/
Author: Богданов А.П.
Tags: период феодализма (iv в - 1861 г) история
ISBN: 978-5-9533-2310-9
Year: 2008
Text
TRRRA
H I S T ORICA
T^RRA
И I S T 0 R I С A
А.П. Богданов
ЦАРЕВНА
СОФЬЯ И ПЁТР
ДРАМА СОФИИ
Москва
«ВЕЧЕ»
2008
ББК 63.3(2)46
Б73
Исследование выполнено в рамках Программы
фундаментальных исследований Президиума РАН
«Власть и общество в истории»
Богданов А.П.
Б73 Царевна Софья и Пётр. Драма Софии / А.П. Богда-
нов. — М.: Вече, 2008.— 352 с.: ил. — (Terra Historica).
ISBN 978-5-9533-2310-9
Осенью 1689 года потерпела крах политика Софьи Алексеев-
ны Романовой. Почему же мудрое и справедливое правление
Россией, когда процветали науки, ремесла, культура и «торже-
ствовала вольность народная», обернулось трагедией для страны?
Личность старшей сестры Петра овеяна легендами. Ее усиленно
очерняли на протяжении столетий, и образ «цепкой и хищной»
царевны крепко вбит в сознание современного читателя.
Доктор исторических наук, профессор А.П. Богданов пред-
лагает вашему вниманию три совершенно разных взгляда на
правление Софьи, равно противоречащих стереотипу. Авторская
часть книги рассказывает, откуда взялись знакомые широкому
читателю представления о России конца XVII века и как они
соотносятся с фактами.
ББК 63.3(2)46
ISBN 978-5-9533-2310-9 ©Богданов А.П., 2008
© ООО «Издательский дом «Вече», 2008
ПРЕДИСЛОВИЕ
История сложна и многомерна. Она складывается из
жизни, взглядов и деяний миллионов личностей, каждая
из которых — уникальна. Всё, что учёные знают о давно
прошедшей истории,— это сложная реконструкция при-
чудливого и живого объекта, сделанная на хрупкой ос-
нове анализа множества субъективных взглядов с раз-
ных его сторон.
Эта сфера поисков и сомнений обычно недоступна
для широкого читателя. Ведь ему предлагается крайне
упрощённая, а значит — уже недостоверная схема лич-
ностей и событий. Однако именно в поисках и сомнени-
ях, в преодолении стереотипов и попытках разглядеть
истину состоит захватывающий интерес исторической
науки и самой истории. С сомнениями и заблуждениями
историков, с поисками истины и живыми источниками,
позволяющими, перевоплотившись в очевидцев собы-
тий, рассмотреть страницы бурной истории России, зна-
комит эта книга, написанная в рамках Программы фун-
даментальных исследований Президиума РАН «Власть
и общество в истории».
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Наша тема — образы России и самых видных её дея-
телей того времени, когда на престол взошел молодой
царь Пётр Алексеевич, будущий Пётр I. Нуждалась ли
наша страна и её люди в насильственной «перековке»,
перелицовке по чуждым им образцам? Как, в самом
деле, многие поколения россиян могли поверить, что
страна, уже вышедшая на мировую арену как великая
держава, государство, за сто лет расширившее свои пре-
делы в несколько раз, оказалось вдруг настолько тем-
ным и отсталым, что его пришлось гнать к «цивилиза-
ции» дубиной царя-преобразователя?!
Каждый сам ищет ответ на этот вопрос. Моя зада-
ча — предоставить читателям материал для размышле-
ний. В центре нашего внимания будут факты и источни-
ки, дающие свежий взгляд на тот путь развития России,
который отстаивали в конце XVII в. царевна Софья
Алексеевна Романова и её соратники. Вместо того чтобы
навязывать читателю новые схемы, я хочу добиться, что-
бы у каждого сложился свой, личный, новый и ориги-
нальный взгляд на важную и драматичную страницу
родной истории.
В 1689 г. потерпела крах попытка мудрого и спра-
ведливого управления Россией, которое началось в
1682 г. «со всякой прилежностью и правосудием и ко
удовольствию народному, так что никогда такого муд-
рого правления в Российском государстве не было». Так
писал о регентстве Софьи крупный сподвижник Петра
князь Борис Куракин, чья «Гистория о царевне Софье и
Петре» осталась пылиться в архивах. Источники под-
тверждают мнение князя о процветании экономики, на-
уки, ремесел и культуры в России, когда под властью
6
Предисловие
царевны «торжествовала довольность народная». Од-
нако во взглядах на времена власти царевны мало что
меняется. Правление Премудрой Софии веками усилен-
но очерняли. Образ «цепкой и хищной» царевны креп-
ко вбит в сознание читателя.
Личность царевны, правление которой не случайно
изучала по архивам Екатерина Великая, обросла легенда-
ми. Даже хрестоматийный портрет ее, воспроизведенный
И.Е. Репиным,— не подлинный: это сильно искаженная
копия XVIII в. с публикуемого нами оригинала XVII в., на
котором царевна выглядит по-иному. Совершенно иначе,
в свете современных царевне письменных источников, выг-
лядят её личность и деяния. Мы имеем в архивах богатый
материал для характеристики самой царевны и ситуации, в
которой она оказалась после смерти старшего брата Фё-
дора, приучившего народ к реформам «для общей
пользы». В сумме эти источники рисуют нам вовсе не ту
картину жизни «предпетровской» России, какую мы при-
выкли видеть на страницах монографий, учебников и по-
пулярных книг, не говоря уже о театре и кино.
Сегодня мы знаем, что весной 1682 г. дворцовый пе-
реворот противников преобразований, посадивших на
престол 10-летнего Петра, вызвал самое мощное в исто-
рии Москвы восстание против бояр, которые, как пола-
гал народ, «аки волки хотят нас во свое утешение и
насыщение пожирать». Несколько месяцев власть в сто-
лице держали выборные представители солдат, стрель-
цов и посада, а «верхи» тряслись от страха. В царской
семье лишь умная и образованная Софья не испугалась
и собрала группу политиков, чтобы шаг за шагом «ути-
шить» восстание и восстановить самодержавие.
7
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Бурное, полное опасностей, смелых решений и аван-
тюр правление Софьи и канцлера Голицына заслужива-
ет и глубокого исследования, и внимания читателя. Од-
нако в нем с самого начала была заложена драматичес-
кая двойственность: меры по установлению порядка,
правосудия и умножению народного богатства были
необходимы для разобщения подданных и укрепления
аппарата власти. Как только Софья ликвидировала
опасность взрыва народного гнева, она стала не нужна
трону и придворной аристократии, в интересах которых
столь успешно поработала.
После переворота под лозунгом передачи власти
молодому царю Петру началось боярское правление
(1689—1694), такое, какого и боялись восставшие в
1682 г.: «Весьма непорядочное, и недовольное народу,
и обидимое. И в то время началось неправое правление
от судей, и мздоимство великое, и кража государствен-
ная, который доныне продолжаются со умножением, и
вывести сию язву трудно». Так писал Куракин об исходе
драматического столкновения Премудрости и Мздоим-
ства. Публицистичность «Гистории» полезна, тем более
что, находясь в силу своей родовитости «над схваткой»,
князь с беспощадной откровенностью рассказал о тай-
ной подоплеке перемен во власти.
В проницательности с Куракиным сравним лишь
один современник: французский авантюрист Нёвилль
(ударение на последний слог), оставивший в своих за-
писках уникальные страницы о государственных деяте-
лях правительства Софьи и свергнувших его заговор-
щиках, так и не допустивших к власти царя Петра до
смерти его матери в 1694 г. Издаваемые по переводу
8
Предисловие
А.И. Браудо (1891) с поправками по научному изданию
трёх неавторских рукописей (1698), «Записки о Моско-
вии» Нёвилля будут интересны читателю даже больше,
чем их первому адресату: королю Людовику XIV.
Читатель без труда догадается, почему при массовом
переиздании мемуарных сочинений именно записки этих
независимых и проницательных современников, Кура-
кина и Нёвилля, были обойдены. Понять ценность их
взгляда, оценить достоверность многих забытых стра-
ниц можно только с позиции современной науки: тех
новых исторических представлений, которые сложились
в результате кропотливого изучения тысяч старинных
источников. Эта позиция, неизбежно субъективная, по-
скольку историю изучают люди, но именно поэтому
живая и доступная, раскрыта в открывающем книгу раз-
деле «Взгляд историка».
Полагаю, что три совершенно разных взгляда, рав-
но противоречащих стереотипу,— как раз то, что полез-
но интересующемуся историей.
взгляд
СОВРЕМЕННОГО ИСТОРИКА
Легенды и быль о времени царевны Софьи
Осенью 1689 г. в результате дворцового заговора
пало правительство регентства (1682—1689). Вместе с
царевной Софьей Алексеевной покинули государствен-
ную арену политики, дипломаты и полководцы, утвер-
ждавшие за своей страной статус великой державы. Все-
го семь лет «торжествовала довольность народная» —
на смену ей шли «мздоимство великое и кража государ-
ственная, которые доныне продолжаются со умножени-
ем». Драма Премудрой царевны Софьи и ее сподвижни-
ков, подготовивших условия для наступления жесточай-
шей реакции, обернулась трагедией самой большой в
мире страны.
ЛЕГЕНДАРНЫЕ ВРЕМЕНА
Российская история легендарна в прямом смысле.
Исторические легенды веками формировались по заказу
Власти — и всеми средствами вбивались в головы под-
10
Взгляд современного историка
данных. Мифология о временах царевны Софьи — яр-
кий пример трехвековой преемственности государствен-
ной исторической пропаганды.
Разумеется, механизм замены подлинной истории
лубочной картинкой или политическим плакатом не-
прост. Среди историков было немало правдоискателей,
открывавших ту или иную страницу запечатанной в ар-
хивах истины. Множество важных документов и матери-
алов, правдивых исследований опубликовано, немалая
часть лжи опровергнута — но это никак не сказывается
на исторической пропаганде, с замечательным циниз-
мом «не замечающей» истины и продолжающей тира-
жировать отвергнутые наукой представления.
Воздействие приятной Власти легенды на обществен-
ное сознание касается и художников, усиливающих ее
своими бессмертными творениями. Страшная и гадкая
царевна Софья и всепобеждающий реформатор Пётр
(естественно — Великий) на картинах Валентина Серо-
ва — результат длинной серии искажений в изобрази-
тельном искусстве, целенаправленно придававших об-
лику Софьи отвратительность, а образу Петра — возвы-
шенность.
«Хованщина» Модеста Мусоргского — произведе-
ние настолько великое, что лишь большими усилиями
постановщиков «вписывается» в установленную леген-
ду. Неслучайно композитор подчеркнуто смешал в опе-
ре разновременные события, как бы говоря о незначи-
тельности использованной им легенды для существа мо-
гучей музыкальной драмы. Но зритель не может не
отметить, что уступка композитора властям — в сцене с
выскакивающим в конце как черт из бутылки Петром —
11
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
до смешного раздута в классической постановке Киров-
ского (ныне Мариинского) театра, обычно отличающе-
гося вниманием и тактом к авторскому замыслу.
Софья и «старая Русь» в романе Алексея Толстого
«Пётр I», противопоставленные «обновляемой России»
Преобразователя и его «птенцов», — пожалуй, лучшее
выражение государственной легенды. Хотя в этом (и во
многих других) случае талант был куплен и оплачен,
писатель не создал принципиально новой картины,
лишь блестяще воплотив созданные задолго до него
представления, которые и поныне искренне отстаивают
многие завороженные Властью историки.
Но легенда о «старой Руси» и «новой России», царе-
реформаторе и его врагах-реакционерах бытовала не
только в официальной литературе! — воскликнет чита-
тель. — А как же столь славно начинавшие спор с проте-
ста против существующего строя западники и славяно-
филы?! — Здесь нет противоречия.
Софья и Пётр давно стали символами для обозначе-
ния революционного переворота. Петровская «револю-
ция сверху» иллюстрировала тезис, что только Власть
есть творческая сила в обществе. «Европеизация» теши-
ла западников, прощавших прорубавшему «окно в Ев-
ропу» монарху «издержки» в сотни тысяч загубленных
жизней. Петровская политика закрепощения и террора
позволяла славянофилам рисовать идиллические кар-
тинки дореформенной Руси — наподобие модных сей-
час представлений о «чудесной жизни» в Российской
империи до 1917 г.
Только изменение отношения к «революционным
преобразованиям» в целом делает для общественного
12
Взгляд современного историка
сознания доступной истину о тех процессах, что про-
исходили в России в последней четверти XVII в. —
триста лет назад. Без этого определившего нашу даль-
нейшую историю обстоятельства было бы бессмыс-
ленно переиздавать опубликованные столетие назад
бесценные записки русского дипломата князя Бориса
Ивановича Куракина и французского авантюриста де
ла Нёвилля.
Несмотря на ясность взглядов и точность выражения
мыслей этих вполне независимых, но схожих по уму и
информированности авторов, большая часть содержа-
ния их записок о политической жизни России накануне
Петровских реформ попросту прошла бы мимо зашо-
ренного исторической легендой сознания читателей.
Именно так случилось с учеными и любителями истории
прошлого века.
Конечно, содержащиеся в записках любопытные
характеристики и подробности закулисной жизни
«верхов» не могут не запомниться. Но это, на мой
взгляд, недостаточное основание, чтобы тратить время
на чтение книги, когда политическая жизнь бьет клю-
чом прямо с телеэкрана. А вот увидеть через записки
свидетелей подлинную, а не легендарную Россию в пе-
реломный момент ее истории — дело, достойное ума и
весьма полезное практически: для ориентации в исто-
рико-политическом пространстве и различения исти-
ны надувательства, столь милого сердцам власть иму-
щих.
Как заметил в подобном случае русский просвети-
тель и соученик царевны Софьи Сильвестр Медведев,
начиная рассказ о ее пути к власти:
13
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Писание сие хотящу читати —
Достоит ему право разсуждати.
Тем, человече, в жизни сей стрегися,
В законное же зерцало смотрися;
От него можешь бело-черно знати
И яко тебе будет умирати.
Мрачноватая концовка призыва смотреться в зерка-
ло истории пояснена Сильвестром в прозе: общество без
знания истории — как человек без памяти; только прав-
дивую историю «великие люди» не очень-то любят, а
объективные писатели испокон веков сильно рискуют1.
Действительно, автор «Созерцания краткого», «Извес-
тия истинного» и других правдивых книг был обвинен в
том, что, отстаивая право каждого человека «рассуж-
дать», он хочет «попрать всю власть» — и окончил
жизнь на Лобном месте1 2.
Дерзнувший предложить обществу собственное пред-
ставление о миссии России коллега Сильвестра Медве-
дева — историк, публицист, поэт, богослов и компози-
тор Игнатий Римский-Корсаков, митрополит Сибир-
ский и Тобольский, стал на рубеже XVII и XVIII вв.
первым известным писателем, объявленным в России
сумасшедшим (и незамедлительно уморенным в темни-
це). Ав «прогрессивном» XXв. правдивая рукопись
1 Сильвестра Медведева «Созерцание краткое лет 7190, 91 и 92,
в них же что содеяся во гражданстве» / Публ. А.А. Прозоровского //
Чтения в Обществе истории и древностей российских. 1894. Кн. 2.
Отд. 2. С.1—197; новое изд. см.: Россия при царевне Софье и Петре I.
Записки русских людей / Публ. А.П.Богданова. М., 1990. С. 45-200.
2 Прозоровский А.А. Сильвестр Медведев (его жизнь и деятель-
ность). СПб., 1896. Новые факты см.: Богданов А.П. Сильвестр Мед-
ведев. Вопросы истории. 1988. № 2.
14
Взгляд современного историка
книги академика М.М. Богословского «Пётр I. Матери-
алы для биографии» была всего лишь искромсана цен-
зурой, оберегавшей читателя от «излишне откровенно»
изложенных фактов биографии «Отца Отечества»3.
Лишь на исходе третьего столетия нам позволитель-
но приоткрыть зажмуренные в испуге глаза и попробо-
вать рассмотреть драматические события истории, свя-
занные с царевной Софьей и ее современниками, оттал-
киваясь от того, что уже хорошо усвоено — от легенды о
Великом Преобразователе.
ИСТОРИЧЕСКИЙ МИФ
Допетровская Россия, «как всем известно», была от-
сталой патриархальной страной, покрытой «мраком не-
вежества», отгороженной от культурной Европы тради-
ционным недоверием к иноземцам. Жизнь текла сонно,
среди событий особенно заметны Воссоединение России
с Украиной, церковный конфликт Никона и Аввакума,
издание нескольких книг Печатным двором и тщетные
попытки завести училища.
Диссонансом воспринимаются хорошо известные
восстание Степана Разина, Медный и Соляной бунты,
но усилиями советских историков и писателей они на-
шли свое место в картине беспросветной эксплуатации
3 Об Игнатии и его коллегах подробнее см.: Чистякова Е.В.,
Богданов А.П. «Да будет потомкам явлено...»: Очерки о русских исто-
риках второй половины XVII века и их трудах. М., 1988; Богданов
А.П. Творческое наследие Игнатия Римского-Корсакова // Герменев-
тика древнерусской литературы. М., 1993. Вып. 6; и мн.др. Подлинник
полного текста исследования академика М.М. Богословского хранит-
ся в Архиве РАН; он лишь недавно был подготовлен к печати.
15
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
трудового народа, которому не оставалось другого вы-
хода, кроме как безнадежно бунтовать.
Советский человек с легкостью верил, что «трудящим-
ся» чуть не со времен Киевской Руси жилось все хуже и
хуже, не задаваясь вопросом, как крепостным крестьянам
и посадским людям удавалось любить и рожать детей,
неуклонно увеличивая население России, заново заселяя
страну после Великого разорения Ивана Грозного, граж-
данской войны начала XVII в. (Смуты) и опустошавших
государство эпидемий чумы, холеры и оспы.
Промышленников до Петра, надо полагать, не было,
но купцы чем-то там приторговывали (это мы способны
хорошо понять). Дворянство эксплуатировало кресть-
ян, а чем оно еще занималось — неясно, разве что слу-
жило в допотопном ополчении. Невежественные бояре
проводили время на пирах и, «уставя бороды», томи-
лись в огромных меховых шапках и шубах в царской
Думе — высшем законодательном и административном
органе при государе-царе.
«Цари-батюшки» единообразны и различаются толь-
ко степенью кровожадности. Впрочем, в последние годы
их фигуры воспринимаются все более восторженно и уто-
пают в золотом тумане корон, скипетров и держав. Атри-
бутом царской власти являются рынды (почетный караул
у трона) в белых платьях с забавными секирами в руках,
золотыми цепями на груди и с высокими цилиндрически-
ми шапками на головах.
Остаются еще монахи и осанистые попы — в недав-
нем прошлом кровососы-эксплуататоры, а по нынеш-
ним представлениям — единственные носители духов-
ной культуры и организаторы культурных процессов:
16
Взгляд современного историка
переписывания книг, иконописания, колокольного ли-
тья, каменного зодчества и прочих допетровских интел-
лектуальных занятий.
Выросшая в теремном заточении при консерватив-
ном, византийского типа царском дворе, царевна Софья
Алексеевна могла быть только такой, какой представля-
ет ее читатель романа «Пётр I»: хитрой властолюбицей,
цепко и хищно ухватившей полными руками возмож-
ность ценою стрелецкого бунта отобрать власть у свое-
го талантливого и многообещающего брата Петра Алек-
сеевича.
Стрельцы — это древнее небоеспособное войско, по-
грязшее в самовольстве и совершенно лишенное дис-
циплины, — еще с начала XVIII в. изображались как
«янычары». Лишенные понятия о государственной
пользе, они, естественно, служили удобным орудием для
придворных интриганов, покупавших за деньги и дру-
гие подачки помощь стрельцов для убийств и низверже-
ний законных правителей.
Никакими делами, кроме открытия в Москве Славя-
но-греко-латинской академии и неудачных Крымских
походов, правление царевны Софьи не ознаменовалось.
Культурные нововведения — например, новый архитек-
турный стиль — связываются с именами родственников
Петра Нарышкиных. Считается, что лишь при петров-
ском дворе в Преображенском и Семеновском селах под
Москвой в ходе обучения великого преобразователя и
его военных игр рождались ростки нового.
Да и что могло сделать реакционное правительство
Софьи с ее глупыми боярами? Лишь отдельные люди
понимали, в какой глубокой отсталости находится стра-
17
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
на, и выступали «предшественниками» великого Петра
в попытках реформировать Россию по образу и подо-
бию Запада. Монастырская школа Ртищева, псковские
экономические реформы Ордина-Нащокина, перевод-
ческая деятельность Посольского приказа при извест-
ном дипломате канцлере Артамоне Сергеевиче Матвее-
ве — вот скудные ростки в пустыне, которую Пётр пре-
вратил потом в цветущий сад.
Князь Василий Васильевич Голицын, самый извест-
ный член правительства Софьи, знаменит главным об-
разом как любовник царевны. Даже великий русский
историк В.О. Ключевский, задумавший похвалить князя
как «прямого продолжателя Ордина-Нащокина» и
«предшественника Петра», считал Голицына идеалис-
том, уходящим в своих мечтах от действительности.
Естественна неясность очертаний фигур «предше-
ственников» в отличие от «врагов преобразований»
(Софья, злые бояре, буйные стрельцы). Ведь предпет-
ровское время — это лишь темный фон, на котором луч-
ше сияет сказка о преобразователе. Только что ничего
не было — и вдруг вышагивают в европейской форме
Преображенский и Семеновский полки, за которыми тя-
нется всепобеждающая русская регулярная армия.
«Гром победы раздавайся!» витает над новым с иго-
лочки военно-морским флотом, зародившимся в 1695—
1696 гг. на Воронежских верфях и впервые «промыш-
лявшем» в Азовском море. Длинные бороды и подолы
безжалостно обрезаны преобразовательскими ножни-
цами — и вот уже блистают петровские ассамблеи с
танцами и, соответственно, прекрасными дамами в на-
рядах по европейской моде.
18
Взгляд современного историка
Пётр проводит «индустриализацию» страны, строит
заводы на Урале, да не какие-нибудь, а металлургичес-
кие. Страна покрывается мануфактурами, через «окно в
Европу» плывет заморская торговля, «все флаги в гос-
ти» едут к нам. Крестьян, правда, все еще эксплуатируют
крепостники, зато дворяне получают образование и ста-
новятся нужными для крепнущего государства — теперь
все поголовно служат для пользы страны.
Науки, искусство и литература процветают, насаж-
даются училища, иноземцы просвещают диких москови-
тов. Последние сопротивляются, но постепенно сдаются
под грозной дубиной Петра, который и сына не жалеет в
стремлении искоренить темную старину. Одновременно
насаждается царем свободомыслие и «падают оковы»
религиозности (последний шаг ныне не одобряется).
Царство сменяется империей — и Россия, став вдруг
великой державой, прославленной военными победа-
ми над самим Карлом XII, распространяет свое дипло-
матическое влияние на весь цивилизованный мир. На-
чинаются научные экспедиции — и «русские немцы»
увековечивают приоритет новой родины множеством
открытий.
Застарелая и неповоротливая Боярская дума заме-
няется самым современным Сенатом, допотопные при-
казы — коллегиями, воеводы и дьяки — губернаторами,
прокурорами и фискалами. Всюду новые люди: в пра-
вительстве, окружении Петра, промышленности, армии,
науке. Господствуют новые прогрессивные идеи «обще-
го блага» и «государственной пользы», таланты «из
низов» получают заслуженные ими посты. После веков
застоя начинается героический период истории.
19
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
* * *
Все это — легенда. Действительная картина столь
разительно отличается от описанного, что нам кажется,
будто легенда стерла с карты мира целую страну — с ее
богатствами, культурой, людьми и драматическими кон-
фликтами, с одного из которых начался путь к власти
царевны Софьи Алексеевны.
КАТАСТРОФА
День 27 апреля 1682 г. Софья провела у постели
умирающего брата Фёдора — царя-преобразователя,
чье семилетнее правление, будучи наконец описанным,
войдет в историю страны одной из великих страниц4.
С ней находился младший брат — 16-летний царевич
Иван и сестры по отцу Алексею Михайловичу и матери
Марии Ильиничне Милославской. 10-летний царевич
Пётр, сын второй жены царя Алексея Наталии Кирил-
ловны Нарышкиной, со своими родичами и сторонни-
ками был занят другим делом. Каким, вскоре станет
ясно.
Не успел государь скончаться, как бояре, придворные,
приказные дельцы и духовенство во главе с патриархом
Иоакимом нарекли царем малолетнего Петра, рассчиты-
вая полюбовно поделить между собой реальную власть.
Большинство «в верхах» не хотело ни продолжения ре-
форм, ни возвращения удаленных Фёдором от правления
4 Характеристику царствования реформатора см. также: Богданов
А.П. Фёдор Алексеевич // Вопросы истории. 1994. № 7; он же: Царь
Фёдор Алексеевич // Филёвские чтения. Вып. VI. М., 1994; он же:
В тени Великого Петра. М., 1998.
20
Взгляд современного историка
Милославских: одно из двух было весьма вероятно при
воцарении Ивана. Хорошо продуманный дворцовый пе-
реворот осуществлялся успешно — немедленно была про-
ведена присяга Петру в Кремле, готовились к рассылке
«крестоцеловальные грамоты» для всей страны5.
Но за стенами сказочно-прекрасного кремлевского
дворца с его золочеными теремами и переходами, вися-
чими садами и прудами, за украшенными изумрудными
шатрами кремлевскими башнями лежал вовсе не сказоч-
ный огромный город, жители которого оставляли за
собой право «свое суждение иметь».
Население крупнейшего города Европы имело для
этого основания. Оно производило в России больше
всего товаров и вело самые крупные торговые опера-
ции, было по тем временам достаточно образованно.
В целом по стране священники и купцы были грамотны
почти стопроцентно, монахи — на 75 %, дворяне — на
65 %, посадские люди — на 40 %, крестьяне — на 15 %,
причем в столице темп роста грамотности с 1670-х по
1690-е гг. вырос втрое6.
Москвичи проявляли повышенный интерес к отече-
ственной и переводной литературе, сами переписывали,
5 Подробнее о перевороте и народном восстании 1682 г. см.:
Буганов В.И. Московские восстания конца XVII в. М., 1969; Богданов
А.П. Летописные известия о смерти Фёдора и воцарении Петра Алексе-
евича // Летописи и хроники. Сб. 1980 г. М., 1981; он же: Начало
Московского восстания 1682 г. в современных летописных сочинениях
// Там же. Сб. 1984 г. М., 1984; он же: Нарративные источники о
Московском восстании 1682 года. 4. 1-2 // Исследования по источ-
никоведению истории России (до 1917 г.). М., 1993,1995.
6 Богоявленский С.К. Научное наследие. О Москве XVII века. М„
1980. С.160; Соболевский А.И. Образованность Московской Руси XV—
XVII вв. Изд. 2-е. СПб., 1894.
21
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
редактировали и составляли множество публицистических
сочинений, «тетрадей» по злободневным политическим и
иным вопросам, в обсуждении которых «на пиршищах и
на торжищах» участвовали даже «жены и детищи»7.
Никогда, кроме XX в., Россия не пережила столько
народных восстаний, сколько в «бунташном» XVII сто-
летии. Что-что, а «тихим» предпетровское время назвать
нельзя! Начавшись гражданской войной (осложнившей-
ся, как у нас водится, интервенцией), век был заполнен
крестьянскими, казацкими и городскими восстаниями, в
которых москвичи нередко выступали заводилами, и не-
безрезультатно.
Соляной налог побудил посадских людей столицы в
1648 г. показать властям, что народ устал от произвола.
Волна восстаний прокатилась по множеству городов, и
правительство вынуждено было созвать Земский собор
для принятия знаменитого Уложения, на два столетия
ставшего основным законодательным кодексом государ-
ства. В 1662 г. восставшие москвичи убедили правитель-
ство отказаться от разорительной денежной реформы, с
помощью которой власти пытались поправить финансы
за счет народа.
В апреле 1682 г. Москва поднялась на крупнейшее
за все столетие восстание, чтобы не позволить боярам за
спиной неспособного к правлению 10-летнего ребенка
Петра «государством завладеть». Вслед за столицей на-
род восстал во многих других городах; волнения охва-
тили и Дон, где всего десятилетие назад было подавлено
восстание Разина.
7 См., например: Богданов А.П. Перо и крест. Русские писатели
под церковным судом. М., 1990. Гл. IV.
22
Взгляд современного историка
Положение блокированного в центре Москвы царс-
кого двора усугублялось тем, что все квартирующие в
столице военные силы были на стороне восставших.
Лишившись возможности даже помыслить о том, чтобы,
по обыкновению, перевешать бунтовщиков, власти за-
метались. Нет, «верхи» не отказались от междоусобной
борьбы: к середине мая коалиция заговорщиков раско-
лолась, оскорбленная прорвавшейся к власти группи-
ровкой родичей Петра Нарышкиных и их возвращенно-
го из ссылки покровителя, экс-канцлера Артамона Мат-
веева. Между политическими стычками хозяева Кремля
вовсю даровали себе чины и имущества. Однако ни од-
ного шага к спасению не было сделано.
Стрельцы и солдаты московского гарнизона неслу-
чайно оказались во главе восстания. Начиная с «одоле-
ния» Казанского ханства в 1552—1557 гг. московские
стрельцы, жившие полковыми слободами вокруг столи-
цы, составляли ударную силу русской армии, а в мирное
время обеспечивали порядок к Москве, неся карауль-
ную и пожарную службу. Число их полков-«приказов»
росло, оружие и выучка совершенствовались, «посыл-
ки» на год и два для исполнения важных миссий на
окраинах учащались. При этом стрельцы, используя на-
логовые льготы сравнительно с «черными» (податны-
ми) жителями московского посада, ухитрялись успешно
развивать в своих слободах ремёсла и торговлю.
Вместе с размещёнными в столице двумя «выборны-
ми» (гвардейскими) полками солдат именно стрельцы
принимали главный удар врага и первыми шли в атаку
на поле битвы. Это было вовсе не «игрушечное» войско
московских дворян, которые одевались из царской казны
23
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
на парад, а настоящие суровые профессионалы войны.
Но для властей эти «служилые по прибору» оставались
людьми второго сорта, которых дворянам-начальникам
дозволялось бить, унижать и даже грабить, задерживая
государево жалованье и делая из него «вычеты» для сво-
их нужд.
Привыкшие к взаимовыручке и решению вопросов
«общим советом» полка (на котором обсуждали кол-
лективные расходы и службы, выбирали десятников,
пятидесятников и сотников), служивые волновались еще
зимой, при жизни царя Фёдора, требуя оградить их от
«налогов начальнических и нестерпимых обид» времен-
щиков, которым они подвергались едва ли не в большей
мере, чем жители московского посада.
После переворота в пользу Петра, окончательно по-
теряв надежду на справедливость «доброго царя», пол-
ки восстали, изгнав дворян-командиров и избрав из сво-
ей среды «выборных» для защиты общих интересов.
Весть о столичных волнениях всколыхнула провинци-
альные гарнизоны, но главное — регулярные полки
придали восстанию организованность, несвойственную
скоротечному бунту (что впоследствии дало основание
домыслам о «заговоре Софьи», «Хованщине» и т.п.).
15 мая 1682 г. тщательно подготовленное в «кругах»
(полковых советах) и на тайных совещаниях стрелецких
и солдатских выборных людей вооруженное восстание
началось. Рано поутру во главе с новоизбранными ко-
мандирами, с развернутыми знаменами и полковыми ор-
кестрами, в полном вооружении и с пушками, из опоясы-
вающих Москву стрелецких слобод и солдатских Бутыр-
ских казарм двинулись к центру города колонны лучших
24
Взгляд современного историка
в России войск, прославленных за столетие многими по-
бедами, разгромивших в недавней войне (1672—1681)
отборные силы янычар и знаменитейших полководцев
Османской империи.
Стрельцы и солдаты были единодушны — старых
командиров, прислужников и «ушников» начальства
они заблаговременно истребили и разогнали, многие
полковники сами бежали в страхе. Двигавшиеся со сто-
роны Бутырских казарм выборные солдатские полки
аккуратно связали генерала Аггея Алексеевича Шепеле-
ва, проявившего во время восстания такую же неустра-
шимость, как и в 1678 г., когда он, надев шапку на шпа-
гу, шел впереди своих бойцов на штурм Чигиринских
высот, нашпигованных окопавшимися янычарами луч-
шего турецкого полководца Кара-Мустафы.
Горожане, шедшие за стройными колоннами и соби-
равшиеся в многочисленные толпы, проявляли меньше
единодушия. Так и должно было быть — ведь на улицы
вышли люди и по занятиям, и по убеждениям разные: от
богатого промышленника до наемных работных людей.
С целью политической агитации стрельцы и солдаты
послали глашатаев кричать, что бояре-изменники не
только отравили царя Фёдора (вестимо отравили —
иначе, откуда они знали, что он не проживет еще не-
сколько часов, когда присягали Петру?!), но покусились
уже на жизнь царевича Ивана: отравили или задуши-
ли — кому что больше нравится.
Слухи подтолкнули на Кремлевскую площадь даже
неустойчивых, неверящих в успех восстания. Впрочем,
сопротивления почти не было. Привилегированный бе-
лый полк царской охраны влился в ряды пестрых стрель-
25
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
цов (голубые кафтаны с желтыми патронташами и сапо-
гами, коричневые с красным одежды) и солдат в темных
кафтанах, частью в тяжелых кирасах и шлемах. Охран-
ный полк открыл ворота Кремля. Несколько ружейных
залпов снесли с Ивановской площади боярских и дво-
рянских вооруженных холопов.
Выстроившиеся перед дворцом восставшие потребо-
вали выдать им строго по составленному и тщательно
обсужденному в «кругах» списку 40 «изменников»: из-
девавшихся над народом правителей, главных заговор-
щиков, отнявших власть у совершеннолетнего царевича
Ивана и подозреваемых в отравлении царя Фёдора. Вы-
веденных напоказ маленького царя Петра и царевича
Ивана восставшие проигнорировали, патриарха и вид-
ных государственных мужей не стали слушать: «Не тре-
буем никаких ни от кого советов!»
С Петром на всю жизнь остался ужас, пережитый,
когда восставшие выбрасывали из дворца на копья и
«рубили в мелочь» его родственников и царедворцев.
Животный страх слился с ненавистью, впитанной с ма-
лолетства, когда мать и родичи царевича, предприняв
неудавшуюся попытку захвата власти после смерти царя
Алексея, в завистливой злобе прозябали на задворках
пышного двора царя Фёдора Алексеевича.
Богомольный 16-летний царевич Иван был поверг-
нут в оцепенение происходящим на глазах душегубством
и окончательно отказался от занятий делами мирскими.
Во всполошенной восставшими царской семье было
множество царевен — теток и сестер Ивана и Петра, — в
том числе знаменитая советница царя Фёдора, строи-
тельница и меценатка Татьяна Михайловна. Царевны
26
Взгляд современного историка
вместе с царицей Наталией Кирилловной прятали пре-
следуемых от разъяренных стрельцов, воспользовав-
шись даже покоями юной вдовы Фёдора, царицы Мар-
фы Матвеевны Апраксиной. Но активно вмешаться в
события они оказались неспособны.
Подавляющее большинство государственных деяте-
лей и царедворцев, застигнутых во время ежедневного
утреннего собрания во дворце, даже не отдавало себе
отчета в том, что они не подвергаются непосредственной
опасности, поскольку восставшие ищут именно объяв-
ленных «изменников». Правда, трудно было спокойно
созерцать расправы, тем более что стрельцы убили кое-
кого по ошибке, обознавшись. Гибель князя Михаила
Долгорукова, а затем его отца князя Юрия Алексеевича
с несколькими военными, не столько помешавшими,
сколько разозлившими стрельцов сопротивлением и уг-
розами, усилила панику. Правящая верхушка была де-
морализована.
Хотя уже 17 мая восставшие, пытками добившись
признания «виновных» в отравлении царя Фёдора и за-
вершив казни, объявили о воцарении в столице спокой-
ствия (и даже помиловали оставшихся в живых «измен-
ников»), большинство бояр, окольничих, думных дво-
рян и дьяков разбежались по своим вотчинам, забившись
«аки подземные кроты» в дальние деревни. Лишь немно-
гие из родовой знати — часть Одоевских, И.М. Милос-
лавский, В.В. Голицын, Хованские, М.П. Головин и др. —
сочли недостойным оставить царскую семью в руках вос-
ставших.
18 мая оставшиеся в Москве вельможи образовали но-
вое правительство вместо истребленного и разогнанного.
27
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Сложность состояла в том, что для жителей столицы, вос-
ставших против попытки «верхов» «царством владети паче
прежнего, и людьми мять, и обидети бедных, и прода-
вать», новые власти не являлись авторитетом. Но юный
Пётр и Иван, царицы и царевны оказались небеззащитны.
Из их перепуганной толпы выступила царевна Софья
Алексеевна, обладавшая незаурядным умом, отмеченным
еще знаменитым просветителем Симеоном Полоцким, у
которого она осваивала курс «свободных наук» вместе с
будущим царем Фёдором Алексеевичем.
ПРЕМУДРАЯ ДЕВА
Первым побуждением царевны была, надо полагать,
борьба за власть своего клана — детей первой жены
Алексея Михайловича Марии Ильиничны Милослав-
ской, их родичей и окружения. На похоронах Фёдора
Алексеевича 28 апреля она вопреки традиции шла за
гробом, заставив Петра с матерью в возмущении поки-
нуть церемонию. Вероятно, она действительно опаса-
лась за жизнь единокровного брата Ивана, когда в пер-
вых числах мая возмущение народа дворцовым перево-
ротом не удалось утихомирить даже официальными
сообщениями, будто бы Пётр избран на царство Земс-
ким собором «всенародно и единогласно»8.
8 О фальсификации соборных грамот и обстоятельствах долгого
пути Софьи к власти см.: Богданов А.П. К вопросу об авторстве
«Созерцания краткого лет 7190, 91 и 92, в них же что содеяся во
гражданстве» // Исследования по источниковедению истории СССР
дооктябрьского периода. М., 1987. Ср. наиболее подробную биогра-
фию царевны: Hughes, Lindsey. Sophia regiency of Russia: 1657—1704.
New Heven—London, 1990. Недавно вышел её перевод: Линдси Хьюз.
Царевна Софья. СПб., 2001.
28
Взгляд современного историка
Но обстоятельства штурма Кремля и последующие
действия восставших дали «мужеумной царевне» по-
нять, что спасать следует уже не только права претен-
дентов на престол или положение отдельных людей, а
само государство. Софья стала выступать перед восстав-
шими от имени царской семьи, не выказывая ни малей-
шего испуга перед смятенными толпами и окровавлен-
ным оружием. Ее поистине пугало другое — невиданная
организованность бунта, строгая дисциплина, с самого
начала установленная стрельцами и солдатами.
Закрыв кабаки и публично казнив тех, кто бросился
грабить (в том числе нескольких своих товарищей), слу-
живые заявляли, что решили установить свой порядок
всерьез и надолго. Публично выступая от имени закон-
ного наследника престола Ивана Алексеевича (что Со-
фья могла бы только приветствовать), восставшие до-
вольно спокойно согласились с настоянием патриарха
Иоакима и вельмож, чтобы корону сохранил и Пётр,
затем позволили боярам постепенно уклониться от стре-
лецкого требования наречь Ивана «первым», а Петра
«вторым» царем.
«Царистские иллюзии» были лишь внешней оболоч-
кой стремления служивых стать постоянными гаранта-
ми «общей пользы», правды и справедливости для «вся-
ких чинов людей», начиная с защиты «государева здо-
ровья». Софья спешила удовлетворить стрельцов и
солдат, истощив казну и обложив данью монастыри,
чтобы выплатить недоданное служивым за десять лет
жалованье, обещая новые прибавки и поблажки, нака-
зывая по их требованию особенно ненавистных полков-
ников.
29
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Но зачинщики восстания выступали не только от
своего имени: они требовали «жалованных грамот»,
удовлетворивших бы интересы всех служивых второго
сорта — «по прибору» (в отличие от дворянства, слу-
жившего «по отчеству» за поместные оклады). Во избе-
жание нового взрыва народного бунта и для успокое-
ния волнений, охвативших многие российские города,
пришлось утвердить грамоты о месте в Российском го-
сударстве, правах и обязанностях купцов, промышлен-
ников, посадских людей, ямщиков, пушкарей, воротни-
ков (городской стражи) и т.п.9
За казенный счет на Красной площади был воздвиг-
нут памятник победе восставших над «изменниками-бо-
ярами», «чтобы впредь иные, помня ваше государское
крестное целование, чинили правду» и не наносили
«обиды» подданным. Современники по достоинству
оценили это поразительное событие, как и новое назва-
ние московских полков: «надворная пехота» (в проти-
вовес дворянам-кавалерам) становилась «правым кры-
лом» царской власти! Ведь она была организованной
общественной силой и в прошедших войнах сыграла
главную роль, особенно заметную на фоне неудач дво-
рянской конницы.
Декларации о новых гарантах «правды» сопровож-
дались конкретными делами. Утверждая право «служи-
лых по прибору» на место в системе государственной
власти, восставшие послали во все правительственные
учреждения по двое «выборных». Вскоре в центральных
ведомствах отбою не стало от поверивших в правосудие
9 См.: Восстание в Москве 1682 г. Сб. документов. М., 1976.
30
Взгляд современного историка
челобитчиков, хотя, конечно, в основе своей управлен-
ческая система не изменилась.
В успокоенную внешне Москву возвращалась знать,
вновь закипели придворные страсти, уезжали в деревни
свергнутые временщики, в том числе глава клана Мило-
славских Иван Михайлович, лишь ненадолго получив-
ший изрядную власть, но вскоре «задвинутый» сомкнув-
шимся за спиной Петра большинством представителей
правящей верхушки. 25 июня, когда Иван и Пётр были
венчаны на царство, Наталия Кирилловна торжествова-
ла, заняв первое место при царях. Имя Софьи даже не
всегда упоминалось среди членов царской семьи!
Придворные повели себя по-прежнему, словно не за-
мечая, как «невегласы-мужики» пытались на их глазах
«государством управляти», диктуя свою волю Думе и
приказам. Между тем система власти трещала по швам в
центре и на окраинах, откуда тщетно взывали к Москве
воеводы. Софье, В.В. Голицыну, Одоевским и некото-
рым приказным деятелям (Ф.Л. Шакловитому, Е.И. Ук-
раинцеву и др.), понимавшим меру опасности, при-
шлось спасать самодержавное государство невзирая на
придворные распри.
Виднейший сторонник Петра патриарх Иоаким, диск-
редитировавший себя в глазах народа участием в придвор-
ных интригах, в июле подвергся смертельной опасности.
Сторонники сожженных по его настоянию в апреле лиде-
ров старообрядчества (протопопа Аввакума, Епифания и
др.), пользуясь сочувствием многих стрельцов, горожан и
даже знати (например, нового руководителя Стрелецкого
приказа князя Ивана Хованского), двинулись на Кремль,
чтобы искоренить «никонианское» духовенство.
31
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Царская семья и двор были уведомлены, что если кто-
то из них заступится за церковные власти, то всем, включая
юных царей, «от народа не быть живым». Софья запрети-
ла патриарху выходить на площадь и приказала вождям
староверов явиться на «прение о вере» в Грановитую па-
лату. «Ужаса смертного исполненные» бояре умоляли ца-
ревну не ходить, спасти себя и всех «от напрасныя смерти».
— Если и так, — сказала Софья, — то будь воля Бо-
жия; однако не оставлю я святой Церкви и ее пастыря,
пойду туда!
Она заняла в Грановитой палате Царское место, по-
садив рядом с собой царевну Татьяну Михайловну. Ца-
рица Наталия Кирилловна в этот раз охотно уступила,
расположившись в креслах под троном с царевной Ма-
рией Алексеевной и патриархом Иоакимом.
В ходе «прений» царевна взяла на себя главную роль,
доведя вождей староверов до неистовства и продемонстри-
ровав выборным стрельцам, что их проповедники — враги
государственного порядка и буяны. Хитроумнейшими ма-
неврами она избежала вспышки бунта, затянула «прения»
до вечера, когда толпы москвичей стали расходиться по
домам, привлекла на свою сторону часть стрельцов. Но-
чью, когда главные староверы остались одни с немного-
численными сторонниками, они были схвачены и вскоре
казнены. Церковная иерархия была спасена10.
10 Помимо сторонника Софьи Медведева о ее роли рассказывает
видный участник раскольничьего бунта: Романов Савва. История о
вере и челобитная о стрельцах // Летописи русской литературы и
древности, издаваемые Н.С. Тихонравовым. М., 1863. Т.5. С. 111 —
148. Подробнее см.: Богданов А.П. Летописец и историк конца XVII
века: Очерки исторической мысли «переходного времени». М., 1994.
С. 109-116.
32
Взгляд современного историка
Даже вернейшие сторонники Петра поняли, что пока
восставшие могут вещать от имени царей, ситуация ка-
тится к катастрофе. Они доверились Софье — и та смог-
ла, усыпив бдительность восставших, вывезти царскую
семью из Москвы и «странным путем», уйдя от стрелец-
кой охраны и запутав погоню, спрятать ее за стенами
Троице-Сергиева монастыря.
Пока царедворцы умирали от страха, готовые раз-
бежаться при очередном ложном известии о походе
стрельцов из Москвы (где даже на Новый год, 1 сентяб-
ря, не осталось ни одного дворянина), назначенный
главнокомандующим князь Василий Голицын и думный
дьяк Разрядного приказа Фёдор Шакловитый сумели за
месяц собрать армию из более чем ста тысяч человек,
против менее чем 25 тысяч стрельцов и солдат (не счи-
тая, правда, «черных людей» Москвы).
Тем временем Софья нанесла свой удар, выманив из
Москвы и казнив по ложному доносу князя Ивана Хо-
ванского со старшим сыном Андреем (17 сентября).
Тем самым она лишала восставших возможности при-
дать своим действиям хоть какую-то видимость одоб-
рения со стороны знати. Стране было объявлено, что
все московское восстание с самого начала — результат
заговора Хованских, стремившихся к захвату царской
власти.
Официальная пропаганда делала все, чтобы не до-
пустить распространения сведений об истинных причи-
нах и целях восстания. Объявленные по городам и весям
грамоты о «злохищном умышлении» Хованских как бы
объясняли, почему с мая по август правительство шло
на поводу у бунтовщиков. Ирония истории состояла в
33
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
том, что несколько лет спустя такое же обвинение было
брошено самой Премудрой царевне Софье.
Криво усмехнулась история и Голицыну — видному
военному и дипломатическому советнику царя Фёдора,
приложившему немалые усилия для завершения пере-
хода русской армии к системе регулярного строя, что
было начато еще в 1630-х гг. Благодаря военно-ок-
ружной реформе 1679 г. русская армия стала регуляр-
ной на 4/5 своего состава. Она насчитывала 55 тысяч
вооруженных по последнему слову техники стрельцов,
61,3 тысячи солдат, 30,5 тысячи рейтар, полки и эскад-
роны драгун, гусар, отдельные артиллерийские соеди-
нения и т.д.11
Как раз в конце 1681-го — начале 1682 г. собор
«великих государевых ратных и земских дел», обсудив
под председательством Голицына современную ситуа-
цию в европейском военном деле, пришел к решению о
реформировании последних сил дворянского ополче-
ния — Государева двора (отменив заодно местниче-
ство)12. Но по этим реформам Центр России, где шла
мобилизация против восставших, был лишь базой по-
полнения полков, расположенных в пограничных во-
енных округах!
Голицын не решился снимать войска с границ, на
которые, по сведениям Посольского приказа, уже напа-
ли кочевники и куда жадно посматривали поляки и шве-
11 Чернов А.В. Вооруженные силы Русского государства в XV—
XVII вв. М., 1954.
12 О делах князя подробнее см.: Богданов А.П. Василий Василье-
вич Голицын // «Око всей Великой России»: Об истории русской
дипломатической службы XVI-XVII вв. М., 1989.
34
Взгляд современного историка
ды, турки и татары. Лишь из Великого Новгорода были
вызваны 40 тысяч более-менее организованных бойцов.
Закаленные в непрерывных войнах прошлых десятиле-
тий полки западных и юго-западных округов остались
на местах, тем более что они сами волновались и не
были полностью дворянскими. Строитель регулярной
армии оказался командующим древнего ополчения из
дворян и их холопов — единственной силы, пригодной
для карательных функций. Неудивительно, что двор
временами готов был сдаться на милость восставших, а
храбрые вояки Голицына вместо похода на Москву ду-
мали о зимовке под Троицей13.
Политическая мудрость, с которой Софья сумела
«утишить» восстание путем переговоров, постепенно
заставив стрельцов и солдат отказаться от опасных
для самодержавия требований, ставит ее в ряд выдаю-
щихся государственных деятелей Европы XVII в. Раз-
деляя и подкупая, уговаривая и устрашая, пугая мол-
чанием и произнося пламенные речи, царевна сначала
привела стрельцов и солдат к перемирию без призна-
ния ими «вины», затем заставила принять новые «жа-
лованные грамоты» взамен прежних (закреплявших
победу восстания) и снести памятник на Красной пло-
щади, наконец, руками смирившихся с отказом от це-
лей восстания служивых подавила отдельные вспыш-
ки недовольства. В ноябре 1682 г. царский двор вер-
нулся в столицу. В январе 1683 г. история восстания
завершилась.
13 Богданов А.П., Возгрин В.Е. Московское восстание 1682 г. гла-
зами датского посла // Вопросы истории, 1986. № 3.
35
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ВОЗРОЖДЕНИЕ ГОСУДАРСТВА
Восстание не дало царевне Софье формальных при-
знаков власти. Большинство при дворе составляли сто-
ронники Петра, и даже придворные панегиристы не спе-
шили поздравить Софью с титулом правительницы. Но
самые злые ее враги понимали, что только царевна и ее
сподвижники, в первую очередь Голицын и Шаклови-
тый, способны шаг за шагом разрядить мину, которую
подложило под себя феодальное государство, вооружив
и обучив военному делу горожан-стрельцов и крестьян,
из которых набирались даже «выборные» солдаты.
Действительно, Шакловитый, ставший во главе Стре-
лецкого приказа, предложил правительству долгосроч-
ную программу «перебора» регулярных пехотных пол-
ков, включающую в себя их рассредоточение, постепен-
ное исключение взрывоопасных элементов, разделение
привилегиями, недопущение скопления «критической
массы» недовольных и т.п. Потребовались годы, чтобы
опасность нового восстания была сведена к минимуму.
Правительству феодального государства пришлось
считаться с интересами торгово-промышленного населе-
ния, располагавшего крупными капиталами и целой ар-
мией работных людей. Стратегическое значение для раз-
вития страны имели не только казенные заводы и ману-
фактуры в Москве, крупные промышленные предприятия
в Туле, Олонце и на Урале, металлургические заводы и
горные промыслы, быстро разросшиеся с 1620-х гг. (а не
с петровского времени, как часто считают).
Подавляющую часть сырьевых и промышленных то-
варов создавали мелкие производители: городские ре-
месленные люди и крестьяне, составлявшие сильную
36
Взгляд современного историка
конкуренцию «указным» крепостническим заводам и
мануфактурам даже в 1720—1740-е гг., несмотря на
энергичные истребительные меры Петра и его преемни-
ков: уничтожавшиеся сотнями домницы, оружейные куз-
ницы, ткацкие промыслы все равно производили желе-
зо, металлические изделия и полотна дешевле и лучшего
качества, чем «настоящие фабриканты», подконтроль-
ные военно-полицейской машине14.
Промышленные (например, солеваренные) районы
имели центры не только в городах, но и в торгово-
промышленных селах, таких как Лысково, Мурашкино,
Иваново, Спасское, были связаны транспортной инф-
раструктурой и торговыми капиталами, в которых по-
мимо духовных и светских феодалов, «именитых лю-
дей» и крупных купцов (типа Строгановых и Гурьевых)
все более значительную роль играли крестьяне (Калмы-
ковы, Глотовы, Федотовы-Гусельники, Осколковы,
Шангины и др.), фактически владевшие целыми сельс-
кими округами и городами, огромными промыслами и
сотнями тяжелогрузных судов.
Эффективность сложившейся хозяйственной систе-
мы проявилась, например, в огромном размахе камен-
ного строительства во время правления царя Фёдора и
Софьи. Только прямой вывоз русских товаров за рубеж
через Архангельский порт ещё в середине века по сто-
имости превысил миллион рублей в год (эта цифра со-
ставляет более 18 млн по золотому курсу начала XX в.).
Колоссальный доход давала торговля России с Восто-
14 Любопытные факты социально-экономической истории см.:
Автократова М.И., Буганов В.И. Сокровищница документов прошло-
го. М., 1986. С. 135-170.
37
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ком, не считая выгод закрепленного за русским купече-
ством европейско-азиатского транзита через террито-
рию России по Великому Волжскому пути (в Астрахани
одной пошлины собиралось более тысячи золотых в
день) и через Урал и Сибирь.
Не имевшие иного политического голоса, кроме бун-
та (ибо Земские соборы давно превратились в фикцию),
торгово-промышленные круги были связаны с прави-
тельством узким слоем лиц, входивших в привилегиро-
ванные корпорации гостей, Гостиную, Суконную и Када-
шевскую сотни и т.п. Для радикальной защиты строя их
можно было лишь уничтожить (например, конфискаци-
ей капиталов, вывозом работных людей и карательными
походами), заменив промышленниками-крепостниками,
подконтрольными бюрократическим структурам (Берг-,
Мануфактур-, Коммерч- и прочим коллегиям).
Такая акция, хотя и позволяла расширить экспорт
сырья по демпинговым ценам, неизбежно вела к кризису
(который и грянул впоследствии, уже при Екатерине II)
из-за отставания производительности рабского труда от
вольнонаемного, развивавшегося на Западе, в то время
как в России он истреблялся при Петре и его преемни-
ках. Она означала также разгром экономики, на кото-
рый Софья и ее советники не могли пойти уже в силу
особенностей воспитания.
Но главное — царевна при всем желании не смогла
бы принять радикальных мер спасения феодального го-
сударства, не потеряв власти в придворной борьбе еще
до того, как произошел бы социальный взрыв. Софья
умиротворяла торгово-промышленное, прежде всего
городское и сельское государственное (а не крепостное)
38
Взгляд современного историка
население, следуя привитой ей Симеоном Полоцким
органической теории «порядка» в отношениях между
частями «государственного тела»: головой-правитель-
ством и местной администрацией, производительными
руками, ногами и т.п.
— Невозможно имать мирствовать многое множе-
ство людей, не возъимев в судах правосудства, — указы-
вал царевне Сильвестр Медведев.
И Софья действительно, вслед за царем Фёдором,
сосредоточила внимание на контроле за правосудием и
искоренении должностных злоупотреблений, продол-
жила практику передачи управленческих функций (осо-
бенно финансовых) выборным людям от налогопла-
тельщиков.
Очевидное значение имело утверждение единых по
России мер и весов (1686), разработка «новоприбавоч-
ных статей» о разбойных и татиных (воровских) делах к
Соборному уложению 1649 г., издание Новоторговых
уставных статей (1687) и дополнений к Новоторговому
уставу (1689), утверждение государственного тарифа на
ямские перевозки (1688), которыми была связана вся
страна. Софья и ее сподвижники реально совершенство-
вали систему законов по защите имущественных прав
подданных.
Правительству одной из мощнейших в экономичес-
ком отношении держав было совершенно ясно страте-
гическое значение экспорта: еще в 1630-е гг. одними
лицензиями на экспорт хлеба Россия финансировала
участие в европейской войне Швеции15. Но канцлер
15 Поршнев Б.Ф. Тридцати летняя война и вступление в нее Шве-
ции и Московского государства. М., 1976; и др.
39
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Василий Голицын, прекрасно разбиравшийся в техни-
ке (и одно время руководивший Пушечным двором),
не спешил «рубить окно» в технологически передовую
Западную Европу и превращать Россию в ее сырьевой
придаток. Он считал необходимым развивать собствен-
ные технологии, в том числе используя западный опыт.
Прибирая к рукам государственный аппарат, Голи-
цын уделял особое внимание качеству приглашаемых в
Россию западных специалистов, причем даже зарубеж-
ные гости отмечали, что «новые» иностранцы значи-
тельно компетентнее «старых». Внедрение новых техно-
логий и знаний (начиная, по обыкновению, с военных)
и повышение конкурентоспособности русской промыш-
ленности сделало бы со временем актуальным прорыв
на Балтику, к которому чуть ли не все столетие призыва-
ли Россию западные страны16.
Голицын и сама Софья, активно участвовавшая во
внешнеполитических делах, поддерживали переговоры
о франко-датско-бранденбургско-русском союзе про-
тив Швеции, но в конечном итоге использовали их для
давления на шведскую дипломатию и продления мира с
откладыванием спорных территориальных вопросов на
будущее. Было ясно, что западные партнеры склонны
переложить основную тяжесть предстоящих военных
действий на Россию (как это и произошло в Северную
войну): ее взаимное со Швецией истощение было лишь
на руку Парижу, Копенгагену и Бранденбургу.
Но над возведенным Голицыным новым зданием По-
сольского приказа недаром был повешен глобус. Отлич-
16 Форстен Г.В. Балтийский вопрос в XVI и XVII столетиях.
СПб., 1893-1894. Т. 1-2; и др.
40
Взгляд современного историка
но налаженная дипломатическая и разведывательная
служба позволяла правильно ориентироваться в делах
Европы и значительной части Азии. Сводки о последних
событиях регулярно ложились на стол Голицына, Софьи
и, в сокращенном виде, зачитывались в Думе. Из наивных
в своём коварстве замыслов иностранных дипломатов,
рассчитывавших без труда обмануть «тёмных москови-
тов», извлекалась польза для России.
Заключив выгодные договоры с Данией и Швецией,
укрепив контакты на уровне великих и полномочных
послов с Францией, Англией, Голландией, Испанией,
Священной Римской империей германской нации, Пап-
ским престолом, мелкими государствами Германии и
Италии, правительство Софьи и Голицына обеспечило
себе условия для активизации политики на юго-западе,
где лежали огромные земли Дикого поля, Крым, Балка-
ны (откуда неслись просьбы об освобождении от ту-
рок), Константинополь и проливы, открывающие путь
на Ближний Восток, еще не знающий англичан.
Защищая русскую промышленность меркантилист-
скими мерами с Запада, открыть ей огромный рынок
слаборазвитого Востока — такой путь мог изменить всю
историю России. Но Софью, и особенно Голицына, не
следует считать ни праздными мечтателями, ни ставлен-
никами торгово-промышленных кругов. Прежде всего,
сразу за чертой пограничных укреплений — «засечных
черт» — они видели земли, которых требовало дворян-
ство, заглотившее огромные пожалования за «троиц-
кую службу» 1682 г. и ждавшее новых раздач.
Пограничье впитывало в себя массы беглых крепост-
ных, а правительство десятилетиями не могло их вер-
41
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
нуть владельцам и по необходимости верстало беглецов
в военную службу на местах, узаконивая их освобожде-
ние от помещиков. Потому крымская опасность торчала
занозой в сердцах душевладельцев. Мероприятия Со-
фьи и Голицына по укреплению положения дворянства,
такие как работа созданной после отмены царем Фёдо-
ром местничества Родословной комиссии (кодифициро-
вавшей знатное происхождение), бледнели перед воз-
можностью ворваться в ненавистный и богатый Крым,
изловить в порубежных районах и Диком поле своих
беглых, присвоить тысячи четвертей самой плодород-
ной в Европе земли.
Но с запада нависала Речь Посполитая, не смиривша-
яся с возвращением Россией своих исконных смоленских
и Киевских земель. Прошлая война с Турцией и ее васса-
лом Крымом была сорвана предательством Польши —
вероломного союзника, заключившего позорный сепа-
ратный мир с врагом и грозившего самой России. Тогда,
в 1678 г„ царю Фёдору Алексеевичу пришлось дать лич-
ный секретный приказ военачальнику Г.Г. Ромоданов-
скому, в трехдневном сражении разбившему лучшие силы
турецкого полководца Кара-Мустафы, покинуть и раз-
рушить Чигирин, мешавший началу мирных переговоров
с Турцией и Крымом. В 1682 г. за такое «предательство»
Ромодановский был убит стрельцами и солдатами. Зато
России удалось без потерь выйти из войны один на один
с мощным противником и заключить в 1681 г. компро-
миссный Бахчисарайский мир17.
17 Богданов А.П. Как был оставлен Чигирин: мотивы принятия
стратегических решений в Русско-турецкой войне 1673—1681 гг. //
Военно-историческая антропология. Ежегодник 2003/2004. Новые
научные направления. М., С. 174—192.
42
Взгляд современного историка
Голицын знал о жгучем желании поляков взять ре-
ванш за потерянные земли: даже во время Московского
восстания Посольский приказ получал секретнейшие
королевские документы о подготовке вторжения в Рос-
сию. Но теперь, когда объединенные силы Священной
Римской империи, Польши и Венеции с трудом отбива-
лись от турок и татар, когда Кара-Мустафа чуть не взял
Вену, а воинственный польский король Ян Собеский
едва унес ноги из Молдавии, Россия имела средства зас-
тавить Речь Посполитую навечно отказаться от терри-
ториальных претензий.
Переговоры были сложны. Споры с польскими по-
слами в Москве в 1684 г. закончились впустую. Но пра-
вительство Софьи и Голицына организовало давление
на поляков со стороны Империи (которой обеспечило
временный нейтралитет Франции на Рейне) и даже рим-
ского папы. На Речь Посполитую стала хмуро смотреть
и традиционно союзная ей Франция; отказался от пере-
говоров с поляками Крым...
Ян Собеский и его паны сдались. После бурных пе-
реговоров в Москве в 1686 г. был подписан договор о
Вечном мире России и Польши, а в 1687 г. в Кракове
король, рыдая от огорчения, ратифицировал документ
о правах России на все отвоеванные ею земли. Одновре-
менно признавалась власть митрополита Киевского над
православными Польши и Литвы — а тот, благодаря
хитроумной дипломатической операции на Востоке, пе-
решел от Константинопольского патриарха под власть
Москвы18.
18 Греков И.Б. «Вечный мир» 1686 г. // Краткие сообщения
института славяноведения АН СССР. М., 1951. № 2; и др.
43
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ПРАВИТЕЛЬНИЦА И ЕЁ КРУГ
Чтобы понять значение Вечного мира 1686 г., нуж-
но учитывать, что по всем договорам после Воссоедине-
ния России и Украины русские цари клятвенно обещали
вернуть полякам Киев. Закрепление его за Россией было
столь знатной победой, что злейшие враги Софьи при
дворе не смогли воспрепятствовать официальному при-
знанию ее власти: отныне имя царевны включалось в
царский титул после имен Ивана и Петра19.
Сторонники Софьи добились этого далеко не сразу.
Имя Софьи начало появляться в правительственных
внутренних документах осенью 1682 г. и употреблялось
все чаще в бумагах учреждений, которыми руководил
В.В. Голицын. К лету 1683 г. ее влияние настолько уп-
рочилось, что царевну признали правительницей при-
дворные панегиристы: письменные и устные похвалы
мудрости и добродетелям Софьи достигли пика к лету
1686 г. — подданные отдавали себе отчет, что именно ее
«девственному разуму» обязаны внутренним миром и
внешними успехами Российского государства20.
19 См. архивную справку, составленную при Екатерине II: Само-
державие царевны Софьи по неизданным документам (из переписки,
возбужденной графом Паниным) / Публ. Е.Д. Лермонтовой // Рус-
ская старина. 1912. № 2 (отд. оттиск М., 1912).
20 См. тексты: Памятники общественно-политической мысли в Рос-
сии конца XVII века: Литературные панегирики / Публ. А.П. Богданова.
М., 1983. Вып.1—2; Богданов А.П. Сильвестра Медведева панегирик ца-
ревне Софье 1682 г. // Памятники культуры. Новые открытия. Ежегод-
ник за 1982 г. Л., 1984. С. 45—52; Формирование публицистического
образа Софии-Премудрости изучено: Богданов А.П. София — Премуд-
рость Божия и царевна Софья Алексеевна. Из истории русской духовной
литературы и искусства XVII века // Герменевтика древнерусской лите-
ратуры. М., 1994. Вып.7; он же: Царевна Софья в современных поэтичес-
ких образах // Культура средневековой Москвы: XVII век. М., 1999.
С. 305—325; он же: Московская публицистика последней четверти XVII
века. М., 2001. С. 210—242 (раздел «Правление царевны Софьи»).
44
Взгляд современного историка
Подписав Вечный мир и добившись его ратифика-
ции, Россия одновременно стала членом Священного
союза с Римской империей германской нации, Речью
Посполитой и Венецией против Османской державы и
подданного ей Крыма. Сверх договора союзники Рос-
сии в случае решительной победы, не оставляя себя в
накладе, отводили ей значительную часть Балканского
полуострова, Константинополь и проливы. В 1687 г.
Голицын стал главнокомандующим российской армией,
готовящейся к решительному наступлению на юге.
С этого момента, как справедливо заметил побывав-
ший в Москве француз де ла Нёвилль, началось падение
канцлера и всего правительства Софьи. И дело было
отнюдь не в безуспешности Крымских походов 1687 и
1689 гг., как веками пытались уверить историки, и даже
не в росте консервативной оппозиции Софье и Голицы-
ну, хотя та проявляла себя весьма круто и в проповедях
патриарха, и в Думе, и в армии.
В то время когда выдающийся русский публицист
архимандрит Новоспасского монастыря Игнатий Рим-
ский-Корсаков произносил пламенные речи перед пол-
ками, уходящими на юг, призывая «мужественных рато-
борцев» спасти порабощенных турками православных
братьев и на крыльях двуглавого орла вернуть крест
Христов Святой Константинопольской Софии, патри-
арх Иоаким публично предрекал несчастье русской ар-
мии, зараженной присутствием офицеров-иноверцев21.
21 Богданов А.П. «Слово воинству» Игнатия Римского-Корсако-
ва — памятник политической публицистики конца XVII в. // Исследо-
вания по источниковедению истории СССР дооктябрьского периода.
М., 1984. Подробнее о борьбе идей вокруг Крымских походов см.: он
же: От летописания к исследованию: Русские историки последней
четверти XVII века. М., 1995. С. 107-198, 380-423.
45
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Нельзя сказать, что патриарх, признанный глава
российских «мудроборцев», отвергал все подряд куль-
турные и технические новшества: Русская православная
церковь предпетровского времени была вовсе не столь
консервативна, как это обычно изображают. Если пат-
риарх Никон еще крушил «фряжские иконы» (написан-
ные под влиянием итальянской школы), то при его пре-
емниках западноевропейская живопись прочно утвер-
дилась при царском дворе, «першпективным письмом»
расписывались под руководством патриаршего секрета-
ря — известного поэта Кариона Истомина — дворцы
светской знати и палаты духовных лиц.
Уже при царе Фёдоре двор и гражданские служащие
облачились в короткое европейское платье (без него, по
указу, не допускали в Кремль), а военные привыкли к
нему давно — солдаты и драгуны, например, ходили в
коротких кафтанах и со шпагами с 1630-х гг. Очень мно-
гие при дворе стригли на западный манер бороды и усы
вразрез с церковной традицией, держали не только пев-
чих для светских вокальных «партесных» концертов, но и
клавесины, органы и целые инструментальные оркестры.
Кстати, европейские линейные ноты пришли на сме-
ну старинным крюковым тоже в 1670-х гг., а первые
русские театры и танцы во дворце появились в недолгие
годы счастья царицы Наталии Кирилловны, когда она,
воспитанница Артамона Матвеева (женатого на шот-
ландке Гамильтон), нарушив вековую традицию, стала
даже появляться перед народом.
В 1680-е гг. новые дворцы знати, их убранство, ут-
варь, кареты, одеяния представителей «верхов» поража-
ли иностранцев роскошью, а не какой-то спецификой. Не
46
Взгляд современного историка
все, как В.В. Голицын, владели древними и новыми язы-
ками, но увлечение музыкой и литературой уже приобре-
тало повальный характер. Те, кто не мог сочинить при-
личную для двора речь, заказывали стихотворные вирши
(вплоть до тостов и надписей на подарках) писателю-
профессионалу. А с новейшей стихотворной эпитафией
хоронили родных даже купцы и подьячие22.
«Зрением и потребством вещей человек веселит-
ся!» — провозглашал писавший все выступления патри-
арха Иоакима (а потом Адриана) Карион Истомин —
модный в те времена придворный литератор. И действи-
тельно, изящные и технические «художества» наполня-
ли жизнь московского двора при правлении Софьи.
Хотя царевна, в отличие от старшего брата Фёдора, не
вникала лично в работу мастеров и изобретателей
праздников, она позволила сестрам, теткам и вдовству-
ющим царицам завести собственные дворы, обеспечив-
шие художников всех специальностей массой заказов.
Сохранившиеся документы Российского государ-
ственного архива древних актов говорят о соревнова-
нии вырвавшихся из терема дам в роскоши и изяществе
нарядов, дворцовых убранств, мастерстве их певческих
и инструментальных капелл, тщательности подготовки
праздничных действ. Заказывавшиеся царевнами латы,
оружие и даже боевые знамена свидетельствуют, что
царственные девы оказывали внимание не вышедшим из
цветущего возраста мужчинам.
До прихода Софьи к власти женская половина царс-
кой семьи общалась только с боярынями и женской при-
22 Богданов А.П. Стих и образ изменяющейся России: Последняя
четверть XVII — начало XVIII в. М., 2004.
47
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
слугой, пожилыми родственниками и «старыми бояра-
ми» — особенно доверенными мужчинами не первой мо-
лодости, ставшими своего рода членами семьи. Явление
при царе Фёдоре среди «комнатных бояр» 33-летнего
князя Василия Голицына, элегантного и образованного
по высшим европейским меркам, не могло не произвести
глубокого впечатления на 19-летнюю Софью.
Сложившийся через семь лет в борьбе с Московским
восстанием политический союз Софьи и Голицына, бла-
годаря которому царевна обрела личную свободу, впол-
не мог стать и союзом любовным. О последнем после
падения правительства регентства ходили сплетни, но
единственное письмо царевны, где она, обращаясь к кня-
зю как к члену семьи, называет Голицына «братцем Ва-
сенькой», «светом моим» и «батюшкой»23, было напи-
сано во время нежной дружбы Софьи с другим челове-
ком — Фёдором Леонтьевичем Шакловитым.
Первый был интеллигентным государственным де-
ятелем, второй — смелым политическим дельцом. Оба
отличались от фаворитов XVIII в. тем, что сделали ка-
рьеру отнюдь не через царевнину постель. Ровесник
царевны Софьи, Шакловитый стремительно выдвинул-
ся в Приказе тайных дел царя Алексея (1673—1675) и
стал дьяком важнейшего Разрядного приказа — своего
рода министерства обороны Российского государства.
В разгар Московского восстания он стал думным дья-
ком, после казни Хованских возглавил Стрелецкий
приказ, а в конце 1683 г. за выдающиеся успехи в «пе-
23 Это обычные обращения близких людей к князю, см.: Допол-
нения к Актам историческим. Т. XI—XII; Временник МОИДР. М.,
1850. Кн. IV; Грамотки XVII — начала XVIII в. М„ 1968; и др.
48
Взгляд современного историка
реборе» стрелецких полков был пожалован в думные
дворяне.
Именно Шакловитый руководил кадровой полити-
кой правительства регентства, имея исключительное
право доклада Боярской думе о штатах и окладах цент-
ральных ведомств. Острый ум, мужество и просто д’ар-
таньяновская выносливость Фёдора Леонтьевича не раз
использовались Голицыным в затруднительных поло-
жениях. Так что звание ближнего окольничего, полу-
ченное летом 1689 г., было небольшой платой мелкому
дворянину Шакловитому в век, когда такой же дворян-
чик Ордин-Нащокин и стрелецкий полковник Матвеев
становились боярами и канцлерами, а Дума была зап-
ружена выслужившимися из низов штатскими чиновни-
ками и генералами.
Если страсть и присутствовала в жизни Софьи (зас-
тавляя ее во время любовной связи с Шакловитым укра-
шать свою спальню по его вкусу), она не демонстриро-
валась при дворе и не проявлялась в государственной
деятельности царевны. Всемогущая на взгляд со сторо-
ны правительница России вынуждена была жертвовать
своими симпатиями. Так было, например, в 1685 г., ког-
да соученик и тайный советник Софьи Сильвестр Медве-
дев принес ей для реализации утвержденные царем Фё-
дором принципы первого российского университета.
Всесословное учебное заведение, призванное дать
России специалистов в различных областях науки и кад-
ры для государственных учреждений, задумывалось как
полностью автономное в экономическом, политическом
и идейном отношении, по прямому смыслу понятия
«свободной мудрости» (его аналогов в России до сих
49
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
пор не создано). «Мудроборцы» во главе с патриархом,
разумеется, подняли страшный вой, призывая не допус-
тить в Россию эту «искру западного зломысленнаго
мудрования», — и Софья предала память брата.
Вместе с проектом Академии была похоронена пер-
вая в России независимая от церкви типография, осно-
ванная царем Фёдором, его проекты епархиальной ре-
формы и системы училищ для детей нищих и сирот. Для
искоренения на Руси латыни — языка науки и междуна-
родных отношений — была закрыта латинская гимна-
зия Медведева, замененная «эллино-славянскими схо-
лами» ученых греков Иоанникия и Софрония Лихудов.
Сам Голицын вольно или вынужденно покровитель-
ствовал «грекофилам», развернувшим злобную травлю
Медведева и его друзей-просветителей24.
Вообще в отношении к Медведеву любопытно рас-
крывается степень политических компромиссов ведущих
деятелей регентства. Софья запретила преследуемому
церковными властями Медведеву покидать Москву даже
тогда, когда призыв публициста «разсуждати себе» по-
родил обвинение, что тот «хочет наступи™ и попрати
всю власть, царскую же и церковную, того ради и к
людям пишет!». Устранившись от конфликта, она пока-
зала своему врагу-патриарху, что без помощи светской
власти он не может схватить даже одного монаха, защи-
щаемого народными толпами.
Финансировавший затеи «грекофилов» Голицын пе-
редал украинскому духовенству их и просветителей по-
24 Подробнее см.: Очерки истории школы и педагогической мыс-
ли народов СССР с древнейших времен до конца XVII в. М., 1989.
Раздел 1. Гл. III. Параграф 3; и др.
50
Взгляд современного историка
лемические книги, будто бы не ожидая, что ученые-ук-
раинцы активно выступят в поддержку Медведева, про-
тив патриарха. Эта уклончивая осторожность особенно
любопытна у человека, открыто отстаивавшего свободу
веры для иностранцев в споре со своим другом Игнати-
ем Римским-Корсаковым и врагом Иоакимом, догово-
рившимся до того, что вместе с костелами и кирхами на
территории государства следует уничтожить все мечети,
и запретившего православным воинам хоронить своих
погибших на войне иноверных товарищей!
Делая ставку на иностранных специалистов, Голи-
цын был тверд как кремень. Именно вести о свободе
всякому исповедовать свою веру вели в Россию отлич-
ных гражданских и военных мастеров из Западной Ев-
ропы, раздираемой религиозными сражениями. Поддер-
живая христианизацию внутри страны, канцлер не мог
применять насильственных мер к язычникам, и а осо-
бенно к мусульманам, начиная наступление на Крым и
владения Османской империи.
Этот конфликт с «ревнителями благочестия», «ста-
ромосковской» или «великорусской» партией дорого
стоил личному авторитету Голицына. Дошло до того,
что целая группа дворян из влиятельных фамилий яви-
лась на службу в полки в траурной одежде, поддержи-
вая пророчества патриарха о поражении Крымского
похода. Но само согласие канцлера возглавить военную
кампанию и принять ответственность за осторожность
главнокомандующего, которая обычно объявляется
трусостью и предательством, свидетельствовало, что
князь Василий Васильевич решительно ставит интересы
государства выше личных.
51
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ТЕРНИИ ВЛАСТИ
Поход 1687 г., когда главная русско-украинская ар-
мия повернула назад из выжженных крымчаками сте-
пей, был воспринят в России как поражение Голицына.
Между тем в ходе его командующий обнаружил, что
украинский гетман Иван Самойлович, одержимый идеей
борьбы с поляками, сознательно препятствует наступ-
лению на Крым. Прилетевший из Москвы на переклад-
ных Шакловитый действовал блестяще: вскоре Самой-
лович уже спасался от возмущенных казаков в лагере
Голицына и был преспокойно арестован, а на его место
выбран верный идее борьбы с Крымом Мазепа.
Дворянство в армии, которая вместо лихого налета
на крымские владения была занята в знойной степи тя-
желыми земляными работами, проклинало своего вое-
начальника; враги Голицына в Москве распространяли
слухи об огромных потерях и чуть ли (согласно пред-
сказанию патриарха) не поражении русских сил. Да,
главное войско ничего не приобрело, кроме мозолей,
но Россия в составе Священной лиги добилась крупной
победы над врагом.
При одном известии о выступлении российской ар-
мии в Стамбуле началась паника. Крики «русские идут!»
заставили султана бежать в Азию. Фанатики бросались
с минаретов, чтобы не сдаваться «неверным». Между
тем русско-украинский корпус во главе с воеводой Ле-
онтием Романовичем Неплюевым и непобедимым гене-
ралом Григорием Ивановичем Косаговым прошел по
низовьям Днепра, снося на своем пути крепости Шах-
Кермен, Ислам-Кермен, Изюм-Кермен и приближаясь к
Очакову.
52
Взгляд современного историка
Белгородская орда, недавно разгромившая короля Яна
Собеского в Молдавии, на свою беду заступила путь вои-
нам Косагова: вскоре ее остатки уже прятались в буераках.
Турки, оставившие собранную в поход на Польшу армию
для защиты Стамбула, вынуждены были снять гарнизоны
из Морей и Греции и на кораблях Средиземноморского
флота перебросить вместе с янычарами в устье Днепра. Но
было поздно. Прибывшие турки увидали лишь развалины
Очакова и не вняли обращенному к ним призыву Косагова
«на берег сойти» — только ругались «по-янычарски».
В войне наступил перелом. Австрийцы взяли Будин,
поляки наступали в Молдавии и Валахии, венецианцы
почти без боя овладели Мореей и высадились в Афинах.
Но дела обстояли хуже, чем хотелось бы Голицыну.
Приторно-льстивые благодарственные грамоты из Вены
и Венеции показывали, что, удовлетворив свои основ-
ные притязания, союзники готовы забыть о Священной
лиге и обратить взоры к конфликтам на Западе, особен-
но к опасному усилению Франции. Поляки не скрывали
реваншистских настроений и в разгар боев уверяли Ев-
ропу, будто Россия не двинула армию в поход и вообще
сговаривается с татарами напасть на Польшу.
Чтобы сохранить Лигу, энергично трудились рус-
ские посольства в Париже, Лондоне, Мадриде, Берлине,
Флоренции, Амстердаме, Копенгагене и Стокгольме.
Используя данные разведки, русские послы и посланни-
ки сумели сорвать сепаратные переговоры с турками в
Вене и Венеции. Сильная агентура Посольского и Раз-
рядного приказов действовала в Польше.
С самого начала похода Голицын широко использо-
вал дипломатические каналы и особенно газеты для вы-
53
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
годного освещения событий, допустив иностранных
корреспондентов не только в Москву, но — вопреки
обыкновению — и в собственную ставку главнокоман-
дующего. Сразу после возвращения войск через нидер-
ландского резидента Иоганна фон Келлера в Амстерда-
ме было распространено на латинском, немецком и
французском языках публицистическое «Сказание» о
роли России в Священной лиге и официальных планах
дальнейшей войны, разосланное затем по главным сто-
лицам Европы25.
Долг России перед союзниками был выполнен в точ-
ном соответствии с договором 1686 г. — крымский хан,
озабоченный исключительно защитой своих владений,
не мог более помогать туркам на западных фронтах.
Генеральное наступление на крымские и османские вла-
дения могло оттянуть на Россию основные силы непри-
ятеля и позволить союзникам удачно выскользнуть из
войны. Но именно решительной битвы с «агарянами»
хотели русские и украинские войска, хотел царский
двор, хотели многие слои населения, хотел в глубине
души и сам Голицын.
Недаром в его ставке первый русский ученый-исто-
рик Андрей Иванович Лызлов работал над монографи-
ческим исследованием многовековой борьбы оседлых
народов Европы со «скифами» — кочевниками, при-
шельцами из Азии, обосновавшимися на юго-востоке
25 Бабушкина Г.К. Международное значение Крымских похо-
дов 1687 и 1689 гг. // Исторические записки. М., 1950. Т.ЗЗ;
Богданов А.П. «Истинное и верное сказание» о I Крымском походе
1687 г. — памятник публицистики Посольского приказа // Проб-
лемы изучения нарративных источников по истории русского сред-
невековья. М., 1982.
54
Взгляд современного историка
Европы, анализируя причины поражений христианских
стран, военно-экономический потенциал неприятеля и
пути к победе26. Недаром Посольский приказ вел пере-
говоры с представителями православного населения
Балкан, желавших после изгнания турок перейти в рос-
сийское подданство.
Новоизбранный гетман Иван Исаевич Мазепа немед-
ленно объявил Украине и Европе, что Крым будет поко-
рен и заселен казаками и верными татарами. «Войною в
Крым!» — говорили в Москве, писали в русских лето-
писцах и западных газетах. В 1688 г., когда Неплюев с
Косаговым продолжали начатое армией во время пер-
вого похода строительство передовых баз далеко в Ди-
ком поле, Шакловитый выехал в ставку Мазепы для сек-
ретного совещания, на котором стоит остановиться под-
робнее27 .
Фаворит Софьи жаждал крупных внешнеполитичес-
ких успехов, ибо после празднования Вечного мира уси-
ления власти правительницы более не происходило.
Попытка прощупать общественное мнение насчет воз-
можности венчать царевну на царство провалилась —
не только канцлер Голицын, но и зависимые от Шакло-
витого люди считали такое нарушение традиций недо-
пустимым и опасным.
Хотя панегиристы уподобляли Софью Алексеевну
божественной Премудрости и возносили над царями
Иваном и Петром, царевну лишь до поры до времени
терпели. Женив Ивана Алексеевича на первой красави-
26 Лызлов Андрей. Скифская история. М., 1990.
27 Востоков А.[Х.] Посольство Шакловитого к Мазепе в 1688 г. //
Киевская старина, 1980. Т. 29. № 4—5.
55
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
це двора Прасковье Фёдоровне Салтыковой, Софья на-
деялась получить наследника престола для своего кла-
на. К ее сожалению, рождались девочки: между тем Пётр
взрослел и его двор вскоре мог потребовать свою долю
власти. Отвергнуть эти притязания было бы трудно, по-
скольку Голицын и другие друзья Софьи в Думе не име-
ли подавляющего авторитета и тем более большинства,
вынуждены были мириться с выходками князей Долго-
руковых, патриарха Иоакима и пр.
Связав свою судьбу с судьбой царевны, Шаклови-
тый был готов на все для закрепления ее власти. Он
предоставил Сильвестру Медведеву подлинную докумен-
тацию Разрядного и Стрелецкого приказов для истори-
ко-публицистической книги о московских событиях
1681—1683 гг., в которой Медведев доказывал невоз-
можность народ «силой в покорении иметь» и демонст-
рировал блага мудрого правления на примере царевны
Софьи.
Жест Шакловитого был небескорыстен: в «Созерца-
ние» попал акт о «всенародном и единогласном» избра-
нии Софьи правительницей России в мае 1682 г.! «Пет-
ровцы» не могли опровергнуть подделку, поскольку
сами сочинили во время Московского восстания подоб-
ный акт об «избрании» Петра. Таким образом, получа-
лось, что царевна имеет формальные права на власть
наравне с царями.
Не без совета с Медведевым Шакловитый задумал
прославить царевну новым в России средством — поли-
тическим плакатом. К лету 1689 г. несколько плакатов
было отпечатано в сотнях экземпляров, распространя-
лось в Москве и за рубежом. Помимо коронационных
56
Взгляд современного историка
портретов царевны в полном царском облачении, среди
плакатов было изображение св. Феодора Стратилата —
патронального святого главы Стрелецкого приказа —
да еще с его пышным дворянским гербом28.
Письменная, устная и изобразительная агитация в
пользу коронации царевны сочеталась у Шакловито-
го с помышлениями радикально избавиться от Петра
и его родичей. Но составить заговор ему не удалось —
облеченные доверием Шакловитого стрельцы пришли
за советом к Медведеву, проповедь которого приоб-
ретала в Москве все больший авторитет. Согласив-
шись, что от победы «петровцев» и союзных с ними
«мудроборцев» хорошего ждать нечего, ученый лите-
ратор отверг террор как политическое средство и
объяснил, что, воспользовавшись заговорщиками как
орудием, власть имущие обязательно уничтожат их,
чтобы замести следы29.
Закрепить регентскую власть Софьи царской коро-
ной Шакловитый мог надеяться только на волне успе-
хов ее политики. Здесь он шел на любые махинации,
даже приказал через голову Посольского приказа рус-
скому посольству в Китай уступить для скорейшего зак-
лючения мира русский Амур! Позорный Нерчинский
договор был заключен в 1689 г. и уже не принес пользы
сторонникам Софьи. Говоря годом раньше с Мазепой,
Шакловитый хотел извлечь выгоду из общественного
подъема на борьбу с басурманами.
28 Богданов А.П. Политическая гравюра в России периода регент-
ства Софьи Алексеевны // Источниковедение отечественной истории.
1981. М., 1982.
29 См.: Богданов А.П. Перо и крест. С.343-344.
57
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Гетман и фаворит учитывали, что, несмотря на пре-
восходство русской регулярной армии над османской,
ее поход на Балканы невозможен. Господствуя на море,
турки держали в руках и пересекающие сухопутные ком-
муникации крупные реки (Буг, Днестр, Дунай). Впро-
чем, одни расстояния делали невозможным снабжение
крупных войск без собственного флота.
Строительство верфей для военно-морского флота
на реке Воронеж началось в прошлую турецкую войну
(1672—1681) под руководством воеводы Б.Г. Бухвосто-
ва. За конструкцию морских кораблей отвечал Я.Л. По-
луектов, построивший первый корабль европейского
уровня еще в 1669 г. на Оке («Орел»). В 1674 г. эскадра
из 25 кораблей под командой Г.И. Косагова прорвалась
с Дона в Азовское и Черное моря и «промышляла над
турецкими и крымскими берегами».
Однако даже непобедимый генерал Григорий Ива-
нович Косагов признал, что для завоевания господства
на море мелкосидящие суда, построенные в реках, недо-
статочны — в дальнейшем около ста мореходных кораб-
лей и сотни речных судов использовались лишь в реках
и прибрежных азовских водах30.
Мазепа и Шакловитый согласились, что для созда-
ния мощного флота подходит одна база — Крым. Кроме
того, было ясно, что оставлять у себя в тылу враждебное
ханство невозможно. Мазепа с казацкой удалью пред-
ложил ворваться в Крым зимой по льду Сиваша, везя
припасы и фураж для коней на санях, но согласился, что
30 Загоровский В.Б. Судостроение на Дону в XVII веке и исполь-
зование Россией донского парусно-гребного флота в борьбе против
Крымского ханства в Турции. Л., 1961; и др.
58
Взгляд современного историка
взятие османских крепостей и отражение последующего
турецкого десанта невозможно без русской регулярной
пехоты.
Тут размашистые стратеги уперлись в проблему, не-
разрешимую для европейской военной науки, требовав-
шей от регулярной пехоты сложных боевых построений
для обязательного прикрытия мушкетеров пикинёрами.
Поэтому даже при хороших коммуникациях наука зап-
рещала войскам удаляться от магазинов далее чем на
три перехода: ведь при соприкосновении с противником
пехота становилась малоподвижной, а в походном
строю не могла сражаться. Разгром Яна Собеского в
Молдавии в 1685 г. еще раз показал, что против воен-
ной науки не попрешь.
ЦЕНА ПОБЕДЫ
Между выдвинутыми в Дикое поле отлично воору-
женными крепостями Голицына и Перекопом лежала
непреодолимая по европейским канонам полоса степей,
за которую крымчаки — лучшая по выездке и маневрен-
ности, хотя и слабо вооруженная кавалерия — будут
биться насмерть. Шакловитый, наверное, пошел бы на
серьезные потери, бросив вперед кавалерию Косагова,
забыв о судьбе 15-тысячного полка тяжелой конницы,
начисто вырубленного крымчаками под Конотопом при
Алексее Михайловиче.
Но армия была вручена Голицыну, потрясшему Ев-
ропу в 1689 г. невиданной тактикой и приведшему регу-
лярные полки под стены Перекопа почти без потерь.
Этот «мечтатель», как называли канцлера и генералис-
59
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
симуса историки, сумел не только опередить военную
мысль, но и провести свои замыслы в жизнь, опираясь
на созданную в России техническую базу.
Изобретение тактики, поразившей крымчаков в Ди-
ком поле в конце XVII в., позже приписывали Румянце-
ву, Суворову и Наполеону. Подвергаясь непрерывным
атакам кавалерии, войска Голицына наступали колон-
нами и «шли як вода, не останавливаясь, только отстре-
ливались». Мушкеты пехоты и карабины рейтар были
дополнены винтовками (они так тогда и назывались) и
большим количеством гранатометов, не говоря уже о
ручных гранатах. Полевая артиллерия унифицирован-
ных калибров двигалась в боевых порядках батальонов
и рот. Плотный огонь 112 тысяч мушкетов и карабинов
и 350 орудий буквально сметал с поля всадников, ата-
ковавших с невероятной храбростью. 15, 16 и 17 мая
сам хан водил в бой крымчаков, остатки Белгородской
орды, черкесов и турецкий корпус; волны кавалерии ле-
тели на русские ряды по восемь часов кряду, но разбива-
лись о свинцовую преграду.
Дважды враг прорывал ряды казачьих полков, и Ма-
зепа с личной гвардией с трудом восстанавливал положе-
ние. Но русские регулярные полки оставались неуязви-
мы, ни разу не допустив врага на сабельный удар. Актив-
ная оборона и мужество крымчаков были сломлены.
Сжигая свои становища, они бежали за Перекоп, к кото-
рому 20 мая подошла армия Голицына. Времени для за-
воевания Крыма было достаточно. Хан просил милости
и обещал покориться «под державу великих государей».
Будь Голицын только военачальником, он пожал бы
лавры великого полководца. Достаточно было отдать
60
Взгляд современного историка
приказ, чтобы слабые укрепления Перекопа были сме-
тены и российские полки заняли Крым. Маловероятно,
чтобы турецкие гарнизоны устаревших крымских кре-
постей оказали сильное сопротивление регулярной ар-
мии с лучшей в Европе артиллерией. Взятие Крыма де-
лало безвыходным положение турецких войск в Азове.
А подавление очагов сопротивления в труднодоступных
местах было вполне по силам русским и украинским
казакам.
Однако главнокомандующий сознавал сложность
развертывания широкой кампании на Крымском полуос-
трове, в особенности с точки зрения поддержания комму-
никаций и бесперебойного снабжения соединений. Голи-
цын-политик понимал, что Крым уже выбит из войны, и
Российское государство получило мощные средства дав-
ления на ханство, блокировав его современными крепос-
тями и угрожая неотразимым вторжением. Огромные зем-
ли Дикого поля открывались для земледельцев, а эконо-
мика ханства была подорвана. Лишенное возможности
крупных грабительских набегов, Крымское ханство теря-
ло средства оплаты закупок зерна в Турции.
Справедливости ради следует отметить, что страте-
гические выводы канцлера были справедливы. Соглас-
но записям в Боярской книге массовые раздачи земель
российскому дворянству в честь Вечного мира 1686 г. и
за Крымские походы превзошли все, что было роздано
за Русско-турецкую войну при Алексее и Фёдоре, и даже
щедрые пожалования за свержение Софьи и Азовские
походы при Петре I31.
31 Российский государственный архив древних актов. Ф. 210.
БК-12.
61
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Сроки выдачи беглых крестьян и холопов для 87 го-
родов и земель Белгородской засечной черты, потеряв-
шей оборонительное значение, были к восторгу дворян-
ства увеличены в 5 раз! А в пораженном голодом Крыму
начался мор, ужаснувший современников: для спасения
своего гибнущего вассала Турция в начале XVIII в. доби-
валась разрушения степных голицынских крепостей бо-
лее, чем возвращения Азова32. Продолжая свою полити-
ку и замкнув блокаду крепостями на Днепре, канцлер
имел верный шанс сделать хана «подданным царским»,
как и ожидали современники.
Уклонившись от лестного предложения получить
Константинополь, Голицын и Софья в случае победы
Священной лиги желали взять Крым плюс Азов и Оча-
ков (то есть Дон и Днепр). Скромность российской дип-
ломатии объяснялась тем, что союзники чуть ли не в
открытую вели сепаратные переговоры с турками и та-
тарами. Священная Римская империя, получив все же-
лаемое после взятия Белграда в 1688 г., спешила сра-
зиться с Францией, вновь устремившей силы в Герма-
нию. Венеция, отступив из Афин, но сохраняя Морею,
увидела предел своих военных возможностей. Польша,
по обыкновению, прельщала крымчаков совместным
ударом по России.
Страх каждой страны крупно проиграть, оказавшись
в сепаратных договорах последним, помогал искусным
русским дипломатам дезавуировать переговоры одних
32 Маньков А.Г. Развитие крепостного права в России во второй
половине XVII в. М.-Л., 1962; Отдел рукописей Российской государ-
ственной библиотеки. Ф. 29. № 65. Л.125—127; Турция накануне и
после Полтавской баталии (глазами австрийского дипломата). М.,
1977. С. 39-40, 47-48; и др.
62
Взгляд современного историка
союзников с помощью других. Но, переступив порог
Крыма, Россия автоматически становилась опаснейшим,
смертельным врагом Османской империи, позволяла
союзникам удачно выйти из войны с одной из мощней-
ших держав мира. И тогда, стоило начаться затяжным
боям или случиться, не дай бог, неудаче — нападение
Польши, Швеции и восстание части подвластных Рос-
сии племен можно было предсказать уверенно.
Как и в 1678 г. под Чигирином, государственные
интересы требовали остановить наступление после вну-
шительной победы, когда солдаты и офицеры, дворяне
свиты и воеводы рвались в бой. Но теперь у Голицына
не было полководца, который принял бы на себя обви-
нения и поношения за исполнение секретного указа.
Главнокомандующий в интересах страны поднял ношу,
сваленную некогда на Ромодановского, разорванного
на части восставшими стрельцами.
Разумеется, поступок Голицына не выглядел откро-
венным самоубийством. Войска подчинились, многие ко-
мандиры дали расписки, что в Крыму кормов нет и на-
ступление невозможно, хан клялся в верности и заплатил
дань, Боярская дума торжественно отметила успешное
завершение похода. Превращенная указом царя Фёдора в
регулярно заседающее высшее государственное учрежде-
ние, Дума включала в себя немало крупных политиков и
полководцев, заслуженных чиновников и генералов, спо-
собных понять и оценить мотивы канцлера.
Непоправимый удар был нанесен по планам Софьи
и Шакловитого, рассчитывавших использовать триумф
над Крымом для коронации правительницы. Но пре-
мудрая царевна, подавив отчаяние, обеспечила щедрое
63
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
награждение военачальников и написала Голицыну упо-
минавшееся уже ласковое письмо, благодаря Бога за его
избавление от опасностей и уверяя в неизменности сво-
ей симпатии к князю.
Наталия Кирилловна Нарышкина и ее родственники,
женившие царя Петра на Евдокии Фёдоровне Лопухиной
еще в январе и готовившиеся к решительной схватке за
власть, также не выразили Голицыну неприязни. Харак-
терно, что такой тонкий знаток придворной конъюнкту-
ры, как Карион Истомин, совершенно прекративший в
1689 г. писать панегирики царевне Софье, хвалил Васи-
лия Голицына (вместе с Наталией Кирилловной, царем
Петром и его приближенным Борисом Голицыным), при-
чем панегирика удостоилась и жена канцлера.
Предвидевший победу «петровцев» Истомин уверял
князя Василия от имени царей Ивана и Петра, что заслу-
ги канцлера и главнокомандующего обеспечивают ему
высокое признание при любой власти. Возможно, «пет-
ровцы» опасались влияния Голицына на офицерство и
чиновничество, не зная, что он давно отказался участво-
вать в борьбе за власть Софьи. Князь распустил армию
по домам, несмотря на угрожающе холодный прием,
оказанный ему юным Петром.
Странная, на первый взгляд, реакция Петра на тор-
жества в честь удачного завершения похода объяснялась
тем, что родственники, настраивая его против своих вра-
гов, отнюдь не посвящали юного царя в реальные пла-
ны захвата власти. «Петровцам» требовалось не просто
потеснить Софью и ее сторонников и отвоевать свою
часть управления государством; они желали полностью
избавиться от противников.
64
Взгляд современного историка
Это было сложно, поскольку даже лишенная фор-
мальных признаков власти Софья продолжала бы выс-
тупать от имени единоутробного брата Ивана, оказывая
поддержку своим сторонникам в администрации. Вы-
ход, впрочем, был апробирован веками — провокация.
Судя по тому, что юного Петра не раз пугали мнимыми
покушениями, эта идея вынашивалась давно и была осу-
ществлена, когда правительство регентства исчерпало
свои задачи.
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ
Августовской ночью 1689 г. в нескольких стрелец-
ких слободах поднялась тревога. Зачинщики призывали
идти в Кремль, разноголосо вещая о какой-то опаснос-
ти для царской семьи, и раздавали «по рублю денег в
бумажке»33 выглядывавшим из окон воякам в оплату за
скорейшее прибытие к царскому дворцу. Люди эти, как
позже признали сами «петровцы», были их агентами и
раздавали деньги Нарышкиных34. «Сполох» кончился
ничем — потолкавшись в Кремле, немногочисленные
стрельцы разошлись по домам.
Между тем в Преображенском дворцовом селе раз-
буженному среди ночи Петру сообщили, что московские
стрельцы восстали в пользу Софьи и идут его убивать.
33 Рублевой монеты не было, поэтому мелочь была посчитана
заранее и упакована в бумажные кулечки.
34 Провокаторы были повышены в чинах, а спровоцирован-
ные — сосланы в Азов; возмутившимся такой несправедливостью
«петровцы» отрезали языки. Документы обо всем этом см.: Вто-
ров Н.И., Александров-Дольник К.О. Воронежские акты. Воронеж,
1850. Кн. 1. С. 80-91.
65
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Пережитый ужас проснулся вновь. Бросив беременную
жену и мать, Пётр в одной рубахе ускакал в Троице-
Сергиев монастырь. Семье это не повредило: Наталия
Кирилловна Нарышкина спокойно собралась и отпра-
вилась с двором вслед за сыном. Дальнейшее известно.
По уже отработанному в 1682 г. сценарию под Тро-
ицей было собрано изрядное ополчение, к которому
примкнули солдаты и изъявили желание присоединить-
ся стрельцы. Царь Иван был поставлен перед выбором
между сестрой, якобы готовившей покушение на жизнь
его младшего брата, и «правым делом» Петра. Софью к
Петру не допустили, чтобы избежать малейшей возмож-
ности прояснения дела и, кто знает, — примирения.
Козлами отпущения были сделаны Фёдор Шаклови-
тый и несколько десятков более или менее случайных
лиц, под страшными пытками признававшихся во всем,
чего желали палачи, но так и не сообщивших сколько-
нибудь ясной картины «заговора». Да это было и не
нужно — «вины» казненных были объявлены по всей
стране без упоминания о Софье, так что создавалось
впечатление, что новые власти старательно выгоражи-
вают члена царского дома.
Единственный, кто выдержал пытки и опроверг все
обвинения, заставив осудить себя на смерть без вины,
был Сильвестр Медведев, голову которого патриарх
Иоаким получил за свое участие в перевороте. Если
Шакловитый был казнен спешно, то Медведева мучили
целый год и, ничего не добившись, казнили на Лобном
месте, как Степана Разина, в назидание вольнодумцам.
В «верхах», поспешивших склониться перед торже-
ствующими «петровцами», пострадали немногие. Князь
66
Взгляд современного историка
Василий Голицын со своим взрослым сыном и помощ-
ником боярином Алексеем Васильевичем были лишены
чинов, имущества и сосланы с семьями в Яренск, затем в
Мезень, потом еще дальше, в Пинежскую волость. Про-
тив Голицыных возбуждались многочисленные судеб-
ные дела, враги преследовали свергнутого канцлера со
звериной ненавистью много лет, но остается фактом, что
осужден он был в сентябре 1689 г. без следствия и раз-
бирательства дела.
Как и несчастным Хованским в 1682 г., Голицыным
был просто зачтен приговор, касающийся главным об-
разом отца. Особое место в приговоре занимало обви-
нение, что главнокомандующий, «пришед к Перекопу,
промыслу никакого не чинил и отступил, каковым нера-
дением царской казне учинил великие убытки, государ-
ству разорение, а людям тягость»35. Борис Голицын —
хитроумный организатор побега Петра в Троицу и зах-
вата власти — попал в опалу, пытаясь объяснить неле-
пость подобных обвинений против своего родича; лишь
«покаявшись» и уступив первенство Нарышкиным,
князь восстановил положение при Петре.
Заточив Софью в Новодевичьем монастыре, победи-
тели бросились захватывать ключевые и наиболее доход-
ные ведомства, должности и чины, безжалостно расправ-
ляясь с теми, кто не спешил освобождать для них место36.
Обоснования для репрессий не требовалось. На вопрос
бояр, за что отправлен в ссылку заслуженный военачаль-
35 См.: Розыскные дела о Фёдоре Шакловитом и его сообщни-
ках. СПб., 1884-1889. Т. I—IV.
36 См.: Богоявленский С.К. Приказные судьи XVII века. М.-Л.,
1956.
67
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ник Леонтий Неплюев, от «петровцев» прозвучал ответ:
«Явная де его, Леонтьева, какая есть вина — вы не ведае-
те: а тайная де вины (и мы) не ведаем!»
Вакханалия обогащения должностных лиц при по-
кровительстве и под предводительством Нарышкиных
вошла в историю. После семи лет вынужденного воз-
держания воеводы и приказные деятели жадно протяну-
ли руки к государственной казне; взятки брали даже
бывшие приближенные В.В. Голицына (например, Еме-
льян Украинцев); правосудие целиком зависело от мзды.
Сбывалось мрачное пророчество восставших в мае
1682 г.:
«Что же ныне при сем государе царе Петре Алексее-
виче, иже млад сый и Российского царствия на управле-
ние не доволен, тии бояре и правители имут в сем цар-
ствии творити? Ведаем, что... потщатся во всем на нас
величайшее ярмо неволи возложити; зане не имея над
собою довольнаго ради царских юных лет правителя и
от неправды воздержателя, яко волки имут нас, бедных
овец, по своей воли во свое насыщение и утешение по-
жирати!»37
Уверенные, что умиротворяющая политика Софьи
предотвратила возможность нового социального взры-
ва, власти тем более не опасались «воздержания» со
стороны Петра, никоим образом не подготовленного к
управлению державой. Царь Алексей Михайлович не
успел занять мозг младшего сына необходимыми для
государственного деятеля знаниями, которые получали
царевичи Алексей (умер при жизни отца после своего
объявления наследником), Фёдор и Иван.
37 Сильвестра Медведева «Созерцание краткое...» С. 47.
68
Взгляд современного историка
При Алексее Пётр едва успел перейти от «мамок» к
«дядьке» — известному впоследствии «князь-папе» «су-
масброднейшего, всешутейшего и всепьянейшего собо-
ра» Н.М. Зотову. Понятно, что при Фёдоре и Софье
«медведица» Наталия Кирилловна и прочие Нарышки-
ны не могли уступить ученым наставникам влияния на
Петра и — сами неученые выскочки из мелкого дворян-
ства — успешно оградили мальчика от знакомства с гу-
манитарными науками, позволяющими принять пра-
вильное решение при руководстве людьми.
Смесь страха и ненависти руководила поступками по-
взрослевшего Петра: к царскому двору с его торжествен-
ными светскими и церковными церемониалами (в кото-
рых он играл роль подставной фигуры), к стрельцам и
народной стихии, вообще к русскому обличию своих дет-
ских ужасов. Пётр полностью терялся, когда ситуация не
решалась в приказном порядке, силой: дрожал от страха
до полной неспособности действовать после Нарвы и во
время Прутского похода, — зато бестрепетно жертвовал
десятками и сотнями тысяч жизней, как будто не имея
представления об их цене.
До самой смерти матери — царицы Наталии Кирил-
ловны — 25 января 1694 г. Пётр не допускался к сколь-
ко-нибудь серьезным вопросам государственного управ-
ления. Царю позволялось играть в живых солдатиков и
строить кораблики на Плещеевой озере. Понимая, что
великовозрастному юнцу мало этих забав, и зная, сколь
легко он поддается влиянию, мать и родственники при-
ложили особые усилия, чтобы отдалить Петра от благо-
нравной супруги Евдокии Фёдоровны, в девичестве Ло-
пухиной, и вызвать ненависть к ее родне.
69
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Важная должность кравчего (виночерпия) при царе
была поручена Кириллу Алексеевичу Нарышкину, иде-
альным местом для постижения Петром науки пьянства
и разврата стал дом швейцарского авантюриста купе-
ческого происхождения Франца Лефорта в Немецкой
слободе. К тому времени, как Лефорт умер от горячки,
ущербная психика Петра была окончательно расшата-
на, а его аморальность потрясала современников.
Неслучайно в народном сознании Пётр принял об-
раз Антихриста, пришедшего заменить христианское
царство господством Зверя. Именно свирепый враг сво-
его народа мог выполнить задачу спасения феодального
государства, не гнушались ни какими средствами, чтобы
остановить буржуазные тенденции в развитии России,
обессилить страну и заковать ее в военно-полицейские
цепи.
Неудобства непредсказуемого буйства Петра, то за-
менявшего моду европейского света обличием завсегда-
таев немецких кабаков, то кузнечными мехами надував-
шего собутыльника через задний проход, пока тот не
лопнет, то скандально возвышавшего безграмотного
хама — искупались в глазах «верхов» его функциональ-
ной полезностью. Кто еще с такой яростью мог пытать и
лично рубить топором стрельцов, истребляя их до ма-
лолетних и с маниакальным упорством создавая на мес-
те разгромленной армии дворянские и крепостные пол-
ки, достаточно замордованные для успешного выполне-
ния карательных функций?!
Перестройка государственных учреждений и воени-
зация новосозданного громоздкого административного
аппарата оставляла, вопреки декларированным целям,
70
Взгляд современного историка
широчайшие возможности обогащения чиновников.
А знать отнюдь не пострадала от притока в «верхи» от-
дельных выскочек: именно родовитое дворянство укре-
пило при Петре свои позиции, составляя основную и
важнейшую часть окружения второго (после Лжедмит-
рия) российского императора38.
Колоссальные потери в Северной войне, позорное
поражение от турок, строительство на костях — все это
имело смысл: страну надо было обескровить, чтобы по-
догнать под крепостной хомут. Петру удалось не только
остановить естественный рост численности населения,
но уже к 1710 г. сократить количество крестьянских дво-
ров на 19,5 %, а местами — на 40—46 %39. Даже Вер-
ховный тайный совет тирана после его смерти констати-
ровал, что народ приведен «в непоправляемое бедствие»
и нужно срочно давать послабление, иначе драть нало-
ги будет уже не с кого40.
Понятно, какое значение имело для новой власти
истребление памяти о временах царя Фёдора, Софьи и
Голицына, которые многим представлялись царством
свободы, справедливости и богатства. Требовалось до-
казать, что развитие страны началось с нуля — и это
было сделано. Сделано основательно, на века.
38 Crummey R.O. Peter and the Boiar Aristocracy. 1689—1700 //
Canadian / American Slavic Studies 8 (1974).
39 Очерки истории СССР. Период феодализма. Россия в первой
четверти XVIII в.
40 Богословский М.М. Областная реформа Петра Великого. М.,
1902. С. 468.
71
взгляд
ФРАНЦУЗСКОГО АВАНТЮРИСТА
Приключения Нёвилля
и его Записки о Московии
Во второй половине XVII столетия в западной поло-
вине Европы резко возрос интерес к государству, выходя-
щему на международную арену в качестве великой держа-
вы. О России писали путешественники и ученые, послы и
постоянные резиденты, аккредитованные в Москве, пред-
ставители разных конфессий, военные и гражданские спе-
циалисты на русской службе, тайные агенты. В Германии,
Австрии и Италии, Швеции, Дании, Англии и Голландии
с интересом читали и публиковали исследования, реля-
ции, путевые заметки и прогнозы о таинственной Моско-
вии, воля которой уже сказывалась на решении основ-
ных вопросов жизни Европы.
Спешила удовлетворить свой интерес и Франция,
боровшаяся в это время за лидерство на Западе конти-
нента. Прямые контакты двух государств ограничива-
лись за весь XVII в. менее чем десятком разного уровня
72
Взгляд французского авантюриста
посольств41. Однако дипломатические миссии «царя-
солнце» Алексея Михайловича и «короля-солнце» Лю-
довика XIV вели борьбу, а иногда сотрудничали по все-
му европейскому дипломатическому фронту. В послед-
ней четверти XVII в. русская и французская дипломатии
взаимодействовали в Речи Посполитой и Османской им-
перии, традиционно союзных Франции, в политически
более близких к России Голландии, Дании, Швеции,
Пруссии и Австрийской империи, энергично интригова-
ли в Англии и Испании.
В России издавна находили пристанище гонимые во
Франции гугеноты, здесь получали под команду полки и
эскадроны оскорбленные королевской властью дворяне,
шпионили более прославленные позже, в XVIII в., фран-
цузские авантюристы. Одним из ранних таинственных ис-
кателей приключений был, по мнению историков, фран-
цузский дворянин древнего рода Фуа де ла Нёвилль, по-
бывавший в России во время переворота 1689 г.,
свергнувшего правительство Софьи и Голицына.
«ТАЙНЫЙ АГЕНТ» В РОССИИ
Нёвилль (Neuville) был настолько «замаскирован»,
что ученые долгое время сомневались в его существова-
нии, считая знаменитые Записки о Московии, подписан-
ные его именем, подделкой42. Даже в Посвящении Запи-
сок, обращенном к Людовику XIV, автор, на первый
41 Рогожин Н.М. Обзор посольских книг из фондов-коллекций,
хранящихся в ЦГАДА (конец XV — начало XVIII в.). М., 1990.
С. 121-122.
42 Доказательства, что Нёвилль — реальное лицо, привел
А.И. Браудо: Russica // Сборник статей в честь Д.Ф. Кобеко. СПб., 1913.
73
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
взгляд вопреки обыкновению хвастунов его типа, край-
не мало рассказывает о себе и весьма уклончиво харак-
теризует свою миссию в Россию. По словам Нёвилля, он
был облечен доверием посла Франции в Речи Посполи-
той маркиза де ла Бетюна и послан в Россию разузнать
о ходе переговоров Москвы с новыми шведским и бран-
денбургским (прусским) посланниками.
Возможно, миссия прусского посланника Р.И. Чап-
лина и могла вызвать столь острый интерес Франции,
вновь активизировавшейся восточнее Рейна, где её ос-
новным соперником выступала Священная Римская им-
перия германской нации, с 1683 г. воюющая в составе
Священной лиги (куда входили Речь Посполитая, Вене-
ция, а с 1686 г. и Россия) против любезной сердцу Лю-
довика XIV Османской империи. Хотя надо откровенно
признать, что, помимо дежурного вопроса расширения
Священной лиги, Россию интересовал на этих перегово-
рах в основном наем инженеров и бомбардиров43.
Но упоминание о Швеции, всего лишь менявшей по-
сланника Христофора фон Кохена на нового постоян-
ного резидента в Москве Книппера44, было явной «ли-
пой». Французские усилия втянуть Москву в войну про-
тив господствовавших на Балтике шведов провалились
ещё в начале 1680-х, когда их «секретные» замыслы,
обнародованные обласканным московскими диплома-
тами датским послом фон Горном, были якобы «тайно»
(но с ведома канцлера Голицына) проданы шведским
43 Российский государственный архив древних актов (РГАДА).
Ф. 74. On. 1. Д. 6, 1688-1689 гг.
44 РГАДА. Ф. 96. On. 1. Д. 122,124; Русско-шведские дипломати-
ческие отношения в XVII веке. Сб. документов. М.-Л., 1960.
74
Взгляд французского авантюриста
эмиссарам и помогли России успешно завершить труд-
ные переговоры о продлении мира со Швецией45.
Нетрудно догадаться, что если Нёвилль и служил де
ла Бетюну, то лишь в качестве тайного агента или, по-
просту говоря, шпиона. По уверению этого хвастуна, он
уже бывал в России — вероятно, в пограничных уез-
дах — «и неоднократно навлекал на себя подозрения
этих варваров», то есть россиян, которых как истинный
авантюрист подчеркнуто презирает, но побаивается.
Польский король Ян Собеский явно не знал об этой
стороне деятельности принятого при его дворе францу-
за, зато был хорошо осведомлен о наблюдательности
агентов Посольского приказа.
Появление де ла Нёвилля в Москве под чужим обли-
чием открывало ему прямую дорогу в Сибирь (а то и в
Забайкалье, на только что открытые Нерчинские сереб-
ряные рудники, о которых французы ещё не проведа-
ли). Поэтому мечтавший покинуть Священную лигу и
укрепить союз с Францией король Ян Собеский снабдил
агента польскими дипломатическими документами. Ле-
генда выглядела достоверно, поскольку Речи Посполи-
той служило немало французов. Однако можно смело
утверждать, что Нёвилль в своих Записках лукавит: не
разведка, а именно тайная дипломатия была целью его
поездки. В противном случае храбрец не вернулся бы из
России, а мы не имели бы удовольствия читать его заме-
чательные Записки.
Даже в прославленный интригами XVII век актив-
ность русской военной и политической разведки в
45 Богданов А.П., Возгрин В.Е. Московское восстание 1682 г. гла-
зами датского посла // Вопросы истории, 1986. № 3.
75
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Польше была явлением выдающимся. Достаточно ска-
зать, что в разгар Московского восстания 1682 г., когда
по комнатам Посольского и Разрядного приказов сно-
вали стрелецкие выборные, а служащие центрального
дипломатического и военного ведомства молились, что-
бы дожить до следующего дня, русское правительство
заполучило в оригинале тайную инструкцию Яна Со-
беского его личному секретарю о шпионаже против Рос-
сии (от 28 июля) и подлинную королевскую грамоту
мазовецкому воеводе от 22 августа о возможностях
вторжения в охваченную смятением страну46.
Учитывая качество работы русской контрразведки,
можно смело сказать, что эффективно шпионить у Нё-
вилля шансов не было, — даже о сути переговоров Рос-
сии с Пруссией и Швецией он ничего не узнал. Зато его
контакты с канцлером Василием Голицыным, а затем с
пришедшими к власти «петровцами» были необыкно-
венно активными. О задаче Нёвилля можно только до-
гадываться. После недавнего скандала в Париже, когда
русские великие и полномочные послы — князь Яков
Фёдорович Долгоруков «со товарищи» не оценили
французских манер приема послов, несовместимых с до-
стоинством представителей великой державы47, требо-
валось осторожно выяснить возможность дальнейших
связей.
Версия Нёвилля о его работе на «короля-солнце» не
выглядит такой уж невероятной, если предположить,
что непосредственное столкновение русских и француз-
ских дипломатов во многих странах убедило француз-
46 РГАДА. Ф. 79. On. 1. ч. 5. Стлб. 1682 г. № 8, 12.
47 РГАДА. Ф. 93. Сношения с Францией. On. 1. Д. 12, 13, 15.
76
Взгляд французского авантюриста
скую администрацию, и особенно посла в Речи Поспо-
литой де ла Бетюна, в невозможности обойтись в реше-
нии европейских проблем без России. Тем более что
действия через третье лицо оказались неудачными. Дат-
ский посол Гильдебрант фон Горн, привезший князю
В.В. Голицыну французский план коалиционной войны
со Швецией и подписавший в этих видах выгодный кан-
цлеру русско-датский договор, был переигран «моско-
витами», которых он желал поучить «европейской
конъюнктуре». Голицын использовал эти переговоры
для давления на Швецию, которую заставил продлить
мир на русских условиях48.
Нёвилль, при всем своем презрении к «московитам»,
если и был тайным дипломатом Франции, то действовал
осторожнее. И всё-таки, хотя мы ничего не знаем о при-
везенных им предложениях, очевидно, что и он попался
в сети Голицына. «Дипломатический агент Франции»
был полностью убежден, что канцлер является лучшим
другом его страны и даже поборником католицизма!
Князь Василий Васильевич действительно старался
дать католической эмиграции в Москве равные права с
лютеранами и кальвинистами, он допустил в Россию
иезуитов — но именно в русле выгодной России (и про-
тивной ордену Иисуса) политики веротерпимости49. Как
48 См.: Замысловский Е.Е. Сношения России с Швецией и Данией
в царствование Фёдора Алексеевича. СПб., 1889; Форстен Г.В. Датс-
кие дипломаты при Московском дворе во второй половине XVII века
// Журнал министерства народного просвещения, 1904. № 11; он же:
Сношения Швеции и России во второй половине XVII века. 1668—
1700 // Там же. 1899. № 6.
49 Толстой ДА. Римский католицизм в России. СПб., 1876. Т.1;
Цветаев Д.М. Из истории иностранных исповеданий в России в XVI и
XVIII веках. М., 1884; и др.
77
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
раз с бранденбургским послом Чапличем, о миссии ко-
торого якобы должен был выведать Нёвилль, канцлер
договорился о пропуске в Россию гугенотов, которые
сотнями тысяч бежали из Франции после отмены Людо-
виком XIV Нантского эдикта и фактического возобнов-
ления им религиозной войны.
Об этом Нёвиллю знать не следовало — и он, судя
по Запискам, ничего об этом не узнал. Зато Франции
Голицын, этот, по мнению Нёвилля, «страстный по-
клонник» Людовика XIV, этот московит с «француз-
ским сердцем» желал провалиться в тартарары — она
была союзником Османской империи и de facto служи-
ла главной помехой созданной немалыми трудами Го-
лицына Священной лиги России, Священной Римской
империи германской нации, Польши и Венеции... За-
писки показывают, что Нёвилля канцлер убедил в об-
ратном.
Как и всех других западноевропейских путешествен-
ников, в Москве француза остро интересовали вопросы
торговли с Россией. И здесь он настолько поддался вли-
янию Голицына, что всерьез поверил, будто выгоды от
развиваемой правительством регентства транзитной
торговли с Востоком (и Цинской империей в частности)
предназначены для иностранцев. Между тем француз-
ских иезуитов, приехавших в Россию в январе 1688 г„ за
полгода до Нёвилля, с целью разведать русский путь в
Китай, канцлер дальше Москвы не пустил и отправил
восвояси.
Более того, князь Борис Голицын, в отличие от Ва-
силия Васильевича стоявший на близких французским
интересам позициях, «не показался» Нёвиллю в сравне-
78
Взгляд французского авантюриста
нии с великим канцлером. Однако именно правитель-
ство Нарышкиных, с которым французский авантюрист,
если он действительно был агентом своего короля, столь
опрометчиво не вступил в переговоры, вскоре проявило
свою малую заинтересованность в Священной лиге и
практически отказалось от активности на юго-западе,
сдавая завоеванные канцлером позиции.
Записки Нёвилля демонстрируют, как князь Василий
Васильевич, несмотря на обострение борьбы за власть
во дворце, отвлекшей от дипломатии и Софью, и ее про-
тивников, мог, всего лишь мимоходом побеседовав с
любопытным иноземцем, блестяще подготовить почву
для дипломатической игры с Францией, которую его
преемники не смогли реализовать. Это объясняется и
разным качеством государственных деятелей регентства
Софьи и «петровцев», и их в корне различной ценност-
ной ориентацией.
Борис Алексеевич Голицын, единственный из «пет-
ровцев» вникавший во внешнеполитические дела, был
оклеветан перед царицей Наталией Кирилловной и Пет-
ром. Посольский приказ под формальным руковод-
ством брата царицы Льва Кирилловича Нарышкина
(1690—1702) был оставлен без внятной политики,
внешнеполитические успехи были принесены в жертву
властолюбию семейного клана. Борису Голицыну, как
справедливо заметил Нёвилль, оставалось лишь пить
горькую.
Контраст между правительствами регентства и На-
рышкиных был разителен. Нёвилль заметил его, несмот-
ря на то, что большую часть сведений о делах Софьи и ее
сторонников (даже о внешности в характере царевны)
79
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
получил от победивших «петровцев». Если рассказы о
преобразовательных планах Василия Голицына и о ки-
тайской миссии Спафария были получены французом
из первых рук (и переданы в меру их понимания), то
остальные сообщения Записок по истории России
1682—1689 гг. были измышлениями придворных инт-
риганов, старавшихся всячески опорочить повергнутых
врагов.
Сведения Нёвилля о Московском восстании 1682 г.
и злодейской роли в нем Софьи, о заговоре на Петра и
его семью в 1689 г., о Крымских походах в значитель-
ной степени ложны, но не фантастичны. Главное даже не
в том, что среди вымыслов попадаются реальные фак-
ты — француз передает рассказы, действительно ходив-
шие по Москве, версии, настойчиво распространявшие-
ся победившей группировкой.
Благодаря Нёвиллю мы можем проследить самое
начало образования тех представлений о регентстве Со-
фьи, которые затем внушались народу на протяжении
трех столетий и которые на тех же страницах опроверга-
ются собственными впечатлениями путешественника, за-
ставшего в Москве последние недели правления царев-
ны и ее друзей.
Ценность положительных отзывов Нёвилля о лич-
ности, делах и планах Василия Васильевича Голицына
особенно велика, учитывая резко отрицательное отно-
шение самого автора к Московии и московитам. Имея
мало возможностей наблюдать быт и нравы россиян,
Нёвилль широко использовал рассказы жителей Немец-
кой слободы, а возможно, и иностранных резидентов
или их служащих в Москве.
80
Взгляд французского авантюриста
Вряд ли стоит сердиться на ехидного и колкого
француза, ирония которого не скрывает опасливого от-
ношения к поднимающейся на востоке державе. Он на-
смехается над российской армией — но подробно опи-
сывает ее походы, прогремевшие в европейских газе-
тах50 ; не верит на словах в развитие русской торговли —
но помнит об отлично налаженном ямском сообщении с
Сибирью...
С чужих слов Нёвилль издевательски описывает Со-
фью и хвалит юного Петра, но он правдив в своих впе-
чатлениях — и со страниц Записок выглядывает страш-
ный образ кровожадного детины с трясущейся головой
и бегающими глазами. А ведь приход к власти «петров-
цев» спас дипломатическую карьеру автора, которого
отправленный в ссылку Голицын не успел использовать
во благо России, как он использовал Горна и иных
эмиссаров Запада, вознамерившихся «учить москови-
тов» «европейской конъюнктуре».
Более того, свержение правительства регентства оз-
начало такой успех Франции, о котором Нёвилль, если
бы он выполнял секретную миссию, не мог и мечтать:
международное значение России упало, Священная
лига, участники которой только и ждали, как бы с наи-
большей выгодой заключить с османами сепаратный
мир, вскоре развалилась, а десятилетие спустя восточ-
ная держава надолго превратилась в служанку чуждых
ей интересов, страну, в которой высшей наградой мож-
но было считать производство в «немцы».
50 Богданов А.П. Внешняя политика России и европейская печать
(1676—1689 гг.) // Вопросы истории, 2003. № 4. С. 26—46.
81
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
«ЛЮБОПЫТНЫЕ И НОВЫЕ ИЗВЕСТИЯ
О МОСКОВИИ»
Де ла Нёвилль совершенно справедливо счел свои
Записки о России не актуальным политическим донесе-
нием, а «чтением в часы отдыха от важных дел». Они не
попали в библиотеку «короля-солнце», зато имели
большой читательский успех: парижское издание
1698 г.51 уже в следующем году было переведено в Лон-
доне52 и переиздано в Гааге. Не остановившись на этом,
голландцы в 1699 г. издали свой перевод, снабдив его
новым предисловием и приложением о новейших собы-
тиях в России; в 1707 г. эта книга была переиздана в
Утрехте53.
Интерес к книге подогревался, конечно, маскарад-
ным заграничным вояжем Петра (во главе с неудавшим-
ся швейцарским купцом Лефортом) и открывавшимися
невероятными возможностями экономической и поли-
тической эксплуатации России. Но не прекращал своей
деятельности и сам Нёвилль, получивший, по его сло-
51 Neuville de la. Relation curieuse et nouvelle de Moscovie.
Contenant L’etat present de cet Empire. Les Expeditions des Moscovites et
Спшёе, en 1689. Les causes des derni6res Revolutions. Leurs moeurs et leur
Religion. Le Recit d’un Voyage de Spatarus par terre a la Chine. Paris, chez
Anbours, 1698; Ches Meyndert Uytwerf, Marchand lebraire pres de la
Cour, 1699.
52 An Account of Moscovy, as it was in Year 1689. In witch the
troubles that happen’d in that Empire from the Present Czar Peter’s
Election to the Throne, to his being firmly settled in it, are particulary
related. With a character of Him, and his People. By Monsieur de la
Neuville, then Residing at Moscow. London, printed for Edward Castle,
next Scotland-Yard-Gate, by Whitehall, 1699.
53 Reys-Beschryvinge van Polen na Moscovien... Door de Heer N.
Nieuwstad. Tot iyel, by Jan van Leeuwen, Boekverkooper, 1699; Tot
Urtecht, by Antony Schouten, 1707.
82
Взгляд французского авантюриста
вам, статус дипломатического чиновника и в этом каче-
стве сновавший по Европе, обещая самым разным лю-
дям всяческую помощь (благодаря чему он четырежды
отмечен в бумагах Лейбница).
В России Записки Нёвилля оказались в центре вни-
мания в XIX в. Н.А. Полевой издал в «Русском вестни-
ке» за 1841г. (т. 3—4. №9—10) сокращенный и не
слишком качественный перевод с английского издания
1699 г. Ученые самых различных взглядов — Н.Г. Устря-
лов и М.П. Погодин, А.Г. Брикнер и М.И. Семевский,
Н.Я. Аристов и В.О. Ключевскай — свободно толковали
известия французского агента, сообщавшего сведения
на любой вкус.
Использование Записок в значительной мере дикто-
валось политическими пристрастиями. Наибольший
ажиотаж, продолжавшийся и в советское время54, выз-
вало сообщение Нёвилля о голицынском плане «осво-
бождения крестьян» с земельным наделом, истолкован-
ное в том смысле, что канцлер был предшественником
Александра II Освободителя. Неважно, что француз пи-
сал исключительно о дворцовых (в крайнем случае —
государственных) крестьянах и речь шла всего лишь об
изыскании бюджетных средств на содержание армии.
Введение единого военного налога для не частно-
владельческих крестьян вполне вписывается в реальные
реформы Голицына, а освобождение крепостных — вы-
думка фантастическая. Помимо того, что даже царь (не
говоря о канцлере) не мог распоряжаться чужими вот-
54 Библиографию см.: Лавров А.С. «Записки о Московии» де ла
Невилля (преобразовательный план В.В. Голицына и его источники) //
Вестник ЛГУ. Сер. 2,1986. Вып. 4.
83
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
чинами, сам Голицын лишь недавно разбогател, приоб-
ретя большие земли с крепостными крестьянами! Но
именно такое нелепое толкование слов Нёвилля о рус-
ском канцлере запало в души историков и даже позво-
лило В.О. Ключевскому назвать крупного государствен-
ного деятеля идеалистом, вроде «либерального и не-
сколько мечтательного екатерининского вельможи», не
обладавшего достаточным умом, «правительственными
талантами и деловым навыком». Целую лекцию о «под-
готовке и программе реформы» Голицына насочинял
этот историк исключительно на основе превратного
толкования Записок Нёвилля, отлично продемонстри-
ровав основной способ их использования в научной
литературе55.
Между тем к тому времени был издан ученый пере-
вод первоиздания Записок, выполненный Александром
Исаевичем Браудо — известным библиографом, заведо-
вавшим отделом иностранных источников о России Им-
ператорской Публичной Библиотеки в Петербурге56.
Получив в свое распоряжение этот перевод, заново све-
ренный с оригиналом, читатель может убедиться, что
интереснейший и богатый оттенками рассказ француз-
ского агента заслуживает лучшего обращения, чем вы-
рывание цитат; так же, как и другой цитированный Клю-
чевским источник: «Гистория» князя Б.А. Куракина.
Исследование Браудо о личности Нёвилля сто лет
оставалось непревзойденным; только английская иссле-
55 Клюгевский В.О. Соч. в девяти томах. Т. III. М., 1988. С. 331—342.
Цит. с.335.
56 Записки де ла Невилля о Московии 1689 г. / Публ.
А.И. Браудо // Русская старина, 1891. Т. 71. № 9, 11.
84
Взгляд французского авантюриста
довательница И. де Мадаряга сумела прибавить к нему
несколько деталей о пребывании автора Записок в Анг-
лии57 , а её коллега, известный историк России Линдси
Хьюз издала в Лондоне, где она преподаёт, новый анг-
лийский перевод Записок58.
Завершить работу Браудо, собрав все доступные на
сегодняшний день сведения о Записках и их авторе, уда-
лось в конце XX в. замечательному историку-архивисту
Александру Сергеевичу Лаврову. Изучив и научно издав
«сводный текст» (и перевод) Записок о Московии по
трем рукописям, он сделал вывод, что они отражают
редактирование текста, предшествовавшее изданию, не
являясь авторскими и не выступая оригиналом, с кото-
рого печатались Записки59.
Ценное для специалистов издание Лаврова мы ис-
пользуем для комментариев в случаях, когда изученные
им рукописи дают уточнения к переводу текста париж-
ского издания 1698 г. Это издание, видимо, последняя
авторская воля. Именно по нему и производным от него
переизданиям и переводам европейцы благодаря Нёвил-
лю знакомились с Московией. Читали издание и русские
современники.
57 Madariaga, Isaeel de. Who was Foy de la Neuwille? // Cahiers du
monde russe et sovtetique. Paris, 1987. Vol. 28. № 1.
58 Foy de la Neuwille. A Curious and New Account of Moscovy in the
Year 1689 / Ed. and Introduced by Lindsey Highes. Translated from the
French by J.A. Cutshall. London, School of Slavonic and East European
Studies, 1994.
59 Лишь наиболее близкий к изданию Парижский список предпо-
ложительно «вышел из ближайшего окружения де ла Нёвилля», одна-
ко ряд соображений «делает связь между Парижским списком и
первым изданием особенно спорной». См.: Де ла Невилль. Записки о
Московии // Публ. А.С. Лавров. М., 1996. Цит. с. 40, 45. Далее —
Лавров.
85
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Сразу после выхода книги в свет русские послы —
официальные члены Великого посольства, в котором
инкогнито участвовал Пётр I, —«жаловались» давно со-
трудничавшему с Москвой амстердамскому бургомистру
Николаю Витзену, что «господин де ла Нёвилль был
очень плохо осведомлен о многом». Лавров доказывает,
что знакомый Нёвиллю по Москве русский посол в Гаа-
ге А.А. Матвеев не только имел в библиотеке экземпляр
голландского издания Записок о Московии, но косвен-
но упоминал и использовал его в своей «Истории о
стрелецком бунте»60 . Гаагское издание 1699 г. на фран-
цузском имели и учитывали в работе Вольтер и его рус-
ский корреспондент академик Герард Фёдорович Мил-
лер (в его библиотеке было также английское издание
1699 г.). Сегодня без Записок не обходится ни один се-
рьезный труд по политической истории России начала
царствования Петра.
ДА БЫЛ ЛИ МАЛЬЧИК?
Сказанного, вместе с наиболее подробными на се-
годняшний день комментариями к тексту, достаточно,
чтобы Вы, любезный читатель, поняли смысл Записок
Нёвилля не хуже профессиональных историков. Даже те
из них, кто вчитывался в текст (а не просто «выгрызал
цитаты»), не располагали таким объемом информации
о людях и, главное, о логике политики России, выяв-
60 Лавров. С. 8—10. Автор говорит об утрехтском издании 1707 г.,
однако заметке в описи Библиотеки Матвеева — «Книга вояж Нивста-
дов в Москву на галанском языке в осмушку» — соответствует и
первый голландский перевод Записок, вышедший в 1699 г., когда
Матвеев приехал в Голландию.
86
Взгляд французского авантюриста
ленной нами в результате упорной 30-летней работы в
библиотеках и архивах.
Моим коллегам этого, как правило, более чем дос-
таточно. Они очень серьезно относятся к «фактам» и
любят сводить их к событиям и определениям. А ведь
любой повествовательный источник — не формальный
документ. Мысль автора, его чувства и ощущения, на
мой взгляд, такие же, и даже более важные факты, чем
точная дата и описание события. Короче говоря, запис-
ки современников — прежде всего литература. Лишь че-
рез внутренний мир автора мы «смотрим» на прошлые
события. Именно эти точки зрения мы сопоставляем,
сравнивая разные источники, чтобы получить четкую и
«объёмную» картину истории.
Иначе повествовательные источники несопоставимы.
Если, конечно, мы хотим представить прошлое как
жизнь, а не набор часто противоречивых «сведений», на
котором многие коллеги останавливаются, полагая это
требованием науки. (В действительности это предвари-
тельное собирательство, на которое подлинная наука
опирается, начинаясь с иного — осмысления источни-
ков, понимания людей и их отношений.)
Нам интересна подлинная историческая жизнь Рос-
сии, поэтому придется ещё раз внимательно присмотреть-
ся к оказавшемуся в нашей стране французу Нёвиллю.
Или, как он сам часто именовал себя, Нёфвиллю. В обо-
их случаях это прозвище (фамилий Франция ещё не зна-
ла) переводится одинаково: «Новгородцев»,— и опреде-
лённо указывает на буржуазное, но ни коим образом не
на дворянское происхождение автора. В XVII в., когда
дворянский титул в этом уголке мира почти невозможно
87
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
было купить, человеку с таким прозвищем и любовью к
приключениям надо было проявить недюжинные спо-
собности, чтобы привлечь к себе внимание «высшего све-
та». Чем таким он отличился, что многие, чуть ли не
большинство серьёзных специалистов, целых два века
признавали автора Записок о Московии «как бы и не
бывшим»?
Французскому дворянину, каким представлялся де
ла Нёвилль, нужно было особое «невезение», чтобы не
оставить ни единого следа в документах, которые могли
бы найти исследователи. Судя по моему опыту, в после-
дней четверти XVII в. даже в России, с нашими крайне
пострадавшими от войн и мятежей архивами, при долж-
ном старании можно найти документальные сведения о
самом мелком дворянине, провинциальном «сыне бо-
ярском», не владеющем ни одним крестьянским двором
и не избранном ни на одну уездную должность. Пробле-
ма возникает только с уклонившимися от государствен-
ной и общественной службы «нетчиками», которым по
указам царя Фёдора Алексеевича об обязательной служ-
бе не передавались даже отцовские поместья (но по част-
ным завещаниям могли оставаться родовые вотчины).
О существовании некоторых из них мы знаем по генеа-
логическим росписям, но не находим их в официальных
документах.
Во Франции дворянин вполне мог не служить и не
избираться в местные совещательные органы. Но там в
местных архивах прекрасно сохранились метрические
книги, благодаря которым учёные удостоверяют точную
дату и место рождения интересующих их персонажей
даже и не дворянского происхождения. Относительно
88
Взгляд французского авантюриста
Нёвилля таких данных не обнаружено. Невольно воз-
никает вопрос: «А был ли такой человек»?
Но если бы французского дворянина де ла Нёвилля
не существовало, кто мог написать публикуемые нами
Записки о Московии 1689 г.? Учёный аббат Ленгле дю
Фреснуа ответил на это в 1713 г. однозначно: тот же
плодовитый писатель и известный мистификатор Адри-
ан Бойе, который издал свою «Историю Голландии пос-
ле правления Вильгельма Оранского» под псевдонимом
де ла Нёвилль (de la Neuville), воспользовавшись, как
благопристойный буржуа, названием городка Neuville-
en-Hez, в котором родился.
Может, эта атрибуция и не вызвала бы споров во
Франции, если бы аббат не отозвался о популярных в
обществе Записках весьма пренебрежительно: «Труд на-
столько недостоверный, насколько это можно ожидать
от человека, который видел Московию разве что из окна
своего кабинета». Это замечание имеет смысл, если
вспомнить, сколько фантастических сведений о России
привёл Нёвилль, ухитрившийся, судя по нелепости его
описаний, не зайти ни в один православный храм и не
увидеть своими глазами облачения ни одного архиерея
(хотя сам писал о встрече с митрополитом Смоленским).
Но оно крайне задело парижского адвоката Матье Маре,
которому Записки чрезвычайно понравились. В 1725 г.
в письме президенту дижонского парламента Буйе (чья
фамилия близка к обличенному аббатом мистификато-
ру) мэтр превознёс Записки и их автора, подчерпнув
всё, что знал о нём, из самих Записок. Конечно, его
слова, что «Ленгле — лгун и обманщик», нуждались в
подкреплении. И Маре приписал в конце: «Я знаю од-
89
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ного человека из Бове, который был хорошо знаком с
этим господином де ла Нёвиллем, который звался Фуа
по своему фамильному прозвищу; эта фамилия с честью
существует в Бове и по сей день»61.
Итак, происхождение «дворянина» де ла Нёвилля
вызывает немалые сомнения. Зато факт, что француз
под таким именем появился в середине 1680-х гг. в Речи
Посполитой, установлен несомненно. Французский по-
сланник в Польше маркиз де ла Бетюн написал 19 янва-
ря 1686 г. своему шефу, секретарю по иностранным де-
лам Кольберу де Круасси: «Я должен сообщить вам, су-
дарь, что некто по имени де ла Нёвилль — человек очень
поверхностный и известный здесь благодаря этому —
очень утомил их королевские величества, добиваясь сво-
его назначения резидентом во Францию, на что они не
дали согласия, несмотря на представления маркиза
д’Аркьена, которые он делал польской королеве».
Значит, человек, называвший себя де ла Нёвилль,
существовал, и он был французом (при всех различиях
французских говоров сами французы всегда отличали
соотечественников). О дворянской фамилии Нёвилля
мы знаем лишь с его слов (документов и иных доказа-
тельств происхождения у человека, одетого как дворя-
нин, не спрашивали тогда нигде, даже в требовательной
по части бумаг России, если только он не ожидал офи-
циального приема у коронованных особ или не нани-
мался на службу). Зато этот персонаж вполне соответ-
ствовал сложившемуся в Европе представлению о фран-
цузах: «человек очень поверхностный и известный здесь
61 Здесь и далее цит. по: Лавров. С. 11 — 12, 16—18, 20—22,
32-37, 39.
90
Взгляд французского авантюриста
благодаря этому». А главное, он знал толк в придвор-
ном обхождении, иначе ни за что не смог бы войти в
доверие к маркизу д’Аркьену, отцу польской королевы
Марии-Казимиры.
Манеры французских провинциальных дворян и
придворных различались в те времена значительно,
причём сам факт пребывания при дворе часто ценился
больше, чем титул (не считая, конечно, аристократии).
Но пребывания официального! Ведь Версаль, любимое
детище «короля-солнце», сжиравшее значительную
часть финансов Франции, был заполнен толпами праз-
дношатающихся и не имеющих никакого веса дворян.
Достаточно сказать, что приличные при дворе шляпы и
шпаги давались у ворот Версаля напрокат всем, без раз-
личия происхождения, и любой заносчивый булочник
мог (как это ни звучит сегодня странно) присутствовать
на утреннем туалете Людовика XIV, чтобы потом хвас-
таться этим собратьям по цеху. Впрочем, и русские цари
по праздникам принимали в обычно строго закрытом
дворце целые делегации представителей податных со-
словий, в которых московские купцы и промышленни-
ки, например, должны были присутствовать обязатель-
но, невзирая на расходы на парадную одежду и непре-
менные подарки государю.
Иметь придворную должность или быть официаль-
но представленным двору было для француза и дворя-
нина высочайшей заслугой и наградой. Конечно, Нё-
вилль рассказывал в Польше, что был этой награды
удостоен. В Варшаве и Кракове уже по крайней мере сто
лет было полно французов, которые разными способа-
ми, иногда весьма удачно, пристраивались к не слишком
91
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
влиятельному (прежде всего в своей стране), но по за-
падным меркам небедному королевскому двору. Однако
они ощущали себя глубоко обделёнными по сравнению
с обитателями скучного, однообразно и без всякой вы-
думки построенного из серого камня Версаля, где не
было (в отличие от дворцов Центральной и Восточной
Европы) даже туалетов, где из каминов текла вода, а
зимой стоял промозглый холод и густой туман от дыма
и испарений грязных тел.
Быть официально вблизи гнилозубого, страдающе-
го несварением желудка и фурункулёзом (ещё бы, если
помыться, по суровому предписанию врачей, раз в жиз-
ни — не считая мытья при рождении и после кончины)
«короля-солнце» — вот что француз, считающий себя
дворянином, почитал за высшее счастье62. Нёвилль вы-
зывал живую, неподдельную зависть, рассказывая, что
был метрдотелем брата короля и даже получил приви-
легию стать камер-юнкером самого «солнца». При этом
он не был стеснён в деньгах, проматывая, по его словам,
отцовское наследство.
Как же наш герой мотивировал своё удаление из
«центра цивилизации», да ещё столь далеко на восток?
Разумеется, поручением, подобным тому, какого он до-
бивался от польского короля через королеву и её отца.
Об этом рассказывает в своих «Польских анекдотах»,
изданных в Париже в 1699 г., другой французский иска-
тель приключений, Франсуа Далерак, который долго
жил в Речи Посполитой: «В Польше находился уже три-
надцать или четырнадцать лет французский дворянин
62 Подробнее: Ленотр, Жорж. Повседневная жизнь Версаля при
королях. М., 2003.
92
Взгляд французского авантюриста
по имени ла Нёфвилль. Он был послан к нескольким
иностранным дворам, где заставлял видеть в себе не про-
сто курьера, а человека с достоинством».
Именно Далерак поведал, что Нёвилль имел долж-
ность метрдотеля и даже камер-юнкера «короля-солн-
це». Временами завидуя и стараясь опорочить «успехи»
Нёвилля в области пускания иноземцам пыли в глаза,
Далерак признаёт за ним соответствующие качества: «Он
был достаточно образован и воспитан, знал свет, дворы,
церемониал и интересы монархов, которые специально
изучал... Всю свою жизнь он провёл в подобных пору-
чениях, как из-за удовольствия видеть своё имя в газе-
тах, так и из-за того, чтобы путешествовать с титулом,
вовсе не думая ни о чём основательно и легко отдавая
отцовское наследство на эти возмутительные траты».
Слова «всю свою жизнь» Далерак написал не зря.
В 1699 г., когда вышла книга Нёвилля, знаменитый мате-
матик Лейбниц, которому тот пересылал из Парижа кни-
ги, пишет, что он «уже умер». Но когда и как Нёвилль
начал свою карьеру «не просто курьера, а человека с
достоинством»? Обходительный француз, вероятно,
склонен был рассказывать о таинственных «поручени-
ях», удаливших его (конечно, по важным государствен-
ным делам!) из версальского «рая», и для знающих лю-
дей его мотивы выглядели бы достоверно.
Если допустить, что де ла Нёвилль действительно при-
надлежал к приличной дворянской семье из Бове и попал
на службу ко двору «короля-солнце», то провинциальный
«дворянин шпаги» сделал это в крайне неудачное для аван-
тюристов время. Стареющий Людовик XIV «скучал», а пос-
ле тайного брака с Франсуазой де Ментенон (в 1684 или
93
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
1685 г.) всё глубже погружался в религиозное благочестие.
Настолько, что издал указ о запрете адюльтера (мемуары
мадам де Монморанси)!
Согласно мемуарам Данжо сам король и его двор
работали как часы63. Даже обыкновенные при любом
дворе сплетни не приветствовались. Вместо пышных ба-
лов и увеселений придворные вынуждены были делать
постные лица. Скука была смертная. Бежать от неё было
некуда. На любой государственной службе Франции
времена бесшабашных мушкетёров прошли. Финансы
после смерти Кольбера (1683) трещали по швам, но
порядок в интендантстве был железный. Как со смешан-
ными чувствами констатировал французский академик
Камилл Руссе, «дисциплина была абсолютной как в
дипломатии, так и в армии Людовика XIV»64.
Даже зверства, совершавшиеся после отмены коро-
лём Нантского эдикта (1685) во время «драгонад» про-
тив протестантов, творились по приказу, с полным со-
блюдением дисциплины. Её путы ослаблялись для
французского чиновника лишь за границей. Но предпо-
ложить, что такой человек, как Нёвилль, мог получить
дипломатическое поручение Людовика XIV, совершенно
63 «С десяти до половины первого король запирался и работал
со своими министрами. После мессы, которая заканчивалась в два
часа, он шел к мадам де Монтеспан и оставался у неё до обеда, затем
входил на минутку к Мадам дофине, работал один или же выходил
гулять. Вечером, в семь или восемь часов, он шел к мадам де Менте-
нон, выходил от неё в десять, чтобы поужинать, возвращался к мадам
де Монтеспан и оставался там до полуночи, играл со своими собака-
ми, давая им пирожные, и ложился обычно в промежутке от полуночи
до часа ночи».
64 Rousset С. Histoire de Louvois et de son administration politique et
militaire. T. III. Paris, 1891. P. 189.
94
Взгляд французского авантюриста
невозможно (и он, по отсутствию такого имени в доку-
ментах, его не получал). Не мог он стать и тайным курь-
ером, поскольку секретная корреспонденция Франции
перевозилась под дипломатическим прикрытием. А оно
у Нёвилля отсутствовало!
Остаётся предположить, что карьеру «не просто ку-
рьера, а человека с достоинством» неясного звания
француз пытался начать именно в Речи Посполитой
(возможно, после безуспешных скитаний по попутным
мелким и мельчайшим германским дворам). «Надеясь
получить подобное поручение от польского короля,—
пишет Далерак,— он прибыл к этому двору, где он был
хорошо знаком маркизу д’Аркьену, отцу королевы. Он
встретил противодействие своим планам со стороны
маркиза де Бетюна, который, зная образ мыслей этого
дворянина, иногда говорившего без оглядки и осторож-
ности обо всём на свете и даже о монархах, мешал, на-
сколько мог, польскому королю использовать де ла
Нёфвилля, справедливо опасаясь, что дурной пример
может скомпрометировать имя и славу его величества.
В то же время, благодаря просьбам и докучливости мар-
киза д’Аркьена, он получил поручение, для которого
взялся произвести все необходимые расходы».
Вполне возможно, что «хорошее знакомство» с тес-
тем польского короля Яна III Собеского было заведено
общительным Нёвиллем уже в Речи Посполитой, где
старый вельможа (как и его дочь) скучали без свежих
сплетен о Версале. Страна была погружена в славно
начавшуюся победой под Веной тяжкую войну с турка-
ми и остро нуждалась во всех опытных воинах, особен-
но командирах низшего и среднего звена. Но француз-
95
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ского дворянина, каким представлял себя Нёвилль, во-
инские подвиги и слава не манили. Не мечтал он и о
дипломатических битвах. Всё, чего он добивался, — это
статуса посланника, которым можно щеголять, если не с
триумфом вернувшись во Францию (как он поначалу
мечтал), то в любом другом месте Европы. Уж тогда-то,
с его ловко подвешенным языком и тугим кошельком,
Нёвилль сможет выставить себя значительной персоной!
Поручение, которое наш честолюбец получил от
Яна III, вовсе не было связано со службой Франции и даже
противоречило её интересам. Он (на свои средства, что
было немаловажно для польского короля) поехал в апре-
ле 1686 г. к герцогу Савойскому, чтобы привлечь его к
войне Священной лиги с турками. Конечно, вероятность
этого была крайне мала. Однако подобные миссии (на-
пример, русских послов во Францию, Испанию и Вели-
кобританию) составляли часть дипломатической и инфор-
мационной войны членов Лиги против стран, которые, за
спиной христианской коалиции для защиты Европы, ре-
шали свои проблемы, пользуясь отвлечением сил соседей
на войну против «врагов креста Христова». Самой явной
целью был король Франции с его жестокими гонениями
на протестантов и подчеркнутым почтением к римскому
папе — номинальному главе Священной лиги. Ведь имен-
но он строил козни против Империи, выставившей на вой-
ну с турками наибольшее число солдат, и поддерживал
самые тесные, если не сказать дружественные отношения с
турецким правительством — Оттоманской Портой.
Впрочем, и сопротивлявшийся назначению Нёвилля
маркиз Бетюн интересов Людовика XIV в виду не имел:
он лишь не хотел, чтобы француз опозорил короля
96
Взгляд французского авантюриста
польского! Но Нёвилль не ударил в грязь лицом. На-
против, по его рассказу, именно в канцелярии короля
верительная грамота для посланника была адресована
не герцогу Виктору Амадею II, а его умершему ещё в
1675 г. отцу! Именно Нёвилль, по сведениям, передан-
ным Далераком, заметил эту ужасную ошибку и заста-
вил грамоту переписать.
В награду за проявленный дипломатический такт
наш герой позволил себе в Северной Италии как следует
погулять. Разумеется, ни один образованный путеше-
ственник (включая, как увидим ниже, и русских дипло-
матов) не способен был отказаться вкусить прелестей
Венеции. Однако если нашим посланникам довольно
было общества местных аристократов и знаменитых
куртизанок, Нёвилль пламенно мечтал об официальном
приёме у дожа, куда его-то (вот незадача!) и не пускали.
Он добился своего, о чём со всей возможной язвитель-
ностью рассказал Далерак, оказавшийся в Венеции в
том же фламандском трактире, что и Нёвилль.
Человеку из трактира было гораздо сложнее увидеть
дожа, чем, скажем, князю Куракину, снимавшему в Вене-
ции дворец. Но ловкий француз привлёк на свою сторо-
ну посла и жену венецианского резидента в Польше.
Вовсе не чинившийся дож согласился принять Нёвилля
«как знатного путешественника» (доходы от туризма
уже тогда поддерживали Венецию на плаву). «Нёф-
вилль,— рассказывает Далерак,— предупредил весь
трактир об аудиенции, которая будет дана ему вечером,
пообещав всем тем, кто хотел видеть дожа, провести их.
Но на самом деле он искал людей, которые должны
были сопровождать его так, будто бы он был послом».
97
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Во главе этой свиты он с помпой явился к дожу и был
удостоен беседы за закрытыми дверями. Правда, дож
вскоре разобрался в ситуации, пригласил остальных и
«расспросил их всех, одного за другим, об их странах.
О каждой из них он говорил по два слова с почётом и
похвалой, проявив великолепную изысканность ума и
законченность суждений», так что все остались доволь-
ны, кроме завистника Далерака...
Чтобы окончательно добить беднягу Далерака (по-
дающего эту сцену самым ироничным образом), Нё-
вилль гордо рассказал ему, что среди прочих новостей о
польских делах поведал дожу о планах военного союза
с Россией (вызывавших у короля Яна III форменную
изжогу). А вскоре французский посланник известил
дожа о Вечном мире между Речью Посполитой и Росси-
ей, вызвав в Венеции всеобщее ликование. Ведь теперь,
со вступлением могучей северной державы в Священную
лигу, республика получила сильного союзника65, а её
войска — надежду на победу над турками!66
Следующую миссию — доставить депешу Яна III анг-
лийскому королю Якову II по случаю рождения наслед-
ника Стюартов — честолюбивый француз выпросил себе
лишь два года спустя, летом 1688 г. Прозорливый Бе-
тюн опасался, что наш герой, назвавшийся по сему слу-
65 Дож лично выразил свой восторг, отписав в Москву, что ныне
на Россию «вся Европа зрит» с надеждой на победу над общим
неприятелем. Подробнее см.: Богданов А.П. и др. «Око всей великой
России». С. 210 и след.
66 Что уже в следующем, 1687 г. и случилось. Пользуясь отсутстви-
ем османских войск, посаженных на корабли Средиземноморской эскад-
ры и отправленных на русский фронт, венецианцы без боя захватили
Морею и высадились в Афинах. Дож сердечно благодарил союзника в
грамоте в Москву: РГАДА. Ф. 41. On. 1. Ч. 2. Св. 1687 г. № 5 и 6.
98
Взгляд французского авантюриста
чаю Бартоломью Ив виконт де ла Нёвилль, наболтает
невесть что и сострижет все почести посланника при
каждом дворе по дороге на остров. Об этом маркиз пря-
мо писал в Берлин, выражая горячее желание, чтобы
Нёвилль лишь «ненадолго задержался при дворе» бран-
денбургского курфюрста.
Бетюн писал в Берлин 13 августа, а Нёвилль, со-
гласно английским газетам, получил в октябре аж три
аудиенции у королевской семьи, т.е. погулял по Европе
и «засветился» в Британии славно. В лучах этой славы
он грелся в Лондоне до декабря. Задержка в Англии
оказалась большой ошибкой. Осенью 1688 г. пригла-
шенный парламентом муж сестры Якова II, пламенный
протестант Вильгельм Оранский, высадился на острове
с войсками и был объявлен новым королём. Католик
Нёвилль, в отличие от вовремя бежавшего на континент
короля Якова, задержался и, по его собственным сло-
вам, был «ограблен на обратном пути».
Путь он держал во Францию, где, пользуясь присво-
енным себе званием польского посланника (а не курье-
ра), провёл зиму 1689 г. В своём звании он убедил, лич-
но или через доброхотов, самого секретаря по иност-
ранным делам Франции де Круасси. Тот письменно
рекомендовал дю Тейлю, посланнику короля-изгнанни-
ка Якова II, ехать в Варшаву «как в сопровождении ку-
рьера маркиза Бетюна, так и в обществе господина де
Нёфвилля, который имеет звание посланника польско-
го короля». Но Нёвилль выехал раньше дю Тейля, и
наговорил по дороге такого, что несостоявшийся спут-
ник ещё более повысил его рейтинг, горько жалуясь на
него самому «королю-солнце».
99
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Дю Тейль писал Людовику XIV, что именно от Нё-
вилля идут слухи, будто французские дипломаты, вклю-
чая автора донесения и де ла Бетюна, «находятся здесь,
чтобы помешать миру с турками», для чего собираются
ехать то ли в Константинополь, то ли в Валахию (где
поляки, как известно по данным Посольского приказа,
действительно готовили почву для сепаратного мира с
Портой). Это крайне обеспокоило двух папских нунци-
ев, в Вене и Варшаве (ведь папа был покровителем
Лиги), и самого польского короля (ведь раскрывались
его планы). Добило жалобщика то, что когда скандал
вышел наружу, Нёвилль в разговорах с Бетюном,
польским королём и нунцием ловко перевёл вину на дю
Тейля, причём, если сопоставить числа, ещё до приезда
того в Варшаву!
Когда дю Тейль расхлёбывал то, что заварил своей
безответственной болтовнёй Нёвилль, тот уже ехал в
Москву. В Записках, посвящённых Людовику XIV, аван-
тюрист уверяет, что выполнял в России поручение фран-
цузского посла в Варшаве де ла Бетюна, однако отноше-
ние к нему маркиза нам известно. Очевидно, сочиняя
Посвящение «королю-солнце», которому Нёвилль всё
равно не мог свои Записки вручить, он имел в виду
произвести доброе впечатление на патриотичного, но не
разбирающегося в иностранных делах французского
читателя.
В написанном ранее Посвящения тексте Записок
авантюрист хвастается по-иному: «Оказав мне честь,
польский король назначил меня своим чрезвычайным
послом в Московию». Это тоже неверно. Ни послом, ни
посланником, ни даже «гонцом» (официальным курье-
100
Взгляд французского авантюриста
ром, доставлявшим правительственные депеши) Нё-
вилль не был. Ведь любой из этих чинов подлежал в
России официальной встрече, тщательно разработан-
ной по церемониалу и строго документировавшейся.
Если какие-то документы пропадали (что случилось
впоследствии с частью бумаг Посольского приказа), то
от приёма любого посольского чина сохранялись бело-
вики (посольские книги) или первичные документы (по-
сольские свитки), переводы или оригиналы привезён-
ных дипломатическим чиновником грамот и черновые
«отпуски» официальных ответов, служебные записи
русских чиновников, принимавших иноземца и полу-
чавших за это жалованье. Наконец, о дипломатических
событиях говорят расписки причастных к ним россиян
за жалованье и челобитные, в которых перечислялись
официальные службы просителя.
Нёвилля в наших документах или просто частных за-
писках нет, как нет и лица на него похожего, если бы он
приехал под каким-то особым (например, польским)
псевдонимом. Следовательно, как дипломата в Москве
его не существовало, а как шпиона, коли уж он не постра-
дал от вездесущей русской контрразведки67, — тем более.
Иными словами, «рекомендательные грамоты к ца-
рям и паспорты», которыми, по словам Нёвилля, снаб-
дил его король, могли представить его только как одного
из мелких сотрудников польской миссии в Москве. Её,
как и русскую миссию в Варшаве, возглавлял невысокий
посольский чин — резидент; ниже его стоял только гонец,
но при каждой резидентуре состоял штат дворян и слуг.
67 См., напр.: Плугин В., Богданов А., Шеремет В. Разведка была
всегда... М., 1998.
101
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Это позволяло Нёвиллю, не объявляя особой миссии
и не рассчитывая, вопреки его уверениям, на официаль-
ную аудиенцию царей, побывать в Москве с каким-то
частным королевским делом, общаться с представителя-
ми Посольского приказа и, возможно, заинтересовать
своей болтовнёй самого канцлера Голицына. Впрочем,
ему проще было встретиться с покупавшим модные но-
винки князем по торговым делам, вовсе не требовавшим
предъявления документов. В любом случае, пышная
встреча на границе, которую описал француз, происхо-
дила не с ним...
Безудержная фантазия автора, как легко видеть,
сравнив текст и исторический комментарий, превращала
де ла Нёвилля в великого французского дипломата и
шпиона. Реальность предстаёт перед нами в донесении
маркиза де ла Бетюна во Францию 6 января 1690 г.,
опубликованном А.С. Лавровым. Она тоже сильно при-
правлена вымыслом в духе газетных корреспонденций,
которые будоражили тогда всю Европу и широко ис-
пользовались в своих информационных кампаниях пра-
вительствами, в том числе России68.
«Граф Габриэль Ромен и господин де ла Нё-
вилль, — писал маркиз,— проведя шесть месяцев в
Москве, где они были удерживаемы как пленники в
течение всех смятений, происходивших в этой стране,
были отпущены лишь после сильных настояний, еде-
68 Если информационные материалы из Москвы печатались не-
мецкими и голландскими изданиями (через наших иностранных пред-
ставителей) довольно легко, то Франция, тратившая на информацион-
ную войну огромные средства, к концу 1680-х оказалась в политичес-
кой изоляции и не могла рассчитывать на печатные похвалы даже за
деньги (Борисов В.В. Дипломатия Людовика XIV. С. 104 и др.).
102
Взгляд французского авантюриста
данных от имени польского короля во время их осво-
бождения». Слова «смятения» и «пленники» — харак-
терное для рассказов Нёвилля преувеличение. Хлопо-
тать же о выдаче двум лицам, приехавшим в Россию
под покровительством Яна III (по его поручению, на
службу или поселение), документов для возвращения
в Речь Посполитую «от имени польского короля»
должен был его постоянный резидент в Москве Юрий
Доминик (1687—1694).
Они, продолжает де ла Бетюн, «сообщили, что но-
вый царь решил в своём совете начать войну с Литвой
этой весной и что он уже приказал сделать большие
приготовления и магазины запасов на границах. Они
добавляют, что царь совещался о том, воевать ли ему со
Швецией или Польшей, и что его совет принял решение
атаковать последнее королевство. Если это окажется
верным, то Сейм будет принуждён заключить мир с Пор-
той по меньшей мере на условии уступки Молдавии, и
мы удачно воспользуемся этой новостью, чтобы под-
толкнуть Речь Посполитую к тому, что мы желаем», т.е.
к выходу из Священной лиги.
Мы не знаем, кто таков граф Ромен, игравший в
путешествии Нёвилля первую роль (и потому им не
упомянутый). Но очевидно, что из массы живых рас-
сказов этих безответственных лиц о «Московии» мар-
киз выбрал то, что могло бы развлечь и утешить Людо-
вика XIV. Государственный секретарь по иностранным
делам маркиз де Торси должен был, при всеобщей в те
годы нелюбви к Франции, хоть иногда рассказывать
королю обнадеживающие «новости». Даже если они
были абсолютно ложными. Россия не собиралась по-
103
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
кидать Священную лигу и следила, чтобы этого не сде-
лали другие. Но распространение подобных слухов
при дворе Яна III, который был не прочь заключить
сепаратный мир с турками и предать союзника, было
на руку обоим королям, польскому и французскому.
Нёвиллю очень не понравилась Россия, где авантю-
риста при дворе не приняли. Но в Европе было много
дворов! В «Посвящении» к своим Запискам он уверяет,
что ездил затем с поручением Яна III в Ганновер выра-
зить соболезнование герцогу Эрнсту Августу по поводу
смерти сына. Разумеется, автор представляет себя тай-
ным агентом Франции в лице маркиза де ла Бетюна, для
которого должен был собирать новости.
Такими лицами, приносящими разнообразные слу-
хи и выполняющими мелкие поручения, были обычно
незнатные путешественники: купцы, наёмные офицеры и
т.п. Статуса это побочное занятие не давало. А Нёвил-
лю, хоть в издании Записок для французов он и хочет
показаться верным и даже романтически тайным слугой
Франции, требовался именно статус. В конце концов,
он же был француз!
Направившись в 1690 г. в Версаль с соболезновани-
ями польского короля по случаю смерти французской
дофины, наш герой, по его словам, представляясь «по-
сланником», «мог посетить проездом некоторые дворы,
при которых меня хорошо знают и всегда оказывали
учтивый прием». Скорее всего, Нёвилль и здесь преуве-
личивает: «посланником» Речи Посполитой к Людови-
ку XIV он быть не мог, зато сопровождать такого по-
сланника, да ещё на свои деньги, мог устроиться. Под
прикрытием польского посольства он действительно
104
Взгляд французского авантюриста
мог перевозить письма Бетюна, хотя и в таком деле ока-
зался ненадёжен.
Как выяснила не так давно И. де Мадаряга, при
возвращении из Версаля в Варшаву Нёвилль забыл в
багаже и потерял секретные документы, направлен-
ные с ним тайному агенту Франции в Германии Бенуа
Бидалю — парижанину, прикидывавшемуся шведским
бароном69.
В 1691 г. Нёвилль (неясно, в каком статусе) вновь
посетил Францию. Он передал де Торси маловажное,
не содержащее обращения и даже не подписанное ин-
формационное письмо маркиза Бетюна, «которое я
сейчас получил... по тайному каналу», причём уверял,
что имеет поручение передать его «в собственные
руки». Сопроводительная записка к письму написана
кем-то другим и лишь подписана Нёвиллем. Она свиде-
тельствует, что государственный секретарь по иност-
ранным делам Франции авантюриста не принял, ска-
завшись больным. И клочок бумаги, возможно, про-
сто взятый Нёвиллем со стола де ла Бетюна, был
передан де Торси с нарочным.
Произвести впечатление в качестве посланника
польского короля во Франции Нёвилль сумел лишь в
Германии, причём мы имеем об этом свидетельства толь-
ко из неофициальных кругов. Лейбниц писал в 1682 г. в
Париж, прося своего корреспондента использовать вли-
яние Нёвилля на Яна III для получения покровительства
задуманному учёным языковедческому исследованию.
Лейбниц, со слов Нёвилля, знал о его «подвигах» и боль-
69 Madariaga, Isaeel de. Who was Foy de la Neuwille? P. 25.
105
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
шом влиянии в Варшаве, а также располагал сохранив-
шимся экземпляром рукописи его Записок. В письме не-
мецкого торгового представителя в Париже Лейбницу в
1695 г. сообщалось, что из Польши прибыл «господин
де ла Нёвилль», который делает закупки для варшавско-
го двора, причём готов оказывать всяческие услуги также
ганноверскому курфюрсту «и его подданным».
По-видимому, немцам Нёвилль старался предста-
виться виконтом и камергером Яна III. Однако в Варша-
ве его не считали даже простым шляхтичем. В процити-
рованной Лавровым записи дневника Казимира Сар-
нецкого от 19 октября 1694 г. приведен любопытный
эпизод из жизни варшавского двора.
Король, со слов «своего француза» (как можно
было назвать лишь слугу или человека без чина), рас-
сказывал придворным такую историю: «В прошлую
субботу ночью чьи-то слуги вытащили из кареты фран-
цуза господина де Нёвилля и избили палками, причём
ему досталось до двухсот ударов». «Кто и за что,— пи-
шет Сарнецкий,— неизвестно. Известно, впрочем, что он
рад был поболтать о людях и оговорить их... Большой
скромности научили его поляки, которой он, видимо, не
смог набраться во Франции».
По обычаям Речи Посполитой шляхтича не имел
права избить палками даже магнат: он мог лишь прика-
зать кому-то из свиты его зарубить. В любом случае,
рассказывать об этом публично было в высшей степени
неприличным. В те годы во Франции дуэли уже шли на
убыль, но в Варшаве и Москве дворяне рубились по
каждому поводу (царь Фёдор Алексеевич вынужден был
фактически снять наказание с победителя дуэли, даже у
106
Взгляд французского авантюриста
стен своего дворца)70. Получив побои, да ещё столь живо
рассказав о них королю Яну III, Нёвилль четко поставил
себя на «скромное» место как представитель податных
сословий. После этого он, разумеется, не мог получать
«шляхетных» заданий, даже в качестве курьера. Зато ему
не возбранялась закупка за рубежом разных полезных
для варшавского двора вещей, для чего и в Речи Поспо-
литой, и в России тогда использовались частные путе-
шественники и торговцы.
* * *
Итак, мы убедились, что дипломатическим агентом
Франции, каким представляет себя в Записках Нё-
вилль, он не был. Возможно, время от времени этот
состоятельный честолюбец, представлявшийся фран-
цузским дворянином, выполнял отдельные поручения
польского короля Яна III Собеского, как дипломати-
ческого (в качестве курьера), так и торгового свойства.
Хвастун и краснобай, превыше всего ставивший статус,
который, в его глазах, давал королевский чин (напри-
мер, посланника), был вынужден изображать себя на
родине лишь тайным агентом Франции.
70 В указе от 10 ноября 1680 г., после перечисления обычных
санкций против дуэлей «при Государеве дворе, в Кремле, на (Иванов-
ской) площади, или у кого на дворе, или за Кремлем где-нибудь»,
добавлена статья, фактически снимающая ответственность с победи-
теля в честной дуэли, который объявлялся «обороняющейся» сторо-
ной. «А будет кто,— указал царь,— кому раны учинит или кого убьет
до смерти боронясь от себя, для того что тот, кого он ранит или
убьет, сам его наперед учнет бити, и по розыску скажут про то
сторонние люди, и такого никакою казнью не казнить, потому что он
то учинил боронясь от себя». См.: Полное собрание законов Россий-
ской империи с 1649 г. СПб., 1830. Т. II. № 843. С. 283.
107
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Записки Нёвилля о России, даже если он простой
мещанин, проматывавший не фамильный замок, а ку-
бышку своего отца-суконщика, — талантливый рассказ
авантюриста, сумевшего благодаря своей общительнос-
ти добыть массу ходивших по Москве слухов и создать
на их основе весьма увлекательное сочинение.
Не важно, что законченные до 1696 г. (когда умер
Ян III, представленный в тексте живым) Записки содержат
массу фантастических сцен, которые должны подчеркнуть
высокий статус «де ла Нёвилля». Не беда, что Посвящение
Людовику XIV, написанное для издания Записок в 1698 г.,
ещё более хвастливо и нередко противоречит основному
тексту. Главное, что это сочинение по-настоящему талант-
ливо, что оно веками доставляет удовольствие читателю и
создаёт массу интереснейших головоломок для историков.
Неуёмный честолюбец Нёвилль остался в истории бла-
годаря шедевру своего хвастовства — Запискам о Моско-
вии. Именно в связи с ними упоминает о завершении его
жизни Готфрид Вильгельм Лейбниц в письме от 7 апреля
1699 г.: «Изданная книга господина де ла Нёвилля (кото-
рый умер) не содержит ничего сверх рукописи, исключая
только Посвящение королю Франции». Рукопись учёный
имел. Больше ему от Нёвилля ничего не требовалось.
Убеждён, что благодаря своему таланту авантюрист
заслуживает в этом издании дворянской фамилии де ла
Нёвилль, дополненной исследователями и предположи-
тельным фамильным именем Фуа. Он, в отличие от ба-
рона Мюнхгаузена, не сказочный персонаж — он сам
творец литературы, в которой имеет право выступать в
той роли, которую себе отвёл. Мне кажется, Нёвилль
этого достоин.
108
Взгляд французского авантюриста
Де ла Нёвилль
ЛЮБОПЫТНЫЕ И НОВЫЕ ИЗВЕСТИЯ
О МОСКОВИИ 1689 г.
ПОСВЯЩЕНИЕ ЛЮДОВИКУ XIV
Государь!71 Маркиз Бетюн72, узнав в 1689 году73, что
шведский и бранденбургский посланники поехали в
Московию, счел необходимым для пользы Вашего вели-
чества отправить кого-либо, кто мог бы узнать, в чем
именно будут состоять переговоры упомянутых послан-
ников с Московией.
Честь исполнения этого поручения маркиз возло-
жил на меня, что меня очень поразило, так как я уже
ранее совершил такое путешествие и неоднократно на-
влекал на себя подозрения этих варваров74. Но услы-
хав, что я могу быть полезным вашему величеству, я
принял это предложение и просил лишь маркиза де
Бетюна принять во внимание, что проезд в Московию
разрешен только купцам и посланникам75, почему он
71 Людовик XIV (1638-1715) - король Франции с 1643 г.,
самостоятельно правил с 1661 г.
72 Маркиз де ла Бетюн, Франсуа Гастон (1635—1693) — великий
и полномочный посол Франции в Речи Посполитой (1676—1680,
1685-1692) и Швеции (1692-1693). Муж Анны-Марии-Луизы де ла
Гранж д’Аркьен — сестры польской королевы Марии-Казимиры (суп-
руги Яна III Собеского); был связан также с иезуитами.
73 В рукописи, представляющей, видимо, более ранний вариант
текста: «узнав в июле 1689 г.».
74 Никаких сведений о других визитах Нёвилля в Россию не
сохранилось; может, их и не было.
75 В действительности въезд разрешался также иностранцам, же-
лающим наняться на русскую службу или поселиться в России, напри-
мер, французским гугенотам, спасавшимся от варварских «драгонад»
Людовика XIV.
109
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
и решил просить в этом случае помощи короля
польского76.
Король с благосклонным участием заявил, что труд-
но предположить, чтобы я не был узнан в этой стране
посланниками царя или другими людьми, видевшими
меня при Варшавском дворе, и что в таком случае меня
сочтут шпионом и сошлют на веки в Сибирь77; далее,
говорил он, что раз дело идет об услуге Вашему величе-
ству, то он охотно доставит мне возможность безопасно
и успешно совершить это путешествие.
Согласно этому он выдал мне рекомендательные
грамоты к царям и паспорта, и я отправился со свитой78,
соответственною моему званию, ибо последним догово-
ром Польши с Московиею положено не содержать при-
сылаемых послов на счет того государства, в которое их
отправляют, и не давать им подвод безденежно79.
76 Король польский и великий князь литовский с 1674 г. Ян III
Собеский (1624—1696). В 1672 г. вступил в войну с Турцией, был
поддержан выступившей на его стороне Россией (1673), но разгромлен
и заключил предательский Журавинский мир (1676), «уступив» туркам
Украину и обещав им военную помощь против оборонявшей ее России.
В 1683 г., по настоянию имперской и русской дипломатии, пришел на
помощь осажденной турками Вене. Победа над «общим врагом креста
Христова» под Веной положила начало Священной лиге Австрии,
Польши и Венеции против Турции (1684—1699), в которую в 1686 г.,
урегулировав отношения с Польшей Вечным миром, вступила и Россия.
77 Невероятное заявление, призванное лишь показать заметность
фигуры автора, ведь в Варшаве Нёвилль не был французским служа-
щим, а просил и выполнял поручения только польского короля,
союзника России.
78 В рукописи более точно: «с необходимым обозом»,— но слово
«свита» более соответствует стилю поведения и рассказов Нёвилля.
79 Такая практика допускалась во Франции (например, к русским
великим и полномочным послам в 1687 г.). В России иностранные
дипломаты принимались на полном государственном обеспечении, и
отказаться от него было невозможно. Не получить подвод Нёвилль
мог только в том случае, если не представил дипломатических доку-
ментов и въехал в Россию как частное лицо.
110
Взгляд французского авантюриста
На четырнадцатый день достиг я границы, хотя рас-
стояние от Варшавы до последнего польского города
составляет около 160 немецких лье. Я известил о моем
приезде и назначении палатина Смоленского герцог-
ства80, куда я направился на следующий день. Прием,
оказанный мне в Смоленске, описан в моем дальнейшем
рассказе.
Обождав десять дней, пока съездил гонец, которого
палатин посылал ко двору за приказаниями относитель-
но меня81, я отправился в Москву, где и был помещен в
доме, назначенном для меня первым министром82, в
150-ти шагах от города.
Ко мне явился пристав Спафарий, уроженец валаш-
ский83, приветствовал меня от имени министра и остался
80 Смоленский воевода окольничий Иван Алексеевич Мусин-
Пушкин, сочетавший административные функции с командованием
западным военным округом. Отличился на посту главы Сибирского
приказа (1684—1687), а в 1688 г. за рассказы о Сибири и Америке
заслужил от проезжавшего через Смоленск французского иезуита Фи-
липпа Авриля характеристику «одного из умнейших людей, виденных
им в жизни». Впоследствии боярин и сенатор.
81 Запрос в Москву о пропуске иностранца во внутренние облас-
ти России был обычной практикой. Судя по тому, что в Посольском
приказе не было заведено «дела о приезде» дипломата, Нёвилль
таковым не являлся. Он мог проходить по делам купцов или иност-
ранных специалистов в других приказах, делопроизводство которых
сохранилось плохо.
82 Первый министр — в России, как и во Франции после Мазари-
ни, не было поста главы административного аппарата: Боярская дума и
руководители центральных ведомств подчинялись непосредственно го-
сударю. Однако положение реальных лидеров закреплялось в Москве
второй половины XVII в. должностью главы Посольского приказа и
чином канцлера, который носили А.Л. Ордин-Нащокин, А.С. Матвеев,
в описываемое время — В.В. Голицын.
83 Николай Гаврилович Милеску Спафарий (1636—1708), пере-
водчик Посольского приказа с 1671 г., литератор, посланник в Цинс-
кой империи (1675-1678), молдаванин. В качестве пристава — про-
111
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
состоять при мне. Через неделю после этого он препро-
водил меня в приказ или совет84, после чего я посетил85
посланников польского, шведского, датского, бранден-
бургского и некоторых немецких офицеров.
При этом мне удалось открыть цель посылки швед-
ского и бранденбургского поверенных; они присланы
были в Московию для того, чтобы навлечь подозрение
на поступки польского короля относительно москви-
тян, уверениями, что король действует в пользу Вашего
величества, желая вопреки общему союзу заключить от-
дельный мир с турками и намереваясь после этого в
токольного чиновника — постоянно (хотя и неофициально) находил-
ся при вызвавшем интерес канцлера Нёвилле и охотно болтал с ним
на разные темы, не раскрывая, впрочем, политических секретов: срав-
ни главу «Изложение рассказов Спафария о путешествии в Китай» с
посольскими материалами: Арсеньев Ю.В. Путешествие через Сибирь
от Тобольска и до Нерчинска и границ Китая русского посланника
Николая Спафария в 1675 году. Дорожный дневник. СПб., 1882; он
же: Путевой дневник от Нерчинского острога до Пекина русского
посланника в Китай Николая Гавриловича Спафария 1676 года //
Известия Оренбургского отдела Императорского Русского Географи-
ческого о-ва. Оренбург, 1896. Вып. 10; он же: Статейный список
посольства в Китай Н. Спафария. СПб., 1906; Русско-китайские отно-
шения в XVII веке, материалы и документы. Т. I.M., 1969.
84 Приказ или совет — приказами назывались центральные госу-
дарственные учреждения России XVI—XVII вв., подчинявшиеся царю
и Боярской думе; одновременно действовало до нескольких десятков
приказов, выполнявших отдельные функции (например, Посольский
приказ — главное внешнеполитическое ведомство) или управлявших
территориями (Казанский, Сибирский и пр.). Во главе приказа стоял
совет — судья с «товарищами» (помощниками) или коллегия дьяков.
Представление о «приказной волоките» связано с судебными функци-
ями приказов, разбиравших споры подведомственного им населения,
определенных чинов или только служащих. Исполнение приказами
основных функций, при ограниченных штатах, потрясает эффектив-
ностью.
85 В рукописи вернее: «получил разрешение увидеть»; в издании
преувеличение продолжено. Судя по перечню лиц, Нёвилля, после
обычного карантина и проверки, допустили в Немецкую слободу.
112
Взгляд французского авантюриста
угоду вашему величеству сделать нападение на герцог-
ство Прусское86.
Вслед за тем посланник голландский начал действо-
вать против меня, сообщив москвитянам, что я француз
и приехал для того, чтобы выведать их государственные
тайны87. Его происки достигли того, что меня заключи-
ли на неделю в моем жилище; польский посол, однако,
так энергично жаловался на этот поступок, как на ос-
корбление, нанесенное, в лице моем, его государю, что
совет разрешил мне свободу, уверив, что, лишая меня ее
на время, имелось в виду только предохранить меня от
оскорблений враждебно настроенной толпы88.
На эти извинения я отвечал, что знаю Францию
очень хорошо и могу сказать, что, обладая миллиона-
ми, французский король тем не менее не пожелает ис-
86 В Москве служили резиденты: поляк Юрий Доминик (1687—
1694); только что, 7 июня, приехавший на смену Христофору Кохену
швед Томас Книпер (1689—1690); датчанин Генрих Бутенант фон
Розенбуш (1678—1702). Никто из них о встрече с Нёвиллем не
сообщает. Бранденбургский посланник Иоганн Peep Чаплич был в
Москве с 11 ноября 1688 по 21 марта 1689 г. и уехал за полгода до
появления Нёвилля, не оставив резидента. Фантастические сведения о
прусской и шведской миссии француз самым легкомысленным обра-
зом сочинил.
87 Голландский резидент Иоганн фан Келлер (1676—1698) отчи-
тывался в Амстердам о событиях в Москве регулярно, но хитроумно-
го француза тоже не заметил.
88 В рукописи мягче: «чтобы народ, узнавший об этих подозре-
ниях, не нанес мне оскорбления». Ограничения на передвижение по-
сольских людей в Москве были обычным делом, особенно до приня-
тия их верительных грамот. Но скорее власти просто посадили Нё-
вилля под домашний арест, пока не наведут о нем новых справок с
учётом его обычной болтовни о политике и государственных деяте-
лях. В этом незначительном случае они могли обратиться к иностран-
ным резидентам, причем француз-католик вряд ли мог получить поло-
жительный отзыв от Келлера, Кохена, Розенбуша и в Немецкой сло-
боде, где преобладали протестанты.
113
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
тратить и сотни экю для того, чтобы проникнуть в тай-
ны царей, и что, имея честь быть посланником польско-
го короля, я никогда не побоюсь народной толпы.
Кончилось, однако, тем, что шведские посланники
были удалены без всякого успеха, и я, извещая об этом
маркиза де Бетюна, изъявил желание также быть ото-
званным, предвидя в недалеком будущем смятения89.
При начале их я вынужден был для безопасности сидеть
дома, затворив двери и никуда не выходя90.
Все мое развлечение состояло при этом в разговорах
с моим приставом, только два месяца тому назад вер-
нувшимся из поездки в Китай. Сведения, полученные
мною от него, весьма любопытны и могут быть весьма
полезны вашему величеству, указывая на возможность
организовать сухопутную торговлю с Китаем; поэтому
я тщательно заметил все подробности слышанного
мною от него.
Через некоторое время после моего возвращения в
Польшу, когда маркиз Бетюн узнал, что курфюрст сак-
сонский и герцог ганноверский решили свидеться в Карл-
сбаде, в Богемии, я пожелал, чтобы король польский
послал меня для изъявления его прискорбия герцогу ган-
новерскому, лишившемуся в это время сына, о чем он
89 В рукописи иначе: «Наконец, когда шведский и бранденбург-
ский послы были отпущены безо всякого успеха, я сразу же дал знать
об этом маркизу де Бетюну, попросив его отозвать меня, поскольку
предвидел скорый мятеж».
90 Нёвилль приехал в Москву в середине августа, после того как
напуганный известиями о «бунте стрельцов» Пётр ночью ускакал
искать спасения за стенами Троице-Сергиева монастыря, дав сигнал к
началу бескровного переворота, завершившегося в начале сентября
свержением Софьи, казнью ее фаворита Ф.Л. Шакловитого и ссылкой
Голицына. «Смятения», или, по рукописи, «скорого мятежа», в Моск-
ве не было.
114
Взгляд французского авантюриста
извещал короля; при этом случае я надеялся узнать цель
свидания упомянутых государей с тем, чтобы известить
об этом ваше величество. Отправленный туда, я отдал
потом отчет маркизу Бетюну обо всем, что успел разуз-
нать, а именно, что с обеих сторон были сделаны кое-
какие предложения относительно герцогства Лауем-
бургского, но соглашения, однако, не последовало ни
в чем91.
В заключение, когда Ваше величество уведомили
короля польского о кончине ее высочества дофины92,
он назначил князя Радзиевского93 для изъявления Ва-
шему величеству его прискорбия о кончине принцессы.
Но маркиз Бетюн пожелал, чтобы назначение это при-
нял я94; он надеялся, что в звании польского посланни-
ка я могу с большей безопасностью доставить Вашему
величеству донесения его Вам и депеши посланнику
Вашему в Гамбурге и что, исполняя это поручение, я
могу посетить проездом некоторые дворы, при кото-
рых меня хорошо знают и всегда оказывали учтивый
91 Курфюрст саксонский Иоганн Георг III (1647-1691) и герцог
ганноверский Эрнст Август (1640—1698) в 1690 г. в Карлсбаде дого-
ворились о передаче Саксонии герцогства Саксен-Лауэнбург, династия
которого пресеклась в 1689 г.; Ганновер в 1692 г. стал курфюрством.
В издании отчасти поправлена ошибка Нёвилля в рукописи: «о пред-
ложениях соглашения между ними относительно герцогства Лауен-
бургского» князья «не смогли договориться».
92 Невестки Людовика XIV Марии-Анны-Виктории Пфальцкой
(1660-1690), дочери курфюрста Баварского Фердинанда и Генриетты
Савойской.
93 В рукописи далее: «находящегося сейчас в Париже в Академии».
94 Малоизвестный дворянин никак не мог получить назначение
вместо Августина Михаила Стефана Радзиевского (1645—1705): ко-
ролевского подканцлера, кардинала, примаса, архиепископа Гнезнинс-
кого, епископа Варминского. Однако эта фантазия показывает уро-
вень притязаний бедняги Нёвилля.
115
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
прием95, и где таким образом я могу изучить хорошо
положение дел: все эти дворы, исключая двора герцога
ганноверского, я нашел в довольно расшатанном со-
стоянии, поставленными в прямую необходимость
поддерживать мир с Вашим величеством96.
Облеченный ныне в звание Вашего дипломатического
чиновника97, я прошу Вас, государь, принять благосклон-
но то, что моя ревность на Вашу пользу заставляла меня
предпринимать, и принять также рассказ, некоторые под-
робности которого могут быть любопытны, и, может
быть, удостоятся Вашего чтения в часы отдыха от важных
дел, которыми решается судьба Европы, Вашими победа-
ми и волею Провидения преданная руке Вашей.
95 Страсть Нёвилля к «учтивым приемам» с заездом во все воз-
можные дворы была хорошо известна де Бетюну: когда тот ехал от
польского короля в Лондон в 1688 г., маркиз специально предупре-
дил по пути его следования: «Господин де ла Нёвилль направляется в
Берлин, он едет с письмом от польского короля к английскому коро-
лю. Я хотел бы, чтобы он ненадолго задержался бы при дворе, где вы
находитесь, ибо он (неразборчиво, надо полагать — горазд) говорить
и воспользуется всем в Берлине» (Лавров. С. 21).
96 Лавров полагает, что речь шла об опасности вовлечения гер-
манских княжеств в антифранцузскую Аугсбургскую лигу Нидерлан-
дов, Австрии, Савойского герцогства и Англии (королем которой в
результате Славной революции стал штатгальтер Нидерландов Виль-
гельм Оранский). Но, скорее всего, «расшатанное состояние» дворов,
не позволяющее им воевать против Франции, относится к их финансам.
Речь идёт о денежных субсидиях, которые Людовик XIV выделял
практически всем германским княжествам и электорам (общая сумма
выплат иностранным государям составила в 1672 г. 10 % от бюджета
Франции в 71 млн 339 тыс. ливров). Курфюрст Бранденбургский полу-
чил с 1668 по 1688 г. 4 млн ливров, Бавария — ещё больше, герцог
Ганновера находился на содержании французов. Свою долю в деньгах
Людовика XIV имели электоры Кёльна, Майнца, Мюнстера и т.д. См.:
Борисов Ю.В. Дипломатия Людовика XIV. М., 1991. С. 103—104.
97 Безбожное преувеличение, ради которого, похоже, и были из-
даны Записки. В рукописи куда скромнее: «я был удостоен звания
посланника к Вашему величеству».
116
Взгляд французского авантюриста
Дерзая уповать на эту особую Вашего величества
милость, пребываю неустанно усердный, неутомимый,
Вашего величества покорнейший и вернейший поддан-
ный и слуга де ла Нёвилль98.
МОСКОВИЯ В 1689 ГОДУ
Король польский почтил меня званием посланника
своего в Московию99 1 июля 1689 г., и 19-го того же
месяца я отправился из Варшавы смоленскою дорогою,
так как дорога на Киев, хотя и ближайшая, была тогда
подвержена набегам татар100.
Как только губернатор Смоленской области, человек
по образованию нисколько не походящий на москвитяни-
на, услышал, что я выехал и приближаюсь к Смоленску, он
прислал пристава или дворянина, с переводчиком, встре-
тить меня; они приветствовали меня за полмили от города
и препроводили в предместье на другой берег Днепра, вре-
менно в какой-то дом, до назначения губернатором друго-
го местопребывания. Один из них отправился уведомить
его о моем приезде, и он прислал поздравить меня, прило-
жив при этом разные припасы, как-то: небольшой бочо-
98 В рукописи: де ла Нёфвиллъ (De La Neufrille).
99 В рукописи Нёвилль приврал ещё больше: «Оказав мне честь,
польский король назначил меня своим чрезвычайным послом в Мос-
ковию»,— т.е. представил себя на месте великого литовского канцле-
ра М.А. Огинского, который был перед этим чрезвычайным и полно-
мочным послом Речи Посполитой в Москве и дал автору сопроводи-
тельное письмо к своему хорошему знакомому канцлеру Голицыну.
100Набеги — пустая отговорка короля, не желавшего писать рус-
скому воеводе города Киева, который поляки, невзирая на условия
Вечного мира, продолжали считать своим; в реальности военные
действия шли уже в низовьях Днепра и Буга.
117
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
нок водки, другой вина, третий меду, несколько дичи, двух
баранов, воз рыб и овса. Он предлагал мне выбрать дом
для житья в городе или предместье, но я остановился на
последнем, так как в предместье ворот не было, городские
же ворота рано запирались.
На другой день я посетил губернатора в его дворце,
где встретил митрополита101 и нескольких почетных лиц.
О Смоленске я ничего не могу сказать. Строение в нем,
как и в других русских городах, деревянное; он окружен
каменною стеною для защиты от нападения поляков.
Желая почтить меня или, скорее, стараясь придать
себе более важности, губернатор собрал 6000 человек
милиции, которую при таких случаях набирают из крес-
тьян, разделяя их на полки и выдавая им на это время
довольно чистую одежду; царь платит сей милиции по
четыре экю и по осьмине соли в год. Каждый мальчик
шести лет уже вносится в роспись и получает жалованье,
так что вы видите тут и стариков и мальчиков, так как
милицейские обязаны служить до смерти102.
Я проехал между этими красивыми воинами, постав-
ленными в два ряда от моей квартиры до губернатор-
ского дома, в моей коляске, сопровождаемой верхом
подстаростой Могилевским, королевским чиновником,
которому с двенадцатью офицерами тамошнего гарни-
зона приказано было сопровождать меня до Смоленска.
10 Архиепископ (1676—1681), затем митрополит Смоленский и
Дорогобужский Симеон Милюков (ум. 1699).
102 Речь идет о пашенных солдатах, от которых правительство
старалось избавиться, несмотря на их дешевизну; «верстали» в служ-
бу с 15 лет, освобождали от нее по ранению или немощи. Разумеется,
за взятки возможны были всякие нарушения, а на парадные церемо-
нии в страдную пору старались послать стариков и детей.
118
Взгляд французского авантюриста
Едва губернатор завидел поезд мой, как вышел ко
мне навстречу и повел в комнаты. Там, после нескольких
приветствий, произнесенных стоя, причем переводчиком
был генерал-майор Менезиус, шотландец, знаток всех
европейских языков103, губернатор велел принести боль-
шие чаши с водкой, и мы пили за здоровье короля и
царей. Потом мы распростились, и губернатор прово-
дил меня на крыльцо, стоя там, пока я не сел в коляску.
Мы возвратились прежним порядком, но дома я застал
у себя генерала Менезиуса, которому губернатор приказал
быть моим собеседником, пока я пробуду в Смоленске.
Я был приятно удивлен, найдя человека его достоинств в
варварской стране, ибо кроме знания языков, которыми
генерал владел превосходно, он был всесторонне образо-
ван и приключения его заслуживают описания.
Обозрев большую и лучшую часть Европы, он по-
ехал в Польшу, предполагая оттуда возвратиться в Шот-
103 Павел Менезиус — один из многих шотландцев на русской
службе, куда чинно поступил вместе с Патриком Гордоном в 1661 г.
Со временем русское правительство оценило способности Менезиуса к
языкам (он знал английский, французский, немецкий, латынь и рус-
ский). В 1672 г. в майорском чине был послан в Священную Римскую
империю германской нации, к римскому папе, в Венецию, Бранден-
бург, Саксонию и Курляндию для зондирования обстановки (наряду с
посланниками в другие европейские страны) о возможности создания
Священной лиги против османской агрессии. Несмотря на активность
Менезиуса (см.: Памятники дипломатических сношений древней Рос-
сии с державами иностранными. Т. 4. СПб., 1856), лишь одна Россия
пришла на помощь подвергшейся нападению Польше. Твердость Ме-
незиуса в защите достоинства России столь понравилась Алексею
Михайловичу, что тот повысил его сразу через два чина — в генерал-
майоры. С 1680 по 1689 г. служил в Смоленском военном округе, где,
по военно-окружной реформе 1679 г., разворачивались регулярные
полки, с которыми он участвовал во II Крымском походе. При уста-
новлении власти Нарышкиных был переведён в Москву. Свое назна-
чение «гувернером» юного Петра и гонения со стороны правитель-
ства регентства шотландец присочинил.
119
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ландию. Но в Польше он завязал интригу с женою од-
ного литовского полковника. Муж приревновал, заме-
тив частые посещения гостя, и велел слугам умертвить
его. Полковница уведомила о том своего друга, кото-
рый и успел, таким образом, вовремя принять меры: он
вызвал мужа на дуэль, убил его, принужден был бежать,
и попался, сбившись с пути, в руки москвитян, воевав-
ших тогда с Польшею. Сначала с ним обходились как с
военнопленным, но когда узнали причину его бегства,
то предложили либо служить в царских войсках, либо
отправляться в Сибирь. Он соглашался лучше на послед-
нее, благодаря своей наклонности к путешествиям, но
отец нынешних царей104 пожелал лично видеть его, на-
шел в нем приятного человека, принял его ко двору и дал
ему 60 крестьян, — каждый крестьянин приносит в Рос-
сии помещику около восьми экю в год. Потом он женил-
ся на вдове некоего Марселиса, который был первым
основателем железных заводов в Московии, приносящих
104Алексей Михайлович Романов (р. 1629), царь Тишайший
(1645—1676), абсолютный монарх, названный при дворе «солнцем»
раньше, чем Людовик XIV. Вступив на престол 16-ти лет, почти
постоянно находился под влиянием сильных личностей незнатного
происхождения: Бориса Морозова, Никона, Афанасия Ордина-Нащо-
кина, Артамона Матвеева. Юридически оформил крепостное право
(1649), создал армию «нового строя», способствовал развитию про-
мышленности, участвовал в войнах с Польшей и Швецией, начал
войну с Османской империей и Крымом. В его правление границы
Российской державы простерлись от Киева и Полоцка до Амура и
Камчатки. С трудом подавляя многочисленные народные восстания,
использовал все дипломатические и экономические средства борьбы с
Английской революцией, призывая европейских монархов объеди-
нить силы для защиты от общей опасности. Несмотря на богомоль-
ность, весьма способствовал расколу Русской православной церкви.
На старости лет под влиянием молодой жены Наталии Нарышкиной
покровительствовал наукам и искусствам.
120
Взгляд французского авантюриста
ныне царям ежегодно дохода до 100 000 экю105. Не со-
мневаясь более в его верности, царь послал его в Рим,
в 1672 году, сделать папе Клименту предложение отно-
сительно соединения русской и латинской церквей на
некоторых условиях106. Возвратясь без успеха, он был
произведен в генерал-майоры, и через некоторое время
царь Алексей Михайлович, незадолго до своей кончи-
ны, назначил его гувернером к своему сыну, юному
принцу Петру107, с которым он и занимался до начала
царствования царя Иоанна108, когда принцесса Со-
105 Датский купец и торговый комиссар в Москве Пётр Гаврило-
вич Марселис обосновался со своим семейством в России, выполнял
поручения Посольского приказа (с 1640-х гг.). В 1639 г. вступил в
товарищество с голландским купцом Андреем Денисовичем Виниусом
по эксплуатации тульских железных заводов, в 1644 г. получил право
строить заводы на Ваге, Шексне и Костроме с обязательством нани-
мать и учить железному делу русских людей. Завел в России немалые
новшества, в частности первым стал разводить махровые розы. Его
вдова Мария Беккер фон Дельден вышла за Менезиуса, а основную
часть имущества унаследовал его сын Христиан.
106Такого предложения царей папам никогда не делалось; Нё-
вилль выдает желаемое за действительное.
107Пётр I Алексеевич (1672—1725), с 1682 г. царь (до 1696 г. —
вместе с братом Иваном), с 1721 г. - император Всероссийский.
Самостоятельно правил (находясь, впрочем, под влиянием фавори-
тов) после смерти матери в 1694 г. Продолжал политику отца более
крутыми средствами, со значительно большими затратами и меньши-
ми успехами для страны. Обратил подавляющее большинство населе-
ния Россия в живой скот, нанес мощный удар традиционной духовной
культуре (включая образование, литературу и искусство), создал ко-
лоссальный военно-полицейский государственный аппарат. Параноик,
алкоголик и сифилитик, жестокий и трусливый, ненавидел все русское
и без разбору насильственно насаждал немецкое, превратил страну в
сырьевой придаток Западной Европы и ее культурное охвостье.
108Иван Алексеевич (1666—1696), после смерти отца второй по
старшинству царевич (по матери — Милославский), возведен на пре-
стол восставшими в 1682 г., но никогда не принимал участия в прав-
лении, предаваясь богомолью. Женат на Прасковье Фёдоровне Сал-
тыковой (с 1684), исправно рожавшей дочерей, одна из которых,
Анна (1693—1740), стала первой императрицей Всероссийской (1730).
121
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
фья109 и князь Голицын110 *, недовольные тем, что он изъя-
вил ревность свою к Петру, послали его в Смоленск
принять участие в последнем походе в надежде, что он
там погибнет111. Но такая немилость была впоследствии
109Царевна Софья Алексеевна (1657-1704) - третья дочь Алек-
сея Михайловича от первой жены (Милославской), правительница
России (1682—1689 гг., формально — с 1686 г.). «Утишила» крупней-
шее народное восстание в Москве и раскольничий бунт 1682 г.,
укрепила правопорядок в пользу городского и промышленного люда,
усилила экономическое и правовое положение дворянства, способ-
ствовала развитию искусств. Свергнута и заточена в Новодевичий
монастырь в сентябре 1689 г., а в 1698 г., когда четыре стрелецких
полка возмечтали вернуть «золотые времена» ее правления, — пост-
рижена под именем Сусанны и до самой смерти содержалась под
чрезвычайным надзором. Незаурядная и высокообразованная лич-
ность Софьи уподоблялась современниками Софии—Премудрости
Божией, стала ярким примером возможностей освобождения женщи-
ны и благоприятности женского правления в России.
110 Василий Васильевич Голицын (1643—1714), представитель при-
вилегированного боярского рода, доверенное лицо царя-реформатора
Фёдора Алексеевича (1676—1682), глава правительства царевны Со-
фьи, канцлер, судья Посольского и подведомственных ему, а также
Иноземного и Рейтарского приказов (1682—1689). Ориентировался на
экономические стимулы развития страны, содействовал национальной
торговле и промышленности, науке и технике, обеспечил почти полный
переход армии на регулярный строй и ее перевооружение, сделав Рос-
сию в политическом и военном отношении одной из сильнейших миро-
вых держав. Вывел страну из войны один на один с Турцией и Крымом
(1681), добился создания Священной лиги против османской агрессии
в Европе (1684), уступки Польшей Украины и Смоленщины (Вечный
мир 1686), изгнал турок с Днепра, а крымчаков — с Дикого поля
(1687—1689). Укрепил отношения России со многими странами Евро-
пы и Азии, активизировал дипломатическую деятельность и внешнепо-
литическую пропаганду, расширил свободу вероисповедания и призвал
в Россию квалифицированных иностранных специалистов, способство-
вал культурной интеграции страны в европейском мире. Был одним из
образованнейших людей своего времени и крупнейших государствен-
ных деятелей XVII столетия. Осенью 1689 г. был обвинен «петровца-
ми» без суда и умер в ссылке.
И1Менезиус был отправлен на службу в Смоленск ещё при царе
Фёдоре Алексеевиче, а в Крымском походе 1689 г. участвовал с
полками своего военного округа.
122
Взгляд французского авантюриста
источником его благополучия, так как, подружившись
здесь с дедом Петра со стороны матери, простым пол-
ковником смоленского гарнизона112, он был взят им в
Москву, как только внук его сделался властителем сто-
лицы113. И тут он меня нередко дружественно принимал
и угощал вместе с Нарышкиными, отцом и сыном114.
Первый министр, узнав, что я прибыл в Смоленск,
главный город области этого имени, которую король
польский уступил царям по трактату 1686 года115, при-
слал указ губернатору препроводить меня обыкновен-
ным образом в Столицу, что значит двор-город, кото-
рый ошибочно называем мы Москва, потому что Моск-
ва есть только имя реки, там протекающей.
Мое путешествие началось 20-го августа; меня сопро-
вождали пристав, капитан и шесть солдат. Первое доказа-
112Т.е. Кириллом Полуэктовичем Нарышкиным (1623—1691),
посланным подальше от столицы при царе Фёдоре. Сын мелкого
тарусского дворянина, вместе с братом Фёдором выслужился в вой-
нах на западной и южной границах в рейтарском и стрелецком строю
до полковничьего чина, был воеводой на Тереке (1660) и в Казани
(1662). Брат женился на Е.П. Гамильтон, племяннице жены полковни-
ка А.С. Матвеева, а Кирилл отдал Матвееву на воспитание свою дочь
Наталью, ставшую в 1671 г., когда Матвеев «вошел в силу», царицей.
Кирилл получил чин боярина и управлял приказами, но в 1682 г. был
по требованию восставших пострижен и вел частную жизнь. Софья и
Голицын не могли послать его в Смоленск. Видимо, знакомство Мене-
зиуса и Нарышкина произошло во время войны с Польшей (с 1663 до
1667 г., когда Нарышкин имел полковничий чин), в которой оба
участвовали, и могло укрепиться в 1680 г. в связи с усиленным
формированием Смоленского военного округа перед ратификацией
Бахчисарайского мира (1681).
113 После свержения правительства регентства осенью 1689 г.
114Если бы Нёвилля «принимали и угощали» бояре Кирилл По-
луэктович Нарышкин и его всесильный после свержения Софьи сын
Лев, у него не было бы проблем в Москве, на которые он подробно
жалуется далее.
115 В рукописи: «во имя Лиги уступил царям в 1686 г.».
123
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
тельство храбрости этих господ я увидел, проезжая через
лес, простирающийся льё на 20, в котором совершенно
нет жилья116. Тут мы должны были переночевать, пустив-
ши лошадей пастись. Ночью поднялась жестокая буря: ло-
шади разбежались из нашего табора, как называют здесь
загородку, устроенную из телег, и ушли в лес. Я просил
офицера послать наших провожатых ловить лошадей, а
другим велеть, между тем, нарубить в пятидесяти шагах от
нас дров для разведения огня. Но офицер и солдаты еди-
ногласно сказали, что они и за сто червонцев не отойдут
от табора, так как лет семь тому назад некоторые из их
товарищей, при подобном же случае, были именно здесь
в лесу убиты. Так простояли мы до утра, пока лошади по
свистку этих трусов, который они пускают в ход взамен
кнута117, пришли в табор сами118.
Отсюда продолжали мы путешествие и прибыли нако-
нец в предместье столицы, отделяемое от города рекою
Москвою, которую здесь переходят вброд. Тут офицер ос-
тавил меня в каком-то доме и просил подождать, пока он
съездит к первому министру и уведомит его о моем приез-
де. Через два часа он воротился с приказом министра пере-
везти меня через реку и препроводить в назначенный для
меня дом. Сюда явился пристав Спафарий приветствовать
меня от имени первого министра, сказать, что он опреде-
лен ко мне, что, сообразно здешнему обычаю, офицер и
116 Ночёвка в лесу, а не на ямском дворе, наводит на мысль, что
приставы не пожелали везти Нёвилля от границы по хорошо обустро-
енному Смоленскому тракту.
117 В рукописи: «свисток служит московитам кнутом и шпорами,
чтобы подгонять своих лошадей».
118Т.е. ловить лошадей и разводить большой огонь для успокое-
ния француза ночью не требовалось.
124
Взгляд французского авантюриста
шесть солдат останутся для моего охранения, и что им
велено строго наблюдать, чтобы никто не приходил ко
мне и не видался со мною в течение недели.
По прошествии этого срока князь Голицын прика-
зал позвать меня в приказ — обширное здание, состоя-
щее из четырех огромных корпусов и выстроенное кня-
зем Голицыным. В нем находится несколько палат, из
которых каждая предназначена для особого совещания.
Совещания эти до вступления Голицына в министерство
происходили в ригах119.
Я увидел министра, сидящего со многими боярами
по сторонам120, в конце большого стола. Он велел по-
дать мне кресла, и, когда я сел, переводчик спросил у
меня по латыни о моих письмах. Я представил министру
письма, посланные со мною к нему от литовского вели-
кого канцлера121, в которых он уведомлял его, что я
послан в Московию по делам его величества короля
польского, вручившего мне особую грамоту к царям.
119 В ригах — кремлёвские здания представляли собой в основ-
ном избы в 2—3 этажа, объединенные переходами, сенями, площадка-
ми и крыльцами, пока при царе Фёдоре Алексеевиче (1676—1682) не
возобладал фасадный стиль, общий для христианской Европы. По-
сольский приказ занимал один корпус сравнительно нового (1680)
здания московских приказов, выделяясь глобусом над крышей.
120 За бояр Нёвилль, видимо, принял пятерых богато одетых
дьяков Посольского приказа. Из бояр В.В. Голицыну помогал в
приказе только его сын князь Андрей.
121 Канцлер Великого княжества Литовского Марциан Александр
Огинский (1684—1690) был хорошо знаком с канцлером Голицыным
по переговорам о Вечном мире в Москве в 1686 г. Голицын поддержи-
вал с ним переписку через своего представителя в Смоленске Ники-
фора Краевского. Сопроводительной записки Огинского было бы
достаточно для приёма Нёвилля Голицыным, даже если о грамоте
польского короля к царям Нёвилль присочинил (а это, скорее всего,
так, ведь без официального приёма грамоты его никто бы из Москвы
не отпустил).
125
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Министр отвечал мне, что переговорит с царем Иоан-
ном, который один находится в столице, и надеется, что
мне вскоре назначат аудиенцию. Потом, по обыкнове-
нию, спросил он меня о здоровье канцлера, не дерзая из
почтения спросить о здоровье короля122. После этого я
встал, чтобы удалиться, министр также встал, желая мне
вскоре удостоиться счастья видеть царя.
Через несколько дней потом я послал из вежливости
попросить у него свидания в его доме, где и приняли меня
не хуже, чем при дворе какого-нибудь итальянского князя.
Разговаривая со мною по латыни о делах европейских и
спрашивая моего мнения о войне, начатой против Фран-
ции императором и союзными князьями123, и особенно о
революции в Англии124, министр потчевал меня всякими
сортами крепких напитков и вин, в то же время говоря мне
с величайшей ласковостью, что я могу и не пить их125.
122Ещё одно свидетельство, что даже гонцом (низший посоль-
ский ранг) короля Нёвилль в Москве не был. «Спрашивать о здоро-
вье» дипломатического партнёра было обязательно по протоколу,
нарушение которого считалось оскорблением.
123 Аугсбургская лига была создана в 1686 г. Голландией, Свя-
щенной Римской империей германской нации, Испанией, Швецией,
Баварией, Пфальцем и Саксонией с целью остановить агрессию Фран-
ции. В 1689 г. к Лиге присоединилась Англия. Соединёнными усилия-
ми к 1697 г. наступление Франции удалось остановить.
124Имеется в виду «Славная революция» 1688 г., в результате
которой королём стал Вильгельм Оранский, а Англия вступила в
Аугсбургскую лигу. Вряд ли пострадавший от революции Нёвилль
знал, а Голицын интересовался «Биллем о правах» (1689), по которо-
му в Англии установилась конституционная монархия. В рукописи
дополнение: «он разбирался в новостях той страны, куда я был
послан королём Польши в это время и был там задержан и ограблен
на обратном пути».
125 В рукописи ещё более удивительно: «он предложил мне все
виды водок и вин, советуя мне в то же время предупредительным
(добавлено: и учтивым) образом не пить вовсе».
126
Взгляд французского авантюриста
Он обещал доставить мне аудиенцию через несколь-
ко дней и, конечно, исполнил бы свое обещание, если
бы не впал в немилость, каковое обстоятельство до та-
кой степени изменило порядок вещей, что были пущены
в ход оружие и огонь, и если бы не смелое и счастливое
вмешательство царя Петра, приказавшего схватить глав-
ных представителей партии царевны Софьи, то разго-
релся бы бунт, подобный тем, о которых мы уже упоми-
нали.
Прошло времени недель шесть, и, будучи все еще в
неведении относительно того, к кому мне отнестись, я
решился писать к молодому Голицыну, любимцу царя
Петра126, изъявляя ему мое удивление, что мне не дают
никакого ответа касательно моей аудиенции и грамот,
которые должен я вручить. Он извинялся, слагая вину
на смятения, бывшие в последнее время, и уверил меня,
126 Борис Алексеевич Голицын, князь, комнатный стольник Петра
с 1676 г., когда А.С. Матвеев и Нарышкины по обвинению в подго-
товке дворцового переворота были сосланы; один из главных участ-
ников заговора, приведшего 10-летнего Петра на престол в 1682 г.
В правление Софьи и В.В. Голицына был теневым министром иност-
ранных дел петровского двора и, видимо, считал себя естественным
преемником канцлера, но после переворота 1689 г. управление По-
сольским приказом не получил. Несомненные заслуги князя Бориса в
организации переворота напугали Нарышкиных, и его попытка смяг-
чить участь Василия Васильевича была представлена мнительному
Петру как измена. Водка, которой князь Борис усердно заливал ост-
рый ум и совесть, участвуя во всех «развлечениях» Петра, служила
своего рода защитой от подозрительности Нарышкиных, опасавших-
ся слишком для них образованного и благородного союзника. В веде-
нии князя Бориса был оставлен приказ Казанского дворца, управляв-
ший огромной территорией Нижнего Поволжья, порученный ему еще
Софьей (1683), но и тот был отобран после Астраханского восстания
1705 г. Мучимый совестью за бездарно растраченный талант, Борис в
1713 г. принял постриг и скончался в одно время с преданным им
Василием Васильевичем (1714).
127
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
что царь скоро приедет в столицу, что и случилось дей-
ствительно 1-го ноября.
Едва услышал я об его прибытии, как послал к его
любимцу просить аудиенции. При посещении его он не
беседовал со мною так, как его родственник, но только
угощал меня водкою, и все время свидания с ним про-
шло в питье. Я мог узнать при этом от него, этого пья-
ницы, только то, что аудиенцию дадут мне через три дня,
после чего могу я ехать, если мне будет угодно. Но до
истечения назначенного срока и этот Голицын впал в
немилость, и я принужден был принять другие меры.
Должность думного дьяка или государственного секре-
таря иностранных дел была тогда временно отдана некоему
Емельяну127; имя это значит по-славянски «когти», или
«лапу», и очень кстати было ему, ибо он прежадный до
корысти и загребает, где только может. Хотя он был одною
из креатур великого Голицына и всем своим счастьем был
обязан ему, бывши первоначально простым писарем, но он
первый, однако же, стал чернить своего благодетеля.
Оскорбившись на меня за то, что я за разрешением
мне отъезда обратился не к нему, а к любимцу царя
127 Емельян Игнатьевич Украинцев, стрелецкий сын или мелкий
дворянин, выслужившийся из подьячих Посольского приказа (1660),
в дьяки (1675) и думные дьяки (1681). Участник дворцового перево-
рота в апреле 1682 г. в пользу 10-летнего Петра, затем ближайший
сотрудник В.В. Голицына, участник множества переговоров в Москве
и нескольких зарубежных посольств. Вовремя переметнувшись к На-
рышкиным, возглавил коллегию дьяков Посольского приказа (1689),
а при Петре стал домовым дьяком (1696). Взятки брал, однако имел
совесть не продавать государственные интересы, пока в 1700 г. в
Константинополе не вынужден был по прямому требованию Петра
отдать туркам завоевания Голицына. В Провиантском приказе (1702—
1706) скандально проворовался, был бит кнутом и отослан за границу.
Умер в Венгрии (1708).
128
Взгляд французского авантюриста
Петра — (Борису Алексеевичу) Голицыну, Емельян, как
только этот Голицын впал в немилость, отказался ис-
полнить приказание, данное ему насчет меня Голицы-
ным от имени царя Петра, коим мне предоставлено было
либо дожидаться аудиенции до Крещения, либо уехать,
следуя приказанию короля польского, опасавшагося за
последствия этих смятений.
Емельян успел извернуться перед царем, уверивши его,
что меня надобно задержать на некоторое время, ибо ко-
роль польский прислал будто бы меня вести переговоры с
бывшим первым министром и уверить принцессу Софью и
Голицына в его покровительстве. Доказательством своего
мнения он приводил то, что вопреки обыкновению, со-
блюдаемому в Московии, и противно обязанностям моего
звания я многократно бывал, как частный человек, у князя
Голицына128. Узнавши о хитрости Емельяна, я решился
прибегнуть к верному средству, а именно: предложить ему
под рукою сотню червонцев, и вместо того, чтобы послать
к нему деньги, как уговорились с ним, я решился сам по-
ехать к нему и заплатить ему взятку лично.
Приятель мой Артемонович129 (в оригинале именно
так. — Прим, ред.~), которому я рассказал о моем деле,
128 «Бывал, как частный человек» — важное признание Нёвилля,
независимо от того, какие дипломатические миссии он себе приписал.
129Андрей Артамонович Матвеев (1666—1728), сын канцлера
Артамона Сергеевича и Евдокии Гамильтон, получил отличное обра-
зование. С юных лет служил Петру комнатным стольником (1674—
1691, исключая ссылку с отцом в 1676—1882). Ярый противник
царевны Софьи, после ее свержения был сослан опасавшимися умных
людей Нарышкиными воеводой в Двинской край (1691—1693). Затем
представлял петровское правительство в Амстердаме, Вене, Париже и
Лондоне (1699—1715), по возвращении в Россию стал графом, сена-
тором, президентом Юстиц-коллегии. Переводил с латинского, оста-
вил проникнутые ненавистью к Софье и ее сторонникам Записки
(Сахаров Н. Записки русских людей. СПб., 1841).
129
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
нарочно пришел к Емельяну в то время, в которое он
назначил принять меня, и я сурово объяснился с Емель-
яном в его присутствии, ибо я успел уже ознакомиться с
характером москвитян, незнакомых с правилами вежли-
вости. Чтобы достигнуть каких-либо результатов, с
ними не должно обращаться учтиво и еще менее пускать
в ход просьбы, так как такое обращение вызывает с их
стороны презрение; напротив, для достижения своей
цели следует говорить с ними гордо и внушительно.
Я сказал, что в лице моем нарушены все народные
права130; что король весьма ошибся, когда посылал меня
и уверил, что ныне москвитяне уже не варвары; я сказал,
что мне так тяжело быть у них, что я готов купить за
деньги разрешение уехать131, но, будучи посланником
великого государя, соседа и союзника царского, мне ос-
тается только сообщить ему, что мне препятствуют ис-
полнить его приказание, и, не испросив себе аудиенции,
возвратиться к его двору.
Когда все это было сказано мною на латыни и Арте-
монович перевел слова мои Емельяну, мы выпили не-
сколько чарок водки и вина за царское здоровье, и я
простился с ним, приказавши одному из польских дво-
рян132 отдать обещанные сто червонцев, присовокупляя,
что они предназначаются якобы для его секретаря. Еме-
льян не осмелился принять эти деньги, вследствие чего я
130В рукописи: «что права человека ущемлены в моем лице».
131 «Я готов купить за деньги разрешение уехать» — свидетель-
ство, что Нёвилль обивал пороги вовсе не из-за фантастической идеи
получить аудиенцию у государя.
132Приказывать шляхтичу, не занимая более высокого положе-
ния в Речи Посполитой, в то время было практически невозможно;
Нёвилль вновь хвастает.
130
Взгляд французского авантюриста
повсюду восхвалял его великодушие, зная, что только
этим путем я могу получить право уехать.
Между тем Пётр снова призвал ко двору (князя Бо-
риса Алексеевича) Голицына133, и я поспешил посетить
его и вместе с ним порадоваться его возвращению. Он
сказал мне, что весьма удивляется, каким образом Еме-
льян (Украинцев) мог остановить мое дело, о котором
уже было приказано до удаления его, Голицына, от дво-
ра, что он будет жаловаться о том царю, который считал
меня уже отбывшим, и что он берет на себя доставить
мне честь целовать царскую руку.
Через два дня явились ко мне два дворянина, царские
спальники, что меня приятно поразило. Впрочем, эти чи-
новники люди незначительные и живут небольшим жа-
лованьем, получаемым от царя, ливров по 200 в год134.
После обыкновенного обряда, состоящего в том, что они,
осеняя себя несметное количество раз крестным знамени-
ем, молились перед образом Богоматери, всегда находя-
щимся в углу каждой комнаты, они приветствовали меня
от царского имени и спрашивали о моем здоровье. Я от-
ветствовал чарками водки в большом изобилии.
После чего они сказали мне, что царю угодно видеть
меня, дать мне подарки, заплатить мне все издержки со
времени приезда до отбытия моего, и что он посылает
мне свой царский обед. Я отвечал, что донесу королю
обо всех почестях, каких меня удостоят, что я и испол-
нил в точности.
133 В рукописи: «в это время Пётр обязал своего фаворита Голи-
цына вернуться ко двору».
134 Спальник — комнатная должность чина стольников, высшего
недумского чина Государева двора. Дети аристократов начинали служ-
бу с чина стольников, для многих выслуженных чинов (например,
полковников) он был высшим в карьере.
131
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Присланный ко мне царский обед состоял из огромно-
го куска копченого мяса, в 40 фунтов весом, многих рыб-
ных блюд, приготовленных на ореховом масле, половины
свиной туши, непропеченных пирогов с мясом, чесноком и
шафраном, и трех огромных бутылей с водкою, вином135 и
медом; по исчислению присланного можно понять, что
обед был мне важен как почесть, а не как угощение.
На другой день известил меня один дворянин, что на
завтра назначена мне аудиенция, но вместо аудиенции
опять прислали сказать мне, что цари уехали на богомо-
лье и я не могу видеть их до возвращения. Я отправился к
Голицыну и застал у него Артемоновича. Они спрашива-
ли, как показался мне царский обед? Я отвечал, что, к
несчастию, французские повара до того испортили мой
вкус, что я не могу оценить русских лакомых блюд.
Тут они выразили желание отведать французского
стола, и я пригласил их на следующий день откушать у
меня. Они охотно согласились, с условием, что у меня
будут только знакомые им люди, выбор которых я и
предоставил им. Они пригласили датского резидента и
кое-кого из иностранных купцов, к которым они ходи-
ли пить, с целью сберечь свое вино.
Оба гостя мои были чрезвычайно довольны моим
столом, так что послали даже некоторые из блюд к сво-
им женам, и без дальних церемоний забрали с собой все
сухие фрукты, уверяя, что в жизнь свою не случалось им
так хорошо пообедать, но чтоб я не надеялся на такое
угощение у них.
Через три дня потом Артемонович пригласил меня к
себе и угостил довольно прилично. Накануне начался у
русских пост, а потому обед наш состоял из рыбы —
доставляемой в Москву в садках с Волги и с Каспийско-
135В рукописи: «испанским вином».
132
Взгляд французского авантюриста
го моря. Желая почтить меня особенно, хозяин привел
свою жену, которую мне представил; я приветствовал ее
на французский лад, а она выпила за мое здоровье чар-
ку водки и предложила мне последнюю, приглашая сде-
лать то же самое. Кажется, она единственная женщина в
Московии, которая не белится и не румянится, будучи и
без того довольно красива собою136.
Князь Голицын хотел было также пировать с нами,
но царь Пётр прислал за ним поутру, и мы удовольство-
вались тем, что только пили за его здоровье и здоровье
других, и погуляли без него до полуночи. Гости были те
же самые, что и у меня.
Артемонович человек молодой, но весьма умен, хо-
рошо говорит на латыни, любит читать, слушает с удо-
вольствием рассказы о Европе и питает особое располо-
жение к иностранцам. Я советовал ему учиться француз-
скому языку, уверяя его, что, будучи только двадцати двух
лет от роду, он легко может выучиться и тем удовлетво-
рить свою страсть к чтению, так как все лучшие, древние и
новые писатели переведены на французский язык.
Он сын Артемона, литовского уроженца137, а мать
его была шотландка138, латинскому языку выучился он у
136Анна Степановна Матвеева, урождённая Аничкова (ум. 1698).
137Артамон Сергеевич Матвеев (1625—1682), сын дьяка, стре-
лецкий полковник, спасший царский двор во время Московского
восстания 1662 г., доверенное лицо Алексея Михайловича, которого
сумел женить на своей воспитаннице Наталии Кирилловне Нарышки-
ной (1671). Возглавил Посольский и несколько других приказов,
стал вместо свергнутого им Ордина-Нащокина канцлером, боярином
(1674). Отказался возвращать полякам Киев и тут же вступил в союзе
с ними в войну с Турцией и Крымом (1673), понятно, скоро потеряв
такого союзника. Пытался возвести на престол царевича Петра (1676)
и вернулся в Москву из ссылки только в разгар Московского восста-
ния 1682 г. Вознамерился перевешать бунтовщиков, но был убит
восставшими прямо в кремлевском дворце.
138 Евдокия Петровна Матвеева, урождённая Гамильтон.
133
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
поляка, которому разрешено было ехать с его отцом в
ссылку. Эта немилость постигла его при царе Феодоре, у
которого Артемон был первым министром139. После
кончины этого государя они оба были возвращены, но
Артемонович испытал новое ужасное несчастие — ви-
дел, как на глазах его был зарезан его отец, вскоре по
возвращении из ссылки, во время бунта Хованского140.
Цари возвратились с богомолья, но три дня про-
шло, и я ничего не слыхал от них, почему я и послал
узнать у молодого Голицына: чего должно мне еще ожи-
дать? Он отвечал, что в совете положено отсрочить мою
аудиенцию до Крещения, но я волен дожидаться сей че-
сти или ехать, ибо все готово к моему отбытию.
Такая перемена чрезвычайно удивила меня, если бы
я не узнал от датского комиссара, что Нарышкины счи-
тают себя оскорбленными, почему я не посетил их, и
досадуют на то, почему я угощал Голицына, который
опять начинал приходить в немилость у царя; потому,
по их интригам с Емельяном, царь, назло Голицыну,
139Ссылка настигла Матвеевых осенью 1676 г., когда Фёдор
Алексеевич царствовал уже полгода. Поводом послужили обвинения
в казнокрадстве.
140 Боярин князь Иван Андреевич Хованский-Тараруй с начала
службы в 1636 г. прославился в войнах с татарами, поляками и
шведами, судил в приказах. Жил на широкую ногу, был, по общему
мнению горожан, добр и справедлив, не замешан в мздоимстве и
придворных интригах. Во время Московского восстания 1682 г. был
поставлен во главе Стрелецкого приказа (а также наиболее опасных
Сыскного и Судного) как «буфер» между восставшими и правитель-
ством. Вынужден был добиваться у правительства выполнения требо-
ваний стрельцов, которым по-отечески сочувствовал. Стал «козлом
отпущения» за слабость правительства, когда Софье, вывезшей царс-
кий двор в Троицу, удалось выманить его с сыновьями из Москвы.
Вместе со старшим сыном был без суда и следствия казнен в Воздви-
женском 17 сентября 1682 г., а народное восстание было объявлено
результатом его заговора, «Хованщиной».
134
Взгляд французского авантюриста
переменил решение, на которое склонил было его в от-
ношении меня его любимец.
С радостью принял я разрешение уехать, тем более
что все поручения, для которых я приехал в эту страну,
были мною исполнены141, и меня мало занимала обе-
щанная аудиенция, а еще менее того честь, которую ду-
мали мне оказать, показав мне царей. К тому же поступ-
ки этих варваров мне опротивели, и мне было крайне
неприятно быть невольным свидетелем всех смятений и
раздоров, имевших там место и заставивших меня сидеть
взаперти в обществе одного только моего пристава.
Правда, он был человек умный и приятный собесед-
ник и значительно сократил бы мне скуку моего одино-
чества, если бы был откровеннее, и, как вполне понятно,
не был связан страхом, препятствовавшим ему сообщить
мне много любопытных данных касательно особеннос-
тей этого двора, так-таки и не дошедших до меня и, к
сожалению, не попавших в мой рассказ.
Через него я известил русских министров о решении
моем уехать, и через два дня, т.е. 16-го декабря142, от-
правился в обратный путь с прежней свитой и провожа-
тыми. 20-го (декабря) утром я прибыл в Смоленск, не-
медленно засвидетельствовал мое почтение палатину143,
который осыпал меня приветствиями, и отсюда продол-
жал путь мой с прежними приставом, переводчиком и
солдатами до Кадина, потом до Вильны и до Варшавы,
куда прибыл 3-го января 1690 года.
141В рукописи: «я выполнил все тайные поручения, которые были
мне даны».
142В рукописи: «я уехал через два дня после 16 декабря».
143В рукописи: «и тотчас же запросто пошел приветствовать вое-
воду».
135
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Причина, почему я так скоро совершил мое путеше-
ствие, была та, что зима есть лучшее время для езды по
Московии, самой низкой стране из всей Европы, и пото-
му весьма болотистой, так что иногда летом едва можно
в день проехать четыре или пять льё. Случается, что
надо бывает рубить лес и делать гати через болота и
мосты через небольшие потоки. Гати, намощенные брев-
нышками, простираются в иных местах на 10, на 12 льё
и, устроенные плохо, часто бывают непроходимы. Зи-
мою, напротив, едете в санях, где можете спокойно ле-
жать, как будто в постели, и вас везде мчит лошадь по
гладкому снегу. Обыкновенно ездят на собственных ло-
шадях144 днем и ночью, часов по 16-ти в сутки, легко
проезжая немецкую милю в час.
СОСТОЯНИЕ МОСКОВИИ С 1682 ДО 1687 г.
Царь Феодор Алексеевич145, сын царя Алексея Ми-
хайловича, умер на 22-м году жизни, не оставив после
144Все официальные, в т.ч. посольские лица, к которым явно не
относился Нёвилль, ездили на менявшихся каждый прогон ямских
подводах (лошадь в сбруе и телега или сани, с ямщиком) с подорож-
ными, по которым из казны выплачивались деньги ямской службе,
обеспечивавшей надёжное сообщение по всем трактам России (вклю-
чая Сибирский). При неспешной езде часть чиновников, например
воеводы, получавшие подорожные на десятки подвод для семьи и
свиты, могли брать свои подводы и получать из казны сэкономлен-
ные деньги. Однако даже купцы часто предпочитали использовать
для личных нужд и под обозы ямские подводы за наличный расчёт по
установленным тарифам.
145Царь Фёдор Алексеевич (1661 — 1682) — третий сын Алексея
Михайловича (после Дмитрия, 1649—1651; Алексея, 1654—1670).
Вступил на престол в 15-летнем возрасте, несмотря на стремление
канцлера А.С. Матвеева и его сторонников венчать на царство мла-
денца Петра (1676). Призвал в Думу В.В. Голицына, осуществил
136
Взгляд французского авантюриста
себя детей. Царевич Иоанн и царевна Софья были его
единоутробные брат и сестра146.
Царевич Пётр, хотя младший и от другой матери,
сначала наследовал ему, ибо старший брат был неспо-
собен к правлению147. Но вскоре затем Иоанн был также
избран, объявлен и коронован в цари происками сестры
налоговую реформу (перейдя от старинного поземельного к подвор-
ному обложению и снизив налоги), военно-окружную реформу (бла-
годаря которой армия стала регулярной на 4/5 состава), администра-
тивную реформу (от единого распорядка работы Думы и приказов
до преобразования местного управления), судебную реформу, ввел
новые обычаи и одежду, основал в Москве бесцензурную типогра-
фию, развивал каменное строительство промышленными методами,
широко покровительствовал наукам, искусству и технической мыс-
ли, утвердил принципы организации автономного университета. Не
сумел провести епархиальную реформу и осуществить программу
попечения для малоимущих, издать официальную историю Россий-
ского государства, укрепить гражданский мир между сословиями.
Увлекался коннозаводством и стрельбой из лука. Первая жена Фёдо-
ра, Агафья Симеоновна Грушевская, скончалась после родов вместе
с новорожденным царевичем Ильей (1680—1681), вторая — Марфа
Матвеевна Апраксина (1682) — осталась бездетной вдовой после
смерти государя, как полагали, от отравы. Бесчинствам пропетровс-
кой группировки, властвовавшей в Кремле во время затяжной бо-
лезни Фёдора зимой 1682 г., Сильвестр Медведев приписывал воз-
мущение, вылившееся после смерти царя-реформатора и переворота
в пользу Петра в народное восстание.
146 Их матерью была Мария Ильинична Милославская (1626—
1669), царица с 1648 г., в то время как матерью Петра — Н.К. Нарыш-
кина (см. ниже).
147 После дворцового переворота 27 апреля 1682 г. патриарх и
бояре, посадившие на престол 10-летнего Петра вместо 16-летнего
Ивана «в тот же час» по смерти Фёдора, мотивировали нарушение
старшинства «завещанием» царства. Затем, в условиях всеобщего
возмущения, они писали, что Фёдор «оставил» царство Петру. Лишь к
началу мая заговорщики сочинили версию о «всенародном и едино-
гласном» избрании Земским собором младшего брата мимо старшего
(Богданов А.П. Летописные известия о смерти Фёдора и воцарении
Петра Алексеевича // Летописи и хроники. Сборник статей за 1980 г.
М. 1981. С. 197-206).
137
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
своей Софии148, хотя он страдал падучей болезнью и
подвергался ей ежемесячно, как и брат его Феодор, от
нее даже и умерший149.
Софья простирала честолюбивые замыслы на прав-
ление царством, хорошо предвидя, что может сделаться
самовластной правительницей великого государства по
причине слабоумия Иоанна и малолетства Петра, кото-
рым предоставится при ней только титул царей, ей же
достанется вся власть.
Опасаясь, что противниками её замыслов могут сде-
латься придворные и знатные люди, в частности из расчё-
тов личного честолюбия, вообще же из нежелания видеть
во главе правления женщину150, Софья, при посредстве
Хованского, которого она склонила на свою сторону151,
148 Иван был наречен на царство по требованию восставших
стрельцов, солдат и горожан столицы 23 мая, объявлен «первым»
царем 26 мая и венчан вместе с Петром 25 июня 1682 г.
149Алексей Михайлович и его сын Фёдор, как констатировал
консилиум светил Аптекарского приказа 14 февраля 1682 г., страдали
хронической цингой (неусвоением витамина С), дающей периодичес-
кие обострения, а вовсе не эпилепсией (Богданов А.П. В тени Великого
Петра. С. 74—75).
150 Политическая роль девицы-царевны, проявившаяся в её спо-
рах с заговорщиками после смерти Фёдора и ставшая фактом, когда в
середине мая лишь она одна смогла достойно представлять царскую
семью перед лицом разъяренных повстанцев, шокировала даже ста-
рых друзей Софьи. Связанный с нею просветитель Сильвестр Медве-
дев, а за ним и другие публицисты приложили немалые усилия, чтобы
изыскать прецеденты «девственной» власти и концептуально мотиви-
ровать правление Софии-Премудрости, которое к концу 1682 г. стало
несомненным. См.: Богданов А.П. Московская публицистика последней
четверти XVII века. М., 2001. С. 210—242 (раздел «Правление царев-
ны Софьи»).
151 И.А. Хованский возглавил Стрелецкий приказ (и был вынуж-
ден умиротворять восставших стрельцов) лишь 17 мая, после взрыва
народного гнева, во время которого случайно погиб глава приказа
боярин князь Ю.А. Долгоруков (15 мая).
138
Взгляд французского авантюриста
стала возбуждать стрельцов, — род милиции, подобной
турецким янычарам152.
Под предлогом мщения за смерть Феодора, который
был будто бы отравлен153, стрельцы произвели такое кро-
вопролитие между знатными, что если бы Софья, видя
бунтовщиков, зашедших слишком делеко, не вышла к ним
152 Стрелецкое войско — пехота, вооруженная мушкетами,— было
образовано в середине XVI в. К 1680-м гг. оно насчитывало 55 тысяч
бойцов, 22,5 тысячи которых входили в привилегированные москов-
ские полки тысячного состава. Вместе с выборными солдатами,
6-тысячный полк которых принял участие в Московском восстании
1682 г., стрельцы наголову разгромили отборные корпуса янычар в
битве на Стрелковой горе под Чигирином в 1678 г. С янычарами
стрельцов связывали и по внешним признакам. Те и другие несли
пожизненную службу и составляли особые корпорации, были отлично
вооружены и снабжены, носили красивую яркую форму и служили
ударной силой армии, наиболее стойкой ее частью. Восстания янычар
оказывали большое влияние на внутреннее положение Османской
империи — и стрельцы в 1682 г., казалось, претендовали на ту же
роль. Но если янычары в раннем детстве отрывались от родителей
(первоначально — европейских христиан), лишались родного языка и
культуры и воспитывались в духе корпорации, противопоставленной
всему остальному населению, то стрельцы и солдаты, жившие своими
семьями в городских слободах, занимавшиеся торговлей, промысла-
ми и земледелием, выступали как вооруженные представители русско-
го народа, как на войне, так и в городских волнениях. Именно
поэтому Петру пришлось уничтожить лучшую часть регулярной ар-
мии и загнать в казармы крепостных солдат, воспитывая их в янычар-
ском духе по отношению к остальному населению. Действия гвардей-
ских полков в переворотах XVIII в. уже более соответствуют янычар-
ским традициям, как и роль особых карательных войск, созданных
большевиками, — методам янычарского террора. Характерно, что в
России требование забыть отца и мать, отказаться от родства, было
впервые предъявлено Иваном Грозным при формировании опрични-
ны, в которую стрельцы не вошли: не подходили.
153 Версия об отравлении царя Фёдора заговорщиками была выд-
винута на совещаниях восставших в начале мая. Они усиленно «дока-
зывали» её во время расправ 15—17 мая, пытая лекарей и выставляя
изъятых у них «злоотравных гадов». Подробнее о пропаганде вос-
ставших см.: Богданов А.П. Начало Московского восстания 1682 г. в
современных летописных сочинениях // Летописи и хроники. Сбор-
ник статей за 1984 г. М. 1984. С. 131—146.
139
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
из царских палат, то они продолжали бы резню винов-
ных и невинных154, присваивая себе их имущество155.
Бояре, или сенаторы, и патриарх156 со своей сторо-
ны спешили остановить кровопролитие157, и когда жар
мятежа несколько утих, царевич Пётр Алексеевич был
ими коронован царем ко всеобщей радости русских.
Пётр очень красив и строен собою, и острота ума его
дает большие надежды на славное царствование, если
только будут руководить им умные советники158.
154 Выступления Софьи от имени царской семьи в середине мая
действительно спасли несколько человек, занесённых восставшими в
заранее составленный им список «изменников», но они прекратили каз-
ни, лишь покончив с наиболее ненавистными народу чиновниками и
участниками дворцового переворота 27 апреля. См.: Богданов А.П. Рос-
пись «изменников — бояр и думных людей», казненных и сосланных по
требованию восставших в мае 1682 г. // Молодые обществоведы
Москвы — Ленинскому юбилею. Материалы III Московской городской
конференции молодых ученых по общественным наукам, посвященной
110-й годовщине со дня рождения В.И.Ленина. М. 1982. С. 113—118.
155Это ложь. Свидетели событий отмечают, что начавшиеся в
городе грабежи были восставшими сурово пресечены, грабителей
стрельцы и солдаты казнили на месте, и даже, во избежание пьянства,
заперли Кружечный двор, откуда отпускалась водка в городские каба-
ки. Именно дисциплина восставших, разославших во все центральные
ведомства своих выборных представителей, более всего испугала «вер-
хи», впервые столкнувшиеся с организованным выступлением народа.
156Патриарх — Иоаким (Иван Совёлов, 1620—1690), из дворян,
хиротонисан в 1674 г., сторонник строгой дисциплины и порядка,
глава переворота в пользу Петра.
157Попытка патриарха и некоторых бояр остановить разъярён-
ный народ на ступенях кремлёвского дворца 15 мая не удалась.
Патриарх утратил авторитет, а бояре в большинстве разбежались из
столицы. Решение о коронации Ивана «первым», а Петра — «вторым»
царём было принято царской семьёй и жалкими остатками Думы под
давлением восставших, вовсе не желавших свергать юного Петра.
158Характеристика Петра, которого сам Нёвилль не видел, лишний
раз свидетельствует о происхождении его сведений от «петровцев»
(Б.А. Голицына и А.А. Матвеева). Коронация двух царей 25 июня
прошла во время «утешения» восстания усилиями царевны Софьи. Она
была произведена по чину, реформированному царём Фёдором Алексе-
евичем (Богданов А.П. Чины венчания российских царей // Культура
средневековой Москвы. М., 1995. С. 211-224).
140
Взгляд французского авантюриста
Принцесса Софья не очень была довольна его из-
бранием, ибо она предпочитала видеть корону на голо-
ве Иоанна Алексеевича, брата единоутробного и едино-
кровного, который был бы царем одним, без сотовари-
ща, причем ей по праву принадлежало бы регентство159.
Честолюбие не допустило царевну скрывать долго
свое неудовольствие; она публично противилась коро-
нованию Петра, утверждая, что этим наносят оскорбле-
ние его старшему брату. Бояре и патриарх представляли
ей неспособность Иоанна, принца больного, слепого и
наполовину парализованного160.
Для достижения своей цели Софья решилась снова
возмутить стрельцов, которых всегда 18 000, разделен-
ных на 28 полков, находится в Москве для охранения
царей. Боярин Хованский, начальник приказа этих вои-
нов, сделавшись приверженцем Софьи, посредством воз-
мущения столь огромного числа войск легко заставил
провозгласить и короновать при Петре Иоанна, и даже
старшим царём, определив ему царствовать вместе с Пет-
ром161 . Потом тем же самым средством, так как оба царя
159Регентство ни при Иване, ни при двух царях не могло принад-
лежать Софье «по праву»: её фактическая, а с 1686 г. формальная
власть была беспрецедентна. Девица, в отличие от «матёрой вдовы»,
представляющей интересы сына (как великие княгини Ольга или
Елена Глинская) не имела на Руси публичных прав.
160 Байки об умственной и физической ущербности Ивана Алексе-
евича не подтверждаются материалами Аптекарского приказа, наблю-
давшего за здоровьем царской семьи. То, что они озвучивались собе-
седниками Нёвилля осенью 1689 г., свидетельствует о всеобщем
убеждении, что после переворота в пользу Петра, формально остава-
ясь царём, Иван не будет допущен к власти. В 1682 г. о нареченном
царе ничего подобного говорить не дозволялось: ни боярам об Ива-
не, ни Софье о Петре.
161 Версия невероятная, ведь стрельцы выступали в пользу Ивана
с самого начала, возмутившись переворотом 27 апреля. 23—25 мая
141
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
были несовершеннолетние, Софья захватила правление
в свои руки162.
Можно было после этого надеяться, что все смяте-
ния кончились и что все останется уже в совершенном
спокойствии. Но тогда снова возник заговор среди ми-
лиции, составленной частью из стрельцов, частью из
граждан этого города, большинство которых очень бо-
гатые купцы, охотно зачисляющиеся в ряды и считаю-
щиеся весьма лестным для себя числиться на службе163.
Для случая, когда всем надлежит быть в карауле, им
выдают одежду, которую необходимо возвратить в её
первоначальном виде; в противном случае они получа-
Хованский как глава Стрелецкого приказа лишь «чинно» передавал
их волю царской семье и боярам. В официальных записях, приведён-
ных Сильвестром Медведевым, передан повелительный тон повстан-
цев: «все выборные служивые люди, пришедше на Красное крыльцо,
велели боярину князю Ивану Хованскому доложить государыням
царевнам, что во всех их стрелецких полках хотят и иных чинов
многие люди, чтобы на Московском царстве было два царя, яко
братия единоутробные». «Велеть» боярину! Недаром у Медведева и
большинства благонамеренных придворных было тогда чувство, что
государство встало с ног на голову! Цит.: Богданов А.П. Россия при
царевне Софье и Петре I. Записки русских людей. М., 1990. С. 88.
162Не имея прав на власть, Софья выступала от лица царской
семьи перед восставшими и удовлетворяла от имени двух царей их
требования. Непосредственно управлять, не покидая дворца, она не
могла. Большинство придворных и приказных из Москвы разбежа-
лось. Но князья В.В. Голицын, Одоевские и другие аристократы,
ставшие во главе центральных ведомств, опытные чиновники, такие
как Ф.Л. Шакловитый и Е.И. Украинцев (кстати, во время переворота
27 апреля сторонник Петра), сомкнулись вокруг царевны, видя в ней
человека, который способен объединить их деятельность и санкцио-
нировать её царским именем. Остаётся только догадываться, как
сложно было этим людям, воспитанным в добрых традициях Домо-
строя, возложить свои надежды на девицу, хоть и царственную!
163 В рукописи: «она продолжала стоять на своём, воспользовав-
шись для этого стрельцами (это видные жители этого великого города),
большинство которых составляют крупные торговцы, очень богатые».
142
Взгляд французского авантюриста
ют столько ударов палкой, сколько на платье оказыва-
ется пятен, ибо одежды эти всегда остаются в Москве,
исключая тех, которые выдаются стрельцам, следующим
в походах верхом за царём; гражданам же разрешено,
если наступает их очередь, замещать себя в таких случа-
ях слугами. Обыкновенно, чтобы избегнуть палочных
ударов, они покупают новые платья, так что последние
обретаются всегда в чистом виде164.
Получив известие о начале нового бунта и не зная
еще причины его, но подозревая великую опасность,
двор тайным образом удалился из Москвы в Троицкий
монастырь, находящийся в 12-ти немецких милях от
столицы. Через несколько дней по удалении двора ми-
лиция возмутилась снова, и отсутствие двора увеличило
смятение и беспорядок165.
164Нёвилль (и его собеседники) пытаются этим фантастическим
рассказом объяснить выступление большинства московских налого-
плательщиков вместе со стрельцами и солдатами. Служивые, за ис-
ключением редких случаев казенных раздач во время войны, сами
покупали и содержали в порядке оружие и форму, требуя, впрочем,
возмещения её стоимости от правительства. Служба в карауле, выпол-
нявшем полицейские и пожарные функции, была сословной привиле-
гией стрельцов, которой они ни с кем не делились. Поверить, что во
время восстания караулы усиливались доброхотами с посада, трудно.
Парадные наряды и оружие выдавались из царской казны придвор-
ным, в частности стольникам, для торжественных церемоний, напри-
мер встречи послов.
165 Софье удалось вывезти царскую семью за город (где она обыч-
но проводила лето) 20 августа, после чего двор «странным обычаем»,
заметая следы, путешествовал по дворцовым сёлам и монастырям, пока
18 сентября не укрылся за мощными стенами Троицы. Тем самым
царевна лишила восставших возможности выступать от имени царей
как их особо доверенная «надворная пехота», спасшая государство от
«боярской измены». Из похода по всей стране полетели грамоты о
сборе ратных людей на помощь царям. Но «смятение» в Москве подня-
лось только при известии о казни 17 сентября И.А. Хованского —
последнего официального лица, придававшего требованиям стрельцов
вид законности.
143
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Боярин Хованский допустил стрельцов грабить и
убивать всех людей противной ему партии под предло-
гом, будто они участвовали в погублении царя Феодо-
ра166. Главный врач покойного царя, обвиненный в от-
равлении его, был изрублен стрельцами в куски167, а
великий канцлер временщик Долгоруков и сын его были
умерщвлены168. Словом, буйство и свирепость были та-
ковы, что неприятно даже о них рассказывать.
Софья, слыша, что происходит в Москве, и полагая,
что все это делается ради неё, послала благодарить Хо-
ванского за его усердие в отмщении за смерть её брата,
166Именно Хованского правительство Софьи в грамотах, разос-
ланных по всей стране, обвинило в организации «бунта» в мае и его
продолжении летом 1682 г. Эта версия позволяла скрыть факт, что
народ смог самостоятельно и довольно успешно решать судьбу своей
страны. Представив Московское восстание как «заговор Хованских»,
царевна смогла прийти к компромиссу со стрельцами и солдатами на
условии их отказа от таких радикальных целей, как контроль за
госаппаратом, повышение сословного положения до дворянского,
представление перед властью интересов всех служилых по прибору и
городских сословий и т.п.
167 Главный врач — доктор Даниил фон Гаден с сыном Махаилом
был казнен по обвинению в отравлении царя Фёдора ещё 18 мая;
лекари Ян Янович Гутменс и иудей Степан тогда же были после
разбирательства отпущены стрельцами.
168 Нёвилль вновь рассказывает о событиях не сентября, а мая
1682 г. Боярин князь Юрий Алексеевич Долгоруков, крупный полко-
водец и государственный деятель, и его сын боярин князь Михаил
были активными участниками переворота 27 апреля и возглавили
правительство, разгромленное 15 мая восставшими. Ведая при царе
Фёдоре Стрелецким и рядом других приказов, славные воеводы Дол-
горуковы крепко изобидели стрельцов, но восставшие не думали их
убивать, пока младший князь, храбро защищая царские покои, не
донял их бранью. Тело князя Михаила не было изуродовано, и отец
велел угостить принесших его домой стрельцов, но шепнул плачущей
невестке: «Не плач, дочь! Щуку злодеи съели, да зубы осталися. Быть
им всем на плахе»! Зная цену слову князя, подавившего восстание
Разина, стрельцы поспешили «в мелочь» изрубить старика.
144
Взгляд французского авантюриста
уверяя, что весьма ему за то обязана. Она принуждена
была употребить такую хитрость, так как надо было
обольстить безумца, который был страшен с оружием в
руках169.
Но ласковость царевны имела последствия, каких
она вовсе не ожидала: Хованский подумал, что после
всего сделанного им для Софии и после изъявлений ее
дружбы и благодарности он может надеяться достигнуть
многого, и даже царского престола.
Дело казалось ему весьма легким и сбыточным, так
как он видел, что, допустив убийство между знатней-
шим дворянством, имевшим власть и силу и, следствен-
но, заступавшим ему дорогу, он получил за это похва-
лу и даже благодарность; потому, заключал он не без
основания, милиция всегда будет ему преданной, так
как он разрешил ей всякие злодейства и грабежи, и
никто из подчиненных его не откажется быть слепо со-
гласным на то, что ему угодно, — одни из благодарно-
сти, другие из надежды наживы и возвышения во время
смятений.
Он особенно старался распространить между стрель-
цами нелюбовь к царям, — Иоанну по причине его бо-
лезней и неспособности, Петру по его малолетству, и
потому что по всем признакам он будто бы подвержен
той же болезни, какою страдал брат его Феодор, и, еле-
169Хованских удалось выманить из Москвы не ласковыми пись-
мами царевны Софьи, а официальным (хотя и «с похвалою») при-
глашением царей на встречу сына украинского гетмана. Чтобы успо-
коить Хованских, а заодно вывезти из Москвы и собрать при царях
дворян высшего, московского списка, такие грамоты были разосла-
ны для объявления всем московским чинам в столице и сельской
местности.
145
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
довательно, нельзя было надеяться видеть в нем госуда-
ря достойного и умеющего награждать заслуги170.
Решившись возвыситься насколько возможно, Хо-
ванский думал, что он с большим правом и приличием
достигнет своей цели, если только ему удастся вступить в
родство с царским семейством, каковое обстоятельство
легко скрыло бы его замыслы, придавая совершенно
другое освещение исполнению их. Он предположил же-
нить сына своего на царевне Екатерине, младшей сестре
Софии171. Дерзость его предложения не имела, однако,
предполагаемого успеха и оскорбила двор царский.
Поняв, что такой союз грозит безопасности моло-
дых царей, Софья сама нашла средство предупредить
событие, последствия которого могли оказаться пагуб-
ными для Российского государства. Она справедливо
рассудила, что честолюбие Хованского гораздо опаснее
для её власти, нежели все те люди, которые были им
убиты, и потому первая решила отделаться от него и
наказать его за все те злодейства, большая часть кото-
рых совершилась с её согласия.
В Московии есть обычай торжественно праздновать
именины в царском семействе. Принц или принцесса, чьи
бывают именины, приглашают вельмож на пир и привет-
170 «Распространить между стрельцами нелюбовь к царям» было
невозможно, ибо именно с царями народ связывал надежды на лучшее
будущее. Этот пассаж отсутствует в рукописях и представляет собой
позднейший домысел Нёвилля.
171Царевна Екатерина Алексеевна (1658—1718) была младше Со-
фьи на год. Ходившие после казни Хованских слухи называли и
другие кандидатуры в «жены» Андрею Ивановичу Хованскому, вклю-
чая саму царевну Софью. Они пошли после распространения прави-
тельством «извета» на князей Хованских, в котором неизвестные
сообщали о намерении князя Андрея на одной царевне жениться,
других постричь в дальние монастыри, а Софью — убить.
146
Взгляд французского авантюриста
ствуются знатнейшим дворянством. Двор назначил празд-
новать день св. Екатерины — день ангела принцессы, пред-
назначенной Хованским сыну своему, — в Троицком мона-
стыре, и Софья пригласила на праздник всех бояр, но
особенно просила она приехать Хованского, продолжав-
шего свирепствовать в Москве172. Делая вид, что одобряет
его бесчинства, она приняла между тем меры, чтобы изба-
виться и от этого претендента на престол.
Боярин князь В.В. Голицын, о котором будем еще
иметь случай говорить, посоветовал действовать, не те-
ряя времени, и действительно, 200 конных воинов, на-
ходившихся в засаде, на Троицкой дороге, схватили Хо-
ванского, свели его в ближайший дом, прочли ему и
сыну его смертный приговор и отрубили им головы173.
Стрельцы были поражены известием о смерти их на-
чальника как будто громовым ударом, но едва прошло
первое изумление, как они пришли в величайшую
ярость, вопия, что они потеряли отца своего и хотят
страшно отомстить за него губителям, кто бы они ни
были. Они захватили арсенал и военные снаряды и гро-
зили всеобщим разрушением174.
Двор, извещенный об опасности, грозившей государ-
ству, призвал все другие войска, всегда ненавидевшие
стрельцов, и приказал немецким офицерам, бывшим в
полках в большом количестве, без замедления явиться в
172 День св. Екатерины празднуется 24 ноября, Хованские же
были казнены в День св. Софии, ангела Софьи Алексеевны, 17 сен-
тября 1682 г. Царевна сделала себе довольно изысканный подарок,
оказавшийся роковым пророчеством. Её саму в 1689 г. отстранили от
власти, а в 1698 г. заточили по подобным нелепым обвинениям.
173 Всё примерно так и было, только под селом Воздвиженским,
когда двор находился ещё в Саввино-Сторожевском монастыре.
174 Об этом страну извещали правительственные грамоты.
147
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Троицкую обитель175. Все они повиновались приказу, ос-
тавив в Москве своих жен и детей, и никого из них не
остановило опасение, что стрельцы могут на их семей-
ствах сорвать свою злобу за повиновение их царям. Тако-
го рода опасения были бы и небезосновательны.
Немцы обитали в предместье Москвы, называемом Ко-
куй176, и стрельцы решили было направиться туда с целью
сокрушить всё и вся. Но благоразумнейшие из стрельцов
уговорили остальных, представляя им, что мужья и отцы
будут мстить за жен и детей своих, когда придут с царскими
войсками, и что тогда нельзя уже будет ожидать никакой
пощады и найти средства к примирению.
Приняв все это в соображение, стрельцы, боясь по-
следствий, решились пощадить предместье и, оказавшись
без начальника, стали искать средства к примирению, на
что двор охотно согласился, ибо, сказать правду, он
только этого и желал177.
175 Иностранцы составляли ничтожную часть собранного под Тро-
ицей ополчения.
176Кокуй — Иноземная или Немецкая слобода, называвшаяся
«Налейка» (по характерному возгласу, раздававшемуся среди насе-
лявших ее наемников) или «Кукуй» (по протекавшему там ручью,
впадавшему в Яузу), располагалась за Покровскими воротами, вне
Земляного города и опоясывавших Москву стрелецких слобод. Кукуй
был одним из «веселых пригородов», какими славилась российская
столица.
177 Даже собрав войска со всей страны, кроме пограничных окру-
гов, Софья и Голицын рассчитывали на дипломатию больше, чем на
силу, и использовали слухи об ополчении для психологического дав-
ления на повстанцев. Собранное под Троицей многочисленное царское
воинство не горело желанием сразиться с лучшими пехотными полка-
ми русской армии и поддержавшими их посадскими людьми, засевши-
ми в хорошо укреплённой и снабженной артиллерией Москве. Армия,
по словам датского посла фон Горна, была готова скорее к зимовке
под Троицей. См.: Богданов А.П., Возгрин В.Е. Московское восстание
1682 г. глазами датского посла // Вопросы истории, 1986. № 3.
148
Взгляд французского авантюриста
Дело кончилось умерщвлением нескольких стрелец-
ких полковников и офицеров и посылкой ко двору стар-
шин с просьбой о прощении178. Они получили его без
больших затруднений, и вскоре потом цари прибыли в
Москву с дворянами и иностранными офицерами.
Стрельцы встретили царей, кланяясь в землю и моля
о помиловании. Цари сделали знак рукою, что все ими
позабыто, и раскаявшиеся бунтовщики проводили сво-
их государей во дворец со слезами радости, видя их воз-
вратившимися в столицу весьма милостивыми179.
В тот же день князь Василий Васильевич (Голицын)
был возведен в звание великого канцлера и временщи-
ка, или временного государственного министра, т.е. пра-
вителя государства на известное время180.
Этот князь Голицын, бесспорно, один из искусней-
ших людей, какие когда-либо были в Московии, кото-
рую он хотел поднять до уровня остальных держав. Он
хорошо говорит на латыни и весьма любит беседу с
178 Убийства офицеров и знатных лиц в Москве в сентябре не
отмечены. Нёвилль вновь путает события весны и осени 1682 г.
179 Делегация выборных стрельцов «била челом» царям и Софье
3 октября. Правительство примирилось с восставшими, отобрав у них
прежние «жалованные грамоты», в которых воспевалась их победа
над «боярской изменой», и выдав взамен новые, в которых вина за
восстание возлагалась на Хованского. Стрельцы и солдаты должны
были сломать каменный обелиск, возведённый в честь победы восста-
ния на Красной площади, и изгнать из своих рядов «гулящих людей».
Двор вернулся в Москву в начале ноября, но отдельные «всполохи»
восстания продолжались и зимой. Буганов В.И. Московские восстания
конца XVII в. М., 1969.
180В.В. Голицын, возглавивший Посольский приказ и ставший
канцлером в мае 1682 г., в сентябре взял под командование и соби-
равшееся к царям ополчение. Он официально именовался «царствен-
ной большой печати и великих посольских дел оберегателем и дворо-
вым воеводой» (т.е. канцлером, министром иностранных дел и глав-
нокомандующим), имел почётный титул «наместник Новгородский».
149
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
иностранцами, не заставляя их пить, да и сам он не пьет
водки, а находит удовольствие только в беседе.
Не уважая знатных людей по причине их невеже-
ства181, он чтит только достоинства и осыпает милостями
лишь тех, кого считает заслуживающими их и предан-
ными себе.
Канцлер начал свое управление строгим следствием
над виновными стрельцами, казнил главных зачинщиков
бунта и сослал других182. Из этих сосланных были состав-
лены четыре полка и посланы: один в Белгород, находя-
щийся на границе с Татарией, другой в Симбирск на Вол-
ге, в царстве Казанском; третий в Курск, в Украйну, а
четвертый в Севск, находящийся в той же самой области.
Окончив это важное дело, князь Голицын взял себе
места, которые оказались свободными вследствие гибе-
ли многих во время смут, и между прочим, место началь-
ника Иноземного приказа183, т.е. управления войсками,
устроенными на иностранный манер, как-то: солдатами,
кавалерийскими и драгунскими полками184. Управление
181 Странное заявление, ведь Голицын принадлежал к 17 высшим
аристократическим родам государства, представители которых, начи-
ная службу стольниками, имели право жаловаться прямо в бояре и,
как правило, были хорошо образованны.
182Следствия и казней после Московского восстания 1682 г. не
было. Постепенным разбором стрелецких полков с переводом из
Москвы в военные округа ненадёжных подразделений и отдельных
лиц много лет занимался глава Стрелецкого приказа Ф.Л. Шаклови-
тый (о нём см. ниже).
183 Иноземный приказ, которым Голицын руководил с декабря
1682 г., ведал иностранными специалистами на русской службе и
солдатскими выборными полками. Кавалерией занимался Рейтарский
приказ, артиллерией — Пушкарский, также руководимые канцлером.
184 Драгунские полки уже были расформированы в ходе военно-
окружной реформы 1679 г. как потерявшие боеспособность и окрес-
тьянившиеся.
150
Взгляд французского авантюриста
это всегда находилось у боярина-сенатора приказа Бе-
лорусского или управления Белой Россией, в котором
обыкновенно решались дела казаков и Украины185.
Далее он назначил Шакловитого главным судьей
над стрельцами; последний достиг такого небывалого
счастья, будучи простым дьяком; в настоящее время
он окольничий — звание, ближайшее к боярину-сена-
тору186.
Своему двоюродному брату князь Голицын отдал
приказ Казанский, или управление дел по Казани, Аст-
рахани и Черкасии187, а думному дьяку Емельяну Укра-
инцеву — Малороссийский приказ, или управление го-
родов, расположенных по Дону188. Казну или царскую
сокровищницу он отдал окольничему Толочанову, на-
185Видимо, речь идёт о Малороссийском приказе, ведавшем свя-
зями с Украиной. Он традиционно возглавлялся тем же судьёй, что и
Посольский приказ.
186Окольничий — второй по важности чин Государева двора; в
Боярской думе далее следовали чины думного дворянина (в 1680-е
гг. в их список записывали первых полных генералов) и думного
дьяка. Шакловитый был обычным путём пожалован в думные дьяки
Разрядного приказа, ведавшего военной службой дворян, 27 июля
1682 г., накануне вывоза царской семьи из Москвы и сбора ополче-
ния, с которым он справился блестяще. Стрелецкий приказ он воз-
главил 10 декабря 1682 г., уже будучи думным дьяком, и чин думно-
го дворянина получил 26 января 1688 г. по заслугам. Лишь после-
днее, скандально стремительное пожалование в окольничие 21 марта
того же года ясно выдало в нем фаворита царевны Софьи.
187 Б.А. Голицын (см. выше) принял Казанский приказ через год,
30 ноября 1683 г.
188Дьяк, а при царе Фёдоре — думный дьяк Е.И. Украинцев,
курировал в Посольском приказе Малороссийские (украинские)
дела, а также Владимирскую, Галицкую, Новгородскую и Устюжс-
кую четверти (территориальные управления) с конца царствования
Алексея Михайловича до правления Петра I. Как и Б.А. Голицын, он
не был ставленником канцлера, и после его свержения усилил свои
позиции.
151
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
чальнику Дворцового приказа, т.е. палаты коронных
доходов189.
Одним словом, все управления, бывшие до сих пор в
руках у бояр-сенаторов, которые в состоянии были пре-
пятствовать временщику или временному первому ми-
нистру, как они говорят, в его предприятиях, были заме-
нены людьми простыми, так как князь Голицын желал
иметь подчиненных, а не товарищей190.
Такое самовластие возбудило против Голицына ве-
ликую ненависть знатных людей, когда они увидели себя
лишенными преимуществ и принужденными раболеп-
ствовать перед ним, чего не бывало при его предше-
ственниках191. Но они ничего не могли ему сделать, и
189Окольничий Семён Фёдорович Толочанов возглавил Казён-
ный приказ 20 мая 1682 г., а 16 мая 1687 г. принял у боярина князя
В.Ф. Одоевского приказы Большого дворца и Дворцовый судный.
Как сторонник канцлера Голицына был осенью 1689 г. уволен со
всех должностей и послан воеводой в Переяславль-Южный. Назван-
ные приказы обслуживали нужды царского двора.
190 Публицистическое преувеличение. Помимо приказов, управ-
ляемых лично В.В. Голицыным, и Стрелецкого приказа, занятого
Шакловитым, сторонники Софьи были посажены во главе приказов
Большой казны и Большого прихода (окольничий А.И. Ржевский),
Разрядного приказа (дьяки), Сыскного и Разбойного приказов (дум-
ный дворянин Ф.В. Извольский), Холопьего (окольничий князь
В.Ф. Жировой-Засекин с родичем). Однако и в лучшие для прави-
тельства регентства времена далеко не все ведомства были в руках
«простых» людей или сторонников царевны. Помимо Казанского
приказа (Б.А. Голицын), упомяну Оружейную, Золотую и Серебря-
ную палаты (боярин П.В. Большой-Шереметев), Ямской приказ (бо-
яре А.П. Головин, затем Г.Н. Собакин), Владимирский судный (боя-
рин М.С. Пушкин), исключительно знатными боярами управлялся
Московский судный приказ и т.д. С симпатией относились к царевне
главы Аптекарского и весьма важного Поместного приказов бояре
князья Н.И. Одоевский и И.Б. Троекуров.
191 «Раболепствовать» аристократов, занимавших главные места
в Думе, армии и местной администрации, ни Софья, ни Голицын
заставить не могли. Но зависть к возвышению канцлера испытывали
152
Взгляд французского авантюриста
Голицын повелевал всем государством, так, как ему ка-
залось лучше и выгоднее.
Он заключил мир с Швецией, посланники которой,
находясь тогда в Москве, были удовлетворены во всех
своих требованиях192. Через несколько лет по заключении
договора с Швецией, Империя и Польша начали войну
против Турции193. Первые хотели увлечь в союз с ними
москвитян, но посольство ничего не могло успеть194.
Польша воспользовалась этим случаем для того,
чтобы предложить полный мир и склонить москвитян
на свою сторону195. Для этого было послано в Москву
посольство, в которое вошли три коронных и три ли-
товских чиновника: со стороны коронной — палатин
познанский Гримультовский и графы Приимский и По-
тоцкий, со стороны литовской — великий канцлер и его
племянник Огинские и граф Сапега196: последний остал-
многие, тем более что после официальной отмены по его инициативе
местничества (перед смертью Фёдора Алексеевича в 1682 г.), споры о
назначениях на престижные должности были затруднены.
192 Напротив, продление Кардисского мира в 1684 г. без отказа
России от завоёванных шведами территорий было серьёзной уступкой
со стороны Швеции.
193 Империя и Речь Посполитая вступили в войну с Османской
империей ещё в 1683 г., в 1684 г. к ним присоединилась Венеция, а в
1686 г. — Россия.
194Имперское посольство баронов И.Х. Жировского и С. Блум-
берга в Москву было безрезультатным (1684).
195 Наоборот, Речь Посполитая, несмотря на тяжесть войны с
Османской империей, всячески сопротивлялась урегулированию тер-
риториальных споров с Россией, надеясь «вернуть» под свою власть
Киев и даже Смоленск. Поляки пошли на мир под нажимом римского
папы и императора, но попытались сорвать переговоры в Москве, а
король Ян III при ратификации Вечного мира 1686 г. плакал.
196 Польскую делегацию представлял в Москве познанский вое-
вода Кшиштоф Гримультовский, полковник Ян Потоцкий и коронный
подстольник Александр Приимский. Великое княжество Литовское —
великий канцлер Марциан Огинский и мечник Миколай Огинский.
153
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ся в Польше за смертью брата, а пятеро товарищей его
благополучно прибыли в Москву.
После многих конференций, даже получив уже за
несоглашением свою отпускную аудиенцию, послы ус-
пели поладить: поляки отказались от своих притязаний
на Украину, или казацкие земли, на герцогство Смолен-
ское и на другие области, завоеванные москвитянами, а
цари обязались за это напасть на перекопских татар и
препятствовать вторжениям их в Польшу197.
В честь соглашения сторон устроены были торже-
ственные празднества: послов угощали, и сами цари
предлагали им пить, касаясь руками чаши, которую
один из знатных бояр обносил гостей,— честь, никогда
не выпадавшая на долю послов.
После этого москвитяне отправили своих послов ко
всем христианским государям, возбуждая их к союзу
против турок. Боярин Борис Петрович Шереметев по-
слан был в Польшу и оттуда проехал в Вену, откуда вся
Европа узнает о политических договорах198.
197 Основное содержание Вечного мира передано весьма точно.
Но помимо политических выгод на чаше весов лежали 146 тыс. руб.,
выплаченных Россией за давно потерянные шляхтой земли.
198Боярин Борис Петрович Шереметев (1652—1719) — выдаю-
щийся полководец и дипломат. После завершения образования в
Киеве стал комнатным стольником новорожденного Петра (1672),
воевал на Украине вместе с B.B. Голицыным, в боярство был пожало-
ван после петровского переворота 1682 г., но никогда не участвовал в
политических интригах. Был товарищем канцлера в сложнейших пе-
реговорах о вступлении России в Священную лигу и Вечном мире с
Речью Посполитой (1684—1686) и в качестве великого и полномоч-
ного посла заставил Яна Собеского ратифицировать договор (1687),
затем отстаивал российские интересы в Вене. Командовал Белгород-
ским полком (армейским корпусом), отличился в Крымском (1689) и
Азовском (1695) походах. Совершенствовал военные знания в Ита-
лии (1697—1699), стал кавалером алмазного креста мальтийского
154
Взгляд французского авантюриста
Князь Яков Феодорович Долгоруков, спальник или
чиновник царской опочивальни, послан был во Фран-
цию и в Испанию. Он происходит от одного из древней-
ших знатных родов московитских199. Он был изумлен
величием двора его христианнейшего величества и объя-
вил по приезде, что если цари в лице его и были оскор-
блены во Франции, тем не менее ему понравился фран-
цузский двор более, нежели испанский, хотя там прини-
мали его гораздо лучше200.
командора. В Северной войне был лучшим из русских полководцев и
наиболее бережно относился к солдатам. Отвергал искательство перед
Западом, свойственное необразованным выскочкам, презирал фавори-
тизм и отказывался участвовать в грязных делах двора, типа суда над
царевичем Алексеем. Слава фельдмаршала Шереметева всячески ума-
лилась злобной завистью Петра и его «птенцов».
199 Нёвилль провидчески поместил имя образца чести, князя Яко-
ва Фёдоровича Долгорукова (1659—1720), рядом с «Шереметевым
благородным». Начав службу комнатным стольником новорожденно-
го Петра (1672), князь Яков готов был рисковать жизнью за его
корону (1682). Оценив качества Долгорукова, Софья назначила его
великим и полномочным послом во Францию, где князь осадил само-
го Людовика XIV, завоевав большой авторитет у противников абсо-
лютизма; успешна была миссия посла и в Испании. Князь участвовал
в Крымском походе (1689), возглавлял Московский судный приказ
(1689—1697), принимал участие во многих военных мероприятиях
Петра. При разгроме петровских новобранцев под Нарвой был обма-
ном пленен шведами и только в 1711 г. сумел бежать из Стокгольма,
захватив с 44 товарищами неприятельский корабль. Генерал плени-
понциар-кригс-комиссар и первый сенатор (1712) отстаивал государ-
ственные интересы, невзирая на раздражение Петра и его фаворитов.
Был назначен президентом Ревизион-коллегии (1719) и умер, узрев
картину всеобщей государственной кражи.
200Великое и полномочное посольство стольников Я.Ф. Долгоруко-
ва и Я.Е. Мышецкого с дьяком К. Алексеевым и свитой в 150 человек к
Людовику XIV было менее знатным, чем в Вену, в соответствии с более
низким статусом короля в сравнении с императором. Незнакомые с
европейским дипломатическим этикетом французы не стали оплачивать
расходы послов, грозили им оружием, грубо нарушали неприкосновен-
ность их имущества и переписки, а главное — отказались признать
державный статус России и именовать царей «великими государями».
155
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Племянник его, которого оставлял он во Франции
учиться французскому языку201, есть единственный моск-
витянин, говорящий по-французски. Во всей этой стра-
не всего четверо таких, которые могут говорить на ла-
тыни, учившись сему языку у польских наставников202.
Одним словом, к каждому государю в Европе были
тогда отправлены послы московские.
Между тем все было приготовлено к походу в
1687 году и положено вступить в Крым. Выбор полко-
водца длился несколько времени. Князь Голицын на-
значил многих на эту должность, но все говорили, что
если он заключил мир и союз с Польшей, то он должен
взять на себя и труды похода, чтобы доказать таким
образом, что завоевание Перекопа было действительно
так легко, как он представлял его себе203.
Людовик XIV даже не хотел дать послам аудиенцию, а когда они,
выдержав осаду в доме, из которого французы вывезли даже мебель,
добились официального приёма, — не удосужился встать и снять
шляпу при чтении имён наших царей! Князь Долгоруков королю,
который в жизни не терпел возражений, на это указал, а ответные
угрозы отмёл афоризмом: «Гнев без вины вовсе не страшен». Разъя-
рённый «король-солнце» не позволил послам проехать из Франции в
Испанию, но Долгоруков не отступил, и посольство добралось туда
морем. Французы издали в честь послов гравюры, а король Испании
обещал помощь Священной лиге.
201 Князь Василий Лукич Долгоруков (ок. 1670-1730) с 1687 по
1700 г. учился в Париже, впоследствии дипломат, член Верховного
тайного совета, сослан на Соловки и казнён.
202 Четверо — имеется в виду среди знати, поскольку латыни -
языку науки — обучал в своей гимназии Медведев, а как язык междуна-
родных отношений латынь культивировалась в Посольском приказе.
203Задача «завоевания Перекопа» и вторжения в Крым не стави-
лась ни в договоре о Вечном мире 1686 г., ни в документах о
подготовке Крымского похода 1687 г. Она появилась в публицистике,
прежде всего западноевропейской, лишь после неудачи похода, когда
российские войска не смогли уверенно наступать по безводным сте-
156
Взгляд французского авантюриста
Голицын сделал все, что мог, чтобы отклонить от
себя эту должность, так как он справедливо предпола-
гал, что трудностей будет ему весьма много и что вся
ответственность за неудачу падет на него, какие бы меры
предусмотрительности и предосторожности он ни пред-
принял, и что ему трудно будет сохранить свою славу,
если поход будет неудачен.
Войско, вверяемое ему, было, правда, очень велико
числом, но его составляли беспорядочные толпы гру-
бых крестьян, не закаленных в битвах, с которыми он не
мог ни начать, ни совершить с честью никакого важного
военного предприятия204.
Быв более великим государственным мужем, неже-
ли полководцем, он предвидел, что отсутствие его в
Москве причинит ему более вреда, нежели принесло
бы славы само завоевание Крыма205, так как оно не
пям, в отрыве от магазинов (чего не могла в те годы ни одна
европейская армия). Брошенная в западную прессу новым украинским
гетманом И.С. Мазепой идея вторжения в Крым была поддержана и
московским правительством, крайне обеспокоенным раздорами в Свя-
щенной лиге. См.: Богданов А.П. «Истиное и верное сказание» о
I Крымском походе — памятник публицистики Посольского приказа /
/ Проблемы изучения нарративных источников по истории русского
средневековья. М., 1982. С. 57- 84.
204За исключением некоторого количества московских дворян,
служивших в конных ротах по старинке, со своими военными холопа-
ми, и выполнявших декоративную функцию при полководцах, армия
Голицына состояла из регулярных полков солдат, стрельцов, рейтар и
строевых казачьих полков Слабодской Украины (Ахтырского, Сумс-
кого и др.). Хорошо вооружены и обучены были также казачьи полки
украинского гетмана И. Самойловича. Пренебрежительные отзывы о
российской армии были характерны для поляков, которые, после
победы под Веной в 1683 г., не столько сражались, сколько были
сражаемы врагом.
205Канцлер не мог ставить задачу «завоевать Крым», так как,
вступив на берег «внутреннего озера» Османской империи, делал себя
157
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
поставило бы его выше, звание же начальника войск
решительно ничего не прибавляло к его могуществу.
Он очень хорошо понимал, что люди, более всех на-
стоявшие на вручении ему этой должности, действова-
ли только по зависти, с намерением погубить его, хотя
внеше казалось, что титулом генералиссимуса ему ока-
зывали великий почет.
Вельможи, утвердившие назначение Голицына, были
именно те, которые не соглашались на союз с Польшей,
так как они очень хорошо понимали, как трудно будет
вторжение в Крым, и старались удалить Голицына из
Москвы, потому что в отсутствие его надеялись осла-
бить его уже слишком большую власть. Большинством
голосов Голицын назначен был полководцем к его ве-
ликому неудовольствию, и он должен был принять на
себя честь руководить походом.
Подробности последнего были следующие.
ПОХОД МОСКВИТЯН НА КРЫМ
С 1687 ПО 1689 ГОД
После многих и зрелых прений в военном совете
определили послать многочисленное войско в малую
Татарию и выбрали князя Голицына большим воево-
дою, или генералиссимусом206; боярина Алексея Семе-
главным врагом Турции. Т.е. позволял союзникам, заключив с нею
сепаратные договоры, вновь, как в 1672—1681 гг., оставить россиян
воевать один на один с государством, чьи финансовые и мобилизаци-
онные возможности намного превосходили возможности России.
206 Генералиссимом называли Голицына также в брошюре, переве-
дённой на многие языки и разосланной к европейским дворам из
Голландии в 1687 г. (См. текст: Богданов А.П. «Истинное и верное
сказание»).
158
Взгляд французского авантюриста
новича Шеина, воеводу Новгородского, генералом ка-
занских войск207 ; думного дворянина Ивана Юрьевича
Левонтьева воеводою ертаульным, т.е. генералом не-
большого числа казаков и других легко вооруженных
войск, которые всегда идут впереди армии и которые,
собственно говоря, могут быть названы пропащими го-
ловами208 .
Окольничий Леонтий Романович Неплюев, воевода
Севский, назначен начальником севских войск209 , а князь
207 Алексей Семенович Шеин (1662—1700) начал службу стольни-
ком новорожденного Петра (1672), заслужил боярство в двадцать
лет, после службы воеводой сибирским и тобольским (1680—1682).
От правительства регентства получил задание разместить в Курске
сосланных стрельцов (1683), подготовить пограничные крепости к
войне с Турцией и Крымом (1684), провести мобилизацию дворян
коломенского, рязанского, путивльского и каширского военных ок-
ругов-разрядов (1686), мобилизацию в Новгороде (1687). В звании
новгородского воеводы участвовал в Крымских походах (1687,
1689), был одним из главных воевод в первом Азовском походе
(1695). Назначение Шеина главнокомандующим русской армией при-
вело к взятию Азова (1696); боярин разгромил турецко-крымские
войска на реке Кагальник и покорил Кубань (1697), победил восстав-
ших стрельцов (1698). Пётр был разъярен, сочтя проведенный Шеи-
ным розыск над стрельцами недостаточно кровавым, отрезал ему
бороду и более не жаловал. Вскоре оскобленный боярин умер, а
взятие Азова было приписано Петру I, который его проспал.
208Ертоул — авангард, следующий в боевом построении впереди
Передового полка. Иван Юрьевич Леонтьев — воевода в городах и
полках, пожалованный из стольников в думные дворяне правитель-
ством регентства (1687), а за отличие в Крымском походе сразу
получивший чин окольничего. Судя по тому, что в 1690-х гг. руково-
дил мастерскими приказами (Оружейной, Золотой и Серебряной пала-
тами), а также приказом Каменных дел, уже тогда проявил инженер-
ный талант.
209 Леонтий Романович Неплюев — в службе с 1658 г. Опытный
воевода был назначен командовать Севским разрядом (второй после
Белгорода базой русской армии на юго-западе) в острейший момент
Русско-турецкой войны 1672—1681 гг., прославился в Чигиринских
походах (1677—1678) и получил чин думного дворянина (1680).
После гибели Ромодановского от рук восставших москвичей (1682)
159
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Михаил Андреевич Голицын, воевода Белгородский, —
белгородских воевод210. Он был двоюродный брат вели-
кому Голицыну и так любил иностранцев, что когда от-
правился в вверенную ему область, то взял многих с
собою, и между прочим француза, который обучал его
французскому языку.
Когда все войска Белой Руси были снабжены на-
чальниками, а казаки — гетманом, то приступлено было
к совещаниям относительно военных припасов, прови-
анта и средств к их доставке. Все подданные царей долж-
ны были заплатить по рублю со двора, а так как цена
рубля равняется пяти французским ливрам, то можно
себе представить, какая большая сумма была тогда со-
брана211.
Князь Голицын испросил, чтобы сын его был оп-
ределен товарищем его по должности канцлера, и со-
стал важнейшим лицом русской администрации на Украине, прави-
тельством Софьи был пожалован в окольничие (1683). В первом
Крымском походе вместе с генералом Г.И. Косаговым разгромил
турок на Днепре до Очакова (1687). В 1688 г. стал боярином, строил
Новобогородскую крепость — передовую базу войска, благодаря ко-
торой в 1689 г. русские вышли к Перекопу. После петровского пере-
ворота навечно сослан без объявления вины.
210Князь Михаил Андреевич Голицын — дядя канцлера, боярин
знатный, получавший высокие должности (например, в 1677 г. судьей
Владимирского судного приказа, в который был влит и Челобитный
приказ) и быстро отказывавшийся от них то ли по лености, то ли по
неспособности. Недолгое пребывание в звании Белгородского воево-
ды не было вызвано стремлением канцлера «поднять» своего родича
(в 1681/82 г., например, он возглавлял Новгородский и Псковский
разряды): скорее канцлер хотел иметь Белгородский армейский кор-
пус в своем личном распоряжении. Скончался князь по окончании
похода 9 сентября 1687 г.
211 По указу для обеспечения похода требовалось собрать 700
тыс. руб., или 3,5 млн ливров: Полное собрание законов Российской
империи. Т. II. № 1210. С. 817-820.
160
Символигеское изображение Российского государства
под властью Софии — Премудрости Божией.
Гравюра Щирского, Чернигов, 1683 г.
Царевна Софья Алексеевна в виде Софии —
Премудрости Божией
Портрет царевны Софьи. Копия с гравюры Блотелинга,
выполненная угеником Академии художеств Афанасьевым
Санкт-Петербург, 1777 г.
Парсуна царевны Софьи Алексеевны «орловая».
Неизвестный художник. Дерево. Масло.
Москва, 1686—1689 гг.
Парадный портрет царевны
Софьи. Гравюра XIX в.
Парадный портрет царя
Ивана Алексеевига.
Гравюра XIX в.
Царь Алексей Михайловиг,
отец царевны Софьи.
Рисунок XVII в.
Царица Мария Илъинигна
Милославская, мать
царевны Софьи. Рисунок
XVII в.
Парадный портрет царя
Алексея Михайловига,
XVII в.
Царь
Фёдор Алексеевиг.
Неизвестный художник
Царевиг Алексей Алексеевиг, старший брат Софьи.
Рисунок из «Титулярника» 1672 г.
Юный царевиг Фёдор Алексеевиг, младший брат Софьи
Рисунок из «Титулярника» 1672 г.
Малолетний царевиг Иван Алексеевиг,
младший брат Софьи. Рисунок 1670-х гг.
Парадный портрет царя Фёдора Алексеевига. XIX в.
Ближняя дума царя Фёдора Алексеевита. Рисунок XIX в.
Здания московских центральных ведомств-приказов,
построенные в Кремле в 1670-х гг.
Деталь гравюры Пикара, 1710 г.
Царь Иоанн Алексеевиг.
С гравюры 1683 г.
Царь Пётр Алексеевиг.
С гравюры 1683 г.
Митрополит Киевский, царь Иоанн Алексеевиг и царица
Марфа Матвеевна Апраксина, вдова царя Фёдора
Патриарх Иоаким Московский, царица Наталия
Кирилловна Нарышкина и царь Пётр Алексеевиг.
Фрагменты гравюры 1683 г.
Фаворит царевны Софьи канцлер и генералиссимус
князь Василий Василъевиг Голицын.
Гравюра Тарасевига, Чернигов, 1686—1687 гг.
Фаворит царевны Софьи околънигий Фёдор Леонтъевиг
Шакловитый в виде св. Феодора Стратилата.
Гравюра Тарасевига, Москва, 1689 г.
Русский дипломат и полководец
князь Борис Ивановиг Куракин.
Парадный портрет XVIII в.
Великий и полномогный
посол России князь
Яков Фёдоровиг
Долгоруков.
Гравюра XVII в.
Великий и полномогный
посол России князь
Яков Ефимовиг Мышецкий.
Гравюра XVII в.
Императрица
Анна Иоанновна
и её автограф.
Гравюра XIX в.
Императрица
Елизавета Петровна
и её автограф.
Гравюра XIX в.
Взгляд французского авантюриста
гласие царевны было новым знаком её уважения к
нему212.
Общее место сбора войск назначено было в (Слобод-
ской) Украине, земле казаков, независимых от гетмана и
управляемых своими полковниками. Войска московские со-
брались в Артеке (Ахтырке), новгородские в Оске (в Су-
мах), казанские в Рублевске, севские в Красном Куту, а
белгородские, которые должны были находиться на гра-
ницах, в Белгороде. Гетман собрал свои войска в Гадяче213.
И так как всем отрядам велено было явиться на сбор-
ные места к 1-му марта, то всю зиму 1686 года продол-
жалось движение войск. 1-го мая отряды соединились и
составили ополчение в 300 000 пехоты и 100 000 кон-
ницы214, образовав лагерь за рекой Мерло. Через не-
212 Сын канцлера князь Алексей Васильевич Голицын, боярин с
1686 г., был товарищем отца в Пушкарском, Иноземном, Рейтарском
(с 1686) и Посольском приказах. Нёвилль относит пожалование его
«товарищем по должности канцлера» к 1687 г. в связи с назначением
князя Алексея «товарищем» отца в Посольский приказ. В 1689 г.
сослан вместе с отцом и получил разрешение вернуться только после
его смерти (1714).
213 Гетман — Иван Самойлович, Чигиринский полковник, затем ге-
неральный судья, а с 1672 г. — гетман Левобережной Украины, энер-
гично боролся за объединение с Правобережьем в составе Российского
государства. В ходе войны с Турцией и Крымом, когда Польша уступи-
ла Правобережье туркам, а русско-украинские войска его защищали,
был провозглашен гетманом всей Украины, но не сохранил это звание
по Бахчисарайскому миру (1681). Как и многие бояре в Москве, являл-
ся сторонником решительной войны с Речью Посполитой и противни-
ком Вечного мира с ней. Во время Крымского похода (1687) был, не
без помощи спешно присланного Софьей в поход Ф.Л. Шакловитого,
обвинен в «нерадении», вызвавшем отступление, бежал от возмущен-
ной украинской старшины в лагерь B.B. Голицына, где был схвачен и
сослан в Тобольск; умер в ссылке (1690).
214 Войск было гораздо меньше: в российской армии до 100 тыс.
(плюс большое число даточных людей и слуг при обозе), в гетман-
ской — до 50 тыс.
161
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
сколько дней вслед за тем начался поход на Полтаву —
город, принадлежащий гетману215.
Дойдя до Скарина на реке Арите (р. Орель), ожидали
некоторое время образа Богоматери, который легковер-
ным москвитянам казался чудотворным и о котором один
инок передал начальникам войска свое видение, возвес-
тившее ему, что без помощи сего образа поход на Крым
будет безуспешен и что необходимо привезти образ в ар-
мию. Снисходительность начальников и суеверие солдат,
которому москвитяне преданы более всех других наро-
дов, совершенно напрасно задержали дальнейшее движе-
ние армии в течение двух недель. Встретив с должными
обрядностями чудотворную икону, продолжали поход.
15-го июня достигли реки Самары, которая, как и
все вышеупомянутые реки, впадает в Днепр. Тут устрои-
ли мосты, по которым и перешла вся армия. 20-го июня
оставили Самару, имея Днепр направо, и остановились
на Татарке, от Татарки шли до реки Московки, потом до
Каменки, Конских Вод и Карачакрака.
Отсюда войско не могло идти дальше по причине
засухи, которая была так велика, что, по собранным
известиям, все поля и луга выгорели на 50 миль кругом
и невозможно было никоим образом достать фуража.
Изумленный таким неожиданным событием, главноко-
мандующий переменил намерение и вместо нападения
со своим полумиллионным войском на хана решился на
поспешное отступление216.
215В рукописи: «двинулись в сторону Полтавы, города, завися-
щего от гетмана».
216Нёвилль демонстрирует своё незнакомство с военным делом:
чем больше численность войска, тем опасней был бы его поход по
безводной степи.
162
Взгляд французского авантюриста
Он обратился к Карачакраку и остановился на берегу
Днепра, чтобы собрать фураж, сохраненный от огня и
засухи разливом этой реки и чтобы облегчить себе возвра-
щение. Справедливо можно было предположить, что тата-
ры нападут на войско, которое хотя и сильно было само
по себе, но чрезвычайно затруднялось огромным обозом.
Я слышал от немецкого офицера, что обоз москвитян со-
стоял из миллиона лошадей, что хотя покажется невероят-
но, но тем не менее очень правдоподобно, так как польская
армия в 24 000 человек, посланная в 1686 году к Черному
морю, вела за собою около 45 000 телег.
Понятно, что множество людей и лошадей должно
было погибнуть у москвитян вследствие сильной жары
и недостатка фуража. Многие умерли или сделались не-
способными к битвам от кровавого поноса, недостатка
пищи и ее плохого качества, так как по причине поста,
справляемого в августе, солдаты московские принужде-
ны были питаться соленой полусгнившей рыбой217.
Отряд из 30 000 человек, под начальством Леонтия
Романовича Неплюева, начальника севских войск, от-
правлен был к Запорожью с целью заставить татар ду-
мать, что кроме этого отряда другого войска не было218.
217 Неясно, чем лучше было бы солёное, но в таких условиях
полусгнившее мясо.
218 Официальной задачей похода было не позволить крымскому
хану напасть на Речь Посполитую (как Россия обязалась в договоре о
Вечном мире). Реальной целью корпуса Неплюева и Косагова было
истребление крепостей, построенных турками на Днепре в нарушение
Бахчисарайского мира, и наши войска снесли их все до Очакова включи-
тельно. Османский флот из Средиземного моря с десантом, снятым с
обороны Греции от венецианцев, наблюдал руины Очакова, но турки, по
словам наших полководцев, не осмелились «на берег сойти». О победо-
носном походе русских войск в низовья Днепра писали в те дни австрий-
ские и голландские газеты: РГАДА, Ф. 155. On. 1. № 6. Ч. 3. Л. 14-15,
97,107,143-146 (австрийские); л. 175, 252-253,276 (нидерландские).
163
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Сын гетмана Ивана Самойловича был также послан с
отрядом казаков219.
Остаток армии перешел к реке Самаре, где Голицын,
осмотрев местоположение, решил построить город,
дабы держать из него в повиновении казаков и стеречь
татар, хотя последние и вторгаются в Московию с раз-
ных сторон. В следующем году этот город был уже го-
тов, как расскажу я впоследствии.
От реки Самары войско двинулось к реке Мерло, где
ожидали повелений из Москвы о том, должно ли распу-
стить войско. Здесь Голицын, чтобы отстранить при дво-
ре нарекание о малом успехе похода, решился свалить
всю вину в неудаче на гетмана Ивана Самойловича. Хотя
гетман был весьма силен, начальствуя всею Украиной,
которая возмутилась некогда в царствование Владисла-
ва против Польши220, и хотя он всегда мог выставить в
поле 100 000 своего казацкого войска, но Голицын,
имея на своей стороне царевну, решился погубить его.
Он писал ко двору, обвиняя гетмана и утверждая, что
он был причиной всего происшедшего в походе221; вместе
с тем он просил позволения низложить его и избрать на
219 Сын гетмана — полковник Григорий Самойлович первоначаль-
но избежал обвинения в «измене», предъявленного его отцу и младше-
му брату. Его 20-тысячный отряд участвовал в победоносном походе
Л.Р. Неплюева и Г.И. Косагова на Очаков, к тому же в Приднепровье
«чернь» волновалась в связи с арестом гетмана. Поэтому первоначаль-
но в России и за рубежом было объявлено о невиновности полковника;
лишь позже Неплюеву было приказано его арестовать (РГАДА. Ф. 155.
On. 1. № 6. Ч. 3. Л. 98, 107, 175 и др.). Боярин выполнил приказ так
же, как потом поступили относительно его самого.
220Имеется в виду Освободительная война украинского народа,
вспыхнувшая при короле Владиславе IV Вазе (1632—1648).
221 Первоначально в России и за границей сообщалось о поджоге
степи татарами. Именно эта версия отразилась как в австрийских и
нидерландских газетах, так и в современных российских сочинениях.
164
Взгляд французского авантюриста
его место другого. Когда приказ об этом был получен,
Голицын приказал немедленно тем самым стрельцам, ко-
торые были, по желанию гетмана, приставлены к нему
для охранения его, ибо он не доверял казакам, захватить
его в полночь222.
Ивана Самойловича привели, связанного веревками,
на то место, где находилось московское войско, и которое
всегда учреждается в русских армиях при главной кварти-
ре и называется шатер, т.е. палатка правосудия. Туда ут-
ром созвал Голицын всех своих офицеров и дворян. Гене-
ралы-бояре заняли свои места, и гетман был представлен
перед ними. Прежде всего, прочитан был царский указ.
Затем гетмана свели с главными казаками, которые, буду-
чи подкуплены, стали обвинять его в сношениях с ханом
и в приказании тайно жечь траву в степях223 .
При составлении «Истинного и верного сказания», анонимно изданно-
го Посольским приказом в Голландии, пришлось отметить, что Голи-
цын первоначально «совершенно чаял, что те степи ночными посылка-
ми татары выжгли», и лишь при возвращении в лагерь у р. Самары
«начальные люди и старшина казацкого войска» открыли ему глаза.
См.: Богданов А.П. Внешняя политика России и европейская печать //
Вопросы истории, 2003. № 4. С. 40-41.
222После того как Шакловитый, по поручению царевны Софьи,
прибыл в лагерь на р. Коломак, украинская старшина получила воз-
можность выразить своё возмущение гетманом, который сам бежал в
лагерь Голицына, где был взят под стражу.
223О качестве работы Шакловитого говорит тот факт, что всё
обвинение и приговор Самойловичу были построены на доводах укра-
инской старшины. Гетману и его сыновьям-полковникам (один из
которых был арестован с отцом, другой — позже) вменялось в вину
измотавшее войска «непорядное и кривое шествие», «зажжение всей
степи и отъятие конского корму», а также «многие вредительные
пересылки» с татарами, имевшие целью «сей поход, который он с
великою неволею принужден был всчать, ни во что сотворити».
Правительство умело использовало эти обвинения для объяснения
отступления армии, разослав сообщения во влиятельные европейские
газеты. РГАДА. Ф. 155. On. 1. № 6. Ч. 3. Л. 94, 96-97, 175.
165
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Бедный казацкий начальник увидел судьбу свою
мгновенно совершенно переменившейся: вместо вель-
можного, т.е. «всемогущего», он услышал название
«скурвый сын»224, и раболепные дотоле подчиненные
ему казаки забыли всякое уважение. Один из их полков-
ников, по имени Димитруки225 , обнажил даже саблю и
хотел убить его. Но Голицын остановил кровопроли-
тие, сказав, что гетман приведен был для того, чтобы
судить его по форме, а не для убиения.
По окончании этого военного суда гетман задер-
жан был под крепкой стражей, и к Леонтию Романови-
чу Неплюеву послан был курьер с приказанием захва-
тить сына гетмана, который был отделен от своего
отца. Несколько верных казаков постарались предуп-
редить этот приказ, желая спасти несчастного. Неплю-
еву нелегко было после этого достать гетманского
сына, который удалился от него со своими войсками
как можно дальше.
Хотя главные казаки соглашались с полученным
приказом и готовы были выдать своего начальника,
точно так же как и компанейщики, или конные казаки,
но сердюки, или казацкая пехота, окружили его палатку
и не позволяли взять своего начальника: наконец их
уговорили, и с общего согласия сын гетмана был отдан
в руки Неплюева, который гордился своей добычей, ра-
дуясь, что может благодаря этому восстановить к себе
доверие, потерянное после неудачной схватки с Нуради-
224В рукописи: «стали величать его скурвиным сыном, то есть
сыном шлюхи».
225Имеется в виду переяславский полковник Дмитрий Райча, ко-
торый подписал казацкий донос на гетмана.
166
Взгляд французского авантюриста
ном-султаном у Камистана на Днепре226 . С торжеством
отправился он со своим пленником в главную армию.
Достав в свои руки сына гетманского, бояре-генера-
лы рассуждали о том, как разжаловать отца и как из-
брать на место его нового гетмана. Самойлович был
сослан в Сибирь, а казаки, созванные для выборов, из-
брали Мазепу, писаря, или своего государственного сек-
ретаря, и с радостью провозгласили его гетманом227.
Этот князь некрасив собою, но человек весьма сведу-
щий и говорит на латыни превосходно228. Он родом ка-
226Нурадин-султан и калга-султан — командующие правым и ле-
вым крыльями Крымской орды (т.е. буджакскими и азовскими тата-
рами и подвластными ногайцами), ближайшие помощники хана, обыч-
но его наследники или желающие стать таковыми. Орда нурадин-
султана Азамет-Гирея была «сбита с поля» и бежала от войск
Неплюева в плавни, однако Нёвилль пользуется рассказами неприя-
телей Леонтия Романовича.
227Иван Степанович Мазепа (1644—1709), гетман Левобережной
Украины (1687—1708). Украинский дворянин, хорошо образованный
и знакомый с польским королевским двором, служил гетману Право-
бережной Украины П. Дорошенко (1669—1673); когда тот перешел в
подданство турецкому султану — воевал на стороне левобережного
гетмана И. Самойловича, получил чин войскового есаула (1681).
Главного врага Украины видел в турках и татарах, поддерживал насту-
пательную политику Голицына и водил дружбу с Шакловитым, за что
и сделан был гетманом во время первого Крымского похода (1687).
Отказ российского правительства от борьбы с турецко-крымской
опасностью заставил Мазепу искать союза с польским королем (швед-
ским ставленником) Станиславом Лещинским и самим Карлом XII.
В октябре 1708 г. с немногими сторонниками перешел на сторону
шведов, после Полтавы бежал к туркам и умер в окружении врагов в
крепости Бендеры.
228Через талантливо написанные универсалы Мазепы правитель-
ство усилило пропаганду своих боевых побед в составе Священной
лиги. Прежде всего, новый гетман заменил малоинтересное для евро-
пейских газетчиков сообщение из Москвы о мирном отступлении
российской армии не доходя Перекопа заявлением, что 24 июля
1687 г. этот форпост Крымского ханства был взят штурмом объеди-
ненными русско-украинскими войсками (ср.: РГАДА. Ф. 155. On. 1.
167
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
зак и был пажом у короля Казимира, а затем офицером
в его гвардии, и поэтому очень привязан к полякам.
Князь Голицын одобрил выбор казаков, но боль-
шая часть их, которую не призывали на выбор, изъяви-
ла несогласие. Некоторые казацкие города возмутились,
и дома некоторых полковников были разграблены в их
отсутствие. Новый гетман, желая прекратить беспоряд-
ки, просил войска у Голицына, который и дал ему
3000 человек из смоленских полков и 1000 конных, для
того чтобы они проводили его до Батурина, обычной
резиденции гетмана229.
Приказ распустить войско получен был вскоре после
этого с грамотой их царских величеств, которая прочита-
№ 6. 4. 3. Л. 11 — сведения нидерландских курантов, полученные из
Москвы 29 июля; там же, л. 144—146 — австрийские газеты по
универсалу Мазепы от 9 августа). Уже к 14 августа сведения гетмана
были подтверждены из Москвы (там же, л. 1—2 — из австрийских
курантов). Не исключено, что «Перекопский замок», мощь которого
в современной прессе и позднейшей историографии сильно преувели-
чивалась, действительно был сожжён, но не основной армией, а оста-
вленным в степях до осени легким кавалерийским корпусом из каза-
ков, гусар и драгун, о создании которого уведомлял союзников канц-
лер Голицын (там же, л. 99, 105—107 и др.).
229 После завершения похода именно в универсале гетмана Мазе-
пы от 9 августа 1687 г., распространявшемся в Российской державе и
опубликованном имперскими курантами, была сформулирована новая
цель войны. Объединённые русско-украинские войска были, по его
утверждению, «намерены весь Крым разорить и землю крымскую
русскими казаками и верными татарами поселить... И чаем, помощию
Божиею, что хан крымский скоро учнет писаться подданным царс-
ким» (РГАДА. Ф. 155. On. 1. № 6. 4. 3. Л. 145—146). Соответствую-
щие сообщения через иностранных резидентов в ставке главнокоман-
дующего и в Москве были направлены в другие европейские государ-
ства (там же, л. 11, 105—107, 175 и др.). По возвращении Мазепы в
Батурин о намерении российских войск «Крим зносити спосполу»
записал P.O. Ракушка-Романовский (знаменитый «Самовидец»), о по-
ходе армии «на Крым», «воевати Крым», «войною в Крым» писали с
этого времени русские и украинские летописцы.
168
Взгляд французского авантюриста
на была перед всеми офицерами и им особенно была
приятна, ибо они услышали в ней похвалы за свою служ-
бу. Каждый генерал получил золотую медаль с изобра-
жением обоих царей с одной и царевны с другой сторо-
ны230 для ношения на золотой цепи, из которых каждую с
медалью ценили в десять червонцев. Каждый полковник
получил по медали, но без цепи, ценою в червонец, каж-
дый подполковник и майор — медали в полчервонца и
каждый солдат и стрелец — золотую копейку в 25 су це-
ною, — серебряная московская копейка стоит одно су.
Посредством этих наград, испрошенных Голицыным
у царей или, лучше сказать, у царевны, в пользу армии,
он надеялся укоротить ропот, начавшийся против него в
войсках, в чем и успел совершенно. Он возвратил также
себе и привязанность главнейших знатных, отдав им
разные должности и заплатив им издержки похода, так
что, когда он прибыл в Москву, то уже никто не восста-
вал против него. Царевной он встречен был со всеми
знаками милости и принял вновь правление делами го-
сударства с большим против прежнего самовластием.
Первое предложение, сделанное Голицыным в сове-
те, было относительно пользы, которую должна прине-
сти постройка города на берегу реки Самары, где могли
быть собраны запасы всякого рода. Предложение было
одобрено, и окольничий Леонтий Романович Неплюев
был отряжен с 30 000 человек с приказом построить
город. Гетман со своими войсками должен был следо-
вать за ним, а план крепости составил голландский ин-
женер полковник Вазаль231.
230Эти золотые медали сохранились сегодня в Государственном
историческом и других музеях.
231В рукописи: «Вансаль».
169
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Посланные войска собрались в Рыльске и в послед-
ний день мая были на Самаре. В один месяц город был
кончен, так как он состоит только из ретраншемента, ко-
торый может останавливать набеги татар и покушения
казаков; его назвали Ново-Богородицк, т.е. город Бого-
матери232 . Оставив в нем гарнизон, остальное войско во-
ротилось; окольничий за свое старание и труды получил
чин боярина. В походе 1689 года на опыте узнали, как
полезен был этот город, — место снабжения войск всеми
необходимыми предметами из его магазинов233.
ПОХОД МОСКВИТЯН НА КРЫМ 1689 ГОДА
Князь Голицын, видя, что партия царя Петра ежед-
невно усиливается, и опасаясь, что могущество ее увели-
чится еще более в его отсутствие, всеми средствами ста-
рался передать начальство над войсками в другие руки.
Убедившись, однако, что ему весьма трудно исполнить
свое желание, он сам, добровольно, не без задней мыс-
ли, предположил себя опять в полководцы, справедли-
во рассуждая, что для него почетнее будет принять доб-
ровольно то, что, как он ясно видел, ему навяжут и
против его желания.
Он принял всевозможные меры, чтобы второй поход
был успешнее первого. Будучи более великим полити-
ком, нежели полководцем, и легко получив все, чего он
232Новобогородицк был построен зимой 1688 г.
233По западноевропейским меркам даже Новобогородицк на
р. Самаре находился слишком далеко от театра военных действий,
чтобы обеспечить снабжение всем необходимым регулярной армии.
Именно поэтому Голицыну понадобилось брать в поход огромный
обоз, так что его армия напоминала движущийся город.
170
Взгляд французского авантюриста
требовал, он решил, что войско выступит в поход ранее
прежнего. Часть неудачи первого похода необходимо
было приписать медленности воинских движений, а по-
тому всем войскам приказано было собраться на назна-
ченном месте к 1-му февраля. Приказ исполнен был в
такой точности, что войска начали сходиться со всех
сторон в декабре, исключая Сибирь, откуда совершенно
не вытребовано было войско вследствие войны, кото-
рую необходимо было вести против обитавших по со-
седству с Сибирью жителей Великой Татарии234.
Приготовления были гораздо значительней, чем в пер-
вом походе, но налог на народ не превосходил прежнего,
ибо взимаемо было, как обыкновенно, по рублю со двора.
Московские войска собрались в Сумах, новгород-
ские — в Рыльске, казанские — в Богодухове, белгород-
ские — в Каменке, а севские — в Калантаре. Все отряды
находились под начальством прежних полководцев, ис-
ключая белгородский, который передан был Борису
Петровичу Шереметеву, по причине смерти князя Миха-
ила Андреевича Голицына.
Отряды оставались не долго по своим квартирам, так
как князь Голицын приказал выступить прежде, чем рас-
234С 7 июля 1686 г. по 6 мая 1687 г. войска Цинской империи
осаждали русскую крепость на Амуре. Казаки в жесточайших боях
отстояли Албазин и 30 августа заставили вражеские полчища уйти с
Амура. Уже 26 января 1687 г. великое и полномочное посольство во
главе с окольничим Ф.А. Головиным выехало в Китай с заданием
провести границу по Албазину. Однако по данным через голову Голи-
цына указаниям Ф.Л. Шакловитого, стремившегося приписать прави-
тельству Софьи «успех» в заключении скорого мира, Головин подпи-
сал в 1689 г. Нерчинский договор, сдав русский Амур Китаю. См.:
Демидова Н.Ф. Из истории заключения Нерчинского мира // Россия в
период реформ Петра I. М., 1973.
171
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
тает лед на реке Мерло, что было весьма благоразумно,
ибо многие реки, лежавшие на их пути, вскрываясь, силь-
но разливаются при наступлении половодья. Пехота ста-
ла лагерем на другом берегу реки, при входе в лес, а
конница разместилась по прибрежным городам. Переж-
дав оттепель, Голицын 1-го апреля поставил свой шатер
на другом берегу реки, то же самое сделали генералы, и
6-го апреля москвитяне двинулись к Самаре, где все их
полки и соединились. Гетман Мазепа также прибыл туда.
13-го все войска перешли за реку и без замедления
направились к Перекопу, которого достигли через ме-
сяц. Обоз препятствовал делать большие переходы, так
как каждый солдат имел с собой запас на четыре месяца,
кроме розданного в Самаре и степи, по которой прохо-
дило войско. Громадное скопление запасов значительно
замедляло движение, как и артиллерия, состоявшая из
700 пушек и множества мортир.
Наконец армия достигла Карачакрака, где и стала
лагерем. Лошади были пущены на пастбище, так как
трава была еще слишком низка, и косить ее было невоз-
можно, солдаты же спокойно отдыхали до полуночи,
когда все вдруг были испуганы сильным шумом, казав-
шимся, при ржании лошадей и воплях людей, ужасным.
Предполагали уже внезапное нападение татар, но ока-
залось, что смятение это причинили вырвавшиеся и бе-
гавшие по лагерю лошади. На другой день увидали, что
около 6000 лошадей из московского отряда убежали в
степь, хотя им и были связаны ноги. Вследствие этого
оказалось необходимым дать каждому время на поимку
его лошади, большая часть которых и приведена была
обратно в лагерь.
172
Взгляд французского авантюриста
На другой день войско двинулось и через несколько
дней достигло берега Днепра, известного под именем
Каирки. Здесь москвитяне захватили нескольких татар,
от которых и узнали, что хана нет в Перекопе, что он в
Буджаке и что он никак не подозревает, чтобы против
него направлена была такая страшная армия; а напро-
тив, сказывали ему, что хотя войско и находится в пути,
но оно займется строением крепостей, как делали моск-
витяне в прошлом году. Далее они сообщили, что они
посланы султаном-калгой для разведок.
От Каирки перешли к Каирке-Мечетной, где Голи-
цын приказал положить на каждую телегу фашиннику,
по четыре кола и взять воды, так как далее нельзя было
найти уже леса. Здесь войско, оставив берега Днепра,
направилось на юг, прямо на Перекоп, и шло два дня по
безводной степи.
13-го мая высланные рано утром передовые извес-
тили, что приближается неприятель. Москвитяне при-
готовились встретить его в порядке. Обоз, прикрытый
пехотой и артиллерией, расположен был на правом
фланге, кавалерия же и дворянство находились на ле-
вом фланге каждого отряда. Московские войска, пред-
водимые Голицыным, были в средине; новгородские
направо, гетман налево, а еще левее его находились
Шереметев и Долгорукий; отряд Неплюева составлял
арьергард.
Татары напали на авангард Шеина, а от него, после
небольшой стычки, внезапно свернули справа налево и
напали на отряд Шереметева, который, будучи самым
малочисленным, был смят и обращен в бегство. Конни-
ца смешалась; неприятель ворвался в обоз, который и
173
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
был уже почти захвачен235 , но Голицын послал Шереме-
теву помощь, и татары принуждены были удалиться,
оставив москвитянам свободный проход до Черной до-
лины, где войско стало лагерем, чтобы запастись здесь
водой, так как это место болотистое и, находясь всего в
5 льё от Перекопа, является также лучшим пастбищем
всей местности.
Небольшой отряд татар с султаном-калгою прибли-
зился для рекогносцировки, желая узнать силу и недо-
статки войска; он захватил нескольких пленных, от ко-
торых выведал все, что необходимо было узнать. Плен-
ных отвезли к хану, который в трех милях оттуда стоял
лагерем на Каланчаке, небольшой речке в двух милях от
Перекопа, берущей начало в степях и впадающей в Азов-
ское или Черное море. Едва только услышал хан, что
москвитяне идут на Крым, он явился из Буджака с
4000 конницы для защиты своих владений. На Калан-
чак он пришел только за два дня до москвитян, перейдя
Днепр под Аслан-Керменем, городом, лежащим на этой
реке и принадлежащим туркам236.
16-го мая армия москвитян двинулась и перешла к
Зеленой долине, в одной миле от Черной долины. Здесь
хан встретил москвитян со всеми своими силами, кото-
рые он успел собрать и которые простирались до
235Нёвилль пользовался не только какими-то официальными за-
писками о походе, но и рассказами ворчунов-наёмников из Немецкой
слободы, вроде генерал-майора Патрика Гордона, любивших преуве-
личить опасность ситуации и унизить «московитов», чтобы за счёт
этого возвысить себя.
236 Аслан-Кермень, равно как Шах-Кермень и Очаков, были пост-
роены турками в нарушение Бахчисарайского договора 1681 г., запре-
щающего обеим сторонам, русским и туркам, вводить войска и стро-
ить укрепления на Левобережье и в низовьях Днепра.
174
Взгляд французского авантюриста
30 000—40 000 конницы, двигавшейся во множестве
небольших отрядов. Москвитяне незаметно были ок-
ружены татарами и принуждены остановиться237 .
Оба воинства наблюдали друг за другом, не предпри-
нимая ничего, хотя и казалось, что москвитяне были за
нападение. Но они были рады выжидать, находясь в бе-
зопасности за крепкими палисадами, привезенными на
телегах. Пехота и артиллерия так хорошо защитили свой
лагерь, что татары не могли в него ворваться. Конница
же не была защищена палисадом, что и побудило три или
четыре отряда татар, в 1000 лошадей каждый, напасть на
нее. Но татары принуждены были отступить в беспоряд-
ке, так как большую помощь оказал коннице обоз, из-за
которого москвитяне поражали татар из пушек и ружей;
они положили на месте 300 или 400 неприятелей, хотя
при этом поразили и многих своих соотечественников238.
237 Регулярная армия того времени должна была принимать спе-
циальные построения для боя и для похода, так что просто не могла
передвигаться под угрозой нападения вражеской конницы. Именно
так была в 1685 г. блокирована в Молдавии сильная польская рать.
Но Голицын заранее принял меры по перевооружению и изменению
тактики войск, обеспечив россиянам колоссальную огневую мощь и
оградив пехоту не сложными построениями пикинёров, как было
принято, а переносными рогатками. В результате, как с восторгом
писали украинские летописцы, после этой первой остановки, хотя
«орда вешталася около войска, але же войско Галичио... шло як
вода, не заставляючися, тылко отстрелювалося». Подробно см.:
Богданов А.П. От летописания к исследованию. Русские историки
последней четверти XVII века. М., 1995. С. 401—403, 411—414.
23815 мая 1689 г. в битве при урочище Зелёная долина Крымская
орда, включая силы белгородских татар и черкесов, при поддержке
турецкого корпуса, восемь часов атаковала россиян с невероятным
мужеством. Пробиться сквозь огонь 350 орудий, 112 тыс. мушкетов и
карабинов, разрывы ручных и бросаемых из фузей гранат противник
не мог. Убедившись, что ужасная бойня обошлась почти без потерь с
российской стороны, Голицын приказал армии продолжать движение.
175
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
В то же время, с другой стороны, султан-нуредин
напал со своим отрядом на казаков Сумского и Ахтыр-
ского полков, бывших под начальством Емельяна Укра-
инцева, думного дьяка или государственного секретаря.
Он очень плохо знал военное дело и, как настоящий
москвитянин, до того испугался, что не устоял против
татар. Они ворвались в обоз, перерезали лошадей, тру-
пы которых мешали затем отряду спасаться бегством,
разграбили возы, прошли даже в средину лагеря и ув-
лекли с собою 20 пушек, вполне снаряженных и гото-
вых к делу239. Одним словом, если бы боярин Долгору-
ков не выдвинулся со своим отрядом, казаки были бы
решительно разбиты.
На Шереметева напал в то же время другой отряд
татар, который и пробился было до обоза; но он сам
сумел защититься лучше Емельяна и принудил татар к
отступлению, выказав здесь отличную храбрость, так
как он человек с великими достоинствами, но только
смертельный враг Голицына, который был бы рад, если
бы Шереметев потерпел поражение и погиб бы, что дей-
ствительно и могло случиться, если бы к нему не подо-
спела быстрая помощь240.
Когда таким образом татары были отбиты, успев,
однако же, ограбить обоз и захватить добычу, армия
двинулась вперед, с целью достигнуть местности, в кото-
рой можно было бы получить воду. На другой день она
239Татарам удалось прорваться к обозу Ахтырского и Сумского
казачьих полков, но и казаки, понеся серьёзные потери, «много татар
побили в обозе у себя».
240 Шереметев, как человек независимый, не был членом «партии»
Голицына, но оба полководца и политика не испытывали друг к другу
вражды.
176
Взгляд французского авантюриста
двинулась к Каланчаку, и так как найдено было неудоб-
ным вести конницу отдельно от обоза, то приказано
было соединить ее с последним, и все разделенное до сих
пор войско соединилось в один отряд, имевший более
200 000 возов, которые составили каре. Обоз же при-
крыт был артиллерией и пехотой, которая несла на пле-
чах палисады для того, чтобы быть более подготовлен-
ной к устройству, в случае нужды, ретраншемента241.
Во время, как москвитяне двигались в таком поряд-
ке, татары явились было опять, но осмотрев армию со
всех сторон и видя, что конница, которую они полагали
найти отделенной, присоединена к обозу, удовольство-
вались тем, что держали москвитян в страхе. Затем они
удалились, чтобы позаботиться о защите Перекопа, ко-
торый, как они полагали, должен был подвергнуться
нападению этого многочисленного неприятеля.
В этот день москвитяне стали на Каланчаке и на дру-
гой — перешли вброд эту реку. Не встретив здесь татар,
они ободрились, а некоторые из них, оставив обоз,
взошли на холм, с вершины которого Перекоп казался
им объятым дымом и пламенем, так как татары сами
зажгли предместье города Ор, боясь, что москвитяне
завладеют им. 16-го мая войско двинулось далее, по
направлению к Перекопу, и остановилось на расстоя-
нии пушечного выстрела, имея направо Черное море,
24 Российские войска использовали самую передовую по тем вре-
менам тактику и лучшее в Европе оружие. Артиллерия, действующая
в боевых порядках батальонов и рот, включала 350 орудий унифици-
рованных калибров на новых подвижных лафетах. Россияне произво-
дили нарезные и казнозарядные пушки, а часть стрелков, помимо
кремнёвых мушкетов новой отечественной конструкции, уже имела
«винтовки» (так называли нарезные ружья). Огневую мощь усилива-
ли ручные гранаты и изобретенные в Туле гранатомёты.
177
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
налево же — степи. Татары не стреляли в москвитян из
города, так как за большим расстоянием не могли при-
чинить им вреда, но беспрестанно палили с башни, сто-
явшей на берегу Черного моря.
Когда москвитяне подошли к Перекопу, было
10 или 11 часов утра, и все надеялись, что ночью будет
предпринят штурм на Перекоп или его валы. Но вече-
ром, когда офицеры ожидали приказаний, все были
изумлены, услышав, что на другой день положено от-
ступать. Отступление москвитян было столь неожидан-
но, что надо рассказать о причинах его.
Когда московское войско стало близко к городу, но-
гаи и калмыцкие татары, подданные московского царя,
бывшие разведчиками, часто выезжали на бой с пере-
копцами. Один из ногаев, служивший хану, увидел неча-
янно знакомого ему москвитянина и закричал ему изда-
ли на своем языке: «Из-за чего мы боремся? Почему не
скажешь ты своему боярину, чтобы он помирился с ха-
ном?» Москвитянин отвечал, что если бы боярин был
уверен в желании хана заключить мир, то и он, вероят-
но, изъявил бы согласие, но что если хан действительно
желает мириться, то он может послать от себя кого-
либо, чтобы переговорить об этом. «Хорошо, — сказал
перекопский ногаец, — ступай же к своему боярину или
генералу и уверь его, что если он желает мира, то хан
согласится на него». Московский ногаец242 явился к Го-
лицыну, рассказал все, что слышал от татарина, и нашел
генерала расположенным вступить в переговоры и во-
ротиться без пролития крови.
242Это был служилый татарин Караман Кутлубеев.
178
Взгляд французского авантюриста
Голицын приказал написать, письмо от имени мос-
ковского ногайца к его знакомцу приблизительно в та-
ких выражениях: «Я донес боярину Голицыну о том, что
мы с тобою говорили, и он очень рад идти на примире-
ние, поэтому пусть пришлют к нему кого-либо, кто из-
ложил бы доводы и требования хана». Письмо было
передано первому показавшемуся из Перекопа татарину
и принесено хану, который был в раздумье и советовал-
ся в то время с своими мурзами, как им избавиться от
страшного неприятеля.
Прочитав письмо, хан послал спросить у Голицына,
с согласия ли его оно писано, и, получив утвердитель-
ный ответ, отправил мурзу Сулешева243, москвитяне же
прислали заложником одного дворянина, Змиева244.
После этого начали договариваться, причем москвитяне
поставили пять следующих условий: татары должны от-
дать всех русских пленников, прекратить нападения на
царские области, отказаться от 80 000 экю дани, еже-
годно платимой москвитянами, не нападать на Польшу
и не помогать туркам245.
243 С крымской стороны переговоры вёл Кеман-мурза.
244Илья Змиев остался в заложниках на время переговоров, ко-
торые вел знаменитый полководец, пожалованный правительством
регентства в окольничие, думный генерал Венедикт Андреевич Змиев,
а также видные аристократы, князья Яков Фёдорович и Борис (Фёдо-
рович?) Долгоруковы. При таком составе посольства не приходится
говорить о «тайных» от Москвы переговорах, как представили зак-
лючение перемирия Нарышкины после свержения Голицына (Розыск-
ные дела о Фёдоре Шакловитом и его сообщниках. Т. I. СПб., 1884.
Стлб. 28-28).
245Эти верно переданные Нёвиллем условия означали полное
выполнение задач и обязательств России в войне, т.е. победу. Разуме-
ется, это были лишь предварительные условия переговоров, приня-
тые перепуганным ханом, убедившимся, что в случае продолжения
войны он не сможет защитить Крым.
179
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Мурза, прекрасно понимая, что такому огромному
войску невозможно долго оставаться без фуража и воды,
желал лишь продлить переговоры и дал поэтому некото-
рую надежду на соглашение. На следующий же день он
сказал, что хан требует тех же условий, на которых им был
заключен мир с царем, что он не только настаивает на
платеже ежегодной дани, но требует непременно уплаты
240 000 экю, не заплаченных ему за последние три года246.
Князь Голицын не мог согласиться на такие условия.
Находя невозможным стоять дальше лагерем на песча-
ной, безводной степи, он решился отступать. Боясь пре-
следований, он взял с собою мурзу до Каланчака; отту-
да послал его в Перекоп и получил своего заложника.
Вот краткий очерк событий Крымского похода.
После этого русское войско шло три недели до Са-
мары, где, оставив тяжелый обоз свой, перешло реку и
через шесть дней достигло реки Мерло. Голицын послал
между тем курьеров к царям и к польскому королю,
хвастая, что он разбил татар и прогнал их в их земли247.
Царевна, получив эти известия, приказала торжество-
вать победу по всему государству и, согласно обычаю,
послала окольничего с хвалебной грамотой войску и с
червонцами для наград248. В заключение прислан был
246 Слух о наглом отказе хана от переговоров был пущен врагами
канцлера с целью убедить войско и народ, что «генаралиссим» просто
испугался. По другой версии противников Голицына, он изменнически
отступил, взяв у хана золото.
247 Вести о поражении Крымской орды в Диком поле, которое
больше не служило ей надёжной защитой, и бегстве хана за Перекоп
были посланы польскому королю, императору, венецианскому дожу и
номинальному главе Лиги, римскому папе.
248 Похвальная грамота Голицыну и Мазепе опубликована: Пол-
ное собрание законов Российской империи. Т. II. № 1340.
180
Взгляд французского авантюриста
указ распустить войско, и только боярин Волынский249,
воевода новобогородицкий, был оставлен на Самаре, с
пятью или 6000 человек.
Таков был успех двух походов москвитян в Крым,
которые не только не принесли им никакой пользы или
славы, но, напротив, причинили, насколько можно су-
дить, величайший вред государству тем, что вскоре пос-
ле возвращения последовало падение их полководца
Голицына.
Все рассказанное здесь я слышал от посланников
польского короля, бывших при московском дворе и на-
ходившихся при войске московском во всех походах со
времени250.
Теперь мне остается рассказать подробности собы-
тий, которых я был очевидцем, так как я имел смелость
нередко ходить переодетым по городу и посещать даже
Троицкий монастырь.
ПОВЕСТВОВАНИЕ О СМЯТЕНИЯХ
Князь Голицын, по возвращении в Москву, нашел
дела в совершенно ином положении. Враги его, узнав
истину о его походе, сделали его ненавистным царю
Петру. Он отказал Голицыну в аудиенции, и только по-
средничество царевны сделало то, что царь допустил его
249 Боярин Волынский — Василий Семенович или Иван Фёдоро-
вич, скорее последний, отличавшийся образованностью и детей своих
учивший итальянскому языку, тогда как первый славился в основном
модной швейной мастерской супруги.
250 Известен один представитель польского короля, сопровож-
давший российскую армию в Крымских походах при штабе Голицына,
при этом весьма активно посылавший донесения в Варшаву и газеты:
это пан Стефан Глосковский.
181
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
к целованию руки. Но он осыпал его горькими укориз-
нами и не хотел слышать его оправданий.
Затем Голицына оставили на несколько дней в по-
кое, но щедрость царевны в наградах вызвала новое
следствие. Она желала раздать боярам значительные
богатства, чтобы таким образом признать их заслуги
государству, но царь воспротивился этому и хотел,
прежде всего, исследовать их заслуги, чтобы сообразно
с ними назначить награды.
Царевна, желая настоять на своем, упорными просьба-
ми склонила царя на исполнение её желаний. Она пожало-
вала Голицыну 1500 крестьянских дворов в различных
местах. Другим боярам, начальникам отрядов, дано было
по 300 дворов, остальным главным офицерам — сораз-
мерно чину каждого. Вообще всем дворянам, бывшим в
походе, даны были награды с целью привлечь всех на сто-
рону царевны251.
Подобные награды никогда до сего времени не были
в обычае у москвитян, и цари довольствовались всегда
тем, что давали царский кафтан тому, кого хотели осо-
бенно почтить252.
Голицын продолжал управлять со своим прежним
обычным самовластием и, поддерживаемый царевной,
решился на смелое предприятие. За все время, что гетма-
ны считались подвластными царю московскому, они ни-
когда не являлись в Москву. Голицын же, под предло-
гом награждения гетмана честью быть представленным
251Указ о награждении см.: Полное собрание законов Российской
империи. Т. III. СПб., 1830. № 1343.
252Награждение деньгами и вотчинами было в обычае Москов-
ского двора.
182
Взгляд французского авантюриста
царям, на самом же деле совсем с другими намерениями,
приказал Мазепе прибыть в Москву с 500 главными его
офицерами.
Во время пребывания гетмана в Москве253 я не мог
добиться у москвитян позволения видеть его, и потому
несколько раз, ночью, я, переодетый, навещал его, сопро-
вождая немца, царского лекаря, ходившего к нему, чтобы
уверить его в покровительстве польского короля254.
Царь Пётр находился в одном из своих увеселитель-
ных дворцов, называемом Преображенское и располо-
женном на берегу реки Яузы, на расстоянии менее мили
от Москвы, когда царевна Софья и Голицын составили
заговор, о котором мы здесь и расскажем подробнее.
Царевна, предвидя, что со временем, рано или по-
здно, Пётр сделается камнем преткновения для ее власти
и опасным препятствием ее властолюбию, если она заб-
лаговременно не предупредит опасности, очень раскаи-
валась, что послушалась прежде мудрых и умеренных
советов Голицына255. Она видела, какого труда ей сто-
ило испросить аудиенцию для своего любимца, и при-
том еще столь неприятную, и была очень обижена этим,
как и теми упреками, которые Голицыну пришлось выс-
лушать. И хотя ей удалось затем уговорить царя разре-
шить ей раздачу щедрых наград по ее желанию, но она
не могла забыть, как дорого все это ей стоило и какое
253 Мазепа со свитой в 304 человека въехал в Москву 10 августа
1689 г.
254Если бы дело было так, то Нёвилль рисковал головой: разго-
вор с гетманом о «покровительстве польского короля» означал под-
стрекательство к государственной измене.
255Согласно «Розыскным делам» Голицын и слушать не хотел о
каком-либо способе устранения Петра с политической авансцены.
183
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
сопротивление ей пришлось при этом преодолеть. И ко
всему этому она была более чувствительна, чем кто-
либо другой, так как она до сих пор в течение несколь-
ких лет управляла государством безотчетно, как только
ей было угодно256.
Она совершенно справедливо предвидела, что в бу-
дущем ей нельзя уже надеяться на то же, что лучшее, что
могло ее ожидать, было — постепенная потеря власти,
по мере того как власть брата постепенно возрастала
бы. В этом она справедливо видела и причину того, что
брат не окончательно воспротивился её желаниям. Но
она понимала, что со временем всякие снисхождения
относительно ее уступят место оскорблениям со сторо-
ны приверженцев ее брата, в то время как ее сторонники
будут уничтожены, и что сама она, после многократных
неприятностей, будет вынуждена отказаться от всяких
притязаний и укрыться в свой монастырь257.
Все эти соображения побудили царевну, честолюби-
вую и смелую более, нежели можно было ожидать от
женщины, решиться на все, чтобы удержаться на той сту-
пени величия, на которой она находилась и к которой
она всегда стремилась. Во время своего правления она
делала всё, что только могла, чтобы привлечь к себе сто-
ронников. Этой же целью объясняются и раздававшиеся
ею щедро, под предлогом вознаграждения за оказанные
государству услуги, награды, так как она понимала, что
эти дары окажут большее впечатление на тех, кто их по-
256 Автор в романтическом духе домысливает мотивы «заговора»
Софьи, который был выдуман за неё «петровцами».
257Это и была судьба царевны Софьи, которую мог наблюдать
Нёвилль.
184
Взгляд французского авантюриста
лучал, чем почесть, которую мог им оказать царь, разда-
вая им, по примеру его предшественников, кафтаны.
Она внушила Голицыну опасение, что общие враги их
не удовлетворятся постепенным умалением ее власти, но
пойдут далее; что они захотят заключить ее, против ее воли,
в монастырь, что, разумеется, неизбежно повлечет за со-
бой и его падение, и погибель всех его родных и друзей.
Голицын должен был убедиться ее доводами. Хотя он был
осторожен, и умен, и по природе не терпел никаких наси-
лий, он не мог противиться намерениям царевны.
Он желал только, прежде чем приступить к делу, по-
слать старшего своего сына в качестве посла в Польшу с
большей частью своих сокровищ, чтобы сберечь себе, та-
ким образом, пристанище при наступлении бурь, исхода
которых он, как умный человек, не желал предугады-
вать258. Но нетерпеливость царевны, которая доказывала
Голицыну, что не следует терять ни минуты времени и что
это было бы излишней предосторожностью, так как в
успехе сомневаться невозможно, одержала верх.
После всех с давнего времени принятых ею мер она
решилась на последнее средство и исполнителем своего
замысла избрала Феодора Шакловитого259, начальника
258Такого поползновения канцлера к измене не придумали даже
«петровцы», силившиеся найти любые аргументы для оправдания его
ссылки.
259Фёдор Леонтьевич Шакловитый сделал блестящую карьеру еще
до прихода Софьи к власти. Мелкий городовой дворянин выдвинулся в
подьячих приказа Тайных дел (1673—1675), стал дьяком (1676), а в
августе 1682 г. — думным дьяком центрального военного ведомства —
Разрядного приказа. Делом его рук был экстренный сбор дворянского
ополчения, арест и казнь Хованских, а после окончания Московского
восстания — «разбор» стрелецких полков на посту главы Стрелецкого
приказа (1682-1689). Он отвечал за кадры центрального госаппарата и с
1686 г. активно вмешивался в решение важнейших вопросов внутренней
185
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Стрелецкого приказа, который благодаря поддержке
царевны из ничтожного писца стал окольничим или ме-
ченосцем, — звание, следующее непосредственно за зва-
нием боярина-сенатора.
Шакловитый, обещав в точности исполнить волю
царевны, собрал в замке Кремль — обычной резиден-
ции царя и патриарха, в котором находятся все государ-
ственные приказы, — 600 надежных стрельцов под на-
чальством полковника Резанова260 и, став во главе их,
приказал им следовать за ним в Преображенское. Но в
то время как он отдавал этот приказ, двое из бывших в
Кремле стрельцов, мучимые угрызением совести, реши-
лись не обагрять рук кровью своего государя и, скрыв-
шись, дали знать обо всем царю Петру261.
Изумленный до крайности, он вскочил с постели и
тотчас послал за своими дядями, братьями матери, и
впопыхах советовался с ними о том, что следует пред-
принять. Решено было послать в город, чтобы удосто-
вериться в истине происшествия. Один из царских дя-
дей и князь Борис (Голицын) отправились с этим по-
и внешней политики, добиваясь, прежде всего, венчания Софьи на
царство. В июне 1689 г. фаворит Софьи, готовый ради нее на все
(и даже ставший родоначальником русского политического плака-
та), получал высокий чин окольничего и почетное звание намест-
ника вяземского, но уже 12 сентября, после пыток, был казнен за
якобы готовившееся покушение на Петра и его родню.
260 Стольник и стрелецкий полковник Семен Юрьевич Резанов,
приближенный Шакловитого, был обвинен по его делу, бит кнутом и
с урезанием языка сослан в Сибирь.
261 Шакловитый даже не знал, что стрельцы собираются в
Кремль, куда их призывали, раздавая деньги, агенты Нарышкиных,
чтобы до смерти запугать Петра призраком повторения Московского
восстания. См.: Второв Н.И., Александров-Дольник К.О. Воронежские
акты. Воронеж, 1850. Кн.1. С. 80—91.
186
Взгляд французского авантюриста
ручением. На пути они встретили Шакловитого, еду-
щего со стрельцами, скрылись от них в сторону и по-
спешили затем обратно спасать царя.
Бедный Пётр едва имел время сесть в коляску с мате-
рью, супругою, сестрою и, сопровождаемый немногими
верными слугами, поскакал в Троицкий монастырь. За-
говорщики, приехав, начали искать царя, но стрельцы,
бывшие на страже у царя, не знавшие ни о чем и удив-
ленные лишь бегством его, рассказали своему началь-
нику или судье, что его величество поспешил уехать с
величайшей поспешностью.
Упустив из рук свою жертву, Шакловитый возвратил-
ся поутру к царевне, которую нашел не менее опечален-
ной, нежели он сам, неудачей этого предприятия. Бегство
это вызвало большое изумление среди жителей Москвы,
и никто не мог угадать причины его. Но к вечеру стало
известно, что царь Пётр послал к царевне, упрекая ее в
злодействе, а она совершенно отреклась от всего, уверяя,
что произошла ошибка, что за заговорщиков приняли
стрельцов, которые приезжали сменять караулы, и что ее
жестоко оскорбляют, считая её способною на такое от-
вратительное дело, как убийство родного брата.
Объяснение всего происшедшего прибытием стрель-
цов для смены караулов показалось всем слишком недо-
статочным, так как смена производилась всегда днем, а
стрельцы приезжали в Преображенское ночью. Но, как
бы то ни было, царь Петр, достигнув благополучно Тро-
ицкого монастыря, написал ко всем боярам, чтобы они
без промедления явились к нему туда. Он написал также
ко всему дворянству и послал приказы во все города
держать милицию наготове для поддержки его.
187
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Когда все государство узнало, таким образом, о за-
говоре Шакловитого, к царю стали стекаться люди из
разных концов государства, и менее чем за неделю со-
бралось в Троицкий монастырь множество дворянства.
Немедленно послал царь указ Голицыну явиться к нему,
но Голицын уклонялся под предлогом, что его не отпус-
кает царь Иоанн.
Царевна делала между тем все, что только было воз-
можно, чтобы иметь на своей стороне стрельцов, на ко-
торых Пётр рассчитывал. Она созвала к себе их пятиде-
сятников262 и десятников, которые в подобных случаях
могли иметь на умы солдат более влияния, нежели пол-
ковники и другие офицеры. Расставив их у лестницы,
она после обедни вышла к ним с царем Иоанном, и,
остановившись на верхней ступени, царь сказал им сле-
дующее: «Брат мой удалился в Троицкий монастырь по
неизвестным мне причинам; нет сомнения, что он хочет
нарушить спокойствие государства, и я сам слышал, как
говорили, что он приказал вам явиться к нему, но мы
запрещаем вам под страхом смертной казни повиновать-
ся его приказаниям, чтобы избегнуть всех печальных
последствий, могущих вследствие этого произойти».
Царевна подтвердила приказ Иоанна; стрельцы, тем
не менее, придали ему очень мало значения; они отпра-
вились в Троицкий монастырь и уверили царя Петра в
своей преданности. Видя их поступок и зная, кроме того,
что большая часть бояр также присоединилась к Петру,
царевна решилась примириться с ним, для чего и отпра-
262У Браудо ошибочно интерпретирована транскрипция Piecetniks:
пятисотников', такой выборной должности в стрелецком полку из 500
бойцов не было.
188
Взгляд французского авантюриста
вила к нему двух своих теток, сестер отца, царевну Анну
Михайловну и сестру свою Марфу Алексеевну263.
Прежде чем идти дальше, необходимо сказать, что
факт управления государством царевной Софией возбу-
дил и в других принцессах царской крови сильное жела-
ние оставить, подобно ей, свои монастыри и перейти,
как она, в царский дворец. С этим она и должна была
мириться во время своего правления из опасения, чтобы
те доводы, на которые она могла бы ссылаться, отказы-
вая им, не были бы обращены против нее самой и чтобы
она не вынуждена была в таком случае своими против-
никами к возвращению в свой монастырь.
Кроме тех вышеназванных принцесс, Авдотья, или
Доротея, Екатерина, Софья, Мария, Феодосия или Фео-
дора, были родные сестры по отцу и матери царя Иоан-
на Алексеевича264; мать их была из рода Милославс-
ких265. Царь Пётр и царевна Наталия266 были от второго
брака Алексея с девицею из рода Нарышкиных267.
263Царевна Анна, дочь Михаила Фёдоровича Романова (1630—
1692), и Марфа, дочь царя Алексея Михайловича (1652—1707), изве-
стная подвижница и меценатка.
264Имеются в виду царевны Евдокия (1650—1702), Екатерина
(1658-1718), София (1657-1704), Мария (1660-1723) и Феодосия
(1662-1713) Алексеевны.
265 Мария Ильинична, супруга царя Алексея Михайловича (1647—
1669), родила ему восемь дочерей и пятерых сыновей; из детей пятеро
не пережили отца.
266Царевна Наталия Алексеевна (1073—1716), единоутробная се-
стра Петра и участница его «потех».
267Девица из рода Нарышкиных — Наталия Кирилловна (1651 —
1694), вторая жена царя Алексея Михайловича (1671—1675), мать
царевича Петра, царевен Натальи и Феодоры, любительница театра,
светской музыки и танцев. Овдовев на 26-м году жизни, упорно
боролась с законными наследниками за престол для своего сына,
получив прозвание «Медведица». После свержения Софьи взяла всю
власть в свои руки, правя с помощью родственников и прихлебателей
189
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Супруга царя Иоанна была из рода Салтыковых,
имя ее Марфа268; все ошиблись, полагая, что она родит
сына, так как она родила дочь269.
Царь Пётр женился на девице из дома Лопухиных,
по имени Марфия или Марфа270. Она так испугалась,
бывши принуждена следовать за супругом своим в его
ночном побеге, почти полунагая, чтобы спастись от
смерти, — что неизбежно и случилось бы, если бы не
предостерег младший Голицын,— что выкинула через
несколько дней после этого. Но взамен того она роди-
ла сына в прошедшем феврале месяце, и рождение это-
го царевича271 нанесло последний решительный удар
партии царевны Софии. Возвращаемся к нашему рас-
сказу.
и не допуская Петра к серьезным делам. Боролась не только с талант-
ливыми государственными деятелями, соперничества которых опаса-
лась, но и с родственниками самой ею выбранной жены Петра Лопу-
хиными. Смерть Наталии 25 января 1694 г. знаменует начало государ-
ственной деятельности Петра.
268 Нёвилль спутал Прасковью Фёдоровну Салтыкову, супругу
царя Ивана Алексеевича, и Марфу Матвеевну Апраксину (1664—
1715), вдову царя Фёдора Алексеевича.
269Анну Иоанновну (1693—1740), императрицу Всероссийскую
с 1730 г.
270Марфа — Евдокия Фёдоровна Лопухина (1669—1731) — несчаст-
ная жена Петра (1689—1698), мать царевича Алексея, казненного отцом.
Трогательные чувства Евдокии к мужу служили нестерпимым укором его
развратной жизни. Во время заграничной поездки Пётр приказал пост-
ричь царицу, но ни у кого не поднялась на это рука; даже по возвраще-
нии царя архимандрит, которому было приказано насильно постричь
Евдокию, предпочел казнь. Фиктивно постриженная в Суздальском По-
кровском монастыре, царица жила мирянкой, пользуясь огромным ува-
жением духовенства и народа, жалевшего страдалицу, отец и дядья
которой были сосланы, а один запытан Петром насмерть. Решив умерт-
вить сына, Пётр не постеснялся обвинить его мать в прелюбодеянии и
заточить в Шлиссельбург; умерла она в московском монастыре.
271Алексея Петровича (1690—1718), убитого по приказу отца.
190
Взгляд французского авантюриста
Итак, две тетки царевны Софии и сестра её отправи-
лись в Троицкий монастырь с целью примирить пле-
мянника с племянницей. Придя в то место, где укрылся
Петр, они просили его не верить слухам, заставившим
его бежать; уверяли его, что тут вышло какое-то недора-
зумение, которое употребляют во зло, стараясь поссо-
рить его с сестрой, и что он может возвратиться в Моск-
ву совершенно спокойно и безопасно.
Царь Пётр отвечал царевнам, что совсем не пустой
испуг заставил его бежать и что действительно составлен
был заговор умертвить его мать, его супругу, его дядей и
его самого. При этом он рассказал им такие подробности
заговора, что тетки не могли более спорить. С ужасом и
плачем говорили они, что не участвуют в таком страш-
ном заговоре, и клялись, что не возвратятся в таком слу-
чае в Москву, но хотят жить и умереть вместе с ним.
Узнав о плохом успехе переговоров теток своих с
царем и недоумевая, что оставалось ей теперь предпри-
нять, царевна Софья обратилась к патриарху (Иоаки-
му) и, объяснив ему свое горе, сумела так подействовать
на него, что добрый человек предложил ей свое посред-
ничество. В тот же день поехал он к царю, рассказал ему
о причине своего приезда и говорил все, что только мог
придумать для примирения всего царского семейства.
Но он был весьма изумлен, когда ему сказали, что заго-
вор распространяется и на него, ибо в нем участвует
Лигомед, или игумен Сильвестр272 , который, в случае
272 Сильвестр (Симеон Агафонникович Медведев, 1641 — 1691),
сын курского купца, служил подьячим в приказе Тайных дел (1653-
1670), который оплачивал его образование в училище Симеона По-
лоцкого, сотрудничал с канцлером Ординым-Нащокиным, поэтому
191
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
удачи заговора, будет патриархом. Такие известия очень
встревожили патриарха, и он почел за лучшее остаться в
Троицком монастыре, пока дело объяснится и все успо-
коится, издав между тем повеление захватить всех из-
менников.
В большем против прежнего затруднении царевна
собрала всех своих приверженцев и советовалась с ними,
что ей делать. Решено было, что окольничего Шаклови-
того скроют во дворце, а игумену Сильвестру дадут воз-
можность спастись.
Сама же царевна с Голицыным и другими друзьями
своими отправилась в Троицкий монастырь, чтобы по-
стараться примирить брата, который со своей стороны
годы правления Матвеева провел в дальнем монастыре, где и принял
постриг. При царе Фёдоре вернулся в Москву и принял активное
участие в просветительских реформах (1677-1682). Настоятель Заи-
коноспасского монастыря (близ Никольских ворот Кремля) возгла-
вил бесцензурную Верхнюю типографию, открыл славяно-латинское
училище, сформулировал утвержденные царем принципы независимо-
го и всесословного московского университета. Смерть Фёдора приве-
ла к гибели этих учреждений и проектов; при Софье просветительная
деятельность Сильвестра переходит в публицистическую плоскость:
ученый-богослов и историк, поэт и книгоиздатель отстаивает право
каждого человека самостоятельно мыслить, доказывает, что «власть,
неправду глаголющую, отнюдь слушати не подобает»! В борьбе с
противниками науки и свободной мысли общественное мнение скло-
нялось на сторону Сильвестра, и без помощи государственной репрес-
сивной машины патриарх Иоаким не мог расправиться с ним. Осужде-
ние просветителя как государственного преступника, грязного заго-
ворщика, стремившегося к власти, было условием союза Иоакима с
Нарышкиными при свержении Софьи и Голицына. Ученого старца
пытали вдвое сильнее, чем самого Шакловитого, но ни пытками, ни
долгим заточением (с указом «бумаги и чернил отнюдь не давати!»)
не смогли вырвать ложного признания и отречения от научных взгля-
дов. Мудроборцы и Нарышкины смогли лишь отрубить ему голову на
Лобном месте, признавая просветителя не менее опасным для тёмной
власти, чем Степан Разин.
192
Взгляд французского авантюриста
прислал уже второй приказ стрельцам немедленно всем
явиться к нему и привезти с собой изменников. Царевна
не была еще на половине дороги, когда встретил её по-
сланный Петром боярин Троекуров273 и сказал, что она
должна ехать обратно, уверяя, что её не примут.
Убежденная, что опасно было бы ослушаться и что у
брата действительно ожидает её плохой прием, царевна
воротилась в Москву. На следующий день стрельцы и
немцы все явились в Троицкий монастырь. Бояре, по
общему совету, решили послать захватить всех заговор-
щиков, где бы они ни находились.
Полковник Сергеев274 с 300 человек был отправлен
исполнить это поручение. Немедленно по приезде своем
в Москву он пошел прямо в царский дворец, громко
требуя выдачи Федьки Шакловитого. Вследствие от-
крывшейся измены Шакловитого его называли уже не
Фёдором или Феодором, но уменьшительным именем,
что у москвитян означает презрение.
Царевна сначала оказала было некоторое сопротив-
ление, но видя, что полковник очень решительно требу-
ет исполнения приказа и предчувствуя, с другой сторо-
ны, худые последствия дальнейшего сопротивления, вы-
273 Боярин Иван Борисович Троекуров при Алексее Михайловиче
управлял Иноземным, Рейтарским и Монастырским приказами, при
Фёдоре — Московским судным, при Софье — Поместным, а после ее
свержения — Стрелецким (1689-1700). Видный администратор и во-
евода склонялся на сторону Нарышкиных и Петра; был послан воз-
вратить Софью от Троицы в Москву как человек, заслуживший ее
доверие.
274 Сергеев Сергей Григорьевич, стольник и стрелецкий полков-
ник; его полк в Киеве был наиболее далек от «шалости» в 1682 г. и
по приходе Софьи к власти занял привилегированное положение в
Москве. Арест Шакловитого позволил Сергееву стать во главе Стре-
мянного полка ближней охраны царей.
193
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
дала ему Федьку и его товарищей. Преступники, зако-
ванные в цепи, были препровождены в Троицкий мона-
стырь в простой телеге.
С другой стороны, Голицын, видя близость падения
всего своего величия и желая сделать все возможное для
сохранения его, решился добровольно отправиться к
царю. Он взял с собой сына своего Алексея, друзей,
дворецкого Толочанова275 , великого казначея Ржевско-
го276, воеводу севского Неплюева, советника своего и
любимца, свою креатуру Змиева277 , который в армии
был генерал-комиссаром, и своего близкого приятеля,
некоего Косагова278 . Но ворота Троицкого монастыря
275 Окольничий Сем н Фёдорович Толочанов, видный администра-
тор и сторонник Голицына, был в это время судьёй приказа Большого
дворца (см. прим. 189).
276 Окольничий и думный генерал Алексей Иванович Ржевский, в
прошлом — воевода вятский (1678—1679) и судья Доимочного при-
каза (1681), участвовал в работе Земского собора под руководством
B.B. Голицына (1682) и заслужил доверие канцлера, поручившего ему
управление главными финансовыми учреждениями России: приказами
Большой казны и Большого прихода (1682—1689). Нарышкиными
послан воеводой на Самару (1689—1690) и вскоре отстранен от дел.
277 Думный генерал Венедикт Андреевич Змиев, с 1682 г. околь-
ничий, затем ближний окольничий. Почти полвека отдал военной
службе (1649—1697), выдвинувшись из рейтар в боях со шведами и
поляками. Полковничий чин получил за отличие при штурме Куконо-
са (1656), в войне с турками и крымчаками возглавил корпус и был
удостоен высшего военного чина (1674-1679). Выдающийся строи-
тель регулярной армии, вн с большой вклад в разработку ее стратегии
и тактики, формирование офицерства. Тесно сотрудничал с В.В. Голи-
цыным еще при Фёдоре Алексеевиче, помогал канцлеру и его сыну в
управлении Иноземным, Рейтарским и Пушкарским приказами (1682-
1683) и в Крымских походах. Победившие Нарышкины пытались
пришить ему дело об измене и сослали в деревню, затем на воевод-
ство в Курск и Пермь (1692—1695); при Петре дела генералу не
нашлось.
278 Думный генерал Григорий Иванович Косагов получил высший
военный чин при В.В. Голицыне, высоко ценившем неустрашимого и
194
Взгляд французского авантюриста
оказались закрытыми для него и для его свиты. Вслед за
этим к нему и его друзьям была приставлена стража с
воспрещением им выходить из своих жилищ.
Едва только привезен был Федька в Троицкий мона-
стырь, как его препроводили в большую залу, куда царь
созвал всех бояр. Федьку расспрашивали четыре часа и
потом увели в одну из монастырских башен, где его и
пытали, или, лучше сказать, секли. Такая пытка называ-
ется «кнут». Жертву привязывают к спине сильного че-
ловека, стоящего прямо на ногах и опирающегося рука-
ми на особое приспособление, похожее на высокую, в
человеческий рост, скамейку, и в таком положении на-
носят 200 или 300 ударов кнутом, преимущественно по
спине279. Удары начинают наносить пониже затылка, и
идут сверху вниз. Палач с таким искусством наносит
удар, что с каждым разом отрывает кусок мяса, соответ-
ствующий толщине кнута. Подвергшиеся истязанию
большей частью умирают или остаются калеками.
Ему связали на спине руки, подняли на воздух, и палач
стал наносить удары кнутом, по длине похожим на кучер-
непобедимого полководца. Выслужившись из нижних чинов в драгун-
ском строю, Косагов совершил множество невероятных подвигов на
юго-западных рубежах в войнах с поляками, турками и татарами за
Украину. Имя человека, способного, сбежав из заточения накануне
казни, набрать несколько десятков храбрецов и сжечь Перекоп, в
котором стоял хан со всей ордой, а затем уйти, не убив ни одного
пленного, было в Диком поле легендарным. Именно Косагов совер-
шил первые походы русских на Азов и вывел первую регулярную
эскадру в Азовское и Чёрное моря (1673—1675), взял Чигирин
(1676), громил войска Ибрагим-паши и Кара-Мустафы (1677—1678),
сносил турецкие и строил русские крепости на юге. Конница Косагова
была острием регулярной армии — подтвердила свою славу в Север-
ной войне под командой Б.П. Шереметева. С увольнением Косагова в
отставку в 1689 г. Россия потеряла лучшего полевого военачальника.
279 При пытке кнутом обвиняемого обычно вешали на дыбу.
195
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ский, но отличающийся тем, что ремни его из толстой и
жесткой кожи. При каждом ударе ремни глубоко вреза-
лись в тело и причиняли ему ужаснейшие боли. После
нескольких ударов кнутом Федька признался, что хотел
умертвить мать царя, его самого и трех братьев его матери.
Удовлетворившись этим признанием, его отвели в темни-
цу. Отсюда он письменно изложил Петру все подробности
заговора, оправдываясь тем, что его вовлекли другие в это
жестокое дело, и указывая на виновников заговора.
Царь, хотя и был уверен в вероломстве сестры своей,
не хотел, однако же, подвергнуть публичному позору
принцессу царской крови, а князь Борис Алексеевич Го-
лицын должен был употребить все свое влияние на царя,
чтобы убедить его не пятнать его рода (князей Голицы-
ных) казнью его двоюродного брата.
После Федьки были допрашиваемы еще семь других
заговорщиков, которые должны были быть исполните-
лями предполагавшегося кровопролития. Их подвергли
необыкновенной пытке, несравненно более жестокой,
чем первая. Им обрили голову и, крепко связав их, ста-
ли капать на нее горячую воду. Мучение злодеев было
до того нестерпимо, что они тотчас сознавались в своем
преступлении и, подобно Федьке, открыли имена всех
виновников и сообщников заговора.
Два дня прошло после этого в совещаниях о том, как
наказать злодеев. Князь Голицын, сын его и друзья были
осуждены в ссылку, и приговор им был прочитан государ-
ственным секретарем на ступенях дворцового крыльца.
Стоя выслушал его Голицын, окруженный стражей, кото-
рая привела его из квартиры. Приговор Голицына состоял
в следующих словах: «По повелению царя осуждаетесь вы
196
Взгляд французского авантюриста
ехать в Каргополь и оставаться там до конца ваших дней,
лишенные милостей его царского величества. Милосердие
его, однако же, таково, что он назначает вам по три су в
день на пропитание. Его правосудие предписывает далее,
чтобы все ваше имущество взято было в казну»280.
Несчастный князь Голицын слушал приговор, опус-
тив голову, и отвечал только, что ему трудно оправдать-
ся пред его царским величеством. Он удалился немед-
ленно и был препровожден назначенным для этого пол-
ковником на место его ссылки. Один из государственных
секретарей отправился в Москву, чтобы описать его дом
и все сокровища.
Там оказалось очень много богатой мебели,
100 000 червонцев в сундуке, закрытом в погребе, взя-
тых, как полагают, из имущества гетмана Ивана Самой-
ловича, 400 пудов серебряной посуды, считая пуд по
40 фунтов, и разные серебряные монеты. Жена несчаст-
ного князя и невестка его сосланы были вместе с ним и
его сыном, и всем четвертым было разрешено взять с
собою только тридцать рублей281.
Когда Голицын был выслан, боярин Леонтий Рома-
нович Неплюев, воевода севский, приведен был к ступе-
ням и осужден на пожизненную ссылку в Пустозерск —
город, лежащий гораздо севернее Каргополя, причем
ему было заявлено, что так как он покушался лишить
царя власти, то подвергается вечной немилости, имения
же его конфискуются.
280Подлинный текст кратчайшего приговора опубл.: Розыскные
дела. Т. III. С. 3—6.
281 Подробная опись дворца и имущества Голицына в Розыскных
делах даёт редкую возможность во всех деталях представить быт
русского аристократа XVII в.
197
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Венедикту Андреевичу Змиеву приказано, впредь до
следующего повеления, жить в своих имениях. Косагов
был лишен всех должностей и также осужден жить в сво-
их поместьях. Дворецкий Толочанов назначен был на всю
жизнь воеводой в Переяславль, — город неподалеку от
Киева, на Днепре, а великий казначей (Ржевский) послан
воеводой в Новобогородицк на реке Самаре.
На другой день Федьке отрубили голову на плахе.
Ту же казнь потерпели и два стрельца, которые должны
были быть исполнителями покушения. Полковник, ко-
торому предназначено было предводительствовать от-
рядом убийц, был высечен кнутом, после чего ему отре-
зали язык и сослали на всю жизнь в Сибирь, причем
дали на пропитание по одному су в день. Остальным
пятерым стрельцам также отрезаны были языки, и они
сосланы были в Сибирь добывать соболей.
Когда окончились эти экзекуции, царь Пётр велел
известить об этом царевну, приказывая ей оставить дво-
рец и удалиться в монастырь, который она выстроила
на расстоянии одной версты или пол итальянской мили
от Москвы282. Она отказалась повиноваться приказу
брата, ибо не могла решиться на пожизненное затвор-
ничество, из которого ей удалось вырваться вопреки
обычаям страны, и предпочитала искать убежища в
Польше283 . Но когда уведомили об этом царя Петра, он
послал приказание начальнику стрельцов препроводить
царевну волею или неволею в монастырь, поставить
282Новодевичий монастырь не был построен Софьей, но возве-
дённая при ней трапезная и заложенная величественная колокольня
оправдывают ошибку Нёвилля.
283 Эта фантазия призвана развлечь западного читателя.
198
Взгляд французского авантюриста
кругом места ее заточения стражу и не допускать к ней
никого, что и было исполнено.
Через два дня после этого царь Пётр возвратился в
Москву и въехал в столицу верхом, причем ничего заме-
чательного не было, кроме того, что восемнадцать тысяч
вооруженных стрельцов находились при царе. Через чет-
верть часа после этого прибыли в коляске супруга и мать
царя, и все поехали прямо во дворец. Царь Иоанн встре-
тил брата на дворцовом крыльце: они обнялись. Пётр
просил Иоанна быть ему другом, и тот, который говорил
за Иоанна, уверил Петра в его дружбе к нему. Затем цари
удалились в свои покои, и с тех пор упоминали об Иоан-
не только в заголовках государственных актов.
Так кончилось правление царевны Софии, несколь-
ко лет бывшей повелительницей обширного государ-
ства Московского. Увлекаемая безмерным честолюбием,
она хотела захватить в свои руки неограниченную
власть, данную ей от имени братьев, и остаться навсегда
независимой и самовластной, но кончила падением и
заключением на всю жизнь в монастыре, с 800 монахи-
нями, которых она нарочно вызвала из Киева, с намере-
нием приобрести как можно больше приверженниц и в
надежде, что они будут скорее блюсти интересы ее, не-
жели брата Петра, подданными которого они сделались
только в 1666 году, когда палатинат и город Киев поля-
ки уступили москвитянам. Но таковыми они оказались
только по имени284.
284 Автор выражает реваншистские настроения польского двора,
не смирившегося с потерей Киева (временно по Андрусовскому пере-
мирию 1667 г., окончательно по Вечному миру 1686 г.), добровольно
перешедшего в русское подданство в 1654 г.
199
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ПРИЧИНЫ СМЯТЕНИЙ
После подробного изложения московских событий не-
обходимо объяснить, что смятения, как происшедшие уже
в этом государстве, так и те, которые впредь могут про-
изойти, есть следствие козней царевны Софии, ум и даро-
вания которой нисколько не походят на ее наружный вид,
ибо она очень безобразна, необыкновенно толста, с голо-
вой огромной, как подушка; на лице у нее волосы, на
ногах наросты, и ей теперь, по крайней мере, сорок лет285.
Но насколько стан её толст, короток и груб, настоль-
ко, напротив, тонок и проницателен ум; и хотя она ни-
когда не читала и не изучала Макиавеля286, но по при-
роде знает его принципы и особенно то, что нет ничего,
никакого преступления, которого нельзя было бы пред-
принять, раз дело идет о получении власти. Если бы она
довольствовалась управлением государства и не пыта-
лась бы избавиться от своего брата, то нет сомнения,
что никто не возымел бы смелости образовать против
нее партию в пользу брата Петра287.
При конце жизни царя Феодора, предвидя, что он,
при болезненном своем состоянии, недолго проживет,
285 Нёвилль не видел Софью, и карикатурное описание внешнос-
ти царевны со слов её врагов это отлично подтверждает. Современ-
ные портреты рисуют её вполне привлекательной и вовсе по москов-
ским меркам не толстой.
286Никколо ди Бернардо Макиавелли (1469—1527), автор трак-
татов об искусстве власти и дипломатии, из которых усваивалась
обычно мысль, что сила выше закона, а власть выше морали; на Руси
его сочинения были в XVII в. известны.
287 Наивное рассуждение (ведь приверженцам «партии Петра»
тоже хотелось власти!) отражает значение устроенной «петровцами»
провокации со «всполохом» в Кремле: именно она позволила легко
свергнуть царевну, запятнанную ложным, но крайне опасным в глазах
россиян обвинением в подготовке братоубийства.
200
Взгляд французского авантюриста
Софья, обладая вышеназванными качествами, решилась
оставить свой монастырь, несмотря на строгий обычай,
согласно которому все члены царского семейства женс-
кого пола обязаны проводить жизнь в монастыре в без-
брачном состоянии288.
Для этой цели она начала оказывать необыкновен-
ную любовь и нежность к своему брату и сочувствие к его
страданиям и начала скорбеть о своем несчастье, что она
не может видеть столь нежно любимого брата и не может
сама предложить ему всех тех услуг, какие можно оказать
человеку, в здоровье которого мы заинтересованы. Во
время приступов болезни Софья беспрестанно посылала
спрашивать о нем, не пропуская ни одного случая, где бы
она могла выразить свои чувства по отношению к нему и
глубокую печаль о том, что она лишена возможности
оказывать ему услуги, как любимому человеку289 .
Подготовив такими средствами умы к своим замыслам,
она оставила монастырь под предлогом, что хочет ходить
за своим больным братом и сделать все возможное, чтобы
облегчить его муки; и она исполнила это, никого почти не
допуская к нему, находясь беспрестанно при нем и давая
ему сама все лекарства290. Умная принцесса предвидела, что
288На самом деле Софья жила в кремлевском дворце, вместе с
тетками и сестрами. Царевен династии Романовых никто, до Петра, не
принуждал жить в монастыре.
289 Софья беспрепятственно ухаживала за братом во время при-
ступов его болезни.
290 Это было бы разумной осторожностью; по крайней мере, глава
«петровской партии» боярин А.С. Матвеев был удалён в поста главы
Аптекарского приказа и заменён безукоризненной честности боярином
Никитой Ивановичем Одоевским сразу по воцарении Фёдора Алексее-
вича, в начале февраля 1676 г., за несколько месяцев до опалы. Однако
враги Фёдора могли подкупить фармацевтов и докторов, которых
весной 1682 г. восставший народ обвинил в отравлении царя.
201
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
чем больше она сделает для него, тем больше приобретет
любви со стороны его и уважения со стороны всех других.
Она внушила, таким образом, благоприятное о себе
мнение знатным, с которыми была крайне любезна и
предупредительна291, и расположила к себе народ своей
ласковостью, стараясь, чтобы те и другие остались до-
вольными её поведением и без неудовольствия смотрели
бы на то, чего им до сих пор не приходилось видеть292.
Казалось, что она могла удовольствоваться успехом
своего выхода из монастыря, но так как она имела наме-
рение более туда не возвращаться, то справедливо рас-
судила, что единственный способ избавиться от опасе-
ния быть когда-нибудь снова водворенной в монастырь
был — стать полной повелительницей государства293.
291 Со знатью Софья и так прекрасно общалась во дворце. Дамы
и девы аристократических семей постоянно присутствовали на женс-
кой половине дворца. Мужчины, разумеется, старшего возраста (как
тогда говорили, «старые бояре»), столь же часто посещали царские
покои, куда сестры государя были вхожи. Из молодых людей вокруг
Фёдора всегда были его комнатные стольники, спальники, кравчий,
чашник и т.п. Немало во дворце было и семейных праздников, причём
высшая аристократия участвовала в них почти как члены семьи.
Наконец, царская фамилия совершала довольно весёлые путешествия
вокруг Москвы, а летом жила на свободе в дворцовых селах, где
царевны общались со знатью без особых церемоний. Однако за нрав-
ственностью царевен следило слишком много глаз, и им на роду было
написано сохранять девичество, не выходя замуж.
292В XIX в. выдающийся историк Москвы И.Е. Забелин в книге
«Домашний быт русских цариц» показал, что «теремное заточение»
русских цариц и царевен — не обычай, а частный случай при дворе. Оно
началось после женитьбы Алексея Михайловича и кончилось с его
вторым браком (с Наталией Кирилловной Нарышкиной), когда царица
и царевны вновь смогли показываться на публике. Но легенда о «неви-
данной» публичности Софьи доселе продолжает пересказываться.
293Этот противоречащий фактам «мотив» вступления в полити-
ческую жизнь царевны, которую до победы нарушивших традицию
«петровцев» никто и не думал держать в монастыре, до сих пор
широко используют псевдоисторики.
202
Взгляд французского авантюриста
Такие замыслы не могли иметь успеха без поддержки
большой партии. Она решилась образовать таковую и,
взвесив достоинства окружавших её, не нашла более
способного стать во главе этой партии, чем князя Голи-
цына. Он был человек великих достоинств и происхо-
дил, бесспорно, от последнего литовского герцога из
рода Ягеллонов294. Царедворцы были сперва очень до-
вольны выбором его, думая, что он будет только по
имени министр и что все они разделят власть с ним295.
Голицын, обладая один большим умом, нежели все
москвитяне вместе, без труда поддерживал в них такое
мнение во все царствование Феодор!а. Неожиданная
смерть последнего дала случай Хованскому, смелому,
могущественному вельможе и непримиримому врагу Го-
лицына, произвести возмущение и погубить всех знат-
ных, которые могли противиться ему в намерениях его
завладеть в свою пользу престолом, под предлогом мще-
ния за смерть царя, будто бы отравленного, и наказания
виновных. Но, будучи уже вполне уверенным в том, что
престол достанется ему, Хованский, как видно в главе о
1682 годе, был, несмотря на то что ему некого было
страшиться, наказан за свою дерзость и жестокости.
Смерть этого бунтовщика имела желанные для ца-
ревны последствия, ибо укрепила правление за нею.
294 Князья Голицыны были Гедиминовичами, не хуже Ягеллонов,
а канцлер вдобавок возводил свой род через полоцких князей к
Рюрику.
295 Мысль допустить равного к более высокой власти аристокра-
там не приходила в голову. Сам будущий канцлер 16 лет прослужил в
стольниках, дожидаясь освобождения места в Боярской думе, где
представитель его рода уже был; а усиление одной фамилии сравни-
тельно с другими встречало сильнейшее противодействие.
203
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
В силу чего она отдала звание великого канцлера сво-
ему любимцу296, который так сумел воспользоваться
им, что нет примера, чтобы подданный управлял в
этой стране с такой властью, как он297. Принцесса Со-
фья, видя себя в состоянии предпринять все, что ей
угодно, захотела, для успокоения своей совести, заг-
ладить свои скандальные отношения к своему любим-
цу таинством брачных уз298.
Все затруднение состояло в том, чтобы отделаться от
жены Голицына, на что этот князь не мог решиться,
будучи от природы человеком благородным. К тому же
он взял за ней большие богатства и имел от нее детей,
которых он любил более, нежели детей, прижитых с
царевной299, которую он любил лишь как виновницу
своего величия. Но благодаря женской изобретательно-
сти она так искусно повела дело, что убедила его угово-
рить жену сделаться монахиней. Вследствие этого, со-
гласно религии москвитян, муж, выставив на вид силу
своего темперамента, не дозволяющего ему оставаться
вне брака, мог получить от патриарха разрешение снова
жениться. Когда эта добрая женщина выразила свое со-
296 Новый кабинет взамен разогнанного восставшими правитель-
ства А.С. Матвеева был сформирован 17 мая 1682 г., когда Софья
только начала выступать от имени царской семьи и ещё не добилась
признания своей власти.
297Вновь ложное утверждение. Большей, чем В.В. Голицын, влас-
тью обладали в XVII в. патриарх Филарет Никитич при Михаиле
Романове, боярин Б.И. Морозов, канцлеры А.Л. Ордин-Нащокин и
А.С. Матвеев при Алексее Михайловиче.
298 Если тайные отношения между царевной и канцлером суще-
ствовали, они никогда не были публичными или «скандальными». Все
описанные дальше матримониальные «планы» Софьи и Голицына —
чистой воды вымысел для развлечения французского читателя.
299Царевна Софья не имела детей.
204
Взгляд французского авантюриста
гласив300, царевна не сомневалась более в успехе своих
замыслов.
Затруднение состояло лишь в том, чтобы заставить
Голицына одобрить убиение обоих царей, что она окон-
чательно решила, видя лишь в этом возможность удер-
жать власть за собой, своим будущим мужем и детьми.
Но князь этот, более тонкий политик, нежели влюблен-
ный, представил ей весь ужас этого замысла, убеждая ее,
что исполнение его несомненно навлечет на них гнев и
ненависть всех и каждого. Эта ненависть, хотя и скры-
тая, может в один прекрасный день вспыхнуть и дать
возможность и случай кому-нибудь из недовольных, под
предлогом мщения за смерть царей, предпринять вос-
стание, подобно Хованскому, который воспользовался
подобным же предлогом, чтобы завладеть престолом.
Последнее легко и могло случиться, если бы она не при-
няла надлежащих мер.
Голицын предложил Софии путь более разумный и,
очевидно, более верный, состоявший в том, чтобы же-
нить царя Иоанна и, ввиду его бессилия301, подыскать
его жене любовника, на что последняя согласилась бы
для блага государства, с целью дать ему наследников302.
300Супруга В.В. Голицына боярыня Евдокия Ивановна (в девиче-
стве Стрешнева) вовсе не думала уходить в монастырь. Судя по
личной переписке, их отношения никогда не омрачались. Влияние
Евдокии Ивановны на мужа отмечено в обращении к ней отлично
разбиравшегося в жизни аристократических семей придворного поэта
летом 1689 г. Хозяйка дома Голицыных горячо любила мужа и отпра-
вилась с ним в ссылку.
301 Иван Алексеевич, как было известно всей Москве, не страдал
половым бессилием; его жена исправно рожала детей, в законности
которых не было сомнений..
302 Возможность адюльтера в царской семье россияне до реформ
Петра I не могли даже себе представить.
205
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Когда потом у Иоанна родится сын, царь Пётр есте-
ственно лишится всех своих друзей и приверженцев; ца-
ревна сочетается браком с Голицыным, а чтобы сделать
их брак еще более приятным для всего света, в патриар-
хи изберут Сильверста, инока греческой религии, но по
рождению поляка303, который немедленно предложит
посольство в Рим для соединения церкви латинской с
греческой, что, если бы совершилось, доставило бы ца-
ревне всеобщее одобрение и уважение304.
Тогда царя Петра можно будет принудить постричь-
ся или, если это не удастся, то можно будет избавиться
от него способом еще более верным и не столь ненавист-
ным, как предлагаемый Софией. Когда это исполнится,
надо будет повести дело так, чтобы Иоанн открыто при-
знал дурное поведение своей жены, объявив, что не он
отец ее детей. Доказательства на все это отыскать будет
легко ввиду мер, которые они приняли для того, чтобы
303Сильвестр Медведев (см. прим, выше) был русским, родом из
Курска.
304Предложить в Москве — столице православия — «соединить-
ся» с ненавистными католиками ни один наш политик не мог и
подумать. Это означало бы выступить против самоидентификации
россиян, которые были убеждены, что именно их страна — центр
вселенной, свет миру, богоизбранный Удел Богородицы (см., напр.:
Богданов А.П. Теория «Москва — центр мира» в державной концепции
и у кратких летописцев XVII века // Европейские сравнительно-
исторические исследования. Вып. 2. География и политика. М., 2006.
С. 91 —111). Любая апелляция к внешним авторитетам, включая все-
ленских православных патриархов, встречала мощное противодей-
ствие русского общества; даже патриарх Никон в конце концов от неё
отказался. В правление царевны Софьи ссылки на авторитет «гречес-
кого» православия привели сторонников патриарха Иоакима к сокру-
шительному поражению в споре с Сильвестром Медведевым, на защи-
ту которого выступили москвичи (Богданов А.П. Русские патриархи.
1589—1700. М., 1999. Т. 1—2; он же: Перо и крест. Русские писатели
под церковным судом. Гл. 3—4; он же: Московская публицистика
последней четверти XVII века. С. 337—375).
206
Взгляд французского авантюриста
она имела детей. Затем последует развод305, и после зак-
лючения царицы в монастырь царь женится вторично,
но детей у него, разумеется, уже не будет. Таким безвред-
ным средством они, без опасения наказания свыше, бу-
дут править государством во все время жизни Иоанна, а
по кончине его сделаются наследниками, по причине
пресечения мужского рода в царском семействе.
Царевна, усматривая в этом плане выгоду для себя,
весьма охотно одобряла все эти предположения и пре-
доставила Голицыну исполнить их. Ей и в голову не
приходило, что у Голицына были свои дальнейшие за-
мыслы, что, надеясь пережить Софию, он не сомневался
в том, что после совершенного им присоединения моск-
витян к римской церкви, папа назначит его законного
сына наследником престола вместо тех детей, которых
он прижил с царевной306.
Голицын начал женитьбой Иоанна, и так как цари
московские никогда не сочетаются браком с иностран-
ными принцессами, то приказано было представить ко
двору всех красивых русских девушек. Здесь осматрива-
ют их обыкновенно мать, сестры и родственницы царя, с
лекарями и хирургами, выбирая ту, которая им более
всего нравится. Выбрать девушку, которая была бы наи-
более удобна для их намерений, оказалось не трудно307.
305 Развода, если не считать им уход одного из супругов в монас-
тырь, на Руси не знали.
306 Власть над Россией с санкции римского папы — нонсенс. Со-
чиненный Нёвиллем «план» не мог быть осуществлен даже в католи-
ческой Франции, где династические интересы были выше власти папы,
ничего не значившей в России.
307 Никакого «конкурса красоты» при выборе Иоанну невесты не
проводилось. Прасковья Фёдоровна Салтыкова была первой красави-
цей при дворе, так что ни выбирать её, ни специально искать ей
любовника не требовалось.
207
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
По вступлении ее в супружество с Иоанном ей был дан в
любовники один итальянский хирург, от которого она
вскоре и родила308. Но, к несчастью, ребенок оказался
женского пола, и, таким образом, оставалось только
выжидать лучшего309.
Между тем приверженцы Петра, узнав о кознях ца-
ревны, составили противоположный заговор, но, нахо-
дя себя бессильными привести его в исполнение, они
склонили на свою сторону другого князя Голицына,
Бориса, двоюродного брата любимца Софии, которого
этот последний презирал за страсть к пьянству, так как
его род не принадлежит, подобно другим, к рабским.
Этот Голицын, по проискам этой партии, и сделался
любимцем царя Петра310. Затем, под видом оказания
особенной чести, великого Голицына принудили при-
нять на себя начальство над войсками во втором Крым-
ском походе. В отсутствие его выбрана была Петру не-
веста, и он женился, несмотря на несогласие царевны311.
Такой смелый поступок усилил партию царя Петра, и
308Наличие вхожего во дворец «итальянского хирурга» (или, по
изданным А.С. Лавровым рукописям, «итальянского лекаря»), в Мос-
кве не зафиксировано.
309Две первые дочери царя Ивана, Мария (1689) и Феодосия
(1690), умерли в младенчестве, три другие были здоровы: Екатерина
(1692—1733), будущая императрица Анна (1693—1740) и Прасковья
(1695-1731).
310В ближний круг царя Петра, как показывает исследование,
входили представители практически всех аристократических родов,
разумно не ставивших «честь» фамилии в зависимость от исхода
политической борьбы. См.: Crummey R.O. Peter and the Boiar Aristocracy.
1689—1700 // Canadian / American Slavic Studies 8 (1974). Просто
Нёвиллю был знаком из «любимцев Петра» только Б.А. Голицын.
31 *На самом деле свадьба Петра с Евдокией Фёдоровной Лопухи-
ной состоялась до начала Крымского похода, 30 января 1689 г., ког-
да Софья была всесильной, а канцлер Голицын пребывал в Москве.
208
Взгляд французского авантюриста
все молодые царедворцы, отцы которых всегда были на
стороне Софии, перешли к нему.
Голицын, по возвращении своем, видя все свои за-
мыслы разрушенными супружеством младшего царя и
беременностью его супруги, согласился наконец отде-
латься от него. Но предприятие это не удалось, как мы
уже рассказали в статье о 1687 годе. Голицын стал по-
мышлять о бегстве и исполнил бы свое намерение, если
бы Софья не воспротивилась этому, уверяя, что никто не
осмелится посягнуть на ее власть. Он все-таки хотел по-
слать своего старшего сына в посольстве в Польшу с
меньшим сыном, внуком и всеми богатствами312, потом
отправиться самому, если заговор не будет иметь ожидае-
мого успеха, в надежде снискать покровительство
польского короля обещанием набрать войско в его коро-
левстве и, соединившись с казаками и татарами, достиг-
нуть силой того, чего он не мог добиться посредством
своей политики. Этот план мог бы осуществиться ввиду
того, что в стране имелось много его приверженцев313.
Но царевна, не желая терять его из виду, замедлила
бегство314 своего любимца до последнего дня, когда уда-
ление его было уже неотвратимо. Но все же он мог и
тогда еще спастись бегством, так как имел все государ-
ственные печати в своих руках и так как от Москвы до
ближайшего польского города всего только сорок не-
312 Отправление семьи с богатствами в Польшу было невозмож-
ным и юридически (по Соборному уложению это каралось как госу-
дарственная измена), и практически. Зато подозрения в таком замыс-
ле, если бы они существовали, непременно были бы расследованы в
обширном розыскном деле князей Голицыных.
3|3Идея в духе очередного Лжедмитрия была в конце XVII в.
безумной, а канцлер вовсе не был безумцем.
314Испр. по рукописям, в публикации Браудо менее точно: «уда-
ление».
209
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
мецких миль. Я уверен, что он и убежал бы тогда, как
предполагал прежде, но видя, что неистовство и опро-
метчивость Софии воспрепятствовали исполнению его
замысла, он предпочел претерпеть все удары судьбы и
даже казнь, нежели подвергнуть свое семейство всем ос-
корблениям, какие могла выдумать злость его врагов, и
увидеть себя после такого высокого положения несчаст-
ным беглецом, без денег и имения на чужой стороне.
НЫНЕШНЕЕ СОСТОЯНИЕ МОСКОВИИ
После того как Голицын отправился на место своей
ссылки, Нарышкин, дед царя Петра по матери, видел толь-
ко одно препятствие занять место князя315 — в лице млад-
шего Голицына, любимца царского, которого тем труднее
ему было низвергнуть, что он сам (Нарышкин) был при-
чиной его возвышения316. Но так как Пётр и любимец его
315 Официальные посты канцлера, главы Посольского приказа и
дворового воеводы после свержения В.В. Голицына никому из царе-
дворцев занять не удалось.
316Нарышкин — здесь и далее речь идет не о «деде царя Петра
по матери» Кирилле Полуэктовиче (с 1682 г. — монахе Киприане), а о
дяде царя Льве Кирилловиче (1664—1705), неофициально возгла-
вившем после ссылки B.B. Голицына Посольский приказ (1690—
1702) и использовавший своё влияние при дворе для бессовестного
обогащения. Хитрейший интриган, сумевший свалить канцлера и ок-
леветать Бориса Голицына, исключить из окружения Петра опасно
даровитых людей, настроить царя против супруги и ее родичей Лопу-
хиных, был бездарным политиком, растратившим внешнеполитичес-
кие завоевания России и покинувшим Посольский приказ после ее
разгрома под Нарвой. К тому времени власть Льва Кирилловича
сошла на нет — он был правой рукой царицы-правительницы Наталии
Кирилловны (1689—1694), вторым в четверке бояр, правивших стра-
ной в отсутствие Петра (1697—1698), но уже в 1699 г. реальное
руководство внешней политикой перешло к Ф.А. Головину, а внутрен-
ние дела — к другим фаворитам Петра.
210
Взгляд французского авантюриста
были весьма неопытны, то старому дипломату317 нетрудно
было внушить своему внуку подозрение к этому любимцу,
указывая на его постоянные просьбы сохранить жизнь
двоюродному брату и обвиняя его вследствие этого в со-
участии в замыслах великого Голицына.
Но царь, напротив, объяснял в ответ на это, как труд-
но ему подозревать верность человека, который три раза
спас ему жизнь. Тогда Нарышкин явился к царю, сопро-
вождаемый дочерью и сыновьями, и все они со слезами на
глазах заявили, что если он не соглашается отставить те-
перь одного Голицына, своего любимца, то гораздо целе-
сообразнее было бы призвать другого, великого Голицы-
на. Человек, более царя Петра опытный, не поколебался
бы такими словами, но царь весьма смутился и обещал
сослать любимца своего на всю жизнь в его деревни.
Услышав о том, Голицын тотчас же уехал, не дожи-
даясь царского приказа. Едва сказали царю об его уда-
лении, как он начал посылать к нему курьера за курье-
ром, спрашивая о причине его бегства. На это он отве-
чал только, что если его прежнее поведение не могло
убедить царя в его верности, то он после этого не желает
никогда более являться ко двору. Царь был так тронут
его ответом, что послал двух бояр приветствовать его от
своего имени и через несколько дней после этого, сгорая
нетерпением видеть его, послал к нему еще двух, чтобы
просить его возвратиться, что тот тотчас же и исполнил.
Царь, встретив его тысячекратными лобзаниями,
оказал ему этим такую почесть, что она испугала На-
рышкиных и их партию и заставила их решиться искать
317Л.К. Нарышкин не имел дипломатического опыта, но был
изрядным интриганом.
211
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
дружбы царского любимца, который в течение несколь-
ких дней представлял из себя важное лицо, рассыпая
милости своим друзьям. Но затем этот князь, не имея ни
одного из дарований своего мудрого родственника, на-
чал подражать ему и низвергать знатных людей, разда-
вая места подобным себе пьяницам318.
Вскоре он впал в немилость, так как противная партия
так ловко повела дело, что заставила Петра опасаться
возрождения партии Софии. Он решился вследствие это-
го отдать место великого Голицына, которого добивался
Борис и которое он до сих пор занимал только временно,
старому Нарышкину, отцу своей матери. Такой неожи-
данный оборот дела заставил всех обратиться к партии
Нарышкина, сыновья которого вскоре заняли все важ-
ные места: старший сын его получил звание обер-гоф-
мейстера, доселе принадлежавшее молодому Голицыну;
последний до того оскорбился этим, что не мог скрыть
своего негодования и укорял царя в слабоумии319.
Враги его воспользовались его неосторожностью и
уговорили царя, который не отличается никакими досто-
инствами, кроме жестокости, с позором изгнать своего
любимца320. Теперь же они только и добиваются разреше-
ния казнить обоих уже изгнанных Голицыных. Но те, кто
радовался падению великого Голицына, вскоре раская-
318Пьяницы при хроническом алкоголике Петре составляли не-
малую часть его администрации, но при Нарышкиных они ещё броса-
лись в глаза.
319 Б.А. Голицын не имел придворного чина дворецкого, так что
потерять его не мог. Правда, во время привыкания Петра ко «всепья-
нейшим» потехам кравчим (виночерпием) служил Кирилл Алексеевич
Нарышкин.
320Б.А. Голицын был не «с позором изгнан» царём, а пожалован в
бояре (28 февраля 1690 г.), минуя чин окольничего, по привилегии
аристократических родов, которой не обладали Нарышкины.
212
Взгляд французского авантюриста
лись в его погибели, так как Нарышкины, которые управ-
ляют ими в настоящее время, будучи необразованны и
грубы, начали вопреки всякому политическому смыслу и
благоразумию уничтожать все, что этот великий человек
умно и рассудительно ввел нового для славы и пользы
нации; они желали приобрести всеобщее уважение, обле-
каясь снова в свою черную, зловонную шкуру.
Эти варвары снова запретили иностранцам въезд в
Россию, равно как и отправление католической служ-
бы321. Один только польский посланник, и то с большим
трудом, мог получить позволение устроить у себя на
дому часовню. Говорят даже, что они заставят москви-
тян ограничиться изучением только лишь письма и чте-
ния, проявляя и в этом случае, как и во всем другом,
свою тираническую и деспотическую власть, что заста-
вит всех сильно сожалеть о великом Голицыне322.
Последний построил огромное прекрасное каменное
здание для коллегиума, вызвал из Греции 20 ученых и
321 Въезд иностранцев не был ограничен, хотя после переворота
1689 г. усилился пограничный контроль. Не запрещена была и като-
лическая служба. По указу царей Ивана и Петра Алексеевичей «для
братской дружбы» с императором Священной Римской империи (о
котором, как главном враге короля Франции, Нёвилль старается не
упоминать), в Москве разрешалось жить и служить в домах знатных
иноземцев двум ксендзам. Полагалось следить, чтобы это не были
переодетые иезуиты, чтобы ксендзы не посещали русские дома и не
вели зарубежной переписки.
322Споры о том, следует ли православным изучать все науки или
ограничиться чтением и письмом на родном языке, отгремели в Москве
ещё в 1660—1670-х гг. Государем и обществом была поддержана мысль
о крайней необходимости наук для развития страны. См.: Богданов А.П.
К полемике конца 60-х — начала 80-х годов XVII в. об организации
высшего учебного заведения в России. Источниковедческие заметки //
Исследования по источниковедению истории СССР дооктябрьского пе-
риода: ежегодник Отдела источниковедения дооктябрьского периода
Института истории СССР АН СССР. М., 1986. С. 177—209.
213
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
выписал много книг. Он убеждал дворян отдавать детей
своих учиться в это заведение323, разрешил им посылать
детей в латинские училища в Польшу, другим же совето-
вал нанимать для детей польских гувернеров. Иност-
ранцам он разрешил свободный въезд и выезд из Мос-
ковии, что до него не было в обычае324.
Он желал также, чтобы дворяне путешествовали за
границу для изучения военного искусства в иностран-
ных государствах325, так как он задался целью учредить
порядочное войско вместо полчищ из крестьян, кото-
рые, будучи призываемы на войну, оставляют свои поля
без обработки. Вместо этой бесполезной для государ-
ства службы он предполагал обложить население уме-
ренной подушной податью326.
323Имеется в виду училище Сильвестра Медведева в Заиконос-
пасском монастыре, после свержения канцлера захваченное под гре-
ческие «схолы» братьев Лихудов. См.: Богданов А.П. Борьба за орга-
низацию славяно-греко-латинской академии // Советская педагогика,
№ 4. 1989. С. 128-134.
324Нёвилль вновь ошибается. Право на въезд и выезд из России
и до Голицына имели русские и иностранные купцы (за исключением
временного ограничения для англичан после казни Карла I), диплома-
ты и специалисты, ищущие пристанища в нашей стране. Последние,
если их брали на государственную службу, должны были получать от
своего ведомства разрешение на выезд, которое выдавалось без осо-
бых сложностей и при Нарышкиных. См., напр.: Богданов А.П., Симо-
нов Г.А. Прогностические письма доктора Андреаса Энгельгардта
царю Алексею Михайловичу // Естественнонаучные представления
Древней Руси. М., 1988. С. 151—204.
325 Выезд дворян на учёбу за границу расширился именно при
Нарышкиных. См. далее вводную статью к «Гистории» князя Бориса
Куракина.
326Речь идёт не об «отмене крепостного права», как фантазиро-
вали историки, начиная с М.П. Погодина и В.О. Ключевского, а о
замене денежным оброком устаревшей повинности крестьян постав-
лять «даточных людей», толпы которых лишь обременяли регуляр-
ную армию, над совершенствованием которой после военно-окружной
реформы 1679 г. успешно трудился В.В. Голицын.
214
Взгляд французского авантюриста
Он думал также содержать постоянные посольства
при главнейших дворах и дать полную свободу вероис-
поведаниям в Московии327. Допустив уже в страну иезуи-
тов, он часто беседовал с ними. Но на другой же день
после его падения они были высланы за границу, причем
от имени царей было объявлено императору и королю
польскому, которые прислали их, что отныне им навсегда
запрещается приезжать в Московию328. Придерживаясь
этого решения, они в марте 1690 года отказали послу
польского короля, требовавшему от имени своего госу-
даря и от имени императора позволения проезда в Китай
патеру Гримальди, находящемуся ныне в Польше329.
Я никогда не кончил бы, если бы пожелал расска-
зать все, что знаю о князе Голицыне. Достаточно указать
на то, что он хотел заселить пустыни, обогатить нищих,
327 По свободе вероисповедания наша страна значительно опере-
жала Францию, где Людовик XIV пытался указом отменить и воору-
женной силой искоренить веру сотен тысяч французских гугенотов,
бежавших в Германию и Россию. Несмотря на требования патриарха
Иоакима, в России и после свержения Софьи не были запрещены
отправления мусульманских, языческих и христианско-схизматичес-
ких культов (католиков, лютеран, кальвинистов и т.п.). Лишь заез-
жих баптистов с их коммунистическими проповедями сожгли 4 октяб-
ря 1689 г. на костре — но это приказал, по совету с разного толка
ксендзами, включая иезуитов, ещё B.B. Голицын. О нём подробно:
Богданов А.П. Канцлер и генералиссимус Василий Голицын // Пере-
крестки эпох. Социокультурное время. Сборник трудов. М., 1997.
С. 257-288.
3282 октября 1689 г. по просьбе патриарха Иоакима и освящен-
ного собора архиереев из России царским указом выслали двух иезу-
итов, Иржи Давида и Товию Тихановского, живших в Немецкой
слободе под видом негоциантов.
329В конце своих Записок, повествуя об открытых Россией путях
в Китай, Нёвилль сам признал, что запрет на проезд туда иезуитов и
французов наложил ещё канцлер Голицын, справедливо видя в них
шпионов (как сам автор признаёт), к тому же от крайне враждебного
России ордена и оскорбившего нашу страну короля.
215
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
из дикарей сделать людей, превратить трусов в добрых
солдат, хижины в чертоги, и что все эти предприятия
погибли в Московии с его падением.
Собственный дом его был одним из великолепней-
ших в Европе, покрыт медными листами и внутри укра-
шен дорогими коврами и прекрасной живописью. Он
устроил также дворец для иностранных послов. Все это
до того понравилось боярам и народу, что во время его
управления в Москве было выстроено более 3000 ка-
менных домов330.
Такое число не покажется преувеличенным, если мы
скажем, что в Москве находится до полумиллиона жите-
лей, и что она состоит, собственно говоря, из трех рас-
положенных один в другом городов; каждый из них ог-
ражден огромной стеной и рвом, наполненным водой
для защиты Москвы от нападения татар и поляков. Пер-
вый из них называется Кремль, второй — Белгород, т.е.
Белый город, а третий — Новгород, т.е. Новый город.
Любопытным для иностранцев является в этом го-
роде то, что в декабре месяце возводятся на площади
2000 деревянных домов для восточных и европейских
купцов. Князь Голицын построил также на Москве-реке,
впадающей в Оку, каменный мост о 12-ти арках, очень
высокий, ввиду больших половодий; мост этот един-
ственный каменный во всей Московии, строил его
польский монах331.
330 Бум каменного строительства в Москве начался ещё при царе
Фёдоре, дававшем на него беспроцентные кредиты из казны и разре-
шавшем частным застройщикам пользоваться мощностями приказа
Каменных дел. Ещё при нём в столице было возведено 10 тыс.
каменных зданий.
331 Каменный мост через Москву-реку построил в 1687—1690 гг.
православный монах Филарет.
216
Взгляд французского авантюриста
НРАВЫ И РЕЛИГИЯ МОСКВИТЯН
Москвитяне, собственно говоря, сущие варвары, не-
доверчивые, лживые, жестокие, развратные, обжорли-
вые, корыстолюбивые, нищие и трусы, все они рабы,
исключая трех иностранных родов: князя Черкасского332,
бывшего владетеля страны того же имени, очень богато-
го, Голицына и Артамоновича. Они до того грубы и
невежественны, что без помощи немцев, находящихся в
Москве в большом количестве, не могли бы ничего сде-
лать хорошего.
Они неопрятны, хотя и часто моются в специально
построенных для этого банях, которые натапливаются
до такой степени, что никто на свете не мог бы перенести
такого жара. Мужчины и женщины ходят вместе в одну
баню333, которая обыкновенно ставится на берегу реки
для того, чтобы кто не стерпит жара, мог бы идти и
бросаться прямо в холодную воду, что они проделыва-
ют одинаково и зимою и летом.
Хотя москвитяне очень крепкого сложения, но к хо-
лоду они чувствительнее, чем поляки (т.е. лучше топят
свои дома и теплее одеваются. — А.Б.). Пища и питье у
них самые грубые. Обыкновенная пища состоит из огур-
цов и астраханских дынь, которые они мочат на зиму,
332Князь Михаил Алегукович Черкасский, боярин (1677), по знат-
ности занимавший первое место в Думе (хотя его предки выехали из
Кабарды только в XVI в.), один из богатейших людей своего времени.
Отличался независимым поведением, щедростью, получал почетнейшие
воеводские должности в полках и городах (включая Москву) незави-
симо от смены правительств, в том числе в правление Петра.
333 Видно, что Нёвилль строго следовал примеру Людовика XIV
и не мылся,— русские общественные бани он наблюдал лишь снару-
жи, ведь после общего входа мужчины и женщины расходились по
своим отделениям. Вместе мылись только в семейных банях.
217
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
заквашивают и солят. Они не едят телят из-за предрас-
судка, о котором стыдно рассказывать, а голубей — из-
за того, что Святой Дух изображается в этом виде.
Мужчины одеваются почти так же, как поляки. Бога-
тые носят зимой платья из голландского сукна, с дорогим
меховым подбоем; шапки украшают драгоценными каме-
ньями — те, кто может, или же вынизывают жемчугом,
которого в этой стране очень много. Летом же одеваются
в платья из персидских и китайских шелковых тканей.
Женщины одеты по-турецки. Самая беднейшая ста-
рается сделать себе шапку из персидского сукна, сооб-
разно со средствами, более или менее дорогого. Богатые
вынизывают свои шапки жемчугом или драгоценными
каменьями. Зимние женские платья, или кафтаны, дела-
ются из золотой парчи, подбитой куницами; летом — из
китайских тканей. Под своим головным убором москви-
тянки тщательно прячут волосы. Ходят они с большим
трудом, так как башмаки их сделаны на манер сандалий
и в то же время — в форме туфель, которые слишком
широко сидят на ноге.
Безрассудство этих женщин доходит до того, что они
красят себе лицо, бреют брови, места которых раскра-
шивают в самые разнообразные цвета334. Они весьма
расположены к иностранцам и легко вступают с ними в
интимные связи. Они презирают своих мужей, которые
выказывают свою ревность лишь в том случае, когда
ухаживающий не делает подарков335.
334Как видно, Франция в те времена отставала от женской моды
на косметику.
335Если верить Нёвиллю, то русские женщины XVII в. мало
отличались от современных нам парижанок.
218
Взгляд французского авантюриста
Москвитяне любят ходить пешком и очень быстро
шагают. Экипажи у них самые жалкие, и большая часть
москвитян ездит по городу верхом, на плохих лошадях,
предшествуемые слугами, бегущими впереди, с непок-
рытой головой. Зимой лошаденку запрягают в сани —
единственный их экипаж. Женщины ездят в дурных эки-
пажах, колясках вроде паланкина, обыкновенно запря-
женных в одну лошадь. Садится их в такую повозку
пять-шесть, как будто в ящик, потому что скамеек внут-
ри нет. Хотя в Москве находится до 500 000, даже, мо-
жет быть, до 600 000 жителей, но в ней нет и трехсот
таких колясок, но зато имеется с тысячу маленьких теле-
жек, запряженных в одну лошадь, для перевозки публи-
ки за небольшую плату с одного места на другое336.
Имеется в Москве также несколько колясок вроде
французских, которые более богатые люди выписали из
Голландии и Данцига. Царские кареты все очень старые;
причина этому та, что они сами таковых не покупают,
так как надеются получить их в подарок от иностранных
государей или посланников. Лучшие, которые они име-
ют, делаются, по обычаю страны, с дверцами или же в
форме паланкинов.
Сани царские — великолепны. Те, которые открыты,
делаются из золоченого дерева и обиваются внутри бар-
хатом и широкими галунами. Их запрягают в шесть ло-
шадей, шлеи которых украшены таким же бархатом. Те
сани, которые закрыты, делаются в виде карет, со стек-
336 Помимо большого числа извозчиков, из-за которых на улицах
столицы случались настоящие заторы, по Москве ездили богатые
упряжки знати, количество коней в которых строго ограничивал по
рангам указ царя Фёдора Алексеевича.
219
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
лами, снаружи обиваются красным сукном, внутри же
соболями. В таких санях можно лежать и спать во время
переездов, которые, ввиду такого удобства, москвитяне
совершают зимой и ночью. Когда цари выезжают за
город, то вместо саней и колясок употребляют обыкно-
венные простые экипажи337.
В окрестностях Москвы цари имеют несколько дере-
вянных домов, которые несправедливо называются
«увеселительными», так как в них нет садов338, а просто
они окружены стенами, из опасения, чтобы не разорили
их поляки или татары, которые нападали на Москву,
что часто случалось еще лет за пятьдесят, не более, тому
назад339.
Пётр весьма высок ростом, хорошо сложен и доволь-
но красив лицом. Глаза у него довольно большие, но
блуждающие, вследствие чего бывает неприятно на него
смотреть. Несмотря на то что ему только 20 лет, голова
у него постоянно трясется. Любимая его забава заклю-
чается в натравливании своих любимцев друг на друга,
и весьма нередко один убивает другого из желания вой-
ти к царю в милость. Зимою он велит вырубать огром-
337 В рукописи подробнее: «Когда цари едут в карете или санях по
городу, то движутся медленно, стрельцы же выстраиваются рядами
вдоль улиц, где они должны проехать. Перед ними, как во время
процессий, идут люди, которые летом поливают [дорогу] водой, а
зимой песком. У городских ворот они меняют свои прекрасные экипа-
жи и дальше едут на загородных» {Лавров, с. 168). В издании отрывок
сокращен, т.к. указывает на наличие порядка в Москве.
338 Нёвилль ошибается — при загородных дворцах царей в то
время разбивались не только богатые фруктовые сады, но и очень
красивые регулярные парки.
“’Последнее нашествие поляков и казаков на Москву случилось
в 1618 г. В 1633 г. наступление короля было остановлено западнее
Можайска и под Калугой.
220
Взгляд французского авантюриста
ные проруби во льду и заставляет самых толстых бояр
проезжать по ним в санях. Так как молодой лед оказы-
вается непрочным, то они проваливаются в воду и не-
редко тонут340.
Любит он также звонить в большой колокол, но са-
мая главная страсть его — любоваться пожарами, кото-
рые весьма часто случаются в Москве. Москвитяне не
берут на себя труда тушить их, пока огонь не истребит
400 или 500 домов341. Правда, что дома москвитян не
лучше свиных хлевов во Франции и в Германии; их про-
дают на рынке совсем готовыми342. В 1688 году сгорело
в Москве 3000 домов, и в прошлом году в продолжение
четырех месяцев я видел три пожара, каждый из кото-
рых истребил, по меньшей мере, 500—600 домов. По-
жары чаще всего происходят от пьянства и неосторож-
ного обращения с огнем, так как они никогда не тушат
свечей, горящих в их комнатах перед иконами.
Посту предшествует у них карнавал, который про-
должается столько же дней, сколько и самый пост343.
В течение этого карнавала беспорядок настолько велик,
что иностранцы, живущие в предместьях, не решаются
выходить из дому и ходить в город, ибо москвитяне
’““Характеристика царя Петра, которого сам Нёвилль не видел,
опирается на рассказы жителей Немецкой слободы. От русских, даже
противников государя, он столь нелицеприятные отзывы о монархе
получить не мог.
341 Напротив, пожарная служба в Москве работала весьма опера-
тивно, так что в 1680—1690-е гг. число больших пожаров резко
сократилось.
342Всех фасонов деревянные дома и ограды продавались разоб-
ранными (по образцам) и собирались командами строителей на участ-
ке покупателя за один день.
343 Масленица на Сыропустной неделе перед Великим постом не-
сравнима с ним по длительности (одна неделя против четырёх).
221
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
дерутся как дикие звери и напиваются водкою и другими
крепкими и отвратительными напитками, проглотить
которые кроме них не в состоянии никто в целом мире.
Неудивительно, что москвитяне теряют тогда и пос-
леднюю каплю разума, которая у них еще имеется, и
режутся друг с другом длинными ножами, похожими на
штыки. Лучший друг готов убить своего же друга из-за
копейки или су. Чтобы уменьшить этот беспорядок, до-
вольствуются тем, что посылают стражу, но солдаты
бывают не трезвее народа, появляясь почти всегда уже
после преступления, и если им обещана часть добычи,
то преступник может спокойно скрыться. Там не находят
ничего ужасного в том, что почти ежедневно встречают
на улицах трупы убитых людей344.
Едят москвитяне так много, что после обеда они вы-
нуждены спать часа три, и тотчас после ужина ложатся
спать. Зато они встают весьма рано. Даже и в походах
каждый солдат, не исключая и стражи, непременно спит
после обеда.
Летом, в полдень, они совершенно раздеваются, ку-
паются и спят в таком виде. Дождя они не любят, и
дождь идет у них редко345.
Они носят шапки, и при встрече с приятелем каждый
крестится, после чего они жмут друг другу руку. Крест-
ное знамение они, вероятно, делают с целью призвать
Бога свидетелем их вероломства, ибо недобросовест-
ность — одно из их качеств.
344Сравнительных данных о поножовщине в Москве, Париже и
Лондоне у нас нет, но по отдельным источникам можно заключить,
что ситуации были схожи.
345 В высшей мере странное заявление: дожди в России и Польше
шли примерно одинаково.
222
Взгляд французского авантюриста
Вера у москвитян греческая, но ее можно назвать
архисхизматической, ибо она изобилует ужасными суе-
вериями, созданными их невежеством, так что москви-
тян можно назвать полуидолопоклонниками. Хотя у них
и сохранилось духовенство, но уважение, оказываемое
ему, чисто внешнее. Вне церкви они не задумываются
оскорблять священников и монахов: они только срыва-
ют с них шляпы, бьют палками и после истязания одева-
ют им шляпы снова346.
Патриарх Московский прежде жил в Киеве, но когда
сей город перешел к москвитянам, последние получили
разрешение перевести его резиденцию в Москву347. Патри-
арх избирается обыкновенно из числа митрополитов и
утверждается царем. Он не может быть свергнут, как это
случилось с его предшественником, никем, кроме патриар-
хов Царьградского и Антиохийского348, которые нарочно
поставили патриарха, бывшего в прошлом году, в цар-
ствование Феодора, и ныне умершего, в зависимость от
царя; он был избран только за свою красивую бороду349.
346В издании произвольно усилена фраза рукописи: «Они без
зазрения совести дурно обходятся со своими священниками и монаха-
ми вне храмов» (Лавров, с. 170).
347 Митрополичья кафедра была перенесена из Киева — через
Владимир — в Москву в 1325 г.; патриарший престол, которого не
было в Киеве, установлен в Москве в 1589 г.
348 На самом деле в Москву на собор против Никона в 1667 г.
приезжали патриархи Паисий Александрийский и Макарий Анти-
охийский.
349 «Предшественником» Нёвилль считает Никона, низвергнутого
собором с участием восточных патриархов, но после него до скончав-
шегося 15 марта 1690 г. Иоакима архипастырями избирались Иоасаф II
(1667-1672) и Питирим (1672-1673). Иоаким даже при Алексее
Михайловиче отстаивал независимость патриарха от царя в церковных
вопросах, а при Фёдоре и Софье нередко властно вмешивался в поли-
тику. Подробно см.: Богданов А.П. Русские патриархи. Т. 2. С. 42—314.
223
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Патриарх и митрополиты носят всегда священничес-
кую рясу, которую никогда не снимают, едут ли в экипа-
же или даже верхом. Им предшествует с крестом при-
служник, который, как и прочие, идет с обнаженной
головой. Какова бы ни была погода, слуги, согласно
обычаю, идут впереди господина с обнаженными голо-
вами. Мантии их отличаются от мантий наших еписко-
пов только тем, что они отделаны множеством погрему-
шек и бубенчиков350.
Священники их держат в руках четки, висящие до
земли, и постоянно над ними что-то бормочут. Набож-
ность их выражается главным образом в процессиях,
которые совершаются со следующими церемониями: все
духовенство в богатых облачениях, большей частью
унизанных жемчугом, выходит толпой, в беспорядке351,
из одной церкви, с тем, чтобы направиться в другую, где
назначена служба. Каждый священник держит что-ни-
будь в руках: одни — книги, другие — кресты, а мно-
гие — священнические жезлы. Идущие близи митропо-
лита или патриарха несут огромные изображения Бого-
матери, украшенные золотом, серебром, драгоценными
камнями и жемчужными четками. Другие несут огром-
ные четырехугольные кресты, тоже весьма богатые и до
того тяжеловесные, что некоторые из них с трудом под-
нимают четыре священника. Затем следуют те, которые
’’“Упоминание «погремушек и бубенчиков» (в издании и рукопи-
сях) заставляет усомниться, что Нёвилль видел облачения русских
архиереев.
35‘Судя по «книгам патриарших выходов и служб» за XVII в. и
официальным сценариям царских церемоний с участием духовенства,
порядок церковных процессий был, напротив, очень строг, и каждый
занимал строго определенное место.
224
Взгляд французского авантюриста
несут евангелия, драгоценнее которых, несомненно, не
найти во всей Европе, потому что одно такое евангелие
стоит около 25 или 30 тысяч экю.
Я видел, между прочим, одно евангелие, которое от-
делано, по заказу царя Петра, французским ювелиром.
Каждая сторона украшена пятью изумрудами, из коих
самый малый стоит более 10 000 экю. Вес золотого пере-
плета простирается до четырех фунтов, так как эти госпо-
да ценят работу лишь тогда, когда она тяжеловесна.
Затем следуют игумены, за ними митрополиты и по-
зади всех, на некотором расстоянии, идет патриарх в
жемчужной шапке, за исключением трех корон (на го-
ловном уборе папы) весьма похожей352 на папскую тиа-
ру. Его должны поддерживать цари, но так как эти пос-
ледние во время шествия сами должны быть поддержи-
ваемы, то их заменяют знатные люди, нарочно для того
определяемые. Впереди таких процессий около ста че-
ловек метут дорогу и посыпают ее песком. Это происхо-
дит от того, что до управления Голицына надо было
шагать по грязи. Он же за отсутствием в этой стране
какой бы то ни было мостовой приказал устроить дере-
вянные мостки, но после его падения только главные
улицы поддерживаются в таком виде353.
Москвитяне ограничиваются лишь тем, что присут-
ствуют при богослужении, которое священники их на-
чинают обыкновенно в полночь, несмотря на то что оно
352В рукописи вместо «весьма похожей» читаем: «немного по-
хожей».
353Мостить деревом улицы и дороги на Руси стали в столь глубо-
кой древности, что тарифы дорожных строителей («Урок мостникам»)
вошли в «Русскую правду». В конце XVII в. замощены были все улицы
Москвы, но, конечно, не Немецкой слободы, утопавшей в грязи.
225
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
очень долго продолжается. В церкви они никогда не са-
дятся и молятся Богу только мысленно, так как боль-
шинство из них неграмотны, и никто, не исключая и
священников, не знает греческого языка354.
Праздников у москвитян очень много; празднуют
они их всеобщим трезвоном, начинающимся накануне и
кончающимся на следующий день с закатом солнца. Ра-
ботают они во все дни года без различия. Москвитяне
имеют большую склонность к богомолью. Царь Иоанн,
несмотря на то что он совершенно парализован, прово-
дит всю свою жизнь в посещении святынь. Между тем
для него было бы гораздо выгоднее не показываться так
часто в народе, но, напротив, совершенно скрыться в
своем дворце, ибо он страшно безобразен и возбуждает
только жалость, несмотря на то, что ему только 28 лет,
так что на него трудно смотреть355.
Когда москвитяне куда-либо входят, они начинают
класть земные поклоны, многократно креститься и кла-
няться образам или тому месту, где они должны висеть.
Священники их женаты, но не могут спать со своими
женами накануне праздников. Что касается епископов и
игуменов, то они должны жить в безбрачии. Если рим-
ский католик вступает в их религию, они его снова кре-
стят; ежели он женат и жена его не соглашается вместе с
ним переменить религию, он может жениться на другой.
354Судя по этому замечанию, и в московском храме Нёвилль не
был, иначе бы он знал, что православные молятся на родном языке, а
не на чужом, как католики..
355Царя Ивана Алексеевича Нёвилль тоже не видел, но француз-
ских авторов такие мелочи редко удерживали от оценок русской
действительности. Выдумка о параличности и «безобразии» государя
не может принадлежать даже жителям Немецкой слободы, которые
представлялись царю и хотя бы раз в год его видели.
226
Взгляд французского авантюриста
Москвитяне в течение года соблюдают три поста:
первый — как и у нас; второй — за шесть недель до Рож-
дества, и третий — за две недели до Успения356. В течение
этого времени москвитяне приготовляют все блюда на
масле, которое, после них самих, несомненно, самое зло-
вонное вещество в мире. Вследствие этого большинство
солдат вымирает, так как рыба, которою они кормятся,
сушится на солнце и почти всегда бывает гнилая, како-
вое обстоятельство и является источником ужасных бо-
лезней. Сюда следует прибавить, что вся эта дурная
пища еще хуже переваривается благодаря их обыкно-
венному питью, состоящему из воды и муки и называе-
мому — квас.
Они любят также строить церкви, и всякий боярин,
прежде чем выстроить дом, воздвигает часовню и содер-
жит сообразно со своими средствами большее или мень-
шее количество монахов. В Москве находится 1200 цер-
квей, выстроенных из камня, куполообразной формы,
что придает им мрачный вид. Все они имеют по пяти
башенок с колоколами, на каждой башенке находится
четырехугольный крест, из которых самый малый имеет
высоту трех локтей.
Самые великолепные храмы Москвы — это церковь
(Успения) Богоматери и церковь Архангела Михаила
около царского дворца. Купол и башенки покрыты по-
золоченной медью, а кресты — вызолоченным серебром.
Внутренность этих церквей раскрашена под мозаику.
Против них находится огромная колокольня, где висит
много больших колоколов, между прочим, один в
356Нёвилль пропустил ещё Петров пост (от Пятидесятницы до
дня Петра и Павла).
227
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
20 футов в поперечнике, в 40 футов в вышину и один
локоть в толщину. Чтобы придать этому колоколу звуч-
ность, пришлось отнять от него при помощи резца до
40 000 фунтов. В него звонят только в праздник Креще-
ния, который считается у москвитян самым священным.
В этот колокол ударяют также, когда царь спит с цари-
цей, с тем, чтобы народ стал молиться за дарование им
наследника, ибо дочерей в этой стране ни во что не
ставят357.
Половина московских земель принадлежит монахам,
ибо благочестие москвитян заключается в построении
монастырей, из коих многие содержат более 100 мона-
хов, живущих в полном изобилии, хотя и совершенном
невежестве. Существует также много женских монасты-
рей, которые имеют в обычае посылать старух на поис-
ки за армянскими и европейскими купцами. Под пред-
логом купить у них товар они их убивают, после того
как добьются самого существенного, если эти купцы
мало знакомы с нравственностью этих святых дев и, вле-
комые страстью к наживе, соглашаются идти к ним358.
Ни одно из вероисповеданий, за исключением като-
лического, которое москвитяне после своего считают са-
мым лучшим359, не находит себе в Московии запреще-
ния. Если какой-либо иностранец входит в их церковь,
357В последней четверти XVII в. отношение к дочерям на Руси
менялось. Не только в царской семье и домах аристократов их стали
учить наравне с мальчиками, но и печатный Букварь был адресован
«хотящим учиться мужам и женам, отрокам и отроковицам». См.:
Богданов А.П. Стих и образ изменяющейся России. Ч. II.
358 Рассказ о монастырях, очевидно, идёт от протестантов Немец-
кой слободы.
359Среди отколовшихся от православия ветвей христианства как
раз католичество вызывало на Руси наибольшее неприятие.
228
Взгляд французского авантюриста
они заставляют его принять веру360, так как прежде все,
побывавшие в их церквах, потешались над их обрядами
и пением, весьма похожим на пение немых.
ИЗЛОЖЕНИЕ РАССКАЗОВ СПАФАРИЯ
О ПУТЕШЕСТВИИ В КИТАЙ И ТОРГОВЛЕ
С ЭТОЙ СТРАНОЙ
Меховая торговля уже очень давно возникла в Мос-
ковии, но она приняла теперь совершенно иной харак-
тер. В старину соболя в Московии были очень мало из-
вестны, и москвитяне пользовались только дешевыми
мехами, исключая горностаевых, на которые они выме-
нивали, что им было надобно. Дед нынешних царей,
Василий (Иван. — А.Б.) Васильевич, прозванный Гроз-
ным361, — справедливому названию этому не будут удив-
ляться, если мы скажем, что жестокость его доходила до
того, что он ради шутки забавлялся жизнью людей; так,
однажды он велел кучеру своему ехать с каретою, в ко-
торой сидела супруга его, по едва замерзшему озеру,
находящемуся в четверти мили от Москвы; карета про-
валилась сквозь лед и все сидевшие в ней утонули. По-
корив царство Казанское и Астраханское, он открыл
часть той обширной страны, которую называют Сиби-
рью, что на славянском языке значит тюрьма, так как
360 Вход иноверца в православный храм никак не возбранялся.
Препятствия встречали попытки поляков-католиков войти в церковь
в головном уборе и с собакой.
361В рукописи: «прозванный тираном». Иван IV Васильевич Гроз-
ный (1530—1584), великий князь московский, с 1547 г. царь всея
Руси. Из династических соображений Романовы подчеркивали свое
родство с великим тираном через его первую жену Анастасию Рома-
новну Юрьеву.
229
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
этот жестокий по природе властитель посылал в эту об-
ласть, тогда не имевшую еще никакого названия, всех,
кто лишался его милости.
Этим-то сосланным москвитяне и обязаны открыти-
ем дороги в Китай и множества куниц, которых они
нашли на этих обширных пространствах, покрытых не-
проходимыми и неизвестными доселе лесами, которые,
вероятно, простираются до самого Ледовитого моря.
Охотники проникли в эти леса, подвигаясь постепенно
вперед за ловлей разных зверей, как-то: черных лисиц,
рысей и других диких животных, которыми изобилуют
упомянутые не обитаемые никем леса и шкуры которых
так дорого ценятся.
После смерти Грозного сын его, наследовавший ему,
решил, что для государства его будет очень выгодно,
если он разрешит въезд иностранным купцам. Голланд-
цы первые пытались пройти в Московское море, но бе-
зуспешно. Англичане были счастливее их И достигли
Архангельска — это порт, находящийся в море или за-
ливе Св. Николая362. Царь, услышав о том, даровал им
большие привилегии, состоявшие в том, что они не дол-
жны были платить пошлин за привозные и вывозные
товары; он сделал это с целью побудить их развить свою
торговлю в Московии.
Голландцы, завидуя этому открытию англичан, ста-
рались всячески повредить им, но царь, опасаясь, что это
причинит только задержку развитию торговли, запретил
голландцам вход в Архангельскую гавань. Таким обра-
362Первый английский корабль пристал в устье Северной Двины
при Иване Грозном, в 1553 г., но город-порт Архангельск был осно-
ван в 1584 г. уже при его сыне Фёдоре Иоанновиче (1584—1598).
230
Взгляд французского авантюриста
зом, англичане остались хозяевами торговли в этой стра-
не до смерти Карла I, короля Великой Британии363.
Узнав о казни последнего, царь, в видах политики,
как бы в наказание за такое деяние, совершенное над
особою государя, отнял у англичан все их привилегии и
разрешил голландцам въезд в этот порт, под условием
платежа 15-ти процентов на все привозные и вывозные
товары. Благодаря этому они так развили эту торгов-
лю, что ныне находится в Московии более 200 голланд-
ских торговцев, большая часть которых уезжает (из Ар-
хангельска) зимой в Москву, по причине жестоких хо-
лодов. Тогда в первый раз введены были в Московии
деньги, которые ныне там сделались так же обыкновен-
ны, как в Польше364.
В предместьях Москвы живет в настоящее время бо-
лее тысячи купцов английских, голландских, фламанд-
ских, гамбургских и итальянских. Они торгуют русской
кожей и кавьяром, или осетровой икрой, из которой
они (русские) делают лепешки толщиною в палец и ши-
риною с ладонь, солят их и просушивают на солнце:
этот товар находит у них большой сбыт, так как в устьях
Волги и других рек, впадающих в Каспийское море, они
ловят бесчисленное множество осетров, которые затем
доставляются Волгой в Москву и отсюда уже развозятся
по всей Московии и в соседние государства, как это в
363 Казнь английского короля Карла I Стюарта 30 января 1649 г.
привела к разрыву дипломатических и торговых отношений России с
Великобританией. Хотя после реставрации (с русской помощью) Кар-
ла II в 1660 г. ограничения были сняты, позиции английской торгов-
ли в России были изрядно стеснены конкурентами.
364 Собственные деньги (не считая изобилия с V в. до н.э. привоз-
ных монет) появились уже в Киевской Руси; единую для всей страны
монету копейку ввела в начале XVI в. великая княгиня Елена Глинская.
231
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
этих последних делается с сельдями. Товар этот особен-
но находит себе потребление во время трех постов, ко-
торые они строго соблюдают.
Англичане и голландцы меняют москвитянам свои
сукна и пряности на хлеб, пеньку, смолу, поташ для крас-
ки и золу. Фламандцы и гамбуржцы покупают у них
воск и железо. Корабли этих народов приходят в Ар-
хангельск в июле и отплывают оттуда в сентябре: оста-
ваясь долее, они рискуют погибнуть в море. Переход из
Бергена в Архангельск365 совершается обыкновенно в
15 или 20 дней, столько же времени длится и обратный
путь. Торговля эта очень значительна, хотя в год прихо-
дит в Архангельск не более тридцати кораблей.
Прежде персияне возили свои товары на Архангельск,
но Голицын разрешил им возить их прямым путем на Ригу,
с тем, чтобы уплачивать 15 процентов в Москве, между тем
как раньше они платили по 5 процентов в трех разных
городах по дороге в Архангельск. Он дал им таким обра-
зом возможность выгадывать целый год, так как дорога из
Риги в Голландию длилась 4 месяца, а из Риги в Испа-
гань — 3 месяца. Персияне приплывают из Испагани через
Каспийское море в конце октября и оттуда едут дальше на
санях за счет царя пять недель366. Назад они спускаются по
Волге и совершают путь в тридцать и сорок дней367.
365В рукописи точнее: «Путь в Архангельск от широты Бергена».
366Речь идёт о ямских перевозках купеческих караванов по ка-
зённым подорожным.
367 Нёвилль пишет о транзитной торговле шелком-сырцом, приви-
легию на которую имела с 1667 г. армянская торговая компания,
искавшая маршрут от Великого шелкового пути в Европу, минуя Тур-
цию и союзную ей Францию с их непомерными налогами. В.В. Голицын
в 1686 г. восстановил утерянное армянами право вывозить товар через
границу с Прибалтикой.
232
Взгляд французского авантюриста
Голландцы уговорили великого Голицына послать
нескольких из их моряков и плотников в Астрахань,
которые и построили там два фрегата, на которых легко
доходили по Каспийскому морю до Шемахи — первого
из персидских городов. Но месяцев восемнадцать тому
назад татары сожгли эти корабли368; нынешние же мос-
ковские министры не разрешают строить новых, что ока-
жется впоследствии весьма невыгодным, так как москов-
ские суда не что иное, как большие лодки, снабженные
двумя рулями и парусом, который в случае непопутного
ветра опускается, и судно, таким образом, отдается на
волю ветра.
Намерением Голицына было поставить Московию
на одну ступень с другими государствами. Он собрал
точные сведения о состоянии европейских держав и их
управлении и хотел начать с освобождения крестьян,
предоставив им земли, которые они в настоящее время
обрабатывают в пользу царя, с тем, чтобы они платили
ежегодный налог369. По его вычислению, налог этот уве-
368Корабль «Орёл» и яхта для мореходства на Каспии были
построены в 1667—1668 гг. голландскими и русскими мастерами под
руководством Я.Л. Полуектова. Они были «разорены» во время вос-
стания Разина, за 21 год до приезда Нёвилля. А.С. Лавров полагает,
что ещё в 1672 г. они «стояли в волжской протоке Кутумове».
369Черносошные (государственные) крестьяне, которым принад-
лежал весь Русский Север, и так были лично свободны и платили
ежегодный налог. Дворцовые (принадлежавшие царской семье) крес-
тьяне, подобно черносошным, управлялись своими общинами и вы-
борными, но, помимо денежного налога, поставляли царю натураль-
ный оброк и выполняли повинности на его землях (например, обраба-
тывали сады и парки). «Освободить» их, да ещё «предоставить им
земли» царской семьи канцлер не мог: это была частная собствен-
ность. Что касается общегосударственного «ежегодного налога» на
содержание армии, то его платили все без исключения крестьяне,
ремесленники и купцы по единому подворному обложению, введённо-
233
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
личил бы ежегодную доходность земель этих государей
более чем вдвое, в то время как теперь получаемая при-
быль не превышает 7 или 8 миллионов ливров фран-
цузской валюты. Что касается до других предметов до-
хода, то трудно определить их действительную сто-
имость.
То же самое он хотел ввести по отношению к каба-
кам и разным продуктам и предметам торговли, пола-
гая, что таким путем сделает народ трудолюбивым и
промышленным, так как ему представится надежда на
обогащение370. Что касается охоты на соболей, он не
сделал никаких нововведений.
Добыча соболей производится преступниками, ссы-
лаемыми в Сибирь, подобно тому, как во Франции ссы-
лают на галеры, и солдатами, которых посылают туда
полками, под начальством полковника, оставляя их там
обыкновенно на семь лет. И те и другие обязаны прино-
сить еженедельно известное количество шкурок. Причем
они должны наблюдать, чтобы на них не было дырочек
и чтобы они не были замараны кровью, от чего, как
говорят, эти шкурки, в особенности же собольи, портят-
му царём Фёдором ещё в 1679 г. и усовершенствованному его рефор-
мой 1681 г. По замыслу царя Фёдора, который Нёвиллю понять было
не под силу, снижение прямого налогообложения (единый налог был
меньше прежних многочисленных сборов) должно было привести —
и привело — к значительному росту казённой прибыли от косвенных
налогов (акцизов, таможенных сборов и т.п.).
370 Неясно, что хотел сказать Нёвилль. «Освобождение» кабаков
от государственной монополии на спиртное было гибельным для
России, что доказал ещё царь Фёдор, отменив в 1681 г. разоритель-
ные для страны кабацкие откупа. А торговля на Руси всегда была
свободной, купцы платили лишь общий подворный налог и таможен-
ные сборы.
234
Взгляд французского авантюриста
ся. Поэтому за каждую продырявленную шкурку охот-
ника наказывают палочными ударами; чтобы избежать
их, они не стреляют иначе, как только одною пулею в
голову зверька, к чему они почти все приучены, так как
москвитяне вообще не знакомы с употреблением мелкой
дроби371.
Так как охота эта требует, таким образом, боль-
шого терпения и усердия, то офицерам разрешено, для
того чтобы заинтересовать солдат, распределять меж-
ду ними все те шкурки, которые они добудут сверх
того числа, которое они должны еженедельно пред-
ставлять в казну. Излишек этот бывает очень значите-
лен, так что полковник в семь лет наживает тысяч до
четырех экю, подчиненные ему офицеры по соразмер-
ности; заработок же солдат составляет не более шес-
тисот или семисот экю.
Нужно иметь, таким образом, добрых друзей, что-
бы быть туда посланным, так как каждый дворянин
получает в Московии жалованья не более 1000 экю,
половина которых выплачивается притом же соболя-
ми, которые при этом оцениваются обыкновенно выше
настоящей их цены. Полковник получает четыреста
экю, а другие офицеры по соразмерности. Голицын
хотел было установить, для пользы царя и офицеров,
уплату всех государственных расходов сполна деньга-
ми, для чего он намеревался посылать все меха, в кото-
рых не имеется надобности, через надежных людей в
иностранные земли, чтобы продать их там или же об-
371 Главным источником пушнины для казны был ясак — нату-
ральный налог на коренное население Сибири. Русские промысловики
и перекупщики также должны были отдавать в казну часть добычи.
235
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
менять на нужные товары, которые были бы затем про-
даваемы в пользу царя372.
То, что он сделал для утверждения сухопутной тор-
говли с Китаем через Сибирь и Татарию, заслуживает
особого описания.
Спафарий, родом волох, был изгнан со своей роди-
ны, после того как ему отрезан был кончик носа за то, что
он открыл султану тайный договор между волошским
господарем, его родственником, и королем польским373,
после чего господарь был низложен и принужден бежать
в Польшу, где и получает при дворе короля определен-
ную пенсию.
Спафарий удалился сначала к бранденбургскому кур-
фюрсту, где был принят очень хорошо, так как он очень
образован и хорошо знает греческий, латинский и италь-
янский языки. Но король польский уведомил курфюрста
о вероломстве Спафария, и последний тотчас же должен
был оставить его двор. Не зная, куда ему обратиться, он
отправился в Московию. Голицын принял его очень хо-
рошо, дал ему содержание, а через некоторое время по-
том отправил его от имени царя в Китай с поручением
исследовать возможность учреждения сухопутной тор-
говли между этим государством и Московией374.
372Описанное как замысел Голицына, в России так и делалось:
выплата в Москве жалованья натурой в 1680—1690-е гг. уже почти не
практиковалась, а продажа мехов на Запад находилась под государ-
ственным контролем.
373 Спафарий (о нём см. выше, прим. 83) был наказан за выдачу
туркам планов господаря Георгия Гики, вступившего в альянс с
польским магнатом Вишневецким.
374После неудачной поездки к курфюрсту в Берлин в 1664 г.
Спафарий побывал в Швеции, Франции и Турции. Лишь в 1671 г. он
прибыл в Россию и получил место в Посольском приказе не от
Голицына, и даже не его предшественника Матвеева, а от канцлера
Ордина-Нащокина. В Цинскую империю его послал канцлер Матвеев,
путешествие длилось более двух лет (1675—1678).
236
Взгляд французского авантюриста
Два года провел Спафарий в путешествии, причем
ему пришлось бороться с величайшими трудностями;
но, будучи очень способен и умен, он собрал во время
этого путешествия множество сведений о положении ме-
стностей, которые он проезжал, и по возвращении об-
надежил Голицына, что во второе его путешествие мож-
но будет устроить такой путь, который даст возмож-
ность ездить по этой стране так же удобно, как по всякой
другой.
На основании этих уверений Голицын начал выби-
рать наиболее удобный и кратчайший путь для перевозки
товаров. Найдя его, он стал изыскивать средства для уч-
реждения там постоянного сообщения и решил постро-
ить от Москвы до Тобольска, главного города Сибири,
несколько деревянных домов на каждой десятой миле.
В домах этих должны были быть поселены крестьяне, ко-
торым предоставлены были бы доходы с известного ко-
личества земель с тем, чтобы каждый дом содержал по
три лошади, которых на первый раз он должен был им
сам выдать, с правом взимать с проезжающих в Сибирь и
обратно по собственной надобности по 3 коп. с лошади
за каждые 10 верст, равные двум немецким милям375.
По всей сибирской дороге, так, как и по всей Моско-
вии, поставили столбы для указания пути и числа верст.
В тех местах, где снег так глубок, что лошади не могут
идти, также построили дома, в которых поселили осуж-
денных на вечное изгнание, снабдив их деньгами, при-
пасами и заведя у них больших собак, которые должны
были вместо лошадей тащить сани по снегу. В Тобольс-
375 Нёвилль описывает как новость старинную ямскую гоньбу,
установленную в Сибири до Голицына.
237
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ке376 же, городе, расположенном на реке Иртыше, кото-
рый неправильно называют Обью, в которую он только
впадает, Голицын велел выстроить большие магазины и
в них иметь запасы, а также барки, караваны которых
могли по реке подыматься до Кизильбаша377, — озера,
находящегося у подошвы гор Прагогских378, где также
были устроены необходимые для продолжения путеше-
ствия удобства.
Спафарий уверял меня, что он совершил свое послед-
нее путешествие через Сибирь в пять месяцев379, и так легко
и удобно, как в нашей Европе. Я хотел узнать от него все
подробности, а также имена рек, гор и областей, через
которые он проезжал, но я нашел его очень осторожным в
этом отношении и очень молчаливым. Я понял хорошо,
что если он не удовлетворил моему любопытству, то толь-
ко из боязни, что если это узнается, его обвинят в том, что
он открыл что-либо, что они желают держать в тайне от
всех других народов, и угождение, которое он оказал мне,
объяснив мне то, о чем я его спрашивал, будет награждено
палочными ударами, от которых не избавляют в Моско-
вии никого, начиная с последнего крестьянина до бояр380.
376Тобольск в XVII в. был главным городом Сибири, где находи-
лась резиденция старшего воеводы.
377Кизильбаш — озеро Зайсан.
378Прагогские горы — Алтай.
379 «Последнее путешествие» — не второе, как истолковал Нё-
вилль (Спафарий ездил в Китай один раз), а возвращение через
Сибирь в Москву.
380Битье батогами (палками) служило, согласно Соборному уло-
жению 1649 г., уголовным наказанием за легкие провинности и редко
применялось к дворянам, для которых основным наказанием в таких
случаях служил штраф. За более тяжкие провинности дворянина мог-
ли бить кнутом и сослать в Сибирь. К аристократии и высшим чинам
применялись только штрафы, смертная казнь и ссылка. Спафарий,
как простой переводчик, вполне мог быть побит.
238
Взгляд французского авантюриста
Из слов его я, однако, понял, что он собирается в
следующем своем путешествии найти путь более корот-
кий и удобный. Голландцы, всегда завистливые к дру-
гим народам, что доказали они всеми учреждениями сво-
ими на Востоке, стараясь захватить в свои руки всемир-
ную торговлю и исключить из нее все другие народы,
убедили москвитян, после падения Голицына, запретить
всем иностранным купцам проезд через русские владе-
ния (в Китай). Они опасались, что если эта дорога будет
узнана лучше и по ней откроется легкий проезд, то
французы непременно постараются завладеть ею, станут
перевозить лучшие предметы торговли, которые охотно
покупают китайцы и татары, отдавая за них свои луч-
шие и ценные товары; а это со временем может нанести
значительный вред голландской торговле через мыс
Доброй Надежды, Батавию, Малакку и другие места на
Востоке, которые голландцы отняли у португальцев и
англичан381.
Они предвидели, что удобство и безопасность сооб-
щения по сухому пути, раз навсегда уже установленному,
заставит всех иностранных купцов предпочесть именно
его, чем видеть себя подверженными ежедневно бурям,
неудобствам, болезням и всякого рода случайностям мор-
ского пути — не говоря уже о годах, которые нужно упот-
ребить на такое путешествие. Таким образом, благодаря
иностранцам могла бы со временем развиться по этому
381 Нидерландские купцы, несмотря на прекрасные отношения
своих Генеральных штатов и ратуши Амстердама с Москвой, не имели
привилегии торговли с Сибирью и не нуждались в дополнительных
связях с Китаем, с которым вели морскую торговлю. Зато Россия при
Голицыне и даже Нарышкиных четко защищала свои торговые инте-
ресы, считая пути в Сибирь и Китай государственным секретом.
239
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
пути обширная торговля. Москвитян голландцам опа-
саться было нечего, ибо, как это им хорошо известно,
они слишком мало имеют ума, чтобы добиться чего-
либо значительного. Кроме того, они слишком бедны,
чтобы покупать драгоценные товары этих стран, а пото-
му они ничего и не будут в состоянии вывозить оттуда,
кроме небольшого количества шелка, чая, деревянных
изделий и разных безделок. Таким образом, голландцы
могут быть уверены, что москвитяне ни теперь, ни в
будущем не в состоянии будут соперничать с ними в
торговле.
Король польский спустя несколько лет жаловался
через своего посланника на это запрещение, так как оно
совершенно противоречит трактату 1686 года, в кото-
ром прямо сказано, что подданные короля польского
могут ездить по этому пути туда и обратно. Но в ответ
на это он получил только то, что так приказали цари.
Подобный же ответ дан был и шведскому королю, по-
сланник которого Фабриций382, для поддержания всеоб-
щего мира, заключил в 1686 году с ними трактат по
поводу торговли с Персиею. Москвитяне полагают, что
они делают уже очень многое, разрешая польским по-
слам ездить через их владения в Персию и доставляя им
экипажи на всем протяжении до Астрахани.
Польский король включил вышеозначенную статью
в трактат 1686 года по просьбе иезуитов, которые наде-
ялись пробраться этим путем в Китай. Но Голицын, не-
382Голландец Людвиг Фабриций бежал с русской службы в Пер-
сию, вернулся в Россию и уехал из неё в Швецию, откуда в 1680 г.
приехал в Москву как посланник короля к персидскому шаху. После
благополучного возвращения в Швецию совершил ещё одно путеше-
ствие в Иран (1683—1687), налаживая каналы торговли.
240
Взгляд французского авантюриста
смотря на все свое могущество» не мог, однако же, до-
биться позволения тем иезуитам, которых граф Сири,
посланник польский в Персии, привез с собою в Москву
в 1688 г.383, с просьбой короля об облегчении им пути в
Китай. Дело в том, что голландский посланник в Моск-
ве, действуя в духе своей нации, немедленно дал под
рукою знать москвитянам, что в числе 12-ти польских
иезуитов находятся отцы Авриль и Бовилье, французы,
которых христианнейший король посылает будто бы
разведать о пути в Китай384.
После этого эти варвары объявили польскому по-
сланнику, что он может взять с собой в Персию поддан-
ных польского короля, но что касается французов, ко-
роль которых оскорбил царского посла (князя Я.Ф. Дол-
горукова), то им не будет никакой милости, кроме той,
что они могут ехать обратно дорогой, которой приехали
383Граф Сири, персидский армянин, вырос при португальском
дворе и объездил всю Европу прежде, чем король Ян III сделал его
посланником в Иран. Графа пропустили с почётом, но прибывшие с
ним французские иезуиты были возвращены назад. По давнему согла-
шению послы, посланники и гонцы Речи Посполитой следовали в
Персию через Москву, и их делами занимался Посольский приказ, но
подданные других государств в это соглашение не входили. Так что
при всем желании поляков облегчить ордену Иисуса проникновение
на Восток и открыть китайский транзит для дружественной им Фран-
ции право разрешения на проезд французских иезуитов оставалось за
Россией.
384 Иезуиты Авриль и Боволье представили Голицыну в Посольс-
ком приказе верительную грамоту Людовика XIV с просьбой пропус-
тить их через Россию в Китай, так что сведения об их миссии не были
результатом интриг нидерландского резидента барона Иоганна Виль-
гельма фан Келлера. 31 января 1688 г. иезуитам было объявлено, что
российские государи не принимают грамоты французского короля, не
титулующего их по достоинству и оскорбившего их послов в Париже,
его подданных в Китай не пропускают и велят возвращаться «в свою
сторону тою же дорогою, какою вы приехали».
241
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
в Москву. По возвращении их в Польшу, король
польский препроводил их в Царьград.
Но можно надеяться, что по заключении мира, кото-
рый принесет королю Франции столько же, а быть мо-
жет и еще более славы, нежели заключенные раньше,
ему легко будет принудить москвитян разрешить его под-
данным учредить торговый путь с Китаем385.
385 Скорее всего, Нёвилль имеет в виду долгожданное окончание
войны с Аугсбургской лигой, которую Франция вела в международ-
ной изоляции. Если это так, то Риксвикский мир в сентябре 1697 г. не
оправдал его надежд. Людовик XIV, к которому апеллирует автор, не
только не получил шанса «принудить» к чему-либо Россию, но сам
был принужден вернуть соседям земли, завоеванные у них ценой
большой крови и колоссальных затрат Франции.
ВЗГЛЯД РУССКОГО АРИСТОКРАТА
Жизнь и наблюдения князя Куракина
Сколь популярны среди историков «Записки» Нё-
вилля — столь редко встретите вы разбор Гистории кня-
зя Бориса Ивановича Куракина, действительного тай-
ного советника, генерал-майора и лейб-гвардии Семе-
новского полка подполковника, ордена Андрея
Первозванного кавалера (1676—1727). В чем же дело?
Гедиминович, потомок полоцких князей, вырос при
дворе, о котором Нёвилль мог составить лишь беглое
впечатление; со всеми действующими лицами полити-
ческой истории был хорошо знаком, со многими из них
состоял в родстве и свойстве; в забавах юного Петра
принимал неотменное участие; так дипломат Куракин
несравненно превосходил французского агента, да и го-
сударственный опыт имел иного масштаба; как писатель
по меньшей мере не уступал Нёвиллю.
«Гисторию о царевне Софье и Петре» князь Борис
создавал на склоне жизни, подкрепляя свою память до-
ступными ему документами и записками, которые вел
243
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
много лет. Один из видных участников петровских пре-
образований давал оценку временам Софьи и первых лет
царствования Петра с высоты богатого жизненного и по-
литического опыта европейского человека. Куракин пи-
сал «Гйсторию» в Гааге и Париже (1723—1727) свобод-
но не только от внешней, но и от внутренней цензуры, со
свойственной его сочинениям редкостной откровеннос-
тью и прямотой, не поддающейся перетолкованию.
Откровенность князя Бориса и сказалась губительным
образом на судьбе его сочинения. Нарисованная им кар-
тина никак не соответствовала представлениям историков
и публицистов, формировавших и поддерживавших об-
щественное мнение. «Гистория» Куракина запечатлела
именно тот образ царевны Софьи и ее противников, кото-
рый как кошар стоял перед глазами «петровцев», всеми
силами стремившихся вытравить его из народного созна-
ния, заменить легендой о Великом Преобразователе.
«Правление царевны Софии Алексеевны началось со
всякою прилежностью, и правосудием всем и ко удо-
вольствию народному, так что никогда такого мудрого
правления в Российском государстве не было» — писал
Куракин о той, кого старательно изображали предста-
вительницей реакционных сил темной и забитой Руси.
Свержение Софьи знаменовало не начало прогрессив-
ных реформ — но приход к власти весьма живописное
изображенной придворной клики, установившей прав-
ление «весьма непорядочное, и недовольное народу, и
обидимое», притом «началось дебошство, пьянство так
великое, что невозможно описать».
Сторонник и, что еще важнее, верный помощник
Петра старается отметить полезные нововведения — не
244
Взгляд русского аристократа
его вина, что они тонут в «краже государственной», ин-
тригах, злобе, пьянстве и глупости. Нетрудно понять,
почему «Гистория», задуманная как часть обширного
сочинения по истории России с древнейших времен, ос-
талась в собственноручной рукописи князя Бориса, не
предававшейся его потомками огласке более 150 лет.
«Гистория» могла бы никогда не увидеть свет, если бы
в конце 80-х гг. прошлого столетия известный историк и
археограф М.И. Семевский не добрался до родового архи-
ва Куракиных, хранившегося в селе Надеждине Сердобс-
кого уезда Саратовской губернии и принадлежавшего тог-
да князю Фёдору Алексеевичу. Увидав многочисленные
папки подлинных рукописей князя Бориса Ивановича, Се-
мевский лично занялся их разбором и публикацией386.
Труд Семевского спас для нас не только «Гисторию»,
но и другие записки Куракина, полные уникальных све-
дений по политической, военной и культурной истории,
тонких умозаключений и остроумных характеристик.
Рисуя атмосферу Европы, охваченной войнами и потря-
сениями начала XVIII в., автор записок создал и свой
портрет, проглядывающий во впечатлениях и оценках
событий, откровенных описаниях внутреннего состоя-
ния тела и души.
В 1705 г. в Карлсбаде было начато автобиографи-
ческое сочинение «Жизнь князя Бориса Ивановича Ку-
ракина, им самим описанная» от рождения до Полтавс-
кой баталии (1676—1709)387. Работа над автобиогра-
386Архив князя Ф.А. Куракина, издаваемый им под редакцией
М.И. Семевского. СПб., 1890-1892. Кн. 1-3.
387Там же. Кн. 1. С. 241—287. Издано по автографу. Список
«Жизни» опубликован также Ф.А. Терновским (Киевская старина, 1884.
Кн. 9, 11, 12).
245
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
фией, включающей детские и юношеские впечатления,
была продолжена в «Записках князя Бориса Ивановича
Куракина о пребывании в Англии, отъезде в Россию к
армии, путешествии с царем Петром Алексеевичем в
Карлсбад и о назначении своем на съезд в Утрехт»388.
Рассказ этот был доведен до 1712 г.
О путешествии с дипломатическими поручениями по
Германии, Голландии, Англии и Италии, особенностях
и достопримечательностях этих стран замечательно
живо рассказано в «Дневнике и путевых заметках князя
Бориса Ивановича Куракина. 1705—1708» 389. Князь за-
мечательно быстро и глубоко разобрался в особеннос-
тях жизни и традициях разных стран Западной Европы.
Он вошел в круг её аристократии, сохраняя свою само-
бытность, но не в малой мере не отторгая иную культу-
ру, как это было свойственно западным путешественни-
кам в Россию.
Куракина-дипломата характеризует также «Записка
об отношениях держав к России и о прочих делах поли-
тических», адресованная Петру I 3 октября 1718 г.390. Ку-
ракин-военный оставил Записки о событиях Северной
войны, во многих из которых лично участвовал391, и осо-
бо о «Военной хитрости царя Петра Алексеевича под На-
рвою 8-го июня 1704 г.»392. О несчастной 20-летней вой-
не и вызванных ей переменах автор размышлял также в
«Записке князя Б.И. Куракина о войне и мире» 1720 г.393.
388Там же. Кн. 3. С. 301-314.
389Там же. Кн. 1. С. 101-240.
390Там же. Кн. 1. С. 329-340.
39‘Русско-шведская война. 1700—1710. Там же. Кн. 1. С. 291—328.
392Там же. Кн. 3. С. 152-153
393Там же. Кн. 1. С. 341-348.
246
Взгляд русского аристократа
О качествах, характере, жизни и деятельности князя
Бориса сохранились свидетельства современников394,
обширная дипломатическая документация (в значитель-
ной части написанная собственноручно), переписка с
Петром I, агентами России при всех европейских дворах
(включая Стамбульский), петровскими государственны-
ми деятелями и членами собственного аристократичес-
кого семейства.
Читателями «Гистории» Куракина, бывшей до сих
пор библиографической редкостью, безусловно, важно
составить представление об авторе, хотя и живо присут-
ствующем в повествовании, однако умалчивающем о
себе самом. Попробую восполнить этот пробел, обра-
щая внимание на обстоятельства, которые сам князь Бо-
рис считал в своей биографии важными.
Он родился в шестом часу после рассвета 20 июля
1676 г. в одном из шестнадцати знатнейших родов Рос-
сийского государства, в фамилии князей, превосходя-
щих древностью рода большинство европейской знати.
Князья Черкасские, Одоевские, Голицыны, Воротынс-
кие, Хованские, Долгоруковы и другие первые лица го-
сударства были как родственники у колыбели князя Бо-
риса, восприемником которого стал только что взошед-
ший на престол царь Фёдор Алексеевич и его сестра
царевна Екатерина Алексеевна.
Младенца особенно ласкали, поскольку его мать,
княгиня Феодосия Алексеевна (урожденная Одоевская),
скончалась вскоре после родов. Бориса баловал дед,
394См., напр.: Луи де Ревруа герцог де Сен-Симон. О пребывании
Петра Великого в Париже в 1717 году // Журнал Министерства
народного просвещения, 1856. Ч. 89. № 1. Отд. 2. С. 1— 24.
247
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
боярин князь Григорий Семёнович, и бездетный дядя,
воспитатель царя Фёдора боярин князь Фёдор Фёдоро-
вич, но особенно бабка, княгиня Ульяна Ивановна, жена
боярина князя Алексея Никитича Одоевского395 — ум-
ная, набожная и всеми уважаемая при дворе.
Княжич был бы совершенно счастлив, если бы не
непрестанные болезни. Ему оперировали грыжу, потом,
в четырехлетием возрасте — нарост на ноге. На седьмом
году Борис упал с лихого коня из государевой конюш-
ни; нога была зажата стременем и он сильно, чуть не до
смерти ободрался. В том 1682 г. Куракины прятались от
восставших «в похоронках», как и большинство знати,
думая, что на них идет охота.
К этому времени умер дед, а вскоре княжич с отцом
отправился на воеводство в Смоленск, ибо был самым
любимым его сыном. Года не прошло, как мальчик вер-
нулся в Москву с мертвым телом отца.
Княжич учился славянской грамоте и закончил учение
на 9-м году, когда скончалась и мачеха Марья Петровна,
урожденная княжна Прозоровская. В том же году Борис
упал со строительных лесов и сильно расшибся. С этих
пор его то и дело валила огневица, трепала лихорадка,
мучила испорченная кровь и появлявшиеся то и дело язвы.
Однако княжич находил в себе силы выполнять обя-
занности спальника царя Петра, а после свержения Со-
фьи участвовал в его потехах под дворцовым селом Се-
мёновским, в рядах рейтар ворчливого генерала Петра
Ивановича Гордона (о нём и других лицах см. коммен-
тарии к «Гистории»).
395 Сына знаменитого государственного деятеля Н.И. Одоевского
и Е.Ф. Куракиной.
248
Взгляд русского аристократа
С виду толстый и неповоротливый, многими с тру-
дом переносимый, пятнадцатилётний князь Борис ока-
зался столь прыток, что перед ним не устояла сестра
царицы Прасковьи (жены Петра I), дочь боярина Фёдо-
ра Абрамовича Лопухина — 13-летняя Ксения. Ни вы-
сокие терема, ни ограды, ни многочисленная охрана и
слуги не смогли стать препятствием юной любви.
Подростки, как всегда, невзирая на тяжеловесные
обычаи старших, уже год «как муж с женой жили»,
когда перед Масленицей был объявлен их официаль-
ный сговор (помолвка). Знатнейшие люди государ-
ства, князья Одоевские, Долгоруковы, Голицыны,
Пушкин, Прозоровский, Черкасский, Салтыков и дру-
гие бояре участвовали в торжественном выезде и да-
рили подарки молодым. После Петрова дня состоя-
лось венчание супругов, одному из которых было 16,
а другой — 14 лет.
При разделе отцовского наследства князю Борису
досталось самое худое, так что хлеба и ветчины своей не
было — даже продукты для семьи ему приходилось по-
купать, пока хозяйство не наладилось. Да и дома своего
у молодых не было — его Борис Иванович построил в
Москве сам, находя время между светской жизнью и цар-
ской службой.
Князь ездил с Петром на Переяславское озеро, уча-
ствовал в царских потехах, но ограничивал себя — как
делал всю жизнь, с трудом поддерживая здоровье. Едва
вылечив от болезни жену, Борис Иванович ездил с дво-
ром на Белое море, участвовал в Кожуховских манев-
рах, пошел прапорщиком первой роты Семёновского
полка в Азовский поход против турок в 1695 г.
249
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
К подвигам князь Борис не рвался, тем паче под ко-
мандой вечно пьяного Лефорта, Гордона и Головина, у
которых войска мерли от холода, болезней и безудерж-
ных турецких вылазок. Однако Куракин участвовал в
сражении, знамя в его руках было пробито двумя ядра-
ми, слева под мышкой кафтан и рубаху пробило пулей.
Новоизбранными и только что обученными «потешны-
ми» солдатами князь остался доволен: «Семёновский
полк первое слово зажил».
На обратном пути от так и не взятого Азова умер
брат Михаил, поручик пятой роты, а сам Борис неде-
лю пролежал в степи в беспамятстве от злой горячки.
Очнувшись, он велел слугам облить себя холодной
водой со льдом и лить до тех пор, пока не потерял
сознание: лихорадка отступила, и к осени князь вер-
нулся в Москву.
Под командой славного воеводы, боярина Алексея
Семёновича Шеина, во второй поход поручик первой
роты Куракин шел веселее. Азов в 1696 г. взяли профес-
сионально, без глупых потерь, и прошли торжествен-
ным парадом по Москве.
Только дом князя сгорел, сам он свалился от чахот-
ки, «ипохондрии и меланхолии», теснило мозг, Борис
сох и слабел. Князь едва встал, получив приказ ехать
для навигационных наук в Италию.
Сын Куракина Александр Борисович родился, когда
князь был в Венеции, а жена умерла на третий день по
его возвращении в Москву в 1698 г. За два года Куракин
обошел по морю Адриатику, был в Польше, Вене, Баре,
Неаполе, Риме и на Украине. Он вернулся, блестяще зная
итальянский язык, со свидетельством об овладении на-
250
Взгляд русского аристократа
уками: арифметикой, теоретической и прикладной гео-
метрией, тригонометрией, планиметрией, астрономией
практической, навигацией, механикой, фортификацией
наступательной и оборонительной.
Знания князь немедленно применил на Воронежских
верфях, куда после заграничного вояжа и истребления
восставших стрельцов прибыл сам Петр. «Свидетель-
ство в науках навигационных» многих посланных
учиться за границу лиц привело царя в расстройство:
мало кто мог овладеть указанными знаниями за столь
краткий срок. Зато невероятное трудолюбие Куракина в
учёбе было государем высоко оценено, и высочайшее
одобрение сняло с князя клеймо увальня.
Борис Иванович был послан на флот, тогда как по-
чти всех его соучеников разогнали по домам. Волонте-
ром на галере он ходил по Азовскому морю до Керчи,
которой ограничивалось отвоеванное Петром водное
пространство. Без него вновь сгорел московский дом,
дети болели оспой и корью. По возвращении в Москву
Куракин срочно женился на княжне Марье Фёдоровне
Урусовой — надо было иметь в семье хозяйку, ибо сам
он уходил капитаном под Нарву.
На войне было страшно: приятеля князя Мещерско-
го били кнутом, гнев царя не знал удержу по пустякам,
но Борис Иванович отделался суточным арестом. Рус-
ская армия, отданная царём под команду иностранцам,
была наголову разгромлена, а её командование сдалось.
В то время у князя умер новорожденный сын Сергей
и был убит зять — Иван Степанович Салтыков. Едва
оправившись от приступов меланхолии и язв, Куракин
пошел брать Нотебург, русский Орешек.
251
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Награда и чины при дворе сыпались как из ведра,
ордена Андрея Первозванного, пожалованные сперва
только Ф.А. Головину и гетману Мазепе, лились дож-
дем, Сашка Меншиков стал князем, Гаврила Головкин —
графом, Федька Апраксин — генерал-адмиралом, Петь-
ка Шафиров — президентом государственной канцеля-
рии. Все стремились притиснуться к временщикам, что-
бы поймать фортуну. А Куракин был страшно раздра-
жен, когда без его ведома племянницу княжну Марью
выдали за племянника всесильного Апраксина: выйдя
«за так низкую фамилию», девица «фамилии своей ве-
ликое уничижение сделала!»
Гордость заставила князя подняться от тяжелой бо-
лезни и отправиться на бурное озеро Ладогу: шторм
привел его «в великий страх», однако когда майор Мей-
ер не справился с делом «в баталии», командовать лод-
ками «вместо майора» стал Куракин. Во время осады и
приступа к крепости князь руководил под вражеским
огнём переправой «и в переездах в день с берега на берег
в лодке видел некоторой немалой страх».
После взятия Шлиссельбурга гвардейские полки
двинулись на Нотебург. Там князь под жестоким огнем
командовал осадными работами солдат Семёновского
полка: «стрельба была великая, и многих убили». «На-
казной майор» Куракин с четырьмя ротами по взятии
города ходил на лодках в Финский залив и выбирал
место для Санкт-Петербурга.
В московском параде победителей он не участво-
вал — заболевшего ногами князя оставили одного, од-
нако по возвращении в Москву пожаловали майорским
чином в Семёновский полк. В то время умер брат князя
252
Взгляд русского аристократа
Бориса с семьей: не успев снять траур, майор водил полк
на приступ Нарвы — «и взяли город одними шпагами в
три четверти часа», предварительно исповедавшись и
причастившись.
Куракин был счастлив вниманием государя и царед-
ворцев; в ноябре 1703 г. с семёновцами и артиллерией
«в команде моей отпущен к Москве».«Шли в Москву
строем, а я шёл и вел Семёновский полк», — вспоминал
князь. Но той же зимой его «внутренний секрет» стал
«публичен» — язвы и пятна с ног перешли на всё тело и
лицо.
Болезнь вроде проказы разыгралась на этот раз осо-
бенно сильно, не помогало самое упорное лечение, Ку-
ракин настолько ослаб, что, отправившись к армии в
Вильно, поначалу проезжал только пять верст в сутки и
даже подумывал вернуться назад.
Когда князь бледной тенью предстал перед госуда-
рем, тот не медля послал его лечиться в Карлсбад. По
пути в Кёнигсберг и Кольберг Куракин «неутешно пла-
кал», что выехал на службу: ведь разрешено было ему
на Москве хоть год пожить! Однако он удачно проско-
чил мимо шведских кораблей на Балтике и через Берлин
и Дрезден достиг курорта, где от ужасного безделья стал
писать воспоминания.
Выучив немецкий и приказав сделать то же самое
сыну и дочери, больной Куракин поехал через Лейпциг
в Амстердам. Там он лечился и занимался делами восемь
месяцев, на обратном пути прожил шесть недель в Брес-
лау и вернулся в Москву, где пробыл всего четыре неде-
ли. Князь был срочно вызван в царский лагерь в
Польше, невиданно обласкан Петром, «и от князя Мен-
253
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
шикова, и от прочих министров», произведен в подпол-
ковники и отправлен с секретной миссией в Рим.
Борис Иванович выехал из русского лагеря под
Жолквой 18 января 1707 г., посетил Краков, Вену, Ве-
нецию, Болонью и Флоренцию, всюду получив долж-
ное «всем князьям от крови» уважение, а затем шесть
месяцев уговаривал папу римского не признавать швед-
ского ставленника Станислава Лещинского королем
польским. Как обычно, занятого трудным делом под-
полковника болезнь почти не тревожила. Правда, для
оправдания расходов пришлось продать собственное
село, но дипломатическая миссия была совершенно вы-
полнена.
Можно было повеселиться в Венеции со старым дру-
гом Франциском Морозини и другими знатными особа-
ми, от которых князь «великие приязни получил». При
том он «был влюблен в славную хорошеством одну
гражданку396, называлася синьора Франческа Рота, ко-
торую имел за метрессу во всю ту свою бытность». Обо-
шлась она за два месяца в 100 червонных, зато Куракин
«так был влюблен, что не мог ни часу без нее быть».
«И расстался с великою плачью и печалью, — вспо-
минал Куракин о прощании с Франческой,— аж до сих
пор из сердца моего тот амор не может выйти и, чаю, не
выйдет. И взял на память ее портрет, и обещал к ней
опять возвратиться, и в намерении всякими мерами ис-
кать того случая, чтоб в Венецию на несколькое время
возвратиться жить».
396 Венеция была республикой, поэтому князь, как знаток евро-
пейской политики, верно именует знаменитую куртизанку Франческу
Рота «гражданкой».
254
Взгляд русского аристократа
Раб родового долга перед Россией, конечно, никог-
да не достиг своей мечты о соединении с возлюбленной.
Дела государства были для князя превыше всего. Даже
бурно резвясь в Венеции (и едва не подравшись на дуэ-
ли с дожем), Куракин договорился об обмене диплома-
тическими миссиями. В феврале 1708 г. он был уже в
Вене, где получил, несмотря на своё инкогнито, прием у
«всех министров и князей многих», а затем у самого
императора.
Из Вены указом Петра князь был направлен в Гам-
бург. Он также заехал в Голландию, откуда через Бра-
бант, Саксонию, Австрию и Венгрию вернулся в родное
государство, по пути изрядно позабавившись среди ари-
стократии разных стран и завязав контакты с графом
Нейратом, Шомбергами, принцем Ракоци и другими
виднейшими политическими фигурами, осмотрев доро-
ги и пересчитав войска. Кстати же отписал домой, велев
тестю своему А.Ф. Лопухину учить сына латыни, а
дочь — французскому и танцам.
К русской армии в Погары Куракин прибыл как
обычно в самый горячий момент: непобедимый король
Швеции Карл XII шел на Украину. Гетман Мазепа из-
менил, «во всех местечках малороссийских и селах были
бунты». Хорошо еще, что по пути князь Борис заехал в
Киев к губернатору князю Голицыну «и тут забавился
неделю» — потому что злобными происками Менши-
кова государь удалил его из армии, приказав подпол-
ковнику ехать в Киев, забрать там митрополита и дру-
гих первых духовных персон, растолковать им измену
Мазепы и привезти в Глухов для избрания нового гет-
мана.
255
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
«Дело бело причинно к потерянию живота» от шве-
дов, повстанцев и самих архиереев — «согласников оно-
му Мазепе»,— вспоминал князь. «С трудом и страхом по-
теряния живота» Куракин с тремя спутниками «тайным
образом» пересекли восставшие против царя районы Ук-
раины. Проклиная в душе подставивших его царедвор-
цев, князь Борис «уговорил» архиереев не только не под-
нимать на него киевлян, но смирно направляться в Глу-
хов для низложения Мазепы.
По дороге на Нежин стало известно, что король
Карл форсировал Десну. Куракин поймал двух мазе-
пиных конюхов, но по обычному своему человеколю-
бию отпустил, «а лошадей взял к себе». Так «с вели-
ким страхом проехали от Нежина до Путивиля», отку-
да князь уже спокойно отпустил архиереев в Глухов, а
сам свалился в лихорадке. Миссия не была поставле-
на ему в заслугу, зато удалось получить месячный от-
пуск домой.
Прибыв в Москву 19 ноября 1708 г., Куракин уже
19 декабря выехал в армию и на Рождество принял под
свою команду Семёновский и Астраханский полки.
В столице, побывку в которой князь «ставил себе за сча-
стье благодаря особому приему от всех», он засадил
сына учить получше латынь, а жену с дочерью, «хотя и с
противлением», взял от находившегося в опале первого
тестя «в дом свой...и, оставя тут, поехал».
Помимо двух пехотных, по прорезавшейся вдруг
странной приязни временщика Меншикова, Куракин
получил под начало шесть драгунских полков и «уже
перед многими имел любовь и приемность партикуляр-
ную, а особливо когда поднес бархат и другие вещи
256
Взгляд русского аристократа
римские». «И во весь тот зимней поход имели со шведс-
ким королем многие акции, а особливо знатных; в Го-
родном, где и нашего гвардии полку Семёновского часть
была спешена, да под Сокольними... да под Опошнею,
где взяли несколько полону и две пушки».
Перемена петровской милости на гнев в один час
поразила Куракина: ласкавшие его царедворцы и сам
Меншиков немедленно отвернулись от князя. От этой
несправедливости, когда войска уже искали с неприяте-
лем генеральной баталии, Борис Иванович чуть не смер-
тельно заболел — и «истинно рад был смерти, как су-
масшедший был. И хотя видев себя всегда болезненна,
был воздержан во всем — но тех часов уже нарочно все-
го вольно во всем себя допустил, не храня и не жалея
своего здоровья. И потом хоть не твердо, однако ж в
бодрость малую пришел, и был на баталии генеральной
с королем швецким под Полтавою, командуючи полком
лейб-гвардии Семёновским. И во всем том случае неот-
ступно был аж до самого конца баталии. По той бата-
лии все взысканы триумфом, подарками, чинами, дерев-
нями, крестами кавалерскими — только за несчастие я
один остался».
Эта опала после Полтавской битвы «ни за что» и
несправедливое забвение его боевых заслуг были осо-
бенно обидны Куракину: ведь он «той зимы и в ту быт-
ность имел всегда от сердца прилежание и трудился,
себя хотя показать, но оное ни во что вменено и зага-
шено».
Вдобавок расстроилось сватовство сына графа Го-
ловкина к дочери князя Бориса Татьяне, случившееся
прежде «несчастия» с его опалой (и вообще все дети
257
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Куракина при его жизни не нашли себе партий)397. Так
он был печален, что оправившись от нового приступа
болезни, в именины свои, «стоя во церкви братцкой у
ранней обедни, не мог удержаться воспоминания злости
дней моего жития».
В октябре 1709 г. Куракин был послан инкогнито ко
двору Ганноверскому; проведя там одиннадцать меся-
цев, отправился с секретной миссией в Англию к коро-
леве Анне. В войне за Испанское наследство дело шло к
концу. Англия, в союзе с Нидерландами, Священной
Римской империей германской нации и сателлитами,
еще с 1701 г. воевавшими с Францией и Испанией, гото-
вилась урвать заслуженный кусок. Так что Лондон был
одним из важнейших с точки зрения дипломатии мест.
О намерениях Англии Куракин рассказал Петру в
1711 г., проведя с государем своего рода отпуск в Сак-
сонии и не миновав курортный Карлсбад. То ли ввиду
политической целесообразности, то ли забыв о причи-
нах своего гнева на князя, Пётр в дополнение к званию
полномочного министра при английском дворе назна-
чил Бориса Ивановича полномочным министром при
Генеральных штатах в Гааге, где уже пребывал граф Ан-
дрей Артамонович Матвеев (о нём мы рассказали выше,
в публикации Записок де ла Нёвилля).
Возможно, именно при общении с графом, автором
обличавших царевну Софью «Записок», у Куракина и
397Дети Куракина оженились и вышли замуж одновременно, в
1730 г.: сенатор и кавалер высших орденов князь Александр Куракин
взял в жены дочь сенатора Ивана Васильевича Панина, княжна Тать-
яна вышла за фельдмаршала князя М.М. Голицына (друга отца), а
княжна Екатерина за фельдмаршала графа А.Б. Бутурлина,— храбрей-
ших военачальников Петровской эпохи.
258
Взгляд русского аристократа
родилась идея объяснить по-своему коллизии в русском
правительстве конца XVII в.
Жизнь князя Бориса была предельно насыщена: пе-
реговоры с союзниками заставляли «переезжать непрес-
танно из Голландии в Англию, а из Англии в Голлан-
дию. И того ради принужден был содержать два дома и
двойной экипаж».
Однако высокая работоспособность Куракина по-
зволяла находить время для увеселений, среди которых
не последнее место занимали умные беседы. Несмотря
на крайнее различие исторических взглядов, с графом
Матвеевым (служившим послом в Нидерландах еще с
1699 г.) они сработались. Когда в марте 1712 г. Андрей
Артамонович отправился послом в Вену, уже в августе
следом выехал с особой миссией Куракин.
Очень быстро князь Борис Иванович стал главным
представителем России на Западе. Уже в конце 1711 г. он
был назначен полномочным министром на конгресс в
Утрехте, где в 1713 г. был подписан мирный договор Ан-
глии, Нидерландов и Империи с Францией и Испанией.
Защита интересов России требовала от Куракина
контакта с русскими представителями при всех европей-
ских дворах, что он успешно и осуществлял, выполняя
заодно многочисленные поручения царя Петра, то и
дело вызывавшего его на личные встречи в Померанию.
14 сентября 1712 г. князь Борис Иванович был про-
изведен в генерал-майоры российской армии (каковой
чин многие его товарищи получили еще после Полта-
вы), а 6 октября взял на себе еще и коммерческие пере-
говоры с Нидерландами. В 1713 г. Куракин получил чин
тайного советника и дополнительно к прежним обязан-
259
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ностям стал «чрезвычайным и полномочном послом при
конгрессе мирных трактатов, имеющих быть между Рос-
сией и ея союзниками — с одной, и короною Швед-
кою — с другой стороны».
Отдавая дань военным увлечениям, князь Борис Ива-
нович выкраивает время, чтобы с прусско-датскими вой-
сками участвовать в осаде Штральзунда, а также присут-
ствует в десантах на остров Рюген. Признавая его способ-
ность разорваться на много частей, царь Пётр 11 февраля
1715 г. дает Курагину грамоты на заключение «ближняго
союза» с датским королем Фридрихом и английским ко-
ролем Георгом-Людвигом, причем с Англией вдобавок
поручается организовать «наступательный и оборони-
тельный союз противу короны Шведкой».
В 1716 г. князю Борису дается «всемерная и совер-
шенно полная мочь» на заключение оборонительного и
коммерческого договоров с Англией. К зиме Пётр I сам
объявился в Амстердаме и, удовлетворенный тамошним
приемом, взял князя Куракина во Францию. Май и июнь
1717 г. в Париже были для дипломата довольно сума-
тошными, зато он получал от государя высший орден Св.
Андрея Первозванного. Украшенный долгожданным ор-
деном, он в сентябре стал осуществлять «полную и все-
мерную мочь» на переговорах о мире со Швецией.
Фактическое положение Куракина как руководителя
российской дипломатии в Западной Европе было зак-
реплено в 1722 г.. Отправляясь в Персидский поход,
Пётр I дал ему «полную мочь со всеми министрами рос-
сийскими, при иностранных дворах находящимися,
иметь переписку, и повелел при том всем министрам,
чтобы они во всяких государственных делах вместо его,
260
Взгляд русского аристократа
государя, уведомляли сего князя Бориса Ивановича Ку-
ракина, и получаемый от него решения и наставления
принимали как бы его, государя, собственная».
В помощь для выполнения столь обширных функ-
ций к послу был отправлен сын, камер-юнкер князь
Александр Куракин. Ни штатов, ни, главное, денег по-
слу еще с 1720 г. не давалось. Впрочем, и полученные
ранее суммы никак не покрывали дипломатических рас-
ходов. Куракин щедро тратил свои деньги, распродал
большую часть имений и «пришел в великие долги, ко-
торых долгов ныне, — писал князь Петру в 1723 г., — не
имею способа ко оплате». Казна ограничилась посыл-
кой Борису Ивановичу задержанного жалованья и оп-
латой его дорожных расходов, однако князь Борис как-
то выкрутился с долгами.
13 февраля 1724 г. Куракин «яко чрезвычайный и
полномочный посол» переехал в Париж «для вящаго
утверждения дружбы» с французским королем. Там
49-летний дипломат и переждал события, связанные со
странной смертью Петра и возведением на престол его
вдовы Верховным тайным советом во главе с Меншико-
вым. В 1726 г. императрица Екатерина I пожаловала ему
чин действительного тайного советника. А 17 октября
1727 г. князь Борис Иванович скончался в Париже на
руках сына, доставившего его тело в Московский Чудов
монастырь398.
В завещании Борис Иванович велел своему сыну на
остатки фамильных средств построить госпиталь с цер-
3,8Могила Б.И. Куракина исчезла в советское время вместе с
Чудовым монастырем: над его костями в Кремле был возведен сто-
ящий до сих пор Дворец съездов.
261
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ковью для 15 заслуженных офицеров и снабдить его ис-
точниками доходов для содержания ветеранов на долж-
ном уровне399. Князь справедливо полагал, что частный
дом инвалидов — это все, на что могут надеяться отстав-
ные офицеры за свои заслуги перед Российским госу-
дарством.
Куракин слишком долго и слишком остро воспри-
нимал несправедливости при распределении наград и
почестей, пока, разменяв пятый десяток, не убедился в
ложности своей исходной позиции. Когда и где в России
было правило награждать по заслугам? А поелику та-
кого правила не существует, от государства нечего ждать
и тем более глупо на него обижаться.
Эта мысль посетила князя Бориса Ивановича еще
весной 1723 г. в Гааге, когда он писал Петру о своих
долгах. «Я, — сообщал Куракин, — уповая на всемилос-
тивейшее Вашего Величества ко мне призрение, принял
сие дерзновение нижайше просить о необходимой и
крайней моей нужде и состояния моего убогого, не имея
никакой амбиции... требовать каких награждений за все
мои... верныя и прилежная службы... но я пребуду в той
же верности и прилежности во всех делах Вашего Вели-
чества до кончания жизни моей»400.
Именно в это время князь Борис Иванович, успоко-
ив свой дух, начал писать «Гйсторию России», предис-
ловие и сохранившаяся часть которой публикуется. Пе-
ред тем, как «книгу писать формально», Куракин соста-
399Что и было исполнено. Инвалидный дом в Москве у Красных
ворот просуществовал под попечительством Куракиных до револю-
ции 1917 г.
400Архив князя Ф.А. Куракина. Кн. 1. С. 290.
262
Взгляд русского аристократа
вил список важнейших действующих лиц401 и «Ведение
заглавий книги сей начатой, которая имеет быть учине-
на к пользе и славе народу Всероссийской Империи»402,
как это планировал еще царь Фёдор Алексеевич в со-
хранившемся Предисловии к российской истории403.
«Гистория» Куракина должна била начаться с воп-
роса, «отколь Славяно-росейской народ вышел», крат-
ко рассматривать события со времен Киевской Руси до
смерти царя Алексея Михайловича и подробнейше трак-
товать явные и тайные дела последней четверти XVII —
первой четверти XVIII в., т.е. времени царствования Пет-
ра. О том, насколько реализация соответствовала за-
мыслу, легко судить, сравнив первоначальное оглавле-
ние с публикуемым текстом Гистории404:
93. О смерти царя Фёдора Алексеевича.
94. О случившемся бунте.
95. О избрании на царство царя Петра Алексеевича.
96. О избрании потом его брата.
97. О интригах царевны Софьи.
98. О начатии ея правления.
99. О фаворите ея князе Голицыне.
100. О интригах амурных всех принцесс.
101. О правосудии царевны Софьи и о распростра-
нении и богатстве государства.
102. О подтвержении миру с Швециею.
103. О подтвержении миру с поляки.
104. О войне на Крым, и о воеводах, и полках.
401 Архив князя Ф.А. Куракина. Кн. 1. С. 95—100.
402Там же. Кн. 1. С. 79-94.
403 См. текст: Замысловский Е.Е. Царствование Фёдора Алексееви-
ча. СПб., 1871. Приложения. С. XXXV—XIII.
404 Номера глав по порядку; всего планировалось 344 главы.
263
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
105. О интригах придворных между двумя партия-
ми: царевны и царя Петра Алексеевича, в которых князь
Голицын другой405 обходился.
106. О побеге царского величества в Троицкой мо-
настырь.
107. О всем том бунте, и о ссылке царевны в монас-
тырь, и Голицына, и протчее.
108. О принятии правления царицы Натальи Кирил-
ловны.
109. О бытности в Троицком монастыре.
110. О возвращении к Москве и начатии правления.
111. О воспитании его величества.
112. О его забавах и первой потехе в Троицком мо-
настыре.
113. О приведении через князя Бориса Алексеевича
Голицына иноземцов ко двору.
114. О двух полках потешных, а потом названных
Преображенской и Семёновской.
115. О начатии фавору Лефорта.
116. О потехах под Семёновском и Кожухове.
117. О начатии учения математики чрез Франца Ти-
мармана и екзерцицей (упражнений)406 на шпагах и на
лошадях.
118. О начатии строения шлюпок и судов морских.
119. О начатии носить шляп и камзолов немецких.
120. О начатии вечеринок и прочих забав в (Немец-
кой) слободе.
405Т.е. князь Борис Алексеевич, а не канцлер Василий Василье-
вич Голицын (о них см. выше в комментариях к Запискам де ла
Нёвилля).
406Здесь и далее в круглых скобках пояснения мои — А.П. Богданов.
264
Взгляд русского аристократа
121. О начатии забав святошных и протчаго. NB407.
122. О начатии фаворитов Буженинова, Лукина,
Меншикова, Воронина и других.
123. Роспись всем персонам в правительстве.
124. Роспись всем персонам, кому акциденты (не-
счастия) какие случились.
125. Роспись всех других. NB.
126. О бунте стрельцов.
127. О смерти царицы Натальи Кирилловны.
Смерть не позволила князю Борису Ивановичу Ку-
ракину завершить свою «Гисторию», да и дошедший до
нас отрывок представляет, скорее всего, не отшлифо-
ванный текст, а первоначальный вариант. Однако и он
имеет огромную историческую ценность и отражает уни-
кальное литературное дарование автора.
Текст «Гистории» публикуется так, как он был на-
писан автором, без адаптации или перевода на совре-
менный нам русский язык. Да, в оригинале его труднее
читать. Давно замечено, что из-за особенностей языка
мысль старинных русских авторов воспринимается бо-
лее запутанной, чем в сочинениях иностранцев, кото-
рые принято публиковать в переводе на современный
русский литературный язык, каким бы плохим и без-
грамотным языком не был написан оригинал. Но «Ги-
стория» Куракина не нуждается в таком «исправле-
нии». В ней дышит сама эпоха перемен, когда русский
язык не был орфографически и грамматически выдер-
жан, когда в него входило множество новых слов, а
407Знак NB — nota bene (по-латыни «хорошо заметь»), поставлен
в рукописи.
265
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
просвещённые авторы самостоятельно искали способы
выражения своих мыслей.
Сегодня, благодаря моим публикациям, любители
истории России и её великого языка могут получить
истинное удовольствие, сравнив речь знаменитого «пет-
ровца» Куракина с историческими сочинениями его
старших современников, первых русских учёных-исто-
риков Сильвестра Медведева, Игнатия Римского-Кор-
сакова и Андрея Лызлова408.
Князь Борис Иванович Куракин
ГИСТОРИЯ О ЦАРЕВНЕ СОФЬЕ И ПЕТРЕ
ПРЕДИСЛОВИЕ409
В помощи Вышняго и в надеянии Его святой милости
продолжение веку моего и во исцеление от моей болезни,
начинаю сей увраж (опыт), давно от меня намеренной, в
пользу моего Отечества Всероссийской империи и в угод-
ность публичную, прося Вышняго, дабы благословил мне,
по моему желанию, ко окончанию (сей труд) привести.
Понеже Российская империя от давняго времени сла-
ву свою имеет, как чрез дела военные, так и чрез распро-
странение великое своих земель; славу же свою издревле
4МБогданов А.П. Россия при царевне Софье и Петре I. Записки
русских людей. М., 1990; Лызлов Андрей. Скифская История. М., 1990
(Серия «Памятники исторической мысли»); Игнатий Римский-Корса-
ков. Генеалогиа. М., 1994.
409Названия сочинения (оно встречается в других бумагах Ку-
ракина) и подзаголовков в тексте нет,— они введены по смыслу
нами. — А.Б.
266
Гистория о царевне Софье и Петре
так имела, что народ Славянороссийский от того свое
имя восприял и назван Славянороссийский народ, то есть
от славных своих дел военных.
Но доныне еще справедливаго описания гистории о
сей Империи не явилось, того ради понужден сей увраж
учинить — Гисторию о сей Империи, собрав из многих
рукописанных ведомостей так пространно, сколько мог
быть в состоянии собрать, присовокупляя притом о всех
делах политических всего царствования Петра Великаго,
императора Всероссийскаго, так и о всей войне противу
Швеции, начатой 1700 году; также и о всех негоциациях с
другими потенциями (сношениях с другими государства-
ми), а особливо которые происходили чрез меня во всю
мою бытность в посольствах при чужестранных дворах,
начав с 1707 года — первой моей комиссии (дипломати-
ческой миссии) при дворе Римском — и по се число410 пос-
ледующих, как при республике Венецкой, при дворе Це-
сарском (императорском), с вольным городом Гамбургом,
при дворе курфистра Гановерского, при дворе Агленском,
при Статах генеральных Седми провинций (Нидерландов),
при дворе Прусском и Дацском, при дворе Французском.
И разделяю сей мой увраж на части для лутчего вра-
зумления читателю.
Первая часть: гистория Славянороссийской Империи
древняя от начала и по царство царя Михаила Фёдорови-
ча411, первого сей царствующей фамилии Романовых.
410Автограф предисловия к Гистории, находившийся в XVI томе
рукописей князя Б.И. Куракина на л. 111 — 114, датирован 7 (по
новому стилю 18) мая 1727 г.
411 Михаил Фёдорович (1596—1645) — первый царь династии Ро-
мановых, избран на престол Земским собором в 1613 г.
267
Царевна Софья и Петр. Драма Софии
Вторая часть: гистория с царства царя Михаила
Фёдоровича и по се число.
Третья часть: особливо о войне со Швецией.
Четвертая часть: о всех придворных интригах,
происходящих во время царствования Петра Велико-
го, понеже я тому сам свидетелем был, и от младенче-
ства лет моих воспитан был при дворе и всегда неот-
ступно при нем был, во всю войну, и даже в самую
баталию Полтавскую по 1709 г. А потом отлучился
от двора отправлением моим ко двору Гановерскому и
в Англию. И с того числа по се время отлучился двора
и, при помощи Вышняго, продолжал моё время в по-
литических делах. Однакож, хотя и отлучен был, но
сколько мог сведом быть в отбытность мою, о интри-
гах, при дворе происходящих, по самую смерть Петра
Великаго и по нем, по се число, не оставлю ж объя-
вить.
Пятая часть412: о всех негоциациях, происходящих
чрез меня при всех дворех моей комиссии.
Сей мой увраж начал с помощью Вышнего, в сла-
бом моем здоровье, уповая на Его святую милость
благополучно ко окончанию в добром здравии при-
вести.
При сем мой же не хочу оставить и не дать знать
читателю, чтоб понимал так, что сия «Гистория» и все
описание есть полное о сей Империи, понеже все, что
мог собрать и к моему ведению есть — то объявил, и за
верное имеет принять. Но полную Гисторию ожидать
надобно чрез других, кто в том впредь труд свой также
412В тексте ошиб.: «Четвертая».
268
[история о царевне Софье и Петре
имеет приложить. Но прошу моего читателя в настоящее
время сим удовольствоваться, а на предбудущее от дру-
гих к своему удовольствию ожидать413.
СМУТА 1682 г. В МОСКВЕ
(В) 7190 году (от Сотворения мира), от Рождества
1682 г., его величество государь царь Фёдор Алексее-
вич преселился в вечное блажество апреля месяца
(27)414 числа в ночи. И был отягчен болезнями с мла-
денчества своего, и особливо скорбутика (цинги) и сла-
бости в ногах, от которой скончался. Всего лет жития
его было (20 лет и 11 месяцев), всего царствования
(6 лет и 3 месяца)415.
И по обычаю, когда смерть случается коронованной
главе или крови их, ударено было в соборной большой
колокол трижды для знаку народного.
И тогда ж, и на утрие патриарх Иаким416 и вся пала-
та собрались, и все чины знатные и персоны ко двору.
И когда патриарх объявил всем о смерти и предложил о
избрании на царство из двух братьев, царевича Ивана и
Петра Алексеевичей, и стало быть несогласие как в боя-
рах, так и площадных: одни — одного, а другие — дру-
гова (хотели на царство).
413 Следующий далее текст Гйстории сохранился согласно указанию
его издателя М.И. Семевского, в черновом автографе князя Б.И. Кура-
кина, вплетённом в рукопись XVI тома его архива, л. 21—91. Текст с
исправлениями и вставками был написан беглым почерком на больших
листах с полями в половину страницы.
414В тексте ошиб.: «марта», — а вместо даты оставлен пробел.
415 В тексте вместо цифр оставлены пробелы.
416Так Куракин именует патриарха Иоакима (Савёлова).
269
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Однако ж большая часть, как из бояр, и из знатных,
и других площадных417, также и патриарх явились склон-
ны избрать меньшого царевича Петра Алексеевича418.
И по многом несогласии того ж дня избрали царем ца-
ревича Петра Алексеевича. И в Крестовой (палате), и у
Спаса (в домовом храме) начали крест целовати, также
и в (Успенском) соборе и на площади шляхетству и на-
роду, а на Красном крыльце гвардии стоящей того дня
(было приведение к присяге новому царю).
И того ж времени на Лобном месте в народ об из-
брании прокламация учинена и указы посланы были по
всем приказам стрелецким и слободам419, дабы крест це-
ловали, и по всем приходским церквам памяти были
разосланы об молении (за нового царя) и упоминании
церковных прошений. Также по всем провинциям и го-
родам указы были посланы о прокламации новоизб-
ранного государя и целовании креста420.
417Обычно «площадными» называли подьячих, писавших доку-
менты на Ивановской площади Кремля и служивших ходатаями по
частным делам. Но аристократ Куракин именует так всех неродовитых
государственных служащих, не допускавшихся в царский дворец, т.е.
остававшихся обычно «на площади», а не на Боярской площадке,
куда собирались дворяне, и тем более не «в Верху», куда допускалась
лишь высшая знать, архиереи и члены Боярской думы: бояре, околь-
ничие, думные дворяне и думные дьяки.
418Которому исполнилось 10 лет, тогда как Ивану — 16.
419 Московские стрелецкие полки-приказы (из 500 бойцов со сво-
ей артиллерией) постоянно жили в окружавших столицу самоуправля-
емых поселениях-слободах, откуда ходили на службу по всей Руси.
420Куракин описывает обычную процедуру приведения всех под-
данных России к присяге новому государю, когда «крестоцеловаль-
ные грамоты» рассылались из московских ведомств-приказов по всем
уездным городам, где их размножали и посылали по всем сёлам, куда
должен был сходиться для «целования креста» народ из окрестных
деревень, хуторов, заимок и т.п. Не целовавшие креста за отдалённо-
стью от человеческого жилья должны были принести присягу, как
только появятся в ближайшем храме. Иноверные подданные также
получали грамоты, но клялись царю и его семье в верности по своим
обычаям — «приносили шерть».
270
[история о царевне Софье и Петре
(В) особливости надлежит объявить, кто партию
держал царевича Иоанна Алексеевича, и также другую.
И первая партия весьма слаба была, токмо что Ми-
лославские — Иван Михайлович с родом421, и некоторые
по свойству к ним. А из площадных также некоторые
малые.
Но партии царевича Петра Алексеевича первой
князь Борис Алексеевич Голицын, который был крав-
чим (виночерпием) у умершего царя Фёдора Алексее-
вича. И оный с патриархом Иакимом вывел в Кресто-
вую (палату) царевича Петра Алексеевича к боярам, и
проклемовали (объявили царём), и крест стали (ему)
целовать.
Также боярин князь Юрий Алексеевич Долгорукой с
сыном, князем Михаилом Юрьевичем, и весь их род ли-
421 Милославские, Иван Михайлович с родом — фамилия Милос-
лавских возвысилась после женитьбы царя Алексея Михайловича на
Марии Ильиничне Милославской, а всесильного боярина Б.И. Моро-
зова, царского воспитателя, на ее сестре Анне в 1648 г. Боярин Иван
Михайлович Милославский управлял множеством приказов и особен-
но усилился при царе Фёдоре (1676—1682): только объединение
знати, административных дельцов и церковных иерархов позволило
на последнем году жизни Фёдора оттеснить его от слишком большой
для «выскочки» власти. Известное властолюбие Ивана Михайловича
заставило придворных сделать ставку на малолетнего Петра, по мате-
ри Нарышкина, и посадить его на престол вместо 16-летнего царевича
Ивана, при котором к власти могли вернуться Милославские. Восста-
ние, последовавшее за дворцовым переворотом в пользу Петра, по-
зволило Ивану Михайловичу попытаться вернуть своё влияние, но
придворное большинство отразило эту попытку, и с лета 1682 г.
боярин был «аки мертвый забвен». Только в 1690-х гг. свергнувшие
царевну Софью (по матери Милославскую) Нарышкины изобразили
его «возмутителем» стрельцов; это было тем легче сделать, что Иван
Михайлович умер в 1685 г.; легенда, обросшая фантастическими под-
робностями, пропагандировалась очень настойчиво и дожила до на-
ших дней.
271
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
нии Фёдоровичев Долгоруких422. Также князь Григорей
Григорьевич Ромодановской423 и другие многие, и из
знатных, и из площадных.
И того ж дня послан курьер с указом на Пустоозеро
к Артамону Сергеевичу Матвееву, и (бывший канцлер)
оттуль из ссылки взят.
Но когда указы по слободам стрелецким явились о
том избрании и целовании креста, тогда во многих при-
казах началось быть замешение, и многие полки креста
не похотели целовать, обьявя, что надлежит быть на
царстве большему брату424.
И так продолжалось несколько недель.
422Род линии Фёдоровичев Долгоруких — 27 апреля 1682 г. фа-
милия Долгоруковых, потомков святого князя Михаила Черниговс-
кого, выступила на стороне Петра, надев под парадное платье панци-
ри и припрятав кинжалы, чуть не в полном составе. Молодые Фёдоро-
вичи — спальник Григорий, стольники Яков, Борис и Лука — были,
понятно, особенно ретивы, но вряд ли более чем Михайловичи (Васи-
лий, Владимир. Иван и Петр) и Дмитриевичи (Владимир и Иван).
Куракин выделяет Фёдоровичей, поскольку был хорошо знаком с
Григорием и Яковом Фёдоровичами — видными военными, диплома-
тами и государственными деятелями петровского времени.
423Князь Григорий Григорьевич Ромодановский — выдающейся
полководец, прославившийся в боях с поляками. С 1657 г. бессменно
командовал Белгородским полком - основной русской армией, защи-
щавшей Украину. Закрепив за Российским государством Левобережье,
боярин в 1672-1676 гг. отбил у турок и татар Правобережье с центром
в Чигирине. Под этим городом регулярные полки Григория Григорье-
вича разгромили в 1677 г. армию Ибрагим-паши, а на следующий год в
боях нанесли несколько поражений осадившему город великому визи-
рю Кара-Мустафе. Ромодановский скрепя сердце выполнил тайный
указ царя разрушить Чигирин (что позволяло России выйти из войны
один на один с Турцией и Крымом) - и был ославлен изменником.
Покинув войска, князь жил на покое в Москве, но восставшие стрель-
цы и солдаты в 1682 г. вспомнили его «измену» и варварски убили.
424Перед смертью Фёдора Алексеевича стрельцы, с огромным тру-
дом добившись «правды» от самого государя, настояли на проведении
следствия о страшных злоупотреблениях одного из полковников, на
которого они, объединившись, всеми приказами «били челом», чтобы
272
Гистория о царевне Софье и Петре
А между тем временем царевна Софья Алексеевна, отца
и матери одной с царевичем Иоанном Алексеевичем, а с
царевичем Петром Алексеевичем разных матерей, которая
партия была брата своего царевича Иоанна Алексеевича,
желая его на царство посадить и правление государства в
руки свои взять, всячески трудилась в полках стрелецких
возмущение учинить. И все те происходили интриги чрез
боярина Ивана Милославского и двух его держальников,
Ивана Циклера425 и Петра Андреева сына Толстого426, кото-
рые по приказам стрелецким скакали и к бунту склоняли.
положить конец своему бесправию перед командирами. Но со смертью
Фёдора полковник был выпущен на свободу, и надежды стрельцов
добиться от «верхов» правды разбились в прах. Им не внушал никакой
надежды 10-летний Пётр, за которого, как было ясно, будут управлять
те самые бояре, которые всю зиму и весну покрывали стрелецкое на-
чальство. Надеяться, по словам стрельцов, которые они произносили на
полковых советах-«кругах», ещё можно было только на совершеннолет-
него Ивана, которого бояре отстранили от власти, чтобы бесконтрольно
грабить страну и мучить подданных. Командиры из охваченных волне-
нием стрелецких слобод были изгнаны, их «ушников» служивые в остра-
стку другим побросали с пожарных каланчей (помимо охраны порядка, в
мирное время стрельцы служили и пожарными).
425Иван Елисеевич Цыклер, сын наемного офицера, был пожало-
ван в стольники за отличия в войне с Турцией и Крымом (1679).
После Московского восстания 1682 г. в чине стрелецкого подполков-
ника помогал Шакловитому «разбирать» гвардию. В августе 1689 г.
он одним из первых явился к Петру в Троицу с доносом на своего
благодетеля и был пожалован Нарышкиными в думные дворяне.
В начале 1696 г. был неожиданно вызван с воеводства в Верхотурье,
обвинен в «заговоре» на жизнь Петра, оговорил царевну Софью и
был казнен 7 марта 1697 г. Поскольку прямые обвинения в адрес
царевны как члена царского рода не приветствовались, официальная
пропаганда изобразила Цыклера пособником давно умершего Милос-
лавского, над гробом которого Пётр публично надругался.
426Пётр Андреевич Толстой (1645—1729) — стольник, видный
дипломат, участвовавший, в частности, в возвращении из-за границы
царевича Алексея Петровича. К выдуманным интригам Милославско-
го в 1682 г. был задним числом приплетен графом А.А. Матвеевым,
от которого, видимо, и получил эти сведения Куракин. Хотя Толстой
временами подвергался гневу Петра, тот вновь приближал его и
пожаловал ему графское достоинство, как и Матвееву.
273
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Царевна Софья Алексеевна, как была принцесса ума
великаго, тотчас (после выступления стрельцов) взяла
правление, а из бояр князь Яков Никитич Одоевский427,
который все похороны токмо отправлял. Хотя многие
бояре, как отец его князь Никита Иванович Одоевский428
и другие, но оные все первые бояре увидели интриги
царевны Софьи Алексеевны, учинили себя неутральны-
ми (нейтральными) и смотрели, что произойдет, чая
быть от того замешанию великому, что и учинилося.
Месяца 15-го429 числа все полки стрелецкие по утру,
пред обедом, вооружась, с пушки пришли в Кремль ко
дворцу на Красное крыльцо и того ж часу почали тре-
бовать видеть царевича Иоанна Алексеевича для того,
чая, онаго будто в животе нет и Нарышкины удавили.
И в то ж время начали бить в набат большой, и били
три дня сряду, кроме ночи.
Итого ради прихода стрельцов тотчас призвали
патриарха, и всех бояр собрали, и нареченнаго госуда-
ря царя Петра Алексеевича и царевича Иоанна Алексе-
427Яков Никитич Одоевской — боярин одного из знатнейших
княжеских родов, ведущих начало от святого князя Михаила Черни-
говского, судья Казанского дворца (1670—1672,1681—1683) и Апте-
карского приказа (1689—1696), признанный авторитет в дворцовых
церемониях. Во время Московского восстания 1682 г. вместе с роди-
чами вступал в альянс с В.В. Голицыным и Софьей для решительной
борьбы с повстанцами, но четкой политической ориентации не имел.
428Никита Иванович Одоевской (ок. 1605—1682) — видный го-
сударственный деятель, прославившийся как военный, законодатель,
судья и администратор, дипломат и виднейший член Боярской думы.
Во время реформ царя Фёдора Алексеевича руководил Расправной
Золотой палатой, взявшей на себя часть дел государственного управ-
ления у Думы. Поддержал правительство Софьи, при котором про-
должал председательствовать в правительственной Расправной пала-
те и ведать Аптекой.
429 В тексте ошиб.: «10-го»
274
Гистория о царевне Софье и Петре
евича вывели на Красное крыльцо для показания
стрельцам. При том были царица Наталья Кириллов-
на, мать царя Петра Алексеевича, и царевна Софья
Алексеевна, сестра их, также Иаким патриарх и все бо-
яре, между которыми Артамон Сергеевич Матвеев, ко-
торый из ссылки привезен токмо пред тремя днями, и
вступил в правление, которому с приезду начали двор
все делать.
И одна авантура курьезная сделалась: помянутой
Артамон Матвеев посылал одного (из) своих знакомцев
к Ивану Милославскому говорить, чтоб возвратил его
добрый конфискованный (при осуждении и ссылке в
1676 г.). А ежели добродетельно не возвратить, что мо-
жет произойти оттого ему, Милославскому, неприятна-
го — который тогда притворно лежал, не хотя присягу
чинить царю Петру Алексеевичу и все интриги к бунту
приуготовливал. На что он, Милославский, ответство-
вал в кратких терминах, по сими фактивы, что «де я того
и ожидаю»; сиречь бунту. И на завтрие тех разговоров
бунт сделался.
И когда стрельцы увидели царевича Иоанна Алексе-
евича, почали говорить, что (это) не он и подставлена
иная персона. На что царевна Софья Алексеевна начала
их уговаривать, чтоб заподлинно верили, что (это)
справедливо царевич Иоанн Алексеевич, брат их.
Потом стрельцы почали требовать, чтоб выдали им
изменников, а именно бояр Артамона Матвеева и На-
рышкиных, которые будто извели царя Фёдора Алексее-
вича. И по тех запросах тотчас из-за царя Петра Алексе-
евича с великим невежеством взяли Артамона Матвеева,
и при их (царских) глазах кинули с крыльца Краснаго
на копья. И потом пошли во все апартаменты искать
275
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Нарышкиных430. И одного Нарышкина, Ивана, тут же
ухватили и убили, а Афанасия431 Нарышкина нашли в
церкви под престолом и взяв убили ж.
И когда оное невежество на Красном крыльце нача-
ли чинить, тогда боярин князь Михаил Юрьевич Долго-
рукий, который сидел судьёю в Стрелецком приказе, на-
чал на них кричать и унимать и называл сарынью (бан-
дой), не ведая того, что его имя было написано «убить»
в росписи432, которого тотчас ухватили и пред лицом
царским убили.
Между исканием Нарышкина Афанасия встретили
Фёдора Салтыкова, Михайлова сына433 , который был
спальником и сроден был тому Нарышкину, и оного
также, не распознав, убили.
430Ближайших родственников Петра сгубила ненасытность: пос-
ле воцарения эти незнатные выскочки нахватали столько высших
придворных званий и чинов, сколько не было ни у одной знатнейшей
фамилии, заявляя о себе особенно громко и нагло. Неудивительно,
что восставшие увидели в них главных виновников государственно-
го переворота и обвинили в отравлении царя Фёдора. Боярин оружни-
чий Иван Кириллович, спальник Афанасий Кириллович и спальник
Пётр Фомич Нарышкины были казнены, отец матери Петра, царицы
Натальи, боярин Кирилл Полуэктович пострижен, еще шестеро по
требованию восставших были сосланы.
431В тексте ошиб.: «Ивана».
432В «роспись изменников-бояр и думных людей» М.Ю. Долгору-
кова повстанцы внесли постфактум, убив полководца за сопротивле-
ние при штурме дворца.
433Фёдор Михайлов сын — комнатный стольник Фёдор Петро-
вич, сын заслуженного боярина одного из знатнейших родов Петра
Михайловича Салтыкова. 15 мая 1682 г. его «стрелец прободе копием
и свергоша с Верху от Спаса к большому Успенскому собору на копия
же, не зная, чаяли — Нарышкин, а сказати сам про себя не успел, что
Салтыков, поторопился; и извлечен за град (Кремль) на (Красную)
площадь, и положа на полсти, принесли ко отцу в дом, глаголюще,
яко не зная убиша, чаяли — Нарышкин». «Божья воля!» — сказал
старик-отец и велел угостить стрельцов, тем более, что слухи о смер-
ти сына оказались преувеличенными: тот ожил и в 1684 г. получил
боярство (скончался в 1697 г.).
276
Гистория о царевне Софье и Петре
И одна партия стрельцов тут на дворе осталась, а
другая разделилась по домам боярским бить и грабить,
а именно: пришед в дом князя Григория Ромодановско-
го, который был партии царя Петра Алексеевича, его
убили и дом разграбили.
Также двух докторов, Данила жида и другого434,
взяв в домах их, на площади убили за то, будто оные
по научению Нарышкиных царя Фёдора Алексеевича
уморили.
Также Ивана Языкова435, который был первым мини-
стром царя Фёдора Алексеевича и партии был царя Петра
Алексеевича, убили. И дома всех тех побитых пограбили,
а тела побитых на площадь к Лобному месту вытащили, и
за караулом несколько дней на том позорище содержали.
Но по убитии князя Михаила Долгорукого пришли
к дом к отцу его князю Юрию Алексеевичу Долгоруко-
му, который за старостию уже не ездил и лежал на по-
стели, с которым они, стрельцы, под его командою слу-
живали многие времена: которому пришед, объявили о
смерти сына его и извинялися. И так было его оставили,
но един из жильцов, побежав на крыльцо, им, стрель-
434 Повстанцы искали и казнили лекаря Даниила фон Гадена и его
сына Михаила, поймали, пытали и, получив «признание» в отравлении
Фёдора, «простили» лекарей Яна Яновича Гутменса и иудея Степана.
435Боярин Иван Максимович Языков, видный дворцовый адми-
нистратор, управлял Мастерской царской, Золотой, Серебряной и Ору-
жейной палатами. Был весьма близок к Фёдору Алексеевичу, в конце
жизни которого почти безраздельно распоряжался во дворце. Именно
он уговорил больного Фёдора вернуть из ссылки Нарышкиных и
Матвеевых и, за взятки, препятствовал возмущенным стрельцам и
солдатам добиться суда над ворами-командирами. Сразу после про-
петровского переворота боярин был удален от двора, но восставшие
не простили ему обид и 15 мая казнили.
7П1
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
цам, сказал, что «де князь мой говорит, что де хотя щуку
убили — но зубы остались». Тогда они, стрельцы, пово-
ротились назад и его, князя Юрия Алексеевича, взяв с
постели, убили и дом его разграбили.
И все сие убийство учинилось в первый день
(15 мая).
И с того времени царевна Софья Алексеевна взяла
правление государства с Иваном Милославским.
И на завтрие стрельцы были опять на дворце и тре-
бовали, что избрать царевича Иоанна Алексеевича на
царство, понеже есть большой брат. Что тотчас по их
требованию учинилось. И как патриарх, так и все боя-
ре, и площадь, и народ целовали крест. И так двух го-
сударей на царство учинили. И потом во свое время, по
шести неделях, короновали обще двух, по обыкнове-
нию436.
В то ж время437 возстали раскольцы, под протекциею
стрельцов, противу патриарха Иоакима (так!) за крест и
протчее438; которые приходили диспуты чинить на Крас-
ное крыльцо. Однако ж до убивства не дошло.
И понеже царевна Софья Алексеевна, учиня по
своему желанию все чрез тот бунт, начала трудиться,
дабы оный угасить и покой возставить, и на кого ни
есть сие взвалить. Того ради посадила в Стрелецкий
приказ князя Ивана Андреевича Хованскаго, который
436Наречение Ивана Алексеевича на царство произошло, по тре-
бованию восставших, не 16-го, а 26 мая, венчание же двух царей
состоялось 25 июня 1682 г.
437На самом деле — в июле 1682 г.
438 Староверы не приняли изменение Никоном традиционной фор-
мы креста, продолжали креститься двумя пальцами вместо трёх и
хранили прочие старинные обычаи.
278
Гистория о царевне Софье и Петре
был генерал добрый, и с ними, стрельцами, служивал,
и человек простой. К тому стрельцы пришли будто в
послушание и называли его отцом; у которого был
сын князь Андрей Иванович Хованской; о котором
внушили интригами, затея(в), будто сын его хочет же-
ниться силою на царевне Софья Алексеевне и сесть на
царство439.
И понеже царевна Софья Алексеевна, видя, что от
стрельцов замешание продолжается, тогда учинила по-
ход с обоими царями и всем двором к Троице в Сергиев
монастырь. И по приходе туда тотчас по городам по-
слали указы всему шляхетству с доместики (боевыми
холопами) своими сбираться вооруженными в Троиц-
кий монастырь, куды чрез малые дни собралось более
20000 войска.
И тогда ж она, царевна Софья Алексеевна, по своей
особливой инклинации (наклонности) и амуру (люб-
ви), князя Василия Васильевича Голицына назначила
дворовым воеводою войски командовать и учинила его
первым министром и судьею Посольскаго приказу. Ко-
торый вошел в ту милость чрез амурные интриги, и
почал быть фаворитом и первым министром, и был
своею персоною изрядной, и ума великого, и любим от
всех.
И тогда Иван Милославской упал, и правления его
более не было. Однако ж, по свойству своему царевне
Софье Алексеевне, всегда содержен был в консидерации
(состоятельности) по смерть свою.
439 О боярине князе И.А. Хованском и его «заговоре» см. выше,
прим. 140.
279
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
И по собранию войск шляхетства в Троицком мо-
настыре, послан указ к Москве по полкам стрелецким,
что(б) бунтовщиков выдали, также и шефа их князя
Хованскаго, и сами б пришли в послушание их вели-
честв. А ежели не выдадут, то их величества укажут сво-
им войскам идти к Москве и всех их посечь и разорить.
И по первому указу помянутые стрельцы в послуша-
ние пришли. И тотчас, выбрав от всякого полку лутчих
людей, послали в Троицкой монастырь с повинною.
И объявили, что первых заводчиков выдадут, также и
князя Хованскаго.
И тогда ж послан был окольничий князь Михаил
Лыков440 для взятия князя Хованского. И оной (князь)
был и с первыми заводчиками стрельцов привезен в село
Воздвиженское, где их величества из Троицкого монас-
тыря нарочно приехали для тех розысков и окончания
того дела.
440 Князь Михаил Иванович Лыков — видный государственный
деятель и воевода. Стольник (1668), окольничий (1681), пожалован в
бояре после воцарения Петра (1682), служил воеводой и судьёй в
приказах: при Софье в Московском судном (1687-1688), при Нарыш-
киных — в Сыскном (1690—1692) и Сытном (1695). Был близок к
Петру, с которым ездил в Архангельск (1694), участвовал в Кожухов-
ских маневрах и Азовском походе (1695). Однако он был ближайшим
помощником В.В. Голицына в борьбе с Московским восстанием 1682 г.,
товарищем (помощником) дворового воеводы в Троицком походе (вме-
сте со знаменитыми воеводами думным дворянином А.И. Ржевским и
думным генералом А.А. Шепелевым). Именно ему с отрядом московс-
ких дворян 17 сентября 1682 г. было указано князей Хованских,
которых выманили ласковым приглашением царей из восставшей Мос-
квы, «взять в дороге, где их съедет, и привести в село Воздвиженское.
И того ж числа боярин князь Михайло Иванович Лыков... взяв князь
Ивана Хованского в селе Пушкине, а сына ево князь Андрея в деревне
ево», доставил в село, где заочно обвинённые по анонимному доносу
князья были казнены (Восстание в Москве 1682 г. Сборник докумен-
тов. М., 1976. С.85-86).
280
Гистория о царевне Софье и Петре
И по привозе князя Хованского и заводчиков бунту и
по приходе выборных стрельцов ото всех полков начался
розыск пред всеми бояры. И князь Иван Андреевич Хо-
ванской и сын его князь Андрей Иванович были привоже-
ны в застенок и с441 очных ставок были уличены будто от
стрельцов, а именно: будто он, князь Хованский, хотел
сына своего, князя Андрея, женить на царевне Софье Алек-
сеевне и воцариться, а фамилию царскую всю разослать442.
И сей розыск более не продолжался, как несколько
дней, понеже был спешен от царевны Софьи Алексеев-
ны, дабы как наискорее Хованскому князю голову от-
сечь и сыну его, также и некоторым стрельцам, и тем бы
окончать все интриги того бунту и закрыть дело се самое
и Ивана Милославского443.
Понеже тот бунт сделался с воли и по наущению ее,
царевны Софьи Алексеевны, чрез помянутого Милославс-
441В рукописи оставлен и другой подходящий предлог: «у».
442 Среди объявленных по всей стране «вин» Хованских были и
строки из анонимного доноса, что изменники хотели «убить государей
обоих, и царицу Наталию Кирилловну, и царевну Софью Алексеевну,
и патриарха, и властей. А на одной бы царевне князь Андрею женит-
ца, а достальных бы царевен постричь и разослать в дальние монас-
тыри». О женитьбе на властной царевне Софье не могло быть и речи!
Донос на Хованских см.: Богданов А.П. Россия при царевне Софье и
Петре I. С. 127-128.
443 Официальные записки Разрядного приказа, ведавшего оборо-
ной государства и службами дворянства, свидетельствуют, что ника-
кого «розыска», который Куракин описал по аналогии с петровскими
расправами над стрельцами, над Хованскими не проводилось. Лыкову
от имени царей приказали Хованских «остановить у своего государева
двора у передних ворот и сказать им свой великих государей указ» о
смертной казни. Все бояре и окольничие вышли за ворота, сели на
скамьях, и думный дьяк Разрядного приказа Ф.Л. Шакловитый зачи-
тал заранее составленный указ. По нему Хованские были немедленно
главоотсечены на площади дворцового села Воздвиженское у боль-
шой московской дороги. См.: Восстание в Москве 1682 г. С. 86 и др.
281
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
кого и держальников его, Циклера и Петра Толстова, дабы
чрез то могла она получить правление государства в ми-
норите (наследии) в свои руки и не отдать царице Наталье
Кирилловне, матери царя Петра Алексеевича444, и Нарыш-
киным, и Артамону Матвееву. И по своему желанию до
того дошла и правление государства в руки взяла.
И на третий день по привозе Хованского князя и
стрельцов некоторых, тому князю Хованскому и сыну
его безвинным головы отсечены, также и стрельцам не-
которым, которые были заматаи (запутаны), а не самим
заводчикам. Понеже оные были сохранены для того, что
все чинили по приказу царевны Софьи Алексеевны445.
И потом она, царевна Софья Алексеевна, учинила
судей: в Расправной палате князя Никиту Ивановича
Одоевского; в Посольской приказ — князя Василия Ва-
сильевича Голицына; в Разряде — дьяка думного Васи-
лия Семенова446 — для того из знатных не посадила, что-
бы подлежал к ней и князю Голицыну447.
444 На поле Куракин добавил: «NB. Надобно знать, что царица Ната-
лья Кирилловна была править не копабель (не способна), ума малого».
445 Софья и её воеводы не могли провести розыск над стрельцами
и казнить «пущих заводчиков», как было принято, поскольку не
имели для этого довольно сил.
446Опытный администратор, думный дьяк Василий Григорьевич
Семенов работал в Разрядном приказе с 1664 по 1696 г.
447Куракин имеет в виду, что после 15 мая 1682 г. (и до свер-
жения Софьи в сентябре 1689 г.) дьяки правили в Разряде одни,
без судей из высших придворных чинов, как это было в Посольс-
ком приказе при царе Фёдоре Алексеевиче. Но так издавна пове-
лось в Разряде, где с вместе думными дьяками лишь изредка
заседали небольшие чины, думные дворяне и окольничие,— ведь
его дела были столь важны, что ими занимались в качестве судей
царь и вся Боярская дума. Исключением за весь XVII в. стал конец
1680 — начало 1682 гг., когда судьёй Разряда был всесильный
боярин М. Ю. Долгоруков, и период после свержения Софьи в
1689 г., когда Разряд возглавлял боярин Т.Н. Стрешнёв.
282
Гистория о царевне Софье и Петре
Также в Стрелецкий приказ дьяка ж думного Фёдора
Щегловитаго. Также в Земской приказ — дьяка дамнаго
И...448. В Поместной приказ — князя Ивана Троекурова
и ему товарища своей же партии Богдана Палибина449.
Во Дворец, после смерти дворецкого князя Василия
Фёдоровича Одоевского, посадила окольничего Семена
Толочанова450.
В Большую казну — окольничаго Алексея Ржевска-
го451. В Казанской дворец — кравчаго Бориса Алексее-
вича Голицына, который был всегда партии главным
царя Петра Алексеевича, и его одного употребили в дело
для потешения той партии.
В Разбойной приказ думнаго дворянина Викулу Из-
вольскаго452. (В) Иноземской приказ и Пушкарской Ве-
недикта Змеева453 — а под ведением князя Василия Васи-
льевича Голицына.
448 В рукописи только первая буква. Земским приказом руково-
дил с 18 мая 1682 г. по 8 июля 1689 г. окольничий М.П. Головин.
449 Окольничий Богдан Фёдорович Полибин — товарищ судьи
Поместного приказа боярина князя И.Б. Троекурова (май 1682 —
сентябрь 1689).
450Дворецкий князь Василий Фёдорович Одоевский - видный
боярин, руководивший еще при царе Фёдоре многими приказами и
сохранивший при Софье должность судьи Аптекарского приказа
(1676—1687). Хлопотное руководство приказом Большого дворца
престарелый князь передал 16 января 1683 г. С.Ф. Толочанову; после
смерти Одоевского ему же перешло руководство Дворцовым судным
приказом (16 января 1687). О Толочанове см. выше, прим. 189.
4510 знаменитом воеводе и великом казначее Алексее Ивановиче
Ржевском см. выше, прим. 276.
452 Думный дворянин Викула Фёдорович Извольский сменил в
руководстве Сыскным и Разбойничьим приказами боярина П.В. Боль-
шого Шереметева (1685—1689), а после свержения Софьи передал
дела боярину Т.Н. Стрешневу (9 сентября 1889).
453О выдающемся военачальнике окольничим Венедикте Андрее-
виче Змиеве см. выше, прим. TJ1 и др.
283
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
А в Судный Московской и Володимерской454 кого —
того не упоминаю. В Сибирской приказ — князя Ивана
Борисовича Репнина455. В Каменный приказ думного
дворянина Петра Лопухина456.
В Конюшенной приказ ясельничим Кондырева, ко-
торый был также партии царя Петра Алексеевича457.
А другие все вышепомянутые были партии царевны
Софьи Алексеевны.
И тогда ж, в бытность в Воздвиженском, дворец сго-
рел, где царь Пётр Алексеевич был болен огневою; и
едва в ночи от того пожару могли унести из хором.
И причитали, что тот пожар нарочно учинен от царевны
Софьи Алексеевны, дабы брата своего, царя Петра
Алексеевича, умертвить и сесть ей на царство.
И потом пошли их величества все к Москве. И по
приходе всякая тишина возставлена была и началось.
454 Владимирским судным приказом ведал при Софье боярин
М.С. Пушкин, в руководстве Московским судным служили вместе и
попеременно бояре П.В. Меныпой-Шереметев, М.Я. Черкасский,
Ю.С. Урусов, А.С. Шеин, А.П. Салтыков, М.Л. Лыков, окольничий
М.П. Измайлов. Эти приказы ведали судом над дворянством.
455 Князь Иван Борисович Репнин — один из знатнейших бояр и
видный сторонник Петра, старый и опытный администратор; Сибир-
ский приказ возглавлял при разных правительствах (1680—1681,
1683-1689, 1692-1697).
456 Думный дворянин Пётр Абрамович Большой-Лопухин по про-
званию Лапка был талантливым администратором. Каменный приказ
под его руководством (1683—1692) вел обширнейшее строительство в
столице. После женитьбы Петра на его племяннице стал окольничим
(1689) и боярином (1690), главой приказов Большого дворца, Судного
дворцового (1690—1692) и Ямского (1690). Принимал участие в царс-
ких увеселениях и 24 января 1695 г. был запытан Петром насмерть.
457 Боярин Иван Тимофеевич Кондырев выслужился из калужских
дворян на административных должностях. Царь Фёдор Алексеевич, боль-
шой любитель лошадей, 6 июня 1676 г. назначил его ясельничим —
главой Конюшенного приказа — и произвел в окольничие. В 1682 г.
Иван Тимофеевич был пожалован в бояре. Верный сторонник Милослав-
ских оставался ясельничим до свержения правительства Софьи.
284
Гистория о царевне Софье и Петре
ПРАВЛЕНИЕ СОФЬИ АЛЕКСЕЕВНЫ
Правление царевны Софьи Алексеевны началось со
всякою прилежностию и правосудием всем и ко удо-
вольствию народному, так что никогда такого мудраго
правления в Российском государстве не было.
И все государство пришло во время ея правления,
чрез семь лет, в цвет великаго богатства. Также умножи-
лась коммерция и всякия ремесла; и науки почали быть
возставлять латинскаго и греческаго языку; также и по-
литес возставлена была в великом шляхетстве и других
придворных с манеру польского — и в экипажах, и в
домовном строении, и уборах, и в столах.
И торжествовала тогда довольность народная, так что
всякой легко мог видеть, когда праздничной день в лете, то
все места кругом Москвы за городом, сходные к забавам,
как Марьины рощи, Девичье поле и протчее, наполнены
были народом, которые в великих забавах и играх быва-
ли, из чего можно было видеть довольность жития их.
И в первых, начала она, царевна Софья Алексеевна,
дела вне государства — подтверждать аллиансы (союзы)
(со) своими соседственными потенции (государствами).
А именно со Швециею подтвердила мир учиненной отца
их, царя Алексея Михайловича. С Польшею также под-
твердила мир отца их, царя Алексея Михайловича, и бра-
та своего, царя Фёдора Алексеевича. И чрез тот мир Киев,
Чернигов, Смоленск со всеми принадлежитностьми ос-
тался в вечное владение к Империи Российской. И в тож
время с поляки учинила алианс противу Крымского хана.
А для тех подтверждений мирных были присланы из
Швеции и из Польши послы, и по ним насупротив также
были посланы послы, а именно: в Польшу боярин Иван
285
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Васильевич Бутурлин458 да окольничий Иван Иванович
Чаодаев459. А вдругорядь был послом послан, как в
Польшу, так и к цесарю боярин Борис Петрович Шере-
метев460 да помянутый же Иван Чаодаев.
458Боярин Иван Васильевич Бутурлин — опытный дипломат. Он
возглавлял посольства на переговорах со шведами (1675—1677) и
поляками (1678-1679) во время войны России с Турцией и Крымом.
Поиск союзников в борьбе с османско-крымской агрессией привел
великого и полномочного посла Бутурлина в Вену (1679—1684). Хотя
император Леопольд I не поспешил на помощь России, заключившей
в одиночестве Бахчисарайский мир с мусульманами (1681), к отъезду
Бутурлина на родину Империя вступила в Священную лигу и начала
войну с Турцией (материалы посольства см.: Памятники дипломати-
ческих сношений древней России с державами иностранными. Т. V.
СПб., 1858. Ст. 557-1160; и др.). Сын Ивана Васильевича Иван стал
близким товарищем и помощником Петра I.
459Окольничий Иван Иванович Чаадаев (скончался в 1696 г.) —
выдающийся администратор и дипломат. Он воеводствовал в Нежине,
Переяславле, Киеве (1658—1666) и Архангельске (1666—1670), ру-
ководил приказами: Земским (1673—1674), Иноземным и Рейтарским
(1677-1678), Сибирским (1681-1683). Чаадаев помогал В.В. Голи-
цыну в организации Собора государственных ратных и земских дел
(1681 — 1682), а затем состоял в Родословной комиссии, кодифициро-
вавшей происхождение российских дворян. Иван Иванович принимал
участие в десятках пограничных съездов, совещаний, до 1694 г. играл
видную роль в приеме посольств в Москве. В Польшу Чаадаев ездил
с 1671 г., был товарищем Бутурлина на переговорах в Варшаве (1678—
1679) и Вене (откуда в 1679 г. направился в Венецию). Как специа-
лист по польским делам, Чаадаев возглавлял посольство России в
Речи Посполитой (1682-1683) и участвовал в посольском съезде
1683—1684 гг., которой имеет в виду Куракин. В русской делегации
на переговорах о Вечном мире участвовали: князь Я.Н. Одоевский,
И.В. Бутурлин, князь М.Г. Ромодановский, И.И. Чаадаев, И.А. Желя-
бужский и дьяки (РГАДА. Ф. 79. Д. 213-214). Съезды в Андрусове
не увенчались успехом, но Чаадаев сыграл видную роль в заключении
Вечного мира в Москве (1686), а затем в его ратификации польским
королем (как товарищ великого посла Б.П. Шереметева, 1686—
1687 гг. (там же. Д. 226-228). Согласно плану, Шереметев и Чаадаев
отправились затем в Вену и провели важные переговоры о действиях
Священной лиги против общего неприятеля (см.: Памятники дипло-
матических сношений... СПб., 1864-1867. Т. VI—VII).
460 О выдающемся полководце и дипломате фельдмаршале Бори-
се Петровиче Шереметеве см. выше, прим. 198.
286
Гистория о царевне Софье и Петре
В правление же свое царевна Софья Алексеевна, по
старому обыкновению, отравлено было посольство в
Гишпанию и во Францию: князь Яков Фёдоров сын
Долгорукой461, да с ним товарищ князь Мышецкий462.
И помянутой Долгорукой при дворе французском во
всяком безчестии пребыл и худой естиме (отношении),
понеже явно торговал соболями и протчими товары. И о
всех его делах есть во Франции напечатанная книга463.
Ав Англию и к Статам (правительству Нидерлан-
дов) был отправлен дьяк Посольскаго приказу Андрей
Виниус464. А в Швецию был отправлен послом думной
461 Характеристику безукоризненно честного государственного
деятеля князя Якова Фёдоровича Долгорукова см. выше, прим. 199, о
посольстве см. прим. 200.
462Князь Яков Ефимович Мышецкий был товарищем князя
Я.Ф. Долгорукова в «великом посольстве» во Францию и Испанию
(1686—1689), предпринятым для поддержания Священной лиги
(РГАДА. Ф. 93. Д. 12, 15).
463 Непреклонность русских послов в отношениях с Людовиком
XVII принесла им изрядную популярность во Франции (были опубли-
кованы даже портреты послов), с которой королевское правитель-
ство боролось клеветнической публицистикой, оказавшей влияние на
записки Куракина.
464Андрей Виниус — сын известного заводчика и посольского
деятеля, московского дворянина Андрея Денисьевича, дьяк Аптекар-
ского приказа (1677—1689). Будучи переводчиком Посольского при-
каза, совершил в 1672—1674 гг. посольство в Англию, Францию и
Испанию, прощупывая их позиции в связи с вступлением России в
войну с Турцией и Крымом (РГАДА. Ф. 32. Д.18; ф. 35. Д. 16).
В 1687—1689 гг. посланниками в Англию, Голландию, Бранденбург и
Флоренцию ездили (по отдельности) посольские дьяки В.Т. Лесни-
ков и Б.М. Михайлов (там же. Ф. 35. Д. 19, 20). Виниус действитель-
но стал в 1688 г. посольским дьяком, и его имя пришло на память
Куракину неслучайно: служивший до 1695 г. в Посольском приказе (с
1692 г. в чине думного дьяка), а затем до 1401 г. в Сибирском прика-
зе Андрей Андреевич стал видным участником мероприятий Петра I и
развил, по словам С.М. Соловьева, «разнообразную, изумительную в
его годы деятельность».
287
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
дворянин Потемкин465. А к курфистру брандебургскому,
к датскому двору466, и в Венецию, и к лотаринскому (гер-
цогу)467 — дьяк Иван Волков468.
И таким образом (царевна Софья) возставила кор-
ришпонденцию со всеми дворами в Европе469.
А правление внутреннее государства продолжалось
во всяком порядке и правосудии, и умножалось народ-
ное богатство.
И в 7193 (1684/85) годех470 для подтверждения
мира с поляки был держан совет в Палате, что с поляки
465 Стольник Пётр Иванович Потёмкин был известен своим посоль-
ством в Испанию и Францию в 1667—1669 гг. (Путешествия русских
послов XVI—XVII вв. Статейные списки. М.: Л., 1954). В том же чине
посланника он посетил Вену в 1674—1675 гг. (Памятники дипломатичес-
ких сношений... Т. IV. Ст. 1085—1338), Францию, Англию и Испанию в
1680—1682 гг. (РГАДА. Ф. 93. Д. 5—9). Переговоры со Швецией, кото-
рые имеет в виду Куракин, вели послы во главе с думными дворянами
Иваном Афанасьевичем (1683) и Петром Ивановичем Прончищевыми
(1685-1686). См.: РГАДА. Ф. 96. Д. 111-112, 119.
466 «К датскому двору» Куракин приписал на полях.
467На поле приписка автора: «NB. Почему была корришпонден-
ция с Лотаринским двором, того знать не могу, изстари».
468 Иван Михайлович Волков выслужился из подьячих в дьяки
Посольского приказа в 1684 г. В составе посольства Б.П. Шереметева
он отправился в Польшу (1686—1687), затем в Империю (1687).
В 1687—1688 гг. Волков служил посланником в Венеции (РГАДА. Ф.
41. Д. 4-7), в 1689-1690 гг. - в Вене (там же. Ф. 32. Д. 39), до
1691 г. был резидентом в Польше (там же. Ф. 79. Д. 236—239). Рабо-
тал в Посольском приказе до 1700 г., упоминается на службе до 1717 г.
469 Помимо упомянутых Куракиным и указанных в комментариях
посольств, связи с европейскими дворами поддерживались с помо-
щью гонцов (младший посольский чин), постоянной дипломатичес-
кой переписки, иностранных резидентов в Москве. Посольский при-
каз поддерживал также отношения с римским папой и православным
духовенством на территории Османской империи.
470 Год исправлен над строкой, было — 7193 (1685/86) г. Вероят-
но, речь идёт об обсуждении предложения о вступлении России в
Священную лигу, сделанного весной 1684 г. имперскими великими
послами Жировским и Блюмбергом. Тогда оно было отвергнуто из-за
нерешенности территориальных споров с Речью Посполитой (Богда-
нов А.П. и др. «Око всей великой России». С. 205—207).
288
Гистория о царевне Софье и Петре
ли мир подтвержать и аллианс противу татар учинить —
или войну с поляки начать, а мир с татары учинить.
И о том было в Палате двух мнений противных, а
именно, царевна Софья и князь Голицын (с) своею
партиею были той опинии (точки зрения; букв.: мнения),
чтоб мир с поляки подтвердить и войну против Крыму
начать. Но другая партия бояр, как князь Пётр Прозо-
ровской471, Фёдор Петров сын Салтыков472 и другие, были
того мнения, чтоб войну против поляков начать.
И за несогласием тем (обсуждение вопроса) продол-
жалося 6 месяцев. И, наконец, согласилися мир с поля-
ки подтвердить и аллианс с ними против Крыму учи-
нить. И в 7194 (1986)473 десяти договорам подтвержде-
ние учинено и аллианс заключен.
И в 7194 (1687) году война противу крымцов дек-
лярована (объявлена) и бояре и воеводы с полками на-
значены. А именно: в Большом полку или воевода-ан-
шев (главный воевода) — князь Василий Васильевич
Голицын, а с ним товарищи, бояре с полками Алексей
Семенович Шеин474, Борис Петрович Шереметев, князь
471 Князь Пётр Иванович Прозоровской — боярин знатного рода,
восходящего к святому князю Давиду Фёдоровичу Ярославскому.
Видный сторонник Нарышкиных, был послан в Троицу к бежавшему
Петру царем Иваном Алексеевичам и по возвращении в Москву скло-
нил старшего царя отказаться от поддержки царевны Софьи. Получал
от Нарышкиных управление приказом Большой казны (1689—1699),
а затем Казенным приказом (1694—1700). Уезжая за границу, Пётр
оставил Прозоровского членом управлявшего государством боярско-
го совета (1697—1698).
472Фёдор Петрович Салтыков, пострадавший во время восстания
1682 г. (его приняли на Нарышкина, см. прим. 432), боярин с 1684 г.,
скончался 1697 г.
473В тексте ошиб.: «7193» (1684/85). Речь идёт о Вечном мире
21 апреля 1686 г.
474 О знаменитом полководце А.С. Шеине см. прим. 207.
289
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Василей Дмитриевич Долгорукой475 и протчие, как уви-
дишь о том в Разрядной книге обстоятельнее476.
И вся Москва и городы, или все шляхетство было в
том походе477, что считалось с двести тысяч войск, и с
гетманом казацким.
И того лета войска маршировали степью, и за по-
здним временем не могли дойти до Крыма, и повороти-
лися без всякаго плода. И при повороте сделали город
Самару в степи, впредь для пристани, и тут все снаряды
тяжелые оставили.
И на другое лето 7197 (1689)478 году те ж воеводы с
войски своими марш во (с) прияли к Крыму. И по при-
ходе к Перекопу стояли три дни и учинили с татары
перемирие.Также назад все войска поворотились без вся-
кого плода.
Сие было первое падение князя Голицына к его не-
счастию.
И при повороте его, князя Голицына, из другаго
(второго) походу царь Пётр Алексеевич не хотел допус-
тить (его) своей руки целовать, как то обыкновенно
было чинено.
475 Имеется в виду Владимир Дмитриевич Долгоруков (1654—
1701), знаменитый коннозаводчик. Пожалованный в бояре царем
Фёдором (1677), князь участвовал в отмене местничества (1682) и
возглавил при Софье знаменитую Родословную комиссию, составив-
шую бархатную книгу российского дворянства. Долгоруков воевод-
ствовал на Украине, участвовал в Крымских походах (1687, 1689),
при Петре входил в следственную комиссию над восставшими стрель-
цами (1698). На свои средства князь построил несколько 40-пушеч-
ных галиотов для русского военно-морского флота.
476В книгах Разрядного приказа фиксировались военные планы и
события, отражались назначения и службы высшего дворянства.
477 «Москва и городы» здесь означают дворянство московского
и городовых списков. Последние служили в регулярных полках с
1679-го, первые — с 1682 г.
478В тексте ошиб.: «7196», — т.е. 1687/88 г.
290
Гистория о царевне Софье и Петре
Теперь напомянем о другом дворе — царя Петра
Алексеевича и матери его, царицы Натальи Кириллов-
ны, коим образом проводили свое время во все то прав-
ление царевны Софьи Алексеевны. А именно: жили по
вся лето в Преображенском своим двором, аж до самой
зимы, а зимою жили на Москве.
А двор их состоял из бояр, которые их партии
были: князь Михайло Алегукович Черкаской479, князь
Иван Борисович Троекуров480, князь Михаил Ивано-
вич Лыков, родом Урусов(ы)481, родом Нарышкины,
князь Борис Алексеевич Голицын кравчий, родом
Стрешневы482; да спальники, которые привязаны все
по чину своему и, почитай, все молодые люди были
первых домов.
И царица Наталья Кирилловна483 и сын ея ни в ка-
кое правление не вступали и жили тем, что давано было
от рук царевны Софьи Алексеевны. И во время нужды в
деньгах ссужали (их) тайно Иоаким патриарх, также
Троице-Сергиева монастыря власти и митрополит Рос-
479 О нём см. прим. 332.
48<>о нём см. прим. 273.
48'Князья Урусовы, происходящие от татарского выходца, за-
нимали в XVII в. весьма различное положение при дворе. Куракин
имеет в виду прежде всего бояр Семёновичей: Фёдора, возглавив-
шего после свержения Софьи Иноземный, Рейтарский и Пушкарс-
кий приказы, и Юрия, дважды назначавшегося судьей Московско-
го судного приказа (1684—1686, 1697—1700). Комнатными
стольниками Петра с 1686 г. и участниками его военных развлече-
ний были Алексей и Яков Никитичи Урусовы, капитаны Преобра-
женского полка.
482 Род Стрешнёвых — боярин Никита Константинович и сын его
Тихон.
483В тексте ошиб.: «царица Софья Алексеевна». Далее зачеркну-
то: «по приходе из Троицы». — Прим. Семевского.
291
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
товский Иона484, которой особливое почтение и склон-
ность имел к царскому величеству Петру Алексеевичу.
И485 понеже царевна Софья Алексеевна была великаго
ума и великий политик, хотя себя укрепить вечно в правле-
нии под именем своего брата царя Иоанна Алексеевича,
взяла резолюцию его, брата своего, женить. И женила на
дочери Фёдора Салтыкова486 из добраго шляхетства, кото-
рый был тогда воеводою в Енисейске, в Сибирском коро-
левстве. И сию женитьбу в том виде учинила, чтоб видеть
сыновей от брата своего и наследников к короне.
Однако ж Бог определяет все по своей воле — и дос-
тигнуть пожелаемого не могла. И усмотря, что дочери
родятся, тогда начала план свой делать, чтоб ей самой
корону получить и выйти б замуж за князя Василия
Васильевича Голицына.
О сем упомяну токмо как разглашение было народ-
ное (т.е. молва), но в самом деле сумневаюсь, ежели
такое намерение было справедливое (т.е. на самом деле).
Правда ж, подозрение взято в сем на нее, царевну Со-
фью, от ея самых поступок.
484Иона, митрополит Ростовский и Ярославский, был на стороне
Нарышкиных еще при царе Алексее Михайловиче, участвовал вместе
с Иоакимом в придворной борьбе при Фёдоре (в частности, способ-
ствуя женитьбе царя на Апраксиной, после чего были возвращены из
ссылки Нарышкины), в наречении и венчании царским венцом Петра
в 1682 г. Сообщение Куракина выглядит вполне вероятно.
485Начало вставки. «Между первым и вторым листом старой
нумерации рукописи Гистории кн. Б.И. Куракина или между 24 и 36
стран, новейшей нумерации той же рукописи вплетены семь полулис-
тов, писанных рукою князя Б.И.: это вставка в Гйсторию; вставке
этой предпослана автором следующая заметка: «NB. Сие приложи
прежде Троицкого походу, для того: сватьба учинилась до того време-
ни обеих государей». — Прим. Семевского.
486См. наш очерк: «Царица Прасковья 1664—1723 гг.» СПб.,
1883. — Прим. Семевского.
292
Гистория о царевне Софье и Петре
Первое, что принадлежит до получения ей короны,
оная царевна начала ходить во все процессии церков-
ные и публичные с братьями своими, что было против-
но царю Петру Алексеевичу. И единожды так публично
вражда случилося, что был ход к Казанской Богороди-
це487, и сперва, по обыкновению, пришли оба государя и
она, царевна Софья Алексеевна, в соборную церковь,
откуль пошли в ход. И вышед из соборной церкви, царь
Пётр Алексеевич просил сестру свою, чтоб она в ход не
ходила. И между ими происходило в словах многое.
И потом царь Пётр Алексеевич понужден был, оставя
ход, возвратиться в свои апартаменты, понеже сестра
его, царевна Софья, не послушала и по воле своей в ход
пошла с братом своим царем Иоанном Алексеевичем.
Также она, царевна Софья, начала делать червон-
ные488 под своею персоною (портретом), и в короне, и
имя свое внесла (в написание) титула государственнаго.
Также учинила себе корону и давала овдиенции (ауди-
енции) публичные послам польским и шведским и дру-
гим посланникам в Золотой полате, — что все то приня-
то было за великую противность от брата ея, царя Пет-
ра Алексеевича.
Во вторых, что прина(дле)жит до женитьбы с князем
Василием Голицыным, то понимали все для того, что
487 К Казанской Богородице — столкновение Петра с Софьей про-
изошло во время крестного хода в праздник Явления иконы Пресвя-
той Богородицы в граде Казани 8 июля 1689 г. О нем рассказал в
своих Записках А.А. Матвеев (Записки русских людей. СПб., 1841.
С. 52), от которого и получил сведения Куракин.
488 Червонные — золотые медальоны, издавна использовавшиеся
на Руси как наградные знаки, во время Крымских походов имели с
одной стороны изображение Ивана и Петра, с другой — царевны
Софьи.
293
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
оный князь Голицын был ее весьма голант (ухажер489); и
все то государство ведало и потому чаяло, что прямое
супружество будет учинено490.
По вступлении в правление царевна Софья491 для
своих плезиров (удовольствий) завела певчих из по-
ляков, из черкас (украинцев). Также и сестры ее по
комнатам, как царевны: Екатерина, Марфа и другие.
Между которыми певчими избирали своих голантов и
оных набогащали, которые явно от всех признаны
были.
Надобно ж и о том упомянуть, что в отбытие князя
Василия Голицына с полками на Крым, Фёдор Шакло-
витый492 весьма в амуре при царевне Софьи профито-
вал (получал прибыль) и уже в тех плезирах (удоволь-
ствиях) ночных был в большей конфиденции (дове-
ренности) при ней, нежели князь Голицын, хотя не так
явно.
И предусматривали все, что ежели бы правление ца-
ревны Софьи еще продолжалося, конечно бы князю Го-
лицыну было от нея падение или б содержан был для
фигуры за первого правителя, но в самой силе и делах
бы был помянутой Шакловитый.
Помянутой Шакловитый, во время прошения выда-
чи его в Троицкой монастырь, был содержан в комнатах
489Галантный, буквально — обходительный, но Куракин имеет в
виду старофранцузский смысл, например «Галантные дамы» Брантома
означают — «любовницы».
490На поле: «NB. Надобно вписать по погодно всех дочерей
рождения царя Иоанна Алексеевича».
491 На поле: «NB. Приписать надобно к правлению царевны
Софьи».
492 Автор пишет везде эту фамилию так: «Сщагловитоп». — Прим.
Семевского.
294
Гистория о царевне Софье и Петре
у царевны Софьи, и при выдаче его был исповедован и
приобщен Святых Тайн отцем его духовным, ключарем
Иаковом493.
СВЕРЖЕНИЕ ЦАРЕВНЫ СОФЬИ
В 7197 (1689)-м царица Наталья Кирилловна494,
видя сына своего в возрасте лет полных, взяла резолю-
цию женить царя Петра Алексеевича.
И к тому выбору многия были из знатных персон
привожены девицы, а особливо княжна Трубецкая, ко-
торой был свойственник князь Борис Алексеевич Голи-
цын, и старался всячески, чтоб на оной женить.
Но противная ему, князю Голицыну, партия, Нарыш-
кины и Тихон Стрешнев495, того не допустили, опасался,
что чрез тот марьяж (брак) оный князь Голицын с Тру-
493 Конец вставки. Ключарь Иаков — дьякон Воскресенского со-
бора в Верху (в царском дворце) Иаков Яблонский, проходил по
розыскному делу Шакловитого, был сослан в Спасо-Каменный монас-
тырь на Кубенском озере, а оттуда именным указом Петра — в село
Борево.
494На поле: «NB. В котором году пристойно сие написать».
495 Тихон Никитич Стрешнёв (1649—1719) в чине думного дворя-
нина был приставлен дядькой к младенцу Петру, при его венчании на
царство стал окольничим, а по достижении царем совершеннолетия —
боярином. Именно он, доказывая право царя на самостоятельное
правление, устраивал брак Петера с Евдокией Лопухиной, как глава
Сыскного приказа вел розыск о сообщниках Шакловитого и обеспе-
чил безвинную ссылку Голицыных и Неплюева. Испытанно преданно-
му Стрешнёву Нарышкины поручали управление Разрядным прика-
зом, а также приказами Большого дворца, Конюшенным, Судным
дворцовым и Каменным. Не играя самостоятельной политической
роли, Тихон Никитич пользовался личным расположением Петра:
только ему да боярину М.А. Черкасскому было позволено сохранить
длинную бороду. Во время Северной войны выполнял множество
поручений царя, был московским губернатором (с 1708) и сенатором
(с 1711).
295
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
бецкими496 и другими своими свойственниками великих
фамилий возьмут повоир (силу) и всех других затеснят.
Того ради Тихон Стрешнев искал из шляхетства ма-
лого и сыскал одну девицу из фамилии Лопухиных, дочь
Фёдора, Лопухину, на которой его царское величество
сочетался законным браком.
А именовалась царица Евдокия Фёдоровна, и была
принцесса лицом изрядная, токмо ума посредняго (по-
средственного) и нравом несходная к своему супругу,
отчего все свое счастие потеряла и весь свой род сгуби-
ла, как будем о том впредь пространно упоминать.
Род же их, Лопухиных497, был из шляхетства средне-
го, токмо на площади знатного. Для того, что в делах
непрестанно обращалися по своей квалиты (здесь: роду
деятельности) (среди) знатных, а особливо по старому
обыкновению, были причтены за умных людей их роду,
понеже были знающие в приказных делах, или просто
назвать — ябедники.
Род же их был весьма людной, так что чрез ту причи-
ну супружества ко двору царскаго величества было вве-
дено мужескаго полу и женскаго более тридцати персон.
И так оной род с начала самаго своего времени так не-
496Имеются в виду князья Иван и Юрий Юрьевичи Трубецкие,
комнатные стольники и любимцы царя Петра, фигуры весьма попу-
лярные в просвещенных кругах Москвы последней четверти XVII в.
Оттесненные тогда в придворной борьбе, достигли приличных их
происхождению и образованию должностей и чинов в 1720—
1730-х гг.
497 Род Лопухиных, по легенде, вёл происхождение от касожско-
го князя Редеди, в XVII в. продвигался в основном на приказной
службе (из дьяков — в думные дворяне). Поэтому Куракин и пишет,
что Лопухины были известны «токмо на площади» перед дворцом,
где дворянству объявлялись службы.
296
Гистория о царевне Софье и Петре
счастлив, что того ж часу все возненавидели и почали
разсуждать, что ежели придут в милость, то всех погубят
и всем государством завладеют. И, коротко сказать, от
всех были возненавидимы и все им зла искали или опас-
ность от них имели.
О характере принципальных (первых) их персон опи-
сать, что были люди злые, скупые ябедники, умов самых
низких и незнающие нимало во обхождении дворовом,
ниже политики б оной знали. И чем выступили ко двору,
всех уничтожили, и Тихона Стрешнева в краткое время
дружбу потеряли и первым себе злодеем учинили.
Правда, сначала любовь между ими, царем Петром и
супругою его, была изрядная: но продолжилася разве
токмо год, но потом пресеклась. К тому ж царица Ната-
лья Кирилловна невестку свою возненавидела и желала
больше видеть с мужем ее в несогласии, нежели в любви.
И так дошло до конца такого, что от сего супружества
последовали в государстве Российском великие дела,
которые были уже явны на весь свет, как впредь в Гисто-
рии увидишь.
И понеже царь Пётр Алексеевич склонность свою
имел к войне от младенчества лет своих498, того ради
имел всегда забаву екзерциею военною (воинское уче-
498 Царские отпрыски и приставленные к ним дети знатных фами-
лий снабжались военными игрушками в изобилии: сначала деревян-
ными и костяными лошадками, оружием, а с 5—7 лет — совсем насто-
ящими маленькими саблями и шпагами, ружьями и пистолетами, тру-
бами, барабанами, алебардами, знаменами, пушечками. Пётр
воспитывался так же, как старшие братья, но восшествие на царство
двух царей, Ивана и Петра, заставило в общих чертах поделить их
функции: Ивану внутренние дела, Петру внешнюю политику и воен-
ное дело. Кроме того, сначала Софью, а затем Нарышкиных устраива-
ло затянувшееся детство Петра, и, чтобы игры не потеряли для
юноши увлекательность, его в изобилии снабжали живыми солдати-
297
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ние). И начал сперва спальниками своими — как о том,
и чинах их, увидишь в томе живота царя Петра Алексее-
вича — а к тому присовокупил и конюхов потешной
конюшни. И потом начал из вольных чинов шляхетства
и всяких прибирать в тот полк, и умножил до одного
баталиона, и назывались потешные, которых было с
триста человек. А другой полк начал прибирать в Семё-
новском из сокольников, и к ним также прибирать, и
набрано было с триста ж человек. И первых назвал полк
Преображенской, а второй — Семёновской.
И так помалу привел себя теми малыми полками в
огранение от сестры или начал приходить в силу. Также
с теми полками своими делал непрестанно екзерцию, а
из стрелецких полков возлюбил Сухарева полк499, и вся-
кое им награждение давал, и к себе привлек, или ска-
зать, верными учинил.
И во время того правления царевны Софьи Алексе-
евны и другого двора царя Петра Алексеевича ретираты
(отступления; зд.: оппозиции) в Преображенском, ми-
нистры с одной и другой стороны интриги производи-
ли, а именно.
Стороны царя Петра Алексеевича токмо един князь
Борис Алексеевич Голицын, да при нем держалися На-
рышкин Лев Кириллович, Тихон Стрешнев поддядька,
ками с оружием и амуницией. Политическая роль «потешных* Преоб-
раженского и Семеновского полков в конце XVII в. сильно преувели-
чена, как военная сила они впервые начали проявлять себя в Азовс-
ких походах, постепенно дорастая до уровня обычных, не игрушеч-
ных войск.
499Полк под командой стольника и полковника Лаврентия Панк-
ратьевича Сухарева за верность Нарышкиным при свержении Софьи
(1689) был сохранен во время уничтожения стрелецкого войска и
впоследствии действовал вместе с гвардией.
298
Гистория о царевне Софье и Петре
да постельничей Гаврила Головкин500, да из бояр по-
ходных, хотя в тот секрет допущены не были, князь
Михаил Алегукович Черкаской, князь Иван Борисович
Троекуров.
А с другой стороны, двора царевны Софьи Алексе-
евны, князь Василей Васильевич Голицын, Фёдор Шак-
ловитый, который един в секрете самом был у царевны
Софьи Алексеевны, также Алексей Ржевский, Семён То-
лочанов и некоторые их шляхетства посредняго (незнат-
ного дворянства), а из больших родов (т.е. аристокра-
тии) никто не мешался.
И так те интриги со обоих сторон были употребле-
ны: всякая партия к получению себе стрельцов, понеже
во оных вся сила состояла, для того, что оных было на
Москве жилых полков более 30000 (человек) и весь
двор в их руках был, и между которыми главные были
много людей умных, и богатых, и купечеством своим
богатство не малое имели.
И чрез те интриги дошло до того, что в 7197 (1689)
году царь Пётр Алексеевич понужден был в ночи из
Преображенского, месяца августа501, уйти в502 Троице-
500 Постельничий Гавриил Иванович Головкин (1660—1734) сыг-
рал важную роль в провокации, приведшей к свержению правитель-
ства регентства. В ночь на 8 августа 1689 г. он разбудил Петра и
привел к нему стрельцов, сообщивших о якобы готовящемся походе
убийц на Преображенское. До смерти перепуганный Пётр сиганул на
лошадь и скрылся в лесу; Головкин нашёл хозяина, одел и, согласно
плану, отвёз обливавшегося слезами царя в Троице-Сергиев монас-
тырь, куда днем того же дня спокойно прибыла Наталья Кирилловна
с семейством, двором, потешными солдатами и Сухаревым полком,
которыми распоряжался Б.А. Голицын. В награду Головкин получал
доходнейший Казанский приказ, а в 1709 г. был сделан государствен-
ным канцлером.
501В тесте ошиб.: «майя».
502 В тексте ошиб.: «к»
299
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Сергиев монастырь, верхом только с пятью человеки.
А мать его царица Наталья Кирилловна со всем дво-
ром той же ночи бегом понуждена быть последовать
туда ж. И в шесть часов скорым походом в тот монас-
тырь пришли.
И той же ночи помянутые полки потешные или гвар-
дия туда последовали, также и полк стрелецкой Сухарев,
который тогда в Преображенском гвардию (охрану)
имел, туда прибыл также. И многие бояре и другие
чины, принадлежащие к тому двору, туда прибыли.
И со всеми оными его царское величество Пётр Алек-
сеевич будто почитай в том монастыре в осаду сел. И во-
рота были несколько дней заперты, и пушки на стенах в
готовности, и вся та гвардия по ночам была в ружье по
стене, ожидая приходу с полками стрелецкими царевны
Софьи Алексеевны.
Теперь будем объявлять, для чего оной поход учи-
нился (в) незапной.
Для того, что царевна Софья Алексеевна, собрав той
ночи полки стрелецкие некоторые в Кремль, с которыми
хотела послать Шакловитаго в Преображенское, дабы
оное шато (загородный дворец) зажечь и царя Петра
Алексеевича и мать его убить, и весь двор побить, и себя
деклеровать (объявить) на царство.
И о том собрании, приехав стрельцы главные полку
Стремянного в Преображенское, царю Петру Алексее-
вичу объявили. И по тому доношению оной поход того
ж часу (в) незапной учинился.
И по приходе в Троицкой монастырь царь Пётр
Алексеевич отправил от двора своего одного (послан-
ца) к брату своему царю Иоанну Алексеевичу со объяв-
300
Гистория о царевне Софье и Петре
лением той причины, для чего он понужден ретировать-
ся, объявя притом все злые умыслы сестры его, царевны
Софьи, противу его.
И прося его о содержании братской дружбы, и дабы
сестру его, царевну Софью, от двора отлучить, и прав-
ления государства отнять, и ретироваться (уйти) бы ей в
монастырь. А без того (он, Петр) не может придти к
Москве, в свою резиденцию, и будет понужден искать
способ к своему обнадеживанию вооруженною рукою.
Равным же образом, то ж объявлено было обеим его
величества теткам, сестрам отца его, царевнам Анне и
Татьяне Михайловнам, также и патриарху Иоакиму, тре-
буя (от) онаго, дабы прибыл в Троицкой монастырь.
Также спальник князь Иван Гагин503 был отправлен
с грамотами по всем полкам стрелецким, которым пове-
дено было прислать выборных стрельцов в Троицкой
монастырь от всякого полку.
Также по всем ближайшим городам посланы (были)
грамоты, а велено всему шляхетству сбираться воору-
женными в Троицкой монастырь и всем офицерам ино-
земцам из (Немецкой) слободы.
Также во все (ело) боды московские торговым (лю-
дям) и гостям (богатейшим купцам) грамотами о прит-
чине походу его величества объявлено было.
А к боярам и всей палате указ был послан, дабы
ехали в Троицкой монастырь.
И притом же требовано было у царя Иоанна Алек-
сеевича, дабы Фёдор Шакловитой, главной (заводчик)
503 Спальник князь Иван Гагин — представитель фамилии ком-
натных людей молодого Петра, весьма близких к царю в середине
1690-х гг. После свержения Софьи участвовал в шутовских затеях и
Азовских походах в Преображенском полку.
301
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
того бунту, и стрельцы некоторые были выданы и за
караулом присланы в504 Троице-Сергиев монастырь.
И насупротив того присланного, (со) стороны царя
Иоанна Алексеевича был прислан в505 Троице-Сергиев
монастырь боярин и дядька князь Пётр Иванович Про-
зоровской, который был человек набожной, и справед-
ливой, и весьма противной царевны Софьи Алексеевны,
со всяким братским обнадеживанием и (объявлением)
дружбы, соболезнуя о такой притчине и протчее, и что
будет стараться всячески все учинить ко удовольству
его — любимого брата своего.
Которой князь Прозоровской был принят со всяким
почтением и, по двух днях, возвратился с тою же ком-
миссиею (поручением), дабы Шакловитого выдать и
стрельцов заводчиков, и царевне Софьи ретироваться в
монастырь девичей.
И по возвращении князя Прозоровского к Москве
царь Иоанн Алексеевич позволил патриарху, и боярем,
и всей палате ехать к брату своему, также и выборным
стрельцам из полков идти. Которые по приезде в монас-
тырь Троицкой записывали свои приезды, к чему был
определен думной дьяк Автомон Иванов506.
504В тексте ошиб.: «к».
505В тексте ошиб.: «к».
506 Автомон Иванович Иванов — видный административный дея-
тель. Начал службу подьячим у межевого дела (1675—1678), служил
на Верхотурье (1680—1681), дьяк, а с 1682-го. — думный дьяк
Поместного приказа (1681 — 1709). Кроме того, ведал царской Мас-
терской палатой (1692-1693), Иноземным, Рейтарским (1693-1697)
и Пушкарским приказами (1695—1696). Деятельно участвовал во
многих начинаниях Петра, в том числе в Кожуховском походе, введе-
нии гербовой бумаги, сборах денег и рекрутов, отправке работных
людей в Воронеж и Петербург. Заседал в Сенате наравне с сенаторами
и пользовался, судя по переписке, особым доверием Петра.
302
Гистория о царевне Софье и Петре
Еще забыл упомянуть, что царевна Татьяна Михай-
ловна, тетка царя Петра Алексеевича, также в Троицкой
монастырь пришла и было во всю ту бытность.
И так, по приезде патриарха Иоакима, и бояр, и всех
знатных, уже двор царя Петра Алексеевича пришел в
силу и тем начало отнято правлению царевны Софьи и
осталось в руках царя Петра Алексеевича и матери его,
царицы Наталии Кирилловны.
По приезде ж помянутый князь Прозоровской к
Москве, учиня рапорт царю Иоанну Алексеевичу, кото-
рый был в его, Прозоровского, руках и воле, начал он,
Прозоровской, стараться, дабы Шакловитого царевна
Софья выдала и сама ж также ретировалась в монас-
тырь.
И по многих противностях и спорах она, царевна
Софья, понуждена была Шакловитого выдать, которо-
го князь Прозоровской, приняв в ея каморе (комнате)
из рук ея, повез с собою в Троицкой монастырь за
караулом, с которым сидели два полковника по пере-
менкам.
И привезши в Троицкий монастырь (князь Прозо-
ровский) вручил (Шакловитого) царю Петру Алексее-
вичу, а о царевне Софие объявил, что (она) взяла резо-
люцию (решила) ретироваться в девичей монастырь.
А когда бояре почали в Троицкой монастырь съез-
жаться, между которыми приехал князь Василий Василь-
евич Голицын, также Алексей Ржевский, Семён Толоча-
нов и другие подобные, когда явилися к воротам монас-
тырским, от полковника дневального были остановлены
и на монастырь не пущены, и велено им (было) возвра-
титься на квартиры свои и так быть до указу.
303
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
И по трех днях князь Василий Васильевич Голицын
был приведен в (Троицкий) монастырь. И на крыльце у
палаты царского величества пред всеми боярами были
ему чтены вины его, которые состоялись токмо в худом
правлении государства и протчее, не упоминая ничего о
бунте или каких замыслов противу персоны царскаго
величества.
И чин боярства его отнят, и добры (имущества) его
все взяты на государя, а ему сказано (ехать) в ссылку со
всеми его детьми и фамилиею. И того ж дня отправлен в
провинцию города Архангельского507. А Алексея Ржевс-
кого и Семена Толочанова послали по дальним городам
также вместо ссылки.
И потом начался розыск с Шакловитым и другими
привезенными стрельцами, как Амбросим Белаго полку
и другие, которые были привезены от выборных стрель-
цов разных полков.
И по многим розыскам Шакловитому и его собесед-
никам стрельцам тут же на площади, в слободе Клемен-
тьевской, головы были отсечены, а других в ссылку со-
слали. И тем все то заметание окончилось.
И потом были призваны всех полков выборные на
крыльцо к палатам царскаго величества, где сидели цар-
ское величество и мать его, царица Наталья Кириллов-
на, и патриарх Иаким. Которым чтены были разпрос-
ные речи (показания) Шакловитого и других бунтов-
щиков, и весь розыск объявляя в народ нарочно. И те
507На поле: «NB. Надобно знать, что ссылка князю (В.В.) Голи-
цыну учинена по прошению князя Бориса Алексеевича Голицына, и
ежели б не по его заслугам, то б, конечно, был взят к розыску так же,
как и Шакловитой».
304
Гистория о царевне Софье и Петре
выборные от полков уверены милостивым словом, и
учинено (им) награждение, и отправлены к свои дома.
Потом новое правление государства началось, и По-
сольской приказ отдан Льву Кирилловичу Нарышкину,
брату царицы Натальи Кирилловны, а во Дворец (ска-
зано) Петру Аврамовичу Лопухину508, а в Большую каз-
ну (поставили) князя Петра Ивановича Прозоровского,
а в Иноземской приказ — князя Фёдора Семеновича Уру-
сова, а в Разряд — Тихона Никитича Стрешнева, кото-
рой наиболее в делах был и секрет всех дел ведал со
Львом Кирилловичем Нарышкиным, а в Конюшенной
приказ — Алексея (Прокофьевича Соковнина)509.
А других многих в чины жаловали, как Ивана Цик-
лера из полковников в думные дворяне. Князя Якова
Долгорукова (поставили) в Судной московской приказ;
Александра (Петровича Протасьева)510 в Судной влади-
мирской; князя Ивана Борисовича Троекурова в Стре-
лецкой приказ, а на его место — в Поместной приказ —
Петра Васильевича Шереметева.
Надобно ж упомянуть что сначала, по приходу в
Троицкой монастырь царскаго величества, царевна Со-
фья Алексеевна с Москвы поехала сама к брату своему
508 Боярин П.А. Лопухин возглавил приказ Большого дворца и
Судный дворцовый приказ 18 мая 1689 г., ещё при царевне Софье.
509Отчество и фамилия пропущены. А.П. Соковнин возглавлял
Конюшенный приказ с 18 января по 21 августа 1690 г. В 1689 г. в
приказе были только дьяки.
510Отчество и фамилия пропущены. А.П. Протасьев возглавлял
Владимирский судный приказ с 15 ноября 1691 до его упразднения
12 ноября 1699 г. После переворота в пользу Петра приказ возгла-
вил 14 октября 1689 г. окольничий князь Дмитрий Нефедьевич
Щербатов, затем с 9 декабря им руководил окольничий князь Иван
Степанович Хотетовский.
305
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
приносить оправдание. И навстречу ей были посланы
князь Гагин, чтоб не ездила, а потом спальник же Иван
Бутурлин511, чтоб не ездила. Однако ж она продолжала
путь свой. А в третие (к царевне) был послан князь Иван
Борисович Троекуров с тем, что ежели поедет — в мона-
стырь не будет пущена, и велено будет по ней стрелять
из пушек. И тогда от Воздвиженскаго поворотилась.
И по управлении всех тех дел царское величество
Пётр Алексеевич в Троицком монастыре чинил потеху
верхом военную, (в которой участвовали) все бояре и
генералы иноземцы, как Пётр Гордон512 и другие.
И в ту бытность в Троицком монастыре князь Борис
Алексеевич Голицын тут привел в милость иноземцов,
как: Петра Гордона генерала, полковника Лефорта513,
51 Спальник Иван Иванович Бутурлин (1661-1738), премьер-
майор Преображенского полка (1687), активный участник свержения
Софьи и Азовских походов. Пленён под Нарвой в чине генерал-
майора, обменен (1710) и участвовал в сражениях на Украине, в
Курляндии, Финляндии, морских баталиях; окончил Северную войну
полным генералом, командиром дивизии Преображенского и Семе-
новского полков; за заговор против Меншикова был разжалован,
разорен и умер в нищете.
512Пётр Иванович (Патрик) Гордон (1635 — 1699), шотландс-
кий дворянин, прослужил в России от майора (1661) до полного
генерала и контр-адмирала. Участвовал во всех крупных военных
действиях против Турции и Крыма (1672—1681. 1686—1699), был
близок к В.В. Голицыну, а затем к Петру. Оставил Дневник о
событиях 1655—1698 гг.
513Франц Яковлевич Лефорт (1656-1699), швейцарский авантю-
рист купеческого происхождения, был принят на русскую службу
благодаря женитьбе на дальней родственнице П.И. Гордона и с помо-
щью взяток дослужился до подполковника (1683). За командование
батальоном дивизии генерала В.А. Змеева в первом Крымском походе
(1687) был произведен в полковники. При Нарышкиных, использо-
вавших его для отвлечения Петра от государственных дел, глава
«всепьянейшей» компании в Немецкой слободе. Лефорт стал генерал-
майором (1690), генерал-лейтенантом (1691) и, не понюхав пороха —
306
Гистория о царевне Софье и Петре
Радивона Страсбурга514, Ивана Чамбурса515 и других
многих, то есть начала вступить в милость и фамилиа-
риту (англ, familiarity — близость, фамильярность) ино-
земцам. И по приходе к Москве начал его величество в
(Немецкую) слободу ездить чрез предвождение ж князя
Бориса Алексеевича Голицына.
Потом его царское величество прибыл во всем дво-
ром к Москве, и начала мать его править государство, а
он производить свое время непрестанно в екзерцициях
военных.
ПРАВЛЕНИЕ НАТАЛИИ КИРИЛЛОВНЫ
Теперь будем описывать о начатом правлении цари-
цы Наталии Кирилловны, и порядках двора, и про пре-
вожении времени (времяпровождении) царя Петра Алек-
сеевича, и (о) бытности в монастыре царевны Софьи.
Во-первых, начнем писать о характере царицы Ната-
лии Кирилловны. Сия принцесса добраго темпераменту,
добродетельнаго, токмо не была ни прилежная, и не
полным генералом, командиром выборных солдат уволенных заслу-
женных генералов М.О. Кровкова и А.Г. Шепелева. Из обретенной
дивизии сумел потерять в Азовском походе 1695 г. 2400 человек — и
был назначен адмиралом, но от сражения с турецким флотом благора-
зумно уклонился. Уговорил Петра ехать за границу и возглавлял
«Великое посольство», по возвращении участвовал в зверских рас-
правах над стрельцами и вскоре умер от горячки.
514Радивон Страсбург — полковник Родион Крестьянович Боур,
командовал в Северную войну Преображенским драгунским полком и
дослужился до чина генерал-лейтенанта.
515Иван Иванович Чамберс, англичанин на русской службе
(1689), полковник Семёновского полка (1695), участник Азовских
походов и Северной войны, кавалер ордена Андрея Первозванного,
служил до 1713 г. в чине генерал-поручика.
307
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
искусная в делах, и ума легкого. Того ради вручила
правление всего государства брату своему, боярину Льву
Нарышкину, и другим министрам.
И помянутой Нарышкин был судьею в Посольском
приказе, а под ним в том приказе правил Ефельян (Еме-
льян) Украинцев, думной дьяк, человек искусный в сво-
их делех, и был в тех делех (ранее) под князем (В.В.)
Голициным сосланным.
Также к нему (Л.К. Нарышкину) все министры при-
належали и о всех делах доносили, кроме князя Бориса
Алексеевича Голицына и Тихона Стрешнева.
Помянутого Нарышкина кратко характер можно
описать, а именно, что был человек гораздо посредняго
(посредственного) ума и невоздержной к питью, также
человек гордый, и хотя не злодей, токмо не склончивой
(неуступчивый), и добро многим делал без резону (при-
чины), но по бизарии своего гумору (причудам своего
настроения).
Боярин Тихон Стрешнев был в правлении в Разряде
и внутри правления государственнаго большую часть
он дела делал. О характере его описать можем только,
что человек лукавый и злаго нраву, а ума гораздо сред-
няго, токмо дошел до сего градусу таким образом, поне-
же был в поддядьках у царя Петра Алексеевича с моло-
дых его лет и признался к его нраву и, таким образом,
был интригант дворовой (придворный).
Князь Борис Алексеевич Голицын сидел в Казанском
дворце и правил весь Низ (Поволжье к югу от Нижнего
Новгорода) так абсолютно, как бы был государем, и
был в кредите при царице Наталие Кирилловне и сыне
ея, царе Петре Алексеевиче, по своим заслугам, для того,
308
Гистория о царевне Софье и Петре
что дал корону в руки он сыну ея. Был человек ума
великаго, а особливо остроты, но к делам непрележной,
понеже любил забавы, а особливо склонен был к пи-
тию. И оной есть первым, который начал с офицерами и
купцами иноземцами обходиться. И по той своей склон-
ности к иноземцам оных привел в откровенность ко дво-
ру, и царское величество склонил к ним в милость, о чем
будем впредь обстоятельно писать.
Таврило Головкин в то время был постельничим,
который крайнюю милость и конфиденцию у царя Пет-
ра Алексеевича имел и ни в какие дела не мешался. Од-
нако ж в царском величестве великую силу имел и был
партии вместе помянутаго князя (Б.А.) Голицына.
Протчие ж бояре первых домов были отчасти судья-
ми и воеводами, однако ж без всякаго повоире (влия-
ния; букв.: власти) в консилии (совете) или в палате
токмо были спектакулеми (актерами, статистами).
И в том правлении наибольшее начало падения пер-
вых фамилий, а особливо имя князей было смертельно
возненавидено и уничтожено, как от его царскаго вели-
чества, так и от персон тех правительствующих, которыя
кругом его были, для того, что все оные господа — как
Нарышкины, Стрешневы, Головкин — были домов са-
маго низкаго и убогоао шляхетства, и всегда ему внуша-
ли с молодых лет противу великих фамилей. К том ж и
сам его величество склонным явился, дабы уничтожива-
нием оных отнять у них повоир весь и учинить бы себя
наибольшим сувереном (здесь: самовластцем).
Правление оной царицы Наталии Кирилловны было
весьма непорядочное, и недовольное народу, и обиди-
мое. И в то время началось неправое правление от су-
309
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
дей, и мздоимство великое, и кража государственная,
которое доныне продолжается с умножением, и вывесть
сию язву трудно.
Другая ж комната — царя Иоанна Алексеевича —
содержала себя в тишине; токмо его величество отправ-
лял церемонии церковные и публичные, а в правление
никакое не мешалися. И той стороны токмо дядька его,
боярин князь Пётр Прозоровский, сидел в Большой каз-
не, и ведал Денежной двор, и управлял со всякою вер-
ностию и без мздоимства, понеже был человек набож-
ный, который до своей смерти был содержан честно и
так скончал свою жизнь.
Во время ж того правления царицы Наталии Кирил-
ловны с потенциями (государствами) соседственными
была тишина, и никаких знатных дел не происходило,
токмо война на Украйне продолжалася с татарами от
курсов обыкновенная, где на Украйне тогда был Борис
Петрович Шереметев, а в Черкасах (Украине) гетманом
Иван Степанович Мазепа.
ПЕТРОВСКИЕ ЗАБАВЫ
Теперь будем писать о забавах Петра Алексеевича.
По возвращении из Троицкого походу 7197 (1689)
году, его царское величество оставил свое правление,
как мы упомянули, матери своей, а сам препровождал
время свое в забавах екзерцицией военных, а именно:
начал набирать свои два полка Преображенской и Се-
меновской формально.
И в первом, Преображенском, учинил 4 баталиона,
а во втором, Семёновском, 3 баталиона. И над обоими
310
[история о царевне Софье и Петре
теми полками учинил генералом Автомона Головина516,
человека гораздо глупого, токмо что оный из спальни-
ков первый, который знал солдатскую екзерцицию.
И непрестанно время свое проводал его царское величе-
ство, уча оные полки в неделю по трижды.
И в помянутые полки набирали вольницу, как из
шляхетства, так и из других чинов. И первое начало о
вольности холопам боярским517 учинено и дана свобода
в те полки идти.
И по вся годы были деланы военный екзерциции и
бои между полками пехотными; и конница из шляхет-
ства была сбирана ротами. И кампаменты (лагеря) были
военные на Семёновском поле, где стояли дня по три и
больше, и были чинены подъезды (конные нападения),
также и даваны баталии (сражения).
Авойски оныя (устраивали потехи) под именами
двух государей названных, с одной стороны князь Фё-
дор Юрьевич Ромодановской518 назван был царь и госу-
516 Генерал Автомон Михайлович Головин начал службу комнатным
стольником Петра (1686), стал полковником формирующегося Преоб-
раженского полка и за неудачный Азовский поход 1695 г. получил
боярство. Участвовал в разгроме регулярной армии в 1698—1699 гг.,
сформировал 8 пехотных и драгунский полк из рекрутов, которые в
1700 г. под Нарвой бежали, бросив своего генерала. В 1718 г. был обме-
нен у шведов.
517 Речь идёт о боевых холопах, сопровождавших своего хозяина
на войну. Именно они составляли основную массу старинной дворян-
ской конницы, оставшейся, при введённой в 1682 г. службе в ротах,
только у дворян московского списка.
518Фёдор Юрьевич Ромодановской — князь, ужасный отпрыск
благородной фамилии, идущей от князей стародубских, давшей
России многих прославленных военачальников и государственных
деятелей, Участвовал в Чигиринском походе 1678 г. под командой
Г.Г. Ромодановского и 13 августа разбил корпус Каплан-паши и крым-
ского хана. Однако главным делом Фёдора Юрьевича стало воспита-
ние Петра, при котором он состоял с рождения. Верность Ромоданов-
311
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
дарь Плесъпурхъской, котораго резиденция была сде-
лана в Преображенском, на острову реки Яизы (Яузы),
городок Плезъпурх.
Сей князь был характеру партикулярнаго (особен-
ного), собою видом, как монстра; нравом злой тиран;
превеликой нежелатель добра никому; пьян по вся
дни; но его величеству верной так был, что никто дру-
гой. И того ради, увидишь ниже, что оному (Петр) во
всех деликатных делах поверил и вручил все свое го-
сударство.
На другой же стороне был Иван Бутурлин-Ватупич,
назван был царь и государь Семеновский. А Семёнов-
ское его резиденция была — Соколей двор на Семёнов-
ском поле. Человек был злорадной, и пьяной, й мздо-
имливой, которой обиды многим делал.
А во время тех екзерциций иноземцы офицеры име-
ли окацию (случай) свою фортуну искать при его вели-
ского Петру не знала границ. Именно ему было поручено надзирать за
заточением царевны Софьи, его царь оставлял главным лицом в
Москве во время Азовских походов и «Великого посольства», имено-
вал в личной переписке «вашим величеством». Зверство Ромоданов-
ского в «стрелецком розыске» 1698 г. изумило даже кровожадного
Петра: «всегда в кровях омываясь», застарелый алкоголик ради пы-
ток и казней способен был забыть о выпивке! С 1702 г. возглавляе-
мый Ромодановским Преображенский приказ стал всероссийским цен-
тром политического сыска. Одновременно Фёдор Юрьевич был цент-
ральной фигурой в петровских потехах, называясь адмиралом,
«генералиссимусом Фридрихом Ромодановским в стольном граде Пре-
сбурге», «королем», «князь-кесарем и величеством». Князь созна-
тельно направлял Петра к террору и реакции, призванной остановить
и обратить вспять историческое развитие России. За шутовским наря-
дом он оставался представителем феодальной знати — и даже пытался
отвести опалу от В.В. Голицына; «монстр» умер в 1717 г. в своем
старомосковском, подчеркнуто патриархальном боярском дворе, куда
не допускал развлекавшие его воспитанника иноземные тряпки, моды
и привычки.
312
Гистория о царевне Софье и Петре
честве, понеже они все установляли и разсказывали, как
оныя екзерциции отправлять, для того, что из русских
никого знающих не было519.
И в то время названный Франц Яковлевич Лефорт
пришел в крайнюю милость и конфиденцию (доверен-
ность) интриг амурных.
Помянутой Лефорт был человек забавной и роскош-
ной или назвать дебошан (буян) французский. И непре-
станно давал у себя в доме обеды, супе и была. И тут в
(его) доме первое начало учинилось, что его царское
величество начал с дамами иноземскими обходиться, и
амур начал первой быть к одной дочери купеческой,
названной Анна Ивановна Монсова520. Правда, девица
была изрядная и умная.
Тут же в доме (Лефорта) началось дебошство, пьян-
ство так великое, что невозможно описать, (так) что по
три дня запершись в том доме бывали пьяны, и что мно-
гим случалось от того (пьянства) умирать. И от того
времени и по сие число и доныне пьянство продолжает-
ся, и между великими домами в моду пришло.
Помянутой же Лефорт с того времени пришел до
такого градусу, что учинен был генералом от инфанте-
рии (пехоты), и потом адмиралом, и от пьянства скон-
чался.
Теперь возвратимся на екзерции военные.
519Виднейшие наши военачальники, такие как Неплюев, Ржевс-
кий и первые русские генералы Косагов, Шепелев, Змеев, Кровков,
были удалены из петровской армии. И более молодым русским офице-
рам Пётр не доверял, предпочитая иноземцев.
520 Анна Ивановна Монс — дочь виноторговца из Немецкой сло-
бода, смазливая девица легкого поведения, которой в 1690-х гг. увле-
кался Петр; впоследствии царь казнил ее за любовную измену и
сохранил голову красавицы на память.
313
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Об екзерциях военных можем сказать, что (они)
были весьма к прогрессу обучения его величеству и всем
молодым людям, также и народу, или ко обучению сол-
датства, и отчасти политикою, для того что с одной сто-
роны всегда были полки гвардии Преображенской и
Семеновской и два полка старых и первых солдатских
Бутырской и Шепелевской или потом названной Ле-
фортовской, а к ним присовокуплены были из полков
стрелецких, которые верны были его величеству, как
полк Сухорева и некоторые подобные ему. Ас другой
стороны были полки, которые были ему всегда против-
ны и в интерес сестры его, царевны Софьи.
И так чрез те екзерции положена была вражда между
теми полками, а особливо между солдат и стрельцами,
что не могли друг друга (не) ненавидеть и непрестанно
между ними драки бывали на всех сходбищах.
Правда ж не надобно забыть описать о тех екзерци-
ях, что были великой магнификции (пышности)521 и на-
звать надобно, (потому) что (из) забавы императора и
государя великаго, и нечто являлося из того великаго.
А особливо, как я напомню о той потехе, которая
была под Кожуховым522 в Коломенских лугах, о кото-
рой могу сказать, что едва которой монарх в Европе
может учинить лутче того.
Понеже оная потеха началась после Успеньева дня и
продолжалась 6 недель до самаго октября месяца.
И (бы) ло войск собрано, как с одной стороны, так и с
другой по 15000 пехоты и конницы, который войски
521 От лат. магн — великий и фикация — делание.
522Потеха под Кожуховым состоялась в сентябре—октябре
1694 г.
314
Гистория о царевне Софье и Петре
были командированы (управлялись) помянутыми по-
тешными или шутошными государи и цари, князем Ро-
модановским и Иваном Бутурлиным.
И к ним были во все чины дворовые и военные, по
старому обыкновению, росписаны все из первых персон
бояре и окольничие, также и все подьячие и дьяки из
приказов были посажены на лошадей и под командою
Бутурлина служили, от которых оной немалой себе про-
фикт (доход) от них получал.
И при Москве реке, на Кожуховском лугу, была учи-
нена фортеция; а войско Бутурлина стояло при ней в
транжименте (полевом укреплении) для обороны.
А царь Фёдор Плешпурской пришел с войски своими от
Москвы, и перебирался Москву реку, и перебравшись
чрез живой (наплавной) мост, взял (занял) свой лагерь
и учинил также транжемент. А потом начал аттаку чи-
нить к городу и вести обыкновенные опроши (штурмо-
вые траншеи), на которые откуль (оттуда, т.е. из города)
бывали частыя вылазки. И также фальшивыми бомбами
бомбардировали и пушечною стрельбою, например,
стреляли, будто бреши делали.
И по некоторых неделях не могли взять города,
для того, что царь Семеновской был при том с войски
своими и всегда переменял гарнизоны. Того ради
была взята резолюция стороны царя Фёдора Плеш-
пурскаго дать баталию генеральную и аттаковать
траншимент. И баталия была дана в поле, понеже
царь Семеновской не хотел сидеть в траншименте.
И царь Фёдор Плешпурской царя Ивана Семеновско-
го побил, и его взял в полон, и потом на другой день
город взял приступом.
315
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
И так тем оная потеха или военная экзерциция окон-
чилося. Во все то время хотя доброй порядок был учи-
нен, однако ж с обеих сторон убито с 24 персоны пыжа-
ми и иными случаи, и ранены с пятьдесят.
Во время всего того правления царицы Наталии Ки-
рилловны царевна Софья была в девичьем монастыре.
И содержана была по обыкновению, со всеми дворцо-
выми доместики (слугами). Также и брат ея, царь Иоанн
Алексеевич, и сестры ея к ней свободно ездили.
И в 7198 (1690)523 году родился царевич Алексей
Петрович524, котораго рождение принесло великое пора-
дование в народе, понеже сукцесия (удача) была весьма
кратка. А на другой год родился царевич Александр Пет-
рович525, из котораго наибольшее порадование было.
И при тех рождениях последний церемонии дворо-
выя отправлялися как обыкновенно: патриарх, и бояре,
и все стольники, гости и слободы были с приносом (по-
дарками) и протчие.
Что же касается до церемоний придворных — уже в
то время начало самое настало им изсякнуть. А наив-
первых выходы (государей) в соборную церковь (Ус-
пения Богородицы в Кремле) отставлены были, и един
царь Иоанн Алексеевич начал ходить. Также одеяние
царское отставлено, и (Пётр стал) в простом платье
ходить.
523В тексте вместо даты — четыре нуля.
524Царевич Алексей Петрович родился в Москве 18 февраля
1690 г.; слухи о выкидыше, случившемся у царицы Евдокии Фёдоров-
ны в августе 1689 г., очевидно, неверны. Был ненавидим Петром I,
провокационно выслан им за границу, обманом возвращен в Россию и
казнён (1718).
525Царевич Александр Петрович родился в Преображенском
23 октября 1691 г., умер 14 мая 1692 г.
316
Гистория о царевне Софье и Петре
Также публичные авдиенции (приёмы) многим от-
ставлены, как были даваны авдиенции приезжим архи-
ереям, посланникам гетманским, для которых бывали
выходы народные, но уже оным даваны были авдиен-
ции при выходах просто. И теперь о всех тех церемони-
ях обстоятельно упомянули526.
Теперь будем говорить, что при наборах потешных в
Преображенской и Семёновской полк произошло.
Многие из ребят527 молодых, народу простаго, при-
шли в милость к его величеству, а особливо Бужени-
нов528 , сын одного служки Новодевичья монастыря, так-
же и Лукин529, сын одного подьячего новгородскаго, и
многие другие, которые кругом его величества были ден-
но и ночно. И от того времени (из) простого народу во
все комнатные службы вошли, а знатныя персоны (были
от царя) отдалены.
И помянутому Буженинову был дом сделан при съез-
жей (избе)530 Преображенского полку, на котором доме
его величество стал ночевать, и тем первое разлучение с
царицею Евдокиею началось быть; токмо в день приез-
жал к матери во дворец, и временем обедовал во дворце,
а временем на том дворе Буженинаго. И так продолжа-
лося до смерти царицы Наталии Кирилловны. Помяну-
тая царица Наталия Кирилловна возненавидела царицу
526 «Из этих строк видно, что кн. Б.А. Куракиным была написана
глава о церемониях московского царского двора; в Куракинском
архиве, однако, этого описания не найдено». — Прим. Семевского.
527 В тексте ошиб.: «рабат».
528Моисей Степанович Буженинов, сержант Преображенского
полка, фаворит Петра.
529Григорий Лукин, солдат Преображенского полка, еще один
фаворит Петра; погиб под Азовом (1695).
530Съезжая изба — здание местной или полковой администрации.
317
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Евдокею и паче к тому разлучению сына своего побуж-
дала, нежели унимала.
Его же царское величество начал быть склонен к
морскому хождению. И во время (правления) матери
своей начал в Преображенском на Яузе и на Москве реке
делать суды морския и яхты, а потом самые корабли на
озере Переславском об 24-х пушках, где была чинена
военная екзерция на караблях.
И по такой своей склонности к морскому ходу и по
своей куриезите (странности) обыкновенной ходил
дважды к городу Архангельскому видеть море. И там на
приуготовленных кораблях ходил морем в Соловецкой
монастырь и в море Белое, где единожды от великого
штурму (шторма) были все в великом страхе.
И то первое начало самое к морскому делу.
Также и первое начало к ношению платья немецкаго в
тое время началося, понеже был един аглеченин торговой
Андрей Кревет531, которой всякия вещи его величеству за-
купал, из-за моря выписывал, и допущен был ко двору.
И от онаго первое перенято носить шляпочки аглинския,
как сэры (лорды) носят, и камзол, и кортики с портупеями.
Также и во время всех потех оба шутошные помяну-
тые государи и при них знатныя персоны были одеты в
немецкое платье532.
К тому же непрестанная бытность его величества на-
чалась быть в слободе Немецкой, не токмо днем, но и
531 Андрей Кревет — Андрей Юрьевич Крефт, английский торго-
вый человек и переводчик Посольского приказа, доверенный торго-
вый агент Петра I, судя по царским письмам — его любимчик.
532«Немецкое», т.е западноевропейское платье русские цари дер-
жали для дворцовых потех ещё со времён Михаила Фёдоровича, не
относясь к нему серьёзно.
318
Гистория о царевне Софье и Петре
ночевать как у Лефорта, так и по другим домам, а особ-
ливо у Анны Монсовны.
И многие купцы агленские и голанские, как Андрей
Стельс, Христофор Брант, Иван Любьс пришли в его
величества крайнюю милость и конфиденцию и начали
иметь свой свободный вход (к царю). Также все в слобо-
де офицеры знатные из иноземцов и торговые, так и на
Ганом пруде не могли единой свадьбы учинить, чтоб его
величество не звать и при нем знатных персон на свадь-
бы. И особливые банкеты чинили, и балы, и супе дава-
ли, также и ко многим на погребение зывали, где его
царское величество присутствовал со всеми своими дво-
ровыми, по чину их, в епанчах (накидках) черных.
И по склонности своей его величество к иноземчес-
кому всему тогда ж начал учиться всех екзерцицей и
языку голанскаго. И за мастера того языку был дьяк
Посольскаго приказу, породою голанец, Андрей Вини-
ус, человек умной и состояния доброго. А для екзерци-
цей на шпагах и лошадях (приглашен был) датчанин,
сын Андрея Бутенанта533. А для математики, и фортифи-
кации, и других артей (искусств), как (например) токар-
наго матерства, и для огней артофициальных (фейер-
верков) — един гамбурченин Франц Тимарман534.
533 Сын Андрея Бутенанта — гамбургский житель Генрих Бутенант
фон Розенбуш служил в Москве в 1676 г. приказчиком, затем датским
комиссаром; русские звали его Андреем Ивановичем. Семья Розенбу-
шей занимала прочное положение в иностранной колонии, а сам он
так и не покинул Москву (скончался в 1702 г.).
534 Франц Фёдорович Тимерман — голландский купец, сумевший
объяснить недорослю Петру, что такое астролябия, и ставший по сему
случаю его учителем как «геометрии и фортификации», так и всем
вообще вещам, интересовавшим царя на Западе и способным заполнить
его вакантный от обычно преподававшихся царевичам знаний ум.
319
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
А для екзерцицей солдатскаго строю еще в малых сво-
их летех (царь) обучился от одного стрельца Присвова
Обросима Белого полку, а по барабаном от старосты
барабанщиков Фёдора Стремянного полку, а танце-
вать по-польски с одной практики в доме Лефорта по-
мянутого.
Его ж величество имел великую охоту к артиллер-
ным делам и к огню артофициальному (фейерверку) и
сам своими руками работал по вся зимы. Как тогда обы-
чай был, на конец карнавала535 или на масленице на
Пресне, в деревне их величества, по вся годы потехи
огненныя были деланы. И, правда, надобное сие опи-
сать, понеже делано было с великим иждивением, и за-
бава прямая была мажесте (государю).
Их величества и весь двор в четверг на масленице
съезжали в шато свое (походный двор) на Пресне и жи-
вали дня по два; где на обоих дворцах бывали приуго-
товления потех: на одном дворце с Пушкарнаго двора, а
в другом дворце с Потешного дворца — строения рук
его величества.
Тут же сваживали пушек по полтораста для стрель-
бы в цель. И в назначенной день тем потехам поутру
начнется стрельба из пушек в цель и продолжается до
обеду; и которой пушкарь убьет в цель — бывало на-
граждение каждому по 5 рублей денег и по сукну крас-
ному или зеленому на кафтан536.
535 В тексте ошиб.: «кроновала».
536В XVII в. в России и Европе пушкари считались более масте-
ровыми, чем солдатами. В русской армии большим искусством слави-
лись артиллеристы Пушкарского полка. Во времена царя Петра поле-
вые пушки унифицированных калибров и мастера стрельбы имелись
уже не только в стрелецких, но и солдатских полках.
320
Гистория о царевне Софье и Петре
И потом обед даван был всем палатным людям, а по
обеде до вечера чинится приуготовление потех огнен-
ных. И чем ночь настенет, начинаются оныя потехи и
продолжаются временем заполночь. И на завтрие их ве-
личества возвращаются к Москве.
Теперь не надобно сего забыть и описать, коим об-
разом потешный был патриарх учинен, и митрополиты,
и другие чины духовные из придворных знатных пер-
сон, который кругом его величества были, более ко
уничтожению оных (духовных) чинов. А именно: был
названной Матвей Филимонович Нарышкин537, околь-
ничий, муж глупой, старой и пьяной, которой назван
был патриархом; а архиереями названы были другие
чины и дьяконы из спальников.
И одеяние было поделано некоторым образом шу-
тошное, а не так влас(т) ное, как наприклад (например)
патриарху: митра была жестяная, на форму митр епис-
копов католицких, и на ней написан был Бахус538 на
бочьке, также по одеянию партии игрышные (карты иг-
ральные) нашиты были; также вместо панагеи (нагруд-
ной иконы) фляги глинины (глиняные) надеваны были
с колокольчиками. А вместо Евангелия был сделана
книга, в которой (было спрятано) несколько стклянок с
водкою. И все состояло там в церемониях празднество
Бахусово.
537 Матвей Филимонович Нарышкин, окольничий — шутовской
патриарх, прежде воеводствовавший по городам, получивший весной
1682 г. стрелецкий полк, но тут же сосланный восставшими вместе с
остальными Нарышкиными. Его роль во «всепьянейшем соборе»
показывает, что Нарышкины были готовы на все, включая оскорбле-
ние Церкви, для отвлечения Петра от государственных дел.
538 Бахус, или Вакх — античный бог Дионис, покровитель виноде-
лия и винопития.
321
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
И во время дня Вербнаго воскресения также процес-
сия после обеда отправлялась на Потешном дворе. Оный
патриарх шутошной был возим на верблюде в сад Набе-
режной к погребу фряжскому (итальянскому). И там,
довольно напившись, разъезжались по домам.
Также и постановление тем патриархам шутошным и
архиереям бывало в городе помянутом Плешпурхе, где
была сложена вся церемония в терминах таких, о кото-
рых запотребно находим не распространять, но кратко
скажем — к пьянству, и к блуду, и всяким дебошам539.
Оный же патриарх с Рождества Христова и во всю
зиму до масленицы продолжал славление по всем знат-
ным дворам на Москве, и в слободе, и у знатных купцов
с воспением обыкновенным церковным, в которых до-
мех приуготаливали столы полные с кушанием, и где
прилунится обедали все, а в других ужиновали, а во
оных токмо пивали. И (так) продолжалось каждый день
до полуночи, и разъезжались всегда веселы. Сие славле-
ние многим было безчестное и к наказанию от шуток
немалому: многие от дураков были биваны, облиты и
обруганы.
Теперь будем напоминать о начале придворных ду-
раков и о ссорах во пьянстве между бояры.
Сей обычай был издавно — иметь придворных дура-
ков для забавы, а временем оные служили и для полити-
ки, как мы покажем явно в сей Гистории, чему были
явные свидетели.
539 «См. наш очерк, составленный по собственноручным царя Пет-
ра Алексеевича заметкам и шуткам: «Пётр Великий как юморист», в
книге «Слово и дело!», исторические очерки М.И. Семевского. СПб.,
1884 г., стр. 277—334». — Прим. Семевского.
322
Гистория о царевне Софье и Петре
И в первых взят был ко двору дворянин новгородец,
Данило Тимофеевич Долгорукой540 назывался; мужик
старой, и набожной, и препростой, который больше не
имел шуток никаких, токмо вздор говаривал и зла нико-
му не капабель (не способен) был сделать.
Потом взят был Яков Тургенев541, из дворян, также
мужик старой и без зла, токмо утешен (забавен) был
своими поступки и ума рехнулся.
И потом многие были другие взяты, как Филат Шан-
ской542 из дворян же. Сей пьяной человек, и мужик про-
нырливой, и употреблен был за ушника (доносчика), и
при обедах, будто в шутках или пьянстве, на всех мини-
стров разсказывал явно, что кто делает, и кого обидят, и
как крадут.
Потом были взяты многие, и собрание немалое, как
было из знатных персон, так из простых. А особливо
теперь упомянем о князе Шаховском543, который был
ума немалого и читатель книг, токмо самый злой сосуд и
540Данило Тимофеевич Долгорукой — петровский шут, не имев-
ший отношения к княжескому роду Долгоруковых.
541 Яков Фёдорович Тургенев — шут, происходивший из извест-
ного дворянского рода. Смеясь над безумным стариком, Пётр устроил
в начале 1694 г. его свадьбу с дьячьей женой: свадебный поезд ехал
на быках и козлах, свиньях и собаках, пьяная маскарадная свадьба
игралась три дня в шатрах между Преображенским и Семёновским
селами. В Кожуховском походе Тургенев шел впереди конницы Ромо-
дановского.
542Филат Шанской — Иван Пименович Шанский, шут из дворян-
ской семьи, сыгравший роль жениха на маскарадной свадьбе с сест-
рой князя Ю.Ф. Шаховского в 1702 г. Гости была в старинной при-
дворной одежде; мужчины и женщины петровского двора пили и
гуляли три дня.
543Юрий Фёдорович Шаховской, князь ярославской ветви Рюри-
ковичей, архидьякон шутовского «всепьянейшего собора», отличав-
шийся наиболее злобными проделками.
323
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
пьяной, и всем злодейство делал, с перваго до последне-
го. И то делал, что проведывал за всеми министры их
дел, и потом за столом, при его величестве, явно из них
каждого лаевал и попрекал всеми теми их делами, чрез
которой канал его величество все ведал.
Оной же, Шаховской, во время славления, которой
чин носил архидиакона, и ему были приказаны все выс-
лавление расписывать, наживал от того себе великие
пожитки, понеже власть имел писать в то славление из
стольников, и из гостей, из дьяков, из всяких чинов, из
чего ему давали великие подарки.
Оные же дураки, как лепень прилипало, Шаховской
и другие прочие, были употреблены (царем) для нака-
зания многим знатным персонам и министрам, будто во
пьянстве и от их (шутов) самаго произволения. И когда
ему величеству на которого министра было досадно — и
чтоб онаго пообругать, то при обедах и других банкетах
оным дуракам было приказано котораго министра или
которую знатную персону напоить, и побить, и побра-
нить; (шуты) то тотчас чинили, и на оных никому обо-
роны давано не было.
Возвращусь топерь описывать о забавах святошных,
который при дворе бывали, внесены и начаты чрез од-
ного вымыслом — из спальников Василия Алексеева
сына Соковнина544.
Старой обычай есть в народе российском, что пред
праздником Рождества Христова и после играют свят-
544 Василий Алексеевич Соковнин — комнатный стольник Петра с
1676 г. и близкий товарищ его развлечений. После казни отца, Алек-
сея Прокопьевича, обвиненного в заговорепротив царя (1697), был
разжалован в городовые дворяне и сослан.
324
Гистория о царевне Софье и Петре
ки,— то есть в дом друзья между собой сбираются в
вечеру, и из подлых (низкородных) людей сами одева-
ются в платье машкараты, а у знатных людей люди их
играют всякия гистории смешныя.
И по тому обыкновению царское величество при
дворе своем также играл святки (со) своими комнат-
ными людьми. И одного избрали за главу и установи-
теля той потехи Василья Соковнина, котораго назва-
ли пророком. Сей муж был злой и всяких пакостей
наполнен.
И в тех святках, что происходило — то великою кни-
гою не описать, и напишем, что знатнаго. А именно: от
того начала ругательство началось знатным персонам и
великим домом, а особливо княжеским домом многим и
старых бояр.
Людей толстых протаскивали сквозь стула (стулья),
где невозможно статься. На многих платье (раз) дирали
и оставляли нагишем, иных гузном яицы на лохани раз-
бивали. Иным свечи в (задний) проход забивали: иным
на лед гузном сажали; иных в (задний) проход (кузнеч-
ным) мехом надували, от чего един Мясной545, думной
дворянин, умер. Иным многия другия ругательства чи-
нили.
И сия потеха святков так происходила трудная, что
многие к тем дням приуготовливалися, как бы к смер-
ти. И сие продолжалося до езды заморской в Голлан-
дию546 .
545 Погибший в петровских забавах думный дворянин Василий
Данилович Мясной был заметной фигурой при дворе в 1680-х гг.
546Т.е. до «Великого посольства» 1697—1698 гг.
325
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
ПЕРВЫЕ ГОДЫ ПРАВЛЕНИЯ ПЕТРА
Теперь возвращаюся на правление царицы Натальи
Кирилловны. В правление ея знатного ничего не проис-
ходило, токмо все дела происходили с великими взятки.
И в 7202 (1694)547 году (царица) скончалась. Тогда весь
говерноменът (состав правительства) пременился.
И по смерти ея вступил в правление его величество
царь Пётр Алексеевич сам. И когда его величество полу-
чил известие о смерти своей матери, быв в доме своем в
Преображенском, тогда был в великой печали, и на по-
гребении у матери своей на был; токмо присутствовал
брат его, царь Иоанн Алексеевич.
Сия смерть принесла падение Льва Нарышкина, по-
неже он от его царскаго величества всегда был мепризи-
рован (презираем) и принят за человека глупаго.
И по смерти царицы Натальи Кирилловны, хотя его
царское величество сам вступил или понужден был всту-
пить в правление, однако ж труда того не хотел понести
и оставил все своего государства правление министрам
своим.
И сперва объявился было в фаворе и как бы быть за
перваго князь Борис Алексеевич Голицын. Токмо сие не
продолжалось более, как недели две, понеже был чело-
век забавной и отлучался часто по своим деревням.
И так в кратком времени (власть) потерял, однако ж
остался в прежнем градусе и правил или владел всем
Низом. Но во все дела внутренний его величество поло-
жился и дал управлять на Тихона Стрешнева, хотя кото-
547В тексте ошиб.: «7200».
326
Гистория о царевне Софье и Петре
рого внутренно не любил548, ниже эстимовал (ценил,
уважал).
Топерь будем упоминать, кто вступил тогда в прав-
ление первых шаржей (ведомств) по смерти царицы На-
тальи Кирилловны549.
Брат ея величества умершей — Лев Нарышкин, пра-
вил Посольской приказ. И первой год он, Нарышкин,
правил тот Посольский приказ, и во всю езду его вели-
чества в чужестранные край. Но по возвращении (своём
в Москву) от всех дел его, Нарышкина, его величество
отставил. И Посольской приказ отдан со всем правле-
нием Фёдору Алексеевичу Головину, которой был уже
потом фаворитом550.
А Казанской дворец правил и весь Низ с великою
ауториею (властностью) князь Борис Алексеевич Го-
548 «На поле заметка автора: «NB. Для того не любил, что ему,
Стрешневу, причитал свою женитьбу на роде Лопухиных». — Прим.
Семевского.
549 «Эта заметка до характеристики Ромодановского писана ав-
тором в другом месте его записок, именно на 32—34 стр. рукописи;
она является позднейшею вставкою кн. Б.И. Куракина». — Прим.
Семевского.
550Фёдор Алексеевич Головин (1650—1706) — ближний боярин,
граф, фельдмаршал. Представитель старинного дворянского рода
начал службу в комнатных стольниках (1676), при Софье получил
чин окольничего и возглавил русское посольство в Цинскую импе-
рию, с которой заключал позорный Нерчинский мир, отказавшись,
по требованию Ф.А. Шакловитого, переданному через голову канц-
лера В.В. Голицына, от русского Амура (1689). По возвращении в
Москву был пожалован Нарышкиными в бояре и через несколько
лет стал ближайшим товарищам Петра. В «Великом посольстве»
Головин был вторым после Лефорта, по смерти которого унаследо-
вал чин генерал-адмирала (1699). Заполучив в свои руки всю вне-
шнюю политику, втянул Россию в военный союз против Швеции и
верно служил интересам западных стран, обескровливая оба госу-
дарства в Северной войне. Лишь после смерти любимца Петра I
Россия постепенно добилась перелома в ходе военных действий.
327
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
лицын. Которой по смерти царицы Натальи Кирил-
ловны вступил было во все правление государствен-
ное, как бы быть первым министром, в том надеянии,
что его величество к нему естиму (уважение) великую
имел за все его прежния показанныя службы во время
царевны Софии Алексеевны; также и для другой прит-
чины, что оной князь Голицын был друг душевный ге-
нералу Лефорту, которой был великим фаворитом у
его величества. Однако ж помянутой князь Голицын в
своем проекте весьма обманулся и был человек, прав-
да, ума великаго, токмо погрешения многия имел: пер-
вое — пил непрестанно, и для того все дела неглижиро-
вал (пренебрегал); второе — великой мздоимец, так что
весь Низ раззорил.
Однако ж за его заслуги великия его величество со-
держал его в своей милости по смерть, и некоторые годы
поставил ему в правление, почитай суверенное551, весь
Низ. И когда его величество вступил сам во все правле-
ние государства и начал устанавливать новое определе-
ние правления — тогда Низ весь и оной (Казанский)
приказ от него, Голицына, взят. И определено править
по губерниям и протчее, как о сем будем ниже простран-
нее писать.
Протчие ж министры или судьи остались всякой в
своем правлении, токмо все приналежали до Тихона
Стрешнева, как мы выше упомянули.
В то ж время фавор к Лефорту продолжался, токмо
был для одних вечеринок и пиров, а в делах оной Ле-
форт сил не имел и не мешался, и правления никакого
551В тексте ошиб.: «суверенное».
328
Гистория о царевне Софье и Петре
не имел, токмо имел чин адмирала и генерала от инфан-
терии.
И понеже был человек слабаго ума и не капабель
(способен) всех тех дел править по своим чинам, то все
управляли другие вместо его. Помянутой Лефорт и дан-
но и нощно был в забавах: супе, балы, банкеты, картеж-
ная игра, дебош с дамами и питье непрестанное, — отто-
го и умер во время своих лет под пятьдесят.
Но в то ж время Александр Меньшиков552, почал при-
ходить в великую милость, и до такого градуса взошел,
что все государство правил почитай. И дошел до граду-
са фельдмаршала, и учинился от цесаря сперва графом
имперским, а потом вскоре принцом, а от его величества
дуком (князем) ижерским.
И токмо ему единому давалось на письме и на словах
(титулование) «светлость». И был такой сильной фаво-
рит, что разве в римских гисториях находят. И награжден
был таким великим богатством, что приходов (доходов
со) своих земель имел по полторасто тысяч рублев. Также
и других трезоров (сокровищ) великое множество имел,
а именно: в каменьях считалось на полтора миллиона
рублей, а особливо знатную вещь имел — яхонт червща-
552Александр Данилович Меншиков (1673—1729), светлейший
князь и обладатель всевозможных титулов, наиболее постоянный и
влиятельный петровский фаворит. Сын дворцового конюха стал цар-
ским денщиком (1686) и постепенно распространил свое влияние на
все сферы государственного управления. Энергичный, храбрый, та-
лантливый и корыстолюбивый, Меншиков отличился во многих сра-
жениях как командующий, с 1718 г. возглавлял Военную коллегию.
После смерти Петра I возвел на престол свою бывшую любовницу
Екатерину I, выдал дочь замуж за Петра II и правил страной, пока не
был свергнут знатью и сослан с семьёй в Берёзов (1727), где и
скончался.
329
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
той (рубин тёмно-красный), великой цены по своей ве-
ликости, и тяжелине, и цвету, которой считался токмо
един в Европе.
Характер сего князя описать кратко: что был гораз-
до среднего, и человек не ученой, ниже писать что мог,
кроме свое имя токмо выучил подписывать, понеже был
из породы самой низкой, ниже шляхетства.
Магнифиценция (пышность) жития его описана бу-
дет ниже, и все его авантажы (приключения) и при пол-
ки (при полках?) счастливые и несчастливые.
А для самой конфиденции к своей персоне (царь
Пётр Алексеевич) всегда любил князя Фёдора Юрьевича
Ромодановского, шутошного названного царя Плеш-
бурхскаго, которому учинил новой приказ в Преобра-
женском и дал ему все розыскныя дела о государствен-
ных делех, то есть что касается до его царской персоны,
до бунтов и протчее, также и другие розыскныя самыя
важныя дела.
Также оной правил судом всю гвардию Преобра-
женскаго полку. Также оному дал власть: во время свое-
го (царского) отбытия с Москвы и вне государства, как
на приклад (на пример) в бытность свою в Голандии, и
в Англии, и в Вене, также и в другая отбытности, —
править Москву, и всем боярем и судьям прилежать до
него, Ромодановскаго, и к нему съезжаться всем и сове-
товать, когда он похочет.
А другим образом определено было съезжаться на
дворец в приказ Счетной, где сидел Никита Зотов553,
553 Никита Моисеевич Зотов (около 1644—1717) служил дьяком
в приказах: Челобитном (1673—1677), Сыскном (1676—1677), Вла-
димирском судном (1678—1679), Московском судном (1679—1680) и
330
Гистория о царевне Софье и Петре
думной прежде бывший дьяк, а потом думной дворянин,
которой был учителем его величества писать.
О власти же его, Ромодановскаго, упоминать еще
будем, что принадлежит до розысков, измены, доводов
(доносов) до кого б какой квалиты (знатности) и лица
женского полу или мужеского не пришло, мог всякого
взять к розыску, арестовать, и розыскивать, и по розыс-
ку вершить (расправу).
И еще более: ежели б из фамилии его величества есть
какая притчина, на которую явилась, что б касалася к
предосуждению самой его величества персоны, мог бы,
взяв, сослать в монастырь.
Поместном (1681-1682). С августа 1680-гопо январь 1681г. со
стольником Василием Тяпкиным вел сложные переговоры в Бахчиса-
рае, увенчавшиеся заключением мира с Турцией и Крымом; за это был
пожалован в думные дьяки. Был близок к Петру с того времени,
когда учил царевича читать и писать, но до прихода к власти Нарыш-
киных (1689) его роль при петровском дворе была малозаметна. Зато
в 1690-х гг. опытный делец со всей серьезностью взялся за организа-
цию «сумасброднейшего, всешутейшего и всепьянейшего собора».
Как при воинских потехах под командой Ф.Ю. Ромодановского Пётр
был бомбардиром или шкипером, так в кощунственных и свинских
«соборах» оставался лишь дьяконом. «Всешутейший отец Иоаникий,
пресбургский, кокуйский и всеяузский патриарх», «князь-папа» Зотов
учил теперь развратного юношу пьянству и дебоширству, как делом,
так и в отвратительнейшей переписке. На надо думать, что ум «князь-
папы» был омрачён пьянством или старческой слабостью; ведение
Зотовым дел в Азовских походах, в воронежском вояже царя выдает
в его выходках трезвый расчет. В 1701 —1703 гг. Зотов был уже
думным дворянином и печатником Ближней канцелярии, в 1710 г. он
вместе с новыми шутовскими прозвищами получил чин ближнего
советника и Ближней канцелярии генерал-президента. Однако в глу-
бокой старости, имея внуков, Никита Моисеевич продолжал шутов-
скую игру, устроив собственную издевательскую свадьбу (1714). Не-
удивительно, что человек, оказавший сильное влияние на воспитание
необходимого реакционным силам преобразователя, очень огорчил
Петра своей смертью. Новым «князь-папой» стал Бутурлин.
331
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
Оной же князь Ромодановской ведал монастырь де-
вичей, где царевна Софья заключенная сидела, и содер-
жал ее в великой крепости. И когда розыски самыя ца-
ревны Софии были554, то его величество сам распраши-
вал ее в присутствии его, князя Ромодановскаго, и кроме
его в тех делах никому конфиденции (доверия) не имел.
Оной же имел власть к своей собственной забавы
всю его величества охоту соколью содержать на коште
дворцовом (за счет дворцового ведомства); и как в лу-
гах Коломенских, так и в других местах заказ (запрет)
был тою охотою никому ездить,— сие токмо чинилось
для его одного.
Оной же имел власть как из бояр, так из другаго
шляхетства и из всякаго чину брать к себе и содержать
для своей забавы, понеже был человек характеру парти-
кулярного (особенного), а именно: любил пить непрес-
танно, и других поить, и ругать, и дураков при себе
имел, и ссоривал, и приводил в драку, и с того себе имел
забаву.
554Розыски... царевны Софьи — Софью пытались обвинить в под-
готовке стрелецкого восстания во время сысков конца 1698 — начала
1699 г.
332
ПРИЛОЖЕНИЕ
чины
И ЦЕНТРАЛЬНЫЕ ВЕДОМСТВА
РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА
В XVII ВЕКЕ
ЧИНЫ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА
СЛУЖИЛЫЕ ПО ОТЕЧЕСТВУ
1. ГОСУДАРЕВ ДВОР
Боярская Дума
БОЯРЕ — знатнейшие члены Думы. Число их сильно
колебалось (от 13 человек в 1630 г. до 63 в 1693 г.),
причем на заседаниях Думы всегда было меньше списоч-
ного состава. Ведь бояре занимали высшие военные, ад-
министративные и дипломатические должности, часто
333
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
связанные с отлучками из столицы, не говоря уже об
отпусках и опалах (когда государь «не велел боярину
лица своего видети»). В Думе бояре занимали места по
старшинству: первым был конюший боярин, за ним шли
ближние или комнатные бояре, входившие в кружок
личных советников государя, а затем уже остальные. По
знатности происхождения и влиятельности при дворе
имена бояр перечислялись одно после другого в ежегод-
ных Боярских списках. Представители 16 родовитейших
фамилий имели безусловное право стать боярами, ми-
нуя лестницу чинов, при освобождении закрепленных
за их родом вакансий и имели в Думе больше своих
представителей, чем вся остальная знать. Еще четыре
фамилии, выдвинувшиеся в XVII в., постепенно заслу-
жили право миновать чин окольничего, другие обязаны
были прежде отслужить в этом чине. Но боярство могло
быть пожаловано государем, по прохождении лестницы
чинов, любому человеку в награду за военные или дип-
ломатические заслуги. Частенько в бояре попадали род-
ственники цариц и царские любимцы.
ОКОЛЬНИЧИЕ — второй по значению думский чин.
В отличие от бояр, сидевших в присутствии царя, не сни-
мая шапок, они стояли на заседаниях Думы, получали
менее важные чины в армии и посольствах, в приказах и
на воеводствах, имели более низкие поместные и денеж-
ные оклады. Как правило, это были немолодые люди,
сделавшие карьеру благодаря выдающимся заслугам.
Для многих родов этот чин был пределом возвышения.
Число окольничих колебалось в разные годы от 4 до
55, причем большинство всегда было на дальних служ-
бах и изредка в отпусках. Влиятельнейший из окольни-
334
Приложение
чих занимал должность оружничего и ведал Оружейной
палатой, остальные почитались согласно месту в своем
разряде Боярского списка.
ДУМНЫЕ ДВОРЯНЕ — чин, предназначенный для
представителей незнатных родов, чей совет был желате-
лен в Думе. Его получали, например, выдающиеся воен-
ные специалисты, первые русские генералы регулярной
армии, особо отличившиеся администраторы и т.п.
В разное время таких было от 1 до 40 человек. В прид-
ворной карьере аристократов этот и следующий чин от-
сутствовали, хотя в редких случаях думные дворяне и
думные дьяки могли быть пожалованы в окольничие.
ДУМНЫЕ ДЬЯКИ — видные представители граждан-
ской администрации, призванные участвовать в заседа-
ниях Думы постоянно, в отличие от своих собратьев, при-
глашавшихся во дворец только для доклада. Имели пра-
во возглавлять приказы в качестве судей (простые дьяки
могли управлять приказом только коллегиально).
Ближние люди
КОМНАТНЫЕ СТОЛЬНИКИ И СПАЛЬНИКИ -
юноши знатных фамилий, служившие государю за сто-
лом и в спальне. Жили во дворце и спали по очереди в
царской опочивальне.
КРАВЧИЙ (ЧАШНИК) — доверенный стольник, за-
ботившийся о царском питье и лично его подававший.
ПОСТЕЛЬНИЧИЙ — доверенный стольник, ответ-
ственный за царскую постель и опочивальню.
ЛОВЧИЙ — организатор царской охоты.
КАЗНАЧЕЙ — хранитель царских драгоценностей.
335
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
СТРЯПЧИЙ С КЛЮЧОМ — дворцовый эконом.
ПЕЧАТНИК — канцлер, хранитель государственных
печатей.
ЯСЕЛЬНИЧИЙ — ответственный за царскую ко-
нюшню и выезд.
Дворовые чины
СТОЛЬНИКИ — несколько сотен дворян, первона-
чально обслуживавших царские пиры и приемы, разно-
ся яства и напитки. Со временем — просто чин, с соот-
ветствующим поместным и денежным окладом. Юноши
знатнейших родов начинали службу в стольниках, до-
жидаясь пожалования в Думу. Достигшие этого чина
представители незнатных московских фамилий служили
приказными судьями, полковниками и ротмистрами, го-
родовыми воеводами и послами в местах, слишком не-
значительных для думных людей, или их товарищами
(помощниками). При этом как чин требовал определен-
ной должности, так и должность — например, военная —
могла определить пожалование в стольники человека,
никогда не прислуживавшего за столом.
СТРЯПЧИЕ — около тысячи дворян, первоначально
предназначавшихся для сопровождения царя и мелких
посылок. К концу XVII в. занимали ответственные дол-
жности, кроме воеводских и посольских, получая чин в
силу родовой традиции или в награду за заслуги.
ДВОРЯНЕ МОСКОВСКИЕ — отборное дворянство,
удостоенное занесения в Боярский список. Его предста-
вители составляли Московский полк тяжелой кавале-
рии, назначались на различные командные должности,
336
Приложение
составляли свиту послов и полководцев, могли продви-
гаться по лестнице придворных чинов.
ЖИЛЬЦЫ — около двух тысяч молодых дворян
московского списка, группами по нескольку сотен че-
ловек дневавших и ночевавших на царском дворе для
охраны и посылок. С этого чина начиналась служба
большинства придворных. Жильцы назначались на ко-
мандные должности в рейтарские, драгунские и солдат-
ские полки.
ДЬЯКИ — последний чин Боярских списков. Руко-
водители делопроизводства в центральных и крупных
местных государственных учреждениях, непременно
участвовали в посольствах и военных кампаниях, по-
лучали крупное жалованье землями и деньгами. Слу-
жили под руководством довольно часто сменявшихся
судей и воевод или правили своим учреждением колле-
гиально. Обычно выходили из чиновников-подьячих,
но по способностям могли назначаться прямо из куп-
цов или дворян.
2. ГОРОДОВОЙ СПИСОК
ДВОРЯНЕ ГОРОДОВЫЕ — служилые землевладель-
цы, записанные в чин по определенному уезду, но иног-
да призываемые по выбору служить при Московском
дворе и жалуемые за заслуги в столичные чины. Занима-
ли средние командные и рядовые должности сначала в
уездном ополчении, а затем в регулярных полках рей-
тар, гусар, драгун и даже солдат.
ДЕТИ БОЯРСКИЕ — младший чин мелкопоместных
и беспоместных уездных дворян. Верстались в рядовой и
337
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
младший командный состав полков, становились по-
дьячими, промышляли на выборных городских долж-
ностях, чтобы выслужить поместье и более высокий чин
либо купить землю и перейти в городовые дворяне. Не-
редко шли на частную светскую и церковную службу,
записывались в военные холопы, монастырские дружи-
ны и т.п.
СЛУЖИЛЫЕ ПО ПРИБОРУ
ПОДЬЯЧИЕ — рядовые чиновники государствен-
ных учреждений — московских приказов и городовых
приказных изб. Получали денежное и натуральное
(продуктами, одеждой) жалованье, нередко имели пра-
во «кормиться от дел»: получать мзду от просителей.
Их следует отличать от площадных подьячих — част-
ных ходатаев по делам, объединявшихся в профессио-
нальные корпорации (самая известная из них — «Ива-
новская площадь» в столице), но остававшихся в своих
сословиях (хоть в крепостных крестьянах). Стать при-
казным подьячим в принципе мог всякий грамотный и
способный вольный человек. В Посольском, Разряд-
ном и Поместном приказах существовали специальные
училища, где готовили подьячих. Младшие подьячие
переписывали бумаги, средние — составляли докумен-
ты и справки, старшие или справные — руководили де-
лопроизводством своих подразделений-столов и редак-
тировали исходящие документы. Успешное прохожде-
ние подьяческих чинов обеспечивало производство в
дьяки.
338
Приложение
СТРЕЛЬЦЫ — профессиональное сословие пехо-
тинцев-мушкетеров, созданное в середине XVI в. Их
служба была пожизненной и наследственной, дополни-
тельный контингент набирался из добровольцев —
«охочих вольных людей». Стрельцы получали денеж-
ное и хлебное жалованье, имели льготы в налогах с
занятий ремеслами и розничной торговлей. Жили в го-
родах особыми укрепленными слободами со съезжей
или полковой избой в центре. Москва была окружена
целой цепью полковых слобод. Московские стрельцы
составляли своего рода гвардию и посменно направля-
лись на фронты и опасные границы как ударная сила
армии. Отборный Стремянной полк нес царскую охрану
в походах. Городовые стрельцы, получавшие более
скудное содержание, составляли постоянные гарнизоны
важнейших городов. Высший командный состав — пол-
ковники и подполковники — назначался из дворян, а
сотники, пятидесятники и десятники выбирались стрель-
цами. Артиллерию, ручное вооружение, боеприпасы и
конный транспорт полки содержали на свой счет.
СОЛДАТЫ — профессиональная пехота западноев-
ропейского образца, формировавшаяся с I четверти
XVII века из черносошных крестьян, даточных и воль-
ных людей. В отличие от стрельцов, каждый из которых
был вооружен мушкетом, бердышом (секирой, одновре-
менно служившей сошкой для мушкета) и саблей, сол-
даты делились на мушкетеров и пикинеров. Имели тяже-
лое защитное вооружение: стальные вороненые кирасы,
набедренники и глубокие шлемы-барселины (стрельцы
обходились лишь круглыми блестящими касками), со-
держали полковую артиллерию. Основная масса солдат
339
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
была наделена пахотной землей в угрожаемых районах
и, получая налоговые льготы, обязана была «учиться
почасту» воинскому строю. В военное время солдаты
получали денежное содержание. Солдатские выборные
полки квартировали в Бутырках под Москвой и получа-
ли постоянное жалование.
ПУШКАРИ — как во всех европейских армиях, рус-
ские артиллеристы изначально являлись профессиональ-
ной корпорацией. Их управлением и жалованьем ведал
Пушкарский приказ. Несли гарнизонную службу в горо-
дах, где жили своими слободами (подобно стрельцам),
обслуживали главный артиллерийский парк в Москве и
выступали в поход с регулярными полками. В войнах с
Турцией и Крымом составляли значительно превосходя-
щее неприятеля соединение — Пушкарский полк.
ВОРОТНИКИ И ЗАТИНЩИКИ - специальная ох-
рана городских ворот и стрелки из крепостной (затин-
ной, т.е. бьющей из-за ограды-тына) мелкокалиберной
артиллерии. Содержались городами на средства мест-
ной казны и почти не имели привилегий сравнительно с
тяглым населением. Подобно землепашцам-драгунам,
так и не перешли на регулярную службу.
ЯМЩИКИ — корпорация пожизненных и наслед-
ственных служащих ямской гоньбы, живших слободами
в городах и на ямских дворах, расставленных по боль-
шим дорогам. Обязаны были держать наготове лошадей
для обладателей казенных подорожных: почтарей и чи-
новников, спешивших по делам службы. Управлялись и
получали оплату по подорожным в Ямском приказе.
В ямщики могли зачисляться даже крепостные, не осво-
бождавшиеся при этом от хозяев.
340
Приложение
К МЕЛКИМ СЛУЖИЛЫМ КОРПОРАЦИЯМ отно-
сились, например, царские конюхи или сокольничие.
Все большее уважение при дворе приобретали певчие
дьяки — артисты царской, царицыной и царевниных хо-
ровых капелл. Постепенно складывалось убеждение, что
все общественные группы, подчиненные непосредствен-
но государству, а не частным владельцам, являются «чи-
нами» — частями единого и совершенного государствен-
ного организма. Например, гости (богатейшие купцы и
промышленники), кадашевцы, члены Гостиной и Сукон-
ной сотен (корпораций купцов и мануфактуристов),
черные люди (городские ремесленники, мелкие торгов-
цы и наемные рабочие), крестьяне черносошные (госу-
дарственные) и дворцовые (царские) и т.д.
341
АЛФАВИТ МОСКОВСКИХ ПРИКАЗОВ
НАИБОЛЕЕ ВАЖНЫЕ И ПОСТОЯННЫЕ
УЧРЕЖДЕНИЯ ИЗ ПОЧТИ 80 ВОЗНИКАВШИХ
В РАЗНОЕ ВРЕМЯ ПРИКАЗОВ
АПРЕКАРСКИЙ — ведал приемом и службой царс-
ких врачей (дипломированных докторов медицины,
фармацевтов, лекарей и учеников), содержанием и по-
полнением Аптеки.
БОЛЬШОГО ДВОРЦА — руководил удовлетворени-
ем всех продуктовых нужд царского дворца: в питье
(Сытенный двор), заготовке, приготовлении и раздаче
съестного (Кормовой дворец), в хлебе (Житенный двор)
и хлебных изделиях (Хлебный двор). Ведал также царс-
кими игрецами на музыкальных инструментах.
БОЛЬШОГО ПРИХОДА — ведал сбором пошлин:
таможенных, с гостиных дворов, лавок и погребов. Кон-
тролировал систему мер и весов. Занимался судострое-
нием, содержанием послов, иноземных купцов, перевод-
чиков и казаков.
342
Приложение
БОЛЬШОЙ КАЗНЫ — осуществлял раскладку и
сбор налогов с купечества, мастеров-ювелиров и насе-
ления подведомственных приказу районов страны. Ру-
ководил работой Денежного двора и Тульских желез-
ных заводов, поиском золотых и серебряных месторож-
дений, преследовал фальшивомонетчиков.
ЗЕМСКИЙ — ведал посадскими людьми Москвы и
нескольких других городов, городским благоустрой-
ством и «благочинием», вел московские уголовные дела.
ЗОЛОТОГО И СЕРЕБРЯНОГО ДЕЛА - руководил
царскими ювелирными мастерскими.
ИНОЗЕМНЫЙ — отвечал за службу и жалованье
солдатских полков и приглашенных в Российское госу-
дарство иноземных специалистов (кроме медиков).
КАЗАНСКИЙ ДВОРЕЦ — управлял землями быв-
ших Казанского и Астраханского ханств и всеми горо-
дами Поволжья от Нижнего Новгорода, собирал с них
налоги.
КАЗЕННЫЙ — ведал царской казной: драгоценными
металлами и каменьем, мехами и материями,— а также
мастерами для изготовления драгоценных одежд в царс-
кий дом, пожалования служилым людям и духовенству.
Отсюда выходили знаменитые «шубы с царского плеча».
КАМЕННЫЙ — отвечал за казенное каменное стро-
ительство, кирпичные и известковые заводы, камено-
ломни, мастеров-каменщиков.
КОНЮШЕННЫЙ — ведал царской конюшней и
охотой, коннозаводством и торговлей лошадьми в госу-
дарстве.
МАЛОРОССИЙСКИЙ — создан после воссоедине-
ния Украины с Россией для развития контактов с укра-
343
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
инскими властями. Принимал в Москве и выдавал по-
жалования малороссийским чинам и казакам, поддер-
живал православное духовенство, рассматривал конф-
ликты и жалобы, собирал информацию о положении в
регионе, играя роль филиала Посольского приказа.
МАСТЕРСКИЕ ПАЛАТЫ — Царская и Царицына
палаты осуществляли изготовление, хранение и пожа-
лование легкой одежды и белья мужской и женской по-
ловины дворца. К концу XVII в. конкурентами Палат
при дворе стали модные частные мастерские.
МОНАСТЫРСКИЙ — ведал всем «духовным чином»
России — от патриарха до дьячка — и сбором государ-
ственных податей с зависимого от церкви населения.
ОРУЖЕЙНЫЙ — руководил Оружейной палатой,
военными заводами и мастерами-оружейниками, разра-
боткой, производством и закупкой всех видов личного
оружия для двора и армии.
ПЕЧАТНЫЙ — ставил Малую государственную пе-
чать на грамоты о служебных назначениях, судебных
приговорах, актах наследования и т.п., взимая печатную
пошлину.
ПОМЕСТНЫЙ — ведал землевладением бояр и дво-
рян: наследованием, окладами, переводом поместий в
вотчины и т.п.
ПОСОЛЬСКИЙ — центральное дипломатическое ве-
домство государства. Давал задания и принимал отчеты
послов, посланников и гонцов, собирал и распростра-
нял международную информацию. Распоряжался Боль-
шой и Средней государственными печатями, ведал про-
езжими иноземцами, донскими казаками, служилыми
татарами, греками и т.п. Имел штат опытных переводчи-
344
Приложение
ков, заграничных резидентов, писцов и художников,
собственное училище. Глава приказа обычно был гла-
вой правительства.
ПУШКАРСКИЙ — руководил пушечными дворами (за-
водами), артиллерией и припасами к ней, пушкарями и ма-
стерами, военно-техническими разработками и зарубежны-
ми заказами на тяжелое вооружение. Отвечал за совершен-
ствование всех видов армейского «огненного» оружия.
РАЗБОЙНЫЙ — вел общегосударственный сыск
злодеев, осуществлял суд и казнь по тяжким уголовным
преступлениям (бунт, убийство, разбой и т.п.), имел си-
стему местных губных изб и тюрем, содержал штат сле-
дователей и палачей.
РАЗРЯДНЫЙ — занимался всеми дворянскими
службами и чинопроизводством. Сочетал роли Мини-
стерства обороны и Генерального штаба: составлял пла-
ны стратегического развертывания армии и погранич-
ной охраны, проводил мобилизации, осуществлял цен-
тральное руководство боевыми действиями и военной
разведкой.
РЕЙТАРСКИЙ — ведал набором, содержанием и
обучением полков рейтар — тяжелой кавалерии, воору-
женной карабинами, большими пистолетами и палаша-
ми, одетой в стальные кирасы и шлемы.
СИБИРСКИЙ — отвечал за центральное управление
и сбор налогов в Сибири и на Дальнем Востоке, за обо-
рону, дипломатическое и разведывательное обеспечение
восточных рубежей державы.
СТРЕЛЕЦКИЙ — осуществлял набор и содержание
столичных и городовых стрелецких полков, управление
их военной, караульной и пожарной службами.
345
Царевна Софья и Пётр. Драма Софии
СУДНЫЕ ПРИКАЗЫ — почти все центральные ве-
домства занимались судом на подведомственных им тер-
риториях, над определенными слоями населения и в пре-
делах своих задач. Функции специальных судебных при-
казов тоже были разделены:
ВЛАДИМИРСКИЙ — суд над высшими чинами, от
боярина до дворянина московского;
МОСКОВСКИЙ — суд над городовыми дворянами и
детьми боярскими;
ДВОРЦОВЫЙ — суд над служителями царского
дворца;
СУДНЫЙ МОНАСТЫРСКИЙ - разбирал тяжбы
между монахами и монастырей с населением;
СУДНЫЙ ПРИКАЗ (конец XVII - начало
XVIII в.) — ведал сыском беглых крестьян и фиксацией
крепостных актов.
СЫСКНОЙ — занимался сыском беглых частновла-
дельческих и государственных крестьян и посадских лю-
дей, а также возвращением их назад силой. Использовал
воинские команды и часто принужден был заменять изу-
веченных чиновников.
СЧЕТНЫЙ — подсчитывал государственный бюджет,
сводя воедино приходно-расходные документы прика-
зов и местных учреждений, взимая в свой доход учтен-
ные недоимки и «остаточные» деньги учреждений.
ТАЙНЫХ ДЕЛ — занимался личными «делами вся-
кими тайными и явными» царя Алексея Михайловича,
надзирал за чиновниками, руководил секретными воен-
ными разработками (например, гранатным делом),
изысканиями в области акклиматизации на Руси южных
растений, шелковым производством и т.п.
346
Приложение
ХОЛОПИЙ — регистрировал зависимое состояние и
вершил суд над всеми категориями холопов: кабальных,
«записных служилых», дворовых, временных, пожиз-
ненных («полных») и т.п. Отдавал в холопы за долги,
сыскивал беглых холопов.
ЧЕЛОБИТНЫЙ — принимал и докладывал царю
жалобы на чиновников, ведал судом над всеми служа-
щими московских приказов.
ЧЕТВЕРТИ — подчинялись, как правило, главе По-
сольского приказа и осуществляли центральное управ-
ление в определенных районах государства:
НОВГОРОДСКАЯ — в Великом и Нижнем Новгоро-
де, Пскове, Архангельске, Вологде и Поморье;
УСТЮЖСКАЯ — в Устюге Великом с уездом;
КОСТРОМСКАЯ — в Ростове, Ярославле, Костро-
ме и др.;
ГАЛИЦКАЯ — в Галиче с уездом.
НОВАЯ ЧЕТВЕРТЬ — собирала кабацкие доходы,
преследовала самогонщиков и тайную продажу табака.
ЯМСКОЙ ПРИКАЗ — ведал организацией почты и
ямской гоньбы, руководил ямскими слободами, выда-
вал и оплачивал подорожные.
Оглавление
ПРЕДИСЛОВИЕ................................5
ВЗГЛЯД СОВРЕМЕННОГО ИСТОРИКА
ЛЕГЕНДЫ И БЫЛЬ О ВРЕМЕНИ ЦАРЕВНЫ СОФЬИ.....10
Легендарные времена.....................10
Исторический миф........................15
Катастрофа..............................20
Премудрая дева..........................28
Возрождение государства.................36
Правительница и ее круг.................44
Тернии власти...........................52
Цена победы.............................59
Государственный переворот...............65
ВЗГЛЯД ФРАНЦУЗСКОГО АВАНТЮРИСТА
ПРИКЛЮЧЕНИЯ НЁВИЛЛЯ
И ЕГО ЗАПИСКИ О МОСКОВИИ................72
«Тайный агент» в России.................73
«Любопытные и новые известия о Московии».82
Да был ли мальчик?......................86
348
Оглавление
Де ла Нёвилль
ЛЮБОПЫТНЫЕ И НОВЫЕ ИЗВЕСТИЯ
О МОСКОВИИ 1689 г........................109
Посвящение Людовику XIV........................109
Московия в 1689 году...........................117
Состояние Московии с 1682 до 1687 г............136
Поход москвитян на Крым с 1687 по 1689 год.....158
Поход москвитян на Крым 1689 года..............170
Повествование о смятениях......................181
Причины смятений...............................200
Нынешнее состояние Московии....................210
Нравы и религия москвитян......................217
Изложение рассказов Спафария
о путешествии в Китай и торговле с этой страной.229
ВЗГЛЯД РУССКОГО АРИСТОКРАТА
ЖИЗНЬ И НАБЛЮДЕНИЯ КНЯЗЯ КУРАКИНА........243
Князь Борис Иванович Куракин
ГИСТОРИЯ О ЦАРЕВНЕ СОФЬЕ И ПЕТРЕ..................266
Предисловие.....................................266
Смута 1682 г. в Москве..........................269
Правление Софьи Алексеевны......................285
Свержение царевны Софьи.........................295
Правление Наталии Кирилловны....................307
Петровские забавы...............................310
Первые годы правления Петра.....................326
ПРИЛОЖЕНИЕ
ЧИНЫ И ЦЕНТРАЛЬНЫЕ ВЕДОМСТВА
РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА..................333
Чины Российского государства
служилые по отечеству.................333
Служилые по прибору............................338
АЛФАВИТ МОСКОВСКИХ ПРИКАЗОВ.......................342
349
Научно-популярное издание
Terra Historica
Богданов Андрей Петрович
ЦАРЕВНА СОФЬЯ И ПЁТР. ДРАМА СОФИИ
Генеральный директор Л.Л. Палъко
Ответственный за выпуск В.П. Еленский
Главный редактор С.Н. Дмитриев
Редактор В А. Ластовкина
Корректоры: Б. С. Тумян, О.С. Сергеева
Верстка И.В. Хренов
Разработка и подготовка к печати
художественного оформления Е.А. Забелина
Санитарно-эпидемиологическое заключение
№ 77.99.98.953.Д.012232.12.06. от 21.12.2006 г.
E-mail: veche@veche.ru
http://www.veche.ru
Подписано в печать 21.12.2007. Формат 84x108 ]/з2.
Гарнитура «OctavaC». Бумага офсетная. Печать офсетная.
Печ. л. 16. Тираж 3000 экз. Заказ №К-10.
Отпечатано в полном соответствии с качеством
предоставленного электронного оригинал-макета
в типографии ОАО ПИК «Идел-Пресс».
420066, г. Казань, ул. Декабристов, 2.
E-mail: idelpress@mail.ru
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ВЕЧЕ»
ООО «ВЕСТЬ» является основным поставщиком
книжной продукции издательства «ВЕЧЕ»
129348, г. Москва, ул. Красной Сосны, 24.
Тел.: (495) 188-88-02, (495) 188-16-50, (495) 188-40-74.
Тел./факс: (495) 188-89-59, (495) 188-00-73
Интернет: www.veche.ru
Электронная почта (E-mail): veche@veche.ru
По вопросу размещения рекламы в книгах
обращаться в рекламный отдел издательства «ВЕЧЕ».
Тел.: (495) 188-66-03.
E-mail: reklama@veche.ru
ВНИМАНИЮ ОПТОВЫХ ПОКУПАТЕЛЕЙ!
Книги издательства «ВЕЧЕ» вы можете приобрести также
в наших филиалах и у официальных дилеров по адресам:
В Москве:
Компания «Лабиринт»
115419, г. Москва,
2-й Рощинский проезд, д. 8, стр. 4.
Тел.: (495) 780-00-98, 231-46-79
www.labirint-shop.ru
В Санкт-Петербурге:
ЗАО «Диамант» СПб.
г. Санкт-Петербург,
пр. Обуховской обороны, д. 105.
Книжная ярмарка в ДК им. Крупской.
Тел.: (812) 567-07-26 (доб. 25)
В Нижнем Новгороде:
ООО «Вече-НН»
603141, г. Нижний Новгород,
ул. Теологов, д. 1.
Тел.: (831 2) 63-97-78
E-mail: vechenn@mail.ru
В Новосибирске:
ООО «Топ-Книга»
630117, г. Новосибирск,
ул. Арбузова, 1/1
Тел.: (383) 336-10-32, (383) 336-10-33
www.top-kniga.ru
В Киеве:
ООО «Издательство «Арий»
г. Киев, пр. 50-летия Октября, д. 26, а/я 84.
Тел.: (380 44) 537-29-20,(380 44) 407-22-75.
E-mail: ariy@optima.com.ua
Всегда в ассортименте новинки издательства «ВЕЧЕ»
в московских книжных магазинах:
ТД «Библио-Тлобус», ТД «Москва», ТД «Молодая гвардия»,
«Московский дом книги», «Букбери», «Новый книжный».
ПИШЕШЬ РЕФЕРАТ?
СДАЕШЬ ЭКЗАМЕНЫ?
«100 великих» помогут на все 100!
• 100 томов в серии
• Энциклопедическая полнота
• Отечественные и зарубежные авторы
Лучшие книги серии изданы в подарочном
исполнении в серии
Золотая коллекция
«100 великих»
• Цветные иллюстрации на мелованной
бумаге
• Оригинальное оформление
Осенью 1689 года потерпела крах политика Софьи Алексеев-
ны Романовой. Почему-же мудрое и справедливое правление
Россией, когда процветади науки, ремесла, культура и «тор-
жествовала вольность народная», обернулось трагедией для
страны? Личность старшей сестры Петра овеяна легендами.
Ее усиленно очерняли на протяжении столетий, и образ «цеп-
кой и хищной» царевны крепко вбит в сознание современно-
го читателя.
Автор книги, доктор исторических наук, профессор А.П. Бог-
данов, предлагает вашему вниманию три совершенно разных
взгляда на правление Софьи, равно противоречащих стерео-
типу. Авторская часть книги рассказывает, откуда взялись
знакомые широкому читателю представления о России конца
XVII века и как они соотносятся с фактами.