/
Author: Абчук В. Арро В. Лисов Г. Миксон И. Любош Г.
Tags: художественная литература альманах хочу всё знать научно-художественный альманах
Year: 1976
Text
НАУЧНО-
ХУДОЖЕ-
СТВЕННЫЙ
СБОРНИК
ХОЧУ
ВСЁ
ЗНАТЬ
ЛЕНИНГРАД «ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА» 1976
О 01
X 87
СОСТАВИТЕЛЬ
А. Н. ТОМИЛИН
ОФОРМЛЕНИЕ
И. КОШАРОВСКОГО
Небольшие
заметки
подготовили:
Ащеулов С., Барышев В.,
Белов С., Розен Б.,
Брандис Е., Черненко Г.,
Лисов Г., Козицкий В,
Турек Л.
РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ
Арбузов Г. С., искусствовед, член Союза художников
СССР; И т с Р. Ф., доктор исторических наук, профессор;
Ивин М. Е., писатель; Козлов Б. И., кандидат технических
наук; Новиков А. И., доктор философских наук, профес-
сор; Никитин С. А., сотрудник Института космических ис-
следований Академии наук СССР; Суслов В. Н., писатель;
Суслов В. А., кинодраматург; Смольников И. Ф., кан-
дидат филологических наук; Шалимов А. И., кандидат ис-
торико-минералогических наук.
(§) ИЗДАТЕЛЬСТВО
«ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА»,
1976 г.
70803-196
ХМ101(03)—76442 '6
X 87 Хочу всё знать. Научно-художественный сбор-
ник. Составитель А. Н. Томилин. Оформление
И. Кошаровского. Л., «Дет. лит.», 1976.
319 с. с ил. и цвети, вкл.
Сборник знакомит юных читателей с достижениями в различных
областях науки, техники, искусства; рассказывает о наиболее интерес-
ных проблемах и открытиях современности, а также содержит много
сведений из истории науки.
О 01
СОДЕРЖАНИЕ
ШАГИ
ПЯТИЛЕТКИ
Строгов И.
XXV
Фото ТАСС
ШАГИ ПЯТИЛЕТКИ
Эфрос Л.
Две карты
Фото ТАСС. Рис. Т. Слуцкой
Белоусов В.
Стандарт СЭВ
Рис. Ю. Клыкова
Лисов Г.
Все флаги в гости были к нам...
Миксон И.
Вещество жизни
Рис. Б. Аникина
Любош Г.
Заводы... овощей
Арро В.
Удивительный грузчик
Рис. О. Зуева
ЛАБОРАТОРИЯ, ЗАВОД
ЖИЗНЬ
Абчук В.
Человек ищет будущее
Рис. Д. Титова
Тарасов Л.
Друг под микроскопом
Рис. Б. Аникина
Ильина Л.
Неисчерпаема, как атом
Рис. Н. Андреева
ЗЕМЛЯ И ВСЕЛЕННАЯ
Шурлыгин В.
Тайна утренней звезды
Рис. Н. Андреева
Коматовский Ю.
Там, за облаками
Рис. Н. Андреева
Коптев Ю.
Заводы на орбите
Рис. Н. Андреева. Фото ТАСС
Томилин А.
Вторая революция в астроно-
мии
Рис. А. Томилина
Антрушин А.
Тайны планет-великанов
Рис. Н. Андреева
6
•
15
189
198
243
263
266
е
23
236
274
е
32
34
39
80
179
ПО СТРАНИЦАМ
ИСТОРИИ
из жизни 4
ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫХ
ЛЮДЕЙ
К ПОДВИГУ
БУДЬ ГОТОВ!
ZS НАУНА
СЕГОДНЯ
ПО СТРАНИЦАМ ИСТОРИИ
Шипулина А., Щербаков А.
Самый первый
Гордин А.
Силой электричества
Рис. Б. Кузнецова
внуков Н.
Булат
Рис. И. Латинского
Фингарет С.
Как учились твои сверстники в
древние времена
Рис. В. Бродского
ИЗ ЖИЗНИ
ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ
Курбатов К.
Исповедь Мавра
Рис. Р. Яхнина
К ПОДВИГУ БУДЬ ГОТОВ!
Петров Б. Л.
За счастье Родины
Рис. Б. Забирохина
В МИРЕ ПРЕКРАСНОГО
Прошкин Вл.
На севере Карелии
Тарановская Н.
Тульские свистульки
Рис. Д. Титова
Смольников И.
На родине автора «Бежина
луга»
* Фото автора
Великович Э.
Балет, что это такое?
Большому театру — 200 лет
Брандис Е.
Коротко о научной фантастике
Пруссвковв И.
Рисунки к Пушкину
Соколов В.
Какие бывают сказки
Климанова О.
Принимаем условия игры
НАУКА СЕГОДНЯ
Васин М.
Жидкий кристалл.
Рис. И. Латинского
47
145
228
302
•
57
65
•
73
74
115
132
143
210
218
226
292
89
Черненко Г.
Будут ли роботы умными?
ЗЕМЛЯ ЗНАКОМАЯ И
НЕЗНАКОМАЯ
Ивин М.
Не сам по себе
Рис. О. Филипенко
Лисов Г.
Человек в подводном мире
ЛИЦОМ К ЛИЦУ
С ПРИРОДОЙ
ЛИЦОМ К ЛИЦУ С ПРИРОДОЙ
Следков Н.
Заклинатели
Фото автора
Гиневскнй А., Михайлов Б.
Травы звериные и травы птичьи
Рис. Т. Соловьевой
Батуев А.
О насекомых
СПОРТ
СПОРТ
гл
СПОРТ
СПОРТ, СПОРТ, СПОРТ
Алмазов Б.
Всадники
КОГДА УЧЕНЫЕ ГОВОРЯТ:
„ МОЖЕТ
БЫТЬ..."
КОГДА УЧЕНЫЕ ГОВОРЯТ:
«МОЖЕТ БЫТЬ...»
Матвеева Г.
В поисках Ретры
Коптев Ю.
Отчего вымерли динозавры?
Рис. И. Юсфин
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
Асеев Ю.
Твой друг — энциклопедия
Рис. Ю. Куликова
НАШИ
УВЛЕ-
ЧЕНИЯ
НАШИ УВЛЕЧЕНИЯ
Суслов В.
Область страны Коллекционе-
рки
200
•
98
282
124
250
259
е
107
е
162
154
е
172
е
311
И. Строгов
СЕРДЦА ЧАСОВ ДРУГ С ДРУГОМ БЬЮТСЯ В ЛАД.
ДЕЛА ЛЮДЕЙ ЗАКЛЮЧЕНЫ В ИХ СЕТКЕ.
НА СПАССКОЙ БАШНЕ КРУГЛЫЙ ЦИФЕРБЛАТ
СЧИТАЕТ ВСЕ МИНУТЫ ПЯТИЛЕТКИ.
С. Маршак
то начертание римскими цифрами — XXV — вы встречали за
последнее время не раз. Им обозначается порядковый
номер очередного съезда Коммунистической партии Совет-
ского Союза — КПСС. Съезд состоялся в конце февраля —
начале марта 1976 года и стал крупным событием в жизни
всех советских людей. Он нарисовал ясную картину ближай-
шего будущего нашей страны, наметил пути, ведущие в это
будущее.
Коммунистическая партия — признанный руководитель со-
ветского народа. Ее идеал, выраженный в ее названии, — ком-
мунизм. То есть такой общественный строй, при котором
люди не делятся на классы, сообща владеют всеми средства-
ми производства, все сознательны и образованны, а наука и
техника развиты настолько, что создают новые источники для
благополучия всех.
Коммунистическое общество будет жить по закону «от
каждого по способностям — каждому по потребностям». По-
ка, как известно, мы осуществляем только первую часть этой
формулы, а что касается второй, то она звучит иначе:
«... каждому по труду». Таково правило, действующее в на-
шем социалистическом обществе. Это общество — преддве-
рие коммунистического, его начальная фаза, его первая
ступень.
Все мы — строители коммунизма. Партия — наш передо-
вой отряд. В нем теперь свыше 15 миллионов единомышлен-
ников-коммунистов. 15 миллионов! А начиналась партия с еди-
ниц, десятков, сотен... Их организовал и сплотил на борьбу
против царского самодержавия и господства помещиков и
капиталистов Владимир Ильич Ленин. В начале XX столетия он
писал: «Мы идем тесной кучкой по обрывистому и трудному
пути, крепко взявшись за руки. Мы окружены со всех сторон
врагами, и нам приходится почти всегда идти под их огнем».
Огонь, как известно, сжигает, но он и закаляет. Партию
он закалил.
Каждый из двадцати пяти ее съездов — видная веха не
только в истории партии, но и в истории всей нашей страны.
Мы — современники Двадцать пятого. Мы хорошо знаем,
в каких условиях он проходил. А скажем, пятый или пятнадца-
тый? Это, конечно, формальный признак — останавливать вни-
мание на съездах, порядковый номер которых оканчивается
пятеркой. Но всех съездов здесь не перечислить...
Так вот — о пятом съезде. Он состоялся в 1907 году, пос-
ле поражения первой русской революции и за десять лет до
победы Великой Октябрьской социалистической революции.
В России его проводить было невозможно. Пришлось соби-
рать съезд за границей. Сперва — в столице Дании — Копен-
гагене. Но датское правительство воспротивилось этому. Де-
легаты переправились через пролив в Швецию. И там их
встретили негостеприимно. Решено было перебираться даль-
ше— в Англию. Английские друзья партии помогли подыскать
помещение для съезда. Это была деревянная церквушка на
окраине Лондона. Делегаты поселились неподалеку в де- 7
шевых комнатах. Несмотря на то, что обстановка на съезде была
очень скромной, денег в партийной кассе на оплату всех связанных
с ним расходов не хватило. Что делать? Помог случай. Один англий-
ский промышленник, сочувствовавший борцам против царского са-
модержавия, согласился дать партии в долг крупную сумму —
1700 фунтов стерлингов. Он поставил только одно условие: чтобы
под долговым обязательством подписались все без исключения де-
легаты съезда.
Многие рассматривали тогда поступок англичанина как чудачество—
считали одолженные им деньги навсегда потерянными. Но — ошиблись.
Спустя 15 лет — в 1922 году — долг был возвращен. В Институте марк-
сизма-ленинизма при Центральном Комитете КПСС хранится расписка
вдовы Джозефа Фелса о том, что ею получены деньги, которые ее
муж дал взаймы русским революционерам. А в книге, содержащей
протоколы V съезда (она издана в 1935 году), вы можете увидеть фото-
копию долгового обязательства.
В то время в партии были два течения: большевистское и меньше-
вистское. Первое — революционное, верившее в силы рабочего класса
и поднимавшее его на борьбу за свои права, и второе — соглашатель-
ское, считавшее, что рабочий класс сможет добиться некоторых успехов
только в союзе (в согласии) с либеральной буржуазией. Большевиков
возглавлял Владимир Ильич Ленин. На пятом съезде они одержали
верх. Решения съезда были направлены на то, чтобы, собравшись с си-
лами, снова ринуться в бой против самодержавия, против власти капи-
талистов и помещиков.
Через десять лет этот бой грянул. Он принес победу рабочим и
крестьянам России. Он обозначил собой начало новой светлой эры в
истории всего человечества.
Пятнадцатый съезд партии собрался в юбилейный год — год деся-
тилетия Октябрьской революции. Советский народ отстоял ее завоева-
ния в кровопролитных сражениях против иноземцев-захватчиков и бе-
логвардейцев-контрреволюционеров. В стране все прочнее утверждался
новый строй — социалистический. Но еще сохранялись остатки старого,
особенно в деревне, где преобладали мелкие крестьянские хозяйства.
XV съезд решил, что пришла пора претворить в жизнь ленинскую идею
коллективизации сельского хозяйства, объединить крестьян, научить их
работать не поодиночке, а сообща, дать им в помощь тракторы и дру-
гие машины. И в городе следовало окончательно вытеснить капиталисти-
ческие элементы. А в целом — развернуть подготовку к наступлению
социализма по всему фронту. Для этого требовался продуманный все-
охватывающий план. Директивы (то есть указания) по составлению та-
кого плана, рассчитанного на пять лет, и были приняты пятнадцатым
съездом партии.
Первый пятилетний план развития народного хозяйства СССР был
утвержден XVI Всесоюзной партийной конференцией в апреле 1929 го-
да. Он ставил целью построить фундамент социалистической экономи-
ки. Этот план был выполнен досрочно. Партия, которая повела за собой
рабочих и крестьян России на разрушение старого уклада, увлекла мил-
лионы тружеников на создание нового мира. Строка из ее гимна — «Мы
наш, мы новый мир построим» — звучала уже не только как призыв
к действию. Новый мир добра и справедливости становился явью, жи-
8 вой реальностью.
Москва. Выставка достижений народного хозяйства СССР. На переднем плане —
макет космического корабля «Восток» с ракетоносителем.
И вот прошло еще почти полвека. Давно уже слово «пятилетка»
стало привычным и необходимым. Им обозначают не только пят и лет-
ний отрезок времени, но и все то, что за это время намечается сде-
лать. Пятилетки отражают существо советского образа жизни, они —
неотъемлемый признак социалистического общественного устройства.
В отличие от капиталистического социалистическое хозяйство разви-
вается по определенному, заранее рассчитанному и тщательно выве-
ренному плану. С помощью его партия согласует и объединяет усилия
всех советских людей. Эти усилия направляются на то, чтобы постоянно
Всё для блага народа. Район новостроек.
улучшать жизнь, полнее удовлетворять материальные и духовные по-
требности населения, укреплять мир между народами.
Первый законодательный документ, который был принят Советским
государством в октябре 1917 года, — «Декрет о мире». С тех пор Ком-
мунистическая партия и Советское правительство неизменно проводят
мирную политику. Владимир Ильич завещал бороться за мирное сосу-
ществование между государствами с различным общественным строем.
В некоторых странах находятся люди, ненавидящие социализм, они
боятся его успехов, его примера и втайне мечтают о военном походе
против Советского Союза и других социалистических государств. К то-
му же кое-кто — прежде всего фабриканты оружия — рассчитывает на
войне нагреть руки.
Чтобы не дать этим черным замыслам осуществиться, надо не
только разоблачать их, но и обладать достаточной силой для отпора
врагам. Следовательно, и для этой цели необходимо развивать все от-
расли народного хозяйства, и в первую очередь — те, которые произ-
водят средства производства: металл, уголь, нефть, электроэнергию,
машины...
Десятый пятилетний план, основные направления которого прочер-
чены XXV съездом КПСС, — план мира и созидания. На съезде присут-
ствовали и приветствовали его делегатов представители ста трех ком-
мунистических, рабочих, национально-демократических и социалистиче-
ских партий из девяноста шести стран земного шара. И все они выра-
жали свое отношение к пятилетке как к документу огромного между-
народного значения. Чем крепче Советский Союз, тем сильнее позиции
борцов за мир на всей планете. Чем лучше живут советские люди, тем
притягательнее их пример для трудящихся всех континентов Земли.
Десятая пятилетка, как отмечается в решениях XXV съезда пар-
тии,— это новый важный этап в создании материально-технической базы
коммунизма, совершенствовании общественных отношений и формиро-
вании нового человека, в развитии социалистического образа жизни. Это
период усиления интенсификации общественного производства, более
полного использования возможностей народного хозяйства для приум-
ножения национального богатства, укрепления экономического могуще-
ства и обороноспособности страны.
Главная задача десятой пятилетки состоит в последовательном осу-
ществлении курса Коммунистической партии на подъем материального
и культурного уровня жизни народа на основе динамичного и пропор-
ционального развития общественного производства и повышения его
эффективности, ускорения научно-технического прогресса, роста про-
изводительности труда, всемерного улучшения качества работы во всех
звеньях народного хозяйства.
Каждое слово этого делового определения несет в себе колоссаль-
ную смысловую нагрузку. В одной фразе как бы запрограммирована
вся наша жизнь на ближайшие пять лет. Какой будет эта жизнь, какой
Мы должны ее сделать — рассказывают выразительным языком
Цех завода синтетического волокна.
12
цифр подготовленные Центральным Комитетом КПСС и одобрен-
ные XXV съездом партии «Основные направления развития народного
хозяйства СССР на 1976—1980 годы». Они предусматривают, что нацио-
нальный доход, создаваемый трудом советских людей, возрастет за эти
годы на 24—28 процентов. Подавляющая часть этого дохода будет
использована на потребление. Остальная часть — примерно одна четвер-
тая— предназначена для накопления, то есть для увеличения общест-
венного богатства: строительства новых предприятий, зданий, дорог,
оснащения современной техникой промышленности, сельского хозяй-
ства, транспорта, торговли... Затраты такого рода называются капиталь-
ными. Они увеличатся за пятилетие на 24—26 процентов. А реальные
доходы населения возрастут в среднем (по расчету на каждого совет-
ского человека) на 20—22 процента.
Эти цифры — их называют показателями, потому что они показы-
вают, как, в каком направлении и с какой скоростью будут происходить
перемены в нашей жизни, — тесно связаны с другими, столь же важ-
ными. Вообще пятилетний план — это целая система показателей, каж-
дый из которых взаимодействует с остальными, а все вместе представ-
ляют собой как бы цифровую модель нашей динамичной (то есть под-
вижной, непрерывно растущей и крепнущей) экономики.
В 1980 году промышленные предприятия выработают различных
изделий на 35—39 процентов больше, чем их было выпущено в 1975 го-
ду. В десятой пятилетке в среднем ежегодно будет производиться
сельскохозяйственной продукции на 14—17 процентов больше, чем в
девятой. Значит ли это, что в таком же соотношении увеличится чис-
ленность работающих? Конечно, нет. В промышленности примерно де-
вять десятых прироста продукции, а в сельском хозяйстве — весь ее
прирост намечается получить благодаря подъему производительности
труда. На предпрйятиях нашей индустрии планируется повысить произ-
водительность труда на 30—34 процента. Иными словами — предпола-
гается, что работу, которой в 1975 году были заняты 100 человек,
в 1980 году можно будет выполнять силами 74—77 человек. Людям
придут на помощь современные механизмы, приборы, электронно-
вычислительные устройства... Наука подаст дельные советы, подска-
жет, как целесообразнее действовать, чтобы с меньшими затратами до-
биться больших результатов. Да и сама она снимет с плеч человека
и возьмет на себя часть его ноши — недаром ее рассматривают теперь
как непосредственную производительную силу.
Перефразируя старинную поговорку, следует, однако, сказать: на
науку и технику надейся, но сам не плошай! Вспомните обращенные
к молодежи слова Леонида Ильича Брежнева из его речи на XVII съезде
ВЛКСМ: «Наше время — век грандиозной научно-технической рево-
люции. Она охватывает все стороны жизни общества, предъявляет
большие требования к каждому человеку, его знаниям, профессиональ-
ной подготовке. Это особенно должно волновать молодое поколение,
на которое завтра лягут все заботы о дальнейшем умножении матери-
альных и духовных сил нашего государства. Перед молодежью, как
никогда остро, стоит задача постоянно пополнять и углублять свои зна-
ния, овладевать последними достижениями науки и техники. И это от-
носится не только к нынешним и будущим инженерам, техникам и дру-
гим специалистам, но и к рабочему классу, к труженикам села».
Пятилетка касается всех в нашем обществе и всего в нашей жизни.
Касается она и вас, хотя сегодня
вы еще, может быть, не выплав-
ляете сталь, не собираете машин,
не возводите домов, не выраба-
тываете ткани, не выращиваете
пшеницу... Но, решая в классе
алгебраическую задачу, вы ре-
шаете задачу пятилетки. Более
того, пятилетка требует, чтобы вы
обязательно решили эту задачу,
и сколько бы в ней ни было неиз-
вестных — отыскали все... Пото-
му что пятилетка значит не толь-
ко много чугуна и меди, угля и
нефти, электричества и газа, со-
вершенных машин и точных при-
боров, не только много костю-
мов и ботинок, автомобилей и
телевизоров, хлеба и мяса, моло-
ка и яиц... Пятилетка значит еще
много, очень много знаний. Осо-
бенно нынешняя, десятая, кото-
рая получила ко многому обязы-
вающую нас характеристику: пя-
тилетка эффективности и каче-
ства.
Знания — продукт особого ро-
да. В отличие от угля или молока
он лишен вещественной формы.
Но в его материальной силе
нельзя усомниться. Он упрочняет
каждый слиток стали, цементи-
рует каждое здание, содержится
в каждом зерне.
Он обнаруживает себя везде
и во всем, этот чудесный про-
дукт: и когда лазерный луч про-
резает металлическую пластину, и
когда ледокол-атомоход взламы-
вает арктические льды, и когда
батискаф погружается в морские
глубины, и когда в космиче-
ские дали — к Луне, Марсу, Ве-
нере — уходит межпланетная стан-
Буровая-автомат. Всей работой установки
руководит оператор с пульта управления.
ция.. .
То, чему вы учитесь сегодня, проявит свою материальную силу в
недалеком завтра. Приобретенные знания и навыки помогут вам лучше
справляться с делом, за которое вы возьметесь, когда окончите
школу или училище. Возможно, это произойдет еще в текущей
пятилетке.
Через пять лет... Кем бы вы ни стали к тому времени — учащимся
ПТУ, станочником, строителем, земледельцем, животноводом, железно- 13
дорожником, студентом, — план уже учел вас в новом качестве, опре-
делил, чего страна ждет от вас, что она даст вам.
Может быть, кто-нибудь выскажет недоумение: «Как учел? Каж-
дого в отдельности? Сомневаемся...»
Да, каждого, но не в отдельности. В среднем, на круг.
Как вы знаете, пятилетним планом рассчитано и предусмотрено,
сколько человек закончит школу, сколько поступит в специальные, да-
ющие профессиональную подготовку учебные заведения, сколько при-
дет на заводы, фабрики, электростанции, стройки, в колхозы, совхозы,
институты, лаборатории, займет место в кабине локомотива, за рулем
автомобиля, у штурвала самолета, за прилавком магазина. Рассчитано
и предусмотрено, что миллионы сегодняшних школьников будут подго-
товлены не только к дальнейшему продолжению образования, но и
к работе на производстве, в строительстве, на транспорте, в сфере
бытового обслуживания, в учреждениях культуры, просвещения, здра-
воохранения. ..
Пятилетний план указывает, где есть нужда в свежих силах, как
лучше всего применить их. План советует: выбирайте дело, считаясь
с интересами общества и сообразуясь с собственными способностями.
Время неудержимо идет вперед. Говорят, люди над ним не властны.
Да, нельзя остановить его ход. Но распорядиться временем можно по-
разному. Одно дело — плыть по его течению, не зная, куда тебя выне-
сет, другое — управлять этим течением, устремлять его по заранее
намеченному руслу.
Коммунистическая партия, разрабатывая долгосрочные перспектив-
ные планы, прокладывает такое русло, расширяет и углубляет его фар-
ватер.
Корабль, на бортовой таблице которого вычеканено «Пятилетка-10»,
снялся со швартовых и взял курс, прочерченный для него XXV съездом
партии. Мы все не просто пассажиры этого корабля. Мы — его рабочий
экипаж. От капитана до юнги. И от каждого из нас в определенной
мере зависит, как будет использована вместимость нашего корабля,
какую разовьет он скорость, когда и с каким грузом придет к месту
назначения.
ольшой театр украшен ку-
мачовыми лозунгами и
флагами. 1929 год. Здесь
открывается Пятый Все-
союзный съезд Советов.
Делегаты съезда снимают
в гардеробе потертые ко-
жаные куртки и командир-
ские шинели, немудреные
пальтишки и крестьянские
кожухи. На сцене огром-
ная карта. На ней обозна-
чены новостройки первой
пятилетки, одного из пер-
вых советских комплекс-
ных народнохозяйственных
планов.
ной тебя запру», — писал поэт Мар-
шак. Энергия Днепрогэса как хлеб
была необходима новым исполинам
металлургии и машиностроения.
Но такой громадной стране, как
Советский Союз, недостаточно было
одной промышленной базы — необхо-
димо было иметь могучий индустри-
альный узел на Востоке. Шахтеры
осваивают угольные пласты Кузбас-
са. Они торопятся: вот-вот войдет в
строй Магнитка — крупнейший метал-
лургический комбинат страны. А Маг-
нитка, в свою очередь, даст металл
Уралмашу — Уральскому заводу тя-
желого машиностроения, цеха кото-
рого тоже были уже запланированы.
Л. Эфрос
ДВЕ НАРТЫ
ПЯТИЛЕТКИ
Что такое комплексный план? Ком-
плексный план предусматривает рав-
номерное и пропорциональное разви-
тие всех отраслей народного хозяй-
ства.
Первая пятилетка была таким ком-
плексным планом. С волнением смо-
трели на карту делегаты съезда. Это
была карта социалистического разви-
тия хозяйства страны. Впервые в
истории планировалось развитие все-
народного хозяйства. И для того,
чтобы этот план воплотить в дейст-
вительность, требовался коммунисти-
ческий энтузиазм, деловая хватка и
самоотверженный огромный труд.
Делегаты долго и тщательно изуча-
ли карту.
На территории Украины мигала
яркая звездочка — Днепрогэс. Пер-
вый гигант советской энергетики.
«... Человек сказал Днепру — я сте-
Многие из делегатов поедут на
индустриальные стройки пятилетки.
Но не все. Часть из них, по призыву
партии, отправится в деревню—орга-
низовывать колхозы. Масштабы этой
работы гигантские — ведь за годы
первой пятилетки было создано 210
тысяч колхозов, 7000 совхозов, 2115 15
машинно-тракторных станций. Кол-
хозы— совершенно новая форма хо-
зяйствования. И для нее нужна но-
вейшая, доселе не известная кресть-
янину техника. Уже закладываются
корпуса Сталинградского тракторно-
го, Ростовского завода сельскохозяй-
ственного машиностроения, Горьков-
ского автомобильного завода. Сель-
скому хозяйству требуются удобре-
ния— и на Кольском полуострове, в
отрогах Хибинских гор, строится
комбинат «Апатиты».
В республики Средней Азии потя-
нулась стальная лента Турксиба—
новой железнодорожной магистрали,
по ней повезли хлопкоробам машины
и товары, а в обратном направле-
нии— хлопок, фрукты и шерсть.
Зарубежные специалисты насмеш-
ливо и злобно называли первую пя-
тилетку «утопией и фантастикой» и
пророчили ей неизбежный провал.
А планы первой пятилетки были вы-
полнены досрочно — за четыре года
и три месяца.
Для того чтобы достичь высокого
уровня индустриализации страны,
необходимо было поднять уровень
развития всего народного хозяйства*
А некоторые отрасли, например,
такая важная, как химическая про-
мышленность, вообще были созданы
заново.
На поля страны вышли десятки ты-
сяч тракторов и комбайнов, на до-
роги — десятки тысяч автомашин оте-
чественных марок. Первая пятилетка
заложила фундамент индустриализа-
ции нашей страны, открыла путь пя-
тилеткам последующим.
*
Прошло много лет. Пришла юби-
лейная, десятая, пятилетка. Задолго
до этого в плановых управлениях со-
юзных министерств появились огром-
ные новые карты. Каждое министер-
ство давало свои предложения, наме-
чало свои новостройки.
А потом, когда все предложения,
все проекты были обсуждены, проду-
маны и обоснованы технически, кар-
ты вместе с толстыми томами расче-
тов и пояснительных записок напра-
вили в отдел перспективного плани-
рования Госплана СССР.
Там с помощью научно-исследова-
тельских и проектных институтов, с
применением электронно-вычислитель-
ных машин сопоставили все перспек-
тивные объемы производства, потреб-
ности отраслей, определили наиболее
выгодные расстояния перевозок, ре-
зервы рабочей силы, наличие сырья—
и только тогда составили единую кар-
ту развития народного хозяйства в
десятой пятилетке.
Я смотрю на эту карту, смотрю на
сотни и тысячи условных знаков, на
линии новых железных и автомобиль-
ных дорог и мысленно совершаю
увлекательное путешествие.
И начну, как положено, со стро-
ительства электростанций. Конечно
же, главная гидроэлектростанция
страны — Саяно-Шушенская ГЭС.
Только в десятой пятилетке на ней
введут агрегаты мощностью 3200000
киловатт — это в шесть раз больше,
чем давал гигант первой пятилетки—
Днепрогэс. Но у сибирского велика-
на будет еще много младших братьев
и сестер, тоже весьма «значительного
роста», и строиться они будут везде:
и на Дальнем Востоке, и на Колыме,
и в Средней Азии, и в Закавказье,
и в Таджикистане. Вот какое продол-
жение у строительства Днепрогэса.
Недалеко от города Перми начали
работать изыскатели и строители.
Здесь будет построена крупнейшая
теплоэлектростанция в мире — Перм-
ская. Она одна станет давать вдвое
больше энергии, чем сейчас вся энер-
гетика Пермской области. На ней бу-
дет установлено шесть турбин по
800000 киловатт каждая. Но людей
для работы на станции нужно совсем
немного—все процессы механизируют
и автоматизируют. И Пермская стан-
ция не одинока. В десятой пятилетке
построят мощнейшие теплоэлектро-
станции на угле, нефти, газе — Ко-
стромскую, Березовскую, Нерюнгрин-
скую — в Российской Федерации, две
Экибастузские ГРЭС — в Казахста-
не и Марыйскую ГРЭС — в Туркме-
нии. На этих станциях соорудят ды-
мовые трубы высотой во много сотен
метров, устроят специальные системы
для очистки промышленных стоков —
и все это для того, чтобы сохранить
в чистоте воздух и реки.
Но главный упор в десятой пяти-
летке будет сделан на самые перспек-
тивные станции — атомные. Они тре-
буют не сотни тысяч тонн топлива, а
килограммы. Их можно размещать
практически повсюду. Они не зависят
от запасов воды, как гидростанции,
и не сжигают драгоценное сырье для
химической промышленности — уголь
и нефть, — как станции тепловые.
До четырех миллионов киловатт
увеличат мощность Ленинградской
АЭС, введут в строй Курскую и Смо-
ленскую, Чернобыльскую, Ровенскую,
Южно-Украинскую, Армянскую АЭС.
Построят новые блоки на Нововоро-
нежской и Кольской АЭС. И пустят
Друкшайскую атомную в Литве с
блоками мощностью 1,5 миллиона
киловатт. Десятки ярких звездочек
светятся на карте пятилетки. Но для
того, чтобы направлять энергию го-
родам, заводам, шахтам, нужны ли-
нии электропередач. В десятой пяти-
летке европейская энергетическая си-
стема соединится с системами Си-
бири и Средней Азии магистральны-
ми линиями электропередачи напря-
жением до 750 и даже до 1150 тысяч
вольт. Такой уровень техники не
снился, наверно, даже фантастам во
времена первой пятилетки.
Шагнет вперед и угольная про-
мышленность. Появились на карте
Южно-Якутский, Канско-Ачинский и
Экибастузский бассейны. На откры-
тых угольных разрезах станут тру-
диться роторные и шагающие экска-
ваторы. За считанные секунды они
грузят целый вагон.
Перекрытие Енисея.
2 Хочу все знать
Высоковольтный испытательный стенд. Гене-
ратор импульсных напряжений на 4 800 000
вольт.
Нефть. Без нее немыслимы транс-
порт, химия, наша одежда и, пред-
ставьте себе, еда. Главная нефтяная
база страны — Западная Сибирь.
Здесь, в Тюменском районе, скважи-
ны Самотлора, Сургута, Нижневар-
товска дадут ежегодно 300—310 мил-
лионов тонн нефти, 1 15—145 милли-
ардов кубометров газа. Вновь освоят
и Тимано-Печерский нефтегазонос-
ный район.
Каждому школьнику известна Кур-
ская дуга. Здесь наши армии остано-
вили бешеный напор фашистских пол-
чищ. Земля была буквально начине-
на металлом. Сейчас здесь добывают
мирный металл — руды Курской маг-
нитной аномалии. Они в десятой пя-
тилетке станут сырьем для Осколь-
ского электрометаллургического ком-
бината. Основная задача металлургов
в пятилетке — это реконструкция за-
водов — строительство новых домен,
мартенов, внедрение мощных конвер-
теров.
Химия. Она поистине чудесница.
Все — от минеральных удобрений до
прекрасных материй для платьев и
костюмов — производится на химиче-
ских комбинатах. Поэтому и найдете
вы на карте пятилетки множество но-
вых строек химической промышлен-
ности.
Все стройки, о которых мы вам
рассказали, очень важны. Но в каж-
дом большом наступлении есть «на-
правление главного удара». В десятой
это направление — машиностроение.
На его базе произойдет техническое
перевооружение всех отраслей народ-
ного хозяйства. Именно здесь будет
создаваться техника XXI века. Зна-
чительно повысится качество и тех-
нический уровень приборов, станков,
оборудования.
По последнему слову техники на
основе самых современных ее дости-
жений станут работать Камский авто-
мобилестроительный завод, новые за-
воды электроники, станкоинструмен-
тальные, радиотехнические, приборо-
строительные. ..
Вспыхивают и вспыхивают услрв-
ные знаки строек на карте пятилетки.
Но одна стройка особенно важная.
Название ее короткое — БАМ.
БАМ — это не просто железнодорож-
ная линия, по которой самым корот-
ким путем пойдут к Тихому океану
и обратно грузовые и пассажирские
составы. БАМ — это ключ к богат-
ствам Сибири и Дальнего Востока.
БАМ — это цветные металлы и золо-
то, меха и лес, уголь и рыба.
Я не рассказал о новых автомо-
бильных дорогах и аэропортах, о кон-
дитерских фабриках и мясокомбина-
тах, об обувных и ткацких фабриках
и киностудиях... Перечислять их —
не хватит и десяти статей. Создаются
новые города, а в старых городах —
районы новостроек, и в них будет
все, что необходимо человеку для хо-
рошего и умного отдыха, для развле-
чения, для нормального и обеспечен-
ного быта.
Но о главных особенностях деся-
той пятилетки необходимо рассказать
поподробнее.
Во-первых, эта пятилетка недаром
называется пятилеткой эффектив-
ности и качества. Что это означает —
«качество»?
Изобилия товаров мы, в основном,
уже достигли. В любом магазине пол-
ки переполнены обувью и одеждой,
спорттоварами и галантереей. Но вот
качество... И качество, и отделка
оставляют желать много лучшего.
Для станков, машин, приборов оно
гарантирует высокую производитель-
ность, надежность и долгосрочность
эксплуатации. Для товаров широкого
потребления — это элегантный внеш-
ний вид, праздничность и вкус в кон-
струировании новых моделей... Вы
сами понимаете, что выгоды от улуч-
шения качества очень велики — то^
вары не будут залеживаться на пол-
ках, машины не станут простаивать
в ожидании ремонта.
Эффективность... Предположим,
вы построили цех. Но не смогли осна-
стить его вовремя оборудованием —
станками, кранами, механизмами.
И будет стоять великолепное здание
цеха, стоящее сотни тысяч, а то и
миллионы рублей, напрасно, без вся-
кой отдачи, хотя за это время в нем
могли изготовить десятки, а то и сот-
ни станков...
Или станок. Поставили уникаль-
ный высокопроизводительный станок,
делающий строго определенные детали
на заводе. А по программе завод вы-
пускает таких деталей несколько де-
сятков в год. Все остальное время
станок простаивает. Значит, чтобы
использовать его эффективно, нужно,
чтобы этот станок обслуживал не-
сколько заводов и был постоянно за-
гружен.
Качество и эффективность — это
новый социалистический этап хозяй-
ствования. Здесь в полной мере
должна проявиться инициатива рабо-
чего и колхозника. Недаром в стра-
Москва. Монтаж главного пульта Единой энергетической системы Советского Союза.
2*
20
Новая ферма крупного рогатого скота, построенная в экспериментальном хозяйстве,
не сейчас активно развивается по-
чин «Пятилетке качества — рабочую
гарантию», А гарантия, в свою оче-
редь, обеспечивается мастерством
и квалификацией с одной стороны и
рабочей совестью и сознатель-
ностью — с другой. И рабочая гор-
дость за сделанную твоими руками
вещь — тоже гарантия.
Качество и эффективность — глав-
ные направления десятой пятилетки,
символ ее; Но для того, чтобы их
обеспечить, нужно многое.
Прежде всего — всемерная механи-
зация и автоматизация производст-
ва. Можете вы себе представить
крупную угольную ш£хту, все добы-
вающие работы на которой ведет
один инженер-оператор? А именно в
новой пятилетке первые комплексные
установки по безлюдной выемке угля
будут созданы. Ну, а заводы без лю-
дей вы себе представляете? Уже На-
чато проектирование завода, где
автоматизирован весь производствен-
ный цикл — от поступления сырья до
отгрузки готовой продукции. Конеч-
но же, такие заводы главным обра-
зом рассчитаны на выпуск массовой
продукции—шарикоподшипников или
посуды. Производство турбины или
сверхзвукового лайнера не автома-
тизируешь. Тут перспектива дру-
гая — механизация всех вспомога-
тельных работ — разгрузки, транспор-
тировки сырья и деталей, оборудова-
ние механизированных складов.
Следующее направление десятой
пятилетки — индустриализация сель-
ского хозяйства. Да, да, не удивляй-
тесь. .. Разве в первой пятилетке кто-
нибудь мог мечтать о птицефабрике
или животноводческом комбинате?
А сейчас они стали обычным явле-
нием. На птицефабрике — десятки и
сотни тысяч кур или уток. В свино-
водческом комплексе десятки тысяч
свиней и поросят. Приготовление кор-
мов автоматизировано, раздача кор-
мов — тоже. Исчезают десятки про-
фессий — птичницы и доярки, сви-
нарки и телятницы. На смену прихо-
дят наладчики, что следят за меха-
низмами, и операторы, что ими управ-
ляют.
Даже сады в десятой пятилетке
станут цехами. Вот это уж, кажется,
совсем удивительно. Да нет, пожа-
луй. Сады раскинутся на тысячи гек-
таров. На одной их части механизмы
готовят почву под посадку, на дру-
гой — выращивают саженцы, на тре-
тьей— делают прививки, на четвер-
той — механические руки собирают
урожай. Даже нежный виноград уже
убирают комбайны, В Молдавии по-
шли дальше — там создали сельско-
хозяйственно-промышленные объеди-
нения. Сами выращивают помидоры
и яблоки, сами их и консервируют.
И большую часть работы делают ме-
ханизмы.
Но не о всех новшествах мы вам
еще рассказали. Слышали ли вы та-
кой термин—«производственный ком-
плекс»? Возможно, и слышали. Но
вряд ли представляете отчетливо, что
это значит. А производственные ком-
плексы теперь станут основной фор-
мой строительства.
Около Саяно-Шушенской ГЭС стро-
ятся десятки промышленных пред-
приятий. Какие же? В первую оче-
редь — заводы, что требуют очень
много электроэнергии, чтобы не пере-
давать ее на дальние расстояния и не
терять тем самым в долгом пути.
Самые энергоемкие предприятия —
алюминиевые заводы. И уже начато
строительство Саянского алюминие-
вого завода. Для чего главным обра-
зом идет алюминий? Для электротех-
нической промышленности. И в Ми-
нусинске, близ Саян, строится не-
сколько электротехнических заводов.
Не секрет, что на металлургических
и электротехнических заводах в основ-
ном трудятся мужчины, для женщин
эта работа тяжеловата. И рядом воз-
водятся фабрики тканей — здесь бу-
дут работать жены и дочери метал-
лургов и энергетиков. Вот это и есть
промышленный комплекс.
В годы первой пятилетки Совет-
ский Союз был единственной в мире
социалистической страной. Кругом —
капиталистическое окружение, явное,
ничем не прикрытое недоброжела-
тельство. Теперь положение резко из-
менилось. Советский Союз возглав-
ляет мощный лагерь социалистиче-
ских стран. Они образовали и свой
На строительстве мощного международного газопровода Оренбург — Западная граница
СССР. Он будет доставлять газ в Болгарию, Венгрию, ГДР, Польшу, Румынию и
Чехословакию.
координирующий хозяйственный op-*
ган — Совет экономической взаимопо-
мощи, или, сокращенно, СЭВ. И эко-
номические отношения между страна-
ми социализма основываются на
принципах социалистической интегра-
ции. В десятой пятилетке эта друже-
ственная экономическая практика бу-
дет успешно развиваться. От Орен-
бургского газоконденсатного место-
рождения пойдет газопровод к запад-
ным границам СССР. Его будут
строить страны СЭВа. Близ Усть-
Илимска намечено сооружение мощ-
ного целлюлозного завода. И снова
скажет свое слово СЭВ. А на Украи-
не зазвучит разноязыкая речь на
площадке строительства современней-
шего Нововолынского завода техно-
логического оборудования. Видите,
какой могучий комплекс уже не от-
дельных производств или заводов, а
целых стран! И стал он возможен
благодаря социалистической системе.
«Ну, а какова может быть моя
роль в десятой пятилетке?—спро-
сишь ты. — Ведь я школьник, я толь-
ко учусь...»
Твоя роль, дорогой мой друг,
огромна. Сейчас, именно сейчас,
строятся заводы, электростанции,
рудники, фабрики, что станут давать
продукцию, которая будет использо-
ваться, действовать, работать в
XXI веке. Следовательно, и техника
должна быть на уровне XXI века,
А работать на этой технике, быть ее
спокойным и умным хозяином — тебе.
КОРОТКИЕ ^ЛМЕТКИ^^^Ш
ПОБЕДИТЕЛИ ДЕТОНАЦИИ
С тех пор как в начале
нашего века появился ав-
томобиль с мотором, ра-
ботающим на бензине, изо-
бретательская мысль не-
прерывно стремилась по-
высить его мощность.
Мощность бензинового
мотора или двигателя внут-
реннего сгорания в пер-
вую очередь зависит от
того, насколько сильно
поршни сжимают в цилинд-
рах горячую смесь. На-
пример, если увеличить
сжатие в моторе в два ра-
за, то автомобиль пройдет
на том же количестве бен-
зина вдвое большее рас-
стояние.
Но когда стали сильнее
сжимать горючую смесь,
двигатель начал перегре-
ваться. Мотор стал сту-
чать и дрожать словно в
лихорадке. Казалось, вот-
вот развалится.
Это явление назвали в
технике детонацией. Она —
страшный враг мотора, по-
тому что не только отра-
жается на мощности дви-
гателя, но и вызывает раз-
рушение отдельных его де-
талей.
Для борьбы с детона-
цией химики предложили
тетраэтилсвинец. Однако
это вещество образует с
продуктами горения оса-
док, который отлагается на
стенках цилиндра. Тогда к
антидетонатору стали до-
бавлять некоторые броми-
стые соединения. Бром,
реагируя со свинцом, об-
разует летучее вещество,
которое через выхлопную
трубу уносится в атмосфе-
ру. Но такие антидетона-
торы ядовиты.
Недавно советские уче-
ные приготовили новые ви-
ды полимеров, использо-
вав для этого некоторые
органические соединения,
называемые ферроценами
(от латинского слова «фер-
рум» — железо).
Молекулы этих необыч-
ных веществ похожи на
трехслойный пирог. Верх-
ний и нижний слои в «пи-
роге» — кольца, состоящие
из атомов углерода и во-
дорода, а посредине атом
железа.
Ферроценовые полиме*
ры обладают особыми
электрическими и магнит-
ными свойствами, которые
открывают широкие воз-
можности для их примене-
ний в различных отраслях
промышленности.
Они могут служить и
прекрасными антидетонато-
рами, ферроценовые по-
лимеры позволяют значи-
тельно увеличивать сте-
пень сжатия горючего и
тем самым мощность дви-
гателя. К тому же они не-
ядовиты и не засоряют
воздух вредными газами.
В. Абчук
ЧЕЛОВЕК ИЩЕТ
БУДУЩЕЕ
ЕСТЬ ЛИ ОКНО В
ГРЯДУЩЕЕ?
з всех тайн, когда-либо
занимавших человека, по-
жалуй, самая волную-
щая — тайна будущего.
Что будет завтра, через
час, через секунду? А че-
рез год, через пять, через
сто? Вопрос не праздный.
Человек не может сделать
и шагу, не заглядывая в
будущее. Мы стараемся предви-
деть, какая будет погода в воскре-
сенье; нас интересует, чем окончится
шахматный турнир, вызовут ли
завтра к доске и какая ожидается те-
ма сочинения на экзамене. Не загля-
нув вперед, нельзя правильно вы-
брать фасон модного платья и инте-
ресный туристский маршрут.
Но это все мелочи. Гораздо важнее
заранее знать, сколько понадобится
еды и одежды, какие строить заводы
и когда сеять хлеб. В нашей стране,
идущей к светлому будущему — ком-
мунизму, человек должен уметь ви-
деть это будущее, чтобы строить его
и им управлять. Особенно важно
уметь предсказывать будущее в наше
время, в век научно-технической ре-
волюции. Огромные успехи науки и
техники сделали человека много силь-
нее, чем он был раньше. Это требует
большой осмотрительности: каждый
неверный шаг великана может наде-
лать массу бед.
Предвидение совершенно необходи-
мо. Чтобы планировать развитие на-
шего народного хозяйства, нужно
предварительно заглянуть вперед.
И мы предсказываем заранее, какое
будет у нас в ближайшие годы насе-
ление, сколько ему потребуется про-
дуктов и товаров, какие для этого по-
требуются средства.
Предвидения, о которых только что
говорилось, делаются сравнительно
просто. Зная, как с течением времени
изменяется интересующая нас вели-
чина (например, народонаселение),
рассчитывают, какой она будет на лю-
бой срок вперед.
Этот способ предвидения годится,
однако, далеко не всегда. В жизни,
наряду с такими событиями будуще-
го, которые можно точно предвидеть
и расписать, как говорится, «по но-
там», встречаются и совсем иные за-
дачи — строптивые. Это подданные
Его Величества Случая.
Проделаем простой опыт. Подбро-
сим монету и постараемся угадать,
какой стороной она упадет. Иными
словами — попробуем предсказать ее
будущее.
Монета нам хорошо знакома, из**
вестны ее вес, размеры, материал, из
которого она изготовлена, наконец,
подбрасываем ее мы сами.
И все-таки предсказание окажется
ненадежным. Примерно половина по-
пыток окончится неудачей: мы заду-
маем герб, а выпадет цифра, и на-
оборот.
Дело в том, что монетой управляет
своенравный Случай. Монета случай-
но поворачивается кверху то од-
ной, то другой стороной, и нет на
земле. человека, который смог бы
точно предсказать, как она сейчас
упадет.
Если уж тайна монеты остается не-
раскрытой, то что говорить о более
сложных явлениях.
Неожиданным образом меняются
погода и климат. По воле Случая
происходят всевозможные стихийные
бедствия, поломки и технические не-
исправности, дорожные аварии и бо-
лезни. Случай — зло. Но, с другой
стороны, Случаю во многом обязаны
некоторые выдающиеся открытия и
изобретения.
Даже в тех явлениях, которые на
первый взгляд мало подвержены слу-
чайностям, на самом деле от Случая
зависит очень многое.
Возьмем хотя бы строительство
дома. Нет-нет, да и выбьет строите-
лей из графика какая-нибудь случай-
ность. То помешала погода, то кто-то
заболеет, то поломался подъемный
кран. И если мы хотим, чтобы ново-
селье состоялось в срок, все эти слу-
чайные неблагоприятные обстоятель-
ства нужно уметь учитывать за-
ранее.
Кажется, что предвидеть результа-
ты явлений, подвластных Случаю, не-
мыслимо.
Но тем не менее ежедневно по не-
скольку раз в день по радио передают
прогнозы погоды, мы предсказыва-
ем урожай пшеницы и открытие ме-
сторождения газа,, знаем, в каком
году закончится любое строитель-
ство.
Разве это не предвидения? Зна-
чит, окно в будущее все-таки сущест-
вует!
Почему же одни факты можно пред-
сказывать, а другие — нет? Что до-
ступно предвидению?
Можно ли предвидеть то, что бу-
дет в 2000 году? Узнать заранее,
когда человек ступит ногой на Марс,
станет добывать топливо из воды,
овладеет секретом бессмертия? Пред-
угадать результаты завтрашнего
спортивного матча?
Попытаемся во всем этом разо-
браться.
ЖРЕБИЙ НА СВЕТЛОМ ЧЕЛЕ
Вообразим толстую книгу с интри-
гующим названием «Всемирная исто-
рия предсказаний».
На одной из первых страниц —
красочная иллюстрация. В полумраке
огромной пещеры вокруг костра сгру-
дились закутанные в шкуры люди —
первобытные охотники. На стене пе-
щеры — рисунок дикого быка. Внима-
ние охотников приковано к вождю
племени. В руках у него копье, кото-
рым он поражает изображение быка.
Название рисунка — «Духи предска-
зывают удачную охоту».
Мы понимаем: духи здесь ни при
чем. Все зависит от ума и наблюда-
тельности вождя племени.
А вдруг неудача? Вождь ведь мог
и ошибиться. Вот в этом случае вино-
ватыми оказались бы духи — покро-
вители охотников. Человек был в те
времена еще слишком слаб, чтобы
брать всю ответственность за буду-
щее на себя.
Перевернем несколько страниц кни-
ги. Древний Египет. Жрецы возве-
щают народу о предстоящем разливе
Нила. И великая река разливается в
назначенный срок, разнося по полям
плодородный ил — залог урожая.
Тысячелетия не сотрут в памяти
людей удивления, а порой и ужаса
перед такими пророчествами. Между
тем в них нет ничего сверхъестествен-
ного. Жрецы Древнего Египта после
многолетних наблюдений заметили,
что наступление разливов реки совпа-
дает с определенным расположением
светил на небесном своде. И, наблю-
дая за небом, они стали предсказы-
вать то, что должно случиться в опре-
деленное время на Земле.
Продолжаем листать книгу.
Первое марта 1504 года. Христо-
фор Колумб в окружении индейцев
острова Ямайка. Он угрожает отнять
у строптивых туземцев Луну, если те
не дадут испанцам необходимых при-
пасов.
И вечером этого же дня угроза
сбывается. Происходит затмение
Луны.
Сегодня все знают: Луна и Солнце,
планеты и звезды перемещаются по
небосводу по строгим правилам, как
бы по расписанию. И Колумб это
расписание знал.
Сегодня такое предвидение доступ-
но каждому. Скажем, хотите вы пред-
сказать, когда будет полная луна в
октябре 1977 года. Перелистываете
календарь и читаете: «Полнолуние...
октября в... часов... минут». Вот и
все.
Свои расписания есть и у других
явлений природы. Нужно только эти
расписания узнать, да не забыть по-
смотреть на календарь и часы. Ка-
лендарь и часы — первые инструмен-
ты для предсказаний, придуманные
людьми.
Календари древних, конечно, не
были похожи на наши. Один из них,
обнаруженный в Англии, представ-
ляет собой ряды вертикальных глыб.
Глыбы расставлены по окружности
радиусом в несколько километров.
Они и были своеобразными листками
календаря. Ученые предполагают, что
с помощью такого сооружения — оно
называется Стоунхендж —Люди брон-
зового века ориентировались во вре-
мени. Сопоставляя положение светил
на небе с местами, где стоят глыбы,
можно было установить, говоря со-
временным языком, какое сегодня и
завтра число.
Но все же прорицателям древности
приходилось туго. Дальше предска-
заний, связанных с повторяющимися
явлениями природы, дело не шло.
А нужда в таких прогнозах была.
Идет, например, правитель Древ-
ней Лидии Крез к оракулу и спра-
шивает: что ждет его, если он начнет
войну с персами? Ни календарь, ни
часы тут, естественно, не помогут.
И оракул вынужден «петлять». Вот
его ответ: «Если ты нападешь на пер-
сов, то великое государство погибнет».
Крезу прогноз понравился — он на-
чал войну. Рассчитывал, что погиб-
нет государство персов, а погибло его
собственное.
Подобно оракулу строил свои про-
рочества и кудесник — любимец бо-
гов, предсказывая вещему Олегу:
«Но примешь ты смерть от коня
своего». Очень неопределенно. Пони-
май как хочешь.
Все же многие заказчики были бо-
лее требовательными к качеству про-
гнозов, чем Крез и вещий Олег, и
прорицателям приходилось «совер-
шенствоваться». Так родились пред-
сказания судьбы по звездам (астро-
логия), по линиям руки (хироман-
тия), по внутренностям убитого жи-
вотного и многие, многие другие.
Это конечно лжепредсказания. Но
в отличие от кудесника, вещавшего,
так сказать, без помощи технических
средств, прорицатели теперь воору-
жены до зубов. Любопытно, что, не-
смотря на разнокалиберность воору-
жения, есть в этом шаманском арсе-
нале нечто общее: пути звезд на небе,
извилины на ладони и коровьи по-
троха сложны и перепутаны. Только
эд*им они и напоминают человеческую
судьбу. Запутанность дает возмож-
ность толковать будущее как угодно.
Лжепредсказатели пытались пре-
одолевать профессиональные труд-
ности порой весьма оригинально.
Некто Нострадамус предсказал по
звездам большой пожар, который, по**
нятно, не состоялся. Предприимчи-
вый пророк пришел на помощь судь-
бе — он сам пытался поджечь город.
Хорошо, что его поймали с полич-
ным, иначе бы до сих пор говорили
об этом «чуде».
И все же задолго до наших дней
находились люди, которым удавалось
предвосхитить будущее.
Гениальный итальянский худож-
ник, ученый и инженер Леонардо да
Винчи, живший более пятисот лет то-
му назад, обладал удивительным да-
ром заглядывать в будущее.
Ему удалось увидеть то, что
появилось лишь много лет спустя.
В записных книжках Леонардо мож-
но найти прообразы ткацкого станка
и печатающей машины, парашюта и
вертолета.
Ученому принадлежат выдающие-
ся открытия в анатомии, ботанике,
физике, астрономии.
Намного опередил свое время и
наш соотечественник Михаил Василь**
евич Ломоносов. Он — создатель те-
ории сохранения вещества и дви-
жения.
Глазам нашего великого земляка
приоткрылось будущее физики и хи-
мии, оптики и астрономии, географии
и электричества.
До сих пор для многих остается за-
гадкой, как Леонардо да Винчи и
М. В. Ломоносову удалось опередить
свое время.
Может быть, существует машина
времени, о которой писал Герберт
Уэллс? И тот, кто путешествует на
ней в будущее, тот и знает, что нас
ожидает?
МАШИНА ВРЕМЕНИ
Уэллс ничего не рассказал нам об
устройстве своей машины времени.
Но кое-что о том, как проникнуть в
будущее, мы уже знаем.
Помните, для того, чтобы предви-
деть различные явления природы,
нужно узнать их расписание, выяс-
нить законы, которым они подчи-
няются.
К сожалению, получить такое рас-
писание очень трудно. Не все явле-
ния природы ведут себя так, как на-
ше Солнце, ежедневно появляющее-
ся на небе, или как река, ежегодно
выходящая из берегов.
И все же внимательные люди дав-
но заметили, что, как бы сложно
явление ни было, в нем всегда про-
сматривается некий порядок. Все то,
что происходит в мире, подчиняется
каким-то определенным правилам, жи-
вет по своим законам. Стоит любому
из нас нагреть воду до 100° — й она
закипит (на уровне моря, конечно).
Утюг, кто бы его ни уронил, полетит
всегда вниз, а не вверх. И даже
своенравная монета, которая каждый
раз падает неожиданным образом, то-
же имеет свои твердые правила. Мо-
жете смело утверждать, что монета
упадет гербом кверху хотя бы один
раз из десяти. И кто бы монету ни
бросал, она обязательно выполнит
это ваше предсказание. Таков ее
закон.
Значит, если есть правила и их,
хоть и не просто, но все же можно
узнать, то... Впрочем, все уже, на-
верное, догадались: знание законов
природы — это и есть ключ к пред-
видению.
Например, ставлю кастрюлю с во-
дой на газовую плиту и предсказы-
ваю: в недалеком будущем вода за-
кипит. И сбывается.
Изучением законов природы зани-
мается наука. Это ее работники — уче-
ные — определили температуру, при
которой закипает вода, открыли за-
кон всемирного тяготения, нашли за-
кономерности, управляющие подбро-
шенной монетой.
Леонардо да Винчи и М. В. Ломо-
носов, как и все настоящие ученые,
внимательно наблюдали за окружаю-
щей природой, выведывали ее зако-
ны, творили науку. Именно наука по-
зволила им заглянуть в завтра.
Случайна ли связь предвидения с
наукой?
Очень хорошо сказал об этом
известный французский математик
Эмиль Борель: «Предвидение есть
цель науки; более того, как только
оно становится невозможным, мы
оказываемся за пределами науки».
Наука — настоящая машина време-
ни. Ибо тот, кто овладел законами
природы, знает, как она поведет себя
в будущем, и может уверенно пред-
сказать, что нас ожидает завтра.
Правда, эта машина совсем не по-
хожа на ту, которую описал Уэллс.
На ней не видно таинственных дета-
лей из слоновой кости и загадочных
циферблатов. Тем не менее она без-
отказно рассказывает нам о будущем,
стоит только этого пожелать. И, что
самое приятное, в ее работе можно
разобраться.
Попробуем это сделать*
АЗБУКА ПРЕДВИДЕНИЯ
10 ноября 1845 года молодой фран-
цузский ученый Леверье объявил Па-
рижской Академии наук, что он от-
крыл новую планету. Между тем Ле-
верье не был астрономом. Его сти-
хией была математика, и свою пла-
нету он просто «вычислил».
Сравнивая рассчитанное по форму-
лам перемещение Урана с его факти-
ческим движением, Леверье заметил,
что имеются некоторые «неувязки».
Планета упорно не желала подчинять-
ся общим законам небесной механи-
ки. И тогда Леверье предположил су-
ществование за нею еще одной неиз-
вестной планеты, заставляющей Уран
нарушать правила небесного движе-
ния.
Ученый предсказал, где следует
искать возмутителя спокойствия:
если направить телескоп в рассчи-
танную им точку неба, там можно
увидеть доселе неизвестную планету.
23 сентября 1846 года немецкий
профессор Галле направил в эту точ-
ку свой телескоп, и*.. школьникам
пришлось запоминать еще одно на-
звание: прибавилась планета Нептун.
Проследим, как Леверье пришел к
своему удивительному предвидению.
Ход его рассуждений был примерно
таков.
Во-первых, раз есть общий закон
движения планет, то ему должна под-
чиняться каждая отдельная планета,
в том числе и Уран. Такой ход мыс-
ли от общего к частному, отдельному
называется дедукцией.
Во-вторых, если планета Уран не
подчиняется установленным прави-
лам—^значит, есть какая-то неизве-
стная причина, которую тоже можно
объяснить, пользуясь общим зако-
ном. Такой обратный ход размышле-
ния от отдельного случая к общему
называется индукцией.
Дедукция и индукция как бы два
связанных между собой рычажка ма-
шины времени. Движутся эти рычаж-
ки в противоположные стороны: де-
дукция — от общего к частному, ин-
дукция— наоборот. В их совместном
движении и рождается предвидение.
Изучая общие свойства вещества,
физик-теоретик Поль Дирак предска-
зал, что должна существовать поло-
жительно заряженная частица. И та-
кая частица — позитрон, — открытая,
как говорят, «на кончике пера», впо-
следствии была действительно об-
наружена.
На основании общего правила
природы — периодического закона
Д. И. Менделеева — удалось предви-
деть не только существование но-
вых, никому не известных элементов,
но и их свойства. Оба эти предвиде-
ния — торжество научной дедукции.
А вот еще один могучий инстру-
мент для предсказания будущего. Он
называется экстраполяция.
Представьте себе, что вы забыли
таблицу умножения и решили осве-
жить ее в памяти. Но вот беда: на
обложке старой тетради сохранилась
лишь часть таблицы. Что вы станете
делать?
Перед вами оставшаяся часть таб-
лицы умножения на 5:
5X1 = 5; 5 X 4 = 20;
5 X 2 = 10; 5 X 5 = 25;
5X3=15;................
Дальше таблица обрывается. Но
это не страшно. Даже если мы и за-
были, сколько будет 5X6, все же
можно, глядя на таблицу, сообра-
зить, что каждый следующий резуль-
тат будет больше предыдущего на 5.
Значит, после 25 должно быть 30,
затем 35 и так далее.
Такой переход от того, что было,
к тому, что будет, и называется
экстраполяцией. Мы как бы говорим:
вот что получится в будущем, если и
дальше все пойдет как прежде.
Например, необходимо узнать,
сколько людей станет жить на Земле
через некоторое время, скажем в
2000 году. Это не только интересно,
но и весьма важно для будущего
планеты.
Попробуем произвести расчет мето-
дом экстраполяции. Возьмем листок
миллиметровой бумаги и станем от-
кладывать по горизонтальной оси го-
ды, а по вертикальной — количество
людей. Все это показано на рисунке 1.
Найдем точки пересечения каждого
года с числом людей, которые в это
время жили на Земле. Точки соеди-
ним плавной кривой линией. Эта кри-
вая — график роста народонаселения
нашей планеты. Однако довести кри-
вую можно лишь до того года, в ко-
тором состоялась последняя перепись
населения, — что будет дальше, ни-
кто не знает.
Вспомним правило экстраполяции:
«дальше, как раньше» — и плавно
продолжим нашу кривую, сохраняя
ее форму. Продолжение сделаем не
сплошной линией, а пунктиром. Ведь
это лишь предположение. Но и оно
оказывается весьма полезным. Теперь
по нашему графику мы можем при-
мерно узнать, сколько людей будет
нас окружать в будущем, в том числе
и в 2000 году.
Особый подход нужен для предска-
зания явлений, подвластных Случаю.
Ведь случайности тоже имеют свои
строгие законы.
Казалось бы, что может быть слу-
чайней счастливых номеров, выпав-
ших в спортлото. В один раз выпа-
дает одна шестерка цифр, в другой
раз — другая. Но вот, оказывается,
можно заранее предсказать, что сре-
ди этих номеров однозначные цифры
составляют примерно 18 процентов.
Предсказание легко проверить: газе-
ты, телевидение регулярно сообщают
заветные цифры. Возьмите подряд
100 любых выигравших номеров и со-
считайте, сколько среди них одно-
значных.
Не сомневаюсь, что вы уже догада-
лись, почему это так — на каждой
карточке из 49 цифр 9 однозначных,
9
то есть 49= 0,18. Значит, из вычерк-
нутых вами шести цифр однозначных
должно быть в среднем тоже 18 про-
центов — чаще —1 одна, реже — две, не
больше.
Изучив повадки случая, можно
предсказать погоду и ожидаемое ко-
личество бракованных деталей, число
вызовов на телефонной станции и вы-
ход из строя сложного прибора. Су-
ществует специальная наука о слу-
чайных явлениях — теория вероят-
ностей.
И наконец, самый трудный, но в то
же время и самый простой способ
предсказания — по интуиции. Труд-
ный — потому что требует большого
опыта и знаний, простой — так как не
нуждается ни в каких сложных вы-
числениях.
Интуиция — это особое чутье, про-
ницательность, присущая человеку.
Интуицией обладает далеко не каж-
дый. Предсказания по интуиции про-
исходят, как правило, без каких-либо
расчетов, просто так, по догадке, или,
как говорят, по наитию.
Простота эта, однако, обманчива.
Интуиция есть итог огромной скры-
той работы ума.
Мы только что рассмотрели целый
набор инструментов, с помощью ко-
торых можно найти окно в будущее.
Поговорим теперь о том, как этим ин-
струментом пользуются.
АРИФМЕТИКА БОЛЬШОГО
ПРОГНОЗА
В середине 1973 года наша страна
отметила своеобразный юбилей: ро-
дился двухсотпятидесятимиллионный
житель СССР. Нас стало четверть
миллиарда.
В такой большой семье все должно
быть строго рассчитано, и на много
лет вперед.
Вот, скажем, мы хотим заранее
узнать, сколько нужно приготовить
пищи, чтобы все были сыты. Ученые
подсчитали, что каждому человеку в
год потребуется в среднем 58 кг мя-
са, 840 кг молока и масла, 190 яиц,
43 кг сахара, 22 кг рыбы и многое
другое. И все это, не забудьте, лишь
для одного из 250000000.
Где все это взять? А ведь нужно
еще одеться и обуться. Одной только
обуви потребуется в год около 800
миллионов пар...
Еда и одежда — это, конечно,
очень важно. Но ведь, как говорят,
не хлебом единым жив человек. Лю-
ди хотят учиться, путешествовать, им
приходится думать о своем здоровье,
они нуждаются в отдыхе и развлече-
ниях. Для всего этого необходимы
школы и институты, дома отдыха и
больницы, театры и кинозалы.
Так вот, все то, что нужно совет-
ским людям для хорошей счастливой
жизни, подсчитывается заранее и за-
писывается в особую книгу. Книга
эта составляется на пять лет вперед
и называется пятилетним планом.
Чтобы составить план пятилетки,
нужно уметь предвидеть. Ведь план
рассчитан на будущее. Разработке
плана обязательно предшествует про-
гноз. Казалось бы — простая арифме-
тика: достаточно сложить все, что
нужно каждому отдельному человеку
на пять лет — и прогноз для страны
готов. На самом деле все выглядит
гораздо сложнее. В плане нужно
учесть не только количество пищи,
одежды и всего остального, необходи-
мого человеку, но и найти источники.
Сколько посеять пшеницы и посадить
картофеля, вырастить скота и птицы,
построить фабрик и заводов.
Но и это лишь начало. Главная за-
дача — составить такой план, чтобы
он привел к цели как можно быстрее
и был наиболее экономичным.
Похвальное желание, но как его вы-
полнить?
Можно было бы ускорить выпол-
нение плана, увеличив число людей-
тружеников. Но это не получается:
ежегодно прибавляется лишь опреде-
ленное количество населения.
Остается одно — сделать каждого,
кто будет трудиться над выполнением
плана, как можно сильнее. А как?
Для этого следует вооружить ра- 29
бочих и колхозников, инженеров и
агрономов самыми современными зна-
ниями и новейшими орудиями труда:
грузовыми автомобилями и комбай-
нами, станками-автоматами и элек-
тронно-вычислительными машинами.
И все это тоже должно быть учтено
в плане.
Мы видим, как план все более и
более усложняется. И на каждом ша-
гу появляется потребность знать,
что будет завтра.
При этом создатели плана поль-
зуются уже знакомыми нам инстру-
ментами: индукцией и дедукцией,
экстраполяцией, наукой о случае —
теорией вероятностей, интуицией.
Когда мы перешли от потребностей
отдельного человека к нуждам всей
нашей страны, нам помогла индук-
ция. Дедукция облегчила обратный
переход от общегосударственного про-
гноза к задачам отдельного труже-
ника.
КОЛИЧЕСТВО ЛЮДЕЙ
(миллиарды человек)
.............d........ ..id..... I I i I ГОДЫ
30 1600 1650 1700 1750 1800 1850 1900 1950 2000
Экстраполяция позволила устано-
вить, сколько будет у нас людей к
концу пятилетки.
Теория вероятностей тоже не оста-
лась без дела. Ведь все, что ожи-
дается в будущем: и урожай зерна,
и производство металла, и пошив
одежды, и качество приборов — во
многом зависит от случайности.
Как повлияет погода на урожай в
течение пятилетки?
Сколько окажется металла в новом
месторождении ?
Какое количество приборов гото-
вить для замены вышедших из строя
за пятилетку?
На эти вопросы и ответит теория
вероятностей.
Все ли, однако, можно заранее точ-
но рассчитать? Всегда ли предвиде-
ние опирается только на строгие ма-
тематические формулы?
Очень многого точно предвидеть
нельзя. Попробуйте, например, точно
определить, когда ученый сделает
крупное открытие или каков будет
вкус и мода у людей через несколь-
ко лет.
Поэтому при составлении прогноза
наряду с точными методами исполь-
зуют и интуицию.
«Знать, чтобы предвидеть, предви-
деть, чтобы действовать».
Этот афоризм как нельзя лучше
определяет цели научного предвиде-
ния. В наши дни предвиденйем в об-
ласти науки и техники занялась спе-
циальная область науки — прогно-
стика.
Она совсем еще молодая, хотя, как
мы видели, люди стремились загля-
нуть в будущее начиная с седой
древности. Только что мы познако-
мились с некоторыми основами, как
говорят, с «азами» этой новой отрас-
ли науки.
Научно-технические прогнозы по-
могают строить наши планы с по-
мощью науки, и они становятся госу-
дарственным законом.
Наш юбиляр, двухсотпятидесяти-
миллионный гражданин СССР, имеет
все основания расти спокойно: его
ждет хорошее будущее, которое мы
можем сегодня довольно точно себе
представить.
В 1980 году ребенок пойдет в шко-
лу — в новое здание с большим гим-
настическим залом ихорошей библио-
текой. Таких школ становится с каж-
дым днем все больше и больше.
В 1990 году юноша (или девушка)
окончит школу и выберет специаль-
ность.
Незаметно пролетит еще 10 лет —
и вот уже молодой человек пересту-
пит порог третьего тысячелетия. На-
ступит 2000 год. Нашему герою то-
гда исполнится 27 лет — вся жизнь
впереди. И какая жизнь!
Ученые предсказывают, что в XXI
веке произойдут удивительные собы-
тия. Люди начнут заселять планеты
Солнечной системы, научатся добы-
вать энергию из морей и океанов,
исчезнут многие болезни.
Мы можем не боясь заглядывать в
завтра. Время работает на нас.
ва межпланетных автомата —
«Венера-9» и «Венера-10» — уш-
ли в Большой Космос в нача-
ле июня 1975-го, когда под
Москвой только распускались
яблони.
На Земле уже отцвели са-
ды, уже отколосились поля,
сентябрь уже хмуро проморо-
сил дождями, а станции все
еще плыли к загадочной пла-
нете. И огромные чаши антенн
Центра .дальней космической
связи пятый месяц следили за
двумя каравеллами.
— «Девятая» вошла в окре-
стности Венеры, — прозвучало
наконец 20 октября в динами-
ках Центра.
сравнить с погружением в океан на
900-метровую глубину и одновременно —
в жерло действующего вулкана. И вот в
такое пекло межпланетная, станция нового
типа — «Венера-9» — должна была первой
отправить своего разведчика — спускае-
мый аппарат уникальной конструкции.
— Поправки в программно-временное
устройство введены, — доложили балли-
стики.
Осталось только ждать. За двое суток
до посадки, 20 октября, спускаемый аппа-
рат отделился от станции. Некоторое вре-
мя они плыли почти рядом. Потом «Девя-
тая» перешла на орбиту первого искус-
ственного спутника Венеры. Сложный ма-
невр станция выполнила по команде бор-
тового программно-временного устрой-
ства.
В. Шурлыгин
ТАЙНА
УТРЕННЕЙ ЗВЕЗДЫ
32
— Проверить работу бортовых сис-
тем! — приказал Главный конструктор ав-
томатических станций.
За 136 суток космического перелета
Центр 89 раз выходил на связь с «Девя-
той». 89 раз на самых точных ЭВМ обра-
батывались данные телеметрии, уточня-
лись параметры движения. Теперь все
нужно было проверить в последний,
90 раз. И от этой проверки зависела судь-
ба экспедиции. Самой необычной из всех
экспедиций, которые когда-либо отправля-
лись на Венеру.
— Ретранслятор в норме!
— Спускаемый аппарат — в норме!
— Парашютная система — в норме!
— АТК — в норме!
— Временное запоминающее устрой-
ство — в норме!
«В норме!.. В норме!.. В норме!..» —
десятки голосов сливались в один, мощ-
ный голос Центра. Земля впервые готови-
лась вывести на орбиту «утренней звезды»
две тяжелые автоматические станции, от-
делить от АМС спускаемые аппараты, обе-
спечить их мягкую посадку и получить
первое в истории изображение поверх-
ности Венеры.
Таких сложных задач еще не решал ни-
кто. Никто даже не знал, как их надо ре-
шать. Ведь посадку на планету можно
22 октября спускаемый аппарат вошел
в атмосферу Венеры. Внешне он напоми-
нал шар, опоясанный металлическим коль-
цом. Полусферы шара оберегали науч-
ную аппаратуру от высоких температур.
При подходе к облачному слою полу-
сферы шара были автоматически от-
стрелены. Аппарат ощетинился антеннами
и датчиками. Он начал передавать инфор-
мацию на спутник. Со спутника данные
транслировались на Землю. «Связной» ис-
следовал микропроцессы в атмосфере, а
спутник АМС «Венера-9» изучал глобаль-
ные явления в окрестностях Венеры и вы-
полнял роль ретранслятора.
Поверхность «утренней звезды» с каж-
дой минутой приближалась. Уже отстре-
лены парашюты, уже аппарат «держит»
только аэродинамический щиток. Но ско-
рость очень велика. Удар! Металлическое
кольцо, расположенное под днищем аппа-
рата, словно амортизатор, погасило энер-
гию толчка. Межпланетный разведчик сто-
ял на поверхности Венеры. И вокруг него
громоздились... камни. Они изваяниями
темнели на экранах телевизоров Центра,
и дальше, за ними, виднелась узкая по-
лоска горизонта! Это была сенсация. Ни-
кто не ожидал увидеть камни на Венере —
точь-в-точь такие, как на Земле. Камен-
ная россыпь, по мнению ученых, представ-
ляла молодой горный ландшафт. С пред-
ставлением о венерианской пустыне при-
шлось расстаться. Новые данные о физи-
ческих свойствах и характере грунта ста-
ли энциклопедическим фактом. Анкета Ве-
неры заполнялась с невероятной быстро-
той. Еще спускаемый аппарат «Венеры-9»
продолжал передачу, а «Венера-10» уже
входила в окрестности планеты. 25 октяб-
ря от станции отделился новый развед-
чик. Он совершил посадку в 2200 кило-
метрах от места работы первого автомата,
и на экранах Центра снова появились кам-
ни. Но они были не такие острые и огром-
ные, как в первом квадрате. Камни напо-
минали блины, между которыми темнела
остывшая лава или осыпь выветрившихся
пород. Второй квадрат был явно типичен
для старых горных образований.
— Плотность грунта на Венере ниже
земной, — сказал один ученый, рассмат-
ривая фотографии.
— И, видите, блеск камней сравним с
блеском кольца спускаемого аппарата.
Значит, их поверхность относительно чис-
тая, не покрыта пылью, — добавил вто-
рой.
— Но в просветах между камнями по-
верхность темная, — возразил третий.
В советском Центре дальней космиче-
ской связи спорили ученые. Части антенны
ловили слабые сигналы с первых венери-
анских спутников. Они рассказывали о
сложных процессах, происходящих в окре-
стностях «утренней звезды», в ее атмо-
сфере. Эта информация была крупинка-
ми тайны возникновения и развития Сол-
нечной системы, нашей голубой планеты.
Ученые знали: без этих «крупинок» невоз-
можно познать прошлое, предсказать бу-
дущее. Ученые составляли анкету мира.
Девятая и десятая автоматические меж-
планетные станции серии «Венера» откры-
вали в этой анкете новую страницу.
3 Хочу все знать
Ю. Коматовский
ТАМ,
ЗА ОБЛАКАМИ
вовались методы и инструменты
наблюдений, а сведения об «утрен-
ней звезде» — Венере — были весь-
ма скромными. Виноваты были об-
лака, скрывающие планету от на-
блюдателей. Что там, за облаками?
Никто этого не знал.
И вот в 1961 году в далекое кос-
мическое путешествие к Венере от-
правилась автоматическая станция.
За ней последовали другие. И с
каждым стартом накапливались но-
вые сведения, расширялись наши
знания о космической соседке. Во-
семь автоматических станций, запу-
щенных с 1961 по 1972 год, расска-
34
еловек уже давно обра-
тил внимание на «сестру»
Земли — Венеру. Она ин-
тересна тем, что хотя и
получает от Солнца боль-
ше тепла, чем наша пла-
нета, но по своим разме-
рам и массе похожа на
нее. Поэтому считалось,
что условия на поверх-
ности нашей соседки дол-
жны быть такими же, как
на Земле. Но это были
лишь предположения.
Шли годы, совершенст-
зали о таинственной планете очень
много. Так, стало известно, что дав-
ление на поверхности планеты 93
атмосферы при температуре в 470
градусов. (Не скажешь, что госте-
приимная планета!)
Был выяснен и состав венериан-
ской атмосферы. Она почти на 97
процентов состоит из углекислого
газа. Два процента составляет азот,
еще меньше водяного пара и со-
всем мало кислорода — десятая до-
ля процента. Обнаружен в атмо-
сфере и аммиак. Знание состава
атмосферы позволило судить и о
недрах, так как "газовое покрывало
планеты возникло в результате вы-
деления газов из ее недр.
Станция «Венера-8» рассказала о
грунте планеты. Он оказался похо-
жим на земные граниты, только его
плотность была меньше. Так как
космические аппараты опускались
на ночную и дневную стороны таин-
ственной планеты, то можно было
судить и об освещенности на ней.
рыми столкнулись специалисты, раз-
рабатывающие «глаза» аппарата.
Ведь телефотометрам — так назы-
вают панорамные телевизионные
камеры с оптико-механической раз-
верткой — предстояло работать в
таких условиях, где расплавились бы
свинец, олово, цинк! А учтите еще
и высокое давление!
Все это требовало применения
высокопрочного стекла, способного
Вымпелы, установленные на борту автоматической станции «Венера-9».
Было выяснено, что, несмотря на
толщу облаков, солнечные лучи до-
стигают поверхности планеты и на
ней тоже есть смена дня и ночи.
Но ученым нужно было не только
«потрогать», но и увидеть далекую
планету. Они сознавали всю труд-
ность поставленной задачи и созда-
ли космический аппарат нового по-
коления. О том, насколько это была
сложная задача, можно судить хотя
бы уже по тем проблемам, с кото-
сохранить в тяжелых венерианских
условиях прочность и оптические
свойства. Нужно было создать и
уплотнения между стеклами и кор-
пусом телефотометра. А это услож-
няется еще тем, что из-за разного
коэффициента линейного расшире-
ния металла и стекла возникали ми-
кротрещины, через которые раска-
ленный газ мог попасть внутрь по-
садочного аппарата и вывести из
строя его аппаратуру. Конструкто- 35
3*
Венерианский пейзаж, переданный «Венерой-9».
рам пришлось применять двойное
уплотнение из специального спла-
ва, разработать для него канав-
ки специальной сложной конфигу-
рации.
И это лишь один пример, а слож-
ных проблем были десятки.
В июне 1975 года короткое сооб-
щение ТАСС оповестило весь мир
о том, что в соответствии с програм-
мой исследования космического
пространства и планет Солнечной
системы в Советском Союзе произ-
веден запуск межпланетной станции
«Венера-9». А через несколько дней
в сторону «планеты загадок» ушла
еще одна станция — «Венера-10».
Станции, как и все их предшествен-
ницы, включились в работу, собирая
информацию о космическом про-
странстве, уже в пути.
Четыре с половиной месяца дли-
лось путешествие по космической
трассе протяженностью более 300
миллионов километров. 22 октября
1975 года «Венера-9» прибыла в
район своего назначения и вышла
на эллиптическую орбиту вокруг
планеты. «Утренняя звезда» приоб-
рела свой искусственный спутник, в
задачу которого входили сбор и пе-
редача на Землю данных об атмо-
сфере, облаках, магнитном поле,
о том, как ведут себя в окрестностях
планеты потоки солнечных частиц —
солнечный ветер.
В этот же день в атмосферу пла-
неты вошел спускаемый аппарат
станции. Он отделился еще два дня
назад и шел к цели своим путем, но
его подготовка к посадке началась
за несколько суток. Чтобы выдер-
жать ужасный жар планеты, спускае-
мый аппарат требовалось «заморо-
зить». Через находившийся в тени
радиатор «космический холод» про-
никал в аппарат и за пять дней до
финиша довел его температуру до
минус пяти градусов.
Спускаемый аппарат вошел в
атмосферу с огромной скоростью—
10,7 километра в секунду. В верхних
слоях атмосферы он затормозил-
ся— его скорость упала примерно
в сорок раз. На высоте около ше-
стидесяти километров в дело всту-
пили парашюты. Не прекращая пе-
редавать информацию, спускаемый
аппарат прошел облачный слой.
Десять километров продолжался
спуск на парашютах. Затем они бы-
ли отстрелены и в дело вступил тор-
мозной щиток — круглый металли-
ческий диск, напоминающий вывер-
нутый зонтик. Такое устройство при-
менялось впервые. И оно себя пол-
ностью оправдало. Скорость посад-
ки при помощи щитка выше, чем
при парашютировании, и спускае-
мый аппарат не успевает разогреть-
ся в венерианской жаре, а значит,
и работает дольше. Правда, посадка
происходит более жестко, но удар
о поверхность принимает на себя
специальное металлическое кольцо,
укрепленное в нижней части спус-
каемого аппарата.
Через две минуты после посадки
началась передача на Землю вене-
рианского пейзажа. Репортаж с пла-
неты велся 53 минуты.
Веками пытался человек сбросить
с Венеры покрывало тайны, загля-
нуть под скрывающие ее облака.
И вот — свершилось! «Венера-9» пе-
редала снимок с места посадки. На
нем нет ни озер расплавленной маг-
мы, ни дымящихся вулканов, нет и
ожидаемого мрака. И это особен-
но интересно. Ведь до этого уче-
ные считали, что из-за рассеяния
света облаками на Венере днем
темнее, чем у нас, на Земле, в су-
мерки. Но это была приятная ошиб-
ка, так как съемка ландшафта упро-
щалась, никакой подсветки не по-
требовалось. А раз так — значит,
облака у планеты довольно про-
зрачные.
Качество полученной панорамы
было настолько хорошим, что не
потребовалось никакой дополнитель-
ной работы над снимками. Вечером
того же дня их увидели миллионы
телезрителей, а на следующий
день — и читатели газет.
Через три дня после финиша «Ве-
неры-9» в другом районе планеты
совершил посадку спускаемый аппа-
рат станции «Венера-10». 65 минут
велся репортаж с планеты. На сто-
лы ученых лег второй снимок вене-
рианского ландшафта. Впервые в
двух расположенных в 2200 кило-
метрах один от другого районах пла-
неты были проведены практически
одновременно измерения и съемка
ее поверхности.
Места посадки обоих аппаратов
были выбраны на освещенной сто-
роне планеты и с Земли не были
видны. Поэтому передача информа-
ции шла с ретрансляцией. Сначала
она в закодированном виде переда-
валась по радио на искусственные
спутники Венеры, а затем, с по-
мощью их более мощных передат-
чиков, уже на Землю. Вот они, сним-
ки «таинственной планеты», лежат
на столах исследователей. Пусть по-
ка это два крошечных участка сосе-
дней планеты но и они уже могут
рассказать о многом.
На снимках камни. Крупные и
мелкие. Они окружают аппарат со
всех сторон. По земной термино-
логии— это «глыбовая россыпь».
Здесь камни неровные, с острыми
ребрами — они явно молодые. Их
еще не успело «сгладить» время.
Что породило их? Возможно, вы-
бросы, возникающие при образова-
нии кратеров от падающих на пла-
нету метеоров. Возможно, разбуше-
вавшиеся вулканы (некоторые уче-
ные считают, что вулканическая дея-
тельность на «планете загадок» в со-
рок раз выше, чем на Земле). А мо-
жет, «венеротрясения» или разломы
ее коры? На этот вопрос ученым
еще предстоит найти ответ. Вполне
вероятно, процесс, который порож-
дает такие камни, действует и по
сей день. Тогда Венера — живая
планета.
Вторая станция засняла пейзаж,
характерный для старых горных об-
разований. Здесь камни не острые,
а напоминают блины. Между ними
темнеют участки застывшей лавы, а
может быть, осыпь выветрившихся
пород. Что сгладило их края? На
Земле это делают влага, ветры и
смена температуры. На Венере жид-
кой воды нет. Правда, раскаленный
воздух, содержащий пары различ-
ных кислот, достаточно агрессивен.
Могут скруглять их края и сильные
ветры, зарегистрированные спуска-
емым аппаратом «Венеры-10».
Очень интересные снимки, и нуж-
но еще время, чтобы извлечь из
них всю информацию, связать ее со
сведениями, полученными другими
приборами.
Облака Венеры. Они не только
скрывают лик планеты, но и сами
не менее загадочны. Уже давно
астрономы заметили их движение.
И сразу же отметили странность их
перемещения. Отдельные образова-
ния появляются на одной и той же
части диска с периодом в четверо
суток. Сама планета вращается в
десятки раз медленнее. Есть ли за-
кономерность в их движении? Мы
знаем, что на Земле перемещение
облаков связано с воздушными по-
токами в атмосфере. Проследить та-
кую же связь и на Венере — необы-
чайно интересная задача.
Не так давно, по пути к Мерку-
рию, мимо Венеры пролетел амери-
канский космический аппарат «Мер-
курий-10». Он передал снимки об-
лачного покрова планеты. На них
видна структура облаков. Но это
было лишь несколько снимков. Есте-
ственно, с искусственных спутников,
виток за витком облетающих плане-
ту, можно собрать более обширную
информацию.
На первых снимках, сделанных с
расстояния более 1500 километров,
видно, что облака вытянуты в эква-
ториальном направлении. Дальней-
шая съемка, постоянное наблюде-
ние облачного покрова планеты, его
структуры и температуры позволят
получить крупномасштабные карти-
ны облаков.
Сейчас труженики космоса — стан-
ции «Венера-9» и «Венера-10» — не-
сут свою научную вахту около
«утренней звезды». Они передают
на Землю информацию, которая по-
может раскрыть загадки таинствен-
ной планеты.
ЗАВОДЫ
НА ОРБИТЕ
Космос заново открыл нам Зем-
лю. Межпланетная пустота, лишен-
ная тяжести, может совершить не
меньшую революцию в наших пред-
ставлениях о свойствах веществ и
материалов. Мы добывали и изго-
тавливали их сотни лет, не подозре-
вая, что свойства эти во многом
диктуются земной тяжестью и могут
меняться в фантастических преде-
лах, если человек перенесет свои
мастерские ближе к звездам.
Летчик-космонавт В. Кубасов
ся наша жизнь, вся наша
деятельность протекают в
мире, где властвует тя-
жесть. Мы приспособи-
лись к ней, привыкли.
Причем привыкли на-
столько, что иной мир, ли-
шенный притяжения, дол-
гое время казался нам
странным. Но ученые все
же исследовали невесо-
мость, чтобы со време-
нем разорвать узы гравитации, вый-
ти в космос.
И вот 12 апреля 1961 года граж-
данин Советского Союза летчик-
космонавт Юрий Гагарин первым из
людей ступил на «берег невесо-
мости». Девяносто минут провел он
в мире, где нет ни низа, ни верха;
мире, где отсутствует вес.
Сначала робко, а затем все сме-
лее, человек стал обживать новую
для себя стихию — космос. Заат-
мосферные полеты становятся все
более и более продолжительными.
И вот уже появились долговремен-
ные внеземные лаборатории — ор-
битальные станции.
Стало очевидным, что человек
может приспособиться к условиям
космоса. Теперь появились другие
вопросы: а нельзя ли заставить не-
весомость, межпланетную пустоту
служить людям, создать «космиче-
ские заводы»? Такие станции, весом
в сотни тонн, с экипажами, насчиты-
вающими десятки людей, удобнее
всего собирать на орбите. Для этого
в космосе нужно уметь сваривать и
паять, резать и обрабатывать.
В октябре 1969 года первую в
мире сварку и резку металлов про-
вели на корабле «Союз-6» В. Куба-
сов и Г. Шонин. В последующие го-
ды на Земле и в космосе исследо-
вались особенности этих процессов,
способы расплавления металлов, со-
здавалась специальная аппаратура,
которая в дальнейшем должна по-
мочь нам не только паять, варить и
резать, но и обрабатывать детали,
производить особо чистые веще-
ства. Откуда же взять энергию для
этих технологических операций?
В космосе дорог каждый грамм
веса бортовой аппаратуры, поэтому
естественным было решение исполь-
зовать бесплатный источник энер-
гии— Солнце. И вот ученые скон-
струировали экспериментальную
установку, состоящую из параболи-
ческого зеркала и вакуумной ка-
меры. Сквозь кварцевое окно от 39
зеркала на свариваемые металличе-
ские пластинки падал сконцентри-
рованный луч света. Оказалось, что
такой луч, даже при солнечной ра-
диации, в три — четыре раза мень-
шей, чем за пределами атмосферы,
способен сваривать детали из нержа-
веющей стали и титановых сплавов.
Пока сделаны только первые ша-
ги, а фантазия инженеров-техноло-
гов уже видит заводы на орбите.
Как считают специалисты, космос
станет самой большой мастерской.
Здесь перед учеными, конструкто-
рами и инженерами открываются
захватывающие перспективы — тво-
рить в совершенно иной среде, в
условиях абсолютного вакуума,
мощных потоков тепла, идущих от
Солнца, и низких температур в те-
ни. Но основное и принципиально
новое условие — невесомость. Сей-
час еще трудно предсказать все ее
преимущества. Пройдет много лет,
пока мы научимся полностью ис-
пользовать ее. Но и сейчас уже
можно утверждать, что откроются
поистине фантастические перспек-
тивы.
Многие материалы в расплавлен-
ном состоянии реагируют со стенка-
40 ми тиглей, форм, огнеупорной об-
лицовкой печи. В результате рас-
плав пачкается, в него попадают
примеси. В то же время в технике
с каждым годом все больше воз-
растает потребность в сверхчистых
матёриалах. Как же их получить?
В земных условиях металл можно
«подвесить» в сильном электромаг-
нитном поле. Под действием тока
высокой частоты металл удержи-
вается и расплавляется в незримой
паутине магнитных силовых линий.
Здесь нет ни тиглей, ни нагрева-
тельных печей. Но, к сожалению,
так удается получать только грам-
мы сверхчистых материалов — боль-
шой вес электромагнитному полю
не удержать, гравитационные силы
окажутся сильнее. Кроме того, этим
способом удается переплавить да-
леко не всякий материал.
В космосе, где царит невесо-
мость, достаточно большие количе-
ства расплава могут висеть в про-
странстве. Здесь не надо ни тиглей,
ни форм для литья. Электромагнит-
ное статическое поле будет прида-
вать расплаву нужную форму и
сглаживать неровности поверхности.
Последующие шлифовка и полиров-
ка будут не нужны. А плавить ма-
териалы можно либо при помощи
солнечных печей, либо обычным на-
греванием.
Сейчас очень нужны стекла на
основе окислов титана, циркония,
гафния. А на Земле их получить не-
возможно, так как тиглей, способ-
ных выдержать высокие темпера-
туры, при которых варятся такие
стекла, нет.
Производство стекла в космосе
позволит не только получать абсо-
лютно чистые, без примесей, стек-
ла, но и создавать новые их сорта
с более высокими оптическими свой-
ствами, чем у полученных на Земле.
Будут созданы зеркала, линзы, приз-
мы с уникальными свойствами. При-
чем технологические возможности
их «космического» изготовления
очень перспективны. Например,
здесь нет ограничений в размере
линз и зеркал для телескопов. Мы
можем делать их такими большими,
что на Земле они просто треснули
бы от собственного веса.
Земные условия не позволяют по-
лучать и большие, не имеющие де-
фектов полупроводниковые кри-
сталлы. А дефекты — это снижение
качества не только самих кристал-
лов, а и изготовленных из них при-
боров. Правда, с помощью некото-
рых ухищрений удается получать
бездефектные кристаллы, но это
достигается дорогой ценой. Невесо-
мость и космический вакуум помо-
гают получить большие кристаллы
«неземной чистоты» с нужными уче-
ным свойствами. Это уже подтверж-
дают опыты, выполненные в космо-
се. Так, на орбите были получены
монокристаллы некоторых полупро-
водниковых соединений, по качест-
ву, а иногда и по размеру превы-
шающие полученные в земных ла-
бораториях. Пусть их еще мало, но
ведь это только начало.
Когда на земле плавят материа-
лы, имеющие различный удельный
вес, они зачастую расслаиваются.
Более тяжелые оседают на дно, лег-
кие— всплывают. Получить их рав-
номерную смесь не удается. В кос-
мосе нет силы тяжести, все материа-
лы весят одинаково и не спешат
«отмежеваться» друг от друга. Здесь
можно получать их равномерное
перемешивание.
Благодаря такому «пренебреже-
нию к весу» в невесомости можно
получать необходимые в технике
композиционные материалы — лег-
кие металлы с наполнителем, волок-
нами из более прочных материалов.
А за «композитами», по мнению
специалистов, большое будущее.
Примерно триста лет назад про-
фессор Флорентийской академии
Эванджелиста Торричелли открыл....
пустоту — вакуум. Это открытие сы-
грало в технике огромную роль.
Без изучения вакуума, без понима-
ния его физики невозможно было
бы создать паровые машины и дви-
гатели внутреннего сгорания, не бы-
ла бы создана электроника. И если
относительный вакуум, полученный
людьми на Земле, положил начало
эпохе механических машин и элек-
тронных ламп, то какая же возмож-
ность откроется при освоении без-
граничных просторов космоса!
Без преувеличения можно ска-
зать, что своим бурным развитием
сверхзвуковая авиация, ракетная и
космическая техника обязаны таким
металлам, как вольфрам, титан, ни-
обий, молибден. Они сочетают в се-
бе жаропрочность, тугоплавкость,
коррозийную стойкость. Но у них
есть большой недостаток. Во время
их обработки при повышенных тем-
пературах они реагируют с возду-
хом, окисляются, что не только
ухудшает их свойства, но и приво-
дит к потере материала. Как же
быть, ведь ковку и прокат, напри-
мер, вольфрама следует проводить
при температуре 1500—1600 граду-
сов, а он окисляется уже при пяти-
стах?
Металлурги стали строить на за-
водах цеха, заполненные инертным
газом, в которых приходится рабо-
тать в специальных скафандрах.—
пневмокостюмах,—защищающих ра-
бочих от жары и обеспечивающих
их воздухом. В таких цехах есть все
необходимое для горячей обработ-
ки: молот, прокатный стан, пила,
различные печи, нагревающие ме-
таллы до таких температур, при ко-
торых они становятся податливыми
для обработки.
Однако, как показывает опыт,
инертные газы не очень чисты, в них
остается кислород, который хотя и
в меньшей степени, но все же окис-
ляет металлы. Можно, конечно,
ввести дополнительную очистку га-
за, но это значительно удорожит
производство.
А что, если работать в вакууме?
Здесь возникает другой вопрос: как 41
поместить в пустоту прокатный стан,
имеющий в высоту до восьми мет-
ров? Для такого агрегата потребует-
ся вакуумная камера в 250 кубиче-
ских метров! Чтобы откачать такой
объем, нужны необычайно мощные
вакуумные установки. И все же по
такому пути идут.
Можно пойти и по другому пути—
поместить в вакуум лишь рабочую
часть агрегата — валки. Это трудная,
но вполне выполнимая задача.
И она успешно решена, заводы с
таким оборудованием есть.
Сейчас все большее и большее
применение находят «сэндвичи» —
слоистые материалы, в которых от-
дельные слои различных веществ
прочно соединены между собой.
Применение таких сложных компо-
зиций, а в них иногда насчитывается
по три — четыре слоя, помогает эко-
номить до 80 процентов дорого-
стоящих металлов. Например, в про-
мышленной химической аппаратуре
некоторые детали работают в агрес-
сивной, разрушающей большинство
материалов среде. Поэтому их из-
готовляют из серебра, титана, ни-
келя. Но изготовлять из них целые,
иногда очень большие детали—рас-
точительство. Поэтому из них де-
лают лишь тонкую поверхность, со-
прикасающуюся с агрессивной сре-
дой, а остальную часть — из деше-
вых сортов стали.
Такое объединение позволяет по-
лучать не только простое механиче-
ское соединение двух веществ, а со-
вершенно новый материал, со свой-
ствами, которыми не обладала ни
одна из его составляющих. Так, се-
ребро со сталью становится твер-
дым и стойким против большинства
химических реактивов.
Но как соединить отдельные ве-
щества вместе?
Можно их сваривать, наплавлять,
производить горячую прокатку. Од-
нако желаемый результат получить
можно не всегда. Ведь главное ус-
42 ловие получения прочных слоев —
чистота соприкасающихся поверх-
ностей. Но какая может быть чи-
стота, если все процессы создания
«сэндвичей» проводятся на воздухе,
где большинство материалов окис-
ляется?
Однажды один из космических
экспериментов чуть не сорвался —
космонавту не удавалось открыть
люк космического корабля, чтобы
выйти в открытый космос. Это про-
изошло из-за того, что металличе-
ские детали люка, потеряв в косми-
ческой пустоте обычную защитную
окисную пленку, приварились друг
к другу. Пришлось потратить нема-
ло сил, чтобы открыть непослушный
люк.
Вначале это рассматривалось толь-
ко как нежелательное явление. Но
оно таило в себе и замечательные
возможности для создания «сэндви-
чей», ведь это открывало возмож-
ность сваривать любые материалы,
даже неметаллы с металлами. Чи-
стые поверхности, образующиеся
при обработке в вакууме, позво-
ляют создавать композиции высо-
кого качества. Они настолько проч-
ны, что рвутся не по месту их соеди-
нения, а по более слабому мате-
риалу.
Для ряда металлов обработка в
вакууме вообще единственный ме-
тод получения из них изделий.
Рений — еще один «космический»
материал. Он необычайно тверд, и
его обработка сложна. При неболь-
шой деформации рений упрочняет-
ся, и его твердость возрастает. Его
приходится отжигать при 1800 гра-
дусах. Но на воздухе рений окис-
ляется и разрушается, а таких отжи-
гов в процессе работы приходится
проводить зачастую не один де-
сяток.
Не удивительно, что этот редкий
в природе металл после обработ-
ки — например, получения поковок
или проката — увеличивается в цене
втрое. Если же его обрабатывать в
вакууме, то металл ведет себя хо-
рошо, становится податливым при
обработке. Отпадает необходимость
в промежуточном отжиге.
Итак, обработка в вакууме необы-
чайно нужная и важная операция.
Но все приспособления для нее
сложны и дороги. Однако глубокий
вакуум, столь необходимый для
производства, находится рядом.
Нашу планету окружает плотная
атмосфера. Для нас, жителей Зем-
ли, это одеяло играет немаловаж-
ную роль: оно защищает нас от гу-
бительного космического излуче-
ния. Но оно же мешает технологам.
Им приходится при помощи хитро-
умных насосов, ценой огромных
усилий создавать хороший вакуум.
На космических орбитах создавать
пустоту не надо — она здесь всегда
«в избытке». На высоте 500 кило-
метров давление во много раз ниже
того, которое мы получаем сейчас
искусственно. А раз так, значит, за
бортом космической станции мож-
но разместить оборудование для
обработки материалов и создания
новых, необходимых технике слож-
ных композиционных материалов.
Энергией снабдит Солнце. Пара-
болическое зеркало диаметром в
сто метров способно дать «косми^
ческому заводу» мощность в один-
надцать тысяч киловатт. Кусок меди
весом в два килограмма в его фо-
кусе расплавится за одну секунду!
И это не удивительно, ведь темпе-
ратура там около трех — четырех
тысяч градусов.
Полученный на орбите материал
на грузовых ракетопланах будет до-
ставляться на Землю. Специалисты
подсчитали, что «крылатые ракеты»,
способные многократно стартовать
в космос, снизят стоимость полетов
в десять раз. И это не только меч-
ты, это наше ближайшее будущее.
Орбитальные заводы наверняка
окажутся загруженными до преде-
ла, ведь преимущества космической
технологии очевидны, чтобы ими
можно было пренебречь. Произ-
водство же материалов, которые
никакими способами не могут быть
получены в земных условиях, во-
обще снимает вопрос об их стои-
мости.
Еще- в прошлом веке алюминий,
который получают из глинозема,
то есть в полном смысле этого сло-
ва «валяется у нас под ногами», счи-
тался драгоценным, настолько труд-
но его было извлекать из породы.
Но шли годы. Электрическая энер-
гия стала дешевой, и алюминий на-
чали получать электролитическим
путем. Его це^а упала настолько,
что сейчас из него делают кухонную
посуду.
В невесомости нет надобности
создавать громоздкие конструкции.
Здесь можно использовать ажур-
ные сооружения, которые на Земле
разрушились бы от собственного
веса. А раз так, то можно строить
из пористых материалов.
В лабораториях получают пену из
некоторых металлов, пропуская че-
рез них газ. Например, из алюми-
ния. Но пеноалюминий не очень
прочен, так как в нем пустоты со-
единяются между собой. Такой ма-
териал скорее напоминает губку.
В космосе, в невесомости, пузырьки 43
не будут сливаться — и пеноалюми-
ний станет пористым, увеличится его
прочность.
Заводы на орбите могут превра-
щать в пену любой материал. А это
приведет к новой технической рево-
люции, откроет широкие возмож-
ности для конструкторов. Таким пу-
тем можно получать сталь, в кото-
рой будет 87 процентов газов. «Пе-
носталь» будет плавать в воде и в
то же время ничего не проиграет
в прочности. Не стоит говорить, что
такой материал даст самолетострое-
нию, машиностроению, строительно-
му делу.
йе-
Создавать пеноматериалы
сложно. Пусть у нас есть камера с
расплавленным материалом. В нее
подается инертный газ. Получается
нечто вроде закупоренного шампан-
ского. Теперь откроем люк в кос-
мос: давление в камере резко упа-
дет, и пузырьки газа выделятся из
расплава. Получившаяся пена тут же
застынет, образуя пенометалл, в ко-
тором пузырьки будут распределе-
ны равномерно.
Можно расплавленный металл и
газ подавать в камеру одновремен-
но, через специальные отверстия,
соответствующие профилю получае-
мого изделия. Так удастся получать
элементы конструкций, из которых
потом будут собираться те или иные
механизмы или строения.
В вакууме многие органические
вещества вспучиваются. Так ведет
себя и полиуретан. А он очень хо-
роший теплоизолирующий мате-
риал. Из пенополиуретана делают
изоляционные покрытия, перего-
родки. На ракете-носителе «Са-
турн» вместо алюминия, применяе-
мого для тепловой изоляции топ-
ливных баков, были применены пе-
нопласты. Это сэкономило почти
полтонны веса. Есть и еще преиму-
щество: в отличие от резины при
низких температурах пенопласты не
теряют своей упругости и могут
эффективно работать для гашения
шумов и вибрации.
Самое же главное их достоинст-
во состоит в том, что их можно
приготовлять прямо в космосе, до-
статочно взять на орбиту баллончик
с пластиком. Здесь даже газ-напол-
нитель не нужен: выходя из баллон-
чика, пластик будет вспениваться.
Этот способ уже опробован, прав-
да, на Земле. В камере на ткань,
покрывавшую будущее кресло, на-
несли тонкую пленку специального
пластика. При снижении давления
пластик вспенился и образовал тол-
стый слой покрытия. Подобным ме-
тодом можно в космосе готовить не
только мебель для станций, но и
амортизаторы, перегородки, тепло-
изоляционные плиты.
Вспенивающиеся пластмассы мо-
гут сыграть в истории освоения кос-
моса особую роль, так как станут
надежной защитой кораблей и орби-
тальных станций. Стоит метеору на-
рушить герметичность наружного
слоя их обшивки, как пластик, вспе-
нясь, закроет отверстие. Полиамид-
ная масса способна практически
мгновенно залатать обшивку. Есте-
ственный солнечный нагрев почи-
ненного места будет только уско-
рять ремонт.
Но и это еще не все, что умеет
делать пустота и невесомость.
Знаете, как раньше делали дробь?
С высокой башни через сито лили
расплавленный свинец. Пока капли
достигали земли, они превращались
в дробинки. Какие же силы «обка-
тывали» их?
Во время одного из телевизион-
ных сеансов с орбиты космонавты
В. Севастьянов и П. Климук показы-
вали, что получится, если в косми-
ческом корабле разлить врду. Бла-
годаря невесомости капли свободно
плавают по кораблю, а силы по-
верхностного натяжёния стремятся
сделать из них идеальные сферы.
Эти же силы заставляют капельки
расплавленного металла при осты-
вании превращаться в дробь.
Конечно, вряд ли кто будет в
космосе делать дробь — это слиш-
ком дорого. А вот о сверхточных
подшипниках стоит подумать. В зем-
ных условиях изготовить шарики,
отклоняющиеся по форме на мил-
лионные доли процента, нельзя ни
одним из известных способов. Ма-
шиностроению же они очень нуж-
ны. Они нашли бы применение в по-
воротных механизмах больших те-
лескопов и радиолокаторов, в
крыльях самолетов, изменяющих во
время полета геометрию крыла,
и т. д. Такие шарики не только дол-
жны служить дольше обычных, но
их можно сделать из сверхпрочных
металлов и сплавов, плохо поддаю-
щихся обработке.
Можно наладить и производство
полых шариков. Вставить одну труб-
ку в другую, по внутренней пода-
вать газ, а по внешней — расплав-
ленный металл — и «пускать пу-
зыри». О таких шариках приходится
только мечтать. Сейчас их свари-
вают из двух половинок, но слабым
местом в них остается шов. «Косми-
ческие» пустотелые шарики будут
необычайно прочными и надежны-
ми, а это откроет им путь в авиа-
строение — они будут, например,
прекрасно работать в подшипниках,
на которых вращаются роторы боль-
ших вертолетов.
Но в космосе можно получать не
только шарики. Расчеты показы-
вают, что там можно выдувать
огромные оболочки, до десяти мет-
ров в диаметре. Из таких оболочек
прямо на орбите можно строить
станции, наращивая один пузырь-от-
сек на другой. В таком сооружении
не будет ни швов, ни стыковочных
соединений. В полученных таким
образом отсеках можно распола-
гать жилые помещения, лабора-
тории, хранилища.
Можно пленки выдувать на кар-
касы— отсеки. Тогда жилища будут
иметь более привычную нам фор-
му — квадратную.
Но мы, кажется, увлеклись про-
ектами. Когда же это произой-
дет?
Специалисты считают, что уже на
современном этапе развития космо-
навтики можно и нужно осваивать
производство в космосе отдельных
уникальных материалов. Возможно,
это будут заводы без потолков и
крыш — «рой» летящих по орбите
устройств, соединенных между со-
бой и с жилыми помещениями ажур-
ными переходами. Может, они бу-
дут иметь совсем иной вид. Пока
существуют только проекты. Но
вполне вероятно, что мы с вами ста-
нем свидетелями их воплощения в
жизнь.
аша страна называется
Страной Советов.
Все пятнадцать союз-
ных и двадцать автоном-
ных ее республик назы-
ваются советскими. В каж-
дом городе и селе есть
Совет депутатов трудя-
щихся. Через Советы тру-
довой народ нашей стра-
ны осуществляет свою
власть уже почти шесть-
десят лет.
го в майские дни 1905 года во время
всеобщей стачки. Его создали и пре-
вратили в орган власти ивановские
рабочие под руководством Иваново-
Вознесенской группы Северного ко-
митета Российской социал-демокра-
тической рабочей партии.
В книгах и газетах того времени
этот город называли «русским Ман-
честером». В 1742 году в селе Ива-
нове крепостным крестьянином Бут-
римовым основана первая мануфак-
тура. В 1871 году, когда село Ивано-
ПО СТРАНИЦАМ
ИСТОРИИ
А. Шипулина, А, Щербаков
САМЫЙ
ПЕРВЫЙ
Восставшему в Октябре пролета-
риату не пришлось изобретать этот
аппарат. Советы уже существовали
во всех крупных городах. Они руко-
водили вооруженным восстанием.
Кто же и когда задумал Советы?
Как и где был создан самый пер-
вый Совет? Какова его история? ..
— Внимание, граждане пассажиры!
Наш самолет следует рейсом пять
тысяч пятьсот восемьдесят два из
Ленинграда в Иваново. Время в по-
лете— один час пятьдесят минут, вы-
сота полета...
Мы летим в Иваново. Мы хотим
пройти по земле первого в мире Ива-
ново-Вознесенского общегородского
Совета рабочих депутатов, возникше-
во и Вознесенский посад соединили в
город Иваново-Вознесенск, к обоим
берегам несудоходной реки Уводи
жались уже сорок текстильных пред-
приятий. Десять из них были круп-
ными: на них работало по 500 рабо-
чих и больше. В 1905 году в городе
насчитывалось уже 30 тысяч рабочих,
и 24 тысячи из них работали на
восемнадцати крупных фабриках, про-
изводя до 10% всех хлопчатобумаж-
ных тканей в России.
Все это подсчитали тогдашние ста-
тистики. Они подсчитали также и то,
что рабочий день длился HV2 часа и
что рабочие-мужчины получали в ме-
сяц по 15 рублей, а женщины-работ-
ницы — еще меньше. И что с 50-х го- 47
Ф. А. Афанасьев.
дов XIX века зарплата возросла все-
го на 15%, а цена на ржаную муку—
почти вдвое.
Но кое-чего они подсчитать тогда
не могли. Например, того, что в
1892 году Ольга Варенцова и Федор
Кондратьев привлекли в первый
марксистский кружок пятерых рабо-
чих. Что на маевке 1895 года уже
30 кружковцев-марксистов основали
«Иваново-Вознесенский рабочий со-
юз». Что именно этот союз руково-
дил первой всеобщей стачкой иванов-
ских рабочих в декабре 1897 года.
Что в 1898 году возник комитет
РСДРП и твердо поддержал ленин-
скую линию. И что весной 1905 года
в Иваново-Вознесенской группе было
уже 400 большевиков.
С 1904 года секретарем группы
был Федор Афанасьев—«Отец», один
из крупнейших партийных работни-
ков, опытнейший подполыцик-револю-
ционер, один из зачинателей рабочей
48 партии, еще в 1891 году выступив-
ший на первой маевке в России на
окраине Петербурга. Он жил в горо^
де тайно, скрываясь от полиции.
Вот здесь мостик был через речку,
и у этого мостика 22 октября 1905 го-
да избили его черносотенцы на-
смерть. А теперь ивановцы поставили
ему памятники на берегу реки Талки
и в центре города. К подножию этих
памятников мы кладем цветы.
Сейчас у реки раскинулся парк, ря-
дом— кварталы новых домов, а в те
годы был здесь лес и огромный луг.
Город был вон там, за железной до-
рогой. Полсотни фабрикантов и куп-
цов жили в своих особняках, один из
них даже музей построил для себя.
Свой, бурылинский. А вокруг стая-
ми кривились домишки и громозди-
лись кое-где мрачные казармы, в ко-
торых ютились те самые 30 тысяч
полуголодных, полуотравленных от-
белкой рабочих.
Спят. Нет, не спят — шепчутся.
О чем шепчутся? Бастовать надо.
Бастовать. «Бастуй-бастуй, а чем де-
тей кормить будем?» — «А они и так
голодные».— «Бастуй-бастуй, нашлют
городовых да казаков — да по голове
шашкой!» — «Так хоть сразу. Все
равно по малости дохнем изо дня в
день». — «А батюшка сказал, Хрис-
тос не велел бастовать». — «А за со-
бак нас считать Христос велел?» —
«Грешно так говорить. Ты уж впе-
ред-то не лезь, держись в сторон-
ке». — «Не в сторонке, а сообща. За
свои права». — «Ой, наслушался ты
Дунаева! А в январе-то ихних как
полиция гоняла!» — «То в январе, а
то теперь. Вся Россия поднялась. Уж
как выйдут нас тысячи, не вдруг по-
гоняешь».
17 января 1905 года, через неделю
после «кровавого воскресенья», в Ива-
ново-Вознесенске едва не вспыхнула
всеобщая стачка, стачка протеста.
Был порыв, была решимость — не
хватило организованности и умения.
Начали металлисты. Полиция и ка-
заки быстро окружили стачечников
во дворе соседней фабрики Полуши-
на, которая тоже поднялась. Били на-
гайками, шашками, топтали конями,
хватали с разбором, знали, кого
брать. Уткин пальнул в полицмей-
стера Кожеловского, да промазал.
А больше оружия ни у кого не было.
36 человек упрятали фараоны в ку-
тузку, все добивались: «Кто стре-
лял?»— да так и не добились.
25 февраля всколыхнулись на фо-
кинской.
28, 29 апреля — на бакулинской,
полушинской и у Ямановского.
«Никаких уступок! — взывало Мо-
сковское общество содействия рус-
ской промышленности и торговле —
союз купцов и фабрикантов. — Заба-
стовка есть злостный наказуемый про-
гул, а все члены общества нравствен-
но обязаны не платить за прогулян-
ное время».
«Только вместе! — говорил Афа-
насьев на ночных сходках вожакам
фабричных большевиков. — Все вме-
сте мы сила, и рабочие должны на-
учиться этому на собственном опыте.
Вместе—значит организованно. Преж-
де всего организованность. Все рабочие
против всех хозяев. Общие требова-
ния, общая борьба за их принятие.
Это объединит людей. И требования
не только экономические, но и поли-
тические. Бороться за рабочую ко-
пейку — хорошее дело, но не ради ко-
пейки сейчас Россия полыхает. «До-
лой царское правительство!» — этот
лозунг должен стать первейшим тре-
бованием рабочего класса. Самодер-
жавие не в облаках витает над рабо-
чими и хозяевами. Оно — главная
опора и защита хозяев, сильнейший
политический враг пролетариата. Вот
что должен понять каждый рабочий.
И наша забастовка должна стать за-
бастовкой против самодержавия. Та-
кова линия нашей партии».
«Отец» говорил, вожаки слушали.
Им самим еще несколько лет назад
эти истины дались в долгих трудных
спорах кружковцев, в ночных бде-
ниях над подпольными книжками. Уж
они-то понимали, как важно и как
М. В. Фрунзе.
сложно донести слово правды до
каждого рабочего, до каждой работ-
ницы. Но раз они одолели — значит,
одолеют и все. В Гурии горели кня-
жеские имения, трещали выстрелы на
улицах Риги, взвивались красные
флаги в Перми, в Кременчуге, в Крас-
ноярске. И не иваново-вознесенцам
было отставать.
Партия слала подмогу. В первые
дни мая приехал «Арсений». Студен-
ческая тужурка, усы. Незаметный.
Вот он теперь — в краснозвездном
шлеме, бронзовый, на высоком пьеде-
стале в городском саду — Михаил Ва-
сильевич Фрунзе. «Линия партии —
вооруженное восстание через полити-
ческую всеобщую стачку. Ваша ини-
циатива бесценна, товарищи. Пора,
пора начинать», — говорил он.
В понедельник 9 мая в лесу за го-
родом собралась тайная конференция.
Было пятьдесят человек — партийцев
и беспартийных — верных людей со
всех фабрик Иваново-Вознесенска.
4 Хочу все знать
ТГ«В0»А11в
Ш WW <М Кт КОД F. &
Листовка с требованиями рабочих, вы-
работанными Иваново-Вознесенской груп-
пой Северного комитета РСДРП.
50
Обсудили и одобрили двадцать
шесть общих требований рабочих, ре-
шили утвердить эти требования на
общегородском митинге перед город-
ской управой на Воздвиженской пло-
щади. Восьмичасовой рабочий день,
заработная плата не меньше двадца-
ти рублей в месяц и для мужчин и
для женщин одинаково, отмена фаб-
ричной полиции и тюрем, отпуск
шесть недель для матерей с младен-
цами, оплата за время болезни, уст-
ройство яслей для детей, выборные
комиссии по трудовым спорам, право
собираться и обсуждать свои нужды,
свобода слова, свобода союзов и —
дважды проголосовано — немедлен-
ный созыв Учредительного собрания
на основе всеобщего избирательного
права.
Стачку решили продолжать до
удовлетворения требований. Для ру-
ководства стачкой необходимо из-
брать депутатов по одному человеку
от двухсот рабочих на общих собра-
ниях каждой фабрики.
«Начинаем в четверг, двенадцато-
го. Кто начнет?» «Мы, бакулинские».
«Мы, дербеневские». «Мы, бурылин-
ские». «И от Маракушева».
«В десять утра. Одновременно.
В городе сотня казаков, ей туда-сюда
не разорваться. А в пятницу с утра—
все на площадь».
И 12 мая всколыхнулось Иваново.
Одна за другой останавливались фаб-
рики, рабочие высыпали во дворы,
на улицы. «Стачка! Товарищи, стач-
ка! Довольно! Все вместе, всем горо-
дом! Бросай работу!» Народ валом
валил с фабрики на фабрику, распа-
хивались ворота, прятались от греха
подальше бессильные перед таким на-
пором ошеломленные городовые.
Городской голова Дербенев и по-
лицмейстер Кожеловский запросили
у владимирского губернатора под-
креплений. Тот обещал батальон пе-
хоты. И сказал, что срочно прибудет
сам.
Вечером состоялось собрание ива-
новских большевиков» «Забастовка
началась успешно, — решило собра-
ние. — Завтра — общее собрание на
площади».
В пятницу 13. мая в городе никто
не работал. В толпах рабочих и ра-
ботниц, стоявших у ворот своих
фабрик, из рук в руки передавали ли-
стовку:
КО ВСЕМ РАБОТНИКАМ И
РАБОТНИЦАМ
ГОРОДА ИВАНОВО-ВОЗНЕСЕНСКА
Не хватает сил более терпеть!
Оглянитесь иа нашу жизнь, до чего
довели нас наши хозяева. Нигде не
видно просвета в нашей собачьей
жизни.
Довольно! Час пробил! Не на кого
нам надеяться, кроме как на самих
себя. Пора приняться добывать себе
лучшую жизнь! Бросайте работы, при-
соединяйтесь к вашим забастовавшим
товарищам. Выставляйте 26 требова-
ний, изданных нашей группой. При-
соединяйте к ним, кроме того, свои
местные частные требования. Соби-
райтесь для обсуждения наших нужд
в городе и за городом.
Пролетарии всех стран, соединяй-
тесь!
Иваново-Вознесенская группа
Северного комитета РСДРП
Е. А. Дунаев.
Одна за другой, группы рабочих,
возглавляемые своими вожаками-пар-
тийцами, появлялись на Воздвижен-
ской площади (теперь площадь Рево-
люции). Выглядела она совсем иначе.
Такой, какой она была тогда, мы уви-
дим ее на диораме в здешнем музее.
Заполненную многотысячной толпой.
В то утро, 13 мая. Посреди толпы, в
группе дружинников и партийцев,
стоит на табуретке Евлампий Ду-
наев— «Александр», вожак бакулин-
ских. Он говорил первым. Речь его
была краткой. Он перечислил требо-
вания рабочих, призвал бороться до
их полного удовлетворения, держать-
ся стойко и спокойно, не поддаваться
на попытки вызвать стычки и беспо-
рядки.
Вслед за Дунаевым выступил Ми-
хаил Лакин. Обернувшись к город-
ской думе, он прочел стихи Н. А. Не-
красова «Размышления у парадного
Ф, И. Самойлов.
4*
подъезда». В толпу пошли сборщики
денег. Среди них и молодой паренек
Федя Самойлов — «Архипыч» с Сое-
невской. Он смело подошел к кучке
лавочников, жавшихся в сторонке, и
протянул им свою фуражку. Через
семь лет он станет депутатом Госу-
дарственной думы от рабочих Влади-
мирской губернии, через сорок — ди-
ректором Музея Революции в Моск-
ве. За памятной доской в стене хлоп-
чатобумажного комбината имени
Ф. Н. Самойлова, выросшего на
месте былой фабрики, покоится ныне
его прах. Вот он повелительно протя-
гивает купцам свою фуражку, и те
бросают в нее деньги: серебро, бу-
мажки, медь. Всего несколько сот
рублей оказалось в кассе забастов-
щиков после этого сбора. Несколько
сот на 30 тысяч человек — первые
деньги стачечников.
На трибуну поднялась «Марта»—
Матрена Сарментова...
В город пешим шагом входил пе-
хотный батальон. Владимирский гу-
бернатор был уже в городской упра-
ве и смотрел из окон на невиданный
митинг. В отдалении, в переулке, сто-
яла казачья сотня, он ее видел. За
его спиной — городской голова, по-
лицмейстер, в соседних комнатах пе-
репуганно шепчутся все городские
тузы. Митинг идет спокойно, органи-
зованно, в нем чувствуется такая си-
ла. Разогнать? Немыслимо. Будет
побоище. У него на глазах. Нет, это
слишком. Надо разобщить бастую-
щих, запутать, перессорить. И губер-
натор командует: «Переговоры».
А митинг продолжается.
Фабриканты предлагают вести пе-
реговоры по отдельным фабрикам.
Рабочие отказываются: «Только
вместе».—«Господин старший фабрич-
ный инспектор, примите у них требо-
вания, — велит губернатор. — И при-
кажите отпечатать мои распоряже-
ния». — «Печатать некому, ваше пре-
восходительство. Типографии ба-
стуют. Они говорят: вот если им
собрание разрешит...» — «Какое еще
С. И. Балашов.
собрание?» — «Они собираются из-
брать представителей для ведения
переговоров и просят разрешить вы-
боры. Просят на время переговоров
не арестовывать их представителей».
Губернатор молчит, потом кивает:
«Хорошо. Но только пусть они убе-
рутся отсюда».
Толпа приходит в движение. Ты-
сячные колонны плотной массой те-
кут в переулки. «На Талку, товари-
щи! На Талку!»
Восточнее города, за железнодо-
рожной веткой на Шую, течет с се-
вера на юг речка Талка. Вдоль нее —
заливные луга, а дальше — лес. Те-
перь здесь парк, заложенный руками
ивановских пионеров, выше по тече-
нию — озеро-водохранилище. В пар-
ке — мемориал Совета, аллеи ведут
в Вечному огню. Вот сюда в 1905 го-
ду пришли ивановские рабочие.
«Первое мая!—кричит Дунаев.—
Первое мая — праздник мирового ра-
бочего класса! А мы его не отметили.
И. Н. Уткин.
Давайте проведем маевку нынче! Сво-
бодно и торжественно! Да здравст-
вует праздник рабочих всех стран!»
Тысячи людей не знают, что такое
Первое мая. Кто-то прикатывает пу-
стые бочки. Их ставят рядом со зна-
менами, значками фабрик. На крас-
ном флаге — вырезанная из бумаги
надпись: «Кровь рабочих на нем».
Митинг идет по фабричным группам,
ораторы-большевики рассказывают о
Первомае, выдвигают кандидатуры
депутатов. Избрано уже пятьдесят
человек. Поздний вечер.
«До завтра, товарищи! Завтра с
утра — сбор на городской площади!»
14 мая общегородское собрание ра-
бочих на площади продолжается, и
снова к вечеру рабочие идут на Тал-
ку. Свобода! У людей разгибаются
спины, оживают глаза. Вот она, сво-
бода! Ни казаков, ни полиции, и каж-
дый рабочий человек может сказать
свое слово. «Смело, товарищи, в
ногу! ..»
15 мая прямо на площади и
на прилегающей Садовой улице за-
канчиваются выборы. В шесть ча-
сов вечера Совет начинает работу
в здании мещанской управы. Вот
здесь. Теперь это дом-музей пер-
вого Совета.
151 депутат. 126 мужчин и 25 жен-
щин. Половине нет еще 25 лет. В их
числе 32 ткача, 16 слесарей, всего
представлено больше тридцати про-
фессий. Около половины депутатов —
большевики, те, кто живут в городе
открыто. Здесь и Евлампий Дунаев,
о котором вскоре сложат куваевские
поговорку: «фабрика Куваева, а по-
ря дки-то Дунаева», здесь и С. И. Ба-
лашов—«Странник»,один из руково-
дителей группы РСДРП, Н. А. Жи-
делев, Ф. Н. Самойлов, М. П. Сар-
ментова, И. Н. Уткин — «Станко»,
командир боевой дружины. Ф. А. Афа-
насьева и М. В. Фрунзе в числе депу-
татов нет: они скрываются от поли-
ции, их присутствия в городе обна-
руживать нельзя.
Председатель Совета — гравер Аве-
нир Ноздрин. Труд и борьба иванов-
ских рабочих стали для него, рабоче-
го поэта, главными темами творче-
ства. Заместитель председателя —
большевик, казначей — большевик,
секретарь — большевик. «Разрешим
войти господину старшему фабрич-
ному .инспектору? Разрешим. Что
имеете сказать, господин инспектор?»
Инспектор Свирский, багровея,
просит распорядиться отпечатать в
типографии губернаторские приказы.
«Это можно. Пусть печатают».
Рабочие! Губернатору! Разре-
шают?! Да что это за власть такая?
Откуда?
16 мая вновь собирается митинг на
площади. Туда приходят депутаты:
«Мы решили потребовать закрытия
всей виноторговли в городе. Хватит
нас спаивать! Правильно или нет?»—
«Правильно!» — кричит площадь. Ви-
ноторговля — дело государственное.
«Нехорошо, ваше превосходительство.
Народ возбужден — и водка. Могут
быть всякие случаи. Мы не ручаем-
ся». Губернатор угрюмо соглашается.
Петербург предупреждает: солдаты
ненадежны. Только казаки. Обещано
три сотнн. Где ж их напасешься-то,
казаков? По распоряжению Совета
виноторговля прекращена.
А депутаты тем временем выби-
рают стачечную комиссию.
17 мая всем депутатам вручаются
толстые пакеты. Это ответ хозяев.
Собрание на Талке обсуждает ответ.
Требования рабочих не удовлетворе-
ны, на некоторые вообще нет ответа.
«Мы бессильны это сделать, — пишут
хозяева. — Предлагаемые вами меры
могут быть осуществлены только за-
конодательным путем через прави-
тельство». — «Через правительство —
так через правительство»,— заявляют
депутаты и пишут письмо министру
внутренних дел. И решают продол-
жать забастовку.
Полиция требует предъявлять ей
на просмотр протоколы заседаний. Де-
путаты отказываются. И окончатель-
но переходят на Талку. Губернатор
запрещает собрания на площади, «что-
бы не нарушать уличного движения».
И рабочие тоже уходят на Талку.
Там каждый день с утра заседает те-
перь Совет, разбирая городские дела,
а часов с одиннадцати, когда соби-
рается народ, начинается ежедневный
митинг. Сначала депутаты рассказы-
вают о ходе переговоров, о сноше-
ниях с властями, о текущих делах, о
новостях в России. Затем начинают-
ся агитационные речи. Здесь, вдали от
глаз полиции, перед рабочими высту-
пают Ф. А. Афанасьев, М. В. Фрун-
зе, А. С. Бубнов, Н. И. Подвой-
ский — лучшие силы Иваново-Возне-
сенской группы. Они говорят о рабо-
чем движении у нас и за рубежом,
о профсоюзах, о законах капитали-
стической экономики, о настоящем и
будущем рабочего класса. «Свобод-
ный рабочий университет» — так на-
звали потом эти собрания историки
и участники их, и в память о нем
здесь поставлена эта колонна.
20 мая депутаты известили губер-
натора, что в городе учреждается ра-
бочая милиция. Она должна охранять
порядок и не допускать штрейкбрехер-
ства. Губернатор запретил ее, но три-
дцать рабочих-дружинников встали
на охрану митинга, созванного 23 мая
в полдень на городской площади.
Площадь стали окружать войска, и
забастовщики с песнями вновь ушли
на Талку.
23 мая было решено издавать бюл-
летень о ходе стачки. Бюллетень вы-
ходил 23, 24, 25 и 27 мая. Потом
полиция заняла типографию.
На своих заседаниях депутаты за-
нимались распределением пособий
среди нуждающихся, определили по-
рядок закупки продовольствия через
потребительские общества, выбрали
продовольственную и финансовую ко-
миссии. И о каждом своем решении
они говорили своим избирателям,
спрашивали: «Так или не так? Одо-
бряете? Голосуем». Это было впер-
вые, это было ошеломляюще.
Шаг за шагом Совет волею собы-
тий, волей всех своих участников стал
превращаться в орган власти. И фаб-
рикант Бурылин, тот самый, что по-
строил себе музей, понял это, пожа-
луй, раньше растерявшегося губерн-
ского начальства. «Невиданная кар-
тина событий, — писал он родичам.—
Я лишен кучера, сам кипячу чай...
сам охраняю фабрику. Начальство
растерялось.' Чувствуется в городе
двоевластие».
Авторитет Совета креп. О проис-
ходящем на Талке было сообщено
за границу В. И. Ленину. «Все Ива-
ново уже признало почти депутатское
собрание вр. правительством, и с. д.
организация имеет невиданный авто-
ритет»,— писал в Женеву А. К. Га-
стев— «Попович», присланный в го-
род Северным комитетом. Партийная
газета «Пролетарий», листовки мест-
ных комитетов партии разносили по
всей России весть о Том,г что проис-
ходит в Иваново-Вознесенске. В этом
вихре новостей и родилось само ело-
во «Совет». И твердая решимость
рабочих всей России повторить в
своих городах то, что было сделано
в Иваново-Вознесенске.
А вокруг города ширился пожар.
Забастовала Шуя, потом Тейково,
Кохма, Вичуга. К концу мая басто-
вало семьдесят тысяч человек. Толь-
ко к началу июня, когда стачки в со-
седних городах были рассеяны и по-
давлены, царские власти решились
взяться за Иваново-Вознесенск.
2 нюня вице-губернатор запретил
собрания на Талке.
десяти человек, среди них — пятьде-
сят депутатов.
Возмущению рабочих не было пре-
дела. Вечером загорелась фабрика
Гандуриных, вспыхнул лесной склад,
были подожжены дачи городского го-
ловы и еще нескольких фабрикантов.
На улицах валялись вывороченные
телеграфные столбы, обрывки прово-
дов. Депутаты заявили, что эти сти-
хийные выступления спровоцированы
расправой, и если арестованных не
освободят, они снимут с себя ответ-
ственность за положение. Рабочие
Митинг иваново-вознесенских рабочих на берегу реки Талки. Лето 1905 года.
3 июня утром, когда рабочие, не-
взирая на запрет, собрались на обыч-
ном месте, сам полицмейстер повел
на трехтысячную толпу казачьи сот-
ни. «Появились астраханские казаки,
и прежде чем мы успели опомниться,
не то что разойтись, по крику Коже-
ловского они бросились на сидящую
толпу с гиком и свистом... Лес огла-
сился стонами, рыданиями, криками
злобы и проклятия, улюлюканьями
пьяных казаков. Голос... полицмей-
стера выделялся: «Бей их, сукиных
детей, руби, режь! Дунаева мне, Ду-
наева!» Так писалось о расправе в
листовке иваново-вознесенцев.
Избиты и ранены были сотни лю-
дей. Арестовано было свыше восьми-
держались стойко, у них был теперь
надежный общепризнанный руково-
дитель — Совет рабочих депутатов.
Дым над городом не рассеивался, за-
пахло восстанием. По всей России на-
чались забастовки солидарности, и
власти снова отступили. Арестован-
ные были освобождены, ненавистный
полицмейстер убран из города, собра-
ния на Талке были 12 июня разре-
шены.
13 июня 14 тысяч рабочих, собрав-
шихся там, потребовали суда над ви-
новниками расправы. Воодушевлен-
ные своей победой, стачечники реши-
ли продолжать борьбу. С далекого
Черного моря донесся гром орудий
«Потемкина». Казалось, что победа
близка. «Кто желает вернуться на
работу?» — спросил Дунаев на ми-
тинге. Не пожелал никто.
Но в рабочие казармы и домишки
медленно заползал голод. Денег не
было. Сборы по всей России дали де-
вятнадцать тысяч рублей. Это — на
тридцать тысяч бастующих и членов
их семей.
23 июня депутаты привели на пло-
щадь колонны бастующих под лозун-
гами: «Хлеба, денег, работы!», «До-
лой самодержавие!» Рабочие пели
«Варшавянку», «Красное знамя», «Ра-
бочую марсельезу». Колонну охраня-
ли рабочая милиция и боевая дру-
жина. Власти вели себя смирно.
И уповали на голод. Фабриканты от-
казались вести дальнейшие пере-
говоры.
Люди отчаялись, изголодались.
Вновь начались поджоги дач, было
разгромлено несколько продовольст-
венных лавок. В город стягивались
войска, назревало кровавое столкно-
вение.
27 июня депутаты выступили с за-
явлением. «47 дней стачки истощили
наши силы, — говорилось в нем. —
Мы решили с 1 июля стать на рабо-
ту, с тем, чтобы, подкрепив свои си-
лы, вновь начать борьбу за свои
права».
Фабриканты тут же начали вво-
дить старые порядки. Зашуршали
«черные списки», начались увольне-
ния. И стачка вспыхнула снова. Со-
вет на Талке продолжал свою работу.
«Товарищи, — говорили большеви-
ки, — впереди новый революционный
подъем, общероссийское вооруженное
восстание. К нему надо готовиться,
набираться сил, крепить организа-
цию. Мы сумели превратить нашу
стачку из экономической в политиче-
скую, и здесь мы добились полной
победы. Мы открыли глаза сотням
тысяч людей. Мы осуществили сво-
боду слова, печати, союзов и собра-
ний. Мы управляли городом и дока-
зали, что рабочий класс России спо-
собен осуществлять политическую
власть. И что же нам теперь терпеть
лишения и добиваться от хозяев
грошовых уступок, когда через не-
сколько месяцев все будет наше:
и власть, и заводы, и хлеб! Бере-
гите и копите силы для решаю-
щего боя».
19 июля Совет на Талке собрался
в последний раз. Он принял решение
закончить стачку. Депутаты заявили,
что они возвращаются на фабрики и
будут там продолжать свою работу
как избранники и защитники ра-
бочих.
23 июля стачка закончилась. Она
продолжалась 72 дня.
Не прошло и трех месяцев, как в
вихре октябрьской стачки 1905 го-
да зароненные иваново-вознесенцами
зерна дали обильные всходы. Более
чем в пятидесяти городах России воз-
никли Советы рабочих депутатов. Со-
веты вводили восьмичасовой рабочий
день, свободу слова и печати, руко-
водили вооруженными восстаниями,
судили, царских палачей, добывали
детям рабочих молоко и картошку.
Они стали знаменем, целью и силой
революции, звеном, через которое
осуществился впоследствии неразрыв-
ный союз партии и народа.
Иваново-вознесенские рабочие и их
вожаки — большевики-ленинцы — на-
чали работу над одним из величай-
ших открытий XX века — новой фор-
мой государственной власти для
страны социализма, в которой мы
живем.
Стоя у Вечного огня талкинского
мемориала, вспомним еще раз их до-
стойные имена: и тех, кого замучили
царские палачи и белогвардейцы, и
тех, кто дожил до победы рабочего
класса и отдал все силы строительст-
ву нашей страны и нового Иванова,—
и положим у памятника цветы, при-
везенные нами из города Октябрь-
ской революции.
му в тот день не работа-
лось. Может, попросту что-
то не клеилось. А может,
сказывалось огромное пе-
реутомление и легкое не-
домогание. Но если еже-
дневно по десять, а то и
по шестнадцать часов про-
сиживать за столом, то
как бы ни был крепок
организм, они в конце кон-
цов должны были по-
явиться — и переутомле-
ние, и недомогание. Глав-
ный труд его жизни —
«Капитал» — писался мед-
ленно и с неимоверным на-
пряжением.
Он положил перо, вы-
К. Курбатов
ИСПОВЕДЬ
МАВРА
СТРАНИЧКА ИЗ ЖИЗНИ
КАРЛА МАРКСА
• ИЗ ЖИЗНИ
ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫХ
ЛЮДЕЙ
прямился в кресле и потянулся. Боль-
шая черная борода его приподнялась,
длинные волосы опустились на спину.
— Нет, Мавр, ты еще не сделал
своего дела, — пробормотал он. —
Нет, еще не сделал.
Спину ему уютно согревали потре-
скивающие в камине дрова. За широ-
ким окном, выходящим в парк, стоял
густой лондонский туман. На голых
ветвях деревьев дрожали капельки
влаги.
Пройдясь по комнате, Маркс поко-
сился на диван. «Прилечь?» За ди-
ваном, на книжных шкафах, громоз-
дились горы рукописей, папок, под-
шивок газет. Папки и книги были по-
всюду— и на двух других столах, и
на стульях, и на камине, и на подо-
коннике. В кажущемся хаосе этих гор
бумаги умел разбираться один он,
мгновенно находя все, что ему требо-
валось.
Диван манил к себе. Но Маркс ре-
шил, что лучше прогуляться. Он умел
не только работать, но и отдыхать.
В минуты отдыха с увлечением читал
и перечитывал Шекспира, Бальзака,
Бернса. Или углублялся в решение
алгебраических задач. Или возился
и шутил с дочками. Или, вот как сей-
час, отправлялся на прогулку.
Уйти незаметно ему не удалось.
В прихожей его остановила Ленхен:
— Куда? В такую погоду? Нет, я
не пущу вас. Я подниму на ноги весь
дом, но не пущу. Вы вчера весь день
кашляли.
Кем она была в их доме, Елена Де-
мут? Другом семьи? Служанкой?
Хозяйкой? Она делала все: стирала,
стряпала, кроила и шила вместе с же-
ной Маркса платья девочкам. Она
умела договориться с кредиторами об
отсрочке долгов и выторговать в зе-
ленной лавочке два-три пенни. В то
же время она, как никто, знала все
причуды и слабости хозяина. Когда
он бывал сильно раздражен и метал
громы и молнии, так что жена и до-
чери предпочитали быть подальше от
его кабинета, Ленхен бесстрашно вхо-
дила в логово льва и, если он продол-
жал рычать, так ловко его отчиты-
вала, что лев становился смирнее
ягненка, И поэтому Марксу иногда
казалось, что Ленхен совершенно не-
выносимый Диктатор, от которого он
ужасно устал. Да что же это за дом,
где служанка... Впрочем, какая она
служанка? Ленхен никогда не была
для них служанкой. Никогда! Она
была добрым гением семьи, без кото-
рого Маркс не мыслил своего дома.
— Ну, Ленхен, — как можно про-
никновеннее прошептал Маркс. — Ну,
я вас очень прошу, Ленхен. Я нена-
долго. Я дойду до Хемпстед-Хис и
сразу обратно. Я не простужусь, че-
стное слово. И, плюс ко всему, я обе-
щаю вам, что сегодня после ужина
мы непременно сразимся с вами в
шахматы.
— Так я вам и поверила, — хмык-
нула Ленхен. — Вы обещаете это уже
вторую неделю. Вы попросту, вот что
я вам скажу, никудышный игрок и
поэтому боитесь меня.
— Я — никудышный? — повысил
голос Маркс.
— Вы, — сделала изящный реве-
ранс Ленхен. — Но если вы действи-
тельно обещаете мне сегодня вечером
партию в шахматы, я разрешаю вам
небольшую прогулку. На один час.
Наденьте вот этот теплый шарф.
И пожалуйста, дышите носом. Толь-
ко носом, Мавр.
— Носом, —ворчал Маркс, укуты-
вая горло. — Послушать, так вы луч-
ше меня играете в шахматы. Да се-
годня вечером... Впрочем, зачем ве-
чером? Мы сразимся с вами после
58 обеда?
— У вас не хватает выдержки,
господин Мавр, — улыбнулась Лен-
хен. — После обеда у меня слишком
много дел по дому. До вечера. И го-
товьтесь к неминуемому поражению.
Как тонко она его поддела. «К не-
минуемому поражению». «Господин
Мавр». Ишь ты! Жаль, он до сих
пор не придумал ей никакого прозви-
ща. А ведь она очень заслуживала
прозвища. Очень! Но какого же?
В доме Марксов издавна устано-
вилась традиция — каждый имел свое
прозвище. Хозяин — за смуглый цвет
лица, черную бороду и пылкий тем-
перамент — Мавр. И никто никогда
не слышал, чтобы хоть одна из доче-
рей назвала его «отцом» или «папой».
Только «Мавр» и изредка — «Стари-
на». Тем самым в семье как бы под-
черкивалось абсолютное равенство.
А что может быть прекраснее равен-
ства в сочетании с улыбкой и шут-
кой?
Жену Маркса, Женни фон Вестфа-
лей, которая происходила из высоко-
родной аристократической семьи ба-
ронов, звали «Мэмэ». Старшую дочь
(тоже Женни) — «Женнихен» и «Кви-
Кви» — император Китая. Младшую,
Элеонору — «Тусси», «Злой Карлик
Альберих» и «Кво-Кво» — китайский
принц. Но больше всего прозвищ
имела средняя дочка, Лаура: тут и
«мастер Какаду», и «Стряпуха», и
«Птичий глаз», и многое, многое дру-
гое. Друга Маркса, Фридриха Эн-
гельса, в доме на Мейтленд-парк-род
звали «Генералом». Вильгельма Либк-
нехта — «Лайбрери» («Библиотека»).
Лину Шелер, приятельницу Женни,—
«Олд мул» («Старый Крот»). И лишь
у Елены Демут, как ни странно, до
сих пор не было никакого прозвища.
Осенний Лондон утопал в густом
тумане. Его хлопья недвижно висели
в воздухе, скрывая все окружающее
на расстоянии двух-трех шагов. Ред-
кие дилижансы на ощупь пробира-
лись по улицам, непрерывно звеня
колокольчиками. Но и звон колоколь-
чиков, и стук лошадиных подков по
камню, и крики возниц, и другие
звуки глохли в насквозь пропитанном
сыростью воздухе.
На перекрестке Мдркс столкнулся
с усталой женщиной, которая несла
корзину с красными яблоками. Из-
винившись, он приподнял шляпу.
Щеки у женщины были серыми, что
особенно резко бросалось в глаза на
фоне ярких яблок. Верно, какая-ни-
будь работница с фабрики. И яблоки
явно не себе. Того, что ей платит
фабрикант, едва хватает на скудную
одежду и более чем скромную еду.
Чертов туман! В нем недолго и за-
блудиться. Ленхен права: какая мо-
жет быть прогулка в такую скверную
погоду.
Ну вот и еще чуть не раздавил ко-
го-то. Кто-то маленький и шустрый
вынырнул из тумана прямо Марксу
под ноги.
— Мне очень неприятно, — сказал
MapiKc.
— Простите, сэр,— прозвучало сни-
зу. — Но это я сам виноват, это не
вы. В таком тумане, конечно, нельзя
бегать. А я...
Мальчику-школьнику было лет де-
сять. За спиной у него топорщился
ранец. Глаза доверчиво смотрели на
бородатого мужчину с могучей гри-
вой волос.
— Куда же мы так торопимся? —
поинтересовался Маркс.
— У меня, сэр, очень важное де-
ло,— торопливо заговорил мальчиш-
ка.— Такое важное, что вы себе и
представить не можете. Мы вчера до-
говорились со штанами...
Маркс знал все европейские языки,
а три из них — немецкий, француз-
ский и английский — в совершенстве.
Мальчишка говорил по-английски. Но
Маркс почти ничего не понял из его
торопливой скороговорки. Получа-
лось, что мальчишка договорился
вчера с собственными штанами отно-
сительно какого-то менного ножа.
И теперь он мчался с этим самым
ножом к своим собственным штанам.
Хотя штаны, как совершенно точно
определил Маркс, присутствовали у
мальчишки иа своем законном месте.
— Вы, право, сэр, какой-то совер-
шенно непонятливый, — протянул
мальчишка, недоуменно тараща глаза
на Маркса. — Чего же здесь странно-
го? Штаны — это так зовут моего
лучшего друга Боба. A «Swop» (вы
будто никогда даже и в школе не
учились! У нас все так говорят в
школе) означает «менять». Мы вчера
договорились со Штанами, что обме-
няемся перочинными ножичками. А
Штаны сегодня почему-то не пришел
в школу. Вот я и бегу к нему.
— Да, — вздохнул Маркс,— вы ме-
ня, молодой человек, совершенно сра-
зили. Ignorantia non est argumentum.
— Чего, чего?—захлопал глазами
мальчишка.
— У меня тоже есть друг, — ска-
зал Маркс. — Его зовут Фридрихом.
Так вот он любит повторять это ла-
тинское выражение, которое гласит:
«Невежество не есть аргумент».
— У кого это, интересно, невежест-
во?— обиделся мальчишка.
— Конечно же, у меня,— поспешил
успокоить его Маркс. — Ведь это я
не понял вас. А сейчас, как я догады-
ваюсь, вы торопитесь к Штанам, что-
бы узнать, что с ним произошло?
— Зачем? Чтобы поменяться * но-
жичками.
— Вот это правильно, — похвалил
Маркс. — Чрезвычайно правильно!
Самое главное — выменять у Штанов
хороший ножик. А что там с ним
случилось, это уже не столь важно.
— Почему? — надулся мальчиш-
ка. — Может, это совсем даже Шта-
ны выменяет у меня хороший ножик.
У меня во какой ножик. Вы посмо-
трите, какой!
На ладони у мальчишки матово
блестнула костяная ручка.
— Сколько лезвий?—быстро спро-
сил Маркс.
— Одно.
— Эко, удивили! А у меня целых
два. — На большой смуглой ладони
Маркса мигом очутился складной пе-
рочинный нож. — Swop? — спросил
Маркс.
— Swop?—вспыхнул мальчишка.—
Вы это вправду, сэр?
— Разумеется, — сказал Маркс. —
Хотя ваш нож и с одним лезвием,
но он мне нравится.
— Да, с одним! — закипятился
мальчишка. — А у вас хотя и два, да
оба тупые.
— Не такие уж и тупые, — оби-
делся Маркс. — Впрочем, если вам
кажется... Ладно, добавляю к свое-
му тупому ножу еще пенни. По ру-
кам?
Они ударили по рукам. И Маркс
крикнул вдогонку счастливому, уже
почти растаявшему в тумане маль-
чишке:
— Передавайте от меня привет
Штанам!
Как мало нужно человеку для от-
дыха! Всего несколько искренних
слов. Всего чуть-чуть притронуться
к первозданной чистоте молодости,
пока юную душу еще не затянуло
паутиной, выработанной буржуазным
обществом лжи, лицемерия, корысти.
Сколько он проговорил с мальчиком?
А усталость как рукой сняло. И сно-
ва потянуло к столу, к своим бума-
гам, к книгам.
Чиркая спичками, Маркс с трудом
раскурил сигару и повернул обратно
к дому. Этот проклятый туман про-
питал сыростью абсолютно все — и
одежду, и табак, и спички. Маркс и
обычно-то был не в ладах со спичка-
ми, тратил на каждую сигару чуть
ли не по коробку. А с этим тума-
ном. ..
За работой (да и не только за ней)
он много курил. Работа над «Капита-
лом» отбирала чрезвычайно много
сил. Без привычной сигары, казалось,
не вытянуть. Но в то же время
Маркс шутил, что издание «Капита-
ла» наверняка не оправдает даже тех
затрат, которые пошли на выкурен-
ный за это время табак. Впрочем, че-
го же он хотел? Чтобы за вынесен-
ный капитализму смертный приговор
этот же самый капитализм заплатил
ему хорошие деньги? Смешно! Прямо-
таки парадоксально!
Дрова в камине, пока он прогули-
вался, догорели. От затянутых пеп-
лом углей шел сухой ровный жар.
Рукопись на столе притягивала к себе
с магической силой. И, опустившись
в кресло, Маркс мгновенно отклю-
чился от мелочной суеты окружаю-
щей его жизни.
Жена несколько раз заглядывала
в комнату, звала обедать.
— Да, да, Мэмэ, — почти автома-
тически отзывался он. — Сейчас, до-
рогая. Одну минутку.
Он дождался-таки, что за ним при-
шла Ленхен. Та не стала церемо-
ниться.
— Мавр, заставлять себя ждать —
это, вот что я вам скажу, неуважи»*
тельно по отношению к людям, с ко-
торыми вы живете. А если добавить,
что эти люди — женщины, то вы во-
обще первобытный и неотесанный
дикарь.
— Да, да, — попытался отмахнуть-
ся он.
Но Ленхен была тверда.
— Мавр! повторила она.
Он покорно, правда, не без ворча-
ния, поднялся и впереди Ленхен от-
правился в столовую.
Столовая! Он до сих пор никак не
мог привыкнуть, что у них есть своя
собственная столовая, что каждая из
дочерей имеет свою комнату. Ведь со-
всем недавно они вшестером ютились
в маленькой двухкомнатной квартире
на Дин-стрит. Жить бы им там и по-
ныне, если бы не наследство, что по-
лучил Маркс после смерти матери.
Наспех пообедав, он вновь заторо-
пился к себе. И вдруг вспомнил про
обещание, которое дал Ленхен.
— Так как же относительно шах-
мат?— обернулся он уже в дверях.
Ленхен вместе с девочками собира-
ла со стола грязную посуду.
— А посуду помоете вы?—спро-
сила она.
Младшая дочка, любимица семьи
Элеонора, радостно хлопнула в ла-
доши.
— Великолепная идея! — восклик-
нула она. —Почему бы тебе, Стари-
на, один разочек действительно не
помыть посуду?
— Тем более, — строго добавила
средняя, Лаура, — что мытье посуды
не менее полезно, чем игра в шах-
маты.
— Девочки! — вынуждена была
вмешаться мать. — Только не теряй-
те, пожалуйста, чувства меры.
— Я принимаю вызов!—вскинул
руку Маркс. — Играем три партии.
Проигравший отправляется на кухню 61
62
мыть посуду. А ты, Кви-Кви, чего
примолкла?—обратился он к стар-
шей дочери.
— У меня, Мавр, есть к тебе не-
сколько иное предложение, — тихо
сказала Женни. — Я думала, ты и
впрямь очень занят. Но раз шахма-
ты. .. Можно, я сейчас зайду к тебе
с небольшой анкетой?
— Да, да, заходи! Все заходите!—
закричал Маркс. — Я хочу, чтобы все
видели, как я сейчас классически раз-
делаю эту зазнавшуюся хвастунью
Ленхен!
Первую партию выиграл Маркс.
Они пристроились с Ленхен на дива-
не. Лаура и Элеонора с интересом
наблюдали за сражением. Как-никак,
на карту было поставлено не просто
мытье посуды.
Во второй партии сильней оказа-
лась Ленхен.
— Случайность! Абсолютно явная
случайность! — забегал по комнате
Маркс.
Он еще метался из угла в угол,
когдап в комнату зашла старшая дочь,
Женни.
— Проиграл?—сразу поняла она.
Женнихен принесла небольшой
альбом в ярком картонном пере-
плете.
— Мавр, — сказала она, похлопав
по альбому рукой,— анкета вот здесь.
Два десятка очень жизненных во-
просов.
Наверное, Женнихен появилась
весьма вовремя. Марксу совсем не
хотелось проигрывать третью пар-
тию. Он вообще не любил проигры-
вать. У него была необыкновенйо
мудрая старшая дочь.
— Это наверняка совершенно вели-
колепая анкета! — загремел он. — От-
вечаем на вопросы анкеты!
Они заполняли анкету все вместе.
Заполняли с шутками и со смехом.
Ответы были и серьезные и задорно-
веселые. Женнихен задавала вопрос,
и каждый по-своему отвечал на него.
— Достоинство, которое вы боль-
ше всего цените в людях? — звенел
ее голос.
— Простота, — сказал Мавр.
— Правдивость, — сказала Птичий
Глаз.
— Точно, правдивость, — поддер-
жала сестру Злой Карлик Альберих.
— Решительность, — твердо сказа-
ла Ленхен.
Когда кончились вопросы и ответы
на них были занесены в альбом, не-
утомимая Ленхен напомнила:
— А как же все-таки третья пар-
тия, Мавр?
— Як вашим услугам, леди, — га-
лантно отозвался Маркс.— Или, быть
может, вы подумали, что я хотел
удрать в кусты? Я никогда не уди-
рал в кусты!
Он проиграл третью партию. И за-
грохотал на весь дом:
— Где мой передник?! Немедленно
дайте мне мой передник! У меня пол-
ный дом женщин, но я с гордостью
иду мыть посуду!
Ему не дали передника. Шутя и
подтрунивая над ним, дочки усадили
его в кресло.
— Ладно, Старина, на этот раз мы
вымоем посуду за тебя. Но если ты
собираешься проигрывать Ленхен и
дальше, тебя уже ничто не спасет.
Шумной стайкой они убежали из
комнаты. А он взял перо и сразу от-
ключился от всего, что окружало его
минуту назад.
*
В сентябре 1960 года в Москву, в
столицу первого в мире государства
рабочих и крестьян, приехал пого-
стить правнук Карла Маркса — Мар-
сель-Шарль Лонге. Он привез в по-
дарок Институту марксизма-лениниз-
ма при ЦК КПСС сохранившиеся у
него бумаги прадеда. Среди этих бу-
маг оказался и небольшой альбом в
твердом картонном переплете, с плот-
ной голубоватой бумагой. Треть его
занимали своеобразные «анкеты», так
называемые «исповеди», или «призна-
ния», очень распространенные среди
молодежи Англии в шестидесятых го-
дах прошлого века.
В партийном архиве Института уже
хранились две подобные «исповеди»
Маркса. Но та, что была в альбоме
Марселя-Шарля Лонге, несколько от-
личалась от них.
Вот некоторые из наиболее инте-
ресных анкет этого альбома, которые
мы даем с незначительными сокра-
щениями.
КАРЛ МАРКС
Достоинство, которое вы больше
всего цените в людях
—»— в мужчине
—»— в женщине
Ваша отличительная черта
Недостаток, который вы считаете
наиболее извинительным
—»— который внушает вам
наибольшее отвращение
Ваше любимое занятие
Ваш любимый поэт
Ваш любимый прозаик
Ваш любимый герой
— простота
— сила
— слабость
— целеустремленность
— легковерие
— угодничество
— рыться в книгах
— Данте, Эсхил,
Шекспир, Гете
— Дидро, Лессинг,
Гегель, Бальзак
— Спартак, Кеплер
Ваш любимый цвет
Ваше любимое блюдо
Ваше любимое изречение
Ваш любимый девиз
— красный
— рыба
— «Ничто человеческое
мне не чуждо»
— «Подвергай все со-
мнению»
ЖЕННИ ФОН ВЕСТФАЛЕН
(жена Маркса)
Достоинство, которое вы больше
всего цените в людях
— »— в мужчине
— »— в женщине
Ваша отличительная черта
Ваше представление о счастье
— »— о несчастье
Недостаток, который вы считаете
наиболее извинительным
— »— который внушает вам
наибольшее отвращение
Ваша антипатия
Ваше любимое занятие
Ваш любимый поэт
Ваш любимый цветок
Ваш любимый цвет
Ваше любимое житейское правило
Ваш девиз
— искренность
— стойкость
— сердечность
— повышенная чувстви-
тельность
— здоровье
— зависимость от других
— нерешительность
— неблагодарность
— долги
— шитье
— Гете
— роза
— синий
— «Не придавай ничему
значения»
— «Никогда не отчаи-
ваться»
ЖЕННИ МАРКС
Достоинство, которое вы больше
всего цените в людях
—»— в мужчине
— »— в женщине
Представление о счастье
Недостаток, который мне
ненавистен
—»— который я считаю наи-
более извинительным
Моя антипатия
Любимый герой
Любимый поэт
— »— цветок
— »— цвет
— »— изречение
— »— девиз
— человечность
— моральное мужество
— преданность
— любить
— зависть
— легковерие
— предрассудки
— Г ракх
— Шекспир
— лилия
— красный
— «Будь верен самому
себе».
— «Через тернии к звез-
дам».
Вам, наверно, интересно узнать, что еще можно прочесть о лондонском пе-
риоде жизни Карла Маркса.
В 1964 году издательство «Детская литература» выпустило роман писателей из
ГДР Вильмоса и Ильзы Корн «Мавр и лондонские грачи».
Еще одну страничку из жизни Карла Маркса и Фридриха Энгельса в Лондоне
раскроет перед вами книжка Л. Видкопа и Я. Сухотина «Дружба великая и трога-
тельная». Книга вышла в издательстве «Детская литература» в серии «Школьная
библиотека».
ШАГ В БЕССМЕРТИЕ
доль Кавказского побе-
режья продвигался кон-
вой — тяжелые, непово-
ротливые транспорты, бы-
строходные, юркие катера
и корабли боевого охране-
ния. На палубах, в каю-
тах и трюмах транспор-
тов — люди, техника, ору-
жие, боеприпасы, продо-
вольствие для осажденно-
го Севастополя. Солнце
нялось дежурное звено наших истре-
бителей и на полной скорости устре-
милось к конвою. И вот уже коман-
дир звена капитан Чернопащенко
различил в сумеречной мгле темные
силуэты транспортов и огненные
трассы зенитных снарядов. Еще мгно-
вение — и среди сгустка разрывов
летчик увидел прижавшийся к самой
воде вражеский «юнкере». Противник
уже вышел на боевой курс; вот-вот
от него отделится торпеда, нырнет, а
затем разворотит борт самого круп-
ного из советских транспортов. Вме-
Б. -Л. Петров,
генерал-лейтенант авиации
ЗА СЧАСТЬЕ
РОДИНЫ
К ПОДВИГУ
БУДЬ ГОТОВ!
удое почти зашло за горизонт, еще
несколько минут — и наступит ночь,
которая надежно скроет от против-
ника караван.
Однако гитлеровцы знали, как ва-
жен для осажденного города каждый
солдат пополнения, каждая тонна —
да что там, каждый килограмм! —
груза. И вот в эти последние минуты
уходящего дня, прикрываясь насту-
пающей темнотой, к конвою на бре-
ющем полете подкралась группа вра-
жеских торпедоносцев.
В считанные секунды в воздух под-
5 Хочу все знать
сте с судном погибнет почти тысяча
беззащитных сейчас солдат. А какой
грозной силой станет этот полк, сту-
пив на землю Севастополя!
Нет, этого допустить нельзя! Но
выходить на нужное для атаки на-
правление и прицеливаться времени
уже нет: противник успеет сбросить
торпеду раньше, чем его настигнет
огонь истребителя. Значит...
Значит, остается таран. Даже вы-
брать наиболее безопасное направле-
ние невозможно — нет времени и нет
высоты: до поверхности моря всего
каких-нибудь двадцать метров. И ка-
питан Чернопащенко бросил свой
истребитель на врага — так, обвязав-
шись гранатами, солдат кидается под
вражеский танк, чтобы ценой своей
жизни уничтожить его. Все произо-
шло столь мгновенно, что вражеский
летчик, видимо, даже не успел со-
образить, каким оружием угрожает
ему наш пилот. Две многотонные ма-
шины с баками, наполненными бен-
зином, исчезли в вихре взрыва.
Так 2 апреля 1942 года шагнул в
бессмертие капитан Василий Егоро-
вич Чернопащенко.
Капитана Чернопащенко я знал.
Заместитель командира истребитель-
ного полка на Черноморском флоте,
он был опытным, хладнокровным,
волевым командиром и блестящим
пилотом. Летчикам полка особенно
нравились его постоянное спокой-
ствие и трезвая рассудительность.
«Ради защиты Родины мы не долж-
ны жалеть ни своих сил, ни даже
Жизни, — говорил он. — Безрассудное
же геройство не только бесполезно,
но, как правило, и вредно». Стре-
миться к победе надо ценой наимень-
ших потерь.
Капитан Чернопащенко очень лю-
бил жизнь. И конечно же, боялся
смерти. Это естественно: людей, во-
обще не знающих страха, не бывает;
но бесстрашен тот, кто силой воли
умеет преодолевать свой страх. Имен-
но воля — власть над собой, умение
перешагнуть через слабости -— основа
героизма. Недаром известный фрон-
товой разведчик, дважды Герой Со-
ветского Союза Виктор Николаевич
Леонов говорил: «Самым трудным в
жизни человека является его первый
подвиг — воспитание воли».
ИСТИННЫЙ И ЛОЖНЫЙ
ГЕРОИЗМ
Однако встречается еще, особенно
в.западной печати, извращенная трак-
товка понятия героизма. Не так дав-
но мне попала в руки книга, озаглав-
ленная «Подвиг камикадзе». Пожа-
луй, о «камикадзе» стоит рассказать
подробнее.
Еще задолго до начала второй ми-
ровой войны мы узнали, что в Япо*
нии формируются отряды летчиков-
смертников — «камикадзе». В обмен
на обеспеченную жизнь в мирное вре-
мя в случае войны они должны были
взлетать на начиненных взрывчаткой
самолетах и, врезавшись в цель —
корабль или береговое укрепление
противника, — погибать вместе со сво-
ими машинами-бомбами. Многим из
нас казалось тогда, что «камикадзе»
должны быть настоящими героями:
ведь они добровольно соглашались
умереть за свою родину, которую,
очевидно, любили больше жизни.
Но вот началась война, всем «ка-
микадзе» была предоставлена воз-
можность выполнить свой долг.
И что же?
Да, почти все они погибли. Но
только единицы из 2Т1Ъ человек —
цифра внушительная! — выполнили
свою задачу. Остальные же...
Американские линкоры, крейсеры
и авианосцы имели мощную зенит-
ную артиллерию. И когда они откры-
вали заградительный огонь, вокруг
кораблей мгновенно возникал сплош-
ной заслон, сплетенный из множест-
ва разноцветных трасс. Пробить в
этой стене брешь и поразить цель
можно было только очень грамот-
ными, продуманными действиями лет-
чиков, основанными на военной хит-
рости и взаимопомощи.
А что делали «камикадзе»? Взле-
тев со своего аэродрома, они наби-
рали высоту 300—400 метров (самую
выгодную, кстати, для корабельной
артиллерии) и, вытянувшись длинной
цепочкой, один за другим шли прямо
в самую гущу зенитного огня. Само-
леты загорались, взрывались в воз-
духе, падали, лишь в исключитель-
ных случаях достигая цели.
Подобную же картину наблюдали
и наши военные моряки-тихоокеанцы.
История Великой Отечественной вой-
ны зафиксировала по крайней мере
две встречи наших кораблей с япон-
скими летчиками-смертниками. Один
5*
из них был сбит зенитной артилле-
рией, а второй, не долетев до борта
советского транспорта, сам врезался
в воду.
Хваленые «камикадзе» на поверку
оказались не героями, а самоубийца-
ми; во всех их действиях сквозило
желание не победить ценой жизни, а
просто умереть.
Разве можно назвать подвигом бес-
смысленную гибель? Разумеется, нет!
Это полная противоположность под-
вигу — преступление перед своей стра-
ной, теряющей воина, защитника, ко-
торый мог бы еще нанести врагу не-
малый урон.
«Камикадзе» были летчиками-
смертниками. С самого начала они
знали, что их назначение — погиб-
нуть. И это объясняет многое. Ведь
никто из наших героев-летчиков, от-
давших свою жизнь во имя победы
над фашизмом, таких, как Гастелло,
Талалихин, Чернопащенко и другие,
смертником не был. Они шли на
смерть добровольно, понимая, что в
данной ситуации только так они смо-
гут до конца исполнить свой долг пе-
ред Родиной. «Камикадзе» же поги-
бали по обязанности, они считали
себя покойниками уже с того момен-
та, когда их машины взлетали в воз-
дух, оставляя на земле шасси — воз-
можность посадки.
Однако далеко не каждый даже от-
чаянно смелый поступок является
героическим. Недавно в одной из на-4
ших газет появилась заметка о двух
молодых американских спортсменах-
парашютистах, совершивших уни-
кальный прыжок. Первый из них вы-
бросился, из самолета без парашюта,
а второй, выждав точно рассчитан-
ное время, с двумя парашютами ри-
нулся ему вслед. В воздухе он на-
гнал первого и передал ему парашют.
Оба приземлились благополучно.
Смелость? Да. Даже, пожалуй,
смелость безрассудная, хотя и по-
строенная на точном расчете. Но ко-
му это было нужно? Если бы такой
прыжок был совершен с учебной 67
целью, для отработки спасения чело-
века в катастрофической ситуации,—
он был бы полностью оправдан. Если
бы это было сделано непосредственно
для спасения человеческой жизни —
это стало бы подвигом. Но игра со
смертью ради рекорда может заслу-
живать только осуждения.
Подвиг — это поступок человека,
который в интересах своего народа,
во имя высокого идеала — предан-
ности идеям нашей Коммунистиче-
ской партии — возложил на себя пол-
ную меру ответственности за пору-
ченное дело. Подвиг — шаг, выходя-
щий за обычные нормы поведения.
Чешский писатель-патриот Юлиус
Фучик писал: «Герой — это человек,
котрый в решительный момент де-
лает то, что нужно делать в интере-
сах человеческого общества».
Подвиг — это шаг в бессмертие.
Иногда он бывает очень коротким,
этот шаг. Чуть больше минуты пона-
добилось командиру бомбардировщи-
ка капитану Гастелло и его экипажу,
чтобы принять решение и направить
свою горящую машину на вражескую
колонну. Считанные секунды обес-
смертили имя капитана Чернопа-
щенко.
Но для того, чтобы совершить этот
шаг, надо быть к нему готовым. А что
это значит? Это значит —с первых
шагов в жизни воспитывать в себе
волю, стойкость, решительность, уме-
ние интересы Родины ставить выше
всего личного, даже самой жизни.
И — в совершенстве знать свое дело.
НЕ ЧИСЛОМ, А УМЕНИЕМ
Нельзя забывать, что мы живем в
век сложнейшей боевой техники. Для
совершения подвига одного желания
сейчас недостаточно, необходимо еще
и умение.
В 1928 году я, тогда еще совсем
молодой комсомолец, смотрел, как
вводили в кронштадтский док подня-
тую со дня моря английскую подвод-
ную лодку Л-55. Хотя с тех пор про-
шло уже почти полвека, но, как сей-
час, вижу обросшую толстым слоем
ракушек огромную металлическую
сигару с развороченным бортом.
Потопили ее во время гражданской
войны, в 1919 году. Эскадренные ми-
ноносцы «Азард» и «Гавриил» несли
дозорную службу в районе Копор-
ской губы. На море и в воздухе все
было спокойно. И вдруг вахтенный
комендор кормового орудия Семен
Богов увидел, как за кормой «Гав-
риила» показалась из-под воды бое-
вая рубка неизвестной подводной
лодки. Наших здесь не должно было
быть. Значит — враг! Докладывать
об обнаружении цели было некогда—
противник мог в любую секунду тор-
педировать эсминцы. Богов развер-
нул орудие, прицелился и выстрелил.
Все произошло так стремительно,
что, когда на ходовом мостике услы-
шали выстрел и взглянули в его на-
правлении, лишь поднятый взрывом
фонтан медленно оседал на поверх-
ность моря. Подводной лодки никто
так и не увидел. Пришлось Богову
отвечать «за самовольный выстрел».
В корабельном журнале осталась за-
пись о происшедшем в море ЧП.
Только девять лет спустя, в июне
1928 года, водолазы разыскали на
дне Копорской губы английскую под-
водную лодку Л-55. Тогда забытое
всеми ЧП оказалось подвигом. Ма-
трос Семен Богов был награжден
орденом Боевого Красного Знамени.
Находчивость, инициативность, вы-
сокое артиллерийское мастерство сде-
лали выстрел Богова подвигом. Но
окажись на его месте менее опытный
комендор — и наложенное дисципли-
нарное взыскание стало бы лишь
справедливым.
Многие, наверное, слышали или
читали о подвиге старшего лейтенан-
та Георгия Попандопуло. В одном из
воздушных боев штурмовик ведуще-
го группы капитана Б. А. Касторного
получил повреждения и вынужден
был с убранными шасси совершить
посадку на занятый противником бе-
рег моря. К самолету бросились фа-
шисты, но Касторный встретил их
огнем пушек и пулеметов. С воздуха
это видел Георгий Попандопуло. Он
бросил свою машину в атаку, а когда
фашисты залегли, решил спасти ко-
мандира и друга.
Не только летчику, но, пожалуй, и
каждому школьнику известно, что са-
мым сложным элементом полета
является посадка — даже на ровный,
как стол, аэродром. А старшему лей-
тенанту Попандопуло предстояло
сесть на изрытый берег, да еще с
простреленным вражеским снарядом
колесом. И все же он сумел посадить
свой ИЛ-2 рядом с лежащей на фю-
зеляже машиной Касторного, забрать
капитана в кабину своего самолета,
взлететь и благополучно добраться
до своего аэродрома.
Вскоре йод Таманью в такой же
ситуации оказался молодой летчик
младший лейтенант П. Г. Кулик. Он
увидел, как подбитый самолет его
друга В. А. Семенихина горящим сел
в расположении врага, и решил по-
вторить подвиг Попандопуло. Неуме-
ния посадить самолет вне аэродрома
младшему лейтенанту не хватило.
Едва коснувшись земли, его штур-
мовик перевернулся. В плену у фа-
шистов оказались и Семенихин, и
Кулик.
Конечно, Куликом руководило бла-
городное стремление выполнить свой
долг солдата и друга. Но отсутствие
боевого опыта и профессионального
мастерства превратило его поступок
в бессмысленную жертву.
ВОЙНА КНОПОК? НЕТ,
ВОЙНА ЛЮДЕЙ
Часто приходится слышать, что со-
временная война — это война техни-
ки, «война кнопок», в которой чело-
веку отведено лишь подсобное место.
Теперь, мол, важно обладать знания-
ми, а физическая выносливость ни к
чему. Это глубоко неверно. Конечно,
прежде всего необходимы знания, си-
ла духа и воли. Однако физическая
выносливость, неутомимость нужны
сейчас не меньше, чем прежде, но,
может быть, даже больше.
Великую Отечественную войну со-
ветский народ закончил, лишь до-
бившись полной и безоговорочной ка-
питуляции противника. Каждая опе-
рация, каждый бой велись с предель-
ным напряжением, требовавшим от
каждого бойца высокой физической
И духовной выносливости. Это два-
три века назад во время войн устра-
ивались «каникулы» для праздников,
перемирия, для захоронения убитых
и выноса раненых...
А во время обороны Севастополя,
например, частота вылетов наших са-
молетов была такой, что техники не
успевали даже заделывать пулевые и
осколочные пробоины. Чтобы отли-
чить старые дыры от новых, их ме-
тили краской, как мишени в тире.
Весной 1944 года, в период боев за
Крым, один из лучших мастеров тор-
педных ударов по кораблям против-
ника— летчик гвардейского авиапол-
ка Черноморского флота старший лей-
тенант А. Р. Ковтун — обратился к
своему командиру с просьбой закре-
пить за ним два торпедоносца: «Яхо-
чу воевать без отдыха. Сброшу тор-
педу, прилечу — и чтобы на земле
уже стояла готовой к вылету другая
машина; пересяду — и снова в бой!»
Такое напряжение под силу толь-
ко очень и очень выносливым, зака-
ленным и тренированным людям.
ИНИЦИАТИВА И
ДИСЦИПЛИНА
Сейчас, в эпоху научно-технической
революции, необычайно возрос удель-
ный вес техники коллективного поль-
зования, повысилась зависимость
между людьми, обслуживающими
различные механизмы. «Промах» од-
ного человека в современных усло-
виях может привести к тяжелым
последствиям для многих людей, рав-
но как и подвиг одного может ока-
зать решающее влияние на общие
усилия целого коллектива. Именно
поэтому сейчас, как никогда, все
должно быть построено на жесткой
дисциплине, на четком выполнении
каждым человеком своих обязанно-
стей. Дисциплина стала одним из
важнейших показателей уровня вос-
питания воли человека.
Может возникнуть вопрос: а как
же тогда понимать необходимость
проявления инициативы? Совмести-
мы ли эти понятия — дисциплина и
инициатива?
Безусловно. Но только инициатива
не означает, что каждый человек мо-
жет делать все, что ему придет на
ум. Она должна быть разумной и
направленной на выполнение постав-
ленной конечной задачи.
Однажды командир звена истреби-
телей старший лейтенант М. И. Гриб
в паре с летчиком Н. К. Лазутиным
поднялись в воздух для отработки
техники пилотирования. Но едва успе-
ли они набрать высоту, как ведущий
заметил на горизонте группу враже-
ских бомбардировщиков, идУщих под
прикрытием истребителей. Они на-
правлялись к нашему аэродрому с
явным намерением подвергнуть его
бомбардировке.
Сразу же прекратив выполнение
учебного задания, Гриб и Лазутин
бросились в атаку: ждать приказания
с земли было некогда. Невзирая на
значительное численное преимущест-
во противника, они завязали воздуш-
ный бой с «мессершмиттами» при-
крытия. Тем временем взлетело де-
журное звено и, воспользовавшись
тем, что истребители противника бы-
ли связаны боем с парой старшего
лейтенанта Гриба, дружно ударило по
бомбардировщикам. Налет противни-
ка был отбит без потерь, тогда как
враг потерял шесть самолетов.
А вот противоположный пример.
Однажды группе торпедоносцев бы-
ло приказано разгромить конвой про-
тивника. При этом их должны были
прикрывать истребители. Должны
были, но...
В пути истребители встретили са-
молеты противника и завязали с ни-
ми бой. Им удалось сбить несколь-
ко вражеских машин. Но какой це-
ной! Лишенные прикрытия торпедо-
носцы не смогли пробиться к цели и,
потеряв в бою несколько экипажей,
вернулись до^ой. Поставленная ко-
мандованием задача не была выпол-
нена.
И без объяснения понятно, где
здесь подлинная инициатива, само-
стоятельность решений, направлен-
ных на выполнение общей задачи, а
где — недисциплинированность, гра-
ничащая с преступлением.
ОДИН ЗА ВСЕХ И ВСЕ
ЗА ОДНОГО
Пример с истребителями, оставив-
шими без прикрытия эскортируемые
торпедоносцы, — пример редкий. Ине
потому даже, что не было у нас не-
дисциплинированных бойцов. К со-
жалению, были. Но потому, что для
наших воинов всегда оставался свя-
тым суворовский девиз: «Сам поги-
бай, а товарища выручай!». У войско-
вого товарищества русской армии
многовековая традиция. Как строго
соблюдается она в Советской Армии,
можно понять из эпизода, расска-
занного Героем Советского Союза
К. С. Алексеевым.
Вместе с лейтенантами Качалкой и
Терновым прикрывал Алексеев груп-
пу штурмовиков ИЛ-2. После удачно
проведенной боевой операции наши
самолеты возвращались на свой аэро-
дром и уже готовились к посадке, как
вдруг перед ними появилась большая
группа «мессершмиттов». Их было не
меньше двадцати.
Увидев врагов, наши летчики успе-
ли только сбрЪсить высоту и при-
жаться к земле, чтобы не дать фа-
шистам атаковать себя снизу. Бой за-
вязался на высоте всего пятидесяти
метров. Три И-16 на встречных кур-
сах ринулись на врага. Противник
отвернул, и советские истребители
бросились в погоню, намереваясь зай-
ти «мессерам» в хвост. Но такую же
цель поставили перед собой и фа-
шистские летчики. Началась невооб-
разимая карусель.
Алексеев увидел, что его ведомый,
лейтенант Тернов, атакует машину
противника, но его настигают две
других. Не раздумывая, Алексеев
бросил своего «ишака» на них и дал
очередь по ближайшему вражескому
самолету. «Мессеры» в замешатель-
стве отвернули. Вот тут-то и погнать-
ся бы за ними и добить хоть одного!
Но было не до того: за вторым ве-
домым Алексеева, лейтенантом Ка-
чалкой, тоже гнался фашист. Алек-
сеев бросился выручать товарища.
Вот он уже зашел в хвост противни-
ку, сейчас раздастся очередь и...
И вдруг огненные струи пулеметных
трасс окатили его машину. Кинув
взгляд назад, он увидел самую нена-
вистную любому летчику картину:
прямо под хвостом его машины «ви-
сел» «мессер». Светящиеся пули и
снаряды проносились у самой головы
Алексеева. Раздумывать было не-
когда.
Он бросил машину в глубокий ви-
раж — «мессер» следом. Обратный
разворот — «мессер» продолжал все
так же упорно висеть у Алексеева на
хвосте. Снова и снова разворачивал
летчик из стороны в сторону своего
«ишака», заставляя его выписывать
в воздухе самые невероятные фигуры.
Он не видел ни земли, ни неба, фик-
сируя землю взглядом лишь в те мо-
менты, когда истребитель чуть не ка-
сался ее крылом.
И вдруг враг исчез. Уже потом
Алексеев узнал, что это, в свою оче-
редь, пришел к нему на выручку Ка-
чалка. Он едва успел выровнять са-
молет, как увидел, что впереди напе-
ререз ему мчатся два «мессершмит-
та», а за ними гонится Тернов. Алек-
сеев выстрелил, почти не целясь, —
как охотник, навскидку бьющий по
дичи. Короткая очередь оказалась
точной: фашист взорвался в воздухе.
А бой продолжался. Враги все вре-
мя пытались разъединить советских
летчиков, чтобы уничтожить их по-
одиночке, но те продолжали держать-
ся вместе, ежесекундно выручая друг
друга, — до тех пор, пока не подоспе-
ло дежурное звено истребителей, по
тревоге поднятое с аэродрома.
Так почему же три стареньких И-16
в трудных условиях смогли выстоять
перед двумя десятками новейших по
тому времени «мессершмиттов»? По-
тому лишь, что наши летчики все
время взаимодействовали друг с дру-
гом, а любой человек становится мно-
го увереннее и смелее, когда безгра-
нично верит в своих товарищей, чув-
ствует рядом плечо друга, всегда
готового прийти на помощь.
Фашистов же недаром называли
«стервятниками». Как и эти птицы,
они хоть и летали стаей, но действо-
вали в бою каждый сам за себя, в
одиночку, рассчитывая только на свои
силы и стремясь лишь увеличить
личный боевой счет. Потому и много-
кратный численный перевес зачастую
не приносил им победы.
ПОДВИГ длиною в жизнь
Конечно, война ставит весь народ,
и каждого человека в отдельности в
те крайние условия, предъявляет те
максимальные требования, которые
быстро выявляют человеческую сущ-
ность. Поэтому на войне проявлений
героизма может быть больше, чем в
мирное время. Или, пожалуй, иначе:
в военной обстановке эти проявления
заметнее, они резче выявлены и бо-
лее наглядны.
Но и мирная жизнь предоставляет
каждому из нас возможность пока-
зать, на что он способен. Разве мож-
но назвать иначе, чем подвигом, по-
ступок комсомольца Анатолия Мерз-
лова, молодого тракториста, не раз-
думывая бросившегося спасать от
пожара хлебное поле? Он спас хлеб,
но погиб сам. А ведь никто не упрек-
нул бы его, если бы он не сделал
этого. Достаточно было известить о
пожаре и на этом счесть себя выпол-
нившим долг...
Подобных примеров можно при-
вести множество, сама жизнь пока-
зывает их нам каждый день. Но это
уже тема для отдельного разговора.
В заключение мне хочется сказать
еще одно. Бывают подвиги, к кото-
рым человек готовится всю свою
жизнь, но сам по себе шаг в бессмер-
тие длится секунды, минуты, ча-
сы... А бывают подвиги совсем ино-
го рода — подвиги, длящиеся всю
жизнь.
Таким ежедневным, постоянным,
пожизненным подвигом была судьба
тех, кто рука об руку с Владимиром
Ильичем Лениным боролся за новую
жизнь для всего народа. Подвигом
была жизнь самого Владимира
Ильича, отданная борьбе за счастье
трудового народа, — жизнь, о кото-
рой замечательно сказано в Тезисах
Центрального Комитета Коммуни-
стической партии Советского Союза
к 100-летию со дня рождения
В. И. Ленина:
«Жизнь Ленина — подвиг. Это —
жизнь, прошедшая в творческой ра-
боте мысли и неустанном революци-
онном действии, в идейных и полити-
ческих битвах».
У самого Белого моря в устье
реки Кереть есть старинное
село с таким же названием.
Основным занятием поморов,
живших тут, была рыбная лов-
ля. Но село славилось и добы-
чей речного жемчуга. Суще-
ствует предание, что керетские
купцы подарили дочери Пет-
ра I — императрице Елизавете
Петровне — ожерелье черного
жемчуга, за что та в знак осо-
бой милости даровала старосте
села привилегию не ломать
шапку перед царскими чинов-
никами. Сейчас ленинградски-
ми биологами ведется работа
по воссозданию этого нужного
промысла.
Село живописно располо-
жилось по северному склону
небольшой Керетской губы, ку-
только далекий гул реки, спускающейся
по последнему к морю порогу, нарушает
удивительную тишину светлой ночи.
В июле часты грозы. Небо кажется
бескрайним и огромным, и облака на нем
самой причудливой формы. Незаметно
подходит август, напоенный ароматом
моря и хвои прибрежных лесов. Внезапно
в одну ночь, когда ртутный столбик па-
дает ниже нуля, наступает осень. Утром
просыпаешься, пораженный великолепным
нарядом берез и осин. Они как свечи го-
рят на фоне темных сосен и елей, а под
ногами удивительный ковер из серебри-
стого лишайника, красного черничника,
вереска и лиловых листьев голубики.
Осень вносит напряжение в рабочий
ритм рыболовецкого колхоза. Начинается
путина: лов сельди и семги, которая идет
на нерест. Когда-то село было основным
поставщиком семги для монахов Соловец-
Вл. Прошкин
НА СЕВЕРЕ
КАРЕЛИИ
ПРЕКРАСНОГО
да заходят рыболовецкие боты, катер
местной линии «Навага», а иногда и боль-
шие морские лесовозы. Всякого, кто по-
бывает тут, поразят поседевшие от вре-
мени и северных ветров постройки, соз-
данные руками безвестных мастеров. Во
многих из них воплотились лучшие черты
русского народного творчества и боль-
шая строительная культура. Деревянные
тротуары, двухъярусные амбары с огром-
ными колесами-воротами для поднятия
клади, старинные дома из вековых сосен
с резными наличниками — все это запо-
минается на долгие годы.
Особенно красиво село в белую ночь,
когда тихо смотрят в воду залива бани и
сараи, как бы перевернувшиеся в нем, и
ких островов. Сейчас эта ценнейшая рыба,
завернутая в пергамент и упакованная в
ящики, отправляется в Чупу— на рыб-
завод.
Мирно постукивает дизель рыбачьего
бота, эхо разносит стук по островам и
проливам, снимется стайка крохалей и
протянет низом в узкую салму. Салма —
это пролив по-карельски. Дежурят рыба-
ки у сетей, ждут хода сельди, а уж когда
она пойдет, тогда не зевай. Как говорится,
не успевают рыбаки сети сушить. Только
это теперь не страшно— сети-то у рыбаков
капроновые.
Красивый край, незабываемый. Его оча-
рование я и попытался отразить в своих
работах.
Художник Владимир Прошкин родился в 1931 году в Ленинграде. В 1957 году
окончил институт имени Репина, живописный факультет. Еще будучи студентом, ху-
дожник увлекся Севером, его природой. В этом сборнике мы помещаем несколько
его акварелей и небольшую заметку о впечатлениях самого художника.
усский . музей в Ленин-
граде — один из крупней-
ших музеев страны. В его
залах собраны сокрови-
ща живописи, скульпту-
ры, прикладного искусства,
создававшиеся русским на-
родом на протяжении ты-
сячелетия. Рядом с творе-
ниями древнерусских мас-
теров тут можно видеть и
произведения наших та-
лантливых современников.
После Великой Отечест-
венной войны Русский му-
зей первым из художест-
венных музеев начал пока-
А женщина вынула черный влаж-
ный колобок глины и принялась его
разминать. Рассказала, что копают
эту глину — «синику» — в оврагах
за деревней. Называют ее так пото-
му, что она действительно в сыром
виде отливает синевой. Колобок Дер-
бенева разделила на кусочки, из ко-
торых скатала жгуты — одни потол-
ще, другие потоньше. Из каждого
жгута она начала вылепливать игруш-
ку, всю целиком: коника, человечка в
штанах, курточке и больших сапогах.
Назвала его «солдатом».' Затем про-
демонстрировала, как лепят куклу
«барыню». Из толстого короткого
жгута прямо на большом пальце ру-
ТУЛЬСКИЕ
СВИСТУЛЬКИ
зывать наряду с картинами, статуями,
драгоценным фарфором и бронзой
скромные на первый взгляд изделия
из дерева, глины, железа, кости, льна
и шерсти — произведения народных
мастеров. И они выдержали сравне-
ние. Музей широко пропагандирует
дореволюционное и советское народ-
ное искусство и поддерживает на-
стоящую творческую дружбу с мас-
терами.
Однажды в отдел народного ис-
кусства Русского музея приехала
мастерица Анна Иосифовна Дербе-
нева — из деревни Филимоново
Тульской области — и привезла свои
глиняные игрушки. Веселые, ярко
раскрашенные, на столе они показа-
лись россыпью цветов на лугу.
В комнату вошел праздник.
ки, как на гончарном станочке, Анна
Иосифовна сформовала колокол юбки.
А затем из оставшейся сверху гли-
ны, сжимая ее в ладонях, слегка
вытягивая кверху и быстро работая
пальцами, вылепила туловище, шею,
голову куклы, ручки-колбаски упер-
ла ей в бока. Встала «барыня», под-
боченившись.
Потом мастерица вылепила всад-
ника вместе с седлом и посадила его
на спинку коня, крепко прижав к вы-
сокой конской шее ручки и ножки
седока.
Но особенно интересно было смо-
треть, как делаются свистульки. Поч-
ти все филимоновские игрушки —
это свистульки. И «барыне» и «сол-
дату» полагается держать под мыш-
кой птичку-свистульку. Животные,
коники тоже часто имеют вместо
хвоста свисток. А вылепливают его
так. Задняя часть птичек, фигурок
животных сначала представляет со-
бой лепешку. Эту лепешку мастерица
быстрыми движениями собирает по
краям в сборку, слепливает ее и вы-
тягивает, протыкая в образовавшем-
ся выступе два отверстия, одно—ввер-
ху, другое — пониже. Так образуется
грушевидное утолщение, полое внут-
ри, отличающее все филимоновские
игрушки от игрушек из других мест.
Благодаря этому своеобразному ре-
зонатору филимоновские свистят осо-
бенно звонко. Дунешь в выступ хвос-
та, раздастся громкий, торжествую-
на глиняную лепешку — дно будуще-
го сосуда — кольцеобразно сверну-
тые жгуты’ глины, скатав их в ладонях.
Так, кольцо за кольцом, выстраивал-
ся сосуд. Посудина росла, как сруб
дома, который тоже кладут венец за
венцом. Подобным способом лепили
посуду в те времена, когда еще не
было гончарного круга.
Много в нашей стране мест, где
делают игрушки. Деревня Филимо-
ново стала широко известна своими
глиняными расписными свистулька-
ми сравнительно недавно, Находится
она в самом центре России, в Туль-
ской области. Деревня стоит в кра-
сивом месте, на берегу реки Упы, не-
щий свист. С боков резонатора про-
тыкаются еще две круглые дырочки.
Попеременно зажимая их, можно на-
игрывать немудреные мелодии и
трели.
Смотрели музейные работники и
удивлялись искусству Анны Иоси-
фовны Дербеневой. Руки мастерицы,
прекрасно чувствующие упругую по-
датливость материала, — ее единст-
венное орудие, если не считать ще-
почки, которой она обрезает лиш-
нюю глину, протыкает отверстия, на-
носит ямки и линии, обозначающие
глаза и рот у человечков и живот-
ных.
Все приемы лепки, показанные
мастерицей, очень традиционны. Они
пришли из глубокой древности, ко-
гда люди делали посуду, наращивая
далеко от древнего города Одоева,
который в старину как военная кре-
пость должен был защищать москов-
скую землю от нашествий врагов.
О Филимонове упоминается в исто-
рических документах четырехсотлет-
ней давности.
Здесь и зародился игрушечный
промысел, но не сам по себе, а возле
серьезного дела мужчин, занимав-
шихся гончарством. Гончары изго-
товляли глиняную посуду: кринки,
миски, кувшины, а женщины лепили
веселые игрушки. Возникновению
промыслов в Филимонове способ-
ствовали два обстоятельства. Во-пер-
вых, кругом имеются глины, пригод-
ные для работы: более «тощие» —
для гончарства, «жирные», пластич-
ные, напоминающие пластилин («си-
ника») — для лепки игрушек. Во-
вторых, было где сбывать товар.
В Одоеве, не в пример другим туль-
ским городам, ярмарки устраивались
семь раз в год. Игрушки специально
готовились к каждой ярмарке. Стои-
ли они копейки. Чтобы заработать,
надо было сидеть не разгибаясь це-
лыми днями. Иные мастерицы лепи-
ли по сотне игрушек в день. Взрос-
лым помогали дети. Девочек приуча-
ли делать игрушки с семи-восьми
лет.
И теперь в Филимонове почти все
пожилые женщины умеют лепить
фигурки. Постоянно же работает
лишь несколько человек. Мастерицы
объединены при мастерской, но
игрушки они делают дома и обжи-
гают в своих горнах, сохранившихся
от дедов-гончаров.
Сама лепка игрушек — искусство
древнее. А вот роспись в Филимоно-
ве не старше ста лет. Такими ярки-
ми красками и с такой щедростью
игрушку стали расписывать лишь с
тех пор, как появились фабричные
анилиновые краски.
Мастерицы употребляют краску
всегда только в виде порошка и рас-
творяют ее на яйце. Краски глянце-
вито блестят на побелевших после
обжига глиняных фигурках. По срав-
нению с прошлым игрушки теперь
стали делать наряднее и замыслова-
тее по форме. Изображают зверей,
птиц и людей.
«Зверинец» филимоновских игру-
шечниц очень разнообразный. Тут
кони, олени, коровы, козлы, бараны,
собаки и даже волки. Только они не
похожи на своих живых сородичей.
Все они как будто родственники жи-
рафов и зебр. Чудные, длинношеие и
полосатые. Однако при взгляде на
игрушку не ошибешься, сразу опре-
делишь: это конь, это корова...
В каждой фигурке переданы наибо-
лее характерные признаки и особен-
ности того или иного животного.
Конь чутко навострил уши. Грлову
коровы венчают мощные рога, слов-
но полумесяц с симметрично подня-
тыми концами. У оленя рога ветви-
стые, развесистые. Козел непремен-
но с бородой и задорно закинутыми
назад острыми рожками. Собака у
филимоновских мастериц всегда напо-
минает лопоухого Полкана, а кошка
с круглой головой сидит на задних
76
лапах, в передних шарик держит,
играет. В остальном же фигурки
очень похожи друг на друга. Они
прочно стоят на коротких тонких
ножках. Задняя часть туловища у
всех приподнята и имеет грушевид-
ную форму. Хвосты-обрубочки вздер-
нуты. Ведь это свистульки.
Раскрашены игрушки прямо по свет-
ло-розовой или белой глине (вспом-
ним, что черная глина после обжи-
га в горне белеет). Звери расписы-
ваются цветными полосами, горизон-
тальными, вертикальными и в «елоч-
ку». Кони, как зебры, полосатые.
Только полосы — как сама радуга:
красные, желтые, синие, зеленые,
малиновые. Игрушки, расписанные
наиболее нарядно, сначала сплошь
покрашены желтой краской. И по
этому солнечному фону полосы рас-
ходятся как лучи.
Головы животных мастерицы окра-
шивают в зеленый или синий цвет
(чтобы мордочки заметнее были),
рога и уши — в малиновый. Удиви-
тельных зверей создают игрушечни-
цы благодаря мастерству и фантазии.
А ведь и в жизни можно подме-
тить в животном, в звере наиболее
характерные особенности его внеш-
ности и повадок и одновременно по-
чувствовать в нем что-то волшебно-
прекрасное. Известный художник и
учитель Ильи Ефимовича Репина
Павел Петрович Чистяков вспоминал
себя деревенским мальчиком: «Я ма-
ленький сам рыжего коня всегда ви-
дел красным. Думал: он прямо с
солнца!»
Один старый мастер, живший в
30-е годы на Волге и резавший
игрушки из дерева, был убежден, что
они должны быть не простые, а укра-
шенные, как в сказке... «И конь не
простой, а вроде как конек-горбу-
нок».
Наверное, так поэтично, возвы-
шенно воспринимая природу и все
живое, народ создал и сказочный об-
раз коня сивки-бурКи, вещего каур-
ки, у которого «из ушей дым, из
ноздрей пламя пышет», когда он бе-
жит, земля под ним дрожит. И ска-
чет он «выше леса стоячего». Род-
ственны ему и образы волшебного
серого волка и жар-птицы.
Фантазерками и сказочницами
остаются филимоновские женщины,
когда они изображают птиц и челове-
ка отнюдь не в будничном обли-
чье. Их индюки и петухи нарядны,
распускают хвосты веерами и пест-
ры, как колибри. Куклы — «барыни»
и крестьянки — одеты в пышные
юбки колоколом, красные кофточки
и передники. Их одежда расписана
сложными геометрическими узорами,
ветками растений, розетками-«сол-
нышками» и лучистыми звездами.
На головах у них замысловатые ша-
почки и шляпы, часто украшенные
куриными перьями. На руках они
держат собачку, петуха или младен-
ца, а под мышкой обязательно сви-
стульку, схематичную фигурку пти-
цы. Они величественны и вместе с
тем комичны.
Мужские персонажи — «солдаты»
и всадники — тоже как будто яви-
лись с праздничного маскарада. Кук-
лы «солдаты» только называются
так. Ничего воинственного в них нет.
Стоят они, смешно подбоченясь, с
птицами-свистульками и будто красу-
ются пестрым нарядом и шляпкой,
похожей на ту, что и на голове «ба-
рыни». Зато всадники — лихие на-
ездники: крепко обхватывают корот-
кими ручками и ножками длинные
шеи коней. Кажется, сейчас пустятся
вскачь. Эти пестрополосатые «солда-
ты» и всадники, которых мастерицы
называют «басурманами», не отра-
жают ли смутно, сквозь призму сказ-
ки, сохранившиеся в народе воспоми-
нания о военном прошлом края? Не
пришли ли эти образы в филимонов-
скую игрушку из тех далеких времен,
когда у стен Одоева происходили
сражения с многочисленными врага-
ми — татарами, литовцами?
Не всякий может увидеть мир
глазами сказочника и раскрыть его
красоту людям, а только тот, кто по
натуре поэт, художник. Народные
мастера, делающие игрушки, обла-
дают этим счастливым даром преоб-
ражать жизнь.
С такой же любовью и щедрой
выдумкой создают образы животных
И людей мастера из других мест.
Сказка живет рядом с действитель-
ностью в узбекских и таджикских
всадниках и животных. Они даже
чем-то схожи, родственны с филимо-
новскими. Игрушки этих далеко друг
от друга расположенных центров
роднит и острота формы, и красоч-
ность росписей — и в крапинку, и
пятнышками, и полосками. Глиняные
игрушки из горного дагестанского
аула Балхар сплошь украшены белы-
ми узорами и звездами, которые как
кружево покрывают красные или
черные задымленные фигурки.
Игрушечницы из Дымковской сло-
боды возле города Кирова созда-
ют «оленя — золотые рога», уточку
в пелеринке, индюка — райскую пти-
цу, коня о трех головах с солнечным
кругом на груди, «барынь», няню-
шек, водоносок, расписанных по ярко-
белому фону в разноцветный горох и
клетки, украшенных, как пряники,
листочками сусального золота.
В селе Богородском вырезают из
липы и осины «кузнецов» — мужич-
ка и медведя, стукающих молотками
по наковальне, делают игрушки на
раздвижных планках, на кнопках и с
гирьками — противовесами, к кото-
рым подвязаны веревочки. Качается
гирька, дергает веревочки, и начи-
нают стучать клювами куры, укреп-
ленные на круглой дощечке, будто
зерно клюют. Медведи и зайцы у бо-
городских резчиков действуют по-
добно людям: работают у станков,
сажают деревья, фотографируют лу-
ну, играют в футбол.
В Горьковской области в селе
Полховский Майдан точат и распи-
сывают яркими цветочными узора-
ми и сказочными пейзажами копил-
ки, коробки в виде яблока, гриба, ду-
ховые пистолетики, стреляющие проб-
ками, и т. д. Весной эти деревянные
«тарарушки» продаются на базарах
многих наших городов.
Загорск и Семенов — родина зна-
менитых на весь мир русских «матре-
шек».
Игрушки из одного места не по-
хожи на игрушки из другого. Всюду
делаются на свой фасон и украшают-
ся по-разному. Эти игрушки делают-
ся только в тех местах, где они
когда-то зародились: в деревнях,
пригородах и небольших городках —
центрах народного искусства. Как
правило, о начале изготовления игру-
шек на их родине существует какая-
нибудь легенда, так как по прав де-то
никто и не помнит, с чего и когда на-
чиналось дело.
Делают их из дерева, глины, со-
ломы, вырезают, вытачивают, лепят,
расписывают яркими красками на-
родные мастера-художники, люди по-
лучившие свое редкое умение от
предков, > от дедов и прадедов.
В самых крупных центрах рабо-
тает до ста и более человек, но есть
и такие уголки, где всего лишь два-
три мастера создают свои маленькие
чудеса.
Труд всех этих людей окружен
заботой нашего государства.
С первых же лет после Октябрь-
ской революции молодая Советская
республика поддержала всех масте-
ров, умевших ткать узорные тка-
ни, плести кружева, вышивать, ре-
зать по дереву и кости, делать
игрушки.
Выдающиеся народные мастера и
мастерицы награждаются почетны-
ми званиями, государственными пре-
миями. О них пишут книги и выпу-
скают фильмы, чтобы люди зиали и
любили их радостное, красочное ис-
кусство.
КОРОТКИЕ заметки!^
ВПЕРВЫЕ В РУССКОЙ
ЛИТЕРАТУРЕ
Когда впервые в рус-
ской художественной лите-
ратуре появилось слово
«спутник» как искусствен-
ный спутник Земли? В 1880
году. Именно в этом году
в журнале «Русский вест-
ник» впервые печатался
роман великого русского
писателя Ф. М. Достоев-
ского «Братья Карамазо-
вы». В четвертой части ро-
мана, в маленькой главке
о болезни одного из брать-
ев — Ивана Карамазова, —
есть такие слова: «Что ста-
нется в пространстве с то-
пором? .. Если куда попа-
дет подальше, то примет-
ся, я думаю, летать вокруг
земли, сам не зная зачем,
в виде спутника». Так впер-
вые в русской литературе
слово «спутник» стало упо-
требляться в значении
искусственного спутника
Земли.
ПЕРВОЕ ДЕТСКОЕ
ИЗДАТЕЛЬСТВО
Первое детское изда-
тельство в нашей стране
было создано в Ленингра-
де в 1924 году известным
журналистом и репорте-
ром Л. М. Клячко. Оно на-
зывалось «Радуга». В этом
издательстве вышли в 20-е
годы первые детские книги
С. Маршака, К. Чуковско-
го, В. Бианки, Е. Шварца,
Е. Ильиной, Б. Житкова.
В «Радуге» дебютировали
такие известные впослед-
ствии советские художни-
ки, как В. Лебедев, В. Ко-
нашевич, С. Чехонин, П. Буч-
кин, Н. Кочергин. Изда-
тельство «Радуга» сущест-
вовало до 1930 года.
Астрономия, пожалуй, са-
мая древняя наука на
Земле. Люди всегда инте-
ресовались звездным не-
бом. Одни — потому что
яркие светящиеся точки
над головой и Луна, и
Солнце помогали отыски-
вать дорогу домой в длин-
ных путешествиях. Другие
по звездам вели счет
быстротечному времени.
Третьи верили, будто му-
мощью зрения. Однако звезды так
далеки, что и в самый большой те-
лескоп кажутся наблюдателю точ-
ками. Только светят поярче. А как
хотелось бы астрономам рассмо-
треть их поподробнее, а главное —
измерить! Измерить температуру в
центре и по краям, распределение
давлений в гигантских газовых ша-
рах. .. Английский ученый — лорд
Релей — еще в прошлом веке гово-
рил: «Физика — это измерения».
И астрофизикам жестоко не хвата-
А. Томилин
ВТОРАЯ
РЕВОЛЮЦИЯ
В АСТРОНОМИИ
дрые звезды своим движением
предвещают судьбу. И все люди
вместе, накапливая астрономиче-
ские знания, строили в воображении
модели мира, потому что очень хо-
тели понять его и найти свое в нем
место.
Почти до самой середины два-
дцатого столетия всю информацию
о жизни неба люди получали, на-
блюдая свет от далеких небесных
объектов. И научились неплохо в
ней разбираться. Недаром львиную
долю всех сведений об окружаю-
щем мире получает человек с по-
ло для «измерений» тех сведений,
которые приносил с собой только
видимый свет. А вдруг главная ин-
формация о жизни звезд скрыта как
раз в невидимых его лучах? «Вот бы
освоить все диапазоны электромаг-
нитных волн, — мечтали астроно-
мы, — то-то получили бы мы лави-
ну дополнительной информации...»
И можете не сомневаться: если уж
о чем-то ученые задумываются
всерьез, слова и мысли свои они на
ветер не бросают.
В середине нашего столетия на-
чался планомерный прием сигна-
лов из космоса в радиодиапазоне.
Родилась новая наука — радиоастро-
номия. В изучение планет включи-
лась радиолокация. Были построены
первые приборы для исследования
небесных объектов в инфракрасном
и ультрафиолетовом диапазонах.
Взлетели с космодромов ракеты, на
борту которых были установлены
приемники рентгеновского излуче-
ния и гамма-счетчики.
С этих-то работ по освоению но-
вых диапазонов электромагнитных
волн и началась в древней науке
астрономии вторая революция.
Вы спросите: «Почему революция
вторая?»
Потому что первая уже была. Ее
начало относится к тому дню, когда
профессор Падуанского универси-
тета Галилео Галилей, собрав из слу-
чайно оказавшихся под руками линз
зрительную трубу, направил ее на
Луну. Случилось это триста шесть-
десят семь лет назад, в 1669 году.
До Галилея астрономы изучали не-
бо только невооруженным глазом с
помощью угломерных инструмен-
тов— измеряли кажущиеся расстоя-
ния между светящимися точками и
уточняли координаты светил. Без
телескопов люди чувствовали себя
в звездном мире иностранцами, не
знающими ни языка, ни обычаев чу-
жой страны. И лишь оптические ин-
струменты дали возможность по-
нять, о чем говорят звезды, что
рассказывают они о себе сами.
Телескопы буквально распахнули
окно во Вселенную. Там, где самые
зоркие глаза видели не больше де-
сятка ярких звезд, телескоп позво-
лял разглядеть сотни и тысячи.
Яркие точки блуждающих планет
превратились в диски. А на Луне,
которую считали гладкой, как
биллиардный шар, оказались горы
и впадины.
Применение оптических инстру-
ментов не только увеличило коли-
чество небесных объектов, доступ-
ных наблюдению. Информация, по-
лучаемая с их помощью, качествен-
но изменила древнюю науку. Пото-
му-то мы и говорим, что «труба Га-
лилея ознаменовала начало первой
революции в астрономии».
Примерно такое же положение в
этой науке сложилось и в середине
XX столетия.
Информационное
СВЕТ
отступление № 1.
По мнению некоторых специалистов, «свет — самое темное место в физике».
Но если вы, кроме этого определения, больше ничего на уроке ответить не сможете,
учителю может показаться такой ответ не совсем полным. Поэтому продолжим ин-
формацию.
Видимый свет — это электромагнитные водны с частотой, воспринимаемой
человеческим глазом.
Электромагнитные волны — это возмущения (или колебания) электро-
магнитного поля, то есть его «сгустки» и «разрежения», разбегающиеся в разные
стороны от источника со скоростью 300 000 км/сек в вакууме.
Электромагнитное поле — один из видов физической реальности —
материи, встречающейся в двух видах: поля и вещества. Электромагнитное поле
обычно связывается с пространством, в каждой точке которого можно обнаружить
электромагнитные силы.
Электромагнитные силы — почти все проявления сил, с которыми мы
встречаемся в обыденной жизни. Они сохраняют форму твердых тел, не дают сжи-
маться газам и жидкостям. Они создают трение и даже управляют работой наших
мышц, не говоря уже о том, что они играют огромную роль в грандиозных явлениях
космического характера. Хотя эта их роль пока еще выяснена очень незначительно.
6 Хочу все знать
Информационное отступление № 2.
ДИАПАЗОНЫ ЭЛЕКТРОМАГНИТНЫХ ВОЛН
Все электромагнитные волны объединены по длинам волн (или частотам) в раз-
ные диапазоны. Самые длинные — в диапазон радиоволн. У них расстояния между
соседними вершинами (или впадинами) от 3000 см до 0,005 см.
Такие колебания создают переменные токи в проводниках и свободные элек-
тронные потоки в электронных приборах и в открытом космосе.
Следующий диапазон — оптический. Его границы, как и всех других диапазонов,
можно наметить только условно. Самые длинные из этих волн человек воспринимает
в виде тепла. Это инфракрасные волны с длиной от 0,05 (или 5*10-2) см и до 0,00008
(или 8*10-5) см. Электромагнитные волны, длина которых меньше тепловых, но боль-
ше 4 * 10-5 см, человек воспринимает глазом как видимый свет. А вот волны с длиной
меньше 3*10~5 см глаз уже принять не может, и их относят к ультрафиолетовому
диапазону.
Электромагнитные волны оптического диапазона возникают при движении очень
быстрых заряженных частиц, а также в тех случаях, когда на атомы различных веществ
воздействуют теплом (вещество нагревают) или электричеством.
Затем идет диапазон рентгеновских лучей с длинами волн от 2'10-7 см до
6*10-10 см.
Их источниками служат атомные процессы, те, которые происходят под воздей-
ствием электронов и ядерных частиц.
И наконец, последний диапазон гамма-излучения. Тут волны совсем, коротень-
кие— от 10~8 см до 10-11 см. Возникают они под действием ядерных процессов.
Информационное отступление № 3.
СПЕКТРАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ
Так называется физический метод определения качественного и количественного
состава вещества на основе изучения его спектров.
Спектром называют цветную полоску, которая получается, когда луч белого
света проходит через призму или отражается от дифракционной решетки. Особен-
но удобно наблюдать свечение разогретого вещества. Каждое вещество в раскален-
ном состоянии имеет собственный спектр излучения. Именно поэтому спектры стали
настоящими паспортами звезд, рассказывающими о химическом составе и физиче-
ском строении далеких светил.
РАДИООХОТА
НА РАДИОИСТОЧНИКИ
Радиоастрономия началась с не-
доразумения. Наблюдатели обнару-
жили на небе ряд точек, из которых
лились на Землю целые потоки ра-
диоволн. Между тем никаких осо-
бых оптических объектов в этих на-
правлениях обнаружить не удава-
лось. Решили, что в космосе есть
специальные невидимые «радио-
звезды». Но по мере накопления
фактов эта гипотеза становилась все
менее надежной. Ведь каждая звез-
да— точка. А радиозвезды расплы-
вались на картах неба в кляксы. Нет,
таинственные радиообъекты звезда-
ми быть не могли. И вот постепен-
но, накапливая день за днем ре-
зультаты наблюдений, специалисты
пришли к выводу: излучают радио-
волны планеты, особенно интенсив-
но— Юпитер, излучает радиоволны
Солнце. Излучают радиоволны ра-
диотуманности и облака межзвезд-
ной газовой среды, находящиеся в
глубинах Галактики. Излучают, нако-
нец, радиоволны другие галактики,
удаленные от нас на сотни тысяч
световых лет. И только от отдель-
ных звезд принять радиоизлучение
не удавалось. Конечно, они излуча-
ли. Точно так же, как наше Солнце.
Но сила их «радиоголосов» была
недостаточной, чтобы преодолеть
расстояния, отделяющие звезды от
земных радиоастрономов.
82
Информационное отступление № 4.
АСТРОНОМИЧЕСКИЕ РАССТОЯНИЯ
В астрономии не имеет смысла измерять расстояния в привычных нам кило-
метрах. Числа получаются такими большими, что всякая наглядность просто теряется.
Поэтому астрономы используют другие единицы измерений. Самой маленькой из
них является 1 астрономическая единица (а. е.) = 1,496-1013 см.
Рассчитали ее так: взяли среднее значение между наибольшим и наименьшим
расстоянием от Земли до Солнца, получилось почти 150 миллионов километров.
Следующим идет световой год = 9,461 • 1017 см — 6,324-104 а. е. Световой год —
это расстояние, которое луч света пролетает за год. Другими словами: поскольку
скорость света в вакууме равна 3-106 км/сек, а в году всего 3,16-107 сек, то свето-
вой год получается 9,5-1012 км (девять с половиной биллионов километров).
Расстояние до ближайшей к нам звезды — Альфы из созвездия Центавра —
равно 4,3 св. года.
Есть и еще большая единица, называемая парсеком. 1 пс = 3,26 св. года. А в по-
следнее время применяются еще килопарсеки, 1 Кпс = 1000 пс, и мегапарсеки,
1 Мпс « 1 000 000 пс.
А теперь некоторые данные для справок. Радиус Галактики 15—20 Кпс.
Расстояние, на котором находится наше Солнце от центра Галактики, 10 Кпс.
Расстояние до ближайших к нам галактик — до Большого и Малого Магеллано-
вых облаков — около 38 и 36 Кпс соответственно. А до ближайшей к нам спиральной
галактики, похожей на нашу собственную — галактики, или туманности Андромеды, —
около 300 Кпс (больше миллиона световых лет).
В середине нашего столетия за
радиоисточниками началась настоя-
щая охота. Это был адский труд.
Сначала с помощью радиотелеско-
па устанавливалось направление, от-
куда к нам на Землю изливается
наибольший поток радиоволн. По-
том на то же направление наводил-
ся оптический телескоп. Участок
неба фотографировался с большой
выдержкой. Астрономы наносили на
пластинку координатную сетку и с
помощью микроскопа исследовали
крохотные пятнышки, группирую-
щиеся в направлениях, указанных
радиотелескопами. Немудрено, что
во многих случаях отождествить ра-
диоисточник с оптическим объектом
так и не удавалось.
САМАЯ КРУПНАЯ
ДОБЫЧА РАДИОТЕХНИКОВ
Один довольно сильный радио-
источник был открыт в 1960 году.
Но отыскать в этом направлении
оптический объект астрономам ни-
как не удавалось. Между тем радио-
источник был прелюбопытный. Он
6*
не мог быть ни туманностью, ни га-
лактикой. Слишком малы были его
размеры. И вот в конце 1960 года,
когда зимнее небо особенно чисто,
в тесную кабинку наблюдателя ги-
гантского телескопа, установленного
на горе Паломар в Калифорнии, за-
брался молодой астроном Алан
Сэндидж. Долго сидел он, скорчив-
шись, в холодной кабине под купо-
лом, ожидая, когда кончится время
экспозиции снимка. Телескоп был
направлен на таинственный радио-
объект, получивший пока название
в каталоге ЗС 48. Что же астроном
ожидал увидеть, проявляя пластин-
ку? Скорее всего ничего. Но если
повезет, то, может быть,—туман-
ное пятнышко слабой галактики не-
правильной структуры... Каков же
был его восторг, когда точно в ука-
занном месте он обнаружил звезду!
Настоящую звезду! Это было неви-
данно. Ни одна из открытых раньше
звезд не излучала такого сильного
потока радиоволн. Что же это мог
быть за объект, который из такой
дали присылал к нам свои свето-
вые и радиосигналы? Когда специа-
листы подсчитали всю мощность 83
его излучения,— оказалось, она рав-
на мощности излучения едва ли
не целой галактики! Представляе-
те — единое небесное тело, кото-
рое светит, как миллиард наших
солнц! Необычный объект назвали
«квазаром», что означает «как буд-
то звездный объект». До сих пор
спорят астрономы, строят бесчис-
ленные модели удивительных ква-
заров. И ни одна модель пока не
удовлетворяет их полностью. Что же
такое квазар? Какие процессы бу-
шуют внутри у него? Рождение ли
это новой системы или, наоборот,
предсмертная агония галактики? На
много вопросов еще предстоит от-
ветить специалистам.
Горячее газовое облако.
Магнитные силовые линии.
Центральное ядро.
Тормозное излучение электронов.
Электроны, движущиеся по спирали.
Модель квазара, каким его представляют специалисты.
Информационное отступление № 5.
РАДИОТЕЛЕСКОПЫ
Радиотелескопом называется устройство, с помощью которого удается собрать
и исследовать радиоизлучение астрономического объекта. Состоят радиотелескопы
из антенны или антенной системы и приемника, который называется радиометром.
Главная задача антенны радиотелескопа — принимать только те радиоволны, ко-
торые идут с одного определенного направления. То есть антенны должны обладать
направленностью — повышенной чувствительностью в определенном направлении.
Радиометр в принципе мало отличается от обычного радиоприемника. Только
на его выходе стоит, как правило, самописец. Конечно, лента с записью космического
радиосигнала — не фотография небесного объекта, например Луны, полученная с по-
мощью оптического телескопа. Ленту нужно еще обработать. При этом — расшифро-
вать запись и составить себе наглядное представление об объекте, который посылает
радиосигналы, неизмеримо сложнее, чем рассматривать фотографию. Но зато радио-
телескопы дают такую информацию о небесных объектах, какой никогда не получить
с помощью только оптических телескопов. Особенно ощутимы бывают результату,
когда исследование выбранного объекта ведется комплексным способом. Оптический
телескоп более «зоркий», но радиотелескоп может принимать сигналы с более дале-
ких расстояний.
Самый большой радиотелескоп с подвижной антенной построен в Австралии.
Диаметр чаши отражателя — 65 метров, и весит она 300 тонн. Поворотная система
позволяет принимать радиоизлучение из любой точки южного неба, находящейся
выше 30° над горизонтом.
Самая большая антенна неподвижного радиотелескопа устроена в кратере вул-
кана на острове Пуэрто-Рико. Диаметр ее 300 метров.
Однако если 60-е годы проходи-
ли под «знаком квазаров», то по-
следовавшее за ними десятилетие,
пока, правда, не добравшееся до
своего конца, ознаменовалось дру-
гим крупнейшим открытием. Слу-
чилось это так: в 1967 году сту-
денты-энтузиасты и часть молодых
сотрудников Муллардовской радио-
астрономической обсерватории, рас-
положенной неподалеку от Кем-
бриджа, вместо летних каникул
«убили» все свободное время на
окончательную настройку своего но-
вого радиотелескопа. Англичане
очень гордились этим инструмен-
том. Да и было чем. Радиотелескоп
получился отменным. Началась пла-
номерная работа. И вдруг однажды
дежурная смена сотрудников обна-
Радиотелескоп, исследующий радиотуманность.
За антенной — лента, на которой самописец приемника
показал увеличение сигнала от небесного объекта.
85
Так изображали небо в области созвездий Андромеды на звездных картах триста
лет назад.
ружила на ленте самописца зубчи-
ки, очень похожие на искусственные
сигналы... На следующую ночь
«зубчики» повторились. Профессор
Э. Хьюиш попросил своих молодых
коллег пока сохранить открытие в
тайне. Потому что если они ока-
86 жутся действительно сигналами ис-
кусственными, да еще посланными
из невообразимой дали, это будет
означать, что где-то существует ци-
вилизация, далеко обогнавшая в
своем развитии нашу. Если об этом
рассказать людям, кто знает, может
быть, кому-то придет в голову
мысль ответить инопланетянам? Тем
самым представители чужого разу-
ма узнают точный адрес звезды,
возле которой есть планеты, при-
годные для жизни. Это большая
редкость в космосе. А вдруг те, по-
славшие сигналы, проявят агрессив-
ность? .. «Нет, это может оказаться
опасным», — заключил профессор.
И молодежь поклялась молчать. Они
молчали до тех пор, пока не убеди-
лись в том, что сигналы имеют есте-
ственное происхождение. Только
тогда появилась первая статья с
подробным описанием истории от-
крытия пульсаров — новых небесных
объектов, которые пульсируют с
большой частотой, посылая в нашу
сторону прерывистый поток радио-
волн.
Сегодня существует несколько
моделей пульсаров. Наиболее вер-
ной из них кажется нейтронная звез-
да радиусом не более 20—30 кило-
метров, стремительно вращающаяся
вокруг своей оси.
Об открытиях в области астроно-
мии за последние годы можно рас-
сказывать очень много. Недаром
историки науки говорят, что только
за годы второй половины нашего
столетия получено столько же на-
учных данных, сколько добыла на-
ука с начала своего зарождения.
И что к началу 1980 года объем
научных работ, выполненных за по-
следние 30 лет, сравняется с объе-
мом, выполненным человечеством
за все предшествующее время раз-
вития науки.
Посмотрите на три приведенных
рисунка. Первый из них показывает
участок неба в области созвездия
Андромеды. Мы его взяли из ста-
ринного атласа, выпущенного еще
«Т уманность Андромеды», сфотографирован-
ная с помощью большого современного опти-
ческого телескопа.
Тот же участок неба, но исследованный ги-
гантским радиотелескопом.
в то время, когда люди не были
знакомы с телескопами. Второй ри-
сунок— это фотография того же
участка неба, сделанная с большой
выдержкой с помощью оптического
телескопа. Третий рисунок — опять
тот же участок неба, но исследо-
ванный современным радиотелеско-
пом. На нем вы видите картину
распределения радиоизлучений. Все
три рисунка хорошо демонстри-
руют изменение наших представ-
лений об окружающем мире. Слож-
ной и очень «не наглядной» стано-
вится его картина. Но зато все
глубже и глубже проникают ученые
в тайны сложных процессов, проис-
ходящих в огромной и пока недо-
стижимой для нас звездной лабора-
тории.
Радиоастрономия заставила спе-
циалистов по-новому смотреть на
«жизнь и взаимодействие» небес-
ных объектов. Радиотелескопы со-
вершили настоящий переворот в
наших знаниях.
То немногое, о чем здесь расска-
зано, относится к достижениям ра-
диоастрономии и знаменует собой
самое начало второй революции в
этой древней науке. Но марш астро-
номии продолжается. Уже открыты
и ждут своего объяснения новые и
еще более странные объекты, вро-
де холодных звезд и звезд-мазеров,
обнаруженных с помощью инфра-
красной астрономии; нанесены на
звездные карты ультрафиолетовые
источники и источники рентгеновых
и гамма-лучей, которые наблюдали
наши космонавты и их американ-
ские коллеги, работая во внеземных
лабораториях. Космические послан-
цы Земли достигли других планет.
Благодаря развитию космонавтики
астрономия из науки, регистрирую-
щей наблюдения, превращается в
науку экспериментальную. Причем
каждый из ее новых разделов пред-
ставляет сегодня широчайшее поле
деятельности, дает свободу для
приложения молодых творческих
сил.
Я рассказал только о начале вто-
рой революции в астрономии. Кто
захочет познакомиться с нею более
подробно, а также узнать о других
успехах науки о звездах, почитайте
книжки, список которых приведен
ниже. Расположены они по степени
увеличения сложности.
А. Томилин. Небо Земли. Л., «Детская литература», 1974.
Ф. Зигель. Невидимый космос. М., «Детская литература», 1970.
П. Ходж. Революция в астрономии. М., «Мир», 1972.
В. Бронштэн. Гипотезы о звездах и Вселенной. М., «Наука», 1974.
В. Гинзбург. О физике и астрофизике. М., «Наука», 1974.
ЗАДАЧА 1
Известно, что:
все вареные красные раки — мертвы,
все мертвые вареные раки — красны.
Следует ли отсюда, что
все красные мертвые раки — вареные?
Указание
Попытайтесь ответить сначала на более простые вопросы: все ли вареные раки
мертвы, все ли мертвые раки красны.
а НАУКА
СЕГОДНЯ
М. Васин
жидкий
КРИСТАЛЛ
любиво, саблей махать не стал, а,
опершись ею об асфальт, принялся
снисходительно наблюдать за моими
безуспешными попытками вытереть
с лица пот.
Вся одежда этого человека состоя-
ла из трусов и сандалий, и я завист-
ливо сказал ему:
— Тебе, конечно, хорошо!
Человек посмотрел на свой голый
живот и подтвердил:
— Хорошо. — И разъяснил: —
Я мороженое ел. Видите, у меня жи-
вот холодный.
То, что живот у него не очень
чистый, было заметно на расстоянии.
Но вот холодный ли...
— А когда ты чай пьешь, каким
НЕОЖИДАННОЕ
ЗНАКОМСТВО
два я и еще какой-то про-
хожий, спасаясь от полу-
денного московского солн-
ца, присели на скамью в
тени густого клена, как
возле появился человек с
саблей наголо. Но настро-
ен он, видимо, был миро-
он у тебя становится?—полюбопыт-
ствовал я.
— Конечно, горячим. Это сразу
видно.
Мой собеседник, хотя ему вряд
ли исполнилось более шести лет, был
уже несомненно выдающимся фанта-
зером.
— А скажи-ка, разве можно уви-
деть, что живот горячий или холод-
ный? 89
— Можно, — раздалось сбоку.
Я обернулся. Это говорил мой со-
сед по скамье. На вид человек впол-
не серьезный и взрослый: выглядел
он явно за сорок, одет, несмотря на
жару, в темный костюм, при галсту-
ке, а в руках держал вовсе не саблю,
а солидный кожаный портфель.
— Вы Полагаете, — счел я необ-
ходимым уточнить, — что температу-
ру можно видеть?
— Да, — твердо ответил он. —
Так же как звуковые волны и мно-
гое другое.
— Очень интересно, — не поверил
я. — Вы все это видели? Собствен-
ными глазами?!
— И вы можете увидеть. Пойдем-
те со мной — тут совсем недалеко.
И гражданин встал.
Я оглядел его еще раз. Ничего
подозрительного... И делает вид, что
не шутит... Нет, пусть он не вооб-
ражает, что его напускная серьез-
ность введет меня в заблуждение и
я попадусь на удочку.
Я тоже встал. Помахал рукой об-
ладателю холодного — после моро-
женого — живота и решительно дви-
нулся вслед за человеком с портфе-
лем. Посмотрим, как он выйдет из
этой не достойной взрослых людей
игры.
Прошагав в полном молчании квар-
тала полтора, мы поравнялись со
зданием, у дверей которого висела
доска: «Институт кристаллографии
Академии наук СССР».
— Нам сюда,—обернулся мой спут-
ник.
Вахтер, увидев его, вдруг заулы-
бался:
— Здравствуйте, Игорь Григорь-
евич.
А когда мы прошли мимо, тихо
сказал кому-то из ожидавших в вес-
тибюле:
— Это и есть доктор наук Чистя-
ков.
Ну что ж, подумал я, поглядим,
что будет дальше.
Дальше был коридор со множе-
ством дверей, на одной из которых
висела табличка: «Лаборатория жид-
ких кристаллов». Именно сюда мы
и вошли. В комнате, уставленной ка-
кими-то приборами и аппаратами,
работало несколько человек. Все они
поднялись навстречу Игорю Г ри-
горьевичу и почтительно с ним по-
здоровались.-Мы миновали эту ком-
нату/ вошли в другую, поменьше.
— Ну вот, — задумчиво произнес
Чистяков. — Садитесь, пожалуйста.
Сели. Не спускаю с него глаз:
сейчас будет извиняться, что неудач-
но пошутил, а шутка вот слишком
затянулась...
Между тем Игорь Г ригорьевич
вынул из стола лист густо-черной
полимерной пленки:
— Дайте-ка вашу руку.
Я протянул ее, почему-то повер-
нув раскрытой ладонью кверху, —
словно цыганке, которая будет га-
дать по «линиям судьбы». Игорь
Григорьевич положил пленку мне на
ладонь. Мгновение я смотрел на чер-
ную глянцевую поверхность, ничего
не понимая. Вдруг в черной ее глу-
бине началось какое-то движение.
В нескольких местах возникли ко-
ричневые пятна, и тут же в центре
каждого из них появился красный
блик, он стал расширяться, оттесняя
коричневую краску к краю. Но в се-
редине красного пятна уже всплыло
оранжевое, затем, без промедле-
ния, — желтоватое, зеленое, голубое,
синее... И каждый новый цвет, рас-
текаясь по пленке, гнал перед собой,
словно камень, брошенный в воду,
концентрические волны предыдущих
цветов. Но вот появились небольшие
фиолетовые пятнышки, и цветные
блики перестали наконец выныри-
вать из недр пленки. Волны радуж-
ных переходов замерли. И тут я за-
метил, что комбинация пятен образо-
вала на черном фоне многоцветное
изображение моей ладони.
— Удивительно! — вырвалось у
меня.
— Вот посмотрите,—говорил Игорь
Григорьевич, разглядывая узоры на
пленке, — у вас пальцы до самых кон-
чиков прорисовываются синим цве-
том. Это норма. А если бы они
оказались оранжевыми, красными
или, что еще хуже, коричневыми,
это давало бы основания подозре-
вать, что вы больны холодовым ней-
роваскулитом. Есть такая неприят-
ная болезнь, одно из проявлении ко-
торой заключается в понижении тем-
пературы пальцев рук и ног.
— Так это, — кивнул я на ра-
дужный рисунок, — изображение тем-
пературы руки?
— Совершенно верно. Там, где
пленка нагрета менее всего, у нее
коричневый цвет. На две десятых
градуса больше — уже красный. Еще
несколько долей градуса — получает-
ся оранжевый, затем зеленый, голу-
бой. Самая высокая температура
там, где фиолетовый цвет.
— Чудеса какие-то! — все еще не
верил я.
— Никаких чудес здесь нет. Про-
сто это — жидкий кристалл.
— Жидкий кристалл? Непонятное
название. — Я осторожно пощупал
черный уголок свободной рукой. Он
в ту же минуту прореагировал,
вспыхнув под пальцами заревом.
— Здесь, вообще-то. две плен-
ки,—стал терпеливо объяснять Игорь
Григорьевич. — Одна черная—экран.
На нем лучше видны цветовые изме-
нения. А вторая прозрачная. Между
ними нанесен тонкий слой жидкого
кристалла. Вот он, смотрите.
Игорь Григорьевич достал из
шкафа колбу, до половины наполнен-
ную чем-то густым, напоминающим
вазелин.
— Это, в основном, соединения
холестерина — особого жира. Но со
всякого рода добавками. Ученые раз-
работали десятки рецептов приготов-
ления холестерических жидких кри-
сталлов. И каждый состав обладает
своими собственными ценными свой-
ствами. Ну, скажем, эта смесь «за-
мечает» малейшие измененйя темпе-
ратуры в пределах от 36 до 41 гра-
дуса. А когда нам приходится изме-
рять температуру именно в этих пре-
делах?
— Это все знают: когда надо вы-
яснить, не заболел ли человек.
— Значит, этот жидкий кристалл
может служить...
— Медицинским термометром! —
догадался я.
Игорь Григорьевич повернул кол-
бу к свету. Вещество, содержащееся
в ней, от тепла его руки перелива-
лось живым перламутром.
ПРИРОДА-ЖИВОПИСЕЦ
Я положил пленку на стол. Изоб-
ражение ладони сразу же распалось
на отдельные пятна, и цветовые бли-
ки один за другим стали скатывать-
ся к их центру, исчезая в темной
глубине. Через несколько мгновений
пленка снова была черной.
— До чего же красиво!
— Ну, разве это красота?—ожи-
вился ученый. — Вот загляните-ка в
микроскоп!
Он вынул из прибора предметное
стекло, на котором виднелась ка-
пелька «вазелина», провел по пламе-
ни горелки («Чтоб жидкий кристалл
расплавился») и вставил на место.
Я заглянул в окуляры. Перед глаза-
ми раскинулась обширная равнина,
покрытая плотным снежным настом
с голубыми вечерними тенями. Не-
ожиданно справа образовалась сум-
рачная сине-зеленая трещина. Она
непрерывно росла, превращаясь в
темное широкое ущелье.
Игорь Григорьевич заменил пред-
метное стекло новым, с другим жид-
ким кристаллом.
Несколько мгновений в микро-
скопе царила мгла. Но вот она на-
полнилась едва заметной глухой си-
невой. Словно рассвет тронул тяже-
лое северное небо. И тут же обозна-
чились блекло-желтые ветви каких-
то неземных растений. А может
быть, так выглядят водоросли в су-
меречных морских глубинах?..
От моих подозрений (не хочет.ли
Игорь Григорьевич подшутить надо
мной?) не осталось и следа. Да и ка-
кие там шутки! Припав к микроско-
пу, я жадно вглядывался в волшеб-
ные картины, создаваемые тоненькой
жидкокристаллической пленочкой...
Всего более удивляли даже не са-
ми эти звонкие цвета, а то, как гар-
монично они сочетаются, с какой
естественностью дополняют друг
друга.
Смотришь в микроскоп — и закра-
дывается мысль: а не таятся ли
в этих сочетаниях пока неведомые
нам законы гармонии красок — гар-
монии, в основе которой не зыбкая
фантазия, не произвол человеческого
желания, а строго определенные, хо-
тя и бесконечно разнообразные, свой-
ства веществ и световых волн, осо-
бенности их взаимоотношений друг
с другом? И может быть, найдя эти
законы, мы превратим когда-нибудь
искусство наносить краски на полот-
но в точную науку? И еще вопрос.
Почему эту природную красоту, эти
естественные сочетания красок не по-
заимствовали до сих пор художники
по тканям, по фарфору и стеклу, де-
кораторы, специалисты по украше-
нию зданий? t.
С ЧЕГО ВСЕ НАЧАЛОСЬ
Краткого знакомства с жидкими
кристаллами оказалось достаточно,
чтобы стать поклонником этих зага-
дочных, пока мало изученных ве-
ществ. Но по мере того, как мое зна-
комство с ними (и, конечно, с Иго-
рем Григорьевичем и его коллегами
по лаборатории) углублялось, я узна-
вал все больше удивительного. Жид-
кие кристаллы сами по себе вещест-
ва странные, и очень многое, связан-
ное с ними, выглядит странно и па-
радоксально. Начиная с истории их
открытия.
Ученым давно известно, что лю-
бому кристаллическому веществу обя-
зательно присущи два важных свой-
ства: во-первых, оно должно быть
твердым и, во-вторых, обладать ани-
зотропией — в разных направлениях
по-разному преломлять свет, пропу-
скать тепло, проводить электриче-
ский ток. Таковы лед и алмаз, гра-
фит и поваренная соль. А вот веще-
ства с аморфной, неупорядоченной
структурой — всегда жидкие, и свой-
ства их по всем направлениям одни
и те же.
Правда, в семье не без урода.
Имеются и вещества-монстры: хотя
они по натуре своей, по внутреннему
строению и многим свойствам явля-
ются, вне всякого сомнения, жидко-
стями, они, тем не менее, пребывают
в обличье твердого тела. Пример то-
му — стекло: обычная, аморфная, но
твердая жидкость!
Но коль возможно отклонение от
нормы в одну сторону (твердая жид-
кость), то, может быть, существует от-
клонение и в другую — кристалличе-
ское вещество в виде жидкости? Ведь
природе так свойственна симметрия!
Симметрия строения, процессов, явле-
ний. Правая — левая руки. Испаре-
ние— конденсация. Свет—мрак. Уль-
трафиолетовые — инфракрасные лу-
чи. Проводники — изоляторы.
Однако в те времена, когда жид-
кий кристалл впервые появился на
научной арене, такая мысль никому
в голову не пришла, и это явилось
причиной спора, который продолжал-
ся несколько десятилетий.
— Все Началось с того, — расска-
зывал мне И. Г. Чистяков, — что ав-
стрийский ботаник Рейнитцер в ты-
сяча восемьсот восемьдесят восьмом
году синтезировал на основе холесте-
рина новое кристаллическое вещест-
во. Когда он эти кристаллы нагре-
вал, при температуре сто сорок пять
градусов они плавились, превраща-
ясь в мутную жидкость, которая при
ста семидесяти девяти градусах ста-
новилась прозрачной. Во время
охлаждения, снова переходя через
границу сто семьдесят девять граду-
сов, вещество обретало синеватую
окраску. При дальнейшем падении
температуры оно становилось мут-
ным, синева исчезала, но у грани сто
сорок пять градусов окраска появля-
лась вновь — и вещество кристалли-
зовалось.
Пораженный необычным поведе-
нием своего детища, ботаник попро-
сил немецкого физика Лемана про-
вести специальные исследования. И
тот вскоре обнаружил, что это и ряд
других веществ могут находиться в
каком-то странном состоянии, кото*
рому одновременно присущи и свой-
ства жидкостей — текучесть, и свой-
ства кристаллов — анизотропия. Это ,
состояние вещества Леман назвал
жидкокристаллическим.
В представлении многих физиков
и химиков конца прошлого — начала
нынешнего века такое сочетание слов
граничило с абсурдом. Абсурдом ка-
залось и само состояние вещества.
Одним словом, факт существования
жидких кристаллов вызывал ожесто-
ченные дискуссии и подвергался со-
мнению в течение десятков лет после
открытия, сделанного Леманом и
Рейнитцером.
— Но, как выяснилось теперь,—
улыбается Игорь Григорьевич, — ни-
когда не сомневалась в реальности
жидких кристаллов живая природа.
Она придумала их давным-давно, ко-
где еще только приступала к своим
опытам по созданию живых организ-
мов. И как знать, не изобрети она
этого состояния вещества, существо-
вала ли бы на Земле нынешняя
жизнь?
Некоторые ученые предполагают,
что древнейшие предки животных и
растений — «живые коллоидные ка-
пельки», возникавшие в густых и
теплых волнах первичного Мирового
океана, имели именно жидкокристал-
лическую структуру. Это помогало
им извлекать из морской воды не-
обходимые для своего существования
вещества и не пропускать внутрь
вредные, быть пластичными, подвиж-
ными, изменчивыми и вместе с тем
успешно противостоять всяким не-
взгодам.
Конечно, утверждать, что на заре
земной жизни все обстояло именно
так, сейчас трудно. Но вот современ-
ные факты, Сотрудники Ивановского
государственного университета по-
местили в специальную камеру, в ко-
торой имитировали древний климат
нашей планеты, обыкновенную нефть.
И вскоре в ней обнаружили капель-
ки жидкого кристалла. Они образо-
вались «сами по себе». В самое по-
следнее время выяснилось, что, соз-
давая клетки и ткани современных
животных и растений, природа по-
прежнему использует в качестве
строительного материала различные
вещества, пребывающие в жидкокри-
сталлическом состоянии. Именно бла-
годаря этому стенки и внутренние
перегородки клеток — мембраны —
идеально приспособлены для осуще-
ствления обмена веществ: они мгно-
венно реагируют на изменение об-
становки, регулируют взаимоотноше-
ния микроскопического организма со
средой, улучшают деятельность фер-
ментов< Волокна гладких и попе-
речно-полосатых мышц «сделаны»
в виде жидких кристаллов и мо-
гут, не разрушаясь, растягиваться
и сжиматься бесконечное число
раз.
— Если я правильно вас понял,—
решил я на всякий случай переспро-
сить,— во мне тоже есть «кристалли-
ческие жидкости»?
Я очень надеялся, что не все по-
нял верно; почему-то было несколько
не по себе от неожиданной мысли,
что и в тебе содержатся эти стран-
ные вещества, пребывающие в каком-
то необычном состоянии, которое не
так давно считалось чепухой... Де-
скать, жил себе спокойно, жил, и
вдруг — на тебе! — обнаруживаешь
внутри себя какой-то (пусть и быв-
ший) абсурд...
Согласитесь, есть в этом что-то
неуютное, ненадежное... Но, увы, я
понял Игоря Григорьевича правиль-
но. Жидкие кристаллы в человече-
ском организме есть.
— Ну, нельзя сказать, что чело-
век состоит из них полностью, но их
все-таки довольно много. К примеру,
вещества, входящие в состав костей
и сухожилий, оболочка нервных во-
локон, многие белки, жиры, фермен-
ты, передающая наследственные при-
знаки ДНК — все это существует
или может существовать в форме
жидких кристаллов. Даже мозг чело-
века — не что иное, как сложная
жидкокристаллическая структура.
Целый ряд болезней людей связан
с разладкой механизма образования
и разрушения в организме этого со-
стояния вещества. Например, холе-
стериновая болезнь (губительно дей-
ствующая на сосуды, печень, селезен-
ку) имеет в своей основе предраспо-
ложенность организма к образова-
нию жидкокристаллических соедине-
ний холестерина, циркулирующих в
крови. Они-то потом и отлагаются на
стенках сосудов, образуя печально
знаменитые холестериновые бляшки,
закупоривающие сосуды и преграж-
дающие доступ крови к жизненно
важным органам.
Все нас убеждает: «антипод стек-
ла» имеет огромное значение в жи-
вой природе.
Но пока эта область очень мало
исследована. И лишь можно предпо-
лагать, какой богатый урожай когда-
нибудь соберет на новой ниве биоло-
гическая наука.
ЕСЛИ ПРИГЛЯДЕТЬСЯ К
ТЕМПЕРАТУРЕ
Как нередко случается, открытие
жидких кристаллов оказалось преж-
девременным. Человечеству этот по-
дарок в ту пору был не нужен. И оно
долго не знало, что с ним делать и
куда его деть.
Первое время интерес к новому
состоянию вещества поддерживался
благодаря спорам и сомнениям: от-
крытие ли это, не нонсенс ли? А ко-
гда стало ясно, что да, открытие, че-
ловечество лишь пожало плечами».
Дескать, ну и что ж. И о загадочных
веществах надолго забыли.
Вспомнили о них совсем недавно.
И будто кто-то открыл шлюзы. Ла-
боратории и группы для исследова-
ния жидких кристаллов стали воз-
никать все в новых и в новых инсти-
тутах и городах. К сегодняшнему
дню открыто или синтезировано не-
сколько тысяч жидкокристалличе*
ских веществ. И каждый день появ-
ляются новыед
Чем же привлекают жидкие кри-
сталлы, или, как их еще называют,
анизотропные жидкости, специали-
стов самых разных отраслей? Давай-
те посмотрим, на что способны «кри-
сталлические жидкости».
Возьмем для начала измерение
температуры. Пленка, которая лежа-
ла у меня на ладони, — совершенный
измерительный прибор. Точность его
достигает одной сотой градуса. Вре-
мя, необходимое для определения
температуры, — одна секунда. Цвет-
ная картина — «память» — сохра-
няется две секунды после того, как
измерение закончено. И прибор опять
готов к работе.
Цена жидкокристаллического тер-
мометра — копейки. Значит, его
удобно u использовать в инфекцион-
ных клиниках; где на обеззаражива-
ние приборов и инструментов прихо-
дится тратить много времени и
средств. А «пленочный градусник»
после измерения температуры у за-
разного больного можно и выбро-
сить— убыток невелик. Тем более,
что есть способ сделать его еще де-
шевле -г- замуровать капельки ани-
зотропной жидкости между двух
пленок. Получится множество невооб-
разимо дешевых термометров — бери
ножницы и отстригай нужное коли-
чество. Приложил пленочные квадра-
тики к разным участкам кожи — ка-
пельки, последовательно перебрав
цвета спектра, укажут своими огонь-
ками распределение температур на
поверхности тела.
Эти цветовые сигналы могут очень
многое сказать о состоянии чело-
веческого организма. Медицина уста-
' новила: всякий воспаленный внут-
ренний орган как бы высвечивает
тепловое пятно на коже человека.
Жидкие кристаллы, выявляя грани-
цы воспалительных зон, помогают не
только ставить диагноз, но и следить
за ходом лечения. Например, хирур-
ги используют термоскопию для того,
чтобы убедиться, что после пересад-
ки артерий восстановилось нормаль-
ное кровообращение. Терапевты мо-
гут наблюдать за реакцией здоровых
и больных органов и тканей на те
или иные лечебные процедуры и ле-
карственные препараты.
С задачами диагностики в техни-
ке анизотропные жидкости справля-
ются не менее успешно. Уже извест-
ные науке жидкокристаллические ве-
щества способны измерять темпера-
туры от —20 до +250 градусов. Тер-
мочувствительные пленки позволяют
ясно видеть дефекты, которые зата-
ились внутри металлической детали.
Если конфигурация детали сложна
или нужны особо точные данные, по-
ступают так: на поверхность наносят
сажу (это — экран), а поверх нее —
тонкий слой жидкого кристалла.
В этом случае станет различима раз-
ница температур в тысячные доли
градуса, причем между точками, на-
ходящимися друг от друга на рассто-
янии в полмиллиметра и даже
96 меньше.
ВИЖУ ЗВУК
Превращение тайных тепловых по-
лей в явную красочную картину —
лишь одно из многих замечательных
свойств «кристаллических жидко-
стей». Вот пленка — точно такая же,
как и та, которую я держал на руке,
когда в первый раз пришел в лабо-
раторию. Я беру металлический стер-
жень и, слегка нажимая, медленно
провожу им по черной глянцевой по-
верхности. Стержень холодный, но за
ним почему-то тянется, тут же исче-
зая, коричневый след. А если нажать
посильнее? След становится крас-
ным. Еще сильнее — зеленоватым.
Что это?
— Пленка реагирует на давле-
ние, — объясняет Чистяков. — Чем
сильнее нажим, тем больше меняется
цвет.
— Так что же, — не верю я сво-
им глазам, — жидкие кристаллы об-
ладают и способностью к осязанию?
— Вот именно! Из них получа-
ются отличные механические датчи-
ки, назначение которых не только
помогать ученым и инженерам в их
исследованиях, но и служить органа-
ми осязания машин и механизмов.
Такие приборы замечают и легкое
прикосновение, и вибрацию деталей.
Но «жидкокристаллическое осяза-
ние» намного совершеннее человече-
ского. Нетрудно подобрать такие
смеси веществ, которые будут ощу-
щать (и делать для нас видимыми)
звуки и даже невоспринимаемые на-
шим ухом ультразвуки.
— Получается, что жидкие кри-
сталлы могут играть и роль уха?
— И еще — роль носа.
Игорь Г ригорьевич показывает
письмо, пришедшее недавно в его ла-
бораторию. Работники московской
водопроводной службы просят уче-
ных создать прибор, который «при-
нюхивался» бы к водопроводной
воде и поднимал тревогу при появ-
лении посторонних запахов.
Оказывается, и такой прибор, об-
Строительство Саяно-Шушенской ГЭС.
К очерку А. Гордина «Силой электричества».
Г идроэлектростанция.
Химическая
промышленность.
К очерку Ю. Коптева «Заводы на орбите».
К очерку Б. Петрова «За счастье Родины».
ладающий «обонянием», возможен:
жидкие кристаллы чувствуют ни-
чтожные примеси различных паров и
газов в воздухе и воде.
Исследования последних лет от-
крывают перед жидкокристалличе-
скими веществами все новые дороги
из лабораторий в заводские цехи.
Уже начато конструирование про-
стых и дешевых устройств, необходи-
мых в электротехнике, оптике, элек-
тронике, машиностроении. Основаны
они на способности некоторых анизо-
тропных жидкостей очень чутко от-
кликаться на действие слабых маг-
нитных и электрических полей.
Пройдет время, и без жидких
кристаллов нельзя будет обойтись
во многих наших обыденных делах.
Человек с саблей, которого я встре-
тил на московской улице, сейчас смог
бы применить эти замечательные ве-
щества разве только для того, что-
бы^ прикладывая к животу термочув-
ствительную пленку, убеждать недо-
верчивых прохожих, что он действи-
тельно мороженое ел. К тому време-
ни, когда он вырастет, он привыкнет,
что на его наручных часах, так же
как на всех стенных и уличных, нет
стрелок, а загораются, отсчитывая
время, жидкокристаллические циф-
ры. В жаркий солнечный день он, на-
ходясь дома, в библиотеке или на ра-
боте, повернет выключатель, и тон-
чайший слой анизотропной жидкос-
ти, нанесенной на оконное стекло,
под действием электрического тока
затуманится. Еще один щелчок —
еще сильнее потемнеет стекло — дым-
ка, будто штора, защитит комнату от
солнца. А в это же самое время ты-
сячи автомобилистов, пассажиров ав-
тобусов, поездов, теплоходов, само-
летов, точно так же щелкая выклю-
чателем, будут регулировать про-
зрачность окон и иллюминаторов.
Вечером, взяв с полки увесистую
книгу, он раскроет ее и... Нет, он
не будет листать страницы — здесь
их нет. Он нажмет на маленькую
кнопку, вмонтированную в стеклян-
ную пластину (именно эта пластина
и заключена в перёплет). В толще
стекла станут мерцать, всё разго-
раясь, равномерно рассеянные точки
жидкого кристалла. Еще мгновение.
Точки образуют контур ракеты,
устремившейся в небо, раздается го-
лос диктора... Плоский, как книга,
телевизор — это, как теперь понят-
но каждому, телевизор на жидких
кристаллах. Конечно, будущее анизо-
тропных жидкостей может оказаться
не таким, каким мы его сейчас пред-
ставляем. И даже наверное не та-
ким— оно будет гораздо удивитель-
нее, богаче и ярче.
8 Хочу все знать
М. Ивин
НЕ САМ
ПО СЕБЕ
Трое престарелых мудрецов
стоят возле слона. Все
трое слепы. И каждый,
пользуясь только осязани-
ем, пробует разгадать, что
перед ним.
— Колонна! — говорит
. первый мудрец, потрогав
ногу слона.
— Змея! — говорит второй, при-
коснувшись к хоботу.
— Стена!—говорит третий, ощу-
пав бок.
А слона в целом никто из них так
и не приметил...
Эту старинную притчу пересказал
недавно в одной из своих книг ака-
демик С. С. Шварц. Пересказал, что-
бы помочь непосвященному яснее
представить самую суть экологии:
то, что она призвана приметить сло-
на, постигнуть природу в ее целост-
ности.
Экология зародилась в прошлом
веке. Название ей придумал знаме-
нитый немецкий естествоиспытатель
Эрнст Геккель. «Ойкос»—по-древне-
гречески — «жилище», «обиталище».
Значит, это наука, изучающая мес-
тообитание живых организмов. Один
биолог полушутя сказал, что эколо-
гия — это домоводство в планетар-
ном масштабе.
В наши дни экология развивается
семимильными шагами. Она познает
законы существования живых орга-
низмов в естественной среде. Она
распутывает, разгадывает сложней-
шие связи между различными вида-
ми растений и животных.
Современная биология — нечто
вроде сообщества наук. Если выстро-
ить их мысленно в ряд, то на левом
фланге окажется молекулярная био-
логия. Из самого названия этой на-
уки явствует, что она погружена в
мир, недоступный глазу: от клетки
и ниже, то есть мельче. Составные
части клетки, вирусы, наконец, мо-
лекулы важнейших для жизни ве-
ществ — нуклеиновых кислот и бел-
ков — вот что исследует молекуляр-
ная биология.
А теперь обратим свой взор на
правый фланг нашего воображаемого
ряда. Там стоит экология. Огово-
римся: правофланговый, в данном
случае, не означает — самый глав-
ный, направляющий. Деление наук
на более важные и менее важные
вообще занятие праздное и даже
вредное в иных случаях. Экология
исследует макроструктуры — сооб-
щества живой природы и составляю-
щие их части.
У эколога есть на вооружении
техника: приборы ночного видения,
чтобы «пошпионить» за животными
в темноте; дистанционные электриче-
ские термометры; электронные при-
боры для радиопеленга — выслежи-
вания животных с помощью радио.
Наконец, обыкновенные звукозапи-
сывающие аппараты.
Вся эта техника, конечно, помогает
экологу изучать живую природу, но
главной роли не играет. Для эко-
лога важнее всего — макроскоп. Да
разве есть такой прибор? Нет, тако-
го прибора не существует, да вряд
ли кто сможет его смастерить. Мак-
роскопом для эколога служит биоло-
гическая теория. Она позволяет охва-
тить взором гигантское множество
явлений и созданий природы в их
взаимосвязи. Она помогает воссоз-
дать общую картину жизни, разгля-
деть слона в целом.
Всякая наука нуждается в популя-
ризации. Чем больше людей узнает
о задачах, достижениях, нерешенных
проблемах какой-либо науки, тем ве-
роятнее, что в эту науку пойдут све-
жие молодые силы.
Экология — особая статья. Ее
основы обязаны знать люди самых
разных профессий, вовсе не причаст-
ные к биологии. Обязаны.
Скажем, архитекторы планируют
новый город. Им надо расположить
его кварталы, его заводы так, что-
бы и людям удобно жить было, и
чтобы природе нанести как можно
меньший ущерб: не сгубить окрест-
ные леса, не опоганить озеро. Или
возник проект: перекрыть реку пло-
тиной, чтобы поставить на ней гид-
роэлектростанцию. А пойменные
луга, плодородные пашни и часть
лесов будут затоплены разлившимся
водохранилищем. Редкостным по-
родам рыб плотина отрежет путь к
нерестилищам. Что же выгоднее,
8*
если смотреть на дело не только с
точки зрения потребностей сегодня-
шнего человека: получить какое-то
количество электроэнергии, заиметь
искусственное озеро для водного
спорта, либо отказаться и от того и
от другого, но зато сберечь луга,
пашни и рыбу? Готового ответа
на все случаи нет и быть не мо-
жет. Вооружившись знаниями, на-
добно все как следует высчитать, пе-
репробовав разные решения. Может
быть, удастся и электроэнергию по-
лучить, и рыбу сберечь, и луга огра-
дить от воды...
Экология нужна всем и , всюду.
Мальчишка, уразумевший, что, разо-
ряя муравейник, он наносит большой
ущерб не только самим муравьям, но
и всему лесу в целом, — такой маль-
чишка твердо усвоил урок эколо-
гии. ..
Новые научные термины врывают-
ся в наш обиход. Мы можем услы-
шать их не только на лекции в уни-
верситете, но и на школьных уроках.
У экологов есть и свои термины.
Наиболее употребительный из них —
популяция (от латинского «попу-
люс» — «население»). Это — группа
организмов, особей одного вида, оби-
тающих на какой-то определенной тер-
ритории, обладающих общими при-
знаками и биологическими свойства-
ми. Позвольте, позвольте... А что
такое вид? Это — основная структур-
ная единица в системе живых орга-
низмов. Это — совокупность особей,
способных к скрещиванию и образо-
ванию потомства. Выходит, что вид
и популяция — одно и то же или поч-
ти одно и то же? Для чего тогда при-
думан новый термин? ..
Возьмем два озера на Карель-
ском перешейке. Одно большущее,
километров двадцать в длину да око-
ло восьми в ширину. Другое, сравни-
тельно с первым, малое — три с лиш-
ним километра в длину, с километр
в ширину. В обоих озерах — пропасть
окуня. Но в большом озере окуни
ярче окрашены — светлые попереч-
ные полосы на туловище рыбы так и
серебрятся. Окунь из малого озера
значительно темнее. Не говорю уже
о том, что в большом озере нагули-
ваются более крупные окуни, чем в
малом. Это общее правило — чем
крупнее водоем, тем крупнее и рыба.
Само собой понятно, что окуни боль-
шого и малого озер принадлежат к
одному виду. Но популяции — раз-
ные. На Карельском перешейке —
700 озер. И во всех, за малым ис-
ключением, водится окунь. Но в каж-
дом озере — своя популяция. Хоть
чуть-чуть, хоть чем-то, что может за-
метить только специалист, окуни од-
ного озера отличаются от окуней
другого озера.
То же самое можно сказать о ля-
гушках, о травах, о злаках, о деревь-
ях. Сосны, растущие на песчаной
возвышенности и на болотистой ни-
зине, принадлежат к одному виду —
пинус сильвестрис, сосна обыкновен-
ная. А какие они разные! У сосны на
болоте даже центральный корень не
отрастает, она держится, подобно
ели, на боковых корнях.
Итак, популяция — это видовая
группировка, существующая как еди-
ное целое.
Давайте мысленно совершим вос-
хождение по лестнице жизни. Пер-
вая ступень этой лестницы — моле-
кула; клетка — ступень вторая; тка-
ни и органы, образованные из кле-
тЬк, — ступень третья; многоклеточ-
ный организм, сконструированный
из тканей и органов, — ступень чет-
вертая. Она не самая верхняя, как
можно бы думать. Выше — популя-
ция, такая же биологическая едини-
ца, как отдельный организм или
клетка. Популяция имеет свою струк-
туру, свое строение. Экологи гово-
рят, что животные и растения утвер-
ждают себя во внешней среде, при-
спосабливаются к ней не как сумма
отдельных особей, а как единое це-
лое. И этим единым целым являет-
ся популяция. Семьи, стада, стаи,
колонии и другие группировки орга-
низмов, как правило, входят в по-
пуляцию.
Однако наше восхождение еще не
завершено. Следующий уровень ор-
ганизации жизни — биогеоценоз (от
греческих слов: «биос» — «жизнь»,
«гео» — «земля», «койнос» — «об-
щий»)— сообщество организмов раз-
личных видов. Это — лес, степь, бо-
лото, луг, пруд, озеро и т. д. В био-
геоценоз входят многие сотни, ино-
гда даже тысячи популяций расте-
ний и животных, а также окружаю-
щая атмосфера, воды, почва. Учение
о биогеоценозах основал и разрабо-
тал выдающийся советский уче-
ный — академик Владимир Николае-
вич Сукачев.
Биогеоценоз—тоже не простое скоп-
ление, собрание разных видов расте-
ний, животных, микроорганизмов,
обитающих на одной территории.
Сообщество имеет свою структуру:
входящие в него популяции связаны
между собой множеством нитей. Со-
вокупность различных биогеоценозов
и есть то, что мы именуем природой.
Законы, которым подчинена жизнь
популяций и сообществ природы, не
менее сложны, не менее строги, чем
те законы, что управляют жизнедея-
тельностью клеток и отдельных орга-
низмов.
Живые организмы рассеяны по ли-
ку планеты не как попало, не беспо-
рядочно. Тут есть свои особенности,
свои закономерности, и они изучают-
ся экологами весьма тщательно. Каж-
дая популяция привязана к опреде-
ленной территории, которая наилуч-
шим образом соответствует ее по-
требностям.
Популяция привязана к определен-
ной территории... Когда речь идет
о растениях, то разъяснения тут из-
лишни, вроде бы. Расселившись в ка-
ком-то месте, растения не могут его
покинуть по своей охоте, что бы там
ни случилось. Потому растения и вы-
носливее животных, что они лишены
возможности укрыться от напастей.
Ну, а животные, рыбы, птицы. Их
100
разве привяжешь к месту? Они-то
ведь могут уходить, уплывать, уле-
тать, куда им заблагорассудится!
Могут, да не станут! Они тоже при-
вязаны к определенному местообита-
нию. А перелетные птицы? А про-
ходные рыбы? Ну что же, у тех и у
других по два дома, по два местооби-
тания. Перелетные птицы на севере
выводят птенцов, на юге — пережи-
дают зиму. Но и на севере, и на юге
у них есть определенное место, куда
они неизменно возвращаются.
В Южной Америке водится около
трехсот видов колибри. А в Афри-
ке их нет вовсе, хотя там тоже тро-
пики и леса, схожие с южноамери-
канскими. Колибри — прекрасные ле-
туны, они могли бы преодолеть оке-
ан, разделяющий континенты. Но
птицы не проявляют никакого жела-
ния расселяться по всему свету да-
же вдоль экватора. Лайсанский чи-
рок — птица, известная лишь орни-
тологам. Дело в том, что чирок этот
водится на территории всего лишь в
пять квадратных километров — на
болотистом берегу крохотного ост-
ровка в Гавайском архипелаге. Ни-
где больше птица эта не обнару-
жена.
Проходные рыбы кормятся, рас-
тут в море, а метать икру поднима-
ются далеко вверх по реке. И заметь-
те — рыба идет на икрометание толь-
ко в ту реку, где родилась: это ее
дом.
Все живое на планете размещено
как бы в невидимых клетках. И охо-
ты к перемене мест в природе не на-
блюдается. Популяция стремится
прочно удерживать территорию, обе-
регая ее от вторжения. Чужаков из-
гоняют, отпугивают, предостерегают:
сюда не суйся.
Лишь стихийное бедствие — по-
жар, наводнение, а для рыб — отрав-
ление воды — либо настойчивое пре-
следование человеком могут заставить
животных покинуть обиталище. И
это — тяжелая драма для любого
вида. Это все равно что людская
101
102
семья, которую лишили крова и пи-
щи. Особенно плохо животным-«гур-
манам», для которых кормом служит,
скажем, один вид растений. Преза-
бавный австралийский сумчатый мед-
ведь коала питается только листь-
ями эвкалипта. Ясно, что жить он
может лишь там, где растут эвка-
липты.
Живому существу любого вида тре-
буется какое-то пространство, терри-
тория, где оно могло бы добывать
пищу, устраивать убежище, выращи-
вать потомство. Это понимали уче-
ные еще в глубокой древности. Более
двух тысячелетий назад в своей «Ис-
тории животных» Аристотель писал:
«Пара орлов требует значительной
территории для своего кормления, а
потому она не может позволить дру-
гим птицам располагаться побли-
зости». Знаменитый французский
естествоиспытатель XVIII столетия
Жорж Бюффон, наблюдая за соловь-
ями, заметил, что они склонны к от-
шельничеству и не позволяют дру-
гим птицам вторгаться на их терри-
торию. Это диктуется, по мнению
Бюффона, необходимостью выкарм-
ливания птенцов. Другие птицы, в
особенности морские, любят выво-
дить потомство в тесноте: так теп-
лее, да и хищников скопом отгонять
легче. На прибрежных скалах птицы
насиживают яйца так близко друг
от друга, что любая из них может
клюнуть соседку, не сходя с места.
Но ссор почти не бывает; каждая
птица уважает право соседки на ку-
сочек скального карниза.
Участки, занимаемые зверями, жи-
вущими обособленно, бывают огром-
ны. Территория американского мед-
ведя гризли достигает пятнадцати
километров в ширину. Медведь поза-
ботится, чтобы границы его «усадь-
бы» были помечены: потрется о ство-
лы деревьев, оставляя запах шерсти,
помочится на пень, на кустик.
У волчьей семьи охотничий участок
еще крупнее, чем у медведя.
Звери живут в мире запахов. По-
наблюдайте за любой собачонкой, и
вы убедитесь, что она доверяет сво-
ему носу больше, чем глазам. У не-
которых диких животных обоняние
даже совершеннее собачьего. Вместо
забора звери создают вокруг своих
владений невидимую ограду из за-
пахов.
Зверь неохотно покидает свою тер-
риторию, так как он обжил ее, при-
вык к ней, как привыкаем мы к сво-
ему дому, знает, где найти корм и
воду. Это так. Но к оседлости его,
возможно, побуждает и то, что, пе-
рейдя границу своего участка, он
сразу натыкается на чье-то владе-
ние, огороженное пахучими выделе-
ниями. И он возвращается к себе, не
желая ввязываться в драку на чужой
территории. Многочисленные наблю-
дения показывают, что животные и
птицы, попав в чужое обиталище,
чувствуют себя неуверенно и при
первых же предостерегающих сигна-
лах хозяина убираются восвояси, не
принимая боя.
Биолог К. Р. Карпентер долгое
время наблюдал за жизнью гиббонов
в Таиланде. Эти обезьяны проводят
большую часть жизни на верхушках
высоких деревьев, и следить за ними
очень трудно. Но Карпентеру повез-
ло. Рядом с лесом нашлась скала, ко-
торая поднималась выше соседних де-
ревьев, служивших обиталищем для
гиббонов. Вооруженный набором би-
ноклей и звукозаписывающей аппа-
ратурой, ученый провел на этой скале
сотни часов. В поле его зрения нахо-
дилась двадцать одна семья гиббо-
нов. Иногда обезьяны оказывались в
десяти метрах от наблюдателя. Кар-
пентер узнал много удивительных ве-
щей про этих обезьян. Восход солн-
ца они встречают песней, которая на-
поминает хоровое пение людей. Уче-
ный считает, что гиббоны — един-
ственные создания, которые способ-
ны, подобно людям, петь чистыми
голосами. Гиббоны необычайно миро-
любивы. Они заботятся не только о
детенышах, но и о больных стари-
ках, принося им пищу. Карпентер не
видел серьезных драк между гиббо-
нами, хотя каждая семья строго охра-
няет свою территорию. Однажды
ученому довелось наблюдать такую
сцену. Гиббон, отец семейства, обна-
ружил, что соседи подобрались к фи-
говому дереву, на котором только
что созрели плоды. А дерево при-
надлежало, бесспорно, его семей-
ству. Гиббон кинулся вперед и, рас-
скачиваясь на ветке, стал яростно,
пронзительно протестовать. Наруши-
тели притихли, но не уходили — их
было шестеро. На помощь отцу при-
шли его сыновья. Тогда пришельцы
спрыгнули с дерева и спокойно от-
правились к себе, сопровождаемые
хозяевами. И лишь очутившись на
своей территории, шестерка озорни-
ков принялась всячески насмехаться
над старым гиббоном, который их
изгнал. Хозяин фигового дерева от-
вечал тем же, но ссора быстро за-
тихла, и соседи стали обмениваться
возгласами, которые выражали, уче-
ный это наверняка знал, миролюби-
вое настроение.
Английский естествоиспытатель
Ф. Ф. Дарлинг, изучая поведение
шотландских оленей, проделал такой
опыт. Он насыпал на определенное
место зерно. Через некоторое время
олени наткнулись на подкормку и
съели ее. Он насыпал на то же место
еще. Опять съели. ... Словом, когда
олени привыкли кормиться тут, уче-
ный переменил место. Животные на-
шли зерно и на новом месте. Так он
менял место подкормки не раз.
И каждый раз зерно оказывалось
съеденным. Наконец, однажды вече-
ром, он высыпал зерно за мелким
ручьем, который не то что олень, ку-
рица могла перейти. Олени зерно ви-
дели, но не тронули его. Стало ясно,
что ручей служил границей их тер-
ритории, которую они не решались
перейти.
Запахи играют огромную роль в
общественной жизни зверей, насеко-
мых. У некоторых муравьев есть «за-
103
пах тревоги». Распространяясь, он
приводит этих насекомых в сильней-
шее возбуждение.
Запахи в значительной мере опре-
деляют сплоченность популяции. Жи-
вотные трутся друг об друга, приоб-
ретая групповой запах, который поз-
воляет установить добрые отношения
между членами популяции. Этот же
общий запах дает возможность сразу
опознать чужака. У кроликов на под-
бородке есть железа, вырабатываю-
щая пахучий секрет. Потирая кроль-
чат подбородками, они таким спосо-
бом метят свое потомство.
Сплошь и рядом бывает так, что
одна и та же территория служит оби-
талищем для разных видов. И они
делят ее, не ссорясь, если интересы
их не сталкиваются.
На океанском побережье Южной
Флориды можно иногда видеть, как
цапли, принадлежащие к разным ви-
дам, выбрав подходящую отмель, ры-
бачат мирно рядышком, нисколько
не мешая друг другу и не ссорясь.
У каждого вида свои приемы ловли
рыбы и своя глубина.
Зеленая кваква своими повадками
напоминает пожилого опытного ры-
болова, который не сходит с облю-
бованного места полдня. Эта цапля
сидит на корнях мангровых деревьев,
выступающих из воды, терпеливо
поджидая рыбу. Близ Майами, глав-
ного города штата Флорида, есть
зоопарк, где на островках, притоках,
озерах вольно живут всякие звери,
птицы, рыбы, черепахи. Среди них и
зеленые кваквы, которые прослави-
лись чуть не на весь мир. Они не
просто поджидают рыбу, а пользу-
ются приманкой. Служащие и посе-
тители прикармливают здесь рыб,
разбрасывая шарики, в которых
спрессованы питательные вещества.
Кваква научилась пользоваться ша-
риками. Захватив своим длинным
клювом шарик, птица бросает его в
воду и усаживается поблизости.
Ждать приходится недолго — рыбы
подплывают к шарику, цапля их хва-
104
тает. Иногда кваква вместо питатель-
ного шарика пользуется комочком
бумаги: рыбки все равно подплы-
вут — из, любопытства...
Вернемся на отмель.
Луизианская цапля рыбачит шум-
но. Зайдя в воду, она начинает кру-
житься, прыгать, приплясывать,
вспугивать затаившихся рыбок, по-
том вдруг замирает, высматривая
добычу.
Снежная цапля — та без всяких
хитростей бродит по мелководью,
приглядываясь. Увидит рыбу — не
упустит.
Красная цапля, взмутив воду,
вдруг широко распахивает крылья.
Вспугнутые рыбки, приняв тень от
крыльев за убежище, устремляются
к нему. И вместо того, чтобы пус-
титься наутек, ошеломленные, засты-
вают под крыльями цапли.
Наконец, большая голубая цапля.
На своих длинных ногах она забре-
дает глубоко, глубже, чем все ее со-
родичи, и хватает рыбу, вспугивая
ее резкими взмахами крыльев.
Вот так пять видов цапель делят
между собой отмель, не конкурируя
друг с другом.
Ну, а что делается под водой в
океане? Неужели и там у живых
организмов есть свои охраняемые
территории, свои убежища, свои эко-
логические ниши?
Советский исследователь Г. А. Го-
ловань изучал рыбное население
коралловых рифов у берегов Кубы.
«Риф — это строго упорядоченная
система, в которой каждому виду ор-
ганизмов отведено свое место», — пи-
шет Головань. В зоне одного только
рифа ученому удалось насчитать бо-
лее тринадцати видов рыб, ведущих
оседлый образ жизни. Все они имеют
постоянные убежища — пустоты в
рифе. У некоторых обитателей рифа
развит инстинкт охраны своего уча-
стка. Рыба-сержант, завидев близ
своего убежища чужака, исполняет
нечто вроде воинственного танца.
Грозный вид имеют рыбы-солдаты,
вооруженные шипами и колючками.
Но при первой же опасности вояки
скрываются в убежище, от которого
вообще уплывают не более чем на
полметра. Рыбы-хирурги несут на
хвостовом стебле два шипа, похожие
на ланцеты — обоюдоострые хирур-
гические ножички. Однако и они в
бой не вступают, предпочитая бег-
ство. Разумеется, хватать за хвост
эту рыбку не следует — на руке оста-
нутся рваные раны. Еще одна осед-
лая обитательница рифа, рыба-черт,
поразила Голованя своим полным
равнодушием ко всему на свете. Ее
спокойно можно брать в руки.
Вот так черт! ..
В кубинских водах встречается
около пятидесяти видов каменных
окуней, которые опять-таки рази-
тельно не соответствуют своему на-
званию — их мясо очень нежно и
вкусно. Это мощные, сильные хищ-
ники, иные из них достигают веса в
триста килограммов. Такой окунище
способен заглотать мелкую акулу.
И вот эти-то могучие разбойники то-
же оседлы. Им бы разгуливать на
подводных просторах, а они сидят в
своих рифовых норах, лишь изред-
ка выбираясь оттуда, чтобы насы-
титься.
Некоторые обитатели рифа выхо-
дят за его пределы попастись. Но
покидают они свое обиталище, толь-
ко объединившись в стаю. Казалось
бы, рыбкам для безопасности лучше
рассредоточиться, ведь любому хищ-
нику, тому же окуню либо акуле,
сподручнее кинуться на стайку, не-
жели гоняться за одной малой жерт-
вой. Может быть, в стае рыбкам
просто не так страшно? На миру и
смерть красна...
Нет, дело не в ощущениях. На-
блюдения показывают, что схватить
жертву из стаи не просто. Хищная
рыба не кидается на свою жертву
очертя голову. Акула, скажем, облю-
бует добычу, подберется поближе,
займет удобную позицию для атаки
и лишь потом совершит решающий
105
бросок. Зато раненую или зазевав-
шуюся, отставшую от стаи рыбу аку-
ла схватит молниеносно. Когда перед
хищником стая — ему трудно сосре-
доточиться, сконцентрировать вни-
мание на определенной цели. При-
мерно то же самое испытывает охот-
ник, когда перед ним много дичи:
трудно выбрать цель.
В океане, как и на суше, жизнь
упорядочена. У обитателей подвод-
ного царства есть свои территории,
участки, свои укрытия. Оседлы не
только мелкие рыбешки, но даже
акулы, которых всегда считали бро-
дягами моря. Эйбль-Эйбесфельдт —
известный немецкий зоолог, моревед,
эколог, изучавший подводную жизнь
у островов Индийского океана, —
рассказывает, что каждый день око-
ло десяти часов утра в одном и том
же месте, близ рифа, появлялась
одна и та же огромная гребнезубая
акула. Ученый узнавал ее, так как у
нее была метка — рана на спинном
плавнике. Описав не спеша круг,
акула исчезала в глубине.
Многие крупные рыбы обследуют,
обходят, если так можно сказать,
большие территории. Но и эти рыбы
не так уж свободны в своих передви-
жениях, как это может показаться.
Маршрут остается постоянным, и
распорядок дня, как мы видели на
примере гребнезубой акулы с отмети-
ной на плавнике, тоже неизменен.
У рыб, говорит Эйбль-Эйбесфельдт,
есть места общего пользования, где
они сообща кормятся, но есть и лич-
ные квартиры — норы, куда нико-
му не разрешается входить, даже со-
родичам.
Все организмы привязаны к опре-
деленному месту. Ни звери, ни аку-
лы, ни растения не могут расселять-
ся как попало и где попало.
Есть ли исключения из этого пра-
вила? Комнатная муха вездесуща.
Она водится под всеми широтами,
кроме Заполярья. Но когда-то муха
обитала лишь в тропиках — лучше
всего она размножается при темпе-
ратуре + 25 градусов. Но, прижив-
шись возле человека, муха приобрела
способность жить в отапливаемом
помещении и впадать в спячку зимой.
Наряду с мухой навязались в спут-
ники человеку докучливые тараканы,
вши, домовые мыши.
Ну, а сам человек? Разве он отде-
лен от природы, разве не подвластен
ее законам? Ведь он может обитать
почти в любом уголке планеты. Но
на самом деле это не так. Ведь чело-
веку не обойтись без воздуха, воды
и пищи. Он расселился так широко
потому, что в отличие от животных
умеет запасать пищу впрок, добы-
вать воду из глубин земли, изготов-
лять одежду. Он и воздух с собой
захватит в виде сжатого кислорода,
если отправится туда, где его мало —
в горы либо в космос.
Но и воздух, и пища, и вода, и
одежда — все это продукты природы.
Значит, человек не может сказать,
что он сам по себе, что он независим
от природы, неподвластен ее зако-
нам. Такой взгляд на взаимоотно-
шения человека с природой очень
опасен для самих людей. Это все
равно что потихоньку, для забавы,
подпиливать сук, на котором си-
дишь.
господи! Манежная рысь
вытрясает из меня кишки.
Я учусь ездить. Кто бы
мог подумать, что просто
сидеть на лошади так
сложно. Вон тренер с длин-
ным бичом — стоит посре-
ди манежа и покрикивает:
— Пятку вниз! Локоть
ушел! Плотнее шенкель!
Строже повод! Колено
не! Стало быть, выше мирской суеты!
Гляди веселей — положение обязы-
вает!
Всадник, — кричит он, — это не
всякий, севший на лошадь, и даже
не всякий, умеющий ездить верхом!
Всадник — это моральный облик,
это воля и характер.
Всадник добр и мужествен! Он дер-
жит слово, потому что сегодня слова
не сдержал, завтра — дела не сделал,
Б. Алмазов
СПОРТ
СПОРТ
СПОРТ
ВСАДНИНИ
плавает! Спину прямее! Сесть под
себя! Подбородок выше, повод ни-
же! — И т. д.
«Неужели все это можно соблюсти
одновременно?» — думаю я, а тренер
словно отвечает: «Только при пол-
ном соответствии с тем, что я го-
ворю, посадка будет правильной» и
тогда вы сможете прыгать через
барьерчики в тридцать сантимет-
ров, но будете ездить, а не ка-
таться».
— Не сутулиться! — гремит его го-
лос.— Вы же над толпою! Вы на ко-
а послезавтра забыл, что ты человек!
Где колено? Почему у подпруги? Си-
дишь вилкой!
И так день за днем. Поводят бока-
ми кони, ноют суставы, иногда ка-
жется, что даже моргать больно,
А тренер бичом подхлестывает, да
еще и подсмеивается:
— О вас, сударь, можно сказать
стихами: «Конь несет меня лихой, а
куда — не знаю».
Он словно рад, что с каждой тре-
нировкой мальчишек в манеже остает-
ся все меньше. «Баба с возу — кобы-
107
ле легче, — слышим мы после каждой
переклички. — Верховая езда не для
слабых».
Тренировки все усложняются, но
краешком глаза я замечаю, как изме-
нилась посадка, моих товарищей. Да
я и сам чувствую, что ездить стало
легче: уже и седло не хлопает меня,
и ноги плотно лежат на конских бо-
ках, и все реже достает мои колени
тренерский бич.
Всадник — это терпение, всадник—
это спокойствие.
И вот наступает день, который я
буду помнить всю жизнь. День, когда
пришел контакт, то есть полное взаи-
мопонимание с лошадью. Это произо-
шло как-то сразу: пришел, почистил,
поседлал, выехал. Мгновенно исчезла
скованность, стало все удобцо, все
легко. Конь начал отзываться на каж-
дое мое движение. Мы плыли в га-
лопе, плавно взвивались над препят-
ствиями. Удивительно было состоя-
ние полного слияния с конем. Я чув-
ствовал, как радуется конь, я видел,
как радуется тренер.
— Всадник — это умение понять
другого!
... Я не стал профессионалом, да-
же верхом мне ездить прйходилось
от случая к случаю. Все реже и реже
заходил я в манеж. А тренер все так
же бессменно стоял на кругу, и
другие мальчишки, закусив губы,
роняя пот и слезы, овладевали ис-
кусством верховой езды. Они вы-
растали, а тренер, казалось, не ме-
нялся.
— Всадник — это характер, всад-
ник — это мировоззрение, — гремел
он на весь манеж.
И вот однажды в моей комнате
раздался звонок и детский голос
прокричал сквозь рыдания: «Он
умер!» И я уронил телефонную
трубку.
Мы не знали, что у нашего тренера
было плохое сердце. Мы не знали,
с каким трудом дается ему каждая
тренировка. Однажды его попросили
заменить прихворнувшего тренера.
Попросили, потому что знали: наш
старик всегда выручит. И он при-
шел. Как всегда, выбритый, подтя-
нутый. Тренировались в парке. Шел
снег, дул холодный ветер. Он зако-
вывал коней в морозную корку,
рвал полы длинной кавалерийской
шинели нашего тренера, который,
как всегда, стоял на кругу и по-
крикивал:
— Лицо не прячь, подбородок вы-
ше! Гляди веселей. Всадник — это
108
бодрость! Всадник — это ясность
души!
Потом он зашел в конюшню, попро-
щался с конями и ночью умер.
В манеже стало тихо. Все словно
обесцветилось. Смертельно запил ко-
нюх. Кузнец заковал коня, что с ним
никогда не случалось. Но прошла не-
деля, другая...
— Всадник — это мировоззрение!
Гляди веселей! Спину держать! Вы
над толпой!—услышал я знакомые
слова. Молодой парень, которого мы
раньше не замечали, стоял на кругу
с бичом в руках. — Всадник — это
ясность души! Оставьте все неприят-
ности дома! Вы с лошадьми, а зна-
чит, вы счастливы!—Он не подра-
жал нашему старому тренеру, он был
совсем другой. Тренер был малень-
кий, этот — высокий. Тренер был
седой, этот — черноволосый. Но по-
разительно схожа была манера дер-
жаться, говорить и даже поправлять
усы. Он не подражал нашему стари-
ку, а просто был его учеником. Он
был похож на него, как сын походит
на отца. И учил тому же, чему и ста-
рый тренер. Учил быть всадником,
учил быть человеком*
*
Вы уже, наверное, поняли из этого
вступления, что мы решили расска-
зать вам о всадниках.
Именно всадники, потому что в
конном спорте спортсмен всегда в
седле, никаких других состязаний
нет. Мы не будем говорить о„ нацио-
нальных спортивных играх, о конном
футболе — пушболе, о конном тенни-
се— голо, о десятках других сорев-
нований. .. Чтобы рассказать обо
всех, нам никаких книг не хватит,
так их много.
Мы расскажем вам о самых глав-
ных видах конного спорта, о тех
классических видах, которые разви-
ваются почти во всех странах мира
и которые включены в олимпийскую
программу.
Их три: конкур-иппик (преодоле-
ние препятствий), выездка и конное
троеборье — оно состоит из выездки,
конкура и кросса, так сказать, в нем
соединены все виды конных состя-
заний.
Верховая езда включена и в пяти-
борье. Спортсмен после фехтования,
стрельбы, плавания и бега должен
пройти трассу с препятствиями на
коне, который достается ему по
жребию за двадцать минут до
старта.
Это состязание родилось в армии
среди офицеров связи. Доставляя на
поле боя приказы, они и на коне ска-
кали, и переплывали реки, и руби-
лись, и стреляли, и бегали... Это
единственный вид состязаний, где
всадник скачет на незнакомой ло-
шади.
В остальных видах каждый спорт-
смен выступает на своем коне и го-
товит его к состязанию годы.
В выездке, например, не может вы-
ступать лошадь моложе шести лет не
только потому, что ее несколько лет
тренируют, но и потому, что молодой
конь не выдержит нервных нагрузок.
Успех в конном спорте зависит от то-
го, насколько слит всадник со своим
конем, насколько прочен контакт
между ними.
Конный спорт — единственный вид
спорту, где два существа, стоящие на
разных ступенях развития, совершен-
но различные по природным данным,
должны выступать Как одно целое.
Как же добивается человек контакта,
как учатся всадник и конь понимать
друг друга?
ФРАК, ЦИЛИНДР И ШПОРЫ
Хвост сзади, спереди какой-то чудный
выем,
Рассудку вопреки, наперекор стихиям,
Движенья связаны, и не краса лицу!—
так ругает фрак Чацкий в комедии
«Горе от ума» Грибоедова.
И надо сказать, ругает его напрас-
но. Фрак был придуман для того,
чтобы не сковывать, а, наоборот, об-
легчить движения. И если бы был он
неудобен, то не дожил бы он до на-
ших дней в качестве обязательного
костюма для высшей школы верхо-
вой езды.
Фрак и родился в манеже. Какой-
то англичанин сначала подколол по-
лы длинной одежды, потом и вовсе
отрезал их, а спину распорол на две
фалды — так и появилась эта удоб-
нейшая и красивейшая одежда.
Короткий фрак, особым образом
повязанный охотничий галстук-шарф,
белые бриджи, высокие сапоги и ци-
линдр— вот костюм спортсмена, вы-
ступающего в выездке.
Происходят состязания так: всад-
ник выезжает на площадку размером
20 метров на 60, по сторонам кото-
рой, словно на шахматной доске, по-
ставлены буквы. Они нужны для то-
го, чтобы всадник мог ориентиро-
ваться на поле и точно исполнять у
каждого знака фигуру, указанную в
программе.
Есть определенный порядок испол-
нения, и путать нельзя. Пять судей
внимательно следят за тем, как ис-
полняются пируэты, вольты, пьяффе,
серпантин и другие фигуры высшей
школы.
Со стороны кажется, что это все
очень просто. Спокойно сидит спорт-
смен, чуть покачиваясь в такт дви-
жениям коня, а лошадь танцует себе
на манеже.
Но посмотрите, как тяжело пово-
дит она боками по окончании выступ-
ления, посмотрите, как вдруг посере-
ло и осунулось лицо спортсмена, и
вы сразу поймете, каких страшных
110
нервных и физических усилии стоит
это выступление и человеку и коню.
На манеже новый всадник, и зри-
телю-неспециалисту кажется, что все
повторяется. На самом деле не толь-
ко двух одинаковых коней нет, но да-
же у коня нет двух одинаковых вы-
ступлений, как у настоящего артиста
каждый спектакль неповторим.
А когда объявляют результаты, ка-
кие странные цифры звучат: «Ли-
зелотта Лизенгофф—1292 очка, Иван
Калита—1256 очков...» Откуда эти
цифры? Оказывается, каждое движе-
ние Коня и всадника строго учиты-
вается. Правила очень жестки: пере-
брал всадник повод после стартового
колокола — его снимают с соревнова-
ний. Даже если конь лишний раз
махнул хвостом — лишние очки: счи-
тается, что всадник потревожил его
шпорой. Современная выездка — это
полный контакт, полное слияние коня
и всадника.
Основы выездки закладывались в
те поры, когда с появлением огне-
стрельного оружия конница стала
воевать в правильном строю. От ло-
шади теперь требовалось не только
везти кавалериста в бой, но и резко
осаживать, круто поворачиваться по
команде, принимать в сторону, ме-
нять аллюры, а понадобится — и за-
крывать собою человека от пули или
клинка.
Приемы высшей школы, правила
выездки складывались веками. Дол-
гое время считалось, что лошадь -хуж-
но укрощать, покорять. Посмотрите
на памятник Петру I работы Рас-
стрелли, который стоит у Инженер-
ного замка. Как скручена у коня шея,
он почти упирается нижней губой в
грудь! Это элементы высшей школы
Боше, выездка XVIII века. Такие
кони носили кавалеров по аллеям Вер-
саля. Строгий повод, крепкий шен-
кель, и конь в жесточайшем сборе
приседает под шпорой...
Шли годы, и человек с удивлением
заметил, что лошадь не так уж силь-
на, не так уж вынослива, что ее не
надо укрощать, что многие *>ню мож-
но объяснить, и он поймет.
Правда, до сих пор в выездке про-
исходит столкновение нескольких
школ, по-разному понимающих за-
дачи всадника и коня. Полярны шко-
лы немецкая и французская. У фран-
цузов легкие горячие кони идут в
легком, почти совсем ненатянутом по-
воде, у немцев конь «оставлен за по-
водом». Кони немецких спортсменов,
как правило, тяжелые и требуют
управления.
Но выбор управления скорее зави-
сит от коня. Интересно, например,
сравнить работу Петушковой и Кизи-
мова. Добронравный высококровный
Пепел Петушковой, словно шутя, вы-
полняет все команды своей всадницы,
они оба явно получают удовольствие
от выступления. Ихор, конь верховой
украинской породы, достался Кизи-
мову Случайно, просто ничего другого
под рукой не оказалось. То, что они
стали олимпийскими чемпионами, —
это труд и пот Кизимова. Недаром
у Ихора за подпругой маленькая чер-
ная потертость — мозолик от шпоры.
Я видел, как тренировался Кизи-
мов в ленинградском манеже. В мок-
рой от пота рубахе мастер десятый
раз вел коня на пьяффе. Это такая
ритмичная рысь на месте, когда конь
высоко поднимает ноги, отбивая шаг.
— Как?—хриплым от напряжения
голосом спросил Кизимов директора
манежа.
— Больше спины.
Кизимов скривился, и конь вдруг
словно сам прогнулся, округляя
круп.
Через полчаса Кизимов вел Ихора
через двор в конюшню. От коня ва-
лил пар, и уздечка звенела в дрожа-
щих пальцах мастера.
Каждая фигура высшей школы —
месяцы упорного труда. Разумеется,
сам спортсмен должен ездить без-
упречно, на любой лошади, иначе он
просто не сможет коня ничему на-
учить. Ведь выездка — это обучение,
а не дрессировка.
111
Вот что пишет по этому поводу
Петушкова:
«На выезженной лошади вы може-
те десять раз остановиться в одном
и том же месте, а на одиннадцатый
спокойно проедете дальше, если не
потребуете у нее остановки. Дресси-
рованная лошадь остановится и в
одиннадцатый раз, даже если вы ее
будете энергично посылать вперед.
Очень показателен в этом смысле слу-
чай, описываемый Аристотелем. По
его словам, сибариты выучили своих
лошадей танцевать под звуки флей-
ты, и это погубило их: «Враги их,
кротонцы, воспользовались этим на
войне. Когда сибариты хотели перей-
ти в наступление, кротонцы заиграли
на флейтах, и привычные к этим зву-
кам лошади начали танцевать на
месте, вместо того чтобы идти в ата-
ку». Это очень хороший пример дрес-
сированных, но не выезженных ло-
шадей».
Иными словами: выездка—это уме-
ние лошади слышать и понимать,
чего желает от нее человек. Однако
добиться этого очень трудно. Наш
первый олимпийский чемпион Сергей
Филатов вспоминает, какой мукой
мученической добивался у Ингаса,
одного из своих воспитанников, пони-
мания пьяффе (про эту фигуру я уже
говорил).
Вначале пробовали так: помощник
двумя хлыстиками попеременно в
такт движению всадника ударял ко-
ня по ногам. Ингас обижался — ду-
мал, что его наказывают. Ну как
объяснить, что нужно делать? И тут
уже совсем отчаявшийся было Фила-
тов заметил, как конь нетерпеливо
топчется, ожидая, когда его впустят
в конюшню. Мастер уловил этот мо-
мент и попытался повторить его вто-
рой раз, третий... Конь понял!
Однако не нужно преувеличивать
способности коней. В прошлом веке
в Германии была лошадь «Умный
Ганс». Хозяин считал, что конь умеет
читать, различать цвета и считать.
Умный Ганс даже выстукивал азбу-
кой Морзе свое имя. Но, конечно, ни
о какой грамотности коня речи быть
не могло. Конь просто научился сту-
чать копытом по команде и останав-
ливаться по команде. Это была обыч-
ная дрессировка.
А вот памятью кони обладают не-
заурядной. И у них необычайно раз-
вита гордость. Сергей Филатов вспо-
минает, как однажды, выйдя из тер-
пения, он ударил коня. Конь сразу
же повиновался и выполнил трудную
фигуру. Но через несколько месяцев
на ответственнейшем состязании он
отказался выполнять именно эту фи-
гуру, ту самую, за которую был на-
казан.
ВЕЛИКИЙ ДЕНЬ ОТМЩЕНИЯ
«У лошади чудовищная память»,—
писал Лев Толстой.
—• Смотри, говорила мне мать,
в прошлом хорошая всадница, — не
оскорбляй лошадь, она обид не про-
щает.
112
У донских казаков есть поверье,
что раз в жизни у каждого коня на-
ступает «великий день отмщения»,
когда он мстит человеку за то, что
люди его покорили. В этот день, счи-
тают старики, конь смертельно опа-
сен, но наутро он снова покоряется
хозяину.
Справедливость этого поверья со-
мнительна, но вот два случая, когда
лошади наказывали своих жестоких
хозяев, я знаю.
На одном конном заводе жил маль-
чик. Отца у него не было, а мать
целыми днями была на работе. Но
мальчик не чувствовал одиночества,
потому что все свободное время про-
водил в конюшне. Он был готов с
утра до ночи чистить денники, уха-
живать за лошадьми, кормить и хо-
лить их.
Конюхи любили мальчишку и бы-
ли благодарны ему за помощь.
А иногда, за какую-нибудь особен-
ную услугу, давали ему деньги «на
кино», но и эти деньги мальчик тра-
тил на лошадей. Он покупал хлеб или
9 Хочу все знать
морковку и скармливал лакомства
своему любимцу — гнедому красавцу
Мирону.
Мирон был, что называется, «стро-
гий» жеребец, непрошеного гостя он
неожиданно бил и передними, и зад-
ними копытами, и когда что-то было
не по нем, то прижимал уши и но-
ровил укусить. С мальчиком же он
был в самых дружеских отношениях.
Когда тот по вечерам убирал денник,
Мирон шутливо прихватывал его зу-
бами за плечо: мол, подожди, не ухо-
ди, мне без тебя скучно.
Однажды в конюшне появился но-
вый старший конюх. Он сразу не-
взлюбил мальчика и запретил ему
приходить. Но мальчик не мог бро-
сить своих подопечных и все равно
тайком от нового конюха пробирался
в денники.
Конюх никак не мог его поймать
и от этого злился еще больше. Как-
то, пьяный, он ввалился в конюшню
вечером и застал друзей за ужином.
Мальчик и жеребец по очереди куса-
ли огромную кормовую морковку.
113
— Ах ты!—Здоровенной рукою
конюх выволок мальчика в проход и
сорвал со стены хлыст. — Я тебя вы-
учу старших слушать!
Свистнул плетенный из бычьих
жил хлыст, мальчик, зажатый в ка-
менных коленях пьяного, взвизгнул
от боли.
И тогда, дико всхрапнув, Мирон
всеми четырьмя копытами прыгнул
на запертую дверь денника. За-
движка отлетела в дальний угол ко-
нюшни. И теперь уже закричал ко-
нюх, потому что Мирон своими огром-
ными, как клавиши, зубами схватил
его руку и мгновенно переломил. На-
верное, Мирон убил бы его, если бы
не мальчик: он повис на шее у же-
ребца, и конюху удалось выскочить
во двор. Когда на шум прибежали
тренеры, другие конюхи и даже сам
начальник конного завода, они уви-
дели, что в дальнем тускло освещен-
ном углу коридора стоит Мирон.
Своим огромным телом он закрывает
мальчика, и всякого, кто осмелится
приблизиться к нему, Мирон готов
уничтожить страшным ударом зад-
них копыт.
После больницы конюх на конный
завод не вернулся, а мальчик был
зачислен в штат и через несколько
лет стал ветеринарным врачом.
Другую историю рассказала на
страницах журнала «Коневодство и
конный спорт» Наташа Самойлова.
Ее дедушка служил в кавалерий-
ском полку, вместе с ним проходил
службу один смелый, но очень тяже-
лый по характеру боец. У него была
отличная, добрая лошадь, но он отно-
сился к ней плохо, часто бил без при-
чины. Бывало, что других лошадей
бойцы давно расседлали, напоили, а
эта все еще Стоит грустная, перетяну-
тая тугой подпругой. Бойцу предлага-
ли обмен, но он не соглашался — на-
верное, ему доставляло удовольствие
так глупо демонстрировать свою
власть.
Однажды лошадь устала терпеть, и
когда хозяин ударил ее в очередной
раз, она сбила его с ног. Боец был
ловким человеком, ему удалось вско-
чить, но не тут-то было — лошадь по-
гнала его по деревенской улице под
смех и улюлюканье кавалеристов.
Но скоро смех замер. Конь взвил-
ся на дыбы и снова сбил с ног сво-
его мучителя. Боец валялся посреди
улицы и сгорал со стыда. Как толь-
ко он поднимал голову из дорожной
пыли, лошадь передней ногой насту-
пала на него и заставляла снова
уткнуться носом в землю.
Сколько раз этот человек издевал-
ся над своим конем, сколькб раз уни-
жал его! И вот теперь сам валяется
в ногах, пристыженный и жалкий.
Долго пришлось ему так лежать под
смех и шутки сослуживцев, пока ло-
шадь не отошла. Скоро боец пере-
велся в пехоту, но этот случай долго
помнили в полку.
И ты запомни: унижая другого, ты
унижаешь себя.
*
С той минуты, как древний чело-
век приручил коня, две судьбы
оказались связаны самой тесной
связью — дружбой. Не только чело-
век создал коня. Именно создал, по-
тому что современная спортивная ло-
шадь отличается от своих диких
предков, как сверхзвуковой лайнер от
фанерной «летающей этажерки» на-
чала века. Но и конь «создал чело-
века».
«В дружбе мы учимся быть людь-
ми», — говорили древние греки.
Дружба с конем обогащала человека
такими чертами, как отвага, чуткость,
ловкость, доброта.
*
Вот и рассказали мы вам сегодня
о конном спорте. О спорте совершен-
но особом, о спорте уникальном, то
есть единственном в своем роде.
ежин луг знают все, но не
все видели его своими гла-
зами. А между тем это не
так уж трудно сделать. Он
по-прежнему существует в
орловских краях, на берегу
тихой речки Снежеди и
ласково встречает каждо-
го, кто к нему при-
ходит.
ском-Лутовинове не так-то легко. Луг
расположен неблизко...
А первую прогулку по приезде в
Спасское я вам советую совершить по
ближним окрестностям. Они тоже
производят неизгладимое впечатле-
ние.
Сначала идешь парком.
Старый парк посажен дедом Турге-
нева в начале девятнадцатого века.
И. Смольников
НА РОДИНЕ
АВТОРА
„БЕЖИНА ЛУГА“
ПРЕКРАСНОГО
Луг охраняют, аккуратно скаши-
вают, когда созреют травы; следят
за тем, чтобы вокруг него все оста-
валось таким, как и при жизни Ива-
на Сергеевича Тургенева. Чтобы,
посетив это заповедное место, чи-
татели рассказа «Бежин луг» могли
унести с собой живой образ пре-
красной природы, воспетой писа-
телем.
Правда, добраться до Бежина луга
от музея-усадьбы Тургенева в Спас-
Аллеи, перекрещиваясь, образуют в
плане огромную римскую цифру XIX.
Одна из липовых аллей — более позд-
него происхождения. Ее сажал Тур-
генев в 1852 году, когда был выслан
царем из столицы в свое родовое
имение.
В феврале того года умер Гоголь.
Тургенев написал и напечатал некро-
лог. Петербургское начальство реши-
ло наказать автора. За ним, оказы-
вается, давно следили. Он был из-
115
9*
Аллея в парке.
вестей опасными, полными скрытых
и явных нападок на всю систему го-
сударственного устройства рассказа-
ми, печатавшимися в журнале «Совре-
менник». В том самом журнале, где
тон задавал еще недавно такой бес-
покойный для правительства госпо-
дин Белинский. Пусть этот Тургенев
еще молод и как литератор не может
сравниться с умершим, однако сво-
ими рассказами, лукаво скрытыми
под невинным заголовком «Из запи-
сок охотника», уже успел потрево-
жить спокойствие русского образо-
ванного общества.
В этих рассказах — увы! — все бы-
ло неуловимо. Встречи, описания
природы, разговоры на охоте... Ка-
кие-то Касьяны, Калинычи, деревен-
ские мальчишки на лугу... А между
тем помещики, изображенные в
«Записках охотника», явно уступали
всем этим мужикам и в уме и в бла-
городстве. ..
Однако, как вынуждено было при-
знать начальство, прямых оснований
для привлечения к ответственности
автора этих «записок» не имелось.
Закона, в прямом смысле слова, он
не нарушал. Даже цензура ничего не
могла поделать. Впрочем, все эти
авторы «Современника» умели водить
за нос самую бдительную цензуру.
И, надо сказать, тот, кому г-н Турге-
нев посвятил свой некролог, немало
их этому научил.
Что ж, за учителя он и будет на-
казан, благо вину выдумывать не
нужно: налицо нарушение цензурных
правил — ведь было запрещено печа-
тать что-либо об умершем писателе.
Тургенева арестовали, месяц про-
держали на съезжей, а потом высла-
ли на неопределенный срок в Спас-
ское-Лутовиново.
Вот тогда-то он и посадил эту пря-
мую аллею, идущую от дома к пру-
ду; и с тех пор она называется
«аллея ссыльного».
В парке даже в самые жаркие дни
прохладно. Сквозь густую листву
пробиваются солнечные лучи. На бе-
регах пруда шелестят осины. Другие
деревья, в особенности дубы, сохра-
няют невозмутимость и в болтовне
участия не принимают.
Пруд носит название Савинского—
в честь замечательной русской актри-
сы Марии Савиной, гостившей у Тур-
генева в Спасском в последний его
приезд на родину, в 1881 году...
Обходишь пруд кругом и выбира-
ешься из парка. Впереди, вниз по
косогору, рассыпаясь и переплетаясь,
как ручейки, сбегают проселочные
дорожки. Потом они поднимаются
вверх и упираются в темную стену
леса. Когда-то здесь протекала река.
Сейчас оба ее пологих берега устла-
ны зеленым плотным ковром.
Это Стромилов верх (овраг по-
орловски), а если идти по нему на-
право, то можно увидеть, как в него
«впадает» другой овраг — он весь за-
рос лесом. Называется тот овраг Ко-
былий верх. Там разворачивались
драматические события одного из
лучших рассказов «Записок охотни-
ка» — «Бирюк».
116
Помните? Одинокий и угрюмый,
живущий бобылем лесник Фома по
прозвищу Бирюк ловит в лесу мужи-
ка, срубившего дерево. Мужик нищ
и несчастен. Порубка господского де-
рева обернется для него — он это
знает — штрафом, разореньем. Как
ни умоляет он Бирюка смилостивить-
ся и отпустить, тот не поддается. Но
в конце, когда отчаявшийся мужик
кричит Бирюку, что он «зверь» и
«душегубец», что и до него, «погоди,
доберутся», лесник неожиданно от-
пускает мужика с миром.
Рассказ этот о трудной жизни, из-
ломанных судьбах подневольных, кре-
постных людей, о странном, мрачном,
но сильном и, как явствует из фина-
ла, человечном характере сторожа
барского леса.
Дорога, пересекающая Стромилов
верх, приведет вас к березовой роще.
Трава в ней густа, высока, в ярких
желто-зеленых всполохах. А слева,
за белыми стволами берез, горит зо-
лотистый прочерк пшеничного поля.
Пахнет прелым листом. Пищат и пе-
репархивают в березовой листве
птахи. Вдоль обочины бегут рядом
с вами и дразнят вас разноцветные
сыроежки.
Потом в лесные запахи пробьется
посторонняя струйка — запахнет ко-
ровьим навозом и молоком. Вскоре
среди деревьев будет виден загон для
скота, по-местному он называется
тырлы.
Вы будете долго ходить по лесу,
попадете на вырубки — там можно
собирать малину, а то и ежевику,
сладкую, вкусную ягоду... Солнце в
это время точно такое, как описал его
Тургенев в рассказе «Бежин луг» —
«не огнистое, не раскаленное, как во
время знойной засухи, не тускло-баг-
ровое, как перед бурей, но светлое и
«Флигель изгнанника».
Витрина с охотничьим снаряжением
И. С. Тургенева.
приветно-лучезарное — мирно всплы-
вает под узкой и длинной тучкой,
свежо просияет и погрузится в лило-
ватый ее туман».
На обратном пути вы не удержи-
тесь и ненадолго приляжете на скло-
не Стромилова верха в кружевной те-
ни берез. <
А за горой в поле будут петь в это
время женские голоса. Слов не разо-
брать, но мотив ясен и чист; он про-
низывает жаркую синь воздуха и раз-
носится далеко-далеко. Что-то одно-
временно и удалое и немного груст-
ное. Песня еще прочнее приковывает
вас к этим зеленым и желтым полям,
мягким проселкам, к трепетным пере-
лескам.
Кажется, что время здесь остано-
вилось и ничего не менялось во внеш-
нем облике природы со времен Тур-
генева. Да, такие места, как Спас-
ское-Лутовиново, бережно сохраняют-
ся людьми. Мы были бы сиротами,
не имей Михайловского, Тархан,
Ясной Поляны, Спасского-Лутови-
нова...
*
Старый тургеневский дом сгорел
еще до революции, в 1906 году.
Правда, за несколько месяцев до по-
жара наследники Тургенева вывезли
в Орел библиотеку писателя и всю
мебель... А еще раньше, при жизни
матери Тургенева, в Спасском про-
изошел первый пожар, уничтожив-
ший большую часть старой, огромной
усадьбы.
Тогда, в 1839 году, уцелел лишь
правый флигель, в котором помеща-
лась «главная господская контора».
Он-то впоследствии, отремонтирован-
ный и расширенный, и служил в ка-
честве основного дома усадьбы. Сей-
час его восстанавливают, а музей рас-
полагается во «флигеле изгнанника».
Если не знать про пожары, можно
подумать, что флигель и есть единст-
венный дом, в котором жил Турге-
нев, потому что флигель и просторен,
и прочен, и удобен.
118
«Флигелем изгнанника» он назван
потому, что в нем Тургенев жил во
время ссылки 1852—1854 годов,
В большие окна флигеля виден
парк. В комнатах размещены вещи
Тургенева, фотографии, книги, кар-
тины, документы, рассказывающие о
жизни и работе писателя в Спасском-
Лутовинове. В одной из витрин —
охотничья сумка, патронташ, ружье...
Заходишь в этот дом так, будто пе-
реступаешь порог в прошлое столе-
тие. Легко представить себе, что в со-
седней комнате сидит и работает хо-
зяин, или он собирается на охоту:
вот сейчас повесит через плечо ко-
жаную сумку и кликнет Дианку...
Здесь, в этих комнатах, он прово-
дил долгие месяцы своего изгнания,
работал над повестью «Постоялый
двор» и романом «Два поколения»,
который так и остался незавершен-
ным, потому что не удовлетворил тре-
бовательного автора; здесь писал
письма своим друзьям.
«Я только что открыл на мгновение
дверь моего балкона. Брр! Какая вол-
на мрачного холода, ледяного ветра
и снега... Диана вскочила и отшат-
нулась в ужасе. Ах, бедняжка! Ты не
привыкла к такому климату».
Это из письма французской певице
Полине Виардо.
Летом, когда светит солнце, а за
окном жаркий полдень, трудно во-
образить, что и здесь бывает зима,
со снегом и морозами, что окна во
флигеле закрывают двойными рама-
ми и топят большие печи. Что ходил
здесь в валенках по комнатам одино-
кий, тоскующий в ссылке по друзьям
человек... Но так было. И об этом
напоминает старый дом, с его тихими
комнатами, с немногими вещами, ко-
торые принадлежали писателю.
*
Вечером, после возвращения из
очередного похода словно остываешь
от дневных впечатлений. А им на
смену приходят вечерние.
Долго лежишь и слушаешь, как в
Часы в доме И. С. Тургенева.
119
Возвращение стада в Спасском-Лутовинове. Справа — парк.
открытые окна доносятся звуки засы-
пающего парка — слабое попискива-
ние птиц, шелест листвы больших де-
ревьев и легкое шуршание травы под
окнами.
«Шуршание» — слово, понятное
всем. А когда-то оно было принад-
лежностью жителей только Орловской
губернии. Слово это ввел в литера-
турный, а значит, и в общенацио-
нальный обиход Иван Сергеевич Тур-
генев.
В рассказе «Бежин луг» он употре-
бил это слово, когда написал о зву-
ках камыша, в который полез Павлу-
ша: «Камыши точно, раздвигаясь,
«шуршали», как говорится у нас».
Никому теперь не придет в голову
заподозрить Тургенева, автора «Запи-
сок охотника», в злоупотреблении ме-
стными словечками. А когда-то он сам
не на шутку опасался этого.
Выразительное слово «шуршали»,
равно как и некоторые другие — на-
пример, «притулился» или «глядел-
ки», очень точно, зримо, предметно
определяло действие или состояние
природы, характер и поведение чело-
века. Русский человек, живший в пре-
делах Орловской губернии, создавал
свои, особенные слова. Он был язы-
котворцем. Его слова рождались в
труде, в борьбе, в общении с приро-
дой, в любовании ею. И эти слова,
впервые прозвучавшие на орловской
земле, затем подхватывались жителя-
ми других губерний. Так же, как
некоторые наиболее выразительные
«местные» слова москвичей, тамбов-
цев или вологжан проникали в речь
орловцев. Заслуга Тургенева состоя-
ла в том, что он, писатель, был очень
чуток к красоте, точности и вырази-
тельности слов, рожденных народом.
Тургенев умел слышать эти слова и
к месту использовать их в своем
творчестве. Они полноправно вошли
в грандиозную словесную мозаику
«Записок охотника» и приобрели об-
щенациональное «гражданство». Ста-
ли неотъемлемой частью того языка,
о котором Тургенев писал в своем
знаменитом стихотворении в прозе
«Русский язык»:
«Во дни сомнений, во дни тягост-
ных раздумий о судьбах моей роди-
ны — ты один мне поддержка и опора,
о великий, могучий, правдивый и сво-
120
бодный русский язык... нельзя не
верить, чтобы такой язык не был дан
великому народу!»
Эти слова были написаны вдали от
родины, во Франции, когда Тургенев
был тяжело болен, за год до смерти
и ровно через год после его последне-
го приезда в Спасское-Лутовиново.
*
Через сорок лет, в 1921 году, в со-
ответствии с декретом об охране па-
мятников старины и искусства за
подписью Владимира Ильича Ленина
Спасское-Лутовиново было объявле-
но государственным заповедником, то
есть местом, которое сохраняют в том
виде, в каком оно было при жизни
великого человека.
Здесь проходили детство и юность
Тургенева. Впечатления тех дней и
послужили основой для знаменитых
«Записок охотника» и других произ-
ведений. Именно в Спасском писатель
имел возможность досконально изу-
чить характер русского человека, кре-
стьянина и на всю жизнь полю-
бить его.
В самом Спасском и его окрестно-
стях жили прототипы многих, а вер-
нее, большинства героев его расска-
зов, повестей, и романов. Писались
многие из них тоже здесь — во «фли-
геле изгнанника», в большом барском
доме, в укромных уголках парка.
Один из этих уголков так и назы-
вается «рудинская беседка», потому
что здесь Тургенев писал свой пер-
вый роман «Рудин»...
Неудивительно поэтому, что наря-
ду с такими местами, как пушкин-
ское Михайловское или чеховское
Мелехове, Спасское-Лутовиново охра-
няется государством.
Заповедник живет своей особой
жизнью. В комнатах размещена лите-
ратурная экспозиция. Но старое, тур-
геневских времен Спасское продол-
жает существовать, излучать свой
зримый и незримый свет, свое тепло,
свое доброе дыхание.
Посещая Спасское-Лутовиново и
думая о Тургеневе, мы сознаем, что
судьба этого человека, прожившего
сложную жизнь и написавшего пре-
красные произведения, сотнями нитей
связана с нашим собственным суще-
ствованием.
Чем дальше от нас эпоха Тургене-
ва, тем труднее нам представить и
почувствовать ее. Ведь быт, обста-
новка того времени все меньше напо-
минают нашу жизнь. Нам действи-
тельно нелегко переноситься в прош-
лое столетие. И мы должны преодо-
левать в себе своеобразный барьер,
когда ставим перед собой задачу по-
стичь из опыта жизни большого пи-
сателя и из его произведений непре-
ходящие ценности, то «вечное», чем
дорого нам творчество и сам образ
любимого человека.
Тут подстерегают нас порой самые
неожиданные сложности и даже смеш-
ные ловушки.
Об одном таком курьезе поведал
научный сотрудник тургеневского
музея.
Он вел экскурсию школьников во
«флигеле изгнанника». После рассказа
о том, как писатель ездил на охоту,
возле фотографии охотничьих дро-
жек Тургенева школьник задал недо-
уменный вопрос: «А где же у них
мотор?»
Сугубо городской мальчик не мог
в первый момент представить, как же
двигалась без мотора эта странная
четырехколесная повозка (дрожки
были сфотографированы без лоша-
дей).
Случай, конечно, забавный. Сами
же ребята, одноклассники этого па-
ренька, встретили его вопрос взры-
вом смеха. Однако тут можно не
только посмеяться, есть над чем и
серьезно задуматься.
То, что без слов было понятно на-
шим отцам и дедам, для внуков по-
рой требует объяснений. Сотрудники
тургеневского музея в Спасском-Лу-
товинове, знающие и терпеливые лю-
ди, стараются помогать экскурсантам
ощутить живую связь между турге- 121
невской эпохой и нашей. Они хоро-
шо понимают, какое значение для
воспитания высоких нравственных ка-
честв советского человека имеет му-
зей-усадьба Тургенева. Ведь творче-
ство этого писателя учит любить и
ценить родную природу, уважать
лучшие качества русского народа,
народа-труженика и народа-поэта.
И главное в том, что образы этой
природы и народа, образы произведе-
ний Тургенева посетители могут в
Спасском-Лутовинове осязаемо и зри-
мо себе представить. Экскурсоводы
музея увлекут любого рассказом о
творчестве Тургенева, о его жизни,
ибо хорошо знают тургеневский край.
Талантливо умеют рассказать обо
всем и школьнику, который только-
только приобщается к миру тургенев-
ских образов, и человеку, читавшему
не раз произведения писателя. Они
видят такие особенности творчества
Тургенева, которые можно обнару-
жить только в постоянном общении
с миром, окружавшим писателя при
его жизни.
— В «Записках охотника», — ска-
зал мне однажды во время нашей по-
ездки на Бежин луг сотрудник музея
Б. В. Богданов, — природа описана с
документальной точностью. Но это
особая документальность. Вот посмо-
трите. — Мы стояли на краю высо-
кого, но не слишком крутого откоса,
внизу расстилался знаменитый луг.—
А как пишет Тургенев об этом месте
в своем рассказе? «Я все шел, как
вдруг очутился над страшной безд-
ной». Далеко под собой он увидел
«огромную равнину». «Широкая ре-
ка» огибала ее полукругом. Холм, на
котором стоял он и на котором те-
перь, возможно, стоим мы, показался
ему «громадных очертаний».
Я согласился.. Хотя Богданов ци-
тировал отрывочно, я отчетливо
вспомнил впечатление от начала рас-
сказа, где говорится о Бежином луге
ночью. Все было именно так, как го-
ворил мой спутник: огромное про-
странство, широкая река, высокие,
крутые обрывы.
А на самом деле?
На самом деле луг был совсем не
огромный, река — Снежедь — отнюдь
не поражала шириной, «страшных
бездн» тоже нигде не было видно.
Бежин луг, простиравшийся перед
нами, был прекрасен и без всего это-
го. Он поражал и пленял необыкно-
венно поэтичной гармонией самого
луга (не такого уж, кстати, большо-
го), овальным обрамлением высоких,
но совсем не страшных холмов и не-
широкой речкой, заросшей кустарни-
ком и деревьями. А еще особую по-
этичность и красоту придавала ему
уходящая вдаль за рекой холмистая
равнина с живописными полями и пе-
релесками.
Я было подумал: Тургенев как бы
«преувеличивает» впечатление от лу-
га, потому что передает ночное вос-
приятие, а ночью, как известно, все
предстает в ином свете. Но потом
вспомнил, что в конце рассказа, опи-
сывая утро, восход солнца, писатель
ничего не «исправляет».
— Так в чем же здесь загадка?—
с интересом спросил я у Богданова.
— В чем?—переспросил он, при-
щурившись, глядя на луг. — Крутые
берега и обрывы есть, только не
здесь, не на Снежеди, а неподалеку,
на другой речке, на Зуше. -—Он по-
молчал. — А на Исте нет таких бо-
гатых ключей, как тот, что описан в
рассказе «Малиновая вода». Там,
помните, действие происходит на
Исте... Ключи бьют здесь, на Сне-
жеди.
— Значит, Тургенев намеренно все
исказил?
— Намеренно? Да. Исказил?
Нет!—Глаза Богданова торжест-
вующе блестели. — И в «Бежином
луге», и в «Малиновой воде», и в
других рассказах он изображал то,
что больше всего характерно для
Мценского уезда. А здешние места
славятся и привольем лугов, и оби-
лием полноводных ключей. Красота и
простор орловских лугов собраны в
рассказе «Бежин луг», а благодать
речек — в «Малиновой воде». То, что
описано в этих рассказах, не иска-
жает общей правды, общей сути, а
помогает воспеть, возвеличить красо-
ту средней России. Вот в чем дело.
И мы не в претензии к писателю за
то, что в рассказе «Бежин луг» он не
дает «фотографических» картин при-
роды.
Я был благодарен Богданову. Он
помог мне осознать то, что в ка-
ком-нибудь научном исследовании
творчества Тургенева было бы на-
звано одной из важных закономер-
ностей художественной типизации.
А попросту — за то, что он помог
увидеть по-новому и тургеневские
рассказы, и луг, который действи-
тельно был прекрасен.
ЛИЦОМ Н ЛИЦУ
С ПРИРОДОЙ
Н. Сладкое
ЗАКЛИНАТЕЛИ
Невозможно быть в Индии
и не увидегь заклинателей
змей! За вредность про-
изводства их молоком бы
надо поить, а они еле за-
рабатывают и на хлеб. По-
следние Дон Кихоты этой
древней профессии. Стара-
тельные, скромные, милые
люди. И не их вина, что
приходится иногда при-
спосабливаться и хитрить: зритель
пошел не тот...
Меня заклинатели покорили сразу*
Просторная лужайка в саду. Закли-
нателей двое: индийский Дон Кихот
и индийский Санчо Панса. Как и по-
ложено в наш век, всем заправлял
деловой толстый Санчо. А худой Дон
Кихот был у него на побегушках.
Старик с удивленными глазами ре-
бенка.
Старик не зазывает, не унижается,
не пытается угодить. Он работает.
Он озабочен; ловки и уверенны дви-
жения его сухих рук. За этой сноров-
кой угадывается увлечение. Ему
очень хочется, чтобы всем понрави-
лось представление, чтобы все оста-
лись довольны. И главное, чтобы все
удивились тому, что навсегда удиви-
ло и пленило его самого. Работа для
него не только заработок, но и увле-
кательное занятие. Он любит своих
змей и любит возиться с ними.
Быстро открывает плоские корзинки-
плетенки, ловко вытягивает из них
шипящих кобр и старательно дудит
в свою цветастую дудку.
Вся рекламная часть представле-
ния ложится на хитрого Санчо. Этот
у зрителей на поводу. Подыгрывает.
Он точно знает, кого надо пугнуть,
а кого насмешить, чтоб охотней рас-
ставались с рупией. И ему не тер-
пится поскорей кончить, чтоб затол-
кать змей в корзинки и обойти зри-
телей с чашкой.
Представление начинается с закли-
нания... зрителей! Самые податли-
вые из них — туристы. И без того
обалдевшие от спешки и впечатлений,
они вдруг еще натыкаются на закли-
нателей. Черные пронзительные глаза
гипнотизируют их сразу: туристы за-
мирают, как кролики. Тотчас закли-
натели начинают пронзительно гну-
савить в дудки. Перед глазами рас-
качиваются яркие шелковые чалмы,
закрученные рогами усы, пестрые
сверкающие волынки. А это что?
Батюшки, ожерелье из змей! Змеи
тянутся к вам и дразнятся языками.
А у того заклинателя пятнистый удав
на плечах! Раздувается, как пожар-
ный шланг от воды.
Турист загипнотизирован и очаро-
ван: рука безвольно лезет в карман
за рупией. Он готов и больше от-
дать, только бы не вздумали пове-
сить живой шланг ему на шею...
Но зрителей надо парализовать до
конца, лишить всякой воли к сопро-
тивлению. Заклинатель с питоном
медленно обходит обмерший круг.
Уставясь в упор, подносит к носу
ладонь, на которой вроде баклажана
лежит голова удава. «Баклажан» смо-
трит на вас не мигая, словно прице-
ливается.
Если ты не совсем обомлел, еще
ершишься и ерепенишься, заклина-
тель приподнимет удава, перегнув его
как хомут, и как будто пытается по-
весить на твою шею. Смельчак тихо
икает и слабо отмахивается рукой:
«Сгинь, сатана...» И откупается ру-
пией.
Теперь у всех зрителей должное
внимание и почтение. Никаких острот
и легкомысленного хихиканья. А зна-
ют ли почтенные зрители, как удав
душит? Сейчас мы покажем...
Полная тишина. Не думайте, что
удав обматывает человека как при-
дется или как индианка наматывает
на себя сари. Не надейтесь, как учи-
ли вас в детстве, спастись от удавьих
объятий, уперев руки в бока. Вот он
вас обмотал, а вы быстренько при-
жимаете локти, и удавий обруч спол-
зает к ногам. Остается обруч пере-
скочить, оставив удава голодным.
Удав душит не так.
Заклинатель, не сводя глаз с самого
бойкого зрителя — если такой еще
остался!—оборачивает удава, словно
шарф, вокруг своей — пока своей! —
шеи. Оборот, второй, третий. Не-
брежным жестом забрасывает он за
спину удавий хвост. Толстые кольца
змеиного тела начинают то вздувать-
ся, то опадать, как дрожащие от на-
пряжения мышцы штангиста, выжи-
мающего рекорд. Бронзовое лицо за-
клинателя становится медно-красным;
выпучиваются глаза и раскрывает-
ся рот.
«Помогите!» — орете вы про себя.
Но никто не помогает. Заклинатель
сам себе помогает: то ли куда-то
жмет, то ли что-то шепчет. И сразу
обмякает и расползается тугой рези-
новый узел. Удав свешивается и рас-
качивается, как проколотый шланг.
Он не способен больше ни на какие
фокусы. Природа одарила его только
одним талантом: душить. А потом
глотать. Проглотив — спать. И толь-
ко так, и всегда в одном и том же
порядке: не проголодается — не ста-
нет душить, не задушив — не станет
глотать. Чары помешали ему заду-
шить, не позволили ему довести до
конца так удачно начатое дело. Раз
так, то и глотать он не собирается.
Сонно раскачивается на плечах хозяи-
на. До лучших времен...
Заклинатель с удавом отступает
в сторонку. Чары, чары! Все видят,
что питон висит на шее у заклиная
теля, а на самом-то деле, заклинатель
сидит на шее питона...
Выступление второго артиста»
Этот — слава аллаху! —в круг не вы-
ходит, он продолжает сидеть. Высту-
пает, так сказать, сидя. Змею свою,
желто-пятнистую и длинную, как
бельевая веревка, он намотал на тело.
Она не умеет ни душить, ни кусать.
Ее дело — тянуться. Вот и тянется:
кольцо вправо, кольцо влево; кольцо
вниз, кольцо вверх. Кажется, с ног
до головы заклинатель опутан змея-
ми— и все тянутся! Ползут и ползут,
и никак расползтись не могут. Ни
ловы, ни хвоста, ни конца, ни нача-
ла. Весь заклинатель шевелится, весь
тянется и переливается. И уныло
дудит.
Ох уж эта свирелька! Не змей она
очаровывает, а нас. Глаз не отвести.
Сухая полая тыквочка с трубочкой
сверху и снизу. Дуют в верхнюю
трубку, по нижней перебирают паль-
цами. Звуки гнусавы, пронзительны,
диковаты. В старину змеиные дудки
125
украшали драгоценностями, яркими
перьями птиц, перламутровыми рако-
винами. Сейчас флейты украшены мо-
нетками, потерявшими цену, цветоч-
ками из бумаги, пластмассовыми ку-
кольными головками. Трещины и ца-
рапины замазаны не «секретной» смо-
лой, а детским пластилином. Пласти-
лин плавится от жары и пачкает
пальцы...
Меняются и мелодии. И сейчас еще
звучит привычная «змеиная» музы-
ка, но наиболее расторопные Санчо
уже дудят мотивчики модных песен.
На них больше сходится зрителей, а
змеям все едино: барабан или флей-
та, змеиная мелодия или самба. Змеи
слышат не ухом, а брюхом. Барабан
для них даже лучше, от него земля
сильней содрогается, крепче «берет
за живот». Не пытайтесь, шагая по
лесу, отпугивать змей свистом и пес-
нями; куда надежнее топать ногами
или палкой стучать.
Под бойкий мотивчик и второй за-
клинатель кончил свое сидячее вы-
ступление, Наконец-то его змея —
«борода» на леске начинающего спин-
нингиста!— кое-как размоталась. Те-
перь она медленно, не виляя, ползет-
течет в ноги зрителей. Вытягивается
палкой во всю длину. Заклинатель
придерживает змею за хвост. Он по-
хож на рыболова, который забросил
длинное удилище и задремал: может,
и клюнет...
Вряд ли длинная змея тянется цап-
нуть кого-нибудь за ногу. Ноги зри-
телей представляются ей, наверное,
густыми родными зарослями, из ко-
торых ее когда-то выпутали и пих-
нули в корзину. Но чем ближе она
к спасительным «зарослям», тем
дальше и быстрее они отодвигаются.
Недосягаемые, как мираж...
Маленькая познавательная пауза.
Зрителей знакомят с диковинным
царством змей. Засунув руку по пле-
чо в мешок, заклинатель что-то на-
щупывает на дне. В руке его тонкая
светло-зеленая змейка. Словно упру-
гий и гибкий стебель с нераспустив-
шимся бутрном на конце. На бутоне
два больших золотых глаза. Змея
оплела пальцы руки. Похоже на фо-
кус с веревочкой: петли, петли, а по-
тяни за кончик — и все петли сразу
распустятся. Поясняет: банановая
змея. Конечно, «смертельная».
А вот змея разноцветная. Сложена
на ладони венчиком цветка с округ-
лыми лепестками. Тело в серых, чер-
ных и красных розетках. Змея-цве-
ток. Желающие могут потрогать. Же-
лающие трогают одним пальцем и
сразу отдергивают его, как от раска-
ленного утюга.
А эта змея двухголовая — только-
то и всего! Завязана нетугим желто-
пятнистым галстуком. Концы у «гал-
стука» одинаковые, то ли две головы
у змеи, то ли два хвоста. «Лектор»
поясняет, что у этой змеи голова пол-
года на одном конце, а полгода — на
другом. Надоест голове торчать спра-
ва, она — раз! — и налево. А что, в
самом деле, все справа да справа...
Зрители пятятся от двухголовой
змеи. Заклинатель развязывает «гал-
стук» и наматывает змею на свое за-
пястье золотым браслетом.
«Двухголовую» змею я знаю. Пес-
чаный удавчик: такие живут у нас в
Туркмении и Казахстане. Хвост у них
толстый, как голова, потому и не раз-
берешь сразу, где голова, а где хвост.
«Лекция» окончена, «наглядные по-
собия» суют в мешок. Мешок шеве-
лится на земле, как ленивый тюлень.
Теперь распродажа. Купите «змеи-
ный камень» — вернее, средство от
змеиных укусов. Его надо приложить
к ранке. Камень похож на кусочек
пемзы. Не хотите камень, есть кожа
кобры на галстук. Кожа питона на
сумочку или туфли.
Но вот главное, заключительное
выступление. Кобры! Пронзительно
завыли дудки: есть что-то в них от
сирены «скорой помощи». Все смотрят
на плоские круглые корзины. И на
глиняные горшки, прикрытые тряп-
ками. Быстрые руки заклинателя
сдергивают тряпки и отбрасывают
126
крышки корзин. Из корзин и горш-
ков, как чертики на пружинках, взле-
тают столбиками кобры и начинают
раскачиваться.
Кобры —талантливые артисты. Это
вам не сонные тупые удавы и не ле-
нивые полозы. У кобры имя! «Очко-
вая змея» — самая ядовитая в мире.
И кобра умеет «стоять на хвосте».
Раздувает шею, словно раздвигает
лопатки. Тут-то она и «надевает
очки» — расправляет очковый узор
на спине. И «смотрит» на зрителей
сквозь пенсне.
Плоская шея ее похожа на черную
рубчатую подошву галоши. А «очки»
на спине светлые, золотые. Но если
кобра оливковая, то очки у нее рого-
вые, в темной оправе. «Очки» — глав-
ная метка индийской кобры. Так
сказать, фирменное клеймо. Удосто-
верение личности в развернутом виде,
с двумя круглыми печатями: прошу
убедиться, это я, ее величество коро-
лева змей! Простые смертные почти-
тельно сторонятся.
Простые смертные... При встрече
с коброй выражение это принимает
особый смысл. Уж очень легко и не-
принужденно умеет кобра из простых
смертных сделать просто мертвых!
К чести ее величества, королева дер-
жит себя благородно. Всегда ста-
рается предупредить о себе: встает на
хвост, фыркает и показывает очки.
Но если и тогда прохожий не выра-
зит ей почтения, королева «бьет».
Дернется змеиная голова — и почув-
ствуешь легкий укол. Легкий укол,
который приводит к тяжелым послед-
ствиям. Грамм яда кобры убивает
1000 кроликов, 60 лошадей или 167 че-
ловек. ..
Укушенный сперва просто испуган
и возбужден; ядовитый огонь жжет
место укуса. Потом наступает вялость
и отупение. Забытье, похожее на сон.
И смерть.
Не всегда, конечно. Но часто. Спа-
сти может ампула антикобрина. Но
не везде ее можно достать, да и не
станешь всю жизнь в кармане та-
скать! На все воля Будды. В пере-
воде на русский — авось...
Есть в Индии кобры, которые ядом
плюются. Норовят в глаз угодить:
яд ослепляет противника. А если по-
падет на кожу — смой его, и вся не-
долга, никакого вреда не будет. От
укуса четырехметровой королевской
кобры — самой большой из кобр! —
погибают даже слоны. Но все равно
из всех опасностей мира кобры где-
нибудь на двадцатом месте. На пер-
вом, наверное, мотоциклы. За ними—
автомобили. С коброй за всю жизнь
можно ни разу не встретиться. А ав-
томобили и мотоциклы на каждом
шагу. От них даже в Индии поги-
бает людей куда больше, чем от всех
ядовитых змей. Но и там изо всех сил
стараются извести змей и... раз-
вести как можно больше автомо-
билей.
Заклинатели совсем не боятся
змей. И очень боятся автомобилей.
От них ведь не спасет ни сноровка,
ни сыворотка, ни змеиный камень.
А кобры — любые — послушно тан-
цуют под дудку.
Надув щеки до блеска, заклинатель
дудит. И водит кончиком дудки у
змеиного носа. Кобра злобно глядит
на дудку и раскачивается вместе с
ней. Это и есть «танец кобры». Так
головка спелого мака раскачивается
на ветерке...
Громче дудки, злее и напряженнее
кобры. Заклинатель подносит к си-
пящим змеиным губам кулак: драз-
нит. Кобра откидывается, выгибаясь,
как лебединая шея.
Клевок! Так цапля бьет рыбу. Но
кулак успевает отпрянуть. Снова из-
гибается кобра, кобра «взводит ку-
рок». Еще клевок — и опять мимо.
Кобра шипит, как кипящий чайник.
Чихает, фыркает, чуть не плюется от
ярости. Готова кидаться не только на
дразнящий кулак, а в лицо, в колени,
даже на собственную корзинку. Ни-
что уже, кажется, не может ее усми-
рить. Но вот оно, заклинание! В паль-
цах у заклинателя кусочек меди. Про-
127
стой медный обрубок. Он медленно
подносит его к носу клокочущей
кобры. И кипящая яростью бестия
сразу сникает, успокаивается; глаза
ее тухнут, дрябло опадает дрожащий
от напряжения капюшон. Кобра «пря-
чет очки». Не сводя глаз с медяш-
ки, змея пятится и втягивается в кор-
зинку под тряпку. Только что бешено
бросалась на ненавистную руку — и
вот покорно от нее отступает. Закли-
натель, улыбаясь, сует в корзинку бо-
сую ногу; кобра не трогает и ее.
— Мантры!—со значением гово-
рит заклинатель. Это значит, дело не
в дрессировке — где вы видели дрес-
сированных змей? Дело в «мантрах»—
словах заклинания.
Научить змей ничему нельзя, они
слишком тупы. Змеи не играют даже
в детстве. Существо, не умеющее
играть, не может понять и ласки. На
что же надеяться дрессировщику? На
угощение? Но змеи в неволе почти
не едят, их кормят насильно.
Мантры так мантры. В каждом де-
ле свои секреты. Почему бы и «ман-
трам» не быть?
Снова поют свирели. На очереди
бой змеи и мангусты. Заклинатель
вытряхивает из мешка на траву
большую крысу зеленоватого цвета.
Носатая, коротконогая, толстая, не-
уклюжая. Не очень-то похожа она на
знаменитого Рикки-Тикки; тот пред-
ставляется нам стройным, как гор-
ностай.
Крыса близоруко тычется в зем-
лю шмыгающим острым носиком. Ей
подбрасывают зеленую змейку. Бро-
сок; змея и мангуста, свившись в клу-
бок, катаются по траве. Заклинатель
хватает змею за хвост и поднимает
над головой. На змее, как на зеленой
веревке, крутится мохнатый клубок
мангусты. Змею и мангусту опускают
в мешок.
Никакого боя тут нет. Просто го-
лодную мангусту накормили за счет
зрителей. Ну и пусть: они заработа-
ли, а мы поглазели.
Представление окончено. Заклина-
тели переговариваются. Санчо доса-
дует на прижимистых зрителей. Дон
Кихот озабоченно завязывает мешки,
закрывает корзины. Зрители тоже
переговариваются. Они ожидали боль-
ших чудес. Иные даже досадуют:
лучше бы сувенир купили. И только
потом, уже дома, они вдруг поймут,
что видели настоящих заклинателей
змей. Какие были и сто лет назад.
И все было всерьез: и чалмы, и флей-
ты, и кобры. Люди с мешками за
спиной, а мешки-то шевелятся! С кор-
зинами под мышкой, до которых дру-
гим страшно дотронуться. Усатые,
насмешливые, остроглазые. Отзвук
сказки в наш громыхающий век.
Заклинательством в Индии, как
объяснили, занимается племя ком-
йогов. Старые секреты постепенно те-
ряются, искусство заклинателей пре-
вращается в ремесло. Чем удивишь
нынешнего «заинформированного» ту-
риста? И про Землю он все знает, и
про Луну все знает, и все знает про
змей. Нет для него тайн, он живет
в мире отгадок. И скучно ему до зе-
воты.
Теснятся заклинатели в грязных
лачужках на окраинах городов. Горш-
ки, мешки и корзинки со змеями рас-
сованы по углам. За змеями надо
следить, змей надо кормить. И на
глаза зрителей нельзя выйти в ру-
бище. А изнурительное сидение на
улицах и площадях! Пыль, жара, бес-
конечное шарканье равнодушных ног.
Все озабочены, все спешат. Ни у кого
не осталось времени на сказку: что
в ней? ..
Змей заклинатели ловят сами; для
себя и для продажи. Змей ценят с
метра: чем длинней — тем дороже.
Как наши новогодние елки...
Не думайте, что змей из нор за-
клинатели тоже выманивают пением
дудок. Как было бы это просто!
В Туркмении однажды один ловец
змей пытался приспособить магнито-
фон. Записал шипение кобры и стал
проигрывать у норы. Расчет был та-
кой: змея в норе услышит соперника
и выползет, чтобы прогнать чужака.
Змеи не выползали, шипение чужака
не волновало их. Я посоветовал запи-
сать весеннее шипение змеиных дам;
Ю Хочу все знать
вдруг их «пение» привлечет кавале-
ров? Ловец загорелся. С каким бы
удовольствием и я просидел бы с ним
ночь в каком-нибудь потаенном
ущелье, нежно шипя магнитофоном!
Не знаю, получилось ли у него: боль-
ше я его не встречал...
Заклинатели выкапывают змей из
нор или просто ловят рогулькой. Но
как это непросто — просто ловить и
просто выкапывать! Вот нора — чья
она? Если и змеиная, то брошенная
или жилая? И какая змея в ней жи-
вет— ядовитая или безвредная? От
верной разгадки зависит не только
твой труд — копать или нет?—но
часто и жизнь.
Стенки норы заглажены, паутины
у входа нет — значит, нора жилая.
Чтобы не запутаться в ее ходах и от-
норках, заталкивают тонкие прутики.
Каким надо быть осторожным, знают
только те, кто сам раскапывал норы
змей руками. На черный случай у
ловца в кармане тот самый «змеиный
камень», который якобы впитывает
яд. Или два железных крючка в фор-
ме ядовитых зубов. Крючки раска-
ляются на жаровне. Если змея уку-
сит, раскаленные крючья сразу вты-
кают в ранки: жар выжигает яд. Но
не весь...
Вы видели когда-нибудь дикую
кобру? Она фыркает и шипит, она
трясется от ярости, словно кошка,
которой прищемили хвост. Сплющен-
ный капюшон вогнутой антенной ра-
дара поворачивается за вами. Как не-
похожа она на прирученную! Но
должна стать похожей... Только
спокойная кобра может обеспечить за-
клинателю спокойную жизнь.
Дикой кобре долго не дают пить и
есть. Поднимают за хвост и легонько
встряхивают. «Так надо». А надо за-
тем, чтобы змея не могла делать
быстрый бросок. От встряхиваний
ослабляется позвоночник, растягива-
ются мышцы спины. Движения коб-
ры становятся плавными и неуверен-
ными. Кобре, как теперь говорят,
«прививают комплекс неполиоцен-
130
ности». Это очень важно при дресси-
ровке — лишить уверенности. Кобра
ядовита сразу же по выходе из яйца.
Она привыкла, что стоит ей встать
на хвост, «надеть очки» и зафыр-
кать— и все шарахаются. И вдруг все
разом меняется! Встает на хвост, а
заклинатель не убегает. Пенясь от
ярости, кидается кобра на дудку и...
получает по ядовитым зубам! Первый
раз в жизни.
Но не последний. До тех пор будут
бить по зубам, пока она перестанет в
них верить. Иные заклинатели во-
обще выдирают зубы. Или зашивают
рот. Кормят кобр тогда через трубоч-
ку, вливая сырое яйцо.
Ни один заклинатель не держит
змею у себя до смерти. Если змея
слабеет — ее выпускают в джунгли.
Даже самая тупая кобра скоро пе-
рестает кидаться на дудку; теперь она
только следит за нею, раскачиваясь
в том же ритме. В этом смысл танца
под дудку. Кобра перестала верить в
себя. Теперь ей каждый хозяин.
Изредка кобра как бы спохваты-
вается, пытается тряхнуть стариной;
отправить заклинателя на тот свет.
Но заклинатель не дремлет, он всегда I
предвидит момент нападения. Мы же |
знаем, до какой поры можем дразнить ;
свою кошку! j
Знает и заклинатель, что днем
кобры чаще делают ложные пугаю* j
щие броски. Что старые кобры, в от-
личие от молодых, реже бросаются и j
кусаются. Заклинатели многое знают. •;
И все-таки почему разъяренная
кобра от простой медяшки вдруг
успокаивается и прячется в корзину? ‘
Тоже, наверное, боится. Удара или
ожога. «Мантры». Секрет...
Разные фокусы, разные заклинате-
ли. Но всегда красочные одежды, пе-
стрые дудки, громкая музыка. За-
клинательство — представление. И за-
клинатели — артисты. Древняя про-
фессия Индии. Волнующая, как вол-
нует старая наивная сказка. Малыши
смотрят на представление очарован-
но. Снисходительно, но задумчиво
смотрят взрослые. Старики печально
покачивают головой. Какое-то общее
впадение в детство: в свое детство,
в прошлое своего народа...
1
Уйдут с улиц городов чудаковатые
люди с гнусавыми дудками, яркими
чалмами и корзинками из расщеплен-
ного бамбука. А что взамен? Тран-
зистор на шею? Или чудеса голубо-
го экрана?
Гнусят дудки. Раскачиваются коб-
ры. Молчат зрители.
В боях мангусты и кобры, по-мо-
ему, виноват Киплинг. Все читали
про Рикки-Тикки, все хотят видеть
бой. Бой у всех туристов в почете.
Бой быков, петухов, перепелов. Бой
собак, баранов и рыб. Даже бои
сверчков и скорпионов.
На радость туристам мангусту на-
травливают на кобру. Зверь и змея,
стервенея, должны защищать свою
жизнь. Им некуда отступить и негде
спрятаться. Мангуста впивается кобре
в глотку, и кобра издыхает у зрите-
лей на глазах. Но герой-победитель
мангуста часто гибнет потом, от уку-
сов змеи. Жалея кобр и мангуст, за-
клинатели вырывают у кобры зубы,
а пасть мангусты незаметно связы-
вают ремешком. Но кто станет пла-
тить за бескровную и безобидную
возню? Все должно быть точно по
Киплингу.
В розовом городке Джайпуре, впав
на представлении Заклинателей в
детство, я отдал им последние десять
рупий. И... получил выговор от ин-
дийского гида: «Хватило бы им и
двух! Требуйте сдачи»»
Я живо представил: я требую сда-
чу. У кого? У заклинателей змей. Где?
В стране чудес — Индии. Мне стало
грустно..,
Заклинатели хитро посмеивались.
Неужели и они сочли меня олухом?
Или все-таки что-то поняли? ..
Бухгалтеров со временем заменят
машины, газетчиков — автоматы, как
кондукторов уже заменили шкатулки-
копилки. Но хоть что-то останется от
их прежней профессии, хоть что-то о
ней будет напоминать. У заклинате-
лей нет замены: они исчезнут бес-
следно. Мне жалко их. Хоть они и
надули меня на десять рупий...
ЗАДАЧА 2
Чтобы выбрать из трех придворных мудрецов мудрейшего, царь устроил для
них следующее испытание. Мудрецам показали пять шапочек —* две белые и три чер-
ные, — посадили друг против друга, завязали глаза, надели каждому Одну из шапо-
чек, сняли повязки и предложили определить цвет собственной шапочки.
После долгих раздумий один мудрец сказал: «Моя шапочка —.....цвета»,
объяснил почему и по праву был признан мудрейшим.
Какая шапочка была на мудреце?.
Как он определил ее цвет?
10*
Э. Великович
БАЛЕТ,
ЧТО ЭТО
ТАКОЕ?
Наверное, каждый при сло-
ве «балет» представляет
себе что-то очень краси-
вое, воздушное: балерину
в белоснежной пачке, стре-
мительный, через всю сце-
ну, полет танцовщика, уди-
вительную грацию и совер-
шенство движений, кото-
рые невозможны, немыс-
лимы в обыденной жизни и из кото-
рых рождается БАЛЕТ — искусство,
слившее воедино музыку и танец.
Сегодня балет открывает перед нами
неограниченное многообразие сюже-
тов и образов: сказочных и современ-
ных, легендарных и исторических,
трагедийных и веселых, даже ирони-
ческих. И когда, замирая от восхище-
ния, мы следим за битвой Спартака
с воинами Красса, когда слышим,
как звучит в непревзойденном испол-
нении Чабукиани последний монолог
Отелло, когда со смехом наблюдаем
за неумелыми шагами бородатого мла-
денца Адама (в балете А. Петрова
«Сотворение мира»), нам кажется, что
сюжеты эти созданы для балета,
что нет ничего естественнее, чем рас-
крыть их средствами танца.
Трудно даже представить себе, на-
сколько мы заблуждаемся. Долгий,
противоречивый путь прошел балет,
прежде чем завоевал себе право на
сюжеты значительные и сложные, на
чувства глубокие и правдивые, преж-
де чем встал вровень со своими со-
братьями— оперой и драмой.
НЕМНОГО ИСТОРИИ
Слово балет произошло от итальян-
ского «балло, баллетто», что значит
танцевать. Балет и зародился в Ита-
лии, очень быстро попав оттуда во
Францию. Годом его рождения при-
нято считать 1581-й, когда итальянец
Бальтазарини поставил в Париже ба-
лет «Цирцея и нимфы». Однако если
бы мы каким-то чудом попали на
одно из таких представлений, то ни
за что не узнали бы в нем балет.
Дамы и кавалеры в пышных при-
дворных костюмах медленно дви-
гаются, плавно приседают и кланяют-
ся. Их руки почти неподвижны, ноги
делают самые простые несложные
движения, впрочем, у дам ног вообще
не видно — из-под длинных юбок вы-
ступают только носки туфель. Ни о
какой легкости, воздушности, вирту-
132
Сцена из балета Чайковского «Лебединое озеро».
озной технике — без чего немыслим в
нашем понимании балет — Нет и речи.
Исполняются обыкновенные бальные
танцы. Но вот танец заканчивается —
и раздается... пение. Затем певца
сменяет декламатор.
Да, в первых балетах танец не пре-
тендовал на самостоятельность, он
мирно уживался с другими искусст-
вами. Это легко объяснимо: еще
очень несовершенный, маловырази-
тельный танец просто не мог донести
до зрителя содержание спектакля,
сделать понятными чувства и поступ-
ки героев. Впрочем, от балета долгое
время и не требовали содержатель-
ности и глубины, в нем видели лишь
нарядное зрелище, «праздник для
глаз». Происходило это потому, что
балет с момента рождения был тесно
связан с придворным бытом, в нем
не стеснялись выступать даже коро-
ли. Каждый, кто читал «Трех мушке-
теров» А. Дюма, помнит знаменитый
Мерлезонский балет, в котором при-
нимали участие король, королева, кар-
динал Ришелье и... алмазные под-
вески.
Много бед и неприятностей при-
несло балету его аристократическое
происхождение. Но... было ли оно
аристократическим?
Конечно, нет. Как и у всякого
искусства, корни балета уходят
вглубь, в народное творчество. Они
в народных плясках с пением, вроде
всем известных хороводов «Просо» и
«Ай во поле липонька», во время ко-
торых танцующие своими движения-
ми изображают все, о чем говорится
в песне. Они и в тех народных тан-
цах, из которых выросли бальные.
Помните, мы говорили о том, что в
первых балетах исполнялись обыкно-
венные бальные танцы. А что такое
бальный танец? Это преображенный,
то есть приспособленный к придвор-
ному этикету, народный танец. Кор-
ни балета и в играх, и в представле-
ниях мимов, жонглеров, скоморохов—
этих первых артистов-профессиона-
лов, соединявших в себе музыкантов,
рассказчиков, акробатов, дрессиров-
щиков и, обязательно, танцоров. Ба-
лет впитал в себя опыт торжествен-
ных процессий, турниров, маскара-
дов — всего, что составляло празд-
ничный быт людей средневековья и
Возрождения и заменяло им наши
зрелища: театры, кино и телеви-
дение.
„ШЕКСПИР ТАНЦА41 И
„МОЛЬЕР ТАНЦА44
Неизвестно, как сложилась бы
дальнейшая судьба балета, если бы
в 1727 году во Франции не родился
человек, которого современники на-
звали «Шекспиром танца». Имя его
Жан-Жорж Новерр. Он был не толь-
ко прекрасным танцовщиком и хо-
реографом, то есть постановщиком
балетов, но прежде всего — первоот-
крывателем. В искусстве, как и в на-
уке, очень трудно открывать новые
законы, прокладывать новые пути.
О том, кто это делает, часто говорят:
он первый. Так вот Новерр был пер-
вым, кто увидел в пышном бессодер-
жательном зрелище, каким был тогда
балет, возможности самостоятельного
•и серьезного жанра; он первый за-
говорил о том, что балет должен
стать танцевальной драмой.
Для этого нужно было изменить та-
нец, сделать его не просто чередой
красивых движений под музыку, но
осмысленным, содержательным, свя-
занным с драматическим действием,
то есть действенным. Новерр
соединяет танец с пантомимой. В пе-
реводе с греческого «пантомима»
означает «все воспроизводящий под-
ражанием». Ее выразительные сред-
ства — мимика, жест, телодвижения.
Пантомима стала своего рода речита-
тивом в балете, она позволила не
только яснее выявить содержание, но
и обогатила танец новыми вырази-
тельными средствами.
В своей знаменитой книге «Письма
о танце» Новерр, опять-таки первым,
134
говорит о главенствующей роли му-
зыки в балете: «Хорошо написанная
музыка должна живописать, должна
говорить... Танец, изображающий
мелодию, является эхом, повторяю-
щим то, что говорит музыка». Танец,
изображающий мелодию... Запомни-
те это выражение, оно встретится нам,
когда речь пойдет о балетах Чайков-
ского и Прокофьева. Для своих по-
становок Новерр использовал сюже-
ты возвышенные, трагические. К со-
жалению,, ни один из балетов велико-
го хореографа не дошел до нас. Виною
тому отсутствие точной записи тан-
цевальных движений, вроде той, что
существует для записи нот или слов.
Кроме того, Новерр так и не смог
найти для своих творений достойного
композитора.
Из всех балетов XVIII века до нас
дошел лишь один! Автор его — Жан
Доберваль был младшим современ-
ником и последователем Новерра.
Доберваля привлекали сюжеты про-
Сцена из балета Г ерольда «Т щетная пре-
досторожность».
стые, жизненные, часто комические.
Поэтому-то его и прозвали «Моль-
ером танца». Таким веселым и за-
нятным и был сюжет знаменитого
«Балета о соломе» (впоследствии он
стал называться «Тщетная предосто-
рожность»): дочь фермерши любит
простого деревенского парня, у кото-
рого нет ни гроша за душой. Ее мать
(часто роль матери исполняет тан-
цор, и это усиливает комический
эффект) хочет выдать дочь за бога-
того жениха. После множества смеш-
ных недоразумений все, разумеется,
устраивается так, как хотела того
дочь. Этот простой, понятный во все
времена сюжет и сделал произведение
Добервиля необычайно долговечным.
Уже около двухсот лет «Тщетная
предосторожность» не сходит со сцен
балетных театров всего мира.
СИЛЬФИДЫ И УНДИНЫ
На сцене танцовщицы в белых воз-
душных одеждах, та же легкость и
воздушность в их фигурах, как бы
парящих над сценой, — это балерины
надели специальные туфли и подня-
лись на «пуанты» (на пальцы). Ожи-
ли, «заговорили» руки, сложными,
требующими виртуозной техники ста-
ли движения ног. Балет начала XIX
века, а именно о нем и идет речь,
уже близок к тому, что мы привыкли
видеть. Избавившись от тяжелого
придворного костюма, надев специ-
альную обувь, артисты обрели новые,
еще неизведанные возможности, смог-
ли усовершенствовать свой танец.
А главное, открылись наконец их ли-
ца, и зритель смог прочитать на них
живые человеческие чувства. Но что
значит: открылись лица? Выходит,
раньше они были закрыты?
Да, на протяжении почти двух ве-
ков, до 1770 года, танцоры и танцов-
щики выступали в масках. Представь-
те себе на минуту, каково это — тан-
цевать в маске: видишь только то,
что открывается через у^кйе прорези
135
для глаз — значит, уже ни о каких
прыжках и сложных пируэтах нечего
и думать; душно, по лицу ползут
щекотные ручейки растаявшей пудры,
а главное, как ни меняется твое лицо,
маска все так же неподвижна, застыв
в одном-единственном выражении.
Теперь лица актеров научились вы-
ражать чувства героев, танец обога-
тился мимической выразительностью,
стал более одухотворенным.
Другими стали и сюжеты балетов:
на смену героям античных мифов и
классических трагедий пришли силь-
фиды, виллисы, ундины — существа,
порожденные народной фантазией.
После своей смерти превращается в
сильфиду прекрасная Жизель; вместе
с подругами, такими же девушками-
призраками, танцует она на поляне,
залитой лунным светом. Ее удиви-
тельный, невесомо-призрачный танец
кажется сотканным из лунного све-
та. .. Балет «Жизель» был создан для
Марии Тальони — великой итальян-
ской балерины, лучшей исполнитель-
ницы романтических ролей. Своим
вторым рождением «Жизель» обязана
гениальной русской балерине Анне
Павловой.
БАЛЕТ В РОССИИ
Уже в XIX веке русский балет за-
нимает одно из первых мест в мире.
Это неудивительно: к тому времени
он насчитывает около двух веков су-
ществования. Первый русский балет
был поставлен в 1673 году и назы-
вался «Балет об Орфее и Евридике».
В XVIII веке все больше спектаклей
ставятся на сюжеты из русской жиз-
ни. В музыке этих балетов часто зву-
чали подлинные мелодии народных
песен, а в танце легко узнавались
движения русских плясок и хорово-
дов.
Очень многое для развития русско-
го балета сделал Шарль Дидло,
ученик Новерра, отдавший России
двадцать лет жизни и труда. Пушкин
с восторгом отзывался о его творе-
ниях, считая, что они «исполнены
живости воображения и прелести не-
обыкновенной». Дидло, продолжая
заветы своего учителя, обращался к
сюжетам глубоким и значительным:
одна из его постановок, «Венгерская
хижина», рассказывала о борьбе венг-
ров с австрийскими захватчиками,
другая была создана по пушкинскому
«Кавказскому пленнику». Дидло про-
явил необычайную оперативность,
поставив спектакль всего через че-
тыре месяца после выхода в свет
поэмы. Пушкинским сюжетам вообще
везло в балете. Ученик Дидло, рус-
ский балетмейстер Глушковский, по-
чти одновременно с «Кавказским
пленником» ставит в Москве «Русла-
на и Людмилу», а несколько поз-
же — «Черную шаль».
Целая эпоха в истории русского
балета связана с именем Мариуса Пе-
типа. Приехав в Петербург совсем
молодым, он прожил здесь пятьдесят
лет, воспитав несколько поколений
блестящих танцовщиков и танцовщиц
и поставив множество спектаклей.
В своих балетах Петипа осуществил
многое из того, о чем мечтал Новерр.
Но ему повезло несравненно больше:
Петипа нашел композитора, способ-
ного преобразить балет и действи-
тельно сделать его танцевальной дра-
мой. Композитором этим был
П. И. Чайковский.
МУЗЫКА ДЛЯ ТАНЦЕВ
«Танцевальная музыка есть и долж-
на быть тем либретто, которое опре-
деляет и устанавливает движения и
действия танцовщика», — так писал
Новерр. Иными словами, музыка —
это основа, определяющая и содержа-
ние танца, и его пластику. Увы, во-
преки пожеланиям великого хореогра-
фа, музыка в балете оставалась са-
мой слабой частью. Громко и ритми-
чески четко — вот единственное тре-
бование, которое к ней предъявля-
лось. Г ромко, чтобы музыка была
слышна на всей большой сцене, ведь
артисты находятся в непрерывном
движении, ритмически четко — чтобы
они безошибочно могли начать фи-
гуру нового танца. Ни глубоких
чувств, ни драматических страстей, не
говоря уж о мыслях, ничего этого не
требовалось. Балетмейстер был хозяи-
ном спектакля: он не только выбирал
либретто и разбивал его на акты и
сцены, но и указывал отдельные тан-
цы, их темп и ритм, характер музыки
и даже ее продолжительность в мину-
тах и секундах. Композитор во всем
подчинялся балетмейстеру. Надо бы-
ло либо очень любить балет, чтобы
согласиться, со столь незавидной
ролью, либо... быть заурядным ре-
месленником-профессионалом, способ-
ным без мук и сомнений, а главное,
быстро рождать любую музыку в
любом количестве. Популярнейший
композитор своего времени Пунй со-
здал таким образом более трехсот
балетов!
Именно эта специфическая особен-
ность балетной музыки и отталкива-
ла от нее настоящих больших масте-
ров. Из всех постановок XVIII и пер-
вой половины XIX века можно на-
звать лишь одну, музыка которой
хотя и не имела, по словам Гейне,
«властно могучих мелодий», но все же
отличалась поэтичностью, искусной
оркестровкой и художественным вку-
сом. Это уже упоминавшаяся «Жи-
зель» французского композитора Ада-
на. Ученик Адана Делиб пошел еще
дальше. Музыке его балетов свойст-
венны не только мелодическая све-
жесть и ритмическое богатство, но и
стремление к созданию характеров.
«В Вене слышал балет «Сильвия», —
писал Чайковский о произведении
Делиба,— именно слышал, потому что
это первый балет, в котором музыка
составляет не только главный, но и
единственный интерес». Однако не
Делиб, а именно Чайковский стал
подлинным реформатором балетного
жанра.
МУЗЫКА... НЕ ДЛЯ ТАНЦЕВ
«Эта музыка вовсе для танцев не
подходит. Под нее даже и танцевать
нельзя... », «в зрительном зале му-
зыку называли то симфонией, то ме-
ланхолией».
Отзывы, которые вы только что
прочитали, — о балете Чайковского
«Спящая красавица». Конечно, сей-
час они кажутся нам смешными и
нелепыми: как можно не понять
прекрасную, мелодичную, а главное,
«насквозь» танцевальную музыку
«Спящей»?! Но вспомним, что со дня
постановки балета прошло уже около
ста лет (впервые он был показан в
1889 году), за это время сменилось
несколько поколений зрителей; они
успели не только полюбить музыку
Чайковского, но и привыкнуть
к ней. А современники композитора,
воспитанные на том, что музыка
должна... лишь не мешать танцу?
Сцена из балета Чайковского «Спящая красавица».
Они были совершенно сбиты с толку.
Уже с самого начала, когда прозву-
чала странная, злобная, абсолютно
не танцевальная, как им тогда пока**
залось, тема феи Карабос, и потом,
когда ее сменила другая, прекрасная,
светлая мелодия феи Сирени, посте-
пенно разрастаясь и заполняя собой
весь оркестр, — уже тогда многие из
них недоумевали: что это, балет или
Майя Плисецкая в роли Авроры.
симфония? И они были правы: столк-
нув два враждебных образа, — зла
(фея Карабос) и добра (фея Сире-
ни),— Чайковский наполнил музыку
балета драматизмом, непривычной
глубиной и действительно приблизил
ее к самому сложному из музыкаль-
ных жанров — к симфонии.
Симфонизация балета — безуслов-
но заслуга Чайковского, и в этом ему
помог Петипа. Он, подобно другим
балетмейстерам, разработал подроб-
ный план балета. Но главной его за-
слугой было стремление создать дей-
ственный, психологически достовер-
ный танец, о котором мечтал еще Но-
верр.
... На балу в окружении фрейлин,
пажей и принцев танцует юная Авро-
ра. Неожиданно в светлую беззабот-
ную музыку ее танца врывается гроз-
ный голос трубы: принцесса увидела
старуху с веретеном (это не кто
иная, как .фея Карабос). Выхватив
из рук старухи незнакомый предмет,
Аврора продолжает танцевать — и
вдруг веретено укололо ее. Теперь
музыка вместо веселой беспечности
рисует предсмертное головокружение.
То же состояние испуга, внезапной
слабости, меркнущего сознания пере-
138
дает и танец, изображающий мело-
дию. Перёд нами как раз такой по-
настоящему действенный танец — та-
нец, становящийся драматической
завязкой всего балета.
ОТ СКАЗКИ К ЖИЗНИ
«Спящая красавица», «Лебединое
озеро», получившее свою известность
именно во второй, петербургской по-
становке Петипа, наконец, последний
балет Чайковского «Щелкунчик» ста-
ли величайшими достижениями рус-
ской хореографии. Они показали, что
балет — не развлечение, «не праздник
для глаз», что он может воплощать
идеи глубокие и серьезные, пусть и
раскрытые в образах сказки. Чайков-
ский открыл балет для композито-
ров XX века. После него к этому как
бы заново родившемуся жанру стали
обращаться все крупнейшие музыкан-
ты: Равель, Дебюсси, Барток, де
Фалья.
В России традиции Чайковского
продолжил Глазунов, создав три пре-
красных балета: «Раймонда», «Ба-
рышня-служанка», «Времена года».
Новые, еще неизведанные пути от-
крыли одноактные балеты Стравин-
ского на русские темы: «Жар-птица»,
«Петрушка», «Весна священная». .
Советские композиторы с самого
начала стремились расширить содер-
жание балета, вывести его за рамки
только сказочного или легендарного
сюжета.
В 1927 году поставлен «Красный
мак» Глиэра — первый советский ба-
лет, содержание которого связано с
волнующими событиями Тех лет: при-
ходом советского парохода в китай-
ский порт и дружбой советских мо-
ряков с китайскими грузчиками —
кули. В начале 30-х годов появляются
произведения Асафьева: «Пламя Па-
рижа» — о событиях Французской
революции, «Утраченные иллюзии»—
по роману Бальзака, и стдвший у
зрителей одним из любимейших —
«Бахчисарайский фонтан» — по по-
эме Пушкина.
В январе 1940 года произошло ве-
личайшее событие в жизни балетного
жанра: на сцене Кировского театра
в Ленинграде был поставлен балет
Прокофьева «Ромео и Джульетта».
Подобно Чайковскому, Прокофьев вы-
ступил в нем как преобразователь.
Он создал совершенно новый жанр—
балет-трагедию.
МОГУТ ЛИ ТАНЦЕВАТЬ
ГЕРОИ ШЕКСПИРА?
Шекспир в балете?* Многим это
казалось невозможным, смелым, да-
же дерзким. Действительно, как од-
ним танцем, без слов, выразить всю
многогранность, сложность и глубину
шекспировской трагедии? Как пока-
зать жестокую мрачную силу, погу-
бившую юных героев? А самих ге-
роев, сердца которых мужают в борь-
бе за свое счастье? А это пестрое
многолюдье, собрание непохожих друг
на друга характеров: добродушную,
болтливую Кормилицу, злобного Тй-
бальда, весельчака и насмешника
Меркуцио? И кипящую, пронизан-
ную солнцем и страстью атмосферу
средневекового итальянского города,
без которой повесть о двух влюблен-
ных не обретет реальности и жизнен-
ной силы?
В пылу споров забывали, что ба-
леты на шекспировские сюжеты су-
ществовали задолго до Прокофьева и
что именно к «Ромео и Джульетте»
балетмейстеры обращались чаще все-
го: в 1785 году балет был поставлен
в Венеции, в 1809 году — в России,
в 1811 — в Копенгагене. Впрочем, все
эти балеты не воплотили и частицы
мыслей и образов гениального дра-
матурга. Хореографы пользовались
сюжетом только как поводом для по-
каза всевозможных эффектных сцен:
шествий, свадебных кортежей, пыш-
ных похорон. Может быть, и сейчас
будет то же самое?
Галина Уланова в роди. Джульетты.
Комната Джульетты. Она играет
со своей Кормилицей: обнимает, це-
лует, вспрыгивает на колени, прини-
мается . щекотать, снова убегает. Му-
зыка и танец рисуют одно — беспеч-
ную шаловливую девочку, ребенка.*
Но нет, прислушаемся: резвая, бегу-
щая все вверх и вверх мелодия сме-
няется другой—изящной, грациозно-
изменчивой. Это музыкальный порт-
рет Джульетты, ее расцветающей де-
вичьей прелести. А затем новая
тема — прозрачный одинокий напев
флейты. И вдруг в юной итальяночке
открывается такая неожиданная, та-
кая русская, задушевная печаль. По-
добной многогранности и сложности
в обрисовке героини балет еще не
знал. А ведь 'это только первая
встреча с Джульеттой, только начало
ее сценической жизни.
Бал в доме Капулетти. В медли-
тельном торжественном шествии про-
ходят родители Джульетты и их
гости. Кажется, музыка лишь сопро-
вождает обычный балетный номер.
Но нет. Грузные, упорно повторяю-
щиеся аккорды вырастают в самосто-
ятельный образ, образ жестокой
мрачной силы. Эта сила будет стоять
на пути к душевной свободе и свету,
на пути к счастью Ромео и Джульет-
ты. Это она приведет их к гибели.
Сила эта — средневековье. И первой
его жертвой падет друг Ромео —
Меркуцио.
В чопорной обстановке бала Мер-
куцио поражает своей веселостью и
свободой. Его танец подобен фейер-
верку, в нем озорство и беспечность,
шутовство и дерзкая ирония. В Мер-
куцио все необычно, все приковывает
к себе внимание: и рыжие, точно
пламя, волосы, и лукавый блеск улыб-
ки на тонких губах, и стремительная
острая грация. Перед нами жизнелю-
бец и фантазер, поэт, способный на
разящую иронию и на нежную друж-
бу. Балет еще ^е знал подобного об-
раза. Прокофьеву удается, казалось
бы, невозможное: не только вопло-
тить его в музыке, но даже передать
звучание человеческой речи. Да, да,
в гибкой выразительной мелодии от-
четливо слышится насмешливый го-
лос верного друга Ромео.
Меркуцио убивает Тибальд, самый
яростный и злобный защитник сред-
невековья. Смерть Меркуцио — пере-
ломный момент балета, теперь траге-
дия целиком вступает в свои права,
вытесняя иные, радостные и светлые,
краски.
БАЛЕТ-ТРАГЕДИЯ
Родители, глухие к мольбам Джуль-
етты, настаивают на ее браке с Пари-
сом. Оттолкнув дочь как чужую, они
уходят. Джульетта одна. Ее танец
можно сравнить с трагическим моно-
логом: та же глубина и предельная
выразительность в каждом жесте, в
движении, с которым вдруг, обесси-
ленные, падают ее тонкие хрупкие
руки. Отчаянье, сменяется реши-
мостью: накинув черный плащ,
Джульетта устремляется к падре Ло-
ренцо. Ее летящая невесомая фигура
в развевающемся плаще напоминает
крылатую Нике — богиню победы.
Страстная могучая мелодия раскры-
вает силу и стойкость ее повзрослев-
шего отважного сердца.
Никогда еще балетная музыка не
говорила так глубоко и проникновен-
но, никогда еще танец не достигал
такого слияния с музыкой. Танец?
Но ведь Джульетта не танцует,
она... бежит. Да, невесомое, летящее
движение героини вырастает из бега.
Это ново, неожиданно. Ничего подоб-
ного еще не знала классическая хо-
реография. Но ведь она не. знала и
глубины шекспировских сюжетов, и
новой, непривычной прокофьевской
музыки. Новаторство музыки потре-
бовало новой хореографии. Ее авто-
ром стал балетмейстер-постановщик
спектакля Лавровский.
Ему приходилось особенно* трудно:
балет ставился по готовой парти-
туре. (Вспомним, что еще Чайков-
ский писал по сценарию, заранее раз-
работанному Петипа.) Стремясь к
убедительному и точному воплощен
нию музыки, Лавровский расширяет
выразительные возможности классик
ческой хореографии: вводит такие
простые бытовые формы, как бег и
шаг (разумеется, артисты и шагают,
и бегут, подчиняясь законам хорео-
графии, художественному образу),
широко использует пантомиму. По-но-
вому трактует он высшее достижение
балетной классики — действенный та*
нец. На его основе Лавровский со-
здает насыщенный психологическим
содержанием танец-мойолог, танец-
портрет. Это и только что описанный
танец Джульетты из III действия,
и портрет Джульетты из I действия,
танец Меркуцио на балу и потрясаю-
щий по выразительности эпизод его
смерти. Следуя за музыкой, балет-
мейстер строит балет на резких,
подлинно шекспировских контра-
стах.
Заключительная сцена из балета «Ромео и Джульетта»,
Подруги приходят поздравить
Джульетту с предстоящей свадьбой.
Музыка их танца пронизана утрен-
ним светом, дышит чистотой и наив-
ной грацией. Они приближаются к.
постели, отдергивают полог — Джуль-
етта мертва... Скорбный траурный
марш. Только теперь, над мертвыми
телами своих детей, смиряются два
враждующих рода. А в музыке уже
иная мелодия — та, что поразила* нас
своей неожиданной печалью в начале
балета, в танце Джульетты-девочки.
Сейчас она звучит по-новому, светло
и сильно, вырастая в настоящий гимн
любви. Так, победой светлого гуман-
ного чувства над мраком и жесто-
костью средневековья, заканчивается
печальная повесть о Ромео и Джуль-
етте.
„ИНОЙ МУЗЫКИ НЕ МОГУ
СЕБЕ ПРЕДСТАВИТЬ"
«При всей новизне и современ-
ности звучаний, удивительное соот-
ветствие балета Прокофьева трагедии
Шекспира — вот в чем причина успе-
ха этого спектакля, секрет его неувя-
даемой свежести». Слова эти принад-
лежат непревзойденной исполнитель-
нице роли Джульетты, замечательной
советской балерине Галине Улановой.
«Мы не сразу привыкли к такой му-
зыке, даже побаивались ее, — продол-
жает балерина. — Но чем больше мы
в нее вслушивались, чем больше ра-
ботали, искали, экспериментировали,
тем ярче вставали перед нами обра-
зы, рождавшиеся из музыки...
И если бы меня сейчас спросили,
какой должна, какой может быть му-
зыка к «Ромео и Джульетте», я бы
ответила: как у Прокофьева! Иной я
не мыслю, иной не хочу и не могу
себе представить...»
Прокофьев так же, как когда-то
Чайковский, расширил возможности
балета, открыл перед ним новые не-
обозримые горизонты. Только после
«Ромео и Джульетты» стало возмож-
ным появление таких спектаклей, как
«Отелло» Мачавариани, «Спартак»
Хачатуряна, «Тропою грома» Кара
Караева (по роману современного
южноафриканского писателя Абра-
хамса), «Сотворение мира» Петрова
(по рисункам французского художни-
ка Эффеля, остроумно пародирующим
Библию) и поставленных совсем не-
давно: «Анны Карениной» Щедрина
(по роману Л. Толстого} и «Ярослав-
ны» Тищенко (по мотивам «Слова
о полку Игореве»).
Жанр, родившийся четыреста лет
назад, продолжает жить, развивать-
ся, завоевывать новые сюжеты и но-
вых героев. Он по-прежнему прино-
сит людям радость и наслаждение,
но теперь еще и увлекает своей глу-
биной, волнующе-современным звуча-
нием. Он нужен людям, а значит, бу-
дет существовать еще долго, вместе
со своими собратьями — оперой и
драмой.
Специально для среднего и старшего возраста издательство «Детская литера-
тура» (Москва) в 1974 году выпустило книгу очерков Эллы Бочарниковой «Страна
волшебная — балет». В том же году в Ленинградском отделении издательства «Дет-
ская литература» вышла книжка Эммы Великович «Здесь танцуют». Занимательные
истории, рассказанные в этой книжке, помогут вам лучше понять музыку старых и
новых мастеров.
БОЛЬШОМУ
ТЕАТРУ—200 ЛЕТ
Наверное, каждый, даже тот,
кто никогда не бывал в Моск-
ве, знает по фотографиям или
кадрам кино это здание — мо-
нументальное, торжественное,
с белыми величавыми колон-
нами и четверкой вздыблен-
ных в небо коней — колесни-
цей бога искусств Аполлона.
Государственный ордена Ленина академи-
ческий Большой театр Союза ССР —один
из старейших музыкальных театров в на-
шей стране. В 1976 году ему исполнилось
200 лет. 200 лет... Трудно даже приблизи-
тельно подсчитать, сколько спектаклей
> было за это время поставлено, сколько
поколений актеров сменилось, сколько
тысяч, нет, миллионов зрителей, побывав
здесь, приобщилось к великому чуду ис-
кусства.
А начинался театр так: в 1776 году мос-.
ковский губернский прокурор П. В. Урусов
получил от правительства привилегию
«быть содержателем всех театральных в
Москве представлений...» Вместе с антре-
пренером М. Е. Медоксом он построил
театральное здание, которое получило на-
звание «Петровский театр», так как стояло
на углу улицы Петровки. Это был первый
в Москве постоянный театр! В нем стави-
. лись оперы, драмы и балеты. Разделения
артистов на оперных и драматических не
существовало, поэтому те, кто вчера сме-
шили публику в веселом водевиле или
потрясали до слез в трагедии, назавтра
пели в опере или танцевали в балете,
Впрочем, партии корифеев, так тогда на-
зывали солистов, в балете танцевали про-
фессионалы — ученики балетной школы,
открытой еще в 1773 году. Почти все арти-
сты были крепостными. Лишь в 1806 году,
когда театр стал государственным, они по-
лучили вольную.
В 1825 году на месте старого Петров-
ского театра был построен новый. Его на-
звали Большой театр, и действительно он
вполне оправдывал это название: здание
было вторым в Европе по величине после
знаменитого миланского «Ла Скала».
В 1853 году, . после пожара, помещение
было значительно перестроено, исправле-
ны акустические и оптические недостатки,
зал разделен на пять ярусов. Большой
театр стал таким, каким его знают и сего-
дня все любители искусства.
200 лет — срок огромный, и, естествен-
но, жизнь театра складывалась за это вре-
мя по-разному. Свой путь он начал вместе
с первыми русскими операми и балетами.
На его сцене ставились оперы композито-
ров XVIII века Соколовского и Пашкевича,
балеты Алябьева и Варламова. Здесь же
впервые увидели свет оперы Верстовско-
го, и среди них — популярная до сих пор
«Аскольдова могила». В 1842 году, вслед
за Петербургом, был поставлен «Иван Су-
санин» Глинки, а спустя четыре года —
«Руслан и Людмила». В 60-е годы для те-
атра наступило труднее время. Его сцена
была предоставлена итальянской опере в
угоду вкусам царя и его окружения.
А русская опера звучала лишь раз в не-
делю?
Переломными в жизни театра стали по-
следние годы XIX и начала XX века. Боль-
шой театр вступил в пору своего расцвета.
На его сцене ставятся лучшие произведе-
ния русской и зарубежной классики: «Ев-
гений Онегин», «Пиковая дама» и «Иолан-
та» Чайковского, «Князь Игорь» Бородина,
«Снегурочка», «Сказание о невидимом
граде Китеже» и «Золотой петушок» Рим-
ского-Корсакова, оперы Вагнера, Берлио-
за, Пуччини. Именно с этим периодом свя-
заны имена Шаляпина, Собинова, Нежда-
новой, Рахманинова, дирижировавшего
спектаклями с 1904 по 1906 годы, худож-
ников Васнецова, Головина, Коровина, соз-
дававших яркие, красочные декорации.
Тогда же выдвигается и балетмейстер Гор-
ский, заново поставивший лучшие произве-
дения балетного репертуара: «Спящую
красавицу» Чайковского, «Жизель» Адана,
«Раймонду» Глазунова.
В годы революции и гражданской вой^
ны театр проявляет особую активность.
Так, за сезон 1917/18 года было дано
170 оперных и балетных спектаклей. Ре-
пертуар старались сделать созвучным вре-
мени. Среди постановок тех лет — балет
«Стенька Разин», на музыку одноимен-
ной симфонической поэмы Глазунова, на-
родная сцена «Вече» из оперы Римского-
Корсакова «Псковитянка», хореографиче-
ская картина на музыку Скрябина «Про-
метей».
В 1927 году впервые осуществляется пол-
ная постановка «Бориса Годунова» Мусорг-
ского, с двумя пропускавшимися ранее на-
родными сценами: «У храма Василия Бла-
женного» и «Под Кромами». В этих сценах
образ негодующего, восставшего народа
предстал во всей глубине и силе, таким, ка-
ким создал его гениальный автор оперы.
Несколько позже, в 1939 году, возрождает-
ся и опера Глинки «Иван Сусанин». Как из-
вестно, ее либретто было написано баро-
ном Розеном в самом верноподданниче-
ском духе.. Советский поэт Городецкий
создал новое либретто, раскрыв основную,
героико-патриотическую идею, подчеркну-
тую и в музыке Глинки.
Бережное, внимательное отношение к
классике сочетается в деятельности' театра
с постоянной работой над произведения-
ми советских композиторов. Все, что за
эти годы создано наиболее значительного,
идет или шло на сцене Большого театра:
«Декабристы» Шапорина, «Укрощение
строптивой» Шебалина, «Судьба челове-
ка» Дзержинского, три оперы Прокофь-
ева: «Война и мир», «Семен Котко» и «По-
весть о настоящем человеке», его же ба-
леты — «Ромео и Джульетта», «Золушка»,
«Каменный цветок», балеты Хачатуряна
«Гаянэ» и «Спартак», Караева — «Тропою
грома», Меликова — «Легенда о любви» и
написанные совсем недавно: «Икар» —
Слонимского, «Анна Каренина» — Щедри-
на, «Иван Грозный» — музыка из произве-
дений Прокофьева в редакции Чулаки, опе-
ра Молчанова «А зори здесь тихие».
С Большим театром связаны имена луч-
ших, талантливейших* наших артистов. Пе-
речислить их всех просто невозможно, но
некоторых не назвать нельзя, это: Обу-
хова, Максакова, Рейзен, Козловский, Ле-
мешев, Уланова, Лепешинская, Габович и
те, кто продолжает их традиции, развивая
и обогащая советское искусство: Архипо-
ва, Милашкина, Образцова, Атлантов, Ве-
дерников, Мазурок, Плисецкая, Максимо-
ва, Бессмертнова, Лиепа, Васильев, Фа-
деечев.
Театру 200 лет, но это не старость. Впе-
реди новые премьеры, новые актерские
имена, новые удачи и свершения. Впереди
вся жизнь, потому что жизнь театра — это
искусство, а оно бесконечно.
КОРОТКИЕ ЗАМЕТКИМК
В .1934 году в Москве
на сцене Большого театра
Союза СССР зрители уви-
дели не балет, не оперу,
а... волейбол. С целью
пропаганды этого вида
спорта во время сессии
ЦИК был сыгран на сцене
театра показательный матч
между сборными команда-
ми Москвы и Днепропет-
ровска.
Это было осенью 1934 года
на Урале. Мы выехали
ночью со станции Чусовая
к Кизелу. Мощные фары
электровоза бросали яркие
снопы света. Несколько
раз на полотно выбегали
зайцы. Завороженный све-
том, заяц начинает беше-
ный бег впереди машины,
но куда косому тягаться с
электровозом! Все ближе,
Сейчас, мысленно возвращаясь к той
поездке через ночные Уральские
горы, я вижу себя как раз на пол-
пути в интересной, полной неожидан-
ностей и приключений истории —
истории электрификации транспорта.
Действительно, если отсчитать от той
осенней ночи четыре десятилетия впе-
ред, окажешься в наших днях, а че-
тыре десятилетия назад — окажешься
в эпохе, когда люди только-только
учились «запрягать» электрический
мотор.
ПО СТРАНИЦАМ
ИСТОРИИ
А. Гордин
силой
ЭЛЕКТРИЧЕСТВА
ближе стучат колеса, и, собрав по-
следние силенки, заяц отрывается от
слепящего луча — скачок в сторо-
ну — и исчезает в лесу...
Эта поездка запомнилась мне по-
тому, что она была совершена на пер-
вом электровозе, который прошел по
первому электрифицированному уча-
стку Уральской железной дороги.
ТРАМВАЙ-ПОБЕДИТЕЛЬ
Во второй половине прошлого сто-
летия в передовых странах мира
быстро развивалась промышленность,
росли города. Чтобы попасть из од-
ного района города в другой, надо
было порою отшагать добрый деся-
ток километров. Конечно, во всех
больших городах существовали из-
возчики, но не всякому они были по
карману. Понадобился новый транс-
порт.
И тогда-то во многих странах по-
явились конно-железные дороги —
конки.
Две лошади катили по рельсам ма-
ленький открытый вагончик, в кото-
ром сидело 15—20 человек. Иногда
вагончики были двухэтажные — про-
езд на втором этаже, на «империале»,
стоил дешевле, чем внизу. К двум
лошадям, тянувшим конку на ровных
участках, подпрягали еще двух, когда
предстояло тащить вагончик в гору.
Хорошо, если город стоял на равни-
не, а там, где много холмов, приходи-
лось то и дело перепрягать лошадей.
Конечно, скорость конной тяги была
невелика, и содержание конного «пар-
ка» обходилось недешево.
— Но, любезные!.. Но, но! .. —
Лошади с натугой тянули вагончик.
Города росли, расстояния увеличи-
вались, пассажиры становились все
торопливее.
— Но! но!.. — Лошади выбива-
11 Хочу все знать
лись из сил, а все же не поспевали
за веком.
— Тпру!—Лошадей выпрягли. По-
ставили в вагончик электрический
двигатель постоянного тока. Над
осью рельсового пути подвесили мед-
ный контактный провод. Для съема
тока с контактного провода служила
стальная дуга с закрепленной сверху
медной лыжей, скользившей по про-
воду. Во время движения лыжа
прижималась к проводу системой
пружин.
Так родился трамвай.
В России первый трамвай появился
весной 1892 года в Киеве. Первая
трамвайная линия была однопутной,
с разъездами для пропуска вагонов
разных направлений. Электрический
ток подавался от маленькой электро-
станции, вырабатывавшей постоян-
ный ток напряжением 500 вольт.
Вскоре трамвай появился в Петер-
бурге, Москве и других городах.
С годами трамвайное хозяйство
росло и совершенствовалось. Трам-
вайные линии стали двухпутными,
рельсы — более тяжелыми и надеж-
ными, вагоны — более вместительны-
ми и удобными. Электроэнергия те-
перь подавалась от мощных город-
ских электростанций, преобразовыва-
лась в тяговых подстанциях в посто-
янный ток и от подстанций поступала
в контактный провод. Протяженность
трамвайных путей быстро увеличива-
лась, росло число вагонов и конечно
количество перевозимых пассажиров.
Но век обгонял и трамвай.
— Граждане, не висните на под-
ножках! Граждане, не ездите на кол-
басе! Граждане, слазьте с крыши!..
Города росли, расстояния увеличи-
вались, пассажиры опаздывали все до
одного. Трамвай выбивался из сил.
Вот тут-то и у трамвая появился
соперник — юркий, неприхотливый,
быстрый. Это был автобус.
В 20-х годах нашего века в Амери-
ке «автомобильный король» Генри
Форд налаживает серийный выпуск
автомобилей. А вскоре большие авто-
мобильные заводы появляются во
многих странах мира, и автомашины
разных классов заполняют дороги
планеты. Легковой автомобиль и авто-
бус становятся все более серьезными
конкурентами трамвая. И в следую-
щее десятилетие автобусу удалось по-
теснить трамвай. Если в 1940 году
трамвай в нашей стране перевез семь
миллиардов пассажиров, то в 1950 го-
ду — только пять, и протяженность
трамвайных путей за это время прак-
тически не увеличилась.
Казалось, трамваю приходит конец,
автобус совсем «забьет» его. Но слу-
чилось иначе. В борьбе с автотранс-
портом трамвай продолжал совершен-
ствоваться. Ход его стал почти бес-
шумным, плавным и более быстрым
(сегодня он развивает скорость до
65 км в час). Управление вагоном
автоматизировали, вместо контактной
дуги применили пантограф, подъем и
спуск которого производится с по-
мощью электромагнита,— стоит вожа-
тому нажать кнопку. Вагоны стали
еще просторнее и удобнее. Трамвай-
ные рельсы пролегли в ста одинна-
дцати городах нашей страны. Протя-
женность линий выросла по срав-
нению с довоенным временем бо-
лее чем в полтора раза. Трамвай
выстоял.
Мало этого. Трамвай сошел с рель-
сов и стал троллейбусом.
Впервые у нас троллейбусное дви-
жение открылось в Москве в 1933 го-
ду, в день XVI годовщины Октября.
Сегодня троллейбусы работают более
чем в ста наших городах.
Так же, как и трамвай, троллейбус
получает питание от подвесной кон-
тактной сети. Только сеть эта — двух-
проводная, потому что у троллейбуса
нет рельсов, и по второму проводу
электрический ток отводится к тяго-
вой подстанции. Гибкие длинные
штанги с контактными роликами на
концах позволяют троллейбусу ма-
неврировать в поперечном направле-
нии в пределах нескольких метров.
Троллейбус неприхотлив, он ис-
пользует общее полотно улиц, и по-
тому затраты на сооружение троллей-
бусных линий много меньше чем трам-
11*
вайных. По темпам строительства и
по росту числа перевезенных пасса-
жиров троллейбус сейчас обгоняет
все другие виды городского транс-
порта. Более того, троллейбус уже
вышел за город. Протянулись первые
десятки километров междугородных
трасс. И есть основания думать, что
в ближайшие полтора — два десяти-
летия троллейбусы сильно «потес-
нят» автобусы — ив городах, и на
магистральных междугородных до-
рогах.
А как сложатся отношения троллей-
буса с трамваем?
Поток транспорта в городах не-
удержимо растет, на перекрестках
улиц то и дело возникают «пробки».
Общая скорость движения транспор-
та уменьшается, а скорость трамвая
остается практически постоянной, по-
тому что у него свое полотно — рель-
сы. Кроме того, трамвайный поезд из
двух-трех вагонов перевозит разом
больше людей, чем автобус или
троллейбус. Эти преимущества, веро-
ятно, помогут трамваю мирно сосед-
ствовать с троллейбусом.
147
От трамвая ведет начало не один
только троллейбус. Прямой его род-
ственник и подземный поезд — метро.
Метрополитен работает в Москве,
Ленинграде, Киеве, Тбилиси, Баку,
Харькове.
В ближайшие годы значительно
увеличится протяженность линий дей-
ствующих подземных электрических
дорог, появится метро во всех горо-
дах с населением в миллион человек.
Метро сегодня — самый совершен-
ный вид городского транспорта: по-
езда не задерживаются на перекре-
стках, они следуют друг за другом
через каждые полторы — две минуты,
развивают скорость до шестидесяти
километров в час. За пять копеек
можно проехать по всем линиям ме-
трополитена. А в Москве, например,
их протяженность почти двести ки-
лометров! ..
Но даже и такой совершенный вид
транспорта, как метро, оказывается,
имеет свои недостатки.
—- Граждане, не бегите по эскала-
тору! Граждане, не держите двери
вагона!..
Но граждане спешат, втискиваются
в переполненный поезд. А метро пока
еще везёт своих пассажиров значи-
тельно медленнее, чем позволяет те-
перешний уровень техники. Да и тол-
котни там в «часы пик» достаточно.
Первым делом, вероятно, надо усо-
вершенствовать эскалаторы. Скорость
их движения удвоить, а для безопас-
ности перехода с неподвижного пола
на эскалатор и обратно пассажир
должен будет сперва входить на не-
большую площадку, движущуюся с
первой скоростью, а с нее уже пере-
ступать на основной эскалатор, дви-
жущийся со второй скоростью. Кроме
того, придется увеличить число лент
эскалатора. Много времени отнимают
у пассажира переходы с одного на-
правления линий метро на другое —
и здесь будут использованы движу-
щиеся ленты. Наконец, возрастет
t
скорость движения поездов метро,
увеличится их число.
До сих пор мы говорили о город-
ском электротранспорте. Если же
вспомнить о перевозке пассажиров и
грузов на большие расстояния — то,
конечно, речь пойдет об электровозе.
Электровоз моложе трамвая всего
на несколько лет. Но прошло не-
сколько десятилетий, прежде чем он
занял в междугородном транспорте
такое же важное место, как трамвай
в транспорте городском. Это понят-
но— трамвай тягался с лошадьми, а
у электровоза были куда более гроз-
ные «соперники»: сперва паровоз, а
потом тепловоз.
К концу прошлого века железные
дороги протянулись на десятки тысяч
километров по всему земному шару,
целые армии паровозов год от года
все больше перевозили грузов и пас-
сажиров, бежали все быстрее.
К середине нынешнего столетия по-
явились локомотивы с мощными ди-
зельными двигателями — тепловозы.
Они оказались машинами еще более
надежными, быстрыми, экономичны-
ми и удобными.
Не так-то просто было электровозу
доказать, что он лучше не только ста-
рого работяги-паровоза, но и красав-
ца тепловоза.
Стали говорить, что электрифици-
рованные железные дороги потреб-
ляют много энергии и, значит, при-
дется строить мощные электростан-
ции. А чтобы подвести ток к электро-
возу, надо вдоль железных дорог ста-
вить сложные * сооружения — тяговые
подстанции, где переменный ток вы-
сокого напряжения от электростан-
ций преобразуется в постоянный, год-
ный для тяговых электродвигателей.
И еще необходимо установить десят-
ки тысяч опор... протянуть над по-
лотном дороги тысячекилометровый
контактный провод.
Конечно, электрификация желез-
ных дорог — дело очень сложное.
И все-таки оно полностью себя оправ-
дало.
В чем же секрет успеха электро-
воза?
У него очень высок коэффициент
полезного действия. Если паровоз
использует для полезной работы не
более 7% теплотворной способности
топлива, а двигатель внутреннего сго-
рания, установленный на тепловозе,—
20—25%, то коэффициент полезного
действия тепловых электростанций,
питающих электровоз^ достигает 32—
35%, & на теплоэлектроцентралях
даже превышает 40%. Еще экономич-
нее электроэнергия, вырабатываемая
гидроэлектростанциями. Электровозу
не нужно тратить время на заправку
топливом и водой. Мощность его
очень высока. Он имеет плавный ход
и поэтому меньше изнашивает желез-
нодорожный путь.
Все преимущества электровоза труд-
но перечислить. Например, представ-
ляете ли вы себе тепловоз, кото-
рый. .. вырабатывает энергию? По-
нятно, что такой сказочной машины
не существует; на тепловозе энергию
потребляют, а не вырабатывают.
А электровоз и потребляет энергию,
и вырабатывает ее: на спусках элек-
тродвигатель работает как электроге-
нератор, он не берет, а отдает энер-
гию в сеть. Это называется рекупера-
цией электроэнергии. Поэтому осо-
бенно выгодно применение электро-
тяги на горных^ участках железных
дорог.
Первой электрифицированной ма-
гистральной железной дорогой стала
в нашей стране Закавказская. Здесь,
на участке Хашури — Зестафони,
есть затяжной тяжелый подъем. До
электрификации перед перевалом при-
ходилось расцеплять обычные грузо-
вые и пассажирские составы, делить
их на три — четыре части, чтобы па-
ровоз мог втащить вагоны в гору.
Электровоз же легко берет весь со-
став. Электрификация Закавказской
дороги началась в 1932 году.
К 1935 году были электрифициро-
ваны два участка уральских желез-
ных дорог: Чусовая — Кизел и Чер-
ноблаго датская — Нижний Т агил —
Свердловск протяженностью около
трехсот километров. Работа эта за-
няла около четырех лет.
Постепенно темпы электрификации
наших дорог нарастали. К 1970 году
была завершена электрификация круп-
нейших в мире магистралей Москва—
Байкал (5500 км), Ленинград — Ле-
нинакан (3500 км). К 1975 году про-
тяженность наших электрифициро-
ванных железных дорог достигла
40 000 километров — это больше, чем
в любой другой стране мира.
В годы 10-й пятилетки развернут-
ся работы по электрификации труд-
ных горных участков Байкало-Амур-
ской магистрали, Дальневосточной,
Транс-Сибирской и других дорог.
Сегодня большинство наших пасса-
жирских поездов пробегают за час не
более ста километров. Но между Мо-
сквой и Ленинградом уже испыты-
вается скоростной экспресс «Русская
тройка», покрывающий в час 160 ки-
лометров. Вскоре новые электровозы
помчат этот экспресс со скоростью
200 км/час. А дорогу Москва—Харь-
ков — Ростов готовят к пропуску по-
ездов, скорость которых будет равна
250 км/час. Для этого все деревян-
ные шпалы заменяют железобетонны-
ми, пути балластируют щебнем, укла-
дывают более тяжелые рельсы и на
всем протяжении ставят вдоль дороги
ограждение. В недалеком будущем
скоростные экспрессы пойдут из Мо-
сквы во все крупные промышленные
центры.
Но эти скоростные поезда пока-
жутся просто черепахами в сравнении
с поездами сверхскоростными. На-
чать с того, что сверхскоростные по-
катят. .. без колес. Да, собственно, и
не покатят, а полетят! Называться
они будут «поезда на магнитном под-
весе».
Если над неподвижным магнитом
поместить еще один магнит — так,
чтобы их одноименные полюса смо-
трели друг на друга, то верхний, не-
закрепленный, магнит оттолкнется от
нижнего и будет висеть над ним. Рас-
стояние между магнитами будет зави-
сеть от силы взаимодействия магни-
тов и веса верхнего магнита. Упасть
на нижний магнит верхний не может:
при уменьшении зазора силы оттал-
кивания возрастают.
Проект поезда на магнитном под-
весе уже разработан.
Высоко над землей на мощных опо-
рах поднято полотно, дороги. Вдоль
полотна тянется лента электромагни-
та. Электромагниты вделаны и в дни-
ще вагонов. Поезд висит над полот-
ном: между вагонами и дорогой нет
трения. Машинист нажимает кнопку,
150
включен линеиныи электродвигатель,
и поезд летит — в буквальном смыс-
ле слова! — со скоростью 450—
500 км/час. А ведь и это чудо техни-
ки — родной внук старичка трамвая.
— Граждане, не висните на под-
ножке! Граждане, не ездите на «кол-
басе»! ..
БЕРЕГИСЬ: АВТОМОБИЛЬ!
Автомобиль появился на улицах
больших городов еще в начале наше-
го века. Но не все знают, что в те
времена в некоторых странах не реже
чем машины с бензиновым мотором
встречались экипажи другого рода —
электрические, как мы теперь гово-
рим— электромобили. Еще в 20-х го-
дах в Америке их насчитывалось бо-
лее 15 тысяч. Это были ужасные
тихоходы. Мальчишки кружили у них
под носом и дразнили:
— Дяденька, догони!
Скоро электромобилей не стало.
Их вытеснили быстроходные «авто».
Двадцатый век назвали веком авто-
мобиля.
Сегодня по дорогам нашей планеты
движутся сотни миллионов автомоби-
лей. С каждым годом число их растет.
Но пройдет еще 20—30 лет — и...
автомобиль исчезнет. Почти совсем
исчезнет. А в будущем веке автомо-
биль поместят в экспозиции истори-
ческих музеев рядом с паровозом. Да,
автомобиль будет заменен электро-
мобилем.
Когда-то побежденный и, казалось,
уничтоженный конкурент воскрес,
чтобы уничтожить автомобиль.
Если трамвай и троллейбус вы-
стояли в борьбе с автобусом и даже
стали теснить его, потому что они
экономичнее и во многих отношениях
удобнее, если электровоз блестяще
продемонстрировал свое превосходст-
во над паровозом и даже тепловозом,
то с электромобилем все гораздо
сложнее. О нем много говорят, коли-
чество выпущенных в разных стра-
нах машин в последние годы перева-
лило за сотню тысяч, и все же совре-
менный электромобиль уступает авто-
мобилю по некоторым важнейшим по-
казателям. Но сейчас важнее не до-
стоинства существующего электромо-
биля, а недостатки автомобиля.
Недостатков этих несколько, но
главных — два. С каждым годом они
все ощутимее и скоро станут совер-
шенно нетерпимыми.
Автомобиль потребляет бензин.
Между тем запасы нефти на Земле
быстро истощаются. Ученые подсчи-
тали, что через несколько десятков
лет они подойдут к концу, если не
сократить добычу. А поскольку бен-
зин получают из нефти, он становит-
ся все дороже. Не за горами то вре-
мя, когда ездить на автомобиле ста-
нет столь же неразумно, как мостить
улицу драгоценными камнями.
Второй недостаток состоит в том,
что каждый автомобиль, сжигая бен-
зин, отравляет атмосферу вредными
веществами. Подсчитано, что только
в Соединенных Штатах Америки ав-
томобили за год выбрасывают в воз-
дух 65 миллионов тонн окиси углеро-
да, 11 миллионов тонн углеводорода,
5 миллионов тонн окиси азота. .. Одни
денежные убытки от загрязнения воз-
духа оцениваются в 11 миллиардов
долларов в год. А как оценить вред,
наносимый здоровью людей, всему
живому?
Вот потому-то снова появился на
свет всеми, казалось, забытый элек-
тромобиль.
Нельзя сказать, что нынешний
электромобиль ничем не отличается
от своего предка. Отличается — и су-
щественно.
Дедушки нынешних машин были
оборудованы электродвигателями по-
стоянного тока и батареей свинцовых
аккумуляторов. Батареи вырабаты-
вали мало энергии на единицу веса,
и потому дальность пробега электро-
мобиля от одной зарядки до другой
составляла всего 20—30 километров.
151
Это при скорости-то 30—40 километ-
ров в час. Кроме того, коэффициент
полезного действия электростанции
того времени едва достигал 20%, по-
этому электроэнергия для зарядки
аккумуляторов стоила дорого. Заря-
жали аккумуляторы с помощью мо-
тор-генераторов или ртутных выпря-
мителей. Это были громоздкие аппа-
раты, требовавшие большого поме-
щения.
С тех пор произошла настоящая
революция в оборудовании электро-
станций. Электроэнергия стала де-
шевле. Изменилось качество аккуму-
ляторов. Улучшились тяговые харак-
теристики электродвигателей.
В некоторых отношениях электро-
мобиль уже при рождении оказался
лучше автомобиля. Ведь он не загряз-
няет воздух, которым мы дышим, ядо-
витыми выхлопными газами. И кон-
струкция его много проще. Чтобы
двигатель внутреннего сгорания за-
ставить работать на переменных ре-
жимах, когда разгон сменяется тормо-
жением, подъем — спуском, на авто-
мобиле ставят коробку передач. Что-
бы дать возможность двигателю вну-
треннего сгорания набрать обороты,
прежде чем включить его в работу,
применяют сцепление. Электромоби-
лю не нужны ни коробка передач, ни
механизм сцепления, ни радиатор, ни
многие другие детали и узлы, без ко-
торых не обойтись автомобилю. И ра-
ботает он бесшумно, и обслуживать
его проще, чем автомобиль, и управ-
лять легче — особенно, если приме-
нить современные схемы с использо-
ванием электроники.
Но в одном отношении электромо-
биль и сегодня еще уступает автомо-
билю. У его лучших опытных образ-
цов дальность пробега без перезаряд-
ки аккумуляторов не превышает
150 километров при скорости движе-
ния 80—100 километров в час. Ко-
нечно, в дальний путь на такой ма-
шине не отправишься.
Необходимо создать достаточно
мощные, дешевые, легкие источники
электропитания. Над этим работают
многие лаборатории мира. И уже
есть несомненные успехи.
Применяемые сегодня свинцовые
аккумуляторы обладают удельной
энергией не более 55 вт. ч на кило-
грамм веса, а в сконструированных
недавно сернисто-натриевых аккуму-
ляторах она составляет 220 вт. ч на
килограмм. Электромобиль с такими
источниками питания будет иметь за-
пас хода уже около 400 километров
при скорости 100 километров в час.
Тут уже не подразнишь: «Дяденька,
догони!»
Сернисто-натриевые аккумуляторы
надежны в работе, их можно переза-
ряжать тысячи раз без ремонта.
Ученые предлагают и еще одно
средство для того, чтобы сделать
электромобиль машиной дальних до-
рог: вдоль шоссейных путей на рас-
стоянии 100—150 километров друг от
друга расположить автоматизирован-
ные «заправочные станции», где за
1-2 минуты можно сменить батареи и
мчать дальше.
Выпуск электромобилей во многих
странах начинает быстро возрастать.
Автомобильные заводы Форда, на-
пример, выпускают для продажи три
типа машин. По прогнозам, в 1985 го-
ду в США сойдет с конвейера 200
тысяч электромобилей, а в 1990 — уже
18 миллионов.
Разработка электромобилей ведется
и в нашей стране.
Один из опытных образцов демон-
стрировался на Выставке достижений
народного хозяйства в Москве.
Электромобиль конструкции на-
учно-исследовательского института в
Калининграде весит немногим более
одной тонны и снабжен серебряно-
цинковыми аккумуляторами. Макси-
мальная скорость — 60 километров в
час, а дальность пробега — 210 кило-
метров. На нем установлены коротко-
замкнутые асинхронные двигатели,
получающие питание от аккумулято-
ров через полупроводниковую крем-
ниевую преобразовательную установ-
152
ку. Он не уступает последним образ-
цам электромобиля американской
фирмы Форд, которые развивают не-
сколько большую скорость, но имеют
дальность пробега 195 километров.
Два десятка опытных электромо-
билей уже развозят грузы по улицам
Москвы. В столице Армянской ССР
Ереване можно видеть пробный обра-
зец аккумуляторного электромобиля,
сконструированного в лаборатории
Ереванского политехнического инсти-
тута. Эта небольшая изящная маши-
на снабжена комбинированной энер-
гоустановкой и развивает скорость до
65 километров в час.
Но электромобилю не обязательно
работать на аккумуляторах.
Еще в 1943 году впервые в мире
на шахте Контарная в Донбассе по
предложению советского ученого про-
фессора Г. И. Бабата построили про-
мышленную линию высокочастотного
транспорта.
Под покрытие дороги уложили тя-
говую сеть, по которой и пропускали
переменный ток высокой частоты.
Приемный контур в виде одного или
нескольких витков монтировался во-
круг машины. Энергия от первичной
обмотки ко вторичной передавалась
невидимым магнитным потоком.
Если под улицами городов и маги-
стральными дорогами страны уло-
жить первичную тяговую сеть, то
высокочастотный электромобиль ста-
нет самым удобным транспортом: ему
не нужны никакие заправки, никакие
перезарядки. А на случай, если ма-
шина будет съезжать на боковые до-
роги, где нет подземной тяговой сети
с током, можно сохранить в ней не-
большую аккумуляторную батарею.
Сейчас использование высокочас-
тотного транспорта в широких мас-
штабах еще слишком дорого. Но не
исключено, что в будущем веке он
станет столь же обычным, как се-
годня — автомобиль...
Мне часто вспоминается моя пер-
вая поездка на электровозе.
Невероятные изменения произошли
за эти сорок лет. Если раньше спо-
собы передвижения людей оставались
неизменными в течение долгих веков,
тысячелетий, то в наше время они ме-
няются буквально на глазах. Человек
хочет ездить быстро, далеко и удоб-
но. Для осуществления этого жела-
ния он много работает. И ему помо-
гает в этом одно из величайших в
истории изобретений —электрический
двигатель.
3 А Д А Ч А 3.
Путешественник приезжает в страну, населенную двумя племенами низких и вы-
соких туземцев. Члены одного племени всегда говорят только правду, члены дру-
гого всегда лгут. Путешественник встречает двух туземцев. «Вы всегда говорите толь-
ко правду?» — спрашивает он высокого туземца. «Тарабара» — отвечает тот. «Он ска-
зал «да», — поясняет низкий туземец, — но он ужасный лжец».
К какому племени принадлежит каждый из туземцев?
Промежуток времени между меловым
периодом и началом палеогена покрыт
мраком, получается впечатление, как
будто в театре выключили свет и че-
рез некоторое время снова включили:
обнаружилась сцена, наполненная дей-
ствующими лицами, «артисты» были
уже другие, н они разыгрывали дру-
гую пьесу; «расцвет млекопитающих»
называлась эта новая пьеса, а преды-
дущая — «торжество динозавров».
Л. Савельев. «Следы на камне»
Эта загадка поставила в
тупик многих исследова-
телей. И не удивитель-
но. Действительно, почему
где-то около 80 миллионов
лет назад вымерли дино-
завры? Причем повсемест-
но. А ведь эти чудовища
более 150 миллионов лет
хозяйничали на Земле.
травоядных ящеров — диплодоков.
Это животное вы не раз видели на
рисунках: необычно маленькая голо-
ва, длинная шея, массивное тулови-
ще, длинный, волочащийся по земле
хвост.
Такие гиганты (а некоторые из
них достигали в длину 25 метров!)
помимо головного и спинного мозга
имели еще один, расположенный в
области таза и по своему объему
превосходивший в несколько раз го-
ловной.
Господству динозавров, казалось,
не будет конца. И вдруг произошло
неожиданное. На протяжении очень
короткого исторического срока эти
чудовищные рептилии полностью вы-
мерли, уступив свое место млекопи-
тающим.
Какая же сила уничтожила яще-
КОГДА УЧЕНЫЕ ГОВОРЯТ:
„МОЖЕТ
БЫТЬ...**
/О. Коптев
ОТЧЕГО
ВЫМЕРЛИ
ДИНОЗАВРЫ?
Наибольшего расцвета они достиг-
ли в меловом периоде. В океанах и
морях плавали страшные рыбояще-
ры — мезозавры и ихтиозавры, —
перед которыми современные акулы
кажутся безобидными карасями. В
воздухе летали сказочные драко-
ны — птеродактили — с размахом
крыльев до восьми метров. Сушу со-
трясала тяжелая поступь гигантских
ров? Борьба за существование? Но
кто был страшен этим гигантам?
Млекопитающие только-только по-
явились и не могли конкурировать с
ящерами. Мало вероятно и то, что-
бы одни группы ящеров вели беспо-
щадную войну на полное уничтоже-
ние с другими группами.
Что же случилось в тот далекий
период? Ведь тогда вымерли не толь-
ко динозавры. Примерно в то же
время произошли не менее резкие
изменения и в растительном мире.
В начале мелового периода наивыс-
шего расцвета достигли так называе-
мые голосемянные растения, главных
представителей которых вы хорошо
знаете — это хвойные растения. Так
вот, когда на ящеров напал стран-
ный мор, необычно бурный рас-
цвет переживают покрытосемянные —
земля одевается лиственными лесами.
Чарльз Дарвин назвал это явление
«ужасной тайной» в истории Земли.
Многие ученые пытались объяс-
нить такие перемены различными
геологическими процессами или из-
менением климата Земли. Однако
эти гипотезы не могли объяснить
всех изменений. Ведь ни геологиче-
ские, ни климатические катастрофы
не могли произойти одновременно
сразу же на всей Земле. Животные
могли уйти в более безопасные мес-
та с приемлемым для них климатом.
А они вымерли везде. Здесь следо-
вало искать такую причину, которая
могла иметь глобальный, повсемест-
ный характер. Только такие причи-
ны могли привести к катастрофиче-
ским переменам в фауне и флоре на-
шей планеты...
Безусловно, Земля не оставалась
все время такой, какой мы ее знаем
сейчас: возникали и исчезали горы,
появлялись из океана и опять скры-
вались в пучине вод острова, насту-
пало и вновь отходило море, меня-
лись растительность и животный
мир. Трудно разобраться во всех
этих переменах и еще трудней оты-
скать их свидетелей. Когда историки
исследуют прошлое, они пользуются
хрониками, летописями, документа-
ми, воспоминаниями. Тем, кто изу-
чает Землю, труднее: у катастроф,
потрясавших ее, нет очевидцев. Но
ведь и обо. многих событиях в жиз-
155
ни людей рассказывают не только
письменные источники или устные
предания. Большую помощь оказы-
вают неодушевленные следы минув-
шего — археологические находки. Они
мертвы, но не безмолвны, нужно
только суметь их «прочитать». Гео-
логическое прошлое, оказывается,
тоже записано. И записи эти сдела-
ло магнитное поле Земли.
Делая географические открытия,
древние мореплаватели полагали, что
компас указывает всегда на «волшеб-
ные железные горы», которые и при-
тягивают конец стрелки к себе.
В средние века капитаны втолковы-
вали юнгам: «Магнитная стрелка,
как подсолнух к солнцу, поворачи-
вается к Полярной звезде». «Там,
где хвост Большой Медведицы,
имеется магнитный камень», — гово-
рили они.
И это не удивительно, что поведе-
ние магнитной стрелки связывали с
действием волшебных камней. Маг-
нитные явления известны, по край-
ней мере, с V века до нашей эры.
Некоторые камни, найденные вблизи
города Магнезия (теперь Манисса)
в Турции, обладали необычным свой-
ством: если их свободно подвеши-
вать, они всегда ориентировались в
определенном направлении. (Как
утверждает одна версия, по имени
города Магнезия и получил свое на-
звание магнит.) За 3000 лет до на-
ших дней появились первые компа-
сы — небольшие кусочки намагничен-
ного железа, помещенные на пробке,
плавающей в глиняном сосуде с во-
дой. Такие примитивные приборы
применяли кочевники при переходах
через бескрайние пески гобийских
пустынь. Причем эти компасы были
настолько ценны, что их держали в
специальных ящиках, между горбами
белых верблюдов.
Хотя люди и использовали магни-
ты, но их свойства приписывали не-
ким сверхъестественным силам. Лишь
начало XVII века принесло истину.
В 1600 году Вильям Гильберт Кол-
честерский опубликовал книгу «О
магните, магнитных телах и о боль-
шом магните — Земле», в которой
обобщил результаты своих почти
двадцатилетних опытов. Это был пер-
вый действительно научный труд по
магнетизму. Самый известный экс-
перимент был поставлен с целью
объяснить магнетизм Земли. Гиль-
берт изготовил из магнитного мате-
риала шар — тереллу (то есть зем-
лицу) и исследовал, как этот шар
будет действовать на поднесенную к
нему маленькую железную стрелку.
Оказалось, что она ведет себя так
же, как стрелка компаса в различных
точках Земли. У тереллы тоже были
полюса и экватор. Все это позволило
Гильберту сделать вывод, что Зем-
ля — магнит и стрелка компаса
ориентируется по его силовым ли-
ниям.
Прошло еще около двухсот лет, и
известный немецкий физик Карл
Гаусс математически вывел зависи-
мость величины геомагнитного поля
от точки, где происходили наблюде-
ния. Эти расчеты совпали с истинны-
ми величинами поля. Так был сде-
лан следующий шаг — показано, что
источник магнитного поля Земли на-
ходится внутри нашей планеты.
156
Еще великий адмирал Христофор
Колумб во время плавания в 1492 го-
ду заметил, что стрелка его компаса
где-то посередине Атлантического
океана перестала показывать на По-
лярную звезду и отклонилась почти
на 12 градусов на Запад. Известие
об этом вызвало панику среди суе-
верных матросов, которая грозила
перерасти в бунт. Однако Колумб
поступил весьма решительно. Он по-
вернул шкалу компаса так, чтобы
стрелка указывала прежнее направ-
ление, а команде каравеллы объяс-
нил, что «Полярная звезда смести-
лась со своего места».
Так было открыто склонение, из-
меряющееся углом между направле-
ниями на магнитный и географиче-
ский полюсы; так была введена пер-
вая «поправка» на склонение. Впо-
следствии, чтобы можно было ори-
ентироваться в морях и океанах, мо-
реплаватели стали составлять специ-
альные таблицы и карты поправок
на склонение. Одну из таких карт с
уникальными замерами магнитного
склонения во многих морях и океа-
нах мира привезли в подарок Гиль-
берту его друзья — королевские пи-
раты Френсис Дрейк, совершивший
второе, после Магеллана, кругосвет-
ное путешествие, и Генри Кэвендиш.
Первую карту склонений составил
по поручению английского адмирал-
тейства в 1701 году известный анг-
лийский астроном Эдмонд Галлей.
Однако эта карта не была точной,
так как составили ее только по из-
мерениям, произведенным на морях.
А необходимость знать склонения с
развитием мореходства становилась
все насущнее. Поэтому не удивитель-
но, что многие ученые занимались
сбором необходимых данных и со-
ставлением карт. Так например, вид-
ный политик и ученый Лейбниц пи-
сал создателю русского флота Пет-
ру I: «Если бы Ваше царское вели-
чество повелеть изволили учредить
таковые наблюдения [склонения], то
тем оказали бы важное пособие к усо-
вершенствованию мореплавания в
пользу всем морякам».
Очень важным было открытие не-
совпадения магнитных и географиче-
ских полюсов Земли. Многие иссле-
дователи пытались отыскать «нуле-
вую» магнитную точку. Некоторым
даже удавалось ее найти и устано-
вить координаты, но, как ни странно,
данные разных путешественников не
совпадали. Причину этого удалось
выяснить позднее. Оказалось, что
магнитные полюса непрерывно ко-
чуют, не остаются надолго на одном
месте. А вместе с ними изменяется
и склонение. Поэтому и приходится
примерно через каждые 5—10 лет
подправлять мореходные таблицы.
Через два десятилетия после пла-
вания Колумба была открыта дру-
гая составляющая магнитного поля—
наклонение. Оно определяется углом
между горизонталью и направлени-
ем, которое занимает свободно подве-
шенная стрелка компаса. Но склоне-
ние и наклонение еще не все говорят
о Земле как о магните. Чтобы полу-
чить ее полную характеристику, не-
обходимо знать и о «силе» этого маг-
нита — напряженности его поля.
А сейчас немного отойдем от на-
шего рассказа и поговорим на пер-
вый взгляд о совершенно других ве-
щах. Знаете ли вы, как изготовляют
кирпичи? Сначала делают форму,
кладут в нее глину, затем подсохший
кирпич кладут в печь для обжига.
Это известно многим, но лишь еди-
ницы знают, что такая процедура
обжига уже тысячи лет существует
без изменения. И самое важное для
нас здесь то, что кирпич всегда кла-
дут в печи на длинное ребро. Это и
позволяет узнать нам, когда был из-
готовлен кирпич. И вот почему. При
понижении температуры в печи, ко-
гда она становится ниже 800 граду-
сов, зерна магнитных минералов, име-
ющихся в глине, под воздействием
земного магнитного поля ориентиру-
ются по нему и слегка намагничива-
ются. От этого приобретает намагни-
157
ценность и сам кирпич. Он «записы-
вает» в себе величину и наклонение
поля. А если удается отыскать древ-
нюю печь с оставленными в ней кир-
пичами, то удается определить и
склонение (ведь ни печь, ни кирпичи
в ней никто не двигал, не перемещал,
и они сохранили свое первоначальное
положение).
Советский ученый С. П. Бурлац-
кая изучала на Кавказе древние по-
селения. Исследуя намагниченность
обожженных в печах глиняных изде-
лий (а время их обжига можно было
установить по археологическим дан-
ным), она заметила, что напряжен-
ность геомагнитного поля за послед-
ние пять — шесть тысяч лет изменя-
лась. От наших дней в глубь веков
оно плавно нарастало и становилось
максимальным где-то в начале нашей
эры, а затем вновь уменьшалось.
Причем значительно — в два раза по
отношению к нынешнему. Если мы
будем уходить еще глубже по лест-
нице веков, то геомагнитное поле
опять начинает расти. Таким обра-
зом, напряженность магнитного поля
Земли со временем периодически ме-
няется. Как предполагают ученые,
период изменения поля составляет
около 10000 лет.
Вело себя странно и наклонение
магнитной стрелки. Если подвешен-
ная стрелка в III веке установилась
бы под углом 20 градусов к горизон-
ту, то через 500 лет ее конец был на-
правлен уже на 65 градусов вниз!
Таким образом и наклонение меняет
свою величину, но с другим перио-
дом— около 1000 лет. И для разных
мест по-разному. Так, для Лондона
оно было максимальным в 1700 году,
а для Японии — в 1200 году. Это яв-
ление тоже связано с тем, что маг-
нитный полюс колеблется вокруг гео-
графического. Как вычислили уче-
ные, в последний раз магнитная
стрелка точно указывала на Север-
ный полюс в 1663 году. С 1928 по
1948 год южный магнитный полюс
сместился на 150 километров. Япон-
ский физик Ватанабе установил, что
какое бы положение ни занимал маг-
нитный полюс, за достаточно боль-
шой промежуток времени его усред-
ненным положением будет географи-
ческий полюс. Они взаимосвязаны.
И в этом ничего удивительного нет,
ведь магнитное поле обязано своим
существованием вращению планеты.
Археологические методы не позво-
ляют заглянуть далеко в прошлое.
И здесь ученым помогает иной ме-
тод разработанный японским геофи-
зиком Т. Нагата, начальником отде-
ления космонавтики Института кос-
монавтики и аэронавтики при Токий-
ском университете.
Несколько десятков лет назад бы-
ло обнаружено, что многие горные
породы, из которых состоит земная
кора, тоже обладают остаточным маг-
нетизмом. Его возникновение отно-
сится к тем временам, когда эти по-
роды, извергаясь из земных недр, на-
ходились в раскаленном состоянии.
При остывании, как у кирпичей в
печах для обжига, в них «записыва-
лось» магнитное поле Земли, сущест-
вовавшее в те далекие времена.
Хранят записи о магнитном поле
и осадочные породы. Когда зерна
магнитных пород оседают на дно
158
океанов и морей, они, подобно малю-
сеньким магнитным стрелкам, ориен-
тируются по существующему в дан-
ном месте и в данный момент гео-
магнитному полю. Масса таких «маг-
нитиков» и создавала остаточную
намагниченность.
Если изучать магнитные свойства
геологического разреза горных по-
род или колонки грунта, взятой со
дна океана, то можно проследить за
изменением магнитного поля в очень
далекие времена.
Человек изобрел компас более трех
тысяч лет назад. И с тех пор стрел-
ка показывает всегда в одну сторо-
ну— на полюс. Это направление гео-
физики называют «прямым направ-
лением», или «нормальным». Однако
в начале тридцатых годов были обна-
ружены образцы пород с обратной
намагниченностью. В то время на это
явление мало кто обратил внимание.
И все же явление было зафиксирова-
но. Вскоре физики нашли, что в ла-
бораторных условиях с помощью спе-
циальных катушек, по которым течет
ток, можно скомпенсировать магнит-
ное поле Земли и получить ненамаг-
ниченные образцы, можно и перемаг-
нитить их. Вот тогда-то и решили,
что образцы с ненормальным направ-
лением почему-то перемагнитились
самостоятельно.
Геофизик И. Хосперс, изучая на-
пластования застывших лав на скло-
нах вулканов в Исландии, заметил,
что поток горячей лавы, обжигая на
своем пути горные породы, перемаг-
ничивает их и заставляет «забыть»
данные о старом магнитном поле. От-
сюда Хосперс делал вывод, что са-
мообращения не происходит, его вы-
зывают внешние причины.
Сейчас уже считается доказанным,
что в истории Земли неоднократно
происходили обращения поля — ин-
версии, когда полюса менялись мес-
тами: северный становился южным,
и наоборот. Это было подтверждено
при изучении чередующихся слоев
осадочных пород и лав. И везде пос-
ледовательность слоев была одина-
кова. Причем в некоторых геологиче-
ских периодах было по нескольку та-
ких инверсий.
Первые изменения полярности по-
люсов находят еще в кембрийских и
силурийских отложениях — 400—300
миллионов лет назад. Тогда инвер-
сии происходили через десятки мил-
лионов лет. В каменноугольный пе-
риод, когда на суше был расцвет рас-
тительной жизни, инверсии происхо-
дили раз в несколько миллионов лет.
Причем в этот период преобладала
обратная полярность. Чем ближе к
нашим дням, тем «прогулки» полю-
сов становятся чаще. Не менее девя-
ти раз менялись они местами в пли-
оцен — последнюю эпоху третичного
периода истории Земли, длившуюся
5 миллионов лет. Последняя инвер-
сия отмечена 500—800 тысяч лет
назад.
Итак, факт, что полюса могут ме-
няться местами, стал общепризнан-
ным. Теперь перед учеными встал
другой вопрос: а что происходит в
момент инверсии? Не исчезает ли
геомагнитное поле полностью, не
становится ли оно «нулевым»? Пока
еще никто не может дать убедитель-
ный ответ на этот вопрос. Единого
мнения нет. Некоторые ученые счи-
тают, что исчезает, а другие, возра-
жая им, утверждают, что в момент
инверсий возрастает поле мировых
магнитных аномалий, которое и за-
меняет на какое-то время основное
геомагнитное поле. Но далеко не пол-
ностью. Исследования показали, что
оно может ослабевать в 5—10 раз.
А теперь попытаемся дать ответ и
на вопрос, который мы поставили в
заголовок: «Отчего вымерли дино-
завры?»
В ноябре 1970 года на конферен-
ции Геологического общества Аме-
рики доктор Джеймс Д. Хейс сооб-
щил о том, что, изучая колонки дон-
ного грунта, взятые в различных
районах Мирового океана, он обна-
ружил исчезновение за последние
159
2,5 миллиона лет восьми видов жи-
вущих во всех океанах одноклеточ-
ных морских организмов — радиоля-
рий. Шесть из них вымерло одновре-
менно и повсеместно. И это не было
случайностью, заявляет Хейс, так
как их гибель произошла немедленно
вслед за переменой направления маг-
нитного поля. Такие «перемагничива-
ния» способны влиять на живые орга-
низмы, не только уничтожая некото-
рые их виды, но и порождая новые.
Так, Хейс указывает, что именно в
такие периоды внезапно появились
некоторые виды водорослей и про-
стейших организмов.
Если это действительно так, то
становится понятной и гибель дино-
завров — их исчезновение приходит-
ся также на период инверсии. Во
всяком случае, так считают многие
ученые. А некоторые из них идут
еще дальше. Они полагают, что и не-
вероятный, ,по быстроте сравнимый
только со взрывом, процесс появле-
ния гомо сапиенс — человека — свя-
зан тоже по времени со сменой по-
лярности полюсов, И здесь виновато
магнитное поле.
Но как и почему выключение гео-
магнитного поля приводит к исчез-
новению одних видов и появлению
других на древе эволюции?
Ни на секунду не прекращается
бомбардировка атмосферы нашей
планеты космическими частицами.
С огромными скоростями они прихо-
дят к нам из глубин космоса. Их
энергии вполне достаточно для того,
чтобы при встрече с каким-либо
плотным веществом произвести в нем
разрушения: сместить атомы, разо-
рвать между ними связи. Нас от гу-
бительного действия этих «пуль кос-
моса» надежно защищает магнитное
поле Земли. Так как космические
частицы имеют электрический заряд,
то они взаимодействуют с магнит-
ным полем и отклоняются к полюсам.
Магнитное поле захватывает их. По-
павшие в его «паутину» частицы об-
разуют радиационные пояса Земли.
В периоды инверсии, когда магнит-
ный щит Земли исчезает, космиче-
ские частицы могут достигать ее по-
верхности. Здесь они способны реа-
гировать с тканями живых орга-
низмов.
Как известно, все ткани живых
организмов построены из клеток.
Одной из главных частей клетки
является ядро, внутри которого на-
ходятся носители наследственности —
хромосомы, — имеющие сложную мо-
лекулярную структуру. Как инже-
нер-строитель имеет чертежи буду-
щего здания, так и каждая хромосо-
ма наделена закодированой записью
качеств клетки. При размножении (а
клетки, как вы знаете, размножаются
делением) хромосомы попадают в до-
чернюю клетку, «доводя до ее сведе-
ния» наследственную информацию,
«рассказывая», как и что надо стро-
ить. Все части тела организма, все
его органы формируются, точно при-
держиваясь наследственного кода. Он
же обеспечивает и правильное функ-
ционирование организма и отдель-
ных его частей.
Под действием радиоактивных из-
лучений может происходить пере-
стройка молекулярной структуры
хромосом — возникают мутации, в ре-
зультате чего у потомков могут воз-
никнуть новые качества, которых не
было у родителей. Человек сейчас
широко использует этот метод, на-
зываемый радиационной селекцией,
для получения новых пород жи-
вотных и растений. Так ученые по-
лучили пенициллиновые грибки, да-
ющие в десятки раз больше «продук-
ции», чем их предшественники, и
злаки, устойчивые против многих за-
болеваний.
Мутации могут возникать и под
действием космических лучей. Такие
ненаправленные мутации, как пра-
вило, приводят к появлению дефек-
тивных, нежизнеспособных форм.
В ходе естественного отбора они об-
речены на неизбежное вымирание.
Все это позволяет ученым считать,
что быстрое исчезновение гигантских
ящеров, а также изменения в расти-
тельном мире планеты могли быть
вызваны достаточно длительным уве-
личением интенсивности космическо-
го излучения, которое произошло в
момент исчезновения магнитного по-
ля Земли. Это подтверждают и на-
блюдения, проведенные в Палеонто-
логическом музее Академии наук
СССР. Здесь исследовалась радио-
активность останков некоторых древ-
них животных, живших на протяже-
нии 400 миллионов лет. Особо высо-
кая радиоактивность наблюдалась у
костей динозавров, причем у тех ви-
дов, которые относились к эпохе их
вымирания. А почему же выжили
другие организмы?
Мутации наиболее существенно
сказываются на более сложных, дол-
гоживущих организмах. Кроме того,
устоявшиеся виды животных и рас-
тений, по-видимому, поражаются в
значительно большей степени, чем
вновь появившиеся, изменяющиеся.
На Земле известны такие места, где
сохранились архаичные формы расте-
ний и животных. Они выжили в глу-
бинах морей и океанов, а также глу-
боко под землей, там, куда не про-
никали космические лучи. Вполне
вероятно поэтому, что мелкие живот-
ные — млекопитающие, жившие в
норах, под слоем грунта, являющим-
ся неким экраном, — выжили и заня-
ли господствующее положение. Так
же уцелели и более примитивные,
но лучше защищенные толщей воды
животные, например, черепахи или
живые ископаемые — кистеперые ры-
бы — целаканты.
12 Хочу все знать
НЕМНОГО ИСТОРИИ
первом тысячелетии нашей
эры, примерно с IV века,
на территории, примыкаю-
щей к Балтийскому морю,
между реками Вислой и
Эльбой, жили славянские
племена. Они населяли эти
прибалтийские области
вплоть до XII века и объ-
Они умели делать глиняную посуду*,,
пряли шерсть, ткали льняную и шер-
стяную материю и торговали с сосе-
дями. Им была уже знакома добыча
и обработка железа.
Во главе славянских племен и ро-
дов стояли вожди, а позднее —
князья. Каждое племя имело свою^
территорию, в центре которой нахо-
дилось укрепленное поселение, слу-
жившее одновременно святилищем
Г. Матвеева
В ПОИСКАХ
РЕТРЫ
КОГДА УЧЕНЫЕ ГОВОРЯТ:
единились к этому времени в племен-
ные союзы ободритов и лютичей,
южнее которых располагались лу-
жицкие сербы. Находящиеся в на-
шем распоряжении немногочисленные
письменные источники рисуют эти
славянские народы земледельцами,
которые имели оседлые поселения,
владели скотом, занимались рыбной
ловлей и сбором меда диких пчел.
племени. Славяне той поры еще не
были христианами и поклонялись
различным богам, обычно олице-
творявшим силы природы. Богам
строили храмы, им приносили
жертвы.
По соседству с балтийскими сла-
вянами дальше на запад простира-
лись германские владения. Уже в
IX веке у германских феодалов по-
162
явилось стремление покорить славян
и завоевать земли к востоку от Эль-
бы. Их походы сопровождались рас-
пространением христианства среди
язычников-славян и разрушением
славянских храмов. Католическая
церковь поддерживала эту войну, рас-
считывая на получение новых зе-
мельных владений, новых верую-
щих, а следовательно, и новых до-
ходов.
В 983 году объединившиеся сла-
вянские племена сбросили на неко-
торое время власть германцев. В
XI веке князьям ободритов удалось
сплотить не только собственные пле-
мена, но и лютичей, которые завое-
вали славу самого мужественного
славянского народа. Это государство
существовало до начала XII века.
Силы противников были, однако, не
равны, и постепенно в течение XII ве-
ка все земли балтийских славян ока-
зались в руках германских фео-
далов.
В борьбе славянских племен за не-
зависимость большую роль играли
их укрепленные города-святилища.
Они пользовались огромным почи-
танием и объединяли славян, явля-
ясь символом их сплоченности. Каж-
дое святилище служило одновремен-
но и крепостью.
Особенно далеко распространилась
слава знаменитой Радигощи, назван-
ной в честь главного бога славян,
живших между Вислой и Эльбой.
Это был сын бога солнца и бог огня,
покровитель кузнечного ремесла, ко-
торого они называли Сварожич или
Радагаст. Святилище это, более из-
вестное под именем Ретры, стояло на
земле редариев, входивших в пле-
менной союз лютичей. Здесь, в Рет-
ре, собиралось вече лютичей, сюда
в определенное время года стекались
люди из различных славянских пле-
мен, чтобы принести жертвы богам
и получить предсказание в храме Ра-
дагаста.
Ретра, окруженная валом и кре-
постной стеной, была возведена в
12*
неприступном месте, доступ к кото-
рому преграждали густой лес и глу-
бокое озеро. Она служила очагом
ожесточенного сопротивления люти-
чей, которое они в течение полутора
веков оказывали германским феода-
лам. Неудивительно, что те неодно-
кратно пытались уничтожить Ретру.
В 955 году ее сжег император От-
тон I, затем она . была разрушена в
1068 году и еще раз — теперь уже
окончательно — в 1127 году, при им-
ператоре Лотаре.
„ТРЕХРОГИЙ11 ГОРОД
Ретра погибла в борьбе с врагами.
От города, который некогда оказы-
вал влияние на ход исторических со-
бытий, не осталось никакого следа;
он сгорел. Исчез один из центров
древней славянской культуры, и сей-
час даже неизвестно, где именно он
стоял. Так возникла загадка Ретры.
А ведь раскрыть ее тайну, найти ее
возможные следы — значило бы по-
лучить представление о том, как жи-
ли наши предки, узнать и понять да-
лекое прошлое. Эти поиски очень
сложны. В то время славяне еще не
имели собственной письменности. По-
этому какие-либо сведения об их ис-
тории и культуре, об их повседнев-
ной жизни мы можем получить либо
из сочинений, оставленных другими
народами, уже владевшими письмен-
ным словом: греками, римлянами, ви-
зантийцами, а позднее — западно-ев-
ропейскими историками, либо с по-
мощью археологических раскопок.
Археологические материалы очень
скудны, так как в культуре славян
большую роль играли постройки и
вещи, сделанные из дерева и легко
погибавшие в пожарах, в войнах или
просто от времени.
Тем важнее для нас те свидетель-
ства, которые оставили о Ретре то-
гдашние немецкие историки, или. как
их называют, хронисты. Одним из
них был Титмар, епископ Мерзебург-
163
Старинная надо ратная башня средневековой
крепостной стены Н ейб ранденбурга.
ский, написавший «Хронику», кото-
рая охватывает события между 919
И 1018 годами. Сам он не мог видеть
Ретру, поскольку вход туда чужезем-
цам был закрыт. Тем не менее он
восторженно описывал великолепный
храм славянского святилища, его ар-
хитектуру и украшения.
«В области редариев, — пишет Тит-
мар, — стоит трехрогий город, окру-
женный со всех сторон густым, свя-
щенным для жителей лесом. Двое
ворот города открыты для всех, тре-
тьи, и самые маленькие, восточные
ворота, выходят на тропу, которая
ведет к лежащему неподалеку озеру.
В городе находится искусно возве-
денное из дерева святилище, в осно-
вании которого уложены рога всевоз-
можных животных. Снаружи его сте-
ны украшают, насколько можно ви-
деть, умело вырезанные изображения
богов и богинь. Внутри же стоят из-
готовленные руками людей боги, и
на каждом вырезано его имя; они
выглядят устрашающе в своих шле-
мах и доспехах. Самого главного из
них называют Сварожич, и все языч-
ники особенно почитают его...»
Через 50 лет после Титмара жил ц
писал свою «Хронику» Адам, епи-
скоп Бременский. По его словам,
Ретра имела девять ворот и находи-
лась на острове посреди глубокого
озера. На остров вел деревянный
мост, через который пускали лишь
тех, кто хотел принести жертву или
спросить предсказание оракула.
В сообщениях обоих хронистов не
содержится ни названия, ни* описа-
ния озера. Единственное конкретное
указание сводится к тому, что Ретра
стояла на землях племени редариев,
размещавшихся вокруг озера Тол-
лензе. В наше время на его берегу
расположен город Нейбранденбург,
столица одноименного округа Герман-
ской Демократической Республики.
... Весной 1974 года, путешествуя
по ГДР, я приехала в Нейбранден-
бург. Древняя тайна, по-прежнему
скрытая за семью замками, неожи-
данно оказалась совсем рядом. Ну как
тут не попытаться поискать к ней
ключ, заглянуть в нее и приоткрыть
ее завесу? В моем распоряжении бы-
ло ничтожно мало времени, а сделать
хотелось многое: побывать не толь-
ко в библиотеках, архивах и музеях,
но и на местах предполагаемого рас-
положения древнего святилища. На
помощь мне пришел мой гостеприим-
ный хозяин Рихард Акнер, сотрудник
местной газеты, награжденный зо-
лотым значком активиста Общества
германо-советской дружбы. Он энер-
гично взялся за дело, наметил про-
грамму и, пустив в ход свои журна-
листские возможности, помог мне ее
выполнить.
Чтобы проследить за поисками
Ретры, нужно прежде всего познако-
миться с мнением археологов. Для
этого мы отправились в городской
164
музей. Он расположен в одной из
старинных надвратных башен крепо-
стной стены, окружающей средневе-
ковые кварталы Нейбргй<денбурга.
Поднявшись по крутой лестнице, ко-
торая вьется внутри башни, мы ока-
зались в зале второго этажа, где
Основную часть экспозиции занима-
ют предметы, найденные при раскоп-
ках: мечи, топоры, глиняная посуда,
деревянные идолы — так называют
скульптурные изображения языче-
ских богов, — и среди них — пора-
зительная фигура двухголового сла-
вянского бога, относящаяся к XIII
веку.
Во втором зале, экспозиция кото-
рого рассказывает о природе края, к
нам присоединился молодой археолог
Фолькер Шмидт. Он подвел нас к
карте и показал те места, где ведутся
археологические раскопки Ретры.
Ведь при неопределенности и разно-
речивости двух хронистов никак
нельзя понять, на каком именно озе-
ре она стояла. Все же большинство
археологов, подобно самому Шмид-
ту, склонно искать ее в прежних вла-
дениях редариев — либо на озере
Толлензе, либо на небольшом, как
бы отделившемся от него озере Липе.
Сам Фолькер Шмидт также страст-
но увлечен поисками Ретры. Каждый
год, когда археологи начинают поле-
вой сезон, он возобновляет работы и
очень надеется, что найдет Ретру.
Для своей первой экскурсии мы,
разумеется, выбрали озеро Толлен-
зе. Прогулочные катера с началом
весны уже курсировали по озеру, да
и погода стояла солнечная, а наша
поездка едва не сорвалась: кроме
нас, экскурсантов в этот будний
день не было. Капитан уже собирал-
ся отменить рейс, но положение спас-
ли появившиеся в последний момент
пассажиры.
Озеро Толлензе вытянулось в дли-
ну на несколько километров, но оно
не очень широкое, так что с катера
хорошо видны оба его берега. Зага-
дочная Ретра могла находиться толь-
ко на западном берегу, ведь, по сви-
детельству хронистов, святилище бы-
ло обращено на восток, навстречу
первым лучам восходящего солнца.
Вот и небольшой, поросший лесом
мыс. Это полуостров Гач-Эк. Издали
кажется, что он идеально соответ-
ствует описанию местности, где стоя-
ла Ретра. Действительно, археологи
раскопали здесь древнее славянское
поселение, но им не удалось убедить-
ся, что там находился храм главного
бога славян.
Еще одним вероятным местополо-
жением Ретры многие археологи до
недавнего времени считали неболь-
шой остров Фишеринзель у южной
Схема окрестностей Н ейб ранденбурга.
оконечности того же озера. Но сей-
час он едва виден, так как уровень
воды в озере заметно поднялся. Не
он ли является тем островом, где, по
словам Адама Бременского, находи-
лось святилище? В 1969 году на ост-
рове начались раскопки. Археологи
обнаружили там остатки построек,
окруженных оградой, топоры и дру-
гие орудия труда, множество оскол-
ков керамической посуды, деревян-
ную скульптуру. С сушей остров не-
когда соединялся мостом. Все гово-
рило о том, что здесь существовало
поселение, построенное славянами.
Но жили в нем вплоть до XIII века,
когда Ретра уже исчезла.
Ретру ищут не только на Толлен-
зе. Округ Нейбранденбург — это на-
стоящий озерный край, напоминаю-
щий по своей природе нашу Каре-
лию. Дошедший до этих мест древ-
ний ледник оставил после себя на-
громождение валунов и множество
озер. Всевозможных очертаний и раз-
меров, озера эти, прячущиеся среди
густых, тенистых лесов, имеют в
окружности от нескольких сот шагов
до нескольких километров.
Долгое время внимание археологов
привлекало к себе Брайтер-Люцин-
ское озеро, особенно местность, рас-
положенная на его берегу неподалеку
от городка Фельдберг. Мы поехали
туда на следующий день, и здесь на-
шим гидом стал человек необыкно-
венный. Чем бы ни занимался в сво-
ей долгой жизни господин Барби,
главным своим делом он всегда счи-
тал изучение родного края, его при-
роды и достопримечательностей, свя-
занных с его историей. Нас преду-
предили, что это уже глубокий ста-
рик, силы которого нужно беречь.
Однако у калитки деревенского дома
нас встретил высокий и худощавый
пожилой человек, по виду лет шести-
десяти с небольшим. Хозяин провел
нас по аккуратной дорожке через хо-
рошо ухоженный и по-весеннему зе-
ленеющий сад, который, по его сло-
вам, он до сих пор обрабатывал соб-
ственными руками. Усадив нас на
террасе своего дома, господин Барби
стал рассказывать о поисках Ретры
в районе Фельдберга. Он прекрасно
помнил все подробности: ведь он сам
помогал археологам в их работе.
Мы узнали, что в 1922 году из-
вестный немецкий археолог Карл
Шухардт приступил здесь к раскоп-
кам в полной уверенности, что най-
дет Ретру. Он выбрал на озере мыс,
глядя на который Титмар Мерзе-
бургский, казалось, и составил свое
описание Ретры. Действительно, в
2,5 километра от Фельдберга Шу-
хардт открыл древнее городище, об-
несенное двумя земляными валами.
Внешний вал когда-то имел три ма-
лые башни с воротами, тогда как на
внутреннем валу возвышались три
большие башни. Вот он, «трехрогий»
город Титмара! Карл Шухардт по-
лагал, что три башни выглядели со
стороны озера похожими на три
рога. Ближе к восточной оконечности
мыса были обнаружены следы дере-
вянной постройки, состоявшей из
двух помещений. В главном помеще-
нии находилась яма, наполненная
древесным углем. Эту постройку ар-
хеологи склонны считать храмом, он,
по обычаю, был отделен от городища
рвом.
Вместе с нашим хозяином мы
вскоре отправились на место раско-
пок. Неширокая дорога привела нас
через чистый, насквозь просвечивае-
мый солнечными лучами лес на холм,
который круто спускался к озеру, об-
разуя нечто вроде мыса. Высокие де-
ревья с трех сторон окружали его
плотной стеной. Тут-то и искал Шу-
хардт древнюю Ретру. Более поздние
раскопки, предпринятые на этом мес-
те в 1967 году, показали, что здесь
стояло большое укрепленное поселе-
ние славян. Под ногами еще заметны
следы прямоугольных в плане древ-
них жилищ. Они настолько малы, что
трудно даже представить размеры
самих построек. Археологи пришли к
выводу, что здесь стояло не святи-
166
лище и не город, а некое убежище,
окруженное валом. В нем жители
скрывались и оборонялись от на-
тиска врагов, но они занимали его в
VII—IX веках и к тому времени, ко-
гда упоминается Ретра, уже покину-
ли его. Пришлось отказаться еще от
одного заманчивого предположения.
Круг как будто бы замкнулся...
И тем не менее еще в XVII веке в
этих местах, неподалеку от Нейбран-
денбурга был найден клад. Он со-
стоял из металлических предметов,
приписываемых балтийским славя-
нам и названных «реторсиями древ-
ностями». Какое же отношение имеет
он к поискам Ретры? Чтобы отве-
тить на этот вопрос, пришлось обра-
титься к помощи архива, посещением
которого и закончилось мое пребыва-
ние в Нейбранденбурге.
„ПРИЛЬВИЦКИЕ ИДОЛЫ11
Архив, в котором собраны мате-
риалы по истории края, занимает не-
сколько небольших комнат в первом
этаже старинного дома в городе Ней-
стрелиц, километрах в тридцати от
Нейбранденбурга. Мне приносят две
объемистые коробки, в которых сло-
жены папки с бумагами и книги. Со
всех страниц смотрит на меня слово
«Ретра», повсюду видны рисунки и
описи музейных предметов. Из глу-
бины веков все отчетливее проступа-
ют подробности одного давнего, на-
шумевшего дела. Но здесь время
возвращается вспять и начинают дей-
ствовать другие герои...
Однажды весной между 1687 и
1697 годами священник деревни
Прильвиц,, лежащей в южном конце
167
Толлензе, Самуэль Шпонхольц ре-
шил посадить в своем саду дерево.
Он принялся рыть яму и вдруг на-
ткнулся на два металлических, по-
темневших от времени сосуда с руни-
ческими надписями. Руническим пись-
мом в древности пользовались гер-
манцы и скандинавы, делая краткие
надписи на могильных камнях, на
оружии и на некоторых других пред-
метах. В сосудах был спрятан целый
клад различных вещей, отлитых из
металла желтого цвета. Сам священ-
ник никому о находке не рассказы-
вал, а после его смерти в 1697 году
вдова продала клад в Нейбранден-
бург золотых дел мастеру Пельке.
От него он снова перешел в семью
Шпонхольцев, так что к середине
следующего века его владельцами
оказались братья Якоб и Гидеон.
И только тогда об этой находке
узнал мир. В 1768 году братья пред-
ложили для продажи одну очень
странную, похожую на льва фигурку,
а вскоре еще 67 подобных ей предме-
тов. Коллекция заинтересовала лю-
бителей старины. Вначале ее купил
врач Хемпель, который затем усту-
пил ее главе церковного округа вд
Нейстрелице Андреасу Машу.
Маш считался знатоком древно-
стей и в 1771 году опубликовал кни-
гу с описанием приобретенных им
предметов и с гравюрами, выполнен-
ными художником Вогеном. Эта кни-п
га и послужила главным источником ?
сведений об истории этой необычной
коллекции.
Коллекцию действительно никак
нельзя было назвать обычной. Хотя
в этих краях довольно часто находи-
ли старинные предметы, но до сих
пор эти находки ограничивались по-
гребальными урнами, металлически-
ми сосудами, керамической посудой.
В этом же собрании основная часть
состояла из каких-то фантастических
фигур, на которых звериные головы
причудливо сочетались с человече-
ским туловищем. Везде, где только
позволяло место, на теле виднелись
другие головы или даже целые фи-
гуры людей и животных. Все фигуры
были невелики: самая большая до-
стигала высоты в полтора фута
(45 см). Ее венчала львиная голова,
на которой сидел гусь. Под левой ру-
П рильвицкие идолы.
кой она держала голову быка, а в
правой сжимала жезл. Ее сопровож-
дало множество других странных фи-
гур меньшего размера. Вокруг их го-
лов расходились солнечные лучи, к
груди они прижимали собаку или
птицу, а кое-где были представлены
целые сцены: собака преследовала бе-
гущего оленя, сбоку стоял охотник с
поднятым копьем.
Одежда идолов была до чрезвы-
чайности разнородной. В большин-
стве случаев их прикрывала свобод-
ная, доходящая до колен рубаха, но
иногда они носили настоящие доспе-
хи, закрывавшие им грудь и живот.
Дополнявший такой наряд длинный,
ниспадающий складками плащ делал
эти фигуры похожими на древнерим-
ских полководцев. Зато другие идо-
лы, и в их числе Тамая большая фи-
гура, представали вообще неодетыми.
Кроме человекоподобных фигур в
собрании имелись ножи и много
круглых и овальных чаш, украшен-
ных головами людей и животных.
Странная коллекция вызвала гро-
мадный интерес. Ведь речь шла об
еще никогда невиданных старосла-
вянских древностях. Людям, встре-
чавшим в газетах и журналах сооб-
щения об этом кладе, видевшим изо-
бражения фигур в книге Маша, мог-
ло показаться, что они стали совре-
менниками великого открытия: на-
конец-то сокровищница мировой
культуры, которой уже давно были
известны изображения богов древ-
них египтян, греков и римлян, по-
полнится скульптурами древнеславян-
ских божеств, уничтоженных вместе
с наступлением христианства на
язычников-славян. Нужно сказать,
что распространению подобного мне-
ния способствовали и доктор Хем-
пель и преподобный Маш. Поскольку
на многих предметах читалась руни-
ческая надпись «Ретра», оба они с
первого же взгляда объявили все
фигуры изображениями славянских
богов из этого знаменитого святили-
ща. По месту находки они назвали
Одна из овальных чаш, украшенная
головами людей и животных.
их «прильвицкими идолами» и при-
своили имя Радагаста самой боль- \
шой фигуре с гусем на голове. Этой
сенсации легко поверили, ибо никто
до сих пор не знал, как выглядели
старославянские боги.
Правда, во всем этом деле броса-
лись в глаза некоторые несообраз-
ности. Сосуды, в которых лежал
клад, походили на другие находки в
этой местности, но они единственные
имели рунические надписи. А вскоре
эти два сосуда вообще исчезли. По
словам второго владельца, Пельке,
он подарил их для переплавки на
колокол в одну из нейбранденбург-
ских церквей. По странной случай-
ности этот дар не внесли в церков-
ные документы, как это обычно де-
лалось. Да и состояние самих кол-
лекционных предметов, извлеченных
из сосудов, также вызывало недоуме-
ние. Многие предметы оказались из-
рядно попорченными, у одних не хва-
тало рук или ног, на других зияли
большие дыры. Чаши тоже были от-
литы очень неудачно: многочислен- 169
ные дыры делали их скорее похожи**
ми на решето, вызывая недоумение:
для каких, собственно, целей они
предназначались? И уж совсем не-
понятно, что можно было резать
этими толстыми и тупыми ножами.
Андреас Маш объяснял такой не-
совершенный вид предметов тем, что
они горели в огне пожара, в котором
погибла Ретра. Он еще считал боль-
шой удачей, что их успели зарыть
в землю и они таким образом уце-
лели. Но почему же тогда совсем не
пострадали надписи, сделаннные на
фигурах и чашах? Они либо умеща-
лись между двух дыр, либо обходили
их сверху или снизу.
Через несколько лет Андреас Маш
продал свою коллекцию собору в го-
роде Ратцебурге. Весьма возможно,
что она спокойно хранилась бы в
библиотеке собора и была бы посте*
пенно забыта, если бы эта история не
имела продолжения.
Два десятилетия спустя после про-
дажи первой коллекции братья
Шпонхольц объявили, что у них
имеется еще одно собрание древно-
стей, которое они стали выдавать за
найденное вместе с «прильвицкими
идолами». Им заинтересовался лю-
битель старины граф Ян Потоцкий,
который описал и зарисовал 118 от-
литых из металла фигур и различ-
ной утвари и даже съездил в Приль-
виц, где, как считалось, они были
найдены. Увы, он не смог узнать
место, описанное в книге Маша: жи-
тели срыли тот холм, на котором, по
мнению Маша, стоял главный храм
Ретры. Они засыпали этой землей
близлежащее болото, а на месте
предполагаемого славянского святи-
лища разбили большой сад.
В 1795 году вышла в свет книга
Потоцкого, которая вновь привлекла
внимание к коллекции «прильвицких
идолов». Это побудило герцога Мек-
ленбургского купить оба собрания
древностей; они сначала хранились
в его загородном доме в Прильвице,
а затем были размещены в двух ком-
натах библиотеки герцогского замка
в Нейстрелице.
Постепенно, однако, появились
первые сомнения в том, что столь
маленькие и невзрачные идолы мог-
ли украшать храм Ретры. К тому же
при внимательном изучении коллек-
ции, предпринятом уже в XIX веке,
оказалось, что предметы из коллек-
ции Маша относились совсем к ино-
му времени, нежели те, что были
описаны Потоцким, и что трудились
над ними разные мастера. А ведь,
по утверждению Шпонхольцев, их
нашли в одном кладе.
Что же известно о людях, которые
продавали коллекции славянских
древностей? В архиве удалось обна-
ружить некоторые документы, проли-
вающие свет на их деятельность. Это
описи коллекционных предметов, вы*
полненные под диктовку Г и деона, рас-
писки за полученные от продажи
предметов деньги, дневниковые за-
писи, сделанные родственниками или
знакомыми братьев Шпонхольц.
Окончательную ясность принесли
свидетельства, оставленные неким
Нойманном, бывшим учеником стар-
шего брата и золотых дел мастера
Якоба. Нойманн несколько лет жил в
доме Шпонхольцев и хорошо знал
эту семью.
В то время к Гидеону часто при-
ходил один гончар, приносивший ему
различные глиняные формы. С каж-
дой такой модели Нойманн с Гидео-
ном отливали по одному экземпляру
в металле, после чего форму разби-
вали, а предметам с помощью кисло-
ты придавали старый вид. Затем,
беря за образцы рисунки из книги
Маша, Нойманн резцом наносил на
них рунические письмена.
Вот так и появились на свет фигу-
ры, описанные позднее графом По-
тоцким.
Итак, вторая часть коллекции бы-
ла теперь признана поддельной и из-
готовленной Шпонхольцами с целью
обмана. Но это поставило под со-
мнение и подлинность первоначаль-
по
,ного собрания из 68 фигур, куплен*
ного Машем. Уж не придумали ли
всю легенду о его находке сами
братья для того, чтобы выдать пред*
меты за подлинно древние, продать
их и получить за них большие
деньги?
Опасения эти полностью подтвер*
дились. Хотя наука располагала то-
гда лишь немногими данными о куль-
туре древних славян, но и они пока-
зали, что «прильвицкие идолы» про-
тиворечат религиозным представле-
ниям этих племен. Больше того, по»
добное смешение различных форм и
символов вообще трудно отнести к
какому-либо определенному народу.
Да и размеры этих идолов говорят
о том, что они никак не могли стать
предметами поклонения в главном
храме такого святилища, как Ретра.
Невозможно представить, что это и
были устрашающие боги, описанные
немецким хронистом. Неужели с ни-
ми прощались, уходя на войну, сла-
вянские воины, чтобы при возвра-
щении почтить их дорогими подно-
шениями и подарками?
Мастеру, изготовлявшему эти пред-
меты, явно не хватало умения и сно-
ровки— этим легко объясняется как
отсутствие у фигур отдельных час-
тей тела, так и многочисленные дыры
в чашах. По-видимому, он попросту
брал чужие работы, заимствовал у
них какую-либо деталь, например,
лицо или всю голову, и присоединял
ее к собственным грубым моделям.
Чтобы еще больше запутать следы,
он добавлял изображения различных
сцен и подражания руническим пись-
менам. Вероятно, Гидеон Шпонхольц
не имел отношения к изготовлению
первой коллекции, так как у него еще
не было необходимых образцов. Эти
подозрения могут скорее всего па-
дать либо на его отца, либо на вто-
рого владельца Пельке, ведь они
были золотых дел мастерами.
... Улеглись постепенно страсти,
утихли споры вокруг «прильвицких
идолов». Сами они занимали место
в качестве курьеза в нейстрелицком
музее. Но в конце второй мировой
войны они сгорели вместе с герцог-
ским замком, который был разрушен
в ходе бессмысленного, яростного со-
противления фашистских войск. Чу-
дом уцелевшая единственная фигура
хранится сейчас в музее города Шве-
рин и вряд ли вызывает большой
интерес посетителей, никогда, оче-
видно, и не слышавших о нашумев-
шей коллекции «прильвицких идо-
лов».
Ретра пока еще не найдена, но не
будем терять надежду на то, что ко-
гда-нибудь усилия археологов Увен-
чаются удачей. И кто знает, какие
открытия ждут тогда науку.
КОРОТКИЕ ЗАМЕТКИ
Знаешь ли ты, откуда
идет выражение научная
фантастика?
Жюль Верн называл
свои романы «научными».
Второй крупнейший фан-
таст — Уэллс — называл
свои сочинения «фантасти-
ческими». Оба эти понятия
впервые объединил извест-
ный русский популяриза-
тор науки Я. И. Перель-
ман. В 1914 году он напе-
чатал в журнале «Природа
и люди» дополнительную
главу, к роману Жюля Вер-
на «Вокруг Луны» — «Завт-
рак в невесомой кухне» —
и определил свое произве-
дение как научно-фан-
тастический рас-
сказ. На английское язы-
ке близкое по смыслу вы-
ражение «Сайнс фикшн», то
есть «научная беллетристи-
ка» или «научный вымы-
сел», появилось только в
1926 году. Придумал его
американский писатель
Хьюго Гернсбек.
нашего замечательного
русского публициста, «по-
пуляризатора отрицатель-
ных доктрин» (как он на-
зывал себя сам) и власти-
теля дум революционной
молодежи шестидесятых
годов прошлого века,
Дмитрия Ивановича Пи-
сарева есть статья, в ко-
торой он рассказывает о
своих университетских зло-
ключениях, связанных... с
энциклопедиями.
что энциклопедии на дом не выдают-
ся. (Они и сейчас не выдаются, по-
тому что могут понадобиться в лю-
бое время любому читателю.) «Ка-
кую вам надобно букву?» — спросил
далее библиотекарь. «Я не имел
оснований предпочитать одну букву
другой и потому совершенно беспри-4
страстно назвал букву А... Тогда
библиотекарь повел меня за собою в
одну длинную галерею и указал мне
длинный ряд больших и толстых
книг, стоявших на паркете в строй-
ном алфавитном порядке. Это зрели-
Ю.А сеев
ТВОЙ ДРУГ-
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
Сразу же после поступления на
историко-филологический факультет
Санкт-Петербургского университета
Д. И. Писарев обратился к одному
из профессоров с просьбой помочь
ему начать изучение античной ис-
тории.
Профессор тотчас посоветовал
ему... читать немецкую энциклопе-
дию Эрша и Грубера. Получив та-
кой совет, Писарев немедленно побе-
жал в библиотеку университета и
попросил библиотекаря: «Позвольте
мне взять на дом энциклопедию Эр-
ша и Грубера». На лице библиотека-
ря выразилось удивление. Затем он
любезно разъяснил Д. И. Писареву,
ще привело меня в трепет... Передо
мною лежал знаменитый немецкий
энциклопедический лексикон Эрша и
Грубера, и, конечно, я на первой стра-
нице его нашел то, что обыкновенно
находится в таких книгах: река Аа,
слово Аа1 (угорь), река Ааре
и т. д.».
Представим себе весь ужас поло-
жения молодого Писарева. Перед ва-
ми двести увесистых томов, в кото-
рых обязательно что-то интересно
для вас. Но как его найти? Как до-
браться до Афин? И сколько на это
понадобится времени? Зачем нам чи-
тать про угря, если нас интересует
Алкивиад или Марк Аврелий?
Из этого случая Д. И. Писарев
извлек нужные уроки. Энциклопедии
от А до Я читать не следует. И надо
знать не только букву тома, который
тебе нужен, но и точно слово, значе-
ние которого ты ищешь. То есть надо
уметь пользоваться энциклопедией.
А сейчас это особенно необходимо.
На обложке той книги, которая ле-
жит перед тобой, стоит название:
«Хочу всё знать!». Желание это —
законное, поэтому книга названа пра-
вильно. Оно говорит о присущей че-
ловеку любознательности. Но, по-
жалуйста, не пытайся осуществить
это делание на практике. Мы живем
в период так называемого «инфор-
мационного взрыва»: объем инфор-
мации, то есть знаний, находящихся
в распоряжении человечества, удва-
ивается приблизительно в каждое
десятилетие.
*
Наш выдающийся химик, академик
А. Н. Несмеянов, однажды произвел
вполне серьезный подсчет: «Если бы
химик, свободно владеющий три-
дцатью языками (условие невероят-
ное), начал с 1 января 1964 года чи-
тать все выходящие в этом году кни-
публикации в час, то к 31 декабря
1964 года он прочитал бы лишь одну
двадцатую часть этих книг и ста-
тей». Положение, прямо скажем, ка-
тастрофическое. Ведь в «задаче» Не-
смеянова невероятно не только одно
условие — свободное владение три-
дцатью языками. Таких ученых-по-
лиглотов практически нет. В ней аб-
солютно нереальны и другие усло-
вия. Химик не может весь свой рабо-
чий день только читать. Он должен
ставить эксперименты, писать отче-
ты, просто думать. И темп чтения,
из которого исходит Д. Н. Несмея-
нов, невозможен: четыре статьи и
книги в час! Короче говоря, поток
информации, изливающийся на каж-
дого человека и имеющий самое пря-
мое отношение к его специальности,
громаден, необъятен. И это «ката-
строфическое» положение не обещает
улучшиться. Если верить расчетам
американского науковеда Д. Прайса,
то к 2000 году число названий науч-
ных журналов (только названий!)
достигнет одного миллиона. В об-
щем, знать все невозможно, но... хо-
чется. Что же делать?
Во-первых, надо более точно сфор-
мулировать свое желание: не «хочу
ги
него профессиональный интерес,
читал бы их
и статьи, представляющие для
и
со скоростью четыре
173
всё знать», а «хочу быстро, с мини-
мальными затратами времени приоб-
рести те знания, которые будут мне
необходимы для решения какой-ни-
будь вполне практической задачи —
для подготовки доклада, сочинения,
просто хорошего ответа на уроке и
так далее».
Во-вторых, надо познакомиться с
одной из наиболее быстро развиваю-
щихся наук нашего времени — ин-
форматикой. Это как раз наука о
том, как хранить и быстро находить
нужные тебе или любому другому
человеку знания в безбрежном море
современной науки и культуры.
Она — компас в этом море.
Существует много жанров инфор-
мационной литературы: библиогра-
фии общие и отраслевые; тематиче-
ские указатели литературы; справоч-
ники; реферативные журналы, читая
которые ты узнаешь, что пишется
во всех научных журналах мира по
тому или иному вопросу, и так
далее.
Сегодня мы поговорим только об
одном из жанров информационной
литературы (причем наиболее ста-
ром), а именно — об общих уни-
версальных энциклопедиях.
Кто-то очень удачно сказал, что в
мире много знаний, но что все они,
к сожалению, в разных головах. От- ’
рицатедьные последствия этого «эф-
фекта рассеяния знаний» люди пони-
мали всегда. Первые попытки со-
брать их если не в одну голову, то
по крайней мере в одну книгу, кни-
гу— справочное бюро, были сделаны
еще в Древнем Египте. Именно о них‘
египтяне говорили: «Эти книги де-
лают умными и обучают невежду,
помогая ему узнать все».
С тех пор прошло более 4000 лет.
За это время много воды утекло и
многое, что в момент создания пер-
вых энциклопедий казалось очень
важным, забылось. Человечество по-
мнит только то, что действительно
важно. А вот идея энциклопедии, то
есть идея одной книги, собирающей
в себе все знания и умения человече-
ства на данном этапе его историче-
ского развития, осталась. Эта была
хорошая идея!
Само слово «энциклопедия» древ-
негреческого происхождения. Оно
подразумевало просто круг знаний,
систему знаний, преподаваемых в
средней школе. Так что быть энци-
клопедически образованным челове-
ком в Древней Греции означало все-
го-навсего получить среднее образо-
вание.
В современном понимании термин
«энциклопедия» появляется впервые
в книге великого французского мыс-
лителя и художника XVI века Фран-
суа Рабле в знаменитой сцене «дис-
пута» Панурга с высокоученым, но
глуповатым англичанином Таумас-
том. Именно этот англичанин и упо-
требляет данное слово как совокуп-
ность всех знаний о природе и об-
ществе, представленную в краткой,
информативной форме.
Энциклопедии существовали не
только в Древнем Египте или Древ-
ней Греции. Их пишут, как тебе хо-
рошо известно, и сейчас. Создаются
и универсальные, и отраслевые эн-
циклопедии. Последние — это энци-
клопедии, посвященные одной науке,
одной стране, одному вопросу. И для
того, чтобы в этом убедиться, зай-
дем на минутку в справочный отдел
любой большой библиотеки Совет-
ского Союза. Лучше всего для этого
зайти в Центральные справочные
библиотеки. Так называются спра-
вочно-библиографические отделы Го-
сударственной библиотеки СССР
имени В. И. Ленина в Москве или
же Ленинградской Государственной
Публичной библиотеки им. М. Е.
Салтыкова-Щедрина.
Мы увидим там прежде всего
длинные многоярусные стеллажи,
сплошь заполненные энциклопедиями.
Доступ к ним открыт. Для того
чтобы воспользоваться любым то-
мом, не надо обращаться к дежур-
ному библиотекарю. Ты просто сни-
ми его с полки и читай. Вот перед
тобой темно-красные тома последне-
го (третьего) издания Большой Со-
ветской Энциклопедии. Отраслевые
энциклопедии: медицинская, фило-
софская, математическая и так да-
лее. Здесь же и одна из наших луч-
ших дореволюционных энциклопе-
дий, знаменитый «Брокгауз и Еф-
рон».
Стеллажи с иностранными энцик-
лопедиями. Темно-вишневые тома со-
лидной «Энциклопедии Британика»,
старейшей из ныне живущих энцик-
лопедий мира. Ее первое издание вы-
шло в 1771 году. «Новый Мейеров-
ский лексикон» из ГДР — первая
марксистская энциклопедия Герма-
нии, названная так в честь выдающе-
гося немецкого демократа, просвети-
теля и книгоиздателя XIX века
Йозефа Мейера. «Новым Мейеров-
ским лексиконом» она названа пото-
му, что фашисты, нагло спекулируя
на имени Мейера, тоже назвали свою
«энциклопедию» «Мейеровским лек-
сиконом». «Большой Ларусс» — вели-
колепно оформленная современная
десятитомная универсальная энцик-
175
лопедия Франции. «Канадиана» —
географическая энциклопедия. В ней
все о Канаде, и, листая ее страницы,
я как будто слышу рев падающей во-
ды Ниагары, вижу плотинки, постро-
енные бобрами, дышу смолистым за-
пахом канадских сосновых лесов. Эн-
циклопедии Америки, Швеции, Ита-
лии, Австралии и многие другие.
К этим полкам всегда подходишь с
некоторым трепетом, потому что зна-
ешь, какое количество труда было
вложено в каждую из книг.
Сначала о труде. Сколько войдет
слов (точнее — словарных статей) в
третье издание БСЭ? Отвечу, хотя
и не совсем точно: более 100000.
100000 йе слов, а именно словарных
статей, то есть статей, раскрываю-
щих значение термина, слова, имени,
географического названия. В третьем
издании БСЭ уже есть или будут
статьи, посвященные Марксу, Лени-
ну, Великой Отечественной войне,
диалектическому материализму и тео-
рии относительности. Не приходится
удивляться поэтому, что объем но-
вого издания планируется в 30 то-
мов, напечатанных убористым типо-
графским шрифтом.
А какие люди создавали эти кни-
ги! Статьи для «Новой американской
энциклопедии», издания, предприня-
того группой прогрессивных амери-
канских журналистов в конце 50-х
годов XIX века, писали Маркс и
Энгельс, причем Энгельс в своих ста-
тьях заложил основы марксистской
военной науки. Автором блестящей
статьи о Карле Марксе для «Энцик-
лопедии товарищества Гранат» был
не кто иной, как В. И. Ленин. О рыца-
рях средневековой Англии для одно-
го из первых изданий «Британики»
рассказал читателям Вальтер Скотт,
о теории относительности в этой же
энциклопедии писал Альберт Эйн-
штейн. Короче, трудно найти хотя бы
одного сколько-нибудь замечательно-
го ученого, политика, государствен-
ного деятеля XVIII, XIX и XX ве-
ков, который бы время от времени
не откладывал свои очень важные
дела и не становился... автором, со-
ставителем или редактором какой-
нибудь энциклопедии.
Почему они это делали? Лучше
всех на этот вполне законный вопрос
ответил великий французский мате-
матик и механик XVIII века Д’Алам-
бер. Он сам (вместе с Дидро) был
главным редактором Великой Фран-
цузской Энциклопедии и поэтому пи-
сал с полным знанием дела: «Цель
любой энциклопедии — собрать зна-
ния, разбросанные по поверхности
земного шара. Энциклопедия систе-
матизирует эти знания для людей,
с которыми мы живем вместе, и пе-
редает их людям, которые будут
жить после нас, для того чтобы тру-
ды предшествующих веков не были
бесполезными трудами для веков бу-
дущих. Она это делает для того, что-
бы наши потомки были более обра-
зованными и в то же самое время
более добрыми и счастливыми, чем
мы».
В этих прекрасных словах Д’Алам-
бера не все понятно. Во-первых, по-
чему «систематизирует»? Ведь на
первой же странице любой алфавит-
но построенной энциклопедии вы
столкнетесь с самыми далекими и
176
разными вещами—рекой Аа и швей-
царским кантоном Ааргау и так да-
лее.
Но на этот вопрос еще сравни-
тельно легко ответить словами
Н. В. Гоголя: «Это — тот беспоря-
док, над которым думали очень по-
рядочные головы». Алфавитное рас-
положение словарных статей де-
лается просто для удобства читате-
лей, для того, чтобы они сэкономили
самую дорогую «вещь» в мире — вре-
мя. Если ты точно знаешь, как пи-
шется то слово, значение которого
ты хочешь найти, то ничего удобнее
алфавитного порядка расположения
слов нет. Ты просто подходишь к
полке открытого доступа и берешь
том на нужную тебе букву. Обрати
при этом внимание, что на корешке
каждого тома стоят так называемые
«направляющие слова», то есть пер-
вое и последнее слово каждого тома.
Это очень важно. В русском языке,
например, больше всего слов начи-
нается с буквы «П». В любой рус-
ской энциклопедии этой букве будет
посвящено несколько томов.
У алфавитного порядка располо-
жения слов в энциклопедиях есть и
свои трудности. Названия многих
словарных статей состоят из не-
скольких слов: «Рабочий класс»,
«Русский язык», «Российская Совет-
ская Федеративная Социалистиче-
ская Республика», «Теория относи-
тельности» и многие другие. Но за-
дадим себе очень уместный вопрос:
где искать значение термина «рабо-
чий класс» — в томе на «Р» или же
в томе на «К»? Следуя за алфавит-
ным принципом расположения сло-
варных статей, конечно, в томе на
«Р». И найдем в этом томе «Рабочий
класс». Ну, а возьмем «Теорию от-
носительности». Ее следует, по-види-
мому, искать на букву «Т». Увы...
такой статьи там нет, только зря
потратим время. Мы просто непра-
вильно пользовались энциклопедией.
В устойчивых словосочетаниях, на-
пример , в терминах, состоящих из
13 Хочу все знать
прилагательного и существительного,
сначала надо смотреть на началь-
ное слово (прилагательное), а уже
потом на существительное. А если
название статьи состоит из двух
или более существительных, то надо
искать слово, главное по смыслу,
так называемое «ключевое слово».
В термине «теория относительности»
слово «теория» не является клю-
чевым, так как существует мно-
жество других теорий. Чтобы легче
было ориентироваться и отыскать
описание той, которая нужна нам, в
энциклопедии допускается так назы-
ваемое «инвертирование» терминов
или же, проще говоря, переста-
новка слов. Сведения о теории от-
носительности Эйнштейна надо ис-
кать, оказывается, на букву «О» в
словарной статье, называющейся
«Относительности теория».
Теперь снова вернемся к цитате из
Д’Аламбера. В ней есть и вторая
странная вещь. Д’Аламбер говорит,
что любая хорошая энциклопедия
адресована не только современникам,
но и потомкам. Это уже звучит как
будто совсем странно. Ведь энцикло-
педия призвана дать картину совре-
менного состояния развития науки,
непрерывного усовершенствования
материалистических знаний челове-
чества о мире, а наука не стоит на
месте. Непрерывно развивается твор-
ческая мысль ученого, работают ла-
боратории и институты, люди ле-
тают в космос, автоматические лабо-
ратории, советские и американские,
исследуют поверхности загадочных
планет. Именно поэтому любая энци-
клопедия в какой-то мере устаревает
на второй день после своего выхода
в свет. Третье издание БСЭ было
написано специально для того, чтобы
ликвидировать отставание от жизни
второго издания. Но почитайте ста-
тью «Ангола» в первом томе этого
издания, и вы увидите, что и она
уже устарела. В этом не виноваты ни
авторы, ни составители: просто эн-
циклопедии ведут безнадежный матч
177
со временем, в котором время заби-
вает голы в ворота энциклопедий, а
не энциклопедии в ворота времени.
Не могли же знать составители но-
вого издания Большой Советской в
1969 году, что через пять — шесть
лет в Португалии произойдет пере-
ворот, что фашистский режим Каэта-
но будет ликвидирован, а бывшие
«заморские территории Португалии»
станут на трудный и сложный путь
обретения подлинно национальной
независимости. Во втором издании
БСЭ вы не найдете статьи о лазерах
(оптических квантовых генерато-
рах): ведь замечательное открытие
А. М. Прохорова и Н. Г. Басова бы-
ло сделано несколько лет спустя пос-
ле выхода из печати тома на букву
«Л». А как устарели в этом издании
БСЭ статьи по генетике и молекуляр-
ной биологии, атомной физике и пла-
нетологии! Да, энциклопедии всегда
проигрывают, и от этого никуда не
уйдешь. А Д’Аламбер мечтает об
энциклопедии, которая служила бы
не только современникам, но и потом-
кам! И все же прав Д’Аламбер, а не
мы с вами.
Все энциклопедии устаревают и в
то же самое время они — вехи, отме-
чающие направление движения пыт-
ливой человеческой мысли. Они —
памятники культуры, такие же зна-
чимые, как Лувр или Эрмитаж.
Нельзя же считать Эрмитаж «уста-
ревшим музеем» только потому, что
в нем висят полотна Рембрандта,
датированные семнадцатым веком.
Вот почему не убирается с полок
справочно-библиографических отде-
лов крупных библиотек наш старый
«Брокгауз и Ефрон»: статьи по хи-
мии для него писал Д. И. Менделеев.
В фондах этих отделов хранится Ве-
ликая Французская Энциклопедия
Дидро и Д’Аламбера. Это энцикло-
педия восемнадцатого века, и смешно
было бы ее читать для того, чтобы
узнать что-то новое — скажем, о при-
роде электричества после работ Фа-
радея, Максвелла, Эйнштейна. Но
зато это и ярчайший документ борь-
бы человеческой мысли с религиоз-
ным фанатизмом и мракобесием. Хо-
рошие энциклопедии нужны потом-
кам, желающим знать, что думали,
чувствовали и переживали их отцы.
Великие энциклопедии — великие па-
мятники культуры.
А теперь немного учебных за-
даний.
Задание первое. Внимательно
прочти вступительную статью к пер-
вому тому БСЭ о том, как пользо-
ваться энциклопедией. Это всего две
странички убористого типографского
шрифта. Не пользуйся при этом аме-
риканским методом «быстрого чте-
ния» или же студенческим методом
«чтения по диагонали»: хорошие и
важные книги надо читать внима-
тельно.
Задание второе. Определи по
направляющим словам, то есть по
словам, тисненным золотыми буква-
ми на корешках энциклопедических
томов, в каком томе находится справ-
ка о великом средневековом араб-
ском мыслителе Авиценне, а в ка-
ком— справка об аэрозоли?
Задание третье. Что являет-
ся ключевым словом термина «тео-
рия прибавочной стоимости К. Марк-
са» и в каком томе, на какую букву
ее стоит искать?
Задание четвертое. Пред-
ставь себе, что тебе поручили доклад
на тему «Диалектика». Составь план
этого доклада, пользуясь третьим из-
данием Большой Советской Энцикло-
педии. Проверь, сколько времени тебе
понадобится для составления плана
этого доклада. Если потратишь боль-
ше двадцати минут, это плохо. А ес-
ли ты это сделаешь быстрее, то пой-
мешь, почему я так многообеща-
юще, но совершенно верно назвал
свой очерк «Твой друг — энцикло-
педия».
А. Антрушин
ТАЙНЫ ПЛАНЕТ-
ВЕЛИКАНОВ
СТАРЫЕ МОДЕЛИ
ромовержец Юпитер!
Этим именем древнерим-
ского божества — бога не-
ба, грома, молнии и дож-
дя назвали астрономы ве-
личайшую планету Сол-
нечной системы.
Для невооруженного глаза Юпи-
тер—это яркая желтая звезда, бле-
ском своим затмевающая все звез-
ды и планеты, за исключением Лу-
ны и Венеры. По объему и массе ве-
ликан превосходит все остальные
восемь планет Солнечной системы,
взятые вместе. Его поверхность
превышает земную в 122 раза, а
внутри Юпитера хватило бы места
для тысячи земных шаров...
В телескоп Юпитер выглядит по-
лосатым эллипсом — всю планету
перепоясывают разноцветные по-
лосы, параллельные экватору. Уче-
ные уже давно догадывались, что
такое прямолинейное движение об-
лаков зависит от постоянного направ-
ления могучих ветров в этом фанта-
стическом мире. Но почему светло-
серые полосы перемежаются жел-
тыми, оранжевыми и красно-корич-
невыми — они так и не находили
ответа.
По своей форме Юпитер похож
на тыкву. При быстром вращении
(юпитерианские сутки короче де-
сяти часов!) и мощной газовой обо-
лочке центробежная сила как бы
растягивает гигант в ширину — у не-
го экваториальный размер на де-
вять тысяч километров больше по-
лярного. Такая форма планеты на-
водила на мысль, что на Юпитере
плотность вещества быстро возра-
стает от поверхности в глубину.
А поскольку средняя плотность
Юпитера только в 1,3 раза больше
плотности воды, то его верхние
слои должны быть легким газом.
Однажды Юпитер затмил далекую
звезду, лучи которой пронизали
атмосферу планеты и дали ученым
возможность сделать спектральный
анализ. Астрономы узнали, что Юпи-
тер укутан водородом и гелием.
Других газов — аммиака и метана—
оказалось мало.
А каково внутреннее строение
Юпитера? Ученые пытались созда-
вать самые разные модели планеты.
Голландский ученый Вильд, напри-
179
13*
мер, был убежден в том, что плане-
та-гигант имеет твердое ядро, над
которым простирается огромный
слой спрессованного льда, содер-
жащего весь кислород этого мира.
А над грандиозной ледяной пусты-
ней поднимается водородно-гелие-
вая атмосфера толщиной 13 000 ки-
лометров. ..
Однако самые остроумные догад-
ки— это еще не истина. Нельзя
раскрыть сокровенные тайны дале-
ких планет, разглядывая их в теле-
скопы с поверхности Земли.
ОПАСНОСТЬ БЫЛА
ПРЕУВЕЛИЧЕНА
В марте 1972 года с американ-
ского космодрома поднялась в не-
бо ракета. Она разогнала легкий
межпланетный аппарат «Пионер-10»
до такой высокой скорости, чтобы
автомат мог долететь до Юпитера
за 21 месяц.
В июле того же года «Пионер»
вошел в царство маленьких плане-
ток— в зону Пояса астероидов
между орбитами Марса и Юпитера.
Путь космической станции был про-
ложен вдали от крупных известных
науке небесных глыб, но ничего
нельзя было предпринять против
столкновения «Пионера» с миллио-
нами обломков и крупинок, летя-
щих со скоростью в десятки кило-
метров в секунду...
На преодоление этой каменной
лавины шириной 280 миллионов ки-
лометров разведчику понадобилось
175 дней. Он благополучно прошел
Пояс, хотя и заставил специалистов
поволноваться. Бортовые приборы
зарегистрировали сотни ударов пес-
чинок. Будь это «горошины», путе-
шествию «Пионера», вероятно, тут
же и пришел бы конец. Но аппарат
летел дальше, а ученые сделали вы-
вод. В Поясе астероидов гораздо
меньше опасных для автоматов ча-
стиц, нежели ожидали. И в буду-
щем, когда к далеким планетам по-
летят пилотируемые корабли, меж-
планетный «мусор» не явится для
них препятствием.
ВСТРЕЧА С ГРОМОВЕРЖЦЕМ
В декабре 1973 года, пролетев
миллиард километров, «Пионер-10»
сблизился с Юпитером. Но еще за-
долго до подлета к планете он со-
общил на Землю, что встретился с
сильной «ударной волной». Это был
передний край столкновения быст-
рых заряженных частиц, излучаемых
Солнцем (так называемый «солнеч-
ный ветер»), с мощным магнитным
полем Юпитера.
С расстояния в два с половиной
миллиона километров началась пе-
редача цветных изображений пла-
неты. На экранах в Центре управле-
ния полетом в Пасадене (Калифор-
ния) перед операторами разверну-
лась удивительная панорама при-
ближающегося гиганта. Темно-се-
рые туманные шапки полюсов по-
степенно переходили в яркие кон-
центрические полосы, среди кото-
рых пылало пожаром знаменитое
«Красное пятно», открытое итальян-
цем Кассини еще в 1672 году.
Все ближе цель полета, и все
больше растет тревога ученых за
судьбу их детища. «Пионер» при-
ближается к таинственной планете
в плоскости магнитного экватора и
таким образом продолжает погру-
жаться на рискованную глубину в
поясе радиации. В течение часа пре-
бывания в наиболее интенсивной зо-
не радиации аппарат получил такую
дозу облучения, одна тысячная доля
которой смертельна для челове-
ка. На корпусе возник электри-
ческий заряд напряжением 4000
вольт. Замолкли некоторые при-
боры, хотя самые чувствительные
из них выключились автомати-
чески.
180
Сигналы, принимаемые на Земле,
стали совсем слабыми. А ведь даже
перед входом «Пионера» в радиа-
ционный пояс Юпитера мощность
сигналов, доходящих до антенны
Центра управления полетом, была
только 0,00000000000000001 ватта.
Если столь ничтожную энергию
можно было бы копить 19 миллио-
нов лет, то и в этом случае малень-
кая елочная лампочка смогла бы
гореть в течение только одной ты-
сячной доли секунды!
На расстоянии 131 220 километ-
ров (ближе разведчик не подлетал)
в поле зрения приборов была осве-
щенная половина диска планеты...
Бомбардируемый двумя миллиона-
ми атомных частиц на квадратный
сантиметр корпуса в секунду, «Пио-
нер» уцелел чудом. Выйдя же из
«горячей» зоны, разведчик посте-
пенно ожил, вернулись в строй дей-
ствующих почти все его измери-
тельные приборы, и люди в Центре
управления с облегчением следили
на экранах за пестрой планетой,
медленно уплывавшей в черную
бездну неба.
АЭС и ЭВМ
На орбите Юпитера солнечные ба-
тареи давали бы слишком мало
электрической энергии (в 27 раз
меньше, чем на орбите Земли). Вот
почему на борту «Пионера» уста-
новлены и работают независимые
от внешних условий четыре плуто-
ниевых термогенератора — атомная
батарея весом 60 килограммов.
Радиостанция на автоматическом
разведчике миниатюрная — мощ-
ность только 8 ватт. Понадобилась
для связи с Землей трехметровая
вогнутая сетчатая антенна. А чтобы
она всегда была направлена на на-
шу планету, сам «Пионер» вращает-
ся, делает пять полных оборотов в
минуту. Почему действующий вол-
чок не падает? Любое тело при вра-
щении приобретает способность со-
хранять приданное ему положение
в пространстве. Поэтому и едущий
велосипедист не падает, хотя у него
только две точки опоры.
Для того чтобы не потерять Зем-
лю из поля «зрения» антенны, «Пио-
нер» не только вращается, но еще
и очень медленно поворачивается
то вправо, то влево. Ведь голубая
планета движется вокруг светила,
уходит за полгода в сторону на
300 миллионов километров.
Самостоятельность решения мно-
гих задач необходима для аппарата,
летящего к далеким мирам. Поду-
майте: время прохождения радио-
сигнала между Землей и Юпитером
достигает 46 минут. Значит, надо
ждать полтора часа, прежде чем
отправленный с орбиты Юпитера за-
прос вернется туда в форме при-
каза. На «Пионере» работает ЭВМ—
«командир». Он управляет прибора-
ми и двигателями, конечно, по за-
ранее составленной учеными про-
грамме (все изменения в такой про-
грамме заблаговременно диктуются
на борт станции Центром управ-
ления).
Разведчик выполнил предписан-
ные ему маневры «около» Юпитера.
Обогнув планету против часовой
стрелки, он бесплатно заправился
энергией (благодаря «упругому
столкновению» с могущественным
полем притяжения великана, аппа-
рат был ускорен до 30 километров
в секунду) и теперь мчится все даль-
ше от Солнца. Инженеры надеются,
что запаса атомной энергии в бата-
реях станции хватит примерно до
1980 года. Следовательно, астрофи-
зикам удастся пополнить свои зна-
ния о «солнечном ветре», межпла-
нетном веществе и космических лу-
чах на расстоянии до трех миллиар-
дов километров от Солнца. В 1987
году «Пионер» пересечет орбиту
последней планеты — Плутона — и,
уснувший навсегда, исчезнет в меж-
звездном океане. Он движется в 181
направлении яркой звезды Альдеба-
ран в созвездии Тельца. До этой
далекой звезды «хода» разведчику
около 1 700 000 лет.
В ПАСТИ ДРАКОНА
Ровно через год после старта
«Пионера-10» был отправлен с Зем-
ли к Юпитеру аппарат-дублер на
случай гибели предшественника.
О том, что «Пионер-10» безнаказан-
но выкупался в электромагнитном
море Юпитера, специалисты имели
сведения задолго до подлета ново-
го автомата к величайшей из пла-
182 нет. Поэтому они осмелились на-
править «Пионер-11» ближе к цели,
чтобы узнать больше.
Аппарат встретился с Юпитером в
декабре 1974 года и подлетел втрое
ближе. Разведчик-дублер выстоял
только потому, что был направлен
не вдоль толщи радиационного по-
яса планеты, а наперерез ему, под
углом в пятьдесят пять градусов.
«Пионер-11» совершил облет Юпи-
тера над обоими полюсами, где ра-
диация почти отсутствует. Однако,
пересекая пояс всего в 42 тысячах
километров от облаков гиганта, он
подвергся свирепому облучению за-
ряженными частицами — с интенсив-
ностью в десять раз большей, чем
«Пионер-10». Дублера спасла крат-
«Пионер-11» на пути к Сатурну.
ковременность этой неистовой бом-
бардировки. Один из руководителей
полета, обрадованный удачным сви-
данием межпланетной станции с гро-
мовержцем, сказал: «Если «Пио-
нер-10» пощекотал хвост дракона,
то «Пионер-11» влетел в его огнен-
ную пасть!»
Выбирая полярную траекторию
для облета планеты, ученые имели
в виду возможность не только со-
хранить аппарат, но и получить цвет-
ные снимки и другие ценные дан-
ные о полярных районах Юпитера,
ибо эти районы с Земли не видны.
Не «видел» их и «Пионер-10». Но-
вый разведчик исследовал планету
с «макушек», двигаясь в направле-
нии обратном вращению Юпитера.
Таким образом, его приборы успели
зарегистрировать полный оборот
магнитного поля и радиационных
поясов вокруг оси гиганта.
Была еще одна цель близкого
подлета «Пионера-11» к Юпитеру.
Ученые решили послать аппарат к
следующей планете-великану—к Са-
турну, а это требовало особо мощ-
ного разгона (ближе подлет — боль-
ше ускорение). Пересекая орбиту
Юпитера несколько впереди него
(«упругое столкновение»), автомат
приобрел наивысшую скорость, ко-
гда-либо достигнутую предметом,
сделанным человеком, — 173 340 ки-
лометров в час. «Пионер-11» раз-
вернулся на 180 градусов и устре-
мился выполнять новое задание —
выведывать тайны еще более дале-
кой планеты.
ЖИДКИЙ ВЕЛИКАН
Когда с неба хлынул поток ново-
стей, присланных сначала первым, а
потом и вторым разведчиком кос-
моса, работники Центра управления
растерялись. Настолько велик ока-
зался объем работы по расшифров-
183
ке сигналов и анализу полученных
сведений. Однако постепенно все,
как говорят, пришло в норму. И це-
лая армия ученых включилась в
разгадку тайн Юпитера.
Больше года «читали», считали и
проверяли на Земле электронно-вы-
числительные машины показания
приборов двух «Пионеров». Даже
в обработке фотоснимков главную
роль играли ЭВМ (передача изобра-
жений с борта станций велась с по-
мощью цифр). И вот результат кро-
потливой работы: построена новая
модель Юпитера. Конечно, эта мо-
дель еще не совершенна, на многие
важные вопросы ученые до сих пор
не находят ответа. Надо повторять
полеты, и особенно ценные сведе-
ния могут дать искусственные спут-
ники Юпитера и его лун.
По новой модели, созданной уже
не по догадкам и наблюдениям в
телескоп, а по приборам космиче-
ских «зондов», исполинская планета
Недра жидкой планеты.
1. Ионосфера.
2. Граница атмосферы.
3. Верхний ярус облаков.
4. Жидкий водород.
5. Жидкий металлический водород.
6. Предполагаемое ядро.
представляется нам шаром из жид-
кого водорода и гелия. Если Юпи-
тер и имеет какое-либо твердое
ядро, то оно очень невелико. Вер-
нее всего, ядра нет, потому что
в центре великана температура
близка к тридцати тысячам гра-
дусов!
Теперь уже не надо гадать о хи-
мическом составе верхних слоев
юпитерианской атмосферы. «Пио-
неры» сообщили, что она содержит
82 процента водорода, 17 процен-
тов гелия и еще 1 процент других
веществ. Толщина газовой оболочки
Юпитера, возможно, больше ты-
сячи километров. Ближе к центру
планеты, при все возрастающем
давлении, газ постепенно переходит
в жидкое состояние. На глубине в
три тысячи километров давление
уже 90 000 земных атмосфер. Здесь
весь водород—жидкость. Это стран-
ная жидкость: плотность ее в че-
тыре раза меньше, чем у воды!
А на глубине около 24 000 километ-
ров жидкий водород при давлении
в три миллиона атмосфер превра-
щается в жидкий металлический во-
дород.
А что такое металлический водо-
род? При фантастическом росте
давлений в глубинах планеты-вели-
кана атомы вещества сближаются—
и наступает момент, когда в каждом
отдельном атоме электроны пере-
стают вращаться вокруг своего
ядра. Создается общее беспорядоч-
ное движение атомных частиц —
«электронный газ». В этом состоя-
нии водород становится электро-
проводным, то есть превращается в
металлический.
При очень высокой температуре
металлический водород обладает
сверхпроводимостью. Изучая Юпи-
тер, ученые уже мечтают о пере-
вороте в электротехнике, о мате-
риалах без электрического сопро-
тивления— о том времени, когда
можно будет еще больше увеличи-
вать мощность машин, когда почти
исчезнут потери тока при передаче
на огромные расстояния...
Юпитер с удивительным металли-
ческим «ядром», этот быстро вра-
щающийся шар-волчок, можно на-
звать космической динамо-машиной.
Напряжение магнитного поля оказа-
лось гораздо больше, чем предпо-
лагалось раньше, — оно в сто раз
превосходит напряжение магнитно-
го поля Земли. Интересно, что маг-
нитные полюса Юпитера по сравне-
нию с земным шаром расположены
наоборот: стрелка нашего компаса
там показывала бы на юг.
В центре громовержца давление
достигает 100 миллионов атмосфер,
температура—в шесть раз выше,
чем на поверхности Солнца! Жид-
кий шар кипит, а в верхнем ярусе
облаков планеты температура ми-
нус сто градусов, и там плавают
ледяные кристаллики воды и
аммиака.
В теле великана непрерывно дви-
жутся потоки жидкости и газа. Но
скорости потоков ничтожны. При
обширности царства Юпитера и его
колоссальной силе притяжения тре-
буется от десятка до сотни лет, что-
бы перенести тепло глубоких недр
на границу атмосферы.
Откуда берется энергия на Юпи-
тере? Тепло в нем рождается, ве-
роятно, благодаря постепенному
сжатию планеты, быть может, толь-
ко на один миллиметр в год. Но
этого достаточно, чтобы гигант
излучал в мировое пространство
вдвое-втрое больше энергии, чем
сам получает от Солнца.
На Юпитере возможна примитив-
ная жизнь. Его атмосфера содержит
аммиак, метан, водород, окись угле-
рода и водяной пар или снег. Это
как раз тот «строительный мате-
риал», который был использован
природой для зарождения и разви-
тия жизни на Земле около четырех
миллиардов лет назад* Многие уче-
ные верят в то, что обширные про-
странства под облаками имеют ком-
натную температуру, и там могли
появиться органическое вещество и
какие-нибудь простейшие коротко-
живущие существа, например, ми-
кробы.
СТРАННАЯ ПОГОДА
Под действием тепла планеты и
ее быстрого вращения (любая точ-
ка на экваторе Юпитера движется
в 19 раз скорее, чем на экваторе
Земли) дуют в сказочном мире вет-
ры чудовищной силы — всегда в
одном направлении, но с разной
скоростью на разных широтах. На
границе соседних потоков «воздуха»
возникает трение, торможение газа,
и это приводит к вертикальному пе-
ремещению облаков.
Светлые пояса Юпитера — это как
бы гребни более холодной возвы-
шенной облачности. И наоборот,
темные полосы являются впадинами
между гребнями (менее охлажден-
О б лака Юпитера.
1. Экватор.
2. Поднимающийся поток газов.
3. Возвышенная облачность.
4. Впадина.
185
ные облака опускаются на 20 кило-
метров ниже белесых полос). Уче-
ные подозревают, что светлую
окраску поясам дают облака, со-
стоящие из кристаллов почти чи-
стого аммиака, а темную — аммиак
с различными примесями, напри-
мер, с серой.
«Великое красное пятно» в юж-
ной тропической зоне Юпитера,
раскинувшееся в длину на 40 000
километров, ныне уже не столь за-
гадочно. Совсем недавно «пятну»
приписывали даже свойства «айсбер-
га из замороженного водорода,
плавающего в атмосфере». А вот на
снимках, присланных «Пионерами»,
оно представляется метеорологам
вихрем бешеного шторма, бушую-
щего на планете с того самого дня,
когда Красное пятно было впервые
открыто триста лет назад. Медлен-
но пульсирующий смерч не теряет
своей силы, может быть, потому,
что его непрестанно закручивают
ветры соседних поясов, дующих с
разной скоростью. И впрямь, слов-
но цветной айсберг, сидящий на ме-
ли в океане, не подчиняющийся ско-
рости окружающих его течений, воз-
вышается это чудо природы на во-
семь километров над облачной
пеленой.
ГАЛИЛЕЕВЫ ЛУНЫ
Рассматривая Юпитер в свой пер-
вый телескоп, Галилео Галилей от-
крыл в 1610 году четыре больших
спутника планеты: Ио, Европу, Гани-
меда и Каллисто. За три с полови-
ной века были открыты еще десять
спутников, но все они малы. Воз-
можно, это астероиды, «неосторож-
но» приблизившиеся к великану и
захваченные им в плен. Четырнадца-
тый по счету спутник был замечен
совсем недавно, в 1975 году.
Радиосигналы «Пионера-10», за-
шедшего за Ио, привели к откры-
тию на нем разреженной атмо-
сферы. И что особенно удивило
астрономов: Ио окружен своеоб-
разным облаком натрия и водоро-
да, которое вытянуто вдоль его
орбиты на 200 000 километров впе-
реди и на столько же позади спут-
ника. У других больших лун Юпи-
тера подобных газовых «хобота» и
«хвоста» нет.
И вообще Ио — феномен среди
всех тел Солнечной системы. Это
самый малый спутник с атмосферой
(он немного больше нашей Луны)
и обладатель непревзойденной спо-
собности отражать солнечный свет.
В ясные темные ночи Ио можно
видеть даже в бинокль! Ио свер-
кает, словно покрытый льдом, но
спектральный анализ доказывает,
что замороженной воды на поверх-
ности нет. Вероятно, спутник покрыт
слоем белой соли, содержащей на-
трий. Это вещество испаряется при
постоянной бомбардировке заря-
женными частицами (Ио движется
внутри радиационных поясов Юпи-
тера). Так ли это, или иначе, но на-
трий улетучивается в космос и, зна-
чит, должен непрерывно пополнять-
ся в атмосфере. Этот светящийся в
солнечных лучах газ замечен «Пио-
нерами» даже на высоте 16 тысяч
километров над горами Ио. И еще
новость: спутник оказался «шире»
на 240 километров, а его масса —
на 23 процента больше, чем указа-
но в энциклопедиях.
Европа и Ганимед тоже имеют га-
зовые оболочки. Приборы показа-
ли, что на их поверхности есть лед
(замороженная вода). Ганимед даже
крупнее планеты Меркурий. На фо-
тоснимках этой луны видны «моря»,
горные области и кратеры; «Цент-
ральное море» простирается на 700
километров!
Каллисто по величине мало усту-
пает Ганимеду. Это единственная
галилеева луна, которая может слу-
жить базой для будущих полетов
космонавтов. Более близкие к Юпи-
теру спутники находятся в зоне
J
опасных радиационных поясов, и
людям высаживаться на них нельзя.
На Каллисто обилие льда, из кото-
рого с помощью электролиза мож-
но получать водород — лучшее ра-
бочее вещество для атомных ракет-
ных двигателей. АЭС будущего на
Каллисто мощностью 30 000 кило-
ватт была бы достаточна для про-
изводства 5000 тонн водорода в год
(этот груз на Каллисто весит в один-
надцать раз меньше). Интересная
деталь: радиус орбиты этого спут-
ника очень близок к тому наиболее
выгодному радиусу, который из-
брал бы штурман-космонавт, стре-
мясь как можно лучше использо-
вать титаническую силу притяжения
Юпитера для возврата своего ко-
рабля на Землю с наименьшей за-
тратой времени и водорода.
Ученые имеют теперь более точ-
ные данные о плотности галилеевых
спутников. Сделано открытие — их
плотность закономерно уменьшает-
ся с увеличением расстояния от
Юпитера. Астрофизики объясняют
это огромным количеством тепла,
которое выбрасывал великан в пе-
риод образования Солнечной си-
стемы. Миллиарды лет назад Юпи-
тер был очень горячим и снаружи.
Он испарил на ближайших своих
лунах менее плотные и летучие ве-
щества. Вот почему Европа имеет
одинаковую плотность с нашей Лу-
ной, а плотность Каллисто вдвое
меньше. Юпитер со спутниками —
это как бы миниатюрная солнечная
система. Знакомство с ней помогает
ученым понять процесс образования
всей Солнечной системы (плотность
планет тоже падает с увеличением
расстояния от светила).
КУРС НА САТУРН
Мы уже рассказывали, что «Пио-
нер-11» после свидания с Юпите-
ром устремился к Сатурну. Аппа-
рат пролетая над обоими полюса-
ми жидкой планеты, развернулся
так, что движется ныне в обратном
направлении, внутри орбиты Юпи-
тера, сближаясь с дневным свети-
лом. Он постепенно поднимается
над эклиптикой (воображаемая пло-
скость, в которой летят Земля, хо-
ровод планет). Разведчик не встре-
тится на своем пути с внешним
краем пояса астероидов, потому
что окажется выше эклиптики на
162 000 000 километров. Отсюда уче-
ные ждут бесценной информации о
неизвестном науке пространстве,
которое точнее назвать не межпла-
нетным, а гелиосферой — царством
солнечного вещества и энергии. Уже
спускаясь к эклиптике, «Пионер»
будет уходить от Солнца. В апреле
1977 года он снова пересечет орби-
ту Юпитера, а в сентябре 1979 года у
должен подлететь к красивейшей из
планет, которая находится вдвое
дальше от нас, чем Юпитер.
По замыслу ученых будет сдела-
на попытка провести аппарат между
внутренним кольцом Сатурна и са-
мой планетой. Для большей без-
опасности, для того чтобы избежать
столкновения с роем частиц и кам-
ней, образующих кольца, автопилот
направит станцию всего в 3700 ки-
лометрах от верхнего яруса облаков
гиганта.
Если удача будет сопутствовать
«Пионеру» и он не погибнет, астро-
номы получат реальное представле-
ние о планете, которую называют
уменьшенной копией Юпитера. Они
жаждут раскрыть тайны Титана, са-
мого большого спутника в Солнеч-
ной системе, который по величине
соперничает с Марсом. Титан обла-
дает плотной метановой атмосфе-
рой и даже, может быть, жидкой
водой. Благодаря так называемому
парниковому эффекту на его по-
верхности, по-видимому, тепло. Су-
дя по красным облакам, на Титане,
возможно, действуют вулканы, вы-
брасывающие из горячих недр ме-
тан, аммиак и водяной пар. Во вся- 187
Близкое знакомство с планетой.
ком случае, это небесное тело при-
влекает внимание астробиологов в
поисках внеземных живых организ-
мов. По проекту «Пионер» должен
пройти мимо Титана на расстоянии
в двадцать раз меньшем, чем рас-
стояние между Землей и Луной.
А потом? Ученые намерены еще
раз ускорить движение аппарата,
воспользовавшись €илой притяже-
ния Сатурна. Пусть, говорят они, и
этот разведчик покинет Солнечную
систему, отправится в великое пла-
вание между звездами. Взаимное
положение планет в последней
четверти XX века таково, что «Пио-
нер-11» мог бы быть направлен к
следующей величественной плане-
те — Урану. Но будет ли от этого
польза науке?
При встрече с Юпитером атомная
электрическая батарея на борту
станции имела мощность около
130 ватт. Ежегодно она теряет си-
лу— 8 или 9 ватт. Чтобы действова-
ли все 12 научных приборов и ра-
диостанция, нужна мощность 83 ват-
та. Следовательно, разведчик мо-
жет еще докладывать на Землю о
своих исследованиях Сатурна и Ти-
тана. Подлетая же к очень далеко-
му Урану, у него уже не хватит сил
поддерживать радиосвязь с Цент-
ром управления.
^КОРОТКИЕ ЗАМЕТК
ИДЕАЛЬНАЯ
ТЕЛЕФОННАЯ
КНИГА
Когда в столице Шве-
ции — Стокгольме — по-
требовалось создать новую
телефонную книгу, обрати-
лись за помощью к элек-
тронной машине.
Задание машина выпол-
нила менее чем за неделю.
При этом она не допустила
ни единой ошибки.
Более того, фамилии
оказались расположенными
в идеальном порядке. Лю-
дям сделать эту рабо-
ту так скоро и хорошо
было бы просто не под
силу.
нигу открыли и поставили
на ребро. Так и стоит она
на Калининском проспекте
в Москве.
Высотой она в тридцать
этажей. Издалека видна.
Ее хорошо знают москви-
чи. Это здание СЭВ — Со-
вета Экономической Вза-
имопомощи. Кто пересту-
пит ее порог — пересечет
границу СССР. Окажется
на международной терри-
тории. Здесь никто не чув-
ствует себя гостем — ни
венгр, ни болгарин, ни
чех... Почему? Потому
но же на Кубе. И все последующие
тоже будут проходить в алфавитном
порядке в одной из братских стран.
На сессиях обсуждаются самые
главные вопросы, принимаются са-
мые главные решения.
Когда сессия заканчивается, за
дело берется исполнительный коми-
тет СЭВ — исполком. В него входят
заместители глав правительств стран
содружества. Задача исполкома —
руководить всеми работами, намечен-
ными Сессией СЭВ.
Исполкому помогают комитеты,
постоянные комиссии и другие орга-
ны СЭВ. Они неустанно трудятся,
чтобы социалистическая интегра-
ШАГИ
ПЯТИЛЕТКИ
В. Белоусов
СТАНДАРТ СЭВ
что СЭВ — братский союз равных,
суверенных социалистических госу-
дарств. Кто входит в него? Запо-
мните: Болгария, Венгрия, ГДР,
Куба, Монголия, Польша, Румыния,
Советский Союз, Чехословакия.
Высший орган СЭВ — Сессия.
В ней участвуют руководители ком-
мунистических и рабочих партий или
главы правительств. Проводятся они
по очереди во всех братских странах.
Одна — в Болгарии, другая — в Вен-
грии, третья — в ГДР... А где собе-
рется четвертая, догадались? Конеч-
ция экономическое сближение брат-
ских стран — была все более тесной.
В этом заинтересованы все страны
СЭВ. Возьмем, к примеру, Венгрию.
Природных ресурсов здесь маловато.
Нет ни нефти, ни угля. Зато сла-
вится она своими садами, лекарства-
ми, автобусами. Чехословакия выпу-
скает отличные машины, но нуждает-
ся в электроэнергии. Каждая страна
что-то может предложить другим, в
чем-то может специализироваться.
А чего-то ей не хватает. Вот страны
СЭВ и оказывают друг другу вза-
189
имопомощь, дополняют экономику
друг друга. Обмениваются товарами.
Только не всегда это легко и просто.
Ведь каждая страна выпускает
продукцию по-своему, по-особому.
Что, если сломается, например,
штепсель у импортной электробрит-
вы, где его взять? Вроде бы, много
штепселей в продаже. Есть очень да-
же похожие на тот, что нужен вам,
только ни один из них не подходит.
То же самое и с радиоприемником.
Услышали хорошую песенку — вот
бы ее записать на магнитофон! Ни-
чего не получится — ведь переход-
ники у вашего транзистора и прием-
ника разные. Не подключить их друг
к другу.
Как же сделать совместимыми ве-
щи, изготовленные в разных стра-
нах? Есть ли средство, которое упо-
рядочит мир техники? Есть. Оно на-
зывается —стандартизация. Слово
«стандартизация» происходит от дру-
гого — «стандарт», что значит «об-
разец».
Уже много тысяч лет назад поня-
ли, как необходим он людям. Вот,
например, лук — самое древнее ору-
жие человека. Он появился четырна-
дцать тысяч лет назад в эпоху ме-
золита. Задолго до бронзового века.
Уже первые кремневые наконечники
для стрел имели почти стандартную
форму, и изготовлялись они тоже
одинаково. Первобытный охотник от-
калывал от большого куска кремня
острые полоски камня — отщепы. Из
них-то и получались смертоносные
наконечники.
Сегодня мало кто знает, что хоро-
ший лук стрелял почти на километр.
Дальше, чем охотничье ружье. Пло-
хой — метров на сто. Представьте
войско, вооруженное «разношерстны-
ми» луками. Вот взметнулись нако-
нечники стрел. Натянулись тугие те-
тивы. Залп — и тысячи стрел со сви-
стом летят во врага. Кажется, они
расстроят его ряды, обратят в бег-
ство! Ничуть не бывало. Одни стре-
лы пролетают высоко над головами
врагов, другие вонзаются в землю,
не долетев до цели.
Это потому, что луки не стандарт-
ные. Дальность полета стрел у них
разная. Поняв это, древние египтяне
стали вооружаться стандартными лу-
ками и стрелами. Поэтому залп еги-
петских лучников был кучным и со-
крушительным.
В истории каждой страны найдет-
ся немало примеров стандартизации.
В России одним из первых стандар-
тизаторов был Иван Грозный. В то
время была у царя довольно-таки
разномастная артиллерия. Калибров
в ней было не меньше, чем пушек.
Что ни пушка, то свой калибр. В раз-
гар боя подвезут обозники ядра.
А они в ствол не лезут или наобо-
рот — проваливаются, как ведро в
колодец. Сейчас трудно установить,
сам Иван Грозный додумался до это-
го или посоветовал ему кто-то из
придворных, только издал монарх
указ. С тех пор все ядра и пуш-
ки в России стали делаться стан-
дартными, по шаблонам — кружа-
лам. Меньше хлопот стало у пуш-
карей.
Проходили столетия. Стандартиза-
ция становилась все нужнее. Вскоре
после революции, в 1925 году, совет-
ское правительство заложило осно-
вы государственной стандартизации.
Она охватывает всю продукцию Со-
ветского Союза.
Возьмите зубную пасту, коробку
конфет или грузовик — везде вы най-
дете слово ГОСТ — государственный
стандарт. Это документ, в котором
подробно расписано, какими должны
быть самые разные вещи.
В каждой стране СЭВ свои стан-
дарты. Возьмите тюбики с зубной
пастой — советский и болгарский.
Видите, крышечки у них разные. Бы-
вает, уронишь крышку от болгарской
пасты «Мэри» на пол, шмыгнет она
в щель — не достать. Взять бы крыш-
ку от использованного советского
тюбика! Ничего не выйдет, потому
что размер у них не совпадает. Сде-
ланы по разным стандартам.
Крышки и даже магнитофоны —
мелочь. Часто не стыкуются куда бо-
лее ответственные вещи. Иногда это
приводит к весьма неприятным по-
следствиям.
Для лондонского метро «Пикадил-
ли» британская машиностроительная
компания построила восемьдесят но-
веньких вагонов. Отделанные пласти-
ком, сверкающие никелем и лаком,
вагоны выглядели весьма привлека-
тельно. Только поездить на них лон-
донцам не довелось. Когда первый
вагон подогнали к тоннелю метро,
оказалось, что его туда не втиснуть.
Слишком высок. Беда усугубилась
тем, что это были первые из восьми-
сот вагонов, заказанных у фирмы.
Вся стоимость заказа — двадцать во-
семь миллионов фунтов стерлингов —
сумма астрономическая. Обидно вы-
бросить ее на ветер. Представитель
лондонского управления городского
транспорта, правда, заявил, что мож-
но углубить рельсы в тоннелях мет-
ро. Тогда и нестандартные вагоны
наконец войдут в него. Но сколько
это займет времени, в какую влетит
«копеечку», чиновник не сказал. На-
верное, в немалую.
Таких курьезных и трагических
случаев в странах СЭВ нет. Но, к
сожалению, нередко дорогие детали
191
и узлы машин не «стыковались» точ-
но так же, как вагоны с тоннелем или
крышки от зубной пасты. Ведь дела-
лись они по разным национальным
стандартам.
А нельзя ли все вещи в странах
СЭВ изготовлять по одному стандар-
ту? Вот вопрос, который стоял перед
постоянной комиссией СЭВ по стан-
дартизации.
Комиссия эта, как и все другие ко-
миссии Совета, — интернациональная.
Сколько братских стран СЭВ, столь-
ко в ней частей.
Советскую часть возглавляет пред-
седатель Государственного комитета
стандартов Совета Министров СССР
В. В. Бойцов — знающий, опытный
специалист, доктор технических наук.
Несмотря на занятость, он нашел
время, чтобы рассказать нам с вами
о стандарте СЭВ.
Оказывается, создание этого доку-
мента было объективной необходи-
мостью. Без него стало трудно раз-
вивать социалистическую интеграцию
в братских странах. Все, конечно,
прекрасно понимали, что стандарт
СЭВ нужен. Но каким он должен
быть?
Во-первых, прогрессивным. Ведь
если в нем записать устаревшие тре-
бования к машинам, значит, и сами
машины, сделанные по стандарту, ока-
жутся устаревшими! Вот здесь-то и
заключена сложность. Стандарт сра-
зу не создашь, работа это большая
и ответственная. Время для этого
нужно. Иногда больше двух лет.
Что же получается? В стандарте
записывают, что деталь трактора сле-
дует делать из легированной стали.
Пока этот важный документ вступит
в силу, пройдут два года. Техника
уйдет вперед. Заводы начнут вы-
пускать тракторы с деталями из но-
вого сверхпрочного сплава. Но в
стандарте-то записано, что они долж-
ны их делать все из той же устарев-
шей стали. Стандарт — закон для за-
192
водов. Значит, тракторы в братских
странах окажутся плохими?
Не волнуйтесь, этого не произой-
дет, потому что стандарт СЭВ реше-
но сделать «опережающим». В нем
учтено, какой будет техника завтраш-
него дня, к чему должны стремиться
ученые и инженеры дружественных
стран. Понятно, что даже самый пер-
спективный стандарт со временем
устаревает. Слишком уж стремителен
технический прогресс. Что тогда?
Продолжать выпускать продукцию по
устаревшим образцам? Конечно же
нет.
Время от времени они пересматри-
ваются и обновляются. Чтобы спе-
циалисты братских стран своевремен-
но узнавали об этих изменениях,
Секретариат СЭВ сообщает о них в
«Бюллетене по стандартизации».
Долго и глубоко изучали специа-
листы братских стран, входящих в
комиссию по стандартизации, каким
должен быть стандарт СЭВ. Много
потрудились, подготавливая «Поло-
жение о стандарте СЭВ» и «Кон-
венцию о применении стандартов
СЭВ». И вот 21 июня 1974 года
в столице Болгарии оба документа
скрепили своими подписями предста-
вители стран. Так что место рожде-
ния стандарта СЭВ — прекрасная
солнечная София.
Общие стандарты — это еще не все
необходимое для того, чтобы машины
и приборы, вся продукция, выпускае-
мая нашими заводами и фабриками,
была образцовой. Надо еще кое-что
другое. В самом деле, у каждой стра-
ны свой измерительный инструмент:
линейки, штангенциркули. Что, если
часть этого инструмента дает невер-
ные показания? Измерят деталь в од-
ной стране — она точно соответствует
стандарту. Измерят в другой — и ска-
жут, что ^она нестандартная. Как
обеспечить единство измерений? Ведь
без него немыслимо применение
стандартов СЭВ.
14 Хочу все знать
193
Этой цели служит метрология.
В переводе слово «метрология» озна-
чает «наука об измерениях». Каждая
страна имеет стандартные единицы
измерения веса, длины, давления —
эталоны. Где бы ни изготавливался
измерительный инструмент, он дол-
жен точно соответствовать эталону.
Что же из себя представляет эталон,
ну, скажем, метра? Когда-то это был
стержень из драгоценного металла
платины с примесью иридия. Рассто-
яние между нанесенными на него
штрихами и есть метр. Однако штрих
тоже имеет какую-то ширину. Пусть
небольшую, но имеет. Значит, точ-
ность эталона может нарушиться.
Раньше с этим мирились. Но в век
космических скоростей и расстояний
такое недопустимо. Нужна фантасти-
ческая точность. Поэтому ученые
предложили новый, более современ-
ный эталон — длину волны, излучае-
мой атомом элемента криптона.
Развивается метрология, совершен-
ствуется. То, что было привычно
вчера, сегодня уже не устраивает нас.
Вот, например, система измерений
времени. Как это ни странро, но, пе-
рейдя на десятичную систему исчис-
ления буквально во всех отраслях, мы
забыли... о времени. Оно по-преж-
нему, как и во времена древнего Ва-
вилона, измеряется с помощью систе-
мы, в основе которой лежит не «де-
сятка», а «дюжина» — число 12. В сут-
ках 24 часа, в часе 60 минут, в ми-
нуте 60 секунд — все эти числа — про-
изводные от дюжины. Нельзя ли
найти более удобную систему отсче-
та, такую, чтобы основывалась на де-
сятичной? Оказывается, можно. Уче-
ные предложили делить сутки не *
на 24, а на 10 часов. Каждый час
тогда станет почти в два с половиной
раза длиннее. В нем 2,4 «старого ча-
са». Это новые часы — хроны. Каждая
хрона должна делиться на сантихро-
ны, продолжительностью приблизи-
тельно в полторы минуты (1,44). Сан-
тихрона, в свою очередь, разделится
на сто рем (0,864 секунды).
Зачем все это нужно? Прежде все-
го с новыми единицами времени мож-
но будет обращаться так же просто,
как с рублями и копейками — легко
делить их, и перемножать, и склады-
вать. Кроме того, каждый житель
Земли получит по прекрасному «хро-
нометру», причем совершенно бес-
платно. Он будет очень полезен, на-
пример, фотографам — для отсчета
выдержки, хладнокровным болельщи-
кам спорта. Почему только хладно-
кровным? Потому, что этот хроно-
метр— наше сердце. Его ритм совпа-
дает с новой системой измерения
времени. Что ни удар — то один рем.
А болельщик разволнуется, сердце
застучит быстрее — вот хронометр и
даст неверные показания.
Итак, стандартные единицы изме-
рения— надежная основа стандартов
СЭВ. А как создается этот документ,
обязательный для стран содружест-
ва, подписавших «Конвенцию о при-
менении стандартов СЭВ?»
Не думайте, что это простое дело—
вписал в него требование, и пусть за-
воды и фабрики их выполняют. Ска-
жем, попадет в поле зрения стандар-
тизатора такой важный показатель,
как расход топлива автомобилем.
Одна машина, чтобы проехать сто ки-
лометров, сожжет пять литров бен-
зина, другая — десять. Что вписать
в стандарт, какую цифру? Не ту и
не другую. Сначала надо хорошенько
изучить национальные внутренние
стандарты братских стран, по кото-
рым работает их промышленность,—
посмотреть, нет ли такого автомо-
биля, который расходует еще меньше
топлива. Если такой автомобиль вы-
пускается в какой-нибудь из братских
стран, он берется за основу при со-
здании стандартов СЭВ.
Небезразлично специалистам, ка-
кова их продукция по сравнению с
лучшими машинами, созданными в
мире. Выясняется, например, что в
Японии такие же автомобили на сто
километров расходуют всего четыре
литра бензина. Это учтется и в на-
194
шем стандарте, потому что стандар-
ты СЭВ ориентируются на лучшее и
передовое. А как быть, если в ка-
кой-то стране содружества инженеры
создадут такую машину, что она
окажется лучше всех известных —
будет поглощать полтора литра бен-
зина на те же сто километров? Как
быть тогда, ведь в стандарте ясно
написано, что автомобиль должен
расходовать четыре литра бензина!
Не станет ли в этом случае стандарт
тормозом технического прогресса?
Не станет, потому что он ограничи-
вает только тот предел, ниже которо-
го качество машины не должно опу-
скаться. Верхнего предела у стандар-
та нет. Улучшайте технику, совер-
шенствуйте, милости просим!
Одним из первых таких докумен-
тов стал стандарт СЭВ на дисковые
фрезы — СТ 117-74. Буквы «СТ»
означают стандарт, далее идет его
порядковый номер и год утвержде-
ния.
Фреза — изделие, вроде бы, не
сложное. Тогда почему к ней такое
внимание? Это очень важная вещь.
Еще Леонардо да Винчи в XVI веке
создал эскиз фрезы в виде вращаю-
щегося круглого напильника. По за-
мыслу художника напильник должен
был вращаться с огромной скоростью,
резать металл. Делать в нем продоль-
ные отверстия. Современная фреза,
хоть и изготовлена из новейших
сверхтвердых сплавов, очень напоми-
нает проект Леонардо.
В этом нетрудно убедиться. Побы-
ваем на большом машиностроитель-
ном заводе. Огромный цех встречает
нас разноголосой песней станков. Те,
что побольше, посолиднее, поют ба-
сом — это тяжелые расточные стан-
ки. А вот раздается веселая тонень-
кая песенка. Это фрезерный. Бук-
вой «Г» склонился он над массивной
деталью — валом.
Фреза и правда штука Несложная.
Та же шестеренка, только зубья у нее
острые и твердые. Рабочий включает
станок, подводит фрезу к металлу.
Зубья вонзаются в сталь. Не так
уж их и много, около двадцати, но
фреза крутится с такой бешеной ско-
ростью, что каждую секунду ее зубья
тысячу раз успевают «цапнуть» заго-
товку. На глазах растет в вале ров-
ный, сверкающий чистым металлом
паз.
Вал готов, его извлекают из фре-
зерного станка. Он идет на сборку.
Скоро красавец комбайн выкатывает
за ворота. На его валу насажено боль-
шое тяжелое колесо. Чтобы оно не
проворачивалось вхолостую, в паз,
который прорезала наша фреза, встав-
лена стальная пластинка — шпонка,
она-то и удерживает колесо.
Ну, а если шпонка сломается и вал
начнет проворачиваться в колесе?
Понадобится другая шпонка. Но где
ее взять? Ведь комбайн давно пере-
сек границу СССР и работает на
монгольских полях. Здесь-то и выру-
чит стандарт СЭВ: ведь фрезы те-
перь во всех странах стандартные.
Значит, и пазы, которые они проре-
зают, и шпонки, которые в них встав-
ляют, тоже стандартного размера.
В ближайшей мастерской комбайнер
найдет нужную шпонку и починит
свою машину.
Внимательно приглядитесь к любой
машине или механизму — на их кор-
пусе вы обязательно увидите множе-
ство пазов, шлицев, в которых кре-
пятся разные детали и приспособле-
ния. Еще совсем недавно их делали
самыми разными фрезами. Теперь
стандарт СЭВ гарантирует — в брат-
ских странах эта важная продукция
соответствует единому образцу.
Не одни фрезы изготавливаются по
стандартам СЭВ, многие другие ви-
ды промышленной продукции тоже.
В том числе и газопроводные трубы.
Трудно найти изделие столь же древ-
нее, сколь и необходимое. Путешест-
вуя по Таманскому полуострову, я
видел остатки древнегреческого водо-
провода, построенного в первые века
нашей эры. Это была посеревшая от
времени свинцовая труба, благоговей-
195
14*
но откопанная археологами. Идея
пустить по трубам не воду, а газ тоже
не очень нова. В начале на&ей эры в
Китае уже был построен первый газо-
провод. Вместо труб в нем использо-
вались бамбуковые стволы. В некото-
рых странах Америки деревянные га-
зопроводы служили даже в середине
XIX века.
Подумать только, всего сто лет на-
зад по ветхим деревянным трубам
лениво тек природный газ. Сегодня
его нагнетают в стальные трубы под
давлением в десятки атмосфер.
С огромной скоростью он несется к
потребителям за сотни и тысячи ки-
лометров. Представьте, сколько труб
нужно на каждый газопровод! При-
чем не каких-нибудь, а строго опре-
деленного диаметра. Иначе газопро-
водная линия из них не получится.
Трубы эти нужны всем братским
странам, вот и решили выпускать их
по стандарту СЭВ. Часто в жизни
случается так, что самая простая, ка-
залось бы, вещь оказывается самой
сложной. Так и с трубами. Можно
снаружи ощупать— обыкновенный ме-
талл. Внутрь заглянуть — там тоже
ничего нет. Вроде бы, все просто. Но
прежде чем труба становится тру-
бой, она проходит несколько превра-
щений.
Сначала это огромный рулон стали,
выше человеческого роста, на нем
аккуратно намотана стальная полоса
толщиной с книжку. Без крана этот
многотонный моток и не поднять.
А вот и кран подкатывает. Легко
подхватывает его и несет к трубо-
сварному станку, там устанавливают
рулон в разматыватель. Чуть-чуть от-
мотают ленту, чтобы вошла она в
правйльную машину, — и пошло дело!
Разматыватель вовсю разматывает
сталь, словно это ковровая дорожка,
а не металл. Правильная машина его
выпрямляет и передает дальше — в
огромную печь. Здесь стальная по-
лоса раскаляется до тысячи трехсот
196
градусов, становится мягкой и по-
датливой, как тесто; тут-то ее и сги-
бают в трубу. Заваривается шов, и
новая труба поступает в калибровоч-
ный стан, где ее подгоняют точно под
калибр, установленный стандартом
СЭВ. Не сомневайтесь: ее можно бу-
дет использовать в любом газопрово-
де, в любой из братских стран.
Пока еще стандартов СЭВ сравни-
тельно немного. Порядковый номер
стандарта на трубу 107, а фрезы—117.
Для сравнения достаточно сказать,
что ГОСТов — советских стандартов
для внутреннего пользования — наби-
рается около двадцати тысяч. Но с
каждым годом сэвовских стандартов
становится все больше. Их начнут
использовать и за пределами содру-
жества. Не случайно в четвертой
статье «Конвенции о применении
стандартов СЭВ» говорится, что при-
соединиться к ней могут и другие
страны. Государства Америки, Евро-
пы, Азии и Африки могут брать их
и без всякой переделки использовать
у себя. В этом сказывается открытый
характер СЭВ. Готовность социали-
стических стран на взаимовыгодных
условиях сотрудничать с другими
странами во имя мира и прогресса.
Надо сказать, что использовать наши
стандарты выгодно. Во-первых, рото-
му, что разработка стандарта, как мы
с вами убедились, — дело непростое.
По существу, это большая научно-ис-
следовательская работа. Здесь и спе-
циалисты нужны самой высокой ква-
лификации, и средства немалые.
Когда же страна берет уже гото-
вый и опробованный стандарт и внед-
ряет его в своей промышленности,
ничего этого не нужно. Достаточно
разослать стандарт на предприятия и
< установить срок его внедрения.
Страны содружества тоже заинте-
ресованы, чтобы их стандартами поль-
зовались как можно больше госу-
дарств. Почему? На этот вопрос вы
уже можете ответить сами, восполь-
зовавшись теми сведениями, которые
только что почерпнули. Чем больше
стран работают по одному стандарту,
тем легче им общаться — торговать,
обмениваться опытом. Понадобились,
например, газопроводные трубы ка-
кой-нибудь стране — она может заку-
пить их у нас, в Совете Экономиче-
ской Взаимопомощи. Если странам
СЭВ, в свою очередь, потребуется
какой-нибудь товар, его тоже можно
смело закупать. Все вещи, сделанные
по общему стандарту, прекрасно по-
дойдут одна к другой.
Стандарт СЭВ — документ, кото-
рый гарантирует всем, кто его приме-
няет, отличное качество и совмести-
мость продукции.
Вы только что прочли очерк Вадима Белоусова «Стандарт СЭВ». Если вам за-
хочется узнать о стандартизации поподробнее, то вы можете взять в библиотеке
книжку очерков того же автора, Вадима Белоусова, «Занимательная стандартизация».
Ее выпустило в 1974 году ленинградское отделение издательства «Детская литера-
тура».
олнечным августовским утром
прошлого года на площадке у
входа в Гавань Васильевского
острова в Ленинграде взмет-
нулись ввысь двадцать два яр-
ких вымпела. Свежий ветер
подхватил легкие полотнища —
и все небо над Гаванью за-
трепетало многоцветьем фла-
гов. Торжественные звуки Гим-
на Советского Союза возвес-
тили об открытии самой боль-
трудничеству в Европе. «Инрыбпром-75»
стала первым практическим подтвержде-
нием «духа Хельсинки». Как на параде,
выстроились у набережной корабли Совет-
ского Союза, Польши, Германской Демо-
кратической Республики, Франции и Испа-
нии. Многолюдный праздничный поток по-
сетителей медленно движется к нарядным
павильонам и к кораблям. Присоединимся
и мы к этому потоку.
Прямо у входа нас встречает красивый
двухэтажный корпус, протянувшийся до
Г. Лисов
ВСЕ ФЛАГИ
В ГОСТИ БЫЛИ К
НАМ...
ШАГИ
ПЯТИЛЕТКИ
шой в мире Международной выставки
средств добычи рыбы и других даров мо-
ря — «Инрыбпром-75».
Двадцать две страны привезли свои
экспонаты на выставку. Ленинградцы пре-
доставили в распоряжение гостей девять
павильонов, открытые площадки и аквато-
рию Гавани. Буквально за несколько дней
до открытия выставки успешно заверши-
лось Совещание по безопасности и со-
самой набережной. На фронтоне гигант-
ские буквы — СССР. Советский павильон —
самый большой на выставке. И это понят-
но. Наша страна — великая морская дер-
жава. Ее берега омывают воды четырна-
дцати морей и трех океанов. Советским
рыбакам и судостроителям есть что пока-
зать. Целого дня не хватит, чтобы обойти
все стенды. Особенно много людей около
большого круглого бассейна. В нем пла-
вают настоящие остроносые осетры, лежит
на дне, шевеля жабрами, почти двухмет-
ровая белуга... А на набережной можно
половить рыбу — ее запустили в водоем
на радость любителям-рыболовам.
Перед павильоном на постаменте еще
одна огромная «рыба». Но сделана она...
из сверхпрочного металла. Это один из
самых интересных экспонатов выставки —
советский глубоководный аппарат для изу-
чения жизни рыб в океане. Он уже не раз
опускался в морские глубины и добыл
много новых сведений для рыбохозяйст-
венной науки. Мы с интересом заглядыва-
ем в иллюминатор — внутри уютная ка-
бина, загадочно поблескивают приборы.
Совсем как в космическом корабле!
В этом нет большого преувеличения. Не-
даром подводный мир иногда называют
«внутренним космосом».
Людской поток увлекает нас на набе-
режную. Все хотят полюбоваться выстро-
ившимися здесь красавцами кораблями.
Большинство из них — настоящие плавучие
рыбозаводы. Каждому школьнику извест-
но, что современному заводу для работы
нужно много сырья. На текстильную фаб-
рику везут шерсть и хлопок, на металлур-
гический завод — железную руду, на ры-
боперерабатывающий — рыбу и другие
продукты моря. А можно ли представить
себе обратную картину: завод со всеми
рабочими, инженерами и техниками, со
своими цехами и складами отправляется...
на поиски сырья? Именно так работают
современные плавучие рыбокомбинаты.
Самые совершенные из них — советские
рыбоперерабатывающие корабли «Гори-
зонт» и «Пулковский меридиан». Они пред-
ставлены на выставке. Сложные электрон-
ные устройства помогают им найти рыбу,
а разнообразные средства добычи — вы-
ловить ее. Улов идет в цеха с перераба-
тывающими машинами, и рыба прямо на
месте промысла, в море, превращается в
консервы и рыбий жир. Вместительные хо-
лодильники хранят всю эту продукцию до
возвращения корабля в порт.
Крупнейший экспонат выставки — пла-
вучий рыбокомбинат «Комсомолец Мага-
дана». Он построен в Польше по заказу
Советского Союза. Трюмы корабля вме-
щают десять тысяч тонн рыбы и рыбной
продукции. Рядом рыболовно-зверобойное
судно «Мезень», тоже построенное в
Польше. Символом дружбы и братства
наших стран стала торжественная церемо-
ния передачи этих плавучих заводов мо-
рякам советского рыбопромыслового фло-
та. Во время выставки еще один корабль
поднял советский флаг. Это большой ры-
боловный траулер «Григорий Оводовский»,
созданный судостроителями Германской
Демократической Республики. Корабль
назван именем Героя Советского Союза
капитана первого ранга Г. Я. Оводовского,
командовавшего дивизионом тральщиков
на Балтике во время Великой Отечествен-
ной войны. Крепкие узы дружбы и взаи-
мопомощи связывают братские социали-
стические страны. Разнообразные интерес-
ные экспонаты социалистических стран
убедительно говорят о плодотворных ре-
зультатах этого содружества.
Мы вновь возвращаемся к павильонам.
Кругом машины для переработки рыбы,
упаковочные автоматы, модели кораблей.
Не забыли участники выставки и любите-
лей рыболовного спорта. Такое разнооб-
разие удочек, спиннингов, крючков вряд
ли где-нибудь увидишь. Очень довольны и
морские специалисты. Для них участники
выставки читали лекции и доклады, пока-
зывали интересные цветные кинофильмы.
Все говорили о важности разумного, ра-
ционального хозяйствования в океане.
Нужно не только уметь ловить рыбу, но
и давать ей возможность восстановить
свою численность. Этой цели служат меж-
дународные соглашения по регулирова-
нию рыболовства. В этом заключается и
главный смысл выставки «Инрыбпром-75».
Всегда многолюдно в Торговом центре.
Кругом слышна разноязычная речь, участ-
ники заключают между собой контракты,
покупают друг у друга выставленные экс-
понаты. Радостно наблюдать эту атмосфе-
ру дружелюбия и взаимного доброжела-
тельства. С полным основанием можно го-
ворить о большом вкладе выставки в меж-
дународное сотрудничество, в дело ми-
ра и.разрядки напряженности, за которое
на протяжении всей своей истории не-
уклонно выступает Советский Союз.
Наше путешествие приближается к кон-
цу. Наполненные яркими впечатлениями,
мы покидаем праздничный городок. За
две недели работы выставки ее посетили
многие тысячи людей. Специалисты раз-
ных стран успели подружиться между со-
бой и с грустью думали о предстоящем
расставании. Но вот наступил этот послед-
ний день. Медленно опускаются флаги с
устремленных в небо высоких флагшто-
ков. Опустели павильоны и выставочные
площадки. До свидания, «Инрыбпром-75»!
Ленинградцы с нетерпением будут ждать
открытия следующей такой же выставки
через пять лет. Тогда мы снова придем в
гостеприимный выставочный городок в Га-
вани и скажем: «Здравствуй, «Инрыб-
пром-80»!»
Жаден разум человеческий. Он не
может ни остановиться, ни пребывать
в покое, а порывается все дальше.
Фрэнсис Бэкон
в гостях
У РОБОТОВ
а стене одного из корпусов
Ленинградского политех-
нического института —
красная табличка. Прохо-
жие останавливаются и с
удивлением читают:
ЛАБОРАТОРИЯ
РОБОТОВ
тов. На людей они нисколько не по-
хожи: ярко раскрашенные тумбы,
длинные «руки» с клешнями.
Валентин Михайлович, инженер
лаборатории, стал мне показывать
роботов в действии. Два из них ра-
ботали в паре. Любопытно было на
это смотреть. Один брал деревян-
ные кубики, передавал в «руки» дру-
гого робота, а тот складывал куби-
ки на подставку. Споро работали,
четко.
Я понимал, что красные кубики —
так, для демонстрации. На самом
деле профессия этих роботов — сни-
мать детали с конвейера. Другие мо-
гут служить сварщиками, сборщика-
ми, малярами.
а НАУКА
СЕГОДНЯ
Г. Черненко
БУДУТ ЛИ
РОБОТЫ
УМНЫМИ?
Признаться, я слегка волновался,
когда входил в эту необычную лабо-
раторию. Одно дело — читать о ро-
ботах, другое — их увидеть.
Лабораторию возглавляет профес-
сор Евгений Иванович Юревич. Под
его руководством создано много лю-
бопытных конструкций.
В большой комнате, как на параде,
выстроилось не менее десятка робо-
Это роботы первого поколения. «Ру-
ки» их двигаются строго так, как за-
ранее предписано. Если деталь ока-
жется не на месте, они не найдут ее.
В последние годы появились роботы
второго поколения, более «умные».
Мы прошли в соседнюю комнату, и
я увидел такого робота. Собственно,
передо мной висели только его су-
ставчатые «руки». Беспомощно вы-
глядели они, отделенные от «тулови-
ща» — металлического шкафа, стояв-
шего в углу. К «рукам» от шкафа тя-
нулись провода.
Роботу дают первое задание: со-
брать разбросанные по столу пласт-
массовые кубики и сложить в короб-
ку. Одна из «рук» заходила над сто-
лом, начала поиск. Она слегка дро-
жит, как будто нервничает. Нако-
нец находит. Пальцы осторожно бе-
рут кубик. «Рука» отправляется
искать коробку. Нашла. Пальцы над
коробкой разжимаются, кубик падает,
чала самый большой квадратик, по-
том меньший и меньший.
Как же автомату удается справ-
ляться с такими поручениями? Каж-
дый сустав его, каждый палец клеш-
ни снабжен «органами чувств» —
ультразвуковыми локаторами и спе-
циальными контактами. От них идут
сигналы в «мозг» — электронную ма-
шину. «Рука» работает, подчиняясь
ее командам.
Роботы второго поколения дейст-
вуют уже почти как человек с по-
вязкой на глазах. Сейчас создается
Робот, созданный в лаборатории профессора Е. И. Юревича, за работой —
собирает кубики.
а «рука» идет за новым. Задача, од-
нако, усложняется. На пути «руки»
ставят шахматную доску. Но робота
этим «не смутишь». «Рука» подошла
к клетчатой стенке совсем близко и
«перешагнула» через нее.
Далее робот собрал пирамидку из
разноцветных квадратиков: разыскал
их и нанизал на деревянный колы-
шек. Не в беспорядке нанизал, а сна-
следующее, третье поколение. Один
такой робот, построенный американ-
скими учеными, передвигается на ко-
лесиках. Он видит, хорошо ориенти-
руется, то есть всегда «знает», в ка-
кой части комнаты находится. Но
важнейшее его качество вот какое.
Прежде чем начать сбор тех же
кубиков, он, подобно человеку, осма-
тривается, «обдумывает», как ему
201
лучше действовать, а потом уже при-
нимается за работу. В одном из опы-
тов он даже догадался использовать
«орудие труда» (впервые в истории
роботов!). Ему потребовалось въехать
на высокую платформу. Робот разы-
скал в комнате передвижную наклон-
ную плоскость, подтащил куда сле-
дует и по ней взобрался наверх.
С ним можно и разговаривать.
Правда, вопросы нужно задавать в
напечатанном виде. Ответы его тоже
печатаются на машинке.
Однажды состоялся такой раз-
говор:
Человек. Придвиньте ко мне че-
рез час небольшой куб.
Робот. Здесь два небольших
куба.
Человек. Придвиньте самый ма-
ленький.
Робот. Хорошо.
Человек. Когда вы придвинете
куб?
Робот. Я придвину его в три
часа.
Три часа. Поручение выполнено.
Робот. Я придвинул к вам не-
большой куб.
Человек. Спасибо.
Согласитесь, что такой разговор
мог состояться только с собеседни-
ком, умеющим логически рассуждать.
Однако не забывайте, что логическую
программу ввел в робота мыслящий
человек.
Интеллектуальный самоходный робот третьего поколения, построенный американскими
учеными.
ЧТО ТАКОЕ РАЗУМ?
Что значит мыслить, быть разум-
ным? Вопрос этот весьма непростой.
Люди давно задумались над ним.
И сколько спорили! Уж очень зага-
дочным казалось то, что мы называем
разумом, мышлением. С другими про-
цессами — физическими, химически-
ми— дело обстояло куда как проще.
Ясно: они протекают в соответствии
с законами физики и химии. А мыш-
ление— подчиняется ли оно этим за-
конам? «Нет, не подчиняется, — заяв-
ляли в прошлые века некоторые уче-
ные. —- Жизнью, сознанием, — говори-
ли они, — управляет некая особая си-
ла». И стали придумывать для этой
таинственной силы названия. Кто
Именовал. ее энтелехией, кто «жиз-
ненной энергией», а немецкий ученый
Тревиранус — «жизненной силой».
Учение о «жизненной силе» назва-
ли витализмом от латинского слова
vitalis — живой, животворный. Что та-
кое «жизненная сила», никто объяс-
нить не мог. Больше того, считалось,
что объяснить это просто невозмож-
но, так как «жизненная сила», види-
те ли, непознаваема.
Многие передовые ученые, и среди
них такие знаменитые, как Гум-
больдт, Гельмгольц, Клод Бернар, не
признавали витализм, считали его
ложным учением. А уж как достава-
лось виталистам от Климента Аркадь-
евича Тимирязева!
Сегодня ни один серьезный ученый
не верит в «жизненную силу», а ра-
боту мозга, природу сознания ста-
раются объяснить исходя из законов
физики, биохимии, физиологии, пси-
хологии и ряда общественных наук.
Сведения, которые обильным пото-
ком ежесекундно поступают в наш
мозг из окружающего мира, книг, от
других людей, с телевизионных экра-
нов, есть информация. За информа-
цией мы постоянно обращаемся к на-
шей памяти. И, наверное, можно ска-
зать, что разум — это способность
перерабатывать информацию, распоз-
навать, обучаться, запоминать, при-
нимать правильные решения, творить
новое, предвидеть последствия наших
действий. Сможет ли все это выпол-
нять и машина, не сегодня, а в бу-
дущем, пусть даже далеком?
Некоторые ученые отвечают ут-
вердительно. «Мы знаем теперь, —
говорит известный кибернетик
У. Р. Эшби,— что на все вопросы типа
«Может ли машина делать это?» сле-
дует отвечать—«может».
Другие ученые сомневаются: «Са-
мые совершенные электронные маши-
ны все-таки останутся машинами,
и разумными называть их нелепо. Да,
они уже овладевают отдельными
функциями, которые недавно счита-
лись чисто человеческими. Но это еще
не значит, что машины будут мыс-
лить».
Кто прав, покажет время.
МАШИНА УЧИТСЯ ГОВОРИТЬ
Сегодня человек «разговаривает» с
электронными машинами не так, как
удобно ему, а так, как «удобно» им.
Задание машине — программа — со-
ставляется на специальном машин-
ном языке. Для непосвященных это
загадочная смесь букв, цифр, знач-
ков. Насколько упростится общение
человека с машиной, если она будет
«понимать» человеческую речь и смо-
жет отвечать на человеческом языке.
Никто из нас толком не скажет,
как мы говорим и понимаем слова
других. Нам кажется, что это так
легко, просто, естественно. Но когда
начали учить тому же машину, стало
ясно, что это необычайно сложно.
Звучащее слово можно разбить на
отдельные звуки — фонемы. Слов —
тысячи, фонем же — всего десятки.
В русском языке, например, их со-
рок. Считалось, что фонемы — как
раз те кирпичики, из которых скла-
дывается наша речь. Вот и пытались
сначала обучить машину распозна-
вать эти «кирпичики» речи. Ничего
хорошего из этого не получилось.
Оказалось, что соседние фонемы пе-
рекликаются друг с другом. Машина
часто ошибалась.
Может быть, учить машину рас-
познавать целые слова? Так, дейст-
вительно, надежнее, но и значительно
сложнее. Машина должна иметь ко-
лоссальную память, чтобы запомнить
признаки нескольких тысяч слов.
«Если распознавать все слова ма-
шине пока недоступно, научим ее по-
нимать хотя бы десятки слов», — рас-
судили ученые. И они были правы.
Из полусотни слов можно составить
более тысячи различных команд. Не
так уж плохо, как видите.
С помощью электронных приборов
звучащее слово превращается в на-,
бор волнистых линий —спектрограмм.
Далее спектрограммы нетрудно пере-
вести в колонки чисел. А уж с чис-
лами, как известно, машина работать
умеет. Эти Числа она сравнивает с
теми, что отложены в ее «памяти» и
обозначают слова. Совпали цифры —
слово опознано.
Казалось бы, просто. Но беда в
том, что голос у каждого человека
свой, особенный. Более того, даже
если один и тот же человек произ-
несет слово дважды, оно будет зву-
чать по-разному. Мы-то поймем его,
а машина — нет. Ясно, что трудности
во много раз возрастают, если хотят
научить машину распознавать слова,
сказанные разными людьми. Прихо-
дится спектрограммы сначала обраба-
тывать, преобразовывать, добиваться
того, чтобы графические «портреты»
одинаковых слов были очень похо-
жими.
Инженерам одним не под силу со-
здать машину, «понимающую» чело-
веческую речь. Тут нужны специали-
сты многих профилей. И физиологи,
и психологи, и лингвисты (знатоки
языка), и математики. Человек хоро-
шо понимает речь потому, что чувст-
вует связь между словами, знает те-
му разговора. Предполагается, что
мы воспринимаем не каждое слово в
отдельности, а несколько слов вместе
или даже целое предложение. На-
учить этому машину — дело ох какое
нелегкое.
Однако успехи есть. Например, мо-
сковские инженеры научили машину
распознавать целые фразы-команды.
Машина уже частично учитывает
смысловую связь между словами. От
этого понятливость ее сильно* воз-
растает. Грузинские ученые создали
электронную «машинистку». Она пе-
чатает текст, который ей диктуют. А в
Японии построена говорящая маши-
на-переводчик. Текст, напечатанный
на английском языке, она переводит
на японский и перевод произносит
вслух. Речь ее — медленная, монотон-
ная, но понятная.
Специалисты утверждают, что ма-
шины, способные понимать речь лю-
бого человека, беседующего на любую
тему, появятся лет через пятна-
дцать — двадцать. Впрочем, предска-
зания в науке и технике — дело рис-
кованное.
МАШИНА „ТВОРИТ"
Творчество всегда считалось уде-
лом человека. Правда, никто пока не
знает, как приходит вдохновение к
поэту, ученому, изобретателю. Зако-
ны творчества изучает наука эври-
стика, и все же законы эти до сих
пор полностью не выяснены. А раз
так, то утверждать, что машины смо-
гут творить, пока рано.
Однако мы говорим: машины «со-
чиняют» музыку, рисуют, пишут сти-
хи и рассказы. Вот маленький отры-
вок из рассказа, «написанного» элек-
тронной машиной: «Мой горизонт
состоит лишь из красной портьеры,
откуда с перерывами исходит удуш-
ливая жара. Едва можно различить
мистический силуэт женщины, гордой
и ужасной: эта знатная дама, должно
быть, одно из времен года...» Даль-
ше в таком же малопонятном духе.
Да, «писатель» из машины пока по-
204
j*i 11rmrminn, f иrii|Д=
Образец машинной музыки. Эта пьеса
была написана электронной машиной
«Урал-2» по методу советского уче-
ного Р. X. Зарипова.
думается неважный. С музыкой дело
обстоит, кажется, лучше.
Советский математик и музыкант
Р. X. Зарипов отдал много сил тому,
чтобы научить машину «Урал» созда-
вать музыкальные пьесы.
«Как известно,— пишет Зарипов,—
мелодия сочиняется «в порыве вдох-
новения», «единым творческим актом».
Она появляется в сознании компози-
тора сразу, и он не подразделяет на
отдельные простые действия весь
сложный процесс ее сочинения...
И тем Не менее закономерности, пра-
вила построения музыкальных произ-
ведений и принципы композиции су-
ществуют». Эти закономерности и
правила ученый перевел на язык ма-
тематики, составил для «электронно-
го композитора» программу. Так по-
явились «Уральские напевы».
Другой исследователь, М. С. Мал-
ков, с помощью электронных
устройств создает своего рода музы-
кальные заготовки, которые затем со-
вершенствуют композиторы. Вы, на-
верное, видели фантастический фильм
«Солярис»? Так вот, вся музыка к
этому фильму была написана компо-
зитором в содружестве с машиной.
Проводили такие опыты. Играли
музыку, созданную с помощью элек-
тронной машины и без нее, а слуша-
телям предлагали оценить ту и дру-
гую по пятибалльной системе. Уди-
вительно, но машинная музыка всегда
получала более высокую оценку.
Несколько лет назад в Лондоне от-
крылась большая выставка рисунков,
созданных «воображением» электрон-
ной цашины. Другая подобная вы-
ставка побывала в Италии, Греции,
Японии, Индии. Это умение машин
рисовать уже используется архитек-
торами. В Ленинграде несколько ное-
вых районов проектировали одновре-
менно архитекторы и, по специальной
программе, электронная вычислитель-
ная машина. Потом сравнили. Проект,
выданный машиной, оказался луч-
шим. Неудивительно, что на элек-
тронные машины архитекторы возла-
гают большие надежды.
Любопытное устройство показыва-
ли недавно на выставке в Москве.
В электронную машину ввели основ-
Картинка, нарисованная электронной маши-
ной под руководством ученых Токийского
университета.
206
ные цифровые данные будущего до-
ма. Нужно было начертить его вид
под определенным углом зрения. Ма-
шина работала всего сотые доли се-
кунды, а несколько минут спустя был
готов и чертеж, красивый, многоцвет-
ный. На такую работу архитектору
понадобилась бы не одна неделя.
Кому теперь не известно, что с по-
мощью машин доказывают теоремы,
переводят с одного языка на другой,
играют в шахматы. Проводятся даже
специальные международные шахмат-
ные матчи. Что же дальше? «Маши-
ны,— считает академик В. М. Глуш-
ков,— несомненно, внесут много но-
вого в науку, в искусство». Обретут
ли машины далекого будущего способ-
ность понимать прекрасное, творить
в полном смысле слова? Ответить на
этот вопрос сегодня, предвидеть все
в точности просто невозможно.
САМОЕ БОЛЬШОЕ ЧУДО
На вид мозг невзрачен: сероватая
влажная бугристая масса. Но если
подумать, какое же это чудо — чело-
веческий мозг. Самое большое чудо
природы!
Еще совсем недавно ученые были
уверены, что первые проблески разу-
ма появились около миллиона лет на-
зад. Однако находка английского
антрополога Ричарда Лики в Восточ-
ной Африке резко изменила картину.
История «очеловечивания» значитель-
но расширилась во времени. Близ
озера Рудольфа, в Кении, был найден
череп нашего далекого-далекого пред-
ка. Он пролежал в земле два с поло-
виной миллиона лет. Здесь же, и это
главное, были обнаружены примитив-
ные каменные орудия — расколотые и
грубо заостренные гальки. Облада-
теля этих орудий ученые назвали
«гомо хабилис» — «человек умелый»,
то есть умеющий трудиться, делать
орудия. Стало быть, в черепе «гомо
хабилиса» более двух миллионов лет
назад уже теплилось сознание.
Труд, жизнь сообща — главное в
формировании человеческого разума.
Прошло много тысячелетий. Разум
восторжествовал на Земле. Люди от-
крыли законы природы, изобрели ма-
шины, создали прекрасные произве-
дения искусства. И все это благодаря
разуму, мозгу.
Мозг человека — невероятно слож-
ное и совершенное создание природы.
Но предел ли совершенства? Если
«слепая» природа смогла сотворить
человеческий мозг, то не может ли он,
человек, создать мозг искусственный,
еще могущественнее, еще совершен-
нее? Ведь, говоря откровенно, у на-
шего разума есть «слабые места». Па-
мять наша ограниченна. Скорость
мышления, по современным меркам,
невелика. На свое обучение мы тра-
тим слишком много времени, бываем
забывчивы, рассеянны. Искусствен-
ный мозг, наверное, будет свободен
от этих недостатков. Представляете,
какая могучая разумная сила появит-
ся в распоряжении людей! Возмож-
но, только создав искусственный
мозг, мы до конца поймем, как рабо-
тает наш естественный.
ЗАКОНЫ ДЛЯ РОБОТОВ
Самая сложная электронная маши-
на все-таки проста в сравнении с че-
ловеческим мозгом. В нем около де-
сяти миллиардов нервных клеток,
нейронов. Принцип работы отдельно-
го нейрона .понятен. Но как дейст-
вуют они все вместе и в результате
человек становится разумным, — это
до сих пор тайна за семью печатями.
Вот почему к искусственному разуму
приходится подбираться «на ощупь».
Все, о чем я рассказывал: машины,
«понимающие» речь, «сочиняющие»
музыку, роботы разных поколений —
только первые шаги к удивительным
машинам будущего. И хотя разумные
машины еще не созданы, очень важ-
но представить, что же принесут они
с собой, если появятся.
У польского писателя-фантаста Ста-
Робот первого поколения. Построен нашими инженерами. На человека он, как видите,
совсем не похож, но с порученным делом — переноской деталей — справляется прекрасно.
нислава Лема есть сказка о короле
Полеандре Партобоне, властителе Ки-
беры, Этот король очень любил ки-
бернетику. Однажды придворные ин-?
женеры создали для него необыкно-
венную электронную машину. По их
словам, она умела делать абсолютно
все. Король решил проверить, верно
ли это. Он послал машине приказ.
И надо же было так случиться: в
текст приказа вкралась пустяковая
опечатка. Это изменило его смысл.
Вместо того чтобы выполнить коро-
левское повеление, машина создала...
страшного дракона. Плохо пришлось
бы королю. К счастью, другая элек-
тронная машина уничтожила дракона.
Это сказка, да в ней намек. В са-
мом деле, безопасно ли будет чело-
веку среди разумных машин? Нор-
берт Винер, основоположник кибер-
нетики, писал: «Много раз я слышал
утверждение, что обучающиеся маши-
ны не могут подвергнуть нас каким-
либо новым опасностям, потому что
мы можем выключить их, когда за-
хотим. Но действительно ли можем?»
Угроза кроется прежде всего в фан-
тастическом быстродействии машин.
При такой скорости можно легко про-
глядеть момент, когда надо было на-
жать на выключатель. И, конечно,
команды таким машинам должны по-
даваться абсолютно точно, без «опе-
чаток». А это не всегда может полу-
читься.
Американский писатель Айзек Ази-
мов придумал три правила, три зако-
на роботехники. Если вы читали его
научно-фантастический рассказ «Хо-
ровод», то помните, что робот Спи ди
был запрограммирован как раз в со-
ответствии с этими законами. Первое:
он не мог причинить вред человеку
или допустить, чтобы кто-то другой
это сделал. Второе: робот повино-
207
вался командам человека, если они
не противоречили первому закону.
В-третьих, он заботился о собствен-
ной сохранности до тех пор, пока это
не противоречило первым двум зако-
нам. Здорово придумано! Кто знает,
не по этим ли «законам безопасности»
будут создаваться роботы, вообще
разумные машины.
Более четырех столетий назад Ни-
колай Коперник написал главный
труд своей жизни — «О вращении не-
бесных сфер». Великий польский
астроном учил, что Земля, а значит,
и человек вовсе не центр Вселенной,
как думали раньше. Многим это по-
казалось очень обидным. Позже, во
времена Чарлза Дарвина, точно так
же кое-кто посчитал оскорбительным
видеть в обезьяне предка человека.
Нечто подобное происходит в наше
время. Людям приходится привыкать
к «обидной» мысли: разум, по-види-
мому, может иметь и очень сложное
искусственное устройство. Не прини-
жает ли это достоинство человека, не
приуменьшает ли силу его разума?
Напротив! Создание разумных ма-
шин будет свидетельствовать о ве-
личии человека, о мощи его разума.
Придет время, когда умные маши-
ны сделаются остро необходимыми.
Взять хотя бы медицину. По мне-
нию английского профессора Гилла,
к 2000 году даже хирургические опе-
рации будут выполнять автоматы с
искусственным разумом. Или возьмем
космос. Наши «луноходы» — сложные
автоматы, но для изучения планет
понадобятся планетоходы, способные
самостоятельно принимать решения.
Управлять планетоходами с Земли не-
возможно из-за огромности расстоя-
ний. А преподавание, обучение? Для
машин тут — широчайшее поле де-
ятельности.
«Чувствующая» клешня, схват робота может взять не только кубик, но хрупкий стек-
лянный предмет.
208
Неособенно важную роль (возмож-
но, даже самую важную) будут
играть машины в планировании, в
управлении промышленностью.
Все чаще можно услышать и про**
читать в газетах короткое слово АСУ.
Оно расшифровывается так: автома-
тизированная система управления.
Чтобы управлять промышленным
предприятием, нужно хорошо знать
состояние дел в его цехах, на всех
участках — одним словом, иметь пол-
ную картину его работы. А зная это,
принимать правильные решения. Ру-
ководителю небольшой ремонтной ма-
стерской — просто. Но совсем дру-
гое — управлять огромным заводом.
Нелегко согласовать работу его мно-
гочисленных цехов, учесть связи с
десятками, сотнями других заводов,
с потребителями, сделать так, чтобы
выпуск продукции неуклонно возра-
стал, а качество ее улучшалось. И вот
на помощь приходит АСУ. В ее со-
ставе есть электронная вычислитель-
ная машина. Сведения о работе заво-
да автоматически поступают в маши-
ну. ЭВМ быстро их сопоставляет,
анализирует и выдает рекомендации,
как строить работу дальше.
Последнее слово, разумеется, за
людьми, руководителями предпри-
ятия.
Такие АСУ внедрены уже на мно-
гих наших заводах. Создаются систе-
мы для управления группой заводов,
целой отраслью, предприятиями рес-
публики. А в перспективе — создание
Общегосударственной автоматизиро-
ванной системы управления. В буду-
щем (и не очень далеком) только
при широком использовании киберне-
тических машин можно будет упра-
виться с хозяйством страны, которое
необычайно разрастается.
Фантасты нередко изображали
мыслящие машины злобными и вред-
ными созданиями. Это заблуждение.
Мир кибернетических машин — дети-
ще человеческого разума. Все зависит
от того, в чьих руках находятся ма-
шины.
В мире капитала нередко достиже-
ния науки и техники оборачиваются
злом и несчастьем.
Но в обществе, где царит разум и
справедливость, в социалистическом
обществе, автоматы служат людям,
помогая созданию доброго и счастли-
вого мира.
ЗАДАЧА 4.
В субботу директор школы сказал пятиклассникам: «На следующей неделе для
ваших классов будет организована однодневная автобусная экскурсия по местам
боевой славы нашей области. Однако, — добавил он, — чтобы ни у кого из вас не
возникло соблазна не учить к этому дню уроки, о дне экскурсии заблаговременно
объявлено не будет — он станет известен утром, прямо перед уроками: Пусть это
будет для вас сюрпризом».
«Простите, Александр Викентьевич, — сказал в ответ известный спорщик
Толя С. — Ваше желание невыполнимо, так как противоречит логике. Действительно,
в субботу на следующей неделе экскурсия состояться не может: если она не состо-
ится раньше, то в пятницу вечером мы все догадаемся, что нас ждет завтра, и уро-
ков можем не учить. Следовательно, суббота отпадает. Но теперь последним днем,
когда еще может состояться экскурсия, становится пятница. И в четверг вечером мы,
рассуждая прежним образом, снова не станем учить уроков. И так далее. Следова-
тельно, неожиданная для нас экскурсия не может состояться ни в один из дней
следующей недели».
«Любопытно, — сказал Александр Викентьевич и после короткого размышления
добавил: — Ну, что же. Поживем — увидим».
И когда в среду утром ребята увидели у дверей школы автобусы, — это, конеч-
но, было для них сюрпризом. Громкое «ура» подтвердило правоту директора и по-
ражение Толи С. Но где же он ошибся?
15 Хочу все знать
аучная фантастика (будем
называть ее сокращенно
НФ) возникла задолго до
того, как получила свое
название. В сочетании этих
двух слов выражена ее
основная особенность: фан-
тазирование на научные
темы. Тем самым НФ
отличается от фантастики
ненаучной, хотя границы
между той и другой не
всегда и заметишь. С не-
человечества о покорении воздушной
стихии, завоевании морских глубин,
возможности видеть и слышать на
большом расстоянии, обретать вечную
молодость, побеждать смерть и тому
подобное.
Вспомните сказки о ковре-самоле-
те, сапогах-скороходах, серебряном
блюдечке, волшебном зеркальце, жи-
вой и мертвой воде. В таких творе-
ниях народной фантазии М. Горький
усматривал выражение желаемого,
«прототипы гипотез», которые спустя
£. Брандис
НОРОТНО
О НАУЧНОЙ
ФАНТАСТИКЕ
запамятных времен фантазия сопут-
ствует человеку во всех его делах и
свершениях и воплощается в фанта-
стических образах. Мы не знаем, кто
изобрел колесо, но, бесспорно, это
был гениальный изобретатель. Мы не
знаем, кто придумал миф об Икаре,
но, несомненно, это был великий
фантаст.
В древних мифах и волшебных
сказках воплотилась вековая мечта
много веков возрождаются в произ-
ведениях научной фантастики уже в
новом качестве — как смелые задания
науке и технике.
Сказка опирается на чудо, волшеб-
ство, магию, и это отличает ее от
научной фантастики, где необыкно-
венное создается естественным пу-
тем — либо самой природой, либо че-
ловеком (можно сказать шире — ра-
зумными существами).
С развитием знаний возникает по-
требность найти для фантазии какие-
то обоснования, снять с нее налет
магии и волшебства. Так, греческий
сатирик Лукиан, живший во II веке,
заставил своего героя Мениппа не
просто подражать мифологическому
Икару, но и поведать, как ему уда-
лось сделать крылья и научиться ле-
тать. В описании полета над городом,
затем — на Олимп и, наконец, на Лу-
ну якобы достоверные сведения со-
седствуют с баснословной выдумкой.
Фантастический поезд на Луну. Из иллю-
страций к первому изданию Ж. Верна
«С Земли на Луну».
Лукиан стремится обосновать неве-
роятное, невозможное для его време-
ни. В этом и заключается важнейшая
задача НФ.
Таким образом, она уходит своими
корнями в глубокое прошлое, но как
раздел художественной литературы
сложилась лишь в XIX веке под воз-
действием бурного развития науки и
техники. Ее подлинным зачинателем
и первым классиком был француз-
ский писатель Жюль Верн.
Фантазия Жюля Верна основана на
научном правдоподобии и нередко на
научном предвидении. Его творчество
проникнуто непреклонной верой в мо-
гущество разума, который поможет
человеку познать непознанное и овла-
деть природой.
«Что бы я ни сочинял, что бы я ни
выдумывал, — говорил Жюль Верн,—
все это будет уступать истине, ибо
настанет время, когда достижения
науки превзойдут силу воображения».
Жюль Верн создал роман нового
типа роман о науке и ее беспре-
дельных возможностях. Он открыл
для литературы неизведанную об-
ласть — поэзию науки и научного
творчества. Его герои овеяны ветра-
ми странствий, одержимы стремле-
нием все увидеть и все познать. Сме-
лые путешественники, они завершают
открытие Земли, стирая с географи-
ческих карт последние белые пятна.
Дерзкие изобретатели, они конструи-
руют быстроходные машины, подвод-
ные и воздушные корабли, опережая
на много десятилетий реальные до-
стижения техники. Географическая
фантастика свободно уживается с
инженерной. Жюль Верн «усовершен-
ствовал» все виды транспорта, от су-
хопутных до воображаемых межпла-
нетных. Изобретения и открытия, ко-
торые еще не вышли из стен лабора-
торий или только намечались в
перспективе, он рисовал как уже су-
ществующие и действующие. И этим
объясняются столь частые совпаде-
ния мечты писателя с ее последую-
щим воплощением в жизнь.
Блестящий популяризатор науки и
ее грядущих завоеваний, Жюль Верн
все свои сочинения предназначал
юным читателям. За сорок с лишним
лет — с 1862 до начала 1905 года —
он написал 64 романа, составляющих
громадную серию «Необыкновенные
211
15*
путешествия». Из них около двадцати
фантастических.
Если Жюля Верна больше всего
увлекают «чудеса техники», то его
младшего современника Герберта
Уэллса интересует не столько сама
техника, сколько ее влияние на чело-
века и общество, не устройство ма-
шины, а социальные и нравственные
последствия применения изобретений
и открытий. В добрых руках они слу-
жат прогрессу, а в руках злонамерен-
ных угрожают бедами. Так возникли
и поныне продолжают свою жизнь в
литературе два основных направле-
ния научной фантастики: инженерно-
техническое и социально-психологиче-
ское. Жюль Верн — родоначальник
первого, Уэллс — второго.
Английский писатель чутко уловил
предстоящие революционные измене-
ния и в науке, и в обществе. Лучшие
произведения Уэллса — «Машина вре-
мени», «Борьба миров», «Первые лю-
ди на Луне», «Человек-невидимка»,
«Остров доктора Моро» — появились
на рубеже XIX и XX веков, когда
противоречия капиталистического
строя уже настолько обострились, что
писатель, размышляя о будущем,
вполне мог представить себе ужасаю-
щие последствия истребительных
войн, предельного разделения труда
или негуманного применения техники.
В фантастических образах уродли-
вых существ на Луне, элоев и Морло-
ков в «Машине времени», зловещих
марсиан в «Борьбе миров» Уэллс по-
казывает, не боясь преувеличений, до
какого одичания может дойти чело-
вечество, если не будут устранены
изжившие себя общественные отно-
шения. Изображая в отталкивающих
чертах то, чего следует опасаться, че-
го нельзя допустить в действитель-
ности, он открыл для НФ еще один
вид романа — «роман-предупрежде-
ние». И вместе с тем Уэллс подарил
фантастике совершенно новые темы:
путешествия на машине времени,
встречи инопланетных цивилизаций,
многообразие разумной жизни (мар-
сиане в виде головоногих моллюсков),
овладение силами гравитации (полет
на Луну с помощью «кейворита»),
создание хирургическим путем, как
это делает доктор Моро, «комбиниро-
ванных» живых существ, управляю-
щий центр «Великий Лунарий» —
сверхмозг, наделенный самостоятель-
ной волей, и так далее.
Уэллс начинает своим творчеством
научную фантастику XX века. В на-
ше время она стала литературой не
только о человеке, но и о человече-
стве, не только о Земле, но и о Все-
ленной. Колоссально расширяются и
временные масштабы. Действие мо-
жет охватывать миллионы и миллиар-
ды лет, происходить в наши дни,
в неопределенном будущем или в да-
леком прошлом. Дерзновенные гипо-
тезы и теории, рожденные новейшей
Иллюстрации Н. Гришина к роману
Г. Уэллса «Война миров».
Стыковка на орбите современных космических кораблей.
наукой, вызывают переворот и в НФ.
Теория относительности и атомная
физика, кибернетика и молекулярная
биология подсказывают поразитель-
ные сюжеты.
Например, немыслимые в эпоху
Жюля Верна фантастические обосно-
вания межзвездных сообщений стро-
ятся на основе эйнштейновского «па-
радокса времени». При разгоне звез-
долета до околосветовой скорости пу-
тешественники достигают центра Га-
лактики и даже могут вернуться об-
ратно, постарев лишь на несколько
лет, тогда как на Земле протекут сто-
летия. Но и при этих условиях мо-
жет не хватить человеческой жизни,
чтобы найти «братьев по разуму» или
планету, где могли бы поселиться
земляне.
Фантастика не боится трудностей.
Писатели вводят новые представле-
ния о пространстве («кривизна»,
«складки», «завихрения» и тому по-
добное), выдумывают звездолеты но-
вых конструкций, преодолевающие
невообразимые расстояния за считан-
ные часы и дни. Герои фантастиче-
ских произведений легко совершают
путешествия по океану Пространст-
ва— Времени, знакомятся с обитате-
лями иных миров, обретают вечную
молодость, подвергаются длительному
анабиозу, чтобы воспрянуть для но-
вой жизни через несколько столетий,
возвращаются из звездных экспеди-
ций и встречают на Земле своих да-
леких потомков.
В изображении фантастов люди бу-
дущего подчинили себе силы грави-
тации, научились управлять движе-
нием планет, регулируют деятель-
ность Солнца, зажигают потухшие
звезды, перестраивают целые галак-
тики. «И вот мы видим, — пишет из-
вестный советский фантаст Геннадий
Гор, — как современный научно-фан-
тастический роман расковывает совре-
менное воображение и дает почувст-
вовать человеку безграничность его
возможностей ».
Но как бы далеко ни залетала фан-
тазия, действительность — отправная
станция для всякого «умственного
213
214
эксперимента». В век научно-техниче-
ской революции перед мировой науч-
ной фантастикой возникает много об-
щих проблем: будущее космических
исследований, прогресс кибернетики,
опасности, таящиеся в ядерной энер-
гии, в неразумном отношении к при-
роде. Недаром же называют НФ уве-
личительным зеркалом настоящего!
Фантастические допущения — лишь
сгусток того, с чем мы встречаемся
или можем столкнуться завтра. И если
мы читаем рассказ о взаимоотноше-
ниях людей с роботами, наделенными
разумом и эмоциями, то невольно за-
думываемся над тем, какие могут
произойти изменения в психологии
людей, когда действительно им при-
дется жить и работать рядом с робо-
тами. Фантасты и стремятся в меру
своих Сил помочь людям осмыслить
грандиозность уже осуществленных и
предстоящих в недалеком будущем
изменений^ которые вносит в жизнь
научно-техническая революция.
В то же время писатели-фантасты
буржуазных и социалистических
стран далеко не одинаково понимают
роль человека-творца в быстроменя-
ющемся мире и совсем неодинаково
представляют себе облик грядущего.
НФ стала заметным явлением со-
временной культуры в социалистиче-
ских странах. Писатели-фантасты
СССР, Польши, Болгарии, Чехосло-
вакии, ГДР, Венгрии, Румынии стре-
мятся воплотить в художественных
образах зримые черты близкого и
далекого будущего — светлую мечту
передовых умов человечества о рево-
люционном обновлении мира.
В произведениях фантастов социа-
листических стран мы видим преоб-
раженную Землю, мудрых и счастли-
вых людей, сумевших избавиться от
пороков прошлого, залечить раны, на-
несенные природе, сделать ее еще
лучше и совершенней, приблизить
время, когда, говоря словами Пушки-
на, «народы, распри позабыв, в вели-
кую семью соединятся»...
В России научная фантастика за-
родилась до Великой Октябрьской
революции, но первые произведения,
имевшие большой успех, были созда-
ны в 20—30-х годах нашего столе-
тия. Социально-приключенческие ро-
маны А. Н. Толстого «Аэлита» и
«Гиперболоид инженера Гарина», по-
знавательно-географические романы
академика В. А. Обручева «Плуто-
ния» и «Земля Санникова», наиболее
удачные из произведений А. Р. Бе-
ляева признаны по праву классиче-
скими и выдержали много изданий
не только на русском языке.
Александр Беляев, первый совет-
ский писатель, всецело посвятивший
себя работе в НФ, особенно много
внимания уделял биологическим те-
мам («Голова профессора Доуэля»,
«Человек-амфибия», «Человек, нашед-
ший свое лицо») и популяризации
идей К. Э. Циолковского («Звезда
КЭЦ», «Прыжок в ничто»). Книги
Беляева увлекательны, полны неожи-
данных приключений. Характеры и
дерзновенные идеи героев раскрыва-
ются в столкновении враждебных
сил, в действии, в борьбе.
Одним из первых Беляев попытал-
ся домыслить начавшийся гигантский
процесс переустройства нашей стра-
ны и представить социализм в со-
стоянии полного расцвета. Творче-
ский опыт Беляева продолжили Алек-
сандр Казанцев, Григорий Адамов,
Николай Лукин и другие писатели,
намечавшие в своих романах фанта-
стические, а иногда и реальные
перспективы переделки климата и
природы, использования великих от-
крытий в условиях только что сло-
жившегося коммунистического строя
(«Пылающий остров», «Арктический
мост», «Полярная мечта» А. Казан-
цева, «Тайна двух океанов», «Изгна-
ние владыки» Г. Адамова, «Судьба
открытия» Н. Лукина). Создаются
гневно обличающие фашизм — самое
отвратительное порождение совре-
менного капиталистического строя —
романы-памфлеты. («Патент АВ»,
«Остров разочарования», «Атавия
Проксима» и другие книги Л. Ла-
гина).
С конца 1950-х годов, после того,
как в СССР был запущен первый в
мире искусственный спутник и чело-
век— Юрий Гагарин — впервые в
истории осуществил орбитальный по-
лет, советская научная фантастика
обрела новые качества. Ее мировое
значение определил прежде всего ро-
ман Ивана Ефремова «Туманность
Андромеды». Величайшее будущее
науки и техники поставлено писате-
лем в зависимость от социального
прогресса. Ефремов нарисовал широ-
кую картину объединенной Земли
коммунистической эры. Люди, сво-
бодные от всех предрассудков прош-
лого, создавшие общечеловеческий
всепланетный дом созидательного тру-
да, счастья и радости, вступают в
связь по Великому Кольцу Миров
с другими цивилизациями Галактики.
Характерно, что в это же время
выдающийся польский фантаст Ста-
нислав Лем написал «Магелланово
облако», социально-утопический ро-
ман, близкий по идейным задачам и
творческим устремлениям «эпосу меч-
ты» Ефремова. А затем появились
романы Лема «Солярис», «Непобеди-
мый», «Эдем», изображающие с не-
истощимой выдумкой и столь же
серьезными обоснованиями разные
формы жизни во Вселенной, гряду-
щие контакты и трудности взаимопо-
нимания. Станислав Лем известен
также как юморист и сатирик, со-
здавший «Звездные дневники Ийона
Тихого», и как автор блестящих рас-
сказов о приключениях звездного на-
вигатора Пиркса, которые можно счи-
тать образцом художественного иссле-
дования поведения человека в кос-
мосе.
Вслед за тем были изданы и дру-
гие значительные произведения о
коммунистическом обществе будуще-
го— среди них такие романы совет-
ских писателей, как «Каллистяне» и
«Гианэя» Георгия Мартынова, «Мы—
из Солнечной системы» Георгия Гу-
Комплекс автоматических средств для
изучения Луны. С картины художника
А. Соколова.
ревича, «Люди как боги» Сергея Сне-
гова, «Возвращение. Полдень, XXII
век» Аркадия Стругацкого и Бориса
Стругацкого. Наряду с Ефремовым и
Станиславом Лемом братья Стругац-
кие выдвинулись в число популярней-
ших современных фантастов. Извест-
ность им принесли повести «Страна
багровых туч», «Стажеры», «Попыт-
ка к бегству», «Далекая Радуга»,
«Трудно быть богом», «Обитаемый
остров», «Малыш» и другие.
В настоящее время в советской
фантастике работает не менее пяти-
десяти писателей. Произведения НФ
выходят не только в Москве и Ле-
нинграде, но и во всех крупных го-
родах нашей необъятной страны, при-
чем в каждой республике появились
фантасты, пишущие на своем родном
языке. Советская научная фантасти-
ка, как и вся советская литература,
стала многонациональной, и это гово-
рит о ее широком признании.
В потоке изданных книг поражает
обилие тем, сюжетов, интереснейших
215
Аргонавты шестого континента. Рисунок
художника Р. Авотина.
допущений, оригинальных художест-
венных приемов. Во всех своих уди-
вительных построениях и во всех
маршрутах в будущее писатели-фан-
тасты отправляются от станции «Се-
годня». Наше время с его заботами и
тревогами, героизмом и великими
свершениями светит отраженным све-
том даже в самых фантастических за-
мыслах.
Лучшие произведения советской
НФ по-настоящему злободневны, свя-
заны с волнующими проблемами,
учат постигать бытие в его безгра-
ничном многообразии, беспрерывном
движении к будущему. Писатели-фан-
тасты «моделируют» необычные усло-
вия, среду и обстановку действия, по-
зволяющие показать небывалые воз-
можности самого человека и создан-
ной им техники.
Писателям, живущим в буржуаз-
ном мире, социальное зло кажется
подчас неизбывным, как будто оно
зависит не от общественных отноше-
ний, а от «неизменной природы» са-
мого человека. И вместе с тем в луч-
ших произведениях фантастов рез-
ко критикуется капиталистический
строй, породивший за короткий исто-
рический период мировые войны, фа-
шизм и невесть сколько бедствий.
Англо-американская фантастика в
этом смысле наиболее показательна.
Любителям НФ известны книги аме-
риканцев Рэя Бредбери, Айзека Ази-
мова и англичанина Артура Кларка.
Брэдбери принесли признание сбор-
ники новелл «Марсианские хроники»,
«Золотые яблоки солнца», роман
«451° по Фаренгейту». Писатель яр-
чайшего таланта, он выражает в ино-
сказательной форме неприятие самого
строя жизни, лишающего человека
его человеческой сущности. Лирик по
природе своего дарования, он владеет
искусством облекать в поэтические
образы даже отвлеченные понятия.
Брэдбери решительно протестует про-
тив использования науки и техники
во вред людям. «Сами машины — это
пустые перчатки, — заявил американ-
ский фантаст, — но их надевает чело-
веческая рука, которая может быть
хорошей или плохой».
Айзек Азимов, сторонник «твер-
дой» НФ, покоряет читателя трезвой
логикой, тщательным обоснованием
гипотез. Он считается одним из со-
здателей так называемой «галактиче-
ской концепции», охватывающей мил-
лионы лет грядущей истории челове-
чества, поэтапное расселение в кос-
мосе —от колонизации ближних пла-
нет до выхода за пределы Галактики.
Цикл рассказов «Я, робот» оказал,
пожалуй, не меньшее влияние на раз-
витие НФ, чем «Машина времени»
Уэллса. Сформулированные Азимо-
вым «Три закона робототехники»
предусматривают поведение роботов,
действующих в труднейших условиях.
Верные слуги и помощники, никогда
и ничем они не могут повредить че-
ловеку f Опасность одностороннего
развития техники, используемой
власть имущими в своекорыстных це-
лях, — тема известных романов Ази-
мова «Стальные пещеры» й «Конец
Вечности».
Артур Кларк, как и Азимов, соеди-
няет научные гипотезы с увлекатель-
216
ным изложением. Из многих его про-
изведений упомянем романы «Лунная
пыль» и «Пески Марса», прекрасную
повесть «Большая глубина», посвя-
щенную перспективам освоения бо-
гатств мирового океана, роман «Кос-
мическая одиссея 2001 года», пора-
жающий продуманностью мельчай-
ших деталей путешествия к окра-
инам Солнечной системы и контактов
с таинственным инопланетным ра-
зумом.
Из французских фантастов нашего
времени выделяется Франсис Карсак,
автор приключенческих космических
романов, поэтизирующих созидатель-
ную и преобразующую деятельность
объединенных человечеств, для кото-
рых сохранение мира на бесчислен-
ных планетах Млечного Пути стано-
вится непреложным законом. Лучшие
романы Карсака — «Пришельцы ни-
откуда», «Робинзоны космоса», «Бег-
ство Земли».
Наука и фанстастика находятся в
постоянном взаимодействии. Но если
влияние науки прослеживается срав-
нительно легко, то труднее уловить
обратное влияние — фантастических
идей на развитие научной мысли.
А между тем многие серьезные уче-
ные признавались, что чтение фанта-
стических книг помогало их научному
творчеству, а нередко влияло и на
выбор профессии. К. Э. Циолковский
об этом писал: «Стремление к косми-
ческим путешествиям заложено во
мне известным фантазером Ж. Вер-
ном. Он пробудил работу мысли в
этом направлении. Явились желания.
За желаниями возникла деятельность
ума. Конечно, она ни к чему бы не
повела, если бы не встретила помощь
со стороны науки».
Особенно велико воздействие НФ
на восприимчивые молодые умы. Хо-
рошие фантастические книги наталки-
вают на раздумья, будят пытливую
мысль, развивают воображение. И в
этом ценность научной фантастики
как раздела художественной лите-
ратуры, порожденной научно-техни-
ческими революциями XIX и XX
веков.
3 А Д А Ч К 5г (задача-шутка).
В отряде 20 пионеров. Вожатый предлагает ребятам такую головоломку. Ре-
бята должны разбиться на четыре группы; каждая группа становится в одном из
углов волейбольной площадки. Вожатый идет по периметру площадки и считает чис-
ло ребят в группе, мимо которой проходит. Нужно разделиться на группы так, чтобы
в каждой группе число ребят было ближе к 10, чем в предыдущей. Вожатый наме-
рен обойти площадку не один раз. Перебегать из группы в группу нельзя.
Все растерялись. Однако кто-то из ребят, поразмышляв, справился с задачей.
А вам это удастся?
И. Пруссакова
РИСУННИ
Н ПУШКИНУ
охранились портреты Пуш-
кина, исполненные худож-
никами, современниками
поэта.
Но вот что со временем
произошло: портреты, вы-
полненные при жизни по-
эта, отступили на второй
план. Их вытесняют в на-
шем воображении рисунки,
сделанные беглым пером,
как бы шутя. Это авто-
портреты, затерянные меж-
ду зачеркнутых и перебеленных
строк; наброски той же рукой, кото-
рая написала о них: «Мой арапский
профиль».
Пушкин рисовал, как насвистывают
за работой, — в лад своим мыслям,
вовсе не считая себя художником. Но
прошло время, на свет выплыли эти
рисунки, которым прежде не прида-
вали значения.
И оказалось, что людям нашего
века они говорят больше, чем совре-
менникам поэта, многое досказывают
и уточняют в наших представлениях
о самом любимом поэте. Вот почему
и отодвинулись в тень парадные
портреты.
Как же это случилось? Потому ли,
что Пушкин знал и понимал себя
лучше, чем прославленные живопис-
цы? Потому ли, что стремительная и
твердая рука гения предвосхитила
нынешнюю манеру рисовать — как бы
недосказывая, оставляя большой про-
стор для фантазии зрителя? Потому
ли, что Пушкин рисовал не ВЕЛИ-
КОГО ПОЭТА, а просто себя само-
го, сохраняя при этом трезвую иро-
нию по отношению к собственной
особе?
Современники поэта относились к
его рисункам как к безделкам. Ху-
дожники, работавшие над иллюстра-
циями к его произведениям в прош-
лом веке, по большей части просто не
были знакомы с ними.
Теперь мы знаем о поэте больше,
изучены многие документы, имеющие
отношение к творчеству Пушкина,
прочтены черновики, рассмотрены за-
рисовки. И все большую значимость
приобретают эти зарисовки, сопро-
вождающие почти каждую рукопись.
Без них теперь, кажется, и невозмож-
но себе представить гениальные стро-
ки Пушкина. А его автопортреты!
В летучих профилях на полях руко-
писи мы находим больше сходства с
изменчивым, прекрасным, дорогим
нам человеком, чем в портретах,
оставшихся в своем давно прошедшем
времени.
218
________j
Сегодняшний иллюстратор ста-
рается постигнуть ту связь, которая
существует между Пушкиным пишу-
щим и Пушкиным рисующим. Эта
связь несомненна; и чем глубже ху-
дожник осознавал ее, тем ближе его
иллюстрации оказывались к пушкин-
скому тексту, к самому духу его по-
эзии. Тем скорее читатель узнавал и
«признавал» в них своих поэтических
знакомцев,
*
В конце прошлого века Виктор
Васнецов сделал рисунок к «Песне
о вещем Олеге». Вот где нельзя не
узнать пушкинских героев. Виктор
Васнецов сам любил русскую стари-
ну. Он рисовал богатырей, воинов,
боянов, рисовал сказочные леса и
Ивана-царевича на сером волке так,
как будто все это существовало, толь-
ко очень давно — никто и не упомнит
когда... Его князь Олег, его кудес-
ник на том рисунке живут тоже где-
то на грани сказки и седой старины,
в туманной дали веков.
Вряд ли Виктор Васнецов был Зна-
ком с рисунками Пушкина, да и не
иллюстрировал он больше творений
поэта. «Песнь о вещем Олеге» была
близка художнику, так как перекли-
калась с его увлечением русской ста-
риной и живо передавала интерес пи-
сателя к давним, седым преданиям.
В иллюстрации Васнецова нет пол-
ного соответствия пушкинскому за-
мыслу: поэт отдает предпочтение
волхву перед владыкой, но главный
герой баллады для него — правда, не
разгаданная ни тем, ни другим. Этой
правды в композиции художника нет.
Но в ней есть то же серьезное* чуть-
чуть важное настроение, каким про-
никнута баллада, и то соединение
старины и сказки, которое делает
«Песнь» такой привлекательной для
людей самого различного возраста.
И иллюстрация живет!
Но бывало и иначе. Самые чувст-
вительные неудачи, пожалуй, пости-
гали художника-иллюстратора там,
где он и не пытался проникнуть в за-
мысел поэта, а шел как бы по каса-
тельной к нему, отбирая не самое су-
щественное, а то, что ему больше
нравилось у Пушкина.
Вам, конечно, известна знаменитая
картина художника Карла Брюллова,
современника Пушкина, «Гибель Пом-
пеи». В Москве, в Третьяковской га-
лерее, висит его же картина «Бахчи-
сарайский фонтан». Это не иллюстра-
ция к поэме Пушкина того же назва-
ния, хотя картина перекликается с
сюжетом поэмы и изображает ее
героинь.
Карл Брюллов был рано признан
своими современниками, им восхи-
щался Гоголь. И «Бахчисарайский
фонтан» — произведение мастерское.
На переднем плане картины краса-
вицы в тюрбанах забавляются у во-
доема: глаз радует игра теней, дро-
жащих на воде, пестрота восточных
одежд, трепет зелени. Все это захва-
тывает зрителя, и он не сразу приме-
чает печальную фигурку, поникшую
в проеме окна в глубине картины.
Любуясь красавицами у фонтана, ни-
почем не догадаешься, что они —
фон поэмы, а задумчивая Мария, по-
мещенная художником на втором пла-
не,— главная героиня.
Но» может быть, художник волен
выбирать тот момент повествования,
какой ему больше нравится? Ведь
все, что он изобразил в своей карти-
не, есть и у Пушкина. Тем более —
фигурка Марии в окне и само назва-
ние картины доказывают: художник
считал источником своего вдохнове-
ния именно поэму Пушкина. Но кар-
тина существует сама по себе — чи-
тая поэму, ее и не вспомнишь. И гля-
дя на полотно, трудно себе предста-
вить те трагические столкновения ха-
рактеров и взглядов, о которых пи-
сал Пушкин. По* существу, Брюллов
не столько шел за Пушкиным, сколь-
ко отталкивался от его произведения.
И родства между его блестящей, но
поверхностной работой и поэмой Пуш-
кина почти нет.
219
220
*
И так бывало не раз, особенно с
художниками, не дававшими себе
труда серьезнее прочесть то или иное
произведение, прежде чем браться за
иллюстрирование. Сложность этого
вопроса заключается еще и в том, что
в разное время существовали и раз-
ные взгляды, разное отношение к
творениям великого поэта.
На примере повести «Капитанская
дочка» легко проследить, как в зави-
симости от эпохи менялись местами
ее персонажи. Повесть написана почти
полтора века назад. Она все та же,
но отношение к ней изменилось. Для
нас сегодня Пугачев — народный ге-
рой, а не разбойник, а Петруша Гри-
нев — всего лишь недоросль дворян-
ский, каких было много. И до сих пор
нелегко ответить, кто был для Пуш-
кина важнее — Петруша Гринев или
Пугачев.
Художники прошлого совсем по-
иному читали повесть, нежели читаем
ее мы. Так, у художника Петра Со-
колова, современника поэта, много
его иллюстрировавшего, из листа в
лист переходит Гринев, неотличи-
мый от Швабрина. Мундиры у них
одинаковые, парики тоже — и в сцене
дуэли, например, нипочем не отга-
дать, кто который. А на пирушке у
Пугачева изящный барчук Гринев
надменно отвернулся от разбойников
и от хозяина, изображенного в виде
пьяненького мужичонки. Так рисунок
выражал не дух повести, а дух вре-
мени, споря с писателем и зачеркивая
его собственное отношение к героям.
Художник старался рисовать так, как
было принято, дабы угодить невзы-
скательному читателю.
Художники — современники по-
эта — в своих иллюстрациях к его
произведениям оказывались нередко
до обидного далеки от понимания
Пушкина. Да, пожалуй, они не все-
гда к этому и стремились. Иной раз
они даже навязывали ему свои или
общепринятые нормы.
Но чем ближе к нашему времени,
Рисунок А. С. Пушкина.
Автопортрет.
тем точнее лучшие иллюстраторы ста-
раются отобразить в зрительных об-
разах обаяние пушкинской музы.
Так, в начале нашего века боль-
шой русский художник Александр
Бенуа выполнил иллюстрации к «Пи-
ковой даме». На его рисунках перед
читателем предстает мрачный, бесче-
ловечный мир себялюбца Германна.
Вот зимней ночью Германн бродит у
подъезда графини: тускло светит фо-
нарь, движется вдали экипаж, кругом
мертво и темно. В снежной пустыне
влачится Германн, ни души нет ря-
дом. Это — начало пути героя.
Художник изобразил и его конец.
В игорной зале круг света от висячей
лампы освещает силуэт Германна, а
на столе — сброшенные карты и ме-
шочек с золотом. Тьма окружает Гер-
манна, как тюрьма. Уже подступает
к нему непроглядный мрак безумия и
одиночества, предсказанный этим лу-
чом мертвенного освещения. Рисунки
полностью соответствуют суровой яс-
ности пушкинской прозы; хотя они вы-
полнены художником, прочитавшим
Пушкина через много лет после соз-
дания книги.
Бенуа старался прочесть пушкин-
ский текст до дна. Так появились его
иллюстрации к поэме «Медный всад-
ник»— точные, лаконичные, они до-
стойно аккомпанируют трагическому
величию поэмы. Каменные громады
великого города под грозовым небом,
бегущий в панике герой, а за ним —
неотвратимый всадник медный на
вздыбленном коне... Если даже, не
читая поэмы, просмотреть подряд
графические листы, то и они заставят
ощутить мрачную красоту холодного
города, величие монумента над Невой
и обреченность маленького человека.
*
Но Пушкин — это целый мир, и
каждый художник черпает в нем то,
что ему жизненно необходимо. Так,
на рубеже XIX и XX веков к твор-
честву поэта прикоснулся великий
русский художник Валентин Серов.
Мы не знаем, точно известны ли бы-
ли Серову рисунки поэта; однако
совпадения таковы, что выглядят не-
случайными. В 1829 году Пушкин ри-
сует себя всадником. Рисунок на-
смешлив и нарочито комичен: унылая
лошадь делает несуразно широкие
шаги, всадник размахивает невозмож-
ным оружием. Поэт мечтал о дальних
Рисунок А. С. Пушкина.
странствиях, о жарких морях — но
царь не пускал его дальше погранич-
ного городишка Арзрума. И насмеш-
ка Пушкина над не в меру развоевав-
шимся всадником — это не слишком
веселая насмешка над собой...
Серов тоже нарисовал поэта вер-
хом. На его рисунке всадник уез-
жает спиной к зрителю по осенней
дороге. На нем крылатка и шляпа
вместо бурки и шапки (пушкинского
изображения), а из беспорядочных
штрихов складывается намек на ве-
чернее небо и пустынные поля. Ху-
дожник договорил то, в чем не при-
знался поэт, — от его листа веет тре-
вогой и печалью, окружавшими Пуш-
кина накануне гибели.
Серова привлек именно этот, уже
проживший непростую жизнь чело-
век, много страдавший и умудренный
ранним опытом.
Вот он сидит на скамейке Онегина
в Тригорском — в свободной изящной
позе, его узкое лицо повернуто в три
четверти — Пушкин так себя нигде не
изображал. И все же сквозь летучий
контур проступают черты, знакомые
221
Рисунок В. А. Серова.,
по автопортретам поэта. Похоже, что
все-таки художник пристально изу-
чал «арапский профиль», присмат-
ривался и поворачивал его в прост-
ранстве. И — увидел иначе.
Портрет работы Серова передает то
самое впечатление, какое остается от
запавших в душу строк: впечатление
грации и неповторимости. Его сидя-
щий Пушкин — одновременно и пор-
трет, и иллюстрация, толькЬ не к ро-
ману, а к поздней, мудрой и совер-
шенной пушкинской лирике.
*
Быть может, на примере истории
иллюстрирования романа «Евгений
Онегин» особенно четко видно, как
далеки от Пушкина бывали худож-
ники его времени, и как приблизило
художников к нему изучение рисун-
ков самого поэта. Тут нас оглушает
такая разноголосица, такая пестрота,
словно художники имели в виду деся-
ток разных авторов и разных рома-
нов, а вовсе не один, блистательную
энциклопедию своего времени!
Художник П. Соколов (тот, кото-
рый иллюстрировал «Капитанскую
дочку») ухитрился в сцене бала у
Лариных разместить такое количество
фигур, что разыскивать в этой суто-
локе героев романа — пустое занятие.
Точно так же получилось и с его ри-
сунком «Путешествие Онегина»: и ко-
ляска есть, и ямщик, и закутанная
фигура седока, — а уж Онегин это
или нет, определить невозможно.
Неумение — или просто нежелание
прочесть роман, проникнуть в суть
пушкинского замысла — вот что ха-
рактерно для целого ряда дореволю-
ционных работ по иллюстрированию
романа.
Было в конце прошлого века и та-
кое издание «Евгения Онегина». В пе-
реплете белого сафьяна, обложка вся
в лентах, а развернешь — сплошь
виньетки, заставки и цветочные кор-
зиночки, перевитые ленточками. Это
предельно «шикарное» оформление
сделала художница Самокиш-Судков-
ская, считавшаяся в определенных
кругах весьма изысканной. Онегин
у нее —томный ангел во фраке, про-
винциалка Татьяна щеголяет (у себя-
то в поместье!) в лиловых шелках и
умопомрачительных кружевах. Изда-
ние это предназначалось для украше-
ния мещанской гостиной, для зави-
стливых вздохов, ai вовсе не для
чтения.
Поэт словно предвидел затрудне-
ния иллюстраторов. Существуют вы-
полненные его рукой профильные
портреты обоих , героев и даже эскиз
для будущей иллюстрации, изобра-
жающей автора в беседе с Онегиным.
*
Первым, кто обратил самое серьез-
ное внимание на пушкинские рисун-
ки, был советский график Николай
Кузьмин.
Его рисунки в книжке и размеще-
ны, как наброски Пушкина,— на
полях. Они — как бы мгновенные за-
рисовки, сделанные почти на ходу. Но
это только кажется. С каким тер-
пением, с какой любовью надо было
вникать в рисунки поэта, чтобы на-
учиться. .. не подражать ему, нет, но
рисовать, каждой линией, каждым
штрихом напоминая неповторимую
манеру Пушкина! И вот, рассыпав-
шись между онегинских строф, не-
принужденно живут у нас на глазах
молодые герои Онегин, Ленский, ба-
рышни Ларины, светская толпа, пе-
тербургская улица — многолюдное на-
селение романа.
А между ними, все чаще — кто же
это, знакомый и незнакомый?—все
чаще мелькает худощавое лицо в ба-
кенбардах, удивленные тонкие бро-
ви. ..
На рисунках Кузьмина Пушкин
становится героем своего романа, и
героем самым главным и самым инте-
ресным. И дело не в том лишь, что
Пушкин у художника похож на авто-
портреты, а в том, что наконец-то
образ поэта занял то место в романе,
какое ему подобает. Линия рисунка
легка и музыкальна, как онегинская
строфа, она этой строфе созвучна.
Рисунок В. А. Серова.
Нарисовать письмо Онегина, или
размышления поэта о гибели Ленскр-
го, или тоску Татьяны об уехавшем
Онегине — невозможно. Но изобра-
зить на бумаге, как Онегин скучает
у себя в кабинете, как Ленский па-
дает в снег, как Татьяна бродит по
дому Онегина, — можно. Нарисовать
Рисунок В. Фаворского»
Рисунок В. Фаворского,
героев так, чтобы за ними чувствова-
лась пушкинская ирония и пушкин-
ская симпатия, — можно.
Художник не только прикоснулся
к волшебному миру пушкинского
творчества — он в него вошел. И ввел
за собой читателя. Недаром то изда-
ние романа, где по полям бегут ри-
сунки Кузьмина, берешь в руки с
особым волнением: кажется порой —
перед тобой рукопись, еще не остыв-
л шая от бега волшебного пера...
*
Сейчас уже можно говорить о тра-
диции обращения к эскизам и на-
броскам самого поэта в советской гра-
фике. Хотя каждый художник при-
ближается к Пушкину на свой манер,
в наиболее приемлемой для себя фор-
ме. То, что сделал Кузьмин, иллю-
стрируя «Евгения Онегина», а также
книгу литературоведа Л. Гроссмана
о последних годах Пушкина — «Запис-
I ки д Аршиака»,—неповторимо. К Пуш-
кину художники идут разными пу-
тями.
Для детей Пушкин начинается
со сказок, но искусство детской ил-
люстрации расцвело лишь в совет-
ское время, а одним из первых и зна-
чительнейшим художником детской
книги стал ленинградский мастер Вла-
димир Конашевич. Он-то и сделал
специально для детей иллюстрации к
сказкам Пушкина. Теперь трудно се-
бе даже представить, как их можно
было бы сделать иначе.
Его веселые и чуть таинственные
картинки — окошки в волшебную
страну сказки, где все неожиданно и
чуть-чуть не так, как вы привыкли
видеть вокруг. Только в эти окошки
надо глядеть доверчиво, во все глаза.
Царевич уйозит невесту верхом
на коне — так и бывает! Но седло
застелено плащом, а плащ летит сам
по себе, отдельно от коня (так не бы-
вает! ) — чтоб коню не было тяжело.
Гвидон ведет беседу с ветром и, как
мы с вами, ветра видеть не может —
но деревья клонятся, и конская грива
летит по ветру (так и бывает). А при-
глядишься — конь точь-в-точь кару-
сельный, облака на небе качаются, и
под ними — явственные следы худож-
нической кисти... Все «понарошку»,
все ярче, веселей — и неожиданней,
чем каждый день возле тебя. Такая
уж страна сказка! Отправляясь туда,
надо помнить, что вода бывает жи-
вая и мертвая, что царь Кощей запер
свою смерть в сундуке, что добро в
конце концов всегда побеждает. И на-
до с радостью видеть: орешки у бел-
ки не простые, а золотые, и ветер по
морю гуляет и кораблик подгоняет...
Но сказка ложь, да в ней намек: доб-
рым молодцам урок — и пушкинский
этот урок, добрый, лукавый, мы
усваиваем куда легче в сопровожде-
нии веселых и нарядных рисунков
Конашевича.
Советский график Владимир Фа-
ворский не работал над детскими
книжками. Но ему принадлежит порт-
рет Пушкина-лицеиста в мундире со
стоячим воротником. Еще щеки у не-
го по-детски пухлые, но уже откину-
та кудрявая голова в порыве вдохно-
венном, уже загляделись в необъят-
ную даль расширенные волнением
глаза. Таким Пушкин себя не рисо-
вал. Тем не менее этот портрет не
мог бы появиться без рисунков са-
мого поэта. Благодаря их длинной ве-
ренице— веренице автопортретов: с
короткими волосами и длинными, с
полуулыбкой и нахмуренных, озорных
и серьезных — благодаря им мы уз-
наем и кудрявого отрока на рисунке
Фаворского — да, верно, таким он и
должен был быть! Всего каких-ни-
будь три — четыре года отделяют это
еще круглое лицо от первого «арап-
ского профиля». И связь между ними
неоспорима...
Фаворскому принадлежат также
широко известные иллюстрации к
«Маленьким трагедиям». Это полные
движения композиции со многими фи-
гурами. Мы словно сидим в темном
зале и смотрим на подсвеченную со-
фитами сцену. Кажется даже, будто
чувствуешь ветерок от взвившегося
занавеса. Театр Пушкина здесь дей-
ствительно театрален — яркое карна-
вальное шествие, плащи, шляпы с
перьями — и резкое столкновение ха-
рактеров, обозначенных жестом, ли-
нией профиля, расположением силу-
этов.
Но Фаворский был зрелым худож-
ником, когда взялся за работу над
иллюстрациями к Пушкину. А мос-
ковская школьница Надя Рушева, как
миллионы наших школьников, росла
с именем Пушкина — и рисовала его
всю свою короткую жизнь. Она су-
мела очень по-своему впервые уви-
деть Пушкина — темноглазого (во-
преки портрету Тропинина) длинно-
рукого школьника, задумчивого юно-
шу, окрыленного поэта. Так же, как
Кузьмин, но — домысливая, преобра-
жая, Надя Рушева идет от рисунков
самого поэта. Она изучает эти исто-
ки, чтобы оттуда начать свое собст-
венное творчество. Она вообще иллю-
стрирует не отдельные произведения
Пушкина, а как бы одну большую
книгу — «Пушкин* Жизнь и произве-
дения». И у нее поэт такой, словно
она провела бок о бок с ним собствен-
ное детство: порхала по царскосель-
ским аллеям, отступала, когда он
бросался в траву, закусив губу, за-
слышав музу... Быть может, от
этого ее легкая линия выражает
Пушкина так, будто и ее мимоходом
коснулись ласточкины крылья музы
поэта...
*
Пушкин дорог и близок нам се-
годня, как, быть может, никогда
прежде. Похоже, с годами он не уда-
ляется от нас, а приближается — но,
наверно, мы в своем двадцатом веке
видим его не так и не таким, каким
видели его современники. Что-то уте-
ряно, но как много нового мы узна-
ли о нем — такого, чего не знали или
не понимали, а то и не замечали те,
кто был рядом с поэтом! И художни-
кам приходится все серьезнее гото-
виться к работе над Пушкиным.
Наследие Пушкина для нас — это
высокий образец правды в искусстве,
правды, почерпнутой из жизни и пре-
ображенной гением поэта. И худож-
никам, иллюстрирующим творения
Пушкина, приходится стремиться
вслед за ним, учась и у Пушкина-
поэта, и у Пушкина-мыслителя, и у
Пушкина-художника. Как читателю
«Евгения Онегина» не могут быть
безразличны те люди, о которых идет
речь в романе, так и иллюстратору
романа не могут не понадобиться в
задумчивости начертанные среди чер-
новиков портреты, шаржи, автопорт-
реты и сценки. Они драгоценны, они
так же запечатлели свет Пушкина,
как стихотворные строки. Сегодня
художники вглядываются в них и
учатся у них.
16 Хочу все знать
il В МИРЕ
ПРЕКРАСНОГО
В. Соколов
КАКИЕ
БЫВАЮТ СКАЗКИ
лый, который любит необычайные невоз-
можные истории, чаще читает научную
фантастику.
Сто пятьдесят лет назад, когда никакой
научной фантастики не было и в помине,
родился в Тверской губернии мальчик —
Миша Салтыков. Став писателем, Михаил
Евграфович Салтыков-Щедрин создал на-
стоящие сказки для взрослых, и среди
них — «Историю одного города». Самые
разные художники делали рисунки к этой
книге. Но, пожалуй, интереснее всего ил-
люстрации трех художников, работающих
вместе, — Куприянова, Крылова, Николая
Соколова — Кукрыниксов.
«История одного города» — не просто
сказка. Это очень злая, очень умная са-
тира на самодержавие, на самые большие
недостатки людей — глупость, трусость,
жестокость, покорность.
Поэтому Кукрыниксам, известным мас-
терам остросатирической карикатуры, уда-
омните, как в детстве мама
или бабушка рассказывала вам
сказку перед сном? Потом,
когда подросли, вы прочитали
«Алису в стране чудес», «Ко-
ролевство Кривых Зеркал»,
«Барона Мюнхаузена» и еще
много других, самых разных
сказок.
Вряд ли кто-нибудь подсчи-
тывал, сколько их всего в ми-
ре, но почти все сказки, весе-
лые и грустные, смешные и
страшные, длинные и корот-
кие, пишутся для детей. Взрос-
лось лучше других передать в рисун-
ках гротескность повести Салтыкова-Щед-
рина.
Давайте разберемся, что такое гротеск
и как он воплощается в рисунках худож-
ников.
Первая особенность такого приема за-
ключается в преувеличении, доведении до
крайности какого-то качества. Щедрин, для
того чтобы показать тупость и жестокость
градоначальника Брудастого, дает ему
вместо головы органчик, исполняющий
всего две «пьесы»: «Разорю» и «Не по-
терплю!». К этой главе Кукрыниксы нари-
совали сидящего за столом Брудастого.
226
Всё на месте — папки с делами, ковровая
дорожка — непорядок лишь в том, что
голова градоначальника отдельно лежит
на столе. Маленький чиновник в даль-
нем конце кабинета до смерти этим на-
пуган.
Здесь присутствует еще одна черта
гротеска — сочетание фантастики и реаль-
ности. Вот и на следующем рисунке к той
же главе мы видим двух необыкновенных
градоначальников с механическими голо-
вами на фоне самого что ни на есть обыч-
ного мужичонки с телегой и костлявой
лошадью. Будто два марсианина среди
землян.
В свое время Салтыков-Щедрин не мог,
конечно, прямо назвать царя дураком или
тираном. Ему пришлось наделять своих
градоначальников чертами разных русских
царей. Однако уже тогда современники
догадывались, кого на самом деле имел
в виду автор. Тем более после революции
Оружие сатиры — смех. Писатель смеет-
ся над градоначальником, затеявшим путе-
шествие на городской пустырь. Едет этот
путешественник с гордым видом на те-
леге, на задке два солдата спят, солнце
печет,. у забора — навозная куча — так вы-
глядит путешествие у Щедрина, и так же
иллюстрируют похождения Фердыщенко
Кукрыниксы.
Гротеск означает соединение трагиче-
ского и комического. Город Глупов тонет
вместе с жителями, а два бравых солдата,
стоя по пояс в воде, рапортуют Угрюм-
Бурчееву: «Плотина построена!» — таким
рисунком заканчиваются иллюстрации к
«Истории одного города».
В повести Салтыкова-Щедрина и в ри-
сунках Кукрыниксов проходит перед нами
сатирическая история самодержавия, пол-
ная точных портретов, убийственных ха-
рактеристик. Но фантастические образы и
остроумные выдумки писателя помогали
Кукрыниксы могли нарисовать градона-
чальника Грустилова очень похожим на
Александра I, что они и сделали.
обличению и современного писателю цар-
ского правительства.
Вот видите, какие бывают сказки.
16*
Молочница, 6 декабря 1919
года принесшая молоко
и сметану давнему сво-
ему покупателю Алек-
сандру Ксаверьевичу, по-
стучала в закрытое став-
нями окно большого за-
пущенного дома. Ответа
не было. Она постучала
еще раз. Прислушалась.
Внутри, в единственной
жилой комнате бывше-
го барского дома, было
тихо.
— Що за оказия? —
На огороде, среди бурых плетней
неубранной картошки, широко раски-
нув ноги и руки, лежал хозяин дома.
Она сразу узнала его толстую шер-
стяную куртку, домашние плисовые
брюки и мягкие полусапожки из тон-
кого шевро.
— Лександра Ксаверич... — про-
бормотала женщина и, подхватив
свои бидоны и глечики, бросилась
вон со двора.
*
Через час в доме уже работала
милиция.
ПО СТРАНИЦАМ
ИСТОРИИ
Н. Внуков
БУЛАТ
(ИСТОРИЯ ОДНОЙ ЖИЗНИ)
удивилась молочница. — Раньше сам
выходил на крыльцо и принимал за-
каз. .. Или заспался? ..
Она обогнула дом и вышла к чер-
ному ходу. Дверь черного хода была
приотворена.
— Лександра Ксаверич!—оклик-
нула молочница.
Дом молчал.
— Или уехал куда раненько... —
решила молочница.
Поставив бидоны на землю, она
подняла руки,чтобы поправить сполз-
ший на плечи платок, да так и засты-
ла на месте от того, что открылось ее
228 глазам.
Хозяин дома был убит выстрелом
в спину и умер мгновенно. Следов
преступника обнаружить не удалось.
Через открытые ставни в комнату
вошел луч солнца и заиграл желтым
ослепительным блеском на старинном
тяжелом щите, заискрился красными
и синими огоньками на рукоятке кри-
вой сабли, висевшей на ковре над
диваном.
Милиционер подошел к щиту, тро-
нул его пальцами.
— Никак золото... ишь, тяже-
лый! — сказал он.
Он снял щит и саблю и осмо-
трел их.
— Больших денег стоят эти вещи.
Интересно, почему их не взяли? Хо-
зяина убили, а богатство такое оста-
вили. Или им помешали? ..
Целый день милиционер и понятые
из деревни осматривали кабинет хо-
зяина дома. Перебирали бумаги, чи-
тали письма, перелистывали книги из
библиотеки. Но так до конца и не
поняли, кем же был хозяин дома.
По словам жителей деревни выхо-
дило, что он был тихим, спокойным
человеком, бывшим военным, недавно
приехавшим из Петербурга. Молоч-
ница говорила, что он был ученым,—
целые дни писал что-то.
По бумагам, найденным в письмен-
ном столе, выяснилось, что он был
гусаром его величества лейб-гвардии
гусарского полка в звании ротмистра
и за безупречную службу награжден
орденами Анны II и III степени,
орденом Владимира IV степени и
французским орденом Почетного Ле-
гиона.
По аттестату, выданному на имя
Александра Ксаверьевича Булатови-
ча, он был выпускником самого при-
вилегированного в России Алексан-
дровского лицея, титулярным совет-
ником.
По записям в толстой тетради, ле-
жащей на столе, и по книгам с его
именем на обложках получалось, что
он путешественник по Африке, удо-
стоенный за географические труды
свои серебряной медали имени Семе-
нова-Т ян-Шанского.
Так и не поняв ничего толком, ми-
лиционер опечатал кабинет, выставил
у дома охрану и уехал в Харьков до-
ложить о странном убийстве началь-
ству.
Что было потом — неизвестно.
Интервенция немцев на Украине и
гражданская война стерли память об
Александре Ксаверьевиче Булато-
виче. Некогда было выяснять лич-
ность убитого и причины убийства.
И только в последние годы завеса
тайны приоткрылась.
В 1966 году благодаря работе мно-
гих людей — этнографов, географов
и литературоведов — удалось узнать,
кто же был убит в ночь на 6 декабря
1919 года в деревне Луцыковка под
Харьковом.
*
Он не помнил отца. Отец умер,
когда ему было всего три года. Он
знал только, что отец был генерал-
майором и командовал в Орле 143-м
Дорогобужским полком. После смер-
ти мужа мать сразу перевезла детей
в свое имение Луцыковку.
Жизнь в деревне шла тихая, раз-
меренная. Домашние уроки, игры с
сестрами, книги, по вечерам два обя-
зательных часа французского языка,
которому учила его мать. Остальное
время он отдавал лошадям, неболь-
шой табунок которых пасся на выго-
не за лесом.
— Саша,— говорила мать, — от
тебя пахнет сбруей и конским потом.
Я не пущу тебя за стол. Немедленно
мыться! И чего тебе дались эти ло-
шади.
— Но, ма, они такие красивые и
ласковые! И очень послушные! Я уже
могу без седла проехать на любой
из них!
... Потом городское реальное учи-
лище в Харькове.
Все давалось ему легко. Он учился
играючи, без напряжения. Если това-
рищам требовалось на выполнение
домашнего задания три часа, он
справлялся с этим заданием за час.
Если преподаватель задавал выучить
десять слов по-латыни, он учил три-
дцать.
Весной 1884 года он получил сви-
детельство с отличием об окончании
училища, и когда мать, растроганная,
счастливая, прижала его к груди и
спросила, где он думает учиться даль-
ше, он ответил:
— Я давно решил, мама. Алексан-
дровский лицей!
Евгения Андреевна ахнула.
— Но ведь это невозможно, Саша!
Туда принимают из классической
гимназии, да и то только с хорошей
протекцией!
— Примут, — упрямо сказал Алек-
сандр. — Напиши в Петербург дяде,
пусть он ходатайствует о моем по-
ступлении в лицей.
Евгения Андреевна с тоской и
страхом посмотрела в глаза сыну и
поняла, что убеждать и спорить бес-
полезно. У него твердый характер
отца, и если он хочет чего-нибудь, то
обязательно добьется.
Через несколько дней Булатовичи
выехали в Петербург.
Разрешение на допуск к экзаменам
получить удалось. Помогли заслуги
отца. И экзамены сдал блестяще -—
по всем предметам высший балл —
двенадцать. Только по географии на-
брал восемь. Споткнулся на вопросе
об Эфиопии.
Ночью она услышала, как он про-
бормотал во сне:
— Эфиопия... узнать... обяза-
тельно.
Утром пошли смотреть списки при-
нятых.
Саша Булатович прошел одним из
первых.
... В 1891 году в пышной и торже-
ственной обстановке выпускникам ли-
цея были вручены дипломы. И здесь
в списке он был одним из первых.
Ему был присвоен чин титулярного
советника и дано назначение в «кан-
целярию по ведомству учреждений
императрицы М^рии». Это ведомство
руководило всеми учебными заведе-
ниями России.
Однако за день до этого, нарушая
все установленные порядки, Алек-
сандр подает прошение о выдаче до-
кументов на руки и второе проше-
ние— в военное ведомство — о за-
числении его рядовым в лейб-гвардии
гусарский полк 2-й кавалерийской ди-
визии. Таким образом он отказался
от очень хорошо оплачиваемой долж-
ности высшего государственного чи-
новника и начал все фактически с
нуля.
Лицейскому начальству с трудом
удалось подавить назревающий скан-
дал. Прошения были удовлетворены.
Булатович стал гусаром.
Уже через год он получил первый
офицерский чин корнета. Потом его
откомандировывают в школу фехто-
вания — в конно-гренадерский полк.
В 1894 году он становится одним из
лучших фехтовальщиков России и на-
значается командиром полковой и
учебной команды.
В 1896 году Булатович вновь по-
дает прошение в военное ведомство
об освобождении его от службы и...
назначении простым санитаром в от-
ряд Красного Креста, который от-
правляется русским правительством в
Эфиопию. Он вновь перечеркивает
все, чего достиг, и снова начинает
с нуля...
Командование поражено. Молодой
красавец, гусар номер один России,
перед которым лежала открытая до-
рога к почестям и повышениям по
службе, прекрасный наездник, по-
стоянно бравший первые призы на
скачках в Красном Селе, замечатель-
ный фехтовальщик отказывается от
всего и просится в санитарный отряд
простым братом милосердия! Это не-
вероятно! Что движет им? Никто не
знает. Столичные газеты на разные
лады пережевывают эту новость.
И опять, чтобы замять неприятный
Инцидент, военное ведомство удовле-
творяет просьбу беспокойного офице-
ра. Звания с него не снимают, но
дают годичный отпуск и прикоманди-
ровывают к отряду как частное лицо.
В тот год эфиопская армия наго-
лову разбила итальянские войска в
битве под Адуа. Итальянцы, пытав-
шиеся завоевать Эфиопию, вынужде-
ны были не только заключить позор-
ный мир, но и выплатить громад-
ную контрибуцию за нанесенный на-
селению Эфиопии ущерб. Так кон-
чилась первая итальянская кампа-
ния. Но и Эфиопии победа досталась
большой кровью. Около четырнадца-
ти тысяч раненых ожидали помощи
в Аддис-Абебе, Хараре и Дессье.
Своих медиков в Эфиопии почти не
было. И вот в этот тяжелый для
Эфиопии момент Россия послала в
распоряжение императора Эфиопии
Менелика II добровольческий сани-
тарный отряд под командованием ге-
нерала медицинской службы Шведо-
ва. Вот к этому-то отряду и был при-
командирован Булатович.
Путь в Эфиопию оказался более
долгим, чем предполагалось. Итальян-
цы чинили всяческие препятствия.
Они все еще не оставляли надежды
закрепиться в Эфиопии. Отряду
Красного Креста был запрещен въезд
в порт Массауа. Пришлось срочно
менять маршрут. Транспорт с врача-
ми вошел во французский порт Джи-
бути.
Менелик II ничего об этом конечно
не знал. Нужно было срочно сооб-
щить ему о прибытии в Харар и до-
говориться о высылке каравана для
переброски грузов. Курьером вызвал-
ся быть Булатович.
Местные жители с недоверием от-
неслись к этому предприятию. Они
говорили, что русский офицер или за-
болеет, или умрет в пути. Шутка
ли — проехать на верблюде триста
пятьдесят километров по каменистой
пустыне! По местам, где караваны-то
ходят только раз в год! По бездо-
рожью, на всем протяжении которого
встречаются два источника воды, да
и то один из них — минеральный, го-
рячий. Кроме того, Булатович — бе-
лый и совсем не знает местных усло-
вий и местного языка. Не кончится
добром эта поездка...
Но Булатович был непреклонен.
В тот же день с двумя проводника-
ми, которые согласились сопровож-
дать его за крупную сумму денег, он
выехал из Джибути.
Невероятно тяжелым был переход.
Каменистые осыпи, русла давно пере-
сохших рек, отполированные ветрами
пустыни скалы..: Верблюд монотон-
но раскачивался, и от этой монотон-
ности через два-три часа начинался
жестокий приступ морской болезни.
Приходилось спешиваться и идти ря-
дом с ним, пока не успокаивался же-
лудок. А потом все повторялось...
Никакие понукания не могли заста-
вить верблюда идти быстрее. Восемь
километров в час — предел. И страш-
ная жара, от которой тупела мысль
и начинались галлюцинации. Вот
она — Эфиопия, на которой он чуть
не срезался по географии в лицее...
Не такой он рисовал ее в своих
мечтах!
На третьи сутки не выдержал один
из проводников. Он упал и отказался
идти дальше. Его пришлось оставить
в крошечном селении, встреченном в
русле сухой реки.
И опять струящееся марево над
раскаленными камнями, бесцветное,
как жесть, небо над головой, прямые
и дымные, как раскаленная проволо-
ка, солнечные лучи, вонзающиеся в
землю, и полубред. Иногда ему ка-
залось, что он навсегда заблудился
на этой серой земле и уже ничего
больше не будет — ни финиковых
пальм, ни людей, ни журчания
воды...
Триста пятьдесят километров он
преодолел за трое суток и восемна-
дцать часов. На полсуток быстрее,
чем профессиональные курьеры. Ни
один европеец до Булатовича не до-
бивался столь блестящих результа-
тов! На жителей Эфиопии этот пере-
ход произвел такое сильное впечатле-
ние, что личность Булатовича стала
легендарной. В Харар приезжали из
далеких селений, хотели познакомить-
ся с русским, ласково называли его
Булат. А когда прибыл с караваном
отряд Шведова, Менелик II, показы-
вая генерал-майору на массу народа,
собравшегося перед дворцом, сказал:
— Они думают, что все русские —
Булатовичи!
Россия тоже была восхищена этим
подвигом. О Булатовиче много писа-
ли столичные газеты.
Быстро разбит полевой госпиталь.
Работа в нем идет почти без переры-
232 ва. Врачи отдыхают по четыре—пять
часов в сутки. Через их руки прохо-
дит до двухсот пятидесяти раненых
в день. Одновременно созданы курсы
для подготовки местных медицинских
работников.
Булатович неутомим. Он работает
простым санитаром, помогает хирур-
гам, делает перевязки, присутствует
при сложных операциях. А в свобод-
ное время изучает амхарский язык и
знакомится с городом. Несколько раз
его вызывает к себе Менелик. Ему
нравится ум молодого гусара, сме-
лость, искусное владение конем, про-
стой и веселый нрав, а особенно то,
что он живо интересуется жизнью
эфиопов.
В октябре 1896 года отряд закан-
чивает работу и собирается в Россию.
Но Булатович хочет остаться. Он
испрашивает у русского правитель-
ства разрешение совершить путешест-
вие в неизведанные районы страны.
Такое разрешение ему дается.
Он хотел проникнуть в Каффу, к
галасским племенам у верховьев Ни-
ла. Перед Булатовичем стояло не-
сколько неразрешенных географиче-
ской наукой вопросов. Куда течет
главная река Южной Эфиопии —
Омо? Впадает ли она в озеро Рудоль-
фа или, огибая Каффу с юга, впадает
в Собат, а затем в Средиземное
море? Если же Омо не есть верховье
Собата, а впадает в озеро Рудольфа,
то где находятся истоки Собата?
Еще никому не удавалось пройти
к озеру Рудольфа с севера. До
1897 года на его берегах побывали
только четыре европейских экспеди-
ции— открывшая само озеро экспе-
диция Телеки, исследовательский от-
ряд Дональдсона Смита, экспедиция
Ботеги и группа Кавендиша, Все об-
ласти к северо-западу от озера Ру-
дольфа были белым пятном,
27 декабря отряд Булатовича поки-
дает столичный город Аддис-Абебу.
«С веселыми песнями отряд около
двенадцати часов дня покидает сто-
лицу, — пишет Александр в своем
дневнике. — Отряд бодр и весел и
производит впечатление выведенного
на первый снег молодого коня, с ра-
достным ржанием рвущегося на во-
лю. .. В первый день сделали шести-
часовой переход и стали биваком у
подножия горы Уочеча, а двадцать
восьмого спустились в долину Хуа-
ша...»
Путешествие началось благополуч-
но и благополучно закончилось. Об-
ласть, которую прошел и описал Бу-
латович, перестала быть белым пят-
ном. Заслуга молодого путешествен-
ника заключается в том, что он впер-
вые и очень точно нанес на карту
речную систему юго-запада Абиссин-
ского нагорья, описал ее и указал
истоки многих рек. Карты, состав-
ленные им, были настолько точны,
что через сорок лет, в 1936 году,
во время второй войны, итальянцы
пользовались ими во время втор-
жения (как и первый раз — неудач-
ного) в Эфиопию.
Надо сказать, что до конца XIX ве-
ка в Каффе удалось побывать лишь
пятерым европейским путешественни-
кам— трем итальянцам и двум фран-
цузам,— но никому из них не посча-
стливилось проникнуть в глубь стра-
ны. Вот почему отважного русского
гусара можно смело назвать единст-
венным исследователем этой страны.
Он собрал такие сведения, каких
последующие путешественники до-
быть уже не могли, — Менелик под-
чинил Каффу Эфиопии, весь средне-
вековый уклад жизни здесь был сло-
ман и быстро исчез. До сих пор
материал, собранный Булатовичем,
остается ценнейшим источником по
изучению истории и этнографии
Каффы.
Менелик II так писал послу Рос-
сии в Эфиопии Власову:
«... Я послал... с расом Вальде
Георгисом Булатовича. То, что напи-
сал рас о его поведении, весьма об-
радовало меня. Содержание следую-
щее: «Идя туда и возвращаясь, он
(Булатович) думал о всей дороге, я
давал ему людей, и он, обходя всю
землю и все горы, не говорил ни сло-
ва: я устал сегодня, отдохну; если
уходил вечером, то возвращался
ночью, когда мы возвращались; он
был окружен врагами, ему приходи-
лось трудно... я говорил с горестью,
что он умрет, но господь Менелика
благополучно вернул его. Я видел, но
не знаю такого человека, как он,
сильное создание, которое не
устает...»
Император Эфиопии был так вос-
хищен подвигом Булатовича, что по-
дарил ему золотой щит и саблю, под-
твердив право ношения этого оружия
специальным рескриптом. И на роди-
не оценили его. Он был награжден
орденом Станислава II степени и про-
изведен в штабс-ротмистры.
По возвращении в Петербург Бу-
латович делает доклад в Географиче-
ском обществе о своем путешествии
через Каффу к озеру Рудольфа. Кро-
ме того, он пишет книги «От Энтото
до реки Баро» и «С войсками Мене-
лика II». Эти его труды были удо-
стоены серебряной медали имени Се-
менова-Т ян-Шанского.
В 1899 году он совершает второе
путешествие в Эфиопию. Во время
этого путешествия он сделал более
восьмидесяти наблюдений для опреде-
ления астрономических пунктов меж-
ду Аддис-Абебой и Фазогли. Он
мечтал составить подробную карту
страны. Но ему так и не удалось за-
кончить эту работу. Военный ми-
нистр Куропаткин срочно вызывает
его в Петербург, и здесь он получает
назначение в Порт-Артур, в распоря-
жение командующего Квантунской
области. Он прикомандирован к од-
ной из кавалерийских частей, дейст-
вующих в Китае. Через месяц он на-
значен командиром 5-го эскадрона.
Но военные действия в Маньчжурии
быстро окончились, и Булатович воз-
вращается в свой полк.
Блестящая карьера ожидала умно-
го, талантливого и отважного гвар-
дейца. Но по возвращении в Петер-
бург он вдруг снова отказывается от
всего, увольняется в запас и уезжает
в Грецию, на Халкидонский полуост-
ров, где становится монахом в Афон-
ском православном монастыре. И сно-
ва газеты на все лады обсуждают это
событие. Почему он так поступил?
Чего ему не хватало, когда он нахо-
дился на вершине славы? К чему он
стремился, выбирая в жизни все но-
вые и новые пути? Где-то в архивах
хранятся бумаги и документы, объяс-
няющие все. Но они еще не найдены.
Они еще ждут своих исследователей.
Дальше все смутно и противоречи-
во. Установлено, что он в 1910 году
был рукоположен в иеромонахи. Но
и после этого он еще раз посещает
милую его сердцу Эфиопию. Нам не-
известно, чем он там занимался.
Почти все документы периода правле-
ния Менелика II погибли во время
войны с Италией в 1936 году.
Из Эфиопии он снова возвращается
в Афон. О нем ничего не слышно до
1913 года. Но в 1913 году его имя
снова появляется на страницах газет.
Поступают сообщения, что взбунто-
вались монахи Афонского монастыря.
Во главе бунта — Булатович. Из мо-
настыря изгнан игумен со своими
приверженцами, а Булатович превра-
щает монастырь в крепость, укреп-
ленную по всем правилам фортифи~
кации.
Когда это сообщение попало на
стол обер-прокурора синода Победо-
носцева, Победоносцев побледнел и
воскликнул:
— Да это же не монах! Это — ре-
волюционер!
Военное министерство посылает на
усмирение бунта экспедиционный от-
ряд. Но монастырь сдался без боя.
Более восьмисот монахов схвачены,
силой посажены на пароход и выве-
зены в Россию. Только нет среди них
зачинщика бунта. Он бесследно
исчез...
234
Через месяц Булатович оказывает-
ся в Петербурге. Он снова герой дня.
Снова о нем пишут газеты. И тогда
синод, которому не нужна такая
громкая «слава», обращается к мини-
стру внутренних дел Маклакову с
просьбой насильно выселить Булато-
вича из столицы. Булатовича отправ-
ляют в Луцыковку под надзор по-
лиции.
В имении он много работает над
дневниками своего предпоследнего
путешествия в Эфиопию, подготавли-
вает к печати книгу, но работу пре-
рывает мировая война. Булатович не
может остаться в стороне от такого
события. Он выезжает в Петроград
и добивается назначения в действую-
щую армию. Ему разрешают быть
полковым священником (офицерский
чин ему не вернули). Но разве может
Булатович быть просто духовйым
пастырем солдат, идущих на смерть?
Нет! У командира полка он просится
в разведку. Просьба удовлетворена.
Он совершает несколько дерзких
рейдов по немецким тылам и при-
носит командованию ценнейшие све-
дения. Но во время одного из рейдов
немцам удается схватить его. Он и
его солдаты брошены в лагерь. Впро-
чем, ненадолго. Через несколько дней
лагерь взбунтовался, пленные раз-
оружили охрану и с боем прорвались
через линию фронта к своим.
И опять в России говорят о знаме-
нитом гусаре, о его дерзости и храб-
рости.
Его отзывают с фронта и сажают
под домашций арест. Мотивы ареста
нам тоже неизвестны. Как неизвестно
и то, чем он занимался в своем име-
нии до 1919 года.
Он все время стремился вперед,
пробуя себя в разных сферах челове-
ческой деятельности. Он был лучшим
кавалеристом России, кумиром «зо-
лотого» великосветского Петербурга,
путешественником, главарем бунта
монахов в Афоне, героем боев на
сопках Маньчжурии, разведчиком и
ученым. Но кем бы он ни был, всегда
его поступки и его заблуждения были
искренними и прямолинейными. Он
не терпел половинчатости в начатом
деле.
Среди книг библиотеки, обнару-
женных милиционером и понятыми
после убийства в Луцыковке, было
найдено несколько марксистских бро-
шюр. Он работал над ними. Это вид-
но по многочисленным пометкам на
полях и подчеркиваниям в тексте.
И кто знает, может быть, этот че-
ловек пришел в новое наше общество
таким же пламенным, увлекающимся
и честным, каким был во всех своих
начинаниях.
Если бы только не трагическая
ночь на 6 декабря...
^ЙИБкОРОТ КИЕЗАМЕТК
Целый ряд географи-
ческих названий состоит
всего лишь из одного
звука:
А — река в Голландии,
И — поселок на запад-
ном побережье Финлян-
дии,
Ю — городок в Южной
Швеции,
У — река на западе
Франции,
Э — деревня на юге
Бельгии.
Зато одна из деревень
Новой Зеландии обладает,
безусловно, самым длин-
ным именем: Тауматавха-
кататангихангакоууауатама-
теапокаивхенуакитанатахука-
пикамаунгахоргита. В пере-
воде с языка майори на
русский это означает: «Гре-
бень холма, куда забрался
Таматеа, человек с боль-
шими коленями, поскольз-
нулся, но прошел через
гребень й открыл новую
землю, где стал играть на
флейте для своих родных».
ДРУГ
под
МИКРОСКОПОМ
ЛНТОНИ ВЛН ЛЕВЕНГУК
Немало чудесного в нашем
мире. О многом мы даже
и не подозреваем. Долгое
время люди не знали о су-
ществовании в природе це-
лого царства микроорга-
низмов. Оно было невиди-
мым и открыто сравни-
тельно недавно — в самом
конце XVII столетия.
С изумлением рассмат-
ривал неведомых «зверю-
шек» Антонй ван Левенгук,
которому впервые посчастливилось
заглянуть в мир «невидимок».
Скромный торговец сукнами любил
шлифовать линзы и рассматривать
через стеклянную фасолинку все, что
попадалось под руку — испорченное
мясо, тину из каналов, загнившее
сено, капли дождя, — и всюду нахо-
дил невидимых простым глазом жи-
вых существ. Одни из них беспокой-
но метались взад и вперед, словно
пытались спрятаться от любопытного
глаза, другие проплывали спокойно
и величаво, будто выставляя себя на-
показ, а иные ловко кувыркались,
как прирожденные акробаты. Палоч-
ки, шарики, спирали... Когда Левен-
гук взглянул в лупу на каплю слю-
ны, то не мог удержаться, чтобы не
воскликнуть: «В моем рту этих зве-
рюшек больше, чем людей в Голлан-
дии!» Опыты голландского естество-
испытателя стали известны во всех
странах. Его книга «Тайны природы,
открытые Антони Левенгуком» чита-
лась как увлекательный роман. О чу-
десных зверюшках узнал русский им-
ператор Петр Первый. Летом 1698 го-
да в Дельфт, где безвыездно жил
ученый, прибыла царская яхта. Лю-
бознательный государь специально
сделал остановку в этом маленьком
голландском городке, чтобы встре-
титься с Левенгуком и отблагода-
рить его «за науку».
За два с половиной века своего су-
ществования новая наука — микро-
биология — сделала огромное коли-
чество открытий, а в наши дни вы-
шла на передовые рубежи.
Человечество, проникая в тайны
природы и увеличивая свою власть
над ней, научилось использовать мно-
гие полезные свойства микроорганиз-
мов. Микробы стали помощниками
геологов, союзниками металлургов,
химиков, энергетиков, создателями
белков. Не случайно в Программе
КПСС записано: «Важное значение
приобретают изучение и широкое ис-
пользование микроорганизмов в на-
родном хозяйстве и здравоохране-
нии, в том числе для выработки пи-
щевых и кормовых средств, витами-
нов, антибиотиков, ферментов, для
изыскания новых приемов агротех-
ники».
Если бы в почве не было особых
азотфиксирующих микробов, кото-
рые «связывают» азот воздуха и пре-
вращают его в органические соедине-
ния, легко усваиваемые растениями,
земля давно истощилась бы и на ней
ничего не росло.
Исчезни из водоемов серобакте-
рии, уничтожающие сероводород, —
погибнут все рыбы и морские живот-
ные. Озера и моря превратятся в
мертвое царство.
А бактерии-санитары быстро из-
бавляют нас от остатков погибших
растений и животных. Гнилостные
бактерии, разлагая органические ве-
щества, образуют в почве гумус —
самое лучшее удобрение, которое да-
же дикие скалы способно превратить
в цветущие сады.
Ученые подсчитали, что в природе
без микроорганизмов круговорот ве-
ществ прекратился бы максимум че-
рез 30 лет. На Земле исчезли бы все
признаки жизни.
Микроорганизмы не только унич-
тожают ненужное, но и создают не-
обходимое человеку. Существует це-
лая микробиологическая промышлен-
ность. Из древесных опилок, из ще-
пы, шелухи от семечек и других от-
ходов, то есть из почти бесполезных
вещей, с помощью микробов быстро
и недорого производят витамины,
аминокислоты, удобрения, кормовые
дрожжи, которые обогащают белка-
ми рацион домашнего скота.
И все же, хоть и много у нас сре-
ди микроорганизмов друзей, но есть
и немало врагов. Мы поведем рас-
сказ о том, как ученые помогли лю-
дям бороться с болезнетворными
микробами и вирусами, разносящими
инфекции.
Более пятисот вредоносных виру-
сов, сотни патогенных (болезнетвор-
ных) микробов нападают на челове-
ка. Десятки тысяч жизней уносят еже-
годно эти невидимки. Казалось, толь-
ко от инфекционных болезней чело-
вечество уже давно могло исчезнуть
с лица Земли. Но если этого не про-
изошло, значит, у нас есть хорошие
защитники. Иначе мы оказались бы
в положении фантастических при-
шельцев с Марса из романа Гербер-
та Уэллса «Война миров». Помните,
как микробы спасли людей от вер-
ной гибели, проникнув в тела мар-
сиан. Они быстро расправились с
жестокими пришельцами из чужого
мира, которые не были приспособле-
ны к борьбе с ядовитыми невидим-
ками.
Здесь уместно упомянуть о том, с
какими предосторожностями земляне
отправляют космические аппараты
на Луну и другие планеты. Все мик-
робы убиваются. Они могут быть
опасными для обитателей Вселенной,
если таковые в ней имеются. Но не-
известные нам микроогранизмы мо-
гут существовать на других плане-
тах. Попав на Землю, они вызовут
страшные эпидемии. Не случайно по-
этому американские астронавты, воз-
вратившиеся с Луны, сразу же ока-
зались в карантине, под наблюде-
нием микробиологов. Их не выпусти-
ли из «Лунной приемной лаборато-
рии», пока не убедились окончатель-
но, что никаких таинственных микро-
бов они не привезли.
В ходе биологического развития
наш организм построил хорошую,
глубоко эшелонированную оборону,
со многими линиями укреплений, ко-
торые защищают нас от инфекции.
Изучая жизнь «зародышей болез-
ней», микробиологи с помощью мик-
роскопов во многом разгадали их
«хитрости», поняли, как организм бо-
рется за свое существование. И пер-
выми форпостами, вставшими на
пути патогенных микробов и виру-
сов, оказались кожа и слизистые обо-
лочки.
На нашу кожу ежесекундно осе-
дает множество микроорганизмов.
237
В большинстве своем они безвредны.
Но попадаются и «злые» вирусы и
бациллы. Если на коже нет царапин,
проколов или расчесов, то, как пра-
вило, эти «агрессивные» невидимки
внутрь человека не проникают. Одна-
ко существуют микробы, скажем, чу-
мы или бруцеллеза, для которых
кожа не является преградой (вот по-
чему ветеринарам и животноводам,
имеющим дело с животными, боль-
ными бруцеллезом, очень важно за-
щищать руки).
Кожа не только механически за-
держивает вредные микроорганизмы,
но и уничтожает их. Причем опыты
показали, что грязь во много раз
снижает защитную способность ко-
жи. Микробы живут на ней дольше,
и возникает большая опасность за-
ражения.
Но вредоносные микробы и виру-
сы скапливаются не только на коже.
Они свободно залетают вместе с ды-
ханием в рот, нос, попадают в глаза.
Отсюда им легче проникнуть внутрь
организма. Оказывается, и здесь
природа поставила своих защитни-
ков. В слизистых оболочках обнару-
жены особые защитные вещества —
лизоцимы (от греческого слова «ли-
зис» — растворение). Они и в самом
деле обладают способностью раство-
рять некоторые виды бактерий. Наи-
более активны лизоцимы, которые
находятся в слезах. Если каплю из
глаз наблюдать в микроскоп, видно,
как микробы теряют свою подвиж-
ность и исчезают буквально на гла-
зах. Слезы отлично дезинфицируют
глазное яблоко, охраняя его от ин-
фекций.
К счастью, мы не всегда заболева-
ем, даже если в наш организм про-
никли опасные микробы. На них на-
брасываются так называемые фаго-
циты. В переводе на русский язык
это слово означает «пожирающие
клетки». Впервые обнаружил фагоци-
ты наш великий соотечественник
Илья Ильич Мечников. Всегда инте-
238 ресно узнать, как же ученым удается
что-то открыть новое, не правда ли?
О том, как это случилось, рассказал
сам Мечников: «Однажды, когда вся
семья отправилась в цирк смотреть
каких-то удивительных дрессирован-
ных обезьян, а я остался один над
своим микроскопом, наблюдая за
жизнью подвижных клеток у про-
зрачной личинки морской звезды, —
меня сразу осенила новая мысль.
Мне пришло в голову, что подобные
клетки должны служить в организме
для противодействия вредным деяте-
лям. Чувствуя, что тут кроется нечто
особенно интересное, я до того взвол-
новался, что стал шагать по комнате
и даже вышел на берег моря, чтобы
собраться с мыслями. Я сказал себе,
что если мое предположение справед-
ливо, то заноза, вставленная в тело
личинки морской звезды, не имею-
щей ни сосудистой, ни нервной си-
стемы, должна в короткое время
окружиться налезшими на нее по-
движными клетками, подобно тому,
как это наблюдается у человека, за-
нозившего себе палец. Сказано —
сделано. В крошечном садике при на-
шем доме я сорвал несколько розо-
вых шипов и тотчас же вставил их
под кожу великолепным, прозрачным,
как вода, личинкам морской звезды.
Я, разумеется, всю ночь волновался
в ожидании результата и на другой
день рано утром с радостью конста-
тировал удачу опыта».
Подвижными клетками, плотной
стеной окружившими врага, оказа-
лись лейкоциты — белые тельца, вхо-
дящие в состав крови и лимфы. Мно-
гочисленные опыты, поставленные
Мечниковым, доказали, что эти тель-
ца выполняют защитную функцию
не только у морской звезды, но и у
всех животных и людей.
Однако «пожирающие клетки» не
всегда могут самостоятельно одолеть
врага. Болезнетворные микробы раз-
множаются, как и всякие микроорга-
низмы, с быстротой тайфуна. Сил у
фагоцитов может не хватить. Они
ищут союзников. Более надежными
защитниками от инфекций являются
особые белковые вещества — антите-
ла, которые возникают в организме,
когда в него проникнут болезнетвор-
ные микробы или вирусы.
Антитела вырабатываются кругло-
ядерными клетками крови — лимфо-
цитами — из белковых веществ, на-
зываемых глобулинами. Их молеку-
лы, которые можно разглядеть лишь
под электронным микроскопом при
невероятном увеличении, напомина-
ют маленького человечка с длинными
руками. Каждая рука, быстрая, как
лапки кузнечика, совершающего
прыжок, ловко схватывает микробы
или молекулы микробного яда и сми-
ряет их неукротимый нрав. Каждому
виду микробов и вирусов соответ-
ствует свое «личное» антитело, кото-
рое, подобно ключу, подходит только
к этому замку — и ни к какому дру-
гому! Скажем, антитела, воюющие с
возбудителями дифтерита, равнодуш-
но проходят мимо вируса кори. Для
него глобулины подбирают свои от-
мычки. Антитела намертво сцепля-
ются со своими подопечными микро-
организмами, лишают их возмож-
ности проникнуть в клетки, а потом
под влиянием высокой температуры
и других воздействий разрушаются
вместе с захваченными микробами и
удаляются из организма. При этом
полезных антител появляется гораз-
до больше, чем нужно для победы
над болезнью. Они остаются в орга-
низме «про запас» и после выздоров-
ления человека. В результате выра-
батывается более или менее стойкий
иммунитет, то есть невосприимчи-
вость организма к определенным ин-
фекциям. О том, что человек, пере-
несший некоторые опасные инфекци-
онные заболевания, как правило, из-
бавляется от угрозы снова заразить-
ся этой болезнью, знали давно. Но
объяснить это явление не могли. Не
смог понять его и знаменитый ан-
глийский врач Эдвард Дженнер, ко-
торый в конце XVIII века нашел
способ избавиться от оспы — первым
ввел прививки против этой опасной
болезни. Опытным путем он устано-
вил, что человек, переболев после
Прививки легкой формой оспы, осво-
бождается от угрозы заболеть «чер-
ной оспой».
Лишь через сто лет другой вели-
кий ученый — французский микро-
биолог Луи Пастер — разгадал сек-
рет дженнеровской прививки и на-
шел универсальный метод, который
позволил создать вакцины против
многих инфекционных болезней. Он
сумел так «воспитать» патогенные
микробы, что они превратились из
врагов в друзей человека.
239
1822-1895
ЛУИ
ПЛСТЕР
Помог Пастеру случай. Ученый
уехал в отпуск, а на столе в лабора-
тории оставил колбы с микробами
куриной холеры. Когда же он вер-
нулся, колбы не были убраны, к их
стенкам присохла старая культура
холеры. Пастер решил привить ее
подопытным курам. К удивлению ис-
следователя, птицы никак не реаги-
ровали на введение яда. Тогда Пас-
тер привил им свежую культуру.
Петухи и куры как ни в чем не бы-
вало разгуливали по двору. Пастер
попробовал ввести свежий яд дру-
гим курам. Они погибли. Опыты бы-
ли повторены. Догадка подтверди-
лась. Значит, если микробы осла-
бить— высушиванием (как это полу-
чилось случайно у Пастера), нагре-
ванием, либо химическим путем, —
они становятся неядовитыми. Но при
этом, введенные в организм, сохра-
няют способность вырабатывать им-
мунитет. И «настоящая» болезнь
после такой прививки человеку не
страшна!
Так был найден способ борьбы с
разными инфекционными заболева-
ниями. Пользуясь методом Пастера,
ученые почти совершенно избавили
нас от таких древних, «библейских»
болезней, как чума, оспа, бешенство,
полиомиелит, и успешно борются с
туберкулезом, холерой, дифтерией,
тифом, столбняком, корью...
Поиски продолжаются. Совершен-
ствуются техника и способы получе-
ния вакцин для прививок. Усили-
вается их концентрация. Большее
внимание уделяется очистке препара-
тов от посторонних примесей. Все это
позволяет неприятные уколы превра-
щать почти в безболезненную опера-
цию. А выгода от них огромная —
спасенное здоровье!
Всем известно, например, как кова-
рен грипп. Он далеко не безобиден.
При эпидемиях вызывает немало
смертельных исходов. Так, в 1957—
1959 годах «азиатский» грипп скосил
во всем мире более миллиона человек.
Бороться с эпидемиями гриппа труд-
но, потому что каждая вызывается
разным типом вируса или его вари-
антом. Приготовленные заранее про-
филактические средства оказываются
бессильными при новой вспышке бо-
лезни. Недавно ученые Ленинград-
ского института имени Пастера нача-
ли выпускать для лечения препарат,
названный «гамма-глобулин противо-
гриппозный». Введенный в мышцу,
он облегчает и приостанавливает раз-
витие болезни. Причем действует не
только на «свой» вирус, но и на бли-
жайшие его разновидности. Таким
образом, этот гамма-глобулин спосо-
бен вызвать временный иммунитет,
даже если возбудитель новой эпиде-
мии гриппа изменит свое лицо.
В начале этого года на XXV съез-
де нашей партии президент Акаде-
мии наук СССР академик А. П. Алек-
сандров сообщил еще об одной побе-
де советской науки в борьбе с грип-
пом.
Ленинградские физики и микроби-
ологи создали мирную «бомбу» про-
тив этой коварной инфекции.
В результате пятилетних исследо-
ваний ученые нашли способ очень
быстро получать вакцину, вызываю-
щую невосприимчивость к новой раз-
новидности вируса гриппа. Едва эпи-
демия вспыхнет где-нибудь в Авст-
240
К очерку М. Васина «Жидкий кристалл».
На реке Кереть.
Тихий сентябрь.
Узкая салма.
Рыбацкий амбар.
К очерку В. Прошкина «На севере Карелии».
К очерку Н. Тарановской «Тульские свистульки».
К очерку В. Суслова «Область страны Коллекционерии».
К очерку Б. Алмазова «Всадники».
К очерку Н. Сладкова «Заклинатели».
Научно-фантастическая картина, исполненная художником А. Соколовым,
К очерку Е. Брандиса «Коротко о научной фантастике».
ралии, Гонконге или любом отдален-
ном уголке планеты, как новый
штамм вируса доставят на самолете
в нашу страну. В лаборатории его
размножат, уловят в «стеклянные
сети» из особого пористого стекла,
очистят от вредных примесей и убьют
ультрафиолетовыми лучами.
Из этих инактивированных (уби-
тых) вирусов получат вакцину и сде-
лают прививки. К приходу эпидемии
мы уже будем готовы встретить ее
во всеоружии.
Ученые продолжают поиски в раз-
ных направлениях.
И открытие новой вакцины не ме-
шает продолжению работы над гам-
ма-глобулинами.
Получены гамма-глобулины против
скарлатины, коклюша, столбняка,
желтухи и иных заразных заболева-
ний. В состав этого препарата вхо-
дят сами антитела, а не ослабленные
или убитые микробы и вирусы, как
в вакцинах. Их не надо стимулиро-
вать в организме — антитела вводят-
ся человеку готовыми, и он быстрее
справляется с инфекцией. Изготовля-
ются гамма-глобулины из крови лю-
дей— специальных доноров, которым
неоднократно делали прививки ослаб-
ленными вирусами, — поэтому произ-
водство гамма-глобулинов требует
длительного времени и больших за-
трат. Однако количество антител в
новых препаратах настолько велико,
что для прививки требуется доза в
десять раз меньшая, чем при введе-
нии обычной сыворотки.
Четверть века назад микробиологи
начали исследования еще одной за-
щитной функции организма. Давно
было замечено, что человек, заразив-
шись определенной инфекцией — ска-
жем, гриппом, — в одно и то же вре-
мя не «принимает» других болезне-
творных вирусов, то есть он не мо-
жет сразу заболеть двумя заразны-
ми болезнями (плюс еще корью, на-
пример). В 1957 году в крови было
обнаружено неизвестное ранее белко-
вое вещество — интерферон. Это ве-
18 Хочу все знать
щество, возникнув при внедрении в
клетку вируса, как бы стеной ограж-
дает организм от проникновения дру-
гих патогенных микроорганизмов.
И само активно борется с агрессо-
ром. Причем интерферон внедряется
в саму клетку, а не бродит между
клетками, как антитела. Кроме того,
в отличие от антител, он набрасы-
вается не только на «свой», а на лю-
бой вирус и организует массирован-
ную оборону. Выяснилось, что новое
белковое вещество совершенно без-
вредно для человека, не вызывает
никаких побочных воздействий. Уче-
ным удалось выделить интерферон в
чистом виде. Однако массовое про-
изводство этого препарата наладить
пока не удается. Пожалуй, далеко еще
до осуществления мечты швейцарско-
го ученого Линдемана: он предпола-
гает, что в будущем человек может
носить у себя под кожей маленькую
ампулу с интерфероном, который, по-
падая оттуда в кровь, избавит чело-
вечество от вредоносных вирусов.
Микробиологи пробуют сейчас найти
стимуляторы* своего рода «подгонял-
ки», которые заставили бы организм
сам более активно выделять интер-
ферон. Определенные успехи уже
имеются.
Защита организма от заразы обес-
печивается, разумеется, не только
теми барьерами, о которых мы очень
коротко рассказали. Ученые ищут
новых друзей, помогающих бороться
с инфекционными болезнями. Най-
ден, например, «гематоэнцефаличе-
ский барьер», надежно защищающий
от вирусов наш мозг. Он не уничто-
жает и не разрушает «злые» микро-
организмы, а просто не пропускает
их в такой важный орган.
Мы говорили до сих пор о чело-
веческом организме вообще, предпо-
лагая, что он функционирует одина-
ково у всех людей. Но в действитель-
ности это не так. Сколько сущест-
вует людей, столько и организмов —
и каждый имеет свои особенности.
У одного человека антитела почему-
241
то вырабатываются слабо или же со-
вершенно не возникают, и болезни
сыплются на него как из рога изо-
билия; а другой — не заражается
ничем даже в самые жестокие эпиде**
мии. Микробиологи уже сегодня мо-
гуть предложить принцип создания
вакцин одного и того же вируса для
различных групп людей. Теперь уче-
ных больше интересует сам человек,
нежели общий принцип лечения всех
людей. Разрабатываются способы
превращения восприимчивых к ин-
фекциям организмов в невосприим-
чивые. Ищутся, что называется, «ин-
дивидуальные» прививки. Это задача
невероятной трудности, и в будущем
предстоит еще мнЬгое сделать, от-
крыть, испытать.. .^Поисками заняты
сейчас многие микробиодоги мира,
десятки институтов в нашей стране,
в том числе крупнейшие микробиоло-
гические научные центры — Инсти-
тут эпидемиологии и микробиологии
имени Гамалея в Мбскве^мени Пас-
тера в Ленинграде, имени Заболот-
ного в Киеве и другие.
Работают ученые и еще над одной
проблемой. Они ищут способы пода-
вить иммунитет, врожденный или
приобретенный человеком.
Для чего же это нужно?
Вы знаете, конечно, что в наши
дни всюду делаются операции по пе-
ресадке органов. Первый опыт пере-
мещения сердца произвел кейптаун-
ский хирург Кристиан Нетлинг Бер-
нард в 1967 году. Но больной с пе-
ресаженным сердцем вскоре умер.
Почему? Оказывается, виноват им-
мунитет. Под иммунитетом в широ-
ком смысле этого термина подразу-
мевается способность организма за-
щищать себя от всего чужеродного.
Каждая «чужая» клетка — особенно
белковая, — любая ткань или орган
отторгаются. Следовательно, для удач-
ной пересадки органа нужно иммуни-
тет подавить. Врачи с помощью ле-
карств и других средств добились
этого. Но появилась иная опасность.
Организм, лишенный способности
выработать антитела и другие защит-
ные средства, оказался беспомощным
при вторжении микробов.
Правда, медики пытаются найти
средства борьбы с патогенными ви-
русами при пересадке органов. И уже
есть заметные успехи. Произведено
более двухсот операций только по пе-
ресадке сердца. Перемещаются поч-
ки, костный мозг, кожа и другие ор-
ганы и ткани. Можно сказать, что в
наши дни началась новая эра в био-
логии — эра трансплантации (от ла-
тинского слова «трансплантаре» —
пересаживать).
В печати появилось сообщение, что
Бернард в ночь на новый 1975 год
произвел операцию по подсадке вто-
рого (!) сердца. Таким образом, в
груди больного живут сразу два
сердца. Собственное на время отклю-
чается. Оно отдыхает. Если переса-
женный орган через какое-то время
будет не принят организмом, его
можно удалить и подключить свое
«отдохнувшее» сердце, и оно примет-
ся за работу с новыми силами. В мае
1975 года больной благополучно вы-
писался из клиники.
Вот к каким результатам привело
рассматривание под микроскопом
удивительных «зверюшек» на заре
микробиологии. Современные элек-
тронные микроскопы, которые ушко
иголки могут увеличить до размера
стадиона, в невероятное количество
раз усилили наше зрение, нашу
способность проникать в мир не-
видимых существ, а следовательно,
бороться с врагами, населяющими
этот мир, и находить там верных
друзей.
рези уже не ревела, жа-
лобно мычала и взды-
хала так тяжко, что
Хоуз заткнул уши и за-
бился в самый дальний
отсек. Только в астро-
лете не убежать от ду-
шераздирающих зву-
ков: голодное мычание
настигало всюду. Хоуз
страдал и горько сожа-
лел о своей затее. Но
пил в строй в городе Кириши Ленин-
градской области...
Очевидно, можно и так повести
рассказ о Киришском заводе и БВК,
но все-таки лучше начать с самого
начала.
АВ OVO
Для древних ab ovo, «с яйца», зву-
чало не афоризмом и не присловьем.
Обыкновенной строчкой меню: рим-
ШАГИ
ПЯТИЛЕТКИ
И. Миксон
ВЕЩЕСТВО
ЖИЗНИ
ведь славно было лакомиться парным
молоком в безжизненном космосе! ..
Г лупая, трагическая случайность:
боллоид проломил оболочку емкости
КК («Коровий корм»). Нефть испа-
рилась, и Фрези осталась без
пищи...»
Наверное, и самый доверчивый лю-
битель научно-фантастической лите-
ратуры на последней фразе споткнет-
ся: «Это уж слишком!» Между тем
слова о нефти и корове не утопия, а
реальность. Земная, разумеется. Кор-
мовые белки для животноводства —
БВК, белково-витаминные концен-
траты — уже добываются промыш-
ленностью из нефтяных продуктов.
Крупнейший в Советском Союзе
биохимический завод недавно всту-
ляне начинали обед с куриного яйца.
Меню, пищевой рацион — не заба-
ва. Питание — одно из основных
условий существования, важнейший
фактор здоровья, работоспособности,
всей жизнедеятельности человека.
Пища — наше энергетическое «топ-
ливо» и не случайно измеряется в
тех же единицах — калориях.
Нормальный дневной рацион че-
ловека — 3000 калорий. Если питать-
ся, например, одной капустой, то,
при всей ее полезности, надо съесть
двенадцать с половиной килограм-
мов. .. Увы, можно в буквальном
смысле наесться до отвала, а спустя
два часа уже испытывать голод и бес-
силие.
243
18
Профессиональные японские ны-
ряльщики в рабочие дни едят пре-
имущественно одни бобы. Желудок
не отягощен, а энергии от ста грам-
мов фасоли — 335 калорий!
Главное в нашей пище — белки,
жиры и углеводы. В ста граммах фа-
соли или гороха — 24 грамма белка.
Белок — вот в чем дело!
Вроде бы и не так-то много нужно
его, белка. Мы потребляем в сутки
граммов сорок — пятьдесят. В слабо-
развитых странах суточная доля на
одного жителя — всего лишь десять
граммов белка. В пересчете на кури-
ные яйца — и по одному не прихо-
дится.
В курином яйце^о 13% протеина,
белка, «вещества жизни». Римляне
знали это не по лабораторным ана-
лизам, а по жизненному опыту. По-
тому и начинали обед ab ovo.
Пищевая теория в наше время из-
вестна всем, но, к сожалению, не все
и не везде могут следовать ей. Не
хватает всем людям на Земле бога-
той белками пищи. Сельское хозяй-
ство и добыча рыбы развиваются
медленнее, чем растет человечество.
И разрыв между потребностью в бел-
ке и его производством катастрофи-
чески увеличивается. Дефицит жи-
вотного и растительного белка в
1980 году составит, по прогнозу уче-
ных, шестьдесят пять миллионов
тонн. Если цифры 65000000 не про-
изводят на вас никакого впечатле-
ния, произведите нехитрые арифме-
тические вычисления и вообразите
себя землянами 1980 года!
Даже при жизни впроголодь —
10 граммов белка в сутки — шестьде-
сят пять миллионов тонн белка —
это прожиточный минимум для
18000000000 человек. Восемнадцать
миллиардов недоедающих!
Понятно теперь, почему проблема
белка обсуждалась на Всемирном
форуме, в Организации Объединен-
ных Наций?
Надо помочь человечеству, искать
новые пути, новые источники для
утоления жизненной потребности
людей в белке!
Но каким образом? Кормить чис-
тым белком или подавать на обеден-
ный стол больше мяса, молока, яиц?
Советские ученые предпочли второй
способ, наиболее рациональный и
естественный. Увеличивать поголовье
мясного и молочного скота, домаш-
ней птицы! Но им-то, несчетным ста-
дам и стаям, тоже до зарезу нужен
белок! Заколдованный круг полу-
чается: вместо пищевой проблемы —
кормовая, но все та же, проблема
белка... А на полях столько не вы-
растить, в море не наловить. Где же
выход?
На Октябрьском, 1968 года, Пле-
нуме ЦК КПСС в докладе
Л. И. Брежнева был<| сказано:
«Большое развитие должна получить
созданная в последнее время йовая
отрасль — микробиологическая про-
мышленность. Она призвана в до-
статке обеспечить покрытие потреб-
ностей животноводства в кормовых
белках и других продуктах микро-
биологического синтеза».
Вот, оказывается, кто способен
разрешить проблему —
МИКРОБИОЛОГИЯ
Еще в тридцатых годах ученые об-
ратили внимание на странные явле-
ния. Легионы невидимых обжор бук-
вально поедают асфальтовые покры-
тия дорог. На автозаправочных стан-
циях — а они тогда были внове —
стремительно нарастает естественная
грязь. Такие вот непонятные стран-
ности. Взялись изучать их и устано-
вили: виновники этих явлений —
микроорганизмы, которые питают-
ся. .. нефтью. Ведь бензин, дизель-
ное топливо, битум — продукты неф-
тепереработки. А исходный продукт
асфальта — битум!
Попытались в лаборатории «накор-
мить» нефтелюбивые микробы. Пред-
ложили им парафиновые шарики.
244
(Парафин — составная часть нефти.)
Едят, размножаются, да еще как!
На глазах увеличиваются шарики,
без микроскопа видно. И в конце кон-
цов шары эти уже не парафиновые, а
из чистого белка! Микроорганизмы,
усваивая из нефти углеводороды,
производят белок, производят неви-
данными темпами: один килограмм
микробов дает в сутки десять кило-
граммов белка! Прямо-таки цепная
реакция: масса белка удваивается
меньше чем за пять часов. Наука до-
казала, что при соответствующих
благоприятных условиях одноклеточ-
ные белковые организмы — бакте-
рии, дрожжи, грибки — могут удва-
ивать биомассу в пятьсот раз быст-
рее, чем самые урожайные продукты
сельского хозяйства, в тысячу раз —
чем лучшие породы домашнего скота.
Да если бы годовалый теленок мог
создавать в своем теле белок с такой
фантастической скоростью, за день
в слона превратился бы!
Может быть, автор насмешливой
фразы «из мухи слона... » был не са-
тириком, а провидцем? Феноменаль-
ный рост микроорганизмов давно
известен, но как использовать его в
интересах человека? От лаборатор-
ной пробирки до завода долгий
путь...
Микробиологи всесторонне иссле-
довали «материал», в первую оче-
редь — носителей и производителей
белка, дрожжи. «Меню» их оказа-
лось весьма широким: патока — от-
ходы целлюлозно-бумажных фабрик,
продукты гидролиза (химической пе-
реработки под воздействием воды и
температуры), растительные матери-
алы и, наконец, углеводороды нефти.
Из многочисленного племени дрож-
жей выбрали наилучшие и вывели
особые высокопродуктивные штам-
мы. Как выращивают урожайные сор-
та пшеницы, племенной скот, кур-
рекордсменок. .. За селекцией после-
довала техническая разработка дерз-
кого проекта. И вот, впервые в мире,
стали получать белок на заводах. Из
отходов древесины, подсолнечной
лузги, кукурузных кочерыжек. Но
темпы выработки сравнительно
скромные, а затраты большие. Сырье
ведь в основном из продуктов дорого-
стоящего сельского хозяйства! Дело
трудоемкое, и какой еще год выдаст-
ся, урожайный ли? ..
Получать бы из нефти белок! Пол-
ная независимость от плодородия,
погоды, района, средств доставки
сырья. Вообще не нужны длинные
железнодорожные составы: нефть
легко перегонять по трубам и в пус-
тыню, и в Заполярье, и в глухую
тайгу... Мечта! И вот, спустя сорок
лет после пуска гидролизного цеха
кормовых дрожжей, появился первый
биохимический завод белково-вита-
минных концентратов на нефти. Про-
изошло это событие в 1968 году, в
нашей стране.
За создание научных основ микро-
биологического синтеза белковых ве-
ществ из углеводородов нефти труп-
245
па ученых была удостоена Государ-
ственной премии.
Производство БВК приняло инду-
стриальный размах. И это лишь на-
чало. С помощью микробов можно
получить не только питательную
смесь, но и витамины, аминокислоты,
лекарственные антибиотики, фермен-
ты — всего не перечислить. Да и рас-
сказ этот о
БВК
Белок (протеин)—сложнейшее со-
единение относительно простых эле-
ментов — аминокислот. Без полно-
ценного белка, белка с полным комп-
лектом аминокислот, жизнедеятель-
ность организма чахнет. Животные
хиреют, снижается жирность молока,
падают удои, молодняк и болеет и
растет еле-еле, а куры все меньше и
меньше несут яиц...
Во многих растительных кормах,
увы, недостает трех важнейших ами-
нокислот: лизила, метионина и трип-
тофана. Вот и приходится скармли-
вать на фермах золотые хлебные зер-
на, спаивать молоко. Но если к основ-
ному корму добавить порошок
БВК... Вот тут уже начинается на-
стоящая фантастика. Проверенная
делом!
Полкилограмма БВК повышает
удои коровы на 3—3,5 литра в сут-
ки, увеличивает жирность молока на
полпроцента, а расход кормов при
этом снижается почти на одну пя-
тую!
Один килограмм БВК заменяет те-
лятам 4—6 килограммов молока, дает
дополнительный привес более трех-
сот граммов!
Килограмм БВК — это плюс 30—
40 яиц от несушки и снижение рас-
хода кормов. Всего 40 яиц в год? Да,
от одной курицы. На птицеферме
тонна БВК обернется тридцатью
тысячами яиц. Сколько людей смо-
гут начать свой завтрак с гла-
246 зуньи!
БВК сокращает время откорма
свиней на три — четыре недели и уве-
личивает привес на одну треть!
Ну-ка, займитесь еще раз арифме-
тикой. За годы девятой пятилетки
биохимические заводы страны, со-
вместно с гидролизным производ-
ством, увеличили выпуск кормового
белка в четыре раза. В 1975 году
сельское хозяйство получило милли-
он тонн. Сколько дополнительно про-
изведено молока, мяса, яиц. Сколько
сэкономлено кормов, хлеба, молока!
Внушительные цифры! Теперь
можно смело заглядывать в 1980 год!
Предприятия по выпуску БВК воз-
водятся ныне по всему свету. У кого
нет своей нефти или ее мало, ищут
другое сырье. Фирма «Канагафучи
кагаку» (Япония) разрабатывает по-
лучение белка из газовых фракций
нефти. Английский концерн «Импе-
риал кемикл индастриз» — из мор-
ских растений Северного моря. В Че-
хословакии замыслили получить бе-
лок из угольных отходов, а в ФРГ —
из молочной сыворотки. В Канаде
открыли метод извлечения белка из
загрязненных вод... Конечно, эконо-
мический эффект будет разный. Пока
что самое выгодное — выращивать
белок на нефтяных продуктах. Био-
химический завод после выхода на
промышленную мощность окупает
себя за полтора-два месяца!
Это если не считать, что очищен-
ная дрожжами от излишнего пара-
фина «дизелька» (так ласково назы-
вают нефтепереработчики дизельное
топливо) повышается в ранге, пре-
вращается в арктическое дизельное
топливо, более ценное и дорогое.
Между прочим, Киришский биохи-
мический завод в скором времени бу-
дет работать и по такой технологии,
получать БВК непосредственно из
«дизельки». Подумывают и о допол-
нительной продукции, получаемой пу-
тем биологической обработки собст-
венных, заводских отходов...
Но пора рассказать о самом Ки-
ришском биохимическом заводе, о
КБХЗ
Для строительства биохима Кири-
ши выбрали не случайно: здесь впер-
вые на Северо-Западе родилась неф-
теперерабатывающая промышлен-
ность. Более полувека шли в эти
края дальние эшелоны с бензином,
дизельным топливом, мазутом, биту-
мом. Накладно получалось, но не
остановишь же автомобили, самоле-
ты, корабли, мотовозы, не оставишь
тепловые электростанции без топли-
ва! Не закроешь фабрики и заводы.
И вот на берегу Волхова десять
лет назад началось строительство го-
рода и нефтеперерабатывающего за-
вода, электростанции, других пред-
приятий, а пять лет назад начали
расчищать на левом берегу реки пло-
щадку для биохимического завода.
На моих глазах бульдозеры сре-
зали кустарник на пустыре, бывал я
в тесной столовой-вагончике и про-
рабской будке — первых «зданиях»
будущего КБХЗ, много раз встре-
чался с молодым директором, быв-
шим инженером нефтеперерабатыва-
ющего завода в Киришах Валерием
Алексеевичем Быковым. За плечами
у него два факультета института, за-
водской опыт, опыт — чрезвычайно
важный! — первостроителя. А что
молод, так на Всесоюзной ударной
комсомольско-молодежной стройке и
сейчас средний возраст чуть боль-
ше двадцати восьми лет!
Да и биохимическое производство
такое молодое и новое, что всем
учиться приходится почти с азов.
Почти — если не считать знакомых
для нефтепереработчиков технологи-
ческих процессов: теплообмена, вы-
парки, сушки, сепарации... И внеш-
не биохимический завод почти не от-
личается от другого химического
предприятия: высокие трубы в ре-
шетчатой опоре, закрытые цеха и
установки на открытых бетонирован-
ных площадках. Принципиальное и
существенное, абсолютно новое —
«сырье», живые дрожжи...
Работа началась в снежную зиму
1972 года. Об этих годах, перенасы-
щенных энергией, творчеством, упор-
ством, трудовым героизмом, можно
написать роман. Все там было: и
штурмовые ночи, и вынужденные
простои.. . ^ Вот стенограмма одного
из радиопереговоров:
« — Штаб, ответьте СУ-двадцать
пять!
— Дежурный слушает!
— Будет бетон на склад бэ-вэ-ка?!
Выразительный вздох, затем вино-
ватое:
— Делаем все возможное) ..
— А вы невозможное сделайте!»
И — сделали! 9 декабря 1974 года
Киришский биохимический завод вы-
дал первую продукцию, досрочно.
Сто килограммов БВК... Ныне еже-
дневная порция отгружается вагона-
ми. Но все равно — промышленный
процесс начинается с маленькой про-
бирочки, в которой живет
CANDIDA GELLERMONDI
Задолго до пуска завода его пер-
вый цех — лаборатория — уже рабо-
тал круглосуточно. Из научно-иссле-
довательского института доставили
в Кириши ящичек с пробирками, бу-
247
дущее сырье, микробиологическую
культуру. Те самые одноклеточные
организмы, что кормятся парафином.
Высокопродуктивный штамм выдели-
ли из грязи на автозаправочной
станции, отселекционировали, полу-
чили устойчивый вид с благородным
латинским именем Candida geller-
mondi. Кандида геллермонди весьма
капризны и привередливы: подавай
им особенную воду, парафин с опре-
деленными физическими характери-
стиками, да еще сдобренный такими
специями, как азот, фосфор, ионы
железа, калия, марганца...
Киришане получили парафин, за-
бракованный не только кандидой
геллермонди, но и официальными ин-
струкциями. А тут, по проститель-
ной неопытности, напоили их еще и
не той водичкой. Кто знал, что в
хрустальной артезианской воде в
150 раз больше различных солей, чем
требуется!
Шесть посевов сгубили, почти це-
лую пробирку. Какую только воду
не испробовали! И все не годится.
«Да зачерпните прямо из реки! —
предложил кто-то в сердцах. — Будь
они неладны, эти геллермонди!»
Зачерпнули, напоили. Лучше вол-
ховской водицы им и не надо!
С парафинами дело сложнее. За-
менить нечем, нет другого...
Тут-то и вспомнили всесильную
теорию Дарвина, естественный от-
бор, закон жизни. Конечно, на одну
природу не понадеялись, не сказали
кандиде геллермонди: «Хочешь
жить — приспосабливайся, борись за
существование, усваивай то, что
дают!» Помогали всеми научными
способами. И выросло новое племя
Киришской кандиды геллермонди.
Как на любом заводе, на биохиме
есть запасы сырья. В лабораторных
шкафах хранятся пробирки с фильт-
ровыми пробками. Фильтровыми по-
тому, что сырье — живое, лежит и
дышит: на стенках пробирки капель-
ки влаги.
От донышка, наискось, на две
трети пробирки — застывшая желтое
ватая масса. Это агар-агар, добывае-
мый из морских водорослей, пита-
тельная среда для кандиды геллер-
монди. Сама же она лежит не по-
одиночке, а колонией, плотной широ-
кой змейкой. От того, что агар-агар
косо залит и змейка косо на нет схо-
дит, называют сырье в пробирке «ко-
сячком». А если не по форме, а по
существу именовать, то лучше и точ-
нее было бы — «рассадой». Мазком
из «косячка» засевают стерильную
колбу. В ней парафин с добавками
микроэлементов, а в боксе темпера-
тура 34—36 градусов. Для ускоре-
ния роста и размножения белка кол-
бу еще и покачивают.
248
Через двое с половиной суток в
колбе образуется столько белка, что
бесцветный парафин выглядит топ-
леным молоком. Это уже культурная
суспензия. (Биохимики называют ее
«культурашкой», нечто среднее от
«культура» и «Чебурашка».)
Далее процесс выращивания белка
последовательно повторяется все в
больших и больших объемах. Подго-
товка засевного материала завер-
шается в 40-литровом аппарате. «Мо-
лочко» превращается в густую «ман-
ную кашу». Тогда вступают в работу
огромные ферментёры. Емкость их —'
800 кубических метров, высота — с
трехэтажный дом. И стоят они ко-
нечно на открытом воздухе.
Мы обошли и объехали весь за-
вод. Ходили по гулким цехам с вы-
соченными потолками, взбирались и
опускались по железным трапам ко-
рабельной крутизны, поднялись на
самую верхотуру ферментёра, загля-
дывали снизу. Шипело, гудело, посви-
стывало. И всюду пахло свежеиспе-
ченными булками.
Странно, но готовый продукт, мел-
кий порошок светло-горчичного цве-
та, почти не имеет запаха. Может
быть, он теряется в сепараторах, где
отжимают лишнюю жидкость. Или
при плазмолизе, когда живая клетка
умерщвляется высокой температу-
рой. Или запах пропадает уже в ва-
куумных камерах выпарки, или на
окончательной сушке в высоченных
металлических конусах. Не знаю. Но
сам биохимический завод пахнет хле-
бом, едой, жизнью.
После сушки порошок БВК гонит-
ся сжатым воздухом по трубам пнев-
мотранспорта и расфасовывается в
мешки из плотной бумаги. Срок хра-
нения — три месяца. Больше и не
надо: чудодейственная белково-вита-
минная добавка — нарасхват! Не зря
ее называют —
ВЕЩЕСТВО ЖИЗНИ
Мы покинули техническую терри-
торий) часов в девять вечера, но бы-
ло еще совсем светло. Белые ночи!
«Сейчас я покажу нечто интерес-
ное!» — загадочно улыбаясь, сказал
директор.
Отъехали от заводоуправления
метров двести и остановились у не-
большого озерца с торчащими из во-
ды деревцами и кустиками. Сразу за
озером высилась заводская стена.
— Вон они, вон! .. А где же еще
двое? .. A-а, вот где, в кустах при-
таились!
По розовой воде плавали крякаши,
молодой утиный выводок.
— И бобры откуда-то пересели-
лись! — с восторгом похвалился Ва-
лерий Алексеевич.
В маленьком, метров двадцать на
двадцать пять, озерце до пуска за-
вода жили только лягушки. Нечем
было кормиться. Теперь, то ли с вет-
ром, то ли с дождевой водой, в озер-
цо попадает с завода белок...
— В нашем сознании давно уко-
ренилось: новый завод — новая по-
трава природе, загрязнение среды,
уничтожение живого окрест...
Директор Киришского биохимиче-
ского завода, делегат XXV съезда
КПСС Валерий Алексеевич Быков
вопросительно смотрел на меня.
— Вы же необыкновенные! — вос-
кликнул я. — Завод «вещества
жизни».
ому не доводилось в теп-
лый летний денек очутить-
ся в деревне или за горо-
дом на лугу, на какой-ни-
будь лесной поляне? Рас-
кинув руки, лежишь, вды-
хаешь воздух, настоянный
на травах, и смотришь в
синее небо, пока не пока-
жется, что это ты сам па-
ришь среди белых задум-
чивых облаков. В губах
миллионом своих отражении в вы-
пуклых каплях росы на влажных
листьях.
И если корову интересует только
вкус травы и много ли ее вокруг, то
неистребимая любознательность че-
ловека привела его к тому, что он
дал название каждой травинке и на-
учился узнавать ее в лицо. Разумеет-
ся, кроме любознательности была и
необходимость: знание окружающего
мира помогало человеку выжить.
ЛИЦОМ К ЛИЦУ
С ПРИРОДОЙ
А. Гиневский, Б. Михайлов
ТРАВЫ
ЗВЕРИНЫЕ И
ТРАВЫ ПТИЧЬИ
зажата сладкая травинка, и думает-
ся тебе обо всем легко и светло.
И даже если тебе все же грустно,
грусть твоя светла, как это небо,
как шум травы, склонившейся над
тобой.
Многое забывается в жизни. Но
хоть одно утро летнего дня, когда ты
шел босиком по росистой траве, ты
запомнишь. Ты запомнишь встающее
солнце, еще не раскаленное, еще
бледно-желтое, когда на него можно
смотреть не щурясь. Когда оно сво-
ими лучами высветит темную гряду
дальнего леса и, медленно, как бы с
трудом, поднимаясь, вспыхнет вдруг
Знакомясь с животными, человек
называл всех, которых встречал.
С тех пор и остался заяц — зайцем,
волк — волком, крокодил — кроко-
дилом.
Когда человек стал присматривать-
ся к растениям, он подметил, что
многие из них порою чем-то напоми-
нают уже знакомых животных. Не-
трудно себе представить, что человек
даже радовался, найдя такое сход-
ство, хлопал в ладоши и громко кри-
чал: «Да это ж медвежьи уши!», «Да
это же вороний глаз!»
Вот нам и хочется рассказать тебе
250
о некоторых травах звериных и тра-
вах птичьих, которые растут в сред-
ней полосе нашей Родины. Ты их
наверняка встречал, но, возможно,
не обращал на них особого внима-
ния.
КОЗЛОБОРОДНИК
У великого ботаника Карла Лин-
нея были «часы флоры». Они пред-
ставляли собой клумбу в виде ци-
ферблата. Против каждого часа бы-
ло посажено растение, которое в это
время раскрывало свои цветы. Рос
на этой клумбе и козлобородник. Его
цветы раскрываются около девяти
часов утра, и потому он имеет еще и
другое название: «молчаливый петух
леса». Это название не научное, но
не менее точное.
Ты наверняка видел это растение,
но вряд ли догадывался, что перед
тобой козлобородник. Уж очень он
похож своими цветами на одуванчик.
Та же корзинка желтых лепестков,
та же головка, увенчанная семенами-
парашютиками, но гораздо больших
размеров. На одном стебле может
быть 2—3 цветка. Каждый цветок с
кулак. И высотой козлобородник бы-
вает до метра. Время цветения —
июнь — сентябрь.
Встретить его можно на лугу, на
поляне, вдоль дороги и на лесной
просеке. В южных районах европей-
ской части СССР козлобородник не-
редко растет целыми плантациями.
Настоящее научное название этого
растения — Т рагопогон. Происходит
от греческих слов «трагос» — «ко-
зел» — и «погон» — «борода». Так
почему же борода, да еще козлиная?
Дело в том, что ночью корзинки
цветов козлобородника закрыты и
только чуть торчат лепестки цветов
или семян-парашютиков; подходи и
трогай руками упрямую козлиную
бородку.
Если тебе интересно понаблюдать,
как раскрываются корзинки цветка,
то ты уж постарайся не проспать и
встать пораньше. Ведь днем цве-
ты козлобородника «притворяются»
крупными одуванчиками. Так что
бороды днем не увидишь.
МЕДВЕЖЬЕ УХО
Однажды был я в поле, где пас-
лись коровы. Трава вокруг вытопта-
на, съедена, и только мохнатые ли-
стья медвежьих ушей стоят нетрону-
тыми. Сорвал я одно растение, про-
тянул корове. Она взяла в рот и да-
вай головой мотать и трясти. Так и
ушла от меня обиженная. «Стран-
но, — подумал я, — если трава не-
съедобная, то зачем корова стала ее
жевать?» Потом узнал я: корова до-
веряет человеку больше, чем своему
опыту. Выходит, что я просто обма-
нул ее, и ей было за что обидеться
на меня...
Шевелит ветер медвежьими ушами
на полянах дорог, на песчаных скло-
нах. Встанешь рядом с этим расте-
нием в конце июня — и увидишь, что
его уши-листья растут порой выше
тебя. А само растение метра два бу-
дет — не меньше. Венчики цветов
желтые, на очень коротких цвето-
ножках, собраны пучками в длин-
ную, густую и толстую колосовид-
ную кисть. Ну прямо русая коса ка-
кой-нибудь Василисы Прекрасной!
Вот только крупные продолговатые
листья напоминают куски сукна или
валенка — мохнатые, как медвежье
ухо. Да и все растение покрыто гус-
тыми волосками. Эти волоски умень-
шают испарение влаги. Присмотри-
тесь: уши расположены так, что дож-
девая вода скатывается по ним к
стеблю. Дождик пройдет небольшой,
а корень медвежьего уха все равно
напитается влагой. Так растение при-
спосабливается к жизни в засушли-
вых местах. Неплохо приспосабли-
вается! Правда? ..
Корень медвежьего уха врос в зем-
лю крепко, глубоко. Чтобы рассмот-
реть его, за стебель тянуть бесполез-
но— оторвется. Тут уж надо выка-
пывать.
БОРЕЦ ВОЛЧИЙ
Он действительно похож на борца.
К концу июня вымахивает выше лю-
бого человека на целую голову. Рос-
лый, кряжистый, все норовит в тень
деревьев укрыться, будто прячется
от кого.
Цветы у него сине-фиолетовые, со-
браны в кисти на верхушке стебля.
По своей форме цветы напоминают
женские туфельки или деревянные
252 башмачки жителей скандинавских
стран. К цветущему борцу с удо-
вольствием наведываются шмели.
Любят они такие устойчивые расте-
ния. Не то что клевер: как на него
шмель сядет, так и начнет раскачи-
ваться во все стороны — попробуй
усиди. А тут шмель может забраться
в цветок основательно — со всеми
лапками. Только задние чуть торчат,
да слышен гуд работяги. Шмелей
иногда называют боярами в шубах.
Ничего себе бояре?! Работают, как
пчелки, опыляя растение.
Борец ядовит. Корова подойдет к
нему, понюхает цветы, кося глазом
и шевеля ушами, да и пойдет себе в
поле. Мол, нет уж — лучше я тимо-
феевку пожую.
В старину, когда не было сильных
отравляющих средств против волков,
из этого растения приготовляли яд
для уничтожения хищников. Потому-
то он и волчий борец.
КОПЫТЕНЬ
Будто прошла лошадь и из земли,
где отпечатался след, поднялось рас-
тение с листьями, сохранившими
форму отпечатка копыта. Невысок
копытень — от земли листья подни-
маются не больше чем на ладонь.
Любит он тенистые лиственные
леса, реже хвойные. Стелется, пол-
зет по земле. Уже в середине апреля
можно найти его невзрачные грязно-
пурпурные или темно-фиолетовые
цветы, сидящие на короткой цвето-
ножке, уткнувшись в землю. На та-
кой цветок никакая бабочка не по-
зарится. А вот муравьи, мушки, па-
уки и прочие, шныряющие по земле,
забегут ненароком и опылят. Из
цветка развивается плод-коробочка,
которая потом лопается, и семена с
сочными хрящевидными придатками
привлекают муравьев. Муравьи ла-
комятся этими придатками, а семена
бросают. Если позволяют условия,
то потом из семени может вырасти
новый «копытёнок». «На всякий слу-
чай» копытень научился размножать-
ся стеблем, как земляника: закопает-
ся частью стебля в землю и укоре-
нится, потом из этого места подни-
маются новые листья.
Зимует копытень под снегом. И
зима ему нипочем — под снегом он
остается зеленым. Этим он похож на
бруснику. Как только весенние лучи
растопят снежное одеяло, копытень
времени не теряет — готовится к цве-
тению.
Следует знать, что растение это
ядовито. Нюхать его — все равно что
нюхать горчицу. Но и ядовитость
копытня служит доброму делу: вете-
ринары приготавливают из него от-
вар или просто подмешивают в сено
и используют при лечении животных
как рвотное средство.
ОРЛЯК
Это самая распространенная раз-
новидность папоротника в наших ле-
сах. Если ты срежешь ножом ниж-
нюю часть листового черешка, то на
срезе увидишь сосудистые пучки,
своим расположением напоминающие
форму летящего орла. Не сомневай-
ся — это и есть орляк.
Ты, наверное, слышал легенду о
том, что у человека, увидевшего, как
цветет папоротник, будет счастливая
жизнь. Но увы... никто и никогда
не видел цветка папоротника. Может
быть, потому и осталась жить эта
старая легенда? Теперь люди знают,
что на оборотной стороне перисторас-
сеченных крупных листьев-опахал
расположены линии спороносных
вместилищ (спорангии). В них-то и
вызревают споры, которыми размно-
жается папоротник.
Скот его не трогает, обходит сто-
роной — для него он ядовит. И толь-
ко поросята как ни в чем не бывало
уплетают корневища и листья. И хоть
бы что им!
Ползучее, ветвистое корневище
орляка когда-то применяли для при-
готовления клея. В деревнях Фран-
ции использовали как мыло. Но так
поступали когда-то. Зато до сих пор
перекладывают листьями орляка сли-
вы, яблоки, помидоры, грибы. Дело
253
в том, что растение обладает проти-
вогнилостными свойствами. Так что,
неся из леса корзину грибов или
ягод, не забудь прикрыть лесные да-
ры листьями орляка, даже если есть
чем похвастаться...
АИСТНИК
Распростертые по земле стебли
этого растения можно встретить в
поле, на лесной поляне, в огороде, на
опушке леса. Цветет с конца июня до
глубокой осени. А в аистника пре-
вращается после того, как вместо
мелких розовых цветков образуются
на нем плоды. Плоды — «долгоно-
сые» и потому походят на головы
аистов с длинными клювами.
Казалось бы, мало ли у нас дол-
гоносых птиц. Скажем, выпь, цапля,
удод. Назвали бы «удодник» или
«цапельник». Так нет.
Объясняется все тем, что в рус-
ском фольклоре чаще других долго-
носых птиц упоминаются аист и жу-
равль, как наиболее поэтичные.
Вспомни! Ошибки не будет, если ты
аистник назовешь журавельником.
Иногда так и делают.
Любопытно, что длинный нос пло-
да аистника скручиваётся в спираль,
похожую на штопор, которым выта-
скивают пробки из бутылок. Роси-
стой ночью и в дождь спираль рас-
кручивается. Упав, плод аистника
ввинчивается в землю. Самостоя-
тельная травка: сама себя посадила.
СОБАЧКИ
В поле, вдоль проселочных дорог,
у леса встретишь ты это растение.
От одного корневища тянутся вверх
кустом несколько высоких прямых
стеблей. Такой куст будет тебе по
пояс. С июня до глубокой осени по-
крыты эти кусты лимонно-желтыми
цветками, собранными в густые
кистевидные соцветия. Присмотрись
к цветку — и ты увидишь, что он
похож на мордочку маленькой со-
бачки.
До чего же интересно устроен цве-
ток собачки! Нектар скапливается в
глубине шпорца. Это уловка цветка.
Благодаря ей до нектара может до-
браться сильное насекомое с доста-
точно длинным хоботком. Таким яв-
ляется шмель. Доставая нектар со
дна шпорца, шмель невольно опы-
ляет пестик, находящийся глубоко
внутри цветка.
Чтобы мелкие насекомые зря не
расхищали нектар, у собачек на
«нижней губе» есть выпуклость. Она,
как высокий порог, преграждает вход
в зев. Но некоторые шмели умудря-
254
ются «перехитрить» цветок собачки.
Они не мучаются, не тратят сил, что-
бы раздвинуть венчик, а садятся пря-
мо на шпорец снаружи, прогрызают
отверстие, высасывают нектар и...
улетают. Собачки остаются без нек-
тара и не опыленные. Такие опусто-
шенные, «дырявые» цветки соба-
чек— не редкость. Но растение спа-
сает то, что слишком хитрых шмелей
не так уж много. Большинство из
них предпочитают добывать свой
«хлеб» упорным трудом. Значит, со-
бачки не зря распускают свои цветки.
ВОРОНИЙ ГЛАЗ
В то время, когда начинают цвести
яблони и вишни, когда сады дышат
ароматным теплом наступающего ле-
та, корни вороньего глаза вбирают в
себя, перерабатывают и «мастерят»
из добрых соков земли сильный яд,
который потом будет храниться в ис-
синя-черной коробочке плода.
Суровое и неприхотливое растение
прячется чаще всего в густом сумра-
ке леса. Держится особняком от про-
чих лесных трав и цветов. А ско^
рее они сами избегают такого со-
седства.
Тонкий стебелек вытягивается
чуть выше четырех крест-накрест си-
дящих листьев. На вершине стебля
невзрачный цветок. Понюхав его, нё-
вольно поморщишься от запаха гни-
лого мяса. Бабочки, шмели, пчёлы не
интересуются таким цветком, но во-
роний глаз может обойтись и без
этих привиред. Он довольствуется
тем, что к нему прилетают мухи. Не
беда, если даже и мухи не помогут
опылить цветок, — вороний глаз это
может сделать сам.
Цветет долго, а потом образуется
плод:— черничная ягода. За сход-
ство плода по форме и окраске с гла-
зом вороны или ворона растение так
и называется.
В старинных знахарских книгах —
травниках — вороний глаз наделялся
волшебной силой. Колдуны и воро-
жеи частенько готовили из отвара
растения различные снадобья.
Не пробуй вороний глаз на вкус!
Ягоды и корневище его очень ядо-
виты.
Известно, что медведи и лоси в
некоторых случаях поедают корне-
вище вороньего глаза. Вот для них
это лекарство...
ВОЛЧЬЕ ЛЫКО
Существует предание: в февраль-
скую студеную пору злой и голод-
ный волк сдирает с веток ядовитого
кустарника тонкое лыко, что бы под-
поясать свое тощее брюхо. Затянет-
ся потуже — и вроде легче ему го-
лод терпеть.
Встречать волков за обдиранием
лыка или подпоясанных таким куша-
ком, нам не доводилось. Но вот
волчье лыко знакомо, пожалуй, и
вам.
Растение это в виде кустарника
высотой до полутора метров попа-
дается на глаза людям чаще всего
в лесу.
Зацветает оно одним из первых,
радуя весну своими довольно при-
ятными по цвету и запаху цветками.
Куст еще не покрылся листьями, а
цветки на нем уже тут как тут: сла-
бо-фиолетовые с розовым и лиловым
оттенком.
Мелкие цветки хорошо заметны —
ведь слишком мало растений зацве-
тает в начале мая. Вслед за цветками
появляются на волчьем лыке и ли-
стья. Чаще всего на вершине прути-
ка. К концу мая волчье лыко стано-
вится похожим на маленькую кокосо-
вую пальму: на вершине — зеленые
глянцевитые жесткие листья, а под
ними —’ завязи чуть продолговатых
плодов.
В конце июня плоды наливаются
соком, превращаются в упругие ярко-
красные, блестящие, как спелая виш-
ня ягоды.
И если ядовитый плод вороньего
глаза зловеще поблескивает среди
листвы, то ягоды волчьего лыка
дразнят и манят своей аппетитно-
стью — мол, смотри, какие мы соч-
ные и вкусные! Попробуй! .. Но да-
же запах цветков, пахнущих ванилью,
вызывает головную боль, не говоря
уже о ядовитых ягодках.
И тем не менее волчье лыко слу-
жит человеку. Особенно ценится как
один из самых ранних и щедрых ме-
доносов. В медицине кору, то есть
как раз лыко, настаивают на спирте
и используют настойку для растира-
ния тела при хроническом ревматиз-
ме. Волку до такого никогда не до-
думаться.
ГУСИНАЯ ЛАПКА
Когда мы впервые заинтересова-
лись растениями, то одними из пер-
вых, на кого обратили внимание, бы
ли гусиные лапки. Еще бы, они рос-
ли у самых домов, в саду, между
грядками огорода и прямо на улице
за калиткой. А когда увидели цвет-
ки, выглядывающие из густо-пери-
стых листочков, то решили, что они
скоро завянут, как и многие другие.
Но ждать этого нам пришлось дол-
го — даже в начале октября цветки
продолжали появляться.
Это одно из «пресмыкающихся»
растений. Невысокого роста — выше
ботинка его никогда и не видели.
Листья по своей форме напоминают
эластичные и прочные, длинные и
ползучие стебли. Может размно-
жаться по-клубничьи — благодаря
своим стеблевым укореняющимся от-
прыскам длиной более метра. Гуси-
ная лапка размножается также и пло-
дами. Небольшие коробочки разно-
сятся с дорожной грязью пешехода-
ми, домашними животными. Сомнут-
ся несколько таких серо-коричневых
коробочек, а посеются тысячи. Не
потому ли лапка такое общительное
растение: так и тянет ее к дорогам,
тропам, домам. Здесь несчастную
топчут, мнут колесами телег и ма-
шин, поедает ее скот, с огромным
удовольствием ощипывают домашние
гуси — а ей хоть бы что! Только
гуще становится. Для увальней-гусей
это растение — лакомство. Рано
утром выйдут птицы из своих са-
раев и сразу, пригнув шеи к земле,
щиплют любимую лапку. Потом идут
на озеро «купаться и загорать».
К вечеру, на обратном пути домой
снова елозят клювами по земле, на
том же месте.
Употребляли гусиную лапку в
пищу и люди. Это было в голодные
годы войны. Из молодых листьев ва-
рили суп или ели их сырыми как
салат. Высушенные и смолотые кор-
ни заменяли муку.
В старину верили, что гусиная лап-
ка — хорошее лекарственное расте-
ние. Теперь установлено: ничего по-
добного. Единственное, на что при-
годна гусиная лапка, так это на при-
готовление заменителей дубильных
веществ. Правда, родственник лап-
ки — калган — зачислен в штат ле-
карственных растений.
КУКУШКИНЫ СЛЁЗКИ
(ятрышник Фукса)
Это растение относится к семейст-
ву орхидных (знаменитые орхидеи).
Можно сказать, родной брат «цари-
цы ночи» ночной фиалки. Потому-то,
очевидно, у цветов кукушкиных сле-
зок такой приятный аромат.
Ятрышник — старорусское назва-
ние растения, от видоизмененного
слова «ядро». Казалось бы, при чем
тут ядро? А дело в том, что у ят-
рышника корни в виде двух клубень-
ков, или ядрышек.
Встречается чаще всего в увлаж-
ненных местах кустарников, на лес-
ных вырубках, по окраинам полян и
болот.
Растение это многолетнее. К осени
накапливает в клубеньках питатель-
ные вещества, чтобы потом с весны,
пока почва бедна, начать поднимать-
ся без задержки.
Ростом кукушкины слезки не вы-
шли — всего по щиколотку. Цвести
начинают в июне.
Интересной особенностью облада-
ют цветы этого растения. Желто
окрашенная, «выпячивающаяся» ниж-
няя губа-лепесток — словно «поса-
дочная площадка» для насекомых.
Прилетев издалека, они садятся на
нее, чтобы перевести дух, прежде
чем приняться за свое дело. Но пока
цветок не распустился окончательно,
он повернут на своей цветоножке так,
что губа находится вверху. Словно
говорит насекомым: «Ко мне еще
рано, я еще не распустился. Да и
вам пока не удобно — вон где моя
«посадочная площадка»... Уж подо-
ждите!»
Цветок начинает распускаться и
поворачиваться на цветоножке, за-
кручивая ее в спираль по часовой
стрелке — и редко-редко против.
И когда он окончательно распустит-
ся, тут уж «посадочная площадка»
будет готова для приема летунов.
Если посмотреть внимательно на
распустившийся цветок спереди, то
можно заметить, что он похож на
старушку в чепце, которая всплесну-
ла руками, увидев свой испачканный
фартук или подол. На такой фартук
или подол похожа нижняя губа вен-
чика. Она имеет слабые фиолетовые
разводы и крапинки. Как раз с эти-
ми-то пятнышками связана легенда,
из которой родилось народное на-
звание растения. В мае кукушка под-
брасывает свои яички в гнезда дру-
257
19 Хочу все знать
гих птиц. А в середине лета, увидев
своих кукушат в чужих гнездах, она
не может удержаться от слез: у ее
детей совсем чужие родители. Леген-
да говорит, что пятна на цветках ят-
рышника и есть высохшие кукушки-
ны слезы. Такие пятна не только на
лепестках, но и на ланцетовидных
листьях. Вот почему ятрышкник
Фукса называют кукушкиными слез-
ками.
Часто стебельки и пазухи листьев
нашего знакомого бывают покрыты
жидкостью, похожей на слюну. Та-
кое ты, наверное, замечал. Правда,
некоторые старые люди утверждают,
что это тоже кукушка наплакала.
Оказывается, жидкость выделяют
личинки интересного насекомого —
пенницы. Покрывая себя пеной, ли-
чинки защищают нежное тельце от
сухого воздуха, от летней жары.
РЕШЕНИЕ ЗАДАЧИ 1
Убедимся сначала, что невозможно от-
ветить «да» или «нет» ни на один из вспо-
могательных вопросов. Например, посмот-
рим, справедливо ли утверждение «все
мертвые раки красны». Из условий задачи
следует, что мертвый рак красен, если его
сварили. Про цвет рака, погибшего при
других обстоятельствах, ничего не гово-
рится. Следовательно, цвет мертвого рака
может быть любым.
Приступим к решению. Допустим, что
нам удалось собрать всех раков в одну
кучу. (Этот гигантский труд можно сокра-
тить, если заметить, что рак представляет
для нас интерес только в том случае, ко-
гда обладает хотя бы одним из признаков,
красных раков (К), куча мертвых (М), куча
вареных (В). Очевидно, что трех отдель-
ных куч не получится. Кучи будут «пере-
секаться». На рисунке указаны некоторые
возможные (то есть не противоречащие
условиям задачи) варианты таких пересе-
чений. Как видно (случаи б и в), куча крас-
ных мертвых раков не обязательно цели-
ком находится в куче вареных. Ответ на
вопрос задачи отрицательный.
Способ диаграмм, который был исполь-
зован (а именно он-то и имеет ценность
в нашей задаче, ибо едва ли кого-нибудь
всерьез заинтересует проблема вареных
раков), годится для решения любых по-
добных задач. Однако данная задача до-
указанных в задаче. Так что живой голу-
пускает и совсем короткое решение: ни-
а
б
в
ЛИЦОМ К ЛИЦУ
С ПРИРОДОЙ
А. Батуев
О НАСЕКОМЫХ
Замечательный писатель-на-
туралист Джеральд Дар-
релл говорит: «Лично я не
захотел бы жить в мире
без птиц, без лесов, без
животных — всяких, ма-
лых и больших». Большин-
ство жителей огромных ка-
менных городов плохо зна-
ет живую природу. Как-то
на юннатском слете была
выставлена коллекция на-
секомых. Неплохое собра-
ние, но огорчали безгра-
мотные надписи на этикет-
ках. Крапивница именовалась много-
цветницей, носатый кузнечик — бого-
молом, а стеклянница и шмелевидка
были названы осой и шмелем. Забав-
ное недоразумение! Действительно
обе бабочки как бы имитируют этих
жалящих насекомых, и птицы их не
едят. Но в данном случае чешуекры-
лые мистификаторы сумели обмануть
собирателя коллекции, человека! Мо-
жет быть, это пустяк, о котором не
стоит говорить? Но, к сожалению,
это не так.
Появился колорадский жук — бич
картофеля. Мобилизовали молодежь
на борьбу с этим опаснейшим вреди-
телем. Начался энергичный сбор ли-
чинок колорадского жука. И вот уже
отдельные бригады рапортуют о до-
стигнутом, но... На поверку оказа-
лось, что собраны и уничтожены ли-
чинки божьей коровки, очень полез-
ного жучка, уничтожающего тлей.
А вот другой эпизод. В пионерла-
гере ребята дружно вели борьбу с
саранчой, а в действительности унич-
тожили зеленых кузнечиков, полез-
ных насекомых, поедающих различ-
ных сельскохозяйственных вредите-
лей.
Век атома и космических полетов!
Многие ребята знают марки не толь-
ко легковых, но и грузовых машин —
а вот отличить муху от осы не умеют.
А тем не менее мир насекомых инте-
ресен даже создателям самолетов и
космических кораблей. Новая на-
ука — бионика — изучает насекомых
с целью использовать их удивитель-
ные приспособления в технике. А та-
ких приспособлений тысячи.
Похоже, что природа, создавая на-
секомых, особенно расщедрилась.
Здесь и поразительное разнообразие
форм и окраски, и не имеющая себе
равной в животном мире приспособ-
ляемость к окружающей среде. Насе-
комые живут на земле и под землей,
в воде и в воздухе, в растительных
и животных тканях. Некоторые при-
способились к жизни в солевых рас-
творах и в горячих источниках.
259
19*
«Мертвая готова» — единственная бабочка,
которая пищит.
По разнообразию видов пальма
первенства принадлежит насекомым.
Они составляют почти 70 процентов
от общего количества видов живот-
ных нашей планеты. Птиц на земном
шаре 8600 видов, а насекомых — бо-
лее двух миллионов! Но нас пора-
жает не только фантастическое раз-
нообразие форм. Бывают годы, когда
отдельные насекомые появляются в
несметных количествах.
В детстве я с братом собирал
коллекцию насекомых. Большеголо-
вая глазастая стрекоза была предме-
том наших мечтаний. И вот, живя
в городе Орле, мы стали свидете-
лями интересного явления — переле-
та стрекоз-коромысел. Бесчисленные
полчища насекомых летели в одном
направлении, и небо было как бы за-
тянуто плотной сеткой из стрекоз.
Как зачарованные стояли мы со сво-
ими сачками и смотрели вверх до го-
ловокружения. Стрекозы летели два
дня, и ни одной нам так и не доста-
лось.
В следующем 1916 году перелет
повторился. И опять мы только взды-
хали — стрекозы шли на большой
высоте. Неожиданно откуда-то при-
неслась черная туча. В центре ее,
словно клубок шерсти, завивалось
крошечное зловещее белое облачко.
Гроза обрушилась как лавина. Наш
сад утонул в воде. Мы уже забыли
о стрекозах и мечтали стать морепла-
вателями, но дождь продолжался.
Только вечером, когда стемнело, не-
бо очистилось от туч, и мы выбежа-
ли в сад. Умытые грозой кусты сире-
ни и жасмина блестели словно усы-
панные алмазами. Но почему они так
странно блестят? Я потянул ветку.
Послышался сухой шелестящий звук.
Боже мой! Ведь это блестят крылья
стрекоз. Оказывается, все кусты по-
крыты толстым слоем сбитых грозой
стрекоз. С намокшими крыльями они
совершенно беспомощны.
Мы набрали их в две больших кар-
тонки. В нашем доме была стеклян-
ная галерея. Зимой она заменяла хо-
лодильник, а летом — оранжерею.
Вот сюда мы и посадили наших стре-
коз. Наутро десятки их летали по
залитой солнцем галерее. И, стран-
ное дело, в таком количестве коро-
мысла сразу потеряли свою цен-
ность. Мы оставили для коллекции
двух не летавших стрекоз, а осталь-
ных выпустили — открыли окна, и
наши пленницы одна за другой уно-
сились в голубой простор летнего
неба, где уже летели легионы их со-
родичей. Позднее мне не приходи-
лось наблюдать перелеты стрекоз-ко-
ромысел.
В 1939 году, июльским вечером, я
поднялся на вершину Железной го-
ры, что на Северном Кавказе. На
плоской вершине был огромный цвет-
ник, состоявший главным образом из
петуний. То, что я увидел, ошеломи-
ло меня. Казалось, что гора гудит,
а клумба колышется. В сумеречном
воздухе клубились какие-то неясные
силуэты. Все цветы слегка вибриро-
вали от «висевших» над ними испо-
линских бабочек. Тысячи вьюнковых
бражников угощались сладким нек-
таром, на лету погружая длинные
хоботки в раструбы петуний. Вероят-
но, за всю свою жизнь я не встречал
столько бражников, сколько увидел
их здесь в один вечер. Огромные ба-
бочки с низким гудением толчками
перемещались от цветка к цветку, и
казалось, что я попал в какое-то за-
колдованное царство.
В том же году в Таганроге поден-
ки появились в таком баснословном
количестве, что город, словно в пур-
гу, утонул в белых хлопьях из насе-
комых. Набережная, улицы, сады,
скверы кишели поденками. Даже в
трамваях их было полно. Невозмож-
но было не только выпить стакан га-
зировки, но даже говорить, чтобы не
наглотаться этих легкокрылых хвос-
татых созданий.
В 1940 году я жил в деревне под
Лугой. По вечерам лес гудел от лёта
мириад майских жуков. Никогда в
жизни я не видел ничего подобного!
Все березы были словно в полиэти-
леновых овалах — это кружились
жуки. Хозяйки по утрам, отряхивая
ветки кустов, набирали майских жу-
ков ведрами и кормили ими кур. Ин-
тересно, что обычно на следующий
год после массового появления насе-
комые словно исчезают и уже попа-
даются редко, единицами.
Вскоре после войны в Ленинграде,
в центре города, на Марсовом поле
был массовый вылет нехруща. Вече-
ром гулявшие парочки оказались бук-
вально усыпанными жуками. Опасно
было разговаривать, дабы не прогло-
тить насекомое. В несколько минут я
набрал полный двухлитровый бидон
этих жуков — превосходное угощение
для живших у меня летучей мыши и
домового сыча.
Массовое появление сельскохозяй-
ственных вредителей часто полно-
стью губит труд человека. Известны
случаи, когда гусеницы бабочки ка-
пустницы начисто уничтожали целые
капустные поля. Однажды колос-
сальная масса гусениц, переползая
железнодорожное полотно, останови-
ла поезд — колеса забуксовали в ме-
сиве из гусениц.
Но мировой рекорд держит саран-
ча. Ее появление — это великое бед-
ствие. Оно подобно буре. Так же не-
ожиданно горизонт охватывает чер-
ная мрачная туча. Она надвигается,
растет, полностью закрывает небо-
свод. Солнце меркнет, и наконец чу-
довищная армия шестиногих аргонав-
тов, насчитывающая десятки милли-
ардов, рушится на землю, словно бу-
рая метель, оглушая шумом крыльев,
ломая ветви деревьев и покрывая все
толстым слоем насекомых. Проходит
час, два, пять, девять — а штурм не-
сметных полчищ прямокрылых про-
должается.
В 1917 году в Испании самолет,
столкнувшись с плотным строем ле-
тящей саранчи, погиб. Саранча появ-
ляется в чудовищных количествах.
Так, одна стая, по приблизительным
подсчетам, весила десять миллионов
тонн. Даже яйцекладка у этих кузне-
чиков баснословна по своим масшта-
бам. Были кладки, где вес отложен-
ных в землю яиц (кубышек) превы-
шал четыре миллиона тонн. Саранча
может совершать беспосадочные пе-
релеты в течение двадцати часов и
под ветерок развивать скорость до
сорока километров в час. Почти
тысячу километров пролетела одна
стая из Африки в Европу. Там, где
опустилась саранча, будет в несколь-
ко минут уничтожено буквально все,
и цветущий край превратится в пус-
тыню. Протяженность стаи измеря-
ется многими десятками километров.
А бывали стаи в две с половиной
тысячи миль.
Саранча — крупное и страшно про-
жорливое насекомое. Один кузнечик
съедает такое количество пищи, ко-
торое в 10 раз превышает его собст-
венный вес. В старину сотни тысяч
людей гибли от голодной смерти в
результате налета саранчи. В начале
XX века через Красное море пере-
летела колоссальная стая саранчи.
Как подсчитал академик В. И. Вер-
надский, ее вес превышал вес всех
цветных металлов, в том числе свин-
261
Знаменитая лунная сатурния, которая
чует себе подобных на расстоянии в
7 7 километров.
Разрушитель городов — коварный неви-
димка — термит.
ца и меди, выплавленных человеком
за все время существования на
Земле.
У шестиногих все своеобразно. Не-
которые из них способны «видеть»
свет поверхностью тела, не имея глаз,
другие слышат ногами, третьим ноги
заменяют язык, то есть вкусовые
органы у них расположены на ногах,
и они в 250 раз чувствительнее на-
шего языка. Обоняние у насекомых
совершенно фантастическое, и их
возможности даже трудно себе пред-
ставить. Известно, что нос собаки
в миллион раз чувствительнее чело-
веческого. Но, в сравнении с некото-
рыми бабочками, собаке просто не-
чего делать. Судите сами: наш не-
парный шелкопряд чует самку на
3,8 километра, а меченые самцы ба-
бочки актиас селене находили по за-
паху самку на расстоянии в 11 кило-
метров! Даже продолжительность
жизни этих пигмеев животного цар-
ства зачастую ставит, в тупик, только
надо помнить, что у шестиногих в
большинстве случаев личинка живет
дольше взрослого насекомого, а если
считать еще и период покоя — кукол-
ку, — то часто этот срок измеряется
годами. Так, на развитие майского
жука, который летает только в тече-
ние двух месяцев, уходит 5 лет. А ли-
чинка американской цикады живет
под землей 17 лет!
Но среди насекомых есть и долго-
жители во взрослом состоянии. На-
возные жуки живут до трех лет.
Пчела-матка живет более пяти лет.
Жук медляк — 10 лет, самка садового
черного муравья — до 20 лет. Но на-
стоящим долгожителем царства шес-
тиногих является бесшумный слепой
и немой термит. Если царь зверей
лев живет максимально 30 лет, то
самка носатого термита—более сорока.
Вот какие поразительные существа
насекомые!
ШАГИ
ПЯТИЛЕТКИ
Г, Люб ОШ
ЗАВОДЫ... ОВОЩЕЙ
Первые овощные теплицы в Ле-
нинграде начали создавать в
послевоенные годы. Как и во
всей стране, они строились
«ангарными». Каждая была от-
дельным сооружением пло-
щадью 1000—1840 квадратных
метров. Большинство операций
в них — завоз и замена грун-
та, полив, внесение удобрений,
проветривание, сбор урожая —
выполнялись вручную.
Но вскоре в Ленинграде
придумали нечто новое. Если
раньше отопление проводи-
лось в заранее построенной
теплице, то теперь сам каркас
сооружения собирался из труб
и по ним пускали горячую во-
ду. Оказалось очень удобно
и экономично. Во-первых, ме-
нее трудоемко, а во-вторых,
отопление расположено бли-
же к стеклам. Поэтому быст-
рее оттаивает снег и, главное,
растение гораздо надежнее
защищены от резких колеба-
ний температуры наружного
воздуха.
Такие теплицы стали применять во мно-
гих городах страны.
Когда химики начали выпускать поли-
этиленовую пленку, которая в отличие от
стекла пропускает очень нужные расте-
ниям ультрафиолетовые лучи, агрономы
попробовали использовать ее для теплиц.
Собрали легкий каркас из дерева. На де-
ревянные рамы, как чулок, натянули плен-
ку. Рамы уложили на каркас вместо стек-
ла — получилась очень легкая, дешевая и
быстрая в изготовлении теплица для вес-
ны и лета. На зиму рамы снимали и со-
храняли в сараях — на морозе пленка ста-
новится хрупкой и применять ее нельзя.
А позднее создали теплицу... совсем
без каркаса и без рамок! Пленку просто
склеили, закрепили у земли, а затем под
нее поставили вентилятор. Он надул ее,
как длинный воздушный шар. Небольшое
постоянно поддерживаемое избыточное
давление давало возможность пользоваться
такой теплицей несколько весенне-летних
сезонов.
Еще раньше ученые подумали: ведь
растения для своего питания используют
только некоторые химические элементы,*
растворенные водой, содержащейся в поч-
ве. А что, если попробовать выращивать
их совсем без грунта, давая им лишь рас-
творы всех необходимых элементов? Од-
нако корням нужно за что-то держаться.
Сперва в лаборатории, а затем в тепли-
цах сделали специальные корыта, напол-
нили их пористым керамзитом и высадили
туда рассаду. В отдельном помещении
стали готовить питательные растворы и
через определенные промежутки времени,
автоматически, по лоткам, поочередно по-
давать их к корытам. Огурцы и помидоры,
впервые на больших площадях, начали пи-
таться и жить без... матушки-земли! Та-
ким же образом, но из Другого помеще-
ния к заболевшим растениям поступали
лечебные растворы.
Эти теплицы получили название гидро-
понных.
В 1969 году в совхозе «Ленинградский»
началось строительство принципиально но-
вого типа теплиц — блочных, площадью
уже до десяти тысяч квадратных метров
каждая.
По поводу блочных теплиц возникло
много споров. Некоторые ученые, всю
жизнь проработавшие с ангарными, бо-
ялись этого нововведения. Одни говорили:
с ангарных снег сдувается ветром, а у
блочных крыша в разрезе, как пила — зна-
чит, снег на них станет накапливаться. В на-
ших ленинградских, где тепло подавалось
в трубы каркаса, у самого стекла, он еще
таял. А в блочных специальные трубы
отопления расположены гораздо ниже,
стекла не оттают. Нет, блочные можно плп
применять только на юге, а в Ленинграде Zuu
снег их раздавит! Другие пугали: на таких
площадях гораздо легче будут распрост-
раняться болезни! Третьи утверждали: раз
в блочных меньше боковых стен — значит,
слабее освещенность. Овощи не смогут
созреть!
Но четвертые решили рискнуть.
Уже восемь лет существуют блочные
теплицы, опровергая все опасения. Снег
отлично тает, растения болеют не чаще,
чем в ангарных, а освещенность благодаря
легкости конструкций оказалась на одну
десятую выше!
А главное, раз конструкции тоньше и
легче, их проще изготовить на заводах,
привезти и собрать на болтах, как детский
«конструктор». Это и гораздо быстрее.
Поэтому блочные комбинаты площадью
по шестьдесят тысяч квадратных метров
строятся всего за шесть месяцев вместо
нескольких лет, необходимых для созда-
ния ангарных теплиц такой же площади.
На заводах элементы конструкций мож-
но покрыть цинком — они не будут ржа-
веть и прослужат много дольше!
Теперь и весенние пленочные теплицы
строят блочными, из заводских конструк-
ций.
Зайдем в одну из таких теплиц. Здесь
вдвое выше нашего роста стеной подня-
ла- лись плети огурцов или помидоров. И всю-
Zu4 ду краснеют или зеленеют плоды.
Вдруг в теплице пошел мелкий теплый
дождик. Это автоматы включили дожде-
вальную установку. Они сами следят за
нужной температурой поливочной воды,
готовят растворы удобрений, вносят их в
почву и обогащают воздух углекислотой.
Несколько рабочих заняты лишь сбо-
ром урожая. У них лестницы-стремянки,
которые передвигаются на специальных
колесах по трубам отопления вдоль рас-
тений. Не слезая со стремянок, рабочие
регулируют их высоту. Урожай переклады-
вают в тележки, двигающиеся по рель-
сам.
А если мы заглянем в теплицы в де-
кабре — январе, то не сразу поймем, куда
мы попали. Не в баню ли? С грунтового
пола поднимаются клубы пара. Все стекла
запотели, и с них капает вода. Это паром
стерилизуют землю. Раньше ее вывозили
и заменяли — чтобы не передать новым
растениям болезни удаленных. А теперь
при постройке в почву закладывают трубы
с отверстиями, и перед каждым нов^ым се-
зоном ее обезвреживают паром. Работни-
ки теплиц избавились от очень трудоем-
кой и тяжелой работы по замене грунта.
После пропаривания за дело прини-
мается трактор с подвешенным к нему
бункером, из которого повсюду одина-
ковым слоем рассыпаются химические
удобрения. Этот агрегат похож на опыт-
ного сеятеля, в стародавние времена раз-
брасывавшего зерно на хлебных полях.
Навестим еще рассадные теплицы. Тут
на одной половине светло, как в яркий
солнечный день. Это досвечивают рассаду
(в дополнение к естественному свету)
мощные передвижные установки с ртут-
ными лампами. Через двенадцать часов
они по рельсам механически перейдут на
вторую половину. Досвечивание значи-
тельно ускоряет рост рассады и помогает
выращивать ее в самое темное время
года.
В тепличных комбинатах помимо огур-
цов и помидоров выращивают зеленый
лук, петрушку, сельдерей, салат, редис,
сладкий перец, дыни, мангольд (листовая
салатная или черешковая шпинатная свек-
ла), землянику, шампиньоны, хризантемы,
а в некоторых еще гвоздики, розы и
каллы.
Нетрудно себе представить, с какой
разнообразной технологией приходится
здесь иметь дело! А ведь необходимо
еще заниматься и пчеловодством. Напри-
мер, в совхозе «Ленинградский» для опы-
ления огурцов содержится триста ульев.
Не удивительно, что современные теп-
личные комбинаты стали огромными про-
изводственными предприятиями.
Если посмотреть с крыши одного из
домов совхоза «Ленинградский», теплицы
разбегаются во все стороны, скрываясь
вдали. На комбинате работают специали-
сты 128 профессий! Его котельная такая
мощная, что одна могла бы обеспечить
теплом город с населением в двести ты-
сяч человек.
К 1980 году в Ленинграде и области
будет два с половиной миллиона квадрат-
ных метров теплиц. Но на этом строитель-
ство их не остановится. Чтобы полностью
обеспечить все население тепличными
овощами, надо иметь по одному квадрат-
ному метру закрытого грунта на каждого
жителя. Но ведь население у нас быстро
растет!
Конечно будут расти и урожаи. Уче-
ные, вместе с рабочими-овощеводами, все
время выводят более продуктивные сорта,
разрабатывают новые агротехнические
приемы выращивания. Будет развиваться
и перспективный гидропонный способ, а
может быть, появится и что-то совсем но-
вое. И хотя тепличные комбинаты пред-
ставляют собой современные производ-
ственные предприятия, расположенные в
городах, все, кто работают в них, всегда
на лоне природы. Ведь здесь — вечное
лето! Все растет, цветет и дарит плоды!
НЕОЖИДАННЫЙ
ЮБИЛЯР
о время путешествия на
Север была у нас мечта:
пройти часть маршрута
водным путем. А несбы-
точного здесь ничего не
было, потому что остано-
вились мы в Кандалакше,
портовом городе, изучали
птичий заповедник и каж-
моря. Чего же тут было несбыточ-
ного?
И вот мы пришли в управление
порта за разрешением. Нас принял
главный инженер Борис Александро-
вич Борщев. Мы сказали ему, что
хотели бы устроиться пассажирами
на какой-нибудь грузовой пароход и
отправиться на нем на юг, поближе
к Ленинграду.
Борис Александрович помолчал, а
потом сказал:
В. Арро
УДИВИТЕЛЬ-
НЫЙ ГРУЗЧИК
дый день видели, как в заливе бро-
сают якорь какие-то длинные призе-
мистые суда. Они по очереди подхо-
дили к берегу, к той его части, кото-
рая была портом, над ними колдова-
ли, крутили своими длинными шеями
портальные краны, но нам уже ни-
чего, кроме этих шей, не было вид-
но — все было закрыто высоким за-
бором и разными портовыми соору-
жениями. Суда отваливали, делали
широкий разворот и таяли меж голу-
быми лесистыми островами. Мы зна-
ли, что через несколько часов они
266 встретятся с крепкой волной Белого
— Жаль, что уезжаете. Через не-
сколько' дней нашему порту испол-
няется 60 лет.
Конечно, для вас это, может, и не
составит особого интереса, тогда я
вас отправлю хоть сегодня. Но если
есть время, мой совет: останьтесь,
походите по порту, тут есть о чем
написать.
В портах ни я, ни мои спутни-
ки никогда не были — конечно же
мы «клюнули» на такое предло-
жение.
И вот мы за проходной, почтитель-
но здороваемся с юбиляром.
ГЛАВНЫЕ ЗАПАХИ ЗЕМЛИ
В других портах, может быть, пах-
нет бананами или ананасами. В иных
портах, может быть, преобладает за-
пах рыбы. В Кандалакшском порту
пахнет главными запахами земли:
хлебом, углем, лесом, железной ру-
дой да еще — вот неожиданно! —
сеном.
Если бы грузы умели разговари-
вать, они бы только и спрашивали:
откуда? Куда?
Хлеб с гордостью рассказал бы, что
рос он в украинских степях, наливал-
ся в колосьях, зрел, а потом его ско-
сили, обмолотили, солома осталась
где-то там, как второстепенный то-
вар, а он сам держит путь в север-
ный город Норильск, чтобы стать
румяными булочками или душистым
печеным хлебом.
Уголь простуженным басом сооб-
щил бы, что лежал он пластами ты-
сячи лет глубоко под мерзлой зем-
лей у реки Печоры, а теперь отправ-
ляется железной дорогой туда, где
добываются апатиты, чтобы сгореть
в топках Кировской ГРЭС и дать
людям веселое и сильное электри-
чество.
Лес проскрипел бы, что вырос в
Карелии, недавно стал крепкими
смолистыми досками, а чуть погодя
будет строительным материалом в
Талнахе.
Железная руда рассказала бы, что
добыли ее в рудниках неподалеку от-
сюда, в Ковде, освободили от пустой
породы, измельчили в порошок — это
значит, обогатили, — и она поплывет
пароходом на Череповецкий метал-
лургический завод и, возможно, уже
на той неделе станет звонкой несги-
баемой сталью.
Ну, а сено? О чем оно рассказало
бы? О приокских поймах, о рязан-
ских лугах? О детях, которые заби-
рались в травы — так, что их голов
не было видно, — чтобы нарвать ща-
веля или цветов. Скоро, скоро души-
стое сено будет подано в виде лаком-
ства заполярным коровам и обернет-
ся парным молоком.
О своих биографиях могли бы по-
ведать и ленинградские тракторы
К-700, и жилые вагончики, и горь-
ковские автомобили.
Общее у всех грузов было то, что
они сошлись в Кандалакшском порту,
что у них позади дорога и впереди —
дорога.
ЖЕЛЕЗНЫЕ СИЛАЧИ
Стоит лишь час походить — и нач-
нешь понимать, что порт—это огром-
ный трудяга-грузчик. Целые сутки,
ни на минуту не останавливаясь,
пыхтит он и двигается, не производя
при этом особого шума,— и груды,
целые горы наработанной» народом
добра приходят в движение на этом
вытянутом, сравнительно маленьком
береговом пространстве. Один за
другим, как по часам, нагруженные
пароходы и железнодорожные соста-
вы уходят по назначению.
Северная природа упряма, шутить
не любит: вот вам открытая вода с
конца апреля до конца декабря —
как хотите, так и управляйтесь. На
остальное время морозы закуют ее
в ледяной панцирь. А люди в Но-
рильске, в Череповце, в Кировске
ждут — им надо работать в течение
всего года.
Вот поэтому во время навигации
Кандалакшский порт трудится по
жесткому, напряженному плану. Каж-
дое его движение рассчитано и сосчиг
тано. А выполнение плана зависит
от старательности людей, от разум-
ной организованности их работы и
от механизации. Все это имеется тут
в достаточном количестве, иначе бы
не висели на доске такие внушающие
уверенность цифры:
План на июнь— 128 тыс. тонн.
Выполнено 22 июня —- 105 тыс. тонн.
Похоже, что план в июне будет пе-
ревыполнен.
267
Как же это достигается?
Инженер Вадим Белов, который во-
дил нас по территории, начал свое
объяснение с механизации.
Да объяснять-то ничего особого не
приходилось — двенадцать порталь-
ных кранов говорили сами за себя.
А их поддерживали еще два железно-
дорожных и три гусеничных крана.
Вот эта железноногая, длинношеяя
команда втихомолку и без суеты вер-
телась в разные стороны. И на сталь-
ных тросах высоко по воздуху плыли
то пачки досок, то связка спрессован-
ных сенных брикетов, то контейнер,
то автомобиль. Иные краны опускали
на тросах в трюм судна разинутый
зубастый грейфер, и он, сомкнув че-
люсти, возвращался с пятью тоннами
угля.
Выбрав момент, мы забрались на
кран. Через переплетение стальных
конструкций увидели и всю террито-
рию порта — со складами, штабелями,
вереницами железнодорожных ваго-
нов, — и ожидающие своей очереди
суда на рейде, и дальние сопки, и
сморщенную поверхность залива с
яркими силуэтами чаек.
Конечно с такой высоты кранов-
щик смотрит на все эти мешочки, ва-
гончики и автомобильчики как пове-
литель, хозяин. Но бывает, что и это-
му всемогущему человеку приходит-
ся останавливать кран и, почесывая
затылок, слезать со своей верхотуры
вниз. Это когда на море, разыграется
шторм, кран начнет гудеть и раска-
чиваться, а громкоговоритель прине-
сет строгую команду: «Кранам пре-
кратить работу!».
— А там что такое происходит?—
спросили мы.
Там, на краю порта, возле какого-
то горбатого сооружения, действи-
тельно происходило что-то очень уж
странное. Вагоны отрывались от ро-
димых рельсов и, движимые какой-то
Есть в порту и другие механизмы.
— Но вот что еще важно,— сказал
Вадим.—Механизмы механизмами, но
они не всегда работают так, как нам
надо. Мы все время смотрим: что бы
тут можно усовершенствовать, чтобы
было удобней, быстрей. И не только
мы, инженеры, над этим думаем, но
и докеры.
А в дальнейшем выяснилось, что
Вадим Белов — это не кто иной, как
председатель местного общества ра-
ционализаторов и изобретателей. И за
год он получил от работников порта
до шестидесяти рационализаторских
предложений.
Вот почему на юбилейном вечере
с гордостью будет доложено: в порту
на 93 процента работа механизиро-
вана.
ОПТИМАЛЬНЫЙ РЕЖИМ
неясной силой, описывали дугу и
вздымались в воздух как-то уж со-
всем неприлично — колесами вверх.
— Сейчас туда и пойдем, — сказал
Вадим.
Через десять минут мы стояли у
специализированной установки по
разгрузке руды. Это было горбатое
чудовище, которое захватывало ни-
чего не подозревающий вагон в
люльку, переворачивало его над со-
бой и с помощью вибраторов вытря-
хивало из него все содержимое — по-
хоже на то, как три мушкетера вы-
тряхивали из миледи письмо карди-
нала Ришелье.
Не успевший ничего сообразить ва-
гон снова оказывался на рельсах и
с горки, своим ходом, скатывался
вниз. А руда, попавшая на транспор-
теры, над нашими головами шла пря-
мо в трюм судна.
То, на что раньше уходило восемь
часов рабочего времени — разгрузка-
погрузка целого состава руды, — те-
перь делается за три часа. Пять ми-
нут— и нет вагона. Он уже в трюме.
Кто следующий?
Все мы знаем: когда собирается
сразу вместе много предметов, самое
главное тут — порядок. Вот и в пор-
ту это — самое главное. Не было бы
порядка — суета, неразбериха. А по-
рядок экономит драгоценное время.
Снуют по порту автопогрузчики, точ-
но знают: это туда, это сюда, к та-
кому-то сроку.
Сейчас порт работает в самом луч-
шем, самом удобном — оптимальном—
режиме. А предварительно рассмо-
трели семь вариантов обработки су-
дов. Семь раз отмеряли, один — отре-
зали.
Экономят время контейнеры и па-
кеты. Кирпичи, например, неудобно
грузить навалом. И вот их уже на за-
воде складывают в контейнеры. Дос-
ки на лесопильных заводах увязы-
вают в пакеты. Мешки с мукой в
порту соединяют стропами. Да мало
ли сноровки и хитрости применили
портовики. Даже силу магнитного
притяжения заставили вместо себя
работать. Был такой хлопотный, не-
управляемый груз: чугунные шары
для мельниц. Ничего, теперь подчи-
269
няется. Сам видел, как висит под
магнитом такая послушная и, кажет**
ся, даже съедобная гроздь.
А еще Вадим назвал нам как важ-
ное новшество — комплексные брига-
ды. Это значит, что все три смены,
которые работают на каком-то участ-
ке в разное время суток, — это все
одна и та же бригада, а не три, как
было раньше. И помогает им дружба,
взаимовыручка.
Всеми делами в порту управляет
сменный диспетчер. Сидит он в спе-
циальной комнате, со всеми у него
связь — и с судами, и с железнодо-
рожной станцией, и с бригадами. Всех
он слышит, все знает и ведет свой
специальный дневник.
Вот как начался в порту день, вер-
нее ночь — самая короткая ночь —
22 июня. ‘
00 часов. На смену вышли две брига-
ды— 21 человек.
Выгрузка сена, рубероида
из вагонов, выгрузка кон-
тейнеров с кирпичом.
Of ч.ЗОм. В порт подали 26 вагонов
под уголь.
Закончили выгрузку тепло-
хода «Волго-Балт 26».
02 ч. 30 м. В порт подали 58 вагонов
под уголь.
06 ч. 00 м. Подали 18 вагонов разно-
го груза.
06 ч. 40 м. Подали 24 вагона руды.
07 ч. 00 м. Начали погрузку руды на
«Волго-Балт 18».
08 ч. 00 м. Смена окончена. За смену
переработано:
теплоход «Волго-Балт 26»—
270 тонн угля, лихтер 153—
90 куб. метров пиломате-
риалов, вагоны: разные гру-
зы — 16 вагонов, уголь —
112 вагонов, доски — 6 ва-
гонов.
Оператор Петренко.
Вот так уверенно и спокойно вы-
полняется план.
ЛОЦМАН БОЯРИНЦЕВ И
ДРУГИЕ
Но, как вы понимаете, все в порту
зависит от людей.
. Вот бригада докеров Ивана Яков-
левича Гришина. Это уже не те груз-
чики-крючники, которые полагались
только на свою физическую силу. Они
скорее механизаторы. Шестеро из
них — докеры первого класса. Это
значит, что они могут работать кра-
новщиками, водителями автопогруз-
чиков, стропальщиками-сигналиста-
ми, а также слесарями. И остальные
имеют не меньше двух специально-
стей. Люди растут, учатся. Сам глав-
ный инженер Борис Александрович
Борщев был когда-то крановщиком.
Интересные есть специальности в
порту. А звучат-то как! Например —
стивидор. Это не просто бригадир до-
керов, не просто распорядитель ра-
бот, это человек большого опыта и
знаний.
Вот идем мы по порту, глазеем,
вдруг встречаем коренастого, плот-
ного такого мужчину в фуражке с
крабом. Вадим говорит:
— Знакомьтесь, это наш лоцман,
Евгений Иванович Бояринцев.
А лоцман — это в порту, можно
сказать, самый морской человек, он
сквозь воду видит, он в бухте или
в заливе — как у себя дома, он встре-
чает суда и провожает. Без лоцмана
судно не имеет права ни выйти из
порта, ни войти в порт.
— Ну, что, журналисты, — говорит
Евгений Иванович, — хотите встре-
тить корабль из-за границы?—Асам
посмеивается. — Знаю — хотите. Се-
годня днем в порту бросит якорь
«Печенга».
А мы, когда ходили по порту, мно-
го раз слышали это название. В ком-
нате диспетчера по радио раздался
голос: «Кандалакша, «Печенга» гово-
рит, уточняю подход к Горелым ост-
ровам — пятнадцать ноль-ноль. В
Кандалакше будем в пятнадцать со-
рок пять. Якорь бросим в пятнадцать
270
пятьдесят. Высылайте комиссию. Са-
нитарного врача не забудьте».
Все это мы слышали, но только по-
том поняли причину всеобщего ожив-
ления.
На маленьком суденышке «Шахтер»
мы подплыли к белоснежной высоко-
палубной «Печенге». Но на нее нас
не пустили. Пока пограничники не
проверят у всей команды документы,
на судно никому, кроме лоцмана, вхо-
да нет. Оно ведь вернулось из загра-
ничного плавания.
КУДА ПОЙДЕТ „ПЕЧЕНГА41
Интересно жить у моря! Там в га-
зетах печатают такие объявления:
«В ПУТИ: «Звенигород» — из
Сьенфуэгоса в Ригу. «Дагестан» — из
Гента в Касабланку. «Станислав-
ский»— из Монреаля в Роттердам.
«Валя Котик» — из Порт-Альфреда
в Кардифф. «Вася Коробко» — из Чи-
каго в Гавр».
Это чтобы родственники не волно-
вались.
Прочитаешь такое — и сразу тебя
соленым ветром охватит. И приснятся
коралловые острова, акулы и альба-
тросы.
«Печенга» несла на своем днище
моллюсков Атлантики. Но самым ин-
тересным оказалось — не откуда она,
а куда.
В эти же дни газеты писали: «Ато-
моход «Арктика» взял курс на Дик-
сон! Арктическая навигация 1975 го-
да началась!»
Радиооператор сообщал с атомохо-
да: «В двадцать ноль пять по москов-
скому времени «Арктика», прощаль-
ным гудком поприветствовав Мур-
манск, стоящие на рейде и в порту
суда и своего старшего брата — ато-
моход «Ленин», устремилась по зали-
ву к морю. Мы вышли в первый для
нашего судна арктический рейс. Пе-
ред нами стоит трудная задача: прой-
ти до Диксона, взломать ледовую пе-
ремычку на Енисее и, вернувшись к
западной кромке льда, взять под про-
водку первый караван судов».
Так вот, эти транспортные суда
должны будут погрузиться на этих
днях в Кандалакшском порту. А пер-
вым из них — «Печенга».
Одним словом, мы не сразу сообра-
зили, что присутствуем при открытии
арктической навигации.
На другой день, уже вполне пони-
мая важность происходящих событий,
мы следили, как «Печенгу» стара-
тельно и неустанно начиняют разны-
ми грузами: мешками с мукой, сеном,
трубами, рельсами, контейнерами, ка-
белем в барабанах, проволокой в
бухтах. А сверху на палубу ставят
новенькие автомобили.
Через несколько дней, дождавшись
у острова Вайгач остальных судов ка-
равана и получив команду с атомохо-
да «Арктика», «Печенга» пойдет в
Ледовитый океан.
ЗАСЛУЖИВАЕТ
ОСОБЕННОГО ВНИМАНИЯ
Теперь-то нам стала понятна за-
пись из старого документа, которую
подсунул нам для ознакомления Бо-
рис Александрович Борщов: «.. .Осо-
бенного внимания заслуживает Кан-
далакшский порт. Для подачи и при-
емки грузов порт не оборудован...
Порт, соприкасающийся почти на
10-ти километрах с линией железной
дороги, может приобрести крупное
экономическое значение».
Эту истину поняли еще царские чи-
новники во время первой мировой
войны, когда Ледовитый океан пре-
вратился чуть ли не в единствен-
ный путь товарообмена России с
Европой.
Летом 1915 года в Кандалакшском
заливе были сооружены «простейшие
портовые устройства в виде высту-
пающих в море деревянных эстакад
на ряжевых основаниях». К приходу
первого судна рубленная из бревен
пристань имела в длину сорок метров
и шесть в ширину. С берегом ее
соединяли две временные колеи
железной дороги. Никакой дру-
гой механизации не было и в по-
мине.
Старый акт сохранил нам сведения
о прибытии первого судна. Это был
американский пароход «Сверре», до-
ставивший грузы для строящейся
Мурманской железной дороги. 600 че-
ловек в течение двух недель труди-
лись, как муравьи, снимая грузы с
заморского парохода. (Помните спо-
койную запись оператора Петренко:
«На смену вышли две бригады —
21 человек»?) Пристань была так ма-
ла, что выгрузка могла производить-
ся только из одного люка.
Осенью установили паровой кату-
чий кран, позже появились ленточные
транспортеры, но еще долгое время
самым главным двигателем в порту
была людская физическая сила.
Пятьсот тонн груза в сутки мог пе-
рерабатывать порт в год своего рож-
дения. Через шестьдесят лет на юби-
лейном вечере будет доложено: такое
количество груза мы можем сегодня
перерабатывать меньше чем за час.
272
ОТПЛЫВАЕМ
Нам достался сухогруз «Волго-
Балт-15». Когда мы ступили на борт,
в распахнутые его трюмы сыпался из
хобота спецустановки тяжелый чер-
ный порошок. Это была железная
руда из Ковдора. Сверху, из стеклян-
ной будки, выглядывала девушка.
Она передвигалась вместе с хоботом
и следила, чтобы руда сыпалась рав-
номерно,— а то судно будет кренить.
С палубы ей подавал советы третий
штурман. Они и по делу обменива-
лись, и шутить успевали. И так,
за шутками, перевалили в чрево
нашего судна ни много ни ма-
ло — 45 железнодорожных вагонов
руды.
Крышки трюмов стали бесшумно
закрываться, в груди судна застучали
машины. К носу нашему прицепился
желтый катерок «Маяк» и, тужась
что было силы, стал отводить нас от
стенки причала. А потом отцепился и
бросился наутек — испугался, что за-
давим.
Ни единого человека мы не знали
на судне — и вдруг нас окликают из
рулевой рубки. Поднимаем головы —
улыбающийся лоцман Евгений Ива-
нович. Он успел пожать нам руки и
перешел на «Маяк».
Судно наше двигалось вдоль вол-
нистой гряды синих сопок. Мимо про-
плывали заповедные острова с угомо-
нившимися на ночь птицами. Мы
оглянулись и увидели красное солнце,
повисшее над водой, и четкие си-
луэты портальных кранов. Некоторые
из них двигались. Порт встречал
свой юбилей работой.
РЕШЕНИЕ
1. Чтобы любое состязание объективно
выявило сильнейшего, его участники долж-
ны находиться в равных условиях (шахма-
тисты в матче поочередно играют белыми
и черными, футболисты и хоккеисты меня-
ются полями, и так далее). Применительно
к нашему случаю полное равенство участ-
ников достигается, если их шапочки од-
ного цвета, то есть черные. Предположим,
что так и было.
2. Высказанные соображения уже мо-
гут быть основанием для ответа победите-
ля. Однако в его распоряжении есть бо-
лее доказательные рассуждения.
А. Пусть один из нас, думает мудрец,
видит перед собою две белые шапочки.
Он немедленно заявит: «Моя — черная».
Б. Пусть один из нас видит перед со-
бою белую и черную шапочки. Такой ре-
шит: «Если моя — белая, то обладатель
черной шапочки — согласно «А» — немед-
ленно отгадывает цвет своей. Но он мол-
чит. Значит, моя шапочка — черная». И за-
являет об этом.
В. «Я вижу перед собою две черные
шапочки. Если моя — белая, каждый из
соперников оказывается в ситуации, рас-
ЗАДАЧИ 2
смотренной в пункте «Б», и должен, после
некоторого раздумья, отгадать цвет своей
шапочки. Но соперники молчат. Следова-
тельно, моя шапочка — черная».
3. Вернемся к исходной задаче. Мы
ведь не знаем в действительности, какие
шапочки были надеты на мудрецов.
Если на двух мудрецах оказались бе-
лые шапочки, третьему можно и не быть
мудрецом, он сразу отгадывает и выигры-
вает. Состязание бессмысленно.
Пусть лишь одна шапочка белая. Если
из двух обладателей черных шапочек
хотя бы один действительно мудрец, он
быстро проводит рассуждения «А» и «Б»
и выигрывает, ответив первым. Если же
оба они лишь называются мудрецами, то
рассуждения «А» и «Б» им не по плечу, и
они будут молчать. Третий мудрец рас-
ценит их молчание согласно рассуждени-
ям «А», «Б» и «В» и ответит, но — невер-
но! Иными словами, обладатель белой ша-
почки заведомо проигрывает, что делает
состязание несправедливым и потому бес-
смысленным.
Следовательно, предположение, выдви-
нутое нами в пункте 1, доказано.
20 Хочу все знать
Знаете ли вы, что лед бы-
вает горячим? При давле-
нии в 20 000 атмосфер он
тает не при 0°, как обыч-
ный, а при +80°. Вода при
таком давлении может
оставаться жидкостью до
+ 650°. Гидрогеологи счи-
тают, что подобную воду
можно найти в недрах
Вода течет реками, разливается озе-
рами, сгущается тучами в небе, сте-
лется туманом по земле. Она зримо и
незримо присутствует всюду. В рас-
тениях, в животных, в нас с вами ее
более шестидесяти процентов. Если
прокаливать совершенно сухой ка-
мень, из него с взрывом вырываются
пары воды. В некоторых горных по-
родах ее до 3,5 процента. Существо-
ЛАБОРАТОРИЯ
ЗАВОД, ЖИЗНЬ
Л. Ильина
НЕИСЧЕРПАЕМА,
НАН АТОМ
Земли на глубине около сорока кило-
метров.
Какие изменения происходят в воде
при изменении внешних условий, в
чем они проявляются, и почему так
происходит? Знать это одинаково
важно и для геолога, и для астроно-
ма, и для инженера, и для биолога.
В природе нет более распространен-
ного вещества, чем вода. Три четвер-
ти поверхности нашей планеты зани-
мают моря и океаны, снежные шапки
лежат на полюсах и на вершинах гор.
ванием воды определяются не только
недра Земли, в глубины которых она
проникает на десятки километров, но,
возможно, и недра других планет.
Вода найдена в атмосфере Венеры,
Марса и Юпитера. Яркие вспышки
на Марсе, которые время от времени
наблюдали астрономы, объясняются
отражением солнечных лучей от нахо-
дящихся в атмосфере этой планеты
кристаллов льда. В 1970 году ученые
обнаружили идущие из космоса стран-
ные радиоволны. Их источником ока-
274
зались гигантские водяные облака в
созвездиях Ориона и Кассиопеи.
Почти двести лет уже исследуют
ученые воду, но свойства ее раскрыты
и объяснены еще далеко не полностью.
Пожалуй, ни одно вещество при его
изучении не вело себя так загадочно.
Бессчетное количество раз поведение
ее, казалось, шло вразрез со всеми
законами физики.
В 1783 году английский химик
Генри Кавендиш изучал в своей ла-
боратории свойства водорода. Он
смешал его с обыкновенным воздухом
и стал подогревать смесь... Неожи-
данный взрыв заставил ученого испу-
ганно отшатнуться, однако он тут же
снова склонился над столом. Стекла
разбитого сосуда были покрыты кап-
лями откуда-то взявшейся жидкости.
Безмерно удивленный Кавендиш
определил, что это вода. Вода, кото-
рую, считалось, ни при каких
обстоятельствах нельзя разложить на
другие вещества! ..
Ученые решили, что частица воды
состоит из одного атома водорода и
одного атома кислорода. И сразу
столкнулись с загадкой. При соеди-
нении одного объема кислорода с
двумя объемами водорода неизменно
возникало два объема воды, а не
один. Почему? Ведь если в равных
объемах газов содержатся равные ко-
личества частиц и частицы не делят-
ся. .. Не менее странным казалось и
то, что водяной пар, состоящий из
кислорода и водорода, легче кислоро-
да, своей части.
Около семидесяти пяти лет ушло
на то, чтобы примирить теорию с
практикой. Как только было доказа-
но, что химическая формула воды
НгО, а не НО, все сразу встало на
свои места.
При соединении двух объемов во-
дорода с одним объемом кислорода
стало получаться два объема воды:
2Н2 + О2 = 2Н2О.
Просто объяснилась и непонятная
прежде легкость водяного пара. В са-
мом деле: в молекулу воды входит
20*
только один атом кислорода, а в мо-
лекуле кислорода — их два. Вес во-
дорода в воде можно не учитывать,
потому что атом водорода в 16 раз
легче атома кислорода.
Не думайте только, что на этом все
неприятности с водой закончились и
она стала вести себя менее загадочно.
Нет, поведение ее с точки зрения фи-
зики и химии по-прежнему не вписы-
валось ни в какие рамки. Ученым ни-
как не удавалось понять, отчего для
нагревания воды надо затратить го-
раздо больше энергии, чем для на-
гревания такого же количества, ска-
жем, железа или песка. Почему вода
кипит при ста градусах, а замерзает
при нуле.
ТАЙНА НЕВЕРНОГО АДРЕСА
Для химиков таблица Менделе-
ева — все равно что адресное бюро
для человека, приехавшего в незнако-
мый город. Она помогает быстро ори-
ентироваться. Достаточно знать, ка-
кое место занимает химический эле-
мент в таблице, чтобы тут же полу-
чить о нем почти все сведения.
Воды, конечно, в таблице Менде-
леева нет, но там есть кислород (О).
Он стоит в одной группе с теллуром
(Те), серой (S) и селеном (Se). Про-
писка элементов в одной группе го-
ворит о том, что соединения их с во-
дородом одинаковы. Каждый из ато-
мов этих элементов соединяется с
двумя атомами водорода. В резуль-
тате возникают: вода (Н2О), серо-
водород (H2S), селенистый водород
(H2Se) и теллуристый водород
(Н2Те). Молекула воды самая легкая
из них. Она тяжелее атома водорода
всего в 18 раз. Молекулярный вес
теллуристого водорода—130—он са-
мый тяжелый.
Естественно, чем тяжелее молеку-
лы, тем больше должны быть силы,
которые притягивают их друг к дру-
гу. Не будь так, все тела попросту
рассыпались бы. Но чем больше силы 275
взаимного притяжения молекул, тем
более бурным, неистовым должно
быть их хаотическое движение для
того, чтобы они могли разорвать свои
связи и вещество закипело. Хаотиче-
ское движение молекул, как известно,
определяет температуру вещества. Чем
оно интенсивнее, тем температура
выше. Значит, чем тяжелее вещество,
тем при более высокой температуре
оно будет кипеть.
кипения и замерзания веществ от их
молекулярного веса. По горизонталь-
ной оси такого графика откладывают-
ся молекулярные веса рассматривае-
мых веществ, по вертикальной — тем-
пература.
Посмотрите: если соединить нане-
сенные на графике точки кипения
НгТе, HhSe и H2S, получится почти
прямая линия. Казалось бы, точка
кипения воды должна лежать на ее
График зависимости точек кипения и замерзания веществ в зависимости от
их молекулярного веса.
Молекулярный вес веществ.
Теллуристый водород начинает ки-
петь при —4°С. Селенистый водород
легче, поэтому точка кипения его ле-
жит ниже, она —42°С. Сероводород
кипит при —61°С. Тогда вода, как
самая легкая из них, должна кипеть
при еще более низкой температуре?
Да, однако она кипит при 100°С, это
знают все.
Температурный скачок хорошо ви-
ден на графике зависимости точек
продолжении. Но она вдруг резко
прыгает вверх, к 100°С. Та же стран-
ность происходит и при замерзании
воды. По графику она должна была
бы замерзать лишь при —90°С, меж-
ду тем она превращается в лед при
нуле.
Почему же таблица выдала невер-
ные сведения? Разве может вода не
подчиняться общим для других ве-
ществ физико-химическим законам?
276
Значит, в мире молекул действуют
какие-то неизвестные, а может быть,
и неправильно понятые учеными
силы? .,
Объяснить, почему вода кипит при
100°С, а замерзает при нуле, удалось
лишь около сорока лет тому назад.
Тайна неверного адреса, выданного
таблицей, крылась в особом строении
молекул воды. Дело в том, что одна
сторона их имеет положительный за-
ряд, а другая — отрицательный. Про
такие молекулы говорят, что они по-
лярны. Полярность молекул вызвана
тем, что атомы водорода . присоеди-
няются к атому кислорода не симме-
трично с боков, как в молекуле
сероводорода или теллуристого во-
дорода, а тяготеют к одной сто-
роне.
Как только водород соединится с
кислородом, тотчас орбиты его элек-
тронов меняются, отклоняясь к кис-
лороду. Это и понятно, ведь электро-
ны водорода принадлежат теперь не
ему одному, они стали общим достоя-
нием и водорода и кислорода. Но из-
за изменения орбиты электронов ядра
водорода, обладающие положитель-
ным зарядом, обнажаются. В целом
молекула воды, конечно, остается
нейтральной, но та сторона ее, где
присоединился водород, оказывается
положительной по заряду, а та, ку-
да сдвинулись электроны, — отрица-
тельной.
Из-за того, что молекулы воды по-
лярны, между ними кроме обычных
сил притяжения действуют еще и
электрические. Они получили на-
звание водородных связей. Одна
молекула воды может удержать
ими возле себя целых четыре мо-
лекулы!
А теперь подумайте: легко ли за-
ставить кипеть жидкость, молекулы
которой полярны? Ясно, гораздо
труднее, чем ту, у которой обыкно-
венные. Ведь молекулам в хаотиче-
ском движении надо преодолеть не
только силы обычного притяжения
между ними, но и сильные водород-
ные связи. Вот почему вода кипит не
при —70°С, а при +100°. Вот поче-
му она замерзает при температуре на
90° выше, чем ей полагалось бы. Это
водородные связи все время тормозят
хаотическое движение молекул, оста-
навливают их. Теперь это все кажет-
ся простым и ясным, а сколько бес-
сонных ночей провели ученые, пы-
таясь разгадать тайну неверного
адреса!
278
ЧУДЕСА ВОДОРОДНЫХ
СВЯЗЕЙ
К*
Водородные связи делают воду чу-
десной, непохожей ни на какую дру-
гую, жидкость. Количество тепла,
нужное для нагревания одного грам-
ма ее на один градус, иными словами
теплоемкость, в два раза больше, чем
теплоемкость спирта, в 30 — чем рту-
ти. Способность воды запасать в се-
бе, словно печка, большие количества
тепла, а затем отдавать его обратно
имеет огромное значение для жизни
Земли. В тех местах, где ее побли-
зости нет, разница между ночной и
дневной температурами достигает
иной раз 50°. При таком перепаде
температур лопаются камни! В зной-
ной Сахаре, там, где с раскаленного
неба днем низвергаются потоки испе-
пеляющей жары, ночью без костра
можно замерзнуть! ..
Люди издавна пользовались свой-
ством воды выравнивать темпера-
туру. Оберегая растения от замороз-
ков, садовники ставили в неотапли-
ваемых оранжереях бочки с водой.
Остывая на 10°, бочка давала столько
же тепла, сколько небольшая охапка
дров.
Для того чтобы нагреть один литр
воды от нуля до 100°, надо затратить
100 килокалорий. Для того чтобы
испарить тот же литр, — в пять раз
больше. Удивляться не приходится,
ведь разорвать водородные связи и
сбежать от своих сестер могут только
очень «энергичные» молекулы. Но
если испаряются самые «энергичные»
молекулы, значит, температура жид-
кости заметно понижается? Да, из-за
этого нам так холодно бывает в мок-
ром костюме.
Когда не было на свете холодиль-
ников, воду, чтобы она оставалась хо-
лодной, хранили в специальных по-
ристых кувшинах из глины. В Египте
их называли гуоли, в Испании — аль-
карацци. Просачиваясь сквозь мель-
чайшие дырочки сосуда, вода поне-
многу испарялась с его стенок, и
сосуд охлаждался. На ощупь такой
кувшин был всегда прохладен и
влажен.
Благодаря своим тепловым свойст-
вам вода обладает колоссальной энер-
гией. Кипящий чайник воды мог бы
запросто поднять вас к облакам. Если
не верите, давайте считать. Возьмем
три литра воды, нагреем ее от 20 до
100°, а потом еще вдобавок испарим
один литр.
Тепло, нужное для нагревания трех
литров воды от 20 до 100°С:
Q1=Cm(t2—ti) = 1-3(100—20) =
= 240 килокалорий.
Тепло, нужное для испарения одно-
го литра воды:
Q2 = L • m = 1 • 539 = 539 килокалорий.
Всего тепла требуется:
Q = Q]+Q2 = 240 + 539 = 779 кило-
калорий.
Это равноценно более чем тремстам
тысячам килограммометров!
Если вы весите 45 килограммов, то
у чайника хватит сил подкинуть вас
на шесть с половиной километров.
300 000 : 45 = 6500 метров, или
6,5 километра.
Трудно испарить воду, но и рас-
плавить лед нелегко. Ведь для этого
надо разомкнуть руки сцепившихся
молекул. Тепла, расходуемого для
таяния одного только килограмма
льда, хватило бы для нагревания на
10° воздуха небольшой комнатки стан-
дартного дома. На свойстве воды за-
стывать, отдавая тепло, основана
очень интересная защита садов от ве-
сенних заморозков. При падении тем-
пературы до нуля в садоводствах к
ночи включают установки искусствен-
ного дождевания.
Сказочную картину представляют
собой цветущие деревья в стеклянном
панцире льда на восходе солнца. Но
одеть цветы в лед, чтобы они не за-
мерзли? .. Вначале это, правда, как-
то не укладывается в сознании. Мы
привыкли связывать лед с понятием
«холод» и забываем о том, что вода,
застывая, отдает тепло.
Удивительные свойства воды неис-
числимы. Она вовсе не такая мягкая
и податливая, как кажется. О нее
можно больно ушибиться, если не-
удачно нырнешь. Столкновение дож-
динки с реактивным самолетом остав-
ляет на его корпусе след.
Кому придет в голову, что дожде-
вые капли несутся к земле словно
маленькие злые бомбы. Что от удара
их частицы почвы взлетают вверх и
разлетаются в стороны более чем
на метр. Американский почвовед
В. Осборн подсчитал, что самый
обыкновенный дождь за час обруши-
вает на один гектар поля энергию,
равную 650 лошадиным силам. Для
сравнения скажу только, что мощ-
ность автомашины марки «москвич»—
75 лошадиных сил. Выводы делайте
сами...
Может быть, вы слышали о гидро-
мониторе? Так называется специаль-
ный агрегат для отбивания в забое
пластов каменного угля. В качестве
отбойного молотка в нем использует-
ся струя воды. В США есть токар-
ный станок, где вода режет бетон.
Кажется невероятным, но вода
прочна, как сталь. Для того чтобы
разорвать столбик чистой воды тол-
щиной в палец, надо приложить уси-
лие около тонны!..
НОВОЕ ВРЕМЯ-НОВЫЕ
ЗАГАДКИ
Не так давно советский ученый
Б. В. Дерягин установил, что вода,
сконденсировавшаяся из водяного па-
ра в узеньких, тоньше человеческого
волоса, стеклянных трубочках, остает-
ся жидкой при —30°С. С понижением
температуры она делается похожей на
масло, вязкость ее увеличивается в
15 раз! Замерзает такая вода при
—70°С, превращаясь в необычный
стеклянный лед. Молекулы его рас-
полагаются не в строго определенном
порядке, положенном всем кристалли-
ческим веществам, а как попало. По-
хожий лед возникает при малых дав-
лениях и температуре—170°С. Он
плотнее обычного в 2,3 раза!..
Поведение воды и теперь иной раз
заставляет ученых недоуменно разво-
дить руками. То ее никак не заста-
вить замерзнуть, то она превращается
в лед при +20°С.
Около пятнадцати лет тому назад
ученым пришлось разгадывать причи-
ну аварии на трассе газопровода.
Трубы его летом несколько раз ока-
зывались забитыми мокрым снегом.
Замерзать воду при +20°С застав-
ляла примесь метана. Молекулы его
крупнее молекул воды более чем в
два раза. Поэтому, растворяясь, они
«расталкивают» молекулы воды и,
разрушая водородные связи, ослаб-
ляют силы взаимного притяжения
между ними. А это равносильно
уменьшению давления. Дальше дога-
даться уже нетрудно. Если лед тает
под давлением коньков на катке в мо-
роз, то уменьшение давления будет
вызывать замерзание воды в теплую
погоду.
Даже самые незначительные при-
меси в воде изменяют ее свойства
самым неожиданным образом. Вы,
наверное, слышали о чудесах «сере-
бряной» воды? Она обладает силь-
ным бактерицидным действием. Не-
сколько тысяч лет тому назад в Ин-
дии воду обеззараживали, погружая
279
в нее раскаленное серебро. Персид-
ский царь Кир, живший в V веке до
нашей эры, хранил во время походов
воду в серебряных сосудах. Церков-
ники тоже всегда держали «святую»
воду в серебре.
Вода—универсальный и очень силь-
ный растворитель. В природе нет ни
одного вещества, которое бы в ней
не растворялось в тех или иных коли-
чествах. Тончайшие аналитические
весы показали бы, что вместе со ста-
каном чая вы каждый день выпиваете
одну десятитысячую долю грамма
растворенного стекла.
Стекло и серебро растворяются в
воде незначительно. Зато поваренной
соли в одном литре ее можно раство-
рить 600 граммов, а хлористого водо-
рода столько, что сосуд будет весить
84 килограмма! ..
Абсолютно чистой воды в природе
нет. Не получена она пока еще и ни
в одной лаборатории.
Изучая влияние различных приме-
сей на воду, ученые обнаружили, что
различными добавками можно изме-
нять ее свойства иногда совершенно
фантастически. Добавление несколь-
ких долей процента полиэтиленокси-
да, например, делает ее более скольз-
кой. Перекачивать такую воду по тру-
бам гораздо легче, скорость увеличи-
вается в 2,5 раза. Муть в «скользкой»
воде оседает тоже скорей, чем в обыч-
ной. Некоторые вещества делают во-
ду вязкой, и она перестает выливать-
ся из наклоненного сосуда. Другие —
например, кремниевая кислота — из-
меняют ее способность смачивать раз-
личные тела, и вода становится «су-
хой». «Сухую» воду можно пересы-
пать в пакеты, словно муку, на ощупь
она прохладная и... сухая.
Вода чутко реагирует на любые из-
менения внешних условий: на давле-
ние, температуру. Ее свойства изме-
няются на некоторое время даже пос-
ле того, как она побывает обычным
льдом. Урожай пшеницы и кукурузы,
если их поливать водой из растаяв-
шего льда, возрастает в полтора раза.
Молодые животные и цыплята на та-
лой воде быстрее растут. Недаром
биологи называют ее иногда «живой»
водою. Благотворно действует на рас-
тения и вода, прошедшая через маг-
нитное поле. В чем тут дело, пока не
разгадано.
Наверное вы замечали, что чайни-
ки и кастрюли со временем обрастают
изнутри накипью. Вода тогда в них
долго не закипает. Накипь уменьшает
теплопроводность, суживает сечение
труб. На очистку от нее паровых кот-
лов тратятся миллионы рублей. Не-
ужели нет способа заставить содер-
жащиеся в воде соли выпадать в оса-
док? Есть: надо воду пропустить че-
рез магнитное поле. Тогда кристалли-
зация растворенных в ней веществ
пойдет скорее и они не будут успе-
вать осаждаться на стенках паровых
котлов и труб. В прошедшей магнит-
ную обработку воде многие химиче-
ские реакции протекают быстрее.
Строители используют ее для приго-
товления цемента.
Со временем свойства как омагни-
ченной, так и талой воды исчезают,
будто одна из них забывает о том,
что прошла омагничивание, а дру-
гая — о том, что была льдом. Но ведь
забывать может только тот, у кого
280
есть память. Разве есть память у во-
ды? Такой, как у нас с вами, конеч-
но нет, но прежние состояния воды
на ее свойства влияют. Интересней-
ший опыт проведен был не так давно
на севере Гренландии. В толще огром-
ного ледника учеными был высвер-
лен огромный, уходящий почти на
полтора километра в глубину, ледя-
ной керн. Анализ годичных слоев его
рассказал о климате Земли за по-
следнее тысячелетие. Оказывается,
самыми холодными были XV и
XVII века, а самыми жаркими —
1550 и 1930 годы.
Вода «знает» не только о земных
делах, она поддерживает каким-то
образом самую тесную связь с... кос-
мосом. Давно уже было известно, что
скорость протекания одной и той же
химической реакции в разное время
бывает неодинаковой. Получавшийся
разнобой объясняли нечистотой опы-
та, случайными, неучтенными помехам-
ми. Но однажды химики всего мира
договорились и по заранее составлен-
ной программе одновременно начали
эксперимент. За 15 лет они продела-
ли более трехсот тысяч опытов. И что
же? Оказалось, результаты опытов
повсюду были одинаковыми, если они
проводились в одно время, но разны-
ми — в разное время. Словно вода
прислушивалась к какому-то зову из
космоса и, послушная ему, несколько
меняла свои свойства. По всей веро-
ятности, так оно и есть — на поведе-
ние воды влияют события на Солн-
це. Как это происходит и в чем
выражается, пока еще ученые не
знают.
Как видите, вода и в наши дни так
же загадочна, как 200 лет назад. Она
действительно неисчерпаема, как атом.
РЕШЕНИЕ ЗАДАЧИ 3
К какому бы племени ни принадлежал
высокий туземец, на вопрос путешествен-
ника он всегда отвечает утвердительно.
(Проверьте это сами.) Следовательно, низ-
кий туземец всегда говорит правду, вы-
сокий — лжет.
Интересно, что в условиях задачи со-
держится замаскированная неопределен-
ность, так что возможно и другое, прямо
противоположное решение.
Действительно, можно допустить, что вы-
сокий туземец не понимает языка, на ко-
тором говорит путешественник.
Тогда на вопрос путешественника он
может ответить, например, так:
«Прекрасный денек, не правда ли?» —
или:
«Рад вас приветствовать на нашей
земле» (перевод выражения «Тарабара»).
В этом случае низкий туземец (перевод-
чик) солгал, а следовательно, высокий го-
ворит всегда правду.
СИМВОЛЫ
Замените символы химических элемен-
тов начальными буквами соответствующих
им русских названий, а в пустые клетки
впишите по смыслу недостающие буквы.
Тогда в горизонтальных рядах вы сможете
прочесть высказывание, инициал и фами-
лию крупного советского писателя.
Nb Eu в H N Eu Tc
C 0» Eu Pb Nb N Au
Ем As La Eu Э Si H9 Sn
As Eu Tc Eu Cl Э Tc
Sn Pb Sn Au Dy N Tc
Pb Ня N Au C As Sn
As Y H Sn La Eu J e
|u • La Eu Sn Nb Sn HI
Г. Лисов
ЧЕЛОВЕК
В ПОДВОДНОМ
МИРЕ
своего друга социолога Джеффри Го-
рера, хотя тот клянется, что видел
это своими глазами.
Как-то пришлось Джеффри Гореру
побывать в Сенегале. Один из мест-
ных жителей захотел показать ему
интересный народный обычай. Они
вышли в море. Смотрят — около сот-
ни лодчонок покачиваются на волнах.
Рыбаки только и успевают вытаски-
вать корзины, набитые доверху уст-
рицами да крабами. «А по дну, — тут
уж предоставлю слово самому Джеф-
фри Гореру, — бродят местные жите-
ли, собирая устриц, совсем как в на-
ших краях собирают землянику.
Единственное отличие — к лодыжке
у них привязан камень. Рыбаки ска-
зали, что нырялыцики принимают ка-
кое-то снадобье, а потом гуляют по
дну до получаса...»
Я поспешил показать этот рассказ
своим друзьям-физиологам, изучаю-
щим возможность жизни человека
под водой. Но, увы, был разочарован.
«Науке пока неизвестно такое сред-
ство, — сказали они, — хотя несом-
ненно в человеческом организме дрем-
лют еще непознанные возможности.
Весь вопрос в том, как их пробудить.
И не только пробудить, но и тща-
тельно исследовать. Вот тогда, может
быть, нам и удастся создать такие
водолазные аппараты и приборы, с ко-
торыми человек легко преодолеет
трудности подводных погружений и
полностью освоится в этом странном,
негостеприимном, но неотразимо ма-
нящем мире, полном богатств и тайн».
БАРЬЕРЫ ГЛУБИН
Мне бы очень хотелось,
чтобы рассказанное аме-
риканцем А. Сандерсо-
ном в книге «Там чуде-
са. ..» оказалось прав-
дой. Но писатель осто-
рожен — он ничего не
утверждает. Лишь ссы-
лается на свидетельство
Вряд ли ошибается путешественник
и врач Юрий Сенкевич, говоря, что
сколько существует «человек разум-
ный», столько он и стремится поко-
рить морские глубины. Во всяком
случае, на гончарных изделиях, отно-
сящихся к третьему и даже четверто-
му тысячелетию до нашей эры, уже
встречаются изображения морских
282
животных, несомненно навеянные рас-
сказами ныряльщиков. Людей при-
влекали в морских глубинах легко
доступные дары моря — рыбы, кре-
ветки, позже жемчуг. Особенно сла-
вились японские ныряльщицы за
жемчугом — ама. Они уходили в глу-
бину на 40 метров и оставались под
водой 3—4 минуты.
Как глубоко может погружаться
человек без водолазного снаряжения?
Обладатель мирового рекорда в этом
редком виде соревнования француз
Жак Майоль, приезжавший несколько
лет назад в Москву, говорил, что ему
знаком отчет о погружении в 1913 го-
ду одного греческого ныряльщика на
100 метров. «Цифра ошеломляющая,
но в принципе достижимая», — утвер-
ждает Жак Майоль. Ему можно по-
верить. На тренировках этот 48-лет-
ний спортсмен опускался до 86-метро-
вой отметки.
Эти рекордные погружения безус-
ловно говорят о больших резервах че-
ловеческого организма. Но ведь мало
опуститься на большую глубину.
Нужно как-то удержаться там, чтобы
осмотреться, установить научные при-
боры, а может быть, даже побороться
с морскими хищниками. Одним сло-
вом, ныряльщикам пришлось учиться
дышать под водой. А это дело нелег-
кое. Оказывается, человеку даже на
небольшой глубине надо помогать ды-
шать— ему мешает вода, сдавливаю-
щая грудь. Поэтому водолазам воз-
дух накачивают сверху насосом. Пос-
ле этого человек стал несравненно
дольше работать на глубине, но дви-
гаться почти не мог — путался в воз-
душном шланге.
Подлинную революцию в технике
ныряния совершил простой и надеж-
ный прибор — акваланг, что в перево-
де с английского означает «подводное
легкое». Это небольшой баллон со
сжатым воздухом, соединенный с
автоматическим регулятором давле-
ния. От него идут трубки к специаль-
ному мундштуку* Регулятор пропу-
скает воздух к мундштуку именно та-
Старейшина подводных пловцов, изобрета-
тель акваланга Жак-Ив Кусто.
кого давления, которое необходимо
для дыхания на данной глубине.
Акваланг изобрели в 1943 году зна-
менитый ныне исследователь глубин
Жак-Ив Кусто и инженер Эмиль
Ганьян. С этого момента пловец с
аквалангом за плечами получил воз-
можность часами легко и быстро дви-
гаться под водой.
Немного найдется людей на земле,
которые пользовались бы такой ши-
рокой известностью, как Жак-Ив
Кусто. Сейчас ему 66 лет, из них 40
отдано морю. Кусто написал более
дюжины книг и снял десятки кино-
фильмов о подводном мире. Он не
только изобретатель акваланга, но и
конструктор оригинальных глубоко-
водных аппаратов и подводных до-
мов. Похоже, что профессия ныряль-
щика становится традиционной в
семье Кусто. Его младший сын Фи-
липп рассказывает: «Мне было 4 го-
да, когда я получил от отца в пода-
рок маленький акваланг. Отец любит
вспоминать, как я окунулся в первый
раз. Ошеломленный сказочной красо-
той, я не мог сдержать восклицаний
и, конечно, наглотался воды. Отец
«выдернул» меня наверх и строго
283
предупредил, чтобы я не смел кри-
чать и разговаривать под водой.
А плавать я научился еще раньше».
В молодости Жак-Ив Кусто попал
в автомобильную катастрофу. Его
правая рука долгое время была пара-
лизована. Только благодаря могучей
воле он не остался инвалидом на всю
жизнь и даже сумел стать морским
офицером. Во время оккупации Фран-
ции фашистами Кусто в числе первых
вступил в ряды Сопротивления. До
сих пор помнят ветераны его смелые
подвиги. Однажды он проник в штаб
итальянского флота и выкрал секрет-
ный шифр. За участие в войне Кусто
награжден орденом Почетного Ле-
гиона.
Но этим не исчерпываются досто-
инства славного капитана. Он еще
поэт и художник, знает несколько
европейских языков, включая рус-
ский. Неутомимый путешественник,
Кусто на маленьком корабле «Калип-
со» побывал буквально во всех угол-
ках Мирового океана, даже у берегов
Антарктиды. А в 1969 году он со
своим «ныряющим блюдцем» добрал-
ся до высокогорного озера Титикака
в Андах и восемь недель обшаривал
его в поисках золотого диска весом
несколько тонн, на котором, по преда-
нию, записана древнейшая история
Южной Америки. Диск найти не уда-
лось, и это не удивительно: площадь
озера — восемь тысяч триста квадрат-
ных километров, глубина — более
трехсот метров. Любопытно, что хи-
мический состав его воды близок к
океанскому, хотя озеро находится на
высоте около четырех тысяч метров
над уровнем моря.
Итак, изобретение акваланга бук-
вально распахнуло человеку ворота
подводного царства. Казалось, был
взят главный барьер на пути в глу-
бины. Оставалось лишь набрать по-
больше воздуха в заплечный баллон
и — вниз! Но в действительности во
мраке глубин человек наталкивается
на новые препятствия, преодолеть ко-
торые ему не удается до сих пор.
Прежде всего, чем глубже человек
уходит под воду, тем ему труднее ды-
шать. Давление воды увеличивается,
и воздух густеет. Уже на глубине
шестидесяти метров он становится
вязким, как жидкость. Но что еще
хуже — появляется странное ощуще-
ние необъяснимого восторга — так на-
зываемое азотное опьянение, чреватое
смертельной опасностью. Кроме того,
быстрый подъем на поверхность вле-
чет за собой тяжелое заболевание —
кессонную болезнь. Физиологические
последствия работы под водой с дав-
них пор ставили перед учеными много
вопросов. Одним из первых пытался
объяснить схожие явления англий-
ский физик XVII века Роберт Бойль.
ГЛАЗ ГАДЮКИ
Свой знаменитый закон, вошедший
впоследствии во все школьные учеб-
ники под названием закона Бойля —
Мариотта, ученый сформулировал в
книге «Новые физико-механические
опыты, касающиеся упругости возду-
ха, и их результаты». Для этих опы-
тов Бойль сконструировал специаль-
ную камеру, в которой он мог повы-
шать или понижать давление воздуха.
В 1670 году, наблюдая за гадюкой,
закупоренной в камере с разрежен-
ным воздухом, Бойль заметил в ее
глазах особый блеск-—это были кро-
хотные пузырьки азота. Как извест-
но, воздух, которым мы дышим, на
четыре пятых состоит из азота. При
повышенном давлении он легко рас-
творяется в крови и тканях организ-
ма. Пока человек находится в атмо-
сфере повышенного давления, ему это
не мешает. Но когда давление сни-
мается — например, при быстром
подъеме на поверхность, — азот начи-
нает выделяться в виде крохотных
пузырьков. Кровь буквально вски-
пает, газовые пузырьки забивают
кровеносные сосуды и поражают
нервную систему. Начинается кессон-
ная болезнь. В самой своей слабой
284
форме она вызывает такие боли в су-
ставах, что ныряльщики буквально
извиваются, ища облегчения. Отсюда
и народное название этой болезни —
«залом».
Роберт Бойль не нашел способа ле-
чения кессонной болезни. Это сделал
спустя два столетия французский фи-
зиолог Поль Бэр. Его знаменитый
труд «Барометрическое давление»,
вышедший в 1879 году и содержащий
более тысячи страниц текста, был в
последний раз переиздан в 1943 году
без всяких сокращений! Бэр принад-
лежал к тем ученым, которые идут
в авангарде науки.
Поэтому, узнав об участившихся
случаях кессонной болезни среди ра-
бочих, занятых на строительстве мос-
тов, он решил во чтобы то ни стало
докопаться до причин этого недуга.
После нескольких лет тончайших
экспериментов ему открылась истина.
Бэр предложил простой и безотказ-
ный метод предупреждения кессонной
болезни: ныряльщик должен очень
медленно подниматься на поверх-
ность, чтобы азот успел выделиться
из его организма еще под водой. Этот
метод, получивший название ступен-
чатой декомпрессии (подъем с часты-
ми продолжительными остановками),
сохранил жизнь и здоровье не одному
поколению исследователей морских
глубин.
При несомненных достоинствах он
имеет один недостаток, который, в
сущности, лишает его большой прак-
тической ценности. Посудите сами:
за час работы на глубине 60 метров
Подводный дом Института океанологии
вместе советские и болгарские ученые.
Академии наук СССР.
В этом доме работали
человек должен расплачиваться четы-
рехчасовым подъемом, а после пяти-
минутного визита на глубину 180 мет-
ров ему пришлось бы подниматься на
поверхность не менее двенадцати ча-
сов! Наступление на морские глуби-
ны грозило зайти в тупик. Но, к сча-
стью, этого не произошло.
Изучая процесс декомпрессии (пе-
рехода от повышенного давления к
нормальному), медики заметили, что
если человек остается под водой дли-
тельное время (например, в течение
суток), то продолжительность подъ-
ема на поверхность, достигнув неко-
торого максимума, больше не увели-
чивается. Создается впечатление, что
организм достигает своеобразного пре-
дела насыщения. После этого уже не
имеет значения, сколько времени че-
ловек проживет под водой — день или
месяц. Длительность подъема и в том
и в другом случае будет абсолютно
одинаковой.
Это открытие безусловно займет в
истории науки одно из почетных мест.
Возникло весьма специфическое на-
правление в науке и технике, связан-
ное с созданием подводных сооруже-
ний и транспортных средств для дли-
тельного пребывания человека под
водой. Это направление получило на-
звание «подводная технология».
Под водой — так же, впрочем, как
и на суше — человеку нужен прочный,
надежный и удобный дом. Подводные
жилища -— а сейчас их в мире уже не-
сколько десятков — имеют все необ-
ходимое для жизни людей. Повышен-
ное давление внутри удерживает воду
на уровне люка в полу — как в пере-
вернутом стакане, опущенном в вед-
ро. Чтобы войти в такой дом после
рабочего дня, человеку не нужно
проходить декомпрессию — ведь дав-
ление внутри дома и снаружи почти
одинаковое. Декомпрессия потребует-
ся только один раз — в конце много-
дневной подводной экспедиции.
Но пресловутая «кессонка» про-
должает угрожать здоровью людей.
Первый ощутимый удар нанес ей ге-
Подводный дом Ленинградского гидрометеорологического института «Садко-2». На дне
он устанавливается в вертикальном положении.
Американская подводная лаборатория «Си-
лэб-П».
лий — легкий инертный газ, заменив-
ший в дыхательной смеси ныряльщи-
ков азот. Опасность кессонной болез-
ни уменьшилась, но не была устране-
на совсем. На помощь пришли фарма-
кологи, уже предложившие некоторые
лекарства от этой болезни. Разраба-
тываются медицинские приборы для
диагностики. Но есть и попытки со-
всем иного рода: они ставят своей
целью полностью исключить предпо-
сылки к болезни, ликвидировать ее
изначальную причину.
МОЖНО ЛИ ДЫШАТЬ...
ВОДОЙ?
Первый врач, побывавший в кос-
мосе, советский летчик-космонавт Бо-
рис Егоров, однажды сказал: «На
глубине свыше пятисот-семисот мет-
ров у человека (во всяком случае,
теоретически) есть все шансы стать
Ихтиандром без помощи технических
средств! Он сможет там плавать как
рыба и жить как угодно долго. Важ-
но лишь... заполнить легкие водой.
На глубине пятисот-семисот метров
легкие человека, по-видимому, смогут
усваивать кислород прямо из воды».
На первый взгляд эта мысль ка-
жется невероятной. Разве не гибнут
ежегодно тысячи людей, захлебнув-
шиеся морской водой? Может ли во-
да заменить нашим легким живитель-
ный воздух? Перенесемся мысленно
в лабораторию голландского физио-
лога Иоганнеса Килстра, где ученый
проводит свои удивительные опыты.
Вот один из них.
Ученый заливает водой небольшой
прозрачный резервуар и добавляет в
него немного солей. После этого он
плотно закупоривает емкость и через
трубку накачивает в нее кислород
под давлением. Сосуд взбалтывают и
спустя некоторое время через проме-
жуточную (шлюзовую) камеру впу-
скают внутрь белую мышь. Она не
может всплыть — этому препятствует
сетка на поверхности воды. Но...
Проходит полчаса, час, два. Мышь,
как это ни кажется странным, ды-
шит— да, да, именно дышит водой!
И не проявляет при этом никаких
признаков беспокойства. Легкие
зверька действуют как жабры у ры-
Белая мышь «дышит» водой.
бы, усваивая кислород прямо из во-
ды. Разумеется, ни о какой кессонной
болезни и речи быть не может — ведь
азота в воде нет. Подобные опыты
проводили и советские ученые в Киеве
под руководством кандидата меди**
цинских наук Владлена Козака.
Итак, первый шаг сделан. И впол-
не успешно. Однако ученые не торо-
пятся объявить об этом. Вдруг спо-
собностью к дыханию жидкостью об-
ладают только мелкие животные?
Чтобы рассеять сомнения, метод про-
веряют на собаках. И что же? В пер-
вых же экспериментах собаки дышали
солоноватым раствором, насыщенным
кислородом, более получаса. Опыты
показали, что не только собаки, но и
кошки могут долго дышать жид-
костью. В некоторых случаях они
оставались под водой по восемь ча-
сов подряд и потом благополучно воз-
вращались к обычному способу ды-
хания.
А может ли дышать водой чело-
век? Ободренный успехом опытов на
животных, Иоганес Килстра попытал-
ся ответить и на этот вопрос. Первым
испытуемым стал ныряльщик с 20-лет-
ним стажем Фрэнк Фалежчик. Когда
ему залили одно легкое, он чувство-
вал себя так хорошо, что просил од-
новременно заполнить и другое.
«Пока в этом нет необходимости»,—
сказал ученый. Однако через некото-
рое время Килстра решился на такой
эксперимент.
В лаборатории собрались двадцать
докторов, чтобы засвидетельствовать
удивительный опыт. Испытуемым со-
гласился стать все тот же Фрэнк Фа-
лежчик. Ему сделали анестезию гор-
ла для подавления глотательного
рефлекса и ввели в трахею (дыха-
тельное горло) эластичную трубку.
Через нее ученый начал постепенно
вливать специальный раствор. Жид-
кость поступала в оба легких, и все
напряженно наблюдали за Фалежчи-
ком, который не обнаруживал ника-
ких признаков беспокойства. Более
того, он показал знаками, что готов
помогать экспериментаторам, и сам
стал записывать свои ощущения.
Испытуемый дышал жидкостью не-
сколько часов! Правда, потребовалось
несколько дней, чтобы полностью уда-
лить жидкость из легких. «Я не чув-
ствовал никакого неудобства, — ска-
зал после опыта Фрэнк Фалежчик, —
и не ощущал лишнего веса в груди,
как ожидал». Размышляя над резуль-
татами этих интереснейших опытов,
доктор Килстра высказал убеждение,
что человек с залитыми водой легки-
ми может совершенно безболезненно
опуститься на полкилометра и через
двадцать минут вернуться на поверх-
ность.
Лет десять назад Жак-Ив Кусто
выдвинул любопытное предположе-
ние. «Придет время, — писал он, — и
человечество выведет новую расу лю-
дей— «Гомо акватикус» («человек
подводный»). Они заселят морское
дно, построят там города и будут
жить как на земле». Кто знает, мо-
жет быть, пророчество отважного ка-
питана, признанного старейшины под-
водных пловцов, когда-нибудь и сбу-
дется?
ЧЕЛОВЕК-ДРУГ ДЕЛЬФИНА
«После продолжительной и тяже-
лой болезни перестало биться сердце
одного из наших самых преданных
товарищей. Он бескорыстно и верно
служил науке и даже своей смертью
приоткрыл еще одну неизвестную ее
страницу». Эти проникновенные сло-
ва некролога обращены к дрессиро-
ванному дельфину по кличке Таффи.
Он приобрел широкую известность
после своего участия в одном из аме-
риканских подводных экспериментов.
Таффи доставлял подводным жите-
лям почту, инструменты, охранял от
акул и не раз выручал акванавтов,
заблудившихся в кромешной тьме.
Ведь путь наверх с глубины 60 мет-
ров, как мы уже знаем, равносилен
самоубийству. За безупречное выпол-
288
нение обязанностей связиста дельфин
был избран почетным членом Ассо-
циации почтовых работников Соеди-
ненных Штатов Америки!
Еще летом 1964 года один из со-
трудников морской биологической ла-
боратории обратил внимание на раз-
дражительного и драчливого дельфи-
на, только что поселившегося в лабо-
раторном бассейне. Человек подру-
жился с дельфином и уделял этому
умному животному все свободное
время. «Таффи», что в переводе с ан-
глийского означает «драчливый», ока-
зался на редкость послушным и по-
нятливым подопечным. Он легко на-
ходил и подавал брошенные в воду
предметы и охотно носил наглазники
из резиновых присосок — это было
важно для выяснения некоторых во-
просов ориентации дельфинов без
участия органов зрения. После трех
месяцев специальных тренировок
Таффи был назван полноправным уча-
стником готовящегося тогда 45-днев-
ного подводного эксперимента. Опыт
показал блестящие результаты содру-
жества человека и дельфина. Ученые
с полным основанием предрекают
этим умным животным важную роль
в дальнейшем наступлении человека
на морские глубины.
Позже Таффи освоил профессию
спасателя дорогостоящего научно-ис-
следовательского оборудования, кото-
рое все еще нередко срывается с тро-
сов и уходит на дно. Одновременно
он помогал медикам изучать физио-
логические процессы в организме под
водой. В этих исследованиях Таффи
опускался на определенную глубину,
где заранее устанавливалось сигналь-
ное устройство, нажимал на рычаг,
сообщая, что выполнил задание, и
возвращался на поверхность. Однако
прежде чем глотнуть свежего воздуха,
он делал выдох в приемник газоана-
лизатора. Так ученые узнали, сколь-
ко кислорода расходует дельфин на
одно погружение. «Таффи погиб в
расцвете творческих сил, — говори-
лось в некрологе. — Вскрытие пока-
Морские львы охотно носят упряжку. К ней
можно привязать приборы.
зало, что он умер от инфекционной
болезни, никогда прежде не считав-
шейся опасной. Отныне все дельфины
будут подвергаться предохранитель-
ным прививкам против нее».
Печать иногда приносит сообщения
о попытках человека подружиться и
с другими представителями китооб-
разных.
Так, на Гавайских островах за
три недели удалось приручить мор-
ского льва по кличке Турок. Его спе-
циальность — поиск затонувших при-
боров или какого-либо другого обору-
дования. Этому же научена косатка
весом в три тонны. Все эти живот-
ные несут на себе упряжку и автома-
тический захват с прикрепленным к
нему нейлоновым тросом. Обнаружив
затонувший объект, животное прижи-
мает к нему захват и тот автоматиче-
ски защелкивается.
Остальное, как говорится, дело
техники.
Трудно даже перечислить все те
задачи, которые могут выполнять мор-
ские животные под водой. Они неза-
менимые связисты и «поводыри», на-
дежные стражи подводных домов, за-
щитники от акул, добросовестные
«пастухи» на морских фермах, развед-
чики залежей подводных ископаемых,
помощники спаса гелей затонувших
кораблей, активные участники науч-
21
Хочу все знать
ных экспериментов. Мы говорим:
«Человек — друг дельфина» — ив
этом, наверное, есть глубокий смысл.
Завоевав дружбу этих удивительных
животных, можно многого достигнуть
в покорении подводного мира.
ЗЕРКАЛО КОСМОСА
Мировой океан — это своеобразное
зеркало космоса. Сопоставление этих
двух миров наводит на мысль о не-
коем их подобии.
Глубоко символичной мне кажется
воспроизведенная здесь фотография
из журнала американского Географи-
ческого общества «Нэшнл Джиогра-
фик». На ней мы видим гигантский
аквариум, заполненный водой, а в нем
космонавт в полном своем снаряже-
нии, заменяющий какую-то конструк-
цию на большом макете орбитальной
лаборатории «Скайлэб». Значит, оке-
ан может служить моделью космоса?
Во всяком случае, в программу тре-
нировок космонавтов включен курс
привыкания к невесомости и психо-
логической подготовки, который они
проходят под водой. А космонавт
Скотт Карпентер провел тридцать
дней в подводном доме. Кстати, имен-
но ему принадлежит весьма неожи-
данное признание: «Подводный мир
более враждебен человеку, чем кос-
мос!».
Не берусь судить, прав Скотт Кар-
пентер или нет. Однако, как это ни
кажется странным, жизнь в подвод-
ном мире осложняется именно теми
факторами, которые всегда счита-
лись свойственными только космосу.
Я имею в виду состояние невесомости
(вернее, близкое к состоянию невесо-
мости) и полную физическую изоля-
цию от внешнего мира.
Связь между космосом и океаном
находит свое отражение и в методах
Под водой почти такие же условия, как и в космосе.
научных исследований. Недаром аме-
риканское Национальное управление
по аэронавтике и изучению космиче-
ского пространства — непременный
участник всех значительных подвод-
ных экспериментдв. Интересы косми-
ческих и океанографических исследо-
ваний неуклонно сближаются. Все
чаще в научной периодике появляется
новый термин — космическая океано-
графия. Одно из ее достижений —
съемка с искусственных спутников
некоторых участков океанского дна и
регистрация в инфракрасных лучах
подводных течений. С другой сторо-
ны, уже предпринимаются попытки
изучения космических лучей в под-
водных лабораториях.
История подлинно активных иссле-
дований морских глубин насчитывает
едва ли больше одного десятилетия.
Это небольшой срок, но и он уже
много дал науке.
Именно в океане ученые находят
ответы на вопросы о происхождении
нашей планеты и жизни на ней.
Именно с океаном связываются на-
дежды на преодоление энергетическо-
го кризиса и решение продовольст-
венных проблем. Вот почему теперь
мы все чаще говорим о неизбежности
нашего вторжения в океан и обжива-
ния его глубин.
Миллионы лет назад отдаленные
предки человека вышли из океана,
чтобы расцветить сушу красками
жизни. Ныне, во всеоружии новейших
достижений науки и техники, человек
возвращается в океан, чтобы поста-
вить себе на службу его богатства.
РЕШЕНИЕ
Многочисленные варианты этого пара-
докса и подробное его обсуждение со-
держатся в книге Мартина Гарднера «Ма-
тематические досуги» (издательство «Мир»,
Москва, 1972 год). Чтобы заинтересовать
читателя этой прекрасной книгой, ограни-
чимся следующим.
Итак, директор сформулировал утвер-
ждение (назовем его «А»): в течение
ближайшей недели состоится экскурсия,
точная дата которой окажется неожи-
данной.
Толя провел рассуждения «Б», опро-
вергающие справедливость «А», и этим
ограничился. Но ведь «Б» базировались на
РЕШЕНИЕ
Пусть в первой группе шесть ребят, в
следующей — десять. Десять ближе ко-
нечно к десяти, чем шесть. А что же
ближе к десяти, чем десять? Ответ: «Ни-
что». В следующей группе и есть «ничто»,
то есть нуль, никого. Итак, в четы-
рех группах последовательно 6, 10, 0, 4
ребят.
ЗАДАЧИ 4
«А». Если, согласно «Б», «А» — несправед-
ливы, «Б» не имеют право на существова-
ние. Если же «Б» не существуют, «А» мо-
жет быть справедливо, и так далее. Поэто-
му директор пришел к выводу, что, рас-
суждая так, окончательного суждения о
справедливости условий «А» сделать не-
возможно.
Не путать наши рассуждения со столь
распространенным в математике способом
доказательства от противного. Последнее
начинается со слов: «Предположим, что'
исходное (доказываемое) утверждение не-
справедливо». Толя же начал так: «Пред-
положим, что «А» справедливо».
ЗАДАЧИ 5
Ответ на головоломку «Заниматель-
ное черчение».
Ответ на головоломку «Символы».
«Не бывает чудес на земле, кроме тех,
что создаются разумом и волей». Л. Ле-
онов.
Источник. Афоризмы. Лениздат, 1964,
стр. 28.
21 *
ЧТО ЛУЧШЕ -
ИГРУШЕЧНОЕ
РУЖЬЕ ИЛИ ПАЛКА?
ам предложили игрушеч-
ное — но совсем как на-
стоящее — ружье и пал-
ку — что бы вы предпоч-
ли? А знаете, выбирайте-
ка. .. палку! Ведь она мо-
чатляющее зрелище. Языки пламени
взлетают вверх, вьется струйкой ды-
мок. Вокруг стоят и сидят люди, гре-
ются у костра. Но вот один из них,
зябко поеживаясь, протягивает руки
над огнем. И вдруг в зале кто-то
вскрикивает: человек обжегся! Но
нет, ничего страшного не произош-
ло — руки актера целы и невреди-
мы — волнение зрителей было на-
ПРЕНРАСНОГО
О. Климанова
ПРИНИМАЕМ
УСЛОВИЯ ИГРЫ
жет стать и ружьем, и автоматом, и
даже... лошадью. А игрушечное
ружье, что ж... оно останется только
ружьем. Увидев вас верхом на ружье,
вряд ли смогут поверить окружаю-
щие, что это лошадь, а «оседланная»
палка не удивит даже самых закоре-
нелых скептиков.
Вымышленный мир детских игр
нравился нам своей «взаправдаш-
ностью», мы верили в его подлин-
ность. Это нас забавляло, доставляло
удовольствие, походило на театр.
Вам когда-нибудь приходилось ви-
деть на сцене театра костер? Это впе-
прасным. Ведь огонь сделан из ло-
скутков красного шелка, раздуваемых
вентилятором и подсвеченных элек-
трической лампочкой. Но мы воспри-
нимаем костер на сцене как настоя-
щий. В этом-то и есть одно из чудес
театра.
В театре красиво, празднично и
все как настоящее — и свечи, и кос-
тер, и трава, и деревья.
А я вот видела спектакль, где ни
травы, ни деревьев на сцене не было.
То есть они были, но... в нашем во-
ображении. На сцене висели кулисы
и задник из грубого холста, но мы,
292
Сцена из спектакля «А зори здесь тихие. ..»
в постановке театра драмы и крмедии на
Таганке.
зрители, вместе с актерами видели го-
лубое небо и маленькое розоватое об-
лачко на нем. Вам случайно не дове-
лось посмотреть в Московском театре
на Таганке «А зори здесь тихие...»?
Поставил его режиссер Юрий Люби-
мов по одноименной повести Бориса
Васильева, которую вы конечно чита-
ли. Так вот там лес на сцене сде-
лан. .. из досок. Да, да, из самых
обыкновенных неоструганных сосно-
вых досок. Но мы «видим» и топкое
болото, и ягоды брусники во мху. По-
том эти доски становятся бортами
грузовика — и мы верим в то, что вот
едет по пыльной дороге грузовик, а
ведь просто артисты держат руками
доски — мы это видим, знаем, но...
такова сила театрального искусства,
а еще вернее — нашего зрительского
воображения, на котором зиждется
искусство театра. И ведь если бы на
сцену услужливо выкатили настоящий
грузовик, мы бы страшно разозли-
лись: «Все испортили!»
А как же тогда «настоящая» тра-
ва на сцене, спросите вы? Ведь при-
ходилось же видеть вам спектакли,
где были тщательно выбелены березы
и голубое небо с розоватыми облач-
ками на нем нарисованы на заднике.
А если такую живопись еще и под-
светить прожекторами, то будет это
выглядеть эффектно. Когда откры-
вается занавес, зрители аплодируют
искусству художника. «Вот здоро-
во, — думают они, — все как настоя-
щее!» Но зато уж никогда не увидят
они, глядя на нарисованное облако,
как оно незаметно передвигается по
небу, меняя свою окраску и форму,
как блестит роса на листьях и траве,
как поднимается от земли туман...
Это как с игрушечным ружьем — раз
оно ружье, представить себе, что это
лошадь, — труднее. И наше воображе-
ние начинает дремать. Удивление,
испытанное лишь в первый момент,
постепенно угасает.
ПРАВДА ВООБРАЖАЕМОЙ
ЖИЗНИ
«Вы знаете, на сцене все ненастоя-
щее,— однажды авторитетно заявила
мне девочка, которая любила театр.—
Декорации сделаны из картона, фа-
неры и досок, предметы все бутафор-
ские, деревянные или пластмассовые.
На сцене все неправда», — добавила
убежденно эта театралка.
«Нет, правда! Правда! — закричал
мальчишка. — Как же неправда, если
мы во все это верим? И артисты на
сцене верят. Ведь греют же они руки
у костра так, как будто они в самом
деле замерзли?»
Вы знаете, этот мальчишка дейст-
вительно прав. Константин Сергеевич
Станиславский, замечательный актер
и режиссер, создатель науки о театре,
утверждал то же самое.
«Сцена — правда, то, во что верит
артист, — говорил он, — и даже явная
ложь должна стать в театре правдой
для того, чтобы быть искусством».
Речь идет о правде воображаемой
жизни, которой артист умеет верить
искренно и увлеченно.
«Если бы все, что меня окружает
на сцене, была правда, то что бы я
сделал?» — говорит себе актер, и на-
чинается творчество, соучастниками,
сотворцами которого являемся мы,
зрители, потому что вместе с актером
начинаем верить в воображаемую сце-
293
ническую жизнь. Мы как бы прини-
маем условия игры, которые дикту-
ются со сцены. Этот процесс связан
с работой воображения, оно рисует
нам то, что в жизни бывает часто не-
осуществимо. В мечте мы можем пе-
реноситься на другие планеты, можем
сражаться и побеждать несуществую-
щих чудовищ, опускаться на дно мор-
ское и резвиться с русалками или
спокойно беседовать с морским ца-
рем. Для того чтобы заставить рабо-
тать воображение, нужен лишь тол-
чок. Вот открывается занавес, и мы
видим на сцене заснеженный лес,—
так начинается пьеса А. Н. Остров-
ского «Снегурочка». Театральное
освещение создает игру света и те-
ней— как будто солнечные лучи про-
биваются сквозь ветви. Вдруг вдали
что-то ухнуло, словно заворочался
медведь, вылезая из берлоги. Из ча-
щи выходит Мороз, зовет Снегуроч-
ку: «Ау1» — и эхо отзывается в лесу.
Для работы воображения уже дана
пища—и оно переносит нас в иной
мир, сценический, созданный светом,
музыкой, декорациями.
Но ведь может открыться занавес,
и... никакого леса — на сцене будут
висеть кулисы из грубого холста и
стоять обыкновенные деревянные та-
буретки.
Когда на сцене нет никакой обста-
новки, спектакль играется «в сук-
нах», то есть висят одни кулисы на
сцене и задник, или когда спектакль
играют на специально построенных
для этого станках (возвышениях,
лестницах, ступеньках), означающих
одновременно и пригорок и табурет,
нашему воображению дается больший
простор. Такое оформление спектакля
называется условным, потому что,
выходя на сцену и относясь к стан-
кам то как к пеньку, то как к скамей-
ке, актер предлагает зрителям усло-
вия игры.
В условном оформлении спектакля
нужны и соответствующие костюмы.
Художники по костюмам используют
часто черное или цветное трико как
основу, которая снабжается только
отдельными деталями. Стоит к рука-
вам гимнастической майки прикре-
пить воланчики, как это сразу станет
напоминать старинные кружевные
манжеты, а если сделать еще и боль-
шой воротник — выйдет целый коро-
левский наряд!
Совсем не обязательны в спектакле
и настоящие вещи. Издавна в театре
существуют не подлинные, а бута-
форские предметы, дабы не разру-
шать театральность спектакля.
Настоящий дождь на сцене заставит
нас, зрителей, волноваться не за пер-
сонажей пьесы, а за актеров, которые
могут вымокнуть, простудиться, схва-
тить насморк, попортить костюм и
прическу. Точно так же, как настоя-
щий грузовик на сцене разрушит
театральную условность и помешает
работе нашего воображения.
Но разве всякая условность оди-
наково хороша и допустима?
Хорошая театральная условность
обязательно сценична.
Сценично все, что помогает игре
актера в спектакле. Подделка должна
показаться на сцене правдой; правда
же на сцене — то, чему верят артист
и зритель.
«Ну, хорошо, — скажете вы,— а как
же быть с теми пьесами, где детали
обстановки, быта несут основную на-
грузку, где без них никак не обой-
тись? Разве можно представить себе,
что встреча Ромео и Джульетты бу-
дет сыграна без балкона?» Оказы-
вается, можно. Играют эту сцену да-
же вовсе без балкона, без всяких
станков и конструкций, просто на го-
лом полу. Актеры, стоя на разных
концах сцены у портала (боковых
передних кулис), на ровном планшете
пола, общаются между собой так, как
если бы Джульетта была отдалена от
Ромео высотой балкона. Так играют
эту сцену немецкие актеры, оставляя
очень сильное впечатление у зрите-
лей, потому что наше воображение
дорисовывает все детали обстановки.
То, что мы называем условностью
294
в оформлении современных спектак-
лей, вовсе не так ново, как может по-
казаться. В разные годы в разных
театрах степень условности изменя-
лась. Но родилась она вместе с
театром.
НАСЛЕДСТВО „ГЛОБУСА11
Знаете ли вы, что во времена
Шекспира в театре вообще не было
никаких декораций? На сцене уста-
навливались дощечки с названиями
места действия: «Лес», «Площадь»,
«Спальня королевы» — и зритель
охотно воспринимал такую услов-
ность, верил ей. Никого не смущало
даже то, что выходили на сцену
«слуги просцениум а», или по-
просту — ведущие спектакль.
Они устанавливали или проносили
по сцене таблички с надписью, иногда
меняли предметы оформления прямо
на глазах у зрителей во время спек-
такля.
Почти все пьесы Шекспира испол-
нялись в театре, который назывался
«Глобус».
Он представлял собой круглую де-
ревянную башню. Здание окружал
ров с перекинутыми через него мост-
ками. У входных ворот были два
столба с рекламными афишами. Над
воротами высилась статуя Геркулеса,
поддерживающего на плечах небес-
ную сферу, — отсюда и название
театра.
Сцена в «Глобусе» была устроена
так. Она разделялась на две полови-
ны: переднюю, сильно выдвинутую
вперед в зрительный зал (просце-
ниум), и заднюю, закрытую занаве-
сом. На столбах висела отдергиваю-
щаяся в сторону занавеска, которая
могла скрывать заднюю сцену от
публики. Занавеса не существовало.
Задние двери сцены вели в неосве-
щенное внутреннее помещение: отту-
да актеры по лестнице поднимались
на верхнюю сцену, которая была не
чем иным, как частью галереи вто-
рого яруса. Получалась нависающая
над нижним ярусом закрытая короб-
ка, задергивающаяся занавеской. На
верхней сцене игралось происходящее
на высоте: на горе, в башне, на го-
родской стене.
Театр «Глобус».
Античный театр.
На просцениум выносилось дейст-
вие «на улице», на открытом воздухе;
при этом пара деревьев в кадках
означала сад или лес. Не правда ли,
очень напоминает условное современ-
ное оформление спектакля?
А шекспировский театр продолжал
и развивал традиции, существовав-
шие задолго до него.
Актеры древнегреческого театра,
расположенного под открытым небом,
напоминающего своим устройством
наш цирк, вставали на котурны — де-
ревянные подставки-башмаки, — что-
бы их было хорошо видно отовсюду.
С тех пор сохранилось выражение —
«подняться на котурны», оно озна-
чает— стать нарочитым, неестествен-
ным: ведь передвигаться на такой
«платформе» актер мог только не
сгибая ног, очень неуклюже, с тру-
дом.
Слова роли древнегреческий актер
вещал громким голосом, чтобы быть
услышанным даже в самых дальних
рядах. На лицо надевал большую
разрисованную театральную маску,
потому что мимика, выражение глаз
были издали плохо различимы.
В трагедиях древнегреческих дра-
матургов Софокла, Эсхила, Еврипида
главным действующим лицом был
многочисленный Хор. Хор этот осо-
бенный — он не пел и не просто стоял
на сцене — он играл, как актер. Хор
мог появляться в самые неожиданные
моменты действия. Это никого из
зрителей не удивляло, такая услов-
ность была общепринятой. Нередко
Хор пояснял зрителю, где происхо-
дит действие, выносил и устанавли-
вал декорации.
В известной вам пьесе Шекспира
«Ромео и Джульетта» тоже есть Хор.
Только он не похож на древнегрече-
ский.
В шекспировском театре роль Хора
исполнял актер, который перед нача-
лом спектакля выходил на сцену и
давал пояснения, помогавшие зрите-
лю лучше понять его содержание.
Ну, это — Шекспир, античные тра-
гедии, возразите вы, а как все-таки
быть с пьесами Чехова и Горького?
Могут ли они существовать в совре-
менном условном оформлении?
Каждая эпоха приносила что-то
свое в принципы театрального искус-
ства. Менялось не только устройство
театра, драматургия, оформление
спектакля, способы актерской игры—
менялся зритель, его вкусы и требо-
вания, менялось назначение театра.
В России предреволюционная эпоха
принесла на сцену театра ряд пьес,
отражавших общественно-политиче-
ское настроение народных масс, не-
довольство, протест, мечту о герое,
смело говорящем правду...
В 1898 году в Москве открывается
296
МОСКОВСКИЙ
ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ
ОБЩЕДОСТУПНЫЙ...
Так назывался театр, создателями
которого были режиссеры К. С. Ста-
ниславский и В. И. Немирович-Дан-
ченко. Новый театр — МХАТ, как
его впоследствии стали называть —
объявил войну старой театральной
условности императорских театров,
где ценили богатый наряд актеров,
красивую обстановку, за которой ис-
чезала суть пьесы, глубина человече-
ских чувств, общественных и полити-
ческих проблем. Он вошел в историю
прежде всего как театр Чехова и
Горького, театр реалистический —
театр нового героя, нового актера, но-
вого решения спектакля.
В постановках чеховских пьес во
МХАТе жизнь актеров и вся обста-
новка была настолько правдива, на-
столько разрушала все бытовавшие
ранее представления о театральной
условности, о театральной игре, что
образ, создаваемый актером, сливался
в представлении зрителя с персона-
жем пьесы. Так и говорили: «Пойдем
сегодня в гости к сестрам Прозоро-
вым» или: «К дяде Ване».
Но прошли годы... Нужно ли и
можно ли сейчас, в наше время, ста-
вить Чехова, как во МХАТе?
Те из вас, кто видели по телевиде-
нию современные чеховские спектак-
ли, не могли не заметить, что быто-
вые детали, перегруженность сцены
предметами и в этих пьесах уступают
место более условному решению.
Наряду с реалистическими пьесами
Чехова и Горького ставил МХАТ и
сказочные, фантастические — «Снегу-
рочку» Островского, «Синюю птицу»
Метерлинка.
И вот на сцене театра обретают
жизнь спектакли, решенные в не-
сколько неожиданной условной ма-
нере, без декораций, на фоне... чер-
ного бархата.
Черный бархат оказался прекрас-
ным материалом для постановки
сказки Метерлинка «Синяя птица»
Точно на огромном листе черной бу-
маги, вверху, внизу, по бокам сцены
показывались лица или вся фигура
актеров, или целые группы их, или
даже целые декорации, которые по-
являлись и исчезали на глазах у зри-
телей,— и это заставляло верить в
чудеса. У актеров из толстых дела-
лись причудливо изогнутые, худоща-
вые фигуры (в бока костюма вши-
вался черный бархат и как бы «от-
резал» то, что было лишним), черный
бархат безболезненно «ампутировал»
руки и ноги, скрывал туловище, отру-
бал голову...
Но даже в самой условной поста-
новке главным остается актер, он —
душа театра, проводник идей драма-
турга и режиссера; именно он, актер,
делает зрителя соучастником, сотвор-
цом спектакля.
НОВЫЙ ТЕАТР РЕВОЛЮЦИИ
После Октябрьской революции со-
ветский театр стал достоянием ши-
роких трудящихся масс.
Потребность в зрелищах в то время
была необычайной. Частично она
удовлетворялась массовыми представ-
лениями, которые устраивались на
площадях, в бывших царских особ-
няках и дворцах. А рабочий зритель,
заполнивший теперь театр, хотел ви-
деть на сцене новые, революционные
пьесы. И самым знаменательным со-
бытием того времени было рождение
театра Революции во главе с режис-
сером Всеволодом Эмильевичем Мей-
ерхольдом. Молодой театр хотел
стать трибуной пролетариата. Также,
как МХАТ, он поставил целью ре-
волюционизировать старый театр не
только с точки зрения содержания,
но и формы — то есть новых театраль-
ных средств, новой театральной ус-
ловности.
К первой годовщине Октября Мей-
ерхольд ставит в Петрограде первую
297
советскую пьесу — «Мистерию-буфф»
Маяковского. «Пьесу, которая заду-
мана под влиянием нашей револю-
ции и поэтому носит на себе ее пе-
чать — задорную, дерзкую, мажор-
ную, вызывающую...» — так охарак-
теризовал ее народный комиссар про-
свещения А. В. Луначарский.
«Мистерия-буфф» не могла уме-
ститься в обычном театральном поме-
щении — действие в ней разворачи-
вается и на небесах и в аду, — поэто-
му премьера второй редакции спек-
такля состоялась на арене цирка.
Мейерхольд мечтал о новом театре,
агитационном, политическом, в кото-
ром бы вместо декораций были пла-
каты из «Окон РОСТА» Маяковско-
го. Вместе с автором «Мистерии-
буфф» он провозглашал:
Сегодня
Над пылью театров
Наш загорится девиз:
«Всё заново!»
Мысль Пушкина о том, что «дра-
ма родилась на площади», была осо-
бенно близка Мейерхольду. Он ви-
дел в ней подтверждение своим мыс-
лям о театре — наследнике традиций
народного балагана, об актере — ми-
ме, жонглере, мастере блестящих те-
атральных превращений, о драматур-
гии, «пульсирующей в такт народ-
ных переживаний».
А суровой зимой 1921 года у ре-
жиссера Евгения Багратионовича
Вахтангова ожила в Москве старая
сказка итальянца Гоцци о принцессе
Турандот, капризной й жестокой, по
приказу которой рубили головы
всем, кто домогался ее любви и не
умел разгадать три заданные ею за-
гадки.
Полуразрушенные революцией
особняки... Заснеженный тихий Ар-
бат. .. Очереди за хлебом...
«Ну кому сейчас какое дело до
того, что одна дура не хочет выхо-
дить замуж?» Вахтангов понимал,
что сказка эта не имеет прямого от-
ношения к революционной действи-
тельности. Но он долго не мог найти
пьесы, которая смогла бы выразить
298
Макет оформления спектакля «П ринцесса Турандот».
«Принцесса Турандот» в театре Вахтангова.
«веяние времени», а сказка-притча,
озорно высмеивающая зло во всех
его проявлениях и превозносящая
победу добра и любви, отвечала духу
времени своим человеческим содержа-
нием.
Рождается веселый, полный искро-
метного юмора спектакль, в котором
хан Тимур привязывал вместо бо-
роды кашне, другой хан надевал на
голову абажур вместо шляпы, голов-
ные уборы мудрецов были сделаны
из корзинок для хлеба, суповых ло-
жек, фотографических ванночек, сал-
феток, у них были пишущие ма-
шинки вместо пера и черниль-
ницы.
В спектакле было много услов-
ного, театрального, но Вах-
тангов к этому и стремился, зри-
тель ни на секунду не должен был
забывать, что он находится в
театре.
Живет в Москве и сейчас театр
имени Евгения Вахтангова, который
старается быть верным заветам своего
учителя, с чьим именем связывается
понятие яркости, жизнерадостности,
зрелищности, театральности
и. .. современности искусства. «Пото-
му что, — говорил Вахтангов, — те-
атральные средства должны совпасть
с требованиями жизни, с требования-
ми современности».
„ЭФФЕКТ ОЧУЖДЕНИЯ“
БРЕХТА
«Написать драму сегодня — или
завтра—уже означает преобразовать
театр», — сказал немецкий поэт, те-
атральный деятель, драматург и ре-
жиссер Бертольт Брехт.
Расцвет его творчества приходится
на самые трудные годы: Германия
накануне второй мировой войны. Фа-
шизм встал в полный рост, гитлеров-
ские танковые колонны неудержимо
катятся по полям Европы.
Антифашистом, врагом насилия и
угнетения предстает перед нами в
своих пьесах Брехт.
В его пьесе «Карьера Артуро Уи,
которой могло не быть...» рассказы-
вается о приходе к власти гангстера
Уи и его «шайки». Но по сути дела —
разоблачается фашизм. Для самой
фигуры Гитлера — У и автор не пожа-
лел сатирических красок.
«Страх и отчаяние в Третьей им-
перии», «Мамаша Кураж и ее дети»,
«Что тот солдат, что этот» — все это
пьесы о войне, калечащей души лю-
дей, о мерзости мировой бойни. Брехт
создает эпический театр. Ему
не нужны богатые, эффектные деко-
рации.
Перестройки, перестановки на сце-
не в театре Брехта производятся при
раскрытом занавесе, оформление со-
держит «лишь необходимое», оно
условное, декораций нет вовсе, есть
только детали, характеризующие
место и время действия; применя-
ются маски; действие иногда сопро-
вождается подписями, которые че-
рез проекционный фонарь подаются
на занавес или задник, напоминая
титры в кино.
Театр не должен уводить зрителя
в мир мечты и обмана, утверждает
Брехт, театр призван не усыплять
зрителя, а, наоборот, делать его ак-
тивным, борющимся, протестующим;
зритель не должен забывать, что он
находится в театре, что идет пред-
ставление, которое разыгрывают ак-
299
теры, рассказывая ему, зрителю, о
событиях пьесы (отсюда название
«эпический», то есть повествующий,
рассказывающий, а не играющий
пьесу). Драматический театр стре-
мится покорить чувства зрителей —
эпический же театр, напротив, дол-
жен адресоваться к разуму зрителя.
В этом помогает применяемый Брех-
том «эффект очуждени я». Не
спутайте с отчуждением. Это ведь не
одно и то же! Отчуждение предпола-
гает отказ, окончательный разрыв,
очуждение — лишь частичный отход
на расстояние, как бы для того, что-
бы рассмотреть предмет издали и,
приблизившись к нему после, уви-
деть его в новом свете.
В свои пьесы он вводит хоры и
сольные песни, так называемые
з о н г и. Эти песни не всегда испол-
няются как бы по ходу действия,
вписываясь в то, что происходит на
сцене. Наоборот, они часто подчерк-
нуто выпадают из действия, преры-
вают и «очуждают» его. Зонги при-
званы, с одной стороны, разрушить
театральные иллюзии, а с другой сто-
роны, они поясняют события, проис-
ходящие на сцене.
В СЕГОДНЯШНЕМ ТЕАТРЕ
Пустая сцена. Только по краям не-
большие станки — возвышения, похо-
жие на уличные тротуары. Вместо
задника натянута серо-белая мате-
рия. Может быть, она изображает
стену дома. Или просто ограничи-
вает пространство сцены.
Сразу останавливает внимание ли-
цо, нарисованное справа во всю вы-
соту сцены. Глубоко посаженные гла-
за в оправе очков; резкие прорези
между бровями и в углах рта. Лицо
похоже на маску античной траге-
дии — если бы не очки, не ежик во-
лос, не явная современность облика.
Это Бертольт Брехт.
На мгновение выключили свет и
снова зажгли. Теперь сцена запол-
Сцена из спектакля «Добрый человек из
Сезуана» по пьесе Бертольта Брехта в ис-
полнении студентов театрального училища
им. Щукина в Москве. 1963 г.
йена действующими лицами, они вы-
строились в ряд на просцениуме,
очень близко к публике. В центре два
парня — один с аккордеоном, другой
с гитарой — играют какую-то бра-
вурную мелодию, а между ними на
самом краю сцены еще один, в фураж-
ке и пиджачке, тоже с гитарой в ру-
ках, говорит под этот аккомпанемент.
Он говорит о том, что время от
времени надо искать театр, корни ко-
торого уходят в жизнь улицы — по-
вседневный, тысячеликий, земной
театр, — и предупреждает нас, что
именно такой театр нам сейчас будет
показан. Потом он снимает фуражку
и почтительно кланяется Брехту.
Минута молчания — дань уважения
автору — и спектакль начинается.
Это был скромный студенческий
спектакль в училище при театре
им. Вахтангова, поставленный ре-
жиссером Юрием Любимовым, быв-
шим актером Вахтанговского театра,
сумевшим в своем творчестве про-
должить традиции учителя.
Студенты играли спектакль по
пьесе Бертольта Брехта «Добрый че-
ловек из Сезуана».
Декораций в спектакле почти нет.
Актеры одеты в темные, будничные,
подчеркнуто нетеатральные костюмы,
в трико. Отсутствует грим, старую
женщину играет молодая актриса.
300
Для того чтобы превратиться из од-
ного персонажа в другой, актрисе
достаточно надеть лишь котелок и
очки. Когда-то ведь и в спектакле
Вахтангова актеры надевали на голо-
ву вместо шляпы абажуры и вместо
бород подвешивали полотенца. И
опять сказка-притча. Но во времена
Вахтангова не было еще драматур-
гии Брехта.
И как когда-то «Принцесса Туран-
дот» решила судьбу будущего театра
им. Вахтангова, так «Добрый чело-
век из Сезуана» открыл театр на Та-
ганке, который в сравнительно корот-
кий срок завоевал любовь и популяр-
ность зрителей, — театр зрелищный,
острых театральных форм, соеди-
нивший в себе наследие Брехта, Мей-
ерхольда и Вахтангова, театр сцени-
ческой правды. Театр, который мож-
но назвать современным...
Меняется жизнь, но и театральное
искусство не стоит на месте — со-
здаются новые спектакли, режиссе-
ры ведут неустанную работу, дра-
матурги пишут новые пьесы — по-
иски театральной правды продол-
жаются.
И у нас и за рубежом существуют
разные театры, разные постановки.
Одни более условны, другие менее.
Все они имеют право на существова-
ние. И мы с вами, отправляясь на
спектакль, выбираем тот театр, кото-
рый нам больше нравится. Но ни-
когда не забываем, что театр — это
театр. Мы сразу же включаемся в
игру, условия которой нам давно из-
вестны.
^КОРОТКИЕ ЗАМЕТКИ;:
КАК НАЧИНАЛ
ДЖЕК ЛОНДОН
Выдающийся американ-
ский писатель Джек Лон-
дон дебютировал в лите-
ратуре научно-фантастиче-
ским рассказом «Тысяча
смертей». В нем идет речь
об оживлении человека.
Джек Лондон вспоминал:
«Как в буквальном, так и
в литературном смысле я
был спасен рассказом,
напечатанным в журнале
«Черный кот». Известно,
что этот американский жур-
нал с таким оригинальным
названием заплатил Джеку
Лондону за его первый
рассказ сорок долларов.
Интересно и другое. Впер-
вые на русском языке этот
рассказ появился в первом
номере журнала «Мир при-
ключений» за 1922 год.
Этот журнал выходил в
Ленинграде с 1922 по
1930 год и явился про-
образом популярного ныне
альманаха «Мир приклю-
чений».
ПО СТРАНИЦАМ
ИСТОРИИ
С. Фингарет
КАН УЧИЛИСЬ
ТВОИ СВЕРСТНИКИ
В ДРЕВНИЕ
ВРЕМЕНА
302
орошо было древним, —
подумал Андрей, рас-
кладывая на столе учеб-
ники, — история перед
ними короткая — одно
первобытное общество,
математика на низком
уровне, физики — ни-
какой». Он посмотрел в
дневник — уроков бы-
ло задано много. «Вот
бы в их школу попасть,
изобрести машину вре-
мени и перенестись.
Сначала от них ничем
не отличаться, чтоб не
догадались, а потом...
Да они бы меня за бо-
га какого-нибудь при-
няли».
Транзистор, настро-
енный на «Маяк», передал сигналы
точного времени. Андрей бросил
взгляд на часы и глазам не поверил.
На циферблате его «Зари», там, где
положено быть цифре двенадцать,
сейчас красовался ноль; от него в обе
стороны разбегались римские цифры:
от единицы до двадцати — направо,
от единицы до двадцати — налево.
Короткая стрелка исчезла, длинная —
тонким острием касалась правой два-
дцатки.
«Машина! Она! Двадцать веков
нашей эры, двадцать веков — про-
шлой! Нашу я знаю, сам в ней жи-
ву. Значит... Три, два, один!» —
Андрей зажмурил глаза и перевел
стрелку до отказа налево,
*
«Помещением учения» называют,
а у «помещения» даже крыши над
головой нет, — подумал он, входя в
просторный двор храма Амона-Ра.
Тридцать или около того мальчишек
лет по двенадцати — тринадцати сиде-
ли скрестив ноги в затененном углу
двора и писали диктант. Темой слу-
жило «Поучение школьнику». Учи-
тель диктовал размеренно, громко;
папирус с текстом лежал на его коле-
нях. Одет учитель в белый набедрен-
ник, голова, в знак чистоты, выбри-
та, на груди маленькая подвеска-па-
виан, священный зверь бога Тота,
покровителя наук, у ног — треххво-
стая плеть.
Андрей поклонился, торопливо
расстелил циновку, достал из плете-
ной сумки дощечку с углублениями
для черной и красной краски, пенал
с кистями, сосудик с водой и остра-
ки — глиняные таблички для пись-
ма. Папирус дорогой, им пользова-
лись лишь старшеклассники.
— «Пиши рукой своей, читай
устами своими», — продолжал дикто-
вать учитель. «Подружись с пись-
менным прибором, он сладостней,
чем сладкий напиток», — начал вы-
водить Андрей вместе со всеми. При
этом он успел подумать: «Эх, тетра-
ди бы сюда, вот удивились бы».
*
Проницательный читатель конечно
догадался, что введение в повество-
вание фантастических часов является
не чем иным, как простейшим лите-
ратурным приемом, игрой, дающей
возможность соприкоснуться с циви-
лизациями других эпох. «Машина
времени» перенесла героя в прошлое,
чтобы он убедился на собственном
Сомневаться в ученическом проис-
хождении текстов не приходится. Ко-
рявый почерк, орфографические
ошибки, исправления на полях, сде-
ланные опытной учительской ру-
кой, — все, как положено в школь-
ных тетрадях.
Особенно часто встречаются ост-
раки с упражнениями в написании
трудных слов. Правописание было
опыте, насколько древняя школа от-
личалась от той, что представля-
лась его воображению. Реконструи-
ровать египетскую школу помогает
археологический материал.
В долине Нила, там, где некогда
были «Помещения учения», археоло-
ги находят груды глиняных черепков
с диктантами и грамматическими
упражнениями. Здесь и спряжения
глаголов по лицам и числам, и спря-
жения вспомогательных глаголов, и
спряжения глаголов с отрицательной
частицей «не». Каждый пример —
законченное предложение: «Не на-
шел я осла, который хромает», «не
прибыли те, что плыли под парусом».
настолько сложным, что в помощь
изучающим его составлялись слова-
ри. Один из таких словарей ныне
хранится в Москве. Слова, приведен-
ные в нем, даны в тематическом по-
рядке: небо, вода, земля, люди, про-
фессии. Для географических назва-
ний имелись особые словари.
*
На первом же уроке Андрей по-
нял, что учиться в египетской школе
совсем не просто. И хотя, по услови-
ям нашей игры, он знал то, что зна-
ли его сверстники, жившие четыре
тысячи лет тому назад, умел читать
и писать, как они, тем не менее one- 303
рировать семью сотнями иероглифов
оказалось значительно труднее, чем
тридцатью тремя буквами родного
алфавита. Все время приходилось сле-
дить за красотой в начертании зна-
ков и за ровностью строк. И без того
нелегкая задача усложнялась мане-
рой египтян располагать иероглифы.
В одних случаях они писали слева
направо, в других — справа налево,
в третьих — сверху вниз. Интервалов
между словами не было, знаков пре-
пинания не существовало. Смысло-
вой акцент расставлялся с помощью
цвета: первые слова каждой новой
мысли выделялись красной краской,
то есть в полном смысле слова писа-
лись < красной строки.
«Ладно, — подумал Андрей, ме-
няя красную кисть на основную чер-
ную, — язык — дело трудное, хоть
русский возьми, хоть немецкий или
египетский. Зато на математике я им
покажу».
Но и на математике он не «пока-
зал». Сначала все казалось простым,
дальше — пришлось задуматься.
Египетская цифровая система во
многом напоминала римскую. Еди-
ница изображалась вертикальной па-
лочкой-зарубкой; число менее деся-
ти — простым повторением палочек;
в многоразрядных числах записыва-
лось подряд нужное число знаков
для каждого разряда.
Сложение и вычитание сводилось
к присчитыванию или отниманию
знаков одинакового разряда. При сло-
жении десять знаков одного разряда
заменялись знаком высшего разряда,
при вычитании — низшего.
Для подсчета больших величин су-
ществовал прибор, напомнивший
Андрею счеты. С той только разни-
цей, что счетные камешки не были
нанизаны на проволоку, а клались в
разрядные деления счетной доски.
Умножение производилось путем
последовательного удвоения множи-
мого.
Умножая 27 на 13 «египетским»
способом, Андрей составил таблицу
из двух колонок: правая начиналась
с множимого, левая — с множителя.
Под множимым он поместил ряд чи-
сел, каждое из которых было получе-
но путем удвоения предшествующего.
Слева вырос столбец соответствую-
щих множителей, при этом больший
не превышал заданного. Больший
множитель и те, сумма которых со-
ставляла заданный, Андрей отметил
наклонной чертой.
В переводе на современные цифры
решение примера выглядело так:
/1 27
/2 54
/4 108
/8 216
Сложив цифры правого столбца,
расположенные против меченых мно-
жителей, Андрей получил ответ.
— Ну и правила у вас. В двадца-
том веке куда проще, — шепнул он
толстому мальчишке с золотой серь-
гой в правом ухе.
— О чем ты?—удивленно спро-
сил тот.
Андрей не успел ответить — учи-
тель стал их ругать словами из «По-
учения школьнику»: «Вы подобны
кривому рулю, вы как дом без хле-
ба. Обезьяна и та понимает, обучают
даже львов, только не вас. Смотрите,
будете биты — уши мальчика на спи-
не его и он слушает, когда его бьют»*
Андрей и его сосед замолчали и
поспешно принялись делить 7881 на
213. Вычисление производилось пу-
тем удвоения делителя.
*
Для решения задач с запутанными
условиями имелись учебники. Один
из них хранится теперь в Москве.
Он был составлен во втором тысяче-
летии до нашей эры, то есть как раз
в то время, когда Андрей «находил-
ся» в «Помещении учения» храма
Амона-Ра.
Большинство задач Московского
учебника носят практический харак-
тер: вычислить длину весла и высоту
мачты, распределить суточный ра-
цион войска и тому подобное. Но
есть в учебнике и такие задачи, в
которых искомым является отвле-
ченная величина «икс»— по-египетски
«куча». «Пусть сказано тебе: ищется
куча. Она вместе с двумя третями ее,
половиной и одной седьмой должна
составить 37».
*
Очень скоро Андрею пришлось от-
казаться от мысли, что математика в
Египте была примитивной. Учитель
продиктовал задачу на возведение в
степень, а это уже действие алгебра-
ическое. «Пусть сказано тебе: имеет-
ся семь домов; в каждом — семь ко-
шек; каждая мышка съела семь
колосков ячменя; каждый колосок,
если бы его посеяли, дал семь мер
зерна. Найти сумму общего числа
домов, кошек, мышей, колосьев и
мер». Записывая условие, Андрей
вспомнил, что подобная задача ему
уже встречалась. Она была приведе-
на в книге по истории русской мате-
матики. «Идут семь баб; у всякой
бабы по семи посохов; на всяком по-
сохе по семи сучков; на всяком суч-
ке по семи кошелей; в каждом коше-
ле по семи пирогов». В «истории»
было сказано, что в Россию задача
попала из итальянских учебников,
к итальянцам от арабов, а арабская
математика развивалась под влия-
нием древнеегипетской.
«Молодцы египтяне», — подумал
Андрей, решая задачу.
«И вообще они много знают для
своего времени» — эта мысль пришла
ему в голову перед картой звездного
неба. Учитель показывал созвездия
и планеты. Большую Медведицу в
Египте называли Бедро Быка, а пла-
неты — «звездами, которые никогда
не бывают в покое».
«И учиться им совсем не легче, чем
нам». — В этом Андрей окончатель-
но убедился, выдавливая на глиня-
ных табличках сложные знаки вави-
лонской клинописи^
22 Хочу все знать
А когда учитель принялся за сти-
хи, Андрей решил, что учебный день
в египетской школе слишком затянут.
Книга нужнее просторного дома,
Лучше гробницы на Западе,
Прекрасней дворца,
Прекраснее статуи в храме, —
читал нараспев учитель. Андрей не-
которое время смотрел, как качается
в такт размеренной речи каменный
павиан, а потом передвинул стрелку
своих необычных часов с цифры два-
дцать на цифру два.
*
— Андреас!
Учитель прислонил к спинке сту-
ла мраморную доску с изображе-
нием гибели Ниобид. Сюжет был
Андрею знаком — точно такой же
рельеф висел в Эрмитаже. Андрей
встал и продекламировал:
Жребий тяжелый оплакав, убитая
горем Ниоба,
Скоро ты станешь, увы, камнем
бездушным сама.
— Следи за интонациями, не за-
бывай об ударениях.
«В Египте кончили стихами, в Гре-
ции — начинаем. Не знал, что древ-
ние так любили поэзию», — подумал
Андрей, садясь на свою скамеечку.
Стихов здесь учили много. «Юно-
ши вырастают душой, запоминая на-
писанное отцами мудрости», — гово-
рил учитель, приступая к стихам.
Обычно это были отрывки из поэм
Гомера. Учитель читал их вслух,
тридцать учеников повторяли за ним
строчку за строчкой, пока не заучи-
вали наизусть. Были среди сверстни-
ков Андрея такие, что знали на па-
мять чуть ли не всю «Илиаду». Анд-
рей не принадлежал к их числу. Но
и он при случае мог продекламиро-
вать: «Вместе вперед! Иль на славу
кому, иль со славою сами!» Ему нра-
вились герои Гомера — сильные, бес-
страшные, с обостренным чувством
чести, умеющие биться, любить,
страдать. Он не удивлялся, что здеш-
ние ребята хотели быть похожими на
Ахилла или Патрокла. Участники
Троянской войны обладали не толь-
ко качествами доблестных воинов.
Они были мудрыми, знающими. Со-
гласно преданию, один из них — сын
Навплия Паламед — изобрел алфа-
вит, цифры и таблицу умножения.
— Ламприск.
Учитель выбрал новый рельеф.
Ламприск, завывая, прочел:
Царь Илиона, Приам престарелый, на
башне священной
Стоя, узрел Ахиллеса ужасного: все
перед героем
Трои сыны, убегая, теснились...
— Любовь к родине, проявляемая
в битвах, является высшей доблестью
свободного человека. Этому учат нас
поэмы Гомера, — сказал учитель.
— И история легко запоминает-
ся, — добавил Андрей.
— Не будучи спрошенным, маль-
чик должен молчать. — Интонации
учителя не обещали ничего хорошего.
Убрав рельеф, он поставил на стул
амфору с изображением порки школь-
ников.
— Горгий. «Коль хочешь от Муз
счастья и радости...»
— «... Нерадивому как следует
всыплешь», — оттараторил Г оргий.
— Справедливо. Садись. Теперь
скажите — кто исписал стены?
Т ридцать мальчиков насторожи-
лись.
— Сегодня педагоги выпорют вас,
и не столько за испорченное помеще-
ние, сколько за мысли, высказанные
вами. Разве не является свидетель-
ством бесстыдной лени фраза «при-
ятнее час игры в бабки, чем десять
часов сидения в школе»? А фраза
«через двадцать два века люди рас-
щепят атом»? Не свидетельствует ли
она о полной безграмотности писав-
шего? Что значит «атом»?
— Неделимый! — ответил весь
класс при одном воздержавшемся.
— Возьмите стили и напишите по
четыре раза: «Будь прилежен, маль-
чик, иначе будешь бит».
Андрей вздохнул: «В Египте —
плеть, в Афинах — розги. Единст-
венное утешение — родителей не до-
думались в школу вызывать. Зато
своя беда — педагоги: «Громко не
говори, не клади ногу на ногу, встань,
когда входит старший, хлеб бери ле-
вой рукой, мясо — правой». Надо-
ели».
*
В зажиточных греческих семьях
каждый мальчик находился под при-
смотром педагога-наставника. («Пе-
дагог» в переводе с греческого озна-
чает «воспитатель», «руководитель»,
«наставник».) Педагоги обучали сво-
их подопечных хорошим манерам,
следили за поведением на улице, на-
казывали за провинности и провожа-
ли в школу.
Давать мальчику образование вме-
нялось в обязанность свободным
гражданам Эллады. При этом госу-
дарственных школ не было, а за обу-
чение в частной музической школе
приходилось платить. Г реки говори-
ли: «Сыновья богатых идут в школу
раньше всех и позже всех перестают
ее посещать».
«Музическими» школы назывались
потому, что перед их зданиями стоя-
ли статуи Муз, покровительниц ис-
кусств и науки.
Раскопав музическую школу в
Приене, археологи поразились оби-
лию надписей на стенах ее классных
комнат. Как только ученики овладе-
вали грамотой, они начинали портить
стены, хотя им за это грозила порка.
Наказание школьника розгами было
явлением обычным. В Берлинском
музее хранится греческий папирус, на
котором рукой учителя красиво и
четко выведено: «Будь прилежен,
мальчик, иначе будешь бит»; ниже
эта пропись четыре раза повторена
учеником.
В классах приенской школы архео-
логи обнаружили письменные при-
306
надлежности учеников — пластинки,
покрытые воском, костяные и метал-
лические стили с заостренным кон-
цом для письма и тупым для загла-
живания воска, крестообразные линеи-
ки для выравнивания строк. Калли-
графии, как и в Египте, в Греции
придавалось немаловажное значение.
Помимо письма и чтения литера-
турных текстов в программу музиче-
дцатыи век, не стал рассказывать,
какие задачи решали в Афинской
школе; он только показал приемы
умножения. (Сложение ничем не от-
личалось от нашего.)
Умножая, греки не расчленяли час-
тичное произведение на запоминае-
мую и записываемую части. Они пи-
сали результат целиком, после чего
производили сложение. Действие на-
ской школы входили математика, ри-
сование, музыка.
— Без математических знаний че-
ловек неполноценен. Занятия мате-
матикой воспитывают и возвыша-
ют,— любил повторять учитель.
*
Проницательный читатель ожида-
ет, что сейчас ему будут предложе-
ны задачи на вычисление длины
окружности или площади треугольни-
ка, а он не без иронии заметит, что
и без того помнит о вкладе в матема-
тику Архимеда, Пифагора, Эвклида.
Однако и Андрей помнил, что все
про это помнят, и, вернувшись в два-
чинали с высших величин, друг под
другом подписывали разряды не обя-
зательно одноименные.
Если перевести буквенное обозна-
чение греческих цифр на современ-
ную цифровую систему, то решение
примера, в котором умножается 1560
на 1560 будет выглядеть так:
1560 "а 1560
100 0000 50 0000 6 0000
50 0000 25 0000 3 0000
6 0000 3 3600
Всего 243 3600
307
22*
Для удобства счета греки пользо-
вались абаком — счетной доской с
разрядными делениями. Имели они
и таблицу умножения, но не такую,
как у нас, а ту, которую, согласно
преданию, изобрел один из героев
Троянской войны. «Таблица Пала-
меда» состоит из трех столбцов и со-
держит семьсот три результата.
В Британском музее хранится вос-
ковая дощечка, разделенная на две
части вертикальной чертой: справа
чем занятиям общеобразовательны-
ми предметами. Начиная с двенадца-
тилетнего возраста школьники вто-
рую половину учебного дня проводи-
ли в палестре. Под руководством
опытного педотриба — преподавате-
ля гимнастики — они бегали, прыга-
ли, метали диски и копья, обучались
верховой езде.
Андрей и помыслить не смел рав-
няться с теми, из чьей среды вышли
участники прославленных игр в
выполнено упражнение в письме, сле-
ва— записан фрагмент паламедовых
таблиц. Дощечка датирована вторым
веком до нашей эры, как раз тем вре-
менем, когда Андрей оказался в
Афинах. Не его ли это упражнения
в письме и счете?
Учиться в музической школе Анд-
рею было не легче и не труднее, чем
в родной ленинградской. А вот чего
он боялся — так это палестры, шко-
лы гимнастической. Само ее назва-
ние произошло от слова «палэ» —
«борьба».
Греки считали, что человек должен
развиваться гармонически. Поэтому
занятиям физическими упражнения-
ми уделялось не меньше времени,
Олимпии. Случилось же наоборот —
именно в палестре он отличился.
Пригодились школьные тренировки и
сдача норм ГТО! Он с легкостью
пробежал четыре стадии — одолеть
семьсот сорок метров удавалось не
каждому афинскому мальчишке его
лет. Он дальше всех прыгнул в дли-
ну и вызвал удивление педотриба.
Дело было в том, что он не восполь-
зовался гантелями, а греки во время
прыжка выбрасывали вперед ганте-
ли. Резкий бросок, усиливая инер-
цию движений, увеличивал длину
прыжка. Только в борьбе ему не по-
везло— его лопатки трижды косну-
лись пола. Поражение полное. Но
был ли он виноват? Здесь во время
308
борьбы нарочно поднимали много
пыли, стремясь засыпать противнику
глаза, а он к таким приемам не
привык.
Соскабливая с разгоряченного те-
ла песок, чтобы затем нырнуть в
бассейн, Андрей нечаянно услы-
шал разговор двух старшеклассни-
ков.
Юноши отдыхали после состяза-
ний в верховой езде и неторопливо
вели одну из тех ученых бесед, какие
были приняты в палестре.
— Слышал ли ты, что Аристарх
из Самоса говорил о неподвижности
солнца и звезд?
— Слышал. Но хотя я не считаю
Аристарха безбожником, как считает
стоик Клеант, тем не менее вместе со
всеми здравомыслящими я думаю,
что гипотеза самосского астронома —
бессмыслица. Внутри звездной сфе-
ры центром может быть только
Земля.
Оба собеседника достигли во-
семнадцатилетнего возраста. Они
закончили учение и стали эфе-
бами.
Два года проведут они в гарнизоне
одной из афинских крепостей, после
чего торжественно будут внесены в
списки граждан. Смогут участвовать
в народных собраниях, занять госу-
дарственную должность, управлять
имуществом.
Эфеб — человек совершеннолет-
ний, взрослый. Заговаривать со
взрослым неприлично. Все же Анд-
рей рискнул.
— Солнечная система, к которой
принадлежат Земля и другие плане-
ты, входит в огромную звездную си-
стему, называемую Галактикой, —
проговорил он, запинаясь от вол-
нения.
Юноши обернулись. При виде Анд-
рея их брови надменно и удивленно
поползли кверху.
«Сейчас откроюсь», — подумал
Андрей, чувствуя, как быстро коло-
тится сердце. И именно в эту мину-
ту раздался телефонный звонок.
*
— Привет! — Услышал Андрей го-
лос Севки Клюева. — Приходи фут-
бол смотреть.
— Не могу, уроки делать надо.
Мне один древний учитель сказал:
«Не обращай сердце свое к охоте, от-
брось метание бумеранга. Приводи
дни в писании пальцами своими, чи-
тай по ночам».
— Разыгрываешь?
— Не разыгрываю. Просто кое-
что узнал. Можешь сказать, почему
то, на чем мы пишем, почти во всех
европейских языках звучит одина-
ково?
— А ты можешь?
— Могу. До восьмого века все
европейские страны писали на папи-
русе — по-египетски «па-пер-а». Вот
тебе и «дас папир». А почему при
десятеричной системе счета мы часы
и минуты делим на шестидесятые
доли?
— Почему?
— В Древнем Вавилоне была шес-
тидесятеричная система дробей. Эту
систему заимствовали греческие аст-
рономы, а мы от них. И вообще, Сев-
ка, древним школьникам тоже много
учить приходилось.
Севка сочувственно вздохнул.
Однако проницательного читателя
на собьешь. Проницательный чита-
тель помнит, что Андрей не столько
хотел разузнать о древней школе,
сколько поразить древних школьни-
ков собственными знаниями. Случи-
лось же наоборот: Андрей был удив-
лен высоким уровнем обучения в
Египте и Греции, а сам никого не
удивил. Как же такое могло случить-
ся? Разве он знал меньше, чем знали
его сверстники в древние времена?
Конечно нет. Напротив, его знания
были обширнее. Тогда почему?
— Почему?—закричал и Севка,
когда Андрей ему все рассказал.
— А что я, по-твоему, должен был
сделать? Ведь материальных дока-
зательств нашей цивилизации у меня
с собой не было. Часы не в счет —
309
они литературный прием. Хоть бы
спички или фонарик, а то — ничего.
— Какой фонарик? Про космонав-
тов нужно было рассказать!
— Так бы мне и поверили! Да
они космонавтов за миф или за сказ**
ку приняли бы.
— Ну, растолковал бы какой-ни-
будь физический закон.
— Я про атом только заикнул-
ся — и то чуть весь класс не вы-
драли.
— Все равно, Андрюха, что-ни-
будь нужно было сделать.
*
Тут автор принимает сторону Сев-
ки и вместе с ним думает: что-ни-
будь нужно было сделать. Но, как и
Андрей, автор не знает, что именно.
Поэтому он предлагает проницатель-
ному читателю следующую интеллек-
туальную игру: «Представьте себе,
что вы, современный школьник, наде-
ленный знаниями ученика шестого —
седьмого класса, оказались в положе-
нии Андрея. Что бы вы сделали на
его месте?»
КОРОТКИЕ ЗАМЕТЬ
260 килограммов — та-
ков вес самого крупного
самородка золота, найден-
ного человеком. К сожале-
нию, этот самородок, во-
шедший в историю под на-
званием «Плиты Холтерма-
на», был пущен в пере-
плавку и безвозвратно по-
терян для науки. Самый же
большой из ныне сущест-
вующих самородков был
найден на Южном Урале в
1842 году. Он носит имя
«Большой треугольник» и
весит 36,22 килограмма.
Самая длинная дистан-
ция по бегу — отнюдь не
марафон. Индейцы из пле-
мени тарагумара, живуще-
го в горах Сьерра-Мадре
в Мексике, регулярно уст-
раивают состязания в беге
на... 270 километров! При-
чем этот бег несколько
напоминает тренировку фут-
болистов: участники каж-
дой команды гонят перед
собой маленький мячик.
Болельщики, подбадривая
спортсменов, бегут рядом,
дают им еду и воду, ночью
освещают путь факелами.
*
Самым большим и са-
мым грузоподъемным са-
молетом в мире является
советский лайнер «антей»
(АН-22). Он может поднять
на борт 720 пассажиров
или перевезти 80 тонн гру-
за. В самолет может по-
меститься целый железно-
дорожный пассажирский
вагон, или дюжина экска-
ваторов, или три автобуса,
или речной пароход. Высо-
та «антея» — 13 метров,
длина — почти 60 метров.
Скорость — до 740 кило-
метров в час. Дальность
полета — 11 000 километ-
ров.
*
На полуострове Таймыр,
на широте 73 градуса, на-
ходится самый северный в
мире лесной массив, рас-
положенный среди тундры
и именуемый Ары-Мас, что
в переводе с ненецкого
означает «Остров леса».
Полоса этого леса тянется
на 200 километров вдоль
одного из притоков реки
Хатанги. Лес невысок, лист-
венница не вырастает здесь
более 5—6 метров, зато
много кустарника и цве-
тов. В лесу водятся зайцы,
волки, появляются песцы и
олени.
г
НАШИ
УВЛЕ
1
1
ЧЕНИЯ
л
В. Суслов
ОБЛАСТЬ
СТРАНЫ
КОЛЛЕКЦИО-
НЕРКИ
н
днажды я очень оби-
делся на географиче-
скую карту. Случи-
лось это на экзамене.
Даже на очень ответ-
ственном
поступал
градский
тет и сдавал геогра-
фию. Экзаменатор попросил ме-
ня ответить: как бы я до-
брался водным путем от Лон-
дона до Сингапура? Я подошел
к висевшей на стене карте, .
ткнул указкой в Британские ост-
рова и... обнаружил, что карта
«немая». На ней не было ни од-
ной надписи!
Рассердился я на карту, да-
же отвернулся, встал к ней спи-
ной. И начал перечислять моря,
проливы, государства, мимо бе-
регов которых пролегал мой
путь. Я называл такие мелкие
княжества, о которых никогда
не упоминалось в школьных
учебниках географии. Это уди-
вило
лях?
ском
экзаменатора. щ
Вы что, плавали на кораб-
— спросил ОН.
Нет, никогда.
Занимались в географиче- ”
кружке? ||
Нет...
Экзаменатор смотрел так не- |й
доуменно, что мне пришлось g
объяснить:
— Я собираю марки. Ц
Экзаменатор пожал плечами Ц
и поставил мне вполне прилич- Ц
ную оценку. Ц
Теперь, когда я открываю Ц
альбомы с маленькими визит- Щ
ними карточками стран — споч- g
товыми марками, — я гляжу
на них с большим уважением.
Каких только загадок они
мне не загадывали! Прибежишь
с иною маркой домой, доста-
нешь лупу и читаешь: «Лабу-
ан»... «Габон»... «Макао»...
Где это? В какой части света?
Какими путями, через какие
океаны и материки добиралась
эта марка до
бы попасть в
И потом: что
ONE PENNY
экзамене: я
в Ленин-
универси-
Ленинграда, что-
мою коллекцию?
на ней изображе-
311
но? Кто этот бородач в такой
необычной шапке? ..
Дома к моему увлечению от-
носились не очень доброжела-
тельно. Но я с развернутыми
книгами в руках доказывал, что
собирательство — занятие по-
лезное, что марки собирали и
командир крейсера «Варяг»
В. Ф. Руднев, и полководец
М. В. Фрунзе, и президент
США Ф. Рузвельт, и премьер-
министр Индии Д. Неру, увле-
кались марками писатели
А. М. Горький и А. П. Чехов,
поэты В. П. Брюсов и А. А.
Блок. Я приводил высказыва-
ние А. Эйнштейна: «Коллек-
ционируйте марки. Это особен-
но полезно для тех, кто зани-
мается умственным трудом. Кол-
лекционирование учит сосредо-
тачивать память, при этом бу-
дучи само по себе отдыхом от
мыслей, над которыми обычно
приходится сосредотачиваться».
Я декламировал наизусть ответ
другого ученого — академика
И. П. Павлова — его доктору:
«Марки действуют на мое здо-
ровье лучше, чем ваш бром!».
И напоминал, что немецкий поэт
Гёте называл коллекционеров
счастливыми людьми.
Но что же такое коллекцио-
нирование, собирательство?
Член-корреспондент Акаде-
мии наук СССР А. А. Сидоров
в своих «Записках собирателя»
так ответил на этот вопрос:
«Собирательство может быть
спортом. Для этого нужны
умение и удача.
Собирательство может быть
страстью. Для осуществле-
ния ее нужны настойчивость и
счастье.
Собирательство может быть
искусством. Для того чтобы
такой стала деятельность кол-
лекционера, нужны все указан-
ные выше качества: и умение
находить, и удачливость, и на-
стойчивость поиска, и любовь к
предмету, и — совершенно не-
оспоримо — знание его.
Собирательство может быть
наукой. Первое требование
здесь — иметь цель».
Я собираю (коллекционирую)
марки. Лишь два года спустя
с того дня, как у меня появи-
лась первая марка, я узнал,
что называюсь «филателистом».
Оказалось, что и само коллек-
ционирование знаков почтовой
оплаты называется «филатели-
ей». Как и большинство науч-
ных терминов, это слово при-
шло к нам из греческого языка,
где «филос» означает «друг»,
а «телос» — «сбор, пошлина».
В давние времена на письмах в
Греции ставили особую помет-
ку о том, что почтовые расходы
оплачены. Эта пометка и носи-
ла имя «телос». Следовательно,
слово «филателист» можно пе-
ревести как «любитель знаков
почтовой оплаты». Впервые сло-
во «филателия» ввел в упот-
ребление в ноябре 1864 года
французский коллекционер
Г. Эрпен.
А когда же появились первые
филателисты?
Очевидно, с тех самых пор, как
появилась первая почтовая мар-
ка. Но... Некоторые крупные
специалисты-филателисты счи-
тают, что первые собиратели
знаков почтовой оплаты появи-
лись. .. еще за три тысячелетия
до нашей эры! И одним из пер-
вых филателистов был древне-
египетский фараон Цозер Аме-
312
ноптис! В годы его царствова-
ния (около 2575 года до нашей
эры) в Древнем Египте была
организована почта. Скороходы
и всадники спешили с нею по
дорогам страны, добираясь да-
же до Ливии, Аравии, Абисси-
нии. Появились и древнеегипет-
ские почтмейстеры, стали ста-
вить на корреспонденцию штем-
пеля своих городов. Их-то и со-
бирал фараон Аменоптис! В по-
мещении, где покоилась мумия
фараона, английский ученый
Темпельтгам нашел целых 186
таких штемпелей. В 1919 году
эта коллекция была перевезена
в Британский музей, где и хра-
нится ныне.
Но все-таки штемпель — это
еще не почтовая марка.
Она родилась значительно
позже, в 1840 году. Марку № 1
коллекционеры назвали «чер-
ный пенни». Была она черного
цвета и стоила 1 пенни. В Лон-
доне есть памятник Роланду
Хиллу — «изобретателю» поч-
товой марки.
Правда, известны более ран-
ние попытки создать марку.
Так, ввести ее предлагал швед-
скому рискдагу еще в 1823 году
некто Льют Треффенберг. В
1835 году с таким же предло-
жением обратился к австрий-
скому правительству Лауренц
Козир. Но их предложения под-
держки не получили, и 6 мая
1840 года на лондонском поч-
тамте поступили в продажу две
первые марки — черная в один
пенни и синяя в два пенса. Обе
с портретом королевы Викто-
рии. Достославный Роланд
Хилл стал генеральным секре-
тарем английского почтмейстер-
ства, получил в подарок 20000
фунтов, а за «черным пенни»
стали вскоре гоняться коллек-
ционеры всего мира.
Почтовая марка оказалась
очень удобным посредником при
расчетах с почтой. Это скоро
поняли правительства многих
государств, и марка начала за-
воевывать страны:
1843 /год — Швейцария, Бра-
зилия,
1847 год —США,
1849 год — Франция, Бель-
гия, Бавария,
1851 год — Канада, Дания,
Сардиния,
1854 год — Индия,
1857 год — Россия.
Почтовая марка победно ше-
ствовала по земному шару. Ра-
зумеется, каждое правительст-
во, создавая марки своего госу-
дарства, хотело, чтобы на них
было изображено что-то свое.
Если вначале это были в основ-
ном портреты глав государств,
то вскоре на почтовом знаке по-
явились пейзаж, гербы, расте-
ния и животные той или иной
страны, выдающиеся люди.
Первое изображение животного на
марке. Канада., 1859 год.
313
Первое изображение дерева на марке.
Оранжевая республика, 1894 год.
Приглядитесь к маркам! По
ним можно многое узнать об
истории той или инои страны,
познакомиться с ее выдающи-
мися людьми, наукой, искусст-
вом, трудом, с ее природой и
животным миром, с ее символи-
кой. Хорошая коллекция ма-
рок — это целая энциклопедия
в картинках!
С чего начать коллек-
ционирование?
Я начинал с того, что соби-
рал всё подряд. Да почти каж-
дый собиратель начинает с того
же. Потом, позже, он выбирает
себе тему. То ли каких-либо
марок, близких по содержанию,
в его альбоме оказалось боль-
ше, то ли его заинтересовала
какая-то тема — но дальше поч-
товые знаки он собирает уже
прицельно. Гашеные марки или
не гашеные — это уже не так
важно.
Виды коллекций бывают са-
мые различные. Старейшие из
них — хронологические. Первые
коллекционеры старались со-
брать именно все, все марки
всех стран мира. Собранные
«экспонаты» они располагали в
своих альбомах по отдельным
странам и строго по годам вы-
пуска.
Но марок становилось все
больше и больше. Собрать весь
мир стало уже не под силу.
Изменились и хронологические
коллекции, ограничились какой-
либо частью света, группой го-
сударств или отдельной стра-
ной. Такая коллекция и у меня:
«Марки СССР».
Другой вид коллекций — те-
матические. Первые собрания
такого рода появились в два-
дцатых годах нашего столетия.
Филателисты - «хронологисты»
поначалу отнеслись к «темати-
кам» свысока, презрительно обо-
звав их «собирателями карти-
нок». Но вскоре тематические
коллекции сумели доказать, что
и они имеют право на сущест-
вование, и они полезны об-
ществу.
Перед собирателем тема-
тической коллекции встают
свои трудности. Если он хочет
иметь не просто набор марок,
подобранный по принципу «чем
больше — тем лучше», если он
хочет, чтобы его коллекция «за-
говорила» сама, — он должен
изучать и изучать выбранную
тему. Читать специальную ли-
тературу, дополнять собрание
другим материалом (открытка-
ми, газетными вырезками, кон-
вертами, штемпелями гашения,
репродукциями). Довольно час-
то собиратель тематической
коллекции становится хорошим
I
r
рисунка
в себе
которых
разби-
специалистом в выбранной им
области.
На филателистических вы-
ставках можно встретить боль-
шое разнообразие тематик:
«Марки и Великая Октябрьская
социалистическая революция»,
«Лениниана», «Герои Великой
Отечественной войны», «Комсо-
мол и пионерия», «Завоевание
космоса», «По следам географи-
ческих открытий», «Великие
писатели мира», «Русская жи-
вопись на марках», «Животный
мир земного шара», «Цветы»,
«Олимпийские игры», «Кино-
искусство». Часто встречаются
коллекции, посвященные самой
марке, почте.
Первая выставка почтовых
марок состоялась более ста лет
назад — в 1870 году. Органи-
зовал ее немецкий филателист
доктор А. Мошкау, выставив
для обозрения свои собствен-
ные шесть тысяч марок. А в
1962 году выставка собраний
филателистов в Праге заняла
площадь, равную 10000 квад-
ратных метров! На ней было
представлено около пятисот
коллекций из восьмидесяти ше-
сти стран. Часть своих собра-
ний прислала даже английская
королева.
Организация таких выста-
вок — дело непростое. На меж-
дународную выставку 1965 года
в Вене экспонаты доставлялись
в несгораемых сейфах, ехали
на броневиках под усиленной
охраной полиции, за наиболее
ценными из них специальные
телевизионные установки вели
постоянное наблюдение. Да и
не мудрено: марки-экспонаты
выставки стоили в общей слож-
ности миллиард шиллингов!
Вот тебе и марка! ..
Теперь, наверное, наступило
самое подходящее время ска-
зать, что с нею нужно обра-
щаться очень осторожно.
Как вы берете марку? Паль-
цами? Уже ошибка. На пальцах
могут быть и влага, и жир, а
марка этого не любит. Кроме
того, марку можно помять, по-
портить ее зубцы — и ценность
ее теряется. Брать марку сле-
дует только пинцетом. Притом
не острым, не рифленым — обя-
зательно гладким. У настояще-
го коллекционера всегда под ру-
ками находятся: пинцет, лупа,
зубцемер и каталог. С пинце-
том вам все ясно, с каталогом
тоже, наверное. Лупа служит
для того, чтобы читать мелкие
надписи и рассматривать рису-
нок, а зубцемер?
Кроме надписи и
каждая марка хранит
много особенностей, в
коллекционер должен
раться.
Разновидность зубцовок'.
315
и дело мель-
«простая бума-
«мелованная»,
Марки печата-
папиросной бу-
Начнем хотя бы с зубцов.
Первые марки их попросту не
имели и отрезались от листа
ножницами. Лишь спустя че-
тырнадцать лет ирландец Генри
Аршер предложил делать на
3 марках зубцы.
Зубцы принесли коллекцио-
нерам дополнительные труд-
ности. Случается, что самая
обычная марка вдруг заявляет:
«У меня есть разновидности.
Некоторые из моих сестер име-
ют по верхнему обрезу на один
зубчик больше». И начинается
погоня за этими «сестрами».
Обладатели «лишнего зубчика»
считают себя счастливейшими
людьми на земле.
Вот и приходится коллекцио-
неру уметь определять зубцов-
ку. А их бывает три вида: гре-
бенчатая, рамочная и линейная.
Все зависит от того, какой
машиной и как перфорируют
марку (отделяют ее с помощью
отверстий от соседки).
Иголки перфорационной ма-
шины располагаются тоже не
всегда строго одинаково. По-
этому, если вы услышите, что
на какойгто марке «зубцовка
линейная 10» — это будет озна-
чать, что на два сантиметра
марки приходится 10 зубцов.
Определять их количество—тут
и нужен зубцемер. Достать его
несложно, он продается в лю-
бом магазине филателии.
Еще один серьезный вопрос:
на какой бумаге напечатана мар-
ка? В «Каталоге почтовых ма-
рок СССР» то
кают указания:
га», «тонкая»,
«хлопчатая»...
лись на тонкой
маге и на толстом бристольском
картоне. На шелке в Польше и
Японии. На обратной стороне
кредитных билетов. На картах
генерального штаба (первая
марка буржуазной Латвии, 1918
год). Даже на бумаге для унич-
тожения мух! Такие почтовые
знаки выпустила почта Афга-
нистана. В стране тогда еще
не было ни железных дорог, ни
телеграфа. Бумаги тоже не бы-
ло. Вот эмирское правительство
и решило напечатать марки на
оборотной стороне липкой ядо-
витой бумаги. В результате —
массовые отравления. Два слу-
чая со смертельным исходом.
Марки пришлось срочно изъять
из обращения и уничтожить.
Но марки печатают не только
на бумаге и шелке. В 1955 году
к 20-й годовщине создания вен-
герской алюминиевой промыш-
ленности в Венгрии была выпу-
щена марка, отпечатанная на
алюминиевой фольге, соединен-
ной с бумажной подкладкой.
В 1961 году две такие марки —
в честь XXII съезда КПСС —
вышли и в нашей стране.
В 1963 году в ГДР выпущен
блок на синтетическом матери-
але — дедероне. В Италии в
1951 году выпущена стереоско-
пическая марка. Если посмот-
реть на нее через особые «раз-
ноглазые» красно-синие очки, то
можно увидеть рельефное изоб-
ражение нашей планеты. А 14
сентября 1973 года газета «Со-
ветская культура» сообщала,
что в княжестве Бутан выпуще-
ны «говорящие» марки! На них
помещены миниатюрные долго-
играющие пластинки с запися-
ми мелодий государственного
гимна и народных песен.
Но вернемся к бумажным
а
Г
I
I
г
,'S'S
Г
К
316 1
почтовым знакам. Если рас-
сматривать многие из них на
свет, то легко можно найти во-
дяной знак. Получается он от-
того, что в некоторых местах
бумага тоньше. При ее изготов-
лении на сетку, куда поступает
бумажная масса, напаивается
металлический рисунок. Толщи-
на напаянного рисунка и опре-
деляет плотность бумаги —
меньшую там, где напаян ри-
сунок. В «Каталоге» тоже чи-
таем: «водяной знак ковер»,
миллионов и, наконец, в милли-
арды! Надпечатки на француз-
ских марках расскажут о коло-
ниальной политике страны. На
обычной французской марке
надпечатано название той или
иной колонии. Великобритания
марки одной колонии с помо-
щью надпечатки переделывала
в марки других колоний
Вызываются надпечатки и ис-
торическими событиями: рево-
люциями, войнами, государст-
венными
переворотами, крупны*
Разновидность водяных знаков.
«квадраты», «углы», «ромбы»,
«серп и молот», «без водяного
знака».
Существенную роль играют
на марке и надпечатки. Делают-
ся они по разным поводам. Наи-
более часто — это новая цена
марки. Так, после первой миро-
вой войны финансовая ката-
строфа охватила многие стра-
ны, цены поползли вверх. На
немецких марках это легко про-
следить. Обычные цены в десят-
ки марок вдруг превратились в
тысячи, потом в сотни тысяч, в
миллионы, в десятки и сотни
конкур-
ми научными открытиями, по-
бедами техники. Делаются над-
печатки и в честь спортивных
побед, достижений на
сах искусства.
Впервые надпечатка
лась в 1855 году на
Вест-Индии. С тех пор
ство надпечаток стало
появи-
марках
количе-
огром-
ным. Конечно, важно их содер-
жание, но часто и от того, как
они расположены на марке, за-
висит ценность почтового знака.
В каталогах то и дело встреча-
ются указания: «надпечатка по
диагонали (снизу вверх)», «по
317
й
горизонтали», «сверху вниз»,
«надпечатка типографская»,
«литографская». Все коллекци-
онеру важно в марке.
И способ печати, и ее форма,
и даже клей. Во Франции, на-
пример, сравнительно недавно
были выпущены «вкусные» мар-
ки. В их клей были добавлены
лимонный сок, мята, ванилин.
А как сами филателисты
клеят марки в свои альбомы?
Прежде всего, их можно не
клеить вообще. Многие соби-
ратели хранят марки в кляссе-
рах — альбомах с прозрачными
строчками-карманами, сделан-
ными из целлофана или целлу-
лоида. Кляссер несложно сде-
лать и самому: на плотные бу-
мажные страницы наклеивают-
ся равные по ширине полоски,
верхний край которых свобо-
ден от клея.
Но чаще начинающие коллек-
ционеры наклеивают марки пря-
мо на страницы альбома. Сколь-
ко ценных марок безвозвратно
погибло оттого, что их наглухо
приклеивали к листам! Да еще
обычным канцелярским клеем.
Клей разъедал марку, и она вы-
цветала. Или вдруг владельцу
коллекции хотелось перенести
марку в другое место. А как это
сделать, если она приклеена
«намертво»?
Нет, пользоваться во всех
случаях надо только наклейка-
ми, тоненькими бумажками с
клеевым слоем. Наклейки еще
называют «фальцами», «шарни-
рами». Она и впрямь работает
по принципу шарнира. Возьмите
наклейку, отогните ее верхний
край, смочите его и прикрепите
к марке — тоже к верхнему ее
краю (а то вдруг вам понадо-
бится заглянуть на обратную
сторону марки, посмотреть ее
на свет!). Затем смочите осталь-
ную часть наклейки и вместе с
маркой прикрепите к листу аль-
бома. Всё! Марка заняла свое
место. А захотите поменять
место — пострадает всего лишь
наклейка.
Марки хранить в альбомах
удобно. Но лучше храните их
на отдельных листах. В этом
случае можно менять местами
целые листы. Захотите показать
кому-либо в школе марку — не
надо нести весь альбом, берите
только один лист с нужной вам
маркой.
*
Вступая на территорию стра-
ны Коллекционерии, вы, разу-
меется, встретитесь и с ее насе-
лением — с собирателями. Они
тоже все разные и коллекции
собирают с разными целями.
Известно, например, что в со-
роковых годах прошлого столе-
тия лондонская газета «Таймс»
опубликовала следующее объ-
явление: «Требуются почтовые
марки. Молодой человек, кото-
рый хотел бы оклеить свою
спальню проштемпелеванными
марками, имеет уже в своем рас-
поряжении — благодаря любез-
ности друзей — 16 000 марок.
318
Так как этого количества все
же недостаточно, то он просит
сочувствующих лиц путем при-
сылки почтовых марок помочь
ему в осуществлении его идеи».
Вот это коллекционер! Впро-
чем, недалеко ушел от него и
некий пастор из Калифорнии,
обклеивший-таки стены и пото-
лок своего жилья 149242 мар-
ками! Или его соотечественница
из Балтиморы, «явившаяся на
собственную свадьбу в платье,
на которое было наклеено 30 000
негашеных марок!
Нет, не для подобных сенса-
ций собирают марки филатели-
сты. Настоящий коллекционер
собирает их прежде всего для то-
го, чтобы что-то узнать, расши-
рить свой кругозор и потом пе-
редать эти знания другим лю-
дям. Писатель И. Андроников
довольно точно определил ха-
рактер и цели настоящего соби-
рателя, заметив: «Когда мы го-
ворим о коллекциях, то не долж-
ны забывать, что коллекцио-
нер — это первая ячейка музея,
коллекционеры—актив музея...
В большинстве случаев работа
отдельных коллекционеров вли-
вается потом в общую сокро-
вищницу культуры».
ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ЧЕРЧЕНИЕ
Нарисуйте вид слева с показом невидимой части поверхности фигуры.
ЦВЕТНЫЕ ВКЛЕЙКИ
ВЫПОЛНИЛИ:
Две карты
художник Т. Слуцкая
Силой электричества
художник А. Андреев
Заводы на орбите
художник Е, Войшвилло
За счастье Родины
художник Б. Забирохин
Тульские свистульки
художник Д. Титов
Рисунки к задачам
художник С. Тесин
ДЛЯ СРЕДНЕГО И СТАРШЕГО ВОЗРАСТА
ХОЧУ ВСЕ ЗНАТЬ
Научно-художественный сборным
Составитель
Томилин Анатолий Николаевич
Ответственный редактор И. В. Чурова.
Художественный редактор Б. Г. Смирнов.
Технический редактор 3. П. К о ре н ю к.
Корректоры К. Д. Н е м к о в с к а я и
В. Г. Шишкина.
Сдано в набор 27/IV 1976 г. Подписано к пе-
чати 12/XI 1976 г. Формат 70х1001/1в. Бумага
офсетная № 1. Печ. л. 21. Усл. печ. л. 27,3.
Уч.-иэд. л. 24,755+8 вкл.=26,23. Тираж 100000
экз. Заказ № 218. М-28417. Цена 1 р. 33 к.
Ленинградское отделение ордена Трудового
Красного Знамени издательства „Детская
литература". Ленинград, 192187, наб. Кутузо-
ва, 6. Фабрика „Детская книга" № 2 Росглав-
полиграфпрома Государственного комитета
Совета Министров РСФСР по делам изда-
тельств, полиграфии и книжной торговли.
Ленинград, 193036, 2-я Советская, 7.
где
1р.33к.