СЕКРЕТЫ БУЛАТА
ПРЕДИСЛОВИЕ
Формы классических образ-
цов этого оружия усилиями
десятков поколений мас-
теров-оружейников уже
давно доведены до совер-
шенства, разработаны и способы их из-
готовления. Другое дело, что опыт этих
мастеров, суть применяемых ими техно-
логий не нашла подробного отражения в
печатных трудах.
Известный теоретик клинкового ору-
жия штабс-капитан Федоров в начале XX
эка писал: «скудость изданий о холод-
ном оружии просто изумительна». Дейс-
твительно, издание всего нескольких
хороших книг на эту тему за всю историю
России - мощной в военном отношении
и богатой культурными традициями де-
ржавы, иначе как удивительной не назо-
вешь.
Я столкнулся с этой «изумительной»
проблемой, когда начал заниматься ис-
следованиями способов производства
булата - древней оружейной узорчатой
стали. Как и положено, начал я с попытки
разобраться в терминах, т.е. попытался
понять, что же такое булат и чем он от-
личается от обычной современной или от
дамасской стали? Оказалось, что о булате
можно прочесть всего лишь в нескольких
книгах, изданных на русском языке около
ста лет назад. Внятного объяснения, что
такое «секрет булата», я в них не нашел. В
последнее время картина обратная - вал
публикаций в периодической печати на
тему узорчатых сталей. И, что примеча-
тельно, каждый автор дает свое объяс-
нение смысла технологий, применяемых
им и другими, и свое объяснение получа-
емых результатов.
Современные исследователи, создав-
шие этот информационный шум, никак
не могут прийти к единому мнению, в
чем же, собственно, заключается «секрет
булата». Так как технологии получения
узорчатых сталей, на которые они указы-
вают как на единственно верные и под-
линно древние, разнятся между собой
принципиально, в самой теоретической
основе, их описание дает пищу для ума,
и не вселяет убежденности и твердой
веры в истинности этих теорий. Если же
кто-нибудь пробует заняться производс-
твом булата на практике, то он сталкива-
ется с отсутствием точных и проверен-
ных опытом рекомендаций, наглядно
подкрепленных результатами. Довольно
мучительный и долгий путь собственных
проб и ошибок не всегда приводит к до-
стижению хороших результатов, именно
по такому поводу есть мудрое высказы-
вание, что самый горький - путь проб и
ошибок.
В этой книге я постарался изложить
и обобщить сведения о работе древних
мастеров со всего света, подкрепив те-
оретические рассуждения собственным
опытом.
Так случилось, что я начал занимать-
ся дамасской сталью - этим старинным
клинковым металлом, еще ничего не зная
об истории оружия, находясь фактически
в информационном вакууме по этой теме.
В кузнечно-клинковое дело я пришел из
дела ракетно-космического, поэтому на
традиционные технологии металлургов
древности смотрел несколько свысока.
Однако вплотную занявшись металлурги-
ей оружейных сталей, понял, что кузнецы
древности может быть и меньше нас зна-
ли, но гораздо больше понимали.
5
Леонид Архангельский
ЖЕЛЕЗНЫЙ ВЕК
По данным археологии, для
производства оружия пер-
воначально использовались
самородки - золотые или
медные, однако широкое
распространение и использование ме-
таллических орудий определяется не
только их высоким качеством, но и воз-
можностью получения в достаточном ко-
личестве материала для их производс-
тва. Вполне очевидно, что самородки
весьма скудная сырьевая база для изго-
товления топоров и копий. Значит, толь-
ко открытие способа получения металла
из руд приводит к по-настоящему широ-
кому распространению металлических
орудий вообще и оружия в частности.
Открытие выплавки, например, меди
в древности связывали с огромным лес-
ным пожаром, при котором лежащие на
поверхности самородки, куски руды рас-
плавлялись, а руда восстанавливалась
до чистого металла. Действительно, для
восстановления меди из богатых руд
типа малахита достаточнотемпературы в
Музейный макет средневековой японской печи
700-800 °C, которая вполне может быть
достигнута в обычном большом костре.
Осложняло дело то обстоятельство, что
для достижения высокой температуры
требовался приток кислорода, а для
образования чистого металла - восста-
новительная атмосфера, т.е. недостаток
кислорода.
Английский ученый Г.Коглен пока-
зал, как в древности преодолели это
противоречие. Он засыпал смесь руды
с древесным углем в глиняный горшок,
накрыл его крышкой и поставил в кос-
тер. Кислород почти не проникал в со-
суд, и на дне горшка скопилась медь
в виде губчатой массы, спекшейся из
отдельных зерен металла. В древности
такая металлическая губка, так называ-
емая крица, проковывалась в раскален-
ном состоянии для уплотнения и удале-
ния шлаков.
В горшок из огнеупорной глины
- тигель, помещалось сравнительно
небольшое количество руды, поэтому
и вес медной крицы, получаемой таким
3. Дренаж для слива шлака
4. Крица
5. Сопло
6. Щебень с глиной
Схема сыродутного горна
способом, был невелик. Догадались
поместить не горшок в огонь, а огонь в
горшок, т.е. в печь, весьма похожую на
большой горшок из камня. Такая печь
представляла собой небольшую яму в
земле, окруженную плотной каменной
кладкой. Располагали эти устройства
на вершинах или подветренных скло-
нах гор, чтобы обеспечить естественное
раздувание ветром через специальное
отверстие в нижней части каменной
кладки. Перед плавкой в печь послойно
засыпали измельченную руду и древес-
ный уголь до тех пор, пока не заполняли
всю внутреннюю полость печи. В ветре-
ный день уголь поджигали. Постепенно
металл восстанавливался и опускался
вниз, на дно печи, где и скапливался в
виде корольков, смешанных со шлаком.
Встречаются несколько основных
типов первобытных плавильных печей.
Одни фактически представляют собой
обложенный камнями костер, т.е. не-
высокую кольцевую каменную кладку
вокруг неглубокой ямки в земле, другие
же изготавливались путем обмазыва-
ния глиной шахтного каркаса из камней
или прутьев и очень походили на вко-
панный в землю большой горшок. Раз-
нообразие форм и размеров этих «гор-
шков» в разных частях света и в разные
6
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
времена приводило к тому, что и добы-
ваемый металл зачастую получался раз-
ного качества, носил отпечаток местных
особенностей, но основной принцип
всех технологий был одинаков. Так или
иначе, человек научился выплавлять
металл.
Металлургические печи с естест-
венным дутьем развивали температуру
около 900 °C, а температура плавления
даже легкоплавкой меди составляет
1085 °C, поэтому металл в таких печах не
расплавлялся. Для повышения темпера-
туры выплавки потребовалось приме-
нение печей с принудительным дутьем,
которые развивали температуру более
1200 °C. Предполагают, что такие высо-
котемпературные печи появились в За-
кавказье, южнее Эльбруса, на рубеже
пятого тысячелетия до Р.Х.
Воздух в эти печи нагнетался легки-
ми человека, который дул в деревянную
трубку с глиняным наконечником-со-
плом. Для выплавки даже небольшо-
го количества металла надо было «со-
петь» несколько часов подряд, что вряд
ли доставляло большое удовольствие
древним металлургам. Рабы, в чьи обя-
занности входило обеспечивать наддув
при выплавке металла, выдерживали
всего несколько лет, так как их легкие
растягивались, становились дряблыми,
отекали, и люди умирали. Такое поло-
жение не устраивало ни рабов, ни их
Современный горн
Кратер в Аризоне
владельцев, поэтому легкие человека
заменили при наддуве мехами различ-
ных конструкций.
Таким образом, к началу второго ты-
сячелетия до Р.Х. металлурги древности
имели в своем распоряжении сыродут-
ную печь для выплавки металла из руд,
огнеупорный тигель для его расплавле-
ния и литья, а также набор кузнечных
инструментов для обработки получен-
ного металла.
Металлическое оружие произвело
подлинный переворот в военном деле.
Наряду с силой и ловкостью воина
важное значение приобрело качество
его вооружения - защитного панциря
и шлема, меча и наконечника копья. В
«Илиаде» Гомера неоднократно описы-
валось, как наконечники копий троян-
цев сминались, ударившись о щит или
панцирь ахейца, в то время как копья
ахейцев легко пробивали защитные
доспехи троянцев. Вероятно, кузнецы
ахейцев в совершенстве владели при-
емами упрочняющей обработки меди и
ее сплавов.
Стремление к совершенствованию
боевых свойств оружия привело к тому,
что наряду с медью и бронзой люди все
чаще стали применять и другой металл,
еще больше подходящий для произ-
водства оружия. Этот металл - железо.
Древнеримский историк Плиний назы-
вал его всесокрушающим и все подчиня-
ющим «царем металлов». Железо прак-
тически не встречается в самородном
виде, поэтому материалом для первых
изделий из него послужило метеорит-
ное железо. Небесное происхождение
железа было несомненным практически
во всех древнейших цивилизациях. Шу-
меры называли его «небесной медью»,
египтяне - «родившееся на небе», а хет-
ты прямо писали, что железо произошло
с неба.
Метеориты вообще находят очень
редко, а железные составляют только
5% от их общего количества, поэтому
небесный источник металла не имел
очень уж большого практического зна-
чения. Лишь какое-нибудь отдельное
племя могло получить «подарок с неба»
в виде глыбы весом в несколько тонн.
Так, например, в Гренландии нашли
железный метеорит весом в 37 т. Точ-
нее, нашли остаток метеорита, потому
что он служил источником металла для
нескольких поколений местных эскимо-
сов, которые умудрялись откалывать от
железной глыбы мелкие куски и плющи-
ли из них свои немудреные инструмен-
Леонид Архангельский
Осколок Сихоте-Алиньского метеорита
Южноафриканский метеорит
для головы «Иного
ты. С превеликим трудом этот «огрызок»
был доставлен экспедицией Роберта
Пири в США, и сейчас он хранится в му-
зее Метрополитен в Нью-Йорке.
Кроме гренландского, были найдены
еще несколько многотонных железных
метеоритов. Самый большой такой ме-
теорит упал в Америке на территории
современного шт. Аризоны. Его масса
оценивается в десятки тысяч тонн, и при
падении этой железной скалы образо-
вался кратер диаметром 1200 и глуби-
ной 175 м, а основная масса метеорита
лежит на глубине 420 м.
Трудно точно определить, когда
впервые начали применять метеори-
ты для изготовления клинков, но самое
древнее известное сегодня железное
оружие представляет собой найденный
на юге Месопотамии кинжал именно из
метеоритного железа, который был из-
готовлен методом холодной ковки при-
мерно в 3100 г. до Р.Х. Происхождение и
8
*
Так куется метеорит
крайняя редкость «небесного металла»
придавала изделиям из метеоритного
железа особые ценность и значение.
Например, очень толковый древнерим-
ский царь Нума Помпилий, прославив-
шийся своей миролюбивой политикой,
владел щитом из метеоритного железа.
Клинки сабли российского императора
Александра I и шпаги лидера южноаме-
риканских повстанцев Симона Боливара
были изготовлены из такого же матери-
ала, но в войнах, в которых участвовали
эти два деятеля, было убито более двух
миллионов человек. Конечно, эти пред-
меты вооружения не предназначались
для непосредственного использования
в бою, но их символическое, а то и ма-
гическое значение бесспорно.
Открытие методов добычи железа
из руд не положило конец применению
небесного металла в клинках. На Вос-
токе традиции и навыки применения
небесного металла при изготовлении
клинков сохранялись долго и тщатель-
но. Настолько долго и тщательно, что
Фрагмент рукояти. Изготовлен из метеоритного железа
дошли даже до промышленной эпохи.
Так, тележурналисту Алексею Борзенко
служители багдадского исторического
музея рассказывали, что еще в не столь
далекие времена существовала своего
рода профессия «охотников за метеори-
тами». Они ездили на верблюдах по пус-
тыне и отслеживали места их падения.
Если удавалось найти железный метео-
рит, его продавали за немалые деньги.
Постоянными покупателями были куз-
нецы из иракского города Мосул, кото-
рые добавляли небесный легированный
металл в свой фирменный «розовый»
Дамаск.
Думаю, для них наиболее ценным
(наряду с престижностью) было на-
личие легирующих добавок в составе
метеоритов. О химическом составе ме-
теоритов можно получить представле-
ние на примере рассыпавшегося при
падении на мелкие части крупного Си-
хоте-Алиньского железного метеорита,
кусок которого оказался в моем распо-
ряжении. Химический анализ дал сле-
екреты булата
Нож «Иной». Автор: Андрей Колесников, клинок: Леонид Архангельский
ощие результаты: никель - 5,7 %, ко-
: альт - 0,48 %, медь - 0,01 %, фосфор
- 0,28 %.
Лично я к экзотике отношусь насто-
роженно, поэтому несколько раз по-
думал и посоветовался с теми, с кем
можно советоваться, прежде чем ре-
шился попробовать отковать что-либо
метеоритного железа. Для начала
просто выплавил в заводских условиях
партию металла с химическим составом
метеорита - никель и фосфор в чистом
железе. Добавил в сварочный Дамаск
и посмотрел, что получилось - получи-
лось красиво. Яркие блестящие узоры,
коепкая сталь... Вот только расковывать
анки этого «синтетического метео-
рита» было сущим мучением. Они трес-
кались и разваливались на куски даже
при аккуратной ковке, да и сваривать
их со сталью было не очень просто. Кое-
как приноровился, а полученный опыт и
отработанные технологические приемы
'жил в копилку, до востребования.
остепенно накопилось немало до-
полнительной информации. Например,
о наследниках оружейников древней
Месопотамии - кузнецах из Мосула и
их «розовом» Дамаске, а также непро-
веренные новые сведения о добавлении
древними славянами (русами?) толче-
метеоритного железа в оружейную
□ . Не забывал и про саблю Алексан-
дра I. Если лондонские кузнецы, в 1814
г. отковавшие из метеоритного железа
российскому императору престижную
саблю, смогли справиться с космичес-
ким металлом, то отчего бы и мне не
изготовить что-нибудь престижно-ху-
Зственное из подлинного метеорит-
железа?
Для начала, в соавторстве с худож-
ником-оружейником Андреем Колесни-
ковым, мы просто использовали цель-
ный кусок метеорита в оформлении
ножа с названием «Иной». Тема «Ино-
го» задумывалась изначально именно
зязи с метеоритом, его прилетом.
Подбирались разные названия, служа-
щие определениями вещи и помогаю-
щие оформить её образ - «Странник»,
«Пришелец», даже «Чужой». Но эти на-
звания не подошли, потому что стран-
ники приходят и обязательно уходят,
пришельцы ассоциируются с зелеными
человечками в тарелках, а «чужой» те-
перь накрепко связан со склизкой тва-
рью из голливудского ужастика. Нет,
именно «иной» - даже не враждебный,
но все же навсегда другой. Живой, орга-
ничный, с ажурно-узорчатым телом под
титановым панцирем (скафандром?)
- но живущий в межзвездных мирах и
пришедший к нам с метеоритным ли-
цом, как бы оплавленным и сглаженным
раскаленным потоком в стремительном
прилете извне. Кстати, «Извне» - другое
рабочее название ножа, на клинке кото-
рого в форме факела ракетного пламени
проявлен узор Дамаска в виде искр. Или
Структура метеорита
Дамаск из метеорита
9
Леонид Архангельский
Нож «Пчак» с клинком из метеоритного железа. Автор: Андрей Головин, клинок: Леонид Архангельский
звезд? Такое вот «лирическое отступле-
ние» от чисто металлургической темы...
При обработке метеоритов выясни-
лось, что кристаллическая структура ме-
талла очень крупная, хорошо видимая
на отполированном и протравленном
срезе. Можно сказать, железные мете-
ориты - это своего рода слитки небес-
ного булата. Размер и четкость узоров у
разных образцов (сортов) метеоритов
разнится в зависимости от их величины
и химического состава, но общий тип
одинаков. В инопланетном железе много
не только никеля, но и фосфора, а часто
и совсем уж вредной серы. С точки зре-
ния современной практической метал-
лургии, метеорит - это весьма грязное
грубоструктурное сырье. И оказалось,
что куется этот материал еще хуже, чем
его синтетический аналог.
Фосфор при повышенном содержа-
нии образует легкоплавкую эвтектику
- стеатит, который плавится уже при
950 °C, поэтому ковка при нормальном
ковочном нагреве - самый прямой и
быстрый путь к порче экзотического ма-
териала. Также и крупные включения
сернистого железа в некоторых сортах
метеоритов вовсе не улучшают ковоч-
ных свойств металла. Даже при ковке
без перегрева кусок метеоритного же-
леза может покрыться сплошной сеткой
трещин и развалиться на куски. Кстати,
клинок сабли Александра тоже имеет
явные следы ковочных трещин.
Ковка экзотических металлов - дело
непростое... Сначала метеорит потрес-
кался и у меня, но к такому эффекту я
был готов, и не расстроился, потому
что помнил легенду о давней неуда-
че среднеазиатских кузнецов, которым
эмир Бухары поручил отковать клинок
из метеорита. Им за порчу дорогого
сырья снесли головы, а я треснувшие
куски успешно использовал для изго-
товления метеоритного мозаичного
Дамаска, который все равно собирался
делать. Наварил растрескавшиеся ку-
сочки метеорита на тонкую пластину и
далее действовал обычным порядком,
используя давний, ранее приобретен-
ный опыт кузнечной сварки капризно-
го металла. Сложил узорчатый блок,
сварил его в горне и расковал в тонкий
пруток, который туго закрутил и вварил
в клинок. Попутно убедился, что, анало-
гично пословице «Лучше один раз уви-
деть, чем сто раз услышать», «один раз
сделать» лучше, чем сто раз прочитать о
работе других».
После шлифовки, закалки и трав-
ления на этом клинке проявился яркий
белый узор метеоритного железа на
черном фоне углеродистой стали. И, что
особо примечательно, полученный узор-
чатый металл имел четко выраженный
розовый оттенок! Этот оттенок, или
отлив, ясно проявляется, если смотреть
на клинок под некоторым углом. Вот и
разгадка, почему старинный клинковый
металл из Мосула называют «розовым»
Дамаском. Действительно, из-за его
цвета, хотя название и одинаково с на-
званием узора древних римских мечей,
в которых, как принято считать, термин
«розовый» относится к фрагментам узо-
ра в виде цветков розы.
Однако продолжим. Последователь-
но и не спеша пройдя этапы от исполь-
зования синтетического метеоритного
железа до ковки и кузнечной сварки ме-
теорита природного, я счел интересным
и возможным сделать еще mai— отко-
вать клинок из небесного металла це-
ликом, из одного куска. Метеоритный
Дамаск на Западе изготавливают мно-
гие мастера, но я не читал и не слышал.
чтобы в современном мире кто-либо из
мастеров отковал клинок из цельного
куска небесного металла, поэтому для
меня это было своего рода творчес-
ки-технологическим вызовом. Кроме
того, поскольку я специализируюсь на
узорчатых сталях, мне было интересно
посмотреть, как проявится узор на ко-
ваном небесном булате. И проявится ли
вообще.
Немецкие кузнецы, работавшие с
метеоритным железом разных сортов,
осторожно утверждают, что узор не со-
храняется, во всяком случае, при при-
меняемых ими технологиях, что и не
удивительно: для получения заготовки
клинка они несколько раз расплющива-
ют, складывают и проваривают растрес-
кивающиеся куски метеоритного желе-
за, поэтому и характерный узор металла,
представляющий собой резкую неодно-
родность структуры, успешно разма-
зывается и растворяется до неразличи-
мости; остается, грубо говоря, «голый»
химический состав и память о небесном
происхождении металла. Впрочем, они
же считают возможным сохранение ес-
тественного узора метеорита при акку-
ратной «холодной» ковке со множест-
вом минимальных подогревов.
Эти способы я опробовал, одобрил,
но все же пошел совсем другим путем:
после пары относительных неудач от-
ковал клинок классического средне-
азиатского пчака. Почему именно пчак?
- По разным причинам. Во-первых, ис-
пользование метеоритов в клинках из-
древле характерно именно для Востока.
Во-вторых, подталкивало меня и некое
честолюбие - сделать то, что вроде бы
не удалось придворным оружейникам
эмира Бухары.
Углерода в небесном металле нет,
а изготавливать совсем уж декоратив-
ный из-за отсутствия твердости клинок
противно моим принципам. Поэтому
науглеродил лезвие начерно отшлифо-
ванного клинка, подвергнув его цемен-
тации, после чего обычным порядком
10
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
закалил клинок в минеральном масле.
Науглероженная, твердая часть клин-
ка образовала четко видимую темную
стальную область, своего рода линию
«хамон» японских мечей. А узор? Что
же, узор проявился во всей красе, при-
мечательно, что на всех частях клинка
- и на твердой, и на мягкой, на насы-
щенной углеродом и на лишенной его.
Предоставляю читателям подумать, по-
чему так получилось и чем, собственно,
образован этот узор при таком химичес-
ком составе?
Этот клинок из «небесного булата»
я отковал, применив земную булатную
технологию. Набрал мелких кусочков
железных метеоритов нескольких сор-
тов и переплавил их в своей высоко-
температурной печи по отработанной
булатной технологи, получив таким
образом металл с усредненным хими-
ческим составом железного «метеорита
вообще». Полученный слиток расковал
на особых, булатных же режимах, спо-
собствующих сохранению узоров. Здесь
сработал мой своего рода «булатный
рефлекс»: когда я еще только начинал
исследования булата, то уже видел про-
явления его технологий повсюду - и в
строении перистых облаков, и в смор-
щенной лужице засохшей краски. Так и
в метеорите разглядел булатный слиток.
Разве что выплавленный в космосе и не
человеком...
Ну, что еще сказать про клинки из
небесного металла? Сегодня по своим
чисто механическим характеристикам
материал этот не сулит и не дает ниче-
го особо выдающегося. Даже наоборот,
в чистом виде для клинков ножей он
малопригоден. Если его не закаливать,
а просто упрочнять холодной ковкой,
как и делали тысячи лет назад, он хотя
и превосходит обычное железо, все же
уступает современной стали. И наугле-
роживание с закалкой не намного улуч-
шает режущие свойства из-за наличия
громадных по сегодняшним меркам
примесей фосфора и серы. Лезвие по-
лучается хрупким. Даже опытному мас-
теру нужно немало потрудиться, чтобы
поднять его свойства до уровня прилич-
ной клинковой стали.
Другое дело - редкость и престиж-
ность клинков из небесного металла. Тут
мало что может с ними соперничать, по-
тому что по восточным понятиям сокро-
вище должно непременно обладать тре-
мя свойствами - редкостью, стоимостью
и чистотой (в духовном смысле). Если с
первыми двумя все более-менее ясно
(они в безусловном наличии), то заду-
маться о более тонких материях, пожа-
луй, стоит. Общее, усредненное мнение
и настроение кузнецов по поводу же-
лезных метеоритов довольно точно вы-
разил один пока не слишком известный,
но думающий исследователь булата.
«Это железо, - сказал он мне, - милли-
оны лет болталось где-то меж звезд и
кто знает, чего там с ним происходило и
что на него влияло, оставляя невидимый
след. Поэтому, если не хочешь перемен,
лучше держаться от них подальше». Да
уж, перемен. Какое емкое слово! А вот
православные священники на мои воп-
росы ответили однозначно: «Не бойся!
Если нужно, используй не сомневаясь».
Однако вернемся к древней метал-
лургии. Понятно, что метеориты из не-
бесного рудника не могли полностью
обеспечить потребности людей в прак-
тическом оружии и, особенно, в ору-
диях труда, поэтому использование его
земных рудных запасов было необхо-
димым. Когда железо только-только
научились добывать из руд, оно стои-
ло в буквальном смысле дороже золота
(примерно в пять раз) и использовалось
только для изготовления сверхпрестиж-
ного оружия. Так, в гробнице фараона
Тутанхамона нашли кинжал с клинком
из золота, а другой его кинжал был с
золотой рукояткой, но с клинком из же-
леза. В дальнейшем цена на железо рез-
ко упала, но железо, даже и добытое из
руд, оставалось все же очень ценным
материалом. Ценным настолько, что
хранилось в царских сокровищницах.
При раскопках дворца ниневийского
царя Саргона Второго, жившего в VII в.
до Р.Х., обнаружили клад, состоящий
из железных криц общим весом 160 т.
Вероятно, этот клад являлся запасом
стратегического сырья для изготовле-
ния оружия и орудий труда. К некото-
рому сожалению, сейчас это древнее
железо недоступно для исследования и
использования, потому что клад затонул
вместе с кораблем, перевозившем его в
Европу.
О времени и месте зарождения ме-
таллургии железа существуют разные
мнения, но споры историков все более
Кинжалы Тутанхамона
подтверждают истинность Библии. В
Книге Бытия, первой из Ветхого Завета,
сказано, что первым ковачем всех ору-
дий из меди и железа был потомок Каина
Тубалкаин (Феовел), принадлежавший
к шестому колену от Каина и седьмому
от Адама. Великий потоп истребил но-
сителей знания древнего человечест-
ва и в буквальном смысле смыл с лица
Земли материальные следы его науки
и культуры. Спаслось лишь семейство
праведного Ноя, о чем свидетельствует
не только Библия, но и письменные и
устные предания самых разных наро-
дов. Ковчег с Ноем, его тремя сыновь-
ями и их женами, пристал к вершине
горы Арарат в Закавказье. Праведные
люди в те времена жили долго и знали
много. Ной, проживший 600 лет до по-
топа и еще 350 лет после него, наряду с
Леонид Архангельский
прочими знаниями владел, конечно, и
основами металлургии.
Моисей, составитель Книги Бытия,
ничего не написал о пути возвращения
Ноя на родину - на реку Евфрат. Одна-
ко название древней столицы Армении
- «Нахичевань» переводится как «сто-
янка Ноя», а самая древняя ее столица
называлась Арфаксад - по имени вну-
ка Ноя, родившегося от Сима два года
спустя после потопа. Иосиф Флавий,
известный еврейский историк I в. н.э.,
пишет, что Арфаксад правил халдеями
(шумерийцами). Халдеев в древнем
мире считали носителями древнего зна-
ния и даже само слово «халдей» стало
синонимом слова «наставник, учитель».
В этой связи интересно отметить, что
по данным археологии первыми метал-
лургами железного века были хетты,
точнее подвластное хеттам ираноязыч-
ное племя халибов. Это племя обита-
ло в Закавказье и добывало железо из
руд примерно в 1500 г. до Р.Х. От хет-
тов умение добывать железо перешло к
соседним народам. В Палестине в 1100
г. до Р.Х. железо было столь обычным,
что из него делали не только оружие,
но и орудия труда. Например, лемехи
плугов (вообще служат своеобразным
показателем развития металлургии в
данной стране: если уж такие не слиш-
ком ответственные орудия стали делать
из железа, значит, его много и оно не-
дорогое).
Каким же образом выплавлялось в
древности железо, по какой техноло-
гии? По технологии, отработанной в
медном веке. Железную руду дробили
и слоями, перемежая древесным углем,
загружали в печь, которая сначала ни-
чем не отличалась от медеплавильной
печи. Те же яма в земле, окруженная ка-
менной кладкой, и отверстие внизу для
наддува воздуха, так что для получения
железа достаточно было просто заме-
нить медную руду железной. Темпера-
тура плавления железа (1539 °C) выше
температуры плавления меди, поэтому
и в древности, да и в средние века, же-
лезо плавить не умели, а получали его в
виде криц - губчатого железа. Для уда-
ления шлаков и сварки отдельных зерен
в плотный монолит крицу проковыва-
ли в раскаленном состоянии. Именно
этот необходимый процесс проковки
криц для уплотнения и сварки металла
дал кричному железу другое название
- сварочное.
Процесс производства железа из
руды по первобытной, самой прими-
тивной технологии наблюдал в Африке
один советский специалист-металлург,
который в 70-х годах помогал развивать
промышленность в одной из стран это-
го континента. В качестве сувенира ему
очень хотелось купить настоящий нако-
нечник копья, откованный по древней
технологии. Однако все изделия, кото-
рые ему предлагали даже в самых за-
холустных селениях, были изготовлены
из всякого рода автомобильных рессор
и прочих запчастей. Это оружие было
крепким, блестящим, но... слишком уж
современным на вид. С великим трудом,
в глухих джунглях посреди болот кол-
лекционеру удалось отыскать старика
кузнеца, который согласился показать
процесс производства железа из болот-
ной руды. Последний раз он выплавлял
железо двадцать лет назад и рад был
показать свое редкое умение. Для вы-
плавки была вырыта неглубокая ямка в
земле, куда загрузили комки набранной
в болоте руды, пересыпанной древес-
ным углем. Два молодых помощника
усиленно дули в длинные деревянные
трубки с глиняными наконечниками, а
мастер сидел на корточках и время от
времени переворачивал обыкновенной
палочкой раскаленную железистую мас-
су, не забывая добавлять угля.
Через несколько часов непрерывной
работы он отделил от спекшейся массы
небольшой кусочек и осторожно попро-
бовал проковать его. Вероятно, в крице
было еще слишком много шлака и она
спеклась недостаточно прочно, поэтому
плавка была продолжена. Только через
5 часов напряженной работы была по-
лучена крица удовлетворительного ка-
чества, из которой после многократных
проковок с промежуточными подогре-
вами был наконец-то откован желанный
сувенир. Многотрудный наконечник
копья был покрыт черной коркой, имел
шлаковые включения и прочие признаки
самой настоящей ручной первобытной
работы. Все были довольны - и заказ-
чик, и мастер.
При почти одинаковой технологии
получения железо выгодно отличает-
ся от меди по запасам руд. Железа на
земле очень много, в сотни раз больше,
чем меди. Только в верхних слоях зем-
ной коры его около 5% по весу, причем
богатые руды содержат до 70% желе-
за. Кроме богатых минеральных руд
- магнетита и гематита, очень широко
распространены руды, представляю-
щие собой продукт жизнедеятельности
микроорганизмов. Типичная «живая»
руда этого класса - лимонит. Называ-
ется она так не потому, что желтая, как
лимон, или кислая на вкус, а потому,
что встречается в болотах и сырых лу-
гах. «Leimon», в переводе с греч. «луг,
сырое место». Для производства более-
менее значительных количеств металла
металлурги стремились использовать в
первую очередь более объемные запасы
руды, хотя они и залегают зачастую глу-
боко под землей.
«Чемпионами» античного мира в
горном деле были римляне. Они добы-
вали руды на огромной территории от
Испании на западе до Румынии на вос-
токе, сооружая при этом очень глубокие
шахты. Такие шахты глубиной до 130 м
обнаружены на юге Италии. Вырыты они
были еще в бронзовом веке и служили
для добычи медных руд.
В Центральной Европе железорудная
технология обязана своим развитием
кельтам, пришедшим в Европу из Малой
Азии. Примерно в X в. до Р.Х. кельтские
племена переправились через Босфор
и в исторически короткое время рас-
селились по всей Европе - от Дуная до
Иберийского полуострова. Свое умение
добывать и обрабатывать железо кель-
ты переняли если и не прямо у халибов,
то уж у хеттов вполне вероятно. В Европе
кельты стали признанными лидерами в
обработке железа. Полагают, что на-
ибольших успехов в металлургии же-
леза достигло воинственное кельтское
племя гельветов, обитавшее в прирейн-
ской части современной Франции. Воз-
можно, именно это племя, непрерывно
воевавшее с германцами, создало пре-
красные мечи эпохи Ла-Тене, которые
послужили прототипами для подобного
оружия многих европейских народов в
течение более тысячи лет. Само слово
«железо» у многих народов происходит
от кельтского «изарнон». Например, в
немецком языке железо ~ «айзен», а в
английском - «айрон». География гор-
норудных производств римлян в точ-
ности совпадает с местами расселения
12
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
кельтов - от Иберии до Дуная. К 600 г.
до Р.Х. кельты умели получать не толь-
ко железо, но и сталь - сплав железа с
углеродом.
Впервые, на несколько сотен лет
раньше кельтов, сталь получили кузне-
цы из уже известного нам племени хали-
бов. Они насыщали поверхность раска-
ленного железного изделия углеродом,
содержащимся в древесном угле. При
этом образовывался твердый карбид
железа - цементит, поэтому процесс
увеличения содержания углерода в же-
лезе или стали без их расплавления на-
зывается цементацией.
Считается наиболее вероятным, что
и халибы, и кельты первоначально про-
водили цементацию, посыпая при ковке
изделие из кричного железа толченым
древесным углем. При вбивании угля в
поверхность раскаленного металла про-
исходила диффузия - проникновение
углерода в поверхность заготовки. Поз-
днее стали производить цементацию в
закрытых тиглях или ящиках, засыпая
железные пластины древесным углем и
длительно, иногда несколько дней вы-
держивая тигли в печи, - долго, зато
надежно. Появилась возможность кон-
тролировать процесс цементации, дли-
тельностью выдержки регулируя сте-
пень науглероживания металла.
Даже одно простое повышение со-
держания углерода сильно упрочняет
железо, но сталь отличало от желе-
за еще и свойство, с которым человек
раньше не сталкивался: значительно по-
вышать свою твердость и прочность при
быстром охлаждении от температуры
красного каления в какой-либо жидкос-
ги. Такая термообработка называется
закалка».
Человек ее изобрел, по всей види-
мости, случайно, хотя в каждой слу-
чайности скрывается непознанная за-
кономерность. Кузнецы, работающие с
железом, имеют обыкновение остужать
в воде откованное изделие или его Час-
H. Неизбежно кто-то, когда-то, должен
был остудить в воде откованное и еще
нагретое до красного каления сталь-
ное изделие. Инструмент или оружие
приобрело новое качество, и мастера
древности не могли не обратить на это
внимание. Хотя и наверняка не с пер-
вого раза. Весь многовековой опыт ме-
таллургии в этом вопросе не помогал.
а скорее мешал, потому что железо к
такой обработке «равнодушно» и не из-
меняет своих свойств, а медь и бронза
становятся даже мягче. Поэтому и осва-
ивали закалку довольно долго, далеко
не сразу и не у всех народов стала она
обычным делом.
В этой связи можно вспомнить до-
вольно забавный случай из XIX в., когда
среди «цивилизованных» людей быто-
вало гордое мнение о дикости осталь-
ных народов. Когда один из таких про-
светителей пытался научить туземных
кузнецов закаливать их железные ножи,
то услышал в ответ: «Ты и впрямь счи-
таешь, что если сунуть осла в огонь, то
он выйдет оттуда конем?» Они решили,
что глупый белый человек не понимает
разницы между железом и сталью, а тот
еще более укрепился во мнении об их
дикости.
Сталь окончательно вытеснила медь
и бронзу при изготовлении оружия. Же-
лезо было более доступным и дешевым
материалом, чем медь и бронза, но
только сталь значительно превосходила
их по твердости и прочности. Поэтому,
несмотря на то, что в «Илиаде» Гоме-
ра уже упоминается железо, ее герой
Ахилл был облачен в медные доспехи
и убивал противников, как там написа-
но, «медью острой». Для нас выражение
«острая медь» звучит примерно так же,
как «тяжелый пух», но ведь в древности
и бритвы были бронзовые! С появлени-
ем стали ситуация изменилась, потому
что даже среднеуглеродистая сталь, и
даже в незакаленном состоянии в 1,5-
2,0 раза превосходит по механическим
свойствам упрочненную медь. Вполне
понятно, почему римский философ Тит
Лукреций Кар писал в I в. до Р.Х., что «...
вид же оружья из меди в людях возбуж-
дать стал презренье».
Железа и стали требовалось все
больше, сыродутный процесс постепен-
но совершенствовался. Теперь печи уже
не разрушали после каждой плавки для
извлечения крицы, а извлекали ее че-
рез специальное отверстие, которое при
плавке было заложено кирпичом. Были
предусмотрены и отверстия для непре-
рывного слива шлаков. Римляне, изоб-
ретя гидравлическое колесо, приспосо-
били его для наддува печей воздухом,
что позволило вдувать больше воздуха
под более высоким давлением.
Производство рафинированной стали
15
Леонид Архангельский
В связи с увеличением высоты печей
и усилением дутья распределение тем-
ператур по высоте стало резко неодно-
родным. При сильном дутье температу-
ра в нижней части достигла и превысила
1300 °C, поэтому руда здесь восстанав-
ливалась гораздо быстрее, чем в верх-
ней части печи, где температура редко
превышала 900 °C. Железо, образовав-
шееся в первую очередь, интенсивно
поглощало углерод от контакта с дре-
весным углем и топочными газами.
Первым следствием этого было по-
лучение весьма неоднородного губ-
чатого железа. В одной крице часто
соседствовали участки почти чистого,
только что восстановленного железа,
и участки с повышенным содержанием
углерода. Кроме того, губчатый металл
был изрядно засорен шлаками. Для их
удаления и выравнивания состава при-
ходилось расковывать крицу в полосы и
сваривать сложенные стопкой такие за-
готовки, иногда несколько раз, получая
в итоге железо-стальной композит с во-
локнистой структурой. Среднее содер-
жание углерода в этом композите зави-
село от многих факторов, в том числе и
от сорта древесного угля, применяемо-
го для выплавки и сварки. Известно, что
сосновый уголь более активно наугле-
роживает металл, чем, к примеру, бе-
резовый. В небольших низкотемпера-
турных печах с естественным наддувом
не происходит восстановления оксидов
кремния и марганца, а степень насыще-
ния углеродом невысока, поэтому полу-
чалось очень ковкое, мягкое железо.
Вторым следствием увеличения
размеров и мощности печей явилось
получение не только железной крицы,
но и необычного жидкотекучего метал-
ла, который в твердом состоянии был
очень хрупким и не поддавался ковке,
разваливаясь под молотом на куски.
Это был чугун - сплав железа с угле-
родом (обычно около 4% углерода).
Температура плавления чугуна 1200 °C.
Дальнейшее увеличение размеров пе-
чей привело к тому, что весь выплавля-
емый металл получался в виде чугуна.
Его непригодность к обычной обработ-
ке первоначально послужила причиной
негативного отношения к нему как к
испорченному железу. Это проявилось,
например, в старом английском назва-
нии чугуна _ «pig iron» («свинское же-
лезо»). Длительное время его просто
сливали в ямы вместе со шлаком.
Возникла проблема: или ограничить
размеры печей и, тем самым, их про-
изводительность, или научиться по-
лучать железо из чугуна. Конечно же,
способом передела чугуна в железо
- путем сплавления чугуна с железной
рудой или окалиной, получали ковкое
железо. В данном процессе жидкий чу-
гун взаимодействовал с кислородом,
содержащимся в руде, и происходило
выгорание примесей - в первую оче-
редь углерода и кремния. Этим спосо-
бом стало возможно получать сталь без
традиционного процесса цементации
кричного железа, т.е. непосредственно-
го из чугуна.
Иногда чугун просто переплавляли в
специальном кричном горне, сильной
струей воздуха выжигая из него излиш-
ний углерод и кремний. В Германии эту
технологию так и называли - «выжи-
гание». Повторяя этот процесс два-три
раза, добивались получения все более
малоуглеродистого и ковкого металла.
В исторической литературе применяет-
ся общее для всех разновидностей этого
метода название - «кричный передел».
Он был освоен в Европе в XIII-XIV вв., а
к XVIII в. было разработано уже около
90 разновидностей кричного передела.
Таким образом, возник двухступенча-
тый процесс получения железа через
обработку промежуточного продукта
- чугуна. Но и получаемый методом
кричного передела металл был неодно-
родным, поэтому для более или менее
ответственных изделий приходилось
усреднять и выравнивать его структуру,
сваривая между собой раскованные в
пластины разные стальные крицы. Про-
цесс выравнивания структуры металла
и очищения его от шлаков в Германии
называли «фришеванием», т.е. оздо-
ровлением, но более популярным стал
столь же давний термин «рафинирова-
ние» - очищение.
Создавая природу и людей. Бог среди
прочих ведомых Ему целей определенно
предназначил Британские острова и их
ученых для развития металлургии. Вы-
рубка лесов на нужды металлургии гро-
зила Англии их полным истреблением,
и специальными королевскими указами
ее неоднократно полностью запрещали.
Из-за острой нехватки древесного угля
приходилось массово закупать железо
в странах, где леса было достаточно - в
Швеции и России. В то же время запасы
угля каменного в Англии были огромны.
Однако прямое использование камен-
ного угля при выплавке железа было не-
возможным, потому что содержащаяся
в нем сера при выплавке переходила в
металл, делая его полностью негодным.
В 1784 г. англичанин Генри Корт раз-
работал способ получения стали из чугу-
на с использованием каменноугольного
кокса. Открытый Кортом способ пудлин-
гования (перемешивания) позволил от-
казаться от древесного угля при произ-
водстве стали. В пудлинговой печи кокс
сгорает в топочной камере, отделенной
от металла порогом, исключающем со-
прикосновение чугуна и содержащего
серу топлива. В начале плавки в печь
загружали чугунные болванки, которые
расплавлялись и образовывали ванну
жидкого металла. Пудлинговщик же-
лезным прутом с крюком на конце пе-
ремешивал чугун, образуя борозды на
поверхности жидкого металла. Увели-
чивалась площадь контакта жидкого
металла со шлаком, окисление углерода
происходило интенсивнее. Чем сильнее
окислялся углерод, тем больше выделя-
лось газов и ванна жидкого металла на-
чинала бурлить - «кипеть». В результате
выгорания углерода температура плав-
ления металла повышалась и из жидкой
массы начинали «вымораживаться» зер-
на стали и железа. Образующиеся зерна
слипались в комки, а те, в свою очередь,
- в вязкую тестообразную массу. Эту
массу еще несколько раз переворачива-
ли, добиваясь большей однородности,
а затем разделяли на несколько частей
~ криц. Крицы вынимали из печи и сра-
зу же, пока они не остыли,проковывали
в плотный, монолитный брусок. Следу-
ет отметить, что как крицы разных пла-
вок, так и разные части каждой из них
сильно различались по составу. При вы-
равнивании путем усреднения состава
металла с помощью кузнечной сварки
разнородных пластин автоматически
получался волокнистый железо-сталь-
ной композит.
Пудлинговая сталь, несмотря на ряд
достоинств, не выдерживала возраста-
ющих требований к стойкости металла
при переменных нагрузках, именно в
силу своей неоднородной структуры.
14
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Например, для производства часовых
пружин требовалась очень прочная и,
главное, однородная сталь - от этого за-
висела точность хода часов. Грубострук-
турная пудлинговая сталь не годилась
для тонких пластинок пружин, посколь-
ку разные части одной и той же пружи-
ны имели разную упругость.
Английский часовщик Б.Гентсман из
Шеффилда в середине XVIII в. получил
однородную сталь переплавкой шведс-
кой цементованой стали в огнеупорном
тигле. При расплавлении металла, за
счет его перемешивания, а также из-за
высокой диффузии углерода в жидкой
ванне происходило выравнивание со-
става по объему слитка. Дополнитель-
ному усреднению состава способство-
вало и то, что по расплавлении металла
его выливали в чугунную форму-излож-
ницу, а не оставляли остывать в печи
вместе с тиглем. При разливке сталь еще
лучше перемешивалась и быстро осты-
вала в изложнице.
Разработка европейского вариан-
та тигельного способа производства
сравнительно однородной по структуре
стали привела к тому, что начали пого-
варивать о неких секретах получения
древней узорчатой клинковой стали.
Во второй половине XIX в. пудлин-
говая сталь уже не удовлетворяла мас-
сового потребителя качеством, а ти-
гельная сталь - своей ценой. Утолить
начавшийся своеобразный «стальной
голод» помог Генри Бессемер - конечно
же, англичанин. Разработанный им спо-
соб выжигания примесей из жидкого
чугуна отличался крайне высокой про-
изводительностью. Она была такова,
что за 20 мин. можно было получить та-
•ое количество стали, для производства
которого пудлингованием нужно было
затратить неделю. По методу Бессемера
жидкий расплавленный чугун залива-
ли в специальный тигель, называемый
конвертером, и через специальное от-
верстие продували раскаленный металл
воздухом. Углерод и кремний интен-
сивно окислялись и выгорали, обра-
зуя большое количество газов, так что
металл начинал бурлить. Температура
его повышалась так сильно, что обра-
зующийся малоуглеродистый металл
оставался жидким не только до конца
плавки, но даже до момента разливки
по изложницам.
Побочным эффектом внедрения бес-
семеровского (конвертерного) способа
явилось практически полное выравни-
вание состава металла по объему заго-
товки. При кипении во время плавки и
интенсивном перемешивании распла-
ва в период разливки по изложницам
неоднородности состава, приводящие
к образованию узоров, успешно унич-
тожались, поэтому с конца XIX в. стали
часто и громко говорить об утрате древ-
них секретов производства литых раз-
новидностей узорчатой стали, так назы-
ваемого булата. Тем более, что к тому
времени и в Индии, и в Персии появ-
ление привозной дешевой английской
стали привело к свертыванию местного
производства литой стали по древним
технологиям.
Последний крупный шаг в металлур-
гии XIX в. был связан с изобретениями
немцев Сименсов и французов Марте-
нов. Сименсы изобрели печь, разви-
вающую очень высокую температуру,
а Мартены начали переплавлять в этой
печи чугун, железный лом и пудлинго-
вое железо, получая в результате хо-
рошую сталь. Печь Сименсов была по-
добна пудлинговой печи, но для дутья
применялся предварительно подогре-
тый, а не холодный (сырой) воздух. В
такой печи, использующей горячее ду-
тье, можно добиться температуры выше
1500 °C, причем значительно! При уси-
лении дутья начинала плавиться футе-
ровка печи, и печь выходила из строя,
а в топочной камере даже огнеупорный
сталеплавильный тигелэ превращался
в шлак.
После расплавления в мартеновс-
кой печи металл разлизали по излож-
ницам. Быстро затвердевший, хорошо
перемешанный при разливке расплав
образовывал массивный слиток весьма
однородной стали. Пр/ последующей
расковке или прокатке "акого крупного
слитка однородность металла возраста-
ла еще более, к чему и стремились ме-
таллурги.
Таким образом, раззитие высокоп-
роизводительных способов производс-
тва стали привело к тому, что к началу
XX в. производство узорчатой стали в
сколько-нибудь заметных количествах
прекратилось. Немалую роль в прекра-
щении такого производства сыграло
очень бурное развитие производства
легированной стали. Даже небольшое
легирование хромом, никелем, воль-
фрамом приводит к столь сильному
улучшению свойств стали, что исследо-
ватели задавались вопросом: не слиш-
ком ли сильно преувеличены достоинс-
тва древнего булата?
Показательный случай произошел
в 1930-х гг., когда один из прославлен-
ных красных кавалеристов увидел на
Златоустовском оружейном заводе ста-
ринные булатные сабли. С разрешения
руководства завода он рубанул своей
армейской строевой шашкой, изготов-
ленной из хромистой стали, по узор-
чатому клинку, и на старинном булате
образовалась глубокая зарубина! Об-
щее мнение металлургов начала XX в. в
своей классической работе «О булате»
высказал Н.И.Беляев: «Как образцы во-
обще булатные изделия не представляют
уже в настоящее время чего-нибудь осо-
бенного; но как образцы из углеродис-
той стали они суть верх совершенства.»
Дополнительно гасила интерес к ста-
ринным клинковым технологиям и об-
щая ничтожная роль холодного оружия
в военном деле двадцатого века. Уже
франко-прусская война 1870 г. показа-
ла, что всякого рода «стрелялки-палил-
ки» стали главными орудиями ведения
войны. По официальным данным, прус-
саки в ходе этой войны потеряли 14 тыс.
человек убитыми, из них только 10 че-
ловек были зарублены саблями. Неко-
торым исключением была гражданская
война в России: в некоторых сражени-
ях в жестокой сабельной сече сходи-
лось с обеих сторон до двадцати тысяч
всадников. Так было, когда конная ар-
мия Буденного разбила белую конницу
генерала Павлова. Впрочем, и в таких
сражениях пулеметные тачанки играли
едва ли не главную роль.
Однако уже через несколько десяти-
летий интерес к узорчатым сталям вновь
возник с особой силой, на что есть не-
маловажные причины. Например, от-
крытым оставался вопрос, почему в
старину лучшее оружие ковали именно
из неоднородной узорчатой стали? По-
чему, чем контрастнее, чем четче был
узор, тем выше ценился клинок? Только
ли в красоте дело? Чтобы найти ответы
на эти вопросы обратимся к истокам
производства узорчатой стали и оружия
вообще.
15

СЕКРЕТЫ БУЛАТА
МЕЧИ
По повелению Бога Адам, пер-
вый человек на Земле, дал
названия всем творениям. На-
звания эти полностью опреде-
ляли все качества, всю силу и
свойства, которыми вещи обладали при
сотворении. Затем, по грехопадении все-
го человечества произошло разделение
единого истинного языка на великое мно-
жество языков народов, названия в кото-
рых отражали лишь отдельные качества
и свойства вещей. Даже если изучить все
языки, как бы собрав их воедино, то и тог-
да нельзя будет по одному названию вещи
полностью понять ее суть, подобно тому,
как из сотен кроликов нельзя сделать
одну лошадь. Однако даже несовершен-
ные имена все же отражают те или иные
свойства и качества, поэтому изучение
разных народных названий вещи может
помочь более точно понять ее суть.
Славянское слово «меч» сходно с
родственными «метить (мечить)», «метка,
межа», а также «мечта, мечтать» и отра-
жает свойства и назначение этого оружия
быстро перемещаться и разделять, ос-
тавлять след. Грузинское название меча
«мхавани» обозначает одновременно и
эстрый угол, кромку, т.е. грузины выделя-
ют обязательное наличие у меча острых,
рубящих лезвий. Таким образом, главная
функция меча - рубить.
Мечи получили распространение во
времена бронзового века. Естественно,
что раньше появиться они не могли - кому
оидет в голову делать меч из камня? Даже
педь, как материал для изготовления
длинного оружия, не совсем устраивала
оружейников древности. Лишь появление
прочной бронзы сделало возможным из-
готовление такого тяжелого ударно-ко-
лющего оружия, каким являются мечи. Их
изготавливали методом литья в формы
: последующей упрочняющей холодной
проковкой лезвия и острия.
Шло время, развивалась техноло-
гия металлов, были изготовлены первые
стальные мечи (точнее, железные мечи
со стальной, науглероженной поверхнос-
тью). Принято считать, что первыми та-
кое оружие изготовили хетты, в державу
которых входили первооткрыватели же-
леза и стали халибы. Не столь важно вы-
яснить, кто первым изготовил такие мечи,
как важно отметить, что твердость наста-
ленного лезвия меча намного превышала
твердость упрочненной меди защитных
доспехов. Тит Лукреций Кар отмечал воз-
никновение в людях презрения к оружию
из меди.
Европейские мечи латенского перио-
да (VI-II вв. до Р.Х.), названного так по
имени швейцарского города Ла-Тене,
вблизи которого были найдены образ-
цы древнего оружия, имели клинки уже
весьма и весьма сложного строения, ука-
зывающего на высокий уровень кузнеч-
ного мастерства оружейников древней
Европы. Их подход к изготовлению ору-
жия можно назвать «конструктивизмом»,
потому что для изготовления разных час-
тей клинка применялись разные сорта
стали и железа. Характерно, что само
слова «сталь» (нем. Stahl, древ.-герм.
Stahal) родственно германскому назва-
нию лезвия «Stahel -стахель». И француз-
ское название стали - «acier» ~ «асье»,
произошло, как полагают, от латинского
обозначения лезвия, изготовленного из
науглероженного железа.
Клинки мечей, изготовленные по од-
ному из способов, конструктивно повто-
ряют оружие с нацементованной повер-
хностью - с тем отличием, что в качестве
прочного поверхностного слоя применя-
лись отдельные стальные пластины, кото-
рые наваривались кузнечной сваркой по-
верх железной основы таким образом, что
пластины смыкались на ребре и образо-
вывали лезвия клинка. При этом у многих
мечей наваренные пластины имели грубо-
волокнистую структуру сырцовой стали,
т.е. представляли собой железо-стальной
композит.
Известно, что при изгибе какого-либо
предмета, в данном случае меча, наиболь-
шие напряжения возникают в наружных,
поверхностных слоях металла. Напротив,
в центральной части меча, на оси изгиба,
напряжения близки к нулю. Поэтому нуж-
но признать, что оружейники древности
создали очень грамотную конструкцию, в
которой удачно использовались свойства
металлов. Там, где требовалась высокая
Строение клинков Ла-Тене
прочность, применялась дорогая, много-
трудная сталь, а где требовалась высокая
вязкость, пусть даже при «никакой» упру-
гости, применялось сравнительно деше-
вое железо.
Хотя прочность и упругость оружия
с наваренными стальными пластинами
вполне устраивала кузнецов и их заказчи-
ков, тонкий слой стали на лезвии быстро
изнашивался от постоянных переточек и
обнажалась железная сердцевина. Такие
мечи со сточенным лезвием не годились
для рубки, их приходилось выбрасывать
Леонид Архангельский
Шлем этрусков
или отдавать кузнецам для перековки.
Чтобы продлить срок службы мечей, к же-
лезной основе их клинков стали привари-
вать в стык довольно широкие стальные
лезвия.
Существовало и множество других ва-
риантов, но не нужно забывать, что раз-
витие конструкций клинков происходило
в течение нескольких столетий трудами
многих поколений мастеров разных на-
родов. Одна и та же конструкция клинка
могла встречаться у альпийских кельтов, а
через тысячу лет появиться как технологи-
ческое новшество у японских кузнецов.
Древние короткие мечи римлян - «гла-
диусы», используемые со времен второй
Пунической войны (II в. до Р.Х.), имели
откованные из сырцовой стали клинки и
вполне годились для действий в плотном,
сомкнутом строю. Широкий клинок линзо-
видного поперечного сечения длиной до
45 см предназначался в основном для на-
несения колющих ударов. Прорубить или
пробить хотя бы мало-мальски прочный
защитный доспех было трудно, но защит-
ные доспехи того времени не закрывали
всего тела, оставляя открытыми много уяз-
вимых мест - шею, бедра, руки и т.д., так
что всегда можно было ткнуть противника
«гладиусом» из-за щита и добить упавше-
го рубящим ударом. Другое дело всадни-
ки. Им было не слишком удобно рубить
коротким мечом ни в конном сражении,
ни при атаке на пеший строй. Требова-
лось длинное рубящее оружие, которым
можно было бы поразить лежащего на
земле противника, при этом не слишком
наклоняясь с седла, поскольку стремена
изобрели позднее, и римские всадники
обходились без них.
Вероятно, что именно о мечах всадни-
ков, привозимых из Исгании, Филон Ви-
зантиец в III в. писал так: «Если нужно их
испытать, то берут правей рукой меч, кла-
дут его горизонтально на голову и сгиба-
ют на обе стороны вниз, пока не коснутся
плеч. Тогда отводят быстро обе руки в сто-
рону, а меч, свободно отпущенный, станет
снова прямым и вернется к своей прежней
форме так, что никакой мысли о кривизне
не остается. Сколько бы раз это ни проде-
лывали, мечи остаются прямыми».
Можно попытаться связать появление
у римлян длинных мечей с тем обстоя-
тельством, что на рубеже эпох союзника-
ми Рима были причерноморские сарматы.
Вооруженная длинными мечами тяжелая
сарматская конница участвовала, напри-
мер, в завоевании Британии. Говорят, что
в объединение сарматских племен входи-
ли халибы - первооткрыватели стали. Не-
которые древнегреческие авторы считали
халибов одним из скифских племен. Так,
в одном из произведений Эсхила меч на-
зван халибским чужаком, а в другом месте
он же именуется кованной скифской ста-
лью. При том, что этнически халибы были
все же нескифским народом, современ-
ные археологические данные свидетельс-
твуют о развитии сарматскими кузнецами
традиций скифской оружейной культуры.
Где бы и у кого бы не учились сарматы
- у самих халибов или у их соседей ски-
фов, по моему мнению, мечи у них были
весьма заурядными. Хотя установлено,
что некоторые сарматские мечи имели
трехслойные клинки, большая часть ме-
чей при длине, превышающей метр, и
ширине менее 4 см, зачастую изготавли-
вались просто из сырцовой стали или не-
равномерно науглероженного железа. Их
строение имело вид слоисто-волокнистых
композитов типа дамасской стали, полу-
чаемых в результате пакетирования не-
скольких легковесных заготовок из сыр-
цового металла низкого качества.
Совместно с профессором Мос-
ковского института стали и сплавов
В.А.Щербаковым мне удалось исследо-
вать два подлинных сарматских меча. Оба
они по времени относятся к рубежу эпох,
но один из них был найден на террито-
рии современной Туркмении, а другой - в
причерноморском захоронении. Несмотря
на то, что за 2000 лет мечи превратились в
длинные потрескавшиеся куски ржавчи-
ны, строение обоих клинков прослежива-
лось весьма четко.
Причерноморский меч имел клинок
линзовидного сечения шириной 40 мм. В
проржавевших до состояния руды сталь-
ных пластинах невооруженным глазом
были видны ленточные, серебристые
включения неизвестного состава. Хими-
ческий анализ его поверхности дал сле-
дующие результаты: никель 0,75%, хром
0,3%, кремний 1,1% и, что удивительно,
серы 0,35%, т.е. в десять раз больше, чем
в обычных сталях. На остальные элемен-
ты, включая кислород, пришлось 1,3%.
«Туркменский» однолезвийный меч с
прямым клинком шириной также около
40 мм - самый древний известный мне
образец палаша - предшественника саб-
ли. Химический анализ сердечника дал
удивительные результаты - как и в стали
первого меча, в металле палаша оказа-
лось довольно много никеля (0,53%) и
серы (0,21%) при содержании кремния
0,23%. На углерод и прочие примеси,
включая марганец, фосфор и кислород,
пришлось только 0,43%. Интересно, что
огромное содержание вызывающей крас-
ноломкость серы в металле не помешало
сарматским кузнецам изготовить свои
клинки. Логично предположить, что «при
жизни» клинков серы в металле было не-
много, а перешла она в них постепенно
из земли кургана по мере воздействия на
мечи активных сернистых соединений.
Большое содержание никеля в обеих
мечах наводит на мысль об использова-
нии сарматами метеоритного железа, но в
метеоритах никеля гораздо больше - не-
сколько процентов. Один из моих учени-
ков высказал мнение, что более вероятной
была разработка сарматами месторож-
дений близ современного Джезказгана,
где никельсодержащие руды залегали
близко к поверхности. Вполне возможно
и использование луговых и озерных руд
- лимонита, в которые активные микро-
организмы как бы складывают рассеян-
ные поблизости химические элементы.
Впрочем, я не силен в геологии, поэтому
не буду рассуждать о происхождении ни-
келевых сталей сарматов. Тем более, что
эти рассуждения будут весьма мало обос-
нованы. Спустя несколько лет мне снова
довелось исследовать сарматский меч.
18
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
датируемый II в., и результаты химическо-
го анализа были иными - только железо и
углерод, строение клинка - обычная, при-
митивная, малоуглеродистая сырцовая
сталь, такчто подробности древней метал-
лургии и причины ее изменения надежно
укрыты от нас завесой времени. К остаткам
этого меча я добавил несколько кусков от
клинка хазарской сабли и, несколько раз
проварив, отковал из полученного много-
слойного древнего металла пару ножей.
Твердость древней стали была «никакая»,
и лезвия этих ножей пришлось изготовить
из современной дамасской стали.
Что касается мечей с ярко выражен-
ным, преднамеренно получаемом «дамас-
ским» узором металла, то об их изначаль-
ном происхождении можно высказывать
различные предположения. Достоверных,
точных данных о времени и месте начала
изготовления в Европе узорчатых мечей
кельтами или германцами нет, поэтому
принято считать изобретателями такого
оружия их современников римлян, ос-
тавивших материальные доказательства
эго производства. Например, мне рас-
сказывали о датированном примерно II в.
римском «гладиусе», центральная часть
клинка которого имела ярко выраженный
узор. Даже если эта датировка неверна,
все же совершенно неоспоримо то, что
к IV в. узорчатые мечи уже были широко
распространены в Римской империи. Об
том свидетельствует так называемая «ни-
дамская находка».
Археологи нашли у побережья Дании,
в бухте Альзензунда близ Нидама, три
затонувших римских корабля. Вместе с
другим оружием с этих судов подняли сто
Сарматский меч и половецкая сабля как
>аготовки для нового клинк
неплохо сохранившихся мечей. Конечно,
надо учитывать, сколько сотен лет они
пролежали не на музейной полке и даже
не на чердаке. Найденные на месте кораб-
лекрушения монеты позволили довольно
точно определить время производства
оружия - не позднее IV в. Девяносто из ста
мечей нидамской находки имеют узорча-
тые клинки, средняя длина которых 75 см
при ширине около 5 см. Такие мечи носят
название «спада». Металлографические
исследования показали, что их средняя
часть состоит из сваренных вдоль узорча-
тых полос, скрученных в разных направ-
лениях.
Важно отметить, что именно в «нидам-
ских» мечах впервые встречается узор,
образованный продольной сваркой пред-
намеренно скрученных в разные стороны
слоистых прутков. Так что «официально»
именно римляне считаются изобретате-
лями узорчатых мечей. Некоторые сомне-
ния в приоритете римлян возникают при
чтении сохранившихся на клинках клейм
- имен оружейников. Германские имена
(Кокилус, Рикус, Рикким, Ранвики, Та-
свит) с римскими окончаниями позволяют
предположить, что произведены эти мечи
где-то в Рейнской области.
Конструкция средней узорчатой части
«нидамских» мечей была очень разной.
У одних мечей центральная часть состо-
яла только из скрученных прутков, в дру-
гих клинках в средней их части узорчатые
пластины наварены с двух сторон поверх
железной основы. В этом последнем слу-
чае историки оружия приходят к выводу о
чисто декоративном значении узорчатых
накладок. По-моему, это мнение ошибоч-
но, так как преимущественное влияние на
прочность и упругость всего изделия ока-
зывает именно тонкий поверхностный слой
металла, который в таких мечах как раз и
изготовлен из упрочненного композита.
Приваренные лезвия большинства
«нидамских» мечей были стальными с
содержанием углерода от 0,3% до 0,6 %.
Содержание фосфора в металле высокое
- до нескольких десятых долей процента.
Закалка лезвий была не очень сильной,
поскольку наряду с мартенситом в структу-
ре стали встречались трооститные и даже
ферритные участки, снижающие общую
твердость лезвия. Вряд ли эта твердость
превышала или даже достигала 50 HRC.
Примечательно, что закалки стальных
составляющих композита в средней части
Нидамские мечи - старинный и
реконструкция
некоторых клинков не обнаружено. Веро-
ятно, перед закалкой эти клинки покрыва-
ли теплоизолирующим слоем глины так,
что только лезвия оставались открытыми.
Если полностью прогретый до закалочной
температуры клинок опустить в не слиш-
ком холодную воду или другую закалоч-
ную среду, то лезвия закалятся сильно, а
покрытые малотеплопроводной глиной
участки будут охлаждаться медленно и за-
калки не воспримут. Существуют и другие
способы неравномерной закалки, но о них
более подробно скажу позднее.
Завершая разговор о «нидамской на-
ходке» римских мечей IV в. отметим, что
она открывает материально зафиксиро-
ванное начало целой эпохи в технологии
изготовления узорчатых мечей. Самому
серьезному испытанию римские мечи,
подобные найденным в Нидаме, под-
верглись в середине V в. при отражении
римскими союзными войсками нашествия
полчищ гуннов Аттилы. В жестокой битве
на стороне римлян сражались франки,
алонцы, вестготы и свевы, поэтому бит-
4?
Леонид Архангельский
Стадии образования узора «розового»
Дамаска
ва на Каталаунских полях носит название
«битвы народов». Союзные войска побе-
дили, и Аттила ушел обратно на восток, но
король вестготов Теодорих погиб в этой
битве.
О мечах, изготовленных настоящими
мастерами своего дела, говорится в дати-
руемом началом VI в. известном письме
другого Теодориха - короля остготов, в
этом письме он выражал признательность
вождю племени вандалов Тразамунду за
присланные в подарок мечи. Теодорих
пишет: «Мечи эти разрубают даже брони
и более дороги качеством железа, чем
ценностью золота. Их полированная по-
верхность блестит в полосе так, что ясно
отражает черты смотрящего. Лезвия вы-
точены так равномерно остро, что можно
подумать, будто они вышли из плавки, а
не выкованы из отдельных полос. Кажет-
ся, что в их выточенных прекрасными до-
лами серединах видишь мельчайшее пе-
реплетение червячков столь разнородных
оттенков, и чудится, будто светящийся
металл пропитан разными красками. Ваш
шлифовальный камень его так тщательно
очистил, ваш изумительный песок так ис-
кусно отпол провал, что обратил блестящее
железо в своего рода зеркало для мужей.
Ваше отечество так щедро наделено при-
родой, что прославило вас: мечи, которые
по своей красоте могли выйти только из
мастерской Вулкана, с таким изяществом
выработаны, что исполненное рукой ка-
жется не изделием смертных людей, а бо-
жественным произведением».
Прочитав эту хвалебную песнь мечу,
соглашаешься с историком оружия Пав-
лом фон Винклером, который писал о
мечах этого героического периода, что
лучшей работы и большего понимания
оружейного дела мы не встретим во все
продолжение средних веков. Винклер
приводит описание найденного в Пуане
меча, владельцем которого якобы был
героически павший в битве с гуннами ко-
роль вестготов Теодорих. Согласно опи-
санию, клинок этого меча был шириной
7,5 см при длине 80 см. Круглая рукоять
меча очень богато украшена золотом и
вставками из красного стекла, что харак-
терно для мечей того периода.
Что касается «переплетения червячков
разнородных оттенков» в мечах вандалов,
то в современной немецкой литературе
такой тип узора так и называется «пест-
ро-червячным» - Wurmbundt. И в поэме
«Сказание о Беовульфе» упоминаются меч
с похожим (warm-fa - «светлый червь»)
названием узора. Разнообразные оттенки
деталей узора получаются из-за использо-
вания при изготовлении меча нескольких
сортов металла. В ливонских сагах прямо
пишут, что меч Колеве-Пега был откован
из семи сортов железа и стали. Естествен-
но, каждый сорт металла имел свой отте-
нок после травления и даже после хоро-
шей полировки.
Продолжая разговор о мечах ванда-
лов, необходимо отметить, что мельчай-
шие детали и оттенки узора были видны
уже на отполированной, не протравлен-
ной какой-либо кислотой поверхности
меча. Это свидетельствует о действи-
тельно качественной полировке клинков.
Сверкающая полировка клинков вообще,
по-видимому, характерна для европейс-
ких мечей. Так, из легенды о короле Ар-
туре следует, что мечи тогда полировали,
поскольку роковая для короля битва до-
говорившихся было о перемирии враж-
дующих войск началась стихийно из-за
блеснувшего клинка меча, которым один
из воинов зарубил укусившую его змею.
Меч, добытый в логове великана героем
другого сказания, Беовульфом, был изго-
товлен еще в «предначальную эпоху», но
блестел как лед.
Шлифовали клинки в начале тысяче-
летия, вероятно, так же, как и сотни лет
спустя, в раннем средневековье. На одной
из миниатюр так называемой «утрехтской
Псалтири», датированной началом IX в.,
изображена подготовка небесного воинс-
тва к битве. Изображена на ней и шлифов-
ка мечей. Процесс этот практически без
изменений дошел до самого начала XX в.,
поэтому можно довольно смело его опи-
Застежка готов
20
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
сать. Сначала откованную полосу клинка
подготавливали к закалке, начерно про-
стругивая своеобразным двуручным ру-
банком или скребком. При этом снимали
слой окалины и разные поверхностные де-
фекты, заодно выравнивая поверхность.
Углеродистые стали не слишком твердые
после горячей проковки, поэтому хорошо
закаленный стальной скребок без особых
затруднений снимает стружку с клинка.
На миниатюре простругиваемый меч
изображен уже с рукоятью, чего в IX в.
на самом деле быть не должно и, скорее
всего, не было. Можно считать это неко-
торым отступлением художника от точ-
ности ради большей наглядности. В самом
деле, иллюстрация в духовной книге - не
пооперационная технологическая схема.
После простругивания клинок закаливали
тем или иным способом. На взгляд совре-
менного термиста, этот способ часто был
весьма экзотическим.
После закалки наступал черед собс-
твенно шлифовки, которая производи-
лась на большом точильном камне, ниж-
!яя часть которого погружалась в корыто
с водой. Непрерывное смачивание камня
было необходимым, во-первых, во избе-
жание излишнего перегрева клинка и, во-
вторых, для повышения производитель-
ности. Известно, что смачиваемый камень
меньше «засаливается» и лучше шлифует.
Камень изготавливали чаще всего из
песчаника, но, в зависимости от имев-
шихся поблизости месторождений, мог-
ли применять и другие виды природных
абразивов. Впрочем, это «поблизости»
могло быть за десятки и даже сотни кило-
метров от мастерской. Даже в каменном
веке кремень для изготовления орудий
•асто использовали не из близлежащих
месторождений, а из отстоящих на не-
сколько дней пути, потому что он там был
лучше. До сих пор некоторые виды особо
«выдающихся» абразивов так и называют
по месту, где имеются их залежи. Напри-
мер, «шеффилд», «арканзас», «цусима» и
прочие.
Точильный камень в небольших семей-
ных мастерских приводился во вращение
человеком через бесступенчатую переда-
чу, т.е., попросту говоря, камень крутил
рукояткой подмастерье или член семьи,
а в более ранние времена - раб. В круп-
ных оружейных мастерских, например
римских, могло стоять несколько камней,
приводимых в движение водяным коле-
сом. Однако не столь важно «как», важнее
- «что» крутят.
Поскольку черновую шлифовку, во
время которой клинку придавали оконча-
тельные размеры и форму, производили
на крупнозернистых камнях, то и качество
поверхности было невысоким. Дальней-
шую доводку в разных местах и в разные
времена проводили с разным успехом,
поэтому Теодорих и не скупился на похва-
лу полировальному песку Тразамунда.
К некоторому сожалению, сейчас не-
льзя точно сказать, где и когда вандалы
научились изготавливать свои прекрас-
ного качества мечи. Можно указать, что
вандалы, впервые упоминаемые у Плини-
ем (I в.) - выходцы из района Балтийского
моря. По одной из версий это был союз
восточногерманских племен силингов и
асдингов, по другой - славянский народ.
Они обитали первоначально на Сканди-
навском полуострове, во II в. до Р.Х. пере-
селились на южное побережье Балтийско-
го, моря, а в |-|11 вв. занимали территорию
от Одера до Дуная. В древнейшем научно
установленном месте их жительства по
обеим берегам среднего течения Одера
они распадались на две резко различав-
шиеся части, асдингов и силингов. Воспо-
минание о силингах сохранилось в назва-
нии "Силезия", представляющем собой
славянский вариант этого имени. Возмож-
но, именно там вандалы научились ковать
классные мечи?
Выселение вандалов с берегов Одера
на юг началось во второй половине II в.,
когда император Марк Аврелий отводит
асдингам земли в Дакии, где они остава-
лись до тридцатых годов IV в.. Позднее
римский император Константин перевел
весь народ на правый берег Дуная, в Пан-
нонию. За это они должны были поставлять
империи вспомогательные войска (ванда-
лы славились своей конницей), но в Пан-
нонии они оставались не очень долго. В
самом начале V в., теснимые гуннами, они
вместе с союзными свевами и аланами, в
тяжелой борьбе с франками разграбив по-
путно прирейнскую Галлию, перешли че-
рез Пиренеи в Испанию, в которой также
не задержались. В 429 г. король Гейзарих
со всем своим народом (примерно 60 тыс.
человек) переправился через Гибралтар-
ский пролив в римскую провинцию в Се-
верной Африке, в район Карфагена, где и
основал свое королевство.
В 450 г. Гейзарих занял и разграбил
Рим, причем пострадали главным об-
разом христианские церкви - и это при
том, что занять город вандал смог, лишь
пообещав римскому папе Льву Великому
не разрушать город и пощадить жите-
лей. Четырнадцать дней и ночей вандалы
грабили когда-то могучий город, а затем
захватчики разбили и уничтожили все,
что не смогли забрать с собой. Этому со-
бытию вандалы обязаны тем, что их имя
стало нарицательным для обозначения
бессмысленных разрушителей и осквер-
нителей святынь.
Потомок столь «прославившегося»
Гейзариха Тразамунд (496—523 гг.) был
женат на сестре остготского короля Тео-
дориха Великого, которому и прислал в
подарок мечи. Хотя эти мечи были выко-
ваны в Северной Африке, но по пути свое-
го переселения туда с берегов Балтики
вандалы обитали в нескольких местах с
развитыми традициями металлообработ-
ки, в том числе и в славящейся своими
гибкими мечами Испании. Может быть,
решающим было многолетнее римское
влияние? Теперь уже вряд ли можно точ-
но установить, где именно и как они смог-
21
Леонид Архангельский
Строение клинков саксов
ли научиться ковать свои рубящие железо
клинки. Главными «занятиями» вандалов в
Африке были разврат, купание в роскоши
и погром культурных римских провинций.
Это малопродуктивно и разрушительно,
поэтому оторванный от родственных кор-
ней народ быстро выродился и визан-
тийский полководец Велизарий вскоре
после Тразамунда смог без особого труда
разгромить королевство вандалов, вла-
дельцев прекрасного оружия. Их остатки
бесследно растворились среди местного
населения Северной Африки, которую
они поначалу так легко завоевали.
Несколько других германских племен,
переселившихся с континента в остров-
ную Британию, были сначала так же удач-
ливы. Британия, населенная пиктами и
кельтскими племенами бриттов и скопов,
начиная с I в. была римской провинци-
ей. Римляне построили там укрепленные
поселения, хорошие дороги и большой
протяженности стены, защищающие на-
селенные брипами относительно циви-
лизованные земли от вторжения северных
пиктов и скопов. За несколько столетий
брипы привыкли к опеке могуществен-
ных римлян, однако в начале V в. гибну-
щий под ударами готов Рим вынужден
был отозвать опуда остатки своих войск.
В 409 г. вожди брипов попросили оказать
им военную помощь против наступления
пиктов, но император Гонорий, следуя
давней римской традиции говорить мягко
по форме, но твердо по существу, вежли-
во посоветовал им «...защищаться самим,
насколько это удастся». Какое-то время
брипам это удавалось, но в середине V в.
их племенной вождь Вортигерн пригласил
на помощь наемников-германцев.
Кельтский монах Гильдас в книге «О
гибели и покорении Британии» так пишет
об этом событии: «Яростные саксы, наве-
ки ужасающей памяти, были допущены
на остров, как множество волков в стадо
овец, чтобы защищать их от северных на-
родов. Ничего сокрушительнее и пагубнее
никогда не совершалось в этом королевс-
тве. О, затмение и тупость разума и пони-
мания!»
Наемники вышли из повиновения,
начали действовать в своих интересах и
основали свое королевство в Кенте. До
конца века, уже без всяких приглашений,
продолжалось массовое переселение
германцев на остров, сопровождаемое
непрекращающейся борьбой с кельтами.
Описывая эту борьбу, летописцы указы-
вают, что бритты бежали от англов, как
от огня. Вероятно, в завоевании Брита-
нии кроме англов и саксов приняли учас-
тие юты, фризы и небольшое количество
франков.
Вторгшиеся саксы были вооруже-
ны своеобразным клинковым оружием,
представляющим собой огромный одно-
лезвийный нож. К собственно мечам та-
кое оружие отнести можно лишь с неко-
торой натяжкой. Этот меч-нож - продукт
развития традиционного ножа саксов пу-
тем простого увеличения размеров до 40
см в длину и до 5 см в ширину. В отличие
от ножа-сакса такое оружие называли
«длинный сакс» («лангсакс»). В настоя-
щее время более распространено назва-
ние «скрамасакс», хотя, строго говоря,
скрамасакс - это лишь наиболее мощная
форма однолезвийного меча с клинком
длиной до 70 и шириной 6~7 см.
В музеях можно встретить скрама-
саксы, но из-за своей древности они, как
правило, находятся в очень плохом со-
стоянии. Тем не менее удалось выяснить
строение многих клинков этого оружия.
О точном химическом составе металла
говорить с уверенностью нельзя, поэтому
отмечено лишь обычное для тех времен
повышенное содержание фосфора и то,
что металл клинков имеет ярко выражен-
ную композитную структуру. По сложнос-
ти и продуманности конструкции клинки
саксов ни в чем не уступают клинкам как
римских, так и кельтских мечей - то же ве-
ликолепное использование характерных
свойств железа и стали при изготовлении
сложносоставных клинков.
Итак, германцы принялись за завое-
вание Британии не с пустыми руками. И в
завоевании этом весьма преуспели. Толь-
ко в начальный период кельты еще могли
оказывать более-менее достойное сопро-
тивление захватчикам. В истории известен
Амвросий Аврелиан, возможно, один из
последних римлян в Британии, который
в начале VI в. сумел на некоторое время
сплотить бриттов и, одержав несколько
ярких побед, примерно на полвека оста-
новил вторжение германцев. Однако за-
писанные спустя пятьсот лет легенды отно-
сят эти победы к правлению легендарного
кельтского короля Арториуса - Артура.
Согласно легенде, чародей Мерлин
однажды установил на площади города
Камелота мраморную глыбу с поставлен-
ной на ней наковальней, в которую был
воткнут меч. Только тот, кому было сужде-
но стать королем Британии, мог вытащить
меч из наковальни. Артур, бывший на
самом деле законным наследником пре-
стола, смог это сделать и стал королем,
совершив много подвигов.
В результате вовлечения в доволь-
но темную историю Артур заимел сына,
который одновременно был сыном его
сестры-феи (ведьмы). Ничего хорошего
из этого получиться не могло и не полу-
чилось. Подросший сын по имени Морд-
ред, обладавший скверным характером,
примерно в 455 г открыл глаза могучему
королю Артуру на то, что его лучший ры-
царь Ланселот проводит ночи у слишком
уж благосклонной к герою и настойчивой
в домогательствах королевы.
Артур и сам о многом догадывался, но
не учинял следствия, поскольку Ланселот
неоднократно спасал и короля и королеву.
Однако под нажимом Мордреда раздоса-
дованный король вынужден был пригово-
рить королеву к сожжению. Славный ры-
царь Ланселот ее, естественно, спас и при
этом порубил множество других славных
рыцарей, в результате чего разгорелась
междоусобная война. В довершение всего
Мордред сам захотел стать королем вмес-
то Артура.
В последней, решающей битве король
проткнул копьем сына, но Мордред нани-
зался поглубже на копье и, подобравшись
поближе, из последних сил разрубил отцу
шлем, кольчужный наголовник и голову.
Смертельно раненый Артур приказал пос-
леднему оставшемуся с ним воину бросить
свой меч Экскалибур, чье имя обозначало
«разрубающий железо и камни», в море,
но тому показалось неразумным просто
так утопить прекрасный раззолоченный
меч с рукоятью, украшенной драгоцен-
ными камнями. Воин дважды обманывал
короля, говоря что бросил меч, и волны с
всплеском поглотили его. После третьего
приказа Артура, явно ожидавшего чего-то
другого, воин все же бросил меч в море и

СЕКРЕТЫ БУЛАТА
тотчас из воды появилась женская рука,
схватила меч и трижды помахала им.
Вскоре же появилась лодка без греб-
цов, в которой сидела сестра короля - фея
Моргана. Она увезла Артура на зачарован-
ный остров, чтобы исцелить рану, но рана
была слишком запущенной и короля, ве-
роятно, все же похоронили на следующий
день. Королева Джиневера раскаялась и
мерла в монастыре, а Ланселот, который
зообще-то был честным и преданным во-
ином, умер в глубочайшем покаянии еще
до роковой битвы. Обессиленную междо-
усобицей Британию захватили саксы.
Итак, кельтская Британия погибла.
Современник событий, не легендарный,
а вполне реальный монах Гильдас прямо
зязывает завоевание Британии язычни-
ками-германцами с падением христи-
анских нравов. Остается невыясненным
вопрос: кто кого научил ковать хорошие
мечи, римляне кельтов-бриттов или на-
оборот? Или, может быть, тех и других на-
учили германцы? Пусть в этом разбирают-
ся археологи, которые изучением оружия
энимаются весьма усердно.
К 600 г. завоевание острова было прак-
тически закончено и германцы образова-
ли около 14 государств, между которыми
завязалась обычная борьба за главенство.
В истории мечей этот период открыва-
ется одной из самых важных археологи-
ческих находок, сделанной в Сэттон-Ху,
рибрежном поселении Британии. Там, в
трехметровом кургане, возвышающемся
на крутом берегу реки, были обнаружены
остатки большого, длиной 27 м, корабля.
Это было выдающееся по своей роскоши
захоронение знатного воина, предполо-
жительно, восточно-английского короля
Рэдвальда, умершего в 625 г.
Несколько загадочно, что самого тела
и даже следов его останков обнаруже-
но не было. Вероятно, захоронение было
символическим, что не однажды встре-
чалось в истории. Но некоторые расте-
рянные археологи предположили, что за
многие сотни лет вся органика раствори-
Современный сакс
лась в земле. Так, например, от зарытого
в этом же кургане крупного корабля оста-
лись только отпечатки в земле. Однако со-
хранилось множество других предметов
- монеты, украшения, части воинских до-
спехов. Среди прочих находок был и меч.
Меч был полностью в золотой оправе
и украшен гранатами. Перевязь и другие
детали меча также были отделаны чистым
золотом. Несмотря на такую роскошь, со-
стояние его было, мягко говоря, неваж-
ным, поскольку клинок и ножны под дейс-
твием ржавчины превратились в единую
массу. Специалисты Британского музея
с помощью самых современных, рентге-
ноструктурных методов исследования ус-
тановили, что меч состоял из сердечника
сложной конструкции и приваренного к
нему лезвия. Сердечник был изготовлен
из восьми уложенных в два слоя брусков
железо-стального композита, состоящего,
в свою очередь, из нескольких слоев же-
леза и стали каждый.
Бруски были скручены в противопо-
ложных направлениях и сложены обрат-
ными сторонами, образуя рисунок «елоч-
кой». Подлине клинка чередуются участки
с крученым и с продольным узором. Сред-
няя длина тех и других 55 мм, а фрагмен-
ты рисунка повторяются по крайней мере
11 раз. Длина клинка 720 мм, ширина у ру-
кояти 70 мм, у скругленного конца 50 мм.
Состав металла определить не удалось,
отмечено лишь повышенное содержание
фосфора.
В узорчатой части использовалось же-
лезо двух сортов: один - с содержанием
углерода 0,1 % и фосфора 0,1 %, другой
- менее 0,1% углерода и 0,3% фосфора.
Грамотное использование фосфористого
железа, равно как и осмысленное конс-
труирование узора на клинке, вызывает
большое уважение: судя по всему, ко-
ролевский меч ковал отменный мастер.
Мечи такого типа принято называть «ме-
ровингскими» по имени правящей в то
время во франкском государстве динас-
тия Меровингов.
Британский музей предложил изгото-
вить клинок в стиле «Сэттон-Ху» кузне-
цу-оружейнику из США Скотту Лэнктону,
известному своими работами в этой об-
ласти. Лэнктон прекрасно понимал, что не
сможет найти материалов, которые были
использованы в древности для изготов-
ления меча, и то, что современный меч не
может выглядеть точно таким же, как ори-
гинал. Однако оригинал вдохновлял его
на создание современного изделия тако-
го типа. Поэтому работу мастера следует
считать не изготовлением точной копии
старинной вещи, а ее реконструкцией.
Сначала кузнечной сваркой были
сварены несколько пакетов, состоящие
из семи слоев железа и стали каждый.
Используемые три сорта металла выби-
рались с учетом цвета, которые они при-
обретают после травления, а именно чер-
ный, белый и серый. Такое многоцветие
при относительно крупном узоре давало,
по мнению Лэнктона, наибольший деко-
ративный эффект.
Затем Лэнктон отковал из сваренных
пакетов 10 стержней прямоугольного се-
чения с убывающими размерами (10 мм
- размер поперечного сечения большего
конца, 6 мм - меньшего). Длина каждо-
го стержня составила 500 мм. Стержни
уменьшающегося поперечного сечения
пришлось изготавливать для того, чтобы
при ковке заготовки сужающегося к ост-
рию меча не исказить слои и не разрушить
равномерность узора.
Половина брусков была скручена
участками на четыре полных оборота по
часовой стрелке, а другая половина - про-
тив. Пришлось принять во внимание, что,
во-первых, скрученные и прямые участки
по-разному растягиваются при ковке, а
во-вторых, что человеческий глаз воспри-
нимает скрученные участки как продолже-
ние прямых. Поэтому пришлось сделать
скрученные участки в два раза длиннее,
чтобы они выглядели в итоге одинаковы-
ми. Восемь лучших скрученных брусков
составили связку, сваренную по концам
дуговой сваркой и дополнительно скреп-
ленную в центре хомутами. Полученный
таким образом сложный пакет Лэнктон
сварил кузнечной сваркой в монолит, ис-
пользуя в качестве флюса чистую прока-
ленную буру. После сварки обнаружились
небольшие непровары в нескольких мес-
тах, но в целом соединение было доста-
точно прочным.

Леонид Архангельский
Скандинавский шлем
Сердечник был отложен в сторону,
пришел черед изготовления лезвия меча,
состоящего из 180 слоев высокоуглеро-
дистой стали и мягкого железа, причем
сталь занимала 80% объема металла.
Лэнктон обогнул сердечник длинной за-
готовкой лезвия и приварил ее торцовой
кузнечной сваркой. Изделие в целом ко-
валось очень аккуратно, чтобы как можно
меньше исказить узор. Для ковки долов с
двух сторон применялась специальная оп-
равка. Хвостовик меча ковался из мягкого
железа и приваривался отдельно, как и на
оригинале. После опиловки и шлифовки
меч был аккуратно нагрет в горне и зака-
лен в минеральном масле.
Лэнктон 7 дней шлифовал и полировал
клинок, преждечем подвергеготравлению
в классическом 3%-ном растворе азотной
кислоты. Появившийся прекрасный узор
напоминал струйки дыма, поднимающи-
еся над пламенем свечи, поэтому такой
тип узора так и называется сейчас: «Дым
Сэттон-Ху».
Говорят, что эту работу для музея Скотт
Лэнктон выполнил бесплатно, но следую-
щие мечи по заказам коллекционеров он
изготавливал уже за 16000 долл. США.
Для сравнения можно отметить, что во
времена Теодориха Великого меч с нож-
нами стоил столько же, сколько стоили
семь коров или три коня. Вероятно, при-
мерно такой же была и стоимость подлин-
ного меча Сэттон-Ху.
«Пестро-червячный» узор очень кра-
сив, но ошибутся те, кто будет настаивать
лишь на декоративной, украшательской
функции одновременного использования
в формировании узора скрученных и пря-
мых участков. Как было уже сказано, эти
участки по-разному воспринимают растя-
гивающие напряжения и, следовательно,
группируя скрученные участки в той или
иной части клинка, мастера древности
могли регулировать его упругость и элас-
тичность.
Если бы в случае с узором «Дым Сэт-
тон-Ху» скрученные участки на обеих
сторонах клинка находились строго один
против другого, то меч при нагрузке изог-
нулся бы 11 ступеньками. Участки с пря-
мым, незакрученным узором как бы не-
добирали деформацию изгиба, поэтому
наличие при изгибе прямых участков в
виде ступенек снижало бы максимально
достижимую эластичность, гибкость клин-
ка. Наукой о сопротивлении материалов
показано, что длинная пластина с равно-
мерно уменьшающейся к концу жесткос-
тью может отогнуться на вдвое больший
угол, чем пластина одинаковой по всей
длине жесткости.
В этой связи очень интересно отметить
одну характерную особенность многих
мечей из нидамской находки. Комби-
нации прямых и закрученных участков в
узорчатых пластинах этих мечей, так же
каки распределение этих участков подли-
не клинка, составлены очень грамотно, с
пониманием особенностей работы такого
композита при нагрузке. Но...узор на про-
тивоположных сторонах одного и того же
клинка принципиально разный!
Это указывает, во-первых, на то, что
центральный узорчатый блок изготавли-
вался двух-трехслойным. При этом сва-
ривались либо уложенные в два уровня
сложносоставные прутки, либо между
этими прутками дополнительно прокла-
дывалась в середине железная пластина.
Во-вторых, если бы узор на обеих сто-
ронах клинка был однотипным, то мож-
но было бы порассуждать на тему о том,
каких конкретно свойств меча добивался
мастер, группируя скрученные участки в
той или иной части клинка, т.е. создавая
тот или иной узор. Поскольку узор раз-
ный, то напрашивается предположение,
что оружейники этих римских мастерс-
ких просто копировали примерный вид
узоров каких-то не дошедших до нас об-
разцов. Следовательно, при этом они не
понимали принципов, которыми руко-
водствовались при изготовлении мечей
истинные мастера своего дела, первыми
разработавшие эти типы узоров.
Однако и прибалтийские кузнецы го-
раздо более поздних времен тоже весьма
безразлично относились к схожести узо-
ров на разных сторонах клинка, поэтому
разумнее будет сделать вывод, что узо-
ры клинков мечей оружейники древнос-
ти создавали, исходя из каких-то особых
соображений. Может быть, узоры были
своеобразным магическим орнаментом?
Думаю, что, по крайней мере, некото-
рые из них должны были придать клинку
сходство со змеем, а разные узоры на обе-
их сторонах клинка в стилизованном виде
отображали спину и брюхо змеи. Во вся-
ком случае стилизованных и реалистич-
ных изображений змей как на реальных,
так и на изображенных в старинных руко-
писях клинках немало. Более того, для та-
ких «змеистых» узоров существовал даже
особый термин, о чем скажу чуть позже.
Завершая рассказ о старой и не очень
доброй Англии, следует отметить, что ра-
дость победы над кельтами германским
завоевателям скоро стали портить дру-
гие завоеватели, широко известные под
именем викинги или норманны - активно
занимавшиеся морским разбоем скан-
динавские племена норвежцев и датчан.
С конца VIII в. и до середины IX в. они не
только вторгались набегами на Британ-
ские острова, но и надолго захватывали
власть над обширными территориями.
«Послал всемогущий Бог толпы свирепых
язычников - данов, норвежцев, готов и
свеев, они опустошали грешную землю
Англии от одного морского берега до дру-
гого, убивали народ и скот и не щадили ни
женщин, ни детей», - так писали хронис-
ты.
Когда язычники-саксы убивали кель-
тов-христиан, современники связывали
это с нарушением последними христиан-
ских заповедей. То же произошло и с ан-
глами и саксами. Нелишне отметить, что
потомок завоевателей-германцев, захо-
роненный в Сэттон-Ху - король Рэдвальд
был крещен, но похоронили его по язы-
ческому обряду. Прошло совсем немного
времени и ежегодно отряды викингов на
десятках и даже сотнях кораблей стали
обрушиваться на юго-восточные побе-
режья Англии.
О германских мечах англо-саксонского
и раннего норманнского периода неплохо
поведано в эпической поэме «Сказание о
Беовульфе», записанной в VIII в., но рас-
сказывающей о более ранних событиях.
£4
секреты булата
Сюжет ее не претендует на реальность, но
вполне романтичен. Беовульф, чье имя
значает «пчелиный волк», т.е. шершень,
был племянником короля геатов - одного
из скандинавских племен, которое оби-
тало на южном побережье современной
Швеции. Он узнал, что на королевский
дворец данов (датчан) уже многие годы
нападает человекообразное чудовище
зендель и пожирает по ночам лучших из
_,оинов.
Беовульф, «равный по силам тридца-
ти мужчинам», отправляется к данам и в
жестоком поединке побеждает чудовище,
оторвав у него правую руку. Смертельно
искалеченный Грендель скрывается, все
радуются и славят героя, но уже на спе-
ющую ночь появляется мстительная
..дть Гренделя и убивает еще одного во-
ина. Наутро Беовульф в сопровождении
короля данов разыскивает по кровавому
следу логово Гренделя, находящееся на
дне населенного чудовищами озера. В
озеро бесстрашный победитель Гренделя
нырнул один и там, в подводном дворце,
вступил в поединок с великаншей. По-
оедив ее, он со славой возвращается на
поверхность, предъявив в доказательство
подвига голову Гренделя, уже умершего
от раны.
Подвиги не проходят бесследно и
вскоре Беовульф становится королем. Он
'павно правил пятьдесят лет, но потом на
э земли нападает огнедышащий дракон,
мстящий за свой потревоженный клад. Бе-
овульф побеждает дракона и завоевывает
клад, но тот оказывается проклят послед-
ним воином некогда могучего племени и
Строение клинков Меровингов
3S3ZZZESS
3ZZ2SSS3Z7/
каждый, кто овладеет им, должен погиб-
нуть. Золотой клад, а вовсе не нанесенная
драконом рана, является истинной, хотя и
тайной причиной гибели Беовульфа. Он
умирает, его тело сжигают вместе с до-
бытыми сокровищами и останки хоронят
в высоком кургане на мысе, выдающемся
в море.
В поэме много интересного, но всего
не перескажешь, и остановимся на мечах.
Для поединка с чудовищами даны вручи-
ли Беовульфу надежное оружие:
«...меч с рукоятью, старинный Хрунтинг,
лучший из славных клинков наследных.
Были на лезвии, в крови закаленном,
зельем вытравлены узорные змеи.»
Приведенный перевод его описания
художественный, т.е. не дословный, но
довольно точно отражает суть - узор этого
меча в поэме назван «warm-fa», т.е. «свет-
лый червь». Такой змеистый узор можно
рассмотреть на старинном резном баре-
льефе, изображающем бой скандинавс-
кого героя Сигурда с драконом. Меч героя
имеет именно такой извивающийся узор.
Схожие узоры встречаются и на мечах
других героев в иллюстрациях старинных
книг, в частности на миниатюре в «Песни
о Роланде». В реальности подобный узор
можно увидеть на найденном археолога-
ми в Прибалтике финском мече.
Но в этой битве меч даже с таким узо-
ром не помог Беовульфу. Оказалось, что
чудовища заговорены против обычного
оружия и меч героя оказался бесполез-
ным. Но на стене подводного дворца висел
другой, изготовленный в незапамятные
времена для исполинов чудесный меч,
которым Беовульф и убил женочудовище.
Им же он отрубил голову уже мертвому
Гренделю. Но этот меч-кладенец не уда-
лось сохранить, потому что жгучая кровь
чудовищ разъела его клинок и он истаял
в руках героя, как струйка дыма. Осталась
лишь витая золотая рукоять, на которой
рунами было описано, как потоп истребил
исполинов, а также кто и для кого изгото-
вил этот меч.
Примечательно, что в эпических опи-
саниях мечей выделяется именно их
происхождение, былая принадлежность
славным воинам. Хранимая в памяти лю-
дей родословная оружия свидетельствует
о присущих ему изначально выдающихся
качествах, о надежности и испытанное™
во многих битвах, поэтому хороший меч в
некотором смысле живет своей собствен-
ной жизнью. Мечи в те времена носили
собственные имена и передавались по на-
следству из поколения в поколение. Само
собой разумелось, что его нынешний
владелец обладает им лишь временно
- были владельцы до него, будут и после.
Беовульф перед поединком просит данов
в случае его гибели вернуть на родину его
меч и кольчугу, чтобы они были вручены
достойному воину так же, как когда-то
они достались ему самому.
Зерно реальности в легенде можно
попытаться отыскать, учитывая то обсто-
ятельство, что климат на протяжении ве-
ков менялся очень значительно (уровень
Каспия, например, колебался на десятки
метров и там, где сейчас города, раньше
было морское дно). И наоборот, на сов-
ременном морском дне находят следы за-
тонувших поселений. История античности
сохранила предания о потопе «местного
значения», в результате которого земли
северной Европы были залиты водой. Так
не до этого ли конкретного потопа отко-
вал безымянный кузнец неизвестно как
попавший к не умевшим им пользоваться
чудовищам громадный меч?
На побережье северной Европы тогда
обитали могучие прагерманские племена
тевтонов и кимвров. Не будучи кельтами,
они многое переняли у них, в том числе
и некоторые детали вооружения. Нашес-
твие моря на земли кимвров и тевтонов
побудили их в I в. до Р.Х. отправиться в
отчаянное переселение на земли кельтов.
Одних только воинов было около трехсот
тысяч, не считая шедших с ними женщин
и детей. Кельтов тевтоны били когда и где
хотели, и в результате награбили мно-
жество сокровищ. Они доставили много
неприятностей и Риму, но потом были им
разбиты и сгинули без следа. По*убивший
Беовульфа проклятый золотой клад не
был ли награблен тевтонами у кельтов?
Впрочем, не следует прочно привязывать
легенду к реальности.
В поэме без особых пояснений указы-
вается, что наследная кольчуга Беовульфа
была изготовленна Веландом. Пояснений
в те времена действительно не требова-
лось, поскольку этот легендарный кузнец
был самым прославленным оружейником
Европы. Некоторые сегодня предполага-
ют, что Веланд, или Фелундр скандинав-
ских саг, скорее всего был кельтом. При
этом они ссылаются на высокий уровень
развития кузнечного искусства у кель-
£5
Леонид Архангельский
Финский меч IX века. Возможно, такой же змеистый узор был на мече Беовульфа
Змей на иранском мече
тов, издавна, с VI~V вв. до Р.Х., умевших
изготавливать хорошие мечи, однако в
древнем исландском сборнике преданий,
«Старой Эдде», записано, что Веланд был
сыном короля финнов. В юном возрасте
отдали его жившим в кавказских горах
подземным карликам-гномам, с усло-
вием, что после обучения он вернется на
поверхность, к людям. Веланд оказался
способным учеником, постиг многие пре-
мудрости кузнечного мастерства и гномы
не хотели отпускать его. Только случайно
ему удалось освободиться.
Дальнейшая его судьба описывается
в нескольких сказаниях и с некоторыми
отличиями. По одной версии, одиноко
жившего в глуши чудо-мастера Веланда
захватили в плен, из другой следует, что
после долгих скитаний он сам пришел к
шведскому королю. Как бы то ни было, но
Веланд оказался во власти скандинавско-
го короля.
Однажды он нечаянно уронил в море
взятый им на время нож короля и, ис-
пугавшись наказания за потерю ценной
вещи, побежал в кузницу и быстро сделал
неотличимую копию потерянного ножа.
Король сначала не заметил подмены, но
однажды, во время пира, когда он стал от-
ковка меча Сигурда
резать этим ножом кусок мяса от кабаньей
туши, нож легко рассек всю тушу и глубо-
ко воткнулся в стол. Онемевший сначала
от изумления, сообразительный король
заявил, что это не его нож и потребовал
от Веланда ответа. Тому пришлось расска-
зать, как было дело.
Придворный оружейник позавидовал
мастерству ученика гномов и, с согласия
короля, вызвал Веланда на соревнование.
Вероятно, ученик гномов перенял у них не
только мастерство, но и изрядное коварс-
тво, потому что вызвался отковать меч,
а сопернику предложил изготовить за-
щитный доспех. Несколько недель ковал
Веланд свой меч и, когда он был готов,
решил испытать его. В разных вариантах
легенды описаны разные испытания: по
одному - меч разрубил мешок, набитый
шерстью и камень, величиной с быка, а по
другому - меч воткнули в ручей и пустили
по течению гусиное перышко. Когда тече-
ние прижало перышко к лезвию меча, оно
тут же рассеклось надвое.
Однако мастер решил, что может сде-
лать меч еще лучше и сказал сам себе:
«Если могу сделать лучше, зачем делать
плохо?». Сказано - сделано, и Веланд по-
рубил свой меч на мелкие кусочки, кото-
рые затем дал проглотить гусям. Собрав
помет этих гусей и отделив от него обра-
ботанные гусиным желудочным соком
стальные опилки, мастер сварил их в мо-
нолит и уже из этого материала изготовил
изрядно полегчавший меч. Кажущаяся
несколько странной «гусиная» обработ-
ка имеет на самом деле весьма реальное
практическое значение. Как показали но-
вейшие исследования, поверхность стали
в гусиных желудках насыщается азотом,
что повышает ее твердость даже больше,
чем традиционная цементация.
Закончив изготовление меча и разру-
бив им сразу три мешка, набитых шерс-
тью, Веланд на этот раз решил, что та-
кой меч, которому он дал имя Миммунг,
слишком хорош для короля. За три дня он
отковал другой меч, попроще, но неотли-
чимый внешне от Миммунга, который и
решил после состязания отдать королю.
На состязании он положил Миммунг на
голову облаченного в шлем и панцирь
противнику и, слегка надавив, разрезал
его пополам.
Жадный король по наущению суп-
руги не захотел отпускать победителя и
приказал подрезать ему подколенные
сухожилия, чтобы Веланд не бродил по
свету, а работал на своего хозяина. Вы-
брав момент и крайне жестоко (можно
даже сказать, что нечеловечески жестоко)
отомстив королю, Веланд все равно убе-
жал, унеся с собой меч. Но совершенное
оружие губительно действует на несовер-
шенных людей, обладающих им. Много
времени спустя его сын, Виттих, не желая,
чтобы прославленное творение отца попа-
ло в руки преследующих его врагов, прыг-
нул вместе с Миммунгом с утеса в море.
Вот такая легенда. Впрочем, рассужде-
ния о реальных прототипах легендарных
оружейников и их мечах подобны прыж-
кам по болоту - где-нибудь да увязнешь
по уши, поэтому вернемся-ка лучше к
мечам раннего средневековья, которые
можно увидеть в музеях.
Конструкция клинков этих мечей пер-
воначально та же, что и у мечей нидамской
находки, постепенно меняется в сторону
упрощения вплоть до XI в. Принято на-
зывать это оружие мечами норманнского
типа, хотя вовсе необязательно, чтобы все
они действительно были изготовлены куз-
нецами викингов. Считают, что во времена
норманнов главное производство мечей
было сосредоточено в государстве фран-
ков, а именно в области Рейна. Впрочем,
это мнение довольно слабо обосновано, и
судя по тому, что только в Норвегии най-
дено более 2500 мечей, скандинавские и
прибалтийские кузнецы сами в массовом
порядке ковали клинки мечей для своих
26
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
воинов. Вопрос о происхождении того
•ли иного меча очень сложен, поскольку
даже из сравнительно хорошо изученных
норвежских мечей исследовано всего
около 10%.
У франков с начала IX в. правила уже
династия Каролингов, поэтому другое
название типичных мечей этого времени
- «каролингские». Большинство клинков
ого периода были подписаны. Типичные
надписи на клинках, произведенных в эти
времена - имена мастеров: Зимерлис,
Банто и др.
Вероятно, стали создаваться круп-
ные мастерские по производству мечей.
Например, в Европе известно около 120
клинков с клеймом мастера - ULFBERHT
Ульфберт»), Самый ранний из них от-
носится к IX в., а самый поздний - к XI в.
Поскольку даже самый крепкий кузнец
проработать двести лет не мог, то считает-
ся, что сначала эта надпись могла обозна-
чать действительно подпись мастера, чье
имя в переводе обозначает «волчье ло-
гово» (с тяготением по смыслу в сторону
золчьей силы»), а потом превратилась в
торговую марку или, что более вероятно,
в своего рода знак качества. По поводу
производства мечей «Ульфберт» на Рейне
высказываются большие сомнения, пос-
кольку подавляющее большинство нахо-
док клинков с эти клеймом приходится на
'оибалтийский регион. Добавлю, что мечи
Ульфберт» попадали даже на Волгу, а ко-
личество их находок на Днепре превыша-
ет количество найденных на Рейне.
Вторым по популярности является
клеймо INGELRED или INGELRII me fecit
- «ИНГЕЛЬРИИ меня сделал». Мечей с
клеймом INGELRII найдено около 20 штук,
ричем эта фирма просуществовала на
200 лет дольше своего старшего конку-
рента Ульфберта.
Надписи эти выполнялись путем вва-
ривания железной (а на ранних клинках
узорчатой железо-стальной) проволоки в
поверхность дола с одной стороны клин-
ка. Зачастую с другой стороны клинка тем
же методом наваренная проволока обра-
зовывала разнообразные геометрические
узоры, например, в виде сетки, кругов,
крестов и т.п. Такая операция нанесе-
ния узоров только на поверхность изде-
лия путем наваривания проволоки носит
название дамаскирования. Технология
выполнения надписей для более-менее
опытного мастера не представляла особых
сложностей, поэтому можно допустить ис-
пользование местными кузнецами товар-
ных знаков фирм, чьи мечи пользовались
повышенным спросом.
В пользу этого предположения свиде-
тельствует то, что надписи зачастую де-
лались крайне небрежно и с ошибками.
Например, буквы переставлялись места-
ми, перевертывались или пропускались.
Иногда надпись представляла собой
просто бессмысленный набор букв. Труд-
но предположить, что дорожащие репута-
цией своей фирмы кузнецы не знали, как
правильно поставить клеймо.
Другое дело иноземные мастера, ко-
торые могли даже и не знать, как читается
эта надпись на клинке и поэтому просто
копировали ее примерный внешний вид.
Поэтому можно с большой долей уве-
ренности утверждать, что далеко не все
клинки с клеймом ULFBERHT ковались в
одном месте. Так, в Англии нашли клинок
середины IX в., который для придания ему
большей солидности был помечен сразу
двумя известными клеймами. На одной
стороне клинка было выбито ULFBERHT, а
на другой - INGEFLRII.
Тысячу лет спустя схожим образом
действовали на Кавказе, ставя на клин-
ки местной выделки германское клеймо,
изображающего бегущего волка. Впро-
чем, и сами немцы из Золингена ставили
«волчка» - клеймо города Пассау, на свои
клинки, предназначенные для продажи на
Кавказе, поскольку старинное пассауское
оружие очень ценилось у горцев.
Каким бы образом ни были изготовле-
ны мечи, они предназначались славным
воинам, которые могли с ними обращать-
ся. В одном из курганов под Черниговом
нашли меч с длиной клинка 126 см, а также
шлем и стремена вдвое большего размера,
чем обычно. Учитывая, что обычная дли-
на клинка составляла 95-105 см, можно
представить, какого могучего противника
можно было встретить в бою. Впрочем,
великаны были всегда. Еще разведчики
евреев, пришедших к границам Палес-
тины, после исхода из Египта, видели в
«земле обетованной» исполинов, перед
которыми они сами «...были как саранча».
Там же, в Ветхом Завете, описан поединок
пророка Давида с трехметровым велика-
ном Голиафом. Это было давно, но было.
Более того, исполины дожили до эпо-
хи узорчатых мечей. Так, в скандинавском
сказании о Сигурде говорится, что когда
он шел по пшеничному полю, то колосья
едва доставали до нижнего конца ножен
его вертикально подвешенного на поя-
се меча. Если высота стеблей пшеницы
примерно полметра, а длина меча около
метра, то рост Сигурда был такой же, как у
Голиафа - около трех метров. Чуть позже
арабский путешественник Ибн-Фадлан,
посетивший землю русов и славян, при-
водит историю, как с верховьев Волги (с
севера) приплыл в лодке гигант семи лок-
тей (3,5 метра) ростом. Увидевшие его
местные жители доложили об этом свое-
му царю и добавили, что если такое пле-
мя живет с ними по соседству, то им надо
быстро менять место жительства. При од-
ном виде этого исполина малые дети уми-
рали от страха, а беременные женщины
рожали досрочно. Заботливый царь при-
казал убить великана и Ибн-Фадлану по-
казали его скелет; араб пишет, что череп
гиганта был, как бочка.
И это не единственное сообщение. В
прославленной поэме «Шахнаме» Фир-
доуси описывал подвиги славного героя
Рустама, а в начале XX в. в одном из му-
зеев Средней Азии без комментариев
демонстрировали шлем Рустама величи-
ной с котел и его плеть, которой можно
было погонять мамонтов. Известно, что
Сигурд-победитель дракона
г?
и Манас, герой киргизского эпоса, был
исполинского роста. Впрочем, «нормаль-
ного размера» воины тогда были тоже не
слабыми. Описан случай, когда польский
витязь отломил толстую ветку орешника,
которую едва обхватывала рука, и сжал ее
с такой силой, что из ветки закапал сок.
Прекрасное владение оружием было
одним из признаков настоящего мужчи-
ны. Древние скандинавы умели, напри-
мер, стоя на мелководье, бросать копье
из под воды ногой. Они владели еще мно-
жеством боевых приемов, о которых мы,
кроме разве что названия, даже понятия
Меч «Ульфберт» из норвежского Берген Музеум
Демаскирование на древнем мече
не имеем. Главной стратегией боя на ме-
чах было так называемое «отсекание ве-
ток», когда удары наносились не по кор-
пусу, а по конечностям - рукам и ногам,
и только лишив противника возможности
эффективно защищаться, наносили доби-
вающий удар.
Легендарные сведения подтверждают-
ся данными археологических раскопок на
острове Готланд. Там датские викинги со-
шлись в битве у города Висбю с местными
обитателями и победили их. На поле боя
обнаружили множество скелетов павших
воинов со следами от ранений. Ни один из
многих десятков исследованных останков
не имеет следов ранений в корпус, кото-
рый был надежно прикрыт пластинчатым
панцирем. Зато конечности почти у всех
воинов были перерублены наносимыми с
разных направлений ударами меча. У од-
ного защитника острова особо сильным и
умелым ударом были отрублены обе ноги
сразу. У другого ударом меча снизу-вверх
было разрублено лицо, причем павший
воин был в кольчужном наголовнике.
После таких ранений обычный добиваю-
щий удар в голову был уже не нужен.
Мужество воинов соответствовало их
силе и ловкости. В скандинавских сагах
не раз описывалось, как мечом отрубали
выставленную вперед щита ногу, но поте-
рявший ее противник опирался обрубком
на пенек или камень и продолжал бой.
Главному герою одной из повестей ранне-
го средневековья сломали меч и отрубили
кисть правой руки, но он перехватил об-
ломок меча другой рукой и двинул врага
рукоятью в лицо так, что выбил ему сразу
семь зубов. Вполне реальный воин Пьер
де Баярд, которого называли «рыцарь без
страха и упрека», однажды в одиночку
долго и успешно защищал мост против от-
ряда из нескольких сот всадников. В дру-
гой раз он также в одиночку напал на уз-
кой дороге на такой же многочисленный
отряд врагов и обратил его в бегство.
Образ идеального воина-рыцаря вы-
веден в прославленной «Песне о Ролан-
де», которую сотни лет распевали по всей
территории бывшей империи Карла Ве-
ликого. В ней описывается, как племянник
Так называемый «Меч Боабдилла» -
последнего мавританского короля
спании
Карла граф Роланд был поставлен во главе
отряда франков прикрывать стыла возвра-
щающееся из Испании войско короля. В уз-
ком Ронсевальском ущелье враги устроили
засаду, двадцатикратно превосходящую
в численности двадцатитысячный отряд
Роланда. Храбрый, но разумный рыцарь
Оливье предложил своему другу Роланду
позвать на помощь, протрубив в свой бое-
вой рог Олифант, пока основное войско не
ушло далеко. Однако тот гордо отказался,
сказав, что они и сами справятся.
Роланд долго бился с маврами на узкой
дороге в ущелье. Неоднократно он одним
ударом убивал и всадника, и лошадь, раз-
рубая своим мечом противника до седла
и ломая коню хребет. Другие рыцари тоже
славно бились, но в конце концов полег-
ли все до одного. Сам весь израненный,
Роланд извинился перед умирающим
Оливье за свою гибельную для них горды-
ню и, предчуствуя скорую гибель, решил
сломать свой меч по имени Дюрандаль
(Твердый), чтобы тот не достался врагам.
Он ударил его о скалу так, что полетела
каменная крошка, однако меч не сломался
- звенел, но не щербился.
Трижды пытался сломать меч воин, но
не смог. И не от того, что ослабел от ран.
Призывая перед этим на помощь Карла,
он в последний раз затрубил в рыцарский
рог так, что от натуги на виске полопались
вены. И после неудачной попытки сломать
меч у Роланда хватило сил так ударить
Олифантом подкравшегося врага, что у
того глаза из орбит выскочили. Чуя, как
мозг вытекает у него через уши и приходит
смерть, Роланд, согласно классическому
варианту поэмы, лег лицом к Франции и
положил Дюрандаль себе на грудь, чтобы
Карл, вернувшись, застал его при оружии
- мертвым, но непобежденным. Король
услышал призыв и вернулся, истребив
полчища врагов. В общем, Роланд пал со
славою.
Его надежный меч королю Карлу Ве-
ликому вручил ангел небесный, чтобы
тот передал его своему лучшему рыцарю.
В рукоять были вложены частицы мощей
святых - в их числе и апостола Петра.
Лишь после молитвы сумев разжать руку
Роланда, держащую меч, Карл сохранил
рукоять как реликвию, а клинок бросил в
море, чтобы им никто после павшего ге-
роя не владел.
В данном случае сухая история гораз-
до менее романтична, чем повести ска-
Карл Великий в бою
зителей. Да, действительно, в 778 г. Карл
возвращался из Испании после неудачной
осады Сарагоссы и в Ронсевальском уще-
лье арьергард его армии попал в засаду
и был полностью истреблен. Но не мав-
рами, а басками - испанскими родичами
наших грузин, которые тут же разбежа-
лись по горам и отомстить им не удалось.
Среди прочих в ущелье погиб и маркграф
Бретани, но его звали Хруотланд, так что
рассуждения о мече Роланда сродни по-
пыткам выяснить, кто отковал меч Ивана-
царевича.
Кстати, если не брать в расчет меч-
кладенец Ивана-царевича, то какими же
мечами сражались наши предки - воины
Святослава, Владимира Мономаха, Алек-
сандра Невского? Что касается славян, то
многими историками ставилось под сом-
нение существование собственно славян-
ских мечей. Обосновывали это тем, что
найденные археологами в захоронениях
мечи в своем абсолютном большинстве не
могут бытэ названы истинно славянскими.
Во всяко'.’ случае, восточнославянским.
Насчет ооужейников западных славян
существуют летописные арабские свиде-
тельства об изготовлении в начале IX в.
хороших мечей в Чехии.
Отсутствие массовых находок восточ-
нославянских мечей дохристианской эпо-
хи весьма удивительно, поскольку славя-
не издавна контактировали с народами, у
которых мечи были в почете - сарматами,
гуннами, аварами, готами. Авары и готы
просто отоавляли славянам жизнь и, ка-
залось бь , нужда должна была заставить
многочисленные славянские племена
перенять оружие противника. Крайняя
скудость материальных и отсутствие бес-
спорных документальных свидетельств о
мечах восточных славян заставляет исто-
а?
Леонид Архангельский
риков подыскивать этому хоть какие-то
объяснения. Одни историки в некоторой
растерянности склоняются к извечному
миролюбию и невоинственности славян-
ской души, другие говорят об отсутствии
у славян традиции погребения с оружи-
ем, поскольку, мол, по их верованиям
в загробном мире оружие не требуется,
третьи просто указывают на документаль-
ные исторические свидетельства о воору-
жении славян лишь щитами, дротиками и
копьями. Очень удивляться их мнениями
не стоит, поскольку и у крайне воинствен-
ных германцев на определенном этапе
развития общества, до широких контак-
тов с римской культурой, мечи были лишь
у вождей, а основное войско вооружалось
копьями.
История расселения славян не имеет
пока исторически достоверных докумен-
тальных описаний и время от IV до IX вв.
остается эпохой неописанных свершений
и не воспетых побед. Особенно сильным в
славянском союзе было племя полян, оби-
тавшее на правом берегу Днепра, в районе
Киева (в летописи сказано, что они назы-
ваются полянами «понеже в поле седя-
ху»). По монетным кладам видно, что они
торговали с Востоком уже в VIII в. и силь-
но выделялись на фоне других славянских
племен. Их общественное и нравственное
развитие было куда выше, чем у соседей
- «поляне бо своих отец обычаи имахутих
и кроток, и стыденье к снохам своим и к
сестрам и матерем своим; брачные обы-
чаи имеяху», в то время древляне, ради-
мичи и вятичи жили в лесах и браков у них
не было, а жили кто с кем захочет, подоб-
но зверям.
Несмотря на свой кроткий нрав, по-
ляне постепенно, но быстро заняли гла-
венствующее положение среди других
славянских племен. Разве что север Руси
остался вне их влияния. И вдруг в летопи-
си появляется сообщение, что это сильное
племя выдало хазарам дань мечами - и не
несколько штук, а по мечу «с дыма», т.е.
с дома! Выдача мечей была, вероятно, не
данью как таковой, а разоружением про-
тивника. Даже при развитом собственном
производстве полная замена вооружения
силами лишь своих местных кузнецов
могла растянуться на годы.
Точности ради надо отметить, что о
выдаче этой дани говорится в «Повести
временных лет», написанной через двести
лет после события, т.е. сам реальный эпи-
зод к тому времени стал во многом уже
легендарным. К описанию могли приме-
шаться и некоторые поздние политичес-
кие соображения. Так, летописец пишет
о том, что мудрые старцы хазарские рас-
смотрели трофейные мечи и сказали, что
их владельцы скоро будут владеть и ими
самими, потому что у Полянских мечей два
лезвия, а у их сабель только одно. В ле-
тописи с удовлетворением отмечено, что
так оно и случилось. В действительности
наличие двух лезвий не означает очень уж
безоговорочного превосходства меча над
саблей. Часто приходится слышать другое
- что сабля изогнута, более эффективно
рубит, а поэтому, мол, и пришла в итоге
на смену мечу. Можно сделать вывод, что
по большому счету оружие само по себе
не имеет категорически решающего зна-
чения в политической победе в условиях
затяжного противостояния. Куда важнее
экономическая мощь и мудрое управле-
ние в сочетании с крепким духом народа.
Итак, мечи у славян все же были, и в
немалом количестве. Но, похоже, что по-
явились они только после того, как вер-
ховенство у приднепровских славянских
племен захватили русы. Мечи русов и их
самих арабские писатели начинают упо-
минать в IX в. Но кто они такие и можно
ли их считать нашими предками? Вообще-
то можно, но с некоторыми оговорками.
Даже у арабских хронистов на этот счет
разногласие. Одни пишут, что русы суть
племя из славян, другие совершенно чет-
ко их разделяют, указывая на то, что русы
«нападают на славян, подъезжают к ним
на кораблях, высаживаются, забирают их
в плен, везут в Хазарию и Булгарию и там
продают». Отмечается и их суровый нрав.
Русы никому не доверяют, а поэтому всег-
да ходят с мечами.
Арабский путешественник начала X в.
Ибн-Фадлан пишет, что русы высоки и
стройны, как пальмы, но поклоняются де-
ревяшкам (идолам) и «самый грязный на-
род из всех, что созданы Аллахом». Куль-
турного араба, который посещал баню
даже в лютые морозы, когда его борода
смерзалась в ледяной ком, потрясло и то,
что русы умываются по очереди (10-15 че-
ловек) в одном тазу. Общеизвестно, что
нынешние русские, подобно своим сла-
вянским предкам, умываются под струей
воды, а умывание в тазу свойственно гер-
манцам, поэтому на Западе и сегодня тра-
диционно затыкают слив в раковине.
О происхождении русов, когда и отку-
да они пришли - на это пока нельзя дать
точный и научно обоснованный ответ. Из-
вестны разные мнения - и то, что после не-
удачной обороны Трои они основали Рим,
и то, что от них пошли запорожские казаки
с куренной системой общежития, длин-
ными усами и оселедцами. Некоторые ис-
торики вполне обоснованно считают пле-
мя русов ответвлением древнего народа
- ругов, западная часть которого погибла
в Италии еще в V в. Действительно, из-
вестен балтийский остров Рюген (Руген),
с его буйными пиратами и человеческими
жертвоприношениями в храме Свентови-
та. Западный хронист епископ Адальберт
княгиню Ольгу считал королевой ругов
30
ДЕКРЕТЫ БУЛАТА
(именно ругов, а не русов), но Ярослава
Мудрого уже называли владельцем лишь
емли ругов, которую в X в.звали Руссией.
Интересно отметить, что память об
иноплеменном происхождении прави-
телей страны сохранялась сотни лет. Так,
английский посланник к московскому
двору Джильс Флетчер приводит этому
свидетельство в своей книге «О госу-
дарстве Московском», изданной в 1591 г.
ин пишет, что царь Иван Грозный как-то
сказал своему придворному золотых дел
мастеру, англичанину по национальности,
что русские все - воры. На улыбку мастера
- мол, Вы же и сами русский, царь отве-
тил, что не считает себя русским, посколь-
ку предки его были германцами.
Чтобы не влезать в дебри этнографии,
процитируем «Повесть временных лет»,
которая пишет о войске Олега Старого
(888 г.), что были у него поляне, варяги
словене и «прочий, прозвашася Русью».
Вероятно, к рубежу X-XI вв. из русов,
славян и «прочих» образовался единый
народ, названный - русь. Поскольку для
шее обоснованных выводов данных нет,
то на этом остановимся и перейдем к рус-
ским мечам.
В отличие от славян, знатного воина
- руса хоронили с женой, которую убива-
ли, чтобы она могла сопровождать руса в
загробном мире. Точно так же «убивали»
и меч воина: в курганах, помимо целых,
стречаются умышленно согнутые попо-
лам или разломанные на части мечи. Та-
кой обычай ритуального «убийства» меча
был известен еще кельтам.
Ибн-Фадлан говорит о вооружении ру-
сов, что мечи их франкские (современные
переводчики уточняют, что «франкские» -
ак у франков). Но его современник Ибн-
уста (910 г.), называет русов владельца-
ми слиманских мечей. Это противоречие
разрешает трактат Аль-Кинди (840 г.) «О
различных видах мечей и железе хоро-
ших клинков и о местностях, в которых
они производятся». Он описывает более
25 видов мечей Европы и Азии, в Европе,
помимо мечей Рума (Византии), он выде-
ляет именно слиманские и франкские.
Аль-Кинди пишет, что франкские и
слиманские мечи схожи тем, что выкова-
ны из «нармохана» и «шабурхана» - мяг-
кой и твердой стали. Вид Дамаска («га-
ухар») франкских мечей похож на редкий
узор табаристанской ткани, а широкий
дол по центру их клинков выглядит как
чистый речной поток. Слиманские мечи
похожи на франкские, но редко когда сли-
манский клинок суживается к острию, а их
узор более мелкий, блестящий и редкого
искусства. В конце концов Аль-Кинди по-
дытоживает, что, в сущности, франкские и
слиманские мечи одинаковы. От себя до-
бавлю, что те и другие неотличимо схожи
как с «нидамскими» мечами, так и с меча-
ми вандалов.
Хорезмийский ученый Аль-Бируни в
X в. описывает мечи русов наиболее под-
робно: «Русы выделывают свои мечи из
«шапурхана» (стали), а долы посреди них
- из «нармохана» (железа), чтобы придать
им прочность при ударе, предотвратить
их хрупкость. Аль-фулад (литая сталь)
не выносит холода их зим и ломается при
ударе. Когда они познакомились с фаран-
дом (сплавленным узорчатым металлом),
то изобрели для долов плетенье из длин-
ных проволок, изготовленных из обеих
разновидностей железа - «шапурхана» и
«нармохана». И стали у них получаться на
сварных плетениях при погружении в тра-
витель вещи удивительные и редкостные,
такие, какие они желали и намеревались
получить. Фаранд же не получается соот-
ветственно намерению, но он (его узор)
случаен».
Как видим, свидетельств о мечах русов
немало, но они весьма запутанны. Напри-
мер, кто изготавливал слиманские мечи
и что они собой представляли? Есть вер-
сия, что «слиманские» - это искаженное
слово «сулейманские». В арабском мире
израильский царь Сулейман ибн Дауд
(сын пророка Давида Соломон) считался
образцом премудрости и знаний, поэтому
всякого рода чудесные вещи, резко отли-
чающиеся по свойствам от привычных и
обыденных, называли сулейманскими. В
рациональном XIX в. историки склонны
были считать их оружием, производимым
в местности Сельман, расположенной в
иранской провинции Хорасан, где, как
известно, выплавляли прекрасную булат-
ную сталь. С учетом того, что в трактате
армянина Аль-Тарсуси, составленном
специально для султана Саладдина, опи-
сывается приготовление слиманской ста-
ли тигельным способом (в горшках), вро-
де бы становится понятным выделение в
описаниях слиманских мечей блестящего,
мелкого и затейливого узора на клинках,
сильно отличающегося от крупного «пест-
ро-червячного» узора франкских мечей.
Нужно учесть, что свидетельства об
изготовлении слиманских мечей из ти-
гельной стали начинаются не ранее XII в.,
поэтому нельзя исключать возможности
производства русами мечей, называемых
в IX-X в. слиманскими, и что лишь потом
это название перешло на какие-то восточ-
ные мечи. Тем более, что в 1200 г мечи ру-
сов уже названы отдельно от слиманских.
Ибн-Хордадберг пишет, что купцы-
русы, которых он назвал одним из под-
разделений славян, привозили мечи к
Черному морю и далее вплоть до Багдада.
Возможно, сыграло свою роль ослабле-
ние запретов, которые франкские короли,
начиная с самого Карла Великого, накла-
дывали на торговлю оружием с Востоком.
Запреты издавались в 779, 803, 805, 811
и 864 гг. Но с Русью активно торговали
скандинавы, освоившие путь «из варяг в
греки», а со Скандинавией франкам тор-
говать не запрещалось. Спрос на мечи
франков был высок. Арабские хронисты
писали, что мечи франков столь остры,
что рубят даже железо, поэтому на Восто-
ке в те времена франкский меч стоил 1000
египетских динаров - в 300 раз дороже
некоторых местных.
Очень интересным в этой связи являет-
ся одно из сообщений X в., в котором го-
ворится, что от русов вывозятся мечи, ко-
торые можно сгибать пополам (дугой) без
остаточной деформации. В то же время в
скандинавских сагах неоднократно опи-
сывалось, как воин выходит из боя, что-
бы на ближайшем камне выправить свой
погнутый клинок. Следовательно, многие
норманнские мечи местной выделки того
периода особой упругостью не блистали.
Можно допустить, что свойства мечей
франков мало чем отличались от свойств
оружия вандалов и викингов, что опреде-
лялось конструктивными особенностями
их клинков. Когда центральная часть, за-
нимаемая сердцевиной, изготавливалась
из вязкого, эластичного материала, железа
или малоуглеродистой стали, то назначе-
ние этой основы заключалось в нагруже-
нии твердых и хрупких лезвий сжимаю-
щими напряжениями, возникающими при
закалке клинка. Сжимающие напряжения
возникали вследствие того, что сталь при
закалке увеличивает свой объем, а железо
сохраняет его без изменений. Разрушаю-
щие трещины в предварительно сжатых
основой лезвиях могли возникнуть только
при очень сильных рубящих ударах, поэ-
31
Леонид Архангельский
тому Роланд и не смог сломать о камень
свой «твердый» Дюрандаль.
Другое дело изгиб по плоскости тако-
го клинка. При небольшом изгибе клинок
еще пружинит, но если попробовать со-
гнуть его пополам, т.е. дугой, то твердые
стальные лезвия переломятся. Кстати,
в одном из многочисленных вариантов.
«Песни о Роланде» говорится, что Роланд
все-таки сломал свой меч, ударив им по
скале плашмя.
Конечно, если твердость лезвий меча
не превышает твердости пружины, тогда
клинок можно согнуть и дугой. Каждый
может представить, чем закончится по-
пытка согнуть дугой закаленный напиль-
ник, а вот плоскую пружину можно согнуть
без вреда. Такая разница в упругости ста-
лей объясняется различием в твердости: у
напильника - более 60 HRC, а у рессоры
- менее 45 HRC. Можно указать на то, что
большинство мечей нидамской находки,
также как и прекрасный меч из Сэттон-Ху,
имели клинки с лезвиями далеко не самой
высокой твердости. Даже славный Хрун-
тинг Беовульфа не блистал твердостью
Рукоять меча Людоты
лезвий, поскольку был закален в крови, а
коовь - весьма мягкая закалочная среда.
Наибольшей упругостью отличаются
цельноцементованные железные клинки
или те, у которых поверх железной сер-
дцевины наварены либо стальные, либо
композитные пластины, Но если основа
отковывалась из слишком мягкого и не-
прочного железа, то при закалке лезвия
растягивали и удлиняли, пластически де-
формируя серцевину, что приводило к
снижению полезных напряжений в лезви-
ях. Наиболее грамотные кузнецы франков
эпохи Меровингов вваривали в железную
основу для повышения ее прочности свое-
образные стальные жилы крестовидного
поперечного сечения. Крестообразное
сечение жил (волокон) обеспечивало их
лучшее сцепление с пластичной матрицей
и более надежную передачу усилий.
Менее трудоемким было применение
при изготовлении основы пластин из вы-
сокофосфористого железа, прочного поч-
ти как сталь, но не увеличивающего свое-
го объема при закалке. В железе мечей
меровингского периода содержание фос-
фора доходило до 0,5 % и даже более,
примерно в двадцать раз превышая его
содержание в современных сплавах. При
этом вредного в данном случае углерода
могло быть лишь несколько сотых долей
процента.
Известный знаток древнего оружия
Б.А. Колчин исследовал нескольких ран-
несредневековых мечей, найденных на
территории нашей страны. Как оказалось,
конструкции их были весьма разнооб-
разны. Интересно, что железный клинок
одного из мечей был целиком подверг-
нут цементации, подобно тому, как это
делали еще хетты на заре железной эры.
Упругость такого клинка после грамот-
но проведенной закалки должна быть
весьма хорошей. Два меча из десяти, ис-
следованных Колчиным, имели клинки
с железной основой и наваренными по-
верх нее стальными пластинами. Сред-
няя часть двух других была составлена из
трех стальных пластин, основа еще одного
- цельностальная.
Три клинка, среди которых был и кли-
нок с клеймом «ULFBEHRT», были изготов-
лены с цельножелезной средней частью и
наваренными сверху стальными пластина-
ми, смыкающимися на лезвии. Лишь один
из исследованных клинков был сварен из
скрученных композитных прутков. У всех
этих клинков лезвия были стальными. Но
нужно отметить, что один виденный мной
меч с центральной узорчатой частью имел
лезвия с ярко выраженным волокнистым
узором. Таким образом, многие из най-
денных на территории Киевской Руси ме-
чей вполне могли обладать хорошей уп-
ругостью, столь ценимой на Востоке. Но в
вопросе о месте изготовления вывозимых
русами на Восток гибких мечей еще много
неясного.
Киевская Русь этнически была славян-
ским государством, унаследовав от русов
название, правящую династию и часть
вооружения воинов. О том, что славяне
все же научились ковать мечи по образцу
мечей франков или русов, свидетельс-
твуют данные археологии. Один из най-
денных на территории СССР мечей Х~Х1
вв. имел рукоятку в виде переплетенных
драконов типично скандинавского вида,
однако после расчистки клинка стала
видна инкрустированная надпись сла-
вянскими буквами: КОВАЛЪ ЛЮДОТА.
Эта надпись дает неоспоримое матери-
альное свидетельство того, что во вре-
мена Киевской Руси славянские кузнецы
тоже изготавливали клинки мечей. Най-
ден обломок и еще одного, примерно на
50 лет более древнего клинка, у которого
на одной стороне четко видны начальные
буквы СЛАВ (далее не читается), а на дру-
гой совсем плохо сохранившиеся остатки
надписи или геометрического орнамен-
та. Крупнейший исследователь оружия
Древней Руси А.Н. Кирпичников утверж-
дает, что целиком эта надпись обозна-
чала имя кузнеца-славянина (например,
Славомир), а сам меч был изготовлен в
Киеве, городе полян.
Но оставим исторические изыскания
и вернемся к мечам, которые неотде-
лимы от рассказов о битвах. В «Слове о
полку Игореве», повествующем о похо-
де в 1185 г. князя Игоря Святославича на
половцев, говорится о мечах и копьях
«харалужных», которыми были вооруже-
ны русские воины. «Харалужные» мечи,
«харалуг» упоминаются лишь в «Слове...»
да еще в «Задонщине» середины XV в., а
позже при описании оружия использу-
ется только слово «булат». Вероятно, это
произошло из-за постепенного прекра-
щения производства оружия с харалуж-
ным типом узора.
«Харалуг», «харалужный» произош-
ли, как полагают, от тюркского названия
32
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
булатного узора «кара лыг» - «черный
цветок». Отметим, что другое название
«пестро-червячного» узора римских и
норманнских мечей - «розовый» Дамаск.
После шлифовки и травления сваренных
вместе скрученных прутков образуется
характерный, состоящий из соприкаса-
ющихся полукругов узор, действительно
напоминающий цветок с черными лепес-
тками, поэтому названия «розовый» или
«харалужный» даже точнее, чем «пестро-
червячный», отражает суть узора. В поль-
зу этого говорит и тот факт, что наряду с
мечами в «Слове...» упоминаются также и
копья «харалужные». Наконечники евро-
пейских копий того времени часто имели
описанное выше строение, о чем прекрас-
:о поведал К. Антейн в своем исследова-
нии «Дамасская сталь в странах бассейна
Балтийского моря».
Впрочем, сейчас даже и не знаю, на-
сколько точны сведения о причинах на-
звания римского Дамаска «розовым». О
нем в современной русскоязычной лите-
ратуре написано всего лишь пару строк,
да и то в стиле простого упоминания - Гу-
ревичем и еще, кажется, В. Басовым. Кто
сегодня может с уверенностью утверж-
дать, что римляне не могли делать и не
делали метеоритного Дамаска с цветным,
розовым отливом? И не был ли металл
римских мечей назван «розовым» не из-
за типа узора, а по цвету его отлива? Вот
и свежая загадка для узких специалистов
- что теперь считать истинным «розовым»
Дамаском. Однако, как бы то ни было,
сейчас «розовым» Дамаском повсеместно
принято считать металл именно с «цвето-
чным» типом узора, поэтому остановимся
и мы на таком понимании.
Не претендуя на истину, могу дать и
свой вариант объяснения слова «хара-
луг». Свою армейскую службу я проходил
в Монголии, поэтому вспомнился мне ее
правительственный орган «Великий Ху-
рал». Если провести аналогию со словом
«хурал» - собрание, сбор, тогда термин
«харалужный» будет обозначать клинок,
собранный из отдельных полос.
Несмотря на то, что изготовление «ха-
ралужных» мечей методом кузнечной
сварки крученых разнородных прутков
кажется очевидным и доказанным, все
же за давностью лет нельзя окончатель-
но отвергать и теорию о изготовлении по
крайней мере некоторых русских мечей
из литой стали. Некоторые исследовате-
ли связывают название харалужный с се-
веро-афганским племенем «карлук» или
«харлуж», чью название в переводе зна-
чит «владелец снегов». Это тюркское пле-
мя хорошо владело методами производс-
тва литой стали, которой могло торговать
со степняками, а через них и с Русью.
Недавно в периодической печати поя-
вилось еще одно толкование на тему рус-
ских «харалужных» мечей. Сообщалось о
воссоздании никельсодержащей «боевой
стали древних славян-русов». По мнению
авторов статей, слово «хоролуг» (он же
«хоролудь») образовано из двух корней:
«хоро» _ круг, солнце, и «лудь» - блеск,
сияние. Таким образом, дословно «хо-
ролужный» - «сияющий как солнце», а в
переносном смысле - «сталь бога Солнца
Хорса».
Мысль интересная, и ранее почему-то
никому в голову не приходившая. Воз-
можно, потому, что открыв академическое
издание «Слова о полку Игореве», читаем
там «харалуг». Можно было бы допус-
тить звуковой переход «о» в «а» (подобно
тому, как древний Москов сейчас произ-
носится «Масква»), но в древности (XII в.)
такой переход был крайне маловероятен,
тем более что несомненно «солнечное»
слово «хоровод» до сих пор и пишется, и
произносится по старинке, через «о» - и
не только в Санкт-Петербурге, где живут
авторы идеи, но даже и сплошь «акающи-
ми» москвичами.
С XI в. при изготовлении мечей в Ев-
ропе начинают применять новую технику
изготовления клинков. Если раньше ком-
позитный центральный блок огибался
лезвиями, то теперь вязкие пластины на-
варивали поверх стального сердечника,
в виде своего рода трехслойного пакета.
При расковке и последующей обточке
стальной сердечник обнажался, обра-
зуя лезвия и острие. Узорчатые накладки
изготовлялись предварительно либо по
старой схеме - из скрученных прутков,
либо из многослойного железо-стально-
го композита. Все чаще встречались чисто
стальные мечи из металла с содержанием
углерода в около 0,8 %. Изменение конс-
трукции клинка вызывалось несколькими
причинами.
Главной ударной силой войска стала
тяжелая конница, что повлекло за собой
изменение стиля фехтования мечами.
Раньше удары отражались только щитом
и практически никогда меч противника не
Харалужное копье
Строение наконечника харалужного
копья
0,8-0,9 7» С
07°С
О ; 0,2 -0,3 % С
07°С
0,0,2-0,37<-С
07>С
0-0,2 -0,3%С
0%С
0,0,2 0,3 7> С
07оС
0,8 - 0,0 % с
33
Леонид Архангельский
Защита от меча
Меч и сабля XIV века
отражался клинком своего меча, теперь же
положение изменилось. По своему опыту
знаю, как уродует клинок меровингско-
го типа с довольно мягкой поверхностью
клинка фехтование в стиле «клинок в кли-
нок». При отбивах острого лезвия на плос-
кости клинка остаются зарубины, вовсе не
повышающие боевые свойства меча.
Кроме того, с развитием защитных
доспехов и частым применением всадни-
ком пробивающего эти доспехи таранно-
го удара мечом колющая функция меча,
требующая все более узкого и жесткого
клинка, начинает преобладать над рубя-
щей. При сильном колющем ударе велика
вероятность изгиба клинка по плоскости,
поэтому конструкция с упругими наклад-
ками поверх образующего лезвия твердо-
го сердечника более целесообразна, чем
ранее применявшиеся конструкции клин-
ков с приваренными лезвиями.
Второй причиной изменения конструк-
ции стало то, что в эпоху крестовых похо-
дов при массовом производстве оружия
требовалось его удешевление, а упро-
щение технологической схемы привело к
тому, что стоимость меча в начале XIV в.
по сравнению с мечом VI в. снизилась в 6
раз. Наварить накладки поверх стального
сердечника технологически проще и на-
дежнее, чем огибать лезвиями длинный
центральный брусок.
На первом этапе, возможно, эконо-
мическая причина не была главной в из-
менении конструкции клинка. Но нужно
помнить, что в Западной Европе мастера-
оружейники крайне редко изготовляли
клинок от начала и до конца - от ковки до
полировки. Разделение труда зародилось
еще в античные времена, а в эпоху фео-
дализма, с развитием цеховой структуры
ремесленников, оно стало непреложным
правилом. Кузнецы только сваривали и
отковывали заготовку, шлифовщики шли-
фовали, а монтировщики изготавливали
прибор меча. Все было направлено на
повышение производительности труда и
снижение стоимости готового изделия.
Мечами с наваренными поверх сталь-
ного сердечника накладками сражались
на льду Чудского озера русские дружин-
ники Александра Невского с вооруженны-
ми такими же мечами немецкими рыца-
рями. Вероятно, что и рязанский воевода
Евпатий Коловрат прорубал себе путь в
героические сказания мечом с такой конс-
трукцией клинка.
По преданию, Евпатий Коловрат по-
доспел к Рязани, когда она уже была со-
жжена Батыем. Не осталось там ни стону-
щего, ни плачущего - ни отца и матери о
детях, ни детей об отце и матери, но «...все
равно умерли, одну смертную чашу испи-
та.» Мстящие за гибель родных рязанцы,
числом 1700 человек, догнали войско Ба-
тыя в суздальской земле - «И начали сечь
без милости, так что смешались все полки
татарские. И стали татары словно пьяные
или безумные.» Многих знаменитых бо-
гатырей Батыевых побил Евпатий, одних
пополам рассекал, других до седла разру-
бал. И бил их так нещадно, что даже мечи
его затупились. Тогда брал он монголь-
ские и рубился дальше - всю оставшуюся
жизнь. Не справившись с дружинниками
в рукопашном бою, их расстреляли из сте-
нобитных орудий.
Когда павшего Коловрата положили
у ног Батыя, наблюдавшего за последней
битвой рязанца, хан сказал, что будь у него
такие богатыри, он держал бы их у своего
сердца. Тело Евпатия хан отдал оставшим-
ся в живых рязанцам и велел отпустить их.
Говорят, что жестокого завоевателя - хана
Батыя монголы прозвали «милосердным».
Он был в неплохих отношениях с князем
Александром Невским, а сын Батыя Сар-
так даже был крещен, хотя, вероятно, по
несторианскому обряду.
Интересно провести параллели между
Евпатием и Роландом. И тот, и другой были
выдающимися воинами, непобедимыми в
поединках. И о том, и о другом сложены
героические сказания, которые у истори-
ков не в почете. Но Роланд добывал себе
славу чудо-мечом, который не ломался и
не тупился даже о камень, а для русского
воина качество оружия вторично, он и с
обычным мечом проходил татарские пол-
ки насквозь. Упомяну эпизод из нашего
старого фильма «Александр Невский», в
котором уставший рубиться воин вздыха-
ет: «Эх! Сейчас бы меч тройной закалки!»
А князь резонно отвечает: «Не в закалке
дело, меч плечом силен!» И это отноше-
ние к оружию очень характерно для рус-
ского человека. Историки считают повесть
о Евпатии не подтвержденной документа-
ми поэтической выдумкой, но мне кажет-
ся, что соответствие духа события истине
важнее точности в деталях.
Но вернемся к эволюции меча. Когда
в XIV~XV вв. появились толстые сталь-
ные латы, почти полностью закрывающие
34
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
уязвимые места, от меча потребовалось
дальнейшее улучшение пробивающей
способности при колющем ударе, поэ-
тому конструкция клинка снова измени-
лась. Теперь стали сваривать пятислой-
ный пакет, прокладывая между стальным
сердечником и стальными же обкладка-
ми тонкие железные пластины. Оружей-
ники Золингена составляли первоначаль-
ный пакет из трех слоев - двух стальных
и проложенного между ними железного.
После сварки его разрубали на две части,
снова складывали и сваривали, получая
за счет сложения двух, прежде наруж-
ных, стальных пластин требуемый пяти-
слойный пакет.
Этот технологический прием был из-
вестен давно, но только в тяжелых полу-
тораручных мечах он получил широкое
применение. Пятислойное строение длин-
ного клинка обеспечивало его высокую
надежность, давая возможность сильно
изгибаться без поломки. Такая особен-
ность пятислойного оружия объясняется
разным поведением стали и железа при
закалке клинка. Железные пластины в ре-
зультате закалки растягиваются и предва-
рительно нагружают стальные накладки,
при изгибе клинка сначала происходит
разгружение выпуклой стороны от сжима-
ющих напряжений, а уж затем начинают
действовать растягивающие напряжения,
которые могут привести к возникновению
трещины и к последующей поломке клин-
ка. (Известно, что создание сжимающих
напряжений на поверхности автомобиль-
ных рессор увеличивают их стойкость в
шесть (!) раз.)
В оружиеведческой литературе за ме-
чами XI-XIII вв. закрепилось название
«романских», а мечи XIV-XVI вв. принято
называть «готическими». Классификация
западноевропейских мечей романского
периода, так же как и каролингских ме-
чей, основана на различиях в форме и ук-
рашении рукоятей. Пользуясь этой клас-
сификацией, можно определить время
изготовления меча с точностью до двад-
цати лет.
Развитие европейских мечей можно
рассмотреть на примере русского оружия
(неважно, где и кем оно изготавливалось):
ранние киевские мечи весьма длинные
(до 95 см) и тяжелые (1,5 кг); меч второй
половины XI - началаХП вв. легче, короче
и уже; мощные мечи XII—XIII вв., длинные
(до 120 см) и тяжелые (до 2кг), имели по-
лутораручную рукоять, но при этом оста-
вались, главным образом, рубящим ору-
жием. Впервые укол мечом («прободе»)
как боевой прием отмечен в Ипатьевской
летописи 1255 г, хотя, несомненно, приме-
нялся и раньше.
Общей тенденцией в развитии евро-
пейских мечей уже с начала IX в. является
постепенное, но неуклонное исчезновение
клинков сложноузорчатой сварки. В XIII в.
таких клинков уже единицы. Несомненно,
сыграло свою роль и развитие технологии
производства стали: если прочная сталь
доступна по цене, то зачем ее экономить?
Попутно с изменением конструкции мечей
снижалась не только их цена, обесцени-
валось и их значение в жизни воина. Из
своего рода боевого товарища меч пре-
вратился в рабочий инструмент, и никому
уже и в голову не приходило давать ору-
жию собственное имя. Мастера все реже
клеймили клинки своими именами, выби-
тыми крупными буквами.
Начиная с XII в., многие мечи снаб-
жались надписями и изображениями на
христианскую тему. Постепенно надпи-
си стали нерасшифруемыми, поскольку
превратились в сокращенные выражения
заговорного характера. Например, счита-
ют, что надпись SNEX-NEX-NEX-NS в раз-
вернутом переводе обозначает «Святое
имя вечного Христа~имя вечного Хрис-
та-имя вечного Христа~имя святое». Час-
то встречается надпись SOS или OSO, что
в предположительном переводе означает
«спасение-всех-спасение» и «всех-спасе-
ние-всех».
Символическое, а зачастую и маги-
ческое значение изображений на клин-
ке было весьма высоким. Насеченные в
металл медью, серебром или золотом
изображения имели в те времена вполне
конкретный смысл, поскольку каждому
виду цветка или зверя приписывалось то
или иное воздействие на боевые свойства
меча. Известный «пассауский волчок» на-
чинает изображаться на клинках как раз
в XIII в. Насекались и «счастливые» числа
-131,1313 и т.п. сочетания. Инкрустация на
готических клинках уступила место менее
трудоемкому травлению и поверхность
стального меча стала покрываться целыми
картинами с пышнотелыми женщинами,
доспехами, гербами, сплетением цветов и
прочим украшательством.
На закате эпохи мечей, когда колющая
функция длинного клинкового оружия
стала категорически преобладающей,
постепенно стал применяться другой вид
оружия - шпага. Первоначально шпа-
ги служили неким заменителем копья.
После поломки в бою копья - основного
оружия конных рыцарей, те вытаскива-
ли жесткий граненый клинок и наносили
колющий удар в сочленения защитно-
го доспеха, стараясь пробить шлем или
проколоть кольчужную защиту в паху или
подмышкой.
Полагают, что зарождение и развитие
шпаги шло двумя путями. По первому из
них - путем сужения и облегчения клин-
ка мечей с постепенной утратой рубящей
функции. Слово «шпага» произошло от
названия римского меча «спада». Типич-
ным образцом переходного оружия яв-
ляется так называемый «меч-кончар» или
«меч-эсток» с толстым клинком треуголь-
ного сечения и развитой защитой руки.
Известный боршверт - «меч-протыка-
тель» назвать мечом можно уже только
с большой натяжкой. Вторым путем было
образование шпаги из кинжала. В пользу
этого свидетельствует европейское на-
звание шпаги - «деген» по-немецки, и
«дата» по-итальянски и испански. Все эти
слова, включая английское «дате», обоз-
начали одновременно и кинжал с длин-
ным клинком.
Первые шпаги появились в Италии в
XV в. и были сначала не очень длинными.
К XVII в. длина клинков некоторых видов
шпаг достигла метра, что требовало очень
высокой упругости и прочности металла.
Клинки шпаг изготавливались как пяти-
слойными, так и чисто стальными. Про-
изводимые в Толедо и Золингене шпаги,
весьма часто имели клинки, откованные
из одного куска железо-стального компо-
зита. Вероятно, сырьем для изготовления
шпаг служила сырцовая и, следовательно,
весьма неоднородная сталь. Для улучше-
ния свойств сырцовую сталь два~три раза
расковывали в пластины и проваривали.
Хорошо прокованный и мягко закаленный
35
Леонид Архангельский
Боршверт
клинок из такого материала обладал от-
личной упругостью при умеренной (HRC
30-35) твердости.
Сохранилось описание испытания
толедского шпажного клинка; перед от-
делкой клинка мастер из Толедо тща-
тельно проверял его упругость: сначала
клинок шпаги клали плашмя на подушку
и вдавливали в нее разные части клинка
- не даст ли где просадки и не хрупок ли?
Затем втыкали острие в свинцовую пли-
ту и изгибали в разных направлениях.
Узор клинка старинной шпаги
иногда даже скручивая винтом, прове-
ряя упругость колющего конца. Хорошая
шпага должна быть жесткой в первой
трети клинка, чтобы эффективно отво-
дить удары, и гибкой в последней трети,
чтобы не ломаться и огибать при уколе
всякие твердые, непрокалываемые пре-
пятствия. Впрочем, были и весьма тяже-
лые разновидности шпаг, некоторыми
из которых можно было при желании не
только колоть, но и неплохо рубить. На-
пример, тяжелые валлонские шпаги име-
ли те же размеры, что и сарматские мечи,
но качество металла средневековых шпаг
было много лучше по сравнению с меча-
ми кочевников.
Клинки некоторых хранящихся в му-
зеях шпаг откованы из литой булатной
стали. Вероятно, их ковали из привозного
материала, либо, что тоже не исключено,
такие клинки изготавливались восточны-
ми мастерами «на экспорт».
Каким же путем шло развитие длинных
европейских мечей, начиная с их зарож-
дения в латенско-сарматском периоде и
кончая их практическим исчезновением
в XVI в.? Выясняется, что за свою двухты-
сячелетнюю историю мечи как бы сделали
полный круг и вернулись к истокам - но
на другом уровне. Начав с отковки из кус-
ка сырцовой стали или простого сочета-
ния свойств железа и стали, как в самых
ранних цементованных с поверхности
цельножелезных клинках, европейцы на-
учились изготавливать такие сложнейшие
произведения кузнечного искусства, как
мечи позднеримского и меровингского
периода. В них стали использовать умыш-
ленно изготавливаемый узорчатый желе-
зо-стальной композит.
Постепенно происходило развитие
собственно металлургии, обеспечиваю-
щей производство все более дешевой и
качественной стали. Забывались за нена-
добностью сложные и трудоемкие, тре-
бующие высочайшего мастерства техно-
логические методы изготовления клинков
мечей. Им на смену возрождались более
простые и, главное, менее трудоемкие ме-
тоды производства. В конце концов чисто
стальное оружие из редкого исключения
стало общим правилом. Как в античности
ковали первые клинки из дешевого же-
леза, так в эпоху Возрождения последние
мечи ковали из стали. Как тысячу лет раз-
витие мечей шло по пути совершенствова-
ния конструкции клинков с применением
узорчатых сталей, так примерно такое же
время шел возврат к использованию в
клинках металла прямо «из печи».
Мы рассмотрели лишь главную линию
развития мечей - кельтско-римско-гер-
манскую. А что за мечи были во всем ос-
тальном мире? Какими мечами вооружа-
лись в иных странах?
В близких к нам странах Востока (Ори-
ента), который для России является скорее
«Югом», в раннем средневековье и вплоть
до XIV в. в ходу были мечи, а не привычные
для нашего воображения кривые сабли. В
«Сказках тысячи и одной ночи» описано,
как один храбрый и ищущий приключений
султан расправился со злой ведьмой: «...
он ударил ее мечом и меч, блистая, вышел
из ее спины.» С другой ведьмой и другой
султан поступил несколько иначе - «... он
ударил ее мечом и бросил на землю двумя
кусками мяса.» Видимо, в сказках султаны
были строгими, но справедливыми, и не
36
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Индийский булатный палаш кханда
напрасно носили на боку меч.
В Индии существовало такое мно-
жество разновидностей мечей, что дало
повод Аль-Бируни воскликнуть: «Никог-
да не будет другого народа, который бы
лучше разбирался в мечах и их названи-
ях!» Как ни странно, но индусы вовсе не
боялись изготовлять мечи из литой стали
с высоким содержанием фосфора. Дело
в том, что легирование фосфором может
увеличить прочность железа в шесть раз,
а твердость высокофосфористого железа
может достигать 25-30HRC, чего вполне
достаточно для длинного клинка. Многие
булатные клинки более позднего време-
ни имели твердость не большую, а даже
меньшую, и это не мешало их владель-
цам проявлять свое умение рубиться с
врагами.
Фосфор считается едва ли не самой
вредной примесью в стали, поскольку
одновременно с повышением твердости
и износостойкости он очень сильно ох-
рупчивает металл при низких температу-
рах. Многие слышали или читали, что при
сильных морозах часто и прочная сталь
лопается как стекло уже при небольших
усилиях. При повышенном содержании
фосфора сталь ведет себя так же при нор-
мальных, «летних» температурах, особен-
но сильное охрупчивание происходит при
одновременном присутствии в металле и
фосфора и углерода. Естественно, в хо-
лодном климате такой эффект проявлялся
еще сильнее. Именно поэтому восточные
мечи из литой стали - аль-фулада у се-
верных народов не пользовались хоро-
шей репутацией.
О фосфоре можно сказать и еще кое-
что. Знаменитая делийская колонна была
целиком изготовлена из железа методом
кузнечной сварки в 415 г. в честь одной из
побед царя Чандрагупты II. Высота этого
железного столба 7,2 м, диаметр у основа-
ния-42 см., вес - свыше б т. По утвержде-
нию одного из английских авторов XIX в.
(не знаю, насколько можно ему доверять),
что еще более чем на б м колонна врыта в
землю. Соответственно, тогда и вес дол-
жен быть намного больше. Древнеарабс-
кому ученому Аль-Бируни рассказывали,
что вторгшиеся в Индию завоеватели из
Йемена в знак того, что не пойдут дальше,
собрали свои мечи и отлили из них колон-
ну высотой 70 локтей. Ученый писал, что
так могут говооить только люди, которые
ничего не понимают в литье железа и из-
готовлении крупных отливок из него.
Уместно привести пример из более
поздних времен, когда Наполеон Бона-
парт в честь одной из своих побед прика-
зал установить в Париже колонну немалых
размеров, отлитую из захваченных у про-
тивника бронзовых пушек. Вполне веро-
ятно, что древнеиндийский царь поступил
также и приказал своим кузнецам изгото-
вить памятный столб из трофейных мечей.
В пользу этой теории говорит тот факт, что
металл делийской колонны неоднороден
и имеет выраженное волокнистое стро-
ение. В отличие от пустотелой, тонкос-
тенной Вандомской колонны индийский
памятный столб сплошной. Возможно, из
мечей сначала сваривали промежуточные
заготовки весом в несколько десятков ки-
Мечи Северной Африки (Судан).
Возможно, клинки для них ковали
в Золингене.
3?
Леонид Архангельский
Пушка Монс-Мег
лограммов, из которых затем сваривали
собственно колонну. Только через тысячу
лет было отковано нечто подобное де-
лийской колонне - сваренная из желез-
ных полос и стоящая сейчас в Эдинбурге
(Шотландия) пушка «Монс-Мег», весом 5
тдлиной 4 м.
Понятно, что Аль-Бируни имел все ос-
нования не верить рассказам о сверхот-
ливке. Можно в принципе допустить, что
делийская колонна сварена не из криц, а
из нескольких тысяч мечей, но изготов-
ление железной отливки высотой около
30 м, о которой рассказывали ученому,
вряд ли было возможно в те времена.
Впрочем, споры о способе изготовления
древнеиндийского чуда металлургии про-
должаются до сих пор. Кажется, наиболее
вероятным считается изготовление кован-
ного столба из отдельных криц. Из таких
же криц отковывали и мечи, поэтому рас-
хождения в теориях несущественны.
Кроме размеров и способа производс-
тва, к особенностям делийской колонны
следует отнести высокую чистоту железа,
Разделение труда в Индии
из которого она откована. Только 0,28 %
примесей обнаружено в металле колонны.
Для сравнения: современная качественная
инструментальная сталь У12А содержит
разных примесей почти в два раза боль-
ше. Удивительно, но колонна не ржаве-
ла до самого последнего времени, хотя и
стс яла под открытым небом в течение 1500
ле-. Эйфелева башня в Париже моложе в
15 оаз, а на защиту от ржавчины уже пот-
ра-ено столько краски, что стоимость ее
превысила затраты на сооружение самой
башни. Вполне вероятно, что много лет
спу стя индийскую поковку еще можно бу-
де- при желании потрогать, хоть и не нам,
в то время как творение Эйфеля соржавеет
полностью и останется только в красочных
изображениях. И это потому, что изготов-
лены они из очень разного железа.
Делийский столб от подножия до вер-
шины, покрыт плотной пленкой темно-
коричневого цвета, без заметных следов
ржавчины. Недоумевающие европейцы
решили, что в воздухе индийской столицы
железо вообще плохо ржавеет и отвезли
на пробу в Европу несколько кусочков,
отделен от столба. Однако там древний
ме-алл быстро заржавел. Казалось бы,
что состав металла тут ни при чем и кор-
розионная стойкость объясняется только
климатическими условиями. Но исследо-
вание кусочка в отрыве от «целого» часто
приводит к ошибкам. Так, можно утопить
в ванне гвоздь и на этом основании за-
явить, что стальные линкоры плавать не
мс"ут.
Удивительную стойкость к коррозии
«индийского чуда» пробовали объяснить
и высокой чистотой железа, но выплавля-
емое современными методами особо чис-
тое железо ржавеет на воздухе довольно
быстро. Вероятно, стойкость к коррозии
определяется высоким содержанием фос-
фора, которого в металле колонны очень
много - 0,15%, что в 5 раз больше, чем в
той же стали У12А. На поверхности такого
высокофосфористого железа образуется
прочная оксидная пленка темного цвета,
надежно защищающая металл от атмос-
ферной влаги.
Говорят, что умению изготавливать
необычайной крепости сталь индусы на-
учились у спустившегося с гор племени
кузнецов, обосновавшегося в Пенджабе
- самом древнем княжестве Индии. Где и
когда впервые начали плавить сталь, до-
стоверно не известно, но неоспоримо то,
что достоинства индийской литой стали
смог оценить Александр Македонский,
когда в IV в. до Р.Х. вторгся в северо-запад-
ную часть Индии. В битве с войсками царя
Пора македонцы победили и взяли в плен
самого царя. Царь сражался как храбрый
воин, был ранен в руку и остался жив лишь
благодаря стальному панцирю, который
мечи и копья воинов Александра не смогли
пробить. Александр оценил мужество царя
и обошелся с пленным весьма милостиво.
Но не только защитные доспехи инду-
сы ковали из стали. Они бились огром-
ными двуручными мечами, которыми пе-
рерубали железное оружие европейцев.
Спутники полководца говорили, что эти
мечи рубили даже камень. Не исключено,
что и это обстоятельство, среди прочих,
несколько охладило пыл македонца к за-
воеванию «страны чудес». Во всяком слу-
чае, он не мог не обратить внимания на
литую сталь - тем более, что властитель
одного из индийских княжеств (именно
Пенджаба!) подарил Александру 2,5 т ста-
ли в слитках - по тем временам подарок,
достойный царя.
Аристотель, учитель Александра Ма-
кедонского, называл литую сталь «фер-
рум кандидум» - «белое железо». Но и
собственно индийское железо, «феррум
индикум», было хорошо известно в анти-
чном мире. Плиний и современник Арис-
тотеля Диамах относили «ferrum Indicum»
к самым дорогим сортам стали - наряду с
«ferrum Sericum», по последним данным,
литая сталь с Цейлона.
38
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Китайский меч «чень»
Индусы были большими любителями
окрашивать металл клинков в разные цве-
та - от синего и зеленого до красного либо
термическим оксидированием (говоря
проще, нагревом отполированного клинка
до появления на его поверхности нужного
цвета побежалости), либо химическим
воронением. Не исключалась и совмест-
ная химико-термическая обработка.
Помимо декоративного, такое воро-
нение имело еще и защитное антикорро-
зийное значение, поскольку во влажном и
жарком климате отполированное оружие
неизбежно и быстро ржавело. Термичес-
кая обработка закаленного клинка, при
которой он нагревается до 300 °C и при-
обретает синий цвет, приводит к тому, что
твердость вороненого металла никак не
может превышать 45 HRC. Следователь-
но, если индусы широко применяли сни-
жающее твердость воронение, то они и не
стремились к достижению максимальной
твердости металла клинка. Такое спокой-
ное отношение к твердости длинных клин-
ков вообще характерно, на мой взгляд,
для южных народов.
Схожая по разнообразию видов мечей
картина наблюдается в Китае. В мифах
древнего Китая расказывается о борьбе
великана Чию и Желтого Владыки неба,
Хуан-ди. Злобный великан (интересно,
что в современном Китае его до сих пор
почитают божеством-куратором в народе
мео) напридумывал разного оружия, а
Хуан-ди поначалу оружия не имел, и ему
пришлось несладко. Но фея Сюань-нюй
обучила его магическому искусству изго-
товления мечей: «Хуан-ди раздобыл крас-
ную, как огонь, медь с горы Куньшань и,
раскалив ее, выковал меч, который излу-
чал сияние и был прозрачен, как кристалл.
Этот меч мог резать даже нефрит».
Фея была, вероятно, сильным метал-
лургом и хорошим педагогом, если смог-
ла научить резать нефрит медью... Нефрит
в Китае вообще своего рода эталон кре-
пости разрезаемого материала. Лао-Цзы
пишет о том, что «красный клинок» раз-
рубит нефрит так же легко, как грязь. Из
доступного мне текста не понятно, что он
имел в виду - медь с горы Куньшань или
же булат красного отлива?
В качестве несколько отстраненно-
го комментария могу сослаться на собс-
твенный опыт. Подбирая оригинальный
и красивый материал для отделки рукоя-
тей ножей, мы провели несколько плавок
медных сплавов, в которые добавляли
алюминий. Полученный материал был
очень красив, но настолько тверд, что не
обрабатывался закаленными напильни-
ками. Он был светло-золотистого цвета и
не поддавался ковке, поэтому можно уве-
ренно преодолеть соблазн объяснить не-
вероятную прочность горной меди именно
наличием в ней примеси алюминия. Сам
алюминий в древнем Китае был известен.
В одной из гробниц древнего Китая нашли
украшение из особого сплава, который
примерно наполовину состоял из алюми-
ния. Это само по себе удивительно, ведь
его получение очень сложно и до тех пор,
пока его не научились добывать электро-
лизом, он стоил дороже платины.
Несмотря на такие успехи в использо-
вании цветных сплавов, в производстве
железа китайцы примерно на тысячу лет
отстали от мастеров Ближнего Востока и
Закавказья, расположенных поближе к
Арарату. Железо появилось в его северо-
западных областях около VII в. до Р.Х., а в
южном Китае и того позже - примерно в
IV в. до Р.Х. В северном Китае железному
делу научились, вероятно, у кочевавших
там скифов. Впрочем, различные авторы
указывают разное время возникновения
металлургии железа в Китае. Я для себя
выделил наиболее обоснованные и убе-
дительные.
О китайских мечах можно написать от-
дельную книгу, что уже и сделано многи-
ми авторами. Но целесообразно выделить
лишь наиболее известный, прошедший
испытание временем и ставший традици-
онным меч «дзянь» ~ «прямой» или «чень»
- «китайский». Другого названия мне пока
выяснить не удалось. Меч этого типа воз-
ник в период Весны и Осени - в середи-
не VIII в. до Р.Х. Впрочем, если допустить
звучание «цинь», то смысл названия резко
изменится и тогда станет понятным, поче-
му этот меч считался в Китае и сопредель-
ных странах наиболее благородным ору-
жием и его носили высокопоставленные
чиновники и знатные воины. Его называли
«императором холодного оружия», а дру-
гие виды клинкового холодного оружия
назывались «дао» и считались не мечами,
а разновидностями большого ножа.
Не могу сказать, какие свойства цени-
лись у «ченя» в раннем средневековье, но
к числу его главных достоинств относится
гибкость. Упругость и эластичность клин-
ка у фехтовальщиков вообще считается
признаком хорошего меча. Сохранилось
предание, что меч - «самосек» Зигфрида
был настолько гибким, что колыхался на
плечах несших его карликов-гномов как
сноп пшеницы. И многие реальные евро-
пейские мечи были настолько тонкими,
что прогибались под собственным весом,
если их держать горизонтально.
Думается, что утверждение некото-
рых историков о чисто символическом
значении очень гибкого меча такого типа
ошибочно. Мне рассказывали про офице-
ра российских спецслужб, которой самой
обыкновенной металлической полумет-
ровой линейкой легко отшибает горлыш-
ки у бутылок. При этом удар наносится
так резко, что самой линейки в полете не
видно. Современные китайские мастера
фехтования, показывая свое умение, пе-
рерубают сверхгибким мечом деревянные
бруски толщиной в руку. При классном
выполнении колющего выпада на тре-
нировках слышен характерный щелчок,
издаваемый выпрямляющимся клинком.
Примерно так же, хотя и подругой причи-
не, щелкает кнут или длинный бич.
Главное значение имеет опять-таки
точность и резкость удара. Например,
японские фехтовальщики резким ударом
деревянного тренировочного меча «бо-
кена» перебивают толстую бамбуковую
палку, подвешенную горизонтально на
склеенных из бумаги кольцах, которую я,
например, и самим Дюрандалем не раз-
рублю. Боевым же мечом мастер фехтова-
ния в одном японском пропагандистском
фильме времен второй мировой войны
перерубил ствол пулемета. Естественно,
при рубке железа качество металла клин-
ка имело первостепенное значение. Впро-
чем, китайский и японский клинковые ме-
таллы - тема особого разговора.
39
Сабля «Державная». Автор: Андрей Аксенов, клинок: Александр Бычков

ЕКРЕТЫ БУЛАТА
САБЛИ
Вероятно, сабли произошли от
меча и являются, по сути, его
однолезвийной и изогнутой
разновидностью. Сабли имеют
одинаковое с мечом назначение
- размашисто рубить острой кромкой.
Колющая функция, хотя и возможна, но
имеет явно вторичное значение. Развитие
сабли из меча могло происходить следую-
щим образом: сначала обычный обоюдо-
острый меч получил отогнутую к одному
из лезвий рукоятку, позволяющую всад-
1ику надежно удерживать оружие при ру-
бящем ударе с седла, когда клинок опус-
кается «на проносе» вертикально вниз.
Прямая рукоять может выскочить из ла-
дони и уж во всяком случае не так удобна.
На одном из каменных изваяний, изобра-
жавшего вислоусого воина еще дохристи-
анской Руси, виден заткнутый за пояс или
висящий на короткой перевязи меч с ха-
рактерно отогнутой, сабельной рукоятью.
Верхнее лезвие изогнутого меча за нена-
добностью сначала перестали затачивать,
а со временем и вовсе не отковывали. Во
времена викингов лишь в Европе изред-
ка применяли «круммшверт» - «кривой
меч». Изогнутый, но обоюдоострый широ-
кий клинок этого оружия был снабжен ру-
коятью, обычной для мечей того времени.
Кто и когда впервые изготовил саблю?
С уверенностью и аргументированно на
этот вопрос никто ответить пока не мо-
жет. Можно только предположить, что,
поскольку сабли являются излюбленным
оружием всадников, то и появились они
ранее всего у кочевников. Великая степь,
протянувшаяся от Алтая до Причерномо-
рья, стала родиной изогнутого однолез-
вийного клинка.
Кочевые предки венгров имели прямое
отношение к современному европейскому
названию этого оружия. Немецкое «саб-
ле», французское «сабре» и английское
«сейбр», так же, как и русское слово «саб-
ля», произошло от венгерского «шаболя»,
которое начинает встречаться в летописях
с конца XV в. Говорят, это слово имеет об-
щий корень с венгерским старым словом
«резать» и, следовательно, венгерское
название этого оружия можно перевести
как «резалка». Интересно, что грузинское
слово, обозначающее саблю, употребля-
ется еще и в другом значении - «шуметь,
подавать голос». По-русски, но с грузин-
ским «акцентом», саблю можно было бы
назвать «звонкая». Таким же образом гер-
манское «schwert» и английское «sword»
(по-староанглийски «сверд»), возможно,
родственны санскритскому «свара», т.е.
шум. Имеются в виду шум при рассекании
воздуха и звон клинка при ударах, как,
например, в саге о Беовульфе: «Тогда он
с размаху, сплеча обрушил
Железо тяжкое - запело лезвие
О голову чудовища погудку бранную».
Раннее однолезвийное оружие всад-
ников первоначально изготавливалось
из самых простых материалов - крич-
ного железа и сырцовой стали. Но высо-
кие требования к прочности и упругости
легкого клинка заставили оружейников
искать пути улучшения применяемых ма-
териалов. Едва ли не первые результаты
этого поиска можно встретить в аварс-
ких саблях, откованных по тем же техно-
логическим принципам, что скифские и
сарматские мечи. Эти принципы можно
назвать «конструктивизмом», а можно,
вслед за археологами, изящно обозначить
как «применение методов рациональной
сварки». Это означает, что в одном клин-
ке соединяли кузнечной сваркой крупные
куски стали разных марок.
Пришедшие в Причерноморье из Мон-
голии сородичи гуннов авары неплохо
владели техникой кузнечной сварки, и из-
готовленные ими сабли были, в основном,
сварными. Восторгаться качеством метал-
ла аваров не приходится, поскольку они
зачастую не считали зазорным отковывать
сабельные клинки из нескольких соеди-
ненных в один пакет пластин обычного же-
леза и мягкой стали. Кроме малозаметного
упрочнения немногочисленными сварны-
ми швами этот технологический прием ка-
чества клинка ничем не улучшал. В то же
время аварские оружейники умели и вва-
ривать, и наваривать стальное лезвие,что
и делали с большой изобретательностью,
когда хотели. Применение сложных техно-
логических приемов зависело, вероятно,
от того, кому ковалась сабля: обычному
воину или знатному хану.
Меч и сабля X века
Авары, или обры, воевали со славя-
нами и подчинили племя ду-лебов. Как
сообщает «Повесть временных лет», если
обрину нужно было куда-то ехать, то он
запрягал в свою повозку не коня или вола,
а нескольких славянских женщин. На этом
фоне высказывания некоторых истори-
ков о союзнических отношениях славян и
аваров выглядят неубедительно. Скорее,
авары насильно использовали «приму-
ченное» ополчение славянских воинов в
своих грабительских походах на Балканы
и Константинополь.
С конца V по VII в. продолжались сов-
местные набеги авар и славян на Визан-
тию, после чего их боевой задор иссяк.
Авары надоели всем, и после походов
Карла Великого и его союзников русский
летописец с удовлетворением записал, что
Леонид Архангельский
Хазарский Дамаск (по В.И. Басову)
«были же эти обры велики телом, а умом
горды, и Бог истребил их всех, не осталось
ни одного обрина. Их же нет ни племени,
ни потомства». От всего аварского кагана-
та осталась лишь древнерусская поговор-
ка: «погибоша, яко обре».
Схожая с аварами участь постигла и
тюрок. Отличавшиеся суровыми нравами
тюрки основали в степном Северном Ки-
тае Восточный тюркский каганат, сдела-
ли своей специализацией производство
оружейной стали и весьма в этом преус-
пели. Но в VIII в. под ударами китайцев и
степных народов их каганат распался, а
тюрок отлавливали как хищных волков.
Пришлось им из Северного Китая бежать
сначала в Манчжурию, а чуть позднее
они двинулись на Запад, где и основали
Западный тюркский каганат. Но и он про-
существовал недолго, поскольку тюрки
были народом кровожадным и быстро пе-
рессорились со всеми. В староиндийской
Махабхарате говорится, что «...вражда не
погашается враждой, а лишь разжигается,
как огонь топленым маслом». Объеди-
ненными усилиями соседей каганат был
уничтожен, но тюркскую конницу охотно
использовали в качестве наемников.
Например, в Хазарском каганате - го-
сударстве со смешанным алано-болгарс-
ким населением и иудейской верхушкой
тюрки были весьма значимой ударной си-
лой. Близкие по культуре к аварам хазары
донской лесостепной полосы бились в ос-
новном топорами, но и сабли у них были в
почете. Хазарские сабли длиной 75~80 см
имели клиновидное поперечное сечение
клинка, боевой конец которого на длине
15_20 см был обоюдоострым, что прямо
указывает на возможность нанесения сла-
боизогнутым клинком колющих ударов.
Очень распространенным был у хазар
технологический прием вваривания лез-
вия в вязкую основу, который встречает-
ся примерно у половины исследованных
клинков. Например, одна из исследован-
ных известным историком оружия В.В.
Арендтом хазарских сабель VII-IX вв.
имела железный обух и пакетную, узорча-
тую железо-стальную центральную часть,
в которую было вварено стальное высо-
коуглеродистое лезвие. Пока это — самая
ранняя из исследованных сабель, изго-
товленная с использованием композита
типа дамасской стали.
Высокое мастерство степных оружей-
ников подтверждает и тот факт, что закал-
ка большинства найденных клинков была
местной, при которой закаливалась толь-
ко часть лезвия. Один из способов нерав-
номерной закалки клинка, при котором в
сильно разогретом горне быстро нагрева-
ли до закалочных температур только узкую
полоску тонкого лезвия, после чего весь
клинок остужали в воде. Другой способ,
известный еще с римских времен, — часть
клинка обмазывали малотеплопроводной
сырой глиной. На Кавказе еще в XIX в. кин-
жальные клинки обмазывали сырой гли-
ной, оставляя открытым лезвие, после чего,
не дожидаясь высыхания обмазки, поме-
щали в горн. Сырая глина препятствовала
нагреву закрытой части клинка, поэтому
как только она высыхала и отваливалась,
клинок с раскаленными лезвиями и холод-
ной серединой погружали в воду. Таким
образом, способов неравномерной закал-
ки много, могли применять эти технологии
и хазары, но каким именно способом они
закаливали сабли, теперь уже не узнать.
По словам В.И. Басова, он расчистил
поверхность клинков двух хазарских са-
бель и протравил их слабой кислотой.
На показанных фотографиях видно, что
проявился типичный фибровидный узор
«дикого» Дамаска трех оттенков серого
цвета, свидетельствующих, на мой взгляд,
об изготовлении клинков из нескольких
сваренных в один пакет пластин сырцо-
вой стали, состоящей из сплава высоко-,
средне- и малоуглеродистого металла.
Возможно, в пакет добавляли и некоторое
количество качественной литой стали.
Можно предположить, что хазары
получали такой пестрый узор, применяя
чугун в качестве науглероживающей до-
бавки при сварке пластин, но производс-
тво чугуна в тех краях и в то время еще не
было известно. Это много позднее весьма
популярным был именно такой прием на-
углероживания поверхности пластин, т.е.
обработка чугунной крошкой непосредс-
твенно перед сваркой пакета. Если суз-
дальский кузнец ничего не напутал с опре-
делением принадлежности сабель именно
хазарам исследованных им клинков, то
именно они являются самыми ранними
из исследованных образцами длинного
клинкового оружия, откованного целиком
из одного куска многослойной узорчатой
стали.
Преднамеренное изготовление хаза-
рами сварочного многослойного Дамаска
подтверждают и находки археологами
нескольких превосходного качества ха-
зарских ножей, которые по конструкции
клинков схожи с западноевропейскими,
немецкими ножами XIV-XVI вв. В этих
хазарских ножах к многослойному узор-
чатому обуху через тонкую прокладку вы-
сокофосфористого железа, упрочняющую
сварной шов, были приварены торцовой
сваркой стальные высокоуглеродистые
лезвия. У некоторых ножей узорчатый
обух был составлен из двух прутков, за-
крученных в разные стороны, как в ранне-
германских мечах.
Можно сказать, что хазары были прос-
то вынуждены изготавливать сварочный
Дамаск. Кузнецы лесостепи применяли
металлургические ямные горны неболь-
шого объема, в которых выплавлялись
крицы весом до 500 г. Если учесть, что
при проковке крицы в монолит выгорает
и выжимается со шлаком до половины
металла, то становится понятной необхо-
димость применять пакетирование для
изготовления более-менее крупных по-
ковок типа сабельного клинка. От обычая
сваривать пакеты пластин в массивную за-
готовку до узорчатого металла один шаг.
И хазары его сделали, повторив сварку
несколько раз.
Кроме широкого использования са-
бель, хазар с аварами объединяет то об-
стоятельство, что они доставили очень
много неприятностей славянам. Хазары
в союзе с тюрками поначалу воевали в
Закавказье с арабами, но дело это было
трудное и особых успехов в итоге не при-
42
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
несло. Тогда хазары решили подчинить
соседние славянские племена, что им час-
тично и удалось.
Соседство и очень тесные контакты
полукочевых хазар и авар со славянами
в общей сложности продолжалось сотни
лет, но нет никаких материальных следов
производства или хотя бы использования
в это время славянами сабель. Возможно,
этих свидетельств просто пока не найдено,
но, может быть, их и не было вовсе, и сла-
вяне никогда не ковали длинного клинко-
вого оружия. Этому трудно найти более-
менее разумное объяснение, поскольку
даже самые дикие народы, которым при-
ходилось воевать, знали и производили
такое оружие. Тем более, что в Киевской
эуси хорошие сабли уже были.
Славянские кузнецы не были очень уж
технологически отсталыми и могли изго-
тавливать весьма и весьма сложные изде-
лия. Например, кузнецы славян, обитав-
ших в верховьях Дона и соседствовавших
с хазарами, выплавляли железо, в кото-
ром было просто удивительное содержа-
ние фосфора - более 1%! Твердость этого
железа сравнима с показателями зака-
ленной малоуглеродистой стали, поэтому
неудивительно, что в некоторых образцах
оружия такое высокофосфористое железо
применялось, хоть и нечасто, для изго-
товления лезвия. Находки таких изделий
отмечены и в Западной, и в Северной Ев-
ропе.
Эти же славянские кузнецы отковали,
например, найденный в одном из посе-
лений нож, стальное, закаленное лишь по
краю лезвие которого с трех сторон было
обернуто смыкающимися на обухе же-
лезными пластинами. Ну, а трехслойная
конструкция клинка была просто общим
правилом при изготовлении ножей, при-
чем стальной сердечник обваривался по
бокам обязательно высокофосфористы-
ми упругими обкладками. Местная закал-
ка лезвия также не являлась секретом для
кузнецов так называемой «боршевской
культуры», которую некоторые историки
склонны связывать с племенем вятичей.
Поэтому можно утверждать, что длитель-
ное отсутствие у славян мечей и сабель
объясняется причинами не технологичес-
кими, а политико-культурными.
Но вернемся к саблям. В популярной
и научной литературе можно встретить
утверждение о превосходстве боевых ка-
честв изогнутой сабли над мечом. Однако
летопись приводит высказывание воо-
руженных саблями хазар, получивших с
полян дань мечами, что владельцы тако-
го оружия скоро подчинят их самих. Ле-
тописец не отказал себе в удовольствии
подтвердить, что так оно и вышло. Дейс-
твительно, в X в. славяно-русское войс-
ко князя Святослава разгромило хазар, и
более они крупных неприятностей Руси не
причиняли.
На их место пришли печенеги, досаж-
давшие Киевской Руси своими набегами.
Но в конечном итоге вооруженное мечами
киевское войско нанесло им такое пора-
жение, что даже название «печенеги» ис-
чезло из летописей. Можно вспомнить и
истребление авар латной конницей Карла
Великого. Легкобронные всадники даже
при численном превосходстве не выдер-
живали лобового столкновения в битве
с тяжелой меченосной конницей. Слож-
нее русским дружинникам пришлось с
монголами. Известно, что лучшие полки
Чингиз-хана и Батыя потому и назывались
«лучшими», что с успехом могли биться в
сече, а не только постреливать из луков на
скаку. Мало кто знает, что вес монголь-
ского защитного доспеха был больше, чем
защитного вооружения западного рыцаря
того времени. В итоге монголы побили
всех, но их огромная держава вскоре рас-
палась и погибла.
Степняки приспосабливали свое ору-
жие для борьбы с латными воинами
оседлых народов. Наглядным примером
могут служить сабли половцев (куманов).
Убедившись в малоэффективности нане-
сения легким клинком рубящих ударов
по крепким доспехам, они стали изго-
тавливать сабли повышенной жесткости
со штыковым концом, предназначенным
для прокалывания кольчуг и сочленений
доспехов. Таким оружием они уже почти
на равных бились с войсками Киевской
Руси. Впрочем, к XII в. эти войска были
уже изрядно разбавлены союзными Киеву
и вооруженными саблями воинами «сво-
их поганых» - торков, берендеев, черных
клобуков (каракалпаков) и прочих. В по-
ходе Игоря Святославича на половцев,
кроме вооруженных «саблями калеными»
берендеев, участвовали и курские дру-
жинники его брата Всеволода, также воо-
руженные саблями.
Длинные клинки половецких сабель
шириной 30_32 мм имели ромбовидное
поперечное сечение с четко оформленным
Сабли адыгов XIV и XIX веков
центральным ребром жесткости толщиной
до 6-7 мм. Из-за такой геометрии они не
отличались особыми режуще-рубящими
свойствами, зато постоянно и неуклонно
усиливалась колющая функция этих са-
бель формированием и увеличением уз-
кого штыкового конца.
Относящиеся к XIV-XV вв. сабли из
белореченских или, иначе, закубанских
курганов имели слабоизогнутые клинки
длиной до 115 см, последнюю треть кото-
рых составлял граненый штыковой конец.
Клинки такого типа изготавливали черке-
сы-адыги вплоть до XVII в. Длинные шты-
ковые концы без труда прокалывали лег-
кие кольчуги, в которые были облачены
адыги и их противники. Достаточно было
45
Леонид Архангельский
Реконструкция половецкого булата:
В.И.Басов
разорвать одно-два кольчужных коль-
ца - и граненое жало проникало в тело
на 100-150 мм, а для нанесения тяжелой
раны вовсе необязательно, чтобы клинок
на полметра торчал из спины противника
(тем более, что такое «излишество» не _а-
рантирует мгновенной смерти: Мордред
протолкнул через себя около метра отцов-
ского копья и все же сумел нанести коро-
лю Артуру жестокий удар).
Известный оружейник В.И. Басов, ис-
следуя подлинные половецкие сабли,
обратил внимание на их крупный узор,
подобный узору сварочного Дамаска, ho,
по его же словам, это был не Дамаск. В од-
ной из сабель наблюдались длинные, вы-
тянутые на всю длину клинка, кристаллы
феррита (железа). Басов считает, что су-
ществовала особая технология выплавки
так называемого «половецкого» була~а,
который он называет чудом из чудес.
Я заинтересовался его сообщением и
получил с помощью кубанских казаков для
исследования типичную белореченскую
саблю, имевшую обоюдоострый, ромби-
ческого сечения крепкий клинок длиной
110 см, шириной 32 мм и толщиной цен-
тральной грани около 8 мм. В начале пе-
рехода от полосы к штыковому концу на
вогнутой стороне осталась «прижизнен-
ная» зарубка, а клинок в этом месте был
заметно погнут от удара. Судя по тому, что
клинок не был выпрямлен, воин-половец
в том бою, где согнулась его сабля, был
либо убит, либо смертельно ранен, поэ-
тому и выпрямлять клинок было уже не-
зачем.
В результате исследования клинка вы-
яснилось, что назвать его металл булатом,
пусть даже «половецким», на мой взгляд,
было бы неверным. Действительно, кли-
нок представлял собой кусок резко неод-
нородной, грубоструктурной сырцовой
стали, а включения чистого железа были
очень длинными, и узор, если можно так
назвать эти размытые пятна, был очень
крупным. Даже слишком крупным для ме-
талла хорошего качества. После проведен-
ной мной «на пробу» жесткой закалки в
воде даже неочищенный от многовековой
ржавчины клинок при изгибе не ломался,
а поддавался изгибу с остаточной дефор-
мацией, что свидетельствует о весьма не-
высоком (не более 0,35 %) содержании
углерода в неоднородной стали.
Конечно, по одной сабле нельзя судить
об уровне мастерства всех степных кузне-
цов, за несколько сотен лет отковавших
десятки тысяч клинков, из которых до нас
дошли единицы. Возможно, «половец-
кий» булат действительно существовал,
но для доказательства его существования
нужны дополнительные исследования.
Из кусков разрезанного при изучении
белореченского клинка мной были отко-
ваны два ножа. Для этого пришлось сло-
жить пакет из четырех изъеденных ржав-
чиной ноздреватых кусков древней стали
и аккуратно, даже с некоторым трепетом,
проварить их вручную. После первичной
проковки надрубленный и сложенный
вдвое пакет был обычным порядком еще
раз проварен для гарантии качественного
уплотнения металла. Проявившийся пос-
ле шлифовки и травления струистый узор
оказался не очень контрастным, и второй
нож я изготавливал, уже используя в ка-
честве сварочного флюса не буру, а мел-
кую стружку чугуна. Узор, как и следовало
ожидать, стал более четким. Поскольку
твердость древнего металла оказалась
по современным меркам невысокой, то
центральную вставку (лезвие) второго,
трехслойного по конструкции клинка при-
шлось изготовить из современного леги-
рованного Дамаска.
Что касается подлинно булатных са-
бель, то нужно обратиться, конечно же, в
Среднюю Азию, Иран и Индию, где издав-
на выплавляли булат. О времени начала
этого производства точно сказать трудно,
поскольку из сохранившихся булатных из-
делий даже с простейшими узорами типа
«шам», самые ранние можно отнести лишь
к XIV-XV в. Более древние клинки, напри-
мер, из захоронений, в археологических
отчетах из-за их плохой сохранности и
сложности выявления булатной структуры
часто описываются как стальные, поэтому
вопрос о точном времени начала изготов-
ления сабель из литого булата остается от-
крытым. Впрочем, литературные источни-
ки однозначно свидетельствуют, что сам
булат (называя его по-разному) начали
производить задолго до X в.
Наибольшее число специалистов от-
носит расцвет сабельного производства
из литого булата к XVrxVIl вв. Слабои-
зогнутые клинки иранских сабель этого
времени длиной 80~85 см довольно тя-
желые, иногда снабженные одним-двумя
узкими долами. Толщина обуха дости-
гала 7~8 мм при ширине клинка 30_33
мм. Когда берешь такую саблю в руки,
то становится очевидной невозможность,
вопреки легендам, обернуть ее жесткий
клинок вокруг пояса. Это мощное оружие
предназначалось, очевидно, для борьбы
с противником, облаченным в крепкие
доспехи. Украшения золотой насечкой,
столь популярные в более позднее время,
встречаются лишь изредка.
Лучшая в России коллекция булатных
клинков хранится в московской Оружей-
ной палате. Сохранились сведения о мас-
совых закупках русскими правителями
иранских булатных клинков, многие из
которых так и не были пущены в отделку,
а остались почти в первозданном виде
- лишь с несколько потускневшей пер-
вичной полировкой. Клинки прославлен-
ных мастеров выделяются среди прочих
большей величиной фрагментов узора,
что свидетельствует об использовании
ими совершенной в своем роде техноло-
гии выплавки булата. Или, что также ве-
роятно, о покупке этими кузнецами самых
качественных и дорогих слитков булата у
специалистов-металлургов.
44
ДЕКРЕТЫ БУЛАТА
Ножи из клинка половецкой сабли
Разновидности булата в те времена
часто называли по местности, в которых
они производились. Например, одними
из лучших считались сорта «хорасан» и
«кара-хорасан», производимые первона-
чально в Хорасане - северной провинции
Ирана. Сейчас уже не осталось знатоков,
которые могли бы уверенно и обоснован-
но сказать, что эта сабля откована из хоро-
шего «хорасана», а та — из «кара-хораса-
на», но низкого качества.
В XIX в. такие специалисты еще были.
Русский классик булата П.П. Аносов рас-
прашивал киргизов и других степняков о
способах определения качества булатного
оружия и о прочем, с булатом связанном.
Поэтому в своем журнале опытов он впол-
не определенно и уверенно делает записи
о выплавке весьма хорошего, по его вы-
ражению, «хорасана». В другом месте он
пишет о получении «табана», метод про-
изводства которого (кстати, со слов гру-
зинских оружейников) тогда считался уте-
рянным 600 лет назад, т.е. в XII-XIII вв.
В принципе, можно провести исследо-
вательскую работу по определению при-
знаков того или иного сорта булата, сли-
чив старинные описи коллекций музеев с
видом узора на сохранившихся клинках.
Некоторую часть этой работы и проделал
Н.Т. Беляев, поэтому в отношении наибо-
лее характерных булатных узоров, таких
как «шам», «кара-хоросан» разновиднос-
ти «бедр», популярного узора типа «кырк
нардубан» определенность уже есть. Так-
же Н.Т. Беляев приводит сообщения дру-
гих исследователей о названиях и видах
узора разных сортов булата. Так, виден-
ные одним англичанином высококачес-
твенные афганские сабли имели узоры с
названиями «бедр» (весь кпинок испещ-
рен темными пятнами), «бегуми» (линии
струились, как узор по шелку) и «акбари»
(узоры подобны мотку шелка). Два пос-
ледних клинка принадлежали иранскому
шаху Аббасу Великому, а про «берд» име-
ется указание, что клинок с этим узором из
Казвина.
В XVII-XVIII вв. в Иране и вообще в
мусульманском мире широкое распро-
странение получили сабли «шамшир», что
означает «львиный хвост». Такое странное
название этот тип сабли получил из-за ха-
рактера изгиба своего плавно сужающего-
ся от рукояти к острию клинка, прямого в
первой трети и сильно изогнутого в цен-
тре. Хвост у весьма почитаемого в Иране
льва действительно похожей формы и
изгибается схожим образом. На клинках
этих сабель часто встречаются изображе-
ния львов, поскольку лев и солнце - древ-
ний символ Ирана (Персии).
Длина клинков «шамширов» составля-
ла 80~85 см при обычной ширине 3—3,5
см. Прогиб большинства клинков весьма
значительный — до 10 см, благодаря чему
при рубке автоматически обеспечивается
наклонно-скользящий механизм реза-
ния. Интеоесно отметить, что встречаются
не только менее изогнутые, но и совсем
прямые сабли типа палашей, сечение
клинка и рукояти которых такие же, как
у «шамширов». На клинках «шамширов»
часто насекали золотом надписи в фигур-
ных рамках-картушах. Обычно это рели-
гиозные изречения, а также имя мастера,
дата. Нередко наносили «бедух» - разде-
ленный на четыре части квадрат, в каждой
из которых находятся арабские буквы Б,
Д, У, X; иногда вместо букв насекался их
порядковый номер в арабском алфавите
— 2, 4, 6, 8. Четные цифры, как и соответс-
Бедух
45
Леонид Архангельский
Сварка булата
твующие им буквы, считались «счастливы-
ми». Интересно напомнить, что в Европе
принято было писать на клинках нечетные
(удачливые) числа например, 131.
Булатные клинки «шамширов» часто
имели совсем другой тип узора, нежели
хранящиеся в Оружейной палате иранс-
кие слабоизогнутые сабли более раннего
периода. Узор стал более густым, спутан-
ным и значительно мельче. Впрочем, на
поздних клинках можно встретить самые
высокое содержание фосфора - более
0,1 %, что в 3-4 раза превышает его со-
держание в европейском металле того же
периода. Одна из исследованных в Берне
иранских сабель резко отличалась от дру-
гих по составу металла. Содержание угле-
рода было непривычно малым для булата
- всего 0,6 %, зато других примесей было
намного больше, чем в сверхуглеродис-
тых булатах. Содержание кремния (0,12
%) и марганца (0,16 %) оказалось более
ся поперечный сварной шов на узорчатом
клинке многими воспринимается как след
ремонта сломанного клинка. Вероятно,
ремонт действительно мог выполняться,
но часто кузнецы таким образом наращи-
вали длину заготовки клинка из легковес-
ного булатного слитка. Много ранее точно
также по «безотходной»технологии нара-
щивали примитивное железное оружие.
Интересен сам факт кузнечной сварки
клинка из литого булата. Принято считать,
Шамшир Фатх-Али
разнообразные (если вообще не все мыс-
лимые) типы булатных узоров, поскольку
древнее оружие зачастую перековывали в
угоду моде.
В 1924 г. в Историческом музее швей-
царского города Берна провели детальное
исследование нескольких иранских са-
бель. Разломать их для изучения было не
очень жаль, поскольку в 1914 г. выходец
из России Генри Мозер-Шарлоттенфельс
подарил этому музею свою коллекцию из
200 узорчатых клинков. Профессор Жокке
провел химический анализ металла, а так-
же определил его механические свойства.
Оказалось, что свойства эти были весьма
невысокими. Например, при содержании
углерода в булате 1,3-1,9 % твердость ме-
талла не превышала 25 HRC. Характерно
высоким, в 3 раза, а фосфора - в 2 раза,
т.е. 0,25 %. На этом клинке имелось клей-
мо Асадуллаха Исфагани - знаменитого
придворного оружейника шаха Аббаса
(1585-1627 гг.). Клеймо, однако, могло
быть и поддельным, что часто встречается
на Востоке.
Именно невысокая общая твердость
готового булатного клинка делала воз-
можным использование при его изготов-
лении древнего технологического приема,
когда заготовка из литого булата для уд-
линения сваривалась «внахлест» из двух
частей. В вязком «полусыром» булатном
оружии поперечный сварной шов почти не
снижал прочность и надежность клинка. В
этом случае действовал принцип «мокро-
го не намочишь». Нередко встречающий-
46
ЕКРЕТЫ БУЛАТА
часто с полным на то основанием, что
булат не подлежит нагреву до высоких,
ем более сварочных, температур. Не-
большой перегрев выше мясо-красного
цвета каления - и булатный слиток либо
рассыпается, либо на откованном клинке
пропадает узор. Впрочем, не для всех бу-
латов действовали столь жесткие ограни-
чения по температуре нагрева. Очевидно,
то булаты очень разнились по составу, и
оружейники эту разницу хорошо понима-
ли. Действительно, одно дело — сварить
булат с 0,6 % углерода, а совсем другое
-с 1,6 %.
Определяющее значение в возможнос-
ти сварки булатного клинка из нескольких
частей имели и легирующие примеси,
<апример, ванадий, вольфрам, молиб-
ден и марганец, которые способствовали
сохранению (или возобновлению) узора
после нагрева до сварочной температуры.
В отличие от легированных карбидооб-
разующими элементами, высокофосфо-
ристые булаты нельзя ковать при высоких
температурах. В таких булатах образуется
стеатит - фосфористая эвтектика, которая
плавится уже при 950 °C, и слитки разру-
шаются. Известно, что по этой причине
парижские оружейники XVIII в. ничего не
смогли отковать из подлинных образцов
южноиндийского «вутца».
И сверхуглеродистые булаты разруша-
ются при нагреве до 1150 градусов (ярко-
красный цвет). П.П. Аносов отмечал, что
твердый булат при перегреве переходит
прямо в чугун и рассыпается под молотом,
а мягкий теряет узоры. Он пишет также,
что «европейские кузнецы вообще менее
знакомы с переменой свойств стали при
ковке, нежели азиатские... но когда начнут
обрабатывать булаты, то скоро поймут, что
потеря узоров во время ковки есть порча
металла, составляющая вину кузнеца.»
Возвращаясь к иранским саблям, мож-
но отметить хранящиеся в Государствен-
ном Эрмитаже выдающиеся по роскоши
отделки «шамширы», в разное время по-
даренные русским императорам. Особен-
но выделяется сабля, подаренная в 1880
г Александру Второму Насир ад-дином,
шахом Канджара. Изготовлена она была в
начале XIX в. для другого правителя Канд-
жара - Фатх-Али. На украшение булатной
сабли пошло 2400 алмазов, 145 крупных
бриллиантов, 500 изумрудов, 20 рубинов
и 3 шпинели. Естественно, ножны и руко-
ять сплошь выложены листовым золотом.
Другой роскошный «шамшир», пода-
ренный императрицей Николаю Первому,
был усыпан тремя сотнями драгоценных
камней. Месторождений таких камней в
самом Иране нет, поэтому логично пред-
положить, что драгоценности входили в
добычу Надир-шаха, в 1739 г. разграбив-
шего Дели, где ему удалось захватить со-
Рукоять талвара XIX века
кровища Великих Моголов. Одной золо-
той утвари переплавили в слитки более 10
т, а драгоценностей и золотых украшений
было собрано на 130 млрд монет того вре-
мени.
Надир-шаха вскоре убили, а награб-
ленные им сокровища разграбили еще
раз во время нашествия афганцев. Кстати,
Леонид Архангельский
«Лестница Магомета» на сварочном
Дамаске
«Лестница Магомета» на булате
Двойная «Лестница Магомета»
афганцы из Герата могли выплавлять не-
плохой булат. После долгих междоусоб-
ных войн сокровища разошлись по всему
миру, а в современном Иране сохрани-
лось лишь несколько вещей из индийской
добычи Надир-шаха.
Что касается афганских узорчатых са-
бель, можно привести довольно грустную
во всех смыслах историю, рассказанную
одним воевавшим в Афганистане ветера-
ном. Их колонну бронетехники однажды
атаковала женщина, причем верхом на
коне и с саблей в руках. Что ее побудило
к этому отчаянному шагу, осталось неиз-
вестным. Ее булатная сабля имела на ру-
кояти специальную шпильку, а на конце
клинка отверстие, за которое эту шпильку
следовало зацеплять при ношении сабли
вместо пояса. О судьбе афганки мне не
рассказали, а саблю у ее нового владель-
ца отобрали на таможне при возвращении
в Россию.
Накопившую (доставшиеся позже На-
дир-шаху) огромные сокровища динас-
тию Великих Моголов основали, конечно
же, завоевавшие Индию монголы. Под их
влиянием мастера-индусы стали изготав-
ливать сабли «скимитар», клинки которых
отличаются от «шамшира» равномерным
изгибом по всей длине. В Индии выраба-
тывалось несколько своеобразных сортов
булата, получивших в средние века собс-
твенные названия, например, «хинди» и
«кум-хинди» — «индийский» и «волнистый
индийский». В окрестностях города Лахор
также выплавлялись местные разновид-
ности известных сортов булата - «лахори-
нейрис» и «лахори-кара-хоросан».
Из булата отковывали прекрасные
сабли, наиболее известной из которых
является развившийся из «скимитара»
«талвар», снабженный оригинальной ру-
коятью, иногда также откованной из була-
та. Дисковидное навершие рукояти было
наиболее характерно в Пенджабе. «Тал-
вар» имел равномерно изогнутый по всей
длине клинок шириной около 4 см, часто
снабженный широким кованным долом, в
дополнение к которому вдоль обуха иног-
да простругивался еще один, более узкий.
Но, как и в случае с «шамширом», бывали
исключения. Можно встретить и совер-
шеннопрямой клинок, а в музее Золингена
хранится сабля с рукоятью «талвара», но с
типичным клинком «шамшира». Велико-
лепный узор этого клинка носит название
«лестница Магомета» или, иначе, «кырк
нардубан» («сорок ступеней»). На фоне
типичного «хорасана» резко выделяются
множество поперечных струйчатых линий,
расположенных на равных расстояниях
одна от другой. Такие «ступеньки» можно
встретить и на саблях с другим узором,
например, типа «шам». Это однозначно
свидетельствует о преднамеренном фор-
мировании поперечных линий узора при
ковке клинка.
Поначалу я долго ломал голову, пы-
таясь представить структуру булатного
слитка, при расковке которого формиро-
вались бы строго регулярные «ступени» на
фоне характерного, спутанного булатного
узора. Пытался также понять, почему узор
называется именно «сорок ступеней», а не
«пять» или «сто». Различные приемы вы-
плавки и специальной расковки булатных
слитков не давали желаемых результатов
до тех пор, пока я не отковал большой нож
с густым узором, на котором проявились
четкие «ступени», причем только на од-
ной стороне клинка. Сопоставив способ
выплавки этого булатного слитка с его
дальнейшей обработкой, я сделал соот-
ветствующие выводы.
Образование узора «сорок ступеней»
(точнее, «сколько угодно ступеней) проис-
ходит в результате нанесения на заготовку
клинка неглубоких поперечных надрубов
или надрезов. Разновидностью этого ме-
тода является формирование путем про-
ковки в плоских обжимках узких вали-
ков-уступов, которые затем стачиваются.
Четко различимые следы таких надрезов
встречаются также и на восточных саблях
из сварочного Дамаска. В этих случаях
следы гораздо более грубые, что объяс-
няется слоистой, а не тонковолокнистой,
как у литого булата, структурой металла.
Впрочем, как позднее выяснилось, вывод
о формировании узора «кырк нардубан»
(или «кирк нердевен») нанесением попе-
речных неглубоких надрубов еще в XIX в.
сделал Э.Э. Ленц, старший хранитель Им-
ператорского Эрмитажа. В те годы евро-
пейская, главным образом английская ли-
тая и сравнительно дешевая сталь просто
хлынула в страны Востока, в том числе в
Индию и в Иран. Производство булата там
почти прекратилось, но в значительных
количествах продолжали производить
сварочный Дамаск, зачастую на основе
европейской качественной стали. Конк-
ретные методы производства индийского
сварочного Дамаска описал английский
путешественник капитан Багнольд, в нача-
ле XIX в. посетивший Восточную Индию.
Он приводит описание способа про-
изводства клинков из узорчатой стали,
интересного как применяемым флюсом,
так и получаемым узором, редко встре-
чающимся в холодном оружии. В качес-
тве флюса при сварке пакета из твердой
и более мягкой литой стали индусы при-
меняли смесь буры и опилок сырцовой
стали. Затем сваренный и раскованный
пакет разрубали, складывали втрое и сно-
ва сваривали. Брусок готового малослой-
ного Дамаска скручивали и расковывали
в пластину, из которой и отковывали сам
клинок. Примечательно, что по описанию
П.П. Аносова такой же состав флюса в те
же времена, т.е. в начале XIX в., применя-
ли и в уральском Златоусте, но больше я
никогда и нигде не слышал об изготовле-
нии длинных клинков из одного закручен-
ного куска относительно малослойного
48
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Дамаска. Во всяком случае, до настоящего
времени ~ сейчас можно встретить любые
:амые причудливые варианты.
Сабельные клинки в Индии отковыва-
ли не только из цельного куска узорчатой
стали. Некоторые мастера обкладывали
железную основу с боков двумя узорча-
тыми стальными пластинами таким об-
разом, чтобы они смыкались на лезвии
со значительным перекрытием, образуя
прочную режущую кромку. При этом же-
лезная сердцевина немного выступала
со стороны обуха, что придавало клинку
особую стойкость к ударам. Другие кузне-
цы предпочитали оборачивать железную
основу только одной широкой узорчатой
пластиной, но во всех трех случаях режу-
щая часть лезвия сабли изготавливалась
из узорчатого металла.
По наблюдению Багнольда закаливали
сабельный клинок следующим образом:
по всей длине его покрывали тестообраз-
ной массой, составленной из равных час-
тей истолченной яичной скорлупы, буры,
поваренной соли и неочищенной соды.
Затем аккуратно нагревали до слабо-
красного или темно-коричневого цвета
и немедленно охлаждали в родниковой
воде. Для последующего отпуска клинки
нагревали до темно-синего цвета побе-
Узор «шам
Турецкие сабли «клыч»
жалости и охлаждали на воздухе. Такая
термическая обработка клинка сложносо-
ставной конструкции обеспечивала весь-
ма высокие упругость и ударную стойкость
индийских сабельных клинков из свароч-
ного Дамаска. Удовлетворительна была и
твердость металла клинка.
В Турции, также прославленной сво-
ими саблями, выплавлялись сорта була-
та «шам», «эски-шам» - старинный шам,
«нейрис», «Стамбул», «элиф Стамбул» и
«баяз». К первым двум сортам имеет от-
ношение название узорчатой стали, ввози-
мой из Турции в Россию. «Шам» - турецкое
название Сирии, которая входила в состав
Турецкой империи. Недалеко от Стамбула
был район Демешки-хан, где жили выве-
зенные из Сирии оружейники, работавшие
на турецкую армию, естественно, по своим
давним традициям. Название сирийской
столицы, Дамаск, тюрки произносят как
«Демешк» - и в описях Оружейной Пала-
ты встречается упоминание «демешковой»
стали. Вероятно, «демешковая» сталь - это
русское название турецкой булатной стали,
произведенной сирийскими кузнецами,
т.е. сталь по месту производства турецкая,
а по технологии - сирийская дамасская.
Следовательно, вопреки почему-то став-
шему расхожим мнению, что в самом Да-
маске булат не делали, термином «дамас-
ская» сталь вполне можно обозначить, по
крайней мере, два сорта литого булата
— «шам» и «эски шам».
Впрочем, все турецкие сорта булата не
считались высококачественными. Из этих
булатов, равно как и из сварочного да-
маска, тюрки ковали сабли - «клыч»(или
с заменой непроизносимой для западных
европейцев буквы «ы», «килидж»), что
можно сравнить это слово с названием
кривого зуба _ «клык». Такое название
оружия указывает на его изогнутость, кри-
визну, для тюркоязычных народов являет-
ся обозначением сабли вообще.
Сначала, пока тюрки воевали глав-
ным образом с восточными народами,
имевшими легкое защитное снаряжение,
турецкие сабли были довольно легкими.
Положение изменилось, когда тюрки ре-
шили попробовать свои силы в Европе.
Там они встретились с латной рыцарской
конницей, и хотя «с ходу» несколько раз
разбили ее, встреча эта заставила турец-
ких оружейников приспосабливать клин-
ковое оружие для борьбы с мощными
доспехами. Европейское защитное воору-
жение представляло собой совершенную
в своем роде систему, прошедшую через
многие испытания. Описано несколько
случаев, когда рыцарю после боя прихо-
дилось обращаться к кузнецу, чтобы тот
кувалдой выправил помятый сильными
ударами шлем. Своеобразие этих случаев
заключается в том, что шлем приходилось
проковывать не снимая с головы вои-
на, поскольку снять его без выправления
было невозможно.
В то же время европейская живо-
пись изобилует изображениями слав-
ных воинов, легко разрубающих мечами
шлемы на головах своих противников.
Мечи скандинавских саг имели имена,
обозначающие в переводе «дракон шле-
мов», «пламя шлемов». В общем, прямо-
го удара тяжелым мечом не выдерживал
ни один шлем, как бы хорош он не был.
Этим обстоятельством во многом опре-
делялась европейская тактика фехто-
вания. По нагрудникам и наплечникам
рыцарей и рейтар стучать было почти
бесполезно даже мечом, не говоря уже
о саблях. Сабли могли только помять
доспехи, толщина нагрудников которых
в XVII в. достигла 8 мм, но не разрубить
упрочненное холодной ковкой железо,
часто многослойное, были не в силах из-
за чрезмерно мягкого лезвия слабо зака-
ленного клинка. При ударе лезвие просто
сминалось, теряя всякую остроту. Прихо-
49
Леонид Архангельский
Ятаганный нож
дилось направлять удары в незащищен-
ные места, а таких было немного.
Такое положение совершенно не уст-
раивало тюрок-османов, которые воева-
ли всерьез и дошли даже до стен Вены.
Возможно, именно турецкие оружей-
ники первыми в Азии стали закаливать
сабли более жестко. Видимо, они не
сразу научились грамотно производить
Узор ятагана со стальным лезвием и
железным обухом
твердую закалку и последующий отпуск
сабельных клинков. В середине XIX в.
российский офицер описал случай, ког-
да дорогая и, по словам, «знаменитая»
турецкая сабля раскололась на несколь-
ко кусков от случайного удара плашмя.
Сабля действительно должна быть неза-
урядной поскольку принадлежала сыну
шамхала Тарковского — очень знатного
дагестанца. Если же она была из булата с
высоким содержанием фосфора, а дело
происходило русской зимой, то это лишь
подтверждает справедливость давних
претензий «северной югры» к булатно-
му оружию, произведенному в теплых
странах. Этот же офицер утверждал, что
в восточных булатных саблях нет других
достоинств, кроме твердости. Однако
мне не пришлось даже слышать об ис-
следовании булатных сабель со сколько-
нибудь приличной твердостью. Впрочем,
современный турист рассказывал, что
видел в турецком музее саблю, которая
резала стекло.
Наряду с булатом турецкие кузнецы
широко применяли для изготовления
клинков особый вид сварочного Дамаска,
за которым в Европе закрепилось назва-
ние «турецкий». Как уже говорилось, это
название могло относиться и к сирийским
клинкам. Оружейники могли отковывать
сабельные клинки целиком из такого да-
маска, но часто прибегали и к испытанно-
му временем «конструктивизму».
Это заметно на примере ятаганов
— своеобразного оружия пехоты янычар.
Ятаган представляет собой, скорее, огром-
ный нож, чем саблю. Его расширяющийся
к острию до 5 см клинок длиной 60~70 см
имеет обратную кривизну, что позволяет
реализовывать вспарывающий механизм
резания, при котором лезвие не скользит,
а с силой вдавливается.
Встречаются образцы ятаганов, у кото-
рых клинок имеет железный обух, узор-
чатый центральный блок и стальное лез-
вие. Центральный блок может состоять
из 6~8 скрученных малослойных прутков,
сваренных в ряд. Зачастую 10-12 прутков
укладывали в два слоя, и тогда образовы-
вался характерный узор «розового» да-
маска. Надежность изготовленного таким
способом оружия была очень высока.
Изготовление сварочного Дамаска
оружейниками Константинополя (Стам-
була) итальянский путешественник Антон
Кривелли в 1821 г. описал в докладе «Из-
готовление дамасских сабель». Описание
это примечательно своей честностью и до-
стойно почти дословного приведения: «...я
не смог увидеть ничего, кроме изощрен-
ного искусства составления клинка из тон-
чайших нитей разных металлов, которые
затем многократно сворачивают и проко-
вывают, погружают в огонь и выковывают
в единую массу. Из этой массы извлекают
клинок, который всегда необходимо зака-
ливать». По его словам, булатные клинки
ценились настолько высоко, что клинок из
хорошего булата сорта «хорасан» мог сто-
ить до 100 кг серебра в монетах.
Переходя к рассмотрению европей-
ских сабель из узорчатого металла от-
метим, что о времени и месте начала их
массового изготовления можно говорить
лишь предположительно. В то же время
историки оружия ни в коей мере не оспа-
ривают тезис о заимствовании с Востока
самих сабель.
Самым известным образцом из ран-
них сохранившихся европейских сабель
является так называемая «сабля Карла Ве-
ликого». Клинок этой хранящейся в венс-
ком музее сабли имеет стальное лезвие,
наваренное на железную основу. Форма
клинка и некоторые особенности украше-
50
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
ния рукояти указывают на ее несомненно
восточноевропейское, вероятнее всего
венгерское, происхождение. Многие ис-
торики считают возможным, что ее изго-
товили в начале X в. киевские мастера, так
что к Карлу Великому прямого отношения
она не имеет.
Эту саблю иногда еще называют «меч
Аттилы». Вождь гуннов Аттила причинил
столько хлопот предкам современных ев-
ропейцев, что его уважают до сих пор. В
Венгрии, где после разгрома римлянами
осели уцелевшие гунны, имя Аттила и сей-
час встречается весьма часто. В Паннонии,
области современной Венгрии, кроме
гуннов оседали и вытесненные тюрками
авары, и бежавшие от монголов половцы.
Неудивительно, что именно из Венгрии
сабля проникла в вооружение Западной
Европы. Сначала, вероятно, в Австрию,
а затем через южную Германию распро-
странилась повсеместно как оружие лег-
кой кавалерии.
Немецкие клейма «волчки» и кавказский
вариант клейма
Мастера из южно-германского города
Пассау начали примерно с 1330 г. ставить
на свои изделия известнейший впоследс-
твии фирменный знак — схематичное
изображение бегущего волка. Произ-
водство оружия зародилось в Пассау в
VIII в., куда под напором аваров пересе-
лились многие оружейники из Штирии,
где еще в глубокой древности начали по-
лучать сталь. В одной летописи указано,
что уже в середине XIV в. австрийский
герцог Альбрехт закрепил исключитель-
ное право пассаусских оружейников на
использование клейма «бегущий волк».
Оно сначала выполнялось инкрустаци-
ей медью, затем глубокими короткими
штрихами, насеченными в горячем ме-
талле зубилом. Как правило, волк изоб-
ражался с раскрытой пастью.
Оружие из Пассау, главным образом
мечи, прославилось своим качеством по
всей Европе и даже на Востоке, поэтому
клеймо стали подделывать. В Европе за
это серьезно наказывали, поэтому кон-
куренты из Золингена в 1464 г. попробо-
вали официально выкупить у Пассау их
фирменный знак. Попытка не удалась, и
золингеновские оружейники начали по-
немногу использовать популярную марку
начиная лишь с XVIII в.
Оружейное производство в Золинге-
не началось в XII-XIII вв. Благодаря пре-
красной организации производства вско-
ре там начали изготавливать в громадных
количествах хорошее клинковое оружие.
Как ранее из этого же или близкого к нему
района по всему миру расходились мечи
с клеймом «УЛЬФБЕРТ», так в новейшие
времена сабли с «волком» можно было
встретить и на севере Европы, и на Кавка-
зе. Тридцатилетняя война XVI в. способс-
твовала невероятному спросу на клинки,
вследствие чего золингеновское произ-
водство получило новое развитие. К се-
редине XIX в. золингеновские мастера в
совершенстве овладели едва ли не всеми
методами производства сварочной узор-
чатой стали. Использовалась и привоз-
ная цементованная шведская сталь, но в
основном использовался металл местной
выработки.
Рафинирование сырцового металла
при производстве стали осуществляли
неоднократной расковкой и сваривани-
ем многослойных пакетов. Полученный
в итоге металл имел слоистую структуру
при умеренном (около 0,6 %) содержа-
Рукоять «меча Аттилы»
нии углерода. Нелишне отметить, что ме-
талл именно такого состава применяется
в пружинах, а сабли — в некотором смыс-
ле тоже пружины, и упругость - одно из
главных их качеств.
Заодно с иранскими булатными саб-
лями из коллекции Мозер-Шарлоттен-
фельса в бернском музее исследовали
и узорчатые сабли из рафинированной
сварочной стали, произведенные в Зо-
лингене. Анализ показал, что твердость
этого оружия составляла около 40 HRC,
что при одинаковом содержании углеро-
да (0,6 %) более чем в 1,5 раза превыша-
ет показатель сабли с клеймом Асадулла-
ха Исфагани. И это при том, что фосфора
в иранском металле было ровно в 10 раз
больше, чем в сварочной немецкой ста-
ли. Для сравнения: золингеновская сабля
более позднего времени, откованная из
литой стали, имела твердость около 50
HRC и содержала 0,5 % углерода и столь-
ко же кремния.
51
Леонид Архангельский
И по другим показателям качества
металла литая европейская сталь превос-
ходила восточный булат. Можно сделать
вывод, что по чисто механическим свойс-
твам металла - твердости, прочности и
ударной вязкости, рядовые европейские
сабли, по крайней мере, не уступали вос-
точным. Приведем в этой связи выска-
зывание французского путешественника
Тревено, в XVII в. посетившего двор Вели-
ких Моголов в Индии. Подробное описа-
ние виденного там оружия он завершил
довольно нелестной оценкой: «сабли и
палаши индусов незавидны, отличаются
хрупкостью и безусловно уступают клин-
кам европейской работы».
Высокому качеству европейского ору-
жия в немалой степени способствовало
доведенное на Западе до предела разде-
ление труда. Дамаск изготавливал вла-
деющий фамильным рецептом кузнец-
сварщик, клинок из нее ковал уже другой
кузнец-клиночник, шлифовал профес-
сиональный шлифовщик, а закаливал не
менее профессиональный термист. Мас-
тера-сварщики не оставили подробных
записей (вероятно, за ненадобностью), и
те немногие указания, которые до нас до-
шли, составлены в самой общей форме.
Например, говорится, что нужно сложить
в пакет по 10 одинаковых листов железа
и высокоуглеродистой стали, применяе-
мой для изготовления напильников и пил.
Затем пакет следует посыпать бурой, на-
греть и, когда металл начнет отбрасывать
искры, сварить. Сварку с удвоением пов-
торить еще дважды. Таким образом, гото-
вый Дамаск состоял из 80 слоев железа и
стали со средним содержанием углерода
в металле около 0,6 %.
Уже известный нам Кривелли указыва-
ет на то, что для создания клинка в под-
ражание дамасскому недостаточно одной
только смеси стали и железа, необходимо
известное искусство их обработки. С этим
утверждением совершенно согласен Бе-
руальдо Бьянчини, написавший вышед-
шую в 1829 г книгу «О дамасских клинках
турецкого типа». Он писал, что «...масса,
употребляемая сегодня для создания да-
масских клинков, в точности та же самая,
какая идет на изготовление клинков со-
вершенно ординарных», т.е. равномерная
смесь стали и железа в соотношении два к
одному. Стальные листы должны быть та-
кой же толщины, что и железные, хотя не-
которые предпочитают обматывать сталь-
ные листы железной проволокой. Однако
эти манипуляции затрудняют работу и не
привносят никаких преимуществ.
Вытягивание дважды рафинирован-
ных болванок в полосу и последующее
выковывание клинка между двух штампов
происходиттак же, как и при изготовлении
обычного клинка. Единственное различие
состоит в том, что штамп для «Дамаска»
должен быть снабжен разными рельефа-
ми или украшениями, которые желательно
перенести на клинок. При ковке (клинка)
молотом чередующиеся листы стали и же-
леза попеременно вдавливаются в углуб-
ления штампа, в результате чего на клинке
отпечатывается рельеф, который, будучи
затем спилен, дает желаемый узор.
Необходимо установить оба штам-
па так, чтобы они не соскользнули и не
сдвинулись при работе. Помимо это-
го углубления нижнего штампа должны
всегда совпадать с выступами верхнего
штампа, иначе выступы обоих штампов
накладываются один на другой. Клинок
в этом месте или станет слишком тонким,
или вообще может быть продырявлен.
Наилучшим, да и, пожалуй, единствен-
ным способом равномерно штамповать
дамасский клинок — протяжка только что
откованного клинка между двух валов.
Изготовление дамасских клинков и ство-
лов по предлагаемому мной методу стало
детской игрой. Приходится лишь удив-
ляться, что при столь частых и разнооб-
разных попытках, предпринимаемых для
получения дамасских клинков, никто ра-
нее не пришел к столь простому решению,
как штамповка».
Показательно, что Бьянчини называет
«Дамаском» только тот металл, который
имеет регулярный рисунок, а клинки из
сварочной стали называет обычными, что
для того времени вполне соответствовало
действительности, поскольку вся европей-
ская сталь, кроме цементованной, была в
той или иной степени неоднородной и,
следовательно, узорчатой.
Далее он пишет: «Что касается матери-
ала, из которого должны получаться са-
бельные клинки, наиболее соответствует
своей цели сочетание железа и стали, так
как железо обеспечивает требуемые вяз-
кость и пластичность, а сталь - прочность
клинка. С тех пор как было выявлено, что
столь прославленные дамасские клин-
ки также состоят из стали и железа, ста-
ли отдавать предпочтение именно этой
смеси. Я на собственном опыте убедился,
что сочетание двух третей стали и одной
трети железа позволяет получить наилуч-
шие клинки. Сталь должна быть сильно
углефицирована и, как обычно говорят,
свежей».
Фрагмент клинка иранской сабли
52
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Сложно выяснить, что тогда подразу-
мевали, говоря о «свежести» стали, но сам
Бьянчини непосредственно перед сваркой
пакета подвергал стальные пластины до-
полнительной цемен_ации. Добавлю, что
современные опытные термисты старают-
ся не прерывать процесс цементации из-
делий, поскольку, ка< они считают, один
10-ти часовой процесс гораздо эффек-
тивнее двух 5-ти часовых, проведенных с
перерывом. Дальнейшие комментарии по
этому поводу оставляю профессиональ-
ным металлургам.
Из описаний Бьянчини следует, что до
20-х годов XIX в Европе не умели изготав-
ливать Дамаск с заданным повторяющим-
ся узором металла.
О месте зарожден.-я в Европе традиции
набивки узора на сабельные клинки еди-
ного мнения у исследователей оружия нет.
Одни указывают на Льеж — крупнейший
центр производства сварочной дамасской
стали, другие — на Золинген, с учетом воз-
можного влияния на чего Толедо, в свою
очередь находящегося под сильным влия-
нием мавританских сэужейных традиций.
Однако неоспоримо, что уже к середине
XIX в. повсеместно в Европе изготавли-
вали узорчатые сабли главным образом
из «штемпельного» Дамаска. Кроме того,
европейские кузнець могли ковать сабли
и из турецкой разновидности Дамаска, со-
стоящего из нескольких прутков железо-
стального композита, скрученных в раз-
ные стороны.
Ну, а что же было в России? Если не
брать в расчет довол=но спорное предпо-
ложение об изготовлении в Киеве «сабли
Карла Великого», самым ранним свиде-
тельством об использовании сабель древ-
нерусскими воинами является упоминание
в «Слове о полку Игосеве» курских дружин-
ников, вооруженных саблями калеными».
Известен и более поздний рассказ в летопи-
си XIII в. об удивлении немцев, увидевших
непривычную для нил саблю у приехавшего
к ним князя Даниила "алицкого. Кем и где
была изготовлена его сабля неизвестно. В
послемонгольский период в Московской
Руси сабли изготавливались в громадных
количествах, поскольку численность конно-
го войска достигала многих десятков тысяч
человек. Вполне естественно, что долгое
время образцом для оусских оружейников
служила так называемая «ордынка» - клас-
сическая сабля степного воина. Затем нема-
лое влияние оказали Турция и Иран.
Московская знать широко использо-
вала импортное оружие, привозимое сна-
чала из Ирана, а затем и из Турции через
Кавказ. Впрочем, опора на импорт в воп-
росах вооружения дело дорогое. Дворян-
ское ополчение московских царей дости-
гало десятков тысяч всадников, и всех их
вооружить привозными или трофейными
саблями не представлялось возможным.
Несомненно, что русские мастера, а тем
более элитные оружейники кремлевской
Оружейной палаты, сами могли изготав-
ливать неплохие клинки в значительном
количестве.
Производство железа и стали в мос-
ковской Руси было весьма развито. По-
мимо кричного железа русские мастера
производили и сталь по оригинальной
древней технологии. Железную крицу
подвергали цементации и закаливали в
воде или снеге, после чего проковывали.
Тонкая хрупкая стальная корка отслаива-
лась, эти пластинки и чешуйки собирали,
укладывали в своеобразное корыто из
тонкого железного листа и проваривали в
монолит. Получаемая таким образом сла-
боузорчатая сталь называлась «уклад».
У меня вызывает недоумение, почему
цементации подвергалась тяжелая тол-
стая крица, а не тонкие полоски железа,
которые можно науглеродить насквозь?
Расход угля, труда и времени можно было
бы сократить во много раз. Да и качество
стали повысить. Но подробностей техно-
логии я не знаю - во всяком случае в той
мере, чтобы уверенно критиковать древ-
них кузнецов. Вероятно, они понимали,
что и зачем делают.
Помимо сабель из «уклада» и сва-
рочного Дамаска собственной выделки
русские мастера ковали сабли и из при-
возного булата. Сохранились записи о
закупках больших количеств булатной
стали посольствами в Иране и Астрахани.
В 1бб2_1666 гг. русским послам в Персии
по указу царя Алексея Михайловича сле-
довало закупить 100 высококачественных
булатных сабельных клинков, а также 20
пудов (320 кг) булата «красного» и 20 пу-
дов булата «синего» в слитках.
Теперь уже доподлинно не опреде-
лить, какие именно разновидности булата
понимались под обозначением «красный»
и «синий» и по каким признакам их разли-
чали. На эту тему можно высказывать лишь
догадки. Я видел одну индийскую саблю с
крупным булатным узором типа «бедр».
55
Леонид Архангельский
клинок которой под разными углами зре-
ния переливался сразу тремя цветами — то
ярко-синим, то красно-фиолетовым, то
чисто золотистым. При этом разные части
узора (грунт, волокна, пятна) имеют свой
цвет. Клинок был несколько потерт, но
цвета его очень чистые и яркие, искрис-
тые, как на диффракционной таблице.
Вероятно, возникновение такого разно-
цветного, радужного отлива объясняется
разложением света на тонкой структуре
слегка протравленного неоднородного
булата. А одновременное наличие раз-
ных отливов объясняется как сильной
ликвацией легирующих элементов, так и,
вследствие этого, образованием разных
закалочных структур. Легкое протравли-
вание или хорошая полировка выявляет
микрорельеф на поверхности — разный
на разных деталях узора и с определенной
глубиной и шагом, как и на классической
дифракционной таблице.
Думаю, что «красным» называли сор-
та булата с красноватым отливом поли-
рованной поверхности. Об этом отливе
писал Аносов, отмечая, что хотя по качес-
тву такие булаты (...некоторые кара-хора-
саны) уступали булатам с золотистым от-
ливом и могли быть хрупкими, но все же
превосходили булат совсем без отлива.
Напомню и высказывание древних ки-
тайцев о том, что «красный клинок» легко
разрубает нефрит.
По поводу чисто «синего» булата я,
заинтересовавшись происхождением
известного термина «голубая сталь» как
синонима высокого качества, провел
дополнительные изыскания и опрос в
околооружейной среде — кто что знает,
видел, слышал, читал. Норильский писа-
тель Вадим Денисов, большой знаток эт-
нографии и металлургической геологии,
склонен видеть в легендарных сведениях
о «синей стали» сохранившееся изначаль-
ное противопоставление железа бронзе и
меди. Вспомним, что и древние египтяне
в иероглифах железо изображали синим
цветом. По его мнению, дорогому оружию
часто умышленно придавали синий цвет,
поскольку именно он завершал градацию
качества металла - ржавый-черный-блес-
тящий-синий.
По сведениям Денисова, сегодня упо-
минания о «голубой» стали наиболее час-
то встречаются в сказаниях автохтонных
центральноазиатских народов. Ее упо-
минали даже эвены и чукчи. Может быть.
в виде последствий войны с бурятами,
может быть — как отголосок нашествия
гуннов. В виде территориального перво-
источника «голубой» стали он склонен
видеть Кандагар, а еще более оружейный
Герат, объясняя этим проникновение су-
перклинков в Кашгар, Алтай и север Ки-
тая. Да и Индия рядом. Но изначальное
происхождение - это вопрос тонкий и
темный, как и все, что скрыто более-ме-
нее плотной завесой времени. Например,
один японский исследователь вполне
обоснованно считает, что, напротив, хо-
рошая сталь шла в обратном направле-
нии - от тюрок с Алтая.
Интересны и рассказы тележурналиста
Алексея Борзенко, работавшего в Ираке
до и после его оккупации Америкой. Ирак-
ский полковник, желая продемонстриро-
вать ему превосходные качества своего
ножа, взял американский армейский нож
«Ка-Бар» и своим «синюшным» потертым
клинком просто сострогал лезвие «амери-
канца». Как поясняет Алексей, иракский
супернож был покрыт патиной темного
сиреневого цвета.
Алексей видел в Ираке еще пару но-
жей из голубоватого металла. Под лупой
на их клинках можно было увидеть очень
мелкий узор Дамаска. Говорит, что такой
мелкий голубоватый узор характерен для
дамасков из Мосула. Примечательно, что
и у японцев существовали определенные
виды мелкого узора — хады, который
они называли «голубым шелком». Более,
того, некоторые виды подобного узора
отличались тем, что голубой отлив имели
только некоторые волокна. Это с боль-
шой долей вероятности можно объяснить
разным химическим составом используе-
мого металла.
По современным, но по ряду причин
весьма сомнительным, данным в Японии
мастера древности добивались такого
эффекта, выплавляя сырцовый металл из
смеси разных руд - чистого магнетитово-
го песка и озерного лимонита с примесью
титана. Эти сведения получены от тамош-
него мастера через русскую жену главы
клана бандитов-якудза, на территории
которых живет и работает этот клиночник.
Насколько верны его знания и как точно
передали его ответ? Я склонен думать, что
синеватый отлив японских мечей давала
примесь молибденовой стали, которую
завозили с материка и дозировано сме-
шивали с местным металлом.
Клинки из металла голубого цвета
можно встретить, как ни странно, даже в
современной Москве. Например, в уго-
ловной хронике рассказывалось о ножах
из «голубой» стали, которыми были во-
оружены рыночные вьетнамцы при оче-
редной «разборке» с нашими «отечест-
венными» бандитами. Другой очевидец
рассказывал про старинный, возрастом
в 350-400 лет, нож одного обрусевшего
корейца. По описанию, бритвенно острый
клинок пружинил, но легко строгал совет-
ский складной нож. И, что примечательно,
голубоватый клинок был отполирован,
т.е. цвет придавала не окисная пленка и не
отражение неба, как предполагали неко-
торые скептики.
Всех выслушав и добавив кое-что от
своего разумения и опыта, счел возмож-
ным разделить «голубую» сталь по спо-
собу получения на три основных типа.
Во-первых, это может быть обычная во-
роненая или окрашенная сталь. Окраши-
вание могло производиться термическим
способом (цвета побежалости) или хими-
ко-термическим с дополнительным при-
менением едких растворов.
Использовались эти методы, в основ-
ном, для защиты от коррозии, не исключая
и декоративного значения, причем широ-
ко и повсеместно — от древней Индии и
Японии до Златоуста XIX в. Проявление
синего цвета разных оттенков обусловли-
валось возникновением тонких, но стой-
ких оксидных пленок. Влиял и химический
состав стали. Более высокоуглеродистый
и чистый металл приобретал более чистый
и как бы полупрозрачный голубой цвет по
сравнению с грязноватым железом, тем-
ная синева которого иногда имела красно-
ватый отлив. В запасниках музея «Бороди-
но», когда там еще что-то действительно
хранилось, можно было увидеть Дамаск
голубого, синего, сиреневого, золотисто-
го и даже зеленоватого цвета. Это были
трофейные сабли и кинжалы французской
армии - вероятно, работы версальской,
льежской и золингеновской мастерских.
Очевидно, эти искусственные варианты
отстоят довольно далеко от старинного
«синего булата», но, возможно, схожи с
«топазовым» Дамаском, очень любимым
эмирами Хорезма.
Действительно, при качественном
исполнении это может выглядеть весь-
ма красиво и даже поэтично. Возмож-
но, именно подобный клинок вдохновил
54
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
поэта «серебряного века» Дмитрия Ме-
режковского на создание стихотворения
«Сталь»:
«Гляжу с улыбкой на обломок Могучей
стали — и меня Быть сильным учишь ты,
потомок Воды, железа и огня! Твоя краса
- необычайна, О, темно-голубая сталь...
Твоя мерцающая тайна Отрадна сердцу,
как печаль. А между тем твое сиянье Не-
жней, чем в поле вешний цвет: На нем и
детских уст дыханье Оставить может лег-
кий след. О, сердце! стали будь подобно -
Нежней цветов и тверже скал, - Восстань
на силу черни злобной, Прими таинствен-
ный закал! Не бойся ни врага, ни друга,
Ни мертвой скуки, ни борьбы, Неуязвимо
и упруго Под страшным молотом Судьбы.
Дерзай же, полное отваги, Живую двойс-
твенность храня: Бесстрастный, мудрый
холод влаги И пыл мятежного огня».
Сильно сказано... Но, однако, к металлу.
Другой вариант получения «синей» стали
также основан на поверхностном окраши-
вании, с той лишь разницей, что цветные
оксидные пленки проявлялись как бы ес-
тественным путем с течением времени и
представляли собой именно патину вре-
мени, как на «синюшном» иракском ноже.
Вспомнилось, что и на одном из ножей
«турецкого» Дамаска современной выдел-
ки нашей мастерской под определенным
углом зрения часть крупного узора про-
травленного обычным порядком клинка
отливала глубоким фиолетовым цветом.
Третий тип имеет непосредственное
отношение к «синему» булату, поскольку
подобный цвет имел сам металл. Из книги
«Кочевники» Ильяса Еснберлина: «...ниче-
го не было страшнее для бегущего врага,
чем знаменитые кипчакские сабли-алдас-
паны из синей булатной стали». Про булат
кипчаков-половцев что-то рассказывал
В.Басов, но смутно и загадочно... Надеж-
нее здесь сослаться на опыт японских
оценщиков клинков, которые без тести-
рования, а лишь по цвету полированного
лезвия определяли его режуще-рубящие
свойства. Наилучшим японские эксперты
единодушно считали светло-голубой (не-
бесный) цвет лезвия.
Очень важно, что голубоватый цвет
проявлялся на хорошо, крепко закален-
ной части. Голубоватый цвет имел и кли-
нок корейца, строгающий какую-никакую,
но закаленную сталь, и закаленная часть
клинка (якиба) классных японских мечей.
Следовательно, в отличие от дошедших
до нас старинных булатных образцов, в
большинстве своем без всякого отлива и
имеющие невысокую твердость при кра-
сивом вроде бы узоре, «синие» булатные
клинки были подлинно выдающимся ору-
жием. Только где они сейчас? Рассказов о
голубоватом отливе полированной стали
немало (хотя бы про нож московского ко-
рейца), но вот приборно исследовать мне
до сих пор ничего не удалось.
В завершение темы приведу предание
о мече Александра Македонского. Леген-
да говорит, что он был откован из голубой
стали и отполирован так, что Александр
смотрелся в него как в зеркало. Меч был
очень легок, его практически невозможно
было заточить, но он и не тупился. Гово-
рят, что подарили его царю какие-то гре-
ки, утверждавшие, что это меч одного из
богов Олимпа. Рационально мыслящие
историки более склонны верить версии,
что этот хорошо закаленный клинок был
изготовлен на Кипре. Александр очень
любил свой меч и никогда с ним не рас-
ставался. По словам ученых из Вавилона,
где царь прожил последние 10 лет своей
жизни, меч до сих пор ищут в раскопах на
территории его дворца.
Неизвестно, верны или нет мои пред-
положения о «цветном» булате, но оче-
видно то, что его слитки назначались не
для использования в качестве гирь, а для
переработки в готовые клинки. Очевидно
и то, что, по крайней мере, придворные
мастера Оружейной палаты умели ковать
булат разных сортов. Свидетельство этому
запись от 1687 года: «Полоса булат крас-
ный на турское дело, делана из булатных
головень». По моему разумению, «голо-
вень» следует понимать как слиток (ср.
«голова», «головешка» — нечто округлое).
Сошлюсь на факт — подобный слиток ха-
рактерной яйцевидной формы был най-
ден при воссоздании на Красной площади
Москвы разрушенной церкви в честь ико-
ны Казанской Божьей Матери. Он был от-
дан археологами для исследования мос-
ковскому кузнецу В. Сидоренко. По его
словам, содержание углерода в металле
слитка было не очень большим (1,1-1,3
%), а сам он весил около килограмма.
В описи 1885 г. тот же клинок описан
так: «Полоса сабельная русская XVII в.
московской работы из булатных головень,
т.е. из обрезков булатных полос...Эта по-
лоса по превосходному качеству булата,
и особенно по чистоте работы, составляет
один из редких образцов русского искус-
ства XVII в.». Видимо, авторы описи вы-
ражение «из головень» поняли в смысле
«из огарков, остатков». Такое толкование
сомнительно, тем более, что качественная
сварка клинка из нескольких кусков була-
та без ухудшения или полной потери узо-
ра мне кажется сложно осуществимой.
Несмотря на усилия выдающихся мас-
теров Оружейной палаты, все же общее
положение с производством качествен-
ного клинкового оружия для нужд армии
в России было далеко не блестящим. Для
меня вообще изрядным раздражителем
является миф о «славе русского оружия»
как инструмента войны, потому что даже
после войн XIX в. специалисты с горечью
писали, что «...русская кавалерия рубить
не умела, потому что физическая сила
кавалеристов вполне обесценивалась ту-
постью оружия». Обеспокоенное таким
положением дел русское правительство
пыталось предпринять соответствующие
меры.
Значительным этапом в развитии рус-
ского холодного оружия является основа-
ние и развитие Златоустовского завода,
куда были приглашены специалисты из
Золингена. Переговоры с ними были на-
чаты еще в самом начале XIX в., но война
с Наполеоном их прервала. Лишь в 1815 г.
в уральский город прибыли (с семьями)
51 мастер из Золингена и 38 - из Клинген-
таля. К1818 г. число мастеров выросло до
115, однако многие из них не могли изго-
товить даже обычное железо прилично-
го качества, только 29 умели работать, а
остальные учились уже в Златоусте. И из
клиночников только пять знали дело, ос-
тальные восемь учились на месте.
Умению приготовлять сталь русских
учить не пришлось, поскольку мастера
этого дела были привезены из Тулы еще
до 1769 г., т.е. еще при основателях за-
водов отца и сыновей Масаловых - раз-
богатевших выходцев из тульских ору-
жейников. По моим «неофициальным»
данным, полученным от известного кузне-
ца В.Коптева («тульского шовиниста», как
он сам себя называет), тульские оружей-
ники наследовали англо-шотландские ме-
таллургические традиции, потому что при
Петре Первом, а возможно и ранее, имен-
но «аглицких» мастеров приглашали из-за
границы развивать там оружейное дело.
По Положению, уральский завод дол-
жен был ежегодно производить до 30 тыс.
55
Леонид Архангельский
единиц клинкового оружия для нужд рус-
ской армии. Немецкие специалисты пер-
вым делом наладили в Златоусте украше-
ние клинков. В их обязанности входило и
обучение русских оружейников. Русские
учились хорошо, и уже в 1823 г. веду-
щий немецкий специалист по украшению
клинков Николай Шаф в своем прошении
об увольнении со златоустовской фаб-
рики писал, что «коренной Золингенский
завод не в состоянии приготовить такого
оружия, какое уже сделано было в Злато-
усте».
Немецкие кузнецы, приехавшие в
Златоуст, еще не владели технологией
производства «штемпельного» Дамаска,
поскольку в самом Золингене эту техноло-
гию освоили только лет через 15-20 пос-
ле их отъезда. Естественно, своих русских
помощников они могли обучить только
тому, что умели сами. Выявляемый узор
на златоустовских клинках того време-
ни был самый обычный — полосатый или
слабоволнистый. И позднее, даже вплоть
до сегодня, на Урале уже вполне традици-
онно не изготавливали холодное оружие
из «штемпельного» Дамаска.
П.П. Аносов после назначения в 1831 г.
директором Оружейной фабрики занялся
отработкой методов получения высокока-
чественной стали и вскоре наладил произ-
водство не только литой тигельной стали,
но и булата, выплавляемого в сравнитель-
но небольших количествах. Под непос-
редственным руководством Аносова было
отковано около 20 клинков из литого бу-
лата, являющихся, возможно, самыми со-
вершенными сабельными клинками всех
времен.
Эти клинки из высокоуглеродистого
булата высших сортов закаливали в горя-
чем расплавленном жире, затем подвер-
гали специальному отпуску, при котором
рубящую часть лезвия нагревали до сла-
бо-желтого цвета побежалости, обух и ос-
трие - до синего, а первую треть клинка у
рукояти в целях придания ей максималь-
ной вязкости — до бледно-голубого или,
как писал Аносов, до зеленого цвета. Если
требовалась особая упругость, то весь
клинок нагревали до синего цвета побе-
жалости. Упругость булатных сабель была
такова, что они легко сгибались дугой без
остаточной деформации после распрям-
ления.
И это при том, что лезвие клинков име-
ло весьма высокую твердость! Какую точ-
но — не известно, но, как писал Аносов,
булатный клинок всегда надрубит обыч-
ный стальной, одинаково с ним закален-
ный и отпущенный. По свидетельству ис-
следователя аносовского булата Илимова,
закаленные им образцы крошили лучшие
английские зубила! Как видим, отличие
сабель из русского булата от иранских,
исследованного профессором Жокке,
просто разительно. Подчеркну, что отли-
чие именно сабель, а не собственно була-
та, потому что современные тесты ножей-
кардов из иранских булатов показали, что
многие из них легко строгают гвозди и
даже (что удивительно) закаленные свер-
ла из быстрорежущей стали. И при этом
могут затачиваться до такой остроты, что
положенные на лезвие волоски рассека-
ются под давлением струи воды из крана.
После отъезда Аносова из Златоуста
производство булатных клинков там пос-
тепенно заглохло, хотя единичные экзем-
пляры по особым заказам отковывались
вплоть до начала XX в. Но оружие из сва-
рочного Дамаска производили практичес-
ки постоянно, и притом хорошего качест-
ва. С 1837 г. на Златоустовском заводе из
Дамаска делали и кирасы для российской
тяжелой кавалерии. Листы нагрудной час-
ти этих кирас выдерживали ружейный вы-
стрел с расстояния в 60 шагов и состояли
из 30 слоев железа и сырцовой стали, взя-
тых в равных пропорциях. В металле для
задних половинок кирас использовали
иное соотношение, железо в нем занима-
ло до 65% объема, поскольку предпола-
галось, что спину под ружейный выстрел
подставлять не будут.
Кроме немецких специалистов из Зо-
лингена к обучению российских оружей-
ников привлекались и другие учителя. В
немецких архивах сохранился рукопис-
ный документ, в котором говорится, что
один араб, присутствовавший при изго-
товлении клинков из узорчатой стали в
Дамаске, изготовил образцы этой стали
в России. По этому рецепту 11 листов же-
леза, рафинированной и сырцовой стали
должны быть связаны вместе и скручены
(скручивать их следует до сварки). Эта
связка проковывается воедино, склады-
вается вдвое, проковывается вновь, и так
повторяется шесть раз (т.е. пока не набе-
рут 700 слоев), после чего болванку раз-
деляют на пруты, которые скручивают и
снова проковывают в квадратный пруток.
Три тонких прута сваривают воедино, еще
раз складывают вдвое «...и уже из этого
изготавливают клинки, лучшие и прекрас-
нейшие на свете».
В качестве флюса рекомендовалось
использовать песок с поваренной солью
в соотношении четыре части соли на одну
часть песка. Клинок закаливали в куче
влажной угольной пыли, после чего окон-
чательно охлаждали в холодной воде. От-
пуск производили нагревом до краснова-
того цвета побежалости. Примечательно,
что, как следует из этого рецепта, узор-
чатый металл, называемый в Европе «ту-
рецкий» Дамаск, имеет в прямом смысле
непосредственную связь с Дамаском.
Уральские оружейники научились из-
готовлению и этого вида узорчатой стали.
Я видел у одного московского коллекци-
онера саблю типа польской «корабеллы»,
принадлежавшую отцу известного путе-
шественника Пржевальского. Ее широкий
клинок сварен из 10 скрученных прутков,
расположенных в два слоя по пять с каж-
дой стороны. Клеймо свидетельствует, что
сабля была изготовлена на Златоустовском
заводе (как полагает ее нынешний владе-
лец, примерно в 1820 г.). Ее твердость, уп-
ругость и прочие свойства мне показались
хорошими. Манфред Заксе описывает
драгунскую шашку, также изготовленную
на Златоустовском заводе из подобно-
го «турецкого» Дамаска, но уже в 1909 г.
Клинок этой шашки сварен из 14 прутков
скрученного композита, расположенных в
два слоя по 7 прутков, имеет сквозные фи-
гурные пропилы в доле на длине 155 мм и
при длине 730 мм и ширине 30 мм весит
всего 350 г.
Покупкой сирийского рецепта русское
правительство не ограничилось, есть све-
дения, что одного златоустовского масте-
ра в середине XIX в. посылали к бухарско-
му эмиру для обучения у прославленных
среднеазиатских оружейников. Об их из-
делиях восторженно отзывается венгерс-
кий путешественник А. Вамбери, в 1863 г.
посетивший Бухару и Хиву. Он писал, что
«...изделия эти доставляются через хад-
жи в Персию, Аравию и Турцию, где им
дают за них втрое и даже вчетверо против
их стоимости. Сорта из дамасской стали
прочностью и закалкой могут пристыдить
самые знаменитые изделия Шеффилда и
Бирмингема».
Другие путешественники сообщают,
что местные кузнецы делали прекрасные
клинки из крученой проволоки. Этног-
56
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
рафы оставили описание оригинального
метода изготовления узорчатых клинков,
освоенного, как полагают, в конце XIX в.
для имитации клинков из литого булата.
По этому методу, называемому дамаски -
рованием, на поверхность стального или
железного изделия наваривается россыпь
стальных иголок, и пересекающиеся свар-
ные швы создают красивый узор.
Изготовлением высококачественных
клинков из разновидностей сварочной
стали среднеазиатские оружейники не ог-
раничивались. Новейшие исследования
показали, что в IX-XIII вв. в Ферганской
области (Средняя Азия) выплавляли ти-
гельную сталь, которую некоторые иссле-
дователи склонны отождествлять со зна-
менитой в древности оружейной сталью
«салман». Она была столь хороша, что
узор на ней проявлялся еще до травления,
и древние легко узнавали ее во все вре-
мена. Сегодня можно попытаться узнать в
ней булат сорта «табан».
П.П.Аносов писал, что «...лучшими
булатами почитаются табан, кара-табан и
кара-хоросан». Он также упоминает, что
грузинские мастера, с которыми ему при-
ходилось встречаться и которые в совер-
шенстве владели приемами изготовления
сварочного Дамаска, уверяли, что искусст-
во изготавливать «табан» было утеряно в
Азии около 600 лет назад, т.е. в начале XIII
в. Именно в это время нашествие монго-
лов положило конец производству литой
стали в среднеазиатском городище Эски
Ахси (Ахсикент). Возможно, это совпа-
дение случайно, но в XIII в. первенство в
производстве железа и стали в раннеис-
ламском мире переходит от Ферганы к
Керману и Фарсу в Хорасане.
Совместные исследования обнаружен-
ных при раскопках городища Ахсикент
частиц древнего ферганского металла,
проведенные археологом О.А. Папахристу
и металлургом Ю.Г. Гуревичем, показали,
что в Средней Азии выплавляли легиро-
ванный булат. В одном образце содер-
жалось 1, 46 % углерода, 1,0 % кремния,
0,041 % серы и 0,52 % фосфора, марганца
не обнаружено. Второй исследованный
образец при умеренном содержании уг-
лерода (до 0,7 %) имел 1, 78 % ванадия,
0,42 % кремния и 0,13 % марганца. Что
примечательно, в этом легированном кар-
бидообразующими элементами металле
охрупчивающего, но и способствующего
образованию узоров фосфора не было.
Если такой химический состав полу-
чился у древних металлургов не случай-
но, то надо признать их высокий профес-
сионализм и владение осмысленным,
целенаправленным легированием. На-
пример, Ольга Папахристу в частной бе-
седе рассказывала мне, что высокофос-
фористое металлургическое сырье, так
называемую «черную землю», завозили
даже из Китая. Вполне возможно, что от-
туда же привозили и используемый при
выплавке некоторых сортов булата вы-
сокофосфористый легкоплавкий чугун,
собственного производства которого в
Средней Азии не было.
И после монгольского погрома произ-
водство высококлассного оружия в Сред-
ней Азии не прекратилось. Известно, что
завоеватель Тимур (Тамерлан) собрал в
свою столицу (Самарканд) самых лучших
мастеров, которых мог найти. Из захва-
ченного им в 1401 г. Дамаска он вывез
всех оружейников, многие из которых
впоследствии работали в самаркандской
цитадели. При ее раскопках были обна-
ружены фрагменты кольчуг и пластины
панцирей. Металлографический анализ,
проведенный известным исследователем
булата проф. Ю.Г. Гуревичем, показал, что
защитные доспехи ковались из литого бу-
лата.
По моему разумению, соотношение
структурных составляющих в узоре иссле-
дованного им образца свидетельствует
об экстремально высоком (около 2,5 %)
содержании углерода. Структура состояла
из трех составляющих: серой (среднеуг-
леродистая сталь), черной (сталь эвтек-
тоидного состава) и светлых (белых) про-
слоек (сверхуглеродистые, чугунные по
химическому составу участки, в которых
объемная доля сверхтвердых карбидов
превышает 50 %). Этот булат резко отли-
чается от хорошо исследованных и опи-
санных в научной литературе иранских
образцов. Возможно, кольчугу Тамерлана
ковали наследники местных среднеазиат-
ских традиций.
Точно не известно, когда и по каким
причинам в Средней Азии прекратилось
изготовление литого булата, но даже
отсутствие собственного производства
не помешало сохранению навыков его
обработки. Побывавший в Бухаре в 1841
г. подполковник Бутенев отмечает, что
«сырье в виде слитков булата поступа-
ет из Ирана и Индии (причем иранские
лучше), но этот новый булат гораздо
низших качеств сравнительно со старым,
привозимом оттуда же в виде сломанных
сабельных клинков. Бухарские кузнецы
нагревают булат очень слабо, до крас-
нокалильного жара, к чему еще и до сих
пор, несмотря на все старания начальс-
тва, привыкли не все булатные кузнецы
Златоустовского завода». В хранилище
Оружейной Палаты мне не удалось по
узору отличить клинки среднеазиатской
работы от поздних иранских, что и не
удивительно, поскольку откованы они
были из одинакового сырья, выплавлен-
ного, может быть, в одном месте.
В московском Музее народов Восто-
ка выставлена среднеазиатская шашка
середины-конца XIX в., клинок которой
обозначен как стальной. Однако при вни-
мательном рассмотрении становится ви-
ден булатный узор, неотличимо схожий с
узором на иранских саблях XVIII в. Приме-
чательной особенностью является нерав-
номерная закалка клинка, проявляемая в
виде узкой полосы вдоль лезвия, которая
имеет более темный цвет по сравнению со
всем аккуратно протравленным клинком.
В ударной части клинка эта полоса расши-
ряется. Вероятно, что закалка лезвия этой
среднеазиатской шашки произведена с
образованием структуры типа троостита
с твердостью до HRC 50, тогда как значи-
тельно более мягкий и вязкий металл тела
клинка имеет светлую, слабо травящуюся
структуру.
По свидетельству Бутенева, выявление
узора в Бухаре производили смачиванием
булатных клинков железным купоросом.
Современные мастера из узбекского го-
рода Андижана до сих пор обрабатывают
клинки ножей железным купоросом, что
поидает им хорошую коррозионную стой-
кость, очень важную в климате Средней
Азии. Но ранее в Андижане вместо купо-
роса использовали более эффективный
водный раствор светло-коричневой гли-
ны, которую привозили из Наукатских гор
Киргизии.
Нож из сварочного Дамаска, изготов-
ленный В.И.Басовым в подарок архео-
логу из Узбекистана Ольге Андреасовне
Папахристу, в среднеазиатском климате
быстро и сильно проржавел. Тогда его от-
дали андижанскому мастеру Т.Муминову,
который заново отполировал клинок и об-
работал его раствором наукатской глины.
В результате клинок потемнел, а узор стал
5?
Леонид Архангельский
ясным и четким. К тому же нож перестал
ржаветь. Показательно, что в Турции бу-
латные изделия обрабатывали минера-
лом «цаг», имеющим лимонно-желтый
цвет и более чем наполовину состоящим
из сернокислого железа.
В этой связи уместно вспомнить ука-
зание Аносова, который писал, что «...
вытравка составляет совершенно необ-
ходимую принадлежность, без которой
или весьма трудно, или вовсе невозмож-
но определить с точностью достоинс-
тво булатного клинка. Вытравка вообще
способствует к предохранению булатов
от ржавчины. Персидский железный ку-
порос, содержащий часть сернокислой
глины, считается лучшим средством для
вытравки клинков. Для составления про-
травы он предварительно кипятится с во-
дой в свинцовом сосуде.
Клинок предварительно очищают мел-
кою золою с водой или щелоком, обмы-
вают в чистой воде, а затем опускают в
чистый раствор или поливают им, держа
клинок над сосудом. Когда узоры и грунт
обнаружатся, то вынимают клинок, обмы-
вают несколько раз щелоком и холодной
водой, и потом с возможной скоростью
обтирают клинок досуха, стараясь как
можно слабее прикасаться сухой льняной
ветошью к клинку».
Аносов рекомендовал также использо-
вать при вытравке клинков слабую серную
кислоту, так как она «...растворяя железо,
оставляет углерод в том виде, в котором
он в металле заключается, а азотная кис-
лота изменяет углерод, лишая грунт от-
лива и блеска, свойственных булату». Он
считал, что столь же хорошо обнаружива-
ет узоры лимонный сок или пивной уксус.
Я долгое время протравливал булатные
клинки именно серной и лимонной кисло-
той, а также столовым уксусом, но потом
все же остановился на классическом для
металлографии спиртовом растворе азот-
ной кислоты или, что еще лучше, на рас-
творе хлорного железа в слабой соляной
кислоте.
Очевидно, что начальник златоустовс-
ких заводов П.П.Аносов был знаком с тех-
нологией производства булатных изделий
на Востоке, что помогло ему наладить вы-
пуск высококлассного оружия на Урале.
Обращает на себя внимание и знакомство
Аносова с высказываниями грузинских
оружейников, хороших знатоков не толь-
ко Дамаска, но и булата.
В1828 г. начальник оружейных заводов
России генерал-лейтенант Е.Ф.Канкрин
попросил наместника Кавказа графа Пас-
кевича выяснить: «из каких начальных
материалов приготавливается на Кавказе
булат, каковы способы переделки этих ма-
териалов в сталь отличного качества и за-
калки выделанных клинков, какие вещес-
тва применяются при закалке». В том же
году лучший вто время оружейный мастер
Тифлиса Кахрамон Элиаров (Элизарошви-
ли) пообещал, а к 1830 г. изготовил «...из
приготовляемого им железа и стали саблю
настоящего булата, шпагу из стали видом
булата, шашку стальную в струях посреди-
не, кинжал другого сорта и вида булата».
Элиаров также пояснил, что настоящий
булат выделывается из индийского же-
леза, привозимого на Кавказ в плитах. В
этом он солидарен с персами, также пред-
почитавшими привозное индийское же-
лезо своему, местному. Имел ли он в виду
слитки или собственно железо, сейчас уже
точно не выяснить. Считаю допустимым и
тот и другой вариант, однако склоняюсь
к тому, что мастер сам выплавлял булат,
используя в качестве сырья природноле-
гированное фосфором (возможно, и ва-
надием) индийское железо.
О том, что индийское железо издавна
было высокофосфористым, здесь уже го-
ворилось. О легировании ванадием ста-
роиндийского булата сообщает Пол Вер-
ховен совместно с Альфредом Пендреем,
указывая, что месторождения содержа-
щих ванадий железных руд были исчер-
паны еще в глубокой древности, отчего и
старинный индийский булат ценился бо-
лее высоко, чем новый.
Умевший выплавлять булат, но огра-
ниченный зависимостью от привозного
сырья Элиаров считал, что за неимением
индийского железа оружие достаточно
высокого качества можно изготовить из
старых подков, которые обрабатываются
порошком турецкого чугуна и сварива-
ются с турецкой сталью. Использование
старого железа оружейниками имеет не-
сколько причин, которые будут рассмот-
рены несколько позже. Старое железо, т.е.
металлолом, намного дешевле товарного
металлургического полуфабриката. Есть
даже китайская пословица - «Из хороше-
го железа не делают гвоздей, а из хороше-
го человека - солдата». Солдаты разные
бывают, а вот подковы и гвозди действи-
тельно изготавливали из вторсырья.
Возможно, грузинский мастер предпо-
читал подковное железо именно потому,
что подковы изготавливали примерно так
же, как и гвозди - сваривая заготовку из
разного мелкого металлолома. Поэтому
железо подков представляло собой хотя
и мягкий, но более прочный по сравне-
нию с чистым железом композит. Однако
в Западной Европе считалось, что старое
железо подков и подковных гвоздей при-
обретает особую прочность от долгого
контакта с лошадиным копытом. Приме-
чательно, что и древние арабские авторы
(Аль-Бируни) рекомендуют в качестве
сырья даже для выплавки булата именно
старые подковы и подковные гвозди.
В Тифлис для обучения у Элиарова
были посланы мастера Златоустовского
завода - клиночник Карл Вольферц и от-
дельщик Василий Южаков, которые по-
везли с собой образцы материалов. Гру-
зинский мастер отметил, что «лучшими
он признает сталь Златоустовского завода
двухвываренную и литую, а также железо,
которое в переломе называть можно бе-
лым, подобно спиалтру, равно и сырое,
(т.е. сверхуглеродистое. Прим, авт.) кото-
рое по раскалке в горне ломается от удара
молотка. Прочих же заводов металлы сии,
по испытанию моему, оказались совер-
шенно негодными». За два года обучения
у Элиарова златоустовские мастера пол-
ностью овладели технологией изготовле-
ния грузинского сварочного Дамаска и в
1833 г. вернулись на Урал.
В начале 1832 г. Кахрамон Элиаров дал
подробное описание фамильного спосо-
ба производства узорчатой стали: «...для
одной сабли или шашки взять полосного
железа 6 фунтов, нагреть и разрубить на
шесть частей длиной в четверть аршина
каждая. Потом взять стали, вываренной
или сырцовой, 2 фунта в трех кусках, рав-
ных величиною железным частям. За сим,
взяв два куска означенного выше железа и
вложив между ними кусок стали, сварить
песком и обычным порядком продолжать
то же и с прочими частями. Каждый сва-
ренный кусок следует выковать вдвое.
Потом каждый сей кусок, раскалив в
горне, обсыпать сверху и снизу толченым
чугуном, коего потребно один фунт. После
сего выковать каждый кусок вдвое, т.е. в
один аршин длиною. Окончив сие, согнуть
каждый кусок в 5 раз вместе, а затем сва-
рить вместе (три сложенных куска. Прим,
авт.) песком в горне. Расковать вдвое,
58
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
перерубить пополам, сварить песком и,
вытянув из него вновь пол-аршина, пере-
рубить на две части. После чего вложить в
середину оных полуфунтовую полосу ста-
ли, длиной и шириной подобную сим кус-
кам железа, сварить песком вместе. Выко-
вать полосу, подобную сабле, но короче
на два вершка. Сию полосу должно насечь
зубилом с двух сторон, подобно крупному
напильнику, потом насечку сточить и тогда
выковать по произволу саблю или шашку.
Клинок обточить на точиле, затем калить
в теплой воде так точно, как и вообще за-
калка подобным вещам делается.
Когда таким образом клинок закалит-
ся, тогда оный нужно вычистить мелким
наждаком. Засим следует иметь медную
трубку длиною в аршин с четвертью, на-
полненную ключевою водой, в которую
положить полфунта квасцов, после чего
кипятить. Положить в трубку клинок, а
через четверть часа, вынув и вычистив
в одном каком месте пылью из под на-
ждака, смотреть. И если струя окажется
хороша или пожеланию,тогда вычистить
весь тем же самым из пыли порошком и
употреблять».
Говорят, что изготовленные по этому
рецепту сабли из «штемпельного» по узо-
ру Дамаска считались лучшими в русской
кавалерии. Структура Дамаска Элиарова
состояла из трех компонентов — железа,
стали и высокоуглеродистых прослоек,
полученных в результате обработки чугу-
ном. Наваренный с боков на лезвие ком-
позитный металл имел по 150 слоев с каж-
дой стороны и узор сетчато-ромбического
типа, называемый «розетки».
Кавказская война привела к широкому
распространению в русской армии оружия
местного, кавказского производства, как
трофейного, так и сделанного на заказ.
Историк кавказских походов генерал В.
Патто писал, что «...за счет своей отваги и
силы русские кавалеристы успешно проти-
востоят восточным конникам, но крепость
и острота ятаганов и шашек, сделанных из
дамасской стали, значительно превосхо-
дит крепость сабель наших солдат».
В пору, когда Златоуст еще не раскрыл в
полной мересвоихдостоинств, сложилась
мода на восточные клинки штучной рабо-
ты, иногда действительно превосходив-
шие по качеству русские сабли. Поэтому,
как отмечали современники, черкесское
оружие носили «всегда и все» офицеры
русской армии. Положение коренным
образом изменилось лишь к концу Кав-
казской войны, когда армейские офицеры
вполне оценили усилия златоустовских
оружейников во главе с П.П. Аносовым.
На Северном Кавказе, где была острей-
шая нехватка качественной стали, очень
ценились европейские клинки, особенно
старинные. Лучшими для применения в
шашках считались клинки «гурда» гену-
эзского производства. «Шашка» — чер-
кесское название слабоизогнутой сабли,
рукоять которой не имеет крестовины или
иной защиты руки — название произош-
ло от черкесского «саш-хо» - «длинный
нож». Впервые такое оружие встречается
в погребениях XII в.
Генуэзцы издавна торговали с черкеса-
ми — начиная с XII в., несколько позднее
даже основали в Крыму свои колонии.
Только после завоевания Крыма Турци-
ей эта торговля прекратилась. Генуэзское
клеймо «гурда» представляет собой сер-
повидные зубчатые линии, часто со сло-
вом «Генуя» между ними и несколькими
точками по бокам. Говорят, что зубчатые
дуги обозначают челюсти, которыми эти
клинки грызут железо. И в самом деле,
старинные клинки с таким клеймом легко
разрубали толстые железные гвозди.
Историки Кавказской войны, описыва-
ющие оружие горцев, особенно выделяли
именно высокоценимую «гурду», подчер-
кивая, что ее мощный твердый клинок
предназначался почти исключительно
для разрубания доспехов. Но в те време-
на прочные доспехи отошли в прошлое
и оружейники горцев твердые, жесткие
генуэзские клинки подвергали дополни-
тельному отпуску с целью повышения их
гибкости, пусть и с потерей твердости.
Изобилие сохранившихся тонких и легких
клинков с клеймом «гурда» объясняется
тем, что это прославленное клеймо, как
своего рода знак качества, начали ставить
все, кому не лень.
Происхождение слова «гурда» можно
отнести к тюркскому названию большо-
го тесака - «курде». У иранцев «кард»
— просто нож или меч, схожее название
бытует у венгров. Чеченцы ратуют за мес-
тное происхождение термина. Например,
ему созвучно название селения Горда-
лой. Есть и известная кавказская легенда,
на свой лад объясняющая происхождение
и самих клинков «гурда» и их названия. В
ней говорится, что один прославленный
мастер (имя его не сохранилось) вызвал
*	.• к	*
)( XX )(1
Клеймо «гурда» на индийском талваре
начала XVII века
другого на соревнование. В доказательс-
тво превосходства своей шашки он одним
ударом перерубил барана, чем, однако,
не убедил соперника. Тогда, воскликнув
«Гурда!», что значит «Смотри!», разрубил
и клинок соперника, и его самого.
Такой вариант маловероятен, потому
что ни в одном языке Кавказа слово «гур-
да» не переводится как «смотри». А вот
итальянское «гуадра», от которого про-
изошла «гвардия», имеет примерно та-
кое значение. Может быть, легенда изна-
чально была итальянской, и лишь потом
ее переложили на свой лад на Кавказе?
К тому же следует внимательно посмот-
реть ~ когда, кто и в каком виде записал и
опубликовал эту легенду. При многократ-
ной передаче информация порой пре-
терпевает большие изменения, имеющее
итальянские корни слово «гурда» вполне
могло прижиться у горских народов, из-
давна и с удовольствием использующих
высококлассные клинки с итальянскими
клеймами.
Не меньшей популярностью пользо-
вались немецкие клинки с клеймом «бе-
гущий волк». Первоначально славу этому
клейму доставили изделия Пассау, а бо-
лее поздняя золингеновская продукция эту
славу не уронила. Вероятно, кавказские
племена плохо разбирались в живописи,
поэтому клинки с бегущим волком у них
59
Леонид Архангельский
Гурда и терс-маймуль
назывались «терс-маймун», что по-иран-
ски значит «трусливая обезьяна». В Чечне,
где волк весьма почитаемый зверь, луч-
шими из европейских считались сабель-
ные клинки с изображением двух вол-
чьих голов и двумя латинскими буквами
посередине. Возможно, эти клинки были
льежской работы. Чеченцы называли их
«терс-меймуль», т.е. так же, как черкесы
называли золингеновские и пассаусские
«волчки», но переводили это название по-
своему - «ревущая обезьяна». Довольно
странно, что кавказцы дружно узнавали в
клейме не волка, которого часто видели, а
обезьяну, которую не видели в горах ни-
когда.
Венгерские клинки «трансильванский
узел» отличались поразительным звоном
и очень большой упругостью. Эти клинки
хорошо подходили для шашек, поскольку
те должны быть, по кабардинским пред-
ставлениям, легкими как перо, острыми
как бритва и упругими как лоза. Клинки
«трансильванский узел» изготовлялись
в XVII—XVIII вв. и имели клеймо, изоб-
ражавшее одну из магических формул
— узел с тремя кистями, а также надпись
заговорного характера.
Очень ценились изготовляемые в Генуе
и Брешии клинки с клеймом «FRINGIA»,
которые предназначались специально
для вывоза на арабский Восток, где всех
европейцев в память о франках называли
«френги». Можно утверждать, что со вре-
мен Карла Великого европейское длин-
ноклинковое оружие по качеству металла
продолжало превосходить оружие азиат-
ских народов.
Но подлинных клинков, откованных
европейскими мастерами, в общей массе
кавказского оружия было сравнительно
немного. Русский офицер, служивший на
Кавказе, в середине XIX в. отмечал, что
чеченские оружейники «...по неизмен-
ному обычаю своих отцов подделывают
шашки, называемые волчками». Кавказ-
цы охотно ставили прославленные клейма
на свои изделия, а неопытные покупатели
не менее охотно приобретали такие клин-
ки. Впрочем, европейцы также исполь-
зовали старинные популярные марки в
экспортном оружии. На одном клинке
иногда встречаются несколько популяр-
ных клейм. Можно увидеть и «гурду» с
надписью «фрингия», что подчеркивало
ее европейское происхождение, и «вол-
чок» с уточнением «IN SOLINGEN». Особо
удивляться не стоит, поскольку еще на
клинках мечей можно было встретить по-
пулярные клейма «ULFBERHT» и «INGELRII»
одновременно.
Методы производства холодного ору-
жия на Кавказе имели местные особен-
ности, разнообразие которых определя-
лось как традициями, так и торговыми
связями того или иного племени. Черкесы
(по самоназванию адыги), имели давние
традиции собственного оружейного про-
изводства. Их ранние железные сабли из
пятигорско-кабардинских курганов очень
близки к белореченским — длинные, уз-
кие и со штыковы-л концом. Штыковой
конец у черкесских клинков сохранялся до
XVII-XVIII вв., пока сабли не были вытес-
нены шашками. Хаоактерной особеннос-
тью черкесских клинков сабель и шашек
является наличие нескольких долов — од-
ного широкого и двух (или даже более)
узких. Такая разделка поверхности дола-
ми значительно облегчала клинок почти
без снижения его прочности.
Черкесские оружейники славились
своим мастерством даже в соседних го-
сударствах. Иранский шах Аббас в 1593 г.
рассказывал русскому послу, что «...булат
хороший красный выходит к нам из Ин-
дийского государс_ва, шлемы и зерцала
булатные навоженые золотом делают в
нашем государстве, а панцири добрые из
черкас». Русский царь Алексей Михайло-
вич в середине XVII в. выписывал в Мос-
кву через Астрахань «черкас панцирного
дела и булатного сабельного дела свар-
щиков самых добрых мастеров». В описях
Оружейной палаты встречаются выраже-
ния типа «полоса на черкасский дело»,
т.е. сабельный клинок, изготовленный по
черкесскому образцу.
В XVIII в. положение, видимо, несколь-
ко изменилось, поскольку многочислен-
ные путешественники по Кавказу оставили
свидетельства, что черкесы часть оружия
получали от турок, часть - из Грузии. Из
Турции обычно поставляли клинки са-
бель, которые черкесы налаживали затем
на свой манер. Вероятно, на общее сни-
жение оружейного, особенно клиночного,
уровня мастерства черкесских мастеров
оказало влияние продвижение к Кубани
и далее в глубь адыгейской территории
российских государственных границ.
В Терской области Кавказа хорошие
клинки ковались главным образом в
Чечне. Общепризнанным центром этого
производства считалось селение Боль-
шие Атаги, но и в других селениях жили
незаурядные мастера. Например, просла-
вился мастер Махмад из селения Джигур-
ты. Шашки его работы были столь гибки,
что их можно было не только оборачи-
вать вокруг пояса, но и, свернув в кольцо,
уложить в обычное сито для просеивания
муки. В одной чеченской песне есть сло-
ва, которые в переводе значат следующее:
«Клинок, издающий звонкий свист, барсу
подобная булатная круглая шашка». Со
60
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
свистом понятно, но при чем здесь барс?
Дело в названии подобных шашек — цок-
болаттур: «тур» - меч, «болат» — сталь, а
«цок» - узорчатый и одновременно — это
название узорчатого, пятнистого барса. С
«круглой» шашкой еще проще. Круглой
называли шашку, которую можно было
согнуть кольцом, что и делал мастер Мах-
мад. Очевидно, что такие шашки не были
редкостью. У чеченцев даже бытовало
горделивое выражение «разбудить чечен-
ского волка», т.е. достать такой свернутый
в кольцо острый клинок. Быстро распря-
мившись, как бы выскочив, он мог сильно
поранить.
Конечно, сверхгибкие клинки такого
рода были не слишком твердые. Боевой
конец у острия имел толщину около 2 мм,
что практически исключало нанесение ко-
лющих ударов, которые вообще были не
характерны для шашек. У чеченцев, также
как и у кабардинцев, считалось, что тот,
кто носит шашки с тяжелым клинком, не
надеется на искусство. Видимо, подразу-
мевалось, что жесткий мощный клинок с
твердым лезвием «рубит сам».
Самой большой известности достигли
чеченские мастера из селения Старый Юрт
(Дайкур-аул) Базалай и его сын Чилли,
о которых в горах говорили, что их «ба-
залай сталь» или «чилли булат» лучшая
из всех сталей. Однако эти мастера сами
сталь не делали, а покупали ее у русских и
кавказских купцов, которые привозили ее
из Дамаска. После отковки клинка его осо-
бенным способом закаливали и именно
эта секретная закалка придавала произве-
денному ими оружию стойкость и остроту.
Базалай Чилли примерно в 1890 г, будучи
уже известным клиночником, переехал
во Владикавказ. Позднее он подарил по
комплекту - шашку и кинжал — сначала
начальнику Терской области, затем на-
местнику Кавказа и, наконец, императору
России Николаю Второму.
Вообще-то сабельные клинки кавказс-
кие оружейники закаливали несколькими
способами — от охлаждения в теплой воде
до экзотической закалки в потоке воздуха.
Распространенной была и закалка в керо-
сине, ацетоне или другой легкокипящей
жидкости. Охлаждающая способность
керосина не намного выше, чем у мине-
рального масла, поэтому клинки из чисто
углеродистого, нелегированного металла
очень трудно было перекалить до хрупко-
го состояния, что вполне устраивало боль-
шинство ремесленников. Незаурядные
мастера, которые на Кавказе, конечно же,
были, могли применить или более жес-
ткую закалку с грамотным отпуском, или
химико-термическую обработку лезвия.
Затяжная война на Кавказе началась
восстанием против России правителей Да-
гестана — горной страны, примыкающей
к Каспийскому морю. Дагестан издавна
подвергался иноземным нашествиям. С
VII по IX в. продолжалось арабское вла-
дычество, в XI в. на Дагестан напали тюр-
ки-сельджуки, в XIII в. он попал под власть
монгольского хана, а конец XIV в. совпал с
разорением страны войсками Тохтамыша
и Тимура. Около 300 лет, начиная с XVI в.,
продолжалось соперничество за облада-
ние Кавказом между Ираном и Турцией,
которое не могло не оставить свой след в
оружейном производстве Дагестана.
Один из самых известных центров
производства клинков сабель и шашек на
Кавказе — дагестанский комплекс селе-
ний Амузги - Кубани. Арабский географ
X в. аль-Масуди уже упоминает царство
Зирехгеран, что значит «изготовители
кольчуг». На местном языке это селение
называли «Угбу»г, а его жителей - «угбу-
ган» («губители людей»). Так сами себя
прозвали местные мастера, поскольку
их главным занятием было изготовление
оружия. Позже тюрки дали горному аулу
название «Кубани» - «оружейники».
Назвать Кубани аулом можно лишь
с некоторой натяжкой, поскольку в иные
времена в нем насчитывалось до 9 тыс.
жителей. Скорее, это было небольшое,
но практически самостоятельное царство,
не теряющее внутренней независимости
даже при необходимости выплачивать
дань тому или иному крупному государс-
тву. Впрочем, заставить угбуганцев пла-
тить было нелегко. Например, они три
недели успешно сопротивлялись 24-ты-
сячному войску иранского правителя На-
дир-шаха, которому так и не удалось за-
хватить Кубани.
Сами же жители Кубачей, содержащие
небольшую, но прекрасно вооруженную и
обученную армию-дружину, захватили у
соседей обширные плодородные угодья,
на которых работали жители других, под-
чиненных селений. Одним из таких селе-
ний был расположенный несколько ниже
по горе аул Амузги. Со временем сло-
жилось разделение труда, при котором
амузгинцы только ковали клинки, а куба-
Ятаган за поясом и шамшир на боку
чинцы изготовляли украшенные рукояти и
ножны. Часто кубачинцы дополнительно
обильно насекали золотом закупленные
в Амузги сабельные клинки. В отличие от
иранской, дагестанская насечка была вы-
пуклой.
О кубачинских златокузнецах напи-
сано более чем достаточно другими, по-
этому ограничусь лишь свидетельством
Я. Рейнегса, немца на русской службе,
который в 1770-х гг. писал о них: «...так
как ни Персия, ни Турция не имеют у себя
таких умелых мастеров, то их изделия
всегда находят спрос и дорогую оценку.
Их работы похожи на работу Аугсбурга и
Карлсбада». Помимо прекрасной отде-
лки, славу /гбугскому оружию среди на-
родов Дагестана принесли амузгинские
клинки. Кузнецы из этого аула говорили,
что они никогда не занимались ничем
61
Леонид Архангельский
другим, кроме изготовления клинков кин-
жалов и шашек, поэтому и достигли таких
результатов.
Довольно мощные и жесткие сабель-
ные клинки изготавливались, в основ-
ном, по иранским образцам. Отличием
от иранских в них являлась практически
обязательная разделка поверхности клин-
ков разнообразными долами. Многие са-
бельные клинки обильно украшены изоб-
ражениями и надписями, выполненными
травлением, гравировкой или насечкой
золотом. Что касается своеобразного кав-
казского оружия, а именно шашек, то в
Дагестане они появились позже черкес-
ских и, вероятно, не ранее XIX в. Амузгин-
ские шашки, как правило, крупнее и жест-
че черкесских и чеченских.
Широко известны амузгинско-куба-
чинские подражания «зульфикару» - ма-
гической сабле Мухаммеда и его зятя Али.
Эта сабля была столь прославлена в му-
сульманском мире, что можно встретить
надписи на клинках типа «Нет героя кро-
ме Али, нет меча кроме зульфикара!». В
предании говорится, что Мухаммед через
несколько лет после Хиджры в одной из
битв отобрал у побежденного вождя мес-
тного племени оружие, которое в его ру-
ках приобрело магическую, сокрушитель-
ную силу. Позднее он передал это оружие
своему зятю Али, который не посрамил
его славу.
Что именно это было за оружие, сейчас
точно неизвестно, и споры о его виде идут
до сих пор. Имеет хождение переводной
текст, обозначивший «зульфикар» как
клинок, имеющий два конца или острия.
Действительно самые ранние из извест-
ных подражаний «мечу пророка» (напри-
мер, хранящийся в стамбульском музее
клинок конца XIV в.) имели раздвоенный
конец, образованный треугольным выре-
зом непонятного вроде бы назначения. На
классических изображениях «зульфика-
ра» также видно раздвоенное острие.
Интересно, что мусульманские, в час-
тности кавказские, «зульфикары» име-
ли сразу два (иногда и больше) клинка,
пружинящие и громко звенящие, когда
их вытаскивали из ножен. Возможно, кав-
казцы решили, что два острия на конце
— это вид «в профиль» двух клинков, сва-
ренных у рукояти и несколько смещенных
по высоте один относительно другого.
Однако современный московский мастер
Е. Экбер, знаток восточного оружия, рас-
сказал мне, что частица «зуль-» по-арабс-
ки значит «имеющий», а «-фикар» значит
множественная форма слова «бугорок»
и «зульфакар» буквально «имеющий бу-
горки». Можно допустить, что клинок Му-
хаммеда был с волнистым «бугристым»
лезвием. Размышляя о значении слова
«зульфикар», я рассматривал и такое эк-
зотическое оружие, как насаженный на
железный прут ряд металлических или ка-
менных шаров. Ударно-дробящее оружие
такого типа было известно на Востоке, но
оно никак не могло называться мечом.
Златоустовские кузнецы испытывали
большое влияние Кавказа и в 1836 г. из-
готовили раззолоченный «зульфикар»,
два булатных клинка которого были, что
примечательно, именно с волнистыми
лезвиями. Сейчас это оружие хранится в
Артиллерийском музее Санкт-Петербурга.
Полагают, что он предназначался в пода-
рок цесаревичу Александру.
Неизвестно, по какой технологии из-
готавливали в Кубачах-Амузги клинки в
Средние века, но в начале XX в., как пишет
Г. Сазонов, «Дамаск амузгинцы изготавли-
вали так же, как в Мешхеде, Лахоре, Дели,
Шариф-и-Мазаре, в арабских землях и на
западе - сваркой чередующихся стальных
и железных полос». Изготовление Дамаска
(по-местному «гавгара») для Парижской
выставки 1936 года заключалось в сварке
сложенных в особом порядке 10 железных
полос, четырех полос из твердой стали
(антушки) и пяти полос подпилочной ста-
ли (альхана). Таким образом, объемная
доля стали в готовом композите состав-
ляла менее половины, при этом общее
количество слоев в клинке, по описаниям
Сазонова, не превышало 40.
В другой раз стопку из 20 пластин трех
сортов металла удваивали два раза, так
что общее количество слоев достигало
80. После изготовления клинка рисунок
проявлялся песком, смоченным желез-
ным купоросом. Клинок шашки из Дамас-
ка изготавливался мастером примерно за
10 дней. Интересно, что в качестве флюса
при сварке амузгинцы применяли желтый
порошок, скапливающийся под точилом.
Точила изготавливались из песчаника, а
при обточке на нем клинков тонкая пыль
песка смешивалась с мельчайшими же-
лезными опилками, что в результате сни-
жало температуру плавления флюса.
Помимо простого Дамаска с волнис-
тым узором, амузгинские мастера могли
сварить и букетный, и звездчатый «ту-
рецкий» Дамаск, который они называли
«старинная работа», а также «сетчатый
Дамаск» - вероятно, один из вариантов
«штемпельного», насекаемого зубилом.
Лучшим клиночником всех времен, по
общему амузгинскому мнению, считался
умерший в 1929 г. мастер Рабадан Баго-
медов. «Никогда не бывало ни в древние
времена, ни в теперешние артиста клинка
в Амузги более совершенного, чем он», -
писал Сазонов в 1936 г. Свои клинки Баго-
медов ковал из старых пружин вагонных
буферов, которые приобретал в Дербен-
те, а металл для навариваемого лезвия, по
предположению Сазонова, он сваривал из
старых ножичков шеффилдской стали, ко-
торую в горах называли «альхана». Веро-
ятно, этот исходный металл он подвергал
особой обработке, что и придавало клин-
кам его работы выдающееся качество.
Постепенно оружейный промысел в
Кубачах-Амузги выродился. К нашему
времени от Амузги осталось только два
дома, а о сувенирной продукции Куба-
чей нечего и говорить. Современные «гу-
бители людей» на Кавказе убивают дру-
гим оружием. Конечно, Кубани были не
единственным местом в Дагестане, где ко-
вали оружие. В Северном Дагестане рабо-
тал мастер Шахманай (Шахма Амирали-
оглы), чье оружие было представлено на
Парижской выставке 1867 г. Говорят, что
шашкой его работы можно было одним
ударом разрубить ишака. Сам мастер счи-
тал, что шашку не следует покупать, если
ею нельзя этого сделать.
Необходима хорошая упругость клин-
ка, поскольку слишком жесткий клинок
плохо рубит. Неподатливый клинок, в не-
котором смысле, можно считать тупым.
Только сочетание всех этих качеств делает
шашку чудо-оружием. Схожие требова-
ния были и в Закавказье, где работали на-
иболее известные тифлиские оружейники
Геурк Элиаров и его сыновья Кахрамон и
Ефрем. Имя Геурк упоминается в черно-
вом варианте стихотворения Лермонтова
«Поэт», написанного в 1838 г.:
В серебряных ножнах блистает мой кинжал,
Геурга старого изделье,
Булат его хранит таинственный закал
Для нас давно утраченное зелье.
В Эрмитаже есть две сабли работы
Геурга, обе откованы из «штемпельного»
Дамаска сетчатого вида, технологию изго-
товления которого передал русскому пра-
62
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
вительству его сын Кахрамон. Младший
сын Ефрем Элиаров изготовил две храня-
щиеся в ГИМе шашки с другой конструкци-
ей клинка. Обух у этих клинков выполнен
из крученого жгутового Дамаска, а осталь-
ная часть из металла с обычным для семьи
Элиаровых сетчатым узором. По рассказу
потомков Кахрамона, он лично повез сде-
ланные им три сабли в Петербург царю.
Тот согнул одну, вторую, третью и ни одна
из них не сломалась. Тогда царь похлопал
мастера по плечу и приказал наградить.
Помимо сабель и шашек в Закавказье
применялись палаши, особенно широко
распространенные в Хевсуретии. Хевсур-
ские палаши XVIII—XIX вв. имеют прямые
однолезвийные клинки разногопроисхож-
дения, как правило, европейской работы.
Особенно высоко ценился палаш «Давид
Феррара», который стоил 25 коров - в три
раза дороже, чем в Европе эпохи Меро-
вингов стоил хороший меч. Таких палашей
во всей Хевсуретии к 1940 г. оставалось
всего несколько штук. Можно упомянуть
итальянских мастеров-оружейников вто-
рой половины XVI в. братьев Андреа и
Джандонато Феррара, чьи клинки особо
славились в Адыгее-Черкесии. Возможно,
Давид Феррара принадлежал к этой же
династии оружейников. Интересно, что и
горцы Шотландии ставили выше всех по
качеству палаши «Андреа Феррара».
Очень хорошим у хевсуров считал-
ся палаш «Дедал русули», т.е. «Русский»,
который стоил 22 коровы. Русский клинок
другого типа, «Русули», стоил всего 2~3
коровы. На хранящихся в музеях хевсур-
ских палашах можно встретить и другие
европейские клейма, среди которых пре-
обладает «гурда».
В общем, кавказское оружие, вопреки
сложившимся в начальный период кавказ-
ской войны легендам, вовсе не блистало
очень уж высокими качествами. Исклю-
чением являются клинки лишь немногих
мастеров, чьи изделия резко выделяются
из общей массы. Как рассказал мне извес-
тный и авторитетный тульский кузнец-ору-
жейник Валерий Коптев, по проведенной в
середине XIX в. переписи у личного соста-
ва русской армии, главным образом в ка-
зачьих частях, имелось около 4000 узор-
чатых клинков всех типов. Из них лишь
около 100 соответствовало жестким тре-
бованиям, предъявляемым к армейскому
клинковому оружию. И только 4(!) сабли
относились к высшей категории качества.
Справедливости ради надо заметить,
что требования к оружию массовых ар-
мий и оружию элитных бойцов не во
всем совпадают и опытные воины своими
«нестроевыми» клинками штучной ра-
боты перерубали даже ружейные стволы
того времени. Рядовых же рубак знатоки
всячески убеждали не проводить таких
испытаний, дабы не поломать дорогой
клинок.
В то время требования, например, к
упругости были следующими: при испыта-
нии стальной клинок гнули в обе стороны
на 1/8 часть его длины, а булатный (узор-
чатый) — не более чем на 1/13 часть. При
этом остаточная деформация не допуска-
лась. Твердость сабельного лезвия долж-
на была позволять без повреждений стро-
гать им железо. Сильными ударами по
сухому дереву проверяли вязкость и про-
чность клинка, а также надежность креп-
ления рукояти. Как писал в 1857 г. поручик
Максимов, многие владельцы азиатских
сабель уже после нескольких ударов ос-
тавались в бою с одними эфесами в ру-
ках, поскольку клинки крепились только
залитой в полые рукояти мастикой. Также
он ругательски ругает недобросовестных
азиатских мастеров, которые не только
запаивали свищи и раковины на клинке,
но и продавали сломавшееся и отремон-
тированное оружие со сваренными клин-
ками, равно как и изначально изготовлен-
ные из двух частей клинки. По его словам,
восточные «...клинки, купленные по неве-
домым причинам за непомерно высокую
цену, чрезвычайно редко оправдывали
свою репутацию». Желающим приобрести
действительно хорошее оружие он реко-
мендовал обращаться на Златоустовскую
фабрику.
У боевых армейских офицеров уже
к концу Кавказской войны сложилось
общее мнение, что восточному оружию
следует, как правило, предпочитать фаб-
ричное златоустовское, причем клинки из
литой стали лучше изготовленных из вы-
варной, сварочной стали. Это последнее
соображение совершенно справедливо
для регулярной армии, снабжаемой про-
дукцией массового производства. Даже
на прославленном Златоустовском заводе
постоянно возникали затруднения в ста-
бильном обеспечении высокого качества
металла, поскольку химический состав
сырцовой, а следовательно, и получае-
мой из нее выварной (рафинированной)
Сабля и палаш хевсуров
стали сильно колебался. Даже переплавка
сырцовой стали в тиглях не гарантировала
постоянства свойств металла, поэтому для
обеспечения жестких армейских требова-
ний к прочности клинков приходилось ко-
вать их более толстыми и тяжелыми.
Развитие индустриальных способов
производства литой стали, сначала угле-
родистой, а затем и высокопрочной ле-
гированной, фактически положило конец
производству армейского клинкового
оружия из узорчатой стали в сколько-ни-
будь заметных количествах.
63
Айкути Марии Архангельской

СЕКРЕТЫ БУЛАТА
ХРУСТАЛЬНАЯ СТАЛЬ САМУРАЕВ
Думаю, что перед началом раз-
говора о японских мечах по-
лезно будет обратить внима-
ние на одно связанное с ними и
широко распространенное за-
блуждение. Говорят, что форма японско-
го меча не менялась на протяжении тыся-
чи лет и, следовательно, кузнецы все свои
силы в течение этой самой тысячи лет со-
средоточивали в области совершенство-
вания технологии, поэтому достижения
японских оружейников преподносят как
непревзойденные. Но! Форма и конструк-
ция европейского меча не менялась от
кельтов Ла-Тене (VI в. до н.э.) до воинов
Игоря Святославича (XII в.), т.е. более по-
лутора тысяч лет. И однолезвийные сабли
совершенствовались, по крайней мере
1200 лет - от Карла Великого до конников
Буденного. Европа очень стара и многое
повидала, а ее оружейники многого до-
стигли. В то же время японское оружие
не было столь консервативным даже по
форме, как это представляют.
Известные нам (в основном по ви-
деофильмам) изогнутые мечи самураев
в строгом смысле не являются мечами,
представляя собой типичные сабли. В до-
революционной русской литературе такое
однолезвийное оружие самураев назы-
валось не иначе, как саблей. В японском
языке для обозначения прямого обоюдо-
острого меча применяли слово «кен», а
свои однолезвийные мечи-сабли японцы
называли иначе, применяя специальные,
не «мечевые» названия. Однако сегодня
нет смысла усиленно «грести против те-
чения» и пытаться изменить повсеместно
сформировавшуюся традицию, по кото-
рой прославленное самурайское оружие
называют мечом.
Общепризнанно, что формы и методы
производства мечей были заимствова-
ны из Кореи и Китая. Более того, перво-
начально многие клинки и готовые мечи
просто завозились из того же Китая. Я
склонен думать, что даже металлурги-
ческое сырье для производства высоко-
качественного оружия на первых порах
могло поступать из этих стран. Свой при-
вычный нам вид мечи самураев приобре-
ли не ранее X в., а до этого времени воины
пользовались прямыми двулезвийными
мечами. Самые ранние однолезвийные
японские мечи были прямыми или очень
слабоизогнутыми, с обратной кривизной
клинка, и назывались «чокуто». Придвор-
ные мечи, вроде роскошно отделанных
золотом и перламутровой инкрустацией
«кадзари-тати», часто снабжались чисто
символическими клинками - тоненьки-
ми, грубо расплющенными пластинками
железа, не имеющими никаких боевых
качеств. Они могли быть настолько тонки-
ми и гибкими, что, будучи воткнутыми в
землю, под тяжестью рукояти изгибались
параллельно земле.
В ходу были и мечи с классическим
прямым обоюдоострым клинком длиной
около 70 см и шириной 4 см, которые
назывались «цуруги» или «кен», что и
значит «меч», причем именно с прямым
клинком. «Кен» — видоизмененное сло-
во «чень», т.е. «китайский». Такой меч
считался благородным оружием, и тре-
петное отношение к нему сохранилось до
сих пор. «Кен» — грозный символ мощи
и власти, его изображения сотни лет гра-
вируют на клинках однолезвийных саму-
райских мечей.
В эпоху непрерывных феодальных
войн появилось изогнутое, длинное рубя-
щее оружие всадника — «тати». Так назы-
вался самурайский меч, который носили
подвешенным к поясу лезвием вниз, как
и классическую саблю. Позднее меч заты-
кали за пояс особым образом. В старину
слово «тати» обозначало большой меч
и горизонтальное ношение клинкового
оружия. Длина клинка «тати» достигала и
даже превышала 90 см, а его острие было
коротким, поскольку «тати» предназнача-
лось главным образом для рубки. Пере-
ход к однолезвийному изогнутому мечу,
которым было удобнее рубить со спины
лошади, произошел не ранее XI в. (точнее
в 1159 г.).
Во времена монгольского натиска
применялись мощные «тати» с крепким,
очень коротким острием «икуби-киссаки»
— т.е. «мечи с острием в виде кабаньей го-
ловы». Огромные, изогнутые однолезвий-
ные мечи «нодати» были общей длиной
более полутора метров. Известны и на-
стоящие гиганты среди мечей, подобные
хранящемуся в храме Яхико мечу длиной
2,25 м, который был изготовлен в начале
XIV в. Незадолго до этого времени япон-
цы столкнулись с монголами, облаченны-
ми в тяжелый доспех, прорубить который
обычным клинком было очень непросто.
Если бы штормовой ветер «камикадзе» не
развеял армаду десантных судов хана Ху-
билая, то история Японии могла бы пойти
Кен в оправе 19-го века
Один из героев легенды о 47 ронинах
65
Леонид Архангельский
ко-киссаки
шу-киссаки
о-киссаки
икуби-киссаки
совсем по другому пути. Случилось то, что
случилось, а оружейники оставшегося не-
захваченным островного государства по
инерции или «на всякий случай» продол-
жали ковать мечи с широкими и толстыми
клинками длиной более метра. Мода на
них довольно быстро прошла, и лишь в
период Намбокучо, в конце XVI в., вновь
появились стальные чудовища с полуто-
раметровыми клинками.
Поскольку японцы не отличаются вы-
соким ростом, то и носить такие длинные
мечи приходилось не на поясе, а на пле-
че или за спиной — подобно винтовке.
Таким же образом носили копье «яри» и
однолезвийный изогнутый меч «нагина-
ту» с очень-очень длинной рукоятью. Пе-
редовые части войска полководца Оды
Набунаги (1534-1582) были вооружены
«нагинатами» длиной 2,1 м, из которых на
клинок приходилось 90 см. Из-за длины
Нодати, тати, вакидзаси —
полный комплект
рукояти и особенностей фехтования «на-
гинату» часто называют самурайской але-
бардой.
Самый известный самурайский меч
- «катана», ранее называвшийся «утига-
тана». «Утигатана» с укороченным клин-
ком служила дополнением к основному,
более мощному мечу «тати». Если «тати»
применяли главным образом в конном
бою, то в пешем строю и в поединках бо-
лее удобным было сравнительно легкое
оружие. Для удобства утигатану носили
воткнутым за пояс и, в отличие от тати,
лезвием вверх. Такой способ ношения да-
вал возможность нанести быстрый удар,
совмещая извлечение клинка из ножен с
коротким замахом. По словам известного
японского фехтовальщика и знатока древ-
них мечей Тетсутака Сугавара, название
однолезвийного оружия самураев «ката-
на» в примерном, смысловом переводе
значит просто «резалка» — в точности со-
ответствуя переводу венгерского слова
«шаболя» — «сабля».
Развитие «утигатаны» в «катану» отно-
сят к 1568-1603 гг. Привычка самураев ис-
пользовать два меча привела к тому, что
«катану» часто носили вместе с еще более
коротким парным мечом «вакидзаси»
(«сбоку воткнутый»).
Вместо «вакидзаси» иногда применяли
боевой нож «танто», который, так же как
«катана» и «вакидзаси», имел металличес-
кую «цубу» - пластину для защиты руки.
Оба меча, длинный и короткий, образо-
вывали одностильно украшенную пару
«дайсё», чье название произошло от слов
«дайто» и «сёто» — соответственно «боль-
шой» и «малый» меч. Вооружались и спе-
циальным ножом типа «танто» с сильно
изогнутым обоюдоострым клинком дли-
ной 30-40 см, который из-за особеннос-
тей применения назывался «кубикири»
— «головорез» (этим клинком отрезали
голову у поверженного противника).
Несколько условно можно классифи-
цировать оружие по длине клинка. «Но-
дати» имел клинок длиной более метра и
весил около 4 кг, боевой «тати» - от 76 до
95 см, «катана» - от 61 до 75 см, «вакидза-
си» — от 41 до 60 см, «танто» - клинок не
длиннее 30 см. Но сами японцы не слиш-
ком обременяют себя подобными класси-
фикациями и в сложных случаях запросто
используют термин «ко-» («короткий»),
например «ко-катана». В другой системе
счета используется японская мера длины
«сяку», равная 30,3 см, поэтому некоторые
считают, что длина клинков должна быть
66
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Рукоять средневекового китайского меча
кратной одному или нескольким «сяку».
Например, не имеющий «цубы» нож «ай-
кути» был короче одного «сяку», поэтому
первоначально он даже назывался «кусун-
гобу», что в переводе значит «0,95 сяку».
Сам термин «айкути» («подогнанное ус-
тье») применяют и для обозначения стиля
оправы независимо от длины клинка.
Мастера некоторых школ фехтова-
ния, например, известной в узких кругах
«нито-рю», применяли в сражениях од-
новременно два меча, держа их в обеих
руках. Однако в основном «вакидзаси»
имел явно вспомогательное назначение
и, в некотором смысле, даже не считался
настоящим боевым оружием. Свидетель-
ством тому служит устоявшийся обычай,
по которому, входя в чужой дом, большой
меч следовало положить на специальную
подставку «катана-каке» в прихожей, а
«вакидзаси» дозволялось оставлять при
себе. Это правило соблюдалось даже во
дворцах вельмож, куда вооруженные по-
сетители не допускались охраной.
Интересно, что если бы не этот обычай,
то одной легендой о духе самураев, кодек-
се «бусидо» и прочем тому подобном было
бы меньше. Я имею в виду популярную
историю о «47 ронинах». «Ронины» (букв,
«служащие») — это самураи, лишившиеся
своего господина и оставшиеся не у дел.
Эти 47 самураев, о которых написано не-
мало книг, потеряли своего сюзерена Аса-
ну Наганори после того, как тот во время
приема в замке сегуна посмел, рассер-
дившись на своего недруга Киру Ёсинака,
нанести ему три удара мечом и ранить его.
Кира выжил, но поступок Асаны был не-
слыханным нарушением этикета, поэтому
в соответствии с традициями он был при-
говорен к обязательному самоубийству,
т.е. должен был сделать «сеппуку» («хара-
кири»). Как следствие, клан, главой кото-
рого являлся Асана, был расформирован,
его земли конфискованы.
Следует отметить весьма своеобраз-
ную философию самураев, в соответс-
твии со своим пониманием преданности
господину 47 вассалов решили отомстить
престарелому Кире за то, что он сильно
рассердил Асану, который не сдержался
и напал на него в неподходящем месте,
за что и был казнен. Они проявили мас-
су изобретательности, чтобы убить Киру,
поскольку он и его охрана тоже были
японцами и самураями и поэтому хорошо
понимали чувства заговорщиков. В кон-
це концов замок Киры был захвачен во
время хорошо подготовленного ночного
штурма, он сам убит, голова его отрезана,
а исполнившие свой долг ронины сдались
властям и по их приговору совершили
харакири. Только один из заговорщиков
не стал сдаваться властям, а сразу после
убийства Киры «растворился» на просто-
рах Японии и впоследствии оставил свои
записи о подробностях всего происшед-
шего. Так поступить ему приказал иници-
атор и организатор отмщения Оиси Ку-
раносукэ. Самураев похоронили в храме
Сэнгаку-дзи рядом с господином, эти 47
могил сохраняются до сих пор и окружены
почетом и уважением как часть истории
Японии.
Этой истории могло бы не быть, если
бы Асана при нападении убил Киру, пос-
лужившего позднее объектом для мести
ронинов. Но даже полному сил тридца-
типятилетнему самураю не удалось с трех
ударов зарубить перепуганного и преста-
релого противника. По японским поняти-
ям «виновато» оружие, поскольку «ката-
ну» Асана сдал при входе, а «вакидзаси»
для рубки не очень годилось. Однако это
лишь предположение, и многие японцы
до сих пор не понимают, по какой причине
Асана так оплошал, несмотря на традици-
онно высокие качества металла клинка.
Для иллюстрации высокого качества
клинков, изготовленных средневековыми
оружейниками, можно привести легенду
о состязании Мурамасы, одного из самых
известных мастеров Японии, и Масамуне,
которого издавна и до сего дня считают
лучшим из лучших. Мурамаса, гордясь
непревзойденной остротой изготовленно-
го им меча, воткнул его в быстрый ручей,
и плывущие по течению опавшие листья,
натолкнувшись на лезвие, рассекались
надвое. Масамуне, сказав, что меч не дол-
жен быть таким хищным, также воткнул
свой меч в дно ручья. И несомые течени-
ем листья не наталкивались на клинок, а
огибали его.
Очень сомнительно, что это состяза-
ние состоялось на самом деле, поскольку
в год смерти одного мастера другому едва
исполнилось семнадцать лет. По другим
данным, состязание было заочным. Некий
самурай решил сравнить качество мечей
этих двух мастеров и, помещая их клинки
в ручей, пускал по течению листы писчей
бумаги. Результат известен. Этот самурай
и сказал, что клинки Масамуне человеч-
ны, а клинки Мурамасы - ужасны.
Мечи Сензо Мурамасы, родившегося
в 1341 г. и, по некоторым данным, все же
успевшего поучиться у Масамуне, дейс-
твительно считались жадными до крови
и приносящими несчастье. Кроме того,
они особенно «невзлюбили» правящее
семейство Токугавы, члены которого то
ранились мечами мастера, а то и вовсе
совершали харакири. Сам Токугава Иэясу
Цуба 19-го века. Золотой лак,
инкрустация перламутром
67
Леонид Архангельский
Два вида айкути
дважды поранился его мечами, а однаж-
ды он сразу же порезался при осмотре
меча, качество которого ему похвалили.
«Ну, - сказал Токугава, — не иначе, как
это меч Мурамасы!» Так и оказалось, что
клинок меча ковал этот умелый мастер со
скверным характером.
Если считать меч в каком-то смысле
живым существом со своим характером
и родословной, то посягающий на свое-
го владельца-господина клинок должен
быть «строго наказан». Самураи считали
именно так, и в результате постоянных бе-
зобразий творения Мурамасы были офи-
циально запрещены и подлежали уничто-
жению. Впрочем, несмотря на запрет, до
сего дня сохранилось около 40 подлинных
клинков Мурамасы. Можно добавить, что
в давние времена «неблагородные» клин-
ки Мурамасы ценились не очень высоко
и стоили примерно в 20 раз дешевле, чем
клинки лучших учеников Масамуне.
Кстати, об учениках. Обласканный
ценителями оружия Окадзаки Горо Ниу-
до Масамуне (1265-1358) начал учиться
кузнечному ремеслу с семнадцати лет. Он
учился делу у многих известных мастеров,
осмыслил их опыт и в итоге достиг такой
степени искусства, что его имя часто упот-
ребляют в сочетании со словом «вели-
кий». В энциклопедии оружия Джорджа
Камерона Стоуна, изданной в Нью-Йор-
ке в 1961 г., о Масамуне сообщается, что
однажды его приемный сын Самонджи
помогал учителю в кузнице и во время
закалки мастером своего меча сунул руку
в воду, чтобы узнать ее температуру. Ре-
зультат печален — за посягательство на
его секрет закалки Масамуне немедленно
отрубил эту руку. От этого, или по другим
причинам, но Самонджи вскоре умер.
Впрочем, по версии А. Баженова — автора
недавно изданной книги «История японс-
кого меча», руки лишился другой ученик
Масамуне — Садамуне. Но если «мирный»
Масамуне, носящий титул ниудо (монах
в миру), был так крут, то каков же был
«вредный» Мурамаса?
Дело давнее, свидетелей в живых не
осталось, а сведениям из переводных
книг доверять можно, но осторожно. Из
истории японского оружия более-менее
достоверно известно, что Самонджи (Са-
емон Сабуро Ясуёси) был одним из десяти
лучших учеников Масамуне. Со временем
он стал известным мастером с именем «0-
Са» и основателем собственной школы. Да
и Садамуне стал «немалым» мастером, по
рейтингу и стоимости клинков (несколько
килограммов золотых монет) обойдя и
Мурамасу и Самонджи, что для однору-
Узор клинка Масамуне
кого кузнеца многовато. Возможно, не в
меру любопытный ученик сурового мас-
тера был действительно наказан, но отсе-
чением не руки, а фаланги пальца в соот-
ветствии с давней японской традицией.
Конечно же, помимо Масамуне, Му-
рамасы и других выдающихся мастеров
были и оружейники, мягко говоря, поп-
роще. Один из них за 25 лет сумел изго-
товить более 1600 клинков - в среднем по
5 штук в месяц. Вообще-то японское госу-
дарство в более поздние времена посто-
янно вводило ограничения на количество
изготовляемых одним мастером клинков,
не допуская тем самым перепроизводства,
резкого снижения цены и ущерба качест-
ву. Действительно, при насыщении рынка
дешевыми мечами многие наиболее ква-
лифицированные и старательные мастера
могли бы разориться. Даже сегодня во
вполне капиталистической Японии дале-
Клинок Масамуне
68
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
ко не каждый желающий может получить
разрешение на производство мечей, хотя
и говорят, что в этой области там намеча-
ются послабления.
Мечи с хорошими, дорогими клинками
было принято передавать по наследству,
их сохраняли из поколения в поколение.
Как и всякое железное изделие, клинки
самурайских мечей ржавели, а в бою по-
лучали и зарубки от вражеского клинка.
Ржавчину и зарубки устраняли перешли-
фовкой и переточкой. Старинные клинки
перетачивались много раз и от этого они
становились уже и тоньше, а их острие
постепенно скруглялось. В прошлом неко-
торые специалисты, основываясь на этих
признаках древних клинков, говорили о
«старом стиле» изготовления узких и тон-
ких клинков.
Считают, что сегодня сохранилось от
одного до трех миллионов классных ме-
чей всех времен и множество малоценных
армейских, офицерских мечей заводско-
го производства. Большое разнообразие
внешних признаков помогает специалис-
там составить более-менее точное опи-
сание родословной клинка самурайского
меча. Во-первых, многие клинки подпи-
саны. Во-вторых, в дополнение к подпи-
си, которая часто бывает поддельной, на
хвостовике клинка имеются дополнитель-
ные отметки в виде следов от напильника.
Их расположение и направление у каждо-
го мастера было своим.
Для определения авторства имеют
значение формы острия, хвостовика и
даже характер изгиба клинка. Любая
мало-мальски значимая деталь меча име-
ла свое собственное название и подпада-
ла под определенную классификацию,
Масамуне
поэтому хорошего знатока поддельная
подпись не вводила в заблуждение. Так,
любое из произведений того же Маса-
муне еще при его жизни стали считать
престижным сокровищем «мей-то», т.е.
«мечом с именем», поэтому сотни кол-
лекционеров (около 300) говорят, что
владеют клинком его работы, но из них
лишь несколько десятков специалисты
признают подлинными.
Владелец самурайского меча может
получить своего рода паспорт, в котором
будут указаны время изготовления меча,
стиль изготовления и название школы, к
которой принадлежал изготовивший его
мастер. Указывается и имя мастера. Пас-
порт меча называется «оригами» и выдает
его японское общество сохранения искус-
ства мечей (Nihon Bijutsu То-ken Hozon
Kyokai). В зависимости от качества меча
и его исторической ценности японское
государство выделяет два разряда мечей
— национальное сокровище и важное до-
стояние культуры. Национальным сокро-
вищем признаны 122 меча, важным досто-
янием культуры считаются 800 клинков.
В свою очередь, общество NBTHK выде-
ляет четыре класса мечей: особо ценные,
ценные, особо сохраняемые и, наконец,
просто сохраняемые мечи. Особоценных
мечей сейчас на учете 117, еще около 3000
— ценных.
Очень много мечей, в том числе вы-
сококлассных, находится за пределами
Японии. Американцы конфисковали бо-
лее 600 тысяч мечей, причем половину
раздали по разным музеям и частным
коллекциям, а половину просто уничто-
жили. Советской Армии тоже достались
богатые трофеи такого рода. Доподлинно
известно, что некоторые наши трофейные
«квантунцы» имеют неплохие подписные
клинки прославленных мастеров, но боль-
шинство трофейных мечей было порубле-
но на куски и отправлено на переплавку.
Мечи в древности производились в
основном (80 %) мастерами пяти провин-
ций, в каждой из которых использовался
свой набор технологических приемов.
Впрочем, со временем происходил естест-
венный процесс влияния одной традиции
на другую. Самым древним является про-
изводство мечей в провинции Ямато. По-
лулегендарный кузнец Амакуни, которого
называют «отцом японского меча», в на-
чале VIII в. работал именно в Ямато. Дол-
гое время оружие, произведенное в этой
Боевой наряд «о-ёрои» знатного самурая
провинции, отличалось консервативным,
застывшим стилем, но сегодня, как гово-
рят, лишь один мастер, да и тот американ-
ский, может изготовить меч в подлинном
стиле Ямато. Впрочем, это только частное
высказывание.
Сохранившаяся до сих пор традиция
соседней с Ямато провинции Ямасиро
зародилась в городе Киото, где в X в. ра-
ботал кузнец Санио Мунечика, чье имя се-
годня носит улица этого города. Позднее
прославилась школа Аватагучи, непос-
редственно повлиявшая на зарождение
традиции Сагами.
Традиция Сагами (Соею) начала об-
разовываться в 1249 г., когда Аватагучи
Кунетсуна, носитель технологий Ямасиро,
переехал в Камакуру — столицу провин-
ции Сагами. Примечательно, что Синтого
Кунемитсу — сын Кунетсуны, был учите-
лем Масамуне. Они сами и их ученики и
сформировали основные принципы стиля
Соею. Естественно, что и сегодня многие
японские оружейники стараются придер-
живаться стиля Соею.
В конце периода Камакура ученик Ма-
самуне кузнец Канеуджи основал тради-
69
Леонид Архангельский
Сагами
Гокаден — пять основных стилей
изготовления японских клинков
цию Мино. Первоначально работы мас-
теров этой провинции отличались весьма
высоким качеством, но потом, когда го-
род Секи в провинции Мино стал одним
из центров массового производства клин-
кового оружия, эта массовость постепен-
но стерла индивидуальности мастеров и
их работы стало трудно отличить одну от
другой.
Оружие, изготовленное в стиле Мино
и Ямато, считается весьма невысокого ка-
чества, но оценка качества в Японии до сих
пор основывается в основном на внешних
признаках, зачастую чисто эстетических.
Собственно технологические, скрытые
и засекреченные особенности всех пяти
традиций описываются очень скупо, бук-
вально несколькими словами. Но все же
знаток может определить, где был произ-
веден клинок — в провинции Сагами или
Бидзен, например, по соотношению в ме-
талле клинка железа и стали.
В один из переломных периодов японс-
кой истории, с начала XV и до конца XVI в.,
Всеяпонским центром производства ору-
жия стала провинция Бидзен и, особенно,
ее столица Осафуне. Некоторые считают,
что Осафуне погиб в результате наводне-
ния, другие утверждают, что его сожгли в
1590 г. по приказу сёгуна Тоётоми Хидэёси
во время очередной междоусобной вой-
ны. Так или иначе, но вместе с городом
погибли и несколько тысяч оружейников,
каждый из которых мог производить по
2~3 меча в месяц.
Тоётоми Хидэёси, сам выходец из
крестьянского сословия, всю жизнь не
доверял крестьянам, которые часто под-
нимали восстания по разным поводам. Их
вооруженные отряды, к которым охотно
примыкал разный сброд, доставляли мно-
го хлопот властям, и Хидэёси издал указ,
запрещающий носить мечи всем, кроме
самураев. Из конфискованного оружия,
кроме особо ценного, собирались отко-
вать огромную статую Будды. Статую так и
не изготовили, но мечи у народа конфис-
ковали. Перековали их на гвозди либо
использовали еще как-то, но после этого
указа значение меча как символа класса
воинов стало постоянно расти.
Говоря о мечах самураев, нужно учиты-
вать традиции оружейной культуры Япо-
нии. Каждый меч знатоки могут по време-
ни его изготовления отнести к эпохе Кото
(до конца XVII в.), к Синто (до XIX в.), к
Синсинто (до 1876 г.) и, наконец, к Гендай-
то - от 1876 до 1945 г. Сложилось убежде-
ние, что старые мечи (Кото) были намного
лучше, чем новые (Синто), и что секреты
великих мастеров прошлого забыты.
По отношению к мечам Синто, воз-
можно, так оно и было. Когда в период
Муромати шли непрерывные междоусоб-
ные войны, требовалось очень много ме-
чей, пусть даже и с некоторым ущербом
для качества. Кроме того, многие мастера
погибли и вследствие утраты некоторых
тонкостей ремесла боевые свойства мечей
могли снизиться, что не осталось незаме-
ченным знатоками. Лишь к концу XVIII в.
началось возрождение интереса к клин-
кам Кото периода Камакура и к технике
«пяти традиций». Кузнец Суисинси Ма-
сахиде (1750-1825) в это время путешес-
твовал по всей Японии, изучая местные
методы выплавки стали и ковки клинков.
По его словам, он обучался более чем у
ста кузнецов. В результате он стал одним
из основателей традиции Синсинто - «но-
вейших клинков», основанной главным
образом на стилях Сагами и Бидзен эпохи
Камакура.
Последователи Масахиде практически-
возродили старинное ремесло, доведя его
до уровня искусства. Одного из таких мас-
теров - Масаюки (1812-1854), в 1846 г.
сменившего имя на Киёмаро, за прекрас-
ные работы и по месту жительства даже
прозвали «Масамуне из Ёцуя». Другой вы-
дающийся кузнец — Мотохида из провин-
ции Сацума, научился ковать такие хоро-
шие клинки, что их впоследствии отнесли
к клинкам Кото высшего качества.
Но к началу XIX в. Япония находилась
в глубоком экономическом кризисе, спрос
на высококлассные и, следовательно, до-
рогие мечи сильно упал, поэтому кузне-
цам-оружейникам пришлось потихоньку
подыскивать другую работу. Подлинной
катастрофой для производителей мечей
стало официальное запрещение на пуб-
личное ношение мечей, что произошло в
1876 г. Лишь для нужд армии еще изго-
тавливалось какое-то количество кован-
ных мечей. Массовое фабричное произ-
водство мечей Гунто для армии, зачастую
прокатываемых из обычной литой стали,
привело к тому, что качество их стало
весьма заурядным. Оккупировавшие Япо-
нию после победы во Второй мировой
войне американцы вообще полностью
запретили производство мечей, и лишь
после 1953 г., с окончанием американской
оккупации, искусство изготовления мечей
стало постепенно возрождаться.
Если оставить в стороне эстетические
достоинства мечей разных эпох, то спор
о том, клинки какой эпохи были лучше,
можно попытаться разрешить сравнитель-
ными испытаниями. В ходе таких испыта-
ний при рубке связок жесткого бамбука
одинаково остро заточенные лезвия мечей
Кото сминались, Синто выкрашивались, а
Синсинто и Гендайто не повреждались.
Для определения эпохи изготовления
конкретного меча немаловажное значение
имеет так называемое «джитетсу» (цвет и
текстура стали). Качество металла меча до
сих пор оценивается на основании вне-
шнего осмотра. И здесь нам, европейцам,
многого не понять, поскольку видим и
оцениваем увиденное иначе, чем японцы.
Они хорошо видят оттенки и прожилки на
крыльях бабочки, сидящей на слоне, а са-
мого слона могут и не заметить. Например,
на полированной поверхности некоторых
клинков периода Камакура они различают
до 78 оттенков цвета металла! При оцен-
ке клинка по виду его поверхности в ходу
выражения типа «...мало маслянистости,
ощущение, что рассматриваешь обезжи-
ренную человеческую кожу» или «...на дне
узора чувствуется некоторый осадок».
70
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Но и мы можем заметить различия в
металле клинков разных эпох. Качествен-
ные старинные клинки блестят, как птичий
глаз, мечи Синто и Синсинто неприлично
светлые и яркие. Многие полированные
мечи Кото темно-серого цвета, полиро-
ванные поверхности лучших клинков Кото
периода Камакура (1185-1333) похожи
на темный бархат или на серый вельвет.
Впрочем, когда в конце XVII в. кратковре-
менно вновь возникла мода на «темные»
клинки, их сразу научились делать масте-
ра нескольких школ. Но и сегодня о саму-
райских клинках из «черного» железа мне
рассказывали с придыханием.
О причинах таких внешних различий
японские специалисты говорят, что в эти
периоды при выплавке металла использо-
валось сырье из разных месторождений. В
поисках старинных рецептов производс-
тва стали из лимонита (болотной руды)
уже немолодой исследователь из Японии
Тетсутака Сугавара приехал в Россию, где,
по словам деда известного современного
мастера Ёшиндо Ёшихара, когда-то были
весьма искусные кузнецы. Сам Сугавара
выплавил из местного лимонита металл
состава, %: Fe96,8; Мп 0,006; Р 0,8898;
Ni 0,0103; Со 0,0371; TI 0,0029; AI 0,011;
V 0,0545.
Лимонит — руда, которая в разных
месторождениях может сильно разли-
чаться по составу (не только по содер-
жанию железа — от 30 до 70 %, но и по
легирующим примесям). Например, у
озера Ильмень на Севере России обна-
ружили богатую титановую руду, которую
назвали «ильменит». Вполне очевидно,
что будучи продуктом жизнедеятельнос-
ти микроорганизмов, собранный со дна и
в окрестностях этого озера лимонит будет
сравнительно богат титаном; а на Коль-
ском п-ве много никелевых руд, и тамош-
ний лимонит «имеет их привкус». Ну, и
так далее. Поэтому Сугавара для макси-
мального приближения к старинной тех-
нологии специально накопал руду имен-
но в том районе, где ее добывал один из
известных мастеров древности. Конеч-
но, следует учитывать, что далеко не все
элементы при выплавке по сравнительно
примитивным старинным технологиям
прямо переходят из руды в железо. Так,
в собранном им лимоните содержалось 5
% титана, а в готовом металле его было в
две тысячи раз меньше.
Разнообразие применяемых в оружии
сталей, обусловленное особенностями
местных руд и технологий выплавки, до-
полнительно усиливалось тем, что в XVI-
XVII вв. для изготовления оружия стал
использоваться и привозной металл «на-
мбан тетсу» («железо южных варваров»).
Подобно китайцам, жители Японии всех
иностранцев считали некультурными,
полудикими варварами. Об отношении
к ним японцев красноречиво свидетель-
ствует то, что одна из разновидностей
«менпо» — защитной железной маски-за-
брала устрашающего вида — называлась
«лицо южного варвара». В данном случае
«варварами» принято именовать порту-
гальцев, привозившие высококачествен-
ную европейскую сталь и железо. Однако
я допускаю, что под «южным железом»
в старину подразумевали литую сталь из
Юго-Восточной Азии, т.е. тот или иной
вариант «вутца». Сугавара, ссылаясь на
мнение знакомого исследователя мечей,
отозвался о мечах из «намбан тетсу» как
о слишком хрупких. Отметим колоссаль-
ное содержание фосфора и в металле его
«лимонитной» плавки.
Очень интересно, что в металле неко-
торых японских клинков было отмечено
наличие примеси молибдена - едва ли
не единственной легирующей добавки,
которая при умеренном содержании по-
вышает одновременно прочность и вяз-
кость железа. Прочность легированной
молибденом стали была намного выше
прочности обычного углеродистого ме-
талла. В природно-легированном состо-
янии этот эффект еще выше, поскольку
атомы легирующего элемента распреде-
лены по объему металла (на уровне атом-
ной кристаллической решетки) равно-
мерно, а не по принципу «здесь густо,
а там пусто». Кроме того, восстановить
чистый молибден из руды в примитивных
печах для его последующего использова-
ния нельзя, а вот совместно восстановить
молибден и железо возможно. Среди со-
ветских знатоков оружия считалось, что
руды некоторых месторождений Японии
были именно природно-легированными
молибденом, однако на японских остро-
вах нет ни коренных, ни россыпных, ни
комбинированных залежей молибдено-
вых руд, поэтому молибденсодержащее
сырье могло быть только привозным.
Здесь можно привести сведения об
использовании в Средних веках легиро-
ванной стали в Китае и странах, к нему
прилегающих. Например, при раскоп-
ках в Корее археологи нашли гробницу
Субдэ-багатура - самого талантливо-
го полководца Чингиз-хана. Нашли они
там и известную по летописям колесницу
Субдэ-багатура, служившую ему домом
на колесах. Эта колесница была обши-
та листами крепчайшей, легированной
вольфрамом и молибденом стали. Одно-
временное легирование вольфрамом и
молибденом придает углеродистой стали
поистине выдающиеся свойства. Говорят,
что выпущенная из современного ружья
пуля не пробивает легированную броню
колесницы монгольского полководца.
Можно предположить, что в древности
хотя бы некоторые японские «мастера
меча» могли использовать привозимую с
материка легированную сталь.
Манчжурия, родина доныне исполь-
зуемого в Японии способа получения ор? •
жейного металла, граничит и с Китаем, и
с Монголией. Манчжурская природноле-
гированная сталь была столь хороша, ч~о
Хамидами. Авторы: Евгений Экбер, Леонид Архангельский
?1
Леонид Архангельский
в годы Второй мировой войны японцы с
успехом ковали армейские мечи из ман-
чжурского железа, называемого «ман-
тетсу». Считают, что мечи ковались не-
посредственно из рельсов Манчжурской
железной дороги, но это не подтвержда-
ется документально. Тяжелые армейские
мечи не самого высокого качества без
особых затей изготавливались в Мук-
дене, но некоторые клинки ковались в
самой Японии высококлассными масте-
рами по классической технологии, когда
манчжурским железом с трех сторон об-
варивался мягкий сердечник, придающий
клинку прочность. Благодаря природному
легированию металла качество таких ме-
чей было весьма высоким.
Японские оружейники научились ис-
кусственно повышать содержание полез-
ных легирующих добавок в стали, при-
меняя для этого старый-старый метод.
Достигалось это следующим образом:
заготовку сырцовой стали проковывали в
полосы и закапывали в болотистую землю
на довольно длительное время. Выждав,
когда пластины как следует проржаве-
ют, их откапывали, снова проковывали и
проваривали, а затем опять закапывали.
Через несколько лет в очищенных таким
образом пластинах оставалась только
легированная сталь. К тому же, перера-
ботанный по древней «земляной» техно-
логии металл в дальнейшем лучше сопро-
тивлялся коррозии, поскольку то, что в
нем могло ржаветь, уже соржавело в зем-
ле, а металл дополнительно легировался
элементами, повышающими стойкость к
коррозии. Подробнее об этой технологии
см. далее.
Принято считать, что сталь лезвий са-
мурайских мечей не имеет себе равных,
исключая разве что творения Веланда
и других, ему подобных полулегендар-
ных оружейников. С древнейших времен
японские кузнецы использовали при про-
изводстве металла для мечей лимонит и
местные железистые, магнетитовые пески
«сатетсу». После обогащения промывкой
в воде, отделяющей пустую породу, сырье
пережигалось в сыродутной печи, образуя
железную крицу. Затем крицу разрубали
на мелкие части и снова пережигали в
печи или горне. Железные куски науглеро-
живались с поверхности, образовывался
железо-стальной или даже железо-чугун-
ный композит - сырцовая сталь с высоким
средним содержанием углерода. Иногда
поступали наоборот — сначала выплавля-
ли сверхуглеродистую сталь или чугун, а
потом в горне сильной струей воздуха вы-
жигали из нее излишний углерод.
Полученную таким образом крицу
сырцовой стали, называемую «оросига-
не», расковывали в пластину, закаливали
в воде и раскалывали на куски, после чего
куски сортировали по качеству, опреде-
ляя его по виду излома металла. Подоб-
ная операция была обычной и в Европе,
где таким же образом, по излому, под-
бирали сырье для производства рафи-
нированной стали. Сырцовая сталь из-за
слишком грубой неоднородности и за-
грязненности шлаками не подходила для
непосредственного применения в такой
столь ответственной продукции, как ору-
жие, поэтому ее перерабатывали в более
или менее однородную сталь путем мно-
гократных сварок.
Сырцовую лезвийную сталь произ-
водили и другим методом, получившим
название «татара-процесс». Этот метод
пришел в Японию из Манчжурии в незапа-
мятные времена, чуть ли не в VII в., и в пе-
риод Муромати (1392-1568) был широко
распространен. Последнюю «татара-печь»
погасили лишь в 1925 г., но через несколь-
ко лет одна такая печь вновь заработала,
чтобы обеспечить сырьем кузнецов-ору-
жейников.
Основная часть печи находилась под
землей и представляла собой обложен-
ную камнем камеру, заполненную глиной,
для сушки которой были предусмотрены
дренажные каналы. По центру камеры
располагалась глубокая длинная полость,
заполненная плотно утрамбованной
угольной крошкой. На этом углеродсодер-
жащем основании выстраивалась надзем-
ная часть печи — нечто вроде сыродутного
горна в виде длинного ящика с коничес-
кими стенами. Длина его достигала 4-5 м
при ширине около 1,5 м и высоте 1 м.
Интересным было устройство системы
наддува. В отличие от европейцев, при-
менявших конические мехи, или арабов,
использующих кожаные подушки, японцы
по примеру китайских металлургов при-
меняли воздушные насосы поршневого
типа - деревянные ящики круглого или,
чаще, прямоугольного сечения. Воздух
нагнетался поршнем на штоке, так что вся
система напоминала увеличенный ручной
велосипедный насос. В «татара-процессе»
использовали несколько насосов одно-
временно.
В начале процесса на дне горна, непос-
редственно на угольной крошке, разводи-
ли небольшой огонь, а затем послойно,
как и везде в мире, засыпали руду и дре-
весный уголь. Заполнив горн до верха,
давали сильное дутье. По мере выгорания
и понижения уровня угля непрерывно до-
бавляли все новые порции смеси. Тлеющее
угольное основание служило источником
большого количества науглероживающих
газов, поэтому в печи выплавлялась сталь,
а не малоуглеродистое железо. Наземную
часть печи ремонтировали после каждой
плавки, а подземная служила долго - до
тех пор, пока вся камера не наполнится
пеплом.
Плавка длилась несколько дней и тре-
бовала единовременного использования
громадного количества сырья. Древес-
ного угля требовалось иногда несколько
десятков тонн! Зато в результате исполь-
зования «татара-процесса» за одну плавку
получали сразу до 5 т металла нескольких
сортов, сплавленных в одну массу, на-
зываемую «кера». Примерно половину
«керы» составляла высокоуглеродистая
сталь с содержанием углерода до 1,5 %.
?2
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Некоторую часть объема слитка занимала
среднеуглеродистая сталь. Другой сорт,
получаемый при несильном дутье, ког-
да процесс проходил замедленно и при
относительно невысокой температуре,
назывался «цуку» и был чугуном обычно-
го состава. Собственно, «татара - сталь»
представляла собой большую губчатую
стальную крицу, пропитанную более лег-
коплавкой сталью и чугуном.
Эту тяжелую металлическую плиту
толщиной около 30 см дробили специ-
альными тяжелыми железными болван-
ками-копрами, подобными тем, которые
применяются для забивания свай, и ко-
леса дли привода таких молотилок могли
достигать 15 м в диаметре. Иногда эту спе-
ченную крицу затаскивали на специально
построенную высокую башню и сбрасыва-
ли на камни, а расколовшуюся чушку до-
полнительно измельчали молотами вруч-
Самурай с копьем «яри» в руках и
головой врага в зубах
ную. Кузнецы сортировали обломки по
своему усмотрению, поскольку куски кри-
цы, полученной по «татара-процессу», со-
стояли из сплавленной грубой смеси ста-
лей с содержанием углерода от 0,6 до 1,7
%. Лучшие куски имели ярко выраженное
кристаллическое, дендритное строение.
Назывался такой материал «тамахагане».
Когда тем или иным способом мастер-
оружейник получал исходный, сырцовый
металл, наступал черед изготовления заго-
товки для меча. Конкретный способ этого
изготовления зависел от традиций школы,
к которой принадлежал кузнец, но в на-
иболее общем виде процесс изготовления
лезвийной стали «хагане» описывается
следующим образом: кузнец расковывал
кусок сырцовой стали со средним содер-
жанием углерода около 1,5 % в пластину,
которую закаливал в воде и раскалывал
на куски. Эти куски сортировались по
виду излома и укладывались на заранее
откованную из железа лопатку с длинной
ручкой (лопатка могла изготавливаться и
из крупной, аккуратно обколотой пласти-
ны сырцовой стали). Полученный исход-
ный пакет массой до 2 кг завертывали в
рисовую бумагу и обмазывали глиной для
фиксации на лопатке стопки осколков «та-
махагане», которые были неодинаковыми
по форме и размерам, после чего произ-
водили первую сварку. Для нагрева до
сварочных температур использовали со-
сновый древесный уголь, а в качестве сва-
рочного флюса - золу рисовой соломы.
Первую сварку осуществляли, главным
образом, для уплотнения рыхлого пакета
и наварке отдельных частиц на лопатку.
После расковки полученного брикета в
пластину ее надрубали поперек и склады-
вали вдвое. Пакет сваривали, снова над-
рубали, теперь уже вдоль, и складывали
вдвое. Такие операции удвоения могли
происходить до 15 раз. Надрубание и скла-
дывание сваренной пластины то вдоль, то
поперек имело целью получение макси-
мально однородной структуры металла с
как можно более параллельными и ров-
ными слоями. Исходные искажения слоев
в сырцовой стали как раз и устранялись
сложением «вдоль - поперек», поскольку
металл при этом растягивался равномер-
но во все стороны, образуя ленточно-сло-
истое строение.
Поступать таким образом японцев за-
ставило еще и рыхлое состояние набран-
ного из кусочков пакета, не допускающее
Печь татара
интенсивной проковки с боков. Имела
влияние и резкая исходная неоднород-
ность сверхвысокоуглеродистой сырцо-
вой стали. Сверхуглеродистые участки
при температуре сварки находились в
полужидком состоянии и разрушались
при интенсивной ковке пакета, допуская
лишь аккуратное обжатие. Поэтому пакет
сначала не ковали, а, скорее, сплющива-
ли, стараясь придать ему все же более-
менее прямоугольную форму. Ширина
пакета увеличивалась и, чтобы сохранить
приемлемые для его расковки пропорции,
приходилось складывать пластину «вдвое
— вдоль». После нескольких сварок слои
утончались, в достаточной для проковки
мере сглаживая неоднородность металла,
но умные кузнецы продолжали разрубать
пакет то вдоль, то поперек.
Интересно, что такой же метод при-
меняют дальневосточные кулинары при
размешивании теста для пирожных или
конфет. Многократно раскатывая тесто
со всевозможными добавками по методу
«вдоль - поперек», они добиваются очень
равномерного распределения вкусовых
добавок по объему изделия, отчего появ-
ляется еще и эффект «таяния во рту». Куз-
нецы же стремились побыстрей достичь
приемлемой однородности металла.
Очевидно, что выравнивание структу-
ры достигается увеличением количества
слоев и, как следствие, уменьшением их
толщины. Количество слоев растет в гео-
метрической прогрессии, т.е. довольно
быстро, и после десяти сварок с удвое-
нием их число достигает тысячи при тол-
щине слоя исходной, сырцовой стали в
несколько тысячных долей миллиметра.
Если учесть, что сырцовая сталь изначаль-
73
Леонид Архангельский
Современная «кера»
но слоистая, то дальнейшие сварки и уве-
личение количества слоев кажутся излиш-
ними.
Но, как уже говорилось ранее, сверх-
высокоуглеродистая сырцовая сталь не-
пригодна для применения в лезвии меча
еще и потому, что после превышения
уровня в 0,8 % углерода сталь после за-
калки сильно охрупчивается. Значит, для
получения стойкого к ударам лезвия тре-
буется не только выровнять и измельчить
структуру, но и удалить из стали излиш-
ний углерод. Это выжигание углерода не-
посредственно из каждой заготовки меча
происходило одновременно с измельче-
нием ее структуры при многочисленных
сварках.
Современными исследованиями было
установлено, что при первой сварке рых-
лого пакета с большой суммарной повер-
хностью частиц выгорает примерно 0,3 %
углерода. При каждом из последующих
удвоений снижение содержания углерода
составляет уже только 0,03 %. Исходя из
этого и зная исходный химический состав
металла, легко подсчитать требуемое ко-
личество сварок, которые прекращались,
когда кузнецы снижали содержание угле-
рода в металле до желаемого уровня. Го-
ворят, что металл считался готовым, когда
отрубленная на пробу от пакета и закален-
ная частичка начинала поддаваться очень
твердому напильнику, что свидетельство-
вало о снижении содержания углерода
до уровня около 0,7 %. В зависимости от
химического состава исходного металла
сварки с удвоением могли происходить
до 15 раз и даже более.
При каждой сварке выгорает до 10 %
металла, который превращается в окали-
ну. После десятка (или более) сварок ос-
татка исходного пакета иногда не хватало
для изготовления большого меча, поэтому
приходилось объединять две-три заго-
товки в один пакет. Заготовки несколько
разнятся по хим. составу и структуре и для
их усреднения проводили еще несколько
сварок с удвоением. Полученное в итоге
условное количество слоев могло дости-
гать нескольких сотен тысяч и даже мил-
лионов. Условное потому, что в результате
диффузии углерода реально их остава-
лось не более нескольких десятков тысяч.
Говорят, что специалисты музея оружия
в Золингене обещали солидную премию
тому, кто предъявит клинок, в котором ре-
ально более 50 000 слоев.
В сверхрафинированной японской
стали очень тонкие доэвтектоидные слои
соседствовали со слоями, насыщенными
избыточным цементитом. После закалки
вся сталь получала мартенситную струк-
туру, но из-за разного насыщения углеро-
дом твердость и стойкость к износу мик-
рослоев также были неоднородны. Кроме
того, лезвие могло обладать еще и более
74
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Шлиф слитка стали «тамахагане»
оубой структурой вследствие изготов-
ения его из нескольких дополнительно
удвоенных и сваренных многослойных
заготовок. Все это значительно повышало
режущие свойства лезвия.
Когда металл для лезвия был готов,
наступал черед изготовления металла для
обкладок (если они были). Отсортиро-
анные куски сырцовой стали с понижен-
ым содержанием углерода наваривали
на железную лопатку и, удваивая, наби-
рали от нескольких сотен до нескольких
десятков тысяч слоев стали и железа. Ме-
талл считался годным, если он приобре-
тал такую степень однородности, что при
очередном надрубании и складывании
акета разлом получался гладким и ров-
ным, как у литой стали.
Дальнейшие действия кузнеца опре-
делялись тем, какого стиля он придержи-
вался и к какой школе принадлежал. За-
чинателем производства классных мечей
считается (с изрядной долей сомнения
ввиду давности лет) кузнец Амакуни из
'оовинции Ямато. Сейчас известны имена
более двадцати тысяч японских оружей-
ников прошлого, принадлежащих к одной
из 1800 (!) школ. Естественно, что каждая
школа, вслед за своим основателем, при-
держивалась своего взгляда на искусство
изготовления меча из имеющегося под ру-
кой сырья, не говоря уж о том, что мастера
имели свои личные секреты и излюблен-
ные технологические приемы.
Мне ничуть не кажется удивительным
то обстоятельство, что по конструкции
однолезвийные мечи самураев неотличи-
мо похожи на разрезанные вдоль, по оси
клинка, двулезвийные мечи европейцев
латенского периода. Наблюдается все тот
же набор применяемых кузнецами основ-
ных конструктивных схем. Общее правило
для всех и на все времена — длинный меч
должен иметь твердое лезвие из высоко-
углеродистой стали и менее твердые, но
весьма вязкие обкладки (и, желательно,
обух). Японские оружейники подразделя-
ли металл, используемый при изготовле-
нии клинков, на три категории: «хагане»
- лезвийный, «кавагане» — обкладочный
и «шингане» — для отковки внутренней
основы клинка.
Впрочем, Масамуне отковывал клинки
целиком из стали, но весьма замыслова-
тым образом. По свидетельству японского
профессора Амада, наружная поверхность
клинка была грубослойной, а иногда даже
с включениями неполностью выжатого
шлака, промежуточная зона однороднее и
чище, лезвие — из мелкоструктурного ме-
талла самой высокой чистоты.
Каждая конструкция самурайского
меча имеет свои достоинства, но рассмат-
ривать их все у меня нет никакого желания
по причине неоднозначности выводов из
этого рассмотрения. Уместно вспомнить
про 1800 школ и ограничиться рассмот-
рением наиболее характерных способов
изготовления японских клинков. Разно-
образные конструкции японских клинков
можно свести в восемь основных групп:
1 — «суе-ха» — это исходная и, вероят-
но, самая архаичная схема. При изготов-
лении клинка кжелезному обуху торцовой
сваркой приваривали стальные лезвия.
Основным недостатком этой конструкции
следует признать малую прочность тор-
цового соединения лезвия с основой. При
сильном ударе может выломиться боль-
шой кусок лезвия, а при изгибе клинка
под действием возникающих напряжений
расщепляется длинный прямой сварной
шов. Вдумчивые кузнецы древности, ста-
раясь ослабить эти недостатки, пошли по
двум принципиально разным путям;
2 — «вари-ха» — по первому из этих пу-
тей в разрубленную вдоль по торцу желез-
ную заготовку обуха вваривалось стальное
лезвие. Сварной шов получался уже не
плоским, а с более развитой поверхнос-
тью, да и вязкий обух придерживал, как бы
полуобнимая, узкое лезвие. Дальнейшим
шагом в этом направлении был вариант,
когда обух уже не разрубался, а образовы-
вался сваркой двух пластин, наложенных с
перекрытием на стальной сердечник;
3 — «ори-авазе-ни-маи» — в этом слу-
чае пакет составлялся сразу из четырех час-
тей — железного обуха, стального лезвия и
двух обкладок. Логичный шаг, вызванный
стремлением технически упростить один
из вариантов схемы «вари-ха», в кото-
ром две вязкие пластины накладывались
на сердечник с перекрытием. Перекрытие
было необходимо для образования чисто
железного толстого обуха. Проварить со-
единение под углом трех пластин весьма
сложно и для упрощения сварки, во из-
бежание «угловатости», в зоне будущего
обуха заранее вставили четвертую полос-
ку мягкого металла.
Можно рассматривать данную конс-
трукцию и как удачную попытку увеличить
поперечную упругость клинка, которая
при схеме «суе-ха» была посредственной.
Обкладки «отвечали» за гибкость клинка,
а вваренный обух - за его продольную
стойкость при сильных ударах. Приходи-
лось наблюдать, как в клинках иных конс-
трукций слишком твердый обух трескался
при жестком рубящем ударе, а клинки
со слишком мягким обухом изгибались
Сборка пакета
75
Леонид Архангельский
Схема рафинирования по японски
в сторону лезвия, которое часто перела-
мывалось. Оружейники дошли до идеи
обернуть стальной сердечник сложенной
подковообразно вдоль своей длины же-
лезной пластиной, в которую, подобно
Меровингам, предварительно вваривали
для жесткости стальные проволоки-жилы;
4 - «сан-маи» - одним из логичных
шагов было образование типичной трех-
слойной конструкции, в которой сталь-
ная сердцевина обварена без перекрытия
плоскими малоуглеродистыми обклад-
ками. Одним из вариантов является так
называемый «ори-авазе-сан-маи», когда
сначала сваривали две пластины стали и
железа, а затем разрубали полученную
заготовку пополам и снова сваривали та-
ким образом, что стальной слой при сло-
жении удваивался. Есть и такие варианты,
в которых конические обкладки и сер-
дечник сварены таким образом, что при
трехслойной конструкции на обухе много
железа и мало стали, а в области лезвия
- наоборот;
5 - «ши-хо-цуме» — самая сложная на
вид схема, отличается от «ори-авазе-ни-
маи» наличием вваренной в самую серд-
цевину клинка пластины из мягкого желе-
за, устраняющей хрупкость всего клинка в
целом. В таких сложносоставных клинках
очень трудно верно выбрать соотношение
толщины обуха, лезвия и обкладок. Также
довольно очевидно, что эти части должны
быть изготовлены из материалов с разной
твердостью. Подбор этих наилучших па-
раметров у одного мастера может занять
долгие годы труда, поэтому лучше следо-
вать традиции школы, конечно, если эти
традиции знать;
6 — «маку-гитае» - клинок откован це-
ликом из стали того или иного качества.
Для обеспечения приемлемой упругости
и стойкости к ударам закаливали только
узкую кромку клинка. При схожести со
схемой «суе-ха» этот метод обеспечивал
значительно более высокую надежность
вследствие отсутствия ослабленного свар-
ного шва.
7 — «хан-маки» — другой путь разви-
тия «суе-ха». Усиливая сварной шов, же-
лезную основу частично обваривали ме-
таллом лезвия. Иногда заготовка клинка
образовывалась сложением вдоль ранее
сваренных двух пластин стали и железа
стальным слоем наружу. При этом вязкая
пластина была толще и больше, чем сталь-
ная, поэтому при сложении вдоль и пос-
ледующей ковке железо выдавливается из
середины пакета, образуя таким образом
железный обух. Подобные конструкции
клинков встречались еще у кельтов.
8 — «ко-буши» — метод имеет названия
— «полкулака», т.е. «горсть», или «вковы-
вание в обратную сторону панциря чере-
пахи». Стальная пластина складывается
вдоль вдвое и в середину вваривается же-
лезная пластина-основа. Иногда подоб-
ным образом складывались и стальные
пластины. Как уже отмечалось, мастер
Масамуне использовал сразу три сталь-
ные пластины разной степени проковки.
Схема хорошая и даже отличная, но тре-
бующая сложных методов закалки для
обеспечения эластичности клинка.
Используя в описаниях этих конструк-
ций термины «железо» и «сталь», я имею
в виду, главным образом, многослойные
железо-стальные композиты с разным
средним содержанием углерода и, как
следствие, с разной твердостью. Но не
исключалось применение как собственно
железа, так и однородной стали, посколь-
ку в период Эдо и даже ранее оружейники
вовсе не брезговали привозной европей-
ской сталью. На высококлассных мечах
слоистая сталь тела клинка «джигане»
имеет характерный узор, схожий с узо-
ром дамасской стали. Этот узор японцы
называют «хада» — «кожа, поверхность».
Основных разновидностей «хады» четыре
- «масаме-хада», «итаме-хада», «айясу-
ги-хада» и «мокуме-хада».
Полосатый узор «масаме» образуется
практически параллельными и непрерыв-
ными по всей длине клинка линиями. Эта
непрерывность и параллельность линий,
весьма редкая в европейском оружии, до-
стигалась в результате расковки слоистых
заготовок в положении «на ребро», т.е.
удары наносились в торец слоям. Своеоб-
разная структура практически не искажа-
лась при последующей ковке и шлифов-
ке, поэтому выделяющий плавный изгиб
клинка узор получался весьма четким. Этот
строгий узор следует отличать от обычных
полосатых разновидностей малослойного
«дикого Дамаска», которые часто имеют
некоторую мелкую извилистость границ
слоев.
Фибровидный узор «итаме» соот-
ветствует узору «дикого» европейского
Дамаска. Нередко на клинках японского
«дикого» Дамаска встречаются и участки с
относительно прямыми линиями, которые
нетрудно отличить от чистого «масаме».
Более высоко ценится узор «ко-итаме».
Первая часть «ко-» в названии этой раз-
новидности узора значит «мелкая, корот-
кая». Таким образом, узор «ко-итаме»
76
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
свидетельствует о большом количестве
слоев, аккуратно «перемешанных» в про-
цессе ковки.
Регулярная крупная волнистость узо-
ра «аясуги», характеризующая прослав-
ленную школу религиозных отшельников
Гассан, достигается обычной нарезкой на-
пильником или набивкой штампом с двух
краев каждой стороны слоистой заготов-
ки встречных углублений, смещенных на
полшага. Особенностью этого типа узора
является крупная, плавная волнистость,
проходящая по оси клинка. Возможен,
впрочем, и прием скручивания заготов-
ки участками, когда каждый следующий
участок поворачивается строго на 90° в
другую сторону относительно предыду-
щего. Европейские мастера клинкового
оружия изредка применяли этот прием
для получения узора «женские локоны»
или «скрученные волосы».
Одним из наиболее высоко ценимых
узоров на клинках является «мокуме-
хада», или «мокуме-гане» («металличес-
кая древесина»), Имеется в виду древеси-
на с кольчатой или глазчатой структурой,
как у очень сучковатой сосны или карель-
ской березы. Эта спутанность узора дости-
гается особыми приемами ковки, многие
из которых хорошо известны и европейс-
ким кузнецам.
Когда разнородные заготовки клинка
той или иной конструкции были сварены
в монолит, наступал черед отковки самого
клинка - очень аккуратной, чтобы не ис-
казить его внутреннее строение, иначе при
схеме «сан-маи» лезвие могло оказаться
где-нибудь сбоку или вывернуться вин-
том, что часто и происходит у начинающих
кузнецов. При схеме «ко-буси» таким же
образом может быть свернута набок вва-
ренная железная основа, что губительно
сказывается на упругости клинка.
После отковки клинка его начерно
простругивали классическим двуручным
рубанком и опиливали напильником,
придавая желаемую форму и подготав-
ливая к закалке. Японские кузнецы, строго
придерживаясь незыблемого принципа
«твердое лезвие — мягкий обух», приме-
няют технологию закалки, которую часто
использовали оружейники и других стран.
Суть этой технологии заключается в том,
что части клинка имели разную твердость
и вязкость не только из-за конструктивных
ухищрений типа наварного лезвия или
обуха, но и вследствие неравномерной
закалки клинка. Для этого начерно отшли-
фованный клинок покрывали слоем спе-
циальной теплоизолирующей глинистой
обмазки и затем закаливали.
Обмазка могла иметь самый разный
состав - в зависимости от традиций и
от наличия требуемых материалов. Так,
лучшую во всей Японии глину добывали
у подножия одной горы, но можно было
применять и другую. Оружейники Кав-
каза, например, с успехом использовали
как белую огнеупорную, так и обычную
гончарную глину. Добавки в глину подби-
рались, исходя из их назначения. Для сов-
ременного мастера Ёсиндо Ёсихара базо-
вой является смесь равных долей глины,
растертого в пыль мелкого песка и толче-
ного древесного угля. Глина обеспечива-
ла сцепление обмазки с металлом, песок
предотвращал ее растрескивание при вы-
сыхании, а пористый уголь регулировал
теплопроводность обмазки.
Этот набор компонентов не обяза-
телен. Например, могли использовать
смесь глины и толченой сосновой смолы,
которую наносили на предварительно по-
догретый клинок. В России один казачий
оружейник прошлого добавлял в глину
около 10 % золы соцветий тростника, чьи
обугленные волокнистые частицы прида-
вали обмазке особую прочность. Сегодня
с успехом можно применять стандартные
промышленные материалы — гончарную
или огнеупорную глину, порошок графита
и жидкое стекло. Современный красно-
дарский кузнец Владимир Петрик и вовсе
использует термостойкий клей для кладки
печей и каминов.
Готовую обмазку наносят на клинок
так, чтобы лезвие оставалось открытым.
Затем, после полного или частичного
высыхания обмазки, клинок осторожно
нагревают до закалочной температуры
и охлаждают в воде. Теплопроводность
обмазки невысокая, поэтому закрытые
Способ получения строгого узора масаме-хада
Современная сан-маи
части клинка охлаждаются медленно с
образованием вязких закалочных струк-
тур перлитного типа, а открытое лезвие
закаливается на мартенсит, т.е. «насухо».
У японских оружейников доступная огню
закаленная часть клинка и называется
«якиба», что переводится как «обожжен-
ное лезвие».
После закалки глину счищали, клинок
отшлифовывали и полировали, выявляя
участки с разной твердостью. Часто эти
участки определяют обычным протравли-
ванием в слабом растворе азотной кисло-
ты. Если по каким-либо причинам качест-
во закалки кузнеца не устраивало, то он не
масаме
аясуги
итаме
мокуме
??
Леонид Архангельский
делал себе «харакири» и не перековывал
меч на гвозди: выправив клинок и вычис-
тив его поверхность, он заново наносил
обмазку и повторял закалку. Добротно от-
кованный клинок может выдержать три-
четыре перезакалки, пока мастер не будет
наконец-то доволен результатом.
Однако, все эти тонкости не являются
строго обязательными, потому что мож-
но с успехом применять и более простые
методы закалки. Один японский кузнец,
содержавший мастерскую в Китае и во
время Второй мировой войны изготав-
ливавший мечи для японской армии, за
одну ночь закаливал до ста клинков. При
этом он не пользовался никакой обмаз-
кой, а лишь быстро нагревал в горне одно
лезвие, не дожидаясь прогрева обуха. Его
клинки хотя и не считались высококлас-
сными, годились для армии и имели весь-
ма четкую линию «хамон» (граничную ли-
нию закалки).
Отрихтовав и выправив клинок (на-
клепом обуха для распрямления, либо его
Клинок 14-го века
местным нагревом для увеличения изги-
ба), кузнец наконец-то мог вздохнуть чуть
свободнее и заняться подготовкой клинка
к передаче в другие руки. Придавая клинку
окончательную форму, он отшлифовывал
его вручную на грубом камне, затачивал,
маркировал и отдавал профессионально-
му полировщику для тщательного и пол-
ного выявления структуры металла и дру-
гих внешних признаков качества меча.
Полировщики мечей - это весьма по-
читаемые специалисты в Японии, достиг-
шие поистине выдающихся результатов в
своем деле. Уже с периода Камакура они
выделились в особое сословие ремеслен-
ников, и кузнецы выполняли лишь черно-
вую шлифовку своих клинков. Несколько
сот лет они совершенствовали свое ре-
месло, которое правильнее назвать искус-
ством, и сегодня можно сказать, что кли-
нок не шлифуют, а полируют, подвергают
огранке подобно драгоценному камню.
Умелым проявлением структуры металла
полировщики раскрывают строение клин-
ка, и тогда возникает эффект полупро-
зрачности стали, отчего узор приобретает
глубину. Думаю, не будет большим пре-
увеличением утверждение, что на 90 %
красота японского клинка обеспечивается
именно полировщиком. Кстати, малоцен-
ные клинки даже не подвергают тщатель-
ной полировке, поскольку она длится 2
78
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
недели, а стоимость (около 3000 долл.)
превышает цену готового клинка.
Первичная шлифовка проходит в
семь этапов на особых шлифовальных
камнях, зернистость которых меняется от
180 единиц до 3000 и более. Окончатель-
но выводят мельчайшие риски и придают
четкость элементам узора при помощи
мелких плоских камешков в виде пластин
размером с ноготь, а полируют поверх-
ность и придают ей зеркального блеска
уже не камнями, а очень тонко размоло-
той и разведенной в растительном масле
железной окалиной. После такой обра-
ботки ограненный клинок сияет как зер-
кало и кажется сплавленным из двух сор-
тов хрусталя. Как сказано в цитируемом
эанее письме Теодориха Великого - «...
чудится, что металл пропитан светящи-
мися красками...». Этот эффект объясня-
ется тем, что отполированные твердые и
мягкие частицы неоднородного металла,
зачастую разного состава, представляют
микрозеркала с разной отражающей спо-
собностью, что и позволяет видеть тонкие
детали узора.
По достижении этого результата можно
было бы считать полировку законченной,
но требование моды, ставшей уже тради-
цией, приводит к тому, что часто осущест-
вляют еще один этап доводки поверхнос-
ти, называемый «хадори». Он заключается
в несколько парадоксальном повышении
контрастности «якибы» за счет снижения
класса чистоты ее поверхности путем ак-
куратной обработки мелким, очень твер-
дым плоским камешком овальной формы.
Участок за участком, нежными, мелкими
движениями полировщик протирает этим
камешком закаленное лезвие, отчего оно
покрывается густой сеткой мельчайших
рисок, приобретая матовую белизну.
Этап полировки «хадори» продолжа-
ется около двух дней и требует особой
собранности и концентрации внимания,
не говоря уж об умении. В результате
скрываются тонкие детали узора металла
лезвия и как бы стираются слабовыра-
женные нюансы, имеющие значение для
точного определения качества клинка и
определения его стоимости.
Классная полировка клинка меча сред-
ней длины длится две недели и стоит се-
годня около 3 тыс. долл., т.е. больше, чем
стоимость некоторых рядовых катанов.
Понятно, что в Японии издавна весьма не-
приличным считается до сих пор обычное
в Европе и Америке прикосновение паль-
цами к клинку при осмотре: пятна ржавчи-
ны появляются уже через несколько часов
и ценнейшая полировка пропадает.
Проявление внутренней структуры и
строения металла происходило не толь-
ко из-за разницы в содержании углерода
и других элементов, но и из-за различия
в кристаллическом строении металла,
возникающем при закалке. После тонкой
полировки клинка по оттенкам в цвете и
блеске металла выявляются и различия в
твердости и химическом составе его час-
тей. После особо тщательной полировки
самурайского меча различалось 78 оттен-
79
Леонид Архангельский
чоджи (цветы клевера)
кикусуи (хризантемы в воде)
Основные виды «хамона»
ков цвета полированного металла. Заме-
тим, что в языке эскимосов, живущих сре-
ди льдин и снегов, имеется 72 названия
оттенков белого цвета.
Кстати, такое многоцветие поверхнос-
ти клинка во многом возникает именно
при неравномерной закалке. Очевидно,
что цвет металла определяется как его со-
ставом, так и строением. Имеет значение
и твердость стали, поскольку участки с
разной твердостью полируются и блестят
по-разному. Простейшие эксперименты
показали, что несколько десятков оттен-
ков получить довольно просто. Действи-
тельно, не составляет особого труда соб-
рать пакет из пластин или прутков стали
десяти разных сортов, используя особые
флюсы (например, науглероживающий
чугун), несколько раз хорошо проварить
его в монолит и отковать из такого не
слишком мелкоструктурного композита
клинок. После неравномерной закалки
образуются 3—4 зоны: а) закаленного на
мартенсит твердого лезвия; б) более-ме-
нее узкой переходной зоны, состоящей
из смеси зерен мартенсита и троостита;
в) широкой прилегающей зоны тростито-
сорбитной структуры с умеренной твер-
достью; г) мягкой незакаленной зоны
перлитного строения. Если же клинок за-
каливать с высокой температуры, что ха-
рактерно для стиля последователей Ма-
самуне, то в нагретом выше оптимальной
температуры металле могут встречаться
зерна остаточного, непревращенного
аустенита.
Металл разного состава имеет свой ха-
рактерный оттенок. За счет диффузии эле-
ментов места стыков разных сталей в пер-
вичном пакете (сварные швы) могут иметь
свои структуру и цвет. Даже при зритель-
ном совпадении некоторых оттенков узор
получается весьма насыщенным и пестрым.
В Японии есть даже специальный термин
- «раскрашенное лезвие». Большее раз-
нообразие получается, если использовать
не стали со ступенчато фиксированным
химическим составом, а подобную крице
сплавленную смесь, где содержание леги-
рующих элементов, например, углерода,
плавно меняется в широких пределах — по-
добно акварельной размывке.
Многие мастера сознательно управля-
ли цветом металла, специально добавляя
особые вещества в шихту при выплавке
сырцового металла - природнолегиро-
ванные руды некоторых месторождений,
а также медь, фосфор и другие элементы.
Современным мастерам, несмотря на ме-
таллургические ухищрения и тщательное
соблюдение точности нагрева под закал-
ку, столь широкого многоцветия металла,
как в период Камакура, добиться еще не
удалось.
Закаленная часть лезвия («яки-ба»)
могла быть более или менее широкой,
разными были и очертания границы между
твердой и мягкой частями клинка. На За-
паде эту границу называют «линией закал-
ки», а в Японии - «хамон». В зависимости
от формы и характера расположения этой
линии на клинке насчитывают несколько
десятков ее разновидностей, имеющих
собственные названия, но наиболее из-
вестны всего 6~7 видов «линии закалки»,
сочетающих четыре базовые формы — пря-
мую «сугуха», плавную волнистую «нота-
ре», циркульную «ганоме» и извилистую,
нерегулярную «мидаре». Особенности дру-
гих видов линии «хамон» далеко не всегда
настолько ярко выражены, что могут быть
замечены неспециалистами, тем более,
что даже традиционная японская оружей-
ная терминология допускает в описаниях
клинков выражения типа «нотаре-мидаре»
или даже «сугу-мидаре» - «беспорядочная
прямая». Согласитесь, что для русского уха
название линии закалки «кривая прямая»
звучит несколько странно.
Каждая школа изготовителей мечей
в определенные периоды своего сущест-
вования использовала только весьма ог-
раниченное количество видов «хамона».
По смене предпочтительного вида «ха-
мона» специалисты делают заключения о
развитии стиля школы и о влиянии на нее
той или иной традиции. Даже для каждо-
го конкретного мастера излюбленный им
вид «линии закалки» служит своего рода
подписью, маркировкой на клинке.
Линия «хамон» может быть образо-
вана более-менее узкой, резкой или не-
сколько размытой, иногда прерывистой
линией молочно-белого цвета, называ-
емой «ниои» - узкой переходной облас-
тью, в которой одновременно присутству-
ют как кристаллы мартенсита, так и зерна
перлита. Ширина и контрастность «ниои»
зависит от химического состава металла,
степени его неоднородности, температуры
нагрева и времени выдержки перед закал-
кой, а также состава и толщины глинистой
обмазки. Если с последним фактором все
более-менее ясно, то о первых надо ска-
зать чуть более подробно. Не углубляясь в
науку о металлах, отмечу, что со снижени-
ем содержания углерода в стали ширина
переходной зоны увеличивается. Такое же
влияние оказывает и превышение темпе-
ратуры нагрева под закалку теоретически
оптимального уровня.
При некотором сочетании факторов,
важнейшим из которых в данном случае
является повышенная температура нагре-
ва под закалку, сплошная линия «ниои»,
состоящая из плотной белесой смеси
кристаллов мартенсита и перлита, иног-
да распадается на отдельные блестящие
точки, видимые невооруженным глазом.
80
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Эти точки называются «ние» и представ-
ляют собой крупные кристаллы мартенси-
та, внедренные в более мягкую матрицу.
Строчки из таких кристаллов — «ко-ние» -
представляют собой промежуточную, пе-
реходную форму между «ниои» и «ние».
Сущность их одинакова, но в зависимос-
ти от размеров и местоположения твер-
дые мартенситные включения именуются
по-разному. Например, если подобные
точечные выделения расположены выше
линии «хамон», то их называют «джи-
нне». Сплошные блестящие строчки в той
же области называются «чикеи».
Ниже линии «хамон» неоднородность
сварочной стали лезвия проявляется тем,
что слои с более высоким содержанием
углерода закаливаются сильнее, что и ста-
новится заметным после полировки по их
более сильному блеску. Если эти слои па-
раллельны линии «хамон», то их называют
«сунагаси», если наклонны и извилисты -
«кинсуджу». Вертикальные участки таких
насыщенных углеродом слоев поэтичные
японцы назвали «инацума», что значит
«стрела молнии». Кстати, «кинсуджу» пе-
реводится не менее красиво — «золотые
линии». Вообще, восторженно настроен-
ные любители японских мечей говорят,
что линия «хамон» хорошего меча на-
поминает покрытое сугробами снежное
поле и скопления «ние» иногда выглядят
как спокойно падающий хлопьями снег, а
иногда как снег взлетающий, несомый за-
вихрениями вьюги.
Эти дополнительные элементы (я бы
даже сказал, нюансы) узора клинка назы-
ваются «хатараки». Красивости много, а
объяснение этих эффектов весьма проза-
ическое. Более того, зачастую сверкающие
и внешне красивые снежинки «ние» ясно
свидетельствуют о некоторой ущербнос-
ти меча. Действительно, рост кристаллов
до видимых глазом размеров происходит
вследствие сильного нагрева металла,
что отнюдь не повышает его механичес-
ких свойств. В первую очередь снижает-
ся вязкость, что и подтверждают знатоки
японских мечей, свидетельствующие о
повышенной хрупкости металла с избыт-
ком «ние».
Пожалуй, лишь один вид «хатараки»
можно без особых оговорок признать не
только красивым, но и полезным. Этот
вид возник тогда, когда японцы начали
бороться с охрупчиванием «насухо» за-
каленного лезвия. Еще во времена Кото в
зоне «хамон» научились получать «аши»
— узкие полоски «ниои» — отростки полу-
твердой стали, врастающие в закаленное
лезвие и представляющие собой своего
рода амортизаторы. Клинок с короткими
отростками мягкой стали, расположенны-
ми с небольшими интервалами и как бы
свисающими с него, напоминает гусеницу
с ее многочисленными короткими ножка-
ми. Неудивительно, что «аши» в переводе
и обозначает «ноги». Эти закалочные об-
разования предотвращали выкрошивание
больших кусков лезвия в результате чрез-
мерно сильных ударов. Образно выража-
ясь, «аши» - своего рода зубы, которыми
вязкое тело клинка держит твердую по-
лоску лезвия.
Возможность появления «аши», рав-
но как и общая тенденция к усложнению
вида линии «хамон», объясняется тем, что
японские оружейники стали применять
несколько видоизмененную технологию
обмазки глиной: начали покрывать глиной
весь клинок, в том числе и лезвие, а не-
обходимого различия в скоростях охлаж-
дения достигали изменением толщины и
состава наносимой обмазки. Кроме того,
разные части клинка нагревали до разных
же температур, а поскольку нагретая гли-
нистая обмазка и чистый, незащищенный
металл лезвия светятся по-разному, то
покрытие всего клинка слоем глины об-
легчало контроль температуры нагрева.
Сначала лезвие закрывается тонким
(примерно 1 мм) слоем жидкоразведен-
ной глинистой обмазки, после некоторого
подсыхания которой наносится утолщен-
ное покрытие из более густой глины на
боковые части клинка. Толстая (3-5 мм)
обмазка боковых частей с некоторым пе-
Некоторые виды линии «хамон»
рекрытием заходит и на обмазку лезвия.
Величина и форма этого перекрытия во
многом определяет вид линии «хамон»
и всей переходной зоны. Для получения
«аши» мастер перпендикулярно или на-
клонно к лезвию деревянным или сталь-
ным шпателем в определенном порядке
наносит выпуклые полоски глины. Насло-
ения тонкой обмазки и дополнительных
полосок глины создают местные утол-
щения, благодаря которым в процессе
термической обработки и остаются внед-
ренные участки мягкого металла «аши» в
насухо закаленном лезвии.
Сплошная обмазка глиной дала допол-
нительный, весьма неожиданный эффект.
Оказалось, что закрытое тонким сло-
ем глины лезвие закаливалось не менее
сильно, чем открытое. Это объясняется от-
сутствием на пористой обмазке «паровой
рубашки» и более быстрым охлаждением
из области высоких температур, где ско-
рость охлаждения особенно важна. При
снижении температуры до начала мартен-
ситного превращения закалка происходи-
ла более мягко, что предотвращало рас-
трескивание тонкого лезвия. Закаленный
по этой технологии клинок из современ-
ной углеродистой стали имел твердость
лезвия 64 HRC, а обуха - 45 HRC.
На клинках с конструкцией типа «сан-
маи» и ей подобным эффект возникнове-
ния линии «хамон» может объясняться их
составным строением. При отковке и пос-
ледующей шлифовке клинка его твердое
и высокоуглеродистое лезвие выступает
из обкладок, и из-за различий в твердости
цвет полированного металла получается
разным. Вид линии, разделяющей вязкий
металл обкладок и твердую сталь лезвия,
81
Леонид Архангельский
Нанесение аши
может быть весьма разнообразным. Этим
разнообразием можно в определенных
пределах управлять посредством всячес-
ких надпилов и надрубов заготовки клин-
ка, а также особыми приемами ковки.
В составных клинках могла быть и
белая линия «ниои», но образовывалась
она совсем не так, как в клинках с нерав-
номерной закалкой. Во время сварки и
последующей окончательной расковки
таких клинков одновременно происходи-
ло два процесса - диффузия углерода из
высокоуглеродистого лезвия в железные
обкладки и образование мощного погра-
ничного слоя на стыке «сталь—железо»,
т.е. обкладок и лезвия. Однако проявля-
лась эта линия в таких клинках далеко не
всегда, и даже в случае возникновения
она имела скорее декоративное, чем фун-
кциональное значение.
Примечательно, что на виденных мной
клинках, даже с хорошо различимыми
границами узорчатых обкладок имелась
развитая переходная зона закалочного
типа «чёднен хамон». Не могу сказать,
когда и почему это произошло, но япон-
ские кузнецы перед закалкой обмазывали
глиной и составные клинки. Возможно,
сплошная глинистая обмазка помогала
точнее контролировать температуру на-
грева по всей поверхности клинка, что
способствовало проявлению элементов
«хатараки».
Например, сложносоставные клинки,
сработанные мастерами в традиции Са-
гами, часто имеют широкую, насыщен-
ную деталями узора переходную зону, что
объясняется чисто металлургическими
причинами. Среднеуглеродистые стали,
применяемые ими в сочетании с высо-
коуглеродистыми составляющими для
образования однородной мартенситной
структуры, требуют нагрева до 900 °C и
даже более. Сильный нагрев приводит
к уширению «ниои» и появлению «ние»
всех разновидностей. При нагреве под
закалку до более низкой температуры
малоуглеродистые доэвтэктоидные со-
ставляющие японского Дамаска будут
состоять из смеси кристаллов феррита
(железа) и мартенсита, что приведет к
снижению одновременно и твердости и
прочности. Кроме того, после полировки
недогретые участки клинка будут иметь
слишком контрастный и, с точки зрения
японцев, грубый узор.
Одним из следствий неравномерного
нагрева клинка перед закалкой является
возникновение эффекта «утсури» («отра-
жение»). Этот эффект проявляется в виде
более-менее широкой, тусклой и белесой
полосы, проходящей вдоль обуха клин-
ка. Очертания ее нижнего края зачастую
повторяют вид линии «хамон», отчего ее
иногда и называют «вторым хамоном».
Зона «утсури» образована не мартенси-
том, а практически совсем незакаленным
металлом, обладающим высокой вязкос-
тью и пластичностью.
Для получения «утсури» нагревают
клинок так, что только лезвие и средняя
часть раскаляется до закалочной темпе-
ратуры, а температура его обуха дости-
гает всего лишь 700 °C. Эта температура
соответствует высокому отпуску, и как бы
резко затем не проводилось охлаждение,
закалки этой зоны не происходит. Так по-
лучают высокую вязкость обуха, для до-
стижения которой европейские оружей-
ники в составных клинках наваривали на
обух железные прутки, а цельностальные
сабли подвергали местному отпуску до
зеленого цвета побежалости.
Впрочем, иногда зона «утсури» прояв-
ляется и по центру клинка, что достигается
как неравномерным нагревом клинка под
закалку, так и подбором толщины нане-
сенной обмазки. В этом случае можно
предположить, что металл клинка либо
закален не слишком сильно, либо из-за
пониженного содержания углерода не
склонен к хрупкости. В том и другом слу-
чае для обеспечения необходимой упру-
гости и прочности при ударах закаливали
и обух, оставляя вязкую зону «утсури» в
середине клинка.
Иногда, вследствие перегрева перед
закалкой или местного отслаивания об-
мазки при охлаждении в воде, на теле
клинка выше линии «хамон» проявляются
пятна закаленного металла с мартенсит-
ной структурой, называемые «тобияки».
Некоторые оружейники, работающие в
традиции Сагами, специально применяли
такой жесткий режим закалки, что из-за
обилия «тобияки» клинки у них получа-
лись похожими на шкуру леопарда. Этот
пятнистый вид «хамона», называемый
«хитатсура» («все закалено»), развивался
постепенно.
Заложенные основателями традиций
принципы стиля, требовавшие повышен-
ного нагрева, со временем привели к
тому, что в особенно перегретых местах
при закалке начали образовываться гус-
тые, плотные скопления «ние». Дальней-
шее развитие идеи стиля привело к тому,
что эти скопления постепенно преврати-
лись в сплошные пятна закаленного ме-
талла. Вряд ли экзотический «хамон» типа
«хитатсура» приводит к очень сильному
повышению качества, скорее наоборот,
такие клинки отличаются хрупкостью.
С течением времени на смену старым
мастерам, ценившим строгую красоту ра-
зумной достаточности, пришли оружей-
ники, в угоду заказчикам большое вни-
мание уделяющие внешней красивости
клинка. Возникли весьма причудливые
разновидности линии «хамон» типа «хри-
зантемы в воде» и иные внешне красивые,
но довольно бесполезные в практическом
смысле нюансы. Для их выявления потре-
бовалось довести полировку до неверо-
ятного совершенства. В результате труда
умелого полировщика туманные «аши»
кажутся темными окошками в дымчатой
белизне закаленного лезвия, а сверкаю-
щие «ние» — падающими снежинками в
свете фонаря.
Все это весьма красиво и, может быть,
даже поэтично. Эта красота возникает
в результате упорного труда мастеров,
основанного на точном следовании тех-
нологии производства, развивавшейся
иногда в течение столетий. Впрочем, и
здесь не отменяется старое и общее пра-
вило истинных художников - «красота не
должна пахнуть потом», т.е. многотруд-
ность и даже монотонность технологии
должна быть скрытой. Сами японцы это
тонко чувствуют и при оценке клинков
иногда применяют термины типа «за-
мученная, усталая хада» или, напротив,
«молодо сделанный», т.е. слишком брос-
ко выглядящий клинок.
82
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Клинки мечей современной работы
лучших японских мастеров стоят недеше-
во - от 5 до 20 тыс. долл, и даже более.
Курсы валют меняются, но можно пере-
считать цену оружия на стоимость сереб-
ра и тогда можно будет проводить некото-
рые исторические параллели. Например,
цена выдающегося меча в средневековой
Японии могла достигать 500 кг серебра.
Хотя времена изменились, но и современ-
ный хороший японский меч «потянет» на
сотню-другую килограммов драгоценного
металла. Впрочем, мне приходилось чи-
тать о мечах (не знаю, какой эпохи) стои-
мостью более 200 тыс. долл.
В Японии развитие традиционных
видов ремесел всячески поддерживает-
ся, поэтому кузнецы и некоторые другие
специалисты, имеющие отношение к из-
готовлению мечей, могут получить и не-
редко получают звание «нинген кокухо»,
т.е. «живого сокровища культуры». Чтобы
не профанировалось оружейное искус-
ство, к изготовлению мечей допускаются
лишь достаточно опытные кузнецы, не
менее пяти лет проучившиеся у дипломи-
рованного мастера, который сам, в свою
очередь, столь же долго стажировался у
оружейника — хранителя традиций. Хра-
нители бывают весьма строгими, и один
из признанных авторитетов недалекого
прошлого поручал своим ученикам пона-
чалу лишь колоть уголь на кусочки нуж-
ного размера, а к работе с горячим ме-
таллом допускал только через два года.
Трудно одобрить такой подход, потому
что в итоге могут продолжить обучение не
самые талантливые, а самые терпеливые
ученики. Но опытных учителей найти не-
просто. Сегодня таких дипломированных
мастеров, более-менее регулярно зани-
мающихся производством самурайских
мечей, в Японии насчитывается около 300
человек.
Широчайшая реклама восточной фи-
лософии и боевых искусств привела к по-
вышенному спросу на японское клинковое
оружие. Естественно, у многих европейс-
ких и американских оружейников это не
Хитатсура
могло не вызвать стремления овладеть
технологией изготовления прославленных
(и дорогих!) клинков, но чтобы научиться
прилично ковать сложные клинки, нужно
затратить много лет жизни или, что на-
дежней, найти толкового учителя. В Ев-
ропе применяли схожие технологии, но
традиция, передаваемая из рук в руки и
из уст в уста, уже утеряна. Пожалуй, лишь
японские мастера могли сохранить живую
традицию — и то не все.
Конечно, если писать обо всех тонкос-
тях технологий изготовления японского
меча, то получится отдельная толстая кни-
га - и не одна. Например, насчитывается
несколько десятков разновидностей узора
(«хады») металла. Судя по деталям неко-
торых узоров, помимо вышеописанного
выжигания углерода из металла во вре-
мя сварок, в Японии знали и применяли
такой прием, как обработку пластин пе-
ред или во время сварки толченым чугу-
ном, как это делали индийские кузнецы и
Кахрамон Элиаров на Кавказе.
Для получения более замысловатых
узоров японские кузнецы могли закручи-
вать слоистые прутки на манер «турецко-
го» Дамаска — получаемый узор «елоч-
кой» назывался «ноги-хада», т.е. «колосья
риса». Были и другие варианты закручи-
вания. Например, сворачивали композит
в своеобразные рулеты и многократными
сварками набирали узорчатый брусок, со-
стоящий из множества этих спиральных
волокон. На поверхности клинка из такого
металла проявлялся узор в виде струящих-
ся водоворотов - а оценщики смотрели,
не слишком ли резко и грубо эти завихре-
ния выделяются? Кузнец Самонджи (Са)
иногда изготавливал клинки с узором в
виде поперечного спила ствола дерева с
концентрическими годовыми кольцами.
И применяемые материалы очень
разнились. «Тамахагане», «оросигане»,
«намбан-тетсу» - это лишь основные, ши-
роко используемые металлургические ма-
териалы. Большие мастера, называемые
«о-кадзи», даже исходное сырье произ-
водили сами - добывали в строго опре-
Один из вариантов сборки пакета
деленном месте руду (зачастую используя
смесь разных руд) и выплавляли из нее
сырцовый металл, иногда добавляя при
выплавке особые вещества (например,
медь). Полученный металл дополнитель-
но перерабатывали по особой технологии
(например, долго выдерживали в земле)
и получали в результате клинки, которые,
как писал китайский поэт эпохи Сун «...сто-
ят сотни золотых монет». Такую цену дава-
ли не только за красоту. Так, откованный
мастером Мондзю острейший меч про-
звали «Резчик бороды». Пару таких мечей
он ковал 60 дней — интересно, чем конк-
ретно он в это время занимался?
Сегодня в изучении таких древних
технологий есть одна сложность и поми-
мо чисто научной. Рядовые клинки былых
времен активно использовали, перетачи-
вали, ломали, и в результате многие из
них до нас просто недошли, но некоторые
из оставшихся малоценных клинков мож-
но разломать и подвергнуть анализу. А
вот работы великих мастеров (например,
Масамуне) просто так порезать на куски
для исследований никто не даст. На ос-
новании лишь внешнего осмотра клинка
(еще сумей получить разрешение осмот-
реть!) сложно додуматься до тонкостей
технологии древнего мастера, секреты
которого пытаются разгадать уже не одну
сотню лет. Поэтому приходится опираться
на собственные эксперименты и опыт дру-
гих исследователей.
Что касается всевозможных описаний
оружейного дела, то их в любящей под-
робности Японии накопилось предоста-
точно. Плоды работы переводчиков, попу-
ляризаторов и настойчивых энтузиастов,
которые год за годом докапываются до
интересующих их нюансов, изложены во
многих специальных (и толстых!) книгах,
к которым я вас и отсылаю.
S5
Нож «Степной орел». Автор: Владимир Ветлужских, клинок: Леонид Архангельский
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
НОЖИ И КИНЖАЛЫ
По мнению римского филосо-
фа Витрувия, всякая хорошая
вещь должна обладать тремя
непременными свойствами:
прочностью, полезностью,
красотой, О красоте ножей здесь речь не
пойдет (дело вкуса), о прочности скажу
чуть позже, поэтому начну с полезности.
Чтобы попытаться понять основную идею
ножа и увидеть, так сказать, «идеальный
нож», укажу на то, что привычное нам на-
звание «нож» в Словакии и в Польше по
старинке произносят «ноз». Видна оче-
видная аналогия, например, со словом
«заноза». Прослеживаются и кельтские
аналогии, поскольку по-староирландски
«несс» - рана, разрез. Отсюда следует,
что славянское название «нож» можно
переиначить на современный русский как
«резак», т.е. то, чем режут.
Замечу, что режут ножами главным об-
разом в быту. Лишь некоторые разновид-
ности могут служить оружием самооборо-
ны или нападения, носимым «на всякий
случай». Добавлю - на крайний случай,
поскольку и их можно отнести к оружию
как таковому лишь с некоторой натяжкой,
поскольку в древности применение ножей
в бою было очень ограниченным. Поэти-
ческая строка из «Слова о полку Игореве»,
в которой говорится, что славные воины
былого выходили на бой лишь с ножами
засапожными не более чем метафора. Во
всяком случае, успешность такого рода
боевых действий вызывает сильное сом-
нение.
Русское выражение «поножовщина»
отражает крайнюю степень озлобления в
схватке. Например, при обороне Козель-
ска «...козляне ножи резахуся с татарами».
Так и троянский герой Гектор, оставшийся
в поединке без основного оружия, в отча-
янии бросился на Ахилла, размахивая ог-
ромным ножом. Результат в обоих случаях
был примерно одинаков - Гектору проби-
ли копьем горло, а в Козельске татары не
оставили ни одного живого жителя.
Витрувий не зря на первое место пос-
тавил именно прочность, потому что без
нее вещь не сможет выполнять и свое
главное назначение. Понятно, что любой
нож должен быть надежным, а его кли-
нок, как сказали бы в старину, крепким. С
самых древних времен прочность клинков
ножей обеспечивали разными способами.
Был путь наращивания толщины клинка,
но еще римляне потешались над неподъ-
емными мечами галлов.
Более совершенные клинки создава-
лись по принципу разнесения свойств -
обуху придавались одни качества, лезвию
— другие. Достигали этого неравномерной
закалкой или изготовлением разных час-
тей клинка из разных металлов. С глубо-
кой древности до насдошло несколько де-
Нож с приваренным лезвием. Авторы: Мария Архангельская, Александр Зеленое
сятков конструктивных схем изготовления
клинков, каждая имеет свои достоинства,
но большинство из них применялось при
изготовлении длинных рубящих клинков
мечей и сабель. В ножах со сравнительно
короткими клинками (до 200 мм) исполь-
зовались наиболее простые способы - по
принципу разумной достаточности.
Это, во-первых, клинки с приварен-
ными лезвиями. При изготовлении та-
кого клинка к вязкому железному обуху
торцовой сваркой приваривали твердые
стальные лезвия. Основным недостатком
этой конструкции следует признать малую
прочность торцового соединения лезвия с
основой, потому что сварочный шов пря-
мой и очень узкий.
Более чем тысячу лет назад кузнецы
уже умели устранять этот недостаток, при-
варивая лезвия через зубчатую проставку.
В результате лезвие буквально «зубами»
держалось за тело клинка. Известен так
называемый «охотничий нож Карла Вели-
кого», хранящийся сейчас в музее Аахена.
Это внушительных размеров нож-сакс с
клинком длиной 350 мм (при толщине
менее 4 мм), лезвие которого приварено
подобным образом. Тело клинка сварено
из нескольких крученых узорчатых полос,
«Зубастый» клинок Марии Архангельской
85
Леонид Архангельский
что не только повышает его прочность, но
и придает немалую красоту (вспомним
принципы Витрувия). В более поздние
времена этого приема не чурались и гор-
цы Шотландии, и «продвинутые» амери-
канцы.
Вторым по популярности, а у многих
народов и первым, был технологический
прием изготовления трехслойных клин-
ков ножей. Эта технология проста и уже
рассматривалась ранее, поэтому немно-
го, вскользь упомяну лишь о русских но-
жах. Сегодня многие мастера и любители
старины озабочены поисками истинно
русского ножа. Им непонятно и даже не-
сколько обидно, почему ножи финские
или узбекские есть, а русских нет? Дело
в том, что народные ножи на Киевской
Руси были одни, а, скажем, в Московии
уже совсем другие. Действительно, сме-
нилось окружение, появились новые тор-
говые и этнические связи, изменилась и
форма и технология изготовления ножей.
Да и ножи той же Древней Руси не были
одинаковы на всей ее территории и во все
времена ее существования.
86
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Если на юге кузнецы упоминаемой
ранее древней «боршевской культуры»
ковали трехслойные стальные ножи с
обкладками из высокофосфористого
железа, то позднее на берегах Днепра
уже традиционно использовались ножи
с тонкими, приваренными в торец или
наискось наваренными на железную ос-
нову лезвиями. И в то же самое время на
севере, в Новгородской земле преобла-
дала трехслойная схема. Лишь сотни лет
спустя, после развития особенно широких
связей с немецкими землями, кузнецы се-
верных славян стали приваривать лезвие
к железному обуху.
Но все эти технологии изготовления
ножей довольно просты, если не сказать
примитивны. Малые нагрузки на клинок,
дешевизна и непрестижность ножа не да-
вали кузнецам особого повода блеснуть
своим мастерством. Поэтому я не буду
рассматривать все многообразие типов
и форм ножей, а приведу лишь одну ис-
торию о том, как кузнецы-ножевщики все
же проявили свое умение.
Рассказывают, что однажды у нашего
северного побережья затонул корабль,
перевозивший среди прочего груза и не-
сколько ящиков с иголками. Обитавшие
там местные умельцы их достали и сталь-
ные иглы переработали в ножи. Понятно,
что сделать это они могли лишь с помо-
щью кузнечной сварки. Также понятно,
что аборигены были умелыми кузнецами,
раз они смогли из пучков тонких и корот-
ких иголок изготовить клинки ножей, еще
до недавних пор высокоценимых по все-
му побережью. Очевидцы говорили, что
ими можно было даже снимать стружку с
лезвий обычных столовых ножей.
Скажу и о том, что эту полулегендар-
ную историю я слышал не раз и в разных
вариантах. Кто говорил, что так работали
кузнецы саамов с северо-западного по-
бережья, другие наоборот, приписывали
эти «игольчатые» ножи корякам — северо-
восточным аборигенам Камчатки. Можно
Нож «Новгородский» Автор: Владимир Понсов, клинок: Леонид Архангельский
8?
Леонид Архангельский
Нож «Русская Америка». Автор: Александр Зеленое, клинок: Мария Архангельская
здесь же вспомнить и ранее описанный
метод использования иголок при изго-
товлении ножей среднеазиатскими мас-
терами. Кажется, прослеживается общий
тюркский след этой технологии, уводя-
щий в раннее средневековье. Думаю, что
технология изготовления «игольчатых»
ножей могла быть принесена на Север
кузнецами якутами.
Себя этот народ называет «сахэ», а
слово «якут» - производное от местного
«джокут» («чужак», «пришлый»). Дейс-
твительно, народ сахэ пришел на север
Сибири с юга, едва ли не из Средней Азии.
Возможно, в глухомань они забрались под
напором монголов. Для местного населе-
ния они являлись захватчиками, но зато и
научили мастеров автохтонных народов
некоторым приемам своего развитого
кузнечного искусства. Они умели сами до-
бывать железо из болотных и луговых руд
и превращать его в сталь. Вплоть до нача-
ла XX в. якуты для своих хозяйственных
нужд выплавляли железо в стационарных
кричных печах.
Якутские кузнецы владели и куда более
сложными технологиями металлообра-
ботки, чем простая добыча железа из руд.
Вот описание меча из относящегося при-
мерно к XVII в., когда они уже давно жили
на Севере, их народного эпоса «Олонхо»:
«Меч он выбрал - длинный, прямой
Наилучший среди мечей.
Было лезвие чарами напоено
Восьмидесяти восьми грозовых
Мчащихся облаков.
У девяносто девяти
Клювастых ибисов,
Отбив железных клювов концы,
Сбили их в одно лезвие
Заклинатели кузнецы.
Сварили лезвие меча
На крови из печени льва,
Закалили в желчи зубастых рыб...
Было сорок четыре чары в клинке,
Тридцать девять коварств колдовских».
Насчет колдовства и связанного с ним
коварства рассуждать как-то не хочется.
Мастерство мастерством, а колдовство
должно быть отдельно. Точнее, его не
должно быть вовсе. Кстати, не особо оно
и помогло воинам сахэ, раз из южан они
превратились в северных якутов.
В связи с темой «игольчатых» ножей
затрону и ножи учеников якутских кузне-
цов — коряков. Среди коллекционеров и
простых любителей ножей ходят всякие
слухи о неких экзотических и сложных
технологиях, которые использовали куз-
нецы - коряки, что и придавало ножам их
работы превосходные качества. Особенно
прославлены так называемые «пареньские
ножи»: самые умелые кузнецы жили в се-
лении Парень на берегу Пенжинской губы.
Коряки - коренное население Камчатки
— очень древний народ, и несмотря на то,
что первые письменные упоминания о них
относятся лишь к середине XVII в., прина-
длежат к северо-восточным палеоазиа-
там. Их осталось очень немного (в 1979 г.
менее 8000 человек).
Кузнецы пареньцев, самой малочис-
ленной этнической группы коряков, изго-
товляли разные предметы быта по заказам
земляков и для продажи. Это производс-
тво полностью зависело от привозного
железа. Предположительно, кузнечное
ремесло коряков стало регулярным с пер-
вой половины XIX в., в это время достигло
своего совершенства, о чем имеются сви-
детельства европейских путешественни-
ков, отмечавших, что изготовляемые па-
реньцами ножи и копья могут называться
щегольскими и превосходной работы.
О технике ковки этих пареньских но-
жей есть свидетельство Г. Менделя: «Са-
мые искусные кузнецы находятся в Па-
рени. Они очень долго куют клинки для
ножей в полухолодном состоянии, точь-
в-точь как якуты, в результате железо хо-
рошо шлифуется, ножи получаются очень
Золотой кинжал. Древний Ур
88
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
острые, почти не зазубриваются и очень
легко точатся. В железо врубаются вычур-
ным узором глубокие линии, в которые
вгоняются пластинки из меди и латуни, а
затем шлифуются». Предполагают, что ко-
ряки позаимствовали кузнечное ремесло у
якутов, это подтвердили данные металло-
графического анализа изделий корякских
кузнецов. С.П. Крашенинников в «Опи-
сании земли Камчатки» (1755 г.) также
упоминает о получении железных инстру-
ментов от японцев, которые приезжали к
Курильским островам. От них же они по-
лучали железные иглы, «у которых если
уши отломятся, умеют они весьма искусно
починять, каковы они малы ни были. Рас-
клепывают камнем кончик, где уши были,
л другою иглою просверливают новые».
Это свидетельство о крайне бережном
отношении коряков к иглам практически
полностью опровергает версию об ис-
пользовании столь ценных предметов в
качестве металлургического сырья.
На самом деле корякские кузнецы
предпочитали работать с полосовым или
гонким кусковым железом «марки КН»
(«какое найдешь»). Мне рассказывали,
что для изготовления клинков пареньские
кузнецы успешно использовали, в част-
ности, проржавевшую обшивку затонув-
шего вблизи берега американского суд-
на-китобоя. Сделанные ими железные
ножи отличались мягкостью, поэтому они
хорошо точились и не были хрупкими, что
Рукоять иранского кинжала
немаловажно в холодных климатических
условиях. Однако, по воспоминаниям
пользователей, несмотря на невысокую
твердость лезвия, ножи при обычных
работах долго сохраняли заточку и отли-
чались какой-то особой остротой, когда
лезвие при пробе буквально впивалось в
ладонь. Нередко на острие хороших ко-
пий и ножей кузнецы наваривали тонкие
стальные пластины из более крепкого ме-
талла, хотя закаливать их они или не уме-
ли, или сознательно избегали закалки для
облегчения заточки. Они хорошо знали,
как сварить железо, но только самые луч-
шие мастера заглаживали следы сварки.
Основным в быту коряков был так на-
зываемый «поясной» нож в деревянных
ножнах с жестяными, кожаными или из
оленьего рога ободками и ушками для
подвязывания к поясу. Этот нож с длиной
клинка около 15 см использовался при
еде, им же вырезали мелкие изделия из
дерева, кости, стригли или брили волосы,
потрошили рыбу. В основном его носят
заткнутым в торбаза (обувь), так что этот
«поясной» нож можно назвать и «заса-
пожным». Лезвия практически всех но-
жей выполнялись в одном стиле. Клинок
в зависимости от размера имел обушок
толщиной до 7 мм и плавное сужение к
острию с клиновидной заточкой.
Интереснейший ремесленный центр
камчатской металлообработки — Парень,
не привлек в свое время должного вни-
мания исследователей, из коряков там
в наши дни проживают всего 15 человек.
Кузнечный промысел на берегу реки Па-
рень, корни которого уходят в XVII в.,
практически прекратил существование.
Таким образом, пареньский нож — уже
легенда, причем давняя и ушедшая на-
всегда. И некогда виртуозные кузнецы-
якуты сегодня куют ножи лишь из всякого
рода запчастей - автомобильных клапа-
нов и рессор. Впрочем, их лучшие наци-
ональные мастера потихоньку начинают
использовать дамасскую сталь. Пока они
не делают ее сами, а заказывают кузнецам
в Москве, но кто знает, может быть это
лишь первые шаги к возрождению былой
славы кузнечного мастерства якутов.
Однако перейдем к первому клинково-
му боевому оружию — кинжалам. Самые
первые металлические кинжалы появи-
лись более пяти тысяч лет назад в Палес-
тине и Египте главным образом как вспо-
могательное оружие: в те времена воины
Булатная джамбия
89
Леонид Архангельский
в сражениях и единоборствах предпочи-
тали биться копьями или боевыми топо-
рами, которые позволяли воину наносить
противнику весьма сильные удары, при-
крываясь при этом щитом. Лишь в самые
отчаянные минуты боя, в рукопашной
свалке, бойцы могли пускать в ход ножи
или кинжалы — обоюдоострые ножи.
Судя по сохранившимся изображени-
ям, техника применения кинжалов пешими
бойцами оставалась неизменной на протя-
жении тысячелетий. В конном бою кинжа-
лы не применялись никогда. Даже скифы
бились своими относительно длинными
«акинаками» только в пешем строю.
Кинжал — колюще-режущее оружие с
относительно коротким (от200 до 500 мм)
обоюдоострым клинком. Чисто колющие
разновидности этого оружия с узкими гра-
неными клинками называются стилетами.
Полагают происхождение слова «кинжал»
от иранского «ханджар», обозначающего
тип оружия с клинком двоякой кривизны
и рукояткой «пистолетного» вида.
Первые железные кинжальные клин-
ки без особых затей упрочняли холодной
ковкой. Из предварительно раскаленного
в кузнечном горне кричного железа отко-
вывалась заготовка клинка, а затем мастер
«в холодную» оттягивал лезвие. Хеттские
кузнецы стали применять цементацию по-
верхности клинка, а следующим шагом в
совершенствовании кинжала как оружия
явилось изобретение неизвестным нам
мастером сложносоставной конструкции
клинка с наварным лезвием.
В качестве классического примера
кинжалов со сложносоставным клинком
можно привести кавказские традицион-
ные, наиболее известным из которых яв-
ляется «кама». Название этого кинжала
родственно, кажется, обозначению длин-
ного прямого иранского палаша — «ка-
мат». Кинжал «кама» представляет собой
прямой обоюдоострый клинок длиной от
35 до 50 см и даже более. Известны еди-
ничные образцы с клинком длиной 60_70
см, т.е. настоящие мечи, которые только
по традиции и способу ношения называ-
ют кинжалами. Эти тяжелые кинжалы-
мечи называются «гваддара». Кавказские
кинжалы, изготовляемые оружейниками
разных племен, различаются, главным об-
разом, отделкой, количеством и располо-
жением долов, но не формой клинка.
Один из вариантов производствен-
ного процесса изготовления кавказского
кинжала этого типа описал в начале XIX в.
П.Л. Шиллинг, побывавший в Дагестане
- древней стране производства холод-
ного оружия. Согласно этому описанию,
клинки даже не очень дорогих кинжалов
изготавливались из нескольких сортов
металла и имели, подобно древним ме-
чам, сложносоставное строение. Сначала
мастер отковывал железную основу клин-
ка в виде толстого стержня, который затем
огибал стальной полосой. При этом же-
лезный стержень был несколько длиннее
сложенной в виде буквы «V» заготовки
лезвия. Кузнечной сваркой за несколько
нагревов обе части клинка соединяли в
одно целое, причем проковку начинали
с незамкнутого участка лезвия у будущей
рукояти. Из выступающего со стороны
пяты железа отковывался хвостовик — ос-
нова рукояти. Чистовую ковку клинка про-
водили лишь с небольшим подогревом в
горне, причем некоторые мастера вообще
применяли холодную ковку.
После отковки клинок обязательно
подвергали нормализации: равномерно
прогревали до закалочной температуры, а
затем давали остыть на спокойном возду-
хе. Такой обработкой измельчали зерно и
выравнивали структуру металла перед за-
калкой. Затем клинок шлифовали и про-
резали резцом долы, вид и число которых
отвечали местным традициям. Интерес-
но, что черновую обточку после ковки
выполняли не шлифованием на камне, а
простругиванием клинка некоторым по-
добием стального рубанка - как издавна
простругивали мечи во всем мире.
Закалку вели в воде, которая была,
как отмечено, «...отнюдь не слишком хо-
лодной». Некоторые мастера закаливали
клинки даже в керосине. Примечатель-
но, что закалке подвергались лишь лез-
вия кинжала, а центральную часть клинка
предохраняли от закалки глинистой об-
мазкой. Кавказские кузнецы, за редким
исключением, вовсе не стремились до-
биться максимальной твердости лезвия.
Однако известный кумыкский мастер Ба-
залай прославился особо крепкой закал-
кой своих кинжалов. По свидетельству
знаменитого писателя А. Дюма, посетив-
шего Кавказ, такие клинки «...высекали
искры из камня и брили бороды не хуже
бритвы» (подчеркнем, что он не говорит о
бритье после высечения искры, как сегод-
ня принято писать в популярных статьях).
Мастера из Северного Дагестана также
изготавливали кинжалы, которыми мож-
но было разрубить медные монеты и даже
железные прутья. Дорогие кавказские
Булатный кинжал. XIX век
90
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
кинжалы изготавливали с применением
узорчатой стали. Известно, что некоторые
мастера без особых изысков сваривали
не очень многослойный железостальной
композит и просто отковывали из него
клинок кинжала. Чаще Дамаск использо-
вали как вязкие накладки поверх сталь-
ного лезвия, но самое ценное оружие из-
готавливали по типу мечей Меровингов.
Центральную часть сваривали из несколь-
ких скрученных в разные стороны прутков
малослойного Дамаска, а затем получен-
ную таким образом основу огибали лезви -
ем. Наварное лезвие, как правило, было
стальным. Такой Дамаск горцы называли
«букбакибтия» (буквально — «старинная
работа»), надо отметить, очень точно.
Помимо древних традиций изготов-
ления кинжалов, на Кавказе сохранилась
и техника боевого применения этого ору-
жия. Обычный современный человек в
своих представлениях о владении кинжа-
лом недалеко ушел от хеттов и скифов, а
многое перенявшие у горцев кубанские
казаки различали около двадцати ударов
кинжалом с перехватами рукояти.
Защитные доспехи горцев состоял из
кольчуги, сплетенной из мелких колец, и
легкого шлема-мисюрки. Прорубить кин-
жалом даже легкую кольчугу можно, но
сложно, поэтому в бою применяли в ос-
Прамбананский метеорит
новном колющие удары. Для повышения
пробивного действия кинжалов их клинки
отковывали с трех-четырехгранным ши-
лообразным острием длиной иногда до
10_15 см, но такое длинное острие часто
ломалось.
Из изогнутых кинжалов наиболее из-
вестны мусульманские изогнутые кин-
жалы типа «джамбия», которые имели
обоюдоострый клинок длиной от 250 до
350 мм, откованные, как правило, из од-
ного куска литого булата. Максимально
наглядно особенности этого типа кинжа-
ла проявились в йеменском «джамбие»:
ширина клинка у рукояти доходит до 7-8
см при длине около 300 мм. Ребро жест-
кости может выступать над почти плоской
поверхностью клинка на 5 мм! Интересно,
что и в Иране, и в Йемене, и на Кавказе и
отчасти у кубанских казаков кинжал того
или иного типа являлся неотъемлемой
частью традиционного мужского костюма.
Показаться в обществе без кинжала было
по крайней мере неприлично - примерно
так же, как современному горожанину хо-
дить по улице босиком.
Ранее уже отмечалось, что открытие
методов добычи железа из руд не поло-
жило конец применению небесного ме-
талла в клинках. К оружию, которое тра-
диционно изготавливали с применением
метеоритного железа, относится крис,
распространенный на островах Малай-
ского архипелага. Крис или керис - это
обоюдоострый кинжал, основание клинка
которого у рукояти всегда сильно расши-
ряется с одной стороны. По одному пока
не подтвержденному преданию, самый
первый крис изготовил оружейник Рамади
в 250 г. до н.э. Например, на стенах буд-
дийского храма Боробудур, построенного
на острове Ява в IX в., изображены разные
сцены из жизни Будды. Эти изображения
высечены на террасах, общая длина кото-
рых около 2 км, и ни на одном из них не
показано оружие, похожее на крис. Пола-
гают, что крисы появились в конце XIII или
начале XIV в.
Полагают, что насчитывается более ста
видов криса с разными формой лезвия и
особенностями украшения рукояти и но-
жен. Наиболее примечательны крисы, из-
готовленные по технологии «памор», что в
переводе обозначает «перемешивание»,
или «смесь». Наиболее характерные виды
памора отличаются от обычного Дамаска
тем, что при изготовлении криса если и не
обязательно, то крайне желательно при-
менение никельсодержащих материалов.
Естественно, наиболее ценным таким ме-
таллом является метеоритное железо.
В середине XVIII в. на Центральной Яве
возле языческого древнего храма Прамба-
нан упал железный метеорит, который при
падении раскололся и одна его часть раз-
мером с большой телевизор лежит сейчас
в султанском дворце Суракарты. Метео-
рит считается священным и никому не раз-
решается до него дотрагиваться. Помимо
прамбананского, на Яве известно и о не-
скольких других ранее упавших железных
метеоритах. В настоящее время оружей-
никам метеоритное железо практически
недоступно и лишь в редких случаях, для
изготовления особо ценных крисов, куз-
нецам-«эмпу» выдается небольшой кусо-
чек метеорита, иногда весом буквально в
несколько граммов.
Метеоритное железо — очень ценное
сырье для изготовления клинков не толь-
ко из-за своей исключительной редкости:
сильно повышающий вязкость метал-
ла никель нейтрализует охрупчивающее
влияние фосфора, которого в метеоритах
немало, а фосфор, в свою очередь, повы-
шает твердость и упругость клинка. Кроме
того, оба элемента самым положительным
образом влияют на коррозионную стой-
кость железа, что немаловажно в условиях
влажного и жаркого климата Малайского
архипелага. В прамбананском метеорите
содержится 4,7 % Ni и - 0,5 % Р.
У исследователей нет единого мнения
о том, из какого сырья раньше, до паде-
ния прамбананского метеорита, ковались
никельсодержащие «крисы». Некото-
91
Леонид Архангельский
рые даже предполагают, что никель стал
применяться малайцами только после
прихода европейцев с их товарами. Дру-
гие более резонно указывают, что еще по
крайней мере в XVII в. с острова Сулавеси
привозили так называемое «белое желе-
зо», содержащее 0,4 % никеля.
Исследования показали, что в крисах
применялись металлы с разным содер-
жанием никеля - от нескольких десятых
долей процента до чистого никеля. По со-
держанию никеля в прослойках узора все
крисы можно разделить на четыре группы:
1) с чистым никелем; 2) с метеоритным же-
лезом; 3) с никельсодержащим металлом;
4) без никеля, т.е. узор образовывался
только из-за разницы в содержании угле-
рода.
Использование в паморе никельсодер-
жащих материалов позволяет получить
очень контрастный рисунок, поскольку
никель резко повышает стойкость метал-
ла к кислоте или другому раствору для
протравливания. Естественно, чем выше
содержание никеля, тем больше конт-
раст. Крисы, откованные из метеоритного
железа, называли «пять остриев», подра-
зумевая кроме острия и двух лезвий еще
и две плоскости с узором, которые из-за
резких выступающих границ сильно про-
травленных слоев были колючи на ощупь.
В Индонезии существует обычай ежегод-
но чистить и заново протравливать крисы,
поэтому со временем узор становится все
более и более рельефным.
Узор после протравливания проявля-
ется в виде ярких серебристых прожилок
на черном фоне. Насыщенный черный
цвет фона может быть получен двумя спо-
собами. Самый простой — использование
высокоуглеродистой стали в паре с нике-
лем, что после протравливания обычны-
ми кислотами дает требуемый контраст,
но на Малайском островном архипелаге
применяли особую технику: оружейники,
сварив мягкое железо с никельсодержа-
щим металлом, протравливали готовый
клинок очень своеобразным составом
из растворенной в лимонном соке мы-
шьяковистой руды, после чего густой
черный фон в узоре образуется чистым
металлическим мышьяком. Затем кли-
нок смазывали маслом для повышения
контраста узора и защиты от ржавчины.
Неудивительно, что клинки крисов часто
ядовиты.
Некоторые современные российские
авторы в публикациях о крисах связывают
вредоносное воздействие даже незначи-
тельных порезов их клинками не с ядом,
а с использованием кузнецами ржавчины,
добавляемой в металл при сварке дамас-
ка-памора. Думаю, что островные кузне-
цы при изготовлении клинков применяли
не чистую ржавчину, а подбирали сильно
проржавевшие пластины железа. Пред-
почтение проржавевшего железа было
нередким у оружейников и других стран,
но причины этого до сих пор мало иссле-
дованы.
Общим для всех крисов является трех-
пятисгойная конструкция клинка, в ко-
тором накладки с тем или иным узором
наварены поверх стального сердечника,
образующего лезвия. Можно отметить
практически обязательное использование
тонких композитных прослоек между ос-
новными, менее многослойными узорча-
тыми накладками и стальным стержнем
клинка. При опиловке эти тонкие слои со-
здают своеобразный эффект контрастной
окантсзки вокруг узора по контуру клинка.
Различают более ста видов узоров
техники «памор». Большинство их полу-
чают незатейливым надпиливанием или
насеканием более-менее многослойного
композита, т.е. они представляют разные
варианты «штемпельного Дамаска». При-
чудливые названия конкретных видов
«памора», например, «цветы муската»,
«рассыпанный рис», «рябь на воде» час-
то обозначают самые обычные волнистые
или ст. пенчатые разновидности узора да-
маска.
Но многие из узоров «памор» встреча-
ются только в этом регионе и нигде боль-
ше, поскольку получаются по весьма слож-
ной и направленной технологии. Только
редких разновидностей насчитывается
несколзко десятков, и нет никакой воз-
можности описать их все, поскольку это
являлось бы специальным исследовани-
ем большого объема. По замысловатости
приемов ковки и сварки узорчатого метал-
ла кузнецам-«эмпу» нет равных, исключая
92
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
лишь европейских специалистов по изго-
товлению ружейных стволов. Замыслова-
ость узора диктовалась часто стремлени-
ем достичь чисто внешнего, декоративного
эффекта, пусть даже с некоторым ущербом
для прочностных свойств изделия.
Для образования большинства видов
узора кузнецу достаточно владеть двумя
базовыми техниками. По одной из них
-вариваются вместе железные и никель-
.одержащие пластины и обычным для
Дамаска порядком набираются несколь-
ко десятков или сотен слоев. Полученные
узорчатые пластины навариваются поверх
стального сердечника. На этом Дамаске
можно «наштамповать» множество раз-
нообразных узоров по своему вкусу.
Другая основная техника тоже не
представляет собой чего-либо очень уж
необычного. Из многослойного никелево-
го композита отковываются четыре кони-
ческих прутка, которые затем скручивают
в разные стороны. В отличие от большинс-
тва европейских техник, эти скрученные
прутки не огибаются лезвиями, а попарно
навариваются на поверхность сердечни-
ка. В зависимости от соотношения толщин
материалов в композите и других нюан-
сов после отковки и шлифовки клинка об-
разуются узоры «листья пальмы», «верти-
кальная метла» и им подобные.
Получение наиболее редко встречаю-
щихся и причудливых видов узоров осно-
вано на расковке прочно сваренного вы-
сокого и узкого многослойного пакета не
вдоль, а поперек слоев. Иногда этот высо-
кий пакет предварительно разрубали по
высоте надвое, а затем снова сваривали
по разрубу. Готовые пластины с образо-
ванным оригинальным узором наварива-
ли на сердечник, добиваясь наибольшего
сходства с узором на спине змеи.
Зачастую разнообразные ухищрения
малайских кузнецов были направлены
вовсе не на повышение чисто механи-
ческих свойств клинка, поскольку крис
является, в первую очередь, магическим
оружием. В качестве основы для форм
клинков крисов и прямых, и волнообраз-
ных взят магический змей Наг (слово «наг»
на санскрите и обозначает змея). Прямой
клинок называется «змей отдыхающий», а
волнообразный - «змей ползущий».
Сроки изготовления, благоприятные
для работы дни, тип узора, количество из-
гибов и многое другое при изготовлении
каждого конкретного криса определялись
жрецом-кузнецом. По моему убеждению,
от методики изготовления крисов за вер-
сту «пахнет серой», поскольку она пред-
полагает следование древним традициям,
сформировавшимся под непосредствен-
ным влиянием местных демонических
культов. Думаю, что кузнецам-европей-
цам не следует заниматься ковкой даже
просто похожего на крис оружия, пос-
кольку чем больше они приложат знаний
и умений, тем более мерзкое изделие у
них получится. К сожалению, далеко не
все замечают последствия увлечения эк-
зотикой.
Может быть, и даже наверное, кто-
то скажет по прочтении этой главы — «На
всю страну не так уж много умельцев,
которые могут изготовить такой нож или
кинжал, из них захотят это сделать далеко
не все, буквально единицы, так для кого
и для чего это написано?» Отвечу — дейс-
твительно, то, что здесь написано, знают
тысячи людей —металлургов, историков,
и даже журналистов, но знают порознь и
отчасти. Поэтому мало кто понимает, что
сегодня, в наших условиях, знание древ-
них технологий даже при совершенно
ничтожных, буквально копеечных вло-
жениях в клинковое производство может
позволить делать действительно хорошие
клинки.
Но для разведения нового костра надо
брать из прошлого огонь, а не пепел. Что
такое сегодня, скажем, неравномерная за-
калка? Любой термист с опытом советских
времен скажет, что она уже не сопряжена с
древней обмазкой глиной, а закалка ТВЧ,
причем установка для ее выполнения сто-
ит меньше потрепанной иномарки. Более
сложное оборудование, вроде лазерной
закалки, стоит как новая иномарка, зато и
обеспечивает почти двукратное повыше-
ние стойкости лезвия. И сложносоставные
клинки сегодня можно делать в массовом
порядке. Например, заготовок для несо-
крушимых клинков с «вварным» лезвием
в одной только Москве на простаиваю-
щих экструзионных прессах можно про-
изводить больше тонны в день. Отличный
трехслойный металл можно сваривать
тоннами и вагонами даже на наших ос-
лабленных перестройкой заводах — если
заинтересовать их начальство. Впрочем,
именно по экономическим и политичес-
ким причинам высокотехнологичные спо-
собы клинкового производства, в настоя-
щее время в нашей стране неактуальны.
Кинжал «Швейцарец».
Авторы: Мария Архангельская и
Александр Зеленое
93
Кинжал «Бебут». Автор: Евгений Экбер, клинок: Леонид Архангельский
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
УЗОРЧАТЫЕ СТВОЛЫ
Не только холодное клинковое
оружие ковалось из узор-
чатой стали. Практически с
момента появления ручного
огнестрельного оружия его
стволы изготавливались с применением
кузнечной сварки. Стволы первых пушек
отковывали из нескольких железных по-
лос, сваренных вдоль. Ружейные стволы,
имевшие меньший диаметр, приходилось
изготавливать из свернутого в трубку же-
лезного листа, с расположенными краями
знахлест. Но даже после аккуратной свар-
ки длинного продольного шва соедине-
ние получалось не очень надежным и тя-
желым. Пушечные стволы для повышения
надежности дополнительно скрепляли хо-
мутами, но ружья люди носили на себе и
лишний вес хомутов им был ни к чему.
Было выяснено, что возникающие от
знутреннего давления напряжения, ко-
торые разрывают трубу, действуют на
продольный шов ровно в два раза силь-
нее, чем на поперечный, поэтому ствол
со спиральным швом разорвать труднее,
чем с прямым. Сваренную заготовку ство-
ла начали скручивать в горячем состоя-
нии, отчего сварочный шов образовывал
зинтовую линию. Ослабленный стык вытя-
гивался хоть и не поперек, но и не вдоль
трубки ствола, поэтому стенки стволов
можно было делать тоньше.
Позднее, в развитие этой идеи, до-
гадались наворачивать узкую железную
ленту по спирали на тонкую оправку и
проваривать сразу спиральный шов. Тех-
нически процесс изготовления ствола, в
какой бы стране это ни происходило, со-
стоял из строго последовательного ряда
операций. Сначала подготавливали «ру-
башку» - тонкую трубу из листового же-
леза с незамкнутым продольным швом, в
которую вставляли оправку-дорн. Затем
железную ленту закрепляли зажимом и
навивали на «рубашку». Если длины лен-
ты не хватало на весь ствол, на нее дова-
ривали добавочные куски, при этом об-
щая длина ленты достигала нескольких
метров.
Когда наступал момент сварки шва,
оправку вытаскивали и недлинный учас-
ток заготовки нагревали до сварочной
температуры, после достижения которой
снова быстро вставляли оправку и произ-
водили проковку-сварку. При проковке
использовались специальные наковаль-
ни или подкладки с полукруглыми углуб-
лениями, соответствующими диаметру
ствола.
Когда весь ствол был проварен, его
еще раз проковывали в горячем состоя-
нии для выравнивания и придания фор-
мы. Иногда особо старательные работ-
ники дополнительно простукивали ствол
уже без нагрева для упрочнения металла
наклепом, что называли холодной закал-
кой. Для образования ровного внутрен-
него канала ствола его просверливали,
после чего обтачивали наружную повер-
хность. Круглые стволы шлифовали на
больших камнях, а граненные обрабаты-
вали напильниками.
Таким образом научились изготав-
ливать длинные и легкие стволы. Для
начала изготовления узорчатых стволов
оставалось сделать один шаг. Вероятно,
его сделали на Востоке в конце XV в. или
самом начале XVI в. Во всяком случае,
уже во второй половине XVI в. в Европу
из Турции стали попадать первые образ-
цы ружей с узорчатыми стволами. Музей-
ные коллекции показывают, что в Индии,
Афганистане, Иране и Турции даже ар-
мейские ружья и малокалиберные ору-
дия часто изготавливались из узорчатого
металла. Возможно, что некоторые круп-
ные образцы изготавливали из широкой
полосы слоистого композита, сваренной
вдоль и лишь затем закрученной.
Вероятно, технологии изготовления
узорчатых стволов проникли в Европу
через страны, где контакты с Востоком
95
Леонид Архангельский
Ствол из «ленточного» Дамаска
были особенно сильны. Так, придвор-
ный оружейник испанского короля Фи-
липпа Третьего Жуан Санчес де Мирвена
в начале XVII в. уже умел сваривать пре-
красные стволы из, как написано, «мел-
ких кусочков». Но в других европейских
странах лишь через 150 лет узорчатые
стволы вошли в широкий обиход. Так,
лишь в конце XVIII в. в Льеже сварили
первые дамасские стволы. Изготовление
подобных стволов оказалось делом тех-
нологически не трудным и в 1808 г. в том
же Льеже уже около 500 мастеров тру-
дились над изготовлением ружей с узор-
чатыми стволами. Изготавливали такое
оружие еще и в Сент-Этьене, Бирминге-
ме, Шеффилде, Зуле и Брешии. Основа-
тель известной фирмы Николас Бернард
изготовил свой первый ружейный ствол
в 1804 г. в Версале.
Спрос на охотничье оружие был та-
ков, что только в 1906 г. и только в одном
Льеже произвели 850 т (!) Дамаска, кото-
рого было достаточно для изготовления
155 тыс. двуствольных ружей. Разнооб-
разие сортов стволового Дамаска не под-
дается точному учету, поскольку лишь в
одном каталоге Льежской мануфактуры
за 1891 г. покупателю предлагался выбор
из двадцати наименований. Говорят, что
всего существовало более тысячи назва-
ний сортов стволового Дамаска. Конечно,
нужно учесть неизбежное дублирование,
когда один и тот же металл назывался в
разных странах по-разному.
Несмотря на обилие названий сортов
металла, по способу их получения можно
разделить на несколько групп: подков-
ный; полосовой; ленточный; крученый
(1~6-прутковый); комбинированные;
мозаичный.
Подковный — наиболее древний и,
как ни странно, повсеместно ценимый
сорт Дамаска для стволов обязан своим
названием сырью, из которого его изго-
тавливали, а именно гвоздям, которыми
прибивают подковы к лошадиным копы-
там. Плоские гвозди собирали в пучок,
сваривали в монолит и расковывали в
полосу, которую обычным порядком на-
ворачивали на оправку. Структура да-
маска состояла из множества плоских,
лентообразных волокон. На поверхности
готового ствола проявлялся оригиналь-
ный узор, образованный прерывистыми
извилистыми линиями.
Полосовой Дамаск имел несколько
иную, но схожую структуру. Его также от-
ковывали из собранного в брикет «вто-
ричного сырья» — лезвий кос, обручей
с бочек и прочего мелкого ржавого ме-
таллолома. На стволах ружей встреча-
ются даже надписи с прямыми указани-
ями, например, типа «полосовой ствол
из лезвий кос». Проще в изготовлении и
надежнее при эксплуатации были стволы
из ленточного Дамаска, т.е. из обычного
слоистого железо-стального композита.
Наворачиваемые на оправку ленты, со-
стоящие из нескольких десятков слоев
стали и железа, не следует путать с лен-
тами исходного металла, из которого
состоял полосовой Дамаск. Из-за схо-
жести названий Дамаска может возник-
нуть путаница. Действительно, по какой
технологии изготовлены стволы сортов
«риббон» (англ, ribbon — лента), «рюбан»
(франц, rubans — полоса, лента), а также
«банд», «штрайфен» (нем. Band, Streifen
— лента), «зебра» и им подобные? Впро-
чем, теперь эти нюансы имеют значение
лишь для особо грамотных коллекционе-
ров и историков оружия.
Крученый Дамаск изготавливался
расковкой в ленту предварительно туго
закрученного прутка слоистого компо-
зита. При скручивании заготовки произ-
водили до 500 полных оборотов на один
метр длины прутка. Затем можно было
просто расковать или прокатать на валь-
цах скрученный пруток в ленту, чтобы на-
вернуть ее на оправку. Более сложные (и
популярные) варианты предусматривали
предварительную торцовую сварку двух-
шести скрученных прутков в плоский
брикет, и лишь затем его расковку в лен-
ту. Естественно, прутки могли быть закру-
чены как в разные, так и в одну сторону.
Получался узор типичного «турецкого»
Дамаска, поэтому некоторые сорта так и
назывались: «Тюрк», «Тюрк-Экстра» и т.д.
Часто встречается название «Кролль». На
Востоке узор крученого Дамаска называ-
ли «облачным». При изготовлении «ту-
рецкого» малослойного Дамаска с пос-
Ствол из «турецкого» Дамаска работы парижского мастера Лефоше
96
ДЕКРЕТЫ БУЛАТА
Шрифтовой Дамаск
ледующей аккуратной расковкой в ленту,
не искажающих внутреннюю структуру
металла, возникал красивый эффект. При
сошлифовке примерно половины тол-
щины ленты вдоль каждого скрученного
прутка протягивался ряд четырехлучевых
звездочек белого или черного цвета.
Сорта комбинированного стволового
Дамаска объединяли в одной ленте скру-
ченные прутки с прутками, в которых под-
черкнуто выявлен полосатый узор. Наибо-
лее красиво это смотрелось в двустволках,
когда ленты на стволы накручивались по
спирали в разные стороны, что вообще яв-
лялось общим правилом.
Для стволов из мозаичного Дамас-
ка первичный пакет составлялся не из
плоских пластин, а из прутков с разным
содержанием углерода, сложенных в пря-
моугольный блок в заданном порядке и
составляющих, подобно мозаике, некий
рисунок. Блок сваривался и аккуратно
Мозаичные стволы
97
Леонид Архангельский
проковывался или прокатывался в валь-
цах в тонкий квадратный пруток. Затем
этот пруток туго закручивали, раскатыва-
ли в ленту и сваривали ствол.
Очень ответственная операция - шли-
фовка ствола. Для выявления узора важно
сточить точно половину толщины ленты
из подобного Дамаска, потому что в этом
случае на поверхности проявляется попе-
речный срез исходного сложносоставного
прутка. Одним из самых дорогих был сорт
ружейного Дамаска «Этуаль» — звездчатый
Дамаск. На поверхности ствола из скру-
ченного мозаичного Дамаска этой разно-
видности проявлялись крестики, похожие
на четырехлучевые звездочки, отчего сорт
Дамаска и получил такое название.
Верхом технологии крученого мозаич-
ного Дамаска являлось изготовление ство-
лов с узором в виде надписей — названия
фирмы или сорта Дамаска. Для этого в
первичном пакете прутки и пластины ста-
ли складывали на фоне железного набора
в таком порядке, что они образовывали
желаемое слово или изображение торго-
вой марки. После очень аккуратной и точ-
ной дальнейшей обработки эта надпись
в более-менее различимом виде после-
довательно проступала на поверхности
ствола.
Травление стволов производилось
всеми мыслимыми способами с примене-
нием самых разнообразных составов. По
желанию заказчика или в соответствии с
традицией могли получить четыре вида
поверхности дамасского ствола: с рель-
ефным узором, черным контрастным, ок-
рашенным и, наконец, непроявленным.
Рельефный узор получался в том слу-
чае, когда после глубокого протравлива-
ния поверхность тщательно полировали.
Узор Дамаска проявлялся только в виде
рельефных линий одного цвета и повер-
хность ствола имела вид гравированной.
Для получения «черного контрастного»
узора использовали свойства стали и же-
леза по-разному окрашиваться под дейс-
твием одного и того же химического ре-
актива. Сталь приобретала черный цвет, а
железо оставалось белым. «Окрашенный»
узор мог иметь однотонный цвет, от олив-
кового до темно-бурого и даже совсем
черного. При черном воронении и неглу-
боком травлении узор едва проявлялся и
казался как бы стертым. Иногда этот тип
узора так и называют - «стертый», хотя
он является лишь разновидностью «ок-
рашенного». «Непроявленный» вид узора
отличается от прочих тем, что видимо-
го узора на поверхности ствола не было,
т.е. изготовители ствола не подвергали
его протравливанию. Это было особенно
популярно во Франции, где по привычке
продолжали изготовлять ружья из ком-
позитного металла тогда, когда узорчатые
стволы уже вышли из моды.
Под натиском новых индустриальных
технологий выплавки стали и изготовле-
ния ружейных стволов их производство из
Дамаска сначала сократилось до штучных
заказов, а затем и вовсе прекратилось. В
Льеже как впервые в Западной Европе от-
ковали первый дамасский ствол, так в том
же Льеже, в 1930 г. закрылась последняя
мастерская по производству ружей из да-
маска. Возможно, причиной прекраще-
ния изготовления композитных узорчатых
стволов было обилие относительно рых-
лых сварочных швов, из-за чего усилива-
лось явление «окклюзии» — проникнове-
ние в толщу металла пороховых газов, что
снижало стойкость узорчатого ствола по
сравнению со стволом из литой стали.
Ну, а как обстояли дела на Востоке?
От Турции до Индии издавна, едва ли не
с конца XVII в., производили стволы со
всеми основными видами узора, кроме,
пожалуй, крученого мозаичного Дамаска
«шрифтовой» разновидности. Его отсутс-
твие нисколько не умаляет мастерства
восточных ремесленников, поскольку и в
Европе не владели некоторыми восточны-
ми приемами изготовления стволов.
Например, в Индии мозаичный узор
на стволах получали своим оригинальным
способом: как и для звездчатого Дамаска,
Ствол комбинированного Дамаска. Санкт-Петербург, мастер Иван Пермяк, 1760 год
98
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Ствол московской работы середины XIX века
сваривали сложносоставной блок и рас-
ковывали в толстый прут. Полученный мо-
заичный блок не закручивали, а аккуратно
надрезали или надрубали с двух сторон
поперек слоев-волокон. Затем узорчатый
прут растягивали в горячем состоянии в
длину, как бы разворачивая узорчатую
«гармошку». Узорчатые поперечные спи-
ты выходили на поверхность ленты, обра-
зуя так называемую «развернутую моза-
ику», состоящую из ряда повторяющихся
фигур. После дальнейшей сварки, шли-
фовки и травления на поверхности ствола
проявлялся заданный узор, который мог
быть сколь угодно сложным. Излюблен-
ным мотивом были различные вариации
та «цитрусовую» тему — срез лимона, не-
редко встречались и стволы с мозаичным
узором в виде многослойных рулетов.
Толстая внутриствольная «рубашка»
иногда при обточке вылезала на поверх-
ность и тогда покупатель видел, что по вы-
сокой цене ему пытаются продать внешне
красивый, но сравнительно непрочный
ствол, металл которого состоял в основ-
ном из обычного железа. Западные масте-
ра иногда для скупого заказчика экономи-
ли трудоемкий высокопрочный Дамаск,
наваривая его лишь тонким поверхност-
ным слоем на толстое (и дешевое) желе-
зо. При аккуратной шлифовке, не образу-
ющей «проплешин», заказчик вполне мог
остаться довольным.
Внутренний железный слой играл не-
которую положительную роль, повышая
«живучесть» ствола. При использова-
нии дымного пороха, в котором кроме
селитры и угля было много серы (10%),
происходил интенсивный разгар ствола,
причем неоднородный Дамаск и выго-
рал неодинаково. Говорят, это было од-
ной из причин потери интереса к узор-
чатым стволам.
На Кавказе производство узорчатых
стволов зафиксировано уже в первой
половине XVIII в. В Оружейной Палате
хранится ружье кавказской выделки со
стволом из Дамаска, датированное 1732
г. Полагают, что стволы для этого и дру-
гих подобных ружей произведены в да-
гестанском селении Харбук, из которого
стволы поступали для дальнейшей сборки
и украшения все в те же Кубани. Разуме-
ется, что и сами ружья, и стволы для них
изготавливались на Кавказе не только в
Харбуке~Кубачах, но и в других районах
и селениях. Например, в аварском селе-
нии Унцукуль в середине XIX в. работали
мастера, которые из ружья своей работы
могли со 100 метров попасть в монету.
Технология изготовления стволов и
Дамаска для него была, вероятно, заимс-
твована из Турции. В Закавказье даже
само ружье называлось «турка». Один из
мастеров, работающий в Лагиче (Закавка-
зье), оставил описание технологии изго-
товления ствола из «букетного» Дамаска.
По этому описанию следовало семь про-
волок (три железные и четыре стальные;
скрутить между собой и, не сваривая,
навернуть на оправку. После этого произ-
вести сварку, используя в качестве флюса
«желтую землю» - вероятно, один из ви-
дов песчаника. Сваренный, прокованный
и обточенный ствол 8 часов кипятили в
специальном растворе, получая в итоге
узор, называемый «выеденная руда».
В Россию методы производства да-
масских стволов могли попасть как через
Кавказ, так и непосредственно из Ирана и
Турции. Могли быть и другие пути, не ис-
ключались при этом возможности само-
стоятельной разработки технологии из-
готовления узорчатых стволов. Музейные
работники свидетельствуют, что русские
мастера изготовляли узорчатые стволы
еще в середине XVII в. (в российских му-
зеях сохранились стволы тульской рабо-
ты, датируемые именно серединой этого
века). И в мастерских Оружейной Палаты
работали прекрасные специалисты, зна-
комые с лучшими образцами огнестрель-
ного оружия. В экспозиции Оружейной
Палаты представлен охотничий штуцер с
узорчатым стволом, изготовленный мос-
ковскими мастерами в 1730 г.
В начале XX в. тульские ремесленники
предлагали покупателю выбор уже из не-
скольких десятков (около 50) сортов ство-
лового Дамаска. Я лично видел подобную
демонстрационную шкатулку с аккуратно
уложенными в несколько рядов трубчаты-
ми образцами узоров. Сейчас она хранит-
ся в Московском Политехническом музее.
Впрочем, относительно исторических
и культурно-этнологических сторон про-
изводства огнестрельного оружия я могу
только отметить, что на новом витке тех-
нологической спирали вполне возможен
возврат к некоторым старинным вариан-
там. Изготовление штучных, особо цен-
ных ружей с узорчатыми стволами, кра-
сивыми, как встарь, и по-современному
прочными, уже не является делом немыс-
лимым. Стволы с узорчатой поверхностью
и внутренним, «намертво» вваренным
прочным лейнером даже из нержавею-
щей стали можно изготавливать в нема-
лых количествах вполне промышленным
способом.
99
Леонид Архангельский
ЗАКАЛКА КЛИНКОВЫХ СТАЛЕЙ
Аля повышения прочности и
твердости оружейные стали
подвергают закалке тем или
иным способом. Для того что-
бы правильно выбрать способ
и режим закалки конкретного изделия из
стали или булата определенного состава,
кузнецу-оружейнику необходимо пони-
мать, какие процессы происходят в стали
при закалке и отпуске.
Закалка — быстрое охлаждение стали
до температуры ниже 727 °C, при кото-
рой происходит превращение аустенита
в закалочные структуры. При небольшой
скорости охлаждения образуются структу-
ры перлитного типа, представляющие со-
бой смесь частиц железа и карбидов. Чем
больше скорость охлаждения, тем меньше
размер образующихся частиц цементита и
выше твердость металла. Величиной, ха-
рактеризующей тип подобных структур,
является так называемое межпластиноч-
ное расстояние, под которым понимается
сумма толщин двух соседних пластинок
феррита и цементита.
Перлит - продукт распада аустени-
та, образующийся при температуре 650~
700 °C, с межпластиночным расстоянием
1 мкм и твердостью HRC 20. Сорбит обра-
зуется при 600 °C и имеет твердость около
HRC30 с межпластиночным расстоянием
0,25 мкм. Троостит возможно получить при
переохлаждении аустенита до температур
ниже 500 °C. Твердость троостита HRC 35-
45, межпластиночное расстояние 0,1 мкм.
Меня долгое время очень интересовал
вопрос, какая структура образуется в не-
закаленном сверхмногослойном Дамас-
ке, в котором достигнутая специальными
методами толщина четко оформленных
слоев не превышает 0,1~0,3 мкм. Развал
научно-промышленной базы России не
позволил произвести детальные иссле-
дования и удовлетворить мое любопытс-
тво. Впрочем, можно предполагать, что
трооститная структура в таких дамасках
образуется автоматически. Множество,
если не большинство, клинков из узорча-
тых сталей закалены с получением именно
сорбито-трооститной структуры, что при-
давало им очень хорошую упругость при
умеренной твердости.
Наиболее твердая и прочная закалоч-
ная структура - мартенсит. Он образуется
совершенно не так, как железо-цементит-
ная смесь. При очень быстром охлажде-
нии углерод не успевает выделиться в виде
частиц цементита, и образуется пересы-
щенный твердый раствор углерода в же-
лезе, имеющий высокую твердость. Мар-
тенситные кристаллы образуются только
внутри аустенитного зерна и никогда не
переходят границу между зернами. Более
того, в каждом аустенитном зерне образу-
ется несколько кристаллов мартенсита. И
без того сверхмелкозернистая структура
булата дополнительно измельчается, что
сопровождается возникновением искаже-
ний кристаллической решетки внутри зер-
на, дополнительным дроблением блочной
структуры и общим резким повышением
плотности дислокаций. Максимально до-
стижимая твердость обычных, безузорча-
тых инструментальных сталей составляет
HRC 66-68, а у наиболее твердых сортов
булата эти показатели могут быть значи-
тельно выше.
Сама по себе высокая твердость не
обеспечивает ни прочность клинка, ни
стойкость его лезвия. (В самом деле, стек-
ло твердое, но из-за полного отсутствия
эластичности не прочное, поэтому делать
из него сабли или ножи не следует.) В то
же время есть стали, которые при весь-
ма умеренной твердости превосходят по
прочности многие инструментальные ста-
ли, применяемые для изготовления хо-
лодного оружия. Однако и из таких про-
чных, но чрезмерно мягких сталей клинки
не делают. Только сочетание твердости и
прочности придает лезвию клинка в хо-
лодном оружии необходимую стойкость к
истиранию и ударам. Кроме того, клинки
должны иметь и некоторую упругость. В
старину в России оружейную, накачанную
энергией деформации сталь очень точно
характеризовали словом «крепкая сталь»,
а американские кузнецы и сейчас упот-
ребляют выражение «сильная сталь».
Одним из методов придания клинкам
холодного оружия таких свойств и являет-
ся закалка. Кузнецы-оружейники при из-
готовлении холодного оружия применяли
множество способов закалки клинков, до-
биваясь наивысших боевых качеств ору-
жия. За две тысячи лет разработаны особые
режимы, которые часто составляли секрет
выдающегося мастера или известной шко-
лы. Понятно, что другие мастера разными
путями старались раскрыть эти секреты.
Мудрец древнего Китая Конфуций ука-
зывал на несколько путей познания, из
которых путь размышления самый благо-
родный, путь копирования самый легкий,
а путь проб и ошибок самый горький. В ре-
альной жизни человек нередко использует
несколько путей - подумает, попробует,
поспрашивает, опять попробует.
Существуют несколько неожиданные
для неспециалиста методы термообра-
ботки клинков. Так, в известнейшей книге
Дж.Р.Толкиена «Властелин колец», в пер-
вой ее части «Хоббит», я встретил непо-
нятное упоминание о трижды закаленных
наконечниках копий гномов. Конечно, я
знал о вполне научно обоснованном трой-
ном отпуске быстрорежущих сталей, но
здесь-то речь шла стройной закалке. Хотя
книга Толкиена и написана в стиле «фэн-
тези», т.е. «ненаучной фантастики», все же
упоминание показалось мне основанном
на каких-то реалиях. Уж очень складно у
него было описано другое оружие... Тут же
вспомнилось и упоминание меча тройной
закалки в фильме «Александр Невский».
Тоже, кстати, не очень научном.
Поиски ответа заняли некоторое вре-
мя, но в итоге выяснилось, что «гномья
закалка» действительно имеет смысл - и
не только для гномов. Оказалось, что не
только легендарные гномы в старину,
как у Толкиена, но и многие современ-
ные мастера с успехом применяют этот
вариант термообработки. Какое-то вре-
мя я пользовался услугами термическо-
го участка НИИ «Инструмент», и обратил
внимание, что оси точных приборов, за-
каленные по разработанной в институте
методике, обладают высокой упругостью
при твердости напильника HRC 60. Суть
метода заключалась именно в тройной
закалке, которая производилась сначала
с немного повышенной (по сравнению с
обычной) температуры, а затем ступенча-
то понижалась в следующие циклы нагрев
- охлаждение.
100
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Двойная линия «хамон» на иранском булате
Применяется такой метод и в клиноч-
ном деле. По данным редактора оружей-
ного журнала «Blade» Эда Фоулера, при
резке жесткого пенькового каната тройная
закалка повышает стойкость лезвия ножа
почти в два раза. Рекомендуется провести
и тройной отпуск после последнего цик-
ла закалки, что дополнительно повышает
стойкость клинка. Примечательно, что та-
кая усложненная термообработка более
благотворно сказывается на клинках с
тщательно откованным лезвием, чем для
клинков из этой же стали, но просто вы-
шлифованных из полосы. Такие клинки
после тройной закалки увеличивают свою
стойкость всего на 20 %. Да и сама отков-
ка лезвия по сравнению со слесарной вы-
шлифовкой в два раза увеличивает стой-
кость при резе того же каната.
Итак, закалка кованного клинка «по
рецепту гномов» в несколько раз увеличи-
вает его стойкость, что объясняется силь-
ным измельчения зерна и карбидов при
неоднократной и управляемой перекрис-
таллизации металла, чего нельзя достичь
одной лишь деформацией при ковке. Об-
разно говоря, так можно дополнительно
уменьшить маленькое и скруглить круг-
лое, а именно зерна и карбиды в структуре
стали.
Здесь же можно привести упомина-
ние и о сложном отпуске, примененном в
Златоусте П. Аносовым. По его указанию,
саперные тесаки, от которых требовалась
большая твердость при хорошей удар-
ной вязкости, после закалки «насухо» в
холодной воде подвергали тройному от-
пуску с промежуточным охлаждением в
той же воде. Такая термообработка не
совсем понятна, потому что считается, что
при нагреве закаленного металла до тем-
пературы около 200 °C происходит лишь
уменьшение закалочных напряжений, ус-
траняющее опасность возникновения тре-
щин и снижающих коробление клинка. Но
для этих целей нет нужды в промежуточ-
ном быстром охлаждении.
На применение трехкратного отпуска
закаленных углеродистых сталей класси-
ком российского оружейного дела обра-
тили вниманиесовременные исследовате-
ли булата В. Щербаков и В. Борзунов. Они
считали возможным, что такая обработ-
ка устраняла так называемую отпускную
хрупкость, при которой даже отпущенные
клинки могли лопаться как стеклянные.
Современные кузнецы используют мно-
гократный низкотемпературный отпуск,
поскольку видят полезный эффект от та-
кой термообработки, вопрос о реально
проходящих при этом процессах можно
считать открытым.
Возможно, при этом способе проис-
ходит ускоренное старение узорчатых
сталей, ведь в них с течением времени
идут разные и не всегда понятные процес-
сы. Некоторые наблюдательные мастера
и- опытные пользователи отмечали, что
клинки иногда «сами по себе», без за-
метных внешних воздействий, то теряют
твердость, то вновь набирают ее. В моей
практике был случай, когда примерно
через год после изготовления клинки из
Дамаска с заметным содержанием воль-
фрама перестали держать заточку: кром-
ка лезвия стала крошиться. Проверили
твердость, оказалось, что за это время она
возросла с HRC 60 до HRC 66! Повторный
отпуск при 180 °C не только не снизил, а
еще более ее повысил. Лишь неоднократ-
ный отпуск при повышенной температуре
привел показатель в норму.
О заметном понижении твердости с
течением времени можно сказать лишь
немногое. Некоторые исследователи
склонны объяснять очень уж небольшую
твердость многих старинных булатов по-
терей твердости в результате неких зага-
дочных процессов. Мол, первоначально
сабли были закалены хорошо, а и лишь
затем, за сотни лет, твердость по каким-то
причинам упала.
Из столь же экзотических, что и «гно-
мья закалка», но и столь же реальных
способов наиболее широко известен, по-
жалуй, применяемый в Дамаске способ
закалки клинков в потоке ветра. Неда-
леко от Дамаска есть ущелье, в котором
постоянно дуют сильные ветры. Оружей-
ники в старину перегородили это ущелье
кирпичной стеной с узкими проходами, в
которых и вывешивали для закалки раска-
ленные сабельные клинки. Скорость ветра
в этих проходах была такова, что под его
напором опрокидывался всадник вместе
с конем. По моим оценкам, скорость со-
ставляла порядка 50 м/с.
Похожий способ использовали горцы
Кавказа., но конь там использовался не
как измеритель силы ветра, а скорее как
ее создатель. Наверное, горцы удивились
бы, узнав, что они использовали мудре-
ный принцип обратимости движения, со-
гласно которому неважно, что движется
— набегающий на неподвижный клинок
воздух, или клинок, перемещающийся с
той же скоростью в неподвижном воздухе.
Кузнецы передавали раскаленный клинок
всаднику и тот мчался на резвом скакуне
по горным долинам, размахивая клинком.
101
Леонид Архангельский
Очевидно, что конь не мог мчаться со ско-
ростью дамасского ветра около 150 км/ч,
но к скорости коня можно добавить ско-
рость держащей клинок руки при разма-
хивании. Некоторые мастера закалива-
ли таким образом клинки сабель только
ранним утром, пока не сошла ночная роса
и воздух прохладен и влажен, другие же
дожидались тумана, когда воздух густо
насыщен мельчайшими капельками воды.
Таким образом оружейники регулировали
скорость охлаждения и, следовательно,
твердость и упругость клинка.
Напомню, что П.П. Аносов по собс-
твенному разумению или по совету опыт-
ных кузнецов, однажды предпринял опыт
по закалке простого стального ножа в по-
токе, по его выражению, «сгущенного воз-
духа» - в струе от воздуходувной маши-
ны. Нож после такой закалки стал таким
мягким, что полностью потерял упругость,
но его более сильно закаленное лезвие
десять раз перерезало сверток войлока,
в то время как в нормально закаленном
состоянии - всего лишь один раз. Следо-
вательно, экзотическая закалка дамасских
мастеров имела реальный смысл...
В Иране булатные клинки охлаждали,
заворачивая в мокрые холсты, при этом
вода из прилегающих к горячему металлу
слоев холста быстро испарялась, а ткань
обугливалась. После первоначального,
довольно быстрого охлаждения клинок
затем медленно остывал в атмосфере го-
рячего пара, отчего металл приобретал
сорбито-трооститную структуру с высокой
упругостью. В Средней Азии ножевые и
кинжальные клинки для закалки некото-
рые кузнецы втыкали во влажную глину.
Вокруг горячего клинка быстро образо-
вывалась корка высохшей глины, плохо
проводящая тепло. Впрочем, плотность и
теплопроводность корки сильно зависит
от состава глины. Конечно, от мастерства
оружейника зависело в том и в другом
случае, насколько мокрыми могли быть
холсты и насколько влажной — глина.
В давние времена таким же способом
закаливали кинжальные клинки кубанс-
кие казаки. Во время инициации — посвя-
щении молодого казака в воины, он дол-
жен был несколько раз воткнуть в землю
раскаленную заготовку своего личного
кинжала. Весь процесс был ритуально рег-
ламентирован и время каждой выдержки
клинка в земле, равно как и количество
втыканий, определялось содержанием
и ритмом чтения наговора-посвящения.
Чем точнее соблюдались заложенные в
незапамятные времена традиции, тем
лучше было качество личного оружия.
Кузнецы некоторых народов Афри-
ки использовали при закалке бычью или
свиную печень, втыкая в нее наконечники
копий или клинки кинжалов. При этом ме-
тоде используется та же схема охлаждения
— сначала температура снижается весьма
быстро, а затем, по мере обугливания тка-
ней печени, все более замедленно. При-
меняли и бараний жир. При погружении в
него клинка легкоплавкий жир таял и, ин-
тенсивно перемешиваясь, весьма эффек-
тивно охлаждал клинок. Но затем пере-
мешивание прекращалось и дальнейшее
охлаждение происходило крайне мед-
ленно и, что очень важно, в среде сильно
разогретого жидкого жира. Аносов также
считал, что сабельные булатные клинки
можно закаливать в жидком, разогретом
почти до кипения жире.
Очевидно, что при всех этих способах
закалки охлаждение металла происходит
довольно медленно, т.е. оружейники не
стремились достичь максимальной твер-
дости металла. Распад аустенита на же-
лезо-карбидную смесь происходил прак-
тически полностью и сабельные клинки
имели в результате твердость HRC 25~30.
Тонкие лезвия остывали быстрее, и их
твердость могла быть выше. Однако в тех
же странах наряду с «мягкой» закалкой
практиковалась и обычная закалка в воде.
И не только в воде. Известен классический
старинный рецепт, приведенный монахом
Теофилом, согласно которому нужно было
посадить черного козла в клетку и, после
некоторого времени очищающего голода-
ния, несколько дней подряд кормить его
определенным сортом травы. Когда ор-
ганизм животного перестроится и начнет
выделять вещества, содержащиеся в тра-
ве, нужно собирать его мочу и закаливать
в ней клинки, которые от этого приобре-
тают удивительную твердость, позволяю-
щую резать стекло. В другом рецепте гово-
рится, что наилучшей закалочной средой
является опять-таки моча, но не козла на
папоротниковой диете, а рыжего мальчи-
ка. Возраст мальчика и рацион его пита-
ния особо не оговаривался.
Такая экзотика дошла и до наших дней.
Рассказывают, что в одном из московских
художественных училищ работал старый
преподаватель кузнечного дела. Так вот
он свои инструменты закаливал в своей
же моче, которую долго собирал в завет-
ное ведро. Веселых студентов, желающих
помочь ему в этом деле, он от ведра го-
нял, потому что в это время выдерживал
какую-то особую диету. Диета ли помога-
ла или просто опыт у него был большой,
но у закаленных им зубил и острие не кро-
шилось, и боек не разбивался.
В популярной оружейной литерату-
ре можно встретить предположение, что
при закалке в моче происходит насыще-
ние поверхностного слоя металла азо-
том, что, якобы, и придает изделию осо-
бую твердость. Мысль оригинальная, но
сомнительная, поскольку всякого рода
«насыщения» происходят в результате
диффузии, а диффузия даже при высо-
кой температуре - процесс длительный.
Азотирование, проводимое в заводских
условиях при температуре в сотни граду-
сов длится несколько часов, а не секунд,
как при закалке в моче. Если отвлечься от
экзотических особенностей, то способы
закалки в моче можно назвать закалкой
в растворе солей. А вот состав и концен-
трация этих солей действительно опреде-
лялась рационом питания определенного
животного и, может быть, даже цветом
волос и возрастом человека. При охлаж-
дении в воде на закаливаемой поверхнос-
ти образуется паровая рубашка, облада-
ющая очень плохой теплопроводностью,
поэтому скорость охлаждения невелика.
При охлаждении в соленой воде на по-
верхности клинка непрерывно образуется
пленка соли, которая отскакивает и раз-
рывает нарушающую теплообмен паровую
рубашку. От конкретного состава солей
зависит температура кипения жидкости,
ее смачивающая способность и, в конеч-
ном счете, охлаждающая способность в
разном интервале температур.
Скандинавы закаливали свои мечи в
родниковой воде, причем зачастую добав-
ляли в воду поваренную соль и другие ве-
щества. В финском эпосе «Калевала» опи-
сывается, как герой перед закалкой меча
засыпал в закалочную воду щепоть золы,
а также «...щелоку чуть-чуть добавил в сок
для крепости железа...», т.е. со знанием
дела приготовил раствор, обеспечиваю-
щий высокую скорость охлаждения в нуж-
ном интервале температур. Лезвия мечей
тогда зачастую изготавливали из металла
с весьма невысоким содержанием углеро-
да. В некоторых местностях (понятно, что
102
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
и в разные времена) воины рубились ме-
чами, в лезвиях которых было всего лишь
0,3~0,4 % углерода. При мягкой закалке
в жире или на ветру твердость была бы
недопустимо низкой, а вот при жесткой
закалке в соленой воде из стали можно
было вытянуть максимум. В тех же краях
были мастера и получше, ковавшие мечи
с содержанием углерода в лезвиях 0,8 %,
что позволяло им применять менее жест-
кие режимы закалки.
Каждая закалочная среда характери-
зуется главным образом скоростью ох-
лаждения в ней металла. При закалке в
потоке ветра эта скорость не превышает
нескольких десятков градусов в секунду,
а при использовании соленой воды ско-
рость охлаждения может достичь тысячи
градусов в секунду. Бараний жир, бычья
печень и минеральное масло занимают
промежуточное положение.
Для оружейника очень важно то, что
при использовании мягких режимов за-
калки разные части клинка приобретают
неодинаковую твердость. Тонкое лезвие
остывает быстрее массивного, толстого
обуха, поэтому и твердость у него выше.
Подбором среды охлаждения и режима
закалки можно добиться того, что лез-
вие приобретет мартенситную структуру
с твердостью напильника, а тело клинка
будет иметь троостито-сорбитную струк-
туру, отличающуюся высокой упругостью
подобно пружине. При жесткой закалке
на воду скорость охлаждения превышает
некоторую критическую величину и весь
клинок может закалиться на мартенсит.
Но для воздействия на структуру металла
клинка при закалке у мастера-оружейни-
ка остается возможность менять состав и
температуру воды.
Солевой состав воды может быть раз-
ным даже у близко расположенных ис-
точников, например, у родника и рядом
текущей равнинной реки. По одной из
легенд, гном-кузнец Альберих в поисках
подходящей воды для закалки меча про-
шел девять королевств. Нечто похожее
предпринимали в прошлом американские
производители ножей, которые воду для
закалки возили из Англии. Они решили,
что высокое качество ножей из Шеффил-
да объясняется особыми свойствами мес-
тной воды, в которой они закаливаются.
И, может быть, были не так уж неправы.
Температура закалочной воды также
играет немаловажную роль, поскольку с
ростом температуры охлаждающая спо-
собность воды резко снижается. Описа-
ния путешественников, обращающих вни-
мание на процесс изготовления оружия,
позволяет установить, что вода, в которой
кузнецы закаливали свои клинки, часто
была или теплой или, во всяком случае, не
слишком холодной, насколько - и состав-
ляло секрет мастера. Я уже приводил пре-
дание о том, как ученик прославленного
японского оружейника для определения
температуры воды, в которой мастер зака-
ливал клинки, опустил в нее палец. А тот,
за посягательство на его секрет закалки,
тут же отрубил этот палец.
Охлаждающая способность закалоч-
ной среды в различных интервалах тем-
ператур горячего металла характеризуется
скоростями (°С/сек):
550-650		200-300 1
Вода при 18 °C	600	270
Вода при 50 °C	100	270
Мыльная вода	30	200
10 %-ный раствор соли	1100	300
10 %-ный раствор соды	800	270
Масло	150	30
Керосин	170	50
Ветер	20	5
Воздух	3	1
В старину режимы закалки считались
едва ли не главным секретом каждого
мастера. М.Ю. Лермонтов в своем извес-
тном стихотворении «Поэт» писал:
«Отделкой золотой блистает мой кинжал
Клинок надежный - без порока;
Булат его хранит таинственный закал -
Наследье бранного Востока.»
Два вида хамона по-русски
Грузинский мастер Кахрамон Элиаров
(Элиарошвили) рекомендовал особую
обработку клинков: «...если нужно будет
сделать очень крепкую или твердую за-
калку клинка, тогда надобно ту хорошо
нагретую в огне вещь обсыпать по обе-
им сторонам порошком из жженого рога
рогатой скотины, смешанного с мелкой
солью. Затем вновь хорошо раскалив
клинок, положить оный в теплую воду,
из которой, вынув, положить острием на
огонь и действовать до тех пор, пока весь
получит некоторую желтизну. После чего
вновь положить в теплую воду и тем за-
калка окончена будет». В этом рецепте,
проданном мастером русскому прави-
тельству в середине XIX в., привлекает
внимание обработка раскаленного клин-
ка повышающим твердость составом. Его
нередко использовали и другие опытные
кузнецы при изготовлении инструментов
и оружия.
Современный краснодарский кузнец-
оружейник Владимир Петрик (так стала
звучать в России фамилия его голланд-
ских предков Ван Патриков) старательно
изучал старинные оружейные рецепты
этого края. Он рассказал мне о произво-
димой там еще в сравнительно недавние
времена химико-термической обработке
коротких клинков и инструментов. Сель-
ские кузнецы свои почти полностью за-
точенные заготовки оставляли на ночь
в специальных корытах, наполненных
порошком из жженых рогов или копыт и
помещенных в горн или печь с тлеющими
углями. Твердость обработанного таким
образом скребка была такова, что зака-
103
Леонид Архангельский
ленный напильник не оставлял на нем
даже малейших царапин. Очевидно, что
так проводилась нитроцементация - од-
новременное насыщение поверхности и
азотом и углеродом.
С той же целью - повысить твердость
лезвия — некоторые мастера Ирана по-
мещали откованные клинки в печь, отап-
ливаемую тлеющим навозом. Выдержка
продолжалась в течение недели, а за та-
кой срок вполне могла произойти диф-
фузия азота и углерода в поверхностный
слой. Известно также, что легендарный
кузнец Веланд производил азотирование
металла, скармливая стальные опилки
домашней птице. Обрабатываемые желу-
дочным соком частицы металла действи-
тельно насыщались азотом, что подтвер-
дили недавно проведенные лабораторные
исследования. Мне рассказывали, что аф-
риканские кузнецы и сегодня отковыва-
ют клинки ножей из мелко нарубленных
гвоздей, скормленных курам. Говорят,
что эти ножи остры, но хрупковаты. Я эти
«птичьи» способы азотирования не про-
верял, поэтому ни рекомендовать, ни от-
вергать их не могу.
Необходимого в холодном оружии
разнообразия структур металла можно
добиться не только изменением режимов
закалки, но и отпуском клинка при раз-
личных температурах. Для устранения вы-
сокой хрупкости мартенсита закалки его
подвергают низкотемпературному отпуску
после нагрева до 150-230 °C. При этом не-
много снижается твердость, зато вязкость
сильно повышается, что благотворно ска-
зывается на прочности и лезвия, и клинка
в целом. При нагреве мартенсита до более
высоких температур происходит его рас-
пад на железо-карбидную смесь с соот-
ветствующим резким падением твердости
и повышением упругости и вязкости.
В старину, когда в распоряжении
кузнецов не было точных приборов для
определения температуры, при ковке и
термообработке клинков ее определяли
«на глазок» — по цвету нагретого металла.
При ковке и закалке температуру нагрева
определяли по цвету и интенсивности све-
чения клинка, а при отпуске — по цветам
побежалости на его зачищенной повер-
хности. До нас дошли рекомендации на-
греть клинок «до цвета утренней зари» (в
Аравии), или «до цвета июльской луны»
(в Японии), а затем уже его охлаждать тем
или иным способом.
В отличие от цвета неба, цвета побе-
жалости на поверхности металла везде
одинаковы, поэтому рецепты отпуска не
устарели до сих пор. Естественно, оружей-
ники старались так провести отпуск клин-
ка, чтобы режущая часть его лезвия сохра-
нила высокую твердость, а обух приобрел
вязкость и упругость. Для этого они при
отпуске режущую часть клинка старались
нагревать до соломенного, светло-желто-
го цвета побежалости, обух — до синего,
соответствующего максимальной упругос-
ти, а толстую часть клинка у самой рукояти
— пока она не станет бледно-голубой или
зеленоватой.
Такого же эффекта разной твердости
можно достичь и непосредственно при
закалке. Использование обмазки обуха
клинка глиной применялось практически
повсеместно, но можно было поступать
и по-другому. Уже упоминалось, как ра-
ботавший в Китае один японский мастер
закаливал за ночь пару сотен клинков
армейских катан. Сами клинки изготав-
ливали подручные-китайцы, а он лишь
руководил и закаливал. Во время закалки
он всех выгонял из кузницы, но некоторые
предположения сделать можно. Вероятно
он быстро нагревал в сильном пламени
горна лишь лезвие клинков, в то время как
обух оставался сравнительно холодным и
при остужении в воде не закаливался. Та-
кой же метод неоднократно и с успехом
применял и я. Требуется лишь повышен-
ное внимание.
Еще одним популярным способом яв-
ляется лишь частичное погружение клинка
в охладитель. Погружается лезвие и часть
острия, а обух остается на воздухе, при этом
лезвие закаливается нормально, а обух ос-
тается более мягким. Есть и еще один спо-
соб зонной закалки, называемый «через
воду в масло», клинок на короткое время
погружают в воду, а затем, когда лезвие
и, отчасти, обух перестанут светиться, его
переносят в масляную ванну, где и дают
полностью остыть. Конечно, требуется не-
который навык. Но зато при закалке таким
способом углеродистого клинка получение
«хамона» обеспечено. Может быть, вы-
сокопроизводительный японский мастер
пользовался именно этим способом?
Разнообразие применяемых способов
термообработки (закалки) говорит о том,
что оружейники древности стремились ис-
пользовать индивидуальную для каждого
вида оружия среду охлаждения и вариант
отпуска, добиваясь то высокой упругости
клинка, то наоборот, максимально дости-
жимой для примененного металла твер-
дости лезвия. Конечно, возможны и такие
варианты, когда металл приобретает эти
свойства одновременно.
Современный ученый Анатолий Чехо-
вой, занимаясь нанотехнологиями, раз-
работал методы термообработки сталей,
в результате применения которых улуч-
шались сразу все свойства. Он высказал
ключевое, скорее философское предпо-
ложение - воздействовать на металл та-
ким образом, чтобы, защищаясь от этого
воздействия, металл стал вырабатывать
внутри себя наноструктуры, парирующие
это воздействие. Руководствуясь этой иде-
ей, путем применения при отпуске леги-
рованной стали многочисленных (до ста)
циклов нагрев - охлаждение, ему удалось
сформировать невероятно тонкую зернис-
тую структуру металла: в поперечник зер-
на в обработанной таким образом стали
укладывалось всего лишь 200 атомов!
Естественно, подробности технологии
пока не раскрываются. В то же время сле-
дует отметить, что получаемые им в обыч-
ной стали зернистые структуры очень схо-
жи со структурами классического булата.
Об этом сходстве - в следующих главах.
Неравномерно закаленный клинок после контрольного травления
{04
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
ОСТРЕЕ БРИТВЫ
Если спросить какого-нибудь
даже далекого от мира холод-
ного оружия человека, что та-
кое острый нож и что такое ос-
трый топор, то в ответ скорее
всего услышим, что острый нож хорошо
режет, а острый топор хорошо рубит. Что
такое «хорошо» и что такое «плохо» - это
вопрос особый, а вот что острота бывает
разная, это верно подмечено в пословице
— «Бритва остра, да топору не сестра».
Понятие остроты, если не рассмат-
ривать геометрию клинка, используется
двояко. Нож можно заточить до остро-
ты бритвы и даже лучше, клинок может
долго сохранять (не сохранять) первич-
ную заточку. В обоих случаях острота
определяется состоянием самого тон-
кого завершения лезвия - его режущей
кромкой. Клинок можно заточить очень
остро, но если металл будет мягким, то
при резании режущая кромка сомнется,
а если твердым, но хрупким, то обло-
мится и выкрошится. Если не произой-
дет ни того, ни другого, то при малой
стойкости к абразивному изнашиванию
из-за «слабого» химического состава
стали она может быстро «стереться».
Отсюда и очень специфические требо-
вания к клинковому металлу - чтобы
быть острым в полном смысле этого
слова, он должен быть одновременно
твердым, как напильник, и упругим, как
рессора.
Еще раз отмечу важность и даже не-
обходимость легирования лезвийного
металла строго определенными ком-
понентами. Например, установлено,
что хорошую стойкость к истиранию и
твердость обеспечивает образующий
карбиды железа углерод в количестве
от 0,6 %, а также хром, вольфрам, ва-
надий и молибден. При одновремен-
ном легировании этими элементами и
насыщении металла карбидами можно
обеспечить очень высокую твердость и
стойкость к истиранию. Высокая твер-
дость сама по себе не является гарантом
прекрасных режущих свойств, но ее по-
вышение всего на 2 ед. сверх HRC 60 при
резке пенькового каната существенно
улучшило результат - на 20 %.
Кстати, нужно не упускать из виду и то,
что главный легирующий элемент в стали
- все же углерод. Именно он обеспечи-
вает не только образование избыточных,
структурно свободных карбидов, но и
высокие свойства закаленной матрицы,
да и саму возможность закалки. Избы-
точные карбиды, резко снижая ударную
вязкость, практически не увеличивают
твердости, поэтому в малом содержа-
нии углерода в матрице состоит главный
недостаток современных нержавеющих
клинковых сталей, в которых много круп-
ных твердых карбидов, а матрица срав-
нительно мягкая.
Упругость матрицы можно обеспе-
чить ее легированием такими элемента-
ми, которые подобно углероду придают
ей прочность на атомном уровне, на-
пример, кремнием и фосфором. Тогда и
тонкое завершение лезвия, его режущая
кромка даже при высоких нагрузках бу-
дет изгибаться, не заминаясь. Простей-
шим тестом на упругость является прока-
тывание лезвия под углом по железному
или латунному прутку. Если режущая
кромка не завернулась и не выкроши-
лась, то качество металла можно при-
знать хорошим.
Очевидно, что кроме угла заточки все-
го лезвия важное значение имеет форма
и толщина завершения лезвия — его ре-
жущей кромки. Остроту кромки принято
определять радиусом ее закругления,
минимально достижимая величина ко-
торого после заточки зависит от качества
металла клинка. Остроту хорошего клин-
ка можно довести до остроты стеклянно-
го осколка, если у мастера хватит умения
и терпения. Действительно, специаль-
ными методами можно довести радиус
закругления на острие до величины в
несколько сотен атомных радиусов. Бо-
лее чем достаточной считалась острота,
позволяющая сразу после заточки клинка
рассечь им на лету человеческий волос.
Рассекание гусиного перышка и опавших
листьев в потоке ручья Веландом и Му-
рамасой описано ранее. В наши дни так-
же есть примеры схожей остроты. Один
потомственный парикмахер (скорее,
брадобрей) из Средней Азии демонс-
трировал возможности переданной ему
по наследству булатной бритвы с мелким
спутанным узором. После правки лезвия
просто на своей ладони, смазанной осо-
бым маслом, он ронял на острие волос и
тот распадался надвое под собственным
весом. Были и некоторые тонкости. На-
пример, светлые волосы он просто ронял
на лезвие, а более жесткие и толстые чер-
ные он придерживал за один конец. Дру-
гой знакомый рассказывал о показанном
ему в Индии известном, но считавшимся
легендарным, трюке с рассеканием шел-
кового платка. Особенность в том, что
платок рубили не саблей и с размаху, а
коротким ножиком и легким движением:
платок подбросили вверх и подставили
под него лезвие ножа длиной около 12-15
см; когда платок лег на лезвие, слегка по-
тянули клинок на себя и платок аккуратно
спустился на землю двумя половинками.
Можно напомнить и опыты Аносова,
который булатным клинком разрубал
тончайший газовый платок, а саблей из
обычной литой стали лишь толстую шел-
ковую ткань. Таким образом, хорошие
дамасские и булатные клинки в некото-
ром смысле острее бритвы, поскольку
обладают способностью невероятно ост-
ро затачиваться. Но нужно еще уметь за-
тачивать.
При резании кромка быстро затупля-
ется до определенного радиуса закругле-
ния, остающегося в течение длительного
времени почти неизменным. По-види-
мому, именно эта установившаяся вели-
чина радиуса закругления наиболее точ-
но характеризует практическую остроту
лезвия. Стойкость лезвия определяют по
проделанной работе от заточки до заточ-
ки. Действительно, простую мягкую же-
лезку, например откованный «в холод-
ную' гвоздь, можно заточить до остроты
бритвы, но чисто брить он будет несколь-
ко секунд.
Не только в способности воспринять
острую заточку булаты намного превосхо-
дят лучшие инструментальные стали, но
и по стойкости им нет равных. Объясне-
ние этому лежит в уникальном сочетании
мелкозернистости, твердости и вязкос-
ти булатного лезвия. Мелкозернистость
105
Леонид Архангельский
Остро заточенное стальное лезвие после
резки бумаги
обеспечивает возможность первоначаль-
но остро заточить клинок, а сочетание
твердости и вязкости благотворно влияет
на стойкость лезвия. Если металл будет
слишком хрупким, то износ изготовлен-
ного из него лезвия происходит главным
образом вследствие сколов острой кром-
ки. И наоборот, если сталь будет вязкой,
но слишком мягкой, то лезвие затупится
из-за смятия острия. Булат же, при близ-
кой к максимально достижимой для инс-
трументальных сталей твердости, одно-
временно имеет в два - три раза более
высокую вязкость.
При резке с невысокими нагрузками,
когда лезвие работает главным образом
на истирание, преимущества булата пе-
ред безузорчатой сталью еще значитель-
нее. Здесь проявляется свойство самоза-
тачиваемости узорчатых клинков, когда
по мере износа тонкого лезвия на режу-
щую кромку непрерывно выходят про-
чные слои-волокна, выступающие над
менее износостойкой матрицей. Очень
важно понять принцип образования тако-
го рельефа, который на лезвии узорчатых
клинков должен проявляться главным об-
разом не от резкой разницы в твердости,
когда более мягкая матрица булата (или
слой Дамаска) просто выдавливается и
сминается, а от разницы в стойкости к из-
носу высокоуглеродистых слоев-волокон
и менее легированной (углеродом или
другими элементами) матрицы. Действи-
тельно, если использовать для резания
простейший композит из смеси стали и
железа, то часть лезвия просто не будет
резать. Такой состав металла допустим и
оправдан лишь в длинных клинках, ос-
новное достоинство которых упругость и
стойкость к ударам при рубке.
В булате проявление рельефа режу-
щей кромки также должно быть обус-
ловлено лишь разным износом матрицы
и насыщенных карбидами волокон, а не
выкрашиванием отдельных очень круп-
ных карбидов, как иногда считают. В бу-
латах низкого качества режущая кромка
при рассматривании под микроскопом
напоминает челюсть акулы или динозав-
ра, только вместо неровных рядов зубов
торчат крупные белые карбиды, слабо
закрепленные в матрице. Исследования
инструментальных и клинковых сталей
показали, что лезвия имеют хорошую
стойкость при измельчении избыточных
карбидов до размеров менее 10 мкм. Бо-
лее крупные и грубые карбиды, выходя-
щие на режущую кромку, часто выкраши-
ваются уже при заточке, и такой клинок
не столько режет, сколько рвет. Впрочем,
выкрашивание может несколько снизить
правильный подбор камней для заточки.
Иногда одна лишь замена синтетических
камней на природные заметно повышает
стойкость лезвия. Но все же грубую кар-
бидную структуру лучше измельчить в
процессе циклической термомеханичес-
кой обработки.
Про грубую карбидную структуру мож-
но сказать и еще кое-что, неочевидное и,
может быть, полезное. Действительно,
крупные карбиды выкрашиваются, выла-
мываются из матрицы режущей кромки,
но почему? Потому, что они там слабо за-
креплены. Мой ровесник и коллега Влади-
мир Петрик решил бороться за увеличение
стойкости лезвия несколько парадоксаль-
ным путем. Методами порошковой метал-
лургии он изготовил композит, по старинке
именуемый металлокерамикой, в кото-
ром матрица из пружинной стали была
насыщена крайне твердыми частицами
карбида вольфрама. И карбиды эти были
не мелкими, а наоборот, очень крупными
— порядка 100 мкм и более. Оказалось,
что такие «глыбы» уже довольно хорошо
держатся на режущей кромке, потому что
глубоко утоплены в матрице. Идея схожа с
принципом кассетной фрезы с впаянными
твердосплавными элементами, а режущая
кромка ножа из такой металлокерамики
напоминает деревянную дубину дикаря,
утыканную кремневыми осколками. При
не слишком маленьком угле заточки изно-
состойкость клинка весьма высока.
Предельный вариант на пути укруп-
нения карбидов применил известный
американский ножовщик Дэвид Бойе.
Клинки своих ножей он ... просто отли-
вает. Для этого используется отработан-
ная промышленная технология литься
по выплавляемым моделям: из воска
изготавливает модель в форме клинка,
наносит на нее огнеупорную керамичес-
кую обмазку и, растопив и удалив воск,
заливает в образовавшуюся полость рас-
плав высокоуглеродистой легированной
стали. Примерно так же изготавливали
древнее бронзовое оружие. Но кузнецы
древности после отливки проковывали
лезвия, упрочняя металл, а Бойе свою
отливку просто затачивал, потому что его
идея в том и заключалась, чтобы сохра-
нить не разрушенной предельно грубую,
объемную, монолитную карбидную сет-
ку, образовавшуюся при медленном ох-
лаждении расплава.
При заточке такой литой структуры на
лезвие выходит лишь своего рода вер-
шина карбидного айсберга, и твердая
частица при превышении нагрузки не
выламывается целиком, а лишь скалы-
вается. В результате, большим клинком
из такой «дендритной стали» Бойе пару
тысяч (!) раз перерезал стандартный ка-
нат, что во много раз превышает показа-
тель лучших инструментальных сталей.
Конечно, даже при таких превосходных
показателях износостойкости клинок из
«просто отлитой» и не кованной стали
весьма хрупок и не стоек к ударам, что
делает ножи не слишком надежными
при универсальном использовании. Но
рельеф микропилы у «дендритной ста-
ли» весьма стоек и резко выражен, поэ-
тому я и привел ее в пример.
Повышение режущей способности от
появления эффекта микропилы можно
объяснить чисто геометрическими при-
чинами. Многие видели ножи с нарез-
кой на лезвии в виде зубцов высотой в
миллиметр или ножи-стропорезы с еще
более крупными зубцами. Эти ножи от-
лично режут мягкие материалы — хлеб,
мясо, веревки и т.п. Наличие зубчатого
рельефа приводит к «вспарывающе-
му» механизму резания, когда каждый
зубчик зацепляет разделяемый матери-
ал, создавая в нем более значительные
растягивающие растяжения, чем при
вдавливании гладкого лезвия. Поэтому
узорчатые клинки с автоматически обра-
106
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
зующейся микропилой на лезвии имеют
более высокую режущую способность,
чем просто стальные.
Легендарный трюк с рассеканием на
лету тончайшего шелкового платка был
возможен во многом именно благодаря
наличию микропилы на лезвии булатно-
го клинка, зубчики которой поочередно
перерезали шелковые нити, из которых
был соткан платок, а вроде бы остро за-
точенный стальной клинок часто не мог с
достаточной силой «вдавиться» в ткань,
так как легкий платок увлекался движе-
нием клинка. В древности остроту клинка
прямо связывали с его узором, правди-
во и точно рассказывающем о характере
расположения слоев-волокон в клинке,
их форме и внутренней структуре.
Варианты микропилы на лезвии
Микропила на лезвии узорчатого
клинка приводит и к такому оригиналь-
ному эффекту, когда уже вроде бы ту-
пой нож, когда кромка уже заблестела,
продолжает неплохо резать не слишком
твердые материалы, хотя и с несколь-
ко повышенным усилием. Пользователи
говорят, что некоторые ножи начинают
резать «с хрустом». Хрустящий звук, ве-
роятно, возникает из-за того, что рву-
щий, а не раздвигающий, характер реза
становится преобладающим. Отмечают и
то, что затупившийся нож из однородной
стали достаточно слегка подправить и он
снова начинает приемлемо резать, а вот
более долго сохраняющий способность
к резу узорчатый нож требует более ос-
новательной переточки, потому что он
режет до тех пор, пока износ металла с
лезвия не станет весьма значительным.
Очень показательны в этом отноше-
нии сравнительные тесты, проведенные
московским ценителем ножей Маратом
Сулеймановым, при которых испыты-
вались клинки одного размера из раз-
личных легированных и углеродистых
сталей. При резке пластин упаковочного
картона шведский нож с клинком из угле-
родистой стали 1095 (аналога нашей У9)
сделал 110 резов, нож из стали Х12МФ
- 235 резов, нож фирмы Спайдерко с
клинком из нержавеющей порошковой
стали перерезал 350 пластин, а три ножа
из современного Дамаска разных сортов
сделали соответственно 750, 1008 и 2750
резов! Начинались тесты с резки стандар-
тного пенькового каната толщиной один
дюйм. Дамаск-победитель перерезал его
70 раз, а суперлегированная порошковая
сталь «села» уже после десятого реза.
И это при том, что для чистоты экспе-
римента, чтобы не сравнивать парадный
лимузин и городское такси, особых ухищ-
рений при ковке и закалке дамасских
клинков не было. Использовали режимы
обычных ковки и закалки, хотя при этом
заведомо не использовалось свойство
узорчатых сталей «более благодарно» по
сравнению с безузорчатой сталью вос-
принимать повышенное к ним внимание.
Такое превосходный результат в
«многоборье» во многом обусловлен
комбинированной структурой металла
узорчатых клинков. Для каждого свойс-
тва металла — стойкости к коррозии, из-
носостойкости, упругости, способности
сохранять заточку, имеются свои чем-
пионы среди множества марок непло-
хих сталей. В справочной литературе для
каждого вида разрезаемого материала
рекомендуется своя, оптимальная марка
стали, которая именно для этой работы
подходит лучше всего. При резе тонкого
картона металл работает главным обра-
зом на истирание, а жесткий канат при
резе требует приложения значительных
усилий. Поэтому недостаточно упругие и
вязкие легированные лезвия тупятся из-
за скалывания тонкой кромки на кана-
те, но неплохо держатся при спокойном
резе картона. Углеродистые же и мало-
легированные стали наоборот, спокойно
воспринимают нагрузки, а вот на чистое
истирание работают посредственно. В
дамасских и булатных ножах как бы со-
10?
Леонид Архангельский
Строчечный узор булата
единены в один клинок два лезвия из
разных сталей - по химическому соста-
ву, микроструктуре и, следовательно,
свойствам. Узор Дамаска довольно на-
глядно свидетельствует, чего и сколько,
каких сталей и какого состава заложено
в этот конкретный клинок. Несомненно-
го, влияет и непрерывно образующийся
микрорельеф лезвия, вид и размер ко-
торого, кстати, тоже можно определить
по узору.
При выборе соотношения толщины
более и менее износостойких слоев, а так-
же порядка их чередования в сварочном
Дамаске, оружейнику нужно учитывать и
необходимость формирования именно
того типа микрорельефа на лезвии, ко-
торый лучше всего подходит именно для
конкретного вида оружия. Так, Дамаск с
полосатым узором и почти параллельны-
ми слоями хорошо подходит для строга-
ния и рубки, т.е. для тех работ, когда на-
грузки резания действуют строго поперек
лезвия. Волнистый узор свидетельствует
об определенной повторяемости и ре-
гулярности зубчатого рельефа, который
имеет свою область применения в зави-
симости от величины и формы образую-
щихся микрозубцов. Чем круче и мельче
волна узора, тем более мелкие и остро-
конечные зубцы будут образовываться
при резе. Если режутся мягкие материалы
вроде мяса, то такие зубцы будут рабо-
тать очень эффективно. Так, простейший
Дамаск из напильника и арматуры с вол-
нистым узором на лезвии сделал в два
раза больше резов войлока, чем этот же
Дамаск, но с полосатым узором. При
строгании дерева или при резке твердых
материалов непрочные вершины острых
и мелких зубцов будут сминаться, что
приведет к ускоренному затуплению.
Хорошими режущими свойствами об-
ладает крученый Дамаск турецкого типа.
Рельефная структура на лезвии такого
металла образуется понятным и очевид-
ным образом. Действительно, величина
микрозубцов легко определяется по ко-
личеству слоев и толщине закрученного
прутка. Например, если в приваренном
в качестве лезвия прутке с поперечником
квадрата в один сантиметр будут десятки
слоев, а закручен он обычным порядком,
т.е. весьма туго, то шаг зубцов соста-
вит всего несколько сотых долей мил-
лиметра, а на лезвии будут равномерно
расположены десятки тысяч режущих
элементов-зубцов. Если же закрученных
слоев будет сотни, то говорить о сколь-
ко-нибудь заметном рельефе или вооб-
ще о микропиле не приходится, потому
что размер микрозубцов становится со-
измерим с величиной зерна в однород-
ной безузорчатой стали. Таким образом,
закруткой даже не очень многослойного
Дамаска можно получить однородное и
остро затачиваемое лезвие, что и делали
в Сирии и Турции.
Для большей точности упомяну, что
кроме качества металла на режущую спо-
собность клинка большое влияние ока-
зывает его форма. Например, при про-
чих равных условиях кривой, изогнутый
сабельный клинок рубит гораздо лучше,
чем прямой меч или палаш. Помимо чис-
то геометрических причин этого эффекта
(изогнутый клинок имеет меньший угол
заточки, т.е. более острый клин), боль-
шое влияние на усилие при рубке ока-
зывает скользящий характер движения
сабельного клинка по разделяемому ма-
териалу. В результате этого более эффек-
тивно по сравнению с прямым клинком
используется микрозубчатый рельеф.
Примером такого скользящего движения
может служить умелая рубка «с потягом»,
когда кроме прямого вдавливания лез-
вие еще и последовательно перерезает
материал подобно пиле, что облегчает
проникновение в него клинка. В Дамаске
для сабель еще и для того использовали
главным образом смесь стали и железа,
чтобы микрорельеф образовывался лег-
ко и быстро, пусть и с некоторой потерей
стойкости к абразивному износу режу-
щей кромки. Ведь боевыми саблями не
так много и резали.
Узор вроде бы сложный, но лезвие полосатое
108
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
УЗОРЧАТАЯ СТАЛЬ
Целью всего процесса обработ-
ки, от выплавки металла до за-
калки и отпуска готового клин-
ка, является получение такой
структуры металла, которая
именно для этого конкретного вида ору-
жия будет наилучшей, обеспечивающей
ему наивысшие боевые качества. Без по-
нимания сути, конечной направленности
производимых действий, кузнец-оружей-
ник не сможет ни грамотно сварить сталь,
ни отковать клинок, ни закалить его. Ко-
нечно, он может работать так, как работал
его учитель, просто повторяя заученные
технологические приемы, но, по словам
Платона, отличие ремесленника от Масте-
ра в том и состоит, что ремесленник знает
«как», а Мастер - «зачем».
Мозаичный Дамаск Хенка Кникмейера
Итак, разнообразное оружие из разно-
образных же сортов узорчатого металла
изготавливалось повсеместно и издавна,
можно даже сказать, везде и с незапа-
мятных времен. Всякую узорчатую сталь
в России принято (исключая узких специ-
алистов) называть булатом. Что же такое
булат по своей сути? Оказывается, что
даже среди специалистов единого, об-
щепринятого мнения на этот счет до сих
пор нет. Называли этот металл в разные
времена и в разных странах по-разному.
Например, принятое в России название
«булат» произошло от иранского «пулад»
(по-арабски «фулад»), которое обозна-
чает просто литую сталь (не будем здесь
уточнять, что такое «просто литая» сталь).
Другое очень популярное название
— «Дамаск», по одной версии отража-
ет внешний вид поверхности клинков и
буквально значит «волнистый, струйча-
тый». По другой распространенной вер-
сии, древняя столица Сирии, крупнейший
центр клиночного производства Дамаск,
дал свое название узорчатому металлу, а
всевозможные струйчатые разновидности
узоров, например, на ткани, традиционно
назывались «Дамаск» лишь по аналогии с
сирийскими клинками.
Употребляются также названия «вутц»,
«булатная сталь», «дамасская сталь», «сва-
рочная сталь», «рафинированная сталь»,
«дендритная сталь», «узорчатая сталь», а
также «красное» и «белое» железо. Встре-
чаются термины «красный булат», «синий
булат», «ликвационный булат», «свароч-
ный булат», «микробулат», «порошковый
булат» и, как противовес «ложному», ка-
кой-то «настоящий булат». Можно сюда
же добавить булаты «сирийские», «иран-
ские», «турецкие», «индийские», «злато-
устовские» и даже «аносовские».
Что такое булат в узком, оружейном
смысле? Какой клинок можно без особых
металлографических и лингвистических
изысканий назвать булатным? Чтобы оп-
Искусственный булат. Художественное
травление по стали Андрея Корешкова
ределить, чем отличается любой булат
от обычно стали, мы должны выявить
его главный признак. Определить — зна-
чит ограничить, положить предел. Вот и
нам нужно понять, где границы понятия
«сталь», за которыми начинается «булат».
Наиболее характерным признаком, отли-
чающим булаты всех сортов от обычных
сталей, является своеобразный узор на
отполированной поверхности булатного
изделия.
П.П. Аносов определял булат именно
как «...сталь, имеющую узорчатую повер-
хность». С некоторым уточнением с ним
согласен и исследователь булата нача-
ла XX в. Н.И. Беляев: «Булатом называют
сталь, непременной принадлежностью
которой является узор, видимый прос-
тым глазом». Булатный узор выделяется
в виде светлых линий на сером или чер-
ном фоне после протравливания изделия
какой-либо слабой кислотой, но иногда
он проявляется уже непосредственно пос-
ле полировки. Эффект появления узора
объясняется резкой структурной неодно-
родностью металла, в котором участки с
Нож «Золотая осень». Автор: Александр Зеленое, клинок: Леонид Архангельский
109
Леонид Архангельский
Микроструктура современного литого
булата
разным содержанием углерода и травят-
ся, и полируются по-разному.
С древнейших времен именно по узору
различали сорта булата. Аль-Кинди, араб-
ский знаток оружия, живший в IX в., писал,
что «глядя на узорчатую сталь, видишь ее
как снаружи, так и внутри». Действительно,
по одному лишь внешнему виду узорчато-
го клинка можно определить структуру ме-
талла, технологию его изготовления, весь-
ма часто место и время его производства и,
в некоторых случаях, мастера-клиночника.
Лучший в Европе знаток булатов П.П. Ано-
сов говорил, что «...опытный азиатец не
ошибется в выборе клинка без пробы и по
одному узору определит, вязок булат или
хрупок, тверд или мягок, упруг или слаб».
Микроструктура многослойного сварочного Дамаска
Таким образом, неизменный спутник
классического булата - различимый не-
вооруженным глазом узор того или иного
вида. Булат может быть литой, свароч-
ный, японский, индийский, плохой, хоро-
ший — какой угодно, но узор должен быть!
Чем выше четкость и контрастность узора,
тем больше ценился булат. Этот внешний
признак говорит о резкой неоднороднос-
ти металла - в первую очередь по содер-
жанию углерода.
Исследования микроструктуры неко-
торых старинных клинков показали, что
белые линии узора на них образованы
волокнистыми скоплениями округлых
цементитных частиц размером от 1 до 10
мкм, неравномерно распределенных в
матрице, содержащей примерно 0,8 % уг-
лерода и имеющей структуру сорбита или
троостита. Ясно, что чем белее, и четче
узор, тем гуще скопление частиц цемен-
тита и выше содержание углерода в во-
локне. При среднем содержании углерода
в металле 1,5 % в волокне может быть до
4 % углерода — столько же, сколько в чу-
гуне. Однако известно множество узорча-
тых клинков с совершенно другой струк-
турой, например таких, в которых узоры
образованы переплетением железных и
стальных волокон или пластин. Встреча-
ются также клинки, в которых наряду с же-
лезо-стальными волокнами присутствуют
и сверхуглеродистые участки, как в клин-
ках первого типа.
По макроструктуре, которая и прояв-
ляется в виде узора, булаты подразде-
ляются на металлы со слоистой и волок-
нистой структурой. Волокнистые, в свою
очередь, могут быть либо с непрерывны-
ми (длинными) волокнами, либо с дис-
кретными (короткими). Разновидностью
волокнистого металла является «ленточ-
ный» Дамаск, у которого ширина попе-
речного сечения волокон много больше
их толщины.
Разница в узоре клинков объясняет-
ся тем, что в течение двух тысячелетий
оружейниками применялось множество
разных вариантов получения узорчатого
металла, как с использованием кузнечной
сварки, так и путем выплавки и последую-
щей деформации (ковки) стали на особых
режимах. В старину классификация клин-
ковых сталей основывалась в основном на
внешних признаках — величине и форме
узора, цвете и четкости его составляю-
щих.
По своей форме узор подразделял-
ся на полосатый, волнистый, сетчатый и
коленчатый, причем полосатый считал-
ся низшим видом узора, а коленчатый
- высшим. Для литых булатов этот при-
знак справедлив в большей мере, чем для
сварочного металла. Цвет фона узора, так
называемый «грунт», мог быть серым раз-
личных оттенков, бурым и черным, при-
чем черный цвет фона считался призна-
ком булата высшего качества. Так, одним
из высших сортов считается «кара табан»,
т.е. «черный блестящий», узоры которого
образованы белыми, блестящими лини-
ями на фоне глубокого черного цвета. В
старину знатоки булата еще одним из не-
пременных признаков его высокого качес-
тва считали характерный отсвет или отлив
на поверхности клинка. Этот отлив мог
быть золотистого, синеватого или красно-
ватого цвета и становился виден при па-
дении света на клинок под острым углом.
Российские исследователи единодушно
выделяют предпочтительность золотисто-
го отлива — как на основании собственно-
го опыта, так и по старинным описаниям.
Например, иранцы очень высоко ценили
так называемые «желтые» клинки, из чего
следует вывод о высоком качестве метал-
ла именно золотистого отлива.
Очень распространенным и устой-
чивым был обычай присваивать сортам
110
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Бурый булат. Возможно, это одна из разновидностей фаранда
узорчатого металла названия местностей,
в которых он производился. Баркер, ан-
глийский генеральный консул в Алеппо
(XIX в.), приводит несколько названий,
классифицированных, вероятно, в боль-
шинстве своем по месту производства
булатов, а именно: три сорта «табанов»:
«кермани» (из Кермана в иранской про-
винции Хорасан), «диши» и «эркектабан»;
два сорта «хорасанов»: «лахори» (из Ла-
хора) и «баяз хорасан»; два несомненно
индийских сорта: разновидности «гинди»
(точнее, «хинди») — «сари» и «кум гин-
ди» (волнистый индийский); и, наконец,
низшие сорта — «лахори нейрис», «элиф
Стамбул», «там» (турецкое название
Сирии) и «зеки шам» (старинный шам).
Сюда можно добавить и «бейад Стамбул»
- «белый стамбульский» — с бледным во-
локнистым узором из практически прямых
линий. Упомянем и прославленный «ано-
совский» булат, который именуют также и
«златоустовским».
Полковник Бутенев, посетивший в
1841 г. Среднюю Азию, в статье «О ковке
булата в Бухарин» пишет о том, что в Бу-
харе высшими сортами считались «сим-
дани», «газгани», «гунеужевгар» («новый
алмаз»), «наурис» (нейрис) и «харусани»
(хорасан?). К низшим относились «меше-
ди» (из Мешхеда), «гиндустани» (новый
индийский булат), «собсидар» (зеленый)
и «гиндустани ахак». При этом он указы-
вает, что бухарцы предпочитают узоры
круглые и правильные - угловатым, иран-
ские булаты - индийским, а старые сорта
— новым.
Отмечу, что эти записанные европей-
цами азиатские названия относятся лишь
к литым разновидностям булата, в то вре-
мя как названия сортов сварочного узор-
чатого металла, в изготовлении которого
азиаты были немалые мастера, преданы
забвению.
Издавна принято разделять булаты по
способу получения. Известны две боль-
шие группы технологий. Первая объеди-
няет технологии производства узорчатого
металла, связанные с расплавлением со-
ставляющих композита. Таким образом
получают классические тигельные «була-
ты»: индийский «вутц», иранский «пулад»
и т.п. Вторую группу составляют способы,
основанные на применении кузнечной
(диффузионной) сварки, которыми полу-
чают «дамаски». Естественно, что в каж-
дой группе имеется множество разновид-
ностей и, кроме того, существуют такие
методы производства узорчатого металла
(арабского «фаранда», китайского «мно-
госуточного железа», японской стали «та-
тара» и «сварочного» булата), которым
одновременно присущи признаки произ-
водства как литого, так и сварочного ком-
позита.
Клинки из сварочного Дамаска
Марии Архангельской
111
Леонид Архангельский
СВАРОЧНАЯ СТАЛЬ
Кузнечную сварку губчатого
кричного железа применяли
еще в самом начале железного
века, т.е. 3500 лет назад. Эта
технологическая особенность
отражена в самом названии древнего ме-
талла - «сварочное железо». И в более
поздние времена кузнечная сварка была
неизменным спутником производства
высококачественного металла. Суть тех-
нологии кузнечной сварки заключается
в сближении очищенных от загрязнений
и раскаленных поверхностей металла до
расстояний, близких к межатомным. Тог-
да во время проковки начинает происхо-
дить взаимопроникновение атомов крис-
таллических решеток, как бы сшивающее
контактирующие куски металла.
Самой распространенной является
сварка сложенных стопкой пластин стали
и железа или стали разных марок, об-
разующих так называемый пакет. Пакет
нагревают в горне и посыпают тем или
иным флюсом, который сплавляется с
образовавшейся на поверхности пластин
окалиной и очищает от нее свариваемые
поверхности. Растворяя окалину, флюс
одновременно образует жидкий шлак,
предохраняющий поверхность металла
Так немцы сваривают пакет Дамаска
весом в 1,2 тонны
от дальнейшего окисления. Покрытый
жидким шлаком пакет разогревают до
сварочной температуры, примерно со-
ответствующей цвету белого каления, и
проковывают. Сначала аккуратно выжи-
мают жидкий шлак, а затем интенсивной
проковкой производят собственно сварку.
После первой сварки пакета его расковы-
вают на полосу и разрубают на несколько
частей, которые снова складывают стопкой
и производят вторую сварку. Эти действия
повторяют до тех пор, пока не наберут же-
лаемое количество слоев железа и стали в
изделии.
Температуру начала сварки определя-
ют по нескольким проверенным време-
нем признакам. Одни кузнецы ждут мо-
мента, когда флюс «закипит», т.е. начнет
пузыриться на стыке пластин, другие не
начинают ковку, пока поверхность пакета
не станет «мокрой» и не заблестит «как
леденец». Многие производят сварку «на
искре», нагревая пакет до тех пор, пока
металл не начнет отбрасывать искорки.
По моему мнению, кипение флюса - это
нижняя граница нагрева под сварку, когда
можно начинать проковывать заготовку,
а отбрасывание металлом искр - верхняя
граница, когда уже нужно начинать свар-
ку. Не стоит дожидаться обильных искр,
как от бенгальского огня, иначе металл
сгорит, окислившись по границам зерен,
и образуется неисправимый брак пере-
жога. Чем более высокоуглеродистый ме-
талл сваривается, тем ниже должна быть
температура сварки, но в любом случае
при проковке пакета флюс должен быть
жидким.
При изготовлении качественного сва-
рочного металла флюсам уделяется нема-
лое внимание, поскольку они отличаются
один от другого своей способностью рас-
творять окалину, жидкотекучестью, силой
сцепления с очищаемой поверхностью и,
наконец, химическим воздействием на
свариваемый металл. Самый популяр-
ный в древности флюс - чистый речной
песок (диоксид кремния) и сам по себе
имеет очень высокую температуру плав-
ления. Только сплавляясь с окалиной,
он превращается в жидкую, но довольно
вязкую стеклянную массу. При недостат-
ке окалины не весь песок превращается в
жидкий шлак, и сварной шов загрязняет-
ся нерасплавленными песчинками. Кро-
ме того, даже образовавшийся шлак не
очень жидкотекуч, поэтому в песок часто
заранее добавляют некоторое количество
толченой окалины или железных опилок.
Опилки быстро окисляются и сплавляются
с флюсом, образуя жидкий шлак.
Сплавление песка с окалиной и обра-
зование защитного слоя шлака происхо-
дит при весьма высокой температуре и
углерод из поверхностного слоя стальных
пластин выгорает. Кроме того, хорошую
жидкотекучесть шлак приобретает толь-
ко при температуре, близкой к 1500 °C , и
высокоуглеродистые составляющие ком-
позита могут подгорать. Поэтому чистым
песком и песком с окалиной следует поль-
зоваться в основном при сварке малоуг-
леродистых сталей и железа. При свар-
ке высокоуглеродистых сталей в песок
добавляют легкоплавкие составляющие
(например, поваренную соль). При тем-
пературе около 850 °C соль расплавляется
и покрывает поверхность металла, защи-
щая его от окисления. Известны старин-
ные рецепты флюсов, в которых соль за-
нимала до двух третей объема, но сегодня
считается достаточным вдвое меньшее ее
количество.
Хорошим легкоплавким и универ-
сальным флюсом является чистая бура,
которую перед употреблением предвари-
тельно прокаливают для удаления содер-
жащейся в ее составе воды. Чистую буру
издавна употребляют при сварке наибо-
лее легированных и высокоуглеродистых
сталей.
Со времен раннего средневековья и
до XIX в. в Европе при получении стали и
железа методом переработки чугуна его
пережигали в специальных печах для уда-
ления излишнего углерода. К XVIII в. было
разработано около 90 видов этой техно-
логии, получившей название кричного
передела. Общим для этих разновиднос-
тей было получение промежуточного про-
дукта в виде пропитанной шлаками очень
неоднородной крицы. В одном куске сыр-
цового металла соседствовали участки
среднеуглеродистой стали с прожилка-
112
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Набойки для «штемпельного» Дамаска
Два способа получения ступенчатого
узора
ми чугуна и высокоуглеродистои стали.
В одном из писем известного уральского
заводчика Акинфия Демидова своему уп-
равляющему высказывалось неудовольс-
твие, что вырабатываемый на заводе ме-
талл излишне «чугуноват».
Для производства качественного ме-
талла требовалось удалить шлаки и выров-
нять состав, что и достигалось неоднократ-
ными проковками и сварками сырцовой
стали. Товарная продукция получила в
Европе название «рафинированной», т.е.
«очищенной» стали. В статье «Краткое опи-
сание Златоустовской оружейной фабри-
ки», опубликованной в «Горном журнале»
в 1846 г. и принадлежащей, как полагают,
перу П.П. Аносова, дано описание совер-
шенного способа производства узорчатой
«сварочной» стали.
Работа по этому способу начинается
с очищения чугуна от примесей (в пер-
вую очередь - от кремния). Очищенный
переплавлением чугун отбеливали рез-
ким охлаждением, а затем пережигали в
кричном горне для удаления излишнего
углерода. В горн сначала засыпали 15 кг
железных обсечек и, когда они по мере
сгорания угля опускались на дно, посте-
пенно загружали до 100 кг чугуна. После
выжигания некоторого количества угле-
рода крицу сырцовой стали извлекали и
проковывали в бруски.
Считалось, что получаемая еще весьма
высокоуглеродистая сырцовая сталь не
годилась для выковки оружия, поскольку
«...она местами или слишком груба, или
слишком мягка. Притом же и не доволь-
но чиста во внутренности, почему она
должна быть улучшена». Для улучшения
брусковую сталь проковывали в ленты,
затем закаливали и по излому разделяли
на твердую, среднюю, мягкую и негодную.
Из 20 листов первых трех сортов металла
составляли пакеты, которые после первой
сварки еще дважды разрубали пополам и
сваривали, после чего расковывали на по-
лосы. Такая 80-слойная сталь называлась
«односварочною» и считалась годной не
для оружия, а лишь для напильников и
другого грубого инструмента.
Клинковую «двухвыварную» сталь по-
лучали сваркой пакета еще раз отсортиро-
ванных 20 лент «односварочной» стали с
последующим окончательным удвоением
и расковкой в бруски. Таким образом, зла-
тоустовская клинковая «сварочная сталь»
состояла из 3200 слоев сырцовой стали, в
свою очередь образованной сплавленной
смесью частиц высоко-, средне- и малоуг-
леродистой составляющих.
Откованные клинки закаливали в чис-
той ключевой воде и подвергали отпуску
до синего цвета побежалости. Иностран-
ных специалистов приводила в изумление
проверка готового оружия на упругость,
при которой зажатый в тиски златоустов-
ский клинок 20 раз сгибали дугой в обе
стороны безо всякого вреда. Достижение
совершенства в рафинировании стали со-
ставляло, как написано в отчете, «...одно
из главнейших попечений местного на-
чальства, поскольку от доброты оружия
нередко зависит жизнь воина».
Эта зависимость действует повсемес-
тно, поэтому не приходится очень удив-
ляться, что невероятно прославляемые се-
годня японские мечи изготавливались из
сварочного металла, неотличимо схожего
со златоустовским. Так же, как и в Европе,
дальневосточные мастера-оружейники
считали, что неоднородная и сверхвысо-
коуглеродистая сырцовая сталь непри-
годна для непосредственного применения
в лезвии меча. Оружейники далеких ост-
Узор старинной рафинированной стали
113
Нагрев пакета в горне
Флюсование бурой
Исходный пакет Дамаска с углеродистой
и легированной сталью
Мария Архангельская сваривает
пакет на молоте
Надрубание и складывание
Складывать можно и втрое
Набивка узора редкой разновидности
на пластине готового Дамаска
Повторная сварка. В качестве
флюса можно использовать
песок с солью
Леонид Архангельский
ровов до 10-15 раз расковывали вдвое и
проваривали заготовку из сырцовой ста-
ли, пока металл не достигал требуемой
степени однородности.
Стремление к получению макси-
мально однородной структуры стали
— магистральный путь металлургии.
Многослойная рафинированная сталь
с выровненным составом и мелким не-
четким узором, безусловно, обладала
многими достоинствами, высоко цени-
мыми в клинковом оружии: упругостью,
остротой, способностью долго сохранять
заточку. Следующим логичным шагом в
этом направлении стало использование
еще более однородной и, как следствие,
практически безузорчатой стали. Это путь
главный, но не единственный.
Оказалось, что в странах Востока,
который для нас является скорее Югом,
большим почетом пользовались свароч-
ные клинки, откованные из резко неод-
нородного металла с принудительно фор-
мируемым крупным узором. Миланский
путешественник Антон Кривелли, в 1821 г.
наблюдавший изготовление сварочного
Дамаска оружейниками Константинопо-
ля (Стамбула), в докладе «Изготовление
дамасских сабель» утверждал, что для
создания «дамасского» клинка недоста-
точно одной только смеси железа и стали,
а требуется и искусство ее обработки. Эта
обработка могла быть весьма замысло-
ватой. Например, тот же Кривелли писал,
что турецкие кузнецы изготавливают сталь
для клинков из «тончайших нитей разных
металлов», которые неоднократно скру-
чивают и проковывают.
Как ни странно, в Сирии, на террито-
рии бывшей турецкой империи, этот ме-
тод применяется и сегодня, уже в XXI в.
Очевидцы наблюдали, как сирийский
мастер изготавливал сабельный клинок.
Он скручивал многочисленные тросики-
«косички» из очень тонкой проволоки,
которую, что примечательно, изготавли-
вал сам. Эти косички он сплетал в особом
порядке в тугой жгут и проваривал в мо-
нолит. Затем снова вытягивал проволоку
и повторял сварку. В итоге, по его словам,
в готовом клинке набралось до милли-
она (красивое число!) волокон. Для де-
монстрации качества полученного таким
образом клинка он обернул его вокруг
своего пояса.
Другой тип узорчатого металла в 1829 г.
описал Беруальдо Бьянчини в книге «О
«Дикий» Дамаск
Кольчатый узор «птичий глаз»
Ступенчатый узор
дамасских клинках турецкого типа», в ко-
торой он сообщал, что «...масса, употреб-
ляемая сегодня для создания дамасских
клинков, в точности та же самая, какая идет
на изготовление клинков совершенно ор-
динарных, т.е. равномерная смесь стали
и железа. Вытягивание дважды рафиниро-
ванных болванок в полосу и последующее
выковывание клинка между двух штампов
происходит так же, как и при изготовлении
обычного клинка. Единственное различие
в том, что штамп для «Дамаска» должен
быть снабжен разными рельефами, кото-
рые желательно перенести на клинок. При
ковке молотом сменяемые один другим
листы стали и железа клинка вдавливают-
ся в углубления штампа, в результате чего
возникают углубления или рельеф, кото-
рые, будучи затем спилены, дают желае-
мый узор». Показательно, что Бьянчини
называет «Дамаском» только тот металл,
который имеет регулярный рисунок, а
клинки из рафинированной стали считает
обычными. Для того времени это вполне
соответствовало действительности, пос-
кольку кроме цементованой вся европей-
ская и, в еще большей степени, азиатская
сталь была в той или иной степени неод-
нородной.
Далее он пишет: «Что касается мате-
риала, из которого должны получаться
сабельные клинки, наиболее соответс-
твует цели сочетание железа и стали, так
как за счет железа достигается требуемая
вязкость и пластичность, а за счет стали
- прочность клинка. С тех пор как стало
известно, что столь прославленные дамас-
ские клинки также состоят из стали и же-
леза, стали отдавать предпочтение имен-
но этой смеси. Я на собственном опыте
убедился, что сочетание двух третей стали
и одной трети железа позволяет получить
наилучшие клинки. Сталь должна быть
сильно углефицирована и, как обычно го-
116
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
ворят, свежей». Сложно выяснить, что тог-
да подразумевали, говоря о «свежести»
стали, но сам Бьянчини непосредственно
перед сваркой пакета подвергал стальные
пластины дополнительной цементации.
Добавлю, что современные опытные тер-
мисты стараются не прерывать процесс
цементации изделий, поскольку, как они
считают, один 10-часовой процесс гораздо
эффективнее двух 5-часовых, проведен-
ных с перерывом.
Таким образом, в старину практикова-
лись два разных метода производства хо-
рошей сварочной стали, один из которых
основывался на максимальном измельче-
нии слоистой структуры, а другой ставил
во главу угла формирование заданного,
регулярного узора в сочетании с резкой
неоднородностью металла. Общим для
этих методов производства узорчатого ме-
талла является обязательное и многократ-
ное использование кузнечной сварки.
В мелкоструктурной рафинирован-
ной стали на узоры вполне справедливо
не обращали особого внимания, потому
что прочность ее зависела главным об-
разом от среднего химического состава
металла и от степени измельчения струк-
туры, достигаемой формированием осо-
бо тонких слоев. В значительно более
неоднородном «Дамаске» макрострук-
тура, напротив, очень сильно влияла
на свойства клинка. В Западной Европе
были разработаны десятки, если не со-
тни сортов сварочной стали, не отстали
от них и оружейники Малайзии, где так-
же существовало до 50 разновидностей
узоров традиционного местного оружия
- «крисов». Несмотря на такое обилие
сортов, их нетрудно упорядочить по при-
нципу образования на четыре основных:
«дикий», «штемпельный», «крученый»
(турецкий) и «мозаичный».
В коллекционных образцах старинно-
го оружия нередок «дикий» узор Дамас-
ка, образующийся в результате довольно
беспорядочного перемешивания слоев
металла в результате ручной ковки. Мно-
гие мастера все же предпочитали ковать
клинки из «штемпельного» Дамаска с
его регулярным узором, о чем писал еще
Б.Бьянчини. «Штемпельным» узор про-
звали немцы по способу его образования
путем набивки специальным штампом
штемпелем строго упорядоченного рель-
ефа на заготовку клинка, отчего слои ме-
талла искажаются в заданном порядке.
Видов этих узоров немного, они были
хорошо известны в Европе еще в XIX в.
Ступенчатый, волнистый, ромбический
(сетчатый) и кольчатый узоры получают-
ся либо набивкой рельефа на заготовке
клинка с последующей сошлифовкой вы-
ступов, либо наоборот, нарезкой углубле-
ний с дальнейшей расковкой заготовки в
клинок или пластину.
Ступенчатый тип узора характеризует-
ся относительно узкими прядями линий,
расположенными поперек клинка. На вид
узора очень большое влияние оказыва-
ет шаг ступеней, т.е. интервал между со-
седними поперечными прядями линий.
На Востоке излюбленным был шаг узора,
примерно равный ширине клинка. Таким
образом, узор сабельного клинка стано-
вился действительно похожим на лестни-
цу с поперечными ступенями, отчего узор
и назвали «лестница Магомета». Узор
красив, но перемешивание слоев сравни-
тельно слабое, не затрагивающее основ-
ной объем металла.
Более рациональные европейцы стре-
мились хорошо перемешать слои, поэ-
тому формировали узор с близко распо-
ложенными ступенями. В зависимости от
глубины наносимого рельефа, тщатель-
ности отковки и шлифовки клинка узор
может видоизменяться, плавно переходя
от концентрических овалов к волнистым
разомкнутым фигурам, напоминающим
ряд сосулек или сталактитов, свисающих с
обуха клинка.
Четко выраженный волнистый узор
получается, если набивку или нарезку
выполнить с одного края заготовки более
сильно, чем с другой. В результате иногда
в более-менее узкой зоне у обуха сохра-
нился струйчато-полосатый узор. Если эта
зона будет широкой, более двух третей
ширины клинка, а волнистость частой и
резкой, то такой узор получаетсобственное
название — «волчий зуб». Действительно,
клинок с таким узором напоминает зубас-
тую нижнюю челюсть волка. Разновиднос-
тью волнистого узора «зубчатого» типа
можно также считать узор, получаемый
односторонней нарезкой поперек клинка
узких встречных углублений, смещенных
на полшага. Такой узор некоторым обра-
зом схож с двумя зубчатыми рейками, на-
ходящимися в зацеплении с другой, или с
волчьей пастью.
Другой распространенный тип «штем-
пельного» узора - ромбический, имеет две
основные разновидности. Одну из них из-
вестный грузинский оружейник Кахрамон
Елиаров Элизарошвили получал, насекая
поверхность заготовки зубилом крест на-
крест, отчего узор имел вид сплетенной из
нитей сетки, наброшенной на клинок из
«дикого» Дамаска. Соответственно, и узор
называется «сетчатым». Второй разновид-
ностью является узор, который называют
«мелкие розы» или «розетки». Он имеет
вид четких концентрических ромбов и на-
бивается имеющим пирамидальные вы-
ступы штампом, похожим на кулинарный
молоток для отбивания мяса. Если эти вы-
ступы будут в виде усеченной пирамиды,
то, по мере усечения, узор будет все более
и более походить на сетчатый, набивае-
мый обычным зубилом. Так что различия
этих разновидностей непринципиальны
и обусловлены лишь соотношением пло-
щадей выступов и впадин набиваемого
рельефа.
Третий, кольчатый, вид «штемпель-
ного» узора называют «птичий глаз»,
поскольку на клинке в четком порядке
расположены многочисленные концен-
трические окружности. Для получения
этого типа узора некоторые современные
мастера большим сверлом по разметке
засверливают непосредственно заготов-
ку клинка, другие делают то же самое со
штампом, которым и набивают этот узор.
Если мелкие концентрические круги
расположены в беспорядке, то такой узор
именуют «капли дождя» или «дождевой».
Действительно, вид узора клинка похож
на поверхность воды во время дождя. В
зависимости от количества слоев Дамас-
ка, интенсивности и аккуратности ковки,
а также некоторых других факторов, фон
узора может иметь вид струистого реч-
ного потока или спокойного озера. На
свойства изделия эти отличия не влияют,
но с художественной, декоративной точки
зрения струйчатый вид узора предпочти-
тельнее. Японцы или китайцы, большие
любители традиций и регламентации, на
этой основе в старые времена могли бы
насчитать десяток разновидностей «дож-
девого» узора.
Сегодня кольчатые виды узора встре-
чаются довольно часто, исключая один
из наиболее редких - придуманный в
Германии в прошлом веке крупный коль-
чатый узор, именуемый «большие розы».
Для получения этого оригинального, но
весьма искусственно выглядящего узора
11?
Леонид Архангельский
на заготовке клинка особым штампом, со-
стоящим из нескольких выступающих из
ряда концентрических окружностей. Диа-
метр внешней и, соответственно, боль-
шей окружности примерно равен ширине
клинка. Если штамп будет без выступов,
а просто слегка выпуклым, то вид узора
будет напоминать расположенные вдоль
клинка торцевые спилы ствола дерева с
годовыми кольцами. Этот узор можно
считать предельным вариантом кольчато-
го узора.
Структуру металла со сверхуглеродис-
тыми прослойками, называемого «сва-
рочным булатом», возможно получить,
применяя при кузнечной сварке компо-
зита в качестве флюса дробленый чугун,
что и делали многие кузнецы древности.
Углерод чугуна мгновенно соединяется
при температуре сварки с окалиной, от-
нимая у нее кислород. В итоге вместо ока-
лины образуется углекислый газ и чистое
восстановленное железо, которое тут же
науглероживается от контакта с жидким
чугуном. Чугун в данном случае является
более эффективным карбюризатором,
чем древесный уголь, поскольку при тем-
пературе сварки чугун расплавляется и
углерод находится в нем в растворенном,
весьма химически активном состоянии.
Растекаясь по поверхности заготов-
ки, жидкий чугун очищает ее от окалины,
попутно теряя свой углерод и вследствие
этого затвердевая. При последующей про-
ковке часть жидкого чугуна выжимается,
но остаются тонкие прослойки достаточно
вязкого, обедненного углеродом чугуна
и сверхуглеродистой стали. Дальнейшую
расковку пакета производят при несколь-
ко пониженных температурах, чтобы свер-
хуглеродистые прослойки не расплав-
лялись, поэтому некоторые оружейники
говорят, что они не сваривают пакет или
жгут, а «паяют» его чугуном. Науглерожи-
вание поверхности металла расплавлен-
ным чугуном называют «чугунением» или
«насталиванием». По моему опыту, уже
после двух-трех сварок закаленный ме-
талл не поддается напильнику.
Цыганские кузнецы, потомки выход-
цев из Индии, применяли чугунение по-
верхности при сварке жгутовых заготовок
из малоуглеродистой проволоки или лент.
В условиях непрерывного скитания в захо-
лустье раздобыть более-менее качествен-
ный металл им было почти невозможно,
поэтому приходилось изворачиваться и
доступными способами улучшать бросо-
вое сырье. Даже в глубинке можно было
без особого труда найти ржавые обручи от
бочек, проволоку с телеграфных столбов
и треснувшие чугунные горшки. Получае-
мая в результате первой сварки структура
имела вид железных волокон со стальной
высокоуглеродистой оболочкой. После
второй и последующих сварок образо-
вывался довольно высокоуглеродистый
волокнистый железо-стальной композит.
После тщательной отковки лезвия режу-
щие свойства ножей из такого Дамаска
были весьма высоки.
Необычный способ повышения твер-
дости Дамаска с чугунными прослойками
описывает кузнец-оружейник В.И. Басов.
По этому способу готовый многослой-
ный пакет с тонкими сверхуглеродистыми
прослойками нагревают до 1170-1180 °C и
после небольшой выдержки резко охлаж-
«Алмазный Дамаск» Мейера
дают в ледяной воде до 800-850 °C. При
сильном нагреве чугунные прослойки час-
тично расплавляются, и металл насыщает-
ся растворенным углеродом до высокой
концентрации. При резком охлаждении
поверхности металл очень сильно сжима-
ется, а часть углерода в структуре прослоек
превращается в... алмаз. По словам Басова,
после ковки при невысоких температурах
(до 800 °C) твердость такой «алмазной ста-
ли» может достичь запредельно высокого
показателя HRC 76. Для сравнения: твер-
дость напильника составляет всего около
HRC 62. Показатель назван здесь запре-
дельным потому, что по методу Роквелла
рекомендуется измерять твердость лишь
до HRC 64-66, а более высокие значения
твердости приводят в других единицах, на-
пример, полученных по методу Виккерса.
Впрочем, на шкале твердомера Роквелла
в зависимости от его типа и года выпуска
часто расположены числа и более HRC 68,
так что без всяких пересчетов можно прос-
то указать действительные показания при-
бора. Однако погрешность измерения при
этом очень велика.
Фактически, Басов в несколько изме-
ненной форме повторил опыт французс-
кого ученого Анри (Генриха) Муассана,
который в XIX в. в поисках способа полу-
чения искусственных алмазов вылил рас-
плавленный чугун в холодную воду. После
растворения полученного слитка крепкой
кислотой Муассан обнаружил в осадке
мелкие, крайне твердые кристаллики, ко-
торые царапали даже корунд. Хотя после-
дователям ученого получить алмазы этим
методом не удалось, мечты о клинках с
алмазной твердостью одолевали и дру-
гих, уже современных исследователей.
По крайней мере один из них добился
в этом деле несомненных успехов. В дека-
бре 1991 г. в журнале клиночников-про-
фессионалов «Блэйд» появилась заметка,
что крупнейший американский специа-
лист в области узорчатых сталей Д. Мейер
получил «алмазный» Дамаск. Используя
118
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
технологию, схожую с технологией Му-
ассана, он получил сталь, содержащую
в среднем 0,8 % углерода, но со сверх-
углеродистыми прослойками, в которой
15 % ее объема занимали мельчайшие
кристаллики алмазов. Впрочем, твердость
такого алмазного композита была вполне
заурядной - около HRC 64.
Необходимо подчеркнуть, что до сих
пор шла речь главным образом о мето-
дах образования узоров при изготовле-
нии клинков из слоистых разновидностей
металла. Использование его волокнистых
видов даже в самом незатейливом «штем-
пельном» Дамаске очень сильно усложня-
ет узор, поэтому помимо слоистых раз-
новидностей Дамаска некоторые мастера
изготавливали волокнистый металл. Он
несколько сложнее в изготовлении, тре-
бует больших затрат труда и времени, но
узоры получаются более насыщенными и
оригинальными. Впрочем, русский пору-
чик Максимов в середине XIX в. писал, что
волокнистый Дамаск дороже, но не лучше.
Думаю, что с рациональной точки зрения
армейского офицера это вполне справед-
ливое замечание.
Простейшим и древнейшим способом
получения волокнистого Дамаска является
жгутовая сварка, при которой пучок сталь-
ных или разнородных проволок скручива-
ют в тугой жгут и проваривают. Часто этот
прием повторяют несколько раз, доби-
ваясь тонковолокнистое™ и усложнения
узора. Мне приходилось видеть напоми-
нающие литой булат узоры старинного
многотрудного жгутового металла, кото-
рые нельзя получить «штемпельными»
методами. Характерной особенностью
некоторых разновидностей волокнистого
Ковка жгутового Дамаска.
Со старинной гравюры
Ножи из тросов
Дамаска, как писал Кривелли, является
скручивание пучков проволоки еще до
сварки, а в процессе изготовления клин-
ка заготовка скручивается еще несколько
раз. Такой Дамаск, состоящий из волокон
стали, размещенных в более вязкой обе-
зуглероженной матрице, обладает пре-
красными упругими свойствами.
В Сирии, на территории бывшей ту-
рецкой империи, этот метод применяется
и сегодня. Очевидцы наблюдали, как си-
рийский мастер изготавливал сабельный
клинок. Он скручивал многочисленные
тросики-косички из очень тонкой проволо-
ки, которую, что характерно, изготавливал
сам. Эти косички он сплетал в особом по-
рядке в тугой жгут и проваривал в монолит.
Затем снова вытягивал проволоку и повто-
рял сварку. В итоге, по его словам, в гото-
вом клинке набралось миллион волокон.
Для демонстрации качества полученного
таким образом клинка он без затей обер-
нул его вокруг пояса.
Для изготовления подобного волок-
нистого Дамаска набирают пучок желез-
ной и стальной проволоки, скручивают
его в тугой жгут, чтобы пучок проволоки
не расползался при проковке. Получен-
ный жгут проковывают с флюсом при сва-
рочной температуре в плотный пруток,
который затем разрубают на несколько
одинаковых частей. Снова скручивают и
проковывают жгут, добиваясь повторени-
ем этих операций нужной толщины волок-
на. Помимо Турции, жгутовая сварка была
широко распространена и в других стра-
нах, например, в Средней Азии, где мес-
тные кузнецы считали, что самый лучший
Дамаск получается как раз из проволоки.
Дамаск можно изготовить и из прово-
локи одного сорта стали, без добавления
железа, используя эффект обезуглерожи-
вания поверхности. Современной разно-
видностью жгутовой сварки можно считать
довольно широко распространенное еще
в не столь далекие времена изготовление
узорчатого металла из обрезков стального
троса. По теории, самые прочные тросы
следует изготавливать из подвергнутой
специальной обработке стали с содер-
жанием углерода до 0,8 % и некоторым
добавлением марганца. Однако перед на-
чалом работы нужно обязательно прове-
На редкость четкий узор тросового
Дамаска
рить способность металла воспринимать
закалку, потому что тросы могут изготав-
ливаться и из мягкого железа. Тросы диа-
метром около 2 см состоят примерно из
двухсот скрученных в косички проволочек
и представляют собой хорошую заготовку
для изготовления волокнистого Дамаска.
Некоторые мастера перед сваркой распле-
тают трос, разбирая его на составные жгу-
ты-косички, а затем вновь переплетают их
в другом порядке. Этот дополнительный
труд не является строго обязательным (так
сказать, дело вкуса).
Отработанная технология состоит в
том, чтобы отрезать не слишком длинный
(15 см) кусок троса и в горячем состоянии
дополнительно плотно подкрутить, что-
бы заготовка более равномерно прогре-
валась и не расползалась при проковке.
Концы троса во избежание раскручивания
обваривают электросваркой или обжима-
ют хомутиками. Посыпав флюсом, трос
при сварочной температуре проковывают
в квадратный пруток, причем для качест-
венной сварки нагрев и проковку можно
повторить несколько раз. Полученный
плотный пруток расковывают на пластину,
которую разрубают на несколько частей,
складывают их стопкой и снова провари-
вают. Для достижения красивого узора и
приличных свойств металла достаточно,
чтобы он состоял из 500-600 волокон. В
результате многочисленные обезуглеро-
женные сварочные швы образуют ориги-
нальный узор, похожий на шкуру ящери-
цы, сеть или паутину.
На вид узора и качество Дамаска боль-
шое влияние оказывает толщина прово-
локи, из которой состоит трос. Толщина
обезуглероженного слоя, совпадающего
со сварными швами и образующего собс-
твенно ячеистый узор, примерно оди-
119
Леонид Архангельский
Нож «Классика» из современного «турецкого» Дамаска
накова для проволоки разной толщины
и составляет несколько десятых долей
миллиметра. Поэтому при использовании
троса с проволокой чрезмерно малого
диаметра увеличивается относительный
объем металла, лишенного углерода.
Среднее содержание углерода будет не-
большим и Дамаск получится мягким.
Конечно, можно так организовать про-
цесс нагрева и сварки, что окисление бу-
дет слабым и толщина обезуглероженного
слоя составит приемлемую величину даже
при использовании тонковолокнистого
троса. Более того, можно так подобрать
режимы нагрева, что металл даже будет
науглероживаться в восстановительном
пламени. Возможно и применение науг-
лероживающих флюсов (чугунной крош-
ки), но металл при этом получится совсем
другого типа и с другими свойствами. Не
говоря уже о том, что для успеха требует-
ся большой опыт и даже мастерство, что
в сочетании с известной неопределеннос-
тью в используемом металле самого троса
вынуждает выбирать более надежные и
контролируемые способы изготовления
волокнистого Дамаска.
Одним из способов изготовления во-
локнистого Дамаска является сварка паке-
та-блока, набранного из прутков квадрат-
ного или круглого сечения. Чтобы блок не
рассыпался при сварке, его проковывают
равномерно со всех сторон, постепенно
уплотняя пучок прутков. Затем проварен-
ный пакет расковывают в пруток квадрат-
ного сечения, рубят на несколько (4-6—9)
частей и снова повторяют сварку. Чтобы
при проковке пруток металла не рассла-
ивался вдоль многочисленных сварочных
швов, его пару раз туго скручивают. Для
достижения не только красивого узора,
но и хороших рабочих качеств клинка, в
заготовке нужно набрать от 600 до 2000
волокон. Можно и больше, потому что во-
локнистый узор достаточно хорошо раз-
личим и при 10 тысячах волокон.
Более простым в изготовлении, но не
менее красивым, является «ленточный»
Дамаск, образованный сваркой пучка
плоских и узких пластин. Изготовление та-
кого Дамаска чаще всего начинаютсосвар-
ки обычного слоистого пакета, который
затем расковывают в пруток. Эти прутки
(обычно четыре) складывают в блок таким
образом, чтобы слои одного были пер-
пендикулярны слоям другого, соседнего
с ним квадратного прутка. Дальнейшие
действия те же, что и при производстве
чисто волокнистого Дамаска. Разумеет-
ся, и ленточный, и волокнистый дамаски
предпочтительнее изготавливать не из
чисто углеродистых, а из легированных
сталей. Использование этих сталей увели-
чивает контрастность узора и механичес-
кие свойства волокнистого металла.
Кузнецы-оружейники вообще часто
применяют сложные и экзотические тех-
нологии, стремясь привлечь внимание
покупателя, поскольку «штемпельный»
слоистый Дамаск стал уже довольно за-
урядным и привычным. Естественно, мно-
гие мастера в совершенстве овладели
методами изготовления разновидностей
столь красивого металла, как крученый
«турецкий» Дамаск. Виды (сорта) его
крайне разнообразны и причудливы, но
их можно попытаться как-то системати-
зировать и сгруппировать. Клинки могут
быть изготовлены:
•	из одного закрученного прутка;
•	из одного ряда одинаковых прутков,
закрученных в одну или в разные стороны;
•	из таких же прутков, но расположен-
ных в два ряда;
•	так, что разные части клинка откова-
ны с использованием крученого Дамаска
разного вида.
Схема изготовления клинка из «ленточного» Дамаска
Заготовки «турецкого» Дамаска
120
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Крученая моизаика Сергея Данилова
Прием изготовления практического
оружия из одного скрученного слоисто-
го прутка применяется редко, поскольку
прочность при изгибе такого клинка неве-
лика. Насколько мне известно, в старину
его использовали очень редко. Впрочем,
в стволах ружей применяли Дамаск с узо-
ром, называемым «скрученные волосы».
Этот волнистый узор получают скручива-
нием двумя ключами одиночного прутка-
заготовки более-менее узкими участками
на пол-оборота в разные стороны. В ре-
зультате получаются завитки, действи-
тельно похожие на пряди волос.
Более популярный в древности при-
ем заключается в изготовлении клинка не
из одного, а из нескольких сложенных в
один ряд прутков Дамаска. Для придания
клинку большей устойчивости при изгибе
эти прутки предварительно закручивают
в разные стороны. После шлифовки по-
лучался угловой узор «паркетного» вида.
Главным недостатком такой конструкции
является малая прочность продольных
сварочных швов.
Для устранения этих недостатков прут-
ки перед сваркой укладывают в два ряда
или наваривают с двух сторон на сердце-
вину, что не позволяет продольным швам
расползаться при расковке или при изгибе
во время работы ножом. Узор при таком
расположении прутков получается весь-
ма насыщенным и красивым, поскольку
уже при неглубокой сошлифовке угловой
«паркет» превращается в ряд разноцвет-
ных четырехлучевых звездочек, переме-
жаемых концентрическими округлыми
фигурами.
Самый, пожалуй, сложный, но и самый
совершенный технологический прием,
применяемый при изготовлении клинка
из крученых разновидностей Дамаска, в
глубокой древности применялся наиболее
часто. Тогда малослойный «харалужный»
Дамаск использовали главным образом
лишь в виде конструктивных и декоратив-
ных вставок в клинок, отковывая из него
центральную часть клинка .или его обух.
Лезвие же приваривали стальное или из
твердого многослойного Дамаска. Дело
это непростое, зато позволяет добиваться
затейливых узоров при прекрасных рабо-
чих качествах клинка.
Разнообразные комбинации волокон
и лент в исходном пакете приводят к об-
разованию узоров мозаичного типа, от-
чего и сам сложноволокнистый металл
получил название «мозаичного» Дамаска.
В прошлом веке из него изготавливали
лишь стволы ружей, а сегодня появились
и ножи из мозаичного Дамаска с доселе
невиданными в клинковом оружии узо-
рами. «Мозаику» также изготавливают
методом кузнечной сварки разноцветных
сталей - методом довольно древним. В
старину при изготовлении высококачес-
твенного Дамаска иногда сваривали не
стопку плоских пластин, а пучок тонких
прутков или проволок. В результате полу-
чали узорчатый металл, состоящий не из
пластинок-слоев, а из прутков-волокон.
Такой крупноволокнистый металл и
послужил основой для «мозаичного» да-
маска, требовалось лишь расположить
разнородные прутки не как попало, а в
строго заданном порядке - так, чтобы пос-
ле сварки на поперечном срезе образова-
лась своего рода стальная мозаика. Для
составления этой мозаики могли исполь-
зоваться не только проволочки и узкие
пластины, но и специально изготовлен-
ные прутки весьма сложного поперечного
сечения. В зависимости от конкретного
порядка расположения этих разнородных
элементов узор поперечного среза сва-
ренного узорчатого блока мог быть сколь
угодно сложным.
Наиболее простой в получении узор
образуется при наборе блока из прутков
и пластин прямоугольного поперечного
сечения. Наглядными примерами служат
узоры типа «шахматная доска» и «звездча-
тый» (или «крестовой»). Сварить подоб-
ный блок не представляет особого труда,
что и делали многочисленные европейс-
кие изготовители стволов ружей. Того же
уровня сложности «сетчатая» мозаика,
получаемая сваркой брикета множества
стальных прутков квадратного поперечно-
го сечения с проложенными между ними
тонкими никелевыми пластинками.
Более трудоемко изготовление блока
с орнаментом в виде букв, многолучевых
звезд и им подобных элементов. Напри-
мер, восточные ружейные мастера люби-
ли узор в виде среза лимона или рулета, а
их европейские коллеги даже ухитрялись
проявлять на стволах из «шрифтового»
Дамаска неплохо читаемые надписи. Ис-
121
Леонид Архангельский
Оправка для сварки и ковки «круглых» пакетов
«Круглый» пакет мозаичного Дамаска
ходные блоки с такими узорами можно
было сварить в монолит, лишь используя
специальные оправки и подкладки, иначе
пучок разнородных волокон расползется
при проковке.
Еще более сложна применяемая сов-
ременными мастерами сварка блоков мо-
заики с реалистичными фигурами людей,
животных и т.п. Для составления исход-
ного пакета применяются бруски стали, в
которых электроэррозионным способом
сделаны фигурные вырезы. В эти бруски,
служащие матрицами, вставлены точно
соответствующие вырезам фигурки-вкла-
дыши из другого, контрастного металла.
По другому варианту, получившему в пос-
ледние годы очень широкое распростра-
нение, в качестве матрицы-наполнителя
используется мелкий металлический по-
рошок железа, стали разного состава или
никеля, засыпанный в тонкостенный кон-
тейнер. В этот контейнер помещают прут-
ки сложного сечения с зачищенной повер-
хностью или согнутые из лент и пластин
фигуры любой конфигурации, например,
в виде бутонов цветов, фигур людей или
животных. Элементы-вкладыши могут
также изготавливаться методом электро-
эррозионной резки тонкой проволокой.
Засыпав эти композиции порошком и за-
герметизировав контейнер, его нагревают
до сварочной температуры и аккуратно
проковывают с четырех сторон.
Проковывают, действительно и акку-
ратно и тщательно. Иногда даже невероят-
но аккуратно. Разработчик и первопрохо-
дец современных способов изготовления
мозаичного Дамаска Стивен Шварцер в
1993 г. отковал мозаичный пакет для своего
ножа «Мечта охотника» и затратил на это
шесть месяцев с перерывами. За это время
он расковал «всего лишь» брусок попереч-
ником 130 мм со вставленной в него мно-
гоэлементной фигуркой охотника так, что
его «рост» уменьшился с 40 мм до 12 мм
и его стало возможным вварить в клинок
ножа. Нюанс в том, что у охотника можно
рассмотреть даже каблуки на сапогах и, что
самое примечательное, после всех дефор-
маций при сварке и проковке ствол ружья
остался прямым. Если ковать даже такой
сложный блок так, чтобы в итоге получи-
лась не более чем узнаваемая фигура, то
вся ковка заняла бы всего пару дней, а то
и менее. В этом же случае работа мастера в
смысле аккуратности может служить свое-
го рода шлагбаумом в технике мозаичного
Дамаска. Дальше по этому пути идти уже
некуда и, думаю, что и не надо. Использо-
вание порошковых технологий при изго-
товлении мозаичного Дамаска делает эту
работу для более-менее опытного кузнеца
действительно несколько похожей на де-
тскую забаву. Можно лишь состязаться в
Шедевр Стивена Шварцера
122
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Мозаика по-русски
вычурности задуманного узора и степени
приближения старательности и трудоем-
кости к вершинам технологии «каменная
задница». Исключение - редкие работы
немногих мастеров, изготовленных ори-
гинальными методами, для разработки
и использования которых требуется не
только старательность ремесленника, но
и изрядное напряжение ума мастера.
После сварки и проковки с приемле-
мой степенью тщательности исходного
сложноузорчатого блока дело остается
за малым — проявить этот замысловатый
узор, т.е. каким-либо образом перенести
его на боковые поверхности клинка. При-
меняют три основных способа проявле-
ния узора мозаичного Дамаска, получая в
итоге крученую, развернутую и торцовую
мозаику.
«Крученая» мозаика фактически явля-
ется разновидностью «турецкого» Дамас-
ка. «Крученой» мозаикой Дамаск назвали
потому, что его получают скручиванием и
дальнейшей сваркой нескольких тонких
волокнистых прутков, сложенных в узкую
и высокую стопку. Для придания клин-
ку большей устойчивости при изгибе эти
прутки предварительно закручивают в
разные стороны. После шлифовки на по-
верхности клинка проявляются повторяю-
щиеся фигуры, заложенные в первичный
блок, и чем глубже сошлифовывается
слой, тем сложнее узор.
Прутки для крученой мозаики
123
Леонид Архангельский
Нож «Пэр де Ноэль» Пьера Риверди
На этом же принципе «вскрытия» ос-
новывается и «развернутая» мозаика. На
заготовке клинка с двух сторон делают
несколько глубоких надрезов, а затем
растягивают ее в горячем состоянии, как
гармошку, словно разворачивая топогра-
фическую карту или бумажный веер с ор-
наментом. Для изготовления «торцовой»
мозаики сторца (отсюда и название) гото-
вого блока поперек волокон срезают тол-
стые узорчатые пластинки, которые либо
наваривают с двух сторон на лезвийную
основу, либо к ним с краев приваривают
лезвие и, иногда, обух.
Резко неоднородная, крупноузорчатая
мозаика сама по себе не обладает хоро-
шими режущими свойствами (особенно
торцовая), поэтому для придания ножу
приличной утилитарности его и снабжают
Если речь зашла о сложных технологи-
ях получения клинковых сталей, то необ-
ходимо рассмотреть и некоторые древние
варианты. Я обратил внимание на общее
для кузнецов-оружейников древности
непонятное тяготение к старому, проржа-
вевшему железу, которое они охотно при-
меняли для изготовления клинков. Труд-
но сказать, где и когда при производстве
высококачественных клинков начали це-
ленаправленно использовать ржавое же-
лезо, но упоминание об этой технологии
можно найти еще у Диодора Сицилийс-
кого и Плиния, прокуратора Испании при
императоре Веспасиане. Говоря о насе-
лявших Испанию кельтиберах, они опи-
сывали их метод производства наиболее
качественных мечей — на первый взгляд,
не слишком очевидный.
Испанские кузнецы расковывали же-
лезные крицы в тонкие полосы, которые
закапывали в землю. Пролежавшие в зем-
ле определенное время (иногда несколь-
ко лет), изъеденные ржавчиной плас-
тины выкапывали и из остатков ковали
хорошие мечи. Совсем на другом конце
континента (не на Крайнем Западе, а на
Дальнем Востоке), японские оружейники
при производстве металла для своих ме-
чей иногда также применяли подобный
метод. Подобно иберам, они проковы-
вали крицы в пластины и закапывали их
в землю. Закапывали не где попало, а в
выбираемых кузнецами особых местах,
чаще всего болотистых. Затем, откопав
эти проржавевшие пластины, они соби-
рали их в стопку (пакет), сваривали в мо-
нолит и расковывали полученный брусок
в полосы, которые снова закапывали, т.е.
повторяли процесс. Полученный металл
отличался особой остротой и стойкостью
к коррозии.
Подробности «ржавой» технологии
можно уточнить, если от кельтиберов ан-
тичности и японских оружейников сред-
невековья перейти к кузнецам Кавказа
прочным лезвием тем или иным спосо-
бом. Впрочем, современные иноземные
мастера (это надо непременно отметить)
очень часто откровенно и с размаху плю-
ют на приличия, отковывая такие клинки,
которыми не то что карандаш, а даже и
спичку лучше не затачивать. Но, в об-
щем-то, в наше время на Западе особой
утилитарности от мозаичных клинков и
не требуется - был бы узор покрасивей и
посложней.
Итак, применяя различные виды куз-
нечной сварки, получают в итоге структуру
металла, состоящую из переплетения же-
лезных и стальных слоев или волокон. Со-
отношение железа и стали, а также узор на
клинке, т.е. характер сочетания слоев или
волокон в композите, в зависимости от же-
лания мастера могут быть какими угодно.
Само собой разумеется, что Дамаск может
и не содержать железа, а состоять только
из слоев-волокон сталей разных марок,
различающихся содержанием как углеро-
да, так и других легирующих элементов,
например, никеля или хрома. Важно соб-
люсти лишь принцип разной прочности и
пластичности при ковке и закалке. «Ал-
мазные» и им подобные сверхкомпозиты
составляют особую группу ввиду допол-
Торцовая и развернутая мозаика
нительного усложнения технологии.
124
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
более близких нам времен. Не знаю, на-
сколько давно они с нею познакомились,
но можно предположить, что уж никак не
позже населяющих Испанию иберов, ко-
торые и переселились -то в далекую запад-
ную страну с Кавказа. Переселенцы осели
в привычной для них гористой местности
и, вероятно, сохранили навыки металло-
обработки своих кавказских предков, так
же, как и кузнецы народов, оставшихся на
родине - своей и халибов.
Сохранились письменные и устные
сведения, что даже в конце XIX в. на-
следники древних оружейных традиций
подвергали дополнительному процессу
ржавления (который они называли «очи-
щением») используемую для клинков
промышленную пружинную сталь (от ва-
гонных буферов). Например, кузнецы-
чеченцы для ускорения процесса кор-
розии раскованные в тонкие пластины
рессоры помещали в сернистые источ-
ники, а если их поблизости не было, то
в специальный состав из соли, чеснока,
помета водоплавающих птиц и серосо-
держащих компонентов. После выдерж-
ки их сваривали, скручивали, расковы-
вали и снова подвергали ржавлению в
той же особой среде (и так несколько
раз). Полученный многотрудный металл
был настолько ценен, что его бруски бе-
регли для изготовления самых ценных
заказов и иногда даже передавали по
наследству.
Пакет «инистого» железа
В наши дни подобная технология при-
меняется, хотя и крайне редко. Например,
один охотник со стажем, исстрадавшийся
от низкого качества советских ножей, из-
готовил для себя клинок по этому способу.
Автомобильную рессору он оставлял ржа-
веть в болоте на два года, затем сварил
и расковал остатки металла, после чего
вновь бросил в болото. В итоге из всей
рессоры получился всего один клинок, но
его качество привело владельца в восторг,
а скорая потеря ножа на охоте — в уныние.
Огорчение не удивительно, поскольку от
начала до конца процесса изготовления
прошло целых семь лет, что в наше стре-
мительное время безумно много.
Помимо рессор при изготовлении ору-
жия использовали и другое ржавое сырье.
Г.А. Вертепов — автор «Очерков кустарных
промыслов в Терской области» писал:
«Еще в недалеком прошлом лезвие доро-
гих сортов кавказских ножей сваривалось
из мелких кусков ржавых гвоздей и затем
хорошо прокаливалось особым туземным
способом». Повторюсь, что и современ-
ные туристы по Африке рассказывали, как
там до сих пор кое-где куют ножи из мел-
ко порубленных гвоздей. Примечательно,
что эту железную мелочь скармливают
курам, собирают и сваривают в монолит.
По отзывам, полученные таким образом
ножи весьма остры, но хрупковаты.
Не только клинковое оружие ковалось
из гвоздевой мелочи. И на Востоке, и на
Западе из старых гвоздей изготавлива-
лись высоко ценимые стволы ружей. Пов-
семестно ценимый сорт Дамаска для ство-
лов так и назывался «гвоздевой» (нем.
Nagelstumpfdamast - Дамаск из остатков
гвоздей). Изъеденные ржавчиной остатки
плоских подковных гвоздей проваривали
и расковывали в полосу, которую обыч-
ным порядком по спирали наворачивали
на оправку. Интересно, что заготовка ство-
ла по-немецки называется Reifeneisen, и
это слово имеет несколько значений. Пер-
вое и, вероятно, основное - «полосовое
железо», но reifen - еще и «вызревшее,
спелое», и «инистое». И на Востоке стволы
зачастую изготовлялись именно из такого
ржавого, «вызревшего» железа, а недо-
статочно проржавевшее сырье дополни-
тельно смачивали и оставляли до тех пор,
пока оно не покрывалось ржавчиной, как
инеем.
Возникает естественный вопрос: поче-
му кузнецы разных народов, разделенных
тысячами километров географически и
тысячами лет по времени, применяли одну
и ту же, неэкономную и весьма трудоем-
кую технологию изготовления узорчатого
металла? Напрашивается вывод, что узор-
чатый металл, свариваемый из ржавого
сырья, каким-то образом приобретал до-
полнительную прочность. В первую оче-
редь, вероятно, за счет того, что сварные
швы имели резко отличные от основной
массы химический состав и структуру. Но
какие именно? Можно допустить, что при
сварке стальной проволоки или пластин
соединительные швы заметны из-за обе-
зуглероживания поверхности от выгора-
ния углерода при сильном нагреве, хотя
при сварке железных гвоздей выгорать
нечему!
Поразмыслив, решил проверить ста-
ринный метод на опыте. Нашел рядом
с кузницей лист проржавевшего до дыр
железа, пролежавшего в земле под кучей
угля лет десять, отколотил толстый слой
ржавчины, порубил лист на куски и сло-
жил их в стопку. Для фиксации рыхлого
пакета положил его на тонкую пластину
с ручкой (своего рода лопату) и обвязал
проволокой. Разогрел в кузнечном гор-
не, как следует посыпал флюсом (бурой)
и аккуратно проварил на очень высокой
температуре. Во время расковки сварен-
ного пакета в пластину я обратил внима-
ние на то, что внешне плотный брусок (без
видимых раковин и непроваров) при уда-
125
Леонид Архангельский
Микроструктура «инистого железа» при различном увеличении. Крупные оксиды как астероиды среди метеоритной мелочи.
рах молота почти не удлинялся, а как бы
сжимался внутрь себя, поглощая энергию
удара. Ощущение странное и непривыч-
ное - как будто ковался кусок «железной
резины».
Зачистив поверхность полученной
пластины, я обработал ее раствором
азотной кислоты, который применяю для
выявления узора на Дамаске. Результат
весьма удивил — на сером, матовом фоне
малоуглеродистого железа проявились
необычно яркие, зеркально блестящие
разводы и пятна. После исследования на
электронном микроскопе образца этого
«очищенного железа» выяснились, что в
зоне блестящего узора в нем расположе-
ны густые скопления крайне мелких около
1 мкм (одной тысячной доли миллимет-
ра) округлых частиц оксидов железа, хотя
встречались и более крупные частицы ок-
сидов разного состава.
Вот, казалось бы, и ответ! Действи-
тельно, частицы оксидов железа обладают
весьма высокой твердостью — настолько
высокой, что мелко толченой окалиной в
старину полировали даже каменные вазы
и колонны. При этом шарообразная фор-
ма мелких частиц позволяет повышать
прочность и износостойкость металла без
заметного снижения его вязкости и плас-
тичности. Таким образом, густые скопле-
ния сверхтвердых и сверхмелких частиц
образуют слои-волокна из своего рода
особой стали, отличающейся тем, что ее
упрочняющие частицы не растворяются
при ковке и закалке, как это происходит с
карбидами обычной стали. В науке такие
металлы называются дисперсноупрочнен-
ными псевдоволокнистыми композитами.
Сравнивая фотографии микроструктур
«спелого» железа и классического литого
булата, можно заметить их поразительное
сходство.
Все, вроде бы, стало понятно. Основы-
ваясь на таком понимании сути «ржавой»
технологии, я отковал клинок из пучка ста-
рой, сильно проржавевшей малоуглеро-
дистой проволоки, а для придания клинку
приличных рабочих качеств дополнитель-
но подверг его лезвие глубокой нитроце-
ментации. Узор клинка был блестящим,
четким и, что примечательно, сохранился
даже на науглероженном лезвии. Однако
микроскопические исследования образ-
ца этого металла при увеличении в сотни
раз неожиданно выявили почти полное
отсутствие ожидаемых оксидных включе-
ний, металл оказался однородной, хоро-
шо прокованной, мелкозернистой мало-
углеродистой сталью! И никаких следов
узора. Даже закралось подозрение - а не
перепутаны ли образцы? В некоторой рас-
терянности я протравил этот зеркальный
шлиф более глубоко для выявления мак-
роструктуры - проявился четкий узор сва-
рочных швов. Но отчего он образовался?
Вероятно, химический состав сварочных
швов все же изменился: либо в них что-то
добавилось, либо что-то убавилось, кро-
ме углерода, содержание которого явно
оставалось на прежнем уровне.
Что же добавилось? Вспомнив сер-
нистые источники чеченцев, попробовал
я объяснить разную травимость швов по-
вышенной концентрацией серы, так как
исследования первого, «оксидного» об-
разца показали, что в массиве бруска про-
ржавевшего железа не обнаружено даже
ее следов, тогда как в «свежих» сварных
швах сера присутствует. Выплавив в тигле
металл на основе стали У10 с добавлением
нескольких десятых долей процента серы,
я сварил его в горне с пластинами чистой
исходной стали. Как и следовало ожи-
дать, сернистый металл варился плохо,
разваливаясь при высоких температурах,
но полученный в итоге слоистый компо-
зит имел очень контрастные, ярко белые и
зеркально блестящие узоры.
О разном химическом составе массива
металла и сварочных швов следует доба-
вить, что «особая туземная закалка» лез-
вий из ржавых гвоздей, вероятно, имела
целью нитроцементацию, выполняемую
разными способами (например, клинок
либо долго томили в горячем порошке из
жженых рогов и копыт, либо просто посы-
пали им раскаленное лезвие непосредс-
твенно при закалке): металл насыщался
одновременно углеродом и азотом, и
твердость обработанного таким образом
лезвия достигла показателя более чем
в 70 единиц по Роквеллу! Напомню, что
и немецкий «гвоздевой Дамаск» имеет
прямое отношение к копытам. Считалось,
что железо подков и подковных гвоздей
приобретает особую прочность от долгого
контакта с лошадиным копытом. Вероят-
но, в ржавое железо из «живого» копыта
проникают азотистые вещества, повыша-
ющие его прочность и твердость.
Скажу кое-что и о гусином помете из
«чеченского соуса». Как ни странно, но
к нему некоторым образом имеет отно-
шение легендарный Веланд - самый из-
вестный кузнец старой Европы. В ранее
приведенной легенде рассказывалось,
как он порубил свой клинок на мелкие
кусочки и дал их проглотить гусям, и по-
том, отделив от их помета стальные опил-
ки, Веланд сварил их в монолит и уже из
этого «порошкового булата» изготовил
клинок. Итак, помет водоплавающих птиц
в «чеченском соусе» появился не случай-
но. Причем здесь Веланд? Если верить
легенде, то этот сын короля финнов учил-
ся кузнечному делу у подземных карли-
ков-гномов, и учился именно на Кавказе.
Конечно, «сказка ложь, да в ней намек
— добрым молодцам урок», по крайней
мере, должен быть уроком. В разной сте-
пени, но кузнецы его извлекают.
Итак, можно осторожно предполо-
жить, что «спелое» или «инистое» железо
использовали в старину по нескольким
причинам. Во-первых, могло происходить
дисперсное упрочнение металла мелкими
оксидами в сварных швах. Но я думаю,
что такое локальное и сильное засорение
неметаллическими включениями про-
исходило не всегда, и даже когда имело
место, то полезное его воздействие было
сравнительно незначительным. Во-вто-
рых, использовалось упрочнение тех же
126
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
сварочных швов фосфором или серой из
почвы (или, скорее, тем и другим элемен-
том одновременно). Известно, что фос-
фор повышает прочность железа в 6_7
раз, тогда как хром, вольфрам и прочие
подобные элементы - лишь примерно на-
половину. По поводу серы уместно вспом-
нить рассказ Басова о его эксперименте по
выплавке сверхвысокосернистого булата,
где серы было, по его словам, несколько
процентов. Из полученного металла он де-
лал даже резцы для металлообработки - и
они прилично работали, хотя и не облада-
ли теплостойкостью. Все же упрочняющее
влияние серы, насколько мне известно,
изучено недостаточно полно, если такие
исследования вообще проводились, поэ-
тому тема парадоксально полезного вли-
яния серы в «спелом» железе ждет своего
изучения.
Если «земляное» легирование серой
и фосфором кажется несомненным, то и
послойное азотирование можно считать
доказанным. Присутствие значительных
примесей азота наряду с повышением
твердости резко увеличивает коррози-
онную стойкость металла, а именно эти
свойства выделяют «спелое железо» в ряду
клинковых сталей. Азот весьма сильно ох-
рупчивает сталь, но так как в этом виде
металла он распределен не равномерно,
а послойно, такое композиционное стро-
ение позволяет получить острые клинки с
приличной прочностью. Пластины насы-
щались азотом и фосфором (возможно, и
серой) лишь с поверхности, и после свар-
ки в монолит эти необычные легирующие
элементы располагались послойно, так
что сравнительно хрупкие слои переме-
жались слоями вязкого, не слишком твер-
дого металла сердцевины пластин. Для
повышения удельного объема легирован-
ного, упрочненного металла длительное
ржавление и последующую кузнечную
сварку пластин повторяли несколько раз.
Итак, в древности главным достоинс-
твом кузнечной сварки являлась ее от-
носительная технологическая простота.
Горн, горсть флюса и молоток в руке опыт-
ного кузнеца — вот и вся технология. Глав-
ным же недостатком этой древнейшей
технологии является невозможность свар-
ки большинства легированных наиболее
прочных сталей. Только железо и малоле-
гированные стали, содержащие не более
1,5 % Сг, могут применяться при изготов-
лении Дамаска с использованием обыч-
ной кузнечной сварки. Пленки оксидов,
содержащие много хрома, не удаляются
обычными флюсами, поэтому прочного
соединения этим методом высокохромис-
тых сталей добиться не удается.
Чтобы обойти этот «запрет» на приме-
нение в Дамаске высоколегированных ста-
лей, приходится использовать некоторые
виды вакуумной технологии. Поскольку
окисления предварительно зачищенных
поверхностей при нагреве в вакууме не
происходит, то становится возможной
сварка высоколегированных, в том числе
нержавеющих, сталей.
Например, широко известен метод
диффузионной сварки в вакууме, разра-
ботанный проф. Н.Ф. Казаковым: соеди-
няемые пластины шлифуют, складывают
стопкой и нагревают в вакуумной камере
с использованием индуктора и высоко-
частотного генератора или тепловым из-
лучением теплостойких элементов, как в
обычной муфельной печи. После нагрева
пластин до 900-1100 °C их сдавливают
прессом непосредственно в вакуумной
камере. В результате выдержки раска-
ленных пластин под давлением в течение
нескольких минут образуется прочное
соединение. Сваренный таким образом
пакет расковывают на пластины, которые
снова шлифуют, сваривают - и так до тех
пор, пока не получат нужного числа слоев.
Используя этот метод, можно изготовлять
Дамаск из нержавеющих, быстрорежущих
и иных высокопрочных сталей. Этим ме-
тодом сваривают медь с железом, сталь с
серым чугуном, нержавеющую сталь с ти-
таном и даже стекло с металлом.
Более высокопроизводительным и
прочным методом сварки является прокат-
Кузнечный кунстштюк
ка в вакууме пакета шлифованных пластин.
Вакуумный прокатный стан подобен обыч-
ному, но нагрев заготовки и ее прокатка
в валках проводятся в вакууме, исключа-
ющем окисление поверхности заготовки.
Несмотря на скоротечность процесса, за
счет значительной степени обжатия при
прокатке необходимая температура на-
грева пакета может быть не выше, чем при
диффузионной сварке, - около 1000 °C.
Величина свариваемого вакуумной
прокаткой пакета может быть весьма зна-
чительной. Например, один из работав-
ших в СССР вакуумных станов мог прока-
тывать нагретый до 1200 °C многослойный
пакет толщиной 10 см, шириной 80 см и
длиной 2,5 м! В принципе, на нем можно
получить 150 кг хорошего Дамаска любого
состава за одну прокатку. Однако эта ус-
тановка оказалась на территории Казахс-
тана, и ее работоспособность в настоящее
время вызывает некоторые сомнения.
Я начал заниматься производством
слоистых композитов по этому методу во
время сотрудничества с С.В. Бондарем,
который уже имел некоторый опыт по
производству многослойных композиций
методом прокатки в вакууме. Сварку леги-
рованного Дамаска проводили на вакуум-
ном прокатном стане, на котором прока-
тывали пакеты длиной 300 мм, шириной
200 мм и высотой до 30 мм. Степень об-
жатия составляла 30 % при нагреве до
1050 °C. После прокатки в вакууме сварен-
ный пакет раскатывали в листы толщиной
3-4 мм на обычном прокатном стане. Для
получения качественного металла, подхо-
дящего для изготовления узорчатых клин-
ков, требовалось три цикла сварки. Отме-
чу очень высокую прочность сварочного
12?
Леонид Архангельский
«Дождевой» узор на клинке из сталей Х12МФ и У8
соединения — ни разу полученный металл
не расслаивался при самых жестких режи-
мах ковки. Пожалуй, главный недостаток
этого способа: большой отход металла
при шлифовке перед сваркой (до четвер-
ти пакета превращалось в пыль за один
цикл). Тем не менее, на этой установке
были получены многослойные компози-
ции из высоколегированных металлов.
Например, был изготовлен слоистый
металл из чрезвычайно износостойкой и
прочной штамповой стали Х12МФ (1,5 %
углерода, 12 % хрома, 0,5 % молибдена и
0,2% ванадия) в сочетании с углеродистой
сталью У8 (25 % объема металла). Состоя-
щий примерно из 500 слоев композит мне
показался если и не верхом совершенства,
то уж во всяком случае очень подходящим
материалом для изготовления ножей. При
твердости лезвий клинков, позволяющей
резать стекло, такое варварское испы-
тание, как рубка толстых гвоздей, была
детской забавой, а способность долго со-
хранять заточку вызывала общее уваже-
ние к многослойному металлу.
Для сварки смеси металлических воло-
кон и гранул применялось используемое в
порошковой металлургии устройство, на-
зываемое газостатом. В похожую на высо-
кую бочку и наполненную инертным газом
камеру газостата помещают отвакуумиро-
ванную и герметически заваренную элек-
тросваркой капсулу, наполненную про-
волокой, металлическим порошком или
смесью того и другого. Сначала в камеру
закачивают инертный газ при давлении в
150 атмосфер, а затем нагревают капсулу
до 1200-1400 °C. Газ стремится расши-
риться и давление растет, пока не достиг-
нет примерно 1500 атм, т.е. полутора тонн
на один квадратный сантиметр. Раскален-
ная капсула сдавливается со всех сторон,
и металл внутри нее спрессовывается так,
что в композите не остается ни малейших
зазоров или пор. По завершении цикла
сварки спекшуюся с содержимым оболоч-
ку удаляют механическим путем и полу-
ченный композит проковывают или про-
катывают обычным порядком.
Цикл спекания длится несколько часов,
но и композита при этом можно получить
довольно много. Высота камеры установ-
ленного в одном из московских институтов
газостата составляет 2,5 м при диаметре
0,4 м. И это далеко не самый большой га-
зостат! По данным американских ученых,
при налаженном производстве стоимость
обработки в газостате не превышает двух
долларов США за один килограмм спека-
емого металла. Очевидно, что техноло-
гические параметры газостата позволяют
получить при его применении любую из
известных в истории структур Дамаска или
булата.
Такие же комбинации волокнистых
и порошковых материалов можно полу-
чать, используя метод экструзии — выдав-
ливания, согласно которому герметичную
капсулу-контейнер с порошковым, волок-
нистым или комбинированным наполни-
телем нагревают до 1000 °C и помещают в
камеру экструзионного пресса, развива-
ющего усилие в несколько сотен и даже
тысяч тонн, чего с избытком хватает для
выдавливания капсулы вместе с содержи-
мым через небольшое отверстие на вы-
ходе из камеры пресса. Диаметр камеры
составляет 80-300 мм при длине до 500
мм, а выдавленный из нее плотный пруток
композита может иметь диаметр 30-20
мм и менее.
В процессе выдавливания одновре-
менно происходят уплотнение и сварка
содержимого капсулы. Расковка прутков
может проводиться как вместе с оболоч-
кой, так и после ее удаления. Очевидно,
что и экструзия, и обработка в газостате
основана на применении принципов диф-
фузионной, или кузнечной, сварки, с тем
лишь отличием, что применяется всесто-
роннее обжатие.
Понятно, что у кузнеца-оружейника
не всегда есть доступ к такому высокотех-
нологичному оборудованию, особенно в
условиях современного состояния произ-
водства, но «голь на выдумки хитра». Од-
ним из самых доступных методов для свар-
ки нержавеющих сталей является сварка в
восстановительной бескислородной сре-
де. Оборудование может быть простейшее
— кузнечный горн или муфельная печь,
аппарат для электросварки и какой-либо
молот. Пакет отшлифованных или зачи-
щенных иным способом пластин помеща-
ют в герметичный контейнер, в качестве
которого можно использовать заглушен-
ные стандартные трубы прямоугольного
сечения. Через небольшое отверстие или
вваренный штуцер в контейнер заливают
керосин или машинное масло, после чего
его аккуратно и равномерно нагревают.
Керосин закипает, образующиеся пары
вытесняют оставшийся в контейнере воз-
дух и, после полного испарения жидкос-
ти, внутри остаются чистые, неокисленные
пластины и малое количество восстанови-
тельных паров. Штуцер быстро заглуша-
ют, заваривая сваркой или пережимая его
молотком, а подготовленный контейнер
обычным порядком нагревают до свароч-
ной температуры, после чего обычным же
порядком проковывают молотом или про-
катывают в вальцах.
Для сварки больших пакетов обычных,
не слишком легированных сталей можно
использовать схожую технологию, при-
меняя буру или иные флюсы. Несколько
лет назад на московском металлургичес-
ком заводе «Серп и молот» таким обра-
зом удалось сварить многослойный пакет
массой 750 кг. Тонкие пластины легиро-
ванных сталей - хромованадиевой 9ХФ и
высококремнистой 60С2А длиной 2,5 м и
шириной 0,5 м уложили высокой стопкой
в ящик с дренажными отверстиями для
выхода газов, после нагрева в туннельной
печи до 1200 °C стопку пластин раскатали в
лист на прокатном стане.
Схожие технологии современные мас-
тера применяют и при изготовлении уди-
вительного материала, представляющего
собой слоистый композит типа дамасской
стали, но состоящий из меди, латуни,
мельхиора, серебра и даже золота.
Официально считается, что впервые
такой материал изготовил в конце XVII в.
живший на севере Японии мастер Денбей
128
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Шоами. Он и дал материалу применяе-
мое до сих пор название «мокуме-гане»
(«металлическая сосновая древесина»).
По моим же, не слишком «официаль-
ным» данным, сплавленные сочетания
цветных металлов начали применять еще
в глубокой древности в Китае, в царстве
Чу, где из такого материала изготовляли
даже клинки мечей. С цветными метал-
лами люди работали тысячи лет и крайне
маловероятно, чтобы только один японс-
кий мастер и только к концу XVII в. дога-
дался соединить воедино хотя бы медь с
бронзой или серебром. Во всяком случае,
древние греки времен Архимеда такой
технологией владели.
Еще ничего не зная об исторических
аспектах технологии и даже о существо-
вании этого материала, я сварил медно-
железный Дамаск из нескольких десятков
слоев и, считая себя его изобретателем,
дал ему название «сплав У». Почему та-
кое странное - ни тогда не знал, ни сейчас
толком объяснить не могу, не привлекая
всякого рода мистические доводы. Однако
позднее узнал, что владевшее развитыми
оружейными технологиями, но просущес-
твовавшее всего несколько десятков лет
древнекитайское царство У было соседом
царства Чу. Из царства У, кстати, в Японию
Медно-железное мокуме
ввозились прекрасные мечи с ярко выра-
женным «хамоном» и не исключено, что и
технологию производства подобных ме-
чей японцы переняли именно оттуда.
Однако вернемся от истории к практи-
ке. При использовании медно-железного
«мокуме» своеобразный декоративный
эффект достигается за счет присутствия в
типичном дамасском узоре желто-крас-
ного цвета меди. После нагрева до цветов
побежалости или обработки химически-
ми реактивами цветовые комбинации мо-
гут быть самыми разными. Применяются
сочетания меди не только с железом, но
и с серебром или мельхиором, а также с
латунью и бронзой. Встречается «мокуме»
даже из серебра и золота.
Разработаны и с переменным успехом
применяются несколько способов получе-
ния «мокуме». Самый очевидный, древ-
ний и, как кажется, простой — спаять на-
бор пластин между собой каким-нибудь
припоем. Это действительно возможно,
но паять приходится довольно толстые и
небольшие пластины, поэтому для полу-
чения приличного куска многослойного
композита приходится несколько раз рас-
катывать и пропаивать склонные к рас-
трескиванию бруски очень подверженно-
го взаимной диффузии материала. При
этом постоянно увеличивается объемная
доля самого припоя. Даже при аккуратной
работе выход брака довольно большой.
Другой способ по своей сути также яв-
ляется вариантом пайки, с той лишь раз-
ницей, что легкоплавкий соединительный
слой не закладывается между пластин
заранее, а образуется непосредствен-
но в процессе соединения. Этот эффект
основан на диффузии одного металла в
другой с образованием легкоплавкой эв-
тектики в зоне контакта. Например, медь
плавится при температуре 1050 °C, сереб-
ро - примерно при 900 °C, но их эвтекти-
ческий сплав становится жидким уже при
Мокуме из золота и серебра
температуре менее 800 °C. Если нагре-
вать предварительно сжатый (например,
каким-нибудь грузом) пакет из пластин
меди и серебра, то начнет происходить
диффузия одного металла в другой и на
стыках образуется слой металла проме-
жуточного состава. Нагрев производят
лишь до температуры, при которой чис-
тые металлы еще остаются твердыми, а
образовавшийся слой эвтектики уже пла-
вится. Таким образом получают плотный
спаянный брикет. При этом надо следить,
чтобы жидкой эвтектики образовалось не
слишком много и часть ее не вытекла, а
сам пакет не расползся. Примерно те же
сложности возникают и при использова-
нии в качестве припоя просто одного из
компонентов, когда пакет тонких пластин
нагревают до температуры плавления
наиболее легкоплавкого компонента, а
второй остается твердым. В обоих случа-
ях сразу после.пропаивания и твердения
жидкой фазы пакеты аккуратно проковы-
вают для уплотнения рыхлых швов.
При использовании этих классических
традиционных схем нужен непрерывный
и точный контроль за температурой и со-
стоянием пакета в печи или горне, чтобы
образующаяся жидкость не вытекла из
стыков, а связанный проволочкой или стя-
нутый струбцинами пакет не перекосило
и чтобы после всего этого многотрудный
и успешно спаянный брусок не развалил-
ся при деформации до нужного размера.
Опять же нужно следить, чтобы поверх-
ности пластин в пакете не окислялись во
время нагрева, иначе через слой оксидов
соединения не произойдет. Окисление
предотвращают несколькими способами,
главный из которых - строгое поддержа-
ние восстановительной среды в газовой
печи или угольном горне. Само собой,
покрытие разогретого пакета защитным
слоем флюса только приветствуется.
129
Леонид Архангельский
Торцовая, развернутая и крученая мозаики в одном клинке Марии Архангельской
Аккуратные немцы или еще более цеп-
кие к мелочам японцы привычно зажима-
ли нервы в кулак и мужественно и трудо-
любиво преодолевали эти трудности. Но
нет, эти методы не для меня, однозначно.
Поразмышляв, я произнес волшебное слов
«фаранд» и применил технологию его по-
лучения к «мокуме». Взял пучок тонкой
электродной проволоки с чистой поверх-
ностью, вперемешку с бурой набил этой
проволокой заглушенный отрезок трубы.
Сверху поместил кусок меди, плотно на-
крыл крышкой и сильно прогрел в печи.
Температура плавления железа намного
выше, чем для меди, поэтому при несущес-
твенных для железа 1350 °C медь уже была
жидкой и, как вода, стекла на дно трубы,
попутно вытеснив наверх легкоплавкий
флюс. После охлаждения и затвердевания
осталось срезать верхнюю, засоренную
шлаком, часть полученного своеобразного
слитка, сточив трубу, и расковать нагретый
до 1000 °C волокнистый композит сначала
в брусок. Вроде бы без особых хлопот, но
однажды медь все же нашла щелочку в
сварном шве трубы и вольготно растеклась
по дну печи. В другой раз при нагреве та-
кого железного тигля в кузнечном горне по
недосмотру прогорело дно трубы, приведя
к тем же последствиям (как говорят китай-
цы, иногда и старая опытная обезьяна па-
дает с дерева или, как говорят у нас, и на
старуху бывает проруха).
Задолго до того, как узнал о сущест-
вовании хлопотной «припойной» техно-
логии, я изготовил «мокуме» на той же
установке диффузионной сварки в ваку-
уме, на которой изготавливал и Дамаск.
Это оказалось несложно. Листы железа
шлифовались и протирались бензином, а
медь для очистки поверхности от оксидов
протравливалась в растворе соляной кис-
лоты и затем промывались чистой водой.
Подготовленные пластины складывались
в пакет, нагревались до 950 °C и выдер-
живались под давлением 1 кг/мм2 в тече-
ние получаса, после чего пакет проковы-
вали обычным порядком. Чуть позже для
этой же цели использовался вакуумный
прокатный стан, что позволило получать
большие количества крепко сваренного
композита за одну прокатку. В последнее
десятилетие вакуумное оборудование ста-
ло недоступным, и мокуме разных сортов
пришлось сваривать контейнерным спо-
собом в среде паров керосина. Впрочем,
его качество от этого не ухудшилось.
Зарубежные мастера применяют дру-
гой метод, также представляющий собой
один из вариантов диффузионной сварки.
Впрочем, его можно использовать и при
некоторых «припойных» вариантах. Поэто-
му методу подготовленный пакет помеща-
ют между двух толстых стальных пластин,
которые по краям с небольшими интерва-
лами стягивают болтами. Таким образом
пакет фиксируется и предварительно на-
гружается. Тонкие гибкие пластины с пред-
варительно сточенными краевыми заусен-
цами плотно сжимаются, вытесняя воздух,
зазора между ними не остается и стыки
получаются почти герметичными. Для
большей герметичности боковые повер-
хности покрывают глинистой или другой
обмазкой — например, на основе жидкого
стекла. Таким образом, окисления плас-
тин при нагреве пакета «мокуме» в печи не
происходит, а длительная многочасовая
выдержка (порядка 10 ч) под сильным дав-
лением обеспечивает их сварку.
Нужно учитывать, что более-менее
толстый болт при затяжке развивает осе-
вое усилие до сотен килограммов и даже
нескольких тонн, поэтому закручивая гай-
ки очень усердствовать не стоит. Дело в
том, что во время нагрева сжатие пакета
еще больше возрастает из-за разницы в
коэффициентах линейного теплового рас-
ширения меди и железа. Для меди этот
коэффициент в 3 раза больше, поэтому
и пакет из меди в смеси с железом или
другими медными сплавами за счет на-
грева увеличивает свою толщину в боль-
шей степени, чем стальные болты свою
длину. Возникающее при этом давление
столь велико, что или раскаленные болты
растянутся, сорвав резьбу, или часть меди
выдавится, компенсируя изменение раз-
меров. Часто происходит и то, и другое,
не говоря уж об искривлении зажимных
пластин. Во избежание этих неприятнос-
тей гайки на болтах затягивают от руки.
Из мокуме изготовляют самые разные
вещи. Ювелиры и древности, и современ-
ности выколачивают из него всякого рода
сосуды и шкатулки, на больших поверх-
ностях которых переливы своеобразного
цветного Дамаска смотрятся очень эффек-
тно. Д. Шоами, будучи в какой-то степе-
ни оружейником, сразу применил его для
отделки оправ мечей. Когда я получил
непроверенную, но интересную информа-
цию о разноцветных мечах Древнего Ки-
тая, мной овладела идея изготовить нечто
подобное, и в самом начале 90-х годов из
медно-железного мокуме я изготовил кин-
жальный клинок древнеегипетского типа.
Примерно в то же время тульский мастер
Сергей Данилин закрутил и спаял прутки
из мокуме в клинок по образцу турецкого
Дамаска. Думаю, что на этом «клиночная»
эпопея для мокуме еще не закончилась.
Вышеперечисленные технологии дают
возможность использовать при изготов-
лении Дамаска любые, в том числе самые
высокопрочные легированные стали, что
резко повышает боевые свойства изго-
товленного из него оружия. Одна лишь
простая замена в составе Дамаска углеро-
дистой стали примерно такой же по соста-
ву сталью, но дополнительно легирован-
ной хромом или вольфрамом, позволяет
добиваться таких результатов, которые в
древности были под силу только выдаю-
щимся мастерам.
Однако, если не осознать глубинного
смысла самой «внутренней идеи» узорча-
того металла, то можно из хороших сталей
на самом современном оборудовании по-
лучить всего лишь весьма заурядный по
качеству Дамаск.
130
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
ЛИТОЙ БУЛАТ
Принято считать, что родиной
булата является Индия, один
из древнейших центров миро-
вой цивилизации. Что же это
такое - литой булат и каковы
его отличительные черты? На Западе ли-
той узорчатый металл одни авторы назы-
вают дамасской сталью (Damascus Steel),
другие - «вутцем» (Wootz). Напомню,
что о происхождении слов «Дамаск» и
«дамасская сталь» у специалистов до сих
пор существуют разногласия - считать ли
их производными от названия сирийской
столицы или же принять версию о про-
исхождении этих терминов от волнисто-
струйчатого вида поверхности клинков. В
принципе, эти термины можно применить
к любой узорчатой стали, потому что в на-
звании металла не содержится указаний
ни на его химический состав, ни на способ
производства.
Относительно истоков понятия «вутц»
ситуация не намного проще. Изначаль-
но «вутцем» в Англии называли слитки
клинковой стали, привозимые для иссле-
дований из Индии. Впервые этот термин
появился в печати в 1795 г. в сообщении
Английской Королевской академии об
индийской стали. Не совсем ясно, где
производились попадавшие в Англию об-
разцы тигельной стали - в самой Индии
Старинный индийский слиток
или на Цейлоне (Шри-Ланке). По одним
сообщениям «вутц» имел вид и размер
полушаровой булочки, что соответству-
ет форме дна тиглей, применяемых на
Цейлоне, другие указывают, что слитки
доставлялись из Голконды (старинное
название Центральной Индии). В пос-
леднее время слово «wootz» понимают
как английскую транскрипцию дравидс-
ких (не индоевропейских) слов ukko, или
hookoo, используемых в центральных
и южных районах Индии: Хайдераба-
де, Мисоре, Тамил Набу. Вспомним, что
именно от тамилов с юга Индии или Цей-
лона в Древний Рим привозили хорошую
сталь для мечей.
Помимо «вутца», в западной лите-
ратуре все чаще используется название
древней литой стали «пулад». На хинди,
современном официальном языке Индии,
phaulad означает «сталь». Происхождение
этого слова может быть отнесено к Авес-
те, священной книге зороастризма, где
«pulad» был металлом богов, королей и
героев. Традиционно Авесту передавали
устно и все известные рукописи датируют-
ся не ранее VII! в., однако еще Аристотель
писал об индийской литой стали, называя
ее «белым железом». Неизвестно, как в его
время литую сталь называли сами индусы,
но можно сделать некоторые предполо-
жения. Частица «пу» в санскрите имеет
значение «очищение, чистка», а в индо-
арийских диалектах существует обозначе-
ние железа - «лауха». Итак, если допус-
тить родство названия литой тигельной
стали «пулад» и древнего индоарийского
термина «пу-лауха», то можно принять
перевод слова «пулад» как «очищенное
железо». На такой перевод указывал еще
Н.Т. Беляев в своем труде «О булатах», из-
данном в 1911 г.
131
Леонид Архангельский
Процесс производства булатного клинка (по О. Щерби)
От чего же должно быть очищено же-
лезо, чтобы стать узорчатым твердым бу-
латом? Ответ простой — от слабости. На
Западе «рафинированием — очищением»,
или «фришеванием - оздоровлением»,
металла называли процессы удаления
лишнего углерода из сырцовой стали и
придания ей приемлемо однородной
структуры, что придавало ей прочность
и гибкость, достаточную для клинкового
оружия.
На Востоке к той же цели шли с друго-
го конца — «отжелеза». Аль-Кинди писал,
что есть две разновидности железа как
металла — естественное и неестественное.
Уточняют, что это может значить как «до-
бытое» и «изготовленое». Аль-Кинди до-
полнительно разделяет «добытое» железо
на «нармахан» и «шабурхан». Кричное
мягкое железо «нармахан» закалке не под-
дается. «Шабурхан», это, по-видимому,
сталь, поскольку Аль-Бируни описывает
мечи Рума (Византии), сакалиба (славян)
и русов как изготовленные из этого метал-
ла. Более того, он же утверждает, что «ша-
бурхан» — естественный тип «пулада». Ве-
роятно, подразумевается сырцовая сталь,
полученная непосредственно в печи.
Также, вероятно, что под железом вто-
рой категории понималась сталь, полу-
ченная в результате вторичной переработ-
ки. У Аль-Кинди «неестественное» железо
— это «пулад», т.е. «очищенное железо»,
а очищение происходит во время плав-
ления «естественного» железа с добавле-
нием некоторых веществ для уменьшения
мягкости. По его словам, плавку продол-
жают до тех пор, пока металл не станет
сильным, гибким и способным образовы-
вать узор.
Итак, смысл «очищения» металла и на
Западе, и на Востоке понимали одинако-
во, но добивались разными методами. В
трактате об оружии, составленном армя-
нином Аль-Тарсуси специально для сул-
тана Саладдина, про тигельную узорчатую
сталь говорится, что «фулад — самое смер-
тоносное, самое мощное, самое высо-
кое из всех изделий. Составы его бывают
чрезвычайно разнообразны и обработка
меняется от перемены состава». Именно
это многообразие составов и методов об-
работки привело к тому, что уже длитель-
ное время даже среди специалистов нет
единого мнения о том, какой металл мож-
но называть булатом, а какой нет.
Некоторые виды плавленой тигельной
стали похожи на грубоструктурную сырцо-
вую сталь «из печи», с тем лишь отличием,
что слитки булата были не загрязненными
шлаками, а плотными. На грубую струк-
туру древнего литого металла указывал
арабский ученый Аль-Бируни (Мухаммед
ибн Ахмед абу Рейхан Бируни), который
в X в. писал, что «сталь бывает двух сор-
тов. Первый, когда в тигле одинаковым
плавлением сплавляется «нармохан» и
его «вода» (чугун). Они оба соединяются
так, что не отличимы один от другого. Та-
кая сталь пригодна для напильников и им
подобных. Второй сорт получается, ког-
да в тигле указанные вещества плавятся
неодинаково и между ними не происхо-
дит совершенного смешения. Отдельные
частицы их располагаются вперемешку,
но при этом каждая из них видна по осо-
бому опенку. Называется это «фаранд» и
в мечах он высоко ценится. К мечам, из-
вестным как «аль-кубурийские», относят-
ся те, которые находят в могилах знатных
покойников». «Слышал я, — указывается
у Аль-Бируни, — что на таких мечах оста-
ются тонкие жилки, не впитавшие «воду».
Когда они попадаются на лезвиях, то мечи
не способны резать из-за отсутствия твер-
дости. Если эти жилки стесать, то вреда
нет».
Подобные «аль-кубурийским» грубые
«жилки» имел в древности и китайский
вариант булата. Литую сталь китайцы на-
учились производить только через 200 лет
после похода Александра Македонского в
Индию, но довольно быстро достигли в
этом деле несомненных успехов. «Бессе-
меровский процесс» производства стали
из чугуна с большим основанием можно
называть «китайским процессом», так как
за две тысячи лет до Бессемера китайцы
умели обезуглероживать жидкий чугун,
продувая его воздухом. Этот способ про-
изводства стали в Китае называли «мето-
дом стократной очистки», поскольку рас-
плавление и продувку чугуна повторяли
несколько раз, получая все более вязкую
и пластичную сталь. («Стократно» не сле-
дует понимать буквально, это выражение
свидетельствует лишь о принципе много-
кратного повторения процесса). Чугун на-
зывали в Китае «сырым железом», сталь
- «великим железом», а мягкую малоуг-
леродистую сталь (железо) — «спелым же-
лезом». Металлурги Китая были большие
мастера в выплавке чугуна и при его пере-
132
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
работке получали железо. Понимая, что
при «созревании» железо теряет какой-то
компонент, они описывали процесс как
потерю «животворных соков».
К VI в.н.э. китайцы разработали способ
получения стали сплавлением «спелого»
и «сырого» железа, т.е. малоуглеродис-
той стали и чугуна. В относящемся к тому
времени описании этот процесс изложен
так: «Цю Хуайвей делал мечи из «много-
суточного железа». Метод заключается в
сплавлении самого чистого чугуна и по-
ложенных в него кусков железа в течение
нескольких дней и ночей, после чего они
превращались в сталь».
Позднее китайские оружейники за-
нялись поиском более совершенной тех-
нологии производства оружейной стали.
Один из вариантов производства «вели-
кого железа» описал Сун Инсин в 1637 г.:
«Метод получения стали состоит в следу-
ющем. Мягкая сталь расплющивается в
бруски шириной в палец и длиной при-
мерно 4 см. Их завертывают в листы желе-
за, а сверху плотно укладывают чугунные
чушки. Всю печь замазывают землей или
глиной и начинают раздувать мехи. При
достаточной температуре чугун плавит-
ся и, капая и стекая, проникает в мягкую
сталь. Когда оба металла образуют единое
целое, сплав вынимают и отковывают. За-
тем его опять плавят и отковывают. Все это
повторяется много раз».
Цель многочисленных переплавок и
проковок достаточно очевидна - китайцы
старались выровнять состав металла, ус-
реднить его по всему объему слитка или
поковки. При проковке крупные вклю-
чения нерасплавленного железа вытяги-
ваются и утончаются, а при переплавках
постепенно насыщаются углеродом, пре-
вращаясь в сталь. Этот процесс обеспе-
чивал последовательное получение все
более тонковолокнистого чугунно-сталь-
ного композита. Напомню, что европейцы
схожий процесс измельчения структуры
называли «рафинированием» стали.
Индийские кузнецы применяли дру-
гую технологию выплавки, позволяющую
достичь высокую, но приемлемую степень
неоднородности металла, не требующую
дополнительной переработки слитка.
Например, Риттер фон Шварц, директор
англо-индийской металлургической ком-
пании, в XIX в. изучавший методы про-
изводства «вутца», оставил описание из
старинной индийской рукописи «Аини-
Китайская чугунная
пагода высотой
13 метров
Средневековые китайские металлурги за работой
Абкари» рецепта прямого получения ти-
гельной стали непосредственно из руды.
Согласно этому рецепту, в тигель вмес-
те с древесным углем и остеклованным
флюсом следовало засыпать смесь изна-
чально мелких частиц двух руд - бурого
и магнитного железняка, а именно три
части магнитного железняка и две части
бурого. Магнитный железняк добывался
в Кондапуре, а бурый железняк в Мирта-
палли у Нирмала. Магнитный железняк
извлекали из пустой породы сразу в виде
крупинок и чешуек, а бурый железняк спе-
циально измельчали. Рудную смесь гото-
вили в Димдурти близ Кондапура, откуда
привозили ее в окрестности Коны недале-
ко от Нирмала, где и выплавлялся металл.
Тигли изготовляли из смеси огнеупорной
глины с рисовой шелухой и коровьим
волосом. Примечательно, что в тигель
закладывали листья определенных расте-
ний - Convolvulus lanriflora или Calotropis
gigantea.
Если цель использования листьев ма-
лопонятна, то смысл одновременного ис-
пользования двух руд вполне очевиден.
Содержание железа (или, иначе, пустой
породы) в этих рудах было разным, поэ-
тому и чистый металл из частиц этих руд
восстанавливался с разной скоростью. В
итоге восстановившийся первым металл
за время плавки (около суток) успевал
сильно науглеродиться от контакта с дре-
весным углем и расплавиться, а выделив-
шийся из более бедной руды оставался
менее углеродистым и твердым.
Мастер-плавильщик через отверстия
в крышке тигля строго контролировал
ход плавки, чтобы не пропустить момент
сплавления частиц металла в монолитную,
но неоднородную массу. Необходимо
было вовремя прекратить плавку и зафик-
сировать образовавшуюся неоднородную
структуру слитка. Исследования остатков
таких слитков, найденных археологами,
показали, что они состояли из сплавлен-
ной смеси белого чугуна и стали.
Из-за высокого содержания углерода
получаемые слитки были очень твердыми
и с трудом поддавались ковке. Для сниже-
ния твердости их подвергали длительному
отжигу, предварительно обмазав глиной
153
Леонид Архангельский
Американец Майкл Белл и сегодня
получает клинковую сталь сплавлением
в тигле руды и древесного угля
в смеси с порошком бурого железняка.
Помимо благотворного влияния отжига
на структуру слитка, его поверхность обе-
зуглероживалась на глубину в несколько
миллиметров, отчего хрупкая высокоугле-
родистая сталь оказывалась как бы в вяз-
кой железной броне, предотвращающей
растрескивание слитка при ковке. После
расковки слитка его сплавленная структура
проявлялась в характерном узоре клинка,
имеющем признаки как литого, так и сва-
рочного металлов. Это дало повод В.И. Ба-
сову утверждать в одной из своих статей,
что индийский «вутц» является не литой, а
сварочной сталью.
Очевидно, что некоторые способы про-
изводства литой узорчатой стали основа-
ны на том, что при увеличении содержа-
ния углерода в сплаве на 1 % температура
плавления снижается примерно на 80 °C.
Например, температура плавления чугуна
около 1200 °C, а чистого железа - более
1500 °C. Использующие это явление спо-
собы носят общее название «двухфазных»
(твердое-жидкое), так как основаны на
недорасплавлении сравнительно малоуг-
леродистых включений, взвешенных в вы-
сокоуглеродистом расплаве. В печи или
тигле образуется своего рода металличес-
кий «компот» - в жидком расплавленном
чугуне плавают размягченные, но твердые
куски железа. После затвердевания и рас-
ковки слитка в клинке чередуются участки
очень твердой и хрупкой сверхуглеродис-
той стали с участками вязкого, но мягкого
металла (фаранд). Если включения железа
невелики по размеру, то они науглерожи-
ваются насквозь и превращаются в сталь,
как в «вутце» из Нирмала.
Д-р Скотт, в начале XIX в. доставивший
в Англию из Бомбея подлинные образцы
индийского «вутца», подчеркивал, что
«... это вещество не выносит ни малейше-
го перегрева за ярко-красный цвет, так как
часть его начинает плавиться, и вся масса
разделяется, как будто она состоит из двух
металлов разной степени плавкости». По-
мимо очевидного указания на вполне воз-
можный двухфазный характер выплавки
таких слитков, это можно объяснить еще и
образованием ледебурита при кристалли-
зации даже однородных сплавов с высо-
ким содержанием углерода. В ледебурите
содержится 4 % углерода и твердые кар-
биды занимают в нем 60 % объема. Чугун,
содержащий 4,3 % углерода, весь состоит
из ледебурита и, соответственно, плавит-
ся при температуре 1150 °C. Возможность
расплавления этих ледебуритных (чугун-
ных) прослоек и делает невозможной ков-
ку при высоком нагреве.
Впрочем, ярко-красный цвет нагрева,
на мой взгляд, соответствует температуре,
более низкой, чем 1150 °C, поэтому разру-
шение слитков при ковке надежнее объ-
яснить тем, что в слитке металла даже с
не очень высоким содержанием фосфора
имеются участки с его аномально высокой
концентрацией. В Древнем Китае это яв-
ление использовали для повышения жид-
котекучести чугуна, внося в шихту для его
выплавки так называемую «черную зем-
лю», содержащую большое количество
железистых фосфатов, которые снижали
температуру плавления литейного сплава
с 1150 до 950 °C. Многие сорта булата (в
том числе индийского) отличались весьма
высоким средним содержанием фосфо-
ра, однако то, что полезно для литейных
свойств, крайне вредно для расковки, и
слитки булата с высокофосфористыми
легкоплавкими прослойками развалива-
лись уже при умеренном нагреве.
Раньше сплавление руды с древесным
углем именовалось «индийским» мето-
дом получения булата, а совместная плав-
ка железа и чугуна называлось «иранский
способ». Это деление весьма условно,
поскольку, как следует из описаний Аль-
Кинди в «Лейденской летописи», древний
ирано-арабский «фулад-пулад», давший
название «булату», получали сплавлением
смеси кусков железа с толченым древес-
ным углем. Действительно, в этом случае
частицы железа можно рассматривать как
куски руды со 100 %-ным содержанием
железа, поэтому расхождения «иранско-
го» и «индийского» методов не принци-
пиальны.
Различия в исходных материалах не
столь существенны, как схожесть самого
принципа двухфазное™ плавки. Многие
методы выплавки узорчатого металла ос-
новывались на том, что при не слишком
длительной плавке малоуглеродистая
сталь не полностью расплавлялась в сыро-
дутных печах, а вновь образующийся или
заранее заложенный в тигель чугун рас-
плавлялся сравнительно легко и быстро.
Все вышесказанное не значит, что в
древности не умели проводить высоко-
температурные плавки — вспомним Аль-
Бируни и его «первый вид» стали. На юге
Индии археологи обнаружили еще более
древние металлургические печи, лабора-
торные исследования оставшихся шлаков
показали, что эти печи могли развивать
температуру до 1700 °C, что более чем до-
статочно для плавления даже малоуглеро-
дистой стали.
Если природных огнеупоров для из-
готовления тиглей поблизости не было,
то их либо привозили издалека, либо на-
ходили им замену. В древнем Мерве при
выплавке булата пользовались привозной
огнеупорной глиной, расходуя ее крайне
экономно, а в Индии и Шри-Ланке при-
меняли смесь обычной гончарной глины
и рисовой шелухи. При обжиге шелуха
углефицировалась и получалась глино-
графитная огнеупорная смесь. Таким об-
разом, низкотемпературные двухфазные
плавки проводились древними металлур-
гами вполне осознанно с целью получения
резко неоднородной, узорчатой клинко-
вой стали. Действительно, если темпера-
тура в печи была достаточно высокой, то
и из принципиально «двухфазной» шихты
«фарандового» типа можно было полу-
чить полностью однородный расплав.
Метод выплавки индийской стали,
применяемый в окрестностях Мисора и
Салема, направлен как раз на получение
однородного расплава и описан несколь-
кими английскими авторами. По этим
данным, в тигель закладывали пример-
но полкилограмма дробленой железной
крицы вперемешку с кусками сырой дре-
весины Cassia auriculata (разновидности
акации). Почему-то считалось, чтовыжже-
ный древесный уголь не годится. Флюс
не закладывался, лишь поверх засыпки
укладывались листья Asclepias giganteum
134
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
или Convolvilus lanifolius. Иногда в тигель
наравне с Cassia добавляли и древесину
Asclepias. В плавильную печь помещали
сразу два десятка закрытых глиняными
крышками тиглей, после чего начинали
плавку. Печь отапливали смесью древес-
ного угля и сушеного коровьего навоза,
процесс продолжался два-три часа, после
чего дутье прекращали. В результате та-
кой высокотемпературной и скоротечной
плавки в тигле образовывался однород-
ный расплав, а после его затвердевания
вроде должны были бы получаться безу-
зорчатые слитки.
Однако оказалось, что при опреде-
ленных условиях и из такого однородного
расплава можно получить узорчатый сли-
ток. Достигается это путем создания ус-
ловий для кристаллизации расплава, при
которой вырастают крупные и, что крайне
важно, внутренне неоднородные зерна-
кристаллы. Стальные кристаллы растут с
наибольшей скоростью в направлении,
противоположном направлению отвода
тепла, причем по мере роста от главной
оси кристалла перпендикулярно ей от-
ходят младшие (и меньшие) оси второго
порядка, от второго - третьего и т.д., по-
добно тому, как от ствола дерева отходят
ветви. Такие древообразные кристаллы
называют дендритами, а кристаллизацию
- дендритной.
Первыми затвердевают наиболее ту-
гоплавкие, обедненные углеродом мик-
рообъемы стали, образующие длинные
оси первого порядка — как бы стволы
деревьев-«дендритов». Затвердевающие
последними оси третьего порядка образо-
ваны наиболее легкоплавким и, следова-
тельно, высокоуглеродистым металлом.
Это явление носит название внутрикрис-
таллической ликвации. При травлении
слитка различие в химическом составе
разных участков дендритов проявляется в
виде характерного узора.
Существует довольно много сортов бу-
лата, получаемых кристаллизацией одно-
родного расплава, но следует различать
две большие группы, два типа ликваци-
онно-дендритных булатов, отличающихся
разными механизмами образования узо-
ров. В первой группе узор образуется из-
за различия в химическом составе самих
осей дендритов, а во второй - вследствие
выделения избыточного цементита в виде
крупных скоплений карбидов, образую-
щихся частично при кристаллизации слит-
ка, частично при последующем и практи-
чески обязательном длительном отжиге.
Причины возникновения неоднородности
одни и те же, дендритно-ликвационные,
но конкретный вид узоров и набор свойств
металла определяется преобладающим
действием одной из этих причин.
Первым типом булата, получаемого
из однородного расплава, является срав-
нительно малоуглеродистый металл (от
десятых до одного процента углерода),
который с большим основанием можно
назвать «дендритным» булатом не только
по общему для всех сталей дендритному
характеру кристаллизации слитка, но и
по тому, что узор в нем образован лишь
переплетением ветвей внутренне неодно-
родных кристаллов-дендритов.
Идеальным примером может служить
чисто углеродистая сталь, содержащая 0,8
% углерода. Принято считать, что такая
сталь не имеет и не может иметь видимых
невооруженным глазом узоров, посколь-
ку ее внутренняя структура состоит только
из перлита — крайне мелкой (1 мкм) сме-
си цементита с ферритом. Однако внут-
рикристаллическая ликвация приводит к
тому, что в слитке дендритные оси перво-
го порядка содержат углерода примерно
в два раза меньше, чем оси третьего по-
рядка, т.е. слиток стали с крупными крис-
таллами первоначально имеет довольно
сильную химическую неоднородность.
Для сравнения: примерно такую же
степень неоднородности можно получить
и кузнечной сваркой из доэвтектоидной
пружинной стали и высокоуглеродистой
стали для напильников. После ковки с
умереннымии степенями деформации де-
ндритная структура подобной литой стали
выявляется обычным травлением. Осо-
бенно важно, что ковка булата дендрит-
ного типа может вестись при обычных
ковочных температурах порядка 1000 °C и
даже выше, поскольку химическая неод-
нородность дендритного типа устраняется
лишь длительным отжигом.
Принципы ковки дендритного булата
направлены на то, чтобы максимально пе-
ремешать и уплотнить рыхлую структуру
литой стали при сравнительно небольших
степенях деформации. Эти приемы ковки
довольно значительно отличаются от при-
меняемых при ковке сварочного Дамаска,
поскольку основой служит интенсивная
разносторонняя ковка в фасонных об-
жимках, а разного рода надрубы и скру-
чивание применяются редко. Н.И. Беляев
писал, что «...будучи далек от мысли вос-
произвести лучший коленчатый узор ин-
дийских мастеров, я тем не менее даю об-
разец того, как видоизменяя ковку, можно
видоизменить узор, делая его более кра-
сивым и совершенным в механическом
смысле».
Кристалл Чернова
135
Леонид Архангельский
жидкость
1252’С
1200
—Аустенит
1100
1000
911
900
800
ФерритЛ.
Феррит^
★цементит
(третичный)
Ь‘се С 'Жидкость*феррит
1500
Ферри.
1900
N
1300
£
Цементит*.ледебурит
727’0
К
8
цементит+ледебурилг
1197’0
Аустенит 'цементит
'ледебурит
Жидкость *
★аустенит
А 1993’0
1392%
'Аустенит *
★цементит
(вторичный)
ГрерриА^уелентит* Перлит* цементит
★перлит^ * перлит 11	* ледебурит j
О 0,81	2 2,19	3
О 10	20 30	90
Он был далек от воспроизведения
узора восточного булата потому, что на
дендритном булате получить-его дейс-
твительно крайне сложно. В индийских
и иранских высокоуглеродистых булатах
узор образуется иным образом, травле-
ние клинка выявляет не переплетение
осей дендритов, а деформированные
скопления карбидов, отложившихся на
осях младшего порядка.
В отличие от описанного выше типа
литого металла, где вид узоров опре-
деляется главным образом дендритным
характером кристаллизации, в более
высокоуглеродистом типе булата про-
являющиеся узоры можно с большим
основанием назвать ликвационными,
поскольку достигаемая степень неод-
нородности гораздо выше. Отмечу, что
различия между этими двумя группами
булатов накапливаются постепенно и ус-
ловной границей перехода можно счи-
тать рубеж в 1% С. Затем кристалличес-
кий, дендритный характер узора вновь
становится определяющим, но уже при
очень высоком среднем содержании уг-
лерода, близком к 2 %.
По мере дальнейшего повышения со-
держания углерода при кристаллизации
слитка последним затвердевает все бо-
лее высокоуглеродистый металл, в итоге
достигая состава чугуна. Увеличивается и
жидкость
★цементит первичный
I
$
I
9 V 5
6	С,%
50	60	70	80	90 100
Fe3C,%
его объемная доля. В результате по гра-
ницам кристаллов и на осях дендритов
третьего порядка выделяются крупные
карбиды, образующие грубую цементит-
ную сетку. Если ковать крупнозернистый
высокоуглеродистый металл при невы-
соких температурах, когда избыточные
карбиды растворяются не полностью, то
сплошная цементитная сетка дробится на
мелкие частицы и вытягивается в направ-
лении деформации, образуя видимый
характерный узор.
Таким образом, непременным усло-
вием ковки классического ликвационного
булата является низкий нагрев слитка пе-
ред ковкой. Причиной является не только
разрушение слитка при перегреве, но и
возможное исчезновение узоров. Даже
однократное повышение температуры
до 900~1000 °C ведет к полному раство-
рению избыточного цементита. Конечно,
при последующем охлаждении заготовки
растворенный углерод вновь выделяется
в виде цементита, но уже более-менее
равномерно по всему объему металла с
необратимым размыванием узора. Ано-
сов указывал, что «...потеря узоров при
ковке составляет вину кузнеца». Лишь ак-
куратная «холодная» ковка с нагревом до
750 °C обеспечивала сохранение резкой
химической и структурной неоднород-
ности углеродистого булата.
Отмечу парадоксально благотворное
действие примеси фосфора на образова-
ние узоров при ковке высокоуглеродстых
литых сталей. Возникновение легкоплав-
кой фосфидной эвтектики буквально за-
ставляет кузнецов нагревать заготовку
клинка аккуратно и до невысоких темпе-
ратур, что, в свою очередь, не позволяет
узорообразующим карбидам растворять-
ся полностью.
Степень неоднородности ликвацион-
ного булата с карбидным типом узора го-
раздо выше, чем у дендритной разновид-
ности литого узорчатого металла, поэтому
проявление узора при травлении проис-
ходит легко и быстро. Светлый карбидный
узор проявляется уже через несколько се-
кунд после погружения клинка в раствор
кислоты, тогда как дендритная структура
выявляется после относительно длитель-
ного травления. В высокоуглеродистом
булате тоже можно выявить дендритную
структуру, но этому будут очень мешать
слаботравящиеся цементитные скопле-
ния. Более длительное травление приво-
дит к рельефному выявлению карбидной
структуры, на фоне которой строение де-
ндритов выявляется нечетко или не прояв-
ляется вовсе.
Контрастность узоров «ликвационно-
го» булата растет с увеличением содер-
жания углерода в металле. Например, в
слитке стали с содержанием 2 % углерода
избыточные, узорообразующие карбиды
занимают до 20 % объема слитка. В чис-
том же карбиде, из которого и состоит
сплошная цементитная сетка, содержится
6,67 % углерода, а в светлом волокне узо-
ра откованного клинка — «только» 3-4 %.
При расковке слитка плотная цементитная
Крупный стальной дендрит
в натуральную величину
436
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
сетка дробится и разрыхляется с соот-
ветствующим снижением концентрации
углерода, поэтому объем, занимаемый
прочными, «чугунными» по химическому
составу светлыми волокнами узора, уве-
личивается примерно вдвое. Еще большая
объемная доля карбидов в упоминаемых
П.П. Аносовым «твердых булатах», кото-
рые содержат углерода более двух про-
центов и по химическому составу пред-
ставляют чугуны.
В таких булатах узор вновь приобре-
тает дендритный вид. Все пространство
между осями второго порядка заполнено
ледебуритом, и после ковки клинок име-
ет высокоценимый в древности сетчатый
узор. Много занимавшийся изучением
древних методов выплавки автор книги
«О булатах» Н.Т. Беляев считал, что сет-
чатые разновидности булата в древности
назывались «хорасанами» и принадлежа-
ли к высшим сортам литого булата. Ита-
льянский путешественник Кривелли сви-
детельствовал, что в начале XIX в. сабля
из хорошего «хорасана» стоила в Турции
4000 серебряных талеров общим весом
около 100 кг.
Еще раз отмечу, что образованию круп-
ных четких узоров способствует фосфор,
и не только при ковке слитка, но и при его
кристаллизации. В высокоценимых вос-
точных булатных клинках XVII—XVIII вв.
содержание фосфора достигает 0,2 %, что
примерно в десять раз превосходит его
содержание в европейской рафинирован-
ной стали того времени. Отметим, что при
кристаллизации высокофосфористого
расплава происходит выделение объемов
насыщенного фосфором железа в слитках
даже высокоуглеродистой заэвтэктоидной
стали, где такого структурно свободного
железа (феррита) быть не должно.
Вытесненный из этих участков «лиш-
ний» углерод образует дополнительные
карбиды, а насыщенное фосфором сла-
ботравящееся железо выделяется внутри
высокоуглеродистого светлого волокна,
дополнительно увеличивая его объем. В
клинках с содержанием углерода около
1,5 % доля светлой составляющей узо-
ра может достигать едва ли не половины
всей площади.
Значение легирующих примесей в
ликвационном булате с карбидным типом
узора вообще крайне велико. Например,
без усиливающих ликвацию углерода
элементов само получение такого булата
весьма затруднено. Сохранности и повы-
шению четкости узоров при ковке в пер-
вую очередь способствует легирование
стали карбидообразующими элементами
— ванадием, вольфрамом, молибденом,
хромом и марганцем.
Дополнительное легирование булата
кремнием еще более увеличивает узо-
рообразующее действие этих элементов.
Кремний значительно повышает актив-
ность углерода, а карбидообразующие
элементы напротив, понижают его актив-
ность, связывая углерод в устойчивые к
растворению при нагреве легированные
карбиды. Таким образом, кремний как бы
выталкивает углерод в зону карбидных
скоплений. При кристаллизации карби-
дообразующие элементы оседают в зоне
легкоплавкого высокоуглеродистого ме-
талла, что еще на стадии выплавки слитка
увеличивает степень химической и струк-
турной неоднородности булата.
Еще более важную роль совместное
легирование этими элементами приоб-
ретает во время циклической, или «ма-
ятниковой» ковки булата. Даже неболь-
шое количество ванадия или вольфрама,
всего несколько сотых или десятых долей
процента, приводит к тому, что четкость и
контрастность узоров в процессе много-
численных нагревов легковесной заготов-
ки под ковку не только не уменьшается, а
возрастает.
Объяснение этому на первый взгляд
парадоксальному факту довольно про-
стое. При кристаллизации слитка вана-
дий и вольфрам образуют специальные
монокарбиды типа VC и WC, сохраняю-
щие устойчивость к растворению до тем-
ператур порядка 1200 °C. Они выпадают
из расплава в виде отдельных мелких
частиц вдоль оси роста кристалла (по
образному сравнению одного из иссле-
дователей — подобно бусинам в жемчуж-
ном ожерелье).
При нагреве поковки цементитные зер-
на полностью или частично растворяются,
тогда как специальные карбиды остаются
на своих местах. Во время остывания заго-
товки цементит вновь выделяется, причем
стремится отложиться на каких-то готовых
центрах кристаллизации. Этими центрами,
к тому же родственного происхождения, и
являются нерастворенные легированные
карбиды. С увеличением числа циклов
частицы цементита растут, подобно тому
как растет жемчужина в раковине, слой за
Результат ковки перегретого слитка
слоем наращивающая перламутр на нахо-
дящуюся в центре песчинку. Постепенно в
районе специальных карбидов образуют-
ся густые скопления цементитных частиц,
образующих яркий светлый узор булата.
Неоднократные эксперименты показа-
ли, что при перегреве заготовки низколе-
гированного булата узор сначала полно-
стью пропадает и никаким травлением не
выявляется. Но если продолжать ковку на
пониженных, классических температурах,
Верх и дно слитка
15?
Леонид Архангельский
узор вновь появляется: сначала — блед-
ный и размытый, но от нагрева к нагре-
ву постепенно приобретающий четкость;
десяток циклов - и размытый узор вос-
станавливает первоначальную контрас-
тность, как если бы в объективе бинокля
скорректировали резкость. Есть и другие
методы повышения четкости узора, но о
них речь пойдет чуть ниже.
По мере повышения легирования
свойства булата изменяются весьма зна-
чительно. Например, если стойких карби-
дообразующих элементов в булате содер-
жится в сумме более одного процента, то
обычный ковочный нагрев до 1000 °C не
разрушает узор. При этом надо понимать,
что при нагреве подобного материала
сначала растворяются карбиды железа,
содержащие меньше стойких к нагреву
элементов - например, ванадия, и, соот-
ветственно, оставшиеся ими обогащают-
ся. Карбидообразующие элементы в той
или иной степени растворимы в карбидах
другого типа, причем чем дальше они от-
стоят один от другого по шкале сродства к
углероду, тем меньше эта растворимость.
Ряд сродства к углероду выглядит так:
Gf>Zr>Ti>Ta>Nb>>V>>W>Mo>Cr>Mn
>Fe. Вследствие всего этого специальный,
стойкий карбид вольфрама WC появляет-
ся в углеродистых сталях при его содержа-
нии примерно 0,7% W, а карбид ванадия
- при 0,03%. Никель, кобальт, кремний и
алюминий карбидов в стали не образуют.
Условия образования стойких карбидов
и количество легирующих добавок имеет
крайне важное значение при выплавке и,
особенно, при ковке булата.
Одним из интерсных побочных ре-
зультатов моей работы явилось то, что я
обратил внимание на роль хрома при об-
разовании узоров в булате. Легирование
сплавов ванадием и вольфрамом в при-
сутствии хрома не давало столь замет-
ного положительного эффекта, как при
использовании тех же добавок без него.
Очевидно, в присутствии хрома эти эле-
менты не образуют специальных стойких
монокарбидов, а входят в состав легиро-
ванного цементита, не столь устойчиво-
го к растворению при нагреве во время
ковки. Например, при выплавке булата
из шарикоподшипниковой стали ШХ15
(1 % углерода и 1,5 % хрома) количест-
во ванадия, потребное для образования
монокарбидов, составляет несколько де-
сятых долей процента, в отличие от сотых
долей для похожей стали, но без хрома.
В еще большей степени это справедливо
для вольфрама. Возможно, это и объяс-
няет тот факт, что ни в одном старинном
булате не встречается хром в сколько-
нибудь заметном количестве. Впрочем,
и легированные хромом карбиды более
стойки к растворению при ковке, чем
обычный цементит, поэтому термоцикли-
рование все же оказывает положитель-
ный эффект, хотя узоры получаются и не
такими четкими.
Не надо думать, что легирование улуч-
шает свойства лишь ликвационного була-
та с карбидным типом узоров. Наиболее
полно исследовавший дендритный булат
Н.И. Беляев в своей работе «О булате»,
вышедшей в 1911 г., писал: «Если говорить
о лучшем булате - булате будущего, то
таковым следует признать легированный,
так как только он может дать наиболее
красивый узор, наибольшую упругость,
твердость и ударную вязкость». Он верно
расписывает достоинства легированного
булата, но ошибается, отнеся его приме-
нение только к будущему. Оружейники
древности с успехом применяли легиро-
вание для резкого повышения свойств
своих изделий - вспомним хотя бы бро-
нированную колесницу Субде-багатура.
Есть даже такая версия, выдвинутая
польским исследователем Пиасковс-
ким, что дамасскую сталь назвали все же
«в честь» столицы Сирии. В своей книге
«О дамасской стали» он утверждает, что
вблизи Дамаска когда-то была целая гора
самородного железа, природнолегиро-
ванного вольфрамом, причем легирован-
ного в немалых количествах - около 10 %.
Сирийские оружейники просто откалыва-
ли куски от этой горы и ковали из них свое
прославленное оружие. К концу XVIII в.
эту гору полностью «съели».
Возможно, что вблизи Дамаска на са-
мом деле могла существовать гора, но
не из железа (это слишком!), а из бога-
той природнолегированной руды. Пере-
плавляя такую руду, кузнецы неизбежно
должны были получить прекрасный булат
того или иного типа. И гора действитель-
но могла быть срыта за многие сотни лет,
как гора Магнитная, давшая название
Магнитогорску. Но у нас гору чистейшего
магнитного железняка выработали не за
сотни, а за пару десятков лет, и теперь ме-
таллургический комбинат работает там на
привозном сырье.
138
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
В пользу этого предположения вроде
бы свидетельствует и известная легенда
о том, как Тимур (Тамерлан) в 1401 г. за-
хватил Дамаск и увел всех оружейников
в Самарканд. Говорят, что даже под стра-
хом смерти они отказались ковать булат-
ное оружие и раскрыть секрет клинковой
стали. Отказались или не смогли? Можно
допустить, что делая попытки выплавить
булат по отработанной наследственной
технологии, но из местной руды, они не
добились желаемых свойств металла.
Сказка ложь, но добрым молодцам
намекает на правду. Так и с оружейника-
ми Средней Азии. Ранее уже упоминалось
городище Ахсикент в Ферганской долине,
где до XII в. выплавляли булатную сталь.
Там раскопали целый овраг, доверху за-
сыпанный остатками сталеплавильных
тиглей и металлургическими шлаками.
Известный металлург Ю.Г. Гуревич иссле-
довал эти шлаки и обнаружил, что ферган-
ские оружейники выплавляли сталь, леги-
рованную ванадием, причем содержание
этого элемента в металле могло доходить
до 2 %! И это при том, что даже в десятки
раз меньшие доли ванадия автоматически
позволяют получать булат.
Однако от запустения Ахсикента до
времен правления Тимура прошло пару
сотен лет и оружейники Средней Азии
могли утратить навыки булатного дела.
Раскопки цитадели Тимура в Самарканде,
где работали оружейники, показали, что
они все же владели булатной технологи-
ей, изготавливая из литого булата даже
доспехи, но микроструктура этого металла
указывает скорее на двухфазную техноло-
гию производства.
Таким образом, можно признать вер-
сию Пиасковского интересной. Но! Делая
поправку на то, что ничего подобного я не
встречал у других авторов, будь то архе-
ологи, историки или металлурги, а саму
версию знаю в изложении В.И. Басова,
считаю правильным в данном случае при-
менить философский принцип, известный
как «бритва Оккама». Согласно этому при-
нципу, не следует создавать новыетеории,
если можно обойтись уже известными,
поэтому историю о вольфрамитовой горе
я рассмотрел только как версию.
Средней Азией, Манчжурией и Сирией
область применения легированного була-
та не ограничивается. На предполагаемой
родине литого булата, в Индии, тоже дли-
тельное время использовали благотвор-
ное для булата свойства ванадия. Извес-
тный американский исследователь булата
Пол Верховен приводит сведения, что там
для выплавки булата использовали руды
всего нескольких месторождений, Вы-
плавляя из этих руд природнолегирован-
ное ванадием железо, его вывозили в
разные страны — например, в Иран. Шах
Аббас сообщал русскому послу, что хо-
роший, красный булат привозится к ним
из Индии. Когда природнолегированные
месторождения были со временем полно-
стью исчерпаны, то это привело к посте-
пенному закату славы индийского булата,
отчего в Бухаре середины XIX в. и пред-
почитали иранские булаты индийским, а
старые сорта - новым.
Впрочем, в том же XIX в. К. Элиаров со-
общал русскому правительству, что булат
они выделывают из «индийского железа»,
которое привозят к ним в плитах. И в Ира-
не (Персии) предпочитали выплавлять
булат именно из индийского железа, при
отсутствии которого использовали старое,
хорошо проржавевшее местное сырье.
Возможно, а даже и вероятно, что во всех
этих случаях речь шла о природнолегиро-
ванном железе.
Легирование ванадием и вольфра-
мом сильно упрощало процесс выплавки
булата хорошего качества, но при отсутс-
твии такого высококачественного сырья
оружейникам приходилось довольство-
ваться «конкуренцией» углерода и крем-
ния, применяя усложненные методы про-
изводства булата. Как отмечалось, при
нагреве металла до не слишком высоких
температур (не более 900 °C) кремний
постепенно вытесняет углерод в зону кар-
бидных скоплений, даже если эти скоп-
ления образованы не легированным, а
обычным цементитом. Правда, для этого
требуется немалое время.
Общим для всех методов выплавки
ликвационных булатов является условие
замедленного, длительного остывания
слитков, в результате чего и происхо-
дит образование грубокристаллической
структуры с неравномерным распределе-
нием выделений карбидов. Посетивший
Персию штабс-капитан Масальский в
«Горном журнале» за 1841 г. так описывает
виденный им процесс выплавки булата:
«В огнеупорный тигель мастер закладыва-
ет измельченую смесь старого, бывшего в
употреблении железа и зеркального чугу-
на в соотношении 1 часть чугуна на 3 части
железа. Плавка продолжалась 5~6 ч, пос-
ле чего дутье прекращали и дожидались,
пока печь «затихнет». Затем тигли вскры-
вали, вкладывали в них немного сереб-
ра в количестве 4~5 золотников и снова
засыпали печь углем. Все отверстия печи
тщательно замазывали, и тигель остывал
в тлеющих углях в течение 3~4 суток».
Как видно из описаний Масальского,
иранцы совмещали замедленную крис-
таллизацию слитка с его многодневным
отжигом при краснокалильном жаре. В
чугуне всегда находится довольно боль-
шое количество кремния, переходящего
при выплавке в булат, и при длительном
отжиге степень неоднородности по угле-
роду значительно возрастает. Более того,
не только слитки, но и уже откованные
клинки подвергались дополнительному
многодневному отжигу с целью повыше-
ния четкости и контрастности узоров.
Во время отжига поковки находились в
печи в толще тлеющего сушеного коровье-
го навоза, что помимо улучшения четкости
узоров одновременно могло способство-
вать и насыщению поверхности клинков
азотом. Сейчас почему-то распространено
мнение, что клинки просто закапывали на
неделю в кучу навоза для азотирования
поверхности. Это досадное заблуждение
дало повод одному современному автору
159
Леонид Архангельский
пренебрежительно заметить, что клинки
после такой обработки можно было бы и
недоставать из этой кучи.
Подобно иранским оружейникам, П.П.
Аносов также считал медленное остыва-
ние тигля необходимым условием получе-
ния сколько-нибудь высококачественного
булата. По его указанию сталеплавильные
тигли оставляли остывать в печи, засыпая
их до самой крышки горячей золой. Необ-
ходимость длительной выдержки слитков
булата в печи навела его на мысль под-
вергнуть «булатному» отжигу болванки
обычной, безузорчатой стали.
Оказалось, что длительным отжи-
гом высокоуглеродистой стали возмож-
но получить булат. Выдержка повышала
зернистость металла, а первоначальные
цементитные выделения укрупнялись и
обособлялись. Правда, узоры клинков из
отожженой стали были все же мелкими,
а качество их не столь высоким, как у от-
кованных из изначально узорчатого слит-
ка, но все же настойчивый исследователь
разработал дополнительный способ полу-
чения литой узорчатой стали. Существо-
вали и комбинированные способы, когда
двухфазный расплав медленно кристал-
лизовывался, а затем дополнительно под-
вергался отжигу. В результате получалась
сложная структура с узором, имеющим
признаки как «фаранда», так и дендрит-
но-ликвационного булата.
Неприятным побочным эффектом за-
медленного охлаждения и длительного
отжига высокоуглеродистого слитка явля-
ется то, что в итоговом металле часть угле-
рода может находиться в виде цементита,
а часть - в виде графита. Образованию
графита способствует повышенное содер-
жание кремния, который при медленной
кристаллизации может вызвать появление
графитных включений даже не в чугунах,
а в высокоуглеродистых сталях.
Современными исследованиями в не-
которых старинных иранских булатных
саблях на самом деле были обнаружены
частички графита. Характерно, что эти
клинки отличались повышенным содер-
жанием именно кремния, при том, что
среднее содержание углерода не превы-
шало 1,5 % обычного для иранских була-
тов. Конечно, мягкий и хрупкий графит
плохо влияет на свойства булата, сильно
снижая его вязкость. Аносов без особо
сложных приборных исследований вы-
сказал догадку, что в не имеющих отлива
узора булатах, как, например, в некото-
рых «кара-хорасанах», углерод находится
«...в виде обыкновенного угля» и поэтому
такие булаты весьма хрупки.
Все многообразие приемов выплавки
и обработки булатов рассмотреть невоз-
можно, но можно сделать вполне оче-
видный вывод, что в мире применялись
два основных метода производства литой
узорчатой стали и один дополнительный:
двухфазное сплавление, замедленная
дендритно-ликвационная кристаллиза-
ция однородного расплава и длительный
отжиг высокоуглеродистой стали. В двух
последних случаях крайне важным усло-
вием образования четких узоров являлось
применение «маятниковой» ковки.
Получающиеся при этом структуры ме-
талла в несколько упрощенном виде мож-
но разделить на четыре группы.
1.	Сталь + железо. В этом случае, при
использовании наиболее древних техно-
логий выплавки стали, слиток состоит из
спекшихся железных зерен со стальной
оболочкой переменного по толщине со-
става. Структуру такого же типа имеет и
железо-стальной композит, получаемый
при помощи кузнечной сварки стальных
и железных пластин или прутков. Среднее
содержание углерода в таком материа-
ле в большинстве случаев не превышает
0,8 %;
2.	Чугун + сталь + железо. Эта струк-
тура получается, например, при сплавле-
нии в тигле чугуна и обрезков железа. При
не слишком длительной выдержке чугун,
сплавляясь с железными частицами, на-
углероживает их до стального состояния
только с поверхности, так что сердцевина
у них остается железной (фаранд). Час-
тично отдавший свой углерод чугун после
затвердевания слитка образует сверхуг-
леродистые прослойки. Кузнечной свар-
кой похожую структуру можно получить,
посыпая свариваемый пакет пластин тол-
ченым чугуном, который при температуре
сварки расплавляется и науглероживает
их поверхность. Среднее содержание уг-
лерода в таком композите может дохо-
дить до 1,5 %;
3.	Чугун + сталь. Эту структуру можно
получить сплавлением чугуна непосредс-
твенно со сталью. Аналогичная структура
получается при определенных условиях
кристаллизации однородного высокоуг-
леродистого расплава, в результате ко-
торой формируются плотные выделения
крупных карбидных частиц в виде це-
ментитной сетки по границам крупных
дендритов. Содержание углерода в ком-
позите этого типа иногда превышает 2 %,
поэтому так называемые «твердые була-
ты» по химическому составу представляют
собой чугуны.
4.	Высокоуглеродистая сталь + сталь.
При сплавлении чугуна с железом и при
значительной выдержке чугун отдает свой
углерод железу, превращаясь при этом в
высокоуглеродистую сталь, а железо науг-
лероживается до стального состояния. Эта
структура отличается от предыдущей тем,
что максимальное содержание углерода в
прослойках не превышает 2 %.
Европейцы, в отличие от восточных
народов, считали слиток с резко неодно-
родной структурой одним из видов брака
и, руководствуясь правилом «куй железо,
пока горячо», готовый слиток они кова-
ли при максимально допустимой темпе-
ратуре, что полностью разрушало узоры
ликвационного булата. Еще одна причи-
на исчезновения узоров при европейских
Дендритный булат Н.И. Беляева
140
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Булаты кара-хорасан сорта «бедр»
методах производства стали - большие
размеры промышленных слитков (обыч-
ная заготовка под прокатку весит сотни
килограммов). При деформации такой
заготовки даже первоначально крупные
дендриты и скопления карбидов вытя-
гиваются в сотни раз и узор становится
неразличимым невооруженным глазом.
Сложное переплетение осей дендритов,
которые в слитке могут иметь толщину
более одного миллиметра, вытягиваются
в направлении деформации и готовое из-
делие имеет мелкую волокнисто-полосча-
тую структуру.
В связи с этим работавший на метал-
лургическом заводе Н.И. Беляев выска-
зал убеждение, что вес булатных слитков
никогда не должен превышать пяти кило-
граммов. И П.П. Аносов и его ученики ни-
когда не закладывали в тигель более пяти
килограммов железа. Да и такие относи-
тельно крупные слитки Аносов осаживал
в диск и рассекал на три части, которые и
проковывались в брусок и в полосу. Ста-
ринные слитки, судя по описаниям и ар-
хеологическим данным, были еще более
легковесными — от ста граммов до двух с
половиной килограммов.
Кстати, о рассекании слитков на части.
Грузинский ученый Ф. Тавадзе тщательно
исследовал несколько булатных клинков
и оказалось, что углерод в их металле рас-
пределен не одинаково и его содержание
плавно повышается от рукояти к острию
и от обуха к лезвию. Объяснение я нашел
не раньше, чем связал известное явление
зонной ликвации с повсеместным обы-
чаем оружейников разрубать булатные
слитки. Зонная ликвация заключается в
том, что растущие от поверхностей тигля
кристаллы как бы выжимают, т.е. оттесня-
ют обогащенные углеродом легкоплавкие
участки расплава к центру слитка, в ре-
зультате чего распределение углерода по
сечению слитка весьма неоднородное.
Оружейники древности заметили это
явление и целенаправленно использова-
ли его при изготовлении клинков. Слитки
булата разрубали вдоль оси и расковы-
вали так, чтобы на лезвие выходила цен-
тральная, наиболее высокоуглеродистая
зона слитка, причем близкую к острию
прочную рубящую часть клинка отковы-
вали из части, застывающей в последнюю
очередь. Некоторые мастера даже срав-
нительно легковесные слитки осаживали
и расковывали «на блюдо», которое затем
разрубали по спирали и разворачивали
в полосу, из которой отковывали сабли с
крупным и сложным узором, не слишком
вытянутым в направлении деформации.
Конечно, не только благородная за-
бота о красоте узора и рациональном
распределении углерода по длине клинка
побуждала кузнецов рубить слитки попо-
лам. Зачастую их заставляла так поступать
развитая пористость или усадочная рако-
вина, образующаяся в центре слитка при
недостаточно замедленной кристаллиза-
ции. Чем быстрее остывал металл, тем бо-
лее глубокой была усадочная раковина.
При изготовлении клинка из такого
неразрубленного из-за легковесности
слитка острие отковывали из плотной
донной части, а верхнюю часть с рых-
лым металлом использовали для толстой
части у рукояти. Образно говоря, внутри
такого клинка была пустота. Естествен-
но, пористая часть ковалась очень плохо
и часто растрескивалась. Иногда такие
внутренние трещины даже выходили
на поверхность клинка, что, конечно,
не улучшало его надежности и снижало
цену. Разборчивым покупателям слитков
приходилось «показывать товар лицом»
и пористые слитки разрубали надвое,
чтобы продемонстрировать внутреннее
строение слитка. Кузнецы-клиночники,
использующие такие половинки, научи-
лись рационально отковывать свои клин-
ки, что и показали исследования Тавадзе.
Впрочем, методов расковки слитков су-
ществовало множество.
Очевидно, что помимо разнообразных
ухищрений при ковке, вид узоров лито-
го булата (и его цена) в немалой степени
зависит от величины и формы кристал-
лов-дендритов. Величину кристаллов
определяет скорость охлаждения распла-
ва. Так как сталь имеет кристаллическое,
зернистое строение, то при охлаждении
после выплавки процесс затвердевания
расплава состоит из двух этапов - зарож-
дения центров кристаллизации и последу-
ющего роста кристаллов из этих центров.
При быстром охлаждении скорость роста
кристаллов велика, но велико и количес-
тво центров кристаллизации, поэтому
образуются мелкие зерна. При медлен-
ном охлаждении количество зародышей
кристаллов уменьшается, а скорость рос-
та остается большой, поэтому получается
крупное зерно.
Стальные кристаллы могут быть дейс-
твительно большими. Выросший в уса-
дочной раковине стотонного слитка так
называемый «кристалл Чернова» имел вы-
соту около 30 см и весил несколько кило-
граммов. Тяжелые промышленные слитки
остывают десятки и даже сотни часов, по-
Низкосортный иранский булат
141
Леонид Архангельский
Булатный Дамаск Игоря Толстого и дамасский булат Юрия Саркисяна
ро - от температуры плавления стали до
1200 °C всего за 10~15 мин. Затем пониже-
ние температуры сильно замедляется, но
наиболее важным является именно ин-
тервал кристаллизации, и слитки булата
получаются не только сравнительно мел-
козернистыми, но и могут иметь разви-
тую усадочную раковину, что приводит к
неприятным последствиям. Для уменьше-
ния скорости остывания приходится при-
менять усложненные конструкции печей с
улучшенной теплоизоляцией.
В зависимости от направления теп-
лоотвода, скорости охлаждения, чисто-
ты расплава и других причин, кристаллы
могут иметь разную форму — от округлой
(равноосной), когда оси кристалла обра-
зуют как бы иглы стального ежа, до длин-
ных и тонких столбчатых кристаллов, час-
то пронизывающих весь слиток насквозь.
Такие кристаллы похожи на обрезки
колючей проволоки с длинными осями
первого порядка и сильно укороченны-
ми второго. Понятно, что узоры клинков,
откованных из таких разных слитков, зер-
нистых или «проволочных», будут сильно
различаться.
Очень важное влияние на форму и
величину кристаллов оказывает еще и
степень нагрева расплава перед началом
его кристаллизации. По словам городни-
чего уездного города N, его жители име-
ли одну скверную привычку — «Стоит где-
нибудь поставить забор, как тут же, черт
знает откуда, натащат к нему всякой дря-
ни, так что и возами не вывезешь!» Ато-
мы в расплавленном металле, в том числе
атомы легирующих примесей и углерода,
обладают той же склонностью. При «вы-
мораживании» из расплава они стремят-
ся отложиться у какого-нибудь «забора»
— уже имеющихся поверхностей. В начале
кристаллизации ими служат стенки тиг-
ля и нерасплавленные, нерастворенные
включения — частички оксидов, шлаков,
другими словами, всякая металлургичес-
кая грязь.
Эти частицы служат готовыми центра-
ми кристаллизации, и при охлаждении
«грязного» расплава зарождаются мно-
гочисленные дендриты, которые меша-
ют росту друг друга и в итоге получается
мелкий узор. Выход из этой ситуации
известен и заключается в значительном
повышении температуры во время плав-
ки. Поточному выражению Басова, булат
надо не плавить, а варить. При повышен-
ной температуре до 1600-1700 °C и дли-
тельном воздействии флюса тугоплавкие
частицы растворяются или всплывают в
шлак, металл очищается от грязи, и внут-
ренние центры кристаллизации исчезают.
Дальнейшее охлаждение до начала крис-
таллизации надо проводить сравнитель-
но быстро, чтобы тугоплавкие частицы не
успели выделиться вновь, тогда кристал-
лизация начинается только у стенок тигля
и формируются развитые дендриты, оси
которых часто проходят через весь объем
слитка.
Есть и еще одно обстоятельство, вли-
яющее не только на размер дендритов,
но и на степень их химической неодно-
родности, т.е. на внутрикристаллическую
ликвацию. В твердом металле его атомы
сформированы в кристаллическую струк-
туру, образуя «дальний порядок», рас-
пространяющийся на весь объем слитка.
Атомы легирующих элементов внедрены
в кристаллическую решетку железа, и эта
смесь образует «ближний порядок», при-
чем химический состав разных микроо-
бьемов может значительно отличаться от
среднего.
Образно говоря, слиток металла пред-
ставляет собой как бы сложенное из кир-
пича здание с балконами, колоннами и
лепными украшениями. При расплавле-
нии слитка дальний порядок не сохра-
няется (подобно тому, как разрушенное
здание представляет кучу мусора). Но
низкотемпературный расплав состоит из
групп атомов, сохранивших ближний по-
рядок — так же как и куча мусора образо-
вана мелкими блоками кирпичей, облом-
ками колонн и фрагментами лепнины.
При охлаждении дендриты включают
в свою структуру то, что есть поблизости -
именно эти, сохраняющие признаки твер-
дого тела, группы атомов с внедренными
по принципу «здесь густо, а там пусто» ле-
гирующими элементами. Очевидно, что
слиток, как и новое здание, построенное
из крупных обломков, не будет блистать
красотой и прочностью. Для строителей
все ясно — надо в камнедробилке приго-
товить мелкий щебень и строить новый
прочный дом из монолитного бетона. Так
же и в металлургии — чтобы восстановить
свойства замученного (по выражению
Басова) десятками переплавок металла,
его подвергают высокотемпературной
плавке, когда разрушается и ближний по-
рядок. Атомы в расплаве обретают свобо-
ду и при кристаллизации откладываются
там, где им положено. Особенно важно
разрушить «ближний» порядок при вы-
плавке легированного булата.
Таким образом, преимущества очень
высокого, максимально достижимого
нагрева расплава налицо. Аносов, на-
пример, одним из условий достижения
высокого качеств булата считал наивыс-
142
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
шую температуру плавки. И был, конечно,
совершенно прав. Но он же утверждал,
что мастерство плавильщика заключается
в том, чтобы остановить плавку в тот мо-
мент, когда последний кусочек железа на-
чнет расплавляться. Противоречия здесь
нет, поскольку эти высказывания следует
отнести к двум разным типам плавки, оба
из которых могут привести к получению
узорчатого металла хорошего качества.
В первом случае резкая неоднород-
ность формируется как бы принудитель-
но, путем использования преувеличенно
резкого «ближнего» порядка (едва ли
не с переходом на «дальний»). Навер-
няка каждый замечал, что разнородные
жидкости не смешиваются мгновенно,
некоторое время в сосуде наблюдаются
завихрения тонких струек жидкости раз-
ных плотности и состава. То же происхо-
дит и при кипячении воды, когда со дна
поднимаются струйки разной температу-
ры и, следовательно, плотности. В случае
охлаждения слабоперегретого металла
эти завихренные струйки едва расплав-
ленного железа, сохраняющие грубоф-
рагментарный «ближний» порядок, об-
разуют своего рода объемный каркас
кристаллизации.
Не надо путать этот процесс с полу-
чением «фаранда». Полностью расплав-
ленные, но еще не успевшие «впитать»
углерод микрообъемы железа служат
лишь затравкой для образования круп-
ных дендритов с развитыми осями пер-
вого порядка. Для сохранения этих затра-
вочных объемов и важно было вовремя
прекращать плавку. Более того, в состав
шихты вводилась еще и окалина (руда).
Ее количество было явно недостаточным
для образования «фарандовой» структу-
ры слитка, но, возможно, способствовало
образованию ферритных «заборов», к ко-
торым ликвационные процессы начинали
активно подтаскивать столь же малоугле-
родистые объемы, образующие сложнои-
зогнутые оси первого порядка.
Увеличение выдержки или повышение
температуры выше минимально необхо-
димой приводило к полному выравнива-
нию состава. Скоротечность и слабая кон-
тролируемость этого процесса требовала
проведения плавки опытным мастером.
Стоило пропустить момент, и хороше-
го булата уже не получить. Конечно, это
снижало привлекательность низкотемпе-
ратурного «затравочного» метода. Лишь
пройдя эту «мертвую зону» и сильно пе-
регревая расплав, можно было вновь, уже
вполне естественным порядком, добиться
резкой химической и структурной неод-
нородности, проявляющейся в виде узора
булата высшего сорта.
Подводя промежуточный итог, при-
ходишь к выводу, что при низкотемпера-
турной плавке использовать двухфазную
шихту принципиально необходимо, а при
технологической возможности получить
высокую температуру расплава получе-
ние булата возможно и при переплавке
обычной стали. Именно эта возможность
превращения практически любой стали в
булат позволила Аносову заявить, что бу-
лат всегда лучше, чем сталь, из которой он
приготовлен.
143
Леонид Архангельский
ИССЛЕДОВАНИЯ БУЛАТА
Уже в начале XIX в. громко за-
говорили о загадке литого
булата и его давно утерянных
секретах. Начались попытки
разгадать его суть и разрабо-
тать методы производства литого булата.
Задача оказалась очень непростой для
того времени, когда старые знания были
утеряны, а вновь полученных данных о
законах природы было еще недостаточно
для восстановления пробела. Наиболее
полно исследовал литые разновидности
узорчатого металла русский металлург,
генерал-майор корпуса горных инжене-
ров Павел Петрович Аносов, который в
1830-х гг. выплавил на Златоустовском
оружейном заводе булат самого высоко-
го качества и указал на основные способы
его производства.
Петр Петрович Аносов
При изготовлении по первому пред-
ложенному им способу булат получает-
ся непосредственно при восстановлении
железной руды сплавлением ее в тигле с
графитом, причем непременным услови-
ем считалась высокая чистота исходных
материалов. Действительно, иранцы не
использовали этот метод потому, что их
местные руды были сильно загрязнены
серой, а индусы, обладающие чисты-
ми рудами, пользовались этим методом
вполне успешно. Аносов предполагал, что
«...древний и потерянный к XII в. способ
приготовления булата, известного под
именем «табан» ( «блестящий». — Прим,
авт.), едва ли не состоял в сплавлении
графита с железной рудой». Этим мето-
дом ему удалось получить лишь низшие
сорта булата типа «шам», с узором в виде
продольных волокон. Слово «шам» в пе-
реводе с фарси — «хвост». Возможно, это
название сорту булата присвоили в Иране
из-за схожести узора на клинке с характе-
ром расположения вытянутых примерно в
одном направлении шерстинок в хвосте.
Впрочем, Шам — и турецкое название Си-
рии, поэтому наиболее вероятно, что сор-
ту булата присвоили название местности,
где его производили.
Второй способ Аносова — соединение
железа предварительно с углеродом и
дальнейшее восстановление его посредс-
твом монооксида железа. В переводе с
«русского-на-русский» это означает, что
в ранее выплавленный чугун нужно доба-
вить железной окалины (руды). Иначе го-
воря, нужно сплавить руду не с графитом,
как в первом способе, а с чугуном. В од-
ном из опытов 1837 года Аносов сплавил
15 фунтов чугуна и 0,75 фунта окалины,
получив 12 фунтов «кара-хоросана».
Часть содержащегося в чугуне угле-
рода соединяется с кислородом окалины
(руды) и чугун превращается в высоко-
углеродистую сталь. Из руды при этом
восстанавливается железо, а поскольку
процесс выравнивания состава в резуль-
тате диффузии углерода и перемешива-
ния расплава не происходит мгновенно,
то при определенных режимах плавки и
кристаллизации возможно сохранить в
слитке такую неоднородную структуру,
причем объемы малоуглеродистого ме-
талла могут служить центрами кристал-
лизации. Кстати, Аносов указывал на то,
что булат должен затвердевать в тигле,
так как разливка по изложницам, по его
мнению, портит металл. Вероятно, «пор-
ча» происходит вследствие интенсивного
перемешивания расплава при разливке и
сравнительно быстрого охлаждения из-
ложниц.
Третий опробованный Аносовым спо-
соб — сплавление железа непосредственно
с графитом. В тигель загружали обрезки
железа, графит, флюс и железную окали-
ну. Плавка длилась до 5,5 ч, в ходе ее об-
резки железа сильно науглероживались и
частично или полностью расплавлялись,
а окалина восстанавливалась до чистого
железа. Этим методом были выплавлены
булаты самого высокого качества. Но, если
плавка была менее продолжительной, то
металл получался сравнительно малоуг-
леродистым, а узоры - либо волнистыми,
либо совсем прямыми, что соответствова-
ло низшим сортам булата.
Четвертый способ получения узорча-
того металла — длительный, многоднев-
ный отжиг литой высокоуглеродистой ста-
ли. Его нельзя прямо отнести к способам
производства литого булата, поскольку
расплавления металла в этом случае не
происходит. Таким образом, Аносов умел
получать все основные виды литого бу-
лата, хотя некоторые исследователи вы-
сказывают сомнения в том, что Аносову
действительно удалось раскрыть древ-
ние секреты выплавки азиатских булатов.
Сравнив описанные ранее традиционные
методы с четырьмя способами Аносова,
легко заметить, что это не так.
Настоящим открытием было получе-
ние «мягких булатов», о которых иссле-
дователь написал, что «явственные узоры
могут быть на булате и в таком случае, ког-
да он столь мягок, что по закалке не при-
обретает приметно большей твердости
и хрупкости, а остается мягким, подобно
железу». Современные авторы статей о
булате полностью игнорируют это откры-
тие, считая булатом лишь высокоуглеро-
дистые разновидности узорчатой стали.
В лаборатории Горного института еще
в XIX в. был исследован один из лучших
клинков из аносовского булата. Хими-
Узор правильно откованной
отожженой стали
144
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
ческий анализ показал, что металл со-
держит 1,3 % углерода и 0,5 % кремния.
Проведенное позднее микроскопическое
исследование другого образца показало,
что узор в нем образован волокнистыми
скоплениями цементита в троостито-сор-
битной матрице. П.П. Аносов отмечал,
что булат - это недоваренная сталь с не-
полностью расплавившимися железными
частицами. В то же время необходимым
условием получения булата он полагал
замедленное охлаждение, способствую-
щее образованию хорошо различимых
узоров.
Несомненной заслугой этого исследо-
вателя можно считать отсев заблуждений
того времени. В 1828 г. были получены
сведения об опытах английского ученого
М. Фарадея по сплавлению стали с плати-
ной с целью получения «вутца». Министр
финансов России Е.Ф. Канкрин поручил
горному ведомству проверить эти опыты,
а его руководство перепоручило это П.П.
Аносову, который и решил проверить воз-
можность получения «булатов вообще».
Опыты по проверке теории Фарадея за-
кончились плавкой «номер 18» (10 фунтов
стали и 0,5 (0,05 %) золотника платины).
Откованный клинок имел «...мелкие жел-
товатые узоры, а местами облачные свет-
лые». В 1829 г. клинок был подарен из-
вестному европейскому путешественнику
А. Гумбольдту. Качество пластинистой
стали оказалось заурядным и практичного
Аносова не устроило.
В начале 1828 г. в Златоуст на пробу
было прислано с Воткинского завода 2
пуда литой стали, получаемой переплав-
кой цементованных прутков, но в подроб-
ностях технология С.И. Бадаева почему-то
не была «рассекречена» до 1843 г. П.П.
Аносов приостановил исследования пла-
тинистой стали, чтобы отработать получе-
ние клинковой литой стали, но уже через
год начал серию опытов по изучению вли-
яния марганца, хрома, титана, серебра,
золота, платины. Испытания полученных
сплавов велись на зубилах для насечки
напильников.
Плавка «номер 36» - при 0,5 % мар-
ганца «сталь оказалась настолько крепка,
что на ноже при вытравке обнажались
узоры (!), грунт темнее, чем на обычной
стали». Плавка «номер 37» - при 0,7 %
марганца «сталь лучше, узоры явственнее
прежних». Плавка «номер 40» — при 1 %
марганца «сталь весьма хороша и по ков-
кости, и по остроте. Узоры еще явствен-
нее». Действительно, марганец заметно
усиливает дендритную ликвацию, но Ано-
сов отметил, что узоры на марганцовистой
стали, будучи сравниваемы с булатными,
оказываются от них весьма отличны, и по
виду, и по расположению.
По завершении серии этих опытов
Аносов записал: «Все вышеупомянутые
результаты привели меня к заключению,
что булат есть не смешение стали с каким-
либо металлом, но смешение железа с уг-
леродом, подобное стали, и что причины
образования крупных узоров следует ис-
кать в способе соединения железа с угле-
родом».
Исследования на этом не закончились.
В 1837 г. начальник штаба корпуса горных
инженеров Чевкин поручил проверить
опыты начальника Парижского монетно-
го двора Бреана по переплавке серого и
белого чугунов с железом и сталью. Бреан
настойчиво занимался поиском способов
повышения стойкости штампов для холод-
ной чеканки монет и в своих исследова-
ниях добился определенных практических
результатов. Он вполне справедливо по-
лагал, что образование узоров булата свя-
зано с избытком углерода, но действовал
наощупь, не имея четкой научной теории.
В своих опытах он, в частности, сплавлял
железо с сажей или сырой и мягкий чугу-
ны, что в печатных работах рекомендовал
делать и другим. Однако у Аносова сплав-
ленные чугуны потрескались при ковке,
а навивное железо с сажей дало мягкий
металл с узорами, весьма отдаленно на-
поминавшими булатные. Отчет Аносова
начальство не удовлетворил и Чевкин
приказал представить более подробное
описание опытов по выделке булатов по
способу Бреана. В ответ П.П. Аносов за-
явил, что «...кто бы не повторял опыты
Бреана, не получит других результатов в
сравнении с образчиками, которые мной
были представлены».
Причиной неуспеха можно считать
вполне понятную для того времени огра-
ниченность знаний. Сажа, графит, дре-
весный уголь и даже чугун представляют
собой лишь разные виды углеродсодер-
жащих веществ, поэтому, используя их
должным образом можно, конечно же,
получить и сталь, и булат. Другое дело,
что использовали их наугад. Аносов про-
водил опыты по использованию разных
органических карбюризаторов - закла-
дывал в тигель цветы, древесину клена,
бакаута, березы, голландскую сажу, ржа-
ную муку, пшено, рог, слоновую кость,
однажды даже алмаз положил, но в ито*е
остановился на графите.
Тщательно проверив западные идеи
о способах получения булата, он решил
пойти своим путем. Ему было разрешено
изучить коллекции оренбургского губер-
натора Перовского, великих князей Ми-
хаила Павловича и Александра Никола-
евича, князя П.Д. Салтыкова, начальника
штаба корпуса горных инженеров К.З.
Чевкина и др. Сохранились слухи о том,
что о способах выплавки и обработки бу-
лата он расспрашивал и тех, кто мог зна*ь
подлинные старинные секреты, - кочевых
киргизов.
Сам он догадался, или в ходе рас-
спросов ему указали путь, но теперь свои
опыты П.П. Аносов проводил вполне це-
ленаправленно и осознанно. Несомненно,
сказались долгая экспериментальная под-
готовка и тщательный подбор наилучших
из имеющихся материалов. Прорыв про-
изошел в 1837 г., когда Павел Петрович
сплавил 12 фунтов тагильского железа с 1
фунтом графита при добавлении окали-
ны (0,4 фунта) и доломита (0,4 фунта).
Результат - «хорасан» хорошего качест-
ва. В следующих плавках замена доломи-
та кварцем привела к получению булата
«кара-табан» («черный блестящий») с зо-
лотистым отливом.
Полный успех - получены высшие
сорта литого булата! Был выплавлен и
загадочный табан, секрет которого счи-
тался утерянным еще в XII в. Обращает
внимание уверенность, с которой Аносов
определял названия сортов булата. Жаль,
что он не оставил описания признаков, по
которым можно было бы и сегодня клас-
сифицировать сохранившиеся в музеях
булатные сабли. Результаты своей рабс'ы
и свое объяснение сути булата он изло-
жил в статье «О булатах», на которую а от
уже более 150 лет ссылаются другие ис-
следователи. Однако современники объ-
яснений Аносова не поняли, а сочли, ’-то
он либо умышленно не раскрывает с.ти
булата, либо не понимает ее сам. После
его смерти тонкости технологии выплав-
ки булата были постепенно забыты. Лишь
его ближайшие помощники продолжали
по особым заказам время от времени из-
готавливать булатные клинки вплоть до
начала XX в.
445
Леонид Архангельский
Обращает на себя внимание довольно
странное поведение начальства Аносова.
С самого начала его работы в Златоусте
оно поручает ему исследования различ-
ных технологий, направленных на получе-
ния булата, разрешает ему ознакомиться
с коллекциями высших сановников импе-
рии, снабжает его новейшей информаци-
ей, проводит даже своего рода научно-тех-
ническую разведку, посылая специалистов
на Кавказ и в Среднюю Азию. При такой
поддержке явно не дает ему отвлекаться,
сдерживая его попытки заняться еще чем-
либо полезным. Например, Аносов отлил
заготовки стальных пушек, но они в дело
не пошли; просил разрешения наладить
выпуск чугунных пушек, но Канкрин отка-
зал, и лишь в 1850-х гг. Обухов наладил
выпуск стальных пушек в Петербурге си-
лами именно златоустовских сталеваров.
И вот, казалось бы, желаемое достиг-
нуто - высшие сорта булата получены, из-
готовленные булатные клинки легко над-
рубают «серийные» стальные, иностранцы
в изумлении, опыт обобщен в печатном
труде, одним словом, успех. Но вместо
налаживания массового производства бу-
лата его разработчика убирают с оружей-
ной фабрики и отправляют с повышением
подальше, на Алтай, где Аносов и умер в
1851г.
Результаты своей работы по исследо-
ванию булата, опубликованные в «Горном
журнале» за 1841 г., Аносов завершил так:
«Оканчиваю сочинение надеждою, что
скоро наши воины вооружатся булатными
мечами, наши земледельцы будут обра-
батывать землю булатными орудиями,
наши ремесленники выделывать свои из-
делия булатными инструментами; одним
словом, я убежден, что с распространени-
ем способов приготовления и обработки
булатов они вытеснят из употребления
всякого рода сталь, употребляемую ныне
на приготовление изделий, требующих
особенной остроты и стойкости». Эту фра-
зу через 65 лет прокомментировал Н.Т. Бе-
ляев: «Пожеланиям Аносова не суждено
было сбыться... по крайней мере, до сих
пор». Однако не сбылись они и через 165
лет, несмотря на усилия многих далеко не
бездарных людей.
Надо сказать, что западные исследова-
тели не были так уж далеки от понимания
сути булата, как это иногда представляют.
Тот же Фарадей не сразу занялся выплав-
кой платинистого узорчатого металла.
Сначала он исследовал подлинный «вутц»
и обнаружил в нем примесь очень редко-
го в те времена алюминия. Тогда этот ме-
талл был настолько модным и дорогим,
что из него сочли приличным изготовить
погремушку для наследника французско-
го императорского престола. Используя
при выплавке синтетический чугун с 6,4 %
алюминия, Фарадей получил узорчатый
металл с 0,73 % алюминия, по его мне-
нию, схожий с лучшим «вутцем». От идеи
добавить в сталь дорогой и редкий алю-
миний до логичной попытки проделать
то же с чуть менее дорогой платиной был
один шаг. И в наше время кое-кто при вы-
плавке булата добавляет в шихту дорогие
редкоземельные элементы типа ниобия,
именно в них видя залог успеха - кстати,
не совсем без оснований.
Основываясь на опытах Фарадея и
Аносова, добавлял в сплав платину и я.
Пришел к выводу, что успешное сплав-
ление стали с платиной, приводящее к
получению узорчатой стали недурно-
го качества, основано на затравочном
действии небольшого количества (доли
процента) плохо растворимой в железе
и очень тугоплавкой платины. Быстрое
выпадение кристалликов платины уже
при небольшом охлаждении расплава
действительно приводило в дальнейшем
к формированию неоднородной узорча-
той структуры. При последующей расков-
ке слитка структурно свободные включе-
ния платины не растворялись даже при
сильном нагреве, служа центрами осаж-
дения карбидов и способствуя образо-
ванию четких узоров. Получаемый сплав
вполне можно именовать «платинистым
булатом»..
Но англичанин Генри Вилкинсон, ос-
нователь известной фирмы, существую-
щей и сегодня, по поводу увлечения свое-
го соотечественника сплавлением стали с
разными металлами сказал следующее:
«...странно, что Фарадей не открыл стру-
ек в самих плитках и не узнал настоящей
причины их образования». Сам он вполне
справедливо считал, что узоры образуются
от свойств железной руды и способа при-
готовления из нее стали. Не ограничиваясь
столь общим заявлением, он писал, что
красивые струйки на поверхности вутца
не связаны с фигурами, образующимися
от удлинения самих кристалликов стали,
т.е. склонялся к карбидно-ликвационному
характеру образования узоров.
Француз Бреан еще в 1823 г. высказал
идею об образовании булатных узоров
вследствие фасонной ковки литой стали с
неоднородным распределением углерода.
Он писал, что «на опыте убедился, что вол-
нистые жилки, которые кузнецы называют
коленами, являются результатом приема
ковки. Если ограничиваться вытяжкой в
длину, то жилки будут продольные, если
же тянуть равномерно во все стороны, то
рисунок имеет кристаллический вид (т.е.
дендритный. - Прим, авт.), если же видо-
изменить вытяжку в двух направлениях,
то получатся переходы, как в восточных
булатах».
Несмотря на высказанные верные до-
гадки, эти далеко не глупые люди не до-
бились главного — получения узорчатой
стали, превосходящей по свойствам уже
имеющиеся сорта промышленного метал-
ла. Это и дало повод Аносову сделать за-
ключение, что «...ни в одном из трактатов
о булате нет истинного основания - дости-
жения совершенства в стали». А целью его
исследований было именно производство
высококачественной клинковой стали для
нужд российской армии. Аносов заявлял,
что если бы дело производства булата за-
ключалось лишь в получении красивых
узоров, то он и не начинал бы своих мно-
готрудных исследований.
В России в те времена булатом назы-
вали любую узорчатую сталь, более про-
чную и острую по сравнению с обычной,
однородной, поэтому высококачествен-
ные образцы стали сравнивали именно с
булатом. Попытки промышленного про-
изводства булата начались еще до опытов
Аносова. Так, например, в 1820 г. Депар-
тамент горных дел получил сообщение
о том, что на Баташевском заводе (ныне
Выксунский) делают «...булат или подра-
жание дамаскинской стали». На заводах
Баташова в то время литую сталь получали
непосредственно из руд в небольших до-
менках. Примечательно, что современный
теоретик булата, профессор Московского
Булат Чернова
146
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
института стали и сплавов В.А. Щербаков
родом из Выксы, где один из районов го-
рода до сих пор носит название «Булатня»,
поскольку раньше в нем жили булатных
дел мастера.
Немного позже, в 1827 г. чиновник
мастерской Оружейной палаты Г.И. Реваз,
грузинский дворянин, изготовил на Туль-
ском оружейном заводе несколько образ-
цов булатной стали и сабельных клинков
из нее. Клинки издавали резкий и высо-
кий звон, подобно восточным булатным,
а узор сохранялся даже после переплавки
(!) образцов. Реваз предложил открыть
секрет выплавки булата и обучить масте-
ров, однако описанный им рецепт изго-
товления булата из железа, чугуна и руды
вызвал недоверие у металлургов того
времени, которые сочли, что этот способ
противоречит здравым понятиям перво-
начальных правил химии.
Вроде бы выяснили, что Реваз изгото-
вил свои клинки из подлинного индийско-
го металла. Подробного описания спосо-
ба не сохранилось, поэтому сейчас нельзя
сделать обоснованный вывод о соответс-
твии «правилам химии» этой технологии,
но набор исходных материалов, равно как
и свидетельство о сохранении узоров пос-
ле переплавки образцов, говорит о знании
Ревазом способа выплавки булата, хотя
залогом успеха могло служить использо-
вание легированного индийского железа.
После работ Аносова наступила неко-
торая пауза в исследованиях, но в конце
XIX в. великий русский металлург Д.К. Чер-
нов пришел к выводу, что «...самая лучшая
сталь, которая когда-либо выплавлялась
в любой из стран, есть, без сомнения, бу-
лат». Он загорелся идеей выяснить суть
булата, выдвинул несколько теорий обра-
зования узоров и провел серию опытов, в
ходе которых получил образцы узорчатой
стали. Немаловажной была и подкреплен-
ная его авторитетом широкая пропаганда
достоинств булата в многочисленных лек-
циях, которая и привлекла к исследовани-
ям других ученых.
Ученик Д.К. Чернова, Н.Т. Беляев, в
1906 г. написал очень интересную рабо-
ту «О булатах», в которой образование
узоров в литой стали объяснял дендрит-
ной кристаллизацией сплава и развитой
карбидной ликвацией углерода. На ос-
новании опытов П.П. Аносова он сделал
вывод, что с увеличением содержания уг-
лерода характер узора булата меняется от
продольного до сетчатого и коленчатого.
Действительно, избыточного цементита
сначала хватает лишь на то, чтобы обра-
зовать скопления только в местах стыков
кристаллов, где расплав затвердевает
в самую последнюю очередь. Затем, по
мере увеличения объемной доли кар-
бидов, они начинают откладываться на
дендритных осях и второго порядка. При
деформации получаемых объемных фи-
гур разной степени сложности получаются
узоры соответствующего вида. Позднее, в
1923 г., ровно через сто лет после Бреана,
Н.Т. Беляев пришел к выводу, что старые
индусы сначала получают сталь с первич-
ной структурой, а затем выковывают из
нее заготовки таким образом, чтобы рас-
пределение первичных кристаллов имело
волнистую форму. При ковке разрушают-
ся длинные иголки цементита и формиру-
ется их округлая форма.
Другой последователь Чернова, не-
которое время сотрудничавший со своим
однофамильцем, Н.И. Беляев также опуб-
ликовал работу с традиционным названи-
ем «О булате», в которой сделал упор на
дендритный характер образования узо-
ров, а карбидный узор он считал беспо-
лезным и даже вредным. Основой успеха
он полагал замедленную кристаллизацию
сравнительно малоуглеродистой и, жела-
тельно, легированной стали, небольшой
вес слитка и интенсивную фасонную ков-
ку при обычных температурах. Беляевы
добросовестно развили идеи Чернова о
причинах возникновения узоров в литой
стали, и тем самым внесли основополага-
ющий вклад в понятие о дендритно-лик-
вационном булате.
В 1919 г. профессор Днепропетровско-
го горного института А.П. Виноградов ис-
следовал узорчатый металл, полученный
низкотемпературной прокаткой средне-
углеродистой стали с последующим дли-
тельным отжигом при температуре 850 °C.
В результате такой обработки получалась
так называемая полосчатая структура
металла, состоящего из видимых невоо-
руженным глазом полос перлита (0,8 %
углерода) и чистого железа. Эта структу-
ра очень схожа с классическим железо-
стальным композитом, полученным при
помощи кузнечной сварки. Применяя раз-
ные приемы ковки и скручивания литого
композита, Виноградову удалось полу-
чить почти все известные виды булатного
узора. Он полагал, что получил «мягкие»
Булат Харнекер
булаты Аносова, которые, даже имея ясно
выраженные узоры, не увеличивали своей
твердости после закалки. Но его разработ-
ки остались невостребованными. Совре-
менники профессора высказали мнение,
что ему не удалось разгадать древний сек-
рет производства литого булата, а разра-
ботанная им технология является скорее
одним из вариантов получения Дамаска.
Примерно в то же время Кети Харне-
кер, сотрудница золингеновской фирмы
«Хенкельс», основываясь на работах Н.Т
Беляева, начала свои исследования литой
узорчатой стали. Говорят, что эти иссле-
дования проводились по заданию руко-
водства нацистов. Через несколько лет ей
удалось выплавить узорчатую сталь, име-
ющую сетчатый узор в виде паутины. Дру-
гих видов узора, хотя и не таких четких,
как в классических образцах, она добива-
лась интенсивной проковкой композита
ручным молотом.
К. Харнекер пробовала получать узоры
и на цементованной стали. Очень чистое
железо подвергали цементации в древес-
ном угле при 1100 °C в течение 12~14 суток,
а затем медленно охлаждали. Выделение
цементита происходило частично в виде
сетки, частично в виде длинных игл, на-
Николай Иванович Беляев
44?
Леонид Архангельский
ходящихся в железной (ферритной) или
стальной (перлитной) матрице. Пруты
расковывали при максимально низкой
температуре, полученные клинки закали-
вали и отпускали до фиолетового цвета,
т.е. примерно при 250 °C. Несмотря на
высокое (1,5 %) содержание углерода,
клинки обладали высокой упругостью и
остротой.
Обращает на себя внимание тот факт,
что в опытах как А.П. Виноградова, так
и К. Харнекер обязательным, по-види-
мому, условием успеха являлась очень
долгая выдержка металла при температу-
рах красного каления. Вспомним, что и в
Иране не только слитки, но и откованные
едва ли не вхолодную булатные клинки
также несколько дней выдерживали в
горячих углях. Кроме того, в аносовском
«четвертом» способе получения булата
прямо предписан длительный отжиг вы-
сокоуглеродистой стали, в результате ко-
торого происходило увеличение степени
Слиток и узоры златоустовского
«фаранда»
Клинок Владислава Данелюка (Швеция) из отожженой шарикоподшипниковой стали
неоднородности с выделением скоплений
цементита. Влияние долгого отжига весь-
ма подробно описано у обоих Беляевых,
на данных которых основывались многие
исследователи (но не все).
В пятидесятых годах XX в. в Златоусте
Ю.Г. Гуревич с коллегами продолжил эс-
тафету исследователей. Они выплавили
узорчатую сталь, сплавляя в индукцион-
ной печи синтетический чугун и обрезки
малоуглеродистой стали. Для получения
слитка златоустовские металлурги загру-
жали в индукционную плавильную печь
чистое железо в количестве около 20 кг,
расплавляли и науглероживали его гра-
фитом, получая малокремнистый синте-
тический чугун. После подогрева до 1450
°C расплав раскисляли и постепенно, пор-
циями, засыпали в него мелкодробленую
малоуглеродистую стружку в количестве
до 70 % массы чугуна. Степень оплавления
стружки определяли буквально на ощупь,
перемешивая ванну металла стальным
прутком. По мере оплавления каждой
порции стружки металл приобретал каши-
цеобразное состояние, в связи с чем перед
присадкой следующей порции его быстро
подогревали, причем подогрев не должен
быть чрезмерным, чтобы фиксировалась
недорасплавленность стружки.
Характерно, что в зависимости от конк-
ретного варианта технологии могли полу-
чать два вида композита, в одном из кото-
рых высокоуглеродистая (1,5 % углерода)
матрица имела железные включения, на-
сыщенные углеродом лишь в тонком по-
верхностном слое, а в другом виде фаран-
да частицы стружки науглероживались до
стального состояния насквозь, притом что
матрица оставалась высокоуглеродистой.
Разнообразные узоры исследователи по-
лучали интенсивной проковкой композита
в фасонных обжимках, а также скручива-
нием заготовок в разных направлениях.
Ю.Г. Гуревич подчеркивал, что желез-
ные частицы, вводимые в жидкий чугун,
должны быть чистыми от ржавчины. Он
указывал на то, что П.Н. Швецов - сын
подручного Аносова при выплавке була-
та никогда не использовал ржавое желе-
зо. Вероятно, это был один из секретов,
усвоенных отцом и переданных старшему
сыну.
Преемственность традиций вооб-
ще очень важна для успеха в любой де-
ятельности, и оружейники не являются
исключением. Потомственный кузнец
Александр Матвеевич Зубков в те же пос-
левоенные годы, что и экспериментаторы
из Златоуста, успешно выплавлял и ковал
булатную сталь нескольких сортов. Его
отец и дед были сельскими кузнецами на
севере Валдая, где протекают реки Моло-
та и Мета, а сам он работал в трамвайном
депо в Черемушках на тогдашней окра-
ине Москвы. Булатную сталь он называл
«булаткой» и выплавля ее в корундовых
тиглях из смеси рубленых сапожных гвоз-
дей и древесного угля. В качестве флюса
использовал бутылочное стекло и, что
примечательно, тополиные сережки,
которые поручал собирать своему вну-
ку. Сережки следовало собирать весной
и до дождей, пока они не намокли и не
посинели. Эти сережки он сушил, толок и
сыпал на дно тигля, а бутылочное стекло
добавлял поверх всей смеси.
Во время плавки он сначала долго
поддерживал не слишком большую тем-
пературу нагрева тигля, а затем плавно,
но быстро повышал ее. Очевидно, сна-
чала шел процесс цементации железа
гвоздей, а затем производилось плавле-
ние этих мелких науглероженных частиц.
Процесс мог вестись или до полного рас-
плавления гвоздей, или лишь до оплав-
ления их сильно науглероженной повер-
хности. Контролируя процесс плавления,
он целенаправленно получал слитки двух
типов - недорасплавленного фаранда
и классического «зернистого» булата.
Своему внуку он объяснял суть происхо-
148
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
дящих при выплавке булата процессов
по типу смерзания во время заморозка в
одну плотную глыбу кучи сосулек, упав-
ших в снежный сугроб и подтаявших
лишь с поверхности во время дневной
оттепели. Эту смесь ледяных сосулек и
снега можно полностью растопить и сно-
ва заморозить, и тогда образуется новая
глыба зернистого льда.
Слитки дендритного булата Зубков
нагревал до малинового цвета, пригова-
ривая «Малинка, зардейся!», осаживал в
толстый диск, а затем прошивал середину
пробойником. Полученное кольцо разру-
бал, распрямлял и снова изгибал дугой,
но уже в другую сторону, чтобы наружная
часть слитка была с вогнутой, внутренней
стороны. Затем тщательно зачищал по-
верхность и приступал к отковке изделия,
причем лезвие оттягивалось из наружной
части слитка, вследствие чего дугообраз-
ная заготовка распрямлялась без допол-
нительной рихтовки.
Из булата он изготавливал опасные
бритвы, для отковки которых имел мно-
жество приспособлений. Например, по-
лый молоток, засыпанный дробью, кото-
рый при ударе не отскакивал, а буквально
прилипал к заготовке. Лезвие проковыва-
лось до толщины 0,3 мм, после чего на-
гревалось до вишневого цвета и закали-
валось погружением на короткое время
в минеральное масло с окончательным
остужением в моче. Примечательно, что
закаленные и отпущенные лезвия бритв
дополнительно доковывались на зер-
кально отполированных подкладках вхо-
лодную, подобно лезвиям кос. Вероятно,
во время начальной выдержки в масле
происходил распад аустенита на мелкую
карбидно-ферритную смесь, а при резком
охлаждении в моче (соляном растворе)
полученная структура в нужный момент
фиксировалась. Эта структура обладала
определенной пластичностью, что и поз-
воляло мастеру сильно упрочнять зака-
ленный металл холодной ковкой.
Неясно, сам ли Зубков разработал ре-
цепты выплавки и ковки булата или они
достались ему как давняя наследственная
традиция, но, несомненно, этот самоде-
ятельный металлург работал с понимани-
ем сути дела. По свидетельству часть при-
сутствующего при плавках внука, однажды
кузнец насыпал в тигель излишне много
толченых тополиных сережек, хотел было
убавить, да потом махнул рукой: «Ну,
Один из булатов Басова
ладно, пусть поцветистей будет!» Сказано
сильно, но не слишком понятно. Очевид-
но, что от увеличения этой растительной
лигатуры менялся характер узора. Воз-
можно он становился более спутанным, а
может быть, менялся цвет (отлив) металла
и повышалась контрастность узора. И по-
чему использовались именно тополиные
сережки, а не березовые или, скажем,
ольховые? Действительно, кто сейчас зна-
ет, что содержалось в этих сережках, по
своей сути древесных цветах? Ванадий,
фосфор, редкоземельные элементы? По-
чему они не должны были посинеть? Что-
бы не окислились полезные элементы?
Одни вопросы... Чтобы получить ответы, я
насобирал этих тополиных сережек, сжег в
электропечи в химически инертном тигле,
а прессованную золу отдал на химический
анализ в лабораторию ракетно-комичес-
кого института. Результатов ждал около
года, время от времени выслушивая отго-
ворки, а потом махнул рукой.
Думаю, что и московский кузнец вряд
ли мог знать, что именно содержится в
тополиных сережках, но очевидно он по-
нимал, как «это» влияет на свойства бу-
лата. Как же он узнал столь тонкие под-
робности булатных технологий — получил
как наследство от древних металлургов
через прямую цепь преемственности, или
Александр Зубков, прозванный на работе
«Шилом» за свою настойчивость и склон-
ность до всего докопаться, сам разрабо-
тал рецепты булата? Теперь уже этого не
узнать, потому что после него не осталось
ни учеников, ни записей (умер в 1963 г.).
Не пошедший по стопам деда и по юности
лет мало что запомнивший внук кузнеца
видел у того толстую тетрадь с записями,
которой самородный булатчик пользо-
вался при выплавке, но куда она делась,
не знает. Очередная потеря «секрета бу-
латной стали»...
Не одна толстая тетрадь была и у Вя-
чеслава Ивановича Басова - самобытного
кузнеца, исследователя и пропагандиста
булатной стали. В середине 1970-х гг. про-
фессиональный кузнец В.И. Басов, родом
из древнего русского города Серпухова,
но долгое время работавший в еще более
древнем Суздале, выплавил тигельным
способом несколько сортов литой узор-
чатой стали дендритного и двухфазного
типов. Некоторые из первоначально вы-
плавленных им образцов булата имели
ценимый в древности и упоминаемый
Аносовым золотистый отлив. Несколько
странно, что позднее суздальский кузнец
отрицал существование отлива, объяс-
няя золотистый или красноватый оттенок
поверхности булатного клинка лишь ок-
рашивающим воздействием железного
купороса и других реактивов. Здесь он
вступает в противоречие с Аносовым, ко-
торый отмечал появление отлива не на
травленой, а на полированной поверхнос-
ти металла.
По его собственным словам, за про-
шедшие с тех пор двадцать лет Басов про-
вел около двухсот опытных плавок - в
несколько раз большее количество опыт-
ных плавок, чем сам Аносов. Но более
проведенных им плавок и их научных ре-
зультатов важны несколько выступлений
суздальского кузнеца по телевидению в
конце восьмидесятых годов и многочис-
ленные статьи о его самобытном таланте,
которые способствовали возрождению
в России массового интереса к булату.
Можно сказать, что работа талантливого
кузнеца В.И. Басова была той искрой, из
которой вновь разгорелось пламя интере-
са к старинным клинковым технологиям.
Суть булата В.И. Басов понимал и объ-
яснял очень своеобразно. По его мнению,
кристаллизация булата при выплавке хотя
и является по сути дендритной, в корне
R9
Леонид Архангельский
Булат Игоря Толстого
Булат Игоря Пампухи
Булат Сергея Лунева
отличается от кристаллизации обычной
стали. Во-первых, расплав нужно нагре-
вать не только до температуры плавления
стали данного химического состава, но
раскалить до такой температуры, когда
разрушается ближний порядок кристалли-
ческой решетки, сохраняющей признаки
твердого тела. Затем, по его мнению, при
охлаждении перегретого расплава пер-
выми вымораживаются нити чистейшего,
самого тугоплавкого и свободного от всех
примесей железа. Эти нити растут и про-
низывают весь объем слитка, пересека-
ясь и сращиваясь между собой, образуя
объемную сетку в толще оттесненного ими
высокоуглеродистого металла. Выделяю-
щиеся карбиды оседают на поверхности
ферритных нитей, а поскольку карбиды и
железо при травлении светлые, зритель-
но в узоре они не различимы. Именно эти
нити сверхпрочного, едва ли не монокрис-
таллического железа в карбидной броне и
придают булату его легендарные вязкость
и прочность. Басов говорил и о таких ва-
риантах выплавки, при которых первыми
из расплава выпадают карбиды.
Пришел он к такому пониманию в ре-
зультате долгих и напряженных раздумий.
Настолько напряженных, что в начале его
исследовательской деятельности произо-
шел показательный случай. Однажды он
шел по улице и представлял себе процесс
выплавки булата. В голове у него мыслен-
но расплавлялась сталь и, смешиваясь
с флюсом, очищалась. Постепенно она
нагревалась все больше и больше. И вот
расплав закипел, остатки кристалличес-
кой решетки металла полностью разруши-
лись, атомы железа получили свободу и...
стали метаться и биться внутри его голо-
вы. Процесс был мысленный, и атомы во-
ображаемыми, но кожа на голове полопа-
лась вполне реально, так что он прибежал
в медпункт в кровоподтеках и синяках. На
вопрос, кто его так избил, он честно отве-
тил, что атомы булата...
150
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Результаты своих экспериментов по
выплавке булата и рецепты изготовления
сварочного Дамаска он записывал в тет-
ради, и в итоге решил поделиться этими
данными с учеными для дальнейшего
внедрения булатных технологий в про-
мышленность. Собрался и поехал в Днеп-
ропетровск, в местный металлургический
институт. Что там произошло, неизвестно,
но сам он не раз рассказывал, что с учены-
ми они не нашли общего языка, и он вер-
нулся без своих тетрадей, но и без обиды.
Несколько лет спустя, уже после раз-
вала СССР, он вновь попытался внедрить
булатные технологии в промышленность.
На знаменитом Ижевском машиностро-
ительном заводе Басов вместе со своим
помощником Игорем Пеонадовичем Тол-
стым занялся разработкой новых сортов
булата для изготовления стволов автома-
тов Калашникова с целью повышения их
живучести. Некоторые образцы булатных
стволов на испытаниях выдержали по
миллиону выстрелов, что во много раз
превышает обычную стойкость. Понятно,
что для целей производства столь массо-
вого оружия обычные булатные слитки
весом в несколько килограммов не подхо-
дили, поэтому Басов и Толстой проводи-
ли опытные плавки с получением слитков
весом до двухсот килограммов. Несмотря
на достигнутые успехи булат в промыш-
ленное производство не пошел. Для его
масштабной выплавки требовалось пол-
ностью перестроить металлургическое
производство завода, а средств на это не
нашлось.
После закрытия проекта в Ижевске Ба-
сов принял предложение о сотрудничестве
С.В. Бутова — руководителя московской
фирмы «Русские Палаты», занимающейся
Булат Пендрея
производством художественного холодно-
го оружия. Бутов нашел его буквально... на
кладбище, где даже зимой ночевал Басов,
которому не нашлось места для ночлега ни
в городе, ни на режимном заводе. В Мос-
кве этот действительно самоотверженный
исследователь проработал несколько лет
вместе с Толстым, выплавляя булат и учас-
твуя в выставках «Клинок». На последней в
его жизни выставке в Центральном Доме
художников в один из дней в буфете за од-
ним столом, как бы случайно, собрались
почти все российские кузнецы-оружейни-
ки, занимающиеся исследованиями була-
та. Басов произнес воодушевленную речь
о кузнечном искусстве, а в завершении ее
торжественно пожал мне руку. У всех было
ощущение, что он прощался.
Можно еще долго рассказывать о
столь необычном человеке, о его не-
простой жизни и работе, но здесь укажу
лишь на ведущую роль В.И. Басова в раз-
витии современного оружейного дела в
России. Он был лидером. Когда сверкает
молния, всегда есть огненная искра, кото-
рая первой пролетает от облаков к земле,
оставляя за собой канал ионизированного
воздуха и тем самым прокладывая путь
другим. Мощность самой искры невели-
ка, ей трудно продвигаться через инерт-
ную среду, поэтому путь ее извилист, но за
ней идет основная масса заряда, расщеп-
ляющего скалы и зажигающего деревья.
Такова сущность лидера. Другими слова-
ми. Басов был генератором, заряжающих
другим своей энергией, поэтому не столь
важно, взял тот или иной мастер у Басо-
ва какой-то конкретный рецепт или нет, и
даже был ли он с ним лично знаком. Глав-
ное то, что, когда пришло время, в совре-
менной России через него было создано
поле идеи булата, в котором она может
дальше и развиваться, и воплощаться. В
этом его отличие от Александра Зубкова,
который не хуже, а может быть, и лучше
Басова, понимая суть булатных техноло-
гий, все же не зажег других своим вполне
реальным знанием. Как говорил Екклези-
аст, есть время для всякой вещи. Вероят-
но, стабильное советское время не годи-
лось для возрождения и развития идеи
булата.
На прощальной встрече с Басовым
присутствовал также исследователь из
Санкт-Петербурга со звучной фамилией
Аносов. Однофамилец Павла Петровича
занимался получением металла с булат-
ной структурой путем спекания в твердом
состоянии смеси стружки разных сортов
стали, в том числе и нержавеющей. По-
лученную на токарном станке стружку он
отжигал в восстановительной среде для
очистки поверхности от оксидов, прес-
совал для уплотнения, а затем спекал при
высокой температуре. После расковки по-
лученных таким образом брикетов плас-
тины имели структуру и узоры, очень по-
хожие на булатные.
В конце 1980-х гг. технологию это-
го типа для получения булатообразных
структур использовал московский уче-
ный Сергей Викторович Бондарь. Начинал
он со спекания и дальнейшей экструзии
умышленно плохо перемешанной смеси
мелких (в поперечнике несколько деся-
тых долей миллиметра) порошков разных
сталей, например, чисто углеродистой У8
и высокохромистой Х12МФ. Однако узор,
как и следовало ожидать, получался мел-
кий и лишь строчечного типа, соответству-
ющий древнему шаму не очень высокого
качества. Позднее исследователь приме-
нил в исходной смеси вместе с округлыми
и частицы металла в виде тонких длинных
чешуек, получаемых также и распылени-
ем жидкого металла. Узоры получались
более сложными, а качество металла по-
вышенным.
Эти способы по техническому призна-
ку нельзя прямо отнести к способам полу-
чения булата, но получаемые внутренние
структуры очень близки к классическому
булату по своей идее и весьма далеки от
столь же классической дамасской стали,
несмотря на схожесть принципа техноло-
гии получения путем соединения в твер-
дом состоянии частиц металла резко раз-
ного химического состава.
451
Леонид Архангельский
Иранский кинжал «Джамбия»
из коллекции М. В. Лифшица
Воодушевившись идеей, я решил по-
лучить схожим методом полный аналог
литого булата. Для этого я смешал токар-
ную стружку чугуна и мелкий железный
порошок в пропорции, соответствующей
среднему химическому составу смеси в
1,5 % С, т.е. классическому булату. Затем
эту смесь спрессовал и проковал в горя-
чем состоянии без доступа воздуха так, что
получился монолитный брусок металла.
Частицы отбеленного чугуна образовали
яркие прочные волокна, а прилегающая к
чугунным частицам науглероженная зона
порошка образовала стальной темный
фон, или грунт, а третий оттенок узора
дало оставшееся чистое железо. При же-
лании такой металл можно подвергнуть
длительному выравнивающему отжигу, и
тогда его структура будет полностью не-
отличима от старинного булата высших
сортов. К такому же результату приведет и
простая замена железного порошка сталь-
ным, а фасонная ковка позволит получить
любые булатные узоры. Внутренняя схо-
жесть идей важнее различий чисто техно-
логических...
Понятно, что исследованиями булата
занимались не только в России. В 1980 г.
профессор Стенфордского университета
Олег Дмитриевич Щерби, - потомок рус-
ского эмигранта Щербины при исследова-
нии сверхпластичности высокоуглеродис-
той (1,5-2,0 % С) стали получил металл,
зерно которого было в 200 раз меньше
обычного. Когда ему сказали, что он полу-
чил булат, Щерби очень удивился и поп-
росил: «Объясните, ради Бога, что такое
булат?!» Он и понятия не имел о том, что
сверхпластичные стали имеют какое-то от-
ношение к оружейникам средневековья.
Разработанный Олегом Щерби и
Джефри Уотсфордом способ заключается
в непрерывной прокатке высокоуглеро-
дистой стали с первоначально развитой
цементитной сеткой в интервале темпера-
тур 1120-650 °C с последующей выдержкой
при этой температуре в процессе обработ-
ки. Первоначальная грубая цементитная
сетка превращается в результате такой об-
работки во множество сверхмелких частиц
карбидов, выделяющихся по границам
зерен и препятствующих их росту. Металл
с такой структурой не только становится
сверхпластичным при ковке с умеренным
нагревом, но и отличается очень высокой
вязкостью при обычной, «комнатной» тем-
пературе. Щерби установил, что такая чис-
то углеродистая сталь может превосходить
по прочности даже специальные высоко-
легированные сплавы.
Он заинтересовался и старинными ме-
тодами производства литого узорчатого
композита. О. Щерби принадлежит честь
научной реконструкции вутц-процесса,
чего никому до него не удавалось сделать.
По его мнению, суть процесса - в плав-
лении дробленой неполностью спеченой
мелкозернистой крицы в тигле с древес-
ным углем. В Иране вместо толченой кри-
цы применяли старые мелкие подковные
гвозди, что сотни лет спустя делал и куз-
нец А. Зубков. Хотя это давно известно,
Щерби указал на важное обстоятельство,
обеспечивающее получение слитка высо-
кого качества, — температуру в печи необ-
ходимо поддерживать на уровне 1200 °C
- температуры плавления чугуна.
Исходя из собственного опыта, ска-
жу — такая температура все же маловата.
Вязкие шлаки не могут всплыть и слиток
получается загрязненным. Лишь нагрев
до температуры около 1350 °C позволяет
получить бездефектный слиток. В таком
случае по мере науглероживания металла
образуется и постепенно накапливается
легкоплавкий чугун, зерна превращаются
в стальные и, растворяясь с поверхности,
уменьшаются в размерах. Так образуется
мелкопористая стальная крица, пропи-
танная чугуном. Когда чугун заполнял все
поры, образуя плотный слиток без рако-
вин, а оставшийся уголь всплывал на по-
верхность шлака, и поглощение углерода
металлом прекращалось. Известно, что
плавильщики прекращали плавку лишь,
когда из печи (тигля) начинали доносить-
ся «хлюпающие» звуки, свидетельствую-
щие об активном кипении уже плотного,
но еще полужидкого расплава.
Еще два американца, Альфред Пенд-
рей и Роберт Джоб, в 1982 г. изготовили
тигельный булат или, как они сами гово-
рят, «вутц». А. Пендрей, ставший прези-
дентом гильдии американских оружейни-
ков, более-менее регулярно изготовляет
на продажу холодное оружие из литой
узорчатой стали и в соавторстве с Полем
Верховеном публикует статьи о «настоя-
щей» дамасской стали. Несомненная за-
слуга этих исследователей в том, что они
тщательно разработали, обосновали и
активно пропагандировали практический
метод получения булата с дендритно-кар-
бидным узором.
152
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Многочисленные опытные плавки, про-
веденные П. Верховеном и А. Пендреем, а
также сравнение результатов тщательной
ручной ковки разных образцов, привели
к выводу о первостепенной роли легиро-
вания ванадием высокоуглеродистой ста-
ли. По их утверждению, даже несколько
тысячных долей процента ванадия спо-
собствуют получению узоров и лишь дли-
тельный отжиг при температуре в 1200 °C,
когда растворяются и стойкие карбиды,
безвозвратно уничтожает узор. Основой
успеха полагается многократное, до 100
раз, термоциклирование поковки при не-
большом модифицирующем количестве
стойких карбидов ванадия. Дополнитель-
но применяется и длительный отжиг слитка
перед ковкой при температуре до 1100 °C,
во время которого растворяются первич-
ные грубые частицы цементита (притом
что стойкие специальные карбиды остают-
ся на своих местах в междендритной зоне).
Последующие переотложения цементита
в зоне скопления микрочастиц карбида
ванадия при многократных циклах нагрев-
охлаждение обеспечивают формирование
слоисто-волокнистой структуры с шаро-
видными мелкими карбидами, что, собс-
твенно, и обеспечивает хорошее качество
получаемого металла. Но важно, что резкая
неоднородность структуры, проявляющая-
ся в виде красивого узора, формируется
лишь в конце ковки, а в основном происхо-
дит термомеханическая обработка практи-
чески однородного металла. (В следующей
главе поясню, почему это обстоятельство
так важно учитывать.)
Роль целенаправленного легирова-
ния булата при выплавке и термомеха-
нической обработке булата кремнием и
карбидообразующими элементами обос-
новали советские ученые В.П. Борзунов и
В.А. Щербаков в монографии «Булатная
сталь». Ничтожным тиражом (500 экз.)
в 1996 г.у ее опубликовал Московский
институт стали и сплавов, профессором
которого являлся В.А. Щербаков. Авторы
монографии в конце 1980-х гг. изготовили
высокоуглеродистую (1,8~2,4 %) узорча-
тую сталь самого высокого качества. Она
обладала всеми достоинствами «настоя-
щего» булата: аномальной прочностью,
твердостью, высокой плотностью и, что
особенно характерно, необычайно чис-
тым и долгим звоном.
Известно, что в старину звон считали
одним из главных, определяющих при-
знаков качества булатного клинка: если
по свободно висящему клинку высшего
качества несильно ударить, то раздастся
чистый, высокий и необыкновенно долгий
звон. Плоская пластина «щербаковского»
булата толщиной 6 мм, шириной 50 мм и
длиной 300 мм после единственного и не-
сильного удара звенела полторы минуты!
Для сравнения — «просто хороший» кли-
нок звенит около 15 с, как и железнодо-
рожный рельс или крестьянская коса.
Надо сказать, что, когда на междуна-
родном семинаре Владимир Борзунов
перед началом своего доклада слегка кос-
нулся пластины своего булата обычным
замочным ключом и пластина «запела»,
издавая чистым звоном, именно звон бу-
лата произвел некий переворот в моем
отношении к узорчатой стали. К этому
времени я уже несколько лет занимал-
ся исследованиями булата и считал, что,
если не все, то главное о булате уже понял:
композиционное армирование, микропи-
ла на лезвии, мелкозернистая структура —
вот и все тайны булата. Звон я также слы-
шал и раньше, но подобный звук, который
оставаясь на одной ноте, длился, длился,
длился — много дольше, чем полагается,
аномалия. Это, если угодно, чудо. В рас-
сказе А. Грина «Блистающий мир» есть
описание схожего сильного впечатления:
«так мчался он, совершив круг, затем,
пробежав обыкновенным манером не-
которое расстояние, резко поднялся на
высоту роста и замер, остановился в воз-
духе, как на незримом столбе. Он пробыл
в таком положении лишь едва дольше ес-
тественной задержки - на пустяки, может
быть треть секунды, — но на весах общего
внимания это отозвалось падением тяж-
кой гири против золотника». А поразив-
ший меня аномальный звон булата длился
дольше не на треть секунды... Дальнейший
краткий доклад я слушал уже очень вни-
мательно. И вышедшую через несколько
лет монографию В.П. Борзунова и В.А.
Щербакова читал долго и внимательно.
Конкретного содержания технологии,
по которой они получали слитки для про-
изводства булата, эти ученые не раскрыли
453
Леонид Архангельский
и уже не раскроют, потому что В.А. Щер-
баков уже умер, а В.П. Борзунов оставил
науку и служит священником в Русской
Православной Церкви. Думаю, что кон-
кретный способ производства этими ис-
следователями булатных слитков не так
важен, как разработанное ими научное
обоснование методов рационального ле-
гирования и «маятниковой» ковки булата.
И, что еще более важно, введение поня-
тия о «пограничном слое» в булате, нали-
чием которого и объясняются аномальные
Булаты Леонида Архангельского.
Вверху: 1.2% углерода, 0,5% молибдена. Внизу: 1%углерода, 13% хрома
свойства булата и всех узорчатых сталей
вообще. Но об этом — в конце книги.
Что же касается специфической ковки,
ведущей к резкому упрочнению металла,
эти ученые уже в сообщении, опубликован-
ном в1989г., пишут, что «...плоская лепешка
индийского вутца была в те времена единс-
твенно правильной формой представления
готового полупродукта, несмотря на столь
неоптимальную для ковки форму». По по-
воду целесообразности получения слитка
в виде лепешки можно сослаться и на опыт
Аносова и Н.И. Беляева. Последний полу-
чал коленчатый узор булата путем осадки
в плоскую лепешку предварительно про-
кованных вдоль оси слитков литой стали с
выраженной дендритной структурой. В ре-
зультате первичной протяжки металл при-
обретал волокнистое строение, а осадкой
исследователь добивался спутанности узо-
ра из-за взаимного наложения этих воло-
кон. Смысл ухищрений ясен — расковывать
металл не вдоль, а поперек границ волок-
но-матрица. На это обязательное условие
и указывали В.П. Борзунов с В.А. Щерба-
ковь м, приводя в пример форму лепешки
индийского «вутца».
Еще ничего толком не зная об экзоти-
ческих старинных технологиях и опираясь
лишь на полученные во время обучения в
МГТУ им. Баумана знания, в 1986 г. я начал
собственные исследования «тайн булата» с
попь ток получения литой узорчатой стали
простым и незатейливым способом замед-
ленной кристаллизации перегретого высо-
коуглеродистого расплава. В этих опытах
изменение режимов выплавки, размеров
и фсомы слитков дало возможность полу-
чить разнообразные узоры ликвационно-
го булата — от линейного строчечного до
сетчатого и коленчатого. Как и следовало
ожидать, зачастую разнообразие узоров
обеспечивалось подбором режимов ков-
ки. Металл слитка, осаженного на торец,
имел гораздо более замысловатые узо-
ры, '-•ем в слитке, раскованном вдоль оси.
Очень сильно влияло содержание углеро-
да и других легирующих элементов, но в
то время я считал наилучшим булат с 2,2 %
углерода, 1 % хрома и 2 % вольфрама.
Интересные результаты дали опыты по
сплавлению в тигле чистой железной ока-
линь с порошком графита, а также сов-
местная плавка чугуна, мелких гвоздей и
стружки легированной инструментальной
стали. По разным причинам, но ни двух-
фазные, ни традиционные ликвационные
методы получения узорчатой стали в те
времена не вызывали у меня особого ин-
тереса, поэтому я надолго увлекся свароч-
ным Дамаском и высокотехнологичными
способами производства экзотических
узорчатых композитов.
После довольно долгого перерыва,
вызванного увлечением сложным сва-
рочным Дамаском и высокотехнологич-
ными способами производства узорчатых
композитов, я вновь вернулся к булат-
ной технологии. Для этой цели приобрел
электоическую печь сопротивления с про-
граммным управлением, развивающую
температуру 1650 °C. После ряда экспери-
ментальных плавок я остановился на по-
лучении развитой дендритной структуры
слитка путем управляемой замедленной
кристаллизации перегретого расплава
стандартных сталей со скоростью охлажде-
ния 0,5~1,0 °С/мин. Я переплавлял в кера-
мических тиглях различные сорта легиро-
ванных инструментальных сталей - 12X1,
Х12МФ, 95X18, ХВГ и др., а также их смеси
154
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
в разных долях. Используя в качестве ос-
новы углеродистые стали от У10 до У16, в
экспериментальных целях добавлял к ним
ферросплавы ванадия, молибдена, воль-
фрама, марганца, а также присадки плати-
ны, серебра и фосфора. В качестве флюса
применял толченое стекло. Вес слитков оп-
ределялся размерами тигля и составлял от
300 г до 3 кг. Слитки получались плотные,
без усадочной раковины, с ярко выражен-
ным дендритным строением, которое про-
являлось и на головной части слитка, и на
его боковой поверхности.
Для получения из экзотических видов
узорчатого металла проводил и двухфаз-
ные плавки — благо электронное оборудо-
вание позволяло контролировать степень
и продолжительность нагрева. Например,
из чугуна и пучка тонкой железной прово-
локи, вертикально расположенной в тигле,
удалось выплавить классический фаранд
со средним содержанием углерода около
1,5 %. Нагрев проводили всего лишь до
1300 °C, флюс не добавляли, поскольку ти-
гель был плотно закрыт и окисления почти
не происходило. Тонкие оксидные пленки
восстановились углеродом расплавлен-
ного чугуна. Отсутствие вязких шлаков
позволило получить плотный слиток. Не-
смотря на высокое содержание углерода и
строго параллельную волокнистость, этот
металл довольно легко расковался в тон-
кие прутки. Мне пришла в голову мысль
туго закрутить эти пртуки и расковать в
пластины. Затем обычной кузнечной свар-
кой из пакета этих пластин был изготовлен
кинжальный клинок с оригинальным зер-
нистым узором.
Эксперименты по совместной плав-
ке чугуна и малоуглеродистого металла в
виде проволоки, гвоздей, железной дроби
и стружки только укрепили уверенность
в том, что классический фаранд — это
весьма архаичный металл, хотя иногда и
с красивой, но излишне грубой для обес-
печения приемлемых режущих свойств
структурой. Ее измельчение требует либо
повторной переплавки слитков, подобно
«китайскому железу», либо переработ-
ки крупноузорчатого металла методами
кузнечной сварки, т.е. с использованием
европейских методов рафинирования.
Можно также пойти по пути использова-
ния изначально измельченного малоугле-
родистого сырья, что весьма трудоемко. В
этом случае мне показалось разумнее пе-
рейти к уже разработанной порошковой
Слиток «фаранда
технологии, рассмотренной ранее. Рас-
плавления металла при спекании в газос-
тате или компактировании при экструзии
не происходило, но это отличие от литого
булата или фаранда не принципиально.
Недавно я познакомился с работами
исследователя из Тверской области Ивана
Кирпичева. Он считает, что дендритные
разновидности булата — это довольно
поздний вариант, изначально техноло-
гия была намного проще. В то же время и
двухфазный фаранд, получаемый плав-
кой чугуна и железа, ему не очень интере-
сен. Наибольший интерес у него вызывает
древний вутц-процесс. В некоторых об-
разцах ему удалось получить структуру, в
которой высокоуглеродистые, иногда чу-
гунные, мелкие включения окружены ма-
лоуглеродистым металлом, а не наоборот,
как в фаранде, — тот самый вариант двух-
фазной пористой пропитанной чугуном
крицы из мелких спеченных зерен мало-
углеродистого металла. Интересно, что в
некоторых его образцах светлый сетчатый
узор образован не карбидами или даже
малоуглеродистым металлом, а остаточ-
ным аустенитом. Он пока не раскрывает
подробностей своих технологий.
На основании своих опытов я пришел
к выводу, что исследователи прошлого
очень во многом были правы. Действи-
тельно, был прав Аносов, когда говорил,
что булат всегда лучше, чем сталь, из ко-
торой он получен. Прав был и Н.И. Беляев,
утверждая, что легированный булат лучше
чисто углеродистого. Но больше всех прав
апостол Павел, сказавший, что «тот, кто
думает о себе, что он что-то знает, еще ни-
чего не знает так, как должно».
Я и не претендую... Понятно, что мои
собственные исследования — это нечто
вроде детской забавы по сравнению с
достижениями металлургической науки.
В последние десятилетия для нужд аэро-
космической промышленности были раз-
работаны промышленные, высокопроиз-
водительные способы выплавки слитков с
резко неоднородной структурой на основе
направленной кристаллизации однород-
ного расплава. Учитывая, что кристаллы
растут в направлении, обратном отводу
тепла, в современных литейных установ-
ках для направленной кристаллизации
организовано охлаждение нижней части
слитка и подогрев верхней. В результа-
те организован рост кристаллов «снизу-
вверх». Перемещение фронта кристал-
лизации осуществляется несколькими
методами, по одному из них, так называе-
мому методу «отключения нагревателей»,
подогрев литейных форм, в которые за-
ливают расплав, обеспечивается много-
секционным нагревателем, а охлаждение
нижней части форм — водоохлаждаемым
медным теплообменником. Расплав за-
ливается прямо на него. Перемещение
фронта кристаллизации достигается пос-
ледовательным отключением нагрева-
тельных секций при неподвижной форме.
Структура слитка в итоге представляет со-
455
в
Леонид Архангельский
Клинок из «проволочного» фаранда
бой «пучок» длинных, параллельно рас-
положенных кристаллов.
Более совершенная структура слитка
формируется при использовании для вы-
плавки булата метода высокоскоростной
направленной кристаллизации. Суть его в
том, что литейная форма с залитым в нее
расплавом постепенно опускается в водо-
охлаждаемый холодильник. Для придания
кристаллам нужного поперечного сечения
используется металлическая затравка, ко-
торую перед заливкой расплава кладут на
дно литейной формы. Затравка, как пра-
вило, круглой формы и имеет рельефную
поверхность. На этом-то рельефе и начи-
нают расти кристаллы, формируя задан-
ное строение слитка как в продольном,
так и в поперечном направлении. Кроме
видимого глазом узора затравка передает
металлу и заданную кристаллографичес-
кую ориентацию, т.е. даже кристалличес-
кая решетка может располагаться в слитке
наилучшим образом. Для формирования
крупноволокнистой структуры слитка ис-
пользуют не только металлические затрав-
ки, но и искусственно созданный рельеф
дна самой литейной формы. Используя
метод направленной кристаллизации,
возможно получить любой, самый слож-
ный булатный узор.
По мере развития науки стало понят-
ным, что выражение «однородная сталь»
по смыслу несколько напоминает известное
выражение «горячий лед», поскольку клин-
ковые стали в принципе неоднородны и в
исходном состоянии всегда представляют
собой смесь двух фаз — железа и его кар-
бидов. Начало этому пониманию положил
сам Аносов, когда начал первым в мире
исследовать отполированные шлифы под
микроскопом. Он писал, что «...узоры неко-
торых булатов настолько мелки, что с тру-
дом различаются под микроскопом». Нужно
помнить, что четкой, раз и навсегда задан-
ной границы между сталью обычной и ста-
лью булатной не существует, т.к. они плавно
переходят друг в друга, так же плавно изме-
няя свои свойства. Как описал Аль-Бируни,
неоднородность высоко ценимого фаранда
вполне устраивала восточных оружейни-
ков древности. Несмотря на то, что им уже
была известна полностью расплавленная
сталь «первого сорта», мечи они предпочи-
тали ковать все же из узорчатого фаранда, а
однородную сталь пускали на напильники,
так как клинки из узорчатого металла, полу-
ченного литьем или кузнечной сваркой, как
правило превосходили по боевым свойс-
твам клинки, откованные из стали того же
химического состава, но безузорчатой.
Варианты неудачи
156
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Булаты работы современных российских исследователей:
- Ивана Кирпичева (Тверь)
- Владислава Данелюка (Швеция)
- Ильи Куликова (Ярославль)
- Игоря Пампухи (Москва)
- Сергея Лунева (Москва)
- Игоря Толстого (Москва)
- Юрия Саркисяна (Санкт/Петербург)
15?
Леонид Архангельский
СТАЛЬ, КОТОРАЯ КРЕПЧЕ... САМОЙ СЕБЯ
ассовое сознание настолько
пропитано мифами о була-
I Ж / Й те' что еще Аесять лет назад
I российские обыватели лю-
Л V «Й» бым узорчатым ножом тут
же начинали рубить гвозди или пытались
согнуть его дугой. Это ожидание сверхъ-
естественных свойств очень живуче, пос-
кольку мифы популярны во многом по-
тому, что имеют под собой хотя и сильно
искаженное заблуждениями, но вполне
реальное основание.
Действительно, еще П.П. Аносов от-
мечал, что «...под словом «булат» каждый
россиянин понимает сталь, более крепкую
и острую, чем обычная». Однако не всякий
узорчатый металл - булат, обладающий
свойствами сверхстали. Плохо прокован-
ное и неграмотно изготовленное узорча-
тое оружие, по словам знатоков прошло-
го, «...не имеет других достоинств, кроме
узора». И сегодня неопытный любитель
может купить по немалой цене нож, узор-
чатый клинок которого по режущим свойс-
твам не лучше, чем обычный стальной.
Прочностные характеристики узорча-
того металла в основном определяются
средним содержанием углерода. Как и в
обычных сталях, прочность и твердость
булата возрастает с повышением содер-
жания углерода и других легирующих
элементов. Очевидно, что если в свароч-
ном Дамаске или литом булате будет, на-
пример, только 0,3 % углерода, ожидать
от него твердости напильника не прихо-
дится при любой, самой хитрой ковке и
закалке.
В старину, при отсутствии точных при-
боров, определение качества металла и, в
конечном итоге, выбор клинка проводили
по внешнему виду узора на его отполи-
рованной и протравленной поверхности.
В узоре помимо цвета и формы обраща-
ли внимание на величину его фрагмен-
тов - толщину и длину линий и завитков,
интервал между этими линиями и т.д. По
этим признакам можно довольно точно
определить как химический состав ком-
понентов композита, так и их процентное
соотношение в общем объеме металла.
Ясно, что чем больший объем зани-
мают прочные, высокоуглеродистые во-
локна или слои, тем прочнее и тверже
весь композит. И наоборот, чем больше
железа содержится в композите, тем мяг-
че и эластичнее он будет. Цвет фрагмен-
тов узора свидетельствует о химическом
составе волокон и матрицы. Наиболее
ценились сорта металла с контрастным
узором. Одним из самых ценимых был
сорт литого булата «кара-табан», т.е.
«черный блестящий», у которого на чер-
ном фоне выделялись ярко белые ли-
нии узора. Другой высокоценимый сорт
булата «салман» имел настолько резкую
структурную неоднородность, что узор
проявлялся сразу после полировки, даже
без дополнительного протравливания.
Первым следствием резкой разницы
химического состава матрицы и слоев-
волокон является то, что они по-разному
расширяются при нагреве и охлаждении
как в процессе ковки, так и при закалке.
Более высокоуглеродистые слои при за-
калке увеличивают свой объем больше,
чем матрица, поэтому в прочных слоях
возникают сжимающие, сдавливающие
напряжения, препятствующие возник-
новению и развитию микротрещин,
приводящих к разрыву металла. Разру-
шающие растягивающие напряжения
могут возникнуть только после того, как
компенсируются, исчезнут сжимающие
напряжения. Увеличение же сжимаю-
щих напряжений не ст оль опасно для
клинка, поскольку прочность стали при
сжатии в три раза больше, чем при рас-
тяжении.
Повышение прочности и упругости
металла вследствие этого очень значи-
тельно. Так, например, создание сильных
сжимающих напряжений на поверхности
рессор повышает срок их службы в шесть
раз! Если рассматривать прочные слои-
волокна как многочисленные тоненькие
рессоры и пружины, то станет очевидной
польза резкого различия химического
состава прочных слоев и матрицы. Таким
образом, при закалке композита с резкой
неоднородностью вследствие неодина-
ковых объемных изменений структурных
составляющих происходит дополнитель-
ное (и значительное!) увеличение про-
чности металла клинка.
Определение состава и степени неод-
нородности булата или Дамаска по узо-
ру - самый простой, понятный даже не
знатоку металлообработки, и обычный
способ определения качества металла.
Обычный потому, что не учитывает особо-
го влияния вида узора на характер упроч-
нения булата, свойства которого далеко
гоонииа
Дислокации в кристаллической решетке
158
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Булаты с разными объемными долями прочных волокон
не полностью определяются его составом.
Если современной промышленной супер-
стали придать узорчатость и грамотно ее
обработать, она «превзойдет по прочнос-
ти себя». Причина этого превосходства за-
ключается главным образом в процессах,
происходящих при «маятниковой» ковке
металла с резко неоднородной композит-
ной структурой.
Как ни грустно и скучно неспециалисту
это читать, но без хотя бы краткого и уп-
рощенного рассмотрения строения стали
на атомном уровне не обойтись и секре-
ты булата не понять. Так вот, атомы рас-
положены в металлах в геометрически
правильном порядке, образуя кристалли-
ческую решетку, но реальный кристалл, в
отличие от идеального, имеет различные
структурные несовершенства. Прочность
идеального металла, совсем не имеющего
дефектов-дислокаций, в тысячу раз пре-
вышает прочность реального металла. С
увеличением в металле количества дис-
локаций прочность его сначала резко по-
нижается, а затем начинает быстро расти,
хотя и не достигает показателей идеаль-
ного металла.
В сильно деформированном, упроч-
ненном холодным наклепом металле плот-
ность дислокаций в миллион раз больше,
чем в отожженом и недеформированном,
поэтому и прочность его намного выше.
Упрочнение в результате ковки еще более
заметно в узорчатых сталях разных сор-
тов. Конкретные причины этого наиболее
наглядно проявляются в дамасках — сло-
истых металлах, полученных сваркой
пластин разного химического состава.
При исследовании подобных компози-
ционных материалов оказалось, что про-
чность нескольких соединенных диффу-
зионной сваркой пластин заметно больше,
чем простая сумма прочностей каждой из
них. Это объясняется образованием на
стыке слоев стали и железа насыщенной
дислокациями пограничной упрочненной
зоны с сильно искаженной кристалличес-
кой решеткой металла. Возникает и раз-
вивается это дополнительное упрочнение
металла в процессе ковки композита с
интенсивной пластической деформацией
высокоуглеродистых слоев-волокон и ме-
нее прочных прослоек матрицы.
Пластическая деформация происходит
в результате перемещения дислокаций,
которые приблизительно можно предста-
вить как микроскопические псевдотрещи-
ны. В мягком металле они перемещаются
довольно легко, не встречая препятствий.
Но, дойдя до границы «волокно - матри-
ца», дислокация как бы втыкается в про-
чный слой, встречая здесь сразу массу
препятствий в виде атомов легирующих
элементов, нерастворенных карбидов, а
также множества ранее застрявших у это-
го барьера других дислокаций. Стальной
высокоуглеродистый слой потому и про-
чный, что дислокации в нем перемеща-
ются с трудом. Происходит торможение
и накопление дислокаций в пограничном
слое, который служит своеобразным акку-
мулятором искажений. Рентгеноструктур-
ные исследования показали, что в «изу-
родованной» кристаллической решетке
металла узорчатых клинков отсутствуют
целые группы атомов, а дислокации сво-
рачиваются в плотные клубки.
Для наглядности можно представить
поверхности раздела двух фаз (слоев,
волокон) как дополнительные тонкие, но
прочные слои, и чем больше пластин или
волокон в металле клинка, тем больше
возрастает прочность. Действительно, при
соединении двух пластин возникает толь-
ко один упрочняющий пограничный слой,
а при соединении 1001 пластины — уже
1000 дополнительно упрочняющих металл
слоев. Следовательно, чем тоньше слои
или волокна композита при неизменном
соотношении толщин «волокно/матри-
ца», тем больше относительный объем
дополнительных слоев и тем прочнее ме-
талл в целом. Резкая неоднородность и
четкость границ слоев способствует фор-
мированию пограничного слоя.
В былые времена даже знатоки не име-
ли точных сведений об атомном строении
159
Леонид Архангельский
Возможности клинка из современной дамасской стали
металла, но опытным путем они безоши-
бочно определили тесную связь узоров и
прочности. По мнению древних, обяза-
тельным признаком высших сортов узор-
чатых сталей являлся сложный, спутан-
ный узор. Действительно, в низкосортных
булатах и дамасках с полосатым узором
дислокации движутся вдоль слоев или
волокон, не пересекая их границ и, следо-
вательно, не накапливаясь в пограничном
слое. Нет накопления — нет упрочнения.
В булатах высших сортов значительная
часть прочных волокон располагалась под
углом к оси исходной, недеформирован-
ной заготовки. Последующей ковкой при
невысоких температурах большие объ-
емы металла растягивались поперек гра-
ниц волокно-матрица, что приводило к
быстрому формированию развитого пог-
раничного слоя и эффективному накопле-
нию дислокаций. Таким образом, в зонах
металла со сложным узором образовыва-
лись своеобразные «карманы», ловушки
искажений - участки с практически пол-
ностью разрушенной клубками дислока-
ций кристаллической структурой. Видимо,
не зря коленчатый тип узора булата назы-
вают лабиринтной структурой.
Понимающие суть процесса мастера
для формирования подобной структуры
(узора), обеспечивающей деформацию
металла под углом к границам слоев,
бруски сварочного Дамаска либо туго за-
кручивают и проковывают, поступая так
несколько раз, либо насекают поверх-
ность заготовки клинка, перемешивая по-
верхностные, самые нагруженные слои. В
древности это широко распространенное
формирование сложных узоров на сва-
рочном Дамаске преследовало цель за-
действовать механизм упрочнения, общих
для всех неоднородных металлов, всего
лишь придать ему внешний вид ценного
булата для обмана покупателя, как иногда
пишут.
Наличие дополнительных особоп-
рочных пограничных слоев хотя и глав-
ная, но не единственная причина высоких
свойств узорчатой стали. Резкие границы
слоев - весьма труднопроходимые пре-
пятствия для роста зерна металла, поэ-
тому размер зерна почти всегда меньше,
чем толщина слоя. При уменьшении тол-
щины слоев узорчатого металла его зерна
как бы перетираются, дробятся, как между
жерновами, в виде стыков слоев. Размер
зерна сначала уменьшается до самого
мелкого, встречающегося в обычной ста-
ли, а затем, когда размер зерна становит-
ся соизмеримым с толщиной слоя, зерну
становится «тесно» в границах слоя, и оно
дробится на субзерна. Для достижения та-
кой толщины слоя достаточно «набрать»
десяток тысяч слоев в клинке с гаранти-
рованным обеспечением максимальной
величины зерна менее 1 мкм.
При дальнейшем уменьшении толщи-
ны слоев вроде бы должны начать дро-
биться сами субзерна, чей размер около
0,1 мкм, с последующим полным разруше-
нием кристаллического строения металла.
Однако есть несколько обстоятельств,
меняющих эту идеальную картину, иначе,
если мысленно продлить процесс до сотен
миллионов и миллиардов слоев, можно
представить и расщепление атомов таким
же образом! Но из-за диффузии углерода
железо в Дамаске постепенно превращает-
ся в сталь, а границы слоев размываются.
При неразумном наращивании количес-
тва слоев с многочисленными нагревами
до высоких температур происходит (если
не принимать специальных мер) полное
выравнивание состава. Особыми мето-
дами типа вакуумного напыления можно
добиться толщины слоя в несколько сотен
атомных радиусов, однако на древний Да-
маск такой материал будет походить, как
самолет на птицу.
На сохранность слоев с четкими гра-
ницами сильно влияет химический состав
металла, поэтому отмеченные «специаль-
ные меры» заключаются и в рациональ-
ном легировании. Карбидообразующие
элементы, такие как вольфрам, ванадий,
молибден и, в меньшей степени, хром,
связывают углерод в стальных слоях, тем
самым уменьшая его подвижность. При
этом кремний, наоборот, стремится как
бы вытеснить углерод из металла, сам ос-
таваясь на месте.
Для проверки влияния легирующих
элементов на сохранность слоев мето-
дом прокатки в вакууме был сварен экс-
периментальный Дамаск, состоящий из
пластин железа и высоковольфрамистой
быстрорежущей стали (9 % W). Оказа-
лось, что такой Дамаск имел очень резкие
границы слоев даже при толщине каждого
слоя в несколько микрометров. Другой,
также сваренный в вакууме, но состоящий
из мягкого железа и пружинной стали с 0,
6% углерода и 2 % кремния композит хотя
и имел при травлении довольно четкие
узоры на поверхности, но по результатам
микроскопического исследования образ-
ца уже при толщине слоев 0,1 мм распре-
деление углерода по сечению образца
было практически равномерным. Разная
травимость видимых слоев объясняет-
ся лишь малой подвижностью кремния,
сохранившего высокую концентрацию в
местах стальных пластин.
160
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
Отсюда следует практический вывод,
что для сохранения резкой неоднороднос-
ти булата его нужно дополнительно леги-
ровать карбидообразующими элемента-
ми, которые войдут в состав цементита
прочного волокна, и кремнием, который
равномерно распределится в матрице,
препятствуя оттоку углерода из прочных
волокон. В сварочных дамасках в качес-
тве более пластичной матрицы с той же
целью целесообразно также использовать
кремнистые пружинные стали, а в про-
чные слои закладывать хромованадиевые
и вольфрамсодержащие инструменталь-
ные стали.
Не только в многослойном Дамаске, но
и в булате зерно очень мелкое, поскольку
при грамотной ковке неоднородного ме-
талла проходит хорошо изученный про-
цесс — полигонизация, которую условно
можно представить как дробление глы-
бы гранита в песок. Подобно этой глыбе
первоначально крупное зерно металла
распадается на округлые субзерна с мало-
искаженной кристаллической решеткой,
поэтому размер зерна в любой грамотно
прокованной узорчатой стали в десятки и
сотни раз меньше, чем в обычной стали.
Границы зерен в металловедении рас-
сматриваются как искажения структуры, в
этой связи измельчение зерна приводит
к резкому росту плотности дислокаций и
вакансий, а следовательно, и к дополни-
Сварочный шов при сварке: углеродистой (а) и быстрорежущей (б) стали
тельному упрочнению металла. Что осо-
бенно ценно, упрочнение в результате
измельчения зерна происходит не только
без снижения вязкости, но даже с ее за-
метным повышением.
Высокая вязкость узорчатых сталей от-
части объясняется еще и тем, что структура
прочного волокна булатов (или дамасков
высшего сорта) представляет скопление
мелких карбидов округлой формы, обра-
зовавшихся в результате «маятниковой»
ковки при низкой температуре, требующей
частого подогрева быстро остывающей за-
готовки. Из исторических рекомендаций-
рецептов следует, что нагревать булат под
ковку нужно до «мясо-красного» цвета за-
готовки, т.е. до температуры около 800 °C,
а заканчивать — при «вишневом» цвете,
соответствующем 650 °C. При подогреве
частицы цементита растворяются лишь с
поверхности и их острые грани сглажи-
ваются. В остывающем металле цементит
вновь откладывался на оставшихся нерас-
творенных карбидах, служащих центра-
ми кристаллизации. После многократных
циклов подогрев—остывание частицы вто-
ричного цементита приобретают округлую
форму, способствующую повышению вяз-
кости и пластичности прочного волокна и
всего булата в целом.
В итоге, после грамотно проведенной
ковки структура литого булата состоит из
мелких округлых частиц цементита, рас-
пределенных в матрице, состоящей из
ультрамелких равноосных зерен. Причем
и прочное волокно от матрицы, и сами
зерна матрицы разделены почти некрис-
таллическими, полуаморфными участка-
ми с очень высокой плотностью дислока-
ций, что делает такую структуру похожей
на мокрый, пластичный песок, в котором
твердые округлые песчинки разделены
тонким слоем воды.
При изгибе клинка зерна металла как
бы скользят, поворачиваются как на шар-
нирах одно относительно другого в вязкой
среде межзеренного материала, не иска-
жая дополнительно его и без того иска-
женную кристаллическую решетку. Этим во
многом и объясняется очень высокая элас-
тичность булатных клинков, позволяющая
сгибать их дугой. Кроме того, коленчатый
узор способствует тому, что действию на-
грузки в первую очередь поддается вязкая
матрица, а упругодеформированное про-
чное волокно при снятии нагрузки возвра-
щает клинок в исходное состояние.
Добившийся подлинно выдающихся
результатов П.П. Аносов писал, что «...как
оказалось по моим опытам, правильно от-
кованный и закаленный шпажный клинок
из хорошего булата не может быть ни сло-
ман, ни согнут до такой степени, чтобы по-
терял упругость: при обыкновенном гну-
тье он выскакивает и сохраняет прежний
вид. А при усиленном, например, если
наступить на конец клинка ногой и загнуть
его под прямым углом, он не сломается, а
будучи выправлен, не потеряет прежней
упругости. При такой связи в частях булат-
ный клинок может быть тверже всякого
клинка, приготовленного из стали».
Другим следствием «маятниковой»
ковки булата является увеличение хими-
ческой неоднородности его структуры.
Известно, что при нагреве металла проис-
ходит диффузия углерода из зон с боль-
шой концентрацией в зоны с его меньшей
концентрацией. В булате, наоборот, вы-
сокая плотность дислокаций и других ис-
кажений в пограничном слое приводит к
разрыхлению атомной структуры металла
и атомы углерода как бы проваливаются
в щели кристаллической решетки желе-
за, накапливаясь в них. Приток углерода
к сильно разрыхленным пограничным
слоям вызывает специфический эффект,
когда диффузия направлена из зон с
меньшей концентрацией углерода в зоны,
изначально обогащенные им.
161
Леонид Архангельский
Микроструктура прочных волокон
литого булата
Сверхконцентрация углерода в наибо-
лее деформированных объемах приводит
ктому, что в процессе «маятниковой» ков-
ки с частыми подогревами в них возникает
и частично стабилизируется практически
аморфное строение металла. Это происхо-
дит потому, что при нагреве и охлаждении
происходит перестройка кристаллической
решетки гамма-железа в альфа-железо
и обратно. В момент перестройки металл
имеет некристаллическое, аморфное
строение, а сверхконцентрация углерода
и многочисленные дислокационные иска-
жения атомного строения частично «замо-
раживают» такое его состояние. Степень
аморфизации булата увеличивается при
каждом цикле нагрев—охлаждение, т.е.
после каждой такой перестройки накап-
ливается беспорядок.
Уместно вспомнить о «металличес-
ком стекле», получаемом при охлажде-
нии расплавленного металла со скоро-
стью около миллиона градусов в секунду
(106°С/с). При таких скоростях охлажде-
ния кристаллическая решетка не успевает
сформироваться, и фиксируется («замо-
раживается») хаотичное расположение
атомов, отчего такой материал и называют
«металлическим стеклом» или аморфным
металлом. Если такое «стекло» нагреть,
то атомы металла приобретают подвиж-
ность, и кристаллическое строение вос-
станавливается, точнее, возникает вновь
при охлаждении, причем не мгновенно
во всем объеме, а постепенно. Поэтому
на определенном этапе структура метал-
ла представляет собой смесь сверхмелких
кристаллов и аморфного материала (как в
булате).
Интересно, что некоторые «металли-
ческие стекла» обладают очень высокими
вязкостью и прочностью, а после нагрева
и начала распада имеют и крайне высо-
кую твердость до HV 1200, превосходя-
щую даже твердость цементита (HV1000).
Таким образом, в результате правильно
проведенных ковки и закалки в булатных
клинках формируются перенасыщенные
углеродом микрообъемы с практически
аморфной структурой металла, в резуль-
тате чего достигаются твердость и вяз-
кость, превосходящие эти свойства не
только для обычных железоуглеродистых
сплавов, но также и узорчатых металлов,
не содержащих в исходной структуре
сверхуглеродистых участков.
В связи с этим можно порассуждать о
том, какое содержание углерода считать
наилучшим для булата. Известно, что в
сварочных дамасках крайне редко содер-
жится более 1 % углерода, а чаще намно-
го (в полтора-два раза) меньше. В моих
опытах лишь с большим трудом удава-
лось сваривать куски специально выплав-
ленной стали с содержанием углерода
до 2 %, причем ее доля в общем объеме
композите не превышала половины. В ли-
тых же булатах, напротив, подавляющее
большинство из исследованных образцов
содержало 1,3-1,9 % углерода (при том
что в прочных волокнах его концентрация
достигает 4 %).
Высокое содержание углерода в ста-
ли само по себе не гарантирует ее каких-
либо особо выдающихся свойств. Лишь
резкая неоднородность распределения
карбидов (цементита) приводит к обра-
зованию прочных волокон, а следова-
тельно, и к возникновению пограничного
слоя со всеми его полезными свойствами.
Наибольшая площадь границ слоев до-
стигается при равных объемах волокон и
матрицы (50 % + 50 %). В «обычных» бу-
латах удельный объем прочных волокон
составляет примерно 30 %, теоретически
же оптимальный показатель обеспечива-
ется, если содержание углерода несколь-
ко выше 2 %.
В специальной литературе часто упо-
минается эксперимент ученых Донецкого
политехнического института, в итоге кото-
рого был получен удивительный металл.
Ученые задумали выплавить сталь без
передела чугуна, т.е. непосредственно из
руды. Для этого окатыши руды пропускали
через установку электрошлакового пере-
плава с графитовым электродом. Восста-
навливаемый металл капля за каплей про-
ходил через толстый слой жидкого шлака,
почти полностью очищался от разнообраз-
ных примесей и сильно науглероживал-
ся. Полученный металл по химическому
составу представлял собой особочистый
чугун с содержанием углерода 3,5 %. Од-
нако, к удивлению ученых, хорошо запом-
нивших еще со студенческих лет, что чугун
при деформации разваливается на куски,
этот сплав не просто поддавался дефор-
мации, а отлично ковался и прокатывался!
Кроме того, выяснилось, что необычайная
твердость из этого сплава не позволяла
затачивать его обычными абразивами
— пришлось применять алмазный круг.
Мне говорили, что твердость сплава была
около HRC 80 при вязкости сырой инстру-
ментальной стали. Исследователи сочли,
что получили один из сортов булата.
Подробные исследования показали,
что столь высокие свойства объясняются
необычным состоянием углерода в ме-
талле. Известно, что карбиды несколь-
ко повышают прочность, практически не
влияют на твердость и заметно снижают
пластичность и вязкость металла. Вследс-
твие высокой чистоты днепропетровско-
го сплава углерод не выделился в виде
карбидов или графита, как это положено
при подобном химическом составе, а на-
ходился в особой, растворенной форме.
Необычайно высокая концентрация рас-
творенного углерода в холодном металле
и позволила добиться сверхтвердости без
снижения пластичности.
Можно предположить, что в такой же
аморфно-растворенной форме находится
углерод и в разрыхленной пограничной
зоне прочных волокон булата, где проис-
ходит взаимосвязывание дислокаций и
растворенных атомов углерода. При этом
степень его концентрации при нормаль-
ной температуре может превышать сред-
нее содержание не только в композите в
целом, но и в самом сверхуглеродистом
волокне. Действительно, если в волокне
булата содержится около 4 % углерода, то
приток этого элемента в приповерхностные
зоны волокна из центральной его части и
пограничных участков матрицы способс-
твует повышению концентрации углерода
до аномально высоких значений.
Прямые аналогии с днепропетровским
чудо-сплавом позволяют сделать вывод,
что прочные волокна булата находятся как
бы в броне из еще более прочного и высо-
коуглеродистого металла, отличающегося
162
СЕКРЕТЫ БУЛАТА
особыми твердостью и вязкостью. В свер-
хуглеродистых булатах объемная доля
этого супервещества весьма значительна,
велика и доля крайне твердых карбидов,
поэтому еще Аносов вполне справедливо
называл эти сорта литого металла «твер-
дыми булатами».
Можно сделать вывод, что нараста-
ние отличий булата от стали, повышение
его качества как своего рода увеличение
степени «настоящности» происходит пос-
тепенно по мере усложнения обработки
или, точнее, увеличения энергозатрат на
преобразование исходной «стальной»
структуры. Можно несколько условно
объяснить это накоплением в неоднород-
ном металле некоего особого вещества
(аморфного металла), которое во многом
и придает булату столь высокие качества.
Для наглядности можно сравнить си-
туацию с поисками лекарства от малярии.
Индейцы для излечения жевали горькую
кору хинного дерева, а европейцам это
было неприятно и они выделили из коры
(древесные волокна, грязь и прочее) ак-
тивное вещество — хинин. Так же и с са-
харом - прежде всего его выделили из
тропического сахарного тростника, затем
научились выращивать сахарную свеклу,
а потом синтезировали и его замените-
ли. Содержание сахара в растительном
сырье колеблется и много от чего зависит
- от сорта растения, от региона, от почвы,
от удобрения и даже от старательности и
трудолюбия работников-крестьян. Так же
и в булате. Его качество зависит и от места
производства (Индия, Иран, Сирия), и от
химического состава, и от вида узора, от
особенностей и длительности обработки
- но это все частности, которые не долж-
ны заслонять собой главного.
Что же такое «настоящий» булат? Глав-
ным признаком, на мой взгляд, является
не химический состав и тем более не спо-
соб производства, а крайняя энергети-
ческая насыщенность атомной структуры
металла дефектами. Эта насыщенность
проявляется в сверхвысокой плотности
дислокаций, приводящей, в свою оче-
редь, к сверхмелкозернистости и наличию
значительных объемов металла с аморф-
ной структурой.
Итак, для получения «сверхстали»
нужно предварительно осознать «идею
булата», которая заключается в том, что
неоднородная узорчатая сталь при опре-
деленной обработке переходит в иное ка-
чество, становясь как бы не просто сталью
и даже не совсем металлом. Правильно
прокованный и закаленный узорчатый
металл приобретает качественно иные
свойства по сравнению с промышленной
сталью или неумело обработанным ком-
позитом. Обычный металл может накап-
ливать в своей микроструктуре до 10 %
энергии деформации, остальная часть
рассеивается в виде теплоты. Можно ут-
верждать, что в булате доля поглощаемой
энергии выше, причем выше намного, по-
этому «настоящий булат» — это особое,
высокоэнергетическое состояние металла.
Не следует считать, что лишь деформа -
ция (ковка) неоднородного металла при-
водит к образованию его высокоэнергети-
ческой структуры. Специалисты знают, что
сильное повышение свойств клинковой
стали во время медленной и тщательной
ковки обусловлено не только и не столько
самой деформацией металла: едва ли не
определяющим фактором является точное
и неоднократное термоциклирование, во
время которого происходят неоднократ-
ные фазовое превращение и перекрис-
таллизация с постепенным измельчением
зерен и карбидов.
В принципе, можно обойтись и совсем
без ковки, одним термоциклированием,
что и делал А. Чеховой. Более того, и на-
грев не обязателен. В советское время
была разработана установка для местного
повышения прочности наиболее ответс-
твенных деталей машин бомбардиров-
кой металла плотным пучком высокоско-
ростных ионов. Такие тяжелые частицы
(например, ионы хрома) внедрялись в
обрабатываемый металл на глубину в не-
сколько десятых долей миллиметра, при-
водя к своеобразному поверхностному
легированию. При этом главный эффект
заключался не в легировании, а в том,
что «по дороге» высокоэнергетические
скоростные частицы оставляли за собой
след в виде разрушенной кристалличес-
кой решетки металла (как тяжелый шар в
кегельбане, мягко говоря, нарушает по-
рядок выстроенных кеглей). После такой
обработки твердость инструментальных
сталей достигала HRC 80 (в пересчете),
превышая твердость многих карбидов.
Даже мягкая, не воспринимающая закал-
ку малоуглеродистая сталь с 0,1 % угле-
рода, которую с большим основанием
можно назвать простым железом, при-
обретала невероятную для нее твердость
(HRC 45—50). Особенно замечательно
то, что пластина толщиной 1,5 мм, из-за
своей тонкости почти вся состоящая из
некристаллической стали (или уже не ста-
ли?), при твердости, равной твердости на-
пильника, оборачивалась вокруг даже не
пояса, а шеи экспериментатора. Это ли не
мечта оружейника?!
Итак, производство булата и узорча-
тых сталей вообще — это один из путей
получения аномально высоких свойств
клинка, или, иначе, путь приближения к
идеальным свойствам металла. Каковы
же эти свойства? Известно, что металл с
идеальной бездефектной кристалличес-
кой решеткой имеет прочность, превы-
шающую прочность реальных промыш-
ленных сталей в десятки раз. Известно и
то, что после первоначального резкого ее
снижения по мере повышения структур-
ного «беспорядка» прочность постепенно
возрастает. Очевидно, что максимум до-
стигаемой таким образом прочности бу-
дет соответствовать полному разрушению
кристаллического строения металла.
Что прочнее - бездефектный кристалл
или кусок аморфного металла? Клинок из
какого металла можно назвать идеаль-
ным? Ответа на эти вопросы я не знаю. В
наших современных реальных условиях
трудно, до невозможности трудно полу-
чить клинок и из бездефектного, и из пол-
ностью аморфного металла. Возможно
ли это в принципе? Из древности доходят
смутные отголоски легенд то о «выра-
щиваемых, как дерево», мечах гномов и
других волшебных существ, то о долгой и
сложной ковке славных клинков героев,
победителей драконов и нежити. Леген-
ды наполнены неясными подробностями,
образными иносказаниями и указания-
ми на темную магию. Но в эту сторону я
даже смотреть не хочу, оставляя эту тему
фантастам и иным прочим умникам. Я же
постарался отразить суть, основной смысл
ухищрений мастеров древности, изго-
товлявших оружие из узорчатой стали.
Изучая описания старинных клиночных
технологий, проверяя их на собственном
опыте, я пытался отделить быль от небыли
и факты от легенд, понимая неизбежность
собственных заблуждений и ошибок. Я
вынужден согласиться с мудрецом древ-
ности, сказавшим, что он знает лишь то,
что ничего, в сущности, не знает. Впрочем,
помолчав он добавил, что многие не зна-
ют даже и этого.