СОВЕТСКИХ
ВОИНОВ
С НАСЕЛЕНИЕМ
3 p. SO к.
НАУМОВА ДУМКА
кг
АКАДЕМИЯ НАУК УКРАИНСКОЙ ССР ИНСТИТУТ ИСТОРИИ УКРАИНЫ
О.В.БУЦКО
ВЗАИМО -ОТНОШЕНИЯ СОВЕТСКИХ ВОИНОВ
С НАСЕЛЕНИЕМ
101ЬШИ

КИЕВ ПАУКОВА ДУМКА 1891
БУЦКО О. В.
Взаимоотношения советских воинов с населением Польши. 1944 - 1945 / АН УССР. Ин-т истории Украины; Отв. род. В.И.Клоков. —Киев: Наук, думка, 1991. - 144 с. ISBN 5-12-002031-3.
На фоне сложной военной и политической обстановки в Польше в один из наиболее трудных периодов ее истории показано, как складывались взаимоотношения советских воинов и польского населения, реакция различных слоев польской общественности на вступление советских войск в пределы Польского государства. Анализируется работа по моральной и психологической подготовке советских воинов к ведению боевых действий на польской территории, раскрывается роль советских военных комендатур в налаживании мирной жизни на освобожденной территории.
Для научных работников, преподавателей вузов, всех, кто интересуется историей взаимоотношений СССР и Польши.
Ответственный редактор В.И.КЛОКОВ
Утверждено к печати ученым советом
Института истории Украины АН УССР
Редакция литературы по истории и археологии
Редакторы Е.Л.Пугачева, Л. В.Лазаренко
г 0503020600-078
Ь ---------------60-91
М221 (04)-91
ISBN 5-12-002031-3
©О.В.Буцко, 1991
ВВЕДЕНИЕ
История взаимоотношений СССР и Польши богата и многообразна. Она полна величайших примеров проявления дружбы и солидарности. Вместе с тем ей не чужды были ожесточенные вражда и конфронтация. Она до предела насыщена эпизодами, интригующими своей таинственностью и неисследованностью. И это свойственно буквально всем периодам существования двух соседних государств. Даже события, с исторической точки зрения происходившие совсем недавно, отмечены печатью драматизма. Сложным переплетением светлого и темного, героического и трагического предстает история советско-польских отношений в годы второй мировой войны. ’’Белые пятна” из этого недалекого прошлого особенно волнуют людей, будоражат общественное мнение. Советско-германский пакт о ненападении 1939 г. и судьба Польши, депортация польских граждан в 1939 — 1941 гг,, крымская трагедия, Варшавское восстание — вот далеко не полный перечень проблем, требующих дальнейшего исследования и изучения Разобраться во всех сложностях существовавших взаимосвязей, дать им объективную, принципиальную оценку — насущная задача историографии. Набирающая силу демократизация советского общества, гласность вселяют уверенность в успешное решение этих проблем. Свидетельство тому — принятие Декларации о советско-польском сотрудничестве в области идеологии, науки и культуры (апрель 1987 г.). В этом историческом документе подчеркнуто большое значение совместных исследований по истории отношений между нашими государствами, партиями и народами, Здесь, как было отмечено в Декларации, ”... не может быть ’’белых пятен”. Вековые евдзи народов Польши и России требуют глубокой оценки. Все эпизоды, в том числе драматические, должны получить объективное и четкое исследование с позиций нового политического мышления, соответствующее нынешнему состоянию знаний1.
Одним из малоисследованных вопросов истории советско-польских отношений в годы второй мировой войны остается вопрос взаимоотношения советских войск с польским населением в ходе освобождения Польши от гитлеровских захватчиков (1944 — 1945 гг.).
Для проведения крупнейших стратегических операций с целью освобождения Польши от немецко-фашистских захватчиков в 1944 — 3
1945 н. привлекались 5 советских фронтов, 29 общевойсковых, 5 танковых, 6 воздушных армий и 6 артиллерийских корпусов прорыва из pc зерна Верховного Главнокомандования2. Ими было разгромлено в общей сложности свыше 170 дивизий противника, из которых 100 уничюжены полностью.
Советские воины, свято выполняя освободительную миссию, не жалели сил и самой жизни в борьбе за освобождение братского польского народа. Около 600 тысяч воинов нашей армии пали смертью храбрых в боях с фашистскими захватчиками на польской земле.
В ходе освобождения польских земель Красной Армией, в огне антифашистской национально-освободительной революционной борьбы польских трудящихся родилась Народная Польша. Было создано первое в истории Польского государства рабоче-крестьянское правительство — Польский Комитет Национального Освобождения (ПКНО).
Несмотря на исключительные трудности продолжавшейся войны, Советское правительство, его вооруженные силы оказали действенную помощь молодой народной власти в налаживании мирной жизни на освобожденных территориях, в восстановлении страны.
Что касается польского правительства, находившегося всю войну в Лондоне, то ему было трудно смириться с теми социальными процессами. которые происходили в Польше с лета 1944 г. По мере успешного наступления Красной Армии оно усиливало антисоветскую кампанию, вело борьбу против Польской рабочей партии (ПНР) и народной власти. Сторонники эмигрантского правительства встали на путь террористических актов против воинов-освободителей. Известно, что от их рук погибло свыше тысячи солдат и офицеров Красной Армии.
Одновременно, однако, общее изменение политического климата получило выражение в конкретных карательных и профилактических мерах, предпринятых новой польской властью. Изоляция определенного количества наиболее активных офицеров Армии Крайовой — подпольной военной организации эмигрантского правильства Польши — была несомненным потрясением как для бывших ’’аковцев”, так и для многих польских граждан, видевших в них борцов за освобож-дешге Польши. Время было такое, что предупредительные распоряжения не раз интерпретировались излишне строго и круто, поскольку, как это обычно бывает в моменты резких политических поворотов, не было недостатка в людях, бросающихся из крайности в крайность, считавших, что при изменении политической линии существо дела заключается именно в придании повороту возможно большей остроты.
Так, только что созданное Главное политико-воспитальное управление Войска Польского в отношении к бывшим солдатам и офицерам АК считало, что ”не время проявлять к ним понимание и уважение и терпимо относиться к их ’’привязанности к прошлому”. Каждый ... должен понять, что сегодня нет места ни для каких-либо компромиссов с АК”3.
4
Именно в это время появляются словестные ярлыки в газетных статьях и выступлениях иа митингах, столь болезненно запавшие в память многим людям плакаты, презрительно отзывавшиеся о патриотических намерениях солдат АК, не учитывавшие должным образом линии раздела между солдатами и руководителями АН, заблуждавшимися патриотами и убежденными врагами.
События тех дней, безусловно, оставили глубокий след в общественном сознании польского народа. На его настроении отрицательно сказались также последствия административно-командной системы, которая сложилась в послевоенной Польше не без влияния ее восточного соседа.
Теперь же, разочарованные советской моделью социализма, его противники во всех бедах обвиняют СССР. Возвращаясь к прошлому, они искажают и принижают освободительную миссию Красной Армии и помощь Советских Вооруженных Сил польскому народу. Воинствующие элементы уже не раз опускались до осквернения памятников советским воинам, отдавшим жизнь за освобождение Польши от немецко-фашистских захватчиков. В то же время в этих условиях СССР проявляет максимум такта по отношению к своему западному соседу, к польскому народу, к стране, которая находится в сложном положении.
Изучение истории советско-польских отношений интересно само по себе, но вместе с тем оно помогает лучше осмыслить события сегодняшних дней. В монографии на широком круге разнообразных, зачастую не вводившихся еще в научный оборот источников, исследуются различные аспекты взаимоотношений советских воинов и польского населения в ходе освобождения Польши от немецко-фашистских захватчиков
Историографию по данной теме условно можно разделить на две । рупиы. К первой мы относим труды собственно по истории советско-польских. отношений. В общем плане этот вогфос стан предметом изучения советских историков еще в годы войны. В 1945 г. по горячим следам событий вышла работа А.Я.Манусевича ’’Польский народ в (юрьбе за независимую и свободную Польшу”4. Показу исторической обусловленности и необходимости советско-польского сотрудничества посвящены и более поздние работы ученого5.
Скудность документальной базы определила характер работ советских авторов, опубликованных в 40 е годы, их пропагандистскую направленность. Однако уже первоначальная обработка фактическо-I о материала, публикация основных документов межгосударственных отношений СССР и Польши периода второй мировой войны позволили создать интересные труды по истории Польши, в* которых советско-польские отношения рассматривались в плане боевого содружества, помощи СССР польскому народу6.
В конце 50 — начале 60-х Годов появились серьезные монографии украинских исследователей по советско-польской проблеме, Так,
5
работа П.М.Калениченко7 основана на изучении архивных материалов, литературы и публикаций польской прессы, издававшейся в СССР. Исследовав процесс консолидации в Советском Союзе прогрессивной польской эмиграции различных политических взглядов и убеждений, который привел к созданию весной 1943 г. Союза польских патриотов в СССР, автор убедительно показал, что деятельность Союза была составной частью революционно-освободительной борьбы польского народа.
Монография ИД.Кундюбы8 охватывает период от назревания политического кризиса в Европе накануне второй мировой войны. К сожалению, отношения СССР с польским эмигрантским правительством в книге не рассматриваются. Работа эта в значительной степени посвящена внутренней истории Польши, национально-освободительной борьбе польского народа, хотя затрагиваются в ней и проблемы участия советских граждан в освободительном движении польского народа, подчеркивается значение этого факта для укрепления дружественных связей этих народов.
Различные аспекты деятельности польского движения Сопротивления получили освещение как в обобщающих трудах советских историков по вопросам международных отношений в годы второй мировой войны, так и в работах, раскрывающих отдельные аспекты проб-Q ле мы о
Плодотворно работает в области советско-польских отношений в годы второй мировой войны В.С.Парсаданова. В ее фундаментальной монографии10 рассматриваются связи правительства СССР с польским эмигрантским правительством и революционным лагерем Польши, анализируется тот исторический перелом, который произошел в годы войны и привел к установлению дружбы и сотрудничества между Советским Союзом и Польшей. На большом фактическом материале автор раскрыл дипломатическую, военную, экономическую помощь СССР Польше, общественные и культурные связи между нашими народами.
Последние- годы В.С.Парсадшова ведет большую поисковую работу по выявлению новых документов, позволяющих раскрыть или по Новому взглянуть на ранее ’’запретные” темы. В результате этой работы появились статьи ’’Польская армия Андерса в СССР в 1941 -1942 гг.”“ и ’’Депортация населения из Западной Украины и Западной Белоруссии в 1939 — 1941 гг.”12, вызвавшие большой интерес как у ученых-полонистов, так и у широкого круга читателей.
Важным этапом в изучении проблемы стал выход в свет фундаментальных коллективных работ ученых СССР и Польши. В них прослеживаются становление и укрепление советско-польского союза, вскрываются его корни, анализируются результаты и перспективы развития13.
Естественно, что история советско-польских отношений является предметом особого внимания ученых народной Польши, Детальную 6
картину дипломатической борьбы вокруг решения польского вопроса дает па богатом фактическом материале В.I'.Ковальский14. Ряд его работ непосредственно посвящен различным аспектам становления и развития советско-польских отношений в юды войны15.
Экономическому аспекту отношений между СССР и Польшей, в частности вопросам помощи Советского Союза в восстановлении разрушенного войной народного хозяйства Польской республики, посвящены работы М.Вилька и Б,Кузака16.
Тема советско-польских отношений рассматривается в исследованиях об установлении нового общественного строя в Польше, в трудах, посвященных Польской рабочей партии, освободительной борьбе польского народа17.
Необходимо отметить, что советские ученые, высоко, оценивая достижения исторической науки в Польше, стремятся к популяризации трудов польских исследова • лей в СССР. Наиболее интересные работы переводятся на русский язык, сопровождаются вступительными статьями, Прежде всего это книги С.Боратынского, З.Залуского, Т.Валих-новского, Р.Назаревича и др.18
Вторую группу исследований, имеющих важное значение для изучения темы взаимоотношений советских войск с польским населением, составляют работы, посвященные освободительной миссии советских вооруженных сил в 1944 — 1945 гг.19, в частности работы военных историков20.
Среди монографических исследований известных советских историков, занимающихся проблемами освободительной миссии советских вооруженных сил в странах Юго-Восточной и Центральной Европы, большой фактологический материал содержат работы, посвященные конкретным аспектам рассматриваемой проблемы21.
В целом же следует признать, что несмотря на значительное количество работ советских и польских историков по советско-польским отношениям и боевому содружеству в годы второй мировой войны, состояние разработки этой проблемы остается неудовлетворительным. ’’Пропаганда успеха”, попытка искусственно замаскировать все шероховатости наших отношений, стремление ’’спрятать голову в песок” от назревавших проблем во многом наложили свой негативный отпечаток на исследования как польских, так и особенно советских ученых.
В результате замалчивания, табу на некоторые ’’неудобные” темы оказался нераскрытым ряд проблем советско-польских отношений, в частности, проблема взаимоотношений воинов Красной Армии и населения Полыни в 1944 — 1945 гг. Едино душное мнение исследователей обеих стран, что эта проблема относится к так называемым ’’белым пятнам”22, определяет ее актуальность.
Источниковой базой исследования послужили опубликованные большие массивы документов23, а также многочисленные воспомина
7
ния видных советских военачальников — Г.К .Жукова, И.С.Конева, К.К.Рокоссовского, С.М.Штеменко24, крупных политработников — М.Х.Калашника, М.И.Бурцева, А.Д.Окорокова, К.В.Крайнюкова25, командиров частей и соединений — А.С.Жадова, М.Е Катукова, И.Т.Коров-никова, В. И.Чуйкова, И.И.Якубовского, других участников боев за освобождение Польши26.
Использованы также публикации периодической печати военных лет и те материалы ТАСС, которые по ряду причин не нашли в ней отражения и хранятся ныне в ЦГАОР СССР.
Расширению круга источников способствовали открывшиеся возможности использования исследователями материалов Центрального архива Министерства обороны СССР. В частности, ознакомление с материалами Главного политического управления Красной Армии, политотделов фронтов, освобождавших Польшу, позволяет лучше уяснить реакцию польских граждан на вступление советских войск в пределы Польши, составить представление о той огромной разъяснительной работе, которая велась политорганами Красной Армии среди польского населения. В нем зафиксированы многочисленные факты помощи польских граждан наступавшим частям Красной Армии и одновременно содействия советских вооруженных сил и военных комендатур польскому населению в налаживании нормальной жизни на освобожденной территории.
1. ПРЕДПОСЫЛКИ КОНСОЛИДАЦИИ ПОЛЬСКОГО НАРОДА И БОРЬБЕ ПРОТИВ ОККУПАНТОВ
Польша в период между двумя войнами, несмотря на все стремления и старания ее правителей договориться с западным соседом, никогда не могла быть уверена в безопасности своих границ. Как известно, в основе политики германских «милитаристов и прусских юнкеров всегда лежала извечная агрессивная концепция ’’дранг нах Остен”*.
Когда гитлеровцы предъявили Польше территориальные требования, стало ясно, что ей уготована судьба очередной жертвы. Однако у польского правительства была еще возможность обезопасить страну, приняв предложение Советского Союза 6 помощи1. Но правящие кру- II Польши отказались от союзных отношений со страной социализма. < вое решение они мотивировали тем, что советско-польский пакт о взаимопомощи ’’ускорил бы конфликт” и нарушил .’’стабильность и 1>е {опасность в Восточной Европе”. Действиями польского правитель-ства руководила классовая неприязнь к Советскому Союзу, Э.Рыдз-(мигни, возглавивший после смерти Ю.Пилсудского польское прави-|сльство, цинично заявил: ”С немцами мы рискуем потерять свою свободу, с русскими мы потеряем свою душу”2. Большие надежды 11олыиа возлагала на поддержку со стороны западных держав, которыепод прикрытием бесконечно затягивавшихся переговоров с Советским Сою-юм 1 одерживали тайные контакты с лидерами фашистской Германии,
Правящим кругам западных держав импонировала антисоветская политика фашистской Германии. Они надеялись, что гитлеровцы, продвигаясь на восток и захватив Польшу, неизбежно вступят в столкновение с Советским Союзом. Это была.ставка на разрешение своих проблем за счет СССР. Ради этого Запад готов был пойти на новый Мюнхен и предать Польшу — своего союзника.
Наиболее откровенно отношение, например, английских монопо-лисюв к судьбе польского народа выразил барон де Ронн в беседе с одним из фашистских лидеров А.Розенбергом: ’’Польша более полезна Англии в качестве мученицы, чем в качестве существующего государства”3.
* Драит нах Остен” — доктрина германских феодалов, буржуазно-помещичьих и империалистических кругов, проповедующая политику экспансии в отношении стран Центральной и Юго-Восточной Европы. Являясь важной составной частью идеологии и политики германского фашизма, эта доктрина использовалась прежде всего против СССР.
9
К моменту нападения фашистской Германии на Польшу последняя фактически не была подготовлена к войне. Отсутствовал план военных действий на случай войны с Германией. Такой план Главный штаб вооруженных сил Польши начал разрабатывать лишь в начале марта 1939 г. Он имел кодовое название ’’Захуд” (’’Запад”). К началу войны он был разработан частично. В техническом отношении польская армия не шла ни в какое сравнение с германской. В массе своей не был подготовлен к ведению современной войны и командный состав польской армии. Польское правительство запоздало и с началом всеобщей мобилизации. Войска были расположены так, что заранее исключалась всякая инициатива в ведении боевых действий. Поэтому, когда Германия обрушила на польскую землю полуторамиллионную армию, имевшую в своем распоряжении 2,5 тыс. танков и 1400 самолетов4, то результат военной кампании не трудно было предвидеть. В первые же дни немцам без труда удалось прорвать фронт, расколоть польскую армию на отдельные группы и дезорганизовать управление войсками.
Однако окруженные польские части оказывали героическое сопротивление. Несмотря на атаки с моря, суши и воздуха, защитники Вестерплятте и Гданьска храбро выдерживали натиск гитлеровцев. Гданьск был взят только 14 сентября 1939 г. При этом часть его защитников продолжала еще до 2 октября сражаться на полуострове Хэль5. Тяжелые бои шли в районах Радома и Кутно, но 18 сентября сопротивление и здесь было сломлено. Ожесточенные бои происходили и в других местах. Героической страницей истории явилась 20-дневная защита Варшавы. Вместе с солдатами в этой борьбе участвовали тысячи варшавян,
А в это время правительство Польши и военное командование ее вооруженными силами бежали из страны, бросив народ и армию на произвол судьбы. Польская армия в начале октября была разгромлена, а исход войны предрешен.
Польский народ по вине своего правительства оказался в одиночестве. Хотя союзники Польши — Англия и Франция — объявили 3 сентября 1939 г. войну Германии, но этот факт был исключительно формальным, так как не был подкреплен какими-либо конкретными действиями. Вот что писал о поведении Англии и Франции в эти трагические для польского народа дни английский премьер-министр У. Черчилль: ’’После мобилизации армии обеих сторон стояли в бездействии лицом к лицу вдоль границы. Не было никаких воздушных налетов ни на Англию, ни на Францию, за исключением нескольких разведывательных налетов. Французское правительство просило нас поступать таким же образом в отношении Германии, чтобы ответные бомбардировки не обрушились на французскую промышленность. Мы удовлетворились поэтому сбрасыванием листовок, которые должны были разбудить моральные чувства немцев... Франция и Великобрита-10
пня остались пассивны, хотя в то же время германская военная машина со всей силой разрушала и порабощала Польшу. Гитлер не имел оснований жаловаться”6.
’’Странная война” на Западе в действительности не была странной. Ее характер определяла политика англо-французского империализма. Нападение на Польшу приближало Германию, по мнению правящих кругов этих стран, к границам Советского Союза и отдаляло от собственных границ. Польша, таким образом, приносилась в жертву главной цели — распространению агрессии германского фашизма на Восток.
Американский обозреватель У.Липпман 12 окрября 1939 г. в газете ’’Нью-Йорк геральд трибюн”, выражая точку зрения реакционных кругов, откровенно признавал: ’’Вопрос не в том, каковы будут границы Германии, Польши или Чехословакии, а в том, где будет проходить граница между Европой и коммунизмом. Главный вопрос войны в том, вернется ли Германия в ряды государств Запада как защитник Запада”7.
В обстановке развала буржуазно-помещичьей Польши, явного попустительства правительства Англии и Франции агрессивным планам Германии Советское правительство 17 сентября 1939 г. отдало приказ Красной Армии перейти бывшую советско-польскую границу и занять территорию Западной Украины и Западной Белоруссии, являвшуюся исконно украинскими и белорусскими землями.
Эта акция, как и последовавшие за ней действия советских войск в отношении Бессарабии, Латвии, Эстонии и Литвы были следствием подписания секретного протокола к советско-германскому договору о ненападении от 23 августа 1939 г. Справедливости ради необходимо отметить, что Сталин не торопился с вводом войск в Польшу, несмотря на неоднократные запросы фашистского руководства. Гитлер же рассчитывал, что вступление Красной Армии на территорию Западной Украины и Западной Белоруссии вызовет взрыв возмущения западной общественности и приведет к объявлению Англией и Францией войны СССР. Однако, при крайне негативном отношении к пакту СССР — Германия, западные страны воздерживались от каких-либо действий. Что касается правительства Советского Союза, то оно с напряжением следило за развитием событий на польско-германском фронте, надеясь на серьезное сопротивление поляков. Но надежды эти быстро таяли.
К пятидесятилетию советско-германского пакта вышло немало научной и публицистической литературы, в духе времени давшей ему оценку. Несмотря на признание всеми советскими учеными необходимости и вынужденности этого шага в сложившихся тогда условиях, подписание секретного протокола представляется прямым отступлением от ленинских принципов внешней политики, не признававшей тайные соглашения за спиной третьих стран, особенно в вопросах, касавшихся их интересов.
11
Известие о заключении договора между СССР и Германией явилось полной неожиданностью не только для мировой, но и для советской общественности. Трудно было осознать происшедший поворот в советско-германских отношениях.
Но если заключение договора о ненападении (и полное неведение советской общественности в отношении его секретной части) в сознании народа оправдывалось необходимостью избежать войны, то подписание 28 сентября 1939 г. договора о дружбе и границе между СССР и Германией было совершенно противоестественным. Договор и все, что последовало за ним в средствах массовой пропаганды, деморали-зовывало, разоружало советских людей духовно-
Апогеем беспринципности стало выступление наркома иностранных дел В М.Молотова на сессии Верховного Совета СССР 31 октября 1939 г., в котором он дал глубоко ошибочную трактовку вопроса о судьбе польского государства. Ставя на одну доску и по существу проводя знак равенства между антисоветской политикой буржуазного правительства Польши и судьбой польского государства, он вразрез с исторической правдой утверждал: ’’Правящие круги Польши немало кичились ’’прочностью” своего государства и ’’мощью” своей армии. Однако оказалось достаточным короткого удара по Польше со стороны германской армии, а затем — Красной Армии, чтобы ничего не осталось от этого уродливого детища Версальского договора”8.
Вступление Красной Армии в Западную Украину и Белоруссию было названо вскоре в советской исторической литературе ’’освободительным походом Красной Армии”. И действительно, советским воинам внушали, что наша цель — обеспечение защиты жизни и иму щества коренного населения этих районов, спасение сотен тысяч поляков, бежавших от гитлеровцев на Восток. Однако судьба советских и польских граждан, проживавших на территории Западной Украины и Западной Белоруссии, оказалась крайне сложной. В нарушение Советской Конституции в 1939 - 1941 гг. в этих районах осуществлялась принудительная депортация населения. Вопреки некоторым встречающимся в Польше утверждениям об антипольском национальном характере депортаций, необходимо отметить, что они захватили не только польское население этих районов, но и украинцев, белорус-сов, евреев и велись по порочной сталинской формуле: ’’Кто не с нами, тот против нас”. В результате различных по характеру акций в восточных районах страны оказались сотни тысяч бывших польских граждан.
В страшной статистике о репрессиях периода культа личности больше отсутствующих данных, чем доступных исследователю. Но даже отрывочная, вернее ’’обрывочная” статистика позволила исследова гелям этой проблемы сделать вывод о том, что с осени 1939 г. по осень 1940 г. было репрессировано по политическим признакам, 12
1лавным образом без суда и следствия и даже без письменного обвинения, около 10 % населения Западной Украины и Западной Белоруссии всех национальностей и возрастов9. Условия лишения свободы, 1ранспортировки в районы с суровым климатом и содержания там позволяют утверждать, что это одно из многих тягчайших преступлений сталинского режима.
Впоследствии, когда началась Великая Отечественная война и СССР восстановил отношение с польским эмигрантским правительством, положение польского населения в СССР несколько улучшилось. Для помощи ему предоставлялись займы, шло переселение в более благоприятные районы. Помощь польскому населению, в первую очередь детям и старикам, шла на протяжении всей войны и уже не претерпевала особых изменений, связанных со взаимоотношениями с эмигрантским правительством.
Характерно, что 98 % поляков, насильственно переменивших свое местожительство на районы Архангельской области, Коми АССР, Сибири, Алтая, Дальнего Востока сообщили анкетировавшим их польским исследователям, что простые советские люди относились к ним весьма сердито и помогали чем могли10.
По-разному сложилась судьба польских граждан, оказавшихся на территории Советского Союза, Многие из них вступили в армию Андерса и прокладывали себе путь на родину в тяжелых боях на Западе, другие самоотверженно трудились в тылу и тем самым помогали советским людям ковать победу над врагом. Сотни тысяч поляков добровольно вливались в формирующиеся части и соединения будущего Войска Польского и прошли героический путь от белорусского местечка Ленино до столицы фашистской Германии — Берлина.
В то время, когда немецко-фашистские захватчики в 1939 г. оккупировали Польшу, они представляли, что прямой дорогой идут к покорению мира, завоеванию ’’германской расой господ” необозримого жизненного пространства с миллионами поверженных рабов. В Польше они намеревались создать прообраз будущего фашистского ’’нового порядка”. Здесь они как бы опробовали ’’принципы” этого режима. Фашистская газета ’’Берлинер Берзенцайтунг” так и писала, что Польша ’’является территорией для практического испытания немецкой организации управления”.
После оккупации Польши фашистскими войсками ее территория была разделена: Силезия, Великая Польша, Поморье, некоторые повяты Лодзинского и Варшавского воеводств и другие западные районы были включены непосредственно в состав ’’третьего рейха”. На остальной части Польши, не вошедшей в состав Германии, декретом Гитлера от 12 октября 1939 г, было создано так называемое ’’генерал-губернаторство”. В него вошли Люблинское, Келецкое, Краковское (без его западной части), Варшавское (без северной части) воевод-
13
ства и восточная часть Лодзинского. Площадь ’’генерал-губернаторства” составляла 94,1 тыс. кв. км. На его территории проживало около 12,1 млн человек11.
После нападения на СССР гитлеровцы 17 июля 1941 г,,захватив к этому времени Западную Украину, часть ее территории (Львовскую, Тернопольскую и Станиславскую области) также включили в ’’генерал-губернаторство”, увеличив его территорию до 145,2 тыс. кв. км, а население — до 16,6 млн человек12. Во главе оккупационной администрации этого губернаторства стоял наместник Гитлера, кровавый палач польского народа, генерал-губернатор, гауляйтер Ганс Франк. Вступая в должность, он заявил: ’’Отныне политическая роль польского народа закончена... Мы добьемся того, чтобы стерлось навеки само понятие Польша. Никогда уже не возродится Речь Посполитая или какое-либо иное польское государство”13. Никаких юридических норм, определявших правовое положение поляков, не существовало. Они были объявлены ”не имеющими подданства”.
Положение германской администрации в Польше определялось той задачей, которая перед ней ставилась. ’’Выполнение этой задачи, — указывалось в директивах, — включает в себя тяжелую расовую борьбу, не ограничиваемую никакими законами. Методы этой борьбы не будут похожи на принципы, которых мы придерживаемся в других случаях... Цель: жестокость и суровость должны быть главными принципами в этой борьбе для того, чтобы предотвратить для нас необходимость воевать из-за этой страны”14.
Руководствуясь этим принципом, с первых же дней оккупации Польши гитлеровцы установили режим безудержного террора, грабежа и насилия. По данным польской Комиссии по расследованию немецко-фашистских злодеяний, уже осенью 1939 г. гитлеровцы казнили свыше 16 тыс. поляков15. Польская земля стала местом, где в невиданных доселе масштабах оккупанты осуществляли массовые убийства. Именно здесь фашисты создали чудовищные лагеря смерти — Освенцим, Майданек и другие, в которых были истреблены миллионы ни в чем не повинных людей.
Эти преступления гитлеровцев, как убедительно было вскрыто на Нюрнбергском процессе, не явились случайными и не были результатом особенностей характера генерал-губернатора Г.Франка или гауляйтеров А.Грейзера, А.Форстера и др. Они были неотделимой частью идеологий и практики, направленной на истребление или ослабление негерманских народов Европы.
Об обстановке в оккупированной Польше красноречиво сказал 6 февраля 1940 г, Г.Франк в интервью корреспонденту газеты ”Фель-кишер беобахтер” Клайссу.
’’Клайсе: Быть может, было бы интересно разработать положения, отличающие протекторат от генерал-губернаторства?
14
Генерал-губернатор: Образно я могу об этом сказать так; В Праге были, например, вывешены красные плакаты о том, что сегодня расстреляно 7 чехов. Тогда я сказал себе: ’’Если бы я захотел отдать приказ о том, чтобы вывешивали плакаты о каждых семи расстрелянных поляках, то в Польше не хватило бы лесов, чтобы изготовить бумагу для таких плакатов. Да, мы должны поступать жестоко...”16.
Позже, на Нюрнбергском процессе, Франк произнесет ’’покаянную” речь и скажет, что ’’пройдут тысячелетия, а эта вина Германии все еще не будет смыта”. Но признание это не спасло палача польского народа от виселицы во Дворце Юстиции в Нюрнберге.
Кровавым итогом семилетней оккупации Польши была гибель 6 028 тыс. ее граждан. Из них только 10,7 % погибли в ходе военных действий. 5 384 тыс. поляков стали жертвами фашистского: геноцида. Это означало, что на польской земле в годы оккупации в среднем ежедневно погибало 2 800 человек17.
Генеральный план ”Ост” предусматривал и выселение 80 — 85 % поляков. Здесь предполагалось оставить 3--4 млн человек исключительно крестьянского населения. Однако этот план не был выполнен. В течение всего периода оккупации гитлеровцы смогли выселить около 1 млн польских граждан и на их место переселить 700 тыс. немцев. Выселение сопровождалось массовыми убийствами, угоном многих поляков в концлагеря и трудовые лагеря, а детей — для германизации в рейх, уничтожением многих домов и целых населенных пунктов.
Огромным разрушениям подвергалась польская экономика. Как установила Комиссия по расследованию немецко-фашистских злодеяний в Польше, за годы оккупации были уничтожены материальные ценности, которые составили 38 % довоенного достояния страны. Было разрушено 162 190 жилых зданий в городах и 353 876 — в селах, 14 тыс. промышленных предприятий. Продукция сельского хозяйства составляла половину довоенного уровня. Оккупанты уничтожили или демонтировали 38 % всех железных дорог и 46 % мостов. Всего в результате гитлеровской агрессии и оккупации Польша понесла ущерб на сумму в 258,4 млрд предвоенных злотых или 50 млрд долларов18.
В своей политике германизации польского народа особое значение гитлеровцы придавали ликвидации польской культуры и языка, а также физическому уничтожению интеллигенции, хорошо понимая, что пока будет существовать польская интеллигенция, будет жить и душа польского народа. Оккупационные власти закрыли книжные магазины, высшие учебные заведения, театры, польские газеты и журналы. Было запрещено также исполнение музыкальных произведений польских композиторов. В декабре 1941 г. вышел запрет иметь полякам граммофоны и пластинки, чтобы не слушать польскую музыку. Немецкая политика в Польше в области культуры была изложена в циркуляре особой секции ’’воспитание и пропаганда” в ’’генерал-губернаторстве”. В ней говорилось: "Само собой разумеется, что ни один
15
немецкий чиновник не будет содействовать развитию польской культурной жизни каким бы то ни было образом”19.
Гитлеровцы ограбили многие польские церкви, конфисковали архивы и вывезли предметы культа из соборов в Кракове, Люблине, Сандомире и др.
Всего же гитлеровские оккупанты уничтожили или разграбили в Польше 43 % ее культурных ценностей, в том числе 25 музеев и 35 театров. Было сожжено 66 % библиотек и архивов, в которых погибло 16 млн томов. Полностью разрушено 17 зданий высших учебных заведений, 352 здания больниц, 29 санаториев и тд,20
Немецко-фашистские оккупанты ставили целью физически ликвидировать польский народ, германизировать территорию и включить ее в состав ’’великой германской империи”. От уничтожения поляков как нации мог спасти только разгром фашизма. Таким образом, задача национального освобождения становилась основной, жизненно важной,
В создавшихся условиях в Польше не возникло политического течения, выступавшего за сотрудничество с оккупантами (да и гитлеровцы, не нуждавшиеся в посредничестве на стратегически важной территории, не создали условий для коллаборации как политического течения). Вопрос для польского освободительного движения состоял лишь в том, кто его возглавит, кто поведет за собой нацию. Если все политические группы и социальные слои заняли антигитлеровские позиции, это еще не означало совпадения их взглядов на формы, методы, средства и на конечные цели борьбы.
Вскоре в польском освободительном движении сформировались два основных политических течения. Одно состояло из буржуазных и мелкобуржуазных группировок во главе с польским эмигрантским правительством, обосновавшимся в Лондоне. Другое, противоположное ему, — включало в себя патриотические и революционные силы, руководимые левыми антифашистскими политическими группами. Здесь решающую роль играли коммунисты21.
В первые • месяцы оккупации польская либеральная буржуазия оказывала еще серьезное влияние на формирование общественного мнения. Объясняется это, в частности, тем, что буржуазия, приноравливаясь к настроению большинства населения, в демагогических цепях осудила обанкротившийся довоенный режим (гак называемую санацию), приведший страну к катастрофе. Она создала эмигрантское правительство во главе с противником Пилсудского и санации либеральным деятелем генералом В.Сикорским. Оно ориентировалось сначала на Францию, а затем на Англию. При поддержке эмигрантского правительства в стране были образованы особые вооруженные отряды, в распоряжении которых находились обученные офицерские кадры.
В подпольную военную организацию эмигрантского правительства, так называемый Союз вооруженной борьбы, переименованный в 1942 г. 16
в Армию Крайову, вступили выходцы из крестьян, рабочих, городской мелкой буржуазии и интеллигенции, не имевшие другой возможности участвовать в антигитлеровской борьбе. Солдатскую массу и большую часть низших офицеров Армии Крайовой составляли честные, патриотически настроенные поляки, которые рвались в бой с фашистскими оккупантами. Но высшее и старшее командование Армии Крайовой находилось в руках реакционных кругов буржуазии, которые стремились ограничить антигитлеровскую борьбу и не позволить народным массам воспрепятствовать попыткам правящих кругов восстановить, пусть в несколько обновленном виде, старый довоенный режим.
Перед лицом внешней опасности ’’лондонский” лагерь, хотя и имел некоторые противоречия, в целом поддерживал определенное единство.
Политическое же положение в демократическом лагере и в организациях, представлявших его у дневную силу - рабочий класс, было более сложным. Огромный ущерб польскому демократическому движению нанес террор со стороны сталинского руководства в отношении деятелей Коминтерна вообще и известных польских коммунистов в частности. В свою очередь санационное правительство Польши не замедлило воспользоваться создавшейся ситуацией для развертывания антисоветской и антикоммунистической пропаганды. Уцелевшие в различных городах коммунистические группы не только не имели никакой связи с мировым коммунистическим движением, но нередко не были связаны между собой. В первые годы войны и оккупации польские коммунисты еще не были организационно оформлены, но они сохраняли значительное влияние в обществе, особенно среди рабочего класса. А в трагические сентябрьские дни 1939 г. они прямо из тюрем шли на борьбу с немецко-фашистскими захватчиками. В 1939 — 1941 гг. бывшие члены КПП в глубоком подполье создали сеть коммунистических групп и антифашистских организаций. Уже в конце 1939 г, — начале 1940 г. в Варшаве начала действовать группа ’’Спартакус”, в Кракове — группа коммунистов и левых социалистов, в Жешувском воеводстве — группа коммунистов и людовцев-радика-лов. В Варшаве были созданы организации ’’Серп и молот”, ’’Общество друзей с СССР” и др. Эти организации возникли в основном в результате сотрудничества коммунистов с антифашистскими силами и, главным образом, с социалистами и левыми представителями крестьянского движения, стоявшими на позициях единого фронта21. Эти первые революционные организации подготовили благодатную почву для создания в начале 1942 года партии рабочего класса.
Польский народ первым начал открытую вооруженную борьбу против гитлеровских оккупантов, которая с самого начала носила справедливый, освободительный характер. Им восхищались, с него брали пример, изучали его боевой опыт антифашисты других стран, позже попавших под иго немецко-фя-иистских захватчиков. В ЭТОМ СОС-
17
;	t I
* / С1 X Г' Z 1 .	I
тоит международное значение освободительной борьбы польского народа в первый период войны.
Международная обстановка в мире коренным образом изменилась в связи с вероломным нападением гитлеровской Германии на СССР. Начало Великой Отечественной войны Советского Союза явилось поворотным пунктом и в судьбах польского народа. Он воспрянул духом. Освободительная борьба активизировалась.
14 июля 1941 г. московское радио в передаче на польском языке обратилось с воззванием ко всем полякам, призвав усилить бо )ьбу с немецко-фашистскими оккупантами. С патриотическими призывами выступали в журнале ’’Нове виднокренги” В.Броневский, Е.Путрамент, Л.Пастернак и др. На всю страну прозвучал голос известной польской писательницы и общественной деятельницы В.Василевской: ”Мы будем воевать за честь нашей нации, за нашу культуру, за нашу землю. За достоинство человека, за свободу человека, за право народа жить. В борьбе, которая сейчас происходит, решается и наша судьба. Победа Советского Союза будет и нашей победой”23.
Поддержка освободительной борьбы советского народа народами мира, в том числе и польским народом, заявления правительства Великобритании и С111А о поддержке СССР — все это оказало влияние на позицию польского эмигрантского правительства. Если 22 июня 1941 г. премьер-министр В.Сикорский приказал направить в Польшу и в дипломатические представительства указание, что правительстве! не будет сотрудничать с Россией, то в речи по радио 23 июня 1941 г. он уже заявил о возможности возвращения к положению, которое существовало до 1 октября 1939 г.
Советское правительство, стремясь помочь польскому народу в его освободительной борьбе против фашизма, выразило согласие на нормализацию отношений с правительством В.Сикорского*, заявив, * Владислав Еугениуш Копашина Сикорский (1881 - 1943) - сын деревенского учителя в Сандомирском уезде и служащий помещичьего имения. Получив высшее образование, работал в Галиции инженером-гидромелиоратором. Один из организаторов Союза активной борьбы. К 1910 г. вместе с Ю.Пилсудским, К.Соснковским и М.Кукелем возглавил легионерское движение, боровшееся за восстановление польского государства. После 1918 г. стал профессиональным военным. Во время советско-польской войны 1920 г. командовал 5-й армией, осуществившей контрудар польских войск в битве под Вырой. В 1921 — 1922 it. был начальником Генерального штаба польской армии, затем занял пост премьер-министра и министра внутренних дел (1922 — 1923). В 1924 — 1925 гг. был военным министром. К этому времени Сикорский разошелся в политических взглядах с Пилсудским и после 1926 г. был уволен в отставку. Жил во Франции. Писал военно-исторические и военно-теоретические работы.
В эмиграции Сикорский стал организатором объединения оппозиционных санации группировок центра и левого крыла буржуазного лагеря. Политически это движение выступало против фашистской Германии, за союз Польши с Англией и Францией. Накануне нападения Германии на Польшу вернулся на родину. Но от его услуг в организации сопротивления отказались. После поражения Польши под ударами немецко-фашистских войск В.Сикорский в конце сентября - начале октября 1939 г. создал во Франции польское правительство в эмиграции.
18
чю если оно пожелает, то Советское правительство не будет возражать против заключения соглашения о совместной борьбе против гитлеров-ской Германии по образцу англо-советского соглашения, В решении ( светского правительства были определены принципиальные вопросы нэаимоотиошений во время войны и на послевоенный период, а именно: признание национального суверенитета и национальной независимости Польши, установление границы между сторонами по этническому признаку, В общей форме выдвигался и принцип национальной консолидации всего польского народа в ’’границах национальной 11ольши”м.
В вопросах же борьбы против общего врага — германского фашизма — Советское правительство предлагало польской стороне конкретную помощь в создании польских сил на территории СССР25, Советские люди понимали, что совместное выступление против общего врага укрепит давние дружеские связи народов СССР с прогрессивными и революционными силами Польши, заложит основы дружбы и послевоенного сотрудничества между двумя государствами. Весть о создании польской армии в СССР одобрили демократические вилы в Польше, стремившиеся к борьбе за свободу и независимость.
К выполнению принятых обязательств советская сторона при-ступила незамедлительно. Местом формирования польской армии стали районы Саратова и Оренбурга. Управлению Народного комиссариата обороны СССР было дано указание обеспечить формирующиеся польские части всем необходимым в соответствии с тем положением, которое существовало в Красной Армии. Первоначально предполагалось создать 30-тысячную армию, но приток желающих в польских войсках был настолько велик, что возникла возможность увеличения числа формирующихся пехотных дивизий. Этот вопрос обсуждался на очередных советско-польских переговорах. 4 декабря 1941 г. П.В.Сталин и В.Сикорский от имени своих правительств подписали Декларацию о дружбе и взаимной помощи, в которой указывалось, чю ”... войска Польской Республики, расположенные на территории Советского Союза, будут вести войну с немецкими разбойниками рука об руку с советскими войсками”25.
Советское правительство благожелательно отнеслось к предложению польского правительства об увеличении армии и разрешило довес-1и численность ее личного состава до 96 тыс. человек. Увеличение польской армии более чем втрое было связано для СССР с рядом труднос-|сй организационного, транспортного и материального характера, особенно дававших себя знать в военной обстановке, но все они тем не менее были преодолены.
В архивах сохранился документ за подписью А.Н.Косыгина, в ко- . юром говорится, что обеспечение потребностей польского населения шло приоритетно по отношению к запросам советской стороны ”за 19
счет других потребителей”27. Кроме того, Советское правительство удовлетворило просьбу польского правительства о передислокации армии в южные районы СССР.
Что же представляла собой польская армия, формировавшаяся в СССР? Практически она создавалась из депортированных в 1939 — 1941 гг. поляков, В армии, таким образом, оказались люди разных судеб и политического облика: организаторы и участники антисоветского Союза вооруженной борьбы (СВБ) и лица, потерпевшие от сталинских репрессий и вынесшие горечь лагерей и ссылок; представители буржуазных партий и социалисты, коммунисты; сторонники В.Сикорского и его противники. И, наконец, люди, стремившиеся к активной борьбе против фашистской Германии (З.Берлинг, М.Борута-Епиховичи др.).
По достижении боевой готовности, по договоренности обеих сторон, части должны были направляться на фронт. Однако командование армии во главе с генералом В.Андерсом*, известным своим враждебным отношением к СССР, отказалось отправить сформированные и обученные части на фронт и потребовало от Советского правительства согласия на вывод их на Ближний Восток, что полностью соответствовало негласным требованиям польского эмигрантского правительства.
Последующие события раскрыли истинные цели эмигрант'”<их деятелей в Лондоне и их ставленника Андерса в отношении планов использования польских войск. Они не желали, чтобы польская армия сражалась плечом к плечу с Красной Армией на советско-германсг-*м фронте, а намеревались использовать ее в борьбе за захват власти в Польше. Что касается Англии и США, то эти страны стремились использовать польскую армию для укрепления своих позиций на Ближнем Востоке.
Советское правительство удовлетворило настойчивые требования польского правительства о выводе польской армии с территории СССР на Ближний Восток, который начался в марте и закончился в августе 1942 г. Было эвакуировано 75 491 человек военнослужащих и 37756 членов их семей26. Эта акция вызвала глубокий кризис в отношениях между правительством СССР и польским эмигрантским правительствами. И хотя формально июльское соглашение 1941 г. продолжало действовать, его реальная основа — военное сотрудничество Красной
* Владислав Андерс (1892 - 1970) в 1914 - 1917 гг. был офицером царской армии, в 1917 - 1918 гг. - командир польского корпуса Довбор-Мусницкого.
В 1918 г. он некоторое время служил в германской армии, был близок к окру-жению генерала, впоследствии маршала Польши Рыдз-Смыглы. Происходил он из семьи прибалтийских помещиков. В сентябре 1939 г., будучи командиром Новохрудской бригады кавалерии, он был интернирован в СССР. После освобождения в 1941 г. Андерс принимал участие в советско-польских военных переговорах.
20
Армии и польских вооруженных сил — была подорвана польской < гороной. Эвакуация польских войск из СССР в момент тяжелых бороиительных боев была предпринята вопреки интересам польско-к> народа, поддерживавшего идею создания армии, которая бы имела иолможность плечом к плечу с Красной Армией сражаться за свободу и независимость своей страны. Однако Генеральный штаб не считал первую попытку Советского правительства помочь братскому поль-। кому народу сформировать на советской земле свои вооруженные силы полностью неудачной. Бывший начальник оперативного отдела I енерального штаба С-М.Штеменко, в частности, подчеркивает, что "... она (попытка.— О.Б.) оказала влияние на активность подлинно революционных сил Польши, которые широко развернули работу по со |да.шю народного польского войска”29.
Следует отметить, что имелись и другие, более ранние возможности дня создания польской армии в СССР. Так, группа офицеров польской армии, интернированных в сентябре 1939 г., во главе с подполковником З.Берлингом и Л.Букоемским 22 июня 1941 г., горя желанием "исполнить свою святую обязанность по отношению к своему народу и грудящиг. ся массам всего мира”, обратились к Советскому прави-1сльству с просьбой дать им оружие и предоставить возможность участвовать в борьбе СССР против фашистской Германии. ’’Как представи-|ели одного из угнетенных фашистским агрессором народов, единственный путь к освобождению польского народа” они видели в сотрудничестве, с Союзом Советских Социалистических Республик30. Группа лих офицеров уже с осени 1940 г. в г. Малаховке под Москвой разра-•нпала планы формирования польской армии на территории СССР. После начала войны и другие интернированные офицеры предлагали начать формирование польских частей. Женщины обращались в Красный Крест с предложением сотрудничества. Поляки-коммунисты, находившиеся в Белоруссии, обратились с просьбой разрешить им сформировать польскую добровольческую воинскую часть в СССР. Однако Советское правительство, не желая создавать конкурирующих польских частей, предложило всем польским демокра-шчсским и революционным элементам, выражавшим в июне 1*>41 г. желание создать польские части, вступить в армию Андерса31.
В самой Польше вооруженный отпор Советского Союза фашист-ской агрессии, провал гитлеровских планов захвата Москвы положил начало новому этапу в борьбе польского народа за национальную независимость. Командир одного из партизанских отрядов в Келец-ком воеводстве, вспоминая о том периоде, писал в ’’Правде” (1945, ’I я11В.): ’’Германская армия казалась непобедимой. Но вот из уст и уста пошло слово ’’Москва”. Вся Польша заговорила, что под Москвой ’’замордували” немцев. Весть о победе под Москвой, точно < нсжий воздух, дошла до нашей тюрьмы”32.
21
Антифашистские коммунистические группы, выдвинувшие лозунг партизанской борьбы, приступили к его реализации, В лесах Люблишцины начал действовать отряд коммунистической организации ’’Союз освободительной борьбы” под командованием коммуниста Я.Холода и бежавшего из фашистского плена советского офицера Ф .Ковалева. Это сразу же вызвало беспокойство эмигрантского правительства. Последовали одно за другим предупреждения: ’’Некоторые газеты призывают к партизанским действиям и диверсиям в тылу немецких войск. Это совпадает с такими же призывами большевистской пропаганды... Призывы этих тайных газет ... самозванны и как таковые не в интересах народа и польского государства”. ’’Поляки, вы должны ... и впредь проявлять величайшую дисциплинированность, рассудительность и терпение... Когда настанет время действовать, мы дадим вам сигнал. Но прежде, чем это настанет, не теряйте терпения, **	•» 35
воздерживайтесь от эксцессов .
Во второй половине 1941 г. активизировался процесс консолидации прогрессивных и революционных сил в борьбе против оккупантов, Перед рабочим классом еще настоятельнее встала задача объединения усилий всех слоев трудящихся, всех демократических сил в их борьбе за национальную независимость, создания общепольского политического и организационного центра борющегося народа,
В начале января 1942 г. в Польше была образована Польская рабочая партия (ППР)*. ППР вскоре приступила к образованию народных вооруженных сил — Гвардии Людовой (ГЛ). Первые отряды и Главный штаб ГЛ были дислоцированы в Варшаве. Отсюда в мае-июне 1942 г. они выступили на борьбу против оккупантов в Парчев-ских и Люблинских лесах.
На близких к ППР позициях активной антифашистской борьбы стояли левые социалисты и часть низового актива крестьянской партии — Стронництва людового. Эта партия создала свою военную организацию — Батальоны хлопские (БХ), которая активно сотрудничала с Гвардией Людовой, а впоследствии с Армией Людовой.
Конец 1942 — начало 1943 гг, характеризуется дальнейшим оживлением движения в Польше, В этом решающую роль сыграли выдающиеся победы Красной Армии под Сталинградом. ППР и ее печатный орган ’’Трибуна вольности”, оценивая историческое значение Сталинградской битвы, писала: ’’Поворотным пунктом этой войны является оборона Сталинграда, Там, под Сталинградом, провалились фашистские планы завоевания мира. Там, на фронте Сталинграда, мужество советского 'олдата, героизм всего населения города выросли до символа. Символа непобедимой силы Красной Армии, непоколебимой стойкости советских народов, непобедимой мощи социализма”34.
* Аббревиатура ППР образовалась из первых букв названия Польской рабочей партии - Polska partia robotniczy.
22
Разгром гитлеровских войск под Сталинградом способствовал укреплению авторитета Ш1Р в народе. Это с тревогой отмечали сторонники лондонского эмигрантского правительства. ’’Импонирующая мощь Красной Армии, — доносил в Лондон главный комендант Армии Крайовой, — очень быстро заслонила успехи союзников, она живо входит в душу общества своей близостью и непосредственной связью е судьбой страны. Проявление этих настроений оказалось благоприятным для коммунистов как в смысле отношений общества (особенно в его определенных сферах и слоях) к ПНР, так и внутренних отношений к партии”. При этом комендант АК отмечал, что общественность убеждается в ’’правильности лозунга ППР о вооруженной самообороне и безотлагательной борьбе с оккупантами”35.
Рост и влияние ППР, изменение отношения к СССР даже в лагере сторонников лондонского эмигрантского правительства не устраивали последнее. Они не без оснований полагали, что в складывавшейся ситуации могут быть вытеснены с политической арены широкими массами польских трудящихся, опирающимися на поддержку Советского Союза. Поэтому с начала 1943 г. польские эмигрантские крут еще более усилили деятельность против Советского Союза и левых сил в самой Польше.
Заявление геббельсской пропаганды в середине апреля 1943 г. о  ом, что немцы обнаружили в Катынском лесу под Смоленском ряд массовых могил с трупами нескольких тысяч польских офицеров, весьма способствовало дальнейшему обострению и без того натянутых отношений между Москвой и ’’лондонскими поляками”. В Германии была создана и широко разрекламирована следственная комиссия, которая заявила, что эти польские офицеры были расстреляны русскими. Правительство СССР немедленно приняло меры к опровержению ее выводов. В сентябре 1943 г., когда Смоленск был освобожден, специальная государственная комиссия (в ее состав входили представители судебной экспертизы во главе с академиком Н.Н.Бурденко и целый ряд видных лиц, среди которых был митрополит Николай, писатель Алексей Толстой, нарком просвещения В.П.Потемкин и др.) провела расследование и заявила, что расстрел польских офицеров — дело рук ттлеровцев. В январе 1944 г. советские власти опубликовали результаты проведенного следствия по ’’катынскому” делу и пригласили представителей западной прессы поехать к месту массовых могил. Зарубежные корреспонденты, которым разрешили посетить Катынь, были поставлены, по свидетельству бывшего корреспондента ’’Таймс” в Москве А.Верта, в крайне затруднительное положение36, Единственное, что они могли сделать — это рассказать о том, что им показали. Кроме того критика советской версии послужила бы на руку гитлеровцам, что также способствовало лояльности прессы союзников СССР в войне.
После войны неоднократно предпринимались попытки пролить
23
свет на ’’катынское дело”, которые, однако не увенчались успехом, В последнее время на встречах между представителями советского руководства, в широких кругах общественности вновь поднялся вопрос о выяснении обстоятельств гибели польских офицеров, интернированных в сентябре 1939 г. Историками двух стран был проведен углубленный поиск и анализ ранее не доступных советских, польских западных и эмигрантских документов для исследования катынской трагедии, который склонил ученых к первоначальной версии, выдвинутой польской стороной.
В этом прежде всего убеждает весьма странное поведение Советского правительства в отношении запроса поляков в декабре 1941 г, о судьбе их соотечественников, интернированных Красной Армией в 1939 г. Польская сторона так и не получила на этот счет вразумительного ответа. Не в нашу пользу говорит и тот факт, что в марте 1940 г, прекратилась переписка между лагерями (Козельск, Осташкове и Старобельск), в которых содержались польские военнослужащие, хотя это могло быть следствием распоряжения Л.Берия. Одной из самых теневых сторон является и внезапное прекращение интендантского обеспечения интернированных поляков.
Позже, когда весной 1943 г. была создана комиссия Польского Красного Креста (в нее входили многие представители АК, о чем догадывались гитлеровцы, но не мешали расследованию), в своем заключении, сделанном по результатам вскрытий, по датировке писем, найденных при убитых, по показаниям свидетелей и другим данным, она пришла к мнению, что убийство совершено весной 1940 г., т.е. до оккупации фашистами Смоленска.
В пользу польской версии также свидетельствует документ, захваченный немецкими войсками с остатками архива минского НКВД. Это рапорт от 10 мая 1940 г. за подписью Тартакова, бывшего начальника минского НКВД, на имя генералов Зарубина и Райхмана, о ликвидации лагерей в Козельске, Старобельске и Осташкове. Ликвидация трех лагерей закончилась 2—6 июня 1940 г.37
Выявленные новые архивные материалы в своей совокупности позволяют сделать вывод о непосредственной ответственности за злодеями в Катынском лесу Берии, Меркулова и их подручных.
Советская сторона, выражая глубокое сожаление в связи с катынской трагедией, заявила (Заявление ТАСС от 14 апр. 1990 г.), что она представляет одно из тяжких преступлений сталинизма.
В годы войны ’’катынское дело” серьезно повлияло на советско-польские взаимоотношения (чего так упорно добивалась гитлеровская Германия) и привело к тому, что 25 апреля 1943 г. дипломатические отношения между СССР и,польским эмигрантским правительством были прерваны. Разрыв дипломатических отношений между Советским Союзом и польским эмигрантским правительством усилил процесс размежевания политических сил в польском движении Сопротивления.
24
Трагедия и героика неотторжимо шли рядом во все годы гитлеровской оккупации Польши. Чем становился выше подъем и шире ритмах общенародной освободительной борьбы, тем глубже и острее in навались ее внутренние противоречия, усугубленные разъединенное! ью патриотических сил антифаншстсксго Сопротивления, которые равно геройски действовали в рядах как Армии Крайовой^так и Гвардии, а затем Армии Людовой, боевой организации Польской рабочей вирши. До недавнего времени история польского движения Сопротив-псиия изучалась упрощенно, без учета психологического момента. Л ведь непосредственное участие в Сопротивлении для поляков было, кик писал выдающийся польский писатель, участник Варшавского восстания в рядах АК Р.Братный, — ’’намного важнее теоретических обоснований и программных амбиций ’’верхов”. ’’Верхи” пытались определить рубеж, разделявший ’’своих” и ’’чужих”. На деле ’’линия ра 1межсвания” была куда более простой и прямой,’’пролегала она вдоль границы: враг и союзник. Врагом был немецкий фашист го зловепщми буквами ”СС”, союзниками — каждый, кто стре-имл в этого врага, безразлично к тому, из каких побуждений действовал и каких политических убеждений придерживался. Борьба с врагом признавалась мерилом политически честной личности”38.
Однако в напряженной действительности оккупационных лет политические лагеря, персонифицируемые высшим командным составом, все-таки существовали. И их разные знамена, стратегические про! раммы и тактические лозунги становились фактором национальной истории.
Вскоре польские реакционные крути активизировали попытки подчинить своему влиянию народное антифашистское движение в Польше и направить его теперь не столько против Германии, сколько против победоносных советских войск и крепнущих отрядов Гвардии Людовой. Чтобы не потерять окончательно доверие народа, эмигрант-। кое правительство вынуждено было под давлением снизу в середине 1943 г, снять лозунг ’’стоять с оружием у ноги” и заменить его лозунгом ’’ограниченной борьбы”.
В такой сложной обстановке исключительное значение приоб-рсыла сплоченность всех национальных патриотических сил. Еще и первые дни оккупации коммунисты выступили инициаторами создания Единого национального фронта. А в январе 1943 г, они обратились с открытым письмом к представительству (делегатуре) лондон-imiio правительства в Польше, в котором осуждали Провокационные убийства, призывали отказаться от гибельной антисоветской попишки и объединиться для действенной борьбы против гитлеровских оккупантов39. В марте и ноябре 1943 г, ЦК Польской рабочей партии опубликовал важнейшие документы — программные декларации " 1а что мы боремся?”, где были сформулированы основные задачи, i юящие перед польским народом в этот ответственный период его in тории.
25
Однако усилия ППР в деле сплочения антигитлеровских сил не имели успехов из-за нежелания делегатуры сотрудничать с коммунистами.
Между тем лето 1943 г. было знаменательным в ходе войны на советско-германском фронте. Успех Красной Армии, достигнутый в боях под Сталинградом, был закреплен в битве на Курской дуге. Сражения под Курском и Орлом окончательно определили переход стратегической инициативы в руки советского главнокомандования, Победы Красной Армии оказали значительное влияние на изменение расстановки сил в мире. Произошли существенные перегруппировки политических сил в странах, оккупированных фашистскими войсками. Характерной чертой положения в этих странах было превращение национально-освободительного движения в массовое, что в свою очередь вело не только к активизации масс, но и к радикализации их социально-политических требований.
Польский же буржуазный лагерь не пожелал признать новую политическую действительность в стране и в мире, игнорировал реальное соотношение сил. Его упорство и ’’бескомпромиссность”, претензии на полноту власти в Польше противоречили интересам борьбы за независимость,
В то же время различные повороты в отношениях с эмигрантским правительством не могли поколебать убежденности Советского правительства в совпадении коренных государственных интересов СССР и Польши, в необходимости обеспечения Польше новой роли, места и значения в Европе, в системе международной послевоенной безопасности. Идею прочного советско-польского союза разработал и отстаивал лагерь левых демократических и революционных сил Польши. Этот лагерь понимал, что послевоенные позиции Польши во многом будут зависеть от того, какой вклад внесет польский народ в общее дело народов — разгром фашизма. Это определило его стремление к максимальной активизации военных усилий и национально-освободительной борьбы в стране.
Главной вооруженной силой, проводившей решительную борьбу с гитлеровцами на польской территории, продолжала по-прежнему оставаться Гвардия Людова, насчитывавшая в мае 1943 г. 10 тыс. бойцов. По неполным данным, в течение года отряды ГЛ провели 1400 боевых операций, в том числе 169 крупных боев с оккупантами. Гитлеровцы потеряли убитыми и ранеными 1837 солдат и офицеров, много оружия и боевой техники40.
Главный удар наносился по коммуникациям немецко-фашистских войск, В 1943 г. бойцы Гвардии Людовой пустили под откос 116 эшелонов, вывели из строя 36 железных дорог41,
Следует отметить, что в результате организационно-политических мероприятий ППР боевая активность Гвардии Людовой со второй половины 1943 г. резко усилилась, 26
J 943 год в освободительном движении польского народа знаменателен еще тем, что на территории Советского Союза (после ухода армии генерала Андерса в Иран) по инициативе польских коммунистов н основанного весной 1943 г. в СССР Союза польских патриотов начала создаваться действительно демократическая польская армия. Ее Первая пехотная дивизия им. Т.Костюшко под командованием генерала 3.Бернинга вступила в бой под местечком Ленино. Политическое значение >гого события Советское правительство, Генеральный штаб Вооруженных Сил СССР видели в том, что оно подтвердило ’’величайшую готовность польских и советских воинов совместно сражаться до полной победы над гитлеровской Германией, раскрыл их безграничное мужество, скрепил еще прочнее советско-польский боевой союз”42.
Таким образом, в 1943 г. польский народ, несмотря на тяжелые потери и страдания, достиг больших успехов в освободительной борьбе, Были созданы условия для ее дальнейшего развертывания в следующем, 1944 г., который стал годом начала освобождения Красной Армией многострадальной польской земли, годом зарождения новой жизни и Польше.
Всего в 1944 г. партизаны провели 904 операции, в том числе 120 крупных. Среди них наиболее многодневными и результативными были сражения в лесах Яновских, Сольских и Билгорайских на Люблинщине, а также под Грушкой и деревней Евина в Келецком воеводстве. Во время боевых операций 1944 г. было уничтожено 19тыс.  итлеровцев. Отряды Армии Людовой уничтожили 24 немецких танка, 191 автомашину, 3 самолета. Ими было пущено под откос 322 эшелона противника и взорвано 79 железнодорожных мостов43.
Партизаны заставили гитлеровцев для ’’поддержания порядка” па территории Польши, в тылу действующих немецко-фашистских войск, держать, по данным польских исследователей, 385 батальонов вермахта, войск СС и полиции44. Однако и эти меры не могли быть гарантией безопасности фашистов, даже их высших чинов. Дело дошло до того, что самому генерал-губернатору Франку в Люблинском вое’ водстве пришлось путешествовать в тяжелом танке. Впрочем, Франк не имел оснований доверять другим способам передвижения, В начале 1944 г. на поезд генерал-губернатора налипни Краков—Львов было совершено покушение, несколько вагонов упали под откос, и Франк уцелел только потому, что ехал в самом последнем вагоне45.
В патриотическую борьбу польского народа против немецко-фа* шистских захватчиков значительный вклад внесли воины Красной Армии, бежавшие из вражеского плена. Боевой опыт бывших солдат, жгучая ненависть к врагу делали их верным и надежным союзником польского народа в борьбе с фашизмом,
В 1944 г, не было почти ни одного отряда Армии Людовой, в рядах которого не сражались бы советские люди. В некоторых отрядах они составляли большинство. Например, в 1944 г, из пяти партизанских 27
бригад, созданных в Келецком воеводстве две имели в своем составе 85 % советских граждан46. Многие советские воины, которые командовали партизанскими отрядами, стали известны всему польскому народу. Среди них Ф Ковалев — ’’Теодор Альбрехт”, В.Бойченко — ’’Сашка”, Я.Сальников — ’’Яшка”, ТЛовак, Н.Слугачев, А.Кузнецов, С.Алексеев и др.
По мере приближения Красной Армии к границам Польши советская помощь антифашистскому освободительному движению значительно возросла. 3 апреля 1944 г. Политбюро ЦК ВКП(б) и Государственный Комитет Обороны приняли решение о передаче Польскому партизанскому штабу всех партизанских соединений, созданных и действовавших на территории Советского Союза. В восточные районы Польши вышла Первая Украинская партизанская дивизия им. С.А.Ков-пака под командованием П Л Лершигоры, были переброшены также на польскую землю хорошо вооруженные советские партизанские соединения под командованием В.А.Карасгва, Н.А.Прокопюка, И Л.Ба-нова, Б.Г.111 ангина, ВЛ.Чепиги.С.Д.Чижова.
Всего с марта по июнь 1944 г. с территории СССР в Польшу было переброшено 7 советских партизанских соединений и 26 отдельных отрядов47. Летом 1944 г. в советских партизанских отрядах и группах, сражавшихся в Польше, насчитывалось более 12 тыс. человек. Советские партизанские отряды только за период с мая по сентябрь 1944 г. на территории оккупированной Польши пустили под откос 138 железнодорожных эшелонов, уничтожили 17 танков, 120 автомашин и подорвали 25 мостов48 ,
Операции польских партизан расшатывали тыл германской армии, срывали снабжение фронта и тем самым содействовали успехам Красной Армии. В свою очередь, победы советских вооруженных сил в весенне-летней кампании 1944 г. способствовали усилению веры в силу и могущество Советского государства, ее героической рабоче-крестьянской Красной Армии, Поляки все более убеждались, что, несмотря на то, что после длительных проволочек союзники все же решились открыть в июне 1944 г. второй фронт, реальной силой, способной помочь польскому народу скорее сбросить оковы фашистской тирании, была и оставалась армия Страны Советов.
2. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА В ПОЛЬШЕ НАКАНУНЕ
И В ПЕРВЫЕ МЕСЯЦЫ ПОСЛЕ ВСТУПЛЕНИЯ
СОВЕТСКИХ ВОЙСК
Приближение Красной Армии и Войска Польского к исконным землям Польши чрезвычайно обострило политическое положение в стране. Оно сопровождалось резкой активизацией деятельности всех сил, имеющих вес и влияние в оккупированной Польше. Видоизменилась 28
даже политика фашистских оккупантов в отношении поляков. С конца 1943 г. гитлеровцы начали проводить так называемую ’’польскую политику”, получившую название ’’акция Берта”. Основной ее целью была попытка новыми средствами достичь прежней цели — максимально использовать материальные и людские ресурсы Польши для продолжения ведения войны. Изменения касались экономической, национальной и даже некоторых аспектов оккупационной политики. В экономической области оккупанты пытались совместить несовместимое: при усилении эксплуатации и грабежа страны создать видимость улучшения материального положения населения. Была несколько повышена заработная плата и введено обязательное питание на предприятиях, В октябре 1943 г, были увеличены продовольственные нормы по карточкам. Однако улучшение это было мнимым. При росте заработной платы в среднем на 100 % по сравнению с довоенным уровнем индекс стоимости жизни возрос в мае 1944 г. до 6 663, а при учете цен на продовольствие — до 7 305 (1938 г. = 100)1.
Гитлеровцы вдруг начали провозглашать ’’культурное единство” Германии и Польши, противопоставлять его ’’варварскому Востоку”. Немецко-фашистское радио и газеты вовсю шумели об открытии гимназий, где разрешалось вести обучение на польском языке, о том, что начали работать театры в Кракове, или о шахматном турнире. Как величайшее благодеяние рекламировался выпуск коричневых почтовых марок с видами Польши2.
Фашистская пропаганда уверяла, что все ’’генерал-губернаторство” покрыто сетью общественных столовых и детских домов. Дело дошло до того, что одна немецкая газета в Польше опубликовала статью, в которой утверждалось, что г.Освенцим превращен в цветущий культурный центр.
Невольно напрашивается вопрос: на что же рассчитывали гитлеровцы, так беспардонно извращая факты? ’’Очевидно, —писала ’’Красная звезда”, — они полагались на то, что поляки, лишенные права передвигаться по стране, не знают, что творится за пределами их района! Пусть они подумают, что их насчастная жизнь не правило, а лишь исключение. Однако чрезмерное пристрастие ко лжи, как всегда, подводит гитлеровцев”3.
Несколько по-иному выглядела гитлеровская демагогия о положении в Польше, предназначенная для распространения за границей. Когда в Берлине была устроена встреча Ганса Франка с так называемыми представителями иностранной печати, генерал-губернатор более всего распространялся о спокойствии и порядке, царящих якобы в Польше, о покорности польского народа, о незначительности ’’эксцессов” против немцев. Естественно, что Франк мог говорить так только в Берлине, где, несмотря на всю тревожность жизни германской столицы, он все же чувствовал себя значительно безопаснее, чем в Польше.
29
Насколько показной характер носила пропаганда внезапно появившихся дружеских чувств гитлеровцев к польскому народу, можно судить по тому, что говорили о Польше сами немцы. 31 мая 1944 г. берлинское радио передавало очередной обзор Гарнера. ’’Польша, - заявил он, -- географическое понятие. Совершенно ясно, что Польша никогда больше не будет существовать”4. Гарнер говорил практически так же, как пять лет назад говорил Франк.
Важным моментом ’’акции Берта” было разжигание антисоветской кампании в стране с целью привлечения хотя бы части польского населения к борьбе против СССР и прогрессивных сил самого польского народа, В рамках этого плана с начала 1944 г. немцы стали фабриковать ’’стихийные” декларации и антикоммунистические резолюции от имени ряда заводов и фабрик, представителей различных профессий и т.д. 14 февраля в Варшавскую торгово-промышленную палату были приглашены около 200 человек, представлявших промышленность, торговлю и ремесло. Аплодисменты полутора десятков подставных лиц после доклада немецкого чиновника гитлеровская пропаганда изобразила как ’’всеобщую поддержку”. Подобные акции проводились по всей стране.
С помощью антикоммунистической пропаганды фашисты хотели углубить политический раскол подполья. Эту точку зрения подтверждает оберфюрер СС и начальник полиции безопасности Биеркамп, ’’Полиция безопасности поняла, что сама, собственными силами, банды разгромить не сумеет. Поэтому велись поиски других путей и было решено, что лучше позволить полякам сражаться друг с другом. Ведь не всегда покушение на поляка совершается потому, что он работает на немцев, однако очень часто по той причине, что он представляет иное политическое направление. Это использует немецкая сторона, сберегая тем самым немецкую кровь. Таким образом, банды используются для борьбы против банд”5.
Гестапо усилило засылку в подпольное движение агентов и осведомителей, всячески провоцировало раздоры в нем, толкая страну к гражданской войне. Однако это не дало оккупантам ожидаемого результата, Они не могли добиться также спокойствия в своих тылах и увеличить вклад поляков в военную экономику Германии. Не удалось гитлеровцам и склонить к политическому сотрудничеству хоть какую-нибудь часть общественности, за исключением разве что таких отъявленных изменников, как Ян Скивский и Феликс Бурдецкий, сотрудничавших в гитлеровском издании ’’Пшелом” (’’Перелом”), или начальников некоторых отрядов НСЗ (Народове Силы Збройне) — Богуна и Жбика в Келецком воеводстве, которые в 1945 г. ушли из Полыни вместе с отступавшими немецкими войсками.
Одной из целей ’’акции Берта” было ’’успокоение” страны и укрепление тыла, так как территория Польши становилась непосредственным тылом немецко-фашистских войск. Но своей цели окку-30
панты и здесь не добились, Росло сопротивление захватчикам, саботаж и диверсии на военных предприятиях.
Возрастал авторитет Польской рабочей партии и Гвардии Людовой, вокруг которых сплачивались все более широкие слои рабочего класса, крестьянства, интеллигенции, ремесленников. В ходе национально-освободительной борьбы под влиянием Польской рабочей партии народные массы страны все более проникались идеей о необходимости коренного преобразования польского общества, что являлось свидетельством их радикализации.
В то же время классовое размежевание польского общества все более углублялось. Эмигрантское правительство в Лондоне и правые элементы, группировавшиеся вокруг него, отвергли предложение Польской рабочей партии заключить политическое и военное соглашение между революционно-демократическими силами и ’’лондонским лагерем” для создания единого национального фронта борьбы с фашистскими оккупантами. Противоречия сторон проявлялись по проблемам оценки межвоенного двадцатилетия, путей завоевания независимости и будущего общественного и государственного строя, отношения к Советскому Союзу, к вопросу границ Польского государства. В этих условиях ППР взяла твердый курс на создание народного демократического фронта, который определялся как союз рабочего класса, крестьянства и интеллигенции.
В ночь на 1 января 1944 г. в Варшаве была образована Крайова Рада Народова (КРН) — высший подпольный представительный орган демократических сил страны. Представителем ее стал член ЦК Польской рабочей партии Г> Берут. Крайова Рада Народова приняла декларацию, в которой изложила основные направления и задачи своей деятельности. Первоочередными считались объединение всех сил и средств борьбы и мобилизации их на вооруженную борьбу против оккупантов6.
Был принят декрет о создании Армии Людовой (АЛ) — вооруженных сил народа, назначено командование АЛ во главе с МЭКи-мерским. Основное ядро новой армии составила Гвардия Людова, В состав АЛ вошли также некоторые отряды народной милиции и часть Батальонов хлопских7,
В противовес КРН эмигрантское правительство и поддерживавшие их партии — Стронництво народове, Стронництво людове, Стронництво правд, ППС и ВРН (вольность, рунность, неподлеглость)* -создали Раду едности народовой. Ее главная задача заключалась в борьбе за влияние на массы и власть в стране. Роль основной военной силы в решении этой задачи отводилась Армии Крайовой (АК). Эмигрантское правительство дало указание руководству АК
* ВРН — свобода, равенство, независимость.
31
избегать прямых столкновений с фашистскими войсками, беречь силы и готовить их к тому, чтобы в благоприятный момент захватить власть. Но, ввиду того, что полное прекращение борьбы с гитлеровцами привело бы к окончательной дискредитации эмигрантского правительства в глазах международной общественности и оттолкнуло бы от него те слои польского населения, которые еще верили этому правительству, оно и руководство АК создавали видимость сопротивления оккупантам.
Эмигрантские круги по-прежнему делали ставку на западных союзников, в то время как у большинства поляков политика Англии и Америки, не торопившихся с открытием второго фронта, серьезно подорвала веру в добрую волю и силу этих стран. Уже с середины 1943 г. подавляющая часть польского населения, за исключением наиболее ослепленных реакционной пропагандой кругов, поняла, что их родина будет освобождена Советской Армией, потому-то ее победы отзывались в польском обществе таким могучим эхом.
’’Желание скорейшего прихода большевиков как единственного спасения от гибели, грозящей со стороны немцев, стало преобладать уже в широких кругах”8, - писал польский историк Людвик Ландау. Это понимал и командующий АК генерал Тадеуш Бур-Коморовский, который докладывал в начале 1944 г. в Лондон: ”В массах растет склонность считать Советы избавителями от немецкого террора”9.
Однако приближение советских войск к польской границе вызвало отнюдь не однозначные настроения в буржуазных кругах. Для санационных и народовских группировок по-прежнему было характерно резко негативное отношение к нашей стране. Эмигрантские же круги, близкие к Стронництву Людовому и поддерживавшие правого лю-довца Ст.Миколайчика (занявшего после гибели в июле 1943 г, В.Си-корского пост премьер-министра в лондонском эмигрантском правительстве) , а также наиболее трезво мыслящие буржуазные политики стремились как-то наладить взаимоотношения с СССР. Однако происходившие после Тегеранской конференции переговоры между представителями эмигрантского правительства и советскими дипломатами в Лондоне не привели к успеху. Миколайчик отверг решения Тегеранской конференции о Польше, несмотря на все старания Черчилля урезонить главу польского правительства. Военная и политическая необходимость заставили Черчилля не предаваться бессознательной антисоветской стихии, а реально взглянуть на события. В условиях продолжавшихся кровопролитных боев с Германией, когда всему миру была ясна роль Красной Армии в уничтожении гитлеровской военной машины, У.Черчилль занял в вопросе границ СССР и Польши реалистическую позицию, которую наиболее правые круги лондонского эмигрантского правительства называли даже ’’просоветской”! Ослепленные ненавистью к СССР, к коммунизму польские политики так и не смогли понять позицию Черчилля, основанную на стремлении ско-32
Жители г. Стопница встречают воинов 1-го Украинского фронта.
Похороны одного из руководителей подпольной организации «Молодая гвардия» в г. Краснодоне гвардии ст. лейтенанта И. В. Туркенича в г. Глогуве. 14 августа 1944 г.
3. Советские воины осматривают дворец графа А. Потоцкого (г. Ланцут).
4. Воины одной из частей 1-го Украинского фронта беседуют с жителями г. Стопница, январь 1944 г.
5. Житель г. Ченстохова, освобожденного от немецко-фашистских захватчиков, срывает немецкий указатель; январь 1945 г.
Жители г. Ченстохова возвращаются в родной город, январь 1945 г.
7. Майор Советской Армии М. П. Лесничий беседует с бургомистром г. Ланцута Добровольским.
8. Вступление воинов 1-го Белорусского фронта в освобожденный от немецко-фашистских захватчиков г. Венгров.
Советский и польский солдаты поднимают польский национальный флаг над Варшавой, 1944 г.
10. Похороны советских солдат в одном из населенных пунктов Польши» август 1944 г.
11. Жители г. Ченстохова встречают воинов 1-го Украинского фронта.
22. Польские монахини пришли в госпиталь, чтобы помочь ухаживать за ранеными, г. Ланцут, август 1944 г
13. Советские воины открывают ворота концлагеря Освенцим, январь 1945 ।.
14. Узники концлагеря Освенцим, освобожденного советскими войсками.
15. Домой, в Польшу.
16. Поляки беседуют с советским генералом.
I нищего уничтожения гитлеровской Германии силой и кровью советско-н> солдата. Не случайно поэтому, сознавая всю ответственность и широкую огласку своего заявления, выступая (хотя и несколько позже описываемых событий) в палате общин, У .Черчилль говорил: ’’...Русская армия ... несет освобождение Польше. Они предлагают полякам । победу, суверенитет и независимость. Они хотят существования Польши, дружественной в отношении России. Это кажется мне весьма ра сумным. Вполне понятно, что русские хотят иметь дружественную Польшу, принимая во внимание ущерб, принесенный России Германцев, прошедшей через Польшу для того, чтобы напасть на нее”10.
Однако лондонское эмигрантское правительство не желало прислу-иьнься к голосу разума, 5 января 1944 г. оно выступило с заявлением о советско-польских отношениях11, где вновь выдвинуло притя-пшия на земли, вошедшие в состав СССР.
В ответ на это заявление Советское правительство 11 января 1944г. дало разъяснение, что советско-польская граница установлена в соот-нсгствии с волей населения Западной Украины и Западной Белорус-<пи. Этим актом была исправлена несправедливость, допущенная Рижским договором 1921 г. в отношении украинцев и белоруссов. "Вхождение Западной Украины и Западной Белоруссии в состав Советского Союза не только не нарушило интересов Польши, а наоборот, <издало надежную основу для прочной и постоянной дружбы между польским народом и соседними с ним украинским, белорусским и русским народами”12.
Отвергая надуманные претензии эмигрантского правительства ошосительно политики советского Союза в ’’польском вопросе”, Советское правительство отмечало, что оно по-прежнему стоит за воссоздание сильной и независимой Полыни13.
Заявление Советского правительства от 11 января 1944 г. явилось поддержкой внешнеполитической программы, выдвинутой Крайовой Радой Пародовой. Оно стало фундаментом польско-советской дружбы, морально-политической поддержкой сил польской демократии в их борьбе за сплочение польского народа, за создание сильной, независимой, демократической Польши, дружественной Советскому Союзу,
В мае 1944 г. в Москву прибыла делегация КРН, Она посетила польские воинские части, созданные на территории СССР, и провела переговоры с ’’Союзом польских патриотов”, который признал Крайо-пу Раду Народову в качестве верховной власти.
Важнейшее значение для развития национально-освободительной борьбы в Польше имели переговоры делегации КРН с Советским правительством. Во время этих переговоров были согласованы конкрет-..с мероприятия по развертыванию дальнейших общих действий по борьбе с германским фашизмом. Боевые операции Армии Людовой < 1 .ши планироваться с учетом планов Советского Верховного Командования, Правительство СССР обязалось оказывать АЛ помощь воо-
33
ружением, боеприпасами, медикаментами, а также направить в расположение командования АЛ высококвалифицированных инструкторов партизанского движения’4.
Между тем польская реакция по-прежнему не желала сотрудничать как с левыми силами в стране, так и с СССР, Под флагом антикоммунизма она активизировала борьбу не только против усиливших свое влияние ППР и КРН, но и начала подготовку выступлений против Советского Союза. Свидетельством этому был разработанный в ноябре 1943 г. Главным штабом АК и утвержденный 18 февраля 1944 г. эмигрантским правительством план ’’Бужа”15 (’’Буря”). Этот план преследовал цель создать ’’максимум шума на международной арене”. Суть же этой военно-политической диверсионной акции состояла в следующем: в момент отхода немецко-фашистских войск и вступления Красной Армии на территорию Польши (под которой понималась также Западная Украина, Западная Белоруссия и Литва) отряды Армии Крайовой выступают против гитлеровских арьергардов. Созданный в подполье орган делегатуры, опираясь на действия АК, ”за пять минут” до подхода советских войск берет власть в свои руки и ставит командование Красной Армии и революционные демократические силы перед свершившимся фактом, объявляя себя ’’хозяевами” территории. Именно на эту сторону, на демонстрацию ’’прав” эмигрантского правительства, на захват власти в стране и делался главный акцент в плане ’’Буря”,
В первую очередь развертывание плана усиленной диверсионной деятельности проводилось в Волынском, Львовском, Новогрудском и Полесском округах АК, Однако очень скоро действительность показала, что ход ’’Бури” существенно отклонился от разработанных в Лондоне концепций. Поляки прежде всего стремились к борьбе с германским фашизмом, а не к участию в шумной демонстрации против армии, которая несла стране свободу. Поэтому на территории, расположенной к востоку от линии Керзона, во многих боях против фашистов приняли участие большие отряды АК16.
Имели место и прямые контакты руководителей подразделений АК с командованием Красной Армии, Ярким примером этого является взаимодействие воинов 27-й дивизии полковника Оливы (Ян Войцех Киверский) с советскими войсками в районе Ковеля17.
Несмотря на то, что Оливе через командующего АК была передана инструкция, определявшая пункты соглашения о сотрудничестве воинов 27-й дивизии с Красной Армией, обстановка в Мозурских лесах складывалась таким образом, что польскому командиру было не до ее выполнения. Он согласовал с советским командованием вопрос боевого взаимодействия, не придерживаясь указаний, допускавших лишь ’’условное” взаимодействие. Таким образом, действительность диктовала свои законы, по которым стали жить и бороться истинные польские патриоты. 34
После гибели в одном из боев полковника Оливы командующий ЛК вызвал в Варшаву майора Жеготу, принявшего на себя командо-иипие 27-й дивизией. Отчет Жеготы Главному командованию АК не <>‘ |<1влял сомнений в том, что на Волыни политические цели ’’Бури” достигнуты не были.
Между тем войска 1-го Белорусского фронта под командованием Маршала Советского Союза К.КРокоссовского, продолжая наступление, прорвали оборону противника в районе Ковеля и вышли к Западному Бугу. В течение 18-20 июля войска фронта в трех местах форсировали Западный Буг и вступили на польскую землю. В районе Дорогуска в операции приняли участие польские артиллерийские час-111, своим огнем прокладывая путь советской пехоте и танкам’8, Вслед hi ними вступили на родную землю остальные соединения 1-й Польской армии, сформированной в СССР19.
На освобожденных польских землях, т.е. непосредственно в тылу Красной Армии,оставались крупные, хорошо вооруженные группировки АК, Представители советского командования вели с их командирами переговоры, обычно предлагая войти в состав Войска Польского, признанного СССР в качестве союзной армии. При этом командование народного Войска Польского гарантировало им сохранение воинских талий, наград, непрерывности срока воинской службы. Предлагалось даже сохранение их структуры как отдельных воинских формирований, Командиры соединений АК в большинстве своем отвергли эти предложения, руководствуясь директивами, которые запрещали как переход в подчинение командованию Войска Польского, так и сдачу оружия.
Нельзя было не предвидеть, что ни одна армия, ведущая войну, не станет терпеть в своем тылу вооруженные отряды, подчиненные властям, с которыми не только нет соглашения, но и существует острый политический конфликт. В Европе разоружались западными инозниками партизанские формирования, которые подчинялись даже признанным союзниками правительствам. Так было во Франции, Бель-। ии, Италии, не говоря уже о Греции, где имела место кровавая интервенция британских войск для установления власти короля.
В зоне военных операций советских войск разоружались отряды Армии Крайовой, которые отказывались вступить в Войско Польское, и их командные кадры были интернированы. При этом следует подчеркнуть, что вопреки приказам сверху о недопущении разоружения и перехода к ’’самообороне” они, как правило, не оказывали при ном вооруженного сопротивления, которое могло привести к тра-I ическим последствиям.
Что касается Армии Людовой, то она не только стремилась согласовать свои действия с наступавшими частями Красной Армии, но и объединиться с ней. Так, совместными усилиями были освобождены, например, города Янув и Любартов20.
35
21 июля 1944 г. в г.Хелме Крайова Рада Народова создала свой исполнительный орган власти — Польский Комитет Национального Освобождения (ПКНО). Это означало создание правительства рабочих и крестьян — первого в истории Польши. Народная власть, представителем которой являлся ПКНО, была установлена по инициативе Польской рабочей партии. Кроме ППР народную власть в лице Польского Комитета Национального Освобождения поддерживали левые элементы ППС, Стронництво демократичне и Стронництво людове. В осуществлении исполнительной власти на освобожденных землях ПКНО опирался на образованные еще во время гитлеровской оккупации рады народовы, Армию Людову, а также на постоянно возвращав-щийся из СССР актив левых сил..
22 июля ПКНО издал свой исторический Манифест, в котором содержалась программа действий демократического лагеря под руководством Польской рабочей партии21. Манифест ПКНО призывал польский народ продолжать борьбу до победного конца за освобождение польских земель на западе, за широкий выход к морю. Он также провозглашал необходимость укрепления уз дружбы с братскими советскими народами и установления постоянной границы с Советским Союзом.
Манифест отменял конституцию, навязанную польскому народу в 1935 г., и вводил демократические свободы — полное равенство всех граждан, свободу политических и профсоюзных организаций, слова, совести, одновременно предостерегая, что они не могут служить врагам демократии, и что фашистские организации будут преследоваться по всей строгости закона. Одновременно Манифест возвещал об осуществлении революционных и общественных реформ, которые должны были ликвидировать помещиков и крупный капитал.
Весть о создании ПКНО вызвала разнообразные и оживленные отклики во всех центрах, где интересовались польским вопросом. В политических кругах США и Англии особый интерес вызвал вопрос об отношениях, которые должны сложиться у ПКНО с союзными державами. Рассуждения на эту тему приводили американских корреспондентов к мысли о том, что ’’если СССР будет относиться к ПКНО лишь как к административной власти в освобожденных районах”, то ’’Вашингтон, вероятно, не найдет чего-либо заслуживавшего критики в этом деле, хотя он, несомненно, будет продолжать отношения с польским эмигрантским правительством, пока не станут известны результаты народного голосования”22.
Отражая взгляды английских политических кругов, наиболее распространенная в Англии газета ’’Дейли экспресс” полагала, что позиция Англии определяется следующим образом: ”Мы продолжаем признавать и поддерживать правительство Миколайчика в Лондоне; мы не считаем действительными никакие изменения границ до тех пор, пока весь вопрос в целом не будет разрешен по окончании войны; 36
мы считаем совместимым с первыми двумя принципами оказание поддержки всем, кто ведет борьбу с немцами. Поскольку ПКНО ... руководит польской армией в России и обратился ко всем полякам с призывом бороться против немцев, английское правительство будет, несомненно, считать, что этот комитет вправе получать любую военную помощь, которую он потребует”23.
Горячо приветствовали образование ПКНО польские эмигрантишке круги, не связанные с лондонским правительтвом. Известный польский ученый профессор Ланге, например, заявил на пресс-конференции в Чикаго: ”В этот решающий час польской истории эмигрант-< кое правительство оказалось полнейшим банкротом ... Ввиду своей неспособности предвидеть и оценить условия освобождения Польши, польское эмигрантское правительство потеряло право на дальнейшее руководство судьбой нации... Создание ПКНО необходимо, и его нельзя было откладывать. Советское правительство не желает вводить военной администрации в Польше... Поэтому польская гражданская администрация должна была возникнуть, как только Красная Армия вступила на бесспорно польскую территорию. ПКНО является ядром польского правительства. Он представляет все активные „24 । руппы польской демократии .
В кругах же польского эмигрантского правительства создание IIKHO вызвало яростные нападки. Судя по сообщению агентства Рей-icp, польское телеграфное агентство, как и следовало ожидать, выступило с инсинуациями в своем официальном заявлении по поводу создания ПКНО, охарактеризовав его как ’’попытку кучки узурпа-1оров навязать нации свое политическое руководство”25. Вскоре, оправившись от потрясения, президент Речи Посполитой Владислав 1’ачкевич назначил подпольный совет министров в Варшаве в составе вице-премьера и грех министров26. Одновременно агентура польского эмигрантского правительства активизировала подрывную деятельность, направленную на дискредитацию ПКНО и ППР и носящую также в эавуалированной форме антисоветский характер.
Во многих населенных пунктах, в особенности в городах Тар-нобжеге, Жешуве, Ланцуте, Дембе и других, агенты эмигрантского правительства расклеивали в общественных местах листовки, направленные против ПКНО. В Ланцуте, например, появилась листовка ”Воз-шание к польскому народу”. Она представляла собой манифест лондонского эмигрантского правительства, в котором перечислялись Заслуги этого правительства перед народом. Союзниками Польши объявлялись Великобритания и США, Советский Союз же рисовался как враг и захватчик. В конце листовки утверждалось, что Союз польских патриотов и Крайова Рада Народова не являются подлинно поль-27 скими органами .
26 июля Советское правительство опубликовало известное ’’Заявление об отношении Советского Союза к Польше”. В этом документе
37
отмечалось, что Советская Армия вступила на польскую землю, чтобы освободить братский польский народ и оказать ему помощь в деле строительства ’’независимой, сильной и демократической Польши”, ’’Советское правительство, — говорилось далее, — выражает твердую уверенность в том, что братские народы СССР и Польши совместно доведут до конца освободительную борьбу с немецкими захватчиками и заложат прочные основы польско-советского сотрудничества”28.
Заявление Советского правительства было новым проявлением дружеских чувств СССР к польскому народу, стремлением укрепить родившееся братство по оружию. Вместе с тем оно явилось признанием Польского Комитета Национального освобождения суверенным польским правительством.
Такой поворот событий вынудил польского премьера занять более гибкую позицию и отправиться по настоянию Черчилля в Москву ”на разведку”. Прибыв в советскую столицу, Миколайчик пытался решить интересовавшие его вопросы без ПКНО, являвшегося признанным представителем борющегося народа. Однако Советское правительство высказало пожелание, чтобы все вопросы, связанные с положением в Польше, были решены самими поляками29, В результате 6 и 7 августа состоялись переговоры представителей ПКНО с делегацией польского эмигрантского правительства. Однако в связи с категорическим отказом Миколайчика отменить реакционную конституцию 1935 г, и заменить ее демократической конституцией 1921 г., дававшей возможность польскому народу решать свою судьбу, переговоры были прерваны30.
В создавшейся неблагоприятной для себя обстановке польская реакция пустилась в страшную авантюру, решив реанимировать влияние на массы и захватить власть в столице посредством распространения плана ’’Буря” на Варшаву. Надо сказать, что первоначально Варшава исключалась из действия этого плана, так как Главное командование АК не без основания считало, что попытка начать военные действия на улицах столицы может трагически закончиться как для сконцентрированных здесь главных сил АК, так и для самого города. ’’При нынешнем состоянии немецких сил в Польше и противоповстанческих мероприятий, заключающихся в превращении каждого дома, занятого частями и даже учреждениями, в укрепленные крепости с бункерами и колючей проволокой, — восстание не имеет шансов на успех”31. Это собственно слова командующего АК генерала Т-Бур-Ко-моровского, сказанные им за две недели до начала восстания.
Однако ’’политическая необходимость” заставила Бура отказаться от своих слов. В рапорте эмигрантскому правительству командующий АК писал: ’’Предоставляя Советам минимальную военную помощь (имеются в виду военные действия в Варшаве,- ОБ.), но создавая им одновременно трудности политические, АК подчеркивает волю народа и независимость. Это заставит Советы сломить 38
типу волю силой и создаст им трудности в разрешении наших внутренних проблем”32, Итак, просматривается цель овладеть Варшавой до подхода советских войск и передать власть краевому совету министров, созданному 26 июля 1944 г. в противовес ПКНО. Восстание приурочивалось к поездке Миколайчика в Москву и должно было у< илить его позиции в переговорах с Советским правительством. По прибытию в Москву польский премьер ничего вразумительного о собы.иях в Варшаве не сообщил, А ведь на пути из Лондона он 28 июля виретился в Каире с варшавскими эмиссарами, с которыми обсуждался вопрос о восстании. На приеме в Наркоминделе 31 июля Ми-колайчик заявил, что разработан план действий против фашистских поиск и польское правительство накапливает силы. ”В отношении Варшавы, — вспоминает бывший начальник оперативного отдела Генштаба С.МДИтемснко, — Миколайчик сказал, что польское правительство "обдумывало” план генерального восстания и хотело бы просить Советское правительство о бомбардировке аэродромов около города. I аким образом, все рисовалось пока в очень общих чертах и как дело неблизкого будущего, О первых днях боев в столице Польши премьер лондонского правительства говорить, очевидно, не собирался”33. 11е поставило в известность советское командование о намеченной акции и Главное командование АК. Не были уведомлены и польские демократические организации и их вооруженные силы.
В этих условиях даже командиры входивших в состав Армии Крайовой вооруженных отрядов Корпуса безопасности (КБ), созданного в Польше в 1943 г. из польских войск, оставшихся после событий 1939 г,, поняв всю бессмысленность затеянной авантюры, Йявили о поддержке ПКНО и своем выходе из АК, Командир КБ полковник Тарнава и начальник штаба полковник Равич в своем обращении к генералу Роля-Жимерскому сообщили о передаче в его подчинение всего состава КБ, а также о передаче командованию Войска Польского всего вооружения и снаряжения34.
На фоне событий в Варшаве этот шаг командования КБ, несомненно, представляет значительный интерес при оценке положения в Польше. Он свидетельствует о возраставшем понимании поляками ответственности перед историей, консолидации с левыми силами всех истинных патриотов Польши в борьбе с гитлеровскими захватчиками.
Тем не менее реакции удалось обмануть основную массу варшавян, скрыть от них подлинные цели провокационной затеи и поднять на вооруженную борьбу против захватчиков десятки тысяч польских патриотов.
Восстание вспыхнуло в момент, когда войска 1-го Белорусского фронта, пройдя в непрерывных боях более 600 км, исчерпали свои наступательные возможности. Об этом говорил, в частности, контрудар гитлеровских бронетанковых частей, начатый ими 27 июля в районе юго-восточнее Варшавы, где в тяжелом положении оказалась выд-39
винувшаяся вперед и понесшая значительные потери 2-я танковая армия. Весьма сложным было положение 1-го Белорусского фронта, вдоль правого фланга которого образовался выступ протяжением свыше 200 км, как бы подставленный под удар гитлеровских войск с севера35 . ’’Восстание, — пишет К.Типпельскирх, — вспыхнуло 1 августа, когда сила русского удара уже иссякла”36. По мнению г .Гудериана, являвшегося в ту пору начальником гитлеровского генерального штаба сухопутных войск, ’’выступление в Варшаве началось преждевременно, если встать на точку зрения советского командования”37 .
С самого начала восстания гитлеровцы без труда перехватили инициативу. Они сохранили за собой все важнейшие военно-стратегические объекты — цитадель, мосты через Вислу и т.д. Им удалось сразу же изолировать отдельные районы польской столицы ц приступить к методической, поочередной ликвидации восстания и Самой Варшавы. В этом трагическом положении население Варшавы с 1 августа по 2 октября 1944 г. вело неравную борьбу. Каждый, кто мог, становился в ряды повстанцев, чтобы с оружием в руках отплатить за годы террора.
Польская рабочая партия, ее союзники по национальному фронту, командование и бойцы Армии Людовой, против которых польское эмигрантское правительство в Лондоне вело активную политическую борьбу, захваченные врасплох началом восстания, своими небольшими силами присоединились к военным действиям в Варшаве. Таким обра-зом,”восстание перестало быть делом лишь небольшой группы дельцов и санационных самозванцев, — пишет З.Клишко, входивший в состав командования Армии Людовой, — а стало общенациональным делом, которое в первую очередь касалось жителей столицы”33.
В целом участие в боевых действиях приняло около 1800 солдат АЛ (кроме того, 600 было в районе Праги), из них около 500 погибло или было ранено в боях39.
Действительно, все население столицы стремилось включиться в борьбу, С самодельным оружием патриоты шли на врага, использовавшего в уличных боях артиллерию, танки, авиацию.
Между тем вопреки обозначившемуся с первых же часов восстания критическому положению Главное командование Армии Крайовой продолжало саботировать любую возможность связать борьбу варшавян с действиями войск 1-го Белорусского фронта. Это нисколько не мешало тому, что некоторые польские эмигрантские круги распространяли и муссировали слухи о том, что советское командование якобы было в курсе подготовки народного восстания, а теперь, когда оно началось, не оказывает ему обещанной помощи. 13 августа 1944 г. эти измышления были опровергнуты ТАСС. Одновременно ТАСС указывал, что со стороны лондонских эмигрантских кругов, ответственных за происходящее в городе Варшаве, не делалось каких-40
либо попыток заранее согласовать с советским военным командо-ианием выступление в Варшаве40.
Внимательно изучив все данные о восстании, Советское правитель-сгво заявило 16 августа, что ’’варшавская акция представляет безрассудную, ужасную авантюру, стоящую населению больших жертв. Этого не было бы, если бы советское командование было информировано до начала варшавской акции и если бы поляки поддерживали с последним контакт”.
Подготовка нового наступления под Варшавой требовала значи-1сльных усилий и немалого срока, так как речь шла о важнейшей операции на главном стратегическом направлении. Важным предварительным условием развертывания операций на этом направлении был разгром крупных гитлеровских группировок на других театрах военных действий, где линия фронта еще вдавалась в глубь советской территории. 20 августа 1944 г, началась Ясско-Кишиневская операция, с июля шло освобождение советских Прибалтийских республик. 24 июля перешли в наступление войска Ленинградского фронта, а в августе вспыхнуло Словацкое восстание, также требовавшее помощи Советской Армии41,
В течение всего августа шли бои за ликвидацию оставшегося в руках германской армии плацдарма на правом берегу Вислы.
Несмотря на необходимость решения многочисленных и сложных военных задач первостепенного значения и на авантюристическую позицию военных и политических руководителей Варшавского восстания, советское командование готовило помощь его участникам. В начале сентября командование 1-го Белорусского фронта пере-группировало войска и, подтянув тылы, начало наступление на Прагу. Преодолев сильное сопротивление противника, части Красной Армии, в составе которой действовала 1-я Польская дивизия им.ТКостюшко, 14 сентября штурмом овладели Прагой. В ночь с 15 на 16 сентября части 1-й Польской армии при поддержке советских войск форсировали Вислу, но закрепиться на левом берегу не смогли из-за отказа командования АК оказать им помощь42.
Одновременно по распоряжению Верховного Главнокомандующего ежедневно, начиная с 13 сентября, в район Варшавы авиация 1-го Белорусского фронта сбрасывала для повстанцев оружие, боеприпасы, продовольствие и медикаменты43.
30 сентября в Москве состоялась пресс-конференция, на которой командующий Войском Польским М.Роля-Жимерский подробно информировал советских и иностранных журналистов об операциях, организованных командованием Красной Армии по оказанию помощи восставшим варшавянам, ’’Ночью 13 сентября, — заявил он, — я находился в ставке Маршала Рокоссовского. С 9 часов вечера
41
и до 9 часов утра самолеты ”У-2” в сопровождении прикрывавших их истребителей, совершали полеты над Варшавой, сбрасывая повстанцам оружие, боеприпасы и продовольствие. В этих операциях приняло участие 282 самолета. В течение ночи было сброшено продовольствие, 180 тыс. патронов, 1200 гранат и несколько сот автоматов”44.
Однако провал варшавской авантюры был настолько очевиден, что от ее организаторов отшатнулись даже английские и американские покровители. С разоблачением антинародных целей провокаторов восстания выступи ли некоторые представители буржуазных кругов капиталистических стран. Английский журнал ”Уик” в середине августа прогнозировал: ’’Возможно, что политический переворот, который реакционеры клики Соснковского пытались и не сумели осуществить в Варшаве... в конце концов сыграет роль бумеранга, рокового для этой клики. Скандал становится достоянием общественности”45. А американский радиокомментатор Стип заявил: ’’Польское эмигрантское правительство повинно в одном из наиболее коварных политических маневров. Лондонская группа отдала приказ о преждевременном восстании с единственной целью произвести пропагандистский эффект, рассчитанный на укрепление его престижа в США и Англии. Соснковский, Андерс и их сообщники, ответственные за этот приказ, — кровавые убийцы. Их следовало бы предать военному суду международного трибунала, состоящего из представителей США, Англии, СССР и Польши”46.
С осуждением Варшавской авантюры выступили и отдельные политические деятели Польши в эмиграции. Так, доктор Пенжик опубликовал в детройтском еженедельнике "Глос людове” статью, в которой писал, что польская эмигрантская военная клика в Лондоне, возглавляемая Соснковским, несет всю ответственность за преждевременное восстание в Варшаве. ’’Варшава вновь пылает и вновь сражается, — пишет Пенжик, — не по приказам руководителей польского народа, а только из-за преждевременных приказов военной клики, возглавляемой Соснковским. Это не является борьбой за честь польского народа. Это - борьба по политическим соображениям для удовлетворения личного честолюбия некоторых членов польского эмигрант-ского правительства ,
К концу сентября положение повстанцев стало безнадежным. Командование Красной Армии предложило руководителям восстания единственный выход — под прикрытием советской авиации и артиллерии прорваться к Висле и переправиться на левый берег. Но командующий Армии Крайовой Бур-Коморовский до самого последнего дня не отказался от своих прежних пагубных намерений. Больше всего он боялся, что восставшие могут соединиться с Войском Польским, и сорвал эвакуацию.
На восточный берег в ночь на 1 октября переправилось лишь 27
42
повстанцев, в том числе семь офицеров. Поскольку переправа осуще-(шлялась в полосе 47-й армии, начальнику политотдела М.Х.Калашнику удалось поговорить с некоторыми польскими патриотами, в частности, с капитаном Эдвардом Гросликом — начальником штаба частей Армии Людовой в Жолибоже. Грослик с гневом поведал о предательстве генерала Бур-Комаровского и его приближенных. Когда М.Х.Калашник шросил Э.Грослика. что побудило его, человека уже немолодого, опытного специалиста-строителя, присоединиться к восставшим и да-же возглавить их штаб, капитан с гордостью ответил: ”Я поляк. Как я могу стоять в стороне от борьбы против наших общих врагов — фа-1ПИСГОВ • .
Так тогда рассуждало большинство варшавян, взявшихся за оружие, и это не могло не вызвать уважение у советских людей.
Огромным числом жизней заплатил польский народ за преступную авантюру. Гитлеровцы уничтожили 20 тыс. повстанцев и 200 тыс. жителей Варшавы49.
’’Как ни горько, но приходится сказать, — пишет польский ученый З.Залуский, — что история войн мало знает примеров столь неэффек-1ИВНОГО использования сил, столь колоссальных, ничем не восполненных, ничему положительному не послуживших потерь, такого бесплодного расточения жизней замечательных солдат, все-ю их беспримерного воинского усилия и героизма. Во второй мировой войне это был, пожалуй, единственный случай, когда вооруженное выступление поляков было лишено всяко-ю смысла”50.
Не подлежит сомнению, что в решении начать борьбу в Варшаве наиболее четко проявились отсутствие правильной оценки обстановки л стране и на международной арене, неприязнь к ПКНО и враждебное отношение к Советскому Союзу.
Последние исследования польского ученого Р Лазаревича51, досконально изучившего причины, ход и исход Варшавского восстания, убедительно свидетельствуют об этом,
В целом военно-политическая обстановка в Польше летом 1944 г. оставалась весьма сложной. Нахождение на польской территории сильных воинских группировок гитлеровской Германии свидетельствовало о том, что освобождение Польши от фашистских оккупантов невозможно без помощи Советской Армии. В политическом плане шел процесс размежевания политических сил в стране. Широкие народные массы объединились вокруг Польской рабочей партии и Крайовой Рады Народовой. Национально-освободительное движение начало приобретать характер народно-демократической революции. Это вызвало серьезную тревогу в польских эмигрантских кругах. Лондонское правительство принимало все меры к тому, чтобы затормозить дальнейшее развитие национально-освободительного движения.
43
В основе внешней политики эмигрантского правительства лежал антисоветизм. В своей деятельности против польских прогрессивных сил и Советского Союза оно опиралось на поддержку (хотя и пассивную) правящих кругов США и Англии, которые стремились восстановить в Польше старые буржуазные порядки и удержать ее под своим влиянием. Они настойчиво добивались признания Советским Союзом польского эмигрантского правительства. Но Советское правительство считало, что единственным путем разрешения польской проблемы является демократическое развитие страны, что ’’создало бы надлежащие условия для установления хороших советско-польских отношений, решения вопроса о советско-польской границе и вообще для возрождения Польши как сильного, свободного и независимого государства”52 .
3.	ВСТУПЛЕНИЕ КРАСНОЙ АРМИИ В ПРЕДЕЛЫ ПОЛЬШИ И ОТНОШЕНИЕ ПОЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ К ЭТОМУ СОБЫТИЮ
В результате Львовско-Сандомирской операции войска Красной Армии, преследуя отступающего противника, вступили на территорию Польши, тем самым положив начало освобождению польского народа от немецко-фашистских захватчиков. Вступление советских войск в Польшу было осуществлено на основе соглашения с Крайовой Радой Народовой, которую Советский Союз, разорвавший дипломатические отношения с лондонским эмигрантским правительством, признал единственной законной властью в Польше.
25 марта 1944 г., накануне вступления советских войск в Польшу, Крайова Рада Народова обратилась с воззванием к польскому народу, в котором выражалась уверенность, что большинство поляков желает прочной дружбы с народами СССР, понимая, что эта дружба является гарантом освобождения Польши и прочности ее независимого существования, необходимым условием ее силы и развития. В то же время перед лицом исторических событий Крайова Рада Народова осуждала как особо вредную для Польши яростную антисоветскую кампанию, которую вели реакционные элементы, желавшие поссорить поляков с Советским Союзом1.
Несмотря на то, что польское население в своем отношении к Советскому Союзу и его вооруженным силам было весьма неоднородно, подавляющее большинство польских граждан видело в лице советских воинов своих освободителей. Вот как в целом оценивает отношение поляков к советским воинам бывший командующий 2-м Белорусским фронтом Маршал Советского Союза К.К.Рокоссовский. В своих воспоминаниях он пишет: ’’Польское население относилось к Красной Армии тепло и приветливо. Видно было, что народ искренне радуется 44
нишему приходу и старается сделать все, чтобы ускорить изгнание фашистских оккупантов”2. После вступления частей Красной Армии ни польскую территорию от жителей городов и сел шли в Москву письма с выражением благодарности братскому советскому народу и сю Вооруженным Силам ”за помощь, оказываемую Польше в борьбе < ненавистным оккупантом”3. Уходила в прошлое кровавая ночь фашизма. С болью и страданием рассказывали поляки об ужасах гит-псровской оккупации. ’’Ограбили, замучили, убили — эти слова не сходят с уст у местных жителей приграничных районов”, — сообщали в । поих публикациях советские военкоры4.
Ожидая прихода Красной Армии, жители срывали оборонительные работы фашистов, прятались в подвалах своих домов, скрываясь in насильственной эвакуации5.
Когда утихал бой, оставшиеся в живых жители выходили на улицы п, выражая благодарность советским воинам за освобождение, встречали их как родных братьев. В м.Бжозув, например, жители ветреный солдат и офицеров с цветами, в праздничной одежде, наших воинов угощали молоком, яблоками. Были вывешены польские и советские флаги6. Сотни жителей гЛежайска вышли встречать советских воинов как самых дорогих людей. В районе г.Сташува в расположение воинской части пришли жители с цветами и подарками для красноармейцев7.
Советские корреспонденты стали свидетелями волнующих встреч населения с Красной Армией. Вот что сообщал, например, читателям военкор газеты ”3а честь Батыйвщини”: ’’Сколько раз мы видели, как польские патриоты взволнованно подносили своим освободителям фрукты, мед и другие знаки благодарности. Одна старая полька, у которой пять сыновей томились в гитлеровских концлагерях, вынула из сумки фотографии, поцеловал? их и поднесла советскому офицеру со словами: ’’Прошу, сын мой, найдите и освободите моих мальчиков . Вечно буду за вас молиться’ ’8.
Свидетельством доброго отношения к Красной Армии основной массы населения освобожденных восточных районов Польши является и целый ряд высказываний польских граждан. Житель с .Б атыне крестьянин Антон Залесский, например, сказал: ”Мы знаем, что нет больше никакой силы, которая могла бы разгромить немцев и освободить нас от фашистской неволи”9, а вступившие в с Распутно воины услышали от Елены Матушевской такие слова: ”5 лет мы ждали Вас и только это облегчало нашу страшную жизнь”10. Группа ремесленников из г .Б яла Подписка в беседе с советскими политработниками заявила: ”Мы рады, что Красная Армия избавила нас от немецкого ига. При немцах мы были бесправными, все-ю боялись. Бывало, если приезжает несколько немецких машин, то мы все убегали прятаться в лес, а сейчас мы чувствуем себя свободными”11.
45
Подобных высказываний можно привести тысячи. Советские политработники записывали их и нередко включали в свои политдонесения, хранящиеся ныне в Центральном архиве Министерства обороны СССР.
Однако некоторая часть населения, поддавшись геббельсской и санационной пропаганде, распространявшей всевозможные небылицы о Красной Армии и Советском Союзе, очень настороженно следила за действиями советских бойцов и офицеров. Были случаи, когда местные жители, заметив красноармейцев, бросали все и бежали прятаться. 7 августа 1944 г., например, в сЛгонке старший лейтенант Летемин обнаружил в погребе прятавшихся в страхе польскую женщину с ребенком. На вопрос ’’Кого вы боитесь?”, женщина, плача, ответила: ’’Немцы говорили, что вы будете нас убивать”12. Но и эта часть населения, запуганная фашистской пропагандой, убедившись в ее лживости, возвращалась к своей обычной жизни.
Фашисты убеждали поляков в том, что русские плохо вооружены, у них нет техники. Поэтому многие жители были крайне удивлены, увидев наши самолеты и танки.
Член Военного совета 1-го Украинского фронта К.В.Крайнюков вспоминал, как у въезда в одно село председатель местной делегации, восхищаясь могучими танками и тягачами с крупнокалиберными пулеметами, говорил;
— Какая сила движется. — И, усмехнувшись, продолжил; ”А Геббельс лгал, что у русских не осталось ни танков, ни самолетов. Оказывается, оружия у вас больше, чем достаточно. Теперь мне понятно, почему гитлеровцы отступают.”
— А еще какие небылицы распространял Геббельс?, — поинтересовался К В Крайнюков,
— Фашисты запугивали нас, что русские загонят всех поляков в Сибирь...
— И вы верили?
— Конечно, нет. Но кое-кто все же с опаской ожидал прихода русских. Теперь убедились, что красных солдат бояться нечего, они наши друзья и братья13.
А 72-летний Скишевский из с.Марковка говорил советским бойцам; ’’Немцы долго рассказывали о том, что Красная Армия оборвана и голодна, у крестьян все отбирает. Мы им не очень-то верили. Я участник войны 1914 г„ был в плену у русских и знаю, русские очень добрые и миролюбивые. В этом мы сейчас окончательно убедились, видя поведение солдат и офицеров частей Красной Армии, находящихся на нашей территории”14.
Свою признательность советским воинам польские жители выражали не только в приветствиях. Они с глубокой скорбью воспринимали гибель советских воинов на их родной земле. В настоящую демонстрацию дружбы Красной Армии и польского населения вылились, 46
например, похороны в г.Седлец погибшего в боях 12 августа 1944 г. паршего санинструктора майора Иванова. В торжественной церемонии похорон приняли участие местные представители Польского Комитета Национального Освобождения и большое количество жителей । орода. На могилу были возложены венки15.
На похороны двух отважных санинструкторов 193-и дивизии I (овиковой и Кузнецовой также пришло много людей — бойцов, офицеров, несколько сот крестьян. Староста Пултуского уезда Скочень, шканчивая выступление на митинге у могил погибших, сказал: ”Спи-1с, наши дорогие сестры. Светлая память о вас вечно будет жить в сердцах ваших друзей-поляков. Дело, за которое вы отдали жизнь, победит”16.
А 28 августа 1944 г. в Люблине состоялся торжественный траурный митинг по случаю открытия памятника бойцам Красной Армии, павшим смертью храбрых в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками за освобождение города. К моменту открытия памятника на площади и прилегавших к ней улицах собрались десятки тысяч челе век. Здесь были представители фабрик и заводов, польских политических партий, делегаты происходившего в Люблине съезда крестьянской молодежи. На флагштоках трибуны были подняты польские, советские, британские и американские флаги и выставлен почетный караул из советских и польских воинов. Над головами собравшихся — лозунги, приветствовавшие Советский Союз, Красную Армию и Войско Польское,
На митинге выступили глава Временного правительства Польши Эдвард Осубка-Моравский, зам.комацдующего Войска Польского генерал Александр Завадский, представители различных общественных и профсоюзных организаций. От имени Красной Армии выступил генерал-лейтенант АЛ.Щелаковский. К памятнику были возложены венки от КРН, ПКНО, от Красной Армии, от воеводской и городской ратуши, от совета профсоюзов, от польских политических партий, союза молодежи и многих других организаций. После митинга состоялся военный парад и манифестация членов люблинских проф-17 СОЮЗОВ .
Тысячи горожан присутствовали 16 сентября на похоронах советских воинов в предместье Варшавы — Праге18.
Но не только в официальных церемониях захоронения участвовали польские граждане. Нередко они сами, в тайне от фашистов, хоронили советских бойцов, — например, погибших в тылу врага разведчиков, а затем продолжали ухаживать за могилами. Свидетелем такой трогательной заботы польской девушки Ядвиги Турчинской о погибшем красноармейце стал советский военкор ВЭПилкин, о чем он и рассказал в своей корреспонденции19.
С огромным вниманием и напряжением следили поляки за продвижением Красной Армии вглубь страны. Это означало для них, что еще 47
десятки, сотни тысяч их братьев и сестер освободились от фашистской неволи, а нередко и от прямого физического уничтожения.
Большой энтузиазм у поляков вызвало январское 1945 г. наступление советских войск с целью завершения освобождения Польши от немецко-фашистских захватчиков. С восторгом встретили жители освобожденных городов и сел весть о новой большой победе Красной Армии — прорыве германского фронта в районе западнее Сандомира и освобождении свыше 350 населенных пунктов. Польское радио сообщило эту весть в экстренной передаче, а газеты на первых страницах напечатали информацию о прорыве20.
17 января 1945 г. советские и польские войска освободили Варшаву. Измученные оставшиеся в живых, варшавяне вышли на улицы приветствовать героев-освободителей. За свою столицу радовалась вся страна. Как только радио сообщило о том, что Варшава освобождена, на Литовской площади в Люблине стихийно возник митинг. Это поистине была манифестация радости и ликования. Люди плакали от счастья. Даже школьники были освобождены от занятий дчя того, чтобы принять участие в торжествах. Жители города поздравляли друг друга. Повсюду слышалось: ’’Варшава снова свободна!”, ’’Варшава снова наша!”, ’’Честь и слава героической Красной Армии и польским воинам, освободившим нашу столицу!”21.
19 января 1945 г. в Варшаве состоялся парад Войска Польского, в котором участвовали и советские пехотинцы, артиллерия и танки22. Часта Войска Польского прошли мимо трибуны, на которой находились президент КРН Болеслав Берут, глава Временного польского правительства Эдвард Осубка-Моравский, главнокомандующий Войском Польским генерал-полковник Роля-Жимерский, президент г.Вар-шавы — Михаил Сгшхальский, члены Временного правительства Польши, представители командования Войска Польского, а также представитель Красной Армии генерал-лейтенент В.М.Шатилов. Парад проходил в обстановке народного ликования, вылившегося в демонстрацию польско-советской дружбы. Слышались возгласы: ”Да здравствует героическая Красная Армия!”, ”Да здравствует Маршал Жуков!”, ”Да здравствует Войско Польское!”.
В свою очередь в Варшаве проходили манифестации и митинги в честь освобождения западных городов. Так, в торжественной обстановке было отмечено освобождение советскими воинами г.Гданьска и возвращение его польскому народу. Описывая эти торжества, специальный корреспондент ’’Правды” писал в те дни: ”3 апреля многотысячная колонна варшавян направилась на Замковую площадь столицы, чтобы выразить свои патриотические чувства в связи с этим историческим событием. 11а огромной площади собралось около 50 тыс. человек”23.
Участники митинга приняли резолюцию, в которой отмечалось, что возвращение Гданьска — это новое доказательство того большого 48
течения, которое имеет дружественное сотрудничество демократической Польши с Советским Союзом, его героической Красной Армией.
Особенно с большим подъемом встречали поляки наступающие имеете с Красной Армией части Войска Польского. Польские граждане убедились, что Советский Союз дал польским воинам первоклассное, мощное вооружение и создал все условия для превращения сформированных на территории СССР дивизий в грозную силу. Солдат или офицеров Войска Польского встречали с любовью и уважением, им преподносили букеты цветов, приглашали в гости. Вот как выразила чувство любви к Войску Польскому жительница гРадом Ядвига Любецкая; ”С 1939 г. мы соскучились по своему войску. Многим казалось, что мы больше и не увидим своих солдат, их мундиры и конфедератки. Но как видим, наша армия существует. Поэтому у нас такая радость”24.
Газета ’’Речь Посполита” поместила 27 января беседу с руководи-1елем Главного управления политико-воспитательной работы Войска Польского подполковником Вонгровским. Он рассказал, что для всех земель от Варшавы до Лодзи и от Лодзи до Радома, где он побывал, характерен не поддающийся описанию энтузиазм освобожденных от немецко-фашистского рабства людей. Они восторженно встречали своих освободителей и единодушно заявляли о своей готовности помогать Красной Армии и Войску Польскому. Вонгровский в качестве примера привел эпизод с поручиком Келчинским, который, отправившись по поручению командования в Лодзь, вынужден был ехать в ав-юмобиле от предместья к центру города в течение 3-х часов. Он был окружен огромной толпой ликующих людей, которые буквально забрасывали машину цветами, а затем подхватили ее и понесли на руках. На состоявшемся в центре города митинге присутствовали 30 тыс, человек. Все выступившие подчеркивали готовность работать с величайшей энергией на благо своей освобождающейся Родины25,
С воодушевлением было встречено большей частью населения и образование Польского Комитета Национального Освобождения. Трудовой народ видел в комитете единственную власть. В с.Вышница начальник политотдела47-й армии М.Х.Калашник вместе с агитатором политотдела армии майором А.Баймурзиновым присутствовали на сходке, где эту мысль с большой искренностью высказал крестьянин Франц Копись, бывший солдат польской армии, кавалер ордена ’’Бойцу за неподлеглость”. ”Я думаю, — сказал он, — что Польский комитет, состоявший из хорошо известных мне руководителей, удовлетворит наконец наши чаяния — жить в достатке и мире”26 .
Об эмигрантском правительстве в Лондоне многие отзывались скептически и с недоверием, В том же с.Вышницы крестьянин Ян Макаревич сказал о нем так: ’’Чиновники, которые отсиживаются в Лондоне, не имеют никакого права называть себя польским прави-leiibCTBOM, Это — кучка продажных людей, а не правительство. После
49
войны мы выберем себе правительство сами, а сейчас будем всячески поддерживать Комитет национального освобождения”27.
А крестьянин Войтович из с.Ожелец-Дуже, заявил: ’’Старое польское правительство о нас, крестьянах-бедняках, ничего знать не хотело. Оно только занималось враждебными действиями против СССР, не учитывая, что за силу представляет Россия”. Говоря о дружбе с Советским Союзом, Войтович продолжал: ’’Такому небольшому государству, как Польша, давно нужно было понять, что только дружественные отношения с Советским соседом — Россией — дадут нам возможность жить лучше”28.
Необходимо отметить, что все слои польского общества в целом с воодушевлением встречали Красную Армию, видя в ней залог своего полного освобождения, связывая с ней надежды на лучшее будущее. Что касается крестьянских масс, то для них Красная Армия являлась не только освободительницей от фашистского рабства, но и надежным гарантом того, что сбудется их вековая мечта — обрести землю и работать на ней.
С большой симпатией к Красной Армии относилась и польская интеллигенция. Нередко местная интеллигенция была сама инициатором различных встреч и бесед о Советском Союзе, его Вооруженных Силах. Так, по просьбе директора школы селения Вильгополе Люблинского уезда политработниками 33-й армии для интеллигенции этого небольшого местечка был сделан доклад: ”0 сущности Великой Октябрьской социалистической революции в России”. После доклада развернулась оживленная беседа, которая вместо намечен-ного часа продолжалась свыше трех часов
Не были редкостью и встречи польской интеллигенции с командованием Красной Армии. Как правило, они проходили очень заинтересованно. Так было и на встрече командования 65-й армии с учителями, врачами, адвокатами и другими представителями интеллигенции Жешувского воеводства, где в декабрьские дни 1944 г. дислоцировался штаб армии. В беседе принимал участие и начальник управления ГлавПУРККА М .И .Бурцев, который впоследствии на страницах своих мемуаров рассказал о том, как тепло и дружески приветствовали поляки советских генералов и офицеров. Участники встречи приняли резолюцию, в которой была выражена благодарность Красной Армии и готовность оказать ей всяческую помощь. Было принято также обращение к полякам еще оккупированной части страны, содержавшее призыв к борьбе против гитлеровцев30. Вместе с гем М.И.Бурцев заметил, что ’’кое-кто проявляет холодную сдержанность”. Об этом красноречивее слов свидетельствовали каменные, непроницаемые лица некоторых чиновников. Когда М.И.Бурцев попробовал втянуть их в общий разговор, то уверенности в том, что ’’удалось убедить их хоть в чем-то”,у него не было. По в целом встреча с интеллигенцией ’’оставила приятное впечатление”31.
50
Во многом сдерживающим началом в огношении польского духовенства к Красной Армии являлся известный им атеизм подавляющего большинства советского народа. Здесь подливала масло в огонь и шрубежная пропаганда, которая утверждала, что с приходом большевиков все церкви будут закрыты, а ее служители либо расстреляны, либо отправлены в Сибирь. Однако уже с первых дней пребывания советских воинов на польской земле духовенство имело возможность убедиться в тенденциозности этих утверждений.
В свою очередь местные жители ’’просвещали” советских воинов — рассказывали о том, что служители ’’народово-католических костелов” — это выразители интересов беднейших слоев крестьянства. Такой ксендз и его костел не получал от государства никаких ссуд, не имел своей земли и поэтому во многом был зависим от прихода. В го же время ксендз римско-католического костела имел большой надел земли, получал деньги от государства, а также брал большую плату за венчания, похороны и другие услуги. Эта часть духовенства была более привержена старому режиму и заняла выжидательную позицию в отношении новой власти и Красной Армии32 . Зная, какую роль играют представители духовенства в формировании сознания польского населения, советские политработники уделяли большое внимание налаживанию правильных взаимоотношений с ними. В своих политдонесениях они не раз докладывали о настроениях польских священников, приводили характерные высказывания. В большинстве случаев эти высказывания свидетельствовали о лояльном отношении к Красной Армии. Более того, местные ксендзы ’’народово-католических костелов” не раз выступали в проповедях со здравицей в адрес Красной Армии, призывали население помогать ей всем, чем можно. Политорганы все чаще стали привлекать их и к проведению работы среди местных жителей по разъяснению политики Советского Союза, важнейших документов, опубликованных в центральной и фронтовой печати. Так, ксендз мКорчино в воскресном богослужении зачитал верующим манифест ПКНО, поздравил их с образованием нового польского правительства и призвал молиться за него. Одновременно он произнес молитву за Красную Армию, ’’принесшую освобождение польскому народу от гитлеровских разбойников”, В сЛютца местный ксендз также отслужил молебен за новое правительство и за освободительную Красную Армию33.
Разительно отличалось настроение населения районов, включенных гитлеровцами в ’’Райх” и освобожденных частями советской армии. Заметно бросалось в глаза сдержанное, недоверчивое отношение к Красной Армии, При проведении митингов и собраний не наблюда-лось того энтузиазма, что у жителей восточных районов страны. Редки были случаи сбережения гражданами польского национального флага и герба, что было довольно массовым явлением в районах бывшего ’’генерал-губернаторства”. Только настроения рабочих крупных пред-51
приятии и шахт были совершенно иными. Рабочие приветливо встречали Красную Армию, особенно там, где существовали нелегально действовавшие организации ППР и где гитлеровская оккупация была особенно тяжела.
Негативное отношение к Красной Армии населения западных районов Польши объясняется тем, что лишенное газет и объективной информации, оно в течение ряда лет систематически обрабатывалось геббельсской пропагандой. Немецко-фашистские газеты, листовки внушали полякам мысль о том, что в случае вступления Красной Армии в Польшу она будет присоединена к Советскому Союзу, а в польской деревне будет введен колхозный строй. Распространялись различные небылицы и о советских солдатах, якобы убивавших и грабивших мирных польских граждан. А действительно имевшие место отдельные случаи мародерства усиливали настороженное отношение к Красной Армии. Наряду с этим местные жители почти совершенно не были осведомлены о деятельности лондонского эмигрантского правительства, а о существовании ПКНО имели весьма смутное, а порой совершенно искаженное представление. Основные документы Советского правительства об отношении к Польше, документы ПКНО были доведены до польского населения только с приходом частей Красной Армии.
Определенное влияние на формирование сознания польского населения имели и мероприятия немецко-фашистских властей по вовлечению поляков в число так называемых фольксдойче, В ’’фольксдойче” были записаны все лица евангелистского вероисповедрвания, у которых отец или мать были немцами. Однако, в целом, эти мероприятия не дали гитлеровцам ожидаемого успеха и носили принудительный характер. Добровольно же записавшихся в ’’фольксдойче” местные жители считали врагами польского народа.
Провалилась также попытка провести призыв добровольцев в немецко-фашистскую армию. Таких добровольцев нашлось очень немного. Объявить мобилизацию в немецкую армию поголовно всей польской молодежи фашисты не решились.
Практически все опрошенные польские граждане с глубоким возмущением и ненавистью говорили о зверском режиме, издевательствах и насилии, установленных гитлеровцами34,
Некоторые территории Лодзинского и Познаньского районов имели некоторые различия в управлении по сравнению с другими территориями, включенными в состав рейха. Полное уничтожение здесь польской государственности, лишение поляков элементарных человеческих прав, политика грубого онемечивания населения определили ту непримиримую ненависть поляков к немцам, которая среди жителей Лодзинского и Познаньского воеводств проявлялась даже острее, чем у поляков, проживавших на территории ’’генерал-губернаторства”, В связи с этим и отношение поляков к Красной Армии 52
ii.i этой территории было значительно радушнее, теплее и искреннее. Но всех населенных пунктах и особенно в городах почти все население находило встречать части Красной Армии. Поляки снимали шапки, провозглашали лозунги, приветствовавшие Красную Армию, Во время бесед вокруг наших бойцов собирались толпы людей, которые с вниманием выслушивали рассказы о Красной Армии, об отношениях Советского Союза с Польшей, о Временном польском правительстве. В бе-ссдах они высказывали свою радость и благодарность за освобождение от фашистского рабства35.
Было бы несправедливым, однако, за общим ликованием не видеть всей сложности взаимоотношений польского населения и Красной Армии. В стране существовало реакционное подполье, которое с первых дней освобождения Польши заняло враждебную позицию и отношении Красной Армии и новой народной власти. В реакционное политическое и вооруженное подполье входили следующие организации: первая, наиболее влиятельная, была связана с буржуазным эмигрантским правительством в Лондоне. Вооруженной силой этого лагеря была Армия Крайова. В январе 1945 г. президент эмигрантского правительства ВРачкевич распустил эту организацию и вместо нее была создана более приспособленная к условиям борьбы против народной власти организация под названием ’’Неподлсглость” (’’Независимость”). Второе звено реакционного подполья было представлено ’’национальным лагерем”, который состоял из политических организаций Стронництво народове (СН) и ее вооруженных отрядов — Народове зъедно-чене войскове (НЗВ). Это было крайне празое крыло реакционного подполья. Наиболее экстремистский и фашистский характер в этом лагере представляла собой ’’Организация Польска” (ОП), вооруженной силой которой были Народове Силы Збройне (НСЗ). Третье звено реакционного подполья представляли собой организации украинских националистов — ОУН.УПА и гитлеровского ’’Вервольфа”, объединявшие фашистское отребье. Кроме перечисленных существовало еще множество мелких реакционных политических и военных орга* низаций.
Всего же в 1944 — 1948 гг, в Польше существовало свыше 1200 вооруженных групп, личный состав которых постоянно менялся в зависимости от процесса их ликвидации и внутреннего разложения36 .
Нелегальные организации и их вооруженные банды бойкотировали усилия командования Красной Армии, а также ППР и ПКНО, предпринимаемые ими в области организации государственной и хозяйственной администрации. Они выступали против осуществляемых в стране коренных реформ, саботировали военные усилия польского народа, порочили Советский Союз и его Вооруженные Силы, а также все левые силы Польши. Они пропагандировали лозунги третьей мировой войны, направленные против СССР.
53
Нередки были случаи прямого нападения на представителей местных органов власти и красноармейцев. Бандиты действовали чисто бандитскими методами: убийства из-за угла и грабежи.
От населения советским комендантам поступил целый ряд тревожных сигналов о бесчинстве вооруженных отрядов АК и других военных формирований. Комендант с.Жероцин капитан Федчук, например, в политдонесении сообщал, что жители Радзинского уезда неоднократно жаловались ему на бандитские действия 34-го полка АК, когда отбирали у населения лошадей, повозки, рогатый скот, птицу и домашнюю утварь, пугали людей тем, что как только англичане подойдут ближе, АК ударит по большевикам с тыла. Аналогичные факты привел в своем сообщении капитан Новиков, комендант с.Конколев-ница, где базировался 35-й полк АК. Этих ’’партизан” всячески поддерживала зажиточная часть населения и помещики, снабжая их продовольствием37 .
Сторонниками лондонского эмигрантского правительства постоянно велась антисоветская пропаганда, сеялись слухи провокационного характера, а вывешенные декреты ПКНО срывались. В свою очередь они повсеместно расклеивали листовки, направленные против Красной Армии и новой народной власти. В листовке ’’Соотечественники”, обнаруженной 25 сентября 1944 г. в одной из парикмахерских г.Тар-нобжег, говорилось: ’’Только что покинули нас орды немецких захватчиков, а уже нашелся кто-то другой, посягающий на целостность и единство нашею народа.
Второй враг — это изменник, это т.н. Польский Комитет Национального Освобождения”. Население призывалось бойкотировать все декреты и распоряжения ПКНО38.
В листовке ’’Земляки”, обнаруженной 24 сентября в м.Ниско, содержалась клевета на членов ПКНО — по словам авторов листовки, ’’агентов России”. Крестьяне и рабочие призывались поддерживать только польское правительство в Лондоне39.
Реакционные элементы с целью вызвать недовольство у населения Красной Армией совершали различные неблаговидные поступки под видом красноармейцев. Но поляки в своем большинстве верили в благородство советских воинов, и шито не могло поколебать эту веру, ’’Как-то на огневые позиции артиллерийской батареи младшего лейтенанта В.3аболоцкого, — вспоминает МЭСКалашник, - прибежала испуганная женщина из соседнего села, дня два назад освобожденного от гитлеровских оккупантов. Первыми ей встретились рядовые Кузьмин и Ивин.
-- У меня в доме грабитель, — сказала она им, — Он в вашей форме, но видать не советский. Роется в сундуках, а русские так не делают.
Рядовой Кузьмин сейчас же доложил об этом командиру батареи. Тот выслал в село наряд. Грабитель был схвачен. При допросе мародер признался, что он — бывший полицейский, член организации ”На-54
родовы силы збройни” и имел задание от своего начальства мародерством и другими провокациями дискредитировать Красную Армию в глазах населения”40.
Да, советским воинам приходилось все время быть начеку. Об ном свидетельствовал и другой случай, происшедший в 47-й армии, ”К стоявшему на посту рядовому И.Цыганику подъехал на велосипеде молодой мужчина в гражданском.
— Не нужно ли вам, товарищ, водочки, — спросил он часового.
— Нет, не требуется, — ответил Цыганик. — Проезжайте далее, здесь останавливаться нельзя,
— А водка у меня хорошая, настоящая, польская, — настаивал велосипедист. — Может, все-таки сговоримся?
Советский солдат сразу понял — тут что-то неладное, С деланной заинтересованностью спросил:
— А почем ваша водка?
— Да, какая ж там цена. На деньги сейчас мало что купишь. Мне бы автомат и пачку патронов. Вот и все.
— Патронов? — усмехнулся боец. — Этого добра у нас хватает. Пойдем со мной, дам целый ящик.
И привел незнакомца в штаб батальона, "
Задержанный оказался фашистским шпионом, из поляков, одним из предателей своего народа, который с одинаковым усердием служил как эмигрантскому правительству в Лондоне, так и фашистам оккупантам”41.
Генерал К.Телегин так оценивал тогдашнюю обстановку с точки зрения советских властей, ”На польской территории войска фронта оказались на переднем крае ожесточенней классовой и идеологической борьбы между силами демократии и буржуазной реакции, причем не только польской, но и международной. Агентура последней в лице лондонского польского эмигрантского правительства, правых элементов буржуазных и мелкобуржуазных партий, их вооруженных отрядов — Армии Крайовой и Батальонов хлопских — вела яростную борьбу с принявшим власть над освобожденной советскими войсками территорией Польским комитетом национального освобождения (ПКНО). Переодеваясь в форму советских солдат, отряды АК производили налеты на населенные пункты, грабили, пытаясь тем самым дискредитировать Советскую власть”42.
Во имя своих эгоистических целей, вопреки национальным интересам, лагерь польской реакции всеми средствами боролся против расширения рядов народного Войска Польского, и-это в тот период, когда война с гитлеровскими захватчиками еще продолжалась.
Пытаясь сорвать мобилизацию в польскую армию, реакция наводнила страну провокационными листовками о том, что целью мобилизации является якобы не создание армии, а вывоз поляков в Сибирь и установление в Польше коммунистического строя. В изве-55
щении коменданта Люблинского округа АК от 31 августа 1944 г. говорилось: ”В связи с тем, что: 1) мобилизация и регистрация ведутся нелегальными властями; 2) целью мобилизации не является борьба с немцами; 3) войско организовано исключительно для партийных целей ППР — запрещается всем солдатам АК и гражданским лицам являться для предстоящей регистрации. Явка будет рассматриваться как государственное преступление, караемое смертью”43.
В сообщении политотдела советских частей в Замостьевском уезде от 1 сентября 1944 г. отмечалось: ’’Аковцы” активизируют свою предательскую деятельность, выражающуюся в агитации против вступления в польскую армию, в нападении на народную милицию. Такую же работу ведет правое крыло ’’людовцев”. Аналогичные сообщения поступали во mhoi ие советские комендатуры44.
Но, несмотря на пропаганду и вооруженную борьбу, которую сторонники лондонского правительства вели против мобилизации, ПКНО довольно успешно проводил набор новых контингентов в Войско Польское. Так, уже в первый день мобилизации явка на призыв и регистрацию была очень высокой и организованной. В Сандомире, например, не только явились на призывные пункты все вызванные, но и многие добровольцы. Большую активность продемонстрировали патриоты Мелецкого повиту, где в первый день мобилизации вместо 564 человек явилось на призыв 1100. В Демблицком ловите на призывные пункты прибыли все, получившие извещения. Аналогичная картина наблюдалась во многих других освобожденных районах Польши45.
К концу 1944 г. Войско Польское насчитывало в своих рядах 280 тыс. солдат и офицеров, а по завершению войны в нем было уже 400 тыс. солдат и офицеров, из которых приблизительно 180 тыс. участвовали в боях46,
В результате большой разъяснительной работы представителей молодой народной власти и политработников советских частей в освобожденных районах Польши обстановка все более изменялась в пользу новых органов народной власти. В сообщениях военных комендантов отмечалось: ’’Население, особенно в сельской местности, настроено исключительно дружелюбно к Советской Армии. Попытка реакционных элементов привлечь население на свою сторону провалилась”47 .
Рост симпатий польского населения к Советскому Союзу, к его Вооруженным Силам, усиления влияния ПКНО, а впоследствии Временного правительства среди населения вызвали ярость лондонских кругов Польши. Не имея поддержки в широких массах, они встали на путь террора. Свою бешенную злобу они прежде всего направляли на представителей народной власти, народной милиции, активистов, а также советских военнослужащих.
В борьбе с вооруженным подпольем в 1944 — 1945 гг. (по некоторым данным, осенью 1945 г. в Польше действовало 240 вооруженных 56
панд, в которых насчитывалось до 35 тыс. человек) погибло свыше 15 тыс. членов ППР, сотрудников милиции, органов безопасности и воинов Войска Польского. Польские реакционеры погубили свыше тысячи советских граждан, в основном солдат и офицеров Красной Армии48, Многие из них были убиты предательски, из-за угла, уже но время возвращения на Родину.
Такое положение не могло не волновать Советское правительство и Верховное Главнокомандование. Не случайно поэтому на Ялтинской конференции в феврале 1945 г., где польский вопрос был одним из наиболее важных, глава советской делегации заявил представителям союзных держав: ’’Как военный, я требую от страны, освобожденной Красной Армией, чтобы возникновение гражданской войны в ее тылу было предотвращено. Солдатам Красной Армии безразлично, какое правительство в стране, если оно может обеспечить порядок и не позволит стрелять им в спину. Варшавское или Люблинское правительство неплохо справлялось с этой задачей. Однако существуют агенты лондонского правительства, которые считают себя представителями подпольного движения сопротивления. Должен сказать, что они не делают ничего хорошего и причиняют много зла. До настоящего времени они убили 212 наших военнослужащих”49. В ответ на это У.Черчилль отметил, что, по его мнению, каждый, кто нападает на воинов Красной Армии, должен быть сурово наказан. При этом он подчеркнул, что стремится к такому решению польского вопроса, при котором можно избежать столкновения между вооруженным подпольем эмигрантского правительства и властью Народной Польши. Вместе с тем он продолжал придерживаться (как и Ф.Рузвельт) позиции непризнания созда1шых демократическими силами органов власти в Польше50. Тем не менее делегации США и Великобритании под нажимом советской делегации были вынуждены согласиться с тем, что о замедлении темпов совершающихся в Польше перемен уже не может быть и речи.
Несмотря на то, что политическая программа эмигрантского правительства была скомпрометирована, лондонские круги решили развязать в Польше гражданскую войну, В основе их деятельности лежали стремление захватить власть, ненависть к радикальным переменам в Польше и враждебное отношение к Советскому Союзу.
Начиная вооруженную борьбу против молодой народной власти и Советской военной администрации на освобожденной территории, руководящий центр лондонских кругов пытался опереться главным образом на Армию Крайову.
Но еще в июле 1944 г, генерал ТБур-Коморовский, действуя в соответствии с инструкцией К.Соснковского, приказал своему заместителю, генералу Л.Окулицкому, предпринять определенные шаги для создания на базе АК новой военно-политической организации под названием ”Не” (’’Независимость”). Официальное решение правитель-57
ства о создании этой организации было принято 14 ноября 1944 г. Перед ее руководством стояли следующие задачи:
создание террористических групп для убийства политических противников в стране и представителей командования Красной Армии;
подготовка и проведение диверсий;
проведение военной разведки в тылу Красной Армии;
осуществление подготовительной работы к вооруженным выступлениям против ПКНО51.
19 января 1945 г. Армия Крайова была распущена. В обращении командования Армии Крайовой к солдатам говорилось: ’’Быстрое наступление Красной Армии может привести к тому, что в короткий срок она займет всю Польшу. Эта победа не есть победа нашего дела, за которое мы боролись с 1939 г.
Освобождение Польши Красной Армией в действительности есть замена одной оккупации на другую под прикрытием люблинского правительства.,.
Солдаты Армии Крайовой! Даю вам последний приказ. Свою дальнейшую работу и борьбу проводите в духе создания единого и независимого польского государства и охраны польского народа от уничтожения. Старайтесь быть руководителями и творцами независимого польского государства...”52.
Как отмечал польский историк Т.Валихновский, ’’роспуск Армии Крайовой означал завершение того периода в истории польского движения Сопротивления, когда основной целью конспиративной работы была борьба с гитлеровскими оккупантами”53. На смену АК пришла организация, созданная для борьбы с органами народной власти и СССР.
Необходимо отметить, что целью роспуска Армии Крайовой была также чистка своих рядов от лиц, разочаровавшихся в продолжении борьбы, вышедших из подполья, и прежде всего тех, кто не был противником нового строя в Польше и Советского Союза. А таких становилось все больше и больше. Затормозить процесс потери веры в правоту своего дела руководству Армии Крайовой не удалось. Освобождение страны от фашистов, бурный ветер перемен, наконец, обычное человеческое стремление к стабилизации действовали в пользу народной власти. Язвительно пишет об этом эмигрантский историк Побуг-Малиновский: ’’После кошмара немецкой оккупации русское освобождение могло восприниматься как перемена к лучшему. Возрождались школы, появилась пресса, начали выходить книги. Вновь ожили театры. И все это под шум развевающихся бело-красных знамен. Открывавшиеся учреждения привлекали не только оппортунистов или простаков. Многих туда толкала суровая жизненная необходимость”54 , И тут же совершенно справедливо констатирует: ’’Вера в польское правительство в Лондоне, в Рузвельта и Черчилля уже над-58
иомлена. Самым крупным потрясением было Варшавское вос-, гапие. Поражение породило процесс пересмотра взглядов и пони шй”55.
О падении влияния реакционных кругов среди населения свидетельствовали участившиеся случаи неподчинения Армии Крайо-нои отрядов ’’Батальонов хлопских” — конспиративной военной ор-пшизации Стронництво людове. Еще до освобождения ряда районов многие отряды объединились с отрядами Армии Людовой и оказы-ппли помощь наступавшей польской армии и советским властям, н районе Жешува, например, местные организации ’’Стронництво лю-доне” издали 16 августа 1944 г. листовку с выражением благодарности < светской Армии, а 19 августа под руководством секретаря Краков-i кого обкома ППР был организован переход отряда ’’Батальонов хлопских” через линию фронта на сторону советских частей56.
Следует отметить, что не только командование ’’Батальонов хлоп-ских”, но и ряд командиров АК, убедившись в предательской, антина-родной политике лондонского руководства, обращались к своим подчиненным с призывом оказывать помощь Советской Армии и Польскому Комитету Национального Освобождения, Так сделал комендант Мелецкого округа Армии Крайовой. Об этом же свидетельствовало появление в Жешуве 4 сентября 1944 г. изданной группой ’’аковцев” листовки с обращением: ’’Приветствуем дружественную Красную Армию, которая совместно с другими союзниками борется за уничижение гитлеровского ига. Выражаем нашу уверенность, что пропиши в этой совместной борьбе кровь солдат Армии Крайовой будет способствовать укреплению боевой дружбы и будет залогом будущего мирного сотрудничества...”57.
Таким образом, реакция польского населения на вступление Красной Армии на территорию Польши не была однозначной. По этому признаку население можно условно разделить на три группы.
Первая, наиболее многочисленная, разделявшая платформу ППР и левого крыла Крестьянской партии, с радостью восприняла приход Красной Армии, с надеждой смотрела на демократические преобразования в стране.
Вторая представляла собой в основном часть зажиточного крестьянства, высококвалифицированных рабочих; демократически настроенной интеллигенции. Эта группа, хотя и понимала роль Красной Армии в освобождении Польши, но не определилась до конца в своем отношении к происходящему в стране.
Третья группа объединяла сторонников лондонского эмигрантского правительства — в основном крупных фабрикантов, помещиков, высших военных чинов, бывших офицеров, часть интеллигенции и мелкобуржуазных слоев, мечтавших об освобождении Польши западными странами и установлении конституционных порядков 1935 г. Эти люди с недоверием и страхом встретили Красную Армию, а впос-59
ледствии многие из них встали на путь вооруженной борьбы против советской военной администрации и органов народной власти.
Но, несмотря на то, что контрреволюционное подполье существовало вплоть до 1949 г. и принесло много вреда Советским Вооруженным Силам, польскому народу, поведение советских воинов, разъяснительная работа среди местных жителей, материальная помощь командования Красной Армии польскому населению все больше и больше способствовали росту симпатий и доверия польского народа к Красной Армии.
4.	ПАРТИЙНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ РАБОТА СРЕДИ СОВЕТСКИХ ВОИНОВ
В ЗАВЕРШАЮЩИЙ ПЕРИОД ВОЙНЫ
В войне против немецко-фашистских захватчиков и их союзников наши Вооруженные Силы решали не только национальные, но и интернациональные задачи. По мере изгнания гитлеровцев с временно оккупированной территории Советского Союза и приближения к государственным границам СССР работа политорганов и партийных организаций по воспитанию солдат и офицеров в духе интернационализма и боевого союза с народами Европы становилась все более многогранной и злободневной. В основу этой работы были положены решения Центрального Комитета партии по идеологическим вопросам, постановления Государственного Комитета Обороны по вопросам, касавшимся пребывания советских войск за пределами СССР, директивы Ставки Верховного Главнокомандования и Главного политуправления, внешнеполитические документы Советского правительства, в которых раскрывались цели вступления советских войск на иностранную территорию, характер взаимоотношений между советскими властями и административными органами освобожденных Красной Армией стран и тд.
Учитывая сложность военно-политической обстановки в европейских странах, Политбюро ЦК ВКП(б) в начале мая 1944 г. провело совещание членов военных советов фронтов. Была проанализирована военно-политическая обстановка, складывающаяся в Европе, намечены задачи политического руководства войсками, сформулированы возросшие требования к интернациональному воспитанию воинов. Указывалось на важность повышения роли военных советов в условиях заключительного этапа войны и выполнения советскими вооруженными силами освободительной миссии в Европе. Политбюро рекомендовало членам военных советов своевременно ставить перед ЦК партии неотложные вопросы, связанные с пребыванием советских войск на иностранной территории, обязывало их постоянно и подробно ин-60
формировать Центральный Комитет о ходе боевых операций, о быте воинов соединений и частей.
Необходимость повышения уровня идеологической работы среди поинов диктовалась и тем, что советские воины должны были действовать в новой обстановке, на территориях, населению которых десятилетиями прививались антисоветские взгляды. Каждый советский воин должен был понять, что поломанная изгородь, срубленное дерево, нанесение того или иного ущерба, не вызванного военной необходимостью, будут восприниматься болезненно. В свою очередь проявление населением недовольства будет использоваться фашистскими и профашистскими элементами для разнузданной антисоветской пропа-ганды. По отдельным неправомочным поступкам советских воинов н отношении к населению освобожденной территории народы всех пран будут судить о нашем социалистическом государстве, о всей Красной Армии.
Эти же вопросы обсуждались на совещании, созванном советом военно-политической пропаганды при Главном политическом управлении РККА 15 июля 1944 г. Совещание обсудило доклад начальника политуправления 2-го Украинского фронта, войска которого вели боевые действия на территории Румынии, А.Ю.Тевченкова ”0 состоянии партийно-политической работы в войсках фронта за пределами Советского Союза” ,
Через несколько дней Главное политическое управление Красной Армии направило в войска директиву о перестройке партийно-политической и всей воспитательной работы применительно к новой обстановке, в которой находятся войска фронта1.
С 17 по 20 июля 1944 г. советские войска, а вслед за ними воины 1-й Польской армии форсировали Буг. С высокогуманными целями и огромной ответственностью Красная Армия и польские воины приступили к осуществлению своей исторической освободительной миссии.
В конце июля 1944 г, вопросы, связанные с пребыванием Красной Армии за рубежом, обсудил Государственный Комитет Обороны. Постановление ГКО о нормах поведения воинов Красной Армии за рубежами Родины от 29 июля 1944 г. призывало каждого советского бойца высоко держать честь Советского Союза, уважать суверенитет и национальное достоинство освобожденных народов.
Совещания в ЦК ВКП (б) и ГКО, указания ЦК партии о характере освободительной миссии Красной Армии имели огромное значение для деятельности военных советов, политорганов, партийных организаций войск. ’’Совещания в ГКО и ЦК ВКП (б), - вспоминает член Военного совета 1-го Украинского фронта генерал-полковник К.В.Крайнюков, — помогло лучше уяснить линию Коммунистической партии и наши интернациональные задачи, сущность освободительной миссии советского народа и его Вооруженных Сил. О многом говорит и тот факт,
61
что только за время подготовки и проведения Львовско-Савдо мирской операции мне как члену Военного совета довелось дваж ды бывать в ЦК ВКП(б) и ГКО и получать там важные указания”2 .
Следуя указаниям ЦК ВКП(б), ГКО, ГлавПУРККА, готовя войска к боевым действиям на территории Польши, военные советы, пол<Н органы и партийные организации проводили большую разъяснительную работу с личным составом. Свою работу они строили с учетом специфической обстановки в Польше. Направляемые эмигрантским правительством из Лондона сторонники реставрации в Польше ка питалистических порядков не скрывали своей враждебности к СССР В этих условиях очень важно было своевременно и правильно разъяа нить личному составу положение в Польше, довести до сознания каж дого воина, что лучшие сыны и дочери польского народа во главе с коммунистами ведут героическую борьбу против немецко-<Ьашисг-ских захватчиков и что у советского и польского народов нет причин для раздоров и вражды. Злободневно в то время звучали слова В.Ц.Ле нина,сказанные еще в мае 1920 г. ’’Помните, товарищи, — говорил тогда Ильич, — что с польскими крестьянами и рабочими у нас нет ссор”3.
После вступления наших войск на польскую территорию в печати были опубликованы документы, официально определявшие взаимоотношения между Советским Союзом и Польшей4. В Завлении Народного комиссариата иностранных дел СССР об отношении СССР к Польше, в частности, говорилось: ’’Советские войска вступили в пределы Польши преисполненные одной решимостью — разгромить вражеские германские армии и помочь польскому народу в деле его освобо “едения от ига немецких захватчиков и восстановления независимой, сильной и демократической Польши”. Политорганы и партийные организации доводили эти документы до всего личного состава,
Сгромной силой идеологического воздействия на личный состав обладали обращения и воззвания военных советов фронтов и армий. | В яркой, доступной для понимания каждого форме в обращениях формулировались основные задачи войск, вступивших в пределы Польши, направления работы, лозунги, которые придавали целенаправленность партийно-политической деятельности командиров всех степеней, политорганов, партийных и комсомольских организаций. Военный совет 1-го Украинского фронта отмечал: ’’Красная Армия не ставит себе задачи присоединить к Советскому Союзу какую-либо часть польской земли или вводить в Польше свои советские порядки.,, Наступил исторический час, когда польский народ сам берет в свои собственные руки решение своей судьбы”,
Интересной формой пропаганды идей интернационализма была памятка ’’Воину Красной Армии в Польше”, в которой указывалось, 62

чю советские воины вступают на территорию дружественной страны, ведущей героическую борьбу с фашистскими оккупантами, обращалось внимание на общность задач советского народа и трудящихся Польши в борьбе с фашистами. Каждый вошь — говорилось в памятке, — обязан высоко нести честь советского человека, быть достойным представителем Советского социалистического государства, с уважением относиться к населению, его нравам и обычаям.
Еще 14 мая 1944 г. Политуправление l-ro Белорусского фронта направило в войска материал на тему ’’Политическое положение в Польше”, в котором делалась попытка дать анализ отношений, сложившихся между Польшей и Германией, Польшей и Советским Союзом, другими странами. Однако сделана она была довольно неуклюже, и духе Заявления Молотова от 31 октября 1939 г.
Не на пользу в деле установления правильных взаимоотношений между красноармейцами и всеми слоями польского населения в будущем было замалчивание и некоторое искажение деятельности Польского эмигрантского правительства и его вооруженных отрядов — АК.
В то же время материалы содержали интересные данные об истории развития Польши, о возникновении Польской рабочей партии, о ее целях и задачах, о героической борьбе против фашистских захватчиков.
В таком же духе были составлены многие други? материалы и справки о Польше.
В период подготовки к боевым действиям на территории Польши военным советом и Политуправлением l-ro Белорусского фронта был составлен и разослан по всем политотделам фронта справочный материал по истории Польского государства, в котором характеризовалось политическое и экономическое положение страны, ее государственное устройство, история и кулыура, быт и нравы населения, основные политические партии и тд. Работниками политуправлений фронтов, политотделов армий, корпусов и дивизий для всего состава были прочитаны лекции, доклады, проведены беседы на темы: ’’Задачи личного состава в связи с вступлением Красной Армии на территорию Польши”, ’’Победа над германским фашизмом лежит через освобождение народов Европы”, ’’Железная воинская дисциплина и высокая бдительность — залог победы над врагом”, ’’Красная Армия выполняет историческую роль — освобождает народы Европы от фашистского рабства”.
Именно в таком направлении строили свою работу по интернациональному воспитанию и политорганы 2-го Украинского фронта. Его политуправление во второй половине июля 1944 г. провело семинар лекторов и агитаторов политотделов армий, на котором проблемы по интернациональному воспитанию воинов были выдвинуты на первый план. Для участников семинара были прочитаны лекции ’’Современ-63
ная Польша”, ’’Советско-польские отношения” и др. Вслед за зтим по аналогичной тематике при политотделах армий были проведены семинары агитаторов дивизий5.
Большая разъяснительная работа с личным составом проводилась в войсках 1-го Украинского фронта. Член Военного Совета КГ Крайнюков был очень опытным политработником. Его хорошо знали в войсках, уважали за уравновешенный и твердый характер, з< мужественное поведение в боевой обстановке. Вот как отзывается о нем член военного совета 21-й армии ЕЕ Пальцев: ’’Мне нравилась его особенная, неторопливая манера беседы с людьми. Партийно-политическую работу Константин Васильевич знал превосходно, отлично ее понимал... Поэтому член Военного совета не допускал какого-либо формализма в воспитательной работе с людьми, не терпел политработников, которые увлекались мероприятиями ради ’’галечки”, главное внимание уделял содержанию работы, а не ее форме”6.
Накануне вступления в Польшу К В.Крайнюков побывал в 21-й армии. Говоря об особенностях предстоящих боевых действий, он еще раз обратил внимание на то, что ’’они будут происходить за пределами чашей Родины, рассказал о совещании членов военных советов в Москве, поставил задачи перед политработниками на период освободительной миссии”7.
С получением директив военного совета l-ro Украинского фронта ”0 задачах и поведении наших войск на территории Польши” военные советы и политотделы армий провели совещания командиров и начальников политотделов дивизий.
Политотдел 5-й гвардейской армии в помощь докладчикам, агитаторам и руководителям политзанятий размножил и разослал в части и соединения тезисы доклада о Польше, полученные от Политуправления фронта8.
Большую помощь офицерам в изучении вопросов исторического прошлого и настоящего Польского государства оказали передвижные парткабинеты. Так, парткабинет 13-й гвардейской стрелковой дивизии в помощь офицерам подбирал литературу, делал папки с газетными вырезками и -тезисами доклада о Польше, проводил групповые и индивидуальные консультации, оформлял щиты, на которых помещены материалы, касающиеся отношений Советского Союза и Польши9.
Рядовому и сержантскому составу разъяснение политической ситуации в Польше и задач, стоящих перед нашими войсками в связи с вступлением на территорию этой страны, проводилось с использованием различных'фирм агитационно-пропагандистской работы: докладов, бесед, политзанятий и др. Например, в 9-й и 34-й стрелковых дивизиях со всеми рядовыми и отдельно сержантами были проведены двухчасовые политзанятия на тему ’’Вступление Красной Армии на территорию Польши” и беседы: ’’Заявление Наркоминдела СССР об отношении Советского Союза к Польше”, ’’Воин Красной Армии — образец дисциплины, организованности и порядка”10.
64
Воины различных подразделений проявляли на таких занятиях активность и заинтересованность, высказывали свое отношение к тем или иным событиям, задавали вопросы, которые свидетельствовали о том, что они неплохо разбираются в ситуации. И хотя имелись отдельные случаи недопонимания необходимости продолжения ведения боевых действий на территории Польши, высказывания типа: ’’Наша Красная Армия вышла на границу Польши, и если своя родина полякам дорога, пусть они и воюют”11 — были единичными. В целом же агитационно-пропагандистская работа, проведенная в войсках, обеспечила правильное понимание задач и норм поведения в Польше. Опрос, проведенный в 5-й гвардейской и других армиях, подтвердил это12.
В войсках 1-го Украинского фронта, благодаря своевременной подготовке и доставке на места специальной литературы, материалов и документов, политработники организовали с личным составом беседы, лекции, доклады. Так, в 4-й танковой армии генерала Д.Д.Ле-люшенко организовывались занятия на темы: ’’Великая освободительная миссия Красной Армии”, ’’Трудящиеся Польши — наши друзья и братья”, ’’История Польского государства, его экономика и культура”13. Армейская и корпусные газеты, боевые листки в частях также освещали эти вопросы.
При вступлении на территорию Польши во всех соединениях были проведены собрания партийных активов с повесткой дня: ’’Вступление Красной Армии на территорию Польши и задачи коммунистов”. В своих выступлениях коммунисты отмечали большую воспитательную работу, проведенную партийными организациями среди личного состава.
Докладчиками на собраниях выступали наиболее подготовленные коммунисты и политработники. При проведении собраний партийных активов, например, в 38-й армии докладчиками выступили: в 70-й стрелковой дивизии — командующий армией генерал-полковник К.3.Москаленко, в 121-й стрелковой дивизии — член Военного совета генерал-лейтенант А.В.Олейник, в 304-й стрелковой дивизии — начальник политотдела генерал-майор Д.И.Ортенберг, в 183-й стрелковой дивизии — начальник штаба генерал-майор И.А.Воробьев14.
После партийных активов во всех частях и подразделениях были проведены собрания во всех первичных партийных организациях. Об их направленности можно судить, например, ознакомившись с решением собрания 8-й батареи 3-го артдивизиона 857-го артполка, где записано:
обязать каждого коммуниста повседневно разъяснять политику нашей партии и правительства по вопросу освобождения Польши от немецко-фашистских захватчиков, чтобы весь личный состав знал, что полная победа лежит на путях через Польшу. Паша задача состоит в том, чтобы добить фашистского зверя в его собственной берлоге;
65
обязать всех коммунистов изучать документы о Польше, разъяснять всем бойцам, сержантам и офицерам, что войну на польской территории мы ведем с целью полною разгрома гитлеровской Германии и освобождения народа Польши;
вести беспощадную борьбу с мародерством, своевременно пресекать плохое поведение бойцов по отношению к населению;
в течение двух дней проверить, как личный состав знает приказ Верховного Главнокомандующего № 70. 22 августа провести инструктивное совещание агитаторов”15.
В работе военных советов и политорганов по интернациональному воспитанию воинов много внимания уделялось пропаганде требований Военной присяги, уставов Красной Армии. Так, в 1107-м стрелковом полку 328-й стрелковой дивизии 47-й армии 1-го Белорусского фронта перед переходом советско-польской границы личным составом была принята ’’Клятва Родине”. Под звуки Государственного гимна был открыт митинг личного состава. Командир полка под развернутым боевым знаменем зачитал текст клятвы, а солдаты и офицеры повторили его. ’’Выполняя Военную присягу, — говорилось в клятве воинов, — клянемся перед нашей любимой Родиной, нашим народом, Советским правительством героически и самоотверженно, презирая страх и смерть, всей силой духа и оружия громить фашистских захватчиков. Под боевым знаменем мы клянемся умножить славные боевые традиции своего полка, с честью и славой выполнять долг воина Красной Армии — освободительницы”16.
Политорганы особое внимание обращали на то, чтобы научить командиров вести политико-воспитательную работу в новых условиях. Такая необходимость вызывалась и военно-политическими задачами Красной Армии, и тем, что в войсках было много и офицеров, выросших из среды красноармейцев и младших командиров. К концу Великой Отечественной войны, полками, например, командовали 126 офицеров, начавших войну красноармейцами и сержантами17. У таких командиров был большой боевой опыт, но недостаточная общекультурная и идейно-политическая подготовка. Им не хватало знания форм и методов ведения политической работы, воспитания людей.
В работе с офицерами политорганы особое внимание уделяли командирам подразделений — самому многочисленному отряду офицерских кадров. С ними проводили специальные занятия — инструктажи, семинары. Такая учеба помогала командному составу лучше ориентироваться в военно-политической обстановке в мире, понять задачи, решаемые Советской Армией, обогатиться опытом политического воспитания воинов.
В целях политического и культурного воспитания командиров при политорганах создавались специальные бригады лекторов, агитаторов, инструкторов. Члены бригад читали командирам лекции о моральном облике советского офицера, разъясняли цели и задачи 66
Красной Армии за рубежом, делали обзоры политико-экономического положения в государствах, территории которых предстояло освобождать от врага, С командирами и политработниками проводились совещания, на которых обсуждались вопросы взаимоотношений с местным населением.
Огромную роль в интернациональном воспитании советских войск сыграли центральная и военная печать, Газета ’’Правда”, например, поместила ряд передовых и редакционных статей, в которых излагались указания ЦК ВКП(б) по вопросам идеологической работы в Красной Армии на завершающем этапе войны18, В этих статьях особо подчеркивалось значение воспитания советских воинов в духе дружбы народов и пролетарского интернационализма.
Когда советские войска вступили в Польшу и начали очищать ее территорию от немецко-фашистских войск, первоочередной задачей стало укрепление дружбы советского и польского народов. Военная печать, воспитывая советских воинов в духе общности интересов СССР и Польши, публиковала материалы о бесчинствах фашистских захватчиков на польской земле19 , Вот о чем рассказывалось, например, в корреспонденции из Полыни от 10 декабря 1944 г. в газету’’Правда”: "Во второй половине ноября немецкие оккупанты сожгли селения Бокув, Брнзгув, Носдобне и Новинки, расстреляв при этом 55 мужчин. Мужская молодежь этих селений отправлена в Германию с целью насильственного включения ее в немецкую армию. На оккупированной немцами территории Польши происходят массовые облавы”20. Статью пронизывала мысль о том, что у советского и польского народов один общий враг, что только совместными усилиями можно до конца искоренить фашизм, обеспечить прочный мир и безопасность народов.
В середине августа 1944 г. в большой статье, помещенной в газете 1-го Белорусского фронта ’’Красная Армия”, внимание политработников обращалось на необходимость в беседах, лекциях, докладах рассказывать воинам о горе и страданиях польского народа. В заключение говорилось: ”И здесь гитлеровцы творили свое черное дело так же, как и под Москвой, под Сталинградом и в Белоруссии. Зверь везде одинаков. Товарищи! Поможем польскому народу освободиться из-под немецкого ига”21.
Большой отзвук в сердцах советских воинов находили статьи и корреспонденции о варварских разрушениях, произведенных фашистскими бандами в столице Польши22. В корреспонденции газеты "Красная Армия” от 18 января 1945 г. рассказывалось, какими гнусными преступлениями запятнали себя гитлеровцы, хозяйничая в Польском государстве. Отступая под ударами советских и польских войск, они уничтожали в Варшаве памятники старины, жгли и взрывали прекрасные создания архитектуры, обращали в пепел целые кварталы. Гитлеровцы уничтожили или угнали в неволю большинство жителей 67
польской столицы. Рассказывая о злодеяниях фашистских грабителей, авторы корреспонденции выражали уверенность, что ’’вместе с вооруженным польским народом мы отомстим за развалины русских и польских городов и сел”23.
Тема боевого содружества советского и польского народов в борьбе с фашистскими захватчиками не сходила со страниц центральных и фронтовых красноармейских газет в продолжении всего периода военных действий на территории Польши. Газеты знакомили своих читателей с боевым путем 1-й Польской армии, созданной еще во время боев с гитлеровскими полчищами на советской земле, с героическим подвигом польских солдат и офицеров, которые плечом к плечу с воинами Красной Армии доблестно сражались против общего врага. Советские воины убеждались в том, что советско-польская дружба скреплена кровью, пролитой доблестными воинами Советского Союза и Польши. Большое место в прессе отводилось популяризации той огромной помощи, которую оказывало польское население наступающей Красной Армии.
В дни празднования 27-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции политорганы Красной Армии еще шире развернули политико-воспитательную работу среди советских воинов. Во всех соединениях и частях прошли семинары, митинги, собрания, посвященные этой знаменательной дате. Политработники выступали перед бойцами с лекциями на темы: ’’Источники силы и могущества Красной Армии”, ’’Польские политические партии”, ”0 международном положении”, ”0 морально-политическом поражении гитлеровской Германии в ходе войны”, ’’Коммунистическая партия — вдохновитель и организатор всех побед в тылу и на фронте”.
С обобщающими докладами в 1050-м стрелковом полку 301-й дивизии выступил член военного совета 5-й ударной армии генерал-лейтенант Ф.Е.Боков, в 988-м полку 243-й дивизии выступил командир корпуса генерал И.П.Рослый, в 990-м полку 230-й дивизии — начальник политотдела дивизии полковник И.Ф.Веремеев. В резолюции, принятой на собрании в 902-м полку 248-й дивизии говорилось: ”Мы перед знаменем полка клянемся не жалеть наших сил, крови, а если нужно, наших жизней для того, чтобы стремительным натиском в кратчайшие сроки добить фашистского зверя, столько лет мучившего народы Европы”24.
В день 27-й годовщины Октября советские воины были ознакомлены с приказом Верховного Главнокомандующего от 7 ноября 1944 г. С большим воодушевлением восприняли они этот документ, где говорилось, что празднование проходит в обстановке, когда над врагом одержаны крупные победы и наша советская земля полностью очищена от немецко-фашистских захватчиков. На Красную Армию возлагалась благородная миссия: завершить разгром врага, добить фашистского зверя в его логове, водрузить Знамя Победы над Берлином 68
и выполнить свой интернациональный долг — помочь народам Европы освободиться от фашизма.
На протяжении всего периода боевых действий Красной Армии в Польше советские политорганы не забывали о таком важном факторе интернационального воспитания, как разъяснение исторических корней дружбы и братства советского и польского народов. Много внимания уделялось в связи с этим отображению жизни и деятельности В.ИЛе-нина во время его пребывания в Польше. Так, готовясь к штурму Кракова, каждый воин 59-й армии знал, что в этом городе пребывал в эмиграции вождь пролетарской революции25. Политработники рассказывали о том, что еще в 1912 г. для более успешного руководства партийной работой в России, изданием газеты ’’Правда”, Владимир Ильич из Парижа переехал в Краков, где прожил болей двух лет. Скромная краковская квартира Ленина стала подлинным штабом революционного движения. Находясь в Польше, Владимир Ильич принимал активное участие в польском революционном движении, бывал на рабочих собраниях, выступал с докладами. Город, связанный с именем великого вождя, стал как бы ближе и роднее воинам армии.
Огромная партийно-политическая и воспитательная работа советских политорганов среди воинов Красной Армии сыграла свою положительную роль. Советские воины с достоинством и честью выполнили великую миссию армии-освободительницы, А эти качества могли проявиться в полном объеме и дать ощутимые результаты только при условии глубокого понимания всеми красноармейцами идей пролетарского интернационализма.
5.	РАЗЪЯСНИТЕЛЬНАЯ РАБОТА ПОЛИТОРГАНОВ КРАСНОЙ АРМИИ
СРЕДИ ПОЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ
По мере изгнания Красной Армией немецко-фашистских захватчиков с территории Польши все большее значение приобретала агитационно-просветительная работа среди польского населения. Необходимость ее определялась целым рядом обстоятельств, не последним из которых стала потребность в заполнении временно возникшего на освобожденных территориях своеобразного пропагандистского вакуума. С одной стороны, перестала действовать немецкая пропагандистская машина, с другой — еще недостаточно активной была идейно-политическая и воспитательная работа, осуществляемая ПКНО, а впоследствии Временным правительством. Этой ситуацией стремились воспользоваться пропагандистские организации реакционного вооруженного подполья, распространяя заведомо лживую или искаженную, тенденциозную информацию. Они обвиняли СССР в захватнических намерениях в отно-69
шении Польши, представляли ППР как агентурную организацию, чуждую польскому народу, призывали к выполнению установок эмигрантского правительства и саботажу распоряжений органов народной власти1.
Нетрудно было предвидеть, что лондонский лагерь будет стремиться использовать вступление в Польшу Красной Армии для разжигания антисоветских и антидемократических настроений, изображая временное, необходимое с военной точки зрения присутствие советской военной администрации на освобожденных территориях как нарушение независимости и суверенитета страны, СССР обвинялся в навязывании Польше общественно-политических преобразований по ’’советским рецептам”. При этом деятельность проловдонских организаций не встречала со стороны ПКНО эффективного отпора, так как последний не располагал еще необходимыми материальными и организационными средствами для контрпропаганды2,
В этих условиях разъяснительная работа политорганов Красной Армии среди польского населения приобретала особое значение. Руководили этой работой военные советы и политорганы Советских Вооруженных Сил, непосредственно соприкасавшиеся в ходе боевых действий с польским населением. Политаппарат Красной Армии действовал совместно с центральными органами Польской рабочей партии, представителями демократических сил.
Партийные органы руководствовались ленинским указанием о необходимости повседневно вести активную идеологическую борьбу. ’’Наша задача, — говорил В.И.Ленин, — побороть сопротивление капиталистов не только военное и политическое, но и идейное, самое глубокое и самое мощное”3.
Сформулированные ВИЛениным принципы, его выступления, адресованные трудящимся, солдатам, офицерам армий капиталистических стран, явились огромной теоретической ценностью и в годы Великой Отечественной войны широко использовались Центральным Комитетом партии, политорганами Красной Армии в политической пропаганде.
Еще в марте 1944 г. ГлавПУ РККА развернуло глубокую предметную 'подготовку к проведению политической работы среди населения стран Центральной и Юго-Восточной Европы, освобождаемых Красной Армией от немецко-фашистского ига. Большое внимание уделялось разъяснению политики СССР польскому населению на освобожденной от гитлеровцев территории. Доклады, с которыми выступали лекторы и ответственные работники ЦК ВКП (б) во втором полугодии 1944 г., включали и проблему советско-польских отношений4 и вызывали неизменный интерес у населения5,
Большое значение для уяснения целей и задач, стоявших перед Красной Армией в этот период, имело совещание в Политбюро ЦК ВКП (б) членов военных советов фронтов в мае 1944 г. Многие участ-70
пики совещания в ЦК стали частыми ’’гостями” ГлавПУ РККА, в частности, возглавляемого МДББурцевым 7-го отдела, непосредственно занимавшегося работой по разложению войск противника и работой среди населения стран, оккупированных немецко-фашистскими захватчиками6. В беседах с участниками совещания сотрудники отдела шакомили их с опытом, приобретенным в ходе освобождения Румынии и обобщенным к тому времени в ’’Информационном бюллетене”7, ”По всему чувствовалось, — вспоминает М.И.Бурцев, — что внешняя политработа требует ... не меньшего внимания, чем работа в войсках”8.
В июле 1944 г. члены военных советов вновь собрались в Москве, ГКО заслушал доклады об опыте партийно-политической работы в новых условиях. На совещании большое внимание было уделено вопросу агитационно-пропагандистской и просветительной работы среди населения освобождаемых стран.
Уже через несколько дней после окончания совещания начальник Главного политического управления Красной Армии А.С.Щербаков позвонил по телефону члену Военного совета 1-го Украинского фронта и потребовал доложить, каковы взаимоотношения советских войск и населения освобожденных районов братской Польши. ’’Нельзя забывать, — сказал он, — что сейчас каждый воин за рубежом становится советским агитатором. Польские трудящиеся должны на деле почувствовать, что мы их друзья, братья”9,
Военные советы фронтов, ведущих действия на территории Польши, подготовили обращения к польскому народу. В обращении военного совета 1-го Украинского фронта, в частности, говорилось: ’’Красная Армия не ставит себе задачи присоединить к Советскому' Союзу какую-либо часть польской земли или вводить в Польше свои порядки. Наступил исторический час, когда польский народ сам берет в свои руки решение своей судьбы. Создан Польский Комитет Национального Освобождения — единственная правомочная власть на территории Польши, выражающая интересы польского народа. В этот час вы должны оказать всемерное содействие Красной Армии и тем самым ускорить разгром немецко-фашистских армий и установление нормальной жизни на свободной, независимой польской земле”10. Этот важный документ, изданный на польском языке, был размножен огромным тиражом в виде листовок, которые расклеивались на видных местах во всех городах и населенных пунктах, разбрасывались в полосе действий войск фронта с агитмашин, а также зачитывались населению через громкоговорящие установки и передавались по радио. Листовки сбрасывались с самолетов и в еще не освобожденные районы Польши11.
Перестройка работы в связи с выходом Советских Вооруженных Сил на государственную границу коснулась всех звеньев политических органов Красной Армии, На этом этапе боевых действий задачи их заметно возросли и усложнились. Совет военно-политической пропа-71
ганцы в августе 1944 г. признал необходимым создать в ГлавПУ РККА управление спецпропагавды, состоящее из трех отделов и групп инспекторов, Управление создавалось на базе 7*го отдела. Оно было доукомплектовано энергичными политработниками, пропагандистами, имевшими фронтовой опыт12.
Управлению спецпропаганды вскоре удалось решить многие вопросы, связанные с работой среди населения освобожденных стран, в частности Польши. Были открыты курсы спецпропагандистов. На этих курсах главное внимание обращалось на изучение обстановки в сопредельных странах и соответствующих языков. Для подготовки на этих курсах отбирались и проходили стажировку журналисты, которым предстояло работать в газетах, издаваемых для местного населения (прежде всего, имелось в виду, конечно, польское, ведь уже к концу августа 1944 г. четвертая часть Польши с 5-миллионным населением была очищена от фашистских захватчиков).
Однако обстановка в Польше оставалась сложной. В этих условиях работники 7-го управления ГлавПУ РККА оказывали помощь польским патриотам в разоблачении происков реакционных элементов, в пропаганде Манифеста к польскому народу13, с которым выступило первое рабоче-крестьянское правительство Польши — Польский Комитет Национального Освобождения. В Манифесте выражалась твердая решимость польского народа бороться за полное освобождение своей родины от фашистской оккупации, провозглашалась программа демократических преобразований, пропагандировались союз и дружба с СССР как основа внешней политики новой Польши. Манифест был издан массовым тиражом в виде листовок, брошюр, плакатов. Летчики и наземные войска распространяли эти издания по всей территории страны.
По просьбе ПКНО были изданы массовым тиражом плакаты ’’Смерть фашизму!”, ’’Красная Армия несет освобождение!”, ”3а единство польского и советского народов!” и др. Были напечатаны также портреты выдающихся сынов Польши; АА1ицкевича, Я.Домб-ровского, ФДзержинского, Л.Ожешко, Т.Костюшко, а также портреты членов ПКНО с их краткими биографиями. Работники 7-го управления отобрали и снабдили субтитрами на польском языке только за июль-август 1944 г. 91 кинофильм.14 К этому добавились и тысячи пластинок, на которых были записаны ’’Польский национальный гимн”, ’’Ротоприсяга”, ’’Марш 1-й Польской армии”, ’’Варшавянка”, ’’Полонез” ФШопена, около 500 народных и солдатских польских песен15.
Большую помощь политотделам Красной Армии, проводившим разъяснительную работу среди населения Польши, оказывал видный деятель международного рабочего и коммунистического движения Д.ЗМануильский. Он не раз бывал в ГлавПУ РККА, беседовал с работниками 7-го управления, делал интересные замечания, давал полезные советы16. За работой среди польского населения внимательно следил 72
и ачальник Главного политического управления Красной Армии А.С.Щербаков. Он подчеркивал, что командиры и политработники своей правдивой пропагандой должны преодолеть существовавшее в определенных слоях польского народа недоверие к русским. Дружественная политика Советского Союза и самоотверженная борьба Красной Армии за освобождение Польши должны были кардинально изменить отношение и этих поляков к русским, ко всем советским людям. ”От нас с вами, — как-то заметил А.С.Щербаков М.И.Бурцеву,— от нашей с вами работы прежде всего зависит, как быстро пойдет процесс, как скоро все поляки до единого поймут, что польский и советский народы — это народы-братья”17.
Коммунистическая партия, советское командование учитывали также, что гитлеровцы за время оккупации Польши всеми средствами и способами отравляли сознание народных масс ядом национализма и расизма, воспитывали население в духе ненависти к Советскому Союзу. Правда, человеконенавистническая идеология и политика немецкого фашизма вызывали решительный отпор со стороны всех патриотических сил порабощенной страны. Однако фашистская пропаганда оказала все же известное влияние на формирование антисоветских взглядов у менее сознательной и менее устойчивой в политическом отношении части населения. ”Во многих вопросах польское население плохо ориентируется, — писал в политдонесении начальнику Политуправления 1-го Белорусского фронта начальник политотдела 47-й армии М.Х.Калашник. — Все это требует большой политической и разъяснительной работы среди населения со стороны политорганов, политработников Красной Армии”18.
В связи с этим из ЦК партии в ГлавПУ РККА поступило указание усилить разъяснение тех документов Советского правительства, где говорится о цели вступления наших войск на территорию Европы, не только среди советских войск, но и среди местного населения. ’’Основным содержанием пропаганды этого периода (т.е, со второй половины 1944 г. и до конца войны, - О.Б.) стала великая освободительная миссия Советских Вооруженных Сил”, — писал в своих мемуарах Маршал Советского Союза А.А.Гречко19.
Задачи же политической работы на освобожденной территории Польши сводились к следующему:
1)	широко разъяснять внешнеполитические документы Советского правительства, касающиеся отношений между СССР и Польшей;
2)	доводить до сознания населения, что Красная Армия не преследует захватнических целей и не мстит мирным гражданам за действия их буржуазного правительства;
3)	привлекать население освобожденных районов к активной борьбе против фашистской Германии, к вступлению в ряды Войска Польского, народной милиции, к участию в работе местных органов власти;
73
4)	вести разъяснительную работу среди населения с тем, чтобы оно оказывало всяческое содействие наступающим советским частям, устанавливало с ними дружественные отношения20.
Наконец, цель политической работы состояла в том, чтобы на освобожденной' территории создать благоприятную обстановку для развертывания наступательных операций Советских Вооруженных Сил, обеспечить политически надежный тыл.
Основными формами работы среди польского населения были.
митинги, собрания и сходки жителей городов, поселков и деревень;
групповые и индивидуальные беседы;
издание и распространение на польском языке газет, брошюр, листовок, лозунгов, плакатов;
оформление наглядной агитации;
трансляция агитационных материалов через радио и громкоговорящие установки;
демонстрация советских кинофильмов, материалов кинохроники; содействие в создании обществ советско-польской дружбы;
организация выступлений агитационных бригад, коллективов советских театров, художественной самодеятельности, фронтовых, армейских и дивизионных коллективов и др.
В период летнего наступления Красной Армии большое воздействие на трудящихся Польши производили совместные митинги личного состава частей и населения освобожденных городов и сел. Митинги были широко распространенной формой политической работы. Достаточно сказать, что лишь в течение месяца в районе Люблина оперативная группа 5-й ударной армии при участии местных общественных организаций провела 27 митингов и собраний, 17 совещаний интеллигенции, сотни групповых и индивидуальных бесед21.
Часто такие митинги возникали стихийно, по инициативе самих жителей, как было, например, в деревне Путьковцы, где проходил багальон капитана И.Немченко. Заместитель комбата Ковтун рассказал крестьянам о целях встушгения Красной Армии в Польщу. ’’Кто-то негромко, как-бы пробуя, затянул польский гимн. Советские бойцы, подхватив мотив, присоединились. По щекам мужчин и женщин текли слезы. Когда их спросили, отчего они плачут, они ответили: ”Мы снова слышим голос Польши”22.
Причем эффективность митингов, как и других форм политической работы, была тем выше, чем тщательнее они подготавливались. Нередко население оповещалось о предстоящем митинге через армейские громкоговорящие установки. Машины с громкоговорящими установками объезжали весь город и на важнейших площадях и улицах передавали советские и польские гимны и текст оповещения. Во время этих коротких передач вокруг машин собирались толпы народа. При исполнении гимнов все снимали головные уборы, у многих на 74
। лазах были слезы радости. Из толпы раздавались возгласы ”Да здравствует Красная Армия!”, ”Да здравствует свободная Польша!”.
Именно таким образом проходил организованный 22 января 1945 г. но инициативе 7-го отдела Политотдела 35-й армии многолюдный митинг в г.Томашув, посвященный советско-польской дружбе23. Митинг состоялся на главной площади города. Присутствовало на нем около 8 ткс, жителей. Открыл митинг бургомистр города Яясота — руководитель местной организации ППР. После краткой лступительной речи он предоставил слово представителю Красной Армии. Выступление начальника 7-го отдела ПО Арм 33 неоднократно прерывалось криками ”Нех жие!”. По предварительно сделанному переводу речь была повторена на польском языке. Затем был зачитан текст Заявления Наркоминдел об отношении СССР к Польше в связи с вступлением войск Красной Армии на польскую территорию. В заключение вновь выступил Лясота, который от имени жителей Томашу-ва поблагодарил Красную Армию за освобождение и призвал всех горожан к оказанию всемерной помощи Красной Армии и Войску Польскому, а также к активному участию в восстановительных работах.
Митинг произвел на жителей города огромное впечатление. Это была первая большая встреча населения с представителями Красной Армии и временной городской властью. После митинга многие жители заявляли, что им не верилось в реальность такого многолюдного собрания, ведь гитлеровцы запрещали полякам собираться на улицах и площадях даже небольшими группами24.
27 января подобный митинг состоялся и в гКалиш, Жители были оповещены о нем заранее с помощью громкоговорителей, установленных на площадях и центральных улицах города. Накануне митинга, вечером 26 января, совместно заместителем военного комендан-га города и работниками городского управления был разработан план проведения мероприятия, выделена группа в 20 человек из молодежи для оформления здания на площади св .Юзефа, с крыльца которого должны были выступать ораторы. Митинг прошел с подъемом и получил большой резонанс среди жителей25,
В освобожденных городах и районах Катовицкого воеводства в течение апреля 1945 г. про водились массовые митинги, посвященные освобождению Силезии от немецко-фашистских оккупантов. Представители общественности, а нередко и духовенство выступали со словами благодарности в адрес освободительницы польского народа от оккупантов В г .Жоры, например, на собрании присутствовало более. 600 человек. Бургомистр адвокат Синародский от имени населения произнес речь, в которой благодарю! Советское правительство за освобождение, а врач Корольчак сказал: ’’Впервые за 6 лет мы имеем возможность собраться и говорить на своем родном языке. За это мы должны благодарить русский народ и его могучую армию”26.
75
Такие же митинги были проведены в гминах Редул то во, Пшове. Рабочие многочисленных шахт, расположенных в округе, приходили на митинг организованно, с песнями, В Редултово на митинге при-5	27
тыс, человек .
Следует отметить, что повсеместное проведение митингов способствовало укреплению доверия населения к Красной Армии. Ведь во многих городах и населенных пунктах, особенно входивших в состав рейха, население в первые дни старалось не показываться на улицах. Запуганные фашистской пропагандой, изощрявшейся в сообщениях о ’’большевистских зверствах”, они нередко занимали выжидательную позицию. После митингов во всех населенных пунктах наблюдалось заметное оживление, жители охотнее вступали в беседы с советскими бойцами, посещали лекции и собрания, концерты, организованные для них силами Красной Армии,
Активную работу проводили коллективы агитмашин, направленные политуправлениями фронтов и политотделами армий для политической и культурно-просветительной деятельности среди населения. Так, выделенные Политуправлением 1-го Белорусского фронта агит-машины были укомплектованы киноустановками, комплектами грампластинок и специальными библиотечками28. Коллектив хорошо оборудованной агитмашины 47-й армии только за август 1944 г. прочитал польскому населению 30 лекций и докладов, провел 30 киносеансов и четыре концерта с общим охватом свыше 25 тыс. человек29. Кроме того, политотделом армии своими силами была вскоре оборудована и вторая машина.
Активно подключались к работе среди польского населения и клубы частей и соединений Красной Армии. Так, клуб 60-й стрелковой дивизии провел для населения 6 киносеансов и дал 7 концертов силами клуба и 4 концерта силами дивизионного оркестра, клуб 143-й стрелковой дивизии соответственно — 4 киносеанса и 4 концерта духового оркестра, клуб 234-й стрелковой дивизии — 5 киносеансов и 3 концерта дивизионного духового оркестра30.
Интересную программу специально для польской молодежи подготовил ансамбль красноармейской песни и пляски под руководством Добродеева. О его выступлениях на польской земле газета ’’Красная звезда” писала: ”На днях ансамбль выступал в клубе небольшого недавно освобожденного городка. Клуб был переполнен. Хор в сопровождении баянов и струнных инструментов исполнил польский национальный гимн, аудитория стоя выслушала его и бурно аплодировала исполнителям.
Тепло были встречены молодежью города русские народные песни, советские марши, массовая красноармейская пляска”31.
Важным средством культурно-просветительной работы среди населения являлось кино. Жители освобожденных сел и городов с интересом смотрели фильмы о героическом труде советских ли. гда 76
в тылу, патриотических подвигах воинов Красной Армии на фронтах Великой Отечественной войны. Правильно формируя кинопрограммы и умело организуя работу по их пропаганде, политорганы способствовали тому, что польское население глубоко осознавало ту роль, которую сыграл Советский Союз и его вооруженные силы в разгроме фашистской Германии, интернациональную миссию советских войск.
Одним из примеров, характеризующих работу политорганов в использовании кино как средства политического просвещения, служит неделя антифашистского фильма, организованная Домом Советской Армии 1-й гвардейской армии в марте 1945 г. для граждан г.Бельско. В течение семи дней в городских кинотеатрах демонстрировались фильмы: ’’Радуга”, ’’Два бойца”, ’’Битва за Советскую .Украину”, ’’Партизаны в степях Украины”, ’’Она защищает Родину”, ”К вопросу о перемирии с Финляндией”, киножурналы ’’Конвоирование немцев через Москву”, ’’Приезд Черчилля и Идег.а в Москву”, ’’Приезд де Голля в Москву”, ”На освобожденной польской земле”. С рекламой помогли городские власти. В городской типографии были напечатаны тысячным тиражом аннотации к каждой картине, расклеены 299 афиш на польском языке с указанием, когда, где и какой фильм будет демонстрироваться. Совместно с представителями отдела пропаганды Польской рабочей партии и воеводства был разработан план организации и просмотра кинофильмов рабочими и служащими города.
Открытие недели антифашистского фильма проходило в торжественной обстановке. С вступительной речью выступил член руководства Польской рабочей партии. В президиум были избраны предста вители ППР, командования Советской Армии, Войска Польского, городских властей и общественных организаций.
Зрительный зал не мог вместить всех желающих и поэтому пришлось организовывать ежедневно по три сеанса. Перед началом сеанса с краткой речью выступал лектор Дома Советской Армии или представитель Польской рабочей партии. Всего было дано 17 сеансов, которые просмотрели более 15 тыс. жителей32,
Неделя антифашистского фильма в гБельско всколыхнула общественную жизнь в городе, продемонстрировала огромные симпатии польского народа к Советскому Союзу, его Армии.
Конкретным выражением благодарности советским воинам, принесшим свободу и независимость польскому народу, стало повсеместное возникновение обществ польско-советской дружбы. Польские демократические деятели принимали активное участие в их создании, однако без организаторской помощи со стороны командования Красной Армии им было сложно проводить эту работу,
В декабре 1944 г. войска 1-го Украинского фронта получили директивное указание К .В.Крайнюкова помочь новой демократической общественности создать общества советско-польской дружбы.
77
Большую работу в этом направлении провел политотдел 13-й армии, в полосе действий которой было создано семь филиалов Общества польско-советской дружбы: в Сандомире, Тарнобжеге, Раз-вадуве, Копщевнице, Лонюве, Самбожеце и Юрковце33.
С большим подъемом прошли собрания демократической общественности в Сандомире и Тарнобжеге. Они показали заинтересованность польского населения в установлении более тесных политических и культурных связей между польским и советским народами. Собрание в Сандомире состоялось 13 декабря 1944 г. в помещении Земского управления Кел едкого воеводства. С сообщением о необходимости создания филиала ОПСД выступил начальник управления Поентовский, Он сказал: ’’Благодаря беспримерному в истории мужеству и храбрости воинов Красной Армии значительная часть Польши уже освобожден.i от немецко-фашистского ига и недалек тот день, когда вся Польша снова станет сильной демократической страной. Польские войска рука об руку с героическими воинами Красной Армии борются за освобождение нашей страны. Мы, польская интеллигенция, находимся в большом долгу перед польским народом. На нас лежит большая и ответственная работа по укреплению дружбы между нашими двумя народами. Мы сегодня собрались для того, чтобы создать в нашем городе Общество польско-советской дружбы, которое имеет своей целью путем культурной и просветительной работы довести до польского народа величие хозяйственных и культурных достижений нашего друга — Советского Союза, Я думаю, что вся интеллигенция города присоединится к нашим мыслям о необходимости создания этого общества, которое станет постоянным фактором в укреплении сотрудничества между польским и советским народом”34.
21 декабря состоялось заседание по вопросу утверждения плана работы общества. Ход воплощения его в жизнь освещался в газете Калецкого воеводства ’’Калецкая земля”35.
Собрание по созданию Общества польско-советской дружбы в г.Тарнобжеге состоялось 17 декабря 1944 г. в помещении уездного Национального-Совета. С сообщением о задачах создаваемого общества выступила секретарь уездного комитета ППР Мария Карчова. Активисты общества организовывали концерты для польского населения, киносеансы, подготовили доклад ”27 лет Советской власти”36,
В просветительской работе широко использовалась наглядная агитация. Изданные Главным политическим управлением РККА лозунги, плакаты, Обращения Советского правительства, военных советов и фронтов к населении» расклеивались на специальных витринах и щитах, устанавливаемых на площадях, около административных зданий. В сентябре 1944 г. в г Люблине были .установлены 171 лозунг и художественные панно, из них 84 па польском языке. На трассе от Буга до Вислы — 446 лозунгов на щитах и панно, в том числе на польском языке — 15537. 78
Политуправлениями фронтов и политотделами армий оборудовались стационарные и передвижные фотовыставки, отражавшие отношения между СССР и другими европейскими странами, достижения советского народа, победы Красной Армии на фронтах, дружбу между советскими воинами и воинами Войска Польского. Так, в декабре 1944 г. Политуправлением 1-го Белорусского фронта была оборудована передвижная фотовыставка на тему: ’’Советско-польская дружба”. На щитах больших размеров были смонтированы серии фотоснимков, к которым давались краткие комментарии на польском языке. Па одном из щитов были помещены фотографии о боевом содружестве соединений Красной Армии и Войска Польского, о раздаче продуктов польскому населению в Праге — предместье Варшавы, о том, как польские граждане встречают части Красной Армии.38 :
Весьма важным мероприятием было создание агитпунктов для работы среди населения. Нередко они становились центрами, где жители могли ознакомиться с положением на фронте, обсудить те или иные проблемы, получить ответ на многие актуальные вопросы. В г.Вышнице, например, перед агитпунктом был сооружен специальный стенд, на котором вывешивались сводки Совинформбюро. Здесь же была помещена карта продвижения советских войск, установлен репродуктор. Рядом со стендом находился столик с шашками и шах-матами .
У агитпунктов, на сходках, перед киносеансами и беседами раздавались агитматериалы. Потребность в них была настолько велика, что распространенные 7-м отделом 47-й армии только в августе 1944 г. 60 тыс. различных агитматериалов считались начальником политотдела армии М.Х4<алашником ’’каплей в море”40. По свидетельству политработников Советской Армии, после ознакомления с агитационными материалами во многих населенных пунктах стихийно возникали митинги с участием большого количества жителей.
Прекрасным способом пропаганды польско-советской дружбы среди жителей городов и деревень явилось непосредственное общение командиров, политработников и солдат с различными слоями польского населения. Поляки все больше интересовались Советским Союзом, его героической Красной Армией, важнейшими международными событиями.’’Чуть разговоришься с рабочими или крестьянами, — вспоминает начальник политотдела 47-й армии М.Х.Калашник, — как сыплются вопросы;
— Много ли немецких солдат и офицеров взято Красной Армией в плен?
— Придут ли на территорию Польши вместе с Красной Армией английские и американские войска?
Не обходилось и без явно провокационных вопросов:
— Будет ли Польша присоединена к Советскому Союзу?
— Кто будет возглавлять Польское правительство— i > тяк или русский?
79
Приходилось терпеливо объяснять, что к чему”41.
Задушевные беседы нередко велись на улицах, в магазинах, в домах польских граждан, где размещались советские офицеры. К хозяину дома, где остановился политработник госпиталя легкораненых № 2641 А.С Луговой, вечерами ”на посиделки” часто заходили соседи и почти всегда между ними завязывались оживленные разговоры о нашей стране, о Красной Армии, о положении на фронте. Осмысливая увиденное и услышанное, поляки начинали понимать, что измышления фашистской пропаганды о Красной Армии, о советских людях носили клеветнический характер. В беседе с Луговым крестьянин из с.Концы рассказал, как фашисты уверяли селян, что советские танки сделаны из фанеры и горят, как спички. И вот, когда в селе остановился советский танк, он незаметно подошел к нему, потрогал руками и сразу понял, что ему лгали42. Конечно, такое признание содержит в себе много наивности и простодушия, но тем более сильным оказалось, в таком случае, открытие правды.
Пожалуй, более всего поляков интересовало, какая власть будет в Польше. Советские офицеры отвечали им, что выбор власти — дело народа, рассказывали об образовании Польского Комитета Национального Освобождения, о его Манифесте, о первых революционных преобразованиях, проводимых в стране. Сейчас трудно назвать цифру, сколько советских бойцов участвовало в индивидуальных и групповых беседах, однако положительное значение этой повседневной формы политработы несомненно.
В наиболее крупные города для работы среди населения военные советы направляли группы специально подготовленных политработников, ориентирующихся в обстановке, хорошо знающих польский язык. Эти люди легко входили в контакт с местными жителями, могли разъяснить им основные положения Заявления Советского правительства в отношении к Польше, Заявления НКПД, ответить на более частные, повседневные вопросы. Например, Военный совет 60-й армии с этой целью направил в Краков 18 человек, в Тарнув — 4 человека43, Нередко военные советы практиковали встречи командования Красной Армии с представителями местных властей, рабочими и интеллигенцией. Так, командующий 8-й гвардейской армией генерал-полковник В11.Чуйков и член Военного совета генерал-лейтенант А.М.Пронин встретились с представителями Любарт) вского и Гарвалинского уездов, а командующий 69-й армией генерал-лейтенант В.Я.Колпак-чи и член Военного совета генерал-лейтенант А.В.Щелаковский — с представителями Люблинского и Пуловского уездов44.
В целях более широкого и глубокого разъяснения польскому населению отношения Советского Союза к Польше как суверенному дружественному государству, задач Красной Армии по разгрому врага и оказанию помощи Польскому государству в его скорейшем возрождении Главное политическое управление организовало издание 80
1азет специально для польского населения, В условиях, когда практически полностью была уничтожена радиосеть, именно газеты являлись ыавным источником информации и инструментом формирования общественного сознания. Это хорошо понимало советское политическое руководство, польские демократические силы и, что не менее важно, подполье, связанное с лондонским эмигрантским правительством. Силы, ориентирующиеся на Лондон, издавали много газет, воззваний и листовок. Так, в Люблине выходили ’’Wadonios’ci Lubelski” (’’Люблинские новости”), в Белостоке и окрестностях нелегально печатались и распространялись многие периодические издания, имевшие антидемократическую, антисоветскую направленность, в частности: ’’Glos Ziemli Biaiostockiej” (’’Голос земли Белостокской”), ’’Jednos’c”' (’’Единство”), ”О demohratycrna Polska” (”3а демократическую Польшу”), ’’Wshdd” (’’Восток”), ”Na wschodnim posterunku” (”На восточном посту”) 45.
В этих условиях советское- руководство выдвинуло концепцию создания совместных с демократическими силами газет, адресованных польской общественности. Однако ПКНО не поддерживал эту инициативу, считая, что сам сможет преодолеть трудности, возникающие с публикацией и распространением периодики. Помимо этого, польская сторона опасалась, что наличие совместных изданий может стать дополнительным аргументом для обоснования тезиса о зависимости 1IKHO от СССР и ограничении суверенности его действий. Поэтому газеты стали издаваться при политуправлениях. Так, с 22 августа 1944 г. при Политуправлении 1-го Белорусского фронта стала издаваться газета на польском языке ” Wolnos’с” ("Свобода”) , периодичность 26 раз в месяц, на четырех страницах, тиражом 30 тыс. экземпляров. При политуправлениях других фронтов выходили еще две газеты на польском языке ”Nowe Zycie” (’’Новая жизнь”) 1-го Украинского фронта, периодичностью 13 раз в месяц, тиражом 20 тыс. экземпляров и ’’Wolna Polska” (’’Свободная Польша”) 2-го Белорусского фронта, периодичностью 13 раз в месяц, тиражом 20 тыс. экземпляров46. Распространяемые в районах военньтх действий и в тылу, эти газеты в некоторых освобожденных районах были одним из главных источников информации. Из номера в номер эти газеты печатали материалы о развитии советско-польских отношений, о боевом содружестве Красной Армии и Войска Польского, о подвигах красноармейцев и польских патриотов. Большое внимание в них уделялось раскрытию антинародных акций эмигрантского правительства, анализировались процессы становления народной власти, разоблачались клеветнические измышления, которые фашистская пропаганда в течение долгих лет возводила на Красную Армию.
Политорганы Красной Армии вели большую разъясни тельную работу по вопросам международной жизни. Среди писем, которые получали редакции фронтовых изданий, было немало таких, авторы 81
которых просили раскрыть на страницах газет суть тех или иных современных проблем. Так, директор школы с.Рокшавы Косцельной просил редакцию газеты ’’Новая жизнь” рассказать о Тегеранской конферен ции глав правительств трех союзных держав, ибо, как писал автор, ”во время фашистской оккупации нас вообще не информировали о таких важных вещах”. Редакция, отвечая своим читателям, поместила большую статью про основные решения Тегеранской конференции, которые имели большое значение для будущего Польши47.
4—11 февраля 1945 г. в Крыму проходила конференция глав трех великих держав. Это событие нашло отражение и на страницах фронтовых изданий, которые информировали население об этом выдающемся событии, убедительно показывали, что советская делега ция и здесь выступала как последовательный защитник интересов возрождающегося польского государства.
Редакции газет ’’Вольность” и ’’Свободная Польша” много работали с письмами читателей, отвечали на многочисленные вопросы, подбирали интересные материалы по интересующим их проблемам.
Придавая большое значение печатному слову за рубежом, его влиянию на широкие трудящиеся массы, политуправления фронтов внимательно следили за тем, чтобы публикуемые материалы были правдивыми и убедительными. Заместитель начальника ГлавПУ РККА И.В.Щикин в выступлении на совещании начальников отделов агитации и пропаганды, лекторов и агитаторов армий и корпусов 1-го Белорусского фронта говорил, что ’’газета — один из основных источников политработы. Без газеты мы безоружны”48. Он требовал, чтобы материалы о внешней миролюбивой политике СССР на страницах совет ской прессы для поляков были, во-первых,, оперативными, во-вторых, четкими, в-третьих, чтобы в них строго соблюдался принцип невмешательства в дела суверенного государства.
Широко практиковались в этих целях тщательные разборы и рецензирование того или иного материала, печатного органа в целом. Так, доскональному изучению подверглась в сентябре. 1944 г, работа редакции газеты Политуправления 1-го Украинского фронта ’’Новая жизнь”. Была' проанализирована ее деятельность за период с 22 августа по 24 сентября 1944 г.
В рецензии на этот печатный орган отмечалось, что газета, в полном смысле этого слова, имеет свое лицо. В публикуемых материалах красной нитью проходит мысль о боевом братстве русского и польского народов. Просто, умело и убедительно показывает газета, что принесла Красная Армия польскому народу. Отмечалось, что газета мобилизует население на успешное выполнение задач, направленных на скорейший разгром врага. Из номера в номер печатались живые и интересные материалы под рубрикой: ’’Братский боевой союз”, ”На освобожденной земле”, ’’Крестьяне обсуждают декрет о земельной реформе” и др. Почти весь номер за 10 сентября 1944 г. газета посвятила весьма 82
актуальной для поляков теме: "Братство и дружба славянских пародов”. В этом номере читатели узнали о борьбе русского, польского, чехословацкого и югославского народов с немецкими захватчиками. Как отмечалось в рецензии, номер получился содержательным и интересным. Умело Оыла сделана подборка материалов ’’Памяти великого патриота польского народа” (о Тадеуше Костюшко). Газета в этом небольшом по размеру материале смогла убедительно показать, что Советская Россия свято чтит память Костюшко — борца за свободу польского народа. Оживляли газету также юмор и фельетоны, которые все чаще и чаще появлялись па ее страницах.
Отмечая достижения газеты, рецензент наряду с этим указал на ряд недостатков, свойственных и другим советским печатным органам на польском языке, прежде всего, на ограниченность информации о жизни в Советском Союзе, о советском образе жизни, культуре, науке. Отдавая предпочтение сводкам Совинформбюро и отдельным фронтовым эпизодам, газета тем самым снижала уровень агитационно-просветительной деятельности среди польского народа. Рецензент советовал газете особенно продуманно относиться к освещению внутриполитической жизни Польши. ’’Необходимо, — подчеркивалось в рецензии, — изыскивать такие формы изложения и подачи материалов, чтобы не дать повода реакционным польским элементам обвинить Советский Союз во вмешательстве во внутренние дела Польши”49.
Разбор работы редакции газеты ’’Новая жизнь”, замечания и пожелания рецензентов дали положительные результаты. Содержание газеты стало полнее отвечать требованиям, которые были определены в приказе № 0305 начальника ГлавПУ РККА от 14 августа 1944 г. в связи с созданием для населения Полыни газеты ’’Новая жизнь”.50
Важное значение имело освещение газетами боевых действий Красной Армии. В январе 1945 г. закончилось освобождение ею земель Польши (в границах 1939 г.) из-под фашистского ига. Все фронтовые газеты откликнулись на это событие. А передовая ’’Вольности” от 18 января 1945 г. начиналась словами: ’’Столица Польши -- Варшава — свободна. Варшава, которая первой приняла нашествие германских орд, Варшава, которая боролась на баррикадах, Варшава, которая шла с бутылкой бензина на немецкие танки, Варшава, политая кровью своих сынов, замученная, но не покоренная. Варшава свободна!”51.
Много места уделяла фронтовая пресса подписанию Договора о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве между Советским Союзом и Польской Республикой. Она печатала по этому поводу много писем от рабочих, крестьян, интеллигенции, где выражалось желание заключить договор между Польшей и СССР. Житель г.Жирардова, например, писал; "Милитаристская Германия должна быть разгромлена полностью, а ее военные преступники сурово наказаны. Советский Союз, героическая Красная Армия, нанесшая решающие удары фашизму, - могущественная гарантия безопасности славян
83
ства перед немецко-фашистской агрессией. Обращаемся к Крайовой Раде Иародовой и Временному правительству с требованием быстрей шего подписания договора с Советским Союзом”52.
Во фронтовых газетах был помещен полный текст Договора, отзывы на него польских трудящихся и прогрессивной общественности за рубежом, материалы о радушном приеме Б .Берута и Э Осуб-ки-Моравского в Кремле.
Между тем лондонская эмиграция продолжала распространять среди поляков слухи о ’’жестокости” наших солдат и командиров. Особенно муссировалась версия о том, что всех поляков, которые пребывают за границей и желают вернуться на родину, представители советских военных комендатур арестовывают и вывозят в Сибирь.
Чтобы показать несостоятельность этих измышлений, газеты публиковали рассказы тех поляков, которые возвратились на родину. Так, ’’Вольная Польша” поместила рассказ ротмистра Нормарка — участника сентябрьской кампании 1939 г. и вооруженного восстания 1944 г., который вместе с другими 530 офицерами и 300 солдатами был брошен в концентрационный лагерь Мурнау. 29 апреля 1945 г. американские войска освободили этот город. Всем было предоставлено право в течение 10 дней вернуться домой. Напуганные слухами об аресте поляков советскими властями, многие бывшие узники так и не решились вернуться на родину. Однако офицеры Нормарк, Новицкий и Германович все же обратились к представителям советской военной власти и были крайне удивлены, что никаких препятствий в их желании возвратиться в Польшу це было. Вскоре всех троих отправили в Дрезден, где они встретились с остальными поляками, уезжавшими на родину. ”Я составил списки отъезжающих, — вспоминал Нормарк, — получил от советского командования сухой паек на дорогу. Утром нас всех привели к поезду и отправили на родину”53,
Печатая выступление польского офицера, газета тем самым указала на необоснованность всяких домыслов относительно деятельности представителей советской военной администрации.
Стремясь быть как можно ближе к польскому населению, учитывая специфическую роль католической церкви в Польше как реальной общественной силы, игнорируя которую трудно будет построить сильную и демократическую Польшу, газеты нередко публиковали различную информацию на религиозные темы.
На страницах газет находила отражение кровавая борьба, которую развернуло подполье, направленное против народной власти и Советской Армии. С возмущением и осуждением писали они о тех,' кто осмеливался стрелять из-за угла в офицеров и солдат армии-освободительницы, об убийстве польских демократических деятелей и даже простых крестьян за их участие в аграрной реформе54.
Работа с газетой, конечно же, не заканчивалась ее выпуском. Она
84
включала следующие направления: доставка, распределение, оборудование витрин, групповые читки, подготовка корреспондентского состава из местных жителей и многое другое. Вот как, например, проходила работа с газетой ’’Вольность” в одном из уездов Польши. Газеты до уездных почтовых отделений отправлялись самолетами. После получения газет их распределяли по гминам (волостям) через специальных связных. Такими связными между гминами и уездной военной комендатурой являлись бойцы комендантского надзора — тминных военных комендатур. Военный комендант гмины в свою очередь распределял газеты по селам (громадам) .
Например, Луковицкая военная комендатура получила из Политуправления 1-го Белорусского фронта 1300 экземпляров газеты ’’Вольность”, уездная комендатура Бела-Подлиска — 1900 экземпляров55. При распределении газет учитывалось количество населенных пунктов и проживающего в них населения. Однако, как писали в политических донесениях военные коменданты, выделяемых газет не хватало. Так, в письме на имя начальника Политуправления 1-го Белорусского фронта отмечалось, что на Луковицкую уездную комендатуру для полного удовлетворения спроса на газеты требуется не 1300, а 2600 — 3000 эк-। мпляров56.
Для того чтобы в большей степени удовлетворить желание жителей как можно больше узнать о событиях внутренней и международной жизни, силами местных органов власти в населенных пунктах оборудовались газетные витрины. Как только на витрине появлялся номер газеты, около нее собирались толпы людей.
В воскресные дни, когда в городах и больших населенных пунктах проходили базары, газеты вывешивались в столовых, парикмахерских и других учреждениях, где бывало большое число жителей.
Политико-просветительная работа советских политорганов среди польского населения осуществлялась в тесной взаимосвязи с деятельностью Польского Комитета Национального Освобождения. Члены ПКНО выступали на митингах вместе с представителями советской военной администрации, помогали в организации различных встреч, бесед, вовлекали в массово-политическую деятельность местный актив: учителей, агрономов, врачей, юристов. Неоценим их вклад в дело создания обществ польско-советской дружбы57.
Совместная работа политорганов Красной Армии и Польского Комитета Национального Освобождения среди населения Польши давали положительные результаты. Трудящиеся все более убеждались в лживости фашистской пропаганды, проникались доверием к внешней политике Советского государства, к проводимым ПКНО. политическим и экономическим преобразованиям в стране.
85
6.	ХАРАКТЕР ДЕЙСТВИЙ СОВЕТСКИХ ВОЙСК НА ПОЛЬСКОЙ ТЕРРИТОРИИ
Важнейшими факторами, способствовавшими изменению отношения поляков к Советскому Союзу, к его Вооруженным Силам, были характер и принципы ведения боевых действий Красной Армией, поведение советских воинов и представителей военной администрации на польской территории.
Перед воинами Красной Армии, вступившими в июле 1944 г. на территорию Польши, предстала ужасающая картина. Пожалуй, ни в одной стране, за исключением временно захваченных территорий Советского Союза, немецкие оккупанты не сотворили столько кровавых злодеяний, как в Польше.
К моменту вступления Советских Вооруженных Сил на территорию Польши страна исстрадалась от гитлеровской оккупации. Поэтому воины Красной Армии, воспитанные в духе пролетарского интернационализма, стремились не только к тому, чтобы как можно скорее освободить польский народ от фашизма, но и помочь ему в ликвидации последствий войны. В ходе освобождения Польши советские войска старались применить такие методы ведения боевых действий, которые бы максимально способствовали сохранению промышленных объектов и культурных центров. Благодаря этому уцелели многие предприятия, ценное оборудование, машины и сырье десятков и сотен фабрик и заводов1, а также многочисленные памятники культуры польского народа.
Командование Красной Армии хорошо понимало, что для того, чтобы сохранить жизнь тысячам польских граждан, сберечь национальное достояние, необходимо стремительное наступление советских войск, быстрейшее овладение населенными пунктами и крупными индустриальными центрами. Одним из примеров такого принципа ведения боевых действий может служить освобождение нашими частями г.Сандомира.
Отражая непрерывные контрудары и контратаки противника, войска 1-го Украинского фронта в течение первой половины августа 1944 г. не только искусно оборонялись, но и продолжали расширять плацдарм южнее Сандомира. Гитлеровское командование, видя неизбежность своего отступления из города, планировало разрушить его до основания. Однако советское командование заранее разработало план окружения гитлеровской группировки. Форсировав в двух местах Вислу, советские войска совершили стремительный обход. Фашисты оказались в мешке.
Немецкий гарнизон продолжал ожесточенно сопротивляться, не щадя ни населения, ни памятников культуры. Так, на крыше костела Святого Якова, основанного еще в 1241 г., гитлеровцы устроили артиллерийский наблюдательный пункт и огневую точку. Отступая, 86
они подожгли костел. И только благодаря героизму и самопожертвованию советских воинов костел был спасен2. 18 августа Сандомир был освобожден, и только дым пожарищ свидетельствовал о той яростной борьбе, которая шла за город. Но, несмотря на то, что бои велись в Саццомире трое суток, он в основном уцелел. Умелая тактика советского командования при штурме Сандомира спасла город от разрушений. В те дни, посылая свою очередную корреспонденцию в газету ’’Правда”, Б Нолевой писал: ’’Сандомир освобожден. Он возвращен польскому народу. Люди, вышедшие из подвалов, из тайных укромных мест, приветствуют бойцов и командиров — освободителей Сандомира”3 .
Первыми вошли в Сандомир воины 1180-го стрелкового полка 350-й стрелковой дивизии, которым командовал отважный полковник В.Ф.Скопенко. Когда город был полностью освобожден, полк вместе с другими советскими частями ушел дальше на запад. Вскоре в одном из боев Скопенко был смертельно ранен. Умирая, он попросил однополчан похоронить его в г.Сандомире. Сессия Сандомирского народного Совета приняла постановление: в ознаменование заслуг в освобождении и сохранении Савдомира от разрушения похоронить полковника Красной Армии В.Ф.Скопенко перед городской ратушей и установить в его честь памятник4. А вот сейчас на площади перед ратушей пусто. Политические вихри снесли памятник Герою, освободившему и сохранившему Сандомир от разрушения.
Классическим примером бережного отношения к национальному достоянию польского народа является сохранение Силезского промышленного района, который был столь необходим для возрождеюш экономики Польши. Борьба за Домбровско-Силезский промышленный район была частью Висло-Одерской наступательной операции, политической целью которой являлось полное освобождение польского народа от гитлеровской тирании. Замысел этой одной из крупнейших операций Великой Отечественной войны, проведенной 1-м У краинским и 1-м Белорусским фронтами, возник в Ставке Верховного Главнокомандования (ВГК) еще в 1944 г.
Маршал И.С.Конев, командующий 1-м Украинским фронтом, в своих мемуарах отмечал, что в конце ноября 1944 г. в ВГК, куда он был вызван с планом предстоящей операции, его внимание обратили на необходимость сохранения богатейшего Домбровско-Силезского района, потому что после его освобождения эти исконно польские земли должны отойти к Польше5,
В январе 1945 г. войска 1-го Украинского фронта развернули бои за выход к р.Одер и за Верхне-Силезский промышленный район. Ключом к этому важному району был крупный город, древняя столица Польши — Краков. За Краков шли чрезвычайно тяжелые бои. Район был заранее укреплен и подготовлен противником.к длительной обороне, являя собой своеобразную крепость, закрывавшую подступы
87
к Силезскому промышленному району. Чтобы не дать фашистам разрушить город, совершить поджоги и взрывы, советским войскам был отдан приказ ускорить темпы наступления, ’’Для меня было очень важным, — рассказывал впоследствии И.С .Конев, — добиться стремительности действий всех родов войск. Только наша стремительность могла спасти Краков от разрушений. А мы хотели взять его неразрушенным”6. Поэтому командование фронтом предложило командующим армиями, ведущим непосредственные бои за город, отказаться от ударов артиллерии и авиации, но зато укрепленные подступы к городу, на которые опиралась вражеская оборона, подвергнуть сильнейшему артиллерийскому огню7. К вечеру 19 января 1945 г. войска генерала И.Т.Коровникова, громя арьергарды противника, прошли через весь город, а части 4-го гвардейского танкового корпуса с северо-запада и части 60-й армии с востока и юго-востока нанесли противнику ощутимые удары на выходе из Кракова. Благодаря умелым действиям войск И.Т.Коровникова, П.А.Курочкина и П.ПЛолубоя-рова древнейший и красивейший город Польши был взят целым и невредимым. Генерал И.Т.Коровников впоследствии писал. ”Во время штурма наш артиллерийский огонь мог бы причинить тяжелые разрушения городу, если бы не одно обстоятельство, с радостью нами использованное. Дело в том, что с запада над Краковом господствует исторический холм Костюшко с отметкой ”330,0”, который находится примерно в километре от западного предместья города, 18 января, поднявшись на этот холм, мы убедились, насколько хорошо наблюдается с него город. Сюда немедленно было перенесено управление огнем артиллерии. С НП на холме Костюшко артиллерийские наблюдатели направляли сосредоточенный, но тщательно выверенный огонь по строго ограниченным наблюдателями целям — по выявленным очагам неприятельского сопротивления, по переправам, по скоплениям войск и отходящим колоннам. Благодаря этому были спасены замечательные архитектурные памятники Кракова. Нс пострадали имеющие мировую известность замок Вавель, единственное в своем роде здание цеха суконщиков (Сукеннице), постройки XIV века, Мариацкий костел с его скульптурными работами, Ствоша и Краковский университет, основанный в 1364 году”8.
Принято считать, будто солдатское сердце привыкает за долгую войну к виду разрушений. Но как бы оно ни привыкало, а смириться с руинами не может, И то, что такой город, как Краков, удалось спасти от разрушений, было для советских воинов огромной радостью.
Надо сказать, что мин в городе фашисты заложили более чем достаточно — под всеми основными сооружениями, под многими историческими зданиями. Но взорвать их уже не смогли. Не успели сработать и самовзрывающиеся мины замедленного действия, поскольку советские саперы, трудившиеся в первые сутки не покладая рук, сумели обезвредить их, В день освобождения Кракова командующий 88
фронтом осматривал окраины города, а на следующий день он уже ’’видел расчищенные маршруты с визитными карточками саперов: ’’Очищено от мин”, ”Мин нет”, ’’Разминировано”9.
29 января 1945 г. в Краков прибыли президент Крайовой Рады Народовой Б.Берут и премьер-министр Э.Осубка-Моравский в сопровождении членов правительства. После осмотра города, в частности дворца Вавель и других достопримечательностей, которые благодаря стремительному наступлению Красной Армии фашистские оккупанты не успели уничтожить, Б.Берут и Э.Осубка-Моравский устроили прием представителям организаций г .Кракова и советского командования во главе с генерал-лейтенантом BAf.Шатиловым. Выступавшие горячо благодарили Красную Армию за спасение этого красивейшего города, В ответной речи В .М .Шатилов рассказал об освободительных целях Красной Армии, о героизме и гуманизме ее воинов и заверил общественность, что недалек тот час, когда вся Польша будет освобождена от немецко-фашистских оккупантов10.
Для скорейшего освобождения всего Верхне-Силезского промышленного района по указанию Ставки Верховного Главнокомандования П.С.Конев ввел в сражение 21-ю армию генерал-полковника Д.Н.Гу-сева. Удар этой армии из района северо-восточнее Катовице па юг в сочетании с ударами левофланговых армий после освобождения ими Кракова создал угрозу окружения силезской группировки противника. Чтобы еще более ухудшить ее оперативное положение и вынудить врага как можно скорее оставить Верхне-Силезский промышленный район, командующий 1-м Украинским фронтом осуществил смелый маневр. Он приказал подходившей к Одеру в районе Бреслау 3-ей гвардейской танковой армии II .С .Рыбалко нанести удар во фланг и тыл противника, действовавшего в этом районе11. Вполне очевидно, что борьба с окруженной группировкой противника в этом районе могла бы затянуться на длительное время и привела бы к значительным разрушениям промышленности Силезского района. Поэтому командующий фронтом после долгих раздумий, взвешивания всех ”за” и ’’против”, решил не препятствовать вражеским войскам в выходе из района с тем, чтобы нанести им поражение западнее его12.
Это решение привело к блестящим результатам. Наступление войск фронта с востока и северо-востока, а также удар танкистов генерала II.С.Рыбалко с северо-запада заставили противника поспешно оставить города Силезии и отходить в оставшиеся ’’ворота” в юго-западном направлении. 28 января решительной атакой войска 59-й и 21-й армий освободили центр Домбровского угольного района г .Катовице. 29 января весь Верхне-Силезский промышленный район был очищен от немецко-фашистских захватчиков13. Отошедшие вражеские части были затем разгромлены в лесах к западу от него. Польское правительство получило возможность в короткое время ввести в действие предприятия и шахты Силезии и поставило их на службу своему народу.
89
Возвращенные польскому народу его исконные земли стали неотъемлемой частью страны. О том, как велики эти богатства и какова была тогда их ценность для врага, можно судить хотя бы по двум и> многочисленных индустриальных предприятий -- химическим заводам синтетического горючего на восточном берегу Одера. Советские войска успели захватить их почти неповрежденными и при этом освободили всех иностранных рабочих из числа военнопленных, которых гитлеровцы собирались угнать на запад ( а их насчитывалось 60 тыс. только на одном из таких заводов, принадлежавших Германии).
Гитлеровцам пришлось так поспешно отступать, что они не успели уничтожить даже чертежи, паспорта станков и аппаратуры. Выброшенную на заводские дворы документацию советские специалисты химики и нефтяники — собрали и привели в порядок.
Интересны в этом отношении признания гитлеровского генералитета и его попытки оправдаться в утрате огромных ценностей Силезии. В военно-политическом обзоре 18-й дивизии СС ’’Хорст Бессель” читаем: ’’Вывоз запасов во многих случаях невозможен, ибо за нес колько недель нельзя вывезти то, что накапливалось годами. Кроме того, время эвакуации наступило в тот момент, когда верхнесилезскии уголь, необходимый для топок паровозов, уже попал в руки врага, что еще больше осложнило наши затруднения”14. Действительно, сохранению материальных ценностей Польши во многом способствовала стремительность наступления советских войск. Быстрое продвижение частей Красной Армии не давало фашистам возможности ни вывезти, ни уничтожить достояние польского народа. В тесном контакте и взаимодействии с Красной Армией выступали отряды Армии Людовой, лишавшие подчас немцев возможности взорвать или поджечь тот или иной промышленный объект.
Стараясь как можно полнее сохранить промышленность и сельское хозяйство Польши, части советских войск предпринимали срочные меры по охране всех уцелевших предприятий и шахт, ’’оберегая их от пожаров и разрушений, а также от саботажа фашистов, оставленных на этих территориях для осуществления диверсионных актов”15.
А фашистские злодеи неистовствовали. Видя свою неминуемую гибель, они, отступая, старались уничтожить все, что еще уцелело, -разрушали здания, склады и хозяйственные постройки, а жителей безжалостно убивали или угоняли вглубь Германии.
Вот лишь несколько примеров бесчинств фашистских оккупантов в Польше, которые поместили, ссылаясь на иностранные источники, советские центральные газеты.
Анкарский корреспондент агентства ’’Рейтер” передал, что в течение недели из районов Львова и Люблина в Центральную Венгрию прибыло 80 товарных вагонов с фабричным оборудованием и сырьем16 .
90
Газета ’’Глос люду” опубликовала новые сведения о зверствах немецко-фашистских банд на оккупированной территории Польши. ”Во второй половине ноября (1944 г. - О Б ), — пишет газета, — немецкие оккупанты сожгли селения Бокув, Надобне, Брнзгув и Новинки, расстреляв при этом 55 мужчин. Молодежь этих селений отправили в Германию с целью насильственного включения в немецкую армию. На оккупированной немцами территории Польши происходили массовые облавы. Немцы приступили к вывозу телефонного и телеграфного оборудования и грабят мат азины”17. В статье ’’Что происходит на другом берету Вислы”, опубликованной в той же газете, рассказывалось о том, как оккупанты сгоняли женщин и детей на фортификационные работы, причем детей в возрасте от 12 лет заставляли выкапывать в день по 3 кубометра земли18
Варшавское радио в апреле 1945 г. передало рассказ жителей деревни Ваторово в районе Хелсино о том, что на окраине этой деревни фашистские оккупанты устроили полевой крематорий. Гитлеровские палачи сжигали здесь тела расстрелянных поляков. Очевидцы рассказывали, что кремирование тел убитых длилось непрерывно две недели. После того, как немцы бежали из деревни, жители нашли на месте чудовищных преступлений остатки одежды, недогоревшие 19 кости и черепа .
Стремительные темпы наступления советских войск часто не только спасали польские города от разрушений, ио и предотвращали массовые расправы гитлеровцев над их жителями. Так было, например, в крупных поселках Восточной Полыни Савино, Пугачев и других, откуда фашисты ’’бежали без оглядки, не успев взять с собой даже склады с награбленным добром”20.
Часто, действуя, как говорится, не числом, а умением, стремительностью, напором, а главное — движимые огромным желанием быстрейшего освобождения жителей того или иного польского городка, советские воины проявляли чудеса героизма, мужества, самопожертвования. Весьма красноречивым примером этого является эпизод, описанный в книге ’’Земля в огне”, о действиях танкового взвода 51-й гвардейской танковой бригады 7-го гвардейского танкового корпуса, которым командовал И34.Якубовский. ’’Три советских танка углубились на несколько десятков километров в тыл противника. Радиосвязь с бригадой прекратилась: не хватало мощности танковых радиостанций. Пришлось к утру 4 августа, выполнив одну из задач, вернуться в зону радиослышимости. Приказ — замаскироваться, организовать наблюдение за движением вражеских войск. Ночью — снова в путь. С рассветом следующего дня головной танк подорвался на мине. Оставшиеся в живых из его экипажа пересели на броню командирской машины. Короткий отдых в лесу под Вислицей. Встреча с польскими партизанами.Они просили о помощи: в город, занятый народными мстителями, ворвались гитлеровцы и готовят массовые расстрелы. До Скальбмежа кило-
91
метров 30, Связи со своими нет. Командир разведгруппы принял решение двигаться вместе с польскими партизанами к городу,,. Наши танки ворвались в горящий Скальбмеж и подняли панику среди гитлеровцев, которые, очевидно, считали, что в город вошла советская танковая часть. Враг поспешно ретировался. Жители Скальбмежа, стихийно собравшиеся на митинге, сердечно благодарили своих освободителей”21 .
Среди многочисленных документов, хранящихся в Центральном архиве Министерства обороны СССР, довольно часто встречаются до несения, в которых сообщается о том, что в ’’результате стремительного наступления наших войск город был спасен от разрушения”22. Так, в городах Енджеков и Хмельник немцы успели сжечь лишь несколько зданий официальных учреждений. Жители были поражены и восхищены темпами продвижения Красной Армии и мощью ее боевой техники23.
Советские войска зимой 1945 г. спасли от разрушения промышленность другого важного индустриального района Польши — Лодзинского, Фашисты не сумели произвести серьезные разрушения благодаря быстрому продвижению советских войск в районах, граничащих с Чехословакией24. Практически совершенно уцелела столица этого промышленного района — Лодзь. Из-за спешности отхода из города фашисты не эвакуировали даже станки и оборудование предприятий, хотя попытки к этому были. Так, на городской электростанции гитлеровцы сняли две новые турбины, запаковав их в ящики, но увезти не успели. Аналогичные факты имели место и на других предприятиях. Все фабрики и заводы остались нетронутыми, в полной сохранности, и имели запас сырья на первые 2—3 месяца. Основные кадры рабочих также остались на месте25.
Кроме заводов и фабрик полностью сохранились коммунально-бытовые предприятия, трамвайный и железнодорожный транспорт. В полном порядке оказались вокзалы и подъезды к ним. На станциях сохранилось большое количество паровозов и подвижного состава. Имевшиеся в городе два троллейбусных парка насчитывали большое количество неисправных вагонов26.
Стремительные темпы наступления советских войск в январе 1945 г. отмечали и наши союзники. Газета ’’Дагенс Хыохетер” 24 января 1945 г. писала: ’’Гигантское русское наступление является молниеносным по своим темпам; оно превзошло все известное в военной истории. Немецкое молниеносное наступление начала войны кажется пустяком по сравнению с нынешним русским наступлением, начавшимся с неслыханной силой одновременно по всему фронту”27. А английский фельдмаршал Смэтс в телеграмме на имя Верховного Главнокомандующего 28 февраля 1945 г, писал: ”...Не буду превозносить достижения воинов Красной Армии: они написаны пылающими и не-смывающимися буквами на страницах истории. Я могу передать толь-92
ко ... глубокое чувство изумления и благодарности за то, что они сделали. Великолепна их роль в освобождении мира от нацистской угрозы”28.
Можно привести сотни примеров теплого, дружественного отношения наших воинов к польским жителям. Остановимся лишь на некоторых из них.
При освобождении Дембицы рядовой Василий Колчинцев одним из первых пробился к центру населенного пункта. Взобравшись на крышу высотного здания, он водрузил алый стяг Страны Советов и польское красно-белое национальное знамя. Советский солдат, известивший жителей Дембицы об освобождении, стал почетным гражданином города29. Бессмертный подвиг совершил солдат-коммунист ГЛ_Куна вин. 26 июля 1944 г. во время боя за польскую деревню Гёрасимови чи, когда вражеский дот огнем преградил путь наступавшей роте советских воинов, ГЛ.Купании повторил подвиг А.Матросова — закрыл своим телом амбразуру и дал возможность бойцам подняться в атаку и освободить деревню от гитлеровцев. ГЛ.Кунавину было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Благодарные жители навечно занесли Г.ПКунавина в списки почетных граждан деревни, его именем названа местная школа, и учителя начинают каждый учебный год с рассказа о подвиге Кунавина и его боевых товарищах, кровью добывших польским детям право на счастливую и свободную жизнь30, Благородство души и высокие моральные качества проявил автоматчик Просаленко. Когда он ворвался в деревню, там еще бесчинствовали эсэсовцы, поджигая перед отступлением дом., и убивая мирных жителей. Просаленко издали увидел, что один из гитлеровцев вскинул автомат и прицелился в молодую польку, метавшуюся перед горящим домом с криками: ’’Стасик, мой Стасик”. Советский солдат опередил фашиста и сразил бандита меткой очередью. Жизнь женщины была спасена. Но полька продолжала рваться к горящему дому, крича: ’’Там мой Стасик!” Ни минуты не медля, рядовой Просаленко бросился в огонь. Пробираясь сквозь дым и пламя, боец добрался до кроватки, где задыхался в дыму малютка. Ребенок был спасен. Мать целовала опаленные руки советского автоматчика и со слезами радости и благодарности говорила: ”Ты, русский, чудесный человек! Я никогда не забуду тебя”31.
Огромное впечатление на польских жителей производил гуманизм советских воинов и их бескорыстная помощь местному населению. Например, когда в начале января 1945 г. в деревне Зарембин в результате несчастного случая сгорели две крестьянские -усадьбы, командование 9-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, расположившееся в этой деревне, решило построить крестьянам новые дома. В течение недели саперный батальон и саперы полков решили эту задачу. Молва о добре и человечности советских воинов облетела всю -округу. Каждая польская семья звала в гости советских солдат32.
93
А ведь фашистская пропаганда внушала польскому населению, что с Востока надвигается армия ’’большевистских грабителей”. Попадая на благоприятную почву, подготовленную за 20 лет Ю.Пилсудским и ЭРыдз-Смиглы, эта клевета не могла остаться безрезультатной. В этой обстановке каждому советскому воину было необходимо с большой ответственностью относиться к каждому своему поступку. Особые требования предъявлялись к солдатам и офицерам тыла. ’’Ведь заранее было понятно, -- писал в своих мемуарах бывший начальник тыла 1-го Белорусского фронта НА Антипенко,- что нам, работникам тыла, больше других придется вступать в деловые отношения с польским населением, в первую очередь, с крестьянами для заготовки продовольствия и фуража. Сколько тыловых частей и учреждений, сколько госпиталей придется разместить в польских городах и селах — и всюду при этом заботиться о том, чтобы избежать нарушения обычаев и уклада жизни польского населения. Проще всего было отнести все невзгоды за счет войны, но при хороших взаимоотношениях их можно было бы ослабить. Надо сказать, что наши воины по-братски относились к польскому народу”33. Далее II. А Антипенко рассказывает об интересном и поучительном случае, происшедшем в июле 1944 г. в одной из приграничных деревень и оказавшем положительное влияние на установление правильных взаимоотношений с польским населением, ’’Комендант отвел для штаб-квартиры начальника тыла фронта дом крестьянина, у которого были жена и дочь 20 лет. Наша первая беседа с хозяином дома носила несколько нервозный, напряженный характер. На мои вопросы он отвечал сдержанно, уклонялся от разговора о положении дел в его хозяйстве. Оживился хозяин лишь тогда, когда зашла речь о болезни дочери: уже много лет страдает она каким-то недугом, израсходовал он уйму денег на лечение, но безрезультатно. Как раз в это время к нам зашли начальник медицинского управления фронта генерал А.Я.Баранов и главный хирург В.ИЛопов. Решили в порядке исключения поместить девушку в одно из женских отделений фронтового госпиталя.
Девушка была госпитализирована. Это произвело ошеломляющее впечатление на жителей села, и добрая весть о нас стала достоянием всей' округи. Однако на следующее утро адъютант доложил мне, что пришел хозяин с жалобой на солдат, несущих охрану штаба. У меня сердце екнуло: неужели нарушил кто-то приказ? Прошу хозяина немедленно зайти ко мне. Оказалось, что он принес солдатам огромный кувшин с молоком, чтобы угостить их, а солдаты наотрез отказались, слишком буквально выполняли наши постановления. Хозяин обиделся. Я разъяснил солдатам, что принимать такие подарки не возбраняется.
На третий день, вечером, хозяин пришел ко мне и попросил позволения поговорить откровенно. Оказывается, что он под влиянием фашистской агитации спрятал своих свиней где-то в поле, в глубокой яме. Теперь он решил привести их обратно и спрашивал, не случится 94
ли с ними чего. Хозяин сказал, что таких, как он, в селе немало, все они боятся приводить домой скотину из разных тайников.
Утром следующего дня во двор въехала большая телега с четырьмя свиньями. Все остальные крестьяне этого села поступили так же .
Чувство гуманности, бережного, уважительного отношения к людям, природе, ее красоте и богатствам наши воины проявляли в самых различных формах. Красноармейцы помогали польским крестьянам восстанавливать мосты, ремонтировать школы, жилые дома, отдавали последний кусок хлеба голодающим польским детям. Благороден был поступок советских солдат, находившихся в декабре 1944 г. в Бялой Подписке. Они отказались в пользу польских детей от положенных им 300 л молока в день. В течение двух недель это молоко пили 640 детей в возрасте до трех лет35.
Начальник Политуправления 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант С.ФТаладжев в докладной записке начальнику ГлавПУ РККА 30 августа 1944 г. писал, что действиями в Польше войска фронта продемонстрировали перед польским народом силу и могущество Советского Союза, высокие моральные качества воинов Красной Армии. А это привело к тому, что широкие массы польского населения все надежды в деле окончательного освобождения Польши связали прежде всего с Советским Союзом и его Вооруженными Силами. Они подчеркивали знание нашими бойцами политических вопросов, их высокий культурный уровень, выдержку и тактичность в поведении с местными жителями”36. Крестьянин Ян Кравец из с.Ожелец-Дуже в беседе с нашими офицерами заявил: ”Я люблю русских солдат и офицеров потому, что они простые и вежливые, со всеми разговаривают, не бьют и не ругается. Без разрешения ничего не трогают. Проклятые немцы били детая, стариков, с ними нельзя было разговаривать. Польских детей они не учили, школы были закрыты”37.
Огромный положительный вклад в дело установления дружественных отношений между советскими воинами и польским населением внесли военные комендатуры. Уже 29 июля 1944 г. ГКО издал постановление, в котором говорилось о том, что в связи с вступлением советских войск на территорию Польши в каждом крупном населенном пункте, а также на железнодорожных станциях, шоссейных, грунтовых и водных путях сообщения, занятых советскими войсками, приказом соответствующего военного командования назначались военные коменданты38, Вскоре в развитие этого постановления появились одна за другой инструкции, в которых четко и предельно ясно указывались порядок организации комендатур, обязанности и права комендантов. Прежде всего, на военные комендатуры возлагалось установление и oxp^ia порядка в тылу Красной Армии в соответствии с военной обстановкой^
В инструкциях^одветского командования военным, комендантам подчеркивались суверенные права Польского Комитета Национального
95
Освобождения. Комендантам предписывалось не вмешиваться в административные функции местных органов власти и в дела гражданского управления. Все вызванные военной необходимостью мероприятия, затрагивавшие интересы гражданского населения, необходимо было проводить только через местные органы власти, созданные ПКНО. ’’Кроме представителей Польского Комитета Национального Освобождения, — говорилось в инструкции, — никаких других властей, лиц и организаций, претендующих на власть, не признавать, ни в какие переговоры с ними не вступать и рассматривать их как самозванцев”39. Коменданты в случае возникновения беспорядков, нарушающих общественное спокойствие или угрожающих благополучию населения и нормальной работе воинских частей и учреждений, фронтовых коммуникаций, а также нормальной работе местных органов власти, обязаны были решительными мерами восстановить порядок и спокойствие. В случае сопротивления враждебных элементов комендант был обязан как крайнюю меру примештть военную силу. При появлении в повяте и гмине вооруженных организаций, враждебных ПКНО. коменданту надлежало принять немедленные меры к их разоружению. Положения эти, принятые по согласованию с ПКНО, подтверждали генеральные принципы отношения СССР к польскому народу в условиях войны: необходимость обеспечения безопасности в тылах армий при одновременной помощи революционным силам в их борьбе с реакционным лагерем в становлении народной власти.
Учитывая все возрастающую роль военных комендатур, советское командование придавало большое значение подготовке кадров для них. Так, при Политическом управлении 1-го Украинского фронта были сформированы курсы для обучения квалифицированных комендантов40. Слушатели этих курсов детально знакомились с историей, государственным устройством, политическими партиями, экономикой страны.
Вопросы подбора и назначения военных комендантов, их деятельность были взяты под контроль Военных советов фронтов. Они выпускали памятки, которые оказывали большую помощь комендантам в их практической деятельности. Улучшению работы военных комендатур способствовало и введение в их штат заместителей по политической части, которые нападали тесный контакт с партийными организациями демократического блока41.
В документах Советского правительства и командования были определены также основные установочные положения об отношении личного состава частей и соединений Красной Армии к польской католической церкви и верующим. Так, в Инструкции военным комендантам на освобожденной территории Польши от 10 октября 1944 г., утвержденной заместителем Генерального штаба Красной Армии генералом All. Антоновым, подчеркивалась необходимость ’’строго следить, чтобы военнослужащие не занимали костелы, церкви, молит-96
полные дома и не препятствовали исполнению религиозных обрядов. Запретить расположение войск, а также автомашин на кладбищах и и церковных оградах”42. Подобные инструкции подлежали строгому выполнению командирами всех частей и соединений Красной Армии43
Чтобы не было никаких недоразумений в отношении сбора, учета и использования трофеев, в инструкциях комендантам четко определялось отношение к трофеям. А именно: ’’Принадлежавшие немецко-фашистской армии и армиям ее союзников вооружение, боеприпасы и вся военная техшжа, интендантское имущество, горючие материалы всех видов, машины, военные нродсклады и прочее имущество считать трофеями ... Не считать трофеями и запретить изымать на территории Польши у частных владельцев, кооперативных организаций, промышленных предприятий и у городских властей какое-бы то ни было принадлежавшее им имущество,оборудование и транспорт”44.
Особым пунктом в инструкциях указывалось, что военные коменданты не имеют права принимать участие в мобилизации военнообязанных на освобожденной территории Польши: ее проводят правительственные уполномоченные как представители польского суверенного i осударства.
Четко были определены и обязанности комендантов при производстве заготовок фуража. Подчеркивалось, что заготовка продовольст-ния и фуража должна проводиться только в случае необходимости и только через местную администрацию или кооперацию. При этом военные коменданты обязаны были допускать к заготовкам иродфу-ража в районе и на селе только те военные части и соединения, которые имеют специальные предписания. Рядовые закупки или заготовки иными способами категорически запрещались и карались судебной ответственностью45. Военный комендант обязан был оказывать содействие сельскохозяйственным кооператорам и местной администрации в охране складов с продовольствием, заготовленным в порядке обязательных поставок государству.
Необходимо тем не менее отметить, что не все мероприятия, проводившиеся советскими войсками в Польше, строго соответствовали указаниям вышестоящих органов. Не все проходило гладко. Бывали, к сожалению, случаи самовольного изъятия или уничтожения войсковыми частями разного рода имущества, принадлежавшего освобождаемому государству. Но все эти случаи тщательно расследовались, виновные строго наказывались, издавались дополнительные приказы, запрещавшие подобные действия. Например, как только поступил сигнал от польских гражданских властей представителям правительства СССР в Люблине о случаях уничтожения советскими воинами построек, годных для жилья, сразу же было дано распоряжение о проверке этого факта. В нем говорилось, что если вышеуказанные случаи действительно имели место, то виновных необходимо привлечь к ответственности, а воинским частям напомнить об освободительном, 97
интернациональном характере действий наших войск в дружествен ной стране46. Во многих частях и подразделениях проходили собрании по вопросам повышения бдительности и дисциплины советских бойцом за рубежом. Нередко бойцы сами пресекали попытки мародерства и распущенности. Так, когда 1-й батальон 22-й гвардейской мотострел ковой бригады подошел к деревне Кащаки, рядовой Яковлев, зайдя в сад, хотел нарвать яблок. Бойцы его отделения потребовали от него чтобы он вышел из сада и тут же разъяснили ему возможные послед 47 ствия его поступка .
Эти и подобные факты убедительно показывают, какое серьезное внимание уделяло советское военное командование установлению правильных взаимоотношений воинов Красной Армии с освобожден ным местным населением, как четко был поставлен контроль за вы полнением всех директив и приказов по этому вопросу.
7.	ПОДДЕРЖКА НАСЕЛЕНИЕМ ПОЛЫНИ НАСТУПАЮЩИХ ЧАСТЕЙ КРАСНОЙ АРМИИ
Чувство глубокой благодарности польского народа к Советскому Союзу, ее героической Красной Армии особенно ярко проявилось в той бескорыстной помощи сотен тысяч поляков, которую они оказывали советским воинам в их борьбе за полное изгнание фашистские оккупантов с многострадальной польской земли.
Помощь эта носила широкий и весьма разнообразный характер, Одним из главных проявлений содействия наступавшим частям Красной Армии являлось снабжение их продовольствием. Для Польского Комитета Национального Освобождения это была чрезвычайно трудная задача как с политической, так и с экономической точек зрения. За время фашистского господства экономика польской деревни пришла в катастрофическое состояние. Имущественные потери в сельском хозяйстве достигали 35 % от предвоенного уровня1. Страна лишилась 2,8 млн лошадей, 8,5 млн единиц крупного рогатого скота, 6,4 млн свиней, 3,2 млн овец, всего на сумму 2846 млн злотых. Ущерб, нанесенный сельскохозяйственным постройкам, составил 7492 млн злотых, ущерб в инвентаре, машинах и оборудовании - 3497 млн злотых, в перерабатывающей промышленности — 200 млн злотых. В сумме это составляло 11189 млн злотых. Если к ним прибавить стоимость вывезенных и израсходованных оккупантами сельхозпродуктов (8,9 млрд злотых), то сумма потерь польского сельского хозяйства достигнет 22,9 млрд злотых2. Впоследствии ведение сельскохозяйственных работ усложнялось прифронтовой эвакуацией, близостью военных действий, заминированием полей, мобилизацией в Войско Польское, нехваткой рабочих рук и тд. Но тем не менее в условиях войны поставки продовольствия армии являлись жизненной необхо 98
димостью. О том, что они будут и их не избежать, прямо и честно было давлено еще в Манифесте ПКНО: ’’Для нужд армии и продовольст-пснного снабжения городов на время войны, на основе польского закона о военных повинностях, в деревне будут введены точно установ-иенные поставки в натуре, значительно уменьшенные по сравнению с немецкими поставками”3.
Впоследствии вопросы поставок регулировались соглашением, подписанным 4 августа 1944 г. между Советским правительством и ПКНО относительно финансово-хозяйственных вопросов, касающихся пребывания советских войск на территории Полыни, а также польских вооруженных сил, формируемых на территории СССР4. Согласно •тому документу ПКНО обязался предоставлять командованию советских войск ’’продовольствие и иные материалы, а также обслуживание, потребные для советских войск, по заготовительным ценам, устанавливаемым местными органами Польского Комитета Национального Освобождения по согласованию с командованием Красной Армии”5. Предусматривалось также, что советское командование наряду с закупкой предметов снабжения и продовольствия для Красной Армии через органы польской администрации будет производить ’’самостоятельные закупки, а также в необходимых случаях - реквизиции предметов продовольствия, фуража и промышленных товаров у местного населения и частных фирм”6.
Непосредственно объем поставок армии был определен постановлением ПКНО от 23 октября 1944 г. ”0 выделении из текущего производства для Красной Армии и Войска Польского”7. О примерном объеме поставок можно судить по данным табл. 1.
Таблица!. Примерный перечень выполнения обязательных поставок в период с августа 1944 г. по апрель 1945 г.8
В том числе для
Войска	. Советской	гражданского
Польского	Армии	населения
Вид	Количество ;
продукции тонн
Рожь	273255	22162	216238	27235
Пшеница	37500	2290	29970	4121
Ячмень	47066	3219	36995	4487
Овес	105768	8667	87731	3370
Картофель	551384	39627	416393	78455
Мясо	60923	5242,4	31081,3	4184,3
Солома	110503	5604	102255	1055
Сено	152725	225	140314	332
Молоко	6638,1	3584,7	15229,9	449,3
Масличные	1401,3	90	515	428,6
Стручковые	1105	48	260	26
Овощи	7520	741,3	6301,2	225
Гречиха-просо	1135,1	58,1	551,7	38,4
99
Объемы обязательных поставок были распределены между пп еводствами. К сожалению, мы не располагаем точными данными о вы полпенни ими своих обязательств. Однако, судя по имеющимся oi рыночным сведениям, можно утверждать, что, например, в ноября 1944 г. Люблинское, Жешувское и Варшавское воеводства по болы шинству показателей выполнили планы поставок, а в отдельных слу чаях и перевыполнили9, Интересные данные приводит польский п< следователь М.Вильк. Наибольшее количество зерна поставили осви божденные повяты Келещины и некоторые повяты Жешувского вое водства. Варшавское воеводство, значительная часть повятов Лин* линщины и один повят Белостокского воеводства выполнили от 50 до 90 % поставок. Меньше всего — 10-20 % — поставили Ломжип ский и Аугустовский повяты10.
Приведенные цифры наглядно свидетельствуют о том, что iiojii ская деревня внесла существенный вклад в обеспечение действующей армии продовольствием. Причем этот вклад касался не только сел> скохозяйственной продукции. Армия поглощала также знач! тельную часть промышленных товаров и природных ресурсов. Уголь, нефть, сталь, металлоконструкции, другие виды промышленной продукции шли в первую очередь на удовлетворение потребностей Красной Армии и Войска Польского. За период с февраля по май 1945 г. Силезско Домбровский район поставил армии 600 тыс. т угля. Значение этой помощи подчеркнул на I съезде работников угольной промышленности в Катовицах генерал Миловский: ’’Ваш уголь обеспечил поставки боеприпасов, орудий, танков, горючего, смазки и продовольствия для четырех фронтов Советской Армии. Благодаря вашему углю войска маршала Василевского смогли завершить разгром немцев под К алинип градом. Войскам маршала Рокоссовского ваш уголь помог занять все Поморье, а войскам маршала Конева войти в Берлин.., В этом большом деле почетное участие приняли и вы, польские шахтеры, которые дали уголь фронтовым железным дорогам”11 ,
В обеспечение действующей армии активно включилась легкая промышленность. Имеющиеся отрывочные данные свидетельствуют, что только в первые дни апреля 1945 г. лодзинские текстильные фабрики произвели для Красной Армии и Войска Польского 2 488 плащей, 37529 мундиров, 30759 головных уборов, 81349 простыней, 13975 наволочек, 18966 обмоток. В том же месяце на краковских, радомских, лодзинских, поморских и люблинских фабриках для армии было произведено свыше 60 тыс. пар обуви12,
Существенный вклад внесло польское гражданское население в восстановление железных и автомобильных дорог, строительство полевых укреплений, сооружений мостов, налаживание переправ и т.д. Эту помощь советские войска ощущали с первых дней вступления на территорию Польши. 100
Как известно, летом 1944 г. советские войска решительно продвигались к Висле. В конце июля они приступили к ее форсированию, для чего потребовалось ускоренное строительство новых переправ. Стремясь оказать посильную помощь нашим войскам, польские патриоты вместе с бойцами Красной Армии собирали плоты, делали лодки, помогали наводить переправы. С риском для жизни они не раз сами переправляли бойцов на западный берег реки13. В книге Маршала Советского Союза И.С.Конева приводится такой красноречивый эпизод. В начале августа 1944 г. возник вопрос о строительстве моста через Вислу. Получив такое задание, инженер 13-й армии Ключников стал подыскивать подходящее место. Занявшись своим делом, он не заметил, как к нему подошел незнакомый человек,
” — Цо пан шука? — спросил стоявший на дамбе поляк. ' Ключников не стал скрывать от него целей своих поисков.
— Дроги пане офицеже, — улыбнувшись, сказал поляк. — Трудно было будовать мост от русского сердца до польского сердца, але и он сбудован. А мост через Вислу, прошу пана, в наших ренках.
Поляк взял длинный шест, показал место, где еще до войны польскими инженерами была изыскана трасса для моста через Вислу.
Работа закипела. Поляк Ян Славинский работал рядом с русским воином Иваном Кашириным и другими советскими солдатами”. ’’Этот пример, — делает вывод И.С.Конев, — как нельзя лучше характеризует отношение польского народа к Красной Армии,и помощь, которую оказывали поляки в строительстве мостов и дорог, была очень ценной для наших наступающих войск”14.
Этот факт стал широко известен советским людям еще в годы войны благодаря публикаций военного корреспондента А .Авдеенко15 , О нем можно прочитать и в воспоминаниях бывшего командующего 13-й армией Н.П.Пухова16, Аналогичные примеры приводят в своих мемуарах бывший заместитель командующего 1-го Белорусского фронта по тылу Н.А.Антипенко и командир 56-й гвардейской танковой бригады дважды Герой Советского Союза З.К.Слюсаренко, которые, в частности, рассказывают, что в отдельные дни в полосе наступления фронта выходили на работу для восстановления железных дорог и мостов более 10 тыс. польских граждан со своими инструментами и тягловой силой, соблюдая при этом высокую организованность и дисциплину17.
Особенно большое значение имела помощь населения Сандомир-ского уезда в укреплении плацдарма на западном берегу р.Вислы. В сообщениях командования говорилось, что население активно помогает Красной Армии в строительстве оборонительных линий, в ремонте дорог, мостов и т.п.18.
’’Когда впервые советские тагцси появились за Вислой, — писал корреспондент ’’Правды” Б Полевой, - целые деревни выбегали им иавстечу, хотя рядом еще шел бой и рвались снаряды... Целые деревни
101
с лошадьми и подводами выходили на строительство переправ, и часто к обозу, возившему бревна, по дороге присоединялись подводы добровольцев, и обоз вырастал в два-три раза”19.
Тысячи поляков ежедневно выходили на ремонт шоссейных и железных дорог, по которым продвигались советские части. Генерал С.Г Поплавский вспоминал, что во время одной из поездок в войска он заметил около железнодорожного полотна группу мужчин, оживленно разговаривавших с капитаном Красной Армии. Вдруг откуда-то послышался паровозный гудок. Выйдя из машины, генерал спросил:
— Откуда здесь паровоз?
Советский офицер, козырнув, представился:
— Капитан Алексеев. Мне поручено восстановить движение по железной дороге Быдгош, Венцборы, Злотув, Ястрове.
— И кажется уже восстановил?
— С их помощью. — Капитан показал на стоявших вокруг людей в рабочей одежде20.
Интересный случай произошел с ефрейтором Сигаловым, отставшим от колонны на окраине г.Юзефув (что находился в полосе действий 31-го танкового корпуса) из-за поломки мотоцикла. Местные жители запрягли пару лошадей и довезли его до следующего населенного пункта. Здесь сделали то же самое, и таким образом везли Ситалова с его мотоциклом до тех пор, пока он не был встречен посланными ремонтниками21.
В полной мере почувствовали любовь и уважение к себе поляков наши авиаторы. Так, в районе освобожденного Люблина на обращение командования Красной Армий к местным жителям оказать содействие в выполнении аэродромных работ явилось в несколько раз больше людей, чем просили советские летчики. Аэродром был быстро отремонтирован22 .
Хорошо запомнилось бывшему командиру 241-й бомбардировочной авиадивизии А.Федорову участие польского населения г.Б яла Подписка и других населенных пунктов в ремонте подъездных путей к аэродрому, где базировались авиационные полки дивизии. Чтобы помочь советским летчикам, в район аэродрома прибыло добровольно более 500 польских граждан, которые пригнали огромное количество подвод23. И такие примеры можно умножить. Достаточно сказать, что, по неполным данным, только в Жешувском воеводстве за июль-декабрь 1944 г. на восстановлении дорог, возведении полевых сооружений и тд. было отработано около 5,5 млн человеко-дней и 1,8 млн конодней24. За период с января по июль 1945 г. в Краковском, Поморском и Келецком воеводствах в пользу Советской Армии и Войска Польского было отработано свыше 3,3 млн человеко-дней и свыше 0,8 млн одноконных и двуконных дней25.
С огромной благодарностью вспоминают наши воины о польских проводниках-добровольцах, которые помогали советским частям 102
с наименьшими потерями продвигаться вперед. Кто же были эти отважные люди? В большинстве своем простые поляки, ненавидевшие фашизм так же, как и советские люди, видевшие в Красной Армии залог будущей свободы и стремившиеся помочь ей всеми возможными средствами.
Как рассказывал бывший командир 56-й танковой бригады 3-й гвардейской танковой армии З.К.Слюсаренко, удостоенный за форсирование Вислы звания Героя Советского Союза, накануне преодоления водной преграды в расположение части прибыла группа поляков, чтобы сообщить, ’’где река не так глубока, и какие оборонительные меры предпринимает ”пся крев герман”26. Их информация существенно упростила нашему командованию подготовку к форсированию реки, позволила избежать ненужных жертв, ’•
Аналогичный случай произошел в 19-й армии командарма И.Т.Ко-ровникова при форсировании р,Нида. Поляк Болеслав Левицкий из с. Хотель Червоны, встретив наши головные танковые подразделения, провел их самым удобным путем на Кобыльники и показал броды на рЛида. Воспользовавшись этой помощью, вспоминает И.Т.Коровников, танкисты с ходу форсировали реку, преодолели оборону врага и создали плацдарм на ее западном берегу27.
Нередко помощь, оказанная польскими патриотами, стоила им жизни. Безымянным героем остался в памяти воинов 63-й гвардейской танковой бригады польский житель сДубляны, который проводил головную колонну бригады в тыл фашистов, в результате чего село было освобождено без разрушений и экзекуций мирных жителей со стороны гитлеровцев, которые они устраивали обычно перед отступлением. Однако проводник Батя, как его окрестили советские солдаты, был сражен вражеской пулей. Командир бригады М,Г,Фо-мичев отдал приказ похоронить поляка со всеми воинскими почестями28 .
Смертью храбрых погиб поляк пан Тадеуш (фамилию его так и не удалось установить) при освобождении советскими частями небольшого местечка на Западном Буге. Пан Тадеуш пришел в расположение войск 28-й гвардейской мотострелковой бригады с тем, чтобы провести наших солдат по известной ему тропинке через болото в тыл врага. В жестоком бою с врагом польский герой погиб. Но в результате еще один батальон был вычеркнут из списка рейхсвера. Только убитыми фашисты потеряли 280 человек. Было взято в плен 60 солдат, захвачено 10 орудий, 8 станковых пулеметов, 3 рации29.
' Не раз приходилось иметь дело с проводниками из местных жителей командиру 7-го гвардейского танкового корпуса дважды Герою Советского Союза И.И.Якубовскому, Так было и в боях за гЛиот-руков. Город был опоясан разветвленной сетью траншей, противотанковых рвов, артиллерийских и пулеметных точек. Атака со стороны его южной окраины, куда главные силы корпуса вошли в ходе боев 103
за пос.Буйны, не сулила успеха. Поэтому после дополнительной разведки Якубовским было принято решение: частью сил сковать вражеский гарнизон демонстративными действиям! с юга, а главными силами обойти город с востока и запада, нанести удары там, где оборона противника была относительно слабой.
Победы можно было достичь только в результате внезапного штурма. А для этого следовало в соответствии с принятым решением быстро и главное секретно сосредоточить ударную группировку на исходных позициях для атаки. Ночь для советских воинов была союзником, но были и трудности: в условиях незнакомого пригорода и плохой видимости можно было потерять ориентировку. Кроме того, командование корпуса еще не располагало подробными данными о системе обороны противника, его противотанковых препятствиях и минных полях. В такой сложной обстановке на помощь советским бойцам пришли местные жители. Это были польские граждане В.Зубер, М,Грухала и А.Говорий, изъявившие желание стать проводниками советских танкистов. В ночь на 18 января 1945 г., обходя противотанковые рвы, надолбы, лавируя среди замаскированных в снегу мин, польские патриоты, не считаясь с опасностью, вывели советские боевые машины на рубежи для атаки. Ночной маневр частей отряда был совершен быстро и без потерь. И в этом была неоценимая заслуга польских друзей. ”Их поступок, продиктованный величием сердца и жгучей ненавистью к фашистским захватчикам, желанием приблизить час победы над врагом, равносилен подвигу”, — считал Маршал Советского Союза И.И.Якубовский30.
Советская военная печать широко освещала практическую помощь польского населения наступавшим частям Красной Армии. Газета ’’Вольность” 1-го Белорусского фронта рассказала, например, о том, как 60-летний поляк Людвик Кутеса из с.Кучино Варшавского воеводства отдал нашим войскам весь строительный материал, приготовленный им на ремонт дома. В тот же день сын Кутеса Мечислав показал советским воинам заминированное поле и помог его обойти без единой жертвы. ’’Идите вперед и бейте проклятых фашистов, — сказал бойцам старый Кутеса на прощанье, — а мы поможем вам во всем”31.
’’Красная звезда” писала о том, что еще задолго до вступления Красной Армии в польское м.Тыкоцин настоятель костела ксендз Юлиан Лосевский в беседах со своими прихожанами советовал им следить, где немцы будут закладывать мины, а когда Красная Армия придет в Тыкоцин, сообщать об этом советскому командованию. ’’Этим мы спасем десятки и сотни жизней наших граждан и русских воинов. Поможем Красной Армии быстрее разбить фашистов”, — говорил 10 Лосевский.
10 августа 1944 г. на'рассвете к Тыкоцину подошли части Красной Армии. На окраине местечка наших разведчиков встретили польские 104
граждане Екатерина Стефанович и ее сын Николай. Они рассказали командиру разведки, что накануне немцы усиленно минировали дорогу, мост, постройки, и точно указали места, где гитлеровцы закладывали мины. Подоспевшие саперы, пользуясь этими данными, обезвредили большое количество вражеских мин.
В воскресенье, 3 сентября, в Тыкоцине был большой праздник. Па площади собралось все население местечка. Оркестр исполнил гимн Советского Союза и польский национальный гимн. Представитель советского командования огласил приказ Военного совета 1-го Белорусского фронта о награждении Ю.Лосевского, Е. и Н.Стефано-вич советскими медалями ”3а боевые заслуги”. Под звуки оркестра польским патриотам были вручены награды .
А чуть позднее центральные газеты поместили аналогичную ин формацию о патриотическом поступке польской крестьянки Анны Рутковской из с.Вельке, которая, желая помочь наступавшей Красной Армии, выяснила, где фашисты закапывали мины. Пожилая полька самолично обезвредила 32 мины33. По поручению советского командования полковник Александров вручил Анне Рутковской медаль ”3а боевые заслуги”. На торжественное вручение награды своей односельчанке собрались соседи Рутковской. С речью, преисполненной благодарности к Красной Армии, выступил войт гмины Юзеф Кушитский. ” Я весьма рад, — сказал Купинский, — что в нашей гмине живут такие люди, как Анна Рутковская, которая помогла Красной Армии в борьбе с нашим общим врагом -- фашистами. Я от всего сердца поздравляю ее с награждением советской медалью. Эта награда всегда будет нам, полякам, напоминать о той роли, которую сыграла Красная Армия дружественного русского народа в освобождении Польши от гитлеровцев”.
Отвечая на поздравления полковника Александрова и приветствия односельчан, Анна Рутковская заявила: ”Я сделала все, что было в моих силах, чтобы помочь Красной Армии. Так должен поступать каждый польский патриот, желающий быстрейшего разгрома фашизма, возрождения сильной, независимой и демократической Польши. Красная Армия принесла нам, полякам, свободу, и для нее я готова отдать всю свою кровь, и, если нужно, жизнь. Дружба русского и польского народов скреплена кровью на полях борьбы. Эта кровь зовет нас к мести врагу, зовет на подвиг во имя свободы и счастья”34.
С первых же дней прихода Красной Армии в Польшу местное население активно помогало военному командованию вылавливать и обезвреживать недобитых фашистов^ Приведем несколько примеров, содержащихся в донесениях начальника 7-го отдела Политуправления 1-го Белорусского фронта начальнику 7-го управления ГлавПУ РККА М.И.Бурцеву, В ходе боев за г.Радом к лейтенанту Петровскому подошел молодой поляк Степан Лободинский. Он указал место,где скрывалась целая группа гестаповцев. Вскоре все они были уничтожены35.
105
В населенном пункте Петерково местные жители обнаружили и обезоружили восемь немецких солдат36. А в с.Домаредзе поляки, вооруженные карабинами, помогли советским воинам расправиты и •*	37
с группой гитлеровцев, выходивших из окружения .
Свидетельством доброго отношения поляков к советским воинам было оказание посильной медицинской помощи раненым разведчикам Красной Армии, оказывавшимся в тылу врага. Польские жители не только (опять-таки рискуя собственной жизнью) прятали наших солда i и офицеров, ухаживали за ними, но нередко в тяжелейших условиях спасали им жизни.
Установлены факты, что жители многих польских деревень еш< во время оккупации помогали бежавшим из концлагерей красноармей цам, укрывая их от преследования фашистов, несмотря на то, что гитлеровцы учиняли за это зверские расправы. За укрыв ательство советских военнопленных только за один день 2 февраля 1944 г. немцы расстреляли 1102 поляка, в том числе в с.Лежен-Закликовский 204 человека, с.Лежен-Хваловицы — 64, с.Боруве — 365, с.Булько-Шецка — 105, с.Щецкин-Корсовка — 364 человека. Села были оцеплены, а жители pact греляны на месте38.
Но никакие зверства, издевательства не могли убить надежду на скорое освобождение. Поляки хорошо понимали, что это освобождение несет им Красная Армия, и поэтому продолжали помогать советским воинам. В 4-й гвардейской танковой армии, например, польские жители спасли жизни сотням советских бойцов. Некоторые факты такого рода нашли свое отражение в воспоминавших бывшего командарма Д.Д.Лелюшенко. Так, 13 января 1944 г. во время боев в с.Бельце-Подгуже был тяжело ранен офицер 16-й гвардейской меха низированной бригады. Польский крестьянин Ян Григорчик, несмотря на то, что кругом были фашисты, подобрал Никитенко, оказал ему первую помощь и спрятал у себя дома. 16 января Григорчик передал раненого лейтенанта в подошедший госпиталь. Подобный поступок совершила 13 января польская девушка Стефа Джуковска. Она спасла раненого советского лейтенанта И.П.Егорова из 62-й гвардейской танковой бригады39.
А скольких советских летчиков, выполнявших задания за линиеи фронта и оказавшихся на вражеской территории, спасли польские жители! Бывало так, что все село знало о местонахождении раненого летчика, но фашисты так и не могли его найти. 2 августа 1944 г. недалеко от с.Сокольники на вражескую территорию был вынужден прыгнуть с парашютом из подбитого самолета советский летчик Фомичев. Когда он приземлился, к нему подбежали два поляка и спрятали его в копну ржи. Через полчаса к этому месту подъехали гитлеровцы и начали спрашивать, где находится летчик. Жители отвечали им, что он, очевидно, погиб. А с наступлением темноты поляк Ян Фесин принес Фомичеву одежду и четверо суток, вплоть до освобождения села, 106
прятал его у себя. Никто из односельчан, знавших, что летчик жив, не выдал его гитлеровцам, продолжавшим безуспешные поиски40.
Жизнью обязан советский летчик Антюшин отцу и сыну Скичин-ским из небольшого с.Феляница. Возвращаясь в часть после выпол нения боевого задания, летчик попал в аварию: за 30 км до линии фрон-ia вдруг загорелся мотор. По приказу командира, который летел рядом в другом самолете, Антюшин покинул самолет. Не успели Ски чинские спрятать его в копне сена, как услышали немецкую речь. Фашисты били 65-летнего старика, издевалисть над его сыном. Но они молчали. Вечером в село вошли советские войска... Вернувшись в свою часть, Антюшин написал людям, которые спасли ему жизнь, теплое письмо. ”Не знаю твоего имени, польский патриот, но знаю, что ты -мой товарищ по оружию. Выражением моей благодарности тебе пусть будет то, что за все твои муки и терпение, которые ты узнал, еще сильнее буду бить проклятого врага. За то, что ты спас мою жизнь, я и мои товарищи отблагодарим тебя освобождением Польши и уничтожением фашизма”41.
Сообщения о помощи населения наступавшим частям Красной Армии приходили из многих освобожденных районов. Политработники вели учет такого рода фактов, рассказывали затем о них нашим воинам. На основе этих сведений лектор 47-й армии майор С.ППетров и агитатор майор М.Д.Тюкаев и другие офицеры Политотдела армии составили примерные тезисы доклада ’’Трудящиеся Польши — наши друзья и надежные союзники в борьбе против немецко-фашистских захватчиков”. Как считал начальник политотдела 47-й армии МАКа латник, доклад получился содержательным, чрезвычайно интересным в познавательном отношении, и, несомненно, полезным для дальнейшего укрепления дружбы между советскими воинами и польским населением. Тезисы были всесторонне обсуждены на совещании в политотделе, показаны члену Военного совета армии и после внесения необходимых дополнений и уточнений размножены и отправлены в войска. Не раз затем армейские лекторы выступали на эту тему перед нашими воинами и польским населением, ”И не было случая, - вспоминает МА.Калашник, - чтобы при обсуждении доклада не выяснились какие-нибудь новые интересные обстоятельства. Тема оказалась поистине неисчерпаемой”42.
Однажды в беседе с танкистами М А Халатник узнал волнующую историю о том, как поляки спасли экипаж танка из их батальона. Вот как впоследствии он рассказал об этом случае на страницах своих мемуаров. ’’Наш танковый батальон совершал рейд по ближайшим тылам врага. В разгоревшемся бою гитлеровцы подбили советскую тридцатьчетверку, Товарищи видели, как она остановилась, окутанная дымом, но подойти к ней не удалось: гитлеровцы пошли в контратаку и оттеснили наш батальон. Все считали, что из экипажа подбитого танка никто не уцелел. Но через несколько дней, когда наши вой-107
ска освободили населенный пункт, на окраине которого был подбит советский танк, оказалось, что все члены этого экипажа живы и находятся в местной больнице.
Их спасли польские медики.
Когда бой отдалился от селения, врач местной больницы, превращенной гитлеровцами в немецкий госпиталь, Ванда Пушинская послала к подбитому советскому танку санитаров Владислава Саше-к а, Станислава Мосаковского и Адама Рона. Подойдя к неподвижной машине, они услышали стоны. Все члены экипажа были ранены. Санитары тайком перенесли их в одну из больничных палат. Врач Пушинская обработала и перевязала им раны. В палате поочередно стали дежурить медсестры Анна Моравская, Варвара Корось, Стефания Коляк. Эсэсовцы пытались было проверить, кто лежит в этой палате, но услышав слова врача: ’’Там заразные больные, тиф”, — отказались от своего намерения. Ночью раненых перенесли в самую отдаленную комнату — ’’мертвецкую”, куда немцы вообще не заглядывали. Там советских танкистов в течение нескольких дней лечили, кормили, перевязывали. Польские медики рисковали жизнью: если бы гитлеровцы узнали— всех ждал расстрел.
Так были спасены танкисты старший лейтенант Борисов, младший лейтенант Филиппов, младший сержант Ботинов, рядовые Пейза и Корепанов”43.
Забота местного населения о раненых советских бойцах продолжалась и после изгнания фашистских оккупантов. Эта забота носила разносторонний характер, но главным было, пожалуй, стремление поляков спасти жизнь красноармейцам, пролившим свою кровь за освобождение их земли.
Например, 16-летняя польская девушка из г.Гданьска настойчиво требовала взять у нее кровь для советского бойца,находившегося почти в безнадежном состоянии. Из-за невозможности определить группу крови врач несколько раз отказывал ей. Но поскольку красноармейцу становилось все хуже, врач согласился в конце концов на эту опасную процедуру. И советский боец выжил. Видимо, велико было желание молодой польской патриотки спасти советского бойца. В течение всех послевоенных лет АЛиколаев тщетно пытался разыскать польскую девушку, в памяти своей он навсегда сохранил благодарность 44 этому человеку .
Этот случай был далеко не единственным. В широких масштабах стало развиваться патриотическое движение доноров. На пункт сдачи крови раненым советским бойцам приходили сотни польских добровольцев. Так, в течение 10 дней в г Кр аснине побывало 150 доноров, в Замостье свою кровь для Красной Армии отдали 250 жителей. Учитывая возросшее число добровольных доноров, в Люблине была открыта специальная станция для переливания и консервирования крови, которую затем транспортировали самолетами за линию фронта45. 108
Большую помощь оказывали польские жители в развертывании советских военных госпиталей. По собственному почину они приводили в порядок помещения и дворы госпиталя, стирали белье, ухаживали за ранеными. Ежедневно, например, для работ по налаживанию госпиталя № 5290 в районе Понятово приходили по 100 и более польских граждан с 15 — 20 подводами46.
Непредвиденными трудностями ознаменовалось ’’заграничное” путешествие фронтового эвакогоспиталя № 1585, прибывшего с Волги, из Сталинграда. Фашисты, отступая, испортили водопровод. Необходимо было срочно организовать насосное водоснабжение. Но ни в этом, ни в других ближайших госпиталях таких специалистов не было. И тогда советские медики, как впоследствии вспоминал начальник госпиталя ВЪЛязовский, обратились за помощью к местному населению. Вскоре группа польских слесарей соорудила насос, и госпиталь начал нормально функционировать47.
Одной из форм выражения благодарности Красной Армии была повсеместная организация поляками сбора подарков для раненых советских бойцов. Узнав о том, что неподалеку от их селения находится советский госпиталь, крестьяне с.Сельцы приносили им фрукты, овощи, молоко. Тепло принятые ранеными, польские женщины сказали: ”От всей души благодарим вас за то, что вы спасли нас от немецких зверей, которые убивали и грабили нас”48.
Только за время нахождения эвакогоспиталя № 4348 в г.Хелм из окрестных деревень было доставлено в виде подарков для раненых:
белого хлеба и муки — 76,6 кг молока	— 5094 л
масла и сала	— 33,3 кг
картофеля	— 3690 кг
яиц	— 10106 шт
кур	- 99 шт
овощей	— 1716 кг
и много других продуктов49.
Минск-Мадовецкий уездный комитет ППР также организовал сбор подарков для раненых бойцов. Машина подарков была передана в госпиталь легкораненых (г-Рембертив), вторая машина с подарками в госпиталь 1-й Польской армии (г.Минкс-Мадовецк), третья — в госпиталь 16-й воздушной армии (с.Сеница)50.
Много подарков получили советские бойцы от польских жителей ко дню рождения Красной Армии. В ознаменование этого праздника на собраниях во многих гминах было принято решение организовать сбор продуктов для красноармейцев. Жители гмины Ситник, например, передали в госпиталь № 3440 60 пачек со сдобой и 60 пачек таба-ка.Руководство госпиталя и раненые сердечно поблагодарили представителей гмины за столь приятный и неожиданный для них сюрприз.
109
Они выразили искреннюю радость по поводу того, что польское население заботится о солдатах союзной Красной Армии, которые вместе с Войском Польским сражаются против немецко-фашистских захват чиков51.
Пожалуй, наиболее яркой и действенной помощью со стороны поляков наступавшим частям Красной Армии было их непосредствен ное участие в освобождении родных мест от оккупантов.
Еще шли бои в Люблине, а горожане освобожденных кварталов выходили из домов, приходили в штабы советских частей и просили оружие, чтобы совместно с Красной Армией очищать город от фа шистов, В районе городского вокзала группа добровольцев, засев на крышах домов, долгое время вела огонь по противнику52. А 24 июля 1944 г. Люблин был освобожден.
Большую помощь оказали польские патриоты советским войскам, освобождавшим города Гдыню,Ченстохов, Сандомир и др.
14 марта 1945 г, 1-я гвардейская танковая армия генерала М.Е.Катукова в тесном взаимодействии с 19-й армией генерала В,3.Романовского начала наступление на Гдыню. Эта крепость имела мощные укрепления, хорошо приспособленные к сильно пересеченной, лесистоболотистой местности. Лишь 23 марта советские войска пробились к последнему рубежу обороны противника. Попытки с ходу ворваться в город успеха не Имели. Наших бойцов встретили плотный огонь противотанковых орудий, мины и металлические ”ежи”. Но помог случай, о котором впоследствии рассказал в мемуарах бывший командующий 1-й гвардейской танковой армией М.Е.Катуков:
”В одной из деревушек неподалеку от Гдыни к командиру 8-го гвардейского корпуса И.Ф.Дремову подошла молодая красивая полька и подала ему карту. Внимательно рассмотрев ее, Дремов понял, что в его руках карта крепости Гдыня, на которой нанесена вся огневая система противника,
Дремов раздумывал: счастливый ли это случай или фашистская провокация?
Путая польские слова с русскими, женщина пояснила, где наиболее уязвимые места крепости и с каких сторон ее лучше атаковать... Именно эта карта (она оказалась подлинной) помогла нам овладеть Гдыней малой кровью”53.
' Много лет командование армии не знало, кем эта неожиданная помощница послана. И только много лет спустя, после войны, в разговоре с польским корреспондентом газеты ’’Жешувски новини” бывший командующий 1-й гвардейской танковой армией вспомнил об этом случае. Вскоре в польской газете появилась статья о подвиге польской патриотки, а затем МБ.Катуков получил письмо из Гдыни от сотрудников научно-исследовательского института, где сообщалось, что женщина, принесшая Дренову карту Гдыни, была членом подпольного Комитета сопротивления и действовала по его указанию.
110
Знаменательной вехой в совместных боях польского населения и советских воинов против немецко-фашистских захватчиков является участие жителей г.Познань в вооруженном штурме местной цитадели.
Как известно, в ходе Варшавско-Познанской операции 1945 г. советские войска не смогли сразу овладеть старинной крепостью, хорошо приспособленной к длительной обороне. Окружив Познань плотным кольцом, советское командование направило свои основные силы на запад. Описывая бои за Познань, генерал-лейтенант танковых войск М.ГВайнруб в своих воспоминаниях писал: ’’Едва вступив на землю Познани, мы ощутили помощь со стороны поляков: они подносили боеприпасы, помогали раненым, проводили только им известным путем прямо в тыл к фашистам”54.
Созданные в окруженном городе из поляков сторожевые отряды и добровольческие отряды гражданской милиции взаимодействовали с Красной Армией в охране важных объектов и путей сообщения, а также в ликвидации диверсантов.
В изнурительных боях за город советские войска понесли большие потери, поэтому не хватало людей для вспомогательной службы. Не хватало саперов, а также бойцов на передовой линии. В этих условиях командование советских войск в Познани по согласованию с временным президентом города и руководством гражданской милиции приняли решение организовать вербовку добровольцев из польских граждан — мужчин в возрасте от 18 до 45 лет. По данным польского военного историка генерала С.Окецкого, тщательно изучавшего этот вопрос, число поляков-добровольцев в Познани составило примерно 1800 человек55. Некоторые из них использовались на саперных работах, разгружали транспорт с оружием, провиантом и боеприпасами. В штурмовых группах советских пехотных полков сражались свыше 1100 польских граждан. Примерно 100 поляков погибли при штурме цитадели.
Помимо непосредственного участия в боях за овладение крепостью Познань, поляки оказывали советскому командованию практическую помощь в пропаганде среди войск противника, а также в деле разоблачения фашистских солдат и офицеров, переодетых в штатскую форму. 31 января 1945 г. 60 мужчин и две женщины проявили желание отправиться в тыл противника для распространения на территории города листовок ”Вы окружены” (на немецком языке) в количестве 5 тыс. экземпляров. Другая группа поляков из 20 человек распространила 3 тыс. польских листовок и 500 брошюр. Житель Познани Станислав Новачек, в прошлом телеграфист, сообщил ценные сведения о телеграфной и телефонной линии цитадели города, а также о местонахождении радиостанции. ’’Практика засылки польского населения в расположение противника, — писал в донесении начальнику 7-го отдела Политуправления 1-го Белорусского фронта начальник 7-го от
Ш
дела 8-й гвардейской армии, — дала положительные результаты и явилась показателем того, что польское население готово оказать и практически оказывает помощь Красной Армии”56.
Таким образом, несмотря на разруху, трудности военного времени, сложную внутриполитическую обстановку,ПКНО, а впоследствии Временное правительство провели огромную работу по организации помощи Красной Армии продовольствием, промышленной продукцией, выделяли помещения под госпитали и помогали в проведении там восстановительных и ремонтных работ. Несмотря на тяжелейшие условия, поляки внесли существенный вклад в обеспечение успешных боевых действий Красной Армии и Войска Польского, приближение победы над общим врагом.
8.	ПОМОЩЬ СОВЕТСКИХ ВОИНОВ НАСЕЛЕНИЮ ОСВОБОЖДЕННЫХ РАЙОНОВ ПОЛЬШИ
Яркой страницей в историю советско-польских отношений вошла повсеместная помощь, которую оказывали Советские Вооруженные Силы польскому народу в ходе освобождения Польши от гитлеровских захватчиков. Красная Армия вновь доказала свою готовность идти на огромные жертвы й лишения во имя скорейшего окончательного уничтожения фашизма на Земле. В ходе осуществления освободительной миссии советские воины проявили такие черты, как благородство и гуманизм.
Как известно, война принесла польскому народу и Польскому государству неизмеримые страдания и неисчислимые потери. Фашисты уничтожили 25 % населения Польши. Их ненависть к свободолюбивому польскому народу, героически боровшемуся за свою свободу и независимость, проявилась не только в физическом уничтожении лю-• дей, но и массовом разрушении промышленных и культурных центров польской нации. На 45 % были разрушены Познань и Щецин, на 55 — Гданьск, на 80 — Колобжег,на 65 % — Вроцлав, где в течение почти трех месяцев сопротивлялся немецкий гарнизон генерала Нихова. Вернувшись из плена, генерал в 1956 г. опубликовал в западногерманском журнале ’’Велы ам зонтаг” серию статей под названием ’’Так пал Брес-лавль”. Бывший военный комендант этого города ни в чем не раскаивается. Наоборот; он считает, что бессмысленное разрушение города якобы спасало Германию1. Общий ущерб, нанесенный национальному достоянию Польши, выражался колоссальной суммой — 16,9 млрд долл.2
В такую истерзанную и разрушенную страну вступили воины Красной Армии летом 1944 г. Перед советским командованием с небывалой остротой встала задача оказания первой необходимой помощи 112
населению, пострадавшему от фашистского террора. Помощь эта шла по разным каналам — через Главное управление тыла Красной Армии, через фронты, армии, соединения, части и военные комендатуры. Размеры ее подчас трудно выразить в конкретных цифрах, так как часто она не была оформлена документально. В условиях войны командирам отдельных частей Красной Армии нередко по собственной инициативе приходилось принимать решения об оказании помощи польскому населению.
Неоценимую помощь и поддержку Советское правительство и командование Красной Армии оказывали населению освобожденных районов Польши в снабжении продовольствием и медикаментами Оккупанты увозили с собой все возможные продовольственные запасы, медикаменты, обрекая население на нищету и страдания.
Тяжелое положение с продовольствием и медикаментами наблюдалось буквально во всех освобожденных Красной Армией районах Польши. В Генеральный штаб постоянно шли доклады о глубокой разрухе и голоде, переживаемыми Польшей вследствие долгих и трудных лет гитлеровской оккупации. Так, в донесении начальнику ПУ 1-го Украинского фронта от 17 февраля 1945 г. говорилось, что ’’рабочие промышленных районов Верхней Силезии начинают голодать, поскольку запасы, которыми располагали польские органы, почти совершенно исчерпаны”3.
Советское военное командование не могло оставаться безучастным к подобным сообщениям. Проблемы обеспечения мирного населения продовольствием были постоянно в центре его внимания. Уже в августе 1944 г. Польский Комитет Национального Освобождения получил по распоряжению командования 1-го Белорусского фронта свыше 50 тыс. кг ржаной и пшеничной муки, 16740 кг мяса, 4650 кг жиров, 45 т овощей и другие продукты. В ноябре 1944 г. польским властям было передано со складов Красной Армии 72 тыс. кг хлеба, 1800 кг пшеничной муки, 8300 кг мяса, 2700 кг макарон, 3200 кг сахара4.
В той разнообразной помощи, которую оказывали советские войска полякам в 1944 г., особое место занимает снабжение продовольствием населения предместья Варшавы — Праги. По свидетельству очевидца, в Праге практически не было продовольствия,и только помощь Советской Армии в виде поставок муки и других продуктов позволила удовлетворить первоочередные потребности населения5. 17 сентября 1944 г. подразделения Советской Армии передали городу 15,7 т продуктов, в том числе 7,5 т муки и около 5 т хлеба.6 26 сентября ГКО принял постановление о безвозмездном предоставлении в распоряжение ПКНО для жителей Праги 10 тыс. т муки и партии медикаментов7.
Жители Праги с большой благодарностью встретили решение ГКО. Здесь прошли многочисленные митинги и собрания, принимавшие 113
резолюции, где выражалась признательность за оказанную помощь В одном из обращений, принятом 29 сентября, говорилось: ’’Собран шиеся в Праге представители политических организаций, гражданских комитетов помощи, духовенства, профессиональных союзов, реме*, ленников, учителей, трудовой интеллигенции и молодежи с глубоким волнением и радостью восприняли известие о предложенном герои ческим Советским Союзом... щедром даре для истерзанного и изголо давшегося населения Праги в виде 10000 тонн муки и необходимых лекарств. От имени все еще истекавшего кровью населения Праш, городская Рада Народова и собравшиеся со всей Праги граждане приносят сердечную благодарность, подчеркивая, что вся польская обще ственность высоко оценивает братский союз между СССР и Польской Республикой, который претворен в жизнь Крайовой Радой Иародовой и Польским Комитетом Национального Освобождения и который позволяет польскому народу восстановить свои силы, залечить раны, нанесенные гитлеровской оккупацией. Союз этот является гарантией того, что мы вместе с нашим союзником завершим освобождение польских земель и добьемся полной победы над немецкими захватчиками”8.
Представители Красной Армии строго следили за ритмичностью поставок для жителей Праги. Об этом свидетельствуют ежедневные донесения о поступившем количестве продовольствия и его распределении члена Военного совета 47-й армии полковника И.Кузьмииа члену Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенанту К.Телегину9. Значительных усилий потребовала организация выпечки хлеба из поставляемой муки. Оставшиеся не разрушенными польские пекарни могли обеспечить нужды населения Праги лишь на 30 %. Советские войска в течение недели развернули и построили в Праге свои пекарни, полностью удовлетворявшие в тот период потребности жителей10. Детальный анализ сложившейся в то время продовольственной ситуации показывает, что советские поставки помогли избежать голода. Они на пять-шесть месяцев обеспечили этот район Варшавы хлебом11.
Помимо Праги десятки тонн зерна, муки были переданы Красной Армией жителям Сандомира, Хелма, Люблина, Жешува, Белостока, других городов и населенных пунктов. Впоследствии, при освобождении польских земель за Вислой — в 1945 г., практически каждый промышленный центр получил от Красной Армии определенное количество продуктов. Жителям Кракова было передано 5 тыс. т муки и 2 тыс. т мяса, Ченстохова и Келец — по 1 тыс. т сахара, Лодзи — 2 тыс. т хлеба, 500 т муки, 100 т мяса, 90 т сахара, 8031 т картофеля, Познани — 180 т сахара, Быдгощи — 330 т мяса, 30 т крупы, 200 т ячменя и 50 т сахара, Радона — 300 т ржи и 250 т сахара, Гдыне — 1000 т мяса, Калиша — двухмесячное продуктовое обеспечение, Иновроц-лава — 100 т сахара12.
Особенно остро продовольственная Проблема стояла в Силез-ско-Домбровском районе, где боевые действия не позволяли осу-114
ществлять подвоз продовольствия. А восстанавливаемое народное хозяйство и воюющая армия все более остро нуждались в угле и металле. Поэтому продовольственная помощь советских войск и правительства СССР здесь имели особенно высокую цену. В этом районе, как ни в каком другом, она осуществлялась по двум каналам: непосредственные поставки и передачи продовольствия из захваченных немецких складов. Так, только в Катовице было поставлено 10 тыс. т муки и 5 тыс. т сахара13. Одновременно, в середине марта 1945 г., жители Домбровского бассейна и Верхней Силезии получили из захваченных гитлеровских продовольственных складов 2 тыс. т хлеба и 36 вагонов сахара. В Опальской Силезии Красная Армия передала польским властям склады со следующими запасами продовольствия: 4618 т ржи, 1012 т пшеницы, 1184 т овса, 852 т ячменя. В апреле Центральное управление угольной промышленности для снабжения шахтеров получило 907 т ржаной муки, 60 т пшеничной муки, 120 т сахара, 55 т жиров, 253 т мяса14.
Продовольственная помощь советских войск распределялась в первую очередь среди тысяч рабочих, шахтеров, металлургов, транспортников, восстанавливавших промышленные предприятия и железные дороги. Осуществлялась она сразу после освобождения, когда оккупанты вывезли или уничтожили имеющиеся запасы, а села еще не могли дать необходимое количество продуктов. Конечно, помощь, оказываемая Красной Армией, не могла полностью удовлетворить нужды населения освобожденных районов. Случалось, что она была лишь небольшой частью того, в чем население испытывало острую нужду. Тем не менее, как правило,она приходила в самый нужный момент и поэтому ее оценивать следует не только с учетом ее количества, но и прежде всего с точки зрения положения, когда продовольствие во многих городах Польши, очищенных от немцев, вообще отсутствовало. Для полноты же картины следует сказать, что продовольствие поставлялось в Польшу и в рамках реализации соглашения о поставках товаров и об условиях расчета между Советским правительством и ПКНО15, и по другим каналам.
Общеизвестен факт, когда в знак дружбы с польским народом и в целях оказания немедленной продовольственной помощи населению освобожденной Варшавы советские республики безвозмездно передали жителям столицы Польши 60 тыс. т хлеба, в том числе Украинская ССР — 15 тыс. т, Белорусская ССР — 10 тыс. т, Литовская ССР -- 5 тыс. т и РСФСР — 30 тыс. т16, Все это, конечно, значительно облегчало продовольственное положение на освобожденных территориях.
Большое внимание Советское правительство и командование Красной Армии уделяло вопросам медицинской помощи польскому населению. Во исполнение директив начальника тыла Красной Армии А,ВЛрулева фронтовые и армейские санитарные службы проводили тщательную санэпидразведку освобожденных ог оккупантов городов
115
и сел Польши. В процессе санэпидразведки санитарные службы подробно знакомились с состоянием здравоохранения населенных пунктов, инфекционной заболеваемостью и безотлагательно принимали меры для улучшения санитарно-эпидемиологического положения этих районов.
Так, санитарными службами 1-го Украинского фронта и армий, входивших в состав этого объединения, за период с ] 5 января по 12 февраля 1945 г. было обследовано 270 населенных пунктов. Установлено, что в 1944 г. в Новы-Сончском районе было 1028 случаев инфекционных заболеваний, в Мысленецком уезде — 415, в Водовиц ком-151 случай.
Такое большое количество инфекционных заболеваний объясняется резким ухудшением жизненного уровня людей, отсутствием доброкачественной пищи, понижением общей сопротивляемости организма и, наконец, практически отсутствием элементарной медицинской помощи. Госпитализация больных инфекционными заболеваниями была неполной, обработка очагов носила случайный, бессистемный характер. Вследствие этого санэпидразведкой 1-го Украинского фронта на территории, освобожденной его войсками за период с 15 января по 12 февраля 1945 г., был выявлен ряд очагов инфекций; сыпного тифа -110, брюшного тифа — 119, дизентерии — 1417.
Санитарная обработка очагов заболеваний производилась силами обмывочно-дезинфекционных рот, банных отрядов армий и войсковых частей. В некоторых местах были открыты специальные инфекционные изоляторы, куда больные госпитализировались.
Молодое Польское государство осталось почти без кадров врачей вследствие истребления их гитлеровцами. Бедственное положение было и с медикаментами. Для решения этой проблемы в конце сентября 1944 г. в Люблин прибыл начальник Санитарного управления Красной Армии генерал-полковник ЕЛ.Смирнов, который совместно с заместителем руководителя отдела здравоохранения и соцобеспечения Польши доктором Можицким и доктором Млодзяновским приступил к распределению медикаментов. Один вагон ценнейших лекарств был выделен для жителей предместья Варшавы — Праги. Польская печать широко освещала эту дружественную и гуманную акцию Советской страны, ее Вооруженных Сил. Газета ’’Речь Посполита”, в частности, писала; ’’Медицинская помощь, оказываемая Советским правительством, является еще одним доказательством доброжелательного, дружественного отношения Советского Союза к польскому народу. Все население Праги благодарно нашему союзнику за помощь, оказываемую нам в трудный момент борьбы с кровавым оккупантом за освобождение Варшавы”18.
Огромный ущерб нанесли гитлеровцы транспорту и связи Польши; 84 % железных дорог подверглось разрушению, практически отсутствовал подвижной состав, не было автомашин19. Поэтому молодая 116
народная власть испытывала серьезные транспортные трудности. А без восстановления железнодорожных путей, шоссейных дорог и мостов, без автомобильного парка нельзя было наладить работу промышленности, Здесь помощь Советской Армии была особенно ценной. Сразу же после вступления на территорию Польши Красной Армии ее командование выделило специальные группы технических войск, которые уже в августе 1944 г. с помощью польского населения ввели в строй более 100 железнодорожных мостов, в том числе мосты через Сан, Буг и Вислу, каждый из которых длиною в несколько сот метров20.
Всего же за время пребывания советских войск на территории Польши они восстановили более 200 мостов, свыше 4 тыс. км железнодорожных путей и свыше 12 тыс. км линий связи21.
Большая помощь была оказана советскими специалистами в восстановлении на освобожденной польской территории телефонной сети. В одном из писем, адресованных представителю Советского правительства при ПКНО, упоминается о восстановлении частями связи Красной Армии 1569 км телефонного кабеля, о восстановлении 35 радиостанций, открытии 4667 почтовых отделений. Советские военные специалисты помогли ввести в строй постоянную линию авиасвязи между Люблином, Жешувом, Белостоком и 23 повятовыми центрами22 . От СССР Польша получила для нужд связи автомашины, самолеты По-2, а также тяжелые транспортные самолеты. В итоге польская авиакампания ’’ЛЕТ”, возобновившая в марте 1945 г. свою деятельность, в 1946 г. имела уже регулярные авиалинии протяженностью в 5,2 тыс. км23.
Благодаря решительной поддержке Советского государства Польша возвратила себе 500 км морского побережья, но она не имела флота. Поэтому СССР передал польским властям все речные суда на Одре, Варте, Нотеци и на каналах, а также помог Польше добиться возврата ее судов, захваченных фашистской Германией. Однако препятствием к развитию мореходства, а следовательно, судостроительной и судоремонтной промышленности,была разруха. Во всех крупных портах Польши (Гдыне, Гданьске, Щецине) были взорваны судовые причалы, затоплены краны, акватории портов забиты потопленными судами, портовым оборудованием, заминированы. Доступ в порты был закрыт.
Советские Вооруженные Силы немало сделали для восстановления этих портов. Уже через несколько дней после изгнания врага советские саперы приступили к очищению фарватера Гдыни от затопленных катеров, барж, плавучих доков. Они отремонтировали 10 портальных кранов, передали портовым властям два ленточных транспортера производительностью 45 тыс. т в сутки, восстановили портовую электростанцию и водопровод. Подобную помощь получил и Гданьский порт24.
117
На освобожденных территориях сразу на первый план выдвигалась задача введения в строй крупных, не уничтоженных войной промышленных объектов, главным образом в центрах с наибольшим сосредоточением рабочего класса. Советское военное командование, несмотря на продолжавшиеся боевые действия, считало восстановление хозяйственных и коммунальных объектов проблемой принципиального значения, В большинстве центральных воеводст (Лодзинском, Келецком, Краковском, Варшавском, Силезско-Домбровском, Познаньском) эти мероприятия были проведены в течение 1—2 месяцев.
Однако та помощь, которая предоставлялась польскому народу непосредственно Красной Армией, была недостаточной. Для того чтобы вдохнуть жизнь в экономику страны, поднять и наладить по-настоящему хозяйство, требовалась, несомненно, более эффективная и более весомая помощь. Поэтому, начиная с первых дней создания ПКНО, Советское правительство предоставило Польше наиболее дефицитные товары и сырье. Так, только с июля по октябрь 1944 г. из СССР в Польшу было доставлено 45 тыс. т каменного угля, 6 тыс. т керосина, 2 тыс. т нефтепродуктов25. Советские организации предоставили все необходимое оборудование для сахарных заводов Польши. Кроме того, наше правительство отдало полякам большое количество автомобилей, железнодорожных вагонов и локомотивов, хлопка, металлических руд, смазочных материалов и др.
Для наиболее благоприятного развития разносторонних экономических связей и торгово-коммерческих отношений 20 октября 1944 года было заключено советско-польское экономическое соглашение, по которому СССР на основе краткосрочного беспроцентного кредита поставил освобожденным районам Польши уголь, нефтепродукты, продовольствие, сырье, автомашины на общую сумму 105045 тыс. злотых26. Командование Красной Армии, советские воины принимали активнейшее участие в осуществлении мероприятий Советского правительства. Примером этому может служить передача необходимого .сырья для лодзинских промышленных предприятий.
Как известно, Лодзинский район был освобожден Красной Армией в январе 1945 г. Гитлеровцы, захваченные врасплох, не успели разрушить заводы и фабрики, которые практически работали до самого момента освобождения. Но запасов сырья хватало всего на несколько дней. Польское правительство обратилось за помощью к Советскому Союзу. ГКО немедленно издал постановление о перевозке 5000 т хлопка и 600 т шерсти текстильным предприятиям гЛодзи. Центральное управление военных путей сообщения разработало план предоставления подвижного состава для погрузки хлопка и шерсти. Вскоре начальник тыла Красной Армии в приказе от 23 апреля 1945 г. вынес благодарность офицерскому составу за образцовое выполнение задания по обеспечению отгрузки и доставки хлопка и шерсти лод-зинским текстильным предприятиям27.
1J8
Большое значение в восстановлении народного хозяйства Польши имело соглашение, заключенное 26 марта 1945 г, между советским военным командованием и Временным правительством Польской республики, об использовании оборудования германских предприятий и другого трофейного имущества, находившегося на территории Польши, которое по законам военного времени считалось собственностью СССР.
В соглашении прямо говорилось, что только в силу дружественного отношения Советского Союза к Польше советское военное командование не намерено полностью вывозить трофейное имущество и передает Польской республике значительную часть оборудования германских предприятий в целях оказания содействия в промышленном развитии Польши28. Этот гуманный акт в значительной степени способствовал восстановлению польской промышленности. Причем предприятия и шахты, передаваемые Красной Армией, как отмечали сами поляки, находились в хорошем состоянии. Например, в мае 1945 г. польским властям было передано одно из самых крупных металлургических предприятий Силезии — завод ’’Юлия” в Бобрке. Директор Главного управления металлургической промышленности отмечал, что советские военные власти передали завод в почти неповрежденном виде. Польским властям были переданы также немецкое металлургическое предприятие ’’Забже”, огромное авторемонтное хозяйство в Гливице. Запасы цветных металлов (бронзы, меди и алюминия), переданные Польше советским военным командованием, оценивались более чем в 1 млрд злотых.
Руководствуясь решением Советского правительства о передаче Польскому правительству немецких промышленных предприятий и заключенным в Москве советско-польским соглашением, командование советской группой войск в Польше передало Польскому правительству 5236 промышленных предприятий29.
Наряду с мероприятиями по обеспечению возрождения польской промышленности советские военные власти делали все возможное, чтобы восстановить и сельское хозяйство страны, Весенний сев 1945 г. на освобожденной территории Польши и особенно на территории, отошедшей к Польше от Германии, польские власти обеспечить не смогли, так как не хватало рабочей силы, Чтобы все-таки засеять поля, советское командование помогло Польскому правительству в составлении плана весеннего сева и поддержало просьбу поляков об оказании помощи семенами сельскохозяйственных культур в количестве 15 тыс. т для посева яровых и о выдаче 100 тракторов.
Постановление ГКО об оказании помощи семенами польскому сельскому хозяйству было издано 27 марта 1945 г., а уже 24 апреля представитель штаба начальника тыла Красной Армии докладывал о выполнении этого задания30.
119
Военные части Красной Армии оказывали большую помощь крестьянам в разгар посевной кампании. Так, они своими силами и средствами засеяли около 7500 тыс, гектаров земли, Польше было передано большое количество сельскохозяйственного инвентаря, а безлошадным хозяйствам предоставлены, например, только 1-м белорусским фронтом лошади для сельскохозяйственных работ в количестве 130000 коно-дней81.
Большую тревогу у Польского правительства вызывал ход уборки озимых летом 1945 г. Дело в том, что озимых, посеянных еще немцами в северо-западной части Польши и присоединенных районах, оказалось много, а вот убирать их было некому, так как переселенцев в этих местах было еще мало. Советские войска и здесь пришли на помощь. В целях полного освоения бесхозных земель на территориях, отошедших к Польше, и упорядочения сельскохозяйственных работ представители от фронтов и военной миссии по указанию начальника тыла Красной Армии согласовали с Польским правительством план уборки с тем, чтобы советские воины могли принять в ней максимальное участие. Таким образом, было убрано посевов: тальским населением— 1013 тыс. га, Красной Армией — 987 тыс. га32,
Помощь, оказанная советским командованием, дала возможность польскому населению своевременно и удовлетворительно провести посевную кампанию и уборку озимых. Но оставалась во многом нерешенной проблема скотоводства. Нужно было спасать скот, оставленный без всякого надзора. ’’Повсюду, — вспоминает начальник тыла 1-го Белорусского фронта Н.А.Антипенко, — был слышен рев голодного скота, коровы оставались недоенными”33. А кто же мог покормить и подоить их? Ведь немецкие колонисты убежали, из большинства населенных пунктов эсэсовцы насильно угнали на запад всех крестьян и батраков. Поэтому Военный совет фронта решил обратиться за помощью к советским женщинам, возвращавшимся на Родину из фашистской неволи. Им объясняли, что каждый упущенный день грозит гибелью тысяч голов скота, убеждали задержаться с отъездом в родные места. И советские люди (репатрианты) с исключительным пониманием отнеслись к создавшемуся положению. Они ухаживали за скотом так, что практически исключался падеж. ’’Ценой величайших усилий со стороны военно-тыловых органов и населения, — заключает Н. А .Антипенко, — вся эта масса скота была спасена от неминуемой гибели”34.
Советское военное командование с большой заботой относилось к самым маленьким гражданам Польши. В связи с приближением начала учебного года в школах Польши оно приняло самое активное участие в налаживании нормальной учебы. Об этом, в частности, свидетельствует директива начальника штаба 1-го Белорусского фронта М.С.Малинииа от 24 августа 1944 г, В директиве предлагалось войскам фронта до 1 сентября о свободить все школьные помещения и возв-120
ратить школам взятый у них инвентарь. Школьные помещения предоставлять госпиталям только в исключительных случаях и с разрешения начальника тыла фронта или армии. Городским и уездным комендантам предлагалось оказывать польским властям всемерное содействие в освобождении воинскими частями школьных зданий и в возвращении школьного имущества. Аналогичные указания были даны и 1-му Украинскому фронту, благодаря чему в одном только Жешувском районе к концу 1944 г. уже работало 1236 различных школ, в которых занимались 120 тыс. учащихся35.
Ярким примером подлинного гуманизма и интернационализма советских воинов явилась помощь в восстановлении Варшавы.
Гитлеровские варвары превратили в сплошные груды щебня одну из красивейших столиц Европы, город, столь богатый историческими памятниками. Советские войска, вошедшие в Варшаву, увидели удручавшую картину. В своих статьях советские военкоры рассказывали советским людям об ужасных разрушениях столицы Польши. Не было ни одного не поврежденного дома, на месте главного вокзала — гигантская яма и груда щебня. Почти все промышленные предприятия города были разрушены или разграблены.
Навсегда погибли многие произведения архитектуры и искусства. Такие дворцы, как Стеклянный, Королевский замок были полностью разрушены, от Большого театра остались одни колонны, сохранившиеся только потому, что немцы не успели их взорвать. При поспешном отступлении фашисты поджигали то, что могло еще гореть и минировали относительно уцелевшие здания и даже развалины36. •
Варшава была разрушена до такой степени, что многие специалисты говорили о невозможности ее восстановления. Ведь немецко-фашистские оккупанты уничтожили свыше 75 % ее жилого фонда, 20 % промышленных предприятий и исторических памятников37. Остальные районы города подверглись такому разрушению, что в них не сохранились даже следы улиц. Военный совет 1-го Белорусского фронта в донесении в Ставку и Государственный Комитет Обороны об освобождении Варшавы писал: ’’Фашистские варвары уничтожили столицу Польши — Варшаву. С жестокостью изощренных садистов гитлеровцы разрушали квартал за кварталом. Крупнейшие промышленные предприятия стерты с лица земли. Жилые дома взорваны или сожжены. Городское хозяйство разрушено. Десятки тысяч жителей уничтожены, остальные изгнаны. Город мертв”38.
Однако польский народ был полон решимости восстановить свою столицу. В связи с этим президент Крайовой Рады Народовой Б.Берут 2 февраля 1945 г. обратился к правительству СССР с просьбой оказать помощь в возрождении Варшавы. В письме содержалась убедительная просьба выделить для этой цели 500 грузовых автомашин, 50 легковых, 10 бетономешалок, 100 растворомешалок. Кроме этого президент КРИ просил выделить 2000 грузовых машин для нужд страны39.
121
Советское правительство решило оказать братскую помощь поль скому народу в восстановлении столицы. Оно направило в Варшаву своих экспертов по составлению плана возрождения Варшавы, а также выделило материально-техническую помощь в размере 50 % расходов40. Кроме того в знак дружбы с польским народом, стремясь облегчить участь жителей Варшавы, Советский Союз предоставил им безвозмездно 60 тыс. т муки, значительное количество медикаментов и перевязочного материала41.
Освободив Варшаву, советские и польские части при помощи населения приступили к разминированию города. Советские саперы в короткое время обезвредили около 2 млн мин и неразорвавшихся снарядов, очистили проезжие части главных улиц от покрывавших их развалин и остатков пожарищ42 ,
Так при помощи советских воинов Варшава возвращалась к жиз ни. В благодарственном письме Сов.етскому правительству от 17 фев раля 1945 г. Президент КРН Б.Берут писал: ”В трудные и страшные годы войны, принесшие столько несчастий и разрушений обеим нашим странам, народы Советского Союза проявляют столь беспримерное величие духа и столь великую созидательную мощь, что, отстраивая огромные разрушения в собственной стране, в то же время спеша i оказать помощь Польше.
Польский народ всем сердцем оценит эту помощь и ответит на нее вечной благодарностью и нерушимой дружбой”43.
Исключительную роль в нормализации жизни всех освобожденных районов Польши, а также в наведении порядка в тылу советских войск сыграли советские военные комендатуры.
Комендатуры с помощью населения, а также польских железнодорожников и работников связи налаживали главные линии железных дорог, связи, восстанавливали электростанции, водопровод, газовые станции, несли охрану уцелевших складов, промышленных предприятий, вводили в строй необходимые для снабжения армии и местного населения объекты — мельницы, бойни, пекарни и т.п. По мере возможности были окружены заботой сотни тысяч людей, которые были освобождены , из лагерей принудительного труда, узники концлагерей и тюрем, возвращавшиеся на родину. В тесном контакте с местными органами народной власти советские военные коменданты вели борьбу с реакционным подпольем, помогали создавать на местах гражданскую милицию, которая формировалась на базе Армии Людовой. Трудно переоценить роль советских военных комендатур в налаживании хозяйственной жизни в освобожденных районах Польши. Как только был освобожден, например, Люблинский район, советская комендатура взяла на себя бремя организации капитального ремонта разрушенной немцами сети электропередач протяженностью 36 км. Вскоре был исправлен водопровод, восстановлена канализация, 122
С помощью работников комендатуры в уезде дополнительно были открыты 10 магазинов. Сразу же после освобождения начали функционировать все предприятия бытового обслуживания44,
Со всех районов освобожденной Польши шли в политотделы армий донесения военных комендантов о нормализации жизни во вверенных им городах. Так, комендант г.Мелец докладывал начальнику Политуправления 1-го Украинского фронта о восстановлении и готовности к эксплуатации авиазавода, железных дорог, двух мельниц, об открытии в городе магазинов, мастерских, больниц45.
А в г.Ярославе уже через неделю после освобождения стали работать 10 мельниц, были пущены мясокомбинат и пивной завод, начались работы по восстановлению городской электростанции4*.
Большую помощь оказывали советские военные комендатуры в организации сева и уборке урожая на освобожденных территориях, о чем свидетельствуют их отчеты. Так, военный комендант г.Кельце сообщи!, что на 1 апреля 1945 г. Кельцевское воеводство при содействии работников комендатуры получило от Советского Союза 49 тракторов, 141 т пшеницы47,
Значительную работу коменданты проделали по охране и сбережению имущества, оставленного бежавшими немцами. Если до создания советских комендатур имущество это расхищалось, то уже с первых шагов своей деятельности они провели учет имущества и организовали его охрану48.
В августе 1944 г, была освобождена деревня Гибы в северо-восточной части Польши, и фронт остановился в 15 км западнее. Комендан том деревни был назначен капитан И.Шандуров. Через несколько дней после освобождения местечка Шандуров организовал ремонт школьного помещения, нашел учителя, выделил школе материальную помощь и 1 сентября торжественно открыл школу. Но сам он вскоре отбыл на фронт, и до жителей деревни дошел слух, что их бывший комендант погиб. С тех пор многие годы, начиная урок 1 сентября, учитель Антони Жегорский рассказывал детям о русском офицере Шандурове. Когда в 1958 г. в деревне была построена новая школа, ее назвали именем Шандурова, Сообщение об этом было опубликовано и в советской печати. Некоторое время спустя в школу неожиданно пришло письмо от семьи Шандурова, проживающей в г.Саратове. В нем сообщалось, что Шандуров не погиб, а был контужен и сейчас работает инженером на том же заводе, с которого уходил на фронт49. Многие бывшие ученики открытой советским офицером польской школы работают в разных местах Польши, и они радостно встретили сообщение о том, что этот навсегда оставшийся для них близким человек жив.
Главное же в деятельности советских военных комендатур в Польше состояло в том, что они внесли достойный вклад в установление дружественных отношений с местным населением и в защите его интересов. Член Военного совета 1-го Белорусского фронта К,Ф,Те-123
легин в донесении наркому обороны СССР от 31 декабря 1944 г. в oi ношении обстановки в Польше справедливо отмечал, что без военных комендантов советское командование не справилось бы с наведением порядка и созданием спокойной обстановки в тылу советских войск и не смогло бы оказать настоящей помо щи Польскому Комитету Национального Освобождения в организации местных органов власти и укрепления их авторитета в массах50.
Как известно, в ряде мест Польши в результате сохранившегося влияния реакционных партий власть захватили представители лондонского эмигрантского правительства. Такое положение имело место в первые дни после освобождения в ряде сел Замостьевского повята. В г.Томашуве, например, путем террора власть удерживали агенты лондонского эмигрантского правительства51. Поэтому в беседах с советскими солдатами и офицерами польские крестьяне открыто выражали свои опасения по поводу реставрации довоенных порядков и возвращения помещиков. Несмотря на . проводимую в стране земельную реформу, крестьяне зачастую отказывались от положенных им наделов, опасаясь мести со стороны бывших хозяев. Многие из них просили советских комендантов для ’’алиби” ’’насильственно” закрепить за ними земельные участки.
Советские военные комендатуры, охраняя спокойствие и созидательную деятельность поляков, обеспечивали безопасность проведения городских митингов, собраний, на которых жители могли избирать местные органы народной власти. Так было, например, и в вышеупомянутом г.Томашуве.
Следует сказать, что уже само присутствие Красной Армии имело большое значение для укрепления народной власти. Оно лишало внутреннюю и внешнюю контрреволюцию возможности открыто выступить против демократических, антифашистских сил польского народа. В своих воспоминаниях 3 .Кротко, руководитель промышленной оперативной группы в Люблине в 1944 г., писал: ”В организации жизни польской администрации на территории Люблинского воеводства представители Красной Армии не принимали непосредственного участия. Чувствовалось, однако: их поддержка уже в том, что они здесь были. Наличие советских частей и гарнизонов в городах создавало благоприятную ситуацию для наших властей, помогало людям в политическом и моральном отношении”52 .
Советское военное командование, военные комендатуры оказывали- большую помощь местным органам власти Польши в налаживании нормальной жизни на освобожденной территории. И как вспоминает начальник Оперативного управления Генштаба Красной Армии СА1Л1теменко, ’’между органами управления, созданными Польским 124
Комитетом Национального Освобождения и советскими войсками установились те подлинно братские отношения товарищей по оружию, которые в апреле 1945 г. получили выражение в Договоре о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве между СССР и Польской республикой”53.
Интернациональная помощь Советских Вооруженных Сил сыграла важнейшую роль в преодолении Польшей послевоенной разрухи, имела неоценимое значение в защите ее экономической и национальной независимости, облегчала решение разнообразных проблем в послевоенный период. В эти годы была создана прочная база для дальнейшего совершенствования и выработки новых форм всестороннего сотрудничества между нашими странами.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Хорошо известно заявление Советского правительства, сделанное им еще в самом начале Великой Отечественной войны, о том, что целью борьбы СССР против фашистских угнетателей является не только ликвидация опасности, нависшей над нашей страной, но и помощь всем народам Европы, стонущим под игом германского фашизма. Направляя свои войска для освобождения порабощенных фашизмом народов, Советское правительство строго придерживалось существовавших в то время договоров и соглашений, а значит,действовало в соответствии с нормами международного права. На территорию Польши Советская Армия вступила по соглашению с Крайовой Радой Наро-довой, заключенному весной 1944 г.
Вооруженные силы СССР до основания разрушили фашистский ’’’новый порядок” в Польше, разгромили защищавшую его гитлеровскую армию.
Советский Союз, принесший огромные жертвы во имя освобождения польского народа, не мог допустить, чтобы к власти в Польше вновь пришли силы, враждебные нашему государству.
Как известно, реакция польских граждан на вступление Красной Армии в Польшу была весьма неоднозначной, и советским воинам приходилось действовать в крайне сложных условиях. Тем не менее воины Красной Армии оказались в основном подготовленными в политическом и военном отношении к действиям за рубежами нашей Родины. Огромная партийно-политическая, воспитательная и разъяснительная работа политорганов Красной Армии среди советских воинов дала свои результаты. За пределами Советского Союза они проявили глубокое понимание своих интернациональных задач, высокие нравственные идеалы.
Значительно улучшила обстановку и та большая просветительская и разъяснительная работа, которую вели политорганы Красной Армии среди польского населения. Но, пожалуй, самой действенной оказалась огромная помощь советских вооруженных сил польскому населению в восстановлении порядка и нормализации жизни в освобожденных от фашистских оккупантов районах страны.
В свою очередь, польские граждане активно помогали наступающим частям Красной Армии, содействовали быстрейшему изгнанию 126
фашистских оккупантов из страны. Налаживались теплые,' дружественные отношения между советскими воинами и польским населением.
Тем не менее, становление и развитие таких взаимоотношений проходило в трудных условиях.
Советский Союз рассчитывал на Польшу как на своеобразный ’’буфер” безопасности, а на деле получил постоянный источник социально-политической сейсмичности, который потряс основы командно-административного социализма, навязанного Польше Страной Советов. Тоталитаризм оказался устойчивым, так как был освящен Победой. Но глубоко неправы сегодня те, кто в этом пытается найти долю вины солдата-победителя. В этом, пожалуй, заключается драматизм сегодняшних перемен. Тоталитаризм украл истинное освобождение не только у народа Польши. Присвоив себе нашу общую победу, он пытался сделать несбыточной мечту о свободе и у советского народа. По большому счету сегодняшняя перестройка в СССР, колоссальные перемены в Восточной Европе — это осуществление неугасимой надежды на полное освобождение, которое должно было наступить еще в 1945 году.
Польский народ гордится тем, что их неимоверно обескровленная страна внесла достойный вклад в вооруженную борьбу антигитлеровской коалиции.
В ’’крестовом походе” против СССР участвовали дивизии и армии полутора десятка государств. Однако ни одно польское формирование не сражалось под началом германского командования.
Яркой страницей истории польского народа стал боевой путь его солдат — от сентябрьских боев в одиночку до участия совместно с советскими воинами в берлинской операции. Народное Войско Польское достойно сдало экзамен на зрелость. Мужественно сражались с общим врагом и польские вооруженные силы на Западе, борцы движения Сопротивления в оккупированной стране — воины Армии Людовой, Армии Крайовой, Батальонов хлопских, партизаны и повстанцы.
Сегодня, когда идет очищение советского общественного строя от социальных и духовных деформаций ’’культовского толка”, мы пытаемся вернуть из забытья имена многих польских патриотов — участников антифашистской борьбы в рядах АК, осуждаем огульные репрессии по отношению к бывшим ’’аковцам”. Ничего удивительного, что отношение к ним оказалось точкой пересечения болевых проблем послевоенной действительности. Трудно не разделить горечь тех, кто оказался выброшенным из новой жизни. Однако существует понятие широкого исторического баланса, измеряемого не только категориями, но длительными, многогранными процессами. Этот баланс является явно положительным.
127
Сегодня Польша переживает непростое время. Идет ломка старого, отжившего, поиски путей преодоления накопившихся экономических, социальных и политических проблем, выработка и осуществление стратегии обновления общества.
Однако основы внешней политики СССР и Польши не должны меняться с изменением правительства. Незыблемой остается истина — добрососедские отношения одинакойо нужны нашим странам и народам.
ПРИМЕЧАНИЯ
Введение
* Визит в Советский Союз Первого секретаря ЦК ПОРП, Председателя Государственного Совета ПНР Войцеха Ярузельского 21-22 апреля 1987 г. Документы и материалы. - М., 1987. - С. 10.
2	Страны Центральной и Юго-Восточной Европы во второй мировой войне: военно-исторический справочник. .— М., 1972. - С. 167.
3	Залуский 3. Сорок четвертый: события, наблюдения, размышления. - Пер. с польск. - М., 1978. - С. 135.
4	Манусевич А.Я. Польский народ в борьбе за независимую и освобожденную Польшу. — М., 1945.
5	Манусевич А.Я. Очерки истории Польши. — М.,'1951; Манусевич А.Я. О Варшавском восстании 1944 г. // Новая и новейшая история. - 1970. - № 3. -С. 113 — 125; Манусевич А Я. Нарастание социально-политических противоречий в странах Центральной и Юго-Восточной Европы: борьба против фашизма и победа революций // Великий Октябрь и революции 40-х годов в странах Центральной и Юго-Восточной Европы: Опыт сравнительного изучения социально-экономических преобразований и революционного процесса. — Изд. 2-е. - М., 1982. - С. 72 - 178.
6	История Польши. — М., 1958; Очерки истории Народной Польши. - М., 1965.
7	Калениченко П.М. Польська прогресивна емнращя в СРСР в роки друки свгго-во! втйни. - К., 1957.
8	Кундюба И.Д. Советско-польские отношения, 1939 - 1949. — Киев, 1963.
9	Королюк Л.М. Борьба Советского Союза на Крымской конференции за демократическую, мирную Польшу и ее справедливые границы // Учен. зап. Мос. Ин-та Международных отношений // Всеобщая история. - М., 1969- -С. 15 — 49; Костюш ко И.И. Политика Советского Союза в отношении Польши в период Великой Отечественной войны // Боевое содружество советского и польского народов. - М., 1973. - С. 39 - 49; Куц Е.Р. Борьба СССР за демократическое решение польского вопроса. 1941 - 1945. - К., 1984; Райский Н.С. Борьба СССР за выполнение решений Крымской конференции 1945 г. о Польше // Вопросы истории. - 1979. — № 7. — С. 22 - 36; Томашевский Д.Г. Борьба СССР за признание Польского народного государства (июль 1944 - июль 1945) // Там же. - 1965. - № 8. - С. 62 - 73; Юрченко О.А. Про виконапня рнпсиь Кримськоз конферешш у польському питанн! // Укр. зет. журн. — 1977. - С. 77 - 80.
10	Парсаданова В.С. Советско-польские отношения в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 - М., 1982.
11	Парсаданова В.С. Польская армия в СССР в 1941- 1942 гт. // Новая и новейшая история, 1988. - № 5.
Парсаданова В.С. Депортация населения из Западной Украины и Западной Белоруссии в 1939-1941 гг. // Новая и новейшая история, № 2, 1989.
13 Боевое содружество советского и польского народов. — М., 1073; Советско-польские отношения. 1918-1945. — М., 1974; Братство по оружию. Brater-stwo broni. - М., 1975; Очерки истории советско-польских отношений. 1917 — 129
1977. - М., 1979; СССР и Польша. Интернациональные связи — история и современность. В 2-х т. - М., 1978; и др.
14	Kovalski W.T. Walka dyplomatyczna о miejsce Polskj w Europie (1939 — 1945). — Warszawa, 1966.
ls	Kowalski W.T. Polityka zagraniczna RP 1944 - 1947. - Warszawa, 1971; Kowalski W.T. Wielka koalicja 1941 - 1945. - Warszawa, 1976 — 1977. 1.1	3; и др.
16	И'Ж M. Pomoc i wsp61praca. Polsko-radzieckie stosunki gospodarcze w latach 1444 1945. - Warszawa, 1976; Кузак Б. Советская помощь Польше на заключительном этапе Великой Отечественной войны // Воен.-ист. жур. — 1974. — № 7. — С. 74 - 85.
17	Pawlowicz 1. Strategia frontu narodowego PPR (III 1943 — VII 1944). — Warszawa, 1965; Przygonski A.L. Zagadnienia strategii frontu narodowego PPR; 1942 -1945. : Warszawa, 1976; Kolomiejczyk N. PPR 1944 — 1945. Studia nad rozwojem organizacyinym. - Warszawa, 1965; Malinowski M. Ceneza PPR. - 2-e wyd. Warszawa, 1975; Rawski T., Stqpor L., Zamojski L. Wojna wyzwole/icza narodu pols-kiego w latach 1939 - 1945. — WarsZawa, 1963; и др.
18	Боратынский С. Дипломатия второй мировой войны: международные конференции 1941 - 1945 гг. — М., 1959; Залуский 3. Пропуск в историю. — М., 1967; Залуский 3. Сорок четвертый: События, наблюдения, размышления. — М., 1978; Валихновский Т. У истоков борьбы с реакционным подпольем в Польше 1944 - 1948. - Киев, 1984; и др.
19	История Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941 - 1945: В 6-ти т. - М., 1960 — 1965. - Т.4 —5; История второй мировой войны. 1939-1945, В 12-ти т. - М., 1973 — 1982. — Т. 9—10; Клоков В.И. Борьба народов славянских стран против фашистских поработителей. 1939 — 1945. — К., 1961; Семиряга М.И. Вторая мировая война и пролетарский интернационализм. — М., 1962; Семиряга М.И. Борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы против немецко-фашистского гнета. - М., 1985; Монин М.Е. Содружество, рожденное в боях. - М., 1974; Шишов Н.И. В борьбе с фашизмом. 1941 - 1945 гг.; Интернациональная помощь СССР народам европейских стран. — М., 1984; Замлинский ВЛ. По велению интернационального долга. — К., 1980.
20	Освободи тельная миссия Советских Вооруженных Силво второй мировой войне. - М., 1974; Советский Союз и борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы за свободу и независимость. 1941 — 1945 гг. - М., 1978.
21	Калениченко П.М. Взаимодействие Советских Вооруженных Сил с граяодан-ским населением в ходе освобождения Польши (июль 1944 — май 1945 гг.) // Бессмертный подвиг партии и народа: Материалы межвузовской научной конференции, посвященной 30-летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне. - Киев, 1976; М1рошниченко И.М., Юкиш ВБ. ДеЯк) питания масово-политично! робота вШськових органов Червонец Армй’серед населения Польщ). (1944-1945 рр.) // Укр. icr. журн. - 1988. - № 8. -С. 51 - 58.
22	О "белых пятнах”: Встреча ученых историков СССР и Польши // Правда. — 1988. - 12 марта.
23	Документы и материалы по истории советско-польских отношений. — М., 1963. - Т. 7 - 8; Освободительная миссия Советских Вооруженных Сил в Европе во второй мировой войне: Документы и материалы. - М., 1985.
24	Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. — Изд. 4-е. — М., 1979; Конев И.С. Записки командующего фронтом. 1943 — 1945. — М., 1981; Рокоссовский КК. Солдатский долг. — М., 1980; Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. Кн. 2-я.— М., 1975.
25	Калашник М.Х. Испытание огнем. — Изд. 2-е. — М., 1978; Бурцев М.И. Прозрение. - М., 1984; Окороков А.Д. Слово, ведущее в бой. — М., 1980; Крайнюков К.В. Оружие особого рода. — М., 1977.
130
26
1
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
IS
16
17
18
19
20
21
22
23
24
2S
26
27
28
29
30
31
Жадов A.C. Четыре года войны. — M., 1978; Катуков М.Е. На острое главного удара. — Изд. 2-е. — М-, 1976; Коровников И.Т., Лебедев П.С., Поляков Я.Г. На трех фронтах: боевой путь 59 армии. — М., 1974; Чуйков В.И. От Сталинграда до Берлина — М., 1980; Якубовский И.И. Земля в огне. -М.,1975.
Документы и материалы по истории советско-польских отношений (далее — ДМИСПО). М., 1973. - Т.7. - С. 138 - 140.
Зуев Ф.Г. Польский народ в борьбе против фашизма. — М., 1967. - С. 5.
История Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941-1945 гг. -М., 1964.—Т.1. - С. 199.
Sesja naukowa pogwigcona wojnie wyzwoleficzej narodu polskiego 1939-1945. Malcriaiy. - Warszawa, 1961. — S. 141.
История второй мировой войны. — М., 1974. - Т.З. - С. 31.
Нюрнбергский процесс: Сб. материалов в 2-х т. - М., 1952. - Т.1. - С. 248.
Нит. по: История второй мировой войны. - Т. 3. - С. 32.
Правда. - 1939. - 1 нояб.
Парсаданова В.С. Депортация населения из Западной Украины и Западной Белоруссии в 1939- 1941 гг. // Новая и новейшая история. - 1989. —№ 2. — С. 44.
Проясняя белые пятна // Международная жизнь. - 1988. - № 5. — С. 157.
Страны Центральной и Юго-Восточной Европы во второй мировой войне: Воен.-ист. справочник. - М., 1972. - С. 144.
Там же.
История Польши. — М., 1958. - Т.З. - С. 531.
Нюрнбергский процесс: Сб. материалов в 7-и т. — М., 1959. — Т.6. — С.806, 807-Семиряга М.И. Борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы против немецко-фашистского гнета. - С. 73.
Нюрнбергский процесс. - М., 1958. - Т.З. С. 286.
Семиряга М.И. Борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы против немецко-фашистского гнета. - С. 74.
Там же. - С. 102.
Нюрнбергский процесс. Сб. материалов в 2-х т. - М., 1969.	Т.1. — С. 736.
Семиряга М.И. Борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы против немецко-фашистского гнета. - С. 117.
Козловский У. Очерки истории польского рабочего движения. - М., 1980.
С. 154.
Polski ruch robotniczy w okresie wojnj' i okupaeji hitlerowskiej. — Warszawa, 1964. - S. 82.
Известия. - 1941. — 16 июля.
ДМИСПО. - M., 1973. - Т.7. - С. 197 - 198.
История дипломатии. - М., 1975. - Т.4. - С. 215.
Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. Док-ты и материалы. — М., 1946. — Т.1. - С. 192.
Парсаданова В.С. Армия Андерса на территории СССР (1941- 1942 гг.) // Новая и новейшая история. - 1988. — № 5. - С. 178.
Там же.
Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. - Изд. 2-е. - М., 1973. -Кн. 2. - С. 52.
ДМИСПО. - Т.7. - С. 197 - 198.
Парсаданова В.С. Армия Андерса на территории СССР. (1941 - 1942 гг.) // Новая и новейшая история. - 1988. - № 5.- С. 178.
131
* Ийй	fc 8	S88 S 88
Правда. — 1945. — 24 янв.
Цит по- Парсаданова В.С. Советско-польские отношения в годы Великой Отечественной войны 1941-1945- — С. 98 — 99.
Publicystyka konspiracijna Polskiej Partii Robotniczej 1942-1945. - Warszawa, 1961.-T. I.-S. 199- 180.
ДМИСПО. - T.7. - C. 346.
Верт А. Россия в войне 1941-1945. — M., 1967. — С. 479.
Акуличев А., Памятных А. Катынь: подтвердить или опровергнуть. — Московские новости. 1989. — 21 мая.
Братный В. Колумбы, год рождения 20-й. Пер. с польского. - М., 1989.— С.7. Малиновский М. и др. Польское рабочеее движение в годы войны и гитлеровской оккупации. Сентябрь 1939. — январь 1945: Очерки истории. - М., 1968. - С. 226.
История Польши. — Т.З. — С. 596.
История второй мировой войны. — Т.7. - М., 1976. — С. 409.
Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. — Кн. 2. - С. 56.
Зуев Ф.Г. Польский парод в борьбе против фашизма. — С-107.
Lider I. Annie Ludowe. Krotkie zarysy historyczne. — Warszawa, 1965. — S. 157.
Красная звезда. - 1944 г. - 24 июня.
Страны Центральной и Юго-Восточной Европы во второй мировой войне. — С- 160.
47 Советский солдат, патриот, интернационалист. — К., 1978. - С. 159.
48 Страны Центральной и Юго-Восточной Европы во второй мировой войне. -С. 162.
2.
* Парсаданова В.С. Формирование национального фронта в Польше. - М., 1972. - С. 19.
2	Красная звезда. - 1944. - 24 июня.
3	Там же.
4	Там же.
5	Цит. по: Малиновский М. и др. Польское рабочее движение в годы войны и гитлеровской оккупации. — С. 221.
6	Хрестоматия по новейшей истории: док-ты и материалы. - Т.2. - М., 1960. -С. 359- 361.
7	Малиновский М. и др. Польское рабочее движение в годы войны и гитлеровской оккупации. — С 337-
8	Цит. по: Залуский 3. Сорок четвертый: события, наблюдения, размышления. -Пер. с польск. — М., 1978. — С. 27.
9	Цит. по: Малиновский М. и др. Польское рабочее движение в годы войны и гитлеровской оккупации. - С. 345.
10	Красная звезда. — 1944. — 14 авг.
11	ДМИСПО. - Т.8. - М., 1974. - С. 14 - 15.
12	Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. - Т.З.-С- 59 - 60.
13	Там же. — С. 60.
14	Советский Союз и борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы за свободу и независимость. 1941 — 1945 гг.— М., 1978. — С. 48.
15	История второй мировой войны 1939 - 1945. - Т.8. — М., 1977. — С. 195.
16	См. подробнее: Валихновский Т. У истоков борьбы с реакционным подпольем в Польше 1944 - 1948 гг. - С. 92.
17	См. подробнее: Залуский 3. Сорок четвертый. - С. 33-35-
132
е й a ass к s а в s a sa skksbbss
18	Боевые действия Народного Войска Польского. 1943 - 1945 гг. — Пер. с польск. — М., 1961. * С. 85 - 90.
Там же. — С. 90 - 103.
Парсаданова В.С. Формирование национального фронта в Польше. — С. 52.
ДМИСПО,- Т. 8. - С 141 - 147.
Красная звезда. — 1944. - 28 июля.
Там же.
Там же. - 29 июля.
Там же. - 28 июля.
Залуский 3. Сорок четвертый. - С. 117.
Центральный архив Министерства обороны СССР (Далее - ЦАМО СССР). — Ф. 236, оп. 2675, д. 305. - Л. 43.
ДМИСПО. - Т. 8. - С. 153.
Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентом США и премьер-министрами Великобритании. — Т. 1. — М., 1957. — С. 349 (далее - Переписка...).	;
Манусевич А.Я. 10 лет Народной Польши. - М., 1954. - С. 54 - 55.
Залуский 3. Сорок четвертый. — С. 139.
История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941 — 1945 гт. — Т.4. - М., 1964. — С. 242.
Штеменко СМ. Генеральный штаб в годы войны. — Кн. 2. - С. 78 - 79.
Красная звезда. — 1944. - 3 сент.
История Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941 — 1945 гг. — Т.4. - С. 244 -245.
Типпельскирх К. История второй мировой войны. - М., 1956. — С. 452.
Гудериан Г. Воспоминания солдата. - М., 1954. - С. 340 — 341.
Клишко 3. Варшавское восстание: Статьи, речи, воспоминания, документы. — М., 1969.- С. 63.
Назаревич Г. Варшавское восстание 1944 г. // Новая и новейшая история. — 1989. - №2.-С. 195.
Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. - М., 1946. - Т.2. - С. 342 - 343.
Манусевич АД. О Варшавском восстании 1944 г. // Новая и новейшая история. - 1970.- № 3. - С. 121.
Парсаданова В.С. Формирование национального фронта в Польше. — С. 63.
См. подробнее: Рокоссовский KJC. Солдатский долг. - М., 1968. — С. 291.
Красная звезда. - 1944. - 1 окт.
Там же. - 15 авг.
Там же.
Там же. - 3 сент.
Калашник М.Х. Испытание огнем. - С. 353.
Зуев Ф. Польский народ в борьбе с фашизмом. — С. 129.
Залуский 3. Пропуск в историю. - С. 325.
51	Назаревич Р. Варшавское восстание 1944 год: Политические аспекты. - М., 1989; Назаревич Р. Варшавское восстание 1944 г. // Новая и новейшая история.- 1989. - №2. - С. 186 - 211.
52	Переписка... Т.1. - С. 198.
3.
1	ДМИСПО. - Т.8. - С. 69.
2	Рокоссовский К.К. Солдатский долг. - М., 1980. - С. 273.
3	Партийный архив Института истории партии при ЦК Компартии Украины (далее - ПА ПИП при ЦК Компартии Украины). - Ф. 1., оп. 46, 4.1, д. 344. — Л. 13; д-366.-Л. 106.
133
4	Центральный государственный архив Октябрьской революции, наивысших органов государственной власти и органов государственного управления (далее - ЦГАОР СССР). - Ф. 4459, оп. 21, д. 31. - Л. 39.
5	ЦГАОР СССР. - Ф. 4459, оп. 21., д. 32. - Л. 85,103,104.
6	ЦАМО СССР. Ф. 233, оп. 2675, д. 306. - Л. 43.
7	Клоков ВМ. Боевое содружество славянских народов в борьбе против немецко-фашистских поработителей (1939 — 1945 гг.) — К., 1961. - С. 299.
8	За честь Батыавщини. — 1944. — 13 авг.
9	ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2374, д. 135. - Л. 39
10	Там же. - Ф. 236, оп. 2375, д. 305. - Л. 178.
11	Там же. - Ф. 233, оп. 2374, д. 135. - Л. 339.
u Там же. - Ф. 236, оп. 2675, д. 306. - Л. 44.
13	Крайнюков К.В. От Днепра до Вислы. - М., 1971. - С. 120.
14	ЦАМО СССР. - Ф. 236, оп. 2675, д. 306. - Л. 49.
и Там же. - Ф. 233, оп. 2374, д. 135. - Л. 67.
16	Окороков AJJ. Слово, ведущее в бой. — М , 1980. - С. 259.
17	Известия. — 1944.— 31 авг.
18	Красная звезда. — 1944. — 16 сент.
19	ЦГАОР СССР. - Ф. 4459, оп. 21, д. 32. - Л. 16.
20	Известия. — 1945. - 16 янв.
21	Правда. - 1945. — 18 янв.
22	Известия. - 1945. — 21 янв.
23	Правда. — 1945. — 6 апр.
24	ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2374, д. 158. - Л. 169 - 170.
23	Известия. — 1945.— 31 янв.
26	Калашник М.Х. Испытание огнем. - С. 327.
27	Там же. - С. 327 - 328.
28	ЦАМО СССР. - Ф. 236, оп. 2675, д. 313. - Л. 398 399.
29	Том же. - Ф. 233, оп. 2374, д. 136. - Л. 168.
30	Бурцев М.И. Прозрение. — М., 1-981. — С. 254.
31	Там же.
32	ЦАМО СССР. - Ф. 32, оп. 11306, д. 572,- Л. 62.
33	Там же. - Ф. 236, оп. 2675, д. 306. - Л. 10.
34	Там же. - Ф. 32, on. 11306, д. 672. - Л. 274.
35	Там же. - ф. 233, оп. 2374, д. 158. - Л. 343.
36	СССР и Польша: Интернациональные связи - история и современность. -М., 1978. - Т.2. - С. 184.
37	ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2374, д. 135. - Л. 45 - 46.
36	Том же. - Ф. 236, оп. 2675, д. 313. - Л. 401 - 402.
39	Там же.
40	Калашник М.Х. Испытание огнем. — С. 332.
41	Том же. - С. 332 - 333.
42	Телегин К. На заключительном этапе войны // Воен. ист. журн. - 1965. — №4.~ С. 65.
43	СССР и Польша. Интернациональные связи - история и современность. — Т.2.-С. 185.
44	Клоков ВЛ. Борьба народов славянских стран против фашистских поработителей (1939 - 1945 гг.). - С. 290.
45	Кундюба И.Д. Советско-польские отношения (1939—1945 гг.).	К., 1963. —
С. 141.
46	Парсаданова В.С. Формирование национального фронта в Польше. С. 78. 47 ЦАМО СССР. - Ф. 237, оп. 2414, д. 154. - Л. 100.
Семиряга ММ. Борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы против немецко-фашистского гнета. — С. 279.
49	Тегеран—Ялта—Потсдам: Сб хокументов. — М., 1967. — С. 101 — 102.
134
50	Там же.- С. 116-117.
51	Валихновский Т. У истоков борьбы с реакционным подпольем в Польше. 1944 - 1948. - С. 135.
ЦАМО СССР. - Ф. 32, оп. 11306, д. 672. - Л. 71 - 72.
Валихновский Т. У истоков борьбы с реакционным подпольям в Польше 1944- 1948. - С. 135.
Цит. по: Залуский 3. Сорок четвертый. — С. 344.
Там же.
Клоков В.И. Борьба народов славянских стран против фашистских поработителей. — С. 294.
Там же. - С. 294 — 295.
mass to s 5 sssssssoo л л	3 m аз
История Коммунистической партии Советского Союза. — Т. 5.— Кн. 1. — С. 589 - 590.
Крайнюков К.В. От Днепра до Вислы. — М., 1971. — С. 291.
Ленин В.И. Речь к красноармейцам, отправляющимся на польский фронт,
5 мая 1920 г. // Поли. собр. срч. - Т. 41. — С. 110.
Правда. —1944. - 26 июля; Правда. - 1944. - 27 июля.
Монин М.Е. Содружество, рожденное в боях. - М., 1971. - С. 378.
Мальцев Е£. В годы испытаний. — М., 1979. - С. 260 - 261.
Мальцев ЕЛ. К Победному маю. // Война. Народ. Победа: Статьи, очерки, воспоминания. — М., 1980. - Кн. 3. — С. 233.
ЦАМО СССР. - Ф. 236, оп. 2675, д. 305. - Л. 348.
Там же.
Там же.
Там же. — Д. 306. — Л.4.
Там же. — Д. 305. — Л. 349.
Лялюшенко Д.Д. Москва-Сталинград— Берлин— Прага. — М., 1975. - С. 276.
Шишов НМ. В борьбе с фашизмом. — С. 208.
Там же.
Путь борьбы и побед: Сб. статей по вопросам истории КПСС: В 2-х ч. - М., 1971- - 4.2. - С. 108.
Политорганы Советских Вооруженных Сил: историко-теоретический очерк.-М., 1984. - С. 245.
Правда. — 1944. - 20 ноябр.; Правда. — 1945. - 7 янв.; Правда. — 1945. — 26 марта; и др.
Красная звезда — 1944. — 14 июля; Красная звезда. — 1944. — 27 июля; Известия. - 1944. - 22 авг.; Правда. - 1944. - 1 сент.; Правда. — 1944. - 22 дек.
Правда. — 1945. — 7 апр.; и др.
Правда. — 1944. — 10 дек.
Красная армия. - 1944. - 10 авг.
См.: Правда. —1945. - 13 янв.; Известия. - 1945. - 19 янв.; и др.
Красная армия.- 1945-- 18 янв.
Никулина АД. Пламя в ночи. — М., 1984. - С- 91.
Коровников И.Т. На трех фронтах: боевой путь 59 армии. - М., 1974. - С205.
5.
1	Caban /., Machochi Е. Za wladze ludu. - Lublin, — 1975. — S. 36,71 — 73.
2	Ciecwierz M. Radzieckie gazety frontowe dla ludnosci Polski // .Woiskowy Przeg-lad Historyczny. - 1982. - N 3. - S. 139.
135
3
4
5 б
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
a 8 s a a s a s а а а а а я «mom s
Ленин ВЛ. Речь на Всероссийском совещании политпросветов губернских и уездных отделов народного образования. 3 окт. 1920 г. // Поли. собр. соч. -Т.41.-С.406.
ЛА ЛИП при ЦК Компартии Украины. - Ф. 1, оп. 70, д. 195. — Л. 7; д. 218. -Л.41.
Там же. Ф. 70, оп. 46, ч.1, д. 334. — Л. 4.
Бурцев МЛ. Прозрение. - С. 250.
ЦАМО СССР. - Ф. А-23904.
Бурцев МЛ. Прозрение. - С. 250.
Крайнюков КБ. От Днепра до Вислы. - С. 291.
ЦАМО СССР. - Ф. 236, оп. 6507, д. 8. - Л. 240.
Крайнюков КБ. Выполняя интернациональный долг // От Западного Буга до Вислы: очерки, воспоминания и документы. - Львов, 1985. - С. 117. Бурцев МЛ. Прозрение. — С. 251.
Красная звезда. - 1944. - 25 июля.
Бурцев М.И. Прозрение. - С. 253.
Там же.
Бурцев М.И. Борьба за прозрение // Новая и новейшая история. — 1979. -№6.—С-80-81.
Бурцев МЛ. Прозрение. - С. 254.
ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2374, д. 26. - Л. 99.
Гречко АА. Через Карпаты. - М., 1970.- С. 3.
ЦАМО СССР. - Ф. 32, оп. 11306, д. 590. - Л. 2- 3.
Боков Ф£. Весна Победы. — М., 1979. — С. 34.
Теремов ПА. Пылающие берега,— М., 1965. - С. 195.
ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2374, д. 158. - Л. 411.
Там же. - Ф. 236, оп. 2675, д. 158. - Л. 411.
Зам же. - Ф. 233, оп. 2374, д. 158. - Л. 412.
Там же. - Ф. 32, on. 11306, д. 672. - Л. 246.
Там же. - Л. 247.
Там же. - Ф. 233, оп. 2374, д. 135. - Л. 658.
Там же. — Л. 38.
Там же.
Красная звезда. — 1944. - 7 сент.
На путях нерушимой дружбы: Материалы Всесоюзной научной конференции в г.Москве 24-25 февр. 1975 г. - М., 1977. - С. 43.
ЦАМО СССР. - Ф. 236, оп. 2675, д. 302. - Л. 178.
Там же. — Л. 65.
Там же. - Л. 66-
Тамже. - Л. 178.
Там же. — Ф. 233, оп. 2374, д. 313. — Л. 80.
Шишов Н.И. В борьбе с фашизмом. - С. 216 - 217.
ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2374, д. 135. - Л. 37-Там же.
Калашник М.Х. Испытание огнем. — С. 327.
Луговой А.С. Солдатский поклон: воспоминания бывшего политработника ЛГР2641. - Ижевск, 1979. - С. 73 - 74.
Крайнюков К, Кузнецов Я. Деятельность Военных советов в операциях Советской Армии за рубежом // Воен. ист. журн. 1972. - № 4. С.З.
Там же.
Ciecwierz М.. Radzieckie gazety frontowe dlaludwosci Polski. S. 138.
Бурцев М.И. Прозрение. - С. 253.
ЦАМО СССР. - Ф. 236, оп. 2675, д. 296. - Л. 8.
Там же. - Д. 115- - Л. 594.
Там же. - Д 296,- Л. 17.
136
8 a a su « й	=* s - a a 3 a s s 9 a 8 a. я a s a s к я 8 g я й
Там же. — Л. 15.
Wolnnosc. — 1945. - 18 stycznia.
JVowe zycie. - 1945. - 22 kwietnia.
Wolna Polska. — 1945. - 8 lipca.
CiecwierzM. Radzieckie gazety frontowe dla ludwosci Polski. - S. 146 - 147. Под знаменем боевой дружбы: по материалам конференции советских и польских историков, 23 — 27 окт. 1974 г. — М., 1977. — С. 159.
Шишов Н.И. В борьбе с фашизмом. - С 212.
Попов Н.П., Горохов ИЛ. Советская военная печать в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 гг. - М., 1981. - С. 259-260.
Промышленность Польши. - Варшава, 1949. - С.4.
ЦАМО СССР. - Ф. 236, оп. 2674, д. 470. - Л. 371 - 372.
Правда. — 1944. — 19 авг.
Братство по оружию — Braterstwo broni. — М., 1975. — С. 160.
Конев И.С. Сорок пятый. - М., 1960. — С.4.
Там же. — С. 32.
Катышкин И.С. Служили мы в штабе армейском. - М., 1979. - С. 155.
Коровников И.Т. На Краковском направлении // Воен.-ист. журнал. - 1965. -№ 3. - С. 86.
Конев И.С. Сорок пятый. — С. 33 - 34.
Правда. — 1945. — 4 февр.
Мельников СМ. Маршал Рыбалко: воспоминания бывшего члена Военного совета 3-й гвардейской танковой армии. - К., 1980. - С. 207.
Конев И.С. Сорок пятый. — С. 39-42.
Освободительная миссия Советских Вооруженных Сил во второй мировой войне. - М., 1974. - С. 115.
ЦАМО СССР. -Ф. 236, оп. 2721, д. 166. - Л. 213.
Промышленность Польши. - С.4.
Красная звезда. - 1944. - 14 июля.
Правда. - 1944. - 10 дек.
Там же. - 22 дек.
Там же. - 7 апр.
Трояновский П.И. На восьми фронтах.—М., 1981. - С. 184.
Якубовский ИМ. Земля в огне. - М., 1975. — С. 494.
ЦАМОСССР,— Ф 236,он. 2727,д. 27.- Л. 120.
Там же. — Л. 131.
Там же. Ф. 32, оп. 11306,д. 662.- Л. 151.
Там же. - Ф. 233, оп. 2374, д. 158. - Л. 407.
Там же. - Л. 408.
Деборин ГЛ. Вторая мировая война. - М., 1958. - С. 325.
Внешняя политика Советского Союза в период Великой Отечественной войны. - М„ 1947. - Т.З. - С. 509.
Крайнюков КМ. От Д непра до Вислы. — С. 298.
ЦГАОРСССР. - Ф. 4459, оп. 21, д. 31. - Л. 216.
Крайнюков КМ. От Днепра до Вислы. - С. 298.
Самчук ИЛ., Скачко П.Г. Атакуют десантники: боевой путь 9-й гвардейской Краснознаменной ордена Суворова и Кутузова Полтавской воздушно-десант-ной дивизии. - М., 1975. - С. 135.
Антипенко НЛ. На главном направлении. — М.,1967.- С. 186 - 187.
Там же.
137
35	Вильк М. Экономическая помощь польскому народу на заключительном этапе войны (1944-1945 гг.) // Новая и новейшая истории. — 1968. - № 2. - С. 54.
36	ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2374, д. 24. - Л. 6.
37	Там же. - Ф. 236, оп. 2675, д. 313. - Л. 397.
38	Там же, - Ф. 233, on. 2712, д. 56. -Л. 330-331.
39	ДМИСПО. - Т. 8.- С. 200-201.
40	ЦАМО СССР. - Ф. 236, оп. 2727, д. 21. - Л. 202.
41	Там же. - Д. 26. - Л. 157.
42	Шишов Н.И. В борьбе с фашизмом. — С. 217.
43	ЦАМО СССР. - Ф. 32, оп. 11306, д. 672. - Л. 62.
44	ДМИСПО. - Т.8. - С. 153.
45	ЦАМО СССР. - Ф. 244, оп. 2980, д. 156,- Л. 207.
46	Там же. - Ф. 236, оп. 2727, д. 33.- Л. 131.
47	Там же. -Оп. 2675, д. 306.- Л. 2.
7.
1	Iqdruszczak Н. Niektore zagadnienie sytuacji gospodarczej Polski w latach 1945 -1949 // Kwartalnik Historyczny. - 1964. N 2. — S. 369 - 390.
2	Polska Zbrojna. — 1945 r. — 11 pazdziernika.
3	ДМИСПО. - T.8. - C. 144 - 145.
4	Там же. - С. 176.
5	Там же.
6	Там же. -С- 177-
7	Wilk М. Pomoc i wspdfpraca. Polsko-radzieckie stosunki gospodarcze w latach 1944— 1945. - Warszawa, 1976. - S. 44.
8	Там же. — С. 46.
9	Kersten К. Polski Komitet Wyzwolenia Narodovvego. - Lublin, 1965. — S. 116.
10	Wilk M. Pomoc 1 wsp&praca. Polsko-radzieckie stosunki gospodarcze w latach 1944.— 1945. - S.45
11	Там же. -С. 125.
12	Там же.
13	Крайнюков КД. От Днепра до Вислы. - М.,1971.- С. 282.
14	Конев И.С. Записки командующего фронтом. 1943—1944 гг. — М., 1972. — С. 272.
15	Мост через реку. — Красная звезда. — 1944. — 15 авг.
16	Пухов НЛ. Годы испытаний. - М., 1959. — С. 64.
17	Антипенко НА. На главном направлении. - М., 1971. — С. 189, 211; Слюса-ренко З.К. Последний выстрел. - М. 1974. - С. 115 - 116.
18	ЦАМО СССР. - Ф. 236, оп. 57451, д. 1. - Л. 291.
19	Правда. — 1944 г. — 14 авг.
20	Поплавский CJ". Товарищи в борьбе. — М., 1974. — С 127.
21	ЦАМО СССР. Ф. 236, оп. 2675, д. 313.- Л. 445.
22	Правда. - 1944 г. - 10 авг.
23	Федоров А. В небе братской Польши // Воен.-ист. жури. - 1985. - № 1. — С. 77 - 82.
24	Wilk М. Pomoc i wspdlpraca. Polsko-radzieckie stosunki gospodarcze w latach 1944 - 1945. -S. 47.
26	Kaczwarek K. Z problcmatyki wkladu ekonomicznego Polski Ludowej w zwyci-estwo nad Niemcami hitlerowskimi // Wojskomy Przegltjd Historyczny. - 1974. -N 2. - S. 80 - 95.
26	Слюсаренко 3JC. Последний выстрел. - С. 115.
27	Коровников И.Т. На трех фронтах: Боевой путь 59 армии. - М., 1974. -С. 199.
28	Фомичев М.Г. Путь начинался с Урала. — М., 1976. - С. 165.
138
ssnsasMsssujsjiiiiiiSKbiisaBssis
29	Белов А.И. И силой, и умением // От Западного Буга до Вислы: очерки, воспо минания, документы. — Львов, 1985. - С. 65 - 67.
Якубовский ИМ. Земля в огне. — М., 1975. — С. 523.
Wolnoic. — 1944 г. - 13 wrzes.
Красная звезда. - 1944 . - 7 сент.
Там же. — 13 сент.; Правда. - 1944. — 20 нояб.
ЦГАОР СССР. - Ф. 4459, оп. 21, д. 32. - Л. 70.
ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2374, д. 158. - Л. 169-
Там же. - Л. 344.
Там же. - Ф. 236, оп. 2675, д. 306.- Л. 44.
Там же. - Д. 305. - Л. 4.
Лелюшенко Д.Д. Москва-Сталинград-Берлин-Прага. — М., 1975. - С. 317-ЦАМО СССР. - Ф. 236, оп. 2675, д. 306. - Л. 5.
Wolnoii. - 1945 г. - 27 lut.
Калашник М.Х. Испытание огнем. - М., 1971. — С. 329.
Там же. — С. 330.
Николаев А. Частица польской крови // Братский союз. - М., 1970. - С. 176. Wolnos6. — 1945 г. — 24 lut.
ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2374,д. 136. - Л. 111.
Вязовский В.В. Дни фронтового госпиталя. — Волгоград. 1976. - С. 80. ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2374, д. 136. - Л. 111.
Там же.
Там же. - Л. 84.
ДМИСПО. - Г.8. - С. 375.
ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2374, д. 23. - Л. 327.
Катуков М.Е. На острие главного удара. - М., 1974. — С. 385.
Вайнруб М.Г. Эти стальные парки: Повесть о пережитом. - К., 1972. - С.233. Okecki S. Wyzwolenia Poznania. - Warszawa, 1975. - S. 110.
ЦАМО СССР. - Ф. 233, on. 2374, д. 158. - Л. 389.
8
1	Семиряга М.И. Борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы против немецко-фашистского гнета. - С. 277.
2	Козловский И. Очерки истории польского рабочего движения. - М., 1980. — С. 200.
3	ЦАМО СССР. - Ф. 236,оп. 2727, д. 27. - Л. 168.
4	Вильк М. Экономическая помощь СССР польскому народу на заключительном этапе войны (1944 - 1945 гг.) — С. 54.
s	Wilk М. Pomoc i wspdipraca. Polsko-radzieckie stosunki gospodarcze w latach 1944 1945. - S. 54.
6	Ibid.
7	ДМИСПО. - T.8. - C. 252.
8	Там же. - С. 253.
Zbiniewicz F. Pomoc Armii Radzieckiej dla Polski w swietle dokumentow z lat 1944 — 1945 // Woiskowy Przegl^d Historyczny. — 1968. - N 1. — S. 355.
10 Ibid. - S. 354.
Wilk M. Pornos i wspcMpraca: Polsko-radzieckie stosunki gospodaicze w latach 1944 1945. - S. 56.
12 Штеменко CM. Генеральный штаб в годы войны. — Кн. 2. - С. 108; Кузак Б. Советская помощь Польше на заключительном этапе Великой Отечественной войны. - С. 76; Wilk М. Pomoc i wspMpraca: Polsko-radzieckie stosunki gospodarcze w latach 1944 - 1945. - S. 139.
Штеменко C.M. Генеральный штаб в годы войны. - Кн. 2. - С. 108.
139
M
is
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27

Кузак Б. Советская помощь Польше на заключительном этапе Великой Отечественной войны.— С. 77.
ДМИСПО. - Т.8. - С. 278 - 279.
Там же. - С. 341.
ЦАМО СССР. - Ф. 244, оп. 3017, д. 229. - Л. 19-20.
Красная звезда. — 1944. - 3 окт.
Парсаданова В.С. Советско-польские отношения в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. - С. 230.
Вилък М. Экономическая помощь СССР польскому народу на заключительном этапе (1944-1945 гг.). — С. 55.
Пташек Я. Польша - СССР: Экономика. Сотрудничество. - М., 1974. — С. 32. СССР и Польша: Интернациональные связи - история и современность. -Т.2. - С. 174.
Там же.
Вильк М. Экономическая помощь СССР польскому народу на заключительном этапе войны (1944—1945 гг.) — С. 57.
Кундюба ИД. Советско-польские отношения 1939—1945 гг. — К., 1963. — С. 154.
Парсаданова В.С. Советско-польские отношения в годы Великой Отечественной войны 1941-19я5.— С. 233.
ЦАМО СССР. - Ф. 67, оп. 12002, д. 176. - Л. 51.
ЦАМО СССР. - Ф. 40, оп. 11549.Д. 223. - Л. 160.
Там же. - Ф. 275, оп. 202123, д. 2. - Л. 127.
Там же. - Ф. 233, оп. 2307, д. 317- - Л. 55-58.
Во главе защиты Советской Родины. — М., 1975. — С. 327.
ЦАМО СССР. - Ф. 40, оп. 11549, д. 286. - Л. 307.
Антипенко Н.А. На главном направлении. - С. 258. Там же.
Семиряга М.И. Борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы против немецко-фашистского гнета. — С. 281.
Правда. — 1945. - 13 янв.; Известия. — 1945. - 19 янв.
Большая Советская Энциклопедия. — Изд. 2-е. - М., 1951. - Т.7. — С. 11. Освободительная миссия Советских Вооруженных Сил во второй мировой войне. - С. 112.
ДМИСПО. - Т.8. - С. 367 - 368.
Правда. - 1945. - 16 июня.
Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. — Т. 3. -С. 494.
ЦАМО СССР. - Ф. 233, оп. 2307, д. 198. - Л. 252.
ДМИСПО. - Т.8. - С. 368 - 369.
ЦАМО СССР. - Ф. 236, оп. 2727, д. 31. - Л. 277.
Там же. — Оп. 2675, д. 313. - Л. 257.
Там же. — Л. 240.
Там же. - Ф. 236, оп. 2727, д. 31. - Л. 467.
Там же. - Ф. 233, оп. 2374, д. 135. - Л. 48 - 49.
Семиряга М.И. Борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы против немецко-фашистского гнета. — С. 280 — 281.
50	Телегин К. На заключительном этапе войны // Воен.-ист. жури. — 1965. -№ 4. - С- 46.
51	Клоков В.И. Борьба народов славянских стран против фашистских поработителей (1939 - 1945). — С. 292.
и Цит. по: Кузак Б. Советская помощь Польше на заключительном этапе Великой Отечественной войны. - С. 75.
53	Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. -Кн. 2. - С. 109-
ОГЛАВЛЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ............................................  3
1	.ПРЕДПОСЫЛКИ КОНСОЛИДАЦИИ ПОЛЬСКОГО НАРОДА В БОРЬБЕ ПРОТИВ ОККУПАНТОВ.................................... 9
2	.ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА В ПОЛЬШЕ НАКАНУНЕ И В ПЕРВЫЕ МЕСЯЦЫ ПОСЛЕ ВСТУП ЛЕНИЯ СОВЕТСКИХ ВОЙСК......   .	. .	28
3	. ВСТУПЛЕНИЕ КРАСНОЙ АРМИИ В ПРЕДЕЛЫ ПОЛЬШИ И ОТНОШЕНИЕ ПОЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ К ЭТОМУ СОБЫТИЮ................. 44
4	.ПАРТИЙНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ РАБОТА СРЕДИ СОВЕТСКИХ ВОИНОВ В ЗАВЕРШАЮЩИЙ ПЕРИОД ВОЙНЫ.........................  60
5	.РАЗЪЯСНИТЕЛЬНАЯ РАБОТА ПОЛИТОРГАНОВ КРАСНОЙ АРМИИ СРЕДИ ПОЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ.........................   69
6	.ХАРАКТЕР ДЕЙСТВИЙ СОВЕТСКИХ ВОЙСК НА ПОЛЬСКОЙ ТЕРРИТОРИИ ..............................................   86
7	.ПОДДЕРЖКА НАСЕЛЕНИЕМ ПОЛЬШИ НАСТУПАЮЩИХ ЧАСТЕЙ КРАСНОЙ АРМИИ....................................... 98
8-ПОМОЩЬ СОВЕТСКИХ ВОИНОВ НАСЕЛЕНИЮ ОСВОБОЖДЕННЫХ РАЙОНОВ ПОЛЬШИ..................................... 112
ЗАКЛЮЧЕНИЕ........................................... 126
ПРИМЕЧАНИЯ........................................... 129
Научное издание
БУЦКО Ольга Владимировна
ВЗАИМООТНОШЕНИЯ СОВЕТСКИХ ВОИНОВ
С НАСЕЛЕНИЕМ ПОЛЬШИ. 1944 - 1945
Художник обложки Г.И.Балюн
Художественный редактор С.П.Квитка
Технический редактор К-И.Кудрин
Оператор ИЛЛродецкая
Корректоры Н.Б.Кудрявцева, Е.И.Мазниченко
ИЕ № 11428
Сдано в набор 07.08.90. Подп. в пет 25.01.91. Формат 60x84/16. Бум. офс. № 1.
Гарн. Пресс Роман. Печать офсетная. Усп. печ. л. 8,84. Усл. кр.-отт. 9,07.
УЧ.-ИЗД.Л. 10,07 + вкл. 0,45 — 10,52. Тираж 590 экз. Заказв-5^Цена 2 р. 50 к.
Оригинал-макет подготовлен в издательстве ’’Паукова думка”, 252601 Киев 4, ул. Репина, 3.
Киевская книжная типографии научной книга. 252004 Киев 4, ул. Репина, 4.
ИЗДАТЕЛЬСТВО ’’ПАУКОВА ДУМКА”
В 1991 г. ВЫПУСТИТ В СВЕТ КНИГИ:
Ксёндзык Н.Н. ТУРЕЦКАЯ ТРУДОВАЯ ИММИГРАЦИЯ В СТРАНАХ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ (70 - 80-е гг.). - 8 л. 1 р. 70 к.
В монографии исследуются причины массовой трудовой эмиграции из Турции в страны Западной Европы, рассматривается характер дискриминации турецких рабочих в вопросах трудоустройства, заработной платы, повышения квалификации, социального обеспечения, профобразования, жилья. Анализируются вопросы формирования второго поколения турецкой иммиграции, женской трудовой эмиграции из Турции. На значительном документальном материале рассматриваются участие турецких иммигрантов в общественно-политической жизни стран Западной Европы — наряду с другими отрядами иностранных рабочих, — а также позиции демократических профсоюзов и коммунистических партий в Западной Европе по вопросам трудовой иммиграции. Прослеживается растущая солидарность турецких иммигрантов с местными рабочими и турецкими трудящимися в общей антиимпериалистической борьбе.
Для преподавателей, лекторов, пропагандистов, всех интересующихся вопросами международного рабочего движения.
Власов С И. ЕВРОПЕЙСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ: ЗАПАДНОГЕРМАНСКИЕ КОНЦЕПЦИИ. - 8 л. 1 р. 70 к.
В монографии на основе анализа материалов правительственной коалиции христианских и свободных демократов в ФРГ, внешнеполитических программ всех крупных политических партий и исследовательских разработок национальных научных центров освещаются играющие существенную роль в формировании внешнеполитических программ ФРГ взгляды на проблему европейской безопасности. Исследуются прогнозные разработки и модели будущего Европы с учетом приоритета общечеловеческих ценностей в условиях сосуществования двух общественно-политических систем. Показана роль как силового фактора, формирующего различные варианты конфронтационных моделей мира, так и политического диалога в контексте концепций европейского дома. Отражены взгляды по основным международным европейским проблемам, включая контроль над вооружениями, разоружение, преодоление образа врага, изменение роли НАТО и ОВД. Показаны пределы возможностей в этом смысле при узкоклае-совом понимании проблемы безопасности.
Для научных работников, преподавателей и студентов вузов, лекторов, пропагандистов.
Мироненко О.М., Усенко I. Б., Чехович В.А. УРЯД РАДЯНСЬКО! УКРАоНИ. 1917 — 1924. — 18 арк. 3 крб. 90 к.
Мироненко А.Н., Усенко И.Б., Чехович В.А. ПРАВИТЕЛЬСТВО СОВЕТСКОЙ УКРАИНЫ. 1917 - 1924. - Укр.
У монографн' на основ! використання арховних та пнних документов, частика з яких запроваджуеться в науковий обог уперше, висвшноються створеошя та д!яльносц> уряду Радянськоо Украши у 1917 - 1924 рр. Автори переосмислюють сгереотапш оцшки, що склалися в минулому, розкриваооть заборонен! ран!-шетеми, поновлюютьвикреслеш з народно! пам’ят! !мена.
Для науковойв, викладачш вузов, студентов, усох, хто оцкавиться !стор!ею держави i орава УРСР.
Предварительные заказы на ли книги принимает магазин издательства ’’Наукова думка” (252001 Киев 4, ул. Кирова, 4), который высылает литературу иногородним заказчикам наложенным платежом.