в марках
S.V. Naugolnykh

in stamps
Media-Grand
2019
в марках
С.В. Наугольных
в марках
Медиа-Гранд
2019
в марках
УДК 56
Книга изготовлена в соответствии с Федеральным законом от
29 декабря 2010 г. № 436-ФЗ, ст. 1, п. 2, пп. 3.
С.В. Наугольных. Палеонтология в марках. М.: Медиа-Гранд. 2019. 147 с.; Илл.
Резюме. Книга включает несколько научно-популярных очерков, посвященных различным аспектам палеонтологии. В качестве иллюстративного ряда использованы марки и открытки с изображениями ископаемых животных и растений. Книга рассчитана на широкий круг читателей, интересующихся вопросами эволюции и развития органического мира Земли.
Е4ГЖ (DOHD^  игоря БУТМАНА\
Издание подготовлено при содействии Фонда поддержки и развития джазового искусства имени Игоря Бутмана
Редактор текста: В.В. Линкевич
Palaeontology in stamps. Moscow: Media-Grand. 2019.
147 p.; Ill.
Summary. The book includes several scientific-popular essays focused on various aspects of palaeontology. The stamps and post-cards with the images of fossil animals and plants are used as illustrations. The book is aimed for a broad community of readers, who are interested in problems of evolution and development of the organic world of the Earth.
ISBN 978-5-9904241-7-3
© С.В. Наугольных, 2019
4
в марках
Оглавление
Введение..............................................7
Благодарности.........................................8
Не только о марках....................................8
Эволюция..............................................9
Первые и самые первые. Говорим «строматолиты», а думаем - «бактерии»........11
Трилобиты и другие обитатели раннепалеозойских морей..12
Время рыб, или из моря - на сушу.....................13
Мир девонского периода...............................15
Тропические леса юной Земли..........................18
Пеликозавры. «Ящеры под парусами»....................21
Царство ящеров, гигантских и не очень................23
Палеоихнология, или снова по следам динозавров.......31
Тайны меловых скал...................................32
Мезозой - расцвет голосеменных.......................34
Про теплых, пушистых и умных, или Социализация биосферы................................35
Палеонтология Человека и геоархеология плейстоцена...36
Окаменелости как часть общечеловеческой культуры.....38
Литература...........................................39
Список иллюстраций...................................46
5
в марках
Contents
Introduction...................................................7
Acknowledgements...............................................8
Not about the stamps only......................................8
Evolution......................................................9
First and very first. Saying “stromatolites”, meaning “bacteria”.....................11
Trilobites and other inhabitants of Early Palaeozoic seas.....12
Time of fishes, or From the sea to the coast..................13
Devonian world................................................15
Tropical forests of young Earth...............................18
Pelycosaurs. «Reptiles under sail»............................21
Kingdom of reptiles, gigantic and small ones..................23
Palaeoichonology, or Tracing the dinosaur footprints again...31
Mysteries of Cretaceous cliffs................................32
Mesozoic era as the time of gymnosperm heyday.................34
About warm, fluffy and clever ones, or Socialization of biosphere.................................35
Palaeontology of Mankind, or Geoarchaeology of Pleistocene.....36
Fossils as a part of the human culture........................38
Literature....................................................39
List of illustrations.........................................46
6
в марках
Введение
Обращаюсь к дорогим моим друзьям и верным предмету своего увлечения любителям палеонтологии. Эту книгу я писал для вас и с мыслями о вас. Не стану утверждать, что марки были предлогом, -конечно, нет. Но они не были и поводом.
Возможно, кому-то из читателей построение этой книги покажется несколько эклектичным. Научно-популярный жанр, в рамках которого я старался вести основную линию книги, дополняется личными воспоминаниями и размышлениями.
Это не каталог. Линейные размеры марок не соблюдены для того чтобы лучше показать качество графики на почтовых миниатюрах, но сохранены пропорции и, в большинстве случаев, относительные размеры, когда марки из разных серий собраны на одной общей иллюстрации (фототаблице).
В нескольких случаях было признано оправданным использовать изображение одной и той же марки на двух разных фототаблицах и с разным увеличением. Сделано это было по двум весомым причинам. Во-первых, для того чтобы подчеркнуть особенности полиграфического исполнения одной и той же почтовой миниатюры, требовалось показать ее и полностью, и с увеличенными деталями. Во-вторых, один и тот же сюжет оказался востребованным в разных линиях повествования.
Изображения марок в некоторых местах альбома перемежаются с фотографиями самих окаменелостей. Это было сделано для того, чтобы сделать предмет изложения более наглядным. Я старался не давать прямые ссылки на то или иное изображение в атласе, за небольшими исключениями, просто потому, что в целом смысловая линия рассказов о палеонтологии совпадает с последовательностью сюжетов на фототаблицах.
Главы, на которые разбит текст этой книги, различаются по своему объему и стилю изложения. Сделано это по одной простой причине. Любой палеонтолог в откровенном разговоре признается, что у него есть любимые, интересные для обсуждения темы, и есть другие темы, на которые он готов высказаться, но кратко. Именно поэтому те части, которые вызывали у меня наибольший эмоциональный отклик, я решил
7
в марках
сделать более пространными. Другие темы, по которым дополнительный материал еще собирается, даны в конспективном стиле.
Благодарности
Работа выполнена в рамках темы госзадания № 0135-2019-0044 «Фитостратиграфия, палеофлористика, кризисные события кайнозоя, мезозоя и палеозоя различных регионов Евразии, палеоклиматические, палеофитоценотические и палеофитогеографические реконструкции» Геологического института РАН.
Глубокую признательность от всей души выражаю Игорю Михайловичу Бутману, выдающемуся музыканту современности, поддержка которого позволила подготовить и опубликовать эту книгу. Замечания редактора В.В. Линкевича, ознакомившегося с текстом книги и сделавшего ряд ценных рекомендаций, очень помогли в работе над «Палеонтологией в марках».
Не только о марках
Эта книга не только о марках (это ясно из названия), но, самое главное, она и не только о филателистических палеонтологических сюжетах. Я бы обозначил главную тему книги иначе, если бы вдруг пришлось ее охарактеризовать для некоего условного универсального библиотечного классификатора: «Палеонтология и марки». Но и этого, на самом деле, недостаточно.
Когда выдается минутка, свободная от написания статей, отзывов на диссертации и рецензий на работы коллег, я люблю уютно устроиться на диване и, вооружившись большой старинной лупой на изящной бронзовой ручке, начать просмотр одного из моих марочных альбомов. В альбомах, как всегда, идеальный порядок: марки стоят ряд за рядом, серия за серией. Их стройные шеренги перемежаются с конвертами, присланными из разных стран мира, с винтажными открытками, подписанными давно (еще до Первой мировой войны!) ушедшим из жизни адресатам (но оставшимся бессмертными в моих альбомах).
Несмотря на военный порядок своих рядов, марки радуют меня феерией красок и художественной непредсказуемостью красочных цветовых пятен, сменяющих мир трилобитов палеозоя веком гигантских рептилий. Будь моя воля, я организовал бы на крупнейших мировых курортах и в санаториях специальный курс «марочной терапии». Невольно вспомнился рассказ одного из старших коллег (тоже завзятого филателиста) о том, как его учитель был доведен до белого каления
8
г Iв марках
«доброжелательными оппонентами». Помог дружеский совет: «Пожалуйста, пойдите домой, посмотрите марки...».
Обдумывая концепцию этой книги, я понял, что именно так и надо действовать. Надо посмотреть на сами марки, а рожденные ими образы и реминисценции поместить в книгу. Именно так и родилась «Палеонтология в марках», наука и жизненный опыт, зашифрованные в когнитивной рефлексии, рождаемой изящными почтовыми миниатюрами.
Но марки не решают поставленной задачи полностью. Палеонтология не может обойтись без непосредственного обращения к самому объекту исследования. Именно поэтому марочные красоты в книге перемежаются с классическими палеонтологическими фототаблицами, на которых неравнодушный к палеонтологии читатель (а кто еще возьмет в руки эту книгу?) увидит все великолепие ископаемых организмов, живших на нашей планете от глубокого протерозоя до времени появления Человека и Человечества.
Наше путешествие по доисторическим марочным мирам хочется начать еще с одной психологической преамбулы. Некий коллега - все тот же палеонтолог и филателист, - по секрету поделился со мной одной сокровенной мыслью. Он сказал: «А знаешь, мы не случайно пришли именно в палеонтологию... Просто мы любим марки». Гносеологическая глубина этой мысли мне показалась очевидной: да, именно так - собрать все марки из одной серии, поставить на нужную страницу в альбоме, -разве не так работает палеонтолог - таксономист, классификатор, систематик? Но к этому добавим еще и время: первый выпуск (он есть только у счастливчиков), вторая серия на эту же тему (далеко не всегда более удачная), и так далее. Эволюция, филогенетика...
Эволюция
Наш первый шаг - именно от признания факта эволюции. Я думаю, что любой, самый закоренелый атеист нет-нет, да и обратится к образу «одухотворенности космоса» (спасибо Владимиру Набокову за эту емкую метафору!), но точно так же и каждый убежденный теолог вынужден признать факт эволюции (хотя бы для себя самого найдя место естественному отбору среди религиозной аксиоматики). И дальше возникает вопрос: так ли принципиально, к кому ты обращаешься за поддержкой: к добрым и могучим духам, или к портрету Дарвина, висящему в «красном углу»?
Как объяснить смысл эволюционной теории человеку, который далек от палеонтологической (биологической или геологической) тематики? Просто ограничиться очевидной констатацией того, что простое при
9
в марках
определенных условиях может стать более сложным, - нет, этого совершенно недостаточно. Вопрос (на самом деле, главный вопрос всех эволюционных теорий) остается: так все-таки, откуда в истории жизни на нашей планете берется новое качество?
Секрет заключается в базовой изменчивости всех (абсолютно всех!) организмов. Неорганический мир здесь трогать не будем, - пусть еще одну книгу напишут минералоги. Но, отвлекаясь чуть-чуть от темы, - для мира минералов характерны те же законы...Так вот, все организмы в одной популяции (и мы с вами тоже!) немного различаются между собой. Запомним этот в общем-то лежащий на поверхности факт; мы к нему еще вернемся.
Однажды мы с дочерями разговаривали на эволюционные темы, причем разговор велся не дома, а на улице, во время прогулки. Мне нужен был хороший и яркий пример. И он не заставил себя ждать! Тут же рядом с тротуаром радовалась прелестям материнства довольно крупная пестрая полубездомная собачка с выводком коричневых и белых щенков. Именно эту веселую галдяще-тявкающую компанию я и использовал в качестве учебного пособия.
- Смотрите, - сказал я, - прекрасный пример внутрипопуляционной изменчивости! От одной (!) мамы произошли на свет восемь разных щенков. Четверо из них - коричневато-пегие, другая половина - белые. Сами понимаете, в этом мире недавно родившийся щенок - законная добыча для каждого проголодавшегося хищника. Сейчас ноябрь, кругом -опавшие и пожухшие листья. Кому проще в них спрятаться, белым щенкам или коричневым?
- Конечно, коричневым! - Понятное дело, другого ответа я и не ожидал.
- Таким образом, белых щенят слопают в первую очередь? - Прошу прощения за излишний натурализм, но именно так я и спросил своих маленьких дочек.
- Да! - И этот вердикт был очевидным.
Я продолжил свои дидактико-педагогические экзерсисы.
- А вот через неделю выпадет снег, и что будет тогда?
Мои девочки на долю секунды призадумались, но ответ пришел быстро:
- Тогда коричневых слопают, а белые спрячутся!
Да, дорогие мои, именно так и работает эволюция. Заказ среды на сохранение наиболее приспособленного к тем или иным условиям - это всегда закон. И этот закон, конечно же, распространяется не только на экстерьер. Если ты вовремя заметил опасность, улизнул или успел приготовиться к обороне, - значит, ты получаешь преимущество. Это преимущество будет закреплено в генах потомков, но не только там. С тех пор, как человечество изобрело письменность (и даже раньше, со
10
r f	в марках
времен изустных сказаний, - вспомним Гомера), свои «эволюционные наработки» следующим поколениям вы можете передать не только через гены, но и через графические или письменные символы, от петроглифов Бесова Носа и шумерскую клинопись - к кодировке современных мегакомпьютеров.
А вот теперь пришло время вернуться к внутрипопуляционной изменчивости. Природа выкидывает на рынок вечной конкурентной борьбы бесконечное количество вариантов. Кто сегодня в моде? Сильные или умные, полненькие или худощавые, блондинки или брюнетки? Справедливости ради надо отметить, что отбор далеко не всегда идет по действительно прогрессивным признакам. В истории Земли полным-полно примеров, когда выживали проще устроенные, примитивные организмы. Такое бывает и в эволюции общества: социальный заказ может быть ориентирован не на профессионализм или порядочность, а на «управляемость» или лояльность.
Но это, по нашему с вами счастью, все-таки исключение. Органический мир в целом развивается поступательно, от простого к сложному. Имеет место прогрессивная эволюция, или, иначе, «стрела времени»; все мы постоянно движемся вперед. И все остальные страницы этой книги, с небольшими романтическими отступлениями, будут посвящены этому движению, от простого к сложному, от бактерий докембрийской Земли к современному человеку.
Портреты Чарлза Дарвина, помещенные на марки Гвинеи-Бисау, Чехословакии, Советского Союза, Сербии и Кореи открывают наш палеонтологический марочный альбом.
Первые и самые первые.
Говорим «строматолиты», а думаем - «бактерии»
Удивительно, но вот еще одну свою книгу я начинаю с момента своего вхождения в профессиональную деятельность. Первая отметка в моей трудовой книжке - работа в Теплогорском геолого-съемочном отряде, причем отметка эта появилась в книжке еще до начала моей учебы на геологическом факультете Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова (рука не поднялась сократить хоть слово в этом великом и святом титуле альма-матер!). В Теплогорском отряде я провел два летних месяца, с рюкзаком за плечами и с геологическим молотком в руках.
Работали мы в основном на сложнодислоцированных и глубоко метаморфизованных толщах верхнего протерозоя и нижнего палеозоя, обнажавшихся по бортам таежных речек и на склонах гор на уральском водоразделе. Оцените географию: мы могли начать построение
11
в марках
геологического профиля от станции Европейская, продолжить на станции Хребет Уральский, а закончить на станции Азиатская.
Конечно, геологии во всем ее многообразии в наших маршрутах было хоть отбавляй. Шлиховое опробование в русле безымянного ручья, окруженного вековыми сибирскими кедрами (оговорка специально для ботаников - Pinus sibirica Du Tour), могло принести в промывке изумительный ярко-розовый кристалл турмалина-рубеллита необычайной чистоты; вывернутый молотком из придорожного обрыва блок породы вдруг оборачивался друзой раухтопазов с золотистыми кристалликами пирита внутри, а толща сиреневых сланцев вызывала часовой спор о рудопроявлениях марганца на Среднем Урале.
Но хотелось палеонтологии.
Палеонтология встретила меня в мраморных обрывах карьера «Вавилон», до которого мне пришлось добираться пешком по таежным тропинкам около десяти километров. В светло-серых и белых мраморах «Вавилона» сохранились столбчатые протерозойские строматолиты, окрашенные окислами железа в оранжевые и красноватые тона.
Посмотрите на марки, выпущенные почтовыми ведомствами Канады и Гренландии. Вот они - строматолиты и их строители, цианофиты, бактерии, которые и сейчас в научно-популярной литературе нередко называют «сине-зелеными водорослями».
Трилобиты и другие обитатели раннепалеозойских морей
Я никогда не скрывал своей любви к трилобитам в частности, и к членистоногим вообще. Настоящие «трилобитоманы» знают, куда поехать в поисках предмета своего увлечения. Один из маршрутов ведет в чешский город Бероун. На мой взгляд, палеонтолог не может считать себя вполне счастливым и правоверным последователем любимой науки, если он хотя бы раз в своей жизни не совершил паломничество в Обетованную землю палеонтологии, в Чехию, к скалам Баррандиена.
Я побывал на разрезах Баррандиена в 2006 г., во время полевой экскурсии, организованной для участников седьмой Европейской палеоботанической и палинологической конференции. Мы вместе с другими участниками экскурсии отправились на комфортабельном автобусе из Праги в Бероун, где организован прекрасный геопарк с музеем и интересными геолого-палеонтологическими объектами. Однако прежде чем мы поговорим о трилобитах и других экспонатах Бероунского геопарка, следует подробнее рассказать о самом Иоахиме Барранде, замечательном палеонтологе и натуралисте.
Барранд родился 11 августа 1799 года во Франции, недалеко от города Сог в поместье своих родителей. В 1830 году вместе со своими
12
в марках
родственниками он вынужден был покинуть Францию после июльской революции. Сначала судьба привела его в Шотландию, но в 1832 году Барранд переехал в Чехию и поселился в Праге.
Во время пеших экскурсий по окрестностям Праги Барранд обратил внимание на окаменелости, встречавшиеся в известняковых и песчаниковых обрывах. Увлекшись палеонтологией всерьез, он начал все свое свободное время посвящать поиску трилобитов, брахиопод, головоногих моллюсков и разных других ископаемых. После нескольких лет усердного коллекционирования его собрание стало одним из лучших в Чехии! На основе этой коллекции Баррандом и его последователями были написаны фундаментальные научные труды, а сама коллекция заняла центральной место в Национальном музее в Праге.
Пройдя маршрутами великого французского (уверен, можно написать и чешского!) палеонтолога, участники полевой экскурсии тоже нашли немало интересного. Моими трофеями стали кембрийские трилобиты Ellipsocephalus hoffi (Schlotheim), Conocoryphe sulzeri (Schlotheim), Paradoxides gracilis (Boeck), граптолит монограптус (Monograptus) из силура, а также раковины прямых наутилоидей из нижнего девона и другие окаменелости.
Подробнее о Баррандиене и окаменелостях Чехии можно прочитать в статьях и книгах: (Habetin, Knobloch, 1981; см. в этой книге дополнительные ссылки).
Но и в России есть нижнепалеозойские отложения, богатые остатками трилобитов и других окаменелостей. Особенно знамениты разрезы кембрия и ордовика Сибири, и ордовикские мергели и известняки, обнажающиеся в Ленинградской области, по берегам рек Волхов, Лава, Тосно и Саблинка. Если вы нашли время и съездили на ордовикские местонахождения, расположенные в пределах Ленинградской области и, в результате, стали обладателем коллекции трилобитов, вам поможет в их определении очень полезная книга Андрея Юрьевича Иванцова (Иванцов, 2004).
Перечислять все марочные серии, в которых почетное место занимают трилобиты, дело трудное. Среди филателистических шедевров необходимо назвать хотя бы наиболее впечатляющие: марки, выпущенные почтой Китая, Гвинеи, Гамбии, Кореи, Канады, Германии, Великобритании и, конечно же, Чехии.
Время рыб, или из моря - на сушу
Когда-то давным-давно, в детстве, мне попалась книжка Дмитрия Шишурина «Однажды в Кара-Кумах» (1968). Тогда я читал все подряд и взахлеб, но Шишурин мне не понравился. Я ожидал найти подробные
13
в марках
описания пустынной флоры и фауны, а вместо этого увидел в книге странные и не очень понятные мне реминисценции подростка, попавшего во взрослую экспедицию. Особенно раздосадовало меня то, что на одной из иллюстраций я обнаружил довольно профессиональное и точное изображение кистеперой рыбы, которую главный герой повести мечтал поймать в озере Ясхан на Узбое. Я уже тогда пламенно увлекался палеонтологией, но к моему разочарованию, про кистеперых рыб в книге никаких особых сведений мне найти не удалось.
Вновь к этой книге я вернулся через сорок лет, случайно обнаружив ее на одном из московских книжных развалов. Удивительно, но я сразу же узнал ее по обложке. Просили за книжку какую-то совсем смехотворную сумму, и я купил этот потертый томик, решив еще разок полистать его на досуге.
Надо сказать, что за эти годы я не раз бывал в пустынях по всему миру, два года служил в Туркмении, в Ашхабаде, уже после армии побывал в пустыне Мохаве в Соединенных Штатах и дважды пересек пустыню Гоби в Монголии. Поэтому книга сразу же напомнила мне не только о далеком детстве, но и о поездках по Туркмении, маршруты которых практически один в один совпадали с маршрутами участников экспедиции, о которой рассказывал Шишурин.
Начав перечитывать книгу, я сразу же понял, почему она так не понравилась мне в детстве. Книжка, несмотря на то, что она была напечатана издательством «Детская литература», была совсем не детской. Мне она напомнила бердяевское «Самопознание», рассказ о внутренних переживаниях человека в ходе становления его личности. В общем, «Однажды в Кара-Кумах» я перечитал уже совсем с другими чувствами, и с благодарностью к автору вспомнил мои туркменские впечатления.
В ходе прочтения книги мне стал понятен и сюжет о кистеперой рыбе, который, на первый взгляд, не очень-то вязался с основной линией повествования. Именно в эти годы широкой общественности стало известно об открытии «живого ископаемого» - современной кистеперой рыбы - латимерии, хотя само открытие состоялось несколько ранее (Смит, 1962).
Рыбы девона в филателии не такие частые гости, как трилобиты или динозавры, но, тем не менее, такие марочные серии есть. Назовем марки Танзании, Никарагуа, Бенина, Канады, Габона, Латвии, Мозамбика и Австралии. Но вот современная латимерия вниманием совершенно не обделена. Полюбуйтесь: вот она во всей красе на марках Абхазии, Южно-Африканской республики, ну и конечно же Коморских островов - именно там, в глубинах Мозамбикского пролива была впервые обнаружена популяция современных целакантов.
14
в марках
Мир девонского периода
У геолога, занимающегося девонским периодом палеозойской эры, есть уникальная возможность перенестись на 350 миллионов лет назад и взглянуть на берег и мелководье девонской лагуны. Для этого надо отправиться в Курскую область, в г. Железногорск и посетить карьер Михайловского горно-обогатительного железорудного комбината.
Удивительно, но слова «взглянуть на берег девонской лагуны» в этом случае не просто поэтическая метафора. Природа сохранила в отложениях, обнажающихся в уступах Михайловского карьера, если и не всю позднедевонскую экосистему, существовавшую здесь в далеком прошлом, то, по меньшей мере, значительную ее часть. Но подробнее об этом немного позже.
С необходимыми документами и соответствующим случаю снаряжением, включавшим неизменный геологический молоток, фотоаппарат, полевой дневник и пакеты для отбора проб и образцов, я явился в геологический отдел рудоуправления. После сверки маршрута мы погрузились на «вахтовку» - боевой и видавший виды УАЗ-452, и отправились к вьезду в карьер.
То, что посещение Михайловского карьера - дело серьезное, я понял еще накануне, во время прохождения инструктажа по технике безопасности. Сегодня мы прошли досмотр, предъявив охране карьера на КПП заблаговременно оформленные документы, необходимые для официального посещения карьера и сбора геологических образцов, и через несколько минут миновали шлагбаум и поехали по накатанной многотонными самосвалами дороге вниз, к заветным выходам девонских отложений.
По дорожному серпантину мы спускались все ниже и ниже, миновав рыхлые песчано-глинистые четвертичные отложения, затем - рыжеватые пески нижнего мела и залегавшие под ними сероватые юрские глины, знаменитые встречающимися в них раковинами устриц и перламутровыми аммонитами. Под юрскими напластованиями в нескольких местах карьера обнажались пестроцветные глины и пески, относящиеся к девону. Отложения каменноугольной, пермской и триасовой систем в Михайловском карьере отсутствуют, поскольку в это время на этой территории была суша, и осадконакопление не происходило. Правда, еще в рудоуправлении железногорские геологи показали мне несколько образцов колониальных четырехлучевых кораллов, возможно, каменноугольных. Поэтому, может быть, где-то над девонскими отложениями здесь сохранился, фигурально выражаясь, кусочек дна теплого каменноугольного моря с коралловыми рифами.
15
в марках
Наш уазик, одолев за полчаса триста пятьдесят миллионов лет, остановился в тупичке среди глыб докембрийских кварцитов и филлитов, привезенных сюда с нижних ярусов карьера. Железистые кварциты -джеспилиты, - окрашенные окислами и гидроокислами железа (в основном, гематитом и лимонитом) в багровые и желтовато-оранжевые тона с буровато-стальными и оранжевыми полосами и пятнами, местами были пронизаны сетью глубоких трещин, по стенкам которых золотистыми искорками играли под солнцем щетки пирита и халькопирита. Филлиты, или слюдистые сланцы, вызывали неподдельное восхищение своим мерцающим изумрудным цветом, причем благородный ярко-зеленый искрометный и даже какой-то плисовый или бархатный блеск слюды вполне мог поспорить своей красотой с сиянием пиритовых кристаллов.
До нужных нам обнажений девонских глин и песчаников требовалось пройти по уступу карьера еще около двух километров. Справа от нас возвышалась стена, сложенная среднеюрскими (келловейскими) белесыми и сероватыми глинами. Слева, в каких-нибудь трех-четырех метрах от нашей дорожки, располагался десятиметровый обрыв к нижележащему ярусу карьера. Однако постепенно кровля джеспилитов, слагавших нижележащий уступ карьера, стала понижаться, и над ней появились пестроцветные глины, перемежающиеся с прослоями и линзами красноватых песков и песчаников. Мы были на месте.
Выискивая относительно пологий участок склона для безопасного спуска к манящим девонским слоям, я увидел торчащую из склона плитку тонкозернистого песчаника. Не удивительно, что плитка привлекла мое внимание. На ее поверхности были видны ч многочисленные полусферические образования, похожие на пузырьки. Я пригляделся повнимательнее и вдруг понял: передо мной был негативный оттиск отпечатков капель дождя, - дождя, который выпал здесь в конце девонского периода!
* * *
Я считаю, что мое геологическое детство было счастливым, благодаря тем замечательным книгам, которые меня окружали. Одна из них, которую перечитывал раз за разом, - «Капли девонского дождя», -принадлежит перу выдающегося писателя и популяризатора науки Рудольфа Константиновича Баландина. Уже спустя много лет, в Москве судьба свела меня с этим удивительным человеком, но наше общение, неоценимым образом обогатившее мой жизненный опыт, заслуживает отдельного эссе, а может быть, и отдельной книги.
«Капли девонского дождя» - настолько говорящее название, что оно не требует дополнительных пояснений. На страницах этой книги есть
16
в марках
вполне зримый образ - рисунок образца с отпечатками дождевых капель, упавших на мягкую глину. Именно такой образец лежал сейчас в моих ладонях.
Ко мне, в общем-то, уже кое-что повидавшему в геологии и палеоэкологии, вдруг пришло неожиданное и глубокое чувство какого-то мистического преобразования окружающей действительности. Я сделал еще несколько шагов вниз по склону и не поверил своим глазам. Прямо из размытых осенними дождями мягких девонских глин кустистыми кочками выступали скопления лентовидных побегов шугурий - Shuguria ornata Tchirkova-Zalesskya, - девонских растений, причудливым образом сочетавших признаки водорослей и первых примитивных споровых. Геологический молоток здесь не понадобился. Побеги шугурий можно было собирать руками и раскладывать между листами гербарной папки, переходя от одного куста к другому, словно гуляя по девонскому пляжу. Это ли не настоящее палеонтологическое чудо?
Кроме шугурий здесь же попадались стволики и веточки других растений, по всей видимости, произраставших на некотором удалении от берега девонской лагуны. Встречались тонкие изогнутые побеги прапапоротников, обращенные в уголь, но сохранившие все детали строения. Время от времени находились простые или дихотомирующие ветви девонских плауновидных, родственных роду юринодендрон или циклостигма (Jurinodendron', =Cyclostigma). Очень скоро почти все мои пакеты и пакетики оказались наполненными палеоботаническими подарками с девонского пляжа. Но для полной картины требовалось взять еще и палеопочвенные образцы. Богатейшая девонская биота, процветавшая в низинах на неровном фундаменте из джеспилитов, конечно же, воздействовала на субстрат, изменяя его и превращая кварциты в пригодную для жизни растений почву.
Сделав неширокую, но глубокую траншею в пестроцветных глинах, я вдруг почувствовал, что лопата ударилась во что-то твердое. В глине одна на другой лежали толстые костяные пластины, прилегавшие друг к другу как латы средневекового рыцаря. Это был панцирь плакодермы, панцирной рыбы.
Уже в Москве, аккуратно промыв и пропитав находки фиксирующим клеевым составом, с помощью коллег-палеоихтиологов я смог их определить. «Латы» принадлежали голонеме (Holonemd), панцирной рыбе, обитавшей в придонных частях девонской лагуны.
Среди образцов, собранных в карьере Михайловского ГОКа, оказалось много остатков, принадлежавших другим представителям ихтиофауны девонского периода. Нашлись фрагменты панцирей бесчелюстных (агнат). Из плакодерм-антиарх удалось определить пластинки, плавники и фрагменты черепов двух родов антиарх -астеролепис (Asterolepis) и ботриолепис (Bothriolepis). Их панцири,
17
в марках
вызывающие восхищение законченностью форм, также напоминали рыцарские доспехи. Удалось найти зубы кистеперых (=лопастеперых) рыб, наших далеких предков. За триста пятьдесят миллионов лет эти рыбы прошли эволюционный путь от девонской лагуны до геолога с молотком, отбирающего палеопочвенные пробы.
Удивительный мир девонского периода собран на марках Польши, Абхазии и Центрально-Африканской республики.
Тропические леса юной Земли
Листая яркие книги - атласы по палеонтологии, вы не пройдете мимо этого распространенного и очень эффектного сюжета.
Перед нами озеро, окаймленное подтопленными заболоченными берегами. На берегах раскинулся роскошный лес, состоящий из многометровых деревьев с колоннообразными стволами, ветвящимися на верхушке или увенчанными щетками длинных листьев. Здесь же в подлеске теснятся многочисленные и разнообразные папоротники и внешне похожие на них птеридоспермы. На переднем плане выступают из воды членистые побеги растений, похожих на современные хвощи, но только гораздо более крупные, многократно увеличенные в размерах.
Искушенный в палеонтологии читатель сразу же понял, о чем идет речь. Конечно же, о каменноугольных лесах, давших материнское вещество для угольных пластов, сохранивших свое значение для промышленности и экономики по настоящее время.
В России самые знаменитые месторождения каменных углей каменноугольного (извините за неизбежную тавтологию) возраста располагаются в западной части Ростовской области, в нашем восточном Донбассе, а также в Кизеловском угольном бассейне, в Пермском крае, на Урале.
Здесь мне хочется обратиться к очень меткому выражению, использованному выдающимся отечественным палеоботаником Сергеем Викторовичем Мейеном применительно к ископаемым растениям. Мейен называл палеоботанические коллекции «каменным гербарием» (Меуеп, 1973). Давайте и мы с вами переложим каменные «гербарные листы» с отпечатками коры, листьев и репродуктивных органов каменноугольных растений.
Начнем с этого интересного образца. На нем отпечатался ромбический узор, напоминающий чешую огромной змеи. Невольно припомнился случай, когда нам с товарищами по летнему экологическому лагерю удалось извлечь из прослоя углистого песчаника округлый в сечении изогнутый побег, покрытый именно таким
18
в марках
ромбическим узором. Мои друзья именно так и охарактеризовали эту находку: «Окаменелая змея»!
Конечно же, речь идет совсем не о рептилиях, а об очень интересных ископаемых растениях, родственники которых и по сию пору произрастают в тенистом подлеске наших еловых лесов. Кора с рельефным ромбическим узором принадлежала лепидодендронам (Lepidodendrori), гигантским древовидным плауновидным растениям.
Общий облик лепидодендронов, каким он представляется палеоботаникам, хорошо известен широкой публике благодаря великолепной реконструкции, выполненной знаменитым немецким палеоботаником Максом Хирмером еще в 1927 году (Hirmer, 1927) и затем растиражированной в многочисленных научных и научно-популярных изданиях и в учебниках палеонтологии (см., например: Немков и др., 1978, с. 202, рис. 125, 1).
Только в конце двадцатого века к реконструкции Хирмера появились важные дополнения, сделать которые позволило изучение остатков лепидодендрид анатомической сохранности, собранных в средне- и верхнекаменноугольных (пенсильванских) отложениях Северной Америки (DiMichele, 1981). Выяснилось, что форма крон представителей этой группы плауновидных могла существенно различаться.
Общий план строения ромбовидных листовых подушек лепидодендронов, тех самых подушек, которые образуют рельеф поверхности коры этих растений, в целом примерно одинаков у всех представителей лепидодендрид. В центре листовой подушки или немного ближе к верхнему краю находится листовой рубец, в середине которого располагается маленький рубчик выхода проводящих тканей в основание филлоида (проще говоря, листа) лепидодендрона. Слева и справа от рубчика выхода проводящего пучка обычно присутствуют верхние парихны - выходы особой воздухоносной ткани, характерной для гигрофильных растений. Еще пара симметрично расположенных парихн находится на нижнем поле листовой подушки. Непосредственно над листовым рубцом располагается лигульная ямка. Сама лигула (или, иначе, язычок), в ископаемом состоянии обычно не сохраняется.
Однако у разных видов лепидодендронов детали строения листовой подушки могут сильно различаться. Собственно, на этих признаках и строится видовая систематика рода Lepidodendron. Во-первых, весьма разнообразны пропорции листовых подушек: от широко-ромбических до узких сильно-вытянутых веретеновидных. Может варьировать степень выраженности парихн. Листовые подушки у некоторых видов могут быть разделены участками коры, как бы растягивающимися по мере роста растения. И верхняя, и нижняя части листовой подушки могли иметь дополнительные скульптурные элементы, например, поперечные борозды и ребра различной формы. Именно благодаря такому высокому
19
Iв марках
морфологическому разнообразию, лепидодендроны стали привлекательными объектами как для палеоботаников-палеозойщиков, так и для коллекционеров окаменелостей.
Не менее разнообразны, чем кора разных видов лепидодендронов, и их репродуктивные органы. Как и у многих других представителей плауновидных, у лепидодендронов они представляют собой стробилы, или, проще говоря, шишки. Они состоят из располагавшихся по спирали микро- и мегаспорофиллов, в которых созревали споры (соответственно, микро- и мегаспоры).
Пожалуй, не менее знамениты, чем лепидодендроны, их ближайшие родственники - сигиллярии. У сигиллярий, в отличие от лепидодендронов, листовые рубцы сидели не на листовых подушках, а непосредственно на коре. Кроме этого, кроны силиллярий ветвились в гораздо меньшей степени, чем у лепидодендронов, а листья, напротив, были гораздо длиннее, образуя на верхушке растения некоторое подобие «щетки» или «ершика». Различия в строении крон каменноугольных плауновидных определялись разной стратегией организации максимально эффективной экспозиции фотосинтезирующих органов солнечным лучам.
Стоит упомянуть еще одно интересное каменноугольное плауновидное - ботродендрон (Bothrodendron). У ботродендрона, как у некоторых видов лепидодендронов, на коре стволов помимо мелких округлых листовых рубцов оставались еще и крупные рубцы овальной формы, о природе которых палеоботаники продолжают спорить и по сей день. Рубцы эти были ориентированы вдоль ствола в два продольных ряда, по разным сторонам дерева. Совершенно очевидно, что здесь к стволу прикреплялись какие-то боковые отростки/ которые затем отпадали. Но что же это были за отростки и какова была их функция?
Изначально, еще со времен Макса Хирмера, предполагалось, что к крупным «улодендроидным» рубцам (от рода Ulodendron, для которого такие рубцы тоже были характерны) прикреплялись боковые стробилы или собрания стробилов, которые после выполнения своей репродуктивной функции отпадали от ствола, оставляя на нем крупный овальный рубец. Однако через некоторое время удалось найти стробилы ботродендронов, которые, как оказалось, располагались на концах вполне обычных многократно дихотомировавших ветвей, покрытых мелкими филлоидами. Поэтому возникла гипотеза о том, что к «улодендроидным» рубцам прикреплялись крупные боковые ветви, которые по мере роста растения отмирали и отпадали от основного ствола.
Мы вместе с донецким палеоботаником Романом Кишканем обсудили все версии и предложили свою комбинированную реконструкцию ботродендрона (Наугольных, Кишкань, 2014; см. в этой работе обзор литературы о ботродендроне). Однако полное понимание
20
i1в марках
ситуации пришло ко мне после посещения ботанических садов Южного Китая.
В Индо-Китае довольно широкое распространение имеет тропическое фруктовое растение джекфрут (Artocarpus heterophyllus Lam.) или, иначе, индийское хлебное дерево. После внимательного осмотра одного из крупных экземпляров джекфрута, растущего на территории кампуса Университета Сунь Ятсена в г. Гуанчжоу (провинция Гуандонг, Южный Китай) я обнаружил, что помимо нормального заложения цветов (и, соответственно, плодов) на концах ветвей, у этого растения активно развивается каулифлория, образование коротких цветущих и плодоносящих побегов прямо на толстом основном стволе! Причем после плодоношения короткие побеги отпадали от ствола, оставляя на нем характерные структуры, очень напоминающие улодендроидные рубцы на стволах ботродендронов. Таким образом, как мне сейчас представляется, у ботродендронов и других каменноугольных плауновидных с улодендроидными рубцами вполне могли сочетаться стробилы, висящие на концах обычных ветвей кроны деревьев и стробилы (или собрания стробилов), располагавшиеся на коротких фертильных побегах непосредственно на главном стволе.
Я не уверен, уместно ли здесь подробно рассказывать о других чудесах растительного мира каменноугольных лесов - клинолистниках (сфенофиллах), каламитах, древовидных папоротниках, птеридоспермах и кордаитах. Такой рассказ вполне заслуживает отдельной книги.
Но о животном населении каменноугольных и пермских лесов мы поговорить просто обязаны.
Пеликозавры. «Ящеры под парусами»
Подбирая для этой книги марки «каменноугольной» тематики, я столкнулся с одной небольшой проблемой. Ландшафты карбона редко фигурируют в почтовых миниатюрах в качестве самостоятельного сюжета. Как правило, лепидодендроновый лес со стилизованными изображениями древовидных папоротников и каламитов используется в качестве заднего плана, обрамляющего основной сюжет - изображение «парусного ящера» - эдафозавра.
Эдафозавры служат классическим примером пеликозавров, весьма своеобразной группы, принадлежащей классу синапсид или тероморф (Черепанов, Иванов, 2001). Эдафозавры были растительноядными животными, с крупным телом и относительно небольшой головой. Зубы эдафозавров были маленькими и ровными, со слабо зазубренной коронкой. Такими зубами было удобно срезать и пережевывать листья и побеги наземных растений. Но главной отличительной особенностью
21
в марках
этой группы живых существ был красивый, напоминающий веер спинной парус, образованный остистыми отростками позвонков с натянутой между ними кожистой перепонкой. Похожий парус был характерен для еще одного представителя пеликозавров - диметродона, ископаемые остатки которого были обнаружены в нижнепермских отложениях Северной Америки. Однако в отличие от растительноядных эдафозавров, диметродоны были опасными и свирепыми хищниками.
Эдафозавры и диметродоны - излюбленный сюжет, с вариациями повторяющийся в самых разных марочных сериях. Эта популярность создает впечатление, что эдафозавры и диметродоны были единственными «парусными» существами в эволюции органического мира Земли. Но это не так.
В тех же позднекаменноугольных и раннепермских лесах обитали стегоцефалы или, иначе, «панцирноголовые» земноводные из группы темноспондилов (или темноспондильных лабиринтодонтов), относящиеся к роду платигистрикс (Platyhystrix). Платигистрикс - типичный лабиринтодонт, с толстым хвостиком, короткими лапками и третьим теменным глазом на голове. Но вот что удивительно: спину этой древней амфибии тоже украшал парус, внешне очень похожий на паруса эдафозавра и диметродона.
Эволюционные реминисценции морфологической темы «паруса» возникали в развитии различных групп наземных тетрапод неоднократно. Вспомним мезозойского уранозавра (Ouranosaurus) из меловых отложений Африки, представителя игуанодонтид, относящихся к орнитоподам, или птиценогим динозаврам. Еще один пример - по-настоящему знаменитый спинозавр египетский {Spinosaurus aegyptiacus). Спинозавр - колючий или шипастый ящер, получил свое название за все те же гипертрофированные остистые отростки спинных позвонков.
Я думаю, что читатель уже с нетерпением ждет ответа на вопрос, в чем же секрет удивительной повторяемости «изобретения» спинного паруса самыми разными группами наземных позвоночных в позднем палеозое и в мезозое?
Самый распространенный в кругу палеонтологов-эволюционистов ответ на этот вопрос связывает появление паруса на спине с необходимостью организации простой и эффективной терморегуляции. Попутно заметим, что у теплокровных организмов, - млекопитающих и птиц, - никаких спинных парусов в ходе эволюции не возникло. Терморегуляция у этих животных и так достаточно эффективна. А земноводные и пресмыкающиеся - совсем другое дело.
Парус очень существенно увеличивал площадь тела животного, почти не меняя его объема и веса. Подставляя остистые выросты позвонков с перепонкой фронтально, всей его плоскостью под солнечные лучи, животное быстро достигало нагревания всего тела в ранние
22
в марках
утренние часы, когда организм еще вялый и пассивный после ночной прохлады. В жаркие послеполуденные часы, напротив, достаточно развернуть парус вдоль направления солнечных лучей или подставить его под прохладный ветерок, - и ящер может избавиться от излишков тепла.
История с парусами является всего лишь одним из многочисленных примеров конвергенции, когда один и тот же эволюционный запрос среды вызывает одно и то же морфологическое решение в самых разных группах организмов.
Животным и растениям позднего палеозоя посвящены филателистические серии и отдельные марки Болгарии, Польши, Мали, Вьетнама, Абхазии, Гвинеи-Бисау, Кампучии, Никарагуа и многих других стран.
Царство ящеров, гигантских и не очень
Одно из памятных событий моего уже далекого палеонтологического детства косвенно связано именно с мезозойскими рептилиями. Мы с семьей шли по Курортному бульвару Кисловодска. Мне было одиннадцать лет, и я уже больше двух лет «болел» палеонтологией. Под моими ногами был горячий летний асфальт, а прямо передо мной по ходу движения, а также слева и справа над городом возвышались уступы меловых утесов. Я постарался вобрать в себя всю эту роскошь летнего Кавказа, навсегда запомнить очаровавшие меня вершины Боргустана, и, глядя на свои ноги в сандалиях на кисловодском асфальте, вдруг поймал себя на мысли: а что там, дальше, в глубине? Я уже вполне освоился с геохронологической шкалой и знал, что здесь, в Кисловодске, окрестные возвышенности сложены меловыми отложениями, а в глубине горных ущелий, ближе к Главному Кавказскому хребту, выходят на поверхность отложения юрской системы. А ведь именно юра и мел - время безраздельного царствования гигантских ящеров - и на суше, и в море, и в воздухе. Посмотрев на отца, я спросил:
-	Пап, а ведь здесь, под нашими ногами, лежат морские отложения мезозойской эры?
-	Да, - ответил отец, отвлеченный от своих собственных размышлений.
-	И значит прямо здесь, внизу, могут лежать скелеты древних морских ящеров, ихтиозавров и плезиозавров?
-	Да, наверное... - озадаченно ответил отец.
Эта мысль до такой степени поразила меня, что я надолго замолчал, поглядывая то под ноги, то на дальние уступы белых известняковых скал, длинной зубчатой стеной тянувшихся к северу от города, за Подкумком.
23
в марках
* * *
Одна из вечных тем палеонтологии - гигантские рептилии мезозоя, причем не только динозавры. Но эта тема связана не только с самыми крупными (и не очень) мезозойскими ящерами, но и с учеными, которые их изучали, и с охотниками за древними костями, усилия которых помогли открыть для науки множество древних животных.
Среди «динозавровых историй» много таких, которые с небольшими вариациями повторяются и тиражируются в разных изданиях, посвященных палеонтологии вообще, и мезозойским рептилиям в частности. Но я думаю, что у каждого увлеченного палеонтолога есть свой собственный сюжет, а то и не один, связанный с вымершими пресмыкающимися и их родственниками. Разрешите и мне рассказать одну из моих личных динозавровых историй, которая появилась на страницах журнала «Природа» (Наугольных, 2010, 2018).
Но начнем с цитаты, которая, без сомнения, памятна многим читателям:
«...В густом лесу было много деревьев, совершенно незнакомых мне, но наш ботаник Саммерли опознал тут цикадеи и несколько видов хвойных, давно исчезнувших с лица земли. Пройдя лесом несколько сот ярдов, мы вышли к месту, где ручей разливался довольно широкой заводью. По краям ее рос густой высокий тростник, который профессор Саммерли отнес к разряду хвощей; тут же на ветру раскачивали верхушками и древовидные папоротники. Лорд Джон, шедший впереди, вдруг ^остановился и поднял руку.
— Смотрите! Сказал он. — Вот так след! Тут, наверное, ходил прародитель всех птиц!
На вязкой тине были четко видны огромные трехпалые следы.
Они вели через болото к лесу.
— Нет, дорогой мой Рокстон, это отнюдь не птица!
— Зверь?
— Нет, пресмыкающееся — динозавр. Это он, и никто другой!»
Артур Конан Дойл «Затерянный мир»
Как помнят читатели «Затерянного мира», следы, обнаруженные лордом Джоном Рокстоном, были оставлены игуанодоном. Этот динозавр
24
в марках
известен науке с 1825 года, но палеонтологи продолжают спорить о том, как он выглядел и как передвигался.
8-го марта 1996 года в газете «Таймс» появилось необычное и большое, в полполосы, сообщение, в котором говорилось о том, что английский палеонтолог Дэвид Норманн планирует изменить постановку скелета игуанодона, находящегося в экспозиции Британского Музея естественной истории. По мнению Норманна, игуанодон передвигался не на двух задних лапах, как считалось ранее, а на всех четырех, опираясь и на передние конечности тоже. Хвост животного при этом был приподнят, а не волочился по земле. Сообщение сопровождалось эффектной фотографией с портретом самого Норманна на фоне скелета игуанодона, смонтированного пока еще в традиционной позе.
Эта статья, аккуратно вырезанная и вклеенная в специальный альбом для разных интересных заметок на палеонтологическую тематику из периодической печати, хранилась у меня несколько лет, пока к вопросу о походке и «осанке» игуанодона я сам не пришел совершенно необычным и неожиданным образом.
В последние годы, помимо текущей чисто палеоботанической работы, мы вместе с коллегами-палеопочвоведами систематически собирали данные о встречающихся в палеозойских и мезозойских отложениях европейской России древних, ископаемых почвах. Конечная цель работы - обобщенная инвентаризация палеозойско-мезозойских палеопочв этого региона, с указанием основных типов и эталонных палеопочвенных профилей.
Ископаемые почвы дают массу интереснейшей информации о климате и ландшафтах прошлых геологических эпох, а иногда, - если удается найти в погребенном почвенном профиле фоссилизированные корни высших растений, следы обитания почвенной инфауны или копролиты, — палеопочвы могут дать исключительно важные сведения о флоре и фауне того времени, когда данный палеопочвенный профиль образовался.
Изучение палеопочв требует кропотливой и неспешной работы: надо составить полное непредвзятое описание палеопочвенного профиля, выделить генетические почвенные горизонты, сфотографировать и отрисовать со всеми подробностями саму палеопочву, а также и перекрывающие ее, и нижележащие слои, произвести необходимые измерения, взять образцы для геохимических анализов. Но сначала надо палеопочву найти.
К настоящему моменту установлено присутствие палеопочв и почвоподобных образований в ордовикских (!), девонских, каменноугольных, пермских и триасовых отложениях Европейской части России. Некоторые из них сейчас уже изучены со всей возможной детальностью. Сравнительно недавно был обнаружен хорошо развитый
25
i	в марках
палеопочвенный профиль среднеюрского возраста, заложенный на верхнекаменноугольных известняках, обнажающихся у д. Русавкино в Московской области, совсем рядом с Москвой. Но вот данных о меловых палеопочвах России у нас не было никаких. А получить такие данные было бы очень полезно. В этом случае намечающаяся стратиграфическая последовательность палеозойских и мезозойских палеопочв стала бы практически полной.
Меловые отложения в пределах Европейской части России почти повсеместно представлены осадочными породами морского происхождения. Понятно, что искать палеопочвы в толщах морского происхождения, - дело бесперспективное. Однако к югу от Русской платформы, в отрогах Северного Кавказа, где к концу мезозоя уже обозначилась тенденция к началу горообразовательных процессов и началось обмеление южной части краевого прогиба, примыкавшего к нарождающимся Кавказским горам, такие палеопочвы вполне могли присутствовать.
Мне неоднократно приходилось бывать на Северном Кавказе. Для геолога Кавказ - это настоящая Земля Обетованная. Прекрасная обнаженность, позволяющая проследить наиболее интересный слой на многие километры по простиранию, вместе с хорошей изученностью геологического строения региона, создают просто уникальную возможность для разного рода тафономических и палеоэкологических наблюдений. Но Северный Кавказ большой. С какого района следовало начать?
И здесь надо снова вернуться к моему альбому с вырезками из газет и журналов. В середине восьмидесятых годов в ставропольских газетах появилось несколько заметок, рассказывающих об обнаруженных в районе Кисловодска следах динозавров! Однако, к сожалению, фотографии следов опубликованы не были. Поговорив со знакомыми палеонтологами - специалистами по ископаемым рептилиям, я узнал, что они об этих следах слышали, но непосредственно на местонахождение никто так и не собрался съездить.
Сообщения о кисловодских следах натолкнули меня на мысль о том, что именно здесь, в условиях периодических осушений прибрежной части мелководного морского бассейна, по берегам которого бродили динозавры, могли найтись следы присутствия палеопочв. Я собрался в дорогу.
Люди, бывавшие в Кисловодске и путешествовавшие по его окрестностям, помнят живописные крутые обрывы, сложенные осадочными породами мелового возраста. Обнажающиеся по южным и юго-западным склонам Джинальского и Боргустанского хребтов песчаники, мергели и известняки представляют собой своего рода гигантскую «каменную книгу» с широко раскрытыми листами,
26
r	в марках
повествующими о жизни Земли и ее обитателей на закате мезозойской эры. В этих отложениях встречаются прослои с многочисленными остатками морских организмов, позволяющими точно определить возраст вмещающих слоев.
Уже первые полевые экскурсии показали, что мои ожидания оказались ненапрасными. Даже верхнемеловые отложения, которые были, безусловно, морскими и содержали богатую фауну бентосных организмов - двустворчатых моллюсков и морских ежей, - выглядели при этом явно очень мелководными. В этих слоях присутствовали так называемые поверхности твердого дна или, как их называют геологи, «хардграунды», со следами зарывания различных донных беспозвоночных, но при этом очень редко встречались остатки нектонных организмов, обитавших в толще воды в открытом море.
Искать палеопочвы следовало в более древних, нижнемеловых отложениях. Именно там, кстати сказать, и были обнаружены следы динозавров.
Детальное изучение разреза нижнемеловых отложений, представленного в окрестностях Кисловодска в основном песчаниками, привело, наконец, к положительным результатам. Особенно интересные с палеопедологической точки зрения обнажения нашлись на склоне Джинальского хребта, практически в пригороде Кисловодска, в пределах знаменитого Кисловодского парка.
В нижней части мощной толщи массивных неяснослоистых песчаников, как бы зажатой между двумя слоями с многочисленными остатками морских организмов (об этих слоях подробнее поговорим позже) я обнаружил многочисленные трубочки, ориентированные то вертикально, то наклонно, пронизывающие нижние 50-60 см слоя. Трубочки были темноокрашенными, почти черными, по всей видимости, когда-то полыми, с центральной полостью, заполненной осадком. Некоторые из них имели ожелезненную лимонитовую «рубашку».
Часть из трубочек могла быть оставлена илоедами. Похожие следы время от времени встречались в вышележащих верхнемеловых отложениях. Однако внимательное изучение других трубочек показало, что они вряд ли были оставлены роющими морскими беспозвоночными.
Во-первых, оказалось, что эти трубочки имеют самый разный диаметр: от первых миллиметров до четырех сантиметров. При этом они иногда ветвились, образуя систему из двух или даже трех порядков ветвления. Во-вторых, диаметр некоторых из них постепенно менялся, уменьшаясь книзу. Ничего подобного у норок роющих морских беспозвоночных быть, разумеется, не могло. У некоторых трубочек имелись боковые отростки меньшего диаметра.
В одном из нижележащих слоев песчаника мне попалась похожая трубочка, но с как бы «законсервировавшимся» внутренним строением!
27
I	в марках
Прекрасно сохранились проводящие ткани, со всей определенностью указывавшие на то, что мне попались корни каких-то высших растений. Причем сохранились эти корни именно в том самом месте, где материнские растения произрастали, то есть, как говорят палеонтологи, in situ. Иными словами, на поверхности пляжа древнего моря появилась маршевая растительность, а значит, был сделан первый шаг к началу почвообразовательных процессов.
После дополнительного изучения этих корней, выяснилось, что некоторые из них разделены на узлы и междоузлия, что характерно для корневых систем и побегов современных и ископаемых хвощевидных. Видимо, часть корней в джинальских нижнемеловых палеопочвах принадлежала хвощевидным, но обладавшим значительно более крупными размерами, чем большинство современных хвощей. В обнажениях на склоне Джинала удалось найти не менее трех нижнемеловых (аптских) палеопочвенных профилей.
Песчаники с остатками корней местами приобрели темно-серый оттенок, за счет присутствия большого количества органического материала. На некоторых участках одного из предполагаемых палеопочвенных профилей попались лимонитовые прослои и педонодули, напоминающие образующиеся в болотах почвенные конкреции бурого железняка.
Теперь надо вернуться к прослоям с морской фауной, расположенным под и над наиболее хорошо проработанным палеопочвенным профилем с инситными корнями. В этих прослоях было найдено огромное количество остатков морских беспозвоночных, в том числе, и раковины головоногих моллюсков - аммонитов рода Acanthohoplites, позволившие точно определить возраст палеопочвы, как бы «зажатой» между слоями с морской фауной. Возраст оказался аптским, то есть стратиграфически соответствующим аптскому ярусу нижнего отдела меловой системы, а геохронологически эти палеопочвы образовались около 120 миллионов лет назад, в аптский век раннемеловой эпохи мелового периода.
Остатки морских беспозвоночных в обоих слоях образовывали массовые скопления. Особенно много здесь было раковин двустворчатых моллюсков вида Thetironia caucasica Eichwald с плотно сомкнутыми створками. При этом в танатоценоз явно попали раковины, принадлежавшие моллюскам разного возраста. Какая-либо сортировка органических остатков в слоях отсутствовала. Мощность каждого слоя с морской фауной в отдельности составляла около полуметра. Вместе с раковинами морских беспозвоночных в этих же слоях были обнаружены хорошо сохранившиеся фрагменты древесины, принадлежавшей хвойным, с мощной вторичной ксилемой и с сучками от обломившихся
28
11в марках
ветвей. Присутствие остатков растений указывало на близость суши, которая, очевидно, была плотно населена.
Я склонен интерпретировать прослои с морской фауной, о которых шла речь выше, как штормовые отложения, или, говоря геологическим языком, темпеститы, образовавшиеся на верхней сублиторали и на литорали мелководного нормально-морского бассейна после кратковременных, но очень сильных штормов.
В промежуток времени между двумя мощными штормовыми эпизодами на широком литоральном участке накопился песок, на котором, в свою очередь, развилась наземная околоводная растительность, состоявшая, преимущественно, из крупных хвощей, достигавших метр-полтора в высоту. На более возвышенных участках суши, возможно, в нескольких километрах от места накопления песков с начавшим закладываться на них палеопочвенным профилем, произрастала мезо- или даже ксерофильная растительность с хвойными.
Таким образом, кое-что о меловых палеопочвах окрестностей Кисловодска удалось выяснить. Пора было приниматься за следы динозавра.
Как оказалось, плита со следовой дорожкой по счастливому для российской палеонтологии стечению обстоятельств оказалась на охраняемой территории Лермонтовского нарзанного источника в долине реки Ольховки. Получить разрешение на его посещение мне помог директор Кисловодского краеведческого музея Сергей Степанович Лузин, которому я выражаю свою искреннюю признательность. В самом музее есть небольшая, но очень симпатичная палеонтологическая экспозиция.
По договоренности с руководством Кисловодского водоканала была организована поездка на местонахождение динозавровых следов. Благодаря заботе сотрудников водоканала, над уникальной плитой со следами был сооружен навес, частично предохраняющий их от атмосферных осадков.
На плите отчетливо сохранились три следа, два из которых видны почти идеально, а третий, к сожалению, менее отчетлив. Длина следов в среднем составляет 40 см при ширине 34-35 см. Следы трехпалые, со следами ячеистого рельефа в пяточной области. Вокруг отпечатков поверхность субстрата приподнята, как бы выдавлена нажатием ступни динозавра на когда-то влажный осадок. Высота приподнятой бровки составляет 4 см, а глубина самих следов - 6 см, что косвенно свидетельствует о массе и размере древнего ящера.
Дополнительное изучение показало, что на этой же плите есть еще один неотчетливый след с отпечатками трех пальцев без оттиска задней части стопы. Очевидно, этот след был оставлен бегущим животным.
Сходные следовые дорожки известны из верхнеюрских и нижнемеловых отложений многих районов мира. В первую очередь
29
в марках
можно вспомнить знаменитое плато Ходжа-и-пиль-Ата, расположенное в Туркмении, с многочисленными цепочками отпечатков ступней, оставленных целым стадом динозавров (Седлецкий, 1983; Лексин, 1984; Амманиязов, 1983, 1985, 1986). Следы, практически идентичные кисловодским, были обнаружены в нижнемеловых отложениях Англии. Они были признаны принадлежавшими игуанодону и послужили, помимо чисто анатомических соображений, основой традиционной «бипедальной», то есть, двуногой, постановки скелета игуанодона, широко использованной в палеонтологической литературе (см., например, Рождественский, 1964; Татаринов, 1980, 2009).
И вот теперь самое время вернуться к статье в «Таймс», с которой начался наш разговор. Норманн предлагает поставить игуанодона на четыре лапы, сделать его «квадрипедальным». Во многих музеях мира, в научных и научно-популярных изданиях и даже в кинофильмах о динозаврах эта новая концепция уже нашла свое отражение. Но как она согласуется с фактами, в частности, со следовыми дорожками, принадлежащими игуанодонам и их ближайшим родственникам?
После внимательного изучения всех доступных мне источников с описаниями и изображениями несомненных следов игуанодонов, я убедился в том, что ни в одном случае вместе со следами задних конечностей нет следов передних, на которые якобы, по мнению Норманна, опирался игуанодон при передвижении. Но вместе со следами передвижения нет и признаков волочащегося хвоста, который так любили рисовать на старых реконструкциях. То же самое показывают и кисловодские следы - на них нет никаких свидетельств соприкосновения хвоста с субстратом, но нет и следов опоры на передние лапы.
Каким мне представляется обобщенный раннемеловой ландшафт, существовавший на месте Кисловодска в середине мелового периода мезозойской эры, около 120 миллионов лет назад? Из туманной дымки прошлого, как на проявляющейся фотографии (эту метафору новые поколения, родившиеся уже в цифровую эпоху, наверное, могут и не понять) все отчетливее видна литораль с песчаным пляжем, на котором растут хвощи, оставившие свои корни в пластах песчаников Джинальского хребта. На заднем плане видны хвойные, - фрагменты их древесины нередко встречаются в нижнемеловых отложениях окрестностей Кисловодска. А на переднем плане - главный герой этого эссе, игуанодон, стоящий на двух задних лапах, наклонившийся вперед, с приподнятым над землей хвостом, оставляющий в мягком иле следы, о которых через сто двадцать миллионов лет будут спорить палеонтологи.
Изображения игуанодонов часто помещаются на почтовые марки многих стран мира, причем обычно используется именно традиционная реконструкция этого динозавра. Игуанодон встречает нас на марках Вьетнама, Лаоса, Сан-Марино, Омана, Афганистана и других стран.
зо
в марках
Оцените по достоинству и открытку с галереей игуанодонов, отправленную из Брюсселя, Бельгия, в позапрошлом веке.
Палеоихнология, или снова по следам динозавров
Для меня, да, наверное, и не только для меня, но и для любого профессионального палеонтолога, обдумывающего свои наблюдения, всегда остается вопрос: в какой именно степени мы можем развивать допущения, основанные на полученных фактах?
Этот вопрос — не столько сугубо научный, сколько философский, гносеологический, и связан он со спецификой так называемых «исторических реконструкций», т.е. с процессом восстановления событий, имевших место в далеком прошлом и давно канувших в Лету, для скептически настроенного человека часто просто недоказуемых.
В палеонтологии непосредственным объектом наблюдений обычно является окаменелость как таковая, ископаемый остаток организма, отпечаток листа древнего растения на углистом сланце, раковина моллюска или кость древнего позвоночного, замещенная вторичными минералами. Обычно, но не всегда. Случается и так, что палеонтолог работает не с остатками самого организма, а со следами жизнедеятельности этого организма, или ихнофоссилиями. Изучением разнообразных следов жизнедеятельности занимается большой раздел классической палеонтологии — палеоихнология, теснейшим образом связанная с палеоэкологией и палеоэтологией (т.е., с изучением поведения древних организмов; есть и такая палеонтологическая дисциплина, основанная выдающимся бельгийским палеонтологом Луи Долло).
Палеоихнолог обычно имеет дело с ихнофоссилиями, образовавшимися вследствие передвижения, ползания, питания, строительства домиков и норок, оставленных различными беспозвоночными. Следы позвоночных встречаются гораздо реже, но, тем не менее, им посвящена обширная литература.
Следовые цепочки наземных позвоночных оказывают неоценимую помощь при реконструкции наземных экосистем. Как правило, следы наземных тетрапод встречаются на поверхностях напластования, которые во время жизни животного представляли собой относительно мягкий субстрат, почву, располагавшуюся недалеко от водоема. Понятно, что если этот субстрат был мягким, почти жидким, животное оставляло в нем более глубокие, но менее отчетливые отпечатки ступней. Если субстрат был более плотным, следы оставались более отчетливыми, но и менее глубокими. Безусловно, многое зависело от скорости передвижения и от того, был ли грунт, по которому передвигалось животное,
31
в марках грубозернистым или, напротив, илистым, глинистым, хорошо передающим особенности строения стопы животного.
Для чего нам понадобилась эта длинная преамбула о палеоихнологии?
Тайны меловых скал
Возвращаясь к кисловодским следам, необходимо отметить, что это не единственное местонахождение следов динозавров на Кавказе. В Грузии известно местонахождение многочисленных и разнообразных следовых цепочек динозавров, сохранившихся в окрестностях Кутаиси, у колодца Цители-Цкаро, на горе Сатаплия и в других местах. Понятно, что и кисловодский игуанодон не в одиночку ходил по окрестностям, а являлся частью богатого и разнообразного наземного сообщества, палеобиогеоценоза. Возник совершенно резонный вопрос: а не остались ли в окрестностях Кисловодска еще какие-либо следы этой канувшей в прошлое мезозойской экосистемы?
Горы вокруг Кисловодска предоставляют геологу и палеонтологу прекрасную возможность во всех деталях изучить огромный отрезок геологической истории — почти весь меловой период, за исключением самого его начала. В глубоких живописных ущельях (Ольховском, Березовском и Аликоновском), примыкающих к городу с юга, вскрыты слои валанжинского и готеривского ярусов нижнего мела. К востоку от города, на склонах Джинальского хребта, выходят на поверхность отложения барремского, аптского и альбского ярусов нижнего мела, а венчают Джинальский хребет сеноманский и туронский ярусы уже верхнего мела. Далее к северу обнажаются коньякский, сантонский, кампанский и маастрихтский ярусы. Еще дальше к северо-востоку, в районе г. Ессентуки, верхний мел перекрывается песчано-глинистыми отложениями палеогена.
Литологически ярусы меловой системы в окрестностях Кисловодска выражены по-разному. Валанжин представлен плотными мергелями и известняками с мелководной фауной. Готерив — сероватыми песчаниками, реже гравелитами и конгломератами. В готеривских песчаниках встречаются скопления (банки) крупных устриц, на которых попадаются отметины, оставленные зубами какого-то крупного хищного ящера. Баррем представлен красными песчаниками с насыщенной окраской, образованной обилием окислов железа, апт и альб — сероватыми и желтоватыми песчаниками с прослоями штормовых отложений, переполненными раковинами двустворчатых моллюсков с сомкнутыми створками и ископаемыми остатками других морских животных. Отложения верхнего мела от сеномана до Маастрихта
32
в марках включительно сложены характерными белыми мелоподобными известняками и мергелями с крупноплитчатой и оскольчатой отдельностью.
Практически по всему разрезу меловой системы в Кисловодске встречаются разнообразные окаменелости, нередко очень хорошей сохранности. Но следы динозавров и остатки высших растений пока найдены только в мергелях и песчаниках нижнего мела.
Хорошо сохранившиеся следы игуанодона, о которых уже рассказывалось на предыдущих страницах, найдены в среднем течении р. Ольховки. Но и в соседних ущельях — Березовском и Аликоновском — обнажены те же отложения. Следовало поискать следы динозавров и там. Более того, в самом Ольховском ущелье, ниже по течению от местонахождения следов игуанодона, расположены представительные обнажения валанжинских и готеривских отложений. В нескольких местах река, разливаясь по поверхности напластования слоев известняка, полностью их промыла, предоставив исследователю возможность посмотреть на поверхность илистого морского пляжа раннемеловой эпохи.
Прогуливаясь по одному из таких мест, я обратил внимание на повторяющиеся удлиненные вмятины, идущие друг за другом на почти одинаковом расстоянии и образующие закономерно расположенные цепочки. Углубления были довольно большими, до 30 см в длину, относительно глубокими, до 4-5 см в глубину Их границы хотя и выглядели четкими, но оставляли ощущение, что здесь прошло какое-то существо, проваливаясь в еще полужидкий и вязкий осадок. Похожие следы оставляет человек, идущий по рыхлому и глубокому снегу.
То, что это именно следы, можно предположить исходя из взаимного расположения отпечатков. Они закономерно вытянуты в одном направлении, максимальная ширина каждого смещена к одному (переднему) краю и всегда находится с одной и той же стороны. Сами углубления, как отмечалось, образуют цепочки. Самая длинная цепочка состоит из шести следов. Обнаружены группы из двух, трех и четырех следов. Попадаются и отдельные отпечатки. Расстояние между следами в одной цепочке составляет от полуметра до метра.
Следы явно принадлежали двуногому животному, бегущему легкой рысью. Их размер и форма указывают на то, что и они принадлежали динозавру. Но какому именно?
В отличие от следов игуанодона, эти следы сильно удлиненные, с узкой оттянутой задней частью стопы. Отчетливых отпечатков пальцев нет, но это может объясняться тем, что края следов сильно оплыли сразу же после того, как прошло или пробежало животное. Сходные следы обычно приписывают тероподам — хищным двуногим динозаврам.
33
в марках
Таким образом, здесь, в Ольховском ущелье, мы можем наблюдать следы как хищных двуногих динозавров из группы теропод, так и их жертв — растительноядных игуанодонов.
Дополнительные маршруты в соседнее Березовское ущелье тоже принесли ожидаемые результаты. В центральной части ущелья удалось найти плиту с двумя отпечатками крупных трехпалых следов, по форме и размеру очень похожих на следы игуанодона с Ольховки, но чуть поменьше и хуже сохранившихся. А неподалеку от них обнаружилась еще одна плита, на которой сохранились отпечатки следов хищного динозавра - теропода, похожие на ольховские, но меньшего размера и лучшей сохранности.
Следы этого типа широко известны из юрских и меловых отложений, причем в нескольких случаях удалось доказать, что узкие вначале, с плохо пропечатавшимися пальцами, через некоторое время переходят в классические следы теропода с тремя отчетливыми пальцами (Kuban, 1991).
Давайте посмотрим на марки с изображениями различных хищных динозавров. Вот они, аллозавры, мегалозавры и другие их собратья, ближайшие родственники которых оставили следы на поверхностях напластования валанжинских мергелей в Ольховском и Березовском ущельях. Реконструкции хищных динозавров помещены на марки Лаоса, Румынии, Венгрии, Сан-Марино, России, Польши, Афганистана, Камбоджи, Гвинеи, Омана, Нидерландов, Вьетнама, Мадагаскара, Монголии и других государств.
Мезозой - расцвет голосеменных
Компоненты раннемеловой экосистемы Кисловодска не исчерпывались только динозаврами. В слоях мергелей и известняков, перекрывающихся плитами со следами динозавров, встречаются остатки моллюсков — мелких гастропод, пелеципод Chlamys goldfussi Desh., Рапоре neocomiensis Leym. и брахиопод Zeilleria ullukolensis Moisseev. Остатки организмов, обитающих в морях с нормальной соленостью, например, головоногих, иглокожих, кораллов, здесь отсутствуют. Правда, аммониты встречаются выше по разрезу. В отложениях барремского и аптского ярусов найдены фрагменты минерализованной древесины. После их изучения в электронном сканирующем микроскопе выяснилось, что эта древесина принадлежала хвойным растениям, скорее всего, представителям полностью вымершего семейства хейролепидиевых (Cheirolepidiaceae). Можно предположить, что эти растения произрастали здесь и раньше, во времена, когда по берегам раннемеловой лагуны бродили динозавры.
34
в марках
Какой была эта экосистема, какими растениями она была населена? Разгадать эту тайну кисловодского Берега динозавров могут помочь новые поиски растительных остатков в нижнемеловых отложениях. Пока же мы можем предположить характер и особенности раннемеловой растительности этого региона, опираясь на данные, полученные при изучении других меловых флор Евразии. Безусловно, в растительных сообществах кисловодского «Берега динозавров», где паслись игуанодоны и рыскали в поисках добычи мегалозавры, было много споровых растений, в частности хвощевидных (их корневые остатки попадаются в аптской джинальской палеопочве) и папоротников. О хвойных мы уже коротко рассказали, но здесь же, скорее всего, произрастали и другие представители голосеменных - цикадовые с крупными перистыми листьями, и гинкгофиты, процветавшие в начале мелового периода. В это же время по Земле начали активно расселяться первые покрытосеменные растения.
Растения мезозоя встречают нас на марках Великобритании, Гренландии, Канады и Кореи.
Про теплых, пушистых и умных, или Социализация биосферы
Безусловно, сложные системы взаимосвязей в биосфере возникли задолго до кайнозойской эры. Но именно кайнозой можно назвать пиком «социализации» биосферы, ведь именно в нем получили расцвет разнообразные и многочисленные плацентарные млекопитающие, быстрая эволюция которых увенчалась появлением приматов и, в итоге, -человека, то есть и нас с вами. Теплые (потому что теплокровные) и пушистые (волосяной покров помогает пережить неблагоприятные климатические изменения) млекопитающие оказались умнее своих предшественников - рептилий, которым после мел-палеогенового вымирания пришлось поменять свой статус «царей природы» на менее заметные второстепенные позиции.
Именно представители рода Ното (и не только вида Homo sapiens L., к которому относятся современные люди) научились осознанно использовать другие компоненты биосферы в своих целях. Возможно, не все преобразования окружающего мира, осуществленные человеком, пошли планете на пользу. Но система с обратной связью «Человек-Природа», однажды возникнув в глубоком палеолите, к настоящему времени стала глобальным фактором воздействия на биосферу.
Давайте посмотрим на марки, посвященные ископаемым млекопитающим. Здесь есть прекрасно исполненные серии, напечатанные
35
в марках
почтами Афганистана, Польши, Кубы, США, Германии, Конго, Монголии, Румынии и Болгарии.
Палеонтология Человека и геоархеология плейстоцена
Человек тоже является предметом (и объектом) палеонтологии. Ископаемые виды рода Ното изучаются с привлечением всего методического и методологического инструментария современной палеонтологии. Конечно, изучением человека палеолита, в основном, занимается археология. В этой науке даже есть соответствующий раздел, название которого так и звучит: «палеолитоведение».
Первые люди, изготавливавшие примитивные орудия, чопперы и чоппинги, это, тем не менее, уже люди, с начальными социальными институтами, заботой о близких, и к тому же способные использовать приемы охоты и собирательства, требующие координации действий всех участников загона добычи.
Именно к этому времени - самому началу палеолита, к рубежу плиоцена и плейстоцена, - приковано внимание специалистов из самых разных, но близких и тематически смежных областей: археологов, палеонтологов и геологов, занимающихся отложениями четвертичной системы (Квеннелл, Квеннелл, 2005; Ламберт, 1991; см. в этой работе дополнительные библиографические ссылки). Что, конечно же, не случайно. Помимо того, что именно в конце плиоцена - начале плейстоцена происходили первые фазы антропогенеза, во многом определившие весь дальнейший путь эволюции гоминид, это время ознаменовалось и крупными биосфернымй, ландшафтными и палеоклиматическими перестройками, связанными с масштабными четвертичными оледенениями. Разум, интеллектуальные возможности человека, дали ему абсолютные конкурентные преимущества в борьбе за существование в эти сложные для биосферы Земли времена. Разумеется, человек эволюционировал не вне среды, а в определенном ландшафте и вместе с этим ландшафтом, и многие черты, которые приобрели наши предки, были определены палеоклиматическими и палеогеографическими условиями этого времени.
С чего начинается история рода человеческого в буквальном смысле, история рода Ното?
Первый из первых - Homo habilis Leakey et al. или, иначе, Человек умелый. Его ископаемые остатки были обнаружены в начале шестидесятых годов двадцатого века в знаменитом африканском ущелье Олдувей. Официальное описание вида было обнародовано в 1964 году. Вместе с остатками хабилисов попадаются примитивные орудия -чопперы и чоппинги, обколотые базальтовые, кварцевые и кварцитовые
36
в марках
гальки олдованской культуры, которую также называют «галечной». Жил человек умелый в Африке от 2,4 до 1,6 миллионов лет назад.
Следующий вид в череде наших предков - Homo georgicus Vekua et al., описанный из грузинского местонахождения Дманиси в 2002 году. Возраст Homo georgicus - около 1,8 миллиона лет. К этому времени люди уже покинули африканскую колыбель и начали расселяться по Евразии. Так началась первая волна миграций стремительно развивавшегося человечества.
Примерно в одно время с Homo georgicus в Восточной Африке жил другой вид - Homo ergaster Groves et Mazak, или Человек работающий. Хомо эргастер освоил новую технику изготовления каменных орудий. Именно ему удалось первым научиться изготавливать двусторонне обработанные рубила. Этот тип орудий, вместе с похожими на них кливерами с уплощенным рабочим краем, сопровождали человека на протяжении миллиона (!) лет его истории. В кенийском местонахождении Olorgesailie посетителям показывают десятки рубил и кливеров, оставшихся на месте работы палеолитического мастера.
Еще один вид древних людей - Homo erectus (Dubois), или человек прямоходящий, расселился почти по всему Старому Свету, от Африки до Индонезии. Появился эректус около 1,8 миллиона лет назад; отдельные его представители дожили в азиатских рефугиумах до 30 тысяч лет назад. Хомо эректус также изготавливал рубила практически из любого подходящего сырья - кварцита, кремня, обсидиана, а также и другие орудия, характерные для ашельской культуры.
Другой из наших возможных предков - Homo antecessor Bermudez de Castro et al., или, по-русски, Человек предшествующий, жил около 700 тысяч лет назад в Западной Европе. Интервал времени существования этого вида обычно указывают более широким - от 1,2 миллиона лет до 500 тысяч лет назад, но в отношении как этих датировок, так и таксономического статуса Homo antecessor палеоантропологи продолжают спорить.
Следующий вид - Человек гейдельбергский, или Ното heidelbergensis Schoetensack. Ископаемые остатки гейдельбергского человека, а именно, нижняя челюсть, были сначала найдены близ деревушки Мауэр, недалеко от г. Гейдельберг, но впоследствии было обнаружено довольно много остатков этого вида в Греции, Испании и Франции. Жил гейдельбергский человек от 600 до 200 тысяч лет назад.
На смену гейдельберскому человеку пришел Человек неандертальский (Homo neanderthalensis King), обитавший в Евразии в интервале от 350-ти до 28 тысяч лет назад. Неандертальцам свойственна собственная археологическая культура изготовления каменных орудий -мустье, с многочисленными и разнообразными остроконечниками и скреблами, сделанными из отщепов, в свою очередь полученных за счет
37
в марках
кругового скалывания с ядрищ - нуклеусов (техника леваллуа). Позднее мустье с двусторонне-обработанными орудиями (так называемыми клиновидными ножами или Keilmesser) обособляют в самостоятельную археологиескую культуру - микок.
В то же время, когда в Европе жили неандертальцы и даже позже, на острове Флорес в Индонезии обитал еще один вид людей - миниатюрный флоресский человек (Homo floresiensis Brown et al.), по своему строению очень напоминавший примитивных гоминид. Время существования этого вида - от 95 до 12 тысяч лет назад.
Около двухсот тысяч лет назад появился Homo sapiens L., расселившийся по всему миру.
В систематике ископаемых предков современного человека разобраться не просто, в основном потому, что находок более или менее полных скелетов древних людей очень мало. Пока надежно оценить пределы изменчивости тех признаков, которые используются для разграничения видов, очень трудно. Следовательно, в систематике ископаемых людей элемент субъективизма при принятии того или иного таксономического решения довольно велик.
И Россия многое может дать для изучения эволюции древнейших людей. Уже открытые на Северном Кавказе (Амирханов, 2016) и в Крыму (Щепинский, 1979; Колосов и др., 1993; Чепалыга, 2017; Чепалыга и др., 2017) раннепалеолитические памятники позволяют надеяться, что в истории Человечества появятся новые страницы. Здесь, кроме классической археологии, может помочь и геоархеология - сравнительно молодая дисциплина, позволяющая использовать геологические методики при изучении палеолитических памятников.
Древние люди и их орудия - сюжет многих марочных серий. Надо назвать марки Азербайджана, Хорватии, Кении, Греции, Гвинеи-Бисау, Индонезии, Южно-Африканской республики, Андорры, Туниса, Чада, Палау, Мозамбика и других стран, - все они посвящены людям палеолита и их жизни.
Окаменелости как часть общечеловеческой культуры
В быту и в эстетике повседневной жизни окаменелости идут с человеком со времен палеолита. Известны находки ожерелий из ископаемых моллюсков, принадлежавших кроманьонским красавицам. Неолитическую керамику украшали узоры, сделанные штампами из белемнитов и аммонитов. Видимо тогда же, разглядывая окаменелости, человек задался вопросом: что же это такое? Громовые стрелы, чертовы пальцы, черепа циклопов, скелеты драконов... Так палеонтология сначала вошла в мифологемы античности и средневековья.
38
в марках
Сейчас палеонтология окружает нас буквально повсюду. Раковина древнего наутилуса в облицовке станции метро, свежие новости в ленте интернета о находке новых следов динозавров, споры об эволюции на экране телевизора, - все это говорит о том, что окаменелости и наука палеонтология стали важной составляющей общечеловеческой культуры. Именно палеонтология помогает человеку осознать свое место в окружающем мире и учит ценить и беречь этот мир.
Литература
Использованная и рекомендуемая
В классических научных монографиях в конце книги принято приводить список использованной литературы, на которую есть прямые ссылки в тексте работы. Правда, иногда из этого правила есть и исключения. Так, например, в прекрасной монографии, посвященной археоциатам (Дебренн и др., 1989) приведена вся коллекция библиографических источников, собранных авторами, а те работы, на которые авторы ссылаются в тексте, отмечены в списке литературы звездочками.
Общаясь с краеведами, любителями палеонтологии и юными геологами и палеонтологами, я не устаю повторять, что помимо сбора образцов и фиксации полевых наблюдений, необходимо большое внимание уделять чтению литературы, не заменяя его использованием поисковых систем интернета. Именно поэтому ниже приводится довольно обширный (хотя, конечно, далеко не исчерпывающий) список тех литературных источников (книг и статей в периодической печати), которые я в одинаковой мере мог бы порекомендовать сотруднику краеведческого музея, работающему с естественнонаучной коллекцией, и краеведу, и палеонтологу-любителю, и коллекционеру-филателисту, увлеченному сбором марок на палеонтологические сюжеты.
* * *
Аманниязов К. Следы сквозь миллионы лет // Техника-мол одежи. 1983. №2. С. 39.
Аманниязов К.Н. Об уникальных следах верхнеюрских динозавров в Туркменистане // Проблемы освоения пустынь. 1985. № 2. С. 23-29.
Амманиязов К. «Следы слонов святого деда» // Вокруг света. 1986. № 10. С. 35-36.
39
в марках
Амирханов Х.А. Северный Кавказ: начало преистории. Москва: Издательский дом «Мавраевъ». 2016. 344 с.
Аугуста Й., Буриан 3. По путям развития жизни. Прага: Артия. 51 с. 60 картин.
Баландин Р.К. Капли девонского дождя. Геология - от легенд к науке. Москва: Детская литература. 1968. 224 с.
Баландин Р.К. Глазами геолога. Москва: Детская литература. 1973. 240 с.
Баландин Р.К. По холодным следам. Москва: Детская литература. 1974.208 с.
Баландин Р.К. Каменная летопись Земли. Москва: Знание. 1983. 168 с.
Баррет П., Санс Х.Л. Большая энциклопедия динозавров. Москва: Оникс 21 век. 2003. 192 с.
Барсболд Р. Динозавры из Центральной Азии // Наука и жизнь. 1983а. № 1.С. 56-57.
Барсболд Р. Хищные динозавры мела Монголии. Москва: Наука. 19836. 120 с. (Труды Совместной советско-монгольской палеонтологической экспедиции, вып. 19).
Барсболд Р. Динозавры, Гоби, эволюция // Наука и жизнь. 1989. № 4. С. 138-142.
Брель В. Последняя обитель // Знание-сила. 1988. № 2. С. 48-50.
Бэккер Р. Легенды и были о динозаврах И Вокруг света. 1997. № 7. С. 46-50.
Вуд И., ВучекЛ., Хэмблин Д.Дж., Леонард Дж.Н. Жизнь до человека. Москва: Мир. 1977. 160 с.
Давиташвили Л.Ш. Причины вымирания организмов. Москва: Наука. 1969.440 с.
Дебренн Ф., Журавлев А.Ю., Розанов А.Ю. Правильные археоциаты. Москва: Наука. 1989. 198 с.
Елисеев В. Отчего же все-таки вымерли динозавры? // Наука и жизнь. 1976. №4. С. 114-119.
Ефремов И.А. В поисках вымерших чудовищ // Детская энциклопедия. Том 2. Земная кора и недра Земли. Мир небесных тел. Москва: Изд-во Академии педагогических наук РСФСР. 1962а. С. 230-236.
Ефремов И.А. Дорога ветров. Гобийские заметки. Москва: Гос. изд-во географической литературы. 19626. 366 с.
Ефремов И.А. Познавать диалектику жизни // Техника-молодежи. 1982. №3. С. 44-46.
Залесский М.Д. Материалы по каменноугольной флоре Донецкого бассейна // Известия Геологического комитета. 1907. Том XXVI. №8-10. С. 351 422.
40
i /	в марках
Иванцов А.Ю. Определитель ордовикских трилобитов азафидного облика окрестностей Санкт-Петербурга. Москва: Арес. 2004. 60с.
Квеннелл М., Квеннелл Ч. Первобытные люди. Быт, религия, культура. Москва: Центрполиграф. 2005. 238 с.
Коржиков В.Т. Коготь динозавра. Москва: Детская литература. 1979. 142 с.
Корочкин Л.И., Ивановский А.Б. Скачки в эволюции // Химия и жизнь. 1983. № 10. С. 40—47.
Колосов Ю.Г., Степанчук В.Н., Чабай ВЛ. Ранний палеолит Крыма. Киев: Наукова Думка. 1993. 224 с.
Курочкин ЕЛ. Так кто же это - археоптерикс? // Природа. 1986. № 4. С. 116-117.
Кучинский М. Тропик динозавра. Москва: Наука. 1982. 192 с.
Ламберт Д. Доисторический человек. Кембриджский путеводитель. Ленинград: Недра. 1991. 256 с.
Лесное П. Снова следы динозавров // Наука и жизнь. 1973. № 6. С. 143-145.
Лексин Ю. Следы // Знание-сила. 1984. № 6. С. 28-30.
Мартинсон Г.Г. Всегда ли безводной была пустыня Гоби? // Природа. 1969. № 10. С. 84-88.
Мартинсон Г.Г. Загадки пустыни Гоби. Ленинград: Наука. 1980. 149 с.
Мартинсон Г.Г. В поисках древних озер Азии. Ленинград: Наука. 1989.157 с.
Михайлов К. Гнездо динозавра И СЕОленок. 2016. № 10 (138). С. 20-26.
Мишар Ж. Динозавры. Москва: Астрель-АСТ. 2002. 144 с.
Наугольных С.В. На поиски меловых палеопочв, или По следам игуанодона // Природа. 2010. № 4. С. 43-48.
Наугольных С.В. Пустыня Гоби приоткрывает свои секреты И Вестник РАН. 2015. Том 85. № 12. С. 1080-1085.
Наугольных С.В. Верхнемеловые палеопочвы Баин-Дзака // The International Symposium “The 70th anniversary of Mongolian Paleontological expedition of Academy of Sciences, USSR”. Ulan-Bator: Institute of Paleontology and Geology. 2016. P. 56-58.
Наугольных С.В. Встречи с доисторическими мирами. Москва: Наука. 2017.160 с.
Наугольных С.В. Взгляд в мезозойскую эру: тайны «Берега динозавров» И Природа. 2018. № 7. С. 52-57.
Наугольных С.В., Кишкань Р.В. Морфологические особенности и реконструкция формы роста гетероспорового плауновидного Bothrodendron Lindley et Hutton, 1833 на основе изучения материала из среднего карбона Донецкого бассейна //
	41
в марках
Палеонтология в музейной практике. Москва: Медиа-Гранд. 2014. С. 66-78.
Немков Г.И. (ред.). Краткий геологический словарь для школьников. Москва: Недра. 1989. 176 с.
Немков Г.И., Левицкий Е.С., Вахрамеев В.А. и др. Краткий курс палеонтологии. Москва: Недра. 1978. 247 с.
Обручев В.А. Видение в Гоби // Путешествия в прошлое и будущее. Москва: Изд-во Академии наук СССР. 1961. С. 22-32.
Олейников А.Н., Хозацкий Л.И., Орловская Т. Почему вымерли древние ящеры? // Костер. 1979. № 10. С. 20-22.
Орлов Ю.А. В мире древних животных. Очерки по палеонтологии позвоночных. Москва: Наука. 1968. 212 с.
Оттоленги С. Сахара, кладбище динозавров... // Вокруг света. 1972. № 2. С. 64-67.
Очев В.Г. Гость из прошлого И Юный натуралист. 1975. № 4. С. 32-35.
Очев В.Г. О чем заставил задуматься ящер из мелового моря // Наука и жизнь. 1978. №2. С. 116-118.
Очев В.Г. Еще не пришли динозавры. Саратов: Научная книга. 2000. 132 с.
Резанов И.А. Великие катастрофы в истории Земли. Москва: Наука. 1984. 176 с.
Рождественский А.К. На поиски динозавров в Гоби. Москва: Изд-во Академии наук СССР. 1954. 191 с.
Рождественский А.К. Надотряд Dinosauria. Динозавры // Основы палеонтологии. Земноводные, пресмыкающиеся, птицы. Москва: Наука. 1964. С. 523-589.
Рождественский А.К. Страусы - потомки динозавров? // Знание-сила. 1980. №5. С. 41.
Савин В. Музей ненайденных экспонатов // Вокруг света. 1987. № 9. С. 49.
Седлецкий В. И. По следам динозавров // Природа. 1983. № 8.С.94-99.
Сенников А.Г. Читая следы сегнозавров // Природа. 2006. № 5. С.58-67. Смит Дж. Л.Б. Старина Четвероног. Как был открыт целакант. Москва: Государственное издательство географической литературы. 1962. 216 с.
Сочава А. В. Яйца динозавров из верхнего мела Гоби // Палеонтологический журнал. 1969. № 4. С. 76-88.
Сочава А.В. Стратиграфия и литология верхнемеловых отложений Южной Монголии // Стратиграфия мезозойских отложений Монголии. Ленинград: Наука. 1975. С. 113-182. (Труды Совместной Советско-Монгольской научно-исследовательской геологической экспедиции; вып. 13).
42
в марках
Суэйн Т. Динозавры погибли от отравления // Наука и жизнь. 1975. № 6. С. 90-91.
Татаринов Л.П. Как исчезли динозавры? И Природа. 1980. № 4. С. 31-39.
Татаринов Л.П. Почему вымерли гиганты? // Техника - молодежи. 1987а. № 9. С. 40-42.
Татаринов Л.П. Суждение палеонтолога об эволюции // Знание-сила. 19876. №2. С. 55-61.
Татаринов Л.П. Очерки по эволюции рептилий. Архозавры и зверообразные. Москва: Геос. 2009.	377 с. (Труды
Палеонтологического ин-та РАН, том 291).
Уилфорд Дж. Тайна динозавров // За рубежом. 1982. № 24 (1145). С. 18.
Хорнер Дж.Р. Гнездовое поведение динозавров // В мире науки. Scientific American. 1984. № 6. С. 84-91.
Чепалыга А.Л. Черноморские террасы юго-восточного Крыма: новая концепция через 100 лет после Н.И. Андрусова // Палеоэкология. Методологические основы, фактологический потенциал, применение в музейных экспозициях. Москва: Медиа-Гранд. 2017. С 131-151.
Чепалыга А.Л., Наугольных С.В., Анисюткин Н.К., Знаменская Л.В. Местонахождения раннепалеолитических (ашельских) орудий в Южном и Горном Крыму (Карадаг, Судак, Бодрак, Гаспра) // Палеоэкология. Методологические основы, фактологический потенциал, применение в музейных экспозициях. Москва: Медиа-Гранд. 2017. С 152-164.
Черепанов Г.О., Иванов А.О. Ископаемые высшие позвоночные. Санкт-Петербург:	Издательство Санкт-Петербургского
университета. 2001.204 с.
Чудинов П.К. От динозавров до Великого кольца // Техника-мол одежи. 1982. №3. С. 47-49.
Шварцбах М. Великие памятники природы. (Известные места геологических исследований). Москва: Мир. 1973. 332 с.
Шишурин Д.М. Однажды в Кара-Кумах. Москва: Детская литература. 1968.125 с.
Шпинар З.В., Буриан 3. История жизни на Земле. Древние животные и люди. Прага: Артия. 1977. 228 с.
Штернберг Ч. Жизнь охотника за ископаемыми. Москва, Ленинград: Главная редакция научно-популярной и юношеской литературы. 1936. 315 с.
Щепинский А.А. К вопросу об ашеле в Крыму // Исследование палеолита в Крыму. Киев: Наукова Думка. 1979. С. 85-106.
Юсин М. Спор вокруг археоптерикса // Известия. 1987. 27 сентября.
43
в марках
Яковлев А.А. Рассказы о Земле. Москва: Государственное учебнопедагогическое издательство министерства просвещения РСФСР. 1959.259 с.
Яковлева И.Н. Палеонтология в картинках. Москва: Детская литература. 1977. 41 с.
Andrews R.C. The new conquest of Central Asia, natural history of Central Asia. Part I. New York: American Museum of Natural History. 1932. 687 p.
Barsbold R., Tsogtbaatar K., Khand K, et al. Guidebook for field excursion. Cretaceous dinosaur-bearing deposits in Nemegt and Altan Uul localities, South-Western Gobi Desert, Mongolia. September 23-28, 2016. International Symposium of “The 70th anniversary of Mongolian Paleontological Expedition of Academy of Sciences, USSR”. Ulan-Bator: Institute of Paleontology and geology, Mongolian Academy of Sciences. 2016. 31 p.
Berkey C.P., Morris F.K. Geology of Central Asia, natural history of Central Asia. Part II. New York: American Museum of Natural History. 1927. 475 p.
Currie P.J. The great dinosaur egg hunt // National Geographic. 1996. Vol. 189. No. 5. P. 96-111.
Currie P.J., Badamgarav D., Koppelhus D. The First Late Cretaceous Footprints from the Nemegt Locality in the Gobi of Mongolia // Ichnos. 2003. Vol. 10 (1). P. 1-13.
Dashzeveg D., Dingus L., Loope D., Swisher C., Dulam T., Sweeney M.
New stratigraphic subdivision, depositional environment, and age estimate for the Upper Cretaceous Djadokhta Formation, Southern Ulan-Nur Basin, Mongolia // American Museum Novitates. 2005. № 3498. P. 1-31.
DiMichele W. Arborescent lycopods of Pennsylvanian age coals: Lepidodendron, with description of a new species // Palaeontographica.1981. Band 175B. P. 85-125.
Gradzinski R., Kazmierczak J., Lefeld J. Geographical and geological data from the Polish-Mongolian Palaeontological Expeditions. In: Z. Kielan-Jaworowska (editor). Results of the Polish-Mongolian Palaeontological Expeditions. Part I H Palaeontologia Polonica. 1970. Vol. 19. P. 33-82.
Habetin V., Knobloch E. Kapesni atlas zkamenelin. Praha: Statni Pedagogicke Nakladatelstvi. 1981. 285 p.
Hawkes N. Brainy dinosaur shatters a fossilized reputation. Prehistoric creature labelled as a thief was clever and caring, Natural History Museum shows // The Times. 1997. 16 May.
Hirmer M. Handbuch der Palaeobotanik. Berlin: Oldenbourg. 1927. 708 S.
44
в марках
Ji S., Ji Q. Jinfengopteryx compared to Archaeopteryx, with comments on the mosaic evolution of long-tailed avialan birds // Acta Geologica Sinica. 2007. Vol. 81. No. 3. P. 337-343.
Jones T. A misunderstood dinosaur gets back on its feet I I The Times. 1996. 8 March.
Kuban G.J. Elongate dinosaur tracks. Dinosaur Tracks and Traces. (Eds D.D.Gilette, M.G.Lockley). New York. 1991. P. 57-72.
Meyen S.V. Kamenny herbar. Praha: Pyramida/Orbis. 1973. 253 p.
Michard J. The reign of the dinosaurs. London, New York: Thames and Hudson. 1992. 144 p.
Rochebouet B. Un monstre de la fin du cretace passe cet apres-midi aux encheres I I Figaro. 2008. 16 avril.
Rochebouet B. La chasse aux dinosaures est ouverte // Figaro. 2010. 29 September.
Taquet Ph. Dinosaures et Mammiferes du Desert de Gobi. Paris: Museum national d’histoire naturelie. 1992. 133 p.
Tsogtbaatar Kh. Distribution map of Mongolian dinosaurs. Ulaanbaatar. 2008. 4 maps.
45
в марках
Список иллюстраций
Детальная информация о древних животных и растениях дана на самих марках. Ниже отражены общие идеи, положенные в размещение марок в комбинированных иллюстрациях, а также подписи к фотоизображениям образцов окаменелостей, сопровождающих ту или иную «марочную» тему.
1.	Чарлз Дарвин (1809 - 1882).
2.	Древнейшие обитатели Земли (бактерии), следы их жизнедеятельности, а также современная медуза, сохранившая в своем строении признаки далеких докембрийских предков. На врезке -строматолит из протерозойских отложений Сибири.
3.	Различные строматолиты из протерозойских отложений. Длина масштабной линейки - 1 см.
4.	Странные существа, населявшие Землю на ранних этапах эволюции ее биосферы.
5.	Разнообразие бесскелетных организмов вендского периода или Эдиакария (поздний протерозой), способно удивить и восхитить любого палеонтолога. На врезке - медузоиды Nemiana simplex Palij из вендских отложений Украины.
\
6.	Медузоиды Nemiana simplex Palij из вендских отложений Украины. Длина масштабной линейки - 1 см.
7.	Различные беспозвоночные из вендских отложений.
1, 3 - саарина (Saarina sp.), трубчатый организм с поперечной сегментацией; левый берег р. Онеги ниже с. Ярнема, Архангельская область; 2, 4, 5 - медузоиды Nemiana simplex Palij из вендских отложений Украины; бассейн реки Днестр ниже плотины Новодестровской ГЭС. На экземпляре, изображенном на фиг. 4 видна тканевая организация оболочки; на фиг. 5 - организм сохранился в процессе деления (почкования?). Длина масштабной линейки - 1 см.
8.	Обитатели раннепалеозойских морей: археоциата, опабиния и разнообразные трилобиты.
46
в марках
9.	Трилобиты кембрия и ордовика - любимая тема для всех коллекционеров окаменелостей.
10.	Кембрийские трилобиты. 1, 3 - Agnostus sp., кембрийские отложения Сибири. 2 - Elrathia kingii (Meek); средний кембрий штата Юта (США). Длина масштабной линейки - 1 см (1, 3) и 1 мм (2).
11.	Ископаемые остатки обитателей кембрийских морей. 1 -трилобит Redlichia sp.; кембрий Китая, провинция Юннань. 2-5 -археоциаты, сохранившиеся в мраморизованном известняке; разрез Торгашино, Красноярский край, Сибирь. Длина масштабной линейки - 1 см.
12.	Ранний палеозой иногда называют «талассофитом» - временем растений, произраставших в морях и океанах. В зарослях водорослей процветали морские беспозвоночные, такие как разнообразные трилобиты и охотившийся на них хищный аномалокарис (Anamalocaris). На врезке - крупный трилобит селенопельтис (Selenopeltis) из ордовикских отложений Марокко.
13.	Великий французский палеонтолог Иоахим Барранд (1799-1883) посвятил свою жизнь изучению кембрийских, ордовикских, силурийских и девонских окаменелостей Чехии. На врезке - скопление ископаемых остатков трилобитов Ellipsocephalus hoffi (Schlotheim) из среднего кембрия Чехии.
14.	Ископаемые остатки морских беспозвоночных из нижнепалеозойских отложений Чехии. 1 - Ellipsocephalus hoffi (Schlotheim), средний кембрий; 2, 4 - Conocoryphe sulzeri (Schlotheim), средний кембрий; 3 - граптолит монограптус (Monograptus), силур. Длина масштабной линейки - 1 см (1, 2,4); 1 мм (3).
15.	Окаменелости баррандиена. 1 - Conocoryphe sulzeri (Schlotheim), средний кембрий; 2, 3, 5 - прямораковинные наутилоидеи, силур; 4 -Paradoxides gracilis (Boeck), средний кембрий. Длина масштабной линейки - 1 см.
16.	Ископаемые остатки морских беспозвоночных из ордовикских отложений Ленинградской области. 1 - скопление граптолитов Diplograptus sp.; 2 - Asaphus expansus (Wahlenberg); 3 - Delphasaphus delphinus (Lawrow). Длина масштабной линейки - 1 мм (1); 1 см (2, 3).
47
в марках
17.	Ископаемые остатки трилобитов из ордовикских отложений Ленинградской области. 1 — Asaphus expansus (Wahlenberg); 2 -Megistaspis (Megistaspidella) extenuata (Wahlenberg); 3 - Chasmops odini (Eichwald). Длина масштабной линейки - 1 см.
18.	Ископаемые остатки морских беспозвоночных из ордовикских отложений Ленинградской области. 1 - Asaphus kowalevskii Lawrow; 2 -Illaenus tauricornis Kutorga; 3 - Endoceras sp. Длина масштабной линейки - 1 см.
19.	В морях силурийского и девонского периодов процветали ракоскопионы, среди которых были как относительно небольшие формы, так и настоящие гиганты, длина которых могла превышать два метра. Охотились такие гиганты на древних панцирных бесчелюстных (агнат) и на настоящих рыб, среди которых также встречались панцирные формы (плакодермы). Но и среди плакодерм встречались гигантские формы, которые не прочь были закусить и подвернувшейся рыбкой, и зазевавшимся небольшим ракоскорпионом. На врезке - скопление ракоскорпионов Eurypterus tetragonophtalmus Fischer, верхний силур, р. Днестр, Подолия, Украина.
20.	Морская лилия из силурийских отложений Марокко (Scyphocrinites elegans Zenker). Длина масштабной линейки - 1 см.
21.	Еще один экземпляр сцифокринитеса из силура Марокко (Scyphocrinites elegans Zenker). Каждая из этих лилий прекрасна по-своему. Длина масштабной линейки - 1 см. ,
22.	Сделать подборку марок, посвященных панцирным рыбам и агнатам девона, не так просто, но здесь на одной иллюстрации оказались все наиболее широко известные представители этих двух групп, важных для понимания эволюции позвоночных.
23.	Тема образования панциря возникала в эволюции морских позвоночных неоднократно: и в палеозое, и в мезозое, и в кайнозое.
24.	Классический пример «живого ископаемого» - целакант, современная кистеперая (лопастеперая) рыба латимерия (Latimeria chalumnae Smith), не сходящая со страниц учебников биологии.
25.	На этой подборке марок тоже изображена Latimeria chalumnae Smith. Но удивительное дело: уже на памяти нашего поколения в Индонезии был открыт второй вид латимерии - Latimeria menadoensis
48
в марках
Pouyaud et al. Это знаменательное событие еще раз подчеркивает мысль, что на нашей планете изучено пока еще далеко не все, вопреки мнению скептически настроенных исследователей.
26.	Наверное, многие читатели помнят талантливый клип “Right here, right now” группы “Fatboy Slim”. На мой взгляд, это одно из лучших творческих воплощений идеи эволюции. На этой иллюстрации собраны участники эволюционного перехода от водных позвоночных к первым наземным тетраподам. Хронология в расположении марок нарушена, но восстановить ее сможет любой читатель, искренне интересующийся палеонтологией.
27.	Палеоэкологические параллели между лесами карбона и современностью (см. текст). 1 - пример современной каулифлории — папайя с плодами (Гуанчжоу, Южный Китай); 2-3 - кора сигиллярии из среднего карбона Донбасса. Длина масштабной линейки - 1 см (2).
28.	Каменноугольные лепидодендриды во всем их морфологическом разнообразии. 1, 5, 6 - Lepidodendron spp., Донецкий бассейн; 2 -Lepidodendron aculeatum Sternberg, мест. Софиевка, Бахмутская котловина, Донецкий бассейн (по: Залесский, 1907, с. 380, фиг. 5); 3, 4 -Lepidophloios laricinus Sternberg, Донецкий бассейн. Длина масштабной линейки - 1 см (1-3, 6 ); 1 мм (4, 5).
29.	Клинолистник Sphenophyllum sp., карбон Донбасса. Длина масштабной линейки - 1 см.
30.	Папоротники из морфологический группы пекоптерид; карбон Восточного Донбасса. Ростовская область, Белокалитвенский район. Длина масштабной линейки - 1 см.
31.	Пеликозавры. Не останавливайтесь только на самих эдафозаврах и диметродонах, - обратите внимание на растения на заднем плане.
32.	Еще одна коллекция реконструкций пеликозавров. Несмотря на индивидуальные графические решения каждого из художников, во многих из этих миниатюр прослеживаются общие черты.
33.	Александр Петрович Карпинский и один из его наиболее известных научных «подопечных» - геликоприон (Helicopriori). Двойное расположение спиралей в нижней челюсти показано неправильно! Спираль была только одна. Нижняя (по положению на иллюстрации) реконструкция, предложенная в 1906 г. Ф. Джоном (John, 1906),
49
в марках положения единственной спирали в нижней челюсти сохранила свою актуальность и по настоящее время.
34.	Разнообразие синапсид, или зверообразных рептилий, широко распространившихся по материкам древней Земли в пермском и триасовом периодах.
35.	Палеоботанические сюжеты в марочных сериях связывают современные растения из числа «живых ископаемых» с миром древнейших споровых и голосеменных растений палеозоя и мезозоя.
36.	Работу палеоботаника можно сравнить с усердным сбором и систематизацией гербария, но гербария, образцам которого десятки и миллионы лет (Меуеп, 1973).
37.	История головоногих моллюсков началась у самого истока палеозойской эры, но на рубеже палеозоя и мезозоя эта группа получила новый импульс в развитии.
38.	Традиционная палеонтологическая проблема заключается в том, чтобы составить представление о строении тех организмов, которые давным-давно исчезли с лица Земли. В случае с аммонитами, полностью вымершими на рубеже мезозоя и кайнозоя, на помощь приходит современный наутилус (Nautilus). Наутилус, хоть он и является только отдаленным родственником древних головоногих, может рассматриваться в качестве настоящего «окна в прошлое».
39.	Амммониты - излюбленные объекты коллекционирования. Особенно богаты ископаемыми остатками аммонитов юрские и меловые отложения Европейской части России. 1 - Desmosphinctes sp., верхняя юра, д. Рыбаки, Раменский район Московской области; 2 - Kosmoceras (Spinikosmoceras) gemmatum (Phill.)., средняя юра, г. Михайлов, карьер Михайловцемент, Рязанская область; 3 - Epivirgatites sp., верхняя юра, с. Глебово, Рыбинский район Ярославской области. Длина масштабной линейки - 1 см (1, 2); для фиг. 3 в качестве масштаба использована ручка (маркер).
40.	Аммониты и ростр белемнита из юрских и меловых отложений России. 1 - Quenstedtoceras sp., средняя юра, Саратовская область; 2 -Cardioceras sp., верхняя юра, г. Михайлов, карьер Михайловцемент, Рязанская область; 3 - Ammonitoceras sp., нижний мел, Северный Кавказ; 4 - Pachyteuthis sp., верхняя юра, д. Рыбаки, Раменский район Московской области. Длина масштабной линейки - 1 см.
50
в марках
41.	Мезозойские окаменелости. 1 - морской еж Paracidaris blumenbachi (Munster ex Goldfuss), верхнеюрские отложения Германии; 2 - Binatisphictes (Okaites) annularis (Rein.), верхнеюрские отложения Рязанской области, г. Михайлов, карьер завода Михайловцемент. Длина масштабной линейки - 1 см.
42.	Пресмыкающиеся мезозоя и их родственники (например, кайнозойский фороракос, как бы напоминающий своим грозным видом своих рептилийных предков) были и остаются излюбленным сюжетом почтовых марок.
43.	В этой изящной венгерской серии соседствуют рептилии мезозоя и кайнозойский платибелодон. На врезке - летающий ящер доригнатус (Dorygnathus bantensis Theodori) из нижней юры Германии; рисунок автора.
44.	Царство рептилий суши, моря и воздуха. Знаменитая серия марок, выпущенная в Сан-Марино.
45.	Редкий сюжет (см. блок в верхней части иллюстрации) - на ветвях хвойного дерева сидит протоавис (Protoavis texensis Chatterjee) предполагаемая древнейшая птица из верхнетриасовых отложений Техаса. Но мнения палеонтологов разделились: не все согласны с тем, что остатки протоависа были правильно интерпретированы.
46.	Завидев потенциальную жертву, страшный хищник юрского периода цератозавр (Ceratosaurus nasicornis Marsh) вспугнул стаю летающих ящеров - рамфоринхов (Rhamphorhynchus longicaudus Mimster).
47.	Конечно, не все разнообразие динозавров поместилось в две симпатичные марочные серии, но наиболее известные формы этой интересной группы диапсидных рептилий сюда попали.
48.	На эту подборку морских рептилий, помимо мезозойских ихтиозавров и плезиозавров попал мезозавр (Mesosaurus), обитавший на материках Гондваны в первой половине пермского периода. Еще один интересный сюжет - интермедия с морскими рептилиями из «Путешествия к центру Земли» Жюля Верна.
49.	Плезиозавры разных видов и составивший им компанию представитель карнозавров.
51
в марках
50.	Вот так представлялось юрское море, покрывавшее Германию, художникам на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков.
51.	Морские гиганты мелового периода - мозазавры. И вместе с ними - кайнозойский (эоценовый) базилозавр (Basilosaurus) на оманской марке. Несмотря на название и очевидное сходство с морскими рептилиями, базилозавр совсем не ящер, а китообразное. Прекрасный пример конвергенции.
52.	Гиганты - вот эпитет, который приходится часто использовать применительно к наземным рептилиям мезозоя. На этой иллюстрации собраны марки с изображениями завропод (зауропод; Sauropoda), динозавров, процветавших практически на всей Земле в юрском и меловом периодах. Именно к этой группе рептилий относятся самые крупные наземные животные, когда-либо существовавшие на нашей планете.
53.	Первоптица или археоптерикс (Archaeopteryx lithographica Meyer) - входит в число самых известных и узнаваемых ископаемых животных. Именно у археоптерикса палеонтологи впервые обнаружили удивительное сочетание признаков рептилий и птиц. Блестящее подтверждение теории эволюции и существования переходных форм!
54.	Привет из Брюсселя! Стадо игуанодонов (Iguanodon bernissartensis (Boulenger) восхищает посетителей в Бельгийском королевском музее.
I
55.	Рептилии и первоптица мезозоя, - и здесь же гигантская нелетающая птица фороракос, попавшая в эту компанию случайно. А может быть, не случайно? Сейчас многие палеонтологи считают, что птицы произошли непосредствено от динозавров.
56.	Среди рогатых динозавров или, иначе, цератопсов, существовали все возможные варианты сочетания рогов, клювов и костных шейных щитов - «воротников». Рассмотрев внимательно марки замечательной камбоджийской серии и примкнувших к ней протоцератопсов из серий Афганистана и северо-западной Африки (Sahara ОСС. R.A.S.D - Sahrawi Arab Democratic Republic), вы легко в этом убедитесь.
57.	Редкость, которой могут похвастаться только немногие филателисты - конверты первого дня с «доисторической серией» Сан-Марино.
52
в марках
58.	И снова зауроподы - в Музее Ла-Платы (внизу) и на конверте с посланием из Познани в Мюнхен.
59.	На этой иллюстрации встретились два великих палеоанималиста - Чарлз Найт (Charles Knight; серия из Никарагуа) и Зденек Буриан (Zdenek Burian; марки Дофара, одной из автономий Омана, расположенного на юго-востоке Аравийского полуострова).
60.	На этой иллюстрации собраны марки с различными ископаемыми рептилиями и их ближайшей родственницей - первоптицей археоптерикс.
61.	Все наиболее яркие символы разнообразия позвоночных животных мезозоя показаны в серии афганских марок: здесь и хищные и растительноядные динозавры, и морские рептилии, и птерозавр, и, конечно же, археоптерикс.
62.	И снова динозавры: оригинальная рисовка в сериях Камбоджи и Гвинеи.
63.	Коллекция своеобразных реконструкций различных ископаемых позвоночных в серии марок из Омана.
64.	Два конверта палеонтологической тематики. Вверху - Сан-Марино; внизу - знаменитое скульптурное изображение бронтозавра, которого атакуют цератозавры, созданное скульптором Сергеем Лихошерстовым в 1932 г. и установленное в Крыму, в г. Саки. Бронтозавр помещен на герб этого города!
65.	Вверху: этот конверт после спецгашения я отправил из Мюнхена сам себе: достойное пополнение коллекции! Внизу: голландские марки с берегов реки Маас: отсюда название верхнемелового маастрихтского яруса и, кстати сказать, название мозазавра - «ящера с реки Маас». Но серия посвящена животным не мелового, а юрского периода.
66.	Еще одна тематическая серия - марки из Сомали, посвященные орнитоподам, птиценогим динозаврам. И в дополнение к ним редкая марка из ГДР (для тех, кто не знает: Германская Демократическая Республика; была такая страна, и я её посещал).
67.	Весточка с видом на Татры и с археоптериксом летит из Польши в Гренобль, Франция.
53
i	в марках
68.	Ископаемые животные (включая неизбежных динозавров) в почтовых сериях Мадагаскара и Вьетнама.
69.	Одна из моих любимых палеонтологических серий. Собрать ее полностью мне посчастливилось только в 2013 г. после поездки в Улан-Батор, где мне не без труда удалось заказать ее на главпочтамте.
70.	Российская палеонтологическая серия с двумя открытками первого дня со спецгашением.
71.	Подборка марок, отражающая различные типы сохранности ископаемых организмов. По существу, все эти типы объединяются в несколько основных категорий, из которых чаще всего встречаются (1) остатки скелетов (к ним, помимо позвоночных, относятся и любые твердые части, панцири, раковины и т.п., принадлежавшие беспозвоночным животным), (2) отпечатки; (3) естественные слепки или ядра. К этому списку можно добавить углефицированные остатки растений или, иначе, фитолеймы.
72.	Еще одна подборка окаменелостей на марочной серии, на этот раз из Анголы. Не остается сомнений в том, что палеонтологические объекты - это важная составляющая культурного и природного наследия любой страны.
73.	Одна из стран, где окаменелости почитаются как элемент национальной культуры, - Чехия. На иллюстрации редкая подборка конвертов первого дня со спецгашением.
74.	Чешские почтовые миниатюры на палеонтологическую тематику выполнены с большим вкусом и изяществом.
75.	Насекомые в янтаре, черепа ископаемых людей, отпечатки панцирей морских ракообразных, скелеты рыб и змей на сланцевых плитках - вот он, многоликий мир палеонтологии.
76.	Среди коллекционеров окаменелостей есть одна особая категория любителей - тех, кто собирает исключительно окаменелую (а точнее сказать, минерализованную) древесину, принадлежавшую самым разнообразным древним растениям.
77.	Среди современных организмов есть такие, которые практически не изменились за очень долгое время (даже в понятиях геологических масштабов). Таких существ называют «живыми ископаемыми» или, реже,
54
г Iв марках
«персистирующими типами». Наиболее типичный пример «живых ископаемых» - современные мечехвосты. Долгий эволюционный путь почти без изменений прошли брюхоногие моллюски турителлы (Turitelld) и плевротомарии (Pleurotomaria), а также некоторые из видов акул (например, большая белая - Carcharodori). Здесь же изображены два аммонита. Об их предполагаемом строении важные сведения ученые смогли получить благодаря изучению еще одного «живого ископаемого» - наутилуса (Nautilus; см. в этой книге илл. 38, на которой вместе показаны и наутилусы, и представители аммоноидей).
78.	Окаменелости - красноречивые свидетели прошлого. 1 -членистоногие, остатки которых встречаются в янтаре (смоле ископаемой сосны Pinus succinifera (Goppert) Comw.), отличаются прекрасной сохранностью, эоцен, г. Светлогорск, Калининградская область; 2 -Rhynchodercetis sp., сеноман, верхний мел Ливана. Длина масштабной линейки - 1 см.
79.	Письма, пролетевшие через полконтинента, дополнили палеонтологическую филателистическую коллекцию по вполне очевидным причинам.
80.	Основные вехи в эволюционной истории птиц нашли свое отражение в этой марочной серии из Лаоса. В нее вполне логично вписалась и кубинская марка с гигантской нелетающей птицей моа (Dinornis novaezealandiae Owen).
81.	Кайнозойские млекопитающие - прекрасный материал для изучения эволюционных процессов. Каждый читатель знаком со схемой эволюции лошадей, предложенной выдающимся российским палеонтологом В.О. Ковалевским (1842-1883), вошедшей во все учебники биологии. Последовательность предков лошадей показана желтыми силуэтами на марках афганской серии (вверху).
82.	Многообразие фауны позвоночных животных кайнозоя вы видите на этой подборке марок из США, Франции, Германии и Кубы.
83.	Гиганты кайнозоя - хоботные и носорогообразные, а также саблезубый тигр, который мог охотиться даже на детенышей слонов и носорогов.
84.	Мир млекопитающих плейстоцена уже очень близок современному человеку. Именно на этих животных охотились наши далекие предки.
55
в марках
85.	Серия марок из Молдовы знакомит нас с разнообразием кайнозойских млекопитающих, а также с ландшафтами, в которых эти животные обитали.
86.	Эта антикварная открытка с изображением знаменитого Березовского мамонта (Mammuthus primigenius Blumenbach), хранящегося в Зоологическом музее в Санкт-Петербурге, так и не была отправлена. Почему? Очевидно, хозяин просто решил с ней не расставаться.
87.	Эволюция млекопитающих в течение кайнозоя привела к возникновению гоминид и, в конечном итоге, к появлению рода Ното, к которому относимся и мы с вами.
88.	Шаг за шагом, от первого каменного рубила и первого костра, вставало на ноги человечество, отвечая смелостью и изобретательностью на вызовы сурового внешнего мира.
89.	Процесс антропогенеза изучается в разных аспектах широким кругом ученых - археологами, палеоантропологами, геологами и палеонтологами.
90.	Палеолит - древний каменный век. Сжав в руке первый тяжелый бифас, древний человек почувствовал себя гордым хозяином мира.
91.	Осознавая себя и свое место в окружающем мире, древний человек переносил свои мысли и знания на стены пещер.
92.	Вот они - орудия наших предков. 1 - скребок, Бон-Цаган, Монголия; 2 - листовидный наконечник, Бетпак-Дала, Карагандинская область, Казахстан; 3 - остроконечник, район Ижевска, Удмуртия; 4 -скребок, Булган, Монголия. Длина масштабной линейки - 1 см.
93.	Именно изучая первые фазы антропогенеза, человечество начало ощущать свою неразрывную связь с природой, бережное отношение к которой - долг каждого человека.
56
в марках
ДЛЯ ЗАМЕТОК
57
в марках
ДЛЯ ЗАМЕТОК
58
в марках

59
KALAALLIT NUNAAT GR0NLAND
AUSTRALIA
ROYAUME DU MAROC
An Invaluable Heritage of Sonbhadra
snsROf - Special Cover
a qSRrea
Salakhan Fossils

8
British Antarctic Territory
ROYAUME DU MAROC
AWorld of
Prehistoric Animals
TRILOBITl
9
10
NIUAFO'OU
DEUTSCHE DEMOKKATISCHE KEPUBUK
UTUAMaS
aWWiWHSC

Barrandirn
Barrandirn
16

22
24
Faune de I’Union des
RSA
AMCBnde
40c
RSA
AMCBnde
Les Ccelacanthes
: 3000*
Latimeria chalumnae
UNION des COMORES
Faune de I’Union des @>COMORES
OnWekken di* S*takart. 1938 J LKSmrth M Courtwwy-Lat>m«r
lyostega
REPUBLIQUE CENTRAFRICAINE
750
POMfS?OX4
EDAPHOSAURUS
33
чмпл» им laciioorxH'» •-*» hhxxlnv цнасипп к
Ч.
34
35
CXAVATUM L
36
:55р
British
lophosoriacupuiatui Cantrill
SNOW ISLAND
British
d (ladophlebis obbnga Halle
ALEXANDER ISLAND
£1.io
S' - ®
Adiltaaatulam C.intnll ALEXANDER ISLAND
British An'
British Antarctic Territory
37
1.1111» ouniy
DN1 GE0L0G1CKY KONGRES
Fiirstentum Liechtenstein
IXlAGtOtOGCWM CONVENTUS ALHR l»52
vnite o'linx
ШЛ 2002 Л'ОУГЛП
Ammooit 'л>гРагарилогш OLE WORM ‘museum ^UR^11ANUM}
British Antarctic Territory
DANMARK
Fessikr
AMMONITES- VILLANY
PTT
MAGYAR 2
POMtS
ALGERIE

1AM
1970
PETHOlATUS
2013
DELRieU
2006
RfiPUBLIQUE DE COTE D'IVOIRE
COUPE SAGITTALE D’AMMONITE FOSSII
**	CHAMBERED
’ NAUTILUS
Nautilus pompilius
Keluaran Bersama Malaysia- Brunei / Malaysia-Brunei Joint Issue
SPOTTED
BOXFISH
Ortracion meleagru
Kduaran Bersama Malaysia-Brunei / Malaytu-Brunei Joint Issue
REPOBLIKA MALAGASY
BUG CHINH
42

Postes Lao
1988
Postes Lao
PO$TA ROM
Plesiosauru.
Brontosaurus
PO$TA ROMANA
50 & LtQJ 0Л ai WJ
50 » ItDJ 0Л 01 UU
juvalux ев Postes Lao
Й) di ihj Postes Lao
PO$TA ROMAN 1МЭ
POSTA ROMANA 1ИЭ
BRONTOSAURUS
STEGOSAURUS
MAGYAR P
DIMORPHODON
TARBOSAURUS
YAR POSTA
MAGYAR Pj
PLATYBELODON
MAGYAR POSTA

S. том
IPE
lysTrosauri
1 993
TYRANI
E PR^ICIP1
500 AkT
46
S. TOME E PRINCIPE
S. TOME E PRINCIPE
47
2010
Tyrannosaurus rex
itops prorsus
'>010
(Вал*, du	и dL ^tlM/a£iuujamjmhuig,
49
FAUNE ETI LOR 1)1 \l()\l)l.
Fll (fw
REPUBLIQUE DE GUINEE
Office de la Post* Guinaenne 2011
45000FG.
fl nniiW<^n
/ une des plus grandes enigmes du monde animal est la disparition des Dinosaures.
Encore aujourd’hui, meme si la theorie d un asteroide ayant percute la Terre est sans doute la plus probable, aucune certitude n est acquise. Plusieurs pistes sont encore a I elude sur ceque I on nomine "la crise cretace-tertiaire", plus souvenl connti sous le nom de « I'extinction des dinosaures
иэ. 9»(0е Жиф ШеН> Der (S-rDe unterfag frer IRofre яи* з meer fiber ©euffdjtanb in ber 3urajeit
^Better roflf bad 3*№nrab! Unfer Uaferlanb iff 311m grbfj-ten Xeiie oom 3urameer bebetft, in bem ed von feftfamen <3efdj6pfen alter Sirf mimmett. 5ИФо, 2Ли[фе(п unb ge* toattige ЯЛеегЬгафеп tummetn Пф im IDaffer. 2im in-fereffanteften fTnb bie ЗЛеегЬгафеп. (Siner ifL gepanjert, ein anberer f>at bie $orm eined 12 IReter langen ЗгИФ^^/ ed iff ber ЗфФМаиги^ ber britte 1)af einen ипепЬПф langen £a(d unb einen 1афегЛф Heinen ffopf, ed ift ber 6 Dieter lange piefiofaurud, ben it>r im 3orbergrunbe unfered Siibed fetjt.
relne (Xocrt*<5pe(fefett
JJOimitl пигеф! mil l>emJ?amen^ug V^CtyllttCl
51
A iresse du destination
Partie гёзегуёе Л la corrcspondance
Mu see Royal d'Histoire Naturelle. BRUXELLES.
S. — Grou/е des Ifuanodofis,
CARTE POSTALE POSTKA/xRT
RHO/tOKHACOf
TUVA РЕСПУБЛИКА ТЫВА
56
57
primo giomo di emissione - first day cover
Animoli Preistorici
Animali Preislorici
58
59
Nicaragua tra ©•••«•*••
Nicaragua"”"
•	-z.35.•-u—- -
TYRANNOSAURUS
BRONTOSAURUS
STEGOSAURUS
snanvso:
EDAPHOSAURU5
BRACHI08AURUS
ARCHAEOPTERYX ИО MIN LAT
61
62
ROYAUME DUCAMBODG6 jnintfiftmogvwoi щ$бмйю
ROYAUME DU CAMBODGE (ninflMWgWtfl №2Л25
FAHIfMF'ETT FILORF n p<s;
5000 FG.
ROYAUMe DUCAMBODGE
REPUBLIQUE DE GUINEE
Office de la Paste Guindenne >011
FAUNE ET FLORE DU MONDE
REPUBLIQUE DE GUINEE
FAUNE ET FLORE DU MONDE
REPUBLIQUE DE GUINEE
Office de la Pane Culndenne 2011
REPUBLIQUE DE GUINEE
FAUNE ET FLORE DU MONDE
FAUNE ET FLORE DU MONDE
Tuoju
"tyswm v n' r
ROYAUME DU CAM
jpsntfinnwgvfftfGi щям&в
£00*
64
Индекс предприятия связи! и адрес отправителя
Пишите индекс предприятия связи места назначения
65
JURA TIJDPERK
208-145 miljoen jaar geleden
'UBLI
•it
DDR
HISTORIC ANIMALS
POLS
REPOBLIKAN’l MADAGASIKARA
Protoceratops
525
105
*******
REPOBLIKAN’l MADAGASIKARA
REPOBLIKAN’l MADAGASIKARA
Smilodo*
REPOBLIKAN’l MADAGASIKARA
REPOBLIKAN’l MADAGASIKARA
REPOBLIKAN’l MADAGASIKARA
Moaums
Diaorais maxima:
2000
100
am
fuCHll
am
500d
•Thin l£n £n thjt
* 1000d
4ei Nam
755 FMG • ARIARY 151
140 FMG • ARIARY
1800 FMG • ARIARY 360
640 FMG • ARIARY 128
II yillllllll КШШШШЦ
Ankylosaurus - Thin lin moc c£u





ТЛ1Д
MONGOL!
tlVHlOFIVt
TARIOtAllHy
МОНГОЛ
70

1990
>990
аэээ vihou
аэээ vihou
ПОЧТА СССР
ПОЧТА СССР
ПОЧТА СССР
ПОЧТА СССР
осудит
nnfiZ
snjnesoBajs
Anhttcftttryx lubqptpkicn Museum fur Naturkunde Berlin
«•ммммшмииимм
DEUTSCHE DEMOKRATISCHE REPUBLIK
Pterwiactyliu koabi	Museum fur Nalurkunde Berlin
OLUPEA HBNGARICA
ZELKOVA UNGERI
PLACOCHELYS PLACODONTA
72
I'VQMAtA PO*’Q PORTUGAL
XXIII. MEDZINARODNY GEOLOGICKY KONGRES
CeskoslovenskA pqSta
XXIII. MEDZINARODNY GEOLOGICKY KONGRES
A4/A /(вЛМ pith
74
XXIII. MEZINARODNf GEOLOGICKY KONGRES
75
CENiT.RAE.RIC Al NE

О ЛОЦМАНА
76
tew
Sod
Ft
IN RAINBOW CANYON PETRIFIED FOREST ARIZONA
NIPPON
NIPPON
Slidssnegl Tleurotomeria Erich PONTOPPIDAN 'deuTLiNS^E ATLAS'
DANMARK
Fossiler
tf.oo DANMARK Fossikr
DANMARK
Fossiler
Hajtxnder Glossopetrg NIELS STENSEN “DESOLIDO’
I 669
•UClNI
Amnwnit 'Ai'Parapusosia OLE WORM 'museum HVBtfLtNUM l655
BOSNA I HERCEGOVINA
RADM:n2lUC
CRU
20Q8
Turritellu turns fosil i: Panonskog niora - Tuzla

79
Nurnberg - Messezentrum 9. - 11. 8. 1985
4__850 0 ,0'
Treffen DMG Motivgruppe	v	,
Mlneralogie-Palaeontologie-Spelaeologie (Q) 2> 0	1 M О C^Cl (-Л.
BAG Geologie Im BDPh. e.V.
OX

Cuba
01SEAUX PRE»
OlSEAUXPRfi
OSEAUX PRE * S ТОЮ
QiSEAUX PRE*
POSIES LACi 1994 W
Wxikm POSIES LAO 1994
POSIES LAO 1994
Wxiw;)
POSIES LAO 1994
POSIES LAO 1994
POSIES LAO -1994
COMEOS 1974
FAUNA EXTINGUIDA
82
Saber-tooth cat
ISTORICOS
ISTORICOS
ANIMALES PREHISTORIC*
CORI
Megaloe nus гodens
CUBA CTT.
CUBAcomeos 1992
CUBA™"05
AES PlfEMSTORICOS
:NE PLIOCENE)
DEVELOPPEMENTDE L'ELEPHAN
W94
91994
DEVELOPPEMENTDEL'ELEPHANT
ELOPPEM
DE L'ELEPHANT
PLATY BE LODON (MIOCENE PUOCENE)
POSIES 1994
DEVELOPPEMENTDEL'ELEPHANT
Ж0РРЕМИТ DE L'ELEPHANT
84
00 О1
•It
Мамонтъ.
Elephas primicenius
ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО CARTE PoSTALE.
MtCIb дил МАРИИ
с^еб^снп'. MtCR> ДЛЯ ПИСЬМА
•«*<ОИ‘«	• дЛ(««А<е«
87
1000m
1000m
NAXCIVAN
AZORBAYC AN
UllIllIUllHlirr
NAXCIVAN
AZORBAYC AN
»
NAXCIVAN
\Z0RBAY( AN
NAXCIVAN
\ZQRBAY( W
1000m
NAXCIVAN
AZ9RBAYCAN
NAXCIVAN \/orbvh w
REPUBLIKA HRVATSKA.’REPUBLIKA HRVATSKA
MUZEJ
MUZEJ KRAPINSKIH NEANDERTALACA
1111
1989
100 fahuT
100 Tahua Pileoentropologi li
100 TthuR PbIbbbrI
REPUBLIK INDONESIA
REPUBLIK INDONESIA
REPUBLIK INDONESIA
100 TAHUN PAIEOANTROPOLOGI INDONESIA 18891989
100 TAHUN PAIEOANTROPOLOGI INDONESIA 1889 1989
100 TAHUN PAIEOANTROPOLOGI INDONESIA 1889 1989
REPUBLIK INDONESIA J5Q
REPUBLIK INDONESIA
0,60€
SOUTH AFRICA R1.30
SOUTH AFRICA R1.30
SOUTH AFRICA R1.30
JXQP!
1989
Sombungmoconl QAfV
Homo eredus	\Ji
1989
Woiok I	ЭСЛ-
Homo sapiens Zuvi
1989
Ngondong 1	OCA
Homo crectus	wJvr
Pwncipat d Andorra
Гиен is 1
la Raima Ж Mai

ESTACOES ARQUEOLdGlCAS
MACHADO DE MAO
MAGYARORSZAG
Allah i 1993
KERTtSZD*
ARCHEOLOGIE LAME ET POINTES
hAajD	V .
THE fr/Hf Ajuvit or THE fro^E AGE*, iVAf
SjjA^ THAOUCH
ЕАс4.$У<Х|лГГ(0л}а1Г .ctace
CO CO
oco 2 —
<
Cave Paintif^H Pigment Block?
OCAMBIQUE
CORREIOs 1981
REPUBLlQUEduTCHAD'timbre taxe
REPUBLlQUEduTCHAD
LlQUEduTCHAD
RE PU BLIQUEdu TCHAD
TIMBRE TAXE
REPUBLlQUEduTCHAD
2400L
REPUBLIOUEduTCHAD’timbpe take
1994-PE5TERA DIN ARDECHE 8Щ
OLIG COJOCARU $1 MIHAIL GOLOGAH
I MILLENIUM SECOLULXX .A
93
алеонтология в марках
5(руьТиУАРЕСПУВЛИКА ТЫВА
Сдановнабор08.08.201^^
Подпират(о^ГреЬагьД<Н 0.2019	ч~’~
мат60х90/Кмечхт>офортная 5>умагдмелов; хпеч,жДР'Ч'тхйГбб09о$йака^№ 414