бытия, а ни один из названных видов сознания не является способом бытия общественного сознания. Л. А. Зеленое и Ф. А. Селиванов утверждают, что «политические идеи, эстетические взгляды, этические убеждения и т п. следует относить к общественному сознанию, определяя -их как элементы общественного сознания, или как политическое, эстетическое, этическое и т. д. сознание, и на этом основании неправомерно определять их как формы общественного сознания» х. В таком случае что же следует понимать под «формами общественного сознания»? По их мнению, «формы общественного сознания — это продукты материального воплощения, объективизации в материальных средствах выражения различных частей сознания, это объективированное (т. е. воплощенное в объективном) общественное сознание»2. В качестве основания для такого вывода они приводят положения о том, что к общественному сознанию следует относить лишь то, что не является материальным, и что идеи, взгляды, убеждения, верования и другие духовные образования обладают объективным существованием, только будучи материально оформленными. Но самое материальное оформление не относится к общественному сознанию. Они подчеркивают, что неверно относить, к примеру, художественные произведения или поступки людей к общественному сознанию. «По отношению к эстетическому сознанию художественные произведения выступают как форма бытия эстетического сознания, по отношению к этическому сознанию поступки, обычаи и пр. выступают как форма бытия этического сознания и т. д.»3. Конечно, если иметь в виду не процесс познания, а именно его результат, сознание как осознанное бытие, то, действительно, воплощением духовного могут выступать лишь материальные образования. Но следует ли эти материальные образования называть «формами общественного сознания»? Такой вопрос неизбежно встает по прочтении названной статьи. 1 Л. А. Зеленое, Ф. А. Селиванов. Содержание понятия о форме общественного сознания. — «Ученые записки Томского государственного университета», 47. Томск, 1963, стр. 31. 2 Там же, стр. 32. 3 Там же, стр. 31—32. 66
В самом деле, художественные произведения, поступки людей, обряды и т. д. есть единство объективного и субъективного. В них духовное содержание и материальная форма слиты. Если к общественному сознанию следует относить лишь то, как пишут авторы статьи, что не является материальным, то почему же они относят только к форме сознания произведения искусства, поступки людей, обряды и т. д., где есть и идеальное? Эти ученые впадают в явное противоречие в своих суждениях. Различая по характеру бытия эстетические взгляды и художественные произведения, этические убеждения и поступки, религиозные верования и обряды, авторы статьи и приходят к выводу, что характеристику «форм общественного сознания» можно давать отдельно от «общественного сознания». Но с подобным 'выводом нельзя согласиться, ибо «формы» в таком случае лишаются своего содержания. Предложенное понимание форм общественного сознания вызывает еще большее возражение в связи с тем, что авторы статьи возвращаются к точке зрения, во многом в настоящее время уже преодоленной, а именно к расширительному толкованию форм общественного сознания, в которые включают и организации, и учреждения, и материальные системы, позволяющие объективироваться идеям и взглядам. Однако сам вопрос об образованиях, которые бы обнимали собой не только взгляды, идеи, но и их воплощение в определенных продуктах, имеет реальный смысл. Только ставить и решать его нужно, как нам кажется, не в плане характеристики «форм общественного сознания», а в плане культуры и ее областей, или сфер. Л. А. Зеленов и Ф. А. Селиванов фактически и пишут, о сферах культуры, а называют их (искусство, мораль и т. д.) формами сознания. Понять проявление и воплощение общественного сознания возможно лишь через анализ культуры. Последняя является той сферой общественной жизни, где осуществляется взаимодействие между бытием и сознанием. На основе взаимодействия объективного и субъективного происходит качественное совершенствование (что и характеризуется как рост культуры) бытия и сознания. В продуктах культуры объективируется деятельность (материальная и духовная) людей, их сознание. В раз- 67
личных ее сферах и находит свое выражение общественное сознание ]. Из сказанного следует, что попытка более строго определить содержание понятия «форма общественного сознания» привела в одном случае к характеристике форм познания, а в другом — форм культуры. Можно полагать, что трудность в определении понятия «форма сознания» неизбежна. Данное 'понятие отражает лишь сам факт, что общественное сознание имеет свою структуру. Когда же стали им обозначать различные, в зависимости от аспекта анализа структуры общественного сознания, духовные образования, то обнаружилась крайняя его неопределенность. Рассмотрение структуры общественного сознания только в гносеологическом плане неизбежно приводит к утверждению, что формы сознания суть разные пути познания действительности, различающиеся между собой по объекту отражения и по способу отражения. В тех работах по историческому материализму, в которых анализ структуры общественного сознания проводится и в социологическом плане, под формами сознания понимаются определенные политические, правовые, нравственные и иные взгляды и представления, различающиеся между собой главным образом своим содержанием. Здесь подчеркивается не формальная (способ отражения, объект отражения), а содержательная сторона. Попытки же рассмотреть структуру общественного сознания в конкретно- историческом плане приводили к включению в понятие «форма сознания» и тех организаций, учреждений, общественных отношений, с которыми связано конкретное проявление сознания в общественной жизни. Короче, различный подход к структуре сознания не позволял вкладывать равнозначный смысл в одно и то же понятие «форма общественного сознания». Отсюда неопределенность термина еще больше усиливалась. В интересах объективного анализа структуры общественного сознания следует, видимо, более строго разграничивать аспекты такого анализа. Стремление абсолютизировать какой-то один аспект и приводит к конструированию жестких схем, затрудняющих понимание структуры 1 Эти вопросы довольно обстоятельно освещены в книгах «Коммунизм и культура» и «Строительство коммунизма и духовный мир человека». 68
столь сложного явления, каким является общественное сознание. В интересах объективного анализа структуры общественного сознания следует, далее, строго ограничить употребление понятия «форма общественного сознания». Ясно, что первоначальный смысл, вкладывавшийся в него, оно утратило. Из тех значений, которые приписываются ему сейчас, реально соответствует, пожалуй, лишь одно — это указание на различия способов отражения действительности. В гносеологическом аспекте анализа структуры сознания такие различия действительно существуют. Правда, понятие «форма сознания» может быть и здесь заменено более соответствующим и определенным понятием «форма познания». Но поскольку «сознание» и «познание» еще часто употребляются в одном значении и вопрос об их различении остается спорным, то и понятие «форма сознания» может употребляться в значении «форма познания». Что же касается анализа структуры сознания в социологическом плане, то здесь могут быть использованы понятия «вид сознания» и «сфера культуры». Формы познания — это формы отражательной деятельности, характеризующие сам процесс отражения со стороны того, как, каким путем, способом познается действительность1. В сферах культуры объективируется общественное сознание. Они представляют собой единство духовного и материального, субъективного и объективного и позволяют характеризовать не только сознание, но и целые области общественной жизни, такие, как политика, нравственность, искусство и др. Понятием «вид сознания» обозначаются образования уже собственно общественного сознания. Виды сознания можно раскрыть в связи с формами познания, продуктом которого они яв- 1 С. В. Гуреев в упоминавшейся статье «Некоторые вопросы проблемы соотношения форм общественного сознания в свете ленинской теории отражения» убедительно показывает обусловленность возникновения и развития основных форм сознания (познания) самим характером процесса познания и выясняет их специфику по способам отражения. Конечно, он не отрицает и социальных основ форм познания, но акцентирует внимание на их гносеологических основах и тем самым объясняет их устойчивость. «Устойчивы они именно потому, что это определенные формы отражения действительности, обусловленные самим характером познавательной деятельности людей» («Труды Ленинградского инженерно-экономического института», вып. 38, стр. 191). 69
ляются, и со сферами культуры, в которой они воплощаются. Общественное сознание —это родовое понятие. Оно охватывает собой самые различные по содержанию идеи, взгляды, представления, мнения и т. д. Последние, различаясь между собой по содержанию, выступают по отношению к своему роду как видовые понятия. Политическое сознание, правовое сознание, нравственное сознание и т. д. как раз и представляют собой специфические виды общественного сознания. Они различаются между собой главным образом и прежде всего содержанием своих идей, взглядов, представлений и той ролью, которую играют в жизни общества. 2 Общественные отношения и виды сознания Виды общественного сознания в реальной жизни непосредственно связаны с общественными отношениями. Структура последних, в особенности надстроечных отношений, и позволяет объективно судить о разнообразных видах общественного сознания. Вопрос о структуре общественных отношений в социологической литературе не получил еще должной научной разработки, но внимание к «нему все больше возрастаетх. Основные положения, обосновывающие диалектико-мате- риалистический подход к анализу системы общественных отношений, даны в трудах классиков марксизма-ленинизма. В их трудах общественные отношения подразделяются прежде всего на два типа: на отношения людей к природе и на отношения между людьми. Их основная идея относительно структуры общественных отношений 1 Структурный подход к анализу общества неизбежно приводит к выяснению системы общественных отношений. Попытки выяснить такую систему предприняты в ряде работ последних лет. См. А. В. Дроздов. Человек и общественные отношения. Л., 1966; Ст. Михайлов. Обществото като социологическа система. — «Известия на института по философия», т. XI. София, 1965; Н. Стефанов. Теория и метод в обществознанието. София, 1965; его же. Социологическа структура и структурна социология. — «Известия на института по философия», т. XI. София, 1965; Ф. Д. Кондратенко. Эстетическое как отношение. — «Эстетическое», [сб.]. М., 1964; А. Е. Фурман. О предмете исторического материализма. — «Философские науки», 1965, № 6. 70
сводится к следующему: «.. .общественные отношения делятся на материальные и идеологические. Последние представляют собой лишь надстройку над первыми, складывающимися помимо воли и сознания человека, как (результат) форма деятельности человека, направлений на поддержание его существования» К Идеологические отношения в отличие от материальных, формирующихся помимо воли и сознания людей, прежде чем сложиться, проходят через сознание людей2. В этом состоит особенность надстроечных отношений, рассматриваемых с точки зрения их происхождения. Относительно понимания идеологических отношений высказываются противоречивые мнения. В одном случае их относят к сфере сознания (поскольку они идеологические) и отрицают реальное существование их вне сознания. Об этом можно судить, например, по определению такой категории исторического материализма, как надстройка общества. Среди элементов надстройки не называются идеологические отношения3. Содержание надстройки сводится к политическим, нравственным и иным идеям и соответствующим им учреждениям. В другом случае отдельные виды идеологических отношений включаются в категорию общественного бытия. Это касается главным образом политики, относительно которой утверждается, что она есть сфера практической жизни, оказывающая непосредственное влияние на мораль, философию и другие формы сознания, и на этом основании может быть отнесена к общественному бытию4. Взгляд на политику как сферу общественного бытия не получил распространения, что же касается растворения идеологических отношений в общественном сознании, то такая точка зрения распространена довольно широко, что свидетельствует о трудностях в понимании отношений данного вида. Вопрос об идеологических отношениях, их природе, реальном проявлении в жизни нуждается в специальном обсуждении, которое и позволит всесторонне его осветить. Поэтому высказанные здесь суждения не претендуют на сколько-нибудь полное его решение. 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 1, стр. 149. 2 См. там же, стр. 137. 3 См. И. В. Сталин. Марксизм и вопросы языкознания. М., 1954, стр. 5—6. 4 См. В. П. Тугаринов. Общественное бытие. Л., 1958, стр. 9. 71
Идеологические отношения, представляя собой выражение материальных отношений *, суть реальные, вне сознания существующие отношения. Об их реальности говорят действия, поступки людей. Практические действия в политической, нравственной и иных сферах жизни выступают объективной стороной идеологических отношений. Идеологические отношения, как уже отмечалось, при своем складывании проходят через сознание людей. Идеи и взгляды направляют формирование соответствующих отношений, и в этом смысле можно говорить о духовности последних. В гносеологическом плане идеологические отношения противостоят материальным. Но идеологические отношения, анализируемые в плане социологическом, не противостоят материальным и являются, как и материальные, объективными отношениями, существующими вне сознания людей. Например, политические идеи и взгляды выступают побудительными мотивами при формировании отношений между классами, касающимися вопросов государства, но сформировавшиеся при этом политические отношения не исчерпываются вызвавшими их мотивами, а представляют собой практическую борьбу классов. В антагонистическом обществе борьба классов за власть есть явление вполне объективное. По своему проявлению политические отношения, являясь идеологическими, не отличаются от экономических отношений как отношений материальных2. Анализ общественных отношений только в плане отражения неизбежно приводит к тому, что идеологические 1 Маркс рассматривал правовые и политические отношения как проявление отношений экономических (см. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 421)! 2 Категории материального и идеального, объективного и субъективного, стихийного и сознательного позволяют характеризовать общественные отношения в разных планах. Первая из названных пар категорий может быть использована в гносеологическом анализе, вторая и третья — в социологическом анализе. Встречающееся в литературе неправильное толкование этих категорий связано с нечеткостью различения самих планов анализа, т. е. возникновения отношений, их существования и развития. Поэтому нередко, скажем, «материальное» как субстанциональное в общественных отношениях сводится к «объективному», т. е. к тому, что находится вне сознания и вне зависимости от воспринимающего субъекта, а объективное в свою очередь сводится к «стихийному», т. е. к тому, чье развитие не испытывает направляющего влияния сознания и воли людей. При таком совмещении содержания понятий затрудняется возможность научного анализа общественных отношений, в особенности отношений идеологических. 72
отношения (если даже они и не растворяются в сознании, а признаются как реальные) рассматриваются как момент, или как сторона, или как форма других отношений х. Если идеологические отношения лишь сторона или форма иных отношений, а «иными» являются только материальные, то все многообразие общественной жизни сводится к материальным отношениям. Вряд ли такое сведение будет правильным. Идеологические отношения нередко ставятся в полную зависимость от идей и взглядов. Так, А. В. Дроздов и С. С. Батенин, показывая зависимость идеологических отношений от сознания, пишут: «Зависимость от сознания выражается в том, что -идеологические отношения, во- первых, не могут формироваться стихийно. Они возникают только после того, как людьми осознается, под влиянием материальных потребностей, необходимость их создания. Во-вторых, эти отношения строятся людьми в соответствии с определенными идеями, и при этом настолько, что являются результатом их практического воплощения» 2. Утверждение о сознательном характере формирования идеологических отношений слишком категорично. Оно постулировано из положения, что 'идеологические отношения при своем складывании проходят через сознание людей, но из него высказанное суждение с такой неизбежностью не следует. Формирование идеологических отношений действительно связано с сознанием, но возникают они не из сознания, а из материальных отношений. Идеологические отношения, как и сознание в целом, есть порождение и выражение материальных отношений. Надстроечные отношения с рождением каждой новой эпохи складываются нередко стихийно, а когда они уже сложились, их воспроизведение осуществляется сознательно. Вот здесь и возникает потребность у общества в идеях, 1 Так, например, Н. Г Александров, признавая реальность правовых отношении, вместе с тем рассматривает их вначале как форму экономических отношений, а затем как форму «для других надстроечных отношений в государственно-организованном обществе» (Н. Г. Александров. Правовые отношения в социалистическом обществе. М, 1959, стр. 19). Если правовые отношения являются лишь формой «форм» отношений, то они лишаются своего содержания, а вместе с тем и самостоятельности. 2 А. В. Дроздов, С. С. Батенин. Разработка В. И. Лениным проблемы материальных и идеологических отношений. — «Вестник Ленинградского университета», 1965, № 5, стр. 38. 73
взглядах, теориях, ибо оно нуждается в организации отношений, их регулировании. К примеру, борьба рабочего класса против буржуазии возникла сразу же с рождением капитализма. Она захватывала и сферу политики, но носила стихийный характер. Нельзя сказать, чтобы рабочие, вступая в политическую борьбу, не руководствовались сознанием. Нет, они им руководствовались, но их сознание было еще тред-юнионистским, т. е. буржуазным. Оно не выражало коренных интересов класса, и борьба не направлялась им к ясной и определенной цели — завоеванию диктатуры пролетариата. Стихийность политической борьбы (идеологических отношений) могла быть преодолена путем внесения социалистических идей в сознание рабочего класса. Соединение социализма с рабочим движением положило начало развертыванию сознательной политической борьбы рабочего класса. Следовательно, сознательное формирование идеологических отношений предполагает не вообще сознание, с которым люди вступают в отношения, а такое сознание, которое вытекает из их объективного положения в системе материальных отношений и выражает коренные интересы. Общественная жизнь представляет собой многостороннюю деятельность людей, и прежде всего деятельность по производству материальных благ1. В процессе дея- 1 Ст. Михайлов, раскрывая общество как систему, выделил в нем основные сферы общественной жизни и главные общественные явления в каждой из сфер. Основные сферы Главные общественные явления 1. Материальное производство 1 Производство материальных благ 2 Обмен 2. Духовное изводство 3 Наука 4 Оценочное познание 3. Воспроизводство людей 5 Быт 6 Здравоохранение 7 Физкультура и спорт 8 Образование и воспитание 4. Общественное управление 9 Согласование деятельности людей 10 Поддержание щественного порядка 5. Коммуникации 11 Обмен информацией 12 Перевозка вещей и людей (Ст. Михайлов. Обществото като социологическа система (към въпроса за предмета на социологията). — «Известия на института по философия». София, 1965, т. XI, стр. 58—78). Не вдаваясь в рассмотрение предложенной системы по существу, следует заметить, что структурный анализ общества является плодотворным, он позволяет проанализировать как основные сферы деятельности людей, так и связанные с ними отношения, 74
тельности люди вступают в многообразные отношения между собой и с природой, а отношения, в особенности надстроечные, вызывают потребность в идеях и взглядах. Не идеи и взгляды определяют отношения, а, напротив, деятельность и отношения, чтобы нормально функционировать, вызывают их к жизни. Идеи и взгляды, обслуживая деятельность (и отношения), выполняют самые разнообразные функции: познавательные, защиты интересов, мировоззренческие, воспитательные и многие другие. Специфика идей и взглядов, их структура определяется общественными отношениями, их структурой. Какова же структура идеологических общественных отношений, позволяющая судить о видах общественного сознания? Надстроечные (идеологические) 1 отношения подразделяются на две группы: а) отношения между людьми и б) отношения людей к явлениям природы и общества. В первую группу включаются производные от экономических отношений: нравственные, политические и правовые отношения. В общественном сознании им соответствуют нравственные, политические и правовые представления и взгляды. Вторую группу составляют производные от материальных отношений (между людьми и людей к природе) религиозные и эстетические отношения. Им соответствуют религиозные и эстетические (художественные) представления и взгляды. Представления о структуре сознания, составленные на основании соотнесения идей и взглядов с надстроечными общественными отношениями, не могут, конечно, дать полного представления о ней. В этом случае из структуры исключаются те духовные образования, которые непосредственно связаны с материальными общественными отношениями. Строго говоря, материальные отношения в конечном счете порождают все многообразие общественного сознания, и -последнее связано с ними. Но существующие между ними связи многостепенны. Хорошо известны мысли Энгельса о том, что политика, право, искусство и т. д. находятся на различном удалении от 1 Термин «надстроечные отношения» предпочтительнее термина «идеологические отношения» и не по существу своему, а по психологическому моменту их восприятия. Последний термин сразу же ориентирует на то, что речь идет о явлениях, относящихся к сфере сознания, хотя в действительности они существуют не в сознании. В дальнейшем изложении мы будем пользоваться только термином «надстроечные отношения». 75
материальной экономической основы. К числу идеологий более высокого порядка, т. е. более удаленных от материальной экономической основы, он относил философию и религию К К мысли о разнопорядковой связи духовных образований с общественным бытием Энгельс возвращался неоднократно. Так, в письме к К. Шмидту от 27 октября 1890 г. он разъяснял, говоря о влиянии экономики на философию, что «экономика здесь ничего не создает заново, но она определяет вид изменения и дальнейшего развития имеющегося налицо мыслительного материала, но даже и это она производит по большей части косвенным образом, между тем как важнейшее прямое действие на философию оказывают политические, юридические, моральные отражения» 2. Все духовные образования, в той или иной мере удаленные от материальной экономической основы, связаны с определенными надстроечными отношениями и составляют субъективную сторону последних. Но существуют и такие духовные образования, которые не только отражают материальные отношения (в принципе все общественные идеи и взгляды вырастают на их основе), но и непосредственно связаны с ними. Примером тому могут служить экономические взгляды, воздействующие на производственные отношения между людьми. Подход к пониманию структуры общественного сознания через рассмотрение системы общественных отношений позволяет определить в структуре сознания и место взглядов о природе. Как и отношения между людьми, отношения к природе многообразны. Их виды в должной мере еще не систематизированы, но соответствующие попытки предпринимаются К 1 См. /С. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 312. 2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 37, стр. 420. 3 Ф. Д. Кондратенко различает четыре вида отношений к предметам и явлениям природы: утилитарно-практические, ориентировочно-познавательные, религиозные и эстетические. «Все эти отношения, — пишет он, — возникшие как разновидности отношения к предметам и явлениям природы, затем распространяются и на все конкретные явления и предметы социальной жизни» (Ф. Д. Кондратенко. Эстетическое как отношение. — «Эстетическое», [сб.], стр. 279). Стремление автора статьи систематизировать отношения к природе и определить их место в системе общественных отношений заслуживает внимания. Правда, с рядом суждений автора вряд ли можно согласиться. Скажем, характерную особенность отношений 76
Среди отношений к природе на первый план выдвигается сам труд, преобразующий предметы и явления в целях удовлетворения материальных потребностей человека. Наряду с утилитарно-практическим отношением к природе и на его основе складываются отношения, направленные на удовлетворение духовных запросов людей. Примером тому служат эстетические отношения. Каждый из видов отношений к природе вызывает к жизни определенные духовные образования. Так, практическое отношение людей к природе породило природоведение, представленное в древности разрозненными наблюдениями над явлениями окружающего людей мира и эмпирическими данными опыта, а в современную эпоху превратившееся в разветвленную систему теоретических и прикладных естественных наук. В соответствии со структурой общественных отношений рассмотрим отдельные виды общественного сознания. Учитывая, что существует большая литература по вопросам нравственного сознания, эстетического, философского, религиозного и других видов, мы не намерены давать им сколько-нибудь полную характеристику. Кроме того, подробное описание видов сознания не входит в нашу задачу. Для нас главное — это обоснование важности методологического принципа рассмотрения структуры сознания в зависимости не только от предмета отражения, но и от структуры деятельности людей и их общественных отношений. к природе он усматривает в том, что они носят оценочный характер. Такой характер носят и многие отношения между людьми, например нравственные отношения, поэтому по названному признаку нельзя отличить отношения к природе от отношений между людьми. Автор статьи относит к материальным отношениям производственные отношения, а к надстроечным — политические, нравственные и правовые отношения и безапелляционно утверждает: «Других форм общественных отношений между людьми человеческое общество не знает» (стр. 278). Почему же не знает? Знает и другие. В. И. Ленин убедительно показал, например, что отношения по детопроизводству есть материальные отношения: они не сводятся ни к отношениям в процессе производства материальных благ, ни к надстроечным отношениям (см. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 1, стр. 149—153). Надстроечные отношения также не сводятся к трем названным автором видам. К примеру, религиозные отношения, зародившись как отношения к природе, в классовом обществе приобретают характер отношений между людьми. 77
Нравственное сознание Экономические отношения по мере становления человеческого общества выражались прежде всего в моральных отношениях, а последние определили и специфику нравственного сознания. Что следует понимать под моральными отношениями? Как они складываются и существуют? Трудность понимания надстроечных отношений как особого типа общественных отношений можно видеть уже при анализе моральных отношений. При рассмотрении нравственности как формы общественного сознания в нашей литературе чаще всего ничего не говорится о моральных отношениях. В отдельных случаях они включаются в понятие «нравственность», и их относят к области сознания, а не к реальным отношениям между людьми. Однако в последнее время поднимается вопрос о моральных отношениях. Правда, постановка его не всегда носит прямой характер, но тем не менее ясно, что исследователи стремятся различать отношения и взгляды в области нравственности. Скажем, В. Г. Иванов и Н. В. Рыбакова различают понятия «нравственность» и «мораль» и различия между ними усматривают в том, что первое из них относится к характеристике моральных отношений, а второе — нравственного сознания1. Мы не будем останавливаться на правомерности употребления понятий «нравственность» и «мораль» в разных значениях2. Это особый вопрос этической науки, и специалисты этой области знания выскажут свое суждение. Для нас важно проведенное разграничение реальных моральных отношений и нравственного сознания. «Нравственность,— пишут В. Г. Иванов и Н. В. Рыбакова,— есть практика поведения, практика отношений между людьми, мораль — сформулированные в виде моральных запросов принципы и нормы этого поведения, а этика 1 См. В. Г. Иванов, Н. В. Рыбакова. Очерки марксистско-ленинской этики, стр. 23. 2 Известно, что Гегель различал понятия «нравственность» и «мораль» (см. «Философия права», часть вторая — «Мораль», часть третья — «Нравственность». Соч., т. VII. М. — Л., 1934). Встречалось различение данных понятий и в марксистской литературе. Так, Л. Я. Зивельчинская писала: «Нравственность должна отличаться от морали как фактические отношения людей от совокупности норм, определяющих эти отношения» (Л. #. Зивельчинская. Исторический материализм. М., 1929, стр. 148). 78
есть познание, объяснение и обоснование принципов и норм морали, т. е. теория морали» К Авторы не Дают сколько-нибудь полной характеристики моральных отношений. Но их суждения о том, что «исторически определенное поведение предшествует осознанию этого поведения как морального»2, представляют интерес, ибо выясняют связь между моральными отношениями и соответствующим им нравственным сознанием. Вместе с тем с рядом других их суждений нельзя согласиться. Так, они не видят надстроечного характера моральных отношений и относят их к общественному бытию3. Правда, моральные отношения лишаются у них надстроечного характера скорее в силу расширительного толкования понятия «общественное бытие», чем непонимания природы данного вида отношений. И все же они недостаточно четко выделяют моральные отношения из всей совокупности общественных отношений. Для них моральные отношения выступают скорее аспектом человеческой деятельности, других общественных отношений (производственных, политических, правовых и иных), чем самостоятельным видом таких отношений4. Чешский ученый И. Попелова рассматривает моральные отношения не только как аспект других общественных отношений, а «как одно из звеньев» общественных отношений5. В работе И. Попеловой предпринята, пожалуй, одна из первых попыток определить моральные или нравственные отношения. «Нравственные отношения,— пишет И. Попелова, — включают в себя: А. Нравственные действия, поведение, навыки отдельных лиц или групп; далее общественные учреждения, строй, мероприятия, реализующие нравственные отношения данного общества. 1 В. Г. Иванов, Н. В. Рыбакова. Очерки марксистско-ленинской этики, стр. 24. 2 Там же, стр. 26. 3 См. там же, стр. 28. 4 «В любой человеческой деятельности, — пишут авторы, — всегда присутствует нравственный аспект, обусловленный тем, что она совершается в обществе, в непосредственном общении с другими людьми или опосредована многообразными связями с обществом» (В. Г. Иванов, И. В. Рыбакова. Очерки марксистско-ленинской этики, стр. 27). 5 См. И. Попелова. Этика. О исторической и современной про- блематпке нравственной теории. М., 1955, стр. 422. 79
Это объективная сторона нравственных отношении. Б. Нравственное сознание, нравственные чувства, нравственные убеждения, нравственные стремления, нравственные качества характера. Это субъективная, психологическая сторона нравственных отношений. В. Нравственные цели, нравственные идеи, кодексы нравственных ценностей и норм... Это идейная, теоретическая сторона нравственных отношений» К В этом определении моральных отношений, на наш взгляд, заслуживает внимания, во-первых, то, что в нем идет речь об объективной стороне нравственных отношений, что позволяет рассматривать их как самостоятельный вид отношений, которые, как сказано в книге, «формируются и приобретают свою специфику в историческом развитии, точно так же как в нем возникают и формируются отношения экономические, семейные, правовые и т. п.»2. Во-вторых, этот вид отношений имеет и духовную сторону (психологическую и теоретическую). Духовная сторона моральных отношений позволяет видеть их надстроечный характер. Вступая в такого рода отношения, люди руководствуются определенными чувствами, представлениями, идеями, убеждениями. Последние объективируются в поступках людей и тем самым входят в содержание моральных отношений. Вместе с тем вряд ли будет правильным так расширительно толковать объективную сторону моральных отношений. Конечно, такого рода отношения зависят и от «учреждений», и от «мероприятий», но последние выступают скорее условиями, средствами для проявления отношений, чем самими отношениями. Несколько искусственный характер носит и подразделение духовной стороны отношений на психологическую и идейные стороны, оно, как нам кажется, лишено объективного критерия. Однако сказанное не заслоняет позитивной попытки И. Попеловой определить моральные отношения. И нам представляется, что в данном ею определении в общем правильно подмечена специфика моральных отношений. Моральные отношения в этической литературе получают все большее признание. И в то же время им не- 1 И. Попелова. Этика. О исторической и современной проблематике нравственной теории, стр. 423. 2 Там же. 80
редко отказывают в самостоятельном существовании: они рассматриваются лишь как сторона общественных отношений между людьми, а не как отдельная область в жизни людей. Спору нет, что моральные отношения пронизывают все сферы общественной жизни, возникают повсюду, где сталкиваются между собой люди. Но почему же им отказывать в самостоятельности и рассматривать как сторону иных, обладающих самостоятельностью отношений? Строго говоря, ни один вид надстроечных отношений не представляет «отдельной области в жизни людей». Отдельными «областями» можно рассматривать лишь те или иные виды деятельности людей, а последние облекаются, сопровождаются разнообразными отношениями. Поэтому моральные отношения, будучи связанными с поведением людей, обладают в этом смысле не меньшей самостоятельностью, чем другие надстроечные отношения К Моральные отношения, как и все другие виды общественных отношений, складывались исторически. Отношения людей в процессе производства материальных благ, являющегося основным видом деятельности людей в любом обществе, в условиях первобытнообщинного строя обусловили практическую необходимость согласования трудовой деятельности индивида с деятельностью первобытного коллектива. В работах, посвященных возникновению человеческого общества и его сознания, прослеживается, насколько это позволяют прежде всего этнографические данные, как производственные потребности стада, а затем и рода вели к формированию моральных отношений, норм поведения2. 1 «Моральные отношения, — пишут К. А. Шварцман и А. Ф. Шишкин, — существуют, конечно, не только в голове людей, они существуют н как практические отношения в повседневной жизни, как житейская практика» {К. А. Шварцман, Л. Ф. Шишкин. О некоторых философских проблемах этики. — «Вопросы философии», 1965, №4, стр. 85). 2 Ю. И. Семенов, например, начинает анализ становления социальных норм с моральных табу, являвшихся средством обуздания зоологического индивидуализма. В своем стремлении согласовать трудовую деятельность индивида с деятельностью коллектива, с общими интересами стадо и род подавляли зоологический индивидуализм. Он показывает, что «источником моральных табу, как и вообще всех нравственных норм, являются существующие в коллек- 81
Производственные отношения, складывающиеся в общем труде людей в условиях первобытнообщинного строя, выражались в моральных отношениях, т. е. в соблюдении интересов коллектива. Интересы же состояли прежде всего в том, чтобы индивиды удовлетворяли свои потребности только через удовлетворение потребностей коллектива. Соблюдение общих интересов выступало нормой поведения и закреплялось в привычках, традициях и обычаях. Моральные отношения — это и есть нормы поведения людей. Обычно нормы поведения трактуются как предписания, установленные обществом, и относятся к сфере сознания. И это верно в том смысле, что нормы действительно осознаются в качестве предписаний и выражаются в категориях долга, добра, справедливости и т. д. Но прежде всего они существуют в реальности как отношения]. Этот первоначальный их смысл был тиве отношения, социальные потребности» (Ю. И. Семенов. Возникновение человеческого общества. Красноярск, 1962, стр. 304). А. Ф. Анисимов, опираясь на данные этнографии народов Сибири конца XIX — начала XX в., показывает, что коллективные формы деятельности не только обуздали зоологический индивидуализм, но и создали основу для формирования общественной природы человека, тесно связанного с коллективом. Формирование нравственности было обусловлено в первобытном обществе характером общественных отношений, общинных по своей сущности, и ориентировано на их укрепление. «В соответствии с природой общественных отношений, — пишет он, — представление о долге в первобытном (родовом) обществе естественно отождествлялось с заботой о других людях, и продиктованные этой заботой поступки справедливо (в субъективном и объективном смысле) рассматривались обществом как достойные похвалы и подражания» (А. Ф. Анисимов. Духовная жизнь первобытного общества. М.—Л., 1966, стр. 186). См. также: А. М. Золотарев. Родовой строй и первобытная мифология. М., 1964; В. Ф. Зыбковец. Дорелигиозная эпоха. К истории формирования общественного сознания. М., 1959. 1 Анализируя «моральные кодексы» народов, находящихся на стадии первобытнообщинного строя, можно обнаружить, что в них выделяются не принципы поведения, а группы поступков, одни из которых одобряются, а другие — осуждаются. Например, И. Вениаминов описывает кодекс «славных» и «постыдных» поступков у алеутов. Морской зверобойный промысел требовал от мужчин- охотников этого народа Крайнего Севера постоянной взаимной выручки, смелости, ловкости, выносливости. Поэтому «моральный кодекс» требовал от алеута «во время бури и других бедствий спасти других или хотя бы одного с явною опасностью для своей жизни». В то же время считалось постыдным «бояться ездить в открытом море при свежем ветре». К числу «постыдных» поступков относились и такие: «при дележе добычи не быть довольным и япно пока- 82
утрачен, что и явилось одной из причин отнесения морали только к сфере сознания. Видимо, нужно восстановить первоначальный их смысл и понимать под нормами реальные отношения !. Для личности, вступающей в отношения с другими людьми, моральные нормы действительно выступают как предписания, в соответствии с которыми она обязана поступать. Для общества же нормы есть отношения, состоящие в соблюдении его интересов. Специфику этих отношений выражают этические категории. Так, важнейшая из них — «добро» означает, что человек своими действиями обязан способствовать достижению общего блага, творить добро. Каждый индивид в процессе своей жизни входит в самые различные группы и общности людей и находится в постоянном общении с себе подобными. Поведение индивида; его поступки не могут не затрагивать интересы тех групп и общностей, членом которых он является. Поэтому-то в силу своей общественной природы люди и вступают в моральные отношения. Универсальность моральных отношений, складывающихся в процессе общения людей, не означает, что они представляют собой лишь аспект общественных отношений, т. е. являются истолкованием производственных, политических и иных отношений с точки зрения этических категорий. Конечно, можно истолковывать отношения господства и подчинения как отношения безнравственные, но суть вопроса в том, что моральные отношения имеют свою специфику, что позволяет их анализировать наряду с другими надстроечными отношениями. Производственные отношения буржуазного общества, являющиеся отношениями господства и подзывать свою жадность»; «будучи вдвоем на промыслах, лучшую добычу не предложить и не отдать товарищу» (И. Вениаминов. Записки об островах Уналашкинского отдела, ч. II. СПб., 1840, стр. 115—117). «Славные» поступки и были нормами поведения для всех членов рода. 1 А. С. Макаренко рассматривал моральные нормы как моральные отношения. Он подчеркивал, что принцип, предписание, норма «в сознании» становится «настоящей» нормой, т. е. реальным отношением, «только тогда, когда ее «сознательный» период переходит в период общего опыта, традиции, привычки, когда эта норма начинает действовать быстро и точно, поддержанная сложившимся общественным мнением и общественным вкусом» (А. С. Макаренко. Педагогические сочинения. М.—Л., 1948, стр. 59). 83
чинсния, порождают целый ряд надстроечных отношений, в том числе и моральные, через которые проявляется, реализуется сущность производственных отношений. Моральные отношения внутри классов и между ними составляют целую сферу жизни общества. Рассматривая вопрос о моральных отношениях, важно иметь в виду особенности складывания надстроечных отношений. Все надстроечные отношения при своем складывании проходят через сознание людей. Они складываются в соответствии с определенными представлениями и взглядами, господствующими в обществе. Так в принципе складываются и моральные отношения К Однако было бы неправильно абсолютизировать отмеченную особенность формирования надстроечных отношений, в том числе и отношений моральных.. В первобытном обществе и в периоды становление» других общественных формаций новые моральные отношения с необходимостью возникали из определенных экономических отношений. Всегда требуется время, в течение которого люди осознают нормы своего поведения в соответствующих идеях и взглядах, принципах и правилах. Когда возникает нравственное сознание, то, действительно, моральные отношения складываются в соответствии с представлениями людей о добре и зле, чести, совести, справедливости и т. д. Нравственное сознание выступает необходимой стороной моральных отношений. Чем же определяются нравственное сознание, его специфика? Ответ на этот вопрос мы находим у Энгельса. «.. .Люди, — писал он, — сознательно или бессознательно, черпают свои нравственные воззрения в последнем счете из практических отношений, на которых основано их классовое положение, т. е. из экономических отношений, в которых совершаются производство и обмен»2. Энгельс пришел к этому выводу на основе анализа моральной жизни буржуазного общества, где каждый из трех классов — буржуазия, пролетариат и феодаль- 1 Нельзя «рассматривать моральные отношения, — пишут К- А. Шварцман и А. Ф. Шишкин, — как нечто независимое от общественного сознания, т. е. от сознания определенных классов, тех или иных социальных групп» (К. А. Шварцман, А. Ф. Шишкин. О некоторых философских проблемах этики. — «Вопросы философии», 1965, № 4, стр. 86). 2 К. Маркс н Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 95. 84
ная аристократия — имеет свою мораль. В буржуазном обществе господствующее положение занимают капиталистические отношения и сохраняются в виде пережитков прошлых общественных формаций докапиталистические отношения. В нем же зреют и ростки будущих отношений, складываются предпосылки для перехода к социализму и за осуществление которого борется пролетариат в союзе с другими трудящимися массами. Сосуществующие в одном обществе «прошедшее, настоящее и будущее» выдвинули, по словам Энгельса, «три большие группы одновременно и параллельно существующих теорий морали» К Экономические отношения определяют в последнем счете все представления и взгляды об обществе. Именно в них заключен самый глубокий источник всего многообразия духовной жизни людей ила это обращает внимание Энгельс, обосновывая материалистический подход к анализу нравственного сознация. Однако ссылка на экономические отношения еще не объясняет специфику тех или иных взглядов и представлений, распространенных в обществе. Важно иметь в виду те отношения или звенья, которые лежат между экономикой и сознанием людей. Экономические отношения определяют положение людей (классов и других общностей) в обществе, их социальные потребности. Последние в любом обществе носят объективный характер и выражаются в интересах. Интересы как раз и выступают теми явлениями в жизни людей, которые позволяют понять возникновение надстроечных отношений и специфику различных видов сознания. В самом деле, удовлетворение возникших интересов, осуществляющееся в деятельности людей, порождает разнообразные надстроечные отношения. В то же время реализация интересов необходимо предполагает их осознание, которое превращается в идеальный побудительный мотив деятельности людей и выступает стороной общественных отношений. Интересы различаются по тем социальным потребностям, которые лежат в их основе. Они различаются и в зависимости от их носителей и могут выступать в виде индивидуальных (личных), коллективных (общих) и общественных. Специфика моральных отношений и К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 94. 85
нравственного сознания определяется особенностью интересов, различающихся в зависимости от их носителей К Человек как социальное существо является продуктом исторического развития. Сущностью его является совокупность общественных отношений, но существует он как отдельный индивид и имеет свои интересы, не всегда совпадающие с интересами общности, к которой он принадлежит. Между интересами индивида и общности возникают противоречия. Как отмечали Маркс и Энгельс, «вместе с разделением труда дано и противоречие между интересом отдельного индивида или отдельной семьи и общим интересом всех индивидов, находящихся в общении друг с другом»2. Противоречивость социального бытия общества и его членов вызвала потребность в сочетании интересов личности и общества (а конкретнее тех общностей: семьи, рода, племени, класса, нации и т. д., к которым личность принадлежит). Другими словами, вызвала потребность в нравственности, призванной урегулировать отношения личных и общих интересов3. Нравственность как явление включает в свое содержание прежде всего моральные отношения. В них сочетаются личные и общие интересы. В этом сочетании заинтересовано как общество, так и личность. Однако приоритет здесь принадлежит обществу как наиболее активной стороне в данном отношении. Это видно уже из того, что общество создает целую систему правил, моральных заповедей, призванных регулировать пове- 1 Интересы, различающиеся в зависимости от их носителей, требуют взаимного учета потребностей вступающих в отношения сторон. Человек как общественное существо не может удовлетворить свои потребности без того, чтобы они не породили интересы, т. е. необходимость соотнесения своих потребностей с потребностями других людей, с которыми он связан. 2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 31. 3 Появление морали в связи с необходимостью регулирования интересов исследовано А. А. Гусейновым. Он показал, что в первобытном обществе «с появлением различных взаимосвязанных родов возникает и проблема их взаимоотношения, проблема регулирования интересов рода и племени, проблема подчинения частных действий отдельных индивидов общим интересам всего племени, т. е. появляется реальное основание, на котором должна возвыситься нравственность как особая сфера племенного сознания» (А. А. Гусейнов. Проблема происхождения нравственности. — «Философские науки», 1964, № 3, стр. 61). 86
дение личности. Заинтересован в сочетании интересов и отдельный индивид, ибо через обеспечение общих интересов только и возможно наиболее полное удовлетворение и его личных интересов. Заинтересованность в сочетании интересов обеих сторон вызывается несовпадением интересов К Если бы интересы личности и интересы общества полностью совпадали, то не было бы и потребности в их сочетании, а следовательно, не складывались бы и моральные отношения. Нравственность включает в свое содержание наряду с отношениями и сознание. Специфика последнего состоит в том, что оно представляет собой идеальное выражение необходимости сочетания личных и общих интересов как со стороны личности, так и со стороны общества. Специфика нравственного сознания проявляется в" ряде особенностей, позволяющих отличать его от других видов общественного сознания. Основное содержание нравственного сознания составляют представления и взгляды о должном поведении, принципы и правила такого поведения. Это содержание есть выражение объективной потребности сочетания личных и общих интересов. Все проявления нравственного сознания выражают отношения к поступкам людей, к фактам и событиям жизни. Оценочная форма моральных суждений как раз 1 Речь идет о сочетании интересов личности и интересов общества, а не только личных и общественных интересов. Требования сочетания личных и общественных интересов адресуются только к одной стороне — личности. Это она обязана сочетать свои индивидуальные интересы с интересами общности (коллектива, общества в целом), причем ведущими в этом сочетании являются общественные интересы. Личность призывается подчинять свои индивидуальные интересы общественным, когда между ними возникают противоречия. Если для личности главным является общественный интерес, то для социалистического общества, напротив, главным интересом является личность с ее потребностями и запросами. И государство, и общественные организации, и социалистические коллективы призваны сочетать интересы общества с интересами личности. Так что сочетание интересов выступает, с одной стороны, в форме сочетания личностью индивидуальных интересов с интересами общественными, а с другой — в форме сочетания обществом интересов целого с интересами личности. Намеренное подчеркивание только первой формы сочетания интересов может привести к оправданию невнимательного отношения к интересам личности под тем предлогом, что личное должно быть подчинено общественному. 87
и подчеркивает отмеченную особенность содержания нравственного сознания. Нравственное сознание, выражая отношение к пове* дению, ориентирует личность на лучшие примеры такого поведения. Поэтому оно устремлено в будущее, ориентирует на него, что также является особенностью этого вида сознания. Отмеченные особенности не раскрывают, понятно, всей специфики нравственного сознания, но и они в какой-то мере позволяют отличить этот вид сознания от других видов не только по способу отражения, но и по своему содержанию. Мы не останавливаемся здесь на распространенных определениях нравственности как формы общественного сознания, в которых усматривается ее специфика в том, что она отражает общественную жизнь в категориях добра и зла, справедливости, долга, чести, совести и ряда других этических категорий, что она имеет дело с нормами поведения, поддерживаемыми общественным мнением. Такие определения хорошо всем известны из литературы. Правда, нередко эти определения нравственности как формы общественного сознания не отличаются большой строгостью, ибо зачастую в сферу нравственного сознания наряду со взглядами и представлениями включаются и практические моральные отношения1. Очень важно учитывать особенности отражения нравственным сознанием общественной жизни при анализе его содержания. Известно, что содержание нравственного сознания в ходе исторического развития общества изменялось. Одни и те же отношения между людьми оценивались по-разному. Объясняется это в значительной мере тем, что нравственное сознание есть форма со- 1 Так, С. Уткин пишет: «Отличительная особенность, специфика морали состоит в том, что она отражает объективно сложившиеся в обществе нормы поведения людей в таких понятиях, как добро, честь, совесть, справедливость и т. д., которые имеют оценочный характер» (С. Уткин. Очерки по марксистско-ленинской этике. М., 1962, стр. 78—79). И далее автор заключает: «В этике моральные нормы — это одновременно и нормы поведения, и проявление нравственного сознания, точнее говоря, в совокупности моральные нормы и понятия составляют нравственное сознание, которое обнаруживается в поступках и поведении людей» (там же, стр. 79). Здесь налицо явное противоречие: с одной стороны, нравственное сознание отражает «нормы поведения людей», а с другой —те же самые нормы составляют нравственное сознание. 88
циально-опосрсдоваНного отражения явлений действительности. Содержание этого сознания зависит как от объекта отражения, каким являются взаимоотношения интересов людей, так и от тех конкретных социальных условий, в которых осуществляется отражение. Особенно большое влияние на содержание нравственного сознания оказало классовое расслоение общества. Оно сказалось на снижении ценности моральных принципов и заповедей. Последнее связано с сужением сферы нравственности (отношения классовых интересов регулируются главным образом средствами политики и права), с лицемерием морали господствующих эксплуататорских классов, навязывающих свои взгляды всему обществу (теоретически разрабатываются и проповедуются одни принципы поведения, а фактически они придерживаются других). Снижение ценности моральных принципов связано также со стремлением поддержания должного уровня нравственности мерами принуждения (в теории наблюдается сближение нравственности с правом, а на практике сила общественного мнения используется преимущественно как средство осуждения аморального поведения) и с рядом других факторов. Для правильного раскрытия содержания нравственного сознания и важно учитывать, что данный вид сознания есть форма социально-опосредованного отражения. В то же время выяснение особенностей нравственности не может не опираться на понимание специфики содержания нравственного сознания. Если мы не будем учитывать специфику содержания, то не сумеем объяснить, почему, скажем, моральное сознание принимает форму кодексов, заповедей, носит нормативный, т. е. обязывающий, характер. Короче, гносеологический и социологический анализы нравственного сознания дополняют друг друга и позволяют глубже раскрыть данное явление, его содержание. Содержание нравственного сознания многообразно. Оно включает в себя моральные чувства (патриотизм, коллективизм, гражданственность и многие другие), взгляды о нравственном и безнравственном в поведении, принципы и заповеди поведения, моральные ценности, цели, идеалы и другие элементы. В этической литературе достаточно подробно освещено содержание нравственного сознания. Мы остановимся лишь на вопросе о том, включаются ли в нравственное сознание теории морали. 89
Такой вопрос возникает потому, что иногда теорий морали выводятся за рамки нравственного сознания '. Конечно, теории морали имеют своим объектом как реальные отношения между людьми, так и моральные представления и взгляды. И в этом смысле их можно назвать нравственным самосознанием, но выделять их из нравственного сознания было бы неправильно, ибо самосознание есть форма выражения сознания. Поэтому в понятие «нравственное сознание», по нашему мнению, включаются и теории морали, обосновывающие необходимость должного поведения, раскрывающие содержание этических категорий, формулирующие моральные идеалы, цели и т. д. Краткий анализ нравственности позволяет видеть, что выделение нравственного сознания в структуре общественного сознания как его специфического вида становится возможным лишь при наличии практических моральных отношений между людьми, стороной которых оно выступает. Моральные отношения имеют объективную сторону — практические действия людей, их поступки и субъективную сторону — нравственное сознание, выступающее стимулом к деятельности. Политическое сознание С делением общества на классы возникла политика как специфическая сфера общественной жизни. Политика есть сфера взаимоотношений между классами, находящаяся в прямой зависимости от экономики. По известному определению В. И. Ленина, политика есть «самое концентрированное выражение экономики»2. В политике прежде всего ставятся вопросы экономического положения классов, обеспечения и защиты их коренных интересов. Фокусом этой сферы общественной жизни, придающим ей специфику и позволяющим быть 1 Так, М. Я. Ковальзон утверждает, что «моральные отношения людей, моральное сознание общества и этические теории, разрабатываемые идеологами, тесно между собой связаны, но все же это не тождественные явления...» (М. Я. Ковальзон. Мировоззрение и мораль. М., 1966, стр. 7). То, что практические моральные отношения и нравственное сознание не тождественны, очевидно, но почему же моральные теории следует исключать из морального сознания и рассматривать как отличное от морального сознания явление — не ясно. 2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 42, стр. 216. 90
концентрированным выражением экономики, является государство. Господствующие классы, в распоряжении которых находятся средства производства, в целях обеспечения своих интересов прибегают не только к экономическому, но и внеэкономическому принуждению, используя для этого силу государства. А угнетенные классы, в свою очередь, стремясь добиваться экономического освобождения, борются за демократические права и свободы. Их борьба неизбежно захватывает государственную жизнь, ибо только через установление своей диктатуры они могут добиться удовлетворения своих коренных интересов. Взаимоотношения классов, касающиеся так или иначе вопросов государства, его устройства и управления, участия в его деятельности, удержания существующей власти или ниспровержения ее и установления нового государственного устройства, выступают как политические отношения. Область этих отношений очень широкая. Она охватывает отношения как между классами внутри данного государства, так и между государствами и нациями. Политические отношения не сводятся к экономическим отношениям. Экономика представляет собой только объективную основу политических отношений, причину их возникновения и условия существования. Экономическое положение класса создает его объективный интерес. Класс начинает сознавать свой интерес и в соответствии с этим сознанием ведет практическую борьбу за осуществление интереса. Однако это не означает, что класс может ставить перед собой какие угодно цели. Маркс писал, что ««идея» неизменно посрамляла себя, как только она отделялась от «интереса»-»1. Проверка правильности и реальности политических идей производится в практической борьбе класса, которая ведется в соответствии с этими идеями. Здесь вступают в действие экономические отношения, которые ограничивают или дают простор осуществлению идей в пределах имеющихся материальных условий. Политические отношения, имея свои корни в экономике общества, складываются в соответствии с определенными взглядами и представлениями людей, т. е. определенным политическим сознанием. Поведение 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 2, стр. 89. 91
класса по отношению к другим классам формируется сознательно. По мере развертывания классовой борьбы, особенно в эпохи высшего выражения этой борьбы — эпохи социальных революций, в огромной степени возрастает и потребность борющихся классов в политическом сознании. Каковы особенности политического сознания? Обычно их усматривают в том, что оно есть непосредственное отражение экономики, что в нем отражаются самые коренные интересы классов. Политические идеи выражаются в различного рода политических учениях, политических программах партий, в декларациях и подобных им документах. Политическое сознание играет наиболее активную роль в обществе, ибо оно служит связующим звеном между экономикой и другими видами общественного сознания. Политическому сознанию присуще и то, что оно есть целеполагающее сознание, т. е. отражает общественное бытие в виде постановки целей и задач, преследуемых классами в их борьбе за свои интересы. Но отмеченные особенности касаются не столько содержания, сколько самой формы, в которой выступает данный вид сознания. Специфика политического сознания по его содержанию состоит в том, что оно есть осознание политических интересов классов, политических отношений данного общества, их изменения и развития. В политических отношениях реализуются те или иные представления и взгляды, и в то же время политическое сознание выражает политические отношения. Не следует ли отсюда, что политическое сознание отрывается от экономики и- воспроизводит самое себя? Отнюдь нет. Справедливость положения о том, что общественное сознание во всех видах определяется общественным бытием, полностью сохраняется, если понимать это положение в том смысле, что содержание сознания определяется бытием лишь в конечном счете, а не непосредственно. Это касается и политического сознания. Ленинское определение политики как самого концентрированного выражения экономики относится прежде всего к политике как сфере классовых отношений. Что же касается содержания политического сознания, то его нельзя вывести непосредственно из экономики. Между экономикой и политическим сознанием лежит целая сфера политической жизни. Последняя и определя- 92
ет специфику политического сознания, его содержание. Анализируя всю сложность и противоречивость политических взаимоотношений классов, можно понять и содержание различных политических учений, политических страстей, чувств, сопровождающих классовую борьбу. В марксистских работах по истории политических учений в известной мере прослеживается связь содержания политического сознания классов с их борьбой, что позволяет судить, как те или иные теории, взгляды, направления политической мысли выражают отношение борющихся классов к общественно-политическому строю, к власти, к государственному устройству и управлению, короче, осознают политическую жизнь на том или ином этапе развития общества !. Представление о содержании политических взглядов класса рабовладельцев можно составить, скажем, по «Поучению Птахотепа»2 — представителя знати Древнего Египта (III тысячелетие до н. э.), по известным законам вавилонского царя Хаммурапи (XVIII в. до н. э.), законам Ману3 (III в. до н. э.), по учению древнегреческих философов Платона и Аристотеля об идеальном государстве и многим другим источникам. Политические взгляды, выраженные в них, во многом различаются между собой, особенно по вопросам государственной организации управления, поскольку высказывались они в разные периоды развития рабовладельческого общества и отражали различное соотношение классовых сил, политическую активность последних и т. д. Однако общим для всех политических взглядов класса рабовладельцев была защита и оправдание рабства, социального неравенства людей, укрепление государства как важнейшего орудия господства. Политические взгляды буржуазии значительно отличались от соответствующих взглядов рабовладельцев и феодалов. Правда, буржуазное общество, как и предшествующие ему классово-антагонистические общества, основано на частной собственности на средства производства и характеризуется противоположностью интере- 1 См. «История политических учений», изд. 2. М., 1960; «История политических учений». М., 1965. 2 См. И. П. Гуля. Дидактическая афористика древнего Египта. Л., 1941. 3 См. С. Д. Эльманович. Законы Ману. СПб., 1913. 93
сов основных классов и ожесточенной борьбой между ними. И государство этого общества также выступает орудием угнетения в руках экономически господствующего класса. Однако иная историческая эпоха, иной характер политической борьбы обусловили своеобразие политических взглядов буржуазии. Скажем, в суждениях уже ранних идеологов буржуазии (Боден, Макиавелли) обосновывается идея централизованного государства, свободного от влияния церкви, направленная против политических учений феодального общества, в них отвергается принцип абсолютизма и обосновывается идея республики. Идеологи французской буржуазной революции XVIII в. выступали с лозунгами свободы, равенства и братства. Взгляды буржуазии того периода отражали ее притязания на руководство политической жизнью общества. О политических взглядах буржуазии не следует судить как о постоянных и неизменных на протяжении всей истории капиталистического общества. По мере того как из прогрессивного класса эпохи становления капитализма она превратилась с завоеванием и упрочением своей политической власти, с развитием основных противоречий данного общества в класс консервативный, а затем, когда капитализм вступил в свою последнюю стадию — империализм, и в класс реакционный, радикально менялись и ее взгляды. Современные буржуазные политические доктрины и отдаленно не напоминают «Декларацию прав человека и гражданина» эпохи ранних буржуазных революций. Вместо проповеди демократии, демократических институтов, борьбы против социального гнета идеологи буржуазии проповедуют прямо противоположное. Современный американский империализм не имеет четко выраженных политических программ, но он имеет весьма определенную политическую идеологию «американизма». Содержание идеологии «американизма» характеризуется, во-первых, антикоммунизмом, т. е. направленностью борьбы против социалистических стран, а также против всех антиимпериалистических и прогрессивных движений; во-вторых, консерватизмом, т. е. верой в то, что Соединенные Штаты имеют самый лучший строй в мире, что американская экономическая, социальная и политическая система не нуждается в коренных изменениях, а в лучшем случае требует только реформ; 94
в-третьих, национализмом, т. е. расовой дискриминацией, убеждением в том, что миссия США состоит будто бы в руководстве миром и что другие страны должны действовать в соответствии с американскими интересами. В Западной Европе распространена христианско-де- мократическая политическая идеология, также имеющая антидемократическую и антикоммунистическую направленность. Эта идеология спекулирует на авторитете, которым еще пользуется религия в массах. Христианские демократы утверждают, что они выступают не против коммунизма вообще, а против атеистического коммунизма, и тем самым переносят центр тяжести из области классовых противоречий в область различий вероисповедания, особенно чувствительную для католиков. Социал-демократические идеологии типа английского лейборизма утратили всякое социалистическое содержание, которое вытеснено программами, защищающими интересы буржуазии. Однако буржуазное содержание выступает здесь в одежде социалистических идей. Последнее обстоятельство является одной из причин, объясняющих традиционную привязанность рабочего класса к этой идеологии, выражающей враждебные ему интересы. Идеологии многих стран Азии и Африки, связанные с их борьбой за национальную независимость, имеют некоторые общие черты. Их основную идею составляет национализм, в котором выражена, с одной стороны, борьба против империализма и колониализма, а с другой стороны, стремление к единству нации и государства. В этих политических идеологиях провозглашается также социализм, который понимается различным образом. Идея социализма в этих странах, как правило, означает отказ от установления у себя общественного строя по западному образцу. Влияние буржуазной политической идеологии в капиталистическом мире сказывается в том, что она подчиняет себе сознание определенной части трудящихся, и это часто удается ей потому, что она через свою огромную пропагандистскую машину оказывает постоянное идеологическое давление на массы. При этом она стремится использовать и объективно возникающие трудности, противоречия, препятствующие росту самосознания масс. Так, в социальных общностях и группах (национальных, профессиональных, религиозных, семейных и 95
иных) возникают свои особые интересы, которые могут находиться в противоречии с интересом данного класса в целом. Если, скажем, уровень организованности и сплоченности рабочего класса, его участия в политической борьбе недостаточно высокий, интерес группы может в сознании оцениваться выше интереса класса. Например, участие США в агрессивной войне против Вьетнама временно повышает занятость рабочих в военной промышленности, что является благоприятной почвой для распространения милитаристских идей. Однако идеи и взгляды буржуазии, выдаваемые за сознание всей нации, все чаще встречают противодействие, которое выражается в понимании народами своих подлинных интересов, в борьбе трудящихся за мир, за осуществление демократических преобразований. Особенно усиливается противодействие со стороны рабочего класса, возрастает его политическое сознание. Содержание политического сознания рабочего класса, как и других классов, изменяется вместе с изменением положения класса в обществе, тех реальных политических отношений, в которые он вступает с другими классами. Скажем, основным вопросом политического сознания рабочего класса в условиях буржуазного общества является вопрос о завоевании политической власти. После победы социалистической революции главным является участие его в управлении государством, в укреплении завоеванной власти. Классовая борьба с победой диктатуры пролетариата не прекращается, а, наоборот, в отдельные периоды принимает весьма острые формы. Ведение классовой борьбы в новых условиях потребовало повышения уровня классового политического сознания пролетариата, революционной решимости и твердости в борьбе. Только при этом условии пролетариат мог отстоять свои завоевания и решить основные задачи социалистической революции. Разоблачая противников диктатуры пролетариата, поднявших крик о принуждении со стороны Советской власти по отношению к буржуазии, В. И. Ленин говорил, что фразы о большинстве и меньшинстве, о демократии и свободе ничего не решают. «Тут решают сознательность и твердость рабочего класса. Если он готов к самопожертвованию, если он доказал, что он умеет напрячь все свои силы, то это решает задачу. Все для решения этой задачи. Решимость рабочего класса, его непре- 96
клонность осуществить свой лозунг —«мы скорее погибнем, чем сдадимся» — является не только историческим фактором, но и фактором решающим, побеждающим» *. Необходимость повышения политической сознательности рабочего класса после установления его диктатуры определяется, далее, основной задачей, стоящей перед социалистической революцией, — задачей создания социалистической экономики. Социалистические производственные отношения в отличие от предшествующих им не складываются стихийно в недрах старого строя. Капитализм создает лишь предпосылки для них, а поэтому основная задача пролетарской революции — создание новой, социалистической экономики. Если роль трудящихся масс в буржуазной революции сводилась к выполнению разрушительной работы уничтожения монархии, средневековья, то в ходе пролетарской революции трудящиеся массы должны были не только разрушить старую буржуазную власть, старые производственные отношения, но и, захватив власть, организовать социалистическое производство. Впервые в истории классового общества трудящиеся массы в социалистической революции выступают в роли организаторов общественного труда, в той роли, которую раньше выполняли господствующие классы, поскольку в их руках находились средства производства. Это потребовало небывалого подъема организованности масс и осознания того, что рабочие и крестьяне получили возможность работать на себя, на свое общество. Без понимания необходимости создавать новую трудовую дисциплину и поднимать производительность труда ради укрепления своей власти, ради того, чтобы не вернулись помещики и капиталисты, т. е. без дальнейшего роста классового политического сознания нельзя было приступать к созданию социалистической экономики. Организующей силой капиталистического общества является стихийно складывающийся рынок, а в условиях социалистического общества такой силой выступает государство, осуществляющее в плановом порядке производство и распределение. Развитие общества здесь стало делом сознательного творчества масс. Политика находит свое конкретное выражение в отношении между социальными группами общества. Для 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 40, стр. 249. 97 4 А. К. Уледов
построения социализма пролетариату России нужно было подавить сопротивление свергнутых эксплуататорских классов, втянуть в дело строительства непролетарские массы, объединить для решения этой задачи трудящихся ранее угнетаемых национальностей. Отсюда политика рабочего класса выражалась в борьбе классов, в отношениях его к крестьянству как к своему союзнику, в укреплении дружбы между народами различных национальностей. В решении задач, стоящих перед обществом, в осуществлении своей политики Советское государство опирается на сознательность масс. Политическая сознательность выступает важнейшим источником силы нашего государства. «По нашему представлению, — говорил В. И. Ленин, — государство сильно сознательностью масс. Оно сильно тогда, когда массы все знают, обо всем могут судить и идут на все сознательно» К Советское государство впервые в истории прокладывало путь к социализму. Оно не имело перед собой положительного опыта построения социализма и в борьбе за социализм могло опираться только на сознание масс. Отсутствие опыта социалистического строительства еще больше обусловливало необходимость повышения политического сознания рабочего класса и всех трудящихся масс. Таким образом, необходимость роста политического сознания рабочего класса после победы диктатуры пролетариата определяется, во-первых, тем, что классовая борьба принимает иные формы; во-вторых, тем, что перед трудящимися массами встают совершенно новые задачи построения социалистического общества, решение которых в условиях классовой борьбы требует от трудящихся напряжения всех сил, революционного героизма, готовности идти на жертвы во имя избавления человечества от войн, от гнета капитала, от наемного рабства; в-третьих, основным орудием построения социализма явилось социалистическое государство, источником силы которого выступает политическая сознательность масс. Эти факторы и обусловливают необходимость дальнейшего развития политического сознания общества. С победой социализма потребность в политическом 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 35, стр. 21. 98
сознании, в его развитии не уменьшается. Общенародное государство все свои функции, в особенности в решении задач по созданию материально-технической базы коммунизма, совершенствованию общественных отношений, воспитанию нового человека, может выполнять лишь при наличии высокой политической сознательности всех членов общества, их активности. Пока существуют классы и государство, а следовательно, и политические отношения, сохранится и политическое сознание как важнейший вид общественного сознания. Специфика этого вида сознания, его изменение и развитие, роль в обществе определяются политическими отношениями. Правовое сознание Право, как и политика, есть продукт деления общества на классы. Правовое сознание, являясь важнейшим элементом правовой надстройки, непосредственно примыкает к политическому сознанию. На этом основании правосознание иногда не выделяют из политического сознания 1. Правильное решение вопроса о месте правосознания в структуре общественного сознания предполагает выяснение его специфики через анализ тех реальных отношений между людьми, стороной которых оно выступает. Обладает ли правосознание спецификой, позволяющей отличать его от политических и других видов сознания? Исследования, осуществленные, в частности, советскими юристами, позволяют ответить на этот вопрос положительно2. Под правосознанием понимается совокупность взглядов, в которых выражается отношение людей к действующему праву, представление людей о своих правах и обязанностях, о правомерности или неправомерности того или иного поведения. Если специфи- 1 «Важной составной частью политического сознания является правосознание — совокупность взглядов, выражающих отношение данного класса к существующему праву, а также обоснование установленных им или предполагаемых юридических порядков> («Марксистско-ленинская философия». М., 1965, стр. 448—449). *'СмТТ1Г~А71Ру7шшёвй:'11ршЯ!'ознание и укрепление законности в СССР. М., 1957; В. А. Сырцев. Социалистическое правосознание в СССР. М., 1958; И. Е. Фарбер. Правосознание как форма общественного сознания. М., 1963. 99
кой политического сознания является выражение отношения к политической организации общества, то спецификой правового — выражение отношения прежде всего к системе права, т. е. к правовой организации общества. Известно, что право есть воля господствующего класса, возведенная в закон. Законы устанавливаются государством. И в этом смысле закон «есть мера политическая, есть политика»'. Право конкретизирует и формулирует те из политических требований, которые класс стремится провести, по замечанию Маркса, «в общей форме, то есть в форме, имеющей принудительную силу для всего общества»2. И все же право, являясь орудием осуществления государственной политики, не сливается с ней. О некоторой самостоятельности права позволяют говорить выполняемые им функции. Так, возникшая в классовом обществе необходимость в распределении материальных и духовных благ в индивидуальное пользование в соответствии с определенным типом собственности на средства производства могла быть реализована только с помощью права. Или, скажем, у общества, разделенного на классы, появляется социальная потребность в дисциплине, в устойчивости экономических и других общественных отношений. Эта потребность удовлетворяется опять же с помощью права. С отношением к праву и имеет дело правосознание. И не только с отношением к праву. «Если бы правосознание исчерпывалось только отношением граждан к законам государства и их правовыми требованиями,— справедливо отмечает И. Е. Фарбер, — то отличить его от политического сознания было бы невозможно... Но правосознание есть знание особой сферы социальной жизни — знание всех правовых явлений, главным образом, представления о правах и обязанностях членов общества, а эти последние не сводимы только к политическим правам и обязанностям»3. Среди правовых явлений выделяются правоотношения, складывающиеся в соответствии с правами и обязанностями членов общества, установленными государ- 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 30, стр. 99. 2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 33, стр. 283. 3 И. Е. Фарбер. Правосознание как форма общественного сознания, стр. 123. 100
ством. Понимание правоотношений, их роли в жизни общества позволяет уяснить и специфику правосознания. По вопросу о правоотношениях в юридической науке идут дискуссии. Социологов в этой дискуссии интересует не столько юридическая, сколько методологическая сторона вопроса: являются ли правовые отношения надстроечными отношениями, и если являются, то в чем состоит их специфика. Существуют две точки зрения, одна из которых признает надстроечный характер правоотношений и рассматривает их как особый вид идеологических отношений, возникающих в результате воздействия норм права на поведение людей1; другая же правоотношениями считает общественные отношения, урегулированные нормами права 2. О. С. Иоффе и М. Д. Шаргород- ский, отвечая на вопрос «что такое правоотношение — результат юридического урегулирования реальных общественных отношений или средство, создаваемое самим правом в целях урегулирования последних», пишут, что «правоотношение есть результат правового урегулирования фактического отношения. Поэтому оно и определяется как общественное отношение, урегулированное нормами права»3. Нам представляется, что рассмотрение правоотношений как общественных отношений, урегулированных нормами права, приводит к стиранию граней между материальными и идеологическими отношениями, к отказу от понимания правоотношений как отношений надстроечных. Отказ от понимания правоотношений как отношений надстроечных связан с неверным решением методологических вопросов об отражении в сфере общественных отношений и о роли надстроечных отношений в жизни общества. О. С. Иоффе и М. Д. Шаргородский не различают предмет отражения, каким выступают материальные отношения, и содержание надстроечных отношений. Поэтому надстроечные отношения в собственном смысле слова — это лишь внешняя форма, лишенная 1 См. С. Ф. Кечекьян. Правоотношения в социалистическом обществе. М., 1958; Ю. К. Толстой. К теории правоотношения. Л., 1959. 2 См. И. Г. Александров. Правовые отношения в социалистическом обществе; О. С. Иоффе, М. Д. Шаргородский. Вопросы теории права. М., 1961. 3 О. С. Иоффе, М. Д. Шаргородский. Вопросы теории права, стр. 182. 101
объективного содержания. Когда же надстроечные отношения приобретают и «материальное содержание»1, то они уже перестают быть надстроечными по своему содержанию. Короче, для них надстроечные отношения, в частности правовые, не обладают объективным содержанием, если они не содержат элементов материальных отношений. А раз не обладают объективным содержанием, то и не выступают «фактическими» общественными отношениями. Надстроечные отношения суть выражение материальных отношений. И будучи таковыми, они обладают своим, вполне объективным содержанием. Их содержанием выступает отражение материальных отношений в определенной конкретной форме. Между отражаемым и отражением нет пропасти, непроходимой грани, но различия остаются: первое выступает как основа, а второе — как продукт ее2. Наличие объективного содержания позволяет говорить об относительной самостоятельности надстроечных отношений и их роли в общественной жизни. Если понимать правоотношения как результат правового урегулирования фактического отношения, то снимается вопрос о роли правоотношений как средстве регулирования деятельности людей. В действительности же правовые отношения вызываются к жизни именно потребностью влияния на поведение людей. Через правовые отношения государство закрепляет и защищает прежде всего экономические и политические отношения, т. е. те из общественных отношений, на которых основывается господство данного класса. Участники правоотношения обязаны сообразовать свое поведение с предписаниями права, т. е. с возведенной в закон волей господствующего класса. Роль правоотношений в классовом обществе состоит в том, что через них осуществляется обратное воздействие права на базис3. 1 «Любое правоотношение имеет свое материальное содержание, каковым является закрепляемое и регулируемое им реальное общественное отношение» (О. С. Иоффе, М. Д. Шаргородский. Вопросы теории права, стр. 217). 2 По словам Маркса, содержание юридических отношений «дано самим экономическим отношением» (К Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 94). Другими словами, содержание юридического отношения есть отраженное содержание экономического отношения. 3 См. Е. А. Якуба. Право как составная часть надстройки советского общества в период развернутого строительства коммунизма. Харьков, 1964, стр. 77. 102
Правоотношения как особый вид надстроечных отношений имеют свою специфику. Она состоит в том, что его участники выступают как носители субъективных прав и соответствующих юридических обязанностей. Субъективные права или возможности действовать определенным образом предоставляются отдельным гражданам или организациям нормами права. В то же время последние возлагают на государственные и общественные организации, должностных лиц, отдельных граждан обязанности, или, другими словами, создают необходимость определенного поведения. Связь между людьми, наделенными, с одной стороны, правами, с другой — обязанностями, и есть правоотношение К Права и обязанности участников правоотношения составляют содержание последнего. Содержание это отражает экономические и другие общественные отношения и существует реально. Поэтому и можно говорить об особом виде надстроечного отношения между людьми, именно между людьми, а не отношения к вещам и действиям. Вещи и действия являются объектом правоотношения, но не самим отношением. Специфика правоотношений выражается в их волевом характере, в обеспечении их осуществления мерами государственной охраны, строгой определенности взаимного поведения его участников. Важнейшая особенность правоотношений заключается в том, что они всегда представляют собой связь между конкретными лицами. Это позволяет отличить правоотношения от политических отношений, где соотносящимися сторонами выступают классы. Политика — это отношения между большими группами людей, в ней берутся в расчет, как говорил Ленин, не единицы и даже не тысячи, а миллионы2. Правоотношения складываются на основе юридических норм. Последние воздействуют на поведение людей, и в результате возникают правоотношения. Поэтому нередко правоотношения характеризуются как нормы права в их осуществлении и отрицается всякая возможность возникновения правоотношений до установления норм права государством3. 1 См. «Теория государства и права». М., 1962, стр. 457—458. 2 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 32, стр. 259; т. 36. стр. 16—17; т. 40, стр. 182. 3 «Не может быть такого положения, при котором те или иные правоотношения существовали бы независимо от норм права или 103
В обществе, где уже сложилась система права, возникновение правоотношений действительно обусловлено нормами права. Но такое категорическое суждение о невозможности установления правоотношений без соответствующих норм вряд ли применимо к обществу, которое переживает период становления нового строя. В монографии С. Ф. Кечекьяна показано, что исторически право появляется как система правоотношений и что в периоды возникновения права нового типа правоотношения нередко предшествуют нормам права К Социалистическое право не составляет в этом случае исключения. Отдельные правоотношения (жилищные, земельные) складывались «при полном отсутствии соответствующих норм права.. .»2. Нормы права, установленные государством, закрепляли повторяющиеся фактические отношения. Случаи возникновения правоотношений до установления соответствующих правовых норм не отрицают отмеченную специфику правоотношений. Но они, во-первых, свидетельствуют о важности исторического подхода к анализу общественных явлений, во-вторых, подтверждают мысль о существовании фактических надстроечных отношений до оформления соответствующего вида сознания. Фактически складываясь до возникновения нравственных, политических, правовых и иных представлений и идей и тем более теорий и систем взглядов, надстроечные отношения определяют специфику видов общественного сознания. Не идеи и взгляды, в соответствии с которыми в дальнейшем складываются те или иные надстроечные отношения, определяют специфику отношений, а, напротив, надстроечные отношения придают специфику идеям и взглядам. Источником же надстроечных отношений и взглядов людей выступают материальные отношения. Последние же определяют и содержание надстроечных отношений. Связь правосознания с правоотношениями опосредуется нормами права. Нормы права выступают в роли учреждений в правовой надстройке общества, которые возникали до установления соответствующих правовых норм государством» (сТеория государства и права», стр. 459). 1 С. Ф. Кечекьян. Правоотношения в социалистическом обществе, стр. 22, 23, 27, 29. 2 См. там же, стр. 27. 104
способствуют реализации идей и взглядов в реальных отношениях людей К Установление норм зависит от правовых взглядов, а складывание правоотношений — от норм права. Но между ними существует и обратная связь. Фактические отношения закрепляются в законах2, а осознание законов, их оправдание и защита приводят к созданию правовых теорий, разработке правовой идеологии. Волевой характер правовых отношений, заключающийся в том, что они выражают волю господствующего класса, придает специфику и правосознанию. Правовым взглядам присущ момент требования, т. е. они включают в свое содержание представления о желаемом в области права. Содержание правосознания во многом зависит от правоотношений, но самая глубокая основа его лежит в экономических отношениях, которые определяют и правоотношения, и правовые нормы, и правосознание. Содержание правосознания позволяет судить о специфике данного вида общественного сознания. В содержании правосознания выделяются прежде всего взгляды, выражающие отношение людей к действующему праву, представления их о своих правах и обязанностях, о правомерности или неправомерности того или иного поведения, о справедливости или несправедливости тех или иных норм права3. Правосознание включает в свое содержание и новые правовые требования о принятии новых или изменении старых законов4. В содержании социалистического правосознания важное значение имеют идеи о социалистическом правопорядке и социалистической законности, выражающие со- 1 Правовые нормы «представляют собой учреждения, соответствующие определенным правовым взглядам». Они «реализуют требования, выраженные в правовых взглядах» (Е. А. Якуба. Право как составная часть надстройки советского общества в период развернутого строительства коммунизма, стр. 67). 2 «Урегулированность и порядок, — писал Маркс, — являются именно формой общественного упрочения данного способа производства и потому его относительной эмансипации от просто случая и просто произвола... Если форма просуществовала в течение известного времени, она упрочивается как обычай и традиция и, наконец, санкционируется как положительный закон» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 25, ч. II, стр. 356—357). 3 См. Н. Н. Полянский. Вопросы теории советского уголовного процесса. М., 1956, стр. 145; «Теория государства и права», стр. 372. 4 См. В. А. Сырцев. Социалистическое правосознание в СССР, стр. 11. 105
бой необходимость социалистического права и строгого и неуклонного соблюдения его предписаний1. Характеристику правосознания как совокупности взглядов и представлений иногда дополняют и правовыми чувствами: чувствами о законном и незаконном, справедливом и несправедливом и т. д.2 В связи с этим следует заметить, что попытка выделить правовые чувства в особую категорию правосознания вряд ли обоснована. В самом деле, почему «чувство справедливости» закона есть правовое явление, а, скажем, не моральное? Мораль отражает отношения между людьми, затрагивающие их интересы под углом зрения того, добродетельны они или причиняют зло, справедливы или несправедливы. К примеру, моральное чувство справедливости или несправедливости выражается по отношению к существующему общественному и политическому строю, к законам, к действиям тех или иных институтов и организаций, к поступкам отдельных людей. Спрашивается, целесообразно ли выделять чувство справедливости по отношению к закону и рассматривать его как элемент правосознания, если оно не отличается от чувства справедливости, выраженного, скажем, по отношению к существующему общественному строю в целом или по отношению поведения отдельной личности? Видимо, нет, ибо нет критерия такого выделения. Конечно, причины, вызвавшие такие чувства, различны, возможны различия в интенсивности их проявления, длительности и т. д., но они суть чувства справедливости. Эмоции, называемые И. Е. Фарбером правовыми, фактически являются моральными, связанными с этической оценкой законов и их применения. Что же касается самой постановки вопроса о социально-психологических элементах в правосознании, то она вполне оправдана. Кроме правовой идеологии, представляющей собой теоретические обобщения правовых явлений, к правосознанию относятся и взгляды, которые обычно называются правосознанием в собственном смысле слова3. О специфике правосознания можно судить также по той роли, которую оно играет в жизни общества. При 1 См. Г. А. Злобин. Правосознание в советском общенародном государстве. М., 1963, стр. 11. 2 См. И. Е. Фарбер. Правосознание как форма общественного сознания, стр. 60—94. 3 См. «Теория государства и права», стр. 372. 106
рассмотрении этого вопроса чаще всего подчеркивается то, что правосознание дает идею закона, способствует применению последнего путем истолкования смысла закона и определению наказания. Далее правосознание в силу своей подвижности быстрее других элементов надстройки отражает противоречия между изменившимися условиями жизни и действующим законодательством и тем самым способствует совершенствованию законодательства. В условиях социализма осуществление юридических законов опирается не столько на принудительную силу государства, сколько на правосознание народа, что свидетельствует о повышении роли этого вида сознания в новом обществе. Отмеченные моменты позволяют в определенной мере говорить о значении правосознания в жизни общества, хотя раскрывают ее далеко не полностью. О роли правосознания можно судить, во-первых, лишь в связи с активностью общественного сознания в целом, проявляющейся через определенные состояния. Скажем, добровольное соблюдение законов при социализме объясняется отнюдь не только правосознанием, но и состоянием всего социалистического общественного сознания. Во-вторых, судить о его роли можно в связи с деятельностью правовой надстройки в целом, включающей в свой состав правосознание, учреждения (совокупность норм) и правоотношения. У правосознания нет особых функций в сравнении с другими сторонами правовой надстройки, поэтому, какая бы роль ни приписывалась правосознанию, в действительности эта роль принадлежит всей правовой надстройке. Правосознание (вместе с нормами права) обслуживает правоотношения, выступает стороной последних. Эта его роль и свидетельствует о присущей ему специфике. Религиозное сознание По определению Энгельса, религия есть фантастическое, иллюзорное отражение в головах людей тех внешних сил (природных и общественных), которые господствуют над ними в их повседневной жизни. Она является таким фантастическим отражением, в котором земные силы принимают форму неземных1. Следова- См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 328. 107
тельно, не всякая фантазия выступает как религия, а лишь такая, которая обращена к неземному, уводит в сторону от реальной действительности. Не случайно В. И. Ленин называл религию больной фантазией. Своими корнями возникновение религии уходит в глубокую древность, и понимание этого процесса возможно прежде всего через анализ взаимоотношения общества и природы в пору становления самого общества. Определяющим для становления отдельного человека и общества в целом, как известно, был труд. В процессе трудовой деятельности и складывалось определенное отношение людей к природе. Но отношение к природе, как таковое, и сама природа еще не порождали религиозного сознания К Появление религии было о]бусловлено специфичностью отношения людей к природе, в котором главной стороной является не господство людей над природой, а, напротив, господство природы над людьми. Практическая деятельность людей, их отношение к природе имеют две стороны, или, как пишет итальянский исследователь религии А. Донини, «установившиеся с незапамятных времен отношения между человеком и природой всегда имели двоякий характер: господство всесильной природы над беспомощным человеком, с одной стороны, и с другой — воздействие на природу, которое человек стремился осуществлять пусть даже в ограниченных и несовершенных формах, свойственных первобытному обществу, используя свои орудия труда, свои производительные силы, свои способности»2. С первой из сторон взаимоотношения природы и общества, выражающей бессилие человеческой практики и придающей специфику в целом отношению между природой и обществом, и связано появление религиозного сознания3. 1 Наука доказывает существование положительных знаний о природе до возникновения религиозных представлений; существовала целая дорелигиозная эпоха (см. В. Ф. Зыбковец. Дорелигиозная эпоха. К истории формирования общественного сознания. М., 1959). 2 А. Донини. Люди, идолы и боги, изд. 2. М., 1966, стр. 26. 3 Социальные корни религии в первобытном обществе охватывают и область отношений между людьми, поскольку процесс общественного развития был стихийным по своему характеру, но главная причина возникновения религии лежала все же в сфере практического отношения людей к природе, в ограниченности средств воздействия на природу, т. е. в низком уровне развития производства, который не давал людям возможности практически овладевать природой, преобразовывать ее в интересах человека. 108
Материалистический подход к выяснению корней религиозного сознания позволяет проследить зарождение религиозных представлений при изучении ограниченности человеческой практики, бессилия его перед стихийными силами природы. Господство природы над человеком приводило к тому, что люди прибегали к мнимым, иллюзорным средствам воздействия на природу. Они имитировали многие производственные процессы, к примеру охоту, рыбную ловлю. Так, коренные жители Австралии, прежде чем идти на поиски кенгуру, рисовали па песке изображение этого животного и протыкали его копьями, надеясь, что после этого ритуала охота будет удачной. Наряду с такими реальными действиями сложились и символические действия, что привело к раздвоению и в сознании К Возникла целая система приемов или обрядов, в основу которых легла вера в возможность сверхъестественного воздействия на окружающие человека предметы и явления и получившая название магии. Практическое бессилие людей перед силами природы, а в связи с этим и неудовлетворенная потребность воздействия на нее порождали извращенное сознание2. 1 Ю. И. Семенов пишет, что «в результате объективное различие, существовавшее между реальными действиями, действительно влиявшими на исход человеческой деятельности, и символическими действиями, не оказывавшими на него влияния, было осознано человеком как различие между действиями, влиявшими на результат естественным образом, ясным и понятным человеку, и действиями, влиявшими на результат таинственным, непонятным образом. Произошло раздвоение человеческого познания: наряду со знанием о реальных связях, реальных влияниях возникла вера в существование качественно отличных от первых таинственных, непонятных связен, таинственных, непонятных влияний» (Ю. И. Семенов. Возникновение человеческого общества, стр. 391). 2 Существует и несколько иная точка зрения по данному вопросу. Так, Ю. А. Левада утверждает, что религия не есть плод неудовлетворенной практической потребности человека, что нельзя выводить из «бессилия» человека религию, ибо «религиозность не является непременным спутником всякой ограниченности наших сил и знаний» (Ю. А. Левада. Социальная природа религии. М., 1965, стр. 66). «Функции религии, — пишет он, — правомерно рассматривать в сопоставлении не с какими бы то ни было «естественными» потребностями человека, но с потребностями исторически конкретных социальных систем» (там же, стр. 67). Верно, что функции религии следует соотносить с потребностями социальных систем, но почему же при этом нужно противопоставлять функциональный анализ религии анализу генетическому — не ясно. Противопоставление этих видов анализа привело 109
Возникновению религиозного сознания 6 условиях Первобытного общества способствовала и стихийность общественного развития, а в классовом обществе это превратилось в доминирующую причину существования извращенного сознания. Специфика религиозного сознания объясняется причинами, обусловившими появление данного вида сознания, и состоит она в вере в сверхъестественное, созданное воображением людей'. Вера в сверхъестественные существа, составляющая суть религиозного сознания, есть своеобразное отношение к воображаемым объектам, характеризующееся, как отмечает Д. М. Угринович, тремя особенностями: во-первых, верой в реальность существования сверхъестественных существ, свойств или отношений, во-вторых, переживанием своего отношения к сверхъестественному и, в-третьих, «иллюзорно-практическим» отношением религиозных людей к сверхъестественному2. Религиозный человек верит, что обращение к сверхъестественному вызовет со стороны последнего благоприятное воздействие на свою жизнь. Поскольку общение со сверхъестественным носит воображаемый характер, его и называют иллюзорно-практическим. Отмеченная специфика пронизывает все содержание религиозного сознания, т. е. его верования, представления, мифы, догмы и т. д., составляющее как обыденное религиозное сознание, так и религиозную идеологию (богословие) . Социологический анализ религиозного сознания, как и других видов общественного сознания, предполагает к тому, что Ю. А. Левада стал отрицать ту общую исходную основу, на которой вырастает религия — ограниченность человеческой практики. Он рассматривает функции религии в связи с формами общения, сохраняющими «рутинные способы трансляции культуры». Но ведь формы общения, формы передачи культуры, «нуждающиеся» в «религиозном восполнении», определяются самой практической деятельностью людей. Поэтому нельзя формы общения отрывать от самой материальной практики, а анализ функций религии — от анализа причин, вызвавших превратное сознание. 1 «Под верой в сверхъестественное в широком смысле слова,— пишет Д. М. Угринович, — мы понимаем не только веру в сверхъестественные существа (богов, духов, души, враждебные человеку существа и т. п.), но и веру в сверхъестественные свойства реальных предметов (фетишизм) и в сверхъестественные связи между материальными объектами (магия, тотемизм)» (Д. М. Угринович. Философские проблемы критики религии. М., 1965, стр. 138—139). 2 См. там же, стр. 140—146. ПО
выяснение не только социальной обусловленности и его специфики, но и тех отношений, с которыми оно связано в реальной жизни, тех отношений, стороной которых оно выступает. Такие отношения действительно существуют и вместе с религиозным сознанием входят в состав религиозного комплекса явлений или религиозной надстройки. К ним относятся отношения, связанные с культовыми действиями, т. е. теми действиями людей, с помощью которых они пытаются так или иначе повлиять на сверхъестественные объекты религии, и отношения между верующими, входящими в определенные организации К Какова же связь между религиозным сознанием и культовыми действиями? Рассматривая этот вопрос, известный советский этнограф С. А. Токарев показывает связь религиозного сознания с культовыми действиями в процессе формирования магии. Он выделяет ряд стадий этого процесса: «а) непосредственное, стихийно-целесообразное действие человека (материальная практика); б) то же действие, но осмысляемое как действие магической силы, т. е. связываемое с идеей сверхъестественного; в) возникшее представление о магической силе начинает в свою очередь влиять на действия человека; разумное действие становится магическим обрядом»2. Разъясняя последовательность стадий процесса формирования магии и связь магических действий с верованиями, С. А. Токарев подчеркивает, что «магия с течением времени порождает характерные для нее представления, окрашенные идеей сверхъестественного»3. Точка зрения С. А. Токарева нам представляется вполне обоснованной. Он показывает, что материалом 1 Для истории, справедливо замечает Ю. А. Левада, «религия представляет собой не систему «взглядов», «объяснений», «иллюзий», а систему определенных общественно значимых действий, которые в какой-то форме соотнесены с культовыми объектами. Религиозные взгляды, намерения, переживания (подобно этическим, политическим и т. д.) история фиксирует лишь в их «снятом» виде, т.е. в виде их практических, общественно значимых плодов. Вопрос о структуре религии при таком подходе выступает как вопрос о структуре «религиозной деятельности» или «религиозного поведения»» (Ю. А. Левада. Социальная природа религии, стр. 105). 2 С. А. Токарев. Сущность и происхождение магии. — «Исследования и материалы по вопросам первобытных религиозных верований». М., 1959, стр. 74. 3 Там же. ///
для формирования магических обрядов служили обычные практические действия людей, что «магическая практика» может определять «магическую теорию». Огромный фактический материал, на который опирается исследователь, позволяет ему сделать такой вывод1. Далеко не сразу складывается та или иная система идей и представлений, которая бы и определяла деятельность и отношения в сфере надстройки. В действительности возникновению и нравственных, и политических, и даже правовых взглядов, как мы уже говорили, нередко предшествовали отношения, а взгляды являлись результатом осознания отношений. И религиозные взгляды не представляют в данном случае исключения. Можно сказать, что «магия порождает характерные для нее представления, окрашенные идеей сверхъестественного». Когда же возникают представления и взгляды, то воспроизведение тех или иных действий и отношений в сфере надстройки осуществляется в соответствии с представлениями и взглядами, последние являются стороной этих действий и отношений, т. е. обе стороны неразрывно связаны между собой. Связь между религиозными представлениями и обрядовыми действиями состоит в том, что первые не являются таковыми, если они не выражены в культовых действиях, а последние не являются магическими, если они не связаны с определенными религиозными представлениями. Религиозные представления и культовые действия обусловливают друг друга и выступают как стороны религиозной жизни. Что из них является определяющим: сознание или действия? Видимо, дать категорический ответ на этот вопрос нельзя. У них есть общий источник, определяющий как религиозные представления, так и культовые действия. Таким источником является господство внешних сил над людьми. Поскольку и представления и культовые действия имеют одну 1 Подобного взгляда придерживается и ряд других исследователей, например Ю. И. Семенов (Ю. И. Семенов. Возникновение человеческого общества, стр. 400), А. Донини. «Строго говоря, — пишет Донини, — первые формы религиозности даже не могут быть признаны проявлениями ритуальной практики, основанной на каком-либо «сверхъестественном» представлении и тем самым противопоставленной нормальным житейским обычаям человека... Сама магия вначале представляется своего рода материальным давлением человека на природу или общество для получения определенных ощутимых результатов» (А. Донини. Люди, идолы и боги, стр. 29). т
основу, то правомерно допущение, что в рамках религии не только взгляды определяют формирование магических действий, но и последние активно воздействуют на развитие религиозного сознания. Являясь сферой практической, повседневной религиозной жизни, культ не может не определять (или воспроизводить) религиозное сознание, в особенности на уровне обыденного сознания. Кроме рассмотренных иллюзорных отношений к сверхъестественному с целью воздействия на него в религии имеют место отношения и другого рода: вполне реальные отношения между верующими людьми, связанные с отправлением культа. По своей природе они являются надстроечными отношениями, ибо определяются социальными условиями жизни общества. Отношения между верующими в процессе отправления культа складывались исторически. Первоначально в культовых действиях принимали участие все члены общины и их роль была одинаковой, в дальнейшем же в первобытных общинах стали выделяться отдельные личности, играющие наиболее важную роль в обрядах. С делением общества на классы появились и особые религиозные организации профессиональных служителей культа. Формы и типы религиозных организаций зависели от социальных условий каждой данной исторической эпохи и в значительной мере отражали социальную структуру общества К Основное содержание отношений между людьми, участвующими в религиозном культе, стало составлять взаимоотношение между «мирянами» и «духовенством», «паствой» и «руководителями» культо-' вых действий. Отношения между верующими, сами религиозные организации тесно связаны с религиозным сознанием. Эта связь выражается уже в том, что самое формирование отношений между людьми и их организацией обусловливалось религиозными представлениями. Когда же они сформировались, то стали играть роль той основы, которая постоянно воспроизводит религиозные представления 2. 1 См. С. А. Токарев. Ранние формы религии п их развитие. М., 1964, стр. 33—36. 2 С. А. Токарев общественные отношения между людьми, связанные с религиозной практикой, а также различные формы и типы религиозных организаций называет «социальной стороной религии» и считает, что она «служит определяющим моментом каждой дан- //.?
Связь религиозного сознания с культовыми действиями, а также с отношениями между верующими в процессе культовых действий и с религиозными организациями позволяет говорить и о той роли, которую оно играет в жизни общества. В самой общей форме можно сказать, что роль религиозного сознания состоит в обслуживании религиозной практики. Культовые действия, отношения между верующими и деятельность религиозных организаций становятся религиозными благодаря представлениям и взглядам о сверхъестественном. Поэтому значение религиозной практики, ее место в жизни людей -характеризует собой и роль религиозного сознания. В работах, анализирующих религию в социологическом плане, роль религиозного сознания раскрывается именно через саму религиозную практику. Так, Ю. А. Левада, выводя из данных отношений реальной жизни общества соответствующие религиозные формы (отношения), показывает активную роль последних. Он исходит ной религии. От нее зависит в основном характер господствующих религиозных представлений и обрядов» (С. А. Токарев. Ранние формы религии и их развитие, стр. 36). Д. М. Угринович справедливо возражает против выделения в религии особой социальной стороны, к которой С. А. Токарев относит религиозные организации и общественные отношения, складывающиеся в ходе культа. Религия в целом, все ее составные элементы носят социальный характер (см. Д. М. Угринович. Философские проблемы критики религии, стр. 233—234). Однако нельзя согласиться с утверждением Д. М. Угриновича о том, что отношения между верующими в процессе культовых действий и религиозные организации не могут определять религиозного сознания. Он подчеркивает одну сторону, а именно то, что отношения между верующими и религиозными организациями возникают в соответствии с религиозными верованиями, и недостаточно выделяет вторую сторону — порождение религиозного сознания на основе отношений верующих и их религиозных организаций. «Все элементы религии, — пишет Д. М. Угринович, — в том числе и религиозные отношения и организации, порождены социальными отношениями определенной эпохи. Но социальная детерминированность религиозных отношений (т. е. отношений между верующими) и религиозных организаций реализуется лишь через религиозные верования, религиозные представлен ния людей» (там же, стр. 234). Социальная детерминированность элементов религии позволяет увидеть и другую сторону связи между религиозными отношениями, религиозными организациями и религиозным сознанием, а именно воздействие на религиозное сознание, его воспроизведение и развитие сложившихся отношений между верующими и их организациями. 114
При этом 'из того, что в обществе 'имеют место два типй деятельности: воспроизведение жизненных средств существования и воспроизведение самого способа общения, совокупность которых составляет регулятивную систему данного общественного организма. «Историческое значение и исторические судьбы религии как социального института связаны именно с развитием регулятивной системы человеческого общества» К Религия выполняет роль формы общения. И она выполняет такую роль в тех общественных организациях, где социальная культура, формы передачи культуры «нуждаются» в «религиозном восполнении». А «религиозно нуждающимися» и «религиозно порождающими» являются те социальные культуры, те формы общения, которые сохраняют «рутинные» способы трансляции культуры, или, иначе говоря, самые различные формы общения, поскольку в Н'их действуют ««рутинные» способы общественного сознания, регулирования»2. Наиболее общая функция религии состоит в том, что в ней «в фантастической форме 'преодолеваются, «снимаются» реально значимые противоречия (оппозиции) человеческой жизни и мышления: невозможное оказывается возможным, чрезвычайное — обычным, случайное — необходимым, безликое — личным, преходящее — вечным; при этом в различных условиях выделяются и доминируют разные типы подобных оппозиций»3. Выполнение такого рода функций, где реальное преодоление противоречий социальной жизни подменяется иллюзорным, фантастическим, и позволяет видеть объективную роль религии в обществе. Известные положения классиков марксизма о том, что религия есть «опиум народа», «вздох угнетенной твари», средство «утешения и оправдания», «дух бездушных порядков», с достаточной определенностью характеризуют социальную роль религии. Эта роль по своей сути негативна. И обусловлена она тем, что появление религии было связано с бессилием людей перед господствующими над ними природными и общественными силами. О негативной роли религии можно судить на основе многочисленных исторических фактов. В качестве при- 1 /О. А. Левада. Социальная природа религии, стр. 67. 2 Там же, стр. 133. 3 Там же, стр. 81. 115
мера можно сослаться на раннее христианство, зародившееся в первом веке нашей эры, в период разложения Римской империи К Христианство возникло в рабовладельческом обществе, изжившем себя и экономически, и политически, и духовно. Многочисленные «выступления рабов в античном мире, свободных крестьян, бедноты городов свидетельствовали об активном протесте против социального гнета и несправедливости. Однако выступления против аристократии, олицетворявшей старый мир, жестоко подавлялись. В этих условиях и возникло христианство'как миросозерцание людей, потерявших веру в возможность разрушить старый мир и освободиться от социального гнета. Французский исследователь истории религии Ш. Эншлен удачио заметил по этому поводу: «Христос победил потому, что потерпел поражение Спартак». В развитии христианства в Римской империи различаются два периода. Первые христиане испытывали чувство ненависти к рабовладельцам и верили в то, что несправедливый строй погибнет и царство справедливости наступит на земле. Но они надеялись осуществить свои социальные чаяния с помощью неба. Как известно, в основе христианского вероучения лежит вера в мифического Иисуса Христа — «сына божьего», якобы сошедшего с неба на землю и «принявшего» страдания и смерть для «спасения» человечества. После смерти Христос якобы вновь вознесся на небо, и христиане ждали его «второго пришествия». Причем ждали, терпя и страдая, перенося все несправедливости, ибо, согласно их представлениям, только терпение могло способствовать приближению «второго пришествия» Христа. Первоначально христианство по духу было «демократически-революционным»2, поскольку угнетенные массы воплощали «в нем свое стихийное стремление к общественному перевороту. Это своеобразие его объяснялось классовым составом ранних христианских общин, состоящих в основном из рабов и бедняков. В тот период христианство представляло собой идеологию рабов и обездоленных свободных. Отмеченное своеобразие первона- 1 См. С. И. Ковалев. Основные вопросы происхождения христианства. М.—Л., 1964; Я. Л. Ленцман. Происхождение христианства. М., 1960; А. Б. Ранович. О раннем христианстве. М., 1959; Ш. Эншлен. Происхождение религии. М., 1954. 2 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 33, стр. 43 116
чалыюго христианства объясняет его противоречивый характер. Несмотря на «демократически-революционный» дух, оно отвлекало рабов «и свободных обездоленных от действительной борьбы против эксплуатации и угнетения. Ведь лейтмотивом христианства было «ждать и надеяться» на небесного спасителя. Вера в последнего, отказ от активной борьбы с самого начала объективно играли отрицательную роль. Двойственный характер первоначального христианства с утверждением феодальных отношений в обществе все больше и больше утрачивался. Не только по сути своей, но и по форме выражения своих взглядов христианство превратилось в идеологию эксплуататорского строя. Во II—III вв. н. э. проповедники его стали призывать угнетенных и отверженных, униженных и оскорбленных терпеливо переносить бедствия и страдания в надежде теперь уже более отдаленной—«в надежде лучшей жизни не на земле, а на небесах. Христианство призывало к покорности земным господам. «Рабы, повинуйтесь господам своим по плоти со страхом и трепетом, в простоте сердца вашего, как Христу», — сказано в Библии — священной книге христиан. Идеи о покорности, непротивлении злу выражались в писаниях апостолов и другой литературе раннего христианства. Христианское учение требовало, чтобы рабы по принуждению становились ра бами по убеждению. В этом достаточно определенно проявилось социальное назначение религии в классовом обществе. Объективно негативная роль христианства усиливалась по мере того, как «вместе с организацией церкви росло влияние господствующих классов в христианских общинах. Если на первых порах общины состояли из рабов и бедняков, то в дальнейшем «в них стали вступать богатые, они и возглавили отправление религиозных культов. Через 250 лет после своего «возникновения христианство было признано государственной религией. Между государством как орудием угнетения в руках экономически господствующих классов и церковью «возник союз, который позволил эксплуататорским классам использовать церковь в качестве важнейшего средства насаждения среди масс духа покорности и послушания. Негативная роль религии (в каких бы формах она ни выступала) состоит, следовательно, в том, что она отвлекает людей от борьбы с социальным злом, от борьбы по 117
преобразованию природы в интересах человека. Религий враждебна общественному прогрессу. Эта мысль (неоднократно подчеркивалась В. И. Лениным. «Идея бога, — п'исал он А. М. Горькому, — всегда усыпляла и притупляла ««социальные чувства», подменяя живое мертвечиной, будучи всегда идеей рабства (худшего, безысходного рабства)» *. Эстетическое со.шание Эстетическое сознание, как и сознание религиозное, возникло на основе отношения человека к действительности. Но отношение, обусловившее появление эстетического сознания, носит иной характер, поэтому и данный вид сознания отличен от религиозного созна«ия. Эстетическое сознание связано с эстетической деятельностью и эстетическими отношениями человека к действительности. Эстетическая деятельность человека проявляется в его труде, «в быту, в общественной ж'изни, в искусстве. Суть ее в видоизменении, >в воспроизводстве предметов и явлений действительности по законам красоты. Под красотой понимается совершенство 'предметов и явлений действительности2. Творить по законам красоты, говорил Маркс, — значит «производить по меркам любого вида и всюду... прилагать к предмету соответствующую мерку»3. «Мерки» предметов и явлений есть выражение существенных свойств, качеств последних. Приложение «мерки» позволяет обнаруживать, насколько те или иные конкретные предметы и явления полно воплощают свои существенные, родовые особенности в своем внешнем проявлении4. Другими словами, приложение «мерки» позво- 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 48, стр. 232. 2 Н. Г Чернышевский писал, что «предмет должен быть превосходен в своем роде для того, чтобы называться прекрасным» (Н. Г. Чернышевский. Поли. собр. соч. в пятнадцати томах, т. II. М., 1949, стр. 7). 3 К. Маркс и Ф. Энгельс. Из ранних произведений, стр. 566. 4 Эстетическое достоинство заключается в «целостном внешнем проявлении общих, родовых свойств в отдельном существовании, проявлении, открывающемся непосредственному человеческому восприятию, осознанию, оценке со стороны» (Г. Н. Поспелов. Эстетическое и художественное. М., 1965, стр. 87). Г. Н. Поспелов подчеркивает, что, «какими бы другими существенными достоинствами ни отличалось то или иное явление, эти достоинства только тогда вы- 118
ляет осмысливать действительность эстетически, раскрывать ее эстетические достоинства, а соответственно и творить. Человек, по выражению А. М. Горького, по натуре своей художник. Он всюду так или иначе стремится вносить красоту. Эстетическое осмысление действительности и деятельность по законам красоты являются продуктом исторического развития общества. Они обусловлены материальной деятельностью людей. Какова же природа эстетических отношений и специфика сознания, определяемая данным видом отношений? Что представляют собой эстетические отношения? Чтобы разобраться в поставленных вопросах, следует обратиться к работам по эстетике, анализирующим эстетические отношения. Для эстетики данного вида отношения являются «изначальным бытием». «Это первая ступень,— пишет Н. Крюковский, — первая категория, с которой начинается дальнейшее логическое развитие эстетических категорий. Отношение это наиболее общее, так как при выходе за его пределы эстетическое исчезает как определенная категория. Оно же является и тем первым, что мы преднаходим, начиная наше чувственное, опытное знакомство с миром эстетических вещей»1. В категориях эстетики «запечатлены основные типы эстетического отношения человека к действительности»2. Эстетические отношения являются «предметом искусства»3. Короче, данный вид отношений ставится эстетиками во главу угла, поэтому и важно обратиться к их работам, пытаясь выяснить поставленные вопросы. Л. Н. Столович выясняет специфику эстетических отношений при сопоставлении их с утилитарно-практическими отношениями и отношениями научно-познавательными. Первые от последних отличаются прежде всего своим предметом. Если утилитарно-практические отношения людей к действительности имеют своим предметом качества и свойства вещей, используемые ими для удовлетворения своих материальных потребностей, а научно-теоретические отношения имеют в качестве своего ступают как эстетические, когда они получают относительно превосходное целостное внешнее выражение» (там же). 1 Н. Крюковский. Логика красоты. Минск, 1965, стр. 28—29, 2 Ю. Борее. Введение в эстетику. М., 1965, стр. 41, 3 «Формы общественного сознания», стр. 15?, 119
предмета законы объективного мира, то «предметом эстетического отношения являются эстетические свойства действительности...» 1. Специфическим для эстетического отношения является, далее, то, что в нем «мысль и чувство сплавлены воедино»2. Связь мысли и чувства имеет место во всех отношениях. Но в эстетическом переживании «чувство является осмысленным, а мысль — прочувствованной. Отделить одно от другого — значит нарушить процесс эстетического переживания»3. Наконец, эстетическое отношение отличается от других видов и по своей общественной функции, своему практическому значению. Эстетическое отношение ъ отличие, например, от утилитарно-практического не преследует никакой материальной цели, оно бескорыстно. Данная Л. Н. Столовичем характеристика эстетических отношений еще не раскрывает специфику рассматриваемого вида отношений в должной мере, поскольку объект, в связи с которым они складываются, согласно взглядам этого автора, фактически не обладает эстетическими достоинствами4. Л. Н. Столович не может в должной мере раскрыть специфику эстетических отношений, на наш взгляд, потому, что он отождествляет отношения с «эстетическим 1 Л. Н. Столович. Эстетическое в действительности и в искусстве. М., 1959, стр. 114—115. 2 Там же, стр. 130. 3 Там же. 4 Согласно Л. Н. Столовичу, объектом эстетических отношении являются «эстетические свойства» предметов (Л. Н. Столович. Эстетическое в действительности и в искусстве, стр. 28—61). Эстетические свойства представляют собой единство общественного содержания предмета или явления с его конкретно-чувственной формой. Содержание же «привносится» в отдельные конкретные предметы и явления и делает различные внешние физические черты последних своими материальными носителями. Сами предметы и явления природы и общества будто бы не обладают объективными эстетическими достоинствами. Они приобретают их по мере включения в эстетическое отношение. Отрицание автором объективности эстетических свойств явлений действительности снимает вопрос об эстетических отношениях из-за отсутствия объекта таковых. На наш взгляд, Г. Н. Поспелов обоснованно критикует точку зрения этого автора и показывает, что собственно эстетическими являются лишь такие отношения, «такие оценки, которые вытекают из осознания объективных эстетических свойств явлений жизни —из степени целостности воплощения родовых, существенных особенностей явлений во всей их внешней организации, во всем их облике» (Г Н. Поспелов. Эстетическое и художественное, стр. 145). 120
восприятием», с «эстетическим познанием» и особенности последнего переносит на отношения К В действительности же осмысление окружающего мира в образах далеко не исчерпывает эстетических отношений. Отношение имеет место там, где есть оценка. Эстетическое отношение — это вид оценочного отношения, складывающегося в соответствии с познанием. Специфику эстетических отношений можно выяснить при условии, если мы не будем ограничивать их проявления сферой сознания. Эстетические отношения выходят за рамки сознания и реализуются в эстетической деятельности. К примеру, эстетическое отношение человека к труду объективируется в продуктах его деятельности, в красоте создаваемых им вещей и предметов. Больше того, и саму эстетическую деятельность людей можно рассматривать как эстетическое отношение2. Наконец, при выяснении специфики эстетических отношений важно учитывать и их двойственный характер. С одной стороны, они выступают как отношения объекта и субъекта, где объектом выступает действительность, а субъектом — человек, с другой стороны, как отношения между людьми, складывающиеся на основе отношения людей к действительности. Попытка рассмотреть двойственный характер эстетических отношений имеет место в ряде работ, хотя не всегда она достаточно четко выражена. Так, С. С. ГольДентрихт, рассматривая эстетические отношения как предмет искусства, определяет их как связь личности и общества. Раскрывая же природу этих связей, он сводит их к отношению человека к объективным условиям его жизни, а точнее, к условиям деятельности и предметному утверждению творческих способностей человека и наслаждению последним плодами своей деятельности3. По форме эстетические отношения трактуются им как отношения между личностью и обще- 1 См. Л. Н. Столович. Эстетическое в действительности и в искусстве, стр. 144. 2 Авторы учебного пособия «Марксистско-ленинская эстетика» справедливо рассматривают эстетическое отношение как эстетическую деятельность и отражение действительности в художественных образах, утверждая: «Эстетическое отношение человека к действительности состоит в единстве эстетической деятельности и эстетического познания» («Марксистско-ленинская эстетика». М., 1966, стр. 46). 3 См. С. С. Гольдентрихт. О природе эстетического творчества. М., 1966, стр. 60, и др. 121
ством, т. е. двумя субъектами, а по существу как отношение субъекта к объекту, как отношение первого рода. На существование эстетических отношений как связей объективных обращает внимание А. Г. Егоров. Он выясняет, что «эстетические отношения между людьми возникают на основе развитых производственных отношений» и что эти отношения носят надстроечный характер и существуют вне сознания людей К Постановка вопроса об эстетических отношениях как объективных связях заслуживает внимания, хотя не со всеми положениями А. Г. Егорова можно согласиться. Например, он пишет, что художественные учреждения носят надстроечный характер, отношения в них между людьми являются идеологическими, а «так как эти учреждения имеют своей целью идейно-эстетическое воздействие на общество, то мы в данном случае имеем дело с идеологическими отношениями эстетического порядка, выросшими на почве данного экономического базиса»2. Между работниками художественных учреждений могут существовать и существуют различные общественные отношения: нравственные, правовые и иные, и зачислять их в ранг эстетических только на том основании, что эти учреждения «имеют своей целью идейно-эстетическое воздействие на общество», (Неправомерно. Также неправомерно квалифицировать и отношения между художниками как отношения эстетические, поскольку они художники. В то же время А. Г. Егоров выясняет взаимоотношения между художниками и потребителями искусства, которые действительно могут быть названы эстетическими отношениями. «Между читателем и писателем, массами и художником,—пишет А. Г. Егоров,—«в каждом обществе устанавливаются отношения эстетического порядка, которые... всегда теснейшим образом связаны с политическими, нравственными и другими идеологическими отношениями»3. Приведенные суждения об эстетических отношениях позволяют судить о том, что такого рода отношения реально существуют, хотя их природа и характер проявления требуют еще серьезного изучения. Несомненно то, 1 См. А. Егоров. Искусство и общественная жизнь. М., 1959, стр. 58, 59. 2 Там же, стр. 59. 3 Там же, стр. 60. 122
что основу их появления, так же ка«к и возникновения эстетической деятельности, составляет наличие эстетического 'в самой действительности. Эстетические отношения представляют собой оценку явлений окружающего мира с точки зрения их эстетического достоинства. Возникнув как отношения человека к действительности, эстетические отношения с выделением искусства в особую отрасль духовного производства начинают проявляться и как отношения между людьми. Предметом их в этом случае начинает выступать художественное творчество, воспроизведение эстетического в искусстве. Общественный характер эстетического отношения человека к действительности усиливается взаимоотношениями между людьми по поводу искусства. Эстетические отношения со времени античного общества начинают выступать как один из основных видов надстроечных отношений. Эстетическое сознание непосредственно связано с эстетическими отношениями. Связь эта двоякая: с одной стороны, на основе эстетического осмысления действительности складывается и отношение к ней, а с другой — сами эстетические отношения выступают <в качестве такой основы и определяют сознание людей. Специфику и содержание эстетического сознания можно раокрыть лишь ъ связи с особенностями эстетических отношений. И это понятно: сознание реализуется в отношениях, проявляется через них. Скажем, эстетическое восприятие неизбежно вызывает переживание, в котором выражается эстетическая оценка воспринимаемого объекта. Эстетическое переживание служит непосредственным «выражением эстетического отношения человека к действительности. Оно и придает специфику эстетическому сознанию. Эстетическое переживание как своеобразное отношение человека к действительности вызывает и соответствующее осмысление действительности. Так, утилитарно-практическое отношение связано с таким осознанием окружающего человека мира, 'которое направлено на выявление практической полезности. В процессе подобного осмысления люди выделяют в вещах и предметах такие черты и свойства, которые являются существенными с точки зрения практической полезности. И такое выделение связано, понятно, с определенными чувствами. В отличие от утилитарно-практического эстетическое отношение направляет осмысление действительности несколько 123
в ином ллане, хотя само эстетическое отношение исторически складывалось в связи и на основе утилитарно- практических отношений. В данном случае людьми движет уже не практическая польза и выгода, а потребность в обнаружении эстетических достоинств явлений действительности. Обнаруженные эстетические достоинства вызывают своеобразную гамму переживаний, в том числе и радость за творческие 'возможности человека, когда люди оценивают совершенство предметов и ©ещей, созданных ими. Эстетическое сознание характеризуется прежде всего чувственностью, эмоциональностью. «Его основная особенность состоит в том, что объект постигается эмоционально, в неразрывном единстве его сущности и явления, внутренней и внешней, количественной и качественной сторон»1. Об эстетичеоких отношениях, а вместе с тем и о сознании позволяют судить и эстетические вкусы людей, т. е. их способности к различению красивого и безобразного, возвышенного и низменного, трагического и комического и выражению своего отношения к тому, что им нравится или не нравится, вызывает привязанность или отталкивает и т. д. Вкусы, как и эстетическое сознание в целом, формируются под влиянием жизненного опыта людей, а также искусства, имеющего своей целью воспитание в людях хороших эстетических вкусов. Большое место в эстетическом сознании занимают идеалы людей. И это понятно: представления людей о должном, совершенном с точки зрения прекрасного неизбежно возникают с развитием эстетических переживаний и вкусов. Эстетический идеал представляет собой должное и совершенное в конкретно-чувственной форме и выступает тем важнейшим критерием, которым пользуются люди в своей оценке действительности. Больше того, идеал является критерием и эстетического творчества, поскольку он выражает стимулы, мотивы и цели деятельности людей. Осмысление эстетических отношений осуществляется в определенной системе взглядов, которые также входят в содержание эстетического сознания. Система таких взглядов представлена эстетикой. Последняя теоретически осмысливает различные виды эстетических отноше- 1 «Марксистско-ленинская философия». М., 1965, стр. 456. 124
ний людей к действительности и отношений между собой, среди которых первостепенная роль принадлежит искусству как специфическому проявлению общественной практики, духовного производства людей. В социологическом плане искусство прежде всего выступает как деятельность людей, как творчество по законам красоты н выражает собой эстетическое отношение к действительности. Важно учитывать также и то, что искусство есть сознание, для которого характерно оцени- бающее, эмоциональное осмысление действительности. По искусству можно судить об эстетическом сознании людей данного общества, хотя содержание искусства отнюдь не сводится к эстетическому сознанию. Искусство выражает собой все -реальное общественное сознание определенной эпохи. Роль эстетического сознания (и прежде всего искусства) в обществе, особенно в социалистическом, очень велика. Свидетельством тому служит практика эстетического воспитания, развитие искусства, многочисленные научные труды, обосновывающие эстетические, познавательные и воспитательные функции искусства !. Эстетическое сознание — это одна из сторон эстетических отношений людей к действительности и между собой, и роль его сводится тем самым к развитию человека, богатство которого состоит в многообразии его связей и отношений. Эстетические чувства, вкусы, идеалы, взгляды, реализуясь в эстетических отношениях, делают жизнь людей содержательнее, разнообразнее. Особенно велика *в этом смысле роль искусства, которое воспроизводит в художественных образах ка-к существенные объективные стороны социальной жизни, так и существенные субъективные стороны той же жизни — душевные переживания людей, их реальное сознание. Воспроизведение не отдельных сторон жизни, а жизни в ее целостности, нерасчлененности, где общее раскрывается через проявление его в действиям отдельных личностей, в конкретных событиях, переживаниях, делает искусство несравненной по своему значению сферой духовной жизни общества. 1 Общественные функции искусства обстоятельно исследуются в книгах: А. Егоров. Искусство и общественная жизнь; А. Иатев. Искусство и общество. М., 1966. 125
Философской сознание Философское сознание подобно другим видам сознания связано с общественными отношениями. Правда, эта связь носит по преимуществу опосредованный характер, и потому философию обычно не соотносят прямо с определенными видами отношений. При социологическом анализе философского сознания вопрос о связи данного вида сознания с общественными отношениями приобретает особое значение. По своему характеру связь философского сознания с общественными отношениями в принципе такая же, как и связь с ними религиозного и эстетического сознания. Мы имеем здесь дело по преимуществу с отношениями человека к окружающему миру. Нравственные, политические и правовые отношения суть отношения между людьми. Условно их можно назвать надстроечными отношениями первого порядка. Отношения человека к окружающему миру, с которым связано религиозное, эстетическое и философское сознание, в этом случае будут надстроечными отношениями второго порядка. Существуют ли отношения, которые можно было бы квалифицировать ка-к философские? Ответить на этот вопрос трудно. Но несомненно, что если таких отношений в действительности и нет, то и в этом случае проблема связи философского сознания с общественными отношениями не может быть -снята потому, что появление данного вида сознания, как и общественного сознания в целом, социально обусловлено. Философия, так же как и религиозное и эстетическое сознание, связана генетически и функционально с отношениями человека к действительности и с отношениями между людьми. Философия имеет дело прежде всего с отношением мышления к бытию, сознания к материи. Сознание есть отражение бытия, его продукт. Но по сути своей сознание является не только отражением, как мы ранее отмечали, но и отношением к окружающему миру, к бытию, породившему его. Отношение сознания к бытию по преимуществу рассматривается в гносеологическом, т. е. теоретико-познавательном, плане. Однако 'возможен анализ данного соотношения и в социологическом плане!. Поло- 1 В работах по историческому материализму соотношение сознания и бытия действительно рассматривается и в социологическом 126
жение В. И. Ленина о том, что сознание не только отражает, но и творит мир, указывает на необходимость такого подхода. Творческое отношение сознания к миру может быть рационально понято лишь как социальное отношение. В самом деле, «идеи вообще ничего не могут осуществить. Для осуществления идей требуются люди, которые должны употребить практическую силу» К Реально относятся к миру не идеи, а люди, овладевшие идеями. В социологическом плане отношение идей к бытию и есть, следовательно, отношение человека к миру. И философия, раскрывая вопрос соотношения мышления и бытия, духа и материи, имеет дело с отношением человека к миру. А это и дает основание говорить о реальности связи философии с общественными отношениями. Через связь философии с общественными отношениями яснее проступает специфика философии .как особого вида сознания и ее функциональная роль в жизни общества. Вместе с тем открывается возможность и для лучшего понимания характера тех отношений, на обслуживание которых направлена философия. Философия, как и любой другой вид сознания, является системой взглядов об окружающем человека мире. В чем же состоит специфика этих взглядов? Философия отвечает на вопросы о том, каков мир по своей природе, имеется ли что-либо общее, что свойственно всем предметам и явлениям окружающего человека мира, а если имеется это общее, то в чем оно состоит, возможно ли познание предметов и явлений действительности, а если возможно, то что представляет собой истина и т. д. Как материалисты, так и идеалисты отдают себе отчет <в том, что философия имеет дело со специфическим кругом вопросов, касающимся взаимоотношения сознания и бытия, т. е. мировоззренческих вопросов. Специфика философии состоит в том, что она есть мировоззрение людей. Далеко не сразу философия обнаружила*свою специфику. В течение длительного времени она включала в плане, когда ставятся вопросы о роли идей в общественной жизни, хотя и здесь превалирует гносеологический аспект анализа общественного сознания и общественного бытия. Все внимание по преимуществу сосредоточивается на обосновании положения о производно- сти общественного сознания от общественного бытия. 1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 2, стр. 132. 127
свое содержание наряду с собственно мировоззренческими проблемами вопросы частных наук. Ее специфика в этом случае отчетливо не выступала. Не улавливалась специфика и в том случае, когда части или разделы философии обособлялись друг от друга, что не позволяло составить ясного представления о том, как же решается в данной философии вопрос о соотношении мышления и бытия. И. Кант, например, из всех частей, на которые подразделялась философия в прошлом, отдавал предпочтение гносеологии. Хотя он и признавал существование «вещей в себе», т. е. «не и независимо от сознания человека, но рассматривал вопросы познания в отрыве от учения о бытии, а потому формы человеческого познания у него оказались лишенными объективного содержания. Решение вопроса о соотношении мышления и бытия предполагает соотнесение законов логики с законами объективного мира. У Канта же законы логики рассматриваются вне такого соотнесения. Согласно его учению, мир «вещей в себе» и «мир явлений» оторваны друг от друга. Осознание специфики домарксистской философии затруднялось еще и тем, что последняя претендовала на универсальное объяснение мира, на законченное познание его. Философы в прошлом стремились создавать системы знания о мире'в целом, возвышающиеся над всеми другими науками. Так, на создание общей картины природы как единого целого претендовала натурфилософия. Она конструировала ее путем включения в свое содержание представлений о природе, которыми располагали конкретные естественные науки, и путем замены неизвестных еще ей действительных связей явлений связями фантастическими, а недостающих фактов — вымыслами. Созданная таким путем картина природы как единого целого была далека от реальной картины. Она была больше плодом воображения, чем отражения реальных связей и отношений. Так же далека была от действительности и картина общественной жизни, создаваемая философией истории, где реальные связи между людьми в процессе производства материальных благ, в сфере политической жизни и других сферах подменялись связями воображаемыми. Диалектический материализм не является философией в старом ее понимании, как наука наук, как система законченного знания о мире, а есть философия в соб- 128
ственном смысле слова, ибо ограничивает себя решением исключительно мировоззренческих вопросов. Решая их с материалистических позиций, он раскрывает наиболее общие законы развития действительности и вместе с тем является всеобщим методом познания. Осознание специфики философии непосредственно обусловливалось успехами в развитии познания явлений природы и общества, хотя причины такого осознания лежали в потребностях общественного развития. Развитие естествознания привело к выработке диалектико-материа- листичеокого взгляда на природу и обнаружению несостоятельности натурфилософии, а материалистическое понимание истории показало несостоятельность философии истории. Новое .направление в философии, начало которому положили Маркс и Энгельс, отл'ичалось от прежней философии тем, «что здесь впервые действительно серьезно отнеслись к материалистическому мировоззрению, что оно было последовательно проведено — по крайней мере в основных чертах — во всех рассматриваемых областях знания» К Материалистическое мировоззрение ориентировало исследователей в области общественных и естественных наук на устранение вымышленных связей в обществе и в природе и открытие многообразных действительных связей. Задача же философии, как специальной области знания сводилась к открытию общих законов, проявляющихся в окружающем человека мире. Осознание специфики философии было по существу осознанием реального отношения мышления к бытию, сознания к материи. Домарксистская философия далеко не всегда отдавала себе отчет в том, что ее предметом является отношение мышления к бытию, сознания к материи, а отсюда не (всегда последовательно и решала его. Энгельс говорил, например, о материалистической античной философии, что «в качестве материализма стихийного она не была способна выяснить отношение мышления к материи»2. Относительно всего старого материализма, в том числе и материализма Фейербаха, Энгельс заметил, что для него «было до некоторой степени ясно отношение мышления к бытию в природе, но неясно было это отношение в истории, он не понимал зависимости 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 301. 2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 142. 129 О А. К. Уледов
Мышления во всяком данном случае от исторических материальных условий» К Вопрос об отношении мышления к бытию является основным вопросом философии. Последовательное его решение приводит к тому, что марксистская философия становится в полном смысле мировоззрением. Раскрывая наиболее общие законы развития природы, общества и человеческого мышления, философия служит общим методом для всех .наук о природе и обществе и теоретическим фундаментом для практического преобразования социальных отношений. Последовательное решение основного вопроса философии стало возможным лишь при опоре на науку. Как говорил Энгельс, уже при самом возникновении новой философии к прочным основам старого материализма было присоединено все 'идейное содержание двухтысяче- летнего развития философии и естествознания и самой этой двухтысячелетней истории. Более чем столетнее развитие марксистской философии осуществлялось на основе обобщения огромных изменений в жизни общества и бурного развития науки, что позволяет говорить о ее научном характере в его современном понимании. Марксистская философия является мировоззрением, т. е. диалектико-материалистическим пониманием мира. Наряду с этим иногда указывается, что философия не только мировоззрение, но и теория познания. Она выступает мировоззрением в той мере, в какой решает первую сторону основного вопроса философии, т. е. отвечает на вопрос, что является первичным — материя или сознание. Решая же вторую сторону основного философского вопроса, т. е. .вопрос о том, как наши знания относятся к окружающему миру, философия выступает как теория познания. Но нам кажется, вряд ли будет правильным мировоззренческий характер философии связывать лишь с решением первой стороны основного вопроса философии. Без отношения познающего субъекта к познаваемому им объективному миру, которое выясняется при решении второй стороны основного философского вопроса, нельзя говорить о последовательном мировоззрении. Решение вопроса о бытии, т. е. о том, что является первичным—материальное или идеальное, вне гносеологии, т. е. в отрыве от вопроса о том, как относятся наши мыс- К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 630. 130
ли об окружающем мире к самому этому миру, являются ли наши представления, взгляды правильным отражением мира, неизбежно приводит к противопоставлению объективного содержания знаний их субъективной форме. Философия потому и выступает мировоззрением, что она решает вопрос об отношении сознания к материи в плане двух его сторон. Применительно к старой философии, расчлененной на отдельные части, нередко противопоставляемые друг другу, в какой-то мере еще допустимо мировоззренческий характер философии соотносить с ее онтологией, поскольку она стремилась «включить в свое содержание все знание о мире и не ограничивалась ролью мировоззрения. Диалектический материализм, являясь мировоззрением, выступает и как теория общих законов мира, и как теория познания, и как теория всеобщего метода позда- ния. В марксистской философии преодолен тот разрыв, который существовал в старой философии между ее частями, и прежде всего между учением ю бытии и учением о познании. Гносеология включает в себя как исходную посылку (признание объективности мира, поэтому-то ее и нельзя «рассматривать наряду с мировоззрением К Г. Г. Караваев и Т. III. Шарипов справедливо утверждают, что во «всех отношениях марксистская философия «является мировоззрением, поскольку она представляет собой определенный результат познания (научную картину мира на данном этапе исторического развития) и одновременно все содержание диалектического материализма имеет методологическое значение для специального знания»2. 1 Противопоставление мировоззрения и гносеологии в марксистской философии подвергнуто обстоятельной критике Г. Г. Караваевым и Т. Ш. Шариповым. Выясняя причины такого противопоставления, авторы отмечают, что оно проистекает прежде всего «из-за крайне узкого понимания содержания гносеологии, сводимого к диалектике процесса познания и даже к его ступеням» (Г. Г. Караваев, Т. Ш. Шарипов. Исторический материализм и общественные науки. Ташкент, 1966, стр. 45). Показывая несостоятельность такого узкого понимания содержания гносеологии (теории познания), они утверждают, что «теория познания — это не какая-то часть или раздел философии, а весь диалектический материализм представляет собой гносеологию, все его содержание имеет теоретико-познавательное значение» (стр. 59). Поэтому теория познания не может быть противопоставлена мировоззрению, которое «является ничем иным, как результатом, итогом познания» (там же). 2 Г. Г Караваев, Т. Ш. Шарипов. Исторический материализм и общественные науки, стр. 59. 131
Итак, философия по своей сущности является мировоззрением. Однако ее мировоззренческая сущность состоит не в том, что философия есть «научная картина мира на данном этапе исторического развития». Философия, по выражению Г В. Плеханова, есть синтез осознанного бытия, но она не представляет собой еще научной картины мира. Такую картину мира способны давать лишь все естественные и общественные науки в их совокупности. Да и сами Г. Г. Каравае© и Т. Ш. Шарипов пишут, что «задача создания научной картины мира (или, что то же самое, формирования научного мировоззрения) вовсе не является исключительно задачей только философии, а входит в сферу компетенции всего положительного знания, всех естественных и общественных наук. Поэтому не следует полностью отождествлять мировоззрение и философию» К В нашей литературе высказана точка зрения, что мировоззренческое значение имеют «основные теоретические принципы подхода к явлениям природы и общественной жизни»2. Но каков же критерий выделения этих принципов? В книге «Строительство коммунизма и духовный мир человека», откуда взят указанный тезис, такой критерий не выдвигается, но в ней утверждается, что научное мировоззрение есть система философских, экономических и общественно-политических взглядов марксизма3. Возможно, что это так и есть, хотя выдвинутое положение теоретически не обосновано. На наш взгляд, «основные теоретические принципы подхода к явлениям природы и общественной жизни» разрабатываются только философией. Отношение мышления к бытию, являясь предметом философии, как раз (и выступает тем критерием, который позволяет разрабатывать теоретические принципы, имеющие мировоззренческое значение. Теоретические принципы, обосновывающие диалектико-^мате- риалистическое понимание мира, всеобщий метод познания и в силу этого играющие методологическую роль во всяком научном исследовании, придают марксистской философии характер мировоззрения. 1 Г. Г Караваев, Т. Ш. Шарипов. Исторический материализм и общественные науки, стр. 58. 2 «Строительство коммунизма и духовный мир человека», стр. 189. 3 См. там же, стр. 190. 132
Уже давно считается, что принципы «мировоззрения» служат и руководством практического действия людей, средством воздействия на ход исторических событий. Видимо, это обстоятельство и толкает исследователей к расширительному толкованию данного понятия и включению в него наряду с философскими взглядами общественно-политических и экономических взглядов. Но если встать на этот путь, то содержание понятия «мировоззрение» не может быть ограничено названными взглядами и неизбежно приведет к включению в него всей суммы человеческих знаний, а тем самым будет утрачен и тот смысл, который с ним связан. Поэтому выработанное в науке понятие «мировоззрение» относится, строго говоря, лишь к философии. Философия как мировоззрение тесно связана с практической деятельностью людей, с общественными отношениями. В классовом обществе такими отношениями являются отношения между классами. Философия со времени своего возникновения и по настоящее время выступает мировоззрением различных классов. Материализм выступает, как правило, мировоззрением прогрессивных классов, а идеализм, напротив, мировоззрением классов реакционных. Философия теоретически обосновывает интересы классов, их цели и задачи борьбы. Это в равной мере относится к философии как прошлого, так и настоящего. О диалектико-материалистической философии Маркс говорил, что в ней пролетариат нашел свое теоретическое оружие. Но и домарксистская философия, особенно ее материалистическое направление, выступала теоретической предпосылкой для широкого общественного действия. Философские революции, по словам Энгельса, предшествовали социальным революциям и являлись теоретическим знаменем их осуществления. Так, французский материализм XVIII в. служил введением к политическому перевороту. Необходимость замены феодальных общественных отношений, превратившихся в тормоз прогрессивного развития общества, осознавалась философами как требование «сущности и потребностей человека», «человеческой природы», как требование разума. Французские материалисты апеллировали к разуму как единственному судье, требуя устранения старых порядков, старых учреждений, старых верований и установления разумного государства, разумного общества. Разум, к которому они апеллировали, был в действительности, 133
как заметил Энгельс, лишь идеализированным рассудком среднего бюргера, развивающегося в буржуа. Законами вечного разума обосновывались потребности капиталистического развития общества, интересы буржуа. Философия не раскрывала законов общественного развития, путей и средств коренных социальных преобразований, но и в том виде она играла, несомненно, положительную роль. Прогрессивные силы общества, совершая антифеодальную революцию, опирались на материализм как свое мировоззрение. Его роль выражалась уже в том, что он выступил против религии и церкви, сковывающих силы людей, и тем самым утверждал активное отношение людей к миру. Утверждение активного отношения к миру является характерной чертой материализма каж мировоззрения. Однако эта черта в полной мере обнаружилась лишь с возникновением диалектического материализма. Марксистская философия впервые до конца преодолела созерцательность старого материализма и тем самым обнаружила активное отношение к миру как суть материалистического мировоззрения. Уже в «Тезисах о Фейербахе» Маркса, которые представляют собой, по выражению Энгельса, гениальный набросок нового миросозерцания, это подчеркнуто со всей определенностью. «Философы лишь различным образом объясняли мир, — писал Маркс, — но дело заключается в том, чтобы изменить его» К Марксистская философия как методология познания и использования объективных законов природы и общества выступает орудием изменения действительности. Ее диалектико-материалистическое понимание мира связано с революционностью. Как говорил Маркс, «в своем рациональном виде (т. е. материалистически понятая. — А. У.) диалектика внушает буржуазии и ее доктринерам- идеологам лишь злобу и ужас, так как в позитивное понимание существующего она включает в то же время понимание его отрицания, его необходимой гибели, каждую осуществленную форму она рассматривает в движении, следовательно также и с ее преходящей стороны, она ни перед чем не преклоняется и по самому существу своему критична и революционна»2. 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 4. 2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 22. 134
В современную эпоху — эпоху крушения капитализма во всем мире и становления нового, коммунистического общества — диалектико-материалистическая философия является мировоззрением сил, борющихся за победу нового строя. Она противостоит идеалистической философии, являющейся мировоззрением консервативных, реакционных сил. Между противоположными мировоззрениями идет непрерывная острая борьба. И это понятно. Диалектико-материалистическое мировоззрение, раскрывая объективные законы общественного развития, обосновывает необходимость уничтожения капитализма, превратившегося в тормоз прогрессивного развития общества, а идеалистическое мировоззрение, выражая узкоклассовые интересы буржуазии, находящиеся в конфликте с интересами общества, напротив, стремится защитить и упрочить капиталистический строй. Примером тому может служить философия прагматизма. Огромные изменения, совершившиеся -в мире, привели к всеобщему кризису (капитализма, а кризис вызвал небывалое усиление апологетики этого строя со стороны «всех школ и школок буржуазной философии, в том числе и прагматизма. Лидер прагматизма Дж. Дьюи © 1920 г. попытался обосновать необходимость изменения философии с целью лучшего приспособления ее к защите капиталистического мира. В предисловии к переизданной им в конце 40-х годов книге «Реконструкция философии» он писал, что необходимость такой реконструкции еще больше возросла •в настоящее время. Уже первая мировая 'война, по его словам, поколебала веру в непрерывный прогресс, в уверенное движение к миру и гармонии. «Сегодня это потрясение усилилось почти до невероятности. Отсутствие безопасности и борьба стали столь всеобщими, что господствующим настроением людей стала беспокойная и пессимистическая неуверенность. Неуверенность -в том, что приготовило для нас будущее, бросает свою тяжелую и черную тень на «все аспекты настоящего» !. Д. Дьюи понимает всю серьезность положения, в котором оказался капитализм в современную эпоху, и он ищет пути преодоления трудностей. Один из них он видит в «реконструкции» философии, которая должна, по его мнению, состоять в том, чтобы забыть все выводы греческой философии (имеется «в виду материалистическая 1 У. Pewey. Reconstruction in Philosophy. Boston, 1949, p. VI. 135
философия), выбросить из головы вес теории о познаний и реальности и принимать -вещи самым простым и наивным образом. Он предлагает отбросить такое толкование познания, согласно которому последнее раскрывает свойства предшествующей познанию реальности, ибо считает, что нет «предшествующей реальности», независимой от человека. Короче, «реконструкция» философии состоит в замене «материализма субъективным идеализмом. Идеализм же позволяет вуалировать реальные отношения, а через отрицание объективности жизни, через объявление истиной того, что полезно, выгодно, он позволяет защищать интересы господствующих классов и их действия, какой бы характер они ни носили, формировать сознание людей буржуазного общества. Борьба материалистической и идеалистической философий в современном мире выражает собой борьбу противоположных по своим интересам классов. Эта борьба •в сфере теории, охватывающей вопросы отношения мышления к бытию, сознания к материи, позволяет яснее понимать, что здесь речь идет именно о борьбе мировоззрений, что она отражает самую характерную черту или сущность философии. Вместе с тем она позволяет глубже увидеть в классовых отношениях движущую силу общественного прогресса. Философия как мировоззрение различных классов выступает сердцевиной духовной стороны отношений -между классами, реализуется в этих отношениях, побуждая классы к определенным действиям, касающимся в конечном счете существующего общественного строя. Нравственное, политическое, эстетическое и другие охарактеризованные виды сознания в философской литературе уже признаны за самостоятельные образования общественного сознания. Однако в общественном сознании имеют место и другие идеи и представления, которые также, на наш взгляд, могут рассматриваться как самостоятельные виды сознания. Мы имеем в виду прежде всего экономические взгляды и представления. Они существуют не только на уровне научно-теоретического знания (политическая экономия), но и на уровне обыденных представлений и взглядов, распространенных в любом обществе. Нам представляется, что пра- 136
вомерно выделить в структуре общественного сознания экономические взгляды и представления как самостоятельный вид сознания. Однако это предположение нуждается еще в серьезном обосновании, опирающемся на специальные исследования экономического сознания со стороны экономистов и социологов К Поэтому в данной работе мы ограничимся лишь самой общей постановкой вопроса о возможности выделения экономических взглядов как •специфического «вида общественного сознания, не претендуя на ее решение. Правомерность выделения экономического сознания как специфического вида сознания обусловливается, на наш взгляд, особенностями проявления производственных отношений. Производственные отношения, как известно, складываются на основе требований материальных производительных сил независимо от воли и сознания людей. Однако люди, вступая в производственные отношения, рано или поздно осознают их и действуют в соответствии с этим осознанием. Более того, в условиях социализма при -своем возникновении они могут проходить через сознание людей2, не переставая при этом быть по своей природе материальными, т. е. зависимыми от действия объективных законов развития производства. Люди осознают производственные отношения в разнообразных идеях и взглядах, в том числе и экономических. Последние являются прямым и непосредственным отражением данных отношений. Функционирование производственных отношений, особенно в условиях социализма, непременно связано с экономическим сознанием. 1 В настоящее время высказываемые утверждения опираются на отдельные суждения по этому вопросу в ряде работ. См., например, «Курс политической экономии» под ред. Н. А. Цаголова, т. II. М., 1963, стр. 121; «История русской экономической мысли» под ред. А. И. Пашкова, т. I. M., 1955, стр. 15. 2 «История формирования и развития социалистических производственных отношений говорит о том, что развитие коммунистической формации идет не помимо воли и сознания людей, не стихийно, а по заранее намеченному плану, в результате сознательной, творческой деятельности народных масс, ведомых Коммунистической партией... От первых декретов Советской власти, положивших начало фундаменту социалистической экономики, и по настоящий день материальные общественные процессы социализма, прежде чем возникнуть, в основе своей «проходят через голову», осмысливаются» (И. И. Камынин, М. Я. Ковальзон. О специфике материальных общественных отношений коммунистической формации. — «Вопросы философии», 1962, № 1, стр. 88). 137
Их материальность, повторяем, не исключает сознательной деятельности людей «в сфере производства. Производственные отношения — это прежде всего отношения между людьми по поводу производства и присвоения средств производства, т. е. отношения собственности на средства производства. Отношения собственности определяют характер самого производства: является ли оно частным или непосредственно общественным, подчинено ли целям удовлетворения постоянно растущих потребностей всех членов общества или целям наживы и обогащения отдельных лиц ил»и групп, контролируется ли обществом сознательно или есть результат действия стихийных сил и т. п. Они обусловливают и способ соединения рабочей силы со средствами производства, что и 'выражает непосредственно взаимоотношения людей в общественном производстве и определяет классовое строение общества. В производстве между людьми происходит обмен их трудовой деятельностью. Характер обмена этой деятельностью проявляется в применении способностей человека в общественном (производстве и показывает наличие или отсутствие безработицы, экономное или расточительное потребление труда и средств производства, отношение людей к самому труду. Перечисленные отношения возникают непосредственно -в процессе производства и поэтому получили название производственных отношений, .но этим они не исчерпываются. Производство есть единство непосредственно производства, распределения, обмена и потребления. «Определенное производство,—писал К. Маркс, — обусловливает... определенное потребление, распределение, обмен и определенные отношения этих различных моментов друг к другу» К Производство составляет основу «всей экономической жизни общества, но не исчерпывает ее. Понятие экономической жизни по сравнению с производством является более емким по своему содержанию. Так, в процессе производства возникает необходимость в управлении трудовым процессом и его организации, обучении и подготовке кадров. Для продолжения своей жизни люди нуждаются в постоянном возобновлении производства, а следовательно, в воспроизводстве рабочей силы. С воспроизводством связаны проблемы соотношения между производите. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 12, стр. 725, 198
тельным и непроизводительным трудом. Поскольку процесс производства предполагает и отношения распределения, то в этой связи возникает необходимость решения проблемы соотношения между общественными потребностями и способами и методами их удовлетворения. Отношения обмена и потребления при товарном производстве связаны с финансовой системой, торговлей и т. п. В понятие экономической жизни включаются, далее, международные экономические отношения, определенные стороны быта людей и т. п. Все многообразие экономической жизли общества связано с сознательной деятельностью людей. Организуя производство, люди ставят перед собой конкретные цели и задачи. Экономическая жизнь общества немыслима без субъективного фактора, без сознания, направленного на ее обслуживание. В экономической литературе ©се чаще стали высказываться суждения о необходимости включения в экономическую жизнь общества и представлений, взглядов людей, непосредственно отражающих данную сферу жизни общества \ иными словами, идеальной стороны этой жизни2. Вместе с тем такого рода суждения встречают и возражения3. Последние основываются главным образом на определенном понимании методологических принципов соотношения общественного бытия и общественного сознания, базиса и надстройки. Так, Я. А. Кронрод, разъясняя тем, кто признает экономическое сознание как особую форму сознания и включает его в экономическую жизнь, пишет, что «экономическая жизнь — это совокупность объективных экономических отношений. Сознание 1 «Функция сознания, которая всегда в той или иной степени контролирует действия отдельного человека, расширяет при социализме пределы своего влияния до масштабов всего народного хозяйства. Складывается единая социалистическая ассоциация со специфическим общественным сознанием, непосредственно организующим производственный процесс. Это особая форма общественного сознания, принадлежащая самой экономической жизни социалистического общества и связанная с планированием и управлением общественным производством» («Курс политической экономии», т. II, стр. 121). 2 «Экономическая жизнь общества не является «чисто» материальным процессом, она содержит в себе и материальную и идеальную стороны» (В. Н. Черковец. Планомерность социалистического производства. М., 1965, стр. 27). 3 См. Я. А. Кронрод. Законы политической экономии социализма. Очерки методологии и теории. М., 1966. 139
может непосредственно отражать эти отношения, быть направленным на их организацию, осуществление и т. п. Однако и в этом случае любая данная форма сознания будет принадлежать не экономической жизни, т. е. будет не элементом последней, а неотъемлемой формой общественного сознания, т. е. элементом духовной жизни. Иными словами, каково бы ни было содержание сознания, оно в качестве явления духовной жизни <не может входить как элемент <в материальные отношения экономики» К Из приведенного высказывания видно, что здесь проводится резкая грань между явлениями экономической и духовной жизни, не допускается возможность отнесения к экономической жизни непосредственно отражающего ее сознания и направленного на ее организацию, осуществление и т. п. А следует ли проводить такую резкую грань? И да и нет. Когда рассматривается вопрос о том, какие из этих явлений являются первичными, а какие вторичными, то, несомненно, важно подчеркивать объективность экономических отношений. Когда же заходит речь о функционировании последних, нельзя отвлекаться от сознания людей, 'вступающих между собой в отношения. В реальной жизни общественные явления не относятся к какой-то определенной сфере: каждое из них теми или иными своими сторонами может включаться в различные сферы. Это справедливо и по отношению к такому явлению, как экономическая жизнь общества. Последняя включает в свое содержание и идеальный, сознательный элемент. Идеальным моментом экономической жизни и является экономическое сознание. В чем же может состоять специфика этого вида сознания, если попытаться отличить его от других видов? Экономическое сознание, на наш взгляд, отражает деятельность людей и отношения »в процессе производства, распределения, обмена и потребления. В отличие от других 'видов общественного сознания оно направлено на регламентирование, развитие и регулирование хозяйственной жизни, на поиски определенных методов хозяйствования. Оно формирует принципы ведения хозяйства в соответствии с интересами субъектов хозяйствования. 1 Я. А. Кронрод. Законы политической экономии социализма. Очерки методологии и теории, стр. 184. 140
Последнее -включает прежде всего определение объекта хозяйствования; каждый субъект 'выбирает, что лучше производить, т. е. какое производство продуктов труда наиболее полно обеспечивает интересы потребителей; какие способы и методы ведения хозяйства соответствуют данному уровню развития производительных сил. Хозяйствование включает в себя кооперацию и разделение труда, т. е. всю комбинацию применения человеческих сил, обеспечивающую производительность труда. С развитием способа производства изменяются методы и формы хозяйствования. Так, например, в условиях феодализма на первых порах, когда еще были слабо развиты товарно-денежные отношения, основным методом «ведения хозяйства была барщина, позднее — натуральный оброк и сдача земли в отработку, а с развитием товарно-денежных отношений и проникновением в поры феодализма капиталистических отношений — денежный оброк и сдача земли в аренду. Экономическое сознание, по нашему представлению, выражает не только методы хозяйствования, но и экономическое положение агентов производства. В классово антагонистическом обществе оно -носит классовый характер и направлено, с одной стороны, на укрепление экономического господства эксплуататорских классов, а с другой— на ликвидацию отношений господства и подчинения. Так, в рабовладельческом обществе рабы боролись за свое освобождение и за наделение землей свободных граждан. Крепостные «крестьяне при феодализме выступали с экономическими требованиями об улучшении условий труда, освобождении от крепостной зависимости и т. п. Все больше и больше пробуждается экономическое сознание трудящихся в период капитализма. Оно прежде всего направлено на улучшение условий труда, на ограничение рабочего дня, применения детского и женского труда, повышение оплаты труда и т. д. История экономических учений позволяет видеть, как изменялись экономические взгляды и представления людей с развитием общества. Экономическое сознание первоначально проявляется в виде отдельных разрозненных идей и взглядов, а с развитием общества постепенно оформляется в определенных категориях и выступает в виде экономических учений, в которых в логической связи излагаются теоретические и практические проблемы 141
развития экономики. Высшим этапом развития этого сознания можно считать открытие и познание экономических законов, управляющих производством, распределением и потреблением производимых материальных благ, формирование и развитие науки политической экономии. Экономическое сознание, по-видимому, не сводится к экономическим учениям, представляющим собой теоретическое выражение того или иного способа производства, а история экономических учений еще не дает полного представления о специфике рассматриваемого вида сознания. В условиях социализма экономическое сознание проявляется и на уровне теоретических, и на уровне обыденных представлений «и взглядов. Объясняется это тем, что при социализме непосредственные производители, являясь собственниками средств производства и субъектами хозяйствования, вместе с тем выполняют функции организации «и руководства производством, что требует от них глубокого понимания наряду с технической и экономической стороны производственной деятельности в масштабе всего общества. В социалистическом обществе значение субъективного фактора в организации общественного производства неизмеримо возрастает. Советские люди стремятся не только познать экономические законы, управляющие производством и распределением материальных благ, но и овладеть искусством повседневного использования этих законов в своей практической деятельности. Только при этом условии люди действительно могут подчинить производство и распределение материальных благ удовлетворению своих потребностей. Благодаря этому люди впервые в истории приобретают господство над своими собственными экономическими отношениями. Это и дает основание предположить, что при социализме экономические взгляды и представления составляют специфический вид общественного сознания. Каковы же особенности и содержание экономического сознания социалистического общества? При социализме, где господствует общественная собственность и производство подчинено единой цели — наиболее полному удовлетворению постоянно растущих материальных и культурных потребностей всех членов общества, возникает общенародный интерес. Экономическое сознание в новом обществе является отражением 142
данного интереса, от глубины и широты этого отражения зависит практическая деятельность людей в сфере материального производства (как и в других сферах жизни). Содержание экономического сознания при социализме многогранно. Основу его составляет знание и умение использовать экономические законы -в практике хозяйствования; осознание того, что социализм невозможен без активного и творческого участия всех тружеников в общественном труде, экономного и рационального использования рабочего времени, сырья и материалов, без снижения себестоимости продукции, без участия их в социалистическом соревновании. Хозяйственная деятельность осуществляется на сотнях тысяч различных предприятий 'миллионами людей. Одни из них являются непосредственными участниками трудового процесса, а другие заняты руководством, управлением и планированием производственного процесса; функции последних значительно отличаются от непосредственных участников трудового процесса, что не может не -вызвать и различий между членами общества по уровню экономического сознания. Содержание экономического сознания, степень его усвоения при социализме имеют некоторые различия у разных групп и слоев общества. Оно включает в свое содержание кроме знания цели развития производства, общих средств достижения цели также и знания по организации трудового процесса, управлению последним как в промышленности, так и в сельском хозяйстве, непосредственно на конкретном предприятии, в масштабах экономического района, отрасли и ©сего народного хозяйства. Наличие такого рода взглядов и представлений и позволяет, на наш взгляд, ставить вопрос об экономических взглядах и представлениях как необходимом элементе экономической жизни общества и как специфическом виде общественного сознания вообще и социалистического общественного сознания в особенности. Прежде чем перейти к вопросу о взаимосвязи различных видов сознания, следует сделать замечание о месте науки в духовной жизни общества, которая исторически возникла как специфический вид общественного сознания. Первоначально с понятием науки связы- т
вались представления и взгляды людей о природе К Данные представления и взгляды были непосредственно связаны с отношениями людей к природе в процессе производства материальных благ. Естествознание вырастало из производственного опыта и навыков людей и сложилось в систему объективных знаний о природе до того, как сложились подобные системы об обществе. Оно представляло науку в общественном сознании. По мере развития общества и возможностей его познания виды сознания, связанные с отношениями между людьми, выделили в своем содержании системы научно обоснованных представлений и взглядов — политическую экономию, теорию государства и права, этику и ряд других, каждая из которых представляла собой науку о явлениях общественной жизни. Становление -наук об обществе привело к тому, что выделение «науки» как особого вида сознания потеряло свой смысл, ибо каждый вид сознания (за исключением религии) в качестве своего высшего уровня стал -включать в свое содержание и науку. Принцип разделения общественного сознания на соответствующие виды применительно к науке исчерпал свое значение: последняя стала связываться не с особым видом отношений (раньше она была связана лишь с отношениями к природе в процессе материального производства), а со всеми без исключения общественными отношениями. Наука, таким образом, приобрела в общественном сознании новое положение. Она представляет собой вершину в развитии всех видов общественного сознания, их •итог и результат и выступает одной из больших сфер, на которые подразделяется все общественное сознание в зависимости от выполняемых им функций. На этой ее роли мы остановимся в следующей главе. В реальном процессе общественной жизни все виды сознания взаимосвязаны между собой. Взаимосвязи видов сознания в настоящее время исследуются в нашей литературе2. Однако при этом очень часто остается вне 1 Об этом свидетельствует и сам термин «Science» — наука. Во французском и английском языках, из которых он перешел в другие языки, «Science» означает «естественные науки», а соответственно «scientist» — естествоиспытатель. 2 Так, А. Ф. Шишкин в книге «Основы марксистской этнки» (М., 1961) раскрывает связь нравственного сознания с политическим и щ
поля зрения сам механизм взаимосвязи. В основном дело сводится к тому, чтобы показать, как, скажем, политические идеи оказывают влияние на нравственное, философское сознание, или, напротив, как философия воздействует на политическое, нравственное и другие виды сознания. Видимо, результат взаимодействия можно представлять и так, но важно также выяснить сам механизм воздействия видов создания друг на друга с целью управления самим процессом формирования общественного сознания. Взаимодействие идей и взглядов в обществе осуществляется не путем влияния какой-то выдвинутой идеи на порознь взятые другие идеи, а путем формирования состояний общественного сознания. Состояния, в которых превалируют определенные идеи и взгляды, оказывают воздействие на политическое, нравственное, философское и иные виды сознания. Другими славами, влияние оказывается состояниями, переживаемыми целыми сферами сознания, какими являются психология общества, идеология и наука, или переживаемыми сознанием отдельных классов, общества в целом. Во взаимодействии науки и идеологии, психологии общества и идеологии обнаруживаются определенные устойчивые связи; такие связи можно видеть и при взаимодействии классовых, национальных сознаний, но они не прослеживаются при взаимодействии отдельных видов сознания, хотя реально и существуют. Проявляются же они опосредованно, т. е. через взаимосвязи общественных отношений, целых областей общественной жизни, какими являются политика, право, нравственность, искусство и т. д. Взаимодействие названных областей выходит за рамки сознания и подчинено закономерностям социальной жизни. Однако оно позволяет судить, хотя и косвенно, о связях между видами общественного сознания. При анализе взаимодействия различных видов сознания, как правило, не ограничиваются сферой сознания, а выходят за его «рамки. Поэтому устанавливаемые общие принципы взаимосвязи видов сознания скорее правовым сознанием, с философией и другими видами сознания; Д. М. Угрннович в книге сО специфике религии» (М., 1961) анализирует связь религиозного сознания со всеми другими видами сбзна- ния; И. Е. Фарбер в книге «Правосознание как форма общественного сознания» прослеживает взаимосвязь правосознания и других видов сознания. 145
относятся к взаимодействию надстроечных областей общественной жизни, чем собственно к сознанию1. Объективной основой взаимодействия видов сознания является взаимосвязь социальных потребностей, вызвавших их к жизни, взаимосвязь сторон действительности, отражаемых ими, короче, тех самых общественных явлений, стороной которых они выступают. Только следует, пожалуй, говорить о взаимосвязи общественных явлений не как об основе взаимодействия -видов сознания, а как о проявлении самого взаимодействия. Так, -взаимосвязь политического сознания и правового сознания имеет основу в связи политических и правовых отношений, в •связи этих отношений с деятельностью государства. Абстрагированные политические и правовые отношения от политического и правого сознания, в соответствии с которым они складываются, условно можно принимать за основу взаимодействия видов сознания. Однако при этом необходимо иметь в виду, что у надстроечных отношений и соответствующих видов сознания есть одна основа — материальные общественные отношения. По отношению >к этой основе определенный вид отношений — в данном случае политические и правовые отношения — и соответствующие представления и взгляды выступают как целое. Взаимодействуют в целом явления, включающие в себя и отношения, и учреждения, и взгляды. Чтобы убедиться в этом, рассмотрим взаимосвязь правосознания и нравственного сознания. Мы выше кратко рассматривали специфику правосознания и нравственного сознания. Тот и другой вид сознания имеют дело с поведением людей в обществе и включают в своё содержание суждения по таким общим вопросам, как ответственность личности за свое поведение, оценка поведения, свобода и необходимость в поступках людей, и многим другим. Правовые и нравственные представления и взгляды воплощаются в нормах поведения людей и соответствующих правовых и нравственных отношениях. Нормы права и нормы нравственности складываются в соответствии с определенными взглядами «и представлениями. Правоотношения и нравственные отношения представляют собой реализацию норм поведения, в одном случае См. «Взаимодействие форм общественного сознания», [сб.]. М„ Щ
установленных или санкционированных государственной властью и поддерживаемых силой государственного принуждения, а в другом — норм, порожденных обществом (классом, социальной группой) и поддерживаемых общественным мнением и убеждением людей. Взгляды, нормы и отношения образуют специфические общественные явления права и нравственности, связанные между собой. Характер связи определяется той основой, на которой они «вырастают, — производственными отношениями между людьми. В условиях социализма коллективистические производственные отношения, общность коренных интересов классов и социальных групп обусловливают расширение, в сравнении с предшествующими классовыми обществами, роли, значения нравственных начал в праве. Поскольку и социалистическое право, и социалистическая мораль выражают интересы общества, то соблюдение правовых норм наряду с юридической обязанностью становится и обязанностью нравственной. Нарушение социалистической законности выступает и как нарушение нравственности и подлежит моральному осуждению. Нормы социалистического права имеют поэтому опору не только IB государственном принуждении, но и в моральном убеждении людей, взаимодействуя с нормами нравственности. Нормы права и нравственности, регулируя поведение людей в труде, в быту, в сфере общественной жизни, как бы дополняют друг друга, взаимопроникают. Так, например, правовая норма, записанная .в Конституции СССР: «Труд в СССР есть обязанность каждого способного к труду гражданина» — тесно связана с нравственной нормой, .сформулированной в моральном кодексе строителя коммунизма и требующей добросовестного труда на благо Родины. Каждая из названных норм опирается на другую и в свою очередь поддерживает ее. Следовательно, не только расширяются нравственные начала в праве, не только нравственность поддерживает и укрепляет его, но и право укрепляет нравственность, всемерно способствует становлению и совершенствованию нравственных отношений в обществе. Например, неукоснительное соблюдение правовых норм в сфере труда неизбежно приводит к тому, что они все больше начинают исполняться в силу убеждения, (внутренней потребности, т. е. правоотношения начинают лриобретатЬ по сути своей нравственный характер. 147
Взаимосвязь между нормами права и нормами морали, правоотношениями >и нравственными отношениями позволяет судить о том, что она есть также выражение взаимосвязи между правосознанием и нравственным сознанием. Взаимодействуют между собой надстроечные общественные явления—в приведенном примере право и нравственность, — и именно взаимосвязи между такими явлениями подлежат специальному анализу. Из сказанного не следует, что вопрос о (взаимосвязях духовных образований должен быть снят. Нет, речь идет лишь о том, что на уровне видов сознания он теряет свое самостоятельное значение: он выступает как сторона, «ак момент более глубоких взаимосвязей — взаимосвязей между тем'и общественными отношениями, стороной которых они выступают. Вопрос о взаимоовязи духовных образований приобретает свое относительно самостоятельное значение тогда, когда анализ общественного сознания поднимается на более высокую ступень абстракции. Сознание в этом случае как бы отвлекается от общественных отношений, чего нельзя сделать при рассмотрении его видов. Это дает возможность обнаружить несколько иную, также реально существующую структуру общественного сознания и уже прямые, а не только опосредованные связи между структурными образованиями.
глава iii Сферы общественного сознания 1 Духовно-практическая деятельность людей и сферы общественного сознания На зависимость структуры общественного сознания от деятельности людей впервые указали Маркс и Энгельс в «Немецкой идеологии». Говоря о разнообразных видах идеологического сознания, они писали, что «призвание, назначение, задача, идеал» людей, о которых идет речь в идеологии, могут быть «сознательным выражением тех способов деятельности индивидов, которые обособились в результате разделения труда в различные самостоятельные профессии; либо... сознательным выражением, которое получает существующая в каждый данный момент для индивидов, классов, наций необходимость утверждать свое положение посредством какой-нибудь вполне определенной деятельности...» К В психологической науке обоснован принцип 'взаимосвязи структуры психики людей и их деятельности, согласно которому строение психических процессов определяется деятельностью людей, является «воспроизведением в «идеальной форме материальной деятельности человека»2. Этот принцип разработан »в трудах известных советских психологов С. Л. Рубинштейна3 и А. Н. Леонтьева, показавшего, что психические процессы и явления реально -существуют лишь в структуре деятельности человека и потому «строение сознания человека закономерно связано со строением его деятельности»4. А. Н. Леонтьев прослеживает, как данные конкретно-исторические 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 420. 2 Л. И. Анциферова. Проблема связи психики и деятельности и методологические вопросы психологии. — «XVIII Международный психологический конгресс. Тезисы сообщений. III. Проблемы психического развития и социальной психологии». М., 1966, стр. 449. 3 «Основным способом существования психического является его существование в качестве процесса, в качестве деятельности» (С. Л. Рубинштейн. Бытие и сознание, стр. 255). 4 А. И. Леонтьев. Проблемы развития психики, 2-е изд., стр. 293. 149
условия порождают определенное строение деятельности людей, а последняя определяет особенности строения их сознания. Он приходит к выводу, что «определенному типу строения деятельности соответствует и определенный тип психического отражения», что «вместе с изменением строения деятельности человека меняется и внутреннее строение его сознания» К Структура как индивидуального, так и общественного сознания обусловлена структурой деятельности людей. Производство материальных благ и иная деятельность людей выступает прежде всего как коллективная, общественная. Соответственно этому, как показывает А. Н. Леонтьев, сначала формируется содержание общественного сознания, а потом уже и индивидуального. Окружающая действительность, общественная практика людей, их социальный опыт обобщаются, кристаллизируются сознанием людей в виде значений и фиксируются в языке2. Фиксируясь в форме «понятий», «знания», «умения», «нормы поведения» и приобретая тем самым устойчивость, «значение» «составляет содержание общественного сознания; входя в содержание общественного сознания, оно становится также и «реальным сознанием» индивидов, объективируя в себе субъективный смысл для них отражаемого»3. Сложная структура общественного сознания определена многосторонней практикой людей. В соответствии с отношениями людей к окружающему миру и между собой в процессе их деятельности складываются, как мы выяснили в предыдущей главе, определенные 'виды общественного сознания. В связи с деятельностью людей, специально направленной на производство идей и взглядов и их распространение в обществе, возникают большие области, или сферы, общественного сознания. Последние существуют не обособленно от видов сознания, а благодаря им, через них. Пользуясь философскими катего- 1 А. Н. Леонтьев. Проблемы развития психики, стр. 285. 2 Психологически «значение» — «это ставшее достоянием моего сознания (в большей или меньшей своей полноте и многосторонности) обобщенное отражение действительности, выработанное человечеством и зафиксированное в форме понятия, знания или даже в форме умения как обобщенного «образа действия», нормы поведения и т. п.» (А. Н. Леонтьев. Проблемы развития психики, стр. 288— 289). 3 Там же, стр. 287. 150
риями особенного и единичного, можно сказать, что сферы сознания есть особенное в сравнении -с видами сознания как единичным. Специфику особенного в данном случае составляют выполняемые сознанием общественные функции. Общественное сознание, будучи включенным в деятельность людей и выражающим последнюю, выполняет разнообразные функции: познавательные, защиты и обоснования «интересов классов и социальных групп, мировоззренческие, эмоционально-волевые, регу- ляторные, передачи социального опыта и др. Однако не все составляющие его идеи и взгляды, представления и чувства выполняют (или в равной мере выполняют) каждую из функций. Скажем, правовые «представления людей о должном, о правомерном и неправомерном в поступках выполняют в какой-то мере и познавательную функцию, но главная их функция состоит в регулировании правоотношений. В зависимости от выполняемых функций все содержание общественного сознания подразделяется на соответствующие сферы. Функции сознания определяются общественными потребностями. Общество заинтересовано в развитии познания, в передаче социального опыта, в регулировании отношений и с этой целью организует «духовное производство», формирует сознание людей. Маркс и Энгельс, как известно, выделяли две стороны человеческой деятельности: одна из них — это «обработка природы людьми», другая — «обработка людей людьми»1. В ходе развития общества выделяются такие виды деятельности по «обработке людей людьми», как воспитание и образование, идеологическая, научная деятельность, которые и определяют специфику сфер общественного сознания. Воспитание как необходимое условие жизнедеятельности общества существует со времени возникновения последнего. Оно предполагает передачу от одних поколений к другим прежде всего определенных навыков и знаний, социального опыта, приобретенных в процессе материального производства. Если в условиях первобытнообщинного строя воспитание еще не выделялось в общественную функцию, выполняемую особыми группами людей, то с делением общества на классы оно становится такой функцией. 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 35 (примечание), ш
Значение функции воспитания, т. е. сознательного воздействия одних групп людей на другие с целью привития воспитуемым определенных идей и взглядов, социально-психологических качеств, с прогрессом общества непрерывно возрастает. Оно обусловлено рядом причин, в том числе расширением сферы духовной жизни общества и в особенности повышением классового самосознания народных масс. Рост значения этой функции вызывает в свою очередь расширение объекта воспитания (таким объектом становится наряду с подрастающим поколением и взрослое население), привлечение к ее осуществлению больших средств и сил общества. В ее рамках получает относительно самостоятельное существование идеологическая деятельность, еще более определенно направленная на «производство сознания» и его внесение в умы людей. Идеологическая деятельность, как и воспитание в целом, .в каждом обществе имеет свои цели и задачи, свое содержание. Можно говорить лишь о некоторых самых общих чертах, присущих многообразным ее видам, какими выступают и журналистская деятельность, и религиозная, и деятельность в области искусства и многие другие, казалось бы очень далекие друг от друга. Такими общими для нее чертами выступают, во-первых, 'выражение классовых интересов в политических, экономических, философских и иных взглядах и идеях, в идеалах, в моральных кодексах, в произведениях искусства и других продуктах «духовного производства»; во- вторых, распространение продуктов «духовного производства» среди масс в целях укрепления и защиты определенных классовых интересов. Господствующие классы обладают преимуществами в осуществлении такой деятельности. Владея средствами материального производства, они располагают и средствами духовного производства, что приводит к тому, что идеи и взгляды господствующего класса навязываются всему обществу. О характере идеологической деятельности, в частности о распространении идей и взглядов господствующего класса, можно судить на примере официальной пропаганды в современном буржуазном обществе. Буржуазия посредством пропаганды стремится навязать всем 'классам стандарты своего мировоззрения, политические и правовые взгляды, моральные кодексы в качестве жизненной нормы и тем самым «предопределить поведение 152
людей». Ее идеологи рассматривают .пропаганду как важнейшее средство «социального контроля» над мыслями и чувствами больших масс людей. Они видят в ней «технику социального контроля», позволяющую власть имущим путем одобрения «или осуждения определенных мнений и взглядов, подачи и истолкования фактов и т. д. прививать нужные идеи и взгляды и вызывать определенные стимулы и мотивы поведения людей 1. Буржуазному идейному влиянию на массы противостоит идеологическая деятельность рабочего класса, являющаяся одной из форм его борьбы. В идеологической деятельности рабочего класса, его авангарда — Коммунистической партии В. И. Ленин выделил три тесно связанных между собой звена: теоретическую работу, пропаганду и агитацию2. Эти звенья имеют общую цель — формирование коммунистического сознания народа, достигают же ее путем решения специфических задач, стоящих перед ними. Если теоретическая деятельность направлена на разработку революционной теории, то пропаганда и агитация — на распространение среди масс политических, экономических, нравственных и иных идей и взглядов. Сравнение идеологической пропаганды Коммунистической партии с буржуазной пропагандой показывает,, насколько различны они по своей сути. Если буржуазная пропаганда выступает как орудие «социального контроля» над мыслями и чувствами людей, как орудие насилия над ними, ибо навязывает угодные господствующему классу мысли и чувства, то «коммунистическая пропаганда ставит целью разъяснение массам марксистско- ленинских идей, выражающих интересы народа. В одном случае навязываются чужие идеи и взгляды, затемняется классовое сознание, а в другом — пропаганда помогает осознать, прочувствовать свои собственные интересы, способствует росту классового самосознания. В условиях социалистического общества пропаганда направлена на формирование научного мировоззрения, воспитание добросовестного отношения к труду, утвер- 1 См. Б. Спиру. Отравители. К истории развития современной буржуазной журналистики. М., 1962; В. Ядов. Тайна лжи. Заметки о теории и методах буржуазной пропаганды. М., 1963; М. И. Сидоров. О непримиримости социалистической и буржуазной идеологий. М., 1966. 2 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 6, стр. 66—67. 153
ждение коммунистической морали, идей горолетарскогб интернационализма и социалистического патриотизма. Она служит воспитанию нового, всесторонне развитого человека, борьбе с буржуазной идеологией «и проявлениями пережитков прошлого в сознании и поведении людей. Идеологическая деятельность, направленная на разработку определенных идей и взглядов и внедрение их в сознание широких масс, на 'воспитание у людей стимулов и мотивов поведения, не может, понятно, не влиять на содержание и структуру общественного сознания. В любом обществе, особенно в условиях капитализма и социализма, когда сторонники капитализма намерены во что бы то ни стало защитить обреченный объективным ходом истории на гибель последний эксплуататорский строй, а носители нового строя полны решимости, в соответствии с требованиями объективных законов развития общества, утвердить социализм на всей земле, и содержание и структура общественного сознания складываются под непосредственным воздействием идеологической деятельности. Особую отрасль духовного производства составляет научная деятельность. Отдельные научные представления у людей складывались вместе с их житейскими, эмпирическими знаниями, но как особая отрасль производства наука сложилась на сравнительно высокой ступени развития общества, когда материальное производство уже не могло развиваться без применения теоретически обоснованных знаний о физических, химических и иных свойствах предметов природы, без знания закономерностей материального мира К Такие знания могли быть получены в процессе научной деятельности, связанной с применением необходимой для этого аппаратуры, с постановкой опытов, экспериментов и т. п. Научная деятельность необходимо связана с организацией специальных лабораторий, институтов, с подготовкой необходимых для 1 «Буржуазии для развития ее промышленности, — писал Энгельс, — нужна была наука, которая исследовала бы свойства физических тел и формы проявления сил природы. До того же времени наука была смиренной служанкой церкви и ей не позволено было выходить за рамки, установленные верой; по этой причине она была чем угодно, только не наукой. Теперь наука восстала против церкви; буржуазия нуждалась в науке и Приняла участие в этом восстании» (д. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 22, стр. 307). 154
ее осуществления кадров и т. д. Этим и объясняется в известной мере то, что наука сложилась позднее других видов духовного производства. В современных условиях наука стала одной из наиболее быстро развивающихся сфер деятельности человека. Ускоренные темпы развития науки вызываются общественными потребностями и обеспечиваются вовлечением в научную деятельность значительной части самодеятельного населения 1. Особенно широкий размах научные исследования получают в странах социалистического содружества, где созданы для этого благоприятные условия. Так, в 1966 г. в нашей стране насчитывалось 712,4 тыс. научных работников, т. е. одна четвертая часть всех научных работников мира2. Научное творчество является весьма сложным процессом «духовного производства» и потому требует объединения усилий больших коллективов людей в разветвленной системе исследовательских институтов, учебных заведений, производственных лабораторий и т. д. Исследовательская деятельность складывается из многих компонентов, среди которых выделяются получение необходимых данных об изучаемых явлениях с помощью наблюдений, экспериментов и многих других методов, анализ полученных данных, выработка соответствующих выводов, проверка их и т. д. Каждый из компонентов научной деятельности, в особенности получение необходимых данных об изучаемых явлениях, требует больших усилий. Научная деятельность как самостоятельный род занятий по своему характеру выступает своеобразным информационным процессом3. Благодаря своему характеру данный вид «духовного производства» наряду с воспитанием и идеологической деятельностью также оказывает 1 «Сейчас в мире, — пишет Г. М. Добров, — работает порядка 2,5 млн. ученых. При этом общая численность людей, работающих в науке (включая научно-вспомогательный и обслуживающий персонал, работников экспериментальных баз и т. д.), еще в 3—4 раза выше» (Г. М. Добров. Наука о науке. Введение в общее науко- знание. Киев, 1966, стр. 92). 2 «Страна Советов за 50 лет». Сборник статистических материалов. М., 1967, стр. 283. 3 Наука, пишет Г. М. Добров, есть «сложная динамическая информационная система, созданная человеком для сбора, анализа и переработки информации с целью получения новых истин, новых практических приложений» (Г. М. Добров. Наука о науке. Введение в общее наукознание, стр. 24—25). 155
непосредственное влияние на содержание и структуру общественного сознания. Результаты научной деятельности в виде собранных фактов, их обобщений, гипотез, теорий, сформулированных принципов и законов и т. д. представляют собой теоретически обоснованное знание, во многом проверенное на практике и потому объективное по своему содержанию. В отличие от житейского, эмпирического такое знание является научным. Виды деятельности людей, направленные на производство и распространение идей и взглядов, обусловливают подразделение общественного сознания на соответствующие сферы. Критерием такого подразделения выступают функции, выполняемые теми или иными идеями и взглядами, представлениями и чувствами людей. Функции сфер сознания в основном идентичны функциям деятельности людей, направленным на производство и распространение сознания. Сферы сознания включены в духовную деятельность людей и выполняют те же функции, какие преследуются и деятельностью. Понятно, что между функциями деятельности и функциями ее продуктов не может быть полного соответствия, главным образом вследствие относительной самостоятельности продуктов сознания. Каждое духовное образование выполняет разнообразные функции. Так, теоретически обоснованные и практически проверенные знания выполняют мировоззренческие, коммуникативные и другие функции. Однако, как бы ни было приблизительным соответствие между сферами сознания и видами духовной деятельности, оно существует объективно и позволяет анализировать структуру общественного сознания. Поэтому хотя объективные знания и выполняют разнообразные функции, но главной из них является все же познавательная функция, т. е. та функция, которую выполняет научная деятельность как специфический вид духовного производства. То же самое следует сказать об идеологии как особой сфере сознания. Функции идеологии значительно шире, чем функции науки, но и ее специфика определяется деятельностью людей, преследующей выражение и защиту классовых интересов. Выражение и защита интересов (классов, социальных групп, общества в целом) — главная функция идеологии, определяющая место последней в структуре общественного сознания. В философской литературе вопрос о подразделении общественного сознания на науку и идеологию как спе* 156
цифические сферы был поставлен не в связи с выполняемыми сознанием функциями, а в связи с особенностями отражения общественного бытия. Так, В. Келле и М. Ковальзон различают познавательный и идеологический процессы или тенденции в развитии общественного сознания К Рациональное 'в этом выделении, на наш взгляд, состоит в том, что авторы поставили вопрос о различении сфер общественного сознания в зависимости от выполняемых им функций. Хотя они пишут о познавательном и идеологическом процессах ъ развитии сознания, но фактически у них идет речь о познавательной и идеологической функциях, выполняемых в одном случае наукой, а в другом — идеологией. Об этом можно судить по тем лосылкам, из которых они исходят, «выдвигая свое положение. А посылки эти таковы, что развитие общественного производства с необходимостью вызвало появление теоретического научного познания, без которого оно разбиваться не может; в то же время практика классовой борьбы в антагонистическом обществе обусловила потребность в идеологии, т. е. в идейном обосновании и оправдании классовых интересов2. Опираясь на эти посылки, положение о познавательном и идеологическом процессах иногда действительно трактуют как неудачное выражение идеи о функциях общественного сознания. К примеру, Д. Прокоп трактует положение о познавательном и идеологическом процессах отражения действительности как положение о функциях общественного сознания. Правда, Д. Прокоп находит, что 'идеологическая и познавательная функции не исчерпывают роли общественного сознания. Он выдвигает более широкое понятие «культурная функция», обосновывая его необходимость тем, что люди не только познают, но и «осваивают» мир, свидетельством чему 1 «В развитии общественного сознания необходимо выделять,— пишут В. Келле и М. Ковальзон, — две взаимно связанные друг с другом тенденции: во-первых, познавательный процесс, обусловленный интересами реальной жизненной практики общественного человека,— накопление объективных знании о природе и обществе; во- вторых, идеологический процесс, обусловленный в антагонистических формациях интересами различных действовавших в истории классов, — возникновение, развитие и смена идеологий различных классов» (В. Келле, М. Ковальзон. Формы общественного сознания, стр. 11). 2 См. там же, стр. 10—11. 157
служит наряду с наукой вся духовная культура. Д. Прокоп приходит к выводу о том, что «общественное сознание служит обществу, общественной Ж'изни, материальному бытию человечества прежде всего двумя функциями. Первая (идеологическая.—А. У.) выражает главным образом его классовость. Вторая выражает тот факт, что общественное сознание -в своем развитии реально овладевает действительностью в смысле освоения, овладения силами природы, общества, человека. Этот факт можно кратко выразить тезисом: то, что общественное сознание осваивает действительность, проявляется как культура, равняется культурной функции общественного сознания» К Сама постановка вопроса о том, что познавательная и идеологическая функции не исчерпывают служебной роли общественного сознания, на наш взгляд, плодотворна. Однако замена познавательной функции «культурной» как более широкой вряд ли является правильным решением поставленного вопроса. Видимо, его решение следует искать на пути дифференциации функций. Понятия «идеологическая» и «культурная» функции являются собирательными для обозначения многих конкретных функций, анализ которых позволяет выяснить реальную роль общественного сознания. Рассматривая сферы общественного сознания, мы остановимся ниже на некоторых выполняемых ими конкретных функциях. Здесь же следует заметить, что функции общественного сознания многообразны и содержание их определяется духовной деятельностью людей. Самой ширфкой <из рассматриваемых нами видов духовной деятельности людей является воспитание. Общественное воспитание в широком смысле имеет своей целью вооружение людей определенными знаниями, навыками, политическими, моральными, эстетическими и иными идеями и взглядами и т. д. В узком же смысле оно направлено на формирование сознательности, социально-психологических качеств, стимулов и мотивов деятельности, привычек и традиций поведения. Оно формирует психологию людей, т. е. то реальное сознание, которое «реализуется в поступках и действиях каждой личности. В этой мысли укрепляют нас суждения выдающе- 1 «Historicky materialismus. Metodologicke a teoreticke problemy», s. 479. 158
гося русского педагога К. Д. Ушинского <в его труде «Человек как предмет воспитания», известного советского педагога А. С. Макаренко в его работах по вопросам коммунистического воспитания, суждения таких теоретиков педагогической науки, как Н. К. Крупская, М. И. Калинин и др. Высказывания В. И. Ленина по вопросам воспитания, в особенности его речь на III съезде комсомола в 1920 г., показывают, что сущность воспитания он видит в необходимости преодоления старой психологии людей и формировании психологии нового общества. Воспитанные в старом обществе люди, как говорил Ленин, «воспринимают психологию, лривычку, понятие — либо рабовладелец, либо раб, либо мелкий собственник, мелкий служащий, мелкий чиновник, интеллигент, словом, человек, который заботится только о том, чтобы иметь свое, а до другого ему дела нет... Такой психологии и такого настроения у коммуниста быть не может» К Воспитание «в условиях социализма имеет целью решительное преодоление старых социально-психологических установок людей, их привычек и традиций и утверждение новых социально-психологических черт личности. В. И. Ленин акцентировал внимание на том, чтобы содержание коммунистической идеологии -в процессе воспитания становилось руководством к действию. Обращаясь к делегатам съезда, он говорил: «Перед вами задача строительства, и вы ее можете решить, только овладев всем современным знанием, умея превратить коммунизм из готовых заученных формул, советов, рецептов, предписаний, программ в то живое, что объединяет вашу непосредственную работу, превратить коммунизм в руководство для вашей практической работы»2. Превращение коммунизма в руководство для практической работы означает формирование у людей психологии, которая определяла бы их поступки и действия. Поэтому все компоненты коммунистического воспитания (политическое, правовое, моральное, эстетическое и т. д.) имеют одну задачу — формирование психологии нового общества. Психология общества составляет третью основную сферу общественного сознания. Но прежде чем перейти 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 41, стр. 312. 2 Там же, стр. 308. 159
к выяснению специфики психологии общества, выполняемым ею функциям и связи ее с другими сферами сознания, сделаем еще два замечания. Первое. Сведение видов духовной деятельности к рассмотренным трем — идеологической, научной и воспитательной— весьма относительно. К примеру, идеологическая деятельность, как отмечалось, объединяет разнообразные виды, хотя присущий всем им признак — выражение и защита классовых интересов — дает известное основание рассматривать их как проявление в общем- то одной деятельности—'идеологической. В дальнейшем дифференциация идеологической деятельности несомненна. Возможно, что уже и сейчас правомерно рассматривать отдельные отрасли духовного производства, включенные в идеологическую деятельность, наряду с последней. Скажем, художественная деятельность имеет одной из своих функций обоснование и защиту средствами искусства интересов определенных классов. Искусство в классовом обществе классово по своему содержанию, что и позволяет относить этот вид деятельности к идеологической, а искусство — к идеологии. Однако «известно, что далеко не все содержание искусства может быть отнесено к идеологии. Искусство в художественных образах (воспроизводит действительность, в том числе и сознание общества во всем его многообразии. Ясно, что воспроизведенная в произведениях живописи, музыки, графики, литературы и т. д. действительность может служить удовлетворению эстетических, познавательных и иных потребностей людей, а не только выражению и защите классовых интересов. Таким образом, мы не рассматриваем выделение трех В'идов духовной деятельности людей и соответствующих трех сфер общественного сознания как окончательное решение вопроса. Нас в данном случае интересовал сам методологический принцип анализа структуры сознания в зависимости от видов духовной деятельности, выполняемых ими функций. В действительности видов духовной деятельности и сфер сознания может быть больше 'или меньше. Так, «в условиях первобытнообщинного строя имел место один вид духовной деятельности — воспитание, и все сознание этого строя может быть сведено к общественной психологии. В то же время можно полагать, что духовная деятельность людей при коммунизме получит развитие, несравненное со всей предшествующей 160
ему историей. Соответственно развитию духовной деятельности людей разовьются и сферы общественного сознания. Для переживаемого же обществом современного состояния наука, -идеология и социальная психология, на наш взгляд, охватывают собой все содержание общественного сознания и позволяют объективно раскрывать его роль в жизни людей. Второе. Правильное понимание принципа подразделения общественного сознания на соответствующие сферы в зависимости от выполняемых им>и функций предполагает учет особенностей сознания как явления общественной жизни. Во-первых, того, что сознание, как отмечалось выше, не имеет «частей», «органов» и потому его функции жестко не закреплены за сферами сознания. Каждая из сфер может выполнять и выполняет функции, присущие и другим сферам. Однако основные функции, приобретенные ими от видов духовно-практической деятельности людей, придают сферам сознания определенную специфику, которая сказывается при выполнении ими любых иных функций. Во-вторых, важен учет и той особенности, что продукты духовно-практической деятельности (научной и идеологической) могут проявить свою активную роль лишь в том случае, когда станут элементами реального или массового сознания, т. е. лолучат распространение в широких массах. Маркс говорил, что «теория становится материальной силой, как только она овладевает массами» К Поэтому можно говорить о функциях идеологии и науки, но следует учитывать, что вся духовно-практическая деятельность имеет конечной своей целью формирование массового сознания. 2 Общественная психология пак массовое сознание Вопрос о месте общественной психологии в структуре сознания в философской литературе часто заслоняется вопросом о признании общественной психологии как духовного явления жизни общества. Понятно, что очень важно было осознать, что социально-психологические явления реально существуют и что их нужно изучать. 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 1, стр. 422. 161 6 А. К Уледов
Однако интерес к изучению общественной психологии все более настоятельно ставит перед учеными задачу выявления места данного духовного образования в структуре общественного сознания. Постановка такой задачи обусловлена потребностью самого исследования. Неразработанность методологических вопросов, и в частности вопроса о месте общественной психологии в структуре сознания, является серьезным препятствием на пути разработки важной в научном и практическом отношении проблемы. Что же понимается под общественной психологией и каково ее место в структуре общественного сознания? «Общественной психологией мы называем совокупность чувств, настроений, эмоций, навыков, направленности воли, привычек,-особых черт характера, возникающих у данного большого коллектива людей на основе общности социально-экономических условий их жизни» 1. Как видно из приведенного определения, общественная психология, по мнению авторов книги, включает многообразные духовные образования, лежащие ниже уровня идей и взглядов. Такое понимание общественной психологии встречает возражение2, но оно является наиболее распространенным в философской и социологической литературе. Мало чем отличается по своей сути от приведенного и такое понимание общественной психологии, когда в ее содержание наряду с чувствами и настроениями, эмоциями и навыками включаются также и взгляды и идеи, но утверждается, что последние на уровне психологии не систематизированы и не содержат в себе попытки понять общественное бытие в его целостности и сущности. Из такого понимания общественной психологии логически следует вывод и о ее месте в структуре общественного сознания. Она является, по утверждению В. В. Журавлева, «первой ступенью общественного сознания»3. В. Ж. Келле пишет, что «она относится к более низкому 1 Марксистско-ленинская философия, стр. 443. 2 Б. Д. Парыгин возражает против сведения общественной психологии к чувствам и настроениям, эмоциям и навыкам и т. д. Он подчеркивает, что она включает в себя также и идейное содержание (см. Б. Д. Парыгин. Общественная психология как социальное явление. — «Философские науки», 1964, № 6, стр. 79—86). 3 В. В. Журавлев. Основные закономерности развития коммунистического общественного сознания. Ростов-на-Дону, 1966, стр. 13. 162
уровню общественного сознания...» К А. В. Баранов обосновывает место общественной психологии в этой структуре, исходя из подразделения общественного сознания на теоретическое и обыденное как двух уровней отражения действительности. Он относит к общественной психологии ту часть общественного сознания, «которая отражает практические отношения людей к различным сторонам мира в субъективной, эмоциональной форме»2. Содержание сознания, относящееся к психологии, «еще недостаточно осознано, теоретически не осмыслено... Если теоретическое сознание имеет дело так или иначе с объективными сущностями, то общественная психология отражает иную сторону общественного бытия, а именно: отношение социальных групп к миру явлений. . .»3. Как можно видеть из приведенных высказываний, общественная психология рассматривается рядом исследователей как обыденное сознание, т. е. один из уровней отражения действительности. На этом уровне сознание имеет дело лишь с миром «явлений», но не с «сущностью» вещей и по своей форме эмоционально. Отнесение общественной психологии к обыденному сознанию повлекло за собой перенесение на нее всех характеристик, присущих данному уровню отражения действительности: стихийности формирования, бессистемности, аморфности и т. д. Положение об общественной психологии как низшем уровне отражения действительности выступает для исследователей данного явления основным методологическим принципом4. Насколько данный принцип окажется плодотворным для разработки основных проблем психологии, судить пока еще трудно. Чтобы разобраться в существе вопроса, важно затронуть хотя бы вкратце историю вопроса о выделении в структуре общественного сознания исследователями-марксистами общественной психологии. 1 В. Ж. Келле. Структура общественного сознания, стр. 17. 2 А. В. Баранов. О структуре общественного сознания. — «Вестник ЛГУ», 1960, N° 17, стр. 74. 3 Там же. 4 На это прямо указывают авторы монографии , «Проблемы общественной психологии» (М.? 1965, стр. 3), представляющей собой одно из первых возобновившихся в нашей стране исследований общественной психологии. 163
Классики марксизма-ленинизма не употребляли термин «общественная психология» и специально не анализировали структуру общественного сознания, поэтому с их высказываниями следует обращаться осторожно, дабы не вкладывать в них не соответствующий им смысл. Впервые в марксистской литературе термин «общественная психология» употребил первый пропагандист марксизма в Италии А. Лабриола \ а затем стал им пользоваться Г. В. Плеханов. Введенный в научный обиход за последние годы термин «общественная психология» сохранил то содержание, которое вкладывал в него Г. В. Плеханов. Поэтому представляет интерес, на наш взгляд, оценка суждений Г. В. Плеханова, его методологического подхода к анализу структуры общественного сознания и выяснению в ней места общественной психологии. I В работе «К вопросу о развитии монистического взгляда на историю» (1895) Г. В. Плеханов под психологией общества разумеет общественное сознание, определяемое материальной структурой общества. Он писал, что, «раз дана структура общества, нетрудно понять, что ее характер отразится вообще на всей психологии людей, на всех их привычках, нравах, чувствах, взглядах, 1 Обосновывая материалистический подход к анализу общественных явлений, А. Лабриола писал, что сдля перехода от лежащей в основе структуры (экономической структуры общества. — А. У.) к какому-либо определенному историческому процессу во всех его разнообразных формах необходимо обратиться к тому комплексу понятий и знаний, которые можно назвать за отсутствием другого термина «общественной психологией»» (А. Лабриола. Очерки материалистического понимания истории. М., 1960, стр. 90). Содержание понятия «общественная психология» А. Лабриола отнюдь не ограничивает настроениями и побуждениями, традициями и привычками, он включает в него все содержание общественного сознания. Для него понятия «общественная психология» и «общественное сознание» по своему содержанию являются тождественными. Термином «общественная психология» он обозначал реальное сознание широких масс. Пользуясь введенным новым термином, А. Лабриола подчеркивал, что он намерен говорить «о конкретных и определенных формах общественного сознания, при рассмотрении которых перед нами предстают в своем подлинном облике плебеи Рима той или иной эпохи, ремесленники Флоренции времени, когда вспыхнуло движение чомпи...». Общественную психологию нельзя свести «к абстрактным канонам, ибо она носит в большинстве случаев чисто наглядный и конкретный характер» (там же, стр. 90—91). Как мы увидим ниже, понимание под общественной психологией реального сознания масс заключает в себе глубокий смысл. 164
стремлениях и идеалах. Привычки, нравы, взгляды, стремления и идеалы необходимо должны приспособиться к образу жизни людей, к их способу добывания себе пропитания...» К Г. В. Плеханов анализирует далее взаимоотношение «экономии общества» и «психологии общества» как двух сторон одного и того же явления, каким является производство материальных благ. В этом взаимоотношении «экономия общества» является реальной основой, на которой возвышается «идеологическая надстройка» или «психология общества», которая приспосабливается к его экономии. В рассматриваемой книге, представляющей одно из лучших произведений Г. В. Плеханова, понятия «психология общества», «идеология», «формы идеологии» употребляются для обозначения общественного сознания, духовной жизни общества. Между психологией и идеологией не усматривается еще никаких различий. В работе «О материалистическом понимании истории» (1897) Г. В. Плеханов анализирует «Очерки материалистического понимания истории» А. Лабриолы и вслед за последним употребляет термин «общественная психология», придавая ему своеобразный оттенок. «Чтобы понять историю научной мысли или историю искусства в данной стране, — пишет он, — недостаточно знать ее экономию. Надо от экономии уметь перейти к общественной психологии, без внимательного изучения и понимания которой невозможно материалистическое объяснение истории идеологий»2. Как можно видеть, здесь понятия «общественная психология» и «идеология» употребляются уже в разных значениях. Какой же смысл вкладывается им в понятие «общественная психология»? «Для материалиста, — продолжает Г. В. Плеханов, — в данном случае речь может идти только о преобладающем настроении чувств и умов в данном общественном классе данной страны и данного времени»3. Г. В. Плеханов, как и А. Лабриола, под общественной психологией понимает реальное сознание классов, т. е. хознание, которое распространено в широ- 1 Г В. Плеханов. Избранные философские произведения в пяти томах, т. I, стр. 644. 2 Г В. Плеханов. Избранные философские произведения в пяти томах, т. II. М., 1956, стр. 247. 3 Там же, стр. 247. 165
ких массах и преобладает среди них. «Люди привыкают к данным верованиям, данным понятиям, данным приемам мысли, данным способам удовлетворения данных эстетических потребностей» К ш Рассматривая общественную психологию как массовое сознание, Г. В. Плеханов вместе с тем делает упор на эмоциональную сторону массового сознания. Правда, он в отличие от многих своих последователей не сводит общественную психологию только к эмоциональной стороне сознания, а говорит и об идеях и взглядах, но при этом явно отдает предпочтение настроению «чувств и умов» тех или иных классов общества. Решение вопроса о месте общественной психологии в структуре общественного сознания Г. В. Плеханов дает в работе «Основные вопросы марксизма» (1908). Здесь он подразделяет общественное сознание на два уровня, одним из которых является «психика общественного человека», а другим — «различные идеологии»2. Различия между уровнями усматриваются в том, что «психика общественного человека» определяется непосредственно экономикой общества и выросшим на ней «социально- политическим строем», а «различные идеологии» отражают в себе свойства «психики общественного человека» 3. Положение о том, что идеология отражает лишь общественную психологию, в марксистской литературе, как известно, было отвергнуто. Уровни сознания суть именно уровни отражения объективной реальности в сознании людей, и высший уровень сознания не есть отражение низшего уровня, а есть более полное, более глубокое отражение самой объективной реальности. Вместе с тем сам принцип подразделения общественного сознания на общественную психологию и идеологию как на два уровня отражения действительности был воспринят в качестве важнейшего принципа анализа структуры общественного сознания. Были восприняты как бесспорные и положения о том, что все содержание общественного сознания охватывается идеологией и общественной психологией, что общественная психология в 1 Г В. Плеханов. Избранные философские произведения в пяти томах, т. II, стр. 248. 2 Г В. Плеханов. Избранные философские произведения в пяти томах, т. III, стр. 180. 3 Там же. 166
отличие от идеологии как теоретического сознания является эмоциональной или по преимуществу эмоциональной стороной сознания. Нам думается, что данные положения Г. В. Плеханова не являются бесспорными. Спорным представляется прежде всего положение о том, что особенности отражения действительности на низшем и высшем уровнях могут быть приняты в качестве критерия для подразделения общественного сознания на идеологию и общественную психологию. Конечно, духовные образования, составляющие идеологию и психологию, могут рассматриваться и в плане уровней отражения, но сами уровни отражения не могут быть достаточным основанием для отнесения одних духовных образований к идеологии и других — к общественной психологии. Таким основанием могут быть выполняемые духовными образованиями общественные функции, их роль в жизни общества. Предпринятая Г. В. Плехановым попытка выделить в структуре сознания на основе особенностей отражения общественную психологию и идеологию не представляется нам удачной потому, что гносеологический анализ, устанавливая особенности отражения действительности, позволяет подразделять все духовные образования на обыденное сознание и сознание теоретическое безотносительно к тому, идеологические или социально-психологические они по своему содержанию. Понятия «общественная психология» и «идеология» у Г. В. Плеханова по существу являлись лишь иным названием для обыденного сознания и сознания теоретического. —«йИ( Однако психология и идеология действительно выступают структурными образованиями общественного сознания и потому вопрос о критериях их выделения в структуре сознания вновь и вновь возникает в историческом материализме. Правильное, на наш взгляд, решение этого вопроса зависит от понимания путей анализа структуры общественного сознания. Дополнение гносеологического анализа 'социологическим позволяет установить различия между духовными образованиями по их роли в общественной жизни и тем самым открывает возможность для выделения в общественном сознании его различных сфер. На этом пути естественно выступают в общественном сознании такие духовные образования, как общественная психология, идеология и наука. 167
Абсолютизация гносеологического подхода к структуре общественного сознания повлекла за собой сведение всего содержания общественного сознания к идеологии и общественной психологии. Наука при таком подходе выпадает из структуры сознания как самостоятельная сфера. Г. В. Плеханов науку включил в идеологию как высший уровень отражения. Специфический признак идеологии (кроме того, что она отражает свойства психики общественного человека) он усматривал в том, что она есть занятие особого рода людей. Согласно его взглядам, в развитии идеологий «экономия является основой в том смысле, что общество должно достигнуть известной степени благосостояния для того, чтобы выделить из себя известный слой людей, посвящающих свои силы исключительно научным и прочим подобным занятиям» К При восстановлении его положения о структуре сознания исследователи отказались-от включения науки в идеологию. Но при этом они оказались в большом затруднении: если общественное сознание подразделяется только на психологию и идеологию, то как же быть с наукой? Так, Г. М. Гак уклоняется от прямого ответа на такой вопрос. С одной стороны, он относит науку к общественному сознанию, а с другой — не определяет ее места в общественном сознании, поскольку «с точки зрения формы наука ничем не отличается от любого идеологического учения — философского, политического, правового и т. д.»2. Правда, иногда исходя из подразделения общественного сознания на теоретическое и обыденное сознание выделяют в самостоятельную область и науку. Например, В. Ж. Келле пишет: «Важнейшими подразделениями общественного сознания на теоретическом уровне являются идеология и знания, которые не относятся к идеологии (например, естественнонаучные теории)»3. Как же различаются между собой идеология и знания, относясь к теоретическому уровню? В гносеологическом плане различия между ними установить нельзя. Прав в этом отношении Г. М. Гак, когда пишет, что «идеоло- 1 Г. В. Плеханов. Избранные философские произведения в пяти томах, т. I, стр. 648. 2 Г. М. Гак. Учение об общественном сознании в свете теории познания, стр. 91. 3 В. Ж. Келле. Структура общественного сознания, стр. 17. 168
гия — это теория, а всякая теория, даже если она ложная, не говоря уже об истинной теории, выступает в виде определенных понятий, положений, формул, законов, логических доказательств и т. д... Между наукой и теорией никакой разницы нет» К Главное, конечно, не в том, чтобы установить различия между сферами сознания и тем самым определить их место в структуре, а в том, чтобы такое знание помогало исследованию самих духовных образований. В самом деле, если, скажем, общественная психология, по утверждению социологов, есть поверхностное отражение действительности, то исследователей, обративших свои взоры на общественную психологию, может терзать сомнение: а имеет ли смысл изучать такое явление? Поэтому-то важно разобраться в методологии изучения структуры общественного сознания, которая бы позволяла найти место в структуре сознания как общественной психологии, так и идеологии и науке. Общественное сознание в зависимости от его распространенности в обществе подразделяется на специализированное и массовое2. Данное подразделение можно рассматривать как существенную характеристику общественного сознания. В самом деле, носителями общественного сознания выступают социальные общности людей. Судить о нем можно прежде всего по распространенности и содержанию представлений и взглядов, разделяемых широкими массами, по чувствам и настроениям, переживаемым ими, привычкам и традициям, господствующим у них, и т. д. /Общественное сознание в качестве массового сознания* как раз и представляет собой ту реальную силу, которая оказывает свое влияние на исторический процесс, побуждая людей к деятельности. Оно образует целую сферу в духовной жизни людей и- выступает предметом исследования общественных наук. Энгельс говорил, что при исследовании движущих сил истории «надо иметь в виду не столько побуждения отдельных лиц, хотя бы и самых выдающихся, сколько те побуждения, которые приводят в движение большие 1 Г. М. Гак. Учение об общественном сознании в свете теории познания, стр. 91. 2 Специализированным является сознание, не получившее еще широкого распространения, например научное знание. Массовое же сознание, о чем говорит уже самое название, есть широко распространенные взгляды и представления люден. 169
массы людей, целые народы, а в каждом данном народе, в свою очередь, целые классы»1. Другими словами, важно исследовать массовое сознание. Классики марксизма-ленинизма оставили в наследство превосходные образцы анализа массового сознания в революционные эпохи истории. В ряде научно-исследовательских работ специально оцениваются высказывания В. И. Ленина по вопросам массового сознания, общественной психологии2. Выводы, вытекающие из высказываний В. И. Ленина по этим вопросам, сформулированы Б. Ф. Поршневым. Важнейший из этих выводов состоит в том, что внимание В. И. Ленина к процессам и явлениям общественной психики <ов высшей степени целеустремленно: все это важно ему отнюдь не само по себе, а как показатель состояния революционных сил, как жизненно необходимые условия отстаивания и развития дела революции»3. В другом месте автор пишет: «Изучая совокупность замечаний Ленина по социальной психологии, мы видим, что все эти наблюдения в конечном счете подчинены одной задаче — правильно учесть условия революционной деятельности партии, верно оценить социально-психологическую почву, на которую падают лозунги партии, а тем самым эффективность ее деятельности» 4. Действительно, В. И. Ленин обращал внимание на сознание как реальную силу в деятельности людей. «Без заинтересованности, — говорил он, — сознательности, бодрости, действенности, решительности, самостоятельности масс абсолютно ничего ни в той, ни в другой области сделано быть не может»5. Вождем социалистической революции, ее авангардом выступает Коммунистическая партия, вооруженная марксистской теорией. И в этом состоит сила революции, залог ее успеха. Но «самые лучшие авангарды, — говорил Ленин, — выражают сознание, волю, страсть, фантазию десятков тысяч, а революцию осуществляют, в мо- 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 307—308. 2 Среди них следует назвать: Б. Л. Парыгин. В. И. Ленин об общественных настроениях. — «Вестник ЛГУ», 1959, № 17; В. Н. Кол- бановский. В. И. Ленин и проблемы социальной психологии. — «Проблемы общественной психологии», [сб.]. 3 Б. Ф. Поршнев. Социальная психология и история. М., 1966, стр. 62. 4 Там же, стр. 29. 5 В. /•/. Ленин. Поли. собр. соч., т. 21, стр. 365. 170
менты особого подъема и напряжения всех человеческих способностей, сознание, воля, страсть, фантазия десятков миллионов, подхлестываемых самой острой борьбой классов»1. Поэтому-то Ленин и проявлял самое пристальное внимание к сознанию рабочих и крестьян, к тем сдвигам, которые происходят в нем 2. Нам хотелось бы обратить внимание на два положения, которые остались вне поля зрения исследователей общественной психологии, анализирующих ленинское наследство. Во-первых, на положение о том, что В. И. Ленин использовал термин «психология» не только для характеристики эмоциональной стороны сознания, как это принято считать, но и для обозначения массового сознания, включающего в свое содержание наряду с настроениями, социальными чувствами и взгляды людей по самым различным вопросамлМассовое сознание — это совокупность духовных образований, разделяемых целыми классами, социальными группами общества. Частое употребление Лениным таких выражений, как «настроения масс», «социальные чувства», не может служить основанием для утверждения о том, что он сводил общественную психологию к эмоциональной стороне сознания. Настроения, социальные чувства — самые распространенные формы проявления массового сознания, и отсюда неизбежное употребление таких выражений. < За внешними проявлениями массового сознания всегда скрывается его сущность. И такую сущность В. И. Ленин усматривал в сознательности масс, в глубоко понятном и прочувствованном отношении их к решению стоящих перед обществом задач. Оценивая идеологическую деятельность Коммунистической партии по формированию революционного сознания народных масс, Ленин говорил: «Мы дошли до величайшего момента в своей революции, мы подняли массы пролетариев, мы подняли массы бедноты в деревне к сознательной поддержке нас»3. 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 41, стр. 80—81. 2 В сочинениях В. И. Ленина можно встретить десятки высказываний о необходимости изучения массового сознания. В качестве примера можно сослаться на одно из них. Так, Ленин настойчиво советовал рабочим депутатам узнавать через влиятельных рабочих на фабриках и заводах, «/са/с обстоит дело, как думают рабочие, каково настроение масс?» (В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 22, стр. 208). 3 В. //. Ленин. Поли. собр. соч., т. 42, стр. 249. 171
^Массовое сознание, рассматриваемое не только со стороны формы проявления, но и со стороны содержания, не может быть отнесено к низшему (чувственному) уровню отражения действительности. В нем органически сливаются и собственно психологические образования, и идеологические представления и взгляды. Не случайно В. И. Ленин, говоря о массовом сознании, сближал понятия «психология» и «идеология». Так, характеризуя отрицательное отношение рабочих и крестьян к империалистической войне, Ленин в июне 1917 г. говорил: «Эта психология и идеология, как бы она ни была смутна, почти у всякого рабочего и крестьянина заложена необыкновенно глубоко» К ^Массовое сознание не может быть отождествлено с обыденным сознанием, как не может быть отождествлена идеология с теоретически разработанным сознанием. Различия между "массовым сознанием и идеологией лежат не столько в плане отражения действительности, сколько главным образом в плане того, что первое из них непосредственно определяет действия и поступки больших масс людей, выступая в качестве «сознательного побуждения», а вторая, прежде чем выполнять такую функцию, должна еще получить распространение в массах, стать содержанием массового сознания. Понятно, что и массовое сознание и идеология могут рассматриваться под углом зрения глубины отражения действительности, и тогда в них могут быть выделены уровни обыденного и теоретического сознания. Так, трудящиеся массы, усваивая, скажем, марксистско-ленинские идеи о социалистической революции, делают их содержанием своего сознания. Однако данные идеи, хотя и включаются в содержание массового сознания, по своему происхождению остаются продуктами теоретической деятельности. В свою очередь идеологи, разрабатывая классовое самосознание, нередко включают в его содержание и предрассудки своего класса, т. е. то, что может быть отнесено к обыденному сознанию. Следовательно, массовое сознание не может быть отождествлено с обыденным сознанием. Оно является наличным или реальным сознанием больших общественных групп. Что же касается того, какие элементы в нем превалируют — элементы обыденного сознания или сознания теоретического, то это зависит от 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 32, стр. 277. 172
характера самого общества, господствующих в нем отношений, от содержания идеологической работы среди народных масс. Ленинские высказывания по вопросам общественной психологии лозволяют, во-вторых, понять специфику массового сознания. Специфика его состоит в том, что оно непосредственно направлено на практическую деятельность. В период революции, говорил В. И. Ленин, «настроение, возбуждение, убеждение масс должны проявляться и проявляются в действии» К Подводя итоги двухлетней истории революции в нашей стране, Ленин говорил, что она показала «не только образец исполнения долга, но и образец высочайшего героизма, невиданного в мире революционного энтузиазма и самоотвержения»2. Массовое сознание реализуется в практической деятельности людей. В данном случае речь идет о революционном сознании трудящихся масс нашей страны, проявившемся в величайшем героизме, невиданном в мире революционном энтузиазме и самоотверженности в годы становления Советской власти, ее защиты и укрепления. Выяснение специфики массового сознания под углом зрения его практической направленности позволяет глубже понять общественную психологию, ее содержание и выполняемые ею функции. Рассмотрим эти вопросы. Прежде всего общественная психология не исчерпывает собой массовое сознание, хотя и является таковым. Массовое сознание — это определенное качество, которое приобретает те или иные духовные образования. Такое качество приобретают, например, знания о физических, химических, биологических и иных явлениях окружающего мира, получившие широкое распространение и используемые в повседневной жизни. По мере того как наука все больше и больше находит применение в производстве, входит в быт, в повседневную жизнь людей, определенные ее этажи, или уровни, приобретают характер массового сознания. Однако исторически сложилось так, что общественная психология первой приобрела характер массового сознания. Это качество и сейчас принадлежит прежде всего ей, поэтому, акцентируя на нем внимание, мы стремимся лишь подчеркнуть особенности 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 11, стр. 58. 2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 39, стр. 230. 173
общественной психологии, отнюдь не отождествляя последнюю с массовым сознанием. Общественная психология является продуктом социальных условий жизни общества. Маркс говорил: «Над различными формами собственности, над социальными условиями существования возвышается целая надстройка различных и своеобразных чувств, иллюзий, образов мысли и мировоззрений. Весь класс творит и формирует все это на почве своих материальных условий и соответственных общественных отношений» К Данное положение Маркса примечательно по крайней мере в двух отношениях. Во-первых, в том, что здесь раскрывается многообразное содержание общественной психологии, которая включает не только чувства, но и мысли и мировоззрения, и, во-вторых, в том, что в нем подчеркивается роль класса как творца общественной психологии. Класс творит свое сознание. Вместе с тем следует иметь в виду, что в классовом обществе условия для этого у разных классов неодинаковы, ибо не все они обладают необходимыми средствами для производства сознания, соответствующего своим интересам. Господствующие классы, располагая огромными средствами духовного производства и создавая специальные аппараты идеологического воздействия, стремятся навязывать свое сознание всему обществу. Поэтому вряд ли правильно усматривать важнейшую специфическую черту общественной психологии в том, что она в отличие от идеологии есть непосредственное отражение действительности. Конечно, она отражает социальную среду и непосредственно, но не только непосредственно. С развитием в обществе массовых коммуникаций она формируется главным образом за счет внедрения в сознание широких масс идеологических взглядов. Общественная психология как массовое сознание является продуктом действия общественной системы обучения, образования и воспитания, всей системы духовного воздействия на массы. хДСодержание общественной психологии многообразно. Обычно оно подразделяется на три группы социально- психологических явлений: психический склад определенной Социальной группы, эмоциональные явления и социально-психологические явления непосредственно взаимо- 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 8, стр. 145. 174
действующей группы1. Формой проявления психического склада служит социальный характер (класса, нации и т. д.), представляющий собой совокупность устойчивых психических свойств, отличающих одни социальные группы от других. Совокупность составляют такие свойства, как смелость, решительность, уверенность, целеустремленность и т. д. Элементами психического склада выступают и такие духовные образования, как привычки, обычаи, традиции, устойчивые вкусы. Социальные привычки являются наиболее распространенными психологическими образованиями. Они представляют собой способ реагирования людей на требования общества (класса, нации), способ отношения к социальным нормам поведения. Когда люди, составляющие ту или иную общественную группу и находящиеся 'в одинаковых условиях, начинают реагировать на требования общества сходным образом, то это и означает, что в их поведении сложилась привычка. Закрепление сложившихся социальных привычек приводит к формированию таких специфических социально-психологических образований, как обычаи. В условиях первобытнообщинного строя отношения между людьми регулировались главным образом обычаями. Последние были теми правилами поведения, которые определяли поведение членов по отношению к своему роду, племени, к чужим родам и племенам. Хранителем обычаев выступала община или племя в целом. С развитием общества на первый план в регулировании отношений между людьми выдвинулись социальные нормы: нравственные и правовые. Обычаи отошли на второй план, хотя их роль и в современном обществе еще немалая. Значение обычаев, как и социальных привычек, состоит в том, что они закрепляют накопленный опыт регулирования отношений и позволяют передавать его новым поколениям. Наряду с социальными привычками и обычаями социально-психологическими образованиями выступают и традиции. Они рассматриваются в общественной психологии как нормы и правила общественного поведения людей, связанные с устойчивыми элементами духовной жиз- 1 См. А. И. Горячева. О некоторых категориях социальной психологии (К вопросу о структуре общественной психологии). — «Проблемы общественной психологии», стр. 196—234. 175
ни общества. В социально-психологической литературе стало уделяться все больше внимания характеристике традиций патриотизма и дружбы народов, трудовых, семейных и иных традиций социалистического общества, выяснению их роли и з-начения в жизни людей. Разработка проблемы обычаев и традиций социалистического общества имеет важное и теоретическое и практическое значение. Через отнесение традиций и обычаев к сфере общественной психологии исследователи стремятся выяснить специфику данных явлений. Так, Н. С. Сарсенбаев пишет: «По нашему убеждению, обычаи и традиции необходимо рассматривать как категории общественной психологии. Потому что, во-первых, они отражают нормы и принципы общественного поведения не индивидов, а коллективов и различных форм общности людей, образуя духовные черты, признаки и свойства их; во-вторых, обычаи и традиции создаются коллективами, в отличие от идеологии, которая вырабатывается идеологами и внедряется в сознание масс; в-третьих, обычаи и традиции связаны со сферами не только осмысливания, но и различными людскими переживаниями. Они больше коренятся в общественной психологии, чем в идеологии» *. Н. С. Сарсенбаев специфику обычаев и традиций усматривает в том, что они суть явления только социально-психологические. Вряд ли можно согласиться с такого рода безоговорочным утверждением автора. Он относит обычаи и традиции к социально-психологическим явлениям потому, что они якобы «отражают нормы и принципы общественного поведения» коллективов и других общностей людей. Но ведь в действительности они существуют не наряду с нормами и принципами как их отражение в сознании, а как те же самые реальные нормы, но более прочно утвердившиеся, строже поддерживающиеся обществом и потому реже нарушающиеся людьми. Маркс отмечал, что, «если форма просуществовала в течение известного времени, она упрочивается как обычай и традиция...»2. Характер обычаев и традиций могут принимать фор- 1 Н. Сарсенбаев. Обычаи и традиции в развитии. Алма-Ата, 1965, стр. 84-85. 2 К. Маркс if Ф. Энгельс. Соч., т. 25, ч. II, стр. 357 176
мы самых различных отношении (материальных и надстроечных) и действий людей. Поэтому вряд ли следует рассматривать традиции и обычаи лишь в связи с нравственными отношениями, с моральными принципами и нормами поведения людей. Традиции имеют место в материальном производстве, в политической жизни, в художественном творчестве, в науке и т. д. В зависимости от сферы проявления, от характера отношений, формы проявления которых упрочиваются в обществе, зависит и природа обычаев и традиций. Она, по-видимому, может быть не только духовной. Если взять только духовную сферу жизни, то и здесь нельзя ограничить их проявление только сферой общественной психологии. В связи со сравнением традиций и обычаев с идеологией следует заметить, что оно неправомерно, ибо это несоотноситвль- ные понятия: ведь традиции имеют место и в идеологии. Другое дело сравнение их, скажем, с социальными нормами, с общественным мнением. Что касается вопроса о том, как складываются обычаи и традиции, то Н. С. Сарсенбаев акцентирует внимание на целенаправленном характере этого процесса. «Традиции и обычаи в своем историческом происхождении почти всегда имели сознательное начало. Но распространение, применение и утверждение их часто носило стихийный характер. Революционные же традиции возникают не стихийно, а сознательно» К Вряд ли с данным утверждением можно согласиться. В становлении традиций превалировало и превалирует, по нашему мнению, стихийное, а не сознательное начало. Иначе и быть не может, ибо традиционный характер принимают те или иные формы отношений, виды деятельности людей, исполнение норм поведения и т. д. Становление обычаев и традиций по своему существу является естественноисторическим процессом. Конечно, люди могут сознательно стремиться, скажем, к укреплению определенных форм отношений, к неукоснительному соблюдению тех или иных социальных норм жизни, но при этом они перед собой не ставят целью создание традиций, хотя результатом такого стремления может быть становление новых традиций. В этом условном смысле можно говорить о сознательных началах в становлении и развитии обычаев и традиций. 1 Н. Сарсенбаев. Обычаи и традиции в развитии, стр. 157. 177
В таком же смысле можно говорить о сознательных началах и тогда, когда развертывается борьба против старых обычаев и традиций, превратившихся в тормоз развития общественной жизни. Традиции и обычаи нельзя рассматривать в отрыве от тех отношений, формами которых они являются. Поэтому цель борьбы — преодоление не старых обычаев и традиций, а самих отношений, носящих традиционный характер. Преодоление же старых отношений будет означать и устранение соответствующих обычаев и традиций. Когда речь идет о воспитании молодого поколения на определенных традициях, то такое воспитание способствует воспроизведению тех отношений, формами которых выступают традиции. Общим для традиций, обычаев, социальных привычек и других элементов, составляющих психический склад социальной группы, является их устойчивость. И это позволяет их отличать от другой группы социально-психологических элементов, составляющих эмоциональную сторону общественной психологии. Особенность этой группы элементов состоит в трм, что она весьма подвижна, крайне изменчива. Составляющие ее' социальные чувства, настроения скоротечны. Правда, и они обладают известной устойчивостью, позволяющей говорить о них как о своеобразных социально-психологических образованиях. Как бы ни изменялись конкретные ситуации, вызвавшие, скажем, те или иные настроения и чувства людей, относительно постоянные условия жизни социальной группы, ее психический склад поддерживают определенные настроения и чувства. Социально-психологические явления, возникающие в группах непосредственно взаимодействующих людей, также составляют особую сторону содержания общественной психологии. К ней относятся мода, слухи, паника и другие образования. Возникновение подобных явлений обусловлено особенностями самого общения людей: подражанием, внушением, «психологическим заражением» и т. д. Все три названные группы духовных явлений входят в содержание общественной психологии. Но исчерпывают ли они ее содержание? На наш взгляд, далеко не исчерпывают. И не только потому, что, скажем, пока еще неполно раскрыты черты психологического склада социальных групп или эмоциональной стороны сознания, 178
а потому, что из содержания массового сознания оказалось исключенным его ядро: идеи, взгляды, представления людей. Как можно было видеть из краткой характеристики социально-психологических явлений, в общественную психологию включаются, с одной стороны, прочно установившиеся образования в виде привычек, обычаев, традиций, а с другой — крайне подвижные образования в виде настроений, чувств, моды и т. д. Возникает вопрос: а каково то содержание, которое сопровождается проявлением чувств, настроений, а затем закрепляется в привычках и традициях? При выяснении предмета социальной психологии как науки, призванной изучать общественную психологию как явление духовной жизни общества, это содержание не раскрывается и не учитывается. Пока еще нет единой точки зрения на предмет социальной психологии как науки1. Вместе с тем представители разных точек зрения, одни из которых считают объектом науки психологию личности2, другие— психологические особенности различных социальных групп, слоев и классов общества3, а третьи — и то и другое4, содержание общественной психологии ограничивают социальным характером, привычками, обычаями, традициями, эмоциональной стороной сознания и психологическими особенностями поведения людей. Поэтому хотя и высказываются разные точки зрения о предмете науки, но по сути своей понимание общественной психологии остается общим 5. 1 «Вопрос о предмете материалистической социальной психологии является дискуссионным. Существуют различия в понимании того, какие стороны общественного сознания должна прежде всего изучать социальная психология (в. отличие, например, от общей психологии, психологии личности, педагогики или социологии), что является ее главной задачей — изучение психологии личности или коллектива» (Б. Д. Парыгин. Социальная психология как наука, стр. 60—61). 2 См. Е. В. Шорохова, Н. С. Мансуров, К. К Платонов. Проблемы общественной психологии. — «Вопросы психологии», 1963, №5. 3 См. В. И. Колбановский. Некоторые актуальные проблемы общественной психологии. — «Вопросы философии», 1963, № 12. 4 См. Б. Д. Парыгин. Социальная психология как наука. 6 Б. Ф. Поршнев разные точки зрения среди психологов по предмету социальной психологии считает, «так сказать, домашним спором». Главное то, что общественная психология есть психология. «В узком и специальном смысле слова социальной (общественной) психологией называют науку об особенностях психической деятельности люден в коллективе, в массовой человеческой среде в отличие 179
Общественная психология включает, на наш взгляд, политические, правовые, нравственные и иные идеи и представления, но не в форме теории, систем взглядов, как это имеет место в идеологии, а главным образом в форме убеждений, верований, социальных установок на восприятие действительности и отношения к ней. Если в идеологии мы различаем идеи и взгляды прежде всего по их содержанию, то в общественной психологии имеем дело уже с убеждениями людей (целых групп, классов), т. е. с тем, насколько идеи и взгляды, распространяемые в процессе идеологической работы среди масс, овладели сознанием последних, являются стимулами их поведения. При этом непременно учитывается и содержательная сторона идей и взглядов, но как бы в снятом виде, главное же внимание переносится на их усвоение, на то, стали ли они глубокими убеждениями или нет, как они проявляются в поступках, переживаются, закрепляются в привычках, традициях и т. д. Убеждения социальных групп, классов и других общностей составляют основное содержание общественной психологии. Если при рассмотрении содержания общественной психологии мы будем учитывать и убеждения людей, их сознательность, то и социальная психология как наука обретет свое качественное своеобразие, позволяющее отличить ее от традиционной социальной психологии, разрабатываемой уже в течение многих десятилетий буржуазными психологами и социологами. В настоящее время такое отличие по предмету исследования почти не улавливается К Предметом общественной психологии как науки могут выступать наряду с психологическими особенностями различных социальных групп, особенностями поведения индивида в социальной группе, в коллективе и закономерности распространения идей и взглядов среди широких масс, закономерности формирования, изменения и развития их убеждений. В этом случае раскрытие функций социально-психологических явлений, на- от психических функций индивида в относительном одиночестве или в его отношениях с другим индивидом» (Б. Ф. Поршнев. Социальная психология и история, стр. 6). 1 Буржуазные исследователи психологии также считают, что социальная психология изучает поведение человека в группе, во взаимоотношении его с другими людьми, т. е. ту область, которая выпадает из поля зрения общей психологии (/. Stoetzel. La psy- chologie Social. Paris, 1963). 180
учных основ воспитания масс явилось бы важнейшей задачей социальной психологии как науки. Вопрос о предмете и задачах социальной психологии выходит за рамки нашего анализа, поэтому мы вернемся к характеристике общественной психологии как сферы сознания. Дать сколько-нибудь полную характеристику общественной психологии как сферы сознания, раскрыть ее связь с идеологией и наукой можно только в том случае, если социальная психология, теория журналистики, этика, эстетика, педагогика и другие общественные науки, имеющие отношение к массовому сознанию, более четко определят свои задачи при изучении социально-психологических явлений. И философии Бе безразлично, как понимается предмет той или иной конкретной науки, хотя и определяется он самими конкретными науками. Функции общественной психологии, позволяющие выделить ее специфику, систематически не изучались *. Это объясняется в какой-то мере существовавшим до недавнего времени отношением к общественной психологии, а также сложившимся пониманием ее. Если характерная черта общественной психологии усматривалась в инстинктивности и неосознанности настроений и действий людей, то вряд ли такое образование способно выполнять какие-то позитивные общественные функции. И тем не менее они существуют. Каковы же они? При определении критерия разграничения сфер общественного сознания выше отмечалось, что они различаются между собой и по выполняемым функциям. Каждая из них выполняет по преимуществу какую-то одну функцию. Такую функцию можно обнаружить и у общественной психологии. Однако специфика этой сферы сознания состоит скорее не в том, что она выполняет, в от- 1 М. Н. Мацюк выделяет следующие функции общественной психологии: познавательную, адаптивную, коммуникативную и контроля (М. Н. Мацюк. К вопросу о функциях общественной психологии. — «Тезисы конференции, посвященной столетию Одесского ордена Трудового Красного Знамени государственного университета им. И. И. Мечникова». Одесса, 1966, стр. 48, 49). Действительно, названные функции присущи общественной психологии, но они также присущи и другим сферам сознания. Скажем, познавательная функция присуща прежде всего науке, а потом уже и другим сферам сознания. Поэтому важно выяснить специфику осуществления тех или иных функций каждой из сфер общественного сознания, в том числе и общественной психологией. 181
личие от других сфер, особую функцию, а в том, как она выполняет присущие сознанию функции. Функции общественной психологии проявляются при решении практических задач повседневной жизни. Перефразируя известные слова Маркса относительно сознания первобытного общества, можно сказать, что общественная психология вплетена в практическую деятельность людей. Этим она отличается от идеологии и науки как продуктов духовного производства, выступающих в форме теории, в форме знания. Функции общественной психологии, вплетенной в ткань практической деятельности людей, имеют своей целью воплощение убеждений, установок и других социально-психологических образований в реальные отношения, в поведение людей. Это касается функций приспособления, коммуникации, регулирования отношений и других, присущих общественному сознанию в целом. Так, психология обеспечивает приспособление людей к существующим общественным отношениям; посредством своих образований, в особенности привычек, обычаев и традиций, регулирует отношения между людьми; в социальных нормах поведения объективирует жизненный опыт людей и передает новым поколениям. Наиболее характерной функцией общественной психологии является стимулирование людей к деятельности, или эмоционально-волевая функция. Энгельс говорил, что у отдельного человека, для того чтобы он стал действовать, все побудительные силы неизбежно должны превратиться в побуждения его воли. Это же самое можно сказать и относительно любой общности людей — побудительные силы, вызывающие действия общности, выражаются в эмоционально-волевых состояниях массового сознания. Эмоционально-волевая функция отчетливо подчеркивает специфику общественной психологии как особой сферы сознания. Отмеченные моменты и позволяют выделить общественную психологию среди других сфер общественного сознания и рассматривать ее как проявление массового сознания. Понятно, характеристика общественной психологии как массового сознания не является сколько-нибудь исчерпывающей, но вместе с тем она весьма существенна. Только на пути выяснения непосредственной практической направленности, распространенности идей и взгля- 182
дов в народе можно, на наш взгляд, раскрыть особенности общественной психологии. Идя по этому пути, мы обнаруживаем, что общественная психология отличается от идеологических продуктов духовного производства, которые не сразу становятся достоянием широких масс. Различие между ними сохраняется и тогда, когда продукты духовного производства находятся в процессе распространения. Дело в том, что распространяемые идеи и взгляды усваиваются массами в зависимости от их опыта, от уже сформировавшихся у них убеждений, верований, традиций и других социально-психологических образований. Различия исчезают тогда, когда продукты духовного производства, вступая в связь со всем уже существующим строем мыслей и чувств, привычек и традиций масс, становятся элементами общественной психологии. Но поскольку духовное производство осуществляется постоянно, то сохраняются и различия между общественной психологией и другими сферами общественного сознания. 3 Идеология как самосознание общества Идеология, как и общественная психология, разделяется целыми группами, классами, короче, социальными общностями людей. В этом отношении между ними нет различий. Различия начинают выступать тогда, когда заходит* речь о специализированном и массовом сознании, о конкретных носителях этих духовных образований. Психологию выражают широкие массы людей, она является побудительной силой целых народов, а в каждом данном народе — целых классов. Выразителем идеологии выступает прежде всего наиболее активная часть класса, его авангард. Отмеченный признак еще не затрагивает содержания данной сферы сознания, но он позволяет пока лишь внешним образом отличать идеологию как специализированное сознание от сознании массового. Другие же признаки, которые будут рассмотрены ниже, позволят отличить идеологию по существу и найти ее место в общественном сознании. Нахождение места идеологии в общественном сознании, как и психологии, связано также с немалыми трудностями, хотя они и носят несколько иной характер. Если 183
психология исключалась из содержания общественного сознания, то идеология, напротив, нередко отождествляется со всем его содержанием, а если и не отождествляется полностью, то понятие идеологии употребляется для обозначения тех или иных сторон общественного сознания, и в связи с этим ему придается различный смысл: широкий, узкий и более узкий К Употребление понятия идеология в «широком», «узком» и в «более узком» смыслах не проясняет, а скорее затрудняет понимание той сферы общественного сознания, которая может быть определена как идеология. Мы не будем останавливаться на точках зрения, отождествляющих идеологию с общественным сознанием или рассматривающих ее наряду с общественным сознанием как проявление духовной жизни общества, хотя они иногда еще и высказываются в литературе2. В настоящее время в общественной науке прочно утвердился взгляд, согласно которому идеология не противопоставляется общественному сознанию и не отождествляется с ним — она входит как один из элементов в общественное сознание. «...Идеология — это та часть общественного сознания, которая непосредственно связана с решением встающих перед обществом социальных задач и поэтому отражает общественные отношения с целью их изменения или закрепления»3. 1 «В марксистской литературе, — пишет М. С. Джунусов, — понятие идеология применяется в различном значении. Можно указать по крайней мере на три аспекта этого понятия: а) в широком смысле под идеологией понимается по существу общественное сознание, являющееся главной стороной духовной жизни общества (последняя кроме общественного сознания включает общественную психологию, обыденное сознание, психический склад нации, национальное самосознание и т. д.)... б) в узком смысле под идеологией иногда понимается теоретическая часть общественного сознания, в которой выражаются потребности разрешения определенных задач общественного развития. .. в) в более узком, собственном смысле слова идеология выражает ту часть общественного сознания, которая возникла на основе отражения общественного бытия с позиций определенных классов» («Вопросы философии», I960, № 8, стр. 177—178). 2 Так, Г. Я. Нестеренко утверждает: «Идеология и общественное сознание представляют явления одного порядка; они относятся к духовной стороне жизни общества» (Г. Я. Нестеренко. Идеология, ее особенности и формы. М., 1964, стр. 10). 3 В. Келле, М. Ковальзон. Формы общественного сознания, стр. 11-12. 184
Как же определяется идеология как элемент, «часть» общественного сознания? Она рассматривается как мыслительный процесс, отличающийся целенаправленностью, продукты которого выступают в форме теорий. «Характерной чертой идеологии является... обобщение, раздвигающее свои границы до некиих коренных, исходных, широко объемлющих начал...» 1 Идеология в отличие от общественной психологии представляет собой систему идей и взглядов, она относится к теоретическому уровню отражения действительности2. Определение идеологии как духовного образования, отражающего действительность в форме теорий, учений, различных взглядов, немного еще дает для понимания ее специфики. Поэтому определение идеологии в гносеологическом плане дополняется определением и в плане социологическом, в частности в генетическом его аспекте. Под идеологией ряд исследователей понимает ту область общественного сознания, которая определяется экономическими отношениями как своей непосредственной материальной основой. Она является составной частью надстройки над экономическим базисом и в своем изменении и развитии подчиняется закономерностям взаимоотношения базиса и надстройки. Такой подход к определению идеологии обладает преимуществом в сравнении с гносеологическим, ибо он позволяет говорить об идеологии как особой области общественного сознания, а не просто об одном из его уровней. Широко известное определение идеологии как отражения общественного бытия через призму классовых интересов является результатом своеобразного совмещения гносеологического и генетического подхода к рассматриваемому явлению. При определении идеологии в этом случае исходят из того, что она возникает на основе существующих в обществе экономических отношений. В классовом обществе экономические отношения выступают в форме интересов определенных классов, поэтому идеология и выступает как отражение действительности через призму классовых интересов. Она есть система идей и взглядов определенного класса. 1 Г. М. Гак. Учение об общественном сознании в свете теории познания, стр. 48. 2 См. В. Ж. Келле. Структура общественного сознания, стр. 17. 185
Такой взгляд на идеологию согласуется с историей бозникновения данного явления в классовом обществе. Действительно, идеология вырабатывается мыслящими представителями класса, имеющими возможность заниматься духовной деятельностью и способными выражать классовые интересы в форме теорий, учений, систем взглядов. Эти идеологи, теоретически анализируя состояние общественной жизни, место в ней своего класса, осознают классовый интерес раньше, чем класс в целом практически находит пути реализации своих интересов. В идеологических учениях выражаются общие, коренные интересы классов. Не случайно поэтому противоречия и столкновения классовых интересов проявляются и в идеологической борьбе. Прогрессивные, консервативные и реакционные идеологии, сталкивающиеся в ходе идеологической борьбы, отражают различные интересы общественных групп. Отмеченные /моменты позволяют отличать идеологию от других сфер общественного сознания, но все же они недостаточны. В самом деле, классовый характер в классовом обществе носит не только идеология, но и общественная психология. Сознание класса включает в свое содержание и идеологию и психологию. Нельзя рассматривать в качестве специфического признака идеологии и то, что она определяется экономическими отношениями как своей непосредственной материальной основой. Данный признак имеет отношение и к общественной психологии, которая в известной мере также HenocpeAqTBeHHO определяется экономическими отношениями. Идеология как отражение общественного бытия и как элемент надстройки над экономическим базисом обладает своими особенностями. И все же специфику идеологии, позволяющую отличать ее от других сфер сознания, трудно обнаружить, идя только по пути выяснения особенностей ее происхождения и отражения действительности. Важно для этого воспользоваться и другими аспектами социологического подхода, например структурным и функциональным, позволяющим анализировать содержание идеологических видов сознания и их роль в общественной жизни. Многоплановый подход к анализу идеологии широко используется в работе В. А. Ядова «Идеология как форма духовной деятельности общества». В ней. идеология раскрывается и в гносеологическом и в социологическом 186
планах, что позволяет автору дать ряд определений изучаемому явлению. «Идеология, — пишет В. А. Ядов, — представляет собой отражение бытия сквозь призму классовых интересов... Как целое — совокупность идеологических форм — идеология есть система идей и взглядов определенного класса или социальной группы... Что касается идеологии как особой формы духовной деятельности, то она есть теоретическое оружие классов; и именно в этом состоит ее основная социальная функция» К Различные подходы к выяснению специфики идеологии позволяют подметить те или иные ее особенности и сформулировать последние в качестве определений данного явления. В современной литературе существует множество определений. В науке возникла потребность внести ясность относительно понимания идеологии. Поэтому предпринимаются попытки сформулировать определение идеологии, которое синтезировало бы ныне существующие определения. Так, польский социолог Е. Вятр в книге «Конец эры идеологии?» пишет: «Идеология — это относительно систематизированная совокупность взглядов, характерной чертой которой является функциональная связь с интересами и стремлениями общественной группы и в состав которой входят — возникшие и распространенные на основе исторического опыта и жизненных условий данной группы — идеи, описывающие и оценивающие действительность, а также выводимые из этих идей директивы действия»2. Приведённое определение является довольно полным, и в этом состоит его несомненное достоинство. Однако в связи с попыткой дать всеобъемлющее и всеохватывающее определение идеологии следует заметить, что дать его очень трудно. Определение должно выразить сущность изучаемого явления. И в этом случае оно способствует углубленному познанию. Применительно к идеологии таким определением, по нашему мнению, может явиться определение ее как самосознания общества (класса, социальной группы). Оно вытекает из анализа происхождения идеологии, специфики отражения действительности, составных ее элемен- 1 В. А. Ядов. Идеология как форма духовной деятельности общества, стр. 20, 21, 18. 2 /. Wiatr. Czy zmierzch ery ideologii? Warszawa, 1966, s. 96. 187
тов. Особенно напрашивается такой вывод из рассмотрения роли идеологии в общественной жизни. Возможно, что именно функциональный аспект и позволяет прежде всего подметить самую существенную черту идеологии и определить ее место среди других сфер общественного сознания *. Применительно к личности термин «самосознание» употребляется широко, и он довольно определенен. Речь идет о сознании личности о самой себе. Он употребляется и применительно к классу; примером здесь может быть положение Маркса о превращении «класса в себе» в «класс для себя». Этот пример и позволяет уяснить то содержание, которое может быть вложено в выражение «самосознание общества». С рождением буржуазного общества рабочий класс объективно противостоит буржуазии, но он не сразу осознает противоположность своих интересов интересам буржуазии, свое место в обществе, цели и задачи в той борьбе, которую он ведет еще стихийно. Сознание пролетариата на заре своего становления является по своему содержанию тред-Юнионистским. Оно представляет собой «убеждение в необходимости объединяться в союзы, вести борьбу с хозяевами, добиваться от правительства издания тех или иных необходимых для рабочих законов и т. п.»2 И политика пролетариата была тред- юнионистской, ибо означала «общее стремление всех рабочих добиваться себе от государства тех или иных мероприятий, направленных против бедствий, свойственных их положению, но еще не устраняющих этого положения, т. е. не уничтожающих подчинения труда капиталу»3. Рабочий класс с тред-юнионистской политикой и тред- юнионистским сознанием был «классом в себе». Ему недоставало осознания своих коренных классовых интересов, осознания целей и задач борьбы, вытекающих из коренных интересов, которое позволило бы ему перейти от стихийной борьбы к борьбе сознательной, т. е. недоставало классового самосознания. 1 Так, Д. Прокоп, рассматривая идеологию как функцию общественного сознания, приходит к выводу, что идеология есть «сознание общества о самом себе» («Historicky materialismus. Metodolo- gicke a teoreticke problemy, s. 464). 2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 6, ctp. 30. 3 Там же, стр. 42. 188
Самосознание рабочего класса «возникло как естественный и неизбежный результат развития мысли у революционно-социалистической интеллигенции» 1. Носителем самосознания выступает авангард класса — Коммунистическая партия. Именно она выражает классовое самосознание, вносит его в рабочее движение и тем самым придает последнему сознательный характер. Благодаря деятельности коммунистических партий рабочий класс из «класса в себе» превращается в «класс для себя», то есть осознает свои коренные интересы, цели и задачи борьбы и сознательно стремится к их осуществлению. Об идеологии как самосознании класса позволяют говорить и выполняемые ею функции. Среди функций идеологии в социологической литературе выделяют, например, такие, как передача коллективного опыта, укрепление групповых связей, выступление в качестве основы, которая согласует и унифицирует индивидуальные и коллективные действия благодаря тому, что определяет общественное положение, дает членам группы соответствующую мотивацию действий, является действенным инструментом влияния на других лиц путем обработки их сознания определенным образом. Перечисленные функции действительно выполняются идеологией, хотя вряд ли их можно считать специфическими для данной сферы сознания, поскольку они в большей своей части выполняются и другими сферами общественного сознания. Скажем, передача коллективного опыта или мотивация деятельности людей являются функциями и общественной психологии. В то же время именно идеология дает классу (а не вообще социальной группе) сознание и чувство общности, единство определенных интересов. Она дает ему духовные ценности, цементирующие класс и служащие ему опорой в классовой борьбе, устанавливает конкретные цели деятельности класса и намечает пути их реализации. Другими словами, идеология выражает и защищает интересы класса и служит руководством в борьбе за их обеспечение. В этом и состоит ее специфическая функция, позволяющая отличать идеологию от других сфер общественного сознания и характеризовать ее как самосознание общества. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 6, стр. 31. 189
Идеология, выполняя свою главную функцию, вскрывает или, напротив, вуалирует сущность данных общественных отношений, обнажает или маскирует классовые противоречия. Характерным примером тому служат в современном обществе буржуазная и социалистическая идеологии. Если социалистическая идеология стремится обнажить эксплуататорскую сущность капитализма, то буржуазная идеология вуалирует ее; диаметрально противоположную позицию они занимают и относительно понимания противоречивости капиталистического общества и других вопросов общественной жизни. Буржуазная идеология, выражая интересы господствующего эксплуататорского класса, преследует цель увековечение капитализма, в то время как социалистическая идеология, выражая коренные интересы рабочего класса, трудящихся масс, обосновывает необходимость преобразования общественных отношений на социалистических и коммунистических началах. Выполнение идеологией присущих ей функций обусловливает потребность в постоянной разработке идеологами классов тех или иных идей и взглядов, теорий и учений. Отсюда содержание любого типа идеологии многообразно. Она представляет собой, как пишет В. А. Ядов, «теоретически систематизированное и обобщенное отражение классовых интересов в форме политических, правовых, нравственных, художественных, религиозных и философских взглядов» 1. Е. Вятр, раскрывая содержание идеологии, выделяет четыре содержащиеся в ней основные категории взглядов. Идеология включает в свое содержание, во-первых, элементарные ценности, в соответствии с которыми производится оценка общественных явлений, вроде следующих: «все люди равны», «человек является высшей ценностью»; во-вторых, общие представления о мире, закономерностях его развития; в-третьих, положения, которые определяют условия реализации принятых ценностей, например условия перехода от капитализма к социализму; в-четвертых, директивы деятельности, к которым относятся партийные программы и другие документы2. 1 В. А. Ядов. Идеология как форма духовной деятельности общества, стр. 26; см. также Г. Я. Нестеренко. Идеология, ее особенности и формы, стр. 10. 2 /. wiatr. Ideologia i zycie spoleczne. Warszawa, 1965, s. 7—11. 190
Перечисленные группы взглядов не исчерпывают, конечно, содержания идеологии, ибо оно различно в разных типах идеологии. Вряд ли правильно включать в содержание идеологии и «директивы деятельности», поскольку они относятся скорее к области политики, чем к идеологии, хотя и обосновываются идеологически. Вместе с тем выделение в содержании идеологии категорий взглядов вроде элементарных ценностей, на основе которых осуществляется оценка общественных явлений, позволяет более отчетливо осознать специфику идеологии как самосознания общества. Идеология вырастает на основе экономических отношений и является надстройкой над экономическим базисом. Отношения между людьми в процессе производства материальных благ получают свое выражение в системах разнообразных идей и взглядов, которые и позволяют судить о том, что имеем здесь дело сюознанием общества о самом себе. Характер самосознания классов, социальных общностей зависит от того, каковы экономические отношения, господствующие в обществе. Известно, что Маркс и Энгельс идеологию буржуазии называли «ложным сознанием». В «Немецкой идеологии» они отмечали, что рассмотрение вопросов идеологии возможно лишь в связи с анализом истории людей, «так как почти вся идеология сводится либо к превратному пониманию этой истории, либо к полному отвлечению от нее. Сама идеология есть только одна из сторон этой истории» *. Положение о том, что рассмотрение вопросов идеологии возможно лишь в связи с анализом истории людей, что «идеология есть только одна из сторон этой истории», недостаточно, на наш взгляд, оценивается в марксистской научно-исследовательской литературе и используется в борьбе против буржуазной социологии, пытающейся фальсифицировать взгляды Маркса и Энгельса на идеологию2. Классики марксизма говорят о том, что, например, 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 16 (примечание). 2 Опубликованная в 20-х годах работа Маркса и Энгельса «Не- мецкая идеология» привлекла внимание и буржуазных идеологов. Так, К. Маннгейм в своей книге «Идеология и утопия» (1929) положение Маркса и Энгельса о буржуазной идеологии как «ложном сознании» истолковал как определение идеологии вообще. Он объявил всякую идеологию, в том числе и идеологию марксизма, субъективной по своему содержанию, представляющей собой совокуп- 191
идеи и мысли, господствовавшие в 40-х годах прошлого века в Германии, были идеями и мыслями людей «о себе и о своих отношениях, были их сознанием о себе, о людях вообще, — ибо это было сознание не отдельного только лица, но отдельного лица в его связи со всем обществом,— и обо всем обществе, в котором люди жили»1. Другими словами, идеологи выражали самосознание общества, но каким является это самосознание, зависит от самого общества. Поэтому Маркс и Энгельс поставили цель показать, как возникают идеи и мысли об обществе, в особенности те из них, которые дают о нем превратное представление. Хорошим примером тому может служить анализ возникновения немецкого либерализма2. Немецкий либерализм начала 40-х годов прошлого века представлял собой «пустую мечтательность, идеологическое отражение действительного либерализма»3. Объяснение ему Маркс и Энгельс находили в истории немецкой буржуазии, в экономических и политических отношениях общества. Они показали, что у немецких бюргеров в конце XVIII — начале XIX в. не было общих интересов. Раздробленности их интересов соответствовала и раздробленность политической организации. В эпоху абсолютной монархии политическая власть приобрела «чрезмерную независимость». Государство конституировалось «в мнимо самостоятельную силу». Этим положением государства, отмечали Маркс и Энгельс, объясняются «все иллюзии насчет государства, имеющие хождение в Германии; этим объясняется также и мнимая независимость немецких теоретиков от бюрге- ность предвзятых; догматических, умозрительных представлений. Понятие идеологии, выработанное марксизмом, утверждает Манн- гейм, примененное к самой марксистской теории, превращает ее в утопию. С тех пор противники марксизма широко используют «выводы» Маннгейма в своих попытках сразить марксизм «его же оружием». В настоящее время в буржуазных странах получает распространение идеологическая концепция «деидеологизации». общественной жизни, выступающая под видом критики всякой идеологии, идеологии как иллюзорного сознания (см., например, статью американского буржуазного историка А. М. Шлезингера «Идеология и американский опыт» («Америка», 1964, № 96) и критику его концепции в статье Т. И. Ойзермана «Социалистическая идеология и исторический опыт народов» («Вопросы философии», 1965, № 4). 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 171. 2 См. там же, стр. 182—192. 3 Там же, стр. 185. 192
ров — кажущееся противоречие между формой, в которой эти теоретики выражают интересы бюргеров, и самими этими интересами» 1. Этими же причинами объясняется и та, по выражению Маркса и Энгельса, уродливая форма, которую принял французский либерализм в Германии, в частности в философии Канта. Ни Кант, ни немецкие бюргеры, «приукрашивающим выразителем интересов которых он был, не замечали, что в основе этих теоретических мыслей буржуазии лежали материальные интересы и воля, обусловленная и определенная материальными производственными отношениями; поэтому Кант отделил это теоретическое выражение от выраженных в нем интересов, превратил материально мотивированные определения воли французской буржуазии в чистые самоопределения «свободной воли», воли в себе и для себя, человеческой воли, и сделал из нее таким образом чисто идеологические определения понятий и моральные постулаты»2. Политический либерализм оставался иллюзией даже тогда, когда распыленные местные интересы сплотились в «некоторую общность» и немецкие бюргеры дошли «до той приблизительно ступени, на которой французская буржуазия находилась в 1789 году». Идеологи формирующейся немецкой буржуазии не могли понять либерализм в связи с действительными классовыми интересами, «из которых он произошел и вместе с которыми он только и существует в действительности...»3. Анализ возникновения немецкого либерализма как типичного идеологического продукта позволяет понять, почему Маркс и Энгельс идеологию называли извращенным сознанием. Однако их анализ не сводился к доказательству того, что извращенное понимание истории есть идеология. Они показали, что подобное понимание обусловливалось господствовавшими в обществе отношениями и классовыми интересами, выступающими формой общественных отношений. Каковы экономические отношения, таковы и теории и взгляды. И это подтверждается, понятно, не одним приведенным примером возникновения немецкого либерализма, а характеристикой возникновения множества политических, нравственных и иных идей 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 183. 2 Там же, стр. 184. 3 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 185. 193 7 А. К. Уледов
И взглядов1. Можно сослаться, к примеру, и на объяснение ими взглядов немецкого «истинного социализма». «Истинные социалисты» были идеологами мелкой буржуазии и, выражая ее интересы, затушевывали противоречия между частными собственниками и пролетариями, лишенными всякой собственности. Свидетельством тому служит их теория «истинной собственности». Как показали Маркс и Энгельс, эта теория «рассматривает всю существовавшую до сих пор действительную частную собственность только как видимость, а абстрагированное от этой действительной собственности представление — как истину и действительность этой видимости; она, следовательно, насквозь идеологична. Она выражает лишь более ясно и определенно представления мелких буржуа, которые в своих филантропических стремлениях и благочестивых пожеланиях также имеют в виду уничтожение отсутствия собственности»2. Противоречивое положение мелких буржуа порождает такого рода иллюзии и заблуждения, распространенные и в общественной психологии, и в идеологии. В материальных отношениях любого общества, основанного на частной собственности, заложена реальная возможность появления иллюзорного сознания. Как показал Маркс в «Капитале», в условиях товарного производства, основу которого составляет частная собственность на средства производства, общественные отношения товаропроизводителей принимают форму отношений между вещами. Это овеществление производственных отношений, происходящее в силу того, что производственные связи между людьми осуществляются не непосредственно, а через обмен вещей, на рынке, через куплю-продажу товаров, и порождает такую иллюзию, как товарный фетишизм. У людей складываются представления, будто сами вещи, товары по природе своей обладают какими-то таинственными свойствами. Государство в эксплуататорском обществе, являясь продуктом проявления и непримиримости классовых противоречий, стремится обособиться от общества, встать над 1 Ф. Энгельс в 1893 г. в письме к Ф. Мерингу отмечал, что Маркс и он главный упор «делали и должны были делать, сначала на выведении политических, правовых и прочих идеологических представлений и обусловленных ими действий из экономических фактов, лежащих в их основе» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 39, стр. 82). 2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 473. 194
ним. Оно успевает в этом тем больше, чем полнее выражает интересы экономически господствующего класса. Видимость самостоятельности государства и надстройки в целом также создает возможность для возникновения иллюзий. Превращение возможности в действительность определяется господствующими общественными отношениями, обусловливающими такое разделение труда, когда выделяются специальные группы людей, занимающиеся духовным производством, поставленным на службу классовым интересам. Выясняя причины господства в Германии в 40-х годах прошлого века идеалистического понимания истории, или исторического метода, согласно которому мысли господствующего класса отделялись от последнего, а «главное, от отношений, порожденных данной ступенью способа производства», и превращались в определяющую силу истории, Маркс и Энгельс прямо указывали на его связь с деятельностью идеологов, на то, что «их практическое положение в жизни, их профессия и существующее разделение труда очень просто объясняют этот метод» К Таким образом, иллюзорный характер идеологии определяется реальными отношениями между людьми в обществе, основанном на частной собственности на средства производства, существующим в нем разделением труда. В таком обществе идеологическая деятельность приобретает специфические черты, которые яснее позволяют понять и характер продуктов этой деятельности. Напротив, в обществе, где отношения между людьми становятся подлинно человеческими, осуществляются непосредственно и выступают в ясной форме, исчезает основа для появления иллюзорного сознания. Существование идеологии определяется потребностью в защите интересов тех или иных социальных общностей людей. По своему характеру она может быть ложным или истинным сознанием, но не это придает ей качественную особенность. Такую особенность ей придает та служебная роль, которую она выполняет как самосознание общества, обосновывая и защищая интересы людей. Так, классовый интерес буржуазии на заре капитализма частично совпадал с интересами общества, а по мере развития капитализма пришел с ним в противоречие, в дальнейшем переросшее в конфликт. Буржуазия изжила себя как класс и 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 49. 195
превратилась в тормоз прогрессивного развития общества. Отсюда потребность у данного класса в идеологии, которая бы выдавала частный интерес буржуазии за интерес общества независимо от того, каково действительное отношение этих интересов. Интерес рабочего класса со времени возникновения этого класса становится общественным интересом, поскольку рабочие не мргут освободить себя от эксплуатации и угнетения, не освобождая при этом все угнетенные классы общества. Отсюда перед теоретиками этого класса встала задача разработки науки, раскрывающей законы развития общества, его движущие силы, условия преобразования мира. Маркс и Энгельс идеалистическому пониманию истории противопоставили материалистическое понимание, буржуазной идеологии — науку. Марксизм и явился такой наукой. Классики марксизма не называли свое учение идеологией. Однако это не означает, что созданное ими учение не связано с интересами рабочего класса, с его борьбой. Нет, оно органически связано с рабочим классом, его деятельностью, являясь его теоретическим оружием. Пролетариат не может освободить себя, не освобождая общество, но, чтобы освободить общество, он должен осознать свое место в обществе, свою всемирно-историческую роль, цели и задачи борьбы. Другими словами, интересы класса обусловливают потребность в идеологии. Марксизм дает такое самосознание пролетариату и выступает его идеологией К Марксизм, следовательно, выполняет и функции науки, и функции идеологии. В нем сочетаются черты науки и идеологии. Скажем, раскрывая законы общественного развития, он выступает как наука, а раскрывая ценности, принципы, нормы деятельности, поведения людей, он является идеологией. 1 Рабочий класс не может стихийно осознать свое место в обществе, непримиримую противоположность своих интересов всему буржуазному общественному строю, т. е. выработать свое классовое самосознание или идеологию. Такая идеология, отмечал В. И. Ленин, основывается на всем материале человеческого знания, разрабатывается теоретиками социализма и вносится в рабочее движение. «Это не значит, конечно, что рабочие не участвуют в этой выработке. Но они участвуют не в качестве рабочих, а в качестве теоретиков социализма...» (В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 6, стр. 39). 196
Марксизм, как и всякое другое учение, нужно рассматривать в развитии. Идеология рабочего класса могла вырасти только из науки, поэтому идеологам рабочего класса нужно было начинать с разработки общественной науки. По мере развертывания классовой борьбы рабочего класса, совершения пролетарских революций и выдвижения задач построения социалистического общества возрастала потребность в дальнейшей разработке марксизма как идеологии. Разработка вопросов стратегии и тактики классовой борьбы, организации партии и ее роли, взаимоотношения масс — классов — партий и многих других потребовала к себе большого внимания. Задача дальнейшей разработки марксизма как науки и как идеологии легла на плечи прежде всего В. И. Ленина. Он хорошо понимал двуединую функцию марксизма и призывал дальше развивать «пролетарскую идеологию — учение научного социализма, т. е. марксизм» К Резюмируя сказанное об идеологии как самосознании общества, следует отметить, что она выступает самосознанием прежде всего отдельных классов. Поэтому определение идеологии как классового самосознания справедливо для любого общества, где сохраняются классы. Определяя идеологию как самосознание общества, мы имеем в виду и то, что и общество как целое может обладать таким самосознанием. Правда, не всякое общество им обладает. Скажем, общество, где господствуют общественные силы над людьми, не обладает и самосознанием. Скачок из царства необходимости в царство свободы означает, что общество приобрело свое самосознание. Поэтому коммунизм является в истории тем сообществом людей, где самосознание не только не исчезает, а, напротив, достигает своего расцвета. 4 Наука как всеобщий духовный продукт общественного развития В определении Марксом науки как всеобщего духовного продукта общественного развития2 схвачена особенность становления науки как специфиче- 1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 269. 2 См. Архив К- Маркса и Ф. Энгельса, т. II (VII), стр. 99, 157. 197
ской сферы общественного сознания. В отличие от идеологии, вырастающей на базе экономических отношений и обслуживающей классовые интересы людей, основу развития науки составляет производство материальных благ. Исторически развитие ее определялось потребностями производительных сил общества, и в той мере, в какой росли эти потребности и производство обеспечивало необходимые условия для проведения научных исследований, развивалась и наука. Особенно потребности в науке возросли при капитализме, где «впервые,— говорил Маркс, — ставятся практические проблемы, которые могут быть разрешены только научно. Опыт и наблюдения — и потребности самого производственного процесса — теперь впервые достигли такого масштаба, который допускает и делает необходимым применение науки» !. Капитал, писал Маркс, «не создает науки, но эксплуатирует ее, присваивает ее в производственном процессе»2. Это означает, что наука возрастает не из производственных отношений, а является всеобщим продуктом общественного развития, хотя производственные отношения не безразличны к использованию и развитию ее. Основу общественного развития составляет производство, развитие последнего и «дает средства для теоретического покорения природы»3. Знания и опыт всегда были связаны непосредственно с самим трудом. При капитализме «происходит отделение науки, как науки, примененной к производству, от непосредственного труда...»4. Капиталистическое производство «в значительной степени впервые создает для наук материальные средства исследования, наблюдения, экспериментирования... Поэтому вместе с капиталистическим производством научный фактор впервые сознательно развивается, применяется и создается в таких масштабах, о которых предшествующие эпохи не имели никакого понятия»5. 1 Из рукописного наследства К. Маркса. — «Коммунист», 1958, № 7, стр. 22. 2 Там же. 3 Там же. 4 Там же. 6 Там же, стр. 23. 198
Специфика науки как всеобщего духовного продукта общественного развития проявляется главным образом в том, что она служит высшей формой познания и играет роль важнейшего фактора общественного прогресса. Как высшая форма познания, наука представляет собой систему теоретически обоснованных объективных знаний людей об окружающем мире. Эти знания являются продуктом такого отражения действительности, когда люди за единичными фактами и явлениями находят общее, за случайными — необходимое, когда они выявляют наиболее существенные связи и отношения, т. е. закономерности. Закон, закономерность выступает формой всеобщности действительности. Раскрытие этой всеобщности становится под силу только науке. Это объясняется тем, что сущность вещей не выступает непосредственно. «.. .Если бы форма проявления и сущность вещей непосредственно совпадали, то всякая наука была бы излишня...»1 Наука потому и представляет собой высшую форму знания, что она в отличие от житейских и донаучных знаний раскрывает сущность вещей. Наука отличается от низших форм знания рядом признаков, например системностью, т. е. сведением научных знаний в определенную систему теоретически обоснованных понятий 2. Познание объективных законов действительности — суть науки, а открытые ею законы составляют ее основное содержание. Открытие законов становится возможным лишь на основе сбора и изучения фактов, их обобщения, проверки выдвинутых положений и т. д. Отсюда и содержание науки отнюдь не сводится к формулируемым ею законам. В ее содержание включаются факты, данные наблюдений и экспериментов, представляющие собой реальную почву для выводов и заключений. Однако факты становятся элементом научных знаний лишь в том случае, когда выступают не в качестве «сырого материала», а в обобщенном виде. В содержание науки включаются и теории процессов, выводы из экспериментальных данных и открытых законов. Благодаря обоб- 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 25, ч. II, стр. 384. 2 Особенности научного знания довольно подробно освещены в работах «Проблемы логики научного познания». М., 1964; «Логическая структура научного знания». М., 1965; «Некоторые проблемы методологии научного исследования». М., 1965. 199
щению данных в теориях, где они получают определенное истолкование и служат основой для более широких выводов, наука принимает логически стройную систему знаний о предмете своего исследования. Понятно, что далеко не все, что включает наука в свое содержание, выступает достоверным знанием. В ее содержание включаются и научные предположения, проверка которых должна еще подтвердить их достоверность. Кроме названных элементов наука включает в свое содержание частные методы исследования фактов и специфические категории, которые необходимы наукам при исследовании и систематизации материала К Перечисленные элементы науки еще не исчерпывают всего ее содержания. Исследователи науки как общественного явления, как правило, не включают в ее содержание такой важный, на наш взгляд, элемент, как методология. Они признают ее значение для науки, но считают, что раз методологическую роль играют философские принципы, то последние относятся к философии, а не к науке. Такой подход обусловливается определенным пониманием взаимосвязи духовных образований, согласно которому идеи, взгляды, представления лишь оказывают влияние друг на друга, но не переходят из одной сферы сознания в другую, не взаимопроникают. Нам же представляется, что наука не просто пользуется теми или иными философскими принципами, а включает их в ткань своего содержания и делает своими элементами2. Подробнее на этом остановимся ниже, при рассмотрении вопроса о взаимодействии сфер сознания. Содержание науки позволяет подметить и такую ее особенность, как способность предвидения будущих из- 1 См. П. А. Рачков. Наука и общественный прогресс. М., 1963, стр. 17—18. 2 О процессе проникновения философии в ткань науки свидетельствует отпочкование от философии таких наук, как этика, эстетика, государственно-правовая наука. Этот процесс совершается постоянно. Отношение научной философии к конкретным наукам принципиально иное, чем отношение старой философии. Суть его в том, что не только философия обогащается за счет обобщения достижений конкретных наук, но и конкретные науки в свою очередь обогащаются философскими обобщениями. Скажем, решение философских проблем естествознания становится достоянием и естествознания и философии. 200
менений в природе и обществе. Предвидение становится возможным благодаря тому, что наука открывает законы, тенденции развития в природе и обществе. Отмеченные особенности и позволяют говорить о науке как высшей форме познания действительности. «Наука есть система объективно-истинных, проверенных практикой знаний людей о природе, обществе и мышлении, получающих свое выражение в форме понятий, определений, формул и главным образом законов, знаний, постоянно развивающихся на основе употребления научных гипотез и других форм мышления» К Наука имеет дело с истинными знаниями. Стремление познать истину, поиски ее характеризуют специфику науки, позволяют отличать ее от других сфер сознания. Так, в идеологии критерием ценности ее положений выступает защита классовых интересов, хотя она не безразлична и к истине. Идеологи, разрабатывая те или иные теории и доктрины в соответствии с интересами своих классов, могут сознательно стремиться к истине или же, напротив, так же сознательно извращать ее. Здесь все зависит от интересов. Известное изречение гласит, что «если бы геометрические аксиомы задевали интересы людей, то они наверное опровергались бы»2. Используя это изречение английского философа Гоббса, В. И. Ленин подчеркивал специфику идеологии. В отличие от идеологии критерием ценности положений науки выступает уже не защита классовых интересов, а истина, обусловливаемая в конечном счете потребностями развития производительных сил. Поэтому-то и можно говорить о науке как о всеобщем духовном продукте общественного развития. Специфика науки состоит и в том, что она является важнейшим фактором общественного прогресса3. Известно, что общественный прогресс имеет место там, где возрастает степень господства людей над силами природы и над своими общественными отношениями. Показателем степени господства над силами природы служит уровень развития производства, производительных сил, а развитие последних в значительной мере зависит от состояния науки, от применения ее в процессе производ- 1 «Формы общественного сознания», стр. 326. 2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 17, стр. 17. 3 См. Дж. Бернал. Наука в истории общества. М., 1956. 201
ства. Как свидетельствует история развития производства за последние сто лет, естественные науки раскрывали путь прогресса производительных сил. В современном обществе наука все больше и больше превращается в непосредственную производительную силу общества. Вопрос о превращении науки в непосредственную производительную силу является предметом широкого обсуждения в социологической и экономической литературе, и обсуждение его позволяет глубже понять социальную функцию науки, а тем самым и ее особенность как специфической сферы общественного сознания. Превращение науки в непосредственную производительную силу обычно понимается как овеществление ее достигнутых результатов в орудиях труда, умениях и навыках производителей1. Однако такое понимание представляется нам недостаточным, поскольку оно берет лишь конечный результат влияния науки на производительные силы и не раскрывает еще соотношение науки и производительных сил в самом процессе производства. Выходит, что наука может оказывать влияние на развитие производительных сил, выступая по отношению к ним внешней силой, а сами производительные силы рассматриваются лишь как совокупность средств производства и людей. Если производительные силы рассматривать не просто как совокупность названных элементов, а как активное отношение людей к природе, как целесообразную деятельность последних, вооруженных средствами труда, то такое отношение позволяет включить в производительные силы помимо материального содержания и духовные потенции людей, духовный фактор, каким выступает на определенном этапе развития производства наука. Последняя как духовный фактор включается в производительные силы в качестве их составного элемента2. Вхождение науки в состав производительных сил и означает превращение ее в непосредственную производительную силу. 1 См. М. М. Карпов. Основные закономерности развития естествознания. Ростов-на-Дону, 1963; Г. А. Тарасов. Наука и производство. Мм 1964. 2 См. И. А. Майзель. Коммунизм и превращение науки в непосредственную производительную силу. М., 1963; А. М. Телунц. Условия и особенности развития науки в социалистическом обществе. Ереван, 1963. 202
Ряд исследователей науки идут еще дальше в решении этого вопроса. Они считают, что о превращении науки в непосредственную производительную силу можно говорить лишь тогда, когда она выступает в качестве не духовного, а уже материального элемента производительных сил. Наука есть вид как духовной, так и материальной деятельности; в качестве последней она и становится элементом производительных сил К Все названные точки зрения по вопросу о понимании науки как непосредственной производительной силы свидетельствуют о признании огромной роли науки в производстве, хотя понимание того, как выполняет наука свою роль, различно, различно и понимание самой науки. Когда наука рассматривается в качестве внешнего фактора по отношению к производительным силам, то, как бы ни убеждали сторонники той точки зрения, что наука в этом случае играет роль непосредственной производительной силы, их доводы малоубедительны. Вместе с тем и утверждение о превращении науки в материальный элемент производительных сил, с нашей точки зрения, настолько абсолютизирует относительность различий между духовными и материальными явлениями, что сводит их на нет и тем самым превращает науку из духовного фактора в материальный элемент производительных сил. В действительности же различия между ними сохраняются и реализация научных рекомендаций в продуктах материального производства, осуществляемая в научно-исследовательских институтах, в лабораториях, на экспериментальных заводах, опытных полях и т. д., не делает эти продукты продуктами науки, а научная деятельность не становится видом материальной деятельности, хотя той и другой деятельностью могут заниматься и ученые. Вопрос о превращении науки в непосредственнуюпро- изводительную силу был поставлен и в принципе решен Марксом. «Если производственный процесс становится сферой применения науки, — писал он, — то и, наоборот, наука становится фактором, так сказать, функцией производственного процесса. Всякое открытие становится 1 См. В. Я. Ель нее в, М. Я. Корнеев. Возрастание роли науки в строительстве коммунизма. Л., 1962; И. Г Кураков. Наука и техника п период развернутого строительства коммунизма. М., 1963. 203
основой нового изобретения или нового усовершенствования методов производства» ]. Характеризуя производственный процесс как сферу применения науки, поприще практического применения сил, Маркс отмечал, что он является в этом смысле «экспериментальной наукой, материально-творческой и предметно-воплощающейся наукой»2. Речь, следовательно, идет о таком взаимодействии науки и производственного процесса, в котором стороны как бы взаимопроникают. При этом, однако, эти стороны не теряют своей специфики. Наука как функция производственного процесса выступает в форме знания, а не материальной деятельности, производственный же процесс как «предметно-воплощающаяся наука» выступает в форме материальной деятельности. Трудности понимания соотношения духовного и материального в реальных процессах приводят к ошибкам и в толковании других духовных явлений, например общественного мнения. Иногда в это понятие включают не только суждения, выражающие определенное отношение людей к фактам, событиям, поступкам и т. д., но и практические действия, реализующие мнение, снимая тем самым всякое различие между суждениями людей и их деятельностью, реальными отношениями3. В основе таких представлений лежит, на наш взгляд, неправильное понимание соотношения духовного и материального, а именно того, что соотносящиеся стороны в нем неравноправны. Определяющей из них является материальная сторона; отсюда следует, что духовное (наука, общественное мнение и т. д.) может выступать и действительно выступает моментом материальных явлений, объективных процессов, общественной деятельности и отношений между людьми (материальных и надстроечных), а последние не могут выступать моментом духовного. Духовное, реализуясь, воплощаясь в деятельности, в отношениях, перестает быть духовным, становится элементом общественной практики, реального процесса жизни людей и тем самым играет огромную роль в обществе. 1 Из рукописного наследства К. Маркса. — «Коммунист», 1958, № 7, стр. 22. 2 Из неопубликованных рукописен К. Маркса. — «Большевик», 1939, № 11—12, стр. 65. 3 См. М. Я. Ковальзон. Мировоззрение и мораль, стр. 29. 204
Общественная роль науки удачж) выражена в известной фразе: «Знать, чтобы предвидеть, предвидеть, чтобы действовать». Превращение науки в непосредственную производительную силу позволяет говорить о том, что наука активно действует. Однако в этом случае речь идет главным образом об естественных науках, хотя важным фактором общественного прогресса выступают и общественные науки. Общественный прогресс наряду с возрастанием степени господства людей над силами природы, т. е. развитием производства, включает в свое содержание и уровень социальной свободы людей, отношение к средствам производства, степень участия людей в решении вопросов общественной жизни и ряд других моментов, характеризующих положение человека в производстве и в обществе в целом. Возрастание господства людей над силами природы в истории классового общества всегда было связано с борьбой народных масс против социального гнета, против порабощения людей стихийными социальными силами. Прогресс человечества предполагает достижение свободы общества и личности. Достижение такой свободы возможно лишь на пути преобразования всех общественных отношений на социалистических началах, а преобразование их требует сознательной деятельности людей на основе познанных законов развития общества. Отсюда возникает потребность в социальных науках. В условиях развитого социалистического общества роль социальных наук в принципе можно рассматривать в том же плане, как и роль естественных наук. Если естественные науки превращаются в непосредственную производительную силу, то общественные науки выступают в качестве экономических, политических, нравственных и иных социальных сил. Без них невозможно управление производством, государством и другими сторонами жизни социалистического общества. Например, экономическая наука решает проблемы наиболее эффективного размещения и использования производительных сил, взаимоотношения людей и техники, рациональной организации труда и многие другие. Перед государственно-правовой наукой стоят задачи обоснования правильного регулирования хозяйственной деятельности предприятий и организаций с помощью норм права, обеспечения социалистической законности и правопорядка, 205
научной организации деятельности государственного аппарата. В условиях социализма возникает потребность в социальном планировании, начиная от производственного коллектива и кончая обществом в целом. Такое планирование возможно лишь на основе широкого развертывания научных исследований. Так, в пределах отдельного производственного коллектива социальное планирование охватывает вопросы управления, организации быта, отдыха, образования, воспитания. Осуществление его предполагает научное исследование многосторонней жизни коллектива, существующих в нем отношений, в том числе между администрацией и коллективом, личностью и коллективом, выяснение уровня группового сознания, степень общественной активности членов коллектива и других вопросов. Наука тем самым становится средством организации экономической, политической, социальной и духовной жизни людей. Роль науки в обществе тем значительнее, чем полнее она проникает в массовое сознание, становится достоянием самих трудящихся. Капитализм отделил науку от непосредственного труда, знания — от самих производителей. Социализм, напротив, воссоединяет науку 'с трудящимися, вносит ее в повседневную многостороннюю жизнь и быт людей и тем самым создает безграничные возможности для ускорения общественного прогресса. 5 Взаимопроникновение и взаимодополнение сфер общественного сознания Выделение специфических сфер общественного сознания исторически обусловлено выделением «духовного производства» в особую отрасль деятельности, а в конечном счете общественными потребностями. Различия между сферами сознания определяются главным образом их основными функциями, которые они выполняют в общественной жизни. На основе выполняемых ими основных функций становится возможным выделение некоторых критериев, позволяющих относить те или иные духовные образования к науке, к идеологии или к общественной психологии. Для науки характерно стремление к объективному знанию. Для идеологии спе- 206
цифично соответствие выражаемых ею взглядов, теорий, учений интересам социальных общностей. Общественную психологию отличает эмоционально-волевая направленность, действенность. Все три сферы общественного сознания тесно связаны друг с другом. Связь между ними реально проявляется не только во взаимном влиянии, но и во взаимопроникновении и взаимодополнении в процессе осуществления присущих им функций. Взаимопроникновение проявляется в том, что элементы одной сферы сознания становятся элементами другой. Так, идеология прогрессивных классов всегда стремится опереться на науку, перенимая ее методы исследования, достигнутые результаты и т. д. Общественная психология впитывает в себя идеологию и делает ее своим содержанием. Дополнение сфер сознания находит свое выражение в том, что каждая из них выполняет кроме основных функций, придающих им специфику, те или иные функции других сфер. Скажем, идеология выполняет и познавательную функцию, а наука в свою очередь функцию идеологическую, хотя познавательная функция не выражает специфику идеологии как особой сферы сознания, так же как и идеологическая функция не выражает специфику науки. Общий принцип взаимодействия идеологии и общественной психологии состоит, с одной стороны, в том, что идеология вносится в умы широких масс и в качестве убеждения становится элементом их реального сознания, а с другой — общественная психология, впитывающая идеологию и обобщающая многосторонний опыт народных масс, своим содержанием воздействует на развитие самосознания общества. Этот принцип схватывает самую общую особенность взаимосвязи данных сфер сознания и не отражает специфических черт связи идеологии и общественной психологии того или иного конкретного общества и его классов. Для научного же познания представляют интерес как общие, так и специфические черты их взаимосвязи. В научной литературе наиболее обстоятельно выяснена связь между марксистской идеологией и общественной психологией рабочего класса. Пролетарская идеология вырастает из науки, и затем она вносится в рабочее движение. Вместе с тем общественная психология составляет благоприятную почву для усвоения выработанной идеологии. Рабочий класс, по словам В. И. Ленина, 207
стихийно влечется к идеологии, отвечающей его потребностям и интересам. Социал-демократия встречает в рядах рабочего класса инстинктивное влечение к социализму, которое побуждает его идеологов к научному формированию классового мировоззрения К В. И. Ленин высоко ценил собственный опыт масс, на основе которого возникают у людей определенные взгляды, суждения, настроения. Он считал необходимым теоретически обобщать и выражать опыт и сознание народа. Хорошо известны его слова, сказанные на XI съезде партии: «В народной массе мы все же капля в море, и мы можем управлять только тогда, когда правильно выражаем то, что народ сознает»2. Вопрос о взаимоотношении идеологии и психологии тесно связан с политическим вопросом о взаимоотношениях между массами и партиями и потому как в прошлом, так и сейчас выступает предметом идеологической борьбы в рабочем движении. Такая борьба велась, например, в русской социал-демократии в начале XX в. Г. В. Плеханов, поднимавший в своих трудах вопросы общественной психологии, не понял диалектики обратного воздействия идеологии на классовую психологию. Подвергая критике взгляды Г. В. Плеханова и вытекающие из них выводы для деятельности партии, в частности недооценку идеологической работы партии в массах, В. И. Ленин показал, что идеология, конечно, должна соответствовать психологии класса, опираться на нее, но вырастает она не из стихийного рабочего движения, а из науки. Отсюда важнейшей задачей марксистской партии является превращение стихийного движения в движение сознательное. Решать такую задачу партия может лишь путем внесения марксистской идеологии в сознание широких масс. Деятельность партии по внесению в сознание народных масс научной идеологии на всех этапах ее истории выступает неотъемлемой стороной ее жизни. Такая деятельность необходима и при переходе общества от социализма к коммунизму. Это связано с тем, что идеология выражает интересы, цели, идеалы людей. Поэтому перед обществом стоит задача внесения ее в сознание широких масс, задача коммунистического воспитания. 1 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. И, стр. 386. 2 В. //. Ленин. Поли. собр. соч., т. 45, стр. 112, 208
Взаимоотношение марксистской идеологии и общественной психологии трудящихся не исчерпывает, понятно, всех возможных связей между идеологией и психологией как сферами общественного сознания. Как мы отмечали, в зависимости от общества, от природы самих классов взаимоотношение между ними приобретает специфический характер. История знает немало примеров, когда идеологические взгляды класса вырастают из его психологии, являясь своеобразной ее «кристаллизацией». Примером тому может служить толстовство. Идеологические взгляды Л. Н. Толстого, по характеристике В. И. Ленина, отражали противоречивость крестьянской психологии в пору бурного наступления капитализма в России. Эта противоречивость выражалась в сочетании страстного протеста против гнета полицейско-самодер- жавного государства с политической незрелостью и религиозной мечтательностью. Отражением или, точнее, выражением такой психологии и была идеология великого русского писателя. «Толстой велик, — писал Ленин, — как выразитель тех идей и тех настроений, которые сложились у миллионов русского крестьянства ко времени наступления буржуазной революции в России» К Специфическую черту психологии русского крестьянства в тот период составляли пессимизм, безысходность. Крестьянство видело, что старый строй рушится, но не осознавало, каков же тот новый строй, который приходит на смену старому, хотя и ощущало на себе связанные с его становлением бедствия и страдания. Толстой вместе с крестьянами переживал их страдания, их глазами смотрел на мир и, как и они, не находил правильных путей выхода. В его сознании крестьянская психология выливалась в идею непротивления злу насилием, в положения о моральном самоусовершенствовании, о предопределенности судьбы. Примером сходного взаимоотношения идеологии и социальной психологии может служить формирование идеологии, проповедуемой группой Мао Цзэ-дуна. Формирование такой идеологии представляет собой своеобразную кристаллизацию мелкобуржуазной психологии. Характерной чертой мелкобуржуазной психологии является двойственность, противоречивость, непоследо- В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 17, стр. 210. 209
вательность людей в своих воззрениях и действиях, шараханье из одной крайности в другую. Если мы обратимся к теоретическим суждениям этой группы руководителей, как и к проводимой ими политике, то можем убедиться, что для них характерна именно такая психология. Мелкобуржуазная нетерпимость, отказ от учета объективных условий, субъективизм в полной мере проявились в политике «большого скачка» и «народных коммун». В теории это нашло свое выражение в утверждении о том, что определяющая роль в строительстве социализма будто бы принадлежит не объективным факторам, а факторам субъективным. Одной из характерных черт мелкобуржуазной психологии является также национальный эгоизм, национальная ограниченность. Эта черта взяла верх в политике и идеологии нынешнего китайского руководства. Доказательством тому служат многочисленные факты, в особенности заявление Мао Цзэ-дуна в беседе с японскими социалистами о притязаниях Китая на территорию Монгольской Народной Республики и советский Дальний Восток, а также те лозунги, под которыми осуществляется так называемая пролетарская культурная революция в Китае. Теоретическое обоснование проводимой группой Мао Цзэ-дуна политики, как и сама политика, позволяет видеть, как в идеологии находят свое выражение черты мелкобуржуазной психологии. Больше того, под влиянием мелкобуржуазной психологии меняется содержание идеологии, о чем свидетельствует фактический отказ группы Мао Цзэ-дуна от коренных положений марксизма и переход на националистические позиции. Возникновение маоцзэдунизма, как и идеологии толстовства, является примером своеобразной кристаллизации общественной психологии. Примеры такого рода не единичны в истории, ибо все типы досоциалистической идеологии имеют много общего в своем возникновении. Это общее проявляется, в частности, в том, что взаимодействие идеологии и общественной психологии осуществляется обособленно от науки, что не может не сказываться на содержании как самосознания, так и массового сознания классов. Социализм вызывает к жизни новый вид взаимодействия, сторонами которого выступают все сферы сознания: общественная психология, 2W
идеология и наука. Основу взаимодействия составляет реальная практическая деятельность людей, в том числе и духовно-практическая деятельность, направленная на формирование сознания людей. В процессе становления социалистического общества происходит изменение сознания всех классов и социальных групп. Особенно больших усилий требует изменение сознания крестьянства. Утверждение новой психологии совершается на базе социалистических преобразований в промышленности и в сельском хозяйстве. Огромное влияние на изменение психологии трудящихся оказывают и политические преобразования в стране. В самом деле, на протяжении столетий в сознание трудящихся масс внедрялось убеждение, что управлять государством могут только имущие классы, привилегированное меньшинство общества. В условиях советского строя трудящиеся на собственном опыте убедились, что они сами могут управлять всеми делами государства. Наряду с экономическими и политическими преобразованиями в стране совершалась и культурная революция. С ликвидацией неграмотности массы приобщались к культуре, овладевали научными знаниями. Проводившаяся на этой экономической, политической и культурной основе идеологическая деятельность партии и государства формировала новую общественную психологию. В процессе этой деятельности идеология оказывала огромное воздействие на массовое сознание. Но это воздействие трудно отделить от влияния других факторов, и не только экономических и политических, но и духовных, в частности науки. Массовое сознание, включившее в свое содержание научные представления, приобрело новое качественное состояние. На это следует обратить внимание потому, что воздействие науки на общественную психологию не получило в нашей литературе должной оценки. В работах, рассматривающих вопросы взаимодействия различных сфер общественного сознания, подмечено немало важных моментов. И все же наметившийся подход к выяснению такого взаимодействия страдает некоторой односторонностью. Она выражается главным образом в упрощенном представлении самого взаимодействия между идеологией и психологией, вытекающем из понимания их как высшего и низшего уровней отражения действительности. Так, В. Н. Колбановский пи- 211
тет: «Идеология является... более высоким уровнем отражения и потому оказывает огромное регулирующее влияние на общественную (и индивидуальную) психологию, приводя к существенной ее перестройке... Общественная психология, непосредственно отражающая глубокие сдвиги в экономике и в социальных взаимоотношениях людей, служит предметом анализа и обобщений для идеологии» К Как видно, здесь во взаимодействии идеологии отводится роль активного начала, а общественной психологии — пассивного предмета «анализа и обобщений». В таком же плане рассматривает взаимодействие идеологии и общественной психологии В. Н. Алексеев. «Влияние общественной психологии на идеологию, — пишет он, — главным образом заключается в том, что преобладающие в данном классе и имеющие более или менее устойчивый характер социальные чувства и настроения придают идеологическим формам соответствующую эмоциональную окраску... Иначе говоря, общественная психология оказывает влияние преимущественно на форму выражения идеологии»2. Здесь взаимодействие идеологии и общественной психологии сводится к взаимодействию содержательной и эмоциональной сторон общественного сознания. Последняя придает содержательной стороне лишь форму выражения. Здесь взаимодействующие стороны опять же не равноправны, поскольку не учитывается влияние общественной психологии на идеологию своим содержанием. Больше того, неравноправность положения данных сфер сознания возводится в закономерность подчинения общественной психологии идеологии3. На этом следует остановиться более подробно, ибо вопрос касается самой сути взаимодействия сфер общественного сознания. В классовом обществе психология масс формируется под воздействием идеологии, и удельный вес последней в общественном сознании всегда был велик. Если брать социалистическое общество, то и здесь воздействие 1 В. Н. Колбановский. Некоторые актуальные проблемы общественной психологии. — «Вопросы философии», 1963, № 12, стр. 22. 2 В. Н. Алексеев. Взаимодействие идеологии и общественной психологии. — «Проблемы общественной психологии», стр. 268, 269. 8 См. А. И. Горячева. О взаимоотношении идеологии и общественной психологии. — «Вопросы философии», 1963, № 11, стр. 64. 212
идеологии на общественную психологию на всех этапах строительства социализма было огромным. Идеология, как и наука, оказывает «преобразующее воздействие» на общественную психологию. Причем воздействие науки возрастает, что связано с общим повышением роли последней в жизни общества. Однако надо иметь в виду, что и общественная психология, аккумулирующая практический опыт масс по строительству социализма и коммунизма, впитывающая в себя научные представления и включающая в свое содержание коммунистическую убежденность народных масс, оказывает все возрастающее влияние на идеологию. Поэтому вопрос о взаимодействии идеологии и общественной психологии не может быть сведен к вопросу о подчинении одной из этих сфер другой сфере. Вопрос о подчинении одной из сфер сознания другой сфере может возникнуть лишь тогда, когда общественная психология понимается как нечто стихийное и неорганизованное, когда утверждается, что инстинктивность и неосознанность настроений и действий составляют характерную черту общественной психологии. Понятно, что такую сферу сознания, которую даже трудно назвать сознанием, идеология призвана организовывать и систематизировать. Напротив, если принимать общественную психологию и идеологию такими, какими они существуют в действительности в условиях социалистического общества, то роль идеологии должна сводиться не столько к организации наличного содержания массового сознания, сколько к превращению своего собственного содержания в убеждения народных масс. Сила идеологии состоит не в том, что она есть определенное теоретическое знание. Хотя знание важнейших положений идеологии, ее принципов может быть распространено широко, но идеология выполняет свои функции лишь тогда, когда ее принципы и идеи становятся убеждениями широких масс, их социальными установками, ценностями, короче, тогда, когда идеология по сути дела начинает определять содержание общественной психологии. Следовательно, взаимодействие общественной психологии и идеологии значительно сложнее, чем оно может казаться на первый взгляд. Упрощенное их решение вытекает из одностороннего подхода к рассмотрению самих анализируемых явлений — общественной психологии и идеологии. Оно лишний раз показывает, что гносеологи- 213
ческий анализ важно дополнять социологическим анализом. И в этом случае взаимодействие самосознания общества и массового сознания не будет сводиться к взаимодействию двух уровней отражения действительности. Несомненно, что общественная психология служит своеобразной почвой, на которой развивается идеология, что последняя придает элементам общественной психологии более осознанный характер. Вместе с тем важно учитывать, во-первых, то, что взаимодействие идеологии и общественной психологии осуществляется на определенной экономической, политической и культурной основе и что сами общественные отношения, взаимодействуя между собой, определяют и взаимодействие духовных образований; во-вторых, то, что за взаимодействием идеологии и общественной психологии всегда стоит духовно-практическая деятельность людей, направленная на производство идей и взглядов, внесение их в сознание широких масс и формирование общественной психологии. Отсюда следует, что мы и здесь имеем не просто влияние одних идей и взглядов на другие идеи и взгляды, а целенаправленное внедрение одного сознания и вытеснение другого; в-третьих, важно учитывать также и то, что взаимодействующие между собой идеология и психология испытывают влияние науки, а последняя находится под воздействием первых. Все три сферы сознания взаимодействуют с общественным бытием и между собой. Взаимодополнение в процессе осуществления каждой из сфер сознания общественных функций составляет существенную черту их взаимодействия. Сформулированные выше принципы взаимодействия сфер сознания распространяются и на взаимодействие идеологии и науки. Это можно иллюстрировать на примере взаимосвязи философии и естественнонаучных и социальных знаний. Философия по отношению к естественным и общественным наукам является общей методологией. В силу особенностей научного исследования каждый ученый, в какой бы области знаний он ни специализировался, сталкивается с философскими вопросами, вынужден занимать ту или иную философскую позицию. Изучая материальные процессы, ученый стихийно проникается материалистическими идеями. Наука, по словам В. И. Ленина, стихийно рождает материализм, является материалистической по своей природе. Однако то, что наука стихийно 214
рождает материализм, не означает, что ученый в современном мире непременно удержится на позициях естс- ственноисторического, т. е. стихийного, материализма и не попадет под влияние антинаучного мировоззрения. Сложность и противоречивость самого процесса познания нередко приводят к кризису в тех или иных областях научного знания. Естественноисторический материализм не может указать реальных путей выхода из кризиса, наглядным примером чего может служить кризис в физике в конце XIX и начале XX в. В работе «Материализм и эмпириокритицизм» В. И. Ленин показал, что естественноисторический материализм оказался не в состоянии объяснить кризис и преодолеть возникшие трудности познания, что реальную помощь ученым может оказать лишь диалектический материализм. И действительно, только с позиций последнего были раскрыты пути выхода из кризиса, объективно истолкованы великие открытия, знаменующие собой революцию в естествознании на рубеже XIX и XX вв. Следует учитывать и сознательное внедрение идеологами буржуазии идеалистического мировоззрения в науку. Буржуазные философы-идеалисты спекулируют на трудностях научного познания, истолковывают их с позиций идеалистического мировоззрения и навязывают последнее ученым. Работникам науки, разделяющим естественноисторические воззрения, трудно в условиях буржуазного общества противостоять напору идеалистической философии. Отсюда неизбежные противоречия в их философских суждениях, отражающиеся на научной деятельности и на понимании общественных функций науки, ответственности ученого в современном мире. На помощь ученым в этих случаях приходит материалистическая философия. Как показывает история науки, естествознание всегда было связано с материалистической философией. Методологическая роль философии по отношению к конкретным наукам проявляется в ряде моментов. Философия, во-первых, разрабатывает общетеоретические предпосылки познавательной деятельности людей. Каков мир по своей природе? Способно ли человечество познать окружающий мир? Каковы возможности и средства такого познания? Что такое истина и каковы ее критерии? Теоретически обоснованное решение подобного рода вопросов и составляет общие предпосылки познавательной деятельности люден, 215
Во-вторых, материалистическая философия изучает наиболее общие законы развития природы, общества и мышления. Раскрывая наиболее общие связи и отношения действительности, философия на основе их знания формулирует определенные принципы подхода к познанию— субъективную диалектику. Она обосновывает, например, такие принципы, как требование конкретного анализа явлений, рассмотрение их в процессе возникновения, изменения и развития, во взаимосвязи, требует практической проверки теоретических выводов и т. д. Ученый, исследуя реальные явления действительности, может воспользоваться философскими принципами. Конечно, знание философских принципов еще не гарантирует успех исследования. Исследование есть творческий процесс, в котором философские знания могут принести пользу ученому лишь тогда, когда они становятся его убеждениями, когда они проникают в ткань специальных знаний изучаемой области. Если такого органического слияния между философскими принципами и специальными знаниями не происходит, то ученый может хорошо знать те или иные мировоззренческие положения, но поступать в своем исследовании вопреки им. Напротив, философские убеждения заставляют ученого следовать им и позволяют ему занимать правильные позиции в условиях постоянной ломки старых научных представлений и утверждения новых. В-третьих, философия разрабатывает мировоззренческие проблемы конкретных наук. В современных условиях наука все больше и больше проникает в неисследованные области действительности. В связи с этим возникает потребнос1ъ в решении множества философских вопросов в новых областях научного знания, например в кибернетике, семиотике и др. Ответить на такие вопросы можно лишь при общих усилиях философов и специалистов конкретных наук, а полученные результаты должны стать достоянием взаимодействующих наук, а не только философии. На это следует обращать внимание потому, что естествоиспытатели и обществоведы пока еще робко берутся за разработку философских проблем своих конкретных наук, придерживаясь старой традиции, что такие проблемы являются компетенцией философии. Решение философских вопросов конкретных наук составляет ту сторону содержания последних, которая со 216
Всей определенностью свидетельствует о проникновении философии в ткань конкретно-научного знания. Таким образом, философия оказывает влияние на науку не только тем, что разрабатывает общетеоретические предпосылки познания действительности, а главным образом тем, что она, будучи общим методом познания, усваивается конкретными науками, а также тем, что разрабатывает совместно с ними жизненно важные для них философские проблемы. Наука в свою очередь также воздействует на философию. Признание такого воздействия прочно вошло в сознание ученых мира. Признание это произошло под влиянием как истории науки, так и истории философии, свидетельствующей о том, что материалистическая философия опирается на развитие науки как ту основу, которая позволяет разрабатывать мировоззренческую проблематику. По известному замечанию Энгельса, с каждым великим открытием в естествознании материализм должен был принимать новую форму. Это означает, что при сохранении общих представлений о материальности мира, о характере его развития, постоянно углубляется понимание законов и категорий, выражающих существенные связи и отношения действительности, уточняются известные и обосновываются новые принципы подхода к познанию и т. д. В ряде случаев категории специальных наук становятся всеобщими, как, например, «информация», «система», «функция», и включаются в содержание философского знания. Не только, следовательно, философия проникает в конкретно-научное знание, но и конкретно-научное знание, поднимаясь до мировоззренческих обобщений, проникает в содержание философии. Взаимопроникновение и взаимодополнение сфер сознания, как отмечалось, осуществляется через духовно- практическую деятельность людей. Научная, идеологическая и массово-политическая деятельность, вся система обучения, образования и воспитания данного общества имеют своей целью обеспечение взаимодействия между сферами общественного сознания. Многоплановый подход к рассмотрению общественного сознания позволяет, как это можно было видеть, выделить в нем в качестве основных структурных образований виды и сферы сознания. Однако виды и сферы сознания всегда выступают структурными образованиями 217
сознания определенного общества, а последнее неизбежно накладывает отпечаток и на содержание, и на взаимоотношение данных образований. Больше того, сами сознания определенных обществ выступают как специфические типы и образуют структуру общественного сознания в его историческом развитии. Поэтому анализ структуры сознания нуждается в дальнейшей конкретизации и выделении в ней типов общественного сознания.
глава iv Типы о бгцест венного сознания 1 Конкретно-исторический подход и типы общественного сознания Выше мы говорили уже в общем плане о значении конкретно-исторического подхода к исследованию общественного сознания. Необходимость такого подхода обусловливается прежде всего потребностью изучения специфических закономерностей общественного сознания в целях практического их применения. В условиях социализма знание специфических закономерностей сознания имеет исключительное значение, поскольку потребность в сознательном направлении развития духовной жизни общества здесь не меньше, чем потребность в направлении развития экономической, социальной и других сторон общественной жизни. Конкретно-исторический подход при изучении специфических закономерностей общественного сознания позволяет переводить общие понятия, выработанные марксистской философией (общественное сознание, идеология, общественная психология, вид сознания и др.)» на язык конкретных социальных фактов и фактов сознания, составляющих содержание философских категорий. А такой перевод совершенно необходим для осуществления эмпирических исследований явлений сознания, ибо в эмпирическом исследовании приходится иметь дело с конкретными проявлениями сознания, к которым непосредственно нельзя приложить понятия, выработанные философией1. Социологические понятия являются слишком широкими, с ними трудно оперировать в эмпирическом исследовании. Конкретно-исторический подход по- 1 В. А. Ядов, обосновывая важность разработки операционных определений для осуществления эмпирических исследований, пишет, что «операционные определения общественного сознания и его структурных элементов составляют первое условие конкретного социологического исследования специфических закономерностей развития общественного сознания» (В. А. Ядов. Некоторые методологические предпосылки эмпирического исследования социальной обусловленности общественного сознания. — «Человек и общество», стр. 69). 219
зволяет доводить их до такого уровня, на котором становится возможной разработка программ эмпирического исследования и их осуществление, т. е. до операционных определений К Операционное определение общественного сознания и его структурных элементов очень важно при изучении специфических закономерностей развития данного явления. Но это все же формальная сторона, т. е. лишь условие самого исследования. Важно иметь в виду и существенную сторону, а именно раскрытие специфических закономерностей развития духовной стороны общества через изучение массового сознания. По существующим в обществе идеям и системам взглядов нельзя еще составить представление об общественном сознании и тенденциях его развития, не обращаясь к реальному сознанию масс. На это и ориентирует конкретно-исторический подход в исследовании духовной жизни общества. Использование конкретно-исторического подхода в исследовании обусловливается решением и более частных, но также весьма важных вопросов. Одним из них в социалистическом обществе является выяснение причин живучести пережитков прошлого в сознании людей и путей их преодоления. В современных условиях стало очевидным, что для решения этого вопроса необходимо выяснить, что представляет собой сознание старого общества, на смену которому приходит социализм, каковы были социальные установки масс, их привычки, обычаи и традиции, весь их психический уклад. Необходимо учитывать при этом и ныне существующий старый мир, к воздействию которого на сознание людей нового мира вполне применима известная пословица «мертвые хватают живых». Важно, далее, проанализировать всю совокупность отношений социалистического общества под углом зрения того, какие из них порождают новые идеи и взгляды, а какие, напротив, способствуют сохранению старых, а также исследовать эффективность духовно- 1 Операционные определения применительно к общественному сознанию касаются признаков каждого из его структурных образований, их конкретных проявлений, фиксируемых путем эмпирического наблюдения и с помощью других методов социального исследования. Например, понятие «мотивы трудовой деятельности» раскрывается через выяснение их обусловленности конкретными социальными ситуациями, их структуры и т. д., которое может быть названо операционным (см. «Человек и его работа», стр. 153—234). 220
практический деятельности в утверждении коммунистического сознания и преодолении пережитков докомму- нистических типов сознания. Конкретно-исторический подход ориентирует, следовательно, на изучение сознания данного общества, на выяснение его структуры, специфических закономерностей развития, т. е. на изучение определенного типа общественного сознания. Основанием для выделения исторических типов общественного сознания служит способ производства материальных благ. Способ производства определяет все стороны жизни общества, в том числе и его духовную жизнь, придает общественному сознанию специфические черты. Отсюда известным истории способам материального производства соответствуют и типы общественного сознания. Применительно к классово антагонистическим формациям (рабовладельческой, феодальной и капиталистической) учет общего основания для выделения типов сознания будет недостаточным, ибо он позволяет выделить в них лишь господствующие типы сознания, какими выступают духовные образования экономически и политически господствующих классов. Поэтому в исследовании сознания таких формаций важно учитывать наряду с общим и специфическое основание, а именно классовую структуру общества. Учет классовой структуры при выделении типов общественного сознания дает возможность обнаруживать общие черты сознания, присущие в одном случае угнетенным классам, а в другом — классам господствующим, живущим в разные исторические эпохи; обнаруживать общие формы, в которых выступала их идеология и общественная психология; в то же время такой учет не позволяет переносить на сознание угнетенных классов специфические черты сознания господствующих классов. Попытки рассмотрения типов общественного сознания в зависимости только от способов отражения действительности недостаточны. Это можно видеть на примере характеристики типов сознания В. В. Журавлевым. Он усматривает различия между сознаниями классово антагонистических формаций в том, что «общественному сознанию рабовладельческого общества присущ мифологический характер, сознание феодальной эпохи религиозно по своему отношению к миру, в буржуазном обществе господствующее сознание имеет фети- 221
шистский характер» К При различении типов сознания подобного рода характеристики подчеркивают скорее общее, чем особенное, в сознании названных эпох, ибо и мифологический, и религиозный, и фетишистский характер отражения свидетельствует об иллюзорности, извращенности сознания, различаясь между собой лишь внешним образом. Особенности способа отражения позволяют говорить о формальной, но не о содержательной стороне их различий. Скажем, сознание феодального общества действительно принимало религиозную окраску, но это еще не означает, что оно было «религиозно по своему отношению к миру». В религиозной оболочке выражались вполне земные интересы людей, их реальные отношения между собой и к окружающему миру. Исторические типы общественного сознания различаются между собой по содержанию, структуре, особенностям развития и другим признакам. Существуют различия по содержанию и между сознаниями рабовладельческого, феодального и капиталистического обществ. Но поскольку основу этих обществ составляет частная собственность на средства производства, то в содержании присущих им типов сознания есть много общего. Поэтому мы будем для краткости говорить о них как' особом типе сознания в сравнении с сознаниями первобытнообщинного и коммунистического обществ, следуя конкретно-историческому подходу анализа. Принцип исторического подхода в изучении общественной психики убедительно обоснован А. Н. Леонтьевым. Раскрывая содержание сознания, он широко пользуется, как отмечалось выше, понятием «значение», которым обозначаются объективно существующие связи и отношения, открываемые в предметах и явлениях. «Значения» являются духовной формой кристаллизации общественного опыта, практики человечества, и благодаря этому они составляют содержание общественного сознания2, которое затем усваивается и индивидуальным сознанием. «Значения» для индивида — это ставшее его достоянием обобщенное отражение действительности, 1 В. В. Журавлев. Основные закономерности развития коммунистического общественного сознания, стр. 55. 2 «Круг представлений данного общества, наука, язык существуют как системы соответствующих значении» (Л. Н. Леонтьев. Проблемы развития психики, стр. 287). 222
выработанное человечеством и зафиксированное в форме понятий, знаний, принципов поведения и т. д. Опираясь на известные высказывания Маркса и Энгельса о том, что производство сознания первоначально было непосредственно вплетено в материальную деятельность и общение людей, А. Н. Леонтьев при характеристике сознания первобытного общества на ранних этапах его развития выделяет три присущие ему особенности или черты. Одна из них состояла в том, что сфера языковых значений в тот период «сосуществовала с гораздо более широкой сферой инстинктивных, биологических смыслов, так же как еще сосуществовали наряду с общественно опосредованными отношениями людей к природе и их еще многочисленные инстинктивные связи с ней» К Вторую черту он усматривает в том, что на заре человеческой истории «даже в узких пределах сознаваемого не было еще полноты его»2. Следующую особенность он видит в том, что первоначально люди вовсе не сознавали «своих отношений к коллективу»3. С развитием первобытнообщинного строя изменялось и содержание его сознания. Языковые значения, формирующиеся в труде, отражают уже отношения людей как к природе, так и друг к другу. Однако специфика сознания первобытнообщинного строя как особого типа сознания сохранялась на протяжении всей истории этого общества. Общая собственность ставила людей в одинаковые отношения к средствам и продуктам производства, а потому они одинаково отражались как в сознании коллектива в целом, так и в сознании отдельного человека. Продукт общего труда имел общий смысл и для коллектива в целом и для каждого его члена. Отсюда система языковых значений, кристаллизующая в себе объективно-общественный смысл явлений и образующая сознание коллектива, служила формой и индивидуального осознания явлений. Смысл сознаваемого явления для отдельного человека и его смысл для коллектива в целом, зафиксированный в языковых значениях, совпадали между собой. «Совпадение смыслов и значений, — пишет А. Н. Леонтьев, — составляет главную особенность первобытного сознания»4. 1 А. Н. Леонтьев. Проблемы развития психики, стр. 294. 2 Там же. 3 Там же, стр. 295. 4 Там же. 99/?
Нерасчлененность в сознании смыслов и значений по мере разложения первобытного общества уступала место новой структуре сознания. Эта новая структура сознания характеризуется иным отношением главных «образующих» сознания — смыслов и значений. Такую структуру А. Н. Леонтьев называет дезинтегрированной К Он прослеживает, как общественное разделение труда и частная собственность на средства производства породили отношения «чуждости» между смыслами и значениями деятельности людей. С отделением производителей от средств производства, с «отчуждением», проявляющимся в разных формах, собственная деятельность людей перестает быть для них тем, что она есть на самом деле. «Следствием происходящего «отчуждения» человеческой жизни является возникающее несовпадение объективного результата деятельности человека, с одной стороны, и ее мотива — с другой. Иначе говоря, объективное содержание деятельности становится несовпадающим с ее субъективным содержанием, с тем, что она есть для самого человека»2. Здесь подмечена одна из важнейших особенностей сознания классово антагонистического общества. Действительно, в условиях, скажем, капитализма рабочий создает своим трудом определенные ценности и может знать общественное значение продукта своего труда, но условия его жизни таковы, что он производит не для удовлетворения общественной потребности в том или ином продукте, а для заработка. Заработок выступает для него мотивом, т. е. тем, что побуждает его трудиться, что определяет смысл его трудовых действий. Значение продукта его труда оказывается в этом случае чуждым смыслу для него этого продукта. Такая же отчужденность присуща и сознанию буржуа, для которого смысл производства заключается лишь в извлечении прибыли, противостоящего объективному значению продукта производства, предназначенного для удовлетворения потребностей населения. Господство в обществе частнособственнических отношений порождает двойственный вид и собственной деятельности людей и окружающего их предметного мира, оно же порождает и разорванность сознания. «Проник- 1 А. И. Леонтьев. Проблемы развития психики, стр. 307. 2 Там же, стр. 315—316. 224
новенис этих отношений в сознание и находит свое психологическое выражение в «дезинтеграции» его общего строения, характеризующейся возникновением отношения чуждости друг другу тех смыслов и значений, в которых преломляется человеку окружающий его мир и его собственная жизнь» К Данная особенность присуща прежде всего общественному сознанию. Смысл явлений окружающего мира воплощается в значениях, которые составляют содержание общественного сознания, а человек, будучи вынужденным отражать действительность через призму общественно выработанных значений — знаний, представлений, принципов, норм, ценностей и т. д., необходимо усваивает содержание общественного сознания. В классовом обществе господствующей идеологией является, как известно, идеология господствующего класса, которую по преимуществу усваивают массы. Идеология господствующих эксплуататорских классов представляет собой извращенное сознание. Значения, составляющие содержание идеологии эксплуататорских классов, чужды подлинному смыслу существующих в обществе отношений. Наиболее зримо это проявляется в том, что идеологические представления и взгляды, насаждаемые эксплуататорскими классами среди трудящихся масс, не соответствуют объективным интересам последних. Скажем, в понятия «свобода», «равенство», «демократия», выдаваемые буржуазными идеологами за высшие ценности, вкладывается содержание, якобы соответствующее интересам всего общества, а в действительности оно соответствует интересам лишь господствующего класса. Так, свобода фактически сводится к свободе предпринимательства, равенство — к формальному равенству перед законом, а демократия — к одной из форм политического господства буржуазии. Интересам же трудящихся масс соответствует такое содержание рассматриваемых понятий, которое непременно включает в себя свободу от эксплуатации и угнетения, социальное равенство и фактическое народовластие. Уничтожение частной собственности и практическое освобождение труда приводят к «реинтеграции» сознания людей, к формированию нового типа сознания и соответствующей ему структуры. В новом типе сознания пре- А. If. Леонтьев. Проблемы развития психики, стр. 319. 225 8 А. К. Уледов
одолеваются несовпадение и противоречие между объективным содержанием деятельности и смыслом этой деятельности для человека. Для рабочего на социалистическом предприятии объективный продукт деятельности и ее мотив совпадают, поскольку рабочий трудится на себя, на свое общество. Труд в общественном сознании (и в сознании индивида) приобретает качественно иной смысл, т. е. начинает соответствовать его обьектив- ному содержанию. Устанавливается тем самым новое отношение в содержании сознания между объективным значением труда и его смыслом для личности. Однако «это новое отношение отнюдь не представляет собой возврата к их первоначальному простому совпадению, к простой слитности между ними... Сознание человека становится теперь по своей структуре интегрированным» 1. Данная А. Н. Леонтьевым социологическая характеристика сознания, касающаяся содержательных и структурных сторон последнего, позволяет глубже понять известное положение Гегеля о развитии сознания от слитного состояния через разорванность к единству его сторон. В нашей литературе это положение обычно истолковывается в плане анализа видов (или форм) сознания. Отмечается, что сознание первобытного общества не было дифференцировано на соответствующие формы, в классовом обществе оно подразделяется на «обособленные» и «замкнутые» формы, а при социализме утверждается единство форм сознания2. На основе разнообразия общественных отношений и с выделением в классово антагонистическом обществе духовного производства в особую отрасль труда действительно происходит подразделение общественного сознания на соответствующие виды, но вряд ли «замкнутость» и «обособленность» были характерными чертами 1 А. Н. Леонтьев. Проблемы развития психики, стр. 330. 2 «Былая обособленность, замкнутость форм познания, пришедшая некогда на смену их первоначальному примитивному единству, отходит в прошлое. Формируется новое единство на новой основе» (Э. X. Степанян. Развитие общественного сознания и взаимодействие его форм. —- «Взаимодействие форм общественного сознания», [сб.]. М., 1964, стр. 21). Эта же мысль обосновывается и в книге «Проблемы развития коммунистического сознания», [сб.]. М., 1965, где единство форм рассматривается как закономерность развития социалистического общественного сознания (стр. 26). 226
взаимоотношения последних. Политические, правовые, нравственные, философские и иные представления и взгляды, составляющие в своей совокупности идеологию определенных классов, всегда связаны между собой. Связь между ними объективно обусловливается потребностью в защите и обосновании классовых интересов. Поэтому речь может идти скорее о том, что в одни и те же виды сознания, скажем нравственность, искусство, вкладывалось различное идейное содержание, соответствующее интересам разных классов, что и приводило к противопоставлению, к примеру, политических взглядов одного класса политическим взглядам другого. И в этом смысле можно говорить, что политический вид сознания одного класса отчужден от этого же вида сознания другого класса, но данные отношения являются внешними, и не они выражают суть разорванности сознания в антагонистическом обществе. Суть ее в том, что с делением общества на классы общественное сознание подразделяется на сознания различных классов, что раздвоенность содержания сознания на объективно- истинное и извращенное закрепляется интересами эксплуататорских классов. Что же касается видов сознания в связи с выяснением специфики различных типов сознания, то первостепенное значение приобретает вопрос о той объективной основе, на которой они выступают и получают свою специфику. Именно на это обращали внимание Маркс и Энгельс. «История всех доныне существовавших обществ, — писали они, — двигалась в классовых противоположностях, которые в разные эпохи складывались различно. Но какие бы формы они ни принимали, эксплуатация одной части общества другою является фактом, общим всем минувшим столетиям. Неудивительно поэтому, что общественное сознание всех веков, несмотря на все разнообразие и все различия, движется в определенных общих формах, в формах сознания, которые вполне исчезнут лишь с окончательным исчезновением противоположности классов» К На смену классовому обществу приходит общество бесклассовое, а в связи с этим утверждается и новый тип сознания с соответствующей ему структурой. Каковы особенности нового типа сознания? Прежде чем остано- 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 4, стр. 445—446. 227
виться на этом вопросе, следует сказать несколько слов о самом названии нового типа сознания. Коммунистическая общественная формация в своем развитии проходит две фазы — социализм и коммунизм, и в соответствии с этим говорят о социалистическом сознании, возникшем еще в условиях капитализма и развивавшемся в ходе социалистического строительства, и коммунистическом сознании, которое утвердится с переходом общества в свою высшую фазу1. Однако такое подразделение сознания на два вида, нам кажется, не совсем правильно. Экономический строй, основанный на общественной собственности на средства производства, еще недостаточно развитый в сравнении с полным коммунизмом, вполне правомерно называть социализмом. С характеристикой сознания положение сложнее. Сознание не только отражает настоящее, но и на его основе предвидит будущее и потому непременно включает в свое содержание представления об идеалах, целях, задачах, нормах поведения, соответствующих более высокой ступени развития. Видимо, это и позволяло классикам марксизма говорить о формирующемся сознании пролетариата, противоположном взглядам и представлениям буржуазии, как коммунистическом сознании2. Подразделение сознания масс на социалистическое и коммунистическое предполагает и деление марксистско-ленинской идеологии на социалистическую и коммунистическую. Однако осуществить такое деление вряд ли возможно, и поэтому не случайно одно и то же содержание называют то социалистической, то коммунистической идеологией3. Сознание нового общества, на какой бы ступени своего развития оно ни находилось, следует, видимо, называть коммунистическим. Конечно, это не означает, что коммунистическое сознание не развивается и не изменяется. Нет, оно непрерывно развивается, и в этом процессе различаются качественно отличные друг от друга состояния, этапы развития, но это этапы единого по своей природе коммунистического сознания. , 1 См. Ц. А. Степанян. Диалектика формирования духовной жизни коммунистического общества. — «Вопросы философии», 1964, № 4. 2 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 69. 3 См. М. Т Иовчук. Об исторических этапах становления и развития социалистического сознания в СССР. — «Вопросы философии», 1965, № 2. 228
2 Коммунистическое сознание как специфический тип общественного сознания Важнейшую особенность сознания социалистического общества составляет прежде всего то, что оно выражает общественное бытие в идеях, взглядах, чувствах, настроениях и других духовных образованиях, разделяемых всеми классами и социальными группами данного общества х. Эта особенность отчетливо проступает в сравнении социалистического общества с классово антагонистическими обществами. В последних каждый класс имеет свою идеологию и психологию. Поскольку интересы основных классов антагонистического общества противоположны, то и содержание их классовых сознаний различно. Сознание общества распадается на классовые сознания. На роль же общественного сознания, т. е. сознания, представляющего данное общество, претендует сознание господствующих классов. Так, при капитализме общественное сознание представлено по преимуществу сознанием буржуазии. Хотя каждый класс в этом обществе имеет свое сознание, но буржуазии в силу того, что она владеет средствами материального и духовного производства, осуществляет политическую власть, удается навязывать свои идеи и взгляды, настроения и мнения обществу. Этому способствует вся система общественных отношений, основанных на частной собственности на средства производства. Господство сознания буржуазии при капитализме отчетливо выражает классовую природу общественного сознания. Буржуазная мораль, буржуазные политическое, правовое, философское и иные виды сознания отражают действительность с позиций эксплуататорского класса, защищают частную собственность на средства производства, оправдывают социальное, национальное и другие формы угнетения, т. с. всю систему общественных отношений капитализма. Сознанию буржуазии противо- 1 Характеристика сознания нового общества дается в книгах: «Строительство коммунизма и духовный мир человека», [сб.]; «Проблемы развития коммунистического сознания»; В. В. Журавлев. Основные закономерности развития коммунистического общественного сознания; Э. X. Степанян. Формирование коммунистического сознания. М., 1966. 229
стоит сознание рабочего класса, борьба между ними еще резче подчеркивает классовую природу общественного сознания капитализма. С победой социализма, означающей утверждение социалистических отношений в экономической, социальной, политической и других сферах жизни, ведущее положение в общественном сознании закрепляется за сознанием рабочего класса. Социально-политическое и духовное единство социалистического общества еще не ликвидирует вопрос о классовой природе общественного сознания. Последнее отражает действительность с позиций рабочего класса как самого передового класса нашего общества. Вместе с тем оно отражает общественное бытие и с позиций колхозного крестьянства и народной интеллигенции и разделяется ими, ибо их коренные интересы совпадают с интересами рабочего класса. Поэтому классовая природа общественного сознания при социализме проступает не в противопоставлении друг другу сознания рабочего класса, колхозного крестьянства и народной интеллигенции, а в противопоставлении его пережиткам прошлого в сознании людей, буржуазному сознанию, за которым стоит старый мир. Общественное сознание социалистического общества классово в том смысле, что оно выражает и защищает социализм как социальную систему, олицетворяемую рабочим классом, которая противостоит капиталистической системе, олицетворяемой буржуазией. Конкретно-исторический подход к общественному сознанию позволяет, следовательно, понять, что при социализме оно принадлежит всем классам и социальным группам, суть общенародное сознание, т. е. позволяет понять самую существенную черту сознания нового общества. Характерной особенностью сознания социалистического общества является то, что оно все больше и больше освобождается от предрассудков, иллюзий и заблуждений, столь характерных для сознания всех прошлых эпох истории человеческого общества. Социализм создает такие условия жизнедеятельности людей, когда отношения между ними выступают в ясной и открытой форме. Здесь нет почвы для товарного, юридического, религиозного и иных видов фетишизма. Освобождаясь от иллюзий и заблуждений, а также впитывая в себя прогрессивные идеи и представления, порожденные социализмом, общественное сознание при- 230
обретает новое качество. Если в прошлом общественное сознание неизбежно было пропитано идеями и чувствами индивидуализма, классового и национального эгоизма и другими чертами, порожденными строем частной собственности, разъединяющими людей и культивирующими между ними дух недоверия, то при социализме общественное сознание характеризуется такими чертами, как коллективизм, патриотизм и интернационализм, гуманизм, сознание и чувство гражданственности. Эти черты выражают качественно новое содержание сознания. Качественно новое содержание сознания социалистического общества особенно проступает в том, что общественная собственность и государство стали рассматриваться народом как положительные ценности, а человек труда — как личность, достойная уважения. Трудящиеся массы в прошлом никогда не выражали положительного отношения к государству, ибо во всех антагонистических обществах оно было (и является сейчас при капитализме) орудием угнетения, эксплуатации масс. В ходе социалистической революции рабочий класс создает новую государственность и использует ее как важнейшее средство в деле социалистического строительства. Он осознает, что без государства и активного участия в его управлении, без привлечения к государственной деятельности всех трудящихся была бы невозможна победа нового строя. Это осознание происходило в переходный период от капитализма к социализму, когда наш народ столкнулся с огромными трудностями в решении вопросов экономического, социального, культурного строительства, встретил ожесточенное сопротивление эксплуататорских классов. Изменение отношения к государству было одним из первых и вместе с тем одним из самых значительных преобразований в общественном сознании строящегося нового общества, оно наполнило патриотизм трудящихся новым содержанием К В общественном сознании прошлых эпох отсутствовало положительное отношение к труду. Труд в сфере материального производства считался зазорным делом, дис- 1 Об изменении отношения к государству свидетельствует участие самых широких масс в деятельности Советов, в многочисленных комиссиях при Советах, в общественных организациях, работающих под руководством Советов. 231
циплина труда поддерживалась принуждением и голодом. Существовавшее на протяжении трех общественных формаций — рабства, феодализма и капитализма — негативное отношение к подневольному труду оставило глубокий след в сознании масс, в их психологии, закрепившись в привычках, обычаях и традициях. Социалистическая революция преодолела негативное отношение к труду. В условиях социализма человек трудится на себя, на свое общество, что нашло свое отражение и в общественном сознании. Изменение отношения к труду привело к существенным переменам в содержании общественного сознания. Именно они и составляют качественное отличие сознания социалистического общества от сознания прошлых эпох, являются источником творческой активности масс. Отношение к труду анализируется во многих конкретных социальных исследованиях, проведенных в нашей стране и других странах социалистического содружества К Мы попытаемся сделать некоторые выводы, вытекающие из этих исследований и позволяющие судить об отношении к труду тружеников социалистического общества. Об отношении к труду можно судить прежде всего по тому, как выполняется работа и каковы стимулы, побуждающие к труду. Так, например, обследование ленинградскими социологами 2665 молодых рабочих на 25 предприятиях Ленинграда показало, что подавляющее большинство молодых рабочих относится со всей ответственностью к своей работе, большая часть их дает хорошее качество продукции, выполняет и перевыполняет нормы выработки, а многие из них участвуют в передовых починах, являются рационализаторами. О стимулах их труда можно судить по ответам на соответствующие вопросы анкеты: 1. Хороша та работа, где ты приносишь больше пользы, где ты необходим (ответили 617 человек). 2. Нельзя забывать о заработке, но основной смысл работы — ее общественная полезность (830 человек). 3. Заработок главное, но надо думать и о смысле работы (819 человек). 1 См. «Человек и его работа»; «Рабочий класс и технический прогресс». М., 1966; «Личность и труд». М., 1966; «Труд и развитие личности». Л., 1966, и др. 232
4. Хороша любая работа, если она хорошо оплачивается (399 человек1). Сравнение ценностных ориентации молодых рабочих с высокими объективными показателями их трудовой деятельности и показывает, что мы имеем здесь дело с действительно новым отношением к труду, порожденным социализмом 2. Социализм открывает широкие возможности для проявления закона «перемены труда», требующего сочетания функций умственного и физического труда в деятельности людей и способствующего всестороннему развитию личности. Это ведет к возрастанию духовных и моральных стимулов к труду, увеличению элементов научно-технического творчества в труде и т. д. Вместе с тем действие закона «перемены труда» повышает требования к содержанию и характеру труда, его организации и вызывает в ряде случаев неудовлетворенность у людей своей работой. Проведенные исследования3 показывают, что удовлетворенность или неудовлетворенность работой связаны главным образом с характером и содержанием труда. Там, где велика доля ручного, неквалифицированного труда, где еще плохо организован сам труд, обнаруживается и неудовлетворенность работой. Но было бы неверно рассматривать неудовлетворенность работой как показатель негативного отношения к труду. Эти же 1 См. А. Г. Здравомыслов, В. А. Ядов. Отношение к труду и ценностные ориентации личности. — сСоциология в СССР», т. И. М., 1965, стр. 197. Более подробно эти вопросы освещены в книге «Че- ловек и его работа», во 2 и 3 главах. 2 Такой вывод вытекает и из других материалов конкретных социальных исследований. Так, по данным опроса 15 тыс. юношей и девушек, проведенного социологической группой при ЦК ВЛКСМ в 15 областях, краях и республиках, 84,5% опрошенных поставили общественную полезность своего труда на первое место по сравнению с заработком (В. И. Иванов. Общественные начала и социальная активность рабочей молодежи. — «Всесоюзная научно-теоретическая конференция. Молодежь и социализм». Тезисы докладов. М., 1967, секция № 4, стр. 25). 8 См. «Моральный облик советского рабочего». М., 1966, стр. 168—170; А. Ананич, Л. Бляхман. Удовлетворены ли Вы своей работой? — «Молодой коммунист», 1967, № 2, стр. 83—91; И. Т. Ле- выкин. Опыт исследования психологии современного колхозного крестьянства. — «Философские науки», 1966, № 4, стр. 18; «Колхоз — школа коммунизма для крестьянства («Комплексное социальное исследование колхоза «Россия»)». М., 1965, стр. 106—108. 233
исследования показали, что в большинстве своем люди выполняют порученную им работу добросовестно, хотя и желают перейти на другую работу, более соответствующую их наклонностям и желаниям. Здесь мы сталкиваемся с реальным жизненным противоречием между наличным на данном предприятии, в совхозе, колхозе характером и содержанием труда и ценностей ориентацией в сфере производства. Вместе с изменением отношения к труду, который стал рассматриваться как общественный долг членов общества, изменялось и отношение к общественному достоянию. Последнее стало рассматриваться уже не как «казенное» имущество, т. е. чужое, а «наше», самим трудящимся принадлежащее. Всякое посягательство на народное достояние рассматривается общественным сознанием как преступление перед обществом. Труд, общая собственность, государство изменились по своей социальной сущности и потому выступают в сознании как положительные ценности. А это означает, что и самое общественное сознание приобрело новое содержание. Важным моментом, выражающим новое содержание общественного сознания при социализме, является отношение к личности трудящегося человека. Известно, что в капиталистическом обществе, так же как и при рабстве и феодализме, человек труда не считается личностью. Маркс и Энгельс писали, что буржуазия личностью не признает никого, «кроме буржуа, т. е. буржуазного собственника»1. Впервые социализм в каждом человеке труда увидел личность, и гуманизм в этом обществе выступает уже не- абстрактным принципом, а реальным отношением. В центре социалистического общества стоит свободный человек с его потребностями и запросами. Это позволило людям труда после многовекового рабства почувствовать и осознать себя свободными личностями. Новое положение человека в обществе отражено в Программе КПСС, представляющей собой квинтэссенцию общественного сознания социализма, где записано: «Все во имя человека, для блага человека». Социалистический гуманизм выражает свою сущность через все виды общественного сознания. Вера в творческие возможности человека и уважение к нему, постоян- 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 4, стр. 440. 2:
ная забота о человеке, его свободе и всестороннем развитии, а вместе с тем и требовательность к нему характеризуют социалистический гуманизм, а следовательно, и новое содержание общественного сознания. Изменившееся при социализме отношение к человеку, к труду и общественному достоянию, к государству находит свое выражение в чувстве коллективизма, которое пронизывает все стороны жизни социалистического общества и является самой общей характеристикой содержания общественного сознания. Сознание и чувство коллективизма при социализме по своему содержанию противоположно буржуазному сознанию и чувству индивидуализма и эгоизма. Вырастая на основе социалистического бытия, общественное сознание впитывает в себя духовные сокровища, созданные человечеством на протяжении всей его истории. И это позволяет судить о сознании социалистического общества как самом богатом по своему содержанию духовном образовании, какие только знает история человеческого общества. Утверждение о качественно новом содержании сознания социалистического общества не означает, конечно, что сознание людей при социализме уже полностью свободно от предрассудков и заблуждений. На первой фазе коммунистической формации еще сохраняется немало индивидуалистических, религиозных, националистических и иных пережитков прошлого. Причем они сохраняются не только в индивидуальном сознании, но и в групповом, коллективном сознании. Но не они определяют сущность сознания социалистического общества. Новое содержание сознания социалистического общества проявляется в росте сознательности масс. При характеристике господствующего сознания в классово антагонистическом обществе сознательность масс не принимается в расчет. Напротив, при социализме она выступает основным показателем, позволяющим судить об уровне сознания общества. Сознательность как качественная характеристика сознания выражает убежденность людей, их идейность, активное отношение к жизни. Она выражает отношение личности к обществу и общества к личности. Вне отношения, реальных поступков и действий людей нельзя говорить о сознательности, а следовательно, и о сознании, качественной характеристикой которого она является. 235
О сознательности масс при социализме можно судить по достигнутым трудовым успехам. Однако этот существенный критерий не является единственным, ибо высокие производственные показатели зависят не только от сознательности работающих, но и от механизации и автоматизации производства, от хорошей организации труда и ряда других факторов. Одним из критериев роста сознательности служит распространение грамотности, просвещения среди населения. Получение образования молодежь выдвигает на первый план в своих жизненных устремлениях. Свидетельством тому может служить уже тот факт, что только за 6 лет, с 1959 по 1965 г., число рабочих с неполным средним, полным средним, средним специальным и высшим образованием увеличилось в СССР с 41 до 58% всего состава рабочих. Огромная тяга к знаниям в нашем обществе, к овладению культурными ценностями свидетельствует о сознательности людей. Больше того, приобретение знаний есть вместе с тем и усвоение содержания общественного сознания, воспитание в духе марксистско-ленинской идеологии. Однако между образованием и воспитанием, соответственно между образованностью и воспитанностью нет совпадения. Среди образованных встречаются, к сожалению, и плохо воспитанные люди. Поэтому распространение образования, как и производственные успехи, является не прямым, а лишь косвенным показателем сознательности людей. Есть ли прямые критерии сознательности людей при социализме? Да, есть такие показатели. Самым общим таким показателем является добросовестное отношение людей к своим обязанностям перед обществом. В каждый период создания нового общества этот общий критерий получает конкретное выражение. Скажем, в период строительства социализма в нашей стране главным критерием сознательности людей было отношение к Советской власти. Уровень сознательности определялся тем, насколько те или иные социальные группы общества поддерживали Советскую власть, ее начинания. В годы Великой Отечественной войны таким критерием явилась готовность людей во что бы то ни стало отстоять завоевания социализма. Массовый героизм, проявленный советскими людьми на фронте и в тылу, служил прямым показателем их сознательности. В современных условиях, когда 236
наше общество приступило к решению новых грандиозных задач строительства коммунизма, критерием сознательности масс служит отношение к их решению, выраженное в поступках и действиях и содержащее в себе в снятом виде отношение к Советской власти и к защите завоеваний социализма. Более конкретно сознательность проявляется в общественной активности людей в различных сферах жизни общества. Общественная активность выступает основным путем познания уровня сознательности людей. Формы общественной активности при социализме многообразны. Самой распространенной из них является социалистическое соревнование. История развития соревнования в нашей стране выступает объективным показателем роста сознательности широких масс. Это движение выражает действительно новое, социалистическое отношение к труду. Оценка, данная В. И. Лениным коммунистическим субботникам — первым ласточкам этого всенародного движения, справедлива и для наших дней. Повышение участия масс в управлении государством, укрепление общественных начал в партийной жизни, в работе профсоюзов, в обеспечении правопорядка и т. д. также свидетельство роста сознательности масс. Сравнение такого участия в различные периоды истории развития нашего общества позволяет объективно судить об эволюции общественного сознания. Одной из форм общественной активности является участие в общественной работе, т. е. в социально полезной деятельности, выходящей за рамки оплачиваемого профессионального труда. Этот вид деятельности характеризует особенно высокую степень добровольности и безвозмездности. Исследователи общественной активности трудящихся, в частности молодежи, приходят к выводу, что в социалистическом обществе выполнение общественных поручений стало нормой поведения людей. Какими мотивами руководствуются советские люди, проявляя общественную активность? Такой вопрос поставили исследователи г. Казани. Они опросили 1725 молодых рабочих в возрасте до 30 лет на 15 предприятиях Татарской АССР и получили следующие данные (в %): 237
Выполняют общественные поручения: 1 в силу потребности — 6,5 2 в силу привычки . — 7,7 3 в силу осознания необходимости для общества и для себя — 34 4 в силу уставной комсомольской дисциплины — 24 1 Вопрос о мотивах занятий общественной работой ставился и свердловскими исследователями, но несколько в другой постановке. Они формулировали его так: что вам лично дает общественная работа? Были получены следующие ответы (в %)• 1 моральное удовлетворение — 51,8 2 расширяет кругозор — 41 3 повышает чувство ответственности — 48,2 4 сближает с коллективом, с товарищами — 66 5 делает жизнь более интересной — 46,42 Таким образом, как самое участие в общественной работе, так и мотивы его свидетельствуют, несомненно, о высокой сознательности людей. Об этом прежде всего говорит выполнение общественной работы в силу осознания необходимости ее для общества и для себя (34%) (в первом опросе) и выполнение ее в силу того, что она сближает человека с коллективом, с товарищами (66%) (во втором опросе). Понятно, об этом же говорит и то, что общественная работа приносит людям моральное удовлетворение, что она выполняется определенной частью людей уже в силу потребности. В нашем обществе активность участия людей в общественной работе все время повышается. Свидетельством тому служит возрастание численности общественных организаций, актива Советов, появление новых форм массовой активности трудящихся в управлении производством и т. д. Действие этой закономерности подтверждается и данными конкретно-социологических исследований. Так, сравнительное исследование общественно- политической активности трудящейся молодежи в 1929 и 1966 гг. на Урале показало, что «общественно-полити- 1 См. Г. Т. Журавлев. Характеристика результатов пробного анкетирования работающей молодежи по проблеме «общественная активность». — «Всесоюзная научно-теоретическая конференция. Молодежь и социализм», секция № 4, стр. 22. 2 См. Ю. Е. Волков. Так рождается коммунистическое самоуправление. М., 1965, стр. 48. 238
ческая активность трудящейся молодежи, выражающаяся в форме общественной деятельности, возросла за эти годы как минимум в два раза» К За этот период общественная активность рабочей молодежи изменилась не только в количественном, но и, что весьма важно, в качественном отношении. Если в 20-е годы большая часть времени, затраченная на участие в общественно-политической жизни, уходила на такие формы ее осуществления, как митинги, сходы, собрания и т. д., и лишь незначительная его часть использовалась на непосредственное выполнение общественных поручений, то в 1966 г. «7/ю этого времени шло на общественную работу и лишь 3/ю — на собрания, совещания, митинги и тому подобные мероприятия»2. Конечно, возрастание общественной активности проходит далеко не гладко. В тех же конкретных социальных исследованиях общественной активности молодежи обнаружено, что есть еще немало молодых людей, вовсе не приобщенных к общественной работе. Поэтому вопрос о вовлечении в общественную работу самых широких слоев трудящихся, особенно молодежи, является одним из важнейших в деле коммунистического воспитания. Он является таковым потому, что по общественной активности мы как раз и можем прежде всего судить об уровне сознания общества. Развитие общественного сознания, рост сознательности масс отличаются при социализме большой целенаправленностью. В связи с выяснением этой особенности важно отметить, что в нашей стране и в других странах социалистического содружества в деле формирования духовного облика новых людей накоплен богатый опыт, требующий своего осмысления. О чем же свидетельствует этот опыт? Он свидетельствует прежде всего о том, что вполне возможно целенаправленное качественное изменение сознания целого общества. Оказались полностью несостоятельными часто повторявшиеся в прошлом да встречающиеся еще и сейчас утверждения о том, будто бы сознание людей изменить невозможно, что инстинкты обладания частной собственностью, жад- 1 В. Г. Мордкович. О развитии общественной активности молодежи. — «Всесоюзная научно-теоретическая конференция. Молодежь и социализм», секция № 4, стр. 19. - Там же. 239
ность и т. п. являются вечными и неизменными. Жизнь показала, что при социализме происходит полное обновление общественных отношений, а на их основе — формирование нового сознания. Социалистическая революция, строительство нового общества осуществляется под руководством рабочего класса и его партии. На плечи этого класса ложится задача перевоспитания миллионных масс. Но он и сам еще нуждается в воспитании, ибо несет значительный груз прошлого в виде буржуазных и мелкобуржузных представлений и взглядов, привычек и традиций. «Рабочие строят новое общество, — писал Ленин, — не превратившись в новых людей, которые чисты от грязи старого мира, а стоя по колени еще в этой грязи. Приходится только мечтать о том, чтобы очиститься от этой грязи. Было бы глубочайшей утопией думать, что это можно сделать немедленно» 1. Весь период революции, социалистического строительства— это период самовоспитания общества, очищения от грязи старого мира. Самовоспитание органически сочеталось с воспитанием масс со стороны наиболее сознательной и организованной части рабочего класса — Коммунистической партии. Без идеологической работы партии, проводимой через государство и его органы, общественные организации, все социалистические коллективы невозможно осуществить коренной переворот в духовной жизни людей. Роль партии состоит в том, что она разрабатывает научную идеологию, составляющую сердцевину общественного сознания, и вносит ее путем убеждения в умы широких масс народа. Формирование нового сознания происходит в острой борьбе с буржуазной и мелкобуржуазной идеологией и психологией. В. И. Ленин неоднократно указывал на сложность и трудность борьбы за изменение психологии миллионов людей. «Привычки капиталистического строя, — говорил он, — слишком сильны, перевоспитать воспитанный веками в этих привычках народ дело трудное и требующее большого времени»2. Особенно сложно воспитание социалистического отношения к труду и общественной собственности, т. е. самых существенных сторон нового сознания. «Строить новую дисциплину 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 37, стр. 449. 2 В. И. Ленин. Поли, cofip соч., т. 36, стр. 502. 240
труда, строить новые формы общественной связи между людьми, строить новые формы и приемы привлечения людей к труду, это — работа многих лет и десятилетий» К Наша партия отдает себе отчет в сложности задачи коммунистического воспитания, отчет в том., что хотя советское общество со времени Октябрьской революции и достигло крупных успехов в воспитании, развитии духовной культуры, но и после победы социализма в этой области есть немалые трудности, противоречия, на преодоление которых направлены усилия партии, государства, всей советской общественности. В литературе, посвященной развитию общественного сознания, вопрос о противоречиях в этой области уже неоднократно поднимался2. Так, М. Т. Иовчук различает противоречие между достигнутым уровнем развития социалистического общества, в том числе и его духовной жизни, и все возрастающими потребностями и запросами советского человека; противоречие между потребностями всестороннего развития личности и существующими формами и методами образования и воспитания; противоречие между достигнутым в СССР сравнительно высоким уровнем образования и уровнем идейной подготовки, гражданской воспитанности части населения, в том числе молодежи 3. Преодоление указанных противоречий предполагает всемерное усиление воспитания, что позволит поднять уровень и идейной подготовки, и гражданской воспитанности, и других сторон духовной жизни членов общества. Задачи духовного развития включают в себя необходимость преодоления пережитков прошлого в сознании и поведении людей. Какие бы стороны формирования и развития сознания мы ни взяли, непременно сталкиваемся с проблемой преодоления пережитков прошлого. Принципиальные положения по вопросу о причинах сохранения пережитков прошлого в сознании люден были сформулированы уже классиками марксизма- 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 40, стр. 316. 2 См. «Строительство коммунизма и духовный мир человека». 3 См. М. Т. Иовчук. Марксистско-ленинская социология в СССР и исследования проблем развития духовной жизни социалистического общества. — «Философские науки», 1967, № 4. 241
ленинизма. Так, например, В. II. Ленин писал о ликвидации причин преступности в нашем обществе: «. .мы знаем, что коренная социальная причина эксцессов, состоящих в нарушении правил общежития, есть эксплуатация масс, нужда и нищета их. С устранением этой главной причины эксцессы неизбежно начнут «отмирать»» К В. И. Ленин говорит здесь о ликвидации коренной, главной причины антиобщественных явлений. Слово «отмирать» он ставит в кавычки, поскольку речь идет не о самопроизвольном отмирании пережитков капитализма, а об упорной и длительной борьбе, связанной с их преодолением. Социалистическое общество выходит непосредственно из недр капиталистического общества и поэтому вначале не свободно от остатков капитализма. В. И. Ленин писал: «В первой своей фазе, на первой своей ступени коммунизм не может еще быть экономически вполне зрелым, вполне свободным от традиций или следов капитализма»2. Пережитки капитализма сохраняются еще длительное время в различных областях жизни социалистического общества, в том числе в экономике, быту, сфере сознания и т. д. При объяснении причин пережитков капитализма следует исходить из того, что люди действуют, в том числе совершают антиобщественные поступки, под непосредственным влиянием определенных побуждений, стремлений, мотивов. Однако эти идеальные мотивы возникают в результате влияния на человека многих внешних факторов, которые могут не совпадать во времени и образуют причинные цепи событий. Пытаясь выяснить, что именно привело человека к определенному поступку, мы встречаем множество факторов, в том числе факторы постоянные и временные, непосредственные и опосредованные, имеющие разную степень активности, действующие только на одного человека (частные) и на многих людей (общие) и т. п. Поэтому в большинстве случаев мы не можем сказать, что тот или иной поступок порождается какой-то единственной причиной. Каждый из них в действительности вызывается многими различными факторами. Например, такие причины, как материальные трудности, недостаток образования и воспитания, 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 33, стр. 91. 2 Там же, стр. 98. 242
могут вызвать антиобщественные явления, а могут и не вызвать их. Среди факторов, вызывающих пережитки прошлого в сознании, следует различать активно действующие и способствующие возникновению или сохранению пережитков. К первым следует отнести, например, оставшиеся старые отношения, особенно в сфере быта, деятельность религиозных организаций, а также влияние буржуазного мира. В социалистическом обществе имеются и некоторые объективные условия, способствующие сохранению или оживлению пережитков капитализма. Эти условия создают определенную возможность сохранения пережитков прошлого при социализме. Однако такая возможность становится действительностью, когда действуют и другие неблагоприятные факторы (например, слабая идейно-воспитательная работа и т. п.). В капиталистическом обществе главная причина антиобщественных явлений заключена в экономической и социальной основе этого строя, тогда как при социализме пережитки прошлого находятся в противоречии с его экономической и социальной основой. Социалистический строй создает необходимые объективные предпосылед для постепенной ликвидации антиобщественных явлений, старого сознания. Для выяснения причин каждого антиобщественного явления необходимы конкретные исследования частных и общих причин, а также условий. В последнее время в нашей литературе исследуются причины и условия сохранения пережитков прошлого в социалистическом обществе, причем рассматриваются как субъективные, так и объективные причины этих явлений1. К субъективным причинам относятся, например, нарушение принципов социализма, недостатки и ошибки в хозяйственной работе и других областях жизни. Сюда же относятся нарушения распределения по труду, материальной заинтересованности работников, различные формы субъективизма в планировании, организационной и идеологической работе, неправильный подбор кадров, недостатки в воспитательной работе (в семье, школе, трудовом кол- 1 См., например, А. С. Шляпочников. Проблемы изучения причин преступности. — «Вопросы философии», 1966, № 1, стр. 12—21. 243
локтивс), нарушения социалистической законности. Эти факторы действуют не сами по себе, а в совокупности с другими, втом числе с объективными причинами и условиями. Нарушения принципов социализма представляют собой отклонения от нормального порядка нашей общественной жизни. Так, нарушение принципа материальной заинтересованности происходит в случае, если не соблюдается правильное соотношение между личными, коллективными и общенародными интересами. Когда колхозники не получали должного вознаграждения за свой труд в общественном хозяйстве, они уделяли главное внимание своему личному хозяйству, считали его основой существования, а работу в колхозе рассматривали как нечто второстепенное, дополнительный источник доходов. Эти нарушения социалистических принципов, ошибки и неумелое руководство подрывали инициативу в работе, доверие к руководителям, вырабатывали пассивность и равнодушие к общественным делам, стремление обеспечить только личные интересы в ущерб коллективным, государственным интересам. Социализм развивается посредством разрешения противоречий, путем борьбы нового со старым. Существующие объективньЛ противоречия в нашем обществе получают более или менее адекватное выражение в сознании коллективов, социальных групп. Если в сознании данного коллектива, социальной группы не находят адекватного отражения объективно существующие противоречия, то последние могут способствовать сохранению старых представлений и взглядов. Решающее значение в преодолении пережитков прошлого имеет изменение объективных условий, способствующих их сохранению. Ликвидация этих условий связана с постоянным разрешением противоречий общественного развития, борьбой нового со старым, непрерывным движением нашего общества по пути прогресса. Опыт преобразования общественного сознания еще раз указывает на необходимость конкретно-исторического подхода к развитию сознания, т. е. строгого учета тех условий, в которых оно осуществляется, и выдвижения конкретных задач воспитания, учета специфики социальных групп, среди которых производится идеологическая работа. 244
Развитие коммунистического сознания — это целенаправленный процесс. С победой социализма деятельность по коммунистическому воспитанию идет в том же направлении, в каком влияют и объективные условия на формирование духовной жизни людей. Отмеченные особенности сознания социалистического общества и позволяют характеризовать его как специфический тип общественного сознания. 3 Изменение структуры сознания социалистического общества в процессе коммунистического строительства Сознание социалистического общества, как было отмечено, является цельным духовным образованием. В нем четко не выделяются классовые сознания как специфические структурные образования, поскольку интересы еще сохраняющихся при социализме классов совпадают, и на этой основе между классами сложилось социально-политическое и идейное единство. 'В общественном сознании стали обозначаться как структурные образования сознания социалистических коллективов. Социалистическое общество представляет собой систему различных по составу и функциям коллективов, в которых протекает вся жизнь человека. Эти коллективы (прежде всего трудовые) имеют свои взгляды, суждения, настроения, традиции. Духовный мир коллективов определяется общими условиями жизни общества, и потому в них находит свое проявление общественное сознание. Однако последнее преломляется в каждом отдельном коллективе через призму тех специфических условий, в которых он живет и приобретает особые черты. Сознание социалистического общества освобождается от предрассудков, иллюзий и заблуждений, присущих всем предшествующим типам сознания. Это нашло свое отражение в его структуре, в частности в том, что среди видов коммунистического сознания нет религии. Наиболее характерное изменение в структуре общественного сознания состоит в том, что все его виды стали выполнять познавательную функцию и потому включают в свое содержание и соответствующие науки: политическое и правовое сознание включает государственно-пра- 245
вовую науку, нравственность — этику, искусство — эстетику и т. д. В прошлом виды сознания ограничивались по преимуществу выполнением идеологических функций и не включали в свое содержание науку. Изменение структуры общественного сознания при социализме проявляется и в изменении соотношения научно-теоретического и обыденного сознания. В сознании социалистического общества превалирует научно- теоретическое сознание, в то время как в сознании прошлых обществ преобладало обыденное. Это объясняется тем, что трудящиеся массы в прошлом в подавляющем большинстве были неграмотными и не могли приобщиться к теоретическим знаниям, овладеть философскими, политическими или иными системами взглядов, усвоить научные знания. Это было доступно лишь привилегированному меньшинству общества. И сейчас еще в буржуазном мире сотни миллионов людей являются неграмотными, для которых недоступны теоретические, научные знания. Напротив, культурная революция в странах, вставших на путь строительства социализма и коммунизма, имеет своим прямым результатом грамотность населения, приобщение самых широких масс народа к научным знаниям, ко всем духовным ценностям общества. Становление и укрепление социализма есть вместе с тем и начало перехода к коммунизму. Социализм необходимо развивается в коммунизм, а следовательно, и сознание социалистического общества развивается в сознание коммунистического общества, происходит дальнейшее изменение его структуры. Развитие общественного сознания может осуществляться лишь на основе становления коммунистического бытия, в ходе решительной борьбы против пережитков старого в сознании людей, против современной буржуазной идеологии. В общественном сознании произойдут качественные изменения, позволяющие отличать сознание второй фазы от сознания первой фазы коммунизма. Сознание социалистического общества и сознание общества коммунистического будут различаться по своему содержанию. Сейчас важно правильно подойти к выяснению этих различий. К сожалению, в ряде случаев избирается для этого наиболее простой, но, видимо, далеко не лучший способ: распространяются принципы социализма на коммунизм и рассуждается о том, как они 246
будут там выглядеть. Так, Ц. Л. Степанян утверждает, например, что «социалистическое сознание масс, развивающееся в условиях ожесточенной борьбы между возникающим социализмом и умирающим капитализмом, требует подчинения личных интересов общественным, что достигается применением мер не только убеждения, но и принуждения. Коммунистическое же сознание основывается на гармоническом сочетании личных и общественных интересов» К В связи с данным утверждением следует заметить, что общественное сознание и при социализме имеет своим принципом гармоническое сочетание личных и общественных интересов, а не просто подчинение. О подчинении встает вопрос тогда, когда возникают противоречия между личным и общественным. Но если такие противоречия будут возникать и при коммунизме, а допущение их возможно, то и в этих условиях, надо полагать, трудящиеся выскажутся за подчинение личного общественному и в процессе регулирования поведения людей могут воспользоваться не только убеждением, но и принуждением, скажем, через общественное мнение. Чтобы обнаружить различия между сознанием социалистического общества и сознанием общества коммунистического, важно изучить и обобщить те глубокие изменения в сознании людей, которые происходят в процессе коммунистического строительства. В современных условиях в нашем обществе в соответствии с Программой КПСС решается задача формирования у всех советских людей научного мировоззрения. В процессе ее решения каждый человек должен овладеть знаниями в области марксистско-ленинской теории, основами наук, повысить общий уровень культуры. Как скажется решение этой задачи на структуре общественного сознания? Не будет ли это означать, что при коммунизме люди будут руководствоваться только теоретическим сознанием и исчезнет из обихода сознание обыденное? Такая точка зрения высказывалась в нашей литературе2. Правда, сейчас стоит задача сближения обыден- 1 Ц. А. Степанян. Диалектика формирования духовной жизни коммунистического общества. — «Вопросы философии», 1964, № 4, стр. 66. 2 См. Э. X. Степанян. Развитие общественного сознания и взаимодействие его форм. — «Взаимодействие форм общественного со- 247
ного и теоретического сознания, но поднять обыденное сознание до уровня теоретического и тем самым преодолеть его — это нереально1. Дело в том, что теоретическое сознание отражает действительность со стороны сущности, в то время как обыденное — со стороны явления, оно представляет его таким, каким он является «невооруженному взгляду». И потребность у людей не только вскрывать сущность вещей, но и сосредоточивать внимание на явлении, на непосредственных отношениях, с которыми они сталкиваются в повседневной практике, вряд ли когда-либо исчезнет. Скажем, при социализме в обыденном сознании выражаются повседневные нужды и потребности людей, непосредственные условия их жизни. Этот вид сознания все теснее связывается с теоретическим сознанием, испытывает на себе влияние последнего, но он не поглощается им. Этого, по-видимому, не произойдет и в будущем, ибо проникновение в сущность вещей необходимо предполагает отражение их со стороны внешнего проявления и использования полученных представлений в повседневной жизни, хотя изменение соотношения между теоретическим и обыденным сознанием будет происходить в пользу первого. Теоретическое сознание — это сфера науки, а также в значительной мере и сфера идеологии. Что касается науки, то суждения относительно ее всестороннего развития и возрастания значения в общественном сознании при коммунизме не вызывают возражений. О будущности же идеологии высказываются разные точки зрения. Идеология в классовом обществе выступает как классовое сознание, а' раз классов при коммунизме не будет, то иногда делается вывод об отмирании ее в этом обществе. Однако вряд ли можно согласиться с таким выводом. Исчезновение классов, классовых интересов отнюдь не означает исчезновения интересов вообще. Интересы общества останутся, а, следовательно, последнее будет нуждаться в том, чтобы выражать и формулировать свои общие интересы, обосновывать пути и средства их достижения, идеалы и смысл жизни людей на каждом этапе исторического развития. И это будет осуществлять знания», [сб.], стр. 48; Ю. М. Серов. Общественное и индивидуальное сознание. М., 1964, стр. 63. 1 См В. Ж. Келле. Структура общественного сознания. 248
идеология. Она потеряет свои классовым характер как свою историческую форму, в которой выступала на протяжении тысячелетий, и будет бесклассовой, общечеловеческой. Но она сохранит свою специфику как самосознания общества. Наука, отражая действительность, формулирует законы, но не ставит задачи, не обосновывает идеалы и цели. Это делает идеология, опираясь на науку, на открытые последней законы. Наука и идеология выступают как сознание и самосознание общества, без которых оно не может обойтись ни на одном из своих исторических этапов развития. Общественное сознание, как мы видели, проявляется в различных видах. Какие изменения будут претерпевать известные сейчас виды сознания социалистического общества? В литературе, рассматривающей вопрос о перспективах изменения общественного сознания, виды последней подразделяются, как правило, на три группы, судьба которых различна !. Первую группу составляют наука (ее нередко рассматривают еще в качестве особой формы сознания, а не как специфическую сферу), философия, искусство и мораль2. Эти виды не отмирают с переходом к коммунизму, а, напротив, получают свое дальнейшее и всестороннее развитие. Ко второй группе относятся политическое сознание и правосознание. Поскольку при коммунизме не будет политики и права, то отомрут и связанные с ними духовные образования: политическое сознание и правосознание. Наконец, третью группу составляют извращенные виды сознания, которые окончательно исчезнут с победой коммунизма как пережитки прошлого. Такое представление об изменении видов общественного сознания в общем правильно, но оно оставляет чувство некоторой неудовлетворенности, ибо возникает впечатление: не будет ли сознание коммунистического общества более бедным по своему содержанию и проявлению, чем сознание прошлых эпох. Поэтому ответ о судьбе видов общественного сознания вызывает на размышление. Мы уверены, что сознание коммунистического общества не станет беднее, чем было сознание прошлых эпох. 1 См. В. Ж. Келле. Структура общественного сознания, стр. 26—27. 2 К этой группе видов сознания относится, на наш взгляд, и экономическое сознание. 249
Напротив, оно будет богаче, разнообразнее, содержательнее. Богатство, разнообразие, содержательность общественного сознания будут определяться богатством и разнообразием самих общественных отношений между людьми. С коммунизма начинается подлинная история человечества. До сих пор все усилия людей направлялись на то, чтобы обеспечить необходимые для жизни материальные блага. Развитие духовной жизни людей не выступало самоцелью общества. Напротив, коммунизм предполагает развитие не только материальных условий жизни людей, хотя материальное производство составляет основу общества. Всемерное развитие духовной стороны жизни общества — это важнейшая цель коммунистического общества. Она предполагает всестороннее развитие личности каждого человека. Поэтому-то сознание коммунистического общества не может не быть богаче, разнообразнее, содержательнее, чем сознание всех предшествующих эпох. И то, что из общественного сознания будут окончательно вытеснены донаучные и антинаучные представления, иллюзии и заблуждения и заменены взглядами и представлениями, соответствующими действительности, будет говорить не о бедности, а, напротив, о содержательности общественного сознания. Нельзя без оговорок согласиться и с тем, что политические взгляды и правовые взгляды как виды общественного сознания «исчезнут» по мере перехода к коммунизму. Нам кажется, что данные виды преобразуются и в общественном сознании не возникнет никакого вакуума. Политическое сознание например, касается определения направления общественной деятельности людей. Оно связано- с отношениями по управлению обществом (с общественным самоуправлением), и этот его элемент сохранится и при коммунизме. Оно потеряет классовый характер, претерпит изменения в своем содержании, но не исчезнет из общественного сознания, а будет составлять важнейшее содержание идеологии. Сходную эволюцию будет претерпевать и правосознание. Правосознание представляет собой совокупность взглядов о действующем праве, о правах и обязанностях людей и т. д. Правосознание порождено классовым обществом и призвано, как и право, регулировать поведение людей. Однако известно, что поведение людей регулируется также и нравственным сознанием, нормами морали. По сути дела у права, правосознания и нрав- 250
ственности общие задачи, но решаются они специфическими средствами. При коммунизме права как системы норм, установленных или санкционированных государством, не будет. Часть правовых норм отомрет за ненадобностью (скажем, нормы уголовного права), другая же часть этих норм сольется с нормами морали или превратится в общественные правила. По мере перехода общества к коммунизму на основе норм нравственности и норм права будут складываться единые нормы коммунистического общежития. Следовательно, речь идет опять не просто об исчезновении норм права, а главным образом о их преобразовании. А потому и правосознание не просто исчезает, а преобразуется. Хотя нормы права и будут заменены нормами коммунистического общежития, но сознание, выражающее отношение к этим нормам, останется, оно потребует изменения тех или иных норм, введения новых и т. д. Иногда говорят, что это сознание будет нравственным по существу, и в этих суждениях есть большая доля истины. Но коммунистическое общество будет нуждаться, видимо, не только в нормах собственно нравственных, требующих определенного отношения человека к интересам коллектива, общества. Оно будет нуждаться, как и современное общество, в организационных нормах или правилах. Последние не носят морального характера. И сознание, выражающее к ним свое отношение, тоже не является таковым. Из сказанного следует, что в настоящее время еще трудно дать сколько-нибудь удовлетворительный ответ на вопросы о содержании и структуре сознания коммунистического общества, кроме указания на их общую тенденцию развития, но несомненно одно — что и содержание и структура его будут отличаться от содержания и структуры сознания общества социалистического. Несомненно также и то, что коммунистическое сознание может восторжествовать лишь на основе осуществления тех огромных преобразований в экономической, социальной и других областях жизни общества, которые намечены Программой КПСС; оно может утвердиться через решительную борьбу против буржуазной идеологии и психологии. Рассмотренная выше структура общественного сознания позволяет говорить об ее образованиях (видах, 251
сферах и типах) как о более или менее устойчивых структурных компонентах, каждый из которых в свою очередь обладает своей внутренней структурой. В то же время реально существующее сознание в своем конкретном проявлении выступает в виде определенных состояний. Последние составляют весьма подвижную, динамическую его структуру, которую также нельзя не учитывать, если мы намерены раскрыть социальную роль сознания в жизни общества.
Глава V СоСПЮЯНиЯ общественного сознания Рассмотрение общественного сознания в плане его конкретных состояний обусловлено тем, что общественное сознание воздействует на жизнь людей не как нечто расчлененное на соответствующие компоненты, а в определенной целостности. В марксистской философии признается существование тесной взаимосвязи видов, сфер сознания, наличие внутренних закономерностей развития сознания, а тем самым и его целостность. Однако целостность общественного сознания в нашей литературе в должной мере не раскрывается, о чем можно судить уже по тому, что выяснение взаимодействия видов сознания не идет дальше анализа связи тех или иных пар или групп сознания. При таком анализе деятельность общественного сознания, взятого в целом, остается нераскрытой. Выяснение функционирования целостного общественного сознания представляет, несомненно, огромную трудность в силу разнообразия его уровней, видов, сфер. Трудность обусловлена еще и тем, что в антагонистических общественных формациях общественное сознание выступает в виде классовых сознаний. В таком обществе целостность сознания приобретает два значения: во- первых, как целостность сознаний отдельных классов с присущим им единством теоретического и обыденного сознания, идеологии и общественной психологии, политических, нравственных, философских и иных идей и взглядов; во-вторых, как целостность сознания всего общества. В классово-антагонистическом обществе целостность сознания во втором ее значении весьма относительна. Однако в отдельные исторические эпохи сознание различных классов может временно совпадать в силу совпадения их интересов, и сознание общества в таком случае представляет собой довольно сложное, но устойчивое целостное образование. К примеру, сознание буржуазного общества в эпоху подымающегося капитализма было относительно целостным образованием. С развитием же капитализма, по мере осознания рабочим классом и другими трудящимися массами несовместимости 253
своих коренных интересов с интересами буржуазии положение изменялось: в соответствии со сложившейся социальной структурой буржуазного общества резко расслоилось и его сознание на классовые духовные образования. Сознание буржуазного общества, как и других антагонистических обществ, выступает в виде противоборствующих классовых сознаний, что и обусловливает необходимость и важность анализа прежде всего классовых сознаний. Но это не снимает проблему изучения целостности общественного сознания, ибо в каждый данный момент сознание классово антагонистического общества, раздираемое противоречиями, обладает все же определенными качественными характеристиками. В целях познания и преобразования такого общества важно знать специфику его сознания, соотношение в последнем классовых сознаний, господство в нем тех или иных тенденций развития и т. д. Особенно большое значение проблема целостности общественного сознания приобретает при социализме, где происходит становление социальной однородности общества, где коренные интересы еще сохраняющихся классов совпадают, и на этой основе между ними складывается политическое и идейное единство К Социалистическое сознание функционирует как единое целостное образование. Понимание общественного сознания как явления не только расчлененного на составляющие его компоненты, но и как единого образования, определяемого интересами своих носителей, позволяет полнее и глубже раскрывать его роль в жизни общества. Общественное сознание как целостное образование в каждый переживаемый период проявляется в определенных своих состояниях2. Последние, на наш взгляд, и дают конкретное представление 1 Наличие политического и идейного единства не снимает, конечно, вопроса об уровнях сознания разных социальных групп общества. Скажем, тот факт, что рабочий класс выступает руководящей силой советского общества, объясняется в немалой степени высоким уровнем сознания этого класса в сравнении с другими социальными группами. 2 Строго говоря, речь идет о состояниях носителей общественного сознания — социальных общностей, ибо отделять идеи, взгляды, переживания, мнения от их носителей мы можем только п абстракции. 254
об общественном сознании как цельном духовном образовании. Принцип рассмотрения общественного сознания в качестве определенной целостности еще не получил в литературе своего обоснования, а сам термин «состояние» сознания не вошел в научный обиход. Поэтому мы намеренно ограничим свою задачу в данной работе лишь постановкой самой проблемы. 1 Понятие „состояния" общественного сознания В литературе, рассматривающей вопросы сознания, можно встретить утверждение, что термин «состояние» сознания изобретен буржуазными философами и психологами и потому вряд ли оправдано его употребление1. Действительно, этот термин распространен в современной буржуазной психологии и философии2, но он не является их изобретением, им пользовались еще Аристотель3 и другие ученые прошлого4, а в настоящее время его использует и советская психология. 1 См. В. Ф. Кузьмин. Философская категория сознания и современная наука. М., 1964, стр. 19—20. 2 Так, например, этим термином широко пользовался американский психолог и философ У. Джемс. Он определял психологию как науку о состояниях сознания. См. «Научные основы психологии». СПб. 1902. Термином «состояние» оперируют психологи Г. Е. Мюллер (G. E. Muller. Zur Psychologie der Gesichtsempfindungen, 1896, Bd. 10), К- Левин (К. Lewin. Principles of topological Psychology. New York, 1936) и др. Немецкий философ-идеалист М. Хейдеггер рассматривает состояние как действующую в человеке настроенность, на которую он сам не может оказывать воздействия, но которая определяет в данный момент все его чувства, мысли и жела«ия. По взглядам этого философа, психическое состояние есть исходный момент существования, м. Heidegger. Sein und Zeit. Halle, 1931). Широко пользуются термином «состояние» сознания представители буржуазной социологии познания, изучающие массовые настроения, общественное мнение и другие проявления общественного сознания. 3 См. Аристотель. О душе. М., 1937. 4 Учение об аффектах Б. Спинозы являлось учением о психических состояниях человека. «Под аффектами, — писал он,— я разумею состояния тела... которые увеличивают или уменьшают способность самого тела к действию, благоприятствуют ей или ограничивают ее, а вместе с тем и идеи этих состояний» (Б. Спиноза. Избранные произведения в 2-х томах, т. I. M., 1957, стр. 456). 255
Термин «состояние» многозначен. В советской психологии он употребляется по преимуществу для характеристики внутреннего мира личности, в особенности ее эмоций, эффектов, влечений, страстей и т. д. Под психическим состоянием человека понимается как переживание, так и психическая деятельность человека К Психологи употребляют термин «состояние» применительно к характеристике индивидуального сознания. Изредка он применяется и при анализе общественного сознания. В этом значении употреблял его Г. В. Плеханов. «Нет ни одного исторического факта, — писал он,— которому не предшествовало бы... и за которым не следовало бы известное состояние сознания»2. Им обозначают ряд явлений общественной психологии, в частности настроения3. Термин «состояние» правомерно употреблять, по нашему мнению, как к явлениям общественной психологии, так и к другим проявлениям общественного сознания. Правомерно потому, что общественное сознание в целом и в своих отдельных проявлениях всегда что-то испытывает, переживает, оценивает, другими словами, принимает определенные состояния. А последние воздействуют на мотивы поведения людей, на принятие ими определенных решений, короче, побуждают их к деятельности. Социология, выясняя активную роль общественного сознания в жизни людей, как раз и сталкивается с проблемой его состояний. При изучении общественного сознания только в гносеологическом плане вопрос о его состояниях не встает. И это понятно. При таком подходе общественное созна- 1 «.. .Это — целостная характеристика психической деятельности за определенный период времени, показывающая своеобразие протекания психических процессов в зависимости от отражаемых предметов и явлений действительности, предшествующего состояния и психических свойств личности» (Н. Д. Левитов. О психических состояниях человека. М., 1964, стр. 20). 2 Г. В. Плеханов. Избранные философские произведения в пяти томах, т. II, стр. 247—248. 3 «Нам представляется, — пишет Б. Д. Парыгин, — что понятие «настроение» следует употреблять и в более широком смысле для обозначения как эмоционального состояния, так и общего настроя, направленности, ориентации всех проявлений психики индивида или социальной группы» {Б. Д. Парыгин. Общественное настроение. М., 1966, стр. 4). См. также А. И. Горячева. О некоторых категориях социальной психологии (К вопросу о структуре общественной психологии). «Проблемы общественной психологии», [сб.]. 256
ние соотносится с общественным бытием и рассматривается как отражение последнего. В социологическом плане изучения исследователи, исходя из понимания общественного сознания как отражения общественного бытия и имея дело с сознанием как уже с определенным продуктом, результатом, сосредоточивают свое внимание на соотношении сознания с деятельностью людей, направленной на изменение, преобразование самого общественного бытия. Поэтому здесь объектом анализа являются и состояния сознания как специфические проявления, различающиеся между собой по глубине влияния на поведение людей, по положительному или отрицательному на них воздействию, по продолжительности или кратковременности воздействия. Конкретно-исторический подход к рассмотрению общественного сознания в социологическом плане позволяет установить, что не политические, правовые, нравственные и иные идеи и взгляды, представления и чувства в отдельности оказывают непосредственное воздействие на деятельность людей, а их сплав, т. е. те образования, которые возникают в результате взаимодействия различных идей и взглядов, представлений и чувств. Эти образования и выступают как состояния сознания. Состоянием общественного сознания выступает, как правило, не просто совокупность тех или иных идей и взглядов, представлений и чувств, а такое их положение, когда одни из них занимают доминирующее положение в сознании и пронизывают все его содержание. Действительно, сознание того или иного общества бывает пропитано определенными идеями (то политическими, то философскими, то нравственными и т. д.) и в зависимости от этого приобретает некоторое своеобразие. Примером тому может служить сознание средневекового общества, когда вся духовная жизнь была пропитана религиозной идеологией. Последняя и придавала общественному сознанию господствующего класса определенный настрой и направленность К В эпоху ранних бур- 1 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 7, стр. 360, 361 и др. Мысли Энгельса относительно господствующего положения религиозной идеологии в общественном сознании феодального общества не только позволяют подчеркнуть одну из важнейших особенностей состояний сознания, но и намечают путь к выяснению роли общественного сознания в жизни общества. Хотя религия и пронизывает все стороны духовной жизни, но не только она играет активную 257 4$ А. К. Уледов
жуазных революций в Западной Европе доминирующее положение в общественном сознании занимала политическая идеология, придававшая настрой сознанию и влиявшая на его конкретные состояния. Настроенность и направленность сознания под влиянием доминирующих в нем идей и взглядов, представлений и чувств составляет специфическую особенность состояний общественного сознания. Отмеченная особенность состояний позволяет различать содержание общественного сознания, т. е, наличествующие в нем идеи, теории и другие образования, и его конкретные проявления в зависимости от того, какие идеи и чувства начинают в нем доминировать в определенный момент времени. Разграничение содержания сознания и его состояний очень важно учитывать при анализе активности общественного сознания, поскольку одно и то же по содержанию сознание, но различное по настрою и направленности, оказывает неодинаковое влияние на поведение людей, их деятельность. Это отчетливо проявляется при сравнении состояний подъема и состояний упадка. Общественное сознание на подъеме носит, как правило, оптимистический характер; напротив, упадок в духовной жизни пронизан пессимизмом. Это полярные выражения состояний сознания, в действительности же встречаются многочисленные оттенки переживаемых состояний К И их влияние на общественную жизнь сказывается уже в том, что состояние подъема побуждает людей к активным действиям, а состояние упадка, напротив, расслабляет людей, деморализует их. Роль сознания, переживающего различные состояния, неодинакова, содержание же его может оставаться одним и тем же. Состояние — это целостные проявления общественного сознания. Их целостность состоит в том, что доминирующие идеи и взгляды, чувства и настроения, прони- роль в обществе. Такую роль играет определенное состояние всего общественного сознания, свойственное данному периоду истории. 1 Состояние подъема сознания или, наоборот, упадка не остается неизменным: оно неизбежно претерпевает свою эволюцию. Причем на различных этапах этой эволюции сознание может характеризоваться различной степенью интенсивности, т. е. убежденностью людей и глубиной переживаемых ими чувств, а также различной экстенсивностью, т. е. распространенностью идей в массах населения, широтой охвата. 258
зывая все содержание общественного сознания, придают последнему определенное качество. Целостность отнюдь не сводится, скажем, к монолитности как одной из возможных качественных характеристик сознания. Еег признаком является именно наличие определенного качества. Последнее не исключает ни различий между сторонами целостности, ни их противоречивых отношений. В классово антагонистическом обществе целостность состояний сознания весьма относительна, хотя и здесь в отдельные исторические эпохи сознание различных классов может временно совпадать и сознание общества в целом в таком случае может испытывать определенные общие состояния. Общие состояния возможны и тогда, когда господствующему классу удается навязать свою идеологию другим классам. Так, известно, что в классовом обществе господствующие классы «регулируют производство и распределение мыслей своего времени; а это значит, что их мысли суть господствующие мысли эпохи» *, которые и придают общественному сознанию определенное состояние. Это состояние в классовом обществе выступает противоречивым образованием, но оно обладает специфической качественной характеристикой. Об общих состояниях сознания общества можно говорить и при наличии резких классовых размежеваний сознания, ибо любое классовое общество — это социальное целое, где классы связаны между собой, а их сознания взаимодействуют. Если целостность состояний общественного сознания позволяет характеризовать их с качественной стороны, то распространенность идей, взглядов, чувств и настроений, составляющих доминанту в общественном сознании, подчеркивает количественную характеристику состояний сознания. И ее также важно учитывать при выяснении специфики состояний сознания. Это важно потому, что нередко бывает так, что доминирующие в идеологии идеи и взгляды не сразу распространяются в массах и становятся их руководством к действию. И пока они не получили распространения в массах и не восприняты ими, общественная психология не приобретает и соответствующего состояния. Отсюда 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 46. 259
возникает необходимость при изучении конкретных состояний сознания выявлять степень их распространенности К Специфика состояний общественного сознания проявляется, далее, и в том, что они принимают, как правило, эмоциональную окраску. Свидетельством тому служит распространенность общественных настроений в каждый данный момент времени. Общественные настроения нельзя рассматривать лишь как внешний показатель существования состояний сознания, поскольку все, что выражается общественным сознанием, так или иначе затрагивает потребности, интересы людей и вызывает у них определенные эмоционально-волевые отношения к явлениям и фактам действительности, вызывает у них переживания. Последние не просто придают эмоциональную окраску состояниям сознания, а выражают и его сущность, в особенности направленность сознания, его готовность или отсутствие такой готовности к действию, другими словами, выражают установки больших групп людей2. Поэтому и 1 Это понимают и представители буржуазной социологии. Так, американские социологи (П. Сорокин, Р. Мертон и др.) ставят своей задачей исследование степени распространения господствующих идей в массах, а также факторов, влияющих на их распространение и усвоение массами. С этой целью они анализируют прессу, радио, телевидение и т. д., т. е. проводят исследования массовых коммуникаций (R. Merton. Social Theory and Social Structure. Glencoe, 1957). 2 Общая психология выработала понятие «установки» для характеристики психологической готовности человека к деятельности. Установка, согласно взглядам Д. Н. Узнадзе, «является целостным, динамическим состоянием субъекта, состоянием готовности к определенной активности, состоянием, которое обусловливается двумя факторами: потребностью субъекта и соответствующей объективной ситуацией» (Р. Г Натадзе. Экспериментальные основы теории установки Д. Н. Узнадзе. — «Психологическая наука в СССР». М, 1960, т. II, стр. 162). Об установках можно говорить и применительно к целым группам, классам, являющимся носителями общественного сознания. Понятие установки может характеризовать состояния общественного сознания, а потому должно изучаться общественной психологией и социологией. Следует заметить, что буржуазные социологи разрабатывают проблему установки как предрасположения к восприятию и интерпретации социальных явлений в определенном направлении. Они, в частности, разрабатывают системы шкал для опросов общественного мнения, с помощью которых стремятся определить установку больших групп населения, их возможные суждения и действия (Н. Cantril. Gauging Public Opinion. Princeton, 1947). 260
важно при выяснении специфики состояний сознания обращать внимание на общественные настроения. Данная выше характеристика понятия «состояния» сознания позволяет судить о состояниях как специфических проявлениях общественного сознания. В самом деле, трудно отрицать существование доминанты в общественном сознании, придающей последнему определенный настрой и направленность, эмоциональную окраску, отрицать то положение, чго общественное сознание, приобретая определенное качество, побуждает людей к той или иной деятельности, как бы господствует над ними. Широко употребительные понятия «духовная атмосфера», «дух времени», «умонастроения» как раз и являются отражением существующих в обществе состояний как специфических проявлений общественного сознания. Однако они не выступали предметом научного исследования, не рассматривались как специфические структурные образования общественного сознания. Одной из причин этого явилось, по-видимому, то, что состояния сознания, как правило, кратковременны и малоустойчивы. Но кратковременность и малоустоичивость вряд ли могут служить препятствием для серьезного исследования состояний общественного сознания. Ведь время их существования и устойчивость зависят от тех факторов, которые вызвали к жизни данные состояния сознания. Скажем, общественное мнение как одно из самых массовых, распространенных состояний сознания может быть кратковременным, если вопрос, по которому оно сформировалось, решается быстро. Напротив, если этот вопрос длительное время остается нерешенным, соответственно долго будет сохраняться и возникшее общественное мнение по данному вопросу, и оно может быть весьма устойчивым. Вполне правомерно, на наш взгляд, судить о состояниях общественного сознания как специфических структурных образованиях, которые не совпадают с нравственным, философским, эстетическим и другими известными видами сознания, с идеологией, наукой и общественной психологией как элементами содержательной или статической структуры общественного сознания. Общественное сознание, воздействуя на поведение социальных групп, классов, общества в целом, принимает (испытывает, переживает) определенные свои состояния, различающиеся между собой по своим качественным и 261 9 А. К. Уледов
количественным характеристикам. Поэтому состояния и являются, на наш взгляд, элементами динамической структуры общественного сознания. 2 Выделение состояний общественного сознания в его структуре и пути их познания Необходимость выделения состояний общественного сознания в его структуре вытекает уже из краткого рассмотрения содержания понятия «состояния» сознания. В обоснование ее можно привести следующие доводы. Во-первых, выделение состояний важно для понимания реальных процессов политической, экономической, социальной жизни общества. Анализ конкретных состояний общественного сознания позволяет лучше понять ход событий, действия людей, поведение тех или иных классов, политических партий и т. д. Замечательные образцы учета состояний сознания при анализе явлений общественной жизни оставили нам классики марксизма- ленинизма. К. Маркс, например, в работе «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта», прослеживая этапы развития французской революции 1848 г., дает и характеристику состояний сознания как общества в целом, так и разных классов и их отдельных слоев, в особенности класса буржуазии. К примеру, слабость буржуазной партии порядка, ее беспомощность в борьбе с исполнительной властью он усматривает в таком состоянии сознания, как «парламентский кретинизм» *. В. И. Ленин в работах «Удержат ли большевики государственную власть?», «Письмо к товарищам» и других, написанных накануне Октябрьской революции, большое значение придавал умонастроениям (или настроениям) классов в революционной борьбе. Так, в «Письме к товарищам» Ленин писал, что время вооруженного восстания в России назрело. Сложились необходимые для этого и объективные и субъективные условия. Среди субъективных условий он выделял такое, как настроения масс. Ленин прослеживает изменения 1 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 8, стр. 181. 262
в настроении масс с апреля по октябрь 1917 г. и показывает, что оно достигло того уровня, при котором возможно победоносное вооруженное восстание К Во-вторых, изучение состояний общественного сознания важно для понимания процесса отражения людьми окружающей действительности. От состояний сознания зависит в значительной мере то, в каких формах будут отражаться общественные отношения, интересы людей. Хорошо сказал по этому поводу Г. В. Плеханов, выясняя вопрос о развитии права. «Не сознанием людей, — подчеркивал он, — вызываются к существованию те интересы, которые право защищает, следовательно, не им определяется содержание права; но состоянием общественного сознания (общественной психологии) в данную эпоху определяется форма, которую примет в человеческих головах отражение данного интереса. Не приняв в соображение состояния общественного сознания, мы совершенно не могли бы объяснить себе историю права»2. То же самое можно сказать и относительно искусства, литературы, нравственности и других общественных явлений надстроечного порядка. В-третьих, идеологическая работа, призванная духовно обеспечить практическую деятельность людей, должна строиться с учетом существующих состояний общественного сознания и необходимости формирования определенных состояний, поскольку последние сопровождают практическую деятельность людей. Чтобы подготовить соответствующее состояние общественного сознания, необходимо знать закономерности его формирования, в особенности те, которые выражают связь между идеологическим и социально-психологическим моментами сознания, теоретическим и обыденным сознанием. Так, установлено, что хотя определенные идеи и получают распространение в обществе, но далеко не всегда вызывают 1 Нужна была, писал Ленин, «сознательная, твердая и непреклонная решимость сознательных (рабочих — А. У.) биться до конца, это —с одной стороны. А с другой стороны, нужно сосредоточенно- отчаянное настроение широких масс... Именно к этому сочетанию наученной опытом сосредоточенности сознательных и близкого к отчаянию настроения ненависти к локаутчикам и капиталистам у широчайших масс развитие революции привело на деле и рабочих и крестьянство» (В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 413). 2 Г В. Плеханов. Избранные философские произведения в пяти томах, т. II, стр. 260. 263
соответствующее состояние общественного сознания. Они определяют состояния сознания, а следовательно, и становятся руководством в практической деятельности лишь тогда, когда захватывают и область психологии людей, когда не только осознаются, но и переживаются людьми. Состояние сознания, как отмечалось, есть умонастроение. Идеологическая работа партии как раз и призвана создавать общественные умонастроения. В-четвертых, от правильных представлений о состояниях общественного сознания во многом зависит успех борьбы против буржуазной идеологии. Наша пропаганда разоблачает философские, социологические, этические и иные взгляды буржуазных идеологов, показывая их научную несостоятельность и классовый смысл. Однако не всегда она достигает желаемых результатов, так как часто мы не сосредоточиваем борьбу на главных, основных концепциях, т. е. тех, которые оказывают воздействие на состояния общественного сознания. Известно, что идеологи буржуазии создают «новые» теории в большом количестве, но далеко не все из них оказывают сколько- нибудь заметное влияние на состояние сознания и сходят со сцены идеологической жизни так же быстро, как и появляются. Только глубокое знание состояний сознания в буржуазном и социалистическом обществе позволяет правильно выбрать объект борьбы и вести ее эффективно. В-пятых, через выделение состояний сознания становится возможным выяснение механизма влияния духовных образований на деятельность людей, понимание активной роли сознания в жизни общества. Состояния сознания являются связующими звеньями между сознанием как процессом отражения действительности и практической деятельностью людей по изменению этой действительности. Перефразируя известное ленинское определение ощущения как непосредственной связи сознания с внешним миром, можно сказать, что состояния общественного сознания тоже суть непосредственные связи, но не в процессе отражения этого мира, а в процессе его изменения. Поскольку познание и изменение мира являются сторонами единой деятельности людей, то и состояния суть непосредственные связи сознания с реальной жизнью людей, их общественной практикой. Испытывая определенные состояния, общественное сознание и играет роль активной духовной силы в обществе. 264
Некоторые философы отвергают тезис о состояниях сознания и их активной роли в деятельности людей. Так, М. Я. Koeajy>30H отрицает активную роль за таким состоянием массового сознания, как общественное мнение. Он пишет: «К сожалению, многие товарищи рассматривают у нас общественное мнение как состояние сознания, как духовную силу, не замечая, в какие противоречия они при этом впадают» 1. М. Я. Ковальзон утверждает, что если бы состояния сознания действительно могли играть роль реальной силы, то морали, например, для охраны своих норм не потребовалось бы прибегать к общественному мнению, а она это делает. Он ставит вопрос: «Если сознание — это сила, то почему бы моральному сознанию самому себя не охранять?» «Но видимо, это невозможно», — отвечает он2. А почему же невозможно? Разве сознание и чувство совести людей не выступает такой «духовной силой», которая заставляет людей соблюдать моральные нормы? Вряд ли это можно отрицать. Свидетельством тому служит нравственный опыт людей, обобщенный в этических теориях. Пожалуй, трудно найти этическую теорию, которая бы не раскрывала роль совести людей в обеспечении моральных норм. Конечно, еще далеко не все члены общества даже в условиях социализма побуждаются к соблюдению норм своей совестью, поэтому и приходится обществу для обеспечения выполнения своих требований к личности прибегать к общественному мнению. По мере же возрастания сознания совести людей общество все реже и реже будет прибегать к силе общественного мнения, хотя последнее всегда будет стоять на страже нравственности. Общественное мнение как состояние сознания, согласно взглядам М. Я. Ковальзона, не выступает социальной силой, ибо оно не выходит в этом случае за пределы сознания, а потому не может играть активную роль в жизни людей. «Нетрудно понять, — пишет он,— что чужое мнение может стать для нас чем-то действенным, может заставить нас считаться с ним, если оно связано с какой-то силой — силой авторитета или авторитетом силы»3. Совершенно справедливо: люди потому и 1 М. Я. Ковальзон. Мировоззрение и мораль, стр. 26. 2 Там же. 3 Там же, стр. 27. 265
прислушиваются в большинстве своем к общественному мнению, что последнее в их глазах как раз и обладает и «силой авторитета» и «авторитетом силы»1. Общественное мнение в качестве состояния общественного сознания, утверждает М. Я. Ковальзон, не обладает такой силой, оно является лишь видимостью реальной силы2. Он разъясняет, что за общественным мнением обычно следуют практические действия. Поэтому и само общественное мнение выходит за рамки сознания, ибо «включает в себя не только оценку данного поступка с точки зрения норм морали, но и определенные реальные отношения, складывающиеся в соответствии с этим сознанием, и определенные практические действия, в которых выражается отношение к человеку, творящему благо или зло»3. Для объяснения действенной роли духовных образований, в том числе и общественного мнения, нет необходимости отождествлять духовное с практическими действиями людей. Такое отождествление приведет к стиранию всяких различий между духовными образованиями и общественной практикой людей, между субъективным и объективным. В самом деле, если мнение включает в свое содержание и реальные отношения и практическую деятельность людей, то оно перестает быть духовным явлением. В то же время реальные отношения и практические действия людей называются мнением, а последнее еще в древности относилось к сфере сознания. Защищаемый взгляд порождает ряд вопросов: можно ли вообще говорить о роли духовных явлений в общественной жизни? Если можно о ней говорить, то в чем же она проявляется? Настаивая на утверждении о том, что общественное сознание через переживаемые состояния проявляет свою активную роль в обществе, мы вполне отдаем себе отчет в том, что сами по себе идеи не совершают никаких действий, что для этого необходимы практические усилия людей. Но известное положение Маркса о том, что идея, 1 Сила авторитета общественного мнения показана в работах: сСтроительство коммунизма и духовный мир человека», гл. XIII — Общественное мнение как фактор коммунистического воспитания; «Проблемы развития коммунистического сознания», гл. 6. 2 См. М. Я. Ковальзон. Мировоззрение и мораль, стр. 27. 3 Там же, стр. 29. 266
овладевшая массами, становится материальной силон, вряд ли следует толковать в буквальном смысле. Получая распространение, идеи побуждают к определенной деятельности большие группы людей. Последние, объединяясь и совместно действуя, представляют собой действительно реальную, вполне материальную силу. Идея, побудившая людей к деятельности, фигурально выражаясь, тоже есть материальная сила. Однако она при этом не теряет своей духовной природы и не включает в свое содержание действий и отношений людей. Состояния сознания (в том числе и общественное мнение) составляют субъективную сторону реальных отношений и деятельности людей, выступая в роли движущей силы. Выделение состояний общественного сознания, и в частности характеристика общественного мнения как состояния сознания, отрицается и с иных позиций, чем рассмотренные выше. Так, Б. А. Грушин отвергает попытку «наряду с традиционными расчленениями общественного сознания (по принципу форм сознания, а также по принципу уровней сознания)» «ввести еще одно расчленение— по принципу состояний сознания»1, чтобы раскрыть специфику общественного мнения. Б. А. Грушин считает, во-первых, что рассмотрение общественного сознания по «принципу форм сознания» и по «принципу уровней сознания» вполне раскрывает активную роль сознания и нет необходимости говорить о каких-то состояниях сознания2. Как было показано выше, активность сознания проявляется именно через свои состояния, в том числе и через общественное мнение3. Во-вторых, он выступает против выделения состояний потому, что последние не являются некоей самостоятельной «субстанцией» наряду с другими, т. е. формами сознания, уровнями сознания. Состояние сознания «оказывается, — разъясняет он, — своеобразным интегралом всех иных «субстанций»»4. Но в тех работах, на которые 1 Б. А. Грушин. Мнения о мире и мир мнений. М., 1967, стр. 58. 2 См. там же. 3 Б. А. Грушин сам вынужден признать, что «выражаемое тем или иным образом общественное мнение — это массовое сознание in actu, в действии, или реакция массового сознания» (там же, стр. 61). Другими словами, речь идет об общественном мнении как состоянии массового сознпння. А Там же, стр. 60. 267
он ссылается \ состояние сознания вовсе не рассматривается как самостоятельная субстанция. Суть вопроса о состояниях общественного сознания сводится именно к тому, что состояния не существуют наряду с политическими, нравственными, эстетическими и иными видами сознания, со сферами и типами сознания, последние как раз и испытывают, переживают определенные состояния. Все отмеченные выше моменты и позволяют говорить не только об уровнях сознания, его видах, сферах и типах, но и об определенных состояниях. Каковы пути познания состояний общественного сознания? Пути, способы и приемы изучения содержания общественного сознания, его структуры, выработанные марксистской философией, сохраняют свое значение и при изучении состояний сознания. Поэтому следует обратить внимание лишь на те моменты, которые имеют специфический интерес для изучения состояний сознания. При познании состояний сознания большое значение приобретает вопрос о их происхождении, о выявлении тех факторов, которые вызвали их к жизни. Факторы, обусловившие появление определенного состояния, во многом объясняют, как показывают исследования, содержание состояния, его интенсивность, положительное или отрицательное воздействие на людей и т. д. Состояния сознания зависят в конечном счете от материальных общественных отношений. Эта зависимость проявляется через социальную структуру, политический строй, систему общественных организаций и другие факторы. Влияние всей совокупности такого рода факторов следует иметь в виду при изучении состояний сознания. В. И. Ленин, обращая внимание на вопрос формирования умонастроения масс, указывал, что «твердая линия партии, ее непреклонная решимость тоже есть фактор настроения, особенно в наиболее острые революционные моменты.. .»2. Здесь Ленин акцентирует внимание на необходимости сознательного формирования умонастроения масс, на том, что от поведения самой партии, ее умонастроения во многом будет зависеть и настроение широких масс. 1 См. А. К. Уледов. Общественное мнение советского общества. М., 1963; А. К. У ледов. О состоянии общественного сознания. — «Вопросы философии», 1966, № 2. 2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 411—412. 268
Специфика состояний сознания часто зависит, как отмечалось, от доминанты в общественном сознании. Отсюда ясно, что при изучении данных духовных образований первостепенное внимание должно быть обращено на выделение доминанты. Последнее открывает возможность для выяснения идейно-психологического содержания состояний сознания и их классификации. По политическим, правовым, нравственным, философским и иным идеям и взглядам, превалирующим в общественном сознании, как правило, и судят о содержании состояний сознания и соответственно классифицируют их, называя, скажем, гражданским духом, моральным состоянием и т. п. «Гражданский дух» как одно из состояний сознания— это осознание людьми своей принадлежности к целому (государству, нации, обществу). Он проявляется в идеях и чувствах патриотизма, интернационализма, в чувстве общественности и т. д. Превалирование такого рода идей и чувств в общественном сознании придает последнему определенную окраску. Эти идеи и чувства выступают на первый план и пронизывают все общественное сознание, особенно в эпохи национально-освободительных войн, в эпохи революций. Например, в современный период национально-освободительные движения во многих странах Азии, Африки и Латинской Америки совершаются под флагом национализма. Национализм угнетенных и зависимых наций сплачивает массы на борьбу против империализма, за национальную независимость и выступает тем «гражданским духом», который преобладает в общественном сознании освобождающихся народов. Философские взгляды также могут накладывать свою печать на состояния сознания: Так, Энгельс указывал, что буржуазным революциям в Европе предшествовали философские революции К В такие эпохи мировоззренческие вопросы определяли всю духовную атмосферу общества. Нельзя, конечно, подобное состояние сознания связывать только с предреволюционными эпохами. В России, например, мировоззренческие вопросы выдвинулись на первый план не перед буржуазно-демократической революцией 1905 г., а после ее поражения, что имело свое основание в конкретно-исторических условиях развития 1 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 273. 269
нашей страны в тот период1. Все это служит свидетельством того, что в те или иные исторические периоды мировоззрение влияет на формирование определенного состояния общественного сознания2. Наряду с философскими взглядами на состояния сознания оказывает воздействие и наука. В современных условиях влияние науки на все другие стороны духовной жизни непрерывно возрастает. Изменяется ее место и роль в жизни общества. Она все больше превращается в непосредственную производительную, в экономическую, нравственную и адую социальную силу. Она превращается в социальную силу именно потому, что все общественное сознание достигло определенного уровня развития и наука начинает в нем преобладать. Это и имеет место в социалистическом сознании. Классифицировать состояния общественного сознания можно не только по доминирующим в них идеям и взглядам, но и по функционированию состояний, по эмоциональной окраске последних. Они различаются между собой в процессе функционирования прежде всего по своей устойчивости. Одни из них кратковременны, скоротечны, как, например, общественное мнение, другие же, напротив, весьма устойчивы. Таковыми являются обычаи,тра- диции, социальные нормы, представляющие собой (в сфере духовной жизни) как бы концентрацию прошлых временных, скоротечных состояний и постоянно воздействующих на вновь складывающиеся такого рода состояния3. Различаются состояния и по интенсивности своего 1 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 20, стр. 127—129. 2 Интересны в этом отношении суждения известного ученого М. Борна о философских периодах в истории общественной мысли. «.. .Я думаю, — писал ученый, — что существуют какие-то общие тенденции мысли, изменяющиеся очень медленно и образующие определенные философские периоды с характерными для них идеями во всех областях человеческой деятельности, в том числе и в науке» (М. Борн. Состояние идей в физике и перспективы их дальнейшего развития. — «Вопросы причинности в квантовой механике», [сб.]. М., 1955, стр. 102). 3 Значение традиций и обычаев в обществе по мере ускорения темпов развития последнего, расширения общественных связей падало, но отсюда еще не следует, что они перестали оказывать влияние на духовную жизнь людей. Из истории известно, что традиции и обычаи всегда оказывали как положительное, так и отрицательное, в силу своего консерватизма, влияние. В истории развития общественного сознания ведущее место традиций и обычаев заняли социальные нормы. Они менее устойчивы по сравнению с традициями и обычаями и менее консервативны. Со 270
проявления, находясь, как уже отмечалось, на подъеме или испытывая упадок. Основанием для подразделения состояний сознания выступает и их эмоциональная окраска или тембр духовной жизни общества. Общественное сознание может быть пропитано оптимизмом или пессимизмом, находиться в состоянии уверенности или растерянности, испытывать угрызения совести или выражать гнев и т. д. Короче, состояния общественного сознания могут различаться по самым различным характеристикам. Но главными из них являются содержательные характеристики, позволяющие классифицировать состояния сознания в зависимости от преобладания в них политических, правовых, моральных, философских и иных идей и взглядов. При исследовании состояний общественного сознания, их типизации важно исходить из того, что они представляют собой целостные образования. Это предполагает анализ проявления его в разных сферах сознания. Например, кризисное состояние современного буржуаз- времени деления общества на классы социальные нормы стали играть важнейшую роль в регулировании поведения людей, выступая определенными состояниями отдельных классов или обществ в целом. Б. А. Грушин возражает против рассмотрения «социальных норм поведения», «традиций» и других образований в качестве состояний общественного сознания и против того, чтобы ставить их в один ряд с общественным мнением. Так, говоря о социальных нормах (юридических и нравственных), он пишет, что они «целиком входят или в состав правосознания (одну из форм общественного сознания), или в состав обыденного сознания. Ясно, что это лишает нас какой-либо возможности рассматривать их наряду с данными сферами общественного сознания в качестве некоей самостоятельной субстанции — определенного «состояния сознания»» (Б. А. Грушин. Мнения о мире и мир мнений, стр. 59—60). Неправомерно включать юридические нормы в правосознание, а нравственные — в обыденное сознание, ибо они, как это было показано в главе 2-й при характеристике нравственного сознания и правосознания, являются самостоятельными образованиями. Если нельзя определенно утверждать, что они накладывали свою печать на сознание целых эпох, то в отдельных сферах общественной жизни, особенно в быту, их влияние всегда было значительным. Все виды, сферы и типы сознания, на каком бы уровне они ни находились, испытывают определенные состояния. Поэтому вполне правомерно говорить не только об общественном мнении, но и о социальных нормах, и о традициях, и о ряде других образований как о состояниях сознания и ставить их в один ряд с общественным мнением, ибо все они обладают признаками «состояния» сознания, вместе с тем не отождествляя их, ибо они обладают различной устойчивостью. 271
ного сознания необходимо рассматривать и в сфере идеологии и в сфере массового сознания. Попытаемся вкратце охарактеризовать проявление кризисного состояния современного буржуазного сознания К Кризис буржуазного сознания проявляется прежде всего в отказе от прогрессивных завоеваний общественной мысли, которых достигла буржуазия, будучи еще революционным классом. Это касается и философии, где буржуазия отказалась от материалистических воззрений и взяла на вооружение идеализм; и социологии, где были отброшены взгляды на общество, отличающиеся революционно-критическим духом и обосновывающие социально-политические идеалы; и эстетики, где наблюдается «размывание» всех основополагающих эстетических понятий, отказ от реалистических тенденций в искусстве и т. д. Кризис проявляется и в области морали, и в течениях политической мысли и других сторонах духовной жизни общества. В духовной жизни капиталистического общества идет интенсивный процесс «переоценки ценностей» с позиций того же класса буржуазии, но ставшей уже по своим экономическим и политическим устремлениям реакционным классом. Переоценка ценностей с этих позиций неизбежно повлекла за собой потерю буржуазией исторической перспективы, общественных идеалов, отрицание сложившихся прогрессивных традиций, выхолащивание объективного содержания эстетических, философских, этических и иных понятий общественного сознания. Если, скажем, на заре капитализма идеологи буржуазии выдвигали и обосновывали социально-политические идеалы, что нашло свое выражение в известном требовании «свободы, равенства и братства», то в современных условиях буржуазия не может выдвинуть сколько-нибудь значительных идей, которые могли бы стать ее оружием в борьбе 1 О симптомах переживаемого буржуазным сознанием кризиса пишут сами представители буржуазной мысли. Примечательна в этом отношении книга американского прогрессивного писателя Л. Гурко «Кризис американского духа» (М., 1958), отражающая разложение современной американской буржуазной культуры. Из советской литературы см. также «Исторический материализм и социальная философия современной буржуазии». М., 1960; «Марксистская и буржуазная социология сегодня». М., 1964; «Современная философия и социология в странах Западной Европы и Америки». М., 1964; «Критика современной буржуазной идеологии». М., 1963; «Современный капитализм и буржуазная социология». М., 1965. 272
за умы людей. Или, например, в эпоху подымающегося капитализма идеи и взгляды буржуазии в общем были Проникнуты верой в общественный прогресс и носили оптимистический характер, сейчас же ее идеология проникнута неверием в будущее, в творческие возможности человека, является пессимистической. Смена оптимизма пессимизмом в каждой из буржуазных стран зависела от конкретно-исторических условий развития, от переживаемых ими социальных катаклизмов. Так, Л. Гурко, прослеживая историю смены состояний оптимизма и пессимизма в США, пишет, что в американском обществе во второй половине XIX в. и в начале XX в. наиболее характерным состоянием был оптимизм. Но, «достигнув своей кульминационной точки в период бума 20-х годов, оптимизм лопнул с потрясающим треском во время биржевого краха 1929 г. Четыре года депрессии изменили его до неузнаваемости. Сочетав оптимизм с состоянием неуверенности и страха, эта катастрофа, постигшая нашу нацию, породила совершенно новое чувство» ], и этим чувством был пессимизм. Он проявился в настроениях различных сЛоев американского общества и нашел свое отражение в художественной, философской, этической литературе, в искусстве. В современном буржуазном сознании место отброшенных прогрессивных идей занимают реакционные утопии о капитализме, изображающие все его реальные отношения в перевернутом виде. В них капитализм представляется как такой общественный строй, где уже обеспечена полная свобода личности, где будто бы исчезли различия между классами. Капитализм представляется таким обществом, где государство будто бы заботится о благе народа, сам же этот строй не является традиционным строем эксплуатации и угнетения, а есть «народный капитализм». Наряду с утопиями о капитализме в буржуазном сознании распространены извращенные представления о социализме и коммунизме «как закрытом обществе», где будто бы нет элементарных демократических свобод, где господствует тоталитарное государство. Цель такого рода реакционных утопий — нейтрализовать притягательную силу идей социализма, приукрасить капитализм и удержать народ в плену буржуазного сознания. Л. Гурко. Кризис американского духа, стр. 276. 273
Как бы ни усердствовала буржуазная пропаганда над распространением в массах реакционных утопий, последние не могут преодолеть кризисные состояния сознания. В капиталистических странах остро ощущается отсутствие больших конструктивных идей, широких взглядов на мир, общественных идеалов, которые позволяли бы господствующему классу буржуазии осуществлять руководство обществом, вести за собой народные массы. В этих условиях идеологи буржуазии, во-первых, прибегают к заимствованию чужих принципов и идеалов, как об этом можно судить по концепции «великого общества» в США. Во-вторых, идеологи буржуазии, не находя общественных идеалов и оказавшись бессильными в борьбе за умы людей, принижают разум, интеллект, противопоставляя последний инстинкту, интуиции, слепой вере. В буржуазном сознании получает распространение иррационализм, антиинтеллектуализм. Современный антиинтеллектуализм отрицает позитивную роль передовых идей, науки в истории человечества. Распространение антиинтеллектуализма в настоящее время, когда достижения науки потрясают воображение людей и убеждают их в торжестве человеческого разума, свидетельствует лишь о необратимых изменениях деградирующего буржуазного сознания, переживающего состояние глубокого кризиса. Такова самая общая характеристика состояния современного буржуазного сознания в сфере идеологии. Более конкретно о состоянии этой сферы можно судить по положению в политике, в праве, в искусстве и т. д. Так, например, характерной чертой буржуазной нравственности является аморализм, словесное признание общеобязательных норм поведения и нарушение их в практической жизни, вырождение таких основных этических понятий, как долг, честь, совесть, отрицание объективных критериев оценки поведения людей и т. д.1 О наличии такого состояния морального сознания свидетельствует распространение в буржуазном обществе преступности, распущенности, лицемерия, цинизма. Состояние практической морали отражает буржуазная этика, многочисленные школы которой, по замечанию американского фило- 1 См. К. А. Шварцман. О нравственном состоянии и этике современного буржуазного общества. — «Проблемы этики», [сб.]. М., 1964. 274
софа Б. Данэма, спорят уже не о том, какая норма может служить руководством в моральном выборе человека, а существуют ли вообще в сфере морали нормы поведения. Многие представители буржуазной этики проявляют нигилистическое отношение к вопросам о сущности морали, историческом характере ее норм, нравственной ответственности и другим коренным вопросам этики, объявляя их «метафизическими» и не заслуживающими внимания. В сфере общественной психологии симптомами кризисного состояния являются прежде всего чувства страха, опустошенности, постоянного беспокойства. Эти чувства вызываются действием слепых сил капитализма, политикой «холодной войны». В капиталистическом мире чувством страха перед угрозой термоядерной войны охвачены миллионы людей. Страх окрашивает психологию целых социальных групп, и это состояние идеологи буржуазии нередко выдают за первопричину международной напряженности. Не политика с «позиций силы», проводимая империалистическими государствами, а именно психика людей будто бы ответственна за это. Например, американский специалист по вопросам «психологической войны» П. Лайнбарджер замечает, что люди в современном мире неуравновешенны и вспыльчивы, а эти качества «приводят к появлению страха, страх легко переходит в ненависть, ненависть быстро приобретает политические формы и способствует появлению реальной угрозы в виде атомной бомбы и управляемых снарядов»!. Спекуляция в капиталистическом мире на страхе и других чувствах людей зашла так далеко, что создаются не только теории, оправдывающие страхом усиление международной напряженности, но и теории, возводящие страх в фактор обеспечения мира. Примером тому может служить концепция «равновесия страха». Согласно названной концепции, накопление термоядерного оружия может будто бы выступать надежным «сдерживающим фактором», когда страх на Западе и на Востоке «уравновесится». В действительности же накопление термоядерного оружия ведет не к «равновесию», успокоению страхов, а к их всемерному усилению. В сфере общественной психологии складывается со- 1 П. Лайнбарджер. Психологическая воина. М., 1962, стр. 322. 275
стояние, соответствующее состоянию в сфере идеологии. Скажем, отказ от идеи общественного прогресса привел к тому, что и массовое сознание оказалось проникнутым неверием в будущее, стало пессимистическим. Или, например, в теории современная буржуазия принижает разум, и в ее массовом сознании получают распространение иррационализм, мистические верования, чувства опустошенности, постоянного беспокойства. Состояния буржуазного сознания в сфере идеологии и социальной психологии составляют, следовательно, неразрывное целое1. Отмеченное чувство страха является чертой современного буржуазного сознания, порожденного обреченностью класса буржуазии, но оно испытывается определенными слоями и других классов вследствие взаимопроникновения различных видов сознания. Это можно наблюдать и на примере других состояний сознания. Потому и важно иметь в виду всю сложность взаимоотношений классовых сознаний, раскрывая вопрос о целостности состояний общественного сознания. Конкретно-исторический подход к изучению состояний общественного сознания обязывает не ограничиваться выяснением, скажем, самых общих черт кризисного состояния современного буржуазного сознания, названных выше. Такая характеристика дает еще немного, ибо в каждой стране в данный момент времени имеют место своеобразные состояния общественного сознания. Поэтому общая характеристика должна дополняться конкретной характеристикой состояний общественного сознания. Конкретно-исторический подход позволяет сделать анализ развития- сознания социалистического общества, его состояний. Сознание социалистического общества есть выражение общественного бытия в идеях, теориях, чувствах, настроениях и других духовных образованиях, разделяемых всеми классами и социальными группами общества. Состояние сознания социалистического общества, так же как и буржуазного, изменяется вместе с изменением общества. Оно проходит в своем развитии ряд этапов2. 1 См. Ю. А. Замошкин. Кризис буржуазного индивидуализма и личность. М., 1966. 2 См. М. Т. Иовчук. Об исторических этапах становления и развития социалистического сознания в СССР. — «Вопросы философии», 1965, Л« 2, стр. 4, 5, 8, 12. 276
Особенностью каждого из них является определенное качественное состояние сознания. Конечно, на каждом из этапов своего развития сознание переживает много самых различных состояний, но при всем их многообразии выделяются наиболее устойчивые, позволяющие отличить один этап от другого, глубже понять активную роль сознания в жизни общества. В общественном сознании переходного периода от капитализма к социализму преобладали политические идеи. Объясняется это тем, что строительство нового общества требовало от народных масс политической сознательности: впервые в истории классового общества трудящиеся" массы стали управлять государством, выступили в роли организаторов общественного труда, т. е. стали выполнять те функции, которые раньше осуществлялись эксплуататорскими классами. А для этого у них не было ни навыка, ни опыта. На протяжении тысячелетий классового общества народным массам внушалась мысль, что управление — дело избранных. Это и обусловило насущную потребность нового общества в повышении политического сознания масс. Потребность в политическом сознании нового общества хорошо выражена в словах В. И. Ленина о том, что трудящиеся массы в ходе революции «берут в свои собственные руки политику, то есть дело строительства нового общества» К Удовлетворение этой потребности и привело к тому, что политические взгляды и идеи, выражающие сущность нового государства, экономической политики, союза рабочего класса и крестьянства, национальных отношений, стали играть ведущую роль в общественном сознании. Доминирующее положение политического сознания, разумеется, не исключает наличия других идей и взглядов, но последние, выражая общественное бытие, как бы преломляются через политическое сознание. Это и придает общественному сознанию своеобразный колорит. Наряду с устойчивыми состояниями, присущими целым этапам в развитии социалистического сознания, имеют место и более кратковременные состояния сознания. Например, культ личности Сталина наложил известный отпечаток на состояние общественного сознания. С развенчанием культа некоторые явления действитель- 1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 42. стр. 368. 277
ностн получили иную оценку в общественном сознании. Сознание людей постепенно освобождалось от наслоений времени культа; изменилось и его состояние. Переживаемому в настоящее время периоду жизни советского общества также присуще свое состояние общественного сознания, обусловленное тем, что решение задач коммунистического строительства потребовало подъема творческой активности всего народа. Этот подъем непосредственно связан с дальнейшей демократизацией всех областей общественной жизни. Поэтому на первый план выдвинулось осознание необходимости дальнейшего развития и неукоснительного соблюдения демократических принципов управления государством, хозяйством, культурным строительством и решительной борьбы с администрированием, бюрократизмом, зажимом критики и т. д. 'Повысилось сознание общественного интереса и необходимости строгой ответственности каждого гражданина за судьбы своей Родины, за дело построения коммунизма. Короче, в общественном сознании превалируют идеи и чувства гражданственности или общественности. Вместе с этими идеями и чувствами на первый план в общественном сознании все больше выдвигается и наука. В массовом сознании все более упрочивается мысль, что создание материально-технической базы коммунизма, совершенствование общественных отношений, формирование нового человека, расцвет духовной культуры невозможен без всестороннего развития науки. Следовательно, к объективному положению науки в обществе присоединяется еще и понимание этого положения массами. Поэтому можно утверждать, что общему состоянию сознания нашего общества в современных условиях присущи две особенности: во-первых, превалирование в нем идей и чувств гражданственности и, во-вторых, осознание массами значения науки в жизни общества. Краткая характеристика состояний общественного сознания в буржуазном и социалистическом обществе свидетельствует о их разнообразии и сложности, а главным образом о их качественном различии. Состояния сознания, как можно было видеть, следует характеризовать прежде всего в зависимости от доминирующих в данном классе (обществе в целом) идей и взглядов. Характеристика каждого из видов состояний сознания предполагает наряду с выявлением его содержания и ана- 278
лиз других моментов, свидетельствующих об общих и особенных чертах данных духовных образований, в частности о состояниях подъема и упадка сознания. Применительно к антагонистическим общественным формациям состояния подъема и упадка сознания в общем соответствуют двум периодам в развитии данных формаций — восходящего развития и нисходящего развития. Состояния общественного сознания могут быть самой различной устойчивости, что также важно учитывать при характеристике отдельных видов состояний сознания. Наряду с устойчивыми, сохраняющимися на протяжении длительного времени, имеют место малоустойчивые, скоротечные состояния сознания. Состояния сознания всегда проявляются в поведении людей, в их деятельности. Однако внутренние состояния и их проявления не могут быть всегда адекватными, возможно запоздание проявлений во времени (относительно настроений Ленин говорил в таких случаях о «выжидательном» настроении масс1), они могут неполно выражаться в деятельности людей. Возможное несоответствие между содержанием состояний сознания и его проявлением в деятельности людей важно учитывать при конкретном анализе тех или иных духовных образований. Состояния сознания классов и других социальных общностей людей, выступая связующими звеньями между сознанием как процессом отражения действительности и практической деятельностью по изменению этой действительности, составляют, таким образом, своеобразную динамическую структуру общественного сознания. 1 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 412.
Глава VI ВзаиМОСвЯЗи общественного сознания Познание структуры общественного сознания предполагает наряду с выяснением составляющих его элементов и анализ взаимных связен элементов, закономерностей развития явления в целом. В философской литературе довольно подробно освещены вопросы об определяющей роли общественного бытия по отношению к общественному сознанию, об относительной самостоятельности идеологии, о преемственности в развитии духовных явлений и ряд других1. Вместе с тем пока еще нет методологической ясности по вопросу о классификации различных связей общественного сознания, их взаимоотношений, что мешает составить цельную картину о структуре общественного сознания. Больше того, необоснованность методологического принципа классификации связей сказывается на разработке всей проблемы общественного сознания. В литературе нет достаточной строгости в употреблении понятий «закон», «закономерность» применительно к духовным явлениям, сплошь и рядом любая из существующих связей именуется «закономерностью развития общественного сознания». Связи и отношения общественного сознания многообразны, поэтому важно разобраться во всем этом многообразии. Обоснование методологического принципа классификации разнообразных видов связей и их взаимоотношений является, на наш взгляд, назревшей потребностью в изучении общественного сознания. 1 См. М. Т. Иовчук. Закономерности развития общественного сознания при социализме. М., 1959; В. В. Журавлев. Основные закономерности развития коммунистического общественного сознания; А. Д. Ш ершу нов. Основные законы развития общественного сознания. — «Ученые записки Пермского государственного университета», 1958, т. XII, вып. 2; В. А. Фомина. Общественное сознание и закономерности его развития. М, 1960; «Проблемы развития коммунистического сознания». М., 1965, и др. 280
/ Закономерные связи общественного сознания и общественного бытия Закономерности об определяющей роли общественного бытия по отношению к общественному сознанию, относительной самостоятельности идеологии, преемственности идей в развитии называются «общесоциологическими закономерностями развития общественного сознания»'. Нам представляется, что применение данного термина к характеристике перечисленных закономерностей неудачно в двух отношениях. Во-первых, потому, что «общесоциологическими» являются те закономерности, которые относятся к развитию общества в целом как социального организма, а не к отдельным его сторонам. Здесь же общесоциологическими называются «закономерности развития общественного сознания». Во-вторых, потому, что данный термин объединяет закономерности разных родов, одни из которых действительно выступают как закономерности развития сознания, например преемственность в развитии идей, а другие являются закономерностями развития и общественного сознания и общественного бытия, как, например, закон об определяющей роли бытия по отношению к сознанию, и называть последние «закономерностями развития общественного сознания» вряд ли правомерно. В литературе делались попытки внести ясность в классификацию закономерностей общественного сознания путем подразделения «общесоциологических закономерностей развития общественного сознания» на два вида. К первому виду относятся законы, регулирующие развитие сознания, а ко второму — специфические закономерности развития общественного сознания как духовного явления2. Такое подразделение позволяет различать специфические закономерности общественного сознания как духовного явления и закономерности, обусловливаю- 1 См. «История философии», т. VI, кн. I, стр. 319. 2 См. А. Д. Ш ершу нов. Основные законы, развития общественного сознания. — «Ученые записки Пермского государственного университета», 1958, т. XII, вып. 2, стр. 163—169. Примером законов первого вида автор называет закон обусловленности общественного сознания общественным бытием, а второго вида — закон относительной самостоятельности развития идеологии. 281
щие развитие последнего. Правда, предложенное деление еще не вносит полной ясности в классификацию закономерностей, ибо термин «специфические закономерности» употребляется здесь в ином значении, чем это принято. Известно, что «специфическими» называют те закономерности, которые присущи отдельным типам общественного сознания. А. Д. Шершунов употребляет его для обозначения существенных связей, присущих общественному сознанию как духовному явлению, в отличие от закономерностей, выражающих существенные связи между общественным бытием и общественным сознанием. Он рассматривает общественное сознание и его закономерности в плане гносеологическом, отвлекаясь от того, что данное явление может анализироваться и в других планах, поэтому и придает термину «специфические закономерности» развития сознания иное значение, т. е. рассматривает их как закономерности развития собственно сознания. Употребление данного термина в разных значениях вряд ли целесообразно, ибо затрудняет понимание вопроса. Употребление термина «специфические закономерности» по отношению к существенным связям, присущим общественному сознанию как духовному явлению, нуждается в уточнении. Если одни из законов, как пишет А. Д. Шершунов, регулируют развитие сознания, т. е. являются внешними по отношению к общественному сознанию (внешними в том особом смысле, что являются законами развития бытия, а потому и законами развития сознания), то другие, относящиеся только к развитию сознания, будут не специфическими по отношению к первым, а внутренними. Характеристика законов, выражающих взаимосвязь общественного бытия и общественного сознания, также нуждается в уточнении. Нельзя их называть законами, «регулирующими развитие общественного сознания», как это предлагает А. Д. Шершунов, ибо они не только «регулируют» развитие, но и выражают существенные стороны самого общественного сознания. Сознание, отражая общественное бытие, тем самым приобретает свое содержание; изменение бытия, его развитие определяет в конечном счете изменение и развитие общественного сознания. Такая зависимость между общественным бытием и общественным сознанием есть нечто большее, чем «регулирование» первым второго. Если же именовать существу- 282
ющис между общественным бытием и общественным сознанием взаимосвязи как «общесоцнологические закономерности развития общественного сознания», то мы опять же допустим неточность, поскольку они характеризуют развитие как сознания, так и бытия. Известно, что не только бытие определяет сознание, но и сознание в свою очередь воздействует на бытие, последнее развивается и под влиянием общественного сознания. Взаимосвязи общественного бытия и общественного сознания нуждаются в более строгом их различении по сфере своего проявления. Одни из них проявляются во всех общественных формациях, а другие, напротив, лишь в отдельных из них. Поэтому первые из них выступают как общие, а вторые — как специфические закономерности К При анализе структуры общественного сознания прежде всего необходимо выделение закономерных связей общественного бытия и общественного сознания. Это важно потому, что сознание, как известно, не имеет своей самостоятельной истории, его содержание определяется общественным бытием2. Именно об этом и говорит положение Маркса и Энгельса об определяющей роли общественного бытия по отношению к общественному сознанию3. Опираясь на высказывания классиков марксизма, А. Д. Шершунов выделяет основные черты зависимости общественного сознания от общественного бытия. Он отмечает, что сознание есть отражение бытия, что закону присуща необходимость, вынуждающая людей думать так, а не иначе, что степень глубины отражения зависит от зрелости общественных отношений, общественного бытия людей4. В силу действия данного закона сознание людей является осознанным бытием. 1 Такое же подразделение применимо и для характеристики внутренних закономерностей развития общественного сознания. Общие присущи всем типам общественного сознания, а специфические — отдельным из них. 2 Как писали Маркс и Энгельс, «люди, развивающие свое материальное производство и свое материальное общение, изменяют вместе с этой своей действительностью также свое мышление и продукты своего мышления» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 25). 3 См. там же. 4 См. А. Д. Шершунов. Основные законы развития общественного сознания. — «Ученые записки Пермского государственного университета», 1058, т. XII, вып. 2, стр. 163—167. 283
Закон определяющей роли общественного бытия по отношению к общественному сознанию, как можно видеть по тому содержанию, которое в него вкладывается, выражает лишь отношение бытия к сознанию. Отношение же сознания к бытию подчеркивается обычно выделением закона обратного воздействия общественного сознания на общественное бытие. Нам представляется, что в законе должно быть выражено отношение друг к другу обеих взаимодействующих сторон, поэтому вряд ли правомерно в данном случае говорить о двух самостоятельных законах. Речь может идти об одном законе, выражающем и определяющую роль бытия по отношению к сознанию и активную роль второго по отношению к первому. Другое дело, конечно, что существующие взаимосвязи между общественным бытием и общественным сознанием могут быть выражены в ряде законов, но в них должны быть представлены обе взаимодействующие стороны. Наряду с названными в качестве особого «общесоциологического закона развития общественного сознания» выделяется и «закон относительной самостоятельности идеологии». Каково же содержание этого закона? Если мы обратимся к литературе, раскрывающей его содержание, то увидим, что он охватывает собой все существующие связи между общественным бытием и общественным сознанием и многие внутренние связи общественного сознания, например преемственность идей в развитии, взаимодействие видов сознания. Так, Э. X. Степанян отмечает, что «понятие «относительная самостоятельность идеологии» выражает прежде всего зависимость общественного сознания от общественного бытия, духовной жизни людей от их материальной жизни. .» '. Как можно видеть, такая зависимость уже раскрывается названным выше законом об определяющей роли общественного бытия по отношению к общественному сознанию. «Понятие «относительная самостоятельность идеологии»,— пишет Э. X. Степаиян, — выражает, далее, особенности развития и преобразования идеологических форм в отличие от развития и преобразования экономических условий общества»2. Анализируя эти особенности, 1 Э. X. Степанян. Об относительной самостоятельности идеологии. М„ 1961, стр. 12—13. 2 Там же, стр. 20. 284
автор обращает внимание на взаимодействие форм идеологии, преемственность связи в развитии ее форм, на отставание сознания людей от общественного бытия, способность общественного сознания опережать ход развития действительности. «Понятие «относительная самостоятельность идеологии»,— пишет он, — наконец, отражает способность общественного сознания обратно воздействовать на общественное бытие, на развитие материальной жизни общества, на ход исторического процесса»1. В связи с этим возникает вопрос: если и обратное воздействие идеологии на материальную жизнь общества, и преемственная связь в развитии ее форм, и отставание сознания людей от общественного бытия, и другие взаимоотношения между бытием и сознанием есть проявления относительной самостоятельности и выступают как закономерности развития идеологии, то является ли «относительная самостоятельность идеологии» особой наряду с ними закономерностью? На наш взгляд, она не выступает как закономерность, если строго придерживаться того смысла, который вкладывается в это понятие. «Относительная самостоятельность» выражает особенности духовных явлений, касающиеся их происхождения, изменения и функционирования. Противопоставляя свои взгляды на духовную жизнь общества идеализму, классики марксизма обосновывали мысль, что общественное сознание вторично, производно от общественного бытия, т. е. обладает относительной, а не полной самостоятельностью по отношению к последнему^ Разоблачая вульгарно-материалистический подход к вопросу о соотношении бытия и сознания, они отстаивали ту же идею относительной самостоятельности духовных явлений, подчеркивая, что общественное сознание, будучи зависимым от общественного бытия, изменяется, развивается по своим внутренним законам и что духовные образования играют активную роль в жизни людей. Раскрыть относительную самостоятельность идеологии — значит выяснить особенности данного явления, в том числе и внутренние закономерности его развития. Поэтому называть «относительную самостоятельность идео- 1 Э. X. Степанян. Об относительной самостоятельности идеологии, стр. 25. 285
логии» закономерностью развития общественного сознания вряд ли оправданно'. Присущая общественному сознанию относительная самостоятельность обусловливает необходимость познания закономерных связей, существующих между общественным сознанием и общественным бытием, т. е. тех закономерностей, которые позволяют понять происхождение сознания, взаимодействие бытия и сознания, результатом которого является как развитие бытия, так и развитие сознания. Речь идет в данном случае прежде всего о закономерности соответствия общественного сознания общественному бытию. Такая закономерность обычно не выделялась, будучи заслоненной сверхобщей закономерностью «относительной самостоятельности идеологии», но она-то действительно существует. В силу ее действия общественное сознание постоянно стремится приспособиться к общественному бытию, а приспосабливаясь к нему, оно само изменяется и способствует изменению общественного бытия2. Действие закономерности соответствия общественного сознания общественному бытию связано с проявлением таких тенденций, как отставание сознания людей от их бытия, неравномерность развития тех или иных сторон сознания, «опережение» передовым теоретическим сознанием хода развития действительности.* Во всех предшествующих социализму общественных формациях сознание людей не выражало достаточно полно и адекватно общественное бытие людей, оно всегда 1 Выражение «относительная самостоятельность» нередко относится лишь к идеологии. Такое употребление может создать впечатление, что относительной самостоятельностью не обладают другие сферы общественного сознания — наука и общественная психология. В действительности последние также обладают относительной самостоятельностью по отношению к общественному бытию, т. е. вторичны по своему происхождению, развиваются по внутренним законам, играют активную роль в обществе, отсюда следует говорить об относительной самостоятельности общественного сознания в целом, а не только идеологии. 2 В. И. Ленин, отстаивая материалистическое понимание истории, подчеркивал положение о том, что сознание должно быть критически приспособлено к постоянно изменяющейся хозяйственной жизни, общественному бытию людей. (В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 18, стр. 345). Ясно, что если бы не существовало объективной закономерности соответствия общественного сознания общественному бытию, то не возникла бы и задача «критически приспособить» первое ко второму. 286
содержало массу иллюзий и заблуждений. Одной из причин этого было то, что сознание господствующего класса, соответствующее его интересам, навязывалось всему обществу. Такое сознание, выступающее в качестве сознания общества в целом, не могло правильно отображать реальные отношения между людьми и в этом смысле отставало от общественного бытия. Господствующие классы усугубляют, следовательно, отставание сознания от бытия, препятствуя истинному познанию реальных общественных отношений. Поэтому во всех классово антагонистических общественных формациях отставание сознания от бытия сказывается особенно остро. Общественное сознание при этом никогда полностью не соответствует материальным отношениям. Так, например, в эпоху становления и расцвета буржуазного общества духовные выразители его интересов идеализировали новый строй. Жизнь показала несостоятельность их представлений. Однако и ныне, в эпоху упадка капиталистического строя, его апологеты продолжают скрывать пороки буржуазного общества, дезориентируя людей, извращая их сознание. Тенденция отставания общественного сознания от общественного бытия проявляется и при социализме. Иногда проявление ее усматривают в том, что в сознании отдельных членов социалистического общества сохраняются религиозные, частнособственнические, националистические и иные взгляды и представления, характерные для старого общества. Действительно, унаследованное от прошлого сознание не соответствует сложившимся при социализме общественным отношениям. Однако проявление рассматриваемой тенденции этим далеко не исчерпывается. Социалистическая революция кладет начало формированию нового общественного бытия. Социалистическое производство, составляющее основу нового бытия, в отличие от предшествующих способов производстве! возникает не стихийно. Оно требует сознательной деятельности людей, установления производственных отношений в соответствии с требованиями объективных законов. Это означает, что становление нового общественного бытия одновременно предполагает и формирование социалистической сознательности людей. Становление нового общественного бытия и формирование социалистической сознательности широких народных масс, как 287
показывает опыт развития социалистических стран, действительно совпадали во времени. Так, в СССР обобществление средств производства, налаживание управления производством, решение задач государственного и культурного строительства, осуществление индустриализации страны, коллективизации сельского хозяйства и других задач предварялись огромной идейно-воспитательной работой партии. В этих целях широко использовались печать, радио, кино, культурно-просветительные учреждения и другие средства идеологического воздействия на массы. Воспитательная и организационная работа партии в сочетании с практическим опытом самих масс по переустройству общественных отношений, по управлению Советским государством формировали коммунистическое сознание трудящихся. Переходный период от капитализма к социализму явился периодом формирования нового бытия и сознания и установления необходимого соответствия между ними. Установление этого соответствия было двухсторонним. С одной стороны, в реальном бытии воплощались идеи научного социализма. Это означает, что общественные отношения складывались под воздействием научно обоснованной политики. С другой стороны, сами теоретические представления о социализме уточнялись на основе практики строительства нового общества и все шире распространялись в народе. Победа социализма в экономике, в социальной и политической жизни означала вместе с тем и победу социализма в духовной жизни, установление необходимого соответствия между социалистическим общественным бытием и общественным сознанием. Такова идеальная модель реального процесса, имевшего место в жизни нашего общества. И хотя эта модель может быть уточнена и развита, несомненно, что при анализе вопроса об отставании сознания от бытия при социализме следует исходить прежде всего из факта установления соответствия между социалистическим бытием и сформировавшимся общественным сознанием. Опираясь на этот факт, можно анализировать и другие стороны проблемы соотношения бытия и сознания, в частности вопросы о том, является ли установившееся соответствие полным или неполным, постоянным или подвижным, отстает ли при социализме общественное сознание от общественного бытия. 288
Вопрос о характере и степени соответствия между общественным бытием и сознанием в те или иные периоды жизни нашего общества требует конкретного рассмотрения. Исследования показывают, что это соответствие было далеко не всегда полным. Известно, что в политической экономии некоторые ученые отрицали существование товарного производства и действие закона стоимости при социализме, хотя в действительности они существуют; в литературе и искусстве распространялась так называемая теория бесконфликтности, хотя в реальной жизни противоречия имели место. Все это свидетельствует о том, что в ряде случаев распространялись представления о «рафинированном», а не реальном социализме, что имелись нарушения правильного соответствия между общественным сознанием и общественным бытием. По нашему мнению, бывали случаи, когда не сознание передовой части общества отставало от общественного бытия, а реальные отношения в производстве и в других сферах жизни (в результате нарушений принципа материальной заинтересованности в труде, особенно в колхозах, нарушений социалистической законности, нарушения других социалистических принципов) отставали от высокого уровня ее сознательности. Следовательно, и при социализме возможно отставание не только сознания от бытия, но и реальны:: общественных отношений от достигнутого уровня сознательности масс. Это говорит о подвижности соотношения между общественным бытием и общественным сознанием. Такая подвижность не умаляет преимуществ общественной системы социализма в сравнении с капитализмом. Утверждение социализма представляет собой сложную перестройку общественных отношений и сознания людей, поэтому и взаимоотношения между бытием и сознанием не могут не быть весьма сложными и противоречивыми. Идеализация соответствия между ними ведет к недооценке значения идеологической и организационной работы партии в массах. Вопрос об отставании сознания от бытия часто поднимается в связи с анализом причин живучести пережитков прошлого в сознании отдельных членов нашего общества. Исходя из того факта, что в нашей стране бытие, образ жизни людей носит социалистический характер, а в сознании людей сохраняются старые, досо- 289
циалистические представления и взгляды, исследователи вопроса о пережитках прошлого обычно заключают, что сохранение пережитков — это и есть свидетельство отставания сознания от социалистического бытия. Отсюда делается практический вывод: раз бытие, образ жизни людей носит социалистический характер, то пережитки прошлого в сознании можно преодолеть одними средствами просвещения и воспитания. Однако при этом ошибочно соотносятся взгляды и представления, порожденные старым обществом, с общественным бытием, сложившимся в новом обществе. Сознание есть не что иное, как осознанное бытие. Следовательно, определенные представления и взгляды можно соотносить с тем общественным бытием, на основе которого они возникают и которое выражают. Поэтому неправильно, на наш взгляд, соотносить пережитки прошлого в сознании людей с социалистическим общественным бытием. Старые представления и взгляды людей сохраняются не только в силу консерватизма традиций, привычек, они имеют основу в виде тех «родимых пятен» в экономике, в быту и других сферах жизни, которые унаследованы социализмом от капитализма. Пережитки прошлого в сознании людей и нужно соотносить с «родимыми пятнами» в экономике, в быту и в других сферах общественных отношений. Едва ли можно, например, объяснить все еще встречающиеся в нашем быту случаи неправильного отношения к женщине ссылкой на существование старых традиций и привычек в сознании, на отставание сознания от бытия, когда ведение домашнего хозяйства, львиная доля забот по воспитанию детей до сих пор лежит на плечах женщин. Преодоление пережитков в сознании людей путем интенсивной воспитательной работы должно сочетаться с преодолением пережитков старых общественных отношений. Что же касается пережитков сознания, проявляющихся в быту, то их окончательное преодоление возможно лишь на основе полной перестройки быта на общественных, социалистических началах. Из сказанного об особенностях проявления тенденции отставания общественного сознания от общественного бытия при социализме следует, что эта тенденция не является преобладающей во взаимоотношениях бытия и сознания в новом обществе. Здесь соответствие между 290
общественным сознанием и общественным бытием в сравнении с предшествующими обществами является более или менее постоянным. Во всех предшествующих коммунизму общественных формациях наблюдается неравномерность развития различных сторон общественного сознания. Действие этой тенденции обусловливается неодинаковой связью элементов, составляющих общественное сознание, с общественным бытием, в частности тем, что одни из них непосредственно связаны с бытием и соответственно отражают его, а другие лишь в конечном счете определяются общественным бытием. Так, политическое сознание (и политика в целом) есть концентрированное выражение экономики. Ясно, что данный вид сознания быстрее, чем другие его формы, отражает преобразования в бытии. Коренной переворот в сознании людей классового общества всегда начинается с изменений в их политическом сознании. Об этом свидетельствует и история нашего общества. Неравномерность развития присуща всем типам общественного сознания, в том числе и социалистическому сознанию. Наряду с уже отмеченными гносеологическими основами она имеет и социальные. Среди объективных социальных основ этой неравномерности следует назвать неравномерное вызревание тех или иных видов общественных отношений, с которыми связаны определенные виды сознания. Сравнение становления нравственности и права в переходный период от капитализма к социализму и их совершенствования с победой социализма убедительно свидетельствует об этой зависимости. В переходный период формировавшиеся новые производственные отношения закреплялись прежде всего правовыми установлениями, а потом уже постепенно, по мере роста экономической и духовной зрелости общества, складывались и соответствующие нравственные нормы. Например, новое отношение к труду на пользу общества закреплялось декретами Советской власти, требовавшими соблюдения социалистической дисциплины труда, организованности и т. п. С победой социализма соотношение между правом и нравственностью изменилось. Отмеченная тенденция отставания нравственности от права по-прежнему сохраняет свою силу, но при этом выдвигается и другая тенденция: само право начинает частично отставать от 291
быстро изменяющихся общественных отношений, а также от утвердившихся норм нравственности, предъявляющих порой более высокие требования к поведению личности, чем требования права. Неравномерность развития общественного сознания зависит и от субъективных условий. Так, невнимание в организационной и идеологической работе к тем или иным сторонам общественной жизни может привести к тому, что сознание, выражающее данные стороны, будет отставать, перестанет соответствовать достигнутому уровню развития самих общественных отношений. Известно, например, что ослабление внимания к борьбе с религиозными пережитками неизбежно приводит к их оживлению и, следовательно, к замедлению процесса формирования материалистического мировоззрения у людей, находящихся под влиянием религиозного сознания. Неравномерность в развитии сознания проявляется и в неодинаковом овладении достижениями общественного сознания различными социальными группами. Одни и те же идеи часто воспринимаются людьми по-разному. У разных социальных групп наряду с общими для всего народа привычками и традициями имеют место и своеобразные привычки и традиции. Это естественно, ибо классы, социальные группы складывались исторически и различия между ними, в том числе и в области сознания, исчезают не сразу. Важно поэтому изучать эти различия и учитывать их в процессе воспитания. Особенно важно учитывать специфику усвоения содержания общественного сознания подрастающим поколением. Это усвоение предполагает как приобретение знаний (общественных теорий, взглядов, моральных принципов, правовых норм и т. д.), так и формирование соответствующих убеждений. В результате содержание общественного сознания усваивается индивидуальным сознанием, становится руководством в повседневной жизни. Усвоение общественного сознания происходит посредством образования и воспитания. Существующая в нашей стране система образования позволяет вооружать молодежь большой суммой современных научных знаний. Многое достигнуто и в воспитании. Советская молодежь в моральном отношении является здоровой, преданной идеалам коммунизма. Вместе с тем нельзя отрицать существующего несоответствия между образованностью и 292
воспитанностью части молодежи. Это несоответствие является одним из реальных противоречий в жизни общества. При социализме нет почвы для конфликта между поколениями. Но это не значит, что в отношениях между людьми различных поколений не могут иметь места отдельные противоречия. В час+ности, некоторые представители старшего поколения нередко высказывают недовольство поведением части молодежи, сталкиваясь со случаями проявления в ее среде нигилизма, игнорирования опыта старших, неуважения общепризнанных авторитетов, традиций. В свою очередь среди молодежи раздаются голоса о том, что представители старшего поколения не всегда с должным вниманием и пониманием относятся к ее духовным нуждам и запросам, недостаточно прислушиваются к ее мнениям. Обусловлено это тем, что всякое новое поколение, опираясь на опыт старших, идет дальше их. В этом движении неизбежно отрицание того, что для нового поколения становится устаревшим, а для старшего все еще кажется очень дорогим. Не обладая жизненным опытом и не всегда умея правильно разобраться в том, что действительно нужно пересмотреть, а что взять на свое вооружение, эта часть молодежи допускает ошибки. Улучшением системы воспитания можно предотвратить одни из возможных ошибок, а проявление других сделать более безболезненным. В теории коммунистического воспитания сейчас стоит вопрос о том, как лучше воспитывать молодежь в духе уважения к ценностям социализма. Несомненно, важно сравнивать социализм с капитализмом и показывать, что социализм утверждает общественную собственность на средства производства и уничтожает эксплуатацию человека человеком, социальное неравенство, обеспечивает право на труд, на образование, на отдых и другие права и свободы. Для старшего поколения такое сравнение было достаточным, ибо оно хорошо представляет, чем является капитализм в действительности и каких усилий стоило построение социализма. Для части современной молодежи уже недостаточно такого сравнения социальных систем, ибо она родилась при социализме и восприняла права и свободы этого общества как нечто само собой разумеющееся, как должное. Поэтому для этой части первостепенными ценностями являются те, кото- 293 \
рые несет с собой коммунизм. Молодежь достаточно о них осведомлена, она устремлена в будущее и живет им. Но это будущее вырастает из труда и борьбы за укрепление устоев социализма, в чем не вся еще молодежь в полной мере отдает себе отчет. В процессе воспитания подрастающего поколения следует акцентировать внимание не только на том, какой прекрасной будет жизнь при коммунизме, но и на том, что может и должен сделать человек для приближения коммунизма. Такой акцент в воспитании будет способствовать росту уважения к социалистическим ценностям и препятствовать распространению ошибочных представлений об отрыве идеалов от реальности. Мы затронули лишь один из вопросов воспитания подрастающего поколения, связанный с усвоением содержания общественного сознания. В действительности же все вопросы воспитания должны рассматриваться с учетом неравномерности развития общественного сознания. В условиях социализма неравномерность в развитии общественного сознания зависит не столько от объективных, сколько от субъективных факторов. Знание как объективных, так и субъективных факторов позволяет учитывать их в процессе развития экономики, совершенствования демократии, организации воспитания и т. д. Тенденция к «опережению» сознанием общественного бытия также имеет свои особенности при социализме. В прошлом лишь теоретическое сознание прогрессивных классов могло опередить существующий социальный строй. Как только интересы этих классов приходили в противоречие с общественным интересом, объективной необходимостью, тенденция «опережения» переставала действовать. При социализме снимается подобного рода ограничение, ибо здесь интересы социалистических по своей природе классов совпадают с интересом общества. Особенность тенденции «опережения» сознанием бытия выражается в том, что она при социализме становится наиболее глубокой. В общественном сознании наука и научная идеология занимают ведущее место, а последние позволяют предвидеть ход общественного развития, направлять деятельность людей в соответствии с теоретически обоснованными планами экономического, социального и культурного развития общества. Предвидение составляет суть рационально понятого «опережения» сознанием бытия. 294
Тенденция к «опережению» — это один из моментов закономерности соответствия общественного сознания общественному бытию. Ее нельзя абсолютизировать и рассматривать как самостоятельную закономерность развития коммунистического сознания и в связи в этим говорить об ином соотношении общественного бытия и общественного сознания. Поэтому нельзя согласиться с таким суждением Ц. А. Степаняна: «.. .если в условиях социализма наряду с тенденцией передового сознания опережать практику хозяйственного строительства существует еще значительное отставание индивидуального сознания части населения от общественного бытия, то при коммунизме, в результате всестороннего расцвета общества и личности, совершенствования планомерной организации всех сторон общественной жизни, сознание масс, оставаясь в конечном счете отражением бытия, по нашему мнению, как правило, будет все время опережать и ускорять развитие экономики. В этом проявляется новое в соотношении общественного бытия и сознания в эпоху коммунизма» 1. Во-первых, применительно к социализму Ц. А. Сте- панян говорит об индивидуальном сознании, отстающем от бытия, а применительно к коммунизму — об общественном сознаний, опережающем бытие. Видимо, нужно сравнивать соотносительные понятия. Во-вторых, неясно, как понимает он «соотношение» между бытием и сознанием. Принято под соотношением этих явлений понимать первичность бытия и вторичность сознания. Если Ц. А. Степанян не хочет своим суждением сказать, что сознание будет определять общественное бытие (подчеркивая момент опережения сознанием бытия и активную роль первого по отношению ко второму), то в чем же он усматривает то «новое», что обнаружится в «соотношении» между общественным бытием и сознанием? Сознание масс не может все время «опережать» «развитие экономики», если его понимать как отражение общественного бытия. В связи с этим следует напомнить положение Маркса о том, что «человечество ставит себе всегда только такие задачи, которые оно может разрешить, так как при ближайшем рассмотрении всегда ока- 1 Ц. А. Степанян. Диалектика формирования духовной жизни коммунистического общества. — «Вопросы философии», 1964, № 4, стр. 67. 295
зывается, что сама задача возникает лишь тогда, когда материальные условия ее решения уже имеются налицо, или, по крайней мере, находятся в процессе становления» 1. Любая из закономерностей, выражающих взаимосвязь общественного сознания и общественного бытия, имеет свои особенности проявления при социализме, которые важно раскрывать и учитывать в практической деятельности. Мы здесь не ставили такой цели, поэтому мы не будем останавливаться на содержании остальных закономерностей, выражающих взаимосвязь общественного бытия и общественного сознания и особенности их проявления при социализме. Цель проведенного анализа— подчеркнуть мысль, что при разработке научной классификации взаимосвязей общественного сознания следует начинать с выделения именно такого рода закономерностей. Не выяснив существенных взаимосвязей между общественным бытием и общественным сознанием, нельзя правильно понять возникновение, функционирование и изменение сознания, нельзя правильно понять и внутренние закономерности развития общественного сознания. 2 Внутренние закономерные связи общественного сознания Признание внутренних закономерных связей развития общественного сознания не является дискуссионным вопросом2. Но что следует понимать под внутренними закономерностями? Как они связаны с закономерностями взаимосвязи общественного бытия и общественного сознания? В понимании этих вопросов уже нет единодушия. Выше мы говорили, что имеется точка зрения, рассматривающая в качестве внутренней закономерности развития сознания относительную самостоятельность идеологии. Другие же исследователи не причисляют «относительную самостоятельность» к внутренним закономерностям. 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 13, стр. 7. 2 См. М. Т. Иовчук. Закономерности развития общественного сознания в период социализма и перехода к коммунизму; В. А. Фомина. Общественное сознание и закономерности его развития. 296
В. В. Журавлев, например, считает ее одной из важнейших общесоциологических закономерностей развития общественного сознания. Он подразделяет все общесоциологические закономерности на две группы, в первую из которых он объединяет закономерности, непосредственно воздействующие на общественное сознание (законы об определяющей роли бытия по отношению к сознанию, обратного воздействия сознания на бытие, относительной самостоятельности общественного сознания и др.), а во вторую — законы развития материальной основы общества (закон единства производительных сил и производственных отношений и др.), воздействующие на общественное сознание опосредованно. Что же касается «внутренних специфических законов», которые являются таковыми «в том смысле, что представляют собой законы отражения бытия, законы осознания предметного содержания объективного мира, а также законы внутреннего развития форм сознания, законы «обработки» отраженной действительности» \ то здесь у автора нет достаточной ясности. Прежде всего неясно, почему называются они и «внутренними» и «специфическими». По отношению к «общесоциологическим» они выступают как «внутренние», и это понятно. А в сравнении с какими законами они выступают «специфическими»? Далее. По определению автора монографии, «внутренние специфические законы» «представляют собой законы отражения бытия», а разве законы взаимосвязи общественного бытия и общественного сознания не являются такими же законами отражения бытия? В чем же особенности первых в сравнении со вторыми? Пожалуй, больше всего вопросов возникает тогда, когда В. В. Журавлев начинает рассматривать «механизм» взаимодействия «общесоциологических» и внутренних закономерностей развития общественного сознания. В работе утверждается, что «все общесоциологические законы осуществляют свое воздействие на общественное сознание через его внутренние специфические законы»2, а внутренние законы в свою очередь «действуют на основе общесоциологических законов»3. Сразу же возникает 1 В. В. Журавлев. Основные закономерности развития коммунистического общественного сознания, стр. 110—111. 2 Там же, стр. 115. 3 Там же, стр. 130. 297 Ю А. К. Уледов
вопрос: как это один законы действуют «через» другие? Если бы это было так, то внутренние законы были всего лишь формой проявления «общесоциологических» законов. Но внутренние законы не могут выступать такой «формой», ибо относятся лишь к сфере сознания, а «общесоциологические» законы захватывают все стороны жизни общества. Трудности в понимании взаимодействия общесоциологических и внутренних закономерностей сознания в изложении В. В. Журавлева связаны главным образом с толкованием «внутренних» законов как «законов отражения» бытия. Он настаивает на том, что внутренние законы касаются лишь особенностей отражения сознанием бытия, и пытается раскрыть через эти особенности и специфику взаимодействия «общесоциологических» и внутренних закономерностей, в частности через способы отражения, присущие тем или иным формам познания. «Формы общественного сознания, — пишет В. В. Журавлев, — отражают общественное бытие и в конечном счете определяются его законами. Однако зависимость содержания различных форм общественного сознания от объективных социальных процессов, и прежде всего от экономического развития, имеет пределы, которые по отношению к каждой из них не являются чем-то внешним, а диктуются самим способом отражения действительности, присущим той или иной форме общественного сознания» ]. Выходит, что в каких-то «пределах» содержание форм сознания зависит от способов отражения. А зависит ли? Нет ли здесь преувеличения? Нам представляется, что содержание любой из форм сознания (видов сознания) целиком определяется самой действительностью, хотя полнота, глубина отражения и бывает различной у разных форм познания. Специфику отражения при анализе форм познания нужно учитывать и при выяснении взаимодействия различных видов закономерностей, но вряд ли можно объяснить особенности внутренних закономерностей наличием разных способов отражения без учета, скажем, того, что общественное сознание играет активную роль, что все его виды и сферы выполняют разнообразные функции. Всякая попытка рассматривать их без такого учета и приводит к утверждению, что внутренние закономерности есть 1 В. В. Журавлев. Основные закономерности развития коммунистического общественного сознания, стр. 130. 295
лишь формы проявления «общесоциологических» законов как законов активных, деятельных. Связь «общесоциологических» и внутренних закономерностей должна явиться предметом специального исследования. Однако несомненно, что действие «общесоциологических» законов не сводится к действию «через» внутренние законы, а последние не есть форма проявления первых. Здесь мы имеем дело с двоякого рода законами. Если в первом случае взаимодействующими сторонами выступают общественное бытие и общественное сознание, то во втором — лишь стороны общественного сознания. Поэтому-то и нельзя так жестко привязывать одни законы к другим. Они обладают относительной самостоятельностью по отношению друг к другу. Далее. Взаимодействуют между собой не два, а три вида закономерностей. Кроме общих закономерностей взаимосвязи общественного бытия и общественного сознания и общих внутренних закономерностей, выражающих существенные связи между сторонами общественного сознания, есть закономерности, присущие историческим типам сознания. Отсюда следует, что существует не одна линия связи между «общесоциологическими» и «внутренними специфическими» закономерностями, а несколько: между общими закономерностями взаимосвязи бытия и сознания, с одной стороны, и общими внутренними закономерностями— с другой; между общими закономерностями бытия и сознания и специфическими закономерностями такого же рода связей данной общественной формации; между общими внутренними закономерностями и специфическими внутренними закономерностями и т. д. Таких связей существует много, поэтому не следует упрощать реально существующие связи возникновения, функционирования, изменения и развития общественного сознания. Внутренние закономерности развития общественного сознания, как уже отмечалось, представляют собой существенные связи и отношения между его элементами: видами, сферами, типами сознания. Они потому и называются внутренними, что их действие ограничено лишь областью сознания. Специфика внутренних закономерностей сознания состоит в том, что они выражают в «снятом виде» связи между видами деятельности людей и видами их отношений. Среди внутренних закономерностей сознания выделяются 299
прежде всего следующие три группы. Во-первых, закономерности взаимосвязи между видами общественного сознания, особенно обнаруживающие себя в процессе формирования состояний сознания; во-вторых, закономерности взаимосвязи между сферами сознания, проявляющиеся во взаимопроникновении их содержания и взаимодополнении функций; в-третьих, взаимосвязи между историческими типами сознания, проявляющиеся главным образом в преемственности идей и взглядов и других духовных образований. Говоря выше о состояниях сознания и их возникновении, мы тем самым подчеркивали особенности взаимосвязи (наиболее существенные и необходимые из них) видов сознания; останавливались и на взаимосвязи сфер общественного сознания. Здесь следует указать еще на такую внутреннюю закономерность, как взаимозаменяемость функций сфер (и видов) общественного сознания. Так, известно, что функция науки — познание мира, но эту функцию выполняют и политическое сознание, и нравственное сознание, и многие другие виды идеологии. В силу этого и в идеологии вырабатываются истинные знания об окружающей действительности. В ней более или менее адекватно выражен интерес класса, иначе она не могла бы служить этому классу и не воспринималась им как собственное сознание. Критерий истинности, являющийся основным для науки, применим и к теоретическим положениям, входящим в состав идеологии. Однако идеология включает в свое содержание также определенные принципы, систему принятых ценностей, условия их реализации, обоснование программ действия и т. д. Идеология и наука, как было показано'выше, являются различными сферами общественного сознания. Но отсюда не следует, что наука и идеология не связаны между собой. Ученый, сознает он это или не сознает, принимает определенное мировоззрение, которое является мировоззрением определенного класса. Марксистское мировоззрение открывает неограниченные познавательные возможности для науки. В свою очередь научные положения являются существенной составной частью марксистской идеологии. Научность является важным, но не единственным признаком идеологии. Это значит, что прогрессивная или реакционная роль идеологии зависит не только от того, в какой степени творцы идеологии использовали при ее создании науку. Степень привлечения науки к созданию 300
идеологии определяется тем, насколько прогрессивен или реакционен объективный интерес класса, который отражается в идеологии. Следовательно, наука, ее отдельные положения могут выполнять и выполняют идеологическую функцию, но не сами по себе, а будучи включенными в определенную идеологическую систему, т. е. когда наука используется определенными классами в своих интересах. Поэтому нельзя согласиться с утверждением некоторых социологов о том, что любая идеология представляет собой ложное сознание. Так понимает всякую идеологию югославский социолог Р. Лукич. Он считает, что это ложное сознание появляется не только у буржуазии, но и у пролетариата в виде утопического социализма. По мнению Р. Лукича, научный социализм представляет собой начало освобождения пролетариата от оков идеологического мышления. Вместе с отмиранием классов начинается и отмирание идеологии. Концепция Р. Лукича была справедливо подвергнута критике как утопия, поскольку она предполагает, что в обществе постепенно исчезнут всякие противоречия. Взгляды Р. Лукича, независимо от его намерений, принижают роль марксистской идеологии как в борьбе против буржуазной идеологии, так и в формировании коммунистического сознания. Больше того, они по существу воспроизводят буржуазные представления на идеологию, выраженные в свое время еще К. Маннгей- мом. Последний, как уже говорилось, считал, что идеология является «узко ограниченным мировоззрением» класса и не способна к объективному отражению действительности. Критикуя К. Маннгейма, важно подчеркивать не только то, что марксизм является научной идеологией, истинным отражением действительности в отличие от ненаучной буржуазной идеологии, искажающей действительность, но и то, что идеология как духовное явление имеет специфические функции, анализируя которые мы можем понять и оценить данное явление. К. Маннгейм, выдвигая тезис об ограниченности классового мировоззрения, предполагает, что интерес класса изолирован, не связан с интересом общества или что интерес общества вообще не существует. В действительности имеется связь между этими видами интересов. Интерес общества определяется прежде всего необходимостью развития производительных сил. Интерес буржуазии в период ее восхождения 301
частично совпадает с интересом общества, но впоследствии вступает с ним в противоречие. Интерес пролетариата с самого начала становится интересом большинства, поскольку, освобождая себя как класс, пролетариат освобождает все общество от эксплуатации. Пролетариат завоевывает политическую власть не для подчинения других классов, а с целью ликвидации всякого классового господства. Идеология пролетариата возникает как научная теория или теоретическое выражение уже существующего пролетарского движения, его классовой борьбы. Научный характер марксистской идеологии определяется прежде всего тем, что поскольку в капиталистическом обществе не могут стихийно возникнуть коммунистические производственные отношения, то вначале их необходимо представить теоретически, открыть объективные законы развития общества и определить то направление, в котором движется капитализм. Идеология пролетариата по содержанию противоположна всем идеологиям эксплуататорских классов, целью которых было увековечение своего господства, в то время как пролетариат стремится к ликвидации классового господства. Она является идейным оружием в борьбе против буржуазии и духовным средством организации коммунистического строительства, сплочения трудящихся. В этом состоит ее главная функция в социалистическом обществе. И она будет выполнять данную функцию тем успешнее, чем шире и полнее будет опираться на науку. При рассмотрении вопроса о взаимодействии идеологии и общественной психологии отмечалось, что это взаимодействие не сводится лишь к взаимовлиянию идей, чувств, а выступает прежде всего как взаимодополнение выполняемых ими функций, взаимодействие их с общественным бытием. Поскольку это положение очень важно, то здесь следует высказать еще ряд суждений. Идеология распространяется среди масс. Усвоение идеологических взглядов и представлений тем или иным классом, принятие их в качестве программы действия, конкретизация и реализация этой программы представляют собой процесс объективизации идеологии, исторической проверки ее соответствия общественному развитию. Идеология усваивается классом или социальной группой, если она в определенной мере соответствует их историческому опыту, социальным чувствам. Усвоение идеоло- 302
Гии сопровождается ее конкретизацией в зависимости от данных условий и психологических особенностей социальных групп. При этом происходит взаимопроникновение идеологических и психологических элементов, благодаря чему последние превращаются из общих установок, идеалов, принципов, лозунгов в конкретное руководство к действию определенной социальной группы. Связь идеологии и общественной психологии проявляется уже при возникновении идеологии, которая включает как один из своих компонентов более ясное выражение той оценки действительности, того исторического опыта борьбы класса, которые стихийно сложились в общественной психологии (протест, понимание справедливости, стремление к лучшему будущему). В процессе взаимодействия этих сфер сознания происходит своего рода отбор, в ходе которого идеология из многих проблем, составляющих содержание психологии, включает в свое содержание самое значительное для класса и его общественной борьбы. Например, революционная идеология рабочего класса отвергает тред-юнионистские элементы в психологии пролетариата и в то же время воспринимает и выражает такие лучшие черты психологии рабочего класса, как революционность, организованность, сплоченность, решительность в классовой борьбе и др. Связь между рассматриваемыми сферами сознания проявляется в изменении идеологии под влиянием общественной психологии. Это может быть результатом изменения социальных условий и структуры общества, которые прежде всего и непосредственно проявляются в общественной психологии. Подобные социальные изменения выражаются в состояниях общественного сознания, таких, как настроения, общественное мнение. К этому взаимодействию относится также приспособление идеологии к особенностям общественной психологии (национальным и классовым традициям и т. п.). Взаимодействие идеологии и общественной психологии осуществляется в отдельных видах общественного сознания, выполняющих идеологические и психологические функции. При этом каждому виду общественного сознания свойственны специфические для него способы связи с действительностью (духовные средства, учреждения и организации, с которыми связан данный вид сознания), с помощью которых осуществляются указанные функции. 303
В числе таких духовных средств можно назвать авторитет, обычаи, традиции, моральные нормы, общественное мнение. Авторитет имеет относительную самостоятельность в общественном сознании, в частности в процессе формирования общественного мнения. Например, установлено, что авторитет выполняет определенную роль в процессе распространения информации, передаваемой с помощью средств массовой коммуникации. Эта информация нередко становится предметом обсуждения в том случае, когда она включается авторитетами в устный обмен мнениями. Названные явления общественного сознания можно рассматривать как духовные факторы, с помощью которых осуществляется взаимодействие идеологии и общественной психологии, и вместе с тем как результаты этого воздействия. В широком смысле слова к средствам, с помощью которых осуществляется взаимодействие рассматриваемых явлений, относятся все известные средства массовой коммуникации. Из сказанного о взаимозаменяемости, взаимодополняемости функций духовных образований как существенной черты их взаимодействия вытекает вывод о том, что хотя общественное сознание и подразделяется на различные виды и сферы, однако оно действует, как правило, совокупно в реализации тех или иных своих функций. Наличие у него такой связи между сферами (и видами) позволяет, во-первых, лучше выполнять присущие ему функции, а во-вторых, способствует обогащению тех или иных его элементов. Преемственная связь идей и взглядов в развитии исторических типов общественного сознания состоит, коротко говоря, в том, что духовная культура каждого нового общества развивается не на пустом месте, а наследует из прошлого все, что соответствует интересам господствующих классов данного общества. Происходит переоценка ценностей, в результате которой критически перерабатывается и просто приспосабливается многое из того, что было создано прошлыми эпохами. Преемственность в развитии исторических типов сознания позволяет понять многие явления духовной жизни, которые трудно объяснить, исходя только из того, что сознание отражает бытие. Например, объяснение таких фактов, как развитие немецкой философии конца 304
XVIII — начала XIX в. в экономически и политически отсталой стране или как расцвет духовной культуры в XIX в. также в отсталой в то время России, исходя только из внутренних условий этих стран было бы недостаточным. В трудах Маркса, Энгельса и Ленина убедительно показано, что в силу действия исторической преемственности идей экономически более отсталые страны могут в определенные периоды истории играть ведущую роль в развитии общественной мысли. Историческая преемственность в развитии духовной культуры как закономерность имеет свои особенности проявления в различных обществах. Так, антагонистические общества переживают восходящие и нисходящие этапы в своем развитии, что сказывается и на проявлении преемственности в духовной культуре. При восходящем развитии господствующие классы стремятся опереться на передовое, прогрессивное в культуре прошлого. Напротив, на закате такого общества господствующие классы берут на вооружение из прошлого все реакционное. Современное буржуазное общество достаточно наглядно показывает проявление такой тенденции и в философии, и в искусстве, и в морали, и в других сферах духовной жизни. Преемственность в духовной жизни социализма не знает таких поворотов, как это имеет место в антагонистических обществах. По мере его укрепления создаются более благоприятные условия для усвоения достижений культуры прошлого. Сформировавшись, социалистическая культура становится способной впитывать в себя все положительное в культурах разных классов. Поэтому преемственность в условиях победившего социализма проявляется сильнее, чем в период его становления. Если проявление неравномерности развития и отставания общественного сознания от общественного бытия ограничивается при социализме, то сфера действия преемственности, напротив, расширяется. 3 Специфические закономерные связи исторических типов общественного сознания Каждый из исторических типов общественного сознания подчинен действию как общих, так и специфических закономерностей. Последние определяются гос- 305
подствующим способом производства, общественными отношениями данного общества. В качестве специфических закономерностей выступают как связи между общественным бытием и общественным сознанием, так и внутренние закономерности, выражающие взаимосвязи элементов сознания. В первом и во втором случае они специфичны по отношению к общим закономерным связям бытия и сознания и общим закономерным связям элементов сознания, проявляющимся во всех типах общественного сознания. Каковы же специфические закономерности коммунистического типа сознания? В книге «Проблемы развития коммунистического сознания» выделяются три таких закономерности: целенаправленное и планомерное развитие социалистического сознания, сближение теоретического и обыденного сознания и единство форм общественного сознания 1. В «Истории философии» в качестве специфических закономерностей развития коммунистического общественного сознания выделяются: необходимость социалистической революции в области идеологии и культуры для утверждения сознания нового общества; отражение социалистическим сознанием социально-политического и идейного единства нового общества; возрастание творческой роли народных масс, их практики в духовной жизни общества; сближение общественного сознания в различных его формах (наука, философия, искусство и т. д.) с жизнью народа; возрастание роли науки в общественном сознании; сближение социалистических наций и их духовной жизни, в результате которого общественное сознание, все формы духовной жизни становятся все более интернациональными, общечеловеческими2. Перечисленные закономерности, как можно видеть, касаются и условий утверждения коммунистического сознания, и объекта его отражения, и роли народных масс в развитии духовной жизни общества, и качественных особенности общественного сознания, которое становится все более интернациональным, общечеловеческим. Нам представляется неоправданным все перечисленные закономерности рассматривать в качестве специфи- 1 См. «Проблемы развития коммунистического сознания», стр. 9—32. 2 См. «История философии», т. VI, кн. I, стр. 320—321. зов
ческих закономерностей данного типа сознания, ибо в этом случае в их числе окажутся все без исключения непосредственные или опосредованные связи и отношения общественного сознания с другими явлениями общественной жизни. Видимо, здесь следует придерживаться какого-то критерия. Таким критерием, на наш взгляд, могут выступать существенные и необходимые взаимосвязи общественного бытия и общественного сознания и такого же рода внутренние взаимосвязи элементов общественного сознания, вытекающие из природы нового строя и характеризующие сущность и нового общественного бытия и нового общественного сознания. При социализме устанавливаются более тесные взаимосвязи между общественным бытием и общественным сознанием, а также между отдельными сторонами, видами, сферами общественного сознания, которые приобретают качественные особенности. Особенности сознания и вызывают к жизни ту группу специфических закономерностей, которую можно назвать внутренними закономерностями его развития. Особенность сознания социалистического общества, как уже отмечалось, состоит прежде всего в том, что это сознание есть выражение социалистического общественного бытия в идеях, теориях, чувствах, настроениях и других духовных образованиях, разделяемых всеми классами и социальными группами общества. Это сознание есть целостное духовное образование, принадлежащее обществу. При социализме принимают иной характер и взаимоотношения между компонентами общественного сознания. Уже не борьба между взаимоисключающими классовыми сознаниями является закономерностью развития сознания общества, а взаимообогащение, взаимопроникновение различных видов, сфер, сторон, уровней общественного сознания как целого. Разумеется, это не исключает, а, напротив, предполагает борьбу мнений в духовной жизни, борьбу новых идей и взглядов с пережитками прошлого в сознании, непримиримую борьбу с буржуазной идеологией. При этом самую глубокую основу развития сознания составляют, конечно, изменения в общественном бытии. Следующей характерной особенностью сознания социалистического общества является его освобождение от предрассудков, иллюзий и заблуждений, столь характерных для сознания всех прошлых эпох. Освобождаясь от иллюзий и заблуждений, усваивая прогрессивные идеи и 307
Представления, порожденные социализмом, общественное сознание приобретает новое качество. Если в прошлом оно неизбежно было пропитано идеями и чувствами индивидуализма, классового и национального эгоизма и другими чертами, порожденными строем частной собственности, разъединявшими людей и культивировавшими между ними дух недоверия, то при социализме в общественном сознании получили распространение такие черты, как коллективизм, социалистический патриотизм и интернационализм, гуманизм, сознание и чувство гражданственности. Качественно новое содержание общественного сознания при социализме вызвало к жизни такую специфическую закономерность, как взаимосвязь между наукой и массовым сознанием. В сознание народных масс все больше и больше проникают научные идеи и представления. Отмеченные моменты не раскрывают, конечно, всех специфических внутренних закономерностей, присущих новому типу сознания, всех особенностей проявления общих закономерностей. Все эти закономерности нуждаются еще в самом серьезном изучении. Такое изучение с использованием конкретных социологических исследований позволит глубже понять, что коммунистическое общественное сознание быстрее, чем любой другой тип общественного сознания, приходит в соответствие с общественным бытием. Здесь достижение необходимого соответствия является не столько стихийным, сколько сознательным процессом. Сознание развивается на основе преодоления противоречий, но, поскольку социализм не знает антагонизмов, постольку общая закономерность развития приобретает здесь специфический характер. Борьба мнений как закономерность развития сознания, особенно в области науки, в полной мере может проявиться только при социализме, и ее можно рассматривать как специфическую закономерность развития духовной жизни социализма и коммунизма. Познание специфических закономерностей развития общественного сознания во многом зависит от проведения широких теоретических исследований социалистического общественного бытия, деятельности народных масс и природы общественного сознания, от ясного понимания особенностей, структуры и функций последнего. Только при этом условии окажется возможным проанализировать зависимости между отдельными структурными образовала
ниями общественного сознания и общественным бытием. Другими словами, станет возможным переход от познания самых общих закономерностей развития сознания к познанию закономерностей специфических, обусловленных социалистическим общественным бытием и особенностями самого общественного сознания как целого. 4 Диалектика общественного и индивидуального сознания Важнейшим видом связи общественного сознания является его связь с индивидуальным сознанием. Эта связь за последние годы выступает предметом специальных исследований *. При этом выясняются общие черты и особенности общественного и индивидуального сознания, оказываемое ими друг на друга влияние, пути этого влияния. Однако многие вопросы еще только поставлены, но не раскрыты. Не изучен должным образом, например, механизм проникновения содержания общественного сознания в индивидуальное сознание, а именно его знание и позволило бы улучшить всю систему воспитания личности. Индивидуальные особенности усвоения содержания общественного сознания определяются часто не самим по себе содержанием общественного сознания, его объективной значимостью, а обстоятельствами жизни данного человека, т. е. местом человека в системе общественных отношений, его жизненным опытом, образованием, воспитанием и т. д. Обстоятельства жизни, особенности жизненного пути человека и обусловливают процесс индивидуализации общественного сознания, процесс превращения содержания этого сознания в достояние сознания данной личности. Они же определяют и отношение личности к различным духовным образованиям, господствующим в обществе, обеспечивают приемлемость или неприемлемость их, т. е. определяют избирательный характер отношений индивидуального сознания к сознанию общественному. 1 См. Л. П. Буева. Формирование индивидуального сознания в процессе перехода к коммунизму; В. Ж. Келле. Индивидуальное и общественное сознание. — «Проблемы сознания»; Ю. М. Серов. Общественное и индивидуальное сознание. М., 1964. 309
Отношение индивидуального сознания к общественному активное. Человек целеустремленно ищет в содержании общественного сознания ответы на интересующие его вопросы. Такой характер отношения сознания связан с активным отношением человека к окружающему миру. Активным и избирательным по своему характеру является и отношение общественного сознания к индивидуальному. История развития науки, общественной мысли, показывает, что далеко не сразу те или иные идеи, возникшие в сознании отдельных индивидов, трансформируются в общественное сознание. И даже в том случае, когда, скажем, сделанные открытия имеют социальную значимость, они становятся общим достоянием нередко с большим запозданием. Причина тому кроется в социальных условиях жизни данного общества. Во взаимодействии индивидуального и общественного сознания ведущей стороной является последнее. Оно проникает в индивидуальное сознание как непосредственно, так и опосредованно. Так, в процессе образования и воспитания, в особенности через средства массовых коммуникаций, осуществляется прямое воздействие. В этом процессе устанавливается непосредственный контакт между взаимодействующими сторонами. Другим путем соприкосновения их является связь между ними через промежуточные духовные образования — сознания социальных групп, отдельных коллективов. Для советского общества большой интерес представляют сознания социалистических коллективов. Формируясь из всех социальных групп общества, социалистические коллективы (производственные, общественные и иные) выступают связующими звеньями между обществом и личностью. Такую же роль играет и сознание каждого отдельного коллектива в связи между общественным и индивидуальным сознанием. Духовный мир коллектива (его взгляды, суждения, мнения, настроения, традиции) определяется общими условиями жизни общества, и потому в нем находит свое проявление общественное сознание. Однако последнее преломляется в каждом отдельном коллективе через призму тех специфических условий, в которых он живет и приобретает специфические черты, которые и позволяют отличать сознание его как от общественного, так и от индивидуальных сознаний. Индивидуальное сознание формируется главным об- 310
разом под влиянием коллективного сознания. Это обусловлено особенностями жизнедеятельности коллектива, где составляющие его члены находятся в постоянном общении друг с другом. Между ними возникает множество отношений, основанных на чувствах, и их отношения друг к другу и оценка социальных фактов, событий неизбежно выражаются в эмоциональной форме. Коллектив постоянно осуждает или одобряет, радуется или негодует, и потому общие настроения и мнения выступают основными духовными образованиями его сознания. Настроения и мнения, господствующие в коллективе, неизбежно передаются всем его членам. Изучение коллективного сознания методами конкретных социально-психологических исследований показало, что в последнем «существует весьма устойчивая и однозначно определенная система устремлений, ценностей, норм, стереотипов и т. д., отражающая бытие данного коллектива. Сюда относится все то, что непосредственно затрагивает интересы коллектива, что связано с выполнением его основных функций» К Существующие в коллективном сознании образования направляют поведение личности. Последняя соотносит с ними свое поведение. Роль их в жизни человека во многом зависит от того, что собой представляет сам коллектив. В сплоченном и дружйом коллективе, в коллективе с едиными целями и задачами, перспективами своего развития формируется, как правило, общее мнение, воплощающее в себе общественно необходимые требования к поведению человека2. Последний видит в авторитете общего мнения опору для своих поступков. Для него общее мнение является таким фактором жизни, в котором он ощущает внутреннюю потребность. Мнение через оценку поступков поведения позволяет человеку познавать самого себя, свои достоинства и недостатки и утверждать себя как личность. 1 В. Б. Ольшанский. Личность и социальные ценности. — «Социология в СССР», т. I. M., 1965, стр. 511. 2 См. Л. И. Божович. Изучение личности школьника и проблемы воспитания. — «Психологическая наука в СССР», т. II. М., 1960; А. Л. Шнирман. Об изучении развития личности в коллективе. — «Вопросы психологии», 1955, № 2; Е. А. Серебрякова. Опыт формирования коллективизма у школьников в процессе учебной деятельности.— «Тезисы докладов на II съезде общества психологов», вып. 5. М., 1963. .?//
Наличие многих коллективов, в которых живет человек, сказывается на его воспитании 1. Разнообразие отношений, связей способствует гармоничному развитию личности, достижению полноты жизни. Вместе с тем целенаправленное воспитание невозможно без слаженности, согласованности многих коллективов в своих требованиях к поведению человека. Отсутствие такой согласованности может порождать раздвоенность в сознании и поведении. Так, замечено, что далеко не у каждого человека складываются твердые убеждения в необходимости соблюдения социальных норм, если требования к поведению в коллективах, в которых он живет, резко различаются между собой. Больше того, если такие убеждения и сложились, то при переходе из коллектива с высокими требованиями в коллектив с заниженными требованиями они лишаются своей опоры и могут потерять характер обязательности. Отношение человека к мнению коллектива может быть различным. Наибольшее влияние может оказать такое мнение, которое учитывает и общие интересы коллектива и личные интересы каждого из его членов. Влияние коллективного мнения на человека объясняется тем, что оно заставляет его признать превосходство коллективных суждений, их правоту и вызывает у него чувства и желания быть достойным членом коллектива. Мнение отдельного коллектива является связующим звеном между мнением общества в целом и личностью. Для личности коллективное мнение выступает не просто как мнение данного коллектива, а как общественное мнение. И оно в действительности является таковым, поскольку коренные интересы коллектива и общества в целом являются общими. Общность интересов приводит к тому, что общественное мнение формируется в процессе взаимодействия коллективных мнений, а последние впитывают в себя содержание общественного мнения и находят у него поддержку. Правильная оценка поведения человека должна включать как осуждение, так и поддержку того хорошего, до- 1 См. В. А. Дзюбалов. О понятии «производственный коллектива— «Вопросы философии и психологии», вып. I. Л., 1965; Е. Д. Варнакова. Развитие личности рабочего в производственном коллективе. — «О чертах личности нового рабочего». М., 1963; Н. В. Голубева, Е. С. Кузьмин. Опыт изучения производственных коллективов. —«Социология в СССР», т. II; А. И. Афанасьева, А. А. Нуруллаев. Коллектив и личность. М., 1965. 3J2
стойного, что было у него в жизни. Необходимость сочетания положительной и отрицательной оценок поведения личности подкрепляется специальным психологическим анализом данных педагогической практики 1. Эти исследования показали, что эмоциональные реакции личности на воздействия положительной и отрицательной оценок, выраженных общим мнением, обусловливаются «не столько применением каждой из указанных форм оценки в отдельности, сколько характером их комбинирования»2. Под влиянием одобрения или осуждения, выраженного общественным мнением, происходит формирование и изменение жизненной ориентации или установки личности3, которая характеризуется психологами как готовность воспринимать явления и факты действительности определенным образом, в зависимости от предшествующих восприятий. Социологи рассматривают установку как предрасположение к восприятию социальных явлений в определенном направлении, с определенных позиций, как стремление к достижению определенных целей и идеалов, как ориентацию на те или иные ценности. Влияние общественного мнения на установку личности проявляется и через выраженные в нем цели и идеалы общества и через непосредственное отношение общественного мнения к той или иной личности, вступившей в конфликт с интересами коллектива, общества в целом. Человек, нарушивший социальные нормы, поддерживаемые общественным мнением, подвергается осуждению со стороны коллектива, общества. Общественное осуждение вызывает, несомненно, перестройку установки личности. Социально-психологические исследования показывают, что далеко не каждый случай публичного осуждения общественным мнением поступков человека приводит к быстрому перелому в его сознании. Иногда такое осуждение вызывает у него лишь обидную досаду, которая не пере- 1 См. Р. X. Шакуров. Об условиях эффективности оценочного воздействия на личность. — «Вопросы психологии», 1964, № 2. 2 Там же, стр. 42. 3 См. Б. Л. Ерунов. Сила общественного мнения. Л., 1964; М. X. Игитханян. Сила общественного мнения. М., 1962; Н. С. Черных. Сила общественного мнения. М., 1963. Конечно, изменение жизненной установки происходит не только под влиянием общественного мнения. Первостепенным фактором, формирующим личность и ее установку, выступает труд (см. «Личность и труд». М., 1965; «Труд и развитие личности». Л., 1965), 313
ходит в^ чувство стыда и не ведет к раскаянию. И все же в большинстве своем осуждение со стороны общественного мнения заставляет нарушителя социальных норм подчиниться требованиям коллектива. Это подчинение на первых порах может носить внешний характер, но оно уже есть определенный шаг на пути к исправлению. Дело в том, что принятие коллективных требований к исполнению под контролем общего мнения ведет к накоплению морального опыта, а последний, как правило, рано или поздно приводит и к внутреннему осознанию справедливости требований коллектива. «.у Анализ влияния коллективного мнения на сознание личности показывает, что отдельная личность, как правило, смотрит на мир, оценивает факты и события независимо от того, осознает она это или нет, глазами коллектива. Уровень, характер коллективного сознания оставляет, пожалуй, самый глубокий след в индивидуальном сознании. Коллектив по отношению к личности выступает ее непосредственным учителем и воспитателем. Поэтому-то коллективное сознание и может играть роль связующего звена между общественным сознанием и сознанием индивидуальным. Процесс проникновения содержания общественного сознания в индивидуальное есть, с одной стороны, сознательно направляемый, поскольку осуществляется через образование и воспитание, идеологическую деятельность, а с другой — стихийный процесс. Влияние окружающей человека среды во многом неконтролируемо. А ведь социальное окружение, среда, конкретные обстоятельства жизни «в такой же мере творят людей, в какой люди творят обстоятельства» 1. Отсюда следует, что формирование индивидуального сознания в условиях социализма все больше и больше должно подпадать под контроль общества, а воспитание, как ведущий фактор воздействия на личность, важно органически слить с переделкой самих обстоятельств жизни людей, совершенствованием общественных отношений, особенно в ближайших коллективах, где происходит становление личности. Формирование и развитие коллективного сознания осуществляется на основе укрепления отношений внутри коллектива. И чем богаче и разнообразнее эти отношения, тем быстрее формируется индивидуальное сознание чело- 1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 37. №
века, тем оно богаче и разнообразнее. В коллективе, следовательно, заложен источник духовного богатства личности. Но в нем же коренятся и причины изъянов в ее сознании, состоящие в неразвитости коллективистских отношений. Таким образом, формирование сознания людей предполагает деятельность по совершенствованию всех общественных отношений в коллективах, строгий контроль за неукоснительным соблюдением принципов социализма во всех сферах жизни. Содержание общественного сознания усваивается людьми по-разному, между общественным и индивидуальным сознанием возможны противоречия. Формы проявления этих противоречий разнообразны, как разнообразны вызвавшие их причины. Поэтому при воспитании нового человека важно выяснять формы проявления противоречий между данными видами сознания, а главное — вскрывать причины существующих противоречий, чтобы преодолевать их. Из характера связи между индивидуальным и общественными видами сознания следует вывод о необходимости конкретности в воспитании. При этом важно учитывать, какие цели ставятся в воспитании, каких результатов стремится достичь тот или иной коллектив. Общие цели и задачи воспитания нового человека определены Программой партии. Однако в каждом отдельном коллективе в зависимости от его состава, от уровня сознания, от специфических условий жизни общие задачи воспитания выступают в конкретной форме. Важным принципом воспитания, также вытекающим из взаимоотношения общественного и индивидуального сознания, является индивидуальный подход. В процессе воспитания следует не только учитывать, скажем, профессиональные или возрастные особенности групп населения, не только условия жизни данного коллектива как целого, но и видеть в данном коллективе отдельного человека, на которого направляется идейное влияние. Важность соблюдения этого принципа обусловлена, во- первых, своеобразием жизненного пути личности. Чтобы воздействовать на сознание того или иного человека, нужно знать его наклонности, личные интересы и т. д. Во-вторых, различием в уровнях индивидуального сознания. Последние требуют разнообразных приемов и средств воспитания. В-третьих, психологическими осо- 315
бенностями восприятия индивидуальным созйанием требований со стороны коллектива (общества) к личности. Рассматривая вопрос о воспитании личности, следует, наконец, обратить внимание и на активность личности. В деятельности личности осуществляется усвоение, овладение содержанием общественного сознания. Она выступает не только объектом, но и субъектом воспитания, не только воспринимает идеи, взгляды, содержащиеся в общественном сознании, но и своей творческой деятельностью воздействует на последнее. Активность личности проявляется и в том, что она занимается самовоспитанием, т. е. сознательно стремится к тому, чтобы стать лучше, чтобы полнее сочетать свои интересы с интересами общества. Важность познания диалектики общественного и индивидуального сознания диктуется, следовательно, не только потребностью изучения многообразных связей общественного сознания с другими общественными явлениями, но и чисто практическими потребйостями воспитания личности.
Заключение Исследование структуры общественного сознания как специфического явления жизни общества позволяет сделать ряд выводов. 1. При изучении общественного сознания следует шире использовать социологический анализ. Последний не исключает гносеологического анализа, а, напротив, опирается на него, выступая иным аспектом теоретического познания. Социологический анализ открывает возможность для познания тех структурных образований, которые не обнаруживаются при гносеологическом аспекте исследования, а главное, он позволяет проследить зависимость структуры сознания от деятельности людей и их общественных отношений. 2. Всестороннее исследование общественного сознания приводит к желаемым результатам лишь при конкретно- историческом подходе к изучаемому явлению. Этот подход при изучении структуры сознания в социологическом аспекте означает: а) обращение к анализу сознания данного общества с присущим последнему определенным материальным производством и соответствующей социальной структурой, с определенной системой общественных отношений; б) рассмотрение общественного сознания как продукта всей совокупности условий, оказывающих влияние на его возникновение и развитие, совокупности, определяющая роль в которой принадлежит материальным общественным отношениям; в) выяснение убежденности и сознательности народных масс, т. е. того реального массового сознания, которое в каждый данный период времени побуждает их к деятельности. 3. Сложная структура общественного сознания определяется главным образом многосторонней деятельностью людей и теми общественными отношениями, с которыми она (деятельность) связана. Исторически структурные духовные образования выделялись по мере того, как у общества возникала потребность в определенных представлениях и взглядах, идеях и теориях в целях формирования и регулирования отношений людей к природе и между собой. Представления и взгляды, идеи и теории, 317
различающиеся между собой по своему содержанию, непосредственно связаны с общественными отношениями, на обслуживание которых они направлены. Структура общественных отношений, в особенности надстроечных, позволяет судить о структуре общественного сознания как совокупности его различных видов. 4. Общество, на какой бы ступени своего развития оно ни находилось, заинтересовано в регулировании отношений, в защите своих интересов, в передаче социального опыта и т. д. и с этой целью организует «духовное производство». Со времени отделения умственного труда от труда физического сложились различные виды духовно-практической деятельности людей, направленной на производство и распространение идей и взглядов. Виды духовно-практической деятельности людей обусловили подразделение общественного сознания на соответствующие сферы, наделив последние определенными функциями. 5. Основными сферами общественного сознания выступают общественная психология, идеология и наука. Общественная психология включает в себя политические, правовые, нравственные и иные представления и идеи, но не в форме теорий и систем взглядов, как это имеет место в идеологии, а главным образом в форме убеждений, верований, социальных установок на восприятие действительности и отношение к ней. Если в идеологии различаются идеи и взгляды прежде всего по их содержанию, то в общественной психологии на первый план выступают убеждения людей, т. е. то, насколько идеи и взгляды распространены среди масс, овладели сознанием последних. При этом, конечно, учитывается и содержательная сторона идей и взглядов, но как бы в снятом виде, главное же внимание переносится на их усвоение, на то, стали они глубокими убеждениями или нет, как они переживаются и проявляются в поступках людей, закрепляются в привычках, традициях и т. д. Социально-психологические образования разделяются целыми социальными группами, классами, нациями и другими общностями людей, поэтому данная сфера сознания выступает как массовое сознание. Общественная психология непосредственно направлена на практическую деятельность людей. Стимулирование людей к деятельности, или эмоционально-волевая функция, является основной среди выполняемых ею функций. 318
Идеология — это самосознание класса (общества). Она вырастает на основе производственных отношений и выступает надстройкой над экономическим базисом. Отношения между людьми в процессе производства материальных благ получают свое выражение в системах разнообразных идей и взглядов, которые и дают возможность утверждать, что мы имеем здесь дело с сознанием общества о самом себе. Идеология выражает и защищает классовые интересы и служит руководством в борьбе за их осуществление. В этом и состоит ее специфическая функция, позволяющая отличать данную сферу сознания от других сфер. Специфика науки как всеобщего духовного продукта общественного развития проявляется в том, что она выступает высшей формой познания и играет роль важнейшего фактора общественного прогресса. Роль науки в обществе тем значительнее, чем глубже она проникает в массовое сознание, становится достоянием народа. Если капитализм отделяет науку от непосредственного труда, знания — от самих производителей, то социализм, напротив, вносит науку в повседневную жизнь людей и тем самым создает благоприятные возможности для ускорения общественного прогресса. Все сферы общественного сознания тесно связаны друг с другом. Связь между ними реально проявляется во взаимопроникновении составляющих их элементов и взаимодополнении осуществляемых ими функций. 6. Виды и сферы сознания всегда являются образованиями сознания определенного общества. Сознания данных обществ выступают как специфические типы, различающиеся между собой своим содержанием, строением, внутренними закономерностями развития. Типы сознания образуют структуру духовной жизни общества в его историческом развитии. Поэтому при исследовании духовной жизни важно выделять присущие ей типы общественного сознания. Виды, сферы и типы сознания суть устойчивые структурные образования, каждый из которых в свою очередь обладает своей внутренней и относительно постоянной структурой. 7. Реально существующее общественное сознание в своем конкретном проявлении выступает и в форме определенных состояний. Последние составляют весьма подвижную, динамическую структуру, которую также не- 319
льзя не учитывать при исследовании общественного сознания. Поэтому конкретно-исторический подход к исследованию сознания требует анализа и его состояний. Общественное сознание воздействует на жизнь общества в целостности. Не политические, нравственные, эстетические и иные идеи и взгляды в отдельности оказывают влияние на деятельность людей, а их сплав, который и выступает как определенное состояние сознания. Состояния суть целостные проявления общественного сознания. Их целостность состоит в том, что доминирующие в сознании идеи и взгляды, пронизывая все его содержание, придают последнему определенное качество. Если целостность общественного сознания позволяет характеризовать состояния с качественной стороны, то распространенность идей и взглядов, чувств и настроений, составляющих доминанту в общественном сознании, подчеркивает количественную характеристику состояний сознания. 8. Использование различных аспектов исследования общественного сознания позволяет полнее раскрыть компоненты данного явления. Последнее включает в свой состав кроме форм познания и уровней отражения действительности следующие компоненты: а) виды сознания: нравственное, политическое, правовое, эстетическое, религиозное, философское, экономическое и др.; б) сферы сознания: общественную психологию, идеологию, науку; в) типы сознания: сознание первобытного общества, сознания классово антагонистических обществ, сознание коммунистического общества; г) состояния сознания: общественное мнение, традиции и др. 9. Познание структуры общественного сознания предполагает наряду с выяснением составляющих его компонентов и исследование его взаимосвязей. Анализ общественного сознания в социологическом аспекте позволяет выделить три группы взаимосвязей, подлежащих конкретному изучению: а) закономерные связи общественного сознания и общественного бытия; б) внутренние закономерные связи общественного сознания; в) специфические закономерные связи исторически определенных типов сознания. Среди закономерных связей общественного сознания и общественного бытия выступает на первый план соответствие общественного сознания общественному бытию. Действие данной закономерности связано с проявлением таких тенденций, как отставание сознания людей от их 320
бытия, неравномерность развития тех или иных сторон сознания; «опережение» передовым теоретическим сознанием хода развития действительности. Внутренние закономерности представляют собой существенные связи между его компонентами: видами, сферами, типами, состояниями. Они потому и выступают как внутренние, что их действие ограничено лишь областью сознания. Особенность внутренних закономерностей состоит в том, что они выражают в снятом виде существенные связи между видами деятельности людей и их общественными отношениями. Каждый из исторических типов сознания подчинен действию специфических и общих закономерностей в процессе своего возникновения, изменения и развития. Специфические закономерности определяются господствующим способом производства, социальной структурой общества. В качестве этих закономерностей выступают как связи между общественным сознанием и общественным бытием, так и внутренние взаимосвязи компонентов этого исторического типа сознания. В первом и во втором случае они специфичны по отношению к закономерным связям общественного сознания и общественного бытия и закономерным связям компонентов сознания, являющимся общими для всех исторических типов общественного сознания. Проблема исследования структуры общественного сознания не может быть окончательно решена в данный, как и в любой другой, период времени. Она всегда будет стоять перед наукой, ибо духовная жизнь общества находится в постоянном изменении и развитии. И ее плодотворное решение во многом будет зависеть от обоснованности методологических принципов научного анализа сознания — одного из самых сложных явлений общественной жизни.
Содержание Введение з глава i Методология изучения общественного сознания и его структуры .... 9 1 Основополагающий принцип изучения общественного сознания — 2 Гносеологический и социологический аспекты изучения общественного сознания 27 3 Зависимость структуры общественного сознания от видов деятельности людей и их общественных отношений 50 глава п Виды общественного со- ЗН(%НиЯ> •••••••••• во 1 О понятиях „форма" и „вид" общественного сознания — 2 Общественные отношения и виды сознания 70 Нравственное сознание 78 Политическое сознание 90 Правовое сознание 99 Религиозное сознание 107 Эстетическое сознание 118 Философское сознание 126 глава iii Сферы общественного сознания 149 1 Духовно -практическая деятельность людей и сферы общественного сознания — 322
2 Общественная психология паи массовое сознание 161 3 Идеология пак самосознание общества 183 4 Наука как всеобщий духовный продукт общественного развития .... 107 5 Взаимопроникновение и взаимодополнение сфер общественного сознания 206 глава iv Типы общественного сознания 219 1 Конкретно-исторический подход и типы общественного сознания .... — 2 Коммунистическое сознание нан специфический тип общественного сознания 229 3 Изменение структуры сознания социалистического общества в процессе коммунистического строительства 24:5 глава v Состояния общественно- го сознания 2яз 1 Понятие „состояния" общественного сознания 2Л5 2 Выделение состояний общественного сознания в его структуре и пути их познания 262 глава п Взаимосвязи обществен- ного сознания 2so 1 Закономерные связи общественного сознания и общественного бытия . . . 281 2 Внутренние замономерные связи общественного сознания 296 323
3 Специфические закономерные связи исторических типов общественного сознания 305 4 Диалектика общественного и ин- дивидуалъного сознания 309 Заключение эн
У ледов А. К. У 47 Структура общественного сознания (Теоретико-социологическое исследование). М., „Мысль", 1968. 324с. Автор известен читателям по книге „Общественное мнение советского общества", вышедшей в 1963 г. В новой работе обосновываются методологические принципы социальных исследований общественного сознания. Автор предлагает многоплановый подход к изучению общественного сознания и выделяет в его структуре такие образования, которые в литературе в должной мере не раскрывались. В работе исследуются закономерные связи общественного сознания, предлагается решение ряда спорных вопросов его структуры. Книга рассчитана на преподавателей общественных наук, студентов, аспирантов, занимающихся философией, пропагандистов. 1-5-3 ТМИ 37-68
У ледов, Александр Константиновым Структура общественного сознания Теоретико-социологическое исследование Редактор И. Л. Щербина Младший редактор Г. Г. Кобяков Оформление худоэюника В. И. Олиференко Художественный редактор М. Н. Сергеева Технический редактор О. А. Барабанова Корректор С. С. Новицпая Сдано в набор 9 апреля 1968 г. Подписано в печать 3 июля 1968 г. Формат бумаги 84X1084 9it Лв 9. Усл. печатных листов 17,99. Учетно-издательских листов 18,ю. Тираж Ю ооо экз. А07177. Цена i р. 19 к. Заказ Ли 698 Издательство „Мысль". Москва, В-71, Ленинский пр., 15. Ленинградская типография Ли s Главполиграфпрома Комитета по печати при Совете Министров СССР, Красная ул., 113.
ИЗДАТЕЛЬСТВО „МЫСЛЬ" ГОТОВИТ К ВЫПУСКУ В 19в9 ГОДУ КНИГИ ПО МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКОЙ ФИЛОСОФИИ I. ОБЩЕТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ „Ленинизм и философские проблемы современности". Колл. авторов. 47 л., 3 р. 05 к. „Ленин и современное естествознание". Колл. авторов. 30 л., 2 р. 12 к. Марахов Б. Г. Структура и развитие производительных сил общества. 15 л., 1 руб. „Очерки методологии познания социальных явлений". Колл. авторов. 25 л., 1 р. 70 к. Поршнев Б. Ф. О начале человеческой истории (Споры, исследования, гипотезы). 27 л., 1 р. 90 к. Разумный В. А. Эстетическое воспитание. Сущность. Формы. Методы. 12 л., 82 коп. „Современные проблемы теории познания диалектического материализма". В двух томах. Колл. авторов. Т. I, 20 л.. 1 р. 20 к.; Т. II, 20 л., 1 р. 20 к. II. ФИЛОСОФСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ „Моделирование психической деятельности"'. Колл. авторов. 25 л., 1 р. 70 к. „Проблемы методологии системного исследования". Колл. авторов. 25 л., 1 р. 65 к. „Проблемы бесконечности Вселенной". Колл. авторов. 22 л., 1 р. 47 к. III. СЕРИЯ „СОЦИОЛОГИЯ И ЖИЗНЬ" Алыперович 0. Н. Культурное строительство — дело миллионов (Опыт социального исследования). 8 л., 48 коп. Руткевич М. II., Филиппов Ф. Р. Социальная мобильность в советском обществе. 12 л., 72 коп.
ГОТОВЯТСЯ К ВЫПУСКУ И I кв. 1970 г. „Будущее человеческого общества" (анализ современных буржуазных концепций). Колл. авторов. 27 л., 2 руб. Волков Ю. Е., Рейдер ман Ф. Д. НОТ — социальное значение и проблемы. Серия „Социология и жизнь". 10 л., 40 коп. „Психологические и педагогические основы партийной пропаганды". Колл. авторов. 20 л., 1 руб.