БИБЛИОТЕКА КРОКОДИЛА
Дружеский шарж И. Кичановой
Родился в
вырос. Непрерывно трудясь, сочинил за это время около пятидесяти
1913 году. По сравнению с 1913 годом значительно
книг стихов и прозы, серьезных и шуточных, для взрослых и для детей, не считая пьес, киносценариев, переводов, статей, рецензий, пародий, клоунад и невыполненных заявок.
С малых лет во мне с переменным успехом борются два начала: лирическое и сатирическое. Этим обусловлено и название сборника, который я предлагаю вниманию читателей.
Владимир Лифшиц
РАЗДВОЕНИЕ ЛИЧНОСТИ
Рисунки М. БИТНОГО
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ПРАВДА» МОСКВА 1969
2
ОООоооооо<
Один собирает почтовые марки, Другой собирает свечные огарки, Блаженство для третьего — кактусов иглы,
в действительности
от действительности,
бы так строго
Четвертый спешит на спортивные игры,
А пятый — любитель подледного лова.
У них это хобби. Английское слово
Имеет примерно такое значенье:
Присущее вам
(или мне) увлеченье.

Иные считают, что хобби Собой представляют уход Но я упрекнуть не посмел
Людей, пожелавших развлечься немного.
По-детски невинны у них увлеченья, Хотя наблюдаем порой исключенья...
4
и
к
и
А может,
О, нет!
Это
в Брянске имел по законной супруге, мужской присмотрелись поближе особе,—
Один гражданин и в Орле, и в Калуге,
автор наветов и кляуз. Он каждую ночь пулеметно, без пауз,
Строчит со злорадным урчаньем в утробе...
Публично пороть за подобное хобби!..
сел гражданин за подобное хобби... Перо так и бегает слева направо, Корпит за столом человек неустанно. Быть может, вторая
возникнет «Полтава»? вторая
«Каренина Анна»?
5
А тот собирает стеклянные банки.
Но банка — с десятками царской чеканки.
В другой же под домом закопанной банке
Лежат почему-то швейцарские
Был обыск.
При обыске найдены
Не надо, не надо ссылаться на
Глушит гражданин за бутылкой
франки.
обе.
хобби...
бутылку,
Прохожему
Он вечною
Нет, мы не
дать норовя по затылку.
жаждой
томится, как в Гоби...
одобрим
подобное хобби!..
Как видим, не каждое хобби уместно.
А марки?
Прекрасно!
Рыбалка?
Прелестно!
Забавны коллекции пряников, трубок.
Весьма увлекательны
игры на кубок...
За что же я ратую всем вышесказанным?
За хобби, подобные мною указанным.

Все это случилось недавно в одной Из наших больших киностудий...
В буфете был рыбный салат и мясной* Бульон. И сардины. И студень.
Ватрушки. Котлеты. Кефир. Винегрет. Питались там звезды экрана, И числился «творческим» этот буфет. Хоть это и несколько странно.
В кольчугах, тельняшках
И рясах до пят,
В усах, бакенбардах и гривах
Здесь дружно актеры
Рубали салат
И пили кефир в перерывах.
Бывало, Раскольников здесь кейфовал, Семь дублей убив на старушку.
Последний монарх Кофеек попивал.
Мисюсь уплетала ватрушку..( И как-то случилось, Что в царство сардин,
7
В обитель котлет и бульонов Пришли два героя Двух разных картин Со съемок, Из двух павильонов.
Один покорителем был целины. Другой покорителем тоже, Уходит один от детей и жены. Другой поступает похоже. Семье подложили герои свинью (Сценарный испытанный метод), Но, быстро опомнясь, обратно в семью И тот возвратился и этот.
И жены, немедля обоих простив, Встречают их взглядом лучистым. (Довольно привычный сценарный мотив. Претензии все — к сценаристам!)...
В буфете же
Времени было в обрез. Кино — это вечная спешка. Тот съел с пирожками бульон. Этот — без.
Опять оператор, тележка, Опять указанья дает режиссер, Актера увлек сверхзадачей, И творческий пот у актера из лор Обильный течет и горячий.
Ни в позах, Ни в репликах Разницы нет. Как вдруг, Под проклятья и стоны, Узрели они, Что, покинув буфет, Пришли не в свои
павильоны..' А что их попутало?
Общий сюжет, И общие штампы, И общий буфет.
Отсюда я делаю вывод один, Чтоб точку поставить на этом: Давайте героев подобных картин Кормить по различным буфетам!
Жили-были Заготовитель Со своим Годовым Заданьем, Как когда-то старик со старухой, У самого синего моря. И однажды Заготовитель Обнаружил в траловой сети — Ты, читатель, уже догадался — Золотую волшебную Рыбку. — Отпусти меня, человече,— Взмолилась Золотая Рыбка,— Отпусти меня в синее море, Я исполню одно твое желанье!.. — Три! — поправил Заготовитель, Проходивший Пушкина в школе. — Одно! — заупрямилась Рыбка.— О трех не может быть и речи!.. «Что ж,— подумал Заготовитель,— Ограничусь одним желаньем, Но такое загну желанье, Что в глазах у нее потемнеет!..» Он откинул мысли о даче, Он с «Волге» мысли отбросил, И совсем не по той причине, Чго спросили бы добрые люди: — Где ты деньги взял на хоромы? На машину где взял ты деньги? — А по той он прогнал причине Мысли о даче и машине, Что общественные интересы Ставил выше интересов личных...
9
Из портфеля на бронзовых застежках Он достал Годовое Заданье, Показал итоговые цифры. — Выполняй! — Приказал волшебной Рыбке... Улыбнулась Рыбка Золотая, Улыбнувшись, в синем море скрылась,— Закипело море, забурлило, Плавниками острыми покрылось. И на берег стали прыгать рыбы, Громоздясь горою друг на друга: Осетров мерцающие глыбы, Частик, окунь, камбала, белуга!.. Выросли мгновенно пирамиды Скумбрии, кефали, паламиды.
Это — по бокам, а посередке — Десять тысяч тонн одной селедки!.. И немедля, солнышком палимы, Стали тухнуть окуни, налимы (Из далеких рек, себе на горе, Ради рифмы перебравшись в море), Стали разлагаться пирамиды Скумбрии, кефали, паламиды, Стали дружно гнить, согласно сводке, Тонны незасоленной селедки!..
— Горе мне! —возопил Заготовитель.—-Осрамился, недотепа я старый, Выпуская Золотую Рыбку, Не запасся ни солью, ни тарой!.. Мне понятна теперь твоя улыбка, Золотая — будь неладна ты — Рыбка: Ведь к ответу за эту ошибку Привлекут меня, а не Рыбку!..
Шел я берегом синего моря Мимо крупного Рыбозавода, И навеял мне эти строки Острей запах гниющей рыбы. Ты прости меня, сделай милость, Министерство Промышленности Рыбной,
Как простил меня, я надеюсь, Александр Сергеевич Пушкин.
Супруги вместе Ходят на завод, Где честно делят Груз своих забот.
Он говорил, Она ему внимала. Он мужем стал Она женою стала.
Он говорил
С горением во взоре
И свято верил
Собственным сговам:
— Любимая!
И радости и горе — Мы все с тобой Поделим попопам!

Я знаю жизнь.
В ней будет много буден.
В ней будут и лады и нелады. Но пополам
С тобой мы в жизни будем Делить заботы наши И труды!..
12
И прочими подобными вещами
Но в те часы, Когда она стирает, Когда полы В квартире натирает, Когда следит, Чтоб был накормлен сын, Когда бежит С кошелкой в магазин, Когда борщами, щами, овощами
Она, придя домой, привязана к плите,—
Он возлежит
С журналом на тахте,
Ей сообщая радостно и гордо, Что одолел премудрости кроссворда...
И я хочу, Пока она, бедняжка, Знай тычется с метлой По всем углам, Спросить его, Лежащего в подтяжках: — Любезный друг, А где же «пополам»?!
шг
Отведя врача в сторонку, Горько жалуется мама: — Третий год идег ребенку, А дитя молчит упрямо!
Папа грустно вторит маме: Неужель дитя их немо?.. (Тут, рифмуя в новом плане, Я воскликнул бы: — О, небо!..)
— В данном случае неплохо Применить леченье шоком...
У окна в коляске кроха Спит с игрушкою под боком.
Кроху ждет игрушка-чудо, Ибо в мягкой той игрушке Что-то есть и от верблюда, Что-то есть и от старушки. Пучеглаза, как лягушка, Злобно смотрит взглядом хмурым, И покрашена игрушка Чем-то... в общем, чем-то бурым.
С этой новенькой игрушкой Мирно спит дитя в коляске.
Вот проснулось, Повернулось, Село, Выпучило глазки, Изумленно поморгало И, родителям на радость, Вдруг отчетливо сказало: — Уберите эту гадость!..
14
деркинд
восхищенью нет:
отец, прямо: детей
Вот случаи, кончившийся драмой. Другим родителям — урок.
* * *
В одной семье От папы с мамой Произошел на свет сынок.
Ну, что ж, родился и родился, Под солнцем это не впервой.
Но папа очень изумился, И беспредельно умилился, И с той поры всегда стремился Излить восторг отцовский свой;
— - Какие ручки! Что за ножки! А что за ум У нашей крошки!
Не отстает от папы мама, Предела
— Тебе, Скажу я Таких Не видел свет! Как он агукнул, Просто диво!
— Да что агукнул! Ты смотри, Как удивительно красиво Пускает мальчик пузыри!
И мальчик возомнил с пеленок (8 чем мама с папой помогли), Чго сверхспособный он ребенок И, уж конечно, пуп земли.
Он вундеркинд!
Но, между прочим,
Его ничуть не опорочим, Заметив, что природой он Был очень скромно одарен.
И вот, увы, за неименьем Талантов —
Ибо где их взять? —
Он заменил их самомненьем (В чем помогли отец и мать).
Трем вузам
Трижды «сделав ручкой», Так и остался недоучкой, И ни с одной из вольных муз Он так и не вступил в союз.
— Интриги! — Восклицает мама.
— Повсюду бла.! —
Вопит отец.
Им верит
(Наступает драма) Разочарованный юнец.
— Все преимущества бездарным!..
Глаза им колет мой талант!..
Он мог бы стать Приличным парнем, А вырос желчный дилетант.
2. «Библиотека Крокодила» № 19.
Черноморские
В скалах дробились валы, Были скалы отвесны и гладки, И прочел я
На голой вершине скалы: «Николай Прохоренко с Камчатки».
Что скрывать,
Мне сюда не взобраться ни в жисть, Хоть такое признанье и горько.
А была с Николаем Малярная кисть И, наверное, с охрой ведерко...
Что тебя на скалу, Николай, вознесло По отрогам базальтовой лавы? Ты оставил автограф, Проставил число — Ты возжаждал бессмертья и славы.
С той поры
Ты повсюду его оставлял, Чтобы знать нам,— Не строить догадки,— Что в таком-то году Ты и здесь побывал — Николай Прохоренко с Камчатки.
Твой автограф
Я видел в Никитском саду На коре драгоценного бука. (Обучают иного Писать на беду.
Не любому на пользу наука!)
Твой автограф
Я в замке прочел при огне, Где насупились головы турьи. Ты и здесь, Николай, На старинной стене Расписался в своем бескультурье.
18

Разлюбила Маня Ваню.
Ваня очень удивился И в центральною газету За поддержкой обратился.
Он в письме своем поведал Все, как было, без утайки: Как он встретил эту Маню В синей юбке, в белой майке; Как ходил он с ней на танцы И в кино четыре раза; Покупал ей газировку То и дело без отказа;
Как он с этой самой Маней Целовался в лунном парке И какие этой Мане Делал ценные подарки: Подарил ей клипсы, брошку, Туфли справил ей по мерке, Даже гипсовую кошку Подарил для этажерки. Все как надо, честь по чести, «С намерением жениться». Как же это — разлюбила?! Это, братцы, не годится! Обращался он к профоргу — Тот над Ваней посмеялся, Обращался он к комсоргу — Тот ни в чем не разобрался. И хоть все его подарки Возвратила Маня Ване, Вся страна пускай узнает О коварстве и обмане!
Не такое нынче время, Русь не та, не та эпоха?.. (Это место получилось


19
У него в письме неплохо.) И теперь он эту Маню Просит «вывести в газете. Потому что, безусловно, Пережиток—Мачи эти!..» Бедный Ваня! Огорчать вас Нам, поверьте, неприятно. То, что Маня вас не любит. Нам в редакции понятно. Коллектив — большая сила, Это так, но тем не менье Вряд ли, Ваня, тут поможет Вам общественное мненье.
Шестьдесят седьмой кончался. Приближался Новый год. Календарь мой истончался.
Я отправился в поход.
Я отправился в надежде, Что в субботний выходной Я куплю себе, как прежде, Календарь перекидной.
Магазинов канцелярских В нашем городе не счесть.
В магазинах канцелярских Папки есть и скрепки есть.
Много есть всего такого.
Но, короче говоря, Я нигде перекидного Не нашел календаря.
Есть для школьников — Настенный.
Есть для женщин — Отрывной.
Где же мой — Обыкновенный Календарь перекидной?
Нет, не женский И не школьный, А такой, как был и встарь,— Деловой, мужской, настольный Мне подайте календарь!
Но, лишь выбрав путь окольный, После тысячи хлопот Л достал себе настольный Календарь на новый год...
Вот и Новый год явился.
В полночь — пробки в потолок!.. (Я бы очень удивился, Если б он пришел не в срок.) Дни летят, Летят недели, Канул месяц не один...
Захожу я раз в апреле В канцелярский магазин.
21
Там, в количестве немалом,—
Покупай, хватай, бери! — Что лежит?
Лежат навалом Темой — календари!.г
Но никто их не хватает, И никто их не берет,— Новый год не наступает, А идет на полный ход. Вот и нету в них потребы. Повернуть бы время вспять,— В прошлогоднем декабре бы Их бы стали раскупать.
Здесь не будет разных мнений. Нам доведаться хотя б, Кто он, Тот торговый гений?
Кто он, Тот головотяп?..
— Песет!..— И вот, послушны звуку, Лебедями выгнув выи, С полотенцем через руку Пролетают половые.
Снова яства подаются, Что ни блюдо — совершенство!
Половые так и вьются Вкруг стола его степенства. А само его степенство — Налитое салом свинство — Так и тает от блаженства, Видя это подхалимство.
«Посетитель — просто кладезы!» — Одобряют половые И( признательно ©склабясь, Получают чаевые...
Этой жанровой картинке Меньше сотни лет едва ли: Даже трещин паутинки По картинке побежали...
24
Я судьей не буду строгим, Но скажите, в чем причина, Что куражится Серегин В ресторане, как купчина? — Песет!..
А ну, любезный, жжжива — Семги, водочки и пива! — И на чай
швыряет мелочь, Как какой
Сысой Маркелыч! А в «любезном»
уйма прыти: Ловит мелочь, .как кудесник! А «любезный» —
поглядите,— Он Серегину ровесник!.. В равной мере людям гадки У него, да и у Пашки, Там — лакейские повадки, Тут — купецкие замашки.




Через рощу Прямиком Парень шел С дробовиком.
М * Ч
Шел, довольный Сам собою, Шел, махорочку Палил И сплеча Во все живое С наслаждением Палил!

Увидал На ветке сойку — По-собачьи Сделал стойку, Приложился, Замер...
Бух! — Полетел Кровавый пух.
27
Зря он выстрела Не тратил — Видно, классный Был стрелок: Бух! — Убит Бедняга дятел, Бух! — У белки Вырван бок, Бух! — И нет в живых Синицы, Бух! — И нет в живых Г рача.
Все бегут — Зверье и птицы — От лесного Палача!..
Через рощу Прямиком Парень шел С дробовиком.
Шел, довольный Сам собою, Шел, махорочку Палил И сплеча Во все живое С наслаждением Палил.
От стихов Не будет толку Без хорошего Конца.
Помогите мне Двустволку Отобрать У подлеца!
Болельщиков люблю футбольных — И пожилых и очень юных, Ликующих и недовольных, Вопящих дружно на трибунах. Поборники игры народной, Они хорошие ребята.
Я этой страсти благородной И сам подвержен был когда-то, И я сопровождал удары Победным кличем или стоном... Подобен реву Ниагары Бывал наш рев над стадионом... (То было, говоря конкретно, В начале первой пятилетки, Когда технично и корректно В футбол играли наши предки; Когда Бутусов легендарный Так бил под штангу с поворота, Что, словно видя сон кошмарный, Вратарь с мячом влетал в ворота.) Но в ту ли пору, в эту пь пору — Здесь изменений незаметно — «Зениту» или «Пахтакору» Болельщик предан беззаветно. — У Вити вырезали гланды!.. — Бежит Пахомыч как-то сонно!..— Всех игроков своей команды Болельщик знает поименно. Вступая в долгие беседы, Ей предвещает достиженья И празднует ее победы, Оплакивает пораженья.
И друг для друга необидно, Академическим манером, Ведут достойно и солидно Спор пионер с пенсионером... Но попадаются порою Болельщики иного сорта. Они — я этого не скрою — Пятно на стройном теле спорта.
29
Исполнен яростного пыла, Благоухая спиртом едко, Тако’й вопит: «Судью на мыло!!!» — Хоть мылом пользуется редко.
Соседу: «Гад!!!» Соседке: «Дура!!!» И это все еще цветочки...
Чтоб облегчить твой труд, цензура, Я сам спешу поставить точки...
А если пересохнет глотка, Он тут же пьет, бутылку пряча. Посевернее — это водка, А поюжнее—это чача.
С трибуны в поле, как гранату, Пустую мечет он бутылку, Стремясь инсайду-супостату Попасть бутылкой по затылку. Он эту акцию проводит, Сопровождая злобным воем, И вот его уже выводят Со стадиона под конвоем. Он отбывает заключенье, Как тип для общества опасный. Увы! Бывают исключенья 13 семье болельщиков прекрасной...
Люблю болельщиков футбольных — И пожилых и очень юных, Высокий жар суждений вольных, Страстей кипенье на трибунах.
Решив заняться спортом, Пришел я раз в «Динамо». — Неперспективный возраст! — Мне там сказали прямо.
— Из вас,— Мне там сказали, Взглянув недоуменно,— Не выйдет чемпиона, Не выйдет рекордсмена...
Обидясь на «Динамо», Не стал вступать я в спор там, А двинул в «Буревестник», Решив заняться спортом.
I 'а плеч моих сутулость С пренебреженьем глядя, — Неперспективный возраст! — Сказал спортивный дядя. — Вы родились, наверно, |‘ще во время оно! Не выйдет рекордсмена Из вас И чемпиона...
На это я ответил, Не в силах скрыть волненья: — От старшего позвольте Сказать вам поколенья, Что мы и не желаем Ниспровергать рекорды, Но мы хотим в бассейны, И мы хотим на корты! Хотим, как говорится, Мы лишь оздоровиться: Попрыгать, И побегать, И плавать научиться!
Не только чемпионам,— Возможность дайте массам Сыграть, к примеру, в теннис Или поплавать брассом!..
31
— И смех и грех, папаша! Ну, не к лицу вам плавки. Играйте в шахматишки Во дворике на лавке. Или «козла» с друзьями Под вечер забивайте. А нам нужны рекорды. Вы поняли?
Бывайте!..
— Видать, что мне подобных.— Воскликнул я невольно,— В сеть обществ добровольных Не примут добровольно7! Отстали вы от жизни!
Мне слушать вас противно! И ваша точка зренья, Простите, не спортивна!
Не только не спортивна,
Но и консервативна, И уж, конечно, вовсе Она не перспективна!
Была весьма огорчена Однажды обезьяна: Вдруг обнаружила она, Что мир не без изъяна.
Желая всех оповестить Об этом с гибких веток, Давай она его честить И так, и сяк, и этак!
— Беда в краю моем родном! Я, братцы, не рехнулась, Но говорю, что все вверх дном У нас перевернулось!
Я вроде ни в одном глазу, И все же, на поверку, Где нынче облако?
Внизу!..
А где лужайка?
Сверху!..
Внимайте мне,— она вопит,—
И взрослые и дети:
Все вверх тормашками летит На этом белом свете!
Ей кто-то верит в простоте. А в том лишь было дело, Что обезьяна На хвосте Вниз головой висела!
33
H*14«PUhhi<
(Из Бахтиара Вагабзаде, с азербайджанского)
CT»J\
На что-то осерчав, один большой Начальник
В запале трахнул
кулаком о Стол...
Средь мебели известный как молчальник, Стол крякнул и сказал:
— А ты, однако, зол!
Умерь свой гнев
и знай, дружок, отныне: Ты, слабый человек,
смешон в своей гордыне!
Услышав эту речь,
Начальник был задет, говоришь?
назвал ты слабым —
— Со мной ли Меня ль Руководителя
с таким масштабом, Пред кем дрожат, шагнувши в кабинет?
34
Один мой взгляд, одна моя печать
Способны прекратить работу иль начать!
Здесь каждый мой приказ становится законом!
Все мне подчинены!
Что сказано — конец!..
Как ты осмелился, дубовый ты наглец,
Со мною говорить подобным тоном?!
— С тобой согласен я, но только не вполне,—
Ответил Стол,—
действительно,
к несчастью, Ты наделен
весьма большою властью.
Но этой властью ты обязан мне!
А без меня в тебе какая сила?
Умом тебя природа обделила.
Ты без меня — ничтожный воробей.
И кулаком по мне, пожалуйста,

— Этот дом,— Сказал строитель,— Мы сдаем без недоделок: Дополнительных не нужно Ни циклевок, ни побелок. Обнаружат новоселы, Что и рамы в петли вдеты, Что и плинтусы на месте, И на месте шпингалеты...
— Ха-ха-ха! —
Сказал застройщик.— Ха-ха-ха! Мели, Емеля!.. Между прочим, мне известно: Нынче —первое апреля! Ты, видать, шутник, приятель? Пошутить и я любитель. Ха-ха-ха! —
Сказал застройщик. — Ха-ха-ха! — Сказал строитель...
В тот же день Идет застройщик По строительной площадке, По пустым квартирам бродит — В самом деле: все в порядке! Да, представьте, в самом деле Ни малейших недоделок: Дополнительных не нужно Ни циклевок, ни побелок. Обнаружат новоселы, Что и рамы в петли вдеты, Что и плинтусы на месте, И на месте шпингалеты...
— Ха-ха-ха! —
Сказал застройщик.— Эта шутка в новом стиле. Очень было бы неплохо, Если все бы так шутили!..
* *
*
Впрочем, есть такое мненье (Мне о нем подумать жутко), Что мое стихотворенье — Это тоже только шутка.
Едва в ресторане успел я присесть, Меню подают мне с улыбкой: — Цыплятки у нас превосходные есть, Попотчевать мсжем и рыбкой! Телячьих котлет, к сожалению, нет, Вы нас извините за это, Но, может быть, вместо телячьих котлет Устроит баранья котлета?..— Мелькают салфетки, тарелки парят, Все быстро, как в сказке, накрыто, И мне в довершенье всего говорят: — Приятного вам аппетита!..
Чуть позже случается чудо опять.
Несу в мастерскую ботинки
И слезно молю, чтобы дней через пять Вернули мне их из починки.
Приемщица странно глядит на меня
И молвит раздельно и внятно: — Сегодня, к исходу рабочего дня, Вы можете взять их обратно...
Потом в промтоварный вхожу магазин, Желая купить безрукавку.
Средь жарких боков и распаренных спин С трудом пробиваюсь к прилавку.
А там обаятельных два продавца (Доселе дивлюсь их поступи)) Встречают меня, как родного отца: — Спасибо за вашу покупку!..
С пакетом сажусь в голубое такси.
В себя прихожу понемногу.
— Мне в Лихов. По Горького.
— Боже спаси!
Я знаю короче дорогу...
Хоть много я видел чудес на веку, Все это меня поразило.
Был, помню, в тот день у меня к пиджаку Привинчен значок «Крокодила».
Сатирику приснился страшный сон. Под одеялом, В духоте квартиры, Увидел он...
Во сне увидел он, Что больше нет объектов для сатиры! Официанты с нами не грубы. Все юноши в метро стоят,— Сидят старушки.
Столетние не рубятся дубы. Не сносятся старинные церкиушки. С весами не колдуют продавцы. Кассирши не утаивают сдачу.
Несет в детсад бесплатно огурцы Тот, кто имеет собственную дачу. В лесах не истребляется зверье. Выпускники Москву покинуть рады. Набившее оскомину старье Нигде не исполняется с эстрады. Трамвайные кондукторши добры. Сдаются школы в срок, без опозданья. Счастливые плывут по Волге осетры В район прицельного икрометанья. Дым не коптит небес.
На шорты снят запрет.
Залив асфальт, В нем не буравят дыры... Сатирик — в ужасе. Но что поделать? Нет
Ни одного
Объекта для сатиры!.. Он стонет, мечется, Но вот — в себя пришел, Включает свет дрожащею рукою, На сахар капает пахучий валидол... Ну и кошмар... Приснится же такое!.,
38
Петляет потемневшая дорожка. По лицам хлещут ветки лозняка, Все выдохлись...
Но вот она — сторожка, Пристанище седого лесника!
Затянутые серой парусиной, За окнами набрякли небеса. Промокший пойнтер Остро пахнет псиной.
Он блох искать
Под шерстью принялся.
Гудит огонь в печурке беспечальный, И вкруг нее —
Друзья с давнишних пор —
Собрались люди
Честности кристальной:
Хирург, экономист и прокурор.
Никто из них, конечно, не промазал, Идет воспоминаньями обмен, И выдумке охотничьих рассказов Беззвучно рукоплещет Тартарен.
40
Вот какой удивительный случай
Мне на днях наблюдать довелось: Бородатый, рогатый, могучий, Шел по улице города лось.
Не таясь от прохожих нимало, Шел Москвой он и ветку жевал. Важно шел, как ни в чем не бывало, Будто здесь он и прежде жизал.
Телефонных звонков в отделенье Было много, наверно, в то. час... И почтительно, чуть в отдаленье, Шла толпа, не сводя с него глаз.
— Не галдеть, не шуметь только, братцы, Не тревожить его, не пугать: Может он заскакать, заметаться, Может ноги себе поломать!..
И, препятствий нигде не встречая, В непривычной для нас тишине, Равномерно рогами Kaj ая, Лось медлительно шел, как во сне.
Путь проделав нелегкий и долгий, Был он гостем — и вот почему Все троллейбусы, «Чайки» и «Волги» Уступали дорогу ему.
Он свернул в переулок соседний, Г де сидел воробей на суку, И, не спрашивая, кто последний, Подошел к овощному ларьку.

Там губами сухими пошлепал И капусту задумчиво слопал, И морковку с петрушкой, причем Не узнал, что сегодня почем.
Но старик, оказавшийся рядом, Продавца потрепал по плечу: — Не гони его, парень, не надо. Я за гос» я потом заплачу...
4/
41
Припекать стало солнышко жарко, Лось, я думаю, в тень захотел И легко над оградою парка,
В линялыплавках смуглые мальчишки, Не прыгавшие с вышк-и никогда, Стояли, помню, рядышком на вышке, И темная пугала их вода.
Как дрожь по коже зыбь внизу бежала, Вода мерцала тускло, как свинец, И у мальчишек сердце не лежало
К тому, чтоб с вышки прыгнуть, наконец...
Один из них сказал: — Без подготовки Печально может кончиться прыжок. Нас не погладит тренер по головке. Давай-ка, друг, сойдем на бережок...
И говорил он, между прочим, дело. Второй за ним последовать хотел, Как вдруг, стрелой
швырнув
с трамплина тело, Вниз головою в воду полетел!..
За это упрекнуть его нетрудно, И первый прав: —Подумаешь, герой! Всегда ты поступаешь безрассудно...— И все-таки
мне по сердцу второй.
43
Слагаю похвальное слово Во славу узбекского плова...
Ферганского риса мешочек Округлостью радует глаз. Бараньего мяса и почек Другой сотрапезник припас. Тот редьку, тот лук нарезает, Тот бойко стругает морковь, А этот руками терзает Гранаты, чьи зерна, как кровь. Беседуя, мы не скучаем За глиняным чайником с чаем, И плавится плов на огне В чугунном своем казане. Затем появляется чудо — И, стало быть, здесь не до слов: Большое риштанское блюдо, На блюде — Везувием — плов! Его раскаленные недра Блаженство достойным сулят. Он ждет нас, посыпанный щедро Багряной шрапнелью гранат.
44
T1IXHIX1TL(0^^
Помню, как-то прошлым летом Захотел я стать поэтом — Всем друзьям на удивленье Сочинить стихотворенье. Мне такое нипочем!
Сочиню!
Но вот — о чем?..
Сочинить про почтальона С толстой сумкой на боку? Но стихи про почтальона Все припишут Маршаку.
Сочинить про дядю Степу — Гордость наших моряков? Но стихи про дядю Степу, Скажут, создал Михалков. Сочинить бы мог про это, Сочинить бы мог про то, Но стихи про то и это Есть у Агнии Барто.
И выходит, что давно
Все
уже сочинено!
За столом сижу я в кресле, Буйну голову клоню...
Ну, а что случится, если Вот возьму и сочиню
Я про то, как прошлым летом Захотел я стать поэтом — Всем друзьям на удивленье Сочинить стихотворенье, Но увидел, что давно
Все
уже
сочинено?..
Карандаш я очинил И — глядите — сочинил!
46
Думают, что девочки Не умеют драться. Так ли это или нет, Надо разобраться.
— Ладно,—
Петя говорит,—
Надо — разберемся...
Настя,—
Петя говорит,—
Хочешь, подеремся?..
Предложил — И в тот же миг Раздается громкий крик, Но не Настин — Петин!
И на Пете,
В тот же миг, Как раздался Петин крик, Несколько отметин!..
Думают, что девочки Не умеют драться. Кто из вас еще желает В этом разобраться?
47
48
49
*
Мама одевается — Громко ужасается: — Непонятные дела — Кофта стала мне мала!..
— Это что у вас за мода? Мода будущего года?
Клим Петрович — Настин дядя — Важно вышел Из ворот.
Почему, На дядю глядя, Ухмыляется народ?
Папа одевается —
Очень удивляется: — Был с карманами пиджак — Не найти мне их никак!..
Трудно в доме стало жить: Научили Настю шить.
— Лоскуты на талии Носят где? В Италии?
— Или, может быть, поближе — Не в Италии, в Париже?..
И кричит братишка в страхе, Сунув руки в рукава: — Где же ворот у рубахи? Не проходит голова!..
* *
* *
4^.
к/ I \ /	Петя с мамой
1	Входят в ГУМ.
|	ГУМ — громадный магазин,
fl I	В ГУМе люди,
В ГУМе шум, Кассы в ГУМе	—
Дзин-дзин-дзин...
И покуда маме Пети Отмеряли матерьял, Потеряла мама Петю, Петя маму потерял.
Петя ходит, Петя бродит, Петя маму не находит И, напуганный всерьез, Удержать не может слез. Очень жалко Петю людям: — Что ж мы, братцы, делать будем? Покупали матерьял — Мальчик маму потерял!..
Тут услышал эти речи Стройный, в амуниции, Молодой, широкоплечий Старшина милиции.
Выступает он вперед, Петю на руки берет.
— Что ж ты, Петя, растерялся? Не к лицу нам кислый вид.
— Потому что потерялся! — Всхлипнув, Петя говорит.
— Ты скажи мне, Петя, толком, Как твоя фамилия? — Отвечает Петя: —Волков!
51
— Славный парень—Петя Волков! Петя Волков — молодец!
Мама — это не иголка И найдется наконец!
* *,
*
Над кассами, Над ситцами, Над поднятыми Лицами Репродуктор шлет слова Старшины милиции:
— Гражданка Волкова! Ваш сын — Петя Волков — нашелся и ждет вас в детской комнате ГУМа!.. Повторяю: гражданка Волкова! Ваш сын — Петя Волков — нашелся и ждет вас в детской комнате ГУМа!..
* *
*
Не прошло пяти минут — Двери — нас»ежь, Мама — тут!
— С ног я сбилась прямо! — Восклицает мама.— Как ты здесь-то оказался?
Где ты был?
.•— Я потерялся.
— Надо, чтобы не теряться, Крепче за руку держаться!
— Руку ты ведь отпустила!
— Я? Когда?
— Когда платила...
— Чрезвычайно трудно с сыном Мне ходить по магазинам!
Я следить за ним должна Более внимательно...
Вам, товарищ старшина, Очень я признательна!
Отвечает старшина:
— Это уж как водится: Мальчики теряются, Мальчики находятся!

Тик-так, Тик-так, Маятник качается.
Тик-так, Тик-так, Сказка начинается:
Мой знакомый
критик Н.>
Мастер
быстрых перемен.
Всех, кого сегодня хвалит,
Завтра он дубинкой валит,
А кого дубинкой валит, Послезавтра снова хвалит. Вновь повалит, похвалив, Вновь похвалит, повалив...
Тик-так, Тик-так, Маятник качаекя.
Тик-так Тик-так, Сказка не кончается.
54
С некоторых пор в лирическом поэзии стал практиковаться бригадный метод. Там и сям поэты объединяют свои лирические «я» в лирическое «мы»...
^1Гн*И^*£-
Под рокот ночного прибоя, Гонимые странной тоской, Мы шли — одинокие — двое И вышли на берег морской. Он был нелюдимым и темным. Кругом никого. Ни гу-гу.
Лишь девушка в платьице скромном Задумалась на берегу.
Задумалась — в сетке из капель,— Мечты нашей давней двойник, И платьица милого штапель Нам в душу незримо проник.
55
Ей волны подошвы лизали, И впав, как они, в забытье, Мы к ней подошли и сказали, Что где-то встречали ее, Что общей шагать нам дорогой, Что счастье нас ждет впереди, Она же с неясной тревогой Вдруг сумку прижала к груди. Прижала, взглянув непонятно, Под моря таинственный гул И тихо, но все-таки внятно Сказала в ответ: «Караул...» А мы уже были далече, Вдоль моря мы шли, не спеша. Как музыкой, радостью встречи Наполнилась наша душа.
В магазине «Кулинария» на проспекте Калинина продаются «есенин*	.....
сниег пирожные.
Обращенье к старым темам	,
Не поставят нам на вид...
— Мне «есенинское», с кремом!
Покупатель говорит.
Представляете?
За чаем
Мы кого-то угощаем:
— Вам печенье или джем?
—. Я... «есенинское» съем!
На пирожное на это
Глядя, мыслю:
Почему
Имя славного поэта
Ты, кондитер, дал ему?
Может быть, певец печальный
Хат, закатов и берез
Сам — порой своей начальной — Этот крем любил до слез?
Или найдено возможным, Удалясь под сень стрехи. Прочитав, Таким пирожным
Заедать его стихи?..
Кто
Сей друг
Стихов и сдобы?
Поглядеть бы на него бы!
Кто названье обсуждал?
Кто названье утверждал?
Чтобы это подытожить.
Заявляю: кто умен, Тот не станет зря тревожить Поэтических имен,
Шел писатель Почитаемый, А навстречу шел Читаемый. Жаль, что это — Вот беда — Совпадает Не всегда.
58
(Из Зейнала Халила, с азербайджанского)
— Ах, почему я не рожден поэтом!
— А что бы было?
Расскажи об этом.
— Я б отдал сердце девушке одной, Ее сравнив с прекрасною гуной.
— И все?
— Плененные моим стихотвореньем, Все б на меня взирали с восхищеньем!
— А потом?
— Ну, а потом я стал бы всех богаче, Всех знаменитей стал бы, не иначе, И, не остановясь на полумерах, Вращаться стал бы в самых высших сферах!.,
— О, как, мой друг, судьбе я благодарен За то, что, к счастью, ты, как пень, бездарен!
(Из Егише Чаренца, с армянского)
Он не ученый, не поэт, Не романист он и не критик. Он рад тому на склоне лет, Что мозг не весь усох и вытек. В тупую спячку погружен, Живет, наивно убежденный, Что и поэт, и критик он, И романист он, и ученый.
59
(Из Егише Чаренца, с армянского)
— Могли б вы такого-то
взять эпиграммою в клещи?
— Ни рук, ни клещей
не мараю о грязные вещи.
(Из Радоя Ралина, с болгарского)
В сатире нашей кризис, Его не замолчать: Ведь все, что ни напишем, Легко идет в печать..«
61
помн
Иные лирические поэты излишне щедро делятся с читателем подробностями своей биографии.
Было в нашем доме три окошка, Был наш дом, я помню, невысок, И вела, мне помнится, дорожка В молодой лесок — наискосок. Если память мне не изменяет, Тот лесок зимой был очень бел, А весной, едва снежок растает, Глядь, а он уже зазеленел. Не забыть мне тына и овина. Не забыть мне речки и моста. Не забыть, что бабка Катерина Не худа была и не толста. Сохранилось в памяти-копилке С тех далеких, незабвенных дней, Как отец подъехал на кобылке И уехал в тот же час на ней. Помню чьи-то спины, чьи-то лица, Помню стол, и лампу, и кровать... Если это все в печать годится, Я могу еще навспоминать!
62
СОДЕРЖАНИЕ
ХОББИ
Хобби.......................................  .	. . i i
Баллада о двух киногероях ..............................
Сказка о Заготовителе ..................................
Пополам.................................................
Шок .........................................   .	. . .
Вундеркинд .............................................
Автограф ...»...........................................
Письмо в редакцию............ ..........................
Время, назад! ..........................................
Песет!.. .	................................. : t
К сожалению, с натуры...................................
Трактат о болельщиках...................................
О перспективах .............. .	......................
Точка зрения ...........................................
Начальник и Стол.......... .............................
Первоапрельское ...................... <	.............
Чудеса ........ ..................................... •
Страшный сон . .............. ..........................
4 7
9
12 14 15 18 19 21
23 27
29 31
33 34 36 37 38
ЖАНР
Охотники ...................................................40
Лось	 41
Непедагогичное..............................................43
Плов «......................................................44
ДЕТИ. ДЕТИ...
Сочинитель ....... .... . ............................ »	• 46
Умеют ли девочки драться ..................................47
Научили Настю шить.......................................  4J
Петя и милиционер..........................................51
В САДАХ ИЗЯЩНОЙ СЛОВЕСНОСТИ
Маятник ............................................
Мы помним чудное мгновенье... ......................
Кондитеры и лирики..................................
Два писателя. Детективный роман ....................
Разговор о поэзии. Он................................
Эпитафия............. ...............................
Диалог. Кризис.......................................
Помню	.....	.	........4
54
55
57
58
59
60
61
62
63
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ ЛИФШИЦ
РАЗДВОЕНИЕ ЛИЧНОСТИ
Редактор Вл. Масс.
Техн, редактор Г. Огородников.
А 00108.	Подписано к печати 16/V 1969 г.
Формат бумаги 70х108‘/32. Объем 2,80 усл. печ. л. 3,85 учетно-изд. л. Тираж 225 000.
Изд. № 605. Заказ № 3588. Цена И коп.
Ордена Ленина типография газеты «Правда» имени В. И. Ленина.
Москва, А-47, ул. «Правды», 24.
ТОЧИТЕ ЛОПАТУ!»
«МАЭСТРО, В эту книжку вошли еще десять фельетонов Александра МОРАЛЕ-ВИЧА не менее категоричного толка.

Об аисте и алиментах поведал в сборнике фельетонов Алексей ГОЛУБ. И еще о многом.



Если вы хотите узнать, как жить в рассрочку, как изучать латынь или что делать при приступе ишиаса, обязательно прочтите сборник рассказов знаменитого финского писателя Мартти ЛАРНИ «КРАЕУГОЛЬНЫЙ КАМЕНЬ».
Цена 11 коп