Средние века: Сборник. Выпуск XX - Котельникова Л.А., Сказкин С.Д., Гутнова Е.В., Конрад Н.И.

Author: Котельникова Л.А. Сказкин С.Д. Гутнова Е.В. Конрад Н.И.

Tags: история средних веков сборник статей средневековая культура сборник средние века

Year: 1961

Similar

Средние века: Сборник. Выпуск 24

Средние века: Сборник. Выпуск XXII

Средние века: Сборник. Выпуск 34

Средние века. Сборник. Выпуск 33

Text

Академил Наук СССР
» Институт Истории
СРЕДНИЕ ВЕКА
С Б ОРН 14 К
ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ НАУК СССР
МОСКВА- 1961
РЕДАКЦИОННАЯ КО Л Л Е Г И Я:
С. Д. СКАЗКНН (ответственный редактор), £’. В. ГУ СНОВА, Н. И. КОНРАД,
Л. А. КОТЕЛЬНИКОВА (отв. секретарь), А. Д. ЛЮБЛИНСКАЯ, Г. В. СЛИЧУК
И. А. СИДОРОВА (.зам. отв. редактора). М. М. СМНРНИ,
А. II. ЧИСТОВ ВОНОВ
4
СТАТЬИ П II С С Л Е Д О В А И И Я
Л. Я. ГУРЕВИЧ
СВОБОДНОЕ КРЕСТЬЯНСТВО II ФЕОДАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВО
В НОРВЕГИИ В X—XII вв-
одной из важнейших особенностей норвежского феодализма было
отсутствие барщинной формы эксплуатации крестьян и крепостной за-
висимости их от землевладельцев. Сохранение в Норвегии непосредствен-
ными производителями личной свободы при существовании феодального
строя объясняется тем, что в силу природных условий возможности для
развития земледелия были здесь ограничены, создание баржой запашки
крайне затруднено, а при господствовавшей в стране хуторской си-
стеме крестьянин, даже если он сидел на земле феодала, пел хозяйство
по существу совершенно самостоятельно и зависимость его от собствен-
ника двора выражалась преимущественно в уплате ренты продуктами.
Подобная организация производства не предполагала возникновения
интенсивной системы внеэкономического принуждения, п хотя держатели
земли стали, по мере укрепления феодального строя, сословно неполно-
правными, они так и не превратились в крепостных *. Норвежские
историки, в том числе и современные, всегда выделяли эту характерную
черту социальной эволюции Норвегии и видели в ней определенное пре-
имущество перед другими народами, испытавшими крепостничество. В жи-
вучести крестьянской свободы эти ученые усматривали основу создания
сильной государственной власти в XIII в., условие сохранения демократи-
ческих традиции и период датского господства (с конца XIV до начала
XIX в.) и залог общественного прогресса в новое время. Не трудно, однако,
убедиться, что, говоря — и не без основания — об этих преимуществах
норвежских бондов но сравнению с их крепостными собратьями по классу
в других странах средневековья, историки обращали свое внимание на
роль крестьян в политической жизни и по существу не касались вопроса
о влиянии свободы крестьянина на его экономическое положение, на хозяй-
ственную жизнь Норвегии. Между тем именно этот вопрос представляет,
на наш взгляд, особый интерес при изучении норвежского феодализма.
Характерной чертой средневековой истории Норвегии была также
хозяйственная бедность, крайняя медленность экономического развития,
сравнительно позднее возникновение городов, слабость самостоятельной
торговли, исключительная цепкость натурально-хозяйственных форм
жизни. Подобно всей Западной Европе Норвегия пережила «черную
смерть» XIV в., но ни одна другая страна, пожалуй, не пострадала от чумы
1 Подробнее см.: А. Я. Гуревич. Некоторые спорные вопросы социально-
экономического развития средневековой Норвегии.— «Вопросы истории», 1959, X? 2,
стр. 115 сл.; его же. Основные этапы социально-экономической исторпп норвеж-
ского крестьянства в XIII—XVII вв.— Со. «Средние века», вып. XVI, 1959, стр. 49 сл.
4
А. Я. Гуревич
так сильно, ибо хозяйство Норвегии не смогло оправиться от последствий
этого бедствия на протяжении двух с лишним столетий 2.
Разумеется, и для этих особенностей экономической истории средне-
вековой Норвегии можно искать объяснения в своеобразном соотношении
таких форм хозяйства, как скотоводство, земледелие, морской промысел,
в географическом положении страны, удаленной от основных очагов евро-
пейской цивилизации в средние века, в неблагоприятных природных
условиях. Несомненно, однако, что решение вопроса о медленном или бы-
стром развитии производительных сил в немалой мере зависит от изучения
характера производственных отношений: насколько они благоприятство-
вали прогрессу производства или, напротив, тормозили его. То, что нор-
вежский крестьянин оставался лично свободным на протяжении средневе-
ковья, прежде всего определялось всем хозяйственным укладом страны;
но какое влияние в свою очередь оказывала сама эта свобода на дальней-
шее развитие экономики? Здесь, как нам кажется, мы стоим перед пробле-
мой большого исторического и социологического значения.
Но решение этой проблемы, даже в самой общей форме, не может быть
дано в статье ограниченного объема, оно предполагает предварительное
исследование других вопросов. Одним из них является вопрос о месте
свободного крестьянства в феодальном государстве, приобретающий при-
менительно к Норвегии, в силу особенностей ее социального строя, осо-
бую научную актуальность. Норвежские крестьяне, вследствие сохра-
нения ими личной свободы и слабого развития политической власти зем-
левладельцев, не могли быть исключены из официальной общественной
жизни. Но какова именно была роль лично свободных бондов в норвеж-
ском государстве в X—XII вв., т. е. в период, когда оно находилось в про-
цессе становления? В специальной литературе преимущественное внима-
ние уделяется одной стороне этого вопроса — сохранению бондами права
участвовать в управлении. Нам представляется необходимым рассмотреть
некоторые другие аспекты проблемы взаимоотношений бондов и государ-
ства 3.
* * ♦
Как уже было отмечено, при господстве в Норвегии крупного земле-
владения крестьяне, даже лишенные права собственности на свою землю,
не утрачивали личной свободы и правоспособности. Еще в XII и XIII вв.
сохраняли силу принципы норвежского права, сложившиеся в дофеодаль-
ное время. Правоспособность любого норвежца считалась ничем не огра-
ниченной 4. Пока он находился в здравом уме и был способен вести свое
хозяйство, а также «мог ездить верхом и участвовать в пирушках», бонд
пользовался неоспоримым правом владеть собственным имуществом 5.
Усадьба и дом его считались неприкосновенными 6. Все свободные люди
имели право на возмещение за причиненный им имущественный, физиче-
ский или моральный ущерб, хотя размеры причитавшихся им возмещений
были неодинаковы, находились в зависимости от их происхождения.
Всякий свободный человек мог добиваться судебного решения по своим
2 А. Я. Гуревич. Основные этапы социально-экономической истории...,
стр. 56—62.
3 Этому вопросу была также посвящена наша статья «Древпснорвсжская венцла
(из истории возникновения раннефеодального государства в Норвегии)».— «Научные
доклады высшей школы», исторические науки, 1958, 3.
4 F, I, 1.
6 G, 126, 141.
• F, IV, 5.
Свободное крестьянство в Норвегии X—XII ев.
имущественным и иным делам 7. С этой целью он имел право созвать
тинг8 или обратиться к услугам посредников 9. Закон гарантировал его
право защищаться от выдвинутых против него обвинений10 11 и пользовать-
ся всеми видами судебных процедур п. Правоспособность бонда проявля-
лась также в том, что он имел право принимать участие в заседаниях
местного суда фюлька или более мелкой территориальной единицы, где
решение принималось всеми присутствующими. В областных судебниках
участники тинга, выносившие решение, называются без различий либо
«тингианами», либо просто «бондами», ибо все бонды, присутствовавшие
на тинге, выполняли роль судебных заседателей. В обязанность тпнгманов
входило не только судебное разбирательство н принятие решения, но и
осуществление его в тех случаях, когда выигравшая сторона не могла
добиться этого самостоятельно 12. Бонды, кроме того, могли выступать
на тннге и при заключении всякого рода сделок в качестве соприсяжни-
ков и свидетелей13. Этим правом пользовались опять-таки все свободные
люди в равной мере 14; исключение составляли дела, касавшиеся одаля:
по ним свидетельские показания могли давать лишь одальманы-хольды.
Собрания бондов па тингах восходят ко нременам общинно-родового
строя и в некоторых своих обычаях и процедурах сохранили традиции
ассамблей вооруженного народа. Достаточно указать на процедуру vap-
natak — одобрения или утверждения решений тинга посредством поднятия
оружия всеми участниками собрания. Принятое таким путем реше-
ние считалось окончательным и нерушимым 15.
Как свидетельствуют саги, тингн сплошь и рядом созывались не конун-
гом пли его представителем, а предводителями самих бондов. В «Книге
о заселении Исландии» рассказывается, например, о созыве тинга Асгри-
мом, сыном херса Ульфа из Телемарка (Юго-Восточная Норвегия) 16.
Сага об Олафе Трюггвасоне повествует о том, что когда члены наиболее
влиятельной семьи Хордалапна (Юго-Западная Норвегия), сыновья Хор-
да-Карп, узнали о намерении конунга Олафа Трюггвасона ввести в стра-
не христианство, они решили созвать Гулатпнг и пригласили на него
конунга Олафа 17. Весьма характерно, что перед открытием тинга Олаф
выразил желание переговорить с хавдннгамн области (landshpfSingja),
с которыми и достиг соглашения (по их предложению он сосватал свою
сестру за Эрлинга Скьяльгссона, одного из наиболее знатных хавдпнгов
Хордаланпа, который сам был херсом и происходил из рода херсов). За-
тем был созван тпнг, и бонды, видя, что их предводители поддерживают
конунга, не осмелились ему перечить; христианство было принято 18.
G, 34, 47.
« G, 35: «Всякий человек, который! нуждается в помощи тинга, может созвать его
по своему желанию»; G. 161: тот, кто пайд#г в лесу мертвое тело, обязан сообщить об
этом первому встреченному им человеку п созвать тпнг под угрозой обвинения в убий-
стве. Следовательно, право бонда сознать тииг было в определенных случаях п его
обязанностью. Ср. G, 131, 151, 253: Е. Ilerlzbe г g. Grundtraekkene i den aeldste
norske proce.s. Kristiania, 1874, s. 113.
» G, 37.
10 G, 102.
11 G, 1'14.
12 G, 35 и Введение к «Законам Фроетатппга» (в дальнейшем - F. Indi.), 15 —
принудительное взыскание долга; G, 77 — выселение с незаконно захваченной зем-
ли: G, 121, 269 и др.
13 Например, F., X IV. \ участие бондов в разделе землп; F, XIII, 13 — оценка
причиненного ущерба.
11 G, 59, 60 н др.
15 (’’ 144-
16 Landnamabok Islands. Einer Aruorsson gaf lit. Reykjavik, 1948, bls. 33—34.
17 Olafs saga Tryggvasouar, kap. 54, 56.
18 Ibid., kap. 56, 57.
6 А. Я. Гуревич
II хотя речи, которые Снорри вкладывает в уста разных лиц, упоминаемых
в этой связи, без сомнения, были сочинены им самим (столь же недостовер-
ны п некоторые другие детали повествования), но соотношение реальных
сил на тинге — конунг, предводители и масса бондов — подмечено Снорри
очень верно. Решающим влиянием на тинге пользовался не «парод», а пред-
ставители местной знати, с которой конунгу приходилось считаться в пер-
вую очередь. По существу то же самое произошло и в Трепнелаге. Па
Фростатннге конунг встретил упорное сопротивление бондов, не желав-
ших принять крещение. Бонды явились в полном вооружении, приняв
посланный по фюлькам знак о созыве типга (JoingboS) за боевую стрелу
(herpr), с помощью которой оповещали о созыве воинского ополчения,
и грозили прогнать конунга, который все же добился у них согласия отло-
жить дело до встречи его со всеми хавдпнгамп и могущественными бонда-
ми области. В конце концов он силой вынудил бондов подчиниться его
воле 19.
Несмотря на то, что со временем конунгам удалось поставить крестьян-
ские тинги под свой контроль, они еще и в XIII в. сохраняли некоторые
черты автономии от государственной власти и не перестали играть роль
органов местного самоуправления. Часть штрафов, взимавшихся королев-
скими слугами с преступников по решению тиига. нередко шла в пользу
его участников — бондов 20. Если законом 1103 г. лендрманам, не заня-
тым охраной порядка в фюльках, предписывалось участие в Гулатинге —
главном тинге Вестланна 2l 22, то в Трепнелаге, где традиции, охранявшие
независимость бондов, были сильнее, лендрману и в XIII в. запрещалось
появляться на тингах без разрешения бондов г~. Более того, злоупотребле-
ния своими полномочиями со стороны лендрмана или армана(управляю-
щего конунга), так же как невыполнение ими своих обязанностей, кара-
лись штрафами, частично или полностью уплачивавшимися в пользу
тингманов 23. При этом штраф, который должен был платить лендрман
как служилый человек конунга, делился на две части: половина уплачи-
валась бондам, а половина — государю. Арман в подобном случае должен
был целиком отдавать штраф бондам 24. Стремление тронхеймцев сохра-
нить свою автономию нашло отражение в Законах Фростатинга, гарантп-
19 61afs saga Tryggvasonar, кар. 65, 67. Ср. J. Schreiner. Trdndelag og
rikssamlingen.— «Ayliandlinger utgitt av DetNorske Videnskaps-Akademi i Oslo», II.
Ilist.-Filos. Klasse, 1928, Л» 3.
2U G, 3: штрафы, уплачивавшиеся на Гулатинге, принадлежали всем его участни-
кам (Gula]oings теин); F. VII, 2: штраф за отказ принимать участие в постройке кораб-
ля для защиты страны шел в пользу бопдов-тпигманов, если арман (armadr) не помогал
им наказать виновного.
21 G, 3.
22 F, I,2:«Eigi scolo leiidir menu koina i logretto neuia bueudr gefi leyfi tib.JCp. F,X,
16 — запрещение лендрману присутствовать на третейском суде и па тинге, если у него
не было собственного иска; G, 37. 46, 47 запрещение бондам прибегать в судах к по-
мощи лепдрмапои и других знатных людей. Запрещение лендрманам появляться на
Фростатннге без разрешения бондов, ио-видимому, как-то связано с борьбой бондов
Тронхейма протии укрепления королевской власти в конце XII п начале XIII в., ибо
в более рапини период леидрмапы, как явствует из саг, беспрепятственно посещали
тиигн в Тронхейме (см. Morkinskiiuia, s. 181 ц др.).
23 G. 71. Ср. G, 141.
21 G, 152, 253; F, X, 33. Однако, но F, ln.ll. 12 (позднейшее постановление 1260 г.)
арман уплачивал бондам лишь половину штрафа, друга» половина шла конунгу.
Здесь арман приравнивался к другим служилым людям конунга — сюсе.тьмаиам (sys-
lomadr ейа armadr). Но мнению IO. 111 рей пера («Kongeniakt og leiidiiienii i Norge i det
12. arhuiidre*.—«Scandia», Bd. IX, II. 2, 1936,s. 169 сл.), в Трепнелаге арманы первона-
чально были служащими крестьянских тингов и лишь впоследствии превратились
в слуг конунга. Полемику между Шреииером п II. А. Сейпом по этому вопросу см.
в НТ, 32, 1940—1942, s. 117—121, 199.
Свободное крестьянство в Норвегии V A ll св.
7
ронявших неприкосновенность бонда в его доме: «Никто не должен
нападать на человека в его доме, пи конунг, ни кто-либо другой. Если это
сделает конунг, нужно послать стрелу [как знак о созыве ополчения]
но веем фюлькам [Тренне.тага], и люди должны пойти против пего п убить.,
а если он убежит, пусть никогда не возвращается в страну...». Нападение
яр.ia па бонда в его доме должно было вызвать подобный отпор со сторо-
ны жителей четырех из восьми фюльков Трепнелага, нападение лендрма-
на — выступление против пего бондов двух фюльков 23 * 25 * *. В X—XII вв.
подобные столкновения происходили неоднократно.
Типгп являлись не только судебными собраниями. Областные тингп
принимали законы: текст ранних редакций областных судебников свиде-
тельствует о том, что они вырабатывались на тингах от имени бондов 2G.
Вплоть до второй половины XII в. сохранялся обычай обязательного про-
возглашения конунга па крестьянских тингах. Претендент на верховную
власть над Норвегией, происходивший из королевского рода (konung-
borinn), должен был просить у бондов согласия признать за ним это до-
стоинство 2Т. Нередко он должен был давать им определенные обещания
или льготы, словом, старался заинтересовать их в своем избрании28.
Даже принятый под влиянием высшего католического духовенства за-
кон 1163 г. о престолонаследии, направленный па усиление роли аристо-
кратии в провозглашении конунга, не предусматривал окончательного
устранения бондов от участия в этом акте 2®. Верхушка бондов продолжа-
ла играть активную роль на тингах и в начале XIII в. /Гак, па Боргартип-
ге, созванном баглерами (противниками норвежских королей—преемников
Сверре), выступили «наиболее могущественные бонды» п потребовали
избрания на престол правителя, который «предоставил бы бондам права»:
они вынудили баглеров принять поддерживаемого ими кандидата30. На
Эйратинге, созванном Хоконом Сверриссоном, королевский титул был
дан ему бондами 31. Нарушение мира на тинге каралось специальными
штрафами, лишением собственности и права пользоваться защитою
23 F, IV, 50—52.
2Г' О том, что в состав ранних редакции судебников Гулатиига и Фростатиига во-
шли доклады на тингах, которые делали лагманы — хранители и толкователи древних
обычаев, см.: К. М surer. Die Entsteluingszeit der aileron Gulajsingslog.—«Abhand-
lungen der pbilosopliische-pliilologisclien Classe der koniglich bayerischeii Akademic
der Wissenscliaften», XII. Bd., HI. Abth., Muiiclieu, 1871, S. 161 —163, 165 —169; e г о
же. Die Enlstehinigszeit dcraltereu Frost ujMilgslog.— Ibid., XIII Bd., III. Abth.,
1875. S. 81—82. По вопросу о лагманах см. также: Е. Ilert z berg. Griuidlraek-
kene i aeldste norske proces, s. 156 — 176.
27 A. T a r a n g e r. Gin kongevalg i Norge i sagaliden — IIT, 30. bd., 1931.
2S См. в Heiinskringla рассказ о том, как Хокой Добрый был провозглашен конун-
гом на тппге в Тронхейме (Hakonar saga gdfta. кар. I). Когда бонды провозгласили Ола-
фа Трюггвасопа конунгом на йпратипге, он обещал им соблюдать законы (Fagrskiruia.
кар. 21). Олаф Харальдссоп просил бондов провозгласить его конунгом над Норве-
гией, обещая за это соблюдать их старинные законы (I^guni (опции) и защищать страну
от чужеземных вторжений (Ol.ds saga belga, кар. 37, 38, 40). После смерти конунга
Олафа Спокойного население Грениелага провозгласило в 1093 г. конунгом Хокопа
Магпуссопа, который обещал трендам широкие привилегии (rettar boetr a marga hind.
Fagrskinna, кар. 69). Магнус Босоногий отказался от податей с жителей Трсчшелага п
Оплаппа ц дал крестьянам «многие прана за то, что они присвоили ему имя конунга»
(ос bi'itti i morgo rett lanzinanna i nioli JyvierJjeir galo honoiu konungs rialn.— Morkin-
skiuna, s. 1311).
211 G, 2. Закон этот, принятый при Магнусе Эрлпигссоие, не применялся на прак-
тике, так как начались «гражданские войны».
30 Saga Hakonar Svernssonar, Guttorins Sigurdarsonar ok Inga Bardarsonar, kap. 14;
Fornmanna sogur, 9. Bd. Kaupmannaliofn, 1835. Cp. ibid., s. 85, 145—149.
31 Fornmanna sogur, 9. Bd., S. 61. Cp. s. 97—99. Saga Hakonar konilngs Hakonar-
sonar, kap. 2, 12, 17, 24.
8
А. Я. Гуревич
закона32. На тинге даже рабы сопровождавшие своих господ, находились
под охраною закона 33; здесь они могли получить возмещение в случае
нанесения нм ущерба 34.
Многие норвежские историки склонны подчеркивать именно эти сто-
роны общественной жизни средневековой Норвегии, которую они счи-
тают родиной свободного крестьянства, твердыней народной свободы в фео-
дальной Европе. Действительно, вряд ли где-либо еще в Европе, за пре-
делами Скандинавии, мы встретим в XII и XIII вн. явления, подобные
обрисованным выше.
Но для того чтобы полнее разобраться в существе свободы норвежского
бонда в средние века, следует обратить внимание и на ее оборотную сто-
рону. Как известно, права члена дофеодального общества были вместе
с том и его обязанностями. Сохранение норвежскими бондами этих прав-
обязанностей и в феодальный период означало превращение их по суще-
ству в весьма тягостные повинности по отношению к государству.
Бонд не только имел право посещать тинг и участвовать в решении
на нем судебных и других дел — он был обязан это делать. Тпнг был все-
общим (allslierjarjoing). В Законах Гулатпнга устанавливалось, что все
бонды, получавшие оповещение о созыве тинга, должны на него явиться 35.
Бонд должен был ходить на все тннгп, созываемые в фюльке—админи-
стративном округе, в котором он проживал: на тинг всего фюлька, на тинг
четверти, т. е. более мелкой единицы, входившей и состав фюлька, а в из-
вестных случаях и на тннгп более крупных территориальных объединений.
Бри этом местные тинги созывались не в определенное время, скажем,
несколько раз в год, но в каждом случае правонарушения, совершенного
в данной местности или местным жителем. Для судебных собраний были
отведены особые места в фюльке. Поскольку фюльк обычно охватывал
сравнительно обширную территорию, перерезанную фьордами и горами,
па которой население жило очень разбросанно, добраться до места засе-
даний было нелегко и это отнимало много времени. Не случайно опове-
щение о созыве тинга в фюльке делалось, как правило, за пять и более
дней до его открытия 36. Заблаговременно посылалась стрела, означавшая,
что должен собраться тинг (посылал ее человек, желавший созыва тин-
га), и ее передавали от усадьбы к усадьбе (каждый домохозяин, получив-
ший стрелу, должен был отнести ее к следующему дому). В законах содер-
жится угроза штрафа тем, кто не передал стрелу дальше или сделал это
с опозданием 37. На основании некоторых предписаний судебников можно
заключить, что fimtarstefna — тинг, созываемый через пять дней после
оповещения,— был судебным заседанием по делам, требовавшим сроч-
ного решения. Так, согласно Законам Фростатпнга, человеку, ранившему
другого, бонды должны были гарантировать безопасный путь на тинг
фюлька в течение пяти дней летом и двух недель зимой 38. Из другого
предписания этого судебника отчетливо видно, что отсрочка давалась
вследствие невозможности прибыть на тпнг в более раннее время: здесь
32 F, I, 5; IV, 9, 10, 57.
33 F, IV, 61.
34 G, 198. До конца XI в. существовал обычай ежегодно отпускать на волю на
Гулатипге одного раба (G, 4). Затем этот обычай был отменен (F, III, 19), по-видимому,
в связи с исчезновением рабства.
36 G, 131.
33 G, 136, 184 и др.; F, III, 20; IV, 7 и др. Лишь иногда, в чрезвычайных случаях,
мог быть созван тпнг в тот же день, когда было совершено преступление. Однако в За-
конах Фростатпнга признается, что часть типгманов не сможет прибыть на заседание
в столь короткий срок (F, V, 12).
37 F, II, 23; G, 131.
38 F, IV, 30.
Свободное крчтъяпстио е Норвегии \ V// ее.
П
ответчику предлагается явиться на тппг через трое или через пять суток
после получения им вызова истца, «если ему нужно пересекать фьорд пли
горы»30. В судебниках, содержащих категорическое предписание всем
бондам являться на тинг, указывается также, что если извещение о его
созыве придет слишком поздно к людям, которые живут в удаленных ме-
стах, они тем не менее должны отправиться па тинг и идти на пего до тех
пор, пока не повстречаются с бондами, совершающими обратный путь
с тпнга, иначе они будут наказаны как уклонившиеся от посещения судеб-
ного собрания. Если же на тппг вызывали человека, находившегося
вне данного фюлька, то срок его явки увеличивался до полумесяца, месяца
н даже года, в зависимости от того, находился ли он в пределах своей
области (log) или вне ее, в пределах Норвегии, и т. д. 38 * 40
Разумеется, посещение тингов было для мелких бондов весьма тяго-
стной обязанностью, так как всякий раз надолго отрывало их от хозяй-
ства и причиняло им дополнительные расходы. Государственная власть,
угрожавшая штрафами людям, которые уклонялись от явки на тинг, не
могла вместе с тем вовсе не учитывать того, что, посещая тинг, крестьяне
постоянно вынуждены были прерывать свои дела. Поэтому в конце XI
или в XII в. участие во всех тпнгах было сделано обязательным для бон-
дов, имевших помощников в доме (будь то их сыновья или другие люди).
Крестьяне же, работавшие в одиночку (einvirkjar), должны были являться
только на особо важные тинги, а именно: на тинг в присутствии конунга,
на ежегодный тинг, посвященный организации вооруженной охраны по-
бережья (см. ниже), п на тинги, на которых разбирались дела о человеко-
убийстве; остальных тингов эти бонды могли не посещать 41.
Не трудно видеть, что приведенная оговорка в условиях, когда боль-
шие семьи в основном распались, означала некоторое сужение состава
участников судебных собраний. Но эта уступка со стороны королевской
власти вряд ли могла удовлетворить бондов. Во-первых, все они по-преж-
нему обязаны были совершать ежегодно несколько поездок на тинг: если
тинг с участием конунга созывался редко, то дела о всякого рода преступ-
лениях возникали постоянно. Во-вторых, бонд должен был посещать
все тинги без исключения, если он имел в своем хозяйстве хотя бы одного
помощника старше пятнадцати лет. Следовательно, повинность, связанная
с посещением тингов, как и прежде, полностью распространялась не толь-
ко на богатых собственников, во владениях которых их личный труд не
играл большой роли, но п на многочисленных бондов, несших на себе
основные заботы по хозяйству, хотя бы они имели помощников в лице сы-
новей, слуги или отдельного лейленднпга (рабство в XII в. утратило свое
прежнее значение). Иными словами, значительный слой крестьян в рщ
зультате упомянутой меры никакого облегчения не получил. Они по-
прежнему были обязаны совмещать производительный труд с посещением
всех судебных собраний.
Право свободного человека участвовать в судебном собрании в ука-
занных условиях действительно превращалось в крайне обременительную
38 F, X, 7. С.р. F, XV, 4; В . 8.
40 F, IV, 24, о4, 56; (',, 102 и др. В Heimskringla рассказывается, что когда в конце
X в. сын конунга Эйрика Кровавой секиры Гудред напал на Вик (юго-восточная часть
Норвегии) и потребовал, чтобы бонды приняли его в качестве конунга, бонды предло-
жили послать оповещение о созыве тинга и согласились кормить его в течение того
времени, пока не соберется тинг (Olafs saga Tryggvasonar, кар. 87).
41 G, 131. В средневековой Исландии право-обязанность посещать альтинг рас-
пространялась на всехсвободных мужчин, имевших определенное имущество. Уклоняв-
шиеся от посещения альтинга должны были платпть выкуп (Joingfararkaup). Мало-
имущие от посещения альтинга освобождались.
10
Л. Я. Гуревич
повинность, от которой многие бонды стремились избавиться. Отсюда
обилие постановлений, каравших за уклонение от явки на тинг и от
участия в его деятельности
О том, насколько сильным было стремление бондов избежать хлопот-
ного путешествия па тпнг и обратно, свидетельствуют постановления За-
конов Фростатпнга о порядке заседаний главного судебного собрания Треп-
пелага — Фростатпнга. На него (ио крайней мере, в XII и XIII вн. 42)
все бонды не должны были ходить: от каждого из четырех фюльков Вну-
треннего Треннелага армапы назначали по 40 человек, а от каждого из
четырех фюльков Внешнего Тренпелага — по 60 человек. Эти 400 человек
были, как говорится в судебнике, «наиболее старыми и способными людь-
ми» 43 44 *. Для поездки на Фростатинг они получали средства, собранные
с остального населения. Тем не менее эти тингманы, ио-видимому, стре-
мились уклониться от участия в заседаниях высшего законодательного
и судебного собрания области, ибо в судебнике несколько раз упоминаются
наказания за неявку на Фростатинг. Очевидно, обеспечить явку всех тпнг-
манов па это собрание было весьма затруднительно.
В Треннелаге, кроме того, ежегодно созывался другой областной
тинг — Эйратинг. Первоначально на нем избирался конунг. Там прини-
мались законы 4*. На Эйратинг должны были приходить все бонды, ко-
торые имели помощников в своем хозяйстве. Поездка на него казалась
крестьянам особенно обременительной; недаром уклонявшимся от нее
угрожал штраф в целую полновесную марку 43, что превышало цену
трех коров.
Высшей судебной инстанцией в Юго-Западной Норвегии (Вестлаин)
был Гулатинг. Численность тингианов, обязанных ежегодно собираться
на этом тинге (их назначали лендрманы, армапы и другие слуги конунга),
согласно Законам Гулатинга, в конце XI в. определялась примерно
в 400 человек, а постановлением Магнуса (60-е годы XII в.) была сокра-
щена до 250 46 47 (В 1274 г. представительство бондов было вновь сокращено
до 148 человек.) В это число не включались духовные лица и лендрманы.
Вряд ли можно сомневаться, что власти назначалп тингманами на Гула-
тинг наиболее состоятельных и влиятельных бондов 4‘. Население фюль-
ков, пз которых отправлялись тингманы, должно было снабжать их про-
довольствием сообразно размерам своего имущества, а уклонявшимся
от этого взноса грозил штраф. В зависимости от местоположения фюлька
продовольствие выдавалось на срок от одного до полутора и даже двух ме-
сяцев. Следовательно, путь на Гулатинг тингманы покрывали в течение
двух п более недель. Не удивительно, что и от посещения этого собрания
тингманы старались уклониться. За непосещение Гулатинга пли опозда-
ние на него грозил штраф. Показательно, что в постановлении 1163 г.
предполагается возможность неявки на областной тинг сразу всех тингма-
ное от целого фюлька, за что они должны были уплатить огромный штраф
в 40 марок (цена 128 коров). Коллективный отказ бондов отправиться
на Гулатинг можно понимать как проявление их крайнего недовольства
42 А. Тарапгер не сомневается в том, что первоначально областные тннгп и Норве-
гии были всеобщими тппгамн (альтингами) н лишь со временем превратились в тиш и
с участием представителей от бондов (Л. Т aranger. Alling og lagling.- НТ, 5.
43 F, I, 1—2? ' ’
44 A Taranger Trondbeimens forfatningshistorie — «Det kongelige Xorske
videnskabers selskabs skrifter», Trondhjem, 1929, <N° 5, s. 7.
43 F, I, 4.
46 G, 3.
47 Ср. E. Hertzberg. Grundtraekkene i den aeldste norske proces, s. 118—119
Ccouotliioi кргстъяистео в Ifvpeepuu .V All сч.
11
этой тягостной повинностью, выливавшегося в открытое неповиновение
властям.
Неукоснительное посещение бондом типгов, а также псиолненне им
функций свидетеля, соприсяжипка и других обязанностей, сопряженных
с судебными процедурами и заключением всякого рода сделок, должно
было отнимать у него много рабочих дней (ибо нее дела, согласно церков-
ным предписаниям, могли совершаться только в рабочие дни).
Насколько сильно было стремление бондов избежать посещения судеб-
ного собрания, видно из того, что нередко имели место случаи, когда сто-
роны старались уладить спор, не обращаясь в тнпг. Иногда даже постра-
давший от воровства предпочитал достигнуть полюбовного соглашения
с вором частным порядком. В постановлении 1260 г. категорически запре-
щались такие соглашения, ибо они нарушали право конунга на получение
штрафа в результате приговора 48. Законами Гулатинга за подобный об-
ход тинга и вор и обворованный им подвергались одинаково суровому на-
казанию 49.
Таким образом, с одной стороны, мы можем констатировать определен-
ную эволюцию системы народных собранпп-тингов в направлении
сужения состава их участников, исключения из их числа малоимущих
крестьян н сосредоточения судебных функций в руках преимущественно
верхушки бондов, извлекавшей из них немало выгоды для себя. Но, с дру-
гой стороны, эта тенденция не победила окончательно, ибо бонды все же
не были лишены права участвовать в тингах и, более того, их присутствие
на них приобрело характер обязательной повинности. Для понимания
причин превращения права свободных бондов посещать тпигн и участво-
вать в их деятельности в государственную судебную повинность, как нам
кажется, нужно иметь в виду следующие обстоятельства. Во-первых,
далеко зашедший процесс распада больших семей и постепенное изжива-
ние патриархального рабства, до XII в. игравшего немалую роль в хозяй-
стве, вызывали необходимость интенсификации труда бондов, которым
все труднее становилось отрываться от своих усадеб; имущественное рас-
слоение, приводившее к росту слоя мелких хозяев и лейлендпнгов —
держателей чужой земли; иными словами — окончательное превращение
основной массы бондов в непосредственных производителей, в крестьян.
Во-вторых, созыв тингов представителями государственной власти по во-
просам, имевшим интерес для нее. но не для бондов, и связанное с этим
учащение созыва собраний. В-третьих, изменение системы наказании, на-
лагавшихся на тингах (взимание большей части штрафов не в пользу тинг-
ианов, как прежде, а государя)50.
Сложные судебные процедуры, диктовавшиеся древненорвежскнм
правом, требовали от их участников значительного досуга п предполагали
человека, который не нес на себе основного бремени забот но ведению хо-
зяйства. Но такой была лишь верхушка бондов 5l. Эти порядки и проце-
дуры совершенно не подходили для крестьянина, поглощенного напряжен-
ным трудом и лишенного такого досуга.
4S F, Indi. 21.
4“ G. 256.
50 Роль органов самоуправления в ХН и XIII вв. тпигн продолжали играть глав-
ным образом лишь в Тронхейме; в других областях, где феодальное развитие шло быст-
рее, их независимость от государства была уже утрачена.
51 Как видно нз саг, тпигн являлись не только судебными собраниями, по и цент-
рами общественной и культурной жизни для верхушки бондов, общавшихся между
собой, помимо тингов, сравнительно редко (см., например, «Сагу о Ньяле». Русский
перевод в кн. «Исландские саги», М_, 1956).
Изучение организации и функционирования тингов в Норвегии
в XII и XIII вв. „оказывает, что тинги, сохраняя видимость народоправ-
ства 52, широкого участия крестьян в судебных делах, охране порядка
и местном управлении, но сути дела постепенно вырождались в средство
дополнительной эксплуатации массы бондов, в серьезную препону для их
хозяйственной деятельности. Причина сохранения крестьянских тингов
в этот период заключалась, по нашему мнению, в том, что в условиях не-
полного развития феодализма и при отсутствии условии для частной
феодальной юрисдикции госуоарственной власти приходилось использо-
вать в своих целях старые народные собрания и возлагать на бондов функ-
ции охраны порядка и отправления правосудия.
Другим не менее серьезным препятствием для развития крестьянского
хозяйства в Норвегии была воинская повинность бондов. Она заключалась
в строительстве военных судов, службе во флоте, снабжении его про-
довольствием и снаряжением и в участии в пешем ополчении. В областных
судебниках имеются подробнейшие предписания относительно лейдан-
га, которые содержат особые разделы о порядке охраны побережья. Но
областные законы рисуют организацию лейданга в том виде, в каком она
сложилась к XII и XIII вв. «Королевские саги», записанные в это же вре-
мя, вызывают сомнения в достоверности содержащихся в них сведений
относительно предшествующей эпохи. Поэтому существующие исследо-
ван ия о лейданге преимущественно освещают его структуру именно
в XII и XIII вв. Эдв. Булль 53 основывается главным образом на законо-
дательных памятниках, лишь частично привлекая другие источники.
X. ^берг 54 рассматривает лейданг в освещении «королевских саг». В „их
содержится много сведений об организации военной защиты страны.
В зависимости от степени достоверности Эбере делит эти саги на две
группы. К заслуживающим доверия памятникам он относит саги о конун-
гах Сверре и Хоконе Хоконссоне, составленные во время описанных в них
событий пли непосредственно после них, тогда как другие «королевские
саги», записанные во второй половине XII или в начале XIII в., пове-
ствуют о конунгах, которые правили Норвегией в более ранний период
(с конца IX в. до второй половины XII в.). По мнению современных иссле-
дователей, эти сагн в значительной мере недостоверны. Хотя Эберг и го-
ворит, что в вопросе о лейданге возражения о достоверности Хеймскринг-
ла, например, должны отпасть, ибо сомнительно, чтобы Снорри исказил
имевшиеся у него на этот счет данные, тем не менее сам Эберг ограничи-
вается анализом «Саги о Сверре» и «Сагн о Хоконе Хоконссоне». Иными
сливами, он рассматривает лейданг только в конце XII и в XIII в. Эберг
указывает далее, что более достоверными источниками для изучения лей-
данга в предшествующий период являются песни скальдов IX—XI вв..
но не привлекает эти произведения, так как считает, что о лейданге в них
крайне мало данных. Но, во-первых, этим немногим неправильно было бы
пренебрегать, ибо скальды — не только современники (или даже уча-
стники описываемых событий), но и отличаются счастливой, с точки зре-
ния историка, особенностью: при свойственной им гипертрофии формы
(употребление изощренных, по не связанных с содержанием стиха кен-
52 Мы ие касаемся в данной связи недостаточно изученного вопроса о том, в какой
мере судебные, законодательные и полицейские функции перешли в этот период в руки
конунга И его служилых людей (см. J. Schreiner. Kongemakt Og leiidinenn i
Norge i det 12. arhundre.—«Scandia», Bd. IX, II. 2, 1936, s. 169).
63 Edv. Bull. Leding. Militaer-og finansforfatning i Norge i aeldre lid. Kristia-
nia og Kdbenbavn, 1920.
64 H. S. 0 berg. Leidangsordningen i lys av sagaene. —HT, 34. bd., 7. b., 1948.
Свободное крестьянство в Норвегии А'—XII вв.
13
пингов 55), они неспособны к поэтической переработке п не искажал и со-
общавшихся ими фактов 56. Во-вторых, изучение «королевских саг»,
более подробно рисующих ту же эпоху, может привести к положительным
результатам только при сравнении их данных с показаниями скальдов.
Такое сравнение должно обнаружить, что именно в «королевских сагах»
заслуживает доверия, а что было искажено их составителями.
История возникновения ленданга является составной частью исто-
рии генезиса норвежского феодального государства. Конунг, распола-
гавший в качестве военной силы одной лишь дружиной, собиравший до-
ходы исключительно с личных владений, не имевший возможности изда-
вать законы и карать преступников,— такой конунг не был обладателем
государственной власти, ибо, очевидно, не существовало еще и государства.
Именно таковы были правители отдельных районов в Норвегии в VIII —
IX вв., да и позднее. Но начиная с Харальда Хорфагра конунги Норвегии
уже эксплуатировали население страны, собирая с него дани и «угоще-
ния» — вейцлы, не являвшиеся налогами в точном смысле, ио прибли-
жавшиеся к нпм по своим признакам; они располагали в какой-то мере
вооруженной силой, помимо собственной дружины. Если нельзя говорить
о сложившемся государстве в Норвегии в конце IX и в X в., то вместе с тем
неверно было бы не считаться с уже имевшимися определенными элемен-
тами феодальной государственности, главное же—с существованием в Нор-
вегии социальных групп, на которые эта государственность могла и долж-
на была опереться 57. Нам кажется, не следует, как это нередко происхо-
дит, смешивать два тесно связанных, но все же различных вопроса — во-
прос о возникновении государства и вопрос об объединении страны под
пластыо одного государя. Раннефеодальное государство в Норвегии до-
вольно долго оставалось необъединенным. Как мы увидим, это отразилось
и в истории лейдапга.
Важно было бы выяснить, с какого времени норвежские конунги под-
чинили себе народное ополчение, возникшее еще в недрах общинно-родо-
вого строя, и превратили его в общегосударственное учреждение. Снорри
в «Хеймскрингле» («Сага о Хоконе Добром») и автор Fagrskinna утвер-
ждают, что деление прибрежных областей страны на «корабельные округа»
(skipreiSur) было впервые произведено конунгом Хоконом Добрым вско-
ре после его воцарения, приблизительно в конце 40-х годов X в.58 *
В изданном Хоконом законе, как пишет Снорри, было сказано, сколько
кораблей п какого размера должно было выставлять население каждого
приморского фюлька, когда конунг требовал к себе ополчение (almenniiigr)
при нападении на Норвегию чужеземного войска 39. Кроме того, согласно
Fagrskinna, каждый боеспособный и лично свободный бонд (каНшайг
55 О кепнингах см.: М. II. Стеб л я п - К а м е н с к п й. О некоторых осо-
бенностях стиля древнепслапдских скальдов. «Известия ЛИ СССР». Отделение лите-
ратуры и языка, т. XVI, вин. 2, 1957.
56 М. 11. С т е б л и н - К а м с н с к н ii. Происхождение поэзии скальдов.—
«Скандинавский сборник». III, Таллин, 1958, стр. 184—187.
57 В данной статье мы говорим об отношениях между бондами н государственной
властью, не уточняя, каковы были те общественные группы, на которые она опиралась
и в интересах которых эксплуатировала население: этому вопросу посвящены другие
наши работы. Помимо упомянутых выше, см. еще «Так называемое „отнятие одаля"
королем Харальдом Прекрасноволосым» («Скандинавский сборник». И, Таллин,
1957) и «Проблемы социальной борьбы в Норвегии во второй половине XII — начале
XIII в. в норвежской историографии» (сб. «Средние века», вып. XIV, 1959).
68 До этого при нападении неприятеля на Норвегию Хокон обращался к хавдин-
гам, от которых он мог ожидать помощи (Jx'im er lionuin var lifts al van.— Ilakonar
saga gofta, kap. 19).
68 Hakonar saga gofta, kap. 20.
14
A. Я. Гуревич
sa er vigr var oc trials) должен был являться в ополчение с запасами про-
довольствия п имея при себе щит и боевое оружие 60 61 62. Как можно понять,
авторы «королевских саг» видели причину введения лейданга в частых
нападениях викингов, грабивших и разорявших страну.
Мы остаемся в неведении, на чем основывались авторы «королевских
саг» в данном случае. Весьма вероятно, что лейданг, изображаемый ими
в виде единовременно созданной п законченной системы, является ана-
хронизмом: это описание, очень хорошо соответствующее военному строю,
который отражен в областных законах XII и XIII вв., вряд ли передает
черты несомненно более примитивной организации народного ополче-
ния в X в.
В Fagrskiima создание народного ополчения связывается с отменой
конунгом Хоконом поголовного налога, якобы установленного его отцом
Харальдом Хорфагром: «Хокон распорядился, чтобы поголовный налог
(nefgilldis scatta), установленный конунгом Харальдом для всей страны,
не собирался в прибрежных областях и в Треннелаге и был заменен сна-
ряжением кораблей» **. Снорри о введенном Харальдом поголовном нало-
ге ничего не говорит, но в Ileimskringla (как и в отдельной «Саге о святом
< »лафе» и в «Саге об Эгнле») содержится рассказ об «отнятии одаля» конун-
гом Харальдом у всего населения Норвегии, рассказ, который большин-
ство современных историков, занимавшихся этим вопросом, истолковы-
вает как отражение в исландской исторической традиции недовольства
бондов введением налога G2. В первой же главе «Сагн о Xокопе Добром»
сказано, что Хокон добился признания его конунгом Норвегии на тинге
в Тронхейме вследствие возвращения бондам прав на их одаль 63 64. Вполне
возможно, что Снорри и автор Fagrskinna по-разному истолковали одно
и то же историческое свидетельство, смысл которого, вероятно, заключал-
ся в вынужденном отказе конунга Хокона от сбора с населения Треннела-
га подати, установленной Харальдом Хорфагром. Но отказ конунга Хо-
кона от сбора податей, если он и имел место в действительности в‘, был
единичным фактом, не распространявшимся, по-видимому, на всю страну.
II до Хокона Доброго, и после него, и даже при нем подвластное население
должно было платить поголовную дань 65. Поэтому нет оснований вслед
за автором Fagrskinna связывать установление лепданга с отменой пого-
ловного налога в приморских районах.
Вряд ли можно сомневаться, что лейданг в какой-то форме существо-
вал и до Хокона, может быть, даже до подчинения Норвегии Харальду Хор-
фагру (конец IX в.). Однако в то время все побережье страны не могло
быть поделено иа skipreidur и созыв ополчения производился местными
правителями. Судя по всему, при Хоконе Добром 66 херсы и другие князь-
<’0 Fagrskinna, кар. 11.
61 Ibidem.
62 См. нашу статью «Так назынаемое „отнятие одаля" королем Харальдом Нрекрас-
новолосым».— «Скандинавский сборник», II.
63 Ilakonar saga goda, кар. I: «Пакон... beiddi boendr at gefa ser konutigsnafii...,
en Jjar i mot baud baiin jDcim at gera alia boendr oftalborna ok gefa Jjeim odol sin, er a
bjoggu».
64 Показательно, что в Bersoglisvisur скальда Спгвата Тордарсона (конец 30-х го-
дов XI в.) подчеркивается, что бонды хранят добрую намять о Хоконе Добром (Sigvatr
jDordarson. Bersoglisvisur, 4).Скальды цитируются по изд.: Finnur Jonsson.
Den norsk-islandske Skjaldedigtning, В I Bind. Kdbenhavn og Kristiania, 1912.
85 А. Я. Г у p e в и ч. Древненорвежская вейцла.— «Научные доклады высшей
школы», исторические науки, 1958, № 3, стр. 144—146.
•• Сообщение о введении Хоконом деления прибрежных районов на skipreiSur
признается современными исследователями правильным, по крайней мере, для отдель-
ных частей Норвегии (Edv. Bull. Leding..., s. 10—13).
Свободное крестьянство в Норвегии А — XII ее.
15
ки, возглавившие отдельные районы— херады67, признали над собой
власть конунга Норвегии. На практике это означало прежде .всего то, что
в обязанность херса входило повиноваться повелениям конунга как воена-
чальника 68 и являться к нему на службу во главе ополчения из своего
района °9.
Посмотрим теперь, какие сведения относительно лейданга можно
почерпнуть из стихотворении скальдов. От периода, предшествующего
времени правления конунга Хокона Доброго, сохранилось довольно зна-
чительное количество произведений скальдов. Но мы не обнаружили в них
каких-либо указаний на существование народного ополчения, возглавляе-
мого конунгом. Возможно, молчание объясняется кругом интересов скаль-
дов, нередко служивших тому князю, которого они воспевали: естественно,
что при этом они преимущественно должны были отражать жизнь дружин-
ников и их отношения с вождем, его щедрость и доблести. Но, по-види-
мому, неупоминание лейданга поэтами того времени объяснялось другой
причиной. Некоторые скальды говорят о конунгах, ходивших в викинг-
ские походы, но не имевших земли. Так, Браги Боддасон, по прозвищу
Старый, в первой половине IX в. слагал стихи о «вожде людей, лишен-
ном земли», т. е. о «морском конунге» 70. У подобных вождей все их «под-
данные» были дружинниками. Взаимоотношения в дружине и подвиги,
совершаемые ею под водительством князя, находятся в центре внимания
большинства скальдов IX и X вв., даже когда речь идет о таких конунгах,
как Харальд Хорфагр 71. Из описания скальдами знаменитой битвы в
Хафрсфьорде,в которой Харальд нанес окончательное поражение своим про-
тивникам 72, тоже трудно сделать вывод об участии в ней лейданга с топ
пли иной стороны. Ё «королевских сагах» говорится, что против Харальда
объединились жители Хордалана, Рогаланна, Агдера и Телемарка, т. е.
всей юго-западной части страны, а Харальд двигался против них с се-
вера с войском, причем Снорри применяет для обозначения его войска
два термина — here и lid, и остается неясным, имел ли он при этом в виду
67 Термины hersir и Ьёгай происходят от одного п того же слова lierr — «войско».
На древнескандинавском языке Ьёгг означало н «войско», и «народ». Однако С. Тунберг
отрицает связь между херсом и херадом в админнстративномотношешш (S. Т и и h е г g.
Studier rorande Skandinaviens aldsta politiska indelning. I'psala, 1911, s. 108—110).
вь Недаром в скальдпческой поэзии того времени конунг очень часто именуется
«повелителем херсов» (hersa drottin, hersa jDengill, hersa valdr).
69 Например, когда датский конунг приказал ярлу Хокону, правившему северной
частью Норвегии, выступить вместе с ним в поход против германского императора, Хо-
кон созвал ополчение со всех своих земель, а многие другие хавдннги Норвегии при-
вели отряды из своих областей (Olafs saga Tryggvasonar. kap. 24).
70 Bragi enn gamli Boddason. Ka^narsdnipa, 10. Cp. Ynglinga saga, kap. 30: в древ-
ние времена «было много морских конунгов (saekoimiigar), которые повелевали боль-
шими дружинами, по не владели землей». В этом же смысле Снорри часто упоминает
о herkoiiniigar— военных предводителях (Hakonar saga цбйа, kap. 4; Olafs saga bel-
ga, kap. 4, 10. Cp. Laudiianiahok Islands. Einar Arnorsson gaf ill. Keykjavik, 1948, bls.
128,139). Но в последнем случае речь идет о herkonungr, который управлял княжеством
в 1’огаланне (riki a Hogalandi).
71 См., например, jcorbjorn hornklofi. Haraldskvaefli, 16: «Щедро одарены воины,
которые играют в шахматы в усадьбе Харальда (i Haralds tiini); они наделены богатст-
вами и блестящими мечами, гуннским железом [оружием) и рабынями с Востока...».
Восток для норвежца IX—X вв.—это Швеция и Русь. Скальд Тьодольфцз Хвппп гово-
рил о Харальде Хорфагре: «Победоносный конунг раздавал своим воинам красное
золото и в изобилии кольца, блестящие кольчуги и острые мечи, роскошно украшен-
ные, сверкаювще щиты» Qjjodolfr or Hvini. Et Kvad от Harald llaarfagre, 3).
72 В отличие от других историков (например. Н. Koh t. Harald IlArfagre og
rikssamlinga. Oslo, 1955, s. 43) Ю. Шрейиер полагает, что традиция, приписывающая
битве в Хафрсфьорде решающее значение, недостоверна (J. Schreiner. Harald
og Havsfjord.— «Scandia», Bd. IX, H. 1, 1936, s. 71—77. Cp. J. Schreiner.
Siaget i Hasfjord.— «Festskrift til Halvdan Kohl», Oslo, 1933, s. 111).
16
.4. Я. Г у р е. с и ч
две различные части вооруженных сил конунга, или единое войско73 74. Снор-
ри прибавляет, что Харальд «имел много людей из всех фюльк n> 71.
Однако сообщения скальдов не дают подтверждения этому. Тьодо.тьф
говорит только о дружине конунга. Что касается его противников, то
слова скальда «Дружины херсов и хавднигов устали долго защищаться от
Косматого [Харальда]; все храбрые викинги, кто смог, бежали из Хафрс-
фьорда» 75,—не исключая возможности участия на их стороне ополчения
бондов, которое могло быть попросту обойдено в данном случае молчанием,
одновременно не оставляют сомнения, кто сыграл в битве главную роль.
Другой скальд, Торбьорн Ворон (hornklofi), в поэме, посвященной Ха-
ральду (HaraldskvaeSi), говорит о кораблях его противников: «Они были
нагружены хольдамп (Ьр1ба) и белыми [неокрашенными] щитами, запад-
ми (vestroenna) 76 копьями и франкскими мечами» 77. Здесь, как и повсюду
в поэзии скальдов, термин holdr (haulftr) следует переводить «воин»,
«человек» (в отличие от памятников права XII и XIII вв., в которых холь-
дами называются представители социальной группы, возвысившейся над
простыми бондами). Сочетание этого термина с описанием чужеземного
оружия, которыми обладали викинги78, вынуждает и в данном случае пред-
положить, что речь идет о дружинниках, а не о народном ополчении.
В Haraldskvaedi говорится только о дружинниках Харальда.
Непосредственные преемники Харальда Хорфагра также фигури-
руют в скальдической поэзии прежде всего в качестве предводителей
дружин. О конунге Эйрике Кровавой! секире скальд Эгиль Скаллагримс-
сон говорит, что он «щедро раздает злато», «щедр на кольца» 79. «Щедрый
на золото», «разламывающий кольца», «податель богатств», «раздающий
дары» п т. п.— зто обычные обозначения конунгов в песнях скальдов.
Основу, на которой строились отношения между вождем и дружинниками,
вскрыл скальд Олафа Святого Спгват Тордарсон: «Щедрый имеет для
битвы гораздо более многочисленное войско, чем скупой, ибо довольная
дружина старается не вызывать гнева повелителя народа; но у князя,
лишенного друзей, который берег золото, было немного воинов вокруг
знамени...» 80. Когда датский конунг Кнут спросил Сигвата, будет ли
он ему служить так же верно, как служил Олафу, скальд отказался, ибо
он дал Олафу клятву верности, но привел и другую причину: «Ты [Олаф]
даешь людям плату» (£>н laetr her vandan mala) 81.
Воспевание верности дружинников было традиционным сюжетом скаль-
дпческоп поэзии на всем протяжении ее истории. Но в ранний период
(IX п первая половина X в.) дружина выступает в поэзии скальдов в ка-
честве единственной военной силы, находившейся под началом конунга.
73 Haralds saga ins harfarga, kap. 18.
74 Haralds saga ins harfarga, кар. 18. См. «Сага об Эгиле», гл. 9.— «Исландские
саги», стр. 74—75.
75 Jojodolfr or Hvini (?). Den norsk-islandska skaldediktningen reviderad av Ernst.
A. Kock. I bd., Lund, 1946, s. 12.
76 T. e., английскими и французскими.
77 Jxirbjorn hornklofi. Haraldskvaedi (llrafnsmal), 8.
78 H. S h e t e 1 i g. Det norske folks liv og historic gji-nnem tidene, Bd. I. Oslo,
1930, s. 226.
7U Egill Skallagrimsson. Hofudlausn, 17, 18.
80 Sigvatr jDordarson. Nesjasvisur, 2.
81 Sigvatr Joordarson. Vestfararvisur (1025—1026гг.), 7, 8. Скальд Тьодольф Арнорс-
сон, рассказывая о захвате большой военной добычи конунгом Магнусом Добрым,
в дружине которого он служил, прибавляет: «Я захватил готский щит и кольчугу
в битве, это я получил как свою долю; ...мне досталось превосходное оружие..., я взял
шлем там, где храбрый конунг побил датчан» (jDjddolfr Arnorsson. Magniisflokkr, 23).
Vadmal — шерстяная одежда или ткань, которая у скандинавов играла роль средства
платежа до того, как эта функция перешла к драгоценным металлам.
Свободное крестьянство в Норвегии X—XI/ се.
17
Первое прямое упоминание королевского ополчения в скальдической
поэзи> 'относится ко второй половине X в. и содержится в поэме Vellekla
(«Недостаток золота») исландского скальда Эйнара Хельгасона Skalaglamm
(умер около 995 г.). Интересующий нас отрывок из этой поэмы цитируется
как Снорри в «Саге об Олафе Трюггвасоне» (гл. 18), так и автором Fagr-
skiniia (гл. 14). Оба автора рассказывают о том, что в период правления
ярла Хокона Спгурдссопа (962/3—995 гг.) на Норвегию напал конунг
Рагнфред, сын конунга Эйрика Кровавой секиры, и предпринял попытку
подчинить себе страну82. Ему удалось на короткий срок укрепиться в юго-
восточной части Норвегии. Но ярл Хокон созвал ополчение со всей се-
верной части страны — из Хельгеланна, Треннелага и фюльков, примы-
кающих к нему с юго-запада (Ромсдаля и Сунмёре), и вступил с Рагнфре-
дом в бой. Войско Хокона было более многочисленным, хотя, как говорит
Снорри, у Рагнфреда было ополчение из Тронхейма, и Хокон одержал
победу, а Рагнфред бежал из Норвегии 83. Снорри (как и автор Fagrskin-
па) опирается па данные Vellekla, из которой в «королевских сагах»
приводится ряд отрывков. В частности, Эйнар Хельгасон говорит: «Воин-
ственный защитник народа Мёре [ярл Хокон] 84 85 86 созвал войско севернее
Согна 83. Вонн [ярл Хокон] созвал весь народ (allri yrjijoft) из четырех
folklpndum... 88 н семь правителей (landrekar) поспешили на кораблях
в битву вместе с воином [ярдом Хоконом]...»
Сравнение этого сообщения скальда с рассказами в «королевских са-
гах» дает основание полагать,что ярл Хокон действительно созвал народ-
ное ополчение — лейданг — со всей северной части страны 87. Тем не ме-
нее Снорри допускает неточность; термин landreki он передает как jarl,
хотя скальд имел в виду не ярлов (в Норвегии в то время был лишь один
ярл — Хокон), а, по-видимому, херсов 88. Мы можем сделать вывод, что
при созыве лейданга государь должен был рассчитывать на поддержку
местных правителей, которые приводили в ополчение вопнов из своего
херада или фюлька.
Ко времени правления ярла Хокона относятся п другие сообщения
скальдов о лейданге. В поэме, восхваляющей ярла Хокона и наппсанной,
по мнению Ф. Йоунссона, около 987 г., исландский скальд Тпнд Халькельс-
сон повествует о борьбе норвежцев во главе с Хоконом против викингов
из Йомсборга — укрепленного пункта датчан на балтийском Поморье.
Снорри, который в этой связи сообщает, что Хокон созвал всеобщее на-
родное морское п пешее ополчение (almenningr at lidi ok skipum) co всего
Треннелага, с обоих Мёре (Sunnmaerr и NorSmaerr), Наумдаля и Хель-
геланна (т. е. со всей подвластной ему Северной и Северо-Западной Нор-
вегии) 89, ссылается на стихи нескольких скальдов X в., ив их числе на
Тпнда. Последний прямо говорит о воинах, входивших в ополчение
(leiSar li&) °°, о лейданге, созванном для защиты страны (leiSangr fyr lan-
82 Издатель Fagrskinna Финиур Ноупссон относит это событие к 964 г. X ринология
истории Норвегии в X в. неточна.
вз Olafs saga Tryggvasonar, кар. 18: Fagrskinna, кар. 14.
84 Ярл Хокон владел фюлькамп Мёре, унаследованными от его предков.
85 Согне-фьорд отделяет Северо-Западную Норвегию от Юго-Западной (области
Гулатпнга).
86 Имеются в виду Тронхейм, Мере, Росмдаль н Хельгеланн. Перевод дан ио «Js-
lenzk fornrit», XXVI bd., Reykjavik, 1941, bis. 245. Старый перевод (Ф. Йоунссона)
несколько иной: «Вонн приказал спустить на воду корабли в четырех фюльках; он ви-
дел, что весь народ хотел быть полезным» (Einarr Ileigason skalaglamm. Vellekla, 22).
87 Автор Fagrskinna пишет о всеобщем ополчений — almenningr.
88 В Fagrskinna сказано осторожнее — «знатные люди» (tignirmenn).
89 Olafs saga Tryggvasonar, кар. 37.
s0 См. «Jslenzk fornrit», XXV7! bd., bls. 286 (комментарий Бьярни Адальбьярнар-
сона).
2 Средние века, вып. XX
18
А. Я. Гуревич
di) 8l. Другой исландский скальд — Торд Кольбейнссон в хвалебной пес-
не в честь ярла Эйрика [сына ярла Хокоиа] (Eiriksdrapa), также описы-
вая битву с викингами из йомсборга, говорит: «Воин [ярл Эйрик] прика-
зал, чтобы великое множество кораблей помчалось по морю.... ибо могу-
чий воин решил огородить щитами страну своего отца [ярла Хокоиа];
побережье страны ощетинилось копьями» 82. Снорри сообщает о том, что
под началом у ярлов в битве было до 180 кораблей, причем он называет
имена предводителей отдельных отрядов, входивших в лейданг. Родом эти
предводители были из различных фюльков Норвегии, подвластных ярлу
Хокону, и, по-в«дпмому, явились в ополчение с определенным количеством
кораблей и воинов 83 84 *. Далее Торд говорит: «Долгим путем лейданг плыл
навстречу жадным до добычи воинам [викингам из Йомсборга] вдоль
побережья, откуда ярл [Эйрик] забрал большинство людей в Мере...»94.
Это указание хорошо согласуется со словами Снорри о том, что для отра-
жения нападения столь опасного врага, как викинги, было созвано все-
народное ополчение ®5. Викинги были разгромлены.
Наоборот, когда конунгу не удавалось собрать достаточно большое
ополчение, он терпел неудачу. Так случилось в битве при Сволдере
(в 1000 г.), в которой конунг Олаф Трюггвасон встретился с датчанами.
Вследствие сопротивления, оказанного ему жителями Треннелага при
наборе войска, Олафу удалось привести с собою лишь 11 кораблей, и
битва была проиграна 86.
Таким образом, достоверность сведений о лейданге во второй полови-
не X в. не может вызывать сомнений. Отметим, что скальдам того времени
созыв лейданга государем (конунгом или ярлом, правившим страной в пе-
риод отсутствия конунга) не казался каким-либо новшеством; по-види-
81 Tindr Hallkelsson. Drape от Hakon jarl, 9
82 Jodr&r Kolbeinsson. Eiriksdrapa, 2.
83 Olafs saga Tryggvasonar, kap. 40: «В войске ярла Хокоиа предводителями (iiоД-
Singjar) были Торир Олень из Хельгеланна и Стюркар из Гимсар [в Гульдалепе, Внут-
ренний Треннелаг] с шестьюдесятью кораблями..., Гудбрапд Целый из Онлайна [Вос-
точная Норвегия] и Торкель Глинистый родом из Вика, с 60 кораблями.... Скеггн из
Юрьар в Упхауге [в Нордмёре] и Рагнвальд из Эрвика в Стаде [Стад—мис в западной
оконечности Суннмёре] с 60 кораблями». В Fagrskinna, кар. 20 перечень хавдингов в
ополчении ярла Хокона несколько иной. Этих предводителей автор Fagrskinna харак-
теризует как лендрмапов. Однако известно, что в сагах XII и XIII вв. лендрманами за-
частую называются люди, которых скальды именовали херсами (ср. Egill Skallagrinis-
son. Arinbjarnarkvi&a, 14 и «Сагу об Эгнле», гл. 55. См. Landnamabok Islands, bls. 287,
288). Совершая подобную подстановку терминов, авторы саг невольно модернизировали
картину норвежского общества в X и в начале XI в., когда в отдельных районах за-
правляли еще в значительной мере независимые от конунга херсы, а не назначаемые
им лендрманы, что стало обычным в последующее время.
84 jrorbr Kolbeinsson. Eiriksdrapa, 4.
86 В Fagrskinna, kap. 19 говорится, что Хокой собрал для битвы все корабли, вклю-
чая даже торговые (kanpskip).
86 См. j. Schreiner. Olav Tryggvasons sistekanip.—«Festskrift til lljalmar
Falk», Oslo, 1927, s. 59—77. В «Саге об Олафе Трюггвасоне» монаха Одда об этом рас-
сказывается следующим образом. Конунг Олаф долго дерзкая ополчение за пределами
Норвегии и вызнал этим волнение бондов, оставивших дома своп хозяйства, семьи н
сородичей. Обращаясь к войску, Олаф обещал распустить по домам всех, кто не может
остаться с ним. Одни старик сказал, что никто не покинет конунга, по его речь нашла
отклик у немногих. Когда Олаф и его дружинники проснулись па следующее утро, они
увидели, что лейданг распался (rofinii leiftangrin) и почти все бонды покинули лагерь
и уплыли домой. У конунга осталось 11 кораблей (Saga Okifs Tryggvasonar af Oddr
Snorrason niunk, udg. af Finnur Jonsson. Ktfbenbavn, 1932, kap. 66 (A), 55(S). Cp.
L. W e i b u I I. Kritiska undersokningar i Nordens bistoria omkring ar 1000. В кн.:
L. W e i b u 1 I. Nordisk bistoria. Forskningar ocb undersokningar, I. Stockholm, 1948,
s. 320, 323, 325; W. Baetke. Das Svoldr-Problem.— «Berichte Ober die Verhandlungen
der Sacbsischen Akademie der Wissenschaften zu Leipzig», philologisch-historische Klasse,
Bd. 98, Heft 6, Berlin, 1952, S. 59 ii.).
'еободное крестьянство о. Норвегии
\ ХН ее.
19
мому, с их точки зрения это был обычный способ обороны страны, а иод-
час и ведения наступательной войны (как мы увидим далее). Но лейданг
X в.существенно отл пчался по своей организации от лейдаига X11 н X 111 вв.
По сути дела, он состоял из разрозненных ополчений, приводившихся иод
знамя конунга местными предводителями — херсами. Созывали лейданг
не конунг и не какие-либо его чиновники (их вообще еще не было), а имей
но херсы — каждый в своей области, в соответствии с теми порядками,
которые здесь сложились вне всякой зависимости от государственной
власти.
Об этом достаточно ясно говорит Снорри. В «Саге о святом Олафе»,
характеризуя политическое положение Норвегии в начале XI в., он пи-
шет: «В те времена в Норвегии было много лепдрманов. Многие из них
были могущественными и богатыми людьми столь знатного рода, что вели
свое происхождение от конунгов или ярлов и мало чем от них отличались.
Единственной опорой (allt traust) конунгов и ярлов, правивших страной,
были лендрманы, ибо в каждом фюльке лендрманы правили вооружен-
ными бондами (f'yrir bondalidinu)°7. ЯрлСвейн* 98 99 100 дружил с лендрмапамн,
и у него было большое войско» ". Эту характеристику отношений между
государственной властью и местными правителями Снорри дает в связи
с рассказом о том, что ярл Свейн, узнав о появлении в Норвегии Ола-
фа Харальдссона, созвал лейданг со всего Треннелага. Таким образом,
он объясняет, почему Свейну удалось собрать большое количество опол-
ченцев и кораблей. Здесь хорошо показана зависимость государей Нор-
вегии от военной поддержки местных правителей. При этом нужно лишь
иметь в виду, что Снорри и в данном случае подставляет лендрманов —
служилых людей конунга — на место херсов. Что такая подстановка дей-
ствительно имеет место, становится ясным при сравнении приведенного
рассказа с цитируемой Снорри висой Торда Кольбейнссона: «Я знаю, что
большинство херсов... прежде было друзьями ярлов...» luu.
Сообщение Снорри о созыве ярлом Свейном лейданга в Треннелаге
против Олафа Харальдссона (Олафа Святого) подтверждается висами
скальда Сигвата Тордарссона — дружинника конунга Олафа, воспевшего
его победу над Свейном в сражении при Nesjar (в Осло-фьорде) в 1016 г.,
в которой скальд непосредственно участвовал 101.
О том, что народное ополчение в первой трети XI в. оставалось под
контролем местных властителей, без помощи которых конунг был бесси-
лен его созвать, свидетельствуют события, происшедшие в конце 20-х го-
дов, когда развернулась борьба между конунгами Кнутом Великим и Ола-
фом Харальдссоном. Кнут стремился подчинить себе Норвегию и с этой
целью подкупил в ней многих наиболее знатных и могущественных людей,
“т Bondalid — синоним boiidalierr.
98 Ярл Снейп (сын ярла Хокона) правил северной частью Ilopiieriin после гибели
конунга Олафа Трюггвасона.
99 Olafs satra lieltia, kap. 'iti.
100 Olafs saga Tryggvasonar, kap. 113; JjorDr Kolbeinssoii. Eiriksdrapa. (>: «Veitk,
at hersar... v <дгн ar fleslir vinir jarla...». Имеются в виду братья —ярлы Эйрик и Свейн.
Ла эту вису ссылается автор Fagrskinna (кар. 21) в подтверждение своих слов о том, что
«все лендрманы были друзьями ярлов».
101 Sigvatr J>or&arsoii. Xesjarvisur, 7, 11. Другой скальд, Верен Торфусон, участво-
вал в этой битве на стороне ярла Свейна и после се окончания (попав в плен к конунгу
Олафу) сочинил короткую поэму (flokkr), в которой, в частности, говорил: «Я никогда
пе служил в леиданге под началом воина более славного» [чем ярл Свейн]. Далее он
признавал, что участвовал в сооружении большого военного корабля для предоставле-
ния его в лейданг (Bersi Skaldtorfnson. En flok om kong Olaf, 2, 3. Перевод no
«Islenzk fornrit», XXVII. bd., Reykjavik, 1945, bls. 66—67).
20
1. Я. Гуревич
изменивших Олафу |02. Конунг Олаф смог собрать лишь немногочисленное
ополчение. Скальд Спгват говорит: «Повелитель Англии [Кнут] созывает
воинов для похода, а мы испытываем недостаток в войске и кораблях
(еп Ууг fengum lidfaed ok smaeri skip)... Это чудовищное дело, если народ
(landsmenn) заставит конунга страдать от нехватки людей; деньги сделали
их неверными»102 103 104 105 *. Летом 1030 г. при Стиклестаде (восточный Треннелаг)
конунг Олаф пал в битве с выступившими против него норвежскими хав-
дпнгамп и шедшим за ними войском бондов, преимущественно трендов10'1.
Как видим, бонды повиновались своим предводителям, а не конунгу,
н измена последних Олафу сделала невозможным для него созыв лейданга.
Вскоре, однако, положение изменилось. Скальды, в стихотворениях
которых неоднократно встречаются упоминания об ополчении, созывав-
шемся в середине и второй половине XI в., уже изображают конунга в ви-
де единственного п полновластного начальника лейданга. Так, конунг
Магнус Олафссон, по словам скальда Арнора Тордарсона, созвал народ
для похода против врагов, захвативших Норвегию 10i. Скальд Тьодольф
Арнорссон в поэме, посвященной конунгу Магнусу, описывая поход на
Данию, говорит о 70 длинных боевых кораблях, которые «люди» (т. е.
участники лейданга) вели по приказу конунга, о лучниках-трендах, уча-
ствовавших в битве. Магнус одержал победу, и «женщины Согна [область
в Юго-Западной Норвегии] будут рады узнать об этом» 100 (вероятно, име-
лось в виду население, ожидавшее возвращения лейданга из Дании).
Война против Дании продолжалась и после смерти конунга Магнуса. Спра-
ведливость сообщения Снорри, что конунг Харальд Сигурдссон на сле-
дующий год созвал лейданг со всей страны 107, подтверждается цитируе-
мым им отрывком из хвалебной песни Больверка Арнорссона 108 109 110 111. Скаль-
дическая поэзия сохранила сведения и о других случаях созыва ополчения
Харальдом Сигурдссоном 10°. Скальд называет конунга leidangrs visi —
начальником, предводителем лейданга.
О размерах ополчения, которое созывалось в то время, дают представ-
ление слова скальда: «Мужественный господин херсов [конунг Харальд]
двинулся на датчан с полутора сотнями длинных кораблей» п0. Скандина-
вы тогда считали на «большие сотни» (по 120). Следовательно, конунгом
было собрано до 180 больших боевых кораблей. Значительную часть их
должны были построить, снарядить и снабдить экипажем сами бонды.
Снорри, говоря об этом походе, пишет, что приказ о лейданге конунг
отдал зимой, а стал его собирать весною: нужно было время для снаряже-
ния флота 1и. Точно так же, готовясь к роковому для него походу на Анг-
лию (в 1006 г.), Харальд зимой объявил о подготовке ополчения, которое
102 Olafs saga helga, кар. 156; Fagrskinna, кар. 27.
1,13 sigvalr jxirftarson. Lausavisur, 19. Cm. Olafs saga helga, кар. 168.
104 Скальды — сонременпики (частично и участники) этой битвы утверждают, что
конунг Олаф потерпел поражение вследствие численного перевеса тронхеймских бон-
дов. По свидетельству Сигвата, в битве против конунга Олафа выступали херсы и
бонды (Sigvatr jDorftarsson. Erfidrapa Ol;ifs helga, 20). Подлинной причиной восстания
населения Треннелага против Олафа Харальдссона было стремление трендов, прежде
всего их аристократической верхушки, сохранить независимость от посягательств
конунга (см. .1. Schreiner. Trdndelag og rikssamlingen, s. 3!)—43; с г о ж e.
Olav den hellige og Xorges saniliug. Oslo, 1929, s. 86 сл, 102 сл.).
105 Arnorr jDor&arson jarlaskald. Magnusdrapa, 2.
10’ £jo5olfr Arnorsson. Magnusflokkr, 4, 10, 15.
107 Haralds saga SigurSarsdnar, kap. 32.
108 Balverkr Arnorsson. Drape om Harald hSrdrSde, 8.
109 Halli stir&i Flokkr, 2. Jojoftolfr Arnorsson. Sexstefja, 12, 22. Здесь встречаются
оба термина, обозначавшие народное ополчение,— leiftangr и almenningr.
110 Steinn Her6i.sar.son. Xizarvisur, 2.
111 Haralds saga SigurSarsonar, kap. 60.
Ci.oi'xKhtot крегтъяш тво « Нирьегии X — XII се.
должно было отплыть па запад летом. При этом оп определил, сколько
кораблей и воинов должны быть выставлены от каждого фюлька 11г.
Здесь конунг фигурирует в качестве единственного и неограниченного
повелителя, устанавливающего состав ополчения.
Бремя, ложившееся при этом па крестьянское население, было чрез-
вычайно велико ,13. Боеспособность бондов, вынужденных служить
в ополчении, была, очевидно, невысока. Рассказывая о битве при Сволдере,
Хальфред Оттарссон (по прозвищу «угрюмый скальд») упоминает о том,
что перед битвой Олафу Трюггвасону пришлось обратиться к своему вой-
ску с призывом «не думать о бегстве» 112 113 114 115. Заканчивая описание сражения,
скальд говорит: «Я знаю, что конунг, давший битву, несомненно, сильно
нуждался в помощи трендских молодцов; многие воины бежали...» 1|6.
Нет особых оснований сомневаться в правильности сообщений «королев-
ских саг» о том, что конунг Харальд Сигурдссон, созвавший лейданг и
отплывший в Данию со 180 кораблями, перед битвой отправил назад
бондов 116 117. По-видимому, он не особенно полагался на их помощь вдали
от Норвегии (битва при Nizar, о которой идет речь, произошла в датских
владениях). Дело в том, что у Харальда уже был в прошлом неудачный
опыт использования крестьянского ополчения. Во время предыдущей
его войны против датского конунга Свейна корабли последнего встрети-
лись в Ютландском проливе с семью норвежскими кораблями. Как го
ворят саги, «то был отряд лейданга из одних лишь бондов» П7. Несмотря
на численное превосходство, бонды, не вступая в бой, попросили Свейна
о мире и предложили выкуп. Скальд Торлейк Красивый, не скрывая
своего презрения к струсившим, по его мнению, бондам, передает: «Друзья
конунга [Харальда] попросили людей вождя [Свейна] о мире; те, кто усту-
пал числом [датчане], прекратили мужественную битву, и проворные бонды
отказались от нападения, начав переговоры; люди дорожили жизнью» 118.
Заслуживает внимания и сообщение Fagrskinna о том, что, когда во время
совместного похода на Данию Магнуса Олафссона и Харальда Сигурдс-
сона (1047 г.) конунг Магнус умер, норвежские бонды и хавдингп, при-
нимавшие участие в походе, отказались воевать и вопреки воле
конунга Харальда отправились назад, в Норвегию: «ополчение распалось
112 Fagrskinna, кар. 51: «...naefne or hvaerio fylke livaerir fara skulldu». Cp. Mor-
kinskinna, s. 112.
113 Случайно сохранившаяся анонимная виса (от конца X в.) свидетельствует о со-
противлении, которое оказывали датчане конунгу, пытавшемуся заставить их принять
на себя расходы по снаряжению флота: «Жители Ютландии не желают платить дань
на корабли» (gjald til skeida). Насколько велики были расходы на военные нужды, от-
части видно из Fagrskinna, кар. 44. Когда Магнус Олафссон и Харальд Сигурдссон
поделили между собой власть над Норвегией (в 1046 г.), конунг Харальд, похваляясь
своими сокровищами, награбленными в различных походах, якобы свросил конунга
Магнуса, много ли золота он имеет. Тот ответил: «Часто происходили войны н созы-
вались большие лейданги (storer leiSanerar), так что все золото и почти все серебро
были истрачены па воинов», и у него осталось одно золотое кольцо (ср. Morkinskinna,
s. 21).
114 Olafs saga Tryggvasonar, kap. 102.
115 Hallfroftr Oltarston vandraedaskald. Olafsdrapa, 3.
116 Haralds saga S'mur&arsonar, kap. 61: «...let aptr fara bondaliSit...»; Fagrskinna,
kap. 46: «Конунг Харальд разделил свое войско, отправил назад ополчение бондов
(let aftr fara almenniiig bonda liaerss) и отплыл co своей дружиной и лендрманамн,
а из крестьянского войска (af bonda lidi) оставил лишь тех, кто жил ближе всего к во-
сточной границе» (т. е. тех, кто находился во время военных действий поблизости от
дома). Ср. Morkinskinna, s. 55.
117 Haralds saga Sigur&arsonar, kap. 35: «Jjat var lei&angrslifi ok boendr einir...».
Согласно Morkinskinna, s. 59 и Fagrskinna, kap. 46, это были бонды из Вика
118 Jjorleikr fagri. En flokk om Sven L’lfsson, 9.
1. Я. Гуревич
(Raufs iiu leidangrenn), и конунгу Харальду пришлось отплыть в Норве-
гию» 11у.
Невысокие боевые качества крестьянского ополчения прежде всего,
объяснялись, несомненно, его нежеланием воевать. Весьма характерна
в этом отношении виса конунга Сигурда Крестоносца (1103—1130 гг.):
«Бонды больше всего ценят меня, когда земля возделывается и сохраняет-
ся мир» 12°. Среди бондов, страдавших от постоянных воин, тяжесть ко-
торых неизменно ложилась на них, пользовалась популярностью пого-
ворка: «Государь предпочитает грабить, а не пахать» (heldr vill hilrnir
herja an erja) * 120 121 122.
Однако собственную страну население было готово защищать с боль-
шой стойкостью. Не случайно Снорри, повествуя о планах датского
конунга подчинить себе Норвегию, вкладывает в его уста такие слова.
«Норвегия —большая страна, народ ее силен и упорен в защите от чуже-
земного врага»
Об организации воинской повинности, которую должно было исполнять
население Норвегии, более подробные сведения содержатся в областных
законах Гулатинга и Фростатпнга. Законы рисуют систему лейданга в тот
период, когда она уже целиком и полностью контролировалась государ-
ственной властью.
Служба в королевском флоте была всеобщей и распространялась в слу-
чае нападения неприятеля на Норвегию не только на свободных людей,
но даже и на вольноотпущенников и рабов. От исполнения ее были свобод-
ны лишь духовные лица (но не все зависевшие от них люди), королевские
армапы, а также тяжелобольные и совершенно обнищавшие бонды. Сле-
довательно, она имела характер поголовной повинности. Однако ответ-
ственность за выполнение службы возлагалась на глав домохозяйств,
которые должны были под страхом наказания сообщать на тинге обо всех
военнообязанных мужчинах, находившихся под их покровительством 123.
Как уже отмечалось, фюлькн делились на корабельные округа, и насе-
ление каждого округа было обязано выставлять экипаж п снаряжение
110 Fagrskinna, кар. 46. Под 1134 г. Fagrskinna (кар. 79) обобщает, что, несмотря на
призыв Магнуса Сигурдссона (Слепого) созвать ополчение, многие лендрманы остались
дома п лишь немногие пришли к нему из херадои (sva coin ос fall af haeraftom til hans.).
120 Agrip af Aoregs конница s q gum, lirse. von Finiinr Jonsson. Halle (Saale) 1929,
kap. LV1, 7. Ср. слова скальда Степпа Хердпсарсопа о конунге Олафе Спокойном, что
он (Олаф) желает утвердить мир в своей стране, п «это нравится людям» (Steinn Herdi-
sarsnii. Olafsclrapa. 13).
F. J i'hisso n. ben norsk-islandske Skjaldedigtning. В I Bd., s. 599. Ограбле-
ния крестьян и разорение их хозяйств в результате военных экспедиций конунгов упо-
минаются скальдами неоднократно, Скальд Оттар Черный, воспевая конунга Кнута,
говорит: «Еще юный, ты велел, государь, сжигать поселения и дома; часто ты вынуждал
бондов взывать о помощи от вражеского нападения» (Ottarr svarli. Knntsdrapa, 4).
Столь же доблестным представляется Тыщольфу Лрнорссопу поведение конунга Магнуса
Олафссоиа на о-ве Фьоп во время его нападения на Данию: «Разгневанный конунг
трендов, ты повелел уничтожить дома огнем; ты сжигал каждый дом...» (jDjofiolfr Arnors-
son. Magniisflokkr, 20). Во время экспедиции конунга Магнуса Косоногого па Оркней-
ские и Гебридские о-ва его отряд грабил, жег и убивал всех, кто ему Попадался. «Вопды
лишались ЖИ.Н111 и имущества» (Bj qtii Krepphendi. Magniisdrapa, 5, около ИОН г.).
В висе исландца Эйрика о разбое на Оркнейских о-вах говорится: «Шесть дворов со-
жжены были утром и ограблены бонды -это дело рук Свейна, большой костер разжег
он для них и ссужает теперь уголь лейлендипгу (leigumanni)» (Eirekr, I.ausavisa,
около 1140 г.). Мы не касаемся в данной связи сообщений о карательных походах,
которые норвежские конунги предпринимали в собственной стране против непокорных
бондов,— о них речь впереди.
122 Olafs saga Tryggvasonar, kap. 11.
123 G, 296; F, VII, 10. Повинность ио постройке судов распространялась и на
лепдрмапов (F, VII, 18).
Свободное крестьянство в Норвегии X—XII вв.
23
для судна 124. Количество кораблей, выставлявшихся каждым фюльком,
определялось конунгом. В Законах Гулатипга содержится перечень судов,
которые конунг требовал со всей страны: в общей сложности их было 310
с 20 пли 25 скамьями на каждом 125 126. Так, от всех фюльков Треннелага
должно было быть выставлено 109 судов, от Вестланна — 126, причем
от отдельных его фюльков по 24, 20,16 и 10 судов, от Вика — 60 судов 12в.
Но расчетам Э. Херцберга, численность экипажей, потребных для всего
флота, равнялась примерно 27 тыс. человек 127. Эти цифры относятся
к XII в. Если считать (вслед за Сарсом), что население Норвегии даже
и XIII в. не превышало 300 тыс. человек, то станет ясным, какого напря-
жения сил требовала от бондов служба во флоте.
Для ее исполнения население распределялось по так называемым
inanngordar. В состав manngord входили хозяева трех дворов. От каждо-
го manngord должен был служить на корабле один человек, два других
хозяина оставались дома, они были обязаны заботиться о хозяйстве того,
кто ушел во флот. В случае необходимости «двое должны пойти [во флот]
и один останется дома» ,28. При сравнительно большом составе крестьян-
ской семьи в тот период это значило, что во флоте служил один человек
из 10—20 жителей. В первую очередь призывались неженатые мужчины,
но если их не доставало, то обязаны были пойти хозяева, в усадьбах ко-
торых имелись помощники. Однако могла возникнуть потребность в еще
большем количестве людей и тогда во флот должпы были пойти также и
хозяева, не имевшие помощников. В более поздней редакции Законов Гу-
латпнга, которую Эдв. Булль предположительно относит к концу XII
пли началу XIII в.128 129, устанавливалась новая норма, по которой произво-
дился набор во флот: служить должен был каждый седьмой человек 13°.
Это означало дальнейшее утяжеление воинской повинности. Нормальный
срок службы в ополчении первоначально составлял два месяца; во вто-
рой половине XIII в.131 он был продлен до трех месяцев, но в действитель-
ности бонды нередко задерживались во флоте на более продолжительное
время 132. Недаром жаловались они на длительность службы133.
Бонды старались уклониться от службы во флоте. В судебниках под-
робнейшим образом разработаны предписания о наказаниях за отказ
служить на судах, за дезертирство из флота, за уклонение от включения
в корабельный округ и т. д. В одном из постановлений сказано: «Если
человек бегает из одного фюлька в другой и из четверти в четверть с тем,
чтобы спастись от лейданга, и нигде не исполняет своей службы, и если он
124. SkipreiSur — так назывались корабельные округа в Вестланне. Треннелаг
подразделялся на skipsyslur, по-впдпмому, совпадавшие с фюльками. /Истая дать
определение, что такое фюльк, Одд Споррасон в «Саге об Олафе Трюггвасоне» пишет:
«У норвежцев фюльком называется округ, который выставляет 12 полностью снаряжен-
ных кораблей с людьми и вооружением, и па каждом корабле обычно по 6 или 7 десят-
ков человек» [Saga Olafs Tryggvasonar af Oddr Йноггаяон munk, kap. 45 (Л), 34 (S)[.
125 Размеры корабля определялись числом скамей для гребцов.
126 G, 315. Тяжесть лейданга неравномерно распределялась по отдельны моб.та-
стям: наибольшей опа была в Вестланне, несколько более умеренной в Остланне.
127 НТ. 5. Ц_, I. Bd., s. 274—275.
124 G. 199; F, VII, 7.
129 Edv. В u 1 I. Leding..., s. 35.
130 G, 297.
131 Den nyere Laudslov, III, 14.
132 11. S. Oberg. Leidangsordningen..., s. 565—566.
133 Бонды, долго находившиеся в ополчении, созванном конунгом Сверре, требо-
вали егороспуска(ае11и&н at rinfaleiBangrin.—Sverris saga, utg. ved G. Indrebd.Krisliania,
1920, kap. 139). В другом месте «Саги о Сверре» сообщается о волнениях среди ополчен-
цев, которых Сверре не распускал по домам в течение продолжительного времени
(...gejoiz inikill kur i li&inu. Villdu fleslir leidangrs-menn helm.— Ibid., kap. 176).
24
/1. Л. Гуревич
будет в этом обвинен и изобличен, он будет поставлен вне закона» 134.
Здесь же говорится о бондах, пытавшихся преуменьшить сведения'о чис-
ленности членов своего хозяйства и тем самым облегчить ложившееся на
них бремя службы; среди этих бондов были как владельцы рабов, так и
не имевшие таковых, т. е. крестьяне разной степени зажиточности. В дру-
гих титулах авторы судебника находят необходимым вновь вернуться
к вопросу об уклоняющихся от исполнения флотской службы 135. Бегство
с корабля каралось не менее жестоко, причем ответственность возлага-
лась и на командира экипажа 13®. Столь же подробные постановления
о карах за эти проступки и в Законах Фростатпнга 137. Обилие таких
предписаний с несомненностью свидетельствует о том,что бонды были край-
не обременены флотской повинностью и не хотели ее нести 138_
На населении лежала также обязанность снабжать продовольствием
команды кораблей. В противном случае виновным опять-таки угрожали
суровые наказания 13®.
Помимо службы во флоте, бонды на собственный счет должны были
строить корабли и заменять новыми судами пришедшие в негодность или
недостающие. Поэтому с населения корабельных округов взимались сред-
ства для оплаты судостроителей и снаряжения кораблей всем необходи-
мым. Любая нехватка в оснастке, малейшая небрежность в снаряжении
судна карались штрафами в пользу конунга 14°. Лес для постройки судов
разрешалось рубить где угодно, и ни один владелец не мог этому воспре-
пятствовать. Равным образом для постройки корабля могло быть занято
любое подходящее место 141. Как сказано выше, от каждого фюлька выста-
влялось немалое количество кораблей (например, в Вестлапне — от 10
до 24), поэтому расходы населения по их постройке и снаряжению были
чрезвычайно велики.
Для политической истории Норвегии XII в. характерны междоусобные
войны хавдингов и претендентов на престол, а последняя треть XII в. п
начало следующего столетия ознаменовались «гражданской войной»,
в ходе которой страна разделилась на два лагеря. То и дело вспыхивали
вооруженные конфликты с соседними странами. Военные действия на скан-
динавском Севере в тот период велись преимущественно на море, близ
побережья или в фьордах. Флот, как об этом рассказывают саги, нес
огромные потери и неоднократно подвергался уничтожению. В такой обста-
новке заботы о строительстве новых судов, об их снаряжении и о попол-
нении их экипажей огромным бременем ложились на плечи народных масс.
При известии о появлении неприятеля в норвежских водах по стране,
вдоль всего побережья, посылалась на специальном судне железная стре-
ла (Ьегрг) — сигнал о призыве во флот. Получив ее, бонды в течение пя-
ти суток были обязаны явиться на суда, к которым были приписаны.
Оставшиеся по домам объявлялись вне закона, «ибо в такое время все —
13» G, 296.
1за G, 298, 299, 301.
>зв G, 302.
>зз F, VII, 7, 8, 9, 10, 20.
13« Упоминание leiftangrsvfti — штрафа за неучастие в лейдапге в «Саге об Олафе
Трюггвасоне» (гл. 13), по-видпмому, анахронизм: вряд ли этот штраф, который су-
ществовал в XII в. (см. G, 301), взимался с уклонявшихся от службы уже в конце X в.
13® G, 300: бонды должны доставлять на корабли мясо и масло в количестве, до-
статочном для пропитания команды в течение двух месяцев; G, 303 при нехватке про-
довольствия команда могла забирать скот у хозяев, получавших за это денежное воз-
награждение; см. также F, VII, 12, 21, 23.
G, 306—308; F, VII, 1, 2, 4, 5, 6, 13.
>« F. VII, 26.
Свободное крестьянство е Норвегии Л — XII св.
и свободный и раб — должны явиться» [вс флот). Конунг во время втор-
жения неприятеля в страну мог потребовать от бондов предоставить ему
заложников, «если оп опасается, что люди готовы ему изменить» ,4г.
Последнее предписание, зафиксированное в Заколах 1’улатпига, как
нельзя лучше характеризует средства, к когорььм приходилось прибегать
королевской власти для того, чтобы заставить население служить во флоте
во время войны.
Многочисленные тяжелые штрафы, грозившие бондам за уклонение
от службы во флоте, свидетельствуют о том, с каким трудом королевская
власть принуждала их к несению этой повинности, являвшейся одной
из причин кризиса крестьянского хозяйства. В конце концов система лей-
данга обнаружила своп невыгодные стороны и для государства, которое
в XII и Х1П вв. стало опираться отчасти на профессиональное рыцарское
войско. С этого времени лейданг стал использоваться государственной
властью более гибко: он мог быть частично заменен ежегодным налогом,
на который перешло это название 142 143. Замена военной службы налогом на-
чалась в Юго-Западпой Норвегии, затем произошла и в Треинелаге 144.
Налог уплачивался маслом, мукой и другими продуктами крестьянского
хозяйства и приобрел со временем характер поземельной подати. Но пол-
ного освобождения от военной службы бонды так и не получили. В воен-
ное время конунг созывал в случае необходимости всеобщее ополчение или
«ополчение в половинном размере» (halfr almenning). На крестьянах по-
прежнему лежала обязанность участвовать в пешем ополчении 145 *.
О службе в пешем ополчении судебники не содержат специальных
постановлений. В них лишь сказано, что все свободные люди обязаны вес-
ною являться на тииг, на котором производилась проверка имевшегося
у них оружия. Каждый должен был иметь полный набор «народного ору-
жия»: боевой топор или меч, копье, щит с металлическими пластинками,
а сверх того, лук со стрелами. При отсутствии этого оружия или неполном
снаряжении воин подвергался штрафу 14в. В Законах Фростатинга делается
красноречивое добавление: «И до тех пор, пока человек не обзаведется
этим оружием, он не должен пользоваться правом на получение возмеще-
ний (rettr)». Здесь можно видеть связь между личными правами свободного
и его обязанностями, но характер этой связи изменился по сравнению
с правами-обязанностями членов дофеодального общества, составляв-
шими сущность их полноправия. Теперь свободный человек может поль-
зоваться своими правами только при условии, если он исполняет воин-
скую повинность перед государством. Обладание оружием стало отныне
не столько правом, сколько обязанностью свободного.
В случае необходимости в ополчении должны были служить не только
свободные, но и рабы. Поэтому в источниках, особенно часто в сагах, встре-
чается выражение, которое дает представление о всеобщем характере на-
бора: J^egn og ]эгае11 —«свободный и раб»147. Раб, убивший на войне не-
приятеля, делался свободным 148. В сагах много раз рассказывается, как
142 G, 312.
143 Den nyere Landslov, III. Отсюда различия между bordlei&angr (сдача продуктов)
и utfararleiBangr (военная служба во флоте).
144 Edv. В u I 1. Leding..., s. 38.
14Б Эдв. Булль справедливо отмечает, что сохранение бондами прока носить ору-
жие означало в тот период их обязанность нести воинскую повинность («Leding...»,
в. 173—174).
116 G, 309; F, VII, 13.
147 Olafs saga Tryggvasonar, kap. 65; Sverris saga, kap. 29, 167 и др.
148 G, 312.
26
А. Я. Гуревич
норвежские конунги созывали ополчение бондов. Сплошь и рядом лейданг
созывался из года в год 149.
Таким образом, крестьянское ополчение продолжало оставаться важ-
ной составной частью вооруженных сил, и воинская повинность неукосни-
тельно взыскивалась с бондов конунгами как при войнах с соседними госу-
дарствами, так и во внутренних войнах XII и начала XIII в. Конунги
неоднократно принуждали бондов воевать, сплою сгоняя их в войско 15°.
Земледельческий труд в суровых природных условиях Норвегии тре-
бовал много времени и стоил постоянного напряжения сил; для зимнего
(стойлового) содержания скота было необходимо большое количество кор-
ма, заготовка которого также являлась чрезвычайно трудоемким делом.
Достаточно сказать, что одним нз аргументов, которые приводили нор-
вежские бонды против принятия христианства, было то, что соблюдение
церковных праздников лишит их возможности прокормить себя и своих
близких 151 * 153. Естественно, что всякие дополнительные потери времени ощу-
щались бондами как исключительно тяжелый ущерб их хозяйству. Но
исполнение ими государственных повинностей вело как раз к новым огром-
ным и невозместимым тратам времени и сил, нужных не только для соб-
ственного содержания, но и для уплаты ренты собственникам земли, на-
логов государству и поборов в пользу церкви.
Помимо указанных повинностей, бонды были обязаны предоставлять
копунгу по его требованию всех своих лошадей J52; при поездке епископа
ио фюльку ему также нужно было поставлять лошадей J53. На крестьянах
лежала забота о строительстве и ремонте церквей в фюльках, о ежегодном
ремонте дорог и мостов в фюльках и корабельных округах, для чего домо-
хозяева должны были предоставлять работников 1S4. Бонды должны были
дежурить у сигнальных огней, с помощью которых извещали о нападении
неприятеля и указывали путь кораблям, и несли другие службы 155.
Государственные повинности, которые должны были исполнять нор-
вежские бонды, представляли для них серьезное обременение прежде всего
потому, что отрывали их от хозяйства. В этом отличие государственных
повинностей от обычной феодальной ренты, которая производилась в кре-
стьянском хозяйстве и, будучи всегда бременем для крестьянина, вместе
149 В рассказе о событиях па Оркнейских о-вах Снорри передает, что их ярл
Эйнар (начало XI в.) «имел обыкновение каждое лето созывать ополчение (utboft)»,
чем крайне истощил ресурсы бондов п вызвал среди них большое недовольство. Под их
давлением однажды ему пришлось сократить свои требования и удовлетвориться тремя
боевыми кораблями вместо шести, которые они должны были поставлять ему в другие
годы, по впоследствии он вновь брал с них по шести кораблей (Olafs saga belga, kap. 98).
13П См., например. Sverris saga, kap. 47. Соответствующий материал собран в ука-
занной выше статье Эберга.
151 Накопят saga gofta, kap. 15. В ответ па требование конунга Хокоиа перейти
в христианскую веру и блюсти воскресенье бонды Треппелага на Фростатпнге ворчали,
что «конунг хочет отнять у них доходы и что тогда они не смогут обработать землю.
Но работники и рабы (verkalyftr ok Jonaelar) говорили, что они могли бы и не работать
[и воскресные дни), если бы не должны были добывать себе пищу».
432 F, Indi. 19.
G, 3.3.
154 F, III, 19. Ср. Agrip af Noregs konunga so gum, kap. XXIX, 2.
153 (). А. Попсеп (O. A. .1 о Ii n s e n. Die uirtscliaflliclien Grundlageii des iilles-
ten norwegischen Staates.- «Wirtschafl mid Knltur. Festschrift zuin 70. Geburlslag von
Alfons Dopsch», Leipzig, 1938, S. 278), с полным основанием утверждая, что «древнее
норвежское государство основывалось в экономическом отношении на труде крестьян,
как на их военной службе и публичных рабочих повинностях, так и па их собственно
сельскохозяйственном производстве», не ставит, однако, вопроса, какое влияние на
последнее оказывала эта государственная эксплуатация бондов. Ср. S. Hasund.
Binder og stat under naturalsysteinet. Kristiania, 1924.
Свободное крестьянство в Норвегии .V—.V//
с тем в определенные периоды все же могла явиться и своего рода стиму-
лом для повышения производительности его труда 15°.
При господстве в Норвегии натурального хозяйства обременительные
публичные повинности лично свободных бондов явились немаловажной
(хотя, разумеется, не единственной) причиной экономического застоя и
последующего упадка в конце XIII — XIV в.
В силу ряда причин в Норвегии ранее, чем в других скандинавских
странах, укрепляется государственная власть 156 157, игравшая очень важную
роль в эксплуатации крестьянства,— как той части его, которая была втя-
нута в феодальную зависимость (лейлендппги), так и бондов, сохранявших
свою земельную собственность. Именно с услоепя.г феодальной государ-
ственности остатки не изжитой до конца дофеодальной свободы непосред-
ственных производителей превращаются в фактор их еще более интен-
сивного угнетения, которое особенно отрицательно отражалось на кре-
стьянине и его хозяйственной деятельности.
Эксплуатация бондов государством, становившаяся системой ио мере
укрепления власти конунга Норвегии, встречала с их стороны упорное
сопротивление. В норвежских условиях, исключавших столь интенсивное
притеснение и насилие над крестьянством со стороны сеньоров, какое име-
ло место во многих других странах Европы в период генезиса феодализма,
крестьяне чаще страдали не от засилья крупных собственников, а именно
от политики центральной власти. Их волнения вызывали не столько
рейты, взимавшиеся частными владельцами со своих лейлендпнгов, сколь-
ко все учащавшиеся попытки конунгов принудить массу бондов служить
интересам государства.
Решительное нежелание бондов поставить себя и свое хозяйство на
службу королевской! власти выражалось в разных формах. Иногда населе-
нию отдельного фюлька удавалось добиться от конунга согласия предо-
ставить ему некоторые льготы — не взимать с него те пли иные поборы и
повинности 158. Еще более распространенными были попытки бондов со-
хранить в неприкосновенности старинные обычаи и вольности. Под этим
лозунгом боролись бонды в X и начале XI в. против введения христиан-
ства, видя в нем посягательство не только на «веру их отцов», но прежде
всего на весь их традиционный жизненный уклад и независимость. Как
передает Снорри, в крещении бонды усматривали угрозу их порабоще-
ния 159 160. Мотив сохранения бондами своей самостоятельности часто повто-
ряется в «королевских сагах» 16°.
156 М. А. Г> а р г. Надел английского виллана как выражение степени его эксплу-
атации п XI—XIII пи.— «Научные доклады высшей школы», исторические науки, 1939,
А» 3, стр. 141.
157 .1. A. S е i р. РгоЫешег оц metode i norsk Hiiddelalderforskniinr.— JIT,
32 bd.. 1910 1912, s. 92. Ср. А. Я. Г у p e и и ч. Некоторые спорные вопросы..., стр.
125—128.
158 Gm. F, XVI, 1 — «Новые постановления», дарованные жителям Треннелага
конунгами Сигурдом, Эпстейном н Олафом (начало XII в.): освобождение от некото-
рых повинностей в пользу государства тех,«кто служит в береговой обороне»; освобож-
дение бондов от обязанностей предоставлять постой конунгу: F, XVI, 2 —освобожде-
ние жителей Хс.тьге.тапна от податей продуктами, разрешение свободно пользоваться
а.тьмепнннгом, запрещение устраивать обыски в домах бондов; F,XV1. 1 — обещание
конунгов Харальда и Магнуса (30-е годы X 11 н.) соблюдать «псе законы святого Олафа»
п его преемников.
159 llakoiiar saea цоба, кар. 15; Olafs saea Tryeuvasonar, кар. .>1, 68.
160 |'оноря о причинах восстания тронхеймских бондов против ярла Хокона,
авторы саг отмечают лишь его распущенность. Но в «Саге о святом Олафе» Снорри вы-
двпгает уже другой мотив—самовластие ярла, которое парод не хотел сносить. Автор
Fagrskinna (кар. 20) также говорит, что ярл Хокон не соблюдал законов. Таким же
самовластием отличался и сменивший его конунг Олаф Трюггвасон, который тоже не
28
. 1. Я. Гуревич
В условиях неполного развития феодальных отношений и при сохра-
нении в XI и XII вв. в среде бондов свободных собственников эксилуата
ция крестьянства государственной властью приобретала особенно боль-
шое значение. Поэтому и недовольство бондов направлялось в первую оче-
редь против королевской власти как представительницы совокупных инте-
ресов складывавшегося господствующего класса. Таким образом, конфликт
между бондами и государственной властью коренился в самой природе
социальных отношений, в сущности норвежского государства. Он обо-
стрился при конунге Харальде Сигурдссоне в 60-е годы XI в., т. е. имен-
но в тот период, когда укрепилась королевская власть,получившая воз-
можность более решительно вмешиваться в жизнь населения и, в частно-
сти, полностью взявшая под свой контроль систему обороны страны. Но
сопротивление крестьянства отнюдь не было сломлено. Снорри сообщает,
что при Харальде Сигурдссоне бонды Опланна отказывались платить по-
дати конунгу (skyldum ok skotlum), чем навлекли на себя его гнев 161.
Однако автор Fagrskinna проявляет в этом вопросе большую осведомлен-
ность. По его словам, опланнцы заявляли,что они получили от Олафа Свя-
того широкие привилегии, каких не имело население других частей Нор-
вегии (в том числе льготы в отношении поставок судов для лейданга)1в2,
за то, что при подчинении им Норвегии (в 1016 г.) они оказали ему воору-
женную помощь, выставив войско. Харальд Сигурдссон добивался того,
чтобы «единое право конунга было во всей Норвегии» (at einn skylldi
konongs rettr um allan Noreg).
С этой целью он предпринял карательную экспедицию против несколь-
ких фюльков Опланна, все опустошая и сжпгая на своем пути. Авторы
«королевских саг» цитируют стихотворения скальдов—очевидцев экспе-
диции Харальда. Тьодольф Арнорссон воспевает «дела, при помощи ко-
торых конунг опустошил поля опланнцев, чтобы восстановить порядок».
Бонды (Landkarlar), продолжает скальд, «не давали разгневанному конун-
гу возможности поддерживать закон в стране: народ творил неподобное....
конунг добивался, чтобы народ вел себя, как положено... огонь был на-
казанием; конунг приказал, и высокое пламя привело к покорности не-
счастных бондов. Имущество грубых подданных горело, огонь охватывал
крыши... люди молили сохранить им жизнь...». Скальд не сомневается
в справедливости кар, обрушившихся на бондов: «Справедливый Харальд
наказывал подданных за заносчивость; я убежден, что люди конунга по-
лучили каждый по заслугам...» 1вз. Тьодольф свидетельствует, что Харальд
приказывал побивать камнями виновных в сопротивлении ему, выкалывать
у них глаза. Другой скальд, Арнор Тордарссон, рассказывая о расправе
Харальда с бондами, отмечает: «Это родовая черта, что конунг сжег дома
опланнцев» 1И, имея в виду, что подобные меры применял еще Олаф Ха
ральдссон при введении христианства 1в5. Таким путем были опустошены
фюльки Raumariki, HeidmGlrk, Haftaland и Hringariki. «Порядок» был вое
становлен, бонды приведены к повиновению. Вполне справедливо Харальд
долго правил страной (Olafs saga Iielga, kap. 36). См. Hi rsecglisvisiir скальда Спгвата
Тордарссопа, в которых он призывает конунга Магнуса Олафссоиа отказаться от на-
рушения прав народа.
161 Haralds saga Sigurftarsonar, kap. 73.
1в2 Fagrskinna, kap. 47: «...toldojjaeir (Upplendigar) at Olafr konongr hafde gefet
Joaeim reltar boetr i inargum staBuin firir oSrum lanzmannum i b>orege. Ьаейе um utgerSer.. .»
Cp. Morkinskinna, s. 65.
из JjjoSolfr Arnorsson. Sexstefja, s. 18—21, 24, 25.
im Arnorr JidrBarson jarlaskald. Erfidrapa oin kong Harald hardrade, 7, 8.
les Cm. Olafs saga helga, kap. 121, где цитируются эти слова скальда.
Свободное крестъянгтво в Норвегии X—XII в.
29
Спгурдссон называл самого себя: «ненавистный бондам» (leidar bum Gen-
tium) 16в. Его прозвали «жестоким правителем» (hiir&radr).
Весьма показательно, что восставшие бонды Опланпа отказывались не
только платить налоги, но и нести воинскую повинность (utgorb), тяжелым
бременем ложившуюся на их плечи.
Мы не касаемся в данной связи вопроса о многочисленных выступле-
ниях бондов — неизменно против королевской власти — на протяжении
XII в., особенно в период «гражданских воин» (это отдельная большая
тема). Следует только еще раз подчеркнуть, что часто вспыхивавшие вос-
стания бондов были ярчайшим проявлением того неискоренимого антаго-
низма, который существовал между ними и государством. Отношения ме-
жду бондами п королевской властью составляли лишь одну сторону их
положения в обществе. Но этот аспект их жизни, по мере укрепления ранне-
феодального государства, приобретал все большее значение. Во второй
половине XII в. и в начале XIII в. антагонизм крестьянства и государ-
ства, социальной опорой которого сделались крупные землевладельцы и
служилые люди, приобрел новую остроту и вылился в ожесточенную кро-
вавую борьбу. Тот факт, что широкие слои бондов восставали именно про-
тив королевской власти, подтверждает вывод о крупной роли государ-
ственной эксплуатации крестьянства в Норвегии. «Гражданские войны»
закончились поражением крестьян, и феодальное государство укрепило
своп позиции.
* * *
На протяжении столетий хозяйство норвежского бонда не могло при-
обрести необходимой устойчивости, и производительность труда в нем
оставалась очень низкой. Рост сельского хозяйства выражался лишь
в расширении площади пахотной земли за счет расчисток пустующих
земель и создания новых дворов, условия же труда и жизни крестьянства
оставались в основном неизменными. Отделение ремесла от земледелия
происходило необычайно медленно, вследствие чего норвежские города
начали превращаться в подлинные центры ремесла и торговли в тот пе-
риод, когда в других странах Европы город давно уже стал средоточием
экономического прогресса. В результате своего отставания норвежские
города оказались в зависимости от иностранного купечества, прежде всего
ганзейцев, что еще более затормозило их самостоятельное развитие. Эти
особенности экономической жизни, ее застойность в средние века сделали
невозможным полное развитие в Норвегии феодального строя. Социаль-
ные отношения, порожденные экономическим строем Норвегии, в свою
очередь налагали на последний непзгладпмый отпечаток и мало способ-
ствовали развитию производительных сил в крестьянском хозяйстве.
Тяжелая государственная эксплуатация свободного крестьянства серьез-
но препятствовала его труду, и это усугубляло неустойчивость крестьян-
ского хозяйства. Длительное, почти безраздельное господство натурально-
хозяйственных форм жизни влекло за собою застой производства. С конца
XIII в. в Норвегии начинается экономический кризис, выразившийся
в сокращении площади пахотных земель, в уходе частп населения из сель-
ского хозяйства, что, при отсутствии развитого городского ремесла, не-
избежно вело к росту пауперизма п бродяжничества 1в7. Когда в XIV в.
166 Haraldr Sigurftarson harBra&i. Lausavisur, 7.
1вт Ужев XIII в. королевская власть видела в принявшем широкие размеры уходе
населения из сельского хозяйства и росте бродяжничества серьезную угрозу для зем-
леделия п пыталась приостановить распространение этих явлений (см. F, Indi. 20;
X, 39. Ср. G, 70).
30
zl. fl- Гц pre и ч
на страну обрушилась эпидемия «черной смерти», причинившая огромный
ущерб населению п хозяйству, последнее пришло в полный упадок, из
которого не могло выйти до конца XV в. Нет сомнения, что экономиче-
ская слабость Норвегии облегчила ее политическое подчинение Дании п
Швеции в период Кальмарской унии.
Мы полагаем, что упадок Норвегии в конце XHI ив XIV в. может быть
понят только при учете особенностей социально-экономического ее разви-
тия в предшествующий период 168.
Summa г т
of A. J. Gourevitch’s article «Free Peasants
and the Feudal State in Norway in X -XII centuries»
The article presents a consideration of the condition of free peasants
under the feudal state. The author holds that the problem is not only of great
sociological importance, but matters a great «leal for clearing out peculiari-
ties of medieval Norway’s social structure, as the Norwegian peasantry —
bender always preserved personal liberty.
The Norwegian bender's relations with the state in X—XII centuries were
extremely contradictory. On the one hand, the bender went on enjoying many
of the rights of free men and as such partook in ruling public activities. They
gathered at the public assemblies (tings) declared the King of the country
at general gatherings, the defence of the state from foreign attacks lay essen-
tially on their shoulders. The population preserved for a long time the right
to resist the sovereign who broke the law and customs. The slow decline of
pre-feudal order in Norway helped the peasantry to remain an active factor
of the political life of that period.
Yet the rights of personally free bender were at the same tune I heir duties
and along with the strengthening of the feudal state, namely this side of
their status was becoming most important. Studies of law-codes of XII
and XIII centuries leave no doubt in the fact that bender’s attending at
tings became a duty burdensome for many of them. Under the nature condi-
tions of Norway and the settlements in scattered homesteads it was extremely
hard for a poor tiller of the soil to leave his farm for attending a ting.
Many binder preferred to stay away from law-courts, which caused numerous
enactments of punishments for evading forensic duties. Yet the sovereigns
could not but take into consideration the unfavourable consequences of the
constant tearing of the peasants off their farms. In XII century part of bender
(those who had not enough working hands) were relieved from the obli-
gatory attending of some tings. Regional tings from general gatherings
became gatherings of representatives of the population. Nevertheless, the
forensic duty of bender was preserved as a whole.
Even more burdensome for peasants was military duty. From people’s
home guard which was controlled by tings and local leaders, the leibangr
in X and XI centuries was turning into a militia fully controlled by the
sovereign of Norway. Bender's, duty was to serve in the infantry ami naval
people’s guard, and to build and equip the navy al their own expense. Nobody
was relieved from military service, and evasion from it was severely punished.
In XI and XII centuries the Kings called the leidangr very often. And though
the fighting efficiency of the peasants guard abroad was not very high, the
1,8 См. А. Я. Г у p e в и ч. Основные этапы социально-экономической истории...,
стр. 60—61.
Свободное крестьянство е Норвегии X—XII вв.
31
King’s body-guard was not go numerous as to satisfy the state's need of mi-
litary force.
These and many other duties laid by the state upon the shoulders of
bonder, were burdensome chiefly because of the fact that they tore the pea-
sants off their farms, deprived them of a stimulus to develop their economy
and consequently brought them great damage.
In the conditions of under-developed feudal relations in XI and Xll
centuries exploitation of peasantry by the state acquired especially great
significance. Therefore the bonder's dissatisfaction was first of all directed
against the royal power as a representative of mutual interest of the being
formed ruling class. During the numerous revolts of the peasants, e. g. in
East Norway in the mid-eleventh century, the bonder protested against
national state duties, against military service.
Thus a supposition arises, that the development of state forms of the
exploitation of personally independent peasants in Norway was, in the
form of various public duties and burdensome trubutes, an obstacle in the way
of the country’s economic development. Economic stagnation and the follow-
ing decay in XIV century cannot certainly be explained only by the above-
mentioned circumstances, yet they must be taken into consideration when
studying the causes of the slow economic development of medieval Norway.
И. Ф. К О Л Е С Н И Ц К И Й
К ВОПРОСУ
О ГЕРМАНСКОМ МИНИСТЕРИАЛИТЕТЕ X -XII вв.
Интерес к проблеме министериалитета определяется большой поли-
тической и социальной значимостью этого феодального института: мини-
стериалы занимали важное место в аппарате вотчинной и королевской
власти и в военно-ленной организации; судьба министерпалов тесно свя-
зана с формированием класса феодальных землевладельцев и с образова-
нием феодальных сословий; за счет министерпалов пополнялся состав
эксплуататорского класса, в частности низшее дворянство — рыцарство.
В немецкой буржуазной историографии министериалитету посвящено
немало книг и статей, в которых особое внимание уделяется вопросу
о происхождении и сословном возвышении министерпалов. Проблема мп-
нистериалитета связывается буржуазными историками с происхождением
рыцарства г. Этим, в частности, и объясняется тот повышенный интерес
к министериалитету, который мы наблюдаем в немецкой историографии
начиная с первой четверти XX в. Буржуазная историография подходит
к этой проблеме с формально-юридических позиций. Она не занимается
изучением экономических условий, вызвавших к жизни минпстериалитет
и определивших его положение в обществе и государстве, не старается
выяснить социальное призвание мпнистериалов и определить их обще-
ственно-политические функции, а свое главное внимание направляет на
изучение юридического статуса министерпалов и эволюции их правового
положения в феодальном обществе. Характерно, что в общих работах по
истории государства и права о мпнистериалитете обычно пишут в разделе
«Сословия» (Die Stiinde) 1 2. Это определяет собой всю направленность изуче-
ния министериалитета в современной буржуазной историографии3.
Для нас проблема министериалитета имеет иной смысл. Ее решение,
по нашему мнению, нужно искать не в юридической, а в экономической
области. Юридическое положение министерпалов становится понятным
при выяснении их места и функций в феодальном обществе и государстве.
1 В. Эрнст (V. Е rnst. Die Entstehung des niederen Adels. Stuttgart, 1916,
S. 5 ff.) отмечает, что историки, вместо изучения возникновения рыцарства, сосредото-
чили свое внимание па изучении министериалитета, отождествляя одно с другим.
3 G. VV a i t z. Deutsche Verfassungsgeschichte, Bd. V. Berlin, 1885; R. Schro-
der, I.ehrhuch der deutsche Rechtsgeschichte. Berlin— Leipzig, 1907; E. Mcy-
e r. Deutsche und Iranzosische Verfassungsgeschichte. Bd. II. Leipzig, 1899.
® Специальная двухтомная работа К. Босль (К. В о s 1. Die Reichsministeriali-
tat der Salier und Staufer. Stuttgart, 1950) в этом отношении мало отличается от других
работ буржуазных историков. Правда, самый предмет исследования заставляет автора
обращать больше внимания на политическую борьбу и искать в ней объяснение роста
государственного министериалитета (S. 10—25, 38).
О ,тр.\пии ком .vu пигтгриа.ииненн' \ \H
33
В настоящей статье мы ставим своей задачей выяснить происхождение раз-
ных групп министериалов, охарактеризовать их социальное положение и
определить их функции в феодальном обществе на примере Германии
Х-ХП вв.
Господствующее в немецкой буржуазной историографии мнение счи-
тает мпнистериалов выходцами из сервов. Один историки совсем исклю-
чают наличие в раннем минпстериалитете свободных элементов 4, другие
допускают, что в ряды мпнистериалов с самого начала входили наряду
с несвободными и свободные 5 6. Такой точки зрения придерживается боль-
шинство современных немецких буржуазных историков, и среди них
Э. Отто, К. Босль, К. Любек ®.
Против концепции о несвободном происхождении мпнистериалов вы-
ступили в свое время Ф. Гекк, Г. Каро и В. Впттих. Гекк 7 не отри-
цал того, что минпстериалы вначале были лнбертинамп, но он не
соглашался с тем, что сословное возвышение министерпалов было вызва-
но характером их службы. По его мнению, наоборот, служба и обусловлен-
ная ею зависимость мпнистериалов предопределили собой их сословную
приниженность 8.
В. Виттих 9 признавал, что минпстериалы вышли из зависимых людей,
н<> эти зависимые, по его мнению, принадлежали не к сервам, а к старо-
свободным, попавшим в зависимость. Решительнее других против взгляда
о холопском происхождении мпнистериалов выступил Г. Каро 10. Он
4 G. Maur е г. Geschicbte der Fronhofe, der Banernhole und der Hofverfassug
in Deutschland, Bd. II. Erlangen, 1862, S. 27; K. v. A in i r a. Griindriss des germani-
м-lien Hechts. 2 Aufl., Strassbnrg, 1913, S. 90; II. В r u n n e r. Grundziige dor deut-
м-hen Hechtsgeschichte. Munchen — Leipzig, 1927, S. 88. P. Шредер (R. Schroder.
I ehrbuch..., S. 447, Anin. 2) правильно замечает, что вопрос о свободном или несвобод-
ном происхождении мпнистериалов ие может уже являться предметом спора в серьез-
ной книге. Старого мнения придерживается еще У. Штутц (U. Stutz. Zum Wesen
mid Ursprung des niederen Adels.— «Sitzungsherichte der preussischen Akademie der
Wissenschaften», XXXII, Berlin, 1937, S. 213).
5 G. Waltz. Deutsche Verfassungsgeschichte, Bd. V, S. 345. Но в изложения
Вайца приводятся по преимуществу данные о министерпалах из сервов. Такую же
позицию занимает К. Т. Инама Шнрегг (К. Т. Inama-Steruegg. Deutsche
Wirtschaftsgeschichte, Bd. II. Leipzig, 1891, S. 52 ff.). Он исходит из того,что перво-
начально минпстериалы,вербовавшиеся из несвободных, оставались в несвободном со-
стоянии. Но по мере возвышения министериалитета ряды его все более пополнялись
за счет свободных и даже знатных людей. Такого же мнении придерживается Ф. Кейт-
геи (F. Keutgen. Die Entstehung der deutschen Ministerialitat. — «Vierteljahr;
scbrift fiir Sozial- und Wirtschaftsgeschichte», Bd. 8, 1910, S. 545 ff.). Мы считаем
неверной самую постановку вопроса о принадлежности к мпнистерналам только сво-
бодных или только несвободных элементов.
6 Э. Отто (Е. Otto. Adel und Freiheit im deutschen Staat des friihereu Mittelal-
lers. Studien iiber nobiles und Ministerialen. Berlin, 1937) отрицает сословное единство
мпнистериалов, допуская, что в миннстерпалптет наряду с несвободными вступали сво-
бодные п даже благородные. К. Восль (К. В о s 1. Die Reichministerialitat..., S. 602)
считает, что первоначально мпнистериалы были в своей массе несвободны. Такого же
мнения придерживается и К. Любек (К. L ii beck. Die Ministerialen der Hetchsahtei
Fulda.— «Zeitschrift der Savigny-Stiftung fiir Hechtsgeschichte, Bd. 66. Kan. Abteilung,
1918, S. 201 ff.).
7 Ph. Heck. Der Ursprung sachsischen Dienstmannschaft.— «Vierleljahrschrifl
tiir Soziahvissenschaft», Bd. V, 1907; его же. Beitriige zur Geschicbte der Sliinde ini
Mittelalter, Bd. II. Halle, 1905, S. 712 ff.
8 PIi. II ec k. Der Ursprung sachsischen Dienstmannschaft, S. 119: «Мпнпстериа
лптет — только особая форма древнего института либертипства..., при котором суще-
ствует зависимость подзащитного по службе»; ibid., S.120: «Сословная принадлежность
не может рассматриваться как рефлекс социальных условий».
9 W. Wittich. Altfreiheit und Dienstbarkeit des Uradels in Xiedersachsen.
Leipzig, 1906.
10 G. Caro. Beitriige zur alteren deutschen Wirtschafts-und Verfassungsgeschichte,
Leipzig, 1905, S. 94 ff.
3 Средние века, вип. XX
34
//. Ф. h о л е с и и ц. к и й
вовсе исключал сервов из раннего министерпалитета. Исходя из свиде-
тельств главным образом сен-галлонских источников, Каро полагал, что
министериалы вышли из свободных прекаристов, получивших церковные
бенефиции и несших дворовую и хозяйственную службу. Мипистериалов-
воинов он считал выходцами из свободных крестьян. Несвободное состоя-
ние минпстериалов, по его мнению, объясняется не их происхождением,
а характером службы.
* * *
В вопросе о возникновении министерпалитета мы считаем главной своей
задачей определить время и условия появления этого феодального инсти-
тута. Совершенно правы те историки (и среди них Ф. Гекк), которые утвер-
ждают, что министериалитет появился не в X—XI вв., а значительно рань-
ше. Минпстериалов мы видим уже во Франкском государстве ы. Следует
также добавить, что развитие министерпалитета не завершилось в XII в.
Вступление в министериалы новых элементов, как свободного, так и не-
свободного происхождения, имело место п позже. Наибольшего распро-
странения министериалитет достиг в XI—XII вв., и это связано с завер-
шением процесса феодализации. Организация вотчинной власти и рыцар-
ского войска потребовала многочисленных контингентов служащих и
воинов, которых феодалы считали наиболее подходящим взять из числа
принадлежавших им сервов.
Источники конца IX — начала X в. дают возможность изучить началь-
ную стадию процесса формирования хозяйственного, административного
и военного министерпалитета в Германии. К этим источникам относятся
Прюмский полиптик (893 г.) и сообщения Вндукинда о военной реформе
Генриха I.
Министериалы Прюмского аббатства (scararii), согласно политику
этого монастыря, несли службу посыльных, выполняли подводную по-
винность и занимались торговыми делами 11 12. Большинство из них держали
обычные тяглые мансы и выполняли за них, наряду со своей министе-
риальной службой, и некоторые повинности крепостных крестьян (бар-
щину, обычно урочную, и оброк). Некоторые министериалы, как, напри-
мер, homester и budel, занимавшиеся продажей впна и соли, имели бене-
фиции. Эти бенефиции представляли собой десятую часть денег, выру-
ченных от продажи названных товаров 13 14 *. Разъяснение функций скарарпев
и значения самого слова scara дает Цезариус, комментировавший полип-
тик в 1222 г.: «Скарарпев называем ныне министериалами. Выполнять
scara — значит служить господину аббату, когда он прикажет, и достав-
лять его письма и уведомления»м. В XI в. в монастырских вотчинах
11 В капитуляриях и политиках этого периода министериалы фигурируют и со-
ставе администрации поместного хозяйства. Здесь мы встречаем также и военных ми
нистериалов: «Servi qui honorati beneficia et ministeria tenent vel in basalatico houo-
rati sunt, cum domini sui et caballos arm a et scuto et lancea, spota et semespasio ha-
bere possunt» (Capilulare a. 786—792, cap. 4.— Capit., p. 66).
ia MU, I, S. 144 ff. (S. 145, n. 3: «Scararii id est ministeriales»). Об имуществен нам
положении скарарпев см.: Ю. Л. Бессмертны й. Социально-экономическое
положение зависимого крестьянства Среднерейнской Германии по данным Прюмского
политика (IX в.) — Сб. «Средние века», вып. X, 1957, стр. 76—77.
ls MU, I, S. 114 ff. К. Нич (К. N i t z s c h. Miuisterialilat und Biirgertum ini 11
und 12 Jahrhundert. Leipzig, 1859, S. 191 ff.) видит в них купцов и обосновывает этим
свою теорию министериального происхождения купечества.
14 MU, I, S. 148. Г. Дельбрюк («История военного искусства», т. Ill, М., 1938
стр. 80 и сл.) без всякого основания считает скарарпев военными министериалами
scara, по его мнению, означает военную повозку).
О германским министериалитете Л -XII вв.
35
Нижнего Рейна мы встречаем министерпалов иод названием scaremanni.
Их функции много сложнее функций скарариев 15. Вполне возможно, что
за это время данная группа вотчинного министериалитета претерпела зна-
чительную эволюцию.
В Прюмском полиптике, кроме скарариев, не успевших еще отчетливо
выделиться из крепостной массы крестьянства, фигурируют и мпнисте-
риалы-господа, держащие бенефиции и эксплуатирующие крепостных
наравне с прочими феодалами. В конце описи вслед за поименным списком
знатных вассалов аббатства перечисляются и миппстерпалы такого рода.
Среди этих ministeriales infeodates были, безусловно, важные монастырские
служащие. Но об их функциях в описи сведений не имеется.
О раннем военном королевском министериалитете мы можем судить
по источникам, сообщающим о так называемой военной реформе Генри-
ха I. Видукинд свидетельствует, что Генрих I поселил каждого девятого
воина в крепости; поселенные в крепостях (in urbibus) должны были
построить убежища для других сородичей, работавших на полях, и охра-
нять запасы продовольствия 1в. Кто такие эти milites agrarii и остальные
восемь confamiliarii? Распространялась ли реформа на всех крестьян Сак-
сонии или только па крепостных домена? Эти вопросы являются до сих
пор дискуссионными 16 17. По всей вероятности, реформа касалась только
населения королевского домена в Саксонии, и milites agrarii были коро-
левскими военными министериаламп. Они в данном случае получали не
земельные бенефиции, а готовое содержание за счет крестьян, работавших
на полях. Позже эти воины приобрели бенефиции и превратились в ры-
царей.
Происхождение основной массы министериалов из сервов не вызывает
сомнения. Минпстериалы в своей массе выступают в источниках X —
XII вв. как холопы своих господ 18 и могут стать свободными людьми не
иначе, как посредством отпуска на волю. Так трактует их еще Саксонское
зерцало (XIII в.). Однако следует с самого начала заметить, что в состав
министериалитета входили и свободные люди, вступавшие в качестве пре-
каристов, «подзащитных» или просто слуг-минпстериалов в зависимость
от церквей и монастырей или отдельных господ. Некоторые из них стано-
вились сервами в силу выполнения министериальной службы, п в этом
отношении с Виттихом, Гекком и Каро можно вполне согласиться. Приме-
ры дает нам еще Каролингское время. Управляющие (indices) поместий
Карла Великого, не говоря уже о его придворных — стольнике и чашни-
ке 19, были, несомненно, людьми не только свободными, но и весьма знат-
ными. Но весь прочий многочисленный хозяйственный министериалптет —
16 DH III, № 372. Подробнее о функциях скареманнов см. ниже, а также в нашей
статье «Эволюция раннефеодального судебно-административного устройства и рост
вотчинной власти в Германии IX — первой половины XII в.» (Сб. «Средние века»,
1957, вып. IX, стр. 181).
leVVidukindi Res gestae Saxonicae.I, cap.-35.—MGII.SS, III, p. 432: «...quidem
ex agrariis militibus nonum quemque eligens, in urbibus habitare fecit, ut ceteris confa-
miliaribus suis octohabitaculaexstrueret, frugum omnium tertiam partem exciperet serva
retque».
17 Среди историков высказывались на этот счет разные мнения. Г. Bai'm(G. W a i I z
Deutsche Verfassungsgeschichte, Bd. V, S. 331) считал, что здесь речь идет о королев-
ских владениях и о министериалах. Ф. Кейтген (F. Keulgen. Die Entstehung der
deutschen Ministerial itiit, S. 504) причислил их к крестьянам. Дельбрюк («История
военного искусства», т. III, стр. 79) вовсе отказался от толкования этого места Виду-
кпнда, считая такое сообщение недостоверным.
1в Так трактуют их минпстерпальиое право (Dienstrecht) Вейсепбургское (1029 г ).
Лимбургское (1035 г.), Бамбергское (1057—1064 гг.).
19 Capitulate de villis, cap. 10 Capit., p. 83.
ЗГ.
И. Ф. h <> .1 < г н и ц к и й
от старост п до кладовщиков — состоял сплошь из сервов п крепостных
людей поместий. Нет никаких оснований говорить о возвышении этих
минпстериалов и о полной потере ими крестьянского облика. Все они,
кроме, может быть, старост, оставались эксплуатируемыми крепостными,
хотя сами своей службой помогали эксплуатировать остальную массу
крепостных.
Эту категорию полумппнстерналов-полукрестьян мы можем встретит!,
в источниках вплоть до XII в. Выше уже говорилось о нрюмских скара-
рпях. По источникам аббатства св. Максимина в г. Трире представляется
возможным более пли менее точно обозначить границу, отделяющую ми-
иистериалов от обычных сервов-пронендарпев. Так, в грамоте Генриха Ill
от 105(> г.20 содержится полный перечень отдельных категорий слуг-про-
вендарпев, выше которых стоят министериалы — scaremaiini, вилликп
и др. Слугн-провендарин (servientes, prebendarii) были пекарями, поварами,
рыболовами, банщиками и т.п. и являлись, несомненно, эксплуатируемы
мп людьми, хотя их положение могло быть лучше положения сервов, вы
полнявших ежедневно тяжелые барщинные работы (cotidianuni servitutem).
Высший вотчинный министериалитет — скареманны, виллики и пр.—
стоял уже над крепостной массой и вовсе не занимался производительным
трудом. Его функции — административно-судебные. О скареманнах го-
ворится как о indices ас ministros, они принуждают (constringant) кре
постных 21 к несению повинностей. Они называются meliores — «лучшп
ми» людьми церкви и владеют не только землей (predia), по и рабами
(maiicipia). Скареманны держат бенефиции не только от аббата, но и от
фогта. Виллпк судит крепостных по менее значительным делам и взыски-
вает с них оброк, применяя к невыполняющим повинности меры админи-
стративного воздействия
Интересно, что в источниках не только зафиксированы как бы пере-
ходные ступени между крепостными крестьянами п министериалами, но
и отражен самый процесс превращения крепостных в мпппстерпалов.
Характерным в этом отношении является «Вотчинное право Лимбургско-
го монастыря» (1035 г.), утвержденное Конрадом II при передаче аббат-
ству этой familia вместе с земельными владениями 23. Дворовые и хозяй-
ственные должности — поваров, пекарей, конюших, ездовых — комплек-
туются аббатом из неженатых сыновей монастырских крепостных 2|.
Более ответственные должности камердинеров, кладовпщков, сборщиков
пошлин п лесничих заполняются женатыми лицами из вотчинной familia.
Аббат назначал людей из состава familia и па высшие мпннстериальные
должности стольника и кравчего, а также переводил, кого хотел, в состав
воинов (milites). Этот круг высшего монастырского министериалитет;!
существовал уже за счет бенефициев. Но положение даже этих мнппсте-
2" DII III, .V 272-В, р. 511—513.
21 Dll III, № 272-В, р. 512: «...per illos indices ас ministros, qui scareinanni dicuu-
tnr et qui meliores sunt aecclesie, constringantur». Они не подлежат суду фогта, «nisi
beneficia ah eis habeant». Cm. DO II, А» 274 Фульдскому аббатству, в котором niiniste-
riales собирали чинш.
22 Dll III, № 272-В, р. 511: «...arbitrio ahbatis vel prepositornni aut villicoriini»',
ibid., p. 512: «При невыполнении крепостным оброчных повинностей, пусть виллпк
столько возьмет из его имущества, сколько окажется нужным для восполнения мона-
шеской братип всей задолженной суммы».
23 Jus familiar Lintburgensis (1035 г.).— Constit., I, p. 87.
24 Jus familiar Lintburgensis (1035 r_).— Constit., I, p. 87: «...filios illorum nondnin
n.xoratos, ut quern voluerit in coquina, quem voluerit in pistrina ponat, quern voluerii
mutatoria abliiat, quem voluerit equaricia custodial, et ad quelibet ministeria quuscunque
О гермaiirним .uuiiиннеpitu.'iumetue \ \ // m.
риалов далеко еще не упрочилось. Аббат moi- в любое время сиять мини
стериала со службы и возвратить его в прежнее состояние 25.
Начальным этап формирования придворного министериалитета можгю
отчетливо проследить в вотчинном праве Бурхарда Вормского (1023- -
1025) (§ 29). Здесь комплектование основных мпппстериалы1ыл служб
(стольника, чашника, камерария, конюшего) производилось епископом
из верхнего слоя монастырской familia — фпскалинов. Не желавшие
исполнять эти службы могли освободиться от них и покинуть вотчину,
уплатив 10 ден. в качестве королевского и военного налогов 2G.
Совсем другое положение вырисовывается п.з подложной грамоты, яко-
бы пожалованной Генрихом I монастырю Клингенмюнстер (составленной
в конце XI в.). Согласно ей, высшие монастырские миппстериалы — мар-
шалк, столышк, чашник, камерарий и др.—прочно владели бенефициями.
Сервы, прослужившие в течение года мипистерпаламп, навсегда сохраняли
за собой это звание 2Т. Низшие должности замещались крепостными, пре-
имущественно сервамп.
Миппстерпа.тнтет все глубже проникал в аппарат судебно-администра-
тивной власти вотчины и графского округа. Церковные учреждения при
содействии королевской власти пытались замещать своими мпнпстериала-
ми должности субфогтов, фогтов, шультгапсов, а также графов в пожало-
ванных им королем графствах. Они исходили из того, чго мпнистерпал,
являвшийся в той или иной мере предметом собственности церковного
учреждения, не мог так скоро завладеть должностью п стать самостоятель-
ным по отношению к церкви 26 27 28. Генрих II, в 1021 г. жалуя Падерборпской
церкви графство, поставил условие, чтобы это графство управлялось цер-
ковным министериалом, а не графом 29. Тенденция к замещению должно-
стей фогтов и субфогтов мпнпстериалами особенно заметно проявляется
в XII в.— в период борьбы против так называемых фогтских узурпаций.
Короли проводили эти мероприятия прежде всего в собственных церквах
(Eigenkirchen). Так, Лотарь III запретил свободное фогство в своем мо-
настыре св. Марии в Брауншвейге и в монастыре Кёнигслютер 30. Фогт
Кельнского архиепископа, как видно из Кельнского министериального,
права, тоже принадлежал к разряду министерпалов 31.
26 Ibidem: «Si veto abbas queupiani prescriptorum in suo obsequio habere xolueril-
laciens eum dapifeniin aut pincernam sive militem suum, et aliquot beneficium illi pres
titerit, quamdiu erea abbatem bene egerit, cum eo sit, cum non, ius quod ante habuit
habebat».
26 Coustit., 1, p. 604, cap. 429.
27 DH I, № 42 (под,южвый), p. 76: «...abbas ex regali prixilegia in comitatu suo ef
ministerio singulis quibnsqiie statute benelicio habeat marschalcuiu, dapiferuni pincer-
nam camerarium et quantos de ministerial!bus x’olucrit habere suo servicio... De nian-
cipiis quoque quicunque in servitium redegerit, si per annum fideliter perduraverit,
hunc promovere miuisleriali honore libeiuni haleat— arbitriuni decrevimus». Поянлсиие
подложного диплома, видимо, надо связывать со стремлением аббата в борьбе с фогтом
Противопоставить ему собственных министерпалов.
28 Однако меры предосторожности и здесь были не лишними, как Можно заключить,
например, из Кельнского мпппегерпального права. Пять дворовых служб Кельнского
архиепископа (стольника, чашника, кравчего, маршалка п охо гнпчего) выполняли
попеременно псе миппстериалы. Каждые шесть педель соответствующую должность
занимал повыв мпнистерпал. По желанию архиепископа мпнистерпал мог быть остав-
лен и на вторую очередь сужбы (Das kolner Dienstrecht, § 10.— Bernheim. 83,
S. 168).
20 Dll II. A: 440: «...ab minislerialis ipsius ecclesae, cui pro tempore fuerit, presit
predicto comitatu».
80 DL III, № 67, S. 105: «Advocatiam xero ecceesie iure nostro heredique nostro,
per unum miuisterialem nostrum absque aliquo beneficii iure amruinistrari decernimus».
то же в DL III, A« 74. См. также данные у К. Лампрехта (К. Lamprecht. Deut-
sches Wirtschaftslehen im Mittelalter, Bd. I. Leipzig, 1886, S. 1170 ff.).
31 Das kolner Dienstrecht, § 4.— Bernheim, № 83, S. 163.
38 И. <1>. К олесницкий
Миннстерпалптет в широких размерах проник в военную организа-
цию империи. Правда, удельный вес мпнистериалов среди рыцарства был
далеко не так значителен, как в хозяйственном аппарате или в придворных
службах. В этих областях министериалитет господствовал безраздельно.
В войске, являвшемся «заповедным полем» для феодалов, министериалы
моглп занимать только последние ступени в качестве конных воинов,
оруженосцев и охранников. Тем не менее военная служба немало способ-
ствовала возвышению мпнистериалов в феодальном мире.
В еще большей степени, чем в рыцарском войске, министериалитет на-
шел применение в гарнизонной службе бургов. Выше уже говорилось об
agrarii milites Генриха I, проживавших постоянно в бургах32. В одном
дипломе этого короля имеются указания на наличие в крепостях конных
мпнистериалов 33. Жалобы саксов на засилие мпнистериалов во время
восстания 1073—1075 гг. также свидетельствуют о том, что гарнизоны
королевских бургов в XI в. были укомплектованы мпнистериалами. По
словам хрониста Ламберта, король построил в Саксонии множество кре
постен и расположил в них гарнизоны34 35. По сообщениюЭккегарда, эти
гарнизоны состояли из пришельцев (advene): швабов, людей низкого
происхождения (obscure natis) 36.
Из ленной описи Верпера фон Болланден (вторая половина XII в.)
можно видеть, что держателями бурговых бенефициев этого знаменитого
минпстериала являются, как правило, также минпстериалы36. Из общего
количества более 70 мпнистериалов, которые держали бенефиции от Вер-
нера, добрая половина была бургманами.
Таким образом, в период своего расцвета (XI—XII вв.) мпнистериали-
тет заполнял все звенья феодальной вотчинной и государственной орга-
низации. Из министериалов комплектовались хозяйственный и судебно-
полицейский аппарат вотчин, штат дворовых слуг и служащих, гарнизоны
крепостей п в значительной части профессиональное феодальное воинство
(рыцарство). Мпнистериалитету принадлежала, таким образом, весьма
важная роль в феодальном обществе.
«Благородные» феодалы вели праздный образ жизни. Всю работу по
руководству хозяйством они взваливали на мпнистериалов — управляю
щпх, старост, лесничих, конюших и более мелкий хозяйственный персо-
нал. На мпнистериалов они возлагали и ряд функций принуждения и
обуздания крепостных крестьян. Этим занимались те же управляющие,
старосты, а также и специально назначенные судьи, субфогты и т. п.
Минпстериалы несли также военную службу в гарнизонах крепостей и
в рыцарских ополчениях.
Приведенные выше данные источников свидетельствуют, что значитель-
ная часть министериалов рекрутировалась из несвободных. Но и обеднев-
шие свободные нередко становились мпнистериалами. Их мы встречаем
уже с самых ранних времен, особенно в среде крупных министериалов —
32 W i d u k i n d i Res gestae Saxonicae, 1, cap. 35.— SS, HI, p. 432.
33 DH I, № 56. Королеве была подарена крепость Кведлинбург: «...пес non etiani
interiorem familiarium collegionem interinsecus familanlinm cum omni suppellectili.
cum equariciis ibidem invent is».
34 Lamberti Annales, a. 1073. —• SS, V, p. 192.
35 Eccehardi Chronicon, a. 1068. — SS, VI, p. 199.
34 A. Sauer. Lehenshiicher der Herrschaft von Bollanden. Wiesbaden, 1882,
S. 32: «Castruin in Windelsheim est menm proprium. De hoc inbeneficiavi Fridericum.
Didericum, Eberhardum, Prutvicum»; ibid., S. 35: «Conradus... 1/4 decima... castrense
beneficium... similiter hahet ad castrense beneficium curiam quoque, quam habeo de
S.-Maximino».
О германском мин untieриалшпете Л XII ее.
39
управляющих, старост (вилликов) и держателей служебных (министе-
рпальных), бурговых и военных ленов.
Обратимся к рассмотрению правового положения министериалов.
Юридический статус министериалов был неодинаков. Главные разли-
чия определялись происхождением. Свободные, вступившие в министе-
риалитет, понижались в своем юридическом статусе, но в большей степе-
ни сохраняли признаки свободного состояния, чем минпстериалы из не-
свободных. Это видно уже из ранних источников. В Капитулярии о по-
местьях Карла Великого управляющий получал за служебные упущения
сравнительно легкое взыскание (он должен был воздерживаться на время
от вина), замещавшего его миппстериала наказывали за этот же проступок
еще и телесно.
Виллики Сен-галленской церкви, о которых Эккегард в «Казусе св. Гал-
ла» рассказывает, что они вели себя как настоящие рыцари 37, по всей ве-
роятности, происходили из свободных или, по меньшей мере, из прекари-
стов и cerocensuales (высшая категория чиншевиков). Мелкие министе-
риалы-сервы, конечно, не могли пользоваться такими привилегиями и
вести себя подобным образом в X в. (если верить, что Эккегард в своем
произведении не смешал событий X в. с событиями XI в.).
Внутри министериалитета с самого начала замечаются резкие разли-
чия в положении высших мпнистериалов, ведших господский образ жиз-
ни, и низшего служебного и хозяйственного персонала, мало отличавшего-
ся по своему жизненному положению от крепостной массы крестьянства.
Это уже отмечалось выше (стр.34—35) относительно дворовых слуг и ска-
реманнов аббатства св. Максимина в Трире. Юридическое положение ска-
реманнов или субфогтов, заседавших вместе с аббатом в суде, судивших
и принуждавших сервов, не могло оставаться долго таким, каким было
положение дворовых слуг. И оно фактически изменялось. Еще более
изменялось положение министерпалов-воинов: они становились людьми
«рыцарского типа» (von Rittersart) 38.
Таким образом, в среде министериалов следует различать три разные
группы: мелких слуг, выполнявших различную, в том числе и тяжелую,
физическую работу при дворе их господина; служащих хозяйственного,
судебно-административного и военно-полицейского аппарата вотчин, не-
посредственно осуществлявших эксплуатацию крепостных; сановныхслуг
двора, возвышавшихся в известной степени даже над некоторыми «благо-
родными» феодалами. Если низший слой министериалов мало выделялся
из крепостной массы населения, подвергаясь почти одинаковой с ней фео-
дальной эксплуатации, то два высшие слоя министериалов существовали
исключительно за счет феодальной эксплуатации и принадлежали, без-
условно, к эксплуататорскому классу феодального общества.
В правовом и общественном положении министериалов были еще и
иного рода различия, определявшиеся не характером их службы, а обще-
ственным положением их господ. Минпстериалы наиболее важных гос-
под — короля и прелатов церкви — занимали самое высокое положение
п имели особые права. И это вполне естественно, так как королевские ми-
нистериалы составляли монарший двор и перед ними приходилось иногда
заискивать даже весьма знатным феодалам39. Минпстериалы не столь
87 Eccehardi Casus S.-Galli (1052), cap. 48,—SS, II, p. 103: «Majores locorum,
de quibus scriptum est, quia servi, si non timent, tument, scuta et arma polita gestare
inceperant... tubas alio quam ccteri villani clanctu inflare didicerant; canes primo ad
lepores, postremo etiam non ad lupos, sed ad urses et ad fuscos».
38 Schwsp, kap. 19, S. 17: «...ist ein eigen mann ritter».
38 В Лоршской хронике рассказывается, что знаменитый Адальберт Бременский
.заискивал перед придворными («omni arte circa anlicos molitur»), чтобы добиться поло-
40
fl. Ф. fl О Л (' Г и и ц к и it
знатных феодалов занимали более скромное положение и пользовались
меньшими правами. В каждой вотчине было свое особое министорпальиое
право 40, как и свое вотчинное право для крепостных.
Однако, несмотря на все эти различия, министериалы в целом в юри-
дическом отношении представляли собой категорию людей со своим осо-
бым правом, отделявшим их, с одной стороны, от ««благородных» феодалов
и, с другой стороны, от массы крепостпых. Это право минпстериалов
(Dienstrecht), появившееся в XI в., относилось не к общему земскому или
ленному праву, а к частному праву вотчинников. Его устанавливал каж-
дый вотчинник для своих минпстериалов, руководствуясь не нормами обыч-
ного права, а своими собственными интересами и установившимися ме-
стными нормами и обычаями.
Министериалы (ministeriales, ministri, servient es, clientes) в своей мас-
се трактовались как люди несвободные, составлявшие вместе с их имуще-
ществом предмет отчуждаемой собственности пх господ. Из этого, конеч-
но, исключалась верхушка имперского и церковного министерпалитета,
в том числе и те ее представители, которые имели «запятнанное» рабством
прошлое. Этп люди рано начали обладать «личным достоинством».
Об отчуждении минпстериалов в изучаемый памп период имеется множе-
ство сведений:Оттон 1 подарил Зальцбургской архиепископской церкви вла-
дение «вместе с поименованными министериалами, пх женами и детьми,
а также со всеми находящимися в их ведении (ministerium) людьми вме-
сте с их женами и младенцами» 4I. Оттон III подарил своей сестре Софии
«собственных сервов (перечислено шесть имен) со всеми их бенпфицпями
и владениями»42. Генрих IV подарил Бременской архиепископской церкви
министериала вместе с семьей и всем имуществом, сохранив за ним пра-
ва, которыми тот пользовался до акта дарения 43. Отчуждение министе-
риалов было столь обычным, что вошло даже в «формулу принадлежно-
сти» 44. В том случае, когда министериалы (речь идет, очевидно, о хозяй-
ственном персонале) исключались из «формулы принадлежности», это
специально оговаривалось45 *. Обмен министериалами совершался без обыч-
ной судебной процедуры, применявшейся при обмене собственности 4,!.
женив воспитателя малолетнего короля Генриха IV (Chronicon Laureshamensis.
SS, XXI, р. 414).
40 Составитель Саксонского зерцала Эйке отмечал: «Оно [министериальное право|
настолько разнообразно, что обозреть его не представляется возможным. Каждый епи-
скоп, аббат п аббатиса имеют для своих слуг особое право» (Ssp Ldr, III, 42,§ 2). По
не во всех вотчинах было писаное мшшстерпальиое право. Оно отсутствовало, напри-
мер, в такой крупнейшей церковной вотчине, какой являлось Фульдское аббатство,
насчитывавшее множество минпстериалов (К. Lubeck. Die Ministerialen der
Reichsahtei Fulda, S. 203).
41 DO I, № 32: «...cum ministerialilnis bominibus subnotatis id est Keroll cum
uxore sua et filiis, et cum omnibus sibi in ministerium commissis hominibus, mulieribii<
et infantulis».
42 DO III, № 150: «...nostrae proprietatis ac iuris servos... cum omnibus quae in !>•-
ueficium aut in possessionem habere el possidere videntur».
43 DII IV, № 120: «...quondam servieutem nostrum..., cum filio suo... alquc lilia
sua... necnon prediis quacumque habere vises est in loco Winethe»; см. также* Mt ,
I, S. 458 (1128 r.).
44 Dll IV, № 122 (подложный): «cum omnibus appendiliis suis. hoc est (ministeria
libus) utriusque sexus inancipiis».
45 DH IV, X: 426, S. 572. Шпейерской церкви дарится несколько владений: «...<*х-
ceptis servientihus nostris inibi inanenlihus el eorum heneficiis a patre nostre et a main-
et a nobis eis dalis»; MU, I, S. 382 (1082—1084 гг.): передано аббатству св. Максимина
20 скареманпов. Ряд примеров см. у Лампрехта (К. L a m р г е с h t. Deutsches Wirl-
schaftsleben, Bd. I, S. 1168).
44 Ssp Ldr, 1, 52, § 1; III, 73, § 2: «...doch weslet die herren ihre dinstman wol ano-
gerichte» (обмен прочего имущества оформлялся в суде — mil gerichte).
О .-rpAumcKOAf линии пи риаииничиг \ \П
i I
Минпстериалы облагались посмертным побором 17 и подчинялись на-
равне с сервамп брачным ограничениям. Подобно серпам, они могли
вступал в брак только с разрешения их господ. Вотчинники заключали
соглашения о взаимных браках их крепостных и мпшк тсрналои. Дети от та-
ких браков делились поровну между обеими вотчинами 4“. Вообще в отно-
шении мпнистериалов действовали те же законы равного происхождения
(Ebcnbiirtigkeit), что и в отношении всех сословных групп. Право не
делало различия между миппстерпалом и сервом '19. Дети миннстериала
и свободной женщины считались детьми от неравного брака и наследо-
вали низшее право, т. е. право отца 47 48 * 50.
Но эти нормы, по-вьдпмому, не распространялись на верхушку им-
перского мпнпстерпалптета. Богатые королевские минпстериалы всту-
пали в браки не только с простыми свободными, но и со знатными. Так
Болландены вступили в XII в. в брачный союз с дипастами Изенбур-
гамп 51; есть и другие примеры подобных же браков имперских мипистс
риалов. Короли ие только не сопротивлялись, но, наоборот, содейство
вали этому, так как установление родственных связей министериалов
со знатью приближало к знати королевских слуг «низкого происхожде
ния». Такую политику проводил Генрих IV в Саксонии. Восставшие сак-
сы жаловались, что по воле короля его слуги, приведенные в их оте
чество из Швабии, покушаются на знатных саксонских женщин52.
Мппнстерпалы получали свободу только ио воле их господ. Согласно
Саксонскому зерцалу, минпстериалы, как и прочие холопы, могли быть
отпущены на волю своими господами, по приобретали они при этом лишь
статус «свободного поселенца» (urier lantseten recht) 53 54.
Вполне свободным (Schoffenbarfrei) мог стать только тот из королевских
министериалов, кто получал от короля, кроме пожалования свободного
состояния, еще и свободное (шеффенское) владение в размере трех гуф51.
В других областях Германии было несколько иначе 55. Мпнпстериал moi
уйти от господина и без формального отпуска на волю, но при этом <>и
47 В качестве посмертного побора минпстериалы давали лучшую лошадь и оружие
(см. Bamberger Dienstrecht, § 5.— Bernheim, № 77, 158). К концу изучаемого
периода этот побор встречается редко (G. Wait г. Deutsche Verfassungsgeschichtc.
Bd. V, S. 352).
48 Dfl II, № 511 (подложный, XII в.) для монастыря в Штейне: «Ministerialihii-
quoque fassallis, quos tradidimus eidem ecclesie, liceat cum his, quos ad episcopatum
predictum (Babenberg) dare decrevinius consueto honeste, societatis more vitam agore.
mutuo filias suas in conjugium dare secundum commune libitum et accipere, sobolesqn<
earum apud alterulros stabiliter in illius ecclesie permaneant proprietate ad cujus parte-,
ipse, pro matrimonii danlur copula!ione». См. также Mt;, III, S. 133; Ssp Ldr, III, 73
K. L a m p г e c h t. Deutsches Wirlscliaftsleben ini Miltelalter. Bd. I, S. 1172; G. M ..
n r e r. Die Geschichte der Fronhofe, Bd. II. S. 44.
48 DI. Ill, Д" 74; «...si qua niulier de familia ecclesie servo nostro vel minis!erm
lium nostrorum nupserit...».
a0 Sen tent ia de filiis niinisterialiiiin el liberaruni (1190 r.).—Const it., I. .Xi 329. p.4<>7.
(debeant esse ministeriales»; Ssp Ldr. Ill, 72, § 3 — сыновья наследуют право отца,
дочери — право матери.
61 О. I) и в g е г ii. Die Ilerrenstand im Mittelaller. I’apicrniiililc, 1908, S. 02
329 ff; K. lioc.Ti. («Die Reiclisministerialitat, S. 69) приводит примеры сметаппыч
браков королевских мнппстерпалоп со знатью в конце XI в.
82 Lambert i Annalcs, а. 1073,— SS, V, р. 197.
>3 Ssp Ldr, III, 81, § 2; король иля другой господня может отпустить «sineni denesl
man oder sinen egenen man» (ibid., I, Hi).
54 Ssp Ldr, III, 81, § 3.
88 В Саксоннп — области с живучими традициями патриархальной свободы
положение министериалов было сравнительно принпженным. Так, например, согласи-
Саксонскому зерцалу, министериалы-рыцари не входили в иерархию «военного щита»,
в то время как по свидетельству Швабского зерцала они к ней принадлежали (ср. Ssp
Ldr, I, 3, § 2; Schwsp, V).
II. Ф. Ii о лес н и ц к и й
становился не «свободным поселенцем», крестьянином, а оставался та-
ким же мипистериалом, только у другого господина. Министериальное
право (Dienstrecht) — Вейсенбургское (1029 г.), Бамбергское (1057—
10G4 гг.) и Кельнское (1152 г.) 66 — разрешало уходить младшим сы-
новьям министерпалов, если им не были предоставлены господином бе-
нефиции, и служить кому угодно. В Кельнском праве, правда, сделана
оговорка, что ушедший мпнистерпал не должен участвовать в войне
против архиепископа; но вряд ли это имело реальное значение. Само
собой разумеется, что ушедший от своего господина мпнистерпал не
превращался в свободного человека, а оставался министериалом на служ-
бе у нового господина. Приобрести полную свободу он мог только в ре-
зультате формального отпуска на волю.
Миппстериалы пользовались по закону правом иметь собственность,
но это право не являлось неограниченным. Они могли приобретать иму-
щество, владеть им и передавать его по наследству с ведома господина 6Т.
Имущество осужденного минпстериала переходило не к королю, а к
господину®8. Выморочное имущество минпстериала принадлежало его
хозяину.
Министериалы вместе с сервамп и прочими крепостными вотчинника
составляли его familia в широком смысле слова. Закон рассматривал их
не как государственных подданных или вассалов, а как людей, принад-
лежащих частному лицу и составляющих предмет его владения. Зако-
ны для министерпалов, как и для крепостных, издавал пе король, а их
господин. В ранний период министериальное право еще не отделилось
от вотчинного права всей familia. Так, например, вотчинное право (Hof-
recht) Бурхарда Вормского (1023—1025 гг.) является одновременно и
правом для министерпалов. В отношении распоряжения имуществом,
ленами они стоят на одной доске с прочими людьми церковной вот-
чины ®9.
Министериалы и члены их семей долгое время несли повинности кре-
постных. Мы уже отмечали это в отношении прюмских скарариев. Со-
гласно Вейсенбургскому министерпальному праву, дочери минпстериа-
тов по особой королевской привилегии освобождались от службы Дво-
ровых девушек, но зато обязаны были выполнять разнообразные работы
на господском дворе во время подготовки к итальянскому походу (шить
и чинить одежду, готовить провиант и пр.). На этот период они обеспе-
чивались господскими харчами 60. Министериалы графов Ар освобо-
дились от барщинных работ только в 1154 г.61
Несмотря на наличие ряда признаков, сближающих министерпалов
с несвободными людьми, следует в то же время отметить, что министе-
риалы во мпогом уже не походили на простых сервов. Так, в источни-
ках нет данпых о том. что вергельд минпстериала идет его господину. * 40 41 * * *
Sl Вег nh с i in, № 77, § 3; № 83, § 12; DK II, № 140, § 2.
57 Ssr Ldr, III, 81, § 2: «...dincst manne erben und nemen crbi als andere vrie liute
nach lantrechte... daz sic ires hcrren gewall nicht en erben noch erbc cn nemen». В Hof-
recht Бурхарда Вормского (§ 2, 21) министериалы, наряду с прочими членами епископ-
ской familia, могли свободно отчуждать свое имущество, но только в пределах Ворм-
ской вотчины.
48 Ssp Ldr, I,'38, § 1.
48 Lex familiae Wormatiensis.— Constit., I, p. 604, § 2, 21.
40 DK II, № 140, § 2.
41 Th. Lacomblett. Urkundenbuch fur die Geschichte des Niederrheins,
Bd. IV. Dusseldorf, 1854, S. 775: «Debuerunt preterea servitium ut suis aratris agros meos
laborare facerent: sed pro meo et ipsorum honore hoc eis debitum remisi et in perpetuam
remissnm sit, ut in ceteris honestius serviant».
(J германском министериалитете V—ХИ вв, 43
Вергельд обычно поступал семье убитого 62. Нигде не говорится также
о продаже министерпалов. Их только обменивали и передавали другим
господам.
Перейдем к вопросу о возвышении министериалитета. Что послу-
жило причиной того, что часть министерпалов возвысилась до положе-
ния «благородных» господ?
Эта проблема находится в центре внимания работ буржуазных исто-
риков, посвященных министериалитету. Она несомненно заслуживает
подробного исследования. Только, па наш взгляд, этот вопрос ставить
надо иначе. В проблеме возвышения министериалитета следует разли-
чать два момента: классовый и сословный, Т; е.: 1) фактический переход
министерпалов в эксплуататорский класс феодального общества и
2) уравнение министерпалов в правах и сословном положении с «благород-
ными» феодалами.
Первый вопрос буржуазные историки не ставят, ограничиваясь ис-
следованием проблемы юридических и сословных превращений. Но и
решение второго вопроса без выяснения социально-экономической осно-
вы сословного возвышения министерпалов не может быть научным, так
как оно строится на чисто внешних формально-юридических признаках
(поэтому и выдвигаются в качестве предпосылок возвышения министе-
риалов то наличие лена, то военная профессия, то придворная служба).
Министериалы, которые в большинстве своем вышли из среды не-
посредственных производителей и бесправных сервов и поднялись до
ранга управляющих и разного рода служащих вотчинного хозяйства
и двора, тем самым изменили свое положение в производстве и обществе.
Те из них, которые, став мпнистериалами, вовсе перестали заниматься
производительным трудом, перешли в другой класс. Миппстериалы,
только частично порвавшие с прежним общественным положением, со-
ставили промежуточную группу.
Таким образом, можно говорить о возвышении только части министе-
риалов, именно тех, которые переходили из угнетенных сервов или за-
крепощенных крестьян в ряды эксплуататорского класса. Мелкие мини-
стериалы-слуги оставались эксплуатируемыми сервами. Министериалы,
вышедшие из эксплуататорских элементов, изменили свое имущественное
положение, но их классовая принадлежность осталась прежней.
Переход известных групп министерпалов в состав класса феодалов
еще не означал уравнения их в правах и привилегиях с господами по
происхождению. Господа стремились удержать министериалов на поло-
жении покорных слуг. Допущение этих слуг в состав эксплуататорского
класса совершалось самим фактом превращения крепостного или за-
висимого в минпстериала; уравнение же в правах с господами требовало
санкции последних и соответствующего юридического оформления. Вот
почему сословное возвышение министериалитета затянулось па продол-
жительный период.
Сословное возвышение министерпалов означало, таким образом, при-
ведение их юридического положения в соответствие с их фактическим
экономическим положением. Но в глазах современников из среды ро-
довитых феодалов оно казалось необычным и неслыханным: бывшие
сервы претендуют на уравнение их в правах и привилегиях с господами!
II они изображали стремление министериалов к уравнению в правах
как узурпацию с их стороны63.
12 Bamberger Dienstreclit, S 2.— В е г и h е i ш, № 77, S. 158.
См. примеч. 37 и 70.
44
II. Ф. Колеси и ц кии
В борьбе за свои права министериалы не останавливались п перед
насилием. В XI в. было много случаев вооруженных выступлений мини
стерпалов против господ,отказывавшихся удовлетворить пх требования.
Так, был убит собственными министериалами граф Зикгард Буркгазеп
В Трире в 1066 г. мпнпстерпалы убили архиепископа Конрада; в каче
стве нового архиепископа, при пх содействии, был поставлен брат коро-
левского миппстериала Эбергарда Неллеибургского— Удо °5. В Фульд
ском аббатстве в первой половине XII в. дела фактически вершились мппп-
стериаламп 66.
Проследим, как конкретно совершался процесс социального и право
вого возвышения отдельных групп мипистерпалов. Основным, как уже
указывалось выше, было превращение мипистерпалов в феодальных
собственников. Наличие значительных земельных владений у предста
вителей хозяйственного мннпстерпалитета можно проследить уже ио
самым ранним источникам. Так, согласно Капитулярию о поместьях
(§ 10, 50), старосты и конюшие владели не простыми держательскимп май
сами, а бенефициями. По данным Прюмского полнпгика (конец IX и.)
и описи Сен-Эммерам (начало XI в.), во владении минпстериалов нахо
дилась значительная часть монастырской собственности 84 85 * В7 88. С разложе
нием поместпо-вилликационпой системы в XII -XIЛ вв. мейеры в ряде
областей Германии (Северо-Запад, Север, отчасти Юг) превратились во
владельцев отдельных частей поместий и соучастников в получении фео-
дальной ренты от эксплуатируемых чппшевпков. В сословном отноше-
нии они уравнивались с рыцарями. Некоторые историки даже утверж-
дают, что вообще рыцарство с бургами и местным Zwing und Баии про
изошло от мейеров и мейерскпх дворов, имеющих будто бы не вотчиппо
министериальное, а общинно-патриархальное происхождение 6Б.
О притязаниях разбогатевших мейеров па «благородство» и рыцар
скую честь мы имеем сведения уже с начала XII в. Эккегард 69 и хро-
нист — его преемник весьма красочно рассказывают о заснлии сен-гал
ленских минпстериалов, тщившихся стать рыцарями. Вот что говорит
продолжатель Эккергарда, описывавший в 1190 г. события ИЗО г.: «Вот
какая зараза распространилась... вассалы этой церкви начали делить
наши владения; министериалы захватили лучшие мансы нашей курии;
келари (celerarii) церкви стремились превратить имущество и доходы
поместий (iura villicationis) в свои бенефиции, и даже некоторые из них
вопреки обычаям опоясывали себя мечами наподобие знатных мужей»
Усиливавшийся хозяйственный министериалитет претендовал на пре
вращение своих служб в наследственные лены; министериалы пыталич.
завладеть источниками церковных доходов. В документах XI в. содер-
жится много жалоб на засилие и узурпации внллпков. Угроза феодаль
84 К. В о s 1. Die Keichsministerialilat..., S. 96.
85 Lambert i Annales, a. 1066.— SS. V, p. UK!.
88 K. L ii b e c k. Die Ministerialen der Keichsablei Fulda, S. 208 ff.
87 MU. I, S. 142 ff. Согласно описи Сеи-Эммерам, мшшстерпалы (villici, scrvitoio.
forestarii, eipiites) владеют 130 гуфамн, в то время как в монастыре насчитываете)!
417 (1/г даржательских туф и 169 1,2 господских маисов (см. приложение к кп :
Ph. Dollinger. L’evoliil ion des classes rnrales en Itaviere depuis la fin de 1'epoqiu-
Carol ingieinic jnsqu’aii milieu du XIII s. Strassburg, 1949).
88 V. E rns t. Die Entstehnng des niederen Adels, S. 57.
88 См. выше, стр. 39.
70 Casnm S.-Galli. Continuatio, II, cap. 8.— SS, II, p. 161: «...in hoc pestilent la
fideles huius ecclesiae inter se possessiones nostras dividebant, minisleriales oplinios man
sos curiarum nostrarum eligebant, celerarii ecclesiae iura villicationis in modum bene-
ficiorum habere conteudebant et contra consuetudinem quidam ex ipsis more nobilinm
gladium cingebant».
О германском минцгтериал Шпете \ -АП
ной, и прежде всего церковной, собствен пости была столь велика, что
пришлось вмешаться королевской власти. Так, Лотарь 111, по жалобе
аббата монастыря Ставло на засилье его фогтов п вилликов, вынес поста-
новление, строго запрещавшее вилликам превращать виллпкацпн в лены 71.
Аналогичное постановление вынес Конрад III в 1146 г. в отношении вил-
ликов монастыря Греснен72.
Одним из факторов, содействовавших возвышению хозяйственного ми-
нпстериалитета, было изменение организации феодального хозяйства
на основе коммутации крестьянских повинностей. Многие министериа-
лы-виллики превратились в фактических владельцев управляемых ими
внлликаций.
Придворный министериалптет тоже обнаруживал стремление стать
в независимое положение от господ, превратив свою службу в бенефи-
ций. В Корбейском монастыре дело дошло до того, что Рабано, стольник
аббата, действуя вместе с родственниками, начал самостоятельно
распоряжаться имуществом и средствами монастыря как своей собст-
венностью. Рабано пытался превратить свою должность в лен и не призна-
вал за аббатом права распоряжаться службой и имуществом, подведом-
ственным стольнику 73 74. Больше того, стольник Рабано самочинно при-
своил себе наследственную судебную власть над familia внутри мона-
стырских стен и начал именовать себя бургграфом, а свою власть бург-
банном. Он вызывал кого хотел из монашеских слуг на свой суд и нака-
зывал виновных по своему усмотрению 77. Аббат с монахами оказались
6«‘сС11.'1Ы1ы:м11 против Рабано. Чтобы унять «зарвавшегося» минпстериала,
потребовалось вмешательство короля с князьями. В результате специ-
ального разбирательства было издано королевское постановление под
характерным названием: «Sententiae contra temeritates ministerialiuni
(1150 г.)»75. По этому постановлению узурпированная стольником власть
возвращалась аббату. Примечательно, что в качестве правовой осно-
вы для лишения минпстериала незаконно присвоенной власти приводит-
ся известная формула «узкого иммунитета» о запрещении в границах
монастырской ограды всякой светской судебной власти. В постановлении
добавляется при этом, что запрещение, относящееся к господам, тем более
должно распространяться на министериалов («Et si principibus contra
privilegium imperiale non licet, multo minus ministerialibus licere con-
si at»).
Аналогичный процесс превращения слуг в вассалов — феодальных
землевладельцев происходил и в среде мпнистериалов-воинов (milites).
Военный министериалптет играл в феодальном обществе не меньшую
роль, чем хозяйственный. Из пего комплектовались вооруженные силы
для осуществления внешних захватов и обороны владений феодалов, а
также для подавления сопротивления крепостных. Оставить мпнисте-
рналов-рыцарей на положении простых сервов или крестьян было еще
71 DL III, Л" 35, s>. 563: «Ne iure lieredilario villici vel indices fiant, sed ulruinqiie
ininisterium, id est villicalure et inwerie in potestate abbatis et gratia consislat et eius
iure et lege minislerioruin el non iure benefit ioruiu diem et legem abbates constituent».
Ch. A. 1) u v i v i e r. Actes et docuinentes anciens interesant la Belgique.
Bruxelles, 1898, p. 214—218: «...nullus villicationem in possession!bus ad eandem ec-
clesiam pertinentibus lieredilario jure teneat vel repetal, sed abbas, qni tunc temporis
I'uerit idoneum et fidelem villicum de familia ecclesiae constituat et deponat».
73 Constit., I, p. 183, § 2: «...quod potestalem officii sui, qiiarn hactenus in doino ilia
exercuerat, nunquam dum viveret relicturus esset, ita ut sub imperio suo esscnl uiiiversa
vict ualia domini sui, ac potestatem de cis habeat tribuandi cui vellet».
74 Ibid., p. 184, § 7: «...sc burkgravium appellari faciebat».
75 Ibid., p. 182, № 128.
i6
Ii. Ф. ii о .1 e с и и ц к u и
труднее, чем держать в бесправии хозяйственный и придворный миипсте-
риалитет. Рыцарь должен быть достаточно обеспеченным, и по самой
своей природе он является феодалом, а не задавленным феодальными
повинностями крестьянином.
За свою службу министсрпалы-воины имели, как правило, земельные
владения, и в дополнение к этому им выдавали па время похода еще п
денежные субсидии. По Вейсенбургскому праву (1029 г.), каждый уча
ствующий в итальянском походе минпстериал-рыцарь получал от короля
10 талантов денег, 2 козлиные шкуры и транспортные средства для пере-
возки продовольствия и снаряжения. Каждому из двух слуг, которыми
располагал министериал, полагалось от короля по таланту денег. Кро-
ме всего этого, минпстериалы получали от своего непосредственного гос-
подина питание в течение почти всей экспедиции — с момента перехода
через Альпы до возвращения домой. Участникам других заграничных
походов следовало 5 талантов наряду с указанным выше другим возна-
граждением 76. Бенефиции вейсенбургских мипистериалов, состоявшие из
трех королевских мансов 77, не могли обеспечить полного боевого Содер
жания рыпаря. Согласно Кельнскому Dienstrecht (1158 г.), каждый
отправлявшийся в итальянский поход министериал получал следующее
довольствие и вознаграждение: 10 марок деньгами, 40 локтей сукна па
одежду двух своих слуг, все необходимое для обеда, палатку, 4 подковы.
24 гвоздя для ковки лошадей. Если денежное вознаграждение не выпла-
чивалось к сроку, министериал мог вернуться и не участвовать в экспе-
диции (§ 4) 78. Кельнские минпстериалы, как и вейсенбургские, снаб-
жались обмундированием (§ 11).
Согласно Бамбергскому Dienstrecht (1057—1064 гг.) 7В, министериал
получал для итальянского похода лошадь и 3 фунта денежного воина
граждения. Для участия в других экспедициях двое должны были снаря-
жать третьего (§ 6).
Денежное и натуральное довольствие могло обеспечить только на вре-
мя походов. Постоянным источником существования министериалов и
их семей были земельные владения-бенефиции. Без бенефициев воен-
ный министериалитет вообще немыслим. Представители высшего импер-
ского и церковного министериалптета получали за свою службу земли
не только в бенефиций, но п в собственность. Это ничуть не противоречит
тому, что сами минпстериалы находились в полной власти их господ.
Как раз именно в силу такого юридического положения министериалов
господа не боялись дарить им земельные владения: все равно земля оста-
валась в верховной собственности феодала вместе с личностью самого
мпнистерпала. В одном дипломе Генриха V так прямо и говорится. Ко
роль, жалуя своему «верному мпнистериалу» Эбергарду и его жене Адель-
гейде в собственность лесной массив, указывает в грамоте: «Делаем это
без ущерба для государства, так как знаем, что сам он находится вместе
” DK II, № 140, § 3.
” DK II, № 140, § 2.
78 Das kolner Dienstrecbt.— Bern b e i in, Л» 83, cap. 4, S. 164. На этот < ч<..-
существовало такое предписание: если после перехода через Альпы (в Италию) мини
стериалу не будет выплачена положенная сумма (одна марка), он может напомнить
об этом господину; если не получит и после этого, то пусть положит в дневное время
на спальное ложе своего господина очищенную от коры палку. Если и после этого не
получит положенной суммы, может свободно уйти. Так сделать, естественно, мог не
серв и не простой слуга, а министериал, занимавший довольно высокое положение
в обществе.
71 В ernheim, № 77, S. 155.
О германском мимисте риал итете X—XII ее.
47
с этой собственностью |в иатпих руках|» 80 81. Мипистериал мог свободно
владеть такими землями и передавать их своим наследникам, ио при
этом его имущество, как и сама его личность, оставались в верховной
собственности господина. Продать полученную им землю на сторону
он не имел нраваы.
О дарении министериалам земельных владений в собственность (а
следовательно, и о наличии собственности у мипистерпалов) встречается
пе меньше сведений, чем о пожаловании их бенефициями. В королевских
дипломах, начиная с IX в., го и дело фигурируют подобные факты. Вот
самые характерные из них: Карл 111 подарил в собственность па время
жизни своему «верному министериалу» пресвитеру Руотберту его же
прежний—бенефиций церковь82. Генрих I подарил жене своею мини-
стериала Виллибурге 32/з гуфы 83. Оттон III подарил своему министериа-
лу Сигиберту в полную собственность большое поместье с тремя семей-
ствами манципиев и другие владения по «формуле принадлежности» 84.
В XI в. это явление становится весьма частым. Со времени Ген
риха III сохранилось более 15 подобных дипломов85, от Генриха IV—более
2086. Так, например, некоему королевскому слуге Купону было подарено
имение, которое он получил от Генриха III в бенефиций 87; жене этого
Купона подарено в полную собственность другое поместье 88 * * *. Королевско-
му мпнистериалу Отнанту было подарено лесное угодье в Нордгау и шесть
королевских гуф 8В. Королевский слуга Мецелин получил в общей слож-
ности шесть королевских гуф и отдельное поместье. В стереотипной фор-
муле этих дарений указывалось: «Пусть имеют полное право [он и его
наследники] владеть [указанными землями], жаловать, закладывать и
обменивать их и вообще делать с ними все, что им будет угодно» в0. Так
создавались крупные наследственные владения имперского министериа-
литета. Встречающиеся в ряде дипломов одни и те же имена — Купон.
Отнант, Мецелин, — очевидно, представляли цвет министерпалитета Са-
лической династии. Кунон являлся домашним слугой юного короля
Генриха IV и был женат на женщине знатного происхождения м. К. Босль
80 I. F. В б h m е г. Regesta chronologico-diplomatica imperatorum. Frankfurt
am Main, 1831, № 2080, S. 107: «Hoc autem sine diminutione regni fecimus, quia pareiu
eum eiusdem praedii esse cognovimus».
81 См. ниже, стр. 48. Таким образом, земельная собственность мивпетериала была
неполной, подчиненной. Ее верховным владельцем являлся господин министериала
Все же собственность министериала весьма отличалась от его служебного лена. Лен
был неразрывно связан со службой и переходил к другому лицу только вместе с пей.
собственность же отчуждалась министериалом (в пределах вотчины) свободно.
82 DK III, К. 38 (881), S. 65: «...fideli ас dilecto presbitero пес non ministerial!
nostro... Ruotherto in proprium diebus vitae suae concessimus... id est ecclesiam quant
antea in beneficium habuit».
83 DH, I, № 18.
84 DO III, № 428.
85 DH III, № 92, 210, 211, 247—249, 261,363, 379, 401,405 и др. Некоторые из этих
дарений довольно солидных размеров — так, в грамоте № 363 указываются два поме
стья.
88 DH IV, № 3, 21, 51, 69, 72, 74, 137, 185, 198. 201, 202, 205, 211, 213, 268, 317.
319, 407 и др.
87 DH IV, № 21.
88 DII IV, № 137.
82 См. DH IV, Л? 69, 72, 198; этому же Отнанту подарил в свое время пять гуф
Генрих III (DH III, .V 379).
80 DH IV, № 201: «...tres regales mansos... cum omnibus appenditiis suis... ea vide
licet ratione ut absque cunctorum contradictione idem Macilinus eiusque posteri liberam
inde potestatem habeant tenendi precariandi commutandi vel quiquid illis placuerit fa-
ciendi»; см. также DH IV, № 202 и 205.
81 DH IV, № 137: «Cunonis nostre inventutis pedissequi uxori sui Mathilde cuiden»
nobili femine».
»8
H. Ф. h о л е с н и ц к и й
считает его родоначальником княжеского дома Хагенмюнценбер-
гов 92 93 94.
По размерам собственности п бенефициев королевские минпстериалы
уже в то время могли с успехом соперничать с родовитой знатью. Так,
только одип из бенефициев, принадлежавших некоему Гунтраму, ми-
нистериалу Генриха III, представлял огромное владение, расположен-
ное в восьми деревняхвз. Бенефиции министериалов весьма рано при-
обрели наследственный характер. Это не было даже успехом самих ми-
нистериалов: наследственность ленов являлась обратной стороной на-
следственности профессии воинов-мпнистериалов.
Строгая наследственность ленов зафиксирована уже в Бамбергском
министериальном праве (Dienstrecht) (1057—1064 гг.) в4. Здесь был уста-
новлен следующий порядок наследования: если умирал министериал и
оставлял сына, лен переходил к сыну (если вдова была еще только в пер-
вый раз беременна, то следовало ожидать возможного рождения сына);
при отсутствии сыновей лен наследовал ближайший родственник умер-
шего по мужской линии, который должен был уплатить при этом посмерт-
ный побор — лучшую лошадь или панцирь (§ 4). В Кельнском Dienst-
recht 95 96 97 98 бенефпцппнаследовал старший сын (§ 12). Согласно договору гра-
фа Теодора фон Ар (1154—1164 гг.), министериальный лен могла насле-
довать даже дочь. Но наследственность бенефициев министериалов явля-
лась далеко не тем же самым, чем была наследственность ленов васса-
лов. Она признавалась постольку, поскольку сами минпстериалы, вы-
шедшие из среды несвободных, продолжали оставаться в наследственном
владении их господ вс. Лен министериала не мог превратиться в его
неограниченную собственность. Когда возникал вопрос о возможности
подобного явления, феодальное право сразу пресекало это. Феодальное
право считало не всякого сына или брата министериала законным на-
следником его лена, а только сына и брата одинакового с ним сословного
положения (sue conditionis) и той же familia В7. При таком подходе лены
мпнистериалов оставались в собственности феодального землевладельца
до тех пор, пока были в его власти минпстериалы. Но опасность потери
власти над мпнистериалами в XII в. становилась уже реальной.
Министериальпое право разрешало младшим сыновьям, не получив-
шим ленов, уходить к другим господам ВБ. Иначе и быть не могло: исполь-
92 К. В о s 1. Die Reichsministerialitat..., S. 64.
93 DH IV, А» 247: «...quiquid Guntrain palris noslri serviens in comitatu -Herimanni
palatini comiti et in his villis, scilicet [следует 8 названий] in beneficio habuit».
94 В e r ii h e i in, Л» 77, S. 155.
95 Bernheim, № 83, S. 168.
96 По этой причине королевские запреты раздавать в бенефиции церковные земли
не распространялись на собственных министериалов этих церквей. Так, в дипломах
иа этот счет обычно содержатся оговорки: «nisi ministerialibus eiusdem ecclesiae»
(см., например, DL III, № 75. См. также DH III, № 273 a-б, S. 372: пфальцграф Эрен-
фрид передал земли, отданные в бенефиции мииистериалам, основанному им монастырю
Враувейлер. Минпстериалы, как видно, оставалпсь у пфальцграфа; поэтому за ними
не признавалось право наследственного владении бенефициями, собственность на ко-
торые переходила монастырю: «...ut quanidiu vivant, ecclesiae bona sive beneficia ha-
beant, post mortem vero illorum nulliis heredum suorum quiquam de his sibi quasi
jure hereditario vendicet aut possideat, sed in jus et dominum sancti Nikolay et abbatis
ipsius ac fralrum sibi servientium redeant»).
97 [lleinrici VI] sententia de feodis ministerialium.— Constit., I, № 352, p. 501:
«Nullus ministerialis alicuius ecclesiae feodum, quod habet ab acclesia jure ministerialium,
filio sue non est conditionis, vel alii persone, in fraudem ecclesiae vel subterfugium po-
test vel habet concedere».
98 Weissenburger Dienstrecht, § 2.— DK II, № 140; Das kolner Dienstrecht, § 12.—
Bernheim, № 83, S. 167.
О германском манигтериалитегпе л -ли лв.
'9
зовать этих отпрысков мпннстериальпых семейств в качестве слуг, до-
статочным образом обеспеченных для несения их должностей (officia),
не представлялось экономически возможным: возвратить их на поло-
жение простых сервов не позволяли ни право, ни мораль. На новом ме-
сте сын минпстериала не превращался в «благородного» вассала, а оста-
вался членом «сословия министериалов» (conditio ministerialis).
Лепы министерпалов отличались от ленов вассалов еще и тем, что
они имели строго служебный характер. Каждый господин определял
характер и количество служебных ленов из расчета обеспечить вотчины
административно-хозяйственным персоналом, охраной и военными си-
лами вв. Получивший служебный лен, будь он серв или свободный, оди-
наково должен был исполнять долг министерпала. Поэтому с полным
основанием можно сказать, что юридическое положение минпстериала
определялось не столько его происхождением, сколько его службой и
леном. Отчасти на этом принципе основывались и ленные отношения в
военной иерархпп «щпта», но в полной мере он применялся именно в
организации министериалитета.
Однако ленные отношения между министериалами и их господами
все больше приближались к вассально-ленным. И это касается прежде
всего мпнистерпалов-воннов (milites). Военная профессия и рыцарский
образ жизни настолько сближали их со свободными, что по существу
невозможно провести строгой грани менаду этими двумя категориями
рыцарства. До поры до времени между ними оставались юридические
различия, по онп со временем стушевывались. Как свидетельствует Шваб-
ское зерцало, министериалы уже в это время занимали официальное
место в иерархии «военного щита» 10°.
Раньше других министериалов возвысились королевские слугп,
представлявшие опору короля. Эта группа министериалитета являлась
наиболее привилегированной. Королевский мпнистерпал мог быть от-
пущен на свободу и возведен в высшее сословие свободных — Schof-
fenbare 99 * 101. Королевские министериалы наравне со свободными высту-
пали свидетелями по государственным делам 102_ Выходец из среды коро-
левского министериалитета Лпмар был посажен Генрихом IV на бре-
менско-гамбургскую архиепископскую кафедру в качестве преемника
знаменитого Адальберта Бременского. Во главе Кельнского архиепископ-
ства после Анно Кельнского был поставлен Гпльдольф, которого Ламберт
называл человеком низкого происхождения (genere obscurns) 103 104. Мини-
стерпал (regni Teutonic! famulus) Вернер был назначен Генрихом IV
маркграфом Аикопы п Сполото Знаменитый Бенно, позже еппскоп
Оснабрюкскпп. являлся, как известно, тоже выходцем из среды мпнп-
стериалитета. Генрих V назначил в 1113 г. своего верного минпстериала
Генриха маркграфом Мейсенской марки 105_
99 G. W a i t z. Deutsche Verfassiiunsgescliiclile. Bd. V, S. 382; F. Kculge it.
Die Eutsleliuni' <1<т deulsclien Miiiisterialitiit, S. .)().’> ft.
1,10 Schwsp, V.
11,1 Ssp Ldr, III, 81, § 3. Такие факты имели место и раньше. Так, Генрих III
(DII III, ,\Ь 92) возвратил своему слуге (serviens) Сегарту отцовское наследство, от-
нятое у пего Некогда «по суду склонною.
,02 Ssp Ldr, 111, 19: «Vrie lude des tikes denestman molen wol uor deme rike tiich
wesen nude brdel uinden».
,03 Lambert! Annates, a. 1078.— SS. V, p. 251.
104 К. В os 1. Die Reichsministerialitat.., S. 91.
105 Cm. «Jahrbiicher des Deutschen Reiches unter Heinrich IV und Heinrich V»,
Bd. VI. Leipzig, 1896, S. 227.
4 Средние века, вып., XX
50
II. Ф. Ii о j e c it и ц к и й
Наряду с королевскими министериалами возвышался церковный
министериалитет. В каждом церковном учреждении министериалы со-
ставляли часть вотчинной familia. По эта часть familia превращалась
в своеобразную ассоциацию, пользовавшуюся большим влиянием; ей
принадлежало не последнее слово в решении имущественных и прочих
дел церковного учреждения. Министериалы присутствовали при иму-
щественных сделках и являлись официальными свидетелями этих сде-
лок. Так, в меновом акте Бамбергского епископства и Фульдского аб-
батства от 1015 г. 106 указывалось, что сделка произведена «с согласия
братии, вассалов и минпстериалов». В качестве свидетелей с той и дру-
гой стороны выступали архиепископы, епископы, аббаты. Сплоченный
в корпорацию церковный министериалитет оказывал давление при вы-
борах аббатов п епископов п нередко добивался возведения на престол
угодных ему лиц, выходцев из среды минпстериалов. Так. в Фульдском
монастыре в 1114 г. под давлением минпстериалов был избран аббатом
мпнистерпал Эрлольф фон Мурбах, а после него сменилось еще три аб-
бата, ставленников минпстериалов. Попытка аббата Берто I положить
конец засилпю минпстериалов, поддерживаемых монахами, закончилась
его поражением и гибелью. В течение 20 лет министериалы занимали
земли аббатства и присваивали монастырское имущество 107.
Министериалы подлежали вотчинной власти и вотчинному суду (Ilof-
gericlit), но это отнюдь не означало, что вотчинник мог лишь ио своей воле
судить п наказывать их. С оформлением миппстерпального права (XI в.)
господин должен был строго руководствоваться его предписаниями.
А здесь уже министериалы выступали по отношению к феодальному
господину не как бесправные слуги к пх хозяину, а как одна из двух
юридических сторон. Министериала в большинстве случаев судили ему
равные люди (coequales).
Так, согласно Бамбергскому мппистерпалыюму праву (1057 —
1064 гг.) 108 109, дело министериала разбиралось господином вместе с равными
обвиняемому людьми (cum suis coequalibus). лишь в трех особых слу-
чаях (преступления против жизни господина, против его имущества
п укреплений) судил сам господин (§ 1). О таком конкретном случае су-
дебного разбирательства по делу министериала мы узнаем из постанов-
ления Конрада III в отношении стольника Корвейского аббатства Ра
бано 10в. Дело Рабано, который незаконно присвоил власть над мона-
стырской familia и бесконтрольно распоряжался имуществом аббатства,
разбиралось судом минпстериалов («inter ministeriales Corbeiensis eccle-
siae a prefato abbate domino suo ventilata est et per judicium eoruni...
adjudicata est».— § 9). Королевское постановление по этому делу тоже
было вынесено па основе решения минпстериалов короля («secundum
judicia ministerialium noslrorttm».— j 9). Таким образом, отношения
минпстериалов к господину начинали напоминать отношения вассалов
к сеньору.
К середине XII в. министериалитет настолько уже возвысился, что
один из хронистов того времени приравнивает минпстериалов «ио знат-
ности и воинственноегп» к сословию «благородных» феодалов, хотя ми-
нистериалы в целом продолжали еще оставаться частью вотчинной fa-
109 DH II, .V 335-b.
107 К. I. й b е с k. Die Ministerialen der Beiclisabtei Fulda, S. 20b ff.
108 См. Bernheim, № 77, S. 155; см. также MU, I, S. 439: «...nee aliening nisi
parium suorum subiacere iudicio».
109 Sententia contra temeritates ministerialium.— Constit., I. p. 182.
О германском мшшсгпериалитете X— XII са.
51
milia 110 111 112 113 *. Из среды этой familia министериалов выделяются наиболее
знатные и влиятельные элементы, которые в источниках называются
viri nobiles, optimi, meliores, maiores, stimnii, polenles etc. 1"; имена их
начинают писать с приставкой <1е 1|2.
О богатстве и весе в феодальном обществе крупнейших представите-
лей мпнпстерпалптета можно судить ио имущественному положению
дома знаменитых имперских мпнистериалов Болландеи. Опись владе-
ний Вернера фон Болландеи составлена не раньше 1160-х годов пз, но
обозначенные в пей владения были накоплены на протяжении ряда де-
сятилетий. Этот министериал, породнившийся с дппастами Исенбург,
держал лепы не только от императора и его сына, но и от многих князей
империи, а также от монастырей и светских феодалов. В общем он собрал
более 500 ленов, среди которых есть такие солидные владения, как граф-
ства (15), фогтства (44), церкви (8), отдельные поместья (22) и пр. Кроме
того, Боллаидены имели солидные аллоды. Значительная часть владе-
ний была роздана в бенефиции свободным вассалам и мпнпстерпалам.
Всего у Вернера насчитывалось более 110 ленников 11а. История семей-
ства Болландеи свидетельствует о втягивании мпнистериалов в си-
стему вассально-лепной иерархии и о вырождении самого института
мпнпстерпалптета.
Ленниками н вассалами становились п< одни тузы имперского мп-
нпстерпалптета. В источниках XII в. мы встречаемся с фактами дер-
жания рядовыми миппстерпаламп лепив от нескольких господ. Так,
например, скаремаппы аббатства св. Максимина в Трире владели бене-
фициями не только от аббата, по и от фогта 115. Мпнпстерпалам запреща-
лось держать лены па стороне (видимо, такие случаи имели место).
В предписаниях королей,запрещавших раздавать церковные земли в бене-
фиции посторонним светским лицам (кроме собственных мпнистериалов),
фигурируют не только знатные люди, но и чужие минпстериалы 116. Ко-
ролевские минпстериалы также, как известно, очень часто держали зем-
ли церквей и монастырей 117.
Предоставление ленов чужим мпнпстерпалам означало фактически
вырождение самого министерпалитета. Ведь министериал обязан неиз-
менно служить своему господину, а теперь он становился слугой двух
пли даже большего числа господ. Кому и как служить? Здесь начинали
действовать новые принципы — принципы вассалитета. Министериал,
ставший обладателем нескольких ленов, мог в свою очередь инвестиро-
вать их кому-либо п занять, таким образом, место в вассалыю-ленпой
110 Chronicon Ebeis-lieiiiicibe, е. 3. SS. XX1JI, p. 433: «II is... curl ilnis subiecl a
fiiinilia Iril'arie secernilur. I’riina ininisterialis quo etiain militaris direcla dicilur, adei>
nobilis el bellicosa, ul niininiln Jibere condition! compare)ur».
111 C. Wait 7. Deutsche \ erfassnngsgescbichte, Bd. V, S. 335.
112 Constit., I, A? 128, p. 184 (ИЗО r.J: Conradus de Hana, Conradus de Walelni-en
(«camerarins nosier a Ihesanris»); Codex diplomat irus Fiddensis ed. E. F. lironkc. Cassel.
1830, A: 804: «miles de Sesbach ininisterialis... de nobilis цепеге oriiindus».
113 A. Saner. Die iilleste I.eheiisbiichcr der llerrschaft Bollanden. Wiesbaden,
1882.
111 Суммарные данные см. и таблице у Пианы lllicpncrra (К. Т Ina in а-
s I е г п е g g. Deutsche Wirlscliallsircschiclilc. Bd. II, S. 171, Beileec 111).
1,5 Dll III, Ab 372-B (1056 r.), p. 512: «Servienles vero qiii scareiiiaiini diciinlur, nulli
eoriim advocato... serviant... nisi bencficia ab eis habeanl».
116 См., например, Dll II, Au 500 для аббатства св. Максимина: «...ne...alicni
de maioribus sive liberis honiinibusaulalicnefamilie vel alterius ecclesiae... servitoribus
quiquain beneficiare praesimiant».
117 Cm. MV, I, Au 406 (1103 г.). Среди держателей бенефициев Крымского аббат-
ства были имперские мпнистериалы.
4*
52
ll. Ф. Понеси и ц к и it
иерархии. Свои обязанности по отношению к господину за служебный
лен он выполнял теперь не сам лично, а перепоручал субдержателю —
тому человеку, которому он передавал лен lls * * 118 *. Следовательно, теперь
мпнистерпал переставал быть только слугой или вассалом, а становился
также п господином, сеньором, инвестирующим как служебные, так и
настоящие «благородные» лены. Примером подобного типа министериа-
лов может служить упоминавшийся выше имперский мпнистерпал Вер-
нер фон Болланден, который, кроме множества собственных министе-
риалов, имел еще несколько десятков вассалов11®.
С конца XI в., но мере политического и сословного возвышения ми-
нистериалов несвободного происхождения, в министериалптет все более
втягивались выходцы из среды свободных. То, что раньше было единич-
ным явлением, становилось теперь массовым. Феодалы не гнушались
получать служебные лены, когда не хватало «благородных» (echte) ли-
нов. Они шли прежде всего в королевские министериалы: служить коро-
лю было не столь зазорно, как простому некоронованному господину.
Кроме того, они становились министериалами епископов и аббатов 12°,
служба которым не считалась унизительной для благородных феодалов:
ведь «вассалами» прелатов являлись даже сами короли и князья121. Тем
не менее выгода от получения лена не останавливала их и перед вступ-
лением в число министерпалов светских магнатов.
В источниках XII в. мы весьма часто встречаем министерпалов с эпи-
тетами ingenutts, nobilis, satis nobilis et ingenuus 122. Это не означает, что
такой мпнистерпал был обязательно из свободных, да еще и из знатных
людей. Его просто могли величать nobiles (знатный, благородный) за
богатство и щедрость (в данном случае речь идет о дарениях церкви).
Знатными стали называть также министерпалов, пользовавшихся осо-
бым мпнистериальным правом. Эпитеты optimi, nobiles начали прила-
гать к целым категориям министериалов («optimi ministeriales», «iure
nobilium ministrorum... iure nobilium servientinm») 123 *. Это свидетель-
ствует о массовом возвышении министериалов и вовлечении в их число
«благородных» феодалов. Так, некая знатная дама отдала своих сыновей
в министериалы монастыря Орен в Трире с условием, что они будут при-
няты в число «высших министериалов церкви» 121. Вступавшие в мини-
стерпалптет знатные господа занимали не какие-нибудь третьестепен-
ные должности, а становились nobiles terre и «высшими служителями
курии» 122.
lls liien-trecht Ahr: «Servicium quod pro beneficium debet, quoniani per se non
potest, per alios adinipleal iuxla gratiam suuiii». Cm. G. Waitz. Deutsche Verfas-
siingsgesi-hichln. Bd. V, S. 362.
119 A. S а и e r. I.ehensbiicher von Bollandrn, S. 16 ff.
120 Codex diplomat icus Fnldensis. Д» 804 (XII в.): «Miles. . niinislerialis hniiis ec
cle-iac, de nobilis gem re orinndns».
121 Cm. Traditiones et ant iipiitales Fiddenses, ed. E. F. DrOnke. Fulda, 18 ii, p. 140;
I.. Freiherr von Bor c Ii. Ritter und Dieustluannen fiirsllichen mid grallichen
Ilerkiinfl. Innsbriik, 1881.
122 Codex diplomat icns Fnldensis, .V 775 (It 18 r.): «Ernioldus de Slilese liujus eccle-
siae niinislerialis satis dins et ingenuus»: .Vj 793: «satis nobilis el ingenuus»; см. также
№ 780.
122 Monumenta Boica, I. XII, .№ 23 (1115 r.), p. 31; Salzburger Crkiindenbuch, Bd. 1,
Tradicionscodices, bearb. von P. W. Ilauthaler. Salzburg. 1898, A" 292-a (1193 r.): «n<>-
biles Salzburgensis ecelesiae ministeriales».
124 MU, I, № 389 (1095 r.), S. 446: «...qui vein! non coacli aut aliqna necessitate con-
victi, sed spontanea voluntate matris in minislerium Dei genitricis adducti inter upti-
mes ecelesiae ministeriales computati sunt».
128 Das kolner Dienstrecht, § 3.— В e r n 11 e i rn, .V 83, S. 164: «...nobiles terre et
eos praecipue, qui summi officiales curiae vocanlur».
О германском Munucincpna.iunieine X—.XII ее.
53
Сословное возвышение минпстериалов п вступление в министериалы
свободных приводили к стиранию юридических граней между родови-
тыми феодалами и министериалами. По словам Оттона Фрейзнпгсйнского
(XII в.), на минпстериалов распространялись те же нормы штрафов,
что и на свободных вассалов 12с.
С оформлением в XI в. министериального нрава (Dienst reclit) сословие
минпстериалов юридически начали делить па три категории — па импер-
ских минпстериалов (ministeriales regni) 126 127. церковных минпстериалов и
минпстериалов светских господ. В наиболее привилегированном положе-
нии находился имперский министериалитет, который квалифицировался
в известном смысле в категориях государственного права. Его предста
вптели фигурируют обычно в грамотах и других документах в качестве
свидетелей юридических актов, совершаемых королем 12S. При Штауфе-
нах в среде королевского министерпалитета начинают различать непосред-
ственно королевских и государственных минпстериалов.
Юридическое положение церковных мипистерпалов приближалось
к положению мипистерпалов короля 12В 129 130, их служба квалпфпппровалась
как служба не одному лицу, а целому церковному учреждению (abbati
et fratribus). Помимо того, церковные минпстериалы-воины несли обя-
зательную королевскх ю военную службу 13в.
Короли, особенно начиная с Лотаря III, предоставляли в виде особой
привилегии церковнымминнстерпалам 131 права имперских минпстериалов.
Это преследовало, по-видимому, цель приблизить церковный министериа-
литет к королевской власти и лишить возможности фогтов и господ «част-
ной» церкви (Eigenkirchenherren) использовать минпстериалов в своих
личных интересах. О том же косвенным образом говорят предписания
диплома Лотаря III, в котором король, наряду с утверждением прав мп-
нистерпалов Люнебу ргского монастыря, ограничивает власть фогта над
familia, включавшей, как известно, и мпнпстериалов; в дипломе содер-
жится также запрет предоставлять церковные бенефиции кому бы то ни
было, кроме собственных церковных минпстериалов 132. Церковный мпнп-
стериалитет видел в короле своего покровителя и защитника. Известны
случаи, когда министериалы прелатов уходили от своих господ к королю.
Так сделали в 1031 г. министериалы Майнцского архиепископства. Они
оставили своего господина и перешли на службу к Конраду II 133.
126 Olloui Frisinci'nsis Gesta Friderici imperatoris, II, cap. 28.—
SS, XX, p. 411: «ЕЧ eniin lex curiae quod quisqne de online principum principis sui iram
incnrrens compositionem persolvcre cogatur, centum libraruni debitor existat. Ceteri mino-
ris ordinis viri, sive liberi vel ministri, decern».
127 Ш, Ill, № 11: среди свидетелей встречаются ministeriales regni, упоминаемые
после nobiles el liberi.
128 1)1. III. ,V 21. 22. 59 n др.: Ssp I.dr. Ill, 19.
129 Scliwsp, кар. 137. минпстериалов могут иметь только король п князья. По пх
мшшстерпалы об гадают неодинаковыми правами (sint sunder rechl). Королевские и
церковные министериалы имеют равные права п браки между ними «равны». Если ко-
роль передаст своего мпипстерпала церкви, то этим он не понизит его правовой статус,
а если оп передаст мнппстернала светскому князю, то изменит его правовое положение
(so hete er si giuiidert): см. также Scliwsp, кар. 138.
130 Gm. Das kolner Dieustrechl, 5.— Bi-rnhei m. X'. 83, S. 165.
131 1)1. Ill, Xi 73 — миннстерпалам Впльд*сгазепской церкви «parent habere con-
ditioneni <! legem ciun noslris et ducis Heiurici niinisterialibns»: Xi 75— то же для muiui-
стерпалов Люнебургского монастыря: «Ministeriales cccle-de eadein iustitia uoslri fruau-
tur».
132 DL III, X» 75.
133 II. В r e s s 1 a u. Jahrbiicber des Deulscheu Reiches uuter Konrad II, Bd. I.
Leipzig, 1879, S. 367—368 (Vita Bardonis, cap. 5,— SS. XI, p. 320: «Mililcs namque
sui... ab eo recedentes, regalibus sese subdiderunl coiituberniis»).
54
Н. Ф. Колес н и ц к и й
Минпстериалы светских феодалов были юридически наименее приви-
легированными. Но высшие слуги крупнейших магнатов—герцогов, марк-
графов п им подобных — приобретали права королевских пли церковных
министериалов. Б дипломе Лотаря III указывается, что минпстериалы
герцога Гепрпха (вероятно, Баварского) пользуются одинаковым правом
с королевскими мпнистериалами 134. Эти привилегии являлись заманчи-
выми и для прочих групп мпнистериалов, и они так или иначе их добива-
лись, тем более что королевская власть шла этому навстречу, так как она
стремилась найти поддержку во всем министериалитете.
Как уже отмечалось, имперский министериалитет достиг наибольшего
расцвета. Некоторым его представителям удалось занять высокое поло-
жение в государстве п оттеснить на задний план родовитых феодалов.
Причины этого следует искать в политических условиях. Королевской
власти в Германии для сохранения своих позиций приходилось создавать
себе искусственную опору. Государственный министериалитет являлся при
таких условиях незаменимым средством. Он давал то, чего не могла дать
ленная система: верных королевских слуг, связанных с монархом узами
личной зависимости и служивших ему в силу своего зависимого положения.
Однако политика опоры на министериалитет могла только на время
укрепить положение верховной государственной власти. Как свидетель-
ствуют политические события конца XII в., имперский министериалитет
перестал уже к тому времени служить орудием императорской политики.
Верхние слои этого министерпалитета превратились в крупных феодаль-
ных землевладельцев. Они, как и все крупные феодалы страны, больше
всего заботились о расширении и укреплении собственных владений.
* * *
Мы ознакомились с положением германского мпнистериалитета X—
XII вв. Министериалитет не являлся исключительно франкско-германским
институтом.Он существовал в той пли иной форме во многих государствах
Европы и Азии. Его необходимость диктовалась объективными условиями
экономического и политического развития в обстановке господства фео-
дально-крепостнического строя с натуральным по преимуществу характе-
ром хозяйства. В этих условиях мпнистериалы составляли наиболее под-
ходящий контингент для формирования аппарата хозяйственного управ-
ления, принудительной судебно-адмпипстратпвной власти и вооруженных
сил. Без них феодалы не могли нп осуществлять эксплуатацию крепост-
ных, ни реализовать свое политическое п военное господство. Таким обра-
зом, министериалитет можно считать таким же закономерным для феода-
лизма явлением, как и вассально-ленную систему или сеньорат.
Столь же закономерным явлением было и наблюдавшееся повсеместно
возвышение наиболее влиятельных групп министериалов. Сервы-минп-
стериалы отрывались от класса эксплуатируемых крепостных ужо в силу
осуществления ими особых хозяйственных и политических функций. Полу-
чение за службу земельных владений и рейты ставило министериалов
в ряды эксплуататорского класса феодального общества и Должно было
повлечь за собой изменение структуры всего этого слоя. Не малую роль
играло при этом втягивание министериалов в систему вассально-лепной
зависимости. Мпнистериалы, приобретая «благородные» лены, сами
«облагораживались» и превращались из слуг в вассалов. В конечном итоге
крупный имперский, церковный, а отчасти и частновладельческий мини-
стериалитет слился с родовитой знатью. 131
131 DL III, № 73.
О германском миштперналитппе X—XII вв.
Ziisanimenfassung
ties Artikels von N. F. К о 1 e s n i z к i j
«Zur Frage tier Ministerialitat in Deutschland im X. XII. Jh.»
In der deutschen biirgerlichen Historiographic ist die Haupt aufmerksam-
keit bei der Behandlung des Problems der Ministerialitiit ant die stantlisch-
juristische Lage der Minislerialen gerichtct- Im Gegensatz dazu setzte sich
der Autor dieses Artikels zum Ziel. sozialpolitische Funktionen der Mini-
sterialitat zu beleuchten mid die Charakteristik der sozialen Xatur ihrer
einzelnen Gnippen zu gebeir.
Das Institut der Ministerialitiit ist durch objektive Bedingtingen des
okonomischen und politischen Lebens Deutschlands bei Herrschaft der feu-
dalen Ordnung mit der vorwiegenden Naturalwirtschaft ins Leben hervorge-
rufen. In Deutschland in der betrachtenden Periode bestand fast das ganze
Wirtschafts- und gerichtliche Verwaltungsapparat des Staates und einzelner
Stammgiiter aus Minislerialen. Sie spiel ten auch eine wichtige Bolle in
Streitkrliften des Konigs und der Feudale. Die Ministerialitiit hatte einen
groSen EinfluP auf das politische Leben des Landes unter den Bedingungen
der feudalen Zersplitterung.
Die niedrige Schicht von Minislerialen bestand aus Hofknechten, die
aus Hofsleibeigenen stammten und sich von anderen Leibeigenen und abhan-
giger Bevolkerung eigentlich nicht unterschieden. Die Beamten des gericht-
liclien Verwaltungsapparats des Stammgiiter, die im Polizei- und Scliutz-
dienst standen, beteiligten sich an der produktiven Arbeit nicht und lebten
von der Ausbeutung der Leibeigenen, obwohl sie ihrer Herkunft und juri-
stischem Status nach Leibeigenen waren.
Eine hohere Lage besapen Ministeriale-Krieger und Beamten, die an der
Spitze des gerichtlichen Verwaltungsapparats der Stammgiiter standen
(Willike Meier, SchultheiSe, Vogte). Sie stammten auch vorwiegend aus
Nichtfreien, gehorten aber ihrer Lage in der Gesellschaft nach zur Klasse der
feudalen Gutsbesitzer.
Auf der hochsten Stufe der Ministerialitat standen Knechte-Wiirden-
triiger, die einen gropen EinfluP auf die Angelegenheiten der Konigs- und
Stammgiiterverwaltung ausiibten. Ihre Knechtsherkunft storte sie nicht,
Stammvater der vornehmen Familien zu werden.
Die biirgerliche Historiographie war nicht imstande, die standische Stei-
geruug der Ministerialitat richtig zu erklaren. Aber dieses Problem kann
gelbst werden, wenn man es vom sozial-okonomischen und nicht vom juris-
tischen Standpunkt aus betrachtet. Serven-Ministeriale, die Zwangsorgan
der Stammgiiter, existierten von der Ausbeutung der unmittelbaren Pro-
dnzenten und, indem sie Grnndstucke und abhangige Bauern besapen, unter-
schieden sich in iikonomischer Hinsicht von anderen feudalen Gutsbesitzern
wesentlich nicht- Ihre Standsteigerung bis zum Niveau der «edlen» Feudalen
war, im Grunde genommen, nnr eine juristische Ausstattung der schon Jiingst
gebikleten okonomischen Lage. Die Steigernng der Ministerialitiit war durch
dir Heranziehen ins System der Vassal- und Lehnahliiingigkeil beschleuiiigt.
Е. В Г У Т Н О В Л
О ЗНАЧЕНИИ СЛОВА «ПАРЛАМЕНТ» (PARLIAMENTUM)
В АНГЛИИ XIII II НАЧАЛА XIV в.
Вступая в область ранней истории английского парламента, каж-
дый исследователь неизбежно сталкивается с вопросом, что же следует
понимать под парламентом в применении к XIII в. Вопрос этот возникает
потому, что в разнообразных ш сочниках данного периода слово parlamen-
tum или parliamentum употребляется в различных значениях, допуска-
ющих различные толе ования. От того, как понимает историк термин
parliamentum, часто зависел его взгляд на происхождение парламента и
характер этого учреждения.
Представители буржуазно-либерального направления в историографии
XIX в. (В. Стеббс, Р. Гнейст и др., а из русских историков М. М. Кова-
левский и Д. М. Петрушевский) считали, что термин parlamentum во
второй половине XIII в. означал по преимуществу торжественное собра-
ние магнатов, именовавшееся раньше, при Генрихе III, «Великим советом»
(magnum consilium). Из этого они делали вывод, что ядром, из которого
вырос парламент с представительством от общин, являлся совет магнатов,
постепенно расширившийся за счет представителей от графств и городов.
Историки критического направления оспорили это положение. Его
наиболее видные представители — Ф. Метланд и А. Поллард — утвер-
ждали, что в XIII в. название «парламент» (parlamentum) применялось
только для обозначения узкого королевского совета1, тогда как другие
экстраординарные собрания, не имевшие определенного состава и компе-
тенции, носили другое название — «colloquium» пли «tractatum». Только
после 1297 г. оба типа собраний слились, и название парламента перешло
на второй из них 1 2 3. В этом названные историки видели доказательство
своего излюбленного тезпса о том, что парламент вырос из королевского
совета. Поэтому выяснение реального значения термина parliamentum
составляет обязательную предпосылку исследования социального состава
и политических функций английского парламента.
Слово parlamentum первоначально означало, но-вндимому, во всех
странах Европы, пользовавшихся латинским языком, вообще собеседо-
вание, совещание, переговоры и было равнозначно слову colloquium а-
1 F. М a i t 1 а в d. Memoranda de parliameiito. US, N 98. London, 1893,
Introduction, p. XLVII—VIII; A. F. Pollard. Tin- Evolution of Parliament.
London, 1920, p. 47—48.
2 A. F. Pollard. The evolution of Parliament, p. 47—48.
3 Du Cange. Glossarium infimiae et mediae latinitatis, vol. V. Paris, I84.J,
p 99.
О значении слоен «парламент- Iii.'jiin Л III в.
Г? середине ХШ в. оно приобретает более определенное значение торже-
ственного совещания, преимущественно по государственным делам 4.
Еще более определенный смысл оно приобретает в Оксфордских
провизиях 1258 г. Один из подзаголовков в тексте этого документа гла-
сит: «Это двенадцать, которые избраны баронами, чтобы обсуждать на трех
ежегодных парламентах вместе с советом короля за всю общину страны
дела государства»5 * 7. В статье «О парламентах» снова повторяется: «...Три
парламента будет в год. Первый — в неделю св. Михаила, второй — на
другой день после сретенья, третий — в первый день июня, т. е. за три
недели до св. Иоанна. На эти три парламента должны прибывать избран-
ные советники короля, даже если они не будут приглашены, чтобы об-
суждать общие дела королевства, а также и короля» ®. Далее в той же
статье читаем: «Таким образом, нужно помнить, что община избирает
12 честных людей, которые будут являться в парламенты и в других слу-
чаях, когда будет в том надобность, когда король и его совет (son conseil)
им повелит, чтобы обсуждать дела короля и королевства» ’.
Из приведенных цитат совершенно ясно, что парламент и королевский
совет рассматриваются в Оксфордских провизиях как совершенно раз-
сичные учреждения, что французское слово parlement, очевидно, равно-
лначное латинскому parliamentum, обозначает здесь собрание, включающее
з одной стороны, королевский совет, а с другой — 12 магнатов, представ-
ляющих общину королевства, т. е. собрание более широкое, чем королев-
ский совет.
Следующее по времени упоминание о парламенте встречается в «Фор-
ме управления государем-королем и королевством» 1264 г. Этот документ,
изданный Симоном де Монфором с согласия собрания, на котором присут-
ствовали, кроме баронов, и представители от рыцарей, также дает доста-
точно четкое определение понятия «парламент». Во вступлении к нему го-
ворится: «Эта форма мира государем королем и сеньором Эдуардом, сыном
его, прелатами п магнатами всеми (praelatis et proceribus omnibus) и всей
общиной королевства (et communitate toto regni Angliae) сообща и со-
гласно одобрена; [они согласились], чтобы некое постановление, вы-
несенное парламентом, собравшимся в Лондоне около праздника рожде-
ства, блаженного Иоанна Крестителя... оставалось прочным, крепким
и нерушимым» 8. Парламент здесь приобретает еще более широкое зна-
чение, означая собрание, включающее в свой состав и представителей
общин. Однако отсюда нельзя делать опрометчивый вывод, будто с этого
времени парламентом назывались только такие широкие собрания. Оче-
видно, здесь, как и в Оксфордских провизиях, слово parliamentum или
parlement имеет общее значение торжественного, не совсем обычного со-
брания, призванного разрешать важные государственные вопросы.
Для царствования Эдуарда 1 (конец ХШ в.), к сожалению, ист ни
одного документа, в котором ясно определено было бы значение понятия
«парламент». Сведения о парламентах этого периода содержатся в раз-
личных источниках Парламентских приказах (Parliamentary Writs)9,
4 ibid.: «Махине veto parlainentitui sumitur pro solenmi aliquo rolloquio de re qua
piani alicujus momenti deliberandi causa liabito».
5 Select Charters. Oxford, 1874, p. 390.
8 Ibid., p. 392.
7 Ibidem.
8 ibid., p. 412.
9 Parliamentary Writs and Writs of Military Summons together wits the Records
and Muniments, vol. I—II, London, 1827—1830.
58
Е. В. Г у т н о в а
Парламентских свитках (Rotuli parliamentorum)10 11, в статутах этого вре-
мени 11 п, наконец, в многочисленных современных хрониках. Анализ
всех этих источников показывает полную неопределенность значения
слова «парламент» в конце ХШ в. и наличие самых различных обозначе-
ний для собрании одного и того же типа.
Как справедливо заметил Л. Поллард, в приглашениях на различные
собрания (в Parliamentary Writs) слово «парламент» встречается сравни-
тельно редко. До 1297 г. оно употребляется только один раз для обозна-
чения широкого собрания на пасху 1275 г., на котором присутствовали
прелаты, бароны, рыцари графств и представители городов 12. Все другие
собрания с таким же широким составом до 1297 г. обычно обозначаются
в приглашениях как colloquium, tractatum 13, иногда colloquium specialc 14.
На этом основании Поллард утверждает, что до 1297 г. широкие собрания
не назывались парламентами и что этим словом обозначались только
заседания узкого королевского совета. Однако ошибочность этого мнения
очевидна уже из того, что, например, собрание 1275 г., наиболее широкое
и торжественное, как раз было названо парламентом. Кроме того,названия
colloquium и tractatum в эти же самые годы также употреблялись для
обозначения самых различных собраний, в том числе широких съездов
прелатов и баронов без представительства общин, и узких заседаний
королевского совета 15. С другой стороны, после 1297 г. все собрания
с представительством от общин в Parliamentary Writs носят название
парламентов 16. Таким образом, в этом источнике слово parliamentum
не имеет никакого технического значения и применяется наряду с назва-
ниями colloquium, tractatum.
Во втором нашем источнике, Парламентских свитках, где имеются
материалы 20 собраний, название «парламент» употребляется по отноше-
нию ко всем ним. Между тем в подавляющем большинстве случаев все эти
собрания не включали представительства от общин, что и дает новое осно-
вание Полларду утверждать, что в этом источнике до 1297 г. слово «парла-
мент» обозначало только заседание королевского совета, а более полные
собрания назывались иначе17. Однако и здесь Поллард допускает натяжку.
Во-первых, в Парламентских свитках до 1300 г. вовсе отсутствуют доку-
менты о всех тех собраниях с участием представителей общин, которые
под разными названиями упоминаются в Parliamentary Writs- Во-вторых,
многие из собраний, названных в Парламентских свитках «парламентами»,
вовсе не могут рассматриваться как заседания узкого королевского совета,
а скорее как широкие съезды магнатов. Об этом можно судить по харак-
теру рассылавшихся на них приглашений и по количеству приглашенных
111 Roluli par]iamenlornm et ul petitiones et placita in parliameiito tempore
Edwardi I, vol. I, London, 1832.
11 Statutes of the Realm, 1101 —1713. Ed. Л. I nders T. E. Tomlins, vol. I, London,
181Ш
12 С. II. J c n k i n s о и. The First Parliament of Edward 1.— «English Hi lori-
ca] Review», vol. 25, 1910, p. 236.
13 Собрания в 128.3 г. в Шрусберрн (P\V, vol. I, p. 15 —17), в сентябре 1291 г. в Лон-
доне (ibid., р. 25—26),впоябре1295г. в Лондоне (ibid.,р.28—46), в ноябре 1296 г. в Пер-
ри Септ Эдмунд (ibid., р. 47—50).
14 Со|5ранне 1298 г. в Порке (PVV. vol. I, р. 65)
15 Собрание в феврале 1299 г. в .Лондоне (P\V, vol. I, р. 78 79), в мае 1299 г. (ibid ,
р. 80), в июле 1302 г. (ibid., р. 112).
16 Собрание 6 октября 1297 г. в Лондоне (PVV, vol. I, р. 56—61), 6 марта 1300 г.
в Лондоне (ibid., р. 82), 20 января 1301 г. в Линкольне (ibid., р. 88), в сентябре 1302 г.
в Лондоне (ibid., р. 115), 16 февраля 1305 г. в Лондоне (ibid., р. 136), 20 января 1307 г.
в Карлейле (ibid., р. 181).
17 A. F. Pollard. The Evolution of Parliament, p. 47—48.
О значении r.ioca ^парламент* с Англии ХП1
59
лиц. Например, на собрание 24 июля 1294 г., названное в Свитках «пар-
ламентом», было приглашено 138 прелатов и баронов 1Я, на собрание 1 ав-
густа 1295 г.— 189, из которых только 40 были постоянными советниками
короля 1в, на собрание 1 июля 1302 г.— 156 прелатов и баронов и от-
дельно 33 советника 18 19 20. Совершенно ясно, что узкий королевский совет —
постоянный совет короля — не мог быть столь многочисленным. Даже
Поллард считает, что число постоянных советников короля не превышало
70 человек 21. В действительности же пх обычно было 30, максимум 40
человек 22. Это видно также из того, что число советников, приглашавшихся
на упомянутые выше советы магнатов, не выходило за пределы указанных
цифр. Впрочем, даже если принять цифру Полларда, ни одно из перечис-
ленных выше собраний не может считаться заседанием узкого королев-
ского совета.
Правда, в Парламентских свитках парламентами часто действительно
называются и собрания, имевшие очень узкий состав. Но это говорит
лишь о том, что и в данном источнике слово parliamentum употребляется
в самых различных значениях.
Такую же неопределенность в его употреблении обнаруживают и ста-
туты. В них названы парламентами и собрания с представительством от
общин 23 24, и широкие съезды магнатов — советы магнатов, где принима-
лись некоторые из этих статутов 2i.
Наконец, современные хроники употребляют слово «парламент» в са-
мом широком значении, называя так всякое собрание, созванное королем,
независимо от его состава и цели созыва,— от широких собраний с пред-
ставительством от общин до узких королевских советов включительно 25.
Таким образом, во всех источниках ХШ в. слово parliamentum не
имеет еще определенного значения и его конкретный реальный смысл
приходится устанавливать в каждом отдельном случае. Поэтому, оче-
видно, одинаково неправы и те историки, которые относят этот термин
исключительно к совету магнатов, и те, которые считают, что оно служило
только для обозначения узкого королевского совета. Наряду со словом
«парламент» для обозначения всех видов совещательных собраний при
короле вплоть до начала XIV в. употреблялись определения colloquium,
tractatum, иногда convocatio и deliberatio (см. ниже).
Но в то же время, как можно заметить даже из приведенных выше
данных Парламентских приглашений и Парламентских свитков, в самые
последние годы XIII в. (с 1297 г.) и в первые годы XIV в. название «пар-
ламент» постепенно фиксируется за широкими собраниями с представп-
18 PW. vol. I, р. 25—26.
19 PW. vol. I, р. 28 —29.
29 PW, vol. I, р. 112—113.
21 A. F. Р о 1 1 а г <1. The Evolution of Parliament, p. 31.
22 См. F. M a i t 1 a u d. Memoranda de parlianiento. Introduction, p. XLV1I.
23 Пасхальный парламент 1273 г. (Statutes, vol. 1, p. 26), собрание (> марта |30о г.
(ibid., p. 136), Линкольнский парламент 1301 r. (ibid., p. 142), Карлей.тьскпй 1307 г.
(ibid., p. 151).
24 Собрание прелатов н баронов 12'10 г. в мае (Statutes, vol. 1. р. 106). собрания
магнатов 1292 г. (ibid., р. 109). 129:! -1291 гг. (ibid., р. ИЗ).
25 Вустерские анналы называют парламентом собрание прелатов и баронов осенью
1278 г. (Annales Wordiestriaeoses.—KS, vol. IV, Loudon, 1869, Л» 36, p. 171). Анналы
монастыря Осней называют тем же именем, очевидно, очень узкое по составу собрание
1280 г. (Annales Osney.— Ibid., р. 268). Хроника Уайкса и Вустерские анналы - со-
брание 1281 г. в .Лондоне, на котором король получил согласие на воину с Уэльсом п
где не было представителен общий (ibid., р. 288, 484). Те же Вустерские анналы назы-
вают парламентом собрание в Acton 1283 г., принявшее первый статут о купцах п на-
званное во вступлении к статуту советом: «Король сам п с помощью своего совета при-
казал п постановил...» (Statutes, vol. I, р. 53).
60
Е. В. Г у т м о е а
тельством от городов и графств. Начиная с 1297 г. почти все такие широ-
кие собрания (кроме Йоркского собрания в 1298 г.) в Парламентских
приглашениях названы парламентами. И даже в Парламентских свитках
это название сохранено за тремя из таких собрании (мартовским собра-
нием 1300 г., январским 1301 г. и январским 1307 г.).
Следовательно, к этому времени специфика широких представитель-
ных собраний была уже ясна современникам, которые подчеркивали ее,
перенося на эти собрания название, прежде служившее для обозначения
всякого торжественного совещания при короле.
Потребность найти какое-то особое определение для такого рода ши-
роких собраний, так же как и неопределенность в конце XIII в. понятия
«парламент», нашла свое выражение в попытках уточнить этот термин.
В приглашениях на парламент и в некоторых хрониках конца XIII в.
мы встречаем в отдельных случаях выражение «общий парламент» (gene-
rate parliamentnm). Этим названием определяют пасхальный парламент
1275 г. приглашения, разосланные прелатам, баронам и общпнам 2<i,
хроники Коттона и Томаса Уайкса 26 27, а также вводная часть 1 Вестмин-
стерского статута 28 29. Этим же названием хроникер Коттон называет со-
брание с представительством от общин, происходившее в Шрусберри
в 1283 г. 20 Наконец, вариант этого обозначения фигурирует еще раз в
Parliamentary Writs применительно к так называемому Образцовому
парламенту 1295 г., который в одном из документов назван generalo соп-
yocatio 30.
Во всех этих трех случаях речь идет о собрапиях с представительством
от общин, т. е. о наиболее полных и широких собраниях того времени.
Определение generate, очевидно, должно было подчеркнуть их широту,
«всеобщность», с точки зрения современников. Таким собраниям противо-
стояли узкие совещания, об одном пз которых (происходившем в 1284 г.
в Бристоле) упоминает, например, Томас Уайкс. Хроникер сообщает, что
король «имел там с некоторыми из своих магнатов не общее п широкое,
но частное и специальное совещание» (non universal! seu generali sett tan-
quam particular! et speciale parliaments) 31. Это собрание в Брпстоле было
посвящено вопросу об управлении вновь завоеванным Уэльсом и завер-
шилось изданием Уэльского статута. Поэтому на нем присутствовали
только члены королевского совета и магнаты, специально заинтересован-
ные в уэльских делах. Противопоставление Томасом Уайксом двух ти-
пов парламента, очевидно, указывает на то, что в обычном употреблении
слово «парламент» само по себе вовсе не обязательно обозначало тогда
широкое собрание с участием всех магнатов и представителей общин.
Одновременно возникает и другое уточнение этого понятия примени-
тельно к некоторым специальным случаям- plenum parliamentnm, что
дословно означает «полный парламент». Данное выражение также встре-
26 «Generate partiamentinn nostrum» (С. II. J о n k i n s о n.' TIie First Parliament.
p. 236).
27 «Rex tenuit parliamentnm suuiii generate» (В a r l о 1 e in e i Cott о n. ,\Io-
naclii Norvciensis Ilistoria Anglicana.— Its, N 16, 1859, p. 134); Th. W у k e s. Cliro-
nicon.— RS, -X 36, vol. IV, 1869, p. 2153).
2e Statutes, vol. I, p. 26: «...per son conseil et per le assentiment des ercloveskcs.
eveskes, abbes, priurs, contes, barone et la communautc de la terre...».
29 B. Colton. Ilistoria Anglicana, p. 164: «...Igitur in parliarnento generali die
Sabbati in crastino sancti Leonard! apud Salopia habito...».
30 В ответном письме приора Батского на приглашение в парламент указано, что
он посылает своего заместителя в парламент «ad tractandnm. ordinandum et faciendum
una vobiscum et ceteris prelatis et proceribus et ahis regni incolis in instant! convocations
general! apud Westmanasterium...» (PW, vol. I, p. 34).
31 Th. W у k e s. Chronicon, p. 300.
О значении слова «парламент» в Англии XI11 е. 61
чается в источниках довольно редко. В одном из документов Parliamen-
tary Writs им обозначается совет магнатов, состоявшийся в мае 1290 г.,
давший королю разрешение па сбор феодального вспомоществования
«pour fille marier» 32. Plenum parliamentum названо и собранно 1292 г.
в двух принятых им статутах 33 34 *. Поскольку во втором из этих статутов
говорится, что король издал его «с общего совета» (de communi consilio),
можно думать, что зто был по узкий королевский совет, но скорее совет
магнатов.
Выражение «in pleno parliamento» встречается в Parliamentary Writs
н применительно к совету магнатов, состоявшемуся] в июле 1302 г., на
котором прелаты, эрлы и бароны вторично подтвердили свое согласие на
сбор «aide pour fille marier», разрешенный королю еще в 1290 г.31 На
этом собрании, как уже было отмечено, присутствовало 136 прелатов и
33 королевских советника.
Наконец, это выражение встречается в ответе короля на одну из
петиций, поданную ему на парламенте 1305 г. от имени «графов, баронов
и общин» 33. К какому типу собраний относилось в данном случае выра-
жение plenum parliamentum, не совсем ясно. Хотя парламент, собравшийся
28 февраля 1305 г., включал представителен городов и графств и должен
был насчитывать 649 человек, 21 марта значительная часть депутатов была
распущена королем. Мет.танд считает, что были распущены все, включая
магнатов, п заседать остался только узкий королевский совет 3,!. Г>. Уил-
кинсон оспаривает это мнение и трактует прокламацию о роспуске парла-
мента так, что магнаты или значительная их часть остались заседать вме-
сте с королевским советом 3?. Как видим, формула plenum parliamentum
в документе, изданном после 21 марта, могла относиться или к узкому
королевскому совету, или к совету магнатов. Исходя из контекста, мы
склонны скорее ко второму мнению, так как в тексте указаны в качестве
участников этого plenum parliamentum прелаты, графы, бароны и про-
чие, по ничего специально не сказано о королевском совете 36 37 38.
Таким образом, ни в одном из приведенных случаев слово plenum
не означало полноты состава собрания и во всяком случае не было равно-
значно определению generale. Смысл его, по-видимому, был в том, чтобы
подчеркнуть не столько полный, «всеобщий» состав собрания, сколько
его особую значительность. Именно поэтому данное выражение было
использовано для характеристики собраний 1290 и 1302 гг., санкциони-
ровавших сбор феодального вспомоществования. Такое значение этого
определения особенно заметно в упоминавшемся выше документе 1305 г.,
который представляет собой постановление королевского совета или
совета магнатов, решительно направленное против вымогательств ино-
странных монашеских конгрегаций в Англии и косвенно против папско
32 P\V, vol. I, р. 20.
33 Statutes, vol. I, р. 11о. В первом нз них написано, что статут принят королем
«in чпо pleno parliainenlo», во втором что король «in pleno parliainenlo sun. . de coin
muni consilio statuit».
34 P\V, vol. I, p. 132: «Прелаты, орлы, бароны и прочие магнаты нашего королев-
ства единодушно за себя н за всю общину нашего королевства в пашем полном парла
менте (in pleno parliamento nostro) разрешили нам...» и т. д.
36 I. F. Maillan d. Memoranda de parliamento, p. 313: «...respousnm est,
quod dominus rex in pleno parliainenlo suo praedicto de consensu praelatormn, comituni,
baroninn et alionim de regno ordinavit el staluil cerium stalnluiu in hoc casu in forma,
quo sequitur».
36 T. F. M a i t I a n d. Memoranda de parliamento, Introduction, p. XI.VII.
37 B. W i 1 k i n s о n. Studies in the Constitutional History of 13 and 14 Centuries.
Manchester, 1937, p. 6, 7, 8.
38 См. прим. 35.
62
E. Ji. Г у m и о е а
курии, которая их в этом поддерживала. Ясно, что такое постановление
должно было быть скреплено решением особенно полномочного органа.
II для того чтобы придать максимальную авторитетность своему решению,
его составители сочли нужным подчеркнуть полномочпость этого собра-
ния в самом тексте постановления. С нашей точки зрения, таким образом,
эпитет plenum в сочетании со словом parliamentum имел не столько коли-
чественное, сколько качественное значение, подчеркивая полномочность
собрания, а вовсе не его полноту. Такое толкование тем более вероятно,
что в ХШ в., в самый ранний период формирования парламента, пол
нота его полномочий вовсе не определялась присутствием в нем предста
вптелей городов и графств. Она скорее зависела от участия магнатов,
которые обычно привлекались в этот период к совещаниям по всем важным
мероприятиям правительства.
Попеки новых, более точных выражений для обозначения различных
типов собраний отражают, по-видимому, попытки современников рас-
членить понятие «парламент», под которым раньше подразумевалось
всякое торжественное совещание при короле.
К самому концу ХШ в., впрочем, выражение «enerale parliamentum
постепенно исчезает, и для обозначения широких собрании с представи-
тельством от общин все чаще начинает употребляться просто название
«парламент», прочно закрепившееся за ними в Х1\ в.
Эволюция понятия «парламент» в последней трети XL1I в. и посте
пенное превращение этого слова в специальное обозначение сословно-
представительного собрания отражало процесс кристаллизации этого
учреждения, его выделения из многочисленных собраний другого типа.
Из проделанного выше анализа ясно, что в этот период правительство,
помимо собраний с представительством от общин, весьма часто практико-
вало созыв специальных широких собраний прелатов, графов и баронов,
напоминавших Великий совет предыдущего царствования, и более узких
совещаний королевского совета в составе ближайших личных советников
короля и руководящего судебно-административного персонала. Каково
было соотношение между этими видами собраний и как из этого хаоса
совещательных собраний постепенно стали выделяться широкие сослов
но-представительные собрания, мы и постараемся выяснить ниже. Источ-
ники сообщают по интересующему нас вопросу очень отрывочные и про-
тиворечивые сведения.
Правда, официальной документации в изданиях Parliamentary Writs
и Rotuli parliamentorum в общем можно доверять, но в обоих этих изда-
ниях собраны сведения далеко не обо всех собраниях, имевших место
в царствование Эдуарда I. Выше уже отмечалось, что в Парламентских
свитках совершенно отсутствуют данные о многих парламентах, о со
зыве которых мы знаем из других источников. Даже в Parliamentary
Writs не упоминаются некоторые собрания: отсутствуют приглашения
общинам на парламенты, созванные в апреле 1275 г. и осенью того же года,
нет сведений о глостерском парламенте 1278 г., о парламенте 1285 г, в Лон-
доне, принявшем II Вестминстерский статут, и о других собраниях,
известных по иным источникам. Следовательно, оперируя даже данными
официальной документации, надо всегда учитывать, что некоторые собра-
ния царствования Эдуарда 1, возможно, вовсе не попали в паше поле
зрения. Еще менее достоверны сведения хроник. Не говоря уже о том, что
многие из них сдвигают хронологию на один год вперед или назад, что
очень затрудняет сопоставление их с другими источниками, хроники
вообще очень мало говорят о парламентах, упоминая только о месте и
времени их созыва. Поэтому пользоваться ими для нашей цели можно
О значении слоев «парламент» е Англии ХП1 в.
63
только с большой осторожностью и только как дополнительным материа-
лом для проверки и подтверждения недостаточно ясных сведений других,
более достоверных источников.
Наконец, и статуты дают по истории парламента весьма случайный
и отрывочный материал. Опп упоминают только о тех собраниях, которые
так плп иначе были связаны с принятием того пли иного статута. Однако,
сопоставляя источники разного типа, мы можем все-таки установить
хронологию п состав парламентов изучаемой нами эпохи. Опираясь па
этп источники, мы составили подробный список всех собраний, имевших
место с 1272 по 1307 г., с указанием времени и места их созыва, их состава,
а также тех вопросов, которые обсуждались па пих (см. стр. 69—73).
Данные, собранные в составленном нами списке, позволяют сделать
следующие выводы о составе и общих тенденциях развития этих сове-
щательных собраний в конце Х1П и начале XIV в.
Общее количество всех собраний эпохи Эдуарда I, как названных
в источниках парламентами, так п носящих другие названия, составляет
55. Из них 34 собрания фигурируют в Parliamentary Writs, 4 — только
в Парламентских свитках п хрониках, 8 — в хрониках, статутах и ко-
ролевских распоряжениях, 9 — только в хрониках. Эти последние девять
случаев наименее достоверны, так как они не подтверждаются официаль-
ными документами.
Из этих 55 собраний 14 (Л: 1, 2, 10, 11, 31, 33, 38, 40, 43, 44, 48, 52,
54,55) включали представительство от городов и графств, па пяти (№ 19,
29, 32, 35, 36), кроме магнатов, присутствовал и рыцари графств, хотя не
было представителей от городов, на двух собраниях 1303 г. (№ 49, 50),
кроме королевского совета и магнатов, присутствовали представители
от иностранных (18 января) и английских (25 июля) купцов наиболее
крупных торговых городов Англии. Эти сведения вполне достоверны, так
как в основном почерпнуты из Parliamentary Writs, где всегда можно
установить состав собрания. Лишь в двух случаях наши сведения о составе
собрании основываются только на данных хроник. Это относится к январ-
скому парламенту 1273 г. в Вестминстере (№ 1), на котором, согласно
Винчестерским анналам, помимо прелатов и баронов, присутствовало по
четыре представителя от каждого графства и города39, и к февральскому
парламенту 1296 г. в Сольсберп (№ 32), па котором, по словам хрониста
Бартоломью Коттона, присутствовали рыцари 40 41, хотя п неизвестно, в
каком количестве и с какой целью. Следует заметить, что, при всей недо-
стоверности хроник вообще, в обоих данных случаях они заслуживают
доверия.
Обстоятельства, при которых были созваны эти собрания, допускают
присутствие на них представителей от общийJ1. Бели считать, что январ-
ский парламент 1273 г. и февральский парламент в Сольсберп имели тот
39 Aunales Wiiitouie |(>. ,V 36, vol. II, 1865, р. ИЗ; AnnalesWveorniae. IIS,
№ 36, vol. IV, 1869, |>. 'i62.
49 B. Cotto n. Hisloria АпцГиана. p. 312.
41 Парламент 1273 г. был сознан в отсутствие Эдуарда 1 регентами, назначенными
после смерти Генриха Ill, для принесения присяги новому королю, и было естественно
ввиду политической важности этого собрания пригласить на него представителен
графств и городов. Сольсберийскпп же парламент был созван и разгар конфликта между
Эдуардом I и английским духовенством для того, чтобы принять решение о конфиска-
ции церковных пмуществ в наказание за отказ духовенства дать субсидию на войну
с Францией. Естественно, что в борьбе с непокорными прелатами Эдуард 1 пытался
опираться не только на светских магнатов, но п па рыцарство.
G'*
I. fi Г у m нова
состав, о котором сообщают хроники, то из 55 собраний, имевших место
в изучаемый период, 21 (38%) включали в свой состав не только королев-
ский совет и магнатов, но и представителей графств и городов, которые
иногда приглашались вместе, иногда порознь (№ 1, 2, 3. 10, 11, 19. 29,
31, 32, 33, 35, 36, 38, 43, 44, 48, 49, 50, 52, 54, 55).
Из остальных 34 совещательных собраний изучаемого периода по
меньшей мере 21 были собраниями довольно широкого круга магнатов
(№ 4, 6, 7, 9, 13, 14,15,16,17, 18, 20, 24, 26, 27, 28, 30, 34,40, 41,45, 47).
В отношении некоторых из них это ясно из того, что на них посылались
личные приглашения большому числу прелатов и баронов 42. В отноше-
нии других, о которых в Parliamentaty Writs нет определенных сведений,
хроники и статуты говорят как о собраниях с широким составом, подчер-
кивая, что пх участники созывались специальными приглашениями и
съезжались с разных концов страны 43. Во всяком случае пх нельзя счи-
тать очередными собраниями обычного королевского совета, как полагают
Метланд и Поллард.
В связи с этим интересно противопоставление королевского совета
парламенту прелатов и баронов, имеющееся в хронике Коттона. Нод
1290 г. хронист сообщает: «Король Эдуард держал свою курию на рожде-
ство Христово в Лондоне и с ним находились эрлы, бароны и почти все
магнаты Англии, и он держал там же свои парламент, который начался
накануне праздника св. Гилярпя» 44. Совершенно очевидно, что здесь
речь идет о двух различных собраниях: одно, названное в хронике курией,
происходило, по-видимому, в декабре 1289 г. и являлось обычным засе-
данием узкого совета (о пем мы не находим никаких упоминаний в других
источниках); второе, названное парламентом, началось в конце января
1290 г. (день св. Гилярпя — 21 января) и включало «почти всех магнатов
Англии» (о нем, кроме хроники Коттона, сообщают также и Парламентские
свпткп) 45. Следовательно, даже и современники иногда умели различать
эти два типа собрании. Впрочем, это, пожалуй, единственный в своем
роде случай.
Однако все сказанное выше не исключает того, что на всех этих 21
собрании магнатов не только могли, но и должны были присутствовать
члены королевского совета и высшие должностные лица королевства.
II те и другие обычно приглашались и на собрания с представительством
4- По данным PW, па собрание 21 сентябри 1294 г. было приглашено 138 магнатов
(I’W, vol. I, р. 25). 1 августа 1295 г.— 149 (ibid., р. 28—29), 24 февраля 1297 г.—
81 (ibid., р. 51—52), 8 марта 1299 г — 151 (ibid., р. 78—79), 3 мая 1299 г.— 100 (ibid.,
р. 80—81), 1 июля 1302 г.— 156 (ibid., р. 112—113).
43 Например, о парламенте 1281 г. хроникер Томас Уайкс пишет: «Тем временем,
созвав лучших людей своего королевства, [король] держал своп парламент в Вустере»
(«Tandem convocatis regni sui proceribils stalnil parliamentum siiiini apud Wygorniani».—
Th. Wykes. Cbronicon, p. 288). По поводу Вестминстерского парламента 1285 г.,
о котором нет никаких данных в I’W, в хронике монастыря Оспей говорится, что ко-
роль находился в Вестминстере «в то время, как туда собралось большое количество
знатных людей па парламент» («ad parliamentum niultis proceribus congregates».— An-
nales Osney, p. 304). Парламент 1278 г. назван в Вустерской хронике magnum parla-
ruentum (ibidem). О парламенте 1279 г., где был принят статут о церковных людях,
в хронике Уайкса говорится, что статут этот был принят «с общего совета («de communi
consilio et assensu procerum suorum».— Tb. Wykes Cbronicon, p. 262) и согласия
лучших людей королевства» (это же подтверждается вступлением к статуту.— Statutes,
vol. I, р. 51).
44 «...Rex Edwardus tenuit curiam suam ad Natale Domini Londoniae, et statuerant
qum eo comites et fere omnes magnates Angliae, et tenuit parliamentum suum ibi-
dem cuod incipit in crastino sancti Hilliarii» (В. С о t t о n. Historia Anglicana,
p. 172).
4o RP, vol. I, p. 15—45.
О значении слова «парламент» с Англии, \П[ в.
от общий, и на съезды магнатов 4С. Их число на таких собраниях коле-
балось от 20 до 4(1.
Теперь остается рассмотреть те 13 собраний конца X1JJ в., которые
не вошли ini в одну нз указанных категорий. Из них одно совершенно
особого рода — собрание духовенства в 1280 г. в Лондоне (№ 8), упомя-
нутое только в анналах монастыря Оспой 47, п два парламента но шотланд-
ским делам, на которых присутствовали не только английские, но п
шотландские магнаты, а также и какие-то представители общин обоих
государств: весенний парламент 12И г. в Норхеме (№ 22) и парламент
в Бервике JS, заседавший с перерывами с июля по ноябрь 1292 г. и при
пявшип окончательное решение о судьбе шотландского престола (№ 23) 49.
Состав пяти собраний из этих 13 точно установить невозможно по данным
источников 50.
II, наконец, только о пяти парламентах можно определенно говорить
как о заседаниях узкого королевского совета. Сюда относятся парламент
30 марта 1298 г. в Лондоне (№ 37), па котором присутствовал всего 21 че-
ловек (судя по именам,— советники короля) 51, а также собрание 5 де-
кабря того же года (№ 39), где было 20 человек. В приглашении, послан-
ном им, было сказано: «Явитесь в Норк в наше Казначейство вместе с
нашим советом» Характерно, что Parliamentary Writs не называют
это собрание парламентом, а в друшх источниках оно вообще не фигу
рирует.
Такое же узкое по составу собрание происходило 18 октября 1299 г.
и Норке (№ 42) (правда, на него были приглашены 1 архиепископ, 4 епи-
скопа, 4 эрла и 5 баронов, по они, очевидно, должны были дополнить
королевский совет, который, вероятно, заседал еще раньше без особых
приглашений) о3. На собрание 18 марта 1302 г. в Вестминстере (№ 46) —
в хронике оно названо парламентом — было вызвано всего 11 королев-
ских советников 51. Наконец, па собрание 15 сентября 1305 г. (№ 53)
были приглашены архиепископ Кентерберийский, 4 епископа, 3 аббата,
(> эр.тов, 9 баронов, 14 членов королевского совета и 4 важнейших санов-
ника из Шотландии, назначенные туда незадолго до этого Эдуардом I,—
всего 35 человек 55.
Подводя итог проделанному нами анализу, можно свести его к следую-
щему: пз 55 собраний, созывавшихся Эдуардом I в период с 1272 по 1307 г.,
38,2'’о составляли собрания с представительством от общин (более или
менее полным). 38,2"о — широкие съезды магнатов и только 9%, или
максимум 18,1 "» (если считать и все те собрания, состав которых нам
4r’ I’W, ргъ-'ип.
47 Annales Osney, р. 285.
13 В. otto n. Ilistoria Aiiglicaiia, p. 311 -315; Eoedeia, vol. 1, part II, London,
J8|l>. p. 7U3—778.
4- Ввиду экстраординарного характера этого аигло-Шот.тандско!о собрания и пс-
оврс-деленшп'тп его состава его ne.ib.in рассматривать как обычный представительный
парламент, хотя в нем i ip и и и чал II участие представители общин обеих стран.
30 Ог Глостерского парламента 1278 г. (J* 5) не сохранилось приглашений; мы
наем о нем то и.ко со слои преамбулы Глос герского статута, где говорится, что на пар-
ламент были приглашены королем vies plus descrels de son regne aussi Lien de gr< ndre-
emu des ineimlrcs» (Statute-,, vol. 1, p. 15); нет данных также о составе собраний 1283 г.
и Adon (Aii 12), в январе 1291 г. в Лондоне (.V 21), в 129:! г. н Ньюкасле (№ 25)
в 13U1 г. и Лондоне (Ле 51).
•1 I’W, vol. I, р. В5.
52 PW, vol. I. p. 78.
» PW. vol. I, p. 81.
54 PW. vol. I, p. HO; Annales Londouiensi-------IIS .V; 7t>, 1882. p. 127.
55 PW , vol. I, p. 159; Statutes, vol. 1, p. 145.
5 Средние века, шли XX
66
Е. В. Г у т н о в а
неизвестен),— заседания постоянного узкого совета короля; 5,5% падает
па собрания случайного типа и экстраординарного характера.
Интересно также заметить, что от начала царствования Эдуарда 1
к его концу соотношение в количестве этих различных типов собраний
постоянно изменялось в пользу парламентов с представительством от
общин. Даже беглый взгляд на наш список собраний показывает,
что в последние годы царствования Эдуарда I парламенты с предста-
вительством от общин созывались значительно чаще, чем в первые
годы.
В либерально-буржуазной историографии XIX в. поворотным пунктом
в этом отношении считался 1295 г.— год созыва так называемого Образ-
цового парламента (ноябрь 1295 г.) (№ 31). От такого представления ведет
свое начало и самое название «образцовый» в отношении этого парламен-
та. В нем видели начало регулярного представительного парламента,
так как из-за отсутствия документов считалось, что в первые 18 лет царст-
вования Эдуарда I представители от общин только три раза — в 1283 г.
в Шрусберри (№ 11), в 1283 г. в Нортгемптонне и Йорке (№ 10) и летом
1290 г. в Лондоне (№ 19) — приглашались на парламенты, являясь там
случайным элементом. Однако в 1910 г. были найдены пригласительные
письма представителям общин на первый, собранный лично Эдуардом 1,
парламент 1275 г. и тем самым доказано, что Эдуард I с самого начала
своего правления практиковал созыв парламентов с представительством
от общин.
С точки зрения своего состава и способов приглашений парламент
1295 г. отнюдь не был более «образцовым», чем весенний парламент 1275 г.
или упомянутые выше парламенты 1283 г. Что же касается большей регу-
лярности созыва парламентов с представительством от общин с конца
90-х годов ХШ в., то это, на наш взгляд, скорее следует считать резуль-
татом политических конфликтов 1296—1297 гг., завершившихся изданием
«Подтверждения хартии 1297 г.», ио не простым следствием прецедента,
созданного созывом «Образцового парламента». В этом смысле поворотным
моментом в ранней истории английского парламента как сословно-пред-
ставительного учреждения мы считаем 1297 г., когда победоносная оппо-
зиция, отчасти уже связанная с парламентом, вырвала у Эдуарда I доку-
мент, утвердивший за парламентом его формальное право на разрешение
налогов. Именно это право парламента с представительством от общин
главным образом и побуждало Эдуарда I в дальнейшем более регулярно
созывать собрания такого широкого типа.
В самом деле, за первые 25 лет своего правления (с 1272 по 1297 г.
включительно) Эдуард I собрал всего 36 собраний, из которых только
11 включали представительство от общин, причем иногда только рыцарей
графств. Между тем за последние 10 лет правления (с 1298 по 1307 г.)
из 19 собранных им собраний 9 были парламентами с представительством
от городов и графств.
Значит, до 1297 г. (включительно) парламент с представительством от
общин в среднем созывался раз в два илп два с половиной года, а после
1297 г. почти ежегодно.
Наконец, если в первые 25 лет случались годы, когда не собирались
никакие собрания (1277, 1282, 1286, 1287), то в последние 10 лет
ни один год не обходился без собрания и, за исключением 1299 и 1304 гг.,
каждый год созывался парламент с представительством от общин.
Более частому созыву собраний этого типа содействовали и другие
причины — непрерывные войны (сначала с Францией, затем с Шотлан-
дией), которые требовали постоянного притока денег и заставляли короля
О значении слова «парламент» в Англии XIII с.
67
все чаще и чаще обращаться с требованиями о налогах к карману своих
подданных. Кроме того, сам по себе конфликт 1297 г., поставивший Эдуар-
да I лицом к лицу с широкой оппозицией, подобной оппозиции 1258 г.,
вповь с особой остротой поставил вопрос о «баронской опасности» и по-
будил, по-видимому, Эдуарда I чаще обращаться к представителям общий
в поисках противовеса баронской оппозиции.
Итак, парламент, в позднейшем значении этого слова (как сословно-
представительное собрание), в конце ХШ в. еще только складывался;
в тот момент он еще не до конца выделился из общей системы центрального
управления феодальной Англии. В представлении современников он по
своему составу и по своим функциям не отличался от других парламентов,
т. е. торжественных совещательных собраний, созывавшихся королем,
скрываясь, как и они, под этим всепокрывающим названием. Это подтвер-
ждается неопределенностью значения, которое вкладывалось в слово раг-
lamentum в конце ХШ в. как представителями королевской администра-
ции, часто употреблявшими его в официальных документах, так и хрони-
стами. Самый термин был, по-видимому, недавнего происхождения; он
охотно употреблялся и клерками королевской канцелярии и хроникера-
ми, потому что одинаково подходил для обозначения таких еще не офор-
мившихся учреждений, как королевский совет, совет магнатов и парла-
мент в позднейшем значении этого слова.
С другой стороны, на основании приведенных выше данных можно
считать, что именно в период с конца 60-х годов ХШ в. до первых лет
XIV в. происходит постепенное оформление парламента как особого
учреждения с определенным, ему одному присущим составом и специфи-
ческими функциями. Об этом говорит рост регулярности созыва таких
собраний и постепенная кристаллизация их состава.
В эти же годы начинает приобретать свое специальное значение и слово
parliamentum, которым начинают обозначать широкие собрания с учас-
тием и магнатов, и советников короля, п представителей от городов и
графств. Это название окончательно закрепляется за собраниями данного
типа, когда к началу XIV в. общины становятся пх обязательной и влия-
тельной составной частью. Автору анонимного трактата «О порядке веде-
ния парламента» («Modus tenendi parliamentum»), созданного, как утвер-
ждают новейшие исследования, в 20-х годах XIV в., даже не приходит в
голову разъяснять читателям, что следует понимать под парламентом.
Он прямо переходит к описанию парламента, подразумевая под ним собра-
ние с представительством от общин. Очевидно, для англичан этого времени
слово «парламент» имело уже только одно значение, в котором его и упо-
треблял автор трактата 56.
Таким образом, в интересующий нас период конца ХШ— начала
XIV в. сословно-представительные собрания еще сосуществуют с сове-
щательными собраниями другого типа. На это же время падает и оконча-
тельное оформление узкого рабочего королевского совета со своим по-
стоянным составом и определенными функциями. Даже в правление Эдуар-
да 1 состав этого совета часто меняется: то па него приглашаются некото-
рые прелаты, эрлы и бароны, то он заседает в узком составе королевских
высших должностных лиц. Само слово «совет» (counsil, consilium) еще
довольно редко встречается в документах этого периода п часто, как мы
видели, заменяется словом parliamentum. Наконец, существует третий
вид совещательных собраний — широкие съезды прелатов и баронов, так
называемые советы магнатов, в первой половине ХШ в. носившие назва-
68 «Modus lenendi parliamentum».— Select Charters, p. 502—513.
6*
E. 13. Г у m н о e a
нпе «Великих советов» (magnum consilium). Опп имеют, несомненно, более
древнюю традицию, чем сословпо-представительные собрания и заседания
узкого королевского совета, и ведут свое начало от расширенных засе-
даний королевской курпн еще с XII столетия.
В событиях конца ХШ — начала XIV в. советам магнатов еще при-
надлежит, пожалуй, более активная п значительная роль, чем будущим
королевскому совету и парламенту, но вместе с тем дни этого учреждения
уже были сочтены. Быстрый рост влияния парламента (в новом специаль-
ном значении этого слова) уже в первые десятилетия ХГ\ в. привел к
тому, что совет магнатов окончательно превратился в его составную
часть.
В свете всего сказанного спор между буржуазными историками раз-
личных направлений о том, от какого собрания заимствовал английский
парламент свое название, спор, с решением которого они связывают
и вопрос о том, от какого из этих собраний «происходит» парламент,
представляется нам совершенно бесплодным. С нашей точки зрения,
вопрос о том, откуда заимствовал парламент свое название и какие
отдаленные предки были у исто в XI и XII вв., имеет второстепенное
значение.
Возникновение парламента как сословного собрания во второй полови-
не ХШ в. подготовлялось не столько развитием тех или иных учреждений,
сколько прежде всего важными сдвигами в жизни английского общества,
которые проявились в ряде достаточно острых социальных и политических
конфликтов. Развитие же английских государственных учреждений в
XII—ХШ вв. было лишь внешним отражением этих более глубоких
сдвигов в соотношении социальных и политических сил, сдвигов, которые
требовали изменений в структуре государственного аппарата п вызывали
к жизни все новые учреждения57.
Изучая английский парламент в процессе его становления и постепен-
ного превращения в постоянно действующее учреждение, мы видим его
основную специфику в том, что в нем начинают участвовать представители
городов и графств. Именно их участие делает его парламентом в позд-
нейшем специальном значении этого слова, отделяя его от совета магна-
тов (magnum consilium) и королевского совета (consilium regis). Благода-
ря участию представителей городов и графств феодальный совет держате-
лей короля становится сословно-представительным учреждением сред-
невековой Англии; ему же обязан английский парламент тем своеобра-
зием, которое отличает его от сословного представительства в других
странах.
Таким образом, история становления английского парламента как
сословно-представительного учреждения есть, прежде всего и в основном,
история представительства от городов и графств it его постепенного слия-
ния с советом магнатов, который в ходе этого процесса перестает быть
самостоятельным учреждением. Прослеженная памп эволюция значения
слова «парламент» в конце ХП1 — начале XIV в. отражает п в известной
мере подтверждает именно такой путь формирования этого нового учре-
ждения.;
57 Что же касается фактической стороны этого пресловутого спора о «пре циествеп-
ппках» парламента, то скорее можно думать, что парламент вырос путем постепенного
расширения состава «Великого совета», которому, вероятно, принадлежала и честь
впервые быть названным парламентом. Ведь первое появление этого слова в официаль-
ной документации было связано не с королевским советом, а именно с советом магна-
тов (хотя и довольно узкого состава), регулярный созыв которого был установлен Окс-
фордскими провизиями 1258 г.
О значении слова «парламент» в Англии XIII с.
69
Список
различных совещательных собраний, созывавшихся в Англин в 1273—1307 гг.
п/п Время созыва Место заседания Состав собрания (при наличии данных приво- дится характеристика собрания в источнике) Чт«'| ПРОИСХОДИЛ') ил собрании
1* 1273, январь- февраль Лондон (Вестмин- стер) Архиепископы, епи- скопы, эрлы, бароны, аббаты, приоры, по четыре представите- ля от каждого города и графства Принесение клятвы (присяги) Эдуарду как господину — королю страны
2* 1275, апрель Лондон Архиепископы, епи- скопы, эрлы, бароны, аббаты, приоры, пред- ставители от городов и графств Принятие Вестмин- стерского статута; раз- решение пошлины па шерсть и кожу
3* 1275, сентябрь- октябрь Лондон (Вестмин- стер) Архиепископы, эр- лы, бароны, аббаты, приоры, представите- ли общпп Разрешение субсидии в размере Vis движимо- го имущества; принятие статута, запрещавшего давать что-либо иод за- лог евреям
4 1276, И ноября Лондон- (Вестмин- стер) Магнаты Решение о воине с Левеллипом и о явке па вон ty в Вустер
5 1278, лето Глостер, ? П рппятис Глостерско- го статута
6 1278, октябрь Лондон (Вестмин- стер) Магнаты и совет (magnum parliamen- tum) Принесение оммаж» королем Шотландии; разбор петиций
7 1279 Лондон Магнаты п совет (consilio prelalorum comitum et aliorum fidelium regni nostri de consilio nostro) Принятие статута о «мертвой руке» (de viris religiosis).
8 1280 Лондон Духовенство Обращение короля к духовенству с просьбой о субсидии в размере Vis движимого имуще- ства
9 1281 Вустер Магнаты п совет Принятие решения о том, что все магнаты являются с оружием ко дню св. Петра па войну с Уэльсом
10* 1283, январь Портгемн- тонн и Йорк П рел аты, ба ропы, эрлы, представители городов и графств Разрешение субсидии в размере ’/зо движимого имущества
11* 1283, сентябрь- октябрь Шрусберрп Прелаты, бароны, эрлы, представители городов п графств Осуждение Давида Уэльского
12 1283, октябрь Актон 3 Принятие статута de mercatoribus (Acton Burnell)
13 1284 Бристоль Магнаты и совет (speciale parliamen- tum) Принятие Уэльского статута
Звездочкой отмечены собрания с представительством от общин.
70
Е. В. Г у т н о в а
(П ро должение)
№ и/п Время созыва Место заседания Состав собрания (при наличии данных приво- дится характеристика собрания в источнике) Что происходило на собрании
14 1285, после пасхи Лондон (Вестмин- стер) Магнаты и совет (parliamentum) Принятие II Вестмин- стерского статута, 2-го статута de mercatoribus, статута circumspecte aba- tis, статута о подтвер- ждении хартий
15 1288, 13 октября Лондон Магнаты и совет (parliamentum) Обращение правитель- ства с просьбой о субси- дии; отказ в субсидии до тех пор, пока Эдуард сам пе явится в Англию
16 1289, январь Лондон Магнаты (parlia- mentum) Прием татарских по-- слов; разбор дел про- винившихся судей
17 129d. январь Лондон Магнаты и совет (parliamentum) Разбор судебных дел
18 1290 20 мая Лондон Магнаты и совет (parliament и in) Разрешение вспомо- ществования на выдачу замуж дочери короля Иоанны за эрла Глостер- ского; принятие статута «quia emptores», 1-го н 2-го статутов «quo war- ranto»
19* 1290, 15 июня Лондон (Вестмин- стер) Магнаты и рыцари Разрешение субсидии в объеме Vis Движимого имущества; решение, об изгнании евреев
20 1290. сентябрь- октябрь Лондон (Вестмин- стер) Магнаты Рассмотрение судеб- ных дел петиция
21 1291, январь Лондон ? Разбор судебных дел
22 1291. после пасхи Норхем Английские прела- ты, магнаты и общи- ны; шотландские пре- латы, магнаты п об- щины Установление верхов- ных прав Эдуарда над Шотландией
/о 1292, июль-ноябрь Верник Прелаты, магнаты Англин и Шотлан- дии Решение вопроса о Шотландской короне
24 1293. после пасхи Лондон Магнаты и совет Принятие статута о землях, поступающих в «мертвую руку», и стату- та о правонарушениях в парках; разбор судеб- ных (0.1
25 1292>. декабрь Ньюкасл на Тайне > Разбор судебных дел
26 Декабрь 1293 — январь 1294 Лондон Магна гы и совет Принятие статута об асснзпых судьях; раз- бор судебных дел
27 1294, 24 июля Лондон Магнаты (138 че- ловек) Разбор судебных дел
28 1294, 21 сентября Лондон Магнаты н сонет Решение о начале вон иы с Францией
О значении слова «парламент» е .Англии XIII в.
71
(Продолжение)
№ п'и Время созыва Место заседания Состав собрания (при наличии данных ириво* дитсн характеристика собрания в источнике) Что происходило lift собрании
29* 1294. 12 ноября Лондон Магнаты и по че- тыре рыцаря от графств Решение о субсидии в объеме 1,'ю движимого имущества сельского на- селения it */6 Движимо- го имущества горожан) но частным соглашениям)
30 1293. J августа Лондон Магнаты н совет Разбор предложения, внесенного кардиналом- легатом, о мире с Фран- цией; принятие статута «об освобождении тю- рем»; разбор судебных дел
31* 1295, 13—27 ноября .Тон доп Прел а гы, бароны, представители от го- родов и графств Разрешение субсидии п объеме Vii движимо- го имущества с сельско- го населения и1/? с насе- ления городов и доменов
32* I29(i. 21 феврали Сольсберп Магнаты н рыцари графств Приказ о конфиска- ции светских владении у духовенства в связи с его отказом разрешить субспдн 10
33* 1299, ноября Берн Септ- Эдмундс Магнаты, прелаты, представители от го- родов и графств Разрешение субсидии в объеме 12 движимого имущества с сельского населения и I/R с насе- ления городов и доменов
34 1297, 21 февраля Лондон Магнаты Решение о лишении духовенства защиты за- кона
35* 1297, июль Лондон Прелаты, бароны, рыцари с доходом в 20 ливров Примиренное духовеп- ством;отка.зэрловЦ|Д01 и Bolmn м ехать па войну во»Фландрию: требова- ние баронов о подтвер- ждении хартии; разреше- ние субсидии в размере 1 ч движимого имущест- ва со всего населения
1297, 30 сентября, ирод.теп до 6 ок- тября .Лондон Прелаты, бароны, рыцари II рн вятпг статута «Под- тверждение хартии»: раз- решение субсидия и объ- еме 1 движимого иму- щества г сельского на- селения
7 1298. 30 марта . loll,юн КорОЛеВСКШ* совет- ники Принятие нескольких административных по- ста шипении
1<Ч* 1298, 24 мая Норк Прелаты, бароны, представители от го- родов п графств Решение о начале вой- ны с Шотландией: новое требование4 барон ш о подтвержде нпп Вел и к о и хартии вольност. и п «лссиой хартии*
Е. В. Г tf tn н и и а
(Продолжение)
П1 Время созыва ! Место з.неданпя Состав собрания (при i наличии данных приво- 1 дптся характеристина собрания в источнике) ЧТО IlpOHCXirjIlT.hi Il.l тирании
3!) | 1298, 5 юкабря i Норк 1 .1011,1011 J (оролейские совет- ники 1 1
40 I2U9, 8 1 ма рта Совет, магнаты, 1Ва представителя от . (опдопа J loiioe требование ба- ронов о подтверждении Вели коп н «лесной» хар- тий
41 1299, 3 мац . [ондои 1 Королевский совет п магнаты Принятие статута «к фальшивой монете»
42 1299, 18 октября I lop к Королевские совет- ники (14 человек) ?
43= 1390, С марта . [ондои Магнаты, предста- вители от городов и графств Разбор судебных дел: подтверждение Великой хартии вольностей;jпри- нятие статута о грани- цах, «об освобождении тюрем»> и статута Arti- cnli super carta
44^ 1301, 20 1 января Линкольн .Магнаты, предста- вители пт городов п графств Решение о ионом раз- межевании лесов; при- нятие письма к римскому папе; разрешение суб- сидии в объеме Vi.-, дви- жимо! о имущества: пер- вая петиция общпп; при- нятие статута обнечшо- рах
45 1301, О1 тябрь Стамфорд Ма гпат ы Обсуждение вопроса об исполнении «лесной» хартии и о новых гра ппцах заповедников
46 1302, 18 марта Лондон Совет (И человек) ?
47 1302, 1 июля Лондон (Вестмин- стер) Совет н магнаты Разбор петиций п су- дебных дол; разрешение субсидии на выдачу за- муж дочери короли
48* 1302, 29 сентяб- ря — 14 октября Лондон Магнаты, совет и представители от го- родов п графств Разбор судебных дел и петиций
49* 1303, 18 января ЛоНДиН Магнаты и совет; община иностранных купцов 11 ос гаповлсипе о с в» )- бодр торговли для ино- странных купцов При условии повышения для пих экспортных 11 импортных пошлин (Cai’ la Mercatoria)
5i 1* 1303, 25 нюня flop К Совет п продета ин-i телн купечества всех крупных городив Ан- глии Обсуждение вопроса о повышении экспортны X п импортных пошлин: отказ купцов принять новые пошлины
51 i 1 130 Лондон 1 Разбор петиций п су- дебных дел
О значении г лова «парламент» е Англии XII! е.
73
(Окончание)
№ П/П ирсмп созыва Место заседания Состав собрания (при наличии данных приво- дится характеристика собрания в источнике) Что происходило на собрании
-9* 1.305, 16 февраля, отсрочен до 28 фев- раля, продолжал- ся до 6 апреля Лондой Магнаты, сонет, представители горо- дом н графств Иодача п обсуждение петиции парламента, на- правленной прошв по- боров с английских мо- настырей в пользу вно- стра иных монашеских орденов
5.3 1305, 15 июля, отсрочен до 15 сентября Лондон ( >вет (35 человек) Постановление о Шот- ландии; разбор, петиции и судебных дел; при пя- тне Ордонанса о «заго- ворщиках»
54* 1306, 30 лая Лондон Магнаты, сонет, представители от го- родов и графств Разрешение субсидии в объеме Узо движимого имущества с сельского населения и У2о с на- селения городов и доме- нов на принятие рыцар- ского звания старшим сыном Эдуарда J
55* 1307, 20 января Карлейль Магнаты, совет, представители от го- родов и графств Принятие Карлепль- ского статута; разбор петиций и судебных дел
Summary
of Е. V. Gout nova’s Article «Concerning the Problem
of the Notion of «Parliamentum»
in England in XIII and Early XIV Centuries»
The problem of the notion of «parlamentum» or «parliamentum» in XII
and early XIV centuries has been a source of constant arguments on bour-
geois historiography. Basing their assertions upon different interpretations
of the word and approaching the solution of the problem from formal juri-
dical positions, many bourgeois historians connect this termi nologic question
with the more important and general question of the origin of British Par-
liament as a representative institution. Some of the historians, stating that
the word «parliamentum» originally denoted King’s Council consider this
institution to be the father of Parliament. The others, supposing that the
word denoted only «Council of Magnates» regard accordingly that Parliament
came from this institution. The analysis of various sources of the late Xlll
and early XIV centuries shows that the word «parliamentum» at that time
was being used along with other terms (colloquium, tractatum, etc.) to
denote any solemn assembly called by the king, and therefore might in dif-
ferent cases mean King’s Council, the Council of Magnates or an assembly
with the representation of commons.
Thus, from the usage of the word one can hardly judge which institution
was «the father of Parliament». Besides that, the analysis of the sources shows
Е. В. Г у т н о в а
that in fact, of 55 various gatherings which took place in England from 1273
to 1307, 21 gathering included representatives of commons — that is, were
«parliaments» in the latest meaning of the word; 21 gathering represented
Councils of Magnates, while only 13, and not always quite definitely, might
be King’s Councils. This situation, in any case, gives us a possibility to
decline the supposition that «parliamentnm» chiefly denoted King’s Council
and that namely this institution laid the foundation of representative parli-
ament. It should be interesting to note that in the period of 1297—1307
(the last ten years of the rule of Edward I) which followed the conflict between
the king and the barons’ opposition because of the affirmation of the Charter,
the estates representative parliaments were called twice as often as in the pre-
vious twenty five years and made a greater part among assemblies of other
types.lt was in the same period that the word «parliamentum» acquired its
mot-especial meaning and was chiefly used to denote representative assemblies.
.1. М. БАТКИН
ФЛОРЕНТИЙСКИЕ ГРАНДЫ И ПОПРАВКИ 6 ИЮЛЯ 1295 г.
К «УСТАНОВЛЕНИЯМ ПРАВОСУДИЯ»
На колоритном фоно флорентийской истории ХШ—XIV вв., богатой
захватывающими перипетиями и драматизмом, интересующий нас зако-
нодательный эпизод выглядит очень скромно. И все же именно от оценки
июльской редакции «Установлений» 1295 г. зависит понимание полити-
ческой борьбы иа протяжении, по крайней мере, пятнадцати лет — тех
самых пятнадцати лет, которые оказались решающими для вызревания
во Флоренции первых ростков раннего капитализма. Статью об «Уста-
новлениях» 1295 г. можно было бы озаглавить: «Результаты движения
Джано делла Белла». И с одинаковым основанием она могла бы называться:
«Корни распри белых и черных гвельфов». Потому что июльские «Уста-
новления» позволяют судить о том и о другом. Они — эпилог и пролог
одновременно. Они разделяют и соединяют два существенных этапа фло-
рентийской политической истории. И попытка разобраться в июльских
событиях 1295 г. тем более оправдана, что их традиционное толкование,
по нашему глубокому убеждению, далеко от истины.
Но чтобы выяснить, что изменили июльские поправки в соотношении
политических сил, в положении магнатов, необходимо, разумеется, от-
четливо представлять социальную сущность магнатского сословия. А этот
вопрос, имеющий самостоятельное и притом широкое значение, довольно
сложен и основательно запутан буржуазной псториографпей. Нам при-
дется поэтому рассмотреть не одну, а две проблемы, впрочем, тесно
связанные между собой.
1. КТО ТАКИЕ ФЛОРЕНТИЙСКИЕ ГРАНДЫ?
Наименование «гранды» (или «магнаты») появилось в политическом
словаре флорентийцев, очевидно, после 1250 г.1 21 марта 1281 г. термин
magnates впервые значится в официальном документе — антимагнатском
законе о «залоге» (sodameuto) 2. С той поры борьба между пополанами п
темп, кого называют грандами, становится основным стержнем социально-
политической борьбы во Флоренции до второй половины XIV в.
Прежде всего отметим, что magnates — это не просто распространенное
выражение, а точная юридическая категория. Все магнаты с 1281 г. вно-
сились в специальный список. До 128В г. этот список ежегодно состав-
1 S t е f а п i, nibr. 135: «...gli Granili, clie eia rosi era lore ноше trascorso iiisino
da prime Popolo».
- G. Salvemin i. La dignita cavatieresca nel сопите di Firenze. Firenze, 1896,
p. 26—28 etc.; N. Rubinstein. La lotta contro i magnati a Firenze. Firenze,
193!), p. 5.
7ti
.jI. Af. Б a m к и н
лялся заново. Например, 7 июня 1285 г., чтобы определить магнатов коп-
тадо, выбирается специальная комиссия (по восьми человек от каждого
прихода)3. С октября 1286 г. список грандов становится постоянным,
по время от времени в него вносятся уточнения 4. В 1293 г. в нем значатся
все мужчины от 15 до 70 лет — члены 72 городских фамилий, обязанных
вносить залог 5 6. Примерно столько же магнатских фамилий было в кон-
тадо. Цифры эти не так малы, как может показаться с первого взгляда.
Одна лишь фамилия Кавальканти насчитывала около 100 человек, спо-
собных носить оружие G. Правда, другие фамилии редко могли похвалить-
ся столь же внушительной численностью. Но все же Пацци, Адпмарн,
Делла Тоза насчитывали по 25—35 человек, подлежавших закону о за-
логе. Согласно подсчетам Сальвемипи, каждая из 140 магнатских кои-
сортерий могла выставить в среднем 20 воинов 7. Иначе говоря, с точки
зрения военной,— это пе меньше двух с половиной тысяч всадников, почти
вся флорентийская кавалерия 8.
Очевидно, в 1286 г. в статут капитана была внесена рубрика о том,
«кого следует называть и считать нобилями и магнатами» 9. Эта рубрика
не сохранилась, но поддается весьма точной реконструкции на основании
других документов. Она содержала следующую правовую формулу:
«Дабы не возникало сомнений относительно могущественных или магнатов,
да разумеются под могущественными, нобилями пли магнатами и счи-
таются таковыми те [лица], в доме и роду которых есть рыцарь пли был
в последние 20 лет и которые по общему мнению называются и считаются
могущественными, нобилями и магнатами»10 11.
Хотя приведенное определение изменялось — изменялись число ры-
царей и срок давности, необходимые для занесения в список магнатов,—
но принцип определения оставался неизменным. Критерием для занесения
фамилии в перечень магнатов считалось рыцарское достоинство одного
пли нескольких членов семьи, живущих или умерших не ранее известного
срока.
Получается, что магнаты — это рыцари пли те, кто связан с ними
родственными отношениями, члены семей, в которых имеются рыцари 11.
Но ведь рыцари (cavalieri) — это и есть феодальная знать, нобили? Ведь
недаром в документах говорится «nobiles vel magnates»? И разве в хрони-
ках не употребляются оба термина как синонимы? Впллани, например,
рассказывает о «нобилях, называемых грандами» (i nobili detti grandi e
3 Consutte, p. 238.
4 G. Salvemini. Magnati e popolani in Firenze dal 1280 al 1295. Firenze,
1899, Appendice IX(c), p. 364—372.
6 L’elenco delle famiglie grandi.— Ibid., Appendice IX, p. 375—377.
» Ibid., p. 61.
7 Ibid., p. 61—62.
" Через 40—50 лет (к 1.336 г.) число грандов резко уменьшается, по все еще насчи-
тывается 1506 воинов, вносящих залог (из общего числа в 15 тыс. горожан, способных
носить оружие).— V i 1 1 a ii i, lib. XI, cap. 94.
9 Ordinanienta iustitiae communis et popoli florentinae, publ. da F. Bonaini.—
«Arcliivio Storico Italiano», Nnova serie, t. I, 1855, rubr. XVIII.
10 «Gt de Potentibus vel Magnalibus de cetero dubietas non oriatnr, illi intelliganlnr
potentes, nobiles vel magnates, et pro potentibus nobilibiis vel magiiatibus habeantur, in
quorum domibus vel casato miles est vol 1'uit a XX anuis citra, vel quos vulgo apellat
et tenet vulgariter potentes nobiles vr.I magnates» (реконструцпя Сальвемипи.— G. Sa 1-
v e m i n i. Magnati e popolani..., p. 144).
11 Compagni, lib. I, cap. 11: «...qualnnque famiglia avesse avuti cavalieri
tra loro, tutti s’intendessono csser Grandi...». Впллани замечает, что после 1293 г.
«i grandi non ebbono stato ne signoria come prima, e perd pochi si facevano cavalieri»
(IX, 94).
Флорентийские гранды, а XIII
77
possenti) 12, Компаиьп — о «нобилях и грандах» (i nobili <* granili) 13.
А Стефани отмечает, что гранды раньше назывались дворянами, благород-
ными (li Gentili) 1J. Но если нобили это и есть гранды, а гранды это н есть
нобили, то зачем же понадобился новый термин? 11 почему именно новый
термин magnates, granili стал в документах и хрониках основным? 15
Объяснение кроется не в каких-либо юридических или филологических
топкостях, а в дифференциации гвельфской знати, в социальных сдвигах,
в изменении условий классовой борьбы.
Историю Флоренции нередко трактуют упрощенно, потому что «знать»,
«нобили», «гранды» берутся как неподвижные, целостные, абстрактные
понятия. Действительно, флорентийские пополапы и в XII, и в ХШ,
п в XIV вв, боролись с феодальной знатью. По это самое общее представле-
ние. Конкретный социальный облик зпатп, против которой приходилось
вести борьбу, непрерывно менялся, и в конце ХШ в. он совершенно пе
тот, что в начале XIV или в начале того же ХШ в. Крупная гибеллппская
знать отличалась от урбанизированного мелкого и среднего дворянства,
выступавшего иод гвельфскпм знаменем. Но и гнельфская знать была
неоднородна. Ее дифференциация была заметна еще в XII — первой
половине ХШ в., по в последней трети ХШ в. опа резко углубляется,
чему способствуют быстрые экономические сдвиги. В результате эта диф-
ференциация уже открыто проявляется в области политической; в начале
же XIV в. опа приведет к полному расколу среди гвелъфского патрициата.
Нод общим именем зпатп скрывались как древние разорявшиеся и
скудевшие фамилии (вроде Докати, Бостики, Торпаквпичп), податливые
па политические авантюры, бунты и всякую смуту и наиболее остро нена-
видевшие popolo, так и более устойчивые экономически, тоже в большин-
стве древнего происхождения, старого феодального пошиба фамилии типа
Кавальканти, Тозипгп, Брунеллески и других: они либо разорялись и
переходили в первую из только что названных категорий, либо медленно
«опополапивались». приближаясь по своему положению к нобилям еще
одной — третьей — категории. К ней относились богатейшие дворяне,
обычно пе слишком знатного и древнего происхождения, вовлеченные в
самую гущу экономической жизни города п возглавлявшие наиболее
мощные, всемирно известные банкирские и торгово-промышленные ком-
пании (вроде Барди, Моцци, Скали, Фрескобальди) 1В. Были и многие
другие, занимавшие промежуточное положение, которых трудно отнести
к какой-либо из этих категорий: разумеется, никаких резких граней меж-
ду группами дворянства не существовало.
Те сравнительно небогатые, нередко гордившиеся громкой родословной,
по маловлпятельиые фамилии, которые теряли феодальные признаки,
сближались с пополанамп — и часто даже пе с высшими, могуществен-
ными, а со средними купеческими, предпринимательскими к банковскими
кругами. Примером могут служить семья Алигьери п сам Данте, семья
Делла Белла, Фальконьерп, Джпроламп. Пеголоттп, Альтовпти и др.
12 V i I I a n i, VIII, I; см. такаю ibid., XI, Hi: «nobili е potent!. rhe soduvauo
per grnndi al сопите».
13 о in p a g n i, I, 11-
14 S t e f a n i, rnbr. 13o.
к Термин magnates употребляете!! чаще всего при обозначении интересующей
пас социальной категории. Синонимичные термины iiobiles, potentes— пе обязатель-
ны. В «Ordinamentn iustitiae» почти всюду только magnates, хотя встречаются иног-
да и выражения magnates et nobiles, magnas vel potens (cm. rnbr. Will, rnbr. I, etc.).
16 Интересно, что в «OrdinameBta iustitiae» (rubr. XVIII) указываются, c
одной стороны, магнаты, которые «sint artifices sen artem vel mercantiam exerceant»,
а с другой стороны, такие магнаты, которые пе в состоянии вносить залог, ибо
«essent insufficientes et impotentes propter paupertatem».
78
JI. M. Баткин
Если еще вспомнить, что в городе оставалось немало нобилей-гибеллинов,
среди которых тоже, несомненно, были люди, очень разные по экономи-
ческому положению, богатству, связям, влиянию, то можно себе пред-
ставить, какая удивительная пестрота, какие контрасты характеризовали
ту часть населения Флоренции, которую пытаются охватить одним словом—
знать.
Итак, если в начале ХШ в. каждый дворянин был феодалом и грань
между пополанамп и дворянами была более или менее резкой, отчетливой,
если, наконец, в каждой дворянской фамилии — пли почтп в каждой —
насчитывались лпца рыцарского звания, а быть рыцарем значило быть
нобилем, то в конце этого же века положение совершенно изменилось.
Благородное происхождение теперь далеко не всегда совпадает с реальной
экономической и политической принадлежностью к энати 17.
Данте Алигьери с гордостью насчитывал не одно поколение знатных
предков, но сам был членом цеха врачей и аптекарей, владельцем неболь-
шого недвижимого имущества; фамилия его не попала в список магнатов—
в ней не было рыцарей. Таких деклассированных дворян появилось тогда
немало. Не случайно, что и борьбу против дворян возглавил в ту пору
человек знатного происхождения и вместе с тем убежденнейший пополан—
Дж ано делла Белла.
И это одна из причин, по которым появилась необходимость в новом
термине: многие дворяне, сближаясь с пополанамп, порывали с рыцар-
ством — либо члены этих фамилий переставали принимать рыцарское
посвящение, либо отказывались от уже полученного рыцарского звания.
Такие фамилии были nobiles (по происхождению — nobilta di sangue)
но не были potentes, milites, magnates.
Вторая причина, не менее важная, связана с тем, что происходил и
обратный процесс: часть верхушечных слоев «жирного» народа одворяни-
валась 18. В этой противоречивости не окажется ничего загадочного,
если учесть, что ранний капитализм развивался в Италии очень неравно-
мерно, что феодальная стихия бурлила вокруг передовых городских цен-
тров, вроде Флоренции, давая чувствовать себя с большой силой п внутри
ее стен, если вспомнить, что поэтому некоторые крупнейшие представители
торгово-промышленного мира Флоренции долго еще сохраняли (при-
надлежа к нобилитету) дворянские традиции и в политике, и в быту.
Говоря словами Сальвемини, «богатые предприниматели и купцы воз-
вышаются над popolo (особенно после 1267 г.), становятся рыцарями,
примыкают к знати, стараются подражать ее образу жизни и обычаям»18.
В хрониках подобные социально переродившиеся, одворянившиеся фа-
милии называются «мнимыми, фальшивыми пополанамп» (i falsi popolani);
им всегда противопоставляются «добрые пополаны» (i buoni popolani),
«добрые купцы и ремесленники» (i buoni mercatanti е artefici), т. е. основ-
ная масса «толстых пополанов». В качестве примера можно было бы назвать
семью Черки; несколько позпнее подобную же эволюцию проделали Бор-
дони и Медичи. Немало таких незнатных фамилий фигурирует в списках
магнатов.
17 См., например, V i 1 1 a u i, VIII, 12: «...многие гранды, не обладавшие
большим богатством п влиянием (di non grande podere), вступили в ряды „народа"»
(inisono nel popolo); ibid., VIII, 1—выражение „nobile popolano” (!;.
18 См., например, С о m p a g n i, I, 5: «толстые пополаны, породнившиеся с
грапдами» (i popolani grassi... imparentati сон grandi). В одном из источников того
времени говорится: «Tota die contigit illud: est homo ignobilis et dives, et vult
ducere mulierem aliqnam nobilem et pauperem» (цит. no kh.: G. S a 1 v e in i n i.
Magnati e popolani..., p. 25).
18 G. S a I v e m i n i. La dignita..., p. 59.
Флорентийские гранды в XI11 «.
79
У Дино Компаньи мы находим известное свидетельство: «Могуществен-
ные горожане (которые не все были благородного происхождения, а
считались грандами по другим признакам)...» 20. Итак, если по все нобили
были магнатами, то и не все магнаты были нобилями 21.
И все же, после всего сказанного о различиях между понятиями
«нобили» и «гранды», важно подчеркнуть, что недаром в источниках эти
понятия употребляются в качестве синонимов. Во-первых, все же в боль-
шинстве своем гранды являлись дворянами, нобилями. Число грандов
per altri accidenti сравнительно невелико. Во-вторых (и это главное),
наличие среди грандов parvenu из пополанскоп среды 21а отнюдь не меняло
феодального, дворянского, антипополанского характера грандов в целом22.
Отдельные пополанские фамилии потому и стали грандскими, что они
«одворянились». Это выразилось в расширении их недвижимой собствен-
ности дворянского типа (в частности, в покупке земель и замков), в прн-
20 С о m р a g n i, I, 13: «I potenti cittadiui (i quali ион tutti erano uobili di
sangue, ma per altri accidenti erano detti Grandi)...» В этом отрывке выражение, «i
potenti cittadiui» тождественно grandi, как и всегда в источниках (см., например,
у того же Компаньи противопоставление «I potenti». и пополапов—1,7; 1,11; у Ком-
nani.li же встречается выражение «i grandi е potenti — 1,5; ср. у Впллашк «i nobili
detti grandi е possenti»—\ 111, 1; «i potenti» вместо «i grandi»—VIII, 2 и т. д.; вообще
подобных примеров множество, эти взяты наугад). Выражение «per altri accidenti»
следует понимать именно как «по другим признакам», «per altri criteri», а не «по
случаю», «per caso». Возражения по этому поводу Рубинштейна против Дель Лунго,
безусловно, правильны (N. В n b i n s t е i n. La lotta..., р. 11).
21 Ученый флорентийский доминиканец Фра Ремиджо Джиролами в конце ХШ и.
противопоставлял i cavalieri di natura (т. e. рыцарей благородного происхождения) п
i cavalieri di ventura (т. e. «рыцарей no успеху»). Как бы расшифровывая те altri acci-
denti, о которых упомянул Компаньи, он их перечисляет: «per amicitiam vel probitatein
vel multas divitias» (cm. G. S a 1 v e m i n i. La dignita..., p. 27—28). Именно «многие
богатства», тот признак, который проповедник стыдливо упомянул в конце, поясняют
суть дела.
21а В недавней статье М. Бекера (М. В е с k е г. The repnblicancity state in Floren-
ce.—«Speculum», JS! 1, 1960, p. 40—43 etc.) вновь говорится о смещении и слиянии во
Флоренции «старой знати» и «novi cives», об исчезновении различит! между шиш бла-
годаря вовлечению знати в цехп, игравшие роль «катализатора» этого процесса. По ц>б-
ные тенденции, как мы указывали, действительно пробивали себе дорогу. Но к концу
XIII в. они лишь наметились, а полностью не осуществились и спустя столетие. М. Бекер
полагает, что среди «высших классов» Флоренции после 1282 г. царили мир и согласие
(р. 42—43). Этот новый вариант оттокаровской концепции опровергается анализом
июльских «Установлений» 1295 г. и множеством других фактов — вплоть до событий
1340, 1342—1343 годов и т. д.
22 Разумеется, говоря о «феодальной природе» грандов, следует учитывать флорен-
тийскую специфику. Флорентийские гранды — это городской патрициат. Даже те гран-
ды, которые опираются главным образом на недвижимую собственность, все же тесно
связаны с городской экономикой. Скажем,Кавальканти строили свое богатство па аренд-
ной плате за помещения, сдававшиеся под магазины и мастерские (см. С о in р a g-
n i, III, 8). А такие дворяне, как Барди, Скали,— хорошо известные торгово-промыш-
ленные и финансовые воротилы — ужо в немалой степени «обуржуазились» в плаве
экономическом. По это не сразу и не прямо сказалось в плане политическом. Они оста-
вались врагами пополапов (в том числе и «толстых»), феодалами и реакционерами. Этот
факт, не учтенный Сальвемпни, может показаться удивительным лишь с упрощенной
точки зрения «экономического материализма». С другой стороны, несмотря па частич-
ное экономическое перерождение некоторых слоев дворянства, общая экономическая
основа борьбы его в целом с пополанамн сохраняется. Достаточно вспомнить хотя бы
закон об уничтожении крепостничества 1289 г. или реквизицию магнатских земель
в 1293—1294 гг. Современный французский буржуазный историк Ренуар, не приводя
никакой аргументации, отрицает дворянский характер магнатства, объявляя его «пре-
обладающей категорией деловых людей», т. е. фракцией буржуазии (V. Kenonard.
Les hommes d'affaires italiens du moyen-age. Paris, 1949, p. 152). А пополапы — это,
по Ренуару, та же буржуазия, по позднее обогатившаяся, «новая» буржуазия («les
nouvelles families, posterieurement enriches»). Борьба между ними идет лишь «в полити-
ческом плане». Таким образом, Ренуар рисует вместо борьбы классов борьбу внутри
одного класса и политические противоречия — без экономического содержания.
•Si) //. M. Б <i m к и ч
обретении рыцарского звания, в их быте, имитирующем дворянский,
и соответственно в поддержке ими политических позиции дворянства.
В литературе чрезвычайно распространено мнение, что магнаты
это совокупность старой знати и новой «плутократии» (см. у Даипдзопа,
Сальвемипи и др.). При этом упускается пз виду, что гранды — нс про
стая сумма двух компонентов; по дворянство и «плутократия» примыкали
друг к другу, а именно «плутократия» (и не вся, а лишь часть ее) примы
кала к дворянству. Неопределенный термин «плутократия», подменяя
гочиые классовые определения, затемняет дело.
Купцы. промышленники и банкиры Флоренции — толстые пополаны,
опираясь на тощий народ.ведут борьбу с феодальной знатью, дсорянстеом
вот гласная суть политической борьбы в конце ХШ— начале XIV в.,
если отвлечься от моментов второстепенных. При этом знать уже не та.
что век пли даже полвека тому назад, опа значительно переродилась
экономически, иногда частично «обуржуазилась», от нее отпали некоторые
фамилии, перешедшие в popolo, и примкнули некоторые фамилии, вышед-
шие из popolo.
Но возвратимся к правовой стороне понятия «гранды». Почему она
определяется принадлежностью к рыцарству? Разумеется, потому, что
рыцарское звание — характернейший дворянский атрибут. При таком
определении «грандов» было задето большинство дворянских фамилий.
Л те дворянские фамилии, которые не имели в своей среде рыцарей, и не
должны были подвергаться репрессиям, ибо отсутствие среди них рыцарей
объяснялось как раз их близостью к пополаиам. С другой стороны, такое
определение позволяло направить удар и по одворянпвшпмся нополап-
ским семьям, особенно стремившимся удостоиться рыцарского посвяще-
ния 23. Кроме того, рыцарское звание, наличие которого легко было уста-
новить, давало удобный своей точностью юридический критерий 24 25.
Правда, этот критерий после июля 1295 г. меняется, так что появля-
ются рыцари (и порой знатного происхождения), не входящие все же в
состав грандов. Еще интереснее, однако, то, что и до 1295 г. в список
магнатов могли попасть фамилии, не имевшие рыцарей,— просто потому,
что их политическое лицо заставляло иополанов считать их сторонниками
знати. В приведенном нами определении магнатства указывалось, что
основанием для занесения фамилии в список магнатов, наряду с «рыцар-
ским» критерием, может быть и «общее мнение» («vel quos vulgo apellat...
magnates»). «Общее мнение», т. е. попросту решение правящей поиолан-
ской верхушки20. При обсуждении распределения налогов («эстимо»)
23 Например, если верить одной их хронике («Hicordauze di Bindaceio dr Cerchi»—
см. G. Salvem i n i. I.a dignila..., Appeudice, p. 118—119), в 1267 г. сразу девять
членов фамилии Черни сделались рыцарями.
21 Как утверждает Роон-Вассерман, рыцарское звание оказалось признаком при-
надлежности к магиатству по двум причинам. Делла Белла хотел отомстить своему
личному врагу — рыцарю Берто Фрескобальдп. Мелкое купечество (Kaufleiite) стре-
милось сокрушить крупных банкиров, носивших обычно рыцарский титул. Определи
пне магнатства было лишь искусственной, по удобной юридической условностью, при-
думанной Джапо и его единомышленниками п прикрывавшей их истинные цели.
Отчасти солидаризируясь, таким образом, с Ренуаром, Рооп-Бассерман игнорирует
антифеодальный характер «Установлений Правосудия» и, разумеется, ссылается па
неадекватность понятий «магнат» и «нобиль». В конечном счете утверждения Роон-Бас-
сермап во многом сходятся с концепцией Оттокара (см. Е. R о о п - В a s s е г ш а п и.
Die Weissen und die Scliwarzen von Florenz. Freiburg, 1954, S. 27—29).
25 Ср. с ошибочным, по показательным в своей расплывчатости определением,
данным Т. Строцци в его «Discorso intorno al governo di Firenze» (в кп.: G.Capponi.
Sloria della repubblica di Firenze, t. I. Firenze, 1875, Appendice II, p. 552): «Grandi
Флорентийские гранды в XIII в.
81
в марте 1285 г. один пз ораторов, Сепья Орлапдипп, определяет магнатов
просто как тех, кто вносит залог 26. Но кто же обязан был его вносить?
В постановлении от октября 128G г. указывается, что, помимо лиц из
фамилий, занесенных в список, магнатский залог должпы платить и
«все другие, если благоугодно было бы господам приорам» 27. Куда толь-
ко девались юридическая четкость и определенность? Это показывает,
что дело не в чисто правовом, логическом определении грапдства, кото-
рым обычно в первую очередь занимаются буржуазные историки, а в
анализе реальных социальных противоречий.
Анализ источников показывает, что за юридической категорией «маг-
натов» скрывается нобилитет, что понятия «гранды» и «дворяне» совпа-
дают. Должно ли нас смущать, что это совпадение отнюдь не носит аб-
солютного характера, что адекватность этих понятий верпа лишь в целом?
Разве состав и облик флорентийского дворянства не менялись непрерывно?
Разве границы между социально-экономическими слоями обладали стро-
гой отчетливостью? Разве водоворот политических событий пе размывал
эти границы еще больше, разве расстановка политических сил не соответ-
ствовала социально-экономическому делению лишь в общем и целом?
Короче говоря, разве сложная историческая действительность укладыва-
лась в безупречную схему? Ясно, что юридическая формула, отражавшая
действительность, не могла обойтись без некоторой неопределенности и
гибкости.
Последнее обстоятельство используется некоторыми современными
буржуазными историками. Подвижность и сложность классовой структу-
ры рассматриваются как доказательство ее отсутствпя, социальная сущ-
ность борьбы подменяется ее правовой оболочкой.
В 1926 г. Оттокар своей книгой «Флорентийская коммуна в конце
дудженто» 28 29 открыл — по рассматриваемому нами вопросу — поход про-
тив марксизма, а заодно и против «так называемой юридико-экономической
школы, целиком пропитанной идеями марксизма»28 (а на деле попросту
против достижений и заветов классического буржуазного позитивизма).
Оттокар с негодованием констатпровал, что «манера рассматривать всю
внутреннюю историю Флоренции как постоянное проявление вечного кон-
фликта между определенными социальными группами прочно уко-
ренилась в историографии, и до спх пор многие считают ее бес-
спорным завоеванием современной исторической мысли»30 31. «Главная
ошибка юридико-экономического материализма.— писал Оттокар, —
заключается в том, что оп не' ощущает единства живого историче-
ского организма... Противоречия — это лишь симптомы более широких
и глубоких процессов, лишь фрагментарные и поверхностные аспекты
более полной и общей реальности» 3*. Иными словами, социальные про-
тиворечия, по мнению Оттокара, отнюдь не составляли сущности и дви-
жущей силы флорентийской истории, а яростная борьба сословий была
сгапо quelle, clie о per nobilia о per riccliczze, о per mimero <1 'tiorniiii c per mala natura
loro iiisnperbite, non si contentavuno del vivere civile, ma aiigariavano meno potenti,
e poco stima facevano de’inagistrati*.
26 Consulte, vol. I, p. 180: «Et intcllicanlur magnates illi qui satisdant apudConnme
pro Magnatibus».
27 «...et omnes alii qui placuerint domitiis Prioribus» ((>. Salvemini. Magnati
e popolani..., Appendice IX (c), p. 364).
28 iX. О t t о k а г. Il coniune di Firenze alia fine del dugento. Firenze, 1926.
29 N. Ot tokar. Sludi comunali e fiorentini. Firenze, 1948, p. XVII.
30 IX. О t t о k a r. 11 comune di Firenze..., p. 19—20.
31 IX. О t t о k a r. Studi comunali e fiorentini, p. 97.
6 Средние кека. вып. XX
82
/. М. Баткин
лишь «поверхностным аспектом» гармоничного единства всех горожан
коммуны. Оттокару донельзя ненавистно «это помешательство на проти-
воречиях» (questa mania delle antitesi) 32. Он сетует, что «преодоление
формулы исторического материализма» происходит недостаточно быстро
и что конкретные исследования часто остаются «вне общих направлений
исторической теории» Кроче и Вольпе 33.
Оттокар утверждает, что средневековые итальянские города резко
противоположны по своему происхождению заальпийским городам. Они
были созданы прежде всего аристократией, переселившейся из контадо
(и отчасти верхушкой крестьянства), и не носили «ограниченно бюргер-
ского характера». Между городом и контадо поэтому сохранялось «тес-
ное единство» 34. Ученик Оттокара Плеснер развил эти построения даль-
ше 3°. Основой экономического процветания Флоренции была им объяв-
лена — в духе концепции Зомбарта — феодальная рента. Эсппна пошел
еще дальше, утверждая, что разница между Италией и остальной Евро-
пой была в этом отношении не столь уж велика...36 Взгляды Оттокара и
Плеснера недавно поддержал и Летокуа37 38 39. Итак, интересы знати и ком-
муны были прямо-таки тождественны...
Но как тогда объяснить непрерывную борьбу флорентийцев с окрест-
ными нобилями, в результате которой уже к началу ХШ в. контадо
было усеяно развалинами сожженных замков? Как объяснить в таком слу-
чае последующую борьбу пополапов и магнатов? Оказывается, вся исто-
рия Флоренции пронизана «противоречием между двумя противополож-
ными мотивами и принципами: с одной стороны, партикулярный и эго-
истический принцип, с другой — принцип коммунальный, общественный,
государственный» 3R. Таким образом, Оттокар все же был вынужден до-
пустить наличие во флорентийском обществе антагонизма, ио только, по
его словам, «в основе антимагнатской борьбы, которая занимает такое
место в общественной жизни Флоренции в 1285—1295 гг., не лежит, как
это часто ошибочно утверждали, социальный антагонизм» 30. Во Флорен-
ции стояла у власти олигархия, не имевшая определенного социального
облика. В олигархию входили и представители пополанской верхушки,
и нобили. Остальная масса населения боролась за расширение демократии,
за приобщение всех пополанов к управлению коммуной. Олигархия со-
стояла из людей, своекорыстно нарушавших интересы коммуны. Против-
ники олигархии стремились к общему благу, к законности и к единству40.
«Борьба шла не против магнатов как социального класса, а только против
связанных с их могуществом злоупотреблений и эксцессов»41.
Ученик Оттокара II. Рубинштейн, подвергнув термин magnates фило-
логическому и юридическому анализу и признав, что «магнаты» — это
в основном дворяцство, отказывается примириться с неизбежным выво-
32 X. О t t о к а г. Stuili comiinali е fiorcntini, р. 27.
33 Ibid., р. 91 92.
34 Ibid., р. X XII] etc.
33 I. Р I е s и <* г. L’eiuigralion de la сашрацпе a la ville librc de Florence au
XIII e. s. Kopcnhagen. 1934.
36 <1. E > p i n a s. Pour one liisloirc urbaine roniparee (Villes ilalicnnes cl villes
flamandes).—«Kcviie de Syiilhese liistoriqiic», I. Ki, 1935, deceinbre, p. 12 etc.
37 I. L e s l о c i| и о у. Les villes de Flandre el d’ltalie sous Ic goiiveniemenl des
patriciens. Paris, 1952, p. 16—48.
38 N. О I 1 о к a r. Sludi comunali e tiorenliui, p. 86. Эту мысль можно обнаружить
и в рассуждениях М. Вексра о победе во Флоренции public law (М. Becker. The
republican city, p. 40—41).
39 Ibid., p. 148—149.
40 N. О I t о к а г. Il comune di Firenze, p. 66, 265—268 etc.
41 Ibid., p. 139.
Флорентийские гранды е. ХШ а.
83
дом, что борьба против магнатов была социальной борьбой иополанов с
дворянством. Неожиданно он принимается па многих страницах толко-
вать о некоем средневековом «нраве родовой мести» (il diritlo di faida),
рассматривая его совершенно схоластически и формально-юридически,
вне времени и пространства, вне социально-экономических отношений —
как проявление абстрактного принципа «партикуляризма» 42. Для чего
понадобился Рубинштейну этот ученый экскурс? Оказывается, «юриди-
ческий индивидуализм» особенно был присущ дворянству. И посему во
Флоренции шла борьба не против дворян как дворян (т. е. как класса),
а против дворян... как наиболее ярких представителей «партикуляриз-
ма» 43. Никакой социальной борьбы. — с удовлетворением констатирует
Рубинштейн, заканчивая свою работу,— никакой классовой противополож-
ности пополанов и магнатов пе было 44. Просто боролись две «идеи» —
идея государственная и идея партикулярная...
А. Панелла, как и Оттокар, усматривает во Флоренции конца Х1П в.
«медленный и гармонический прогресс» государственности, основанной
на цеховой системе 4S. «Установления Правосудия», увенчавшие этот
прогресс, были лишены революционного и классового содержания. Ибо
«так называемые магнаты» — это «беспокойные элементы, которые, зло-
употребляя своим общественным положением, ... представляли постоянную
угрозу публичному порядку н спокойствию горожан» 46 47.
М. Аполлонпо точно таким же образом (используя сложность социаль-
ного состава магнатства и трудности, возникающие при анализе источни-
ков) подтверждает, что «магиатство» как политическое понятие — это
просто «идол», выдуманный современниками Данте «в пылу полемики».
«Это не значит, что грандов не было или что они не имели силы» Одна-
ко антнмагнатское движение Джаио делла Белла не может быть объясне-
но политическими или («что еще более узко») экономическими причинами.
Оно было «великой духовной драмой» 48 *. Угроза «основным фирмам го-
родской жизни, обычаям, традициям, морали, религии... исходила не от
грандов как знати, а от насильников (dai violent!), были ли они попола-
намп или магнатами» 40. В частности, к магнатству принадлежали често-
любивые «вожди народа», а также... эгоисты и идеалисты 50. Глубина этих
замечаний, бесспорно, превосходит простодушные наблюдения хронистов,
слишком не любивших дворян и не умевших еще, подобно Аполлонпо,
отделять политику от классовой борьбы...
Однако борьба с фактами — вещь все же утомительная. II Оттокар
в конце концов проговаривается: во Флоренции «существовали материаль-
ные интересы и различия политических и социальных тенденций». «Но
я думаю,— продолжает он,— что подобные интересы п тенденции пе
отражались прямо и неизбежно в отдельных социальных группировках
флорентийских горожан» 51. «Это,— иронизирует Оттокар,— персоппфп-
42 X. Н в 1) i в s t е i в. l.a lolla..., р. 15 21.
4:1 Ibid., р. 45, 53 etc.
44 N. К в b i и s 1 с i n. l.a lolla..., р. 5(1: «...нов с'ё hcsmiii fondamento per al-
tribuire alia leeuesnl sodainento una tendenza cla.-sista... ipiesla 1ецце 1<>'>е niisura pura-
inenle slalale».
4r’ A. Panel I a. Moria <li Firenze. F i reuzi 1949, p. 6:1 64.
le Ibid., p. 67.
47 M. A p о 1 1 о в i о. Danlc (Sloria della «Coinniedia»), vol. I. Milano. 1951,
p. 92.
48 Ibid., p. 94.
4a ibid., p. 93.
50 Ibid., p. 95.
51 .N. О t t о k а г. Il commie di Firenze, p. 45.
6*
8i
Л. M. Баткин
кация исторического процесса, род современного антропоморфизма» 52.
Когда-то епископ Бёрклп соглашался признать в рамках своей идеали-
стическом теории даже существование реальных вещей и все выводы есте-
ствознания, отрицая «только» понятие объективной материальной суб-
станции. Подобно Беркли, Оттокар согласен на худой копец признать
даже роль материальных интересов, но «только» не связанных с определен-
ными классами, признать даже существование социальных противоречий,
но «только» лишенных классовой конкретности.
Ибо, как откровенно говорит Аполлонио, классовая борьба — это
«абстрактная» «схема, которой пользуются, чтобы оправдывать современ-
ность» 53. Иными словами: позволительно ли признавать классовую борь-
бу в средневековой Флоренции, если это способствует признанию неиз-
бежности классовой борьбы в нынешнем капиталистическом обществе?!
2. СОБЫТИЯ 6 ИЮЛЯ 1295 г. И ИХ 3IIA4EHIIEJ
Хорошо известно, что в 1293 г. флорентийские магнаты были, по сути,
поставлены вис закона. Знаменитые «Установления Правосудия» лишили
их политических прав и обрушили на них чрезвычайные уголовные кары.
Антпмагнатскпй террор длился более двух лет. Изменилось ли в сущест-
венной мере политическое и практическое положение магнатов после того,
как произошел раскол в пополанском лагере? Выяснив предварительно,
кто такие магнаты, мы можем теперь перейти к анализу ситуации, возник-
шей в результате принятия в 1295 г. новой редакции «Установлений».
Политическая обстановка, создавшаяся во Флоренции после поражения
низов и изгнания Джапо делла Белла в марте 1295 г., отличалась слож-
ностью и неустойчивостью. Продолжались аресты «тощих пополанов».
Расцветали шпионаж, доносительство, клевета, повальное ренегатство.
Ругать пополанского вождя стало хорошим тоном, признаком полити-
ческой лояльности. «Многие говорили о нем дурное из трусости, чтобы
угодить преступникам»,— рассказывает Дино Компании 54.
Все это способствовало активизации дворянства. Флорентийские маг-
наты решили, что настал самый удобный момент для открытого выступле-
ния против пополанской власти и «Установлений Правосудия», за восста-
новление утраченных привилегий и былого могущества.
Готовясь к схватке, гранды консолидируются 53. Во имя сословного
единства прекращаются родовые файды, нередко возникавшие на почве
коммерческой конкуренции. Восстанавливается мир, в частности между
магнатскими банковскими домами Барди и Моцци. В мае происходит
торжественное примирение Адимари и Тозпнгп 56,— «чтоб быть в согласил
ради уничтожения народа»,— поясняет хронист 57.
Одновременно гранды ведут напряженную впешнедппломатнческую
подготовку. Они заручаются помощью «всех нобилей коптадо» (в том числе
могущественных графов Гвпдп и графов Альберти). Им обещают поддерж-
ку феодалы Лукки, Прато и Пистойи 58. Они храпят тесную связь с Бони-
фацием VIII. 62
62 .\. О tick л г. II comnnc di Firenze, р. ill.
53 М. А р о 1 I о n i о. Dante..., р. 103.
54 С о ш р a g n i, I, 18.
53 Villa и i, VIII, 12: «Е primasi si pacificarono insieme di grandi nimista
tra loro...»
Бв V i 11 a n i, VIII. 12. См. также: Pseudo-Latini, p. 577.
57 Pseudo - Lalini, p. 577: «...e quasi tulle le paci si facero inlra guelfi
solamente, per esserc a une concordia a uccidere ii popolo».
bS Pseudo-Latini, p. 577.
Флорентийские гранды в XIII в.
85
Наконец, магнаты неуклонно расширяют влияние па судеб-
ный аппарат, городские советы и приорат: во всех государственных орга-
нах коммуны (и прежде всего в приорате) гранды имели ставленников
из числа крайне правых элементов «жирного народа». Последнее обстоя-
тельство придавало дворянскому заговору особенно опасный характер.
Стефани сообщает: «Гранды всякий раз добивались [избрания] приоров по
своему желанию, и всегда [это были] люди, потакавшие грандам»58 *. Впллаии
подытоживает создавшуюся ситуацию в не менее точных выражениях:
«Гранды,... имея в приорате друзей, стремились уничтожить попланские
Установления»60 * *.
Среди «толстых» не было единодушия. Крайне правые, промагнат-
ские элементы хотя и преобладали в правительстве, но составляли лишь
небольшую часть пополанской верхушки. Широкие круги «жирного на-
рода» вовсе не собирались делить власть с магнатством и жертвовать
своим господствующим положением, закрепленным в «Установлениях».
Противоречия между «толстыми» и грандами, временно отступившие
в тень, когда усилилось ненавистное им простонародье, после мартовского
переворота вновь обостряются.
В борьбе против «жирного народа» магнаты используют реакционную
прослойку богатого ремесленничества, связанную с ними и экономически,
и политически. Вряд ли, конечно, эта прослойка была многочисленна,
но некоторые ее представители пользовались серьезным влиянием. И преж-
де всего — крупнейший мясоторговец Дино Пекора, «человек лживый
и склонный ко злу» (uomo di роса verita, seguitatore di male). Так отзы-
вается о своем тезке хронист Дино Компаньи, пишущий подробно и с
ненавистью: «Был он велик телом, дерзок и бесстыден, и большой хвастун
(gran ciarlatore) и говорил открыто, что участвовал в заговоре против
Джано, собираясь с сообщниками в подземелье. Он не отличался постоян-
ством и был скорее жесток, чем справедлив» м. Прожженный демагог, бес-
принципный и опасный, Пекора вел сложную и обдуманную политическую
игру. С одной стороны, мясник «лицемерно порочил [Джано делла Белла],
чтобы угодить другим» (т. е. грандам) и. «Непрошенный, он часто ора-
торствовал в советах и заявлял, что освободил их от тирана Джано и часто
ходил по ночам с маленьким фонарем, сплачивая волю заговорщиков» 63.
Хвастая своими заслугами, запугивая «толстых» именем Джано и разжи-
гая антидемократические настроения, Пекора действовал на руку и по
заданию магнатов (с которыми он был связан через фамилию Тозинги) и
стремился занять ведущее положение среди пополанского руководства.
С другой стороны, ради этой же цели — для давления на верхушку «тол-
стых» — Пекора угрожал приорам, «заявляя им, что они были избраны
лишь при его содействии (per sua operazione)», и пытался привлечь к себе
«тощих пополанов» (corrompea i popolani minuti), подбивая пх на загово-
ры против приората64.
Деятельность Покоры вряд ли была особенно важна сама по себе.
Но зато она как нельзя более показательна для создавшейся в городе
весной 1295 г. мутной и противоречивой атмосферы. Поэтому каждое сло-
50 S t е f а и i, rubr. 208: «...avcaiio ogni voila li Priori a lor posta, e sempre genie
die favoreggiavano i Grandi».
“ Vi Ilan i, VIII, 12: «...i grandi e possenti della cilia di Firenze veggendosi
forte gravali di nuovi ordini della giustizia falti per lo popolo... e avendo in su] priorato
di loro amici, si procacciarono di compete gli ordini del popolo».
81 С о m p a g n i, I, 18.
“Compagni, I, 18: «...dissimulava in dire male di lui per compiacere a altri».
83 С о m p a g n i, I, 18.
84 С о m p a g n i, I, 18.
86
Л. М. Б а т к и н
во в воспоминаниях хрониста любопытно. II особенно — упоминание
о «тощих». Золото мясника, очевидно, не могло снискать ему, открыто-
му врагу Джано, симпатии пополанскпх низов, несмотря на все их
ожесточение против «толстых». (События скоро подтвердили это.) «Тощий
народ» еще долгие годы не сможет оправиться после мартовского пора-
жения и вернуть себе ту роль, которую он играл в 1293—1294 гг. Но не
следует думать, что низы совершенно смирились и притихли. Иначе Пе-
кора не пробовал бы воспользоваться их поддержкой, а папа Бонифаций
не посылал быв январе 1296 г. флорентийцам специальной буллы с угро-
зами по адресу тех, кто мечтает о возвращении Джано 65.
Паскуале Впллари утверждает, что после изгнания Делла Белла «то-
щие» объединились с грандами против «толстых» 66. Но источники не дают
основания для такого вывода. Наоборот, Впллани замечает, что против
грандов летом 1295 г. выступили все пополаны, а Стефани недвусмыслен-
но заявляет: «Гранды, благодаря коварству, весьма усилились, чего не
желали меньшие пополаны» 67. «Тощий народ» по-прежнему ненавидел
знать, хотя и враждебно относился к «толстым».
15 нюня 1295 г. вступили в должность вновь избранные приоры,
«которыми были Ваннп Уголпни с товарищами» °8 *. Новый приорат ока-
зался промагнатскпм еще в большей степени, чем предыдущие. Гранды
решили, что час пробил. Приорам было тайно направлено требование
смягчить «Установления Правосудия» 6в. Правители в ответ благослови-
ли планы мятежа 70. «Кажется, с их ведома,— сообщает Стефани,— гран-
ды вооружились, желая уничтожить „Установления Правосудия"» 71.
Дворянский мятеж вспыхнул в заранее назначенный день 72 73_ Гранды
выступили одновременно в трех районах города; их отряды появились
в Ольтрарно и на площадях Нового рынка и Сан-Джованни. Во главе от-
рядов стояли Форезе Адимарп, Ванни Моцци и Джери Сппни. Тяжело
вооруженную рыцарскую конницу сопровождали пехотинцы — из числа
зависимых от грандов крестьян и. возможно, разного наемного сброда,
кормившегося в магнатских домах 78.
Немедленно поднялись цехи. Впллани рассказывает, что «за оружие
взялись все пополаны, в большом числе, согласно [боевому] порядку и со
знаменами» 74 * *. Несомненно, младшие цехи действовали в этот тревожный
час заодно со старшими. Цеховое ополчение быстро сосредоточилось
у дворца подеста и у дома Черкп, где заседал в то время приорат. Улицы
покрылись множеством завалов, преградивших путь магнатской коннице.
05 G. I, с v i. Bonifazio VIII с le sue relazioni col comune di Firenze. Roma, 1882
p. 88—90 (Documenti. I).
46 P. V i 1 I a r i. I priini due secoli della sloria di Firenze. Firenze, 1947, p. 431.
67 S t e I a n i, rubr. 208: «Per lastuzia de’Grandi, li quali pigliavano piil del Cam-
po che non volcano i Popolani minori...».
88 S t e f a ii i, rubr. 208.
Cl1 V i 11 a n i, VIII, 12: «... e richiesono i priori ch’e delti capitoli fossono corretti...»;
Is. Machiavelli. Le istorie fiorentine. Firenze, 1851, p. 81: «...mandarono due
di loro alia siguoriaja quale guidicavano in loro favore a pregarla fusse contenta lemperare
in qnalqne parle 1’acerbita dello leggi» elc.
70 Pseudo-Latini, p. 377: «...con panda e volontade di signori Sanatori
die reggevauo la cilia di Firenze».
71 S t c f a n i, rubr. 208: «Si parve che con loro consentimento i Grandi s’armarono
per voter levare gli ordini della Giustizia».
72 Villani, VIII, 12.
73 Villani, VIII, 12:«I grandi per se a cavalli coverti.e con loro seguilo di conladini
e d’altri masnadieri a pie in grande quantita».
74 Villani, VIII, 12: «I popolani s’armarono tutli co’loro ordini e insegna e
bandiera, e furono in grande numero». Стефаии u Псевдо-Латпнп также говорят о «по-
нотапах» вообще.
Флорентийские гранды с XIII с.
87
Чтобы предупредить измену со стороны приоров, находившихся на подо-
зрении, в синьорию были дополнительно введены шесть человек «из са-
мых крупных, могущественных и мудрых иоио.тапов Флоренции» 7й.
Вслед затем цеховое ополчение двинулось к площади Сап-Джованни,
дабы «спросить у грандов, чего они хотят» 7Н.
«Гранды пе обладали мощью и были бессильны против [пополапов|,
и народ мог бы победить грандов»,- пишет Внллапп 75 * 77. Казалось, старая
флорентийская площадь с минуты па минуту огласится боевыми кри-
ками и обагрится кровью. По неожиданно вооруженные стороны вступили
не в бои, а в переговоры п обменялись пе стрелами, а монахами-посред-
никами. Несмотря на свои большой перевес, пополаны, вместо того чтобы
атаковать и рассеять магнатские отряды, предпочли пойти па компро-
мисс.
Почему? Виллани отвечает очень невразумительно: «Потому что так
было лучше и чтобы не начинать в городе сражения». По через несколько
строк вдруг добавляет: «Это сделали приоры против желания пополанов»78.
Мы знаем, однако, что состав приората был удвоен за счет противни-
ков грандов из числа maggiori и pin possenti, т. е. «толстых». Какие же по-
поланы не желали примирения с грандами? Очевидно, главным образом
«тощие».
Дело обошлось без кровопролития. Стороны разошлись. Соглашение
между «толстыми» и магнатами было выражено в поправках к «Установ-
лениям», принятых советами б июля 1295 г.79 Июльская редакция «Уста-
новлений», как уже было указано, подвела итог пополапскому движению
1293—1295 гг. и явилась предпосылкой нового этапа социальный борьбы,
известного под названием распри белых и черных гвельфов. В чем же
заключались изменения, внесенные в «Установления» после переговоров
на площади Сан-Джовапнп?
Были сделаны вставки в III, VI, XVII и XIX рубриках, а также, не-
видимому, введены целиком заново три рубрики: VII, VIII и ХШ. Их
существо сводится к тринадцати пунктам. Вдумываясь в эти тринадцать
пунктов, можно — более пли менее условно — разделить все июльские
поправки на четыре группы.
К первой группе относятся поправки, несколько смягчавшие антпмаг-
натское уголовное законодательство.
В рубрике VI, устанавливающей кары для магнатов в случае убийства
пли ранения ими пополана, появилась оговорка: «scilicet studiose vel
premeditate»80. Отныне имелись в виду лишь преступления, при которых
наличествовал злой умысел. Нужно полагать, что непредумышленные пре-
ступления должны были, следовательно, наказываться в общем порядке,
т. е. в соответствии со статутами подеста.
Далее в рубрике указывалось, что за убийство пополана подлежат
смертной казни не все участники преступления, как раньше, а только
основной его виновник, главарь (capitanens homicidii). В случае, если
кто-либо тайно направлял руку убийцы (unus capitanens tantuin de fieri
facientibus dictum homicidium),— него голова слетала с плеч. Но прочие
75 Villani, VIII, 12:«...е diedono compMaia a priori, perch’ erano sospelli. de mag-
giori e de’piii pos-«*nli e savi e popolani di Firenze, uno per seslo».
•B Stefa n i, rnbr. 208.
77 Villa n i. VIII, 12: «I grandi non ebbono niuna forza ne podere contra loro, ma
il popolo avrebbe potnto vincere i grandi...».
7S Villani, VIII, 12: «...ma per Io migliore e per non fare battaglia cilladintsca...
e cid feciono i priori contra volonta de’popolani».
7B Ordinamenti.— Appendice XII, p. 384—432.
so Ordinamenti, rnbr. VI, p. 394—396.
88
Л. М. Баткин
гранды, непосредственно наносившие удары скончавшемуся пополану,
присуждались отныне лишь к штрафу в 2 тыс. лир (как за тяжелое ране-
ние), а остальные соучастники — на тысячу лир. Впрочем, дома и имуще-
ство всех осужденных по-прежнему подлежали сносу и конфискации ы.
За одно тяжелое ранение могли быть осуждены, на основе новых «Уста-
новлений», также не более двух человек: прямой и косвенный виновники
(faciens et fieri faciens). Их соучастники, согласно июльским поправкам,
оказывались подсудны статутам подеста 81 82. Попутно подчеркивалось, что
следует считать тяжелым не всякое ранение лица, а лишь «превеликое»
(et vulnus esset enorme) 83.
Далее. Согласно «Установлениям», родственники гранда, уклоняю-
щегося от внесения особого магнатского залога (sodamento), обязаны были
внести залог вместо него, н если такой гранд убивал или ранил пополана,
то родственники несли наказание, как если бы они являлись виновниками
преступления. Причем если фактическому виновнику, приговоренному к
смерти, удавалось ускользнуть от цепких рук флорентийской коммуны, то
родственники оштрафовывались на 3 тыс. лир. В июльских же поправках
было оговорено, что, если осужденный гранд все же попадет но власть
Флоренции (и не позднее, чем через десять дней после вынесения приго-
вора), его родственники освобождаются от наказания (отделываясь, та-
ким образом, потерей залога) 84.
Наконец, по «Установлениям Правосудия», для осуждения гранда было
достаточно, кроме клятвы потерпевшего или его близких, показаний
«свидетелей, основывающихся на общей молве» (per testes probantes de
publica fama). Как сообщает хронист, на практике речь шла о двух сви-
детелях 85, т. е. достаточно было каким-нибудь двум соседям заявить,
что они тоже слышали о преступлении,— п приговор был наготове. В июль-
ской редакции соответствующее место стало выглядеть так: «saltern per
tres testes probantes de publica fama» 86. Вместо двух свидетелей теперь
нужно было не менее трех. Но какое же это малозначительное изменение!
Изменение, ничуть не затрагивавшее существа чрезвычайной процес-
суальной нормы, до предела упрощавшей судопроизводство.
Однако и другие уступкп, перечисленные выше, не имели принципиаль-
ного характера. Это были, так сказать, чисто количественные послабле-
ния н притом не слишком большие. Конечно, они облегчали участь не-
которых магнатов в тех или иных судебных казусах. Но они ничего не
меняли в основах «Установлений». И к тому же указанные поправки
относились только к преступлениям против личности пополана. Оставались
в полной силе рубрики, наносившие удар экономическим интересам гран-
дов и каравшие за посягательство на пополанские владения 87. Да и во-
обще гранд — за что бы его ни судили,— как и прежде, подлежал исклю-
чительному порядку судопроизводства и особо суровым санкциям, часто
в пять-шесть раз тяжелее обычных 88. Ведь и после 6 июля гранду по-
прежнему в большинстве случаев угрожало беспощадное разрушение
домов и конфискация имущества; по-прежнему действовали строгие за-
коны об изгнании; по-прежнему магнаты, высланные из Флоренции,
81 Orditiaiuenli, rubr. VI, р. 395.
82 Ordinaincnli, rubr. VI, р. 396.
83 Ordinamenti, rubr. VI, p. 395—398.
81 Ordinamenti, rubr. XIX, p. 408 409.
86 V i 1 1 a n i, VIII, 12.
88 Ordinamenti, rubr. VI, p. 397.
87 Ordinamenti, rubr. IX—XI, XLV1II, LIV etc.
88 G. S a 1 v e m i n i. Magtiati e popolani..., p. 178.
Флорентийские гранды в XIII е.
89
находились вне закона 89. И приговоры, вынесенные на основании «Уста-
новлений», не подлежали апелляции, исправлению или отмене * 80. Как
и раньше, магната ожидала ссылка за неосторожное слово 81 и штраф
в 300 лир (т. е. в сто раз выше, например, месячного жалованья город-
ского стражника) за удар «vacuis manibus», иначе говоря, за самую
обыкновенную пощечину 82 83.
И все же поправки, отнесенные нами к первой группе, были какими-то
реальными смягчениями законодательства — пускай скромными. Вряд
ли, однако, позволительно сказать это о поправках, составляющих вто-
рую группу. В числе них наказания за клевету и лжесвидетельство про-
тив магнатов 93; среди необходимых для обвинения грапда трех свидете-
лей не могли фигурировать личные враги обвиняемого и родственники
потерпевшего 94; в случае судебного оправдания магната запрещалось
вновь возбуждать против пего преследование по тому же поводу без до-
статочных оснований 96.
Единственное значение подобных элементарных процессуальных га-
рантий заключалось в том, что они демонстрировали перемену полити-
ческого климата после изгнания Делла Белла. Не следует забывать, что
в 1293—1294 гг. давление низов придавало антимагнатскому террору
особую ожесточенность и действенность. Известен рассказ Компании
о том, как страх перед вооруженными ремесленниками придавал судьям
решимость; как оправдание магната уже побуждало «тощих» «заподозрить»
правителей (dubitavano se Гиошо accusato non fosse punito), как предъяв-
ление обвинения в этих условиях было чуть не равнозначно готовому
приговору. «Гранды очень натерпелись от законов и говорили тем, кто
их приводил в действие: „Едет всадник, и лошадь заденет хвостом лицо
какого-нибудь пополана; или в толпе один нечаянно толкнет в грудь дру-
гого; или даже малые ребятишки заведут ссору. Люди их обвинят. Но
нужно ли разрушать [дома] из-за такой малости?"»96.
То, что было нужно в 1293 г., стало не нужно «толстым» в 1295 г. Они
добились своей цели, а обострение отношений с «тощими» диктовало сдер-
жанность по отношению к грандам. Магнатские жалобы были наконец
услышаны. Но приведенные трп поправки имели в виду лишь те случаи,
когда магнат не совершал преступления... Меч «Установлений», по-преж-
нему отточенный и грозный, продолжал висеть над головами нобплей.
Однако отныне «толстые» были настроены опускать его более осмотри-
тельно. Только и всего. С большим искусством «толстые» создают види-
мость уступок, ничем не поступаясь всерьез.
К третьей группе поправок можно отнести две новые рубрики —
VII иVIII. Если пополан пострадал, участвуя в распре между магнатами,
или был слугой гранда, нанесшего ему удар, то преступление впредь изы-
малось из сферы действия «Установлений» и подлежало общекоммуналь-
ной юрисдикции (remaneat iuri comuni) 97. Не забудем, что антимагнат-
ское уголовное законодательство отличалось насквозь политическим ха-
рактером. Это отчетливо отразилось в таких юридических нормах, как
обязанность пополана под угрозой штрафа сообщать об учиненных ему
83 Ordinamenti, rubr. XXX, XX1—XXII, LII etc.
80 Ordinamenti, rubr. XX\ I.
91 Ordinamenti, rubr. XIV.
82 Ordinamenti, rubr. VI, p. 396.
83 Ordinamenti, rubr. XIII, p. 404.
94 Ordinamenti, rubr. VI, p. 397.
85 Ordinamenti, rubr. VI, p. 398.
"Compagni, I, 12.
87 Ordinamenti, rubr. VII—VIII, p. 400.
90
/. А/. Ват к и н
обидах и как запрещение пополану соглашаться на мировую с обидчп-
ком 98 * 100. Ибо ранение пли убийство пополана были не простыми ранением
и убийством, а посягательством на государственный строй. Июльские
поправки ни в малейшей степени не противоречили этой коренной идее
«Установлений». Если пополан превращался из вольного ремесленника
в магнатского слугу пли ввязывался в дворянскую междоусобицу, его
личность переставала интересовать тех, кто защищал неприкосновенность
цеховой системы. Рубрики VII и VIII изымали, иначе говоря, из ведения
«Установлений» случаи, когда преступление не задевало пополанского
сословия и не было обращено против пополана как социальной фигуры.
Остается разобрать два дополнения, которые стоят совершенно особ-
няком и давно считаются в историографии наиболее важными и любопыт-
ными среди поправок 1295 г.
В новой редакции «Установлений» провозглашалось, что фамилии,
не внесенные на 6 июля в список магнатов, должны в будущем считаться
пополанскимп, «за исключением тех, которые имеют пли имели за послед-
ние двадцать лет более двух рыцарей» ". Таким образом, после 1295 г.
уже не всякий рыцарь был одновременно магнатом. Появились рыцари-
нополаны (i cavalieri popolani). Итальянский юрист начала XIV в. Бар-
толо да Сассоферрато писал по этому поводу: «Мы видим, что в государстве
Перуджа если какой-нибудь плебей станет рыцарем, то он будет счи-
таться нобилем; но во флорентийском государстве он даже после рыцар-
ского посвящения остается пополаном» |0°. Факт, конечно, весьма своеоб-
разный. Не является ли это свидетельством смягчения борьбы между
пополанами и магнатами?
Ни в коем случае. Прежде всего нужно подчеркнуть, что рыцари-
нополаны были лишены многих важнейших политических нрав. Как и
магнаты, они не имели права стать приорами, гонфалоньерами, членами
иополанских советов, цеховыми консулами 101. Собственно, преимущест-
ва рыцарей-пополанов перед магнатами сводились к тому, что они не вно-
сили залога, не подлежали особым уголовным санкциям и были подсудны
капитану народа, а не подеста. Рыцарское звание оставалось одиозным.
Не удивительно, что во Флоренции после 1295 г. находится все меньше
охотников принимать рыцарское посвящение и все связанные с ним стес-
нения. Если накануне провозглашения «Установлений Правосудия»
в городе, по словам Виллани, насчитывалось более 250 рыцарей, то к 1336 г.
их осталось лишь 75. Хронист замечает: «...так как господствовал народ,
а гранды не имели ни силы, ни власти, как раньше, то немногие станови-
лись рыцарями» 102_
Относительно разбираемой поправки Виллани отзывается в следующих
выражениях: «Многие семьи, не являвшиеся тиранами п не обладавшие
большой мощью, вышли из числа грандов и перешли к народу, дабы
уменьшить силы грандов и увеличить силы народа»103. Стефани говорит
U8 Ordinamenti, rubr. XII, р. 403—404; rubr. VI, р. 397.
89 «...nisi in tali donio el rasato bodie sint vel fuerinl ultra quam duo inilites a vi-
uiuii annis proximo preterit is citra» (Ordinamenti, rubr. XVII, p. 407).
100 «Videiniis in civilate ista I’erusii, quod si aliquis plebeius elficiatur miles, habe-
tur pro nobiii; sed in civilate Florentie elinni post niilitiam remanel popularise (цпт.
no Ku.: G. S a I v e ш i n i. La dignila..., p. (ill).
i“ G.Sal v e in i n i. La dignila..., p. (>3. Такое положение сохранялось до 1330г.
102 V i 1 1 a n i, IL 94: «...che poiche 'I popolo fu, i grandi non ebbono stato ne
signoria come prima, e perd pochi si facevano cavalieri».
103 «Molli casali che non erano tiranni e di non grande podere, trassono del numero
de’grandi e misono nei popolo, per iscemare il podere de’grandi e crescere quello del po-
polo» (V i I 1 an i, VIII, 12).
Флоргннтткиг гранды в XIII 91
не менее определенно: «Парод, видя дерзость грандов и рассчитывая
привлечь к себе люден,... peiiin.’i сделать некоторые граидскне фамилии
пополанскимп» 1М. Таким образом, хронисты свидетельствуют, что цель
поправки к XVI1 рубрик? «Установлении» заключалась в расколе дво-
рянства, в облегчении перехода па сторону иополанов промежуточных
элементов, в изоляции крупного нобилитета. После мощных ударов,
нанесенных по магнатству в 129;’ 1294 гг., часть дворянства благоразум-
но склоняется к прекращению борьбы против «Установлении». С другой
стороны, если до 1293 г. отдельные фамилии из верхушки «жирного па-
рода» одворянивалпсь, принимая рыцарские посвящения н становясь,
как выражается Компании, «magnati per altri accident i», то кровавый тер-
рор заставил многих н.з них отшатнуться от нобилитета и вновь примкнуть
к «толстым» (типичным примером может служить фамилия Черкн).
Верные наблюдения хронистов нуждаются, однако, в существенном
уточнении. Текст рассматриваемой поправки явно обнаруживает, что
новый закон не имел обратной силы. Он относился лишь к тем фамилиям,
которые на G июля 1295 г. не значились в официальном перечне магнатов
(quod non sit liodic, scilicet niillesiino diicentesimo iionagesinio quinto...die
VI inensis iulii sciiptum...etc.). Июльский перечень магнатов дошел до
нас и подтверждает, что поправки к «Установлениям» не внесли в него
почти никаких изменений по сравнению с 1293 г. Вместо 72 фамилий, обо-
значенных в списке 1293 г., теперь в нем числятся 70 фамилий: выбыли
Маньери, Пульчи, Альп н Элизеи, но включены Спцп и Перли |05. Следо-
вательно, как справедливо заключает Сальвемпин, поправка ничего не
дала грандам в собственном смысле слова (grandi per sostanza) 10<;. Она
должна была, наоборот, нанести им удар и отколоть от магнатов некото-
рые дворянские пли одворянпвшиеся фамилии, предоставив этим фами-
лиям возможность вступить в пополанское сословие, даже если они имели
в своем составе одного или двух рыцарей.
И еще одна июльская поправка, вызвавшая в литературе особенно
разноречивые мнения.
В «Установлениях» 1293 г. разрешалось избирать в приорат только
тех членов цехов, которые действительно и постоянно занимались цехо-
вой деятельностью (artifices continue artem exercentes, vere exercuerint)* 105 106 107.
В июле 1295 г. было сделано добавление: «...vel qui script! siiit in libro sen
matricnla alicuius arlis civitatis Florentie» 108 109. Таким образом, отныне до-
статочно было записаться в цех, в цеховой матрикул.
«Итак, настоящим добавляется, решается и провозглашается, что лю-
бой пополан, если только он не является рыцарем, будучи вписан в книгу
(матрикул] какого-либо цеха государства Флоренции и войдя в число чле-
нов этого цеха, да считается во всем и да будет допущен ко всем долж-
ностям п привилегиям в качестве члена цеха и наравне с тем членом цеха,
который постоянно занимается цеховой деятельностью» |П9.
11)4 «Vedulo it I’opolo 1'ardire de'urandi, e peiisando d’arrecare a si> (rente... si ordi-
narono di fare certe fainiglie irraudi popolane» (Stef a n i, rnbr. 209).
105 G. Salve in i n i. Magnali e popolani.... Appendice, IX, p. .'175 377.
106 Ibid., p. 232, 235.
107 Ordinaiuenla iustiliae..., rnbr. Ill: «aliquis qui continue Arletn non exerceal...
non possit nee debeat inodo aliquo eligi vel esse in diclo offitio prioralus».
ни Ordinamenti, rnbr. Ill, p. 39(1. Диалогичные изменения были внесены н в дру-
гие рубрики «Установлений».
109 «Пос etiani addito proviso et declarato quod quolibet Popularis, dummodo non
sit miles, qui scriptus reperietur in libro seu malricula alicuius Artis civitatis Florentie,
in nnmero liomiiiinii dicte Artis, in omnibus et singulis sit habeatur et tractetur ac etiani
ad omnia offitia et benefitia admit tat nr pro artefice et tamquam artifex qui continue Ar-
tem exerceat» (Ordinamenti, rubr. Ill, p. 391).
92
JI. M. Баткин
Согласно традиционному толкованию этой поправки, гранды получа-
ли благодаря ей возможность, записавшись формально в цехи, вернуть
политические права, отнятые у них «Установлениями». Новый закон
обычно расценивается как «настоящая победа грандов» 110 111. Такая точка
зрения принята и в советской литературе. Особенно решительно выска-
зывается А. К. Джпвелегов: «Купечество заключило соглашение с дво-
рянами и в 1295 г. провело поправку к „Установлениям”, фактически вос-
станавливающую дворян в правах»1П.
Думается, для подобной оценки нет никаких оснований. Начнем с того,
что многие магнатские фамилии (например, Барди, Спинп, Фрескобальдп,
Моццп, Скали, Пацци и др.) испокон века входили в цехи, причем фак-
тически занимались цеховой деятельностью. Опп оставались в цехах и
после 1293 г., по тем не менее «Установления» лишали их — как магна-
тов — политических прав. И даже более: острие «Установлений» было
направлено именно против магнатов, входивших в цехи, ибо «внецеховые»
магнаты и без того не имели доступа в приорат. С1293 г. лица, включенные
в список магнатов, должны были нестп все тяжкие последствия этого.
Не имело никакого значения, занимались ли они купеческим и банков-
ским делом. В «Установлениях» 1293 г. специально подчеркивалось: «не
исключая тех, кто является членами цехов и занимается ремеслом или
торговлей» 112. В редакции 1295 г. эта формулировка сохраняется 113_
Но если так, то что же изменила рассматриваемая поправка в положении
лиц, занесенных в список магнатов? Ровным счетом ничего. Эта поправка
попросту не относилась к магнатам. В ней четко указывается, что каж-
дый пополан (quolibet Popularis) должен иметь все политические права,
даже если он не занимается ремеслом и является членом цеха лишь фор-
мально. «Каждый пополан»! Ну, а если это не пополан, а магнат? В по-
правке нет и намека, что она распространяется на магнатов. В ней вообще
не упоминаются магнаты. Зато оговорено, что поправка не распространяет-
ся ня пополанов-рыцарей. Но если даже пополаны-рыцари не обладали
политическими правами, то тем более это относится к магнатам.
Июльская редакция «Установлений Правосудия» сохранила в полной
неприкосновенности рубрики, запрещавшие магнатам входить в приорат,
в цеховые консулаты и в пополанские советы114 . Уже одно это обстоятель-
но р. V i I I а г i. I primi due secoli della storia di Firenze, p. 440.
111 А. К. Д ж и в e л e г о в. Данте. М., 1933, стр. 21—22. Во втором издании
(1946 г., стр. 123): «фактически допущение дворян к приорату», «огромная политиче-
ская уступка дворянам».
112 «...non obstante quod ipsi vel aliquis eorum de dictis domibus et casatis, vel ali-
quo eorum, sint artifices sea artem vel niercantiam exerceant vel exercuerint» (Ordina-
menta iustitiae..., rubr. XVIII).
113 Ordinamenti, rubr. XVII, p. 406.
и* Ordinamenti, rubr. XV, XXXIV, L. II. Оттокар приводит документ, из которого
явствует, что в 1314 г. было аннулировано избрание в консулат цеха Камбио члена
видной компании Уццапо па том основании, что этот Guccius Tolti de Uzzano является
магнатом (forma statutorum comunis Florenlie, ex eo quod ipse esl de manna! ibus civi-
tatis Florentie). II. Оттокар правильно подметил уязвимое место традиционной трак-
товки, указав, что июльская поправка 1295 г. вовсе пе предоставляла права тем, кто
был занесен в перечень магнатов. Но этим исчерпывается ценность его работы «Л рго-
posito della presunta riforma costiluzionale adottata il 6 Luglio dell’anno 1295 a Firen-
ze» («Studi comunali», Firenze, 1946). Далее H. Оттокар пытается сделать ложный
вывод, будто эта поправка вообще не имела никакой связи с пополано-магиатскпмн
отношениями, и приписывает ей совершенно неправдоподобный смысл: поправка, по
его словам, «расширяла слишком суровое толкование понятия принадлежности к цеху,
присущее „Установлениям” 1293 г.». Расширенное толкование, по Оттокару, учиты-
вало «многообразную деятельность капиталистических элементов». На самом деле
в редакции 1293 г. под «continue artem ехегсеге» подразумевалось, конечно, не только
ремесло в узком смысле слова, ие только личный труд, но и всякая цеховая деятель-
Флорентийские гранды в XIII в.
93
ство показывает, что распространенное толкование июльских поправок
основано на недоразумении. Обычно допускают, по крайней мере, две
ошибки. Во-первых, не учитывают, что «магнаты» и «дворяне» — это хотя
п очень близкие, в значительной степени совпадающие, по все же не тож-
дествсппые категории. Во-вторых, полагают, будто членство в цехе (фор-
мальное или фактическое) и принадлежность к магнатству исключали друг
друга. На деле же это было совсем не так. Здесь сказывалась специфич-
ность флорентийского нобилитета, втянутого в торговые и банковские опе-
рации. Магнат, будучи (даже фактически) членом цеха, не переставал счи-
таться магнатом и подлежал — до и после 1295 г. — всем законам против
магнатов 11S.
Но в чем же тогда смысл пресловутой поправки? От нее выиграли те
лица, которые, не будучи магнатами, вместе с тем и не занимались цехо-
вой деятельностью.
По-видимому, это были прежде всего нпзпше слои дворянства, жившие
на счет небольшой недвижимости в городе и в контадо, так называемые
scioperati. Таких фамилий, утративших многие дворянские признаки,
по не приобщившихся к торговле или предпринимательству, в тогдашней
Флоренции должно было быть немало. Прежде всего, конечно, вспоми-
нается Данте Алигьери. Великого поэта часто упоминают как человека,
которому июльские дополнения к «Установлениям» дали возможность
стать приором. Но при этом обычно упускают из вида, что Данте не был
магнатом, хотя до 1295 г., не занимаясь цеховой деятельностью, и был
лишен гражданского полноправия. Его благосостояние основывалось,
как сообщают Боккаччо н Бруни, па домах во Флоренции и земельных
участках в контадо (stabili beni).
Итак, поправка к рубрике III была тесно связана с поправкой к руб-
рике XVII и преследовала одинаковую цель: усилить попо.танскип лагерь
за счет присоединения к нему некоторых промежуточных элементов фло-
рентийского общества, изолировать и ослабить нобилей-грандов. Говоря
словами Виллани,— «per iscemare il podere de grandi e crescere quello
del popolo».
Но в таком случае как следует оценить в целом новую редакцию «Уста-
новлений», принятую 6 пюля 1295 г.?
А. К. Джпвелегов утверждает, что дворяне, «разделавшиеся с бес-
правным положением», сблизились с «толстыми» и вступили с ними в «коа-
лицию», «спаянную обоюдной выгодой» 116. Автор считает, что союз «жир-
ного народа» и магнатства привел к укреплению гвельфскоп «Партии».
Концепция А. К. Дживелегова (восходящая, впрочем, к Перрапу, Вил-
лари и Дель Лупго) отразилась в беглых высказываниях па страницах
пость. Ведь банкиры, купцы п предприниматели образовывали корпорации. также
называвшиеся artis. Именно их в верную очередь охватывало понятие carlин ехегсегс»,
именно они —если не были магнатами — входили в приорат н пользовались (в отли-
чив от ремесленников) не только юридическим, по п pea.Ti пым полноправием. В июле
I2'J3 г. (-понятие принадлежности кшху» вовсе пе было расширено. Как п раньше,
прцпа нежность к цеху определялась записью в матрикуле. Дело по и изменениях юри-
дических попятив. Раньше одной лишь принадлежности к цеху было недостаточно:
требовалось фактическое занятие торговлей, предпринимательством и т. д. для полу-
чения политических прав. Теперь — для лиц, нс включенных в список магнатов,—
это ограничение отпало.
115 Анализ списков 1293 и 1295 гг. показывает, что свыше третп магнатских фами-
лий постоянно занимались торговлей, ростовщичеством и входили в старшие цехи.
II это, вопреки мнению М. Бекера, вовсе не привело к неукоснительному слиянию маг-
натов и «толстых» и к превращению пх в almost indistinguishable classes (И. Becker.
The republican city..., p. 41).
w А. К. Джпвелегов. Данте. M., 1946, стр. 29—30.
94
-7. Л/. Б ат к и ц
«Большой Советской Энциклопедии» и вузовского учебника по истории
западноевропейской литературы 117. В учебнике по истории средних
веков сначала указано, что «„жирные" пошли на уступки магнатам», а за-
тем говорится: «Решающую роль в политической жизни Флоренции стала
играть партия гвельфов, в которой объединились „жирные"... с частью
магнатов»118 119 120. Таким образом, и здесь выражена, хотя и в несколько смяг-
ченной форме, та же самая точка зрения. Гораздо ближе к истине заме-
чания М. А. Гуковского, справедливо подчеркивающего, что после
1295 г. борьба между грандами и «толстыми» сохраняет остроту и «Уста-
новления» как целое «остаются нерушимыми». Но и М. А. Гуковский от-
зывается об изменениях, внесенных в третью рубрику, как об «оговорке,
открывающей грандам широкую лазейку к политической деятельно-
сти» 11Э.
Нужно учесть, что никто из советских авторов не занимался движением
Джано делла Белла специально. Видимо, поэтому приведенные нами
общие определения и носят отпечаток традиционной трактовки, хотя
в литературе можно найти другую, менее известную оценку, впервые сфор-
мулированную Сальвемпни, а за ним Каджезе 12°. Именно эту, прин-
ципиально иную, точку зрения мы пытаемся здесь развить и обосно-
вать.
Гнельфская «партия» осталась реакционной организацией магнатства,
в которой до 1308 г. заправлял знаменитый Корсо Донатп. Июльскими
поправками могли эффективно воспользоваться лишь прослойки, не
принадлежавшие к верхушке нобилитета (магиатству), причем ценой пе-
рехода в пополанское сословие. Сами же магнаты почти ничего не доби-
лись. Они не получили ни одной политической уступки. Особый список маг-
натов и закон о залоге; недопущение магнатов в государственные органы;
специальная антимагнатская должность гонфалоньера п четырехтысяч-
ное цеховое ополчение, готовое в любой момент по звуку набата сно-
сить дома грандов; законы против магнатской собственности и т. д.
нт. п. — все осталось. Да и чрезвычайные судебные процедуры и санкции,
несмотря на частичные изменения, продолжали быть достаточно суровыми.
У грандов по-прежнему были основания роптать против пополанской
Фемиды и, как рассказывает хронист, горько каламбурить, именуя «Уста-
новления Правосудия» (Ordinamenti di giustizia) «Печальными Установ-
лениями» (Ordinamenti di trislizia).
Важно выслушать по этому поводу мнение хронистов. Впллани пишет
об июльских поправках: «...народ сохранил свое положение и власть,
разве что теперь требовались три свидетеля вместо двух для доказатель-
ства общественной молвы, и это было сделано приорами против желания
пополанов, но вскоре вновь вернулись к прежнему порядку ...Отныне
и впредь гранды никогда не прекращали попыток сломить народа, а по-
117 БСЭ, т. 20, 1-е изд., 1930 г., стр. 401—402; т. 36, 1936, стр. 24; «История запад-
ноевропейской литературы», М., 1947, стр. 232.
118 История средних веков, г. I, М., 1932, стр. 468.
119 М. А. Гукове к и ii. Итальянское Возрождение, т. 1. „I., 1947, стр. 39.
120 Сальвемипи, не прибегая к развернутой аргументации, констатировал, что
июльские поправки давали права промежуточным элементам, а не «magnati veri с( рго-
pri» (С. Е a I V е ш i в i. Magnati е popolani..., р. 231 232). Кадии 1е, не вдаваясь в ана-
лиз источников, коротко отметил, что «„Установления"» были см» гчены в смысле, благо-
приятном для некоторых магнатских (следовало бы сказать «дворянских».— ./. Б.)
групп, более близких к пополанам,чтобы расколоть партнюмагнатов...Остаются гранды
в собственном смысле слова (grandi autentici), подавляемые ныне так ясе, как и во вре-
мена всемогущества Джано» (R. Caggcse. Firenze dalla decadenza di Ronia al
risorgimento d’Italia. Firenze, 1912, p. 525—526).
Флорентийские гранды в XIII с.
95
Полянские вожди изыскивали всяческие пути для усиления парода и при-
ппжения грандов, укрепляя „Установления правосудия"»121. Стефани по
обыкновению высказывается более скупо, но четко: «„Установления Пра-
восудия" были неправлены н малой степени, и при следующем приорате
вернулись к тому, что было» 122 123_ Нсевдо-Латипи расценивает исход маг-
натского мятежа так: «Гранды, но милости божьей, были разбиты
пополанами» ,2:|. Симоне делла Тоза также отмечает неудачу гран-
дов 124 12 * *.
Следовательно, в сознании хронистов антимагпатская конституция
не подверглась в 1295 г. сколько-нибудь значительным изменениям,
а борьба между пополанами и магнатами ничуть не смягчилась. Обе пар-
тии оставались, говоря словами Макиавелли, «полными недоверия друг
к другу» 12“.
В августе 1295 г. истек срок полномочий приоров, пытавшихся нару-
шить пополанские интересы. Дворянские прихвостни, покидавшие поме-
щение приората, были окружены негодующей толпой. «И кололи их сзади
кольями, и забрасывали камнями, ибо оип были согласны угождать
грандам» 12,!.
Страничка из хроники Впллапп. посвященная описанию обстановки,
сложившейся после июля 1295 г.. вся проникнута мыслью о продолжении
напряженной антнмагнатской борьбы. То же самое у Стефани 12Т.
После скандальной расправы с пзменппками-ирпорамп новая синьо-
рия опять усиливает аптпмагнатское законодательство. Некоторые уступ-
ки, сделанные в июле, берутся назад. У грандов изымаются крупные
балисты I28. С августа иромагиатские элементы теряют влияние. Полити-
ческий курс теперь определяют типичные представители «толстых», груп-
па могущественных фамилий, перечисленных Впллапп. Это — Манчини.
Магалоттп. Альтовяти, Перуццп, Аччайоли, Черретапп и др. 129 Так за-
канчивается движение 1293 1295 гг. и начинается новый этан политиче-
ской борьбы.
Преувеличение уступок, полученных грандами после июльского мяте-
жа, делает таинственным дальнейший ход событий. Мы имеем в виду не
только распрю белых и черных гвельфов, до сих нор, по сути, не разга-
данную в историографии. Обычная трактовка «Установлений» 1295 г. удп-
121 V i I I а и i, \ III, 12: «...riinagncndo ii popolo in .-no state е signoria, salvo die
dove la prova della piuvica lama era per due testiinoni, si niise fossono per Ire, e cid fecio-
no i priori contra volonla dc’popolani, ma poco appresso si rivoed e tогво al prime sialo...
da indi innanzi i grandi niai non finarono di cercare niodo ’abbattere ii popolo a loro p<>-
dere; e’caporali del popolo rercarono ogui via di fortifiuare ii popolo e d’abbassare i gran-
di, fortificando gli ordini della giustizia...».
122 Stefan i, rnbr. 204: «...e corressesi in piccola parte Ii stati della ln<tizia, ed
all’altro I’riorato si torno come s'era».
123 P s e n d о - L a I i н i, p. 577: «I grandi da popolari pur la grazia di Dio fnrono
asconfitti.
124 Annali di S i in о n e della T о s a. Cronicliette anlicbe. Firenze, 1733,
p. 135: «Si coinincid romore tra'grandie ‘I popolo di Firenze per veder rompcre gli Ordini
della Giustizia, e non polieno».
123 N. M a c 11 i a v e 1 I i. I.e islorie fiorentine, p. 82.
120 V i 1 1 a n i, VIII, 12: <F. qnando i detti priori uscirono dello uficio, fur loropic-
chiate le caviglie dietro e gitlal i de sassi, perclderano stali consenzieiili afavorareigrandi».
127 s t e f a n i, rnbr. 209—210 bis.
128 V i I 1 а и i, VIII, 12: «...e feciono lorre a'graiuli le loro balestra grosse».
12s Villa it i, VIII, 12: «...per questo romore a novitadi si muto nuovo slato di
popolo in Firenze, onde fnrono capo Mancini, e Magalotti, Altoviti, Peruzzi, Aceiaioli,
e Cerretani, e pin altri». В списках приоров 1295—1297 гг. мы находим все фамилии
указанные Впллапп (см. S t е f a n i, rnbr. 210).
96
Л. М. Баткин
вптельным образом не соответствует всей социальной истории Флоренции
до середины XIV в.
После 1293—1295 гг. упрочилось господство «толстых», а магнаты
были лишены прав и сдавлены грозными законами. «Жирный народ» со-
хранил все выгодные для него результаты демократического общепополан-
ского движения. Июльские поправки не разрешили ни одного из острых
противоречий между грандами и «толстыми». Поэтому борьба между ними
все еще остается на долгие годы главной осью социальных конфликтов,
хотя характер ее постоянно меняется под воздействием экономических и
политических причин и хотя сам состав пополанского и дворянского ла-
герей не остается неизменным ввиду перегруппировки классовых сил.
Со страниц хроник к историку то и дело доносятся крики магнатов: «До-
лой „Установления"!», заглушаемые ответным кличем: «Да здравствует
народ!»
Но движение Джано делла Белла имело п другое значение. «Тощие»
в 1293—1295 гг. впервые выступили самостоятельно, заставив содрогнуть-
ся пополанскую верхушку. Низы были разгромлены, но отныне вражда
«толстых» и «тощих» вступает в новую фазу, играя с каждым днем все
большую роль в политической жизни Флоренции. А это накладывает от-
печаток и на борьбу между магнатами и «толстыми».
6 июля 1295 г. все же показательно в том отношении, что «толстые»
вместо вооруженной расправы с мятежниками-дворянами предпочли,
несмотря на перевес своих сил, пойти на «мирное» соглашение, на неко-
торые, хотя бы незначительные, уступки. Это — прямое следствие январ-
ского и февральского выступлений «тощего народа». «Толстые» после
1293—1295 гг. зачастую проявляют склонность к оборонительной тактике
в борьбе с магнатами (при условии, конечно, сохранения своего полити-
ческого господства). «Толстые» теперь постоянно с испугом оглядывают-
ся на флорентийскую бедноту, на мелких ремесленников и торговцев.
В пх антпмагнатскоп борьбе теперь противоречиво сочетаются старая оже-
сточенность и вновь появившаяся компромиссность.
Riassunto
dell’articolo di L. M. Batkin «I grandi fiorentini
e gli emendamenti del 6 luglio 1295 agli
„Ordinamenti di Giustizia"»
I rapidi spostamenti sociali nell’ultimo terzo del ХШ-mo secolo pro-
vocarono un cambiamento nella fisionomia della nobilta fiorentina. Si
ё verificata una seria sua differenziazione. Accanto alle famiglie impoverite
di vecchio stampo apparirono i nobili clie spadroneggiavano nelle grandi com-
pagnie industriali commerciali. Certi nobili diventarono elementi spostati
riavvicinandosi ai popolani, in compenso alia nobilta aderirono certi oriun-
di del popolo grasso. L’origine nobile cesso di coincidere imprcscidibilmente
come prima con la effettiva appartenenza alia nobilta.
Per determinate questa nobilta che aveva cosi profondamente modificata
la sua composizione eil suo carattere, nel vocabolario politico dei fiorentini
apparve il termine «I grandi» («Magnates»). Qiiindi i concetti di «grandi» e di
«nobili» coincidono, pero questa coineideiiza ё relative e ed giusla solo nel
suo complesso. I popolani si battevano non contro «1’oligarcbia» privata
di una distinta fisionomia di classe, come pensano N. Ottokar e coloro che
ne coindividono la sua concezione. Era una lotta contro i nobili feudali sot-
to nuove forme e nuove condizioni storiche diventate piu complesse.
Флорентийские гранды е XIII в.
97
Questa ё la chiave per comprendere gli emendamenti del G luglio 1295
agli «Ordinamenti di Giustizia». L’ analisi degli avvenimenti dell'estate
1295 e soprattutto della redazione compilata in luglio degli «Ordinamenti»
mostra die il punto di vista assai diffuso secondo cui gli emendamenti avreb-
bero restituito in grande misura ai grandi i loro diritti politici e la lora in-
fluenza, non e giusto. Fra 1’altro 1’emendamento alia terza rubrica die con-
1'eriva i pieni diritti ai meinbri di una corporazione die non si occupasse
praticamente di attivita corporative non riguardava i magnati. 1 grandi
non ottennero nemmeno una concessione politica, ma la mitigazione
della legislazione giudiziaria aveva un carattere insignificante. Il popolo
grasso conserve tutti i risultati per lui vantaggiosi del movimento democra-
tico generale popolano di Giano della Bella. I magnati come nel passatо era-
no oppressi da dure leggi. Sebbene 1’acuirsi dei rapporti col popolo minuto
suscitasse fra i grassi la tendenza a una tattica difensiva e al compromesso
con i magnati, cio nonostante le contradizioni fra i popolani e i magnati
continuano a rimanere ancora lunghi anni il pernio principale della lotta
sociale a Firenze.
7 Средние века, вып. XX
А. Л. X О P О Ш К E В И Ч
ИЗ ИСТОРИИ ганзейской торговли
(Ввоз в Новгород благородных металлов в XIV—XV вв.)
Изучение торговли благородными металлами имеет большое значение
для исследования социально-экономического развития средневековой
Европы. Поскольку почти вся Европа в этот период для чеканки монет
и ювелирного дела использовала благородные металлы, которые добыва-
лись в отдельных районах современной Германии и Чехии, специфические
черты торговли этими металлами и их добычи в какой-то степени опре-
деляли состояние данных отраслей экономики европейских стран. Рассмот-
рение их может способствовать определению степени развития товарно-
денежных отношений в странах Европы.
Особый интерес представляет изучение сферы торговли благородными
металлами применительно к истории Руси, и, в частности, Великого Новго-
рода—в силу некоторых особых условий его экономического и политиче-
ского быта. В течение XIV — XV вв. именно Новгород являлся тем тран-
зитным центром, с помощью которого осуществлялись экономические
связи Руси со странами Северной Европы, и его внешняя торговля была
главным источником поступления на Русь многих товаров, в том числе
и благородных металлов.
Вопросы торговли благородными металлами давно стали предметом
исследования. Внимание нумизматов привлекала к себе главным образом
история денежного обращения, к настоящему времени довольно тща-
тельно изученная русскими и зарубежными исследователями \ хотя для
1 A. Engel et Н. S е г г u г е. Traite de numismatique du moyen-age, 3 vol.,
Paris, 1891—1905; G. C. Brooke. English Coins from the Seventh Century to the
Present Day. London, 3d ed., 1950; R. L. Ke и у о n. The Gold Coins of England.
London, 1884; W. Hawkins. The Silver Coins of England. London, 1884;
H. E. Ives. Foreign Imitations of the English Noble.— «Numismatic notes and Mo-
nograpby» (American Numismatic Society), № 93, New York, 1941; A. S и h 1 e. Deut-
sche Munz- und Geldgeschichte von dein Anfangen bis zum 15. Jahrhundert. Berlin, 1955;
E. A. V о s s b e r g. Gescbichte der preussiachen Miinzen und Siegel von friih-
esler Zeil bis zum Ende der Ilcrrschaft des Deutschen Ordens. Berlin, 1843: M. G n-
m о w s k i. Zarys numismatyki polskiej. Lodz, 1952. Подробнее см. библиографию
вопроса: Ph. Grierson. Coins and Medals. A select bibliography.— «Helps for
Students of History». № 56, London, 1954. Также см. работы русских нумизматов:
Э. К. Г у т т е п - Ч а п с к и й. Удельпые, великокняжеские и царские деньги древ-
ней Руси. Собрания гр. Э. К. Гуттсп-Чапского, СПб., 1875; II. И. Толстой. Рус-
ская допетровская нумизматика, вып. 1—2. Вып. 1. Монеты Великого Новгорода;
вып. 2. Монеты Псковские. СПб., 1884—1886; А. В. Орет п и к о в. Русские мо-
неты до 1547 г. М., 1896; С. И. Ч и ж о в. Дроздовский клад русских денег времени
великого кпязя Василия Дмитриевича Московского. Пг., 1922; А. А. Марков.
Из истории ганзейской торговли в XIV— _¥1 ©ъ.
99
сравнительного анализа денег п денежного обращения различных стран
Европы сделано еще недостаточно * 2. Это объяснялось объективными труд-
ностями: разбросанностью материала в музеях и коллекциях различных
стран, невозможностью до самого недавнего времени проделать спектро-
графический анализ металлов и т. д. Кроме того, исследования нумиз-
матов зачастую носили формальный характер, так как производились
в отрыве от анализа общего экономического и политического развития
Европы, в том числе и от таких частных вопросов, как история добычи
благородных металлов 3 и торговли ими. До сих пор не существует сколь-
ко-нибудь полного — в хронологическом и географическом отношении —
обзора торговли благородными металлами, хотя краткие упоминания
о ней рассеяны в многочисленных исследованиях по истории средневеко-
вой торговли 4 s. Ничтожно мало сделано в этом направлении историками
Ганзы и русско-ганзейских отношений6. История торговли благородными
металлами редко связывается с общей характеристикой русской внешней
торговли. Некоторое исключение составляют работы Л. В. Тищенко
о внешней торговле Руси XVI в. 6 и беглые замечания Л. Экка об
Русская нумизматика. СПб., 1905; В. К. Т р у т о в с к и ii. Русские меховые цен-
ности н техника чеканки монет па миниатюрах XVI в. — «Нумизматический сборник»,
т. I, М., 1911.
2 Единственная работа, представляющая в этом отношении интерес и до сих пор
не потерявшая научного значения, это: Л. Lus с h in v о и Е beng г е н I 1>.
Allgemeine Munzkunde und Geldgeschicbte. 2 AufL, Muncheii, 1924. По и опа страдает
досадной неполнотой. Аналогичная ей работа Ф.Фрпденсбурга содержит устарелые све-
дения (F. Friedensburg. Miinzkunde und Geldgeschichle tier Einzelstaalen des
Mittelalters und der neueren Zeit. Munchen u. Berlin, 1926).
3 Следует отметить, однако, что вопрос о добыче благородных металлов, в особен-
ности серебра, освещен сравнительно хорошо. Можно назвать несколько общих работ
конца XIX в. (A. S о е t b е е г. Edelmetail-Produktion und Werthverhalluiss zwi-
schen Gold und Silber seit der Entdeckung Amerika’s bis znr Gegenvvart. Gotha, 1879;
R. Lexis. Beitriige znr Statistik der Edelmetall.— «Jahrbiiclier fur Nationalokcno-
mie und Statistik», Bd. XXXIV, 1879), где сообщаются более точные данные относитель-
но размеров добычи серебра, нежели в более ранней книге Н. И. Тарасепко-
Отрешкова («О золоте и серебре,происхождении их; количестве, добытом во всех извест-
ных странах света с глубокой древности по 1855 год; иыие существующем их накопле-
нии в главнейших государствах и взаимоотношении золота к серебру по пх весу и цен-
ности». СПб., 1856). Заслуживают внимания и некоторые монографические работы
конца XIX — начала XX в. (см. ниже), а также статьи обобщающего характера 30—
40-х годов XX в. (в особенности профессора 11. Нефа: J. С. X е 1. Silver Production
in Central Europe, 1450—1518.— «Journal of Political Economy», vol. LXIX, 1941,
p. 575—591).
4 Большинство их посвящено времени конца ХА — начала XVI в. См., например:
К. О. Muller. VVeltbandelsbrauche (1480—1540). В кп.: Deutsche Ilandelsakten
des Mittelalters und der Neuzeit, hrsg. durch die Ilistorische Kominission bei der Bay
rischen Akademie der Wipsenschaften, Bd. V, Stuttgart u. Berlin, 1934, S. 316—335 u. a.;
II. S i m и n s f e 1 d. Der Fondaco dei Tedeschi in Venedig und die deutscbc-veuetia-
nischen Ilandelsbeziehungen, Bd. 1—II. Stuttgart, 1887; A. S c. Ii u I t e. Geschichte
der Grosscn Ravensburger Handelsgesell chaft, Bd. 1—3. Stuttgart u. Berlin, 1923.
6 Буквально в нескольких словах касаются этой проблемы В. III ища и К. Т. Пиа-
ма-Штернегг (VV. Stieda. Revaler Zollbiicher und Quitlungen des XIV. Jahrhunderts.
Halle a. S., 1887, Einleitung, S. C—CI; K. Th. 1 n a m a - S t e r n e g g. Die Gold-
Mahrung in deutscheu Rciche xvahrend des Mittelalters.— «Zeilschrifl fiir Sozial- und
Wirtschaflsgeschichte», 1895, Bd. Ill, S. 37 ff.). Специально этим вопросом занимался
лишь Л. К. Гетц, собравший многочисленные свидетельства иностранных источников
о ввозе в Новгород серебра. По русские источники он изучал выборочно, что явилось
причиной некоторых неверных выводов этого автора. См. L. К. G с е I z. Deulscli-
Russische Handelsgeschichte des Mittelalters. Lubeck, 1922, S. 329—333.
s А. В. Тищенко. Торговые книги как исторический источник; его ж е.
К истории Колы и Иечснгн в XVI веке. Несколько слов о роли Колы в торговле русско-
го севера в XVI веке. В сб. «А. В. Тищенко. Его работы. Статьи о нем». Пг., 1916,
стр. 17—42, 1—16.
100
А. Л. Хорошкееич
активном балансе русской внешней торговли XIV—XV вв.7 Кроме того, во-
прос о характере торгового баланса применительно к XVI в. поставлен
некоторыми современными зарубежными исследователями, прежде всего
А. Аттманом и П. Жапепом 8.
В советской исторической литературе 20—40-х годов (как общей, так
и нумизматической) вопрос о торговле благородными металлами специаль-
но ие ставился 9, хотя описания слитков и монет производились уже дав-
но 10 11 12. Впервые к этой теме обратился М. П. Лесников в связи с изуче-
нием торговых сношений Великого Новгорода с Тевтонским орденом и.
Лишь в самое последнее время история торговли, обращения серебра
и техники древнерусского денежного дела становится предметом специаль-
ного изучения 13. Главная роль в дальнейшем исследовании этой темы
принадлежит нумизматам, однако некоторые стороны ее могут быть изу-
чены историками и по письменными источникам. Правда, последний вид
источников дает сравнительно скудные сведения по интересующему нас
вопросу. Немногочисленные данные о торговле благородными металлами
разбросаны среди случайных упоминаний о других товарах в переписке
ливонских и ганзейских купцов, поддерживавших сношения с Новгоро-
дом 13. Несколько более достоверный материал содержат торговые книги
отдельных ганзейских купцов и Тевтонского ордена 14 *, сохранившиеся,
7 А. Ес k. Le moyen age russe. Paris, 1933, p. 350.
8 A. A t t m a n. Den rysk marknaden i 1500-talets Baltiska polilik. 1558—1595.
Lund, 1914, s. 107—114; P. J e a n n i n. L’economie franQaise et le marclie russe.—
«Annales», 1954, № 1, p. 13—24.
9 Его попутно касался H. П. Бауэр (II. П. Бауэр. Денежный счет в духовной
новгородца Климента и денежное обращение северо-западной Руси в XIII веке.—
«Проблемы источниковедения», вып. 3, 1940, стр. 175—203). Большая часть кратких за-
мечаний об этой торговле относится к более раннему периоду (IX—XII вв.), который
из-за обилия археологических и письменных источников оказался в центре внимания
исследователей, в частности Ф. II. Михалсвского (Ф. II. М и х а л е в с к и й. Очер-
ки истории денег и денежного обращения, т. I. Деньги в феодальном хозяйстве. И.,
1948). Последнее время об этой отрасли новгородской внешней торговли подчас вообще
не упоминается (см., например, «Очерки истории СССР периода феодализма XIV—
XV вв.», М„ 1953).
10 А. А. Ильин. Топография кладов серебряных и золотых слитков. Пг.,
1921; его я: е. Топография кладов древнейших русских монет X—XI вв. и монет
удельного периода. Л., 1924; N. Bauer. Die Silber-und Goldbarren des russischen
Mittelalters. Eine archeologische Studie.— «Xumismatische Zeitschrift», Berlin, Bd. 62,
1929, S. 77—120; Bd. 64, 1931, S. 61—100.
11 M. П. Л e с и я к о в. Торговые сношения Великого Новгорода с Тевтонским
Орденом в конце XIV и начале XV веков.— «Исторические записки», т. 39, 1952,
стр. 259—278.
12 II. 1'. С п а с с к и й. Анализ технических данных в нумизматике.— «Краткие
сообщения Ш1МК», вып. XXXIX, 1951, стр. 69—85; его ж е. Денежное обращение
в Московском государстве с 1533 по 1617 г.— «Материалы и исследования по археоло-
гии СССР», А" 41, 1955, стр. 214—354; о го же. Русская монетная система. Исторцко-
пумизматпческпй очерк. М., 1957; М. II. Сотникова. «Петровы» гривны.—
«Сообщения Гос. Эрмитажа», т. X, 1956, стр. 49—51; сеже. Рязанский клад сереб-
ряных литовских слитков в собрании Эрмитажа.— Там же, вып. XII, 1957, стр. 15—
18; е е ж е. Из истории обращения р рскнх серебряных платежных слитков в
XIV—XV нв. (дело Федора Жеребца, 1447 г.).— «Советская археология», 3, 1957,
стр. 54—59; ее же. Серебряные платежные елптьи Великого Новгорода (Вопросы
техники п эпиграфики). Автореферат канд. днсс., Л., 1958; В. Л. Я и н п. Денежно-ве-
совые системы русского средневековья. Домонгольский период. Изд. МГУ, 1956;
Рец.: А. Л. М о н г а й т, В. Л. Ян н и. Депсжио-вссоиые системы русского сред-
невековья».—• «Вопросы истории», 1958, .V 3, стр. 183—185.
13 Собраны в изданиях LECUB, АЫ. 1, В<1. I—XII; Abt. II, Bd. I — II, Riga, Mos-
kau, Weimar, 1853—1937; HUB, Bd. I—IX, 1876—1935.
14 C. Sattler. Die Handelsrechnungen des Deutschen Ordens. Leipzig, 1881;
C. Moll w o. Das Handlungsbuch von Hermann und Johann Wittenborg. Leipzig,
1902.
Из истории ганзейский торговли в XIК—A’V сг-.
101
к сожалению, лишь за очень короткий период. Решения ганзейских съез-
дов также содержат некоторые общие для всех ганзейских городов указа-
ния о порядке торговли этим товаром 1Б. Правила торговли п самом Нов-
городе отразились в различных редакциях устава немецкого двора в Нов-
городе (скры) 1в.
К сожалению, очень неполно освещают эту отрасль торговли и опубли-
кованные таможенные книги: всей Ганзы — за 1368—1369 гг. и любек-
ские — за 1492—1496 гг. В 1368 г. серебро пе облагалось специальной
пошлиной. Пошлинное обложение его было установлено лишь весной
1369 г. и очень скоро снято, так что сведения о торговле серебром носят
случайный характер16 17.
Задачей данной статьи является попытка изучения объема и динамики
ввоза в Новгород благородных металлов, в зависимости от общих условий
добычи и торговли ими в Европе и отчасти русско-ганзейских торговых
отношений XIV — XV вв. При этом мы руководствовались указаниями
К. Маркса относительно одной из функций денег — всемирных денег.
Как показал К. Маркс, деньги в мировой торговле выступают в своей
первоначальной форме слитков благородных металлов и функционируют
в качестве всеобщего средства платежа, всеобщего покупательного сред-
ства и как абсолютно общественная материализация богатства вообще.
Для нас особенно важно последнее. К. Маркс подчеркивал, что в послед-
ней функции деньги выступают тогда, когда «дело идет не о купле или
платеже, но о перенесении богатства из одной страны в другую, и где это
перенесение в товарной форме невозможно или вследствие неблагоприят-
ных конъюнктур товарного рынка, или вследствие того, что самая
цель перенесения богатства требует в данном случае денежной
формы» 18 *.
«Золотой и серебряный поток движется в двояком направлении.
С одной стороны, отправляясь от своих источников, он разливается по
всему мировому рынку, впитывается в различной степени различными
сферами национального обращения, входит в их внутренние каналы обра-
щения, замещает сношенные золотые и серебряные монеты, доставляет
материал для предметов роскоши и застывает в виде сокровищ. Это пер-
вое движение совершается при посредстве прямого обмена национального
труда, реализованного в товарах, на реализованный в благородных ме-
таллах труд стран, производящих золото и серебро. Но, с другой стороны,
золото и серебро постоянно перемещаются туда и сюда между сферами
обращения различных наций, следуя в этом своем движении за непре-
рывными колебаниями вексельного курса» 18.
К. Маркс подчеркивал, что торговля благородными металлами опре-
деляется общими условиями внутреннего или международного товарного
обмена. «Что касается получения денежного материала — золота и се-
ребра — с мест его добывания,— писал он,— то оно сводится к непосред-
ственному товарному обмену, к обмену золота и серебра как товаров на
другие товары, т. е. оно само совершенно так же является моментом
товарного обмена, как получение железа илп других металлов. Что касается
16 HR, Abt. I, Bd. I, № 489, § 9.
18 VV. Schliiter. Die Novgoroder Schra in sieben Fassungen von XIII. his
XVII. Jahrhundert. Dorpat, 1911.
17 G. Lechner. Die hansischc Pfundzollisten des Jahres 1368. Berlin, 1935.
18 К. Маркс. Капитал, т. I. Госполитиздат, 1955, стр. 151.
18 Там же, стр. 151—152.
102
A. Л. X о рошкевич
движения благородных металлов на всемирном рынке..., то оно совершен-
но так же определяется международным товарным обменом, как движение
денег в качестве покупательного средства и средства платежа внутри
страны определяется внутренним товарообменом» 20.
* * *
Рассмотрение истории ганзейско-новгородской торговли благород-
ными металлами начнем с торговли серебром. Почти вся Европа в XIV —
XV вв., как, впрочем, и в последующий период, снабжалась серебром,
поступавшим из нескольких районов современной Германии, Чехии,
Австрии21.
На Руси добыча благородных металлов началась лишь в XVII в. Од-
нако ни в русской, ни в советской историографии по этому вопросу нет
единства мнений. Основываясь на единственном указании летописи от
1332 г. о требовании Иваном Калитой «закамского серебра» с Великого
Новгорода 22, некоторые ученые вплоть до самого недавнего времени дела-
ли выводы о его добыче в Югорской земле и о постоянном снабжении Нов-
города серебром, которое получали в качестве дани от Югры. Эту точку
зрения, хотя и не подкрепленную данными других источников, поддер-
живали такие знатоки экономической истории Руси, как Н. А. Аристов
и Л. К. Гетц 23 *. Она проявилась и в работах некоторых современных
историков 21. Противоположное мнение—об отсутствии до XVII в. добы-
чи на Руси серебра и золота —господствует, однако, среди нумизматов,
которым в этом вопросе, несомненно, принадлежит право решающего
голоса 2S. Письменные источники (впрочем, несколько более поздние) под-
тверждают правильность последнего взгляда. Так, С. Герберштейн писал,
20 К. Маркс. Капитал, т. III. Госполитпздат, 1955, стр. 332.
21 Поскольку и нашем распорнжеиии не имеется данных по рассматриваемому пе-
риоду, мы вынуждены сослаться на более поздние сведения, которые, однако, могут
дать представление о положении в области добычи благородных металлов к концу
XV в. Так, А. Зотбеер приводит следующие данные о ежегодной добыче в основных
добывающих районах в 1493—1520 гг.
Серебро Золото
Германия.............................................11 тыс. кг Незначитель-
ное количество
2 тыс. кг
Незначительное
Австро-Венгрия................
Остальные европейские страны.......................
24 тыс. кг
12 тыс. кг
количество
Африка.............................................. —- 3 тыс. кг
Америка ... .....................................— 800 кг
Всего 47 тыс. кг
5800 кг
(A. S о е I 1> о е г. Edelnietall-Produktion..., S. 107).
22 Новгородская мерная летопись старшего и младшего изводов, М.—Л., 1950,
стр. 314.
23 Н. А. Аристон. Промышленность древней Руси. СПб., 1862, стр. 127—128;
I.. К. G о е t z. Deutsch-rnssische Handelsgescliiclile des Miltelalters, S. 277; только
А. А. Дмитриев подчеркивал, что Югра располагала лишь серебром, которое получала
п результате торговли с болгарами (А. \. Д м и т р п с н. Пермская старина, вып. I.
Пермь, 1889, стр. 36).
24 П. П. .1 я щ е и к о. История народного хозяйства СССР, т. I. М., 1956,
стр. 199; .1. В 1 и ш. Prices in Hnssia in Hie Sixteenth Century.— «Journal of Econo-
mic History», vol. XVI, 1956, № 2, p. 187—188.
25 А. В. О p c in и и к о в. Денежные знаки домонгольской Руси.—- «Трудьг
ГИМ», вып. VI, М., 1936, стр. 20; В. .71 Я и и н. Нумизматика и проблемы товарно-
денежного обращения в древней Руси.— «Вопросы истории», 1955, № 8, стр. 140;
М. П. Сотникова. Пэ истории обращения...— «Советская археология», № 3.
1957, стр. 54—59.
Из истории ганзейской торговли в XIV—XV св.
103
что в Русской земле нет иного серебра, кроме ввозимого из-за границы 2®.
«Здесь же в русийстеи земли пи злато, ни сребро не ражается»,— пишет
Ермолай Еразм в своем сочинении «Благохотящим царем правительница
и землемерие» 26 27. То же читаем и у Г. Котошихина: «Л в Московском го-
сударстве золота и серебра не родится, хотя в хрониках пишут, что Рус-
ская земля на золото и на серебро урожайная, однако сыскати не могут» 28 29.
Таким образом, вплоть до XVII в. Русь не располагала собственными
благородными металлами и получала серебро из-за границы.
В условиях татаро-монгольского ига возросла роль Новгорода как
главных «ворот» русской внешней торговли, в том числе и торговли се-
ребром 2Э. Серебро иностранного происхождения поступало в Новгороде
в переделку и превращалось в регламентированную русскую денежную
единицу. По-видимому, на Руси в это время обращалось очень большое
количество серебра в виде слитков. Это обстоятельство и ввело в заблуж-
дение Ибн-Батуту, который в 1334 г. писал: «У них [русских] серебряные
рудники, п из их страны привозятся саумы, т. е. серебряные слитки, на
которые продастся и покупается [товар] в этом крае»3".
Как показали исследования нумизматов, Новгород был единственным
центром формирования серебряных платежных слитков, имевших хожде-
ние по всей Руси в XIV — XV вв. и носящих поэтому название «новго-
родских». Па роль Новгорода как транзитного центра указывает и нов-
городский денежник (монетный мастер) Федор Жеребец в 1447 г.: «На
всех есми лил и на ecu земли и весил со своей братьею ливцы» 31. Гео-
графическое распространение слитков этого типа, как и надписи на них
(«лястя», «Павел римлянин» и др.) указывают на йх новгородское про-
исхождение 32.
Свою роль главного центра транзитной торговли благородными ме-
таллами Новгород сохранил до XVI в., когда он отступил на второй план
по сравнению с Нарвой и торговыми районами русского Севера, через
которые на Русь поступал поток различных «ефимок» 33. Кроме того,
26 Сигизмунд Герберштейн. Записки о московских делах. Павел
Йовий Новокамский. Книга о московитском посольстве. Введение, пер. и иримеч.
А. И. Малеииа. СПб., 1908, стр. 90.
27 В. Ф. Ржига. Литературная деятельность Ермолая Еразма. Приложение.—
«Летопись занятий Археографической комиссии», вып. 33,1923—1925, Л., 1926, стр. 199.
28 Г. К о т о ш и х и и. О России в царствование Алексея Михайловича. СПб.,
1906, стр. 99.
29 II. Г. С п а с с к и й. Русская монетная система..., стр. 32—33.
30 В. Т и з с и г а у з е и. Сборник материалов, относящихся к истории Золо-
той Орды. СПб., 1884, стр. 303.
31 ИСРЛ, т. IV, ч. I, пып. 2, Л., 1925, стр. 443—444.
32 К. Bauer. Die Silber-und Goldbarren...—«Numismatische Zeitsclirifl», I. II,
S. 60—100; А. А. И л ь и и. Топография кладов золотых и серебряных слитков;
В. М. Пекл ю д о в. О русских денежных слитках.— «Труды отдела нумизматики
Гос. Эрмитажа», т. 1, ,1., 1945, стр. 130; М. II. С о т п и к о в а. Серебряные платеж-
ные слитки..., стр. 9—10. Правда, наряду с Новгородом в качестве транзитных цент-
ров выступали и западнорусские земли, куда проникали пражские гроши. По террито-
рия распространении этих монет ограничивалась преимущественно Великим княже-
ством Литовским, почти не включая собственно русских земель. А. А. Сиверс указы-
вает две находки этих монет в Калужской губернии, две в Тульской и четыре в Тверской
(А. А. Сивер с. Топография кладов с пражскими грошами. Пг., 1922, стр. 5—6).
Те же сведения сообщает и последний исследователь истории чешско-русских торговых
связей А. В. Флоренский (A. F 1 о г о v s k i j. Huske-ceske obcbodni slyky v minulos-
ti (X—XVIII stoleti). Praha, 1954, str. 172—177).
33 Ф. Ф. Г e й т ц. Ефимки.— «Нумизматический сборник», т. 2, М., 1913,
стр. 180; В. К. Т р у т о в с к и й. Старинные названия некоторых русских монет.—
Там же, т. I, М., 1911, стр. 558; A. A 11 m а n. Den rysk marknaden..., s. 107—114.
104
А. Л. Хорошкевич
в XVI в. начался ввоз серебра в монетах с Юга, главным образом из Тур-
ции, но он не принял сколько-нибудь значительных размеров 34.
В XIV — XV вв. Новгород получал серебро главным образом от ган-
зейских купцов. Н. П. Бауэр еще в 1940 г. высказался по этому поводу
очень категорически. Он писал, что «серебро на Руси, безусловно, полу-
чалось через ганзейских купцов», видимо, исключая любую другую воз-
можность его приобретения на Руси в то время 3°. Именно Новгород был
главным пунктом, куда ганзейские купцы ввозили серебро, в связи с чем
в постановлениях ганзейских съездов о запрещении вывозить серебро обыч-
но упоминался только Новгород 36.
Серебро поступало в торговый оборот в двух видах: в монетах и слит-
ках. Наибольший интерес представляет торговля слитками, основной
мерой которых была марка серебра (шагса argenti, иногда — libra, ta-
lenta argenti), поскольку именно в такой форме главным образом проис-
ходило передвижение серебра из производящих районов во все остальные.
Слитки употреблялись и во всякой оптовой торговле в функции средства
обращения и платежа. На это обстоятельство указывал К. Маркс: «Тор-
говля золотом и серебром как товарами (как сырым матерпалом для из-
готовления предметов роскоши) образует естественно возникший базис
для торговли слитками (Bullion trade) или торговли, которая обслужи-
вает функции денег как всемирных денег» 37. «... Меняльное дело и тор-
говля слитками являются самыми первоначальными формами торговли
деньгами и вытекают из двояких функций денег: как местных монет и
как всемирных денег» 38 39.
В период феодальной раздробленности увеличение числа центров че-
канки монеты на территории Европы и постоянное ухудшение монеты
привели к господству слитков в сфере оптовой торговли зе. В Германии
эта тенденция проявилась уже при Гогенштауфенах. Особенно велика
была роль слитков в XIV в., который можно назвать периодом расцвета
торговли ими. Слитки ходили наравне с монетами; города, ставя на них
свою печать, удостоверяли тем самым их качество, содержание чистого
серебра 40. Многообразные источники, на наш взгляд, неопровержимо
доказывают, что в XIV в. импортное серебро и в Новгороде большей ча-
стью продавалось на вес 41 и, вероятно, имело вид слитков. Такой же по-
34 М. В. Фехиер. Торговля Русского государства со странами Востока в.
XVI веке. М., 1956, стр. 85—86.
35 Н. П. Бауэр. Денежный счет в духовной новгородца Климента..., стр. 202.
36 Например, решение съезда ганзейских городов, принятое 29 июня 1373 г., гла-
сило: «§ 3. Item dal men binnen twen jaren пей sulver ut en vorde, nocli to Nogarden,
nach anders jenighen wegh, by voriusl der ere unde des sulvers» (HR, Abt. I, Bd. II,
Jvj 63, S. 74). Хотя в источниках крайне редко указывается происхождение импортируе-
мого в Новгород серебра, не вызывает сомнений тот факт, что Русь получала серебро
из тех же районов, откуда черпала свои запасы этого благородного металла вся осталь-
ная Европа. Ввоз в Прибалтику серебра из Шнееберга (Sneeberges sulver) упомянут
в 1497 г. (LECI B, Abt. II, Bd.I, № 580, S. 420). Вероятно, для Прибалтики и Новгорода
несколько большее значение, чем для остальной Европы, имело шведское серебро, по-
ступавшее в Ревель.
37 К. Мар к с. Капитал, т. III. Госполитпздат, стр. 330.
38 Там же, стр. 331.
39 A. S u h 1 е. Barren. В кн.: «Worterbuch der Miinzkunde», lirsg. von Fr. Scbrol-
ter u. a., Berlin—Leipzig, 1930, S. 61.
40 A. S u Ii 1 e. Deutsche Munz- und Geldgescliichte..., S. 165; H. Buck. Das
Geld- und Munzwesen der Stadte in den Landen Hannover und Braunschweig. Frankfurt
a. M., 1935, S. 17.
41 В XIII в. в Новгороде серебро прп продаже подвергалось тщательному взве-
шиванию. Порядок взвешивания серебра регламентировался договором 1269 г. «Вес
И гири для серебра и другого товара, который на весах взвешивается, держать ровно
Из истории ганзейской торговли в Л'/Г—Д'И в в.
105
рядок торговли сохранялся и в XV в. Тевтонский орден, по наблюдениям
М. П. Лесникова 42, ввозил серебро в Новгород пе в виде монеты или
слитков, приближавшихся к монетам, а в виде слитков произвольного веса.
Даже в конце XV в. серебро ввозилось отдельными кусками (шагса 1о-
dych) и продавалось па вес 43. В основу весовых единиц ганзейско-нов-
городской торговли был положен новгородский вес. II. 11. Бауэр обра-
тил внимание на этот факт при изучении рижской долговой книги 44,
где под № 610 от 29 сентбяря 1290 г. записан долг в 23 марки серебра в нов-
городских фунтах (новгородского веса): «XXIII mrc... Novgardeiisis arg.
per libram Novgardensem» 45, где libra, по его мнению, вес, arg.— новго-
родский слиток. Возможно, свидетельством этого является и знакомство
в Ливонии с русскими мерами для взвешивания серебра, в том числе с
гривенкой и золотником 46.
Как и всякий другой товар, серебро со второй половины XIV в. под-
лежало таможенному обложению 47, причем в Ревеле пошлина с серебра
и была главным источником доходов 48 *. В начале XVI в. сохранился тот
же порядок. Скра предписывает облагать серебро пошлиной если в
ганзейских или ливонских городах, то на немецком, дворе в Новго-
роде 4е.
История обращения благородных металлов тесно связана с развитием
горного дела. Древнейшим центром добычи серебра в раннее средневековье
был район Гарца. Его роль представляется значительной уже в XI в.,
однако в последующее время добыча в этом районе резко упала и остава-
лась ничтожной вплоть до начала XV в., когда добычей серебра здесь
занялся один из членов ганзейского союза — город Гослар 50. Гарц был
родиной производства слитков серебра, известных под названием usu-
alis argenti и содержавших первоначально около 12 3Д лота чистого се-
ребра 51.
Большие разработки серебра велись в Чехии. В Кутной Горе серебро
и правильно» (ГВНП, № 31, стр. 61). В конце XIV в. одновременно с вопросом о во-
щаном весе, согласно инструкции рижским послам в Новгород и Псков, не датирован-
ной точно, должен был обсуждаться и вопрос о взвегш вапии серебра (HR, АЫ. I,
Bd. VIII, № 1178, S. 753, О. D.). Порядок взвешивавия серебра неоднократно регла-
ментировался скрой немецкого двора. § 45 четвертой редакции скры гласил: «Никакую
пушпиву не следует осматривать в комнате священника, там должно только отвеши-
вать серебро лпвцам» (W. S с h 1 ii t е г. Die Novgoroder Sebra..., S. 139). Аналогичные
сведения дают пятая и шестая редакции скры (ibid., § 31, S. 1853; §53, S. 139). При
взвешивании серебра весы должны быть в покое, а серебро чистым: «Vortmer vvelicb
man silver vvegel, de henge det bret vvedcr up unde brenge de klyen und de doke van
denne.’bi 1 marc» (W. Schluter. Die Novgoroder Schra..., IV Red., § 13, S. 132).
42 M. П. Лесников. Торговые сношения..., стр. 262.
43 Fr. Bruns. Die lubeckschen Pfundzollbiicher von 1492—1496. «Hansisclie
Geschichtsblatter», Jg. 1907, S. 484, Jg. 1908, S. 403.
44 II. П. Бауэр. Денежный счет в духовной новгородца Климента..., стр. 185.
45 Н. Hildebrand. Das rigische Schuldbuch, St. Pb., 1872, S. 44.
46 LECUB, Abt. I, Bd. VI, № 135; Bd. VIII. № 127, S. 80.
47 Оно производилось в .'ihbohckhx городах (HR, АЫ. 1, Bd. I, №. 489, § 9, S. 447,
1369; LECUB, Abt. I, Bd. X, № 474, § 7; № 515, § 4, 1448).
48 «...de tul van deme sulver unde aBderen kostelen guderen» (I.ECUB, Abt. II,
Bd. I, № 736, S. 637, 1499).
4a W. S c b 1 ii t e r. Die Novgoroder Schra..., S. 195; § 80 шестой редакции устава
немецкого двора был специально посвящен этому: «Van sulver Iho vorpunden. Wer
unvorpundet sulver bringet Ibo Novgarden up den baven (dat unvorpundet ist in den sle-
den) de sal dat sunte Peter vorpunden und vor die marck lodich I marck schin geven, et
sieden, dat he boxvys bringe van der stadt, dat he uth gefaren ist; hirumme Macbte sich
elc vor schaden».
80 Cl. Neuburg. Goslars Bergbau bis 1552. Hannover, 1892.
61 H. Buck. Das Geld- und Mflnzvvesen..., S. 9—10.
106
А. Л. Хорошкееич
добывалось с 1240 г. 52, и ежегодная добыча достигала 26 тыс. марок 53.
В течение первой половины XIV в. добыча серебра продолжала увеличи-
ваться, создавая тем самым предпосылки для широкой торговли этим
благородным металлом во всей Европе. Однако в последней четверти
XIV в. произошло значительное сокращение добычи серебра. Сравнитель-
но резкое падение ее объема наблюдалось в 20—30-х годах XV в., когда
в ходе гуситских войн было разрушено большинство рудников Чехии 54.
Та же участь постигла отдельные районы Саксонии и т. д. 55
При чешских рудниках (Кутная Гора и др.) отливались слитки, из-
вестные под названием lotig silber, появившиеся в результате увеличения
спроса на высококачественное серебро, которое могло быть использовано
как всеобщее платежное средство во внешней торговле. В связи с сокра-
щением добычи серебра в последней четверти XIV в. содержание чистого
серебра в этих слитках упало с 15 лотов до 123Л и даже ниже 56.
Для истории русской внешней торговли было бы очень важно устано-
вить объем ввоза серебра и его динамику 57. Однако объем ввоза этого то-
вара в Новгород трудно определить. Его характеризуют лишь указания
скры и отдельные записи фактических сделок некоторых ганзейцев. О ши-
роком развитии торговли серебром свидетельствует занесение в четвертую
редакцию скры (относится к середине XIV в.) статьи, ограничиваю-
щей торговлю серебром. «Никто не должен носить русским домой серебро,
под угрозой штрафа в 1 марку»,— гласила статья 63 этой редакции 58.
Хотя данные о торговле серебром крайне неполны и неточны, но и они
свидетельствуют, что ввоз серебра в Новгород в этот период был значи-
тельным 59. Судя по ганзейским таможенным книгам, сохранившимся за
1368—1369 гг., вывоз серебра в слитках и денег из ганзейских городов
производился через Ригу и Ревель в Новгород. В остальные североевро-
пейские города ввоз серебра в эти годы полностью отсутствовал. К сожа-
лению. ганзейские таможенные книги сообщают очень неточные сведения
о размерах экспорта серебра. Дело в том, что уже с весны 1368 г. была
запрещена торговля Ганзы с Русью, и это не могло не наложить своего
отпечатка на весь объем и направление торговли. Некоторым дополне-
нием к таможенным книгам Ганзы являются квитанции об уплате пошлин
52 В. Neuman и. Die Metalle. Geschicbte, Vorkommen und Gewinnung nebst
ausfuhrlicber Produktions- und Preisstatistik. Halle a. S., 1904, S. 157.
53 A. S о e t b e e r. Edelmetall-Produktion..., S. 25.
54 J. U. N e f. Silver production in Central Europe.— «Journal of Political Eco-
nomy», vol. LXIX, 1941, p. 585.
55 Cp. W. Muck. Der Mansfelder Kupferschiederberghau. Eisleben, 1910, Bd. I,
S. 57.
56 II. Buck. Das Geld- und Miinzwesen..., S. 13—18.
57 Волсе u.ui менее точное определение количества ввозимого серебра тем более
важно, что некоторые нумизматы связывали употребление других товаров в качестве
денег па Руси с недостатком там благородных металлов, в частности серебра. Так,
например, М. Заблоцкий (Десятовский) писал: «Употребление мехов в качестве мо-
неты заключается в их стоимости и недостаточном количестве драгоценных металлов»
(М. Заблоцкии. О ценностях в древней Руси. СПб., 1854, стр. 11).
38 W. S с h I й t е г. Die Novgoroder Sebra..., S. 143.
59 LECUB, Abt. I, Bd. II, № (520, S. 565—5(57, 1335; Bd. VI, № 2770, S. (51—66;
HUB, Bd. II, № 187, S. 78; Bd. Ill, S. 424—425. Очень возможно, что фантастически
быстрое обогащение в 90-х годах XIII в. Бертрама Морпевсга, ио имени которого была
названа одна из комнат на немецком дворе в Новгороде, было связано с тем, что основ-
ным товаром, ввозившимся им на Русь, являлось серебро; не случайно так широк кре-
дит, предоставленный ему купцами Эрфурта, Брауншвейга, Магдебурга. Первые дали
ему 1380 марок чистого серебра, остальные 1531 марку (LECUB, Bd. I, № 568; Bd. II,
№ 77; HUB, Bd. I, S- 392, Anm. 3. Приводится по kh.: R. Hapke. Briigges Ent-
wicklung zum mittelalterlichen Weltmarkt. Berlin, 1908, S. 13).
Па истории ганзейской торговли в XIV—XV вв.
107
в Ревеле, где содержатся редкие указания по поводу денежного экспорта
н импорта в Прибалтике ®°. Существование импорта на Русь серебра в виде
слитков н денег подтверждается и данными 1369 г. Резкое сокращение
импорта серебра в Восточную Балтику в 1369 г., когда продолжал дейст-
вовать запрет торговли с Русью, служит доказательством того, что сереб-
ро предназначалось, в основном для русских городов. Такие торговые
центры, как Данциг и Эльбинг, связанные с Русью лишь косвенно, через
посредство ливонских городов, в 1369 г. в силу запрещения торговли
с Русью прекратили ввоз к себе серебра. То же произошло и с Готландом.
Однако сами ливонские города, которые, как известно, нарушали все за-
преты торговли с Русью, продолжали ввозить серебро, правда, в меньших,
даже по сравнению с 1368 г., размерах®1.
О том, какое место занимал экспорт серебра в ганзейской торговле
середины XIV в., некоторые сведения сообщает торговая книга Г. и И.
Виттенборгов — самый ранний из сохранившихся источников такого
типа. Единственным товаром, который И. Виттенборг отправлял в Восточ-
ную Балтику и на Русь, было серебро в виде отдельных необработанных
кусков, пли lotiges silber. За период с зимы 1353 г. до весны 1358 г. Иоганн
Виттенборг, совместно со своим компаньоном Готшалком Визе, вывез бо-
лее 196 кг серебра ®2. Кроме того, не учтен еще ввоз серебра на восток при-
казчиком И. Виттепборга Арнольдом Бардовиком. Известно лишь, что
14 августа 1358 г. он дал Виттенбергу 79 марок золотом (m. an golde),
чтобы тот купил 1 вес серебра (enewickte sulvers) и послал его в Новгородвз.
Впоследствии оказались посланными 40 прусских марок м.
Судя по деятельности Виттенборгов, можно предполагать, что серебро
занимало большое место в ганзейском экспорте на Русь и ввоз его в это
время достигал значительных размеров.
Недостаток источников не позволяет изучить досконально вопрос о
размерах новгородско-ганзейской торговли благородными металлами.
Данные же о поступлении серебра в Северо-Восточную Русь через Новго-
род характеризуют объем импорта лишь косвенно. К сожалению, и по-
добные сведения крайне немногочисленны. О количестве серебра, посту-
павшего на Русь через Новгород уже в первой половине XIV в., можно
судить, в частности, по условиям договора Великого Новгорода с тверским
князем Михаилом Ярославичем (после 10.111317 г.): «А за все за то взяти
князю у Новгорода двепадчать тысячи серебра, будучи Андрееве дети,
буди Машко з детмп, или Юрьи Калека и всп талщикы; и что взял Федор
Юрьевич и Елферпи Жпдьслалич у талщпков и у Машка з детьми,
а то попде в ту же двенадчать тысячи серебра. А срок трем тысячам
п двема стома взяти князю на сбор, в низовьскый вес; ... А другыи 3000
взяти кпязю на Средокрестье в низовьскый же вес. А третыш 3000 пояша
хопылп к собе, дати им на вербппцю без двух сту и без полутретиядчатп
серебра, в низовьскый же вес. А четвертый 3000 взял Федор и Каверин * * * * *
60 \V. Stieda. Hevaler ZoIIbucber...
Ввоз
Ревель.............................Ai 32, S. 5, 13.6. 1369: ,Vj .">6, S. 8, 27.7. 1369.
Рига...............................A” 90, 91, S. 13, 23.7. 1368.
Пернау..............................A” 126, 127, S. 21—22, 19.5. 1369, 9.6. 1369.
61 O. W e и d I. Liibecks Schiffs- und Warenverkehr in den Jaliren 1368 und 1369
in labellarisclien Cbcrsicbt auf Grund der Liibecker Pfundzollbiicher aus denselben
Jahren. Liibeck, 1902, S. 43—52.
02 C. Mollwo. Das llandlungsbucli Hermann und Jobann Wittenborg, t. II,
Leipzig, 1902, § 103, 127, 135, 146, 168, 175, 205, 268.
63 Ibid., § 281.
61 Ibid., § 302.
108
.1. Л. X о р о ш к е в и ч
у талщиков» 65. Только в 1327 г. Новгород выплатил 2 тыс. серебра в ка-
честве дани татарам 66 67 68 *.
И в более позднее время отлив серебра из Новгорода в Северо-Восточ-
ную Русь (главным образом в виде дани) происходил в огромных разме-
рах. Так, в 1386 г. в результате похода московских князей Дмитрия и Вла-
димира Ивановичей Новгород вынужден был заплатить 8 тыс. серебра 87.
В результате успешного похода литовского князя Витовта на Порхов
в 1428 г. город выплатил дань в 5 тыс. серебра. Столько же уплатил кня-
зю Новгород. Наконец, одиннадцатая тысяча пошла на выкуп пленных ®8.
К сожалению, очень трудно определить, что представляла собою часто
упоминаемая в источниках «тысяча» °9. Неясно, совпадала ли она с еди-
ницей вощаного веса — тысячей, равной берковцу пли шиффсфупту,
или обозначала тысячу новгородских гривен. Однако какое бы толкова-
ние ни принять, и в том и в другом случаях количество передаваемого
Новгородом серебра превышало соответственно 2 тыс. и 1250 кг 70.
Приведенные выше сведения характеризуют только экстраординарные
случаи выплаты Новгородом дани тверским или московским князьям.
Помимо этого, постоянно происходил отлив серебра из Новгорода в ре-
зультате торговли. О географическом ее размахе свидетельствуют находки
серебряных слитков новгородского тппа на территории всей тогдашней
Руси. Однако размеры внутрирусской торговли серебром определить не
удается. Можно лишь с уверенностью утверждать, что объем этой торгов-
ли был настолько велик, что удовлетворял растущую в связи с началом
чеканки монет потребность большей части Руси в серебре.
Можно предполагать, что утечка серебра в связи с его вывозом ска-
залась на состоянии финансов самих ганзейских городов. К тому же
в середине XIV в., и особенно около 1375 г., горная промышленность Ев-
ропы переживала упадок. Усилившиеся к этому времени и ставшие еще
более разорительными феодальные войны привели к сокращению как до-
бычи, так и торговли серебром 71. В результате этого ганзейские города
приняли меры против вывоза серебра. В марте 1369 г. вступило в силу
постановление об обязательном обложении серебряных денег всеми пошли-
нами наравне с другими товарами 72, а 29 июня 1373 г. съезд ганзейских
городов в Ростоке принял постановление о запрещении в течение ближай-
ших двух лет вывозить серебро в Новгород. Следует отметить, что един-
65 ГВНП, № 11, стр. 23—24.
«» НПЛ, стр. 98, 341, 459.
67 Новгородские летописи (так названные вторая и третья новгородские летописи),
СПб., 1879, стр. 244.
68 НПЛ, стр. 415.
•• Новгородские летописи, стр. 247; НПЛ, стр. 338, 451.
70 Я. К. 3 е м з а р и с. Метрология Латвии в период феодальной раздроблен-
ности и развитого феодализма (XIII—XVI вв.).— «Проблемы источниковедения»,
вып. V, 1956, стр. 214.
71 J. U. Nef. Industrial Europe al the Time of the Reformation (ca. 1515 —
ca. 1540).— «The Journal of Political Economy», vol. XLIX, 1941, p. 5. О затруднениях
в торговле серебром свидетельствуют постановления любекского городского совета
по поводу монетного дела в городе. Одно из постановлений гласило, что никто, будь
то бюргер или купец (gast), не должен вывозить из города серебро ни в каком виде
(ut den steden sulver voren ofte baliun). § 11 вапрещал торговлю деньгами, разрешалось
лишь покупать на деньги какой-либо другой товар: «Item en schal nemand kopenschop
maken van penninghen, also penniughe umme penninghe to kopende; men eyn islic seal
den penningh utgheen unde nemen vor dat, dat he vore gheset is to geldende».
72 HR, Abt. I, Bd. I, № 489, § 9, S. 447: «Item concordaverunt, quod quicumque
velificans de aliquo portu versus mare duxerit promptam pecuniam, ita solvet pecuniam
libralem de ilia pecunia, sicut daret, et duceret bona».
Из истории ганзейской торговли в XII XV вв.
109
стпеиноп страной из числа тех, с которыми поддерживала связи Ганза,
названа Русь 73 * 75.
По истечении срока запрещения вывоза серебра оно вновь появилось
па ганзейских рынках. Однако положение с добычей серебра и с торговлей
им не улучшалось. Недаром в 1382 г. ряд северогерманских городов (Гос-
лар, Брауншвейг, Гильдесгейм, Эйпбек, Ганновер, Гальберштадт) вынуж-
дены были принять решение о понижении содержания чистого серебра
в марке с 15 лотов до 123/з лота 1 мая 1388 г. на съезде
в Любеке послы ганзейских городов по соглашению с духовными и свет-
скими феодалами Ливонии решили запретить вывоз серебра и золота в
Новгород т5. Единственным, кто в это время продолжать ратовать за вывоз
серебра в Новгород, был Тевтонский орден, который располагал боль-
шими запасами серебра, притекавшего к нему из Венгрии. Конец XIV в.
характеризуется упорной борьбой Ордена за разрешение вывоза серебра
на Русь. Вопрос об этом ставился буквально на каждом ганзейском
съезде того времени.
Впервые вопрос о вывозе серебра в Новгород орденские представители
поставили на ганзейском съезде в Любеке 24 июня 1381 г. Генрих
фон Ален, шаффер (приказчик) Ордена в Пруссии, потребовал, чтобы Ордену
и всем его лиггерам (торговым представителям) был позволен вывоз денег
и были предоставлены тс же права, которыми пользовались немецкие
купцы в Новгороде. Ответ был неопределенный: поскольку разрешение
зависит от всех ганзейских городов (Кельна, саксонских и вестфальских)
и даже тех, которые на этом съезде не были представлены, решить этот
вопрос нельзя, а посему пусть будет так, как было прежде 76. Вывозу се-
ребра в Новгород приказчиками Ордена упорно сопротивлялись ливонские
города, которые на своем съезде в Дерите, состоявшемся после 24 марта
1392 г., категорически высказались против на том основании, что подоб-
ной торговли никогда не существовало 77. В соответствии с этим решением
ганзейский съезд в Любеке 3 марта 1394 г., идя на уступки в вопросе тор-
говли орденских слуг в Новгороде, остался неумолимым в вопросе о вывозе
серебра: слугам Ордена было разрешено торговать в Новгороде при усло-
вии, если они не будут ввозить туда серебро 78. Несмотря на запрещения,
ганзейские города не могли прекратить продолжавшуюся орденскую тор-
говлю серебром на Руси. В начале XV в. онп уже избегали принимать
решение по этому вопросу, а лишь откладывали его от съезда до съезда 79.
Между тем Орден продолжал ввозить серебро в Новгород и откровенно
высказывался за сохранение такого положения. Съезд в Марпепбурге
2 апреля 1402 г., где присутствовали представители прусских городов
и Ордена, записал в своем решении относительно вывоза серебра: «Пусть
73 ПК, Abt. I, Bd. II, 6i. S. 75, 29.VI 1373 г.
71 Л. S u li 1 с. Deutsche Miinz- und Geldyescbichte..., S. 165. Ухудшение каче-
ства слитков неуклоппо продолжалось. В Bpaynunieiire в 1381 г. слитковое серебро
содержало 12 лотов ); в 1100 г.— уже 11 лотов (
1 Viotxv v 1000
Y в 1118 г. — 93/4 лота (С_°^7а-); в 1126 г,- 9 лота (±7М\
\1000>’ \ 1000 > иооо/
С.м. II. Вис k.Das Geld- und Miinzwesen..., S. 18.
75 ПК, Abt. I, Bd. Ill, № 380, § 15, S. 387.
73 HR, Abt. I, Bd. II, № 232, § 20, S. 283, 1381г.; Bd. Ill, № 380, § 10, S. 386
77 HR, Abt. I, Bd. IV, № 47, § 15, S. 54.
78 HR, Abt. I, Bd. IV, № 193, § 1, S. 172.
79 HR, Abt. I, Bd. V, № 23, § 7, S. 16, 2.VII.1401г.
, в 1 loj г.— lO-/o лота
110
-1. Л. Хорошими ч
остается все так, как есть сейчас»80. Хотя Орден формально так и не до-
бился желаемого разрешения, фактический вывоз серебра в 1399/1400 и
1400/1401 гг. принял значительный объем — около 200 кг в год 8l. Вероят-
но, п в другие годы,— а Орден торговал с Новгородом уже с 80-х годов
XIV в., — вывоз серебра колебался около тех же размеров.
Ввоз серебра в Новгород Тевтонским орденом в более или менее зна-
чительных размерах продолжался сравнительно недолго — около 20 лет 82_
Битва при Гринвальде и последовавшая за ней война с Новгородом и
Псковом нанесли решительный удар политико-экономическому могущест-
ву Ордена. Одним из проявлений того кризиса, в который вступил Орден,
было падение чуть ли не в два раза курса прусской марки 83. В 1427 г.
Орден вынужден был отказаться от вывоза серебра84. Таким образом, роль
Тевтонского ордена как одного из главных поставщиков в Новгород сак-
сонского и венгерского серебра, ограничивалась концом XIV — нача-
лом XV в. Однако даже в этот период ввоз серебра в Новгород происходил
не только за счет Тевтонского ордена. Об этом свидетельствуют постоян-
ные жалобы ганзейских купцов па запрещенную торговлю Ордена сереб-
ром и немногочисленные материалы о ввозе серебра самими ганзейцамп 85.
Даже в 20—30-х годах XV в., когда добыча серебра в Европе упала осо-
бенно низко, ганзейцы продолжали привозить в Новгород серебро, хотя
и низкокачественное 86.
80 HR, АЫ. I, 13d. V, М 74, § 4, S. 53.';
81 Его размеры ио данным торговых книг Ордена определил М. II. Лесников.
В 1399—1400 гг. приказчики Ордена привезли в Новгород и 45 слитках серебра 1183
прусских марки 19 скот, а в 1400—1401 гг.— 1099 марок 12 скот, что и составляет со-
ответственно 220,8 и 205,5 кг (М. II. Л е с и и к о и. Торговые сношения...,
стр. 263).
82 После 1410 г. мы располагаем лишь одним, да и то сомнительным, свидетель-
ством о ввозе в Новгород серебра. Генрих Курлебеке, орденский слуга (?), осенью
1436 г. заявил о том, что у пего па немецком дворе в Новгороде украли серебро и деньги
(14 slucke an zulvere unde an denningen), часть их slucke unde З’/а mrc schyu an
zulvere unde an dennigen) впоследствии была обнаружена у Вольмара (LECUB, АЫ 1,
Bd. IX, № 112, S. 71, 6.IX.1436 г.).
83 Th. Н irsch. Handels- und Gexverbegeschichte Danzigs unler der Herrschaft
des deutsclien Ordens. Leipzig, 1858, S. 241; Fr. A. V о s s b e r g. Geschichte der Preu.s-
sischen Munzen und SieeeL.., S. 208—209.
81 LECUB, Abt. I, Bd. VII, A° 606, S. 420—421. Однако еще втечепие 1418 г. сереб-
ро из Данцига регулярно вывозилось па Запад, где к этому времени уже ощущатся
недостаток в нем. В 1418 г. у данцигских купцов Тидеманна Бука п Эверда фан Аль-
штеде было 6 шнффсфунтов воска, 1 бочка меха и 40 марок серебра (lodiges sobers):
кроме того, в бочке, принадлежавшей Гривероде, еще 40 марок лотиг (HR, Abt. II,
Bd. I, А» 301, S. 279, IX—X, 1434 г.).
85 Ревельский бюргер Корд Кегелер во время тяжбы с новгородцем Давыдом
(1393 г.) заявил, что он «этому Давыду пе должен пи деист, пи товаров, пи серебра»
(alze dat he deme vorbenomedeii Daxvyden neyn gelt noch gud noch silver scbuldiche ene
were.—HUB, Bd. V, Д» 119, S. 69, 1393 г.). Нем цкис купцы, находившиеся в Новгороде,
писали в Дерпт, что Ротгер Виттен и Дидрпхфап Ашераде, купец орденского комтура
в Фе.ллине, на семи лошадях привезли различные товары, в том чисте 116 V» штюкке
рижского серебра (HR, Abt. I, Bd. IV, К» 331, S. 319—320). Возможно, у них было еще
серебро и в слитках, так как феллпп, стремясь спасти хотя бы часть товаров, настаи-
вает па возвращении серебра, конфискованного в Новгороде (HR, Abl. I, Bd. IV.
Ai 380, S. 362—363,6.X. 1396 г.). У некоего Германа Вестфе.тьта зимой 1409 г. русские
отобрали 70 штук серебра (70 slucke lodeglies silvers) и другие ценности (HUB, Bd. V,
А» 883, S. 463, 28. V. 1509г.).
86 HUB, Bd. V, А" 1112, S. 577, 5.XI. 1413 г. В 1425 г., после окончания очередного
конфликта с новгородцами, дерптскне купцы поспешили сообщить в Ревель, что можно
безопасно проехать в Новгород с «драгоценными»товарами, будь то золото, серебро
пли что-либо другое (LECUB, Abl. I, Bd. VII, Да 368, S. 260—262,11 .XI.1425 г.). По-
этому, несмотря па несомненное сокращение ганзейской торговли этим товаром, нет
никаких оснований противопоставлять систему торговли Тевтонского ордена и ганзей-
ских купцов, как это делает М. II. Лесников на основе изучения торговых книг
Фекипгузепов (М. II. Л е с и и к о в. Торговые сношения..., стр. 265).
На истории ганзейской торговли в XIV—XV ее.
Ill
В зависимости от общих условий добычи и торговли серебром в Европе
изменялось и качество находившегося в обращении в Новгороде серебра.
Если в конце ХШ — начале XIV в., в период широкого развития торгов-
ли серебром, новгородские слитки отличались высокой пробой и хорошим
качеством 87, то уже к концу XIV — началу XV в. положение измени-
лось.
Вопрос о подделке серебра стоял на переговорах 1436 г. Русские жало-
вались «на порчу серебра, которое сверху и снизу кажется хорошим, но
в середине испорчено...» (van vorvelscherie des zulvers, dat bovan unde
beneden guet schene und midden vorvelschet were). Однако на законные тре-
бования русских купцов о необходимости контроля над качеством вво-
зимого серебра ганзейцы отвечали, что не могут нести ответственность
за скверных людей (vor quade lude), и предложили каждому из покупате-
лей самому следить за качеством товара 88. Ухудшение качества поступав-
шего на Русь серебра, несомненно, создавало особенно благоприятные ус-
ловия для всякого рода махинаций в денежном деле Новгорода.
В конце XV в. горная промышленность Европы переживала новый
подъем добычи серебра. Дальнейшее развитие производительных сил,
введение новых методов добычи (в том числе такого важного, как отделе-
ние серебра с помощью свинца от медной руды с богатым содержанием
серебра), а также открытие новых рудников привели к серьезному увели-
чению добычи серебра: с 1450 г. до конца XV в. добыча выросла
почти в два раза (с 27 800 кг до 44 тыс. кг), а к 1530 г.—в пять раз89 90.
Еще в начале XV в. (1409 г.) началась разработка богатых месторождении
серебра в районе Шваца на р. Инне (притоке Дуная) и в других районах Ти-
роля ео. Однако расцвет добычи в этом районе падает на 70-е и 80-е годы
XV в., когда она увеличивается более чем в три раза 91. В середине XV в.
открылись рудники Шнееберга (около Цвикау), добыча серебра на кото-
рых с нескольких сотен марок в 50-х годах XV в. поднялась до 31 тыс.
марок в 1470—1476 гг. и приблизительно 44 тыс. марок в 1476—1485 гг.92
Одновременно переживала подъем промышленность Венгрии и различ-
ных районов Чехии — Табора, Ратиборица, Глазова. В 90-е годы XV в.
открылись рудники в Аннаберге.
Как ни трудно установить объем добычи благородных металлов и выяс-
нить ее динамику, увеличение ввоза серебра в ливонские города сравни-
тельно с предыдущим периодом очевидно 93. Так, в 1491 г. Ревель жало-
87 LECUB, Abt. I, Bd. IX, А» 80, § 9, S. 42; § 14, S. 43.
88 M. П. С о т и п к о в а. «Петровы» гривны, стр. 51; се же. Из истории
обращения русских серебряных платежных слитков в XIV—XX вв., стр. 54—59.
89 J. U. N ef. Industrial Europe..., р. 222—223; его же. Silver production in
Central Europe...— «The Journal of Political Economy», vol. LX1X, p. 576, 586.
90 St. Worms. Schwazer Bergbau im fiinfzehnten Jabrhunderl. Vienna. 19oi,
S. 35; M. H. Wolfstrigl-Wolfskron. Die liroler Erzbergbau, 1301
1665. Innsbruck, 1903, S. 23, 30, 126 u. a.
91 Добыча достигает 14 622 марок в год в 1470—1474 гг., 26 147 марок в год
в 1475—1479 гг., 34 651 марки в год в 1480—1484 гг. и, наконец, 45 336 марок в
1485—1489 гг. St. Worms. Schwazer Bergbau..., S. 85, 86, 173; M. R. W о 1 f-
s t r i g 1 - W о 1 f s k г о n. Die tiroler Erzbergbau, S. 35.
92 O. Hopp e. Die Silberbergbau zu Schneeberg, S. 7, 112, 156—157. Быстрое
увеличение добычи произошло в 1471 г.
93 Так, в 1492 г. из Любека в Ревель было вывезено 166 марок 2 лота лотпг, в
1493 г.— 182 марки лотпг (Fr. Bruns. Die Ilansischen Pfundzollbiicher, Jg. 1907.
S. 481), t. e. 38 кг 908,9 г в 1492 г. и 42 кг 562 г в 1493 г. Приведенные выше данные
пе могут служить основанием для полной характеристики ввоза серебра в Новгород,
поскольку серебро ввозилось и через другие города, в том числе Нарву. В 1481 г.
у русских купцов, в частности у новгородских, было отобрано (abgcschatzeu) 20 штюкке
112
Л. «//. Хорогикевич
вался Любеку на увеличение в течение предыдущих лет ввоза серебра >
который якобы превышал ввоз всех остальных товаров * 91 * * 94.
О размерах ввоза серебра в Новгород в последней трети XV в. отчасти
можно судить по величине дани, наложенной на город великим князем
в 1471 г. и составлявшей 154/г тыс. рублей. «Се добил челом великому
князю Ивану Васильевичу... нареченный на архиепископство Великого
Новгорода и Пскова священноипок Феофил, и посадники новгородские...
п житии ... по новогородскому велению всего Новагорода, за новгородскую
проступку, полушестьминадцаты тысячи рублев денгами в отчет, а сереб-
ром в отвес» ®5 * 97. В последней четверти XV в. на повестке дня съездов ган-
зейских городов вновь встал вопрос о качестве ввозимого в Новгород
серебра. В 1490 г. Ревель просил, чтобы серебро, предназначенное для
вывоза на Русь, было предварительно проверено и очищено и чтобы ввози-
лось только сереоро с чистым содержанием не ниже 15 лотов99 100 (т. е.
Это очень высокое содержание чистого серебра 98. Обращение Ревеля ясно
показывает силу русского купечества, требовавшего и умевшего добивать-
ся благоприятных для себя условий торговли. Шестая редакция скры
1514 г., зафиксировавшая новые условия торговли, предусматривала
обязанность немцев продавать русским чистое серебро и менять его в слу-
чае жалоб: «§ 56. О чистом воске и чистом серебре. Каждый должен по-
ставлять другому чистый воск и серебро, если же будут жалобы на это, он
должен сменить товар»99.
Одновременно с ввозом в Новгород серебра в виде слитков происходил,
значительно уступая ему по объему, и ввоз западноевропейских монет.
В предыдущий период, в XII — XIII вв., ввоз западноевропейских денег
прекратился в связи с господством в денежном обращении Европы брактеа-
тов (тонкой односторонней монеты) и частой порчей денег 10°. Однако й,уже
серебра (120 st. sulvers), которое потом должно было быть передано орденмейстеру
(HUB, Bd. X, № 931, S. 580, 4.Х. 1481). В 1496 г. новгородский купец, возвращаясь из
Нарвы, пмел при себе 4 ласта соли, 18 марок (вероятно, рижских) деньгами и неболь-
шой кусок серебра (LECUB, Abt. П, Bd. I, №544, S. 398).
91 HUB, Bd. XI, № 497, S. 343. Даже в 1499 г. пошлина, которой облагалось се-
ребро, была одним из основных источников дохода города, как об этом сообщал Ревель
в письме в Любек: ...«dorch waz wrisze de tol van deme sulver unde adneren kostelen
guderen, dal bet toher de mesten summen syn geweszen, vorhouscbet sy geworden unde
nocli dagelix schut, biszunder de grave ware der men so nicht vorhouscbet kan, de giffl
о wat te quader truwen» (LECUB, Abt. II, Bd. I, № 837, S. 637).
95ГВНП, № 25, стр. 44.
°®L. К.. Goetz. Deutsch-Russische Ilaudelsgescbichte des Mittelalters, S. 333;
HUB, Bd. XI, № 365, S. 262, 25. V. 1490 г. Точно такое же постановление
и в скре 1514 г. (VV. Schluter. Die Novgoroder Sebra..., Red. VI, § 31, § 56).
97 A. Luschin von Ebengreuth. Allgemeinc Miinzkunde und Geld-
geschicbte, S. 42.
98 Как указывает Фр. Шреттер, даже в середине XVI в. по умели изготовлять
серебро выше - - пробы (15 лотов 3 квинта) (Fr. Sc h rotter. Brandsilber.—
«VVorterbuch der Miinzkunde»,’ S. 83). Наиболее чистым серебром в XIV—XV вв.
считалось королевское серебро (Konigsilber, argent de roy) — ~2__ = J—:— (A. Lu-
sc li in von Ebengreuth. Allgemeinc Miinzkunde und Geldgeschichte, S. 42).
99 W. Sch 1 G ter. Die Novgoroder Schra..., S. 190.
100 Переход к полубрактеатам (в районе Гессена, Баварии, Нижней Саксонии),
а затем и к брактеатам произошел в течение XII в. К концу его район распростране-
ния брактеатов охватывал почти всю территорию Германии: на западе — до Везера,
на юге—вплоть до Гарца, включая все северные земли, в том числе и ганзейские города
Любек, Люнебург, Гамбург и др. (A. S n h 1 е. Deutsche Munz-und Geldgeschichte...,
S. 79—80 W. Havernick. Miinzverrufungen in Westdeutschland im 12. und 13.
Jahrhundert.— VSWG, Bd. 24, Heft 2, S. 129—141).
[1в истории ганзейской торговли в V/1 —А'1’ ее.
113
в середине XIV и. ввоз денег почти восстановился 101. Отсутствие находок
иностранных монет на русской территории не может служить доказатель-
ством того, что монеты не ввозились вовсе. Западные монеты теряли свои
функции средства обращения и превращались в товар как таковой, а по-
сему их постигала та же участь, что и серебро в слитках: они переплавля-
лись уже в Новгороде либо в слитки (XIV — первая половина XV в.),
либо в новгородские монеты (XV в.) Возможно, в Ливопию ввозились
и любекские брактеаты, о чем косвенно свидетельствуют их находки в
кладах102. Однако Любек даже в XII — XIII вв. сохранил чеканку дву-
стороннего денара, ходившего под названием witten или albus — белый
(по цвету серебра).Существовали денары, равные 4 пфеннигам и 1 пфенни-
гу. Последний приравнивался к английскому стерлингу и стал основной
монетой ганзейских городов 103 104. Любекский денар отличался большей
устойчивостью, нежели другие монеты этого времени. Однако и его ка-
чество постепенно ухудшалось: если в 1379 г. мелкий денар весил 1,33 г
и содержал 1,12 г чистого серебра, то в 1410 г. он весил 1,17 г и содержал
0,88 г чистого серебра. Чеканка денара прекратилась во второй по-
ловине 20-х годов XV в., однако вплоть до конца XV в. он имел хожде-
ние во всех ганзейских городах. Именно эта монета и получила широкое
распространение в новгородско-ганзейской торговле не только начала,
но и последней четверти XV в. В русских источниках начала XV в. любек-
ский денар известен под названием «лобца» пли «белого лобца». Он, по-
водимому, служил официальной новгородской монетой с 1410 по 1420 г.
В течение всего XV в. он часто употреблялся новгородцами, о чем свиде-
тельствует знаменитая «Память, как торговали доселе новгородцы», кото-
рая приравнивает 5 лобцев к одной четвертце, а 10 — к мордке 1М. В до-
говорной грамоте Великого Новгорода и Пскова с юрьевским епископом
от 13 января 1474 г. указаны условия взимания пошлины с дерптских и
юрьевских гостей: «А вещое псковичом у юрьевцов у гостей имати от меха
по четьверетце, а от сколового веса по дензе; а юрьевцом в псковских
купцов весчое имати от меха по любецкому, а от скалового веса имати
по чотыры любецких» 105 *.1
101 Так, Виттенборги наряду со слитками постоянно^отправ ляли на восток и мо-
неты: в 1354 г.— 100 марок деньгами, в 1355 г.— 36, затем еще 40 марок любекскими
деньгами, в 1356 г.— 4 х/2 марки. В 1368 г. также отправляли монеты и в Ревель. См.,
например, запись о Хинрике Грентце, привезшем 75 люб. марок, и Германе Витте —
49 люб. марок, Вернеке де Роде — 41/2 люб. марки (см. G. Lechner. Die Hansi-
sche Pfundzollisten des Jahres 1368 (18 Marz 1368 bis 10 Marz 1369). Lilbeck, 1935, Bd. I,
X” 340, S. 133. По более позднему периоду мы не располагаем дапными о ввозе монет
Только под 1382 г. в ревельской таможенной книге читаем запись, которая может быть
истолкована как запись о сборе пошлины непосредственно с денег: «Gobele Rovere
vorpundete vor 10 pf. gr. unde hundert» (W. Stieda. Revaler Zollhucher, § 1183,
S. 47). 29 августа 1384 г. Бернд Зоте уплатил пошлину за 150 люб. марок, а Петер
Монтер — за 38 фунтов грот в нидерландской монете, приравнивавшейся к 7—9 люб.
маркам (W. Stieda. Revaler Zollbiicher..., № 2197, 2198).
102 А. В u с h h о 1 t z. Silberbarren. Katalog der Ausstellung zum X. archaolo-
gischen Kongress in Riga 1896. Riga, 1896, S. 216.
103 В первой трети XIV в. его чеканили только Любек и Веймар. В 1379—1381 гг.
между этими городами было заключено соглашение о совместной чеканке по любек-
скому образцу 176 денаров из марки, содержащей 13Ч2 лотов, и 516 мелких из марки
с 9 лотами серебра (A. S u h 1 е. Deutsche Milnz- und Geldgeschichte..., S. 162). Со-
гласно решению любекского съезда 1379 г. эту монету приняли Гамбург и Висмар,
а в 1381 г. к ним присоединились Росток, Штральзунд и Люнебург. Кроме того,
ее чеканили города Мекленбурга, Гольштейна и Померании (Н. Gebhart. Die
deutschen Munzen des Mittelalters und der Neuzeit.— «Bibliothek fur Kunst- und Anti-
quitaten-Sammler». Bd. ХХХП, 1930, S. 56—58).
104 И. И. Толстой. Русская допетровская нумн матика, вып. 1, стр. 13 и 17.
105 ГВНП, № 78, стр. 135.
8 Средние века. вып. XX
J1 i
. 1. .7. А' о p о ш к e в и ч
На сравнительно широкое, хотя и кратковременное распространение-
в Новгороде иностранных денег, не только любекских, но и шведских,
и рижских, указывает попытка новгородцев ввести у себя в качестве офи-
циальной монеты различные европейские деньги. В летописи по поводу
этого события читаем: в 1411 г. «начяша Новгородцы торговати бельпмп
лобки и грошми литовскими и артугп немецкими, а куны отложпша,
еже есть мортки куньи» 106. В дальнейшем новгородцы отказались от
подобного использования названных иностранных монет. Это произошло
в 1420 г. «Тое же осени, октября, в Новгороде в Великом начяша новго-
родцы торговати сребряными денгами, а артугп попродаваша Немцем;
а торговали артугами 9 лет; а преже артугов торговали лобки куньими,
а преже лобков куньих торговали мортками бельими и куньими» 10‘.
Под «артугами» (вслед за И. И. Толстым 10ь) принято понимать шведские
ortug. Хотя с фонетической точки зрения эта гипотеза имеет право на су-
ществование, более логично, принимая во внимание предшествующие эко-
номические связи Новгорода, считать их русским названием artig 108 109
монеты, чеканившейся епископом дерптским, архиепископом рижским
и Тевтонским орденом в XIV — XV вв. 110 111 И в более позднее время, во
второй половине XV в., рижские монеты имели хождение во внешней тор-
говле в качестве средства платежа. Об этом свидетельствуют, по-видимому,
указания на то, что русские купцы располагали рижскими деныами, кото-
рые часто упоминались в списках товаров, отнятых у этих купцов в погра-
ничных районах. Так, у тверского купца Ивана Коншина, кроме других-
товаров, были и деньги — «тридцать коп грошей да два рубля ризская» 11 *.
у другого купца, Ивана Тестина,— «пять рублей ризская грошей»; у тор-
говых людей вяземского князя Михаила Дмитриевича в Тверской земле
захватили «сорок рублен ризская деньгами» 112 113. В. .1. Япин, подчеркивая
важность внешнеторговых связен Новгорода с Ригой, считает даже, что
выбор денежно-весового стандарта в 197 г определялся этими связями.
Данный стандарт был основным в западной торговле Новгорода. В. .1.
Янин утверждает, что соотношения новгородской денежной системы прак-
тически повторяют соотношения рижской пз.
* * *
Наряду с серебром в Новгород ввозилось и золото. Как и большая
часть Европы, Русь в течение почти всего периода средневековья не рас-
полагала собственными золотыми рудниками п вынуждена была ввозить
золото отчасти с Запада, отчасти с Востока 114. Однако в самой Европе
запасы золота были незначительны. Оно добывалось лишь в некоторых
районах Чехии, главным образом около г. Епле на Сацаве (притоке
108 ПСРЛ, т. XI, стр. 218.
107 ПСРЛ, т. IX. стр. 236.
10в II. II. Т о л с т о ii. Русская допетровская нумизматика, вып. 1, стр. 17.
100 W. .1 esse. Wendisclier Miinzvereiii, Liibeck, 1928, S. 96. В 1406 г. артиг со-
держал 8 лотов. Из весовой марки изготовлялось 636 артнгов (A. S и b I е. Аг1щ.
«Wortertnicb der Miinzknnde», S. 38).
110 Эта кратковременная попытка отразилась и и археологическом материале:
найдены отдельные монеты данного периода п Перыин: три дерптские Перикарда II
(1410—1413) и две ревельскис того же времени (В. ,1. Я и и н. Печати пз Новгород
ских раскопок 1915 г.— «Советская археология», т. XVIII, 1953, стр. 385).
111 РИО, т. 35, 1882, № 11, стр. 44, май 1490 г.
112 РИО, т. 35, 1882, № 18, стр. 74, ноябрь-декабрь 1492 г.
113 В. Л. Я п ии. Деньги и денежные системы Руси XIV—XV вв. Рукопись,
стр. 24—25.
114 Ввоз с Востока приобрел значение только в XVI в.
На истории ганзейской торговли в ХП .VI ив.
р. Влтавы), в австрийской и ирусской Силезии 1,5(особенно н начале
XIV в.) 11в, а также с помощью промывки из леска на Эльбе — около
Дрездена и Торгау, на Рейне — между Базелем и Маитуем. и Цниккау
(около Шнееберга)* 116 117 * * и т. д.
Несмотря на это, Европе не хватало запасов собственного золота, и
они пополнялись главным образом из стран Ближнего Востока 11в, а к
концу XV в. также из Африки и т. д. 1,0 Золото в различных ви-
дах (в слитках, просто в виде песка, но преимущественно в монетах) упо-
треблялось в этот период главным образом для нужд внешнеторгового обо-
рота.
Чеканка золотой монеты в силу особенностей экономического разни
тпя отдельных районов, географической близости некоторых из них к тор-
говым путям, по которым золото попадало в Европу, сосредоточилась
в нескольких центрах. Раньше, всего эту монету стали производить в
Италии (например, во Флоренции—с 1252 г.), затем во Франции и Фланд-
рии. Почти на 100 лет позднее Флоренции начали чеканить золотую мо-
нету в Англии, которая нуждалась в ней для торговли с Фландрией 12°.
Хотя вывоз из Англии серебра и золотых слитков был запрещен еще в
первой трети XIV в. (1331 г.)121, золотые монеты, специально выпускав-
шиеся для нужд внешней торговли, псе же попадали па континент, где
благодаря своим хорошим качествам и небольшому количеству золота,
находившегося в обороте, пользовались высоким спросом 122 как в
1,5 С. F a u 1 h а b е г. Die i-henialige scblcsiscbe Golilprod net iou mil besonderer
Beriickilichliguiig des Reichensleiiier Rergreviers. Breslau, 1896, S. 2 (i. 12—15.
116 K. Th. I n am a-S I f rii egg. Die GoidMahrimg in> <leiil<chen Reiclie....
117 В. X e u ш a и и. Die Melalle..., .s. 201 2(12; l\. Th. I n a in a-S I e г и e e e.
Die (;<iliJwiihriing ini deiilschen Reiclie... S. 18—19.
1,,‘ L. de L a u n a y. L’or dans 1c monde. Paris. 1907, p. 91 99; M. Bloc h.
I.e probleine de l’or an nioven-age. -«Annales d'hisloire ecoiioniique el sociale», vol. \ .
.V 19, 1922, p. 8.
llu Ch. de la Ro n c i ё re. La decouverle de 1’Afrique an moyen-age, 3 vol.,
le Caire, 1925—1927.— «Мёш. de la Soc. Royale de Geographic d’Egvple». I. V. VI,
X111; II. Sicveking. Genneser Finanzwesen, I. II, S. 92.
1211 В 1343 г. Эдуард HI выпустил первые золотые монеты, которые из-за своей
высокой стоимости почти не употреблялись (R. L. К е п у о и. Tbe Gold Coins of
England, p. 16—17). В 1344 г. были выпущены новые монеты — побели, весом 7,7 гра-
на — liiii.8 п. (А.| а и h 1 е. Deutsche Miinz- nnd Geldgescliichte..., S. 141). В течение
XIV в. вес побелей сохранялся на уровне 1351 г.— 120 трапов, хотя фактически иногда
падал до 113 трапов. В 1412 г. стали выпускаться побели весом в 108 трапов (хотя так
же, как ii прежде, они приравнивались к 6 иг. 8 п.). Первый их выпуск был произведен
в 1465 г. (G. С. Brooke. English Coins..., р. 149). При Эдуарде 1 (с 1470 г.) нача-
лась чеканка апджелов, которые по существу заменили нобелп (они также приравни-
вались к 6 ш. 8 и., но весили 80 трапов), а последние, с прежним весом в 120 трапов
( 10 шил.т.), вскоре вышли из употребления. В концеXV в., при Ричарде Ill (1483—
1185) и Генрихе VII (1485—1509), чеканились только аиджелы папже.нты (* 2 андже-
лы). (К. L. К е и у о ii. Tbe Gold Coins of England.., p. 40).
121 К. I.. К e и у о и. The Gold Coins England.... p. 19.
122 Чтобы затормозить быстрый отлив английских денег па коитппеш. король
Эдуард Ill 21 нюня 1351 г. запретил пх вывоз. Он указывал, что главной причиной
спроса этих денег па континенте является высокое качество монеты: »Por сео qne pln-
sonrs niarchaiits el anlres, par cause qne nos nionoies d’or el d’argenl soot si Fortes el a
ineindre pris qne nul antic nioiiois eii anlres roialmes solonc la value el issint, pur gai-
gner onnl ainenees nos diles nionoies hors de nostre roialme a billon pardela. si que poi
esi demoree en nostre dit rialme a grant damage de nons et de nostre people» (\\ . .les s e.
Quellenbuch znr Miinz- und Geldgescbicblc des Mittelalters. Halle a. S., 1924, As 202,
S. 81). 2 сентября 1381г.вывоз благородных металлов, независимо от того вида, в ка-
ким они находились, был вновь запрещен (К. К u и z < . llanseakten aus England
1275 bis 1413,Halle a. S., 1891, S. 163, Anm. 2), врезультате чего, несмотря на постоян-
ные нарушения этого постановления, поступление английской монеты на европейские
рынки сократилось.
8*
1 Hi
. 1. „7. X о p о ui к e в и ч
Германии (в районе Рейна и вплоть до Померании), так и в Нидерландах.
Франции и других странах 123. Кроме английских побелей, очень часто
в качестве счетной монеты употреблялись и рейнские гульдены. Район
Рейна был вторым после Англии источником распространения золотых
монет в Северной Европе. В 1385 (26.XI) — 1386 (8.VI) гг. рейнские кур-
фюрсты Куно из Трира, Фридрих из Кельна, Адольф из Майнца и Руп-
рехт I из Пфальца, а также города Франкфурт и Вормс заключили согла-
шение о выпуске золотых гульденов, которое было продлено в 1391 г.
Расцвет обращения гульденов совпал с периодом падения значения
слитков (начавшимся на исходе XIV в.) и отчасти был вызван этим 124.
Во время своего обращения, т. е. в конце XIV — XV вв., рейнские гуль-
дены, как и другие золотые монеты, постепенно ухудшались.
Кратковременное появление любекского гульдена не оставило замет-
ного следа в экономике Северной Европы. Любек, единственный из ган-
зейских городов, чеканивших золотую монету, получил право чеканки
в 1340 г.из рук императора Людвига, покровительствовавшего ганзейско-
му союзу 125. Любекский гульден, равный по весу флорину (английской
золотой монете 1343 г., весом 6,998 г. и чистым содержанием золота в
6,963 г) и чеканившийся исключительно для внешней торговли 126, не по-
лучил широкого распространения, так как чеканка золотой монеты в ган-
зейских городах была запрещена, а в XV в. делались даже попытки окон-
чательно запретить пспользованпе золотой монеты 127_
Ввоз золотых монет в Новгород начался уже в XIV в. 128 В Нон
городе особенно большую роль играли английские нобели 12а. По-видп
мому, эти английские mohctmj получили на Руси широкое ра с п ростра -
123 A. S u Ii 1 с. Deutsche Geld- und Milnzgeschicltle..., S. 141; H. E.'] Ives. Fo-
reign Imitations of Hie English Noble, p. 7.
l24. H. В u c k. Das Geld- und Munzwesen..., S. 24.
125 В конце XIV в. рейнские гульдены содержали 23 карата, а в 1425—1444 гг.—
19 каратов. Одновременно происходило понижение веса с 3,396 г в 1386 г. до 2,77 г
в 1425 г., с 2,647 г в 1477 г. до 2,527 г. в 1490 г.
128 A. S u h 1 е. Deutsche Geld- und Milnzgeschichte..., S. 157. Подробную исто-
рию вендского объединения см.: VV. J esse. Wendischer Milnzverein, S. 20—24.
127 W. J esse. Quellenbuch..., S. 213, S. 89; A. S u h 1 e. Deutsche Geld- und
Milnzgeschichte..., S. 149; K. Th. Inama-Slernegg. Die Goldwahrung im deut-
schen Reiche..., S. 37. В 1441 г. совместным постановлением Любека, Висмара, Гам-
бурга и Люнебурга было запрещено использовать золото длн уравнения платежей
(W. J esse. Wendischer Milnzverein, S. 115 ff.).
128 W. Schliiter. Die Novgoroder Schra..., S. 100. Однако в русских источни-
ках первое упоминание о ввозе золота появляется гораздо позднее — лишь в первой
четверти XV в. Так, «немчин» Иван Мясо в ответ на настойчивые требования русских
купцов об уплате долга «казал им у себе товар облакан и золото» (ГВ НИ, № 56, стр.95;
не позднее 1417 г.). Английские монеты могли попадать в Новгород не только
через немецких купцов, но и через ливонских, рано установивших связи с Англией
(уже в середине XIV в. среди купцов, ведущих торговлю в Англии, встречаются выход-
цы из Ревеля и Риги) (К. Kunze. Hanseakten aus England..., № 110, 10.V111.
1339; .V 137. 18.III. 1348 г.).
120 В случае нарушения порядка торговли мехами, покупки немецкими купцами
у русских «непроверенных» мехов ганзейские купцы в Новгороде должны были пла-
тить штраф в английских нобелях (HR, Abt. II, Bd. 1, № 321, § 24, S. 207,— Recess
zu Lilbeck, 5.VI.1431 r. № 288, § 44, S. 187—188. Recess zu Lubeck, 18.V. 1447г.). Нобе-
лями или рейнскими гульденами расплачивались ганзейские купцы в Новгороде за
аренду готского двора. Так, в 1424 г., было уплачено 18 нобелей, в 1455 г.— 40 рейн-
ских гульденов (HR, Abt. II, Bd. I, № 289, § 4, S. 186—187). О количестве английских
денег, находившихся в обращении в Новгороде в конце XV в., можно судить по количе-
ству нобелей, известных на Руси под названием кораблеников или корабленых, пре-
поднесенных новгородскими феодалами великому князю в 1476 и 1478—1490 гг.,—
300 кораблеников от одного только владыки (ПСРЛ, т. XII, стр. 165—166, 188—189).
Из истории ганзейской торговли в XIV—АТ вв.
117
пение 130 особенно во второй половине XV в. В это время прекращение
литья серебряных рублей, ранее удовлетворявших нужды крупной on
товой торговли, создало повышенный спрос на английские побели, в на
чале XV в. приближавшиеся по стоимости к русским рублям. Уже в на
чале XV в. английские нобели имели хождение в Новгороде на одина
ковых правах с рижскими монетами и, возможно, даже в большем объеме,
чем последние. Особым спросом на Руси пользовались и рейнские гуль-
дены 131.
В конце XV в. начался ввоз венгерских золотых монет 132_ Вопреки
мнению Д. И. Прозоровского, полагавшего, будто на Руси все золотые
монеты (п английские анджелы, и нобели, и венгерские гульдены) обозна-
чались одним термином «корабленик», и И. Н. Шмелевой, по мнению
которой все золотые монеты назывались просто «золотой», русские источ-
ники, как правило, строго различают отдельные виды золотых 133. К тер
мину «золотой» почти всегда есть определение — угорский (для венгер-
ских монет) и корабленный или корабленик (для английского нобеля,
на лицевой стороне которого изображался герб Лондона — плывущий ко-
рабль). В некоторых источниках корабленик противопоставляется золо-
тому. Так, среди помпнков (подарков) от великого князя Ивана Василье-
вича крымскому хану Менгли-Гирею и его детям 8 июня 1486 г. находи-
лись «два соболя да два корабленика да девять золотых» 134 *. В следующем
году Менгли-Гирею и его брату калче Ямгурчею был отправлен корабле-
ник, а его детям — по золотому. Различались кораблепики, золотые
«угорские» и «венедицкие» и в перечислении даров новгородских фео-
далов великому князю Ивану Васильевичу (900 кораблеппков, 1000 зо-
лотых угорских ивенедицких, 220 золотых) 136 * 138. В том случае, если к слову
«золотой» нет определения, венгерские и английские золотые можно раз-
личить по месту их обращения.В источниках, где идет речь о южных райо-
нах Руси, крайне редко употребляется термин «корабленпкп» и под сло-
вом «золотой» большей частью подразумевается «золотой угорский» 136.
Трудно предположить смешение понятий в русской торговой терминоло-
гии XV в. еще и потому, что серебряный курс английской и венгерской
130 В финансовом отчете Т. Шрове о путешествии'в Москву указана’оплата при-
ставам за лошадей от Новгорода до Москвы 25 марок (по видимому, рижских) и 8 золо-
тых гульденов (всего 42 марки 4 шилл.), старостам (hovellude) Якову Захарьевичу и
Петру Михаиловичу в Новгороде за охранные грамоты (weclibreff) — 9 венгерских гуль-
денов, т. е. 27 рижских марок (LECLB, АЫ. II, Bd. I, № 24, S. 16, 17.V1I. 1494. ff.;.
131 Легкость, с которой русские, независимо от местонахождения, принимали
в уплату различные золотые и серебряные деньги, свидетельствует как о широком и
постоянном ввозе этих денег, так и о хорошем знакомстве населении 1’усн с ними
В 1409 г. у Германа Вестфельда русские отняли в Новгороде 5 побелей и 150 гелерскпх
гульденов (HLB, Bd. V, К 883, s. 463).В 1469 г. ганзейские купцы только на одном ко
рабле ввезли в Ревель 988 рейнских гульденов— W. Stieda. I'ber die QJuelleu
der Handelsslalislik im Millelalter. Berlin, 1903, S. 45—52 (Aus dem Anliantr zu d< u
AbhandluDiren der Konielicben Preussisehen Akademie der Wis enscliafleii voui Jahre
1902).
132 Д. И. Прозоровский. Монета и вес в России до конца XVII столетия.
< Нб„ 1865, стр. 153; II. II. Шмелев а. Русская Торговая книга X VI века. Банд,
тиес., Л., 1948, стр. 166.
133 1*110, т. 41, 1884, № 14, стр. 54; X- 15, стр. 56—57.
134 ПСРЛ, т. XII, стр. 165—166.
136 РИО, т.41, № 50, стр.235, 6.IX. 1496 г. В грамоте великого князя Ивана Насилье
вича к кафипскому султану и турецкому султану Баязету употребляется термин «зо-
лотые» (РИО, т.35,№ 2, стр. И, январь 1488 г.).У московских купцов, возвращавшихся
из Кафы, отобрали в Литве «золотые», а на следующий год — «золотые угорские»
(РИО, т. 35, № 7, стр. 24, 27, 33, III. 1489г.).
138 Уже в 1477 г. новгородский архиепископ Феофил преподнес великому князю
Ивану Васильевичу «1000 золотых угорских и венедицких» (ПСРЛ, т. XII, стр. 166)
118
.1. .I. X о p о vt к e в ич
золотых монет в конце XVI и. (по данным Торговой книги) был различным:
золотой кораблепик — 210 денег, а венгерский — 105 ,37. Ио-видимому,
это различие наблюдалось уже в XV в. Во всяком случае московский
князь всегда отправлял в качестве «номнпков» крымскому хану только
корабленикн, а его сыновьям — «золотые» 138. Венгерские и чешские зо-
лотые в конце XV в. завоевали твердое место среди европейских денег,
ввозившихся на Русь.
Русский рынок очень быстро реагировал на различные изменения в
области денежного дела, в частности на появление поддельных побелей.
Не случайно в 1436 г. одной из тем переговоров Новгорода с Ганзой было
качество нобелей. В свете изменения монетной стопы в Англии в 1412 г.
и широкого распространения нобелей по всей Европе становятся понят-
ными и обоснованными жалобы русских на появление нобелей, которые
они называют фальшивыми (wo dat de nobelcn valsch weren) 137 * 139.
Однако ни на Руси (в частности, в Новгороде), пн в других странах
Европы золото не смогло вытеснить серебро 14°.Серебряная монетная стопа
осталась действующей и в этот период, а золотых монет в денежном обра
щении на Руси не было. Крайне редкие как в XV, так и в XVI в. золотые
монеты предназначались лишь для княжеских и царских пожалований.
По-видимому, в этой роли и выступали иностранные золотые монеты 141 *.
Помимо монет, золото ввозилось в Новгород в виде проволоки (imtze
gold) 112 и различных ювелирных изделий143.
Как и серебро, золото попадало через Новгород в различные районы
Руси, прежде всего в Москву 144_ Золото в монетах и проволоке служило
сырьем для ювелирных изделий, в качестве «помипков» оно отправлялось
в Крым145 и в .Литву 146.
137 И. 11. Ill м е л е в а. Русская Торговая книга XVI и., стр. 166 167.
гае РИО, т. 41, № 14- 15, стр. 54 и др.
,,e LECUB, Abt. I, Bd. IX, № 80, § 9, S. 42. Возможно, в данном случае имелись
в виду и подделки английской монеты, изготовленные в других странах. Попытки из-
готовлять фальшивые нобелп делались в Аквитании. Во Фландрии их изготовление
приняло огромные размеры, особенно в конце XIV—начале XV в., при Филиппе Храб-
ром (1389—1404) (Н. Е. Ives. Foreign imitations of the English Noble, p. 8—10).
140 Даже в имуществе московских князей золотые изделия редки, немногочисленны:
они отступают на второй план сравнительно с более дешевыми серебряными (К. Б. Б а-
з плев и ч. Имущество московских князей XIV—XVI вв. - «Труды ГИМ». вып. 3,
разряд общий исторический, И., 1926, стр. И н др.).
1,1 И. Г. С и а с с к п ii. Русская монетная система..., стр. 61.
143 Ее встречаем в составе груза судна, двигавшегося из Любека в Ревель'в 1469 г.
I \V. Stieda. Uber die Quellen..., S. 46—52). 1 [есколько удивляет отсутствие упоми-
нания золотой проволоки в русской торговой книге XVI в. Упоминается только иря
деное золото (II. II. Ill м ел е в а. Русская Торговая книга..., стр. 148).
143 Ревельский купец Ганс Дпнкермап в своем завещании, написанном 25.VIII
1457 г., указывает, что Герман Рапе, ведший активную торговлю в Новгороде, остался
должен ему там 10 фердппгов за золотое ожерелье (van еунеп ghnidcu Ьоце), отправлен-
ное зимой и Новгород (LECUB, Abt. I, Bd. XI, »Х: 689, S. 547).
144 Уже в середине XIV в. в духовной грамоте князя Ивана Калиты упоминается
«пояс золот фрязьский» (Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей
XIV XVI вв., М.— Л., 1950, № 1, стр. 8, около 1339 г.).
145 Нанрпмер, в июне 1486 г. великий князь Иван Васильевич отправил Менглп
Гирею «соболь чорн, а двема женам царевым по карабленику» (РИО, т. 41, № 14,
стр. 54; А- 15, стр. 56—57, 3. VIII. 1486; № 13, стр. 47, 23.III. 1486г.).
140 РИО, т. 35, № 33, стр. 174 -175, II. 1495; А» 34, стр. 178, 181, 11—27. III.
1495; М 39, стр. 201, 19.VII. 1495; № 41, стр. 213—214, 23.1. 1496; № 47, стр. 235—236.
29.VII. 1497; .V 49, стр. 239, 2.XI. 1497; № 51, стр. 243—245, 8.II. 1498 (всего 4);
Л« 60, стр. 278—279, 13.4’1. 1499; № 62, стр. 289, 292, 19.XII. 1499. Размеры «поминка»
(по 1 корабленику от великого князя и великой княгини), сравнительно с теми да-
рами, которые получил великий князь Иван Васильевич в Новгороде, показывают
дороговизну и редкость английских нобелей в Москве в этот период.
Из истории ганзейской торговли в АIV—XV чв.
119
* * *
Динамика импорта благородных металлов Серебра и золота —
и Новгород в течение XIV — XV ив. представляется следующей: ввоз сереб-
ра на Русь через Новгород достиг особого размаха в первой половине
XIV в. В конце XIV’ в. происходит резкий спад ввоза серебра, который
осуществляется в этот период не столько ганзейскими купцами, сколько
Тевтонским орденом. В конце XV в., когда па Западе быстро возрастала
добыча серебра, вновь увеличился п ввоз серебра на Русь.
Несколько иную эволюцию претерпела торговля золотом. Золото вво-
зилось в Новгород в очень малых размерах и, в отличие от серебра,
исключительно в виде монет. Ввоз золота приобрел уже значительные
размеры в середине XV’ в. и постепенно нарастал по мере увеличения
числа центров чеканки золотых монет в Европе. В связи с рядом и общеев-
ропейских, и специфически новгородских условий торговли золотые моне-
ты в Новгороде, как и во всей Европе, стали наиболее распространенной
монетой в оптовой внешней торговле.
Новгородская торговля благородными металлами — еще одно сви-
детельство широких экономических связей Руси со всей остальной
Европой. Эта торговля является частью общеевропейской торгов-
ли этими товарами, и ее изменения теснейшим образом связаны не
только с экономическим развитием самой Руси, по и с экономическим раз-
витием всей Европы. Постоянный ввоз благородных металлов в XIV —
XV вв. свидетельствует об активном торговом балансе новгородской тор-
говли, осуществлявшемся на протяжении всего этого периода.
Значение торговли благородными металлами для Руси очень велико:
сс ребро и золото употреблялись в качестве средства платежа, в особен-
ности в оптовой торговле, являлись сырьевой базой для ювелирного дела,
литья гривен и рублей, а позднее — для чеканки русской монеты 147.
На основании анализа, проделанного в данной статье, можно предпо-
ложить, что безмонетный период, являющийся специфической особен-
ностью Руси, наступил не из-за отсутствия серебра, запасы которого, как
правильно утверждает А. Л. Монгайт, были довольно велики. В XIV в.,
на заключительном этапе безмонетного периода, приток благородных ме-
таллов носил постоянный характер и, вероятно, имел уже значительные
размеры 148.
К сожалению, на основе нашего материала трудно правильно оценить
роль ввоза благородных металлов в Новгород для развития экономики
ганзейских городов. Для этого необходимо специальное исследование.
147 Можно, однако, предположить, что торговля с Новгородом была одной и.) при-
чин более длительного сохранения торговли слитками в Северной Германии. Если на
юге н западе страны слитки, замененные золотыми гульденами, исчезли из обращения
уже в течение XIV в., то па севере Германии этот процесс затянулся па весь XV в.
А. Зуле указывает па более частые находки слитков в Северной Германии (около Лес-
ина. Нюрнтца, Хпршфельда и т. д.), чем н Южной (Л. Suhl е. Barren.—«Worter-
IhicIi der Munzkunde», S. fit -62).
us iJf)T некоторые данные о количестве серебряных монет, которыми распоряжа-
лись, в частности, новгородцы в рассматриваемый период: в 1327 г. «в Новгород при-
слаша послы татарове, и даша им новгородцы 2000 серебра, и свои послы послаша
с ними к воеводам с множеством даров» (НПЛ, стр. 98, 341, 159); в результате похода
новгородского князя Юрия на Тверь в 1321 г. «приела князь Дмитрии владыку тферь-
скаго и доконцаша мир на дву тысячу серебра...» (там же, стр. 338, 457); в результате
похода Витовта на Порхов в 1428 г. «порховицы кончала за себе 5000 серебра, и тогда
прпиха владыка Еуфимеи к Порхову с послы новгородс.кыми, и докопца Витовту дру-
гую 5000 серебра и шестую тысяцю на полону» (там же, стр. 415).
120
•1. Л. Хорош к е в н ч
Zusammenfassung
des Artikels von A. L. Horoschkewitsch «Aus der Geschichte
des Hanseatischen Handels (Einfuhr von Edelmetallen nach Nowgorod
in XIV. — XV. Jh.)»
Das Studium des Handels mit Edelmetallen hateine groBe Bedeutung fiir
die Forschung der sozial-okonomischen Entwicklung Europas. Ein beson-
deres Interesse stellt das Studium des Gebiets des Handels mit Edelmetal-
len in Rutland undinsbesondereimGroBen Nowgorod im XIV. — XV. Jahr-
hundert dar. In jener Zeit war Nowgorod das Hauptzentrum der wirtschaft-
lichen Verbindungen Nowgorods mit den Landern des nordlichen Europas
und sein AuBenhandel war die Hauptquelle des Eingangs mit einer Reihe
von Giitern, darunter auch Edelmetallen, nach RuBland.
Angaben der Numismatik, sowie Briefwechsel der liwonischen und
hanseatischen Kaufleuten, Handelsbiicher hanseatischer Kaufleute und des
teutonischen Ordens, hansische Recesse verschiedene Redaktionen des
Statute des deutschen Holes in Nowgorod (Skra) und Zollbiicher der Hansa
zeugen davon, das der Einfuhr von Silber nach RuBland durch Nowgorod
einen grosen Schwung in der 1. Halfte des XIV. Jahrhunderts hatte.
Der Einfuhr von Silber, welcher in jener Zeit hauptsachlich von dem
teutonischen Orden durchgefiihrt wurde, nimmt am Ende des XIV. Jahr-
hunderts stark ah. Ein neuer Schwung am Ende des XV. Jahrhunderts
istmit einer schnellen zunahme der Silbergewinnungim Westen verbunden.
Was Gold anbetrifft, welches nach RuBland in sehr geringen Mengen und
ausschlieBlich in Miinzen gelangte, begann der Einfuhr dieses Metalls nach
RuBland in der Mitte des XV. Jahrhunderts und nahm allmahlich aber
ununterbrochen zu.
Der standige Einfuhr von Edelmetallen nach Nowgorod im XIV.—XV.
Jahrhundert zeugt sowohl von breiten okonomischen Verbindungen Ru[E
lands, als auch von der aktiven Bilanz des Nowgoroder Handels in dieser
Periode.
Die Bedeutung des Handels mit Edelmetallen ist fur RuBland sehr grop.
Silber und Gold verwendete man als Zahlungsmittel (besonders im
Groshandel), diese Metalledienten als Rohmaterial fiir Juwelierhandwcrk,
fiir Giepen von Griwnen und Rubeln
Man darf auch annehmen, das die miinzenlose Periode — eine spezi-
fische Besonderheit der Geschichte RuBlands — garnicht wegen Mangel an
Edelmetallen, deren Vorrate grop genug waren, eingetreten war, da der
Zuflup an diesen Metallen im XIV. Jahrhundert an der Schlupetappe
der miinzenlosen Periode einen stetigen Charakter hatte.
Der Nowgoroder Handel mit Edelmetallen ist ein untrennbarer Foil
des europaischen Handels mit diesen Giitern, und Anderungen in diesem
Handel sind nicht nur mit der okonomischen Entwicklung Ruplands selbst.
sondern auch mit der okonomischen Enlwickhing des ganzen Europas ver-
bunden.
М. М. С М II I* И II
СОЦИАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ГОРНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
ФРЕЙБЕРГСКОГО РАЙОНА САКСОНИИ
В 40—80-х ГОДАХ XV в.
До 70—80-х годов XV в., т. е. до открытия и начала разработки бо-
гатых серебряных рудников вокруг Шнееберга и других новых городов
Рудногорного района (Erzgebirge), центром саксонской горной промыш-
ленности был Фрейберг. Однако уже с 40-х годов XV в. чувствуется оза-
боченность герцогской горной администрации — самих саксонских герцо-
гов, их советников и должностных лиц — обнаружившимися симптомами
застоя и упадка горного дела в районе Фрейберга. Вопрос о причи-
нах такого состояния Фрейбергских серебряных рудников и о мерах, не-
обходимых для восстановления и подъема горного дела в этом районе,
был предметом переписки между герцогами и их советниками и обмена
мнениями на многочисленных совещаниях со знатоками горного дела,
с должностными лицами и с представителями разных участвовавших в
горных разработках социальных групп—товариществ по разработке руд-
ников (Gewerkschaften)1, самостоятельно работавших рудокопов и др. Изу-
чение материалов этих совещаний помогает уяснить некоторые новые явле-
ния в горной промышленности и те сдвиги в социальных отношениях, ко-
торые намечались в этой отрасли со второй половины XV в.
Неудовлетворительное состояние горных разработок Фрейбергского
района констатируется всеми участниками совещаний. Все указывали на
ослабление темпов работ в рудниках, на сокращение добычи в ряде мест,
на недостаточность новых изысканий, на то, что работы ведутся почти 1
1 Разработка рудников уже па очень ранней стадии была невозможна без коопе-
рации ряда лиц. Работа велась в четыре смены по 6 час; в каждую смену работало
в шахте не меньше двух рабочих, которые чередовались между собою в забое и в соби-
рании руды. Таким образом, для каждой шахты нужен был коллектив не меньше
восьми человек. При расширении добычи число одновременно занятых рабочих в
шахте соотвстс твепноудваивалось, и коллектив для одной шахты состоял уже пз 16, 32
или 64 забойщиков, которым помогали в подъеме руды, в дроблении и толчении ее под-
собные рабочие. Вся такая группа образовывала товарищество совместно работающих
и делящих добытую руду (Gexxerkschaft), члены которого, связанные между собою и
добыче и разделе руды, назывались Gexxerken, в латинских текстах — conciiltore.-
Название Gexxerken сохранилось и тогда, когда товарищества потеряли своп трудовой
характер и члены их, участвуя только своими капиталами, были уже предприипмп
телями. В данной статье термин Gexxerken условно передается словом «участники»,
причем там, где требуется специально уточнить, что речь идет о членах
предпринимательских товариществ, Gexxerken переводятся как «участ-
ники»-предпрнниматели (см. G. S с h m о 1 1 е г. Die gescbichtlicbe Entxxicklung der
Unlernchmung.—«Jabrbuch fur Gesetzgebung. Verwaltungund Volksxvirtscbaft im Deul-
schen Reich», 1891, Leipzig, Heft 3—4; J. К 6 b 1 e r. Die Keime des Kapilalismus ini
sachsischen Silberbergbau (1168 bis um 1500). Berlin, 1955).
122
.M. Ilf. С м и ри и
исключительно в старых шахтах, что площади разработок пе расширяют-
ся и т. д. По вопросу о причинах такого состояния и вместе с тем о мерах,
необходимых для устранения недостатков и обеспечения нового подъема
горного дела, высказывались разные мнения.
Участвовавшие в совещаниях самостоятельно работавшие рудокопы
видели основную причину зла в недостатке хорошо квалифицированных,
знающих свое дело горняков. Они настаивали на привлечении к разработ-
кам знающих горное дело горожан, в частности из жителей Фрейберга —
старейшего города горняков. Вместе с тем они указывали на необходимость
повышения герцогских субсидий рудникам. Система субсидий (Steuer)
была необходимой формой авансирования мелких производителей-горня-
ков со стороны герцогской казны, имевшей преимущественное и даже ис-
ключительное право покупки горной продукции. Будучи заинтересован-
ными в росте поступлений десятины и в увеличении доходов, вытекавших
из их монопольных прав покупки по низкой цене, саксонские герцоги
выдавали многим рудокопам и товариществам субсидию, устанавливая
в этих случаях более низкую цену за серебро, чем та, которая была уста-
новлена на серебро со «свободных» рудников, т. е. тех, которые не полу-
чали субсидий. Для расширения разработок мелкие производители счи-
тали нужным повысить субсидии. Это же мнение хотя и с оговорками2
встречается в высказываниях некоторых менее состоятельных участников-
предпринимателей. Однако лейтмотивом большинства высказываний на
фрейбергских совещаниях и в переписке герцогской администрации была
мысль о необходимости ряда технических мер с целью подъема гор-
ного дела. При этом советники и высшие должностные лица герцогской
администрации подчеркивали, что реализация очередных технических
задач — углубление существующих шахт, сооружение новых шахт на тер-
ритории всего рудоносного района, завершение начатых работ по прове-
дению штолен и проведение новых, более глубоко залегающих штолен —
упирается в вопрос о недостатке средств и капиталовложений, в вопрос
о бедности людей, занимающихся разработкой рудников. Так, в декабре
1447 г. собравшиеся во Фрейберге должностные лица горного ведомства
в обращении к герцогам среди других причин упадка горного дела указы-
вают на недостаточную глубину шахт. Люди, разрабатывающие рудники,
вследствие своей несостоятельности забрасывают шахты, так как не справ-
ляются с возрастающими расходами, необходимыми для откачки и отвода
воды, между тем как исстари известно, что больше всего добывается руды
на такой глубине, которая теперь, при бедности разрабатывающих, не
достигается 3.
Еще раньше на совещании герцогского канцлера с фрейбергским ма-
гистратом 13 марта 1444 г. намечались очередные технические мероприя-
тия. Согласно решениям этого совещания, намечалось возобновить работу
по проведению двух штолен, что даст возможность продолжать добычу
на старых запущенных рудниках, и притом на большей глубине. Вместе
с тем необходимо рационально наладить добычу руды в местах проведения
штолен, ио так, чтобы не наносить им вред. Ио вопросу об источниках
для финансирования этих мер указано было, что глубоко залегающая
штольня должна строиться на средства герцогской казны. Что же касает-
2 FUB II, № 1101, S. 102; Лё 1002, S. 101- 105; Лё 1030, S. 158—159; № 1031,
S. 1(53; № 1018, S. 130—131.
3 FUB II, № 1007, S. 115: «...ist vor czieten unde alders' ye aller meist das grosste
ercz in die tewffe irbuwet. Nu sient leider die luthe sere verarmet... daz sie rechtc redeliche
tyeffe als vor alders bie langer cziet nye recht<- tyeff gesunkeu haben».
Социальные отношения в горной промышленности Саксонии с XV к. 123
ся герцогских субсидии рудникам, то они должны быть сокращены и
сосредоточены на определенном количестве рудников, которые будут ото-
браны из общей массы с тем, чтобы работа на них была налажена образцо-
во. Остальные рудники должны сдаваться с некоторыми льготами в «сво-
бодную» разработку, т. е. без субсидии 4.
Hi этой протокольной записи нетрудно попять наметившуюся такти-
ку герцогской горной администрации. Для возросших технических нужд
необходимо привлечение средств частных лиц. Однако общее управление
в контроль герцогская администрация хотела сохранить за собою. Про-
веденная на средства герцогской казны глубоко залегающая штольня н
некоторое число отобранных и образцово сооруженных при помощи гер
цогской субсидии рудников должны служить этому гарантией.
В докладной записке одного из советников герцога Вильгельма (от
начала 1449 г.) подводятся итоги за 1448 г. по применявшимся двум систе-
мам разработок — субсидиальной и «свободной». За каждую марку 5 * суб-
сидиального серебра была установлена цена 84 гроша, за марку же «сво-
бодного» серебра герцогский монетный двор платил 120 грошей (2 шокка
грошей). Учитывая сумму субсидий и сумму, уплаченную за доставленное
серебро, сопоставляя количество продукции и ее стоимость по обеим си-
стемам, автор докладной записки показывает большую доходность «сво-
бодной» системы и ее преимущество перед системой субсидии и объясняет
это тем, что в «свободной» системе работа ведется «усерднее и лучше» *.
Высказываясь за расширение круга лиц, участвующих в горных пред-
приятиях, герцогские советники подчеркивали, что привлечение бедных
бюргеров было бы не очень полезным, так как для проведения глубоко
залегающих штолен и устройства водоотливных насосных сооружений
требуются значительные денежные средства. Поскольку возможности гер-
цогской казны представлялись недостаточными для этой цели, то совет-
ники считали необходимым привлекать таких бюргеров, которые могут
обеспечить непрерывную добросовестную работу в рудниках (nach rede-
licher bestendliclikeit). Надо посоветоваться, говорится в донесении гер-
цогских советников от мая 1452 г., какими путями можно привлечь к гор-
ным разработкам состоятельных бюргеров, чтобы каждый участвовал
< них всеми своими средствами7 *.
На одном из совещаний должностных лиц с представителями фрейберг-
ского магистрата и со знатоками горного дела в апреле 1453 г. бергмей-
стер, штейгер и специальный штейгер по штольне старались дать конкрет-
ную и убедительную характеристику положения, создавшегося в под-
ведомственных им рудниках вследствие отсутствия необходимых средств.
Носатые рудой шахты в рудниках на Вассерберге стали недоступными
нз-.за воды, затопившей их и закрывшей доступ к большим залежам руды.
Для осушения этих рудников необходимо продолжить п довести до пих
старую штольню. Чтобы эта работа стала возможной, необходимо осуще-
ствить еще ряд сложных работ, которые здесь же перечисляются ®.
Мы видим, таким образом, что предложения мелких Gewerken и само-
стоятельно работавших рудокопов о привлечении к разработкам горожан
н о повышении субсидий вообще встречали скептическое отношение со
4 FUB 11, № 994, S. 81) 1)0; .V 995, 996, Ь. 91.
Речь идет о «марке»— единице веса 233,580 г.
* I’UB II, № 1008, S. 117: «...und das uss der friheyt mer silbers ist komeu мани uss
der slewer, duncket mich, das es еун iirsaclie sey, das die fleissiirer and bass gearbeitet wirl.
danne die mit slewr tun».
7 FUB II, № 1021, S. 136.
' FUR II, № Ю27, S. 113—141.
124
М. М. Смири»
стороны герцогских советников, считавших, что речь должна идти пе
столько о привлечении знающих горное дело людей, сколько о привлече-
нии капиталовложении, следовательно, о привлечении состоятельных
лиц. Должностные лица подчеркивали также необходимость значитель-
ных технических переустройств в рудниках и штольнях, требовавших
больших денежных затрат. Источники свидетельствуют о том, что уже но
второй половине XV в. представители горного ведомства не ограничива-
лись этими заявлениями; их активность шла гораздо дальше. Высшие
должностные лица — бергмейстеры, управляющие плавильнями (Hiil
tenreiter), закупщики руды — не только были тесно связаны с предприни-
мательскими кругами, проникавшими в горную промышленность, но п в
значительной степени сами принадлежали к этим кругам. Они не только
отстаивали интересы герцогской казны, но имели в горном деле свои
собственные предпринимательские интересы, противоположные интересам
мелких «участников» и самостоятельно работавших рудокопов, которые
все более разорялись.
На многочисленных совещаниях и в переговорах по вопросу о причи-
нах застоя и упадка горной промышленности Фрепбергского района часто
упоминались имена братьев Валентина и Якова Краувеллов. В ноябре
1447 г.братья Краувеллы в ответ на предложение курфюрста и его совет
ников высказаться о мерах, необходимых для подъема горного дела, указа
ли пять рудников, которые,по их мнению, должны в первую очередь стать
объектом проведения технических усовершенствований. В подан-
ном ими документе Краувеллы конкретно указывают эти первоочередные
меры по каждому из названных ими рудников. Основное внимание они
советуют направить на работы по осушению шахт до глубины 80 м (40 лих-
теров) ниже штольни, что откроет доступ к затопленным залежам руды.
При этом они заявили, что если бы они обладали нужпыми суммами денег,
то они бы сами взялись за разработку указанных пяти рудников в духе
данных ими рекомендаций; братья Краувеллы добавляли также, что если
их письменные рекомендации окажутся недостаточно понятными, они
готовы дать устные разъяснения курфюрсту и его советникам об особей
ностях разработки каждого рудника в отдельности 9.
Этот ответ показывает, что его авторы не только считались компе
тентными в горном деле, но и вникалп в детали положения на отдельных
рудниках. Они стремились стать активными участниками разработок
и технической перестройки рудников и штолен.
Пз материалов совещаний по горному делу, состоявшихся в последую-
щие годы, мы узнаем, что это стремление Краувеллов не осталось пустой
мечтой. Весьма частыми становятся жалобы на засилье Краувеллов, этих
предприимчивых металлоторговцев, которые проникли в самый бергам,
и используют его в своих собственных деловых интересах, оттесняя дру-
гих людей, желающих стать «участниками» (Gewerken) рудппкоп, и нанося
вред интересам герцогской! казны. В феврале 1449 г. па совещании гер-
цогских советников со знатоками горного дела и с должностными лицами
было указано на невыгодность разработки тех рудников, которые реко-
мендовали Краувеллы. В частности, говорилось, что руда в этих рудни-
ках бедна серебром, что разработка этих рудников полезна только для
самих Краувеллов, владеющих здесь плавильнями, и им выгодно достает-
9 FUB II, № 1004, S. 109—110: «...bell wir gut unde gelt und worn also mogende,
so welde wir sulche gruben selber buwen etc. Item ab man das schriftlich nicht vol vor-
nemen mochte und begirt das uns. gn. h. und sein wirdiger rat, so werden wir uch mu[n]t-
lich underrichten wy man yczliche grube besundern buwen solden etc».
Социальны/ отношения /. горной промышленногти Саксонии / .VI <.
125
ся здесь медь ,0. На выгоды, извлекаемые Краувеллами из своих рекомен-
даций и из своих должностей, обращает внимание н магистрат Фрей-
берга в своей жалобе герцогам в марте 1449 г. Лишь один из рекомендо-
ванных Краувеллами рудников (под названием «На Ределе») забирает
герцогской субсидии 270 грошей в неделю. Из этого рудника Валентин
Краувелл, по его собственному признанию, продал недавно более 400 ц
меди. В том же обращении магистрат на конкретных примерах показы-
вает засилье Краувеллов в горном деле Фрейбергского района. Яков
Краувелл назначен десятпнником (Zehntner), т. е. по существу ведает
герцогской казной в горном деле, но вместе с тем он вкладывает собствен-
ные средства в разработку шахт. Так же поступает его брат Валентин,
назначенный закупщиком руды, а также бергмейстером. Как должност-
ные лица они получают хорошую плату и к тому же извлекают большие
выгоды из разработки рудников. Многие «рвутся» стать «участниками»
разработок, но Краувеллы мешают им. Магистрат, бюргеры и рудоко-
пы заявили, что, пока Краувеллы здесь, никто из фрейбержцев не захо-
чет «разрабатывать» п; далее в обращении указывается, что Краувеллы
ле только держат в своих руках закупку руды, но и получили в свое рас-
поряжение герцогские плавильни 10 11 12. Авторы обращения указывают, что
Краувеллы вынуждают людей продавать им руду по низким ценам, а если
кто-нибудь из Gewerken не согласен на эти условия и отвозит свою
руду на плавильню, то там его надолго задерживают, не дают ему ни угля,
пи других материалов, необходимых для плавки; он долгое время не мо-
жет продать свою долю продукции, не может выручить свои деньги, сле-
довательно, не может в нужное время сделать очередные вложения 13.
Жалобы на то, что братья Краувеллы богатеют от переданных им в
отдельных местах прав на закупку руды, повторяются в документе, со-
ставленном герцогскими советниками в июле 1451 г. после обсуждения
положения в горной промышленности вместе с магистратом и ремеслен-
ными цехами Фрейберга. Указывается, что широкие права Краувеллов
па закупку руды наносят ущерб герцогской казне. Там же говорится, что
Краувеллы не ограничиваются доходами, получаемыми от закупок руды,
а приобретают для эксплуатации рудники, используя при этом все выгоды,
которые им дают их должности. Яков и Валентин Краувеллы, говорится
в этом документе, разрабатывают только те рудники, в которых имеются
богатые залежи руды. Будучи десятпнником, Яков был в курсе доходов
разных рудников. Узнав, что шонбергские рудники являются самыми
богатыми, Краувеллы добились сдачи им их в качестве «свободного дер-
жания» (frihe lihen) и привлекли к себе «для участия в разработках»
(mitde zeu buwen) бергмейстера, штейгера, приемщика серебра (wechs-
1 er), горного писаря и др. Эти рудники они углубили на 24 лахтера (48 м)
ниже штольни 14.
В лице Краувеллов перед нами i редприимчивые металлоторговцы,
добившиеся влиятельного положения в бергамте саксонских герцогов
10 FUB II, № 1009, S. 118—119.
11 FUB II, № 1013, S. 124: «...Wie Jacoff Krauwell zcendener uf den grupen vorle-
gung thnt nnd ernach Valentin sin bruder erczkauffer und auch der bergmeister, die vaste
lohnss, gnis und wynnung haben und dach keyns mit bawen an den bergwerken, daran
sich vil lute stossen zeu buwen. Item auch sagen der raid, burger und knappen gemeinli-
chen, die wyle dieselben daruber sin, so wullen yr keyner mittbuwen».
12 29 апреля 1449 г. Валентин Краувелл вновь назначен закупщиком руды п
«представителем плавилен» (vorsteher der Hiitten).
13 FUB II, № 1013, S. 124: «...darvon sie nicht czu gelde komen und die bergwercke
verlegen konnen».
’« FUB II, № 1021, S. 136—137.
126
Af. Af. (' м и р и и
и использовавшие свое положение для нажима на средних «участников»)
и особенно на непосредственных производителей, которым они затрудняли
доступ в плавильни и заставляли продавать дешево свою руду, разоряя
их. Краувеллы представляются, таким образом, носителями так назы-
ваемого первоначального накопления. Но в то же время они стали вкла-
дывать деньги в горное дело, приобретали лучшие рудники, намерева-
ясь вести их разработку технически усовершенствованными средствами
углубленной добычи. К этой предпринимательской деятельности Кра-
увеллы привлекали, как мы видели, и других должностных лиц.
В этой связи интересно донесение каммермейстера герцога Вильгель-
ма о совещании по горным делам, состоявшемся в Фрейберге в феврале
1457 г., где приводится пространный спор между самостоятельно работаю-
щими рудокопами и бергмейстером по вопросу о целесообразности при-
менения в рудниках дорогостоящих технических сооружений. Основное
в деятельности бергмейстера Ганса Гертриха, что вызывало гнев мелких
производителей-рудокопов, это вводившиеся им технические усовершен-
ствования, в которых они видели источник своих бедствий и разорения.
Первыми в жалобе упоминаются те же шонбергскпе рудники Краувеллов.
где, согласно жалобам рудокопов, Ганс Гертрпх разрабатывает глубокие
штреки (которые в свое время были заброшены по совету старых рудо
копов), тратя напрасно большие деньги герцогов 13 * 15.
Затем следуют другие жалобы такого же рода. «На Ределе» бергмейстер
затратил большие деньги на восстановление медных рудников, разработ-
ка которых, по мнению авторов жалобы, «не полезла» для герцогского дела.
Ганс Гертрпх по собственной воле предпринял здесь устройство насосных
сооружений, «которые не могут служить пользе герцогов».
Смысл этой жалобы станет яснее в свете известных уже нам заявлений
о том, что торговцы медью Краувеллы были сами заинтересованы в раз-
работке медных рудников «На Ределе». В ряде пунктов этой жалобы рудо-
копы стараются обосновать свой тезис о том, что в горном деле все зависит
не от технических сооружений, требующих больших денежных затрат,
а от умения, старания и преданности работающих. При этом они на-
мекают довольно открыто, что должностные лица, присваивающие субсп
диальные суммы герцогской казны, действуют в собственных интересах
и во вред интересам герцогов, что в интересах герцогов была бы передача
горных участков людям, которые добиваются получить их для ведения
разработок.
Если бы бергмейстер действовал «для милостивых господ», говорится
в пункте четвертом, то он бы руководствовался советами некоторых ру-
докопов — поставить в руднике Турмхофе один или два ворота. Но берг-
мейстер по своей собственной воле установил здесь насосное сооружение,
которое обошлось в большие деньги. Пусть государи назначают людей,
хорошо знающих горное дело, и поручат пм осмотреть прииски и доло-
жить им свое мнение — должны ли герцоги разрабатывать их за свой счет
или же сдавать другим людям, которые, как известно, этого добиваются
13 FUB II, Аё 1030, S. 153: «...das er die festen hat gewelliget under den stollen, die
vormals mil wolbedachtem und gulem rate der alden Knappen sind uffgelassen wurden
und u. gn. h. eyn grosse summa geldes zeu unrate erbuwel. hat».
le I'lJB II, № 1030, S. 153—154: «...Dabie hat er gehabt etzliche knappen die yin
denne geraten haben, vermochte er es von inyner gn. herren wegen, so mochle er eynen
haspen oder zwen absincken und an die geschicke zeu brechen, da er en vor gesagel hat.
Daruber er aber eyn kunst had hynyn gehangen dutch sinen eigen rat, das unset gned.
herren gross gut und gelt gekost hat. ... 1st unset rat, das unsern herren bestelten, die
bergwerck verstehen und lassen zcu besehen und unset herren gnaden darnoch mogen ver-
Социальные отношения в горной промышленности Саксонии в 11 с.
127
Все Дело, ио мнению авторов жалобы, в том, что должностные лица,
используя служебное положение, оттесняют мелких люден, добивающих-
ся горных участков, разрабатывают их сами, применяя более новые техни-
ческие методы и, конечно, наемный труд и затрачивая при этом пред-
назначенные для несостоятельных «участников» субсидиальные суммы.
В заключении жалобы указывается па другие методы, применяемые
должностными людьми для того, чтобы в их корыстных предприниматель-
ских интересах создавать трудности не только для рудокопов, которые
самостоятельно работают, но и для мелких предпринимателей, обладаю-
щих небольшими денежными суммами. Некоторые «бедные люди», заяв-
ляют авторы жалобы, авансировали бы деньги какому-нибудь бедному
самостоятельно работающему подмастерью (агшеп buwenden gesellen),
если бы знали, что пх полноценные деньги вернутся к ним такими же
полноценными; горное дело развивалось бы тогда успешнее. По это за-
трудняется тем, что при покупке у бедных людей руды ее оплачивают
монетой не лучшего чекана* 17.
Настаивая на том, что для успеха горного дела требуется «верность
и усердие» рабочих, авторы жалобы считают, что приведенные ими факты
и их оценка объясняют причины упадка и застоя в горной промышлен-
ности Фрейбергского района и указывают путь к ее восстановлению
и подъему.
Па жалобу рудокопов бергмейстер Ганс Гертрих и горный писарь дали
ответ по каждому пункту. В нем выдвигается совершенно иной
взгляд на характер обнаружившихся трудностей и застойных явлений
на приисках Фрейбергского района. Авторы этого ответа считают, что
решающее значение для подъема горного дела имеют технические усовер-
шенствования. На четвертый пункт жалобы бергмейстер и писарь отве
чают лаконично, но убедительно: «надо ясе было задерживать напор воды».
При помощи насосных сооружении это обходилось в 10 грошей в неделю.
Без насосов это было бы едва ли возможно сделать за 240 грошей в не-
делю 18.
Из ответа бергмейстера и писаря явствует, что они и некоторые дру-
гие должностные лица усердствовали по части технических нововведений
не столько по должности, сколько в силу собственных предприниматель
скпх интересов. Технические новшества вводились ими прежде всего на
тех участках, которые, как нам уже известно, они приобрели для ведения
разработок за свой счет при помощи наемных рабочих. В ответ на обвине-
ния в расходовании на технические сооружения герцогских средств,
предназначенных па субсидии, бергмейстер отвечает, что в рудники, упо-
мянутые в жалобе, он сам, мюнцмеистпер и другие лик)и. вложили собствен-
ные деньги, что он производил затраты на сооружения также па герцог
ских разработках. Л если он кое-где воздержи вален от применения субси-
диальных средств, то это имело место только там, где субсидия не оправ
дывалась н где рабочие-забойщики в то время не работали 19.
melden, ob es miser herren ynaden snlden selber buwen ader under lute lassen, ab sien
ymands begernde wurde sein, als wir doch vernomen haben».
17 FUB II, A" 1030. S. 155: «...Mau inochte wol etzlicbcn fromen annen man fin-
den, der eynen annen buwenden gesellen vorlegete, wenne er wuste das yin sulch gul
gelt wider wurde, und auch desdo williger wurde bergwerg zeu buwen wider sust».
18 FUB II, № 1030, S. 155—156: «...Man musse daz wasser doch halden. daz halde
er mil der konst dii wochen mit X gr.,daz konde man mil luten ane konst mil III I schocken
kume gehalden».
19 FUB II, № 1030, S. 156: «...und babe daz enthalden an den enden, da man der
stuer nicht verdinet hat und da dii hauwer er zeit nicht haben geerbeit».
128
М. М. С м и р и и
Нам уже известно, что бергмейстер и многие другие должностные лица
вовлечены были в свое время в предпринимательскую деятельность на
пюнбергских и других рудниках Фрейбергского района братьями Крау-
веллами 20. В данном ответе на жалобы рудокопов Ганс Гертрих в ряде
пунктов ссылается на Краувеллов и на других должностных лиц, дейст-
вовавших вместе с ним. Правда, сами Краувеллы, запрошенные по этому
поводу, отрицали свою причастность к указанным в жалобе мероприя-
тиям, но вряд ли их заверения в данном случае заслуживают доверия пос-
ле известных уже нам заявлений герцогских советников от июля 1451 г.
К тому же и данное донесение каммермейстера герцога Вильгельма начи-
нается с рассказа о споре между Краувелламп и их соучастниками (Ge-
xverken), с одной стороны, и бергмейстером Гансом Гертрихом, с другой
стороны, по поводу разграничения площадей разработок. Очевидно, что
противоречивые объяснения, данные Краувеллами и Гертрихом в отве-
тах на жалобы рудокопов, отражают столкновение их предприниматель-
ских интересов в рудниках этого района.
Как у Краувеллов, так и у бергмейстера, у горного писаря и у других
связанных с ними должностных лиц предпринимательская деятельность
в лучших рудниках сочеталась с внеэкономическими источниками обо-
гащения, открытыми для них благодаря выгодным должностям в горной
администрации, и прежде всего благодаря тому, что они в значительной
степени распоряжались средствами герцогской казны и средствами то-
вариществ «участников». Эти источники были связаны с ограблением не-
посредственных производителей, с присвоением части заработной платы
наемных рабочих, с удержанием под разными предлогами субсидиальных
сумм и т. п.
В рассматриваемом донесении каммермейстера герцога Вильгельма
приводится также жалоба наемных рудокопов. От имени герцогов им
•обещана была заработная плата в полноценных грошах новой чеканки,
содержащих 18 геллеров. Однако горный писарь договорился с советни-
ками о том, чтобы отказаться от этого обещания, и им опять стали платить
грошами по 15 геллеров. Они втайне «ворчат» и сетуют на то, что горный
писарь обогатился за их счет. Случалось и так, что гроши 15-геллерово-
го чекана им давали вместо 18-геллеровых. Писаря уже и раньше об-
виняли в таких злоупотреблениях, но он отпирался Забойщики недо-
вольны тем, что все должностные лица следуют советам писаря21.
Продолжавшаяся полемика по вопросу о целесообразности вложения
денежных средств в технические сооружения приняла в 1457 г. весьма
острый характер. Со стороны рудокопов — членов трудовых товариществ
«участников» и отчасти со стороны мелких держателей куксов это была
«борьба за существование» против предпринимательской деятельности
должностных лиц и против предпринимательских элементов вообще. Со-
ветники герцогов отнеслись скептически к аргументам противников тех-
нических сооружений. Им жалко, говорится в итоговом заключении.
20'См. выше, стр. 125.
21 FUB II, № 1030, S. 159: «...dii knappen verczalten, myn gn. herren hetten yn
Hoche were zugesagit zulonen... Als hette der bergschreiber mit den reten gefuget, daz man
yin daz widder hette abgesagit und hette yn gelonet mit XV-hellergroschen... Item sy
tnummeln heymlich den gram, daz der bergschreiber soil rich worden sii von dem, daz er
darnach babe schildechte groschen zn XV hellern ingenommen und babe dii zu XVIII
liellern gegeben: als sii er rich worden von yrem schaden... Item der bergschreiber weiss
vil gelegenheyt alter sachen, und dii amptlute balden es vil nach syme rate, daz ver-
41 risst dii hauwer».
Социальные отношения в горной промышленности Саксонии в ДГ в.
12!)
что суммы субсидий тратятся на сооружения, ио они не могут привести
в пользу требования о разрушении этих сооружений иных аргумепгои,
кроме того, что без сооружений «можно было надеяться» на хорошую
добычу, которая теперь приостановлена. Но ведь и сооружения устанав-
ливались в расчете на хорошие прибыли 22.
В итоге решено было сохранить технические приспособления и продол-
жать их сооружение в дальнейшем. Что же касается субсидий, то, хотя
отказаться от них нельзя из-за бедности людей, их решили впредь давать
не в виде авансов, которые не стимулируют работы, а только в качестве
поощрений за проведенную работу, и притом па достаточной глубине,
путем установления более высокой цены на продукцию.
Таким образом, попытки рудокопов — мелких производителей отстаи-
вать во Фрейбергском районе условия для сохранения трудовых това-
риществ «участников» оказались несостоятельными уже в 50-х годах
XV в. В вопросе о путях развития горного дела в этом районе одержали
верх предпринимательские элементы, отстаивавшие путь технических
улучшений п нововведений в рудниках, путь последовательного ограни-
чения субсидий, т. е. те пути, которые вели к разорению и вытеснению
трудовых товариществ «участников».
Мы уже видели, какую роль в этом подавлении п вытеснении рудоко-
пов — мелких производителей играли должностные лица горной админи-
страции, которые сами вкладывали собственные средства в технические
сооружения и старались самой организацией дела создать паилучшие
условия для капиталовложений. Предпринимательские элементы в свою
очередь добивались высших должностей в горной администрации. Про-
исходил процесс слияния должностных лиц с наиболее 601 атыми предпри-
нимательскими элементами. На данном этапе речь идет еще не о слиянии
герцогской регальной администрации с богатыми предпринимателями, а
о слиянии последних с должностными лицами, интересы которых в этих
случаях приходили в известное столкновение с интересами регальной
герцогской власти.
Об уступках, которые герцогская администрация вынуждена была де-
лать предпринимательским элементам, проникавшим в горную промыш-
ленность еще в тот период, когда центром ее в Рудногорном районе был
город Фрейберг, свидетельствуют имеющиеся документы. 20 октября
1459 г. герцог Вильгельм заявлял о сдаче старой штольни Гансу Мюн-
церу из Фрейберга с тем, чтобы он ее достроил и провел в нужном направ-
лении. При этом говорится, что штольня сдается «Гансу Мюнцеру и тем
«участникам», которых он себе привлечет». Когда в ходе проведения
штольни они найдут руду и начнут ее добывать, то в течение 14 лет, на-
чиная от даты этого документа, им будут платить за серебро как «чужим
купцам» и, кроме того, им предоставляется полная свобода в эксплуата-
ции их «штолен, рудников и масс». Они могут ставить столько забойщиков
и рабочих, сколько пожелают, уменьшать или увеличивать их число.
«И никто из наших должностных лиц — ни бергмейстер, ни другие — не
имеет права ни входить в их штольни, рудники и массы, ни чинить им там
какие-либо препятствия. И мы никому не разрешим этого — ни письмен-
но, ни устно» 23. Затем указываются и другие уступки, в том числе и
22 Fl:B II, Л" 1030, S. 162: «...als wol also dy kunstc uff hoffenunge was Huts zcu
brengin gemacht sind...».
23 FUB 11, № 1035, S. 171: «Item yn sullen unnser aniptlute, beremeister oder ander,
in yren stollin oder gruben und massen an yren willen nichl faren nach doran hinderniss
thun...».
9 Средние вена. вып. XX
130
М. М. С м и р и н
обещание герцога в районе штолен, рудников и масс Ганса Мюнцера не
сдавать участков и не производить работ, которые были бы во вред Мюн-
церу п его Gewerkeii. Обращение к Гансу Мюнцеру вызвано было тем, что
он принадлежал к числу богатых купцов и обладал возможностью моби-
лизовать путем привлечения средств «участников» нужные капиталы для
вложения в строительство штольни и разработку рудников.
Характерен другой документ — докладная записка должностных лип
герцогу Вильгельму от 23 апреля 1475 г., т. е. 16 лет спустя, где сообща-
ется о готовности Ганса Мюнцера возвести техническое сооружение,
которое должно «ободрить» (zu trost) милостивого государя и людей всей
этой земли. «И. как мы понимаем,— пишут авторы записки,— если ему
будет это разрешено, то он здесь предпримет такое, что несомненно было
бы невозможно осуществить без его деятельности» 24 25. Через два дня по'-
ле этого, 25 апреля 1475 г., герцог Вильгельм получил письмо от другого
саксонского герцога — от курфюрста Фридриха — по поводу «построек
и оборудования» (gebwde und zcufichtung), которые Ганс Мюицер готов
соорудить при условии предоставления ему новых уступок (ein grosse
frylieit, тег danne vormals). Он, курфюрст, согласен дать эти привилегии,
так как он хорошо знает, что «Ганс Мюицер является уверенным и состоя-
тельным горным предпринимателем и понимает в горных делах и в горных
постройках больше, чем кто бы то ни было в ваших п наших землях, а то,
что он предпринимает в этом отношении, он в состоянии осуществить,
и притом — без задержки сроков, а. наоборот, опережая их. II если вло-
жения для этого будут весьма велики, то он нисколько не пожалеет их
сделать» 2о.
Эти документы, касающиеся Ганса Мюнцера, интересны тем, что они
показывают, насколько настоятельной представлялась необходимость
в капиталовложениях богатых предприимчивых людей п чего добивались
эти люди в качестве условия своего участия в капиталовложениях. Здесь
речь идет фактически об отказе регальпой власти от важнейших пунктов
«дирекцпонного принципа», о предоставлении инвестору свободы действий
в отношении управления рудниками и в отношении найма и увольнения
рабочих. Соглашаясь на новые уступки Мюнцеру, курфюрст пишет-
«По меньшей мере мы будем иметь от этого десятину».
Сама эта переписка между двумя герцогами, так же как п приведенное
заявление герцога Вильгельма и докладная записка должностных лиц
показывают, что носители регальпой власти с большой осторожностью
относились к таким инвесторам, как Ганс Мюицер, которые требовали
свободы деятельности, означавшей ио существу ослабление регального
управления. Осторожным и полным колебаний было также отношение гер-
цогов и их советников к предпринимательской деятельности братьев
Краувеллов н некоторых должностных лиц. Герцоги н их советники чутко
прислушивались к заявлениям и жалобам па них бюргеров и магистрата
Фрейберга. Эта осторожная тактика п колебания отражают протпворечи
вое положение горной регальпой администрации в го время. Выло оче-
видно, что для дальнейшего подъема горного дела необходимы капптало-
24 Н В II,,V 1071, S>. 211: «...nude а|« wir ver-lehen, so des an yin (lesonneii wurde.
das er sicb eins sulchen aniieinen nude vrlobjen inudile <|as snnsl one zewivel one sein
fu'rneiueii swerlich zeu Hescheeu slunde».
25 FI В II, № 1075. S 212: «...das Ilans Mnnlzer ein getrosler und хеппоц!idler
bergkman ist und sich der beruwerek unde trebwdes nier danne ymands in truer und uu-
serii landen vorstehit mid, wes er yin desshalben vornynipl, dass iisszciifnreii weiss und
dass nidits sunilich sunder hirderlich tut unde sich des darleaens ap das wol irross sin
muss, daruff zeu lejren nicht hedawern lest».
Социальные отношения в горной цромышленнсети Саксонии н Л Г е.
131
вложения, но в то же время сознавали, что приток капиталов несет с со-
бой реальную опасность для руководящей роли герцогской ад министра-
цпп п для ее доходов. Отсюда стремление герцогов и их советников при-
влечь к разработкам рудников Фрейбергского района таких инвесторов,
при которых были бы сохранены без ущерба функции регалыюй власти.
Такими инвесторами представлялись бюргеры Фрейберга, зависевшие
от герцогов в отношении своих вольностей — налоговых и других. Ха-
рактерно, что, когда в Лейпциге в июне 1469 г. обсуждался вопрос о сред-
ствах на возведение штольни, горный писарь доложил, что имеются «доб-
росовестные люди» (redeliche lute), которые взялись бы проводить штольню,
но при этом они требуют, чтобы в течение ряда лет онп сдавали серебро
на чеканный двор на тех же условиях, что и «посторонние купцы», а пх
обязанности по отношению к горной администрации ограничивались бы
в это время десятиной.
Как видим, данные условия аналогичны выдвинутым Гансом Мюн-
цером шесть лет спустя. Неизвестно, однако, обсуждалось ли предло-
жение, сделанное через горного писаря в 1469 г., герцогскими совет-
никами. Зато известно об обсуждении в этой связи следующего вопроса:
можно ли мириться с тем, что город Фрейбрег не платит ренты, ссылаясь
па данную ему вольность, в то время как эта вольность дана городу толь-
ко при условии разработок горожанами рудников Фрейбергского района?
На деле же, говорится в протоколе совещания, в разработках рудников
участвуют только несколько человек, п то .тишь беднейшие 2li. Герцогские
советники подчеркнули, таким образом, с какими инвесторами они пред-
почитают иметь дело. 11 это не единичное их заявление. В течение 40—60-х
годов проводилась та же линия па привлечение- к участию в горных раз-
работках Фрейбергского района самих горожан. В первую очередь ста-
рались привлечь состоятельных ремесленников-мастеров Фрейберга и
других саксонских городов, т. е. тех людей, деятельность которых, как
рассчитывали герцогские советники, будет находиться под пх контро-
лем. Вопросам, связанным с привлечением этой категории лиц к разработ-
ке рудников, посвящен был в течение указанных выше десятилетий ряд
совещаний с представителями фрейбергского магистрата. На одном из
таких совещаний в апреле 1449 г. представители магистрата сообщили
герцогским советникам результаты своих переговоров с общиной города
и с отдельными ремесленными цехами. Портные, сапожники, ножовщики
и льноткачп обещали, что при удовлетворении со стороны герцогских
властен пх требований они будут хчастиовать в горных разработках свои-
ми средствами и но силе своих возможностей без принуждения (iinbet-
xvnugen nacli irme vormoge). То же обещали пекари, обязавшись призна-
вать решения магистрата в отношении доли их \ час ши в разработке (nacli
irine vermogen nacli ralhis irkentni.-s).Кожевники и скорняки также согла-
сились считаться с решениями должностных лиц по этомх вопросу (\vnl-
len luixxen nacli irkон 1 иis der aniplleiile nacli irine хегшоце) 2T.
Одпако представители фрейбергско!о манн-трата выдвигали па сове-
щаниях с герцогскими советниками определенные условия участия горо-
жан в горных разработках своими средствами. Прежде всего онп требо-
вали устранения засилья должностных лиц п владельцев плавилен, ко-
торые1 своими действиями ставят всяческие препятствия горожанам, ста-
раясь их вытеснить. Затем они жаловались па распространение и деревнях
pt’B II, .V 1052, S. 196: «...х illiclile dii armeii .illi-rmeisl etc.».
- 1ТВ II, № 1017, S. 129, Anin. a.
132
Л/. Л/. С .и и р и н
городском округи промыслов, от которых городские ремесленники
беднеют и разоряются. Большое место среди условий, поставленных фрей-
бергским магистратом, занимает его требование положить конец свое-
волию горнорабочих, усилить дисциплину труда наемных рабочих, от чего
зависит рентабельность горных разработок. По вопросу о дисциплине
горнорабочих магистрат уже в 1446 г. потребовал, чтобы полный рабочий
день соблюдался во все дни недели одинаково — по 6 пли по 8 час. в день,
в зависимости от количества смен, и чтобы на каждом рабочем месте в
шахте было двое рабочих. Последнее требование должно было, по мнению
магистрата, содействовать рационализации труда. В то время, когда один
рабочий работает молотком, другой собирает нарубленное им и очищает
забой; каждый час рабочие меняются местами; забойщик, работающий
молотком последний час. не может уходить из шахты, пока не явится дру-
гой из следующей смены. Магистрат требовал также большей старатель-
ности от рабочих в плавильнях, чтобы вырабатывалось как можно больше
серебра; особое внимание уделялось необходимости снижения расходов
по плавке * 28. В последующие годы члены магистрата, не ограничиваясь
изложением своих пожеланий о дисциплине труда рабочих, высказываются
за предоставление «участникам» возможности влиять на решение этих дел.
В марте 1449 г. представители магистрата жаловались, что должност-
ные лица, распоряжающиеся герцогской субсидией рудникам, отказы-
ваются передавать эти суммы в руки «участников». Они сами платят из
этих сумм забойщикам за работу. В результате забойщики не обращают-
ся к предпринимателям и работают меньше и хуже. У самих же «участ-
ников» ослабляется интерес к разработкам. «Затем много жалоб выска-
зано было на то, что забойщики очень непослушны и очень небрежно и
лениво отрабатывают людям их деньги» 29. В том же месяце была созвана
вся городская община и все ремесленные цехи. Опп подтвердили заявле-
ния представителей магистрата и указали причины слабого участия го-
рожан в разработках: несоблюдение жителями городской округи запре-
тов заниматься ремеслами, ленивая работа забойщиков и обслуживаю-
щих ворот (triigheit der hauer und haspeler), снижение закупщиками цен
на руду; кроме того, «бедных людей, если им порою бог и дарит руду,
несправедливо отягощают, им наносят вред другие люди, смело дейст-
вующие по указаниям некоторых должностных лиц» 30.
Осенью 1457 г. члены магистрата, объясняя, почему они не желают за-
ниматься разработкой рудников, ответили, что горнорабочие работают
плохо и никто не следит за тем, чтобы они работали усерднее.В ответе
уточняется, что горнорабочие забрасывают рудники, добывая руду толь-
28 FUB II, 999, S. 97: «...Und das ye zewen houwer uf einen slegel dutch di.
woche, wanne sich das gebort, faren und seciis ailer aciil stunden in der gruben barren...
und das sallin sie also haldcn mil dem wechsel des hauwes und suberns die obin gcschri-
ben stunden gancz uss. Und das ouch der houwer, dem die letzle stunde und schicht geborl
zu houwin, in der grubin barren, nicht uzfaren und sines losers darynne beylin sal... das
die erbeiter die in den hutten erbeitin armen liilen, die daryn faren, ir ercz und gut, das
sie daryn brengen, noch ordenlicher und redelicher wiese erbeitin mid bereytin, uf das
das dester ineher silbers gemacht... Ouch den lulin an der hulenkost gutlichin thu und
sie damidte nicht grosslichin ubersecze».
28 FUB II, Л"» 1013, S. 123—124: «...wie die amptlnte die store der berren den erb-
gewercken nicht in die hende geben... und die sture den hauwern selbs geben, darvon die
hauwer sich an die alden gewercken, die das selbs zcu irem rebgebuw pflegen zcuzcusehen,
nicht keren, dadurch deste mynre gearbeit und zcugesehen win, und auch die gewercken
darvon ablaissig worden... Item wie vil clage geschyt, daz die bauwer sere ungehorsain
sin, den luten yr gelt lesslich und obil abeverdynen»
80 FUB II, № 1015, S. 127.
Социальные отношения е горной промышленности Саксонии в VI'
133
ко там, где легче, должностные же лица пе следят за тем, чтобы ра-
бота велась как следует 31.
Требования представителей фрейбергского магистрата усилить экс-
плуатацию рабочих сближаются с аналогичными действиями более бо-
гатых предпринимателей, а также должностных лиц. И пе случайно
в связи с этим братья Краувеллы пытались объяснить .частой в горных
делах в 1447 г., в частности, тем, что горнорабочие устраивают много тай-
ных совещаний и стараются действовать сообща, чего раньше никогда
пе было. «И как только кто-нибудь одного (пз них) затронет словами или
действием, то все заступаются и сбегаются на собрания. Из-за этого
задерживается работа в рудниках нашего государя и тех бедных людей,
которые их разрабатывают. Когда эти сговоры и сборища будут устране-
ны. то это принесет горному делу нашего государя пользу, а пе вред» 32.
Еще несколько раньше, в том же 1447 г., на существование объеди-
нений горнорабочих обратили внимание мюнцмейстер и горный писарь.
Забойщики договорились между собой, что никто «без других или вопре-
ки другим» не станет работать. Авторы донесения предлагают также
сместить берг.мейстера и штейгера. Оба они уже люди старые и больные,
очень мягки и податливы по отношению к рабочим, а отношение штейгера
к рабочим даже вызывает подозрение. Необходимо, заключают мюпц-
мейстер и писарь, поставить па их место людеп более строгих, более твер-
дых и более требовательных 33.
Чтобы вонять специфику положения рабочих в горной промышлен-
ности Саксонии, следует учитывать, что в середине XV в. связь горнора-
бочих с собственным хозяйством — в деревне ли или на каком-либо гор-
ном участке — в ряде мест еще существовала, хотя процесс разорения
самостоятельных хозяйств этих мелких производителей происходил не-
изменно. В то время как рабочие цеплялись за эти частицы своей само-
стоятельности, предприниматели, а также должностные лица бергамта
стремились уничтожить их, поставив рабочих в полную зависимость
от труда по найму. Иоганн Кэлер приходит к выводу, что уже к началу
XV в. слой свободных горнорабочих, для которых работа по найму была
основным и единственным источником жизни, был уже сравнительно ши-
рок 34. Этого же вывода придерживаются и некоторые другие исследова-
тели. Осторожнее будет все же утверждать, что в XV в. происходил про-
цесс разрыва связи горнорабочих с их самостоятельными источниками
жизни и что вокруг этого разгоралась борьба, занимавшая важное место
в общем решении рабочего вопроса в горной промышленности. Характер-
ным в этом отношении является обращение мюпцмейстера и горного пи-
саря к герцогам в конце 1463 г., которое посвящено главным образом
рабочему вопросу. Кэлер, цитирующий это обращение, пишет, что и нем
речь идет, очевидно, о наемных рабочих. II действительно, в этом обра-
щении говорится о рабочих объединениях, которые организованно прекра-
щают работу в целях поддержки своих требований, и о спорных вопросах,
31 FIB II, .V 1032, S. 1G5.
32 FI В II. .V 1001, S. 110: « ..das dy knappschaffl vil heyniliche rele machen unde
id'l'liriiche, das docli vor ny gewe I ist; nude lichle mag sich eyner mit eyme begriffen mil
northern adir mit wergken.so nenien sy siclis gar an unde lofen czu hoff in eynen rat. Daniil
vorsumen sy miser hern bergwerg unde armer lute erbil, dy mil en buwen. \\ i n sulc.he
rele unde offloffle warden abgetlian, das breebte misers hern bergwerg froinen nude nicht
schad( no.
33 FI B II, № 1000, S. 99: «...den hauwern ires willens czufallende unde gefolgig
zero verdachl ist, also daz tins duncket, daz wol not were andere ernsler, heritor und he-
ruriger meaner czu sulchen ampten die unde die hauwere czu vorwezen».
34 J. Kohler. Die Keime des Kapitalismus..., S. 94.
134
Л/. .1/. С м ирин
связанных с заработной платой. Однако этот документ в целом показы-
вает, что по крайней мере часть рабочих, которые в нем имеются в виду,
еще связаны с самостоятельными занятиями.
Авторы обращения пишут герцогам, что забойщики — это «на редкость
непослушный народи легко поддаются мятежу. Они многое задумывают
и принимают взаимные обязательства, которые, по нашему пониманию,
не очень приятны и не целесообразны для вашей милости и для горного
дела» 35. Несколько ниже они разъясняют суть деятельности этих объеди-
нений. Если какая-то часть рабочих не хочет работать, то и остальные
должны прекратить работу: их не допускают на рудник, мало обращая
внимания на должностных лиц. «Так именно они поступили после издания
приказа вашей милости, когда они больше восьми дней не работали, все
рудники пустовали, и никто не был в состоянии заставить их работать» 36.
Как видим, здесь осуждаются действия горнорабочих, прибегавших
к энергичным мерам в целях улучшения условий своей работы по найму.
Несколько ниже авторы данного документа останавливаются на конкрет-
ном пункте спора о заработной плате. 250 забойщиков Фрейберга потре-
бовали, чтобы заработная плата — 16 грошей в неделю — выплачивалась
каждому из них в монете повой чеканки, в которой грош составляет не 15,
а 18 геллеров. Против этого требования авторы обращения решительно
возражают и тут же излагают свои расчеты. Каждому забойщику придется
заплатить в педелю на 4 шиллинге! геллеров (т. е. па 48 геллеров) больше,
чем раньше. На 250 забойщиков это составит тысячу шиллингов геллеров
в неделю. За один год только на заработную плату забойщиков потребует-
ся дополнительно 783 шокка 20 грошей, пли 47 тыс. грошей. Но наряду
с забойщиками придется делать такие же надбавки и другим рабочим —
кнехтам (очевидно, чернорабочим), воротникам и т. д. (knechte, hespelere,
huniltlawffer, hutleutlie etc.), что вызовет огромное увеличение заработной
платы 37 38 *. Соответственно возрастут на сотни шокков расходы на добычу
руды. Но это еще не все, «во всех плавильнях имеются рабочие разных
профессий (in alien button hat man erbeitin’. smelezer, slicher, herdehelfer,
pocher, hutleute etc.), получающие заработную плату в 15-геллеровых
грошах. Дрова и уголь, расходуемые в плавильнях в течение года в боль
шпх количествах, также оплачиваются 15-геллеровыми грошами. Если
с настоящего времени все это оплачивать 18-геллеровыми грошами вместо
15-геллеровых, то «участники» (Gewerken) плавилен не смогут этого вы
держать, не повысив цены на серебро, и в результате серебро для монет-
ного двора от герцогских рудников будет не ни много выгоднее,чем серебро,
покупаемое у чужих купцов»зь.
Далее в обращении говорится о том, что и суммы, предназначенные на
субсидию, возрастут соответствующим образом, а все перечисленные ста-
тьи, вместе взятые, увеличат расходы па несколько тысяч шок-
35 FI В II, ,\» 102!), S. 142: «...daz die liawer gar eyu ungehorsani selczen folk ist
nude leiclit iclichen snli nffueigen. vil xornenien mule sich zcusainpne vorbinden. daz
euwern giiaden unde bergwercken nodi ini-cnii vorneinen niclit wol lieipieine nach cal-
sam ist».
36 Ft В II, № 1029, S. 1 42: «Wenne sie ichl vorneinen, daz ir eyn teils nicht uolleu
erbeten, so iinissen die andern auch feyern, ader wollen ir nicht yn der czechen haben unde
richten sich wenig noch den amplleuteii, also nehst ussgange enwer giiaden gebol gescheen
ist, do sie allc bergwerck lenger denne achl lage ganeznbebw st ehen lyessen unde nyinan-
des sie vormochle, daz sie geerbeit hettn».
37 FL В II, S. 151: «...daz aber eyn jar uff eyne grilse sunnne geldes mehr denne vor
lauffen worde».
38 FUB II, S. 151: «...Wenne in sulcher wiesze queiue, daz fry bergsilber nicht vil
leichter yn die niuncze denne sust fretnder geste kanffsilber»
Социальные отношения в горной промышленности Саксонии и АГ
133
ков в год без всякой компенсации. Наконец, авторы обращения приводят
еще один более общий аргумент против требований горнорабочих о пы
плате заработной платы в 18-геллеровы.х грошах. Мейссепская зем-
ля, пишут они, бедна предметами первой необходимости. Здесь мало поку-
пается па вывоз и много требуется ввозить необходимых продуктов
из других земель; рожь, пшеница, ячмень ввозятся каждый год
в большом количестве из Чехии («и без этого нельзя обходиться»). Если это >
ввоз оплачивать 18-геллеровыми грошами, то одна только чешская земля
выиграет от этого на 2 тыс. шокков, а мейссепская земля, особенно город
Фрейберг и его прииски, столько же потеряет. Но, кроме того, ввозится
из чужих земель много других товаров — пряностей, одежды, бумазеи,
сала, кожи, рыбы, сельди и др. Если все это покупать за 18-ге.тлеровую
монету, то от этого иноземцы, ввозящие сюда эти товары, увеличат свои
доходы па много тысяч шокков, а население мейесепской земли столько
же потеряет :’9.
Как видим, мюицмейстер и горный писарь настаивают па необходи-
мости держать заработную плату горнорабочих на низком уровне. Требуя
для этой цели принятия мер против объединений горнорабочих, авторы
обращения указывают на то, что дает рабочим возможность объединяться
п облегчает им борьбу. «Нам представляется несправедливым, что многие
из них |забойщиков] живут в городе в своих домах и могут там пропитать-
ся. Многие имеют также земельные участки и имущество в окрестных де-
ревнях, где живут их жены и дети. Поэтому они позволяют себе органи-
зовывать такие объединения»*". Другими словами, для того чтобы
держать заработную плату горнорабочих па низком уровне, пеоб
ходнмо, по мнению авторов обращения, лишить их собственного хо-
зяйства и возможности существования без работы ио найму.
В обращении говорится также о споре с темп забойщиками, которые
получают субсидию и сдают серебро собственной добычи. К сожалению,
число таких забойщиков не сообщается. Из текста видно, что речь идет
и о таких забойщиках, которые регулярно работают как наемные рабочие
и в то же время ведут самостоятельную разработку с помощью герцогской
субсидии. Суть конфликта с этими забойщиками заключается в следую-
щем. Они требуют, чтобы субсидия и плата за серебро выдавались им круп-
ными монетами — целыми грошами, а не мелкими — геллерами н пфенни-
гами. Авторы обращения утверждают, что забойщики нреследуеют в дан-
ном случае свои корыстные интересы. Дело в том, разъясняют онп, что
чешское зерно, продающееся в Дрездене. Фрейберге и Ппрне, продается
большею частью за мелкую монету, которой больше всего в обращения.
Однако продавцы обменивают потом мелкую монету па гроши, уплачивая
при этом за обмен 8, 9 и It) грошей < каждого шокка. Если же нокунагс.и,
платит им прямо грошами, то они уступают ему в цене п продают дешевле
па сумму, равную стоимости обмена. Авторы обращения указывают раз-
личные аргументы, почему, по пх мнению, следует отклонить это требо-
вание. Главный их аргумент заключается в том, что герцогскому монет-
ному двору выгоднее чеканить мелкую монету — геллеры, так как чекан-
ная пошлина (schlegscliatz) с геллеров втрое больше, чем с грошей 11. * 41
Ft В 11, S. 151 152.
411 FIB 11, S. 14!): «...dimcket nils daz ubillich, so ir gar vil mil hexxssern in der
sial gesessen sient unde irstalnariinge pflegen, ouch vil mil erbe unde gutern yn unibge-
legen dorffern under euwern gnaden sittzeii mit wieben unde kindern. daz sie sich yn mi!
che biindc geben».
41 Fl'B II, S. 150: «...xvenne ye siegeschalz uff heller dryestand grosser ist denne sleg-
schalz uff groschen».
136
М. М. С ми р ин
При чеканке 500 марок серебра в год в грошах шлегшатц составит
едва 134 шокка, в то время как чеканка этого же веса серебра в гел-
лерах даст шлегшатц больше 400 шокков.
Отметим прежде всего, что, как видно пз этого документа, мнете
(ir ear \И) из наемных рабочих, работавшие в фрейбергскпх рудниках,
имели какие-то источники существования самостоятельного характера
в городе пли в сельской округе Фрейберга, в том числе и в не исчезнув-
ших еще совсем трудовых товариществах «участников», получавших гер-
цогскую субсидию и сдававших на монетный двор серебро. Сколько было
таких рабочих и в каком количественном соотношении были они с темп, для
кого заработная плата составляла единственный источник существования,
в данном случае неизвестно. Однако текст документа говорит о том, что
обе эти категории рабочих были в рудниках Фрейберга. Должностные
лица — авторы обращения — считают, что наличие у наемных рабочих
каких-либо самостоятельных источников существования нежелательно,
так как усиливает возможность сопротивления рабочих. Они считают
также нежелательным удовлетворенно требований об улучшении условий
работы и сбыта для мелких производителей, настаивают на сохранении
неполноценной монеты для заработной платы.
В отношении удержания низкой заработной платы предложения мюнц-
мейстера и горного писаря те же, что и предложения «участников»-
предпрннимателей. Однако в выступлении этих должностных лиц имеются
особые пункты и аргументы, которые в данном случае выражают чисто
феодальные интересы герцогской власти. Требования рабочих о вы-
плате пм грошей более полноценной чеканки (18-геллеровой) должны
быть, по их мнению, отвергнуты, потому что это приведет в конце концов
к тому, что серебро саксонских приисков будет обходиться чеканному
двору но столько же, во сколько обходится серебро, купленное у инозем-
ных купцов. Другими словами, будут утрачены преимущества от феодаль-
но-регалыюй собственности на недра земли. Кроме того, создастся не-
выгодный баланс в торговом обмене с соседними землями, будут утрачены
выгоды для герцогской власти от протекционистской политики. Наконец,
выплата мелким производителям мелкой монеты необходима для сохра-
нения высоких доходов от монетной монополии, и прежде всего от шлег-
шатца.
Очевидно, авторы этого обращения — мюнцмейстер и горный писарь —
лучше выражают точку зрения бергамта, чем другие должностные лица.
Мы уже знаем, что еще в июле 1447 г. мюнцмейстер и горный писарь требо-
вали увольнения бергмейстера и штейгера за недостаточно строгое отно-
шение к рабочим. Вспомним также, что бергмейстер и штейгер — это
те должностные лица, которые актвпее друшх участвовали в предпри-
нимательской деятельности па рудниках. В данном обращении
позиция и аргументы бергамта высказаны с предельной откровенностью.
Ясно, что в усилении зависимости рабочих, в усилении их эксплуатации
представители бергамта видели залог укрепления и гарантии выгод п фео-
дальных доходов, поступавших от регальпой монополии на недра земли,
от протекционистской политики герцогов и от монетной монополии.
Поэтому, выступая в рабочем вопросе за общие интересы герцогского
горного дела и «участипковл-иредпрппимателей, герцогские представители
всегда имели в виду прежде всего особые интересы регальных господ;
отстаивая интересы предпринимателей,они стремились не выпускать из сво-
их рук управление и не допускать ослабления «дирскционпого принципа».
Обращение от 1453 г. бросает свет и на высказывания представителей
бергамта в более ранее время. В конце 1447 г. мюнцмейстер и горный
Социальные отношения в горной промыгиленности Саксонии в AV ь.
137
писарь повторили сделанные ими в июле того же года предложения о не-
обходимости сместить слабохарактерного и мягкого бергмейстера, который
не годится для управления рабочими. Нужен, писали они, знающий н стро-
гий человек, который сможет обеспечить непрерывную и напряженную
работу пол неустанным наблюдением, чтобы таким образом достигалась
все большая и большая глубина и богатая добыча. Вместе с тем обращает-
ся внимание герцогов на то,что забойщики иногда являются «участниками»
горных товариществ, что, по мнению авторов предложений, приводит
к «засилью» забойщиков. Там, где им мало платят за работу, они работа-
ют плохо, а увольнять их и заменять более усердными рабочими пе пред-
ставляется возможным, так как, будучи сами «участниками» горных то-
вариществ, забойщики препятствуют таким перемещениям и навязывают
свою волю другим «участникам»42.
В свете приведенного выше обращения мюпцмейстера и горного писаря
от 1453 г. становится яснее, почему эти должностные лица так ревностно
выступали против участия рабочих в горных паевых товариществах, дей-
ствуя в данном случае более ревностно, чем сами «участники»-предпрпни-
мателп, и требуя установления строгого наблюдения со‘стороны нового
верного бергамту бергмейстера; заботясь об особых интересах гер-
цогского бергамта, т. е. об обеспечении феодальных доходов горного дела,
авторы предложений считали первоочередной задачей сохранение в отно-
шении рабочих «дпрекциоиного принципа» и старались не допускать
непосредственных деловых связей «участппков»-предпринимателей с ра-
бочими без контроля представителей бергамта.
В этой связи представляют интерес решения герцогских советников
по вопросу о заработной плате рабочих. «Рудокопы и забойщики,— го-
ворится в документе, датированном 6 июля 1470 г.,— потребовали по-
высить их заработную плату. Когда же об этом доведено было до сведе-
ния «участнпков»-предприиимателей, те сочли это требование совершенно
для них неприемлемым и настаивали на том, чтобы все осталось, как уста-
новлено было недавно, или же они бросят ведение разработок. Герцог-
ские советники долго совещались и обсуждали создавшееся положение
и не могли прийти к иному решению, как только к тому, чтобы «участ-
н11ки»-предпрпнимателн взялись уладить дело «с теми и другими забойщи-
ками. обеспечив работу рудников» 43.
IJ. Кэлер. приводящий из данного документа это последнее решение,
останавливается на фразе «с темп и другими забойщиками» и комментирует
ее в том смысле, что «участинкамл-предпрмпимателям предоставляется
нанимать других рабочих, которые согласятся работать за существующую
заработную плату. Кэлер трактует это как свидетельство достаточных
резервов наемной рабочей силы, существование которых подтверждается.
по его мнению, и другими источниками 44. С этим следует вполне
согласиться. Еще важнее, однако, в данном документе его последующая
4? I I В II, .V Ii)o7, S. 112: «...wenne yzundleyn hauwertcyl iial an eyner gruben
<lu wil er m>ii syner ley! weigen, ah der wol niclit vil sicnt, selber faren, sulcbe inai lit
haben daz er nicht sich wil ahlegen lassen... also uinbe deswillen, daz en lobnczu wirt...».
4Я I'l В 11. .V’ HCIi, S. 200: «...als die Knappen nnd bower haben clagende anbrachl
de- hdins lialben zcu Inilien, liat man yre clnge gnuglichen an die gewircken gelangen les-
sen. nnd haben sich des gross besweiT hedunkt nnd gebcten, dass man es bie deni las-
sen woldc... oder mnsten sie bergwerck ligen lessen Blind Irawten der niclit zcu cntlial
den. Darinne haben der fnrsten rele von beyden teylen vil handels unnd ratslages geha-
hel nnd haben das nicht winter brengen Biogen, danne das sich die gewercken gewilleget
haben mil den andern hawern die bergwerck zcu versorgen».
44 J. К ii h I e r. Die Keime des Kapitalismus..., S. 97.
138
М. I/. С м и р и и
часть. В ней говорится, что, решая предоставить самим «участии кам»-иред-
принимателям обеспечение рудников рабочими, «герцогские советники на
секретном совещании обсуждали вопрос, понимают ли должностные лица,
какой вред для герцогов и для горного дела проистекает из этого, пони-
мают ли они, что в это.м осле должностные .пит бергамта должны иметь
право быть посредниками между «участникам^-предпринимателями и
рабочими, отстаивая пользу герцогов и сорного дела» 4Ь. Это означает, что
в действительности герцогские советники не собирались отказываться от
дпрекционного принципа, что, формально предоставив предпринимателям
право вербовки рабочих за низкую плату, они вместе с тем рассчитывали
оставаться решающей инстанцией в отношениях предпринимателей с ра-
бочими, действуя, когда нужно, тапни от них.
Стремление «участии ко в»-предири11нмателей проводить самостоятель-
ную линию по отношению к рабочим не устраивало герцогский бергамт,
который, как мы уже видели, преследовал здесь своп феодальпо-регаль-
ные интересы. Рабочий вопрос, — точнее вопрос о найме и управлении ра-
бочими, сделался тогда во Фрейбергском горном районе и в Рудногорном
районе вообще одним из главных пунктов борьбы между бергамтом и
«участниками». При этом характерно, что представители бергамта, требо-
вавшие проведения более строгой линии в отношении рабочих, настаивав-
шие на лишении их хозяйствен ной самостоятельности и добивавшиеся
удержания их заработной платы па низком уровне, старались путем тай-
ного подкупа вступить в близкий контакт с квалифицированными рабо-
чими плавилен, считавшимися незаменимыми. В том же документе от
июля 1470 г. говорится о конкретных мерах герцогских советников по
отношению к рабочим, требующим повышения заработной платы. Ште-
генпкель и его брат, «без которых нельзя обходиться в плавильне при очи-
стительной перегонке серебра» (des treybeiis lialben), также просят повы-
шения своей еженедельной заработной платы. Открытое удовлетворение
этого требования вызовет, по мнению советников, большие затрудне-
ния (grosse beswerunge) с другими рабочими и служащими. Поэтому
Штегенпкелю обещали дать тайно (in geheyme) один шокк ((>()) грошей
в новой чеканке, а его брату списали такую же сумму с его задолжен-
ности.
Там же приводится сообщение о том, что рабочие плавилун намерева-
лись поднять бунт из-за заработной платы, но должностным лицам уда
лось уговорить их соблюдать спокойствие до предстоящего совещания
во Фрейберге. Однако, говорится от имени герцогов, следует опасаться, что
плавильщики снова начнут бунтовать, поэтому нужно что-то придумать,
так как в данном городе нельзя найти им замены.
В отличие от этого, ио отношению к другим рабочим представители бер-
гамта шли дальше предпринимателей, особенно в своем стремлении ли-
шить рабочих возможности иметь самостоятельное хозяйство. .Этими
стремлениями продиктовано было распоряжение герцогскн.с советников
от 29 апреля 141!) г. о всеобщем, введении восьми часовой смены вместо шести-
часовой, причем все смены должны быть одинаково полными, в том числе
и субботние. Горнорабочий, который «по уважительной причине» не смо-
жет выйти на работу, должен дать вместо себя другого «молодого работ-
45 FUB II, № S. 201: «...doch >о haben der fiirsteii rete in gehenie darinne ee-
wegen, ob die amptliite vorslunden, das sebaden der fnrsten und bergwercken davon
enlsteben mochte, das sie gein den gewerckeu und bawern als niillel darinne zeu handeln
macht haben sollen, was der furslen nnd bergwerck nutz sein mochte».
Социальные отношения е горной промышленности Саксонии о ЛИ е.
139
пика». Проявляющие нерадение в этих делах подвергаются денежным
штрафам 46 47 *.
Удлинение рабочей смены с (> до 8 час.— одна из тех мер, которые за-
трудняли рабочим возможность самостоятельного бурения и ведения разра-
боток. Рабочие долгое время выражали свое недовольство этой мерой,
нарушавшей старые обычаи 4Т. В частности, на совещании в Лейпциге
1 июня 1469 г. рассматривалась жалоба рудокопов, требовавших чтобы
нм разрешено было в свободное от работы время заниматься «собственным
горным делом», пока им не нужно будет снова приступить к работе по
найму. Они настаивали на том, чтобы их собственным разработкам оказы-
валась помощь, в частности предоставлялись древесина и лестницы
Па это им ответили, что «должностные лица хорошо знают, как следует
поступать в данном случае. Пусть работают, если справятся, но на какую-
либо поддержку нет распоряжения наших милостивых государей» 49.
Очевидно, фрейбергскпе забойщики, о которых идет речь в этом доку-
менте, жили уже в основном своей работой по найму. Вслед за приведен-
ной жалобой и ответом на нее в источнике сообщается еще об одной жалобе
забойщиков. Они требуют повышения заработной платы и указывают, что
на существующую недельную плату в 10 грошей они жить не могут, так
как предметы питания они покупают за полноценную монету повой че-
канки. То, что в ответе этот факт пе отрицается, служит косвенным сви-
детельством сохранения у горнорабочих какой-то части их самостоятель-
ных разработок (без них эти рабочие пе смогли бы обеспечить себя сред-
ствами к жизни). В данном документе сообщается еще об одной жалобе гор-
норабочих на закупщика руды, который заставляет их продавать ему руду
на невыгодных условиях и в неблагоприятное для них время. В ответ ру-
докопам было сказано, что закупщик сам хорошо знает, как ему произво-
дить закупки руды с пользой для милостивых государей. «П нечего ему
давать па будущее время каких-либо инструкций» 50.
Категорический отказ горнорабочим, занимающимся в свободное вре-
мя собственным бурением, в какой-либо помощи по плавке интересно срав-
нить с заявлениями тех же советников (отчасти нам уже известными) по
поводу жалоб «участннков»-предпринимателеп о затруднениях с плавкой
и о больших расходах в плавильнях. Предпринимателям неоднократно
обещали всяческое облегчение условий плавки и прежде всего сокраще-
ние расходов. Рудокопам же администрация jiomoi ать не желала, стре-
мясь сделать «собственное» бурение рабочих невозможным. Важно отме-
тить, что по обоим вопросам, имеющим решающее значение для судьбы
4,i Fl В 11, AL- 1О|(>, S. 128: «...inil den liauwerii oberkoinen, daz sie alle geineynlie-
iien ir seliichle mil der acliten st linden faren sullen, die sie vormals mit der svrlisten stun-
den hahen gefaren, und sidle faren alle schiclil eyne als die andere gancz nss, beslindern
die snnlages obenlschicht, ab die eyn bainver von redelicher orsache weigeii, niclil gefaren
kiimie unde wol.le, so inochte er eynen jungeii banner an syne Mat gewynnen. Wer doran
sewinigk worde.deme sal man svn geld, als gewnnlirhen isl, doffor ufflieben ane wederrede».
47 FUB II. Io50, s. 195
" FI B II, A’j 1052. >. 197: «Die knapen von Friberg habin gebeten yn zeu gonnen
in yrer frit’ll z.cit, so sie nss der grnbin sfigen inogen. eigen bergwercke erbeiten, hiss daz
yn wider geblirl incznfareii an yre erbeil. dii man yn verlonet etc. mid daz man yn darzeu
holcz und leitlern zulegle zu stnre etc.».
4!l FI’B II, ,V 1052, S. 197: «Darnff isl yn geantwortet, man less! daz slclin bii den
aniptliilen und bergmeislern, wissin sich darynnwol zeu balden. Sie niagen erbeiten, wo
sie inogen; abir daz man yn stnre in sunderlieit darczu tun sidle, daz babe man nicht in
bevel von unserii gnedigen herren, mid das abgesaget».
50 FI B 11, A» 1052, S. 197: «Darnff ist yn geantworlel, der erezkouffer wiss wol,
wie er iglich ercz kouffen nioge, daz er daz mit fromen czu gute geinachen moge ane in. g. h.
schaden, und man wisse yn darynuen furder nicht zeu heissen».
140
М. М. С м и р и н
самостоятельных бурений горнорабочих, отрицательный ответ дается без
всякого обсуждения с «участниками». Обращение к «участникам»-предпри-
нимателям предусматривается только ио вопросу о повышении заработ-
ной платы. Данное лейпцигское совещание советников и должностных
лиц рекомендовало запросить «участников»-предпринпмателей, согласны
ли они на повышение недельной заработной платы горнорабочим с 10 до
12 грошей, «но не выше» 51. Дело с этим запросом в ожидании ответа гер-
цогов затянулось. Тогда объединение забойщиков заявило о прекращении
ими работы ввиду того, что лейпцигское решение о повышении заработ-
ной платы не реализуется. «Вот п остаются рудники из-за забойщиков
в состоянии бездействия, что наносит вашей милости немалый вред» 52.
Авторы письма просят указании насчет лейпцигских рекомендации.
В своем ответе от 18 августа герцог Вильгельм поручает фрейбергскпм
должностным лпцам вступить в переговоры с «участнпкамп»-предпринн-
мателями, выяснить, желают ли они повышения заработной платы гор-
норабочим на 2 гроша в духе лейпцигских рекомендаций, чтобы она оста-
валась в сумме 12 грошей «и больше не повышалась» 53.
Как видим, феодальная горная администрация в вопросе о нажиме
на горнорабочих шла значительно дальше «участников»-предпрпнпмате-
леп. Хотя последние также были заинтересованы в снижении заработной
платы рабочих, герцогская администрация не доверяла им, считая недо-
пустимым повышение заработной платы больше чем на 2 гроша в неделю.
Если сопоставить зто место с приведенными выше заявлениями герцог-
ских советников о том, что удовлетворение требований рабочих в отно-
шении заработной платы грозит подрывом феодальных доходов от горных
разработок, и о том, что герцогской горной администрации следует со-
хранить за собой роль посредника между рабочими и Gewcrken, то мо-
тивы рабочей политики герцогской администрации станут совершенно яс-
ными. Речь шла о борьбе за прибавочный продукт труда рабочих. В этом
заключается основной смысл для горной администрации в сохранении
регального дпрекционного принципа.
Еще более непримирима позиция горной администрации ио отношению
к самостоятельной хозяйственной деятельности горнорабочих. Здесь ни-
какого вмешательства «участников» герцогские советники не допускают.
Вопрос о самостоятельной хозяйственной деятельности горнорабочих
в конпе концов также сводился к вопросу о возможности снижения зара-
ботной платы. Нам уже известно заявление герцогских советников о том,
что самостоятельная деятельность горнорабочих поощряет их на «свое-
волие» в требованиях повышения заработной платы, на прекращение ра-
бот в организацию объединений при невыполнении их требований. Не-
доверие герцогской администрации к «участникам» в этом вопросе, несмот-
ря на то. что те выступали противниками объединений горнорабочих,
нетрудно попять, если иметь в виду, что «участники», вступавшие уже
в конфликты с горной администрацией, могли смотретьиагорнорабочих
51 FUB II, .V 10.12, S. 197: «Daruff ist jjc-rntsclilajict, daz man daz lissc, gelangen an
dy amptlnie, ab <lii gewercken wollen dy zulegnnge tun, daz man yn daz Ion hogene tiff
XII gate gr. und nicht hoclier».
52 Fl В II, V 1053, S. 197: «...das die knappschaft der Hauer erkltirl Italic, nicht
mehr arbeilen zu konnen, da kiirzlich zu Leipzig auf i hr Gesucli urn Erlioiiting des Lohns
in Aussicht gestellt Anlworl der Landesherrn noch nicht eiugctroffen sei. Als legen ic-
zunt die bergwerk alhic der hyer halben gancz darnyder ungearbeitel, davon uwern gna-
den nicht cleyner unrat enstet».
53 FUB II, № 1054, S. 198: «...absie der Knappschaft wolten or Ion bessern, daz
sieyn dy zewene gr. zulegeten, also daz es by der XII gr. blebe und nicht hoclier getreben
wuirde, in massen dem Abscbeit zu Lipczk gewest ist».
Социальные отношения с горной промыт кнпости ''пксонии л .VI е. I'il
в известном смысле как па своих потенциальных союзников. Материалы
о волнениях горнорабочих в первой четверти XVI в. вполне это подтверж-
дают.
Приведенные выше материалы о недовольстве «участников» их отстра-
нением от управления и от решения очередных вопросов производства
и отношений с горнорабочими появляются единичными. Па совещании гер-
цогских советников с должностными лицами в августе I'llit) г. обсуждался
тот факт, что «участники*, не получающие герцогской субсидии. не позво-
ляют бергмейстеру и другим должностным лицам «спускаться <> ша.гты
и управлять ими на пользу князей и общую пользу. Между тем полагается,
как это отмечено в первой статье, что должностные лица должны управ-
лять всеми горными разработками» 54.
В первом пункте данного документа, действительно, говорится о назна-
чении специального человека для приема серебра как с рудников, полу-
чающих субсидию, так и со «свободных», и сдачи его мюпцмейстеру. При
этом подчеркивается, что главная функция нового должностного лица
будет заключаться в аккуратном собирании герцогского шлегшатца. Дру-
гими словами: сохранение в руках герцогской власти управления всеми
горными разработками, в том числе и несубснднальпыми, необходимо
в целях регулярного поступления шлегшатца, т. е. монетарной пошлины.
Но монетарная пошлина способствовала удержанию низких цеп па сда-
ваемое серебро. Поэтому «участники», добивавшиеся повышения цеп па
серебро с песубспдпальпых разработок, не хотели допускать должност-
ных лиц на эти разработки.
Когда в 1470 г. герцоги (не в первый уже раз!) предупредили магист-
рат Фрейберга о том, что, если горожане не станут более усердно разра-
батывать рудники, им придется выполнять повинности, от которых они
были освобождены, и вслед за этим приказали должностным лицам сле-
дить, чтобы возведение штолен велось достаточным числом рабочих 5‘\
ремесленники и община Фрейберга выдвинули перед герцогами свои контр-
претензии. С давних пор велось, что счета рабочих находились у «участ-
ников». Теперь же их взяли в своп руки должностные лица; они нанимают
и увольняют рабочих когда и сколько им угодно. Фрейбергская община
настаивает, чтобы эти новшества были устранены56.
Недовольство «участников» все больше выявлялось, по мере того как
становился все более ясным характер управления горным делом со стороны
герцогской администрации. Предписание герцогов должностным лицам
установить точное количество рабочих, которых следует поставить на
проведение штолен, чтобы ускорить пх завершение, вызвало возраже-
ния самих должностных лиц, указавших, что в ходе работы может обна-
руживаться необходимость увеличить пли сократить число рабочих 57.
Главное же, что отметили должностные лица после осмотра вместе со
старейшими забойщиками строительства штолен, это необходимость
54 FUB II, № 1036, S. 174: «...in dy grnbe sligen und yn renin* in der fnr<ten und
gemeyn beslen. Das ist bewart und anders bestalt yin erslen artickel. waiine dy amptliite
sollin alle bergwercke regirn».
55 FUB II,'№ 1037, 1058, S. 202.
58 FUB II, № 1060, S. 203: «Item die reiliingen weren vor aiders und bi-sher bey
den gewerken gewest; dy zcogen nu dy amptleiiwte zu sich und legeten liewere zu und abe.
»anne und welche sy wolden, das sy vormals hinder den gewerki n nicht zu thun gehabl
batten, das yn ouch beswerunge brecble, das sulclis bey niiserm bergiechie nnd alder
gewonbeit bliben mochte».
67 FUB II, № 1063, 1064, S. 206: «...so man die arbeit anhub, musle man ein woebe-
mehr arbeyter wenne dy ander haben, und wy lange sich die arbeit wurde vortzvhen. kon
nen sie nicht wissen».
I \L
M. M. С .и и p и н
дополнительных денежных вложений, без которых нельзя ускорить прове-
дение штолен; средств фрейбержцев для этих целей недостаточно.
На переговорах с герцогскими советниками представители фрейберж-
цев потребовали дополнительных льгот по своим территориальным повин-
ностям п разрешения привлечь «участников» со стороны. Такое разреше-
ние было дано для того, чтобы форсировать работы над проведением што-
лен, но с условием, что герцогским доходам не будет нанесен ущерб и что
будет соблюдаться горное право 58 *. Тем не менее в 1475 г. должностные
лица снова обращают внимание герцога Вильгельма на большой урон,
который терпит горное дело из-за того, что штольни еще не готовы, и при
этом сообщают, что фрейбержцам оказывается пе под силу производить
большие затраты лишь в надежде на будущее, к тому же цепу на серебро
горожане Фрейберга считают при нынешнем объеме предоставленных им
вольностей недостаточной. Поскольку у людей нет стимула к более усерд-
ным работам, последние ведутся только в старых рудниках 5в. Очевидно,
в ответ на это заявление в начале 1476 г. было принято решение о сохра-
нении еще на два года льготной повышенной цены на серебро 60. В тот же
день герцоги опубликовали заявление о необходимости снижения плавиль-
ных расходов путем увольнения тех рабочих н должностных лип, в кото-
рых нет особой необходимости 6l.
Однако жалобы «участников» продолжались. 25 февраля 1478 г. они
снова жаловались на установленный порядок продажи руды закупщику.
Когда закупщик покупать пе хочет, им приходится самим плавить руду
в плавильне, ио там у них нет запасов угля и других необходимых для
плавки материалов. 11м нужен богатый «ферлегер», чтобы обеспечить пла-
вильни всеми необходимыми запасами материалов и оказывать кредит тем
«участникам», которые не могут иметь руду в достаточном для плавки ко-
личестве и должны ее определенное время собирать ,;2. Такому порядку
препятствовала горная администрация. О недовольстве «участников»
тем, что должностные лица горной администрации ведали наймом н уволь-
нением рабочих, нам уже известно. В этой связи характерно обращение
бургомистра и членов френбергского магистрата, в котором они настаи-
вают на сохранении запрета бергмейстерам заниматься пивоварением п
шинкарством на промыслах. Чтобы побуждать рабочих «распивать его
пиво», бергмейстер отказывает в выгодной работе тем пз них, которые
ему не по душе. Часто бывает, что из-за этого он увольняет без ведома «уча-
стнпков»-предпр||нимателей честного рабочего и принимает на его место
неподходящего. К тому же. проводя у бергмейстера время «и днем
и ночью-) рабочие опаздывают па работу, а их заработная плата тем вре-
">ч I ГВ II. Ai I0G5, 8.207: «...und ah sic ymandt.- doran zuircwercken zu sich ис-
тец iiiinfl'ii. ist yn iresaiit uorinnbc das niclil. sic inogen gewercken zu sich nemen mid
den stollen angriffeu...».
5!' Ft В 11, .V 1081. S. 21.7 2H>: «...die leutc sinl stvacli unde niulide zeu biivxen.
in nieynniige das (lic darlcginige gros nude di-nnoi li erst das hoffen doran sey, auch das
yn das .sillier elwas leichl bczahlt werdc... Ilann man held icziinl nichts newes an, .-mi-
dern da- cleyue, da- man gewyuiiet. das konipl grnii-t illicit aus- aldeu grnben unde stros-
seu, balden und bechern».
*n Fl В 11. ,V 108.7, S. 2IG 217.
CI Fl В II, .V |08li, S. 218: «...den rrezkeuffir. die Ii it I cnk iiecli t mid arbeiter, auch
tinder amplIulс. die neh nit not bednnken zu haben, nrlobcl, das nnnntzc kost, die wochen-
1 ich пГГ uns gehil, vorniyden blibe».
C2 Fl В 11, .V |0!)2, S. 221: «...desshalben eyns giiten vorlegers well not sey, der die
button mil geborlicheni vorral statlich entlialde, unde auch den, die ercz unde doch nicht
genug zeu statlicliein smele.zen betten, vorstandt tbun inochte mit leyhen nil
das ercz, biss si das genug habenn unde mit widdereinselczen der slackenn noch nutz ges-
melczenn mogen».
Социальные отношения в горной промышленности Саксонии в Л Г t..
I \?>
менем нее же идет. Это, пишут авторы обращения, тягостно для тех бедных
людей, которые разрабатывают рудники, наносит урон герцогам п вред
горному делу сз.
Для взаимоотношений «участников» с герцогами ио карательно обра-
щение герцога Альбрехта к фрейбергскому магистрату в 1480 г. Герцог
Альбрехт хочет убедить «участников», что для увеличения добычи руды
необходимо побудить рабочих к более интенсивному труду. Герцог прика-
зывает магистрату вызвать «участников» и сообщить нм мнение герцогов
о целесообразности перевода рабочих на поурочную заработную плату.
Это даст сокращение расходов на «наблюдателей». Работа будет произво-
диться усерднее н деньги предпринимателей будут применяться в буду-
щем с большей пользой. При этом бергмейстеру приказано, чтобы он при-
сутствовал при установлении «уроков», отмечал особыми знаками и про-
изводил обмер выполненных работ по участкам. Должностные лица не
должны жалеть сил и стараний для того, чтобы но отношеншо к «участ-
никам», забойщикам и рабочим все совершалось по праву
Таким образом, в то время как «участники» жаловались па плохое
управление, осуществлявшееся горной администрацией, и па низкие при-
были, вытекавшие из монопольных феодально-рогальных прав герцогов,
герцоги настаивали на том, что все дело в недостаточном усердии рабо-
чих, что необходимо изыскать пути для питепепфпкацпи их труда, п при
этом должностные лица горной администрации должны быть посредниками
между предпринимателями и рабочими, сохраняя контроль в своих ру-
ках. «Участ||пки»-||редпрппиматели такал* были заинтересованы в усиле-
нии нажима па горнорабочих. Так, они выражали недовольство тем, что
нм приходится теперь давать рабочим освещение и отбойные клиикп
(( nschlilt пп<1 Eisen), которые раньше у рабочих были своп"5. Однако
«участппки»-предпрпнпмате.ли считали одно только усиление нажима па
рабочих недостаточным для подъема горного дела и выдвигали требова-
ния. которые затрагивали в регалыю-феодальные доходы, п дирекцпои-
ный принцип. Этот обострившийся в 7<)-х годах XV в. конфликт горной
администрации с «участниками» выявил большие трудности, связанные
с попытками привлечь для новых капиталовложений средства фрейберж
пев п других горожан, сохранив незыблемым днрекцпонный принцип.
Горная администрация не удовлетворяла требований «участников», ко
торые она считала затрагивающими интересы регальной власти; «участ-
ники» же утверждали, что при существующем положении рентабельность
разработок очень низка, и воздерживались от их расширения. Необхо-
димое, по общему признанию, техническое обновление разработок путем
проведения новой системы штолен сильно затягивалось. I ориая ад.мпип
страцпя обращалась к отдельным более крупным капиталистам, что она
делала, как нам уже известно, не очень охотно. Привлечены были бога-
тые бюргеры Фрейберга Ганс Мюицер"" н Порг Корснер цвпккаускпп
":| 1( В II. .V I<i7.’’>. >. 21И.
1,1 FI В II. .V. 1Ю1. S. 225: «11 ii inn lie i.-| nu-ei Ьецегипц ir null < 11 < -< • 1 bei i uewerr
ken \ur lu ll vordirii yn sulcli uuiiser ollie iiieyuuirj vnrlialleii inn) -ie ilorczii neisseii Ion
Ini' ire oebende zed \ ordiiioen. Ilaliin wjr uu-erni berifineisi er by lu ll bevolen. das er bey
ilen |_'eiliпоен sein. die st nfen slum'll iiiiud er.ader ioniser steioer. пицце die xrdibm' vlfaear-
lieilel nerdeu. nidder ahniessen iiiiud darob sein sol. lias den cewerckeii. auch ill'll lienern
iinnil arbeilerii rechl ip-sclicc, vlciss dorinu anzciikcrcn uirhl spareii. nl'f u is sulcli unl-
lissio arlieileti vorkonitiicn unrid den rrewercken ir ncll buz rind niilzliclier danne vur
alioedinel nirrde».
FIB 11. Лё 1102, S. 228- 229.
"" FL В 11. Л» 1074- 1075. S. 211-212.
FI B 11, .XL 1098, is. 224.
144
М. М. С ми р и н
богач Мартин Ремер с8, возможно, и другие, но, очевидно, эффект был
невелик. В докладной записке должностных лиц около 1480 г. говорит
ся, что работа над Эльсбергской штольней, которую покойный Ганс
Мюнцер взялся закончить в два-три года, тянется уже одиннадцатый год
и сделано еще немного. Между тем, как говорится в докладной записке,
из-за задержки работы над штольнями приходится производить много
лишних затрат на рабочую силу и на материал 68 69. Затем авторы записки
рассказывают о взаимоотношениях горной администрации с «участниками*
в последние годы. Сохранение еще па два года повышенной цепы серебра
оказалось малоэффективным: не видно существенного усиления работ,
не начаты новые разработки. «Участники» высказывали новые жалобы.
Им приходится тратить много средств на доставку руды на плавильню,
а также на доставку десятины. Ввиду того что закупщик не принимает
у них мелкими количествами, им самим приходится отлучаться для плав-
ки и доставки серебра мюпцмейстеру, и тем временем пх рабочие сидят
без дела 70 71. Недовольство «участников» связано, таким образом, еще и
с запретом свободной продажи руды п с невыгодными условиями ее до
ставки. Ряд их жалоб касается также условий плавки и порядков в пла-
вильне, где пх обирают не только благодаря установлению высокой стоп
мости плавки, но и в результате значительных потерь серебра в шлаке
и в тиглях. Извлечение же серебра из шлака и тиглей производится уже
не для них. Временное повышение цен на принимаемое серебро сводится
к нулю тем, что по повелению герцогов весовая единица серебра —
марка — содержит теперь на 2 лота серебра больше и, кроме того, взимает-
ся десятина и с плавильных расходов. «Участники» заявляли, что им труд-
но разрабатывать рудники,так как все. что добывается, приходится отда-
вать «нашим милостивым государям» Т1.
Общий смысл всех жалоб «участников» сводится к тому, что при су-
ществующем регалыю-феодальном управлении горным делом вложение
капиталов, устройство новой системы штолен и разработка новых рудни-
ков не представляются возможными. О том,насколько регально-феодаль-
ная монополия сковывала предпринимательскую деятельность во фреп-
бергском горном деле в XV в., можно получить некоторое представление
из такого факта. Согласно документу, относящемуся ко времени между
1464 п 1477 гг., некий Петер Хогебпль из Брауншвейга взялся ввести во
фрейбергскпх плавильнях свое техническое усовершенствование, приме-
нение которого даст возможность получить из руды большее, чем до сих
пор, количество серебра и свинца 72. За это он просил предоставить ему
на 10 лет право закупки руды во Фрейберге на следующих условиях. Он
будет сдавать по установленным ценам столько же серебра, сколько
сдавалось раньше, и еще треть из добавочной выплавки. Остальные две
трети добавочной выплавки он и его «участники» будут иметь право сво-
бодно продавать любому покупателю. Только в том случае, если герцог-
ская казна согласна будет заплатить ту же цену, которую предлагают
чужие купцы, опа будет иметь право преимущественной покупки.
68 FI B II, .V 1051, S. 196.
89 FIB II, As 1102, S. 226.
70 Fl В II, S. 229: «Die gewercken verkonffen vil lieber, danne das sie zur hnlte fa-
ren unde das ercz in der hullo arbeilen lassen, so mussen sich ire arbciler domilte seunieii,
unde were alien!ha]ben Lesser, sie liessen die wyle noch einem andern kouffe arbeilen».
71 FUB II, S. 235: «...was das were, das man yn an eynein ende gebe unde am andern
weder neme, danne sic inisten itzunt die hultekosl versczenden; das were vor nichl ge-
west».
72 FUB II, A” 1127, S. 260: «...seine kunst durch welche aus dem erbeulelen ercz
mehr silber und blei als bisher gewonnen werde».
Социальные отношения t. горной промышленности ('аьтонии о А Г в.
145
Как видим, «участникии-предприииматели энергично отстаивали сво-
бодное распоряжение хотя бы частью продукции. Но и в этом вопросе,
как и во многих других, они наталкивались па непреодолимое противо-
действие горной администрации. Поэтому заявление «участников» в по-
следней из приведенных жалоб о невыгодности при существующих усло-
виях продолжать расширение разработок не было просто угрозой. Очень
важным в этой связи является один документ конца XV в. (после 1484 г.),
представляющий собою ряд записей о положении горного дела в районе
Фрейберга. Авторами документа, судя по его содержанию, были близкие
к горной администрации знатоки горного дела (Bergverstandige). В своих
записях они указывают некоторые частные причины застоя и упадка гор-
ного дела в данном районе, а затем рисуют создавшееся к концу XV в.
положение. Они избегают говорить о глубоких коренных причинах и ука-
зывают лишь отдельные злоупотребления и неполадки. Нехорошо, пишут
они, что закупщпк руды служит в плавильне в качестве пробирщика и
прогонщика (ТгеуЬег). Будучи заинтересованным только в своих выго-
дах, он неохотно скупает руду и затрудняет для «участников» ее продажу
мелкими количествами и поддержание непрерывности процесса добычи.
Немало вреда приносит и то обстоятельство, что ни закупщик руды, ни
писарь плавильни не умеют ни писать, ни читать 73. Но ведь в плавильне
необходимо все время производить расчеты и записи. Указываются и дру-
гие неполадки и злоупотребления, которые, конечно, не являются корен-
ными причинами, а являются результатами общего устройства горного
дела п управления им.
«Зато вторая часть записей — характеристика создавшегося положе-
ния — представляет значительный интерес. В ней говорится о печальных
итогах всех попыток поднять горное дело во Фрейбергском районе при
существующих условиях. Авторы записей констатируют, что горное
производство теперь здесь чрезвычайно ослаблено, что герцоги имеют от
него скорее убытки, чем доходы. Между тем. пишут они, несомненно, что
здесь много руды и ее можно было бы добывать, если бы иметь состоятель-
ных и надежных «участников». От жителей же Фрейберга, вследствие их
бедности п понесенных больших убытков, ничего нельзя добпться, хотя
многие среди них, «будучи одержимыми большой энергией и большим вле-
чением к горным промыслам», вкладывают в горное дело гораздо больше,
чем позволяет их состояние 74 75. Дальше говорится о том, что редко здесь
слышно о каких-либо новых рудниках. Серебряная руда обыкновенно до-
бывается в старых уступах и тахтах. Мало здесь уже рудников и промыс-
лов, которые имеют солидных «участников». Чаще, .твое, трое и больше
забойщиков объединяются в товарищества и добывают на старых разра-
ботках не больше, чем им нужно для поддержания жизни. Штольни тоже
заброшены и не разрабатываются. До первого пожара во Фрейберге 7;‘
сделана была попытка поручить проведение этих штолен «некоторым го-
родам п другим в княжестве и землях милостивых государей с предостав-
лением нм ряда вольностей». Па одну пз штолен затрачена ужо была
73 FI В II. .V 1129, S. 265: «...es isl in der liulte nicht ein cleyn gebreche, das Ste-
genickel der erezkouffer unde Bnrcharl der tnittensclireiber ir keyner schreiben noch
lesen копией».
74 FL'B II, № 1129, S. 2C6: «...die bergwerck aline seint itzunt vast swacli unde ge-
ringe, das n. g. h. ebr zcubussen denne gewynnen und doch ane zweivel noch vil ercz.
unde guts allhie zeu erbawen stunde, so man vermogeliche unde trsolliche bawlute darczu
hette, das mit den inwonern zeu Freiberg ermuts unde grosser empfangen schedeu hal-
benn nicht zeu thune stet, wievol vil die gemute unde herczen wol dore zu het ten undemer
uff bergwerk legen unde verbuwen, danne ir verniogen ertragen кап».
75 В примечании издателя приводится справка, что этот пожар был 21 июня 1484 г.
Ю Средние века. вып. XX
146
М. М. С .w и р и н
значительная сумма, но в связи с пожаром опа заброшена, не говоря уже
о других штольнях. Положение теперь таково, заключают авторы этого
документа, что выгоднее на некоторое время оставить все неразработан-
ным в этом районе и не возводить здесь больше никаких рудников 7,1
Констатация этого безнадежного положения в горных предприятиях
Фрейбергского района и краха попыток восстановить и расширить их
на повой основе по программе п под эгидой! герцогской администрации
относится, по всей вероятности, ко второй половине 80-х годов XV в.
Известно, что уже в феврале 1471 г. открыты были богатейшие залежи
серебряной руды в районе Шпееберга * 77, что с этого времени начался пе-
риод бурного расцвета горного дела вокруг новых горных городов Рудно-
горного района Саксонии, продолжавшегося, по крайней мере, до конца
30-х годов XVI в. Естественно, что внимание герцогской горной админи-
страции стало все больше п больше концентрироваться на новом районе.
Известно также, что в Шнееберге и в других новых горных городах това-
рищества «участников» были гораздо более богатыми, чем фрейбергскпе.
что куксы многочисленных новых рудников широко продавались и что
в числе «участников» было много богатых людей из близких и более отда-
ленных городов. Но уже в 1471 г. в Шнееберге стали возникать крупные
конфликты между «участниками» и герцогской администрацией. Позже
стало известно об энергичных выступлениях рабочих шнеебергскпх при
исков. Из некоторых фрейбергских материалов видно, что герцогская
администрация хотела и в отношении шнеебергскпх «участников» вести
ту же политику и применять те же методы управления, что и во Фрейбер-
ге. В октябре и в ноябре 1471 г. герцоги неоднократно настаивали, чтобы
фрейбергский магистрат прислал своих представителей, хорошо знакнцих
горное право, вместе с Яковом Краувеллом в Цвиккау, где состоится раз-
бор делао конфликтах (Irrniigen) с «участниками» в Шнееберге. Фрейберж
цы упорно отказывались, но герцоги вновь и вновь настаивали на своем
требовании78. В феврале 1478 г. курфюрст Эрнст и герцог Альбрехт при-
казали бургомистру и бергмейстерам Фрейбергского района прибыть
вместе с двумя-тремя знатоками горного дела в Дрезден для участия в со-
вещании по поводу требования горнорабочих Шнеебергского района о по-
вышении заработной платы. Речь идет о том, говорится в приказе, чтобы
установить общий уровень заработной платы, чтобы каждый рабочий по-
лучал «заслуженно по его работе» 79.
Изучение дальнейшего развития взаимоотношений капиталистических
«участников» с герцогской администрацией, а также вопроса о положении
горнорабочих в Рудногорном районе Саксонип должно быть продолжено
на материалах Шпееберга, Аннаберга и других новых горных городов.
Это изучение необходимо как для понимания характера горной промыш-
ленности указанного района, так и для выяснения характера движения
горнорабочих и особенно пх борьбы во время Великой Крестьянской вой-
ны. Однако изучение всего комплекса этих вопросов закономерно было
начать с рассмотрения фрейбергских материалов. Их анализ позволяет
прийти к следующим выводам.
78 1'1 В 11. Лё 1129, S. 266: «... unde ist gancz. beipienie. das dye eine sltnide ilngclia-
wel legen sullen nude auch nicht mcr zcecheii mule grubemi alhie uffbrai hl unde erreget
werdenu».
77 P. Albi n n s. Meissnische Land- mid Bern-Chronica. Dresden, 17>89. S. 28;
Cbr. Melt ze r. Clironik von Schneeberg, 1716, S. 37; I). Hop p e. Der Silberberg-
bau zu Schneeberg bis znm Jahre 1500. Freiberg. 1908. S. 8 ff.
78 FL’B II, № 1068, 1069, 1070, 1071, 1072, S. 209-210.
79 FL'B II, № 1092, S. 221: «...ein gemeyne sacznng, was eyiiem iglicnen arbeiler
nacli seinem vordinst unnd arbeit zeu geben sey».
Социальные отношения в горной промышленности Саксонии в \Г в. 147
1. Уже к 40—50-м годам XV в. выявилась невозможность дальнейше-
го развития и расширения добычи во Фрейбергском районе без значи-
тельного углубления шахт, без проведения новой системы штолен и раз-
работки новых рудников, без улучшения работы плавилен, следователь-
но. без вложения новых капиталов.
2. В этих условиях усилился процесс разорения мелких товаропроиз-
водителей. объединенных в трудовых товариществах «участников» (Eigen-
lelnter). Попытки этих мелких производителей добиться от герцогской ад-
министрации расширения субсидий успеха пе имели. Система субсидий
считалась на основании опыта ее применения негодной для расширения
производства и технического подъема его.
3. Испытывая недоверие к проникавшим в горное дело предпринима-
тельским элементам, с которыми оказывались связанными те или иные
должностные лица горной администрации, саксонские герцоги, в интере-
сах сохранения и в новых условиях своих регально-феодальных прав и
доходов, стремились решить проблему капиталовложений путем привле-
чения средств зависимых от их территориальной власти горожан, главным
образом состоятельных ремесленных мастеров.
4. Герцоги и их советники стремились сохранить ре га льно-феодальные
доходы и вместе с тем стимулировать предпринимательскую деятельность
«участппков»-горожан путем усиленной эксплуатации наемных рабочих.
С этой целью они старались удержать на низком уровне заработную пла-
ту, использовали неполноценную монету, интенсифицировали труд ра-
бочих н в целях подрыва силы сопротивляемости старались лишить их
самостоятельных источников существования как в самой горной промыш-
ленности, так и вне ее. Герцогская горная администрация стремилась
поэтому к сохранению в своих руках посреднической роли между «уча-
стниками» и рабочими и к соблюдению незыблемости так называемого
дирекционного принципа.
5. «Участники»-предприи11.матели в основном поддерживали меры,
направленные к интенсификации и удешевлению наемного труда горно-
рабочих. Они сами требовали пресечения деятельности объединений за-
бойщиков и других рабочих. Но «участнпкпо-предпрпниматели считали
проведение мер против рабочих недостаточным. В своих многочисленных
жалобах они указывали на существование низких монопольных цен на
серебро, на связанный с монополией регальной власти порядок закупки
руды, на чрезмерную дороговизну плавки и па непорядки в деле плавки
вообще, па злоупотребления со стороны должностных лиц горной адми-
нистрации. «Участинкпа-предприниматели были недовольны тем. что
должностные лица горной администрации ведают наймом и увольнением
рабочих и ведут с ними расчеты; «участники» хотели, чтобы рабочие нахо-
дились в зависимости от них самих.
6. Рассмотренные выше материалы об отношении герцогской админи-
страции к разорявшимся мелким производителям и к наемным рабочим
в районе Фрейберга показывают полную несостоятельность утверждений
Густава Шмоллера, но мнению которого, герцогская власть была «есте-
ственным» в «исторически сложившихся» в Германии условиях развития
горного дела руководителем и посредником, выступавшим па защиту мел-
ких производителей и рабочих от капиталистических «участников»811.
80 В интересной и основном статье советского автора Ю М. Григоряна «Aus der
Geschichle tier Genesis der Kapitalistischen Verbal!uisse in Deutschland» («Zeilschrift
fur Geschichtswissenscliaft», 1959, Heft 8), в которой пршядены некоторые данные,
свидетельствующие о капиталистическом характере горною дела в XV—XVI вв.
в Германии, мы, к сожалению, также встречаем ошибочное мнение о том, что герног-
10*
148
Л/. Л/. С м и р и н
Вместе с тем эти материалы показывают, что капиталистические эле-
менты, складывавшиеся в горной промышленности Рудногорного рай-
она уже в ее фрейбергскпй период, рассматривали установившийся
в этой отрасли промышленности дпрекционный принцип, т. е. подчине-
ние всего процесса добычи руды и ее плавки герцогской администрации,
как серьезнейшее препятствие дальнейшему развитию горного
дела.
Дирекционный принцип оспаривался уже в этот период «участппка-
ми»-предпринпмателямп, которые энергично отстаивали свое право
на участие в делах производства и не могут рассматриваться как
пассивные куксодержателп.
7. Положение дел во фрейбергской горной промышленности опреде-
лялось взаимоотношением трех основных социальных сил, характерных
для эпохи раннего капитализма: а) регальпо-феодальных собственников,
обладателей территориальной власти, стремившихся к удержанию в своих
руках управления и контроля над всем горным делом; б) «участников»-
предпринимателей, вложивших свои средства в оборудование рудников
и в проведение штолен; в) наемных рабочих, все больше утрачивавших
(и в основном уже потерявших) связь с источниками самостоятельного
существования. Характер этих взаимоотношений четко выявится в районе
более бурного расцвета горной промышленности, в районе новых горных
городов, особенно на следующем этапе, завершившемся социальной борь-
бой в этой отрасли промышленности в эпоху Реформации и Великой Кре-
стьянской войны.
Однако уже рассмотренные выше фрепбергские материалы показывают,
что если, с одной стороны, возникал классовый антагонизм между «уча-
стниками-предпринимателями и наемными рабочими, то, с другой сторо-
ны, сама расстановка классовых сил в назревших здесь социальных кон-
фликтах обусловливала общее направление борьбы «участппков»-предпри-
нимателей и горнорабочих против регально-феодальной администрации.
Намечалась даже заинтересованность «участников»-предпринимателей
в успехе борьбы горнорабочих, которые боролись еще «не со своими вра-
гами, а с врагами своих врагов...»* 81.
Zusammenfassung
des Artikels von M. M. Smirin «Soziale Verhaltnisse
in der Bergindustrie im Gebiet Freiberg, Sachsen,
in 40.—80. Jahren des XV. Jh.»
Bereits zu den 40.—50. Jahren des XV. Jahrhunderts wurde es klar,
dab die xveitere Entwicklung und Erweiterung der Gewinnung des Silbe-
rerzes im Gebiet Freiberg in Sachsen ohne eino bedeutende Vertiel'ung der
Schachte, ohne ein neues System fur das Anlegen von Stollen und AusbeuLung
von neuen Gruben, ohne Verbesserung in der Arbeit der Schmelzhiitteii,
folglich ohne Anwendung des Kapitals, unmoglich ist. (Jnter diesen Be-
dingungen verstiirkte sich der Prozeb der Verarmung der kleinen Eigenleh-
ner, welche sich in die Arbeitsgewerkscliaften vereinigten, weil man das
System von Herzogsubsidiums, woranf diese kleinen Gewerkenrechnen konn-
ская власть заботилась об улучшении положения горнорабочих и что вообще в горной
промышленности того времени производитель не страдал от феодального гнета (ibid.,
S. 1761).
81 К. Маркс и Ф. Энгельс. Манифест Коммунистической партии. —
Соч., т. 4, стр. 432.
Социальные отношения в горной промышленности ('атонии в Л Г с. I 19
ten, auf Grund der Erfahrung fiir die Envoi tern ng nnd den lechnischen
Aufschwung der Produktion fiir untauglich hiell. Die sachsischen Her-
zoge aber verhielten sich zu reicben Unternehinereleinenten, welche in
das Bergwesen eindrangen nnd mil welchen unternehmungslustige
Amtspersonen des Bergamtes sich als verbundeii erwieseu, iniBtrauisch.
Im Interesse der Bewahrung unter пепси Bedingungen ihrer r<gal feudalen
Rechle und Einkommen streblen die sachsischen Ilerzoge das Problem der
Kapilalanlage dadurch zu losen, daB sie die von ihrer Landesherr-
schait abhiingigen Stadter, hauptsachlich wohlhabende Haudwerkineisler,
an der Bergausbeulung zu beteiligen heranzogeit. Aber die Stimulieruug
der Unternehmertatigkeit dieser Kategorie der Stiidter bei Bewahrung der
regal-feud a len Einkommen hiell man fiir moglich nur unter der Bedingung
der verstiirkten Ausbeutung der Lohnarbeiter niimlich Anfrechterhaltung
der niedrigen Arbeitslohne, Abrechnungen mit minderwertigen Milnzen,
Intensifizierung der Arbeit und — um die Widerstandskralt der Lohitarbei-
ter zu driicken — LoBreisen dieser Arbeiter von selbststiindigen Existenzquel-
len sowohl in der Bergindustrie selbst, als auch auBer dieser Industrie. Deswe-
gen strebte das Herzogbergamt eine Vermittlerrolle zwischen den L'nterneh-
mergewerken und Lohnarbeitern in seinen Iliinden aulrechtzuerhalten und
den sogenannten Direktionsprinzip streng durchzufiihren.
Unternehmergewerke iinterstiitzten hauptsiichlich die auf die Intensi-
fizierung und Verbilligung der Arbeit der Lohnarbeiter gerichteten MaB-
nahmen. Sie selbst verlangten die Einstelhing der Tatigkeit der Arbeitsve-
reinigungen. Sie wollten aber die Durchfiihrung dieser MaBnahmen ini Inle-
resse der regalen Machtnicht. Die Gewerken waren damit unznfrieden, daB
die Amtsleute des Bergamtes liir Anwerbeu und Entlassung der Arbei-
ter sowie liir Abrechnungen mit den Arbeitern zustiindig waren. Sie waren
mit der Verm it tier rolls der Amtsleute nnzulrieden und wollten, daB
die Arbeiter vou ihnen selbst abhiingten. AuBerdem beschwerten sie sich auf
die niedrigen Monopolpreise liir Silber, auf das mit dem Monopol der regalen
Macht verbundene System des Erzverkaufs, auf die auBerordentliche Teue-
rnng der Schmelzung und auf das System der Schmelzung im allgemeinen.
aid den MiBbrauch seitens der Amtsleute des Bergamtes.
Die in diesem Artikel angefiihrten Materialien fiber das Verhalten der
Herzogverwaltung zu verarmten kleinen Eigenlehnern und zu Lohnarbeitern
ini Gebiet Freiberg zeigen die voile Unhalt barkeit der Konzeption von
Gustav Schmoller, dessen Meinuno-nach die Herzogmacht unter «historisch
uebildelen» Bedingungen der Ent wicklung des Bergwesens in Deutschland ein
gebilde «natiirlicher» Fiihrer und Vermittler war, welcher zur Verteidigung
der kleinen Eigenlehner und Arbeilervon kapitalistischen Gewerken aultrat.
Auperdem zeigen diese Materialien. daB bereits in der 2. Hallie des XV.
Jahrhunderts, als Freiberg noch das Haiiptzenlriini der siichsisclien Bergin-
dnstrie war, Unternehmergewerke koine passiven Knxbesitzer waren, ini
Gegenteil, sic bestanden energisch aid' ihr Roehl, an der Orgaitisalion der
Ausbeutung, Schmelzung und des Verkauls der Bergproduklion und besonders
an Liisung der mil Anwerben und Entlassung der Lohnarbeiter verlinn-
denen Fragen teilzunehmen.
In der 2. Hallie des XV. Jahrhunderts im Berggobiel Sachsen, de^sen
Zenlrum Freiberg war, geslalteteu sich gegenseilige Verhiiltnisse zwischen
drei fiir die Bergindtislrie der Epoche des Friihkapitalisiniis charakteri-
stischen Hauptkriifte: 1) regal-leudalen Eigenliimern — Inhabern der ter-
ritorialen Macht — deren Bestrebung war, Kontrolle und Verwaltung im
ganzen Bergwesen in ihren Handen festzuhalten; 2) Unternehmergewerken,
die ihre Mittel in die Ausriistung der Berggruben und in das Anlegen von
150 Л/. Л/. С .м и р и н
Stollen eingelegt, hatten: 3) Lohnarbeitern, welche die Verbindung mit den
Quellen der selbstandigen Existenz inehr und mehr verloren und, ini Grunde
genommen, bereits verloren hatten.
Charakter der Verhaltnisse zwischen diesen drei Eleinenten wird sich
im Gebiet. des meist ungestiimen Aulbliihens des Bergwesens, im Gebiet
neuer Bergstiidte Sachsens am Anfang XVI. Jahrhunderts klarer gestalten.
Jedoch bereits in der 2. Halite des XV. Jahrhunderts warden Klassenwider-
spriiche zwischen kapitalistischen Gewerken und Lohnarbeitern im Gebiel
Freiberg an den Tag gebracht. Aber die Gruppierung selbst der Klassen-
krafte in den hier beginnenden sozialen Konllikten bedingte noch eine
gemeinsame Richtung des Kampiesder Gewerken und der Bergarbeiter gegen
die regal-feudale Verwaltung. Das war die Zeit, als die I’nternehmergewerken
sich an dem Erfolg des Kampfes der Bergarbeiter interessiert zeigten, die,
wie es im «Manifest der Kommunistischen Partei» gesagt ist, noch nicht
gegen ihre Feinde, sondern gegen Feinde Hirer Feinde kiimplten.
В. Е. м А П Е Р
ОБ ОДНОМ РАННЕМ ПРОИЗВЕДЕНИИ УТОПИЧЕСКОГО
КОММУНИЗМА В ГЕРМАНИИ
Революционные мюицеровскпе идеи, получившие широкое распростра-
нение во время Крестьянской войны, продолжали оказывать влияние на
развитие антифеодальной мысли и после того, как «самая величественная
революционная попытка немецкого парода закончилась позорным пора-
жением, на первое время вдвое усилившим гнет» х. Об этом свидетельствует
интересный и ярко написанный памфлет «О новом преобразовании хри-
стианской жизни. Опасайся, дьявол, аду придет конец» 1 2, за который
в 1527 г. в Лейпциге поплатился жизнью нюрнбергский владелец типо-
графии и книготорговец Иоганн Герготт.
Об Иоганне Герготте, которого ряд исследователей считает автором
памфлета, известно сравнительно мало. До второй половины XIX в.
германские историки причисляли его к мученикам реформации. Предпо-
лагали, что его, лейпцигского книготорговца, казнили еще в 1524 г. по
приказу герцога Саксонии Георга Бородатого за распространение произ-
ведений Мартина Лютера 3. Однако в 1878 г., когда уже было высказано
сомнение в достоверности этих сведений об И. Герготте 4, историк Аль-
брехт Кирхгоф обнаружил новые материалы, которые позволили пред-
ставить деятельность Герготта в совершенно ином свете. Этот памфлет,
вместе с другими материалами эпохи Реформации, найден был во второй
половине XIX в. в Лейпцигском архиве в особой папке. Страницы памфле-
та еще не были разрезаны. На обложке его кем-то пз современников чет-
ким почерком выведены слова: «Hans Hergots von Nurnberg vffrurisch bu-
chlein, uinb welche willen er mit dem Schwerte alhir gericht. Montag nach
Cantate. Anno Dom. XVC. XXVII» (Мятежная книжечка Ганса Гергот-
та пз Нюрнберга, из-за которой он был обезглавлен здесь 5 * 20 мая 1527 г.) G.
Дальнейшие исследования показали, что Погани Герготт — вла-
делец типографии и книготорговец пе Лейпцига, а Нюрнберга, где с 1522 г.
печатал реформационные и революционные произведения. После его
1 Ф. Э нгельс. Крестьянская война в Германии. К. Маркс и Ф. Эи
гель с. (лиг., т. 7, сгр. 'i32.
- II. Ilers о I. Yon der пеней VVandlung eines cliristliclien l.ebens. В кп.: A. G d I
z e mid L. E. S c li in i <1 I. Ans dem sozialen und politisclien Kampf. Halle, 14">3,
S. 53 (>'i.
3 \\ . A и e r l> a c li. Die Blulzeiigen des Prolcslanlisriiiis. Job. llerrgult. Bncli-
drucker mid Bnchfiiliier zu Leipzig, mid seine Genossen. Grimma, 1839.
1 J. K. S e i d e in a n n. Beitrage zur Reformat ionsgescliichte. Leipzig, 187u
* T. e. в Лейпциге.
с A. К i r c li h о f f. Johann Hcrrgott. Buclifiihrer von .Niirnberg und sein tragi-
ches Ende 1527,— AGDB, Bd. I 1878, S. 30.
152
В. Е. М а и е р
трагической смерти там до 1538 г. продолжала издательскую деятельность
его жена Кунпгунда Герготтии.
Владельцы мелких типографий в то время влачили зачастую жалкое
существование. Об этом свидетельствует заявление лейпцигского владель-
ца типографии Вольфганга Штекеля. В 1524 г. на допросе в городском
совете Штекель говорил, что книготорговцы и владельцы типографий на-
ходятся в тяжелом состоянии, они не имеют даже подчас достаточных
средств для пропитания, и если дело будет и дальше так продолжаться,
то они могут потерять свой дом, двор и все источники средств к жизни.
Штекель жаловался особенно на то, что владельцев типографий обязы
вают печатать католические книги, спрос на которые ничтожен. Совсем
иначе обстояло бы дело, если бы разрешалось печатать книги, на которые
имеется спрос, т. е. реформаторские. Теперь же печатники, наборщики
и другие рабочие разорены, они и их семьи испытывают большую нужду.
Многие из них вынуждены наниматься поденщиками па строительство
городской стены 7.
Подобно другим владельцам мелких типографий И. Герготт уже
с 1522 г. перепечатывал произведения Лютера, не имея на это издатель-
ского права. Лютер, например, 26 сентября 1525 г. жаловался городскому
совету в Нюрнберге па пропажу из типографии оттиска его Нового Завета,
обвиняя в краже Иоганна Герготта (und ist mir recht, das Hergetlein soil
mit dran seyn) 8. Продажа тайно изданных произведений Лютера, спрос
па которые сильно возрастал, могла в какой-то мере улучшить материаль-
ное положение Герготта. Это, конечно, пе свидетельствует о том, что
Герготт и Лютер перестали быть врагами.
Иоганн Герготт, как это будет видно из дальнейшего изложения, по
своим взглядам стоял близко к Томасу Мюицеру и, возможно, был лично
знаком с ним. 13 сентябре 1524 г., когда городские власти вынудили
Т. Мюнцера уйти из Мюльгаузена, тот направился в Нюрнберг, где напе-
чатал у Герготта ранее написанный им памфлет против Лютера — знаме-
нитую «Защитительную речь» 9. Некоторые исследователи, правда, сомне-
ваются в том, что в типографии Герготта печатался именно этот памфлет.
Однако неопровержпмо доказано, что в конце 1524 г. городской совет
Нюрнберга конфисковал у странствующего книготорговца Меллерштадта
какую-то кппжечку Мюнцера, напечатанную в типографии Герготта 10.
Меллерштадт за распространение запрещенной литературы тогда просидел
7 AGDB, Bd. I, 1878, S. 25—26: «...yne yrc nahrunge gantz darnieder lige, und wo
es mit yne also in die lenge st ehen solte, wurden sye von buss hoff und alleryrer nahrunge
komen, indem das sie nichts nawes, das zu Wittenberg oder sust gemacht, alhir drugken
und vorkaufen dorffen. Dann welches man genie koufft, und darnach die fragen ist, mus-
sen sie nit haben noch verkauffen, was sie aber mit grossen houffen bey sich liegen haben
dasselbig begert nymandts, und wenn sie es auch unib sust geben wolten... deshalben die
drucker, setzer und andere yrc dinner, dero sich vielc dieses handels bisshere alhir erneh-
ret, in grundt verterben nnd mil yren kindern not leyden. Also das auch etzliche gedrun-
gen limbs tagelon auff der nianwer zu arbeiten...».
8 Cm. A. Kirchhoff. Johann Ilerrgolt..., S. 26. M. Лютер дает фамилию
Герготта в уменьшительной форме, что свидетельствует о резко отрицательном и враж-
дебном отношении Лютера к нему.
° Т h о ш a s М ii n t z е г A I s t е d е г. Hoch vcrursachle Schnlzrede und ant-
word, wider das Gaistlosse Sanfft lebende fleysch zu Wiltenberg, welches mit verkartcr
weysse, diirch den Dicpstal der heiligen Schrift die erbermlicbe Christenhcit als gatz
jamerlich besudelt hat. Anno MDXXIIII. («Хорошо обоснованная защитительная речь
и ответ безбожной сытно живущей плоти впттенбергскои, которая посредством извра-
щений и жульнических искажений священного писания постыднейшим образом осквер-
нила несчастное христианство»), В кп. «Aus deni Kauipf der Schwarmer gegen Luther»,
hrsg. von L. Enders. JIalle. 1897.
10 A. Kirchhoff. Johann llerrgott.... S. 27.
Pointer ироил,едение утопического ко.и иуииолш « / . рмаиии 153
некоторое время в городской тюрьме, причем после его освобождения го
родской совет Нюрнберга счел даже нужным позместить ему убытки.
Самому И. Герготту также удалось легко отделаться: лишь двое его под-
мастерьев были на два дня посажены в тюрьму за то, что они якобы тайно
печатали памфлет Мюнцера. В маленькой типографии II. Герготта, ко-
нечно, совершенно невозможно было тайно от владельца напечатать не-
сколько сот экземпляров мюпцеровского памфлета. '
Наиболее яростный саксонский противник Лютера Истер Сильвий ста-
вит Герготта в одпн ряд с наиболее видными общественными деятелями
Реформации и Крестьянской войны. На титульном листе одного пз
антплютеровскпх произведений Сильвия, вышедшего через несколько дней
после казни Герготта, говорится о том, что Ганс Герготт ставил своей
утопией те же цели, что и Лютер его произведениями, Пфепфер — про-
поведями, а Мюнцер — выступлениями во имя Крестьянской войны 11.
В тексте памфлета Сильвия сказано, что Герготт «сочинил безумную, мя-
тежную фантастическую утопию и воспитал на ней людей» (seinen unsin-
nigen auffruhrischen trawm ertichtet und ertzogen). И даже через девять лет
после казни Герготта Сильвий во втором издании своего памфлета снова
ставит его имя рядом с именами Пфейфера, Мюнцера, Губмайера, Лютера
и Цвпнгли, т. е. со всеми теми, кто, с точки зрения правоверного католика
Нетера Сильвия, был наиболее виновен в социальной борьбе период.i
Реформации и Крестьянской войны.
Остается неизвестным, с кем вместе действовал И. Герготт, стояла ли
за ним какая-нпбудь группа революционно настроенных людей, по сча
стливой случайности не пострадавших во время жестокого разгрома Кре
стьяпской войны, или же сам памфлет был написан с целью сплочения
оставшихся разрозненных сторонников общественного переворота. Одна-
ко бесспорным остается то, что автор памфлета, печатники, тайно наби-
равшие его, и многочисленные распространители его принадлежали к той
категории революционеров, которых не сломили ни поражение в Крестьян-
ской воине, ни жестокий террор, последовавший вслед за ним. Они упорно
продолжали верить в светлое будущее и ставили себе целью в эти тяжелые
Дни вдохновить народ п вселить в него уверенность в то, что не все еще
потеряно. Люди, издавшие памфлет «О новом преобразовании», представ-
ляли себе всю опасность, угрожавшую им. Об этом свидетельствует отсут-
ствие па обложке памфлета указания года и места издания, а также имени
и герба издателя. Правда, типографский герб первоначально имелся на
титульном листе, но пз конспиративных целей он был вырезан, сохрани-
лись только края его, по которым нельзя установить, где печатался пам
флет.
Несовершенство стиля, которым написан памфлет, детальное описание
будущего общества создает такое впечатление, что автор до этого ни
когда не писал для печати. Однако он, видимо, был в курсе разных мнений,
высказывавшихся на многочисленных обсуждениях насущных вопросов
переустройства мира, и принимал активное участие в этих обсуждениях.
Предположение о том, что автором памфлета является кто-нибудь
другой, а пе И. Герготт, представляется маловероятным. Герготт был каз
ней без суда по приказу палача Крестьянской войпы саксонского гер *
Was Luther bat furgenomen mit seinem schreyben
Und N. Pfeyffer gehandelt mit seinem predieen
Und Thomas Miintzer mit den bauren angefangen
Das bat Hans Hergot durch sein trawn wollen vollbringen.
<A’ Kirchhoff. Johann Herrgoti..., S. 2-1
154
В. Е. Л/ а и е р
цога Георга Бородатого, а не осужден городским советом, судившим всех
горожан, что говорит уже о том, что он казался очень опасным человеком.
Нельзя было бы объяснить и то, почему накануне его казни, 19 мая 1527 г.,
в Лейпциге встретились герцог Георг Бородатый, курфюрст Иоганн Фрид-
рих, герцог Генрих Саксонский, ландграф Филипп Гессенский, граф Геб-
хард Мапсфельдскпй и др. Вероятно, но время этой встречи отъявленных
врагов революционного движения окончательно решился вопрос о каз-
ни И. Герготта.
На решение этого вопроса проливают свет и некоторые известные
нам события, предшествовавшие аресту II. Герготта. Судя по отрывочным
данным, в конце 1526 г. памфлет «О новом преобразовании» попал в Лейп-
циг, где его от руки переписали с целью распространения. Весной 1527 г.
городской совет Лейпцига арестовал двух студентов, торговавших копией
памфлета, издателем которого был признан И. Герготт. Вслед за этим
II. Герготт был арестован. Возможно, что это случилось в Цвиккау, где
он скрывался временно у своих родственников, намереваясь в дальнейшем
отправиться в Лейпциг, где у него также имелись родственники 12.
Рукопись памфлета «О новом преобразовании» в настоящее время
имеется в одном экземпляре, принадлежащем Цвпккаускому музею.
Экземпляр памфлета, найденный и описанный Кирхгофом, сгорел в 1943 г.
Памфлет дважды переиздавался — в 1878 и 1953 гг. 13 14 В исторической
литературе до сих пор больше интересовались личностью И. Герготта и
вопросом о том, являлся ли он автором памфлета, содержание же памфлета
не исследовалось ,4. Задача настоящей статьи — проанализировать со-
держание памфлета «О новом преобразовании».
* * *
Главное в памфлете — идея социально-экономического переустройства
общества. Это представляет особый интерес, так как фантастический
идеал «царства божьего» у Томаса Мюнцера не имел конкретных очерта-
ний 15, а воззрения революционных анабаптистов нам известны лишь
в изложении их противников 16 17. Герготт ставит себе цель «во имя чести
господа и общей пользы» (курсив наш.— В. М.) сообщить «бедному люду»
(thue ich arm man wissen) о предстоящих преобразованиях, в результате
которых «господь бог уничтожит все сословия, деревни, замки, монастыри
и создаст новый мир, в котором никто не сможет сказать: это мое» 1т.
12 A. Kirchhoff. Xoch einiges Zll Johann Herrgolts Beziebungeii zu Leip-
zig— AGDB, Bd. I, 1878, S. 232.
13 Cm. AGDB, Bd. I, 1878, S. 37—47; A. (. 6 t z e und L. E. S c h m i t1. Aus
dem sozialen und politischen Kampf. Ilalle, 1953, S. 53—64.
14 A. Kirchhoff. Johann Herrgott...; \V. Loose. Johann llerrgolt.—
«Anzeiger fiir Kunde der deutschen Vorzeit», 1878; J. K. S e i d e in a n n. Johann Herr-
gotl. В kii. «Allgenieine Deutsche Biographic», Bd. 12, S. 210 212; G. В u b. Die
Kalastrophe eines Niirnberger Bnchdruckers in Leipzig. В kii. «Das Bayernland», Miin-
clien, 1931; A. Kirchhoff. Weitere .Xotizen uber Johann Herrgott in .Xiirnherg.—
AGDB, Bd. 6, 1881, S. 252- 255; Bd. 10, 1886, 8. 232—233.
15 M. M. G м u p n и. Народная реформация Томаса Мюнцера и Великая Кре-
стьянская noiiпа. Изд. 2-е, М., 1955, стр. 15.
16 В. 11. Волг ц ii. История социалистических идеи. ч. 1 2. М.—
1928—1935; Я. С. 3 и и г е р. Мюнстере кая коммуна 153!—1535 гг., 1948 (неопуб-
ликованная диссертация) и др.
17 Н. II е г g о t, S. 53: «Zu einer furderung der elire Gottes unnd des gemeynen
nutzes thue ich arm maun wissen das yhcnige das do knnfftig ist also das Gott wil deinut-
tigen allo Stenden die dorffer schlosser stifft unnd Closter und wil eynsetzen eyn new
wandlung ynn welcber wird niemand sprechen das ist meyn».
Ранисе произведение утопцце< кого колеи ум излт Герлнтии 155
Следовательно, с самого начала Герготт имеет в виду общество, где не будет
частной собственности, где все будет принадлежать всем.
С точки зрения автора, новое преобразование будет третьим ио счету:
первое предпринял в свое время бог-отец Старым Заветом (Die erst haL
Gotl der valer gehallen mil deni alien Testament), второе - бог-сын Новым
Заветом (Die andere wandluug hat Gotl der Sohn gehabl mill der well yni ne-
wen Testament), а третье предпримет святой дух (Die drill wandliing wird
haben der heylig geyst). Такие три стадии в развитии человеческого обще-
ства намечались уже в учении Иоахима Флорского в XII в.1" Однако,
в отличие от Иоахима, Герготт понимает под святым духом разум. И если
автор памфлета не был в состоянии освободить свое пре щтаиленпе о ра-
зуме от религиозных наслоений, то это вполне объяснимо для эпохи, когда
единственно понятным массам языком являлись религиозные пророче-
ства 14 * * * * 19. Герготт считает справедливым только то преобразование, которое
основывается па разуме.
В социально-экономическом отношении предвещаются самые корен-
ные изменения: «В деревнях исчезнут межи между наделами, последние
будут принадлежать всей общине и будут избавлены от всяких тягот»
(die dorlier werden gull an guttern vund maiischalteii und von alter beschwe-
rung erlost werden). В новом обществе дома дворянства перейдут к про-
стому люду. Будут лишены собственности ипщеискне ордена, другие
(ордена] будут преобразованы (werden vergehen wie sie yelzo form Iragen),
перестанут получать цензы п ренты (werden auch verlieren was sie haben
von zinsen und renthen). Все станет достоянием всей общины — и лес,
и воды, и пастбища и т. д. (Alle ding werden konnuen zu еунеш gebrauch
der gemeyn als holz wasser woyd etc.).
Наряду с вопросом об общей собственности Герготт уделяет много
внимания уравнительному пользованию. «И опрокинет господь бог стол
изобилия п стол недостатков п утвердитонсреднпй стол» (Got I wird umbstos-
sen den iiberllussigen tisch vn den geringen tisch und besteligen den niit-
teln tisch). И далее: «Все, что на этих землях произрастает, принадлежит
домам господним и людям, живущим в них. Все отдано им в общее поль-
зование. Онп все будут кушать из одного котла и пить из одной бочки...
II все будет находиться в общем пользовании, никто не будет жить лучше
другого... Пахотная земля будет свободна от всяких цензов и оброков» 20.
В новом обществе «все откажутся от личной выгоды во имя общей пользы.
Тогда осуществятся слова, часто повторяемые нашим господом в „Отче
пашем": нам, нам, нам» 21. Предполагалось все излишки продуктов каждой
земли (провинции) свозить в один общий склад, откуда они должны идти
либо в пользу общин, производивших >тп продукты, либо для оказания
помощи другим странам 22. Все будут одеваться в платья определенного
14 М. М. См п р и н. Народная реформация..., гл. II.
19 См. Ф. Э п г с л ь с. Крестьянская война и Германии, стр. !5, где Энгельс
прямо указывает, что, по мнению Т. Мюпцера, «святой дух и есть наш разум».
20 II. Il е г g о t, S. 51: «...Hund allcs das ynn deni finer wecb'l das ist ties Cottes
hans und der ineiischen die darauff seyn. Alle ding ynn genieynen branch verliebeu also
das sie auch werden essen an- eyneni loppl nnd Irincken aus eyneni ca-se... und alle ding
werden ynn genieynen branch кошен so das e> keyner besser haben wirdl denn der ander
mind der finer wird ganlz frey seyn denn man wird weder zinns nOch schalzmig geben».
21 11. Il e r g о I. S. 35: «...und werden hiulegen eyguc nut z suchiiugc nnd genieyne
niitzsiichniige anhengen uber den ganlzen finer denn wird erfnlt werden das Vater miser
mind werden zu synn neinen wortl das der Herr offt yin Vater miser neiint mis mis mis».
22 II. II e r g о t, S. 5G: «Er wird auch sondere hew-er baweu lessen da man суп
thilt die frucht so eyneni ytzlichen finer nberblcyhen zu nutz der gemeyn des land- odder
ander landen zu hulff und guff».
156 В. В. М а й е р
цвета (белые, серые, черные п синие), какие будут наготовлены 23 (Sie
werden tragen eyn kleyd, als sie das anff dem finer erlzeugen komien weys
growe schwartz, blowe). Такая мысль об одинаковой, скромной и даже бед-
ной одежде свойственна не только Герготту, но и родоначальнику утопи-
ческого социализма Т. Мору 24.
Характерно, что Герготт пошел дальше идей уравнительного потреб-
ления. Решающим условием, обеспечивающим уравнительное пользова-
ние, автор считает, наряду с общей собственностью, совместный труд.
В этой связи он решительно заявляет: «И все люди будут трудиться
сообща!» (und es werden die leutte alle erbeyten ynn gemeyn). Более того,
автор поднимается до мысли, что наступит время, когда труд не будет
в тягость человеку, пбо «каждый будет делать то, на что он способен и что
он умеет» (eyn ytzlicher wo zu er geschickt ist und wTas er kan). В будущем
обществе, наряду с земледелием, большое развитие получат ремесла:
портняжное дело, сапожное мастерство, ткачество, кузнечное дело, мель-
ничное, пекарное и др. В каждой местности разовьются те ремесла, в ко-
торых больше всего нуждается человек. «II тогда каждый ремесленник
возьмет к себе кого-нибудь в ученики и обучит его своему ремеслу на
пользу всем» (Auch xvird eyn ytzlicher handwercks man eynen andern zu
sich nemen und yhn das handwerck leren umbs gemeynen nutzes willen).
О том, что общественное производство рассматривалось Герготтом как
неотъемлемое условие идеального строя, свидетельствуют и его взгляды
на устройство будущего общества и руководство общественным произ-
водством.
Выясняя истоки таких новых для XVI в. идей, нам следует иметь в виду
пе только возможное влияние со стороны Т. Мюнцера и той социальной
среды, к которой принадлежал автор, ио н то, что уже в 1524 г. в Базеле
стараниями Клавдия Канцпункулы появился первый немецкий перевод
«Утопии» Т. Мора 25. В «Утопии» идеи общности имущества и коллектив-
ного производства высказывались весьма определенно и иритом без при-
крытия религиозной оболочкой. II именно в это время большая часть швей-
царских политических эмигрантов, в основном анабаптистов, поселилась
в Южной Германии.
Выдвигаемый в памфлете принцип «общей пользы» понимается авто-
ром по-мюнцеровски, т. е. как принцип социального равенства и общности
имущества 26. В новом обществе, с точки зрения Герготта, «все, что на-
ходится в стране, будет принадлежать труженикам полей»27. II далее:
«Все, что может быть произведено на поле, будет им ппщей и питьем, им
всем будут принадлежать леса, воды и все остальное» 28. Таким образом,
главной чертой будущего общества, с точки зрения автора, является отсут-
ствие частной собственности и классов. Это роднит Герготта с передовыми
мыслителями того времени — Т. Мюнцером и Т. Мором. Общественные
23 Говоря об уравнительном пользовании и коллективной жизни, автор, очевидно
для большей наглядности проводит параллель с жнзпыо картезианцев (И. II е г g о
S. 54).
24 Ср. Т. М о р. Утопия. Изд. 2-е, М., MCMI.1II, стр. 118, 125.
25 Первое издание «Утопии» Т. Мора па латинском языке было опубликовано
в 1516 г. в Льеже.
2в М. М. Смири н. Анонимный политический памфлет Великой Крестьянской
войны.— «Вестник Московского университета», историко-филологическая серия, 1958,
А" 3, стр. 131.
27 II. Н е г g о t, S. 56: «...und alles das ynn dem selbigen lande ist wird der fluer-
leute seyn die ynn dein land wonen».
28 H. Herg о t, S. 55: «...und was man atiff dem finer erlzeugen kan wird seyn yhr
speys und tranck alles das do leet ynn dem finer yhr sein als boltz wasser und was das
ist wird zu gemeinem branch kommen...».
Раннее произведение утопического коммунизма в Германии
137
слои, к которым принадлежал Герготт, видимо, больше всего волновало
это конкретное устройство будущего общества.
Радикализм памфлета, написанного в момент поражения крестьян,
когда во всей стране свирепствовал жесточайший террор, особенно убеди-
тельно свидетельствует о том, что автор его принадлежал к группе непри-
миримых революционеров. Еще больше мы убеждаемся в этом при выяс-
нении его отношения к Крестьянской войне и к вопросу о путях перехода
к новому обществу.
Крестьянская война рассматривается Герготтом как проявление воли
господней. «Все дворянство вместе со всеми князьями,— говорит он.—
увидело все могущество и силу господа. II ни один дом, ни один замок
или город не оказались достаточно надежными, чтобы устоять перед гне-
вом божьим. Перед гневом его, как это было видно, все бегут и оставляют
своп дома и замки. И если бы даже император вместе со всеми князьями
захотели, они и в целый год не смогли бы напугать дворян так, как это
сделал господь бог в десять недель. Однако этого пе признают. Говорят,
что это дело рук крестьян. Но я утверждаю, что это не так, ибо что были
бы в состоянии сделать цепами крестьяне против замковых и городских
укреплений?» 29. Считая Крестьянскую войну проявлением божьей воли,
автор указывает также: «Жилища, в которых живет бог,— это бедные
люди, крестьяне и горожане, сотворенные самим богом» 30. Оставляя
в стороне пантеистический смысл этих слов, необходимо отметить, что
Герготт видел в качестве основной движущей силы Крестьянской войны
простой народ •— крестьян и плебеев.
Учитывая обстановку после поражения революционного Движения,
в частности,— отсутствие реальной силы, способной вновь немедленно
восстать, Герготт не призывал в тот момент к восстанию. «Каждый теперь
делает свое,— заявляет он,— ибо, как мне кажется (курсив наш. —
В. J/.), господь бог больше не поднимет крестьян на восстание против
их господ» 3I. Герготт не только не осуждал крестьян за их выступление.
Наоборот, он жалел, что они действовали слишком мягко и нерешительно.
«Господь бог,— говорит он,— поступил слишком мягко в отношении дво-
рян п ученых книжников, направив против них крестьян. Так как они не
осознали этой доброты господа бога, то он в благодарность за крестьян-
скую кровь, подаренную ему дворянами, поднял против них турок и всех
неверных» 32 33.
В период глухой реакции Герготт гневно предупреждал феодалов, что
если бог сам захочет с ними воевать, то с ним нельзя будет так жестоко
обращаться, как с крестьянами (wenn er wirdt sich nicht schlagen lassen
wie man den Bawrn than han wenn Gott vil selber mit each lechten...).
Таким образом, ясно, что автор продолжал верить в неизбежность буду-
щей победы над эксплуататорами :13.
29 II. И с г g о t, S. 61.
39 11. II е г g о t. S. (>2: «АЬег ап den hewsern da Goll ynnen wont das seyn die
armen menschen Bawrn unnd burger die Gott selber geschaflen hat».
31 II. H ergol.S. 62: «Eyn ytzlichs rich! das seyn ans darnmb ich glewbdas Gm
nyiner mchr die Bawrn auff erweckt widder yhre herrschafft mit keyner auffrur».
32 II. 11 e r got, S. 63: «Gott hats dem adel zu gutt gethan unnd den sehrifftgeler-
ten das er das werck uiitt den Bawrn aus hat gericht so sie es nicht haben erkandt das
ers yhn zn cult gethan und yhm undanckbar seyn hat Gott fur das blut der Bawrn das sie
yhni gescbencket haben aul’ferweckt den Tureken mit alien unglewbigen widder sie...».
33 Интересно в этой связи следующее место памфлета: «И господь бог, который
является крупнейшим полководцем, собирается их сразить, п куда сильнее, чем кре-
стьян...» (Aber Gott der eyn reebter feldscbreyer ist gehet yetz und daher unnd will sie
treffen wol gewaltiger dann die Bawrn).— H. H e r g о I. S. 62.
138
H. Г'. 1/ (i :t r p
В памфлете резко осуждается террор, обрушившийся на крестьян после
их поражения. В организации и поддержке террора Герготт обвиняет
ученых-кнпжнвкои. явно имея в виду в первую очередь М. Лютера и его
сторонников. «Учепые-кпнжпнки,— пишет ои, только призывают дво
ряп убивать крестьян, так как те якобы взбесились и уничтожают их зам
ки» :u. С гневом и возмущением говорится в памфлете о положении
крестьян после их поражения. «Теперь крестьянин стоит, как корова па
ярмарке, и каждый может сосать его. Сосите же. учепые-кпижпнкп,и учи-
те дворян, чтобы они высосали все молоко пз вымени этой коровы и не
оставили бы ничего потомству! Дело дошло уже до того, что скоро все
будет высосано. Нет больше пи молока, ни крови, уже умирают от голода
женщины п дети. Ибо ведь повсюду кричали: убивай и души, у кого
имеются руки» 33. Таким образом, тот же автор, который считает справед-
ливым насилие крестьян над феодалами, бичует ученых-книжников за
нх призыв к террору против крестьян. Ссылаясь па учение господа бога
о милосердии, он укоряет учепых-кпнжппков в том, что они не соблюдают
этой заповеди. Если же они думают, что в терроре проявляется милосер-
дие, то он не хотел бы такого милосердия пи в отношении крестьян, ни
в отношении себя. В то же время Герготт предупреждает: «...когда господь
бог проявит такое милосердие в отношении учепых-книжников. то ппкто
пз них не вернется в свой paii» :,в.
Заверение автора в конце памфлета, что его «книжечка пе призывает
к восстанию» (Meyn btichleyn macht nicht aniirnr), указывает лишь на то,
что время после разгрома восставших крестьян он пе считал подходящим
для нового выступления. Об этом же говорят и следующие, исполненные
злой иронии, слова Герготта: «Я пе хотел бы делить выигрыш от восстания
с крестьянами, ибо, как мне кажется, им заплатили достаточно» * 35 36 37 38.
Важно отметить, что в отличие от Томаса Мора, который даже не ста
вил вопроса о том, каким путем совершится переход к новому обществу.
Герготт считает, что этот переход произойдет в результате восстания.
Излагая свои взгляды на будущее общество, автор убежденно заявляет:
«...а творцами его выступят господь бог и простой парод» зь. Автора
памфлета беспокоит, что во время восстания может быть уничтожено
богатство, которое пригодится пароду в будущем обществе, поэтому ои
заявляет: «Пусть же следят, чтобы эти дома (городские и монастырские.—
:u II. II е г р о I, S. 61: «Schlag die Baxcrn zu toile sie seyn rasend und brechen ouch
die Schlosser ist der scln-ill'l gelerten weyslieit». t’.p. у . IniTepa: «...und thun cxie die rasen
den biinile...» (M. I. it t Ii e r. W ider die rauberischen und morderischen Bollen der Bau-
ern. В ки.: M. I. n I Ii e r s Werke. Kritiscbe Gesamtansgabe, Bd. 18, Weimar, l!)n8).
О значении термина «учепые-кппяшпкп» см. прим. 65.
35 II. 11 е г р о I, S. 61: «.. mind steht milieu anil' dem niarrkl das yedcrman dat zu
kommen kan saupl flux yhr schrelftpelerten nnnd lernt den adel das er der kue nichts ynn
dem exxler las und die milch gar nss sauge anff das (|ie jmigen nichts fimlen Es ist Fast
anff der ban das sie es aiisgezogen haben es ist xxeder milcli noch bint da es sterben schier
xxeib nnnd kind hungers es isl ye diesem pesehrey суп gonnpen geschehen Schlag tod mid
xxurgo tod ever heml hab«. Интересно сравнить последние слова с текстом лютеровского
памфлета: «...das xxer am ersteu kan mid шар den selbcn erxvnrgeii, reclit mid wol I lull»
(M. I. и t h e r. Wider die ranbeiischen mid morderi-.clien Bollen der Нанеси).
36 II. II er pot, s. 61 62: «Gott spricht seyt barmherl zig als cucli meyn cater
ist ist das del st lirifft gelerten bannhertzigkeit evil ich sie den Baxxrn lasseu ich evil yhr
niclil begeren Wenn aher Golt, den schrifftgelehrten als baruihert zig isl kempt keyner
nymmer mehr ynn seyn reych».
37 H. И e r g о t, S. 62: «Ich xvolt nicht das ich den gexcin mitt den Baxxrn teylen
solt den sie ey ngenom men haben von yhrer auffrur xvegen ich meyn auch es sey ylin xxol
belzalt worden».
38 H. H e r g о t, S. 58: «...und der xverckmeyster cvird seyn Gott unnd das ge-
meyne volck».
Раннее прпил edenuc утопического коммунизма с Германии
159
В. М.) не были повреждены по время всеобщего волнения люден. Ибо при
новом общественном строе никто пе останется в своем сословии. Uce будут
подчиняться одному общему порядку» ;,в. Такне недвусмысленные выска-
зывания о революционном переходе к новому обществу определенно сви-
детельствуют об общности идей Мюпцера п автора памфлета 1U. Следует
при этом иметь в виду, что памфлет Герготта появился после поражения
восставших крестьян, в тяжелые дин наступившей реакции.
Попятно, что, обращаясь ко «всем духовным и светским сословиям,
дворянам и недворяиам, королю и князьям, бюргерам и крестьянам»,
автор знал, что памфлет не всем понравится.Поэтому он и говорит: «II пусть
никто не обижается. Господа бога пе будет интересовать, злится ли кто
пли нет, он беспощадно будет наказывать» 39 40 41. 13 другом месте Герготт под-
черкивает, что даже дождик и тот не всем нравится, так как после пего
бывает грязно. Так же как богу ист дела до того, правится или нет кому-
нибудь дождь, так и автору пет дела до того, понравится его книга кому
или пет. Книжечка написана «божьим гневом» (es ist geschriebcn nacli dem
zorn Gottes), а это говорит само за себя. В специфической обстановке,
сложившейся после поражения крестьян, Герготт считал наиболее важной
задачей разъяснение народу революционных идеи о необходимости пре-
образования общества. «Необходимо сеять правду» (und zeygt an alle
warheylt),— говорит on. II далее: «Необходимо, чтобы все пророчества
бога были обнародованы, н пе один раз, а много, много раз...» (Aber es
mus alle verkundung Gottes ollenbar xverden aller welt, nicht суп mal ol fl
otit). Именно в этой связи он гневно обрушивается па противников свободы
печати, на лютеран — ученых-книжников. «Поэтому,— говорит он,—
они и требуют громогласно от князей и королей, чтобы те закрывали типо-
графии и не допускали бы, чтобы кто-то хулил пх и выставлял на свет
божий все их злодеяния. Ибо сам дьявол подсказывает им, что пх позор
будет обнажен. Но где же онп были раньше? Ведь нравилось же им, когда
правдиво говорилось и писалось о несправедливости князей и королей,
рыцарей и графов, дворян и недворян. Ведь нравилось же ученым-книж-
никам, когда было доведено до всеобщего сведения о несправедливостях
дворян. А теперь, когда и пх несправедливости будут вскрыты и выставле-
ны напоказ, они грозят убийствами, закрывают все типографии, чтобы
нельзя было выполнять предреченного» 42 43. Необходимо отметить, что яро-
стные нападки автора памфлета на ученых-книжников также сближают
его с Т. Мюнцером этим непримиримым врагом книжников — сторон-
ников Лютера.
Продолжая мысль о необходимости соблюдения в обществе свободы
печати, автор убеждает своих возможных оппонентов, что восстания
39 It. Hergol, S. .">8: «11 ierumb шад шан суп auffselien haben das an diesen hew-
sern nichts zerbroeben werde ynn dieseni anffrnr der nienscheii dnrcli diese verleyliung’
wird keyn niensch ynn seyneni staude bleyben wie er ytzo isl denn sie werden alle zu
eyuer ordnuns komnien».
40 «Теперь, говорит Мюнцер, комментируя пророчества Даниила.— вместо
всех пяти царств насилия па земле наступит царство божие. Это будет делом бога,
которое проявится в борьбе трудящегося парода» (М. М. Сип р н и. Анонимный
политический памфлет Великой Крестьянской войны.— Вестник Московского универ-
ситета». 1958, ,Х» 3. стр. 135).
41 11. II е г ц о t, S. 59: «Darunib darlf niemands zornen Golt frayt nichts darnach
ob er scho zorne Oder las wird seyn si raft nichls als minder fiir sich lessen gehen».
42 H. It e r g о t, S. 6(1- 61.
43 «Мюнцер энергично боролся против книжников и горько жаловался, что они
держат народ в невежестве, так как грамотность п просвещ ине народа представляют
для книжников п их хозяев-господ серьезную опасность» (М. М. С м п р п в. Народ-
ная реформация..., стр. 273—274).
Ii. Е. М а и е р
не могут быть вызваны только книгами и воззваниями, они имеют более
глубокие причины. «Все в силе господа»,— пишет он. Поэтому он подчер-
кивает, что настало время, когда господь бог сам «хочет истребить сорняк»
(denn er xvil das nnkraull ausrotten).
Большое внимание уделяется в памфлете вопросам управления буду-
щим обществом. Говоря об изменении политического строя, автор памфле-
та подчеркивает, что «исчезнет та форма светской п духовной власти, ко-
торая сейчас существует. Будет уничтожено повиновение духовным и
светским князьям» 44. В том числе будет уничтожена и власть императора
п папы 45. Так, автор памфлета говорит: «...бог отстранил обоих пастырей
христианской овчарни, и их деятельность не может быть более плодо-
творн 1Й» 46.
Управление будущим обществом в изображении Герготта выглядит
довольно сложным. На местах будут самоуправляемые «божьи дома»,
«которым отданы земли и столько людей, сколько может на них жить»
(und dartzu mensche soviel eyn ytzlicher tluer ertragen Kan). Во главе каж-
дого «божьего дома» будет поставлен человек, называемый «кормильцем
господним» (gotshaus егпегег), поскольку он должен править во имя чести
господней и на общую пользу (so fern es not ist zu derehr Gottes unnd ge-
ineynem hhIz). Иначе говоря, на этом посту может быть только такой
человек, который выше всего ставит принцип «общей пользы».
«Кормильцы господин» всех «божьих домов» одной провинции (земли)
выберут над собой главу 47. Функции главы провинции строго опреде-
лены. Он обязан разъезжать но провинции п следить за тем, чтобы все
трудились на пашнях — п «кормильцы господни», и крестьяне. В то же
время его должность не дает ему каких-либо доходов или привилегий.
«II будет он кушать и пить вместе с ними то, что они едят и пьют, то, что
они производят на своих полях», ему нпкто не обязан давать ценза и рен-
ты, а труд его будет оплачиваться самим богом 48. Глава провинции (зем-
ли) обязан ежегодно собирать всех «кормильцев господних» два-три раза
и более, чтобы «выясшиь, у кого имеются излишки в земле пли людях»
(uberley odder vil hette an manschafft und gutten horen). Он же обязан
заботиться о хранении и распределении излишков. В случае войны глава
провинции (земли) возглавляет войско, пешее и конное. Автор памфлета
считает, что в будущем обществе не будет постоянного войска 49, так как
44 Н. II е г g о 1, S. 53: «...die geyftlich und weltlich м rden vergehen wie sic yetzu
form tragen auch wird auff geloset Merden der gehorsain der geystlichen und welllichen».
45 Кирхгоф увидел противоречие между основной линией содержания памфлета
и выражением «unserem heiligen Vater dem Papst» (см. A. Kirchhoff. Johann
Herrgott..., S. 31). На самом деле автор употребляет выражение «наш святой отец —
папа» в насмешливом топе, подчеркивая, что все теперь ссорятся между собой п жаждут
крови друг друга, «даже наш святейший отец — папа» (...do gehet erst der rochl streyt
daher als man vor awgen sieht ya nicht. der Tureken alleyn sunder unsrrn aller heyligs-
ten vater der Papst un die hochslen priesler alle mit evmander ynn nneynigkeil unnd eyn
vtzliher begertt des andern hints.— II. II e r g о t, S. 62—63).
4,i II. Il e r g i> t, S. 53.
47 JI. II e r g о t, S. 55: «Die Gottes haws ernen-r werden als weyt eyn ytzlich landl
ist eyn lieiibt odder eynen herrn uber sich kisen».
4Я II. II e r g о t, S. 56: «Diser wird umbtziehen von eyncm finer zu dem andern
als weyt das laud ist nnd eyn auff sehen haben uber alle kirchen ernerer und uber den
gatzen finer das da gehalten werde die ehre Gottes unnd gemeyner nutz. Er wird auch mil.
yhnen essen unnd trincken so gutt als sie es essen unnd auff yhrem fluer erzeugen konnen
unnd was yhni mehr gepurn wird von seyner erbeytt wegen wird er bey Gott erwarten».
40 Ср. T. M о p. Утопия, стр. 10: «Мне отнюдь не представляется полезным для
государства содержать на случай войны, которой у вас никогда не будет без вашего
желания, беспредельную толпу такого рода; они вредят миру, о котором во всяком
лучае надо заботиться гораздо больше, чем о войне».
Раннее произведение утопического коммунизма в Германии 161
«каждый третий человек по первому зову | г.ча вг.т провинции] обязан прийти
ему на помощь и следовать за ним либо пешком, либо верхом» 50. Совер-
шенно исключается эксплуатация главой провинции кого-либо («II все,
что родится в его провинции, будет принадлежать ему и его пахарям»).
Главы 12 провинций (земель) выбирают в свою очередь правителя
этих 12 провинций, функции которого также строго определены. Основ-
ная обязанность его заключается в контроле за справедливым выполне-
нием общественного долга главами провинций. Но и у этого главы не
будет никаких привилегий: «II будет он вместе с 12-юестьи пить все то, что
они производят в своих домах». К нему раз или два в году являются с отче-
тами правители провинций (земель). Он же утверждает их в должности
после их избрания. На него возлагаются обязанности следить за тем, что-
бы никто из правителей провинций не злоупотреблял своей властью, не
преследовал корыстных целей, ставил бы общее выше частного и учил
бы этому других. От него требуется, чтобы он знал священное писание и
полеводство. Знание полеводства, кстати, требуется от всех общественных
деятелей.
Правитель 12 провинций осуществляет власть над четвертой частью
всех стран с населением, говорящим на латинском языке. Л всего в ла-
тинских странах предполагается четыре таких правителя.
По четыре правителя будет н в странах с греческим н еврейским язы-
ками. Пх обязанности и нрава повсюду одинаковы. Двенадцать правите-
лей латинских, греческих и еврейских стран выбирают над собой главного
правителя, который также утверждает пх в должности после выбо-
ров. Главного правителя, по мнению автора памфлета, «утверждает сам
бог».
Подводя как бы итог рассуждениям о политическом устройстве буду-
щего общества, Герготт подчеркивает, что пе будет двух глав лад народом,
будет «один пастырь». Раздоры и беспорядки, происходящие теперь, пре-
кратятся только тогда, когда утвердится «одни пастырь». В памфлете от-
стаивается та мысль, что единый глава особенно нужен мелким деревням,
которые только благодаря ему будут в силе «отстаивать свои пашни от
покушений крупных-городов и господ» * 61. Таким образом, Герготт смело
противопоставляет существующему монархическому режиму феодального
общества выборное, демократическое устройство будущего общества, де-
лению на светскую п духовную власти — единое демократическое управ-
ление.
В памфлете отводится много места религиозным, церковным вопро-
сам. Однако принципиально важно подчеркнуть, что религия и церковь
в памфлете подчинены общественным интересам, а не наоборот. Будучи
противником реформации, автор заявляет: «Все секты будут усмирены»
(Die secten werden gedemiitligt). По и монастырям он пе сулит ничего хо-
рошего. Будут преобразованы все четыре ордена. Монастырям пе будут
платить ин ценза, пи ренты (Die Closter werden die vier orden mid bettel-
stap verlieren die andere reyclie Closter werden auch verlieren was sie haben
von zinsen und renthen). Герготт, следовательно, выступает не только
против чрезмерных богатств монастырей, по фактически за нх ликвп
дацню.
На первый взгляд кажется, что Герготт глубоко религиозен. Так, в его
50 11. 11 е г g о I. 8 .
61 11. II е г g о I, S. 58: «...werden die kleyneu diirffer ylne finer von den grossen
stedicn mid llerrn verteydigen konnen».
11 Средние века, вып. XX
162
В. Е. .Майер
памфлете подчеркивается, что в новом обществе «все люди будут верить
в бога и доказывать свою веру делами: молитвами, постами, почитанием
страстей господних» и т. д. Однако своеобразие взгляда Герготта на рели-
гию заключается в том,что он считает, что в новом обществе все «откажутся
от собственного блага и сделают только то, что будет на пользу всем»
(Sie werden iimb Gots willen nachlassen eygnen nutz unnd gemeynen thuii).
Такая трактовка вопроса о религии в XVI в. свидетельствует о прогрес-
сивных взглядах автора.
В духе эпохи Герготт требует выборности священников. «Из всех них,—
говорит он,— будет выбираться каждый двенадцатый, чтобы он служил
господу и общей пользе» Б2. Это еретическое для XVI в. требование, как
известно, мы находим и в знаменитых «12 статьях» крестьян.
В памфлете предусматриваются упрощенные церковные обряды для
будущего общества. Намечается два поста: перед рождеством и от пасхи
до троицы. Из семи таинств сохраняются три. Остальные четыре относятс я
к «добрым действиям». Миропомазание признается как обращение к свя-
тейшему господу богу, а таинство первого причастия считается возможным
только в возрасте 30 лет. Судя по его памфлету, Герготт является сторон-
ником одной из разновидностей перекрещенческого течения.
Следуя своему учению о единстве светской и духовной властей, Гер-
готт подчеркивает, что обо всех религиозных делах обязаны заботиться
выборные правители. «И в каждой общине,— говорится о правителе,—
он обеспечит почитание господа бога лучше, чем это теперь делают мона-
стыри. Сколько раз люди будут насыщаться телесно, столько раз и духовно
они будут питаться словом божьим» БЗ'Б4. И вместе с тем автор не, только
не религиозный фанатик, а в известной мере вольнодумец» чьи взгляды
характеризуются веротерпимостью. Это особенно ясно видно из его
слов: «Если бог захочет кого-нибудь видеть верующим, то тот и станет
верующим, так я думаю, а другой пусть верит во что он хочет» ББ. За на-
рушение религиозных обрядов наказывают только в том случае, если это
затрагивает интересы коллектива. Тогда весь коллектив, объединенный
в одном «божьем доме», наказывает виновника. Последнего связывают по
рукам и ногам, и все члены коллектива к «великому позору» шагают через
пего 52 * * * 56. Для полной характеристики отношения Герготта к религии не-
обходимо отметить, что он не делает обычных для этого времени ссылок
на богословские сочинения. А известные евангельские слова «воздайте
кесарю кесарево» (Лука, 20, 25) он объявляет отмененными богом. Об
этом станет известно тогда, пишет Герготт. когда народ «перестанет за-
ботиться о личном и начнет заботиться об общем» 57. Все это свидетельствует
52 «...das man alle mal den zwelfften menschen wird auskisen zu dem dienst Gottes
und gemeynem nutz».— H. И e r g о t, S. 54. О выборности священников говорится
и у Т. Мора. «Священников выбирает народ, и притом, подобно прочим чиновникам,
тайным голосованием, во избежание пристрастия» (Т. М о р. Утопия, стр. 206).
33-34 II. II е г g о t, S. 56; «Ег wirdt ynn alien flneren bestellen Gots dienst zuerbal
ten has und besser denn keyn Closter yetzo lial «> offt man die menschen speysen wirdt
dem leybe nach so offt wirdt man die seele auch speysen mil dem wort Gottes».
35 II. II ergo t, S. 63: «Wen Gott glewbig wil haben wird glewbig werden isl
rneyn glawb cyn ander glewb was er woll».
36 II. II e r g о t, S. 55: «...die ander vier fur unite werck haltcn fur eyn unauffles-
1 icli band und wer es bricht wird man seer sl.refflich ballon und das wird die straff ron
den ym hawse seyn das man denselbigen w ird binden mit hendcn und mit fuessen und die
mtnschen werden uber yhn geben zu grosser schand so offl er das Unit».
67 H. H e r g о t, S. 59: «Des diser urlaub war soy wird bewert mit inirackeln und
wundertzeychen soviel der sacben zu glewben nott seyn wird von welcbem das volk wird
fallen увп eyn forcht und lieb Gottes und werden anheben eygnen nutz zubrecben vn ge-
ineynen anheben».
Раннее произведение утопического коммунизма в Германии
163
о том, что автор принадлежал к тем «неутомимым, фанатичным и бесстраш-
ным в своей агитации» анабаптистам, которые в свое время «все более и
более сплачивались вокруг Мюнцера» 58 59 *.
В различных местах памфлета затрагиваются вопросы образования.
Все дети, по мнению автора памфлета, будут с трех- пли четырехлетнего
возраста воспитываться в общественных домах. Обучение предусматри-
вается раздельное для девочек и мальчиков до их совершеннолетия. За
организацию процесса обучения отвечают «кормильцы господни», а вос-
питывать их будут наиболее достойные мужчины и женщины, учитывая
индивидуальные способности и наклонности каждого. Обучение будет
вестись не только по книгам, но и на практике — ремеслам и полеводству.
Не раскрывая полностью этих сторон обучения, Герготт постоянно под-
черкивает, что дети должны воспитываться «во имя чести господней и на
общую пользу» (zu der eher Gottes nnnd geineynem nutz).
Кроме указанных форм обучения, в памфлете предусматриваются для
каждой провинции высшие школы, цель которых также заключается
в воспитании людей «во имя чести господней и на общую пользу». Подчер-
кивается, что высшие школы должны обеспечиваться всеми нужными кни-
гами (und alle burlier die da nutzlich seyn wird man da linden). Наряду c
вопросами воспитания в памфлете рассматриваются вопросы организации
благотворительных учреждений: домов для престарелых, прока-
женных и душевнобольных. Все они должны содержаться за счет
общества “°.
Значительное место отводится на страницах памфлета вопросам право-
судия. Существующее правосудие объявляется порочным, так как оно
находится в руках ученых-книжников. А последние «кого им хочется оправ-
дать, того они оправдывают, правы они пли нет» ®°. Поэтому существую-
щие судебные порядки должны быть отменены и заменены новыми. Чтобы
судить «по правде и справедливости, а не по корысти и как кому хочется» 61,
необходимо, чтобы правосудие осуществлялось 12 мудрецами, выходца-
ми пз народа, ибо всемогущим установлены «права в пользу бедных»
(die recht ein gesetzt hat dem armen zu gut). Подобно тому, как T. Мюн-
цер «предпочитает людей пз простого, трудящегося народа даже в том со-
стоянии внешней грубости п невежества, в котором они сейчас находят-
ся» 62, и Герготт говорит: «Мне кажется, что святой дух даст больше муд-
рости старому необразованному человеку, чем молодому ученому-книж-
нику». С последним господь бог не захочет и знаться, «ибо, когда он был
на земле, он мало встречался с учеными-книжниками. Он боялся их, ибо
знал, что они превратят всю его справедливость и правду в несправедли-
вость н ложь» ®3. Коллегия из 12 мудрецов должна решать все вопросы
демократически, большинством голосов ®4. Защищая идею народного
59 Ф. Зиге л ь с. Крестьянская война в Германии, стр. 49.
59 11. Н е г g о I, S. 55: «Auch werden sie haben eyn haws darynn wird man die
alien nienschen vorsehen mil essen mid (rincken mid alter notturft yhrs leybs das denn
ynn keynem spittai geschicht. Audi eyn haws lur die sichcii des aussatzes des leyhs und
noch eyns fur die die den gebrechen der seelen balun».
в||Н. II e r g о I, S. 58: «...wem sie recht wollen deni sprechen sie recht er hah
recbl odder uniecht».
,il H. 11 e rgo (, 8. 59: «...das man nach warheyt und gcrechtigkcyl richlen sol
nicht aus lieb noch aus gunst».
“2 M. M. С м ii p и и. Народная реформация.. . стр. 274.
вз II. И е г go I, S. GO.
e4 II. 11 е г g о t, S. 59: «...oh finiff man vom rechten nrteil fielcn nnnd liessen sich
den blossen geyst regieren so sein doch die sieben mehr denn die funff nach der selben
siehen urteyl sol man das reclit gehn lessen».
164
В. Е. Майер
правосудия, Герготт подчеркивает, что в сердцах людей звучит голос и
правда святого духа, поэтому только парод может'вскрыть всю несправед-
ливость книжной мудрости в5.
* * *
В итоге необходимо подчеркнуть, что «мятежная книжечка Ганса Гер-
готта из Нюрнберга» свидетельствует о близости автора ее к «плебейскому
революционеру» Т. Мюнцеру. Правда, нельзя безоговорочно объявить
И. Герготта непоколебимым последователем Т. Мюпцера. Памфлет И. Гер-
готта скорей может служить тем недостающим в науке звеном, благодаря
которому удастся более конкретно выяснить влияние мюнцеровских идей,
бытовавших и после поражения крестьян в определенных социальных
слоях города и деревни, на оформление революционного анабаптизма.
Памфлет в известной мере может быть назван революционно-анабапти-
стским. Ценность его заключается особенно в том, что в нем впервые
исключительно наглядно изложены утопические коммунистические взгля-
ды (в типичной для XVI в. религиозной оболочке). Автору не хватало
тех теоретических знаний и того революционного опыта, которым обладал
Т. Мюнцер, однако он глубоко и от души верил, что даже жесточайшая
реакция пе может сломить волю парода. Заслуга автора памфлета «О но-
вом преобразовании» заключается в том, что он не сложил оружия борьбы
против феодализма в тот момент, когда феодальная реакция неистовство-
вала. Он внушал народу веру в будущее и боролся за сплочение револю-
ционных сил, чтобы возобновить наступление на классовых врагов кре-
стьян и плебеев, когда для этого настанет время.
Его отношение к Крестьянской войне, к принципу «общей пользы»,
торжеству будущего бесклассового общества, роли парода-творца, его
непримиримость в отношении к ученым-книжникам и т. д.— все это
убедительно свидетельствует о том, что он прошел суровую школу клас-
совой борьбы под руководством Т. Мюнцера. Однако Герготт выступил
уже после поражения крестьян. В памфлете уже нет острого и гневного
полемического языка мюнцеровских памфлетов. Дальнейшее исследование
памфлета «О новом преобразовании» позволит выяснить ряд новых во-
просов классовой и идеологической борьбы в Германии XVI в.
Zusammenfassung
des Artikels von W. E. Maier «Lber ein Friihwerk
des utopisclien Kommunisnnis in Deutschland»
In den 70. Jahreu des XIX. J ahrhiinderts land man ini Leipziger Archiv
ein Pamphlet «Lber die пене Umgestaltung des christisclien Lebens». Bis
jetzl wurde die Frage nur Gber den Autor des Pamphlets und sein Schicksal
gestellt.
D e Analyse des Tastes des Pamphlets zengt davon, da? sein Antor der
revolutioiiaren Lingebung von Thomas Miinzer nahe war.
85 II. II e r go t, S BO. «Ahcrseyn stym nnd seyn arheyt gehel, da her end klingl
wic eyn pusawn ynn aller menschen hertzen mid offnel alle ungerechtigkeyt der scliril-
tweysen». Под «книжной мудростью» автор понимает «истины», извлеченные из тек-
стов священных книг, по пе осмысленные «живым откровением», т. е. разумом и чув-
ством. Соответственно следует понимать выражение «учепые-книжппкн». Так в свое
время Мюнцер и его сторонники называли сторонников Лютера.
Раннее произведение утопического коммунизма в Германии 165
Der zentrale Gedanken des Pam phlets ist die Idee der sozial-iikonomischen
Vmgestaltung der Gesellsclialt dank welcher das Privateigentum und die
Ungleichheit zwischen den Lenten veniichtet werden. Jedermann wird tun,
«was er капп» und «wozu er liihig ist». Das im Pamphlet angeliihrte Prinzip
des «allgemeinen Xutzens» verstelit sich miinzeriscli als Prinzip der sozialen
Gleichheit und der Gemeinsamkeit des Vermogens.
Der Ubergang zu einer neuen Gesellsclialt wird im Pamphlet als Resul-
tat des Aufstandes des einlachen Volkes, Bauern und Biirger vorgestellt.
Der Autor des Pamphlets reclitlertigt die revolutioniiren Handlungen der
Bauern im Bauernkrieg und spricht sein Mitleid hinsichtlich ihrer zu unent-
schlossenen Anttritte aus.
Im Pamphlet werden Fragen uber die Pressefreiheit, demokratische
Verwaltung, gesellschaitliche Erziehung, gerechte Justiz u. a. gestellt.
ТИБОР В IITTM А Н
«РЕВОЛЮЦИЯ ЦЕН» II ЕЕ ВЛИЯНИЕ НА ВЕНГРИЮ
ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVI в.
В прошлом столетии авторы основополагающих работ по истории цен
Зетбер, Лексис, Авенель, Вибе п др., исследуя «революцию цен» XVI —
XVII вв., ограничивались лишь установлением соотношения цен и зара-
ботной платы. В XX в. буржуазная историческая паука пришла к при-
знанию определенной внутренней взаимозависимости между этими явле-
ниями. Гамильтон в своих работах, в первую очередь в статье 1929 г.
о взаимосвязи между притоком благородных металлов из Америки и раз-
витием капитализма, пытался обосновать вывод о том, чго «революция
цен» явилась главным фактором роста капитализма в Западной Европе.
При этом Гамильтон исходил пз различия между уровнем цен и заработ-
ной платы т. Развивая вывод Гамильтона, Кейнс поспешил дать свое
истолкование истории вопроса, заявив, что вообще наплыв благородных
металлов и повышение цен привели к расцвету цивилизации. Вслед за ним
выступили Неф, Паренти и другие авторы, выводы которых сводились
к положению о решающей роли прибыли, получаемой в результате инфля-
ции 1 2. Даже Чиппола, который сомневался в наличии взаимозависимости
между притоком американских металлов и повышением цен и насмешливо
называл термин «революция цен» простым ярлыком, по существу исходил
пз теории Кейнса: инфляцию он отождествлял с подъемом, а дефляцию —
с депрессией 3. В последних обобщающих трудах по данной проблеме,
в частности в большой работе Ф. Броделя о средиземноморском мире,
мы уже не найдем общих выводов (французские историки цеп очень осто-
рожны); Ф. Бродель просто возвращается к статистическому методу Га-
мильтона 4 * и убежден, что автоматическое движение цен и заработной
платы не зависит от законов экономической эволюции общества. Совре-
менные западные историки цен, заработной платы и денег не склонны
к структурному анализу. В лучшем случае они дают лишь верное воспро-
изведение мельчайших изменений во внешнем проявлении развития.
Поэтому в их работах не получили освещения такие важные вопросы,
1 Е. J. Hamilton. Ainerioan Treasure anil (he Hisc of Capitalism.— «Eco-
nomica», 1929, november.
1 J. M. Keynes. Treatise of Money. London, 193t). Ср. критику этого положе-
ния Виларом (Р. V i 1 а г. Problems of the Formation of Capitalism.— «Past and Pre-
sent», 1956, nov., p. 19 ff.).
3 С. M. C i p p о 1 a. La pretendue revolution des prix et 1'experience italienne.—
«Annales», 1955, № 4, p. 515—516.
4 F. Braudel. La Mediterranee et le monde medilerraneen a 1’epoque de Phi-
lippe II. Paris, 1949.
••Революция lien» и ее tkiu.viiw на liencpum П»7
как закономерности перелива американских благородных металлов из
одной страны в другую, темпы повышения ней п т. д.
По нашему мнению, основополагающее указание для изучения данной
проблемы дал К. Маркс, который придавал огромное значение исследо-
ванию цеп для раскрытия связи между процессами производства и обра-
щения. По Марксу, исследователь должен использовать как статистику
цен на предметы потребления, так и статистические данные, раскрываю-
щие изменения ценности самих благородных металлов. Нас больше инте-
ресуют последние, и именно в том плане, в котором Маркс полемизирует
со взглядами Юма. «Количественная» теория Юма, согласно которой
цены на товары в каждой стране определяются количеством золота и се-
ребра, имеющегося здесь в наличии, представляет особую опасность для
научного понимания факта повышения цен в XVI в. Маркс показал, что
золото и серебро, будучи средством обращения, сами являются товарами,
в которых овеществлено определенное количество труда. Стоимость их,
следовательно, зависит но от их количества в каждой отдельной стране,
а от количества общественного труда, необходимого для их добычи. За-
траты общественного труда на добычу благородных металлов существенно
уменьшились благодаря открытию американских рудников и в результате
введения процесса амальгамирования, что и повлекло за собой падение
ценности золота и серебра. Как замечает Маркс, «в XVI и XVII столе-
тиях не только увеличилось количество золота и серебра, но одновременно
уменьшились издержки их производства — в этом Юм мог убедиться па
факте закрытия европейских рудников» 5.
Если Маркс отбрасывал поверхностные явления, чтобы основные чер
ты процесса повышения цеп стали совершенно явственны, то это пе значит,
что он считал возможным пренебрегать конкретными обстоятельствами
отдельного исторического момента. Как подлинный историк он считал
огромное обесценение денег спутником «периода детства» капитализма.
«...Всеобщая жажда золота гнала народы и государей в XVI и XVII сто-
летиях, в этот период детства современного буржуазного общества, в за-
морские крестовые походы за золотой чашей...» «. Жажда золота, стрем-
ление к накоплению сокровищ — это няньки, стоявшие у колыбели совре-
менного мирового рынка. За спиной собственника товаров, стремящегося
приобрести золото, вырисовываются контуры мирового рынка. «Золото и
серебро помогают созданию мирового рынка, предвосхищая его бытие
в своем понятии как денег». Пх влияние «не ограничивается перио-
дом детства буржуазного общества»6 7 8. Конечно, в это время они играют
специфическую роль. Уменьшение стоимости благородных металлов,
составлявшее основу «революции цен», было, ио Марксу, «единичным эко-
номическим явлением» *, моментом, характерным для начального периода
развития мирового рынка, в котором еще не вспыхнули конфликты ме
жду отдельными элементами капиталистического производства, как это
было в XIX в. Само уменьшение стоимости благородных металлов было
лишь одним нз элементов, характеризовавших возникновение процесса
капиталистического производства. Его влияние и роль зависели от кон-
кретных условий. В то же время само понижение стоимости благородных
металлов могло в сильной степеш! оказать воздействие на направление
развития этого общества. В данном случае в Западной Европе оно могло
6 К. М арке и Ф. Энгельс. Соч., т. 13, стр. 14-4.
• Там же, стр. 139.
7 Там же. стр. 133, 134.
8 См. там же, стр. 162.
Iti8 Г. Н и in in м а н
ускорить развитие капитализма или затормозить его. Но, конечно, такое
влияние могло проявиться не только благодаря отставанию заработной
платы от цен.
Как известно, американское золото н серебро в XVI в. наводнили Евро
ну (через Испанию). К 1620 г. на испанском рынке серебра было в пять раз
больше, чем к 1520 г. Общее производство золота в Америке, Европе и
Африке между 1500 и 1600 гг. почти удвоилось, а производство серебра
выросло в 20 раз. Особенно бросается в глаза увеличение производства
серебра в третьей четверти XVI в.; согласно приблизительным статистиче-
ским данным, к концу этого столетия оно удвоилось ио сравнению <• 80-ми
годами, т. е. возросло с 1 100 тыс. фунтов до 2 800 тыс. фунтов. Однако
в Испании уже в 60-е годы наплыв серебра был огромным. По данным
Casa de Contratacion, в Севилью в 50-е годы прибыло 30 тыс. кг серебра,
в 60-е — 94 тыс. кг, а к 90-м годам эта цифра увеличилась до 200 тыс. кг.
Приток серебра во Францию между 1493 и 1544 гг. достигал 773 503 тыс.
франков, а между 1545—1560 гг. уже 1 107 900 тыс. франков. Эти цифры
характеризуют то изменение, которое произошло в области производства
серебра в середине XVI в. Одним из источников притока серебра были пе-
руанские серебряные рудники (Потози), открытые в 1545 г. Другим, бо-
лее важным обстоятельством, обусловившим наплыв серебра, было ре-
волюционное преобразование техники его производства— распростране-
ние холодного амальгамирования (с 1557 г.), что удешевило производство
этого металла, уменьшив тем самым его стоимость 9.
В дальнейшем предметом нашего исследования будут изменения цеп
и роль этого явления в последней трети XVI п. При этом мы исходим из
того, что при конкретном изучении способа производства следует опреде-
лять влияние изменения цел и внешнего рынка на развитие внутреннего
рынка в каждой отдельно взятой стране. Исходным пунктом для та-
кого анализа может быть лишь тщательное исследование общественного
разделения труда. Отношения между городом и деревней должно рассма-
тривать в связи со всем комплексом факторов социально-экономического
развития Европы.
В своей работе «Основные черты критики политической экономии»
Маркс говорит о цивилизующем влиянии внешней торговли, ссылаясь
на Англию XVI — начала XVII в., где ввоз нидерландских товаров сыграл
решающую роль в появлении избытка шерсти, которую Англия должна
была пустить в продажу. Влияние внешней торговли зависит, по Марксу,
с одной стороны, от того, насколько интенсивен сам оборот, а с другой
стороны, от того, па какой ступени развития находятся элементы произ-
водства внутри страны 10.
Поэтому единственно правильным принципиальным исходным пунктом
нашего исследования должно быть положение о диалектической взаимо-
связи между развитием внутреннего рынка и динамикой разделения труда
внутри каждой отдельной страны, причем последнее играет определяю-
щую роль. В некоторых случаях к такому выводу практически прибли-
жаются и некоторые авторитетные западные историки. Достойна виима-
9 J. L а с о и г-G aye I. llistoire <!> commerce. (. IV . Paris, 1951, p. 83. Gm.
также: Giralt-Nadal. Immigracion francesa у problemas inoiielarios en la Cu-
tulina de los siglos XVI у XVII.— «Helazioni», vol. XII, p. 298 301. Ср. также: D e 1
Маг. Л History of the Precious Metals. Loudon, 1880. О притоке серебра во Франции*
см.: Р. Ц а v е а и. La crise des prix auXVIe siecle en Poitou.- «Bevue llisloriqut».
1929, sept., p. 12. Мы использовали также книгу: Л. I) <• s р а и х. Les devaluations
monetaires dans I’bistoire. Paris, 1936.
10 См. K. Mar x. Grundriss der Kritik der pohtischen Okonornte. Berlin, 1953,
S. 168.
«Революция цеп» и ее влияние на Венгрию !t>9
нпя, например, дискуссионная статья Мевре, в которой ои подчеркивает
важность вопроса о том, каким образом отдельные страны поглощали аме-
риканские благородные металлы, и настаивает на конкретном исследо-
вании экономической структуры каждой страны, так как в различных
странах влияние повышения цен проявлялось потразиому и.
В Западной Европе оно способствовало обнищанию рабочего класса п
экспроприации мелких товаропроизводителей. В первую очередь следует
принять во внимание тот факт, что повышение цеп не сопровождалось
соответствующим ростом заработной платы. В то же время оно создавало
возможность для гигантского обогащения отдельных предпринимателей
в результате всевозможных афер. «Революция цеп» в огромной степени
способствовала накоплению денег, увеличению ростовщического и торго-
вого капитала, главными представителями которого в Европе стали с на-
чала XVII в. голландские предприниматели. «Революции цен» принадле-
жит также важная роль в развертывании торговли. Общеизвестно, что
в Западной Европе в первую очередь возросли цены на сельскохозяйствен-
ные продукты. В то время как во Франции цены на промышленные товары
с 1500 до 1600 г. не увеличились и вдвое, цены на продукты питания воз-
росли в пять раз. В Германии и Англии соотношение между ценами на
текстильные товары и на зерно было 1,5 : 3 11 12. Венгр Мартон Чомбор Сеп-
ти, побывав в странах Западной Европы в 1616—1618 гг., отмечал, что
в Голландии и Англии цены на покупаемое им продовольствие были очень
высоки. Во Франции положение было несколько иным: «Здесь пачал де-
шеветь хлеб, и так продолжалось до самой Праги, ибо во Франции человек
покупает любой хлеб за четыре гроша, тут же может купить за четыре пен-
са. Дешевле хлеб был в Германии, еще дешевле в Чехии» и т. д. 13 Итак,
«революция цен» на Западе способствовала повышению спроса на сельско-
хозяйственные продукты. В основе этого явления лежал факт отставания
сельского хозяйства от развивавшегося промышленного производства и
разраставшегося торгового капитала, хотя производительные силы в сель-
ском хозяйстве также прогрессировали, особенно в Нидерландах 14 *.
В этих условиях «революция цеп» диктовала необходимость увеличения
товарообмена с колониями и с сельскохозяйственными странами, располо-
женными на востоке Европы. Как этот товарообмен, так и общие изме-
нения, происшедшие в области самих цен, вместе с другими разновидно-
стями хозяйственных связей способствовали объединению нескольких
областей Европы в группы по степени их развития в рамках мирового
рынка. Промышленное развитие западных раннекапиталистических или
шедших по пути к капитализму стран в огромной степени способствовало
стабилизации восточных стран как сельскохозяйственных. Возникло такое
региональное разделение труда, наиболее характерной чертой которого
был экспорт зерна в западные страны и крушение промышленного разви-
тия восточных стран, что чрезвычайно удлинило их путь к капитализму.
Указанные тенденции отнюдь не означают простого разделения на «Запад»
и «Восток»: между этими двумя полюсами имеются многочисленные пере-
ходные типы развития. Так, существуют страны, в которых одни области
характеризуются наличием капиталистических отношений, а другие —
отношений феодальных. Примером тому может служить Голландия, где
11 J. М е u v г е t. Simple inise au point. - «Annales», 1955, № 1, p. 49, 51.
12 II. Haussher r. Wirtschaftsgcschichte der Neuzeit. Weimar, 1954, S. 85- 86.
13 M. Szepsi C s о m b о r. Europica varietas. Kolozsvar, 1946, p. 146: cp.
T. Wittmann. Az Europica varietas.— «Irodalomtort. Kozl.», 1956, № 1.
14 S. van Bath. Agriculture in the Low Countries (1600—1800).— «Relazioni»,
vol. IV, Firenze, 1955; E. В a a s c h. Hollandische Wirtschaftsgeschichte. Jena, 1927.
170
7’. If и т m .м а и
вполне определенно но капиталистическому пути развивались вначале
лишь области Голландия и Зеландия. Но при всем этом ярком отличии
существовали вариации и отклонения от двух основных типов развития
в рамках европейского единства, которые проявлялись в различиях цеп,
выражавшихся с математической точностью. Эти смещения цен отмеча-
лись путешественниками-современниками. Их влияние чувствовалось
в повседневной жизни пародов отдельных стран, в будничных заботах
людей, не говоря уже о деятельности государств.
Следует подчеркнуть, что мы считаем 70—80-е годы XVI в. одним из
самых главных моментов кризиса цен. Начиная с этого времени и до
20-х годов XVII в. продолжается особый период в истории цен. Внезапное
ускорение процесса повышения цен и его кульминация в это время, кроме
приведенных выше доказательств, иллюстрируются также кривыми ро-
ста, приводимыми многими исследователями. Достаточно, например, со-
слаться на работы Делатта, Утта и других относительно Нидерлан-
дов, на австрийские источники, собранные Прпбрамом, пли указать на
Итона, который выделяет период 1580—1630 гг. как время наибольшего
импорта благородных металлов, считая 1590 г. кульминационным пунк-
том ,s.
В данной статье мы ставим своей целью осветить влияние «революции
цен» на аграрное развитие Восточной Европы этого периода, и в частности
на складывание «вечного крепостничества» (которое было разновидностью
«вторичного закрепощения») в Венгрии. Не касаясь разгоревшихся в маше
время споров относительно «вторичного закрепощения» 16. мы попытаемся
выяснить наличие причинной зависимости между внезапным повышением
цен и развитием крупного барщинного хозяйства в Венгрии.
* * *
Характерной и важной особенностью последней трети XVI — начала
XVII в. является происходивший в это время в Восточной и Центральной
Европе процесс, выразившийся в огромном развитии товарного произ-
водства в хозяйстве крупных феодалов и в увеличении степени эксплуа-
тации непосредственных производителей. Эти явления имели место, впро-
чем, и в тех странах, где не получила исключительного, господствующего
положения система «вторичного закрепощения». Если мы будем иметь
в виду не саму тенденцию прикрепления к земле, а более общие признаки
этой системы, то мы сможем легче понять существо и движущие силы этого
процесса. Возьмем в качестве примера Австрию, игравшую важную роль
в истории народов Дунайского бассейна.
16 Но данным «Algemene Gescliiedeiiis der Xederlanden» (V, Utrecht, 1952, S. 207),
в конце 80-х н 90-х годах.XVI в. наблюдались наивысшие цепы на пшеницу. Данные
работы Делатта (D е 1 a I t е. Prix el salaires en Hainaut an XVle sieclc) дополнены
>h'ype (G. J о u r e t. Histoirc economique de la Belgique, t. I. Mons, 1937, p. 53 ff.);
см. также II. Van Haul I e. Documents pour servir a 1’histoire des prix de 1381 a 1794.
Bruxelles, 1902, tab. D. В районе Льежа наибольшее повышение цен произошло в
1585 г. (G. Simenon. L’organisalion economique de 1’abbaye de St.-Trond...Brux-
selles, 1912, p. 136); см. также A. F. P r i b r a in. Materialen zur Geschichte der Preise
und Lohne in Oslerreichs. Wien, 1938, S. 270—271, 467—674, 736 ff.; II. Il e a t о n.
Ilistoire economique de 1'Europe, t. I. Paris, 1950, p. 208—209.
16 По этому вопросу см. нашу работу: «As «anforradalom» es a vilagpiaci kapcsola-
lok kezdeti mozzanatai». Budapest, 1957. Следует пояснить, что после поражения вос-
стания под руководством Дожа в Венгрии н законодательном порядке была установ-
лена «вечная» личная зависимость крестьян (1514 г.), которую мы определяем терми-
ном «вечное крепостничество».
«Революция цен» и ее влияние на Венгрию
171
В настоящее время отсутствует сводная экономическая история основ-
ной территории Австрии — владений австрийских герцогов — и трудно
сделать сколько-нибудь цельные обобщения относительно ее аграрного
развития. Поэтому обратимся к частному примеру нескольких отдельных
владений. Весьма характерно, например, положение крестьянства Карин-
тии. Его основную массу составляли так называемые Zinslente — кре-
стьяне, освобожденные от отработок, замененных денежными взносами
(Holden), имевшие право заключать договор с господином и обладавшие,
по существу, правом свободной передачи и наследования имущества.
Меньшая часть крестьянства Каринтии, так называемые Freimen, были
полусвободными и к XVI в. находились на пути к полному освобождению.
Но в этом столетии с усилением государственного налогообложения, когда
подготовка налогового кадастра послужила предлогом для лишения сво-
бодного крестьянства земли, процесс освобождения Freimen был прерван.
Помещики разорили также и свободных крестьян (Edlinger), обладавших
небольшими ленами. В имениях же Габсбургов уже наблюдались в это
время случаи крепостной зависимости (Leibeigenschaft). Но последняя
не стала общим явлением, и усиление эксплуатации крестьян принимало
здесь другие формы. Помещичье товарное производство вело к увеличе-
нию денежной ренты, к узурпации крестьянских прав наследования,
покупки имущества и т. д.— в общем к усилению отягощения крестьянина.
Образовалась система подданства (Untertan), которая привела к более
тяжелой форме эксплуатации по сравнению с предыдущими. Утверждение
отношений подданства означало крах стремлений к свободному крестьян-
скому землевладению, а римское право закрепило победу помещичьей
собственности. Новые формы подданства ликвидировали различия в по-
ложении отдельных слоев феодально зависимого крестьянства — крепо-
стных, полусвободных и свободных 17.
Аграрное развитие Штирии было сходным. Судьбу всего штнрий-
ского крестьянства, как в капле воды, отразили изменения в имении
Штейн, крестьянское население которого как раз в это время стали при-
нуждать к исполнению различных отработок. В урбарии этого имения от
1564 г. нет ни слова о домене и об увеличении барщины. А несколько лет
спустя провиантмейстер стремится к введению большей барщины и приду-
мывает новые виды отработок, сурово карая недовольных. Владелец име-
ния требует исполнения барщины и от жителей города Феринга (Fehring),
который также входил в его владения 18.
Последствия товарного производства в помещичьих хозяйствах были
весьма значительными. Однако и в Штирии, и в других районах они не
привели к крепостничеству. Тот поворот, который произошел в судьбе
австрийского крестьянства ко второй половине XVI в., выразился в обра-
зовании подданнической зависимости. Наиболее характерен в этом отно-
шении пример Верхней Австрии, где была сравнительно сильная прослой-
ка свободного крестьянства. В середине столетия здесь усилилась фео-
дальная реакция. Помещики стали стремиться к увеличению денежных
повинностей, ввели в систему уплату крестьянином в случае ухода
17 Такое мнение существует и в австрийской историографии. См., например
F. Т геше 1. Dor Friihkapitalismus in Innerosterreich. Graz, 1954, S. 49; 11. E b-
n e r. Von den Edlingern in Innerosterreich. Klagenfurt, 1956, S. 44—59; W. F r e
sacher. Die personliche Stellung des Baucrs in Kiirnten. Klagenfurt, 1950 (см. осо-
бенно S. 140—141, 152—153, 157—159).
le F. T г e tn e 1. Oberosterreich und Steiermark in ihren wirtschaftlichen Bezie-
hungen.— «Zeitschrift des historischcn Vercins fiir Steiermark», 1953, S. 164; F. P о s c h.
Der Kampf ши die Freiheit der Untertanen der Herrschaft Stein.— «Zeitschrift des his-
torischen Vereins fiir Steiermark», 1951, S. 56—57, 59—60.
172
/'. Ii и m in м a n
особого взноса (Freigeld), размер которого равнялся одной трети или даже
половине крестьянского имущества. Чтобы парализовать действие «ре-
волюции цеп», помещики прибегали и к другим методам: онп заменяли
денежную ренту натуральной и сами реализовали продукты. Появился
Aiilailrecht. (право преимущественной покупки) и другие помещичьи мо-
нополии. Г. Грюлль отметил, что во второй половине XVI в. помещики,
наряду с требованием барщины и ее выкупа, начали взимать с крестьян
особый барщинный налог и проявляли стремление увеличить сумму выкупа
отработок.
В Пп/кпеи Австрии значение отработочной ренты возрастало в боль-
шей степени. Но и здесь этот процесс не привел к крепостничеству. Поме-
щики добивались нужной нм рабочей силы своеобразным способом — при
помощи государства. В Нижней Австрии в 1564 г., а и Верхней в 1581 г.
они получили законное право использовать крестьянских детей в каче-
стве батраков-челяди.
Осуществление этого мероприятия, являвшегося выражением тенден-
ции развития помещичьего товарного производства, было первым призна-
ком наступления феодальной реакции. Против нее с мощной силой развер-
нулась классовая борьба крестьянства, завершившаяся в конце столетия
восстаниями как в Нижней, так и в Верхней Австрии, Крестьянское вос-
стание 1595— 1597 гг. в Верхней Австрии было особенно значительным
этапом борьбы австрийского крестьянства 19.
Что касается чешских земель, находившихся под господством Габс-
бургов, то здесь тенденция к развитию «вторичного закрепощения»
стала всеобщей лишь со времени Тридцатилетней войны. Хотя уже с се-
редины XVI в. на чешских землях значительно возросли размеры товар-
ного производства крупных магнатов, однако в то время самым главным
его компонентом было пе доменпальное хозяйство. По мнению А. Мики,
в Южной Чехии доменпальное хозяйство п это время не производило в зна-
чительных количествах зерно на рынок. В середине столетия гораздо боль-
шее значение имели помещичьи пивная монополия, мельничные баналп-
теты, рыбные ловли и т. д.20
По существу таким ;ке было и аграрное развитие Венгрии. И здесь,
начиная с шестидесятых годов, растет производство товарного зерна «но-
выми магнатами». Но внешний рынок не был главной побудительной при-
чиной этого. Достаточно отметить, что с 1567 г. в Венгрии существовал
запрет па вывоз зерна, а австрийские власти способствовали ввозу туда
зерна из Австрии 21 22., Большое значение для помещичьего хозяйства в Вен-
грии имели те доходы помещика, которые он получал в результате своей
монополин на продажу пина (edncillatio). Уже в 1570 г. казначейство ха-
рактеризует их как обычный источник средств. Статья 36 закона 1550 г.
впервые обеспечила землевладельцам право преимущественной покуп-
ки ". Возникла целая система помещичьих монополий (главные из них —
la G. G rii 1 1. Die Robot in OberosItTreicli. Linz, 1952: A. II о f f in а п n.
Wirlscliarisgesckiclite des Landes Oberiislcrreicli, Bd. I. Salzburg, 1952; II. IL С a M o-
x и на. Феодальная реакция в Австрия во второй половине XVI и. и крестьянское
восстание 1595 -1597 гг. - <’.б. «Средние века», ныв. V, 1954.
20 А. VI i k a. Feiidalni velkostalek v jiznicli Cecliach (XVI -XVII stoL).— «Sbor
nik Historicky», I, 1953, s. 142—1119 и сл. В более поздней статье Л. Мика решительно
высказывается и том смысле, что создание прудов не повлекло за собой массового раз-
дела земли, перво начального накопления (см. «Ceskoslov’ensky Casopis llistoricky»,
1954, № 2).
21J. В e 1 i t z k у. A magyar gabonakivitel tortenete 1860-ig. Budapest, 1932,
24—26. 1.
22 G. К о m о г б с z у. Nadasdi Tamas es а XVI. szazadi magyar Bagybirtok
gazalkodasa. Budapest, 1932, 106. 109. 1.
Революция цен» и ее елияние на Венгрию
173
содержание мясной ланки и мельничные баналитеты). В то же время посте-
пенно увеличивалась барщина. Законы государственного собрания 1556 г.
были направлены на решительное пресечение побегов крестьян и положи-
ли начало системе так называемых «судов по возвращению крепостных».
Иштван Сабо первым обратил внимание на то, что это магнатское имение,
превращавшееся в доменпальное хозяйство, нужно рассматривать в ка-
честве «переходного типа», важнейшей чертой которого является пе полу-
чение доходов с домена, а извлечение их из различных помещичьих моно-
полий. Благодаря использованию последних помещик не только получал
продукты, которые он мог продать, ио насильственным путем создавал
себе рынок, ибо свои продукты «он мог без какой-либо конкуренции сбыть
своим же крепостным» * 21 * 23. Это явление наблюдалось не только в Венгрии.
Мы уже кратко упоминали в связи с Anfailrecht и пивной монополией
о том. что на австрийских и чешских территориях крупные магнатские
хозяйства, развивавшие товарное производство, также прошли этап
интенсивного использования помещичьих монополий. Специфика чеш-
ских, австрийских и венгерских условий состояла в том, что в Венгрии
с 1514 г. массы крестьянства были закрепощены и у господствующего клас-
са было правовое основание для удовлетворения растущих потребностей
в рабочей силе, в остальных же странах такое основание отсутствовало
и там (главным образом это относится к Австрии) на первый план все бо-
лее выдвигалось принудительное использование батраков-челядн. Были
и другие пути закрепощения крестьян. Например, в Баварии Dieiistzwaiig
н Gesinilezwang, сформировавшиеся уже в первой половине XVI в., со
второй половины этого столетня все более уступали место труду прикреп-
ленных к имениям крестьян (gutsunlertanige Bauern) 24. Развитие барщин-
ного хозяйства определялось, таким образом, конкретными условиями
той или иной страны.
Выгоды товарного производства в сельском хозяйстве использовали
прежде всего крупные феодалы. Этому во всех странах предшествовал
подготовительный этап, продолжительность и признаки которого можно
наметить. Полное развертывание подготовительного этапа приходится
на период, начавшийся в 60—80-е годы XVI в. Существенные признаки
этого этапа: усиление феодальной реакции, направленной против городов
и крестьянства; оттеснение на задний план городов в экономическом и
политическом отношениях; обострение классовой борьбы; крестьянские
восстания; усиление роли сословий (прежде всего магнатов) в управле-
нии государством; иногда — сословная анархия (Польша) пли засилье
князей (Германия); наконец, рецепция римского права как выражение
идей укрепления феодальной собственности. Советские, немецкие, чеш-
ские. словацкие, польские и венгерские историки согласны в том, что ука-
занный процесс, который ускорился во второй половине XVI в., можно
счптать завершившимся в период Трпдцатплетпей войны. При этом они
опираются па выдвинутое Энгельсом положение о «новой форме хозяй-
ства» 25.
23 I. Szabo. Tanuhnanyok а magyar paraszlsag Iortenclebol. Budapest, 1948,
191—192. 1. О системе монополий см. там же, стр. 185—190.
21 II. Р 1 a t z е г. Geschichte der liindischer Arbeitsverhallnis.se in Bayern. Miin
chen, 1904, S. 35—37.
16См.Ф. Энгельс. Марка. В кн_: Ф. Э и г е л ь с. Крестьянский война в Гер-
мании. М., 1953, стр. 125; см. также «Магх — Engils — Lenin —Stalin zur deutschen
Geschichte», Bd. I. Berlin, 1953, S. 571—572. В отношении Венгрии с.м.: Z. Р. Рас h.
Az eredeti tokefelhajinozas Magyarorszagon. Budapest, 1952,39. 1.; «Magyarorszag lorte-
nete», 1/2, Budapest, 1958, 116—125. 1.
174
Т. Н и г» m .м а н
Хронологическая последовательность указанных явлении имеет осо-
бую важность при обобщении тех факторов, с учетом которых можно на-
метить направление развития стран Габсбургской монархии. К числу та-
ких факторов следует прежде всего отнести перемещение центра мировой
торговли пз Средиземноморского бассейна в Атлантику, что подорвало
городское развитие придунайскпх стран. Определенное повышение спроса
за границей на сельскохозяйственные товары не могло возместить ущерба,
понесенного вследствие изменения центра мировой торговли. Можно
утверждать, что внешний рынок играл незначительную роль в аграрном
развитии этих стран, хотя данный вопрос требует еще дополнительного
исследования, например тщательного изучения роли внутренних водных
путей и др. Нужно продолжить изучение дунайского судоходства, пред-
принятое в отношении Венгрии Шандором Такачем 26, который указал
и неизвестные до него пути использования этой реки для внешней торговли
в направлении к Нюрнбергу и Аугсбургу. Мы знаем также, что пунктом
сосредоточения восточноевропейской торговли был Лейпциг 27. История
вывоза из Венгрии скота и вина не может дать реального представления
о внешней торговле этой страны в исследуемый период 28.
Внешняя торговля лишь эпизодически могла способствовать форми-
рованию хозяйства крупных магнатов, основанного на товарном произ-
водстве продуктов сельского хозяйства. Внутренний рынок давал для
этого большие возможности, если принять во внимание спрос на продо-
вольствие со стороны городов, необходимость удовлетворять потребно-
сти государства, а также факторы, связанные с военной конъюнктурой.
Одним пз недостатков венгерской и словацкой историографии является
отсутствие исследований по экономической жизни городов именно с такой
точки зрения. В этой связи стоит сослаться хотя бы на один уже известный
пример: город Шельмецбанья в 1570—1580 гг.29 приобретал ежегодно
у соседних магнатов, в том числе и у Иштвана Добо, по 2—4 тыс. век 30
зерна. Лучше, хотя и далеко не достаточно, изучены другие факторы:
войны против турок, снабжение пограничных крепостей, поставка про-
довольствия армии, отчуждение государственных имений. Значительную
роль играл крестьянский потребительский рынок, помещичья монополия
на сбыт крестьянам своих продуктов. Этому следует уделить большее
внимание 31.
Итак, что характерно для общественного развития этих стран? В ре-
зультате огромных сдвигов на мировом рынке в XVI в. и действия других
дополнительных факторов прежняя пропорциональность в развитии то-
-в S. Т a k a t s. A dunai hajozas.—MGSz 1900: его же. Niirnberg varos la-
n.icsa es Magvarorszag.— «Szazadok», 1902. О Ilaccav см. его же работу в MGSz.
1905.
27 S. Takats. Xiirnberg varos tanacsa...—«Szazadok», 1902, 865—867. 1.
О Лейпциге см.: .1. К u 1 i s c 11 e r. Allgemeine Wirtschaftsgcschiclile, Bd. II. Ber-
lin, <1954>, S. 255.
23 О вывозе зерна см. работу: J. В с 1 i t z к у. A magyar gabonakivitel... О вы-
возе вина см.: A. D i v ё к у. Felsdinagyarorszag kert kedelmi osszekottetesei l.en-
gyelorsztiggal. Budapest, 1905; G. К о m о г б c z у. A XVI. es XVII. sz. lengyel keres-
kedelenipolitika ininyai es a magyar borkivitel. — «Becsi Magy, Tort. Int. Evkonyve».
1934; его же. Borkiviteliink eszak fele. Kassa, 1944.
20 J. S о b 6. Selmecbbanya sz. kir. varos tarsadalma, ipara es kereskedelme a
XVI. szazad masodik felebcn. Budapest, 1910, .31—32. 1.
30 Века (veka) — мера сыпучих и жидких тел, равная 1 ’,3 или *4 кёбёлн.
Размер последнего колебался от 62,5 до 125 литров (прим, перее.).
31 В последнее время этот вопрос исследовал Ференц Макшан, правильно подчерк-
нувший те различия, которые имелись между отдельными частями страны в области
развития домениального хозяйства (F. М a k s а у. Parasztsag es majorgazdalkodas
а XVI. szazadi Magyarorszagon. Budapest, 1958).
((Революция цен» и ее слияние на Иенгрию
175
варного производства стран Центральной Европы была заметно нарушена.
Товарное производство в городской промышленности начало приходить
в упадок, зато стимулировалось производство товаров землевладельцами,
вследствие чего не только уменьшалось экономическое значение городов
перед лицом наступавшего дворянства, но и в недрах крестьянского хо-
зяйства товарное производство не могло получить, значительного разви-
тия из-за привилегированного положения господствующего класса. Из
трех секторов товарного производства лишь помещичий развился полно-
стью. Это был длительный процесс, и история осуществила свой суровый
приговор.
Из числа тех факторов, которые были характерны для общественного
развития стран Центральной Европы, мы хотим коснуться роли «револю-
ции цен», влияние которой проявилось во всей Европе. Это не означает
стремления полностью осветить данную проблему или придать «револю-
ции цен» большее значение, нежели она имела в действительности.
Безусловно, следует отметить, что «революция цен» способствовала
в одно и то же время развитию совершенно различных, а в определенном
смысле даже противоречащих друг другу процессов: на западе Европы —
тенденции роста свободного крестьянства и капиталистической аренды,
на востоке же — благодаря стимулированию товарного производства
в магнатских хозяйствах — складыванию так называемого «вторичного
закрепощения». Как же осуществлялось влияние «революции цен» в более
отсталых восточных странах, например в Венгрии, разделенной тогда
на три части?
Западная буржуазная историография проделала достойную продол-
жения работу по сбору фактического материала относительно истории цен,
заработной платы, денег и кредита. Но ее внимание не привлекли страны,
расположенные восточнее Австрии. Понятно поэтому, что буржуазные
историки считают ничтожным масштаб повышения цен в Центральной
Европе. Например, даже в последнем обобщающем труде, книге Хаусхер-
ра. мы находим утверждение о том. что в Восточной Европе пе было повы-
шения цен. так как благородные металлы попадали в сокровищницы фео-
далов 32. Если не считать немцев и австрийцев, историки из Восточной и
Центральной Европы не придавали проблеме цен большого значения.
Единственное исключение составляет польская историография, выдаю-
щиеся представители которой — Гошовскпй, Пельц, Томашевский.
Адамчик, Гумовский, Тыменецкпп и др.— занимались движением цен и
валюты в Цолыне (Львов, Краков, Люблин, Познань и т. д.) в XV[ —
XVII вв.33В Чехословакии почти нет соответствующих исследований, но
современная чехословацкая историческая наука начинает обращать вни-
мание на важность этой проблемы 34. В Венгрии нет обобщающей работы
по истории цен в XVI—XVII вв., если не считать устаревшей книги
Дьюлы Харко. Фундаментальная история денег в период династии Арпа-
дов, написанная Балинтом Хоманом, не была продолжена. Ференц Ко-
вач, Михай Хорват, Игнац Ачади, Лайош Кемень и другие занимались
частными вопросами. Бела Фёльдеш посвятил себя исключительно сбору
фактического материала. Характерно также, что Хоман и Секфю в своей
32 II. II auss li е г г. Wirtscliaftsgeschichte der Neuzeit, S. 84.
33 См. J. Rutkovski. Histoire economique de la Pologne avant les parlagcs
Paris, 1927. Повое изд. в русском переводе: Я. Рутковски й. Экономическая
история Польши. М., 1953.
34 J. J а n а с е k. Rudolfiuske drahotne rady. —«Rozpravy Ceskoslovenske
Akad. Ved*, 1957.
176
Т. В и m m .и а и
«Венгерской истории» (т. Ill) уделили повышению цен лишь четыре
строчки 35 * * 38.
Исследованию проблемы цен, и в особенности обобщению материала
но этому вопросу, мешает то обстоятельство, что последнее требует под-
готовки кривых изменений цеп для каждого района и города в отдельно-
сти, а также анализа тех факторов, которые определили эти изменения
(уровень производства, эпидемии, войны, влияние внешнего рынка, клас-
совой борьбы и т. д.) и установления роли каждого нз этих явлений. Мы,
наверное, не ошибемся, если укажем на сугубо отрицательное значение
для исследования истории денег тезиса, согласно которому сама «револю-
ция цеп» не играла .значительной роли в подорожании товаров в Централь-
ной Европе, поскольку оно, якобы, было в первую очередь следствием раз-
рушения производительных сил, результатом войн. Многое в этом утвер-
ждении заставляет тщательно его взвесить. Обращает на себя внимание,
в частности, то обстоятельство, что до последних десятилетий XVI в. по-
вышение цен в Чехии и Австрии было значительно меньшим, нежели
в Венгрии, представлявшей собой в это время театр военных действий.
Во время Пятнадцатилетней войны это различие быстро увеличилось.
Но мы видим и другое. Так, па пражском рынке между 1577 и 1605 гг.
цены па шкуры крупного рогатого скота увеличились на 1(>—25%. на те-
лячьи па (>(>%. на овечьи па 33,3%. а цена на пиво в период 1578 —1615 ri.
повысилась более чем па 718%. Одновременно цены па суконные изделия
поднялись лишь па 6,6'%; что касается отдельных колониальных товаров,
то здесь можно констатировать снижение цен (например, цена корицы
между 1586 и 161)7 гг. уменьшилась на 37,5%. перца на 56,6%). В Польше
между 1530 и 1590 гг. цена крупного рогатого скота увеличилась на 280'%.
ржи иа 108%, в то время как цена заграничного текстиля повысилась
лишь па 68'%. Аналогичное положение было и в Австрии. В Нижней
Австрии между 1566 и 1611 гг. цена мяса удвоилась, в Верхней Австрии
овес подорожал в три раза, меньшие отклонения произошли в ценах на
промышленные товары. В противоположность этому, в Венгрии повышались
главным образом цепы на промышленные товары. Особенно высоки были
цепы па ввозившийся из-за границы текстиль. Если Чехия отдавала своп
богатства за западные (немецкие) изделия, то в еще большей степени это
относится к Венгрии. История денег и цен свидетельствует пе только
о приостановке городского развития в отдельных областях Центральной
Европы, но и о разнице в уровнях этого развития в каждой из стран зс.
35 Ссылки па о< новоиолагиющие работы Вела, Шёппнзиера. Рети, Эрди, Вельхаш
ем. и книге: I). 11 а г I; б. A peuz tortcnete Маеуагог<г;'щоп 1.326 —11)08. Koloz-var.
1912; см. также: В. Fiildrs. Adalekok М airyarorszac iirslal iszl ik;ij;ihoz 120o-idl
etjesz I8o0-ie. Budapest, 1902; M. 11 о r v a I h. A kereskedeleill es ipar lorle’nete. Pe-t.
1872. () Венгрии см. также в книге: S. Becher. Da soslerreicliische Mi'ni7.\xe«en,
Bd. I. Wien, 1838. Для научения этих попросив можно пользоваться материалами ра-
бот: A. I) е s р а и х. Les devaluations inoiielaires dans I’liisloire. Paris 193(i, I. A c-
s a (1 i. Kozeazdasaiji allapolaink a XVI. es XVII. szazadban. Budapest, 188!), 23. 27,
33 -39. 11 -'t2.l. Поданным Ачадп, цепа одного кёбёля пшеницы поднялась с 't't дсп.
п 1322 г. до 11)0 ден. я 11><)0—16125 гг. Небольшие сообщения Ференца Ковача, Лапшна
б’емеия п других см. в журналах: «Sz.iz.adok» и MGSz. Статья Д. li’epcKcilia - - MGSz.
1902: V. Mr.iz. Belhlen Gabor iraz.ilas;iep<dilik.ija.— «Sz.iz.adok». 1953, 1. sz. Ср. также
работы Штимаконича. Копшба, В. Демко. Главные источники: отдельные тома Corpus
Slat iiloruin. отделыпяе номера «Tortenelmi. Таг» (189'i г.. 1901 г. н др.), и особенно
архивные материалы — документы помещичьих хозяйств из Государственного архива
Венгрии, Постановления о размерах цен, протоколы городских собрании, хранящиеся
в городских архивах (в том числе в Словакии); в некоторых случаях могут быть исполь-
зованы воспоминания современников п семейная переписка.
38 J. J а п а с е k. Dejiny obchodti v predbelohorske I’raze. Praha, 1955.
«Революция цеп* и ер влияние ни Венгрию
177
Отделить влияние притока американских благородных металлов от
последствий войн при выяснении причин повышения цеп можно лишь
с помощью сравнительного метода. Следует подчеркнуть, что «революция
цеп» в Центральной Европе проявлялась пе в своих непосредственных,
закономерных формах, т. е. в отношении итого района нельзя говорить
о большом притоке благородных металлов с Запада. Бросается в глаза
прежде всего проникновение в обращение испорченных денег, а также
смешение в огромных масштабах различных валют. В этом смысле харак-
терным примером является денежный ящик одного пражского торговца,
в котором были представлены все денежные единицы, от немецкого талера
и польского дуката до венгерского и рейнского золотых, включая и де-
нежные знаки Чехии. Известно о проникновении талера и крейцера в Че-
хию и Венгрию, что уже Бехер в своей известной работе поставил в связь
с политикой Габсбургов 37. Особую проблему составляет наплыв польской
иолтуры, против чего законодательство Венгрии с 1492 по 1618 г. выступало
12 раз. Серебряный грош в Польше, начиная с 1555 г., быстро обесцепи
вается по сравнению с золотым талером, содержание серебра в нем уменьша-
ется 38. Вопрос о притоке иолтуры нельзя решить без знакомства с денежной
системой Полыни, тесно связанной с мировым рынком. Не случайно
каналами для поступления обесцененных денег в Центральной Европе
стали Германия и Польша, которые, хотя и разделяли с другими стра-
нами невыгоды территориальной отдаленности от центра мировой тор-
говли, все таки находились с ним в непосредственной и деятельной связи
через отдельные свои города. В настоящее время можно лишь строить пред
положения относительно более детальных обстоятельств инфляции, но
во венком случае нужно подчеркнуть, что полноценные деньги (благород-
ные металлы) шли туда, где было более развито товарное обращение и
была большая покупательная способность. У пас, в Венгрии, в этот пе-
риод товарное хозяйство находилось еще и процессе становления, уровень
покупательной способности населения был низок и недостаточен, плот-
ность населения мала. В то же время повышение цен приводило к значи-
тельному увеличению массы испорченных разменных денег, имевших
хождение в пароде. Кроме того, множество благородных металлов
осаждалось в виде сокровищ и таким образом изымалось из обращения, в ко-
тором главную роль играли разные обесцененные денежные единицы.
Инфляция, обусловленная многими местными обстоятельствами, была
одной из стороп повышения цен в XVI—XVII вв.. а разница между стои-
мостями полноценных и обесцененных денег проливает свет па ситуацию,
сложившуюся в каждой отдельной стране.
Другим важным отправным пунктом сравнительного изучения про-
блемы должно быть тщательное исследование состояния горной промыш-
ленности Центральной Европы, занятой добычей благородных металлов.
Яркую картину упадка добычи золота и серебра в Верхней Венгрии
{Словакии), Чехии, Австрии п Саксонии нарисовали в одинаковой сте-
пени верно Неф и Меидль я®. Недостаточно исследовано положение во * 36
37 S. В е с 11 <• г. Das osterreichische MiinzMescii, 5. 7о 78. О притоке обесценен
пых заграничных денег п австрийские владения говорится в патентах 1.772, 1573,
1574 гг., о запрещении чешских и венгерских денег в наследственных владениях Ганс
бургов— в распоряжениях 1581, 1584, 1586, 1588. 1591, 1592, 1593 гг. В 15-47 г. из
одной марки изготовляли 89 чешских грошей, в 1617 г. уже 167 грошей, т. е. умень-
шение стоимости марки составляло почти 1ОО°о (ibid., S. 146).
36 J. Hulkowski. Histoirc economique de la Poloene.... p. 203—205: Я. P ут-
ков с к ii ii. Экономическая история Польши, стр. 215—219.
33 J. I . N e f. Silver Production in Central Europe 1450—1618.— «Journal of
Political Economy», 1941, A"" 4; «The Cambridge Economic History in Europe», vol. II,
12 Средние века, вып. XX
178
Т. В и гн hi .ч а п
второй воловине XVI в., по па основании имеющихся данных можн<
утверждать, что производство благородных металлов и меди в Централь-
ной Европе (например, в Бестерцебанье) упало не настолько, чтобы не
оказывать влияния на образование цеп в странах этого района 40.
Целесообразность исследования ситуации, сложившейся в местностях,
где была расположена горная промышленность, определяется не толью»
важной ролью материала, шедшего па производство денег. Анализ соотно-
шения между ценами па сельскохозяйственные продукты и промышлен-
ные товары н их взаимного влияния облегчается, если мы имеем дело
с какой-либо одной местностью. С другой стороны, районы горной промыш-
ленности более чутко реагировали па общеевропейские изменения ценно-
сти благородных металлов. С обеих этих точек зрения привлекают внима-
ние те сдвиги в ценах, которые произошли в верхневенгерских горных
городах в рамках изучаемого периода (1560 1580 гг.).
Движение денег с особой силой проявилось в северной терри-
тории Габсбургской Венгрии. Ее комитаты дали наиболее наглядный при-
мер действия так называемого закона Грешема: «плохие деньги изго-
няют деньги полноценные», т. е. обеспененные деньги остаются в обра-
щении. а полноценные оседают в сокровищницах или экспортируются.
Наплыву польской монеты способствовали, с одной стороны, недостаток
отечественных денег, а с другой,— торговые связи с Польшей. Венское
правительство сначала довольно снисходительно относилось к наплыву*
польских знаков. Особенно это относится к Максимилиану, которому' хо-
телось распространить свою власть и па Польшу. При основании спит
екой казначейской палаты уже проявилось стремление воспрепятство-
вать расстройству' денежного обращения, вызванному польскими день-
гами. Влияние пх наплыва уменьшалось благодаря увеличению чеканки
денег в Северной Венгрии. Наряду с монетным двором в Кремпице (Кёр-
мепе) в 1574 г. были основаны такие же заведения и Котице и Братиславе
(Пожонп), а в правление Рудольфа были предприняты попытки пустить
в ход механизмы для чеканки денег. В Кремнпце хотели установить роли-
ковую силовую установку, но город и казначейство воспротивились этому,
указав, что рабочие из-за нее остались бы без хлеба. В то же время сосло-
вия настаивали па чеканке мелкой монеты, и официальное обесценение
денег продолжалось: в 1581, а затем в 1607 г. стоимость денара была умень-
шена с согласия сословий и королевских властей 41.
Правительство Рудольфа живо отзывалось на денежные затруднения,
непрерывно издавая распоряжения, направленные на пх ликвидацию.
20 июля 1580 г. оно вынуждено было издать распоряжение, целью которо-
го было решить спор между тринадцатью спишскими городами и комитатом
f’nitni (Сепсш) из-за руды благородных металлов. В 1585 г. появилось
три таких патента; в одном пи них Рудольф распорядился о девальвации
польских денег, обращавшихся в Венгрии, а в двух других выступил
Cambridge, 1953, р. 489—490. Упадок этой отрасли горного дела в Венгрии до середины
XVI в. исследовал Оскар Ilay.nini.it (см. «Becsi Magy. Tort. Ini. Evkonyve», 1936):
см. также В. M < n d 1. Les grandes dmnivcrlcs et Largent de Bolu'liie. «Bulletin of
International Committee of Historical Science», 1935.
,|u J. Koran. Prehledne dejiny ccskoslovenkehu liorniclvi, 1. Praha, 1955, s
196; T. S. Ilez-vas es acelkivileliink 1607—16il-ig.— MGSz, 1898, 603. 1. Статистику
левочекого вывоза см. в работе П. Хорвата: 1*. Н о г v ii t li. Obcliodne styky Lcvoce s
Polskoin v druhej polovici XVI. storocia.—«Historicny casopis», Bratislava, 1955. Cp.
также: P. Probszt. Der Neusohler «Kupferkauf».— «Vierteljabrscbrift fiir Social-
tind Wirtscbaftsgescbichte», 1933, Heft 4; H. W i e s s n e r. Gescliicbte der Karnter
Edelmetallbergbaues. Klagenfurt, 1950 и другие работы.
41 D. H a r k 6. A penz torteuete..., 98, 115, 118—119, 148—149, 1.
<>Ресолюция цене и ее слияние на Венгрию
179
и| отнв фальшивомонетчиков и вывоза денег, который получил особенно
широкое распространение в южных областях, в районах Загреба и Ва-
рашда. В конце столетия вопрос о благородных металлах стал между-
народной проблемой. В 1599 г. Рудольф и Сигизмунд, назначив особых
уполномоченных, ускорили решение споров относительно торговли ме-
таллами 4'2. По все эти мероприятия остались без результатов. Подобно
им напрасной оказалась и попытка палатина Дьердя Турзо поднять стои-
мость венгерского золотого дуката, чтобы противопоставить его «изоби-
лию польских денег» 43. Комитат Лбауй в 1612 г. постановил принимать
в уплату белый польский грош, а противящихся этому наказывать 4*.
Единственным действенным средством воспрепятствовать наплыву поль-
ских денег осталось возобновить уже устаревшее складское право. Это
предусматривали статьи 48 закона 1569 г., 36 закона 1574 г., 15 закона
1588 г., 33 закона 1599 г., направленные против поездок польских куп-
цов во все части страны 45. Эти законы не только восстанавливали уста-
ревший обычай, но и в сильной степени ослабляли оживленный польско-
венгерский товарооборот. Вместе с тем они смогли лишь минимально за-
медлить приток польских денег. Одним из главнейших факторов повыше-
ния цеп оставался наплыв мелкой монеты. Дороговизна в Словакии
(Верхней Венгрии) начиная с 70—80-х годов превосходит данное явление
в Задунайской области и в Трансильвании. Задунайский дворянин Бейци,
будучи большим шутником, в одном из своих писем так выразился отно-
сительно дороговизны в Словакии: «Наша земля по сравнению со здеш-
ней кажется страной с реками из молока и меда. Здесь все дорого: 60—
70 форинтов стоит паршивая кляча. Дай бог уйти отсюда с миром домой.
II если я забуду здесь даже свою левую ногу, я не возвращусь за пей» 46.
Для характеристики степени повышения цен мы приводим данные о го-
роде Левоча (Лече), расположенном на торговом пути в Польшу. Мы взя-
лн их из «Левочской хроники» Гашпара Хайпа: 1622 г.
1525 г. 16UU г.
lu бё;п. пшеницы стоил . 44 денара 4,5 форинта 4 форпвта
>' ржи ... .... 33 » 3,25 » 3,5 »
» ячменя 25 денаров 2 » 3 »
» пороха . . . 2,5 » 4 »
Трп периода характеризуются тремя повышениями цен: первое отразило
тяжелую обстановку после поражения при Мохаче, следствием которой
были восстания i орнорабочих: второе ужасные опустошения австро-
турецкой войны: третье привело к тяжелейшим годам обесценения денег
П повышения цеп в Центральной Европе. После этого цепы, по данным
«Ленинской хроники», постепенно падают до середины XVII в. (напри-
мер, кёбёль пшеницы в 1645 г. стоит уже 1,3 фор., а в 1656 г.— 1,08 фор.).
Темп повышения цен в Левоче заметно выше среднего темна, характер-
ного для страны, на что указывают подсчеты Ачадп относительно стои-
мости старого форинта по сравнению со стоимостью форинта начала
XX в. В 1530 1546 гг. покупательная способность форинта превышала
стоимость последнего в 12 раз, а в КТО—1650 гг. уже только в ciml-
4? Ur.-za^os l.i\ellar, Pcuiziigy igaeg. Ixl. Aeta publica, fasc. Дй 7; fasc. 24. Д» 12;
jasc. 8, A? 4l>; fasc. 36, .№ 46; fasc. 22, At 28.
43 MGSz. 1900. 190. 1.
14 Corpus Sial utorum, 11,1, p. 86 87.
4tl F. К о c a b. Gazdasagi eletiink a XVI. szazad inasodik fcleben. Budanest
1913, 90. I. ’
44 S. T a k a t s. A regi Magyarorszag jokedve. Budapest, 1921, 31. 1.
180
T. Bum m 3i а н
восемь раз 47 48. Эта общая картина чересчур несоразмерна, и, может быть,
уровень повышения цеп был не так высок. Следует произвести более точ-
ные подсчеты, чтобы получить возможность почувствовать ритм процесса
п уловить региональные отклонения.
Для обстановки в словацких городах 70 -80-х годов, в период Адриа-
нопольского мира, как раз не характерны военные условия. И несмотря
на это, в 1573 г. официальные представители венского навигационного
управления отмечают, что здесь наблюдается чрезвычайная дороговизна,
цены па продовольствие подпрыгнули вверх, отчего не один зажиточный
венский поставщик потерпел неудачу. Обстановка не изменилась и в по-
следующие годы. Как явствует из документов по истории цен, приводи-
мых Прибрамом, цена одного венгерского вола в Штифт Клостернейбурге
почти за два десятилетия (с 1555 по 1574 г.) увеличилась с 565 крейц. до
847,2 крейц. За последующие десять лет (с 1574 по 1584 г.) произошло чуть
ли не такое же повышение: вол стал стоить 1085 крейц. А в 1597 г. его
цена уже достигла 1896 крейц.18 Повышэпие цен началось с вздорожания
продовольствия. Источники единодушно относят это явление к 60—
70-м годам. Протоколы собраний семи горных городов впервые отмечают
выступление против повышения цеп на мясо в 1569 г., а с 1578 г. этот во-
прос не сходит с повестки дня. В Уйбаньо с 80-х годов растет недоволь-
ство дороговизной 49. Чрезвычайно наглядно характеризует обстановку
письмо горнорабочих Шельмецбаньи городскому совету 1576 г. Его авто-
ры жалуются, что портные вдвое увеличили плату за работу, суконщики
и скорняки продают свои изделия по двойной цене, сапожники продают
за 2 фор. кожу, которую продавали по 120 деи., цена перца поднялась
с 3 до 4 ден. Мясники торгуют лишь оптом, пекари стараются друг перед
другом вздуть цены на хлеб, торговки все перекупают, чтобы потом про-
дать подороже. Характерно предложение горнорабочих — ликвидировать
монополию на продажу, разрешить свободную конкуренцию 50.
К каким результатам привело стремительное подорожание сельско-
хозяйственных продуктов, кроме обеднения рабочих? Мы имеем возмож-
ность лишь кратко отметить главные последствия этого явления. Прежде
всего вслед за повышением цен на продукты сельского хозяйства подоро-
жали промышленные товары. Это вполне понятно: на данной ступени раз-
вития цеховой системы было невозможно такое расширение производства,
которое могло бы воздействовать на формирование цен, и расходы на при-
обретение вздорожавшего сырья не могли быть уравновешены преиму-
ществами более высокой степени кооперации. Цехи старались в ущерб
ДРУГ другу расширить сферу своей деятельности, чтобы получить более
дешевое сырье. Например, в конце XVI в. сапожники в горных городах
были вовлечены в борьбу с сыромятниками (дубильщиками) и с мясни-
ками, продававшими по высокой цепе кожи 5l. Но столкновения были
напрасны: убытки промышленности были неизбежны из-за дороговизны,
увеличившей себестоимость. О том же наглядно свидетельствует состояние
47 «Nciuzctgazdasagi Szcmle», 1888, 261. 1: Folde s. Tarsail. gazdasaglan ek-
mei. Budapest, 1910, 5. kiadas, 297. I.
48 Подсчитано на основании австрийских архивных материалов (см S. Т a k a t .«
A dunai hajozas.— MGSz, 19u0, 152—153. 1.; A. P r i b r a m. Malerialen znr Ge-
scbichtc der Prei.se uud Lolme in Oslerreich, Bd. 1. Wien, 1938, S. 467).
49 N. Il el kovic. A felsomagyarorsziigi het also banyavaros legregibb koz-
gyiilesi jegyzokiinyvci. 1561—1623.—«Szazadok», 1913, 597. 1.
60 A. P ё c h. Also Magyarorszag baiiyaniiveldsenek lortenele, 1. Budapest, 1884,
292—293. 1. Такое же положение было в Надьбаиье (см. L. S z a d е с z к у. Nagy-
banya regi ipararol es czehjeirol — «Szazadok», 1889, 684. 1.).
61 N. Rel kovi c. A felsomagyarorszagi...
«Революция цен» и ее влияние на Венгрию
181
горного дела. Высокая стоимость выплавки металлов всегда представляла
неразрешимую проблему. Переработка 1 ц руды обходилась в 1 фор.
87.2 ден. Необходимые для горных работ воловьи шкуры в 1581 г. стоили
еще 1 фор., а в 1583 г. уже 1 фор. 60 деи. По свидетельству одного статута
Бестерцебапьи, цепы па сырье обычно вздували польские «торговцы Ь2.
Производительность горных промыслов неудержимо падала, на что влия-
ли, кроме отмеченных причин, также действие шахтных вод, опустошения
и негодная политика казначейства. Однако главная причина упадка вен-
герских (словацких) горных промыслов заключалась в уменьшении рас-
ходов ио производству драгоценных металлов в мировом масштабе, ко-
торое не имело места в Венгрии.
В результате действия всех этих факторов в горпых городах сложилась
следующая ситуация. Торговля, вследствие повышения цен и других при-
чин, деградировала. Из источника 1595 г. явствует, что продукция лесо-
обрабатывающей промышленности шла не из городов: ее продавали жи-
тели окрестных районов. Торговле мешали также дворяне, помещики 51 * 53.
В то же время города были беззащитны перед конкуренцией заграничных
промышленных товаров. По свидетельству приведенного выше письма
горнорабочих Шельмсцбаньи, местные суконщики продают локоть сукна
по 40 деи., а иностранцы по 28 ден. Другим заметным последствием по-
вышения цен была колоссальная задолженность горожан. В 1581 г.
семь городов писали королю, что горожане настолько обременены дол-
гами, что из-за кредиторов не смеют выйти из города. Это произошло
вследствие повышения вдвое цен па все сырье. В одной лишь Кремнице
частная задолженность горожан достигла 13 463 фор., не считая задол-
женности казначейству. Это способствовало притоку польских денег £4.
Задолженность горожан использовали главным образом землевладель-
цы, бывшие их кредиторами. Но городская промышленность не имела
выгод от их обогащения: спрос венгерских помещиков на ткани и предме-
ты роскоши, как это было в Чехии и Польше, удовлетворяли заграничные
торговцы. Помещики при помощи государственного аппарата использо-
вали возможности, открывавшиеся перед ними благодаря повышению
цен. Это относится прежде всего к праву устанавливать цены (limitatio),
которое практически во второй половине XVI в. попало в руки комитатов.
В 1625 г. это получило силу закона. С согласия комитатов неоднократно
устанавливали цены также и города. Установление цен комитатами еще
больше усложняло положение: оно не только не уничтожало дороговизны,
по еще более увеличивало ее, поскольку помещики не старались уста-
новить низкие цены на свое товарное зерно, стремясь в то же время сни-
зить цены на ремесленные изделия. Например, в Левоче в 1525 г. уста-
новление цен чуть пе вызвало массового движения. По свидетельству
хроники Гашпара Хайиа, «люди проклинали подлость дворян, которые
все продаваемые ими предметы, как-то: скот, зерно и другое, сбывают
по тройной цене, пцплевав на распоряжение, установившее цены» д*.
Самой большой бедой, следовательно, было то, что дворянство комитата
пе считало себя связанным постановлением о размерах цеп, которое со-
блюдалось ремесленниками и торговцами. Например, в 1610 г. город Ле-
воча соблюдал постановление о цепах, а дворяне и даже крестьяне — пет 5fi.
52 А. 1* ё с h. Also Magyarorszag..., I, 307, 317.1; Corpus SlatuloniBi, IV 2. p. 138.
63 N. Helkovic. A lelsomagyarorszagi..., 598. 1.
51 A. Pec h. Also Magyarorszag..., J, 306, 355. 1.
66 «Locsei kronika», Locse, 1910, 30—31. I.
68 Ibid., 143. 1.
182
Т. И и ш ш м а н
В 1G03 г. в Трансильвании «бесчисленное множество люден умерло го-
лодной смертью из-за установленных цен» (хроника Сабо Ференца Надя).
Государство Габсбургов ничего не предпринимало для ликвидации
помещичьих злоупотреблений, оно само увеличивало неразбериху. На-
пример, в 1581 г., по свидетельству инструкции послам комитата Лппто,
представители казны и торговцы платили за продовольствие и благород-
ные металлы испорченными польскими деньгами, а поэтому в комитате
венгерские деньги не имели спроса. «Пли не нужно ввозить эти губитель-
ные деньги, пли принимать их всюду, в том числе и в качестве налога» 57.
Ни помещики, ни торговцы, ни государство в лице сборщика налогов не
принимали обесцененные иолтуры, которые оставались в руках крепостных
крестьян. Помещики удерживали полноценные золотые деньги, стремясь
исключить их из оборота. Очень важно проследить конкретное проявле-
ние той закономерности, что чем более развито товарное производство,
тем большее значение приобретает создание сокровищ, превращение сред-
ства обращения в сокровище. В Венгрии также известны случаи накоп-
ления сокровищ и создания запасов прижимистыми владельцами.
Прочитав в завещании Дьердя Кирая от 1599 г., что он накопил 2855 та-
леров (3 денежных мешка), 1365 дукатов (3 мешка) и 3245 форинтов (7 меш-
ков), мы уже не сможем верить Броделю, который подчеркивает «аристо-
кратизм» золота в противоположность городской, торговой роли серебра
и «демократизму» медных денег 58. Денежные сокровища огромной цен-
ности скапливались в мешках магнатов, дворян и патрициев и предназна-
чались для того, чтобы в форме валюты облегчить их контакты с зару-
бежными торговцами. Хотя экономическую основу общества составляло
натуральное хозяйство, но поскольку в сельском хозяйстве ведущую роль
играло товарное производство дворян, ускорение денежного оборота и
низкие цены открывали сундуки помещиков, а повышение цен и уменьше-
ние скорости денежного обращения побуждали землевладельцев к созда-
нию сокровищ. Денежное хозяйство и сокровища известных магнатов
должны быть подвергнуты более обстоятельному изучению. Это может
способствовать решению проблемы накопления денег и скорости денежного
обращения.
Для условий аграрного развития Венгрии важен вопрос о том, как по-
мещики распоряжались своими деньгами. В данном случае следует опре-
делить, что было более рентабельным для их хозяйства — наемный труд
или барщина. Общепризнано, что северовенгерские и задунайские поме-
щики были обязаны постоянно выставлять солдат. В то же время
их роскошный образ жизни, содержание усадеб приводили к огромным
тратам. Если они и использовали наличные золотые деньги, то последних
могло хватить лишь на одежду и утварь. Их задолженность в сильной
степени возросла во второй половине XVI в., чему немало способствовало
уменьшение ценности денег. Чтобы выйти из затруднений, помещики,
с одной стороны, отдавали в залог часть своих имений, а с другой стороны,
прибегали к различным спекуляциям. Они запасали зерно и продавали
его по дорогой цене перед жатвой нового урожая, скупали у крестьян вино
н зерно, чтобы потом им же продать эти продукты 5В. Одпако для исполь-
зования наемного труда требовалось гораздо больше денег, чем были
67 «Torteiieimi Таг», 1903 , 257. 1.
68 F. В га u d е 1 et F. С. S р о о пе г. Les metaux monetaires et I’economie du
XVIе siecle.— «Relazioni», vol. IV, 1955, p. 252 sq.
68 F. M a k s a y. Parasztsag es majorgazdalkodas a XVI. szazadi Magyarorszagon.
76—77. 1.
Революция цен» и ее слияние на Венгрию
183
в состоянии приобрести такими путями помещики и их ловкие управляю-
щие. Владельцам имении без домена хотелось увеличить денежные повин-
ности крестьян. Характерно, что такое стремление чаще1 встречается
не у них, а у тех помещиков, которые жили за счет барщинных повинно-
стей крестьян 60 61. Так, в ланжарском имении собирались «барщинные
деньги» и.
Использованию наемного труда в Венгрии не препятствовали ни вы-
сокий уровень заработной платы, пи ее быстрое повышение. Вопросы
заработной платы в венгерском сельском хозяйстве XVI в. полностью пе
изучены, а некоторые из них — относительно хозяйства мелких землевла-
дельцев-дворян, основанного па наемном труде, и вообще о хозяйственной
деятельности этой части феодалов — совершенно неясны 62. Конечно,
проблема заработной платы имела гораздо большее значение в западных
странах. Теперь уже немногие буржуазные историки отрицают тот факт,
что за повышением цен не последовало повышения заработной платы.
Расхождения между уровнями цен и заработной платы и влияние этого
явления в силу действия законов первоначального накопления и заро-
ждавшейся капиталистической эксплуатации были большими в более раз-
витых странах, нежели в обществах, находившихся в состоянии застоя.
Это явление хорошо прослеживается на примере Голландии, где было
самое дорогое продовольствие в Европе и очень низкая реальная заработ-
ная плата. В Англин квартер пшеницы в 1401 1541 гг. стоил 5 ш. 11 3/4 п.,
а в 1541—1582 гг.— 13 ш. 101/, п. Такому повышению цен не соответство-
вало увеличение поденной платы с 4 пен. до 61/» пен. Во Франции плата
поденщику, не получавшему пропитания, составляла в 1526—1550 гг.
70 сайт., в 1551—1575 гг.— 75 и в 1576—1600 гг.— лишь 78 сайт., в то
время как цена предметов потребления выросла в несколько раз 63.
Хотя нельзя говорить об аналогичном масштабе повышения цен на
продовольствие в Венгрии, но и здесь плата поденщикам не возрастала
вслед за подъемом цен, оставаясь в пределах 8—18 ден., которые выпла-
чивались в тех случаях, когда поденщики должны были полностью себя
•обеспечивать питанием. Например, в 1596 г. поденная плата в Шопроне
равнялась 12 ден., в 1598 г. поденная плата в соединении с полдником
уменьшилась до 9 крейц. Одно распоряжение о ценах 1574 г. обеспечи-
вало поденщику 1 ден. в день при получении обеда. В 1613 г. шопронскнй
уровень заработной платы повысился: поденщик-мужчина получал в день
16 ден., а с полдником — 12. Женщины получали на 4—6 ден. меньше —
10—12 или 6—8 ден. В Братиславе (Пожони) в 1576 г. мужчина,
работавший на винограднике, получал 11 ден., женщина — 7. В 1610 г.
плата поденщику без еды увеличилась соответственно до 14 и 9 ден. 64
Грубо говоря, таково было положение во всей стране. Повышение уровня
заработной платы было незначительным, в то время как мелкая монета,
бывшая в обращении среди крестьян, испытала гораздо большее обесце-
нение, нежели форинт, талер, дукат.
60 Ibid., 43. I.
61 Ibid., 39. 1.
62 В последнее время этого вопроса когпу.тея Ласло Маккан: см. L. М а к к a i.
A kuruc nemzeti osszefogas elozmenyei. Akadeniiae Kiado, Budapest, l!)56. Ср. e г о же.
I. Rakoczi Gyorgy birtokainak gazdasagi iratai Budapest, 1954, 667—673. 1.
83 E ver у m an's Encyclopedia, vol. 10, London, p. 647 (3 ed.); A. Despa nx.
I.es devaluations monetaires dans Г histoirc, p. 361; D'A v e n e 1. Paysans et onvriers
depuis sept cents ans. Paris, 1899.
•* Corpus statutorum, V/2, p. 48, 69, 74, 135, 138; IV/2, p. 167 231. Cp. F. M a k-
say. Paraszlsag..., 41—42. 1.
181
T. И и m m .u а п
Возникает вопрос: почему в этих условиях дворянское товарное про-
изводство не получило стимула для большего использования наемного
труда? Мы думаем, что данную проблему нельзя решить без учета того,
что повышение цеп в условиях недостаточного развития товарного произ-
водства в Венгрии противодействовало утверждению господства денежной
ренты.
Известен пример Англии, где денежный кризис благоприятно повлиял
па положение капиталистических арендаторов, поднявшихся из класса
крестьян. Маркс счел важным специально подчеркнуть: капиталистпче
i кие арендаторы «расцветают с особенной быстротой, если на помощь им
приходят, как в XVI в. в Англии, особо благоприятные обстоятельства,
подобно тогдашнему возрастающему обесценению денег, обогащавшему
пх, при традиционных долгосрочных арендных договорах,за счет земельных
собственников» 65. Добавим к этому, что отмеченному процессу в Англии
способствовало также отставание уровня заработной платы от повыше-
ния цен, поскольку капиталистические арендаторы сами эксплуатировали
сельских наемных рабочих.
Низкий уровень заработной платы в крупных имениях Венгрии вообще
благоприятствовал применению рабочей силы поденщиков. Не менее ва-
жен и тот факт, что уже издавна в силу господства натурального хозяй-
ства развился обычай, согласно которому помещики часть заработной
платы выдавали натурой — зерном, одеждой и т. д. Например, постоянные
работники лако.мпакского имения получали в год по 4—7—10 фор., а кро-
ме того, пастух-овчар получал две рубахи, две пары суконных штанов
и другую суконную одежду, садовник получал еду, питье и платье пт. д.“в
Во многих местах часть заработной платы поденщики получали натурой,
а из их жалованья вычиталось по 4 ден. за пищу (см., например, при-
водившиеся уже нами данные Corpus Stalutorum о заработной плате
поденщиков в Шопроне) *17. Работники в усадьбах постоянно жаловались
на низкую плату. Так как ценность получаемых ими денег заметно из-
менялась, особенно в годы Пятнадцатилетней войны против турок, начав-
шейся в 1593 г., поденщики стремились получать вознаграждение не
деньгами, а пшеницей п другими продуктами. Об этом говорится в одном
письме от 1602 г., автор которого жалуется, что поденщики требуют
больше хлеба 68.
То обстоятельство, что заработная плата существовала не только в
денежной форме, очевидно, облегчало положение тех бедных деньгами
помещиков, которые хотели использовать в своих усадьбах постоянных слу-
жащих и поденных работников. Большинство помещиков понимали пре-
имущества оплачиваемого труда по сравнению с барщиной, хотя они
открыто признавали, что пе имеют наличных денег и поэтому не могут
нанимать поденщиков 69.Ио поскольку помещики старались запасы своих
товаров реализовать на рынке, главным образом в форме поставок про-
довольствия войскам, можно предположить, что они не склонны были
часть этого продовольствия (прежде всего вино и зерно) отдавать вместо
заработной платы и для них была выгоднее денежная оплата работников.
Однако не только у помещиков пе хватало для этого средств, по и работ-
ники не удовлетворялись деньгами.
Поэтому, а также в силу других причин, большинство имений, в ко- * ••
85 К. Маркс Капитал, т. III. Госполитиздат, 1955, стр. 812.
•• F. М a k s а у. Parasztsag..., 41. 1.
•’ Corpus Stalutorum, V/2, p. 135.
88 F. M a к s a y. Parasztsag..., 83. 1.
88 Ibid., 42. I.; «Karolyi csalad okleveltara», III, 501, 513, 533. 1
«Революция цен» и ее влияние па Венгрию
185
торых ранее труднлис ь наемные работники, переходило к использованию
труда барщинников. Урбарпй имения Сепдрё 1570 г. свидетельствует о том,
что старый помещик держал при замке в селе Герт кучера и поденщи-
ков для обслуживания замка, а для обработки домена (allodialura) имел
(> плугов, 48 волов и различные орудия труда и использовал соответствую-
щее количество наемных работников (additis mercenariis idoneis prelio
eonductis)70. В вамошском имении этого замка также были земли, пригод-
ные для выпаса скота, м луга, и здесь раньше «с большой выгодой обра-
батывали домен» при помощи наемных работников71. Но ни в Герше,
пи в Вамоше в 1570 г. уже пе было наемного труда, а на земле трудились
барщинники. Такое же положение существовало в Эделене 72. В несколь-
ких имениях пожоньского замка ранее платили крестьянам за их труд,
но эта практика к 1574 г. уже перестала существовать 73. Подобные слу-
чаи мы наблюдаем и при обработке виноградников. Один из виноград-
ников Керестура (близ Токая) ранее обрабатывался за деньги и давал
хороший урожай, а перед 1581 г. был уже в запущенном состоянии, так
как за ним ухаживали барщинники 74. В Надьбанье еще в 1566 г. платили
за обработку виноградников, а к 1575 г. перестали 75. То же произошло
и в виноградарском хозяйстве сентдьердьско-базинского имения, где
в 1601 г. труд поденщиков исчез 76. Помещики без особого удовольствия
переходили к барщппе. сознавая не только ее преимущества, но и недо-
статки, о которых свидетельствовали факты. В 1606 г. в замке Шарош
вместо одной семьи наемных рабочих, занятых очисткой конопли, после
ее увольнения работали 60 крепостных крестьян 77 78.
Таким образом, применению наемного труда препятствовали не субъек-
тивные, а объективные факторы. Аналогичная ситуация сложилась и
в сфере распространения денежной ренты. Маркс считает, что для воз-
никновения системы денежной ренты в каком-либо обществе необходимо
«более значительное развитие торговли, городской промышленности,
вообще товарного производства, а с ним и денежного обращения»'18 (курсив
мой.— Т. В.). Были ли эти условия в Венгрии? Нет, поскольку разви-
вающееся разделение труда и растущая городская промышленность не могли
сломить силу натурального хозяйства. Маркс говорит также о том, что
«сначала спорадическое, потом все более и более совершающееся в нацио-
нальном масштабе превращение ренты продуктами в денежную ренту...
предполагает далее рыночную цену продуктов и то, что они продаются
более или менее близко к своей стоимости, чего может и не быть при преж-
них формах. На востоке Европы мы можем еще отчасти собственными гла-
зами наблюдать процесс этого превращения» 7Sa. По нашему мнению,
в этом пункте проявляется воздействие изменения цен, инфляции, которое
в сильной степени препятствует в изучаемый период образованию рыноч-
ных цен, близких к стоимости продуктов. Во Франции то, о чем гово-
рит Маркс, произошло в основном уже в середине XV в., после чего резкие
повышения цен были редки, а понижения — малы. В то же время в Вен-
грии цена зерна в некоторые годы испытывала серьезные колебания без
70 «I rbarinmok XVI—XVII. sz.izad», Budapest, 1959, 150—451. 1.
’i Ibid., 463. I.
72 Ibid., 465. 1.
73 Ibid., 188. 1.
74 Ibid., 744. I.
76 Ibid., 30. 1.(Введение).
78 Orszagos Lcveltar, Urbaria et conscriptiones, 52/26.
77 Ibid., 40/38.
78 К. Марк с. Капитал, т. Ill, стр. 810.
78a Там же.
186
T. В и in m .и а н
общих нц то причин, в соответствии с временами года и естественными
факторами.
В Марошвашархее в 1582—1583 гг. цепа одного «кёбеля пшеницы
упала до 24 ден. Вскоре, в 1585 г., наступила сильная дороговизна. Один
кёбёль пшеницы продавали за шесть фор., но такая цена держалась не
долго и скоро понизилась» 7®. Такие же неожиданные изменения происхо-
дили в мирное время и в Трансильвании, где были сравнительно благо-
приятные условия для развития производительных сил. В сильной степе-
ни препятствовали образованию цен, близких к стоимости товаров, рас-
поряжения о ценах на продукты, поставляемые войскам. Последние всегда
были ниже средних * 80. Можно указать также случаи, когда в распоря-
жениях о ценах по отдельным местностям не указывалось на различия
между разными сортами мяса 81. В общем решающим моментом было отсут-
ствие регулирующего воздействия закона стоимости. В то же время общая
волна повышения цен увеличила их неустойчивость, существовавшую
ранее.
Если не считать отдельных территорий (например, австрийские вла-
дения), то денежная рента не стала господствующей формой феодальной
ренты в Центральной и Восточной Европе. Здесь имело место возвращение
к отработкам, барщине. Маркс дал классическое указание относительно
существа этого процесса на примере развития римского общества. «На-
сколько это (превращение ренты продуктами в денежную ренту.— Т. В.)
неосуществимо без известного развития общественной производительной
силы труда, свидетельствуют имевшие место при римских императорах
различные потерпевшие неудачу попытки этого превращения и возвраты
к натуральной ренте... Об этой же трудности перехода свидетельствуют,
напр., перед революцией во Франции фальсификация и слияние де-
нежной ренты с остатками ее прежних форм» 82.
Этот же момент явился одной из экономических основ оживления отра-
боточной ренты, одним из наиболее общих факторов, содействовавших
развитию «вторичного закрепощения». Возрождение барщинной системы
и усиление крепостничества в Венгрии во многом диктовались «трудностью
перехода» к денежной рейте. Эта «трудность» проистекала не только из
последствий «революции цен», которая явилась лишь одним из факторов
того сложного процесса, который к началу XVII в. привел к полному раз-
витию «вечного крепостничества». Победу этой тенденции повлекла за
собой война против турок 1593—1606 гг.: ее результатом были огромные
опустошения в Венгрии и Трансильвании. Авторы новейших исследований
единодушно приходят к выводу о том, что эта война сокрушила силы кре-
стьянского товарного производства 83. Подобную роль для Чехии и Гер-
мании сыграла Тридцатилетняя война, а для Польши — войны XVII в.84
Онп окончательно перетянули чашу весов в сторону барщинного хозяй-
ства.
Усиление домениального хозяйства не было непосредственным след-
ствием войны с турками — это явление развивается начиная с третьего-
,,J Nagy Szabo Ferenc rnenioriakija.— «Erd. Tort. Atlatok», 1, 39—^40. 1. Ср. также:
Szarnoskozi, I, 226. 1.; «Cronicou Fucbsio-Lupino-Oltardiriurn», I, 1847, 218. 1.
О годах 1>ашты: [VV о 1 f g a u g u s|. Bethleri. Historia de rebus Transylvanicis VI,
•Cibini, 1793, 358, 1.
80 Corpus Stalutoruin, V/1, p. 49, 58, 60. — Статуты комитатов IHoitp >n n Baru.
81 Corpus Statutoruni, IV/1, p. 134—138.— Статут комитата Пижонь 1614 г.
82 К. М арке. Капитал, т. III, стр. 810—811.
83 См. монографию Иштвана Кишша об описях десятины: I. Kiss. 16. szazadi
dezsmajegyzekek. Budapest, 1960.
84 J. Rutkowski. Histoire economique de la Polone..., p. 119—121. Cp.
•Ф. Энгельс. Крестьянская воина в Германии. М., 1952, стр. 126.
«Революция цен» и ее слияние на Венгрию
187
четвертого десятилетия XVII в. Война в первую очередь парализовала
крестьянское хозяйство, сделала невозможным его воспроизводство.
Только в 1599 г. турки сожгли в комитате Барш более 2,5 тыс. домов,
убили 1,5 тыс. человек и угнали 2 тыс. голов скота 85. Судьбу крестьян-
ства ярко характеризует положение в одной из деревень сеитдьердьского
имения: здесь крестьяне из-за бедности держали лишь половину своих
прежних наделов, а другую возвратили помещику 86. Больвшя часть на-
делов стала пустошью, очень многие полнонадельные крестьяне превра-
тились в желлеров 87. Например, в комитате Тренчен в 1596 г. было
зарегистрировано 3532 желлера против 1967 в 1578 г.88
Другим важным следствием войны было полное вытеснение паемного
груда из помещичьего товарного производства. Хотя опустошения создали
огромное предложение рабочей силы, у помещиков стало еще меньше де-
нег. Однако дело было не только в этом. Увеличение денежной ренты перед
войной шло параллельно с ростом отработок. А после войны центр тяжести
переместился на последние, ценность барщины чувствительно возросла 89.
Что касается оттеснения на задний план денежной ренты, то здесь нельзя
игнорировать неожиданное повышение цен, которое, возникнув на почве
общей «революции цен», было прежде всего следствием войны. Для обста-
новки того времени характерен статут 1597 г. комитата Ваш, свидетель-
ствующий о гигантской дороговизне зерна. По данным этого источника,
дороговизна была следствием войны и плохого урожая 9°. Огромное по-
вышение цен и инфляция, капризы цен, пх быстрая смена делали денеж-
ную ренту неопределенной, стимулировали переход к натуральной и отра-
боточной повинностям.
Повышение цен благоприятствовало лишь тем богатым крестьянам,
которые использовали наемный труд. Это относилось не только к районам
Верхней Тисы91, где производился виноград, но чуть ли не ко всей стра-
не. Однако этот вопрос касается исследуемой ныне проблематики местечек
(oppida), которая также потребует изучения возможностей рынка и вме-
сте с тем — движения цен. Такое изучение будет плодотворным в том
случае, если оно будет проведено в рамках структурного анализа и подчи-
нено более важным факторам.
Из изложенного выше следует, что превращение барщины в господ-
ствующую форму ренты в крупных имениях Венгрии происходило не тем
путем, который, как это видно из исследования Нихтвайсса 92 93, характерен
для Пруссии. В Венгрии внешняя торговля не играла существенной роли
в создании зерновой конъюнктуры. Северные и западные части страны,
которые не были заняты турками, являлись ареной постоянных войн.
Воины, борьба на границах страны, с одной стороны, обеспечивали хо-
рошие возможности для военных поставок продовольствия магнатами,
8S «Tortenelmi Таг», 1905, 590. I. skk.
88 Ibidem.
87 7Келлер, Zseller (лат. inquilinus) — крепостной крестьянин, не имевший держа-
ния (sessio). Так же называли и крепостного, имевшего держание, но не владевшего
домашним скотом, или имевшего лишь часть держания. В общем, это бедней-
шая часть крестьянства,находившаяся в личной зависимости от собственника, сходная,
возможно, с русскими батраками.
88 J. Acsady. Л magyar jobbagygazdalkodas 1577—1597-ben. Budapest, 1893.
10. 1.
88 См. F. M a k s a у. Parasztsag..., а также монографии Тольта, И. Сабо,
Верласа, Юхаса и П. Ж. Паха.
80 Corpus Stalutorum, V/1, р. 59.
81 L. М a k k a i. A kuruc nemzeti osszefogas eiozmenyei; его ж e. A. magyar
puritanusok barca a feudalizmus ellen. Budapest, 1952, 24.1. skk.
93 J. Nicht weiss. Das Bauernlegen in Mecklenburg. Berlin, 1954.
188 Т. В и m m м а н
а с другой, разрушая крестьянское хозяйство и разоряя крестьян,
расширяли внутренний, крестьянский рынок, который играл более важ-
ную роль по сравнению с внешним рынком в реализации помещиками их
товаров. Основы «вечного крепостничества» нельзя искать исключительно
в обстоятельствах XVI в.— уже в более раннее время в феодальной эко-
номике существовали элементы, подготовившие его. Однако результаты
перемещения центра мировой торговли и опустошительные последствия
войн с турками вызвали такое изменение в структуре разделения труда
между городом и деревней, которое способствовало усилению товарного
производства в магнатских хозяйствах. Такне факты, как господство
в домене крупных имений не наемного труда, а барщины п выдвижение
на передний план отработок вместо денежной ренты в рамках «вечного кре-
постничества», можно понять лишь как результат совместного действия
нескольких факторов. Мы обратили внимание на один из них — повыше-
ние цен. При этом мы исходим из того, что оно было проявлением в Венг-
рии европейской «революции цен», широко развернувшейся в это время.
Ее влияния в пашей стране нельзя недооценивать.
Перевод с венгерского II. J. Колегаее.ой.
Resume
tie Particle de Tibor Vittman ««La revolution des prix»
et leur influence sur la Hongrie dans la deuxieme moi tie
du XVIе siecle»
Cet article s’attaclie aux recherclies a poursuivre sur les rapports econo-
miques entre 1’Europe Occidentale et Europe Orientale au seuil de 1’epoque
manifacturiere. C’est la periode dans laquelle en une grande parlie de 1’Europe
Centrale et Orientale le systeme de corvee et. celui de dependance person-
nels du servagc se prepare, meme se consolide a la base de la production
de merchandise des proprietaires feodaux. Le mouvement des prix et la
deterioration des monnaies у contribua en quelque mesure. En Hongrie
«la revolution des prix» n’agissait pas directement. par 1’importation d’une
grande quantite de metaux precieux, plutot par celle de la monnaic de
provenance autrichienne et polonaise. Surtout c’etait 1’invasion des «pol-
lutes» polonaises dont souffrait le peuple de la Hongrie Superieure.Depuis
la septieme decade de siecle le prix des denreeset delamatiere premiere se haus-
sait en rencherissant le prix de production des corporations et de 1’industrie
miniere. La population des villes fut endettee, des articles de production
interne не pouvaient pas concourir avec les etrangers, doiit I’imporlalion
etait stimulee par les exigeances du luxe des feodaux. L’industrie des villes
etait depourvue de route sorte d’impulsions et sa faiblevse se redoublail
de rencherissenieiit de la vie et de I’avilissement de la monuaie.
Par contre la hausse des prix des cereales favorisait la production mar-
chande de Г agriculture. Mais ce n’etaient pas les paysans qui en avaient
joui des avantages, la rente argent n’ayant pas ete dominante comme I'etail
en Europe Quest. De plus, le developpenient de la rente argent fut entrave
par le flottement des prix, clout la cause partielle devait etre la «revolution
des prix». En meme temps, les journaliers ne vonlaient pas accepter de
1’argenl niauvais pour salaire de leurs travaux faits dans les proprietes
allodiales, ils le reclamaient en nature, ce qui ne pcuvait pas encourager
1’emploie de la main-d’auvre salariee au lieu de se servir de la corvee.
Le manque d’un niveau assiduel des prix a influence desavantageusement
les possibilites de production des serfs. Telles circonstances, ensemble avec
«Революция цен» и ее влияние на Венгрию
189
d’aulrcs, surtout avcc les ravages de guerre, au louriiant des XVI-e et,
XVII-e siecaves, brisaient les forces economiques de la libre paysannerie,
retrecissaient la voie des serfs vers I’acceiiseinent et I’affranchissement.
De la sorte, c’etait necessai cement «le servage perpel neh, la variante
de Hongrie du «second servage» (Engels) qui devait red lenient, caract eriser
les relations agraires, depnis la guerre de 1593—1606 qui devastait tout
le pays domine par les Habsbourg. La guerre en appauvrissant les paysans,
a coutribue a creer le marche interieuer indispensable pour la production
marchande des nobles. Les cliangeineuts de prix et 1’avillissement des mon-
uaies avaient leur role dans Devolution de cette production allodiale vers
le sysleme de corvee, qui necessitait la dependance personnelle des pay-
sans, codifiee en 1514, apres la defaite du soulevement Dozsa, raise en pra-
tique un siecle apres, au debut du XVII-e siecle (diete 1608, art. 13, apres
le couronnement de Mathias II).
Л. КЛИМА, Й. М А Ц У Р Е К*
ВОПРОС О ПЕРЕХОДЕ ОТ ФЕОДАЛИЗМА К КАПИТАЛИЗМУ
В ЦЕНТРАЛЬНОЙ ЕВРОПЕ (XVI—XVIII вв.)
I. ПРОБЛЕМА ПЕРЕХОДА ОТ ФЕОДАЛИЗМА К КАПИТАЛИЗМУ
Понятия «феодализма» и «капитализма» в исторической науке имеют
богатое смысловое содержание. В них часто заключается сама концепция
исторического процесса. В этом смысле феодализм и капитализм понимают
как социальные формации, каждая из которых обладает своей спецификой:
прежде всего особой структурой экономики и соответствующими ей юри-
дическими и политическими учреждениями, а также своею собственной
культурой. Основной чертой феодализма является то, что экономическая
н социальная власть находится в руках феодалов, т. е. земельных магна-
тов, дворянства и церкви. Эта власть проистекала из собственности па
землю — основное средство производства при феодализме. Большая
часть населения, особенно земледельцы, подвергалась внеэкономическо-
му принуждению со стороны собственников земли. Но характер зависи-
мости изменялся в течение всего периода феодализма. В некоторые периоды
она принимала чрезвычайно тяжелые формы крепостничества, в другие —
более умеренные формы зависимости. Сельскохозяйственное производство,
так же как и ремесленное, находились при феодализме на самом низком
техническом уровне, которому соответствовала организация ремесла и
структура сельского хозяйства. Политическим выражением основных
экономических отношений являлись феодальное государство и феодальное
право. Господствующее место в культурной п духовной жизни занимали
религия и церковь. Значительно большее внимание по сравнению с теоре-
тическим анализом понятия «феодализма» историки и экономисты уделяли
раскрытию понятия «капитализма». В рамках этого доклада мы не можем
заняться исследованием современного представления о капитализме.
Мы же понимаем под капитализмом такой социальный строй, который
отличается от феодализма тем, что люди равны перед законом; но при
данном строе внеэкономическая (юридическая) зависимость оказывается
замененной экономической зависимостью рабочего по отношению к вла-
дельцу капитала, т. е. капиталисту. При капитализме основное эконо-
мическое отношение — это отношение двух равноправных членов обще-
ства, но один из них работает для другого и зависит от него экономически.
Основной частью производства при капитализме является развитая инду-
стрия с весьма высокой техникой и технически развитое сельское хозяй-
ство. При капитализме произошло коренное изменение социального поло-
* Доклад па XI Между народном конгрессе историков в Стокгольме (август.1960 г.).
Раздел I написан А. Клима и И. Мацуреком; раздел II: а, б, в—А. Клима, г—Й. Мацу-
реком; раздел III: о развитии индустрии и торговли — А. Клима, о развитии агрикуль-
туры— И. Мацуреком; заключение написано Й. Мацуреком.
U переходе от феодализма к капитализму в Центральной. Европе
191
женил двух основных классов общества. Крепостной заменяется рабочим-
и свободным крестьянином, дворянство — буржуазией. Этому основному
экономическому превращению, обусловленному развитием производства
и производительных сил, соответствуют в равной степени изменения в обла-
сти права, политики и культуры.
Переход от феодализма к капитализму как от одного социального строя
к другому является очевь длительным историческим процессом. Мы встре-
чаем зародыши капиталистических отношений глубоко в недрах феода-
лизма, но мы можем говорить о переходе в собственном смысле слова
только с тех пор, как капиталистические производственные отношения
распространились в более широкой степени и сделались постепенно гос-
подствующими отношениями. Один из основных процессов перехода —
это превращение труда крепостного при феодализме в труд свободного
наемного рабочего прн капитализме. Решающее значение для данного
перехода имеет развитие промышленного производства. В средние века
преобладало сельское хозяйство, а средневековое ремесло с его цеховой
организацией носило феодальный характер. Только мануфактуры и совре-
менные фабрики вызвали к жизни новые производственные и социальные
отношения, крупные вложения капиталов и большое число свободных
наемных рабочих. Переход от средневекового ремесла к промышленному
капиталистическому производству совершился через мануфактуры и был
завершен промышленным переворотом. Этот процесс является основой
перехода от феодализма к капитализму; он повлек за собой новые изме-
нения — социальные, политические и культурные.
Развитие производства постепенно вступает в противоречия с господ-
ствующими экономическими, юридическими и политическими отношения-
ми. Просвещенное феодальное государство, на которое значительное влия-
ние было оказано некоторыми прогрессивными теоретиками-экономиста-
ми, в особенности сторонниками меркантилизма, благоприятствовало
развитию капиталистических отношений. Это государство реформами ста-
ралось помочь рождающемуся капитализму. Но для того чтобы развитие
производства и общества могло осуществляться без всяких помех, нужно
было, чтобы политическая власть в государстве перешла в руки нового
социального класса, т. е. буржуазии.
В развитии промышленного производства (которое мы рассматриваем
как основную черту перехода от феодализма к капитализму) решающее
значение принадлежит некоторым его отраслям. Это относится прежде
всего к текстильному производству, которое играло большую роль как
в Англии, классической стране капитализма, так и в некоторых странах
Центральной Европы. Наоборот, такие отрасли производства, где капи-
талистические производственные отношения появились раныпе всего
(горное дело, обработка железа) и с которыми было связано то, что назы-
вают рапнпм капитализмом XVI в., замирают в XVII в. во всехстранах
Центральной Европы и имеют сравнительно небольшое значение в про-
цессе перехода к капитализму. Вот почему наше главное внимание будет
уделено рождению и развитию мануфактур в текстильной промышленности,
а с другой стороны, тем изменениям в сельском хозяйстве, которые произо-
шли в результате перехода от феодального строя к капиталистическому.
Мы обращаем особенное внимание иа эту часть проблемы перехода от
феодализма к капитализму не только в силу ее важности, но также и по-
тому, что в исторической литературе вплоть до настоящего времени ею
занимались более всего. Кроме того, мы покажем влияние торгового
капитала и экономической политики государства. Все эти факторы суще-
ственно способствовали уничтожению феодализма и замене его
192
. 1. Клима, Il. М а ц у р с к
капитализмом. Что касается политических и кдоьтурных изменений, то
недостаток места и слабая разработка проблемы пе позволили нам про-
следить их детально.
Переход от феодализма к капитализму есть в сущности исторически
последовательный процесс, который развертывался повсюду, но в специ-
фических конкретно-исторических условиях. Каждая страна и каждое
государство отличались при этом своими особенностями. Однако послед-
ние не всегда обусловливались только этническими или государственными
границами. Более важное значение для специфики перехода от феодализ-
ма к капитализму принадлежит политическим факторам, действия кото-
рых распространялись, естественно, на более обширные районы. Переход
от феодализма к капитализму в Центральной Европе, в которую мы вклю-
чаем районы старой Центральной и Восточной Германии, Польши, Чехо-
словакии, Австрии, Венгрии и отчасти Румынии (Трансильвании), имеет
много общих черт, отличающих его от подобного же перехода в других
местах.
II. ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ ПЕРЕХОДА ОТ ФЕОДАЛИЗМ \ К КАПИТАЛИЗМУ
В ЧЕШСКИХ ЗЕМЛЯХ
а) Роль торгового капитала
Великие географические открытия XV в. привели к расширению ми-
рового рынка, к гигантскому увеличению общего количества товаров и
ускорили одновременно развитие торгового капитала. Конкуренция,
которая возникла между различными европейскими государствами, стре-
мившимися овладеть американскими и азиатскими богатствами, бесспорно,
способствовала разрушению феодальных условий в производстве, которые
являлись тормозом и оковами для дальнейшего развития. Вот почему
колониальная торговля была важным элементом в переходе от феодализма
к капитализму, и не только в западноевропейских странах, но и в странах
Центральной Европы, которые также были включены, по крайней мере
косвенно, в эту мировую торговлю.
Например, чешские земли вместе с Саксонией, Верхними и Нижни-
ми Лужицами и Силезией были частью возникшего важного района евро-
пейской полотняной промышленности. Во всем этом районе очень хо-
рошо произрастал лен и население с самого отдаленного времени занима-
лось прядением льна и тканьем полотна. Там имелись многочисленные цехи
в городах, но производством полотна занимались и многие обитатели де-
ревень. В этот район вскоре постарались проникнуть, по крайней мере
с XVI—XVIII вв., крупные немецкие торговые дома. Они располагали
в рассматриваемый период большими финансовыми ресурсами и могли
участвовать в расцветшей торговле полотном, которое вывозилось через
Испанию в Ост-Индию и Америку.
Начиная со второй половины XVI в. можно наблюдать заключение
совместных договоров между торговыми немецкими домами Нюренберга
и других городов, с одной стороны, и цехами чешских ткачей, с другой.
В силу этих договоров цехи обязывались поставлять известное количе-
ство полотна, имевшего заранее обусловленное качество и определенную
цену.
После Тридцатилетней войны выявилось, что форма договоров о сов-
местной поставке материи цехами и торговыми домами не могла обеспе-
чить, при вновь возникших условиях, достаточного количества товара
для заморского экспорта. Нужно было, следовательно, искать новые фор-
О переходе от феодализма к капиталиаму в Центральной Европе
193
мы производства и торговли. Эти последние были найдены в том, что на-
зывают системой скупки (Verlagssyslem).Начало ее относится уже к XVI в.,
но полного развития она достигла только во второй половине XVII и
в XVIII в.
Прядильщики и ткачи в деревнях, зависимые от своих феодалов, имели
дополнительные доходы благодаря труду па скупщиков. Весьма суще-
ственно то, что и прядильщики и ткачи вступали в новые экономические
отношения с их вторым работодателем. Они были зависимыми людьми по
отношению к своему феодалу, но не по отношению к скупщику. Последний
давал им работу, которую оплачивал. Это были чисто экономические
отношения. Но скупщик мог нанимать зависимых людей, как правило,
только с согласия феодала.
б) Государственная политика меркантилизма
Проекты австрийских меркантилистов, например Бехера, Шрёдера п
Хёрнига, были мало-помалу реализованы в пределах империи Габсбур-
гов, в которую чешские земли после Белой горы были полностью вклю-
чены. В эпоху, когда Голландия, Англия и Франция развивали торговлю,
при помощи которой они закладывали основы их будущего колониального
могущества, было совершенно очевидно, что Габсбургская монархия
оказывалась позади. Но там также имелось достаточно прозорливых и
опытных людей, видевших причину упадка монархии в том, что она в эко-
номическом отношении не умела идти в ногу с западноевропейскими го-
сударствами, отставала в экспортировании своих товаров и ввозила слиш-
ком много продуктов, которые могла бы производить сама.
Меркантилисты, о которых мы сказали — а среди них следует упо-
мянуть также моравского меркантилиста Маливского,— пытались изме-
нить это неблагоприятное положение вещей. Ф. С. Маливский, адвокат
в городе Врио. в 1663 г. направил императору Леопольду I обширную
записку, в которой указывал, что Габсбургская монархия ежегодно упла-
чивает за границей миллионы за те товары, которые можно было бы про-
изводить в стране. По его мнению, было необходимо отыскать специали-
стов и начать производство различных товаров в самой стране. Маливский
отмечал, что в странах Габсбургской монархии достаточно природных
ресурсов и рабочей силы, и подчеркивал необходимость вовлекать
в промышленное производство людей, которые занимались бродяжниче-
ством и не имели работы. Он сам основал мануфактуру для производства
тончайшей шерстяной ткани в Иванчице (Моравия), куда привлек спе-
циалистов из-за границы. В 1663 г. в Иванчице работало около 80 человек.
Многие имперские чиновники находились под влиянием меркантили-
стских идей. Таким образом, в конце XVII в. должностные посты монар-
хии Габсбургов, важную часть которой составляли чешские земли, зани-
мало достаточное количество людей, убежденных в том, что экономическое
возвышение государства возможно только путем развития промышленного
производства и основания мануфактур, особенно в тех отраслях, которые
до тех нор пе были представлены и стране. Правительство Вены было
готово оказывать мануфактурам всевозможное покровительство, чтобы
максимально облегчить их появление и дальнейшее развитие. Таким
образом, касаясь последних десятилетий XVII в., мы можем говорить о си-
стематическом и непрерывном возникновении мануфактур в текстильном
производстве пе только в собственно Австрии, но также и в чешских зем-
лях; если мануфактуры спорадически возникали и раньше, то начиная
с этой эпохи их число резко возросло.
13 Средние века. кии.XX
194
1. /Г л и .и а, П. .17 a if ц р г к
в) Рассеянные и централизованные мануфактуры
Прежде чем обратиться к рассмотрению мануфактур, остановимся иа
характеристике того, что называют домашним трудом или работой иа дому,
особенно распространенной в то время в текстильном производстве. Мно-
гие исследователи, которые занимались этим вопросом, считали работу
иа дому частью мануфактурного производства и говорили о ней как о рас-
сеянной мануфактуре. Они основывались на том, что процесс производ-
ства был целостным и что труд прядильщика и ткача на дому составлял
часть единого производственного процесса, в начале которого находился
лен, а в конце окраска и упаковка полотна.
Наряду с рассеянными мануфактурами, где концентрация производ-
ства проявлялась только при окончательной обработке продукта, можно
было наблюдать также рождение централизованных мануфактур, осо-
бенно в производстве шерстяных материн, сосредоточенном в мануфак-
турных мастерских, начиная с сортировки шерсти и вплоть до упаковки
готового товара.
Мануфактуры возникали в чешских землях (а также и в других странах
Центральной Европы) с XVII но XVIII в. при поддержке государства.
(>Ш1 получали специальные привилегии, которые жаловались собствен-
никам мануфактур. Эти привилегии имели большое значение не только
потому, что в силу их разрешалось основание мануфактур наряду с су-
ществовавшими цехами, по и потому, что они часто освобождали работаю-
щих от многих повинностей, которые касались остального населения.
Наиболее значительными привилегиями в чешских землях, по нашему
мнению, было право собственника мануфактуры нанимать иностранцев,
к которым не применялись государственные и церковные меры, связанные
с контрреформацией, а также решение, в силу которого липа, работавшие
в мапуфактурах, были избавлены от военной 'службы.
Многие мануфактуры, возникшие в странах Габсбургской монархии
с XVII по XV11I в., равно как п в чешских землях, были основаны фео-
далами. Тем не менее мы не можем сказать, по крайней мере для чешских
земель, что это были крепостные мануфактуры того же типа, который
мы знаем в царской России той же эпохи. Хотя большая часть работников
в чешских мануфактурах были зависимыми людьми того или иного
феодала, их труд на мануфактурах тем не менее не был формой барщин-
ного труда. Счетные книги мануфактур, переписка, официальные акты
и прочее показывают, что работникам за их труд там платили заработную
плату. Феодалы, конечно, использовали барщинный труд своих крестьян
при различных вспомогательных работах, например при рубке леса, пе-
ревозке шерсти и готового продукта и т. д. Но иа основе новых докумен-
тов мы можем сказать, что большая часть лиц. работавших иа этих сеньо-
риальных мануфактурах, были деревенскими бедняками, которые имели
маленький участок земли или были совсем безземельными и для которых
работа на мануфактуре представляла единственный или. по крайней мере,
частичный источник их существования. Среди мануфактур, которые раз
вивались с начала XVIII в., мы находим, наряду с предприятиями, осио
ванными феодалами, также и буржуазные мануфактуры, основателями
и собственниками которых были купцы, богатые цеховые мастера и т. д.
Буржуазные мануфактуры, появившиеся во второй половине XVIII в.,
имели в некотором отношении исключительную важность. Примером
этого, впрочем единственным для Центральной Европы, служит Брно.
В середине XVIII в. в данном городе имелось около дюжины мастеров-
суконщиков, продукция которых не превышала нескольких десятков штук
О переходе от феодализма к капитализму о Центра л мой Европе
195
сукна в год. Полвека спустя в Брно имелось около 12 шерстяных мап>-
фактур, па которых работало более 10 тыс. мануфактурных рабочих:
пх ежегодная продукция достигала нескольких десятков тысяч кусков
сукна высшего качества и других шерстяных тканей.
Быстрое развитие буржуазных элементов было, в частности, вызвано
ростом хлопчатобумажного производства во второй половине XVIII в.
Эта новая отрасль развивалась быстро, и среди ее пионеров фигурировали
именно буржуа, а иногда также и старые цеховые ремесленники, часть
из которых только что выкупилась из крепостного состояния.
Решение отменить крепостничество в чешских землях в 1781 г. на-
ходится в тесной связи со всем предыдущим развитием. Ойо дало новый
толчок производству, но уже на капиталистической основе. Наибольшим
препятствием росту производства вплоть до 1781 г. было то, что сельское
население оставалось прикрепленным к земле. Если кто-либо хотел пере-
менить местожительство, он должен был иметь разрешение феодала,
который давал его лишь в редких случаях. Указ же 1781 г. об отмене кре-
постничества предписывал, что любой зависимый человек может покинуть
свое местожительство и перебраться в другое без всякого разрешения
феодала. С этих пор деревенские бедняки могли уходить в города и получать
там работу, особенно на мануфактурах. Собственники мануфактур не име-
ли больше необходимости вступать в соглашение с феодалами относитель-
но условий, на которых они могли бы предоставлять их зависимым людям
работу па мануфактурах. Все это привело к глубокому перелому в жизни
общества. Феодальные отношения ослаблялись, потому что эти новые ра-
ботники мануфактур сделались со временем зародышем нового, рабочего
класса.
Хотя феодализм не был уничтожен в конце XVIII в. как социально
экономическая формация и население деревень еще было обязано нести
барщину в пользу феодала, тем не менее число тех, кто освобождался от
этой повинности, становясь работниками мануфактур, все время возра-
стало.
В течение первой половины XIX в. промышленное производство в чеш-
ских землях переживало период промышленного переворота. Прежде
всего он коснулся текстильного производства. Исключительное значение
в экономических и политических превращениях, совершившихся в течение
этого периода, имели, в частности, хлопчатобумажное производство и
производство шерстяных тканей. Мануфактуры достигли размеров фаб-
рик. завершилось формирование новых социальных классов, а именно
класса рабочих и класса буржуазии. Появление новых классов было одним
из главных результатов тех огромных изменений, которые имели место
в чешских землях с XVI по XVIII в.
г) Сельское хозяйство п крестьяне
Решающее значение для перехода от феодализма к капитализму при-
надлежит мануфактурному и промышленному производству, где прежде
всего нашел применение технический прогресс и более совершенная орга-
низация производства, поощрявшаяся в первую очередь государством
с его меркантилистской политикой. Сельское хозяйство, напротив, было
такой отраслью производства, где феодализм проявлялся непосредственно
и где он сохранялся особенно упорно и наиболее продолжительное время.
Сельское хозяйство было доменом дворянства, которое использовало его
в своих экономических интересах и путем личного управления, и через
посредство государственных законов. Чешские земли, как и Центральная
13
19Н zl. /Г л и .4 a, 11. M а ц у p e к
Европа в целом, были с, XVI по XVIII в. районом преимущественно
аграрным. А это, бесспорно, является одной пз решающих прпчпн, кото-
рые определили то, что феодализм сохранялся там значительно более
длительное время, чем на Западе. Но в связи с общим развитием эконо-
мики, особенно мануфактурного и промышленного производства, в сель-
ском хозяйстве можно было также наблюдать прогрессивный переход от
феодальной структуры к структуре капиталистической. Этот процесс со-
стоял: а) в техническом прогрессе сельского хозяйства, б) в растущем
применении наемного, т. е. свободного, труда в крупных феодальных
поместьях вместо труда барщинного, в) в освобождении крестьян от фео
дальней зависимости и превращении их в независимых производителей.
Проделанные до настоящего времени исследования в отношении чешских
земель позволили установить три важнейших этапа в эволюции сельского
хозяйства в конце феодализма: 1) с середины XVI в. до середины XVII в.,
2) с середины XVII в. ио 70-е годы XVIII в., 3) с 70-х годов XVIII в. по
1848 г.
В чешских землях решающий поворот от феодализма к капитализму
совершился не в год упразднения барщины (18-48 г.) или уничтожения кре-
постничества (1781 г.), а в течение десятилетий, которые этому предше-
ствовали. Преобладание капиталистических производственных отноше-
ний в крупном чешском поместье возникло не сразу, подобно тому, как
это случилось и некоторых странах Западной Европы, например в Англии.
Если в Англин начало капиталистической эры восходит к XVI в., т. е.
к эпохе, когда феодальная формация завершила там свой п\ть. а капп
талистпческпе мануфактуры развились после ликвидации крепостнице
ства, у нас капиталистические элементы появились в эпоху господства и
полного развития феодальных отношений и системы крепостничества,
т. е. в эпоху существования феодализма. Капиталистические элементы
в чешских землях появились с XVI п XVII вв. как в сельском хозяйстве,
так и в рудном деле и в промышленном производстве. Нужно перенестись
мысленно, по крайней мере, к середине XVI в., хотя в эту эпоху никоим
образом нельзя представлять себе крупное поместье с рождающимся
производством на вывоз как капиталистическое предприятие. Крупное
поместье с производством на вывоз было, несмотря на свое широкое уча-
стие в поставках торговой продукции и в обмене товаров на внутреннем
и отдаленном рынках, присущим феодальной эпохе. Но как бы то ни было,
со времени его существования, с XVI по XVII в., подготовлялись условия
для появления капиталистических производственных отношении в сель-
ском хозяйстве. Точно так же и в эволюции мануфактур нужно принимать
во внимание ио меньшей мере 30-е годы XVII в., а не только первые де-
сятилетия XVIII в. С XVI в., и еще больше в XVII в., в чешском поместье
ясно заметны симптомы изменений в производстве и в производственных
отношениях, причем не только количественные, но и качественные. С это-
го времени мы можем наблюдать своего рода дуализм в чешской жизни,
сосуществование и взаимное проникновение двух типов производственных
отношений: старых феодальных и новых капиталистических или, по
крайней мере, их элементов.
В XVIII же веке развитие в данном направлении зашло еще дальше,
когда крупное чешское поместье там, где это позволяли условия, все
более базировалось па капиталистических отношениях. В одних местах
раньше, а в других позже произошло качественное изменение в развитии.
Сельскохозяйственное производство и ремесленное (промышленное)
производство приобрели повое качество. Именно под влиянием новых ка-
питалистических производственных отношений п прогрессивных тенден-
U переходе от феодализма к капитализму е Центральной 1л рапе 197
цпй произошло окончательное уничтожение личном зависимости крепи-
стпых. Тот факт, что в некоторых местах упорно сохранялась известная
феодальная зависимость, не значит ничего в сравнении с радикальностью
перелома. Превращение мануфактур в фабрики, т. е. то, что называют
промышленным переворотом, произошло, конечно, в первой половине
XIX в. Но если то, что называют национальным возрождением, началось
и развивалось относительно быстро, то это только потому, что в чешской
среде было накоплено много сил еще в XVIII в., что там имелась эконо-
мическая опора не только в городах, где развитие возглавляли мелкобур-
жуазные элементы, но и в относительно сильной деревне, которую
феодализм не,уничтожил. Правильно,что развитие в чешских землях не мо-
жет быть понято, в точном значении этого слова, как нечто единообраз-
ное. Существовали различия как между Богемией, Моравией и Силезией,
так и внутри каждой из этих земель. Но как бы то ни было, мы видим, что
с XVI по XVIII в. кадры квалифицированных рабочих не появились в ре-
зультате набора, как это было на Западе (в Англии). Они выросли другим
способом, и капитал, необходимый для мануфактурных предприятий,
также накапливался другим способом. Мы видим, кроме того, что с XVI
по XVIII в. в чешских землях произошел процесс разложения феодальных
отношений и роста капиталистических элементов в сельском хозяйстве
в рудном деле так же, как и в промышленной (мануфактурной) области,
III. СРАВНЕНИЕ ПРОЦЕССА ПЕРЕХОДА ОТ ФЕОДАЛИЗМА
К КАПИТАЛИЗМУ В ЧЕШСКИХ ЗЕМЛЯХ
И В ДРУГИХ СТРАНАХ ЦЕНТРАЛЬНОЙ ЕВРОПЫ
В заключение нашего доклада мы попытаемся сравнить процесс пере-
хода от феодализма к капитализму в чешских землях и в других странах
Центральной Европы, отметив его некоторые общие черты и основные
различия. При этом возможно избрать два пути: илп начать с отдельных
проблем и рассмотреть, каково было их содержание применительно к раз-
шчным странам (конкретная точка зрения), или же постепенно сравни-
вать данный процесс в этих странах (территориальная точка зрения).
Оба эти метода имеют свои преимущества и свои неудобства. Последова-
тельное применение каждого из них затрудняется тем, что основные про-
блемы перехода от феодализма к капитализму в исторической литературе
Центральной Европы еще окончательно не решены и что в историографии
различных стран еще не достигнуто единство мнения относительно осу-
ществления этого перехода. Нужно будет, следовательно, прибегнуть
к обоим методам и подчеркнуть прежде всего те факты, которые хотя бы
отчасти были разъяснены в существующей исторической литературе илп
же подтверждаются анализом источников в собственном смысле слона.
Экономическое развитие с XVI в. до середины XIX в., т. е. в эпоху,
к которой мы относим процесс перехода от феодализма к капитализму
в Центральной Европе, бесспорно, отличалось в центре и иа востоке Гер-
мании, в чешских землях, Польше, Северной Венгрии (т. е. Словакии).
Австрии и северо-западных районах Румынии (Трансильвании) от эконо-
мического развития Западной Европы, но в значительной степени было и
параллельным. В экономике передовых стран Западной Европы (Англии.
Нидерландов, Франции) с XVI по XVII в. развертывался процесс, кото-
рый Маркс назвал первоначальным накоплением. Он состоя.!,
с одной стороны, в рождении крупных капиталов, вложенных в иронз
водство, а с другой стороны, в появлении свободной наемной рабочей
силы. В это же время в Центральной Европе наблюдалась новая фаза
198
.1. Л‘ л и .и а, II. М а у. у р е к
в жизни феодального общества — так называемое вторичное закрепоще-
ние. Его основными признаками были расцвет производственной и торго-
вой деятельности крупного феодального поместья (которое называют
Giitswirtschaft), прикрепление крестьян к земле и барщина. В условиях
господства феодализма капиталистические элементы в экономике и про-
цесс первоначального накопления развивались в Центральной Европе
значительно медленнее и с большими трудностями, чем в Западной Европе.
С XVI ио XVI11 в. в странах Центральной Европы не произошло бур-
жуазных революций, которые могли бы разрушить феодальный абсолю-
тизм и подготовить почву для развития капиталистического общества.
Напротив, в большинстве стран Центральной Европы в XVI и XVII вв.
наблюдалось ослабление буржуазии. Экономическая инициатива нахо-
дилась в руках феодалов, классовые интересы которых защищали, соб-
ственно говоря, все государства Центральной Европы.
В XVI в. общей чертой экономики стран Центральной Европы было
значительное развитие рудного дела и обработки железа. Широкий раз-
мах в эксплуатации рудников наблюдался во второй половине XV в. и
и первой половине XVI в. в Верхней Германии, Словакии, чешских зем-
лях, а частично также и и Силезии. Рудные предприятия играли значи-
тельную роль в привлечении крупных капиталов (например, домов <С>уг-
герон, Вельзеров, Гервартов, Баумгартнеров в Верхней Германии и Др.),
которые были заново вложены отчасти в производство, а отчасти в торгов-
лю и в международные операции. В самом рудном деле наемный труд полу-
чил широкое распространение, в результате чего в эту эпоху в обширном
районе рудные предприятия носили капиталистический характер. В Цеп
тральной Европе наблюдалось также смешение капиталов из различных
стран (например, торговля медью Фуггеров — Турцо в Словакии).
Продукты горнорудной промышленности Центральной Европы занимали
в эту эпоху главное место в добыче металлов и в финансах всей Европы.
По во второй половине пли в конце XVI в. значение эксплуатации руд
ников и обработки железа, так же как н значение драгоценных металлов
из Центральной Европы, понизилось. Одновременно наблюдался ирогрес
сирующпй упадок торговых домов. Только в Словакии разработка руднп
коп продолжалась вплоть до недавнего времени а в XVIII в. ее рудники
оказались центром расцвета горной техники, которая вновь приобрела
европейское значение и оказала влияние на соседние страны. В старой
исторической литературе, так же как п в некоторых современных работах,
с производственной н торговой активностью горнорудной промышленно
стп и торговых обществ связывается подъем капитализма и говорится
о стадии первоначального накопления. По мы думаем, что в XVI в. основ
ные производственные и социальные отношения оставались феодальными
и что капитализм проявился прежде всего в самой горнорудной промыш-
ленности.
Экономическое развитие стран Центральной Европы было в знача
тельной степени нарушено Трпдцати.тетиеп войной (в Германии и в чеш-
ских землях) п другими войнами XVII в. (в Польше шведско-польской и
польски украинской войнами), в Венгрии Пятпадцати.тетией войной
Габсбургов против турок в период 1393 -1608гг. и восстанием антигабс
бургскпх государств. Эти события привели к замедлению экономического
развития и к возврату старого в большей части Центральной Европы.
Последствием войн явилось обезлюдение некоторых районов, резкий упа-
док городского и сельскохозяйственного производства, укрепление кре-
постничества, перерыв в развитии мануфактур и торгового капитала,
общее усиление феодальных тенденций.
О переходе от феодализма к капитализму в Центральной Европе
199
Другим важнейшим фактором, который отразился на экономическое!
развитии многих стран Центральной Европы, и прежде всего Венгрии,
чешских земель и Австрии, была турецкая экспансия в Центральную
Европу начиная с первой четверти XVI в. вплоть до конца XVII в. Турец-
кие войны выкачивали в форме государственных налогов пз Венгрии, чеш-
ских земель и Австрии значительные финансовые ресурсы, которые поэто-
му пе могли быть вложены в производство указанных стран. Но в то же.
время эти войны создавали новые возможности для сбыта некоторых про-
дуктов (сельскохозяйственных товаров, оружия, сукна и т. д.).
Развитие после Тридцатилетие!! войны имело много сходного в ряде
стран Центральной Европы. И не только в области политики (это был
период укрепления абсолютизма и подавления сословий), по также и
в области экономики, где в большинстве стран наблюдалась аналогичная
эволюция, хотя они и различались по интенсивности развития.
Общем чертой для ряда стран, а именно для Германии, чешских и не-
которых австрийских земель, было развитие системы скупки (Verlagssys-
tein). В некоторых областях Германии и в чешских землях ее развитие
было связано с поставками на заграничные, часто заморские, рынки. Боль-
шую роль сыграло также и то, что старые формы торговли, которые су-
ществовали до Тридцатилетней войны, когда торговые дома заключали
договоры с целыми корпорациями (Zuiiflkaul), оказались недостаточными
поете Тридцатилетие и войны, поскольку города были в значительной
мере разрушены. Развитие системы скупки и включение широких слоев
сельского населения в работу на скупщика имели положительные послед
ствия и для экономического развития в силу того, что (как было указано
выше) создавались рассеянные мануфактуры (которые являлись новым
элементом экономической эволюции) и для материального положения
сельского населения (особенно в тех странах, где существовало крепостни
чество). Л от этой формы рассеянной мануфактуры был только один
шаг до мануфактуры централизованной.
В исторической литературе Центральной Европы огромная важность
мануфактуры является ныне общепризнанной. Мануфактура была вехой
в развитии, которое шло через нее от цехового ремесла к крупному меха
ническому производству. Иными словами: от чисто феодальных форм
ремесленного производства через переходные от феодализма к каппталнз
му формы (мануфактуры) к формам чисто капиталистическим, а именно
к крупному механизированному производству. Здесь мы хотели бы оста-
новиться па утверждении, что промышленное развитие XIX в. будто бы
не было связано с мануфактурами периода меркантилизма. Однпм из
аргументов в защиту этого утверждения является то, что большинство
этих предприятий впоследствии исчезло. Относительно чешских
земель мы должны сказать, что, конечно, известное число мануфактур
Х\ III в. не сохранилось в течение длительного времени, однако другие,
а именно наиболее крупные, продолжали развиваться в течение всего
XVIII в. В эпоху большого индустриальною и технического подъема
XIX в. они превратились в крупное механизированное производство,
которое существует в виде современных фабрик вплоть до наших дней.
По если бы даже и не было этого непрерывного развития, мы
должны рассматривать мануфактуры как ступеньку в развитии, которая
вела от цехового ремесла к крупному механизированному фабричному
производству XIX в., потому что мануфактура способствовала развитии,
производства: она разбивала путы цеховых форм производства, углубля-
ла разделение труда, который она концентрировала впоследствии на
одном предприятии (в мастерской), вовлекала в производство большое
200
А» Клим я, 11. _W а ц у р е к
чпсло неквалифицированных и малоквалифицированных работников, ко-
торые могли успешно осуществлять отдельные производственные опера-
ции. Кроме того, с мануфактурой связывается также развитие таких
орудий производства, которые были немыслимы в цеховом ремесло и ко-
торые являлись ступенькой в развитии машин более позднего времени.
Весьма важен вопрос о характере мануфактур XVIII в. Были ли они
капиталистическими пли феодальными предприятиями? Эта проблема
поставлена в польской историографии (В. Кула). Мы думаем, что ре-
шение этой проблемы зависит от конкретного развития каждой страны
в отдельности. Например, некоторые немецкие исследователи считают,
что в Саксонии в XVIII в. существовали капиталистические мануфактуры.
Так как на запад от Эльбы (как раз в Саксонии) в большинстве областей
не было вторичного закрепощения, возможно, что речь идет о мануфак-
турах, действительно, капиталистических, хотя, может быть, и здесь так-
же вопрос в целом заслуживает более глубокого изучения, потому что,
несмотря ни на что, феодальные условия существовали повсюду. Ситуа-
ция в чешских землях, где феодальные отношения были особенно сильны и
где существовало то, что называют вторичным закрепощением, несомненно,
была отличной. Мануфактуры, которые там имелись, свидетельствовали
о наличии экономических форм перехода от феодализма к капитализму.
С другой стороны, мы видим, что в этих мануфактурах работали свободные
люди.-Это были в большинстве случаев иностранцы, которые прибыли
сюда в качестве рабочих-специалистов, илп же подмастерья, которые
обучались в городах ремеслу и которые, во время своих странствий с целые
усовершенствования, останавливались на время также и в мануфактурах
для того, чтобы там поработать. Но наряду с ними большая часть работ
ников мануфактур состояла из крепостных, которые, несомненно, труди
лись в мануфактуре не как на барщине и вознаграждались за свою
работу заработной платой. Но тот факт, что эти работники были крепост-
ными, к которым применялась вся совокупность ограничений феодального
строя (например, они не могли уходить из мануфактуры без разрешения
их феодала), показывает, что их положение не может быть идентифициро-
вано с положением рабочих, сделавшихся лично свободными людьми в ту'
эпоху, которая последовала за отменой крепостничества.
Характерной чертой XVIII в. для всех стран Центральной Европы
являлась правительственная политика меркантилизма. В этот период
различные страны экономически чрезвычайно укрепились и их зависи-
мость от иностранного ввоза была сведена к минимуму. Все это неизбеж-
но должно было быть связано с поддержкой различными правительствами
развития производства в их собственных странах. Государственные меро-
приятия, имеющие целью поддержать развивающиеся мануфактуры, пред-
ставляй»! общее явление. Мы наблюдаем их в чешских землях, в Австрии,
Германии и Польше. Поддержка, которую государство оказывало ро-
ждавшимся мануфактурам, была различна. Иногда это была прямая фи-
нансовая помощь в виде займов, которые почти никогда но возмещались,
различные пособия, а также помощь, которая осуществлялась в виде
целой серии важных мероприятий. Во всех странах Центральной Европы
были в ходу распоряжения, в силу которых не только собственники ма-
нуфактур, но также и их работники были освобождены от военной служ-
бы; при продолжительной военной службе и то время это являлось
очень важной мерой, способствовавшей подъему промышленного произ-
водства. Различные правительства принимали также для защиты ману-
фактур многочисленные меры, ограничивавшие власть цехов. И интересно
отметить, что в Германии это произошло в том же самом году, что и в чеш-
О переводе от феодализма к капитализму в Центральной Европе
201
еких землях (1731 г.). Ограничение цехов и их подчинение государствен-
ному контролю имело бесспорной целью помочь дальнейшему развитию
мануфактур, основание которых неоднократно наталкивалось на сопро-
тивление со стороны цеховых мастеров. Здесь важным является тот факт,
что на мануфактурах могли работать также и лица, не обладавшие квали-
фикацией, что стало возможным благодаря дальнейшему разделению
труда.
Промышленный переворот, как завершение, развития мануфактур, раз-
вернулся в большей части стран Центральной Европы (в чешских землях,
в центральной части Германии, в Польше, в Австрии) в период 20—70-х
годов XIX в.
Рассмотрим теперь переход от феодализма к капитализму в Централь-
ной Европе в области сельского хозяйства. Уже было указано, что сель-
ское хозяйство абсолютно преобладало в экономике стран Центральной
Европы с XVI но XIX в. Прогрессирующий рост мануфактур па феодаль
пых землях не прекращался вплоть до второй половины XVIII в. Пре
обладание сельского хозяйства придало особый характер процессу пере
хода от феодализма к капитализму в Центральной Европе. Но именно
в сельском хозяйстве проявились значительные различия между отдель-
ными странами. Корин этих различий уходят в отдаленные времена, но
они оказали влияние на самый процесс перехода в конце XVIII — первой
половине XIX в.
Рассмотрим прежде всего возникновение и характер крупного поме
стья в последний период феодализма. Общей чертой этого процесса являет-
ся то, что во всех районах Центральной Европы дворянство перешло
в XVI iiXVIIbb. к расширению феодального производства и торговли,
а также к установлению отношений зависимости и крепостничества. По
причины этого изменения в разных странах не были одинаковыми. На
востоке Германии, в некоторых районах Польши (в Великой Польше),
бесспорно, бросается в глаза развитие внешней торговли зерном л сель-
скохозяйственным сырьем. Она сделалась возможной в результате экспор-
та этих продуктов по Эльбе, Одеру и Висле по направлению к морю и
далее на рынки Западной Европы. Наоборот, в чешских землях, Север-
ной Венгрии, т. е. Словакии, Нижней Австрии, Саксонии, Верхней Си-
лезии и на юге Польши благоприятные цены на сельскохозяйственные
продукты складывались скорее под воздействием внутреннего рынка.
Слабая зависимость сельскохозяйственного чешского производства —
как феодального, так и крестьянского — от внешнего рынка ныне дока-
зана. Зто было одним из наиболее важных признаков, отличавших чеш-
ское сельское хозяйство от сельского хозяйства в центре и на севере
Польши, а также в центре Германии.
В XVI и XVII вв. характер крупного поместья в странах Центральной
Европы был неодинаков. В Польше экономически преобладало крупное
поместье и культура зерна. Па производство зерна было также ориенти-
ровано и крупное поместье в Северной Германии. В горных районах па
юге Польши и на севере Северной Венгрии, т. е. Словакии, крупное ио
местье было связано е разведением скота. Мясной скот был предметом за-
боты как и чешских землях, так и в Германии, наряду с овцами, пеобхо
димымп для производства сукна. Особым характером в XVI и и нача.к
XVII в. отличалось крупное чешское поместье, где одновременно с разни
тием производства зерновых и производства сельскохозяйственного сырья
имели место постоянные попытки перейти к переработке сельскохозяйствен
пых продуктов (например, зерна на пиво) и наладить промышленное про
изводство. Это было прежде всего пивоварение, которое придавало
202
.-I. К л и м а, 11. 1/ а ц у р е к
экономической структуре крупного чешского поместья, в отличие от круп-
ного поместья соседней Германии, Полыни и Северной Венгрии, т. е. Сло-
вакии, особый характер (хотя при этом необходимо признать, что раньше
пли позже мы встречаемся с некоторыми аналогичными тенденциями и
в указанных странах). В крупных поместьях польской короны производ-
ства пива вообще не было; в бассейне нижней Вислы (в королевской Прус-
сии) монополией на варку пива обладали феодалы. Ориентация же круп-
ного чешского поместья па производство пива приводила к тому, что
значительная часть зерна, особенно пшеницы, потреблялась в самом круп-
ном поместье. Развитием пивоварения непосредственно в сеньориях
чешские земли отличались также (в период до Белон Горы) от Центральной
Германии, где производство ппва и водки рассматривалось как право
городов.
Развитие рыбоводства в прудах было второй хозяйственной чертой,
которой крупное чешское поместье (особенно в XVI в.) отличалось от
крупного поместья в соседних странах. Перед Тридцатилетием войной
в чешских землях было исключительно развито рыбоводство в прудах.
Там был принят почти современный способ разведения карпов и осуще-
ствлено технически великолепное устройство прудов, которое финанси-
ровалось крупным феодальным поместьем. Рыба Богемии продавалась
на рынках в соседних странах (например, австрийских землях), а чеш
ских специалистов но орудному рыбоводству выписывали в Северную Венг-
рию, т. е. Словакию. II только со времени Трпдцатплетпей войны рыбо-
водство в прудах в Чехии пострадало и его значение уменьшилось. В числе
первых в Центральной Европе (в период до Белой Горы) чешские земли счи
тались и по разведению винограда.
Крупное феодальное поместье в чешских землях стремилось также
осваивать и промышленное производство. В XVZI и XVII вв. оно орпепти
ровалось. в частности, па поиски железной руды, па разработку руднн
ков, на обработку металла. В значительном числе крупных поместий этот
вид предприятий получил большой размах (например, в Яновпцах. па
севере Моравии, в Фридланде); в первой половине XVII в. то там, то здесь
возникали мануфактурные металлургические предприятия, где работали
наемные рабочие и производилась продукция для широкого рынка. Кроме
того, во всех крупных чешских поместьях XVI и начала XVII в. имелись
также мелкие промышленные предприятия по производству кирпича,
извести, стекольные, валяльные предприятия, каменные карьеры и т. д.
В XVII и XVIII вв. крупное чешское феодальное поместье пыталось так
же, как мы уже отмечали, участвовать в мануфактурном текстильном
производстве.
Во взаимоотношениях крупных чешских и польских поместий с го-
родом в XVI и в начале XVII в. также имеются различия. В Богемии и
в Польше этой эпохи отношения с зависимым (домеппальным) городом
варьировались. В чешских землях сеть городов была значительно более
густой, чем в Польше. По можно было наблюдать различия также в но
ложенпп города, его размерах и его торговом значении. Если в Польше
феодал все еще постоянно вмешивался в производство городских ремес
ленников н стремился ограничить городской рынок, чешский доменпали
ный город перед Трпдцатплетпей войной вырастал и укреплялся, развивая
ремесла и торговлю в сотрудничестве с крупным поместьем. В Богемии
и Моравии до Белой Горы городская торговля не была, так сказать, ни-
когда расстроена прямым и постоянным участием в [[ей крупного поме-
стья. Там существовало сотрудничество обеих частей, например, в силу
того факта, что постоянные городские рынки сделались потребителями
О переходе от феодализма к капитализму в Центральной Европе
203
зерна, производившегося в поместьях, а сеньор в свою очередь покупал
большое количество продуктов у городских зависимых людей, поддержи-
вая таким образом ремесло доменнальных городов. В Польше все это было
иначе. Магнаты и шляхта покупали не столько внутри страны, сколько
за границей, и домениальные города постепенно приходили в упадок,
так как не выдерживали неравной конкуренции с собственными феода-
лами. Если в Польше имели место все возраставшая пауперизация города,
отрыв зависимых людей городов и деревень от участия в рыночных связях,
то в чешских странах тяжесть городских платежей и эксплуатация за-
висимых людей до цервой половины XVII в. не были столь велики, чтобы
помешать им участвовать в этих связях. Производство, осуществлявшееся
подданными людьми, было здесь больше включено в непосредственные
торговые отношения. Таким образом, из развития Польши до этого вре-
мени был исключен один из элементов, способствующих процессу перво-
начального накопления капитала. В чешских же землях условия для это-
го до Тридцатилетней войны были благоприятными, и участие зависимых
люден (городских и сельских) как во внутренней, так и в более отдален-
ной торговле являлось значительным (это видно, например, по отно-
шениям в чешских землях и Словакии в XVI в, и начале XVII в.).
Чешские земли были в XVI в. экспортерами ремесленной продукции,
а именно сукна, в Восточную и Юго-Восточную Европу.
В Австрии и Саксонии между крупным поместьем и городом сложились
отношения, аналогичные чешским.
Во всех странах Центральной Европы наблюдалось, в связи с изме
пениями в организации крупного поместья, ухудшение положения кре
постных крестьян. В современной исторической литературе этот процесс
обычно характеризуется как процесс так называемого вторичного за-
крепощения. Но ход этого процесса, степень крепостной зависимости и
характер повинностей крепостных крестьян были в различных раЙонах
Центральной Европы неодинаковы. Зто зависело прежде всего от положе-
ния производителя в крупном поместье и от характера рабочей силы, ко-
торая употреблялась в сельском хозяйстве. Начиная с XVI в. в зерновых
районах Восточной Германии и в Польше большая нужда в рабочей силе
привела к значительному увеличению барщины. В это время барщина
в Польше равнялась нескольким дням в неделю. Сильное увеличение бар-
щинных повинностей наблюдалось с XVI в. также и в Северной Венгрии
(Словакии), особенно после восстания Дожа. Барщинные повинности
в XVI в. непрерывно росли и в чешских землях. Но наряду с этим вплоть
до последних лет Тридцатилетием войны в чешском крупном поместье
прибегали в значительной степени к наемной рабочей силе. Ее исполь-
зовали, с одной стороны, на квалифицированных работах в различных
предприятиях крупного чешского поместья (в пивоварении, прудовом
рыбоводстве), а с другой стороны, на сезонных сельскохозяйственных зем-
ляных работах. Размер отработочных повинностей чешских крепостных
в рассматриваемую эпоху не был таким, чтобы он мог составить основной
элемент пли основное условие богатства феодального хозяйства. В то
же самое время значительная часть отработочных повинностей в чешских
землях вновь стала выражаться в форме денежных платежей. В некоторых
местах натуральные повинности были обращены в денежную ренту и
(с XVI, а еще больше с XVII и.) наблюдался процесс коммутации. Можно
сказать, что и силу предшествующего развитии Богемия до Трпдцатилег
пей войны занимала промежуточное положение между странами, в кото-
рых не произошло вторичного закрепощения (Западная Германия), и
странами, в которых вторичное закрепощение проявилось с XVI по
2(J'i
.4. />’ .i ч .ч и, II. М а ц у р е к
XVII и. в особенно тяжелых формах (Польша. Северная Венгрия, т. е.
Словакия, Восточная Германия).
Новый подъем сельского хозяйства в Центральной Европе после
войн XVII в. не был повсюду одновременным. Чешские земли.
Центральная и Восточная Германия преодолели кризис раньше, чем во-
сточная часть Центральной Европы, где еще во второй половине XVII в.
и в начале XVIII в. продолжались военные опустошения. Но в общем
во всех странах Центральной Европы в XVII и XVIII вв. наблюдалось
усиление крепостничества и насаждение барщины, что объясняется отча-
сти возникновением новой конъюнктуры па зерновом рынке Европы.
В то же время в эту эпоху в сельском хозяйстве начали проявляться,
и значительно более сильно, чем в предшествующий период, капиталпсти-
iccKiie элементы.
Важным фактором в процессе перехода от феодализма к капитализму
был технический переворот в сельскохозяйственном производстве, кото-
рый имел место во всех странах Центральной Европы в течение XVIII
и в первой половине XIX в. Этот переворот, носивший на Западе спон-
танный характер, произошел в Центральной Европе скорее при поддерж-
ке государства и с помощью обществ, которые оно основывало в целях
подъема сельского хозяйства. Значительную роль при этом вновь сыграло
крупное поместье, которое было способно обеспечить себя опытными сель-
скохозяйственными специалистами и денежными средствами, необходи-
мыми для последующей реализации вложений. Но указанный техниче-
ский переворот в сельском хозяйстве не был одинаковым и одновременным
во всех странах Центральной Европы.
Решающим фактором в процессе перехода от феодализма к капитализ-
му в сельском хозяйстве Центральной Европы являлся характер труда.
Техническое усовершенствование производства требовало новой органи-
зации труда в крупном поместье. Барщина, которая была достаточной для
экстенсивной экономики, сделалась при интенсивном хозяйстве оковами
для дальнейшего прогресса. Наемный труд стал прогрессивной формой
труда и в сельском хозяйстве. Мы видим, как параллельно с техническим
переворотом изменился характер рабочей силы в крупном поместье.
Но также и в применении наемного труда в сельском хозяйстве имелась
значительная разница между странами Центральной Европы. Эти раз-
личия весьма наглядно сказываются, например, в процессе сгона с земля
крепостных крестьян, которые становились таким образом важным источ-
ником свободной рабочей сплы как для рождавшейся промышленности,
так и для сельского хозяйства.
Классовая борьба крепостных крестьян против феодалов, характерная
для всего периода господства феодализма, стала, естественно, особенно
острой в момент его упадка. Опа существенно способствовала разложе-
нию старого строя и утверждению новых капиталистических отношений,
особенно потому, что делала явным невыносимый характер отживших
форм. Опа принуждала правящий класс делать уступки в соответствии
с требованиями крепостных крестьян, уступки, которые открывали дорогу
новым отношениям. Интенсивность классовой борьбы во всех ее вилах
изменяла и различной степени развитие данного общества.
Рост противоречий между феодальными отношениями и канита, ик-гн-
ческпмп тенденциями и классовая борьба сделали необходимым для Цен-
тральной Европы радикальное решение. К этому были направлены госу-
дарственные реформы, которые во всех странах Центральной Европы
являлись попытками урегулировать наиболее острый вопрос, вопрос
крепостничества, и облегчить дорогу капиталистическому развитию.
О перехоае от феода тз.ма к капитализму в Центральной Европе
205
Указанные государственные реформы имеете е постепенным превра-
щением крупного феодального поместья в крупное капиталистическое по-
местье являются наиболее характерными чертами в процессе перехода от
феодализма к капитализму в сельском хозяйстве Центральной Европы,
признаком той формы этого процесса, которую .Пепин назвал «прусским
путем».
ЗАК. ПОЧЕШИ-:
Что же вытекает из сказанного выпи1 в связи с вопросом о процессе
перехода от феодализма к капитализму и о генезисе капитализма в Цен-
тральной Европе?
I, Мировая история знает несколько вариантов генезиса капита-
лизма. В странах Западной Европы этот процесс протекал также различ-
но: в условиях феодализма или путем рево поцпи, с помощью нового класса,
нусловпях политической раздробленности пли централизации национальной
и политической жизни; с помощью абсолютизма пли вопреки ему; в условиях
•эксплуатации колониального мира или с помощью внутренних ресурсов
страны. Но в то время как в западной части Европы кризис феодализма
в XVI в. привел к буржуазным революциям и к укреплению капитали-
стических производственных отношений, страны Восточной Европы еще
долгое время после этого не могли сломить мощь феодального строя.
Напротив, для восточноевропейских стран период с XVI по XVIII в. ха
рактернзуется упрочением системы вторичного закрепощения, которая
продлила господство феодализма и придала рождению здесь капитализма
особый и замедленный характер.
2. Неодинаковым было также развитие и в Центральной Европе.
Несмотря иа географическую близость, здесь не существовало едино-
образия. Не составляя ни этнографического, ни культурного, ни даже
политического единства. Центральная Европа не была единой и в эконо-
мической эволюции, которая совершалась неодинаково и в соответствии
со специфическими условиями той илп иной страны. Здесь существовали
весьма различные условия экономической жизни. В соответствии с место-
положением страны более или менее чувствовались внешние влияния и
различная ориентация по отношению к Западу, Востоку, Северу и Югу.
Во многих районах Центральной Европы наблюдалось проявление и не-
которых черт, аналогичных тем, которые имелись на Западе, и некоторых
•черт, аналогичных тем, которые господствовали на Востоке. Многие райо-
ны Центральной Европы находились как бы между двумя различными
способами жизни и экономического развития. Многие районы образовывали
как бы переходную зону в своей сельскохозяйственной и промышленной
структуре. Например, Саксония и известные части Богемии были в этом
отношении более близки к странам Запада, а другие части Богемии. Мо-
равии и Силезии были более близки по своей экономической структуре
к странам, расположенным к Востоку от них. но сохраняли при этом
некоторые оригинальные черты. Многие явления в чешских землях были
типичными как по отношению к Западу и Востоку, так и по отношению
к некоторым странам Центральной Европы.
3. Однако в процессе перехода от феодализма к капитализму в стра-
нах Центральной Европы имелось много общих черт. В странах, распо-
ложенных к востоку от Эльбы, развитие шло в общем параллельно и по-
следовательно, несмотря на более пли менее заметную разницу во времени,
а также качественные и количественные различия. II это потому, что по-
всюду здесь имели место одни и те же основные тенденции и экономическая
206
A. Слима, 11. M а ц у p e к
общность в области сельского хозяйства, в эволюции крупного поместья,
сельскохозяйственного производства, мануфактурных предприятий и
производственных отношений. Эти основные экономические тенденции
создали в Центральной Европе район, где процесс перехода от феодализма
к капитализму совершился относительно одинаковым путем. Данная
эволюция была там и здесь тесно связана с феодальным строем общества,
с уровнем и структурой феодальной экономики. Переход от феодализма
к капитализму в Центральной Европе, притом не только в экономической
области, но также и в области социальных отношений, является очевид-
ным и полным лишь в первой половине XIX в., хотя во многих местах
продолжали еще существовать многочисленные следы и пережитки фео-
дального строя. Однако капиталистические элементы появились повсюду
значительно раньше — в XVI — XVIII вв.
Перевод с французского II. .1. Сидоровой *
Resume
de I’article de A. Klima et J. Maeurek
«La question de la transition du feodalisme au capitalisme
en Europe Centrale (XVI—XVIIlesiecles)
Qu'est-ce qui decoule de cos constatations pour la question de la transi-
tion du feodalisme au capitalisme et pour la genese du capitalisme en Europe
Centrale?
1. L’histoire mondiale connail pinsieurs variantes de la genese du ca-
pitalisme. De meme dans certains pays d’Europe Occidental?, ce processus
se deroula differemment: dans les conditions du feodalisme et par la voie
de la revolution, avec 1’aide d’une nonvelle classe, dans les conditions d’un
niorcellement politique et de la centralisation de la vie nationale et poli-
tique, avec 1’aide de 1’absolntisme et en opposition a lui, de meme que
dans les conditions de 1’exploitation du monde colonial comme des ressources
du pays. Tandis que dans la partie occidentale de 1'Europe, la crise du feo-
dalisme au XVIе sic-cle conduisit a des revolutions bourgeoises et au renfor-
cement des rapports de production capitalistes, les parties orientates de
Г Europe ne purent longtemps apres encore briser le pouvoir du regime feo
dal. Pour les pays est-europeens, la periode du XVIе au XVIIIе siecles
est, au contraire, caracteriste par la consolidation du systeme du deuxieme
servage, qui prolongea la domination du feodalisme et donna a la naissan-
ce du capitalisme d’ici un caractere particulier et tardif.
2. Heterogene fut aussi revolution en Europe Centrale. En depit de la
proximile geographique, il n’y eut pas ici d'uniformite. Xe constituant
pas d’entite ethnographique. cultnrelle nt meme politique, Г Europe Centrale
fut divisee aussi dans revolution economique, qui se deroula d’une manic-re
inegale, et scion les conditions specifiques de tel pays on de tel autre. 11
existail ici differentes conditions et differents moyens de la vie economique.
On ressentait — plus ou moins selon les endroits — les influences exterieu-
res et les forces etrangi-res, line orientation differente en direction del’ouest,
tie 1’est, du nord et du sud. Dans bien des regions de 1’Euope Centrale, ou
vil se manifester certains traits analogues a ceux qui etaient a 1’ouest, ail-
leurs a ceux qui dominaient a 1’est. Bien des regions de 1'Europe Centrale >e
* Французский текст доклада см. «Х1р Gongii-s International des Sciences llisto-
riques. Kapports. IV. Ilistoire moderne». Goteborg — Stockholm t’ppsala, 1960, p.
81—105.
О переходе от феодализма к капитализму в Центральной Европе
207
trouvaient comme entre deux modes differents de vie et devolution econo-
mique. Bien des regions forniaienl coniine uno zone de transition, pour ce
qui est de la structure agricole et industrielle. Par exemple, la Saxe et cer-
taines parties de la Boheme etaient a bien des egards plus proclies de 1’ouest
voisin, d'autres parties de la Boheme, de la Moravie et de la Silesie etaient
a leur tour davantage dans la structure ccononiique repandue et courante
a Pest de la, ruais ne s’y identifiaient pas pleinement, et conservaient cer-
tains traits originaux. Bien des phenomenes etaient dans les pays tchcques
typiques, et cola aussi bien ii 1’egard de 1’ouest el de 1’est, qu’a 1’egard de
certains pays de 1’Europe Centrale.
3. Mais en depit de ces varietes ou differences, il у eut bien des points
coinmuns en Europe Centrale pour ce qui est de la question de la transition
du feodalisme au capitalisme et, dans les pays situes a 1’est de 1’Elbe, revo-
lution se deroula en somme parallelement et logiquement, en depit de plus
au moins grandes differences de temps, par endroits de differences quanti-
tatives et qualitatives. Car, partout, il у avail ici certaines tendances fonda-
menlalcs et economiques communes en eeard a 1’entreprise agricole, dans
1’evolution de la grande ferme, de la production agricole, de 1’entreprise
manufacturiere et des rapports de production. Ces tendances economiques
fondamentales creerent en Europe Centrale une region ou la transition du
feodalisme au capitalisme s’effectua par des voies relativement concordances.
Cette evolution fut <;a et la etroitement liee a la structure feodale de la so-
ciete, a I’intensite et a 1’organisation internes de Г economic feodale. La
transition du feodalisme au capitalisme en Europe Centrale, et cela non
seulement dans le doniaine economique, mais aussi dans le doniaine des
transformations sociales, n’est evidente el complete dans la premiiue moitie
du XIXе siecle, cependant qu’en bien des endroits subsistc'rent denoinbreux
vestiges on survivances des regimes feodaux. Mais les elements capitali-
stes apparurenl partout bien plus tot апх XVIе au XVIIIе siecles.
СООБЩЕНИЯ
Н. А. Д ЕНПСОВ А
113 ИСТОРИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ БОРЬБЫ ВО ФРАНЦИИ
В НАЧАЛЕ XIV в.
(Трактаты легиста Дюбуа об уничтожении Ордена тамплиеров)
Одним из наиболее ярких и значительных .моментов политической
истории Франции конца XIII — начала XIV в. явилась борьба королев-
ской власти Франции против теократических притязаний папства, про-
ходившая иод знаком объединения страны.
Историческое развитие Европы шло по пути образования централизо-
ванных монархий с сильной королевской властью. Римская церковь в
своем стремлении установить мировое политическое господство, условием
осуществления которого было увековечение феодальной раздробленности
в странах средневековой Европы, встретилась с непреодолимым препят-
ствием. Франция оказалась первой страной, нанесшей серьезный удар
политическому могуществу римской церкви. Королевская власть Фран-
ции в лице Филиппа IV Красивого выступила на борьбу с папством в обста-
новке, когда процесс государственной централизации, вызванной к жизни
большими изменениями в социально-экономическом развитии страны, и
в первую очередь развитием городов как центров ремесла и торговли, до-
стиг к началу XIV в. значительных успехов. Филипп IV Красивый стре-
мился к независимости от папского престола во всех вопросах, касавшихся
внутренних дел королевства, как светского, так и церковного характера.
Его борьба против папства наиболее ярко выразилась в столкновении
с папой Бонифацием VIII и уничтожении Ордена тамплиеров.
Победа французского короля над Бонифацием VIII, одним из крупней-
ших реакционно настроенных деятелей римской церкви, ослабила поли-
тическое значение панства и сыграла решающую роль в установлении его
прямой зависимости от французского престола в период так называемого
Авиньонского пленения паи. Судебный процесс против Ордена тамплие-
ров и последующее уничтожение Ордена, ставшее возможным лишь в ре
зультате этой победы, в свою очередь усилили зависимость панского
престола от французской короны.
События, связанные с уничтожением Ордена тамплиеров, получили
отражение в большом и очень разнообразном по характеру документаль-
ном материале: папских буллах, судебных расследованиях, переписке
короля Филиппа IV Красивого с Климентом V, официальных документах
французского правительства и Пансков курии, донесениях королевских
чиновников, хрониках и т. д. Значительное число этих документов было
опубликовано в виде приложений к исследованиям 1 или в отдельных изда-
ниях.
1 См., например: (1. Lizerand. Clement V et Philippe le Bel. Paris, 1910.
Из истории политической борьбы во Франции XIV ь.
209
В 1700 г. Дюпюи опубликовал сборник, содержащий много интересных
материалов, среди которых были, в частности, помещены выдержки
из расследований по делу тамплиеров в Париже в 1309—1311 гг. и вы-
ступления тамплиеров в защиту Ордена перед королевскими комиссарами,
письма французских архиепископов и др.* 2 Некоторые источники по инте-
ресующей нас теме можно найти в большой публикации П. Дюпюи, посвя-
щенной борьбе Филиппа IV с Бонифацием VIII 3.
В середине XIX в. известным французским историком Ж. Мишле были
изданы два тома протоколов процесса над тамплиерами Парижа, пред-
ставляющие собой очень ценный источник 4. Крупный французский исто-
рик и издатель документов по истории средневековых политических учреж-
дений Франции Э. Бутарик в 70-х годах XIX в. опубликовал документы,
содержащие сведения об арестах тамплиеров в 1307 г., тексты перего-
воров в Пуатье в 1308 г., отчеты французских послов в Авиньоне и многие
другие 5.
Большой интерес представляют источники, сообщающие о первых
собраниях Генеральных Штатов в 1302 и 1308 гг., собранные и опубли-
кованные французским историком Ж. Пико 6 7. В этом издании имеются
обращения, написанные от имени короля, к духовенству, дворянству и
городам о созыве Генеральных Штатов, обращения короля к провинциаль-
ным чиновникам, переписка провинциальных чиновников, документы
провинциальных соборов духовенства по делу тамплиеров.
Среди документов, освещающих с самых различных сторон борьбу
королевской власти Франции с папством в начале XIV в., немаловажное
значение имеют трактаты легиста Пьера Дюбуа, написанные им по по-
воду процесса против Ордена тамплиеров ’. Анализ этих трактатов и со-
ставляет предмет данного сообщения.
Автор трактатов Пьер Дюбуа принадлежал к уже многочисленной
в то время армии легистов, знатоков права, приобретших особенно боль-
шое влияние в жизни государства в период правления Филиппа IV. Раз-
витие городов и товарно-денежных отношений способствовало возрожде-
нию римского права. В римском праве, с характерной для него системой
норм, соответствующей развитым товарно-денежным отношениям, нашла
юридическое обоснование торгово-ремесленная деятельность горожан.
В возрождении римского права и использовании его в своих политиче-
ских интересах была заинтересована и королевская власть, стремившаяся,
подобно горожанам, к ликвидации феодальной раздробленности. Поли-
тика королевской власти, опиравшейся на средних и мелких светских
и духовных феодалов и имевшей своим союзником города, объективно
содействовала образованию централизованного государства во Франции.
В приложении автор опубликовал 37 неизданных писем Филиппа IV и Климента V,
извлеченных из различных архивов.
2 Р. Du р и у. Traitez concernant l’histoire de France: scavoir la condemnation
des Templiers, avec quelqiies acles. L’histoire dii schisme. Les papes tenans le siege an
Avignon. El quelqiies proves criminels. Paris, 1700.
3 P. D a p u y. Ilistoire du different d'entre le pape Boniface VIII et Philippe le
Bel. Paris, 1655 .
4 Proces des templiercs, pub!, par J. Michelet, p. 1—2. Paris, 1841, 1851 (Collection
des documents inedils sur l’histoire de France).
5 E. В о и t a r i c. Clement V, Philippe le Bel el les Templiers.— «Kcvue des
Questions hisloriques», t. X, 1871; t. XI, 1872.
e Documents relatifs aux Etats Generau.x et assemblies, reunis sons Philippe le
Bel, publ. par G. Picot. Paris, 1901.
7 Notices et extraits des documents inedils a l’histoire de France sous Philippe le
Bel. В собр.: Notices et extraits des manuscripts de la bibliotheque imperialle, t. XX,
p. 2. Paris, 1862.
14 Средние века. вып.XX
210
Н. А. Денисова
Легисты, вышедшие из городского сословия, стали, таким образом,
«могущественной поддержкой» 8 королевской власти и сословия горожан
в борьбе за создание централизованного государства. На практике леси-
сты не брезговали никакими средствами, будь то насилие или обман, для
достижения поставленной цели. Именно им в значительной степени при-
надлежала заслуга успешного окончания борьбы королевской власти
с папством.
Пьер Дюбуа не принадлежал к числу видных государственных деяте-
лей и ближайших сановников короля, какими были Пьер Флотт, Гильом
Плезиан и Гильом Ногаре, игравшие заметную роль в жизни Франции
конца XIII — начала XIV в. В 1300 г. Дюбуа — адвокат города Кутанса
в Нормандии, где он родился. Будучи с 1306 г. «адвокатом короля» при
церковных судах бальяжа Кутанса, Дюбуа отстаивал королевские инте-
ресы, препятствуя расширению церковной юрисдикции. Некоторое время
Дюбуа находился на службе у английского короля, но уже в 1307 г. он
снова в Нормандии в должности провинциального юриста 9 10 11. Его трактаты
отражают интересы более широких кругов тогдашнего общества, нежели
непосредственного окружения короля. Именно в этом особое значение-
работ Дюбуа, одного из самых крупных публицистов своего времени.
Представитель передовых кругов французского общества начала XIV в.,
Дюбуа обладал широким политическим кругозором. В своих произведе-
ниях он отзывался почти на все события современной ему политической
жизни, отстаивая прогрессивные идеи сильной королевской власти
и централизации французского государства. Публицистическая деятель-
ность Дюбуа охватывает период с 1300 до 1313 г. Так как имя Дюбуа
сохранилось только в одном из трактатов, авторство его в отношении не-
которых других работ (например, «Quaestiodc potestate рарае») является
спорным. Большинство исследователей считают Дюбуа автором 10 произ-
ведений. Из них первое по времени написания — «Summaria brevis et com-
pendiosa doctrine felicis expeditionis et abreviationis guerranim ac lit him
regni Francorum» *°, в котором Дюбуа сформулировал основные идеи,
получившие дальнейшее развитие в работе «De recuperatione Terre Sancte».
появившейся между 1305—1307 гг.11
Трактат «De recuperatione Terre Sancte» представляет собой наиболее
значительное и зрелое произведение Дюбуа. В нем Дюбуа выступил с ши-
рокой внешнеполитической программой и проектом реформ, конечной
целью которых было процветание французской монархии. Дюбуа настаи-
вал на лишении папы светской власти, секуляризации всех церковных и
монастырских земель, ограничении деятельности духовенства только
областью духовных дел, переносе папской столицы во Францию. По мысли
Дюбуа, реформы должны были коснуться и духовно-рыцарских орденов.
Дюбуа предлагал проект (обсуждавшийся еще в XIII в.12) слияния всех
8 См. Ф. Энгельс. О разложении феодализма и возникновении национальных
государств.— Ф. Энгельс. Крестьянская война в Германии. Госнолптиздат,
1952, стр. 159.
“ Е. Henan. Etudes siir la politique religieuse du regne de Philippe le Bel. Pa-
ris, 1899, p. 257—268. См. также диссертацию советского исследователя: Л. В. В р н-
к с т е р н. К вопросу о формировании единого централизованного государства во
Франции (Пьер Дюбуа, «De recuperatione Terre Sancte»). Иваново, 1953.
10 Трактат известен в изложении Де Вайи («Bibiliotheque de Г Ecole des Charles»,
III. Paris, 1846). В извлечениях опубликован 111. Ланглуа (см. Р. Dubois. De
recuperatione Terre Sancte, ed. Cb. V. Langlois. Paris, 1891)
11 P. Dubois. De recuperatione Terre Sancle, ed. Cb. V. Langlois. Paris, 1891.
12 E. В о u t a r i c. La France sous Philippe le Bel. Paris, 1861, p. 128; Г. Ч. Л и.
История инквизиции в средние века, т. 2. СПб., 1912, стр. 323; G. L i z е г a n d. Cle-
ment V et Philippe le Bel, Paris, 1910, p. 80.
II.i истории политической борьбы во Франции XIV в.
211
орденов в один орден во главе с королем Кипра для новых завоевании н»
Ближнем Востоке 13.
Дюбуа принял активное участие в кампании против Бонифация VIII
н затем в процессе против Ордена тамплиеров, выступив в том и другом
случае как публицист и депутат Генеральных Штатов от города Кутаиси.
В памфлете «Deliheratio super agendis a I’hilippo IV, Francoruni regc,
contra epistolam Bonifacii papae VIII, inter cetera continentem haec verba:
«Scire te volnnius»». написанном в 1302 г., Дюбуа встал на защиту не-
зависимости Франции от притязании папского престола, выраженных
в нарочито резкой форме в подложной булле папы «Scire te volumus»,
получившей распространение во Франции и, очевидно, сфабрикованной
легистами. Как раз это произведение подписано самим Дюбуа 14 15 16.
В памфлете «Supplication du peuple frangais au roy contre le pape Boni-
face VIII», датированном 1304 г., Дюбуа от имени французского наро-
да требовал, чтобы король объявил Бонифация VIII посмертно ерети-
ком 1д.
В большинстве своем идеи Дюбуа не были оригинальны 1,!; однако,
объединенные в широкую программу преобразований, они для того вре-
мени отличались большой смелостью.
Прежде чем приступить к анализу трех трактатов Дюбуа, написанных
им по поводу процесса против Ордена тамплиеров, коротко остановимся
на истории и характере Ордена.
Духовно-рыцарский Орден тамплиеров 17 возник в XII в. как военно-
политическое орудие папства, предназначенное для осуществления его
теократической программы, и в первую очередь для участия в крестовых
походах, организация которых являлась одним из центральных пунктов
этой программы.
В 1133—1136 гг. появился трактат видного деятеля католической
церкви Бернара Клервоского «1)е laude novae militiae», посвящен-
ный Ордену тамплиеров, в котором была отражена точка зрения
папства на духовно-рыцарские ордена. Бернар Клервоский прославлял
в нем тамплиеров как новый вид воинства, каждый член которого сочетал
в себе, по его словам, монаха и воина: «Неустрашимым и надежным во всех
отношениях воином является тот, кто облекает тело железной бронею,
а душу бронею веры. Бесспорно, воин, защищенный тем и другим оружием,
не боится ни дьявола, ни человека» *8.
Пропагандируя крестовые походы, в которых римская церковь видела
источник безграничного роста своего могущества, Бернар Клервоский раз-
жигал фанатизм тамплиеров, открыто призывая их к убийству «неверных»:
«Смертью язычника христианин прославляется, потому что ею прослав-
ляется Христос» 19,
13 Р. Dubois. De recuperatione Terre Saucte, p. 14,
14 P. Dupuy, llistoire du different..., p. 44 —47.
15 Ibid., p. 213.
16 Так, еще до Дюбуа, в XII—ХШ вв., французскими публицистами выдвигались
требования секуляризации церковных земель, реформы орденов, передачи светских
владений папы французскому королю (см. диссертацию: „I. В. В е н к с т е р и.
К вопросу о формировании единого централизованного государства во Франции
(Пьер Дюбуа, De recupeiatione Terre Sanctae, стр. 196—197).
17 Орден получил такое название в связи с тем, что рыцари поселились первона-
чально недалеко от того места в Иерусалиме, где, по преданию, находился храм (temp-
le) Соломона.
18 М i g n е, PL, 1. 182, р. 922.
19 Ibid., р. 924.
212
11. А. Денисова
Тамплиеры, ио мысли автора, должны были быть авангардной силой
крестовых походов. По его мнению, они отличались от светских рыцарей
своим бесстрашием, дисциплинированностью и выносливостью. Бер-
нар Клервоскпй утверждал, что они вели войны якобы во имя Христа,
а не пз желания славы и страсти к богатству. В действительности этот
идеализированный образ «воинов Христа» не имел ничего общего с реально
существовавшими тамплиерами, занимавшимися, подобно светским ры-
царям, грабежами и убийствами. Более того, очень скоро тамплиеры в гла-
зах современников прославились особой распущенностью нравов. Обеты
бедности и целомудрия, которые давали члены Ордена, запрещение уста-
вом иметь в личной собственности золотые и серебряные украшения 20,
религиозные обряды — все это было лишь ширмой, прикрывавшей раз-
бойничью сущность Ордена.
«Менее всего средн них значит личность, предпочтение отдается луч-
шему, но не знатнейшему»21,— утверждал Бернар Клервоскпй, но это
не соответствовало истине. В Ордене, членами которого могли быть только
рыцари и лично свободные люди, не существовало равенства. На руково-
дящих постах в Ордене находились наиболее крупные феодалы. Члены
Ордена, ведавшие административными и военными делами, такие, как
магистр, стоявший во главе Ордена и пользовавшийся почти неограни-
ченной властью, сенешал, командоры и т. д., занимали привилегированное
положение, имели особых слуг, оруженосцев и т. д., владели несколькими
лошадьми 22_
Иным в Ордене было положение так называемых братьев-сержантов или
братьев-служителей, массу которых составляли, очевидно, выходцы из
городов и свободные крестьяне. Братья-служители использовались на
военной службе у братьев-рыцарей, иногда в качестве оруженосцев. Они
выполняли также ремесленные и сельскохозяйственные работы. Братья-
служители пользовались ограниченным правом голоса во внутренних
делах Ордена (например,при выборах магистра Ордена), не имели оруженос-
цев, владели только одним конем. Даже внешне они отличались от братьев-
рыцарей, так как были одеты не в белую, а серую одежду 23.
С прекращением крестовых походов центром деятельности Ордена
тамплиеров стала Западная Европа. Здесь под покровительством папского
престола Орден постепенно превратился в серьезную экономическую и
политическую силу. Он вырос в крупнейшего земельного собственни-
ка, имевшего большие земельные владения во Франции, Англии, Герма-
нии, Арагоне, Португалии, Италии, Венгрии, провинции Иерусалим
и т. д.24
Земельные владения пе были единственным источником доходов и
могущества Ордена. Орден занимался финансовой и ростовщической
деятельностью, являясь одним из крупнейших банкиров п ростовщиков
на Западе в средние века 25.
20 La Bogle du Temple, publ. par II. de Curzon. Paris, 1886.
21 M i g u e, PL, t. 182, p. 926.
22 La llcgle du Temple, p. 75—79, 88—94, 109—115.
23 ibid., p. 66—68, 109—110, 112.
24 Ph. G г о u v e I I e. Meinoircs bistoriqucs sur les templiers. Paris, 1805, p. 19—
20; .1. J о I i y. Philippe le Bel. Paris, 1869, p. 229. Ужев уставе 1128 г. была статья,
в которой говорилось о возможности для Ордена владеть землей, зависимыми крестья-
нами и о праве взимать десятину (см. La Hegic du Temple, p. 58—60).
25 Финансовые операции Ордена отличались большим размахом и разнообразием:
храпевие денежных вкладов, перевод денег, ссуды, кредитные операции, расчеты от
имени лиц, имевших открытые счета в его кассе. Орден был связан финансовыми опе-
рациями с королями Европы, феодалами, купцамв, горожанами, крестьянами (см.
М. L. Delisle. Memoires sur les operations financieres des Templiers. Paris, 1889).
Из истории политической борьбы во Франции XIV в.
213
В XII—ХШ вв. Орден тамплиеров играл весьма заметную рол!> и
в политической жизни, вмешиваясь во внутренние дела западноевропей-
ских государств п крестоносных государств на Востоке, чему в значитель-
ной степени способствовала политика Римской курии. Папство, стремясь
сделать Орден зависимым только от Рима и превратить его в послушное
орудие для распространения своего влияния, предоставило Ордену ряд
привилегии. Орден был подсуден только папе, его члены пользовались
правом личной неприкосновенности. Церкви и дома Ордена имели право
церковного убежища (droit d’asile) 26. Орден был свободен от феодальных
присяг, налогов и контрибуций; он мог не подчиняться решениям коро-
левской власти, на собственный страх и риск вести войны 27. Однако уси-
лившийся Орден тамплиеров стал стремиться к самостоятельной политике
не только по отношению к светским государям и местным церквам, но и по
отношению к папскому престолу, что не могло не вызвать обострения
его взаимоотношений с Римской курией. Орден, но существу, не давал папе
вмешиваться в свои внутренние дела. Даже выборы магистра прохо-
дили без согласия папы, хотя тот формально продолжал считаться верхов-
ным главой Ордена.
Серьезные обострения во взаимоотношениях Ордена с папством воз-
никли в связи с упадком крестоносного движения. Современники, будучи
не в состоянии понять истинные причины этого упадка, пытались возло-
жить вину за потерю крестоносных государств на тамплиеров. Орден, дей-
ствительно, сражался «без энтузиазма», преследуя лишь собственные вы-
годы и интересы; соперничая с госпитальерами, он открыто иступил с ними
в войну в 1243 г., заключив при этом союз с мусульманскими княжествами.
Но, несмотря на разногласия, конечные интересы Ордена и папы совпа-
дали. Как крупный феодал и ростовщик, пользовавшийся политической
независимостью. Орден был объективно заинтересован в сохранении фео-
дальной раздробленности западноевропейских стран. Осуществление
теократической программы папства было для Ордена несравненно жела-
тельнее, чем образование сильных централизованных государств.
Орден тамплиеров оказывал существенное влияние и на внутреннюю
жизнь Франции. Во Франции была расположена большая часть земельных
владений Ордена, Париж являлся центром его финансовой деятельности.
Более того, в течение почти всего XIII в. у прав леи не финансовыми делами
короля находилось в основном в руках тамплиеров 28. Характерно, что
Филипп IV7 Красивый, вступив на престол, основал новую казну в Лувре
с тем. чтобы ограничить влияние Ордена на финансовые дела короны.
К концу XIII в. ни один феодал Франции не пользовался такими при-
вилегиями, какими располагал Орден, занимая по существу положение
государства в государстве. Следует отметить также, что большинство чле-
нов этого духовно-рыцарского объединения были тесно связаны с крупны-
ми феодальными родами Франции, настроенными чаще всего враждебно
к цептрализаторской политике короля. Являясь проводником влияния
Римской курин. Орден в ходе борьбы двух политических сил королев-
ской власти и папства объективно оставался па стороне папства 2В.
2в р ч д п История инквизиции..., т. 2, стр. 320; Ph. G го n veil е. Мё-
uioires historiques..., р. 27.
27 Г. Ч. Л и. История инквизиции..., т. 2, стр. 320—321.
28 М. L. D е 1 i s 1 е. Memoires..., р. 53.
20 Французский историк Ф. Грувель (Ph. Grouvelle) сообщает, что в момент борьбы
Филиппа IV с Бонифацием ЛIII Орден, обещая королю выступить против папы,
одновременно оказывал помощь последнему,пересылая ему деньги, вывоз которых из
Франции был запрещен (Ph. Grouvelle. Memoires historiques..., p. 187).
Н. А. Денисова
Тактика частичных уступок и лавирования, которой придерживался
Орден, не снимала его основного противоречия с королевской властью.
Орден тамплиеров мешал объединению страны, в силу чего уничтожение
его было настоятельной необходимостью для Франции 311.
Конечно, в решении короля уничтожить Орден играли также определен-
ную роль и финансовые соображения. Они не были определяющими, как
это пытаются изобразит!, некоторые буржуазные исследователи 31. но не-
сомненно, то, что Филипп IV рассчитывал воспользоваться огромным иму-
ществом Ордена и избавиться от кредитора, которому он был должен зна-
чительные денежные суммы.
В октябре 1307 г. по приказу короля, без согласия и ведома папы Кли-
мента V, во Франции были произведены аресты тамплиеров и начат инкви-
зиционный процесс с характерным для него применением пыток и
казней.
Ростовщическая деятельность и богатства Ордена, распущенный образ
жизни его членов вызывали ненависть самых широких слоев французского
общества. Строгая тайна, окружавшая устав и заседания тамплиеров,
своеобразные обряды Ордена, сложившиеся под влиянием, с одной сторо-
ны, мусульманского Востока, с другой стороны, под влиянием строго
соблюдавшегося обета беспрекословного повиновения членов Ордена его
руководству, давали пищу самым разнообразным толкам и слухам. Эти
обстоятельства существенно облегчили королю и его чиновникам осуще-
ствление задачи уничтожения могущественного Ордена. Ордену тамплие-
ров были предъявлены обвинения в извращении католической веры, отре-
чении от Христа, идолопоклонстве, испорченности нравов. Уже каждое
из названных обвинений рассматривалось, с точки зрения католической
церкви, как ересь.
Процесс против Ордена, вскоре принявший характер общеевропей-
ского, вызвал ожесточенную, длившуюся в течение нескольких лет борь-
бу французского короля с папой Климентом V. Последний не мог доб-
ровольно согласиться на уничтожение Ордена, так как это означало бы
резкое падение престижа папского престола и подрыв позиций римской
церкви. Но для эффективной борьбы бывший французский епископ из
Бордо Бертан де Гот, избранный папой под прямым давлением Филиппа
IV, не располагал достаточными средствами.
В 1309 г. резиденция пап была перенесена в Авиньон. Этот год по-
ложил начало 70-летнему периоду «Авиньонского пленения пап», на-
ходившихся в это время почти в полном подчинении у французских ко-
ролей.
В 1312 г. на Вьеннском соборе, который признал Орден невиновным,
папа, уступая угрозам короля, прибывшего на заседание с вооружен-
ным отрядом, объявил Орден распущенным, ссылаясь на то, что тот за-
пятнал себя судебным процессом. Имущество Ордена должно было быть
передано Ордену госпитальеров, по большую его часть во Франции за-
3" В недавно опубликованной работе французского историка Р. Жили (1$. G i I-
1 е s. Les templiers, soot-ils coupahles? Paris, 1957) говорится о якобы существовав-
шей у Ордена тамплиеров широкой программе государственного переустройства во
Франции, одним из моментов которого было уничтожение наследственной королев-
ской власти. По мысли автора, именно желание спасти монархию вызвало у короля
решение уничтожить Орден (р. 40, 41, 42). Такое заявление, не подкрепленное ссыл-
ками на источники, звучит неубедительно.
31 Г. Ч. Л и. История инквизиции..., т. 2, стр. 330; Ch. V. Langlois. Le
proces de templiers.— «Revue des Deux Mondes», t. 103, 1891, Janvier, p. 395.
Из истории политической борьбы во Франции XIV в.
215
хватил Филипп IV7. Его примеру последовали и остальные государи За-
падной Европы.
Такова в самых общих чертах истории Ордена тамплиеров, уничтожение
которого имело большое прогрессивное значение пе только для
Франции, но и для других западноевропейских государств, ибо оно было
одним из проявлений политического поражения папства в борьбе с фор-
мировавшимися централизованными монархиями.
В борьбе королевской власти против Ордена решающую роле, сыграла
деятельность легистов. В частности, весь процесс против Ордена был
непосредственно подготовлен и проведен государственными чиновни-
ками Гильомом Ногаре и Гильомом Плезианом. 22 сентября 1307 г.
Г. Ногаре был назначен хранителем королевской печати 32. 13 октября Но-
таре и Плезиан осуществили арест тамплиеров Парижа во главе с ми-
нистром Ордена Жаков» Моле. Одновременно появился манифест с опи-
санием «преступлений», совершенных тамплиерами, автором которого
считают Ногаре 33. 14 октября Ногаре выступил главным обвинителем
Ордена на ассамблее в Нотр-Дам, где собрались доктора богословского
факультета Парижского университета, духовенство, прево п другие
королевские чиновники 34. На следующий день он вместе с другими
королевскими чиновниками давал объяснения перед толпой народа в
саду королевского дворца. Вместе с Гильомом Плезианом Ногаре обес-
печил судебному процессу нужный исход, лично руководя допросами
тамплиеров 35.
Ногаре принадлежала главная роль на Генеральных Штатах 1308 г.,
оказавших огромное влияние на исход борьбы. Позднее, во время встре-
чи 29 мая 1308 г. короля и папы в Пуатье, главным действующим лицом
от королевской партии выступал Гильом Плезиан, так как папа отка-
зался иметь дело с Ногаре. С 1311 г. основные усилия Ногаре были на-
правлены на возобновленный в Авиньоне процесс против Бонифация
VIII с целью посмертно объявить его еретиком. Эта кампания против
Бонифация VIII должна была оказать давление на позицию папы в про-
цессе против Ордена 36 37 38.
Острым и действенным оружием легистов в борьбе с папой являлась
публицистика. Хотя в конце XIII в. и в начале XIV в. в публицистиче-
ских произведениях вопрос о взаимоотношении светской и духовной
власти обычно решался в плане их самостоятельного, раздельного суще-
ствования (potestates distinctae), Ногаре и Плезиан заявляли в своих
выступлениях не только о независимости короля от папского престола,
но и о праве его вмешиваться в дела духовной власти 3'. В 1310 г. Но-
гаре, выступив с проектом крестового похода, требовал передать коро-
лю, который должен был возглавить крестовый поход, не только земли
духовно-рыцарских орденов (в первую очередь Ордена тамплиеров),
но и все доходы церкви, за исключением самого необходимого для ее
существования 3ti.
32 Р. D и р и у. Ilistoire du different..., р. 615.
33 G. L i z e r a n d. Clement V et Philippe le Bel, p. 97.
31 E. Il e n a n. Etudes, p. 106—113.
35 Ренан считает, что протоколы допроса были оформлены Ногаре (см. Е. В ё-
□1 а п. Eludes snr la politique religieuse..., p. 114—115).
38 R.Schol z. Die Publizislik zur Zeil Philipps des Schonenund BonifazVIIl.Stutt-
gart, 1903, p. 373.
37 P. I) u p u y. Histoire du different..., p. 317 —324 , 516 sq.
38 E. Renan. Etudes sur la politique religieuse..., p. 116—120. Проект опубли-
кован Э. Бутариком (см. Notices et extrails, p. 199—205).
216
If. А. Денисова
Ногаре считал возможным действовать военной рукой (manu mili-
tari) 39 «в защиту римской церкви» против папы, проступки которого рож-
дают соблазн.
Дюбуа в этом вопросе, как мы увидим, пи в чем не уступал Ногаре,
за тем лишь исключением, что он не располагал силой и возможностями
Ногаре, который был по существу вторым после короля лицом в государ-
стве. Смелость легпстов имела своим источником растущую силу и могу-
щество городского сословия, являвшегося верным союзником короля
в борьбе за самостоятельность французского государства и ослабление-
позиций папства.
Обратимся непосредственно к анализу трактатов Дюбуа, посвящен-
ных процессу против Ордена тамплиеров и, на наш взгляд, несправед-
ливо забытых исследователями. Все три трактата Дюбуа анонимны
Латинский фрагмент одного из них, адресованного от имени француз-
ского народа королю с просьбой заставить Климента V уничтожить.
Орден тамплиеров, был опубликован Ренуаром в 1813 г. 40 В 1861 г.
Бутарик опубликовал полностью три трактата «De facto templariorum»,
впервые установив при этом, после тщательного анализа особенностей
языка и стиля, их принадлежность Дюбуа 41.
В небольшом предисловии Бутарик передал основную мысль каждого
трактата, но, к сожалению, его издание лишено комментариев и сколько-
нибудь подробного разбора произведений Дюбуа. Несколько больше-
останавливается на трактатах Э. Ренан. Но и у него анализ названных
произведений Дюбуа сводится к сжатому изложению их содержания 42.
В исторических исследованиях, посвященных непосредственно Ордену
тамплиеров, работы Дюбуа обычно совсем не упоминаются 43, порой же
исследователи ограничиваются лишь немногими замечаниями 44.
Трактаты невелики по своим размерам. Появившиеся в разгар собы-
тий, они насыщены атмосферой острой борьбы, имеют ярко выраженнук*
политическую окраску. Предназначенные для широкого распростране-
ния с целью воздействовать на общественное мнение, трактаты лишены
длинных отвлеченных рассуждений. Изложение в них конкретно. При-
меры из священного писания, к которому часто апеллирует Дюбуа, мо-
гут быть не всегда удачны, иногда просто искусственно притянуты, но-
они подчинены определенной, ясно выраженной цели автора. Язык про-
изведений Дюбуа несколько тяжеловат, хотя в отдельных случаях его
можно назвать выразительным.
Трактат Дюбуа на старофранцузском языке 45 представляет собой
памфлет («резкую диатрибу», по словам Бутарпка), направленный про-
тив Климента V. В нем Дюбуа от имени народа Франции, который, по-
его словам, всегда был преданным и повинующимся церкви более, чем
какой-либо другой парод, просит, чтобы король убедил папу в необхо-
димости уничтожить Орден. Орден следует уничтожить, так как оче-
видна вина его членов, признавших обвинения в ереси перед пиквизн-
39 Р. I) u р и у. Histoire du different..., р. 246.
40 М. В а у и о в а г <1. Monuments historiques relatifs a la condemnation de-
cbevaliers du Temple et a 1'abolition de leur ordre. Paris, 1813, p. 41—42.
41 Notices et extrails.
42 E. Renan. Piere Dubois. В кн.г E. В e n a n. Eludes stir La politique re-
iigiense du regne de Philippe le Bel.
43 Г. 4. Л и. История инквизиции..., т. 2.
44 J. J о 1 i у. Philippe le Bel, p. 240. G. L i z e r a n d. Clement V et Philippe
le Be|, p. 114—-115. E. В о u t a r i c. I.a France sous Philippe le Bel, p. 133—135.
45 Бутарик помещает его под № XXVII (см. Notices et extrails, p. 175),.
Пя истории политической борьбы во Франции XIV в.
217
торами и прелатами и другими bonnez genz, ибо грех одного есть при-
чина прегрешений многих люден 46.
Основная цель трактата — дискредитация Климента V в глазах об-
щества с тем, чтобы убедить последнее в правильности мер, предприня-
тых королевской властью. Стремясь подорвать авторитет папы, веру в
его «непогрешимость», Дюбуа обвиняет Климента V в большом числе
неблаговидных поступков, смешивая при этом правду с вымыслом. Этот
прием борьбы уже был испытан в так называемой войпе памфлетов, ко-
торая велась легистами в период столкновения Филиппа IV с Бонифа-
цием VIII. Кстати, данный памфлет представляет собой полную анало-
гию с памфлетом, написанным Дюбуа против Бонифация VIII под
названием «La supplication du peble de France au roy contre le pape Boni-
face le huitieme». Сядовитой насмешкой бросает авторКлименту V обвинение
в непотизме: «Видит народ, что их духовный отец (рёге espirituel), в силу
кровной привязанности (par 1’affection de sane), роздал доходные долж-
ности и владения римской церкви своим ближайшим родственникам».
В частности, пишет Дюбуа, папа назначил кардиналом своего абсолют-
но невежественного племянника, дав ему столько бенефициев, сколько
«40 пап до него, даже Бонифаций VIII. никогда не раздавали своим род-
ным» 47.
Нерешительное поведение папы, по словам Дюбуа, заставляет на-
род предполагать, что Климент V продался тамплиерам за золото 4".
Дюбуа подвергает сомнению добродетель Климента V, поскольку тот
повинен в грехе лицеприятия, и приводит слова католического бого-
слова XIII в. «отца церкви» Фомы Аквинского, который называл лице-
приятие смертельным грехом, несовместимым с добродетелью 49. Толь-
ко тот является истинным сыном бога, кто без всякого лицеприятия
делает то, что должно быть сделано. Справедливость, по его словам, долж-
на существовать равно для маленьких н больших людей.
Кто действует согласно своим привязанностям, несправедливо руко-
водствуясь дарениями пли обещаниями, страхом, любовью или нена-
вистью, тот является сыном дьявола, отвергнутым богом, который сам
есть истинная справедливость. В подобной ситуации народ не может не
думать об извращении права (perversion de droit). Утверждая, что Кли-
мент V нарушает и извращает право, Дюбуа включает в текст трактата
одно из положений римского права: «.... правосудие есть постоянное
и вечное требование каждому воздавать по заслугам»50.
Значительно больший интерес, на наш взгляд, представляют собой
по содержанию два других трактата, написанные на латинском языке.
Трактат под названием «De facto templariorum» имеет форму письма
народа Франции к королю с просьбой немедленно уничтожить Орден
тамплиеров властью главы государства 5l. Этот трактат интересно со-
поставить с небольшим произведением, вышедшим из-под пера магистра
теологии Парижского университета, представителя папской партии.
4®~НЩГ, р. 17.7—176.
47 Notices el exlraits, р. 1/6: «...plus que telx quarante papes ya il eu ne doiinerent
oneques a touz lenr lignaoes, et plus que Boniface ne mil autre ne dona oneques a tout son
lignage».
48 Ibid., p. 175.
49 Ibid., p. 176.
50 Notices et exlraits, p. 178: «...Quod justitia est Constans el perpetuavoluntas jns
suum unicuique tribuendi». Это положение заимствовано Дюбуа из «Институций» из-
вестного римского юриста Ульпиапа (см. Corpus juris civilis. Ed.P. Kruger, Th.
Mommsen. Berolini, 1908, vol. 1).
51 Notices et extraits, p. 180. Этот трактат, фрагмент которого был опубликован
Ренуаром, Бутарпк поместил под .\L XXVII.
218
Н. А. Денисова
«Brevis tractatus super facto templariorum»52. Оба трактата посвящены одно-
му и тому же вопросу—может ли светская власть вмешиваться в дела ду-
ховной власти, в частности в такое дело, как суд над еретиками. Сто-
ронник папы дает отрицательный ответ, королевский легист — поло-
жительный.
Приведем рассуждения, изложенные в «Brevis tractatus». Любовь
к истине и ненависть к порокам, пишет ученый-богослов, побудили его
заняться расследованием поступков государей, пытающихся собствен-
ным судом, без церковного следствия судить еретиков 53. Для решения
поставленной задачи автор прибегает, по его собственным словам,
к авторитету Ветхого и Нового завета и доводам разума 54. В противо-
положность Дюбуа, он очень осторожен в выражениях, единственное,
на что он решается, это назвать действия короля, арестовавшего тамплие-
ров без церковного согласия, «несправедливыми». Государи должны
наказывать своих подданных за грехи, читаем мы дальше; каждый пра-
витель обязан очищать от грязи идолопоклонства свое королевство,
особенно, когда это относится к культу7 бога 55. Однако в данном случае
тамплиеры находятся вне суда светской власти, так как они еще не от-
странены от церкви как еретики. Право же расследования по обвинению
в ереси, представляющей собой отклонение в вере, принадлежит только
церкви. «Мы осмеливаемся утверждать,— пишет ученый-богослов,—
что не только тамплиеров, которые являются непосредственно поддан-
ными церкви, но даже любых других еретиков ни король, ни какой-либо
другой светский государь не имеет права арестовать или судить без цер-
ковного расследования» 56. Установив виновность в ереси, церковь мо-
жет поручить государю наказать отступников. Приведя для доказатель-
ства этих положений несколько выдержек пз священного писания (из
второй книги Моисея и др.), автор трактата пускается в рассуждения о
соотношении светской и духовной власти. По его мнению, светская власть
относится к духовной власти, как телесное относится к духовному. Свет-
ская власть — это только инструмент святой юстиции (instrumentum
divinae iusticiae), тогда как духовная власть имеет всю полноту прав
над светской властью 57. Светский государь не в праве начать без раз-
решения папы справедливую войну, не говоря уже о том, чтобы собст-
венной властью судить еретиков58 *. Если государь видит, читаем мы
в трактате, что распространение ереси грозит его подданным, и если
он не сумел быстро посоветоваться с духовной властью, он может схва-
тить еретиков, но только для того, чтобы передать их церкви для рас-
следования дела/9. В заключение автор пишет, что он не пытался оправ-
дать тамплиеров; если обвинения подтвердятся, Орден должен быть
уничижен, но судить об этом может только церковь.
52 Трактат был панпсаи 25 марта 1308 г. Опубликован в приложении к кн:
R. Scholz.Die Publizislik..., S.508—516. Лизерансчптал.что этот трактат послужил
• ответом па запрос короля богословскому факультету Парижского университета о его
праве судить тамплиеров собственной властью (см. G. Lizcrand. Clement V el
Philippe le Bel, p. 112—113).
63 It. S c li о 1 z. Die Publizislik..., S. 508.
51 Ibid., S. 510.
55 Ibid., S. 509: «...sed unusquique rex el princeps tenelur purificare a sordibusydo-
Jarum regnuni suum, cum maxinic pertineat ad culluni dei...».
56 Ibid., S. 510: «...quod non solum Templarios, qui erant persone immediatesubiecte
ecclesie, verum eliam quoscumque alios hereticos нес rex nec aliqnis sccularis princeps
babeal aulborilatem capiendi uel iudicandi sine ecclesie requisitione»,
87 R. Scholz. Die Publizislik..., S. 515.
88 Ibid., S. 512.
89 Ibid., S. 516.
Из истории политической борьбы во Франции XIV в.
219
Итак, основные выводы ученого-богослова: право расследования
по вопросу о виновности в ереси принадлежит церкви; светские госу-
дари могут судить еретиков только после церковного расследования
п по поручению (mandate) церкви.
Обратимся к трактату Дюбуа. В изображении Дюбуа тамплиеры
пе только покровители и соучастники убийц, но сами убийцы, преступ-
ления которых требуют самого тяжкого наказания. «Разве не полезно так
наказать преступление, чтобы легкость прощения не дала основания
совершить проступок вновь?!» 60 — восклицает Дюбуа.
Из трактата можно понять, что папа в своих посланиях королю Фран-
ции пытался представить тамплиеров как людей, впавших в сравнитель-
но легкое заблуждение и подлежащих в силу этого только церковному
суду. Папа, по словам Дюбуа, утверждал, что тамплиеры твердо придер-
живались католической веры, расходясь с ее догматами лишь в некото-
рых положениях. Дюбуа, решительно отвергая подобные утверждения,
заявлял, что тамплиеры не могут называться даже еретиками, так как
они поставили себя вообще вне церкви, вне ее власти и, следовательно,
вне ее суда.
По мысли автора, само поведение тамплиеров требует решительных
действий прежде всего со стороны светской власти, а не церковной,
в компетенцию которой не входят дела отступников подобного рода. Та-
ким образом, в противоположность автору богословского трактата, Дю-
буа считал, что тамплиеры уже потеряли право на рассмотрение их дела
в церковном суде.
«Как должно поступать в подобном случае,— пишет Дюбуа,— учит
своим примером глава сынов Израиля Моисей, любимец бога, который
разговаривал с ним лицом к лицу, когда из-за подобного же отступни-
чества сынов Израиля, поклонявшихся золотому тельцу, он сказал:
«Пусть каждый из вас возьмет меч свой и убьет ближнего своего»,—так
сказал он и приказал сделать для вечной памяти и страха перед содеян-
ным, не спросив разрешения своего брата Аарона, который был верхов-
ным священником, назначенным по приказанию бога»61.
Смысл приведенного отрывка совершенно ясен. Говоря о Моисее и
Аароне, Дюбуа имел в виду короля и папу и считал, что король во Фран-
ции, выступая в качестве защитника веры, может уничтожить орден
-отступников, не обращаясь за разрешением к папе.
Интересно, что оба автора для доказательства своих прямо проти-
воположных по смыслу выводов приводят из священного писания один
и тот же пример с Моисеем, приказавшим убить отступников. Но автор
богословского трактата ни слова не говорит о верховном священнике
Аароне, разрешения которого, по словам Дюбуа, не спросил Моисей.
Более того, ои приравнивает слово Моисея к слову папы, т. е. считает
его священником 62.
Дюбуа как бы полемизирует с богословом, когда пишет в своем трак-
тате: «Если скажут, что Моисей сделал это как священник и что священ-
ником был, ибо написано: «Моисей и Ларон в священнослужителях его»,—
ответит парод: нет основания считать, что Моисей был священником,
он был законодатель или хранитель закона, принявший имя священника
60 Notices et extrails, р. 181: «Noitne sic expedil inaleficia punire quod репа unius
inetus multoruin exislal el quod venie facililas incentivuin retribual delinquendi?».
61 Notices el exlraits, p. 180—181.
62 R. Scholz. Die Puhlizistik..., p. 511: «Nullus ergo secularis princeps sine
preceplo pape, quia sine precepto Moysi potest de crimine heresis aliquem iudicare et
•rondempnare».
220
Н. А. Денисова
по праву, о котором закон гласит: «Право ость искусство добра и спра-
ведливости»» 63.
Дюбуа, прибегнув в трактате к примерам из «Институций» римского-
права, дал в руки короля юридическое основание, с помощью которого
тот мог вести борьбу за свои интересы. Задача, за осуществление которой
взялся король, по мнению автора, священна, ибо, творя суд и справед-
ливость, король способствует наступлению блаженства на земле. В этом
трактате Дюбуа мысль о праве вмешательства светской власти в дела
духовной власти, которая проходит через все произведение, выражена
четко и смело.
Трактат «Quaedam proposita раре годе super facto templaroirum» пред-
ставляет собой письмо, написанное папе от имени короля ®4. Неизвест-
но, было ли оно действительно отправлено Клименту V как послание
короля, или произведение получило известность только во Франции.
Ясно, что король зпал об этом трактате Дюбуа, так как издатель нашел
его в королевских архивах 65. В этом трактате, написанном несравненно-
живее предыдущих, высказаны новые интересные мысли. Антипапская
направленность, вообще характерная для произведений Дюбуа, здесь
выступает особенно резко. Автор от имени короля яркими красками
рисует картину создавшегося опасного положения. Угроза идет со-
стороны тамплиеров, так как «нестойкие [в вере! в большом количе-
стве и повсеместно колеблются по их примеру» 66. Опасность, по словам
Дюбуа, усугубляется поведением папы, который медлит оказать со-
противление врагу — тамплиерам. Это рождает соблазн в других верую-
щих, ибо «все они суть единое тело во Христе, суть члены, которые вза-
имно страдают и действуют. И не может быть, чтобы боль одного члена
не терпели другие» 67.
Некоторые верующие, пишет Дюбуа, видя, что пана пребывает как
бы в сомнении, «также впали в сомнение относительно греха тамплие-
ров, который столг, ясен п очевиден» ®8. Молчание папы в ответ па неод-
нократные обращения короля в Рим по поводу тамплиеров заставляет
всех думать, что папа покровительствует тамплиерам, тем более что
последние, по словам Дюбуа, этим всюду бахвалятся.
Дурной пример тамплиеров и неправильное поведение папы, который
не спешит воспрепятствовать злу, колеблют устои римской церкви и
подрывают ее авторитет. Соблазну нужно противодействовать,убеждает
папу Дюбуа, так как только в этом залог всякого спасения. Нужно про-
тиводействовать даже в том случае, если при этом утрачивается что-либо
дорогое для тебя: «Если око твое соблазняет тебя, то вырви его»,— при-
водит Дюбуа слова из Писания ®9. Дюбуа от имени короля призывает
папу не медлить с решением, ибо «плевелы уже можно отделить от жат-
вы, вырвав их и бросив в огонь» 70.
В этом трактате особенно много религиозных образов п сравнений.
Произведение адресовано лицу, облеченному высшим духовным авто-
63 Notices et exlraits, р. 181. «.lus est ars boni et aeqni». цитатазаимствоваиа Дю-
буа у римского юриста Ульпиапа. Возможно, Дюбуа при написании своего произве-
дения был знаком с трактатом богослова Парижского университета и имел его в виду.
Это предположение тем более вероятно, если считать, что трактаты Дюбуа появились
весной 1308 г. (см. ниже, стр. 223).
м Notices et exlraits, jV XXIX.
95 Ibid., p. 166.
•e Ibid., p. 185.
67 Ibid., p. 184.
ee Ibid., p. 183.
69 Ibid., p. 183—184.
70 Ibid., p. 182.
‘Из истории политической борьбы со Франции XIV в.
221
ритетом. Дюбуа, очевидно, сознательно подлаживается под тон и
стиль посланий духовных лиц. Дьявол, пишет Дюбуа, пришел, чтобы
подкопать дом, «основанный на краеугольном камне Христа и воздвиг-
нутый из камней верующих». Этот дьявол украл часть овец нз божьего
стада — тамплиеров, которых он обратил в волков; теперь же пытается
украсть остальных. Дюбуа предлагает папе пе слушать возражений про-
тив процесса, которые, по его словам, представляют собой козни дьявола.
«Будьте бдительны, да не удержит Вас ни сон, ни страх, укрепите стену
в доме Господа против вора, прогоните самого вора, уничтожьте соблазн
в святой церкви божьей, устранив извращающих веру, укрепив осталь-
ных словом, делом и примером...»71,— призывает Дюбуа Климента V.
Для большей убедительности Дюбуа упоминает о галликанском духо-
венстве, которое, будучи заинтересовано в независимости националь-
ной церкви от панского престола, заняло положительную позицию в
вопросе об уничтожении Ордена. «Вопиет вся галликанская церковь,
где [пылает] огонь, который распространился также и в других коро-
левствах, вопиет, страстно желая искоренить то, что скрывается, и за-
клинает: «К огню, к огню! Помогите, помогите»!» 72. Дюбуа упрекает папу
за отсутствие должного пыла в подобном деле, за его безразличие, кото-
рое, по убеждению автора, несомненно вызовет гнев бога. В довольно
«непочтительном» тоне папе предлагается вспомнить пример с папой Ана-
стасией, который впал в грех покровителя по отношению к еретику Ака-
кию и был за это наказан господом, так как легкомысленная небреж-
ность прелата была принята за сочувствие ереси 73. Дюбуа напоминает
Клименту V о жестокой каре господа, которая постигла верховного свя-
щенника Илью за его недопустимую холодность в защите веры. По сло-
вам Дюбуа, оп упал с кафедры и сломал себе шею 74. Подобные примеры
были приведены Дюбуа, конечно, пе случайно и заключали в себе угро-
зы Клименту V. В памяти современников еще не изгладился конфликт
Филиппа IV с Бонифацием VIII, которого папская тиара не спасла от
весьма решительных действий, предпринятых со стороны короля и его
чиновников.
Угрозы Дюбуа Клименту V носят тем более реальный характер, что
автор не ограничивается словами о «божьем наказании», но называет
действительные силы, могущие решительно встать на борьбу против
папы: «Король и народ, видя, что вы бездействуете, сами сделают это
(т. е. уничтожат Орден тамплиеров) к вашему же ущербу».— преду-
преждает автор Климента V 75.
Как н в предыдущем трактате, Дюбуа пишет о праве короля не под-
чиняться папе в вопросе об уничтожении Ордена тамплиеров. По здесь
взгляды автора на взаимоотношения светской н духовной власти выра-
жены в более резкой форме. Дюбуа заявляет,что король франков как
борец за католическую веру, как министр господа и ревнитель святых
законов обязан даже в деле защиты церкви давать отчет только богу 76.
Для того чтобы правильно попять значение заявлений подобного
рода, обратимся к булле папы Бонифация VIII «Unam Sanctam», кото-
рук» обычно называют политическим манифестом панства, так как и ней
наиболее полно п концентрированно выражены его теократические
71 Ibid., р. 184
72 Ibid., р. 185—18(5.
73 Ibid., р. 185.
74 Ibid., р. 186.
75 Ibid., р. 184.
73 Ibid., р. 182.
222
Н. Л. Денисова
устремления. «...Один меч в руках духовенства, другой — в руке короля
и воинов, но в послушании у духовенства и в его распоряжении... Если
собьется с пути земная власть, она будет судима духовной властью, но
если ошибется духовная, то низший [по сану] будет судим высшим,
высший же будет судим самим богом, но не человеком: ибо, по свиде-
тельству апостола, «духовный человек судит все, сам же он пиксм не-
[может быть] судим... »» «... Мы торжественно провозглашаем и устанав-
ливаем, что все человеческие творения подчиняются римскому папе и
только в этом залог спасения»77. Эти несколько отрывков из буллы
«Uiiam Sanctam» ярко рисуют политическое кредо папской курии. Прав-
да, в начале XIV в. эти притязания звучали декларативно. Папство не
располагало достаточными средствами для их реализации, так как объ-
ективная обстановка складывалась не в его пользу. Но папский пре-
стол продолжал бороться за их осуществление всеми возможными сред-
ствами.
Борьба легистов в подобных обстоятельствах под лозунгами «de pleni-
tudine regiae potestatis», «власть короля — власть императора в своем
государстве» имела большое прогрессивное значение. Как и некоторые
другие легисты, Дюбуа в своих небольших по размерам, но боевых про-
изведениях смело заявлял о независимости королевской власти от рим-
ского престола, о высшем авторитете короля Франции, не признающем
никакой другой власти, кроме власти бога.
В этом последнем трактате, как и в предыдущем, видно стремление
автора юридически обосновать свои заявления в пользу королевской
власти. Дюбуа ссылается на авторитет права, который в этот период
в произведениях легистов ставится выше авторитета богословия. Он
противопоставляет праву церкви гражданское право и порядки королеь-
ского суда как более разумные. Каноническое право Дюбуа называет
«хитросплетением софистических доказательств». Применительно к слу-
чаю, о котором пишет Дюбуа, согласно каноническому праву, только
церковь могла судить еретиков. Автор, зная зто и оправдывая действия
светской власти, самостоятельно, без согласия папы начавшей процесс
против Ордена, утверждает, что соблюдать порядки канонического пра-
ва еще не значит соблюдать «судебный порядок по сущеэтву».
«Народ» в трактатах выступает как действующее лицо. В первых
двух произведениях автор непосредственно ведет изложение от имени
«народа» или «мирян», boimez genz. Но и в последнем трактате, написан-
ном от пмени короля, «народ» находится на переднем плане, и, что осо-
бенно важно, Дюбуа пытается дать объяснение этому обстоятельству.
Автор советует папе прислушаться к мнению «малых», уличающих
его в грехе, ибо, по его словам, даже святому Петру приходилось выслу-
шивать упреки. Папа не должен пренебрегать их советами, так как «Гос-
подь может открыть для малых свое слово, которое будет полезно [вы-
слушать] и великим» 78. Только это спасет папу от греха, и лучше «пре-
дупредить опасную болезнь, чем потом заботиться о лекарстве для нее»,—
замечает автор. Дюбуа считает, что неважно, перед кем будет раскрыто
преступление тамплиеров,— перед мирянами или инквизиторами, т. е.
людьми церкви, так как «всех касается зто дело и все призываются к
защите веры» 79.
77 Р. Dupu у. Ilistoire <lu different..., р. 55—56.
78 Notices et extraits, p. 182.
” Ibid., p. 186: «...guos omnes tangit negotium, omnes ad fidel deffensionem vo-
cantur».
И а истории политической борьбы во Франции XIV в.
223-
Несомненно, «народ», о котором пишет Дюбуа, это сословие горожан,
п прежде всего его наиболее зажиточная прослойка, представителем
которой являлся сам автор. Королевская власть смогла одерживать
победы в борьбе с внешними п внутренними врагами ее благодаря тому,
что она имела такого союзника, как горожане. Завоевав победу, коро-
левская власть ограбила своего союзника, лишив города самостоятель-
ности 80. Но сословие горожан, терявшее прежние коммунальные воль-
ности, приобрело нечто большее, а именно: право политического голоса
в Генеральных Штатах Франции. Образование во Франции в начале
XIV в. феодальной монархии с сословным представительством свидетель-
ствовало о высокой степени экономического и политического развития,
которой достигли французские города к этому периоду. На арену по-
литической истории Франции выходило новое сословие, которому в то
время принадлежало будущее. В последнем трактате Дюбуа как раз
обосновывал право самостоятельного голоса для сословия горожан в поли-
тических делах государства, апеллируя при этом по своему обыкновению
к священному писанию и гражданским законам.
Согласно учению церкви, пишет Дюбуа, все люди «суть одно тело
с Христом». Затрагивая Христа, т. е. главу тела, нельзя не поразить
все тело, точно так же как нельзя, отрицая католическую веру, не за-
тронуть каждого верующего. Долг обязывает каждого встать на защиту
веры. «Когда налицо опасность и отсутствует судья, защитник или
министр, каждый должен защищать себя, соседа, ближнего; если он не
сделает этого, его должно осудить, как обязывают гражданские законы и
учение святых отцов» 81. По мнению автора, может и обязан, таким обра-
зом, встать на защиту церкви не только король, но каждый человек.
«Итак, если правая рука, а именно рука церкви, изменит в деле защиты
его [Христа] святого тела, разве левая рука — светское правосудие —
не должна подняться на защиту? И если обе руки изменят, разве другие-
члены — ноги и остальное, как, например, народ, не должны подняться
на защиту в силу необходимости?»82.
Пылкое выступление- Дюбуа с обоснованием политических прав го-
родского сословия позволяет предположить, что появление трактатов,
точная дата написания которых неизвестна, было связано с Генераль-
ными Штатами в мае 1308 г., где должен был решаться вопрос об Ордене
тамплиеров. Это тем более вероятно, что в трактате имеются некоторые
косвенные указания на время их написания. Дюбуа настойчиво призы-
вает папу не медлить с решением по делу тамплиеров, что наводит на
80 См. Ф. Э н г с л ь с. О разложении феодализма и возникновении национальных
государств, В кв.: Ф. Энгельс. Крестьянская война в Германии, стр. 158.
81 Notices et. extraits, р. 184.
82 Ibid., р. 184: «Si igitur dextra brachium scilicet eccelesiasticum deficiat
in deffensione corporis huius sacri, nonne brachium sinistrum, scilicet justitia
temporalis, ad defeusionem assurget? Et si brachium utrumque deficiat, nonne, altera
membra, pedes et alia, lit populi, ad deffensionem assurgent propter necessitatem?».
Это место интересно сравнить с отрывком из «Аиологии» Ногаре, написанной им
в 1304 г.: «...debuit et pot nit assurgere quilibet catholicus Christianus potissimum miles,
et maxime dicti regni, cuius specialiter intererat, etiam privatus quilibet, in Ecclesias-
ticae, et saecularis potestatis deiectum auctoritale legis divinae, et humanae; et si nulla
lex hoc experimeret, satis hoc ratio naturalis estendit» (P. Dupuy, Hisloire dn dif-
ferent..., p. 243—244, art. XXVI). См. также p. 244, art. XXVII, XXVIII, XXIX,
XXX.Сходство отдельных мест в трактате Дюбуа с высказываниями Ногаре побудило
некоторых исследователей считать автором трактата «Quaedam proposita раре» Ногаре
(см., вапример: R. Scholz. Die Publizistik..., S. 369, Anm. 17). На наш взгляд,
сходство объясняется тем, что произведения Ногаре оказали известное влияние на,
Дюбуа.
II. _ 1. Де п и с о е а
мысль о какой-то приостановке процесса в то время. В трактате «Quae-
dam proposita раре» Дюбуа пишет, что король неоднократно предлагал
пане снять ограничения, которые тот наложил на инквизиторов, и побу-
дить прелатов предать суду тамплиеров в своих диоцезах м, на что папа
ничего не ответил королю.
Действительно, в период процесса против Ордена был такой момент,
когда папа в начале 1308 г. (примерно в январе-феврале) приостановил
процесс, лишив инквизиторов и епископов полномочии для его ведения
и заявив одновременно, что дело тамплиеров дело панского престола
п что процесс возбуждает у него серьезные подозрения м.
Следовательно, трактаты появились после этого события, о котором
говорится уже как о свершившемся факте. 24 —29 марта 1308 г. появи-
лись письма короля Филиппа IV, в которых сообщалось о созыве Гене-
ральных Штатов в мае 1308 г. в Туре. В своем циркуляре городам король
писал, что хочет видеть города непременными участниками «святого тру-
да» по искоренению «греховной чумы» (sceleratiim pestem) Ордена тамп-
лиеров 83 84 85.
Город Кутанс, наряду с другими городами Франции, послал Дюбуа
своим депутатом на Генеральные Штаты, созванные с целью оказать
давление на Климента V от имени «всего народа» Франции. Очень воз-
можно, что произведения Дюбуа появились именно в тот период, когда
по всей стране проходили выборы депутатов, или в момент заседания
Генеральных Штатов. Очевидно, автор трактатов хотел подчеркнуть
особое значение решений, принятых Генеральными Штатами в пользу
короля.
Французский историк Ратери 86 предполагал, что памфлет Дюбуа
против Климента V, написанный от имени народа (горожан), обсуждался
н вотировался на Генеральных Штатах 1308 г. Пе располагая данными
на этот счет, мы воздерживаемся от подобного предположения. Тем пе
менее трактаты Дюбуа позволяют нарисовать картину поведения пред-
ставителен сословия горожан и характер их выступлений па заседании,
протоколы которого не сохранились. Взгляды, выраженные в трактатах,
не являлись только личным мнением Дюбуа, а отражали политические
устремления тех кругов французского общества, которые были заинте-
ресованы в централизации государства, независимости его от папского
престола, в первую очередь — интересы городского сословия. Произве-
дения Дюбуа явились, можно сказать, ответом представителя француз-
ских городов на «социальный заказ», сделанный со стороны политического
лагеря, возглавлявшегося королем.
Политический подъем в стране, сопровождавший борьбу короля с
папой, размах движения, которое всколыхнуло самые широкие круги
французского общества и нашло поддержку народных масс, определили
радикальность требований, выдвинутых Дюбуа, и смелый тон его про-
изведений.
Трактаты Дюбуа, служившие орудием борьбы против теократиче-
ских притязаний папства в руках королевской власти и ее единомыш-
ленников, представляют собой важный источник политической истории
Франции начала XIV в.
83 Notices et extraits, р. 182—183.
84 Е. Во u taric. La France sous Philippe le Bel, p. 133: E. Laviss e. Ilis-
toire de France depuis les origines jusqu’a la revolution. Paris, 1900—1902, t. 3 (II),
p. 187.
84 Documents relatifs aux Etats generaux et assamblees..., p. 490—491.
84 H. Ratbery. Histoire des Etats generaux. Paris, 1945, p. 59—60.
ИСТОРИОГРАФИЯ И КРИТИКА
3. В. Удальцова. Италия и Византия в VI в.
М., Изд-во АН СССР, 1959
Монография 3. В. Удальцовой посвящена очень важному переход-
ному периоду в истории Италии, с одной стороны, и Византийской импе-
рии,— с другой. Это тот период, в течение которого произошло (после
политического крушения Западной ^Римской империи) остготское за-
воевание Италии, а затем византийское завоевание остготского королев-
ства. Вместе с тем как раз в этот период начали оформляться и новые
социально-экономические отношения в Италии, что до известной сте-
пени предвосхищало дальнейший процесс разложения остатков рабовла-
дельческого строя п зарождение феодального строя в Италии. Избран-
ный автором период был как бы водоразделом между завершением ан-
тичной истории Италии п началом ее средневековой истории. Однако
в течение этого периода имели место весьма различные и сменявшие
друг друга формы взаимоотношений между Италией и Византией, вре-
менно закончившиеся византийским завоеванием всей Италии. По-
этому монография 3. В. Удальцовой, естественно, имеет своим предметом
исследование взаимоотношений Византии п Италии.
Такая постановка вопроса влечет за собой целый цикл проблем: пере-
ход от рабовладельческого строя к элементам феодализации в среде рим-
ского (местного) населения Италии; переход от эпохи, когда у самих
остготов происходило разложение первобытнообщинного строя, к пе-
риоду, когда у нпх возникают предпосылки феодального строя; черты
синтеза этих различных укладов в остготском королевстве первой поло-
вины VI в. и причины недостаточной степени оформленности этого син-
теза в течение сравнительно непродолжительного господства остготов
в Италии; воздействие рабовладельческого общественного строя Восточ-
но-Римской (т. е. ранней византийской) империи на внешнюю и внутрен-
нюю историю остготской Италии. Указанная постановка вопроса, есте-
ственно, приводит к тому, что книга 3. В. Удальцовой распадается на
две части: первая ее часть посвящена изучению социально-экономиче-
ских отношений в остготской Италии, во второй части автор иссле-
дует ход самих войн Византии с остготами и политику византийской
империи сначала в завоеванных областях Италии, а затем — в резуль-
тате временного захвата Византией всей страны — в Италии в целом.
В такой широкой постановке указанный круг проблем не изучался
не только в дореволюционной, но и в советской русской литературе:
работа П. Н. Кудрявцева «Судьбы Италии» в значительной мере уста-
рела, а в работах II. Г. Виноградова и Д. М. Петрушевского остготскому
королевству посвящено лишь по одной главе (и притом без ударения на
взаимоотношения остготов с Византией); в советской литературе до
сих пор имеется лишь статья О. Л. Вайнштейна о государстве Одоакра
16 Средние вена, вып. XX
226
Историография и критика
и Теодориха (в «Историке-марксисте» за 1938 г.) и кандидатская дис-
сертация II. А. Дворецкой «Общественный и политический строй остгот-
ского королевства» (1956 г.) \ автор которой ставит себе несколько иные
задачи, чем 3. В. Удальцова. Книга 3. В. Удальцовой, таким образом,
заполняет весьма существенный пробел в нашей историография, — тем
более что подход автора к изучаемым проблемам отличается большой
свежестью и новизной как в конкретно-историческом, так и в теоретичес-
ком плане.
Автором изучен весь круг источников (на латинском и греческом
языках), способных дать исследователю материал для решения наме-
ченных вопросов. 3. В. Удальцова изучила собрание папирусов (и при
том не только прежние их издания, но и новую публикацию 1955 г.),
надписи, законодательные памятники (кодекс Феодосия II, эдикты Тео-
дориха и Аталариха, кодекс Юстиниана и его новеллы и др.), акты цер-
ковных соборов, папские дипломы и папскую переписку (регистр папы
Григория Великого и Liber pontificalis), переписку частных лиц, нар-
ративные источники — сочинения историков IV—VIII вв. (Аммпана
Марцеллпна, Иордана, Прокопия Кесарийского, Павла Диакона н др.),
хроники (Мария из Авептнка, Кассиодора и т. д.), а также другие виды
источников по истории остготской Италии (так называемые Variae того
же Кассиодора и т. п.) и, наконец, некоторые варварские правды (бур-
гундские, вестготские и лангобардские законы — в параллель к зако-
нодательству остготских королей).
На основании этого широкого круга источников 3. В. Удальцова,
привлекая обширную специальную литературу на русском и на четы-
рех иностранных языках, изучает в первой части своей книги прежде
всего аграрные отношения, которые сложились в Италии после остгот-
ского завоевания (гл. II и III). При этом опа исследует порядок рас-
селения остготов в Италии и характер пх земельных разделов с местным
населением, а также взаимоотношения мелкого и крупного землевладе-
ния в конце V — начале VI в. и формы эксплуатации непосредственных
производителей. В этой связи автор изучает положение рабов и разньп
разрядов колонов и ставит в ходе этого исследования вопрос о рабовла
денип у римского населения и у остготов. Особое внимание уделяет ис-
следователь проблеме воздействия остготского завоевания на изменения
в положении рабов и колонов в Италии VI в. и с целью выяснения ука-
занного вопроса подвергает самому тщательному анализу данные эдик-
та Теодориха, свидетельства Прокопия, Кассиодора и других современ-
ных событиям писателей, а также материал папирусов. Путем углублен-
ного анализа терминологии и существа свидетельств этих источников
3. В. Удальцова показывает, как происходил процесс сближения не-
которых групп римской и остготской землевладельческой знати и как
из различных социальных категорий рабовладельческого и варварского
общества формировалось рапнесредневековое крестьянство. Однако ав-
тор справедливо подчеркивает при этом сложность и длительность дан-
ного процесса, который в период остготского господства в Италии был
еще очепь далек от своего завершения (стр. 113—114, 134—135, 520—522).
В следующих главах первой части книги (гл. IV и V) эти выводы под-
крепляются исследованием характера ремесла и торговли, а также по-
литического строя Италии конца V — начала VI в. В главе V автор дает
подробный анализ законодательства остготского правительства и его
1 И. А. Дворецкая опубликовала две статьи на тему своей диссертации в «Ученых
записках МГПИ им, Ленина» за 1956 и 1957 гг.’
Историография и критика
внутренне» политик» — как в облает» административного устройства,
так и в области налогового обложения. Отдельная, заключительная
глава первой части книг» (гл. VI) посвящена очень важному вопросу
о характере и ходе классовой борьбы в остготском королевстве, а также
и о взаимоотношениях остготской и рнмско-италн йеной знатн.
Во второй част» книги подробно прослеживается ход византийского
завоевания Италии (начиная с войн между Византией и остготами при
остготских королях Теодате и Витигисе и кончая пораженном Тотнлы
и Тени) и тщательно изучаются его последствия. Особое значение для
нашей советской медиевистики имеет исследование внутренней и внеш-
ней политики Тотнлы и выяснение вопроса, на какие слои населения
Италии он опирался. В последней главе (гл. III) второй част» своей книги
3. В. Удальцова исследует политику византийского правительства в
Италии по отношению к сельскому населению и городам, а также в об-
ласти административного устройства и финансов. При этом автор под-
вергает тщательному анализу взаимоотношение крупного и мелкого
землевладения и положение разных групп сельского населения в Италии
после византийского завоевания с целью выяснения тех изменений, кото-
рые внесло это завоевание (подобно тому как в первой части книги были
выяснены последствия остготского завоевания).
Основной вывод 3. В. Удальцовой из анализа последствий визан-
тийского завоевания Италии заключается в том, что оно носило рестав-
раторский характер, привело к ухудшению положения народных масс
и временно затормозило развитие феодальных отношений в Италии.
В книге имеется несколько схематических карт, иллюстрпрующпх
передвижения войск по Италии.
В основу всей книги положена хорошо продуманная и весьма строй-
ная концепция. Она сводится в главных ее чертах к следующему. Во
время остготского владычества в Италии определяющую роль в ходе
исторических процессов и событии играли интересы различных клас-
сов и групп рнмско-пталпйского и остготского населения. В среде
господствующего класса можно различить две основные группировки рим-
ской знати, с одной стороны, п остготской, — с другой. Первая груп-
пировка остготской знати состояла из служилой придворной аристокра-
тии, которая в результате процесса социальной дифференциации посте-
пенно поглотила прежнюю родовую знать остготов (этот процесс зашел
у остготов уже довольно далеко еще до завоевания ими Италии — стр.
9—10, 134—135, 155 и др.). «Вторая группировка включала остготскую
военную феодализирующуюся знать, располагавшую значительными зе-
мельным» владениями в провинциях Италии и опиравшуюся па свой
авторитет в армии и влияние на местах» (стр. 155). «Между этими двумя
группировками шла постоянная то открытая, то скрытая борьба»
(стр. 155). Первая группировка была сторонницей централизации госу-
дарственного аппарата на основе использования старой римской адми-
нистрации и находилась в союзе с определенной группой высшей рим-
ской знати. Вторая группировка остготской зпатп «выступала обычно
как защитница «племенных» интересов готов, была противницей союза
с римской аристократией и Восточной Римской империей» (стр. 155).
«Правительство Теодориха в течение большей части 33-летнего царство-
вания этого короля опиралось в своей внутренней и внешней политике
на служилую аристократию и на лояльно настроенную часть римской
сенаторской знати» (стр. 155). Однако и рпмско-италпйская знать (как
уже было указано) в свою очередь состояла пз двух различных груп-
пировок. Одна из них имела экономическую и политическую опору глав-
15*
228
Истории?рафия и критика
иым образом в провинциях Италии и была в союзе с остготами, т. е. с
остготской придворной знатью, интересы которой отражала политика
правительства Теодориха (стр. 221—223). Другая группа рпмской знати,
а именно старая римская сенаторская аристократия, была связана с
рабовладельческими отношениями, с прежними традициями римского
государства п с Восточной Римской империей. В ее среде росла оппо-
зиция остготскому правительству, тем более что оно лишь вначале за-
игрывало с римской сенаторской знатью, а затем — под влиянием ин-
тересов остготской знати (п прежде всего в результате потребности ее
представителей в захвате новых земель и в приобретении рабочих рук) —
все более и более стремилось ограничить привилегии сенаторов и от-
теснить их от участия в государственном управлении (стр. 224—228; ср. стр.
220—221). Все большее и большее обострение борьбы между этпми раз-
ными группировками остготской и римской знати было до известной
степени предрешено самим характером остготского завоевания Италии,
и особенно способом расселения остготов при достигнутом ими к этому
времени уровне общественного развития и социальной дифференциации.
В самом деле. В процессе земельного раздела остготов с местным на-
селением представители остготской знати наделялись третьей частью
земельных владений (терциями) главным образом за счет конфискации
собственности тех новых землевладельцев, которые приобрели земли
еще во времена правления Одоакра. а не за счет крупных поместий рим-
ских собственников (стр. 28). Последнее было бы невыгодно представи-
телям римской знати (в том числе и италийской провинциальной), с ин-
тересами которой вынужден был считаться Теодорих, не случайно наз-
начивший главою комиссии по расселению готов сенатора Либерия.
Таким образом, разделу подверглись в первую очередь «крупные име-
ния тех римских землевладельцев, которые перешли на сторону Одо-
акра и получали от него земельные пожалования» (стр. 28). «Рядовые
же остготские воины расселялись главным образом на земельных уча-
.стках воинов Одоакра, уже выделенных из владений римских посес-
соров» (стр. 28). Поэтому большая часть остготов была расселена в Се-
верной и Средней Италии. При их расселении высшая италийская знать
добилась весьма существенных льгот, в частности замены фактического
выделения в пользу готских поселенцев третьей части земельных вла-
дений уплатой денежного взноса с земли (денежной терции) в пользу
знатных готов или остготского правительства (стр. 29). С другой сто-
роны, и остготская знать приобрела ряд привилегий, ибо высшие ее
представители, не довольствуясь терциями в виде земельных участков,
получали таковые из земельных владений нескольких собственников,
в результате чего их терции располагались «чересполосно среди владе-
ний местного римско-италийского и варварского населения страны»
(стр. 31). Более того: «правительство Теодориха иногда соглашалось
даже на новое перераспределение земель,— по-видимому, в ущерб мел-
ким остготским землевладельцам» (стр. 31). Кроме того, так как остгот-
ская знать не получила при разделе достаточного количества рабов и
колонов, то она получала дополнительные пожалования из королевских
владений и пустующих земель фиска, поселяя на них зависимых от нее
людей и своих дружинников; селила она на них и свободных рядовых
остготов в качестве арендаторов. В то же время остготское правительство
охотно превращало рядовых свободных остготов в арендаторов королев-
ских доменов, особенно на юге, где раздел земель между остготами и
римлянами не получил значительного распространения (стр. 34—35;
.ср. стр. 36—37). Наконец, с течением времени некоторая часть рядовых
Историография и критика
22JI
свободных готов на землях крупных землевладельцев могла превращать-
ся и в колонов (стр. 34). Итак, разделы земель между римлянами и ост-
готами и получение последними терций в виде земельных участков не
были единственной формой расселения готов и Италии. Ход этого рас-
селения приводил к постоянной борьбе за земли и рабочие руки между'
различными группами остготской и римско-италийской знати, особен-
но в обстановке быстрого разложения территориальной общины у ост-
готов и превращения их наделов в Италии в полный аллод (стр. 44 -45).
Борьба за земли и рабочие руки колонов и рабов особенно усили-
лась после того, как представители феодализирующейся группировки
остготской знати начали производить насильственные захваты земель
и зависимых людей, «что задевало интересы не только трудового насе-
ления Италии и мелких италийских землевладельцев, но приносило
ущерб и римской землевладельческой аристократии» (стр. 225). Это ста-
вит перед исследователем вопросы о положении рядовых свободных
остготов, мелких италийских посессоров и зависимых слоев трудящегося
населения Италии — рабов и колонов — и об изменениях в системе
их эксплуатации.
Эти вопросы частично разбираются автором в связи с историей рас-
селения остготов (в гл. II), в сочетании с анализом политики остготского
правительства и характера классовой борьбы в остготской Италии
(в гл. V и VI), а отчасти и отдельно (в гл. III).
Что касается рядовых свободных готов, то в их среде происходит
имущественная дифференциация. Тотчас после завоевания Италии ост-
готами рядовые свободные готы оказались в более привилегированном
положении, чем римские посессоры-трибутарии, ибо остготы были осво-
бождены от налогов со своих участков (sortes) и имели исключительное
право несения военной службы (стр. 46). Простые свободные пользо-
вались и некоторым политическим влиянием в остготском обществе.
В их интересах был принят ряд постановлений эдикта Теодориха, ог-
раждавших права простого свободного человека (не знатного), и запре-
щено было обращение свободных в рабство (стр. 46—47 и 82). Может
быть, и известное распоряжение эдикта Теодориха (статья 142) о разре-
шении перемещать рабов и колонов-оригинариев с одного участка на
другой (и даже пз поместий в города), изданное главным образом в ин-
тересах остготской знати, имело в виду также отчасти и интересы рядо-
вых свободных остготов, особенно тех нз них, которые частично эксплуа-
тировали чужой труд, а кроме того, были заинтересованы в получении
земель сгоняемых с участков колонов-оригинариев и сельских рабов
(стр. 100, 195, 226). К тому же полученные рядовыми остготами в силу
раздела земельные участки (sortes), а также и другие приобретенные
ими земли превращались (согласно данным Равеннских папирусов) в
их полную собственность — с правом дарить, продавать и завещать их
и передавать но наследству (в том числе и женщинам). Все это приво-
дило к укреплению свободного землевладения в Италии (стр. 33—34).
Быстрому превращению наделов рядовых остготов в их аллоды содей-
ствовала также и слабость территориальной общины при наличии се-
мейной общины (кондомы), служившей кровнородственной и экономи-
ческой базой отношений соседства (стр. 44—45). В результате в остгот-
ской Италии произошло увеличение числа свободных крестьян (стр. 195).
Однако, по мнению 3. В. Удальцовой, «лишь известная часть свободных
остготских воинов смогла сохранить (да и то не надолго) свою собствен-
ность и полноправие. Большинство же мелких остготских землевладель-
цев по своему экономическому положению постепенно все более сблпжалос ь
Историография и критика
с массой италийского земледельческого населения» (стр. 47)
(вспомним в этой связи уже упомянутый выше факт превращения части
рядовых свободных остготов в колонов н арендаторов королевских доме-
нов — см. стр. 34—37).
Зто земледельческое население Италии состояло, с одной стороны,
нз мелких посессоров н трнбутарпев. а с другой, — пз зависимых и не-
свободных членов эксплуатируемого класса, т. е. пз рабов и разных раз-
рядов колонов. Термином «посессоры» обозначались различные слон
землевладельцев — не только мелких, но н крупных. Однако там, где
источники (например, Variae Кассиодора) приравнивают посессоров к
трнбутарпям, как плательщикам государственных налогов, и где они
красочно изображают разорение трнбутарпев, речь идет, конечно, о
мелких землевладельцах из числа посессоров, владевших небольшими
участками земли (стр. 41). К тому же термином «посессоры» в остгот-
ском королевстве иногда обозначались не только муниципальные зем-
левладельцы, по и «лица, владевшие землею вне курин и не являвшиеся
представителями сословия декурпопов» (стр. 41). Ибо «куриалы, несшие
тягостные муниципальные повинности (munera), были, в отличие от
посессоров, освобождены от уплаты поземельного налога со своих вла-
дений» (стр. 128). Трпбутарпп — низший слой посессоров, т. е. свобод
пые землевладельцы, платившие налоги государству. Ио иногда этот
термин прилагался и к свободным наследственным арендаторам коро-
левских имений (perpetuarii), и к зависимым людям, в том числе и к ко-
лонам, как это явствует пз Variae Кассиодора (см. стр. 43, прим. 26 н
стр. 104, прим. 75).
Переходя к характеристике положения рабов и колонов в остготской
Италии, 3. В. Удальцова подчеркивает, что смягчение в эдикте Тее-
дорпха системы наказаний римского законодательства за удержание
свободных людей в рабстве объясняется заинтересованностью круп-
ных землевладельцев, и в частности остготской знати, в сохранении
рабовладения (стр. 67—68, 76—77). Этим же вызвано то обстоятельство,
что эдикт Теодорпха проводит очень резкую грань пе только между знат-
ными (lionestiores) и незнатными людьми (humiliores), но и между иму-
щими п неимущими и вводит для последних более суровые наказания
за ряд проступков, чем для первых, одновременно смягчая эти кары
для знатных и богатых даже по сравнению с римским правом (причем
это в равной степени относится к лицам готского и римского происхож-
дения — ер. стр. 48—49). Остготское законодательство во всех случаях,
когда оно касается взаимоотношений раба и господина, зависимого чело-
века н его патропа, предусматривает весьма строгие санкции, оно «часто
даже более сурово, чем римское право, ограждает интересы господ-
ствующего класса и закрепляет зависимое и бесправное положение боль-
шинства трудового населения Италии» (стр. 67—68). «Именно на этой
основе,— по мнению 3. В. Удальцовой,— и оформился, хотя пе на-
долго, союз остготской и римской знати. направленный фактически про-
тив широких масс трудового населения как римлян и италийцев, так
и остготов» (стр. 68). В свете этих соображений толкует 3. В. Удальцова
и известную 142 статью эдикта Теодорпха, разрешающую отделение
рабов и колопов-орпгппарпев от нх участков. Эта статья была, по мне-
нию автора, включена в эдикт в интересах остготской знати, стремившей-
ся к приобретению рабочих рук п расширению своих земельных владе-
ний. Статья 142 разрывала связь раба с его пекулием и лишала коло-
нои-оригинариев гарантий пользования своим земельным участком.
В этом направлении эдикт Теодорпха внес существенное изменение н за-
Историография и критика
231
конодательство поздней Римской империи, запрещавшее продавать коло-
нов без их участков. Это изменение было произведено в интересах ост-
готской феодализирующейся знати, широко применявшей труд колонов
для обработки захваченных ею земель (см. толкование статьи 142 на
стр. 88—90, 98—101). Однако наряду с этим автор отмечает, что данное
постановление означало в то же время «отмену строгого прикрепления
колонов к земле» (стр. 195 и 102—105). К тому же остготское законода-
тельство не могло помешать усилению хозяйственной самостоятельности
сельских рабов и укреплению пх связей с землей, ибо к этому вело эко-
номическое развитие Италип в сочетании с социальной борьбой угнетен-
ных слоев италийского общества (стр. 89—90).
К концу правления Теодориха взаимоотношения разных групп рим-
ско-италийской и остготской знати несколько видоизменились, так как
возросла экономическая мощь (а следовательно, усилилось и полити-
ческое влияние) феодализирующейся группировки остготской знати, для
ограничения влияния которой Теодорих учредил даже особый институт
сайонов (стр. 156—159). Несмотря на такое стремление контролировать
п пресекать тенденции этой группировки готской знатп к децентрали-
зации, правительство Теодориха именно под ее влиянием вынуждено
было в конце правления этого короля пойти па открытый разрыв с сена-
торами и с папой (казнь Боэция и Симмаха и низложение папы Иоанна I
в 524—526 гг. — см. стр. 228—235). Вместе с тем под давлением всей
землевладельческой остготской знатп (стремившейся захватить земли ку-
риалов, а их самих превратить в зависимых людей) Теодорих использо-
вал в своем эдикте римский закон о тридцатилетней давности для за-
щиты прав новых владельцев на бежавших в их имения куриалов и фак-
тически отменил наследственность муниципальных должностей (стр.
133—134).
Однако во время правления преемницы Теодориха, его дочерп Ама-
ласуиты (регентши при малолетнем Аталарпхе), политика правитель-
ства ио отношению к разным группам римской п готской знатн опять
претерпевает значительное изменение: Амаласунта опиралась на ту
часть остготской знатп, которая была сторонницей сближения
с римско-италийским населением и Восточной Римской империей
(см. стр. 239—245). Ее поддерживала и соответствующая группа рим-
ской аристократии. Этот поворот в политике остготского правительства
при Амаласунте сказался как в мероприятиях по отношению к готской
военной знатп и римской землевладельческой аристократии, так и в
законодательстве по отношению к куриям. Эдикт Атала риха от 533—
534 гг. строго запретил захваты представителями остготской военной
знати земельных владений римской аристократии (стр. 239—240 и 245).
Еще несколько раньше, в сплу эдикта Аталариха от 527 г., запрещено
было принуждать курпалов к несению повинностей сверх установлен-
ных государством (стр. 134—135). Тем самым правительство Амала-
сунты стремилось поддержать приходившее в упадок сословие куриалов
п защитить их от притеснений военной знати (стр. 134—135).
Однако каковы бы ни были различия в политике остготского пра-
вительства при Теодорихе и Амаласунте, эти отдельные колебания не
меняли того основного факта, что остготское правительство в течение
всего рассмотренного до сих пор периода выражало интересы господ-
ствующего класса остготского и отчасти римско-италийского общества
(хотя п разных его слоев и групп). Поэтому остготское законодательство
не только не могло прекратить классовую борьбу, но своими мероприя-
тиями лишь обостряло борьбу трудящихся масс как против римской.
232
Историография и критика
так и против остготской знати. Эта борьба выражалась в разных формах:
в бегстве рабов, колонов, куриалов, коллегиатов со своих участков,
земельных владений и из мест пх жительства; в локальных выступле-
ниях против отдельных представителей господствующего класса (т. е.
в захватах земель крупных собственников, в вооруженных нападениях,
поджогах и т. п.) и, наконец, в открытых народных восстаниях, кото-
рые происходили как в отдельных провинциях Италии, так и в различ-
ных городах (в Сицилии, Спрмпйской Паннонии, в Равенне, Вероне и
в Риме — в этом последнем городе в связи с борьбой цирковых партий)
(стр. 196—221). Эта непрестанная классовая борьба означала, что тру-
дящееся население Италии в равной мере страдало как от стремлений
римской и части готской знати сохранить остатки рабовладельческих
отношений, так и от эксплуатации со стороны феодализирующейся груп-
пы остготской знати. Борьба рабовладельческой и феодальной тенден-
ций развития и составляла основное содержание истории Италии во вре-
мена остготского владычества, причем эволюция шла в сторону все
большего преобладания второй тенденции. Может быть, именно эту проти-
воречивость во внутреннем строе остготского королевства отчасти и вы-
разил равеннский хронист в следующих словах: «Он (Теодорих) управлял
двумя народами — римлянами и готами, объединенными в единый народ»
(Anon. Vales, XII, 57—см. стр. 228).
Неосуществимость такого объединения ярко сказалась во время со-
бытий, разыгравшихся после низложения Амаласунты. Уже и самый
поворот в ее политике к союзу с римской сенаторской аристократией
вызвал недовольство остготской военной знати, опасавшейся союза
Амаласунты с правительством Восточной Римской империи. Одним из
больших достоинств книги 3. В. Удальцовой является как раз доказа-
тельство того положения, что и этот поворот в политике Амаласунты,
и вся предшествующая история остготского королевства с неизбежностью
подготовили войну с Восточной Римской империей.
В ходе этой войны (которая весьма подробно прослежена по данным
источников во второй части книги 3. В. Удальцовой) особый интерес
представляет период правления короля Тотилы (541—552 гг.). Автор
рецензируемой книги одинаково далек как от пристрастно-отрицатель-
ной оценки деятельности Тотилы, которого сторонники империи (а вслед
за ними некоторые буржуазные ученые) изображали в качестве носителя
варварской анархии, так и от идеализации его в качестве вождя трудя-
щихся. Подчеркивая, что Тотила принадлежал к остготской знати и в
начале своей деятельности готов был заключить соглашение с империей
(стр. 335), 3. В. Удальцова, анализируя его внешнюю и внутреннюю
политику, показывает, что остготское правительство и при нем отра-
жало интересы готской знати, но вынуждено было считаться как с ин-
тересами рядовых остготских воинов, так и с результатами подъема на-
родного движения в начале 40-х годов VI в. Поэтому Тотила санкцио-
нировал изменения в аграрном строе Итали-t, выразившиеся в захватах
земли у знатных римлян остготскими и италийскими земледельцами.
Весьма возможно, что часть этих земель оказалась и руках не только
у бывших колонок и рабов, но и у рядовых свободных готов, предан-
ность которых Тотиле сохранялась до конца его жизни. Но, конечно.
Тотила ие производил общего освобождения рабов и колонов, да и не
мог провести такое мероприятие, ибо оно означало бы полную ломку
всего общественного строя Италии VI в., и его политика по отношению
к народным массам была полна колебаний. Однако он не только под-
держивал выступления рабов и колонов и зачислял их в свою армию.
Историография и критика
233
но иногда прибегал к прямым экспроприациям владений противников
остготов (стр. 335—353).
Подвергая детальному разбору политику правительства Юстиниана
в завоеванных провинциях Италии в первый период войны (до провоз-
глашения королем Тотилы), а также политику Юстиниана во всей Ита-
лии после окончательной победы над остготами (на основании Прагма-
тической санкции, Равеннских папирусов и других источников), 3. В.
Удальцова приходит к тому выводу, что, возвращая конфискованные
земли крупным землевладельцам и покровительствуя римской рабовла-
дельческой аристократии, византийское правительство проводило по-
литику реставрации старых римских порядков. Результаты этой поли-
тики сказались и впоследствии в живучести остатков рабовладения и
колоната в византийских областях Италии — в отличие от территорий,
завоеванных лангобардами (см. стр. 439—475 и 520—522).
Изложенная концепция 3. В. Удальцовой представляется в основных
ее очертаниях вполне убедительной и хорошо обоснованной источни-
ками. Большим достоинством разбираемой монографии является не
только то обстоятельство, что эта концепция проходит красной нитью
через все исследование конкретных исторических процессов, придавая
ему единство построения, но и то. что автор все время вносит — при
анализе конкретных фактов, терминов и проч. — соответствующие ого-
ворки, указывающие на возможность иной трактовки отдельных собы-
тий и явлений и другого толкования некоторых терминов и текстов ис-
точников. Тем самым автор избегает прямолинейности и односторон-
ности в обосновании своей концепции и придает своему изложению мно-
гогранность, соответствующую сложности изучаемой эпохи, не нанося
в то же время ущерба цельности всего построения.
Отмеченное качество монографии 3. В. Удальцовой — наряду с дру-
гими ее крупными достоинствами, охарактеризованными выше,— дела-
ют ее особенно интересной и дают все основания квалифицировать ее
как значительный вклад и в советское византиноведение, и в советскую
медиевистику в целом.
* * *
Нам представляется, что вносимые автором оговорки в некоторых
пунктах могут быть продолжены и дополнены. Именно с этой точки зре-
ния нам хотелось бы высказать некоторые замечания.
1. Хотя 3. В. Удальцова неоднократно подчеркивает значительную
историческую роль рядовых свободных остготов в королевстве Теодо-
риха, тем не менее вопрос о том, в какой мере политика этого короля
могла частично отражать и их интересы, как нам кажется, еще подле-
жит дальнейшему уяснению. Правда, это — задача очень трудная ввиду
скудости источников как раз по данному вопросу: остготы не оставили
записи обычного права типа так называемых варварских правд (эдикт
Теодориха никоим образом не может рассматриваться в качестве тако-
вой, какие бы отдельные нормы германского права в нем ни содержа-
лись, и 3. В. Удальцова совершенно правильно не считает его варвар-
ской правдой); самое отсутствие такого памятника (как и слабое отра-
жение в имеющихся источниках остатков родового строя остготов) уже
наводит на размышления и позволяет поставить вопрос: не объясняется
ли это меньшей ролью рядовых свободных у остготов VI в. сравнитель-
но с другими варварскими германскими племенами? Однако отсутствие
варварской правды у остготов могло быть вызвано и другими причинами,
прежде всего характером поселения остготов в Италии, т. е. недостаточно
23 i
Историография и критика
глубоким и прочным освоением ими страны и вытекающей отсюда
близостью части остготской знатн с некоторыми группами римско-ита-
лийской аристократии. Как бы то ни было, остготы все же, несмотря на
сравнительно далеко зашедшую социальную дифференциацию в пх сре-
де, были племенем, стоявшим еще на дофеодальной стадии развития
(хотя, по справедливому мнению 3. В. Удальцовой, у них уже намеча-
лись предпосылки феодализации). Основную массу племени у них все-
таки составляли свободные рядовые остготы, которые, несмотря на иму-
щественную дифференциацию, были главной военной силой остготов.
Это ясно из того, что и после Теодориха, во время войны с Византией,
они, по видимому, составляли важнейшую часть армии Тотилы. Каза-
лось бы, что не только пх интересы, но и касающиеся их правовые нормы
должны были значительно ярче отразиться в эдикте Теодориха, чем это
имело место. Эдикт, правда, часто упоминает ingenui, но разумеет под
ними отнюдь не только свободных остготов, но и все лично свободное
население Италии. Не объясняется ли это особенностями самого эдикта
Теодориха как законодательного памятника?
2. В самом деле. Хотя этот эдикт и отражает интересы служилой ост-
готской знати и провинциальной рпмско-пталпйской аристократии, но
политика Теодориха, проводившаяся законодательным путем, могла
не в полной мере выражать процессы, реально происходившие не только
в италийском, но и в остготском обществе. Формулы, содержащиеся в
Variae Кассиодора, а также данные папирологии вносят ряд конкрет-
ных штрихов в понимание истории остготской Италии, но все же, к со-
жалению, не позволяют реконструировать полностью особенности об-
щественного строя самих остготов. В свете этих соображений мнение
автора, что «большинство мелких остготских земледельцев ио своему
экономическому положению постепенно все более сближалось с массой
италийского земледельческого населения» (стр. 47), еще нуждается в
дальнейшем обосновании (см. замечания автора на стр. 36—37, несколь-
ко ограничивающие этот тезис). И это тем более, что, как уже было ука-
зано, значительная часть армии Тотилы состояла из рядовых свобод-
ных остготских воинов, ибо ни дружинники, с одной стороны, ни за-
числявшиеся в армию беглые рабы и колоны не могли составлять ее
большинство.
3. Сказанное в пункте 2 приводит нас к постановке более общего во-
проса об основном направлении, смысле и месте политики остготского
правительства в ходе исторического развития Италии VI—VII вв. Если
это правительство при Теодорихе ограждало — часто даже более суро-
во. чем римское право, — интересы господствующего класса (см. стр.
67—68, 76—77) и было заинтересовано в сохранении рабства (стр. 77),
то остается не до конца выясненным следующее. Ведь в остготском об-
ществе развивались феодализпрующпе тенденции (что неоднократно
справедливо отмечает 3. В. Удальцова); опи намечались и в римской
Италии задолго до падения Западной Римской империи (уже с III в.)
и сказались прежде всего в изменении реального экономического поло-
жения рабов (псномещение пх на землю) и в возникновении позднерим-
ского колоната.
Если в такой обстановке остготское правительство содействовало
консервации рабовладения, то, по-видимому, оно это делало не в инте-
ресах остготов, и даже не в интересах остготской знати, а в интересах
римско-италийской землевладельческой аристократии, цеплявшейся за
сложившиеся в Римской империи формы рабовладения. Ведь даже после
завоевания Италии Византией попытка реставрации рабовладельчес-
Историография и критика
235
кого строя потерпела крах, ибо у пришедших вскоре после этого ланго-
бардов развитие пошло в сторону феодализации (см. об этом стр. 521), —
правда, не сразу, а лишь с конца VII—начала VIII в. Это показывает,
что синтез разлагавшегося рабовладельческого строя с варварским об-
щественным строем протекал в Италии очень туго и медленно и не мог
успеть завершиться в течение кратковременного господства остготов.
Да и сама кратковременность их владычества — так же как и то, что
Византия после упорных войн смогла положить ему конец — являются
показателем особой замедленности этого процесса в Италии. Причина
этой замедленности, как нам представляется, заключается в том, что
в Италии, как центральной территории бывшей Западной Римской им-
перии. остатки рабовладельческого строя (крупное латифундиальное
землевладение, построенное на эксплуатации труда рабов и колонов)
были особенно живучи, хотя, как было выше указано, уже самое разви-
тие позднего колоната и испомещение рабов на земельные участки соз-
давало предпосылки феодализации. Однако, несмотря на возникновение
таких предпосылок, окончательно сломить пережитки рабовладельческого
строя в такой стране, как римская Италия, мог только длительный и
очень сложный исторический процесс развития. Остготское завоевание
и владычество недостаточно глубоко повлияли на аграрный строй Ита-
лии. Лангобардское завоевание, хотя оно и не охватило всю Италию,
все же привело в занятых лангобардами областях ее к гораздо более
глубокому перевороту в аграрных отношениях (ввиду насильственного
характера лангобардского завоевания, массового захвата владений рим-
ской знати при отсутствии земельных разделов лангобардов с местным
населенном и в силу большого влияния общинного строя лангобардов).
И тем не менее торжество тенденции феодализации даже в лангобард-
ской Италии относится лишь к концу VIII в.
4. В свете этих общих соображений мы позволим себе внести некото-
рые дополнения в толкование отмены строгого прикрепления к земле
колонов-орпгинариев по статье 142 эдикта Теодорпха. Вполне согла-
шаясь с автором в том, что эта статья, разрешавшая перемещать рабов
и колоиов-оригннариев и продавать их без земли, фактически приводила
к сгону этих колонов с их участков и отражала интересы остготской зна-
ти, мы ставим, однако, вопрос: очень ли дорожили колоны-оригинарии
своей связью с местом их приписки — origo? Хотя, с одной стороны, та-
кая связь была для колона-орпгпнария необходимым условием продол-
жения его хозяйства, но с другой стороны, она являлась формой при-
крепления его к земле, ибо он обязан был обрабатывать свой земельный
участок для того, чтобы с него можно было взимать подать. Поэтому
разрешение продавать колонов этого разряда без земли можно считать
мероприятием весьма двойственного характера: это не только открывало
возможность к их сгону с земли и увеличению числа рабочих рук во
владениях остготской знати, но — по правильному указанию П. Г. Ви-
ноградова — означало в то же время отказ от принципа origo и от фик-
сированности оброков колонов-орпгипарпев 2, которые тем самым при-
креплялись к отдельным крупным землевладельцам (вместо прежнего
прикрепления к государственному тяглу). А ведь это способствовало
усилению тенденции к вызреванию элементов феодализации, содействуя
постепенному переходу от римского колоната к феодально зависимому
крестьянскому держанию. II хотя завершение этого перехода в Италии
- 3. В. Удальцова считает это мвеппе Виноградова интересным предположением
{стр. loo, прп.м. 67).
236
Историография и критика
было еще делом отдаленного будущего (как это подчеркнуто нами выше),
тем не менее в этом нововведении Теодориха следует усматривать не
только ухудшение положения колонов-оригинариев (которое в извест-
ном смысле, конечно, имело место, на что правильно указывали М. М. Ко-
валевский и П. Г. Виноградов; см. также в работе 3. В. Удальцовой»
стр. 100—101, прим. 67), но и отражение новой тенденции развития—
правда, пока еще слабой, неоформленной, еще не победившей.
5. Так как статья 142 эдикта Теодориха разрешает продавать без зем-
ли и рабов, разрывая тем самым связь раба с его пекулием, то толкова-
ние этой статьи ставит перед нами вопрос об интерпретации политики
Теодориха по отношению к рабам. 3. В. Удальцова правильно анали-
зирует постановления Теодориха против переманивания рабов (а также
и колонов) и против обращения свободных людей в рабство (стр. 48,
67—68, 75—77). Прп этом она отмечает, что в угоду крупным землевла-
дельцам остготское правительство пошло даже па некоторое смягчение
прежних римских постановлений против лиц, удерживавших свобод-
ных людей в рабстве (стр. 76—77). Однако это смягчение наказаний за
подобные проступки может объясняться не только заинтересованно-
стью готской знати в сохранении рабовладения, но и изменением самого
характера рабовладения, а именно некоторым приближением реального
положения римско-италийских рабов к положению колонов, с одной
стороны (см. стр. 92—93), и усилением близости готских рабов к полу-
свободным, с другой. 3. В. Удальцова справедливо подчеркивает, что на-
ряду с местными рабами было много рабов-остготов (стр. 80), но тут же
отмечает, что в остготском законодательстве сравнительно мало упомипа
ний о вольноотпущенниках (эдикт Теодориха, ст. 30, 48, 103) и что оно
рассматривает их как людей неполноправных. По этому поводу следует
заметить, что их неполноправие особенно отчетливо подчеркнуто в ста-
тье 48, где идет речь не просто о liberti, а о liberti originarii, а в статье
103 они перечислены наряду с ingenui и servi и поставлены между ними.
Но это наше замечание не столь существенно, ибо вольноотпущенники,
конечно, как правильно отмечает 3. В. Удальцова, стояли ниже свобод-
ных. Важнее вопрос, о каких именно либертинах идет речь; если об ост-
готских, то необходимо иметь в виду следующее: в варварских правдах
либертины упоминаются часто и играют сколько-нибудь значительную
роль лишь у тех варварских племен, где уже довольно далеко зашел
процесс имущественной и отчасти социальной дифференциации в среде
свободных соплеменников. Так, например, они часто фигурируют в Ри-
пуарской правде (гл. LVII—LVIII, LXI—LXII), где они делятся на че-
тыре разряда (трибутариев, табулярпев, cives Romani и homines dinariati),
причем все эти категории (кроме высшей) сохраняют ту или иную зави-
симость от патрона, так что процесс освобождения рабов у рипуаров
сводится к превращению рабов в те или иные категории зависимого кре-
стьянства. Наоборот, в Салической правде, где процесс классообразо-
вания еще не отражен, вольноотпущенники упомянуты всего два раза
(в гл. XXVI, § 2 и X, § 1), и при этом имеется в виду только полное
освобождение рабов путем пх отпуска на волю через денарий перед
лицом короля (так называемый dinariatio), т. е. либертипы у сали-
ческих франков по их Правде еще пе превращаются в .зависимых
крестьян.
В свете этих данных сравнительная редкость упоминания либерти-
нов у остготов может свидетельствовать об их близости к остготским
рабам (эксплуатируемым методами патриархального рабства); о выс-
шем способе освобождения остготских рабов, дающем полную свободу,
Историография и критика
237
в остготском законодательстве нет данных (как и вообще о разных спо-
собах отпуска на волю). Однако весьма возможно, что в некоторых ста-
тьях эдикта Теодориха имеются в виду и римские вольноотпущенники:
может быть, именно к ним относится статья 30 этого эдикта, в кото-
рой идет речь о получении наследства по завещанию, причем его получа-
тель может оказаться и свободным и либертипом.
6. Интересный анализ эдикта Теодориха под углом зрения того, ка-
кие нормы римского и варварского права отразились в нем и что явля-
лось в нем нововведением (см. стр. 168—180), можно было бы дифферен-
цировать в двух направлениях. Во-первых, желательно каждый раз
разграничивать и подчеркивать, в чем заключается специфичность тех
или иных римских юридических памятников, из которых Теодорих за-
имствовал нормы римского права. 3. В. Удальцова всегда указывает
эти памятники, но они относятся к разным периодам в развитии самого
римского права (от более ранних его стадий, отраженных в Дпгестах,
вплоть до постановлений императоров V в.— кодекса Феодосия II, зако-
нодательных актов Валентпнпана III и др.). Во-вторых, аналогичное
разграничение следовало бы иметь в виду и при сопоставлении эдикта
Теодориха с нормами германского права. 3. В. Удальцова справедливо
отмечает, что влияние германского права на остготское законодательство
оказалось опосредствованным через такие правовые памятники герман-
ских народов, как Бревиарпй Алариха и Римская правда бургундов
(Lex Romana Biirgundionum — см. стр. 174). Но это — весьма романи-
зованные памятники, и даже ранний вестготский кодекс Эврпха и ос-
новная часть самой Бургундской правды (Lex Gundobada) обнаруживают
следы воздействия римских правовых норм. Поэтому заимствования
эдикта Теодориха из этих правд вряд ли могут быть целиком квалифи-
цированы как влияние германского права на остготское законодатель-
ство.
Независимо от вопроса о заимствованиях, 3. В. Удальцова стремится
попутно установить ряд параллелей между эдиктом Теодориха и такими
варварскими правдами, как Салическая, Алеманнская, Лангобардский
эдикт Ротарп и др. Но как раз при сопоставлении этих правд с эдиктом
Теодориха можно отметить значительные различия. Так, например, при
сопоставлении статей 21 и 22 эдикта Теодориха с главой XIII Саличе-
ской правды (стр. 83) следует иметь в виду, что в Салической правде
раб (и притом королевский — puer regius, см. гл. XIII, § 7) подвергается
смертной казни за похищение свободной девушки (puella ingenua —
гл. ХШ, § 1), в то время как в эдикте Теодориха такое же наказание
устанавливается за похищение рабом рабыни илп оригпнарии (что ка-
сается § 1—6 гл. ХШ Салической правды, то в них идет речь о похище-
нии свободной девушки свободными людьми, которое карается денеж-
ным штрафом).
7. В своем подробном разборе положения различных групп эксплуати-
руемого населения Италии 3. В. Удальцова классифицирует их следую-
щим образом (см. часть 1, гл. Ill): особо выделяя рабов, она под общим
заголовком «Колонат» помещает: а) оригинариев, б) колонов, в) русти-
ков. По этому поводу считаем нужным заметить следующее. Во-первых,
на наш взгляд, лучше было бы придерживаться общепринятого деления
колонов на два разряда — coloni originarii и coloni liberi, ибо такое
деление исходит не только из различия в их юридическом статусе, но
и из различного происхождения этих двух категорий. Конечно, автор
имеет известные основания к тому, чтобы называть первую категорию
колонов просто «оригинариями», так как источники иногда употребляют
238
Историография и критика
это слово отдельно, без согласования со словом coloni (см., например,
в статье 80 эдикта Теодорпха), а иногда обозначают при помощи этого
эпитета и манциппев (см., например, в 142-й статье эдикта Теодорпха:
«...mancipia etiamsi originaria sunt»). Однако 3. В. Удальцова спра-
ведливо отмечает, что термин mancipia может объединять и рабов, и
колонов-оригинарпев (стр. 97, прим. 62). Во-вторых, по нашему мне-
нию, все-таки не следовало бы включать рустиков в состав колонов,
потому что, как правильно констатирует автор, этот термин имеет соби-
рательное значение и пз переписки Кассиодора явствует, что
rustici — это просто сельские жители (см. стр. 104—105, прим.
75 и 77), а не какая-либо особая категория населения (как пола-
гает автор на стр. 107), которую можно было бы сопоставить с различ-
ными разрядами колонов. Прибавим к этому от себя, что в таком широ-
ком смысле слово rusticus постоянно встречается и позднее в грамотах
раннего средневековья. Поэтому попытка 3. В. Удальцовой выделить
рустиков в качестве особой категории италийского сельского населения
конца V—первой половины VI в., включавшей как зависимых и полусво-
бодных, так и главным образом обедневших свободных людей, постепен-
но впадавших в зависимость (стр. 106—107, ИЗ), остается гипотезой,
требующей дальнейшего обоснования. То, что термин rusticus имел ха-
рактер широкого обобщающего понятия, подтверждается и приводимыми
3. В. Удальцовой данными о применении этого термина в более позд
них источниках по истории Италии конца VI—начала VII в., где он
прилагается уже почти исключительно к зависимым земледельцам, но
все-таки не однозначен с термином «колон» (см. стр. 469, прим. 46; тем
не менее на стр. 468 и 474 автор все же считает этих более поздних русти-
ков особой — и притом привилегированной — категорией колонов). Ко-
нечно, мы отдаем себе отчет в том, что стремление 3. В. Удальцовой вы-
делить рустиков в виде особого слоя сельского населения Италии отра-
жает ее вполне законные поиски остатков свободных жителей римской
Италии, которые, по-видимому, действительно еще сохранялись в это
время. Однако остается неясным, скрывались ли они именно под терми-
ном rustici,—неясным, между прочим, именно в силу широкого значения
этого термина. Для того, чтобы построить эволюцию рустиков от сво-
бодных людей, лишь начинавших терять свою собственность и свободу
(в конце V—начале VI в.), к зависимым земледельцам конца VI—VII вв.,
нужны были бы какие-то дополнительные данные источников, которые
позволили бы вообще считать рустиков особой социальной катего-
рией.
8. По нашему мнению, трибутарии по своему реальному положению
все же ближе к колонам, чем к посессорам. На это указывают как данные,
приводимые 3. В. Удальцовой на стр. 42—43 и стр. 104 (см. прим. 75),
так п свидетельство франкских источников о трибутарпях в Галлии кон-
ца V- начале VI в. В Салической правде, например, при перечислении
трех разрядов местного галло-римского населения трибутарии постав-
лены па последнем месте и их вира — 63 солида — значительно ниже
виры посессоров — 100 солпдов (см. гл. XLI, § 7; ср. § 5—6, а также
гл. XLII, § 4). Можно было бы привести еще для сравнения положение
трибутарии по Рипуарской правде (гл. LXII, § 1), где его вира всего 36
солидов. Частичное приравпенпе посессоров к трпбутарпям как пла-
тельщикам государственных налогов в Variae Кассиодора может объ-
ясняться именно тем, что и те и другие рассматриваются им в приво-
димых 3. В. Удальцовой главах прежде всего как податное население,
а потому термин posessor употребляется в этих главах в широком смысле.
Историография и критика
239
В советской историографии было высказано мнение, что трибутарии (как
и оригипарип) являлись различными категориями колонов 3.
9. При изображении в главе IV (из первой части киши) бегства кол-
легиатов из городов в поместья и их прикрепления к коллегиям, бегства
куриалов из курий, запустения городов и проч, следовало бы указать, что
все эти явления (так же как и бегство колонов и рабов) имели место не
только во время остготского господства в Италии, а представляли собой
различные стороны длительного процесса, происходившего в Западной
Римской империи с конца III—начала IV в.
10. Мы не полностью согласны с некоторыми толкованиями текстов
варварских правд, используемых автором в качестве параллелей. К от-
меченному выше прибавим, что похищение целых стад скота, упоминаемое
в варварских правдах, далеко не всегда является формой социального
сопротивления (как предполагает автор на стр. 200). Так, в Салической
правде имеются данные о покраже целых стад, которые не представляют
проявления классовой борьбы; кража целых стад карается здесь более
высоким денежным штрафом, чем кража даже значительного числа от-
дельных животных, и особенно в тех случаях, когда в стаде не осталось
ни одного животного (см. гл. II, § 14—16; гл. III, § 6, прибавл. 5; гл. 111,
§ 7; гл. IV, § 3—4; XXXVIII, § 3—4). Но стада эти принадлежат группе
домохозяев-общинников. Поэтому соответствующие постановления эдик-
та Теодориха (ст. 57) вряд ли могут привлекаться в качестве параллели
к варварским правдам.
В целом книга 3. В. Удальцовой — каковы бы ни были наши отдель-
ные расхождения с автором по частным вопросам — будит мысль и вы-
зывает у читателя-историка ряд общих соображений по затронутым в
ней проблемам, наталкивая исследователя на дальнейшие поиски ре-
шения этих проблем по проложенному автором путп. Тем самым она
открывает в советской историографии новое поле исследования истории
Италии и Византии и их взаимоотношения в период раннего средне-
вековья и представляет безусловное достижение советской исторической
науки.
А. И. Неусыхин
3 Н. А. Машки и. История древнего Рима. М., 1947, стр. 562.
Я. А. Левицкий. Города и городское ремесло в Англии X—XII вв.
М., Изд-во АН СССР, I960, 300 стр.
Монография Я. А. Левицкого «Города и городское ремесло в Англии
X—XII вв.» посвящена раннему периоду истории английских средне-
вековых городов (преимущественно X—XII вв., с обширными экскурсами
в еще более ранний период — VII—IX вв.). Тема, избранная автором,
представляет значительный интерес как для истории собственно англий-
ских городов средневековья, так и с точки зрения более общей пробле-
мы возникновения средневековых городов в Европе. В литературе тема
эта освещена далеко не достаточно. В советской медиевистике до сих пор
не было солидных специальных исследований по истории английского
города этой эпохи. В буржуазной же, в частности в английской историо-
графии, она всегда освещалась преимущественно с политико-юриди-
ческих позиций. В общих работах и монографиях зарубежных буржуаз-
ных исследователей прошлого и настоящего, посвященных проблемам
средневекового английского города, внимание сосредоточивается глав-
ным образом на политической и сословной жизни городов, на городском
праве и городских привилегиях, тогда как социальная организация
города и его экономическая специфика по сравнению с деревней остается
всегда в тени. Вопросы экономической жизни города затрагиваются
лишь попутно, в связи с его аграрной структурой или, в лучшем случае,
с торговой деятельностью. Это особенно относится к проблеме возник-
новения городов в Англии, которая обычно трактуется буржуазными
исследователями в плане «бурговой» илп «рыночной» теории, вне связи
с развитием производительных сил в феодалпзирующемся английском
обществе. В противоположность такому традиционному для буржуазной
историографии подходу монография Я. А. Левицкого представляет пер-
вую и в целом весьма удачную попытку изучить историю городов средне-
вековой Англии в социально-экономическом плане. Исходная позиция
автора в этом вопросе резко противопоставляет его работу всем буржуаз-
ным исследованиям на данную тему. Я. А. Левицкий исходит из извест-
ного марксистского положения о том, что средневековые города как
центры ремесла и торговли возникали в процессе отделения ремесла
от сельского хозяйства, и решительно отвергает утверждения сторонни-
ков «рыночной» теории (А. Пиренн, Р. Зом, К. Стефенсон и др.) о том,
что рынок и торговля сами по себе порождали города.
Задавшись целью проследить на английском материале самый ход
процесса возникновения городов, т. е. отделения ремесла от сельского
хозяйства, во всей его конкретности, советский исследователь в целом
успешно осуществил эту трудную задачу. Под его пером постепенно
возникает живая, насыщенная колоритными подробностями, отчетливая
картина зарождения, становления и последующего оформления анг
Историография и критика
241
лийского феодального города. Автор выясняет истинную роль в этом
процессе торговли, характер городского производства, связи нарождаю-
щихся городов с сельскохозяйственной округой.
ЛТожио без преувеличения сказать, что Я. Л. Левицкий впервые в
советской медиевистике запечатлел па страницах своей книги один из
важнейших экономических процессов эпохи феодализма — процесс от-
деления ремесла от сельского хозяйства.
Книга построена па тщательном и часто весьма топком исследовании
очень различных по характеру источников; более того, она буквально
пронизана материалом источников, хотя сведения но ранней истории
английского средневекового города чрезвычайно разбросаны и фрагмен-
тарны (особенно для периода до XII в.). Чтобы воссоздать картину воз-
никновения и ранней истории английских городов, автору пришлось
собирать по крупицам данные из самых разнообразных источников,
в которых имеются отдельные и часто лишь косвенные указания на этот
счет;—из законодательных памятников англосаксонской эпохи, коро-
левских хартий, хроник, разного рода переписки, житийной литерату-
ры, из Книги Страшного суда, Казначейских свитков и др. Автор ис-
пользовал все доступные ему материалы и сумел извлечь цепные сведе-
ния из таких источников, которые ранее вовсе не привлекались для
изучения истории английских городов. При этом нужно отметить исклю-
чительную добросовестность автора в анализе источников. Давая свое
толкование того или иного документа, он неизменно приводит все воз-
можные, и в частности существующие в литературе, иные его толкования,
полемизируя с теми из них, с которыми он пе согласен (например, рас-
смотрение спорного вопроса о местонахождении портового местечка
Hamwich на юге Англии — стр. 31 пли вопроса об идентификации наз-
ваний Contwig и Quentawic на стр. 73 и др.). Это придает особую убе-
дительность всем выводам автора, которые неизменно опираются на
данные всесторонне проанализированных источников.
Работа состоит из краткого введения, где дается критический обзор
литературы вопроса, и пяти глав исследовательского характера.
В главах I («Возникновение рыночных центров в Англии и ранние
этапы их развития») и II («Торговля и рыночные центры в Англии IX—
первой половины XI в.») автор прослеживает по источникам развитие
обмена и торговли в Англии с середины VII по начало XI в. и отражение
этого процесса в законодательных памятниках, в эволюции монетной
системы и весовых единиц, в зарождении системы торговых привилегий
н пошлин.
В главе III («Ремесло Англии на рубеже X—XI вв.») исследуется
процесс возникновения pi месла в Англии как самостоятельной отрасли
производства, т. с. процесс отделения ремесла от сельского хозяйства.
Этот процесс, как убедительно доказывает Я. 7\. Левицкий, в широком
масштабе начался в Англии только в X—XI вв., когда здесь стали воз-
никать первые города, по отдельные его проявления автор фиксирует
п для более раннего периода — VIII — IX ив., показывая самый ход
постепенного отделения ремесла от земледелия, его расширение и углуб-
ление. Рассмотрению экономической и социальной природы этих ран-
них городов посвящена глава IV («Города как центры ремесла и торгов-
ли в XI—XII вв.»), которая строится в основном на анализе данных
о городах, содержащихся в Книге Страшного суда.
Наконец, в последней главе, V («Городское ремесло и его организа-
ция в Англии в XII в.»), прослеживается процесс возникновения в анг-
лийских городах цеховых организаций — вопрос, который очень слабо
16 Средние века, вып. XX
242
Историография и критика
разработан в специальной литературе. Я. А. Левпцкпй показывает
здесь различные формы ранних цеховых организаций в Англии и ту
борьбу с городскими властями и сеньорами городов, которую прихо-
дилось выдерживать различным цехам, чтобы отстоять свое право па
существование.
Книга Я. Л. Левицкого, несомненно, вносит много нового в наши
представления об истории ранних английских городов и обогащает их.
Как уже было отмечено выше, проблема возникновения городов в
Англии в целом трактуется в книге Я. А. Левицкого в совершенно новом
аспекте, что придает особенно большой интерес многим его выводам
и частным наблюдениям. Одним пз наиболее ценных ее выводов нам
представляется широко и убедительно аргументированное в гл. I и II
положение автора о том, что исторически возникновение торговли пред-
шествовало возникновению самих городов, т. е. отделению ремесла от
сельского хозяйства. В работе Я. А. Левицкого отчетливо показано,
что в своем развитии торговля проходит ряд этапов, прежде чем она
начинает обслуживать развивающееся в стране товарное производство,
в частности ремесленное, которое возникает позднее, чем первые элемен-
ты обмена. В самый ранний период своего существования (в Англии —
VII в.), как это ясно из I главы работы, торговля носила случайный ха-
рактер, по преимуществу была внешней и велась странствующими —
чаще всего иностранными—купцами, привозившими в Англию предметы
роскоши и вывозившими изредка сельскохозяйственные товары. Но уже
с начала VIII и особенно в IX в. торговля становится обычным
явлением, начинает охватывать все более значительный круг товаров,
поступающих на внутренний рынок, и в частности продукцию зарождаю-
щегося ремесленного производства, в пей начинают участвовать п анг-
лийские купцы. И, наконец, в X — начале XI в. в Англии происходит зна-
чительное расширение внутреннего рынка, купцы становятся оседлым
слоем населения внутри самой Англии, растет количество рыночных
центров, многие из которых по мере отделения ремесла от сельского
хозяйства постепенно превращаются в города — специальные центры
ремесла и торговли.
В этой связи очень интересно и, с нашей точки зрения, совершенно
правильно то толкование термина port., часто встречающегося в англо-
саксонских источниках, которое дает Я. А. Левицкий во II главе своей
книги. Согласно этому толкованию, слово port в Англии IX—XI вв.
означало всякий рыночный центр, независимо от того, является ли по-
следним гаванью пли сухопутным местечком (стр. 91 —103). Нам пред-
ставтяется также правильным, что Я. А. Левицкий считает невозмож-
ным отождествить такие «порты» с городами как центрами ремесла и
торговли. Он убедитезьно показывает, что наличие рынка н том пли
ином поселении, так же как и наличие укрепления (burgh) или адми-
нистративного центра (civitas) само по себе еще не превращало это по-
селение в город. Такое превращение могло совершиться тогда, когда в
«порте» появлялось собственное ремесленное население, т. е. когда это
рыночное местечко превращалось в центр вновь выделившейся отрасли
общественного производства — ремесла. В то же время, нельзя не сог-
ласиться с автором и в том, что именно в «рыночных местечках» созда-
вались наибольшие потенциальные возможности для превращения их
в города (стр. 98—99), так как там имелся относительно широкий рынок
сбыта, который должен был привлекать представителей вновь образую-
щегося слоя специалистов-ремесленников в поселения такого рода. Все
эти наблюдения и выводы гл. I и II работы Я. А. Левицкого не только
Историография и критика
243
решительно направлены против «рыночной» теории возникновения горо-
дов, но и вскрывают полную несостоятельность тех буржуазных истори-
ческих концепции (например, дошппанства), которые доказывают из-
вечность торговли п склонны отождествлять ее самые ранние н зачаточ-
ные формы с капитализмом.
Положительной стороной исследования Я. А. Левицкого являются
постоянные экскурсы в область нумизматики и археологии, которые
подкрепляют выводы, извлеченные им из письменных источников, дан-
ными из области истории материальной культуры (стр. 57—69, 103, 104,
113—118).
Большую ценность представляют наблюдения Я. А. Левицкого от-
носительно конкретного хода отделения ремесла от сельского хозяйства
в Англии изучаемого периода (гл. III), подтверждающие наши теорети-
ческие представления по этому вопросу: после исследования Я. А. Ле-
вицкого едва ли можно сомневаться в том, что превращение ремесла в
самостоятельную отрасль производства ранее всего началось в металло-
обрабатывающем производстве (еще в VIII в.), затем в текстильном (IX—
X вв.), позднее — в кожевенном и других (X — начало XI в.).
Пожалуй, наибольший и принципиальный интерес представляют вы-
воды IV, центральной главы работы. В ней как бы схвачен процесс ста-
новления английских городов в действии, во всей сложности и противо-
речивости. В понимание его работа Я. А. Левицкого вносит много но-
вого.
Приводимые им данные пе оставляют сомнения в том, что возникно-
вение городов в Англии относится пе ранее, чем к самому концу X —
началу XI в., что в Книге Страшного суда город выступает еще как от-
носительно новое образование. Новый слой населения — горожане (Ьиг-
genses), составляющие ядро городского населения, как доказывает
Я. А. Левицкий, во многих случаях еще тесно связаны с сельской округой,
с манорами, из которых онп ушли в город, и еще находятся в известной
поземельной, а иногда и личной зависимости от своих лордов.
Вместе с тем Я. А. Левицкий убедительно показал, что уже в Книге
Страшного суда город выступает как поселение, по своему экономиче-
скому типу резко отличное от деревни. Ои является прежде всего цен-
тром ремесленного производства, которое и определяет его специфику.
В этой связи очень интересен тот анализ, которому автор подвергает
аграрную организацию ранних английских городов.
Как известно, наличие в английских городах системы городских
держаний и общинных отношений давало многим исследователям (на-
пример, Метланду, Балларду и др.) повод утверждать, что между горо-
дом и деревней в Англии XI в. пе было существенных различий.
Исследование Я. А. Левицким данных Кинги Страшного суда не остав-
ляет сомнения в том, что уже в этот ранний период земельные держания
горожан были настолько незначительны, что не могли обеспечить их
существования и могут рассматриваться лишь как небольшое подспорье
к их основным занятиям ремеслом и торговлей (стр. 211—220).
Нельзя не отметить как большую заслугу автора данную им критику
понимания и буржуазной историографии термина mercatores. который
произвольно трактуется большинством ее представителей как просто
«купцы». С фактами в руках Я. А. Левицкий, как нам кажется, убеди-
тельно докапал, что в XI в., когда еще только начиналось отделение
ремесла от торговли, термин mercator в равной мере мог означать и
ремесленника, и купца-торговца, ибо в качестве продавцов своих изде-
лий в этот период ремесленники выступали даже чаще, чем купцы.
16*
244
Историография и критика
специально занятые посреднической торговлей (стр. 222—227). Этот вывод
автора также решительно бьет по «рыночной» теории и связанным с нею
взглядам, согласно которым создателями и основными жителями первых
городов были не ремесленники, а купцы.
Вообще несомненным достоинством работы Я. Л. Левицкого в целом
является ее ярко выраженная заостренность против буржуазной исто-
риографии, которая проявляется не только в критическом обзоре исто-
риографии вопроса (Введение), но прежде всего во всем содержании ра-
боты. Мы уже отмечали ее общую решительную направленность против
«рыночной» теории происхождения городов п наиболее яркого предста-
вителя этой теории в историографии английских средневековых городов
К. Стефенсона. Критика «рыночной» теории нашла особенно яркое от-
ражение в гл. I н II, а также в гл. IV (в связи с анализом термина шег-
catores). Не менее остро критикует автор пресловутую «гарнизонную»
теорию Метланда и его же концепцию так называемой владельческой
разнородности (гетерогенности) городских держании, с помощью кото-
рой он пытался подкрепить свою «гарнизонную» теорию (стр. 237—240).
По более частным вопросам автор полемизирует также с Дж. Тэтой,
Я. Гроссом и другими историками. Вся книга своим содержанием ре-
шительно направлена, как было уже отмечено, против допшнанских
представлений об экономическом развитии Западной Европы в раннее
средневековье. При этом надо подчеркнуть, что критика буря;уазных
теорий в книге всегда опирается на данные источников н носит весьма
конкретный и научный характер.
При всех своих неоспоримых достоинствах работа Я. А. Левицкого
не лишена н некоторых недочетов.
Мне представляется досадным упущением, что в работе нет сколько-
нибудь развернутой характеристики хотя бы самых основных из ис-
пользованных автором источников. Это в особенности относится к Книге
Страшного суда, которая является главным и почти единственным источ-
ником для центральной и наиболее важной IV главы исследования. Для
того чтобы до конца понять ход мыслей и исследовательские приемы
автора, читателю, даже медиевисту, не занимающемуся специально
историей Англии этого периода (не говоря уже о пе специалистах), очень
важно получить хотя бы краткие сведения о том, как описаны города
в Книге Страшного суда, каковы достоинства и недостатки этого описа-
ния с точки зрения подхода к проблеме Я. А. Левицкого, каким обра-
зом данные этого источника использовались другими историками. Если
у автора не было возможности посвятить источникам особый раздел
илп главу, следовало бы охарактеризовать Книгу Страшного суда хотя
бы в начале IV главы. Правда, в сборнике «Средине века», вып. Ill (М.,
1951 г.) была опубликована статья Я. А. Левицкого «Проблема ранне-
го феодального города в Англии и Книга Страшного суда», в которой
дается характеристика этою источника применительно к истории горо-
дов. Но, во-первых, в гл. IV отсутствует даже ссылка па эту статью,
ио-вторых, едва ли такая ссылка может заменить особую характери-
стику этого источника применительно к материалу, рассмагрннаемому
в книге.
То же относится и к некоторым другим источникам, которые ана-
лизируются Я. А. Левицким без всякой предварительной характери-
стики .
Упущением, на наш взгляд, является отсутствие в книге вводной
главы, посвященной характеристике основных линий общего социально-
политического развития Англии в тот пятивековой период, на протя-
жении которого исследуются ремесло и торговля.
Историография и критика
245
Мы далеки от того, чтобы требовать от автора подробного освещения
этих более общих проблем, что отнюдь не входило в задачи его иссле-
дования, тем более что свои основные выводы он строит с учетом общей
эволюции английского общества той эпохи в направлении феодализма.
Разумеется, для специалистов-медиевистов связь экономических
процессов с общей социально-политической эволюцией Англии в VI —
XII вв. достаточно очевидна. Однако для более широкого круга читате-
лей, даже историков, было бы гораздо интереснее и легче следить за
ходом исследования Я. Л. Левицкого, если бы он, хотя бы вкратце, поз-
накомил их с основными явлениями социально-политического, в част-
ности аграрного, развития англосаксонской и ранненормандской Анг-
лин .
Так. при чтении книги возникает в этой связи ряд вопросов, кото-
рые, однако, остаются за рамками исследования Я. А. Левицого. Напри-
мер, какова взаимосвязь между закрепощением крестьян и стремлением
ремесленников к уходу пз деревни в города? Какую роль в развитии
городов сыграла уже в начале XI в. их борьба с сеньорами и королем
за хартии и привилегии? Как повлияло на жизнь английских горо-
дов нормандское завоевание?
Следует заметить, что XII в. в книге особенно не повезло, хотя, если
судить по названию, от нее можно было ждать более полного освещения
данного периода. Это тем более досадно, что круг источников по истории
городов в XII в. гораздо шире, чем для более раннего времени (город-
ские хартии, хроники, правительственные документы, отдельные Каз-
начейские свитки, акты законодательства, городские документы). Правда,
п литература по истории городов XII в. также обширнее, но опа стра-
дает тем же формально-юридическим подходом к материалу, что и лите-
ратура по более ранней истории городов. Экономический же аспект
городской жизни XII в. изучен крайне слабо. Между тем из всех проблем
экономической истории городов XII в. Я. А. Левицкий подробно осве-
щает лишь одну — городское ремесло и его организацию — безусловно,
самую важную, но не единственную. Все остальные, в частности уже
упоминавшийся вопрос о борьбе городов с сеньорами и ее воздействии
на хозяйственную жизнь городов, к сожалению, не получили в его кни-
ге специального освещения. Нельзя не отметить также и то, что проб-
лема организации ремесла г. английских городах XII в. рассматривается
в книге вне связи с известной проблемой «купеческой гильдии» (Gild
Merchant), которая часто совершенно неверно трактуется в буржуазной
историографии как чисто купеческая организация. Между тем. как нам
кажется, в «купеческой гильдии» следует видеть не что иное, как при-
митивную форму организации ремесла и торговли в городах, своего рощ
нерасчленепный цех пли предшественницу будущих цехов. Это предпо-
ложение вполне согласуется с тем совершенно правильным толкованием
термина mercatores, которое дает сам Я. А. Левицкий (см. выше). Тем
более досадно, что он специально не рассматривает вопрос о гильдии
в связи с историей организации ремесла в Англии XII в.
Досадно, что в гл. IV совсем ничего не говорится о Лондоне. Согла-
шаясь с автором, что Лондон был исключением среди английских горо-
дов по своей величине и экономическому значению, и учитывая, чти о
нем пет данных в Книге Страшного суда, все же нельзя признать право-
мерной эту лакуну. Если бы автор показал, как превращался в ремес-
ленный центр этот крупнейший в стране город — «морские ворота Анг-
лии», как его неоднократно называет сам Я. А. Левицкий, то картина
формирования городов Англии стала бы еще более яркой и отчетливой.
246
Нсториог рафия и кри т и к а
Из более мелких недочетов нужно отметить следующие. Пам пред-
ставляется, что из текста статьи 16 закона Хлотаря и Эдрика (стр. 20)
отнюдь не следует, как считает Я. А. Левицкий, что продажа могла про-
изводиться только е Лондоне. Ведь этот пункт можпо толковать иначе:
что он имеет в виду частный случаи, когда сделка производится именно
в Лондоне. Во всяком случае толкование автора нуждается в более пол-
ной аргументации.
Вызывают сомнение попытки автора рассматривать как предметы
английского вывоза в \ III — начале 1Х в. подарки, которые представи-
тели англосаксонской знатп посылали па континент своим друзьям и
наиболее уважаемым представителям церковной иерархии. Если по-
добные факты свидетельствуют об известном уровне развития ремесла
(причем, скорее всего, домашнего), то едва ли они дают основание го-
ворить о развитии экспортной торговли изделиями ремесла (стр. 49
54).
Все сделанные выше замечания не мешают дать монографии Я. А.
Левицкого в целом высокую оценку. Эти замечания лишний раз под-
черкивают, как слабо еще разработана поднятая им интересная проб-
лема и как много еще в пей неисследованных вопросов.
Нужно пожелать автору книги продолжить его исследования в этой
области, п в частности, занятия экономической и социальной историей
английских городов более позднего периода (XII—ХШ вв.), которая
изучалась очень мало и ждет еще нового освещения с марксистских по-
зиций.
Оригинальная, серьезная работа Я. /V Левицкого, насыщенная бо-
гатым конкретным материалом, несомненно, обогащает советскую ме-
диевистику новыми фактами и выводами п намечает пути дальнейших
исследований в этой области.
Е. В. Гцтное.а
10. М. Сапрыкин. Лиг.тнik-кая колонизация Ирландии
в XVI начале XVII в.
Изд-во МГУ. 1958, 233 стр.
Процесс первоначального накопления капитала и развития капита-
лизма в Англии XVI -Х\ II ни. определил основные направления анг-
лийской колониальной политики итого периода. Первой английской
колонией стала Ирландия *.
Монография К). М. Сапрыкина посвящена исследованию одной из
наиболее сложных, важных п малоизученных проблем п|«апдской
истории XVI- XV] 1 вв.— проблеме английской аграрной политики и
истории земельных конфискаций у ирландцев.
Ита тема, несомненно, имеет актуальное значение, поскольку ее раз-
работка связана непосредственно с вопросом о возникновении Британ-
ской империи.
История Ирландии привлекала внимание многих английских и ир-
ландских историков. I? их исследованиях был собран большой факти-
ческий материал по отдельным вопросам политической и социальной
жизни страны, в том числе и по истории земельных конфискаций у пр-
лаицев в провинциях и графствах Лейке. Оффали, Манстер, Ольстер.
Коипауг. Однако английские буржуазные историки, искажая факты,
оправдывали политику Англии в Ирландии. Так, в работах английских
историков Вагвелла. Деплопа. Фишера, Рауза 1 2 и других утверждает-
ся, что аграрная политика Тюдоров и первых Стюартов проводилась
с целью освобождения ирландцев от тирании ирландских клановых вож-
дей, гнета клановой системы и «варварского» бретонского нрава и превра-
щала ирландских крестьян в полноправных подданных английского ко-
роля. Английские историки стремятся затушевать колонизаторскую
сущность английской политики п Ирландии и все споры между ирланд-
цами и англичанами сводят в основном к религиозным противоречиям.
Ирландские историки О’Коннор, О’Врайп, Мур 3 п другие внима-
тельно исследовали как общие, так и частные проблемы ирландской исто
рпп. Но представители ирландской национальной историографии не-
редко освещают историю ирландского общества тенденциозно, стремясь
доказать особый, отличный от других путь развития Ирландии. Идеа-
лизируя древний перио д в истории страны, они выдвигают теорию
1 <’.м. Ii. Маркс в Ф. Энгельс. Il.topaiiiiue письма. Госполигиздаг, 19.>3
стр. «7.
2 И. В a g we I I. Ireland under Tudors, vol. 1 —3. London. 1885- 1890; В. D и n-
1 о p. The Plantation of Munster.— «English Historical Review», 1888. vol. 3; e г о ж e.
The Plantation of Leix and Offaly.— Ibid.. 1891, vol. (i; e г о ж e. Ireland and Common-
wealth Manchester, 1913; I. Fisher. The History of Landholding in Ireland. London.
1877; A. II о w s e. The Expansion of Elizabethan England. London, 1953.
3 M. O'C о и и о r. The History ol t he Irish Cat Indies... Dublin, 1813; G. O’Brien.
The Economic History of Ireland in XVII Century. Dublin. 1919; T. M on re. The
Histroy of Ireland, vol. 1—'i. Paris, 1833—18'ili.
248
Историография и критика
обособленного исторического развития древних ирландцев, особого
кельтского характера их культуры н т. д. (А. Грин. Мак Нейл и др.).
В работах современных ирландских историков основной темой ис-
следования все больше становится политическая п культурная, а не
социальная история страны (Кертис, Максвелл, Мак Доуэл)1 * * 4. Осуждая
насильственные .методы английской политики в Ирландии, современные
ирландские историки выступают сторонниками идеи социальной гармо-
нии между ирландцами и англичанами, отрицают существование глу-
боких национальных п классовых антагонизмов между ними (Мак Ли-
сет 5, Кертис, Максвелл, Мак Доуэл).
В советской исторической науке английская колонизация Ирландии
рассматривается как фактор, сыгравший важную роль в истории как
Ирландии, так и Англин.
Большое научное .значение для советских историков представляют
опубликованные в 1948 г. (в X томе Архива Маркса и Энгельса) мате-
риалы Энгельса ио истории завоевания и порабощения Ирландии. Пуб-
ликация этих материалов дала возможность советским историкам ис-
пользовать ценнейшие .замечания Энгельса об английской политике в
Ирландия для исследования ряда проблем ирландской истории. По в
статьях п диссертациях советских историков содержался в основном
общий обзор н оценка основных направлений английской политики в
Ирландии п освободительной борьбы ирландского парода и лишь ча-
стично, в общем плайе, затрагивались вопросы, связанные с колониза-
цией ирландских земель при Тюдорах п первых Стюартах 6 *.
Монография К). М. Сапрыкина дает совершенно повое освещение
аграрной истории Ирландии XVI начала XVII в. Опа пре ктавляет собою
первое марксистское исследование, содержащее ыубокий анализ причин,
хода и последствий английской колонизации для Ирландии, а также
сущности социальных п классовых изменений, вызванных этим процессом.
История земельных конфискаций, осуществленных английским пра-
вительством, рассматривается в монографии 10. М. Сапрыкина на боль-
шом фактическом материале многочисленных и разнообразных по ха-
рактеру источников. Автор использовал документы, вошедшие в много-
томные издания: собрание государственных бумаг, относящихся к делам
Ирландии (которые охватывают период с 1515 до 1625 г.), собрание
бумаг Керю, акты Тайного Совета и законодательные акты, содержа-
щиеся в других изданиях и публикациях. Автор внимательно изучил
собрания древних ирландских законов ", записки об Ирландии совре-
менников: поэта Спенсера, юриста Д«виса, путешественника Морисона,
историка Уэра и др. к, содержащие ценные сведения об общественных
отношениях у ирландцев к началу XVII в.
1 Е. С и г I i s. А History of Ireland. Loudon, 2 е<1., 1936; его же. A History
of Medieval Ireland from 1110 to 1513. London, 1923; С. M a x w e 1 I. Irish History
from Contemporary Sources, 1509—1610. London, 1923; ее ж e. A History of Trinily
College Dublin, 1591—1892. Dublin, 1916; E. C u rl is ami IL Mac Dowel I
Irish Historical Document, 1172- 1922. London, 1913.
5 E. M a c Lysagh 1. Irish life in Sevenh<-idh Century. Cork, 1950.
6 ,1. И. Г о л ь м а п. Псследоваипя Фридриха Энгельса ио нсгорпн Ирландии
Канд. дисс. М., 1949; В. Л. 3 с м i к о в а. Колониальное ограбление Ирландии
Англией в первой половине XVII в. (1602, 1611). Канд. дисс. М., 1955; Т. С. Оси
я о в а. Английская агрессия и Ирландии и освободи тельная борьба ирландского
парода в XVI веке. Канд,дисс. М., 1951; см. также ее статью в со. «Средние пека»,
вып. VI, 1955.
’ Ancient Laws of Ireland, p. I — III. Dublin, 1865—1873.
s E. Spencer. V View of Stale of Ireland. Dublin, 1809; J. Davies. His-
torical Tracts. Dublin, 1787; F. M о г у s о n. Itinerary. В ки.: «Ireland undei Eliza-
Историография и критика
249
Монография IO. М. Сапрыкина состоит из шести глав, введения и
заключения. В первой главе автор анализирует поземельные от-
ношения ирландцев в XVI—XVII вв., вторая глава посвящена вопросу
об отмене клановой системы в Ирландии, проводившейся в тот же пе-
риод. Последние четыре главы излагают историю земельных конфиска-
ций, осуществленных английским правительством на территории ир-
ландских графств и провинций—Лейкса, Оффали, Манстера, Ольстера,
Уэксфорда и др. Тщательно изученные фактические данные, приведен-
ные автором монографии, позволяют опровергнуть господствующее в
буржуазной историографии объяснение отсталости феодального разви-
тия Ирландии «варварством» ирландцев, якобы присущим им как на-
роду.
Исследуя древние ирландские законы (гл. I), автор показывает, что
в хозяйстве ирландцев, наряду со скотоводством, значительную роль
играло земледелие. Это утверждение автора имеет особенно большое
значение, так как дает возможность вскрыть отрицательную роль анг-
лийского завоевания, послужившего главной причиной экономической
и социальной отсталости Ирландии по сравнению с другими странами
Западной Европы. Автор показывает, что именно английское завоевание,
начатое в XII в., трагически отразилось на всей последующей истории
Ирландии. Английские феодалы разоряли страну, сгоняли ирландцев
с плодородных земель, лишали их возможности заниматься земледелием,
развивать собственную культуру. В этой связи факты, приведенные
автором, подтверждают правильность объяснения Энгельса: английское
нашествие «лишило Ирландию всякой возможности развития и отбро-
сило ее на столетия назад, и притом тотчас же, начиная с XII века»* 9.
Весьма интересна точка зрения Ю. М. Сапрыкина на проблему фор-
мирования феодального строя у ирландцев. Прослеживая процесс воз-
никновения частной собственности на землю и имущественного рас-
слоения у ирландцев, анализируя повинности членов клана в пользу
вождей, автор приходит к заключению, что в Ирландии к этому времени
сложились феодальные отношения. Но формирование феодальных от-
ношений проходило в Ирландии в своеобразных условиях, при длитель-
ном и стойком сохранении многих пережитков клановой системы.
Особенностью развития феодальных отношений в Ирландии явля-
лось, как показывает Ю. М. Сапрыкин, сохранение родовых связей п
использование их в качестве одного из средств, закреплявших закабале-
ние и эксплуатацию своих сородичей вождями. Очень важен вывод ав-
тора, что к началу XVII в. ирландские крестьяне еще не были низведены
до положения крепостных, ирландская знать оставалась в значитель-
ной степени клановой знатью, а должностные наделы ирландских вож
лей не превратились еще в лены. Иерархия класса феодалов пе сложи-
лась к XVII в. и таком закопченном виде, какой она имела в других стра-
нах Европы.
10. М. Сапрыкин рассматривает социальный состав ирландского об-
щества, имущественную дифференциацию среди членов кланов, рост
зависимости рядовых членов кланов от родовой знати при сохранении
клановой собственности на землю и других родовых пережитков. На
основании исследования большого фактического материала автор де-
лает важный вывод о том, что ирландское крестьянство в XVI -начале
betli and James I», ed. Morley. London, 1890; I. \V are. Inquires Concerning Ireland
and its Antiquities. Dublin, 1705.
9 К. M арке и Ф. Энгельс. Сочинения, т. XXIV, стр. 280.
230
Историография и критика
XVII в. в основной своей массе было еще лично свободным, хотя п
находилось в экономической и юридической зависимости от ирландских
вождей. В силу этого становится очевидной феодально-колонизаторская
сущность всей аграрной политики Тюдоров и первых Стюартов, которые,
уничтожая клановые отношения ирландцев, пытались оправдать прово-
димое ими подчинение Ирландии стремлением освободить ирландское
крестьянство от тирании клановых вождей.
Во второй главе монографии Ю. М. Сапрыкин анализирует методы
(пли меры) английского правительства, применявшиеся им при попыт-
ках разрушить клановую систему ирландцев, чтобы подготовить почву
для проведения массовых земельных конфискации. Такими мерами по-
служили: провозглашение английского короля королем всей Ирлан-
дии (1541 г.), проведение реформации в ирландской церкви, принятие
присяги верности от ирландских вождей, введение в Ирландии англий-
ского права и создание колониальной администрации. Особое внимание
в этой главе автор уделил анализу так называемой политики сдачи и
повторного пожалования поместий, с помощью которой английское
правительство вело наступление на клановую систему ирландцев. Автор
вскрыл грабительский характер этой политики и показал, что это меро-
приятие было рассчитано па значительное увеличение феодального зем-
левладения короны за счет земель кланов, вождей которых английское
правительство превращало в своих вассалов. Уничтожение клановой
системы в Ирландии, как показано в книге, сопровождалось обезземе-
лением ирландских крестьян, проводилось в интересах английских
колонизаторов и вовсе не являлось бескорыстной попыткой приобщить
ирландцев к английскому праву, как это пытаются представить Багвелл,
Деплоп, Рауз и другие английские историки.
Особенный интерес и научную ценность представляют HI -VI главы
монографии,в которых автору удалось проследить на конкретном мате-
риале историю самих земельных конфискаций. Буржуазная историогра-
фия, как правило, сводит анализ всего процесса колонизации ирландских
земель лишь к обрисовке схемы и планов колонизации, выработанных
английским правительством, не ставя вопроса о том, как практически
отразилась колонизация на положении ирландцев. 10. М. Сапрыкину
удалось очень хорошо показать эти ее практические результаты и дока-
зать. что экспроприаторская политика английского правительства была
направлена не только против местной клановой знати, но и затронула
широкие слои ирландского крестьянства.
Особый интерес работы заключается в том, что анализ самого про-
цесса колонизации Ирландии автор производит в тесной связи с эко-
номическим развитием Англии XVI—XVII вв. 10. М. Сапрыкин убеди-
тельно показывает, что колонизация Ирландии была одной из сторон
процесса первоначального накопления капитала в Англии, поскольку
выдвинутые в ходе этого процесса па арену общественной жизни новые
классы — буржуазия и повое дворянство — были особенно заинтересо-
ваны в грабеже ирландских земель и усиленно обогащались за счет этого
грабежа.
В книге Ю. М. Сапрыкина не только воссоздана реальная картина
колонизации ирландских провинций, которая, как он показал, весьма
существенно отличалась от планов, выдвинутых короной, по раскрыты
и своеобразные особенности, характерные для колонизации отдельных
районов Ирландии, вскрыты многочисленные факты прямого грабежа,
насилий и захватов, сопровождавшие заселение Ирландии англичанами
в XVI—XVII вв.
Историография и критика
251
Четвертая глава книги посвящена вопросу о колонизации провинции
Манстер, которая была предпринята английским правительством в кон-
це 80-х годов XVI в. после подавления восстания ирландцев, происхо-
дившего в этих районах. Ю. М. Сапрыкин показывает, что уже к 1586 г.
в Манстере были конфискованы значительные земельные площади, рас-
положенные в различных графствах провинции. На основании анализа
данных, содержащихся в правительственных описях по этим районам,
автор, как нам кажется, убедительно доказал, что при колонизации
графств Манстера английское правительство стремилось создать здесь
крупную земельную собственность п раздавало земли английским «аван-
тюристам» большими сеньориями (по 12, 10, 8 и 4 тыс. акров). Это при-
вело не только к образованию в этом районе крупного землевладения,
но одновременно явилось одной из причин провала заселения Манстера
английскими колонистами, поскольку, как правильно утверждает автор,
владельцы крупных сеньорий не в состоянии были предпринимательски
освоить полученные земли и вынуждены были сдавать их в аренду ир-
ландцам, вследствие чего нарушались первоначальные планы и усло-
вия колонизации, выработанные английским правительством.
Сравнив данные правительственных описей 1591 и 1611 гг., автор
пришел к важному выводу о том, что большинство английских феода-
лов- колонистов Манстера пе развивали своего доменпального хозяйства
и предпочитали сдавать земли держателям-ирландцам. В английских
крупных поместьях этого района было мало фригольдеров и копиголь-
деров, и самой распространенной формой аренды на этих землях в XVI —
XVII вв. стала краткосрочная аренда—лизгольд.
Колонизация северных районов страны — провинции Ольстер (см.
гл. V) — осуществлялась в обстановке еще более острой политической
борьбы, происходившей в Англии. В связи с процессом бурного роста
в Англии этого времени землевладения нового дворянства и выдвижения
богатых людей пз других классов, все больше состоятельных джентри
п горожан стремилось приобрести земли в завоеванном Ольстере.
Серьезным претендентом на конфискованные земли выступали так назы-
ваемые сервиторы (servitors) — представители английской колониаль-
ной администрации в Ирландии, а также чиновники и офицеры англий-
ской армии, служившие в Ольстере. Автор ярко показал ту борьбу за
ирландские земли, которая развернулась между сервиторами и англий-
скими «авантюристами», прибывшими пз метрополии, вокруг проектов
заселения ольстерских земель.
Тщательно изучив описи поместий колонистов, составленные в 1618—
1619 гг. (описи Алейпа и Пинпара), автор осветил вопрос о том, каким
путем была осуществлена колонизация Ольстера, и пришел к выводу,
что при распределении земель в Ольстере было полностью проведено в
жпзпь намерение Якова I сделать основной силой при колонизации Оль-
стера более мелких английских и шотландских колонистов — средних
п мелких дворян, которые получили здесь большую часть конфискован-
ных земель. При колонизации Ольстера земли колонистам раздавались
меньшими участками, чем в Манстере (2, 1,5 и 1 тыс. акров). Это позволи-
ло не только удовлетворить интересы аристократии, но и привлечь к
участию в колонизации значительное количество английских .джентри,
богатых горожан и сервпторов.
При осуществлении колонизации Ольстера (как и Манстера) выяви-
лись значительные отклонения от тех условий, па которых первона-
чально предполагалось предоставить земли колонистам. На практике
колонисты оказались не в состоянии освоить полученные земли и
252
Историография и критика
вынуждены были частично сдавать их коренным ирландцам на условиях
краткосрочной аренды, в результате чего лизгольд стал основным видом
держания в Ольстере. Активное участие в колонизации Ольстера при-
няла лондонская буржуазия, которая получила в свое распоряжение
земли, расположенные в графствах Колрайн и Дерри. Переход земли в
руки лондонских купцов увеличивал роль английского капитала в эк-
сплуатации Ирландии.
При колонизации графств Уэксфорд, Лонгфорд, Лейнтрим и других
территорий (см. гл. VI) английское правительство использовало новые
средства обезземеления ирландцев. Не довольствуясь одними поли-
тическими и религиозными предлогами, правительство Стюартов при-
бегло к юридическому крючкотворству и при помощи расследования
«неправильных» титулов на владения произвело новые конфискации
земель кланов. Малейшая неточность, формальное упущение в жало-
ванной грамоте влекли за собой конфискацию. Такпм путем к владени-
ям английского короля в Ирландии были присоединены значительные
земельные площади в указанных районах Ирландии.
Крупная заслуга автора монографии состоит в том, что на основе ана-
лиза большого фактического материала источников он опроверг господ-
ствующее в буржуазной историографии утверждение, будто политика
земельных конфискаций в Ирландии XVI—XVII вв. являлась прогрес-
сивной реформой землевладения, создавшей буржуазную земельную
собственность. Исследование Ю. М. Сапрыкина — впервые в историо-
графии вопроса о земельных конфискациях в Ирландии — убедительно,
на конкретном материале доказывает, что крупная земельная собствен-
ность англичан, сложившаяся в результате массового ограбления ир-
ландского народа, была очень далека от буржуазного землевладения,
представляла собою одну из наиболее грубых форм феодальных земель-
ных отношений, построенных на бесправии непосредственных произво-
дителей, оказавшихся не только в экономической, по и во внеэкономи-
ческой зависимости от лендлордов. Автор собрал богатый материал, сви-
детельствующий о том, что английская колонизация Ирландии явилась
крупнейшим актом насильственного обезземеления широких масс
ирландского народа и еще более жестоким и губительным процессом
отрыва непосредственного производителя от средств производства, чем
происходивший в тот же период процесс обезземеления крестьян в са-
мой Англии. Разоблачение социальной и экономической сущности тра-
гедии ирландского парода является ценным вкладом автора в историо-
графию вопроса.
Как и во всякой новаторской работе, посвященной исследованию слож-
ной и многогранной проблемы, в данной монографии одни стороны во-
проса освещены с большей полнотой, другие менее подробно. Если
самый процесс насильственного захвата земель исследован Ю. М. Сапры-
киным весьма глубоко н детально, то взаимоотношения, которые сло-
жились в результате конфискаций между захватчиками и коренным на-
селением Ирландии, освещены, на наш взгляд, недостаточно подробно.
Желательно было бы более тщательно выяснить юридические взаимоот-
ношения, сложившиеся в процессе колонизации между ирландскими
крестьянами и новыми собственниками земли, а также конкретные фор-
мы эксплуатации ирландцев в поместьях английских и шотладских коло-
нистов, виды и размеры повинностей и поборов, которые возложены были
на крестьян. Недостаточно полно, по нашему мнению, освещен также
вопрос о размерах и формах землевладения захватчиков-колонистов,
о борьбе крупного и мелкого землевладения среди колонистов Прлап-
Историография и критика
дин. Отчасти эти пробелы, очевидно, приходится отнести за счет характера
источников, неполнота которых, очевидно, не дала возможности автору
детально осветить эти вопросы, весьма существенные для понимания
общего характера английской колонизации Ирландии и ее результатов
для ирландского крестьянства.
Вопрос о политическом, социальном и экономическом значении поли-
тики конфискаций ирландских земель для самой Англии, хотя и зат-
рагивается автором (как указывалось выше), не получает всесторонне-
го освещения в его работе. Конечно, данный вопрос мог бы быть выде-
лен в самостоятельное исследование, и автор вправе был бы обойти его в
своей книге, если бы он сам не указал во «Введении», что в его задачу
входит показать «экономическое и социальное значение как для Англин,
так и для Ирландии» конфискаций ирландских земель (4 стр.).
Следует отметить, что, по нашему мнению, данную монографию сле-
довало бы снабдить именным и географическим указателями.
В целом труд советского исследователя английской колонизации
Ирландии в XVI—начале XVII в. имеет важное значение. Ойо заклю-
чается прежде всего в том, что па основе большого материала ис-
точников Ю. М. Сапрыкину удалось убедительно опровергнуть как
распространенные в либеральной ирландской историографии теории о
гармонии интересов ирландцев и английских колонизаторов, так и идеи,
господствующие в буржуазной, шовинистической ио отношению к ир-
ландцам историографии, о прогрессивной роли английской колониза-
ции, якобы приобщившей Ирландию к благам цивилизации. Крова-
вый. насильственный, грабительский характер английской колониза-
ции, являвшейся одной из сторон процесса первоначального накопления,
ярко и убедительно предстает перед читателем. Рецензируемая книга
бесспорно представляет крупное достижение советской медиевистики.
Т. С. Осипоса
А. С. Самоило
XI международный конгресс историков
В СТОКГОЛЬМЕ 21-28 АВГУСТА 1960 г.
XI МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОНГРЕСС ИСТОРИКОВ
II ВОПРОСЫ МЕДИЕВИСТИКИ
I
XI Международный конгресс историков происходил и столице Шве-
ции — Стокгольме с 21 по 28 августа I960 г. и был весьма многочислен-
ным (более 1500 делегатов). В работе Конгресса приняли участие деле-
гации из 50 стран. Наиболее многочисленными были делегации Вели-
кобритании, Германии. Италии, США. Франции и Швеции (от 120 до 200
человек каждая); наименьшими — делегации Аргентины (3 человека),
Бразилии (4 человека), Чили (3 человека), Греции (4 человека), Мек-
сики (5 человек). По одному делегату прислали Куба, Марокко, Кипр,
Уругвай и некоторые другие страны.
Социалистический лагерь был представлен делегацией ГДР (входив-
шей в объединенную делегацию Германии), делегациями Болгарии, Венг-
рии, Монголии, Польши, Румынии, Чехословакии и СССР. В состав
советской делегации (50 человек) входили многие видные историки Со-
ветского Союза, в том числе академики Е. М. Жуков, М. В. Нечкина,
II. И. Минц, Б. А. Рыбаков, М. Н. Тихомиров и члепы-корреспондеиты
Академии наук СССР А. В. Арциховскпй, А. А. Губе]» (глава делегации),
М. П. Ким, В. М. Хвостов и др. Среди делегатов были представители от
многих Республик Советского Союза, преподаватели университетов и
педагогических институтов.
Работа членов делегаций включала два этапа. На первом (еще до
открытия Конгресса, с 17 по 20 августа) заседали так называемые комис-
сии, из которых необходимо упомянуть: комиссии по изучению исто-
рии славянства, по истории социальных движений и социальных струк-
тур, по истории представительных учреждений, коллоквиум по исто-
рии университетов эпохи средневековья и Возрождения, комиссию по
истории цен до 1750 г. и т. д. В некоторых комиссиях советские историки
приняли активное участие.
Ко второму этапу относится работа самого Конгресса, которая, надо
отметить к чести его устроителей, была организована очень четко и по
деловому. Все участники Конгресса, п соответствии со своими научны-
ми интересами, могли принимать участие в заседаниях той илп иной
из его секций, а именно: 1) методологии; 2) древней истории; 3) сред-
них веков; 4) новой истории и 5) ио вей ню й истории. Заседания каждой
из этих секций происходили в особом помещении с 9 до 13 час. и с 15
до 18 час.
Конгресс провел два пленарных заседания: первое в день открытия,
когда, кроме приветственных речей, был заслушан доклад профессора
Лундского университета (Швеция) Ш. Болена «Торговля и торговые
пути викингов». Другое пленарное заседание состоялось в Упсале в день
Историография и критика
235
закрытия конгресса. Там его участники заслушали доклад профессора
Стокгольмского университета Ф. Линдберга «Балтика и скандинавской
историографии. Проблемы и перспективы» и избрали бюро Между на
родного комитета исторических наук во главе с президентом Г. Ф. Шмид-
том (Австрия). Одним из вице-президентов был избран председатель На-
ционального комитета историков СССР Л. А. Губер.
Остальные шесть дней работы Конгресса каждая секция заседала
отдельно, обсуждая представленные па Конгресс доклады и сообщения
по различным вопросам. Доклады на Конгрессе не зачитывались. Бу-
дучи заранее отпечатаны и розданы участникам Конгресса *, они ста-
вились на обсуждение непосредственно пли же после 5—7-мпиутиого
вступительного слова докладчика. По окончании обсуждения доклада
и заключительного слова докладчика заслушивались сообщения. Ав-
торы зачитывали пх уже полностью, не более 20 минут, так как заранее
были напечатаны лишь краткие резюме этих сообщений 1 2. Сгруппированные
вокруг той или иной проблемы, которой был посвящен основной доклад,
они обсуждались участниками Конгресса каждое в отдельности.
Выступления по докладам и сообщениям занимали от 5 до 10 минут,
в зависимости от числа выступающих, которые записывались для уча-
стия в прениях, как правило, заранее. Необходимо заметить, что уста
новленный на Конгрессе регламент соблюдался и председательствующими
на заседаниях, и самими выступавшими строжайшим образом, что впол-
не понятно, ибо только такой порядок обеспечивал возможность высту-
пить большому числу ораторов, а это придавало заседаниям особый ин-
терес. Доклады и сообщения в подавляющем большинстве были пред-
ставлены на английском, французском, немецком и итальянском язы-
ках. На этих же языках задавались вопросы и велось обсуждение всех
докладов и сообщений. Русский язык был также одним из официальных
языков, но, к сожалению, им владели лишь весьма немногие участники
Конгресса.
Таковы самые общие данные об XI Международном конгрессе исто-
риков, дающие представление об организации его работы.
II
Обратимся теперь к рассмотрению того, как проходила работа инте-
ресующих нас секций Конгресса конкретно. Но прежде всего заметим,
что деление па секции было определено организаторами Конгресса в
соответствии с существующей в буржуазной историографии периодиза-
цией. Поэтому часть докладов и сообщений, относящихся к периоду раз-
ложения феодализма, т. е. к XVI—XVII вв., который псторпкп-марк-
систы рассматривают как последний период средневековья, попали в
секцию новой истории. Пять докладов из шести и все сообщения, кроме
четырех, были посвящены в этой секции проблемам позднего средневе-
ковья. Вот почему, рассматривая в дальнейшем вопрос о медиевистике
па XI Конгрессе, мы будем говорить не только о секции средних веков
(Ш), по и о секции новой истории (IV).
Как уже было отмечено выше, деловая работа III секции продол-
жалась ш*сть дней (с 22.VIII по 27.VIII включительно), причем каждый
день был посвящен особой тематике. Так, первый день был «восточным»,
1 XIе Congres International des Sciences Historiques. Stockholm, 21—28 aoiit 1960.
Rapports, I—V, Uppsala, 1960 (доклады по истории средних веков см. в т. III—IV).
2 XIе Congres International des Sciences Historiques. Stockholm, 21—28 aout I960
Resumes des communications.
2Г»6 Историография и критика
второй — «русским», третий — «правовым», четвертый — «городским»,
пятый — «государственным» п, наконец, шестой — «церковным».
На заседании 22.VIII 1960 г. обсуждался доклад Т. Ямамото (Япо-
ния) «От Тан до Сун; переходный период в истории Восточной Азии».
После краткого вступительного слова докладчика и сообщения Мияд-
заки Ишнзада (Япония) «Новые фазы китайской цивилизации в эпоху
Сун» 3 с интересными замечаниями выступил (в числе других ораторов)
С. Л. Тихвинский (СССР), обративший внимание присутствовавших па
необходимость более широкого представительства востоковедов на меж-
дународных конгрессах историков и более полного освещения узловых
вопросов истории стран Востока на этих конгрессах. Отметив положи-
тельные стороны доклада, С. Л. Тихвинский в то же время указал и на
его существенные недостатки (отсутствие упоминаний о крестьянских
антифеодальных движениях, умолчание об основных закономерностях
развития феодальной формации и т. д.). С замечаниями относительно
исторической роли пародов, населявших территорию современной Мон-
гольской Народной Республики, выступил монгольский ученый Нацак-
дордж. Американский ученый О. Латимер, приветствуя участие монголь-
ских историков в работе Конгресса, в свою очередь отметил активную роль
пародов, живших па северных границах Китая, в его истории VIII—XII вв.
Затем сообщение «Социальная структура Японии в раннем средневековье»
сделал Начахара Кендзи (Япония), а сообщение «Характерные черты пере-
хода от феодализма к капитализму в Японии» — Нноуэ Кисси (Япония).По
первому сообщению с замечаниями и возражениями выступил Е. М. Жу-
ков (СССР), отметивший наличие феодальных отношений в японском
обществе IX в. и отрицавший господство там в этот период патриархаль-
ного рабства. Во время прении но второму сообщению возникла неболь-
шая дискуссия. После того как Е. М. /Куков остановился на роли
японской буржуазии в революции Мэйдзп, а С. Л. Тихвинский осветил
вопрос о влиянии гражданской войны н иностранной интервенции в Китае
в середине XIX в. на революцию Мэйдзи и показал обратное влияние
последней на Китай в конце XIX в., с возражениями выступила
американский историк Л. Кэнди. Она обратила внимание присутствовав-
ших па различия в уровне капиталистического развития Китая и Япо-
нии к середине XIX в. и высказала сомнение в том, что иностранная ин-
тервенция в Китай могла замедлить его капиталистическое развитие.
А. Л. Губер и С. Л. Тихвинский в своих выступлениях подчеркнули,
с одной стороны, необходимость обращать внимание на внутренние фак-
торы развития той или иной страны, и в частности Китая, а с другой сто-
роны, привели ряд конкретных данных, свидетельствующих о реак-
ционной роли Англии, Франции и США в период крестьянской войны
тайипнов в Китае. Все советские историки выступали на английском
языке. Вел эти заседания III секции в качестве председателя А. А. Гу-
бер.
Необходимо признать, что работа секции средних веков в первый
день прошла весьма успешно. При этом особенно важно подчеркнуть,
что активные выступления советских востоковедов позволили им в пре-
ниях изложить марксистскую точку зрения по важнейшим вопросам
средневековой истории Китая и Японии.
На утреннем заседании III секции 23.VIII 1960 г. были обсуждены
доклад К. Рабек-Шмидта (Дания) «Общественный строй России в рап-
3 В данном случае сообщение было заслушано сразу после доклада, к которому
оно непосредственно примыкало по своей тематике.
Историография и критика
2.77
нем средневековье», сообщение Б. А. Рыбакова (СССР) «Спорные вопросы
образования Киевской Руси» и сообщение Д. Оболенского (Великобри-
тания) «Новгородское общество в раннем средневековье». В своем до-
кладе К. Рабек-Шмидт попытался соединить принципиально отличные
выводы В. О. Ключевского и Б. Д. Грекова относительно характера об-
щественного строя Киевской Руси. Присоединяясь к положению В. О-
Ключевского о внешней торговле как основе экономики Руси до сере-
дины XI в., К. Рабек-Шмидт в то же время признал для более позднего
времени наличие экономической эксплуатации ранее свободного насе-
ления Руси феодалами. Полемику «норманистов» и «антинорманистов»
докладчик обошел молчанием.
Б. А. Рыбаков посвятил свое выступление разбору метода, на осно-
ве которого может быть научно разрешен спор между «норманистами»
и «антпнорманистами». Он остановился на методике изучения древней-
ших текстов, показал необоснованность легенды о «призвании» варягов
и дал характеристику общественного строя Руси XI—XII вв. с марк-
систской точки зрения 4.
В прениях по основному докладу и по сообщению Б. Л. Рыбакова
выступили Д. Оболенский, А. Амман (Ватикан), А. Поляк (Израиль),
П. Феденко (ФРГ), В. Стендер-Петерсон (Дания) и Н. Чубатый (США).
Выступления эти были посвящены роли варягов в образовании Рус-
ского государства, причем выступавшие защищали позиции «норма-
нистов», употребляя избитые аргументы всех прежних сторонников
этой теории. Украинские националисты — эмигранты П. Феденко
и Н. Чубатый — пытались доказать самостоятельное и независимое раз-
витие украинского народа (отдельно от русского) с самых древних вре-
мен. А. Амман выразил сомнение в феодальном характере Киевской
Руси, А. Поляк говорил о большом значении хазарского каганата.
В своем заключительном слове Б. А. Рыбаков показал несостоятельность
всех этих высказываний, как и «норманпстскоп» теории в целом, с науч-
ной точки зрения.
Затем было обсуждено сообщение Д. Оболенского- А. Поляк в своем
выступлении попытался вскрыть наличие связей Новгорода с Палести-
ной, а П. Феденко противопоставил новгородскую «демократию» «тер-
рористическому», как он выразился, режиму Московского централи-
зованного государства. Л. В. Черепнин (СССР) подверг критике сооб-
щение Оболенского, указав на незнание автором источников и советской
исторической литературы, а также отметил замалчивание автором мно-
гочисленных народных восстаний и непонимание нм роли народных
масс в истории. Вместе с тем Л. В. Черепнин дал надлежащий отпор
П. Феденко, сознательно извратившему в своем выступлении прогрес-
сивную политику Московского государства.
На вечернем заседании был прочитан текст сообщения А. В. Арцп-
хивского (СССР), который отсутствовал ио болезни, па тему «Новгород
Великий в XI—XV вв.» 5. В этом сообщении, основанном па материа-
лах археологических раскопок в Новгороде, проводившихся автором
в течение последних лет, и прежде всего на основе анализа найденных
там 340 берестяных грамот, был показан пстипный облик Новгородской
феодально-аристократической республики.
4 Полный текст сообщения Б. А. Рыбакова «Спорные вопросы образования liix п-
ской Руси» см. «Вопросы истории», I960, № 9.
5 Полный текст сообщения А. В. Арциховского «Новгород Великий и X I Х\ пн.»
см. «Вопросы истории», 1960, .V 9.
17 Средние века, вып. XX
258
Историография и критика
На этом же заседании Л. Мюллер (ФРГ) сделал сообщение на тему
«Принятие христианства Русью как проблема для исследования», дав
преимущественно текстологический анализ письменных источников и
даже не поставив вопроса о социально-политической роли церкви в это
время. Никаких новых данных, которые были бы неизвестны советским
историкам, Л. Мюллер в своем сообщении не привел. В прениях высту-
пили А. Амман, А. Поляк, Д. Оболенский, Н. Чубатый, Г. Шмидт,
говорившие главным образом о церковно-политических связях Руси
с различными странами.
Последним на заседании было заслушано сообщение Б. Графенауэра
(Югославия) «Общественный строй южных славян в раннем средневе-
ковье», посвященное истории образования южнославянских государств
(до 1100 г.). В заключение председательствовавший в III секции в этот день
М. Н. Тихомиров (СССР) подвел итоги дискуссии и выразил уверенность,
что она послужит содействию исторической пауке и ее успехам.
Таким образом, можно сказать, что работа секции средних веков
в день, посвященный обсуждению проблем истории СССР, прошла не
менее успешно, чем в день, посвященный истории Востока. Советские
историки выступали очень активно и на высоком научном уровне. Осо-
бенный интерес присутствующих . вызвали сообщения Б. А. Рыбакова
и А. В. Арциховского. Во время научной дискуссии «норманпсты» по-
лучили достойный отпор. Были разбиты советскими учеными и анти-
научные измышления Аммана, Феденко, Чубатого и др.
Последние четыре дня работы III секции (24, 25, 26, 27 августа) были
посвящены истории Западной Европы.
24.VIII 1960 г. обсуждался доклад В. Ульманна (Англия) «Право
и историк средних веков». Характерным для этого доклада, полностью
выдержанного в духе идеалистической историко-юридической школы,
было то, что главное внимание Ульманн обратил на содержание пра-
вовых представлений средневековых историков с точки зрения филиа-
ции юридических идеи и норм, вне всякой связи с реальной действитель-
ностью. Важно отметить, что в докладе подчеркивалось решающее зна-
чение папского верховенства п церковно-канонического начала вообще
для выработки представлений о праве у средневековых историков. Реак-
ционная схема в докладе Ульманна предельно проста: поскольку, ука-
зывает он, в каждой эпохе находит свое выражение некая общая идея,
которая яснее всего запечатлевается в праве, и поскольку главной
идеей средневековья было спасение человеческой души, постольку идеи,
берущие свое начало от библии и выражающиеся в церковном праве,
управляют жизнью феодального общества, а папы имеют все основания
быть верховными владыками и в духовной и в светской жизни 6. В пре-
ниях по докладу выступили представители буржуазной историографии
А. Поляк (Израиль), Ж. Паке (Бельгия), М. Вильямс (Великобритания),
Е. Кем (Великобритания) и М. Пако (Франция), оставившие без возра-
жения основные положения доклада и высказавшие лишь отдельные
критические замечания.
Резкий отпор сугубо идеалистической трактовке средневекового пра-
ва, которая имела место в докладе и в прениях, и неприкрытому стрем-
лению докладчика подчеркнуть всеоиределяющую роль церкви в сред-
ние века дали представители марксистского лагеря Ф. Граус (Чехосло-
вакия) и ф. Палль (Румыния). В своих выступлениях онп показали,
• О докладе В. Ульманна см. статью Е. В. Гутиовой (стр. 280—287 настоящего
сборника).
Историография и критика
259
что рассмотрение вопросов, поставленных в докладе, невозможно без
глубокого анализа классового характера феодального права в средние
века. Представления о праве и справедливости у различных средневе-
ковых историков определялись пе некоей «всеобщей» идеей спасения и
не церковью, «владычествовавшей над душами и телами», а классовым
положением этих историков в обществе и окружавшей их социально-
экономической н политической действительностью.
Сообщения на заседаниях III секции в этот день были выдержаны
в том же духе, что и доклад В- Ульманна. Воинствующе реакционным
оказалось сообщение А. Штпкклера (Ватикан) «Значение классической
капоипстпки для изучения истории средних веков». Это выступление
можно рассматривать как подлинный «манифест» католических истори-
ков (занимавших самые правые позицпп на Конгрессе), хотя на первый
взгляд и кажется, что оно посвящено достаточно частному вопросу о зна-
чении канонического права для исторической науки в области средних
веков. Основные положения этого «манифеста» сводятся к следующему:
а) для средневекового мировоззрения, утверждает Штпкклер, характе-
рен универсализм, при котором все сферы мышления и жизни теснейшим
образом связаны друг с другом; б) христианство в форме римского като-
лицизма господствует над средневековым мировоззрением, а канониче-
ское право, как ествествепное право и право божественных и церковных
предписаний, обладает в средине века наибольшей универсальностью;
в) церковно-правовой порядок определяет все области общественной
жизни, п церковь, как общественно-правовой институт, признается
стоящим над государством; г) отсюда следует, что вся средневеко-
вая действительность (экономика, политические институты, социальные
учреждения, сословия и пр.), а также и весь средневековый духовный
мир (школы, университеты, различные учения, философия, право и пр.)
связаны с каноническим правом и не могут быть ни глубоко поняты,
ни правильно оценены без его изучения. Таковы исходные положения
Штпкклера, пз которых оп делает практические выводы. Он утверждает,
что все отрасли современной медиевистики, а также и многие специаль-
ные науки (история права, социология, теология, филология, так же как
и история таких вспомогательных дисциплин, как палеография, нумиз-
матика, геральдика, сфрагистика, история географии и статистики
и т. д.) не могут обойтись без изучения истории классического канони-
ческого права.
Итак, требования Штпкклера сводятся ни много ни мало к тому, что-
бы поставить развитие медиевистики и всех вспомогательных истори-
ческих дисциплин в полную зависимость от изучения канонического
права и утвердить таким образом незыблемый и непререкаемый приори-
тет католической церкви в этой области исторического знания. То,
что в докладе Ульманна предстает еще в завуалированном виде, то в
сообщении Штпкклера выступает открыто и обнаженно.
Легко можно видеть, что подобного рода сообщения, носящие пауко-
образный характер, не имеют с наукой ничего общего и отражают лишь
агрессивные устремления представителей католической историографии,
стремящихся не только укрепить, ио и всячески расширить сноп пози-
ции в тех областях исторической науки, где они чувствуют себя еще до-
статочно сильными.
М. Ж. Ф. Ниермепер (Нидерланды), выступивший на тему: «Фео-
дальное право и его терминология», не сделал в своем сообщении ни ма-
лейшей попытки проследить социально-экономическое содержание тер-
минов «бенефиций» и «феод», ограничившись анализом их семантической
17*
260
Историография и критика
эволюции, которая, как он признает, является достаточной для изучения
истории человеческих отношений.
По сообщению М. Ж. Ф. Ниермейера высказалось несколько чело-
век. Среди них необходимо отметить А. Ф. Миллера (СССР) (выступав-
шего на французском языке), который указал на необходимость изучения
терминов феодального права не только на основании западноевропей-
ского исторического материала, но также и путем привлечения анало-
гичных материалов, относящихся к феодальному праву России, Польши,
Дунайских и Балканских стран, Ближнего Востока, Индии и т. д.
Европоцентризм, характерный еще для значительной части западных
историков, подвергся со стороны А. Ф. Миллера обоснованной критике.
В прениях приняли участие также представители Нидерландов, Вели-
кобритании, ФРГ и Польши, поддержавшие предложение советского
историка о сравнительном изучении терминов феодального права в раз-
личных странах.
В этот день III секция обсудила также сообщение Спнази Алтуидага
(Турция) «Религиозные законы ислама и история». С возражениями
против идеализации докладчиком практики применения норм мусуль-
манского права по отношению к христианскому населению Османской
империи выступил Ж. Митев (Болгария). Б. Джурджев (Югославия)
и А. Поляк высказались крайне противоречиво, с одной стороны, от-
мечая положительное значение завоевания Балканского полуострова
турками, а с другой, — доказывая, что ислам не признавал равенства
христиан с мусульманами перед законом.
25.V1II 1960 г. в секции средних веков обсуждались проблемы, свя-
занные с историей средневековых городов: доклад Я. Сестана (Италия)
«Характерные черты итальянского города-коммуны XI—XIII нв. и ев-
ропейские коммунальные движения» 7 и четыре сообщения — Ж. Ле
Гоффа (Франция) «Соляной налог в финансовой системе итальянских
коммун в эпоху средневековья», X. С. Крюгера (США) «Генуэзские куп-
цы, их капиталовложения и контракты, 1155—1230», Э. Машке (ФРГ)
«Политическая и социальная структура города в Юго-Западной Герма-
нии в XII—XIII вв.» и Г. Острогорского (Югославия) «Византийский
город».
С точки зрения постановки общих проблем, поисков определенных
закономерностей в историческом процессе, устанавливаемых путем со-
поставления аналогичных явлений, и изложения нового фактического
материала, извлеченного из архивных данных, «городской» день в сек-
ции средних веков должен быть признан наиболее интересным п пло-
дотворным из всех четырех дней, посвященных докладам и сообщениям
по западноевропейской тематике.
Пи докладу Я. Сестана с отдельными замечаниями и дополнениями
выступили пять итальянских историков и западногерманский историк
Я. Машке, отметивший элементы сходства итальянских и южиопемец-
ких городов. Из сообщений наиболее интересным было сообщение Ж. Ле
Гоффа, построенное па очень большом и свежем архивном материале,
относящемся главным образом к истории севсроитальяпских городов.
Ле Гофф подчеркнул большое значение соляного налога для финансов
этих городов и отметил особую заинтересованность в нем правящей го-
родской верхушки. Выступавшие в прениях по сообщению Ж. Ле Гоф-
фа единодушно подчеркнули важность изучения данного вопроса ие
только для итальянских, ио и для других городов Западной Европы.
7 О докладе Э. Сестана см. ниже статью Л. А. Котельниковой (стр. 288—293).
Историография и критика
261
Основным вопросом сообщения Э. Машке был вопрос о возникнове-
нии патрициата в городах Юго-Западной Германии. Но 3. Машке оста-
новился преимущественно на термииологпческп-юридической стороне
этой проблемы. Прении его сообщение не вызвало.
Довольно живо прошло обсуждение сообщения X. С. Крюгера, по-
строенного на материале 22 нотариальных книг, часть которых им уже
издана. К сожалению, X. С. Крюгер очень много внимания уделил юри-
дической стороне дела. Поэтому социально-экономическая сторона во-
проса оказалась освещенной им значительно слабее. В числе других
по этому сообщению выступил иа немецком языке М. II. Лесников (СССР),
отметивший необходимость и важность анализа социально-экономиче-
ской стороны проблемы и уделивший много внимания источниковедче-
ским вопросам.
В своем сообщении о византийском городе Г. Острогорский подчерк-
нул большой вклад советских ученых в разработку этого вопроса. Со-
общение его было построено па богатом фактическом материале, но вы-
ступлений пе вызвало.
2G.VIII 1960 г. 8 обсуждался доклад К. Гаука (ФРГ) «Историческое
значение германской концепции королевской власти и знати» ”. Док-
ладчик стремился провести архиреакционную идею о том, что королев-
ская власть п знать, обладающие особой священной природой и непо-
средственно исходящие из религиозных представлений, извечно при-
сущи германскому народу. Это находит свое конкретно-историческое
подтверждение в том, что королевская власть и знать древне герм энско-
го общества и королевская власть и знать в германских королевствах
периода раннего средневековья имеют одинаковую природу.
Любопытно, что большинство историков, участвовавших в прениях,
отказались принять выводы докладчика, хотя и по разным соображениям.
Так. Е. Уолльнер (Австрия) отметил большие различия, существовавшие
у многочисленных германских племен, и высказал сомнение в возмож-
ности их непрерывного и аналогичного развития в дальнейшем. Е. Деля-
руэль (Франция) осудил Гаука за возрождение германпстпческпх теорий
в исторической науке и за недооценку роли христианской идеологии
и философии в истории Германии в период раннего средневековья, так
как, по мнению Деляруэля, понятие королевской власти не перешло из
языческого общества, а было создано в Германии уже под влиянием
христианской церкви.
С научной критикой основных положений доклада выступили пред-
ставители социалистических стран Э. Мюллер-Мертенс (ГДР) и А. И. Да-
нилов (СССР). Э. Мюллер-Мертенс отметил, что королевская власть
у древних германцев была институтом военной демократии и что суще-
ствовали большие различия между этой властью и властью короля в период
раннего средневековья. А. И. Данилов показал, что докладчик поста-
вил своей основной целью, во-первых, установить непрерывность древ-
негерманскпх представлений о королевской власти, которые выразились
в живучести языческой традиции в государственно-правовых и литера-
турных источниках раннего средневековья, а во-вторых, раскрыть зна-
чение языческих верований для характера королевской власти в период
раннего средневековья. Оперируя нарочито подобранными фрагментами
из источников различного происхождения, Гаук, как отметил А. II. Да-
нилов, пытается проследить значение древнегерманских представлений
8 Заместителем председателя III секции в этот день была Н. Л. Сидорова (СССР).
11 О докладе К. Гаука см. ниже статью А. II. Неусыхина (стр. 294—299).
262
Историография и критика
о королевской власти и знати для всей последующей истории государства,
права и социальной структуры Германии более поздней эпохи. По-
этому, говоря о раннем средневековье, докладчик и утверждает, что речь
здесь может идти не о возникновении королевской власти и знати, а
лишь об их трансформации.
К тому же, с точки зрения Гаука, королевской власти и знати (как
в древнегерманском обществе, так и в раннем средневековье) была при-
суща сакральная природа, харизма, которая и определяла собой их
положение в общественно-политической жизни. Королевская власть и
знать в истории немецкого народа с самого начала основывались на ре-
лигиозных принципах. Такова, по мнению А. И. Данилова, основная
мысль Гаука, хотя и не высказанная им нигде прямо, но подспудно про-
ходящая через весь его доклад. Проследив далее истоки основных поло-
жений докладчика в буржуазной немецкой историографии, А. И. Да-
нилов показал их полную научную несостоятельность. Он противопо-
ставил докладчику тех немецких историков, которые занимают более
правильную точку зрения по рассматриваемому вопросу, и остановился на
основных результатах, достигнутых советскими медиевистами,— А. И. Не-
усыхиным и другими—в исследовании данной проблемы. (Выступление
А. II. Данилова было сделано им на немецком языке.)
С изложением марксистской точки зрения по выдвинутым вопро-
сам выступил и Ф. Граус (Чехословакия), сделавший в этот же день со-
общение на тему: «Возникновение княжеской власти в Богемии». На
основании новейших археологических данных и других источников он
раскрыл высокую культуру Великоморавского государства и наглядно
показал процесс превращения власти военного вождя во власть короля
в Богемии и Моравии.
Сообщение «Знать и монархия в политической структуре Кастилии
в XV в.» сделал Суарес Фернандес (Испания). Он охарактеризовал про-
цесс аристократизацпи кастильского общества и усиление борьбы между
феодальной знатью и королевской властью в Кастилии в XV в. под влия-
нием изменений в области экономики. Затем выступил Л. Женико (Бель-
гия) с сообщением «Знать и территориальные княжества в Лотарин-
гии», показавший разнообразные методы, с помощью которых лотаринг-
ские феодальные династии создавали своп территориальные княжества.
Оба эти сообщения были построены в конкретно-историческом плане.
III
27.VIII 1960 г. в секции средних веков обсуждался доклад историка
церковного права Ж. Ле Браса (Франция) «Проблема институтов сред-
невекового христианства». Этот доклад пе только типичен для целого
направления современной буржуазной историографии, но и является
четко и ясно сформулированной программой дальнейшей работы мно-
гочисленной армии историков католической церкви эпохи средневе-
ковья. Именно поэтому он требует более подробного рассмотрения в
настоящей статье ®а.
Каковы же его основные положения п их подлинный смысл?
Свой доклад Ж. Ле Брас начинает с некоторых общих замечаний.
Прежде всего он определяет территориальные рамки «средневекового
христианства», включая в него народы западной Европы и части Ближ-
него Востока, которые исповедовали римско-католическую веру в инте-
®а К тому же, в отличие от докладов Ульманна, Гаука, Сестана и других историков,
которым посвящены в данном сборнике особые статьи, доклад Ж. Ле Браса анализи-
руется только здесь.
Историография и критика
263
ресующпй его период (начало ХИ—конец XIV в.). Далее Ле Брас объ-
ясняет, что эти хронологические рамки избраны им пе случайно, а в силу
того, что в XII—XIV вв. папское могущество достигло своего апогея.
И, наконец, он излагает свое понимание институтов «средневекового хри-
стианства». Подобными институтами Ле Брас называет такие «стабиль-
ные структуры», как «рамки церковной жизни и средства спасения»,
такие «социальные реальности», как например, семья, государство и даже
«коллективные отношения» внутри самой церкви, между церковью и зем-
ным миром, а также между земным миром и потусторонним. При этом
Ле Брас заявляет, что его доклад обращен не к прошлому, а к будущему
и имеет целью не подведение итогов проделанной работы, а определение
основных проблем, которыми должны заниматься историки средневеко-
вого христианства.
Таким образом, доклад Ле Браса непосредственным образом смы-
кается с сообщением А. Штикклера, разобранным выше. Основное поло-
жение сообщения А. Штикклера, как мы видели, сводится к тому, что
классическое каноническое право играет всеопределяющую роль при
изучении истории средневековья. Но перед той же необходимостью рас-
сматривать всю историю средних веков сквозь церковную призму иссле-
дователь оказывается и при том широком понимании «институтов
средневекового христианства», с которым мы встречаемся в докладе
Ле Браса.
Переходя затем от общих соображений к изложению своей обширной
программы, Ле Брас указывает, что ее первым пунктом является вопрос
о расширении источниковедческой базы для дальнейшей работы истори-
ков церкви. Не взирая на то, что книжный рынок в Западной Европе
и в США наводнен всевозможными католическими и прокатолическими
изданиями подобного рода, Ле Брас предлагает осуществить, в сущности
говоря, сплошную публикацию документов, относящихся к церковной
истории в самом широком значении этого слова. Как одну из первооче-
редных задач в данной области Ле Брас выдвигает задачу издания ряда
коллекций, которые содержали бы все решения, исходившие от папского
престола, все постановления соборов, и не только вселенских, но и про-
винциальных, все данные о лицах, принимавших участие в этих соборах,
а также о результатах каждого принятого ими решения и т. д. Докладчик
считает также необходимым издание всех документов, характеризующих
повседневную жизнь церковных диоцезов, первым шагом к чему, по
мнению Ле Браса, должна быть публикация перечней этих документов
отдельно для каждой страны и со всякого рода указателями. Не оставля-
ет Ле Брас без внимания и историю черного духовенства. Он предлагает
издать все сохранившиеся в монастырях тексты, тщательно исследовать
пх общие черты и расхождения. Ле Брас считает также необходимым
издание и исследование всех монастырских уставов, всех текстов, регу-
лирующих культовые церемонии, и всей канонической литературы с
толкованиями глоссаторов и комментаторов, которые позволят глубже
проникнуть в ее содержание.
К этому присоединяется требование Ле Браса о публикации архивов
церковных судов и их решений, рассеянных в картуляриях и хрониках,
административных и финансовых церковных отчетов, всевозможной кор-
респонденции пап, епископов, аббатов и отдельных лиц, описании офици-
альных поездок на места представителей католической иерархии, от-
четов различных братств, а также биографий всех сколько-нибудь значи-
тельных деятелей католической церкви. Все это, как указывает Ле Брас,
сделает более понятными и доступными источники по церковному праву,
264
Историография и критика
заниматься же публикацией должны многочисленные общества, изучаю-
щие историю католической церкви, университеты, архивы, монастыри
и отдельные лица. Выполнение столь обширной программы, замечает
Ле Брас, по плечу лишь объединенным усилиям очень большого числа
историков.
Что же является наиболее любопытным в этой источниковедческой
части доклада Ле Браса? Во-первых, его стремление придать крайне
тенденциозной церковной истории, пишущейся в наши дни представителя-
ми католической и прокатолической историографии, видимость объек-
тивной и научной истории, якобы опирающейся на богатый фундамент
источников. Во-вторых, интересно то, что Ле Брас пе ограничивает своп
предложения рамками той или иной страны, а ставит вопрос, так сказать,
во вселенском масштабе, используя для этого высокую трибуну междуна-
родного исторического форума. II, наконец, в-третьих, Ле Брас не при-
надлежит к числу лиц, замыкающих круг исследований историков церк-
ви чисто церковными материалами. Предлагая привлечь историков церк-
ви к исследованию многообразных исторических источников, он стремится
тем самым укрепить и расширить позиции этих историков в современной
историографии.
Затем Ле Брас обращается к анализу основных проблем, стоящих
перед историками, изучающими всевозможные институты «средневекового
христианства», и последовательно рассматривает эти проблемы в следую-
щих разделах своего доклада: а) организация церкви; б) сверхъестест-
венные отношения и в) христианин в государстве.
Организация церкви, выступающей в качестве посредницы междх
земным миром и потусторонним, представляется Ле Брасу одним из важ-
нейших объектов изучения. С большим сожалением он отмечает, чтострук
тура и жизнь институтов, «в которых протекает каждодневное существо-
вание христиан» (крещение, конфирмация, исповедь, причащение, собо-
рование, погребение), стали предметом внимательного изучения только
недавно, хотя это является «сутью религиозной жизни». В связи с этим
Ле Брасу представляется необходимым изучение местных обычаев и ритуа-
лов, а особенно изучение жизни низшего клира (близкого к мирянам по
условиям своего существования), его связей, чувств и деятельности. Ле
Брас не скрывает причины своего интереса к данному вопросу. Оказыва-
ется, ему представляется очень важным определить ту роль, которую пле-
бейская часть духовенства играла в моменты церковных кризисов, начиная
с расцвета народных ересей и кончая реформацией. Поэтому Ле Брас на-
стойчиво ратует за необходимость дифференцированного подхода к ка-
толическому клиру, различавшемуся, как он говорит, своим положением,
правами и источниками дохода.
Любопытно, что, по мнению Ле Браса, не меньше, чем положение бело-
го духовенства, необходимо последовательно изучать и положение мирян,
особенно в связи с новыми явлениями в жизни общества (упадком власти
феодалов,освобождением крестьян, развитием городовит, д.).Исследование
положения мирян в приходах должно, по мысли Ле Браса, позволить по-
нять то, каким образом церковные институты «средневекового христиан-
ства» подготовляли «изменения духа современников». Решающую роль
при этом, в полном соответствии с общей направленностью доклада,
Ле Брас отводит церкви.
Обращаясь специально к монашеству, Ле Брас выдвигает, как одну из
важнейших проблем исследование вопроса о том, чем объяснялось увели-
чение числа орденов в средние века. И хотя при этом Ле Брас отсылает
историков церкви к необычайно модной в последнее время на Западе так
Историография и критика
2(15
называемой «коллективной психологии», сама постановка вопроса о
причинах роста числа орденов должна быть признана небезынтересной.
Другими вопросами, требующими изучения в связи с историей черного ду-
ховенства, Ле Брас считает вопросы о послушничестве, о взаимоотношени-
ях монастырей с их соседями, с их держателями, с представителями бело-
го духовенства, а также вопросы, связанные с отшельничеством, состоя-
нием кающихся и т. д.
Особенное внимание историков церкви, как полагает Ле Брас, должны
привлечь церковный суд и другие элементы ее карающей власти. Так,
например, с точки зрения докладчика, было бы очень полезно исследовать
многочисленные случаи отлучения (канонический порядок которого хоро-
шо известен) и установить, каково же было реальное положение отлучен-
ных в обществе после церковного приговора.
Не меньшее внимание историков церкви должна привлечь также про-
блема ее земных богатств и доходов, морфология церковных владений,
церковные бюджеты. Ле Брас предлагает заняться всеми этпмп вопросами,
изучая карты, финансовые документы, данные о взимании и употреблении
десятин, о распределении церковных бенефициев и пр.
Очень мало знают историки церкви, но мнению Ле Браса, также и
историю низших церковных ячеек — приходов и диоцезов, их фактические
границы, пх внутреннюю жизнь, возникавшие в них противоречия и
споры. Все это изучено несравненно слабее, чем история папства отдель-
ных архиепископств и епископств, почему историки церкви и не могут
достаточно полно ответить на вопросы о том, как в реальной действитель-
ности распределялась власть между разными представителями католи-
ческой иерархии, каковы были существовавшие между ними связи и от-
ношения сотрудничества, каковы были чувства всей массы католического
духовенства по отношению к Риму, как духовенство радовалось возвыше-
нию папства и как оно противилось соборному движению и т. д. Все пере-
численные вопросы, говорит Ле Брас, требуют тщательного исследования.
Так заканчивается первый, самый обширный раздел доклада Ле
Браса, посвященный организации церквп в целом и являющийся, на наш
взгляд, наиболее интересным, ибо он свидетельствует о некоторых общих
моментах, весьма характерных для современной католической и прокато-
лической историографии. Во-первых, наиболее дальновидные историки
католической церквп считают уже невозможным обходить молчанием те
проблемы, которые выдвигают, с одной стороны, историки-марксисты,
а с другой стороны, наиболее объективные буржуазные историки, изучаю-
щие историю средневековья. Проблема церковного землевладения, поло-
жение феодально зависимого и крепостного крестьянства на церковных
землях, его борьба против феодально-церковной эксплуатации, финан-
сово-ростовщические и торговые операции церкви, деятельность ее судеб-
но-полицейского аппарата и другие вопросы давно уже исследуются исто-
риками-марксистами, широко использующими при этом всевозможные
церковные источники (полиитики, картулярии, постановления вселенских
и провинциальных соборов, папские распоряжения, эпистолярный мате-
риал, хроники и т. д.). Развитие прогрессивной исторической науки, таким
образом, несомненно, заставляет историков католической церкви при-
способляться к изменившимся обстоятельствам, обращаться к новым сюже-
там и изучать новые стороны церковной деятельности.
Во-вторых, рассмотренная выше часть доклада Ле Браса интересна
тем, что в ней весьма наглядно проявляется его стремление максимально
приблизить историков церкви к исследованию реальной жизни прошлого.
Как видно даже из краткого перечисления тех проблем, которыми Ле Брас
266
Историография и критика
предлагает заняться историкам церкви в дальнейшем, по его мнению, осо-
бого внимания заслуживают все вопросы, связанные с жизнью и деятель-
лостью низших ячеек церковной организации. Ле Брас неоднократно под-
черкивает, что высшие ступени католической иерархии изучены уже дос-
таточно, но что реальные отношения и связи, существовавшие в самом
низу христианской церкви в средние века, остаются еще для ее историков
фактически неизвестными. И Ле Брас настойчиво направляет внимание
этих историков на необходимость исследовать именно данные проблемы.
Такая настойчивость Ле Браса весьма симптоматична, ибо она отражает
некое общее направление католической церкви в наши дни, а именно
стремление ее служителей проникнуть в самые широкие слои населения
отнюдь не церковными путями, т. е. не в качестве представителей католи-
ческой иерархии, «распределяющих благодать» среди верующих (мы име-
ем в виду работу представителей церкви в качестве простых рабочих на
заводах и в шахтах, создание широкой сети католических кино, всемерное
развитие католической прессы, увеличение числа католических школ и
университетов, участие представителей церкви в спортивных состязаниях
и т. д., организацию выставок абстрактного церковного искусства на по-
требу буржуазной интеллигенции, строительство католических соборов
в стиле модерн и пр.). Таков скрытый смысл первого раздела доклада
Ле Браса.
На втором разделе доклада («Сверхъестественные отношения») мы не
считаем нужным останавливаться. Посвященный «отношениям между зем-
ным миром и миром потусторонним» при посредничестве католического
духовенства, этот раздел представляется нам находящимся вне сферы науч-
ного обсуждения и включенным в доклад, представленный на XI Между-
народный конгресс историков, неправомерно. Единственным пунктом в
этом разделе, заслуживающим некоторого внимания, является рассужде-
ние Ле Браса о средневековых ересях, которое отражает тенденцию
католической историографии наших дней всячески обелить и реабили-
тировать мрачное средневековое прошлое католической церкви путем
всемерного смягчения противоречий, существовавших в средние века
между католической церковью и всеми инакомыслящими. Следуя этой
тенденции, Ле Брас утверждает,'что исследования последних лет «обно-
вили» само понятие антицерковных ересей. И то, что историки церкви со-
всем недавно рассматривали как «мятежи» или «секты», направленные
против церкви, ныне считается хотя и особыми течениями, но уже в
пределах римско-католической церкви, которой «они подражали по фор-
ме, определениям и дисциплине».
Эти особые течения или «разногласия», полагает Ле Брас, заслужива-
ют внимания историков церкви, но не для того, чтобы доказывать наличие
.свободомыслия в средние века, а как свидетельство о появлении в обществе
новых представлений о потустороннем мире, отрицавших прежние цер-
ковные установления и утверждения. Это позволяет также лучше понять,
как весьма деликатно выражается Ле Брас, имея в виду инквизиционные
суды и кровавые расправы пад еретиками, «репрессивные институты Рим-
ской церкви в средние века». Таким образом, ереси, являвшиеся в эпоху
средневековья одним из ярких выражений революционной оппозиции про-
тив феодализма и скрывавшие за богословской оболочкой вполне земные
требования народных масс, выступают на страницах доклада Ле Браса
всего лишь как явление, свидетельствующее о зарождении новых пред-
ставлений человека о потустороннем мире.
В III разделе своего доклада («Христианин в государстве») Ле Брас
говорит о необходимости изучать взаимоотношения церкви и государства,
Историография и критика
267
всевозможные семейные связи, отношения собственности и владения, ры-
ночные связи, отношения между хозяевами н нх слугами — словом, как
он сам выражается, «полную систему дел» в реальной жизни. К назван-
ным проблемам Ле Брас присоединяет также вопрос о международных
отношениях и о том, какое значение имели институты средневекового хри-
стианства в периоды возникновения войн и заключения мира. Не имея воз-
можности отрицать вдохновляющую роль папства в крестовых походах,
а также его длительную борьбу с германскими императорами и активное
участие во многих других военных предприятиях эпохи феодализма.
Ле Брас, вопреки очевидной истине, заявляет, что единственной целью
церкви во всех этих кровавых операциях было стремление к утверждению
мира на земле. Агрессивная деятельность католической церкви получает
таким путем полпое оправдание.
Весьма важным для понимания общей позиции Ле Браса является его
заключение к докладу, ибо именно в этом заключении он весьма откровен-
но формулирует требование, обращенное к историкам церкви и сводящееся
к необходимости их постоянного п последовательного приспособления к
изменяющимся обстоятельствам времени. Ле Брас говорит о том, что хотя
важнейшие проблемы церковной истории представляются уже исследо-
ванными и рассмотренными и что будущие работы историков церкви, по-
видимому, должны быть отныне посвящены лишь деталям организации
и функционирования различных церковных институтов, в действитель-
ности дело обстоит совсем не так, ибо значение той пли иной проблемы
«модифицируется под влиянием новых наук и современных занятий».
Поэтому, продолжает Ле Брас, историк церкви в наши дни обязан заменить
статику кинематикой и рассматрпватьпнституты «средневекового христиан-
ства» не в их стабильном состоянии, а в их движении и изменении. Только
в этом случае он сможет понять, как «иллюзорные паузы» в историческом
развитии подготовляют «шумные кризисы» и какую взаимозависимость
имеют «все факторы цивилизации».
Как прямую дань духу времени необходимо рассматривать и заявле-
ние Ле Браса о том, что значительные изменения, происшедшие в инсти-
тутах «средневекового христианства» с 1140по 1378г., были тесно связаны
с экономическими, социальными, политическими и интеллектуальными
изменениями в обществе, которым церковь пли оказывала сопротивление
или же покровительствовала. Само собой разумеется, что Ле Брас ни в
какой степени не стремится к тому, чтобы историки церкви применяли
научный метод исследования. Главную задачу историка церковных ин-
ститутов в средние века Ле Брас усматривает в исследовании того, как
выражалась в этих институтах «потребность человека в сверхъестест-
венном», что свидетельствует о чисто формальном, словесно-демагогпч еском
характере приведенного выше заявления. II хотя Ле Брас называет связь
историков церкви с мирскими науками «полезной», он тут же спешит
подчеркнуть, что для всех их исследований безусловный и непререкае-
мый авторитет имеет лишь теология.
По докладу Ле Браса высказалось несколько человек: Л. Продочпмп
(Италия), М. Весьер (Франция), Ж. де Фон-Ро (Франция) и др. С изло-
жением марксистской точки зрения выступила (на французском языке)
и автор настоящей статьи, отметившая, что история церковных институ-
тов в средние века имеет очень важное значение для познания феодаль-
ного общества, ибо церковь играла тогда огромную роль и в материаль-
ной и в духовной жизни людей. С одной стороны, церковь была крупней-
шим земельным собственником и владела большим количеством крестьян,
которые обрабатывали ее поля. С другой стороны, церковь освящала
268
Историография и критика
своим авторитетом феодальные порядки и учила народные массы безро-
потно выполнять пх обязанности как установленные самим богом.
Нельзя пе согласиться с тем, что такие отмеченные в докладе пробле-
мы, как история хозяйственной деятельности церквп, история ее взаи-
моотношении с государством и обществом, история местных церковных
организации, монашеских орденов и т. д., в самом деле важны дли изу-
чения. Но возникает вопрос о том, как вести это изучение. Советские
историки отрицают возможность исследовать церковные институты сами
по себе, т. е. путем сравнения их друг с другом, и исследовать их внутрен-
нюю эволюцию вне всякой связи с реальной жизнью, ибо таким путем
невозможно будет понять, чем вызывалась эта эволюция и каковы были ее
действительные причины.
Только исследование социально-экономических и политических из-
менений, происходивших в феодальном обществе, а также той постоян-
ной борьбы, которую народные массы вели против господствующего клас-
са феодалов, способно дать правильное представление об эволюции церкви.
Нелья объяснить возникновение духовно-рыцарских орденов, если пе
изучить эпоху крестовых походов. Нельзя объяснить гибель ордена тамп-
лиеров, если рассматривать ее в отрыве от роста королевской власти во
Франции. Нельзя понять деятельность таких видных представителей церк-
вп в XII в., как Бернар Клервоский и Норбер, если не исследовать исто-
рию народных ересей в XII в. Нельзя объяснить возникновение и расцвет
нищенствующих орденов в ХШ в. без рассмотрения истории альбигой-
ской ереси и свободомыслия той эпохи. Только изучение еретиче-
ского движения ремесленников-ткачей иа Юге Франции в начале XIII в.,
крестьянского восстания «пастушков» в середине XIII в., широкого
распространения идей, осужденных церковью в Западной Европе, вы-
разителями которых были Амори Венский, Давид из Дпнаиа, Сигер Бра-
бантский, Боэций из Дакии — в области философии; Рютбеф и Жан де
Мэи — в области литературы и т. д., может помочь в понимании эво-
люции ордена францисканцев и особенно ордена доминиканцев. Иначе
понять ее нельзя, а таких примеров легко привести очень много.
Итак, изучать и анализировать историю церковных институтов можно
только в самой тесной связи с многообразной и сложной социально-эко-
номической и политической действительностью. В противном случае
многие явления останутся непонятными и толкование их приобретет
абстрактный и сугубо односторонний характер, а это противоречит за-
дачам истории как науки.
Данное выступление привлекло внимание присутствовавших, значи-
тельную часть которых составляли члены делегации Ватикана. Ораторы,
выступавшие в прениях, утверждали, что история церковных институ-
тов является самостоятельной отраслью изучения и что нельзя сводить
духовную жизнь к материальным причинам, ибо в ней многое недоступ-
но для человека и непознаваемо. Отрицая марксистскую постановку пробле-
мы,представители католической и прокатолической историографии никаких
конкретных доводов в пользу своей точки зрения не приводили,ограни
чившись обычными аргументами, высказываемыми в идеалистической и цер-
ковной литературе, ссылками иа руководящую роль католической церквп в
средние века, па ее определяющее значение в духовной жизни средневе-
кового человека, па роль «коллективной психологии» в развитии об-
щества и т. д.
Все сообщения, сделанные в 1II секции в тот же день, после обсужде-
ния доклада Ле Браса носили сугубо церковный характер н, так же как
и доклад, имели своей целью подчеркнуть руководящую роль церкви в
Историография и критика
269
средние века. Достаточно указать па пх тематику. Р. Форевнль (Франция)
сделала сообщение на тему: «Идея юбилейного года у теологов и канони-
стов (XII—ХШ вв.) до учреждения римского юбилейного года (1300)».
А. Фругони (Италия) представил сообщение на тему: «Взгляды па свет-
ский „чин“ в грегорианской реформе». К.Н. Брук (Великобритания) рас-
смотрел «Континентальное влияние на английские кафедральные капиту-
лы в XI—XII вв.», а А. О. Юнсен (Норвегия) сделал сообщение на тему:
«Роль Скандинавии в борьбе между империей и папством в 1070—1170 гг.»,
ограничившись, как и другие названные выше авторы, изложением
чисто церковной стороны вопроса. М. Маккарроне (Ватикан) выступил с
сообщением: «Реформа и развитие монашеской жизни при Иннокентии 111»,
всемерно подчеркнув значение реформаторской деятельности Иннокен-
тия III в истории католической церкви и укреплении ее организации.
«Церковным» днем завершилась работа III секции XI Международного
конгресса. Как видно из всего изложенного выше, на заседаниях III сек-
ции происходила открытая идеологическая борьба. Советские историки
и представители стран народной демократии выступали очень активно
щ сумели изложить марксистскую точку зрения по тем проблемам средне-
вековья, которые были поставлены в докладах и сообщениях, противо-
поставив ее откровенно антимарксистским и всем другим немарксистским
сконцепциям.
IV
Столь же активно представители социалистических стран выступали в
секции новой истории (IV), содержание работы которой, на наш взгляд,
выгодно отличалось от содержания работы секции средних веков большею
широтою проблем, поставленных авторами в докладах и сообщениях.
Это обстоятельство представляется нам далеко не случайным. Оно, не-
сомненно, связано с тем, что три доклада из шести, посвященных истории
XVI—XVIII вв., принадлежали перу представителей марксистской исто-
риографии, как и пять сообщений из двадцати семи10.
Кроме того, расстановка сил в IV секции была несколько иной, чем
в III. И Советский Союз и страны народной демократии направили на
Конгресс значительно большее число специалпстов по позднему средне-
вековью, чем по периоду раннего и развитого феодализма. Напротив,
представители католической и прокатолической историографии, точно так
же как п представители историко-юридической школы проявляли наи-
большую активность не в IV, а в III секции. В результате в работе
IV секции были такие дни, когда представители социалистического лагеря
занимали ведущее место пе только как докладчики или авторы сооб-
щений, ио и как участники прений.
Самое большое место в работе IV секции заняло обсуждение проблем
истории северных европейских стран. Этим проблемам были посвящены
полностью заседания во второй и третий дни, а также значительная часть
заседания в шестой день.
10 IS III секции дело обстояло иначе. Ни один из шести докладов не принадле-
жал перу историков социалистических стран, а из 27 сообщении только два (ио истории
феодальной Руси) были представлены советскими учеными и одно по истории Чехосло-
вакии ученым этой страны. В тематике III секции отсутствовал и такие обобщающие
доклады и сообщения, которые смогли бы статьпредметом широкой дискуссии на долж-
ном н умном уровне. Поэтому часть сообщений там пе вызывала вообще никаких пре-
ний. будучи посвящена узким, чисто фактологическим или же терминологическим во-
просам. Для сравнения интересно отметить, что в секции древней история ученые
СССР п стран народной демократии представили два доклада пз шести и девять сооб-
щенпй из 19.
27D
Историография и критика
С докладом «Балтийский вопрос в XVI—XVII веках» (23.VIII 1960 г).,
выступил польский ученый В. Чаплинский11. С докладом «Церковная
реформация в северных странах» (24.VIII 1960 г.) выступил шведский
ученый Г. Иоханнессон 11 12. С докладом «Политические отношения между
Западом и Востоком Европы во время Тридцатилетней войны» (27.VIII
1960 г.) выступил советский ученый Б. Ф. Поршнев 13. Все доклады при-
влекли [большое количество слушателей и вызвали весьма оживленное
обсуждение 14 15.
Что касается остальных дней работы IV секции, то первый из них
(22.VIII 1960 г.) был посвящен проблеме абсолютной монархии (доклад ис-
панского историкаВисенса Вивеса«Структура государственной администра-
ции в XVI—XVII вв.») 1Б; четвертый (25.VIII1960 г.) — одной из важней-
ших методологических проблем в истории позднего средневековья,
а именно проблеме перехода от феодального способа производст-
ва к капиталистическому (доклад чехословацких ученых А. Клима и
II. Мацурека), а пятый (26. VIII I960 г.) — проблемам эпохи Про-
свещения (доклад испанского ученого Мигеля Батльори «Энциклопедия
и иллюстрация в испано-итальянской культуре XVIII в.») 16. На заседа-
ниях IV секции было заслушано и несколько сообщений; некоторые из
них представляли значительный интерес 17.
Наиболее показательным с точки зрения сплоченного и уверенного вы-
ступления ученых социалистического лагеря, несомненно, был чет-
вертый день работы секции новой истории (25.VIII 1960 г.), на котором мы
остановимся более подробно. В этот день чехословацкие профессора
А. Клима (из Пражского университета) и II. Мацурек (из Университета
в Брно) выступили с весьма интересным и содержательным докладом
«Вопрос о переходе от феодализма к капитализму в Центральной Европе
(XVI—XVIII вв.)»18. Исходя из учения Маркса о процессе первоначального
накопления капитала и основываясь на тщательном анализе конкретно-
исторического материала, чехословацие ученые представили доклад, но-
сивший широкий проблемный характер.
Общую проблему перехода от феодализма к капитализму А. Клима
и Й. Мацурек рассматривают на конкретном материале истории чешских
стран, исследуя в них роль торгового капитала, политику меркантилизма
со стороны государства, историю рассеянных и централизованных ману-
фактур и, наконец, состояние сельского хозяйства и положение крестьян.
После этого авторы доклада обращаются к сравнительному анализу про-
цесса перехода от феодализма к капитализму в чешских странах и эво-
люции, которую переживали в своем экономическом развитии в это время
другие страны Центральной Европы.
Данный раздел доклада представляет большой интерес, так как из-
вестно, что многие проблемы перехода от феодализма к капитализму в
11 О докладе В. Чаплинского см. ниже статью А. С. Кана (стр. 300—301).
12 О докладе Г. Иохапиессона см. ниже статью М. М. Смирила (стр. 309—313).
13 Полный текст доклада Б. Ф. Поршнева см. в журнале «Вопросы истории»,
1960, X» 10.
14 Заместителем председателя IV секции на заседании 24.VIII 1960 г. был П. Мацск
(Чехословакия), а 27.VIII 1960 г.— Э. Мольнар (Венгрия).
15 Председателем IV секции в этот день был К. Лепши (Польша). О докладе
Впсенса Впвеса см. в статье Э. Э. Литавриной (стр. 302—308 настоящего сборника).
16 На этом докладе мы не останавливаемся, так как его содержание выходит за
рамки средневековья.
17 Подробнее о сообщениях в IV секции см. ниже, стр. 318—324.
18 Полный текст доклада А. Клима и П. Мацурека см. выше, стр. 190—207.
Историография и критика
271
странах Центральной Европы историками этих стран в настоящее время
еще не решены. А. Клима и П. Мацурек датируют этот переход эпохой
XVI — серединой XIX в., подчеркивая, что экономическая эволюция этих
стран была в значительной степени отличной от экономической эволюции
стран Западной Европы.
В западной части Европы кризис феодализма в XVI в. привел к буржуа-
ным революциям и к победе капиталистических производственных отно-
шений. Для стран к востоку от Эльбы период с XVI до XVIII в. вклю-
чительно характеризуется, наоборот, консолидацией системы «вторич-
ного крепостничества», которая продлила господство феодализма и при
дала процессу развития здесь капитализма особый и медленный
характер. Таков окончательный вывод, к которому приходят А. Кли-
ма и й. Мацурек. II хотя капиталистические элементы, заключают они,
появились в странах Центральной Европы в XVI—XVIII вв.,переход от
феодализма к капитализму оказался там полным и очевидным только в
первой половине XIX в.
Доклад чехословацких ученых, поднявших вопросы принципиальной
важности, вызвал очень большой интерес со стороны присутствовавших.
В весьма оживленных прениях, проходивших на высоком научном уровне,
высказались 13 человек, в том числе ученые из стран народной демокра-
тии (С. Стефанеску и С. Паску из Румынии, Г. Моттек, Г. Хейцп Г. Шил-
ферт из ГДР, В. Куля из Польши и Ж. П. Пах из Венгрии), выступав-
шие с марксистских позиций. Несколько ораторов представляли
ФРГ, Японию и Великобританию. Они также пе опровергали основных
положений доклада, а сделали лишь отдельные критические заме
чапия.
Затем было заслушано сообщение В. А. Голобуцкого (СССР) «О срав-
нительно-историческом анализе проблемы генезиса капитализма в
Центральной и Восточной Европе», автор которого остановился на при-
чинах, обусловивших более позднее появление капитализма в Централь-
ной, и особенно в Восточной Европе по сравнению с Западом.
С сообщением от имени двух авторов — С. Д. Сказкина и Н. А. Сидо-
ровой (СССР) — выступила (на французском языке) Н. А. Сидорова,
изложившая одну из точек зрения советских историков на проблему
«второго издания крепостничества» в Средней и Восточной Европе.
Проблемы, связанные с историей России, в данном сообщении не затраги-
вались, так как им было посвящено сообщение В. А. Голобуцкого 19.
Как известно, «вторым изданием крепостничества» называется усиление
крепостного права в Средней и Восточной Европе, главным образом в XVI —
XVIII вв., в то время как под «первым его изданием» понимается крепост-
ничество в странах Западной Европы в период раннего и развитого фео-
дализма. Ослабевшее в странах Западной Европы в результате развития
товарно-денежных отношений крепостничество окончательно исчезло-
там с развитием отношений капиталистических.
«Второе издание крепостничества», сложившееся в столь позднее время,
а также связанное с ним исключительно тяжелое положение крестьянства,
не могло не привлечь особого внимания ученых стран Средней и Во-
сточной Европы, ибо «второе издание крепостничества» получило распро-
странение именно на территории этих стран. Обсуждение данной пробле
мы вызвало оживленную дискуссию в Германии, Чехословакии, Венг-
рии, Польше и СССР (см. работы таких историков, как Нихтвапс, Бехтель,
19 Ниже следует изложение сообщения С. Д. Сказкина и П. А. Сидоровой.
272
Историография и критика
Лютге, Зснтара, Тыменецкий, Рутковскпй, Маловпст; на русском языке
появились работы Паха 20, Сказкпна 21 и Лавровского 22).
В Советском Союзе за последние годы было проведено два симпозиу-
ма по аграрной истории Восточной Европы, включая историю России
(в Таллине в декабре 1958 г. и в Москве в декабре 1959 г.), в работах кото-
рых участвовали историки из восьми республик 23. Эти симпозиумы, ко-
ординирующие работу советских исследователей, способствуют творче-
скому решению важнейших проблем исторической науки в процессе
свободной дискуссии.
Центральными проблемами этой дискуссии являются: а) выяснение
сущности тех хозяйственных и правовых отношений, которые получили
наименование «второго издания крепостничества», б) определение причин
возникновения этой новой формы хозяйства в странах Средней и Восточ-
ной Европы в столь позднее время (начиная с XVI в.) и в) рассмотрение
вопроса о том, являются ли эти хозяйственные и правовые порядки пере-
ходной ступенью к более прогрессивной, капиталистической формации,
или же они представляют собой регресс, своеобразную форму феодальной
реакции.
Решение поставленных выше вопросов требует прежде всего ясного
представления о различии в аграрном развитии Западной и Восточной
Европы. Известно, что Георг фон Белов видел его в различии между
Crundherrschaft (сеньорией, типичной для Запада) и Gutsherrschaft (бар-
ским поместьем, основанным на барщинном труде крестьян, типичным
для Востока Европы).
Река Эльба может считаться границей (разумеется, приблизительной),
разделявшей в XVI—XVIII вв. два мира аграрных отношений.
Не останавливаясь на конкретных особенностях аграрного строя
Западной Европы (Франция, Италия, Англия до промышленного перево-
рота, Западная Германия) и оставляя в стороне все переходные формы,
необходимо признать, что для этого строя характерными были сеньориаль-
ные отношения. Важной чертой сеньориального строя на Западе является
то обстоятельство, что он сложился еще на основе первобытнообщинного
строя и рабовладельческой формации, в процессе последующей феодали-
зации общества, и уцелел вплоть до замены его капиталистическими
отношениями. Согласно теории феодального права, все имущество кре-
постного крестьянина (серва), и движимое и недвижимое, принадлежало
собственнику земли — сеньору (Grundherr). Практически же сеньор по-
лучал регулярно долю крестьянского труда в виде барщины либо долю
продуктов этого труда в натуральной и денежной форме.
Хозяйство самого крестьянина,которое он вел самостоятельно,оставал ось
мелким. Поэтому даже при наличии большой барской запашки для сеньории
было характерно мелкое производство. Обработка земли велась усилиями
крестьян и при помощи принадлежавших им орудий труда, приспособленных
для мелкого, индивидуального производства. Принудительный севооборот,
20 /К. 11. II а х. Об особенностях первоначального накопления капитала в Веиг
рни. - «Вопросы истории», 1955, As 2.
21 С. Д. С к а з к и и. Основные проблемы так называемого «второго издания
крепостничества» в Средней н Восточной Европе. - «Вопросы истории», 1958, А» 2.
В статье имеется обширная библиография ио этой проблеме.
22 В. М. Л а и р о вс к и ii. Некоторые спорные вопросы «|1ериоиача.ты1ого на-
копления».— «Вопросы истории», 1959, ,\» 8.
23 Л. И. В а ж о в а. Симпозиум по аграрной истории Восточной Европы.—
«Вопросы истории», 1959, As \\ С. В. Т ю т ю к и и. Второй межреспубликанский
симпозиум по аграрной истории Восточной Европы.— «Вопросы истории», I960,
А" 5. После окончания работ XI Международного конгресса историков, в сентябре
1960 г., в Киеве состоялся третий симпозиум по аграрной истории Восточной Европы.
Историография и кри тика
273
связанный с чересполосицей, распространялся и на пашню сеньора.
Хозяйство носило натуральный характер. Вследствие всего этого круп-
ное сеньориальное хозяйство па Западе в период раннего и развитого
феодализма могло считаться крупным лишь с точки зрения организован-
ного получения феодальной ренты с большой территории, которая принад-
лежала сеньору и обрабатывалась крестьянами.
Важной чертой аграрных отношений на Западе Европы было и то, что
три вида зависимости, определяющие крепостное состояние крестьянина
(поземельная, личная и судебно-административная), нередко распределя-
лись между несколькими представителями господствующего класса. При
этом права крестьянина до известной степени регулировались феодальным
обычаем. Сеньор не имел права переводить крестьянина с одного держа-
ния на другое, произвольно менять условия держания, а также сгонять
крестьянина с его надела, если крестьянин платил ему полагавшуюся
феодальную ренту. Крестьянское держание часто было наследственным,
и тем чаще, чем более развитым было феодальное общество (привилегиро-
ванный копигольд и фригольд в Англии, цензива во Франции и Западной
Германии и т. п.).
Постепенный рост внутреннего рынка, связей деревни с городом, пре-
имущественно через крестьянское хозяйство, уменьшение и даже ликвида-
ция барской запашки и барщины, превращение отработочной ренты в
продуктовую, а позднее в денежную, и, наконец, личное освобождение
крестьян в результате всех этих процессов и острой классовой борьбы —
таковы типичные черты эволюции аграрных порядков на Западе
вплоть до начала капиталистической эры. В позднее средневековье
(XVI—XVIIbb.) и в XVIII в. барская запашка почти исчезла. Основной
доход сеньора в это время на Западе состоял уже не из продуктов его соб-
ственного хозяйства (terra dominica), а из натуральных и денежных пла-
тежей крестьян, живших на территории сеньории и являвшихся держа-
телями земли сеньора на различных условиях.
Совершенно иная картина наблюдалась в это время в странах Сред-
ней и Восточной Европы. Вплоть до XVI в. аграрные порядки в этих стра-
нах были аналогичны порядкам на Западе. Имеются все основания пред-
полагать, что и их эволюция была сходной. Однако начиная с XVI в.
положение изменилось. В Остэльбской Германии (Шлезвиг-Гольштейн,
Мекленбург, Померания, Пруссия) и дальше к востоку и югу (в Чехии,
Польше и Венгрии) повсюду встречается уже крупное барское хозяйство —
Gntsherrschaft, организованное для сбыта большого количества сель-
скохозяйственных продуктов на рынок. Это хозяйство чем дальше, тем
все больше использует барщинный труд крестьян, прикрепленных и к
земле, и к личности сеньора. Тем самым крестьянское хозяйство становится
для феодала прежде всего источником даровой рабочей силы. Именно в
этом заключается экономическое значение «второго издания крепостни-
чества».
Само крепостное право па востоке Европы в XVI—XVIII вв. очень
близко к рабству. Все три вида зависимости крестьян сосредоточиваются
в руках одного и того же сеньора, который может пе только переводить
их с одного надела на другой по своему произволу, заставлять работать
на барщине, превращать в дворовых людей, но и просто продавать крестьян
как рабочую скотину.
Но «второе издание крепостничества» нельзя рассматривать как про-
стое возвращение назад, к раннефеодальным порядкам серважа. Бар-
щинное хозяйство позднего средневековья сложилось на основе экономи-
ческих отношений, неизвестных прежнему времени. Рынком, на который
18 Средние века, вып. XX
Историография и критика
вывозили свои продукты феодалы Пруссии, Мекленбурга, Померании и
Полыни, были уже не близлежащие средневековые города с их ограни-
ченным спросом, а обширные страны Западной Европы, шедшие по пути
капиталистического развития.
Наибольшую дискуссию в научной литературе вызвала вторая про-
блема, а именно проблема генезиса «второго издания крепостного права»,
которую нельзя считать окончательно решенной и в наши дни. Немецкая
школа второй половины XIX в. (работы Кнаппа, Фукса, Впттиха, Шмол-
лера п их учеников) оказалась несостоятельной в объяснении причин
«второго издания крепостничества». Более плодотворными оказались
попытки немецких историков Зеринга и Рахфаля, искавших причины
появления позднего серважа в экономических факторах. В последнее
время с утверждениями о решающем значении экономики в появлении
«второго издания крепостничества» выступили ученые из Германской Де-
мократической Республики Мепбаум и Нихтвайс и польские ученые Зен-
тара и Маловист. Опп подчеркивают огромное значение экспорта хлеба
bXVI—XVIII вв. из стран Восточной Европы в страны Западной Европы.
Но является ли действительно развитие хлебного вывоза решающей
причиной возникновения позднего серважа в странах к востоку от Эльбы?
Безусловно, да, ибо для производства сельскохозяйственных продуктов на
внешний рынок крупное хозяйство феодала приспособлено значительно
лучше, чем мелкое крестьянское. Развитие барщинного хозяйства, опираю-
щегося на внутренний рынок, возможно лишь на ранней стадии разви-
тия внутреннего рынка, когда город впервые начинает предъявлять такой
спрос на сельскохозяйственные продукты, который не может быть по-
крыт обычными излишками крестьянского пли барского хозяйства. Одна-
ко, поскольку городской спрос в условиях сохранения крепостного строя
в деревне является ограниченным, втягивание крупного феодального хо-
зяйства в местные рыночные отношения может быть лишь незначительным.
Это положение особенно убедительно подтверждается в отношении
стран к востоку от Эльбы в XVI—XVIII вв., когда потребность в хлебе и
других сельскохозяйственных продуктах в странах Западной Европы,
развивавшихся по капиталистическому пути, повлекла за собой устой-
чивый п выгодный для господствующего класса — восточноевропейских
феодалов — экспорт этих продуктов и обусловила возникновение на востоке
Европы «второго издания крепостничества». Бесспорным является также
связанное с этим экономическое и политическое возвышение дворянства в
государствах Восточной Европы.
Но как же надо оценивать те явления, которые имели место в странах
Средней и Восточной Европы в XVI — XVIII вв.? Некоторые историки
полагают, что данные явления означали якобы переход к капитализму и
что происходивший в это время на востоке Европы снос крестьянских
дворов (Bauernlegen) свидетельствовал о насильственном отделении не-
посредственных производите.!ей от земли (пх наделы присоединялись
к барской запашке) и возникновении там свободной рабочей силы.
На самом деле чисто внешнее сходство сноса крестьянских дворов в
странах «второго издания крепостничества» с английскими «огораживания-
ми» того же XVI в., которые действительно составляли существенную
часть процесса, приведшего к победе капитализма, не должно закрывать
от нас того, ради каких целей происходило то и другое, а также к ка-
ким результатам привела экспроприация крестьянской земли в Англии
и в Восточной Европе.
Й там и здесь процесс обезземеления крестьян был связан с переходом
к новым формам хозяйства. Однако в Англии он совершался одновременно
Историография и критика
с ликвидацией сеньориальных отношении, с окончательным разрушением
крестьянской общины и с переходом от феодального способа производства
к капиталистическому. Переход этот совершился в наименее демократи-
ческих формах и был связан с исчезновением крестьянства как класса.
Наоборот, на востоке Европы переход к крупному юнкерскому (предпри-
нимательскому по своей сущности) хозяйству был переходом к самой
примитивной форме феодального способа производства, к барщинной
(отработочной) форме эксплуатации крестьянского труда.
Насильственное обезземеление и «вторичное закрепощение» крестьян
в странах Средней и Восточной Европы не имело ничего общего с перехо-
дом к капитализму, ибо развитие капитализма в качестве необходимого
условия предполагает освобождение непосредственного производителя
феодального общества, т. е. крестьянина, и от крепостной зависимости, и
от средств производства и существования. Только при этих условиях лично
свободный и лишенный средств производства и существования человек
оказывается вынужденным продавать свою рабочую силу и превращается
в наемного рабочего. Обезземеление же крестьян в странах Средней
и Восточной Европы в XVI—XVIII вв. имело целью лишь расширение
барской запашки и возвращение к крепостному труду, т. е. в конечном
счете способствовало сохранению в новых условиях и в особой форме фео-
дального способа производства. Этим выводом заканчивалось сообщение
С. Д. Сказкина и II, А. Сидоровой.
В прениях по сообщениям советских историков выступили Л. Поляк,
не высказавший никаких сколько-нибудь серьезных возражений, В. К.
Яцуискпй (СССР) (на французском языке) и В. М. Лавровский (СССР)
(на английском языке), сделавшие ценные замечания о характере «вто-
ричного закрепощения» крестьянства в Восточной Европе.
Оценивая утреннее заседание IV секции 25.VIII I960 г. в целом, можно
сказать, что и доклад, и сообщения, и выступления в прениях историков-
марксистов прошли успешно, пбо на заседании полностью господствова-
ла марксистская точка зрения по вопросу о переходе от феодализма к
капитализму, кардинальному вопросу эпохи позднего средневековья.
Вечернее заседание 1\ секции было менее оживленным, хотя и там
венгерский ученый Ж. II. Пах сделал интересное сообщение на тему:
«Отклонения в аграрном развитии Венгрии от Западной Европы
(К вопросу об особенностях перехода от феодализма к капитализму в Вен-
грии)»24. Сообщением Ж. II. Паха завершилась работа IV секции в этот
день.
Подведем теперь некоторые итоги сказанному выше и посмотрим, ка-
кие же практические предложения на будущее вытекают из анализа дея-
тельности XI Международного конгресса историков в области медиеви-
стики.
Наиболее важным выводом, который может быть сделан при рассмотре-
нии работы III и IV секций, несомненно, является вывод о том, что в
области изучения истории средних веков, так же как и в области изучения
других периодов всемирной истории, идет непрекращающаяся и острая
24 Следут отметить, что несколько лет назад 7К. II. Пах выступал па страницах
советского журнала «Вопросы истории» (1955, Д» 2) с парадоксальными утверждения-
ми, сводившимися к отождествлению процесса «вторичного закрепощении» в Венг-
рии с процессом первоначального накопления капитала. После обоснованной критики
со стороны советского ученого В. М. Лавровского («Вопросы истории», 1959, Д; 8)
Ж. II. Пах пересмотрел свою прежнюю точку зрения и выступил на XI конгрессе
с позиций, очень близких к позициям советских историков.
276
Историография и критика
борьба двух идеологий — марксистской и антимарксистской, идеали-
стической, в значительной степени церковной. Представители крайне
реакционной католической и прокатолической историографии занимают
в данной борьбе самые воинствующие антинаучные позиции.
Сильнее всего влияние этой историографии сказалось в работе секции
средних веков, занимавшейся историей раннего и развитого феодализма,
т. е. той исторической эпохой, когда папство и католическая церковь в
целом играли в западноевропейском обществе очень большую роль. С од-
ной стороны, как мы видели выше, представители католической и прока-
толической историографии выступили на заседаниях III секции с непосред-
ственным изложением своих взглядов (доклад Ж. Ле Браса, сообщения
Р. Форевиля [Франция], А. Фругони [Италия], М. Макарроне, А. Штик-
клера [Ватикан] и т. д). С другой стороны, церковное влияние прояви-
лось в таких докладах, которые были представлены авторами, стоящими
на идеалистических позициях историко-юридической школы. При этом
центральными вопросами, в которых историки средневекового права и
государства наиболее близко смыкаются с историками средневековой церк-
ви, оказались вопрос об «извечно священной природе» королевской власти,
знати и государства и вопрос о «всеопределяющем» значении канонического
права в организации и деятельности средневековых институтов (доклады
К. Гаука и В. Ульманна).
Разумеется, не все историки-медиевисты, выступавшие на XI Ме-
ждународном конгрессе с методологических позиций историко-юридиче-
ской школы, проводили в своих выступлениях церковную точку зрения.
Часть сообщений были посвящены различным терминологическим во-
просам или носили сугубо фактологический характер (сообщения
М. Ж. Ф. Ниермейера, Г. Хафстрема (Швеция), Л. Женико (Бельгия)
и др.). Однако, так же как и доклады IV. Гаука и В. Ульманна, эти сооб-
щения свидетельствуют о необычайной живучести традиций историко-
юридической школы в западноевропейской историографии. Далеко не
случайно поэтому ярко выраженное стремление значительной части за-
падноевропейских и американских историков уклониться от постановки
больших проблем, требующих выхода за пределы тех пли иных правовых
понятий или чисто терминологического анализа. Создается невольное
впечатление о некоем своеобразном «разделении труда» между историками,
специализирующимися в области методологии, и историками, которые за-
нимаются конкретной историей и считают себя свободными от обязанности
осмысливать описываемые явления. В этом отношении многие из докладов
и сообщений по истории средних веков, представленные в III секцию
XI Международного конгресса историков, по сравнению с докладами и
сообщениями по истории средних веков, представленными пять лет назад
X Международному конгрессу историков, свидетельствуют, по нашему мне-
нию, о шаге назад, сделанном представителями буржуазной историо-
графии 25.
С докладами и сообщениями, в которых важнейшие проблемы истории
средних веков были поставлены и рассмотрены с единственно научных
позиций марксистской методологии, иа XI конгрессе выступили ученые
Советского Союза и стран народной демократии (доклады В. Чаплин-
ского, А., Клима и Й. Мацурека, Б. Ф. Поршнева; сообщения Б. Рыба-
кова, А. В. Арциховского, Ф. Грауса, К. Леппти, В. А. Голобуцкого,
• 23 См. подробный анализ работы X ковгресса в области медиевистики в статьях
С. Д. Сказкина, II. А. Сидоровой, М. М. Смприна, Г. Г. Литаврина, М. А. Заборова,
Е. В, Гутповой и А. Н. Чистозвонова в сб. «Средние века», вып. VIII, 1956 и в статье
Е. А. Косминского в сб. «Средние века», вып. X, 1957.
Историография и критика
277
С. Д. Сказкина и Н. А. Сидоровой, Ж. П. Паха, Л. Маккан). Активное
участие, как мы видели выше, представители социалистических стран при-
няли также и в обсуждении многих докладов и сообщений, посвященных
истории средневековья и представленных на конгрессе историками запад-
ноевропейских стран, США и Японии, а также и историками-марксистами.
Эти выступления, проходившие на высоком научном уровне и неизменно
вызывавшие большой интерес со стороны слушателей, отчетливо показали
участникам XI конгресса, каких огромных успехов Достигла историче-
ская наука в Советском Союзе и странах народной демократии. Важнейшим
итогом работы XI конгресса является то, что историки-марксисты сумели
последовательно изложить научную точку зрения по кардинальным воп-
росам медиевистики и заняли на конгрессе видное место26. Этим XI Меж-
дународный конгресс историков значительно отличается от предыдущих.
Но говоря о возросшем влиянии марксистской идеологии в области
исторических наук на международной арене, мы никак не можем сводить
вопрос о размерах этого влияния к вопросуг о том месте, которое запяли
медиевисты Советского Союза и стран народной демократии на XI кон-
грессе. Победы марксизма-ленинизма, которыми характеризуется наше
время, паходят выражение в ряде явлений и должны рассматриваться в
несравненно более широком плане. Разумеется, мы говорим здесь не о том,
что тот илп иной буржуазный историк заявляет открыто о своей привер-
женности к марксистской идеологии, и не о том, что он начинает пользо-
ваться в своих работах марксистскими понятиями или проявлять непо-
средственное знакомство с марксистской литературой вопроса. Мы гово-
рим здесь совсем о другом— о выборе сюжетов для научного исследования,
об объективном подходе к источникам, о стремлении отыскать в истори-
ческом процессе те илп иные общие закономерности, о попытках устано-
вить реальное значение в жизни общества социально-экономической дей-
ствительности и интересе к социально-экономическим проблемам, об от-
казе от европоцентризма, о попытках ставить общеметодологические
проблемы и обращаться к сравнительно-историческому анализу со все-
мирно-исторической точки зрения. Рассматривая работы XI Международ-
ного конгресса с данных позиций, мы замечаем, что па содержании мно-
гих обсужденных на нем докладов и сообщений, несомненно, сказалось
марксистское влияние в самом его широком смысле.
Вот почему, говоря о борьбе двух идеологий в области медиевистики
на XI Международном конгрессе историков, мы не должны рассматривать
всех буржуазных ученых как представителей единого реакционного ла-
геря. Работа XI конгресса показывает, что состав буржуазных истори-
ков достаточно пестр. Наряду с историками, обладающими ярко выра-
женными реакционными взглядами, о которых мы говорили выше, среди
буржуазных историков мы находим также эклектиков 27 и ученых, ко-
торые выступают с более прогрессивных позиций и прислушиваются к
голосу историков-марксистов.
26 Внешним отражением этого являлось и то обстоятельство, что ученые Совет-
ского Союза и стран народной демократии неоднократно были на заседаниях 111 и
IV секций председателями или же их заместителями.
27 Наиболее ярким образцом эклектизма можно считать доклад Внсеиса Впвеса
на тему: «Структура государственвой администрации в XVI— X VI | вв.». В этом докладе
автор пытается дать постановку общей проблемы абсолютной монархии, одновременно
критикуя как идеалистов, так и марксистов за их «крайности»; но он понимает абсолю-
тизм как воплощение в жизнь вечно существующей идеи о божественной личное! и го-
сударя, а в конкретной форме абсолютной монархии в Испании видит систему государ-
ственного управления, обусловленную разными факторами — экономическими, поли-
тическими и международными.
278
Историография и критика
Так, например, весьма положительной стороной работы III секции
на конгрессе явилось ее большое внимание к проблемам средневековой
истории Китая и Японии (доклад Т. Ямамото, сообщения Миязпки Пши-
зада, Нагахара Кейдзи, Инноуэ Киёси, К. Лоренца), несомненно, сви-
детельствующее о начавшемся пересмотре прежних европоцентрист-
ских позиций историками Запада. Показательно также и серьезное
отношение III секции к проблемам истории феодальной Руси (доклад
К. Рабек-Шмпдта, сообщения Д. Оболенского, Л. Мюллера), а также
к проблеме средневекового города (доклад Э. Сестана, сообщения Э. Маш-
ке, Ж. Ле Гоффа, Г. Острогорского, X. С. Крюгера). Большой интерес к
проблемам социально-экономической истории позднего средневековья
был проявлен западными историками, как уже отмечалось выше, в IV сек-
ции (сообщения С. Эллехей, П. Жаипена, Ф. Б. М. Тангельдера, О. Л. Брун-
нера п др.).
Естественно, что наше отношение к историкам, пытающимся анализи-
ровать прошлое на основании объективных оценок рассматриваемых фак-
тов, должно быть иным, чем к историкам, открыто провозглашающим субъ-
ективистские, религиозные и иные антинаучные взгляды и ведущим борьбу
с марксизмом, в каких бы формах она ни проявлялась. Настойчиво разоб-
лачая реакционные концепции представителей антимарксистской идеали-
стической историографии, мы в то же время должны поддерживать тех
ученых, которые подверглись уже так плп иначе влиянию марксизма,
хотя и занимают еще колеблющиеся позиции и не рискуют пока порвать
с привычными представлениями и методами научной работы.
В заключение остановимся кратко на тех практических предложениях,
которые могут быть сделаны в результате анализа деятельности XI Между-
народного конгресса, в связи с предстоящей подготовкой к XII Междуна-
родному конгрессу историков, который состоится в столице Австрии —
Вене в 1965 г.
Подготовку к XII конгрессу историков надо начать немедленно, так
как только большая предварительная работа приведет к тому, что совет-
ские медиевисты смогут сделать обоснованные и необходимые заявки на
доклады и сообщения по узловым проблемам медиевистики. При этом надо
иметь в виду следующее. Советские историки, как нам кажется, должны
представить XII конгрессу доклады и сообщения не только по истории
феодализма в СССР, но и по истории феодализма в странах Западной Евро-
пы и Востока. Особенное внимание в этих докладах и сообщениях должно
быть обращено на вопросы методологии и историографии, а также на вопро-
сы идеологии и культуры феодального общества на Западе (область, в кото-
рой до сих пор почти безраздельно господствуют представители католи-
ческой и прокатолической историографии).
Советские медиевисты должны открыто вторгнуться в эту «заповед-
ную» область и выступить с докладами и сообщениями по истории средне-
векового свободомыслия и народных ересей, что даст огромный эффект
в смысле распространения марксистской точки зрения по таким вопросам,
которые являются по настоящее время животрепещущими, крайне актуаль-
ными и политически злободневными для стран Западной Европы. Крайне
желательно, чтобы советские медиевисты получили международную
трибуну для изложения марксистских взглядов на эти сложнейшие
проблемы 28.
28 Нельзя не выразить сожаления по поводу того, что советские медиевисты пе
приняли никакого участия в коллоквиуме по истории университетов (происходившем
перед XI конгрессом), хотя для этого имелись все возможности. В результате коллок-
виум оказался под сильнейшим влиянием церковников.
Историография и критика
279
Необходимо также иметь ввиду, что периодизация истории средних
веков, существующая па Западе и в США, не совпадает с марксистской и
что последний период феодализма (позднее средневековье или период раз-
ложения феодальных отношений и зарождения отношении капиталисти-
ческих) попадает поэтому в секцию новой истории. Нот почему при опре-
делении состава делегации на будущий конгресс надо учитывать это об-
стоятельство и направлять достаточное число соответствующих специали-
стов, для того чтобы принимать активное участие в работе двух секций
одновременно.
И, наконец, необходимо обратить самое серьезное внимание на языко-
вую подготовку советских участников будущего XII конгресса. Выступ-
ления советских историков на одном из западноевропейских языков имели
несравненно больший резонанс, чем чтение пх же докладов и сообщений
переводчиками. При подборе состава делегации желательно учитывать,
владеют ли участники каждой секции темп пли иными языками, па кото-
рых ведется практическая работа конгресса (английский, французский,
немецкий или итальянский). Это полностью обеспечит нормальную работу
делегации п возможность ее широкого научного общения с другими участ-
никами конгресса.
Работа, проделанная историками Советского Союза и стран пародпой
демократии на XI Международном конгрессе, несомненно, принесет свои
плоды. Но надо, чтобы историки стран социализма достигли еще больших
успехов на предстоящем через несколько лет XII конгрессе, всемерно углу-
бив и расширив свои исследования, направленные па решение кардиналь-
ных проблем истории средневековья.
Н. А. Сидорова
W. LI Im а и и. Law and Medieval Historian*
В. У льма и н. Право и историк средних веков
Профессор Кембриджского университета В. Ульманн, представивший
на Стокгольмский конгресс большой доклад на тему: «Право и историк
средних веков», определил свою задачу чрезвычайно скромно. По его сло-
вам, он попытался «показать, что невозможно с какой-либо пользой изу-
вать историю средних веков без хотя бы самых скромных познаний в об-
ласти правовых принципов и правовых проблем» (стр. 35) Сама по себе эта
декларация не содержит ничего нового. Едва ли можно сомневаться в том,
что изучение правовой надстройки средневекового общества может быть
полезно, а в иных случаях и необходимо для правильного понимания ис-
тории данного периода. Да и сам Ульманн в начале своего доклада вся-
чески подчеркивает, что он не собирается делать никаких открытий и
только следует по стопам своих учителей — Метланда, Эпхмепна и
Миттайса, без которых, как оп полагает, «изучение истории средних ве-
ков никогда не достигло бы своего современного уровня» (стр. 34). Однако,
как показывает содержание доклада, истинные цели Ульманна далеко вы-
ходят за рамки этой скромной задачи. Его доклад — это своего рода ма-
нифест воинствующего идеализма в истории.
Излагая свое понимание роли права в истории, и в частности в истории
средних веков, Ульманн утверждает, что с конца V до XV в. политическая
власть в средневековой Европе всегда основывалась на «юрисдикции»
(jurisdictio). Согласно толкованию этого термина в римском праве, об-
ладатель юрисдикции имеет право издавать законы и административные
постановления и творить суд в соответствии с этими законами. Другими
словами, Ульманн полагает, что всякая политическая власть заключа-
ется прежде всего в осуществлении права. В основе же права, по мнению
Ульманна, всегда лежат «идеи», управляющие каждым обществом,ибо пра-
во, по его словам, «кристаллизует абстрактные идеи и переводит пх на
язык социального действия» (стр. 35). Поэтому каждая правовая система
теснейшим образом связана с «идеями», «целями» и «задачами» общества,
пли, как Ульманн обозначает их в средневековых терминах, finis пли
telos. Таким образом, с точки зрения Ульманна, история каждой эпохи
развивается на телеологической основе — целью или задачей ее является
осуществление топ или иной абстрактной идеи, лежащей в основе этого
общества. Эти абстрактные, аморфные и иногда недостаточно ясные в
других своих проявлениях общие «идеи» отчетливее всего выражаются в
праве и его принципах, которые как бы облекают их в плоть и кровь. По-
* Comite International des Sciences Historiques. XIе Congres International des Scien-
ces Historiques. Rapports. III. Moyen-age. Stockholm, 21—28 aout, 1960.
Историография и критика
281
этому, как считает Ульмапи, именно право «направляет развитие общества
в соответствии с идеями, которые лежат в основе этого нрава» (стр. 36),
а следовательно, право является главным средством, с помощью которого
могут осуществляться «цели» всякого общества.
Таков взгляд Ульманна на общие закономерности развития истории.
Нет нужды подробно критиковать этот взгляд. Перед памп законченная
идеалистическая концепция истории, согласно которой основной движу-
щей силой исторического процесса являются трансцендентные идеи, пра-
во, совершенно абстрагированное от реальной социально-политической
действительности. Подобная «философия истории»отнюдь не оригинальна.
Она воспроизводит в несколько видоизмененной форме обветшалую тео-
рию Л. Ранке (пресловутое «учение об идеях» — Ideenlehre), выдвинутую
им в конце XIX в.
Впрочем, справедливость требует заметить, что Ульманн пошел еще
дальше Ранке по пути идеалистической интерпретации истории, и, если
можно так сказать, ее измельчания. «Идеи» топ илп иной эпохи, согласно
периодизации Ранке, воплощались в реальных исторических событиях,
главным образом политического характера *. Это позволяло Ранке в своих
конкретно-исторических исследованиях оперировать фактами действитель-
ной политической, в частности дипломатической, илп культурной истории.
Ульманн же сводит все проявления идей той или иной эпохи только к
правовым принципам, сквозь призму которых он рассматривает реальные
исторические события и учреждения, выступающие в его докладе в виде
бледных бесплотных теней этих правовых принципов.
Изложив свое понимание истории, Ульмапи пытается приложить его
к интерпретации ряда вопросов политической истории средних веков.
Он считает, что в средние века безраздельно господствовал телеологиче-
ский взгляд па природу и общество, который вытекал из христиански!о
вероучения с его геоцентрической концепцией. Поэтому в этот период
(более, чем в какой-либо другой) право рассматривалось как средство,
определяющее путь общества, превращающее «абстрактные задачи обще-
ства в конкретные правила и действия» (стр. 36).
Но средневековое общество имело и свои специфические представления
о том, кто должен творить право, издавать законы и, следовательно, быть
обладателем всей полноты власти. Ульманн пишет, что по этому вопросу
в средневековой Европе существовали две противоположные концепции.
Первая — «нисходящая», как он ее называет, пли «теократическая» —
заключалась в том, что власть нисходит сверху от бога или его намест-
ника—папы и затем делегируется прочим светским и духовным правите-
лям. Согласно второй теории, которую Ульманн называет «восходящей»
илп «популистской», власть исходит «снизу», от народа (что бы ни понима-
лось под народом), который передает ее королям или другим правителям.
По мнению Ульманна, указанные теории, или «правовые принципы» вла-
сти, дают ключ к пониманию всех важнейших политических отношений
средневековья. Автор пытается показать это на трех примерах: на исто-
рии средневекового папства, королевской власти и средневекового кон-
ституционализма.
Институт панства в средние века, как утверждает Ульмапи. может быть
понят по настоящему только в свете «нисходящей», пли «теократической»,
правовой и политической теории. Эта «теократическая» теория, а следова-
1 Ранке, например, считал главной руководящей идеен Римской империи завое-
вание п создание мощного централизованного государства ;ру ко во шщей идеей эпохи
Карла Великого—борьбу язычества с христианством, а эпохи XI ХШ вв.— идею
папской теократии и т. д.
282
Историография и критика
тельно, п являющийся ее отражением институт папства состоят, как гово-
рит Ульманн, из двух «юридических ингредиентов». Первый из этих
«ингредиентов» — библейское право и традиции св. Павла, опираясь на
которые, папа может судить и обязывать всех членов католической церк-
ви, а также миловать их, отпускать им грехи и вообще быть пастырем
своей паствы. Это библейское, церковное право вытекает непосредствен-
но пз божественного откровения, на котором и покоится эта сторона пап-
ской власти (стр. 37). Вторым ее «ингредиентом» является римское право
наследования, так как именно на нем зиждется средневековое представле-
ние о папе как наследнике и наместнике св. Петра на земле (стр. 38).
«Объяснив» таким образом правовые основы папской средневековой
«монархии», Ульманн упрекает историков-медиевистов в том, что, много
занимаясь фактической историей папства, они никогда не уделяли внима-
ния выяснению этих правовых принципов, на которых покоилась власть
папы (стр. 39). На тех же «юридических ингредиентах» основывалась власть
всех светских и церковных правителей средневековья, поскольку все они,
согласно «теократической» теории, рассматривались в качестве намест-
ников и доверенных лиц папы, пользовавшихся делегированной юрисдик-
цией. Ульманн считает, что хотя теократический монархический прин-
цип, лежавший в основе папской власти, исключал представление о «раз-
делении властей», он вполне допускал «разделение труда» (Arbeitstei-
lung) между папой и другими нижестоящими властями. Сущность этого
«разделения труда» заключалась в том, что папа осуществлял как бы
высшее руководство всем земным миром, направляя развитие средневе-
кового общества к его целям, практические же обязанности управления
он мог передоверять другим лицам. По мнению Ульманна, это «разделение
труда» также вытекало из библейских правовых принципов. Его про-
явлением он, в частности, считает передачу папой части своей власти
светским государям, круг функций которых, как и всех должностных лиц
папы, был строго определен (стр. 43). С точки зрения этих общих правовых
и политических принципов, папа, как наместник бога на земле, имел за-
конное право низлагать не только епископов и других служителей церкви,
но и королей и определять, являются ли они действительными «блюсти-
телями справедливости». Поэтому глубоко заблуждаются те историки,
которые, как полагает Ульманн, не понимая сущности папства, утвержда-
ют, что папы в своем законодательстве и административных актах вмеши-
вались в дела, не подлежавшие их компетенции. Эти взгляды, по мнению
Ульманна, основываются на совершенно ложном представлении о том, что
между светскими и духовными вопросами в средние века существовала
непроходимая грань. С точки зрения Ульманна, такой Гранине было. Пап-
ство, осуществляя общие идеи средневекового общества, могло вмешивать-
ся в светские Дела, поскольку все крещеные люди являлись членами хри-
стианской церкви, главой которой был папа. Ведь в средние века, как по-
лагает Ульманн, главной целью общества было спасение душ его членов и
этой цели подчинялись все светские интересы, пе имевшие в то время ни-
какой самостоятельной ценности. Призванное осуществлять эту общую
цель, папство имело все законные основания определять пе только духов-
ную, но и светскую жизнь общества (стр. 47).
Трудно представить себе более фантастическую и извращенную карти-
ну истории и роли средневекового папства, чем та, которую рисует здесь
Ульманн, опираясь на свой метод изучения истории, исходя из отвлечен-
ных правовых принципов. Вместо того чтобы попытаться объяснить «тео-
кратическую» теорию власти, на которую папство действительно опиралось
е своей политике, из реальных условий жизни и социально-политических
Историография и критика
283
отношений, сложившихся в Западной Европе VI—XV ив., и в частности
пз того положения, которое занимала и эту эпоху католическая церковь,
Ульманн рассматривает папство и всю его деятельность как отражение
отвлеченных правовых принципов, ведущих начало с незапамятных «биб-
лейских» и римских времен. При этом он даже пе утруждает себя объ-
яснением того непонятного факта, почему именно эти, а пе какие-либо
другие принципы призваны были осуществить основные «идеи» п «цели»
средневекового общества, сложившегося много столетий спустя после
зарождения «библейской» и римской правовых традиций. Такое бессо-
держательное и схоластическое, чисто юридическое понимание сущности
средневекового папства не дает возможности сколько-нибудь научно объ-
яснить конкретную историю этого института.
Общеизвестно, что политическая и идейная роль папства была очень
неодинакова в разные периоды средневековья. Теократические идеи пап-
ской власти, рассматриваемые Ульманном, играли сколько-нибудь замет-
ную роль в политике папства лишь в сравнительно короткий промежуток
времени XI—ХШ вв.. когда они оформились в более или менее строй-
ную теорию, да и в этот короткий период онп далеко не всегда соответ-
ствовали действительной роли папства. Что же касается более раннего и
более позднего периода, то эта теория, если она официально и прокламиро-
валась, не имела ничего общего с действительным положением папства.
Но Ульманна мало интересуют подобные «мелочи». Он занят совсем дру-
гим — восхвалением и реабилитацией средневекового папства, в котором
он видит выразителя основных «идей» средневекового общества, носителя
высшей справедливости. Естественно, что для этой цели удобнее опериро-
вать отвлеченной «теократической» теорией, оставляя в тени практическую
деятельность римской курии и пап, в которой так много позорных
страниц.
Охарактеризовав сущность папства, Ульманн переходит к его взаи-
моотношениям с императорами в средние века. Следуя своей методе, он
видит в их взаимоотношениях и в борьбе, которая велась между ними,
не результат действительных столкновений материальных и политиче-
ских интересов, но лишь отражение борьбы двух правовых принципов, на
которыеопираласьвластьпаи и германских императоров. Будучи, по мнению
Ульманва, созданием папства, императорская власть, с одной стороны,
опиралась на ту же правовую традицию, что и папство, и являлась как
бы его правой рукой, предназначенной для осуществления исполнитель-
ной власти на подвластной папе территории. Но, с другой стороны, по-
скольку императором обычно становился человек, имевший титул короля,
наделение его императорским титулом не только не увеличивало его ре-
альной власти, но лишь подчиняло его верховенству папы. Стремясь ос-
вободиться от этого верховенства, императоры Священной Римской импе-
рии обращались для обоснования своей императорской власти к римско-
му праву. Это и было, как считает Ульманн, главной причиной рецепции
римского права в Германии, которую он, между прочим, осуждает,
считая, что она означала введение «негерманского» права, чуждого стране
п народу (стр. 50—51). Кроме того, императоры использовали в борьбе с
папами теорию Двух равноправных наместников Христа — светского и
духовного, т. е. теорию «двух мечей».
Внутренние противоречия между теократическим принципом и рим-
ским правом, лежавшем в основе императорской власти, и порождали,
по мнению Ульманна, противоречивую позицию императоров в отношении
папства и борьбу между ними. Верный своей методологии, совершенно не
рассматривая действительных проявлений этой борьбы, Ульманн только
284
Hinioi>iio^i>iKf>u.4 п критика
на основании сопоставления правовых принципов империи и папства,
приходит к заключению, что право, на которое опиралась папская власть,
было неизмеримо выше и обоснованней смешанного и противоречивого
права, на которое опиралась власть императоров, что первое больше от-
вечало основным «идеям» средневекового общества и поэтому ему была
обеспечена победа в этой борьбе принципов (стр. 53).
Рассматривая затем проблему правовых основ средневековой королев-
ской власти, Ульманн вынужден признать, что между папством и коро-
лями не было никаких правовых связей и что английский и французский
короли, несмотря па всю юридическую обоснованность папской власти,
практически оказывались всегда сильнее папы (там же). Но это обстоятель-
ство отнюдь не побуждает Ульманна к анализу реальных социально-по-
литических условий, определявших крепкие позиции этих королей по
отношению к папе. Он направляет свои усилия на выяснение все тех же
«правовых принципов» королевской власти.
Правовая основа королевской власти в средние века, по мнению
Ульманна, также имела двойственный характер. С одной стороны, королев-
ская власть, как и власть папы, опиралась на теократическую теорию,
основой которой было библейское право или церковное право (тради-
ции апостола Павла — стр. 53—54). Однако, в отличие от последней, об-
щая теория королевской власти исключала момент посредничества папы
в передаче королю власти от бога, игравший столь важную роль, в част-
ности, в установлении власти императора (стр. 57). В то же время королев-
ская власть в средние века опиралась и на другой правовый принцип — на
принцип феодального права. Под «феодальным правом» Ульманн, как п
большинство современных зарубежных историков, понимает право, кото-
рое регулировало взаимоотношения между королем и его вассалами. Этот,
по словам Ульманна, «феодальный довесок» теократического права королей
был связан с «популистской» теорией власти и в силу этого налагал на ко-
ролей известные ограничения в пользу вассалов. Внешним проявлением
таких ограничений Ульманн считает коронационную клятву королей, в
которой он видит пережиток тех времен, когда короли избирались под-
данными. Именно этот элемент «феодального права» в юридической основе
королевской власти, по мнению Ульманна, явился в дальнейшем источ-
ником средневекового конституционализма.
Пытаясь приложить свои методологические принципы к области так
называемой конституционной истории, Ульманн начинает ее анализ с до-
вольно тривиальных рассуждений о резких различиях в конституцион-
ной истории Англии и Франции в средние века. Эти различия, с его точки
зрения, определялись не особенностями экономики н социальной струк-
туры данных стран, ио исключительно соотношением «теократической» и
«феодальной» функций в идее королевской власти. В Англии, как счи-
тает Ульманн, с момента нормандского завоевания преобладал «феодаль-
ный» принцип. Это привело к господству там местного английского права,
которое создавало юридическую основу для ограничения власти королей
их вассалами. В борьбе с «теократическими» претензиями короля Иоанна
бароны в 39-й статье Великой хартии вольностей твердо противопоставили
воле короля-теократа суд пэров, а римскому праву — «закон страны»
(lex terrae), легший затем в основу общего права Англии (стр. 61). Этот же
«закон страны» создал и характерное только для Англии понятие «община
страны» (communitas terrae), из которого затем родился английский кон-
ституционализм. Так «на каменистой и первоначально бесплодной поч-
ве феодального права выросло не только общее право» и «община коро-
левства», но также сложилось положение, при котором это не потребовало
Историография и критика
285
больших кровопролитных переворотов, и папские аргументы всегда оказы-
вали лишь очень слабое воздействие на английское весьма своеобразное
«феодальное государство», заключает Ульманн (стр. 63).
Во Франции, напротив, короли в основном опирались на «теократи-
ческий» принцип, поэтому там преобладало римское право и тенденция
к неограниченной королевской власти; контроль феодалов никогда не имел
во Франции существенного значения, в Королевском совете и парла-
ментах решающую роль играли знатоки римского права — легисты. Одна-
ко эта позиция, укрепившая власть короля внутри страны, в то же время
предопределила его слабость по отношению к притязаниям пап, поскольку
правовая основа королевской и папской власти была идентична, и нэпа
мог легко отстаивать свои посреднические позиции между богом и королем.
Это побудило французских королей, начиная с Филиппа IV, постоянно
искать аргументы против притязании пап на верховенство в теории «по-
пулистского» толка, согласно которой король изображался представите-
лем «народа». Тенденция французских королей выдавать свои действия
против папы за волеизъявление «народа» привела в XIV в. к быстрому рас-
пространению «популистских» идей как во Франции, так и во всей Европе.
Аргументация этих теорий основывалась отчасти на «королевском праве»
(jus regia) самого римского права, отчасти па учении Аристотеля, где
«народ» рассматривался в качестве верховного суверена, которому дол-
жен подчиняться король-правитель ради осуществления «общественного
блага» (publica utilitas). При этом Ульманн настойчиво подчеркивает, что
па развитие «популистских» представлении о власти и на их практическую
реализацию гораздо большее влияние оказывала правовая концепция о
«народном суверенитете», чем политическая публицистика XIV в., в част-
ности учение Марсилия Падуанского, Оккама и других (стр. 66—67).
Он также полагает, что источником так называемого соборного движения
конца XIV—XV в. в самой католической церквп было распространение
этих «популистских» правовых теорий, которые подрывали теократиче-
ские основы не только королевской, но и папской власти, поскольку в
них содержалось утверждение, что власть папы проистекает из верхов-
ного суверенитета церкви как совокупности всех верующих (стр. 67—68).
Таковы основные принципиальные положения, выдвинутые Ульманном
относительно важнейших вопросов политического развития средневековой
Европы — истории папства,королевской и императорской власти и взаимо-
отношений между папством и светскими властями. Рассматривая эти проб-
лемы, Ульманн пытается доказать своим читателям плодотворность
и необходимость изучения истории средних веков сквозь призму права.
Однако эти попытки не увенчиваются успехом, ибо Ульманй не только не
вносит ничего нового в понимание тех проблем, которые он рассматривает,
но, в сущности, невероятно запутывает их.
Представляя собой крайнее выражение последовательно идеалисти-
ческой методологии истории, концепция Ульманна является современным
вариантом той «немецкой идеологии» начала XIX в., в борьбе с которой
зарождалось и развивалось материалистическое понимание истории
К. Маркса и Ф. Энгельса2.
2 Характерно, что Ульманн, будучи профессором Кембриджского университета
и постоянно ссылаясь на авторитет Мэтланда как своего учителя, в данном докладе
пользуется исключительно терминологией немецких историков, в частности историков
права, начиная от Ранке и кончая Мцттайсом. Видимо, по своей общей методологии
он гораздо ближе к немецкой юридической школе историков с ее приверженностью
к абстрактному теоретизированию, чем к английским историкам, которые, будучи
эмпириками, па практике далеко не всегда точно следуют своим политико-юридическим
теориям.
286
lit торим рафия и критика
Ульман» не только провозглашает право основной движущей силой
истории, но и самое историю мыслит как осуществление общих идей каж-
дой эпохи, которые ставят общественному развитию определенные цели.
Едва ли можно сомневаться, что эти «общие идеи» и «цели» обществен-
ного развития, согласно представлениям Ульманна, определяются какой-то
внешней, трансцендентальной обществу силон, т. е. иначе,каким-то верхов-
ным существом — богом. Ульманн, как мы видели, в совершенно идеали-
стическом и реакционно-романтическом духе трактует, в частности,историк»
средних веков, видя главную цель развития этого периода в спасении
душ людей, а главное средство для осуществления этой цели —в деятель-
ности папства, основанной па «теократическом» правовом принципе. Вся
история средних веков рассматривается Ульманном как бледное и не всег-
да адекватное отражение этого и других правовых принципов, совершен-
но абстрагированных от реального социально-политического базиса, ко-
торый в действительности вызвал к жизни эти принципы. Если Ульманн
и употребляет понятие «феодализм», то лишь как отражение «феодального
права», которое он трактует в формально-юридическом плане, как систему
правоотношений между сеньорами и вассалами. Нет нужды доказывать,
что как общие методологические установки Ульманна, так и его концеп-
ция средневековой истории диаметрально противоположны марксист-
ско-ленинскому подходу к этим проблемам.
Мы уже видели, к каким бессодержательным абстракциям и извраще-
нию фактов пришел Ульманн, опираясь па свою идеалистическую методо-
логию в изображении истории средневекового папства. Не менее ярко
бесплодность такого подхода проявилась в его интерпретации конститу-
ционной истории Англии и Франции в средние века. В поисках объясне-
ния причины общеизвестных различий в политическом развитии этих
стран Ульманн приходит к совершенно абсурдному выводу о том, что в
Англии королевская власть и вообще сословпо-представптельпая монар-
хия носили «феодальный» характер, тогда как во Франции они базирова-
лись на «теократическом», а поэтому нефеодальном принципе. Полная
нелепость такого вывода совершенно очевидна. Во-первых, средневековая
«теократия» сама была порождением феодальных отношений, и следова-
тельно. положение Ульманна о том, что в основе французской теории коро-
левской власти лежала «теократическая» идея, не является доказатель-
ством нефеодального характера этой королевской власти. Во-вторых, если
даже понимать феодализм как систему отношений между сеньором п
вассалами (согласно господствующей в буржуазной историографии кон-
цепции), то из этого вовсе не следует, что Франция была менее феодаль-
ной страной, чем Англия, а французская монархия менее феодальной,
чем английская.Феодальную природу французской монархии XI—ХШ вв.
признавал даже такой знаток истории обеих этих стран в средние века,
как III. Птп-Дютайп, озаглавивший одну из своих главных работ
«Феодальная монархия во Франции и в Англии» А ведь Птп-Дютайп
не хуже Ульманна видел различия в политическом развитии данных
стран и проявлял при этом сходное понимание самого феодализма.
В смысле идеалистической интерпретации истории Ульманн оставил
далеко позади не только большинство историков-медиевистов позитиви-
стского толка, ио даже Л. Рапке и многих представителей критического
направления начала XX в., также склонных к политико-юридической ин-
3 111. И т и - Д ю т а й н. Феодальная монархия во Франции и в Англии. Перевод
с франц. М., Соцэкгиз, 1938.
II< то риаг рафия и критика
287
терпретации истории. Даже такие историки, как Ф. Метланд, А. Поллард,
тот же Ш. Птп-Дютайи и др., при всем их пристрастии к праву, в своих
конкретных исследованиях в ряде случаев рассматривают его как идей-
но законченное выражение каких-то реально существующих отношений.
Ульманн же, доводя до абсурда юридизм, вообще свойственный буржуаз-
ному историческому мышлению, декларирует полную абсолютизацию пра-
ва как основного фактора истории. Когда в заключительном абзаце
доклада Ульманн призывает своих коллег к ликвидации существующего
до сих пор разрыва между изучением права и истории к «интеграции исто-
рической и юридической мысли» (стр. 71), он отнюдь не имеет в виду изу-
чение права в связи с изучением истории. Под этой интеграцией Ульманн
понимает полное подчинение истории — праву, исторической мысли — мыс-
ли юридической, историков — юристам. Он стремится оторвать историю
от ее реальной материальной социально-экономической основы, превра-
тить ее в абстракцию, лишить ее методов научного эмпирического иссле-
дования. Разумеется, метод, предлагаемый Ульманном, куда проще, чем
тщательное изучение вопросов экономики и соотношения социальных сил
и поиски в них источников и предпосылок возникновения тех или иных
правовых норм. К тому же его метод позволяет строить произвольные субъ-
ективистские конструкции ио любому вопросу истории. С помощью этого
метода можно, как мы и видели, объяснять социальные и политические
столкновения средневековья воздействием библейского или римского
права, возникших за много столетий до этого, или, напротив, объявить
«нефеодальными» право и учреждения, возникшие па почве феодальных
отношений. Однако этот метод не имеет ничего общего с научным подхо-
дом к изучению исторических явлений и уводит исследователя в область
чистой фантазии. Абстрактно-юридический, насквозь схоластический ме-
тод Ульманна в корне враждебен «историзму» даже в его вульгарной,
эволюционистской буржуазной форме и должен расцениваться как одно
из ярчайших проявлений современного кризиса «историзма» в буржуаз-
ной историографии. И хотя Ульманн, как было уже отмечено, в своей
безмерной откровенности доводит до абсурда политико-юридическую
интерпретацию истории, тем не менее нельзя не прпзнать, что логическое
развитие и завершение этой буржуазной, идеалистической в своей основе
методологии истории неизбежно ведет к абстрактной схоластической схе-
ме, которую развивает Ульманп. Поэтому, признавая, что Ульманн, соз-
давая эту схему, сделал значительный шаг назад даже по сравнению с
такими историками, как Метланд пли Пти-Дютайи, нельзя не видеть в
нем их ученика, который в пылу рвения до конца обнажает реакцион-
ную сущность современной юридической школы в медиевистике.
Е. В. Гут наем
E. Sestan. La citta comunale italiana dei secoli XI XIII nelle
sue note caratteristiche rispetto al movimento comunale europeo*
Э. Сестан. Характерные черты итальянского города-коммуны
XI—XIII вв. и европейские коммунальные движения
Особенностью доклада профессора Флорентийского университета
Э. Сестана * 1 является постановка проблемы в сравнительно-историческом
плане. Уже в начале доклада Сестан полемизирует с противниками при-
менения сравнительно-исторического метода в истории, которые, ссылаясь
на разнообразие исторических форм, приходят к выводу о невозможности
определить и понять общие закономерности тех или иных исторических
явлений. Так, например, они считают невозможным сравнивать развитие
итальянских городов, каждый из которых имел свою историю и свои
особые неповторимые характерные черты (Венеция, Рим, города Сицилий-
ского королевства), и городов Франции, Англии, Нидерландов. В проти-
вовес такой точке зрения Сестан решительно утверждает—и в этом несом-
ненное достоинство доклада,— что историческая наука по самой своей
природе нуждается в установлении общих закономерностей развития об-
щества. Среди двух опасностей, подстерегающих историка — затеряться
в выяснении бесконечных конкретных явлений илп скользить по поверх-
ности типических обобщений,— вторая опасность, по его мнению, наи-
меньшая (стр. 75—76).
Э. Сестан поставил перед собой в докладе две задачи:
1. Показать характерные черты итальянского города-коммуны XI —
XIII вв. в сравнении с городами других стран Европы.
2. Дать объяснение важной особенности итальянских городов, отли-
чающей пх от городов других европейских стран. По мнению Сестана.
в то время как в других европейских городах превалировал экономиче-
ский момент, отличительной чертой итальянских городов являлось ии
политическое господство над значительной окружающей территорией и
большой объем власти самой городской коммуны (нередко превращав-
шейся в город-государство).
Названные две проблемы, отмечает Сестан, тесно связаны между собой,
и уже сам показ характерных черт коммунальной жизни итальянских го-
родов XI —XIII вв. должен пролить свет па причины особого развития
* Х1<‘ Congres International des Sciences Historiques. Rapports, III, p. 75—95.
1 Средн других трудов Э. Сестана особенно известны исследования по социально-
политической истории средневековья и историографии: «L'Italia nell’eta feudale.
Problemi storici e orienlainenli sloriografici», а сига di S. Rota, Como, 1941; «L'erudizio-
ne storica in Italia. CinguaBt’anni di vita intelletluale italiana». Napoli, 1950; «State e
nazione nell’alto Medioevo», Napoli, 1952; «Corso di storia medievale. Problemi sulle
origin! e sviluppi del feudalesimo con particolare riguardo all’Italia». Firenze, 1955.
Историография и критика
289
этих городов (стр. 76). Поставив общий вопрос о возникновении городов,
Э. Сестан указывает, что стремление к созданию ассоциаций свойст-
венно человеку во все времена, и коммунальное движение не является чем-
либо качественно новым по сравнению с другими движениями за создание
тех или иных объединений людей. Это движение отличается лишь большей
интенсивностью, что вызвано изменениями в исторической обстановке:
мощным экономическим подъемом, быстрым ростом населения в отдельных
центрах, ослаблением некоторых связей юридического, экономическою
и социального характера, присущих феодальному строю. Все эти факторы
взаимосвязаны и взаимообусловлены.
Таким образом, в объяснении вопроса о возникновении городов Э. Се-
стан не пошел дальше позитивистской теории «множественности факто-
ров» и идеалистического утверждения о «стремлении людей к ассоциации
во все времена», даже не упомянув о главной причине появления городов —
общественном разделении труда, отделении ремесла от сельского хозяй-
ства.
Обратившись к историографии вопроса о сравнительном изучении
городов средневековой Европы, Э. Сестан замечает, что итальянские исто-
рики почти не занимались исследованиями по неитальянским городам;
заслуга в постановке проблемы в сравнительно-историческом плане при-
надлежит прежде всего немецким ученым — К. Гегелю, К. Эйхгорну,
Э. Майеру, Э. Эннен, Ф. Рёригу, Г. Планпцу и др. Наряду с ними Сестан
называет и историков других стран — А. Пиренна, К. Превптё-Ортона,
Ж. Летокуа, Д. Манди, Р. Рпзенберга и др. Особо Сестан выделяет ра-
боту реакционного историка Н. Оттокара2, с некоторыми положе-
ниями которого по истории города он спешит согласиться.
Несомненный интерес в докладе Э. Сестана вызывает решение им во-
проса о происхождении итальянских городов. В историографии господ-
ствует мнение, указывает Сестан, что большинство итальянских городов
возникло еще в римскую и доримскую эпохи, а средневековые города
Италии — их простые преемники на тех же самых территориях (1а рго-
secuzione in loco) (стр. 80). Сестан полностью отвергает эту точку зрения,
объявляя ее «абсолютно ошибочной» (стр. 80). Конечно, по сравнению
с Германией и Северо-Западной Галлией Италия не может считаться стра-
ной- лишь новых городов, возникших в средние века. Однако типичным
и для Италии является город, не имевший римского предшественника и
ведущий свое начало со средних веков"(например, Феррара). В XI—ХШ вв.
в Италии возникли такие города, как Александрия, Удине, Витербо,
Мачерата, Сан-Северо и многие другие. В то же время многие города, со-
хранившиеся от римских времен, в этот период приходят в упадок (Ко-
маккьо, Аквилея и др.); особенно это относится к городам крайнего северо-
востока, северо-запада и юга Италии, наиболее часто подвергавшимся
чужеземным вторжениям. Некоторые итальянские города (Венеция,
Амальфи и др.) имели особый путь развития, и их нельзя просто отнести
к старым или новым городам.
Однако, указав на различия в происхождении отдельных городов,
Э. Сестан справедливо отмечает, что между старыми и новыми городами
в изучаемый им период не было особой разницы в отношении институтов
городского управления. В Венеции, Ферраре, Мантуе, Болонье, Падуе,
Равенне — городах, так резко разнившихся по своему происхождению,—
существовали органы власти, немногим отличавшиеся друг от друга.
Однако па вопрос о причинах этого Э. Сестан отвечает лишь мимоходом,
2 N. О t t о к а г. Studi iiiiiiimali е fiorenlini. Firenze, 1948.
19 Средние века. вып. XX
290
Историография и критика
придавая большое значение влиянию традиции римских муниципиев
и в новых городах.
Таким образом, выступив против романистической теории, Э. Сестан
убедительно показал, что, как правило, итальянские города в феодаль-
ную эпоху возникали не на месте римских городов, многие из
которых пришли в упадок. Но с нашей точки зрения, это далеко еще не
решение проблемы. Ведь наиболее важно другое: была ли основная масса
средневековых итальянских городов — центров ремесла и торговли —
непосредственным преемником таких же центров в римскую эпоху? Иными
словами, сохранили ли после гибели Римской империи те города, кото-
рые были торгово-ремесленными центрами (хотя большинство античных
городов и не являлись ими исключительно или по преимуществу), свое эко-
номическое значение? Сестан не только не отвечает на эти вопросы, но и не
ставит их, так как на протяжении всего доклада он игнорирует существо,
главное содержание в жизни средневековых городов, а именно то, что они
являлись центрами ремесла и торговли.
Д. Луццатто в книге «Экономическая история Италии» утверждает, что
в Италии никогда не исчезало ремесло, не прекращали своего существо-
вания ремесленные корпорации, сохранился слой купцов, которые вели
внешнюю торговлю с Востоком. Италия, по мнению Луццатто, оставалась
страной, «где деревне никогда не удавалось занять господствующее
положение; главным центром общественной жизни по-прежнему оставался
город»3. Если общий вывод Луццатто о преобладании городского строя
в Италии раннего средневековья представляется нам сомнительным, тем не
менее его наблюдения об особенностях экономического развития Италии
в раннее средневековье по сравнению с другими странами Западной Евро-
пы очень важны и интересны. Значительное развитие ремесла и торговли,
немалая роль в жизни города городских ремесленных коллегий (яркий
пример тому — Павия X в.) — все это свидетельствует о большом удель-
ном весе элементов товарного производства в хозяйстве раннесредневе-
ковой Италии. Заметим, что экономика Италии этого периода, в том числе
проблемы городского развития, изучены очень слабо, а в советской исто-
риографии вовсе нет работ на эту тему.
Если бы Э. Сестан исходил из анализа итальянских городов как цен-
тров ремесла и торговли, он нашел бы объяснение сходства городских-
институтов «старых» и «новых» городов: ведь и те и другие имели одну и
ту же экономическую основу! Ему не пришлось бы тогда прибегать
к помощи тезиса о «всемогущем» влиянии римских учреждений (которое,
конечно, тоже имело место!) и тем самым частично сдавать свои по-
зиции сторонникам романистической теории.
Э. Сестан в целом правильно отмечает,что города Италии в раннее сред-
невековье, так же как и города других стран Западной Европы, по своей
административно-юридической организации не были образованием, ка-
чественно отличным от других объединений окружающей территории
(вопреки мнению Мепгоцци и Эниен) (стр. 84).Однако итальянский город—
и в этом его отличие от заальпийского города — с самого начала (уже в
лангобардскую и франкскую эпоху) был местопребыванием политических,
административных п юридических органов государства. Так, в ланго-
бардскую эпоху города были центрами герцогств, в городах проживали
герцоги и королевские гастальды, распространявшие свою власть на
значительную территорию, подчас зависимую от города с римских времен.
* Д. Луццатто. Экономическая история Италии. Перевод с итальян. М.,
1954, стр. 186.
Историография и критика
291
Ни один итальянский город (за исключением пришедших в упадок плн
вообще исчезнувших) не потерял в раннее средневековье своего значения
политического, административного и юридического центра, не попал
в подчинение к castra (хотя некоторые castra в свою очередь стали поли-
тическими центрами—Сеприо, Фриньяно, Фриуль), или к феодалам, жив-
шим за пределами города в замках и различных укрепленных поселениях.
Реджо Эмилия, например, никогда не подчинялся близко расположенной
от него Каноссе — местожительству крупных герцогских фамилий. Уже
в XII в. завершился процесс распространения политической власти и эко-
номического господства города на деревню. Это произошло повсюду, за
исключением немногих мест, где сопротивление феодалов было особенно
сильным. В последующие столетия некоторые итальянские города при-
обрели власть не только над сельскохозяйственной округой, но и над более
обширной территорией, даже над другими городами. Это относится в пер-
вую очередь к Флоренции, Милану, Равенне. Что касается заальпийских
городов, то они, за немногимп исключениями (например, Нюрнберг
в Германии), имели власть лишь над собственной, обычно весьма скромной
территорией (стр. 84—85, 91).
Сестан, безусловно, прав в том, что большое количество итальянских
городов-коммун достигли такой степени автономии и такого объема власти
над окружающей территорией, которых лишь в редких случаях доби-
лись заальпийские города. Но с некоторыми положениями Сестана по
этому поводу мы не можем согласиться. На наш взгляд, было бы преуве-
личением считать,что ни один итальянский город не подчинился феодаль-
ным властителям. Независимо от того, существовала ли формальная зави-
симость города от феодального сеньора (которая, несомненно, имела
место в отдельных городах на протяжении XI—XIII вв.), надо учитывать
и тот факт, кто участвовал в управлении городом, в чьих интересах город-
ские власти принимали то или иное решение.
К тому же, правильно отметив это различие между итальянскими и
другими западноевропейскими городами, Сестан, следуя за Оттокаро.м,
неожиданно делает совершенно неправильный вывод о том, что итальян-
ский город, являясь политическим центром (а нередко и городом-госу-
дарством), в силу этого был прежде всего политико-юридической, а не
экономической организацией, в противовес заальпийским городам4. Нам
представляется, что такой вывод может быть объяснен лишь формально-
юридическим подходом к проблеме. Как же можно говорить об итальянских
городах XI—XIII вв., которые по уровню развития ремесла и торговли
превзошли многие крупнейшие западноевропейские центры (ср., напри-
мер, Милан, Венецию, Геную, Флоренцию), что у них экономика была на
втором плане? Ни в одной европейской стране не имелось в то время та-
кого количества высокоразвитых экономических центров. Именно высокий
уровень развития экономики обусловил и большую политическую самосто-
* N. О t lo к а г. Studi comunali е fiorentini, р. XI—XII. Оттокар видит в этом
своеобразии европейских городов корпи того явления, что города Западной Европы не
смогли долго сохранить самостоятельность и, утратив своп привилегии, довольно
скоро попали в подчинение королевской власти (во Франции) или местным территори-
альным властителям (в Германии). При этом, видимо, ои считает, что независимое
существование итальянского города-государства было прогрессивным явлением, а под-
чинение французских городов королевской власти и потеря ими самостоятельности —
большим несчастьем (при такой реакционной концепции не находитсн места
вопросам об экономических закономерностях в развитии Франции или Италии
и в связи с этим—вопросам об исторической роли городов, их взаимоотношениях с
королевской властью и т. п.).
292
Историография и критика
ятельность, значительный объем власти этих городов над окружающей
территорией.
Сестан справедливо выступает против господствующего в историогра-
фии мнения (которое разделяют Тореллп, Вполанте, Эннен), что основ-
ную часть населения итальянских городов составляло не бюргерство (bur-
genses — mercatores), а крупные и мелкие собственники городских и окрест-
ных земель, проживавшие в городе. Он считает, что хотя среди населения
города было немало дворянства «средней руки» (media nobilita) — вас-
салов епископов и других церковных и светских властителей, а также дер-
жателей под разными феодальными титулами, однако большинство круп-
ных п мелких феодалов проживало вне города и не было связано с городом
тесными узами.Многочисленные клятвы, которые давали крупные феодалы
в знак своего подчинения городу, Э. Сестан считает эфемерными, не
имевшими серьезного значения в действительной жизни (стр. 86—87).
Полностью соглашаясь с Сестаном в том, что основную часть населения
итальянского города составляли не феодалы, а торгово-ремесленные слои,
мы должны в то же время отметить, что Сестан все же преуменьшил роль
феодальных элементов в жизни городов Италии в XI—XIII вв. Конечно,
клятвы феодалов еще не означали того, что с этих пор онп полностью под-
чинялись городским властям, но ведь передачи земель, так же как и пере-
селения феодалов в город были на самом деле, п об этом свидетельствуют
многочисленные источники. Полученными от феодалов землями город рас-
поряжался по своему усмотрению: дарил их, раздавал в разного рода
держания5 6. Конечно, переселившихся в город феодалов, немалая часть
которых втягивалась в занятия ремеслом и торговлей, нельзя полностью
отождествлять с феодалами, жившими в контадо, но все же влияние
феодалов в городе XI—XIII вв. не следует недооценивать.
Не представляется убедительным и положение Сестана о том, что все
другие европейские города с самого своего возникновения резко противо-
поставили себя феодальному миру. Нам известны факты длительной и
упорной борьбы населения этих городов с феодалами и патрициатом,
в ходе которой преимущество попеременно оказывалось то на одной, то
на другой стороне п немало представителей феодальных фамилий завоева-
ли те или иные посты в городских органах власти. Помимо этого, Сестан
упускает пз виду важнейшее обстоятельство, а именно то, что
город, как таковой, несмотря на все свое своеобразней особую природу,
был феодальным, не являлся каким-либо чужеродным образованием в фе-
одальном мире, и поэтому было бы неверным резко противопоставлять
его этому миру.
Заканчивая доклад, Э. Сестан останавливается на особенностях формы
городского управления в итальянских и других западноевропейских
городах. Но его мнению, различия в социальном составе населения го-
родов Западной Европы (ремесленно-купеческих) и итальянских (в кото-
рых, как правило, значительный процент жителей составляли землевла-
дельцы) обусловили и различия в форме их правления. В заальпийских
городах управление было коллегиальным, в итальянских городах в конце
XII и. и начале XIII в. очень часто вся административно-судебная власть
сосредоточивалась в руках подеста (вначале пз жителей города, затем
чужеземпа).
5 Факты передачи феодалами (в том числе и очень крупными) земель городским
коммунам засвидетельствованы в законодательстве и различных актах о земельных
сделках в городах Флоренции, Орвьсто, Ареццо в ХП—XIII вв. (см. пашу статью
«Политика городов но отношению к сельским коммунам Северной и Средней Италии в
XII в.».— Сб. «Средние века», вып. XVI, М_, 1959, стр. И).
Историография и критика 293
Доклад 3. Сестана, основные положения которого мы кратко изло-
жили, выгодно отличается от ряда других докладов на XI Международ-
ном конгрессе историков прежде всего тем, что автор его рассматривает
важные социальные и политические проблемы истории феодального об-
щества — происхождение феодального города, особенности социального
состава его населения, формы городского управления, вопрос о распро-
странении власти города на деревенскую округу и др. Плодотворным
является и то, что в докладе эти проблемы ставятся в сравнительно-исто-
рическом плане, позволяющем подметить сходство и различия отдельных
сторон городской жизни в Италии и других странах Западной Европы.
Однако формально-юридический подход к рассматриваемым вопросам,
отсутствие какой-либо попытки связать анализ социально-политических
институтов с исследованием экономики, развития производительных сил
и производственных отношений общества, ориентация на концепции та-
кого реакционного историка, как Н. Оттокар, помешали Э.Сестану успешно
выполнить поставленные в докладе задачи, хотя в докладе, несомненно,
содержится ряд интересных и правильных положений.
Котельники» а
Karl Hauck. Die geschichtliche Bedeutung
der german ischen Auffassung von Konigtum und Adel*
К. Гаук. Историческсе значение германской
концепции королевской власти и знати
Как видно уже из заглавия, доклад Гаука посвящение столько истории
королевской власти и знати у древнегерманских племен, сколько истории
идеологии.Однако, как мы попытаемся это показать ниже, автор стремится
связать то и другое в одно целое путем изображения религиозных пред-
ставлении древних германцев о королевской власти и знати в качестве
исходного пункта для их оформления и господства в реальной жизни
племени. Таким образом, несмотря на некоторые оговорки докладчика,
не религиозные представления германцев выводятся им из социально-по-
литической роли знати и королевской власти как выразительницы ее ин-
тересов, а наоборот, способность королевской власти господствовать
в племени не только освящается, но и объясняется, по мнению Гаука,
именно этими религиозными представлениями.
Гаук начинает свой докладе опровержения необоснованного, с его
точки зрения, скептицизма по вопросу о наличии своеобразной древне-
германской религиозной концепции королевской власти и знати. Несмотря
на то, что область расселения древних германцев изначально находилась
в сфере воздействия средиземноморских культур, влияние этих последних
не смогло помешать выработке такой своеобразной, чисто германской
концепции (стр. 96). Она коренится в том, что все древнегерманские пле-
мена п ранние германские государства были аристократиями с монархи-
ческим образом правления* 1. Единство королевской власти и знати, за
которыми идут широкие крестьянские массы, исполненные веры в свя-
щенное происхождение королей, покоится именно на вере в наследствен-
ную избранность и благодать (Ehecharisma), свойственную королевской
власти (стр. 104—107) и исходящую из древних языческих представлений.
Принятие германскими племенами христианства, хотя и внесло в эти пред
став.тенпя значительные изменения, не разрушило пх полностью; более
того, старое обожествление королевской власти хорошо приспособилось
к новым формам христианской религии. Это объясняется, по мнению Га-
* XIе Congres International des Sciences Historiques. Rapports, III, p. 96—120.
1 Гаук сочувственно цитирует в этой связи мнение Данненбауэра о господстве
знати как общей основе своеобразного государственного строя, характерного длн
всех германских племен (Н. Dannenbauer. Grundlagen der mittelalterlichen
Welt. 1958, S. 22: «Adelsherrschaft ist der den germanischen VoTkem gemeinsame Grund-
zug») и принимает мысль Миттайса о триединстве короля, знати и народа (Н. М i t-
t е i s. Die Rechtsidee in der Geschichte, 1957, S. 636: «Konig, Adel undVok sind Teile
einer iibergreifenden idealen Ordnung; Konig und Adel stebenim nicht fiber dem Volke...
Konigsrecht, Adelsrecht, Volksrecht bilden zusammen das objektive Recht»).
Историография и критика
295
ука, тем, что на основе аристократической структуры раннесредневе-
ковых государств древнегерманская традиция влилась в политический
строй средневековых европейских монархий — вместе с наследственной
харизмой крупных господствующих родов и ее отражением в вере кре-
стьянства в племенных королей (стр. 107).
Так как древние германцы верили в то, что их короли произошли от
богов, то «до принятия христианства боги и равные им герои включены
были в генеалогию господствующих родов при помощи генеалогически
мыслящей и, следовательно, аристократической германской теологии»
(стр. 100). «Идеал наследственной харизмы самых аристократических гер-
манских генеалогий, т. е. древнпх королевских родов, имеет чрезвычайно
важное значение в качестве исходного пункта развития государства, осно-
ванного на личных связях, и его превращения в монархию как институт»
(стр. 108). Поэтому Гаук придает особое значение перенесению в генеало-
гию знатных родов и в королевские титулы имен, либо тождественных
с именами языческих богов, либо заимствованных из имен античных по-
литических властителей и героев («Ansippung»).
Таким образом, Гаук выдвигает следующие основные тезисы: 1) у древ-
них германцев было совершенно своеобразное представление о королев-
ской власти и знати; 2) это представление коренилось в идее наследствен-
ной харизмы; 3) королевская власть была тесно связана со знатью и как бы
воплощала ее сущность в усиленной и персонифицированной форме; 4)
все эти особенности древнегерманского политического строя и его рели-
гиозной идеологии сохранились и после принятия христианства.
Эти тезисы Гаук стремится обосновать при помощи целого ряда при-
меров из истории различных германских племен, начиная со времен Та-
цита и вплоть до конца раннего средневековья (т. е. из истории свевов и
семнонов, готов, бургундов, саксов и англосаксов, франков, лангобардов
и в особенности скандинавов — главным образом шведов). При этом Гаук
использует источники самого различного характера: свидетельства ан-
тичных писателей (Цезаря, Тацита, Аммиана Марцеллина, Иордана,
Орозия и др.) и средневековых хронистов (Григория Турского, Павла
Диакона, Беды, Адама Бременского и др.), данные скандинавских саг,
а также и некоторые археологические памятники. Хотя Гаук и собрал
большой фактический материал (который, впрочем, в значительной своей
части был известен и раньше), тем не менее и его общая концепция, и его
метод истолкования подобранных им примеров вызывают принципиальные
возражения как конкретно-исторического, так и теоретического характера.
Начнем с первых.
Стремясь доказать распространенность веры в божественный характер
королевской власти у всех древних германцев, Гаук сближает из-
вестное сказание о происхождении трех главных групп древнегерман-
ских племен — ингевонов, истевонов и герминонов — от трех сыновей
бога Манна, сына порожденного землей бога Туиско (или Туисто)2, с изве-
стием Аммиана Марцеллина о наименовании бургундских королей IV в.
«Hendinos» и с данными скандинавских саг об «инглингах», потомках
бога Ингви (тождественного с богом Фрейем) (стр. 98—99, 103,110—112,
114). Но толкования, предлагаемые Гауком для понимания каждого из
этих фактов, либо возбуждают серьезные сомнения, либо недостаточны.
Так, Гаук полагает, что данные шведской саги об инглингах3 доказывают
2 См. Тацит. Германия, гл. II.
3 Snorri Sturluson Ynglingasaga, utg. E. Wessen, 1952, s. 13, 20 (цит.
по докладу Гаука, стр. 98, прим. 7).
296
Историография и критика
не только тождество бога Ингви—Фрейя с родоначальником Тацнтовскнх
ингевонов, но и возникновение названий двух остальных групп племен
из приурочения их к соответствующим божествам. Между тем в гер-
манистике XX в. этот взгляд на происхождение названий герминонов и
истевонов отнюдь не является господствующим4 *.
Путем филологического толкования смысла общего родового наимено-
вания бургундских королей Hendinos как «родоначальника племени»
(Stammvater), «первого в роде» (Erstgeborener des Geschlechts) Гаук стре-
мится сблизить это название с именами Ингви, Манна и Туиско и при-
ходит к выводу, что, говоря словами Миттайса, само «присвоение» имени
(Namengebung) рассматривается как отождествление с реальным физиче-
ским присутствием божества (стр. 111)Б. Общее для всех бургундских ко-
ролей имя Hendinos упоминается, как известно, в рассказе Аммиана Мар-
целлина о смещении того короля, при котором племя бургундов постигли
военные неудачи или неурожаи6. Этот рассказ Гаук привлекает в каче-
стве типичного примера религиозных представлений древних германцев
о том, что королю обязательно должно сопутствовать счастье (Konigsgliick)7.
Хотя он и признает отсутствие у древних германцев чисто логического или
магически абсолютизированного понятия так называемого королевского
счастья (стр. ЮЗ)8, тем не менее он настаивает на наличии наследственной
ООО
4 Так, например, немецкий филолог Райс в своих комментариях к «Германии»
Тацита указывает, что названия герминонов и истевонов произошли не от им&н пле-
менных богов, а что эти последние лишь позднее были превращены в сознании герман-
цев в родоначальников уже давно известных племенных групп (Tacitus. Germa-
nia, hrsg. von W. Reeh. Leipzig und Berlin, Teubner, 1930, germanistische Erlauterungen
von H. Reis, S. 143). Что касается ивгевонов, то Райс не только усматривает связь
между именем Инго, как их родоначальника, с названием бога Ингви — Фрей, но и
указывает при этом на то, что и в англосаксонских сказаниях фигурирует некий героя
(не божество) Инг; однако Райс отнюдь не делает отсюда таких далеко идущих выводов,
как Гаук. Один из новейших исследователей религии древних германцев, Ветке, ио-
видимому, тоже не склонен к этому, ибо он считает (говоря о Hendinos у бургундов),
что подобные генеалогические древа племенных богов (Gotterstammbaune) могли воз-
никать и позднее, т. е. после возникновения названий племенных объединений (W. В а е-
t k е. Die Gotterlehre der Snorraedda.— «Berichte der sachsischen Akademie der Wis-
sensebaften», phil.-hist. Klasse, 97, 3 (1952), S. 24. Цит. по докладу Гаука, стр. 112,
прим. 69). Того же мнения держался и Р. Мух, на более поздние работы которого ссы-
лается Гаук (прим. 15—16). Мух полагал, что имена богов — эпонимы племенных
групп — возникли из названий племен. Принимая, как и все прочие исследователи
вопроса, тождество первой части наименования «ингевонов» с именем бога Ing, Мух
полагает, однако, что название «герминоны» (Herminones) могло произойти из сокра-
щенного Ermenaiwan, т. е. что и в этом слове имеется вторая составная часть, сходная
с aevones. Слово егшепа он склонен толковать как обозначение всех людей, не входя-
щих в состав ингевонов и истевонов, откуда следует, что все сказание о боге Манпе и
трех его сыновьях является не просто этногониен, по и антропогенней (R. Much.
Germanen. В кн.: J. Hoops. Reallexikon der gernianiscben Altertumskunde, Bd. II.
S. 180—182).
4 II. M i t t e i s. Die Rechtsidce in der Gcschichte, S. 518 (цит. у Гаука, прим.
67).
’ A mm i a n u s Marcellinus. Res gestae, XXVIII, 5, § 14.
7 Вторая часть доклада Гаука, посвященная этому вопросу и следующая за об-
щим обзором германских представлений о королевской власти, так и называется: «Со-
действие успехам короленскоп власти посредством ритуала» («Fiirdernng des Kouigs-
gliicks dutch Riten»).
8 Эту оговорку Гаук делает в примечании 26 в виде известной уступки возраже-
ниям со стороны Ветке. Следует отметить, что и Липтцель, на которого Гаук ссылается
в том же примечании как па противника критической позиции Ветке, тоже высказы-
вает (несмотря на ряд оговорок) сомнение в том, что представление о так называемом
королевском счастье (нли успехе) играло столь выдающуюся роль в исторической дей-
ствительности (речь здесь идет, правда, о коронации Генриха I в 918—919 гг.— См.
М. L i n t z е 1. Miszellen zur Geschichte des zehnten Jahrhunderts. Berlin, 1953,
S. 42—45).
Историография и критика
297
харизмы в качестве божественной благодати, которая может быть тщатель-
но сохранена, возрождена и усилена путем жертвоприношении, метания
жребия, словесной магии и проч.®
В этой связи Гаук ставит вопрос о роли жречества у древних герман-
цев — тем более что приведенное выше свидетельство Лммиана Марцел-
лина заканчивается указанием на несменяемого верховного жреца бур-
гундов — Sinistus (старший), который, в отличие от королей, ни за что
не несет никакой ответственности. По мнению Гаука, вопрос этот решался
до спх пор неправильно, на основании противопоставления Цезарем
образа жизни галлов быту древних германцев в известном германском
экскурсе («Записки о Галльской войне», кн. VI, гл. 21 и сл.). Ибо отсут-
ствие друидов у германцев еще нельзя считать—вопреки данным Цезаря—
достаточным доказательством отсутствия или слабой роли жречества
у древнегерманских племен. Наличие жрецов у древних германцев, ко-
нечно, бесспорный и общеизвестный факт. Однако дело в том, какова была
действительная роль жрецов у древних германцев. По нашему мнению,
Гаук явно преувеличивает ее, придавая древнегерманским религиозным
обрядам значение государственного культа.Так, анализируя свидетельства
Тацита о богослужении семнонов («Германия», гл. 39) в священной роще
с человеческими жертвоприношениями, Гаук усматривает в описанных
Тацитом обрядах... проявление культа автохтонностп племени свевов и
«периодического возвращения акта сотворения мира при помощи тела пер-
воначального творца мира (Urwesen) — бога Тупсто, которого репрезен-
тирует тело приносимого в жертву». По мнению Гаука, еще Эдда знала
об этом культе семнонов (стр. 102)*°. Значительная роль жрецов у гер-
манцев подтверждается, по Гауку, целым рядом данных Тацита (упомина-
ние proceres и sacerdotes в гл. 10 «Германии»; культ богини Нерты, т. е.
Матери-Земли, у семи древнегерманских племен — сшласно гл. 40 «Гер-
мании»; указание на жреца как руководителя культа в священной роще
наханарвалов в гл. 43 «Германии»), а также и другими свидетельствами,
начиная cmaximus omnium sacerdos бургундов IV в. и вплоть до шведских
жрецов и королей в одном лице — Priesterkonige (стр. 98, 100).
Число подобных примеров из Тацита можно было бы даже и умножить
(см. об этом ниже). Однако вся совокупность данных Тацита не позволяет
говорить не только о господстве жречества в политической жизни древне-
германского племени, но и о наличии особого сословия жрецов; вряд ли
во времена Тацита для культа каждого божества были отдельные жрецы
(за исключением культа богини Нерты). Для доказательства наличия
* Гаук приводит еще ряд примеров такого сакрального укрепления королевской
власти и усиления ее шансов на успех (так называемое Konigsgliick): присвоение знат-
нейшим готам из рода Амалов имени полубога Ansis; наименование англо-саксонскнх
королей божественным названием Voden; заимствование лангобардскими королями
римского имени «Флавий» в качестве символа сопутствующего им счастья и успеха и др.
(стр. 110—112). Все это, по Гауку, не просто символы, а сакральные наименования,
повышающие авторитет королей (sakrale Wiirdenamen). Мы могли бы еще првбавпть
к этому перечню тот факт, что и вестготские короли именовали себя «Флавиями»,
по мы отнюдь нс видим во всем этом оснований для тех выводов, которые делает отсюда
Гаук. Между тем Гаук даже крещение Хлодвига рассматривает как «компромисс»:
имена божественных родоначальников были, по его мнению, включены н Меровппг-
скую генеалогию, «утратив свой культовый характер», а успехи короля были постав-
лены в зависимость от «соблюдения им обрядов христианской церквп» (стр. ИЗ).
10 Гаук ссылается на Гаммсриха («Germanisch-Romanische Monatsschrift», Bd. 33,
1952, S. 231). Филиппсон, однако, пе согласен с мнением Гаука и Гаммериха о генеа-
логии трех основных племенных групп древних германцев как основе культа, имев-
шего место у семнонов (см. Е. A. Philippson. Die Genealogie der Gotter in-
germanischer Religion, Mythologie und Theologie.— «Illinois Studies in Language and
Literature», vol. 37, 3, 1953; цит. по Гауку, прим. 21).
298
Историография и критика
жрецов различных языческих богов у древних германцев времен Тацита
недостаточно сослаться на аналогию со шведами (согласно свидетельству
Адама Бременского)11. Ибо германский политеизм на протяжении столетий
претерпевал значительные изменения. С другой стороны, для всей кон-
цепции Гаука и для его метода характерна следующая особенность:
придавая преувеличенное значение оформлению и укреплению силы ко-
ролевской власти посредством религиозного культа под руководством
жрецов, он в то же время не упоминает о тех функциях древнегерман-
ских жрецов, которые связаны были с реальной полита ческой жизнью
племени. Так, согласно известной гл. 7 «Германии» Тацита, подробно
описывающей полномочия королей и военных вождей, а также и строй
древнегерманского войска, только жрецы имели право во время сражения
казнить, заключать в оковы и подвергать телесному наказанию11 12, но не по
приказу вождя, 'а как бы по повелению бога (velut deo imperante), кото-
рый, по их верованию, присутствует среди сражающихся. Тем не менее
из содержания той же главы видно, что не жречество создавало автори-
тет королевской власти, ибо 'в самом начале ее сказано: «короли избира-
ются по знатности, а военные вожди — по доблести»13 14; что же касается
предоставления жрецам права смертной казни и телесного наказания,
то оно осуществляется ими лишь в исключительпых обстоятельствах.
Как явствует из гл. 11 «Германии», важнейшие политические вопросы
жизни племени предварительно обсуждаются на собраниях principes,
а затем вносятся на рассмотрение народного собрания, которое прини-
мает или отвергает их. Описывая самую процедуру рассмотрения этих
дел в народном собрании, Тацит отмечает, что тишину и порядок водво-
ряет в нем жрец, который имеет право наказывать ее нарушителей м; одна-
ко с предложениями и речами выступает король или princeps 15 16. Таким
образом, двукратное упоминание Тацитом важнейших политических
функций жрецов (право смертной казни и наказания нарушителей по-
рядка) показывает, что нм присваивались таковые лишь в строго опре-
деленных и ограниченных, притом исключительных, случаях (сражение,
беспорядок в народном собрании). Отсюда следует, что не жречество
руководило (через посредство королевской власти и знати) политической
жизнью древнегерманского племени времен Тацита, а наоборот, знать
(по-видимому, родовая) занимала — во главе с выборными королями и
военными вождями — выдающееся положение в жизни племени, кото-
рое, однако, сохраняло основной орган своего -самоуправления — на-
родное собрание. Но об ограниченной политической роли жречества во
времена Тацита Гаук вообще не говорит ничего, ибо это противоречит
его концепции королевской власти, освящаемой наследственной хариз-
мой. В этой связи уместно напомнить, что у многих германских племен
эпохи Тацита королевской власти и вовсе не было и они управлялись
несколькими политическими властителями — principes, а иногда и во-
енными вождями — конечно, при значительной роли народного собрания.
Последнее замечание подводпт нас к возражениям теоретического по-
рядка. Конечно, Гаук отдает себе отчет в том, что его доклад посвящен,
11 Ср. об атом также: Tacitus. Germania, S. 150.
11 Tacit us. Germania, cap. 7; «...neque vincire ne verberare quidem nisi sacer-
dotibus permissum, non quasi in poenam nec ducis iussu, sed velut deo imperante, quern
adesse bellantibus credunt».
13 Ibidem: «...reges ex nobilitate, duces ex virtute sumunt».
14 Tacitus. Germania, cap. 11: «...silentium per sacerdotes, quibus turn et
coercendi ius est, imperatur».
16 Ibidem: «...mox rex vel principes... audiuntur*.
Историография и критика
299
в сущности, истории древне-германских религиозных представлений. Од-
нако его тезис о харизме как источнике усиления королевской власти
приводит к своеобразному смешению того смысла, который германцы
субъективно приписывали обожествлению королей, с объективным исто-
рическим значением их представления о королевской власти. Отсюда
вытекают все его рассуждения о так называемом «королевском счастье»
и т. п. С этим смешением связано и убеждение Гаука в том, что религия
была и осталась «социальным фактором первого ранга» как в истории ран-
ней германской государственности, так и во времена христианских го-
сударств (стр. 108). Недаром Гаук принимает формулу Отто Бруннера
«о мифе как действительности, как силе, определяющей бытие архаиче-
ских племен» 16. Гаук прямо заявляет, что недостаточное понимание осно-
вополагающей роли религии во всей картине мира, свойственной древ-
ним германцам, объясняется даже у таких крупных ученых XIX—XX вв.,
как Гойслер, «собственным религиозным скептицизмом этих-ученых, их
скрытой антицерковной позицией и характерной для них романтикой
свободомыслия» (стр. 100). По-видимому, отмеченное нами смешение объек-
тивной исторической роли религиозных представлений германцев с их
субъективным пониманием этих представлений объясняется отсутствием
у самого Гаука этих — отрицательных, с его точки зрения,— особенно-
стей и наличием противоположных им черт его собственного историче-
ского мировоззрения. «Снорри не был свободомыслящим, он жил около
1200 г., а не около 1900 г.»,— сочувственно цитирует Гаук характерное
восклицание Куна 17. Позволительно задать вопрос: какая «романтика»
лежит в основе подобных восклицаний? Ответ на этот вопрос уже дан
заранее самим Гауком и цитированными им авторами (Шраммом и О.
Бруннером): это — романтика мифотворчества.
Для концепции Гаука характерно также и стремление элиминиро-
вать идею развития: выше было показано недостаточное внимание Гаука
к изменениям языческих религиозных представлений германцев от вре-
мен Цезаря и Тацита до раннего средневековья и скандинавских саг.
С этим связано и его толкование роли этих представлений после приня-
тия христианства: вместо того чтобы установить пережитки язычества,
которые, конечно, сохранились ц в эпоху христианства, Гаук продол-
жает говорить о большой роли прежних представлений в христианских
государствах средних веков. Этим объясняется его толкование смысла
коронации Хлодвига и даже Пппина Короткого (стр. 100—101; ИЗ).
Общеизвестно, что коронация многих королей и императоров на протя-
жении всего средневековья оформлялась католической церковью; но это
было именно оформлением, т. е. церковной санкцией их политического
союза, а не религиозным источником силы королевской (или император-
ской) власти, да еще таким, который был перенесен из древнегерманско-
го культа в католический. Но ведь и сама королевская власть подверглась
•• О. Brunner. Das Konigtuin, hrsg. von Th. Mayer, 1956, S. 287 — цит.
по Гауку, прим. 51.
17 Показательно, что Данненбауэр, на которого неоднократно ссылается Гаук,
делал подобные же сопоставления по вопросам политической истории средневековья:
твердо установленный наукой XIX—XX вв. факт наличия всеобщего ополчения сво-
бодных франков при Каролингах он называл «идеями 1813 г.» (т. е. идеями времен осво-
бодительных войн.— А. Н.), перенесенными на прошлое (Н. D an nenba пег.
Die Freicn im karolingiscben Heer.— «Festschrift fiir Th. Mayer», Bd. 1, 1954, S. 49—64).
О действительном значении народного военного ополчения свободных франков при
Каролингах см.: В. А. Немировский. Политическая борьба в Каролингской
империи накануне ее распада —«Ученые записки Коломенского пединститута», т. III,
1958, стр. 41 и сл.
300
Историография и критика
резкому изменению даже за период с I в. до VI—VII вв. (не говоря
уже о дальнейшем). Вместо избираемых властителей разрозненных мел-
ких древнегерманских племен времен Тацита (а затем — вождей племен-
ных союзов) в эпоху после переселения народов возникает королевская
власть раннефеодальных варварских государств. Сказанное относится в
к знати: конечно, Тацитовские короли были выходцами из рядов знати,
но какой именно? Это была родовая знать, выделившаяся из среды про-
стых свободных — равноправных соплеменников; они составляли боль-
шинство древнегерманского племени и осуществляли прямое народоправ-
ство через народное собрание, над которым возвышались родовая знать,
военные вождп и королевская власть. Эта знать не состояла из крупных
землевладельцев, ибо Тацит рисует бесклассовое общество лишь с начи-
нающимся расслоением на различные социальные слои. Наличие сво-
бодных общинников — п воинов и земледельцев одновременно — засви-
детельствовано еще в варварских правдах, в которых они выступают
в качестве носителей правовых норм 18. Лишь после основания варвар-
ских государств возникает раннефеодальная знать, которая является
источником образования класса крупных землевладельцев — вотчин-
ников 1в. Гаук смешивает дофеодальную родовую знать с раннефеодаль-
ной аристократией и говорит об «аристократической структуре господ-
ства» применительно к разным периодам развития (от времен Тацита до
Каролингов). Между тем с I по VII в. в истории древнегерманских пле-
мен имели место два крупных поворотных этапа: образование варвар-
ских государств в V—VI вв. и аграрный переворот VIII в., приведший
к торжеству крупного землевладения. Социально-политический строй
древних германцев, по Тациту,— это своеобразная военная демократия,
а не аристократическая монархия. Общее и неопределенное понятие «зна-
ти вообще» так же мало способно уяснить ход социального развития гер-
манских племен раннего средневековья, как статическая трактовка ко-
ролевской власти и религиозных представлений о ней не может пролить
свет на историю политического строя и религии древних германцев.
А. И. Неусыхин
18 Школа Т. Майера (в частности, Данненбауэр и др.) держится и на этот счет
своеобразных взглядов, которые не согласуются с данными источников; эти историки
считают равноправных соплеменников «королевскими свободными». Критику этой
теории см.: А. И. Данилов и А. И. Неусыхин. О новой теории социальной
структуры раннего средневековья в буржуазной медиевистике ФРГ.— Сб. «Средние
века», вып. XVIII. В противоположность этой концепции мы полагаем, что позитив-
ная свобода равноправных соплеменников, которая заключается в совокупности прав
обязанностей, коренится не в королевских пожалованиях, а в исконной собственности-
общинников-аллодистов на их земельные наделы. См. об этом: А. И. Неусыхин.
Возникновепве зависимого крестьянства как класса раннефеодального общества в За-
падной Европе VI—VIII вв. М., 1956. Печатается немецкий перевод в издательстве
Берлинской Академии наук (Akademie Verlag).
18 Бергенгрюн в недавно вышедшей книге, которую Гаук один раз упоминает
в примеч. 1 (А. В ergengruen. Adel, ши! Grundherrschaft im Merowingerreich,
1958), убедительно показывает, что землевладельческая знать отсутствовала у франков
до VI в. Однако Гаук совершенно не использовал результаты его исследовании
W. C z a p 1 i n s к i. Le probleme baltique
aux XVI et XVIIе siecles *
Вл. Чаплинский. Балтийский вопрос в XVI—XVII вв.
Польская историография внесла значительный вклад в изучение так
называемого балтийского вопроса XVI—XVII вв. Имена Конопчинско-
го. Пиварского, Маловиста, Лепшн, Чаплинского знакомы всем специа-
листам, так же как издания польского Балтийского института Истори-
ки народной Польши постепенно освободились от идеалистических и
националистических пороков буржуазной науки и сумели по-новому по-
дойти к вопросам взаимоотношений Речи Посполитой со своими соседя-
ми по Балтике. Примером этого может служить доклад профессора Вроц-
лавского университета В. Чаплинского. В центре доклада находился
вопрос о роли Польши в балтийском вопросе, в международных полити-
ческих отношениях на Балтике. Экономического аспекта докладчик ка-
сался лишь попутно.
Начав с характеристики политических столкновении первой полови-
ны XVI в., Чаплинский справедливо расценил пх как отражение завер-
шавшегося процесса ликвидации средневековых государственных обра-
зований на Балтике и консолидации национальных государств. Исторп
чески прогрессивной была борьба Польши и Русского государства за
широкий выход к морю: Чаплинскпй подчеркивает сходство целей рус-
ской и польско-литовской внешней политики в середине XVI в. С этой
точки зрения он и рассматривает Ливонскую войну. В отличие от Рус-
ского государства и Речи Посполитой Скандинавские королевства в этой
войне преследовали чисто захватнические интересы, стремились подчи-
нить своему контролю торговлю России с Западом.
Чаплинский обращает внимание на то. что польская королевская по-
литика в балтийском вопросе в XVI в. диктовалась главным образом ли-
товскими интересами и в силу этого приобрела аптпмоскопскую направ-
ленность. Литовские магнаты толкали Речь Посполитую к борьбе за
устье Западной Двины, за восточную Прибалтику, на которую притя-
зала п Россия в эпоху Ивана IV. Собственно Польша такой выход к
морю уже имела (в устье Вислы). Борьба за dominium maris Baltici со-
здала напряженные отношения также между Данией и Швецией. Однако
Чаплинскпй показывает, что имелись возможности для мирного разре-
шения балтийских противоречий между Полыней н Россией, между Да-
нией и Швецией. Их осуществление позволило бы избежать ожесточенной
* XIе Congres International des Sciences llistoriques, Itapporls. Stockholm, 21
28 aout. ИМЯ». IV, llisloire nioderne, p. 48—83.
1 См. многочисленные доклады польских участником конференции балтийских исто-
риков в Риге: «Pinna Baltijas vestiirnickn konference Higa. 16—20. VIII 1937». Higa,
1938. 6
302
Историография и критика
вражды н длительных кровопролитных военных столкновений межд\
этими государствами на рубеже XVI— XVII вв. Польский историк
отмечает также, что как в обоих славянских государствах, так и в Шве-
ции активная балтийская политика встречала в XVIb. упорное сопро-
тивление со стороны консервативно настроенных группировок господ-
ствующего класса.
Далее Чаплинский намечает отдельные этапы борьбы между балтий-
скими государствами во второй половине XVI в. Он особо останавлп
вается на проблеме шведско-польской унии, отмечая связь между нею,
балтийским вопросом и отношениями обоих государств с Россией. До
кладчик считает, что шведско-польская уния отнюдь не была с самого
начала обречена на неудачу, и пытается выяснить ее гипотетические воз
можности. В этом пункте с Чаплинским трудно согласиться. Ведь по-
борник унии король Сигизмунд был типичным «твердолобым» представи-
телем воинствующей контрреформации! И не случайно провал унии
породил польско-шведский антагонизм, ставший одной из новых черт меж-
дународной политики на Балтике в XVII в.
Чаплинский обратил внимание на изменившееся содержание балтий
ского вопроса в XVII столетии, в частности, на стремление Швеции пре-
вратить Балтику в свое «внутреннее озеро». К территориальным, эконо-
мическим и политическим спорам теперь добавился идеологический
религиозный фактор. Усиливается вмешательство западных держав во
взаимоотношения стран Северной и Восточной Европы, отчетливо про
явившееся при заключении договоров в Столбове (1617), Альтмарке (1629)
и Бервальде (1631). Чаплинский отмечает неудачи польской внешней по-
литики в XVII в. Экспансионистские устремления литовско-польских
магнатов изменили ее главное направление, надолго поссорили Речь По-
сполитую с Россией, сблизили Россию со Швецией и в конечном счете
привели к потере Польшей ее прусского побережья. Большой заслугой
польского историка является то, что ему удалось полностью преодолеть
националистически-тенденциозную интерпретацию шведско-польских войн
при Густаве-Адольфе.
Особого интереса, по мнению Чаплинского, заслуживают проекты и
возможности русско-польского союза после Поляновского мира 1634 г.,
и особенно в период Северной войны 1655—1660 гг. Чаплинский убеди-
тельно показывает, что, несмотря на территориальные приобретения Шве-
ции, ее агрессивная внешняя политика изобиловала серьезными просче-
тами. К их числу Чаплинский относит неспособность шведского прави-
тельства наладить сотрудничество с Польшей даже после Оливского мира
1660 г. В самом деле, Северная лига, похоронившая шведское велико-
державно в начале XVIII в., сложилась без какого-либо серьезного дип-
ломатического противодействия со стороны шведскпх правителей, по-
глощенных внешнеполитическими комбинациями на Западе.
Обобщающий доклад историка из народной Польши, как и известный
доклад на смежную тему советского специалиста по балтийскому вопро-
су профессора Б. Ф. Поршнева 2, способствует подрыву буржуазно-апо-
логетической трактовки шведского велпкодержавия. Историки СССР бес-
спорно найдут в докладе немало свежих идей относительно русско-
польских отношений, рассматриваемых на этот раз с точки зрения бал-
тийских интересов обеих стран.
А. С. Кап
2 См. Б. Ф. П оршнев. Политические отношения Западной и Восточной
Европы в эпоху Тридцатилетней войны.— «Вопросы истории», 1960, № 10.
J. Vicens Vives. Estructura administrative estatal
en los siglos XVI у XVII
X. Ви сене В ив ее. Структура государственной администрации
в XVI—XVII вв.
Испанский историк Хайме Висенс Вивес относится к тому направле-
нию современной испанской историографии, которое называют «каталон
ской школой». Ему принадлежит ряд работ по истории XIV—XV вв..
среди которых особенно известны исследования по истории Арагона и
Каталонии *.
Доклад X. Висенса Вивеса на XI Международном конгрессе исто
риков «Структура государственной администрации в XVI—XVII вв.»г
представляет собой как бы продолжение дискуссии об абсолютизме,
начавшейся на X Международном конгрессе историков в Риме
в связи с докладом Р. Мунье и Ф. Хартунга «Некоторые проблемы абсо-
лютной монархии»1 * 3. Основные положения этого доклада былп охаракте-
ризованы в специальной статье А. С. Самойло «Проблема абсолютной мо-
нархии в современной марксистской и буржуазной историографии»4.
Однако для того, чтобы составить представление о постановке проблемы
абсолютизма в современной испанской историографии, необходимо в
отдельных случаях сопоставить оба доклада. В своем докладе
Висенс Вивес поставил перед собой задачу «исследовать развитие поли-
тической и административной структуры испанской абсолютной монархии»
(стр. 1).
Прежде всего автор останавливается на общих проблемах абсолют-
ной монархии п на вопросах методологии. Он считает, что изучение аб-
солютизма не может быть сведено к исследованию политических доктрин,
юридических принципов или административных институтов •(стр. 1—2).
Критикуя историков, которые подходили к проблеме абсолютной мо
нархии с позиций идеализма, Висенс Вивес признает, что у историков.,
стоящих на позициях исторического материализма, есть большие заслу-
ги в изучении социально-экономического развития общества в XVI
XVII вв. Однако автор считает, что исторический материализм пе может
дать полной картины действительности, так как он «изображает власть
1J. Vicens Vives. El gran sindicato remensa (1488—1508) (La ullinia etapa
del problema agrario Catalan). Madrid, 1952; его же. Fernando cl Catolico (1458 -
1478). Madrid, 1952.
* XI« Congres International des Sciences Historiques. Rapports, IV, p. 1 — 24.
* Relazioni del X Congresso Internationale di Scienze Storiche, vol. IV, Homa.
1955.
4 См. сборник «Средние века», вып. XVI, М., 1959.
304
Историография и критика
как явление, зависимое от экономического и социального развития» и
так как он будто бы создает не картину исторической действительности, а
отражение в ней определенной философской системы (стр. 2). Обращает
на себя внимание тот факт, что в основных вопросах Висенс Вивес почти
буквально повторяет положения Мунье, выдвинутые тем на X конгрессе
историков в докладе и в ответе на выступление С. Д. Сказкина 5 6.
Выразив несогласие как с идеализмом, так и с историческим мате-
риализмом, Висенс Вивес предлагает свой метод изучения проблемы аб-
солютной монархии.
Следует отметить, что автор различает в понятии абсолютизма две сторо-
ны: абсолютизм как верховная неограниченная власть, и абсолютизм как
управление, практическое руководство государством (стр. 5). По мне-
нию Висенса Вивеса, идея неограниченной власти государя существова-
ла неизменной на протяжении всего средневековья и в зависимости от
конкретпых условий получала большее или меньшее распространение.
Напротив, система управления, которая присуща абсолютной монархии,
возникает только в определенных условиях, она развивается, проходит
ряд этапов и превращается в конце концов в современную государствен-
ную систему. Следуя за Р. Мунье, который проводит периодизацию раз-
вития абсолютной монархии по принципу изменения в органах управле-
ния, Висенс Вивес рассматривает развитие абсолютизма в XVI—XVII вв.
как развитие системы управления государством.
Идея неограниченной власти, согласно Висенсу Вивесу, существо-
вала всегда, но особенно широкое распространение она получила в эпо-
ху Возрождения, что отразилось в политических учениях того времени.
Висенс Вивес считает, что идея неограниченной власти распространилась
«под влиянием гуманизма», а также под влиянием «религиозного и обще-
ственного кризиса XVI в., в результате чего общество оказалось в таком
положении, что соединило в личности монарха свое представление о вер-
ховном посреднике и правителе; это и привело к обожествлению власти
государя» (стр. 3). XVI—XVII века были переломной эпохой, когда
абсолютизм перестал быть только доктриной и воплотился в политиче-
ском строе Западной Европы (стр. 1—2). Что же способствовало вопло-
щению доктрины абсолютизма в жизнь?
Возникновение новой системы управления, присущей абсолютизму,
по мнению Вивеса, является «последствием международных конфликтов,
которые противопоставили друг другу различные монархии начиная с
XII в.» (стр. 5).
Выдвинув, подобно Мунье fi, на первый план внешнеполитический мо-
мент. автор тут же делает оговорку, что он не считает его единствен-
ным, так как «в недрах феодальной монархии действовали и другие фак-
торы, кроме военных и дипломатических, которые пробили брешь в ее
административной структуре и подготовили прогрессивную революцию»,
под которой Висенс Вивес понимает изменение системы управления
I государством. В числе этих фа кторов автор называет рост населения (exten-
cion demografica), рост городов, развитие сельского хозяйства и ремесла.
Все это расширяло рамки деятельности аппарата феодальной монархии.
Однако именно международные конфликты обусловили ту «атмосфе-
ру напряженности», которая создала условия для превращения феодаль-
ной монархии в абсолютную (стр. (>). Утверждение абсолютной монар-
хии, по мнению Висенса Вивеса, явилось результатом как разгрома
5 Atti del Congresso Internationale di Scienze Storiclie Homa, 1955, p. 438—'i39.
6 Ilelazioni, t. IV, p. 39 4o.
Историография и критика
305
внешнего врага, так и гражданской войны, «в которой абсолютная монар-
хия возглавила одну из враждующих группировок» (стр. 7). Критикуя
сторонников исторического материализма за их «одностороннее утверж-
дение», что абсолютная монархия возникает как результат классовой
борьбы, он вынужден признать, что в самих внешнеполитических конфлик-
тах важную роль сыграли «противоречия и разногласия внутреннего
порядка, которые свойственны каждой возникающей политической фор-
мации» (стр. 6). «С середины XIV и до конца XVII в. такие государства,
как Франция, Бургундия, Англия, Кастилия, Португалия, Арагон, Ита-
лия, раздирались столь мощными военно-политическими смутами, что
гражданская война в каждом из них значила больше, чем внешнеполи-
тический конфликт» (стр. 6—7).
Автор соглашается признать значение классовой борьбы в недрах фео-
дального государства в период становления абсолютной монархии. Одна-
ко он имеет в виду только разногласия между отдельными группировками
феодального класса, а также борьбу между буржуазией и аристокра-
тией (стр. 7).
Интересно отметить, что Висенс Вивес, так много занимавшийся исто-
рией крестьянского вопроса и крестьянских движений в Арагоне и Ката-
лонии в XIV—XV вв., совершенно обходит вопрос о борьбе народных
масс против феодалов в период становления абсолютизма и о ее влиянии
на ход исторического развития испанской феодальной монархии.
Основная часть доклада посвящена изложению взглядов Внсенса Ви-
неса на административную структуру испанской монархии.
Автор строит свое исследование на сопоставлении системы государ-
ственной администрации в Испании и во Франции в XVI—XVII вв.
и приходит к выводу, что Испания и Франция представляют собой «два
различных типа абсолютной монархии, хотя их обычно представляют
как первые плоды национально-абсолютистского государства эпохи Воз-
рождения» (стр. 7). Главным различием между абсолютными монархиями
Франции и Испании Висенс Вивес считает различную структуру госу-
дарственного аппарата (стр. 11). Автор доклада разбирает подробно си-
стему государственных учреждений в обеих странах и приходит к
выводу, что административная система во Франции была менее сложной
и более централизованной, чем в Испании (стр. 13). Причину этого автор
видит в различных условиях становления абсолютизма в той и другой
стране. Нуждаясь в объединении всех внутренних ресурсов страны,
французский король добивался централизации государственной власти,
и во Франции восторжествовал в конце концов централизованный абсо-
лютизм. В Испании процесс централизации государственной власти не
завершился, так как абсолютная монархия получила важный источ-
ник средств в виде американских сокровищ и не нуждалась в даль-
нейшей централизации и усовершенствовании государственного аппарата
(стр. 7).
Последняя часть доклада Висенса Вивеса посвящена самому важно-
му. с точки зрения автора, вопросу о структуре бюрократического аппа-
рата европейских государств, который «определяет внутреннюю структу-
ру государства в целом» (стр. 2) и «создание которого сделало возможной
и самую абсолютную монархию» (стр. 2). Автор выдвигает пять основных
проблем, которые, ио ого мнению, должны стать предметом дискуссии:
1. Трудность превращения средневекового служащего в чиновника но-
вого времени. 2. Была ли буржуазия источником формирования чинов-
ничества? 3. Трудности набора компетентных чиновников. 4. Было ли
материальное вознаграждение главным стимулом выполнения админи-
20 Средние века, вып. XX
306
Историография и критика
стративной должности? 5. «Можно ли считать, что коррупция была систе-
мой, порожденной необходимостью восполнить недостатки в устаревшем
административном аппарате?»
Очевидно, что важность этих проблем далеко не одинакова. Мы
остановимся лишь на одной из них — вопросе о составе чиновничества (стр.
14). Висенс не соглашается сБ. Ф. Поршневым, который пришел к выводу,
что бюрократический аппарат в эпоху абсолютизма состоял преимущест-
венно из представителей буржуазии (стр. 15, примеч. 45). Однако Вп-
сенс Вивес не приводит фактов, опровергающих точку зрения Б. Ф. Пор-
шнева; он указывает только на неизбежный процесс «одворянивания
буржуазии, ее ассимиляции с классом дворян, по крайней мере, в том.
что касается жизненных идеалов» (стр. 16).
Висенс Вивес считает, что бюрократия, вышедшая пз рядов буржуа-
зии, теряет всякую связь со своим классом и перестает служить его инте-
ресам. Кстати говоря, Висенс Вивес вообще отвергает идею революцион-
ности буржуазии в рассматриваемый период на том только основании,
что Hei оторые представители ее. служившие в государственном аппара-
те, поддерживали реакционные силы в период Английской буржуазной
революции и отдельные реакционные группировки во Франции в XVII в.
(стр. 16). Весьма «своеобразно» объясняет Висенс Вивес причины, кото-
рые привели к широкому распространению коррупции в эпоху абсолют-
ной монархии. По его мнению, в средние века представитель низшего со-
словия, вступая на государственную службу, приобретал, помимо жа-
лованья, некоторые преимущества и привилегии (dignidad), которыми
пользовались представители господствующего класса. Жаловавье его, как
правило, было достаточным для того, чтобы покрыть потребности; по-
этому если он брал взятку, то он переходил границы морали и совершал
преступление. Это, продолжает Впсенс Вивес, пе имеет ничего общего с
коррупцией XVII в., когда в связи с притоком американских сокровищ
сильно возросли цены. При более медленном, сравнительно с ростом цен,
возрастании размеров жалованья коррупция стала способом исправить
недостатки государственного аппарата и сделать рентабельными государ-
ственные должности. Подобное оправдание Висенсом Вивесом продажности
чиновничества в XVI—XVII вв., в эпоху абсолютизма, может дать повод и
для оправдания той государственной коррупции, которая получила ши-
рокое распространение в современной Испании.
Висенс Вивес заканчивает свой доклад призывом к историкам разных
стран продолжить изучение структуры государственной администрации,
уделив особое внимание «социологическому изучению положения чи-
новника в XVI—XVII вв.».
Таким образом, задача, поставленная Висенсом Вивесом в начале его
доклада — «осветить развитие политической и административной струк-
туры испанской абсолютной монархии», осталась по существу невыпол-
ненной. Причина этого, несомненно, кроется в том, что автор рассмат-
ривает как частные, так и общие проблемы абсолютизма с чисто идеали-
стических позиций. Обвиняя исторический материализм в «ограничен-
ности» и «односторонности» и отвергая его, Висенс Вивес. подходит к
решению всех основных вопросов с эклектических, идеалистических пози-
ций. Чрезвычайно сложный и запутанный в буржуазной историографии
вопрос об абсолютной монархии выглядит в его докладе еще более за-
путанным. Все построения автора, вольно или невольно, сводятся к тому,
чтобы скрыть самое главное — классовую сущность абсолютной мо-
нархии как диктатуры дворянства. С этой целью проповедуется мысль,
о том, что идея неограниченной власти существовала вечно, и ведется
Историография и критика
307
скрупулезное исследование формальных изменений в механизме государ-
ственного управления.
Для современной буржуазной историографии Испании характерна тен-
денция сосредоточить внимание на том, как осуществлялось управление,
и уйти от вопроса, интересам какого класса служило усиление админи-
страции, перестройка государственного аппарата. Стремление представить
абсолютистское государство органом примирения классовых противоре-
чий, изобразить его защитником интересов всего народа получило широ-
кое распространение пе только в испанской, но и в современной фран-
цузской историографии, и в историографии Западной Германии именно
сейчас, когда буржуазия этих стран стремится «теоретически» обосновать
неизбежность перехода от буржуазной демократии к военной диктатуре.
Подобно Мунье, В. Вивес. уклоняется от выяснения основных причин,
способствующих развитию абсолютизма, и выдвигает целый комплекс
факторов, которые, по его мнению, определяют ход исторического раз-
вития. Этот комплекс состоит у Мунье и Вивеса из различных факторов,
что лишний раз показывает, какой простор для фантазии и субъектив-
ного толкования открывает эта эклектическая теория. Как уже было ска-
зано выше, главную проблему абсолютизма Висенс Вивес сводит к раз-
витию системы государственной администрации. Именно с этой чисто
формальной точки зрения он и сравнивает абсолютную монархию во
Франции и Пспаеии в XVI — XVII вв., оставляя в стороне особенности
исторических условий, в которых развивался абсолютизм в этих двух
странах. В действительности же становление л укрепление абсолютной
монархии в странах Европы явилось результатом глубоких социально
экономических изменений, которые происходили в XV—XVII вв. Развитие
в недрах феодализма элементов капиталистического уклада приводило к
ослаблению позиций дворянства в экономической жизни страны. Так было,
во Франции XVI—XVII вв., где абсолютизм развивался в условиях на-
чавшегося упадка дворянства и быстрого роста буржуазии, «Французский
абсолютизм был вынужден поддерживать буржуазию и объективно в те-
чение определенного исторического периода играл прогрессивную роль.
Во Франции создалось сильное централизованное государство.
Иную картину представляет собой социально-экономическое разви-
тие Испании. Висенс Вивес сводит это своеобразие только к тому, что
приток американских сокровищ jсилил экономические ресурсы абсолют-
ной монархии в Испании. Он не учитывает, что огромные средства, кото-
рые получала испанская монархия в результате завоевания колоний, по-
падали в руки дворянства и явились для него мощным источником дохо-
дов, не связанных с хозяйством страны. В силу специфических условий
экономического развития Испании XVI в. были уничтожены первые, еще
слабые ростки капиталистической мануфактуры и задержалось развитие
промышленной буржуазии. Это привело к изменению соотношения клас-
совых сил в стране. В XV I—XVII вв. испанский абсолютизм имел гораз-
до больше сходства не с французским, а с абсолютизмом в государствах
Восточной Европы. Не случайно Маркс сравнивал испанскую монархию
конца XVI— XVII вв. с «азиатскими формами правления»7.
Методологическая беспомощность построений Висеиеа Вивеса не позво-
лила ему преодолеть антинаучное представление о «роковой противополож-
ности» исторического развития Западали Востока (которое так упор-
но доказывается в^докладе Мунье 8), он не заметил черт сходства между
7 К. Маркс и [Ф. Энгельс. Сочинения, т. 10, стр. 432.
* Relazioni, t. IV, р. 49 sq.
Историография и критика
абсолютизмом в Испании и в странах Восточной Европы и обошел мол-
чанием вопрос о своеобразии абсолютизма в Западной и Восточной
Европе, вопрос, который вызвал такпе бурные прения па X Международном
конгрессе историков. Научное объяснение особенностей абсолютизма в
различных странах (в том числе и Испании) следует искать, несомненно,
в различных условиях социально-экономического развития отдельных
стран; решение этого вопроса Висенсом Вивесом, данное с идеали-
стических позиций, не может быть признано удовлетворительным.
Э. Э. Литаврина
Gosta Johan nesson. Die Kirchenreformation
in den nordischen Landern *
Гёста JI о x а н не с с о н. Церковная реформация
в северных странах
В докладе Г. IIоханнессона «Церковная реформация в северных стра-
нах», сделанном па XI Между народном конгрессе историков, не постав-
лены общие вопросы реформации, не анализируются те или иные рефор-
мационные учения. Автор начинает с того, что в реформационном движе-
нии в северных странах следует различать два направления: церковно-
политическое н религиозное. Раньше всего, ио мнению докладчика,
в этих странах возникло церковно-политическое направление, которое под-
держивалось королями. Религиозное направление развивалось параллель-
но, но значительно медленнее. В заключительной части доклада автор
подчеркивает, что лишь после осуществления церковно-политической сто-
роны реформации встала задача ее проведения в вероучении и богослу-
жении и что процесс этот протекал очень медленно и продолжался еще
в XVII в. Ограничивая свою задачу рассмотрением только церковно-по-
литической стороны реформации, утверждавшейся в странах Северной
Европы в 20-х и 30-х годах XVI в., Гёста Иоханнессон пишет, что вооб-
ще трудно установить то время, когда из лютеровского учения, являв-
шегося здесь государственной религией, поддерживаемой королевской
властью, возникла внутренняя вера отдельных людей.
Не останавливаясь пока на правомерности проводимого автором до-
клада хронологического разграничения между политическим содержа-
нием реформации и ее идеологическим выражением, отметим самый факт,
что автор, не затрагивая вопроса о сущности реформационного движения
вообще, рассматривает реформацию в странах Северной Европы как яв-
ление прежде всего политического порядка, а эволюцию .религиозных
воззрений считает обусловленной политической стороной движения. Инте-
ресно сравнить постановку вопроса в докладе шведского ученого с вы-
сказываниями па эту тему, которые прозвучали на X Международном
конгрессе историков в Риме в 1955 г. В историографическом докладе
Риттера Рауха выражалось сожаление по поводу того, что изучение исто-
рии лютеранства, особенно в Германии, целиком предоставлено теологам.
С другой стороны, был брошен упрек советским историкам, которые,
как полагает Риттер, «перенесли центр тяжести реформации с религиоз-
ных вопросов па вопросы социально-политические»1. Было бы неправильно.
* X 1е Congres International des Sciences Historiques, Rapports, IV. p. 48—83.
1 J. Ritter. Leistungen, Probleme und Aufgaben der internaliorialen [Geschicht-
scbreibnng zur neueren Gescbicbte (16—18 Jahrhundert), S. 262.— X Congresso Inter-
310
Историография, и критика
сравнивая эти два доклада на X и XI Международных конгрессах
историков, говорить об эволюции буржуазной исторической мысли в
оценке реформации, потому что авторы докладов, очевидно, являются
представителями разных течений внутри буржуазной историографии. Од-
нако нельзя пройти мимо того факта, что на XI Конгрессе представитель
буржуазной историографии рассматривает распространение лютеранства
в Европе как орудие политических сил. а моменты религиозные — как
обусловленные и подчиненные, как явления вторичные.
Указывая на предпосылки реформации в северных странах, Г. Иохан-
нессон останавливается главным образом на политической ситуации в
этих странах, начиная с 70-х годов XV в. Еще до бегства Кристиана II в
1523 г. определилась экспансионистская политика государственной вла-
сти, ее тенденция к абсолютизму. Основным препятствием этому были
епископы и аббаты, которые обладали не только доходами со своих огром-
ных владений, по и замками, и дружинами. В тех случаях, когда епи
скопы и аббаты предпринимали какие-либо объединенные действия, они
представляли собою такую силу, с которой нельзя было не считаться.
Свои экономические позиции и политические привилегии епископы и
Соборная церковь (Domkapitel) отстаивали всеми средствами (и опира-
ясь на весь свой изощренный опыт в каноническом праве) не только про-
тив абсолютистских тенденций короля, ио и против централизаторской
политики пап.
Датско-шведский король Кристиан II поддерживал оппозиционные
движения против всемогущества высшего духовенства, которые в основ-
ном оставались на почве католического вероучения и представляли со-
бою разновидности католического реформизма, пользовавшегося влия-
нием в Упсальском и Копенгагенском университетах. Отдельные ого те-
чения носили следы гуманистического влияния. Стараясь использовать
все оппозиционные церкви течения, король Кристиан II пригласил в
Данию и виттенбергских радикальных теологов— Карлштадта, Репигард-
та и Габлера. Правда, Карлштадт вскоре уехал из Дании, разочарован-
ный тем, что датско-шведский король не пожелал идти дальше католи-
ческого реформизма. Однако Иоханнессон указывает, что после бегства
Кристиана II и распада Кальмарской унии датский король Фредерик I
и шведский король Густав Ваза пошли дальше по пути реформации и
разрыва с папским Римом. Хотя вначале оба эти короля проявляли боль-
шую осторожность и придерживались позиций католического реформиз-
ма, но они уже обнаружили сильные колебания в сторону лютеранства.
Если при восшествии на престол король Дании (к которой была присое-
динена Норвегия) обязался не допускать к проповеднической деятель-
ности «учеников Лютера и других еретиков», то он был вынужден к этому
католически настроенным рейхсратом. Но в своих герцогствах Шлезвиге
и Голыптинип, где Фредерик I чувствовал себя свободнее, он уже в 1524 г.
поощрял лютеровских проповедников, а постепенно стал допускать их
деятельность и в ютландских городах. Такую же тактику проводил и
Густав Ваза в Швецип.
Основную часть своей статьи Иоханнессон посвящает изложению и
характеристике довольно известных фактов, показывающих, как короли
Швеции и Дании использовали реформацию в своих политических целях.
Применяя методы экономического и политического нажима, Густав Ваза
nazionale. di Scienze storiche. Belazioni, vol. VJ, Firenze, 1955. См. статью
M M. Смирина «Вопросы историографии на X Международном конгрессе историков»
(сб. «Средние века», вып. VIII, 1956, стр. 381—385).
Историография и критика
311
постепенно забирал в свои руки назначение и посвящение епископов и
одновременно подрывал их экономическую и политическую мощь. Сразу
после своего избрания он с санкции рейхсрата заставил духовенство дать
ему крупный заем для покрытия военных долгов. То же повторилось в
.1524 г. Под разными предлогами он почти ежегодно взимал огромные
суммы денег и требовал всевозможные поставки. Важнейшим актом Ва-
зы, подорвавшим силу церкви и монастырей, был созыв Вестеросского
сейма летом 1527 г. В принятом на этом сейме рецессе евангелизм объяв-
лялся единственным допустимым вероисповеданием. Ввиду этого епи-
скопы должны были передать королю свои замки и крепости, а каноники
уплатить денежные суммы королю за свою собственность; ряд статей
рецесса отстаивал интересы дворян, предписывая передать дворянам и
владельцам государственных ленов часть монастырских земель. В рецес-
се предусматривалось установление светского контроля над нищенст-
вующими орденами, ограничение прав епископов на собственную воен-
ную охрану и т. п. Епископальный строй церкви сохранялся неприкос-
новенным, но функции епископов и юрисдикция церкви ограничивались
церковными делами. Густав Ваза потребовал, чтобы все епископы
давали присягу не папе, а королю и у него же принимали посвяще-
ния.
Столь же подробно автор доклада прослеживает практическое про-
ведение реформации в Дании и Норвегии в период 1523—1539 гг. Фре-
щрпк I еще должен был считаться с католически настроенным рейхсра-
том и действовать осторожно, идя на компромиссы с высшим духовенст-
вом, а после его смерти в 1533 г. клерикалы добивались политического
курса, направленного на католическую реставрацию. Но уже Кристиан
111, сын и преемник Фредерика 1, занявший королевский трон после
так называемой графской распри 1534 г., перешел в решительное наступ-
ление против епископов. На рейхсрате 1536 г. все старые епископы были
устранены и заменены другими «подходящими» епископами, называв-
шимися «суперинтендантами» и подчиненными королю. Особым указом
(Handgelohnis) Христиан III объявил, что берет на себя обязательство
«запрещать или распространять слово божие», что по существу означало
вмешательство короля в церковные дела. В следующем 1537 г. королев-
ской комиссией была принята «Ordonancia ecclesiastica», ставшая основ-
ным кодексом лютеранской церкви в Дании до 1683 г. В результате про-
ведения аналогичных мер против епископата в Норвегии норвежские
замки перешли к датским королевским ленникам, руководящая верхуш-
ка норвежского рейхсрата пала. Норвегия потеряла положение самостоя-
тельного государства и превратилась в датскую провинцию.
Таким образом, автор доклада усматривает политическую сущность
реформации в северных странах в том, что реформация сделалась орудием
усиления королевской власти и обогащения королевской казны. Кроме
того, датский король использовал реформацию для полного подчинения
Норвегии. В ходе изложения Гёста Иоханнессон попутно касается и во-
просов о социальных группировках, интересы которых затрагивались
происходившей вокруг реформации политической борьбой. Говоря о пред-
посылках реформации, он указывает на то, что еще в объединенном дат-
ско-шведском королевстве (до его распада) дворянство видело в сущест-
вовании огромных церковных земельных владений, свободных от на-
логового обложения, причину своих затруднений в условиях аграрного
кризиса. Свои денежные и натуральные доходы церковники использо-
вали для покупки в городах домов и, кроме того, занимались откупом пода-
тей. Это давало церковникам «вечную» ренту, вызывавшую к ним йена-
3|2
Историография и критика
висть со стороны горожан, и содействовало распространению в городах
реформационных учений. Излагая события, предшествовавшие Весте-
росскому сейму, автор рассказывает, что к его подготовке привлека-
лось дворянство. Король апеллировал также и к другим сословиям —
бюргерам и крестьянам. К числу основных моментов Вестеросского ре-
цесса следует отнести пункты о передаче дворянам и владельцам госу-
дарственных ленов земель монастырей, о возвращении дворянам их иму-
ществ, которые разными путями отошли к церквам и монастырям после
1454 г. Ответы разных шведских сословий на это обращение короля
в докладе не приводятся и не комментируются. Между тем несомненно,
что политика, проводившаяся Густавом Вазой, не могла полностью со-
ответствовать тому пониманию целей реформации, которое было распро-
странено в городской и крестьянской среде. Сам Иоханнессон пишет в
другой связи, что стокгольмское бюргерство было весьма радикальным
в своих религиозных воззрениях и шло гораздо дальше осторожной ре-
формистской тактики Вазы. Эту осторожную тактику Вазы в первую
половину 30-х годов XVI в., когда он старался даже сохранить некото-
рые формы католического богослужения, Иоханнессон объясняет не толь-
ко «чисто политическими», как он их называет, но и социальными моти-
вами: так, во время так называемой графской распри Ваза боялся влия-
ния на Стокгольм радикально-евангелического Любека, в котором дей-
ствовал тогда Юрген Вулленвевер, подобно тому, как это случилось с
движением в Копенгагене и Мальмё.
Говоря о причинах успехов датского короля Фредерика I в утвержде-
нии реформации в Дании и объясняя его компромиссную тактику по
отношению к католическому духовенству в конце 20 и в начале 30 х го-
дов, Иоханнессон указывает па то, что само духовенство было заинте-
ресовано в сильной власти короля для подавления волнений крестьян,
не желавших давать десятину. Этот же аргумент выдвигается и при трак-
товке политики Кристиана III в конце 30-х годов, а в отношении Норве-
гии — и значительно позже.
Все эти мимоходом затронутые к докладе факторы социального по
рядка свидетельствуют о том, что в северных и других странах Европы
реформация имела в своей основе движение определенных социальных
сил, что характер этих сил и столкновение их различных интересов в
значительной степени определяли церковную политику королей. Однако
Поханнессона интересует только церковно-политическая деятельность ко-
ролей. Объявив религиозную сторону реформации явлением вторичного
порядка, он вовсе игнорирует вопрос о различных реформационных тече-
ниях, о различном понимании реформации в разных слоях общества.
Говоря об успехах лютеранства после 1523 г. как в Швеции, так и в Да-
нии, автор указывает, что в понятие «лютеранство» включали тогда раз-
ные реформационные течения. Наряду с антипапскими течениями иоте-
ранского толка были и более умеренные, и более радикальные тече-
ния. Представители последних проповедовали, что церковь — это общи-
на верующих, а деньги церкви — это деньги народа. Наряду с цвинг-
лианскимп идеями о правах религиозных общин имели хождение п ра-
дикальные идеи в духе Мельхиора Гофмана, которые выдвигались в изве-
стных кругах народа против реформатора виттенбергской школы Ганса
Таусена. Но в докладе нет никакого анализа этих течений и их социаль-
ных корней. Автор лишь упоминает о радикализме бюргерства некото-
рых городов, о том, что крупные торговые города Дании находились под
влиянием реформационных течений северогерманских городов — Бреме-
на, Гамбурга и Штральзунда. Упоминается о наличии «евангельских
И ст ориографи я и крит ика
313
общин», деятельность которых не входила в планы королевской рефор-
мации. Все эти явления, о которых говорятся мимоходом, не рассматри-
ваются по существу при определении характера реформации в северных
странах. Не подвергается анализу и вопрос об отношении крестьян этих
стран к реформации. Известно, что поскольку королевская реформация
использовалась щютин крестьян, она вызывала их ненависть. Но тем
пе менее ясно, что, отказываясь от платежей десятины в Дании и требуя
иного использования десятины в Норвегии, крестьяне пе могли оставать-
ся равнодушными к проповеди радикальных деятелей реформации, кото-
рые давали их требованиям авторитетные обоснования.
Самый метод резкого разграничения политической и религиозной сто-
рон реформации и рассмотрения политической ее стороны вне конкрет-
ной обстановки социальной борьбы, отразившейся и проявившейся в
борьбе реформационных течений, не может считаться правомерным. При
таком методе и сама церковная политика королей оказывается недоступ-
ной для правильного конкретно-исторического освещения.
М. .1/. Смиршг
СООБЩЕНИЯ НА XI МЕЖДУНАРОДНОМ КОНГРЕССЕ ИСТОРИКОВ
В СТОКГОЛЬМЕ
1
(Краткие аннотации)
На XI Международном конгрессе историков, помимо докладов, были сделаны
сообщения, которые охватывают значительный круг вопросов из различных областей
средневековой истории.
Ниже приводятся краткие аннотации большинства сообщений, сделанных
па заседаниях III секции (средних веков) и IV секции (новой истории) конгресса.
СЕКЦИЯ III. ИСТОРИЯ СРЕДНИХ ВЕКОВ*
ДОКЛАД 3
В. Ульман и (Великобритания). Право и историк средних веков
По докладу В. Ульманна было сделано четыре сообщения.
М. Ж. Ф. Huep.veiiep (Нидерланды). Феодальное право и его
терминология
М. J. F. Mermeyer, Universite, d'Amsterdam.
Le droit feodal en son vocabulaire
Автор сообщения указывает на важность тщательного изучения юридических
терминов, распространенных в эпоху средних веков. Он считает, что это важно не
только для более точного толкования текстов, но также и потому, что исследование
эволюции юридических терминов с точки зрения семантики само по себе дает возмож-
ность для анализа отношений между людьми в феодальном обществе. История возник-
новения группы терминов, обозначающих понятие вассалитета, говорит М. Ж. Ф. Ниер-
мейер, выяснена исследователями. Но есть много терминов, выражающих «реальные
отношения при феодализме», которые изучены недостаточно. В частности, М. Ж.
Ф. Ниермейер говорит о том, что в VIII и IX вв., в течение которых вырабатывалось
понятие феода, точный термин для его определения отсутствовал. Только в X — XI вв.
появляется слово feodum. Автор подробно рассматривает вопрос о распространении
термина benejiciwn, но подходит к пому лишь с точки зрения семантики и не стре-
мится увидеть за эволюцией юридической терминологии реальные изменения в отно-
шениях между людьми в эпоху феодализма.
-1. Л/. Ш тик к лер (Ватикан). Значение, классической канонистики
для изучения истории средних веков
А I / ons М. Stickler. Die Bedeutung der klassischen Kanonistik
fiir die Geschichtswissenschaft des Mittelalters
[О сообщении Штикклера см. выше в статье II. А. Сидоровой «XI Международный
конгресс историков и вопросы медиевистики» (стр. 259)].
* Сообщения по истории СССР и стран Востока, сделанные в течение первого и
второго дня работы секции средних веков, в данном обзоре пе аннотируются.
Историография и критика
315
Г. Хафстрем (Швеция). Земское законодательство с Швеции
как исторический источник
Gerhard Н a f st г от. Die schwedischen Landschaftsrechte
als historische Quelle
Г. Хафстрем ставит вопрос о значении шведского земского законодательства как
важного источника для изучения периода родового общества. Земское законодатель-
ство, по его мнению, явилось также основой правового подразделения современного
общества. Автор исследует областные правды, представляющие собой запись обыч-
ного нрава, устанавливает их хронологические рамки и подчеркивает отражение в них
территориального деления средневековой Швеции.
Синази Алтундаг (Турция). Религиозные законы ислама
и история
S. Altundag. Die religiosen Gesetze
im Islam und die Geschichte
С. Алтундаг указывает на необходимость тщательного исследования регистров
кади (в которых отразилось практическое применение законов ислама), поскольк)
эти регистры дают богатый материал для изучения социального положения инакове-
рующнх подданных мусульманских стран (особенно Османской империи). Автор
уделяет большое внимание анализу роли и различных сторон деятельности кади,
являвшихся, как он считает, фактическими наместниками в своих областях. Ои ста-
вит вопрос о том, касались ли пемусульман религиозные законы, объединенные под
название «Sharia». Некоторые исследователи ислама считают, что эти законы приме-
нялись исключительно в отношении мусульман, а ннаковерующие юрисдикции исла-
ма не подчинялись. Другая группа ученых утвермадает, что поскольку законы ислама
целятся на религиозные и гражданские, то первые (о религиозных обрядах) касались
мусульман, вторые (светские) были предназначены как для мусульман, так и для не-
мусульман. На основании изучения регистров кади автор пришел к выводу, что не-
мусульмане могли обращаться к кади почти со всеми жалобами ио гражданским де-
лам; но позже (когда это произошло, автору пока не удалось установить) кади уже
утратили право решать гражданские дела, касающиеся подданных-христиан. Этот
факт, как предполагает Алтундаг, может объясняться политикой государства, заинте-
ресованного в сохранении неполноправного положения немусульман (немусульмане
были обязаны платить поголовный налог, который являлся важной статьей государ-
ственного дохода).
ДОКЛАД '<
Э. Сестан (Италия). Характерные черты
итальянского города-коммуны XI—XIII вв.
и европейские коммунальные движения
Но докладу Э. Сестана было сделано четыре сообщения.
7. Машке (ФРГ). Политическая и социальная структура города
в Юго-Западной Германии в XII—XIII вв.
Е. Maschke. Verfassungs- und Sozialstruktur
der sudioestdeutschen Stadt
im 12 und 13 J ahrhundert
О сообщении Э. Машке см. н настоящем сборнике в статье Н. А. Сидоровой
«XI Международный конгресс историков и вопросы медиевистики» (см. стр. 261).
31G
Историография и критика
Ж. Ле Гофф (Франция). Соляной налог е финансовой системе
итальянских коммун в эпоху средневековья
J. Le Coff. Centre Rationale de la Recherche Scientifique, Paris.
La fiscalite du sei dans les finances des communs italiennes
du Moyen-Age
Автор сообщения считает, что Италия некие коммуны извлекали больше средств
из косвенных налогов, чем из прямых. На нервом месте среди доходов коммун был на-
лог на соль, который в XII—XIII вв. превратился в монополию. Монополия на соль
стала одним из эффективных орудий экономического господства города в контадо.
Жители контадо были обязаны покупать соль именно в городе; при этом чаще всего
устанавливалось обязательное количество соли, которое им надлежало купить. Ле
Гофф считает, что установление налога на соль было теснейшим образом связано с за-
рождением коммуп и с созданием экономической и финансовой основы их власти.
Значение этого налога подтверждает и тот факт,что в XIV—XV вв. городская верхушка
стремилась присвоить хотя бы часть доходов, которые получала коммуна от установ-
ления монополии па соль. Справедливо констатируя экономическую зависимость
жителей контадо от города (что проявилось и в установлении монополии на соль),
Ле Гофф несколько преувеличивает значение налога на соль, приписывая ему чуть ли
не первостепенное значение в образовании коммун и пх экономической политике.
Г. Острогорский (Югославия). Византийский город
G eor g е s О s t г о gor s /.• у, I ’nicer site
de Beograd. La rille byzantine
По мнению Г. Острогорского, активность торговли и городской жизни была одной
из основных причин преобладания Восточной Римской империи над Западной
в первые столетия нашей эры. Развитость городской жизни способствовала также
преодолению того кризиса, который потряс Восточную империю в VI — начале VII в.
Хотя большинство византийских городов на Балканском п-ве после вторжения сла-
вян приходит в состояние упадка, города Малой Азии сохраняются в более илп мене<
нетронутом виде. После распада Византийской империи зпачеппе городов выросло, они
стали центрами автономных районов. Г. Острогорскпй считает, что такие вопросы,
как социальная структура византийских городов, черты сходства и различия между
византийскими и западными городами, которые в его сообщении пе рассматриваются
заслуживают особого внимания и ждут своих исследователей.
X. С. Крюгер (США). Генуэзские купцы,
их капиталовложения и контракты. 1155-—.1230
Hi Im ar С. Krueger, University of Cincinnati. Genoese Merchants,
their .Investments and, Contracts
Используя данные нотариальных книг, сохранившихся в архивах Генуи
и содержащих документы 22 нотариальных контор (из которых опубликовано лишь
шесть), X. С. Крюгер отмстил, что в противоположность некоторым деловым бумагам
более позднего периода, которые давали представление о деятельности какой-либо
одной фирмы, генуэзские документы дают возможность изучить деятельность раз-
личных социальных слоев процветавших торговых центров. Однако автор игнорирует
такие важные вопросы, как социально-экономическая основа генуэзской торговли
(которая отразилась в ее организации), имущественное и социальное расслоение в
среде самих вкладчиков. Он ограничился лишь формальной характеристикой «ком-
мерческой деятельности» населения Генуи в целом и пришел к выводу, что «торговля
была распространена среди большей части населения Генуи». Упоминая о нескольких
купеческих семьях города, которые обладали монополией в области торговли,
X. С. Крюгер тем пе менее совершенно необоснованно утверждает, что эта торговля
была «действительно народным способом добывания жизненных средств». В ходе исто-
рического развития в характере генуэзской торговли произошли некоторые изменения.
В частности, возросла роль мелких контрактов, увеличилось число случайных (т. е.
«непрофессиональных») вкладчиков. Крюгер считает, что в результате этого фактиче-
ски были уничтожены монопольные societas, на смену которым пришли добровольные
соглашения и морские займы (loan).
Историография и критика
317
ДОКЛАД 5
К. Г а у к (ФРГ). Историческое значение германской концепции
королевской власти и знати
По докладу К. Гаука было сделано три сообщения.
Л. Суарес Фернандес (Испания). Знать и монархия
в политической структуре Кастилии с AV в.
Luis S uares Fernandez, U nirersidad de Valladolid.
Nobleza у monaryuia en la estructura politico mslrllana del siglo Al
Л. Суарес Фернандес рассматривает историю Кастилии XV' в. в плане борьбы
между знатью и королевской властью. Результат этой борьбы был, но мнению автора,
парадоксальным: король смог восстановить собственную свободу действий в сфере
политики; взамен этого ои оказался вынужденным предоставить знатп широкую ад-
министративную власть. Л. Суарес Фернандес пытается найти причины арпстокра-
тнзации страны в особенностях кастильской экономики. Две трети территории Ка-
стилии были запиты пастбищами, и это, ио мнению Л. Суареса Фернандеса, привело
к образованию своеобразных организаций: Старой германдады Талаверы, германдад
Толедо и Сьюдад Реаля и Месты—организации скотоводов, контролируемой знатью.
Широкая внешняя торговля (главные продукты эспорта — шерсть и мед) была
благоприятна для знати, которая в силу этого пе испытывала «необходимости разви-
вать в себе дух предпринимательства». В условиях паразитической экономики сеньо-
риального типа промышленность развивалась слабо, не складывался класс буржуазии,
и Кастилия превратилась в страну, где господствующее положение заняло мелкое
даоряпство — идальги. Суарес Фернандес считает, что идея централизации страны
привлекла па сторону королевской власти самые широкие слои населения. Усилению
королевской власти способствовало, с одной стороны, укрепление учреждений ис-
полнительной власти и, с другой стороны, упадок кортесов. Автор рисует яркую кар-
тину политической борьбы за укрепление монархического строя в стране, высказывая
свое мнение о правителях Испании того времени.
Ф. Г раус (Чехословакия). Возникновение
княжеской власти в Богемии
F. Graus. Die Anjange der herzoglichen (koniglichen)
Macht in Bohmen
В своем выступлении Ф. Граус касается важного вопроса —возникновения госу-
дарства и княжеской власти в Богемии. Он утверждает, что в документах, относящих-
ся к древнему периоду истории Богемии, уже были отражены такие понятия, как
дворянство и княжеская власть. Археологические исследования (в частности, раскопки
княжеских могил) показали, что в социальном отношении общество в Богемии было
неоднородно. Уже в XI в. в Богемии существовали развитые ленные отношения. Фор-
мирование княжеской власти в Богемии и Моравии происходило по-разному: Моравия
уже в IX в. сложилась в единое государство, а централизация в Богемии происходит
в течение IX—X вв.
Л. Женико (Бельгия). Знать и территориальные
княжества в Лотарингии
L. Genicot, Universite de Lauvain. Noblesse
et principautes territoriales en Lotharingie
Сообщение Л. Жени ко посвящено анализу деятельности лотарингских князей
ио отношению к тем из крупных землевладельцев XI в., которые еще не были вклю-
чены в феодальную иерархию. Автор рассматривает разнообразные методы, которыми
пользовались князья для подчинения этих nobiles (пожалование фьефа, назначение
на высшие гражданские и духовные посты, создание «класса» минпстериалов и ис-
пользование юридического и политического давления).
318
Историография и критика
* * *
СЕКЦИЯ IV. НОВАЯ ИСТОРИЯ
ДОКЛАД 1
X. Висенс Винсе (Испания). Структура государственной
администрации в XVI—XVII вв.
По докладу Висенса Вивеса было сделано пять сообщении.
Ж. Делюмо (Франция). Усиление централизации
е папском государстве в XVI е.
Jean D elumeau, Univer site de Rennes. Les progrex
de la centralisation dans I'Etat pontifical
au XVIе si'ecle
Автор указывает, что уже в XVI в. итальянские государства фактически пови-
новались папе. Правительство Рима подчинило своему влиянию такие города, как
Болонья, Анкона, Перуджа, Феррара. По мнению автора, ото было достигнуто как
при помощи усиления аппарата государственной власти, так и нутем придания Риму
такого блеска и пышности, «что никакой другой город светского домена пап не мог с
ним сравниться». В Риме проживало большое число феодалов, и он стал играть в эту
эпоху такую же роль, как Версаль в эпоху Людовика XIV. Папы испытывали необ-
ходимость пополнить свою казну для перестройки Рима, для борьбы с неверными и
протестантами. Чтобы обеспечить растущие потребности папства, были выпущены
многочисленные займы. Рим превратился в крупный финансовым центр, тесно связан-
ный с рядом провинциальных городов. Как утверждает Делюмо, светское владение
иап в 1600 г. было не менее централизованным, чем остальные страны Европы. Одвако
Рим не стал для Италии притягательным центром, вокруг которого могло склады-
ваться итальянское национальное государство. Причины этого, но мнению Делюмо,
крылись прежде всего в экономической отсталости Италии.
Г. Р. Элтон (Великобритания).
Государственное планирование е раннетюдоровской Англии
G. В. Elton, University of Cambridge.
State Planning in Early Tudor England
В своем сообщении Г. Р. Элтон ставит вопрос о том, была ли государственная по-
литика эпохи Тюдоров в области экономики актом планомерной деятельности прави-
тельства или случайным явлением, результатом деятельности отдельных лиц. Г. Р. Эл-
тон подходит в затронутой проблеме с формально-юридических позиций. Он заостряет
внимание на некоторых частных моментах: 1) кто был автором и инициатором прави-
тельственных законодательных актов: само правительство или частные лица; 2) ка-
кова роль местного правосудия в использовании общегосударственного социального
и экономического законодательства (по мнению автора, роль местного правосудия в
этом вопросе была незначительной) и 3) какую роль играли так называемые лицензии
па освобождение. Г. Р. Элтон считает, что только нутем всестороннего изучения источ-
ников можно выяснить, «действительно ли экономическое законодательство Тюдоров
было рассчитано на экономические результаты пли только на то, чтобы набить кар-
маны казне».
Г. Ill т ад т м ю л ле р (ФРГ). Формы самоуправления
в Юго-Восточной Европе
G. S t ad t muller, Universitdt Ahinchen. Eormen der
Selbstverwaltung in Sudosteuropa
В сообщении сделана попытка исследовать и охарактеризовать в историческом
развитии формы местного самоуправления в странах многонациональной Юго-Во-
сточной Европы. Эти формы местного самоуправления автор прослеживает по трем
районам В южном Пелопоннесе область племени мандатов имела свое самоуправле-
Историография и критика
319
ние, которое основывалось иа патриархально-родовом укладе. Г. Штадтмюллер счи-
тает, что большую роль в формировании самоуправления здесь сыграло географическое
положение района. Самоуправление сохранилось также в мелких городах па южном
склоне Балкан, где наблюдалось сильное греческое влияние, которое отразилось как
в языке, так и в формах общественной жизни. В городах и деревнях Северной Молда-
вии (Буковина), где, по мнению автора, существовало активное влияние немецких
юридических представлений, действовали валашское обычное право и институты ви-
зантийского происхождения.
Ф. Л. Карстен (Великобритания).
Причины упадка германских сословных учреждений
F. L. С а г х t en. University of London.
The Causes of the Decline of the German Estates
Абстрагируясь от социально-экономического развития отдельных немецких кня-
жеств, автор видит основную причину упадка могущества германских сословных уч-
реждений в Тридцатилстпей войне. Правда, он отмечает, что в некоторых княжествах
таких, как Саксония, Гессен-Кассель и др.) сословные учреждения после войны еще
более окрепли, по не дает этому явлению сколько-нибудь связного обоснования.
В дальнейшем, говорит Ф. Л. Карстен, упадок сословного представительства, главным
образом, на землях Гогенцоллернов, был следствием экспансионистских тенденций
немецких князей, их стремления к абсолютной власти, а также несогласия сословий
содержать за счет налогов необходимую для князей постоянную армию, в силу чего
возник конституционный конфликт. В конце своего сообщения Ф. Л. Карстен мельком
упоминает о взаимной враждебности рыцарства и городов, что позволяло князю пре-
небрегать их представительством.
С. Bi р линден (Бельгия). Государство и администрация
индейских общин в испанских владениях Америки
С. V er linden, Universite de Gand. L'Etat et Г administration
de communautes indigenes dans Г Empire espagnol d’ Amerique
Автор утверждает, что король Испании стремился принести народам Америки
мир, свободу и полное равноправие между колонизаторами и «колонизуемыми». Пе-
риод беспорядков, которые центральное правительство «не было намерено терпеть»,
начался только в результате злоупотребления властью по отношению к массе населе-
ния со стороны местных вождей, которые объединились с колонистами, обладателями
энкомьенды. Но в XVII в., по мнению Верлипдена, вновь наметилось сотрудничество
между колонизаторами и представителями туземной иерархии, которые сообща эк-
сплуатировали население страны, что не вызывало никакого противодействия со сто-
роны испанского правительства. В заключение автор делает вывод, что политическое
освобождение в XIX в. совершенно не изменило социального положения туземного
населения и поэтому было бессмысленным.
ДОКЛАД 2
Вл. Чаплинский (Польша). Балтийский вопрос
в XVI -XVII вн.
По докладу Вл. Чаплинского было сделано пять сообщений.
В. Ху бич (ФРГ). Политика протестантских князей
в странах Балтики в XVI в.
Walter Hubatsch, Universitat Bonn. Protestantische
Fiirstenpolitik en den Osteseelandern in 16 Jahrhundert
Материал для исследования вопросов, связанных с протестантской политикой в
прибалтийских странах, содержится в частной и государственной переписке князей и
государей Пруссии, Дания, Саксонии, Швеции и, как утверждает В. Хубач, почти не
320
Историография и критика
изучен. Самое раннее протестантское движение за союз возникло в 1526 г. в Пруссии;
Шмалькальденский союз князей также пытался объединить протестантские прибал-
тийские страны, но из-за внутренних разногласий не достиг цели. Скандинавия п Да-
ния остались в стороне от стремлений протестантов создать союз. Но в Пруссии и Лиф-
ляндии князья проводили ярко выраженную протестантскую политику, которую под-
держивал ряд крупных городов; это подтверждается и многочисленными данными
архивных документов. Практически объединения князей на основе протестантизма
были непрочными, пх ослабляли внутренние распри и борьба князей за власть.
С. Эллехеи (Дания). Английский Навигационный акт 1651 г.
а балтийская торговля
S г п <1 Е Не h и /', I niversity of Copenhagen. The English. Navigation Act
of 1651 and the Baltic Trade
Автор отмечает заметную роль, которую сыграл Навигационный акт 1651 г. в
эволюции балтийской торговли.
II. Ж аннен (Франция). Коммерческая конъюнктура
е конце XVI и начале XVII в.
но сведениям таможенных отчетов Зунда
Pierre J eannin, Ecole Normale Super icurc, Paris.
La conjoncture commerciale a la fin du XVIе
et au debut du XVIIе siecle'. ce quo donnenl
les comptes du Sund
В сообщении поднят вопрос о ценности таможенных отчетов Зунда как историче-
ского источника. Автор дает критический анализ этого источника, вскрывает те не-
точности и искажения, которые в нем содержатся и которые нуждаются в проверке.
М. Робертс (Ирландия). Кромвель и Балтика
М. Roberts, the Queen’s University
of Belfast. Cromwell and the Baltic
Робертс выступает против тех историков, которые, следуя за Гардинером, зак-
леймили политику Кромвеля на Балтике как предательство английских интересов во
имя организации протестантской лиги. Но он не согласен и с теми, кто объясняет дей-
ствия Кромвеля его неприязнью к Голландии. Рассматривая политическую ситуацию
50-х годов XVII в., Робертс приходит к выводу, что политика Кромвеля па Балтике
была «трезвой и хорошо обоснованной с точки зрения светских интересов Англии».
Ф. Б. М. Танге льде р (Нидерланды). Экономическая борьба
на Балтике во второй половине XVI в.
Е. В. .1/. Tangelder, Bureau de la Commission d'llistoirc, La Haye.
La butte economique dans la Baltique pendant
la seconde moitie du XVIе siccle
Автор анализирует причины утраты Ганзой господствующего положения па Бал-
тике в XVI в., чем воспользовались голландцы, которые приобрели возможность сво-
бодно торговать на Балтийском море. Выступление против Испании во многом по-
мешало торговле голландцев в течение десятилетия, следующего за Семилетней вой-
ной. Наивысшего подъема голландская торговля в прибалтийских странах достигла
к середине XVII в.
Историография и критика
321
ДОКЛАД 3
Г. Иоханнессон (Швеция). Церковная реформация
в северных странах
По докладу Г. Ноханнессона было сделано пять сообщений.
О. Гарстейн (Норвегия). Проблемы контррсформации
е Скандинавии в период до осноеания святой конгрегации
пропаганды веры в 1622 г.
Oscar Gar stein, University of Oslo. Problems Concerting
the Counter-reformation in Scandinavia during the Period Preceding
the Establishment of the S. Congregatio de Propaganda Fide in 1622
О. Гарстейн останавливается на трех конкретных вопросах. 1. Были ли
какие-либо попытки контрреформации восстановить католическую веру и власть
католицизма в Скандинавии в этот период? Автор считает, что такие попытки были.
2. Принимал ли когда-нибудь католическую веру Иоанн III, король Швеции, и был
ли он в союзе с врагами протестантских властей? И на этот вопрос автор отвечает
положительно. 3. Какими моментами руководствовался известный иезуит Лаврентий
Норвежский в период своей деятельности в Дании в начале XVII в.? Гарстейн счи-
тает, что Лаврентий пытался создать в Дании и Норвегии центры пропаганды католи-
ческой веры как опору контрреформации.
К. Лепши (Польша). Культурные связи между Польшей
и Швецией в XVI и начале XVII в.
Kazimierz Lepszy, University of Krakow. Cultural
Relation between- Poland and Sweden in 16-th and Early 17-th centuries
Автор отметил малую изученность этого вопроса, так как историки обеих стран
обращали внимание главным образом на экономическую, политическую и военную
их историю. В начале XVI в. активных культурных связен между Польшей и Швецией
ие наблюдалось. Однако некоторые факты, по мнению автора, свидетельствуют об
определенном взаимном духовном влиянии. Культурные связи между этими странами
усилились в середине XVI в., после брака Катерины Ягеллон и Иоанна III. Лепши
ссылается на свидетельства современников по этому вопросу и отмечает, что культур-
ные и религиозные контакты между Швецией и Польшей могут быть прослежены
и в XVII в.
К. Г аллен (Финляндия). Реформа в Скандинавских странах:
продолжение связи или разрыв с католицизмом?
J ar I Gallen, Universite de Helsinki.
La reforme en Scandinavie: continuite ou rupture?
К. Галлон ставит своей целью резюмировать результаты исследований о реформа-
ции в Скандинавских странах и показать, в какой степени реформация в Скандинав-
ских странах была переломным моментом, связанным с окончанием эпохи
средних веков, и в какой степени силы, которые вызвали этот перелом, существо-
вали в скрытом виде до его свершения.
С. Поранссои (Швеция). Исповедание веры и государственная религия
в период поздней реформации в Швеции
Sven Goransson. Bekenntis und Staatsreligion
zur Zeil des Spilt re formation in Schweden
Автор считает, что позиция Швеции в вопросах вероисповедания была нераз-
рывно связана с внешней политикой государства, и особенно с борьбой Швеции за
Балтику. Шведское правительство в своей религиозной политике учитывало следующие
важные факторы: 1) усиленное исповедание конкордизма в Швеции; 2) необходимость
сохранить панпротестантизм при проведении германской политики (в частности, при
переговорах, связанных с заключением союза с Англией и Бранденбургом); 3) различ-
ные позиции Польши и ее вассала — Бранденбурга в вопросах вероисповедания.
После мира в Оливе в 1660 г. (которым закончилась Северная война мещду Швецией—
21 Средние века, выл. XX
322 Историография и критика
с одной Стороны, н Данией н Польшей — с другой) шведская внешняя политика стала
проводиться вне связи с вопросами вероисповедания, и в 1663 г. шведское государ-
ство вступило на путь копкордизма.
Л. Холъборп (США). Сильная политика и христианская этика
в раннем германском протестантизме
И и у о Holt born, Yale I niri г.чИу. Power Politio and Christian
Lillies in larly (let man Protestantism
Хольбори отвергает мнение о том, что Лютер и лютеранство «решительно обя-
заны своим возникновением духу и действиям сильной политики, которая в современ-
ной Германии приняла гиперболические формы». При этом он подчеркивает различия
между учением самого Лютера и лютеранством XIX и XX вв.; современный протестан-
тизм он называет «гибридом многих интеллектуальных направлений», причем в не-
которых областях первоначальные идеи Лютера в настоящее время совершенно извра-
щены. Хольбори отвергает и другое мнение, заключающееся в том, что политические
п социальные системы являются простым продуктом идей. Говоря о влиянии лютеран-
ства иа государственную политику, автор указывает, что сам Лютер резко разграни-
чивал деятельность церкви, в задачи которой входило лишь распространение божьего
слова, и государства, которое Должно было отправлять все необходимые для общества
функции, вплоть до образования и социального обеспечения. Если к тому же учиты-
вать, что церковь опиралась па «авторитет политики», реформа Лютера, по мнению
Хольборна, несомненно, способствовала усилению светской власти, хотя и пе привела
к образованию абсолютистского государства в Германии. Явно идеализируя учение
Лютера, автор считает, что хотя во внутренней политике ..Потер настаивал на строгом
соблюдении законов, во внешней политике его учение противоречило любому при-
менению силы во имя экспансии (хотя Хольбори вынужден признать, что слабые в
экономическом отношении немецкие государства лютеранского толка очень скоро стали
па путь военно-политических захватов).
ДОКЛАД 4
А. Клима и II. Мацурек (Чехослонакпя). Вопрос о переходе
от феодализма к капитализму
и Центральной Европе (XVI W ill вв.)
Но докладу А. Клима и II. Мацурека было сделано пять сообщений.
О. J. Г> р у нн е р (ФРГ). Экономическое развитие
с наследственных владениях австрийской монархии в AV XVII вв.
Otto L. Brunner. \\ irtschaftliche. II andlunyeii
in den osterreichischen Erbldndern
ron 13—18 Jahrhundert
Автор указал, что в течение ХА— XVI1I вв. в австрийских землях происходил
процесс укрупнения поместий и усиливалось их экономическое значение. Это
происходило не за счет присоединения крестьянских владений, а путем скупки круп-
ными церковными и светскими владельцами мелких рыцарских поместий. О. Л. Брун-
нер рассматривает также вопрос об экономических связях городов и развитых горных
районов, отмечая особенности австрийских городов, в частности своеобразно истори-
ческого развития Вены.
//’. II. II а х (Венгрия). Отклонения в аграрном развитии Венгрии
от liinuulHoii Европы (к вопросу об особенностях перехода
от феодализма к капитализму в Венгрии)
S. Р. Ра ch. hie Abhieyuny der unyarixchen Ayrarcntwickluny ron
der westeiiropiiischen (zur Fraye der I’.iyenlnmlichkeiten
dex L beryanyes com Feudalism их
zurn Kapitalismus in Unyarn)
Пах указывает, что Венгрия вступила иа путь развития феодализма позже, чем
другие страны Западной Европы, ио уже к XV в в области аграрного развития она
Историография и крипллпг
32:
стали преодолевать это отставание. В XV и. в аграрном строе Венгрии проявились
признаки формирования капиталистических отношений. Однако и начале XVI в.
положение изменилось. Падает экономическое значение городов, крестьянство еще
более закрепощается и прикрепляется к земле, значительную роль в экономике начи-
нает играть помещичье хозяйство, связанное с рынком. Надает роль городского бюр-
герства, не создаются накопления капитала. Отставание промышленного развития
городов усиливается в течение XVII в. Расширяется помещичья собственность,
сокращается применение наемною труда, основное значение приобретает барщинный
труд крестьян; это явилось отражением процесса «вторичного закрепощения». Пе-
реход от феодализма к капитализму и Венгрии осуществляется только в последние
десятилетии XVIII в.
О. /. Наркап (Турция). Феодальный режим
и турецкая империя
О. L. Barkan, Universite (ГIstanbul.
Le regime jeoda/e et Г Empire. Ottoman
Автор считает, что политический и социальный строй Оттоманской империи пере-
жил определенную эволюцию и вмел особенности, по-разному проявившиеся в каждой
отдельной провинции. Вместе с тем О. J. Баркан справедливо указывает, что социаль-
ное и экономическое развитие Турции следует рассматривать в сравнении с историче-
ским развитием стран Центральной и Восточной Европы*.
(ОКЛАД 6**
Б. Ф. II о рш и ев (СССР). Политические отношения
между Западом н Ростоком Европы но время Трпдцатплетпей войны
Но Докладу Б. Ф. Порншева было сделано пять сообщений.
Л. Маккаи (Венгрия). Возникновение социальных предпосылок
абсолютизма со владениях асстрийских Габсбургое
на пороге Тридцати.-инпней еойны
L. Makkai. Die Ausbildung der sozialen Grundlage.
des Absolutismus in den Liindern
der Osterreichischen Habsburger an der Schwelle
des Dreissigjahrigen Krieges
Л. Маккаи указывает, что абсолютистская политика Габсбургов в начале XVI в.
в их австрийских владениях не имела опоры в австрийском бюргерстве (в силу его
экономической слабости). Поэтому Габсбурги обращались за помощью к верхнене-
мецким банкирским домам, к их торговому капиталу. Усиление роли барщинного
хозяйства и процесс «вторичного закрепощения» укрепили господствующий феодаль-
ный класс, а бюргерство, вследствие своеобразных экономических условий, пе могло
стать опорой централизации во владениях австрийских Габсбургов. Положение начи-
нает изменяться во второй половине XVI в. Падение роли банкирских домов Фугге-
ров и других приводит к тому, что австрийское бюргерство постепенно начинает уси-
ливать свои экономические позиции в габсбургских землях и отечественный торговый
капитал становится одним из элементов социальной основы абсолютизма. Важную
роль играл слой крупной землевладельческой аристократии, которая была занптере
соваиа и укреплении центральной власти. Определенную роль сыграло и чиновниче-
ство, выросшее па службе у Габсбургов, п католическое духовенство. По доминирую-
щее значение имели австрийские помещики, эксплуатировавшие богемских и венгер-
ских крепостных; значение Же австрийского бюргерства оставалось второстепенным.
* Текст сообщения О. Д. Сказки на и II. Л. Сидоровой см. выше в статье-
II. Л. Сидоровой.
** Сообщения по пятому докладу «Просвещение в Европе XVIII в.» Ф. Вентури
(Италия) не приводятся, так как выходят за хронологические рамки средних веков-.
Ъ2А
Историография и критика
В. Там (Швеция). Швеция и Россия
во время Тридцатилстней войны
Тham. Schweden und Hussland im Zeitalten
des Dreissigjahrigen Krieges
В. Там указывает, что политика шведского короля Густава-Адольфа в отношении
России была направлена на то, чтобы приобрести в лице русского царя Михаила
надежного союзника. Это намерение Швеции обусловливалось двумя факторами:
напряженностью шведско-польских отношений и заинтересованностью Швеции в рус-
ском зерне,особенно необходимом после вступления Швеции в Тридцатилетнюю войну.
Швеция стремилась использовать Россию для нанесения решающего удара Польше,
а затем намеревалась поделить земли Польши между Швецией и Россией (Украина—
России, Польша—Швеции). С этой целью шведский король старался вдохновить Рос-
сию на захват восточных и южных польских земель. Но положение в Германии и об-
щеевропейская ситуация заставили Швецию пожертвовать шведско-русским союзом
м заключить перемирие с Польшей. Не получив обещанной помощи от Густава-Адоль-
фа, Россия в 1634 г. также заключила мир с Польшей. После этого русская политика
в отношении Швеции стала крайне осторожной, а Швеция до 1648 г. не делала попыток
заключить с Россией союзный договор.
Р. Питон (Швейцария). Венецианская политика
в первый период Тридцатилстней войны
в Италии (1618—1631)
Вету Pit lion, Universite de Lausanne.
La politique venitienne et la premiere partie
de la guerre de Trente ans en Italic (1618—1631)
Автор указывает, что Венеция, которая в самом начале войны претендовала на
первостепенную роль, в.результате своего экономического упадка и отсутствия един-
ства действий в лагере союзников потеряла свое преимущество и впоследствии уже
никогда пе играла значительной роли в международной политике Европы.
Э. С а р раб ло (Испания). Некоторые данные
об изучении связей между Испанией
и Польшей в XVI—XVII вв.
Eugenio Sarrablo, Universidad de Madrid.
Algunos dates para el estudio de las relaciones
entre Espana у Polonia en los siglos XVI у XVII
Э. Саррабло указывает, что связи между Испанией и Польшей завязались еще
в XI в., но особенно тесными они стали в XVI—XVII вв. Он подробно рассматри-
вает династические связи обеих стран в этот период, а также составы посольств Испа-
нии в Польшу и их активную деятельность, направленную на укрепление отношений
между этими двумя странами.
Т. С. Осипова, II. С. Пичугина, А. А. Сванидзе
П У Б Л II КАЦ И И
МЕМУАР ИСААКА РАЗИЛЛИ
О ФРАНЦУЗСКОЙ КОЛОНИАЛЬНОЙ ЭКСПАНСИИ (1626 г.)
Предисловие Робера Мандру
Перевод и комментарии Н. В. Ревуиеиковой
под ред. и с послесловием А. Д. Люблинской
НЕЗАСЛУЖЕННО ЗАБЫТЫЙ ИСТОЧНИК
Наша публикация не ставит своей целью ознакомить читателя с не-
изданным источником: интереснейший документ — мемуар Исаака Ра-
зилли — почти три четверти века назад уже нашел своего издателя в
лице Леона Дешана и появился в «Географическом обозрении»*. Но этот
небольшой мемуар, адресованный кардиналу Ришелье с целью побу-
дить его увеличить число колониальных экспедиций, не получил того
признания, которое он заслуживает. Мы остановимся вкратце на при-
чине этого, а затем и на вопросе о том, чем же интересны его образно
написанные страницы. В них очерчена не только колониальная поли-
тика, но и картина французского общества, увиденная глазами мелкого
дворянина. Уже с этой точки зрения мемуар Разилли заслуживает вни-
мания широкого круга читателей.
Шевалье де Разилли \ младший сын небогатой дворянской семьи из
Пуату, который (как и один из его братьев2 ) в течение двадцати лет
много плавал по всем морям, обратился в 1626 г. к Ришелье с призывом
развивать мореплавание, и особенно колонизацию, которые он считал
необходимыми для Франции. Этот мальтийский рыцарь, плававший как
по Средиземному морю, так и в Атлантическом океане, был отнюдь не
бескорыстен в своих увещеваниях: он сам предложил свои услуги, ко-
торыми Ришелье не пренебрег, поскольку в 1630 г. отправил его в Ма-
рокко**, а в 1632 г.— в Канаду. Наш моряк хорошо знал Францию, ее
побережья и порты, и у него были собственные идеи о Международной
торговле и о богатстве наций. Разумеется, <>н не был человеком ученым
и писателем (чего он и не скрывал); тем более интересны его рассуждения.
В области политической экономии, равно как и общественной жизни,
Разилли высказывает мысли, распространенные в той социальной среде,
к которой он принадлежал; во всем же, что касается колониальной поли-
тики,— еще шире — мнение тех французов, которые были заинтересо-
* L. Deschamps. L'n colonisateur du temps de Richelieu Isaac de Razilly.
Biographic, memoire inedit.— «Revue de Geographic», Paris, 1886, p. 273—285, 374—
383, 453—464.
1 Здесь и далее арабские цифры отсылают к комментариям переводчика, помещен-
ным в конце публикации.
** В 1631 г. Разилли опубликовал описание этой экспедиции (J. А г m a n d. [ed.J
Voyage d’Afrique faite par le commandement du roy sous la coiiduitede M. le comman-
dant de Razilly. Paris, 1631).
32Г>
Публикации
папы в экспедициях во вновь открытые земли Словом, можно сказать,
что это падежный свидетель.
Разиллп — человек одной страсти — страсти завоевания вновь от-
крытых земель, основания «Новых Франции». Как и другие его совре-
менники, как и Боден за пятьдесят лет до того, он очень чувствителен
К успехам соседей. Им владеет ощущение, что самый удачный момент
Францией упущен: Впльгапьоп 3 и Шамплен 1 прибыли иа американ-
ский берег слишком поздно, когда все лучшие места были уже захваче-
ны. Разняли понимает также, что удача Испании не составляет исклю-
чения; он ссылается на пример Англии, которая при Елизавете 1 столь
блистательно разбила Армаду Филиппа II, столь успешно пиратствовала
па иберийских побережьях и основывала колонии. В особенности же он
ссылается па голландцев: придя на смену португальцам, они в несколь-
ко лет приобрели громадные владения в Индийском океане. Но. рассуж-
дает пуатевинский моряк, и для Франции ничто еще не потеряно: у нее
хорошие порты и достаточно моряков, пет пока недостатка и в свобод-
ных землях в Африке, Америке и Азии. Мемуар является обоснованием
морского и колониального призвания Франции п адресован мпннстрч,
который не остался равнодушным к убедительной аргументации, соткан-
ной из констатации исторических фактов (достижений Испании п т. и.)
и обычных для той эпохи меркантилистских идей.
Одобренный министром кардиналом, мемуар без большой натяжки мо-
жет считаться одним из важных источников по истории колониальной
политики времени Людовика ХШ. Наилучшее тому доказательство на-
ходится в «Мемуарах» кардинала, где (по меньшей мере в одном месте)
имеется дословное воспроизведение текста Разиллп*. Основанная через
несколько лет компания «Ста пайщиков» была учреждена именно по
тому плану, какой был предложен нашим автором. Значительно позже,
и 1664 г., Кольбер заставил города и знать вступить в Индийскую компа-
нию на тех же условиях, за которые ратовал Разиллп**. Не удивитель-
но, что такой ярый сторонник французской колониальной экспансии в
эпоху расцвета империализма, как Леон Дешаи 5, в 1886 г. обратил на
него внимание. Он намеревался не только познакомить ученый мир с
важным источником и выявить неизвестного дотоле колонизатора эпохи
Ришелье; по его мнению, мемуар Разилли должен был послужить своего
рода примером для французов, когда они как будто колебались, стоит
ли нм завоевывать Африку. Чтобы убедиться в этом, достаточно прочесть
введение и примечания Дешана (например, о Марокко как двери в Ал-
жир)***. Прагматические — чтобы не сказать политически! — интересы
первого издателя нашего «Мемуара» вполне объясняются обстановкой,
в которой появилась его публикация. Они же явились причиной его не-
внимания к социальным п экономическим взглядам шевалье де Разиллп,
на которых мы и собираемся остановиться, пе пренебрегая и колониаль-
ной программой, которая, впрочем, не столь уж оригинальна****.
О колониальном призвании Франции (что п было прямой целью мемуа-
ра) скажем лишь несколько слов. Доказательства Разилли па этот счет
* Memoires du cardinal de Richelieu publics par la Societe de I'hisloire de France,
t. VII, Paris, 1926, p. 26 29.
** Ср. ниже, стр. 338.
*** «Revue de Geographic», Paris, 1886, p. 280 (прим, nepee.).
**** Ришелье получил тогда же другие мемуары, написанные в том же духе. В статье,
озаглавленной «La question coloniale en France au temps de Richelieu et de Mazarin»,
появившейси в 1885 г. в журнале «Revue de Geographic», Л. Дешан комментирует не-
которые из них; ср. ibid., р. 367.
Публикации 327
не очень убедительны и объяснения неглубоки, что и позволяет особо о
них не распространяться.
Рассуждения Разилли состоят из четырех пунктов, и нее онп конча-
ются одним и тем же выводом: необходимо основывать колонии.
1. Меркантилистский аргумент: опровергая «старые басни», согласно
которым французы якобы производят нее, для себя необходимое, п не
нуждаются в получении чего либо со стороны (старая пллюзня 1626 г.,
которая, однако, оказалась очень живучей), и считая их предрассудка-
ми. Равняли выдвигает соображения о золоте и серебре. Получение не-
обходимых для Франции драгоценных металлов — в пей самой онп не
добываются — связано с господством па море. Разилли понимает воен-
ное значение золота и серебра: онп нужны для оплаты солдат, для укреп-
ления безопасности государства, для завоевания «королевств и империи,
как это сделал испанский король». По в своей основе это — меркантилист-
ская идея, уже принятая правительственными кругами предшествую-
щего царствования, и особенности Лаффема и его единомышленниками*.
2. Морские успехи соседей Франции: для нашего моряка (как и для
людей XVI в. в целом) исторический опыт являлся основным доказа-
тельством. Испания до Христофора Колумба — это лишь «апельсины и
лимоны», т. е. пе учитываются ни ресурсы полуострова в течение средне-
вековья, пи ремесленники Кордовы и Барсе топы. Почему обогатилась
Англия при Елизавете? У нее был хороший флот. Почему обеднела при
Якове I? Опа пренебрегла «морскими делами». Благодаря своим моря-
кам голландцы заставили бояться Себя повсюду, вплоть до Восточной
Индии. Разилли хорошо знает голландские компании, статуты которых
были опубликованы в «Mercure franQois» в 1623—1624 гг.** На ум ему
приходит много других примеров: Венеция, Тунис, Мальта, Сале...
3. Однако огромные морские ресурсы Франции не используются: что-
бы убедиться в этом, стоит лишь перечислить удобные для устройства
портов места, которые имеются на всех побережьях от Средиземного мо-
ря до Ламанша. Многие из указанных нашим автором портов так и оста-
лись с той поры небольшими гаванями для каботажных и рыболовных
судов (например, Камаре, Бовуар, Морнак). Нет недостатка не только
в портах, но и н древесине, пеньке и холсте, а также в мужественных
людях, из которых выйдут настоящие моряки.
4. Наконец, последний пункт, помещенный после рассмотрения фран-
цузского общества и его ресурсов (к чему мы сейчас обратимся): Разилли
обозревает те части света, где французы могли бы обосноваться, в пер-
нув» очередь Африку (что, вероятно, объясняется принадлежностью авто-
ра к Мальтийскому ордену и его длительным знакомством с побережьями
этого еще мало заселенного тогда материка); затем, после отступления,
посвященного европейской торговле,— Азию, по его мнению, гораздо
менее пригодную для колонизации, чем Африка; и, наконец, Америку.
Под его пером Гвиана становится земным раем: мираж, которым оболь-
щались еще столетие спустя современники Лоу при мысли о Луизиане.
Доказательства завершаются, как п следовало ожидать, предложе-
нием своих услуг. Однако в строго логичном изложении обойден глав-
ный вопрос: почему же Франция, столь богато одаренная природой и
людьми, пе стала такой крупной торговой и колониальной державой, о
которой мечтает автор? Все, говорит он, ее к этому толкает и призывает,
но она ничего не делает. Правда, о причинах этого «упущения» сказано:
* Доказательством служит чисто меркантилистский пассаж на стр. 342.
** Тем не менее он о них умалчивает: его стесняет то, что эта компании состоит пз
купцов (ср. стр. 344 — его мысли о французских купцах).
328
Иубликац ии
когда наш моряк поносит дворян, духовенство и купцов, он дает верные
объяснения отставанию и пассивности французов. Но оставим колониаль-
ные неудачи Франции в 1G2G г.* и посмотрим лучше, как изображает
французское общество человек, который, возвратившись после долгих
странствии, судит о своих современниках подлинно с позиций своего
класса.
У этого мелкого дворянина нет положительного мнения ни о знати,
ни о духовенстве, ни о чиновниках, ни о купцах. Он игнорирует парод**
(во всяком случае умалчивает о нем), по зато умеет похвалить доблесть
обедневших дворян, которые из-за отсутствия подобающих их званию
поместий покидают фамильные замки, чтобы искать счастье в королев-
ской армии пли на море. По его мнению, этот ищущий себе применение
класс и должен обеспечить будущее Франции.
Разилли не очень уважает знать и придворных; похвальная откро-
венность приводит его к прямому выпаду против злоупотреблений***,
содеянных самими королями. Эта острая критика имеет в виду Генриха
IV и Людовика ХШ (до 1G24 г.). Но наш автор презирает также и тех
«кумовьев и кумушек»****, которые нахватали себе должности и привиле-
гии и думают только «об одежде, охоте и ловчих птицах». Это окружаю-
щее короля придворное дворянство, которое принимало участие во всех
не прекращавшихся в 1610—1G24 гг. интригах и заговорах, следует
либо добровольно, либо силой заинтересовать мореплаванием. По до-
статочно ли убедительна перспектива «сделать свои имена бессмертны
ми», чтобы они отдали своп пенсии и людей на создание королевского
флота? Это дело «королевского авторитета», думает наш автор, который
твердо верит в желание короля и его советников покончить со злоупотреб-
лениями и верит также — эту черту стоит отметить — в силу руководи-
теля, умеющего заставить себе повиноваться ***»*.
Презрение его распространяется и на духовенство, точнее, на высшее
духовенство, у которого он требует пятую часть годового дохода для
обращения несчастных язычников, населяющих заморские страны******.
Ясно, что в этой формулировке, такой же смелой, как и в помещенном
несколько выше резком высказывании о короле и его советниках, тер-
мин «многие»— эвфемизм. Подавляющее большинство архиепископов,
епископов, аббатов и приоров вели образ жизни крупных сеньоров.
Интересно, что этот общеизвестный факт подтверждает человек, который
совершенно не был причастен к религиозным распрям и не занимался
никакими реформами в области идеологии. Может быть, говоря о его
мнении насчет уменьшения благочестия, следует подчеркнуть, насколько
оно противоречит обычным представлениям о католическом возрождении
первой половины XVII и. и об основании бесчисленных монастырей и
организаций белого духовенства.
Нужно ли говорить об откупщиках, которые спекулировали деньга-
ми? Похоже, что у Разилли в этом проглядывает унаследованное отвра-
щение человека, родившегося в деревне, ко всему, что связано с торгов-
лей и денежными операциями: он едва упоминает об откупщиках. Не
* Мы обойдем молчанием также в технические рассуждения о формах в качест-
вах судов — они не оригинальны.
♦* За исключением жалостливых слов о «бедном пароде», «угнетаемом» откупщи-
ками (см. стр. 339).
*** См. стр. 336.
**** Там же.
»*•*• См. стр. 344—выпад против слишком большего количества начальников во
французских экспедициях.
••••** См. стр. 339.
Публикации
329
лучше охарактеризованы и чиновники*. Люди мантии «портили госу-
дарство» тем, что отвратили стольких купцов от их призвания. Это зло
хорошо известно, и Разилли разоблачает его задолго до Кольбера. Он
ясно видит процесс который издавна влечет торговую буржуазию к го-
сударственной службе, и видит его в момент, когда он усиливался бла-
годаря королевской власти, желавшей улучшить администрацию и вы-
путаться пз своих финансовых затруднений.
Примечательно, что самые острые стрелы Разилли приберег для круп-
ных негоциантов, этих зачинателей колониальной экспансии, ибо в ту
эпоху купеческие экспедиции предшествовали завоеваниям. Одпако наш
моряк недоволен именно характером их деятельности; в основном он
корит купцов за то, что они пе практикуют вложение капиталов на дол-
гий срок**. Стремясь немедленно получить наибольшие прибыли, они
не становятся основателями колоний. Заинтересовать их в длительных
торговых операциях можно путем пожалования им дворянства после
нескольких лет такой деятельности, но рассчитывать на них при основа-
нии колопнй следует лишь в случае принуждения ***.
Таким предстает перед нами состояние господствующих классов фран-
цузского общества. Стоит принять во внимание зти резкие суждения че-
ловека, убежденного в своих словах: они точно воспроизводят классовую
психологию определенного социального слоя — мелкого дворянства, ра-
зоренного войнами и экономическими процессами предыдущего века. Не
следует пренебрегать и суждениями, обнаруживающими скрытые глубо-
кие социальные противоречия. Ведь после борьбы па Генеральных Шта-
тах 1614 г. в заговорах и волнениях последующих десяти лет участвуют
лишь вельможи и их клиептела; но вот на заднем плане оказываются
мелкие дворяне, которые требуют себе места в крупных экспедициях и
пытаются опорочить других претендентов.
Не менее примечательна проницательность этого честолюбивого мо-
ряка: от пего не ускользнули ни злоупотребления в системе распределе-
ния пенсий и во всем придворном аппарате, ни «капиталистическая» сла-
бость делового мпра, ни вред от продажности должностей. Ни на минуту
не теряя пз вида главную цель своего мемуара, он вскрывает основные
черты французского социального строя той эпохи. Правда, в большин-
стве случаев — идет ли речь о тяге к должностям, или о злоупотребле-
ниях зпатп — он, как правило, подтверждает то, что мы уже знали.
Однако цеппость подобных суждений от этого не уменьшается. Фран-
цузское общество переживало в пачале XVII в. один пз наиболее глубо-
ких в своей истории кризисов роста, и интересно обнаружить его главные
черты в нашем мему аре, посвященном колониальной экспансии.
Р. Манд ру
МЕМУАР ШЕВАЛЬЕ ДЕ РАЗИЛЛИ
Монсеньеру светлейшему кардиналу Ришелье, главе Королевского совета
и сюрпптепданту французской торговли ****
* См. стр. 343.
** См. стр. 344.
*** Речь идет о предписанном городам принудительном участии в основании ко-
лоний (см. стр. 338); Кольбер применил эту систему без большого успеха.
**»* Рукопись хранится в Сент-Женевьевской библиотеке (Lf. 36), тетрадь in-quarto,
74 стр., копия. Можно предположить, что для поднесения кардиналу Разилли отдал
переписать набело свою работу и что перед памп — тот самый мемуар, который про-
чел кардинал. Во всяком случае ничто пе может внушить сомнения в его подлинности.
(Здесь и ниже примечания, авторство которых не оговорено, принадлежат Л. Дешану).
330
Публикации
Монсеньер.
горячее усердие к службе королю и общественному благу победило
меня представить в письменной форме и рилаi ae.Mi.iii ниже мемуар, в коем
изложен опыт, приобретенный мною в четырех частях света. Но посколь-
ку все мое образование ограничивается лишь знанием нравов н обычаев
ныне живущих людей, я пе смогу облечь мои мысли в изысканную форму.
Поэтому я умоляю Ваше преосвященство извинить недостатки, которые
могут оказаться в моем произведении, и обратить внимание на то, что Вы
сочтете для себя полезным в интересах достохвальных начинаний, пред-
принимаемых Вамп, чтобы возродить запущенную в течение долгих лет
навигацию. Обрисовать ее я хотел бы в образе судна, блуждающего вбли-
зи берегов ио воле прилива, гонимого ветрами, без руля, без всех своих
мачт, парусов, канатов, якорей и пушек; тем ле менее на судне много
людей и съестных припасов. Волна песет его на рифы и скалы француз-
ских берегов, и только ч>дом упомянутое судно до сих пор не затонуло;
но существовать дольше оно пе сможет и погибнет, если Ваше преосвя-
щенство не поставит па нем руль, не оснастит его снова мачтами, пару-
сами, якорями, канатами, пушками, капонирами н припасами, а затем
с помощью хорошего .лоцмана не введет его в Гавр-де-Грас, воистину
спасительное убежище. Там Ваше преосвященство распорядится поско-
рее законопатить, починить и смазать судно, снабдить людьми в нужном
числе п водрузить па грот-мачте три лилии, придав ему в сопровожде-
ние множество других кораблей и поручив управление самым опытным в
королевстве капитанам, прикажет им отправиться освобождать из раб-
ства находящихся в Берберии христиан®, плавать по всем морям, осно-
вывать колонии, приводить неверных в лоно церкви и сделать так, чтобы
все жители земного шара чтили эти три лилии. Все это станет возможным,
если Вы, Ваше преосвященство, п дальше пребудете и достойном намере-
нии восстановить навигацию, единственную основу королевства, и под
Вашим началом я покажу, что сумею лучше выполнить все на деле, чем
изложить в письменной форме. В ожидании счастья быть использованным
на Вашей службе прошу Вас уделить сколько-нибудь времени из числа
не занятых часов на чтение этих строк, чем, я надеюсь, Вы будете удовлет-
ворены. Эта надежда заставляет меня еще больше молить бога благосло-
вить Ваши священные желания возвеличить королевскую службу и об-
легчить народ и оказать Вам свое покровительство и защиту. В надежде
быть всю мою жизнь, .монсеньер, вашим смиреннейшим и покорнейшим
слугой,
Шечалъе de Разилли
Понтуаз, 26 ноября 1(>2(> г.
Многие достойные люди, в том числе и члены Королевского совета
говорили мне и утверждали, что навигация для Франции вовсе не нужна,
так как у ее жителей имеется все, для того чтобы прокормиться и оде-
ваться, не заимствуя ничего у соседей, и что, следовательно, было бы
явной ошибкой развивать мореходство (примером чему является прош-
лое, когда морскими предприятиями постоянно пренебрегали как совер-
шенно бесполезными), да и кроме того, французы неспособны ни пред-
принимать дальние плавания, пи основывать колонии. На это я отвечу
так: мнение тех, кто полагает, что для Франции навигация совсем не
нужна и что французы неспособны к мореплаванию — это старые басни.
Я надеюсь доказать противоположное в нижеследующем рассуждении;
рассказав о выгодах, которые извлекают иностранцы, я приведу истин-
ные доказательства того, что французы более способны к мореплаванию
и более в нем нуждаются, чем любая другая нация в мире.
II цбликации
331
1
Примеры, показывающие паиакм-ть
развитии мореплавания
Надо принять во внимание, что во Франции пи золото, ни серебро не
произрастают*; между тем в наше время ни одно королевство без них пе
может существовать, ибо, не оплачивая солдат, король не может собрать
армии для отпора тем, кто на него нападет. Значит, золото в серебро
иметь необходимо, а можно это сделать только с помощью моря. Посколь-
ку золотые и серебряные копи находятся в Америке (чтобы оттуда до-
стичь Европы, надо проплыть морем 1200 лье), то лишь тот король, ко-
торый будет самым сильным на море, будет владеть этим золотом и се-
ребром, и поэтому в настоящее нремя тот, кто их имеет, имеет п столько
солдат, сколько пожелает, и с ними сможет покорит!, королевства и им-
перии, как зто и сделал испанский король. Каждому также известно,
что еще 120 лет тому назад главный доход испанского короля состоял из
апельсинов и лимонов и что лишь после предложения Христофора Ко-
лумба и после постройки флота он завоевал столько королевств, что солн-
це никогда пе заходит в его владениях; одна его нога на востоке, другая
па западе, а руки протянуты с севера до юга...** Все это было достиг-
нуто с помощью мореплавания, которое принесло ему из Перу несчетное
число миллионов, что заставило все страны опасаться этого государя.
Возбуждая золотом раздоры, он посеял воину в Европе между христиан-
скими государями и постоянно захватывает владения своих соседей.
И будет поступать так п дальше, если пе изыщут средств, чтобы оказать
сопротивление его морским силам.
Королева Англии Елизавета п восставшие голландцы были вынужде-
ны действовать и всеми средствами укрепиться на море, иначе они были
бы разбиты огромной армией короля Филиппа, прозванной непобедимой
испанской армадой, которая действительно могла бы стать таковой,
если бы бог не покарал дерзость этого гордого завоевателя, который
больше полагался на силы человеческие, а не на бога.
Несомненно и бесспорно, что если даже все европейские корабли были
бы собраны вместе, зта непобедимая армада смогла бы пх уничтожить;
тогда Англия и другие страны были бы завоеваны. Но там, где не хва-
тает силы, приходится прибегать к хитрости, что и сделал изобретатель-
ный Дрэйк; с малыми силами он сжег и рассеял весь этот огромный флот.
Вот как один смельчак способен спасти королевство. Это должно быть
примером и для Франции, как надо использовать тех, кто может послу-
жить королю в чрезвычайных обстоятельствах.
После этого разгрома англичане стали особенно опасны на море; они
разбили морскую эскадру у испанских берегов, где затопили часть су-
дов, гг некоторые захватили; затем взяли Кадпкс и вынудили испанского
короля заключить с ними мир.
В царствование покойного короля Якова Английского они пренебрег-
ли морскими делами, поэтому их мощь оказалась значительно подорван-
ной. Однако ее всегда легко восстановить, поскольку у англичан изряд-
ное число хороших судов, очень много пушек и достаточно моряков. Но
чего им весьма пе хватает, так это опытных в военном деле капитанов.
* В оригинале: «L'or et I’argent не croist pas ев France». По-видимому, Разилли
умышленно употребил глагол croitre — произрастать, имея в виду полемику с обыч-
ными высказываниями противников заморской торговли, утверждавших, что все нуж-
ное для существования произрастает во Франции (прим перев.).
** Помарка в рукописи.
332
Публикации
Поскольку же они забросили торговое мореплавание, сократились и их
доходы.
Несомненно, что вся территория Голландии и Зеландии не больше
островов Ре и (Элерона 7; тем не менее благодаря морю голландцы заста
вили весь мир бояться себя и сделали своими данниками многих коро-
лей Восточной Индии. Все их могущество ведет свое начало со времени
гибели непобедимой испанской армады, тем более что испанцы стали
меньше заботиться о мореплавании и больше налегать на образование.
Впрочем, вот уже четыре года, как они, признав свою ошибку, сократили
количество школ и приказали каждой семье обучать детей морскому де-
лу, понимая, что, если они не будут сильны на море, они потеряют и
Восточную, и Западную Индию, и все свои завоевания. Испанский ко-
роль даже приказал, чтобы все средства Фландрии были использованы
для вооружения возможно большего числа кораблей в Дюнкерке. В на-
стоящее время он повелел построить большое количество галлонов на
берегах Бискайи и во всех испанских портах, дабы стать господином
на море, так как без этого он не может существовать.
Очевидно, что все богатство венецианцев основано только на их мор-
ском могуществе; с помощью торговли они постоянно извлекают из Тур-
ции самые надежные прибыли. Пока у них есть множество галер, они
заставляют соседей бояться себя; но стоит им хотя бы на два года прек-
ратить навигацию — они будут разорены.
Что содействовало репутации Мальты и Ливорно, как не их морская
мощь, заставившая все страны Леванта бояться их? Истинная правда,
что все христианские государи существуют только благодаря своим мор-
ским силам. Если же посмотреть на мусульман, то ведь и они овладели
всей Турецкой империей благодаря своему морскому могуществу, которое
они сохранили вплоть до наших дней. И если бы не особая милость бога,
даровавшего победу христианам в морской битве при Лепанто, то му-
сульмане поработили бы весь христианский мир. Это очень хорошо по-
нял испанский король, осудивший на смерть командовавшего упомяну-
той морской христианской армией дона Хуана Австрийского, который
дал бой без приказа. Принимая во внимание огромные силы противника,
было бы слишком опасно рисковать: если бы битва была проиграна, хри-
стиане никогда не смогли бы оправиться и были бы вынуждены стать
турецкими данниками. Этот пример показывает, что тот, кто господст-
вует на море, обладает большой властью и на суше.
Тунисцы и алжирцы начали строить круглые корабли. Еще 24 года
тому назад у них было только три корабля, по с тех пор они настолько
увеличили их число, что теперь их более 150; они убили и взяли в плен
(начиная с первой экспедиции) не менее 30 тыс. христиан, главным обра-
зом французов, и более 60 млн. ливров деньгами и товарами.
/Кители королевства Марокко, Сале 8 и Тетуана9 начали воевать на
море восемь лет назад и уже захватили более 6 тыс. христиан и 15 млн.
ливров, из коих на долю Франции пришлось две трети. Хотя они начали
только с одной вооруженной тартаны10, теперь у них более СО судов,
которым пока еще пе хватает ни вооружения, нп опытных в морском деле
людей; так что с шестью хорошими судами (каждое в 300 т) можно было
бы одержать верх над всеми их 60, взятыми вместе. Но мало-помалу они
приобретают боевой опыт и станут непобедимыми, если в скором времени
им не воспрепятствовать.
Можно было бы привести тысячу других примеров, доказывающих,
что король, не имеющий морских сил, подвергает свою страну опасности
разграбления. Свидетельством тому служит недавнее- прошлое нашего.
Публикации
333
королевства, когда ларошельцы вооружили один корабль и два паташа и,
чтобы грабить купцов и стать сильными на море. Это им удалось за очень
короткое время, ибо через год на рейде Сен-Мартена12 оказалось 60
по-военному снаряженных кораблей и они захватили острова Ре, (Эле-
рон и Ла Трамблад13, установили пошлину для всех судов при входе и
выходе из Жиронды, закрыли проход к устью Луары и пе дали возмож-
ности провозить соль из Бруажа 14 и островов. В результате сумму пяти
больших откупов15 пришлось понизить па 1200 тыс. ливров в год,
а торговле французских купцов был нанесен ущерб в 5 млн. ливров*. Ла-
рошельцы еще более повредили бы [торговле] всего побережья Франции,
если бы король не решил по своей доброй воле израсходовать многие мил-
лионы для поражения и наказания сих мятежников. Для этой цели
ему пришлось использовать мальтийские талионы, марсельские галеры
и галиопы Гиза**, а также семь английских кораблей, 19 голландских
и все пригодные суда своего королевства. Лишь благодаря таким силам
удалось победить [ларошельцев]. К тому же, если бы к несчастью для
себя, они не сожгли в Эгийоне 16 голландский корабль, голландцы ни-
когда не стали бы с ними сражаться, и следовательно, все расходы его
величества были бы напрасны. Это хорошо доказывает, что королю надо
полагаться на свои собственные силы, а не на силы своих соседей.
Сердце сжимается, когда вспомнишь обычные разговоры иностранцев
о Франции. Я, конечно, оспаривал их, чтобы поддержать честь королев-
ства, но мне отвечали: каково же могущество вашего короля, если свои-
ми силами, без помощи Англии, Голландии и Мальты, он не смог победить
дворянина из числа своих подданных17; а ведь могло быть еще хуже,
если бы война велась и с английским королем: в короткое время тот за-
хватил бы остров Олерон и Арверт 18, где получил бы в свое распоряже-
ние 2 тыс. человек и область, пригодную для снабжения своей армии,
укрепился бы на Экском острове 19 и, преградив доступ к устью Шарап-
ты и к Бруажу, помешал бы всей французской торговле солью. Сверх
того, он лишил бы короля [Франции] его наибольшего дохода, взимая
пошлины в устьях Жиронды и Луары, захватил бы остров Дьё 20, взял
бы Нуармутье и Бонен 21 (хорошую гавань для своих судов), и вывозил
бы оттуда много зерна, соли и вина; при этом и Бельиль 22 подвергся бы
опасности (учитывая его теперешнее состояние), были бы захвачены ост-
рова Эдик и Уа 23; он укрепил бы Леконке, захватил бы Бреа и Шозе 24.
Устоял бы во Франции один лишь остров Ре, но, окружив его множест-
вом кораблей и галиотов, можно было бы и его взять голодом. Я смеялся
над теми, кто вел подобные разговоры, и говорил, что наши французские
острова нельзя захватить так просто и что они хорошо защищены. Но в
обществе французов, осведомленных о положении этих островов, я пред-
почитаю скрывать свои чувства и более об этом не распространяться,
ибо слишком хорошо знаю, в каком состоянии острова сейчас находят-
ся. Главное средство возродить и сохранить величие Франции — это
избежать всяких войн, внешних и гражданских, и тогда, согласно ниже-
приведенным предложениям, за десять лет мирной жизни, восстановив
навигацию и укрепив руль па этом несчастном, потерявшем управление
♦ Автор, несомненно, преувеличивает ущерб, нанесенный ларошельцами (прим.
Р. Мандру).
** 17 марта 1622 г. герцог Гиз был назначен командующим марсельскими гале-
рами, а в сентябре возглавил флотилию из 75 кораблей против Ларошели (G. Four-
nier. Hydrographie con tenant la theorie et la pratique de toutes les parties de la naviga-
tion. Paris, 1677, p. 259).
331
1 [убликаци и
судне, король сможет стать господином па морс, грозным для всего мира
и для всех народов.
Как же следует поступить? Ладо обозреть положение Франции и вы
яснить, имеется ли в ней все необходимое для навигации. Доказать это
очень легко, так как па всем земном шаре не найдется королевства, рав-
ного ей по богатствам.
Расположена она в умеренной зоне, па И долготы и 8,5 широты,
считая от Кале до Г>ай<шны. Длина ее побережья, омываемого оксаном,
составляет ЗбО лье, а именно: берега Пикардии, Нормандии, Бретани.
Пуату, Они, Септонжа н Г пени. В этих провинциях имеется много боль-
ших судоходных рек, и суда бороздят по ним королевство во всех направ-
лениях. Одни реки впадают в океан, другие — в Средиземное море, что
позволяет товарам свободно проникать во все другие провинции, напри-
мер Луара, Рона. Гаронна и Дордонь почти соединяют Средиземное море
с океаном.
Таким образом, от берегов Англии и вплоть до омываемого Средпзем
иым морем Прованса можно легко из одного моря в другое перевозить
товары по этим большим рекам, которые созданы, словно нарочно, для
того, чтобы сделать королевство богатым и могущественным с помощью
торговли.
Скажу кстати о Средиземном море: для (укреплении| своего могуще-
ства королю надлежит держать в Марселе и в Тулоне 25 галер, которые
могли бы помешать коммуникациям Испании с Италией!. Одним пз глав-
нейших опасений испанского короля является то, что в этих .местах Фран-
ция сможет разрушить его планы. Однако если оплачивать галеры (на-
пример, марсельские) ио !• тыс. экю в год, их нельзя употребить для во-
енных целей. Необходимо, но крайней мере, 15 тыс. экю в год на каждую
галеру; тогда можно будет использовать эти галеры с честью и выгодой.
Каждая из наших мальтийских* галер стоит 20 тыс. экю в год, и если
марсельские галеры не могут каперствовать против галер Алжира и
корсаров Берберии, то в этом нельзя винить начальника галер, тем более
что при ежегодных экспедициях для этого не хватит всего его имущества.
Нельзя найти во всей Франции сеньора более достойного и более рачи-
тельного о своей службе, чем г. Дампьер 25, который обладает всеми
необходимыми для командующего качествами. Но его возможности не
соответствуют его благим намерениям.
Что касается круглых судов, я считаю пх совсем ненужными, так как
они не могут помешать галерам отправиться куда следует на помощь
[прибрежным] селениям; эти суда никогда не смогут захватить галеры,
галеры же успешно их захватывают. Это подтверждается и тем, что ис-
панский король совсем не держит вооруженных галпонов на Средизем-
ном море и в то же время он очень силен своими галерами; значит, ои
считает, что в тех местах круглые суда бесполезны. Таково, ио крайней
мере, мое мнение.
Порты Марсель и Тулон лучшие на Средиземном море. Что каса-
ется океанских портов, то в числе лучших следующие:
в Пикардии: Кале, Булонь, Сен-Валерп-сюр-Сомм, Этаиль;
в Нормандии: Дьепп. Сеи-Валерп аи-Ко, Фенами. Гавр-де-Грас, Оиф-
лер, Ла-Уг, Шербур, Гранвиль, остров Шозе;
в Бретани: Сеп-Мало, Бреа, Морле, Рокоф, Камаре, Брест, Коикар-
но, Одьерн, Плоемёр, устье Кпмперле, Порт Луи. Морбиган, Ларош-
Бернар, шлюз Уарк, Ле Круа.зик, Сен-Назер;
Напомним, что Исаак Разилли был рыцарем Мальтийского ордена.
Публикации
335
в Пуату: аббатство Бурнеф* |?|, остров Пуармутье, Попои, Вовуар.
Сен-Жиль-с юр-Ви, Лс-сабль-д’Олон, устье Пеп Бенуа, Эгпйоп;
в Онп, Сеитоиже и Гпепп: Марап-сюр Севр, три порта на острове Ре,
Шарапта, Бруаж. Сёдр, Морнак**, Меню, Тальмой, Мортань***, Бле,
Бордо, Байонна, Сен-Жан-де-Л юз.
Лучшие гавани находятся в Бретани; они .могут вместить суда .любого
размера.
Если кто-либо спросит, есть ли во Франции лес и древесина для по-
стройки кораблей и достаточно ли пеньки для канатов и парусов и желе-
за для гвозде!!, я отвечу, что большого числа лесов с хорошей древесиной,
от Кале до Байонны, близких к морю или рекам, достаточно, чтобы мож-
но было выстроить кораблей больше, чем их есть в Европе; равным обра-
зом достаточно пеньки н желоза, которыми лишь мы снабжаем наших
соседей.
Можно подумать, что из-за отсутствия плотников у нас пе строят
Кораблей, потому и заказывают пх голландцам, которые таким путем
выкачивают пз Франции деньги, и что вернуть эти деньги себе обратно
можно, лишь продавая голландцам нашу древесину, которую они прода-
ют нам снова в виде кораблей. Не сомневаюсь я также и в том, что во
Франции достаточно хлеба и мяса для снабжения такого количества су-
дов, какое сочтут нужным построить, ибо каждому известно, что боль-
шую часть нашего зерна мы отдаем Испании, а вина и соль — Англии и
Голландии.
Нельзя также усомниться в том, что французы способны к морепла-
ванию. могут основывать колонии и отважно сражаться. Сомневаться в
этом значило бы оскорбить пашу храбрую нацию, которая всегда умела
жертвовать жизнью ради славы. И теперь в пашем королевстве можно
часто наблюдать, как дворяне предпочитают скорее страдать нею жизнь,
пе имея состояния, чем снести даже мелкую обиду пли оскорбление, не
смыв пх дуэлью,— так они оберегают свою честь. Если бы те, кто так
поступает, поняли, насколько почетно плавать по всему свету для осно-
вания колоний во славу божью и ради службы королю, поняли, что этим
они себя обессмертят, то достаточно было бы даже одного из этих сообра-
жений, дабы побудить французских дворян отправиться в самые отдален-
ные страны, где они, рискуя жизнью и имуществом, добыли бы себе сла-
ву. Но благородные люди не могли заниматься мореплаванием из-за
того, что прежние правители государства (словно следуя наставлению
Рабле — лучше стоять одной ногой на земле так. чтобы и другая была
недалеко) презирали навигацию и считали безумными тех, кто ею зани-
мался. Таким образом, дабы не прослыть безрассудным мечтателем, никто
доселе и не хотел отправляться за море, а отправлялся в йнострапныс
земли, подвластные другим государям, т. е. в Испанию, Голландию,
Италик» и Англию, где найдется более 200 тыс. французов, которые во
всех битвах оказываются в первых рядах. Во всех военных экспедициях
круглых судов на Средиземном море участвуют французы, и сражаются
они превосходно. При г.г. командоре де Лапорте 2fi и шевалье де Боре-
гаре 27 много раз случалось так, что они и пх люди имели на день лишь
по 22 боба п немного воды; однако онп терпеливо и добровольно перено-
сили голод в ожидании дня, когда достигнут славы и богатства. Нет пи
одного испанца, который согласился бы так страдать. Истинно, что фран-
цузы выносливее всех других наций в мире.
* «4. Дешин пе установил местонахождение этого пункта (прим, перее.)
** В 2,5 км от левого берега Шарапты.
*** Последние три пункта па правом берегу Жиронды.
336
Публикации
Если рассказать о кораблях, отправившихся из Нормандии и Гисни
в дальние плавания к берегам Африки и Америки, о том, какие лишения
и трудности и какой голод терпели во время путешествий солдаты и мат-
росы, никто бы не поверил; иногда они были вынуждены есть свои баш-
маки, довольствоваться в день горстью муки, корнями растений и пол-
кружкой воды. Если же удавалось поймать мышей или крыс — это было
пиршеством и праздником. Я сам много раз оказывался в такой крайно-
сти и видел, что все мои солдаты терпеливо и с твердой решимостью пе-
реносили тяготы. Надо думать, что надежда на славу и богатство застав-
ляет забывать любые трудности. Совершенно очевидно, что, если король
и министры его государства предоставят мореплавателям почести, пожа-
луют дворянство тем, кто ведет торговлю с отдаленными странами,
и если его величество объявит своим подданным, что из всех них он пред-
почтет тех, кто занимается мореплаванием, что заслуженных капитанов
и совершивших достойные поступки он обеспечит пенсиями — тогда
найдется очень много знатных людей, которые отправятся основывать
колонии и совершат во всей вселенной такие деяния, что заставят всех
убедиться, что нет в мире другой нации, более способной к мореплаванию,
к терпению и повиновению, чем мы. Необходимо лишь избрать достойных
начальников, которые возглавили бы их и командовали ими, и надо,
чтобы должности не раздавались больше через кумовьев.
Единственное преимущество испанцев перед нами заключается в том,
что там никогда не прощают государственных изменников, наказывают
порок и вознаграждают доблесть.
Осмелюсь сказать, что до недавнего времени с жителями нашего ко-
ролевства поступали так же, как поступают канадские дикари по отно-
шению к богу, которого они не боятся и которому не служат, считая его
настолько добрым, что он никогда не причинит нм зла; напротив, они
служат дьяволу, потому что он зол, и они очень боятся, что он будет их
преследовать и мучить. Так же и во Франции: тот, кто угрожает и может
причинить зло. получает в вознаграждение хорошую должность, а про
того, кто надежен и в чьей верности уверены, говорят: этот — наш, он
никогда не выступит против короля, следовательно, не надо ему ничего
давать. Это самое большое зло, какое может быть в королевстве, ибо та-
ким образом теряют хороших слуг и вверяются дурным, которые неиз-
бежно обманывают. Вот так и указывают всем жизненный путь, ведущий
к награде, ибо честным людям наград не дают.
Теперь ясно видно, что король и его советники хотят устранить все
злоупотребления и не придерживаться всех прежних обычаев; напротив,
они хотят утвердить в королевстве доблесть, наказывать пороки, возро-
дить мореплавание во всем его блеске. II действительно, все жители Фран-
ции должны ныне почитать власть его величества, власть, которая ско-
рее божественного, чем земного* происхождения.
Итак, я больше не буду останавливаться на доказательствах пользы
навигации для Франции, наличия в королевстве всего необходимого;
чтобы сделать короля сильным на море, и способности французов к пла-
ваниям и основанию колоний. Это настолько бесспорно, что разумные
люди должны отказаться от своего старого заблуждения о бесполезности
мореплавания для королевства; пример наших соседей должен быть для
нас поучительным на будущее время.
Пора, наконец, перейти к существу дела. Мне могут сказать: верно,
что обогатить королевство и сделать короля грозным для его соседей
♦ Намек на доктрину о священном характере королевской власти во Франции
'(прим. Р. Мандру).
Публикации
337
можно лишь с помощью навигации. Но как поступить в настоящее время?
Для всех морских предприятии нужны большие средства и большие рас-
ходы. а сейчас у короля денег очень мало н все бедны. Это верно, но мож-
но извлечь пользу и из нужды. Если только его величество примет к
сердцу заботу о восстановлении торговли в своем королевстве, то (с по-
мощью мудрых советов Вашего преосвященства), несомненно, можно бу-
дет в шесть лет сделать короля могущественным на море.
Каковы же способы, чтобы при нынешнем положении дел изыскать
средства и возродить мореплавание? После уже будет очень легко встать
на путь завоеваний и установить торговлю со всеми четырьмя частями
света лишь бы, не теряя времени, перейти от слов к делу, соблюдая во
всем осторожность п тайну.
II
Как убедить всех рискнуть заняться мореплаванием
и изыскать для сего средства?
Надо, чтобы при всяком удобном случае король объявлял во всеуслы-
шание, что он будет покровительствовать тем, кто займется сооружением
кораблей и смело отправится в дальние плавания, что именно им он по-
жалует должности, пенсии и привилегии, а не тем, которые толпятся
вокруг него, разоряются в кабаках, прося у него наград якобы за много-
летнюю службу, хотя сами никогда не обнажали своих шпаг ни на море,
ни па суше. Следовало бы его величеству объявить, что все недостой-
ные и докучливые люди, сопровождающие его двор, не будут больше
получать ни пенсий, ни наград, за исключением людей доблестных, кои
заслужили награды своими путешествиями. Следовало бы даже издать
эдикт, в котором бы дворянам разрешалось заниматься морской торгов-
лей, а всем купцам, имеющим корабль в 200 т с 16 пушками (пригодный
как для военных, так и для торговых целей), при условии, что они пла-
вали десять лет, состоя в Гаврской или Морбиганской 28 компании, бу-
дет пожаловано дворянство, а затем и их детям, если у них будут такие
же корабли. Поскольку за это будут даваться такие почести и награды,
это побудит многих вложить свое состояние в мореплавание.
Его величество король объявит также, что он решил создать королев-
скую компанию пз числа своих приближенных, и сам будет первым в
этой компании, снарядив корабль в 1000 т с 50 пушками, который будет
назван «Королевским». Затем королева-мать 29 также снарядит корабль
в 700 т с 40 пушками, который будет назван именем королевы. Далее,
его высочество 30 па свои средства снарядит корабль в 600 т, вооруженный
в соответствии со своими размерами, который будет носить его имя.
II Ваше преосвященство, чтобы показать всем пример, снарядит корабль,
названный «Ришелье», в 500 т с 36 пушками, пригодный как для военных,
так и для торговых целей.
Подобным же образом и принцы крови, в соответствии со своим ран-
гом, снарядят по хорошо вооруженному и экипированному кораблю в
400 т, которые они будут содержать па свой счет и назовут своими имена-
ми. Командовать ими они назначат своих приближенных, коим это будет
в награду, а пенсии, что жалует им его величество, будут выплачиваться
в первую очередь.
По примеру короля, королевы, его высочества, Вашего преосвящен-
ства и принцев, все герцоги и маршалы Франции соорудят каждый по
одному кораблю, чтобы войти в эту королевскую компанию, и дадут упо-
мянутым кораблям свои имена. Все корабли, пропорционально своим
22 Средние вена. вып. XX
338
Публикации
экипажам, примут участие пи всех завоеваниях п в получении от них до
ходов.
Таким образом, неся необходимые для мореплавания расходы, иран-
цы п все другие умерят излишества в одежде, в -охоте и ловчих птицах и
не будут больше держать около себя столько ненужных людей. Ибо боль
шан часть дворян и приближенных получат вознаграждание иа их кораб-
лях. которые со временем вместо издержек принесут им большие прибыли
и доходы. Принцам и другим важным сеньорам бесполезно держать такую
большую свиту, свидетельствующую об пх знатности, ибо последняя и
без того достаточно известна в королевстве. Нм не хватает .тишь того,
чтобы с помощью мореплавания разнести снов» славу во все части света
и тем обессмертить свои имена.
В подражание атому королевскому флоту можно будет, пользуясь
авторитетом его величества, очень легко убедить все главные города Фран-
ции снарядить ио большому кораблю, на содержание которых они сами
добровольно соберут деньги * но распоряжению своих магистратов и
назначат начальников и чиновников, которые будут расходовать эти
деньги согласно своему порядку и как они сочтут необходимым. Эти ко-
рабли будут названы именами городов и будут служить как военным,
так и торговым целям. II они принесут городам прибыли и доходы, а их
капитаны, прослужив десято лет. будут возведены в дворянство.
Прежде всего необходимо, чтобы Ваше преосвященство отправилось
но поручению короля в Париж, чтобы собрать городской совет, объявить
e.uj о достойных намерениях его величества, клонящихся к пользе его
подданных, и предоставить совету возможность изыскать дли города го-
довой фонд в 30 тыс. экю па содержание корабля в 8()(> т с 40 пушками,
который будет носить имя Парижа. Трудно будет только в норные годы,
ио через короткое время авансы будут возмещены н больше расходов не
потребуется. Наоборот, город получит большие прибыли, многие смогут
найти места для своих детей, которые из-за отсутствия дела распутии
чают: это облегчит положение родителей, а юношей со временем сделает
пригодными к королевской службе. В подражание главным городам и
другие города в соотвествнп с их величиной и средствами соорудят па
ташп, следуя тому же порядку и вышеизложенным условиям.
Хотя упомянутые корабли смогут совершить большие завоевания для
светских целей, но в первую очередь надо потрудиться ради спасения душ
населения Африки и Америки, где многие миллионы жаждут быть настав
ленными на путь истинной веры. Поэтому понадобятся значительные
суммы денег на обращение этих бедных душ, дабы упредить семинарии и
привезти ткани, чтобы одеть нагих после их крещения. Сие благочестивое
дело касается монсеньеров кардиналов, архиепископов, епископов, абба
тов, приоров и прелатов, которые могли бы от своих щедрот отдать ня
тую часть доходов и отобрать в каждом архиепископстве надежных людей
для расходования этих денег, которые пойдут лишь но славу божью и
па благо общества. На эти же деньги можно будет также переправить
известное число бедняков в дальние страны, где будут основаны колонии.
Там следует установить [для церкви] достаточные доходы, чтобы возве-
сти церковные здания и содержать архиепископов и епископов, которые
там будут; они должны получать такую же десятину, как п в нашем ко
ролевстве.
Я хорошо знаю, что в среде духовенства милосердие не в почете и
* По этому образцу была организована в 1661 г. запись в Ост-Пидскую компанию:
города (будучи вынуждены) подписались, но затем перестали платить взносы (прим.
Р. Мандру).
Публикации
339
многие предпочитают проигрывать свои деньги, охотиться и травить зай-
цев, чем заботиться об обращении бедных душ, поэтому многие не захо-
тят добровольно жертвовать на такое дело. Чтобы избежать сего и заста-
вить их принять участие в благочестивых делах, надо, чтобы все осво-
бождающиеся церковные бенефиции королевского назначения 31 его ве-
личество предоставлял лишь при условии выплаты (владельцем бенефи-
ция | пятой части дохода, каковые суммы пойдут па вышеизложенные
святые дела.
Совершенно необходимо, чтобы все члены Королевского совета часто
заявляли во всеуслышание, что онп хотят покровительствовать тем, кто
примет участие в мореплавании, поскольку таково желание его вели-
чества. Следовало бы и г. сюринтенданту финансов постараться, чтобы
деньги, раздаваемые откупщиками направо н налево в виде взяток и по-
дарков при получении откупов, использовались для мореплавания.
Известно, что герцог Сюлли, будучи сюринтендантом финансов, вы-
строил в уединенном месте вавилонскую башню и что нашлись люди,
которые, поддавшись его уговорам и желая ему угодить, построили там
себе роскошные дома без всякой надежды на доход п славу*. С гораздо
большим основанием и с большей легкостью маркиз д’Эфиа, занимаю-
щий ту же должность и обладающий превосходнейшим умом и знанием
дела, мог бы побудить некоторых зависящих от него откупщиков, казна-
чеев и финансистов вложить средства в мореплавание, от коего можно
получить и честь, и доходы, т. е. поступить не так, как те, что без вся-
кого для себя профита построили дома на пустыре, лишь бы угодить
г. Сюлли. Его величество король мог бы также заставить [парламенты]
заверить новые эдикты об установлении налогов на железо, полотно,
табак, карты, бумагу и сахар и в то же время распустить все гарнизоны
крепостей в центре королевства, которые бесполезны для государства,
служат только прибежищем для мятежников и заговорщиков против ко-
роля и обременяют несчастный народ. Половину денег, сэкономленных в
результате роспуска гарнизонов и полученных по эдиктам, можно было
бы обратить на учреждение фонда, дающего в год 1,5 млн. ливров до-
хода. который употреблялся бы исключительно на содержание 20 кораб-
лей и 10 паташей для охраны берегов Франции **. Тогда король стал бы
грозен для всех своих соседей, и были бы под охраной его подданные —
купцы, коих ныне можно уподобить летучим рыбам, служащим для всех
добычей: преследуемые в воде, они вынуждены лететь по воздуху, и тогда
па них набрасываются и пожирают птицы, которые только ими и пита-
ются. Именно так, из-за отсутствия защиты и покровительства, попадают
в плен к туркам и другим иностранным государям все французские море-
плаватели. Если же они, избегнув этой напасти, прибывают со своими
товарами в порты нашего королевства, считая себя в безопасности и на
свободе, здесь пх пожирают и грабят чиновники-крючкотворы морского
ведомства. Соизволите, Ваше преосвященство, все сие мудро упорядочить
и принять необходимые меры в интересах королевской службы и на благо
общества, поскольку это находится в вашем ведении.
Для лучшего несения службы его величеству будет необходимо раз-
* Речь идет о Сюлли-сюр-Луар, прежнем Иоте, купленном Сюлли у Сентрап в
1601 г. в возведенном Генрихом IV в 1606 г. в герцогство-пэрство. Сюлли приказал
произвести в старом замке ие всегда удачные перестройки, что, как видим, вызвало
у современников резкое осуждение.
** Следует подчеркнуть, что те же цифры и почти те же самые слова имеются в
мемуаре. поданном Ришелье королю в конце 1625 г. (Avenel. Lettres, instruc-
tions diplomatique-set papiers d’Etat du cardinal de Kiclielieu, t: II, Paris, 1856.
11 163 -164)
22'
<4i)
Публикации
делить 30 кораблей и натащен па три эскадры — Нормандскую, Бретон-
скую п Гиеньскую — и разделить на три части упомянутый фонд, прино-
сящий доход в 1,5 млн. ливров, а именно 500 тыс. ливров для Руана,
500 тыс. для Ренна и столько же для Бордо, каковые суммы будут рас-
пределены местными чиновниками между начальниками эскадр и капи-
танами в каждой провинции. В результате капитанам кораблей не при-
дется больше докучать ни его величеству, пи членам его Совета просьба-
ми об уплате жалованья, добиваясь коего они вынуждены тратить попу-
сту чуть ли не столько же, а в итоге бедным матросам пе платят, что на-
носит ущерб королевской службе.
Да будет угодно Вашему преосвященству вспомнить, что французская
нация всегда была свободна во всем мире; и только последние 24 года
турки стали захватывать в плен французов, плавающих под [флагом с]
тремя лилиями, так что ныне в Африке более 8 тыс. лучших французских
моряков вынуждены под пытками отказаться от христианской веры и
для жителей Берберии служат даже кормчими, приводя их суда к фран-
цузским берегам для захвата их же родных и соотечественников, что про-
исходит постоянно по всему побережью. В дальнейшем сие можно пре-
сечь с помощью королевских кораблей, которые воспрепятствуют захвату
французских подданных. Что же касается тех. кто ныне находится в
рабстве, то лишь попечение и усердие, коп Вы. Ваше преосвященство,
питаете к королю, службе и благу общества, смогут найти способы к их
освобождению. Часть необходимых для сего денег можно получить от
сборов десятой доли с добычи, захваченной на море в дальних плава-
ниях, а также от побора, взимаемого с уходящих в плавание моряков.
Можно будет даже добиться у его святейшества буллы с разрешением
питаться мясом во время постов, как это делается в Испании, и чтобы
пени за это разрешение были использованы для выкупа вышеупомянутых
невольников. Можно еще добавить, чтобы все владельцы карет в Париже
вносили по 20 экю в год на освобождение французских невольников,
томящихся в Берберии. Это принесло бы миллион благословений его ве-
личеству и тем, кто будет участвовать в этом добром деле.
Самое спешное — это выстроить возможно большее количество кораб-
лей по образцу, который я представил Вашему преосвященству, в особен-
ности для берегов Нормандии. Следует строить суда не больше чем в
200 —300 т, ибо для более крупных порты недостаточно глубоки. Но,
как я предложил, на них можно разместить 16 пушек нового голланд-
ского образца с 2 4-фунто вымя ядрами: четыре пз них будут бить прямо
пперед.
Того же образца паташп на 120 т будут иметь ио восемь пушек с
18-фунтовыми ядрами; две пз них будут бить прямо вперед. Не найдется
па море таких кораблей, которые могут столь же хорошо идти под пару-
сами и выдерживать бури, как эти; в ясную погоду они плавают на боль-
ших веслах, как галеасы зг; следовательно, эти суда будут всегда при-
годны и смогут оказать помощь любым портам, атаковать большой флот
п скрыться от него.
Что До недавнего времени придавало такое значение большим судам?
То, что на них есть тяжелые пушки, а на суда средних размеров можно
ставить лишь легкие мушки, которыми нельзя пробить борт большого
корабля. Теперь же это новое изобретение — квинтэссенция морского
дела — позволяет поставить на корабль в 200 т такие же тяжелые пуш-
ки, что и на корабль в 800 т.
Следует принять во внимание, что большое судно малоподвижно, труд-
но лавирует и обычно имеет на корме только две пушки, так что судно в
Публикации
341
200 т может в штиль подойти к большому кораблю сзади и вблизи дать
залп из четырех орудий, что даст тот же результат, как залп ио кораблю
из галерных куршепных пушек 33. По опыту известно, что на ходу на
галере может быть лишь одна хорошая пушка. Пять мальтийских галер
при отличном командире потопят (в штиль) любой корабль.
Па Средиземном море галеры делают легкими но той причине, что все
государи этого побережья имеют таковые. Однако необходимо, чтобы
они были поворотливыми и чтобы на них имелись сильные каторжники-
гребцы, ибо галеры должны быстро идти на веслах, преследовать п за-
хватывать своих противников. По в океане нет надобности вышеупомя-
нутым судам идти на веслах столь быстро, так как там вовсе нет галер;
они лишь должны идти под парусами и на веслах быстрее, чем другие
суда. На больших кораблях необходимы 100—120 человек, а на пате-
нтах по 60; при любом отливе они могут войти и выйти из всех француз-
ских портов, ибо для больших кораблей необходима глубина в 9 футов,
а для иаташей . в 6. В среднем они обойдутся в 10—12 тыс. ливров,
включая снасти, паруса, канаты п якоря, а пушки на них установят
такие, какие найдутся *.
Крайпе необходимо построить в Гавр-де-Грас и в Бресте пушечные
мастерские и передать в них из провинций все непригодные пушки, чтобы
перелить пз них много орудий нового образца для вооружения кораб-
лей **. Необходимо также основать во всех французских портах канонир-
ские школы, дав им привилегии: ибо теперь в нашем королевстве не най-
дется н двадцати хороших пушкарей, а ведь пушки без пушкарей беспо-
лезны.
Итак, предположим, что Франция богата военными кораблями, во-
оруженными и экипированными всем необходимым. Теперь дело в том.
чтобы не оставить их в бездействии. Дабы пх употребить с пользой для
королевской власти и общества, я перечислю здесь те пункты, где, как
мне кажется, можно и нужно держать эти суда.
Это — порт Сале, где около его берегов постоянно находятся корабли,
подвластные государю Марокко: они захватывают многие наши корабли
и вредят нашей торговле. Надо было бы нм в этом помешать и отправить
шесть кораблей, чтобы они встали на якорь на рейде упомянутого Сале;
одни пз этих кораблей препятствовал бы там свободному входу и выходу
из порта. Эта экспедиция могла бы договориться о мире с упомянутым
государем Марокко и освободить несчастных французов, оказавшихся в
рабстве из-за предательства и воровства Кателана и других, которые
явились к |государю Марокко] с королевскими грамотами (добившись
их при посредстве государственных секретарей) п вывезли оттуда более
чем на 3 мли. драгоценностей и книг 34, на что он имеет все основания
жаловаться. Когда же он отправил во Францию своего посла с жалобой,
того, с ведома его величества, продержали четыре месяца в доме, так что
он не мог никуда выйти. Это дело было проведено очень плохо. Но его
можно поправить с помощью денег, которые предположено получить от
продажи должностей советников в Руане и Дижоне 35. Эта же экспеди-
ция, которая освободит невольников, сможет оставить 100 человек па
острове Могадор зс. расположенном на 32э широты, на расстоянии пу-
шечного выстрела от материка. Остров очень легко укрепить; надо уста-
* Г. Фурнье определяет стоимость выстроенного н снаряженного в Сен-Мало ко-
рабля в 50 500 ливров (G. F о и г и i е г Hydrographic nontenant la theorie et la pra-
tique de toutes les parties de la navigation. Paris, 1667, p. 133).
** Как известно, это пожелание было выполнено Ришелье (литейные мастеринге
в Бруаже, Гавре, Марселе).
342
Публикации
повить там шесть пушек, оставить сухарей на 100 человек и большое ко-
личество сосновых досок для постройки домов. Другие укрепления не
нужны, поскольку сам остров уже представляет собой природную крепость.
На нем надо устроить торговлю полотном, железом, сукном и мелки-
ми товарами на сумму в 100 тыс. экю в год. В обмен можно получить зо-
лотой песок, финики и страусовые перья и вывезти оттуда лучших в Афри-
ке сильных берберских коней. Прибыль от продажи товаров могла бы
достичь 30%, тем более что дорога коротка: от берегов Франции можно
туда доплыть при попутном ветре за восемь суток. Это значило бы встать
в Африке твердой ногой и затем двигаться дальше.
Из числа упомянутых королевских кораблей необходимо послать че-
тыре для охраны п защиты рыбаков Ньюфаундленда от пиратов. Осталь-
ные суда должны охранять побережья Нормандии, Бретани и Гиенм и
сопровождать купеческие корабли в Испанию. Такова задача 30 воен-
ных кораблей. Что касается торговых судов, их можно свободно п надеж-
но употребить для обычной торговли.
Очень выгодна торговля с Сенегалом, Зеленым Мысом, Руфнском и
Горе 37. Туда вывозят железо, стекло и водку. В обмен привозят кожи,
воск, камедь, слоновую кость и мускус на сумму примерно в 100 тыс.
экю в год. Прибыль также составляет 30%. Купцы Дьеппа всегда до сих
пор вели торговлю, по в нынешнем году пх корабли, уже нагруженные и
готовые выйти в обратный путь, были захвачены корсарским судном, огра-
бившим их на сумму в 100 тыс. экю, что нанесет большой ущерб торговле.
Некоторые французы вели торговлю в устье Гамбии, но во всех этих
частях Гвинеи климат очень плох. Для поселений французов в Африке
подходят только остров Могадор и Тагреи 3N, куда португальцы не раз
посылали корабли для основания колоний. Тагреп расположен на 11°
севернее экватора. Португальцы были там разбиты французами. Страна
очень привлекательна. Остальная Африка очень вредна для здоровья и
во многих местах бесплодна; больше о пей говорить не буду.
Я сказал об экспедициях в /Африку в первую очередь, так как с ними
нужно поторопиться, ввиду того что вся французская торговля там погиб-
нет, если быстро не принять вышеизложенных мер. Ибо уже давно стало
обычным и достойным восхищения то, что в Европе торговля упорядоче-
на и ничего в ней не надо пи прибавлять, ни убавлять, разве что всеми
способами постараться извлечь от соседей с помощью товаров золото и
серебро и сделать так, чтобы эти деньги от нас не утекали, запретив ввоз
всяких заграничных тканей, например шелков из Италии, п торговлю
Марселя с Турцией, которая уносит от нас в год 6 млн. чистоганом в упла-
ту за товары и пряности, которые мы можем получить в обмен за наши
товары.
Голландцы также вывозят от пас большое количество драгоценных
металлов в оплату за свои кружева, полотна, наряды и массу мелких
вещиц, за которые мы платим чистоганом. В этом можно навести порядок,
тем более что французские рабочие могли бы изготовлять такие же вещи.
Надо также принять меры, чтобы к голландцам не попадали наши
монеты в четверть экю, так как они имеют обыкновение портить монету,
уменьшая экю па 12 су 39, и затем внозить их во Францию; изготовляют
также множество су и дублей 40 для сбыта в нашем королевстве, где у
них есть агенты, меняющие их па пистоли. Следовало бы также запре-
тить ввоз испанского сукна и вообще всех иностранных тканей и препят-
ствовать переправке в Голландию всех привозимых из Испании реалов,
ибо на этом можно получить 10% барыша. Также уходит много денег
при вывозе из Германии лошадей для карет, часов и кабинетов 41.
Публикации
343
Лучшую в Европе торговлю мы ведем с Испанией, так как все наши
деньги приходят оттуда в оплату наших холстов и зерна *.
Больше всего повредило торговле то, что нее разбогатевшие купцы
перестали заниматься навигацией и вкладывают свои состояния в покуп-
ку должностей для своих детей **, что испортило государство, ибо нет в
мире более бездельных и бесполезных людей, чем судебные писаки, толь-
ко и стремящиеся к хищениям п обезземеливанию своих соседей 42. Пусть
нас образумит пример, поданный уже четыре года тому назад испанским
королем, который (как я уже сказал) издал эдикты и приказы, чтобы все
его подданные, перестали сутяжничать, а простые люди не занимались бы
науками, он сократил также количество школ, дабы все семьи готовили
своих детей для мореплавания, главной основы их государства.
Следовало бы, в частности, возобновить ловлю сельди, которую фран-
цузы забросили по небрежности и которая приносит 2 млн. в год. Кое-
какую торговлю возможно вести с Данией и Данцигом, откуда можно было
бы вывозить дешевые медь и чугун для изготовления пушек. Существует
также некоторая торговля с Англией и Ирландией, куда ввозят вино н
соль; оттуда к нам идут кожи, олово и сукна.
1 Вот все, что касается Европы.
Не следует и помышлять о создании колоний в Азин и в Восточной
Индии, куда путь слишком далек. Кроме того, там сильны испанцы и
голландцы, и они нас туда не допустят. Единственно, что можно пред-
принять, это учредить богатую компанию ***, включив в нее марсельских
купцов, чтобы они, вместо того чтобы оставлять в Сирийском Триполи
п в Александрии ежегодно по л—6 млн. в уплату за шелка, ковры, ре-
вень и другие товары, отправили лучше девять-десять больших кораблей,
которые, обогнув мыс Доброй Надежды, вошли бы в Персидский залив.
Там вышеупомянутые товары можно купить из первых рук гораздо де-
шевле, чем при посредстве турок, которые перепродают нам все эти то-
вары гораздо дороже, чем они им стоят. Кроме того, при торговле с пер-
сами не обязательно расплачиваться только деньгами, и мы сможем обме-
нивать наши сукна, алые ткани (escarlates), железо и другие товары
на вышеупомянутые необходимые нам товары. Это облегчается тем, что
персидский король разрешил свободно торговать всем народам, которые
захотят прибыть туда.
В Индии есть другие королевства, с которыми также можно торговать,
и в итоге испанцы и голландцы, которые снабжают нас пряностями и
другими вышеупомянутыми товарами, понесут значительные убытки, по-
тому что они получают от сбыта этих товаров во Францию свои наиболь-
шие прибыли. Если хотеть, то можно вести войну на Красном море и
многое захватить; но это может повредить торговле.
Вот все, что можно сказать об Азии.
Итак, остается великая Америка, которая делится па две части —
Южную и Северную. Между 46 и 51° широты находится Канада, назы-
ваемая также Повой Францией, Материк тянется от одного полюса до
другого, за исключением нескольких небольших проливов.
Англичане поселились южнее 36 . Если основывать колонии в этой
области (Канаде|, придется селиться возможно ближе к англичанам.
* См. инструкции Кольбера послу в Испании Вогпйопу от 29 сентября 1681 г.
(Р. (’. 1 е in е и 1. Ilisluire de la vie et de I' a tl tn i iii si rat ion de Colbert. Paris, 18-46 — Pie-
ce* jiistificatives. № 9).
* * Эта же идея была ныдвинута iio.i.utee Кольбером (см. также его мемуар ог
15 мая 1665 г.).
* ** Так же думали члены Ост-Индской компании п 1664 г. (L. Р a u 1 i a t Louis
XIV' et la Compagnie des lodes. Paris, 1886, p. 127—195).
Публикации
Руанские и другие купцы, начавшие за последние двадцать лет заселять
упомянутую землю, плохо там действовали и думали лишь о том, как бы
им вывезти в сезон побольше шкур бобров и канадских лосей, чтобы не-
медленно получить прибыль. Онп пе имели никакого желания приумно-
жить население этой области, но если бы это были люди, заинтересован-
ные в ее Достаточном заселении, там теперь было бы более 4 тыс. постоян-
ных жителей; однако пх насчитывается пе более 25.
Если будет установлена в Морбпгане Гаврская компания, было бы
полезным купить наместничество у г. де Ваитадура 43, что обошлось бы
примерно в 100 тыс. ливров *. Далее, около 20 тыс. экю потребовалось
бы для возмещения купцам их расходов в связи с отправкой большого
числа бедняков, которые с удовольствием отправились бы в эту область
на поселение. Есть удобный способ перевезти пх: можно обязать 100
французских кораблей, плавающих туда на ловлю трески, перевезти и
доставить пх в упомянутую область, уплатив (купцам] по 20 франков с
человека.
Что мне пе нравится в купцах, так это то, что они непригодны для
устройства колоний, ибо постоянно стремятся получить немедленную
прибыль и не предвидят того, что случится через десять .лет; нет в них
другой цели, кроме собственной выгоды, и не заботятся они пн о божьей
славе, нп о чести пх государя. Они настолько ослеплены единой жаждой
постоянных барышей, что в деле основания колоний я охотнее предпочту,
чтобы властью знатного и влиятельного человека была бы устроена об-
щая касса казначеями-откупщиками, которые, не зная плана и не имея
решающего голоса, вручили бы свои деньги одному директору **, который
распорядился бы произвести все перевозки, какие сочтет нужными. Та-
ким образом, поскольку это дело будет зависеть от одного лица, можно
будет достичь больших успехов, ибо нашим делам во Франции вредит
именно то. что в них слишком много начальников и советчиков.
Это дело можно предпринять с капиталом в 100 тысяч экю. Но я при-
даю ему мало значения по сравнению с тем. что можно было бы сделать
в Южной Америке, где на те же деньги можно основать колонию па тер-
ритории Эльдорадо, для Франции самое славное п полезное дело из всех,
какие когда-либо предпринимались. Путем трех последовательных экс-
педиций, каждая стоимостью в 100 тысяч ливров, в упомянутую область
перевезли бы 1500 человек, которые смогли бы стать непобедимыми для
любого народа, если бы он захотел воспротивиться пх намерениям. Там
насчитывается 200 лье побережья, где еще нет христиан и есть три хо-
роших порта для многих судов.
Территория страны начинается у 4 севернее экватора и простирается
через Бразилию и Неру до Южного моря, имея 1000 лье в поперечнике-
Там пет еще христиан, и живут лишь многие наше люди в невинности,
но в заблуждении и вне церкви, ибо они не крещены. Однако большин-
ство пз них очень хотят стать христианами, лишь бы это было сделано не
руками испанцев. Они говорят, что не хотят, чтобы после смерти их души
были бы там же, где души португальцев и испанцев, ибо п в ином мире
те смогут пх преследовать. Ненависть к испанцам держится среди всех
этих народов, хотя большинство из них ни когда пх пе видали. Если бы
французы обосновались в этой области, было бы очень легко привести
все эти бедные заблудшие народы в лоно церкви, и небо воздало бы тем.
кто возьмется за это, а имена их стали бы бессмертными на земле.
* Это было сделано в 1627 г.
* * Ср. состав и условия компании «Ста пайщиков», которая была < ic.hohi и а именно
с капиталом и 300 тыс. ливров, как того требует далее Разилли.
Публикации 345
Мне кажется, монсеньер, что бог приберег эту победу на то время,
что Baine преосвященство возглавляет в королевстве мореплавание, от
которого Франция может получить богатые плоды и доходы. Ибо несом-
ненно, что все богатства и все плодородие земли, какое есть в Западной
Индии, встречается и в этой области, составляющей ее часть. Там есть
золотые п серебряные прииски, изумруды, сахарный тростник, бальзам,
красители, благовония, орлеан 44, красный перец, табак и алое, превос-
ходно там произрастающие. Деревья там всегда зелены н увешаны мно-
жеством разнообразных плодов, ананасы и дынн собирают круглый год.
В изобилии произрастают маис п различные овощи; страна покрыта .че-
сами и лугами, испещренными множеством разных цветов. Можно при-
готовить хорошие вина из акажу 4о, пальм, ананасов, не говоря уж о
превосходном меде для приготовления медового напитка *. Невозможно
даже представить себе изобилие в этой области кабанов, оленей, косуль п
других годных в пищу животных, а также великое множество птиц раз-
ных пород.
На вышеупомянутом побережье Эльдорадо множество родников и
ручьев. С востока эта территория отделена от португальцев великой ре-
кой Амазонкой, которая имеет в устье ширину в 5 лье п 1000 лье в длину.
С западе эта земля отделена от испанцев рекой Агенте 4®, ширина которой
достигает 30 лье, а длина 600 лье. Эти реки изобилуют рыбой разной
величины, превосходной на вкус.
В этой области день всегда равен ночи и воздух очень здоровый. Там
никогда пе бывает холода, жара же умеряется обильной росой и тем, что
каждый день с восходом солнца начинает дуть свежий вольный западный
ветер; до полудня он все время усиливается, а затем по мере захода солн-
ца затихает, и так бывает постоянно.
Многие могут спросить: если эта область так хороша, почему же ее
не захватили испанцы? На это я отвечу, что то же нам говорили о Ма-
раньяне 47. пока мы пм четыре года владели и его заселяли. Тем не менее
португальцы, которые до того времени о нем и не думали, ныне его за-
нимают, откровенно заявляя, что эта область — лучшая в Индии, и они
извлекают из нее большие прибыли. Еще я отвечу, что испанцы даже
вместе со всеми христианами не могут достаточно заселить Америку.
Завоевав столько королевств в Европе, Африке и Азии, что в их землях
никогда не заходит солнце, в Америке они основали поселения только
по побережью, на расстоянии 100 лье одно от другого. И действительно,
поскольку Испания отнюдь не богата людьми, ей не под силу заселить
столько земель. Вот и получилось, что на пространстве, равном Фран-
ции, нет п 200 человек.
Другие могут сказать, что тех, кто поселится в Америке, прогонят
испанцы, как они поступили недавно с поселенцами па Гвинейском по-
бережье, во Флориде и Мараньяне. На это я скажу, что во всех этих
псевдоколоппях никогда не было в одном каком-нибудь месте и 300 фран-
цузских военных, так что выгнаны они были оттуда не столько силой,
сколько в результате дурных порядков, отсутствия единого главы, под-
креплений и помощи. Тем. кто брался за эти дела, не хватало двух
вещей, а именно — денег п опыта. Было много мелких пайщиков, вло-
живших своп деньги, п хотя паи их были пе велики, все они хотели
* См. не менее восторженную афишу, распространявшуюся французской Эквато-
риальной компанией в 1656 г. и опубликованную у дю Тертра (Du Т с г t г е. Histoi-
ге generate des Antilles habitees par les Francois. t. 1, Paris, 1667, p. 480—481. См. так-
же статью P. Мандру «l.es Francois hors de France ан XVI el XVII siecles».— «Annales
ESC», 1959. .Xi 1).
346
Публикации
командовать. Кроме того, в трех выпил помянутых предприятиях никогда
не было единства религии 48.
Можно считать, что если мы четыре года владели Мараньяном и 500
лье побережья, имея там после отплытия судов 120 человек (и, несмотря
на это, португальцы нас оттуда не силой вытеснили), то это доказывает,
что если бы мы отправили туда 500—600 человек и не было бы у нас внут-
ренних распрей, португальцы не захватили бы эту страну, так как у
нас была егце и поддержка тамошних жителей, которые нас никогда не
предавали.
Итак, если при устройстве колоний в упомянутой области Эльдорадо
принять предлагаемый мной проект, то это значило бы вести беспроигрыш-
ную игру при безусловном успехе. Следует лишь иметь упомянутые
100 тыс. экю, чтобы в течение полутора лет доставить туда 1500 человек.
Учитывая все преимущества края и поддержку жителей, можно ничего
не опасаться, так что если они (португальцы пли испанцы) и явятся
с 10 тыс. людей, они будут побеждены.
Все вышеизложенное настолько ясно и соответствует истине, что за-
ставляет меня уповать, что Ваше преосвященство позаботится об этом
проекте; я уверен, что когда-нибудь королю он доставит большое удов-
летворение, а королевству — прибыль. Мной владеет сильнейшее жела-
ние поскорее увидеть этот проект осуществленным и дождаться часа,
когда я буду иметь честь получить приказ Вашего преосвященства слу-
жить солдатом в этом смелом предприятии.
В ожидании сего, я заканчиваю мою простую матросскую речь и пред-
лагаю Вам мой 23-летний опыт, приобретенный при обследовании четы-
рех частей света, а также небольшое мое состояние и свою жизнь. Я по-
стараюсь показать на деле, что нет в мире человека, более привержен-
ного к Вашей службе, чем я, и весь остаток дней своих буду молить о
Вашем процветании, здоровье, счастливой и долгой жизни.
Шева.У'/' <>р Разилли
КОМ М Е НТ А РИII П Е РЕВО Д Ч И К А
1. Шевалье Исаак де Разилли (1380—1637) — французский мореплаватель, со-
вершил ряд экспедиций в Северную Африку и Америку, был доверенным лицом Ри-
шелье по морским делам; впоследствии вице-адмирал и наместник в Новой Франции
(Канаде).
2. Франсуа де Разилли — адмирал, брат Исаака де Разилли, один пз руководи-
телей большой экспедиции к устью Амазонки в 1612—1615 гг., способствовал укреп-
лению французского влияния в Северной Африке.
3. Никола Дюран де Вильганьоп (1510—1571) — адмирал, в 1555—1558 гг.
основал колонию в Южной Америке.
4. Самюэль де Шамплен (1570—1635) — известный французский мореплаватель,
в 1607—1627 гг. совершил несколько экспедиций в Северную Америку, основал Кве-
бек, был губернатором Новой Франции.
5. Леон Дешан опубликовал работы по истории французский колониальной
экспансии, 1880—1900 гг., ярый проповедник активной империалистической полити-
ки Франции.
6. Берберия — название в XVII и. Северо-Западной Африки от Средиземного
моря до Сахары.
7. О-ва Ре и Олерои — наиболее значительные (вместе с Бельплем) острова па
западном побережье Франции.
8. Сале — порт в Марокко, западнее Гибралтарского пролива.
9. Тетуаи — порт в Марокко, около Гибралтарского пролива.
10. Тартана — небольшое парусвое судно с одной-двумя мачтами.
11. Паташ — небольшое военное судно, обычно сопровождающее большой ко-
рабль.
12. Рейд Сен-Мартен расположен по северо-восточному берегу о-ва Ре.
Публикации
347
13. Ла Трамблад — порт на Атлантическом побережье Франции у устья р. Сед-
ра, южнее Ларошелп.
14. Бруаж — порт на Атлантическом побережье Франции, около о-ва Ре.
15. Пять больших откупов — комплекс откупов па взимание провозных пошлин.
16. Эгпйон — бухта на Атлантическом побережье Франции, севернее Ларошелп.
17. Речь идет о герцоге Субпзе, возглавившем морские силы ларошельцев.
18. Арверт — полуостров и городок па Атлантическом побережье Франции, се-
вернее Жиронды.
19. Экский о-в расположен у Атлантического побережья Франции между о-вом
Ре и материком.
20. О-в Дьё находится у Атлантического побережья Франции (между о-вами
Нуармутье и Ре).
21. Нуармутье — остров у Атлантического побережья Франции, около Нанта,
с одноименным портом; Бонен — порт на Атлантическом побережье Франции.
22. Бельиль —один из крупных островов у Атлантического побережья Франции,
у южной оконечности Бретани.
23. О-ва Эдик и У а — мелкие острова, расположенные у Атлантического побе-
режья Франции между о-вом Бельпль и материком.
24. Леконке — порт в Бретани, недалеко от Бреста; Бреа — остров к северу от
Бретани; Шозе — группа островов у северного побережья Бретани.
25. Дампьер — Антуан де Кюпьяк, маркиз Дамиьер, государственный советник
(ум. 1666).
26. Командор Лапорт в 1635 г. был начальником королевских эскадр; впослед-
ствии государственный советник и генеральный интендант навигации и торговли
Франции.
27. Шевалье Гпйом де Борегар—мореплаватель, плавал в 1608—1610 гг. на Сре-
диземном море.
28. Морбиганская компании существовала в 1625—1627 гг., обладала монопо-
лией торговли с Новой Францией, Антильскими о-вами, Норвегией, Швецией,
Гамбургом и Россией. Гаврская компания (Nacelle de Saint-Pierre Fleurdclisee) ие
была организована.
29. Мария Медичи (1573—1612), мать Людовика ХШ.
30. Гастон Орлеанский (160.8 1660), брат Людовика XIII.
31. Речь идет о церковных должностях, па которые назначал король и которые
не передавались по наследству.
32. Галеас — большой гребной и парусный военный корабль с пушками на носу
и бортах.
33. Куршейные пушки ставились в проходе между- скамьями гребцов п били
с носа.
34. Французский консул в Марокко Жан Филипп Кателан выманил в 1612 г.
обманным путем у правителя Марокко его библиотеку и драгоценности (G. de V aum as.
I.ettres et documents du рёге Joseph de Paris concernant les missions etrangeres, Lyon,
1942, p. 40, n. 12).
35. Речь идет о продаже должностей советников в руанском и дижонском парла-
ментах.
36. Могадор — остров у Атлантического побережья Африки западнее г. Марокко.
37. Руфиск и Горе — порты па Атлантическом побережье Африки, около Зеле-
ного Мыса.
38. Tarpon — остров в устье р Кассини на Атлантическом побережье Африки,
южнее Зеленого Мыса.
39. В экю считалось 3 ливра, т. е. 60 су; в результате порчи в экю оказывалось
in in ь 48 су.
40. Дубль — медная монета в 2 денье (*,в су).
41. Кабинет — бюро с выдвижными ящиками.
42. Намек па то, что чиновники скупали поместья у разорившихся родовитых
дворян.
43. Вантадур — Анри де Леви, герцог Ваптадур, генеральный наместник Лан-
гедока (ум. 1680).
44. Орлеан — кустарник, пз семян которого приготовляют желтый краситель
(растет в диком виде только в Южной Америке).
45. Акажу — краспое дерево; в пищу годится сердцевина плода.
46. Тогдашнее название р. Ориноко.
47. Мараньян,— устье р. Амазонки.
48. Речь идет о том, что среди французов-колонистов были и католики и каль-
винисты.
348
Публикации
НЕСКОЛЬКО СЛОВ
О ПУБЛИКАЦИИ МЕМУАРЛ ИСААКА РАЗИЛЛИ
Предлагаемый вниманию советских историков мемуар шевалье де Ра-
зняли интересен с разных точек зрения. Со множеством достоверных
деталей и большим знанием дела автор рисует яркую картину колони-
альных захватов и колониального грабежа, осуществлявшихся европей-
скими странами в 1620-х годах в Америке и Африке. Выискивая еще
«свободные» и выгодные для Франции территории, Разилли настаивает
на необходимости поторопиться и не упустить эти заманчивые возможно-
сти колониальной экспансии. Его мемуар является убедительным дока-
зательством того, что уже в XVII в. наиболее активные представители
господствующего класса Франции прилагали немало сил, чтобы покорить
народы Африки и Америки и нажиться за счет их ограбления. Робер
Мандру в своем предисловии справедливо отмечает, что мемуар может
считаться одним из основных источников по истории колониальной поли-
тики Франции времени Людовика XIII. (К сожалению, подчеркивая
важность этого источника, Р. Мандру обходит молчанием особую акту-
альность разоблачения в наши дни подлинных побудительных мотивов
колониальных захватов, осуществлявшихся основателями французской
колониальной империи.)
Первый издатель мемуара Леон Дешап был активным сторонником
французской колониальной политики. Он опубликовал труд Разилли для
того, чтобы на примере исторического прошлого Франции выдвинуть еще
один аргумент в пользу активизации французской колониальной поли-
тики в начале империалистической эпохи. В настоящее время наступила
пора полной н окончательной ликвидации колониального режима. «Наш
век — век борьбы за свободу, когда народы стряхивают со своих плеч
чужеземное иго» 1. В .момент, когда мемуар Разилли появляется в рус-
ском переводе, наступает решающий этап борьбы за освобождение и тех
алжирских земель, о захвате которых мечтал в свое время Разиллп.
Эта публикация поможет показать на одном из конкретных ярких
примеров начало колониализма и разоблачить лицемерие «носителей
цивилизации».
Разиллп был как раз из числа тех. кто впервые закладывал фунда-
мент будущего здания французской колониальной империи. Ему свойст-
венны лицемерие и жадность колониальных владык. В его описании «про-
стодушные» дикари Африки п Америки только и ждут проповеди христи-
анства (но непременно из уст французских, а не испанских миссионе-
ров) и господства французов (но не испанцев или португальцев), для
которых будто бы па веки вечные предназначены все богатства этих бла
годатпых краев.
Автор мемуара — расчетливый политик; прикрываясь красивыми фра-
зами о «благе христианства и цивилизации», которые несут французы, он
выдвигает насущные, но его мнению, экономические цели, стоящие перед
колониальными экспедициями, и перечисляет выгоды и богатства, ко-
торые Франция сумеет извлечь из колониальных предприятий. Он ссы-
лается на опыт своих соседей — Голландии и Испании, разбогатевших
за счет колоний. Представляется весьма знаменательным, что, разобла-
чая конкурентов, Разилли в то же время стремится убедить, что фран-
цузы и только французы способны принести народам Африки и Амери-
ки все блага. История, как и следовало ожидать, опровергла его утверж-
1 Н. С. X р у щ е в. Свободу и независимость всем колониальным народам,
решить проблему всеобщего разоружения! М., I960, стр. 4.
Публикации 349
деппя. Французский колониализм оказался столь же беспоща шым и
жестоким, как и колониализм любой другой страны.
Разилли написал докладную записку с целью побудить французское
правительство пемедля приступить к заморским экспедициям и подсказал
Ришелье ряд конкретных мер. Но в мемуаре есть и еще одна сторона,
менее заметная на первый взгляд. Во вводной статье Маидру внимание
читателей привлечено к проблемам социального порядка, затронутым
в мемуаре. Предлагая кардиналу Ришелье свои проекты, Разилли, отме-
чает Мандру, выступает как представитель небогатого родовитого дво-
рянства. Окружающую обстановку п практическое осуществление своих
планов ои рассматривает под углом зрения интересов родного ему сосло-
вия. Это очень любопытный аспект типа французского дворянина,
вояки и моряка, своего рода конквистадора, правда, так и не ставшего
в условиях первой половины XVII в. достойным конкурентом своего
испанского собрата.
Помимо этих соображений, интересно еще и другое. Ришелье многое
взял из подсказанной ему программы, но далеко не все и не всегда в том
именно плане, как того хотел шевалье де Разилли и как хотели, может
быть, многие ему подобные. Реальная политика французского абсолю-
тизма осуществлялась не только по дворянским проектам, н детальное
сравнение последних с конкретными мерами французского правитель-
ства даст ценный материал для анализа многих сторон деятельности
Ришелье.
А. Д. Люблинская
ХРОНИКА
К 70-ЛЕТИЮ АКАДЕМИКА И. И. КОНРАДА
13 марта 1961 г. исполнилось 70 лет со дня рождения выдающегося
советского ученого востоковеда, действительного члена Академии
Наук СССР Николая Иосифовича Конрада.
Многообразная научно-исследовательская и педагогическая деятель-
ность Н. И. Конрада началась с 1912 г., со времени окончания им
китайско-японского отделения Петербургского Университета. Н. И. Кон-
рад обладает необыкновенно широким кругом научных интересов —
японская и китайская филология, древняя, средневековая и новая история
стран Дальнего Востока, культура и история культуры дальневосточных
народов, — вот далеко не полный перечень тем его исследований.
Перу Н. И. Конрада принадлежит свыше 70 научных трудов. Все они
отличаются глубоким историческим подходом к изучаемым процессам и
явлениям. Из исторических исследований П. И. Конрада особое значение
имеют работы по истории Японии, в которых Н. И. Конрад, на основе глу
бокого анализа социально-экономического п политического развития стра-
ны с VIII по XIX вв., дал подлинно научное, марксистское освещение
исторического процесса.
Много труда, .энергии и душевных сил отдал Николай Иосифович под-
готовке к изданию многотомной «Всемирной истории». Будучи членом
главной редакции, а также членом редколлегии и одним из ведущих
авторов III тома этого издания, Николай Иосифович многое сделал для
преодоления пережитков «европоцентризма» в понимании всемирно-
исторического процесса и для создания подлинно научной истории наро-
дов Востока. В этой работе ярко выявились основные черты Н. И. Кон-
рада, как ученого и человека — его исключительно большая эрудиция,
высокая научная принципиальность, сочетающиеся с большой человеч-
ностью, простотой и тактом в отношении каждого участника этого важ-
ного и трудного дела.
Большую работу проводит И. И. Конрад в качестве заместителя пред-
седателя редколлегии серии «Литературных памятников», члена редкол-
легии «Вестника мировой культуры», члена советского комитета ЮНЕСКО,
члена редколлегии сборника «Средние века».
Всегда с радостью отдающий свои знания окружающим, Н. II. Коп рал
ведет большую научно-педагогическую работу. В числе его учеников -
академик, 8 докторов и 20 кандидатов наук.
Приветствуя глубокоуважаемого и дорогого Николая Иосифовича
в день его славного юбилея, коллектив сектора истории Средних веков
II нститут истории желает ему от всей души здоровья, сохранения уди
вителыюй душевной молодости и новых больших творческих успехов на
благо нашей науки.
Сектор истории Средних веков
Института истории АН СССР
Б Н Б Л II О Г Р А Ф И Я
ЛИТЕРАТУРА ПО ИСТОРИИ СРЕДНИХ ВЕКОВ,
ВЫШЕДШАЯ В СССР В 1958 г.*
I. СРЕДНЕВЕКОВЬЕ В ЦЕЛОМ
а) Работы общего характера
1. Атлас истории средних веков. Нод общ. ред. Е. А. Косминского и А. II Ле-
вандовского. Изд. 2-е, М., ГУГК, 1958 [3-й завод], 74 стр.
2. Роуленд Б. Искусство Запада и Востока. Пер. с англ. А. М. Членова.
М., Изд-во иностранной лит-ры, 1958, 134 стр. с илл.
3. Стам С. М. К вопросу об основном экономическом противоречии феодализ-
ма.— «Ученые записки Саратовского ун-та», т. 63, 1958, стр. 264—277.
4. A. ill |рец.]. J. Ellul. Histoire des institutions, t. I —11. Paris, 1955—1956
(Ж. Элюль. История учреждений, т. 1—II. Париж, 1955—1956).— Сб. «Средние века»,
вып. XII, 1958, стр. 144—145.
5. Герасименко М. И. [рец.]. Нова ираця з политично! економп феода-
л!зму (Б. <1>. Поршпев. Очерк политической экономии феодализма. М., Госполитиздат,
1956).— «Укр. 1ст. журнал», Кп>в, 1958, № 1, стр. 152—155.
6. Лернер II. Я. [рец.]. Feudalism in History. Ed. R. Coiilborn. New Jersey,
1956 (Феодализм в истории. Под ред. Р. Кульборпа. Нью-Джерси, 1956).— Сб. «Сред-
ние века», вып. XII, 1958, стр. 138—142.
7. Прокофьев В. [рец.] Атлас истории средних веков. Под общ. ред.
Е. А. Косминского и А. П. Левапдовского. Изд. 2-е, М., 1956.— «Преподавание исто-
рии в школе», 1958, А1» 1, стр. 112—114.
б) Вспомогательные исторические дисциплины
II с т о ч и и к овод е и и е
8. Путеводитель по архиву Ленинградского отделения Института истории,
М.— Л., 1958, 604 стр. (АН СССР. Пн-т истории. Ленинградское отд.).
См. ч. 2 — «Фонды и коллекции западноевропейской секции архива ЛОНИ».
См. также Ле 102.
в) Историография
9. Архангелы к и й С. II. Работы советских историков о крестьянстве
и его движениях в романо-германской части Западной Европы.— «Ученые записки
Горьковского гос. ун-та им. Н. И. Лобачевского», вып. 47, 1958, исторический сбор-
ник, стр. 25—58.
10. Вала лае в а И. М. К вопросу о мировоззрении А. II. Савипа.— «Уче-
ные записки Хабаровского пед. ин-та», т. 3, 1958, стр. 111 —141.
11. М о г и л ь п и ц к и й Б. Г. Д. М. Петрушевский как историк западно-
европейского феодализма. Автореферат дпсс. па соискание ученой степени каид. нет.
паук. Томск, Изд-во Томского ун-та, 1958, 14 стр. (Моск, ордена Ленина и ордена
Трудового Красного Знамени гос. ун-т им. М. В. Ломоносова).
* В п.ктоящпй синеок включены изданные в 1958 г. в Советском Союзе оригиналь-
ные п переводные работы по истории средневековья в Западной Европе, Венгрии и Ру-
мынии, а также опубликованные в 1958 г. в советских журналах и продолжающихся
изданиях рецензии иа книги и статьи, касающиеся истории средних веков.
Б и б л и огра tfi и я
12. Мигель и и ц к и й Б. Г. Д. М. Петрушевский как историк западно-
европейского феодализма.—«Ученые записки Томского гос. ун-та им. В. В. Куйбышева»,
.V 30, 1958, стр. 71—86.
13. II е ч а т а л ь щ и к о в а II. С. К изучению всеобщей истории в Свердлов-
ске за 40 лет.— «Ученые записки Уральского ун-та», вып. 29, 1958, стр. 171—176.
14. Р ы с ь к и п Б. II. Заметка о книге Алексея Ставривского «Рассуждение
о значении средних веков в отношении к новейшему времени».— Сб. «Средине века»
вып. XI, 1958, стр. 114 —120.
15. У ш а к о в а Л. \. К вопросу об отношении Т. Н. Грановского к револю-
ции.— «Ученые записки Томского гос. ун-та нм. В. В. Куйбышева», № 34, 1958.
стр. 71—85.
См. также № 25, 27, 28, 30, 57, 58, 70, 87. 92, 117, 137, 153, 161.
г) Учебные пособия
16. П о п к о в К. Д. Феодальный способ производства. Письы. лекция для сту-
дентов ВЗЭИ, М., 1958, 30 стр. (М-во высшего образования СССР. Всесоюзный заоч-
ный экономический пп-т).
17. Сапрыкин Ю. М. Методические указания по курсу «История средних
веков». Для студентов-заочников гос. ун-тов. Баку, Изд-во АГУ, 1958, 34 стр. (М-во
высшего образования СССР. Азербайджанский гос. ун-т им. С. М. Кирова). На азер-
байдж. яз.
18. Семенов В. Ф. История средних веков. Учебник для под. ин-тов. Пер.
е рус. Киев, «Рад. школа», 1958, 528 стр. с плл. На украин. яз.
См. также № 97, 106.
д) Библиография
19. Соколова М. Н. Обзор американского исторического журнала «Spe-
culum» за 1955—1957 гг.— Сб. «Средние века», вып. ХШ, 1958, стр. 140—150.
20. Ширяева Н. В. Справка об основных поступлениях повой иностранной
литературы по западноевропейскому средневековью в фундаментальную библиотеку
общественных наук АП СССР и в Государственную библиотеку СССР нм. В. И. .Ленина
в 1955 г.— Сб. «Средние века», вып XI, 1958, стр. 225—235.
См. также № 84.
е) Хроника
21. К шестидесятилетию А. И. Неусыхина.— Сб. «Средние века», вып. XI, 1958,
стр. 236.
22. Сергей Иванович Архангельский. [Некролог].— «Вопросы истории», 1958,
А» 12, стр. 215.
23. Сергей Иванович Архангельский. [Некролог].— Сб. «Средние века», вып. XIII,
1958, стр. 183—184.
24. Александр Дмитриевич Удальцов. [Некролог].— Сб. «Средние века»,
вып. ХШ, 1958, стр. 181 — 182.
;к) Работы по отдельным странам
II с и а’н н я
25. Пичугина И. С. Изучение средневековой Испании в советской исто-
риографии.— Сб. «Средние века», вып. ХШ, 1958, стр. 69—78.
26. Пичугина И. [рец.]. F. Soldevila. Historia de Espana, t. I—IV. Barce-
lona. 1952—1955 (Ф. Сольдевиля. История Испании, т. I—IV. Барселона, 1952—
1955).— Сб. «Средние века», вып. XI, 1958, стр. 165—167.
Португалия
27. Лаврецкий И. Р. Обзор литературы по истории Португалии.— «Воп-
росы истории», 1958, № 6, стр. 212—220.
Рассматриваются. в частности, работы по истории Португалии в средние вена.
Б иблиография
353
II. ПЕРИОД СТАНОВЛЕНИЯ ФЕОДАЛИЗМА (V—XI вв.)
а) Работы общего характера
28. Большакова Л. И. Проблемы раннего средневековья в трудах
С. В. Ешевского.— «Научный ежегодник Саратовского ун-та за 1955 г.», отд. 2, ист.
фак-т, Саратов, 1958, стр. 91—94.
29. Д а н и л о в А. И. К вопросу о роли светской вотчины в эпоху генезиса
феодализма.— Сб. «Средние века», вып. XII, 1958, стр. 118—131.
О книге Л. I. Мильсной «Светская вотчина в Германии VIII—IX вв. и ее роль в закрепощении
крестьяне!ва. (По материалам источников Ю;кной и Юго-западной Германии)», М., 1У57.
30. Данилов А. И. Проблемы аграрной истории раннего средневековья в
немецкой историографии конца XIX — начала XX в. М., 1958, 368 стр. (АН СССР.
Ин-т истории).
31. Л у иегов В. С. Генезис феодализма в свете правовых документов сред-
них веков.— «Сборник научных студенческих работ Омского пед. ии-та», 1958, вып. 1,
стр. 43—64.
32. Люблинская А. Д. Новая теория развития позднеримского письма.—
Сб. «Средние века», вып. XI, 1958, стр. 146—155.
33. Сидорова Н. А. Основные проблемы III тома «Всемирной истории».—
«Вестник Московского ун-та». Ист.-филол. серии, 1958, № 3, стр. 3—19.
34. Шевеленко А. Я. Борьба народных масс против закрепощения
в период раннего средневековья.— «Преподавание истории в школе», 1958, № 3,
стр. 22—31.
35. Попов П. С., Зубов В. П. [рец.]. Новый труд по средневековой фи-
лософии. (Трахтенберг О. В. Очерки по истории западноевропейской средневековой
философии. М., 1957).— «Вестник истории мировой культуры», 1958, № 3, стр. 211 —
216.
См. также № 52.
б) Работы по отдельным странам
Франкское государство Меровингов и Каролингов
36. Немировский В. А. Политическая борьба в Каролингской империи
накануне ее распада.—«Ученые записки Коломенского пед. ин-та», т. 3. Ист.-филол.
фак-т, вып. 1, 1958, стр. 41—63.
37. Шевеленко А. Я. Формы феодального землевладения в Шампани
IX—X вв.— Сб. «Средние века», вып. XII, 1958, стр. 97—110.
38. А. Ш. [рец.]. A. Junker. Stand der Forschung zum Rolandslied. Heidelberg,
1956 (А. Юнкер. Современное состояние изучения «Песни о Роланде»).— Сб. «Сред-
ние века», вып. XII, 1958, стр. 145.
39. Р а м м Б. Я. [рец.]. Григорий Турский. Десять книг историй, т. I—II.
[О новом издании «Истории франков» Григория Турского в ГДР в 1955—56 гг.].—
Сб. «Средние века», вып. XII, 1958, стр. 143—144.
См. также № 31.
Англия
40. Соколова М. Н. Возникновение феодального землевладения и класса
феодалов в Англии VII—X вв.— Сб. «Средние века», вып. XII, 1958, стр. 5—30.
Г е р м а н ц я
41. Н е у с ы х и н А. И. Освовные проблемы истории свободного и зависимого
крестьянства в Германии IX—XI вв. (в свизи с важнейшими задачами их изучения).—
Сб. «Средние века», вып. ХШ, 1958, стр. 5—26.
Италия
42. Удальцова 3. В. Политика византийского правительства в завоеван-
ной Италии и результаты византийского завоевания.— «Вестник Московского ун-та».
Ист.-филол. серии, 1958, № 3, стр. 21—57.
23 Средние века, вып. XX
354
Ь' иблиог рафия
43. Удальцова 3. В. Социально-экономические преобразования в Италии
в период появления Тотилы.— «Византийский временник», т. ХШ, 1958, стр. 9—27.
И с п а н и я
44. Фрязинов С. В. Из истории развития феодального землевладения в
Астурии и Леоне IX—X вв.— «Научные доклады высшей школы». Ист. науки, 1958,
№ 2, стр. 122—142.
Норвегия
45. Гуревич А. Я. Древиенорвежскаи вейцла. (Из истории возникновения
раннефеодального государства в Норвегии).— «Научные доклады высшей школы».
Ист. науки, 1958, № 3, стр. 141—160.
46. Гуревич А. Я. Норвежская общнна в раннее средневековье.— Сб.
«Средние века», вып. XI, 1958, стр. 5—27.
47. Стеблин-Каменский М. II. Происхождение поэзии скальдов,—
«Скандинавский сборник», III, 1958, стр. 175—201.
III. ПЕРИОД РАЗВИТОГО ФЕОДАЛИЗМА (XII—XV вв.)
а) Работы общего характера
48. Торговая книга ганзейского купца начала XV века. [Публикация на нем.
и рус. из.]. Вводная статья М. П. Лесникова.— «Исторический архив», 1958, № 2,
стр. 134—153.
49. В и и т е р Е. Россия в политике Римской курии в XIV в.— «Вопросы исто-
рии религии и атеизма», вып. 6, М., 1958, стр. 291—305.
50. Лапковская Э. А. Водолей, найденный в Крыму, и круг родственных
ему произведений.— «История и археология средневекового Крыма». Сборник ста-
тей, М., Изд-во АН СССР, 1958, стр. 176—189.
51. Па шут о В. Т. Борьба прусского народа за независимость (до конца
XIII в.).— «История СССР», 1958, № 6. стр. 54—81.
52. Ра мм Б. Я. Три этапа папской экспансии против Руси в X—XV вв.—
«Ежегодник Музея истории религии и атеизма Акад, наук СССР», 2, М.— Л., 1958,
стр. 210—229.
53. Скржинская Е. Ч. Новые эпиграфические памятники средневекового
Крыма. В кн.: «История и археология средневекового Крыма». Сборник статей, М.,
Изд-во АН СССР, 1958, стр. 155—-174.
Часть статьи посвящена латинским генуэзским надписям из Судака.
54. Старокадомская М. К. Русское торговое население генуэзской
Каффы. В кн.: «История и археология средневекового Крыма». Сборник статей, М.,
Изд-во АН СССР, 1958, стр. 147—154.
55. X орошкеви ч А. Л. Торговля Великого Новгорода с Прибалтикой и
Гапзой в XIV—XV веках. (Состав ввоза и вывоза). Автореферат дисс. на соискание
ученой степени каид. ист. паук. М., 1958, 19 стр. (АН СССР. Ин-т истории).
56. Гулыга А. [рец.]. Ley Н. Sludie zur Geschicbte des Materialismus im Mit-
elalter. Berlin, 1957 (Лей Г. Очерк по истории материализма в средние века. Берлин,
1.57).— «Вестник истории мировой культуры», 1958, № 5, стр. 87—191.
См. также № 33, 35, 103.
КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ
57. Бистра А. Цветкова. Проблема падения Константинополя. (Обзор
статей, опубликованных в периодических изданиях СССР п стран народной демократии
в связи с 500-летием завоевания Константинополя турками). Пер. с болгар.— «Визан-
тийский временник», т. XIV, 1958, стр. 247—259.
58. Заборов М. А. Некоторые вопросы истории четвертого крестового по-
хода и международных отношений на Балканах начала XIII в. в работах болгарского
историка Б. Примова.— Сб. «Средние века», вып. XI, 1958, стр. 156—161.
Б иол йог рафия
59. А с и н о в с к а я С. Л. [рец.]. Заборов М. А. Крестовые походы. М., Изд-
во АН СССР, 1956.— Сб. «Средние века», вып. ХИ, 1958, стр. 113—117.
60. Чайковская О. Г. [рец.]. Заборов М. Л. Крестовые походы.
М., Изд-во Акад, наук СССР, 1956.— «Византийский временник», т. XIV, 1958.
стр. 262—271.
61. 3 а б о р о в М. Л. [рец.|. Новое в изучении крестовых походов и зарубеж-
ной историографии. (Ruin inian S. A History of the Crusades, vol. 1—3. Cambridge.
1951—1954).— «Византийский временник», т. XIV, 1958, стр. 298—313.
о) Работы но отдельным странам
А н г л и я
62. Барг М. Л. Вилланы «старинного домена». (Юридическая теория и реаль-
ная действительность).— Сб. «Средние века», вып. XI, 1958, стр. 28—51.
63. Б ар г М. А. К вопросу о генезисе английского фригольда XIII в. (По мате-
риалам Средней Англии).— Сб. «Средние века», вып. XIII, 1958, стр. 89—120.
64. Г утнова Е. В. Политика королевской власти по отношению к городам
и городскому сословию в Англии XIII — начала XIV в.— Сб. «Средние века», вып. XII,
1958, стр. 51—72.
65. Г утнова Е. В. Политика королевской власти по отношению к классу
феодалов в Англии ХШ — начала XIV в.— «Вестник Московского ун-та», ист.-фи-
лол. серия, 1958, № 3, стр. 75—98.
66. Кириллова А. А. Пз социальной истории городов Англии XIII в.
(К вопросу о социально-экономическом содержании «свободы» и «полноправия» в
английском городе XIII в.).— Сб. «Средние века», вып. XIII, 1958, стр. 27—48.
67. Р а ф и е н к о Л. С. Роль Лондона в политической борьбе в Англии начала
XIV века.— «Ученые записки Иркутского пед. ин-та», вып. 16. Кафедра марксизма-
ленинизма, истории СССР и всеобщей истории, 1958, стр. 299—317.
68. С л и в к о С. А. Социально-политические итоги войны Роз.— «Ученые за-
писки Омского пед. ин-та», вып. 11, 1958, стр. 85—114.
69. Гутпова Е. В. [рец.]. Новая концепция по истории английского сред-
невекового государства в XII—XIII вв. [О книге J. Е.А. Joliffe. Angevin Kingship.
London, 1955].— Сб. «Средние века», вып. ХШ, 1958, стр. 129—139.
Г е р м а н и я
70. Берков II. Н. и Варбанец Н. В. Современное состояние гутенбергов-
ского вопроса. «Труды Ленинградского библиотечного ин-та им. Н. К. Крупской»,
т. 4, 1958, стр. 219—238.
71. Баранаускас Р. 10. Немецкая агрессия в Литве в XIII веке. Авто-
реферат дисс. на соискание ученой степени кандидата ист. наук. М., 1958, 17 стр.
(Московский гос. пед. ип-т им. В. П. Потемкина).
72. Лаврова Т. Ф. Земельные отношения в эльзасской деревне в конце
XV и начале XVI века.— «Сборник трудов Архангельского пед. ин-та», вып. 2, 1958,
стр. 81—92.
73. Немилое А. Н. Первые гуманистические кружки в Нюренберге и их
роль в развитии раннего немецкого гуманизма.— «Учевые записки Ленинградского
ун-та им. А. А. Жданова», № 251. Серия ист. наук, вып. 28, 1958, стр. 90—116.
74. ЦукерникД. Я. Что было изображено на глобусе М. Бегайма в момент
его изготовления (1492 г.)? — «Ученые записки Казахского пед. ин-та им. Абая»,
т. XVII, ч. 1, 1958. Серия естеств.-геогр., стр. 157—164.
См. также № 89, 90. 91, 123.
Исландия
75. БьГрн Торстейнссон. Ислпидские саги и историческая действительность.
«Скандинавский сборник», III, 1958, стр. 205—223.
Италия
76. Баткин Л. М. Социально-политическая борьба во Флоренции в конце
ХШ — начале XIV вв. и идеология Данте. Автореферат дисс. на соискание ученой
степени канд. ист. наук. Харьков, 1958, 20 стр. (Ип-т истории АН СССР. Ленинград-
ское отд.).
356
Библиография
77. Б ат к и и Л. М. Утопия всемирной монархии у Данте. (К вопросу о со-
циально-политических взглядах Данте).— Сб. «Средние века», вып. XI, 1958, стр. 76—
105,
;78 . Бортппк Н. А. Народные движения в Риме в конце XII я первой поло-
вине ХШ в. (1191—1251 гг.).— «Ученые записки Уральского гос. ун-та», вып. 25,
исторический, 1958, стр. 117—145.
79. Брагина Л. М. Общинное землевладение в Северо-Восточной Италии
ХШ—XIV вв.— Сб. «Средние нека», вып. XII, 1958, стр. 31—50.
80. Рутенбург В. И. Наемные рабочие в Италии XIV—XV вв,— В кн.:
«Из истории рабочего класса и революционного движения. Памяти академика Анны
Михайловны Панкратовой», М., 1958, стр. 547—558.
81. Рутенбург В. И. Народные движения в городах Италии XIV— на-
чало XV века. М.— Л., 1958, 382 стр., 10 л. илл. (АН СССР. Ип-т истории. Ленинград-
ское отд.).
82. РутенбургВ. И. Народные движения в городах Италии (XIV — начало
XV в.). Автореферат дисс. на соискание ученой степени доктора ист. наук. М., 1958,
28 стр. (АН СССР. Ин-т истории. Ленинградское отд.).
83. Самаркив В. В. К вопросу о системе открытых полей в Падуанском
дистрикте в XII веке.— «Вестник Московского ун-та». Ист.-филол. серия, 1958, № 3,
стр. 59—73.
84. РутенбургВ. И. Новые работы Армандо Сапори [библиографический
обзор].— Сб. «Средние века», вып. XI, 1958, стр. 162—165.
85. РутенбургВ. И. F. Melis. La formazione dei costi nell’indnstria laniera
alia fine del Trecento.— «Economia c Storia», fasc. I—II, 1954, его ж e. It commercio
transatlantico di una compagnia fiorentina...— «Estndios del V Congresso de bistoria
de la corona de Aragon», vol. Ill, Zaragoza, 1954; его же. Note di storia della banca
pisana nel Trecento. Pisa, 1955. [Краткие заметки о трех новых работах Федериго Ме-
лис по истории Италии XIV—XVI вв.[.— Сб. «Средние века», вып. XI, 1958, стр. 168.
86. Рутенбург С. Г. [рец.] — Бортник Н. А. Арнольд Брешиаиский —
борец против католической церкви. М., Изд-во АН СССР, 1956.— «Ежегодник Му-
зея истории религии и атеизма Акад, наук СССР», 2, М.— Л., 1958, стр. 369—371.
См. также № 132.
Румыния
87. Мохов Н. А. иСоветовП.В. [рец.]. Освещение истории Румынии
XIV—XVIII вв. на страницах журнала «Studii».— «Вопросы истории», 1958, № 5
стр. 206—216.
Франция
88. Регистры ремесел и торговли города Парижа. Перевод Л. И. Киселевой под
ред. А. Д. Люблинской. (Окончание) [Начало см. сб. «Средние века», вып. X, 1957].—
Сб. «Средние века», вып. XI, 1958, стр. 171—221.
89. Бессмертный Ю. Л. Хозяйство крупных вотчин в Лотарингии во
второй половине XII в. и в XIII в. (К вопросу о развитии социально-экономических
отношении в крупных вотчинах Лотарингии во второй половине XII в. и в ХШ в.).
Автореферат дисс. на соискание ученой степени канд. ист. наук. М., 1958, 17 стр.
(Московский гос. ун-т им. М. В. Ломоносова).
90. Бессмертный 10. Л. Структура держании и система обложения в
крупных вотчинах Лотарингии в XIII в.— «Научные доклады высшей школы». Ист.
науки, 1958, № 1, стр. 108—130.
91. Бессмертный Ю. Л. Господствующая форма феодальной ренты
в крупных вотчинах Лотарингии ХШ в.— Сб. «Средние века», вып. XI, 1958,
стр. 52—75.
92. Затуловская Л. М. О некоторых тенденциях в освещении процесса
создании единого французского государства в французской буржуазной историогра-
фии.— «Ученые записки Алма-Атинского пед. ин-та иностранных языков», т. 2, вып. 12,
1958, стр. 70—104.
93. К о н о к о т и н А. В. Очерки по аграрной истории Северной Франции в
IX—XIV веках. Иваново, 1958, 189 стр.— «Ученые записки Ивановского пед. ии-та»,
т. 16, Ист. науки.
94. Р а й Ц е с В. И. Развитие феодальной сеньории иа юго-западе Франции в
XIV—XVI вв. (К вопросу о социально-экономических предпосылках гражданских
войн).— «Ученые записки Ленинградского ун-та им. А. А. Жданова», № 251. Серия
ист. наук, вып. 28, 1958, стр. 117—138.
Библиография
357
95. Розенталь Н. Жанна Д’Лрк. Народная героиня Франции. М., Соцэк-
гиз, 1958, 67 стр.
96. Себенцова М. М. Восстание кабошьсиов. (Cabochiens).— «Труди Мо-
сковского историко-архивного ип-та», т. 12, 1958, стр. 79—115.
97. Семенов В. Ф. Жакерия. Пособие для учителя. JI., Учпедгйз, Ленин-
градское отд., 1958, 36 стр.
См. также № 160.
IV. ПЕРИОД РАЗЛОЖЕНИЯ ФЕОДАЛИЗМА (XVI—XVI! вв.)
а) Работы общего характера
98. Всемирная история, т. IV, М., Соцэкгиз, 1958, 823 стр. (АН СССР. Ин-т исто-
рии. Ин-т востоковедения. Ин-т китаеведения. Ин-т славяноведения. Ии-т этногра-
фии).
99. Курское Ю. В. Русско-шгедские отношения в 40—50-х годах XVII в.
(Межевые съезды 1642, 1652, 1654 годов).— «Скандинавский сборник», III, 1958,
стр. 149—163.j
100. Линник И. В. Западноевропейская живопись XVI—XVIII вв. в собрании
Музея [истории религии и атеизма Акад, наук СССР].— «Ежегодник Музея истории
религии и атеизма Акад, наук СССР», 2, М.— Л., 1958, стр. 350—359.
101. Поршнев Б. Ф. Кальвин и кальвинизм.— «Вопросы истории религии
и атеизма», вып. 6. М., 1958, стр. 261—290.
102. Рухманова Э. Д., Курской Ю. В. Источники по истории рус-
ско-скаидииавских отношений в рукописных собраниях г. Ленинграда.— «Сканди-
навский сборник», III, стр. 257—269.
103. Сказкин С. Д. К вопросу о методологии истории возрождения и гума-
низма.— Сб. «Средние века», вып. XI, 1958, стр. 123—142.
104. Сказкин С. Д. Основные проблемы так называемого «второго издания
крепоствичества» в Средней и Восточной Европе.— «Вопросы истории», 1958, № 2,
стр. 96—119.
105. III а х м а л и е в Э. М. Из истории торговой политики европейских дер-
жав на Переднем Востоке в XVI веке. Автореферат дисс. на соискание ученой степени
канд. ист. наук. Баку, 1958, 16 стр. (Азербайджанский гос. ун-т).
См. также № 112, ИЗ, 114.
ВЕЛИКИЕ ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ ОТКРЫТИЯ
106. Авдаков Ю. К. Великие географические открытия и их социально-
экоиомические последствия. Учебное пособие. М., 1958, 41 стр. (Всесоюзный заочный
экономический ин-т).
106а. Морисон С. Э. Христофор Колумб — мореплаватель. Пер. с англ. М.,
1958, 214 стр.
107. ЦукерпикД. Я. Западный путь в Азию или земли Нового Света? (О
проекте, представленном Колумбом испанскому двору).— «Ученые записки Казах-
ского пед. ии-та им. Абая», 1958, т. XVII, ч. 1. Серия естеств.-геогр., стр. 165—182.
б) Работы по отдельным страиам
Англия
108. Авдеева К. Д. Из истории английского землевладения накануне бур-
жуазной революции XVII в. (По материалам «манориальных передвижений», опубли-
кованных в «Victoria History of the counties of England»).— Сб. «Средние века»,
вып. XIII, 1958, стр. 49—66.
109. ГолосовВ. Очерки по истории английского материализма XVII —
XVIII вв. Красноярск, 1958, 488 стр.
Очерк второй посвящен Ф. Бвкону.
110. Лавровский В. М. и Барг М. А. Английская буржуазная рево-
люция. Некоторые проблемы английской буржуазной революции 40-х годов XVII в.
М., Соцэкгиз, 1958, 366 стр.
Главы 2 и 3 посвящены социально-вкономическому развитию Англии первой половины XVII в.
111. Лавровский В. М. Проблемы исследования емельной собственности
в’АнгЛИИ XVII—XVIII вв. М., 1958, 180 стр. (АН СССР. Ип-т истории).
358
Ниблиография
112. Те л еги в а Э. II. К вопросу о торгово-предпринимательской деятель-
ности англичан в России в 30—40-е годы XVII века.— «Ученые записки Благовещен-
ского пед. ип-та», т. 9, 1958, стр. 207—237.
113. III а х м а л и е в Э. М. Об англо-испанских противоречиях на Переднем
Бостоке в 80—90 годах XVI и первой четверти XVII в.— «Ученые записки Азербайд-
жанского ун-та им. С. М. Кирова», гуманитарная серия. 1958, № 1, стр. 77—86. Ре-
зюме на азербаидж. яз.
114. Ill а х м а л и е в Э. М. Об англо-русских торговых противоречиях па Пе-
реднем Востоке пторой половины XVI века.— «Ученые записки Азербайджанского
ун-та», 1958, № 5, стр. 103—112. Резюме на азербайдж. яз.
115. Я б р о в а М. М. Из истории английской колониальной экспансии в Ост-
Индии в первой половине XVII века.— «Научный ежегодник Саратовского гос. ун-та
за 1955 г.», отд. 2, ист. фак-т. Саратов, 1958, стр. 94—96.
116. Литаврина Э. [рец.]. Calendar of Letters, Despatches and State Papers
Relating to the Negotiations between England and Spain, vol. XIII. London, 1954 (Сбор-
ник писем, депеш и государственных бумаг, касающихся англо-испаиских соглаше-
ний. т. ХШ., Лондон, 1954).— «Средние века», вып. XI, 1958, стр. 167.
См. также № 141 и 156.
Г е р м а н и я
117. Вебер Б. Г. Великая крестьянская война в Германии в освещении
М. II. Петрова.— Сб. «Средние века», вып. XIII, 1958, стр. 79—85.
118. Левен В. Г. Философские воззрения Себастьяна Франка.— «Вопросы
философии», 1958, № 10, стр. 109—118.
119. Левей В. Г. Якоб БСме и его учение.— «Вестник истории мировой куль-
туры», 1958, № 5, стр. 67—81.
120. СмиринМ. М. Анонимный политический памфлет Великой крестьян-
ской войны.— «Вестник Московского уи-та». Ист.-фнлол. серия, 1958, № 3, стр. 127—
139.
121. Фадииа М. Ф. Мюльгаузепское движение 1523—1525 гг.— «Ученые за-
писки Марийского пед. ип-та», т. 17, 1958, стр. 24—58.
122. Штейнгардт Б. Е. Заговор «Башмака» в 1502 г.— «Ученые записки
Вологодского пед. ин-та», т. 21, 1958, стр. 169—199.
123. Ястреб и цкая А. Л. О развитии капиталистических отношений в
книгопечатном производстве немецкого города XV—XVI вн. «Вестник Московского
ун-та», ист.-филол. серия, 1958, № 3, стр. 141—158.
См. также № 72 и 73.
Дискуссии и обсуждения
124. Григорьян Ю. М. К вопросу об уровне экономики, о характере Ре-
формации и Крестьянской войны в Германии.— «Вопросы истории», 1958, № 1, стр.
123—139.
125. Мацек Иозеф. К дискуссии о характере Реформации и Крестьянской
войны в Германии.— «Вопросы истории», 1958, Лё 3, стр. 114—121.
126. Стам С. М. Чем же в действительности была Реформация в Германии? —
* Вопросы истории», 1958, Л° 4. стр. 100—113.
II р л а и д п я
127. Сапрыкин Ю. М. Английская колонизация Ирландии в XVI— на-
чале XVII века. М., Изд. Моск, ун-та, 1958 [переплет 1959], 234 стр. с карт.
128. Сапрыкин Ю. М. Повое дворянство в Ирландии в XVI и начале
XVII в.— «Вестник Московского ун-та». Ист.-филол. серия, 1958, № 3, стр. 99—125.
129. Сапрыкин Ю. М. Отмена клановой системы в Ирландии в 1605 —
1608 гг.— «Научные доклады высшей школы». Ист. науки, 1958, Л» 1, стр. 131—151.
Испания
См. № ИЗ и 116.
Италия
130. Джордано Бруно перед судом инквизиции. (Краткое изложение следствен-
ного дела Джордано Бруно). [Публикация]. Подгот. пер., вступ. статья и коммеит.
Библиография
359
А. X. Горфункеля.— «Вопросы истории религии и атеизма», вып. G, М., 1958, стр. 349
—416.
131. Жизнь Бенвенуто, сына маэстро Джованни Челлини, флорентинца, написан-
ная им самим во Флоренции. Пер. с итал. Вступит, статья и примеч. Л. Пинского,
М., Гослитиздат, 1958, 544 стр., 12 л. ил л.
132. Вернадская Е. В. Из истории итальянского крестьянства XV—
XVI вв. (По материалам архива Ленинградского отделения Института истории АН
•СССР).— Сб. «Средние века», вып. XI, 1958, стр. 110—114.
133. Богословский В. А. Виньола как теоретик архитектуры.— «Ученые записки
Ленинградского гос. ун-та им. А. А. Жданова», № 252. Серия ист. наук, вып. 29, 1958,
стр. 103—150.
134. Быков В. Е. Архитектура Италии и Франции XVII столетия (барокко
и классицизм XVII в.). М., 1958, 44 стр., илл.
135. Гращенков В. Рисунки Рафаэля к Ватиканским фрескам. К вопросу
об особенностях творческого метода художника.— «Искусство», 1958, № 8, стр. 52—62.
136. Гуковский М. А. Леонардо да Винчи. Творческая биография. Л.—
М., «Искусство», 1958, 172 стр. с илл.; 21 л. илл.
137. Гуковский М. А. Новые работы по истории платонизма итальян-
ского Возрождения. (Историографический обзор).— «Вопросы философии», 1958,
№ 10, стр. 169—173.
137а. Ивлиев В. А. Философские взгляды Джордано Бруно.— «Ученые запис-
ки Красноярского под. ин-та», т. 12, вып. 1, 1958, стр. 31—78.
138. Малярчик Я. Политическое учение Пикколо Макиавелли. Автореферат
дисс. на соискание ученой степени капд. ист. паук. Л., 1958, 17 стр. (Ленинградский
гос. ун-т им. А. А. Жданова).
139. Ч i кол i Hi Л. С. 1тал1йський утопгет кпщя XVI — початку XVII ст.
Фабю Альбергат!. «Bichhk Ки1вськ. ун-ту», 1958, № 1, Сергя icTopii та философы,
вип. 1, стр. 111—126.
140. Ч у д а к о в С. II. Идиллические мотивы в раннем творчестве Микельанд-
жело.— «Учевые записки Алма-Атинского педагогического ин-та иностранных язы-
ков», т. II, вып. 12. Общественно-политическая серия, 1958, стр. 105—128.
141. Гуковский М. А. [рец.). Дени Хэй. Полидор Вергилий — историк
и писатель Ренессанса (Denis Hay. Polydor Vergil. Renaissance Historian and
Man of Letters. Oxford, Clarendon Press, 1952).— Сб. «Средние века», вып. XIII, 1958,
стр. 151—152.
См. также № 85.
II идерланды
142. Варшавскаи М. Я. Питер Пауль Рубенс. 1577—1640. М., Изогиз,
1958, 64 стр. с илл., 51 л. илл.
143. К а з а р и и А. И. Гуго Гроций как политический мыслитель. [О новом
русском переводе книги Гуго Гроция «О праве войны и мира»].— «Вестник истории
мировой культуры», 1958, № 6, стр. 59—83.
144. Кузнецов Ю. Новые произведения Яна ван Скореля.— «Искусство»,
1958, № 9, стр. 65—72 с илл.
145. Ч и с т о з в о н о в А. Н. Нидерландская буржуазная революция XVI
века. М., 1958, 190 стр. (АН СССР. Паучно-попул. серия).
146. ЧистозвоиовА. Н. Роль народных масс в Нидерландской буржуаз-
ной революции (1566—1609). М., 1958, 54 стр. (Общество по распространению полит,
и научных знаний РСФСР).
147. Громыко М. М. [рец.). Чистозвопов А. 11. Гентское восстание 1539—
1540 гг. М., АН СССР, 1957.— «Вестник Московского ун-та». Ист.-филол. серия, 1958,
Ns 3, стр. 199—202.
Порт у га л и я
148. К о д е с И. Редкое произведение португальской картографии XVI в.—
«Известия Всесоюзного географического общества». Л., 1958, т. 90, вып. 5, стр. 478—
479.
Румыния
См. № 87.
360
£> иблиог рафия
Финляндия
149. Е в с е е в В. Я. Крестьянское восстание «Дубинная война» и финское
народное творчество.— «Скандинавский сборник», III, 1958, стр. 89—112.
Франция
150. Документы по истории Франции середины XVI в. Публикация Т. П. Воро-
новой и Е. Г. Гурари под ред. А. Д. Люблинской.— Сб. «Средние века», вып. XII,
1958, стр. 149—170; вып. ХШ, 1958, стр. 15^—180.
151. Монтень, Мишель. Опыты. Кн. 1. Пер. А. С. Бобовича. Коммент.
А. С. Бобовича и Ф. А. Коган-Бернштейн. Изд. 2-е, М.— Л., 1958, 526 стр. (АН СССР.
Отделение лит-ры и языка. Лит. памятники).
152. Монтень, Мишель. Опыты. Кн. 2. Подгот. Ф. А. Коган-Бернштейн
и др. М.— Л., 1958, 652 стр. (АН СССР. Отделение лит-ры и языка. Лит. памятники).
153. Завъялова I. В. Деяк! питании icTopii ФранцП XVI ст. у французь-
к!й буржуазн!Й 1стор1ографн XX стор!ччя.— «Прац< Одес. держ. ун-ту», 1958, т. 148.
Сер!я icT. наук, вип. 6, стр. 129—145.
154. Лурье Я. С. Известие о Варфоломеевской ночи в русских «Посоль-
ских делах» XVI в.— «Вопросы истории религии и атеизма», вып. 6, М., 1958.
тр. 216—230.
155. Модель Б. Л. Отклики французской прессы времен Фронды на процесс
и казнь Карла I.— «Ученые записки Кишиневского ун-та», т. 35, 1958, стр. 95—101.
156. Модель Б. Л. Пропаганда контрреволюционной интервенции в Англию
во французской прессе времен Фронды.— «Ученые записки Кишиневского гос. ун-та»,
1958, т. 35, стр. 83—93.
157. Нем и лова И. Жорж де Латур. М.— Л., «Искусство», 1958, 50 стр.,
32 л. илл.
158. Себенцова М. М. Франция в первой половине XVI в.— «Преподава-
ние истории в школе», 1958, № 1, стр. 26—35.
159. Те л и ш е в а Е. А. Административные функции провинциальных парла-
ментов во Франции в 30—40-х годах XVII в.— «Ученые записки Коломенского пед.
ин-та», т. 3, ист.-филол. ф-т, вып. 1, 1958, стр. 353—393.
160. Червонная Т. М. Сеньория Стэн в XV—XVII вв. (К вопросу об аг-
рарных отношениях в Северной Франции XV—XVII вв.).— Сб. «Средние века»,
вып. XII, 1958, стр. 73—93.
161. Шустерман К.Б. Проблемы религиозных войн во Франции в XVI веке
в освещении И. В. Лучицкого.— «Ученые записки Хабаровского пед. ин-та», т. 3,
1958, стр. 195—215.
162. Энгельгардт Р. 10. Дюплесси Морнэ и гугеноты в конце XVI и на-
чале XVII в.— «Ученые записки Кишиневского ун-та», т. 35, 1958, стр. 57—82.
163. Соколов В. В. [рец.]. Образ великого мыслителя. (Асмус, В. Ф. Де-
карт. М., Госполитиздат, 1956).— «Вопросы философии», 1958, № 1, стр. 125—128.
См. также № 94 и 134.
Швеция
См. № 99.
Составитель: И. И. Фролова
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
I ВНП — Грамоты Великого Новгорода и Пскова, под ред. С. Н. Валка. М.— Л.
1949
РИО — Сборник Русского исторического общества AGDB — Archiv fiir Geschichte
des deutschen Buchhandels
Bernheim — W. Altmann und E. Bernheim. Ausgewablte Urkunden
zur Erlauterung der Verfassungsgcschichte Deutschlands im Mittelalter, Berlin,
1909
C a p i t.— MGH. Legum. sectio II. Capitularia regum Francorum, t. I, ed. A. Bore-
tius. Hannoverae, 1881
Comp a g n i — Compagni. Cronica della cose occorenti ne’tempi suoi. Raccolla
degli storici, t. IX, parte II, Citta di Castello, 1913
Constit, I.— MGH. Legum Sectio IV. Constitutiones et acta publica, t. I
Consulte — Le Consulte della repubblica fiorentina dull'anno MCCLXXX al MCCXCVII1
publ. da A. Gherardi, vol. I. Firenze, 1896
DH I — MGH. Diplomatum regum et imperatorum Germaniae, t. I, p. I. Heinrici I
diplomata
DH II — MGH. Diplomatum regum et imperatorum Germaniae, t. III. Heinrici II dip-
lomata
DH III — MGH. Diplomatum regum et imperatorum Germaniae, t. V. Heinrici III
diplomata
DH IV — MGH. Diplomatum regum et imperatorum Germaniae, t. VI. Heinrici IV
diplomata
DK II — MGH. Diplomatum regum et imperatorum Germaniae, t. IV. Conradi II dip-
lomata
DKI III — Diplomata regum Germaniae ex stirpe Karolinorum, t. II
DL III — MGH. Diplomatum regum et imperatorum Germaniae, t. VIII. Lotari III
diplomata
DO I — MGH. Diplomatum regum et imperatorum Germaniae, t. I. Ottoni I diplomata.
DO II — MGH. Diplomatum regum et imperatorum Germaniae, t. II. Ottoni II dip-
lomata
DO III — MGH. Diplomatum regum et imperatorum Germaniae, t. II. Ottoni III dip-
lomata
F — Norges gamle love indtil 1387, I Bind, Udg. ved. R. Keyer og P. A. Munch. Chris-
tiania, 1846, Frostapingslove
FUB II — Urkunderbuch der Stadt Freiberg in Sachsen, hrsg. von H. Ermisch, Bd.
II. Leipzig, 1886
G — Norges gamle love indtil 1387, I Bind. Udg. ved. R. Keyer og P. A. Munch. I Bd.
Christiania, 1846, Gulapingslov
H. Hergot — H. H ergot. Von der neuen Wandlung eines christlichen Lehens.
В kil: A. G о t z e und L. E. Schmitt. Aus dem sozialen und politiscben
Kampf. Halle, 1953
HR — Hanserecesse, Abt. I, Bd. I—VIII, 1870—1897; Abt. II, Bd. I—VII, 1876—
1892; Abt. Ill, Bd. I—II, 1881—1883
HT — Historisk Tidsskrift
HUB — Hansisches Urkundenbuch, Bd. I—IX, 1876—1937
LECUB — Liv-, Eslh-Curlandisches Urkundenbuch, Bd. I—III, Abt. II, Bd. I—II,
Riga, Moskau, Weimar, 1853—1937
MGH — Monumenta Germaniae Historica
MGSZ — Magyar Gazdasagtorteneti Szemle
M i g n e, PL — Patrologiae cursus completus. Series latina Urkundenbuch zur Ge-
scbichte der jetz die Preussiscben Regierungsbezirke Coblenz und Trier bildenden
mittelrbeiniscben Territorien bearbeitet von H. Beyer, L. Eltegter und A. Goerz.
Koblenz, 1860
362
Список сокращений
Notices et extraits — Notices et extrails des documents inedits a l’histoire de France
sous Philippe le Bel. В собр.: Notices et extraits des manuscripts de la bibliotheque
imperiale, t. XX, p. 2. Paris, 1862
Ordinamenti — Gli ordinamenti di giustizia del 6 luglio 1225.— В кп.: G. Salve-
mini. Magnati e popolani in Firenze dal 1280 al 1295. Firenze, 1899, Appendice
Pseudo - Latini — P. V i 1 1 a r i. I primi due secoli della storia di Firenze.
Pseudo Brunetto latini. Cronica fiorentina. Firenze, 1957
PW — Parliamentary Writs and Writs of Military Summons together with the liecords
and Muniments, vol. 1, II. London, 1827—1830
BP — Rotuli parliamentorum, et ut petitiones et placita in parliamento tempore Ed-
wardi I, vol. I. Loudon, 1832
RS — Holls Series
Schwsp — Das Schwabenspiegels Landrechtsbuch, hrsg. von H. G. Gengles. Erlangen,
1851
Ssp. Ldr — Sachsenspiegel. Landrecht, hrsg. von C. Homeyer. Berlin, 1861
Statutes — Statutes of the Realm 1101—1713. Ed. A. Luders T. E. Tomlins, vol. I.
London, 1810
Stefani — M. Stefan i. Cronica fiorentina.— Raccolta degli storici italiani,
t. XXX. Citta di Castello, 1903—1913
Villani — G. Villani. Cronica. Firenze, 1823
СОДЕРЖАН ПЕ
СТАТЬИ И ИССЛЕДОВАНИЯ
А. Я. Гуревич (Калинин). Свободное крестьянство и феодальное государ-
ство в Норвегии в X—XII вв............................................ 3
Н. Ф. К о л е с п и ц к и и. К вопросу о германском мннистериалптете X—
XII вв............................................................... 32
Е. В. Гут нова. О значении слова «парламент» (parliamentum) в /Хнглии
XIII и начала XIV в.................................................. 56
Л.. М. Баткин (Харьков). Флорентийские гранды и поправки 6 июля 1295 г.
к «Установлениям правосудия»......................................... 75
А. .'I. X о р о ш к е в и ч. Из истории ганзейской торговли (Ввоз в Новгород
благородных металлов в XIV—XV вв.)...................................... 98
М. М. С м п р и и. Социальные отношения в горной промышленности Фрей-
бергского района Саксонии в 40—80-х годах XV в...................... 121
В. Е. М ай ер (Ижевск). Об одном раннем произведении утопического ком-
мунизма в Германии..................................................... 151
Т. Виттман (Сегед—Венгрия). «Революция цеп» и ее влияние на Венгрию
во второй половине XVI в........................................... 1(Л>
А. Клима (Прага), Г1. М а ц у р е к (Брно). Вопрос о переходе от фео-
дализма к капитализму в Центральной Европе (XVI—XVIII вв.) .... 190
СООБЩЕНИЯ
11. А. Д е н и с о в а. Из истории политической борьбы во Франции в начале
XIV в (Трактаты легиста Дюбуа об уничтожении Ордена тамплиеров) . 208
ИСТОРИОГРАФИЯ II КРИТИКА
А. И. Н е у с ы х и н. 3. В. Удальцова. Италия и Византия в VI в. М., 1959 . 225
Е. В. Г у т п о в а. Я. А. Левицкий. Города и городское ремесло в Англии
X—XII вв. М., 1960 ................................................ 240
Т. С. Осипова, А. С. С а м о й л о. Ю. М. Сапрыкин. Английская колони-
зация Ирландии в XVI — начале XVII в. М., 1958 ..................... 247
XI Международный конгресс историков е Стокгольме. 21--2S августа I960 г.
II. А. Сидорова. XI Международный конгресс историков и вопросы ме-
диевистики ......................................................... 254
Е. В. Г у т п о в a. VV. Ullmann. Law and Medieval Historian (В. Ульмапн.
Право и историк средних леков)..................................... 280
Л. А. К отель п и к о в а. Е. Sestan. La cittii coinunale italiana dei secoli
XI—XIII nelle sue note caratteristiclie rispetto al movimento comunale
europeo (Э. Сестан. Характерные черты итальянского города-коммуны
XI—XIII в. и европейские коммунальные движения).................... 288
А. И. Н е у с ы х и н. Karl Hauck. Die Geschichtliche Bedeutung der germa-
nischen Auffassung von Konigtum und Adel (К. Гаук. Историческое зна-
чение германской концепции королевской власти и знати)............. 294
будет помещен в вып. XXI.
364
Содержание
А. С. Кап. W. Czaplinski. Le prohleme baltique aux XVI et XVII siecles
(Вл. Чаплипский. Балтийский вопрос в XVI—XVII вв.)..................... 298
3. 3. Литаврина J. Vicens Vives. Estruclura administrativa estatal en
los siglos XVI у XVII. (X. Висенс Вивес. Структура государственной адми-
нистрации в XVI—XVII вв.).............................................. 302
М. М. С ми р и п. Gosta Johannesson. Die Kirchenreformation in den nordischen
Liindern (Г. Иоханнессон. Церковная реформация в северных странах) . 300
Сообщения на XI Международном конгрессе историков в Стокгольме
(Краткие аннотации).................................................... 314
ПУБЛИКАЦИИ
Мемуар Исаака Разилли о французской колониальной экспансии (1626 г.).
Предисловие Р. Мандру (Париж). Перевод п комментарии Н. В. Ревунен-
ковой (Ленинград), под ред. и с послесловием А. Д. Люблинской (Ленин-
град)................................................................. 325
ХРОНИКА
К 7()-летию академика II. II. Конрада ................................ 350
БИБЛИОГРАФИЯ
Литература по истории средних веков, вышедшая в СССР в 1958 г. Состави-
тель — И. И. Фролова (Ленинград)...................................... 351-
Список сокращений..................................................... 361
С О N Т Е N S
ARTICLES AND STUDIES
A. I. Gourevi tch (Kalinin). Free Peasants and the Feudal State in Norway
in X—XII Centuries....................................................... 3
N. F. Kolesnitsky. Concerning the Problem of German Ministeriality
in X—XII Centuries...............................................
E. V. G о u t n о v a. On the Notion of «Parliamentum» in England in XIII
and Early XIV Centuries................................................. 56
L. M. Batkin (Kharkov). Florentine Grands and the Corrections to «Ordina-
menti della Giustizia» Adopted on July, 6, 1295 ....................... 75
A. L. Khoroshkevitch. From the History of Hanse’s Trade (Precious
Metals Imported to Novgorod, XIV—XV cc.)................................ 98
M. M. S m i г i n. Social Relations in the Mining Industry in the Region
of Freiberg, Saxony, the’ 40s- ’80s of XV c........................... 121
V. E. Mayer (Izhevsk). On an Early Work of Utopian Communism in Ger-
many ................................................................. 151
T. Vittmann (Szeged, Hungary). «Revolution of Prices» as it Told in Hungary 166
in XVI c.
A. Klima (Prague), J. Macurek (Brno). The Question of Transition
from Feudalism to Capitalism in Central Europe, XIV—XVIII cc........... 190
COMMUNICATIONS
N. A. Denisova. From the History of Political Struggle in France at the
Beginning of XIV c. (Treatise by the Legiste Dubois on the Abolition of the
Order of Temp litres).................................................. 208
HISTORIOGRAPHY AND BOOKS
A. I. N e u s у k h i n. 3. В. Удальцова. Италия и Византия в VI в. М., 1959.
(Z. V. Udaltsova. Italy and Byzantia in VI Century. Moscow, 1959) . . . 225
E. V. G о u t n o v а. Я. А. Левицкий. Города и городское ремесло в Англии
X—XII вв. М., 1960 (I. A. Levitsky. Towns and Town Handicraft in Eng-
land in X—XII Centuries. Moscow, 1960)............................. 240
T. S. Osipova, A. S. S a m о i 1 о. Ю. M. Сапрыкин. Английская коло-
низация Ирландии в XVI — начале XVII в. М., 1958 (Y. М. Saprykin.
English Colonization of Ireland in XVI and Early XVII centuries. Moscow,
1958).......................................................... . . . 247
Содержание
365
The 11th International Congres of Historical Sciences in
Stockholm, August, 21—28, I960
У. A. Sidorova. The 11th International Congress of Historical Sciences
and the Problems of Medievalistic....................................... 254
E. V. G о u t n о v a. W. Ullmann. Law and Medieval Historian.............. 280
L. A. Kotelnikova. E. Sestan. La citta communale italiana dei secoli
XI—XIII nolle sue note caratteristiche rispetto al movimento comunale
europeo................................................................ 288
A. I. Neusykhin. Karl Hauck. Die Geschichtliche Bedeutung der germani-
schen Auffassung von Konigtum und Adel..................................... 294
A. S. К a n. W. Czaplinski. Le prohleme baltiqne aux XVIe et XVIIe sie-
cles....................................................................... 298
E. E. Litavrina. J . Vicens Vives. Estructura administrativa estatal en los
siglos XVI у XVII.......................................................... 302
M. M. S m i r i n. Gcsta Johannesson. Die Kirchenreformation in den nordis-
chen Landern............................................................... 309
Communications at the 11th International Congress of Historical Sciences (Brief
/Annotations)........................................................... 314
PUBLICATIONS
Isaac Razilli’s Memoire on the French Colonial Expansion, 1626. Foreword by
R. Mandrou (Paris). Translated and Commented on by N. V. Revunenkova
(Leningrad). Wording and Epilogue hy A. D. Liuhlinskaya (Leningrad) . . 325
CHRONICLE
N.I. Konrad's 70th Birthday ............................................ 350
BIBLIOGRAPHY
Literature on Medieval History Published in the USSR in 1958.— Compiled by
I. I. Frolova (Leningrad)............................................... 351
List of Abbreviations...................................................... 361
I N H A L T
ARTIKEL UND FORSCHUNGEN
A. J. Gurewitscb (Kalinin). Die freie Bauernschaft und der feudale Staat
in Norwegien im X.— XII. Jh............................................... 3
N. F. Kolesnizkij. Zur Frage fiber das deutsche Ministerialitat im X.—
XII. Jh..................................................................... 32
E. W. G u t n о w a. Uber die Bedeutung des Wortes «parliamentum» in England
im XIII. Jh. und im Anfang XIV. Jh.......................................... 56
L. M. Batkin (Charkow). Florentinische Grande und Korrekturen des 6. Juli
1295 zu «Ordinamenti della giustizia».................................... 75
A. L. Horosch kewitscb. Aus der Geschichte des hanseatischen Handels
(Einfuhr von Edelmetallen nach Nowgorod im XIV.—IV. Jh.) ................ 98
M. M. S m i r i n. Soziale Verhiiltnisse in der Bergindustrie im Kreis Freiburg,
Sachsen, in 40.— 80. Jahren des XV. Jh.................................. 121
W. E. Mayer (Ishewsk). Uber ein Friihwerk des utopischen Kommunismus
in Deutschland.......................................................... 151
T. W i t t m a n n (Szeged, Ungarn). Der «Revolution der Preise» und ihre Einflu{3
auf Ungarn im 2. Halbe XVI. Jh.......................................... 166
A. Klima (Praha), J. Macurek . Frage fiber den Ubergang vom Feuda-
lismus zum Kapitalismus im zentralen Europa (XVI—XVIII. Jh). . . . 190
MITTEILUNGEN
K. A. D e n i s о w a. Aus der Geschichte des politischen Kampfes in Frank-
reich im Anfang des XIV. Jh. (Traktate des Legisten Dubois iiber die Ver-
nichtung des Ordens der Tempelherren).................................... 208
366
Содержание
HISTORIOGRAPIIIE UND KRITIK
A. J. N e uss у c h i n. 3. В. Удальцова. Италия и Византия в VI в. М.,
1959 (S. W. L'dalzowa. Italien und Byzanz im VI. Jh. Moskau, 1959) . . . 225
E. W. G u t и о w а. Я. А. Левицкий. Города и городское ремесло в Англии
X—XII вв. М., 1960 (J. A. Lewizkij. Stiidte und das Stadthandwerk in England
des X.— XII. Jahrhunderts. Moskau, 1960)...................................... 241*
T. S. Ossipowa, A. S. Samoi Io. Ю. M. Сапрыкин. Английская коло-
низация Ирландии в XVI — начале XVII в. М., 1958. (J. М. Ssaprykin.
Englische Kolonisierung IHands im XVI.— Anfrang XVII. Jh. Moskau, 1958) 217
XI. Inlernalionaler KongreR historischer
Wissenschaflen in Stockholm am 21.—28. August 1960.
N. A. Ssidorowa. XI. Inlernalionaler KongreB historischer Wissenschaflen
und Fragen der Medievistik................................................. 254
E. W. G u I n о w a. W. Ullmann. Law and Medieval Historian........................ 280
L. А. К о t e 1 n i k о w a. E. Sestan. La citta comunale italiana dei secoli
XI—XIII nelle sue note caratteristiche rispetto al movimento comunale
europeo........................................................................ 288
A. J. Neussycbin. K. Hauck. Die Geschichtliche Bedeutung der germa-
nischen Auffassung von Konigtum und Adel............................. 294
A. S. К а и. W. Czaplinski. Le probleme baltique aux XVIe et XVIIe siecles. . . 298
E. E. L i t a w г i n a. J. Vicens Vives. Estructura administrativa estatal en
los siglos XVI у XVII...................................................... 302
M. M. S m i r i n. G. Johannesson. Die Kirchenreformalion iu den nordischen
Landern....................................................................... 309
Mitteilungen auf dem XI. Internationalen KongreB historischer Wissenschaflen
(Kurze Annotationen)....................................................... 314
PUBLIKATIONEN
Memoire von Issak Rasilli fiber franzosische koloniale Expansion (1626). Vorwort
von R. Mandru (Paris). Uberselzuug und Kommentaren von N. W. Rewunen-
kowa (Leningrad). Redaktion und Nachwort von A. D. Ljublinskaja (Lenin-
grad) . .............................................................. 325
CIIRONIK
Zinn N. I. Konrad 70. Gehurtstag................................................... 35u
BIBLIOGRAFHIE
Literatur zur Geschichte des Mittelalters erschienen in der L'dSSR in 1958. Ver-
fasser I. I. Frolowa (Leningrad)........................................... 351
AbkQrzungen . ............................................................ 361
SO M м A I R E
ARTICLES ET ETUDES
A. Y. Gourevitch (Kalinin). La paysannerie libre et I'Etat feodal en Nor-
vege aux X—XII ss............................................................ 3
N. F. Kolesnitski. Du ministerialitet allemand aux X—XII ss . . . . 32
E. V. G о u t n о v a. L’acception du mot «parlement» (parliamentum) en An-
gleterre au XIII s. et au commencement du XIV s................................ 56
L. M. Batkin (Charkov). Les Grands florentions et les amendements du 6
juillet 1295 aux «Ordinamenti della giustizia»........................... 75
A. L. К h о г о s h k e v i t c h. Extraits de 1 ’histoire du commerce hanseatiqne
(L'importation des metaux precieux a Novgorod aux XIV—XVe ss.) ... 98
M. M. S m i r i n. Les relations sociales dans 1'Industrie miniere de la region
Freiberg en Saxe dans les annees 40—80 du XV siecle............................ 121
V. E. Mayer (Igevsk). Une de premieres oeuvres du communisme utopique
en Allemagne.................................................................. 151
T. Vittmann (Szeged, Hongrie). La «revolution des prix» et leur influence
sur la Hongrie dans la deuxieme moi tie du XVIes........................... 166
A. Klima (Prague), J. Macflrek (Brno). La question de la transi-
tion du feodalisme au capitalisme en Europe Centrale (XVI—XVIIIe ss.) . . 190
Содержание
367
COMMUNICAT IONS
N. A. Den isso va. Extraits de l’histoire de la lutte politique en France, com-
mencement du XIV s. (Traites de legiste Duhois de la liquidation de 1’ordre
des Templieres).................................................... 208
HISTORIOGRAPHIE ET CRITICUE
A. I. Neousichine. 3. В. Удальцова. Италия и Византия в VI в. М.,
1959 (Z. V. Oudaltsova. L’Italie et la Byzance au VI s. M., 1959).. 225
E. V. Gout nova. Я. А. Левицкий. Города и городское ремесло в Англии
X—XII вв. М., 1960 (J. A. Levitski. Les villes et le metier urbain dans
I'Angleterre aux X—XII ss. M., 1960)............................... 240
T. S. Osipova, A. S. S a m о j 1 о. Ю. M. Сапрыкин. Английская коло-
низация Ирландии в XVI — начале XVII в. М., 1958 (J. М. Saprikine. La
colonisation de 1’Irlande par I’Angleterre au XVIe s. et au commencement
du XVIK s. M., 1958).................................................. 247
X! Congres International des Sciences Historiques a Stockholm.
Le 21—28 aoiit de 1960
hi. A. Sidorova. Le Congres International des sciences historiques et les prob-
lemes de la medievistique.......................................................... 254
E. V. G о u t n о v a. W. Ullmann. Law and Medieval Historian......................... 280
L. A. Kotelnikova. E. Sestan. La citta comunale italiana dei secoli
XI—XIII nelle sue note caratteristiche rispetto al movimento comunale eu-
ropeo.............................................................................. 288
A. J. Neoussichine. Karl Hauck. Die geschichtliche Bedeutung der ger-
manischen Auffassung von Konigtum und Adel......................................... 294
lie siecles
estatal en
........... 298
n nordisc-
0 11 E Ч \ T К II II 11 С П P А В Л E H II II 309 istoriques 314
Страница 'трока Напечатано Долито быть
1 СП. sea га (scara 626). Avec la de N. V. Re-
47 13 св. — бенефиций бенефиций — Lioubliskaia 325
53 4 гв. Фрейзиигейиекого Фрейзингенского
57 8-7 . и. quapiam quouiam
64 12 сн. Parlianieiitaty Parliamentary
189 3 св. si eraves siecles 350
>9 9 сн. leniplieres templiers
294 3 сн. Vok Volk ge par I. I. 351
361 20 cn. Frostapingslove Frostajjinuslove
361 15 сн. Gulapingslov Gulapingsla 361
CprjHiiP иска, пип. XX
Содержание
367
COMMUNICAT IONS
N. A. D e n i s s о v a. Exlraits de I’histoire de la lutte politique en France, com-
mencement du XIV s. (Trades de legiste Dubois de la liquidation de 1’ordre
des Templieres) ..................................................... 208
HISTORIOGRAPIIIE ET CRITICUE'
A. I. N eousicbioe. 3. В. Удальцова. Италия и Византия в VI в. М.,
1959 (Z. V. Oudaltsova. L’Italie et la Byzance au VI s. M., 1959).... 225
E. V. G о u t n о v а. Я. А. Левицкий. Города и городское ремесло в Англии
X—XII вв. М., 1960 (J. A. Levitski. Les villes et le metier nrhain dans
I’Angleterre aux X—XII ss. M., 1960)............................... 240
T. S. Osipov a, A. S. S а ш о j 1 о. Ю. M. Сапрыкин. Английская коло-
низация Ирландии в XVI — начале XVII в. М., 1958 (J. М. Saprikine. La
colonisation de 1’Irlande par 1’Angleterre au XVIе s. et au commencement
du XVIIе s. M., 1958).................................................. 247
XI Congres I ntemational des Sciences Historiques a Stockholm.
Le 21—28 aout de 1960
N. A. Sidorova. Le Congres International des sciences historiques el les prob-
lemes de la medievistique............................................ 254
E. V. Goutnova. W. Ullmann. Law and Medieval Historian................. 280
L. A. Kotelnikova. E. Sestan. La citta comunale italiana dei secoli
XI—XIII nelle sue note caratteristicbe rispetto al movimento comunale eu-
ropeo.............................................................. 288
A. J. Neoussichine. Karl Hauck. Die geschichtlicbe Bedeutung der ger-
manischen Auffassting von Konigtum und Adel.......................... 294
A. S. Kan. W. Czaplinski. Le probleme baltique aux XVIе et XVIIе siecles
E. E. Litavrina. J. Viceus Vives. Eslructura administrativa estatal en
los siglos XVI у XVII................................................ 298
M. M. Smirin. Gesta Johannesson. Die Kirchenreformation in den nordisc-
hen Landern.......................................................... 309
Les communications au XI Congres International des sciences historiques
(Breves annotations) ................................................ 314
PUBLICATIONS
Le memoire d’lssaak Rasilli de 1'expansion coloniale fran^aise (1626). Avec la
Preface de R. Mandrou (Paris). Traduction et commentaires de N. V. Re-
vounenkova, sous la redaction et avec la postface de A. D. Liouhliskaia
(Leningrad).............................................................325
CHRONIQUE
I a 70-me anniversaiie de X. I. Conrad . ....................... 350
BIBLIOGRAP1IIE
Ouvrages sur I’histoire du Moyen Age. edites en URSS en 1958. Collige par I. I. 351
Frolova (Leningrad)....................................................
Liste des abreviations................................................. 361
Средние века, вып. XX
Утверждено к печати
Институтом истории
Академии паук СССР
Технический редактор Ю. В. Рилина
РНСО АН СССР № 13—80В. Сдано в набор 2/П1 1961 г.
Подписано к печати 22/IV-1961 г.
формат 70X10871., печ. л. 23
усл. печ. л. 31.51, уч.-изд. л. 32,2
Т-05605 Изд. № 5175 Тип. зак. № 1613
Цена 2 руб. 03 коп.
Издательство Академии наун СССР.
Москва, Б-62, Подсосенский пер.. 21
2-я типография Издательства.
Москва, Г-99, Шубинсний пер.» 10