/
Text
Юрий Корнилов, Геннадий Шишкин КТО Москва Издательство политической литературы 1980
ББ1»—ГЛг2-(ЗСША-)- К67 Корнилов 10. Э., Шишкин Г. Л. К67 Кто правит Америкой.— М.: Политиздат, 198G.—> 335 с. Чудовище в каске мчится на танковых гусеницах по дорогам Америки, заглатывая все, что встретится на пути: людей, заводы, нефтяные вышки. Так американская газета «Дейлн уорлд» изобразила в одном из своих номеров военно-промышленный комплекс США. «Вот кто правит Америкой»,— гласила подпись под рисунком. И это не аллегория. Военно-промышленный комплекс США — не только мощные концерны по производству орудий разрушения и смерти Это все большее переплетение военного бизнеса и правящей государственной верхушки. Об этих силах, о ведущих деятелях ГИТА Формирующих внутреннюю и внешнюю политику страны, рассказывается в книге журналистов-международников 10. Корнилова и Г. Шишкина. Адресована широкому кругу читателей. „ 08(И000000—311 К 079(02)—86 206"~86 ББК 66.2 (7СШЛ) © ПОЛИТИЗДАТ, 1986 г.
Все очевиднее становится то, что подлинная угроза для безопасности США исходит не со стороны внешних сил. Такую угрозу, и немалую, представляет военно- политическая элита этой страны, ее авантюристическое поведение на мировой арене. Из доклада Генерального секретаря ЦК КПСС М. С. ГОРБАЧЕВА на июньском (1986 г.) Пленуме ЦК КПСС
ПРЕДИСЛОВИЕ Нет более важной задачи для человечества, чем сохранение мира. Советским людям она особенно близка и понятна, ибо слишком много горя и колоссальный материальный ущерб принесла нашей стране вторая мировая война. «Социалисты всегда осуждали войны между народами, как варварское и зверское дело»,— писал В. И. Ленин в разгар первой мировой войны. Он подчеркивал, что «наш [социализма] идеал» — это «окончание войн, мир между народами, прекращение грабежей и насилий...» К Весьма важен подход к проблеме войны и мира двух великих держав современности — СССР и США, на которых в конечном итоге лежит огромная ответственность за судьбы человечества. Советский Союз, КПСС руководствуются в международных отношениях ленинской концепцией мирного сосуществования стран с различным общественным строем. Страны социалистического содружества убеждены и неоднократно подтверждали, что никакие мировые проблемы, включая исторический спор между социализмом и капитализмом, не могут быть решены военным путем. В противоположность этому империализм, и прежде всего империализм США, делает ставку на силу, оружие, на военный шантаж как на средство сохранения своих по- 1 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 26, с. 311, 304. 4
зиций и влияния. Именно в США, крупнейшей капиталистической державе, сразу же после окончания второй мировой войны стали создаваться новые виды вооружений: атомные бомбы, ядерные ракеты различных типов, стратегические бомбардировщики, нейтронное оружие. Американский империализм, первым применивший ядерное оружие, готовится сделать новый, возможно, непоправимый шаг — перенести гонку вооружений в космос, взять на прицел всю планету. В результате гонки вооружений, развязанной империализмом, в мире накоплено огромное количество оружия смерти, но что самое страшное, ядерный военный потенциал, как считают компетентные специалисты, столь высок, что его мощь способна многократно уничтожить все живое на земном шаре. Проявляя высокую меру ответственности перед народами нашей планеты, Советский Союз выдвинул конкретные предложения по обузданию гонки вооружений, сокращению и уничтожению ядерных вооружений вначале СССР и США, а затем и всех других ядерных держав. В сконцентрированном виде программа полной ликвидации ядерного оружия была изложена в Заявлении Генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева от 15 января 1986 года. XXVII съезд КПСС указал, что СССР рассматривает этот план конкретных действий как «центральное направление своей внешней политики на предстоящие годы» К Практические дела нашего государства на международной арене неизменно подтверждают стремление СССР к миру. Какова же при этом линия поведения американской администрации? Речь идет не об изучении психологии представителей вашингтонской верхушки, а об уяснении ее позиции по важнейшим вопросам современности. Изучая до- 1 Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза. М., 1986, с. 66. 5
кумептальный материал в процессе работы над книгой, мы не раз убеждались, с какой легкостью идут в Вашингтоне на прямые искажения истины, насколько доминируют здесь стереотипы, выработанные американской пропагандой, насколько глубоко, по-видимому, в Вашингтоне убеждены, что весь остальной мир либо не информирован о действительном положении вещей на нашей планете, либо забывчив, либо обязан мыслить так, как мыслят в Белом доме. Это впечатление еще более усилилось после советско- американской встречи на высшем уровне, состоявшейся в ноябре 1985 года в Женеве. «...Ядерная война никогда не должна быть развязана, в ней не может быть победителей»,— было заявлено на этой встрече. После Женевы вашингтонская администрация вернулась к прежним призывам к наращиванию ядерной мощи против Советского Союза, последовали категорические «нет» на конкретные советские мирные инициативы в духе Женевы. Советский Союз предложил Вашингтону присоединиться к мораторию на все ядерные взрывы, объявленному Советским Союзом с 6 августа 1985 года, чтобы сделать этот мораторий постоянным. США ответили очередными ядерными испытаниями. Четко проявилась традиционная линия поведения Вашингтона: как только СССР делает шаг навстречу американской позиции, США делают шаг назад. Все это не может не породить закономерных вопросов насчет истинных мотивов администрации США, и об этом заявил М. С. Горбачев в своих ответах весной 1986 года алжирскому журналу «Революсьон африкэн»: «И я, и мои товарищи в руководстве партии пытаемся понять: к чему же стремится американская администрация? К войне? Но думаю, в Вашингтоне хорошо представляют, что такое ядерная война. Тогда что же означают все эти попытки законсервировать конфронтацию, более того, разжечь ее, что означает очередной взрыв воинственной риторики? Куда ведут и каким конкретным интересам служат действия США в Никара- 6
гуа, против Ливии и Афганистана, нарушение военными кораблями границ территориальных вод СССР, поддержка пещерного режима апартеида в ЮАР и многое другое, что характеризует сегодня международное поведение США». Широкомасштабные, подлинно конструктивные советские внешнеполитические инициативы работают и будут работать на упрочение мира, оздоровление международного климата. Но именно перспектива ослабления напряженности воспринимается империализмом, прежде всего правящей верхушкой США, как угроза его интересам. Современную мировую ситуацию в Вашингтоне продолжают оценивать категориями «звездных войн» и ядерных боеголовок, гонкой вооружений и милитаристского шантажа, все больше подрывая тем самым безопасность как всего мира, так и своей страны. Только абсолютным пе- приятием современных реальностей можно объяснить ставку руководителей США на военную силу, на ядерпып кулак, на террористический разбой, густо замешанные на идеологической нетерпимости и ненависти. Империализм США пе отказался от мечты об «американском веке», с полным основанием отмечал, выступая в июле 1986 года па Национальной конференции Компартии США в Нью- Йорке, Генеральный секретарь партии Гэс Холл, особо подчеркивая, что главная цель правящих кругов США — «ликвидировать все победы антиимпериалистических сил после мировой войны и повернуть вспять колесо истории». Самое чудовищное порождение империализма — милитаризм, стремящийся подчинить своему влиянию и интересам всю политическую машину буржуазного общества, поставить под контроль экономику, духовную жизнь, культуру. Властелином Америки уже давно стал военно-промышленный комплекс страны; слившиеся в такой комплекс монополии, производящие оружие, генералитет, государственная бюрократия, идеологический аппарат, милитаризованная наука — вот наиболее рьяные проводнп- 7
ки и организаторы политики милитаризма и агрессии. О тех, кто формирует внутреннюю и внешнюю политику страны, кто отдает новые распоряжения увеличить военный бюджет США, поставить на конвейер производство новейшего типа оружия, и о многих других, кто входит в круг правящих сил США, рассказывают авторы в книге, предлагаемой читателям.
НА ВЕРШИНЕ ПИРАМИДЫ
«КУЗНИЦА ОРУЖИЯ» — КУЗНИЦА ПОЛИТИКИ Известпо, что богатство и политическая власть в США монополизированы привилегированной группой промышленников и банкиров. Верхний «этаж» американской социальной пирамиды — это примерно 300 сверхбогачей, каждый из которых владеет капиталом, превышающим 50 миллионов долларов. Затем следует слой, состоящий из тех, кто имеет статус миллионеров (четверть процента населения США). Далее, на долю 200 тысяч американских семейств (около 0,5 процента семейств страны), представляющих монополистический капитал Соединенных Штатов, приходится более 20 процентов всех национальных богатств. В руках членов «Клуба-500» (так окрестили в США 500 крупнейших промышленных корпораций страны, список которых ежегодно публикуется журналом «Форчун», рупором американского большого бизнеса) находится около половины всего промышленного потенциала Соединенных Штатов. Владельцы и управляющие этими корпорациями — самый влиятельный слой американской буржуазии; места, занимаемые той или иной компанией в списке членов «Клуба-500», отражают не только мощь этой компании и ее успехи в сфере бизнеса, но и во многом определяют вес ее руководителей в правящей элите США, их влияние на формирование американской внешней и внутренней политики. Продолжающийся и ускорившийся в 70—80-е годы процесс концентрации и централизации капитала постепенно приводит к тому, что и внутри «Клуба-500» происходит все большее «размежевание сил». 10
В результате слияния гигантских корпорации образуются, как отмечал, выступая 22 марта 1986 года в Нью- Йорке, Генеральный секретарь Компартии США Гэс Холл, «политические и экономические галактики, носящие транснациональный характер», и экономическое и финансовое могущество все больше сосредоточивается в руках уже не пятисот, а ста крупнейших корпораций. Первый ряд этой сотни состоит из десяти сверхгигантов. В их числе — мощные нефтяные корпорации, известные под пазванием «Семь сестер», на долю которых приходится около четверти всех продаж и активов членов «Клуба-500» («Экссон», чей капитал в 1984 г. превысил 63 миллиарда долларов, «Мобил ойл», «Тексако», «Стандард ойл оф Калифорниа», «Стан- дард ойл оф Индиана», «Атлантик ричфнлд», «Галф ойл»). В их числе — два автомобилестроительных гиганта («Дженерал моторе», который в 1985 г. вышел в «Клубе- 500» на первое место по объему продаж, и «Форд мотор»), «Америкеи телефон энд телеграф компани» и связанная с группой Морганов корпорация «Интернэшнл бизнес мэ- шинз» (ИБМ), крупнейший в мире производитель ЭВМ и компьютерной техники, который, контролируя треть американской индустрии средств обработки информации, возглавляет список членов «Клуба-500» по объему прибылей (в 1985 г.— 6,5 миллиарда долларов). Своего рода ядром американского большого бизнеса являются военные корпорации (с которыми, как и с Пентагоном, самым тесным образом связаны «Семь сестер»). В сегодняшней Америке — стране, правящие круги которой вознамерились, опираясь на силу, «переиграть историю», создана мощная военная промышленность — крупнейшая в мире как по объему производства, так и по числу предприятий. По оценке Римского клуба *, почти 300 корпора- 1 Римский клуб — неправительственная ассоциация ученых, общественных деятелей, представителей деловых кругов, занимающихся изучением глобальных проблем современности. Образован в 1968 г. на международной встрече ученых. 11
цин из «Клуба-500» имеют в настоящее время разрешение на производство и экспорт оружия. Хотя военно-промышленные гигапты составляют в общей сложности всего лишь 0,3 процента от общего количества промышленных фирм, производимые ими вооружения — ядерные и космические, химические и так называемые обычные — поглощают львиную долю государственного бюджета. Наиболее развитое государство капиталистического мира превратилось в государство гипертрофированно милитаризованной экономики. Правящий класс, оказывающий определяющее воздействие и на разработку и проведение фундаментальных принципов внешней и внутренней политики США, и па процесс избрания президента, и на формирование правительства, не есть нечто застывшее, неизменное. Интересы различных «центров силы», существующих в США, часто лежат в несовпадающих плоскостях; между различными группами финансовой олигархии и промышленных тузов идет постоянное противоборство за влияние и власть, за расширение экономических и укрепление политических позиций. Эта борьба конкурирующих между собой индустриально-финансовых комплексов приводит к перегруппировкам социально-экономических сил внутри страны, к созданию новых «источников влияния» и «центров силы», к оттеснению одних и выдвижению на первый план других конгломератов финансового и промышленного капитала. Как считают авторитетные ученые-политологи и экономисты, в США имеются сегодня четыре региональных «центра силы»: северо-восточный (ядром которого является Уолл-стрит), среднезападный (с центром в Чикаго), юго-западный, или калифорнийский, и южный (основной базой которого является Техас). На протяжении длительного периода они были символом финансового и индустриального могущества США. Разумеется, и сегодня финансовая империя Рокфеллеров, финансовые комплексы Уоллстрита, в которые входят до 15 мощных финансовых групп, крупные финансовые кланы Востока США —кланы Мор- 12
ганов, Дюпонов, Ли;ленов, Кун-Лебов — играют огромную, подчас определяющую роль в экономической и политической жизни страны. Однако главпый «центр силы» в послевоенное время все более укреплялся в Калифорнии. В Калифорнии находится более 8500 компаний и фирм, входящих в список основных подрядчиков министерства обороны США, в том числе шесть из десяти наиболее мощных производителей современного и «сверхсовременного» оружия. Корпорации Калифорнии получают и выполняют более четверти всех заказов Пентагона, производят свыше 40 процентов оружия, составляющего ядерный арсенал страны. На долю калифорнийских военных концернов приходится около 50 процентов заказов Пентагона, связанных с подготовкой к «звездным войнам». В одной только калифорнийской Силикон Вэлли («Кремниевой долине»), которая занимает площадь в. 350 квадратных миль и еще какие-нибудь полвека назад была известна в основном тем, что здесь выращивалась половина потребляемого в мире чернослива, ныне насчитывается около 600 военных предприятий! Работы прямого военного назначения выполняют примерно 600 тысяч калифорнийцев — 35 процентов всей рабочей силы, занятой в военной промышленности США. «В силу большого значения оборонной и космической индустрии наш штат превратился в важнейший источник производства нового вооружения для современного ведения войны»,— отмечал еще в 1968 году в своем губернаторском экономическом докладе Р. Рейган. «Благодаря президенту Р. Рейгану объем контрактов, выполняемых военно-аэрокосмической индустрией Калифорнии, возрастает с 1981 года на 10 процентов ежегодно и уже достиг 35 миллиардов долларов»,— констатировала летом 1985 года французская «Фигаро». Что же представляют собой калифорнийские военно- промышленные гиганты? «Локхид эйркрафт корпорейшн». Гигантская ракето- и авиастроительная корпорация, активно участвующая в вы- 13
нолнепии «космических программ» Вашингтона, поставляющая Пентагону стратегические баллистические ракеты типа «Посейдон», «Поларнс», «Трайдент», новейшие самолеты противолодочной обороны, стратегические бомбардировщики, мощные военно-транспортные самолеты «Гэлак- си», «Геркулес», самолеты-шпионы, электронное оборудование, многие другие виды современной военной техники. Основанная в начале 30-х годов, эта корпорация традиционно тесно связана с официальными правящими кругами США. В 50-х годах благодаря контактам руководства «Лок- хид» с вице-президентом США Р. Никсоном и директором ЦРУ А. Даллесом корпорация на льготных условиях получила от правительства США крупные земельные участки для строительства новых заводов. В капитале «Локхид» через посредство ряда финансовых институтов и подставных фирм участвуют клан Морганов и клан Рокфеллеров. «Локхид» тесно связана с рядом других крупных корпораций pi фирм, в том числе «Пэсифик файепс корпорейшн», «Скаддер» и «Стивене энд Кларк», «Сазерн Калифорниа Эдисон компани» и др. Представители «Локхид» участвуют в деятельности советов директоров двух мощных нефтяных компаний — «Стандард ойл оф Индиана» и «Арко». Контрольный пакет акций корпорации — в руках семейства Р. Гросса. «Локхид» имеет ряд филиалов и дочерних компаний за рубежом — в ФРГ, Англии («Локхид эйркрафт интернэшнл АГ», «Локхид эйр- крафт интернэшнл СА» и др.). «Локхид» была одной из первых американских оружейных корпораций-гигантов, которая при активном содействии вашингтонских верхов вырвалась на международный рынок торговли оружием. И ныне в ее руках — лицензии на производство и поставки военных самолетов ряду западноевропейских стран НАТО, Израилю, Японии; ракеты типа «Трайдент» закуплены Великобританией. Корпорация «Локхид» занимает первое место в списке крупнейших западных компаний — экспортеров оружия 14
(последующие пять мест принадлежат фирмам Англии, Франции и ФРГ). Известно, что в погоне за заказами и сверхприбылями руководители «Локхид» незаконно выплачивали крупные суммы высокопоставленным чиновникам в Вашингтоне, а также политическим деятелям за рубежом — в Нидерландах, Южной Корее, Саудовской Аравии и ряде других стран. По данным прессы, общая сумма взяток составила около 40 миллионов долларов. В 1970—1972 годах «Локхид», стремясь обеспечить в Италии заказы на самолеты С-130 «Геркулес», израсходовала на взятки высшим должностным лицам свыше 2 миллионов долларов; скандал с «Локхид» стал одной из причин отставки в 1978 году президента страны Дж. Леоне. В ФРГ корпорация выплатила 12 миллионов долларов правой партии ХСС с целью запродать бундесверу истребители «Старфайтер», которые из-за частых катастроф окрестили «летающими гробами». В Японии сумма взяток политикам и бизнесменам составила почти 13 миллионов долларов; в результате разыгравшегося скандала вынужден был уйти в отставку в 1974 году японский премьер-министр К. Танака, но локхидовские истребители F-104 были приняты на вооружение японскими «силами самообороны». Сообщалось и о том, что в целях расширения рынков сбыта руководители корпорации широко использовали подставную организацию «Фонд вдов и сирот» (Сингапур). Сама «Локхид» не только не пострадала от этих скандалов и афер, но, напротив, продолжает расширять производство. «Локхид» активно участвует в операциях американских спецслужб. Установлено, например, что в течение длительного времени эти спецслужбы использовали швейцарский филиал корпорации в качестве секретной финансовой базы, откуда значительные суммы денег, поступающих из ЦРУ, переводились на счет американского генерала Р. Коллинза, эмиссара ЦРУ в Женеве; Коллинз в свою очередь тайно финансировал группу реакционных политических деятелей 15
ряда стран Азии, подстрекая их к антикоммунистическим выступлениям. Вся эта проводившаяся под покровом глубокой тайны операция стала известна общественности лишь потому, что Коллинз часто путал сейфы ЦРУ с собственным карманом и в результате был летом 1985 года уличен в крупном мошенничестве... В свое время бизнесмена Р. Гросса спросили, почему он занялся выпуском военных самолетов. «Вопрос стар, как мир,— ответил он.— За каждую автоматическую винтовку Пентагон платит 100 долларов, за военный грузовик — 7 тысяч, за бронетранспортер — 29 тысяч, за артиллерийское орудие — 100 тысяч. Это же гроши. Другое дело — моя продукция: вертолет — 300 тысяч долларов, боевой самолет — 2 миллиона... Это выгодный, ходовой товар, господа!» Прибыли «Локхид» в 1984 году составили 570 миллионов долларов. «Рокуэлл интернэшнл». Гигантский военный концерн, занимающий второе место в списке поставщиков Пентагона. «Рокуэлл» — генеральный подрядчик программы строительства современных стратегических бомбардировщиков. На предприятиях концерна производятся космические корабли многоразового использования «Шаттл», спутники- шпионы, системы наведения и управления для ракет «Ми- нитмен», «Трайдент», системы глобальной ориентации НАВ — СТАР. На дочернем предприятии «Рокуэлл» — «Рокетдайне», расположенном в Канога-Парке (Калифорния), изготовляется одна из важнейших ступеней для межконтинентальных баллистических ракет MX l — мощного наступательного оружия, оснащенного 10—12 боеголовками (мощность боеголовок по 600 кт, радиус действия 10 540 км). В скалистых каньонах Саита-Сюзанна, близ Лос-Анджелеса, расположена крупная база «Рокуэлл» — «Сигма тау», где конструируются и испытываются образцы лазерного оружия. 1 Название ракеты MX — аббревиатура от английских слов missile experimental (экспериментальная ракета). 16
Барыши «Рокуэлл» в 1984 году достигли почти 500 миллионов долларов. «Рокуэлл» экспортирует свою продукцию в Канаду, Мексику, Чили и другие страны. Имеются данные, что эта корпорация снабжает расистский режим ЮАР военными самолетами под видом «гражданских самолетов», предназначенных для распыления химикатов и удобрений. На самом деле эти самолеты специально оборудованы для проведения «противоповстанческих операций». На протяжении многих лет «Рокуэлл» тесно связана с Военно-морской лигой США, которая официально провозглашает своей задачей «сделать Америку сильной». В рядах лиги насчитывается около 40 тысяч отставных военных, многие из которых занимают ответственные посты на предприятиях самой «Рокуэлл» и сотрудничающих с пей фирм. «Нортроп». Этот мощный концерн, штаб-квартира которого находится в Хэйторне,— генеральный подрядчик программы по созданию компонентов стратегической ракетной системы MX. Он выпускает также современные многоцелевые самолеты различных типов, другую военную технику; «Нортроп» разрабатывает программу строительства нового стратегического бомбардировщика-«невидимки» — «Стелт». Давние и тесные связи «Нортроп» с Пентагоном еще более укрепились после того, как в июне 1985 года старший вице-президент корпорации Д. Хикс, прослуживший в «Нортроп» более 20 лет, был назначен на пост заместителя министра обороны США. Зарегистрированная в качестве самостоятельного предприятия в 1939 году, компания резко расширила пронз- нодство в годы второй мировой воины, получив огромные барыши от поставок истребителя «Блэк виндоу» («Черное окно») и другой авиационной техники. Американская агрессия в Корее, «грязная война» во Вьетнаме способствовали дальнейшему расцвету «Нортроп». В ходе разработки программы «Стелт» «Нортроп» взаимодействует с «Дже- 17
нерал электрик», «Боингом». «Нортроп» владеет крупным пакетом акций нидерландской фирмы «Фоккер» и испанской авиаракетной корпорации КАСА. «Нортроп» — крупный экспортер оружия. В конце 70-х годов экспортные операции «Нортроп» оценивались в 450—500 миллионов долларов в год. Расширяя сферу деятельности концерна, его руководители создали в Швейцарии подставную фирму «Экономик энд девелопмент», которая, действуя в кулуарах правительств, парламентов ряда западноевропейских государств, в штаб-квартирах мощных швейцарских банков, организовывала сбыт самолетов- истребителей корпорации «Нортроп». Именно в тот период «Нортроп» стал постоянным поставщиком западногерманского бундесвера. Контракт на поставку 110 истребителей общей стоимостью 765 миллионов долларов был заключен с «Нортроп» в Саудовской Аравии. По лицензии «Нортроп» налажено производство военных самолетов в Бразилии. В последнее время корпорация усиленно рекламирует самолет «Тайгершарк» («Тигровая акула»), планируя за 15 лет продать за границу примерно 3 тысячи машин. Руководители «Нортроп», как и руководители других калифорнийских военных корпораций, не раз уличались в коррупции, взяточничестве, многомиллионных финансовых аферах. Печать сообщала, что в корпорации создан для подкупов «секретный фонд» в 30 миллионов долларов, а журнал «Тайм» в свое время опубликовал рисунок долларовой банкноты, па которой вместо портрета президента США красовались портреты председателя совета директоров «Нортроп» Т. Джоунса и его подручных — официальных и неофициальных эмиссаров концерна в других странах мира, всеми способами и прежде всего с помощью взяток пробивающих заказы на военные самолеты и другую военную продукцию. Однако разоблачения неблаговидных дел руководства «Нортроп» не отразились ни на доходах корпорации, ни на положении самого Т. Джоунса, тесно связанного не только с верхушкой республиканской адми- 18
нпстрацин, но и с могущественным кланом Морганов, с моргановскими «Бэнкерс траст Нью-Йорк корпорейшн» и «Юнайтед Стептс стпл корпорейшн» (ныне Ю-Эс-Экс). Вместе с такими поставщиками Пентагона, как корпорации «Боинг», «Дженерал электрик», «Дженерал моторе», «Нортроп» является корпоративным членом Ассоциации военно-воздушных сил — влиятельной ультраконсервативной организации, преследующей цель добиваться максимального увеличения производства «сверхсовременного» оружия. Ассоциация, в рядах которой насчитывается около 150 тысяч военнослужащих, активно использует свои связи в конгрессе и в правительственных органах для развертывания кампании в поддержку увеличения военных расходов. «Макдопнелл — Дуглас». «Профиль» этого оружейного гиганта, созданного в 1961 году в результате слияния двух крупных корпораций—«Дуглас эйркрафт» и «Макдоннелл эйркрафт», а также связанного с «Бэнкерс траст Нью- Йорк корпорейшн»,— ракетные ускорители и ракетоносители для космических кораблей «Шаттл», различные системы космического оружия, противокорабельные ракеты «Гарпун», системы для баллистических крылатых ракет, торпеды, самолеты-штурмовики, самолеты-истребители (эти последние производятся в кооперации с «Нортроп»), мощные самолеты-топливозаправщики КС-10А, используя которые ВВС США могли бы оперировать в отдаленных от авиабаз регионах мира. «Макдоннелл — Дуглас» имеет крупный филиал в Канаде, где производятся части самолетов F-18, предназначенных для канадских ВВС. Руководство корпорации, предприятия которой расположены в г. Санта-Моника, давно и тесно взаимодействует с «Рэнд корпорейшн», штаб-квартира которой находится в том же городе. С помощью «Рэнд», из недр которой вышли многие влиятельные политические и военные деятели США, в том числе бывший директор ЦРУ и бывший министр обороны Дж. Шлесинджер и нынешний заместитель 19
министра обороны США Ф. Икле, «Макдоппелл — Дуглас» из года в год укрепляет свои позиции в качестве поставщика Пентагона и одного из подрядчиков американского «разведывательного сообщества». «Вес» концерна среди головных поставщиков Пентагона еще более усилился после того, как летом 1985 года вице-президентом «Макдоннелл — Дуглас» стал М. Бэрч, ранее занимавший пост помощника министра обороны США по связям с общественностью. В конце 70-х годов «Макдоннелл — Дуглас» экспортировала оружия на сумму более 500 миллионов долларов в год; различные модификации производимых ею «Фантомов» находятся на вооружении Японии, ФРГ, Великобритании и других стран. Один из главных клиентов «Макдоннелл — Дуглас» — Израиль. Руководители корпорации, так же как и верхушка «Локхид», неоднократно уличались во взяточничестве и крупных финансовых аферах. «Хъюз эйркрафт». Ракетно-электронная корпорация, резко выросшая в последние два десятилетия благодаря помощи и покровительству ВВС США. «Изделия, изготовляемые «Хьюз», охватывают большой ассортимент — от микросхем и лазеров до спутников связи и ракет класса «воздух —воздух»,—отмечал 17 июля 1985 года журнал «Тайм».— Эта калифорнийская компания — самый крупный поставщик электронной аппаратуры для вооруженных сил, занимающий седьмое место в списке подрядчиков министерства обороны». «Хьюз» — одна из тех «фабрик смерти», где удельный вес высококвалифицированных специалистов особенно высок: только 14 процентов работников корпорации стоят у конвейеров, а 55 процентов заняты инженерным трудом. Один из руководителей корпорации, М. Карри, возглавляет созданную Пентагоном целевую «группу по промышленному сотрудничеству с Японией в области вооружений», задача которой — использовать технические достижения японской индустрии для развития военной промышленности США и содействовать милитаризации Японии. 20
«Литтон индастриз». Одна из крупнейших в США корпораций, занятых производством военных судов, электронного оборудования, другой военной техники. Хотя эта фирма основана сравнительно недавно — в 50-е годы, она росла столь стремительно, что в ходе ожесточенной конкурентной борьбы поглотила более 10 других компании и фирм. Связана производственным контрактом с «Локхид». «Литтон» систематически вносит крупные суммы в избирательные фонды республиканской партии. Владеет заводами в ФРГ, Великобритании, Японии, Канаде, Мексике. Особое место среди калифорнийских гигантов большого бизнеса занимает корпорация «Бечтел». Она относится к числу крупнейших в США и во всем капиталистическом мире военно-строительных корпораций. Но главное — «Бечтел» «делает» в США правительства. Газета «Майами ныос» как-то опубликовала такой рисунок: окаймленный колоннадой фасад Белого дома, а над ним — гигантский рекламный щит, на котором красуется надпись: «Филиал компании «Бечтел». Гротеск, преувеличение? Если и преувеличение, то вполне оправданное. Ибо тему для рисунка подсказали художнику американские политические реалии. В состав руководства «Бечтел» традиционно входят многие бывшие деятели различных администраций, обладающие внешнеполитическим опытом; из стен «Бечтел» вышел ряд политических деятелей, занявших ключевые посты в ряде американских администраций, в том числе и в нынешней. В их числе — государственный секретарь США Дж. Шульц (в прошлом — президент «Бечтел»), министр обороны К. Уайнбергер (был членом правления, юрисконсультом и вице-президентом «Бечтел»), первый заместитель министра энергетики К. Девис (в прошлом — вице-президент «Бечтел»), специальный представитель президента США в Центральной Америке Ф. Хабиб. «За всю историю Соединенных Штатов ни одна американская 21
компания не была так открыто и так тесно связана с федеральным правительством, как «Бечтел» с администрацией Рейгана»,— писал в изданной в 1983 году в США книге «О Рейгане — человеке и президенте» известный американский публицист Р. Даггер. После того как Белый дом объявил в июне 1982 года о назначении Дж. Шульца государственным секретарем США, сенатор-демократ А. Кренстон дал указание своему сотруднику в комиссии по иностранным делам в конгрессе Дж. Уорберту тщательно изучить данные, характеризующие компанию «Бечтел». Результаты оказались совершенно неожиданными. «Я обнаружил 400 статей о «Бечтел» в библиотеке конгресса,— сообщил Уорберт,— но ни одна из них не проливает свет на деятельность корпорации». Действительно, масштабы деятельности «Бечтел» и секретность идут рука об руку. Крупнейшая в мире воепно- строительная компания подотчетна только самой себе. «Бечтел» — сугубо «семейная фирма» (40 процентов ее акций находятся в руках шести членов семьи Бечтел, остальные 60 процентов принадлежат 59 высшим руководителям корпорации), и владельцы корпорации отнюдь не склонны распространяться о деятельности своего детища. «Это — одна из самых закрытых компаний, которые существуют в мире»,— отмечал Бернард Шехтман, профессор университета в Майами. И все же покров тайны, накинутый на «Бечтел», не столь плотен, как хотелось бы ее владельцам. Известно, например, что в распоряжении корпорации находятся ИЗ крупных объектов, что стоимость каждого из них составляет не менее 50 миллионов долларов и что занято на них около 45 тысяч рабочих и служащих. Известно и то, что владельцы корпорации — наследники эмигранта из Германии Вальтера Бечтела — обладают многомиллиардным состоянием. Свой успех они объясняют коротко: «Бечтел строит». За этим рекламным лозунгом — широкая экс- 22
пансия в разных странах и регионах мира: Ближний Восток, бассейн Тихого океана, Западная Европа. Среди крупнейших объектов, сооруженных компанией,— почти 2000-километровый стратегический нефтепровод в Саудовской Аравии, ряд «стратегических строек» в Южной Корее. Если в 1970 году реализация строительных проектов за рубежом приносила «Бечтел» не более 6 процентов ее общих доходов, то к 1976 году — уже почти 38, а к 1984-му — до 50 процентов. "Установлены некоторые связи между компанией и представителями правительства США в разные годы. Стало известно, например, что существуют давние и прочные деловые контакты между семейством Бечтел и семейством Дж. Маккоуна, который в 50-е годы возглавлял комиссию но атомной энергии, а в 60-е годы руководил ЦРУ США. В годы второй мировой войны прибыль двух калифорнийских судоверфей, принадлежащих Бечтелам и Маккоуну, составила 44 миллиона долларов. В 50-е годы Маккоун, пользуясь своим влиянием в правительственных верхах, помог владельцам «Бечтел» получить контракт на строительство первой в США атомной электростанции в штате Иллинойс. Позднее компания, умело использовав покровительство Маккоуна, одержала верх над конкурентами, заключив еще не менее 50 контрактов на строительство атомных электростанций,— больше, чем любая другая строительная фирма США. В 1975 году администрация Форда сделала «Бечтел» главным подрядчиком в области производства обогащенного урана. В министерстве энергетики США, которое ведает «атомными делами», один из руководящих постов занимает Кеннет Дэвис — бывший вице-президент «Бечтел». В июне 1982 года министерство выдвинуло предложение: гарантировать займы «Бечтел», полученные на строительство предприятий по переработке ядерного топлива в Барнуэл- ле (Южная Каролина). «Бечтел» со своей стороны подтвердила, что заинтересована в приобретении контракта на 23
строительство завода по производству плутония, которое было заблокировано президентом Картером. «Это идеальный пример того, как «Бечтел» использует свое влияние для формирования политики,— отмечал в тот период М. Херцгаар, научный сотрудник института социальной политики и автор книги об атомной промышленности.— «Бечтел» — классический пример использования своих людей в правительстве. Они действуют беззастенчиво и очень скрытно». Вашингтонским консультантом корпорации является П. Харт, бывший посол США в Саудовской Аравии, имеющий тесные связи в правящих кругах этой страны. Другой консультантский пост несколько лет занимает бывший директор ЦРУ (в 1966—1973 гг.) Р. Хелмс, внук банкира с мировым именем и сын крупного дельца, одного из директоров алюминиевой компании «Алкоа». Р. Хелмс начал карьеру с того, что в свое время, подвизаясь в качестве репортера в информационном агентстве ЮПИ, был командирован в Германию для освещения Олимпийских игр 1936 года и ухитрился взять интервью у Адольфа Гитлера. Хелмс — один из активнейших организаторов профашистского путча в Чили. Известно, что в 1973— 1976 годах, занимая пост посла США в Иране, он особенно рьяно пытался «укрепить» антинародный шахский режим и превратить Иран в «заповедное поле» для подрывной деятельности американских спецслужб. Именно Хелмс вместе с Г. Киссинджером стояли в 1981 году у истоков фабрикации «дела Антонова» — провокационной и позорно провалившейся фальшивки о «причастности» социалистической Болгарии к покушению на папу римского, совершенному 13 мая 1981 года связанным с западными спецслужбами турецким неофашистом Агджой. Немалый опыт накоплен Хелмсом и в сфере бизнеса: он — владелец обосновавшейся в Вашингтоне консультационно-юридической фирмы «Сафир» (в переводе с персидского— «Посол»), одним из клиентов которой был в свое время шах Ирана. 24
В 1983 году республиканская администрация удостоила Холмса медали «За национальную безопасность» — за «исключительные заслуги в деле обеспечения безопасности США». «Давно пора!» — одобрительно высказался Р. Рейган, вручая награду супершпиону. В печать не раз просачивались сведения о том, что «Бечтел» обеспечивает «крышу» для агентов ЦРУ на Ближнем Востоке и в Африке, получая взамен разведывательную информацию о странах, с которыми она вела или ведет переговоры о заключении контрактов. В Калифорнии, в Сан-Франциско, находится «Бопк оф Америка», крупнейший банк США. В 1983 году он скупил контрольный пакет акций финансовой корпорации «Си- ферст корпорейшн», располагавшей капиталом в 10 миллиардов долларов, и превратился в подлинного финансового левиафана, превзойдя по мощи такие гиганты, как «Чейз Манхэттен бэнк» и «Морган гэранти траст». Наряду с многомиллиардными финансовыми операциями «Бэнк оф Америка» систематически разрабатывает широкомасштабные исследования «Об экономическом положении США», «О потреблении нефти в мире и ценах на нефть» и другие, основываясь на которых определяют свою стратегию и тактику многие монополистические консорциумы Соединенных Штатов. «Бэнк оф Америка» совместно с «Вестерн бэнк корпо- ре и шн» составляют калифорнийскую олигархическую группу, которая теснейшим образом связана деловыми и личными узами с военно-промышленными гигантами Калифорнии. «Локхид», например, еще в 1943 году получила от «Бэнк оф Америка» огромный по тем временам кредит в 20 миллионов долларов, и именно после этого начался его расцвет. Бывший управляющий отделением банка Р. Эш — один из тех, кто «ставил на ноги» корпорацию «Литтон». «Макдоннелл— Дуглас» имеет в правлении «Бэнк оф Америка» своего постоянного представителя. Столь же тесно связана калифорнийская финансовая группа с могущест- 25
псиными нефтяными монополиями (она контролирует более 12 процентов акции «Сокал» и 2 процента акции «Тек- сако»). В свою очередь, представители «Тексако» участвуют в деятельности совета директоров «Морган гэранти», а руководители «Сокал» входят в высшее управленческое звено корпорации ИБМ. Вице-президентом, а затем президентом «Бэнк оф Америка» долгие годы был Олден Уиншип Клаузен, один из идеологов и лидеров западного делового мира, в 1981 — 1986 годах — президент и председатель Исполнительного директората Международного банка реконструкции и развития (МБРР) и президент Международной финансовой корпорации. В 1980 году он активно поддержал кандидатуру Р. Рейгана на президентских выборах. Федеральное резервное управление еще в 1951 году в своем официальном докладе констатировало, что «Бэнк оф Америка» «сконцентрировал в руках небольшой группы людей, а вернее в руках одного человека, больше экономической власти, чем это, вероятно, случалось когда-либо ранее в истории деловой жизни нашей страны». В Калифорнии находятся крупнейшие «мозговые центры» американского милитаризма. Это прежде всего созданный по инициативе руководителей «Дуглас эйркрафт» и группы генералов мощный военно-исследовательский центр «Рэпд корпорейшн», выполняющий заказы Пентагона, американских ВВС, ЦРУ. В штате «Рэнд» более тысячи сотрудников, кроме того, корпорация пользуется услугами почти 500 «постоянных консультантов», среди которых — Дж. Шлесинджер, бывший государственный секретарь США Г. Киссинджер, «отец» нейтронной бомбы физик С. Коэн. «Лаборатория интеллектуальных ферментов, которая в течение почти четырех десятилетий является экспериментальным и вычислительным полигоном для умов, разрабатывающих стратегические и военные программы страны» — так характеризует «Рэнд» газета «Крисчен сай- епс монитор». 26
В Калифорнии, к востоку от Окленда, расположены корпуса Ливерморской лаборатории имени Э. Лоуренса, в которой насчитывается до 7 тысяч научных сотрудников и на долю которой приходится до 80 процентов ядерных исследований, осуществляемых в США; здесь же находится Лос-Аламосская лаборатория, где в свое время были разработаны первые атомные бомбы; из ста суперкомпьютеров стоимостью от 5 до 15 миллионов долларов, действующих ныне в США, 10 находятся в Лос-Аламосе и четыре — в Лнверморе. В Калифорнии действует научно-исследовательский центр Эймса при Национальном управлении по аэронавтике и исследованию космического пространства (НАСА), которому, в частности, поручено сооружение нового научно-производственного комплекса, где будет размещен самый мощный в мире компьютер, предназначенный для выполнения заказов Пентагона. Под крышами этих военно-исследовательских центров разрабатывают американские военные программы и многие из тех более чем 800 ученых бывшей фашистской Германии, которых власти США после второй мировой войны вывезли за океан. «Тысячи калифорнийцев работают для Пентагона в помещениях тайных заводов, далеко от глаз и ушей любопытных,— констатировала в июле 1985 года «Фигаро».— Там разрабатываются ультрасекретные системы вооружений...» «Черные» проекты осуществляются в специально оборудованных зданиях. Слепые корпуса, напоминающие [гитлеровские] блокгаузы Атлантического вала, обладают стенами толщиной в 30 сантиметров, не допускающими подслушивания. Если и есть здесь окна, то со специальными стеклами, непроницаемыми для радиоволн». Картина будет неполной, если не сказать о том, что Калифорния — один из важнейших в стране полигонов, на котором пентагоновская военщина опробует новые виды оружия, «проигрывает» свои милитаристские планы. Здесь находится более ста военных баз. (На авиабазе Ванденберг 21
сооружен новый стартовый комплекс, предназначенный для запуска космических кораблей многоразового использования, которому отводится важная роль в реализации программы «звездных войн». Ежегодно в Калифорнии проводятся крупные военные маневры, в которых участвует более 100 тысяч солдат и офицеров; месяцами ведут здесь упорные «бои» головорезы из состава интервенционистских «сил быстрого развертывания» и других террористических формирований, созданных Вашингтоном для подавления национально-освободительных движений... После того как в 1848 году Джеймс У. Маршалл, предприимчивый авантюрист из Нью-Джерси, сооружая небольшую лесопилку в горах Сьерра-Невады, неожиданно обнаружил на дне реки золотой самородок, Калифорния на несколько лет стала центром небывалой «золотой лихорадки», обогатившей многих искателей счастья. «Визитная карточка» сегодняшней Калифорнии — не скалистые каньоны, где старатели-одиночки с киркой в руках охотятся за золотым песком, не воспетые некогда американскими поэтами цветущие апельсиновые рощи, а мрачные, серые громады заводских корпусов, в которых безостановочно и во все больших масштабах производятся самые современные виды оружия, и гигантские полигоны, где это оружио опробуется. Сначала — виски, потом — табак, потом — ружья, потом — женщины — в такой последовательности перечислял жизненные ценности пионеров Калифорнии американский писатель Ирвинг Стоун в своей книге «Достойные моих гор». Сначала — деньги, власть, оружие, потом — власть, оружие, деньги, потом — оружие, деньги, власть — таково кредо нынешних властителей этого района американского Дальнего Запада. Калифорния стала в США средоточием индустриальпо-финансовой мощи, базой милитаристов, кузппцей земных и «звездных» войн. И в значительной мере — кузницей политики. В результате острой конкурентной борьбы агрессивные империалистические круги США, связанные прежде всего 28
с военным бизнесом, утвердили свое доминирующее влияние в стране. Для осуществления их глобальных экспансионистских замыслов, для упрочения своих позиций внутри господствующего класса США этим кругам, и прежде всего могущественным калифорнийским «королям оружия», взаимодействующим с другими военно-промышленными гигантами, со значительной частью американской финансовой олигархии и военщины, потребовалась и соответствующая администрация. ПТИЦЫ ОДНОГО ОПЕРЕНИЯ Нынешняя администрация США обязана своей карьерой прежде всего большому бизнесу Калифорнии. Но «создал» ее и открыл ей «путь наверх» не только он. Что же представляют собой те силы, которые тоже мостили дорогу к Белому дому? В 1800 году, когда политическая власть в США впервые перешла из рук федералистов в руки республиканцев, современники приравняли это событие к политическому перевороту, а республиканцы провозгласили свой успех «революцией 1800 года», «не уступающей по значению для жизни страны революции 1776 года». Такова далекая история. В наше время любой сколько- нибудь серьезный наблюдатель интересуется в период президентских выборов, или выбороз губернатора, или членов конгресса в первую очередь не столько тем, к какой из диух основных буржуазных партий принадлежит победитель, сколько тем, какие реальные силы за ним стоят, интересы какой монополистической группы или групп оп выражает. «После освобождения негров разница между той и другом партиен становилась все меньше. Борьба этих партии велась преимущественно из-за вопроса о больше]"! или меньшей высоте таможенных пошлин. Никакого серьез- 29
кого значения для массы народа эта борьба не имела. На род обманывали, отвлекали от его насущных интересеi посредством эффективных и бессодержательных дуэлей двух буржуазных партий» 1. Две ведущие политические партии США — демократи ческую и республиканскую — часто уподобляют двум сосу дам с разными этикетками, но с одинаковым содержанием Это, несомненно, так, ибо бесспорно, что обе партии — эт< партии монополистического капитала, выражающие и за щищающие его интересы. И хотя в ряде случаев республи капцы и демократы, чья деятельность отражает борьбу i противоречия, имеющие место внутри правящего класса в тактическом плане придерживаются несовпадающих а подчас и значительно отличающихся друг от друга пози цин относительно форм и методов своей деятельности в стратегическом плане их линия неизменно остается единой. Об этом весьма откровенно сказал еще в 1948 году бу дущин президент США Р. Никсон: «В Америке, к счастью партии-двойники, в сущности, руководствуются одними i теми же принципами, а некоторые различия в оттенка зависят почти целиком от характера их кандидатов... Нанл партии — это организации для прихода к власти, и такимт они и должны быть, ибо было бы опасно иметь две партии принципы которых настолько сильно отличались бы дру| от друга, что переход от одних к другим означал бы корен ные перемены». «Главные разногласия (между двумя партиями. Авт.) имеют место не столько в области общеполитнче ских целен, сколько в области конкретного отношения i тем или иным возникающим проблемам»,— с полным ос иованием отмечал президент Дж. Кеннеди. «На деле в Со единенных Штатах — однопартийная система — «демо публнканская партия», замаскированная в двух партиях 1 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 22, с. 193. 30
демократической и республиканской,-— признает консервативный идеолог Р. Ринджер.— Можно прямо сказать: так называемая двухпартийная система в США — вздор и надувательство». Суть американской «двухпартийной демократии» с предельной четкостью охарактеризовал лидер американских коммунистов Гэс Холл: «Кандидаты демократической и республиканской партий соревнуются за то, кто даст больше обещаний. Они правильно обвиняют друг друга в том, что не намерены их выполнять. История пх партий-—это цепь нарушенных обещаний. Единственные обещания, которые они всегда выполняли,— это обещапия, которые они давали большому бизнесу, банкам и Пентагону». Республиканская партия, возникшая в 1854 году в ходе борьбы сторонников «нового пути» против защитников плантационной системы, основанной на рабском труде, явилась порождением «эпохи, задача которой была в скорейшем развитии капитализма» 1. Эта партия, писал американский историк К. Росситер, «представляет тех, кто управляет американской промышленностью, финансирует ее деятельность и реализует ее товары». Иными словами, республиканская партия — традиционный оплот большого бизнеса. Опросы, проводимые журналом «Форчун» среди руководителей 500 крупнейших корпораций страны, показывают, что более половины опрошенных заявляют о своей приверженности к республиканцам. Среди делегатов съезда республиканцев, состоявшегося в 1984 году в Далласе, было несколько десятков миллионеров, около 20 процентов лиц, чей ежегодный доход превышает 100 тысяч долларов, и почти 50 процентов — с доходами не менее 50 тысяч долларов. В числе тех, кто выступает в поддержку республиканцев,— мощные финансовые и промышленные группировки северо-востока и Среднего Запада США. Среди них — про- 1 Ленин В. И. Полп. собр, соч., т. 22, с. 193. 31
мышленные круги таких крупных индустриальных центров, как Чикаго, Детройт, Кливленд, Сапт-Лупс, представители нефтяного бизнеса Техаса, многие банкиры и финансисты Уолл-стрита, члены «первых фамилии» американской буржуазии — Дюпоны, Вандербильты, Асторы, Кэботы. «Птицы одного оперения всегда собираются в стаю»,— гласит английская поговорка. Почему, в самом деле, столь значительное число представителей американского большого бизнеса предпочитают республиканцев демократам? Это происходит в большей мере потому, что традиционно именно в республиканской партии аккумулируются, объединяются те элементы, которые придерживаются консервативных или даже ультраконсервативных позиций. Кроме того, сам факт сосредоточения в рядах республиканской партии значительного числа представителей американского большого бизнеса предопределяет правый, консервативный характер политического лица партии. Большой бизнес широко представлен и в оформившейся в 1828 году демократической партии, которая в первой половине прошлого века выражала интересы плантаторов Юга. Сегодня в ее поддержку выступают крупные монополистические конгломераты северо-востока страны, в том числе мощное финансовое объединение «Лимен бразерс Кун, Леб» (в сферу влияния которого входят такие поставщики Пентагона, как «Дженерал дайнэмикс», «Литтон ин- дастриз», ЛТВ, «Спэрри-Рэнд»), банкирский дом «Браун бразерс», «Гарриман энд К0», «стальные короли» Огайо и Виргинии, «нефтяные короли» Луизианы, строительные магнаты Чикаго, мощная финансовая буржуазия Юга («Ситизенс энд сазерн нэшнл бэнк», Джорджия; «Нэшнл бэнк оф Джорджия»; «Пирс лайф иншурэнс», Техас) и др. Маскируя свои связи с кругами монополистического капитала, руководство демократов, поддерживающее связи с профсоюзами, академическим миром, либеральной интеллигенцией, афиширует партию как «партию великой руз- 32
вельтовской коалиции», приверженную «политике социальной справедливости», «друга» малообеспеченных слоев населения, а с 60-х годов — и как «защитника» гражданских прав и выразителя интересов национальных меньшинств. «Сейчас у нас правительство богатых, созданное богатыми и для богатых. Корпорациям и вообще всем, кто любит жить за чужой счет, кто использует различные лазейки и не платит налогов, я говорю: ваша жизнь за чужой счет кончилась»,— демагогически заявлял в ходе предвыборной кампании соперник Рейгана У. Мондейл. А в интервью журналу «Форчун» тот же Мондейл сказал: «Я думаю, предприниматели будут мной очень довольны». Это, второе высказывание кандидата в президенты, который, кстати, сам тесно связан с группой Морганов и является членом совета директоров крупной компании «Контрол дейта», было, конечно, куда ближе к его подлинным взглядам и планам. Однако следует сказать еще об одной из важнейших и неотъемлемых черт политической панорамы современной Америки — о «двухпартийном прагматизме». Он означает, что ряд наиболее крупных, могущественных конгломератов и групп США, таких, как кланы Морганов и Рокфеллеров, издавна стремятся не связывать себя узами постоянной приверженности к одной из двух главных буржуазных партий страны. Они придерживаются «двухпартийной линии». Да и крупнейшая калифорнийская монополия «Бечтел» внесла на выборах 1984 года значительные вклады в пользу и республиканцев, и демократов. Все они действуют так, чтобы —в какую бы сторону ни качнулся двухпартийный политический маятник — их экономические и политические интересы в любом случае были бы должным образом представлены и надежно обеспечены в вашингтонских верхах. Так на деле и происходит — для того чтобы убедиться в этом, достаточно сопоставить состав администрации де- 2 Заказ 2088 33
мократов, папрпмер, в президентство Дж. Картера и состав нынешней республиканской администрации. Как были представлены интересы финансовых групп Морганов и Рокфеллеров в правительстве Картера? Тесно связанный с группой Морганов председатель совета директоров компании «Кока-кола» П. Остин — один из лидеров тех деловых кругов, которым Картер был обязан победой на выборах 1976 года. Бывший президент «Кока-кола» Ч. Дункан стал в администрации Картера министром энергетики, председатель совета директоров компании «Сазерн релвэй» Г. Клейтон — министром военно-морского флота, председатели советов директоров «Дженерал электрик», «Дженерал моторе» и «Америкен телефон энд телеграф» Т. Джоунс, Т. Мэрфи и Дж. де Баттс — влиятельными неофициальными советниками президента. Финансовая группа Рокфеллеров, рокфеллеровский «Чейз Манхэттен бэнк» были представлены в Вашингтоне 3. Бжезинским (назначен на пост помощника президента по национальной безопасности), членами совета попечителей «Фонда Рокфеллеров» С. Вэисом (стал государственным секретарем), М. Блю- мепталем (получил должность министра финансов) и П. Волкером (назначен на должность председателя совета управляющих Федеральной резервной системы) и т. д. В 1980—1981 годах, после того как к власти пришла республиканская администрация, все эти лица (за исключением Волкера) вынуждены были покинуть политическую арену. Однако интересы Морганов и Рокфеллеров отнюдь не были ущемлены — эти могущественные «центры силы» просто сменили своих представителей в вашингтонских верхах. С кланом Морганов в правительстве Рейгана связаны Р. Болдуин (председатель правления «Морган Стэнли», член группы бизнесменов, разрабатывавших экономическую программу Р. Рейгана в канун президентских выборов 1980 г.); Дж. Шульц (бывший президент «Юнайтед текнолоджиз», член правления «Дж. Г. Морган гэрантп траст») получил пост государственного секрета- 34
ря; У. Смит и У. Шмальц (тесно связанные с «Америкой телефон энд телеграф») стали соответственно министром и заместителем министра юстиции; А. Гринспен, президент и совладелец фирмы «Таунсед — Гринспен энд компани», член совета директоров «Морган гэранти траст» в 1983 году, назначенный председателем президентской комиссии по проведению реформы системы социального страхования, и другие. А группа Рокфеллеров? Посты в Вашингтоне получили издавна связанные с этой группой вице-пре- .шдент Дж. Буш и С. Пирс (получил пост министра жилищного строительства), бывший администратор «Чейз Маихэттен бэнк» Р. Энгризани (стал заместителем министра труда), бывший управляющий одним из имений Рокфеллеров Дж. Кинзери (занял ответственный пост в аппарате Белого дома). Не говоря уже о том, что сам Д. Рокфеллер стал хотя и неофициальным, но весьма влиятельным советником президента. Не составляет секрета, что предвыборные кампании по избранию президента США сама американская печать нередко именует «состязанием денежных мешков». Сумма «денежного обеспечения» президентских выборов за последние 20 лет возросла по меньшей мере в 10 раз. Как констатирует в своей книге «Шесть кризисов» бывший президент США Р. Никсон, кандидатами в президенты могут быть лишь наследники огромных состояний или же лица, добившиеся поддержки богачей. Директор Гражданского исследовательского центра университета Южной Калифорнии Герберт Александер подсчитал, что выборы 1984 года обошлись всем их участникам в 2 миллиарда долларов — почти в 4 раза дороже, чем восемь лет назад. Место главы 13елого дома стремительно дорожает с каждыми президентскими выборами, и ныне оно стоит около 300 миллионов долларов. Главный источник, из которого черпаются столь огромные средства,—большой бизнес США. В 1984 году предвыборный фонд национальных органов республиканской 35
партии составил 225,4 миллиона долларов (у демократов этот фонд не достиг и 58 миллионов). Огромный материальный перевес создал республиканцам возможность добиться такого же большого перевеса и в политических делах. Как видим, администрация США представляет различные региональные группировки американского монополистического капитала и отражает соотношение сил между этими группировками. ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ Президентская власть в США — один из главных рычагов, с помощью которого осуществляется руководство внутренней и внешней политикой страны. Так сложилось исторически. Еще в те далекие времена, когда «отцы-основатели» Америки закладывали на территории бывшей английской колонии в Новом Свете фундамент нового государства, ими всерьез рассматривался вопрос о провозглашении монархии, а первому президенту США Джорджу Вашингтону (которого первоначально предполагалось именовать «Выборное Величество», «Его Выборная Светлость» или «Его Светлость Президент Соединенных Штатов и Протектор Прав») была предложена корона. Это наложило определенный отпечаток на конституцию США, в основу которой положены принципы сильной президентской власти и разделения властей. «В Соединенных Штатах,—писал американский публицист Б. Гросс,— президент не только главнокомандующий вооруженными силами, ведущий дипломат, основной законодатель с прерогативами законодательных инициатив и правом вето, но также начальник тайных служб, лидер партии... Куда бы он ни направлялся, он песет с собой ящик управления, кнопки которого, если их соответствующим образом нажать, могут обрушить на мир ливень ядерных бомб». 36
Статья II конституции США гласит: «Ни одно лицо, кроме гражданина по рождению или гражданина Соединенных Штатов на момент принятия настоящей Конституции, не подлежит избранию на должность президента; равно как не подлежит избранию на эту должность какое- либо лицо, не достигшее возраста тридцати пяти лет и не проживавшее в течение четырнадцати лет в Соединенных Штатах». Требования, как видим, не очень жесткие. Наличие гражданства, возрастной ценз, проживание в течение 14 лет на территории США — да ведь американцев, отвечающих этим требованиям, десятки миллионов! Не здесь ли, не в заветах ли «отцов-основателей» Соединенных Штатов берет свое начало одурманивающая воображение простаков сказочка о том, что, дескать, каждый чистильщик обуви может в США стать президентом? Впрочем, сегодня этот миф вызывает саркастические усмешки и в самих США. Его, не смущаясь, с фактами в руках высмеивают и опровергают американские буржуазные политологи. «Наши президенты,— констатирует известный американский ученый Т. Кронин,— это белые, мужчины, протестанты, юристы, люди среднего возраста, из крупных штатов... Кандидаты в президенты почти неизменно подбираются из небольшой группы профессиональных политиков. По существу, организован некий кружок, насчитывающий около 50 человек, находящихся постоянно «под рукой» в каждый данный год президентских выборов: губернаторы крупных штатов, известные сенаторы в возрасте до 60 лет и некоторое число недавних губернаторов или вице-президентов, которые умеют преподнести себя в средствах массовой информации». Итак, хозяином Белого дома может, как видим, стать на деле далеко не каждый из тех, кому открыли такую перспективу «отцы-основатели». Из огромной массы людей, которым такая возможность формально предоставлена 37
конституцией, следует сразу же исключить миллионы рабочих, фермеров, служащих, женщин, миллионы черных н цветных. И конечно же атеистов, да и вообще лиц, имеющих «радикальные воззрения». Теперь мы, несомненно, ближе к истине, к реальной американской действительности. Чуть ближе. Ибо можно ли представить, что хозяином Белого дома становится человек, не принадлежащий к состоятельным слоям общества? И уж тем более — представитель тех 30 с лишним миллионов американцев, чьи доходы, по официальным данным, «ниже прожиточного минимума»? Не будем обращаться к далекому прошлому и напоминать, например, о том, что Дж. Вашингтон — выходец из семьи богатого плантатора-рабовладельца. Он унаследовал поместье Маунт-Вернон и был пайщиком компанш1 в Огайо, спекулировавшей землями, захваченными у индейцев. Женитьба на богатой вдове приумножила его богатства, он платил налог с 12,5 тысячи акров обрабатываемых земель в восточной части Виргинии, владел 25 тысячами акров нераспаханных земель на западе той же Виргинии, ему принадлежало более 200 негров-рабов, и к моменту избрания президентом в 1789 году он считался одним из самых богатых людей страны. Однако перелистаем страницы, повествующие о президентах послевоенной Америки, начиная с 60-х годов. Мультимиллионером был Джон Кеннеди (капиталы семейства Кеннеди превышают 600 миллионов долларов, оно числится среди 20 самых богатых семейств страны). Лин- дон Джонсон, которого привели на президентский пост выстрелы 22 ноября 1963 года в Далласе, трагически оборвавшие жизнь Кеннеди, тоже был миллионером, владел крупными участками земли, банковскими акциями, поддерживал деловые контакты с магнатами авиационной промышленности, скупал и перепродавал скот, а его жена еще в 1943 году приобрела в Остине радиостанцию, которая стала впоследствии филиалом «Коламбиа Бродкастинг си- 38
стем», одной из крупнейших радиовещательных компании США. Когда в 1973 году Л. Джонсон скончался, стало известно, что его семья, согласно завещанию, унаследовала 25 миллионов долларов. Ричард Никсон был совладельцем крупной юридической фирмы, клиентами которой состояли такие киты большого бизнеса, как «Студебеккер — Паккард», «Мючуэл оф Нью-Йорк», «Эль-Пасо нэчурал гэс», «Пепсико». И хотя состояние Никсона никогда не достигало таких размеров, как, скажем, состояние Джонсона, он тоже принадлежит к касте американских богачей: по данным на 1968 год, то есть на год избрания Никсона президентом, его личный капитал, вложенный в основном в недвижимую собственность, превышал полмиллиона долларов. Члены того узкого «кружка», из которого американская олигархия выбирает кандидатов в президенты и самих президентов, всегда и во всех случаях являются прямыми представителями большого бизнеса, теснейшим образом с ним связанные, свято его философию исповедующие, его интересы и устремления отстаивающие. У Рональда Рейгана — богатая событиями политическая биография. Но на всех ее этапах, па всех ступеньках своей далеко не обычной карьеры, каждая из которых приближала его к Белому дому, он неизменно демонстрировал одни и те же постоянные качества. Биографы Рейгана отмечают, что значительную роль в его выдвижении сыграли выступления, в которых он подчеркивал приверженность американской капиталистической «системе свободного предпринимательства» и ее сердцевине — большому бизнесу, готовность защищать интересы крупного капитала, свой откровенный антикоммунизм. Так было еще в те годы, когда Р. Рейган выступал в Голливуде. 25 августа 1985 года газета «Сан-Хосе меркьюри ньюс», ссылаясь на находящиеся в ее распоряжении секретные документы ФБР, заявила, что он в то время был связан с ФБР. Играя главенствующую роль в 39
гильдии киноактеров, он в мрачпую пору маккартпзма возглавил «охоту за ведьмами» в Голливуде, провозгласив, что «очистит американское кино от коммунистической заразы». По данным газеты, Р. Рейган и его первая жена Дж. Уайман «информировали агентов политической полиции о прокоммунистическом влиянии в гильдии киноактеров и других организациях Голливуда». Характерный факт, относящийся к тому периоду биографии президента, приводит в своей книге «Рональд Рейган. Его жизнь и восхождение на пост президента» (Нью-Йорк, 1981 г.) известный калифорнийский публицист Б. Боярски. Когда в 1947 году 500 голливудских актеров, сценаристов и постановщиков подняли голос протеста против «охоты на ведьм», развернутой в Голливуде комиссией по расследованию антиамериканской деятельности, Рейган особенно активно «стал выражать крайнюю озабоченность коммунистической опасностью и поддержал расследование комиссии, выступив в качестве добровольного свидетеля обвинения». А вот что пишет о том периоде в книге «Голливуд о Рональде Рейгане» один из бывших коллег нынешнего президента по Голливуду — Говард Кох: «Мы оба были членами голливудского демократического клуба во времена Рузвельта, когда либерализм был в почете. Я помню, что на собраниях, которые мы оба посещали, он предпочитал находиться в оппозиции. При принятии резолюции, осуждающей зверства нацистов, он настаивал на аналогичном осуждении и Советов — и это в то время, когда они были нашими союзниками в войне против нацистов. Это вызвало раскол среди членов клуба, что способствовало его роспуску». Как отмечает в книге «Рональд Рейган: политика, основанная на символах» (Кэмбридж, 1984 г.) профессор Калифорнийского университета Р. Дэллек, убеждение Рейгана в том, что он лично помог предотвратить захват коммунистами американской киноиндустрии, «послужило в дальнейшем основой для формирования у него представлений о его мессианской роли 40
в борьбе против коммунизма и — в более широком плане — о его личной борьбе против зла». В середине 50-х годов Рейган стал штатным сотрудником мощной моргановской корпорации «Дженерал электрик», которая, выполняя крупные заказы Пентагона (именно с «Дженерал электрик» был заключен в свое время контракт на постройку завода ядерных боеголовок в Пайнлас, штат Флорида), наряду с этим выпускала гражданскую продукцию и искала человека, «который смог бы продавать продукцию компании, создавать ей положительный имидж 1 и посещать ее заводы для улучшения морального климата среди рабочих». Разъезжая на средства корпорации в течение восьми лет по Калифорнии и всей стране, Рейган не только рекламировал пылесосы и электробритвы, но и, выступая дважды в неделю в рамках телевизионной программы «Театр «Дженерал электрик», на собраниях и митингах, созываемых реакционными организациями «Крестовый антикоммунистический поход» и «Молодые американцы за свободу», перед членами торговых палат, муниципальных клубов и ассоциаций промышленников, регулярно появлялся на экранах телевидения; квинтэссенция этих выступлений — гимн «Дженерал электрик» и в ее лице — системе «свободного предпринимательства» вперемешку с антикоммунистическими выпадами и упреками по поводу «чрезмерного федерального вмешательства» в деятельность частного капитала. Служба в «Дженерал электрик» помимо годового оклада в 125 тысяч долларов принесла Рейгану обширные связи в сфере бизнеса, в том числе военного, и по свидетельству журналиста Б. Фэррела, «стала для него настоящей политической академией». В середине 60-х годов Рейган выступил в поддержку владельца крупной фирмы универмагов, махрового реак- 1 Имидж — облик, впечатление, которое стремится создать о себе политический деятель или корпорация в США. 41
ционера Б. Голдуотера, выдвинутого кандидатом в президенты от республиканской партии. Того самого Голдуотера, который шел на выборы под флагом неизбежной («лучше сейчас, чем потом») войны против мира социализма и так сформулировал свое политическое кредо: «Мы скорее отправим весь мир на тот свет, чем оставим его жить при коммунизме». Вскоре с помощью калифорнийских промышленных и финансовых магнатов Рейган стал губернатором Калифорнии. Вылетевший из губернаторского кресла демократ Э. Браун несколько лет спустя в своей книге «Рейган и реальность» признал, что он недооценил своего противника. Первое, что сделал Рейган, заняв губернаторское кресло,— обратился к тем, кто поддержал и финансировал его избрание, с просьбой порекомендовать 35—40 кандидатов в руководящие органы штата и, получив такие рекомендации, незамедлительно зачислил рекомендованных на ключевые высокооплачиваемые посты; характерно, что из 30 назначенцев губернатора 11 были крупными землевладельцами, 18 представляли финансовые учреждения штата. Опираясь на эту «команду», новый губернатор принялся энергично «приспосабливать» штат к нуждам и требованиям калифорнийских монополистических кругов, рекламируя свой «опыт» как образец для всей Америки. «Я хотел бы,— заявил он 20 июня 1968 года на страницах «Крисчен сайенс монитор»,— чтобы президент пошел к руководителям промышленности и торговли, как это делаем мы в Калифорнии, и спросил их, что они могут сделать, чтобы помочь урегулировать наши внутренние проблемы. Чтобы он спросил их также, какие наилучшие действия мы могли бы предпринять в правительстве, чтобы помочь выполнить эту задачу». К этому времени Рейган уже был богачом, жил в Пэсифик палисейдс — одном из самых фешенебельных районов близ Лос-Анджелеса, считался своим в закрытом клубе калифорнийской элиты «Богемиан клаб». 42
В книге публициста Б. Боярски приводятся факты, подтверждающие, что на протяжении всех восьми лет пребывания на губернаторском посту Рейган неизменно и твердо придерживался линии на поддержку большого бизнеса: практически отменил контроль властей над деятельностью крупных страховых компаний, брокерских фирм и ссудо-сберегательных ассоциаций, обеспечил получение выгодных подрядов калифорнийскими компаниями, специализирующимися на бурении нефтяных скважин и строительстве ядерных электростанций, активно добивался от Вашингтона увеличения заказов для калифорнийских военно-промышленных корпораций, принятия закона о снижении налогов на прибыль. Правда, отмечал Боярски, Рейган подчас вынужден был идти па компромисс с законодательными органами штата, которые почти на всем протяжении его губернаторской деятельности контролировались представителями демократической партии. Ему приходилось иной раз даже отказываться от своих жестких требований по сокращению социальных программ или соглашаться повышать налоги на корпорации. Однако затем он снова поворачивал дело так, чтобы «обиженные» корпорации могли возвратить себе если не все, то хотя бы часть «потерянных» прибылей. В 1970 году, баллотируясь на второй губернаторский срок, Рейган обнародовал «список приоритетов», в котором говорилось, что главные усилия он намерен направлять на то, чтобы обеспечить решение следующих задач: установление налоговых льгот для предпринимателей, увеличение финансовой помощи компаниям, расширяющим свою деятельность, и разработка «ряда программ, стимулирующих деятельность калифорнийской экономики». Б. Боярски в своей книге сообщает также, что своей первой победе на губернаторских выборах Рейган был обязан прежде всего двум очень богатым «донорам» — автомобильному магнату X. Таттлу (который был казначеем рейгановской кампании по выборам) и нефтепро- 43
мышленнику Г. Сальватори. К этим фамилиям американская печать добавляет и другие: нефтепромышленника С. Рабела, владельцев сети магазинов Дж. Дарта, А. Блу- мингдейла, Д. Шредера, сталелитейпого магната Э. Йор- генсена, крупного скотопромышленника У. Уилсона, главу «Нортон Саймон энд компани» Н. Саймона. И конечно же представителей калифорнийских «военных корпораций, прежде всего связанных с корпорациями-гигантами «Локхид» и «Нортроп», с военно-строительной компанией «Бечтел». Вскоре после того, как Рейган был избран губернатором Калифорнии, его советник и адвокат миллионер Смит вместе с группой других калифорнийских дельцов помогли новому губернатору провернуть ряд выгодных сделок, позволивших ему приумножить свое состояние. Так, они «посодействовали» продаже большого, площадью 290 акров, участка земли, который принадлежал Рейгану и находился в горах Санта-Моника. Хотя этот участок, известный под названием «Ерлинг Pay ранч», представлял собой каменистую, непригодную для обработки территорию, которую сам Рейган еще в 1951 году приобрел по цене 275 долларов за акр, известная американская кинопромышленная корпорация «Твентис сенчури фокс» купила его за 1,9 миллиона долларов (по цене 8178 долларов за акр). Впоследствии корпорация сбыла «Ерлинг Pay ранч» по бросовой цене, но ее руководители не проиграли. Биографы Рейгана обращают внимание на то, что позднее Рейган подписал закон, на который наложил вето его предшественник (этот закон предоставлял киностудиям, в том числе и «Твентис сенчури фокс», значительные налоговые льготы). Оставшиеся у Рейгана 54 акра той же каменистой земли были приобретены компанией «Кайзер аэтна» за 165 тысяч долларов. Позже некая подставная фирма, именовавшая себя «57-я Мэдисон корпорейшн», перекупила эту землю у «Кайзер аэтна» примерно за ту же цену, по- 44
крыв все затраты компании. А затем выяснилось, что так называемая «57-я Мэдисон корпорейшн» на самом деле принадлежала совладельцу кинотелевизионного конгломерата «Мыозик корпорейшн оф Америка» (МКА) Штейну. Выяснилось также, что Штейн — давнишний приятель будущего президента и что Рейган в свое время, используя свое губернаторское влияние, немало содействовал процветанию МКА. В итоге всех этих сделок Рейган стал обладателем крупного состояния, которое он впоследствии снова приумножил; как сообщил в мае 1985 года журнал «Мани», за четыре с небольшим года пребывания у власти личное состояние четы Рейганов возросло почти на миллион и оценивается сейчас по меньшей мере в 4,4 миллиона долларов. За годы, истекшие с тех пор, как Р. Рейган стал президентом США, в Соединенных Штатах и других странах Запада о нем написано немало книг и статей. Многие биографы отмечают его политический экстремизм, основанный на концепции «вседозволенности Америки». «Мировоззрение Рейгана, родившегося в начале века,—писал еженедельник «Нью-Йорк тайме мэгэзин»,— сформировалось много лет назад, и события последних десятилетий мало повлияли на его основные взгляды... В историческом плане он рисует мир в черно-белых красках. Это мир союзников и противников, патриотов и злодеев, лояльных друзей и не заслуживающих доверия врагов. Это мир, где сложное соотношение сил, оттенки и нюансы часто теряются и забываются и где активный национализм многих других народов едва распознается или плохо доходит до сознания». «Рейган,—отмечает Р. Драггер в книге «О Рейгане — человеке и президенте»,— исповедует то, что лучше всего можно охарактеризовать как концепцию «дьявола» применительно к Советскому Союзу. В его представлении Москва не только столица коммунизма, но и столица всего революционного, что только есть в мире. Из этой докт- 45
рипы вытекает, что Израиль — это фактор сдерживания советского экспансионизма, что США должны оказывать военную помощь антимарксистским мятежникам в Афганистане и Анголе. Куба — это Советский Союз в Карибском бассейне. Никарагуа — это лапа русского медведя». «Преломление рейгановской концепции «дьявола» применительно к любому революционному движению оче- видно,— пишет Р. Драггер.— Каким бы прогнившим и кровавым ни был диктатор правого толка, какой бы продажной или репрессивной ни была военная хунта, любые революционеры, поднимающиеся против них,— это коммунисты, направляемые Москвой. Любое левое или просто реформистское движение приравнивается к коммунизму. Рейгановской концепцией «дьявола» заложена основа для международного маккартизма». При этом в Белом доме не гнушаются использовать даже политические нелепости, которые не имеют ничего общего с действительностью. Известно, например, что, пытаясь в одном из выступлений подтвердить тезис о мифической «советской угрозе», якобы нависшей над другими государствами, Р. Рейган привел в качестве аргумента «высказывание» В. И. Ленина, которого Ленин никогда не делал: «Мы должны захватить Восточную Европу. Мы организуем азиатские орды. Затем двинемся в Латинскую Америку, и нам не нужно будет захватывать Соединенные Штаты, они сами упадут нам в протянутые руки, словно перезрелый плод». Американские журналисты раскрыли источник этой фальсификации. Им оказалась... «Голубая книга», изданная обществом Джона Бэрча — антикоммунистической организацией фашистского толка, а первоисточник — геббельсовская клеветническая стряпня. Беззастенчивое манипулирование несуществующей «цитатой» В. И. Ленина вызвало не только вполне оправданное возмущение. Советские и некоторые зарубежные органы печати задали в этой связи вполне законный вопрос: коль скоро в Белом доме хотят продемонстрировать 46
зпапие трудов основателя КПСС и Советского государства, почему бы им действительно не познакомиться с работами В. И. Ленина, которые опубликованы на английском языке и свидетельствуют о последовательном стремлении Страны Советов к миру, к установлению с США добрых отношений сотрудничества? Например, в октябре 1919 года корреспондент американской газеты «Чикаго дейли ньюс» спросил В. И. Ленина: «Какова позиция Советскою правительства в отношении экономической договоренности с Америкой?» Он кратко и ясно ответил: «Мы решительно за экономическую договоренность с Америкой,— со всеми странами, но особенно с Америкой» 1. Почему бы президенту США не использовать это и другие ленинские высказывания, иллюстрирующие принципиальную линию Советского государства на развитие взаимовыгодных деловых отношений с капиталистическими странами в интересах упрочения мира, которая остается последовательной и неуклонной? Разумеется, никакого ответа из Вашингтона на эти вопросы прессы не последовало. На опасный характер экстремистских высказываний обращают внимание многие западные наблюдатели. Американский политолог и публицист Дж. Макмэхен, напоминая в своей книге «Рейган и мир» (Лондон, 1984 г.) об известных заявлениях Р. Рейгана о том, что-де «Советский Союз — причина всех беспорядков па земном шаре» и необходимости «списать коммунизм как печальную, неестественную главу в истории человечества», делает вывод: «Эти периодические злобные выпады явно рассчитаны на разжигание страха и ненависти в отношении СССР, что администрация считает необходимым для общественной поддержки (читай: военно-промышленного комплекса.— Авт.) своей политики. Администрация США жадно хватается за любую возможность, для того чтобы опорочить J Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 39, с. 209. 47
и осудить Советский Союз». Отмечая, что многие трезвомыслящие и отнюдь не «просоветские» деятели в самих США не раз предупреждали официальный Вашингтон об опасности и безрассудности такого курса, Дж. Макмэхен констатирует, что «отказ администрации прислушаться к этим предупреждениям, ее последовательная линия на нагнетание напряженности в отношениях между Востоком и Западом привели к очень опасной ситуации». Это — прямо или косвенно — подтверждают и другие западные политологи. В качестве еще одного примера сошлемся на уже упомянутую книгу профессора Калифорнийского университета Р. Дэллека «Рональд Рейган. Политика, построенная на символах», автор которой подчеркивает, что нынешняя американская администрация не ищет подлинного решения проблем, встающих перед современной Америкой, подменяя «американские идеалы» их символами и риторическим изложением прописных истин. Отсюда — «возврат к старым традициям республиканцев: значительное снижение налогов для богатых слоев населения, уменьшение правительственной помощи бедным, ослабление заботы о соблюдении гражданских прав, сокращение контроля в промышленности, в деле охраны окружающей среды» и вместе с тем «эмоциональная риторика о достоинствах напряженного труда, семьи, религии, индивидуализма и патриотизма». На деле же, несмотря на все декларации президента о его намерении позаботиться о бедных, о национальных меньшинствах, о женщинах, о создании более справедливого общества, об улучшении образования и т. д., «достижения» его администрации во всех этих областях находятся в полном противоречии с его риторическими заявлениями». То же относится и к внешней политике США: вопреки постоянным разговорам о стремлении к установлению контроля над вооружениями и оздоровлению международной обстановки, пребывание Рейгана у власти отмечено «беспрецедентным для мирного времени наращиванием америкап- 48
ской военной мощи, ростом напряженности в советско- американских отношениях». «Разум президента,— пишет в «Нью-Йорк тайме мэгэ- знн» от 6 октября 1985 года американский обозреватель Лэсли Гэлб,— вращается вокруг двух философских полюсов. Истина и необходимость. Для него истины просты, и они ему известны. Он может неожиданно уступить, когда чувствует, что у него политически нет другого выбора, но он почти неизменно возвращается к своим принципам, и тут он непреклонен и упрям... Его помощники рисуют его как человека, вполне способного к изощренному маневрированию, включающему обычные формы политического обмана». Предвыборную избирательную кампанию, и особенно заключительный ее этап в 1980 году, Рейган вел под откровенно шовинистическими, милитаристскими, антисоветскими лозунгами. Придя к власти, глава республиканской администрации призывал к антисоциалистическому «крестовому походу», выступал с клеветническими измышлениями в отношении Советского Союза, предрекал, что социализм будет «погребен на пепелище истории». По вот прошло время, настроения значительной части американского общества начали меняться, сам ход мировых событий заставил широкие круги американской общественности все более отчетливо осознать, что ставка на силу, на ядерную дубинку не только не может превратить имперские вожделения Вашингтона в реальность, но, напротив, способна лишь увеличить угрозу ядерной войны, пламя которой неизбежно охватит и США. В преддверии президентских выборов 1984 года мнения широких масс американцев были суммированы в весьма популярной в тот период в США брошюре «Мнение избирателя о политике в области ядерных вооружений. Пособие для выборов», изданной организацией «Паблик адженда фау- пдейшп». Около 90 процентов опрошенных американцев против 9 процентов соглашались, что во всеобщей ядерной войне победителя не будет и что две ядерные держа- 49
вы полностью уничтожат друг друга. 83 процента против 13 процентов считали, что, если одна из двух держав применит ядерное оружие, дело обернется не ограниченной, а тотальной ядерной войной. 68 процентов против 20 процентов отвергали вариант, предполагающий, что — при отсутствии иного выхода — американцы могут вести и выиграть ядерную войну против Советского Союза. Как же реагировали на эволюцию в настроениях избирателей вашингтонские верха? Пересмотрели или хотя бы по-новому скорректировали взятые на вооружение агрессивные, антикоммунистические доктрины и концепции? Нет. Но это не значит, что реалии, настроения общественности не были учтены. Поворот, причем крутой, на 180 градусов, был совершен — но не в реальной политике и ее целях, а на словах, в той внешнеполитической риторике, которая всегда составляла и составляет важный элемент политического курса Вашингтона. В ходе избирательной кампании президент, касаясь основных направлений американской внешней политики, избрал совершенно новые для него акценты: в значительной мере отбросив прежние воинственные призывы и антикоммунистические выпады, он принялся с пылом и жаром заверять американцев в том, что-де укрепление мира, улучшение отношений с СССР, контроль над вооружениями — главная забота его правительства. Прежний лозунг о необходимости «достижения военного превосходства над Советским Союзом» был завуалирован фразами насчет того, что США «должны создать запас прочности», «закрыть окно уязвимости». Утверждения о том, что социализм будет «погребен на пепелище истории», сменились призывами «жить в мире на одной планете». Достаточно просто сопоставить лозунги, под которыми Р. Рейган вел борьбу за президентское кресло соответственно в 1980 и 1984 годах, чтобы убедиться, что в Белом доме, учитывая политические реалии, расстановку сил, настроения общественности, способны совершать крутые 50
политические зигзаги, выступать под разными масками, полностью, причем быстро, менять пропагандистские декорации. И при этом оставлять в неприкосновенности саму основу американской внешней и внутренней политики. «Мои взгляды пе изменились за то время, что я нахожусь в Белом доме»,— заявил Р. Рейган в интервью газете «Ю-Эс-Эй тудей» в январе 1985 года. Характерная оценка политической деятельности президента США дается в книге Дж. Макмэхена «Рейган и мир». Автор решительно отвергает тезис о «непоследовательном поведении американской администрации на международной арене». «Очевидной целью американской политики при Рейгане,— пишет он,— является возвращение США на позиции мирового господства в экономической, военной, политической и идеологической областях». Администрация Рейгана, говорится в книге, поставила цель «выиграть гонку вооружений и восстановить стратегическое превосходство США над Советским Союзом и последовательно, упорно этой цели добивается, используя агрессивные методы, которые были характерны для периода «холодной войны». При этом, как считает автор, Вашингтон надеялся «нанести крупный ущерб советской экономике и вызвать в конечном итоге крушение советской системы изнутри». Что же касается ядерного оружия, то оно рассматривается Вашингтоном в качестве средства, помогающего осуществлению американских империалистических авантюр, заключает он. «Цель Рейгана,— подтверждают Эванс и Новак, журналисты отнюдь не из числа друзей СССР,— вернуть страну к статус-кво прежних времен. В области внешней политики и обеспечения национальной безопасности под этими «прежними временами» имеется в виду 1955 год. Намерение Рейгана состоит в том, чтобы вернуться к реальностям того международного соотношения сил, к тем временам, когда Вашингтон был известен как столица западного мира и бесспорный лидер НАТО». 51
Стержневые направления политической деятельности Вашингтона четко определены вполне конкретными требованиями той политики, которая отвечает интересам господствующего класса. Какие бы сногсшибательные сальто-мортале ни совершали правящие круги США в своей политической риторике, их реальная, подлинная, действительная политика полностью отвечает тем глобальным стратегическим установкам, которые поставлены перед вашингтонскими верхами американской монополистической буржуазией, могущественным военно-промышленным комплексом, то есть теми силами, которые фактически управляют страной. В своей книге «Тщетный крестовый поход» американский историк Сидней Лене писал: «Корни крестового похода лежали в попытках Черчилля и Клемансо задушить русскую революцию силой оружия с 1918 по 1920 г. То, что Западу не удалось уничтожить, он пытался почти в течение двадцати лет подвергнуть изоляции и остракизму. Это кредо в течение двадцати лет находилось в спячке, но возродилось в полную силу после второй мировой войны... С 1917 г. коммунизм представляет «великую угрозу» в жизни Америки; а с 1946 г. антикоммунизм стал глобальной целью нашего национального существования и основной догмой внешпей и внутренней политики США». Правящие круги США лишь продолжают начатое, с той лишь разницей, что они действуют более нагло, агрессивно, а подчас и более изощренно, чем их предшественники... Процитируем статью «Везение президента», опубликованную в начале 1986 года в специальном номере влиятельного американского журнала «Форин афферс» «Америка и мир — 1985»: «Рейган менял курс или отступал с ранее занятых позиций, чтобы приноровиться к реальной обстановке или к общественному мнению в стране, или же к тому и другому. При всей своей враждебности к Советскому Союзу (и 52
отговорках администрации США по поводу совещаний в верхах) Рейган дал согласие на встречу с М. С. Горбачевым в Женеве в ноябре 1985 года. После того как в J 982 году Рейган ввел санкции против европейских монополистических компаний, участвовавших в строительстве сибирского газопровода, европейские правительства .тявили протест. Рейган отменил санкции. В первый год правления его администрации государственный секретарь Л. Хейг высказал мнение, что для урегулирования обстановки в Центральной Америке необходимо «заняться источником» беспорядков, а именно Кубой. Администрация конечно же не сделала этого...» Автор статьи, американский политолог М. Манделбаум, довольно точно подметил, что, как бы ни была агрессивна внешняя политика США, ее архитекторы вынуждены считаться и с реальной расстановкой сил, и с настроениями международной общественности. По сути дела, о том же писала 17 июня 1985 года и «Вашингтон пост»: «Однажды, когда консервативные сенаторы посетили Р. Рейгана в Овальном кабинете, чтобы изложить свои взгляды, Рейган, спокойно выслушав их, сказал, что в бытность его губернатором в Калифорнии некоторые республиканцы предпочитали «смело спрыгнуть вниз со скалы», нежели мириться с политической реальностью. Рейган не из тех, кто прыгает со скал. Его поведение символизирует противоречивый характер его карьеры: он одновременно является «истинно верующим», неустанно повторяющим заповеди консервативного евангелия, и прагматиком в политике, который хватает все, что может, а затем еще приходит за добавкой». А вот откровения о собственной политической тактике самого хозяина Белого дома: «Закоренелые консерваторы полагали, что, если я не получу всего, чего я добиваюсь, я должен броситься со скалы, размахивая флагом. Нет, когда мне удается получить 70 или 80 процен- 53
тов того, чего я добиваюсь, я иду на это, а потом пытаюсь добиться остального в будущем». И еще одно высказывание. В марте 1986 года корреспондент телекомпании Эп- би-си, беря интервью у президента, спросил его, придерживается ли он своего прежнего мнения о том, что Советский Союз—«империя зла», представляющая угрозу миру? «Я тактически постарался утихомириться, поскольку сейчас мы пытаемся вести переговоры и достичь каких- то соглашений»,— заявил Р. Рейган. Откровенно сказано! Но у представителей прессы, естественно, возник вопрос: так что же, переговоры США — СССР о контроле над вооружениями и нормализации американо-советских отношений — это для республиканской администрации лишь тактика? А стратегически Вашингтон и не намеревается «утихомириваться»? Разумеется, президенту эти вопросы заданы не были. Но на них ответила в номере от 17 марта 1986 года влиятельная американская газета «Крисчен сайенс монитор» — и ответила весьма недвусмысленно. Констатируя, что если в первые годы своего президентства Р. Рейган «выступал с резкими нападками на Советский Союз, то позднее он начал применять менее ориентирующийся на конфронтацию подход и даже пытаться завязать более устойчивые отношения с СССР», газета отмечает: «Но Р. Рейган отнюдь не отказался от своего рьяного антикоммунизма, его убеждения нашли воплощение в «доктрине Рейгана», суть которой — в поддержке «борцов за свободу» в странах, где господствующее положение занимают коммунисты, и в торпедировании советских политических и военных успехов». В 1966 году соперник Рейгана на выборах па пост губернатора Калифорнии кандидат демократической партии Браун спросил его: «Как Вы, актер, не обладающий опытом государственной деятельности, сможете руководить крупнейшим штатом?» «Я играл и роли королей, так что с ролью губернатора уж как-нибудь справлюсь»,— последовал ответ.
«В Белом доме любят общие широковещательные заявления, а их арена в наш век — телевизионный экран»,— отмечала 26 января 1986 года «Вашингтон пост». Таковы лишь некоторые штрихи к «личностному портрету» президента США, который можно составить на основании высказываний зарубежной, прежде всего американской, прессы. Спора нет, в политике личные черты того или иного государственного деятеля играют немаловажную роль — тем паче когда речь идет о деятеле такого масштаба, как президент США. Однако основа деструктивпого, чрезвычайно опасного для мира, в том числе и для самих США, внешнеполити- .ческого курса нынешней вашингтонской администрации конечно же не в личных качествах и взглядах президента. Эта основа — в том, что правящий класс Америки, не выдержав испытания разрядкой, следует курсу на достижение глобального военного и политического превосходства США; в этом, и именно в этом, плане есть все основания говорить о том, что классовая ненависть правящих американских верхов к социализму берет верх над чувством реальности* а подчас и над здравым смыслом. Перефразируя известное выражение, можно сказать, что, если бы у властителей США, у американских оружейных магнатов, не было президента, который устраивал их как «отец консервативного ренессанса» и как «консервативная версия Ф. Рузвельта», им пришлось бы его выдумать. На политической сцене США — постоянные режиссеры: капитаны большого бизнеса, финансовая олигархия, «короли оружия». Но сцена — вся Америка, зрители — миллионы людей, и ставки в политической игре неизмеримо возросли... 55
ЗА ФАСАДОМ БЕЛОГО ДОМА Фотоснимки официальной резиденции президента США многократно повторены и продолжают повторяться в книгах, журналах, газетах разных стран мира, на экранах кино и телевидения. Белокаменное трехэтажное здание в стиле классицизма, построенное в 1792—1829 годах. Шесть стройных колонн. Фонтаны. Блестящий, как бы зеркальный, асфальт автостоянок. Купы деревьев, лужайки, цветы... За этим почти идиллическим фасадом — лишенный всяких идиллий политический штаб Америки. Белый дом сегодня — это не только резиденция главы американского государства, где он живет, работает, принимает официальных и неофициальных гостей. Это — центр созданного при президенте огромного, сложного, разветвленного механизма, который представляет собой один из главных рычагов сильной президентской власти. Американская газета «Ныосдей» от 19 августа 1985 года, ссылаясь на исследования известного политолога Т. Лоуи, отмечала, что нынешние США все больше напоминают Францию времен Людовика XIV, которому принадлежит известное изречение: «Государство — это я». «Тревожных параллелей много,— писала «Ныосдей».— Франция XVII века не менее, чем Америка конца XX века, была занята каждым движением суверена, его здоровьем, счастьем, интеллектом, характером и вкусами. Интриги в Вашингтоне напоминают интриги в Версале. Раздутый пресс-корпус сообщает о зависти и внутренней борьбе среди сотрудников президента—«придворных», как о важных новостях. За 72 года, которые Людовик XIV правил Францией, число королевских советников увеличилось с 60 до 300. За 50 лет с начала первого срока Ф. Рузвельта число сотрудников Белого дома возросло со 157 до 592». Механизм, основы которого были заложены Ф. Руз- 56
вельтом в 1939 году, именуется Исполнительным управлением президента (ИУП). Сорок семь лет назад в ИУП работало немногим более 70 человек, ныне штат советников и помощников главы Белого дома перевалил за 1700 человек. Если представить ИУП в виде схемы, то перед нами возникнет нечто вроде трехступенчатой пирамиды. Ее вершина — сам хозяин Белого дома. Второй «этаж» пирамиды — это аппарат президента и вице-президента, аппарат Совета национальной безопасности. Фундамент — множество советов и управлений: административно-бюджетное управление, экономический совет при президенте, управление специального представителя президента на торговых переговорах, управление научно-технической политики, совет по качеству окружающей среды п др. '• .'"•)■ Схема, казалось бы, не столь уж сложна. Однако следует иметь в виду, что многие составные части этого механизма в свою очередь представляют собой как бы самостоятельные пирамиды, имеющие и собственные вершины, и собственные фундаменты. Вот как выглядит, например, то звено ИУП, которое именуется «аппарат Белого дома». Во главе — тоже президент. Второй «этаж» — руководитель штата сотрудников Белого дома, его заместитель, его помощники, советник президента по вопросам внутренней политики. Основание — многочисленные отделы, подотделы, включая аппарат помощника президента по политическим вопросам, отдел связи с конгрессом, отдел связи с общественностью, отдел по кадровым вопросам, отдел печати и специальная группа составителей речей для президента, где в поте лица трудятся шесть «спичрайтеров», в основном бывшие провинциальные газетчики, люди довольно энергичные, владеющие бойким пером и, разумеется, не высказывающие собственного мнения (в их числе — бывший репортер «Стэнфорд эдвокейт» Л. Долэн, который приобрел известность после того, как по поручению президента написал речь для его выступле- 57
пия 8 июля 1982 года в британском парламенте — ту самую речь, в которой Р. Рейган призвал западный мир к антикоммунистическому «крестовому походу»). Еще более сложной и разветвленной является структура Совета национдльной безопасности (годовой бюджет — 4 миллиона долларов, штат — около ста человек). Это звено ИУП напоминает уже не пирамиду, а скорее небоскреб, выстроенный в виде перевернутой буквы «Т». Его вершина — президент и помощник президента по национальной безопасности. Основу вертикальной части здания составляют высшие межведомственные группы по проблемам военной и внешней политики, до вопросам разведки, а также так называемые межведомственные вспомогательные группы. Далее располагаются многочисленные отделы: отдел Советского Союза и восточноевропейских государств, стран Западной Европы, стран Африки, отдел латиноамериканских государств, стран Азии, стран Ближнего Востока. На прицеле СНБ, основная задача которого — давать президенту рекомендации и советы при принятии решений по вопросам внутренней, внешней и военной политики, находится весь мир и одновременно — все федеральные департаменты и ведомства, ведающие сношениями США с внешним миром. Пытаясь добиться, чтобы прицел был возможно более точным, президент учредил в составе СНБ кроме региональных отделов отдел глобальных проблем, отделы военных и разведывательных программ, отдел зарубежной экономики и, разумеется, отдел внутренней безопасности. О той роли, которую играет СНБ в формировании внешней политики республиканской администрации, свидетельствует такая статистика: за первые четыре года своего правления Р. Рейган лично принял участие в 225 заседаниях СНБ (Никсон за пять лет присутствовал всего на 86 заседаниях, Форд за два года президентства — в 39 заседаниях, Картер за четыре года — в 41 заседании). «При правительстве Рейгана,— свидетельствовала 58
«Нью-Йорк тайме»,— заседания СНБ приводят к решениям, представляющим собой необычайно широкие политические директивы». Кто же играет заглавные роли в политико-бюрократическом сонмище, именуемом ИУП? Прежде всего — помощник президента США по национальной безопасности. Длительное время этот пост занимал Р. Макфарлейн, ярый антикоммунист, выходец из состоятельной семьи консервативного конгрессмена от штата Техас. Выпускник Военно-морской академии США, он на протяжении ряда лет (1955—1979 гг.) служил в корпусе морской пехоты США, и, когда вышел в отставку в чине подполковника, я,а его плечами было немало «заслуг», в том числе активное участие в агрессии США во Вьетнаме (в частности, в 1965 г. он командовал высадкой артиллерийской батареи в Дананге — первой американской воинской части, вторгшейся на вьетнамскую землю). Эти «заслуги», умноженные на семейные связи в вашингтонских верхах, помогли его быстрой политической карьере: уже в 1971 году Никсон предложил Макфарлейну престижный пост помощника советника президента по законодательным вопросам. Десять лет спустя, вскоре после того, как в Белом доме водворился Р. Рейган, Макфарлейн стал юридическим советником госдепартамента, затем заместителем У. Кларка, богатого калифорнийского юриста и скотопромышленника, назначенного помощником президента по национальной безопасности. После того как Кларк был перемещен осенью 1983 года на пост министра внутренних дел, Макфарлейн занял его место. «Бог создал его для того, чтобы он затерялся в толпе»,— писала в свое время о Макфарлейпе газета «Балтимор сан». Трудно сказать, как бы вел себя Макфарлейн «в толпе», по в Белом доме он отнюдь не затерялся! Напротив, его влияние было весьма велико: «Нью-Йорк тайме» свидетельствовала, что на некоторых важных до- 59
кументах, исходивших из Белого дома, стояла подпись «Р. Макфарлейн — от имени президента», а «Вашингтон пост» со своей стороны утверждала, что именно Макфарлейн, являясь как бы «тенью» государственного секретаря Дж. Шульца и министра обороны К. Уайнбергера, «из-за кулис руководит внешней политикой США». Это «руководство из-за кулис» неизменно осуществлялось с ультраправых, милитаристских позиций. Известно, что именно Макфарлейн приложил летом и осенью 1985 года особенно большие усилия, чтобы отравить политическую атмосферу в преддверии состоявшейся в ноябре того же года советско-американской встречи в верхах. С этой целью он выступил со своего рода «лекцией», в которой в полном виде содержались не только «набор обвинений», которые США намеревались предъявить в Женеве Советскому Союзу, но и весьма своеобразная трактовка предстоящих переговоров. Согласно этой трактовке, даже малейшее продвижение вперед должно было зависеть лишь... от уступок Советского Союза. Уступок по всем вопросам — вооружения, региональным проблемам, даже по советским внутренним делам. Макфарлейн — рьяный сторонник продолжения гопки вооружений и перенесения ее в космос. Его детищем является комиссия по стратегическим силам США во главе с генералом Скаукрофтом, созданная администрацией специально для того, чтобы навязать конгрессу программу строительства стратегических ракет MX. Он и его ближайший помощник О. Норт, также бывший подполковник морской пехоты и «ветеран Вьетнама», занимавший в СНБ один из ответственных постов, при активной поддержке Белого дома и во взаимодействии с ЦРУ и Пентагоном планировали эскалацию необъявленной войны против Никарагуа и разрабатывали меры по «материальной поддержке» наемных банд «коптрас». В начале декабря 1985 года, после того как Р. Макфарлейн подал в отставку, объявив, что он «намерен песо
рейти на работу в частный сектор», помощником президента по национальной безопасности был назначен его заместитель вице-адмирал Дж. Пойндекстер. Хотя ряд американских газет высказывали предположения, что отставка Макфарлейна связана с некими «разногласиями», которые якобы имели место в СНБ по ключевым вопросам внешней политики, в действительности, однако, правы были, судя по всему, те вашингтонские наблюдатели, которые объясняли эту отставку междоусобицами и ожесточенной борьбой за влияние и власть между Макфарлей- ном и руководителем аппарата сотрудников Белого дома Д. Риганом. Это подтверждается и тем, что после ухода Макфарлейна ни направленность, ни методы деятельности СНБ ни на йоту не изменились. «Вице-адмирал,— свидетельствует «Вашингтон пост»,— склонен мыслить по-военному, он снискал репутацию адвоката применения военной силы как инструмента дипломатии». Это подтверждается многочисленными фактами, которые стали известны после того, как Дж. Пойндекстер, поднявшись на одну из высших ступеней в вашингтонской политической иерархии, оказался объектом пристального внимания органов массовой информации. Характеризуя политические воззрения вице-адмирала, пресса сообщает, в частности, что он активно добивался расширения вооруженного вмешательства США в Ливане в 1983 году, настаивая на усилении бомбардировок этой страны. В том же году, готовя интервенцию американских войск на Гренаду, он пытался ввести в заблуждение общественное мнение, настойчиво проталкивая в печать заведомую дезинформацию о том, что Пентагон якобы «не собирается захватывать этот остров». Именно ему ставят в заслугу и организацию провокационного уничтожения в марте 198J года американскими ВВС в районе залива Сидра двух самолетов Ливии, а также разбойничьего перехвата в октябре 1985 года пассажирского самолета АРЕ. Американская печать обращает внимание на то, что все эти факты из (31
«послужного списка» Пойпдекстера едва ли можно считать неожиданными. Особенно если учесть, что в свое время Пойндекстер, являвшийся помощником начальника штаба ВМС, а затем директором управления этого штаба по общевойсковой и боевой подготовке личного состава, входил в узкий круг «питомцев» ныне отставного адмирала Элмо Замуолта, который, занимая высокие посты в Пентагоне, одержимо добивался применения вооруженной силы повсюду, где только Вашингтон усматривал «вызов» своим глобальным претензиям. Дж. Пойндекстер, уроженец Вашингтона, тесно связан с военно-промышленными кругами Калифорнии. В начале 60-х годов он окончил Калифорнийский технологический институт (г. Пасадена), получив ученую степень в области ядерной физики. Для многих это явилось указанием на то, что программа «звездных войн» получила с назначением Пойндекстера нового влиятельного покровителя. Так оно и произошло. Японская газета «Иомиури», констатируя, что «Пойндекстер известен как ярый сторонник наращивания военной мощи и осуществления так называемой «стратегической оборонной инициативы», отмечала в декабре 1985 года, что его назначение «еще больше изменило баланс сил в администрации США в пользу «ястребов». На пост руководителя аппарата сотрудников Белого дома в январе 1985 года был назначен Дональд Томас Риган (вместо ушедшего в отставку Дж. Бейкера), консерватор, одип из старых и паиболее близких единомышленников Рейгана, министр финансов США в 1980—1984 годах. «Представитель Уолл-стрита в Белом доме» («Ныосу- ик»), «типичный продукт Уолл-стрита» («Вашингтон пост»), «пират с Уолл-стрита» («Тайм») —так пишет о нем американская печать. На протяжении более чем 30 лет Риган, в прошлом подполковник ВМС США, был вице-президентом, президентом, председателем совета директоров маклерской фирмы «Меррил, Линч». Укрепив 62
свои позиции женитьбой па Эии Быоченеп — родственнице У. Смита, делового партнера основателя фирмы Мер- рила, Риган, по существу, взял в свои руки руководство фирмой, и некоторое время спустя «Меррил, Линч», занимающаяся торговлей акциями и другими ценными бумагами, выросла в одну из крупнейших в США финансовых корпораций (уже в 1979 г. она контролировала 12 процентов американского рынка акций), а сам Риган стал мультимиллионером, влиятельным членом Политического комитета «Круглого стола предпринимателей» — одного нз «мозговых центров» американского большого бизнеса. Бизнес выдвинул Ригана, как и многих других, на политическую арену. В период своего пребывания на посту министра финансов США Риган, которого американская пресса характеризует как человека, придерживающегося «иерархического стиля руководства» и «не страдающего от избытка скромности» («Вашингтон пост»), приобрел известность как один из самых настойчивых проводников «рейгано- мики», сторонник возведения протекционистских барьеров, ограждающих внутренний рынок США, приверженец расширения финансово-экономического сотрудничества США с подопечными Вашингтону реакционными режимами. Едва успев переместиться в Белый дом, он поспешил продемонстрировать, что и другие внешнеполитические концепции Р. Рейгана им вполне усвоены. Уже в одном из первых выступлений на внешнеполитические темы, оп, повторяя постулаты, выдвигаемые президентом и министром обороны, пытался оправдать беспрецедентный рост военных расходов, рекламировал курс на распространение гонки вооружений в космос, обрушился с нападками на Никарагуа, заявив, что США «не потерпят существования марксистского государства к северу от Панамского капала». Журнал «Ю. С. Ныос энд уорлд рипорт», анализируя 20 мая 1985 года, с кем из своего официального и неофи- 63
циалыгого окружепия чаще всего советуется презпдепт, называет в точной последовательности шесть имен: Ригана, бывшего помощника президента по национальной безопасности У. Кларка, министра обороны К. Уайнберге- ра, директора информационного агентства США ЮСИА Ч. Уика и двух старых друзей Р. Рейгана — крупных калифорнийских дельцов X. Таттла и Г. Сальватори. «Риган,— свидетельствует «Тайме»,— держит на дистанции представителей печати, контролирует поток информации в газеты; он — тот человек, который первым информирует президента по многим вопросам». Влияние Ригана, явно несоразмерное занимаемому им посту, особенно отчетливо обнажилось в июле 1985 года, в период, когда президент США в связи с болезнью был вынужден временно оставить дела и лечь на операцию в госпиталь. Хотя функции главы государства, казалось бы, должен был автоматически взять на себя в этот период вице-президент, в действительности многие из них оказались в руках Ригана. «Нью-Йорк тайме» констатировала 45 июля 1985 года: «Риган — один из самых влиятельных сотрудников Белого дома за многие годы. Болезнь Рейгана поставила его в центр принятия решений в области внешней политики, а тот факт, что супруга президента Нэнси все больше полагается на Ригана, еще больше укрепляет его позиции». «Вице-президент США,— отмечала в тот же период английская газета «Дейли телеграф»,— взял на себя лишь часть церемониальных обязанностей Рейгана, лицом же, которое фактически управляет страной в отсутствие президента, стал, без сомнения, руководитель аппарата сотрудников Белого дома». Риган играет одну из заглавных ролей в организации публичного рекламирования личности и деятельности президента. «Реальная структура высших эшелонов управления,— утверждает бывший госсекретарь США Д. Раек,— это во- все не то, о чем вы читаете в учебниках или как она вы- G4
глядит на схемах. Она совпадает с тем, как распределяется доверие президента». Одним из таких «объектов доверия» Р. Рейгана является Патрик Бьюкенен, назначенный в начале 1985 года директором отдела связей Белого дома. «Апологет правых», «ярый сторонпик консерваторов» — так характеризует Быокенена «Вашингтон пост». «Представления о мире у Быокенена, ловкого, пробивного человека, сложились главным образом под влиянием дискуссий за обеденным столом, вызванных тревогой его отца по поводу глобального распространения коммунизма,— констатировал 27 мая 1985 года журнал «Ньюсуик».— Его отец был сторонником Дугласа Макартура и Джо Маккарти, он заставлял 10-летнего Пэта штудировать статьи консервативного содержания». «Я искренне считал и считаю до сих пор, что наибольшую угрозу нашим взглядам на природу человека представляет коммунизм»,— говорит Бьюкенен. Свою приверженность консервативным взглядам Бьюкенен не раз и весьма убедительно демонстрировал еще в те годы, когда он, будучи специальным помощником президента Р. Никсона, составлял для него речи, выдержанные в воинственных тонах, проповедовал расизм и обрушивался на американские средства массовой информации, обвиняя их в «либерализме». По инициативе Быокенена и при его непосредственном участии в Белом доме на рубеже 70-х годов был создан центр по наблюдению за средствами массовой информации. Центр подготовил для президента специальный доклад, в котором американские органы печати делились па категории «либеральных» (то есть враждебных), «в целом симпатизирующих» и «нейтральных»; газеты и журналы, зачисленные в первую категорию, подвергались травле и остракизму. Американский историк Т. Уайт, ведущий летопись сменяющихся на Потомаке администраций, зачислил Быокенена в группу «основных никсоновских опричников», для которых воля босса была выше конституции США, любых 3 Заказ 2088 65
морально-этических норм. По свидетельству бывшего советника Никсона Дж. Дина, именно Быокеиен пустил в оборот термин «политический бейсбол», ратуя за вседозволенность в борьбе с оппонентами президента: за шпионаж, слежку, срыв и саботаж их собрании и митингов, распространение клеветнических слухов и сплетён. Р. Никсон был доволен деятельностью своего помощника и одно время даже прочил его на пост посла США в ЮАР. «Уотергейтский скандал» лишил Быокенена возможности получить высокий дипломатический ранг и — более того — вынудил его подать в отставку (которая и была без промедления принята президентом Фордом). Однако Бьюкенен продолжал выступать в поддержку расистского режима ЮАР, а вскоре после прихода к власти республиканской администрации сделал «открытие», которое, по его расчетам, не могло не обратить на себя внимание в высших вашингтонских сферах. Подробно изложенное самим Бьюкененом в еженедельнике «Вашингтон инкуайрер», оно состояло в том, что якобы «Советский Союз сконцентрировал вокруг ЮАР огромную военно-воздушную армаду, что дает советскому блоку возможность перерезать морской путь вокруг мыса Доброй Надежды, по которому в Европу доставляется 70 процентов потребляемых ею стратегических минералов и 90 процентов нефти». Вот так — не больше и не меньше! Разумеется, фальшивка прожила недолго —- ее высмеяла сама же западная печать. Но о нем вспомнили, его имя вновь зазвучало в высших кабинетах. Позднее, когда Д. Ригану потребовалось представить президенту кандидатуру нового шефа отдела связей, который одновременно составлял бы и речи президента, он, просмотрев предложенный ему список, ткнул пальцем в фамилию Быокенена: «Этот меня интересует!» Выбор был сделан, его благосклонно встретила Нэнси Рейган, его поддержали 66
директор ЦРУ У. Кейси и сенатор-«ультра» из Северной Каролины Дж. Хелмс, и положение уже не мог изменить ни тот факт, что данное решение было скептически прокомментировано обозревателями ряда крупных американских газет, ни то, что ряд аккредитованных при Белом доме американских журналистов заявили, что назначение Быокенена — «личное оскорбление для них», ни мнение одного из обозревателей «Вашингтон пост» о том, что даже в официальном Вашингтоне есть немало людей, которые «ставят под сомнение политическую дальновидность Бьюкенена». Разумеется, в официальном Вашингтоне не прошло незамеченным, что Бьюкенен — один из немногих сотрудников аппарата Белого дома, имеющий кабинет на первом этаже западного крыла президентской резиденции, и от Овального кабинета и кабинета Ригана его отделяет всего несколько ступенек... «Программа Быокенена,— писала в феврале 1985 года «Вашингтон пост»,— будет состоять в том, чтобы не давать спуску противникам «звездных войн» и поддерживать борцов против коммунизма во всем мире». Прогноз оказался верным. Уже в первой президентской речи, в подготовке которой участвовал Бьюкенен и которая предназначалась для участников 12-й ежегодной конференции Национального консервативного комитета политических действий, усердно рекламировался план распространения гонки вооружений на космос, подвергались ожесточенным нападкам «либералы» и на разные лады превозносились «ценности консервативного движения». Именно Бьюкенен, как свидетельствовала 27 апреля 1985 года «Вашингтон пост», «подбросил» в одну из речей хозяина Белого дома тезис о том, что наемники-«контрас», действующие под патронажем ЦРУ против суверенной Никарагуа, являются «моральным эквивалентом отцов-основателей США», именно он настоял на том, чтобы фашистские вояки и убийцы-эсэсовцы были охарактеризованы президентом во время его вояжа в Западную Европу в мае 1985 07
года как «точно такие же жертвы нацистов, какими являлись заключенные гитлеровских концлагерей»... Сторонник империалистической политики «с позиции силы», Бьюкенен, поддерживая имперские амбиции и ге- гемонистские притязания США, одним из первых сформулировал и пустил в политический оборот так называемую «доктрину неоглобализма», являющуюся попыткой оправдать грубое вмешательство США в дела суверенных государств. «Мы,— заявил он на страницах журнала «Ю. С. Ныос энд уорлд рипорт»,— не должны мириться с тем фактом, что, как только какая-то страна примкнет к коммунистическому лагерю, она должна оставаться там навсегда. Америка оставляет за собой право — и, может быть, воистину это его долг — помочь этим людям». Эту же цель, умолчав о средствах ее достижения, сформулировал сам Рейган в речи на сессии Генеральной Ассамблеи ООН 24 октября 1985 года: «Поддержка Америкой ведущих борьбу сил сопротивления не должна быть прекращена и не будет прекращена». В начале 1985 года в рамках ИУП создана специальная «информационная служба новостей Белого дома», которая, по свидетельству сенатора У. Проксмайра, стала «первой в США пресс-службой, принадлежащей правительству, контролируемой правительством и включающей в свой штат только сотрудников правительства». Используя сверхсовременные компьютеры и спутники связи, эта служба рассылает по всей стране официальные версии внутриамериканских и международных событий, снабжая этими версиями не только ведущие органы буржуазной прессы, но и мелкие и средние газеты, радио и телестанции, которые для многих миллионов граждан США являются главным, а подчас и единственным источником ипформации о политике Вашипгтона. В аппарате Белого дома сформирована и действует специальная телевизионная бригада, задача которой — производство, реклама и распространение видеокассет с речами президента 68
США. Как свидетельствует в своей книге «Достоверный материал. Репортеры, правда и Белый дом» (Нью-Йорк, 1984 г.) известный американский журналист Дж. Дикин, примерно три четверти сотрудников Белого дома в той или иной форме воздействуют на средства массовой информации, добиваясь, чтобы газеты, радио, телевидение «должным образом лепили» образ президента и его ближайшего окружения, в «надлежащем виде» освещали внешнюю и внутреннюю политику США. Правительство Рейгана, отмечает другой американский журналист и ученый — Дж. Эдварде, автор книги «Общество и президент», довело искусство манипулирования средствами массовой информации до совершенства, намного превзойдя в этом своих предшественников. Давая в 70-е годы характеристику отношениям Белого дома с журналистами, Дикин отмечал: Никсона «не интересовало, что происходит в комнате для брифингов», ему было важно, чтобы американский народ ничего не узнал. «Скрытным и вводящим в заблуждение», продолжает автор, было поведение Белого дома при администрации Форда, а во времена Дж. Картера «доминировавшим» моментом в отношениях правительства с прессой было убеждение президента в том, что пресса «не заинтересована в серьезном обсуждении» каких-либо проблем. Что же касается Рейгана, то его отношения со средствами массовой информации, говорится в книге, сводятся к «односторонней связи». Президент предпочитает обращения к нации по радио или телевидению, когда ему не могут быть заданы вопросы и когда никто не заставит его объяснить или оправдать свои действия. По наблюдениям Дикина, окружение Рейгана постоянно препятствует его частым контактам с журналистами, опасаясь вопросов, на которые президент не может дать ответ. «Изобретением» Рейгана являются «мипи-пресс-коиферешщи», продолжающиеся 10—15 минут, позволяющие журналистам задать пять-шесть вопросов и потому фактически являю- 69
щиеся, как пишет Дикин, «пародией на подлинный процесс информирования». «В связи с назначением Д. Ригапа руководителем аппарата сотрудников Белого дома, П. Бьюкенена — директором отдела связей Белого дома, а Э. Роллинза — на пост помощника президента по политическим вопросам и вопросам межведомственных отношений правые круги рассчитывают значительно усилить свое влияние на принятие Белым домом угодных им политических решений»,— отмечала в апреле 1985 года газета «Уолл-стрит джорнэл».
НА СЦЕНЕ И ЗА КУЛИСАМИ
«ЛУЧШЕЕ, ЧТО МОЖНО КУПИТЬ ЗА ДЕНЬГИ» Недалеко от Белого дома, на холме, стоит самое высокое здание Вашингтона — Капитолий. Это здание конгресса США, главного законодательного органа страны. «Все законодательные полномочия, сим установленные, предоставляются конгрессу Соединенных Штатов, который состоит из сената и палаты представителей»,— гласит первый раздел первой статьи американской конституции. В пространном перечне этих полномочий, содержащемся в восьмом разделе той же статьи, указывается, что конгресс США правомочен устанавливать и взимать налоги, регулировать торговлю с иностранными государствами, чеканить монету и регулировать ее ценность, объявлять войну, формировать и обеспечивать армии, создавать и содержать военно-морской флот, содействовать развитию науки, устанавливать единообразные правила натурализации, учреждать суды и т. д. И — «издавать все законы, каковые будут необходимы и уместны для приведения в действие вышеперечисленных полномочий и всех других полномочий, предоставленных настоящей конституцией правительству Соединенных Штатов или какому-либо департаменту или должностному лицу оного». Кто же и как избирается в конгресс, кто они, «законодатели Америки»? В 1846 году сторонники Авраама Линкольна собрали 200 долларов для избрания его в палату представителей. Кандидат вернул 199 долларов 25 центов, израсходовав 72
лишь 75 центов на бочонок сидра, которым он угостил избирателей. Сто двадцать лет спустя, в 1966 году, Р. Рейган израсходовал (разумеется, с помощью «доноров» из числа воротил калифорнийского большого бизнеса) 55 миллионов долларов, чтобы пробиться на пост губернатора Калифорнии. Переизбрание на этот пост четыре года спустя обошлось ему по 1 доллару 5 центов в расчете на каждый полученный голос. И это не предел. Дж. Рокфеллер-IV, чтобы стать губернатором Виргинии, потратил только из личных средств около 12 миллионов долларов — по 300 долларов на избирателя! А теперь предоставим слово экспертам американских общественных организаций «Саншайн ньюс сервис» и «Конгресс уотч», которые осенью 1984 года провели специальное исследование с целью определить, сколько стоит в современных США кресло конгрессмена. Установлено: для получения места в палате представителей конгресса 99-го созыва необходимо было затратить в среднем около 325 тысяч долларов — на 23 процента больше, чем в ходе промежуточных выборов 1982 года. Если в 1974 году кандидаты на выборах в конгресс израсходовали в общей сложности 77 миллионов долларов, то уже в 1982 году эта сумма достигла 340 миллионов долларов, а в 1984 году — почти полмиллиарда! Мобилизация столь огромных средств по плечу только очень и очень богатым людям и различным американским корпорациям и компаниям, заинтересованным в том, чтобы иметь в высшем законодательном органе страны своих ставленников, которые активно отстаивали бы их интересы. Проталкивая угодных ему кандидатов в конгресс, большой бизнес в 1984 году, например, только через комитеты политических действий (КПД) (а таких комитетов, по данным печати насчитывается в США более 4 тысяч!) внес в предвыборные фонды претендентов 104 миллиона долларов — в 10 раз больше, чем в 1974 году. 73
Больше всех средств на проталкивание своих «подшеф* пых» — 2,5 миллиона долларов — выплатила Национальная ассоциация торговцев недвижимостью, около 2 миллионов — Медицинская ассоциация, представляющая интересы фармацевтического бизнеса. Более 11 миллионов долларов — таков вклад в избирательные кампании членов конгресса (прежде всего членов сенатского финансового комитета и комитета палаты представителей по доходам и налогам) торговых корпораций и ассоциаций, почти 1,5 миллиона долларов «пожертвовали» законодателям эпергетические корпорации, свыше 1,2 миллиона долларов — страховые компании. Не отстают и «короли оружия». Как констатируется в опубликованном в мае 1986 года в Вашингтоне докладе «Милитаризм в Америке», подготовленном общественной организацией «Центр оборонной информации», отчисления военных концернов в фонды КПД возросли с начала 80-х годов на 225 процентов. Только 18 подрядчиков Пентагона, участвующих в программе производства межконтинентальных баллистических ракет MX и разработке оружия для «звездных войн», за два года вложили в избирательные кампании влиятельных конгрессменов ни много ни мало — 2,3 миллиона долларов. Калифорнийская корпорация «Макдон- пелл — Дуглас», по свидетельству «Вашингтон пост», оплатила ведение предвыборной кампании всем без исключения членам комитета по делам вооруженных сил палаты представителей как от республиканской, так и от демократической партий. Другой калифорнийский гигант — «Локхид» — за четыре года увеличил вклады в предвыборные фонды политических партий па 325 процентов. Всего же 435 конгрессменов-демократов получили от оружейных магнатов треть миллиона, а 409 республиканцев — около миллиона долларов. По данным прессы, в ходе выборов в конгресс в 1984 году 13 кандидатам было предоставлено через КПД более 800 тысяч долларов, на долю 28 других досталась сум- 74
ма, превышающая полмиллиона долларов. Среди конгрессменов, получивших от оружейных и иных магнатов наиболее крупные подношения, пресса называет, например, Дж. Уорнера, представителя так называемой «старой виргинской аристократии», бывшего министра ВМС США, тесно связанного семейными и родственными узами с «кланом Меллонов» и занимающего видные посты в сенатских комитетах по делам вооруженных сил и по энергетике; Т. Стивенса, председательствующего в сенатской комиссии по ассигнованиям. Солидные куши перепали влиятельному правому деятелю из Техаса Ф. Грэмму, конгрессмену Дж. Джонсу (Оклахома) — богатому юристу и владельцу консультативной фирмы по обслуживанию бизнеса, который в свое время был помощником президента США, а в 1981—1984 годах возглавлял бюджетный комитет палаты представителей. Среди прочих не был забыт и конгрессмен от штата Иллинойс Д. Ростенковский — председатель объединенного комитета конгресса по налогам. Затрат на проталкивание в Капитолий «своих людей» американский большой бизнес, оружейные магнаты не жалеют — но и окупаются эти затраты с лихвой! Напомним, к примеру, как проходило весной 1985 года обсуждение в конгрессе вопроса о выделении многомиллионных ассигнований на строительство 21 ракеты MX. В сенате, по данным агентства Ассошиэйтед Пресс, за ракету проголосовало 13 сенаторов, каждый из которых в ходе предвыборной кампании получил от военно-промышленных корпораций свыше 30 тысяч долларов; в палате представителей «зеленый свет» MX дали 17 из 20 законодателей, каждому из которых подрядчики Пентагона «пожертвовали» не менее 15 тысяч долларов. А чем обернулись «взносы» в предвыборные кампании для той же «Локхид»? «Мы считаем наши пожертвования хорошим вкладом денег»,— заявил прессе представитель «Локхид». Заявил не зря: за четыре года стоимость контрактов, которые корпо- 75
рация получила при активном содействии «своих люден» в Капитолии, выросла с 2 до 5,2 миллиарда долларов! Разумеется, прямую выгоду от «своих» людей в Капитолии получают не только военные корпорации. Сотрудник Гарвардского университета П. Наварро в своей книге «Политическая игра. Как группы особых интересов и идеологий расхищают Америку» (Нью-Йорк, 1984 г.) приводит, например, такой факт: руководители корпорации ИТТ передали в избирательный фонд республиканской партии 400 тысяч долларов, а в ответ на это республиканская администрация дала указание министерству юстиции прекратить расследование дела по обвинению ИТТ в нарушении антитрестовского законодательства. Американские молокопромышленники в свое время внесли в фонд избирательной кампании республиканской партии 2 миллиона долларов и вскоре после ее победы добились существенного повышения правительственных субсидий для молочной промышленности. Чикагская архитектурная фирма «Лестер найт энд ассопгиэйтс инк», поддержав в ходе выборов республиканцев взносом в 50 тысяч долларов, позже получила от администрации «в знак признательности» контракт на миллион долларов. И подобными примерами буквально пестрит политическая жизнь Америки. Особо ощутимые выгоды от «своих людей» в вашингтонских верхах достаются большому бизнесу Калифорнии. Уже в первый год президентства Рейгана на долю 12 крупнейших калифорнийских военно-промышленных концернов пришлось около 50 процентов всех заказов Пентагона. Весомые дополнительные доходы и льготы получили калифорнийские банки, прежде всего «Бэнк оф Америка» и его ведущий филиал — «Сиэтл фэрст пэыгал бэнк», а также мощная калифорнийская газодобывающая корпорация «Норрис индастриз», чьи барыши возросли за последние годы почти втрое. Активное участие в «дележе пирога» принимает «Бечтел»: эта корпорация уже в первый год президентства Рейгана получила только по линии 76
министерства энергетики дополнительных подрядов на сумму 250 миллионов долларов. В новейшей американской истории нет, пожалуй, другого примера, когда вашингтонская администрация так открыто, обнаженно демонстрировала бы свою поддержку тем «центрам силы», которые выдвинули ее на политическую арену. В свое время американского сенатора Мундта осенила мысль радиофицировать высеченные в Скалистых горах Южной Дакоты гигантские каменные изваяния бывших президентов США, дабы они на радость туристам громогласно воспроизводили некогда произнесенные ими речи об американской демократии. Газета «Крисчен сайенс монитор» тогда же не без сарказма заметила, что в сложившейся в США обстановке красноречивое молчание бывших президентов предпочтительнее. Действительно, разве могли бы нынешние вашингтонские руководители, усиленно рекламирующие Америку как чуть ли не образец демократии, допустить, чтобы, например, бюст А. Линкольна стал беспрерывно произносить такое хорошо известное высказывание этого президента: «Воротилы денег будут пытаться укрепить свою власть в ущерб народу, пока все богатства не сосредоточатся в руках немногих и республика не будет подорвана». КТО ОНИ, «ИЗБРАННИКИ НАРОДА»? Пятый президент США Дж. Монро, автор печально знаменитой доктрины, объявлявшей все Западное полушарие вотчиной Соединенных Штатов Америки, откровенничал: «Если избирательное право распространить на все население без какого бы то ни было имущественного ценза, то возникает опасность, что масса бедняков — самая многочисленная категория населения — изберет людей, которые в свою очередь окажутся инструментом в руках тех, кто будет стремиться свергнуть правительство...» 77
С тех пор прошло немало лет, и хотя «масса бедняков» и сегодня составляет значительную часть населепия США, правящие круги страны вынуждены были отказаться от имущественного ценза, ограничивающего право этой массы на участие в выборах. В 1868 году было предоставлено право голоса черным. Постепенно, шаг за шагом пришлось ликвидировать и другие ограничительные законы и цензы. Более полувека спустя — в 1920 году — избирательное право получили женщины. В 1964 году, уступая нажиму общественности, власти отменили избирательные налоги и цензы грамотности, служившие барьером для участия в выборах черных американцев и белых бедняков. Разумеется, все эти категории американских граждан имеют формально право не только избирать, но и быть избранными в высший законодательный орган страны. Такова буква закона, формальная сторона американской буржуазной демократии. А как этот закон претворяется в жизнь? Одна из самых характерных черт конгресса США состоит в том, что это собрание профессиональных политиков, для которых их деятельность под куполом Капитолия — одна из форм политической карьеры. А поскольку политика и бизнес в Соединенных Штатах теснейшим образом переплетены и взаимозависимы, то подавляющее большинство тех, кто заседает в конгрессе,— это одновременно владельцы и совладельцы корпораций, финансовые тузы, руководители и члены правлений влиятельных юридических фирм. Из ста членов сената 68 (около 70 процентов) — бывшие военные. Девятнадцать конгрессменов (четверо в сенате и 15 в палате представителей) именуют себя фермерами, но в действительности это представители крупного агробизнеса. «Правительство миллионеров» держит в своих руках рычаги исполнительной власти — представители и «доверенные» большого бизнеса составляют основу и высшего законодательного органа страны, который в США нередко и с полным на то основанием именуют «клубом миллионе- 78
ров». «Миллионеры в конгрессе — процветающее племя»,— свидетельствовал журнал «10. С. Ньюс энд уорлд рипорт» 3 июня 1985 года, констатируя, что миллионным или многомиллионным состоянием обладают 53 члена конгресса (23 в сенате и 30 в палате представителей). Этот список открывает внук основателя фармацевтической компании «Скуибб» сенатор-республиканец от Коннектикута Л. Уайкер, чье состояние приближается к 9 миллионам долларов. Следом за ним идут — владелец крупной недвижимости член палаты представителей от Иллинойса С. Йэйтс (состояние — 7 миллионов), сенаторы-демократы Д. Деконсини (Аризона), разбогатевший на сделках с недвижимостью, и потомок богатых землевладельцев из Род- Айленда К. Пелл (каждый из них «стоит» более 6 миллионов долларов); наследник одного из владельцев компании «Ралстоп пурина» сенатор Дж. Дэнфорт (5,1 миллиона долларов). В том же ряду — владелец более чем четырехмиллионного состояния сенатор-республиканец из Пенсильвании Дж. Хайнц, семье которого принадлежит пищевая компания «X. Дж. Хайнц», члены палаты представителей Дж. Бройхилл (2,7 миллиона), С. Маккиини (2,2 миллиона), Дж. Куинллен (2,1 миллиона долларов) ц т. д. Впрочем, как явствует из статьи в «Ю. С. Ныос энд уорлд рипорт», этот список отнюдь не дает полного представления ни о действительном числе миллионеров, заседающих под куполом Капитолия, ни тем более о богатствах, сосредоточенных в руках членов конгресса, поскольку многие из них предпочитают не афишировать подлинных размеров принадлежащих им состояний. Так, правнук основателя «Стандард ойл» сенатор-демократ Дж. Рокфеллер зарегистрировал состояние в 4,1 миллиона долларов, хотя в действительности, как свидетельствует журнал, ему принадлежат богатства стоимостью по меньшей мере в 150 миллионов. Фамилия одного из самых богатых сенаторов, Э. Кеннеди, вообще не фигурирует в списках мил- 79
лионеров, так как большинство его активов вложено в анонимные компании и тресты. Для полноты картины следует учесть и тот факт, что многие конгрессмены, чье официальное жалованье составляет 72 600 долларов в год, заседая в Капитолии, активно продолжают заниматься бизнесом, приумножая свои доходы и состояния. Так, Дж. Гленн в 1984—1985 годах получил почти 700 тысяч долларов от коммерческих сделок с недвижимостью, «дополнительные доходы» сенатора- демократа Р. Лонга, занимающегося арендными операциями, превысили 720 тысяч долларов, сенатора Ф. Лаутенбер- га, являющегося одним из основателей фирмы по обработке информации,— 600 тысяч долларов. К этим суммам надо прибавить и внушительные гонорары, получаемые многими, если не большинством, конгрессменами, за речи, лекции, статьи, а также различного рода «пособия», которые передают им «заинтересованные лица и организации». Тот же Дж. Гленн, например, получает ежегодно в качестве «пенсии» почти 15 тысяч долларов от штаб-квартиры американской морской пехоты, в которой он когда-то служил, сенатор Б. Голдуотер тоже ежегодно имеет около 15 тысяч долларов в качестве «пенсии» от штаба ВВС. «Предприниматели и особо заинтересованные группы буквально задаривают членов конгресса»,— свидетельствует «Ю. С. Ныос энд уорлд рипорт», не без иронии замечая, что обитателям Капитолия нет нужды волноваться по поводу бюджетного дефицита, сотрясающего страну... Небелые американцы составляют в настоящее время около пятой части населения США. Однако над входом в зал заседаний сената впору повесить табличку: «Только для белых» — среди ста его членов нет ни одного негра или испаноязычного американца. Ненамного иное положение и в палате представителей, насчитывающей 435 членов. Чернокожих американцев в ее составе, избраппом в ноябре 1984 года, всего 20 человек, а испаноязычных — только 10. Да и эти представители национальных меньшинств были 80
допущены в нижнюю палату «храма американской демократии» лишь в результате многолетней упорной борьбы прогрессивной общественности против откровенно расистского характера выборов в США. Что касается женщин, то, хотя они и составляют 53 процента населения США, в высшем законодательном органе страны их всего 24, то есть 4,5 процента от общего числа законодателей. И уж совсем тщетно было бы пытаться найти под куполом Капитолия хотя бы одного представителя рабочей, трудовой Америки, не говоря уже о людях, которые представляли бы десятки миллионов граждан США, составляющих беднейшие слои населения страны. «Я надеюсь дожить до того дня,— писал один из основоположников американской литературы — Уолт Уитмен,— когда люди, подобные нынешним деятелям федеральных, штатных, муниципальных, военных и военно- морских учреждений, будут вызывать лишь презрительную усмешку, а в конгресс и другие правительственные органы придут опытные рабочие и молодежь в рабочей одежде, прямо от станков и инструментов, и, выполнив свой государственный долг, вернутся продолжать с достоинством свой прежний труд». Этой мечте не суждено сбыться в капиталистической Америке. Кто же играет сегодня в конгрессе заглавные роли? Кто служит в высшем законодательном органе страны опорой администрации Рейгана? Разумеется, особый политический вес и значение имеет лидер республиканского большинства в сенате, который, согласно существующим положениям и практике, ведает не только важными процедурными вопросами, решая, например, какие законопроекты и в какой именно последовательности должны быть поставлены на голосование, а какие — отложены в долгий ящик, но и оказывает влияние на принятие тех или иных решений, па формирование взаимоотношений сената с Белым домом и с оппозиционной фракцией внутри самого сената, на настроения в конгрес- 81
се в целом. «В области внешней политики вздох лидера большинства может поднять большие волны»,— считает один из знатоков конгресса — обозреватель «Вашингтон ноет» Д. Броудэр. С 1984 года лидером республиканского большинства в сенате является Роберт Доул, который, по свидетельству «Ю. С. Ныос энд уорлд рипорт», входит в первую десятку наиболее влиятельных политических деятелей страны. Это влияние тем более велико, что «клан Доулов» играет заметную роль не только в конгрессе, но и в правительстве: жена Р. Доула, Элизабет, в 1981—-1983 годах возглавляла в Белом доме отдел связи с общественностью, а с 1983 года -— министр транспорта. Хотя Р. Доул — выходец из семьи, принадлежащей к «средним слоям» американского общества (его дед был фермером, отец — владелец небольшого элеватора, мать вела торговлю швейными машинами), женитьба на наследнице крупного состояния позволила ему прорваться в касту миллионеров. Начав карьеру на посту прокурора графства Рассел (штат Канзас), Доул в 1960 году был избран в палату представителей, в 1969 году — в сенат, где выступал как сторонник курса Р. Никсона. В 1976 году этот энергичный сенатор, пребывающий в конгрессе четверть века, по предложению президента Дж. Форда баллотировался в качестве кандидата на пост вице-президента США, а четыре года спустя был одним из претендентов на выдвижение в кандидаты от республиканской партии на президентских выборах, однако после неудачи на первичных выборах в Ныо-Гэмпшире отказался от дальнейшей борьбы и перешел в лагерь Рейгана; ныне пекоторые американские наблюдатели называют Доула в числе потенциальных претендентов на президентское кресло в 1988 году. «Босс, я готов приняться за работу!» — заявил он, обращаясь к президенту на своей первой пресс-конференции, проведенной сразу же после избрания его на новый высокий пост, и журналисты единодушно расценили это пуб- 82
личное заявление как стремление Доула подчеркнуть свою верность хозяину Белого дома и его политике. Сторонник основных концепций, на которых строится внешняя и внутренняя политика администрации, сам Доул, однако, характеризует свои политические взгляды как «умеренно консервативные». Выражая позиции республиканских «центристов», он стремится демонстрировать определенную самостоятельность суждений по внутренним вопросам, выдвигая, в частности, ряд рецептов борьбы со стремительно растущим дефицитом бюджета и в этой связи подчеркивая обременительность для экономики США военных расходов. Председатель сенатской комиссии по иностранным делам с ноября 1984 года — сенатор-республиканец Ричард Грин Лугар. В прошлом офицер ВМС США, энергичный делец, один из совладельцев фирм «Лугар сток фармс инк» и «Томас Л. Грин энд К0», он начал свою политическую карьеру со скромного поста мэра Индианаполиса и обратил на себя внимание тем, что активно поддержал консервативную линию администрации Никсона. При покровительстве Белого дома Лугар стал президентом Национальной лиги городов, но после «уотергейтского скандала» поспешил одним из первых отмежеваться от своих связей с поверженным президентом и усердно принялся наживать политический капитал уже не на внутренних, а на международных проблемах — громогласно громил Договор об ОСВ-2, требовал от администрации заминировать иранские порты, выступал за создание новых военных баз США на Ближнем Востоке. В 1970 году Лугар — представитель США на заседании комитета НАТО по проблемам современного общества в Брюсселе, в 1976 году он избирается в сенат и на протяжении ряда лет является членом специальной сенатской комиссии по разведке, членом комиссии по иностранным делам и председателем созданной при ней подкомиссии по европейским делам. Сегодня, как констатирует «Нью-Йорк тайме», «ни 83
один из членов конгресса столь в большой мере не солидаризируется с политикой правительства, как Лугар; при решении тех или иных проблем он голосует в поддержку президента Р. Рейгана в 95 случаях из 100». После избрания его председателем комиссии по иностранным делам он сам с достаточной полнотой изложил свои взгляды и позиции по важнейшим международным проблемам в пространном интервью, опубликованном 4 февраля 1985 года в журнале «Ю. С. Ньюс энд уорлд рипорт». Вот выдержки: Вопрос. С какими наиболее серьезными проблемами в области внешней политики столкнется Рональд Рейган во время второго срока правления? Ответ. Главная задача состоит в том, чтобы строить советско-американские отношения таким образом, чтобы было ясно, что наши средства сдерживания и наша политическая решимость не вызывают сомнений. Вторая проблема касается таких районов, как Ближний Восток, Дальний Восток, Центральная Америка и, безусловно, зона НАТО, где у нас могут возникать конфликты с русскими. Могут возникнуть обстоятельства, когда применение военной силы будет оправдано. Вопрос. В какой степени предложение президента Рейгана о разработке системы «космической обороны» по так называемой концепции «звездных войн» будет препятствием на переговорах? Ответ. В данный момент вопрос не состоит в том, чтобы договориться путем переговоров об отмене или разработке этих систем. Вопрос. Если бы конгресс запретил дальнейшее осуществление программы строительства ракет MX, как это отразилось бы на переговорах о контроле над вооружениями? Ответ. Это не принесло бы пользы. Вопрос. Какие последствия имело бы сокращение общей суммы оборонных расходов? 84
Ответ. У русских или у наших союзников не должно быть никаких сомнений в том, что у нас сохраняется желание укреплять свои вооруженные силы даже в то время, когда мы проводим всесторонние обсуждения бюджета. Вопрос. Израиль просит значительно увеличить американскую военную и экономическую помощь. Следует ли конгрессу поддерживать эту просьбу? Ответ. Военная помощь Израилю будет утверждена в конгрессе. Эти суммы необходимы. Вопрос. Что могут сделать Соединенные Штаты, чтобы заставить ЮАР покончить с апартеидом? Ответ. Я не уверен, что кто-нибудь из нас может дать ответ на этот вопрос. В апреле 1986 года хозяин Белого дома наградил медалью Свободы Барри Голдуотера, председателя сенатской комиссии по делам вооруженных сил,— «за вклад в дело служения обществу и в области обеспечения национальных интересов Соединенных Штатов». Кто же такой Б. Голдуотер, которого Р. Рейган, выступая 1 марта 1985 года в Вашингтоне на конференции Национального консервативного комитета политических действий, назвал «великим Барри», «подлинным консерватором»? За какие заслуги удостоен он самой высокой гражданской награды США? Политическая «визитная карточка» Голдуотера— его книги «Совесть консерватора» и «Почему бы нам не победить». В одном из этих опусов сенатор предлагает объявить коммунизму «войну до тотальной победы», в другом — возвещает, что цель США — «не мир, а поражение коммунизма». «Мы — против разоружения,— заявляет он.— Нам нужны вооружения как для ограниченных, так и для неограниченных войн». «Если наша цель — победа над коммунизмом, то мы должны добиться превосходства во всех видах оружия — военного, политического, экономического». О милитаризации космоса: «Страна, господствующая в околоземном космическом 85
пространстве, сможет, создав соответствующее оружие и маневренные космические корабли, господствовать над Землей». Любопытно, что этот призыв к милитаризации космоса был провозглашен Голдуотером еще в 1964 году — почти за 20 лет до того, как Р. Рейган выдвинул программу «звездных войн». Обстоятельное повествование о карьере сенатора содержится в изданной в США книге «Барри Голдуотер. Свобода — план его полета», принадлежащей перу некоего Стивена Шадегга, журналиста и ближайшего подручного аризонского «ястреба», который в свое время руководил избирательной кампанией сенатора, сочинял для него речи и, как утверждают, является подлинным автором упомянутых книг, хотя на их обложках и стоит фамилия Голдуотера. Разумеется, Шадегг пишет о боссе в таких тонах, как и полагается писать о боссе его платному биографу, однако если отбросить в сторону панегирики, то можно составить более или менее ясное представление о том, каковы были основные вехи на пути сенатора к вершинам вашингтонской политической иерархии. В книге сообщается, что Голдуотер, внук эмигранта из панской Польши Майка Гольдвассера, прибывшего в Америку с целью разбогатеть на золотых приисках, сын богатого лавочника, сам еще в 1929 году, уйдя из Аризонского университета, где он так и не смог закончить даже первого курса, занялся «фамильным бизнесом» в компании «Голдуотер инкорпорейтед», владевшей к тому времени сетью универсальных магазинов. На торговой ниве молодой Барри, унаследовавший от деда и отца бойкость и сметку, удачно провернул ряд крупных спекулятивных сделок и в 1937 году стал президентом, а потом и председателем совета директоров компании. Хотя отец и дядя Голдуотера считаются основателями демократической партии Аризоны, сам он с 1930 года принадлежит к республиканцам. Участие в выборах в муниципальный совет г. Финикса было для Б. Голдуотера первой политической 8fi
школой, которую он, в отличие от университета, завершил успешно. В 1952 году Голдуотер — член сената. Ступенька на вашингтонской политической лестнице достаточно высокая, но он рассчитывал на большее. Возглавив борьбу с «умеренными», он упорно выдвигался в лидеры правого крыла республиканцев. В 1960 году на съезде республиканской партии его избрали кандидатом в президенты, но, трезво взвесив собственные шансы, Голдуотер снял свою кандидатуру в пользу Никсона. Вторая попытка пробиться в Белый дом была предпринята им в 1964 году. Однако и на сей раз Голдуотера ждала неудача: аризонский «ястреб», выступавший с архиреакционной платформой в области внутренней политики и с открыто агрессивной в области внешней, хотя и пользовался активной поддержкой значительной части большого бизнеса, потерпел на выборах поражение — большинство американцев предпочли проголосовать за кандидата демократической партии Лиидона Джонсона. Впрочем, сторонники Голдуотера сумели в тот период закрепиться на ряде ключевых позиций в штате. Обо всем этом, повторяем, есть в книге С. Шадегга, а также в официальных справочниках, издаваемых в США. Из них можпо узнать и то, что в 1969 году Голдуотер — снова член сената от Аризоны, и хотя возвращение в сенат не вернуло ему лидерства в правых кругах республиканцев (на это место выдвинулся Р. Рейган), Голдуотер остается весьма влиятельной фигурой среди деятелей правого крыла партии. Однако в биографии сенатора имеются факты и иного порядка, о которых он сам и его биографы предпочитают не упоминать... Об этом стало известно из публикаций вездесущих репортеров в американских газетах. Летом 1976 года в штате Аризона был убит репортер местной газеты «Аризона рипаблик» Дональд Боллс. Бомба, подложенная в его автомобиль гангстерами, не дозволила ему закончить сбор материалов о спекуляции 87
земельными участками в штате. Видимо, Боллс «копнул» слишком глубоко. Вскоре после его гибели 36 американских журналистов и редакторов сформировали собственную расследовательскую организацию ИРЕ для подготовки серии статей о действиях организованной преступности в штате Аризона. Результаты расследования оказались неожиданными: вслед за фамилией Боллса на свет выплыла... фамилия Голдуотера. «В течение почти трех десятилетий,— говорилось в материалах ИРЕ,— сенатор Барри Голдуотер, его брат Роберт и их дружок Гарри Розенцвейг, бывший председатель республиканской партии штата, были главенствующими фигурами в столице Аризоны Финиксе и во всем штате. Все это время в штате существовала организованная преступность, что эти люди воспринимали как должное, поддерживая дружбу с главарями мафии». А далее, приведя факты, касающиеся связей с мафией, авторы документа делали вывод: «Рост Голдуотера до общенациональных масштабов был обеспечен его тесными взаимоотношениями с гангстерским миром Аризоны, Невады и Калифорнии, и прежде всего с первыми помощниками одного из крупнейших воротил подпольного мира — Мейером Лански». И такое говорилось о человеке, который изображается в книге Шадегга как едва ли не один из «глубочайших умов» Америки, который в «Энциклопедии американской биографии» преподносится в качестве «борца за возвращение моральных ценностей», «символа здорового консерватизма»! Разумеется, скандал поспешили замять, организацию ИРЕ распустить, материалы проведенного ею расследования положить под сукно. Однако связи Голдуотера е главарями аризонской мафии — факт, от которого никуда не уйдешь. И это — не просто деталь биографии сенатора, это — тот штрих, который дополняет его политический портрет. Портрет суперястреба, который открыто ратует за безудержную гонку вооружений, за подготовку к 88
войне. Портрет мракобеса, который похваляется тем, что он еще в 1930 году выступал против дипломатического признания Соединенными Штатами Советского Союза и до сих пор «не видит никакой пользы от установления дипломатических отношений между СССР и США»... В свое время, когда США затеяли агрессивную военную авантюру в Доминиканской Республике, Голдуотер писал в одной из своих статей: «Это — дипломатия канонерок, и как бы ни пытались квалифицировать ее иначе, я кричу «Ура!». Сегодня политическая практика Вашингтона, пытающегося с помощью силы, нажима и угроз реализовать сконструированную Белым домом, госдепартаментом и Пентагоном «доктрину неоглобализма», дает Голдуотеру больше, чем когда-либо, оснований для подобных воинственных кликов. И престарелый «ультра» кричит «Ура!» по поводу любых агрессивных акций, сопровождающих осуществление этой гегемонистской доктрины, будь то необъявленная война, развязанная США против Афганистана, попытки Вашингтона поставить па колени независимую Никарагуа или бандитские налеты американских бомбардировщиков на Ливию. Особую ярость вызывает у Голдуотера тот факт, что в Западном полушарии уже четверть века существует независимое социалистическое государство — Республика Куба. И хотя проклятия и угрозы в адрес Кубы так и сыплются из вашингтонских верхов, Голдуотеру это кажется недостаточным. «Куба должна стать 51-м штатом США!» — заявил он как-то в Майами. Опешившие журналисты спросили, уж не считает ли сенатор, что необходимо захватить остров? «Давно надо было это сделать»,— последовал ответ. А выступая по общенациональному американскому телевиде- пию, Голдуотер вновь оседлал любимого конька и стал не только открыто ратовать за активизацию пиратских действий США в Карибском море, но и призывать к тому, чтобы... «сбивать кубинские транспортные самолеты и топить кубинские суда». При этом он еще пытался уверить 89
телезрителей, что, дескать, подобные акции пройдут для США безнаказанно, ибо, мол, все в мире «преклоняются» перед военным могуществом Соединенных Штатов. Голдуотер играет видную роль в милитаристской организации «Коалиция за мир посредством силы». Детище Голдуотера — основанный по его инициативе в 1960 году центр «Молодые американцы за свободу» (MAC) —крупнейшая в США молодежная организация крайне правых, где, по выражению одной из американских газет, «знающие дело дрессировщики выращивают ястребов из птенцов». Именно MAC, контролирующая молодежную организацию республиканцев — Национальную федерацию молодых республиканцев, выступает в качестве инициатора возрождения маккартизма в студенческой среде. Именно MAC в 1985 году преподнесла Америке «сенсацию», обнаружив, что в республиканское правительство проник человек, «поддерживающий коммунизм». Таковым был объявлен министр торговли М. Болдрйдж. Почему, на каком основании? Оказывается, только потому, что министр, приезжавший с официальным визитом в СССР, ко возвращении в Вашингтон выступил за расширение торгово-экономических связей между двумя странами. «Школа» Маккарти — Голдуотера действует... Председатель сенатской бюджетной комиссии Пит До- меничи — адвокат из Ныо-Мекспко, сын богатого бакалейщика-оптовика и наследник фирмы «Доменичи эвгд Бохэм», известный, в частности, тем, что одним из первых выступил против ратификации сенатом Договора об ОСВ-2 и в свое время разработал законопроект, предусматривающий предоставление права на жительство в США преступникам и террористам отцу и сыну Бразинскасам, которые угнали в Турцию советский самолет и убили бортпроводницу. Председателем сенатского юридического комитета с 1981 года является генерал-майор в отставке Стром Тэр- монд, в прошлом губернатор штата Южная Каролина, бо- 90
гатый адвокат и доктор военных наук, владелец крупной фирмы «Тэрмонд и Базхард». Этот сенатор, начинавший свою политическую деятельность как демократ, в 1964 году перешедший в республиканскую партию, считается одним из самых консервативных членов конгресса. Он — дружок и сторонник Б. Голдуотера, член расистской организации «Федерация конституционного правления», один из руководителей реакционной антисоветской организации «Центр изучения свободы». Активно поддерживает законы, направленные против профсоюзного и рабочего движения. В 1984 году фамилия Тэрмонда особенно часто мелькала в американской буржуазной прессе в связи с его заявлением о том, что он принял решение всегда носить пуленепробиваемый жилет для защиты от «красных террористов», которые якобы готовят нападение на конгресс. Республиканская администрация внесла и некую «новинку» в структуру конгресса — по ее инициативе при юридическом комитете сената еще в 1981 году создана «подкомиссия по безопасности и терроризму», которая с первых шагов своей деятельности стала своего рода олицетворением мрачных времен маккартизма, ибо «борьба с международным терроризмом», которой якобы призвана заниматься «подкомиссия», сразу же вылилась в «охоту за ведьмами» в самих США. На кого же возложили власть имущие миссию под предлогом «борьбы с терроризмом» искоренять «крамолу» в собственной стране? Председателем «подкомиссии» стал адмирал в отставке Джеримая Дентон — еще одна фигура, во многом типичная для нынешнего высшего вашингтонского политического истеблишмента 1. Рассказывая о политическом взлете Дентона, журналисты не без иронии отмечали, что основа этого взлета 1 Истеблишмент — правящие п привилегированные группы буржуазного общества, а также вся система власти и управления, с помощью которой они осуществляют свое господство. 91
была заложена в тот момент, когда воинственный адмирал в буквальном смысле слова падал с неба на землю. В годы «грязной войны» США во Вьетнаме Дентон участвовал в варварских налетах американской авиации на Северный Вьетнам, его самолет (носивший, кстати, символическое название «Интрудер», то бишь «интервент») был сбит, и воздушный пират оказался в плену, где и провел семь с половиной лет. Казалось бы, не лучшее начало карьеры для пентагоновского офицера, на которого возлагалось не только личное участие в бомбовых налетах на вьетнамские города и села, но и инструктирование молодых пилотов. Но вашингтонская фортуна была благосклонной к Дентону: когда он вернулся в США, его объявили «героем, не сломленным коммунистами», повысили в чине и удостоили почетной должности начальника штабного колледжа вооруженных сил США в Норфолке (Виргиния), где он прослужил до 1977 года, специализируясь не столько на административной деятельности, сколько на изобретении всякого рода антикоммунистических небылиц, направленных на то, чтобы исказить и переиначить уроки Вьетнама. С 1980 года Д. Дентон — член конгресса США, сенатор от штата Алабама, а год спустя — председатель новой сенатской «подкомиссии». Тут-то потрепанный «стервятник», уже превратившийся к тому времени в законченного политического «ястреба», смог наконец развернуться в полную силу! Уже первые заседания предводительствуемой им «подкомиссии» были буквально пронизаны духом воинственного шовинизма и антикоммунизма. Дальше — больше. Дентон, его «эксперты» и подручные (а среди них не последнюю роль играл бывший директор ЦРУ У. Кол- би) активно включились в хор вашингтонских клеветников, обвиняющих СССР и другие страны в «причастности к международному терроризму», обрушились на участников антивоенного движения в США и даже договорились до того, что объявили «жертвой терроризма»... ра- 92
систскую ЮАР, которой, дескать, «угрожают так называемые национально-освободительные движения». На волне антикоммунистической истерии Дентон разработал так называемый «антитеррористический закон 1985 года», формулировки которого составлены таким образом, что позволяют упрятать в тюрьму на 10 лет человека по обвинению в том, что он «угрожает провести террористический акт». Дошло до того, что Дентон, ссылаясь на некие якобы ставшие ему известными документы, провозгласил, что женский координационный комитет, которым руководит жена сенатора Бамперса... «гнездо московских шпионов». «Ярый антикоммунист, ярый защитник частного предпринимательства, американского флага, военной мощи, «теории домино» 1 и ядерной триады» — так характеризует Дентона газета «Лос-Анджелес тайме». К этой характеристике трудно что-либо добавить. Разве лишь то, что именно качества, перечисленные газетой, и превратили воздушного пирата в политического деятеля в духе Рейгана. Среди других- членов конгресса, наиболее откровенных выразителей интересов и устремлений крайне правых сил страны, крупных военных концернов, военно-промышленного комплекса,— сенатор от штата Юта О. Хэтч, председатель сенатской комиссии по вопросам труда и морских ресурсов, богатый делец, партнер крупных юридических фирм «Томсон, Роудс энд Григсби» и «Хэтч энд Плам», вице-президент и член генерального совета «Америкен минералз мениджмент компани»; свое отношение к Белому дому и его хозяину он льстиво выразил в одном из выступлений в конгрессе в следующей тираде: «Рейган — это «Рузвельт сегодняшнего дня». Я убежден, что Рузвельт наблюдает за нами сегодня. Я уверен, что при взгля- 1 «Теория домино» выработана в период президентства Д. Эйзенхауэра. Имелось в виду, что надеине антинародного режима в данной стране непременно приводит к аналогичным изменениям в сопредельной стране. 93
де сверху на Белый дом губы его трогает улыбка, ибо он знает, что у штурвала государственного корабля вновь стоит настоящий капитан». О. Хэтч — член совета директоров Американского консервативного союза, одного из крупных координирующих центров консервативного движения, поддерживающих ультраправых республиканцев в конгрессе; он же — член консультативного совета Комитета за спасение свободного конгресса — еще одного штаба американских «ультра», в котором разрабатывается тактика предвыборной борьбы. В том же ряду — сенатор от Северной Каролины Дж. Хелмс, один из столпов милитаризма и крайнего консерватизма, издавна тесно связанный с Белым домом (в 1980 г. он был одним из тех, кто обеспечивал финансирование президентской избирательной кампании Р. Рейгана), ратующий за «ужесточение противоборства» с СССР и за необходимость раз и навсегда «покончить с либерализмом» в Соединенных Штатах; он открыто придерживается расистских воззрений и активно выступает, в частности, против каких-либо экономических санкций в отношении расистского режима ЮАР. «Джозеф Маккар- ти нашего времени» — так характеризовал Хелмса бывший сенатор У. Проксмайр. «Без тени смущения,— писал о Хелмсе американский журналист X. Деуар,— Хелмс обращается к таким высоким понятиям, как Бог, патриотизм, моральные ценности, свободное предпринимательство, традиционные добродетели... В политических махинациях и закулисной борьбе... [он] может превзойти любого из своих циничных оппонентов...» О влиятельности Хелмса свидетельствует и такой факт: он имеет большой штат личных сотрудников (около 130 человек), действующих и в коридорах Белого дома, и в редакциях крупных газет, и в общественных организациях правого толка. Хелмс — член национальной консультативной комиссии так называемого Консервативного кокуса — влиятельной нравора- 94
дпкальпоп организации, созданной в 1974 году «для оказания воздействия» на государственную политику путем мобилизации и объединения правых сил на уровне штатов н избирательных округов; так же как Хэтч, он является членом совета директоров Американского консервативного союза. К числу воинствующих «ультра» относится и сенатор- республиканец от штата Айдахо С. Симмс. Его «политический советник» Д. Салливен — бывший высокопоставленный эмиссар ЦРУ, автор клеветнической книжонки «Советское военное превосходство: неизвестные факты о новой угрозе Америке». С особой яростью Симмс обрушивается на социалистическую Кубу, призывая действовать против этой суверенной страны «всеми необходимыми средствами, включая оружие». Он — один из организаторов развязанной Вашингтоном идеологической агрессии против острова Свободы. В мае 1985 года в качестве «почетного гостя» посетил созданную в Майами подрывную антикубинскую радиостанцию, которой руководит профессиональный террорист X. Мае, находящийся на содержании ЦРУ. Симмс клеветнически обвинил Кубу в том, что она-де «угрожает международному миру», и требовал усилить против нее психологические атаки. Журналисты, прибывшие в 1984 году в Даллас (Техас), чтобы осветить работу съезда республиканской партии, обратили внимание на то, что на пиджаках значительной части делегатов съезда красовались значки с надписью: «Кемпа — в президенты в 1988 году!» Кто же такой Дж. Кемп? Этот уроженец Лос-Анджелеса (Калифорния) — еще один крайне правый в высшем законодательном органе страны. Кемп прпшел в политику из профессионального американского футбола и начал политическую карьеру в канцелярии калифорнийского губернатора в период, когда «хозяином штата» был нынешний президент США. Неудивительно, что Кемп во многом придерживается тех же «твердых» политических воззрений. 95
Заняв в 1981 году пост председателя республиканской конференции палаты представителей (третий но значению ноет в руководстве республиканской фракции палаты), Кемп проповедует концепцию «мир — через силу», ратует за всемерное наращивание военной мощи США: «противника провоцирует не сила, а слабость, первое условие мира — превосходящая других национальная оборона». Он — один из главных авторов принятой в Далласе «предвыборной платформы» республиканцев, которая, по свидетельству прессы, является «самым консервативным политическим предвыборным документом в современной истории США». «Многие республиканцы видят в Кемпе продолжателя «рейгановской линии, цель которой — превратить республиканскую партию в доминирующую партию в конгрессе и в стране»,— свидетельствует «Нью-Йорк тайме мэгэзин». Кемп — основатель «общественного политического комитета», который именуется «Кампанией за процветание» и с помощью которого он, как отмечает печать, уже сегодня организует активную саморекламу, а в 1988 году намерен осуществить финансирование собственной предвыборной кампании. Если учесть, что за спиной Кемпа стоят такие воротилы большого бизнеса, как бывший председатель совета директоров «Чейз Манхэттен бэнк» Дж. Чэмпион, химический магнат Г. Доу и другие, а также представители влиятельных сионистских кругов, выдвижение Кемпа на пост президента представляется делом вполне реальным. Разумеется, было бы ошибкой представлять политическую палитру конгресса США как нечто однородное, единое; и внешняя, и внутренняя политика республиканской администрации вызывает все более серьезное противодействие со стороны многих трезвомыслящих политических деятелей США, и это не может не находить определенного отражения и в деятельности, и в самом составе высшего законодательного органа страны. Выборы в конгресс, проводившиеся в ноябре 1984 го- 96
да, в ходе которых была переизбрана треть членов сената (33 из 100 сенаторов) и все 435 членов палаты представителен, показали, что, несмотря на победу президента Рейгана, республиканцам не удалось добиться своих целей в высшем законодательном органе страны. Правящая партия, рассчитывавшая, что она на волне президентского успеха приобретет несколько дополнительных мандатов в сенате, не только не приобрела этих мапдатов, но и лишилась двух мест, в результате чего соотношение республиканцев и демократов в верхней палате конгресса составляет ныне 53:47. Не оправдались расчеты республиканцев и в палате представителей, где они планировали «отвоевать» 26 мест, а «отвоевали» лишь 15; если раньше в палате было 266 демократов и 167 республиканцев (два места оставались вакантными, но до этого их занимали демократы), то в настоящее время это соотношение составляет 253:182. Спикер палаты представителей конгресса Томас О'Нил заявил после выборов: «Хотя победа президента признана, американцы с абсолютной очевидностью продемонстрировали, что, по их мнению, демократы в палате представителей и демократы в сенате должны оставаться чем-то вроде предохранительной сетки, защищающей их от любых безумных идей, которые появятся у Р. Рейгана». Анализируя нынешний состав конгресса, нельзя не сказать о том, что, хотя в целом в нем по-прежнему доминируют сторонники администрации Рейгана, «идейные консерваторы», выступающие (вне зависимости от того, от каких штатов они избраны) в качестве фактических представителей «калифорнийской мафии», определенные и в ряде случаев весьма значительные участки «законодательного плацдарма» принадлежат оппозиции, включая и тех политических деятелей США, которых в официальном Вашингтоне, и весьма безапелляционно, зачисляют в ряды «либералов» — представителей той части американской правящей элиты, которая тяготеет к пацифизму, все 4 Заказ 2088 97
более решительно отвергает «крайности» «команды Рейгана», с полным основанием указывая на опасные последствия этих крайностей, особенно во внешпей политике. В числе таких деятелей американская пресса называет конгрессмена от штата Иллинойс П. Саймона, выступающего за ограничение гонки вооружений, против сокращения социальных программ и наступления Белого дома на гражданские права американцев; А. Гора, сенатора-демократа от штата Теннесси, известного как противника наращивания ядерных арсеналов; бывшего заместителя губернатора штата Массачусетс Дж. Керри, принимавшего активное участие в антивоенном движении еще в период вьетнамской войны и ныне отстаивающего необходимость сокращения гигантского военного бюджета США, выступающего против рейгановской программы подготовки «звездных войн», за замораживание ядерных арсеналов. «Пора отказаться от того типа мышления, которое предполагает, что США могут приобрести существенное превосходство над СССР в области ядерных вооружений»,— заявил Керри, выступая в сенате в июле 1985 года. Репутация либерального деятеля укрепилась за спикером палаты представителей Т. О'Нилом, впервые избранным в конгресс от штата Массачусетс еще в 1952 году; по свидетельству «10. С. Ныос энд уорлд рипорт», О'Нил, который входит в первую десятку наиболее влиятельных политических деятелей страны, «является самым высокопоставленным демократом в органах власти и держит в своих руках судьбу многих законодательных инициатив Рейгана». Этот конгрессмен известен, в частности, тем, что он решительно поддерживал законодательство о гражданских правах и социальные программы, которые выдвигала демократическая партия в течение последних десятилетий. Т. О'Нил не относится к числу сторонников раздувания военного бюджета и одним из первых в палате представителей выступил с критикой агрессивной войны США во Вьетнаме. 98
В апреле 1985 года Т. О'Нил во главе делегации членов палаты представителей посетил СССР. В ходе встреч и бесед, имевших место в Москве, отчетливо выявился различный, более того — прямо противоположный подход представителей двух стран к актуальным проблемам современности. Но хотя американские конгрессмены и утверждали, будто планы США по созданию и развертыванию космических систем вооружений якобы не преследуют агрессивных целей, хотя с американской стороны вновь был поднят ряд надуманных вопросов, вроде вопроса о мнимом советском вмешательстве во внутренние дела стран Центральной Америки, многие обозреватели обратили внимание не только на это. Они констатировали, что представители и советской, и американской стороны высказались за необходимость поиска путей для улучшения взаимопонимания между народами СССР и США, восстановления торгово-экономического и культурного сотрудничества. Подчеркивалось, что смягчение международной напряженности способствовало бы достижению новых соглашений по разоружению. Значительным политическим весом пользуется в конгрессе сенатор Р. Бэрд, лидер демократической фракции в сенате. Бэрд — уроженец Северной Каролины, доктор юриспруденции Американского университета, один из старейших американских законодателей: впервые он был избран членом палаты представителей еще в начале 50-х годов. Характеризуя политические позиции Р. Барда, американская печать чаще всего причисляет его к «центристам»; отмечается, что по ряду внешнеполитических проблем Бэрд придерживается трезвых, реалистических позиций. В июле 1979 года и в сентябре 1985 года Р. Бэрд побывал в Советском Союзе по приглашению Парламентской группы СССР. В ходе встреч и бесед в Москве он, повторяя известные позиции Вашингтона, в значительной степени сводящиеся к оправданию курса администрации США на подстегивание гонки вооружений, 99
вместе с тем высказался за необходимость углубления диалога США и СССР, за улучшение атмосферы и развитие взаимовыгодных связей между двумя странами. К крылу «умеренных» относят председателя сенатской комиссии по ассигнованиям сенатора от штата Орегон М. Хэтфилда, в прошлом (1949—1956 гг.) профессора Уилламетского университета, одного из самых известных критиков вьетнамской войны, противника американского вмешательства в Индокитае, выступающего против роста бюджета Пентагона. В том же ряду — председатель сенатского комитета по вопросам администрации и законодательных предположений сенатор-республиканец от штата Мэриленд Чарльз Маккарди Метайес, 60-летний доктор права Мэрилендско- го университета, впервые получивший широкую известность еще в 1970 году, когда он внес в сенате проект об отмене так называемой Тонкинской резолюции, которая санкционировала агрессию США против Вьетнама. Неоднократно выступал за сокращение военных расходов, за заключение между СССР и США всеобъемлющего договора о запрещении ядерных испытаний. В феврале 1985 года, будучи с визитом в Советском Союзе по приглашению Парламентской группы СССР, высказался в пользу нормализации советско-американских отношений, развития взаимовыгодного сотрудничества. Лидером демократического большинства в палате представителей является Дж. Райт, в прошлом мэр г. Уэ- терфорда (Техас) и президент муниципальной лиги штата Техас. Он известный американский политический деятель, автор книг «Вы и ваш конгрессмен», «Приближающийся водный кризис», уделяет большое внимание проблемам бюджетного дефицита США, охраны окружающей среды, активно участвует в деятельности бюджетной комиссии, комиссии по вопросам общественных работ и транспорта. В 1982 году внимание многих конгрессменов и общественности привлекло выступление Дж. Райта в 100
Луисвилле (Кентукки), в котором он высказался за то, чтобы США и СССР одновременно, в течение пяти лет сократили свои военные бюджеты на 10 процентов и использовали сэкономленные таким образом средства на помощь обездоленным в мире. Согласно программе, которую выдвинул Райт, высвободившиеся таким образом средства (примерно 20 миллиардов долларов) позволили бы построить и полностью оборудовать по одной современной больнице в каждом населенном пункте на земном шаре с числом жителей более 10 тысяч человек или же соорудить 250 тысяч начальных школ или столько же библиотек. Хотя Дж. Райт подходит к проблемам обуздания гонки вооружений с пацифистских позиций, не анализирует причин, которые привели к ее возрастанию, антивоенная, антимилитаристская направленность выдвинутой им программы вызвала позитивные отклики миролюбивой американской общественности. В апреле 1986 года, выступая в Национальном клубе печати в Вашингтоне, Райт подчеркнул, что администрация Р. Рейгана «придерживается одностороннего взгляда на проблемы национальной безопасности», продолжает курс на гонку вооружений, а это приводит к «опасной эрозии» гражданских отраслей американской индустрии... За нормализацию и улучшение советско-американских отношений на основах взаимности не раз высказывался Дж. Крокет, член палаты представителей от штата Мичиган. Хотя в его избирательный округ с населением около полумиллиона человек входит самый фешенебельный и богатый район Большого Детройта, где расположена, в частности, штаб-квартира корпорации «Дженерал моторе», он, выступая в конгрессе, беседуя с журналистами, нередко выражает позиции не консервативных верхов американской автомобильной столицы, а ее трудящихся. Именно Крокет был автором внесенной в июле 1985 года в палате представителей резолюции в поддержку XII Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве. «Фе- 101
стиваль,— говорилось в этом документе,— станет демонстрацией общности интересов молодых жителей планеты, которым в недалеком будущем предстоит работать друг с другом, вести переговоры и доверять друг другу, когда они будут причастны к руководству своими странами. Это особенно важно потому, что нынешняя напряженность, региональные конфликты, бедность, голод и усиливающиеся разногласия блокируют каналы общения, которые необходимы для мира и международного согласия». Было бы, разумеется, упрощением во всех случаях пытаться провести четкую «линию раздела» между «ястребами» и «умеренными» в конгрессе, между консерваторами и либералами, руководствуясь такими критериями, как те или иные заявления конгрессменов или их партийная принадлеяшость. Известно, что в целом консервативно настроенные представители обеих партий весьма единодушно действуют при рассмотрении проблем, касающихся внешней и военной политики. Однако известно и то, что сами консерваторы не составляют единого целого, в их среде есть ультраправое крыло, так же как есть правое крыло в среде «умеренных»; существует и «группа центра», члены которой присоединяются либо к либералам, либо к консерваторам. Один и тот же конгрессмен может подходить к одним проблемам с консервативных, а к другим — с либеральных позиций. Но при всем том можно сказать, что консервативной коалиции противостоят в стенах Капитолия умеренно-либеральные силы, здравомыслящие политические деятели, чей голос слышен и весом. Несмотря на все усилия, Белому дому не удалось добиться «межпартийного консенсуса» по многим стержневым проблемам политики, прежде всего внешней. Расстановка сил на Капитолийском холме, включая борьбу за руководящие посты в ключевых комиссиях и резкое расхождение мпепий при обсуждении важнейших проблем, связанных с основными направлениями американского внешнеполитического курса, показывает, 102
что трезвые оценки происходящего пуеть с большим трудом, но все же пробиваются сквозь толщу предрассудков и предвзятостей в мышлении многих членов конгресса; многие конгрессмены пытаются дистанцироваться от политики администрации и порой открыто ставят под сомнение и подвергают критике ряд ее основополагающих постулатов. Острые дебаты разгораются в Капитолии вокруг требований Белого дома и Пентагона об увеличении военного бюджета. Огромных усилий стоило администрации протолкнуть в 1985 году через конгресс решение об ассигнованиях на строительство полной серии ракет класса MX (ожесточенная борьба вокруг этого вопроса велась в течение многих месяцев, и только после того, как в кампанию по запугиванию конгрессменов и нажиму на них вслед за Пентагоном активно включился лично хозяин Белого дома, вопрос был решен). Это, впрочем, не давало администрации особых поводов для торжества: за выделение требуемых ею фондов в сенате проголосовали 55 сенаторов, против — 45; в палате представителей 219 законодателей были «за», 213—«против». В марте 1986 года палата представителей 222 голосами против 210 отвергла запрос администрации о выделении 100 миллионов долларов на оказание военно-финансовой «помощи» антиникарагуанским террористическим бандам, вынеся, по существу, вотум недоверия интервенционистской линии Вашингтона в Центральной Америке. Характерен и такой факт: если в 1985 году, после того как СССР в одностороннем порядке объявил мораторий на испытания ядерного оружия, за присоединение к мораторию выступали — вразрез с линией администрации — лишь немногие члены конгресса, то уже в сентябре 1986 года число конгрессменов — сторонников запрещения всех ядерных взрывов превысило 150. Разумеется, критика в адрес администрации, раздающаяся под сводами Капитолия, имеет свои границы; уместно напомнить в этой связи, что результат бурных баталий, имевших м&сто в конгрессе в начале 80-х 103
годов вокруг военного бюджета, в конечном счете однозначен: на 1981—1985 годы конгресс одобрил 95,7 процента запросов администрации, связанных с наращиванием военной мощи США. Тем пе менее процессы, о которых идет речь, дали «Вашингтон пост» основания заявить 11 мая 1985 года, что «все большее число законодателен решительно не согласны с некоторыми основными требованиями администрации Рейгана». «Мы наблюдаем сдвиг к умеренности»,— констатировал тогда же сенатор-республиканец от штата Коннектикут Л. Уайкер. Все это является отражением противоборства различных «центров силы», различных олигархических групп, действующих в США. Это противоборство — процесс многоплановый, многослойный, подчас противоречивый, ибо те или иные монополистические кланы, занимающие сегодня одни политические позиции, завтра под воздействием «сил давления» общественности, трезво учитывая обстановку внутри страны и на международной арене, маневрируя в связи с выборами или во имя своекорыстных интересов, могут оказаться — и оказываются — в противоположном лагере. Но основополагающие классовые позиции этих групп едины. Неидентичный подход выразителей интересов этих групп к тем или иным внутри- и внешнеполитическим проблемам не меняет и не может изменить того факта, что в целом высший законодательный орган США — это часть государственного механизма господства монополистического капитала, рычаг и рупор правящего класса, отражающий его устремления и волю. То же самое относится и к правительству США в целом: сращивание в единый механизм аппарата государства и аппарата монополий, выдвижение на высшие правительственные посты тузов финансовой олигархии, представителей крупнейших монополистических концернов — факт типичный для США. Еще в 1967 году американский Брукингский институт опубликовал исследование «Люди, которые правят», где проанализировал уровень предста- 104
вительства большого бизнеса США в высших эшелонах государственной власти. Авторы исследования, объектом которого стали американские администрации, стоявшие у руля государственного корабля в течение трети века (1933—1965 гг.) при пяти президентах — Рузвельте, Трумэне, Эйзенхауэре, Кеннеди и Джонсоне, пришли к выводу, что за этот период из частного бизнеса перешли на министерские посты 68 процентов высших: американских чиновников, на посты их заместителей — 78 процентов, на посты министров в военных ведомствах — 96 процентов. На протяжении лет в правительстве США были представлены такие крупные корпорации, как «Диллон, Рид энд компани», «Дженерал электрик», «Уолл-стрит», «Стандард ойл», «Дженерал моторе», «Крайслер», «Сал- ливен энд Кромвел», «М. А. Ханна корпорейшн» и др. «Правительство США отчасти является генеральным штабом нашего общества* а потому —и бизнеса»,—заявил еще в 1953 году в «Нью-Йорк тайме» представитель правления «Дженерал моторе» А. Слоун. В принципе нынешнее правительство США не отличается в этом отношении от предшествующих. Но лишь в принципе. Ибо в истории Америки вряд ли найдется другой пример, когда бы официальный Вашингтон так открыто демонстрировал, что он — плоть от плоти американского большого бизнеса и его ядра — военно-промышленных монополий, как это происходит сегодня, а процесс узурпации исполнительной и законодательной власти представителями монополистического капитала проходил бы так стремительно и был бы столь откровенным, как это имеет место при нынешней республиканской администрации. Многочисленные факты на этот счет уже приведены в книге. Дополним их такими обобщенными данными: миллионерами или лицами, «приближающимися к этому статусу», являются практически все члены республиканского кабинета, включая президента; практиче- 105
ски все члены правительства занимали ранее руководящие посты в различных концернах и фирмах, входящих! в «Клуб-500», не менее 13 человек были или являются владельцами или менеджерами компаний и корпораций «второго эшелона», вращались в мире большого бизнеса в роли совладельцев, партнеров, советников, консультантов влиятельных юридических контор, разного рода предпринимательских центров и ассоциаций, обслуживающих интересы частного бизнеса. «Наш нынешний режим — это однородное правительство представителей высших кругов,— отмечал в 1982 году известный американский публицист Р. На дер.— Даже руководители профсоюзов исключены из него; не представлены в нем ни меньшинства, ни бедняки, ни престарелые, ни защитники окружающей среды. Организации, заботившиеся о нуждах этих категорий населения, либо исчезли, либо готовы испустить дух. Большая часть законов, подтверждающих их права, разумеется, остается, однако толкование этих законов, претворение их в жизнь и контроль за их соблюдением — все в руках корпораций или представителей элиты». Механизм государственной власти в США — это не только его высшие звенья. По данным ученых-экспертов Калифорнийского университета М. Мейера, В. Стивенсона и С. Вэбстера, которые приводятся в их книге «Пределы роста бюрократии» (Западный Берлин, 1985 г.), в США в 1891 году насчитывалось 157 тысяч правительственных служащих, в 1940 году их число достигло миллиона, в 1967 году — трех миллионов, а в 80-ё годы, по ориентировочным оценкам,— около 14 миллионов. Реакционную роль играют те звенья госаппарата, которые входят в во- енно-промышленпый комплекс, а также связанные с ультрареакционными и сионистскими кругами. Характеризуя вашингтонскую бюрократию, главный редактор журнала «Вашингтон мансли» Ч. Питере выделяет прежде всего такие ее черты, как карьеризм, чинопочитание, доскональ- 106
ное следование протоколу и всякого рода официальным процедурам,— и в то же время консервативность, избыток осторожности, «почти тотальную озабоченность самосохранением». «Все эти люди,— отмечает в книге «Центр. Люди и власть в политическом Вашингтоне» один из идеологов современной Америки —- С. Олсоп,— часть правительственного Вашингтона. Но лишь очень небольшое их число — «обитатели» Центра, того Вашингтона, который непосредственно занят реальным бизнесом управления страной и сношениями с остальным миром. Центр составляют всего несколько тысяч чиновников». В США весьма распространен политический термин «истеблишмент» (от английского слова «establish», что означает «основывать, устанавливать, упрочивать»). «Замкнутая группа людей, обладающих властью, которая руководит правительством или обществом посредством частных соглашений или решений» — такое толкование дает этому термину словарь «Америкен хэритидж». Американский социолог Ф. Ландберг отмечает, что истеблишмент в США — стабильный слой, а его представители рождаются в мантиях, подобно герцогам. Истеблишмент составляет, по данным американского историка и публициста Б. Гросса, менее 0,2 процента населения США. Принадлежность к нему означает не только то, что данное лицо обладает крупным или значительным состоянием. Этот термин означает образ жизни, образ мыслей, тип поведения. Особняк или фешенебельную квартиру в специально отведенных для знати районах. Доступ в привилегированные учебные заведения. Членство в элитарном частном клубе. Посещение элитарной церкви и элитарных мест развлечений. Члены истеблишмента теснейшим образом связаны друг с другом сотнями, тысячами личных, деловых, партийных, клубных и иных прочных, хотя и невидимых, нитей. Они вращаются в «особом», элитарном кругу и строго охраняют от «аутсайдеров» свои привилегии. Они демагогически провозглашают, что управля- 107
ют страной от имени народа, и выдают свои кастовые корыстные интересы за интересы всей нации. Напомним высказывание руководителя аппарата сотрудников Белого дома Д. Ригана: «Белый дом подобен крупной корпорации, в которой президенту отведена роль председателя правления, а его министрам — роль членов руководства фирмы». Еще определеннее высказался на ту же тему один из влиятельных членов «кухонного кабинета» — А. Блумингдейл: «Управление правительством похоже на управление «Дженерал моторе». Это может быть двухкратная или трехкратная по размерам «Дженерал моторе», но это все же «Дженерал моторе». Именно потому важен наш опыт. Мы собираемся окружить президента самыми опытными, самыми лучшими людьми Америки. Министры кабинета будут подобны президентам дочерних компаний «Дженерал моторе», «Шевроле», «Понтиака». Конечно, они будут соперничать друг с другом. Но и «Шевроле» конкурирует с «Понтиаком». Их соперничество кончается там, где это нужно «Дженерал моторе», а значит, и США». Власть имущие в США и послушная им буржуазная печать утверждают, что США — «страна подлинной демократии». Они тщетно пытаются скрыть тот факт, что в США один процент самых состоятельных семей владеет богатствами, почти в полтора раза превышающими совокупное богатство 80 процентов семей, находящихся на низшей ступени имущественной пирамиды. «...Нигде власть капитала, власть кучки миллиардеров над всем обществом не проявляется так грубо, с таким открытым подкупом, как в Америке. Капитал, раз он существует, господствует над всем обществом, и никакая демократическая республика, никакое избирательное право сущности дела не меняют» 1. Так говорил В. И. Ленин более 60 лет назад. Этот вывод актуален и сегодня. 1 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 39, с. 82. 108
«ДЕНЬГИ - ВОТ БОГ» В высказываниях крупных бизнесменов относительно мировоззрения, которое исповедует американский бизнес, взглядов и нравов, которые культивируются в среде частного предпринимательства, содержатся весьма характерные признапия. Ларри Росс, возглавлявший ряд круппых промышленных корпораций, сказал в одном из интервью американскому публицисту С. Теркелу: «Корпорация — это джунгли. Вы постоянно деретесь, чтобы выжить. Когда вы научились, как выживать, начинается «игра» за то, чтобы стать завоевателем, вожаком... Я вырос в различных корпорациях. Стал вице-президеп- том крупной компании, а потом еще более крупной. Затем я был президентом и главным исполнительным лицом третьей компании. Все это известные всей стране компании... Страх всегда господствует в корпоративной структуре. Даже если вы поднялись на самый верх, босс может уволить вас одним мановением пальца. Вы постоянно ощущаете чувство небезопасности... Постоянно настороже... Управляющий — это одинокий зверь в джунглях, у него нет настоящих друзей... Мы все подвержены проклятым опасениям и неврозам — на любом уровне. Основная причина этого — конкуренция... Происходит громадная борьба: человек против человека; с помощью когтей лезут наверх. Прогресс... Говорят, что деньги неважны? Это не так. Для совета директоров доллары так же важны, как сама жизнь... Всегда начеку. Видели ли вы когда-либо зверя из джунглей, который бывает не насторожен?.. Всегда оглядываешься. Не знаешь, кто преследует тебя... Когда живешь в джунглях, к сожалению, становишься злым и жестоким... Теплые человеческие отношения никогда не присущи корпорации. В конечном счете вы должны делать прибыль... Рыба заглатывает маленькую рыбешку, потом ее заглатывает рыба покрупнее — и так до тех пор, пока огромная рыбина не поглотит всех... Когда входишь 109
в зал заседаний совета директоров, все встают и говорят: «Хелло!» Не думаю, что есть человек, которому пе нравилось бы это. Испытываешь приятное ощущение... Внешне все выглядит так мило: репортажи в газетах о собрании акционеров, о ежегодном отчете корпорации. А за кулисами — джунгли». Таковы законы американского бизнеса, рождающие убежденность в том, что только сила депег, экономическая и финансовая мощь правят человечеством. Собственное могущество и иллюзия вседозволенности. Беспринципность, жестокость, алчность, фарисейство. Стремление любыми способами уничтожить конкурента, сокрушить соперника. Одна из характерных черт нынешнего американского истеблишмента в том, что он откровенно рассматривает государство как своего рода феодальное владение. Злоупотребления властью, фаворитизм всегда отличали власть имущих в США. Но никогда еще коррупция, погоня за наживой, за постами и привилегиями, которые влечет за собой в США принадлежность к высшим эшелонам власти, грубейшие нарушения законов, в том числе Закона об этике в правительстве, принятого в 1978 году, не осуществлялись так открыто, бесцеремонно и в столь большом масштабе, как в последние годы. Многочисленные подтверждения тому дает американская пресса. Несколько лет назад член палаты представителей конгресса США П. Шроудер (демократ от штата Колорадо) начала составлять «список позора», в который заносила имена «высокопоставленных чиновников правительства, нарушивших закон, злоупотреблявших властью или продемонстрировавших недостойное федерального служащего поведение». Первым в списке был Р. Аллен, бывший помощник президента по национальной безопасности, уличенный в финансовых махинациях и получении взяток от иностранных бизнесменов и журналистов. В числе других 110
вашингтонских деятелей, занесенных в список,— руководитель президентского совета по контролю за честностью и эффективностью Джозеф Райт, который, пользуясь покровительством главы администрации, «похлопотал» в министерстве энергетики за нефтяную компанию своего семейства, грубо нарушающую установленные нормы при добыче нефти; заместитель помощника министра обороны но связям с общественностью Кэтлин Тройа, разработавшая план участия чиновников военного ведомства в избирательной кампании 1984 года на стороне президента, что запрещено федеральным законом; заместитель директора управления по технике безопасности и предотвращению профессиональных заболеваний Джеймс Медоуз — инициатор составления «черных списков» сотрудников управления, посмевших критиковать политику администрации, и многие другие. По данным на июнь 1985 года, в «списке позора» числилось около 140 вашингтонских деятелей, включая нескольких членов правительства и лиц, составляющих ближайшее окружение президента. Причем характерно, что лишь единицы из высших чиновников были вынуждены покинуть свои посты, а общее число нарушений закона, по свидетельству П. Шроудер, отнюдь не шло на спад. «Вот уже несколько лет, как получил всеобщее распространение лозунг «стать богатым, не заботясь о последствиях», и чем сильнее поощряют подобную позицию, тем сильнее толкают людей к грани нарушения закона»,— отмечает американский политолог, профессор Гарвардского университета Л. Уайнберг. Коррупция охватывает все большее число руководителей крупных американских корпораций, прежде всего военных. «Можете мне доверять: у меня столько денег, что красть уже не надо»,— говорил в свое время один из представителей клана Рокфеллеров. Нынешние вашингтонские деятели и бизпесмены — в подавляющем большинстве миллионеры и весьма состоятельные люди — решительно не разделяют подобных воззрений... 111
Еще на одно характерное обстоятельство в современном истеблишменте США обращают внимание американские и зарубежные наблюдатели. Технологический прогресс, структурные изменения в экономике страны после второй мировой войны, создание новых отраслей промышленности, рост военной индустрии привели к тому, что американская элита пополнилась новыми богачами, к рычагам экономической и политической власти прорвались владельцы «новых денег», сколотившие свои крупные состояния в какой-либо перспективной отрасли индустрии. В отличие от многих представителей традиционной монополистической элиты, современные американские набобы откровенно похваляются миллионными состояниями и, как писал американский профессор Т. Дай в своей книге о правящих силах Америки, «не особенно обременяют себя тонкостями этики поведения». В вашингтонской элите создались две соперничающие группировки. «Но что самое главное,— заключил Т. Дай,— они заодно в признании первостепенной важности сохранения политической стабильности и экономики, основанной на свободном предпринимательстве». Обладание миллионами возведено в ранг едва ли не высшей добродетели, жизнь новых миллионеров рекламируется американской прессой как образец, к которому нужно стремиться, пе стесняясь в методах и средствах для достижения цели; под подобные взгляды подведена и некая «теоретическая база», изложенная, в частности, в весьма популярной среди власть имущих в США книге Дж. Гил дера «Богатство и бедность». Гилдер, именуемый американской прессой «одним из апостолов консерваторов», заявил, что американцы «должны снова научиться ценить своих миллионеров». Ибо «от того, какими глазами страна смотрит на своих богатых граждан, зависит ее здоровье». В противовес этому суждепию Т. Дай писал, что взгляды «новых богачей», или «ковбоев», как их называют в американской печати, на общество определяются алч- 112
ностыо. «Они не тяготятся чувством вины по поводу бедности части общества или дискриминации,— продолжал Дай.— Они поддерживают ту политическую и экономическую систему, которая дала им возможность подняться наверх, и потому их патриотизм очевиден — весьма категоричные высказывания антикоммунистических настроений, а по большинству внутриполитических вопросов — позиции от умеренных до консервативных». Средства массовой информации США весьма часто сообщают читателям, какие приобретения сделал Белый дом: «государственный сервиз» ручной работы, стоимостью 209 508 долларов, ценные ковры для апартаментов президента и первой леди, несколько пар ковбойских сапог для президента с эмблемами из литого золота (по тысяче долларов за пару); приводится стоимость в долларах щедрых даров от представителей иностранных государств. Получается что-то вроде биржевого бюллетеня, где вместо курса акций обстоятельно указывается предполагаемое отношение к президенту, исчисленное с точностью до одного доллара. Публикуются сведения о баснословных состояниях сверхбогачей Америки: Г. Гетти (сын основателя компании «Гетти ойл») «стоит» 2,2 миллиарда долларов; С. Уолтон, владелец сети магазинов в Арканзасе,— 2,1 миллиарда долларов; Д. Людвиг, нью-йоркский судостроительный магнат,— миллиарды (нажил на военных подрядах). Светские хроникеры, рассчитывая на обывателя, повествуют об «увлечениях» мультимиллионеров, о роскошных балах, приемах и раутах в фешенебельных резиденциях власть имущих и толстосумов. Воображение читателя завораживают описанием вещей не просто дорогих, а мало кому доступных: норковых и собольих шуб и палантинов, сумочек из крокодиловой кожи, жакета или блузы стоимостью в полторы тысячи долларов. Сознательно выпячивается престижность — свидетельство принадлежности к элите, пропуск на право входа в «круг избранных»... ИЗ
Разумеется, многие предшественники нынешних правителей США умели окружать себя роскошью. Но не было столь открытого состязания в роскоши. «Стало нормальным демонстрировать свое богатство»,— констатирует «Ю. С. Ныос энд уорлд рипорт». «Быть бедным — это тоже стало нормальным в Америке, и каждый должен знать свое место»,— добавляет западногерманский «Шпигель». «Высшие деятели вашингтонской администрации,— свидетельствует Ральф Надер,— неохотно общаются с простым народом — рабочими, рядовыми потребителями и бедствующими престарелыми американцами. Они избегают прямого контакта с жертвами тех вредных условий труда, которые они должны, казалось бы, устранять. Если они и отлучаются из Вашингтона, то почти всегда только лишь для того, чтобы выступить перед жертвователями в партийную кассу и собраниями предпринимателей. Трудно представить себе руководителя Агентства по охране окружающей среды, посещающего детей в гетто или пострадавших от свинцового отравления или обследующего кварталы, зараженные ядами отходов. Напрасно ждать, чтобы шеф Управления безопасности производства и здравоохранения обеспокоится положением рабочих, получивших увечья на рабочих местах или профессиональные заболевания. С запозданием поняв, какое неблагоприятное впечатление они производят, некоторые руководители ведомств наняли себе в помощь консультантов по связям с общественностью. Другим все это попросту безразлично. Они кичатся своей причастностью к богачам, вместо того чтобы выполнять свой общественный долг». Характерные данные содержатся в докладе объединенного экономического комитета конгресса, подготовленного группой конгрессменов-демократов и обнародованного в Вашингтоне в июле 1986 года. В настоящее время 0,5 процента населения США, отмечается в этом документе, вла- 114
деют 35 процентами национального богатства, в то время как на долю девяти десятых населения приходится лишь 20 процентов. Каждая из 420 тысяч семей «высшего общества» владеет собственностью, исчисляемой суммой не менее 2,5 миллиона долларов. С начала 60-х доля представителей «высшего общества» в распределении «национального пирога» возросла не менее чем на 10 процентов — разумеется, за счет подавляющего большинства рядовых американцев. И еще несколько цифр, почерпнутых из доклада Бюро переписи США, сообщение о котором опубликовано 19 июля 1986 года «Вашингтон пост» и который охарактеризован газетой как «самое серьезное за последний период времени изучение материального положения американцев». Согласно данным, приведенным в докладе, в то время как 11 процентов всех американских граждан (более 9 миллионов семей) «не имеют никаких активов и сидят в долгах, 12 процентов семей владеют 38 процентами всего личного имущества в стране». Эти данные — еще одна иллюстрация того, что представляет собой американский истеблишмент и какая бездонная пропасть отделяет его от трудовой Америки. Весьма характерное описание нравов, царящих среди американской элиты, содержится в статье «Паразитическая культура Вашингтона», опубликованной 28 июля 1986 года в журнале «Ныо рипаблик». Журнал отмечал, что наряду с ростом численности государственной бюрократии в Вашингтоне за последние годы резко увеличилось число «представителей частного сектора», входящих в «столичный истеблишмент». Ныне в столице США находятся штаб-квартиры 3100 торгово-промышленных компаний и ассоциаций, непрерывно растут ряды обосновавшихся здесь предприимчивых лоббистов, богатых адвокатов, «экспертов по связям с общественностью», консультантов и т. п., которым власть имущие платят огромные деньги. «Чтобы поглотить их доходы,— отмечал «Нью рипаблик»,—создана целая индустрия роскоши — рестора- 115
пы, лимузины, сверхфешеиебельные отели, сверхмодные магазины. В Вашингтоне господствует паразитическая культура. Подобно Риму в период упадка, Вашингтон заплыл жиром, транжирит деньги, претенциозен, близорук, отличается упадничеством и сибаритством. Это рай для всякого рода прихлебателей, получающих слишком много денег». В 1871 году в газете «Нью-Йорк дейли трибюн» был опубликован памфлет Марка Твена «Исправленный катехизис», написанный в форме вопросов и ответов на уроке «новейшей моральной философии». Процитируем: «Какова главная цель человеческой жизни? Ответ. Стать богатым. Каким путем? Ответ. Нечестным, если удастся; честным, если нельзя иначе. Кто есть бог, истинный и единый? Ответ. Деньги — вот бог. Золото, банкноты, акции — бог отец, бог сын, бог дух святой, един в трех лицах; господь истинный, единый, всевышний, всемогущий...» С тех пор прошло более ста лет, но культ доллара, погоня за богатством и сегодня остаются — наряду с культом силы — одной из важнейших составных частей американской морали, хваленого «американского образа жизни». Недаром один из руководителей крупной американской корпорации «Бетлехем стил», Ф. Бруглер, как-то в порыве откровенности заявил: «Наш бизнес вовсе не выплавка стали, и мы занимаемся бизнесом не для того, чтобы строить корабли, и цель бизнеса не в том, чтобы возводить здания. Все это, конечно, приходится делать, но мы занимаемся бизнесом для того, чтобы делать деньги». Эту «религию» исповедует правящий класс Америки. «Профессия Америки — бизнес»,— сказал в свое время президент США К. Кулидж. Именно его портрет украшает кабинет нынешнего президента США.
АМЕРИКАНСКАЯ ФЕМИДА
ВАШИНГТОНСКИЙ АРЕОПАГ На Капитолийском холме, напротив конгресса, высится внушительное здание, построенное в стиле древнегреческого храма. Здесь располагается Верховный суд США. Судебная власть — третья после законодательной и исполнительной власти, неотъемлемая часть триады, на которой покоится государственное устройство страны. Из этих трех опор — конгресс, президентство и Верховный суд — последний стоит как бы особняком, и недаром ему приданы внешние атрибуты ареопага древних Афин. Ареопаг, как известно, был одним из высших органов древнегреческого государства, наделенный верховной судебной властью и широкими политическими полномочиями. Немногочисленный по составу, он мог отменять решения народного собрания, привлекать к ответственности должностных лиц, его члены не сменялись и не отвечали перед кем-либо за свои действия. Афинская аристократия видела в нем свой оплот. Подобно древнегреческому ареопагу Верховный суд США, учрежденный Законом о судоустройстве 1789 года, наделен исключительно широкими возможностями влиять на общественно-политическую жизнь страны. Огромная власть, которой наделен Верховный суд США, вытекает из того, что за ним закреплено право осуществления конституционного надзора и на этой основе объявлять недействительными акты и акции законодательных и исполнительных органов. Практически это означает, что любой 118
закон, принятый конгрессом США или законодательными собраниями штата, любая акция, любой акт органов исполнительной власти всех уровней могут быть отменены Верховным судом. При этом Верховный суд осуществляет надзор над законодательной и исполнительной властью не вообще, а исключительно в связи с тем или иным конкретным, представленным для его рассмотрения спором сторон по конкретному делу. Таким образом, суд решает не только судьбу данного дела на основе закона, но и — в соответствующих случаях — судьбу самого закона. С момента своего учреждения и до конца 70-х годов нынешнего столетия Верховный суд объявил неконституционными свыше ста законов конгресса США, более 900 законов отдельных штатов и около ста ордонансов муниципальных органов. Деятельность Верховного суда (ежегодно он разбирает примерно 200 дел из 5 тысяч, поступивших к рассмотрению) протекает за закрытыми дверями; сессии (семестры) суда проводятся ежегодно и продолжаются с октября но июль. Они окружены атмосферой таинственности, мифом о «надклассовое™» Верховного суда, о его «высшей политической беспристрастности». Девять верховных судей, в отличие от членов конгресса и президента, не избираются, а назначаются хозяином Белого дома, причем пожизненно. Предполагается, что они руководствуются тем, что является «правильным» и «справедливым», что они имеют дело с «духовным здоровьем нации»; внушается, что они обладают особыми качествами, не присущими членам других государственных институтов Америки, что заранее якобы предопределяет их право активно вмешиваться в государственные дела. Процедура деятельности Верховного суда тщательно отработана и неукоснительно соблюдается. Когда члены суда (для кворума необходимо присутствие шести из них) собираются для рассмотрения того или иного дела, глашатай суда торжественно оповещает: «Все лица, у ко- 119
торых есть дело к почтедному Верховному суду Соединенных Штатов, приглашаются приблизиться и внимать. Да благословит господь Соединенные Штаты и работу этого уважаемого суда!» После этого верховные судьи торжественно пожимают друг другу руки, а затем приступают к работе, тщательно соблюдая сложные архаичные ритуалы. В зале заседаний Верховного суда запрещено фотографировать или вести оттуда телерепортаж... «Есть миф, который безгранично взлелеян многими американцами, а именно миф о том, будто их правительство основано на власти закона, а не на власти людей, а функция Верховного суда состоит в том, чтобы толковать конституцию беспристрастно и с юридической точки зрения именно так, как предусмотрели в конституции отцы- основатели, в силу чего Верховный суд находится над политикой»,— писал в своей книге «Сверхдержава» известный английский журналист Харгрейвс. И продолжал: «Ничего не может быть дальше от истины. В действительности Верховный суд не только не «стоит над политикой», но, напротив, находится в центре этой политики, а все его девять членов, так или иначе, служили или служат практической политике и обязаны своим положением в качестве членов Верховного суда тому или другому политическому деятелю, который и назначил их на посты именно по политическим соображениям». Развенчивая миф о «надполитичности» и «беспристрастности» Верховного суда США, английский журналист попал, как говорится, не в бровь, а в глаз! Исполнительная власть в Соединенных Штатах всегда отчетливо понимала и понимает, какими мощными потенциальными и реальными возможностями располагает судебная власть, и Белый дом всегда делал и делает все возможное, чтобы Верховный суд являлся орудием для реализации тех или иных политических планов администрации. Поскольку, однако, оказание открытого давления на суд чревато отрицательными юридическими и политическими последст- 120
виями, президентская власть обычно приводит в действие такие рычаги, которые позволяют легальным образом программировать направление судебной политики. Одни из этих рычагов — конституционное право президента лично выдвигать кандидатуру и «по совету и с согласия сената» пазначать членов Верховного суда. Естественно, что каждый кандидат в судьи — лицо четко определенного политического выбора администрации, отражающее ее стремление привнести желательные Вашингтону элементы в судебную политику и обеспечить такое положение, чтобы члены Верховного суда, обязанные своим назначением президенту, не выходили за рамки того политического курса, который проводит администрация. Именно этим и объяснялась, скажем, линия поведения президента Ф. Рузвельта, когда он, придя к власти (1933 г.) и столкнувшись с обструкционистской политикой Верховного суда при проведении своего «нового курса», решил сломить сопротивление и в этих целях предпринял попытку перекроить состав суда. В обстановке секретности он начал разрабатывать план, предполагавший увеличение мест в суде с 9 до 15. Дополнительные должности должны были занять, конечно, назначенцы и сторонники самого Рузвельта. Этот план, однако, был завален в конгрессе, и задуманное Рузвельту пришлось решать по-иному. Ему повезло: начиная с 1937 года он заполнил в Верховном суде поочередно девять вакансий, открывшихся в результате отставки или смерти членов суда. Соображениями партийной политики руководствовался и Р. Никсон при отборе кандидатов на замещение вакансий в Верховном суде. Его администрация, придавая огромное значение судебной поддержке проводившемуся курсу, с самого начала стремилась укомплектовать Верховный суд приверженцами консервативных догматов. Во главе суда в тот период стоял Э. Уоррен, которого президент и его приверженцы обвиняли в чрезмерном либера- 121
лизме. Такого рода обвинения выдвигались власть имущими не случайно: в 00-е годы «суд Уоррена» действительно в определенной степени содействовал известной демократизации внутриполитической жизни США. Были аннулированы некоторые ограничения на деятельность Компартии США, введенные в период разгула маккартизма. Уоррен стремился ориентировать судебную и полицейскую практику на сохранение процессуальных прав обвиняемых и конституционных основ правосудия. Была несколько усилена правовая защита национальных меньшинств. В 1960 году, например, большой резонанс вызвало решение Верховного суда, которое отменило обвинительный приговор негру, осужденному за отказ покинуть ресторан, предназначенный для белых; в 1967 году суд признал неконституционным закон штата Виргиния, запрещавший межрасовые браки. Это был вызов явным и тайным расистам, чуть ли не бунт! И хотя «правозащитная деятельность» Уоррена носила ограниченный характер, хотя он, выступая за соблюдение «фундаментальных прав» человека, решительно воздерживался от того, чтобы отнести к ним такие основополагающие права, как право на труд, на социальное обеспечение, на медицинское обслуживание,— он все же превратился в крайне нежелательную для вашингтонских верхов фигуру... Остается догадываться, к каким маневрам пришлось бы прибегнуть Белому дому, чтобы устранить «неугодного» председателя Верховного суда, если бы обстановку не разрядил сам Уоррен: еще при предшественнике Никсона Джонсоне он решил покинуть свой пост. Вместо себя Уоррен предлагал кандидатуру своего единомышленника, члена суда Э. Фортеса. Однако отставка одного лишь Уоррена не устраивала президента: он был убежден, что необходимо разрушить все «либеральное большинство суда», а для этого следует не только не допустить выдвижения Фортеса, но и заменить помимо председателя еще по крайней мере одного 122
из членов суда из числа «либералов». Выбор пал, конечно, на Э. Фортеса. На помощь Никсону пришел его дружок Дж. Митчелл, возглавлявший в тот период министерство внутренних дел. Он представил данные о том, что Э. Фор- тес получил от промышленника-миллионера Луиса Вольф- сена гонорар в сумме 20 тысяч долларов. Остальное было делом техники. В популярном журнале «Лайф» появилась броская статья, повествующая о финансовых махинациях Фортеса. В мае 1969 года Митчелл, получив гранки этой статьи, поручил одному из своих сотрудников обратить внимание важнейших органов массовой информации на публикацию в «Лайф». Одновременно Митчелл инкогнито приехал в Верховный суд и в кабинете Уоррена заявил, что Фортесу грозит импичмент (выражение недоверия), что влечет за собой удаление с позором с должности, но если он добровольно подаст в отставку, то криминальное расследование «угаснет само собой». Уоррен понял смысл сказанного. Что же касается Фортеса, ему не оставалось ничего иного, кроме как «добровольно» уйти в отставку. Никсон ликовал и... публично выразил Фортесу свое сочувствие. Этим дело, однако, не ограничилось. Вскоре с помощью ФБР был выкопан из архивов факт, свидетельствующий, что другой «либеральный» судья, Дуглас, занимал по совместительству пост директора Фонда Альберта Пармина и получал там жалованье 12 тысяч долларов в год, что запрещено законом. Этот факт также был предан огласке и раздут в прессе. Подобная же участь ожидала и еще одного «либерала», Бреннена,— в печати появились сообщения о том, что он вместе с Фортесом участвовал в незаконной операции с недвижимостью на сумму 15 тысяч долларов. Их отставки, однако, Никсону не удалось добиться. В качестве замены Уоррена Никсон предложил кандидатуру У. Бергера, юриста, члена апелляционного суда по округу Колумбия в Вашингтоне. Впервые они по- 123
знакомились на съезде республиканской партии в 1948 году, и на Никсона произвели большое впечатление твердые консервативные убеждения Бергера и его статья в журнале «Ю. С. Ньюс энд уорлд рипорт», в которой он обосновывал необходимость резко усилить преследование всякого рода «либеральных нововведений» времен Уоррена. В июне 1969 года Бергер в присутствии членов Верховного суда, министра внутренних дел Митчелла, директора ФБР Эдварда Гувера принял присягу как председатель Верховного суда США. Свою реформу Верховного суда Бергер начал с того, что приказал переоборудовать зал заседаний. Затем последовали отнюдь не мебельные перестановки. Одним из первых «объектов» его внимания явились апелляции так называемых необеспеченных, которые не имели средств нанять адвокатов для подготовки соответствующих документов для обращения в Верховный суд или не могли заплатить 100 долларов за то, чтобы кто-нибудь за них написал соответствующие документы для обращения в Верховный суд. Верховные судьи и раньше считали, что лишь немногие из этих обращений заслуживают их внимания. Бергер покончил и с этим. При Уоррене служащим суда вменялось в обязанность при составлении обзора таких обращений в Верховный суд делать для членов суда особые пометки, из которых было бы видно, в каких случаях закон на стороне тех, кто обращается в суд. Когда Бергер узнал об этом, он заявил: «Нечего этим заниматься. У нас — Верховный суд, а не адвокатура. Если какой-то бедняк не смог изложить сути своего дела, это — его проблема, а не проблема суда». «Таким образом, Бергер эффективно ликвидировал роль суда как последнего оплота надежды для несчастных людей»,— заметила но этому поводу одна из американских газет. После того как летом 1986 года 78-летний Бергер по- дал в отставку, Р. Рейган назначил на его место члена Верховного суда У. Ринквиста, который, как заявил пре- 124
зидент, «всегда был образцом честного и красноречивого цоборника прямого толкования конституции». Американские средства массовой информации дают, однако, иную характеристику У. Ринквисту. Телевизионная кампания Эй-би-си в одной из передач отметила, что Ринквист, введенный в состав Верховного суда еще во времена Никсона, «наиболее консервативный член Верховного суда, поддерживающий смертную казнь и выступающий против расовых льгот». «Идеологический баланс в Верховном суде еще более переместился вправо»,— писала в связи с назначением Ринквиста «Вашингтон пост». Кто же составляет окружение Ринквиста? Это У. Бренная, Б. Уайт, Т. Маршалл, Г. Блэкман, Л. Пауэлл, А. Ска- лиа, П. Стивене, С. О'Коннор. Все они выходцы из состоятельных слоев американского общества, представители «высшей элиты» юридического сословия. Как сложился действующий ныне состав Верховного суда? Одним из кандидатов на пост члена Верховного суда был Карсвэлл, мало кому известный в США судья одного из южных штатов страны. Свое кредо Карсвэлл, еще будучи начинающим юристом, сформулировал так: «Я — южанин по происхождению, по рождению, по образованию, по склонности характера, по убеждению и по образу жизни. Я верю в то, что сегрегация рас является нормальным явлением и единственно практичным и правильным образом жизни для наших штатов. Я всегда верил в это, и я всегда буду поступать так. И я никогда не уступлю ни одному человеку в своей твердой энергичной убежденности в принципе превосходства белых». Неудивительно, что против судьи, открыто провозглашающего подобное «кредо», выступил ряд деятелей даже в самом конгрессе США. «Дело с назначением Карсвэлла — дрянь,—доложил президенту сенатор Р. Гриффин.— Он почти не имеет поддержки». Президент реагировал на это сообщение решительно: он вызвал заместителя министра юстиции 125
Р. Клайпдинста и заявил: «Я освобождаю вас от всех других обязанностей, чтобы вы все свое время, день и ночь, посвятили одному вопросу — вопросу о назначении Карс- вэлла». Клайндинст с усердием принялся за дело. Иод его руководством аппарат Белого дома развернул крупную лоббистскую операцию. Свидетели этой кампании говорят, что она проводилась с беспрецедентной прямолинейностью. Так, один из работников Белого дома позвонил сенатору-республиканцу от штата Пенсильвания Ричарду Швайкеру и заявил: «Вы будете героем Пенсильвании, если проголосуете за судью Карсвэлла. И учтите, нет ничего, что вы не могли бы получить от Белого дома, если проголосуете как надо». Другому «сомневающемуся», сенатору У. Саксби от штата Огайо, Никсон написал личное письмо, в котором говорилось: «Главным во всем этом деле является вопрос, могут ли подорвать полномочия президента те, кто хотел бы заменить собственной философией или собственным субъективным суждением то, что является прерогативой человека, уполномоченного конституцией делать назначения». После этого Саксби проголосовал за Карсвэлла, заявив, однако: «Он, конечно, сукин сын, но, по крайней мере, наш сукин сын». И все же, несмотря на беспрецедентный нажим, Никсону не удалось протащить эту кандидатуру. Сенат проголосовал против Карсвэлла 51 голосом против 45. Но сам по себе этот эпизод является красноречивой иллюстрацией того, кто и как становится в Соединенных Штатах членом Верховного суда. В конце 1971 года ушли в отставку по состоянию здоровья верховные судьи Дж. Харлан и X. Блэк. Белый дом ликовал. Как заявил помощник президента Никсона Патрик Дж. Бьюкенен, следующий Верховный суд «будет известен как суд Никсона, а не как суд Уоррена». Какие же кандидатуры выдвинул Белый дом на замещение двух освободившихся постов на сей раз? Первым был сенатор 126
Роберт Бэрт из Западной Виргинии, в прошлом — член ку-клукс-клана. Вторым — Хершель X, Фрайди, адвокат из Литл-Рока (штат Арканзас), который, по свидетельству местной «Газетт», всю свою жизнь «посвятил осуществлению цели не допустить чернокожих детей в белые школы». Но и эти кандидатуры, подобно кандидатуре Карсвэлла, не прошли через сенат. При администрации Р. Рейгана министерство юстиции США издало инструкцию, в соответствии с которой выбирать кандидатов в федеральные судьи предполагается только из числа лиц, предложенных сенаторами-республиканцами. Это, разумеется, облегчает администрации возможности продвижения в Верховный суд своих ставленников. Вместе с тем Р. Рейган в известной мере учел и негативный опыт, в избытке накопленный его предшественниками. При заполнении первой же вакансии в Верховном суде (в связи с уходом в отставку члена суда П. Сиар- та) на освободившееся место была назначена Сандра Дей О'Коннор, единственная в истории США женщина, занявшая должность в Верховном суде. О'Коннор — выпускница престижного Стенфордского университета, принадлежит к богатой семье, обладающей миллионным капиталом. Она служила юрисконсультом в американских воинских частях, расквартированных в ФРГ; в течение трех лет была помощником генерального атторнея1 Аризоны. О'Коннор придерживается консервативных взглядов, однако ее не причисляют к правому крылу республиканской партии. Выдвигая эту кандидатуру, Белый дом преследовал две цели. Во-первых, избежать нежелательных обвинений в неприкрытом стремлении «пристегнуть» Верховный суд к упряжке правых консерваторов. Во-вторых, потрафить весьма активному и влиятельному движению 1 Генеральный атторпей — в США глава министерства юстиции, генеральный прокурор. 127
за равноправие женщин в США, участники которого давно уже превратили вопрос о назначении женщин в Верховный суд в актуальную общественную проблему. Разумеется, в Белом доме учитывали и тот факт, что О'Коннор ни в коей мере не нарушит баланс сил, сложившийся внутри суда. В июне 1986 года на место У. Ринквиста, ставшего председателем Верховного суда, президент назначил А. Скалиа, члена апелляционного суда федерального округа Колумбия, ярого консерватора. «Вашингтон пост» отмечала 22 июня 1986 года, что назначение Скалиа, как и выдвижение Ринквиста,— «часть стратегии администрации, нацеленной на то, чтобы путем назначения на пожизненные федеральные должности расширить сферу своего влияния далеко за рамки восьмилетнего пребывания президента Р. Рейгана в Белом доме». Тесная связь деятельности Верховного суда с политикой исполнительных и законодательных органов позволяет ему трактовать достаточно широкие и неопределенные формулировки американской конституции в зависимости от социально-экономических факторов, расстановки политических сил, общестратегических задач государства, внешнеполитической ситуации. Но в каком бы направлении и в интересах какой бы группировки правящего класса ни использовалась функция судебного надзора за соблюдением конституции, эта функция всегда остается инструментом стратегической политики класса капиталистов, орудием защиты его политических и экономических интересов. Верховный суд США — оплот американской политической элиты, важнейший политический институт, который обеспечивает общую стабильность буржуазного правопорядка, надежно охраняет устои капитализма доступными ему и пригодными в конкретных политических условиях средствами. Классовые позиции Верховного суда как стража капиталистической системы отчетливо проявились еще в на- 128
чале века — в 1905 году, когда было принято решение «по делу Локнеров». В чем суть этого решения? Суд аннулировал закон штата Нью-Йорк, установивший предел продолжительности рабочего дня в пекарнях, на том основании, что такого рода закон «неконституционно» ограничивает право «продавать и покупать рабочую силу, являющуюся частью свободы, охраняемой поправкой» к конституции, и посягает на «свободу хозяина и работника договариваться об условиях найма». И ныне позиции Верховного суда по отношению к конституционным проблемам продолжают отвечать интересам господствующего класса, отражая реальную расстановку политических сил и одновременно внося коррективы в развитие социальных и политических процессов в рамках капиталистической системы. Как уже говорилось, еще при Никсоне начался решительный отход от «либеральной активности» Верховного суда; в последнее время этот процесс развивается в США все более активно. В 70-е годы Верховный суд постепенно, но неуклонно выхолащивал содержание принципов, сформулированных «судом Уоррена», сужал сферу их действий. Как отмечает профессор Мичиганского университета Й. Камисар, «решения суда в области уголовного права вызывают ощущение, будто перед тобой прокручивают в обратную сторону старую киноленту». Верховный суд разрешил, например, обвинителям предъявлять на суде с целью дискредитации обвиняемого такие его показания, которые были получены полицией «в нарушение установленных правил», и резко сократил возможности граждан, процессуальные права которых нарушены властями штатов, жаловаться на беззакония в федеральные суды. Суд отказал обвиняемым в праве на присутствие защитника в некоторых следственных действиях, расширил возможности полиции в проведении обысков без ордеров — по инспирируемому самими же полицейскими «согласию» обыскиваемого. Были сужены возможности практической реализации принципа пре- 5 Заказ 2088 129
зумпции невиновности1, ограничено право неимущих обвиняемых на бесплатные услуги адвоката. При администрации Рейгана этот процесс «поправения» Верховного суда еще более усилился. Об откровенно классовых ориентирах высшей судебной инстанции страны, о направленности деятельности Верховного суда красноречиво свидетельствуют принятые им в последние годы постановления. Вот лишь несколько примеров. Еще в мае 1977 года один из профсоюзов в штате Иллинойс наложил штраф на 10 своих членов, которые нарушили пункт устава организации, запрещавший выходить из ее состава во время забастовки. По наущению предпринимателей против профсоюза было возбуждено судебное дело. Тяжба длилась более восьми лет и завершилась принятым летом 1985 года решением Верховного суда, в котором указывается, что профсоюзы во время забастовок не имеют права препятствовать выходу своих членов из профессиональных объединений и возвращению их на работу в компании, против которых объявлена стачка. Иными словами, американская Фемида открыто узаконила штрейкбрехерство, нанеся ощутимый удар по организованному рабочему движению страны. Под флагом «расового нейтралитета» Верховный суд США взял курс на поддержку расистов и постепенное возвращение к порядкам, существовавшим в Америке до начала 60-х годов — до возникновения широкого движения за гражданские права,— порядкам, когда в стране действовало негласное, но жестокое и неизменное правило: негров, представителей других национальных меньшинств последними принимали на работу и первыми увольняли. На возрождение этих порядков направлено, в частности, принятое летом 1984 года Верховным судом СЦ1А решение, согласно которому муниципалитеты городов при увольнении 1 В юридической практике — предположение, которое считается истинным, пока правильность его не опровергнута. 130
работников должны в первую очередь учитывать их стаж, а не какие-либо иные факторы. В чем смысл этого решения? В том, что до его принятия при найме и увольнении муниципальных работников в США принимались во внимание многие факторы, в том числе и определенная квота для представителей национальных меньшинств. Верховный суд это правило отменил. В решении суда указывается, что «принадлежность к обездоленному классу не может служить основанием для получения льгот». Таким образом, высшим судебным органом страны санкционирована дискриминация по социальному и расовому признакам. А что означает для небелых американцев решение Верховного суда на практике, нетрудно понять, если учесть, например, такой факт: в то время как в целом безработица охватывает в США примерно 8 процентов рабочей силы, среди черных она приближается к 20 процентам... В 1984—1985 годах Верховный суд США принял ряд постановлений, значительно расширивших «права» ФБР и полиции по преследованиям и арестам американцев. Агентам ФБР и полицейским чиновникам разрешено проводить несанкционированные обыски автомашин, использовать в суде незаконно собранные улики, отказывать в освобождении до суда под залог. В марте 1985 года Верховный суд принял постановление, предоставляющее полиции практически бесконтрольное право задерживать — лишь по «подозрению» — американцев на неограниченное время без предъявления обвинения. Полиция, говорится в постановлении, может держать подозреваемых столько, «сколько ей необходимо для проведения расследования». Как заявил голосовавший против этого постановления судья У. Бреннан, данная мера «незаконно расширяет полицейские полномочия». В июне 1985 года Верховный суд, продолжая ту же линию, постановил, что бывший министр юстиции США Дж. Митчелл (ушел с поста в 1972 г.) не подлежит при- 131
влечению к уголовной ответственности за санкционирование подслушивания телефонных разговоров активистов — участников антивоенного движения. Тем самым был дан «зеленый свет» подслушиванию политической охранкой телефонных разговоров граждан страны. «Верховный суд,—отмечает журнал «10. С. Ньюс энд уорлд рипорт»,—все больше делает крен вправо». «СТРАЖ ЗАКОННОСТИ» Страшная весть облетела в мае 1985 года Америку: полиция подвергла варварской бомбардировке с воздуха здание, где находились члены негритянской общественной организации «Движение». Возник пожар, уничтоживший более 60 домов; 11 убитых, в том числе четверо детей, множество раненых, более 300 человек остались без крова — таков итог погрома. И эта варварская акция была осуществлена не где-нибудь, а в Филадельфии, то есть в том самом городе, где выставлен для всеобщего обозрения знаменитый «Колокол свободы», возвестивший 4 июля 1776 года о том, что конгресс США принял «Декларацию независимости», в которой записано: «Мы считаем очевидными следующие истины: все люди сотворены равными, и все они одарены своим Создателем некоторыми неотчуждаемыми правами, к числу которых принадлежат: жизнь, свобода и стремление к счастью». Волны возмущения и гнева прокатились по всей стране. С резким осуждением преступных действий властей выступили многие видные общественные деятели США, в ряде городов прошли демонстрации и митинги протеста. «Варварская расправа», «Геноцид против чернокожих американцев» — так расценили происшедшее даже многие буржуазные газеты. Тем более резким диссонансом прозвучало на этом фоне заявление о том, что-де «филадельфийские власти подали хороший пример, который 132
следует взять на заметку». С призывом «брать пример» с тех, кто спланировал и осуществил преступную акцию в Филадельфии, выступил Э. Миз, министр юстиции США. А теперь покинем Америку и перенесемся мысленно в далекую от Вашингтона азиатскую страну — Пакистан. Время действия — март 1986 года, место действия — Пешавар, город близ пакистано-афганской границы, который под нажимом США и с благословения пакистанских властей превращен в центр афганской контрреволюции. Отряды душманов, обученные и вооруженные на американские доллары, торжественно встречают «почетного гостя» из США. Он выступает с речами о том, что США-де являются «оплотом свободы», а душманы со своей стороны выражают Вашингтону благодарность за то, что гость сообщил о решении поставить им крупную партию новейших зенитных ракет «Стингер», которые, как известно, США поставляют только «очень близким» союзникам. Кто же прибыл из Соединенных Штатов в Пешавар, кто выступает перед бандитами с подстрекательскими заявлениями? Все тот же Э. Миз, которого называют «стражем американской законности». Биография и карьера Миза сами по себе могут служить наглядной иллюстрацией существующей в США теснейшей взаимосвязи большого бизнеса и верхов государственного аппарата. Это еще один пример, показывающий, какие рычаги действовали в Соединенных Штатах при формировании республиканской администрации. Э. Миз, потомок германского эмигранта, прибывшего в Калифорнию в разгар охватившей этот штат «золотой лихорадки», родился в 1931 году в Окленде, в семье казначея и сборщика налогов по округу Аламеда. Состоятельная семья имела все возможности, чтобы предоставить Эдвину «должное образование» — после окончания средней школы он поступил на факультет государственного управления Йельского университета. Получив степень бакалавра, Миз продолжил образование на юридическом 133
факультете Калифорнийского университета (г. Беркли). Не без успеха служил в юридической фирме «Кнутсон, Тобин, Мейер и Шэннон» (г. Ла-Мес, Калифорния), некоторое время был вице-президентом калифорнийской аэрокосмической фирмы «Pop индастриз»... Бизнес всегда привлекал Э. Миза, по он твердо верил в то, что его главная карьера лежит на стезе политической деятельности, и всячески стремился обратить на себя внимание власть имущих. Это ему удалось в 60-е годы, когда, будучи заместителем прокурора округа Аламеда и, по свидетельству газеты «Виллидж войс», «в большей мере, чем кто-либо другой, занимаясь подавлением политического инакомыслия», он приказал жестоко расправиться со студентами Калифорнийского университета, выступившими против «грязной войны» во Вьетнаме. Решительность прокурора пришлась по душе калифорнийским верхам. В 1967 году Миз — один из влиятельных сотрудников аппарата администрации штата: он заведует отделом по рассмотрению прошений на имя губернатора Р. Рейгана. Два года спустя он уже руководитель аппарата администрации Калифорнии. На этом-то посту, обладая немалой властью, имея прямой контакт с губернатором, Миз принялся энергично утверждать за собой репутацию «непреклонного стража порядка», которую приобрел еще в Аламеде. Именно Миз стал одним из главных архитекторов двух программ, в рамках которых в Калифорнии были развернуты широкие кампании преследования инакомыслящих. Одна из этих программ — так называемый «проект за более безопасную Калифорнию» — предусматривала комплекс драконовских мер по подавлению «выступлений политического и социального протеста», включающий массовые аресты, судилища, превентивное заключение в тюрьму неугодных властям лиц. В рамках другой программы (проект «Розыск»)—операции охранки, начатые в Калифорнии и затем распространившиеся по всей стране,— проводился сбор сведений о так называемых «под- 134
рывных элементах», под которыми американские власти подразумевают борцов за гражданские права, активистов антивоенного движения. Не ограничившись этим, Миз разработал план, согласно которому в случае «гражданских беспорядков» контроль за событиями во всех городах штата переходит к национальной гвардии, а один из его помощников, Л. Джуфрида, составил проект массового интернирования черных американцев. В 1972 году Э. Миз и близкий к Рейгану М. Браун (впоследствии посол США в Новой Зеландии) выступили инициаторами создания Института современных исследований, который вскоре зарекомендовал себя как один из главных в Америке рассадников консервативной идеологии. Стараниями Миза к финансированию института были привлечены такие кадры большого бизнеса, как «Дженерал электрик», «Атлан- тик ричфилд», «Проктер энд Гэмбл» и другие, а сам Миз стал членом институтского совета директоров. В 1980 году энергичный, предприимчивый Э. Миз —- советник кандидата в президенты Р. Рейгана по политическим вопросам, руководитель его избирательной кампании. В 1981 году Миз — вновь главный политический советник Р. Рейгана, но уже не губернатора Калифорнии, а президента США. Миз возглавил так называемую «переходную группу» и активно влияет на подбор людей в аппарат Белого дома и даже в правительство, добиваясь того, чтобы руководящие посты были заняты исключительно надежными сторонниками нового президента. Миз, констатирует в своей книге «Предостережение» (Нью- Йорк, 1984 г.) бывший государственный секретарь США А. Хейг, с самого начала «расценивал свое служебное положение в администрации более высоко, чем положение любого члена кабинета». Он —правая рука президента в вопросах внутренней политики. Выступая в качестве «непреклонного борца» с инакомыслящими, открыто ратует за использование в ходе судебных процессов улик, по- 135
лученных полицией, по мнению суда, «незаконным путем». Миз выступает за ликвидацию тех завоевании, которых в долгой и трудной борьбе добились черные и цветные американцы. Одновременно Миз — рьяный сторонник «рейганомики», жесточайшего урезывания социальных программ. Он категорически отвергает любые заявления о том, что сокращение бюджета на социальные программы обрушит новые беды на безработную, бездомную, голодающую Америку. «В Америке нет причин для голода,— заявил он корреспонденту агентства Ассошиэйтед Пресс.— Люди посещают суповые кухни потому, что там не надо платить». Группа возмущенных этим интервью религиозных и общественных деятелей Окленда направила Мизу письмо, полное убийственного сарказма: «Дорогой Эдвин, с тех пор как перебрался в Вашингтон, ты явно утратил всякую связь с реальностью. Поэтому мы решили пригласить тебя посетить родной город, где у церкви ты сможешь получить миску даровой похлебки, за которой сотни людей выстаивают в очереди часами. Мы надеемся, что ты сам поговоришь с этими людьми и узнаешь, почему они голодают...» «Миз верит, что мир можно изменить под прицелом ружья»,— пишут о нем американские журналисты. «Итоги деятельности администрации Рейгана в вопросах, затрагивающих гражданские права, положение женщин и бедняков, позорны,— сказал сенатор Э. Кеннеди. И добавил: — Главный архитектор внутренней политики США — Эдвин Миз». А вот лишь некоторые из высказываний Миза по внешнеполитическим вопросам. «Не существует какого- либо юридического или морального обязательства соблюдать положения Договоров об ОСВ-1 и ОСВ-2», «наша приверженность планам перевооружения Америки является абсолютной». В свете сказанного вполне закономерно, что именно 136
Миз оказался в Белом доме «кандидатом № 1», когда встал вопрос о том, кого назначить на пост министра юстиции вместо уходящего в отставку Смита. Однако конгресс не спешил утвердить предложенную президентом кандидатуру. Остановка была не за формальностями: выяснилось, что у главного политического советника президента, такого стойкого блюстителя «традиционных американских моральных идеалов», противника «либералов» и непримиримого «врага бунтовщиков», есть и другое, скрытое от общественности, лицо. Вначале буржуазная печать сообщала о «затруднениях» с новым назначением Миза осторожно, как бы вскользь. Но скандал нарастал как снежный ком, и факты один другого красноречивее прорывались на страницы газет. Оказывается, главный политический советник президента был замешан в крупной финансовой афере, суть которой состоит в том, что он незаконно получил дополнительную сумму денег при продаже собственного дома в Калифорнии, а взамен обеспечил «благодетелям» несколько престижных и влиятельных должностей в администрации (один из них, спекулянт недвижимостью Т. Бэррак- младший, стал помощником министра внутренних дел). Выяснилось, что «специалист по налогам» из Сан-Франциско Дж. Маккин создал на деньги своих родственников и клиентов некий «фонд», откуда и «одолжил» Мизу около 60 тысяч долларов, и вскоре по рекомендации Миза стал председателем совета директоров почтовой службы США — главным почтмейстером страны. Стало известно, что банк Сан-Диего ссудил советнику президента 400 тысяч долларов на весьма выгодных условиях — президент правления банка Г. Люс вскоре был назначен в состав делегации США при ООН; что жена Миза получила беспроцентный заем в размере 15 тысяч долларов от Э. Томаса, который вскоре стал помощником Миза, а жена и сын Томаса заполучили «теплые местечки» в государственных учреждениях. 137
Дальше — больше. Печать сообщала, что Миз прямо причастен к хищению бумаг из Белого дома при Картере — скандальной истории, известной в США под названием «рейгангейт». Стали известными и другие, мягко говоря, неэтичные поступки кандидата на пост министра юстиции, в том числе история о том, как при содействии Миза военная корпорация «Дженерал дайнэмикс» получила выгодные контракты на строительство подводных лодок. Кандидат в министры получал огромные взятки — но не пренебрегал и «мелочами»: в 1983 году, нарушая закон, он принял дар от некоего «представителя Южной Кореи» золотые запонки стоимостью 375 долларов, хотя отлично знал, что подобного рода «подарки» не имеет права оставлять в личном пользовании без специального разрешения. Управление по правительственной этике констатирует, что Миз «нарушил этические нормы федерального правительства», а конгрессмены предъявляют ему в общей сложности 11 обвинений. «Миз недостоин поста министра юстиции, на который его усиленно проталкивает президент»,— подчеркивал в конгрессе сенатор Дж. Байден. «Если кандидатура Миза будет утверждена,— отмечал известный американский юрист А. Кокс,— это приведет к дальнейшему падению нравов в правительстве, так как другие сотрудники администрации почувствуют еще большую свободу рук для совершения незаконных махинаций». Опрос общественного мнения, проведенный службой Харриса весной 1984 года, показал: 66 процентов опрошенных американцев считали, что президент должен снять кандидатуру Миза на пост министра юстиции. «Это будет позором, если произойдет»,— писала о возможном назначении Миза газета «Тудей». Общественное мнение выражено, казалось бы, предельно ясно. Но что вашингтонским верхам до общественного мнения! Агентство Ассошиэйтед Пресс еще в августе 1982 года охарактеризовало Миза как «неизбранного 138
заместителя президента Америки». «Я не знаю другого человека, который был бы больше подготовлен для должности министра юстиции, чем Миз»,— заявил Р. Рейган. «...Миз должен быть утвержден сенатом на пост министра как можно скорее»,— в ультимативной форме вторил ему представитель Белого дома М. Фитцуотер. Под нажимом Белого дома сенатская юридическая комиссия, где большинство составляют республиканцы, 12 голосами против шести одобрила назначение Миза. Разбирательство по его делу, которое вел специальный прокурор Дж. Стайн, известный тем, что сумел в свое время добиться оправдания некоторых высокопоставленных лиц, замешанных в «уотергейте», постепенно свернули. А в феврале 1985 года, через 13 месяцев после того, как Белый дом начал свою интенсивную кампанию «в защиту Миза», сенат 63 голосами против 31 утвердил его 75-м по счету министром юстиции США. Месяц спустя председатель Верховного суда привел нового министра юстиции к присяге, и Миз, выступая с пространной речью, заявил, что под его руководством министерство «намерено точно толковать и энергично проводить в жизнь законодательство страны». Ныне Миз — главный блюститель американской законности. Ему дано право поправлять судей, поучать полицейскую верхушку, давать указания шефу ФБР. Исключительный, из ряда вон выходящий факт? Нет. Комментируя назначение Миза, американская пресса напомнила, что один из его предшественников, министр юстиции США Дж. Митчелл, замешанный в «уотергейтском скандале», был признан виновным в «заговоре, лжесвидетельстве и сопротивлении отправлению правосудия» и на полтора года препровожден в федеральную тюрьму. Непосредственный предшественник Миза У. Смит, богатый делец, совладелец ведущей калифорнийской адвокатской фирмы «Гибсон, Данн энд Кратчер», член правления сан-францисского банка «Крокер-ситизен нейшпл бэнк» 139
(хозяевами этого банка являются семейство Крокеров и семейство Бечтелов), был уличен в противозаконных махинациях с налогами. Ему, правда, удалось избежать разбирательства, но произошло это, судя по всему, только лишь потому, что Смит на протяжении нескольких лет был личным адвокатом Рейгана и оказывал ему тогда немало услуг, в том числе оформил приобретение поместья в районе Санта-Барбара (это поместье стало излюбленным местом отдыха будущего хозяина Белого дома). Помощник министра юстиции Р. Гильяни еще в 1976 году проходил по делу о взятках. Президент правительственной корпорации юридических услуг Д. Богард получал от частных фирм «за услуги» сверхщедрые «командировочные» для туристских вояжей. Так что в государственно- правовой системе США назначение заведомых нарушителей закона на высокие должности является чем-то вроде своеобразной «традиции». «В свете этого финансовые проделки Миза, возможно, действительно не являются чем-то особенным»,— констатировала «Нью-Йорк тайме». ПО СТОПАМ ГУВЕРА В тот летний день 1978 года, когда в Федеральное бюро расследований (ФБР) прибыл новый директор Уильям Уэбстер, там царил настоящий переполох. Сотрудники ведомства, встречаясь в коридорах, шепотом извещали друг друга: — Вы знаете, с чего он начал? Приказал убрать из своего кабинета бюст Гувера. Самого Гувера!.. Это, действительно, была своего рода сенсация — и не только для сотрудпиков ФБР. В сознании многих американцев само название «Федеральное бюро расследований» прочно ассоциируется с именем Дж. Эдгара Гувера, который, побив все мыслимые и немыслимые американские 140
рекорды пребывания на высоком государственном посту, возглавлял этот штаб политического и уголовного сыска при восьми президентах — от К. Кулиджа до Р. Никсона — в общей сложности 48 лет. Именно Гувер добился того, что ФБР, оставаясь формально в подчинении министерства юстиции, в действительности давно уже превратилось в некое почти полностью автономное звено американского государственного механизма, которое подчинено лишь Белому дому и действует по особым, неписаным законам. Он впервые ввел в практику направляемые в Белый дом с пометкой «Лично для президента» «доклады» (а вернее, сплетни), в которых не только приводились собранные ФБР «данные» о тех или иных «подрывных организациях», о деятельности «бунтовщиков», но и сообщалось о взглядах, поступках и личной жизни лиц из ближайшего окружения президента, включая членов кабинета. Он, будучи рьяным единомышленником Маккарти, с особым усердием насаждал в Америке миф о «коммунистической опасности» и, опираясь на этот миф, активно создавал в стране атмосферу «осажденной крепости». В 60-е годы организовал травлю выдающегося борца за права человека Мартина Лютера Кинга и возвел расизм в ранг официальной политики возглавляемого им ведомства. Гувер был одним из тех, кто первый открыто пустил в ход угрозы и шантаж в отношении участников антивоенного движения, начал «охоту за ведьмами» в Голливуде. Известно, что Э. Гувер был махровым, воинствующим антикоммунистом. Ярая ненависть этого фанатика к коммунистам подчас принимала патологические формы. Он запретил агентам ФБР сотрудничать с Интерполом, придя в бешенство от доклада о том, что Интерпол включил в списки разыскиваемых преступников ряд лиц, угнавших самолет из социалистической Чехословакии. Еще в 1942 году (в то время А. Даллес сколачивал так называемое Управление стратегических служб — УСС, впоследствии ЦРУ), зная, что в штаб-квартиру Даллеса, располо- 141
женную в нью-йоркском «Рокфеллер сентер», прибыли вызванные им эмигранты из нацистской Германии, среди которых были не только лица крайне правых взглядов (например, барон Вольфганг цу Рулиц, бывший фашистский дипломат), но и люди относительно умеренных политических воззрений, Гувер донес президенту, что Даллес намеревается «принять на работу банду большевиков»! Шум, поднявшийся вокруг этого дела, был настолько силен, что А. Даллес вынужден был распустить свой «комитет эмигрантов», услугами которого он не без успеха пользовался, чтобы получать разведывательную информацию. Словом, Гувер — это действительно своего рода «символ» ФБР. И вдруг бюст Гувера выносят из кабинета нового босса — что бы это значило?.. А между тем загадку, которую задал подчиненным У. Уэбстер, было нетрудно разгадать. «Гуверовский период» ознаменовался не только беспрецедентным расширением влияния и масштабов деятельности ФБР. Это было время, когда ФБР стало с полным основанием рассматриваться значительной частью американской общественности как орудие насаждения маккартизма, как ведомство, которое грубо попирает насущные права американских граждан. Ситуация еще более обострилась после того, как непосредственные преемники Гувера, которые, казалось бы, призваны были стоять на страже закона, продемонстрировали, подобно своим официальным шефам — руководителям министерства юстиции, что они сами попирают закон. Первому из них — П. Грею, назначенному в 1972 году исполняющим обязанности директора ФБР, уже через год пришлось подать в отставку, так как выяснилось, что он пытался скрыть информацию о причастности Р. Никсона и ряда высокопоставленных сотрудников Белого дома к «уотергейтскому скандалу». Недолго продержался в кресле директора ФБР и сменивший Грея У. Кларк: выяснилось, что и он замешан во всякого рода неблаговидных махина- 142
циях. Надо было срочно подыскать «сильную личность», которая могла бы подправить изрядно подмоченную репутацию ФБР. Выбор пал на Уильяма Уэбстера, офицера Пентагона, ярого консерватора и дельца. Уэбстер пять лет служил в ВМС США, около 20 лет был партнером в крупной юридической фирме «Армстронг, Тисдейл, Креймер энд Вон» (штат Миссури), 10 лет — прокурором Восточного района этого штата. Придя в ФБР, Уэбстер дал целую серию интервью для печати, в которых оповестил общественность о своей решимости «бороться с преступностью и коррупцией, невзирая на лица и чины». И действительно, ФБР провело ряд операций, направленных против захлестывающей Америку организованной преступности. В результате в 1981 году было привлечено к ответственности 515 членов преступных синдикатов, в 1982 году эта цифра почти достигла шестисот. Самой шумной была операция ФБР под кодовым названием «Абскэм». Агенты ФБР, выдававшие себя за богатых арабских шейхов, вступили в контакт с рядом членов конгресса и сотрудников государственных учреждений. Они предложили им крупные взятки в обмен на различные «услуги» (защита в конгрессе интересов представляемых «шейхами» компаний, предоставление им правительственных контрактов на различные работы на выгодных условиях и т. д.). В результате 16 человек, в том числе семь членов палаты представителей и один сенатор, предстали перед судом... Однако в то время, как буржуазная пресса восхваляла подвиги Уэбстера и его подчиненных на ниве борьбы с организованной преступностью, в самом ФБР с ведома и при поощрении вашингтонских верхов крен все больше делался на другое — на возрождение и укрепление «традиций и заветов Гувера», на то, чтобы «усилить борьбу» со всякого рода «подрывными элементами». Именно на эти цели расходовалась и расходуется львиная доля бюджета ФБР, 143
который, по данным печати, составляет ныне более 1,2 миллиарда долларов в год. Хотя к моменту прихода Уэбстера в ФБР в ведомстве уже скопилось досье на 140 миллионов американцев, он энергично принялся за дальнейшее расширение сети опутавшего Америку тотального сыска. С этой целью в последние годы резко увеличено число тайных осведомителей ФБР — прежде всего за счет женщин и представителей национальных меньшинств. Агентура ФБР оснащена новейшей аппаратурой подслушивания. Следуя но стонам Гувера, Уэбстер разработал законопроект, который предусматривает полное «освобождение федеральных агентов ФБР, проводящих расследование, от ответственности за нарушения гражданских нрав». Все эти меры полностью укладываются в рамки положений, определяющих роль и место ФБР в государственно-правовом механизме США. Известно, что еще в середине 70-х годов под давлением общественности конгресс США приступил к разработке устава ФБР, который должен был регламентировать функции и полномочия этого органа. Однако разработка устава сразу натолкнулась на противодействие как руководства ФБР, так и патронирующих его влиятельных кругов в вашингтонских верхах и постепенно была сведена на нет. В результате деятельность ФБР и сегодня регламентируется лишь практически неизвестными широкой американской общественности административными актами, к числу которых относятся три инструкции генерального атторнея, разработанные соответственно в 1976, 1981 и 1983 годах, а также исполнительный приказ президента США от 1981 года — «Разведывательная деятельность США». Все эти документы, хотя и содержат положения и напоминания о том, что ФБР должно сводить к минимуму методы работы, связанные с «негласным вторжением в частную жизнь граждан», в действительности открывают сыскному ведомству самый широкий простор для посягательств на политические права американцев. 144
Секретные операции ведомства, гласит одна из инструкций, не должны быть санкционированы никем, кроме как руководством самого ФБР (а в ряде случаев — лишь руководством местного отделения ФБР). «ФБР уполномочено проводить разведывательное расследование в отношении определенных преступных организаций, которые стремятся извлечь денежные или коммерческие, выгоды и доходы посредством организованного вымогательства либо достичь политических или социальных целей посредством действий, включающих преступное насилие». Эти формулировки позволяют ФБР под предлогом «борьбы с терроризмом» и защиты «национальной безопасности» обрушиваться на любые организации и любых лиц, которых ФБР по тем или иным причинам сочтет «потенциально опасными». Инструкции генерального атторнея, по существу, санкционируют и грязные методы работы американской охранки. В качестве одного из таких методов, широко используемых при проведении тайных операций, предусматривается создание и функционирование разного рода подставных организаций (деловых фирм, торговых предприятий и т. п.), задача которых— «установление доверительных отношений с подозреваемыми в правонарушениях лицами», провокации и шантаж в отношении этих лиц. Те же инструкции ставят на узаконенную основу широкое использование тайных осведомителей, причем особо подчеркивается, что «в случаях, когда осведомитель нарушает закон и использует официально несанкционированные методы получения информации» (то есть, говоря попросту, действует как провокатор), он не может быть отстранен от выполнения своих функций никем, кроме как руководством ФБР или руководством министерства юстиции. Для выполнения секретных операций ФБР разрешается пользоваться «оперативным содействием любого подходящего осведомителя или доверенного лица». 145
Если суммировать сказанное и учесть, что Верховный суд страны, как уже говорилось, своими решениями активно поддерживает ориентировку ФБР на «тотальный сыск», станет очевидным, что перед ведомством Уэбстера открыты все возможности для того, чтобы, как выразился один из членов Национальной гильдии юристов США, «раскинуть по всей стране широкие сети для отлова инакомыслящих». И ФБР, тесно взаимодействуя с ЦРУ и другими спецслужбами, этими возможностями пользуется в полную меру. «В пашей стране,— говорил в свое время президент Д. Эйзенхауэр,— наблюдение за коммунистами осуществляется круглые сутки, семь дней в неделю, 52 недели в году — тихо и постоянно. Лучше всего это известно самим коммунистам». По данным бывшего министра юстиции Сэксби, только в период 1961—1974 годов ФБР осуществило 1388 операций, направленных против Компартии США. В 80-е годы спецслужбы США, организуя подобные широкомасштабные провокационные операции, преследуют не только коммунистов — слежке и травле подвергаются в США все, кто ставит под сомнение догматы правящей элиты или хотя бы может быть заподозрен в намерении совершить такое «преступление». О том, какие масштабы приобрел в США тотальный политический сыск, красноречиво свидетельствует наряду с многими другими фактами и документами письмо, которое было направлено в мае 1985 года 96 членами конгресса президенту США и в котором содержится требование прекратить кампанию преследований американцев, выступающих против политики США в отношении Никарагуа. «Несколько месяцев назад представители Вашего правительства начали обвинять противников политики администрации в том, что их деятельность является частью «кампании дезинформации», якобы контролируемой из-за рубежа,— говорится в письме.— Вызывают тревогу также розыски ФБР лиц, которые посетили Никарагуа. А совсем недавно мы уз- 14(5
нали, что использующая Ваше имя организация «Граждане — за Рейгана» добивается от бюро внутренних доходов расследования деятельности тех общественных групп, которые выступают против политики администрации. Господин президент, подобные акции грозят расколоть нашу страну». За время правления администрации Рейгана, свидетельствует газета «Ньюсдей», число «официальных» разрешений ФБР на установку подслушивающих устройств в квартирах американцев и в офисах «неблагонадежных» организаций выросло более чем вдвое. К этому следует добавить, что наряду с 20 тысячами агентов ФБР «отправлением полицейских функций, сбором развединформации, расследованиями» постоянно занято более 5 тысяч федеральных служащих иммиграционных служб, более 18 тысяч — служащих министерства финансов, более 35 тысяч — министерства юстиции, почти 90 тысяч — сотрудников военных ведомств. Масштабы, которым позавидовал бы сам Маккарти!.. В 70-е годы Э. Янг, в ту пору постоянный представитель США при ООН, публично признал, что в США насчитываются тысячи политических заключенных. Сколько их томится в американских тюрьмах сегодня? Официальный Вашингтон держит эти данные под семью замками. Но вот сообщение американского журнала «Стар- лайт»: 5 апреля 1984 года Белый дом издал секретную директиву, касающуюся реализации разработанного в Вашингтоне проекта «Рекс-84» и предусматривающую форсированное сооружение на территории США 10 гигантских, охраняемых войсками концлагерей. Четыре «главных концлагеря», которые будут находиться в Форт-Чэф- фи (Арканзас), Форт-Драм (Нью-Йорк), Форт-Индиан Гэп (Пенсильвания) и в Виргинии рассчитаны на 25 тысяч заключенных каждый, другие — на 15 тысяч человек. Как явствует из материалов, оказавшихся в распоряжении «Старлайт», в рамках проекта «Рекс-84» меры «К энд К» 147
(«поимка и заключение») намечается применить к весьма широкому кругу лиц — политическим противникам строя, людям, критикующим правительство, так называемым «незаконным иммигрантам» и всем тем, кого администрация по каким-либо причинам «сочтет опасным». Безжалостные расправы с людьми, выступающими за обуздание развязанной Вашингтоном безумной гонки вооружений, за право на труд, против вопиющей социальной несправедливости, расизма и нищеты, всегда были неотъемлемой составной частью американской «демократии», пресловутого «американского образа жизни», но никогда еще эти жестокие расправы не вершились в столь массовом масштабе, как ныне. Да, собственно, и с какой стати стесняться в методах и средствах судам и полиции, национальным гвардейцам и ищейкам из ФБР, коль скоро руководители страны неоднократно и весьма недвусмысленно поясняли, как следует вести борьбу с «бунтовщиками» и «искоренять крамолу». Еще в середине 60-х годов, когда в крупном университете в Беркли начались студенческие беспорядки, Рейган, готовясь стать губернатором Калифорнии, заявил: «Мне все это надоело — забастовки, митинги. Когда меня выберут губернатором, я введу практику исключения из университета». В 1976 году, когда студенческие беспорядки вспыхнули вновь, Рейган уже не считал, что в отношении «бунтовщиков» можно ограничиться тем, чтобы выбросить их из университета. «Если уж суждено быть кровопролитию, пусть это случится сейчас!» — сказал он. А когда стало известно о массовых выступлениях черных американцев в защиту своих насущных прав, против расизма, его реакция была не менее определенной: «Надо установить над ними контроль. Для обеспечения законности и порядка должны прилагаться все усилия». Полиция и войска расправились с «нарушителями порядка». «Зловещие параллели: конец свободы в Америке» — так назвал свою книгу о США известный американский 148
ученый профессор Нью-Йоркского университета Л. Пей- кофф. Тщательно проанализировав обстановку в стране и сопоставив ее с положением в Германии в кануп и после захвата власти фашистами, он приходит к выводу, что сегодняшняя Америка, как некогда нацистский рейх, во все большей мере превращается в военно-полицейское государство, где «контроль правительства пронизывает все аспекты жизни». «Мы создали общество, основным занятием которого является насилие»,— говорил в свое время видный американский политический деятель, сенатор У. Фулбрайт. РЕКОРДЫ, РЕКОРДЫ... В числе разного рода рекордов, которые, бесспорно, принадлежат Америке, есть и такой, весьма мрачный: стремительный, небывалый, невиданный даже в капиталистическом мире рост преступности. «Преступность стала эпидемией в Америке. Каждый год она уносит жизни 23 999 американцев. Она затрагивает почти треть американских семей и приводит к финансовым убыткам минимум на 8,8 миллиарда долларов. Только за то время, пока мы с вами сегодня будем находиться здесь, по крайней мере один человек будет убит, 9 женщин изнасилованы, 67 человек ограблены, будет совершено 97 вооруженных нападений и 389 квартирных краж. И все это произойдет в течение 30 минут». Так говорил президент США Р. Рейган, выступая 28 сентября 1981 года в Новом Орлеане на сессии Международной ассоциации начальников полиции. Цифры, приведенные президентом, не являются откровением. «У американца,— отмечалось в «Докладе о преступности и правосудии», подготовленном в 1984 году министерством юстиции США,-— гораздо больше шансов стать жертвой серьезного преступления, чем попасть в ав- 149
томобильную катастрофу». И это верно, если учесть, что в Соединенных Штатах ежегодно жертвами преступников становятся 25 миллионов американских граждан. Убийство, вооруженное нападение, ограбление, кража или изнасилование происходят в Соединенных Штатах каждые 2,4 секунды. А отсюда — как результат — и еще один мрачный «рекорд Америки»: 2400 тысяч граждан этой страны сидят за решеткой, выпущены под залог или приговорены к условному заключению. По количеству заключенных на 100 тысяч человек населения Соединенные Штаты прочно занимают второе место в мире. Второе — после расистской ЮАР. «Даже если посадить в тюрьму всех преступников, которые прибегают к насилию, им на смену придут новые, ибо питательная почва для беззакония сохраняется»,— резюмировала сложившуюся в стране ситуацию группа видных деятелей Демократической партии США — авторов опубликованного в январе 1984 года доклада «Америка вновь должна вселять надежду — программа демократов на будущее нашей страны».
НА „ДИПЛОМАТИЧЕСКОМ ОЛИМПЕ"
ОРУЖЕНОСЦЫ БОЛЬШОГО БИЗНЕСА Анализируя подход к разработке и осуществлению внешней политики трех президентов США — Кеннеди, Джонсона и Никсона, бывший представитель США при ООН Ч. Йост отмечал, что всех их объединяло желание быть и государственным секретарем. Это, несомненно, в еще большей мере относится к Р. Рейгану, который, по свидетельству «Вашингтон пост», все больше «становится президентом в стиле конституционного монарха» и чье президентство отмечено отчетливо просматривающимися тенденциями к усилению авторитарной формы правления, небывало высокой степенью концентрации и монополизации власти в руках Белого дома. Именно Белый дом определяет в конечном счете стержневые направления американской внешней политики, что неоднократно подчеркивал и нынешний госсекретарь США. «Вас называют наместником в области внешней политики — считаете ли вы, что действительно руководите внешней политикой Соединенных Штатов или, скажем, осуществляли такую функцию в последний год?» — спросил Шульца в феврале 1985 года корреспондент «Голоса Америки». «Отнюдь нет»,— ответил Шульц. «Отнюдь нет?» — «Нет. Ею руководит президент. Он — мой начальник. Я часто с ним вижусь и во всех случаях считаю, что я лишь действую в соответствии с его взглядами». «Чтобы избежать недоразумений и неуверенности как в стране, так и за рубежом, необходимо с предельной ясностью отдавать себе отчет в 152
том, что государственный секретарь является основным представителем президента в вопросах внешней политики»,— отмечается в опубликованном в мае 1985 года в Вашингтоне докладе «Президент, конгресс и внешняя политика», подготовленном Ассоциацией бывших членов конгресса и Атлантическим советом США. «Внешняя политика, провозглашаемая Шульцем,— это внешняя политика президента Рейгана»,-— привел 3 февраля 1986 года журнал «Тайм» высказывание Д. Ригана, руководителя аппарата сотрудников Белого дома. «Когда Дж. Шульц приступит к своим обязанностям, он обнаружит у себя в кабинете целый шкаф, полный законов, на основе которых установлен политический курс, которому он обязан следовать»,— писал в июле 1982 года в «Вашингтон пост» Дин Раек, один из предшественников Шульца, бывший государственным секретарем в администрациях Кеннеди и Джонсона. Но хотя «шкаф с законами», столь памятный Д. Раску, действительно стоял на отведенном ему месте, новому госсекретарю содержимое этого шкафа не понадобилось, ибо принципы американской внешней политики и дипломатии, которыми должен руководствоваться госдепартамент, содержались не в «законах», а были с достаточной полнотой и откровенностью изложены уже в первой крупной внешнеполитической речи президента, с которой он выступил в мае 1981 года в одном из крупнейших и старейших милитаристских центров США — основанной в 1802 году военной академии Уэст-Пойнт. В этой речи Р. Рейган без обиняков объявил, что американская нация должна верить не в пергамент и бумагу (то есть договоры и соглашения), а в оружие. «Сила и дипломатия,— заявляет, развивая тезисы президента, Дж. Шульц,— всегда должны сопровождать друг друга». «Сила и дипломатия не есть альтернативы,— утверждает он.— Они должны использоваться вместе, в противном случае мы достигнем очень малого в этом мире». «Нам никогда не удастся содействовать нашим идеалам 153
или нашим интересам, если мы будем игнорировать ту важнейшую истину, что сила и дипломатия идут рука об руку»,— поучал он слушателей, выступая в апреле 1986 года в Канзасском университете. Эти постулаты активно рекламируют и американские политологи, и буржуазная печать. «Государственный департамент,— писал в номере от 7 апреля 1986 года журнал «Ю. С. Ныос энд уорлд рипорт»,— склонен рассматривать боевые дивизии, авианосные, оперативные боевые группы и эскадрильи истребителей как орудия дипломатии. Он не прочь воспользоваться ими в целях демонстрации флага для угроз, для нанесения «хирургических» военных ударов, для дипломатических сигналов как врагам, так и друзьям». Внешняя политика США носит отчетливо выраженный классовый характер, она отражает и выражает агрессивные, экспансионистские устремления крупного капитала, американского военно-промышленного комплекса, который западногерманский профессор Д. Зелле в своей статье, опубликованной в сборнике «Встретим ли мы 2000 год?» (Дюссельдорф, 1984 г.), не без оснований уподобляет «семиглавому зверю, чьи головы требуют все больше энергии, все больше прибылей и все больше мировых рынков». Вполне закономерно, что на роль руководителей американской внешнеполитической службы правящие круги США всегда или почти всегда выдвигают людей, принадлежащих к «высшей элите» страны, являющихся непосредственными представителями большого бизнеса. В период президентства Д. Эйзенхауэра рычаги внешней политики США находились в руках апологета «холодной войны» Дж. Даллеса — одного из директоров «Стандард ойл», члена правления «Интернэшнл никель», главы крупнейшей на Уолл-стрите юридической фирмы «Салливен энд Кром- вел». При Кеннеди госсекретарем США стал Дин Раек — председатель совета попечителей «Фонда Рокфеллера», который, получив новую должность, вскоре назначил своими заместителями Ч. Боулса — одного из попечителей 154
«Фонда Рокфеллера», и Дж. Болла — старшего партнера одной пз крупнейших уолл-стритских инвестиционных фирм «Лимен бразерс». При Никсоне пост госсекретаря был отдан Роджерсу, богатому юристу, партнеру уолл- стритской юридической фирмы «Кеннет Ройалл», занимавшему в правительстве Кеннеди пост министра юстиции. В президентство Картера руководителем внешнеполитического ведомства стал С. Вэнс, который лишь за несколько дней до своего назначения на этот пост ушел с должности председателя совета попечителей «Фонда Рокфеллера». Он был партнером нью-йоркской фирмы «Симп- соп, Тэчер энд Бартлетт», в числе клиентов которой — «Лимен бразерс», моргановская «Мэньюфекчурерс Хэно- нер траст компани» и ряд других компаний, входящих в «верхний эшелон» большого бизнеса; до прихода в администрацию Вэнс входил также в правления «Интернэшнл бизнес мэшинз», «Этна лайф энд кэжалти компани», «Пан- Америкен уорлд эйруэйз», «Нью-Йорк тайме компани». Представителем большого бизнеса является и Дж. Шульц, с 1982 года 60-й государственный секретарь США. Биография Дж. Шульца как бы иллюстрирует тот процесс все большего и все более открытого переплетения, сращивания крупного монополистического капитала и государственных верхов, который весьма характерен для нынешнего этапа развития американского империалистического государства. Взгляды главы американского внешнеполитического ведомства формировались не столько в сфере международных дел, сколько в кругах американского бизнеса; там же был дан и старт его карьере. Выпускник привилегированного Принстонского университета, один из директоров крупной чикагской торговой фирмы «Сире, Ро- бак», Шульц в течение двух десятков лет был руководителем и одним из ведущих лекторов на факультете подготовки административных кадров Массачусетского технологического института и в «школе бизнеса» в Чикаго. 155
Именно в этот период наставник будущих американских бизнесменов приобрел широкие связи и в деловом мире, и в «коридорах власти» в Вашингтоне. В 1969 году президент Никсон предложил ему пост министра труда. Шульц — один из ближайших советников президента но вопросам экономики, при его участии разрабатывался ряд антипрофсоюзных законов, он особо «отличился» тем, что сумел сорвать подготовку общенациональной забастовки железнодорожников и стачку докеров нью-йоркского порта. Энергичного члена кабинета передвигают на все новые ответственные участки: в 1970—1972 годах он — директор административно-бюджетного управления, в 1972— 1974 годах — министр финансов. Используя свое влияние и связи, министр Шульц в 1974 году становится президентом «Бечтел инкорпорейтед». Одновременно он —член советов директоров «Дж. П. Морган энд К0» и «Морган гэранти траст» — крупнейших корпораций моргановской группы. Вскоре он стал чем-то вроде постоянного «спутника» Рейгана, принял деятельное участие в подготовке к участию калифорнийского губернатора в предвыборной борьбе за Белый дом, возглавил при Рейгане группу экономических советников, разрабатывавшую принципы будущей «рейганомики», назначен председателем Консультативной комиссии по вопросам экономической политики. А после того как в июне 1982 года генерал А. Хейг покинул пост государственного секретаря, президент «Бечтел» получил предложение вновь вернуться в Вашингтон, дабы занять пост главы американской дипломатической службы. «И Шульц, которому 61 год, не упустил представившейся ему возможности, выразив готовность служить третьему по счету президенту и еще раз доказав свою способность удобно устраиваться в грубом мире американской политики, где нет запрещенных приемов»,— констатировал в июле 1982 года американский журнал «Ньюсуик». Неукоснительно действующий в американских верхах «принцип вращающихся дверей», в силу которого вчерашние 156
бизнесмены сегодня становятся высокопоставленными деятелями администрации, а сегодняшние члены правительства завтра могут занять кресло президента крупной корпорации, исправно сработал и на сей раз... В свое время известный американский историк Г. Колко, исследовавший вопрос о том, кто формирует американскую внешнюю политику, опубликовал такие данные: из 234 лиц, которые в 1944—1960 годах занимали в вашингтонских верхах 678 постов, связанных с разработкой и осуществлением внешнеполитического курса США, 59,6 процента являлись представителями крупных корпораций и фирм, 7,2 процента — представителями университетов, различных «фондов» и других влиятельных общественных организаций и 16,3 процента — высшими чиновниками, которые, однако, достигнув определенных высот на вашингтонской иерархической лестнице, затем занялись бизнесом, ушли в сферу частного предпринимательства. Хотя в последние годы подобных данных в США не публиковалось, есть основания полагать, что удельный вес представителей бизнеса в вашингтонском внешнеполитическом истеблишменте увеличился. В настоящее время в госдепартаменте США, по свидетельству бывшего госсекретаря А. Хейга, насчитывается 24 тысячи человек, в том числе более 8 тысяч в центральном аппарате госдепартамента в Вашингтоне и около 16 тысяч — в 280 посольствах, миссиях, консульствах США за рубежом. Кто занимает главенствующие *пзста на верхних «этажах» американского внешнеполитического ведомства? Первым заместителем госсекретаря на протяжении ряда лет был Кеннет Дэм, богатый юрист, в прошлом проректор Чикагского университета, партнер крупной юридической фирмы «Кравэт, Суэйн энд Мур» (Нью-Йорк); он — консультант Американского предпринимательского института, тесно связан с нефтяными корпорациями и является автором книг «Нефтяные запасы: кто и как их добывает» и 157
«Энергетика: следующие 20 лет», в которых разработана стратегия и тактика американских «королей нефти» на международном нефтяном рынке. В апреле 1985 года Дэма сменил другой представитель «большого бизнеса» — Дж. Уайтхэд, за его плечами 37 лет деятельности в качестве старшего партнера и сопредседателя крупной банковской инвестиционной фирмы «Голдмэн, Сакс», он — член правления нескольких крупных корпораций, член объединения монополистического капитала США — «Совета конференций» и Трехсторонней комиссии. Заместитель госсекретаря А. Уоллис, назначенный на этот пост в 1982 году,— в прошлом декан высшей школы бизнеса Чикагского университета; он — член правления девяти крупных корпораций («Стандарт ойл оф Огайо», «Истмэн Кодак», «Метрополитен лайф иншуренс» и др.)- М. Кам- нельман, глава делегации США на советско-американских переговорах по ядерным и космическим вооружениям в Женеве,— один из партнеров крупной юридической фирмы «Фрид, Фрэнк, Харрис, Шрайвер энд Кампельман» (П. Харрис — министр в правительстве Картера, С. Шрайвер — зять сенатора Э. Кеннеди). А кто такой П. Нитце, в 1981 — 1983 годах возглавлявший делегацию США на переговорах по ограничению ядерных вооружений в Европе, а в 1984 году назначенный специальным советником госсекретаря США по вопросам переговоров с СССР об ограничении гонки стратегических вооружений? Выходец из богатой буржуазной семьи, выпускник «элитного» Гарвардского университета, он начал свою карьеру на Уолл-стрите, достигнув поста вице-президента крупного банка «Диллон, Рид», а в 1969 году вошел в правление другого крупного банка — «Шродерс». При формировании дипломатического корпуса, свидетельствует главный редактор журнала «Вашингтон манс- ли» Ч. Питере, решающую роль играют не знание тем или иным кандидатом на престижный дипломатический пост международных дел, не его способности, даже не знание 158
им иностранных языков, а «безукоризненные верительные грамоты, подтверждающие принадлежность данного лица к элитарным кругам, к истеблишменту, группирующемуся вокруг современных патрициев. И пока те, в чьих руках власть, остаются на местах, перемены невозможны». Особо важное значение имеют при этом связи того или иного лица, претендующего на высокий дипломатический ранг, с членами «калифорнийской мафии» и лично с президентом. «Вашингтон пост» 24 мая 1985 года отмечал, например, что именно Рейган принимает окончательное решение о назначении того или иного лица послом США за рубежом, рассматривая послов как его, президента, личных представителей. Известно, например, что на посту посла США во Франции, который журнал «Ньюсуик» характеризует как «одно из самых «тепленьких местечек», какое только может предложить администрация», долгое время находился И. Гэлбрейт, в прошлом вице-президент «Морган гэранти траст». «Банкир по профессии, оголтелый консерватор по убеждениям» — так отозвалась о нем 14 июля 1985 года «Вашингтон пост». Летом 1985 года Гэлбрейта сменил в Париже Дж. Роджерс, богатый делец из Теннесси. Давний сторонник Рейгана, Роджерс нажил миллионы долларов, будучи главой одной из строительных компаний Нашвилла, затем стал одним из руководителей кампании сбора средств для республиканцев. В 1981 году он был назначен в Консультативный совет при президенте по внешней разведке, в 1984 году — руководил сбором средств для предвыборной кампании Рейгана — Буша. И, как сообщает печать, «учредил несколько не облагаемых налогами фондов в поддержку консерваторов». Участие в финансировании избирательных кампаний Р. Рейгана обеспечило Р. Ни- сена, крупного дельца, специализировавшегося на торговле «кадиллаками», креслом посла США в Австралии; богатый фермер из штата Айдахо К. Ниборн стал послом в Финляндии; глава одной из чикагских страховых компа- 159
нпн П. Робинсон — послом в Кападе. Член рейгановского «кухонного кабинета» У. Уилсон представляет Белый дом при резиденции папы римского... О том, как действует в Вашингтоне механизм назначения тех или иных лиц на высокие посты послов США за рубежом, а также о том, как представляют эти послы своп задачи и какими методами они эти задачи выполняют, красноречиво свидетельствует дипломатическая карьера Дж. Гэвина, бывшего актера Голливуда. После прихода к власти республиканской администрации он получил пост посла США в Мексике. Гэвин пытался грубо вмешиваться в дела суверенной страны и, по свидетельству мексиканской газеты «У но мае у но», превратился в «неумолкающий рупор наиболее консервативных кругов США, распространяющий оскорбительную клевету и занимающийся шантажом». Когда же, во время одного из публичных выступлений Гэвина, состоявшегося в начале 1985 года, присутствовавшие, возмущенные его антимексиканскими выпадами, потребовали от него покп- нуть Мексику, он разыграл такой заранее отрепетированный трюк. На ораторской трибуне зазвонил телефон, п, хотя телефон никуда не был подключен, Гэвин снял трубку: — Хэлло, это ты, Рональд?.. Что нового? Мексиканцы требуют, чтобы я убирался. Что? Не обращать внимания, оставаться? Благодарю, мистер президент... И он действительно остался в Мехико. Правда, всего лишь на год с небольшим. В апреле 1986 года, когда всем в Вашингтоне стало ясно, что Гэвин превратился в одиозную фигуру, компрометирующую всю латиноамериканскую политику США, ему все же предложили подать в отставку. Гэвин дал согласие, объявив, что «возвращается в частный сектор в поисках новых перспектив». Но прежде чем покинуть Мехико, он направил письмо президенту, в котором отрапортовал о выполнении «основных поставленных Вами задач». В ответ из Вашингтона раздался 160
на сей раз настоящий, а не выдуманный телефонный звонок из Белого дома: Р. Рейган поблагодарил своего посла за... «замечательную работу»! «ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ УПРАЖНЕНИЯ» ГЕНЕРАЛА УОЛТЕРСА На протяжении первых четырех лет пребывания у власти республиканской администрации интересы США в ООН представляла Джин Киркпатрик, профессор политологии Джорджтаунского университета. Почему именно она была выдвинута Белым домом и госдепартаментом на dtot высокий пост, став, кстати, единственной женщиной, включенной в состав кабинета? Внимание «сильных мира сего» этой предприимчивой «ученой даме», жене одного из прежних руководителей ЦРУ — Э. Киркпатрика, брата бывшего исполнительного директора ЦРУ Л. Киркпатрика, впервые удалось привлечь своей статьей «Диктаторские режимы и двойные стандарты», опубликованной в нью- йоркском журнале «Комментари», издаваемом сионистской организацией «Американский еврейский комитет». В статье она выдвинула тезис о различиях между «тоталитарными» и «авторитарными» государствами; к первым были причислены страны, политика которых не устраивает Вашингтон, ко вторым — режимы, с которыми США поддерживают тесные отношения. Этот нехитрый трюк позволил сделать вывод, что Вашингтон должен и впредь «крепить связи» с антинародными диктатурами, начиная от чилийской хунты и кончая расистами ЮАР. Р. Рейган, которого поспешили ознакомить с сим «научным открытием», пришел в восторг, выразил желание встретиться с автором и лично поблагодарил ее за «вклад в политологию», а позднее предложил выдвинуть Дж. Киркпатрик на пост представителя США в ООН, дабы она смогла бы применить свои теоретические постулаты на практике. И Киркпатрик действительно эти постулаты применила 6 Заказ 2088 161
в полном масштабе. Вся ее деятельность в ООН, отмеченная милитаризмом и воинствующим антикоммунизмом, была направлена на то, чтобы, пытаясь укрепить позиции США, препятствовать любым мерам по смягчению напряженности и обузданию гонки вооружений, поддерживать любые, самые антидемократические, кровавые, палаческие режимы, коль скоро политический курс таковых отвечает устремлениям и планам Вашингтона, вести ожесточенную борьбу против национально-освободительных движений, поощрять интервенции и террор против сил мира и прогресса. Киркпатрик была одним из главных идеологов политики США в Латинской Америке, соавтором секретного документа «Американская политика в Центральной Америке и на Кубе на период по 1984 год включительно». В нем, в частности, заявлялось: «В стратегическом плане мы кровно заинтересованы в том, чтобы не допустить в Центральной Америке государств по образцу Кубы». Этот документ явился своего рода «предисловием» и обоснованием американского вторжения на суверенную Гренаду. Именно Дж. Киркпатрик была одним из инициаторов ухода Соединенных Штатов из ЮНЕСКО. Именно она представила конгрессу США резолюцию, предусматривавшую сокращение американского взноса в эту всемирную организацию. Журнал «Нью рипаблик» назвал Киркпатрик «наиболее откровенным выразителем философии администрации Рейгана». Журнал не без иронии писал, что для Киркпатрик вся внешняя политика США после второй мировой войны подразделяется на три периода: «хорошие годы» (1945—1968 гг.), когда США вели «холодную войну»; «годы отступления и поражений», то есть разрядка (1969 г.—январь 1981 г.), и «новый золотой век», который начался 20 января 1981 года (имеется в виду день инаугурации1 Р. Рейгана). 1 Инаугурация — торжественное вступление в должность главы государства. 162
В феврале 1985 года «Нью-Йорк тайме» опубликовала такие данные: в 1984 году США поддержали лишь 14 процентов резолюций и решений, принятых ООН; на XXXIX сессии Генеральной Ассамблеи ООН делегация Соединенных Штатов при голосовании по 27 проектам резолюций, касающихся ключевых проблем войны и мира, проголосовала лишь за четыре проекта, выступила против 17 и в шести случаях воздержалась от голосования. Эта делегация была единственной, не поддержавшей принятую 12 декабря 1984 года представителями 150 государств но предложению СССР резолюцию «Предотвращение гонки вооружений в космическом пространстве». Представители США при поддержке лишь горстки своих союзников безуспешно пытались противодействовать осуждению международным сообществом преступной политики «государственного терроризма», злодеяний, чинимых Израилем, расистским правительством ЮАР, фашистской хунтой Чили и другими дружественными Вашингтону режимами. «Статистика показывает, что поддержка Соединенных Штатов Генеральной Ассамблеей продолжает сокращаться»,— констатировала «Нью-Йорк тайме». Все это, впрочем, не помешало Рейгану отметить деятельность Киркпатрик в ООН медалью Свободы, которую, как сообщила американская печать, «президент, одетый в темно-синий костюм, и его жена Нэнси Рейган, облаченная в творение своего модельера Адольфо, торжественно вручили ей на специальной церемонии, устроенной в Белом доме, в ходе которой Рейган назвал Киркпатрик «неутомимым защитником моральных ценностей Запада». Хотя Дж. Киркпатрик, покинув в начале 1985 года небоскреб на берегу Ист-Ривер, объявила, что «возвращается к научной работе», в действительности она и сегодня занимается не столько научными изысканиями, сколько организацией всякого рода подрывных акций против суверенных государств, политика которых «не устраивает» Вашингтон. Известно, в частности, что именно Киркпатрик 163
явилась инициатором создания в США некоего «фонда свободы Никарагуа», цель которого — снабжение деньгами и оружием формирований наемных бандитов — «контрас», используемых спецслужбами США для вооруженных антиникарагуанских провокаций. Средства на организацию «фонда» выделил обосновавшийся в США и тесно связанный с ЦРУ глава реакционной секты «Объединенная церковь» Мун Сон Мен; в деятельности «фонда» и его финансировании участвует также такая махрово-реакционная организация, как возглавляемая отставным генерал-майором Дж. Синглаубом так называемая «Всемирная антикоммунистическая лига». Сборы долларовых подачек для «контрас» особенно активно проводятся в Калифорнии; судя по сообщениям прессы, значительную часть этих подачек составляют «вклады» калифорнийских «королей оружия»... В марте 1985 года, вскоре после того, как республиканская администрация приступила ко второму сроку своей деятельности, на пост постоянного представителя США в ООН был назначен Верной Энтони Уолтере, отставной генерал-лейтенант, «истый католик и ярый антикоммунист», как охарактеризовала его «Нью-Йорк тайме». Уолтере начал карьеру в качестве владельца страховой компании и продолжил ее в Пентагоне и «разведывательном сообществе», дослужившись до высокого поста заместителя директора ЦРУ. Красочный портрет этого господина содержится в книге французских специалистов но «секретным службам» А. Герэна и Ж. Варэна «Люди из ЦРУ», выпущенной в 1980 году парижским издательством «Эдисьон сосналь». Процитируем: «...кто такой Уолтере? С житейской стороны — тонкий гастроном, любитель хорошо поесть; в обществе — остроумный собеседник; внешне — это человек, у которого, как говорится, косая сажень в плечах; в политическом плане — человек правых убеждений; с профессиональной точки зрения — полиглот; по воле случая— дипломат; и лишь побочно, несмотря на то что он 164
придавал этому большое значение,— дисциплинированный генерал американской армии; что же касается того, профессиональный разведчик он или нет, справедливо или нет называть его таковым, то мнения расходятся...» Принимая во внимание роль, которую Уолтере играл в Париже, Герэн и Варэн отвечают на этот вопрос утвердительно: «...Верной Уолтере 35 лет прослужил в армии, и в мире разведывательных служб разных стран его считали вторым хозяином службы внутренней безопасности Франции (ДСТ). До отъезда из Франции в марте 1972 года, где он занимал официальный пост военного атташе в американском посольстве, ему удалось завязать бесчисленное количество знакомств во Франции. Общительный по натуре, известный кутила, он держал открытый счет в ресторане отеля «Крийон» и других шикарных парижских гостиницах. Владея семью языками, он не раз был переводчиком таких американских президентов, как Дуайт Эйзенхауэр, Джон Ф. Кеннеди, Линдон Б. Джонсон п Ричард М. Никсон. 3 марта 1972 года Никсон назначил его заместителем директора ЦРУ вместо генерала Роберта Кушмана. Но, находясь уже в Лэнгли, он все-таки продолжал заниматься французскими делами. «Генерал «Джонни Уокер» — так прозвали Уолтерса из-за его неумеренной тяги к виски,— работая еще в Париже, никогда не скрывал истинного рода своей деятельности — начальника американской военной разведки во Франции. Так, в июне 1971 года, во время приема, который давали военные в своем клубе на площади Сент-Огюстен, он откровенно предлагал французским офицерам поступить на службу в американскую разведку. «Я шучу... но не совсем!» — добавил он, сопровождая свое предложение громким смехом...» Факты, изложенные Герэном и Варэном о деятельности Уолтерса в качестве «начальника американской военной разведки» во Франции во время его пребывания в Париже, были подтверждены работниками французской контрразведки, которых удивляли его многочисленные по- 165
ездки во Франкфурт-на-Майне, город, известный как центр американских «специальных служб» в Западной Европе». Р. Рейган, придя к власти, решил использовать опыт генерала-разведчика, назначив его послом по особым поручениям при Белом доме. За первые четыре года пребывания у власти республиканской администрации Уолтере посетил со «специальными миссиями» почти сто государств мира, «налетав» в общей сложности около миллиона миль. Все эти вояжи осуществлялись под покровом глубочайшей тайны; когда же сведения о той или иной миссии экс- генерала просачивались в печать, сам Уолтере спешил опровергнуть их, заявив, что его очередная миссия предпринята, мол, исключительно с «лингвистической целью» — только для того, чтобы, «разъезжая на автобусе, совершенствовать свои познания в иностранных языках». «Я не стремлюсь к гласности и рекламе»,— возвестил он на страницах «Нью-Йорк тайме». Желание Уолтерса «оставаться в тени» неудивительно, если учесть, что представляли собой в действительности его «лингвистические упражнения» за рубежом. Факты на этот счет приводятся, в частности, в послании, которое в феврале 1985 года направил президенту США конгрессмен от штата Коннектикут С. Гейдерсон, принадлежащий к числу тех деятелей конгресса, которые считают, что, выдвинув Уолтерса на пост представителя США при ООН, Белый дом и госдепартамент совершили ошибку, так как Уолтере может лишь «скомпрометировать политику США». Отмечая, что в ходе своих секретных миссий Уолтере выполнял специальные задания разведки и Пентагона, Гейдерсон констатировал, что еще в 1961 году Уолтере, будучи в Италии, «отстаивал необходимость использования американских войск, чтобы не допустить участия Итальянской социалистической партии в коалиционном правительстве»; что в 1964 году он принимал активное участие в подготовке государственного переворота в Бразилии и за неделю до переворота направил из Бразилии 166
секретную телеграмму в Вашингтон с отчетом о ходе подготовки путча; что он причастен к заговору с целью убийства бывшего министра иностранных дел правительства Народного единства Чили О. Летельера, который погиб в сентябре 1976 года в США в результате взрыва бомбы, подложенной в его автомашину. В американскую прессу просочились данные и о том, что он приложил руку к свержению правительства М. Мосаддыка в Иране (1953 г.), а позднее — к военному перевороту в Аргентине, был одним из авторов плана «Кентавр», примененного Пиночетом, дабы узурпировать власть в Чили, и участвовал в планах подготовки убийства Ф.Кастро. «Уолтере впервые за44года службы покинул темный мир разведки и тайных миссий и вышел на авансцену публичной дипломатии»,— отмечала 9 февраля 1985 года «Вашингтон пост». «Специалист по подрывной деятельности» — так характеризует Уолтер- са итальянский журнал «Джорни-вие нуове». Неудивительно, что назначение Уолтерса, имеющего столь насыщенный «послужной список», на пост представителя США при ООН было с удовлетворением встречено в правых политических кругах США, опасавшихся, что с уходом Дж. Киркпатрик они потеряют «своего человека» в небоскребе на Ист-Ривер. Что же касается позиций, которые США занимают в ООН, они не изменились ни на йоту. Это подчеркивает и сам В. Уолтере, который уже через несколько дней после своего назначения на новый пост, выступая на пресс-конференции в госдепартаменте, счел нужным заверить своего нового босса — Дж. Шульца в том, что он «сделает все, что в его силах, дабы продолжить превосходную работу, проделанную послом Дж. Киркпатрик в ООН». Если проанализировать основные направления деятельности США в ООН, нетрудно убедиться, что сегодня, как и вчера, они сводятся к тому, чтобы воспрепятствовать смягчению напряженности, не допустить принятия форумом наций решений, направленных на обуздание гонки 167
вооружений, деколонизацию, перестройку международных экономических отношений на справедливой, демократической основе, на создание нового международного информационного порядка, искоренение апартеида и расизма. США упорно стремятся изменить расстановку сил в ООН, дискредитировать и опорочить миролюбивую политику и целеустремленную, конструктивную дипломатию социализма. Они стараются максимально использовать экономические организации и специализированные учреждения ООН, прежде всего подконтрольные Западу Международный валютный фонд (МВФ) и Международный банк реконструкции и развития (МБРР), чтобы не допустить укрепления экономической самостоятельности освободившихся государств, усилить грабеж их национальных богатств. Выступая в ООН, Уолтере повторяет претензии Вашингтона на некое «право» добиваться изменения существующего строя в Никарагуа, если правительство этой страны «не запросит пощады» и не пойдет на капитуляцию перед требованиями Вашингтона; прибегает также к недвусмысленным угрозам в адрес стран, которые осмеливаются голосовать в ООН не так, как того хочется Вашингтону, всячески превозносит поддержку, оказываемую Вашингтоном в рамках политики «конструктивного сотрудничества» преступному режиму ЮАР. Комментируя деятельность генерала Уолтерса в ООН, многие наблюдатели отмечают и тот факт, что спецслужбы США давно и все более активно пытаются превратить штаб-квартиру этой международной организации в «плацдарм» для шпионско-диверсионных операций, направленных против суверенных государств, прежде всего против освободившихся стран. «Штаб-квартира ООН,— свидетельствует газета «Ньюсдей»,— является, возможно, самым крупным для американских спецслужб «объектом благоприятных возможностей». Этим термином на жаргоне шпионов именуют правительственную или политическую организацию, индивидуальное лицо или объект, которые 168
оказываются доступны для сбора информации разведслужбами». Наиболее активно «благоприятными возможностями» в ООН пользуется Агентство национальной безопасности (АНБ) США — сверхсекретное ведомство, занимающееся перехватом иностранных и международных коммуникаций, а также кодированием и расшифровкой кодов. В прошлом АНБ имело тайные неписаные соглашения с крупнейшими коммуникационными кабельными компаниями, которые снабжали его практически всеми сообщениями, входящими или исходящими из нью-йоркских отделений. Большую их часть составляли ценные дипломатические сообщения из постоянных представительств различных стран при ООН. Одним из фактов шпионажа США в ООН называет «Ньюсдей» антиаргентинскую операцию во время вооруженной агрессии Великобритании на Фолклендских (Мальвинских) островах. Используя свои спутники или наземные станции, пишет газета, АНБ имело возможность перехвата (и передачи Англии) секретных сообщений аргентинского МИД о дипломатической стратегии постоянному представительству Аргентины при ООН еще до того, как они поступали в руки аргентинских дипломатов. Факты свидетельствуют, что какой бы комплекс международных проблем ни взять, будь то коренные проблемы обуздания гонки вооружений, вопросы, касающиеся внешнего долга развивающихся государств (который достиг сегодня почти триллиона долларов!), или, скажем, вопросы, связанные с необходимостью ликвидировать так называемый «информационный империализм» и установить справедливый демократический информационный порядок,— всюду, на всех направлениях Вашингтон действует в ООН вразрез с позициями и мнением подавляющего большинства членов международного сообщества. Вновь и вновь подтверждается высказывание лидера американских коммунистов Гэса Холла, который в мае 1986 года подчеркнул на страницах Информационного бюллетеня КП США: 109
«У нас никогда не было администрации, которая бы так активно проводила агрессивную империалистическую политику». Менее чем за год до смерти Дж. Вашингтон изложил свое кредо в недвусмысленных выражениях: «Я желаю благополучия всем нациям и всем людям. Мои политические принципы просты и справедливы. Я верю, что каждый народ имеет право установить ту форму правления, которая, по его убеждению, обеспечивает ему наибольшее счастье и не создает угрозы правам других, что ни одно правительство не имеет права вмешиваться во внутренние дела другого, если в них не заключена угроза для него самого». Что осталось во внешней политике США от этих принципов?..
ГНЕЗДО „ЯСТРЕБОВ' НА „ЧЕРТОВОМ ДНЕ
О ТЕХ, КТО БРЯЦАЕТ ОРУЖИЕМ ...В Вашингтоне бьют в набат. Советский Союз, стараются убедить в столице США, сразу в трех районах мира — в Западной Европе, в Южной Корее, в районе Персидского залива — напал на расквартированные там американские войска. Президент США лично организует «отпор агрессору», вице-президент Дж. Буш, другие высокопоставленные деятели администрации отдают приказы, посылают в бой все новые части... Что это, кадры из очередной бредовой киностряпни на тему о мифической «советской угрозе»? Нет. Это сценка с проведенных в Вашингтоне в 1984 году военно-штабных учений. Особенность этих учений, получивших кодовое наименование «Плющевая лига», состояла в том, что проводились они непосредственно в Белом доме, в расположенном в подвале так называемом «Ситуационном» («Кризисном») зале. Инициатором провокационной «игры в войну» был министр обороны США К. Уайнбергер. Пост министра обороны, как и пост государственного секретаря, всегда или почти всегда занимали в США люди, не просто связанные с большим бизнесом и его ядром — военно-промышленными корпорациями, но и их прямые представители. В администрации Трумэна шефом Пентагона был небезызвестный Дж. Форрестол, начавший Здание Пентагона было построено в Вашингтоне на месте бывшего болота, известного под названием «чертово дно». 172
«путь наверх» в фирме «Ныо-Джерси цинк компани», связанной с крупным германским капиталом, в частности с «ИГ Фарбениндустри». Его преемником стал Луис Джонсон, директор двух банков в Западной Виргинии, руководитель компании «Дженерал анилин». Геперал Д. Маршалл, как и следующий министр обороны Л. Л. Джонсон, был директором крупной авиационной компании. При Эйзенхауэре министром обороны стал сначала Ч. Вильсон, бывший председатель правления концерна-гиганта «Дженерал моторе», а после его возвращения па прежний пост — президент крупнейшей в мире мыловаренной компании «Ироктер энд Гэмбл» — Н. Макелрой. В период президентства Кеннеди ключи от Пентагона оказались в руках Р. Макнамары, который занимал этот пост с 1961 по 1968 год. Он начал карьеру в фирме «Прайс, Уотерхауз энд компани», в 1955—1957 годах был вице- президентом, затем директором, а в 1960 году — президентом «Форд мотор компани», являясь одновременно директором «Скотт пейиер компани»; его жалованье в «Форд мотор» составляло 400 тысяч долларов в год, он владел акциями этой компании на сумму в полтора миллиона долларов. В 1981 году Макнамара занял и руководящий пост в газетно-издательской фирме «Вашингтон пост компани». К. Клиффорд — министр обороны в 1968 году, в последний год администрации Джонсона,— партнер вашингтонской фирмы «Клиффорд энд Миллер». Г. Браун, министр обороны в 1977—1980 годах, был членом совета директоров нескольких крупных концернов, в том числе ИБМ. Э. Ричардсон, занимавший также посты министра торговли, министра юстиции и министра здравоохранения, был партнером бостонской юридической фирмы «Роупс энд Грей», а с 1980 года — старший партнер крупнейшей нью-йоркской юридической фирмы «Милбэнк, Твид, Хэдли энд Мак- клой». Д. Рамсфелд, министр обороны при Дж. Форде, начал свою карьеру в фирме «АГ Бекер энд компани», был директором Управления экономических возможностей при 173
президенте США; с 1977 года он — президент базирующейся в Иллинойсе транснациональной фармацевтической корпорации «Дж. Сирл энд компани». И нынешний министр обороны США — не исключение. Каспар Уиллард Уайнбергер родился в 1917 году в Сан- Франциско в семье состоятельного адвоката. Выпускник привилегированного Гарвардского университета, имеет степень доктора права. Вторую мировую войну закончил в скромном чине капитана в разведотделе штаба генерала Макартура и с тех пор больше никогда не надевал военной формы. Как бизнесмен и политик сложился в лабиринтах крупных калифорнийских деловых кругов. Венцом его карьеры бизнесмена, начатой в юридической фирме «Хел- лер, Эрман, Уайт энд Маколифф», был пост вице-президента крупнейшего в США военно-строительного концерна «Бечтел корпорейшн». Директор финансового департамента в Калифорнии, председатель федеральной торговой комиссии, директор федерального административного управления, министр здравоохранения, просвещения и социального обеспечения в администрации Никсона — таковы этапы его карьеры. Его политической известности немало способствовало то, что в 1960—1964 годах он был заместителем председателя, а затем председателем центрального комитета республиканской партии в Калифорнии. Уайнбергер — член так называемой «трехсторонней комиссии», созданной по инициативе Д. Рокфеллера и включающей около 200 воротил большого бизнеса, государственных и политических деятелей Северной Америки, Западной Европы и Японии, которые разрабатывают экономические рецепты укрепления пошатнувшегося здания капитализма. Состояние Уайнбергера, согласно подписанной им самим в шопе 1986 года финансовой декларации, достигает 1,5 миллиона долларов. В конце XVIII века, во времена А. Гамильтона, этого «пророка» американского капиталистического развития, в Америке действовал некий Беквит, британский разведчик, 174
майор. Выполняя задания, он завел досье на видных государственных и политических деятелей страны и в целях конспирации называл их не по именам, а обозначал цифрами — в соответствии со значением и весом каждого на политической арене. Военный министр Нокс числился в этом досье под № 4. В наше время министр обороны США с полным основанием может претендовать на вторую — после президента— ступеньку в вашингтонской политической иерархии. «Я не припомню ни одного случая, когда бы Трумэн в вопросах, относящихся к компетенции госдепартамента, действовал вопреки мнению начальников штабов и министра обороны»,—свидетельствовал генерал Д. Маршалл. Нынешний период отмечен еще более мощным воздействием военщины и теснейшим образом связанных с ней военно- промышленных корпораций на процесс принятия Вашингтоном политических решений. «В ключевых политических сферах Белый дом придает гораздо большее значение мнению военных, нежели мнению госдепартамента»,— отмечал американский журнал «Прогрессив» в декабре 1984 года. «Администрация Рейгана,— констатировала «Нью- Йорк тайме»,— потворствует скрытому, но непрерывному усилению влияния военных на принятие решений по вопросам национальной безопасности». «Когда речь идет о вопросах, связанных с применением военной силы, Рейган в основном принимает сторону Уайнбергера»,— писала «Нью-Йорк тайме», отмечая, что Уайнбергер — один из наиболее активных проводников взглядов президента на мир, что он—-своего рода второе «я» президента и, если не считать министра юстиции Э. Ми-за, в правительстве США «нет никого, кто мог бы приблизиться к нему в этом отношении». «Каспар Уайнбергер,— писала в апреле 1986 года в «Вашингтон пост» американская обозреватель- ница М. Макгрори,— подобно Рейгану, придерживается нескольких простых тем: русские впереди, за пять лет Пентагон потратил триллион долларов, но США все еще 175
опасно отстают от русских. Он проявляет по отношению к своим противникам резкую и жесткую враждебность, а когда его пытаются вывести на чистую воду, уничтожающе заявляет, что именно тот человек, который задает ему вопросы, хочет подвергнуть страну угрозе советского господства... Когда Рейган слушает Уайнбергера, он как бы слушает самого себя». Все это по-своему закономерно. Стремление «переиграть историю», любой ценой взломать сложившийся между СССР и США, между Варшавским Договором и НАТО военно-стратегический паритет — стержень американского внешнеполитического курса. В мае 1986 года Белый дом объявил о намерении нарушить в дальнейшем советско-американский Договор об ОСВ-2. Культ силы, милитаризм, запрограммированный уже самой природой капиталистического строя, пронизывают всю общественно-политическую жизнь страны. А это означает, что министерству обороны США и его главе отведена в американской государственной машине особая роль. Пентагон — не обычное федеральное ведомство, а в полном смысле слова суперминистерство, штаб-квартира американских «ястребов» войны. Суперминистерство, которое, как и американская военщина в целом, традиционно является одним из самых мощных и емких резервуаров реакционных идей,— один из главных центров разработки милитаристских доктрин, агрессивных концепций и планов, которые составляют основу политического и военно-стратегического курса США, ставящего конечной целью установление мировой гегемонии. При непосредственном участии, а часто и по инициативе пентагоновской верхушки правящие круги США сконструировали и концепцию «прямого противоборства» с СССР, которая легла в основу внешнеполитического курса республиканской администрации, доктрин «массированного возмездия», «гибкого реагирования», «реалистического устрашения» и т. п. «Все 80-е годы будут десятилетием ПО
противоборства», «если переход от «холодной войны» к разрядке — прогресс, то США не могут позволить себе подобного прогресса», «наша военная стратегия предполагает две или две с половиной войны», «Советский Союз представляет для американского народа самую большую угрозу в нашей истории» — таковы высказывания нынешнего руководителя министерства обороны США. Эти высказывания, по существу, прямо противостоят политической линии на смягчение напряженности, на диалог и сотрудничество. Пентагон выступает в США как ярый противник того, чтобы решать спорные международные проблемы за столом переговоров. Можно привести множество фактов, показывающих, что именно американская военщина и ее глава с особым рвением блокировали, срывали, загоняли в тупик советско-американские переговоры по различным аспектам обуздания гонки вооружений; эта деструктивная позиция откровенно и наглядно была продемонстрирована в период подготовки к состоявшейся в ноябре 1985 года советско-американской встрече в верхах в Женеве. К каким только опасным акциям и неблаговидным маневрам не прибегали в тот период в Пентагоне, пытаясь если не сорвать встречу, то по крайней мере принизить ее значение! В числе этих акций — демонстративно-вызывающие испытания противоспутниковой системы, и появление в водах Балтики линкора «Айова» с крылатыми ракетами большой дальности на борту, и форсированное развертывание «Першингов» и крылатых ракет в ФРГ, и решение о создании бинарного химического оружия, и принятие нового «рекордного» военного бюджета... Мало того! Президент США уже был на пути в Женеву, когда стало известно о письме министра обороны Р. Рейгану, в котором, по свидетельству газеты «Филадельфия инкуайрер», К. Уайнбергер «тоном школьного учителя, поучающего ученика, наставлял президента». Смысл этих наставлений сводился к одному: шеф Пента- 177
гона буквально заклинал Рейгана не идти ни на какие договоренности с СССР, которые бы подтвердили договоры об ограничении стратегических вооружений и о противоракетной обороне. Иначе говоря, Уайнбергер ратовал за то, чтобы у США оставалась полная свобода действий по всем направлениям гонки вооружений и на Земле, и в космосе. «Не является ли письмо Уайнбергера попыткой подорвать встречу в верхах?» — спросили журналисты Р. Мак- фарлейна, в ту пору — помощника президента но национальной безопасности. «Разумеется»,— откровенно ответствовал он. Один из журналистов, пробившись в Женеве к Рейгану, задал вопрос и о том, не памерен ли президент в связи со скандалом, разразившимся вокруг письма министра обороны, уволить Уайнбергера? «Нет, черт побери!» — последовал энергичный ответ. Пентагон — штаб, «мотор» гигантской военной машины, созданной правящими кругами США для реализации их глобальных политических замыслов. На протяжении многих лет Соединенные Штаты содержат не только' самые мощные среди крупных капиталистических государств вооруженные силы — по их численности и по количеству вооружения они превосходят вооруженные силы Великобритании, Франции, ФРГ и Италии, вместе взятые. Число американцев, одетых в военную форму, составляет (по данным на апрель 1986 г.) 2155 508 (для сравнения напомним, что в 1920—1930 гг. личный состав американской армии насчитывал от 135 до 195 тысяч солдат и офицеров); в руках пентагоновской верхушки — судьбы и сама жизнь этих людей. К этому числу надо добавить около миллиона резервистов и примерно миллион гражданских лиц, состоящих на службе Пентагона. Но и эти четыре с лишним миллиона непосредственно ему подчиненных людей, констатирует в своей книге «Дружелюбный» фашизм. Новый облик власти в Америке» американский публицист Б. Гросс,— всего лишь база для гораздо большего контингента лиц, занятых в военной индустрии, в многочисленных учреж- 178
дениях к институтах, исследующих военные проблемы, в организациях, обслуживающих военщину. За этой огромной группой, насчитывающей 12 миллионов человек, отмечает Б. Гросс,— еще более широкая, всеобъемлющая система, в которую входят ассоциации военных отраслей промышленности, организации ветеранов, ассоциации при каждом виде вооруженных сил и т. д. Пентагон — мощный и постоянно действующий генератор милитаризма, один из главных создателей и «толкачей» американских милитаристских программ. В бытность на посту министра здравоохранения, просвещения и социального обеспечения К. Уайнбергер так свирепо урезал ассигнования на медицинское обслуживание инвалидов, домов для престарелых и другие насущные социальные программы, что получил прозвище Кэп-найф (Капитан-нож). Ныне его именуют Кэп-шавл (Капитан-лопата) — лопата, кидающая все новые сотни миллиардов долларов в топку гонки вооружений. Прозвище меткое: за период с 1980 года затраты США на вооружение возросли на 40 процентов! В 1986 финансовом году военный бюджет США составил около 300 миллиардов долларов, а в 1988 году он, по прогнозам прессы, может достичь 400 миллиардов (для сравнения напомним, что накануне второй мировой войны, в 1939 году, этот бюджет составлял 1,4 миллиарда долларов, за весь период второй мировой войны военные затраты США составили 288 миллиардов долларов, а в самый разгар американской агрессии во Вьетнаме, в 1968 году, военный бюджет достигал 80 миллиардов долларов). «Даже перед лицом огромных бюджетных дефицитов Уайнбергер успешно отстаивает каждый танк, снаряд и автомат, каждую секретную систему оружия,— отмечается в книге Р. Браунштейна и Н. Истона «Правящий класс Рейгана. Портреты 100 руководящих официальных лиц президентского окружения».—В вопросах контроля над вооружениями Уайнбергер занял более жесткую позицию, чем самые оголтелые «ястребы» в администрации». Как тут не 179
вспомнить слова видного американского дипломата и историка Дж. Кеннана, который в конце 70-х годов предупреждал, что «наша практика, а теперь уже привычка разрешать Пентагону выкладывать каждый год свыше сотни миллиардов долларов ради удовлетворения, как утверждают, потребностей «национальной обороны», все больше и больше начинает перерастать наши представления об одной из особенностей оборонной политики и превращается в своего рода национально-экономическую наркоманию, в привычку, от которой мы пе смогли бы легко и быстро отделаться меньше чем за несколько лет, даже если бы исчезли все внешние оправдания для нее, даже если бы Советский Союз со всеми его армиями и ракетами уже завтра опустился на дно океана». Подстегивая гонку вооружений по всем направлениям, правящие круги США делают особый упор на подготовку войны в космосе. Такая подготовка особенно широко развернулась в США после того, как президент Р. Рейган провозгласил в марте 1983 года программу «звездных войн»; в январе 1984 года президентской директивой № 119 («стратегическая оборонная инициатива») милитаризация космоса была возведена в ранг первоочередной задачи государственной политики США до конца нынешнего столетня. Суть американских военно-космических программ состоит в том, чтобы, по выражению газеты «Интернэшнл геральд трибюн», «соединить атомный меч с противоракетным щитом»; в соответствии с «инициативой» президента в США ускоренными темпами разрабатывается и создается новый класс вооружений — ударные космические средства, которые могут быть эффективно использованы в качестве наступательного оружия. Ставится задача нанести первыми ядерный удар, обеспечить прикрытие территории Соединенных Штатов противоракетпым щитом и одновременно развернуть новые стратегические силы космического базирования, предназначенные для поражения объектов на Земле, на море, в атмосфере и в космосе. Они преследуют 180
цель с помощью широкомасштабной системы ПРО «обесценить» оборонительный потенциал Советского Союза. Расчет делается на возможность обезоружить противника, лишить его способности нанести ответный удар, а самим прибегнуть к тотальному применению стратегического и космического оружия как против военных, так и против гражданских объектов. Шеф Пентагона, как и другие высокопоставленные представители вашингтонской администрации, лезут из кожи вон, пытаясь убедить мировую общественность в том, что космическая система вооружений, о которой идет речь, представляет собой щит, а вовсе не меч. Ничто не может быть дальше от истины. Что бы ни говорили и как бы ни оправдывали в Вашингтоне «стратегическую оборонную инициативу» (СОИ), ее крайне опасный и агрессивный характер очевиден. Планы «звездных войн» — это часть стратегии США, нацеленной на достижение военного превосходства, на подготовку условий для развязывания ядерной войны. Получить возможность безнаказанного ядерного нападения, обеспечить условия для постоянного ядерного шантажа Советского Союза, других суверенных стран мира — вот истинный замысел СОИ. Эта «инициатива» направлена на то, чтобы преградить путь к достижению договоренностей по обузданию гонки вооружений, к демонтажу материального аппарата войны. В Белом доме и Пентагоне утверждают, далее, что, дескать, «новейшие паучные исследования» в военной сфере, и прежде всего осуществление программы «звездных войн», обеспечат «рывок технологии», в том числе и в гражданских областях, дадут стимул развитию научной мысли. Населению стран — союзниц США по НАТО внушают, точнее, активно вдалбливают, что степень безопасности этих стран в случае реализации американской программы «звездных войн» якобы возрастет. Тезис о том, что именно подготовка «звездных войн» чуть ли не обеспечит «прогресс» в науке, фальшив в са- 181
мой своей основе. Но даже если допустить, что осуществляемые в США милитаристские программы в какой-то мере подтолкнут научно-технический прогресс, остается вопрос: какой ценой это будет достигнуто? Абсолютно ясно — ценой создания самоубийственных средств вооружения. «Рост военных расходов, милитаризация исследований отнюдь не идут на благо науке, если говорить о ней в широком смысле слова,— отмечает профессор Калифорнийского университета Ч. Шварц.— Утверждать противоположное все равно что заявлять, что войны — это прекрасно, потому что благодаря им развивается хирургия». Ложь, причем ложь неуклюжая,— утверждения о том, будто программа «звездных войн» укрепит безопасность натовских государств. Более чем очевидно, что создание в рамках СОИ космических вооружений, разрабатываемых как более опасный эквивалент ядерного оружия, означало бы, что гонка вооружений примет небывалые масштабы, а продолжение процесса ограничения и сокращения вооружений станет практически невозможным. Но разве подобный поворот дела может укрепить безопасность государств, тем более тех, которые непосредственно участвуют в реализации СОИ? Разумеется, нет. Напротив: уровень их безопасности понизится, и понизится значительно. Да и о каком, в самом деле, мирном будущем, о какой безопасности, о какой стратегической стабильности можно будет вообще вести речь, коль скоро в дополнение к ракетам, которые уже находятся в недрах шахт и глубинах океанов, над человечеством нависнет еще одна смертельная угроза — из космоса? Американская программа подготовки к «звездным войнам» — часть глобального военного плана правящих кругов США, основанного на стратегии агрессии. Несмотря на то что арсеналы и ядерные погреба США и НАТО набиты до отказа, Пентагон продолжает ставить на конвейер производство все более мощных видов оружия и высокоточных систем его доставки; характерно при этом, что осо- 182
бо крупные ассигнования из военных бюджетов США выделяются на производство именно наступательного оружия, предназначенного для нанесения первого ядерного удара, химического оружия (бинарные заряды), а также различных систем так называемого «обычного оружия», многие виды которого по своей разрушительной мощи приближаются к оружию ядерному. В тех случаях, когда американская программа строительства мощных вооружений наталкивается на договорные «потолки», предусмотренные существующими соглашениями, Вашингтон без колебаний идет на односторонний отказ от своих обязательств по важнейшим международно-правовым документам, которые стороны соблюдали на основе взаимности. Именно в этом смысл объявленного Вашингтоном в мае 1986 года намерения нарушить Договор ОСВ-2. Речь идет о прямой попытке добиться военных преимуществ, сломать достигнутый между СССР и США военный паритет, который является основой стратегической стабильности в мире, базой для действий государств по прекращению гонки вооружений, снижения уровня военного противостояния и в конечном счете освобождения планеты от ядерного, химического и всех других видов оружия массового уничтожения. Снимая с себя в одностороннем порядке обязательства по существующим соглашениям, по мере того как они приходят в противоречие с реализацией новых американских военных программ, США демонстрируют пренебрежительное отношение к процессу ограничения вооружений, делают сознательную ставку на дальнейшее взвинчивание напряженности в мире, открывают шлюзы для неконтролируемой гонки вооружений, ставят под угрозу безопасность всех государств, в том числе и собственную безопасность. Но военная машина США — это не только войска, штабы, военные объекты и военная техника на территории самих Соединенных Штатов. Военная доктрина США, ориентированная на подготовку агрессии в разных регионах мира, предусматривает как «вертикальную» эскалацию 183
конфликта (так на жаргоне «золотых галунов» Пентагона именуется переход в ходе вооруженного конфликта от применения обычного к ядерному оружию), так и «горизонтальную» ее эскалацию, то есть распространение военных действий с использованием неядерного оружия на различные страны и регионы, которые вашингтонским претендентам на перекройку политической карты планеты угодно объявлять «сферой американских жизненных интересов». В настоящее время США имеют более 1500 военных баз и объектов, расположенных на территории 32 государств; на них дислоцировано свыше полумиллиона солдат и офицеров. Большая часть этих очагов и опорных пунктов агрессии размещена в непосредственной близости от границ СССР, других стран социалистического содружества. «Мы должны быть там, где нашего присутствия требует наша национальная безопасность, будь то хоть за тысячу миль от США»,— возвещает К. Уайнбергер. «США,— заявляет он,— должны быть готовы вести любые войны и в любом районе, который имеет жизненную важность для наших интересов». Таково сконструированное Пентагоном «теоретическое обоснование» агрессивной «базовой стратегии» американского империализма. Пентагон — самый крупный в США собственник: по данным западных экспертов, он владеет большими активами, чем 65 самых крупных промышленных компаний США, а стоимость существующего в стране так называемого «основного военного капитала» (военная техника, системы оружия, сооружения военного характера) оценивается в астрономическую сумму, превышающую триллион долларов. Из 50 штатов США, свидетельствуют в вышедшей в 1985 году в США книге «Ядерные поля битвы: глобальные связи в гонке вооружений» американские эксперты по военным проблемам У. Аркин и Р. Филдхаус, только в двух нет крупных объектов так называемой «ядерной инфраструктуры» — заводов по производству ядерных боеприпасов, атомных испытательных полигонов, ра- 184
дарных систем, командных центров, военных узлов связи; ядерное оружие складировано в 28 штатах страны. Пентагону принадлежат в США земли, превышающие по площади Ирландию. Пентагон — крупнейший в стране предприниматель: ориентированными на выпуск военной продукции являются 41 из 145 отраслей американской промышленности (причем в 35 отраслях поставки военному ведомству составляют более 10 процентов продаж), заказы Пентагона выполняют 30 тысяч только основных подрядчиков и более 50 тысяч субподрядчиков, по данным американской общественной организации Центр оборонной информации, приведенным в изданном ею в мае 1986 года и уже упоминавшемся докладе «Милитаризм в Америке», в стране каждый день заключается не менее 50 тысяч военных контрактов. Военными и военно-космическими исследованиями занята треть всех ученых и инженеров-разработчиков. В работы военного характера вовлечено более 250 университетов и колледжей; как свидетельствовала в мае 1986 года в исследовании о связях Пентагона с вузами страны общественная организация Комитет американских друзей на службе общества, за период с 1979 по 1984 год совокупная стоимость подрядов, предоставляемых университетам и колледжам министерством обороны, возросла более чем вдвое и превысила миллиард долларов. Американские социологи констатируют, что именно в тех городах и штатах, где концентрация военщины, военных предприятий и объектов особенно велика, создается и особенно благоприятная почва для возникновения и деятельности всякого рода правых, ультраконсервативных организаций, для насаждения шовинизма, экстремизма, милитаризма. Взяв курс на тотальную милитаризацию страны, Пентагон и буржуазная пропаганда пытаются оправдать этот курс не только ссылками на мифическую «советскую угрозу», но и спекуляциями на острейшей в США проблеме 185
занятости и боязни трудящихся потерять свои рабочие места. В головы американцев усердно вдалбливают постулат о том, что, дескать, заказы министерства обороны (а от этого министерства, как констатирует печать, зависит каждая шестая американская семья) дают им работу. Значительная часть населения страны прямо связывает свое материальное благополучие с положением в военном бизнесе, хотя авторитетные ученые-экономисты, в том числе и в США, давно уже с фактами в руках доказали, что именно милитаризм, приводящий к резким «перекосам» и диспропорциям в экономике, в огромной мере усиливает кризисные явления и является одной из главных причин того, что миллионы граждан США находятся «вне сферы занятости». Хорошо известно, какие колоссальные прибыли приносила в послевоенные годы гонка вооружений американским военно-промышленным корпорациям. Однако и эти гигантские цифры заметно тускнеют, если сопоставить их с суммами тех барышей, которые связаны с реализацией разработанных администрацией Р. Рейгана новейших программ «перевооружения Америки», прежде всего с программой подготовки к «звездным войнам». Уместно напомнить в этой связи такие, например, данные. Стоимость строительства в рамках СОИ системы станций из 18—50 оснащенных лазерами космических платформ, по ориентировочным оценкам специалистов, составит (не считая затрат на научные исследования) от 100 до 500 миллиардов долларов, стоимость доставки каждой платформы на орбиту (не считая расходов на обеспечение сборки) — 27—38 миллиардов, расходы по эксплуатации космической противоракетной системы (КПС) —не менее 10—15 миллиардов долларов. Суммарная стоимость программы создания однослойной КПС, по расчетам экспертов, превысит 500 миллиардов долларов, а сооружения многослойной КПС с несколькими космическими эшелонами обойдется американским налогоплательщикам в 1,5—2 триллиона (!) 186
долларов (для сравнения напомним, что в настоящее время в мире на военные цели ежегодно тратится около 800 миллиардов долларов). И речь отнюдь не идет о том, что военно-промышленные концерны, причастные к подготовке к «звездным войнам», получат свои сверхприбыли в неком отдаленном будущем. Пентагон уже заключил с 800 фирмами более чем на один миллиард контрактов, связанных с реализацией СОИ; всего же, как явствует из сообщений печати, в приготовлениях к «звездным войнам» участвует более 1500 компаний и фирм. По данным американского Совета экономических приоритетов, за два года «Боинг» получил из «фондов СОИ» 364 миллиона долларов, «Макдоннелл — Дуглас» — 236 миллионов, «Локхид» — 240 миллионов, «Теледайн» — 115 миллионов долларов. Подряды, размещенные в рамках СОИ только в 1985 финансовом году, принесли дополнительные барыши более чем 260 компаниям. Программа СОИ, констатирует «Вашингтон пост», считается в среде американских оружейных магнатов «самым перспективным источником прибыли за все времена». «Прибыли от подготовки к «звездным войнам» уже сегодня повышают доходы военных корпораций на миллиарды,— отмечает бюллетень «Информейшн».— Но эти миллиарды только разжигают их ненасытные аппетиты, их стремление во что бы то ни стало урвать от триллионной программы милитаризации космоса возможно больший куш». «Если бы военную промышленность попросили изобрести самую прибыльную альтернативу контролю над вооружениями, она не смогла бы представить лучшего предложения, чем план «звездных войн»,— подчеркивает американский научный журнал «Буллетин оф а томик сайен- тистс». Огромные барыши приносят «королям оружия» и другие разработанные Белым домом и Пентагоном милитаристские программы. Сооружение «полной серии» подводных лодок типа «Огайо» (к 2000 году Пентагон намерен 187
иметь в боевом составе не менее 20 таких кораблей) будет стоить не менее 85 миллиардов долларов. Рассчитанная до 1989 года программа строительства бомбардировщика В-1В (100 самолетов) обойдется американским налогоплательщикам в 30 миллиардов долларов, тысячи ракет типа «Миджитмен» — еще в 70 миллиардов, заказанные Пентагоном 132 бомбардировщика-«невидимки» «Стелт» — в 80 миллиардов. «Чем могущественнее становятся военные корпорации, тем больше средств они получают, а чем больше денег оказывается в их распоряжении, тем больше у них возможностей получать от конгресса все новые ассигнования,— констатировал директор американского Информационного центра по проблемам обороны контр-адмирал в отставке Дж. Лярок.— В результате военные расходы США резко увеличиваются и грозят вообще выйти из-под контроля». Огромное влияние Пентагона на экономическую и политическую жизнь страны приумножается тем, что и в вашингтонских структурах власти, и в экономике страны трудно найти участок, где руководящие посты не занимали бы представители военщины. Налицо и теснейшая уния между Пентагоном и военным бизнесом на базе активизации милитаристских приготовлений — уния, которая означает все более массовое «делегирование» военщины в руководящие органы крупнейших военно-промышленных корпораций и фирм. «В деловых кругах говорят: обзаводитесь генералом. Ибо какое государственное ведомство больше всего расходует средств? Военное. Кто лучше всех умеет протолкнуть дело сквозь бюрократические дебри? Генерал или адмирал. Вот и сделайте его председателем совета директоров». Так писал еще в начале 50-х годов журнал «Бизнес уик». Ныне, тридцать с лишним лет спустя, американские военно-промышленные корпорации не нуждаются в подобных советах: процесс переплетения, сращивания военщины и военного бизнеса идет полным ходом, приобретая все больший размах. Многие вчерашние руко- 188
водители военных концернов сегодня занимают высокие посты в министерстве обороны, а вчерашние генералы и адмиралы Пентагона перебазируются в сферу военного бизнеса, помогая ему «проталкивать» все новые и все более крупные подряды, заседают в сенате, играют заметную роль в правительстве. Факты? Вот лишь некоторые из них. Генерал Дж. Весси, до недавнего времени занимавший пост председателя комитета начальников штабов, ныне заседает в совете директоров крупной военно-промышленной корпорации «Мартин — Мариэтта». Заместитель министра ВВС Олдридж — в прошлом один из руководителей корпораций «Дуглас эйркрафт» и «ЛТВ аэро- спейс энд пленнинг». Старший вице-президент «Нортро- па» Д. Хикс, прослуживший в корпорации более 20 лет, в июне 1985 года стал заместителем министра обороны США. Вице-президентом «Макдоннелл — Дуглас» стал летом 1985 года М. Бэрч, до этого занимавший пост помощника министра обороны по связям с общественностью. Бывший заместитель руководителя аппарата сотрудников Белого дома М. Дивер, уличенный в 1986 году в грубых нарушениях «Закона об этике в правительстве», в течение ряда лет выступал в качестве неофициального представителя корпорации «Рокуэлл интернэшнл», проталкивая — разумеется, не безвозмездно — заказы для нее. Бывший министр обороны США М. Лэйрд и адмирал в отставке Б. Инмэн — члены совета директоров «Сайенс аппли- кейшнз интернэшнл корпорейшн» (САИК) — одного из крупнейших калифорнийских подрядчиков Пентагона, который в сотрудничестве с «Боинг» и «Вестингауз электрик» разработал компьютерные программы управления подводными лодками, оснащенными ракетами «Трайдент», а ныне активно участвует в «моделировании» СОИ. За период с 1981 по 1983 год в военную индустрию перебазировалось более 2200 высокопоставленных представителей вооруженных сил. Один только концерн «Боинг» за 1973—-1983 гг. делегировал на различные посты в мини- 189
стерство обороны США 388 сотрудников! «Вращающиеся двери» — так окрестила это явление американская печать. «Правления компаний можно рассматривать как отделы министерства обороны или, если взглянуть с другой стороны, министерство обороны можно считать специальным отделом правления крупных корпораций» — так объясняет сложившуюся ситуацию американский публицист Ф. Ландберг. «Системами вооружений правит в США Пентагон, которым правит Вашингтон, которым, в свою очередь, правит Уолл-стрит»,— писал в номере от 1 ноября 1985 года английский журнал «Ныо стейтсмен». «ЕСЛИ ХВАТИТ ЛОПАТ...» «Обсудив ключевые вопросы безопасности, стороны, сознавая особую ответственность СССР и США в деле сохранения мира, заявляют, что ядерная война никогда не должна быть развязана, в ней не может быть победителей»,— говорится в Совместном советско-американском заявлении, принятом в ноябре 1985 года в Женеве в результате встречи Генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева и президента США Р. Рейгана. Для вывода о том, что в ядерной войне не может быть победителей, есть все основания. Подсчитано: с 1600 по 1699 год — за целый век — в войнах погибло 3,3 миллиона человек, с 1700 по 1800 год — 5,3 миллиона, с 1801 по 1913 год — 5,6 миллиона. Первая мировая война обошлась человечеству в 10 миллионов жертв, вторая унесла 55 миллионов человеческих жизней. А что означал бы для планеты ядерный пожар сегодня, когда в мире вследствие развязанной империализмом гонки вооружений накоплено более 50 тысяч ядерных зарядов, суммарная мощность которых в 5 тысяч раз больше общего количества взрывчатых веществ, примененных за всю историю войн? Когда — согласно подсчетам стокгольм- 190
ского Международного института по исследованию проблем мира — мощность арсеналов ядерного оружия в мире каждые 20 минут увеличивается на одну «номинальную» бомбу, равную по силе той, что превратила в пепел Хиросиму, и специалисты спорят лишь о том, сколько раз или десятков раз можно уничтожить человечество? «Отныне о внешней политике любой страны следует судить с одной точки зрения: ведет ли эта. политика к созданию мира, где будет господствовать правопорядок, или она тянет нас назад к анархии и смерти,— говорил еще в 1946 году выдающийся ученый Альберт Эйнштейн.— Когда человечество располагает оружием, с помощью которого оно может совершить самоубийство, тогда, по моему убеждению, увеличивать мощность этого оружия — значит сделать катастрофу более вероятной». Это высказывание было правильным 40 лет назад — тем более правильно оно сегодня. Это вновь и вновь подтверждают видные политические и общественные деятели разных стран, авторитетные ученые, военные эксперты, которые единодушно приходят к выводу, что ядерная война угрожает самому существованию государств и народов, судьбе человеческой цивилизации. Вот лишь один из прогнозов на этот счет — книга сенаторов Э. Кеннеди и М. Хэтфилда «Заморозить! Как вы можете помочь предотвращению ядерной войны» (Нью- Йорк, 1982 г.). «Ядерный конфликт был бы подобен тысячам Хиросим одновременно и привел бы к уничтожению по меньшей мере 160 миллионов американцев, то есть двух третей населения США, что означало бы экономическую, политическую и социальную гибель Соединенных Штатов»,— пишут авторы. Согласно подсчетам авторов доклада «Ядерная война в Лос-Анджелесе», подготовленного федерацией ученых Лос-Анджелеса, в случае ядерной войны в первые 30 дней в США погибли бы от 105 до 165 миллионов человек, «но и у тех, кто уцелеет, осталось бы немного шансов выжить». «Тотальная ядерная война при 191
сегодняшнем уровне военной техники сотрет грань между победителями и побежденными,— отмечал осенью 1984 года журнал «Форин афферс».—Проиграют все, и потери будут непоправимыми». Эти выводы следует дополнить выводами ученых о так называемой ядерной зиме, которая, согласно данным научного анализа, явилась бы неизбежным следствием ядерной войны. Вот что писали по этому поводу в марте 1985 года в журнале «Монд» видные французские ученые и общественные деятели Э. Базен, А. Жаккар, С. Пру и Л. Шварценберг: «Представим себе ядерную атаку весьма ограниченных масштабов, когда стороны используют менее одного процента их запасов ядерного оружия: тысяча бомб мощностью в 0,1 мегатонны каждая сброшены на тысячу городов. В этом случае облака сажи, пыли и дыма, которые распространятся над всем Северным полушарием — где, вероятнее всего, произойдет предполагаемый конфликт,— так плотно заволокут небо, что температура станет неуклонно падать, достигнув через две недели минус 20—30 градусов по Цельсию. Из-за отсутствия испарений прекратятся дожди. Разница температур на суше и в океанах изменит режим ветров и породит бури неслыханной силы. Реки и озера покроются двухметровым слоем льда, возникнет угроза гибели животных от жажды. Почти полное отсутствие солнечного излучения приведет к прекращению процесса фотосинтеза у растепий, то есть уничтожит саму базу экологической системы. Когда же через полгода или год солнце засияет вновь, защитному слою озона будет нанесен такой ущерб, что интенсивность ультрафиолетового облучения возрастет в 2—3 раза против нынешнего уровня...» А каково мнение советских ученых? В Вычислительном центре АН СССР специалисты, занимающиеся математическим моделированием климата, подготовили исследование, показывающее: в случае термоядерной войны в атмосферу поступит такое количество мельчайшей пыли, что климатические последствия будут 192
поистине катастрофическими. По результатам их численного эксперимента, на сороковые сутки после ядерного конфликта средняя температура в некоторых регионах Северного полушария снизится на десятки градусов... Таковы данные науки, голоса разума. Они свидетельствуют, что не только ядерная война, но и подготовка к ней, то есть гонка вооружений, стремление к военному превосходству, не могут принести политического выигрыша. Они неопровержимо доказывают, что в условиях полной неприемлемости ядерной войны не конфронтация, а мирное сосуществование систем должно стать законом межгосударственных отношений. Обстановка ядерного противостояния обязывает к поиску новых способов и форм взаимоотношений между государствами, к новым подходам к важнейшим международным проблемам. Но что до политических аксиом и военно-стратегических реалий ядерного века тем кругам США, которые, выражая устремления могущественного военно-промышленного комплекса, «королей оружия», продолжают рассматривать силу как едва ли не единственный «аргумент» Вашингтона на международной арене! Совместное советско-американское заявление от ноября 1985 года с предельной четкостью отвергает ядерную войну. Но это, как свидетельствуют факты, не внесло существенных перемен в агрессивную, милитаристскую направленность внешней политики США; материальная подготовка к ядерной дуэли продолжается в Соединенных Штатах полным ходом, и именно военщина, пентагоновские «ястребы» с особым рвением активизируют, подстегивают этот чрезвычайно опасный процесс, решительно блокируя любые инициативы и шаги, направленные на демонтаж материального аппарата войны. Зачем, с какой целью? В основополагающем пентагоновском документе «Руководящие указания в области обороны на 1984—1988 гг.» эта цель сформулирована прямо, без обиняков: «Ядерные силы США должны одержать верх в ядерной войне». «Победа» 7 Заказ 2088 193
мыслится в двух вариантах: либо СССР вынужден будет быстро окончить конфликт на «выгодных США условиях» до его перерастания в неограниченную ядерную войну, либо же Соединенным Штатам вообще удастся обезоружить Советский Союз внезапным ударом по ключевым стратегическим и обычным военным объектам и центрам государственного и военного управления. Перефразируя слова бывшего госсекретаря США генерала А. Хейга, который утверждал, что есть, дескать, вещи поважнее, чем мир, К. Уайнбергер возвещает, что «есть вещи и похуже войны».. Впрочем, милитаристские заявления шефа Пентагона, которого заместитель главного редактора «Вашингтон пост» С. Розенфельд характеризует как «мыслящего «ястреба», самого активного деятеля военного ведомства за всю его историю, меркнут в сравнении с теми откровениями, которые высказываются иными подчиненными мистера Уайнбергера. Один из них, Т. К. Джоунс, в прошлом сотрудник военного концерна «Боинг», после прихода к власти республиканцев переместившийся в Пентагон, где он занимал должность помощника заместителя министра, заявил представителю газеты «Лос-Анджелес тайме» Р. Ши- эру: «Америка способна, подобно Фениксу, за два — четыре года полностью восстановить страпу после ядерной войны с Советским Союзом». «Но как уцелеть в такой войне?» — спросил журналист. На что пентагоновский стратег, ни па минуту не задумавшись* ответствовал ошеломленному журналисту: «Выройте яму, прикройте ее парой дверей и набросайте сверху три фута земли. Если хватит лопат, каждый сможет это сделать...» «Мышление г-на Джоунса — это мышление тех, кто паходится в администрации Рейгана,— писал Р. Шиэр в своей книге «Если хватит лопат: Рейган, Буш и ядерная война».— Другие всего лишь не так откровенны, как он». Кто же составляет сегодня ближайшее окружение шефа Пептагопа? 194
Один из самых влиятельных в окружении министра обороны — Фред Икле, заместитель шефа Пентагона по политическим вопросам. Касаясь причин, в силу которых именно он приобрел в Пентагоне столь значительный вес, американская печать особо отмечает не только «твердые консервативные позиции» Икле, но и его умение «быстро вникать в существо проблем, выдвигаемых администрацией». Что кроется за этой фразой? Перелистаем страницы биографии Икле. Выходец из Швейцарии, поселился в США в 1946 году. После окончания Чикагского университета и нескольких лет работы в Бюро прикладных исследований Колумбийского университета Икле в 1955 году пришел в «Рэнд корпорейшн», где в 1967 году занял пост начальника отдела, приобретя известность как специалист в области военно-политической стратегии. Если проанализировать карьеру Икле, проследить эволюцию его высказываний, то можно подумать, что на вашингтонской политической арене находятся не один, а два Икле, чьи воззрения не только не идентичны, но и прямо противоположны друг другу. Один из них — тот Икле, который еще в 1973 году при поддержке сенатора Г. Джексона был назначен директором Агентства по контролю над вооружениями и разоружению США и активно поддерживал достигнутую в тот период советско-американскую договореппость по проблемам, связанным с ограничением стратегических наступательных вооружении, pi особенно Договор между СССР и США о подземных ядерных взрывах в мирных целях, подписанный в мае 1976 года в Москве и Вашингтоне. В 1974 году в интервью «Вашингтон пост» Икле ратовал за «ядерное сдерживание» и, выступая в сенатской комиссии по иностранным делам, подчеркивал важность продолжения советско-американского диалога в области контроля над вооружениями. Выступая в 1974 году в университете Дыока, он заявил: «Плод древа познания — огромные достижения ученых-атомщиков — сулит как обещание, так и угрозу, ибо 195
он может сохранить нашу цивилизацию, но может и уничтожить ее». А отсюда следовал разумный вывод: США н СССР должны, как бы сложно это ни было, искать и находить взаимоприемлемые решения, которые способствовали бы уменьшению нависшей над человечеством ядерной угрозы. 80-е годы, когда к власти пришла республиканская администрация, выражающая устремления и интересы самых правых реакционных кругов правящего класса, военно-промышленного комплекса, выявили другого Икле — Икле-милитариста, ярого сторонника форсированной материальной подготовки к войне, организатора шумных пропагандистских буффонад, ставящих целью запугать американцев и весь мир мифической «угрозой», которая якобы «исходит от СССР». Именно после получения в 1981 году высокого поста в министерстве обороны Икле продемонстрировал свою «способность быстро вникать в существо проблем, выдвигаемых администрацией». Сделав поворот на 180 градусов, он одним из первых активно выступил в поддержку опасных планов Вашингтона, касающихся развертывания гонки вооружений в космосе, стал рьяным пропагандистом безудержного взвинчивания военных расходов, одним из самых жестких противников достижения советско-американских соглашений, направленных на обуздание гонки вооружений. Одно за другим последовали милитаристские заявления Икле: например, в феврале 1984 года на пресс-конференции в Вашингтоне, где он, ратуя за дальнейшее наращивание ядерного арсенала США, мотивировал свои призывы тем, что-де Соединенные Штаты «еще не достигли превосходства в ядерной области»; в выступлении летом 1984 года в ЮС И А на тему «Инициативы США в области космической обороны», в ходе которого он всячески оправдывал широкомасштабную вашингтонскую программу, нацеленную на то, чтобы превратить космос в арену военных авантюр; его речь в феврале 1985 года в сенатской комиссии по делам 196
вооруженных сил конгресса, в которой он заявил, что США на определенном этапе «должны будут принять решение, следует ли им считать себя связанными договорами» в области контроля над вооружениями; его статья в весеннем номере ежеквартальника «Форин афферс» за 1985 год, в которой советско-американский договор об ограничении систем ПРО назван «сделкой с дьяволом». Ораторствуя в марте 1985 года на конференции, проходившей в национальной Академии наук США, Икле заявил, что, несмотря на новые данные о катастрофических последствиях ядерной войны, администрация «не видит причин менять свою военную политику». «Мы идем в правильном направлении»,— сказал он, призвав участников конференции добиваться «усиления мощи Америки», в особенности в рамках программы «звездных войн». Милитаристское рвение Икле было оценено: именно на Икле наряду с другими функциями возложена и столь важная для Вашингтона задача, как «координация военных акций США в Центральной Америке». Выступая на слушаниях в одной из комиссий сената, он заявил, что «латиноамериканские демократии» (а к таковым, по мнению Икле, следует причислить прежде всего реакционные, антинародные режимы в Сальвадоре, Гондурасе) представляют собой... «четвертую границу» США и, следовательно, нуждаются в «американской защите». Беседуя с представителем журнала «Шпигель» (ФРГ), он пытался внушить западноевропейцам, что-де «советская угроза» нависла не только над ними, но и над Латинской Америкой. На заседании так называемой рабочей группы Белого дома по проблемам Центральной Америки он откровенно заявил, что под термипом «политика в области безопасности на Латиноамериканском континенте» США подразумевают прежде всего военные акции, и фактически призывал к свержению правительства суверенной Никарагуа. Если Икле часто выступает с заявлениями для печати и его фамилия то и дело мелькает на страницах амери- 197
канских газет, то фамилия другого заместителя шефа Пентагона, Делоэра, напротив, упоминается прессой редко. Де- лоэр предпочитает держаться в тени. И неудивительно: функции, которые возложены на этого пентагоновского деятеля, не предназначаются для широкой огласки. Дело- эр отвечает в министерстве обороны за научные исследования и разработку новых систем оружия (включая их проектирование, освоение, испытание и поставки). Иными словами, он практически руководит наращиванием пентагоновских военных арсеналов. Он —тот «главный мост», через который Пентагон осуществляет прямую и повседневную связь с могущественными американскими «королями оружия», а они в свою очередь осуществляют такую связь с Пентагоном. Богатый калифорнийский бизнесмен, Делоэр почти 20 лет находился в рядах армии, занимал высокие посты в инженерных службах ВВС и ВМС США, а в 1958 году, выйдя в отставку, продолжил свою деятельность в базирующейся в Калифорнии крупной военно-промышленной и исследовательской корпорации ТРВ. В начале 60-х годов он отвечал в этой корпорации за программу создания американской межконтинентальной баллистической ракеты «Титан», позже был назначен директором всей ракетной программы ТРВ, включая разработку таких межконтинентальных баллистических ракет, как «Минит- мен», «Титан-1» и «Титан-2», а в 1970 году стал исполнительным вице-президентом и членом совета директоров корпорации. Активно участвуя в разработке новых масштабных ракетных программ в ТРВ, Делоэр не только не порывал, но, напротив, укреплял связи со своим прежним ведомством — Пентагоном. Но теперь он выступал в нем уже не как офицер ВМС и ВВС, а как полномочный представитель одного из основных поставщиков Пентагону военно-космической техники и электронного оборудования. Министерство обороны систематически привлекало Делоэра к 198
участию в разработке планов, связанных с намечаемыми закупками новейших систем оружия, а в 1974 году предложило ему войти в руководство одного из крупных подразделений министерства — управления по вопросам науки. «Принцип вращающихся дверей» сработал: Делоэр, начавший карьеру в армии и продолживший ее в военном бизнесе, вновь вернулся в Пентагон. В конце 70-х годов он председательствовал в специально созданной в военном ведомстве исследовательской группе, занимающейся изучением практики закупок вооружений для министерства, а затем занял пост заместителя министра. Ныне Делоэр обеспечивает разработку все новых видов и систем оружия для арсеналов Пентагона и одновременно поступление все новых многомиллиардных прибылей в сейфы оружейных магнатов. Разумеется, на одном из первых мест в списках поставщиков Пентагона, составляемых Делоэром, стоят фирмы, с которыми он связан лично. Характерно, что именно Делоэр обеспечил ТРВ крупные заказы на поставку ракет «Титан-1», «Титан-2», межконтинентальных баллистических ракет «Минитмен», активно выступил за то, чтобы предоставить этой корпорации многомиллионный подряд на производство оборудования для объединенного космического командования на сумму 69,4 миллиона долларов. Он же обеспечил ТРВ и другой многомиллионный подряд — на изготовление компонентов баллистической ракеты MX. Еще один представитель высшего руководства Пентагона — Ричард Перл, помощник министра обороны по вопросам планирования в области международной безопасности. Даже буржуазные газеты, проявляющие заметную осторожность в подборе эпитетов, когда речь идет о высокопоставленных чинах министерства обороны, и те именуют Перла «князем тьмы» — за исступленный антисоветизм, за неистовую враждебность в отношении любых шагов, которые могли бы содействовать смягчению международной напряженности. О политических взглядах Пер- 199
ла, свидетельствовала одна из американских газет, говорит тот факт, что Перл мечтает вообще изъять из лексикона само название Советского государства. «Чтобы заставить страну взять на себя бремя, которого требует содержание мощных вооруженных сил, надо создать эмоциональную атмосферу, близкую к военной истерии»,— заявлял в свое время Дж. Ф. Даллес, апологет «холодной войны». «Демократия (американская) не пойдет на жертвы для обеспечения своей безопасности, если отсутствует ощущение угрозы,— почти дословно повторяет «завет» Даллеса Р. Перл.—- Всякий раз, когда мы порождаем впечатление, что мы и Советский Союз налаживаем сотрудничество и умеряем соперничество, мы подрываем это ощущение угрозы». Какова же политическая генеалогия этого милитариста и антикоммуниста? Уроженец Лос-Анджелеса (Калифорния), он вырос в семье богатого текстильного фабриканта, унаследовал более чем солидное состояние и, воспитанный в традициях крайнего консерватизма, еще в юности установил связи с группой правых калифорнийских деятелей, известных как «лоббисты катастрофы». В эту группу входили П. Нитце, помощник, а затем и заместитель министра обороны, впоследствии министр военно- морских сил, а позднее представитель США на советско- американских переговорах по средствам средней дальности в Европе, «отец водородной бомбы» Э. Теллер, А. Волстет- тер, богатый калифорниец, сторонник жесткого курса по отношению к Советскому Союзу, и т. д. Эти деятели, при- держивающиеся ультрареакционных взглядов, и явились первыми политическими наставниками Перла. В 1969 году Нитце, нуждавшийся в «верных людях», которые были бы обязаны ему своей карьерой, сделал Перла своим помощником в Пентагоне. Теперь важно было прочно обосноваться па повой ступени. Вскоре, однако, выяснилось, что Нитце был вынужден покинуть свой пост в министерстве, ибо его назначили 200
в состав делегации, которой предстояло вести переговоры об ОСВ. И тогда Волстеттер порекомендовал Перла в качестве помощника ультраправому «сенатору от «Боинга» Г. Джексону. Новый шеф — новые заботы: политические амбиции сенатора Г. Джексона, за которым стоит одна из крупнейших военных корпораций страны, не знают границ; он мечтал о кресле президента, и Перл рьяно помогал ему подготовиться к борьбе за Белый дом. Именно Перл — один из инициаторов создания в 1972 году «Коалиции за демократическое большинство», под крышей которой объединилась большая группа правых и ультраправых деятелей и которая еще в середине 70-х годов предприняла лобовую атаку на принципы разрядки, опубликовав с этой целью брошюру «Погоня за разрядкой», расцененную наблюдателями как «атаку на саму идею о том, что может быть положен конец «холодной войне». Одна из задач коалиции состояла в поддержке кандидатуры Джексона на пост президента. «Пробить» сенатора на этот пост не удалось, но определенную и весьма негативную роль в политической жизни США коалиция сыграла и продолжает играть, превратившись в идейно-политическое ядро правоцентристских сил в руководстве демократической партии. Что касается Перла, то для него участие в создании и деятельности коалиции означали новые, весьма важные и полезные связи. Ведь в коалицию входили такие влиятельные деятели, как бывший заместитель госсекретаря и один из инициаторов эскалации агрессии США во Вьетнаме — Ю. Ростоу, сенатор Д. Мойнихэн, редактор сионистского журнала «Комментари» Н. Подгорец, редактор другого, крайне правого журнала — «Паблик интрест» И. Кристол... Теперь Перл стал весьма влиятельным человеком в вашингтонском политическом истеблишменте; газета «Филадельфия инкуайрер» 16 января 1985 года отмечала даже, что именно Перл «был хозяином в деле разработки военной политики в истекшие четыре года». Перл — активный 201
участник акций, нацеленных на подрыв ОСВ, один из инициаторов усиления пропагандистской кампании по нагнетанию антисоветизма и запугиванию обывателя мифической «советской угрозой». Именно с этой целью Перл п другие члены «Коалиции за демократическое большинство» приняли в 1976 году в фешенебельном вашингтонском клубе «Метрополитен» решение создать новую ультраправую организацию, выражающую интересы военно-промышленного комплекса,— «Комитет по существующей опасности». В комитет вошло более 140 человек — бывшие высокопоставленные должностные лица ряда вашингтонских администраций, представители финансовых групп Уоллстрита («Сити-бэнк», «Диллон, Рид», «Голдман, Закс»), президенты и директора военных корпораций; позднее членом комитета стал и губернатор Калифорнии Р. Рейган. О том, какое влияние приобрел в Вашингтоне новый правомилитаристский центр, свидетельствует такой факт: после победы республиканцев на выборах 1980 года Р. Рейган назначил 32 члена комитета на руководящие посты в правительстве. Нитце стал главой делегации на переговорах об ОСВ, Ростоу — директором Агентства по контролю над вооружениями и разоружению. Не был забыт и Перл — он получил пост помощника министра обороны, ведающего проблемами контроля над вооружениями и «советскими делами»; его коллегой в СНБ стал эмигрант из Польши, бывший директор созданного в 1948 году в США «Русского исследовательского центра» и консультант сенатора Г. Джексона «по советским делам» Р. Пайпс (о крайне правых взглядах говорит его заявление: «Советские руководители должны сделать выбор: или мирное изменение их коммунистической системы в направлении, выгодном Западу, или война»). Действуя в тандеме, группа Перл — Пайпс добилась назначения на правительственные посты целого ряда единомышленников (Дж. Лемана, Т. Джоунса и других). 202
«На протяжении последних лет Перл сделал больше, чем кто-либо другой, для того чтобы затруднить прогресс в деле контроля над вооружениями, отравить экономические отношения между двумя сверхдержавами,— констатировал журнал «Бизнес уик».— Роль, которую он играет в Пентагоне, тем более важна, что его философия отражает основные взгляды самого Рейгана. Отстаивая их, Перл пользуется макиавеллиевскими приемами. Он обзавелся мощной, но действующей за кулисами сетью союзников, установил самый тесный контакт с К. Уайнберге- ром и, действуя с этих позиций, подчас одерживает верх даже над государственным департаментом, особенно когда речь идет о политике США в отношениях с Советским Союзом». Ближайшие помощники министра обороны — министры трех видов вооруженных сил. Все они, как и К. Уайнбер- гер, прямые представители американского крупного капитала, пришедшие в Пентагон из правлений крупных корпораций и фирм. Министром армии с января 1981 года является Джон Марш, богатый адвокат, партнер крупной юридической фирмы «Мейз, Валентин, Дэвнпорт энд Мур», в прошлом помощник министра обороны по вопросам законодательства и помощник вице-президента США по вопросам национальной безопасности. Пост министра ВМС занимает Дж. Леман, бывший специальный помощник Г. Киссинджера, который, как свидетельствуют авторы книги «Правящий класс Рейгана», «был в сравпительно молодом — сорокалетнем — возрасте вознесен на высокий пост нарастающей волной милитаризма, размывшей пятна Вьетнама». Леман был главой крупной вашингтонской фирмы «Абингтон корпорейшн», занимающейся «укреплением контактов» между производителями вооружений и Пентагоном; среди клиентов «Абингтон» числятся такие киты военного бизнеса, как «Боинг», «Нортроп», «Дженерал дайнэмикс», «Теннеко». После назначения на министерский пост Леман, не желая порывать связи с бизне- 203
сом, «уступил» за хорошую цену ведение заграничных дел фирмы другому лицу, а внутриамериканские дела перевел на... имя жены. Свои политические взгляды Леман излагает с предельной откровенностью. Равенство, паритет сил? «Равенство — это тупик, а тупик — проигрыш». Советско-американские отношения? «Советы надо превратить в мировой остров, дабы США могли владеть остальным миром». Министр ВВС Э. Олдридж, назначенный па этот пост в апреле 1986 года, давно и прочно связан с военным бизнесом: в прошлом он занимал ответственные посты в таких крупных корпорациях, выполняющих заказы Пентагона, как «Дуглас эйркрафт» и «ЛТВ аэроспейс энд дифенс». Вскоре после прихода к власти республиканской администрации он стал заместителем министра ВВС (министром в тот период был В. Орр, выпускник высшей школы бизнеса Станфордского университета, совладелец крупной калифорнийской фирмы по торговле автомобилями) и лично курировал реализацию разработанных Пентагоном военно-космических программ; назначение Олд- риджа министром ВВС обозреватели единодушно увязали с намерением администрации форсировать подготовку к «звездным войнам». С большим бизнесом, с калифорпийскими военными корпорациями крепко связан и генерал Джеймс Абрахам- соп, руководитель программы полетов космических кораблей многоразового использования «Шаттл». В марте 1984 года он был назначен на пост директора программы по созданию новой системы противоракетной обороны (ПРО) с элементами космического базирования и одновременно является руководителем организации по осуществлению так называемой «стратегической оборонной инициативы». «Генерал Абрахамсон производит впечатление человека, исполненного самых благих намерений,—писала 16 мая 1985 года лондонская «Тайме»,—Этот высокий, подтянутый мужчина с тихим голосом — полная противоположность карикатурному изображению «ястреба» из 204
Пентагона». Возможно. Однако, по другому свидетельству «Тайме», от «благих намерений» пентагоновского генерала не остается и следа, когда он, принимая военных деятелей или журналистов из западноевропейских стран НАТО, начинает убеждать их в том, как важно в максимально короткий срок подготовиться к «звездным войнам», и, демонстрируя цветные слайды, рекламирует сверхновые системы оружия, в том числе электромагнитные пушки и лазеры, предназначенные для уничтожения «объектов противника» в атмосфере... Одна из задач, возложенных на генерала Абрахамсона и подчиненный ему аппарат,— организация массированной «обработки» политических деятелей и представителей крупного бизнеса из западноевропейских стран — членов НАТО, а также Японии с целью все более глубокого втягивания этих стран в вашингтонские программы по созданию ударных космических вооружений. В конце 1985 — начале 1986 года правительство Англии и правоконсерва- тивная коалиция, стоящая у власти в ФРГ, игнорируя волю подавляющего большинства населения своих стран, подписали с Вашингтоном соглашение об участии британских и западногерманских фирм и научно-исследовательских центров в планах милитаризации космоса; подключилась к этим планам и Италия. Впрягая союзников по НАТО в программу подготовки «звездных войн», правящие круги США преследуют одновременно несколько целей. С одной стороны, стремятся представить эту милитаристскую программу как «общую платформу» Североатлантического блока, с другой — действуют так, чтобы перевалить на партнеров часть бремени гигантских материальных расходов по реализации СОИ, использовать западноевропейский научно-технический потенциал, превратив английские, западногерманские, итальянские крупные концерны и научные лаборатории в субподрядчиков и поставщиков «Боинга», «Рокуэлла», «Мартин — Мариэтты» п других американских военно-промышленных гигантов. 205
Ведомство генерала Абрахамсона, действуя в тандеме со штаб-квартирой НАТО в Брюсселе (и прежде всего — с верховным главнокомандующим объединенными вооруженными силами блока в Европе американским генералом Б. Роджерсом) и мобилизуя огромную машину американской внешнеполитической пропаганды, обеспечивает «пропагандистское прикрытие» этой линии, изображая дело так, будто Вашингтон, выдвинувший идею создания так называемой «европейской оборонной инициативы» (ЕОИ), печется не о чем ином, как о создании некоего «космического щита», призванного обеспечить безопасность Западной Европы перед лицом мифической «советской угрозы». Непосредственное руководство вооруженными силами министр обороны осуществляет через комитет начальников штабов — высший военный орган Пентагона. Пост председателя комитета с 1982 по 1985 год занимал генерал Джон Весси, кадровый военный, имеющий степени бакалавра в области военных наук и магистра в области промышленного управления. Он участник американской агрессии в Корее, «грязной войны» США во Вьетнаме. Жесткий консерватор и антикоммунист, Весси известен, в частности, своими требованиями с помощью силы «навести порядок» в Центральной Америке. «В Западном полушарии уже и без того слишком мпого коммунистических правительств, и мы не должны допустить, чтобы их стало еще больше»,— заявляет он. Хотя Весси и являлся профессиональным военным, он, как и подавляющее большинство высокопоставленных чинов Пентагона, был теснейшим образом связан с военным бизнесом, с крупными военно-промышленными корпорациями, многие из которых стремились заполучить его в свое распоряжение в качестве «толкача» военных заказов. Летом 1985 года их усилия увенчались успехом: Весси подал в отставку, а вскоре печать сообщила о его новом назначении: вчерашний генерал и председатель комитета начальников штабов ныне заседает в совете директоров 206
крупного военного концерна «Мартин — Мариэтта». На его место был назначен адмирал Уильям Кроу. Уроженец штата Кентукки, Кроу имеет степень доктора политических наук и хорошо известен не только в военных, но и в высших политических кругах Вашингтона. Получив первое офицерское звание еще в 1947 году, Кроу быстро продвигался по служебной лестнице: был помощником советника президента по военно-морским силам, заместителем старшего американского советника при штабе ВМС в Южном Вьетнаме, заместителем начальника штаба ВМС США по стратегическому планированию. В 1980 году Кроу — главнокомандующий объединенными вооруженными силами НАТО в Южной зоне Европы, в 1983-м — командующий вооруженными силами США в районе Тихого и Индийского океанов. Адмирал Кроу — такой же ультраконсерватор и антикоммунист, как и генерал Весси. С той лишь разницей, что если Весси желчно разглагольствует о мифической «советской угрозе» в Латинской Америке, то Кроу пугает тем, что такая угроза «особенно велика в Европе и Азии». Еще одна влиятельная фигура в окружении Уайнбер- гера — генерал-лейтенант Дж. Уильяме, директор разведывательного управления Пентагона (РУМО), которое организует, контролирует и координирует деятельность разведорганов министерств армии, ВМС, ВВС и обеспечивает руководство министерств и Белый дом разведывательной информацией, руководит деятельностью американских военных атташе в посольствах США более чем в 90 странах мира. Известно высказывание Уайнбергера о том, что Пентагон — «самый крупный клиент» разведорганов США, собирающих разведданные во всем мире. «Вашингтон пост» 26 марта 1986 года привела некоторые сведения о том, как Пентагон собирает эти «разведданные». Среди методов военного ведомства — запуск спутников-шпионов, направление в различные регионы мира оборудованных шпионской аппаратурой военных судов и подводных лодок, пе- 207
рехваты связи, активное использование находящегося за рубежом персонала вооруженных сил... Еще в 1972 году руководители министерства обороны США, готовясь развернуть очередной тур пропагандистской шумихи о мифической «советской угрозе», поручили РУМО сфабриковать выдержанный в соответствующем духе «доклад» о том, как «коварная Москва» намеревается использовать для «захвата Запада» достижения в области парапсихологии. Авторы «доклада» (он был рассекречен в 1978 г.) возвестили, что эти достижения рано или поздно могут позволить русским не только знать содержание сверхсекретных документов, разработанных в Вашингтоне, но и «на расстоянии узнавать мысли главных военных и гражданских руководителей США». Вот ведь до чего можно договориться, запугивая обывателя, да и самих себя «агрессивностью СССР»! Но изыскания «экспертов» из РУМО невольно заставляют задать и такой вопрос: а зачем, собственно, мобилизовывать неких таинственных парапсихологов, чтобы «на расстоянии» узнать мысли вашингтонских стратегов? Ведь их мысли и замыслы более чем очевидны из самого существа американской внешней политики. Разве не ясно, в каком направлении хотели бы вести дело США, коль скоро они пытаются через космос проложить дорогу к военному превосходству над СССР и открыто взяли курс на то, чтобы расшатать и взорвать бессрочный советско-американский Договор об ограничении систем противоракетной обороны 1972 года? Разве не очевидно, о чем помышляют в Вашингтоне, коль скоро там продолжают вынашивать планы первого, «обезглавливающего» ядерного удара, упорно отказываются содействовать созданию условий для заключения международного договора о полном и всеобщем запрещении испытаний ядерного оружия, саботируют достижение международной договоренности о запрещении химического оружия? «Последний аргумент короля» — чеканили на орудий- рых стволах по приказу германского кайзера Вильгель- 203
ма II. Похоже, что и министерство обороны США считает смертоносные ракеты, бомбы и космическое оружие чем-то вроде решающего аргумента в своем стремлении перекроить карту планеты. ЖЕЛЕЗНЫЙ ТРЕУГОЛЬНИК w «Железный треугольник» — так назвал свою книгу о властителях США американский экономист Г. Адаме. Оружейные магнаты, отмечает он, лишь одна сторона этого треугольника. Другая его сторона — государственная верхушка, тот узкий слой общества, в руках которого находятся рычаги государственной власти. Третья грань треугольника — военщина. Д. Эйзенхауэр отмечал в свое время, что влияние могущественного военно-промышленного комплекса «ощущается в каждом городе, каждом штате, каждом учреждении федерального правительства». Военно-промышленный комплекс прямо заинтересован в том, чтобы напряженность в мире не только не спадала, но, напротив, росла; повышение уровня военного противостояния и даже война — это величайшее бедствие для народов — всегда оборачиваются для военно-промышленных концернов и корпораций и связанных с ними кругов «золотым дождем» сверхприбылей. В ходе первой мировой войны, обошедшейся человечеству в 10 миллионов убитых и 20 миллионов искалеченных, барыши американских «королей оружия» составили 46 миллиардов долларов, и именно тогда американский миллиардер Пьер Дюпон, наживший гигантские суммы на поставках боеприпасов странам Антанты, цинично объявил, что «прибыль — более силь- пый стимул, чем патриотизм». За пять лет второй мировой войны, которая унесла 55 миллионов человеческих жизней, американские «короли оружия» положили в сейфы 117 миллиардов долларов чистой прибыли. В период наи- 209
большей эскалации военных действий в Индокитае (1964— 1968 гг.) доходы крупнейших военно-промышленных корпораций США возросли в среднем на 25,8 процента, а барыши ряда корпораций — в 2—2,5 раза. Объем военных контрактов, заключенных Пентагоном в период 1979—1984 годов с головными подрядчиками, увеличился в 2,25 раза. Совокупные прибыли только 10 ведущих компаний, производящих оружие, увеличились за последние пять лет в 2,5 раза. Характерно при этом, что баснословные доходы военных концернов, твердо обеспечиваемые государством, значительно превышают прибыли предприятий. Если в гражданских отраслях в Соединенных Штатах норма црибыли составляет 8—12 процентов, то военные заказы дают 30—40 процентов прибыли. И это не предел. По свидетельству журнала «Форчун», в 1985 году у ведущего поставщика Пентагона — авиационно-аэро- космического гиганта «Боинг» объем продаж по сравнению с предыдущим годом возрос на 23 процента, а прибыли увеличились на 312 процентов, у «Дженерал дайнэмикс» соответственно — 183 и 210, у «Грумман» — 58 и 385, у «Макдоннелл — Дуглас» — 59 и 176, у «Рокуэлл Интернэшнл» — 42 и 93, у «Литтон индастриз» — 426 и 233 процента. «Обстановка в мире выглядит не очень безопасной, а в связи с этим перспективы для нашей промышленности кажутся весьма хорошими»,— откровенно писал в начале 80-х годов в «Ньюсуик» один из представителей «Дженерал дайнэмикс». «Что станет с нашей экономикой, если вдруг разразится мир?» — вопрошал со страниц журнала «Эсквайр» Д. Маккоркодейл, политический деятель из Калифорнии. В 70-е годы, вошедшие в новейшую историю международных отношений как период разрядки напряженности, ежегодные расходы министерства обороны США па заказы военной техники у частных компаний снизились за пять лет (1969—1974 гг.) с 23,9 миллиарда до 15,2 милли- 210
арда долларов, а доля совокупных военных расходов в валовом национальном продукте упала до 5—5,2 процента. Один только советско-американский Договор об ограничении систем противоракетной обороны (его подписание означало, что СССР и США признают: в ядерный век только взаимная сдержанность в области систем ПРО даст возможность продвигаться вперед по пути ограничения и сокращения ядерных вооружений), по данным экспертов, обошелся военным концернам США потерей примерно 100 миллиардов долларов, которые они могли бы получить в течение ряда лет, если бы — при отсутствии Договора — Вашингтон принял решение о развертывании тотальной системы ПРО (что, как известно, и было сделано после прихода к власти нынешней администрации США). «Наши поиски прибылей совершенно четко ставят нас в одну линию с национальной политикой усиления свободного мира в холодной войне с коммунизмом»,— заявил Д. Локтон. «Корпорации,— свидетельствует в своей книге «Ракетная зависть. Гонка вооружений и ядерная война» (Нью- Йорк, 1985 г.) видная общественная деятельница Элен Колдикот,— действуют под влиянием собственной динамической силы. Их единственный стимул — прибыль, и ради нее они станут изворачиваться и делать все... Подлинный стимул военных корпораций есть жадность: стремление делать деньги любыми возможными способами». Тот факт, что правящие круги США открыто проводят лнпию, отвечающую интересам и устремлениям военно- промышленного комплекса, отмечают и многие видные западные политологи. Политические деятели, констатирует в этой связи директор стокгольмского Международного института по исследованию проблем мира Ф. Барнаби, выступают как объект манипуляций со стороны военно-промышленного комплекса, который заинтересован в постоянном увеличении военных бюджетов. «Политики понимают, что, если станут противодействовать давлению этого че- 211
тырехрукого комплекса, они рискуют не быть избранными на следующий срок и оказаться отстраненными от власти»,—констатирует Ф. Барнаби. «Зловещий союз «фабрикантов смерти» и империалистической государственной власти,— отмечается в Программе КПСС,— это опора крайней реакции, постояпный п возрастающий источник военной опасности, убедительное подтверждение политической и социально-нравственной несостоятельности капиталистической системы».
АРХИТЕКТОРЫ „РЕЙГАНОМИКИ"
БОГАТЫЕ СТАНОВЯТСЯ БОГАЧЕ ...Одни были одеты в изысканные вечерние платья п темные костюмы, сшитые по последней моде. Они пили шампанское и дорогие импортные вина. В поражающем великолепием зале звучали рождественские хоралы. На других были потертые пальто и вязаные шапочки. Они молча стояли на улице и, когда подходила их очередь, получали куски хлеба и бумажные стаканчики с теплым пойлом, которым вряд ли можно было согреться в эту холодную зимнюю ночь. А позже одни уселись в блестящие автомобили и отправились в роскошные апартаменты, другие же потащились пешком в ночлежки, в ветхие дома, в гетто или даже в парки, чтобы устроиться там на ночь на скамейке. Пир богачей и кормежка бедняков происходили в Вашингтоне. В один и тот же день и в один и тот же час президент Р. Рейган зажег перед Белым домом «национальную рождественскую елку», и засверкал праздник в его резиденции, где собрались 500 представителей верхушки правящих кругов, а напротив Белого дома, в сквере имени Лафайета, раздавали еду неимущим из автомобиля-фургона, посланного одной из церквей. Голодающие видели огни Белого дома, слышали, как капелла исполняла «Светлое рождество» и «Боже, благослови Америку»... Газета американских трудящихся «Дейли уорлд» откликнулась на это событие карикатурой, выполненной в виде рождественской открытки. На ней изображен заснеженный Белый дом, а над ним — огромный рекламный 214
щит, на котором начертано: «Мир — земле. Лучшие пожелания всем, за исключением коммунистов, социалистов, либералов, людей, пристрастившихся к суповым кухням, оставшихся без работы, женщин, черных и лиц, устраивающих антиракетные беспорядки, и всех других проявлений сил тьмы и зла. От вашего президента». США всегда отличались тем, что пропасть между богатством и бедностью, между эксплуататорами и эксплуатируемыми была там особенно велика. «Тенденция капиталистической системы к окончательному расколу общества на два класса — горстку миллионеров, с одной стороны, и огромную массу наемных рабочих, с другой,— эта тенденция, несмотря на то, что с ней постоянно сталкиваются и ей противодействуют другие социальные факторы, нигде не проявляется с большей силой, чем в Америке...» 1 — отмечал Ф. Энгельс. Но никогда еще социальные контрасты не достигали в этой стране такой глубины и остроты, как в последние годы. Это — прямой результат экономической и социальной политики республиканской администрации. Результат внутриполитического курса, который ныне широко известен как «рейганомика». Истоки этого курса берут свое начало в конце 70-х годов. Обещания «возродить экономическую мощь Америки» красной нитью проходили через предвыборную кампанию Рейгана в 1980 году. Он многократно подчеркивал, что экономические проблемы будут в центре внимания нового правительства. В отличие от многих других предвыборных обещаний заявление Рейгана о «внимании к экономике» не были пустой риторикой. Сразу после того, как республиканская администрация взяла в свои руки бразды правления, она действительно приступила к реализации широкомасштабного комплекса мер, касающихся экономических проблем страны. Эти меры, включающие такие основные 1 Маркс К., Энгельс ф. Соч., т. 21, с. 264. 215
пункты, как налоговая реформа, реформа законов об амортизации, антиинфляционная кредитно-денежная политика, реформа «дерегулирования», то есть децентрализация регулирующих функций государства, и т. д., носили и носят разноплановый характер, они неоднозначны по значению и масштабам. Но если высветить основное, главное, есть все основания сказать: суть «рейганомики» с самого начала состояла в том, чтобы, осуществляя заветную мечту монополий, добиться перераспределения в их пользу государственных доходов. А отсюда и соответствующий «рецепт», который был прописан президентом архитекторам американской экономической политики в послании конгрессу от 18 февраля 1981 года: законодательно и всеми иными возможными способами поддержать и поощрить частный бизнес, прежде всего крупный, в максимально возможной степени снять ограничения, препятствующие его росту, получению им все более высоких прибылей. Попытки с помощью государственных рычагов регулировать деятельность бизнеса никогда не заходили в США далеко, однако под давлением общественности и в результате длительной и упорной борьбы американских трудящихся в стране в разное время был принят ряд законов (известных под общим названием «антитрестовское законодательство»), которые, хотя и не задевали важнейших интересов крупных монополий, в известной мере ограничивали некоторые наиболее грубые приемы монополистической деятельности. Республиканская администрация, выражая интересы и устремления монополий, выступила фактически против этого законодательства, за резкое ослабление государственной регламентации в сфере бизнеса, против законодательного и административного регулирования деятельности частных фирм. Во главу угла были поставлены принципы свободы предпринимательства, децентрализация управления, предоставление промышленным воротилам и финансовой олигархии права и возмож- 216
ности взять на себя многие из тех регулирующих функций, которые в иных условиях традиционно выполняет государственный аппарат. Курс администрации на усиление позиций крупного бизнеса, фактическая ликвидация так называемого «антитрестовского законодательства» привели к резкому усилению процесса концентрации и централизации капиталов. Только в 1983 году в стране произошло 2533 слияния и поглощения различных фирм, причем в 138 случаях каждая такая операция охватывала активы, превышающие 100 миллионов долларов. На долю монополистических гигантов и сверхгигантов приходится львиная доля прибылей. В 1984 году средний уровень прибылей 500 крупнейших корпораций США па 82 процента превзошел уровень, зарегистрированный в последний год пребывания в Белом доме Дж. Картера. Особенно стремительными темпами возрастают барыши крупнейших военных концернов. «Рейганомика» означает, далее, что вся американская налоговая система ориентирована ныне на то, чтобы служить господствующему классу, умножать его доходы. Р. Рейган еще в начале 60-х годов, выступая в Далласе, возвестил, что подоходный налог па крупный капитал — «изобретение Карла Маркса» и посему должен быть п.ь ничтожен. В результате введенных его администрацией «новшеств» налоговые ставки для представителей большого бизнеса уменьшились по сравнению с 1970 годом вдвое, в 1983 финансовом году дельцы положили себе в карман 273 миллиарда долларов; налоги с корпораций составили в 1983 году лишь 6,2 процента поступлений в государственную казну, тогда как в 1980 году эта цифра достигала 12,5 процента. В то же время на основную массу налогоплательщиков приходится в настоящее время 48,1 процента поступлений в казну (10 лет назад эта доля составляла 44,4 процента). Продолжая эту линию, Р. Рейган объявил весной 1985 года «второй этап» пало- говой реформы, предусматривающий дальнейшее сниже- 217
ние налогового потолка для корпораций с 46 до 33 процентов и уменьшение уровня налогообложения на 11 процентов для лиц, чьи ежегодные доходы превышают 200 тысяч долларов. Далее. Введенное республиканской администрацией новое налоговое законодательство создало для мощных корпораций и фирм многочисленные лазейки, позволяющие избежать уплаты налогов. Большой бизнес не преминул этими лазейками воспользоваться. В течение первых трех лет президентства Рейгана 128 из 250 крупных американских корпораций (в том числе «Доу кемикл», «Дюпон», «Мартин—Мариэтта», «Трансамерика», в свое время сделавшие крупные взносы в фонд избирательной кампании Рейгана) вообще не платили федерального подоходного налога, получив в виде прибылей 51,1 миллиарда долларов. Все это, вместе взятое, вызвало самую позитивную реакцию американского большого бизнеса. Опрос, проведенный в канун президентских выборов 1984 года институтом Гэллапа среди членов советов директоров крупнейших корпораций США, показал, что девять десятых опрошенных выступают за избрание Р. Рейгана на второй президентский срок. «В лице Рейгана,— свидетельствовал орган американских деловых кругов — газета «Уоллстрит джорнэл»,— большой бизнес нашел настоящего друга. В течение многих лет Рейган ясно давал понять, что взгляды корпораций стали его взглядами. Став президентом, он сразу же подтвердил это». Этот вывод авторитетно подчеркнул известный американский банкир, старший партнер инвестиционной банкирской компании «Лазар Фрерс энд компани» Ф. Рохатин: «Я бы сказал, что бизнес никогда так не поддерживал президента с тех пор, как я научился читать и писать». Но «Клуб-500» -— это конечно же не Америки, а лишь ее верхушечная, хотя и могущественная, часть. А что при- песла «рейганомика» Америке и ее народу? 218
Ныне, шесть лет спустя после того, как Р. Рейган, рекламируя свой экономический курс, объявил, что Америка «вновь садится на коня», многие видные зарубежные, в том числе и американские, экономисты с полным основанием отмечают, что так называемая «рейганомика» спровоцировала в США самый глубокий экономический кризис со времен «великой депрессии» 30-х годов. Рассмотрим один из самых больных вопросов американской экономики — вопрос о государственном долге США. В свое время, критикуя Картера за то, что его правительство допустило огромную государственную задолженность, Р. Рейган говорил, что если сложить в стопу десятидолларовые ассигнации, равные сумме долга, то вершина стопы устремится в космос. Вспоминая это высказывание, американская печать не без сарказма констатирует, что сегодня такая стопа могла бы достигнуть галактики. Действительно, за годы правления республиканской администрации долг США кредиторам внутри страны и за рубежом вырос до небывалых масштабов — до 2 триллионов 111 миллиардов долларов; на уплату процентов по этому долгу уходит 13 центов из каждого доллара налогоплательщика. Задолженность американских предприятий в 1984 году достигла 2 триллионов 589 миллиардов долларов, а задолженность частных граждан за последние 10 лет утроилась и составляет 1 триллион 832 миллиарда долларов. Немалый вклад в гигантскую «долговую копилку» вносят и органы местного управления: задолженность штатов, графств и муниципалитетов возросла с 543 миллиардов долларов до 1 триллиона 573 миллиардов. «Мы оказались в поистине драматической ситуации,— отмечает директор Вашингтонского института мировой экономики Ф. Бергстен.— Через пять или шесть лет США накопят больше долгов, чем за два столетия после завоевания своей независимости». Питает государственный долг хронический дефицит государственного бюджета, который тоже неудержимо ра-
Журнал «Форчун» писал: «Дефицит на 1983 год — первый финансовый год, когда разработка проекта бюджета проходила полностью под контролем Рейгана,— составил около 200 миллиардов долларов, то есть больше всех четырех дефицитов Картера. Когда рейгановская администрация обосновалась в Вашингтоне, она планировала сбалансировать бюджет в 1984 году и достичь в 1985 году превышения доходов над расходами в размере 6 миллиардов долларов. В свете этого то, с чем мы столкнулись, просто внушает ужас. Если в условиях экономического оживления дефицит все же составляет примерно 200 миллиардов долларов, если растущему частному спросу на кредиты приходится конкурировать с государственной задолженностью в тех же масштабах, то процентные ставки вновь будут расти и мы можем оказаться в обстановке еще худшего спада, чем тот, который мы пережили в 1981—1982 годах». Основная причина бюджетных дефицитов хорошо известна — это систематическое возрастание военных расходов. Дефицит составляет 5 процентов валового национального продукта. Он оплачивается главным образом из фонда накопления, то есть ресурсов, которые при нормальных условиях должны идти в капиталовложения, в прирост производственных мощностей. По оценке бывшего председателя экономического совета при президенте США И. Фелдстайна, государственный дефицит таких размеров изымает две трети национальных сбережений. В итоге, констатирует журнал «Форчун», происходит «столкновение правительственного и частного спроса на кредит». Неизбежный результат этого — повышение учетной ставки банковского процента, что, как отмечают аналитики Уолл-стрита, с одной стороны, сокращает денежную массу, которая могла бы пойти на частные капиталовложения, столь рекламировавшиеся Рейганом при вступлении в должность. Газета «Вашингтон пост» по этому поводу писала: «Капиталовложения по-прежнему 220
цребывают на чрезвычайно низком уровне — значительно более низком, нежели в то время, когда Рейган стал президентом». С другой стороны, рост банковского процента приводит к искусственному завышению курса доллара, что, в свою очередь, обеспечивает отток капиталов из других стран в США и тем самым финансирует американский бюджетный дефицит, но вместе с тем стимулирует, удешевляет импорт и сдерживает экспорт США. В итоге, по свидетельству журнала «Тайм», «американская экономика превратилась в карточный домик, и самой неустойчивой ее частью наряду с банковскими учетными ставками, дефицитом бюджета и торговли является американский доллар». В фундаментальном докладе видных деятелей Демократической партии США авторитетно заявляется: «При сегодняшнем курсе доллара большинство американских промышленных предприятий, как бы ими ни управляли, неконкурентноспособны. Если курс доллара еще несколько лет будет держаться на сегодняшнем уровне, крупные американские промышленники, зависящие от международной торговли, понесут огромные убытки». Все это, вместе взятое,— удорожание американских товаров в связи с завышенным курсом доллара, старение и техническое отставание основных фондов в связи с отвлечением капиталовложений и научно-исследовательских работ в военный сектор — подрывает позиции американских монополий не только на внешних, но и на внутренних рынках. В итоге, приходит к выводу профессор Гарвардского института бизнеса Б. Скотт, «Америке не под силу господство в мировой экономике, как это было до 1960 года. Предприниматели США должны научиться жить в условиях намного более острой конкуренции». С 1973 по 1983 год доля США по объему общей экономической активности капиталистических стран сократилась с 26,1 процента до 24,4 процента, а по экспорту—с 13,4 до 12,1 процента. Сократилась она п по производству 221
целого ряда важнейших товаров: автомобилей — с 31,7 процента до 19,2 процента, стали — с 19,16 до 11,6 процента, гражданских самолетов — с 78,3 до 66,8 процента, полупроводников — с 58,1 до 55,4 процента. Одновременно с 1974 по 1983 год возрос импорт в США: обуви — с 24 до 46 процентов, от общего объема потребления; одежды — с 8 до 22 процентов, телевизоров — с 10 до 40 процентов, стали — с 10 до 25,4 процента, автомобилей — с 16,1 до 27,8 процента, станков — с 13 до 36 процентов. Доля же импорта новейшей техникоемкой продукции, которая в 1974 году равнялась нулю, в 1984 году составила 16 процентов. По свидетельству председателя «Международной торговой конференции США» Полы Стерн, «администрация Рейгана и другие федеральные руководители допустили, что конкуренция нанесла такой ущерб американским предприятиям, что США рискуют лишиться значительной части своих рабочих мест и своей индустриальной базы». И действительно, как показывает динамика распределения рабочих мест, объем производства сокращается: с 1950 по 1980 год доля сферы услуг в распределении рабочих мест возросла с 36,5 процента до 55 процентов, а доля промышленности сократилась с 45,5 до 28,1 процента. Некоторый циклического характера подъем, наблюдавшийся в экономике США в начале 80-х годов, сменился очевидным замедлением темпов роста экономики, а тотальная милитаризация страны все сильнее деформирует научно-технический прогресс, предопределяя и канализируя его направленность на решение военных, в первую очередь военно-космических, задач. Обновление капитала носит ограниченный и однобокий характер, подавляющая часть капиталовложений приходится на военный сектор, многие важные отрасли промышленности, в том числе черная металлургия, автомобилестроение, судостроение, строительство, поражены структурным кризисом, переживают застой. Производство стали в США уже в 1983 году 222
было на 45 процентов ниже максимального уровня, достигнутого в 1973 году, выпуск автомашин -^ на 30 процентов ниже, чем 10 лет назад. «Экономика США больна,— констатирует в книге «Болезнь Америки» (Нью- Йорк, 1984 г.) профессор Гарвардского института бизнеса Дж. К. Лодж.— Симптомы этой болезни — замедление экономического роста, снижение реальных доходов населения вследствие инфляции, рост кредитной задолженности населения и частных фирм, увеличение числа безработных, стагнация производства... Экономика США явно проигрывает в конкурентной борьбе на внутреннем п внешнем рынках». О сути всех этих явлений прямо говорится в Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду партии: «Экономическое, финансовое, технологическое превосходство над ближайшими конкурентами, которым США располагали вплоть до конца 60-х годов, подверглось серьезному испытанию. Западной Европе и Японии удалось кое в чем потеснить американского патрона. Они бросают вызов Соединенным Штатам и в такой традиционной сфере американской гегемонии, как новейшая техника». Все это, конечно, не означает, что американские монополии находятся в стратегическом отступлении. Они считают себя способными взять реванш у своих соперников. Свои расчеты они строят прежде всего на сохранении и обеспечении своего научно-технического превосходства и в будущем. Широко использует Вашингтон и факторы своего военного и финансового превосходства, тот факт, что не менее двух третей мировой капиталистической торговли сегодня оплачивается в долларах, а 70 процентов мировых валютных резервов лежат в долларовых ассигнациях. Стремясь выйти из финансовых затруднений, рейгапов- ская администрация занялась манипулированием обменным курсом доллара, в результате чего к середине 1985 года он повысился за пять лет па 70 процентов. Такое рез- 223
кое повышение произошло вследствие того, что для покрытия растущего бюджетного дефицита (в 1985 году он достиг 222 миллиардов долларов) администрация США вынуждена была обращаться за займами на рынки ссудного капитала. Эти ссуды она брала под облигации, выраженные в долларах, и под высокий процент, что привело к оттоку инвестиционных фондов западноевропейских и других капиталистических стран и подорвало финансовую основу их экономического роста. Только за один 1983 год из западноевропейских и других государств в США уплыли капиталы на сумму 150 миллиардов долларов, а в 1984 году — около 100 миллиардов долларов. Однако «кредитно-валютная война», развязанная Соединенными Штатами против соперничающих центров империализма, имела и оборотную сторону. Завышенный курс доллара бумерангом ударил по экспорту самих Соединенных Штатов. Его объем в 1984 году был на 12,8 процента ниже, чем в 1980 году, а импорт за то же время возрос более чем на 50 процентов. В результате дефицит торгового баланса США увеличился с 36 миллиардов долларов в 1980 году до 150 миллиардов в 1985 году. Рекламируя плоды «рейганомики», официальная американская пропаганда утверждает, что в 1984 году граждане США «стали жить лучше, чем четыре года назад». Действительно, средний доход американцев в 1984 году превысил уровень 1980 года, хотя и оставался ниже уровня 1972 года. Но что кроется за этими «усредненными» цифрами? Лица, принадлежащие к зажиточным слоям общества, увеличили за рассматриваемый период свои доходы на 9 процентов, представители «средних слоев» — на один процент. Но доходы малоимущих американцев не только не возросли, напротив, сократились па 8 процентов. Зарплата администраторов корпораций выросла за четыре года па 51 процент, более 50 руководителей компаний п фирм получают свыше миллиона долларов в год (доходы, например, менеджера компании «Парамаунт 224
пикчерс» Б. Диллера составили в 1984 г. почти 3,5 миллиона долларов). Реальный уровень зарплаты широких масс американских трудящихся к концу первого срока пребывания республиканцев у власти сократился на 4 процента, и сейчас он ниже, чем когда-либо за последние 20 лет. За период с 1980 года цены в стране поднялись в среднем на 25 процентов. В стране происходит небывалое в повейшей истории США урезание самых важных, самых насущных социальных программ, которые приносятся в жертву интересам военно-промышленного комплекса. Если в 1980 финансовом году затраты на социально-экономические программы несколько превышали затраты на военные цели, то к 1988 финансовому году военные платежи и выплаты, по данным видного американского экономиста В. Перло, в 2,4 раза превысят расходы на социально-экономические программы. В общей сложности правительство уже сократило ассигнования на 250 таких программ на общую сумму 30—40 миллиардов долларов в год. Урезаны расходы на больницы для ветеранов, выплаты средств для живущих па социальные пособия. Резко уменьшились ассигнования на программы оказания медицинской помощи («Медикэйд», «Медикэр») и выплату пособий по безработице, максимальная длительность получения которых сокращена с 65 до 39 недель. Пять миллионов американцев частично пли полностью потеряли право пользоваться продовольственными талонами, которые выдаются голодающим. Бедные, черные, женщины — таковы три категории американского населения, которые больше всего пострадали от «рейгапомики». «Мы считаем очевидными следующие истины: все люди сотворены равными и все они одарены Создателем некоторыми неотчуждаемыми правами, к числу которых принадлежат: жизнь, свобода и стремление к счастью»,— говорится в американской Декларации независимости, которую так любят цитировать в Вашингтоне, поучая всех 8 Заказ 2088 225
и вся основам «демократии». Но как же выглядят на деле эти «неотчуждаемые права»? Приведем наиболее важные данные, заимствованные из американского журнала «Политикл афферс» за февраль 1983 года, характеризующие американское «процветающее общество». Около 12 миллионов граждан США не имеют работы, 80 миллионов американцев получают доходы, которые, по официальным данным, «ниже достаточного уровня», а более 30 миллионов живут «ниже уровня бедности». В стране насчитывается 12 миллионов человек, «живущих на самом дне бедности»; более 3 миллионов бездомных; более 27 тысяч американцев ежегодно кончают жизнь самоубийством; 13 миллионов ежегодно становятся жертвами преступлений; более 100 тысяч ежегодно умирают преждевременно из-за профессиональных заболеваний. «В этих цифрах,— пишет автор статьи М. Паренти,— есть дублирование. Но даже если учесть все варианты дублирования, у нас останется 76 549 300 человек. Это означает, что примерно один из каждых трех американцев страдает от лишений, отчаяния, болезней или издевательств и посягательств на его жизнь». Так писал журнал «Политикл афферс» в 1983 году, а три года спустя, 25 мая 1986 года, об «Америке голодных» заговорил весь мир. В тот день в Соединенных Штатах состоялась беспрецедентная в истории страны массовая манифестация «Рука об руку через Америку». От Нью- Йорка до Лос-Анджелеса — через 16 штатов, 510 городов, две пустыни, мосты через 10 рек — встали живой цепью миллионы людей. Заплатив по 10 долларов за место, они решили помочь своим бездомным, голодающим согражданам. Эта манифестация наглядно продемонстрировала, какие острейшие социальные противоречия и конфликты раздирают самую богатую страну капиталистического мира. А как реагировали на происходящее власть имущие, буржуазная печать? Президент США, явно стремясь заработать политический капитал, сам принял участие в 226
манифестации, но ни он, ни кто-либо из руководителей федеральных ведомств не сделали буквально ничего, чтобы помочь решению проблемы голодающих и бездомных. «Проблему голода забудут уже на следующей неделе,— заявил журналистам в ходе манифестации один из бездомных американских граждан — Джон Ивз.— Какая-нибудь кинозвезда получит развод и вытолкнет нас с первых полос газет». Примерно так и произошло... «В стране сосуществуют две Америки, которые, более чем когда-либо, контрастируют друг с другом,— писал французский журнал «Монд дипломатию).— Бедность, которая прямо-таки била в глаза в 1983 году, который считался в США годом активного оживления экономики, еще более возросла, охватив 35 миллионов человек, то есть 15,2 процента населения,— рекордный показатель в американской истории. В целом при Рейгане армия бедняков пополнилась не менее чем 6 миллионами человек, причем 68 процентов бедняков — белые. Зато число тех, чей доход превышает миллион долларов, возросло за период с 1980 по 1982 год почти вдвое — с 4414 до 8408 человек. Хотя богачи составляют едва лишь 10 процентов населения, их доля в общей массе индивидуальных доходов возросла с 29 до 33 процентов в 1982 году. Они владеют 78 процентами всех частных предприятий». И еще одна цитата — из опубликованного в 1984 году в Соединенных Штатах документа «Социальное учение католицизма и экономика США», который представляет собой проект пасторского послания епископов всем католикам страны и является плодом трехлетних исследований, проведенных с участием 125 видных американских социологов и экономистов. «Беднейшие 40 процентов населения (иными словами, беднейшие 100 миллионов американцев) в последние годы неуклонно получают все меньшую долю национального экономического пирога, а более состоятельным классам, напротив, достаются все большие и большие куски. Реальный доход этих наименее 227
обеспеченных 40 процентов в последние пять лет сокращается. Наша страна действительно меняется: бедняки становятся еще беднее, богатые — богаче». Бедняки становятся беднее, богатые — богаче — в этом п есть стержень «рейганомики». «ЧЕЛОВЕК В ПЯТИ КРЕСЛАХ» II ДРУГИЕ Хотя сам термин «рейганомика», прочно вошедший п в американский и в международный политический лексикон, означает, что у истоков нынешней экономической политики США стоит президент США, он, конечно, не единственный, а по ряду аспектов — не главный архитектор этого курса. В разработке системы крупных экономических и финансовых мероприятий, объединенных понятием «рейганомика», активно участвовала выдвинутая для этой цели монополистическим капиталом США большая группа представителей администрации, экономистов; целый ряд крупных федеральных ведомств занят практической реализацией намеченных программ. Расскажем о некоторых из тех, на кого возложено осуществление «рейганомики». «Человек, сидящий в пяти креслах» — так назвала министра финансов США Дж. Бейкера одна из американских газет. Дж. Бейкер не только возглавляет министерство финансов — одно из крупных федеральных ведомств, которое оплачивает правительственные счета, собирает налоги, осуществляет контроль за экспортом и импортом и штат которого превышает 112 тысяч человек, а годовой бюджет достигает почти 111 миллиардов долларов. Он — главный советник президента по разработке и претворению в жизнь экономической политики США как внутри страны, так и за границей. Он председательствует в Совете по экономическим вопросам американского кабинета, 228
представляет США в Международном валютном фонде и в ряде других международных банках развития, а также является главным проводником политики администрации в управлении федеральной резервной системой. Вполне закономерно, что на пост министра финансов в. США всегда выдвигаются прямые представители крупного финансового капитала, американского большого бизнеса. Дж. Бейкер — «бизнесмен в четвертом поколении». Его прапрадед, техасский бизнесмен, основал юридическую фирму «Бейкер энд Боте компани», ныне одну из крупнейших в США. Дед, не довольствуясь наличием этой фирмы, основал еще одну, финансовую— «СаусТэк- сес коммершиэл бэнк», трансформировавшуюся впоследствии в «Тэксес коммершиэл бэнк». Дж. Бейкер, наследник семимиллионного состояния, начал карьеру в фирме «Эндрюс, Курт, Кэмбелл энд Джонс», тесно связанной с «Бейкер энд Боте», стал управляющим этой фирмой, и расширяя сферу деятельности своего клана, приобрел солидные активы в таких крупных американских корпорациях, как «Экссон», «Мобил», «Атлаптик Ричфилд компани», «Стандард ойл оф Калифорния», «Керр Макги корпорейшн», «Стандард ойл оф Индиана». Но как ни активно действовал Дж. Бейкер на ниве частного предпринимательства, политическую известность он получил на иной стезе. В конце 60-х годов Бейкер познакомился с Дж. Бушем, в ту пору — членом палаты представителей от штата Техас, и вскоре возглавил в Ньюстоне, в графстве Хариус, кампанию за избрание Буша в сенат США. Кампания не увенчалась успехом: но штату в целом Буш получил только 46 процентов голосов. Однако в Ныостоие, где кампанию по избранию возглавлял Бейкер, он получил 61 процент голосов. Это утвердило за Бейкером репутацию ловкого собирателя фондов на избирательную кампанию. В 1971—1972 годах Бейкер — руководитель кампании по переизбранию пре- зцдента Р. Никсона в 14 графствах на Техасском побе-. 22У
режье. Позднее он вновь выступил в том же качестве, но теперь уже в пользу кандидата в президенты Форда. В 1977 году Бейкер возглавил кампанию за выдвижение своего давнего покровителя Дж. Буша кандидатом в президенты от демократической партии. И хотя конечной цели Бушу и на этот раз достигнуть не удалось, он констатировал, что Бейкер сделал все возможное и даже невозможное. Впоследствии, когда Буш стал вице-президентом США, услуги Бейкера не были забыты. После прихода республиканской администрации к власти он получил один из самых престижных постов — стал руководителем аппарата сотрудников Белого дома. А после президентских выборов 1984 года Р. Рейган произвел «рокировку», заменив Бейкера мультимиллионером Риганом, занимавшим ранее пост министра финансов, и предоставив министерское кресло Бейкеру. Суть этой «рокировки» применительно к Бейкеру была расценена однозначно: президент демонстрирует возрастающее влияние Белого дома на формирование экономической и финансовой политики, он стремится к тому, чтобы второй этап налоговой реформы, призванный еще больше обогатить монополии, проходил под непосредственным руководством и контролем «человека из Белого дома». Политическая биография Д. Стокмэна, директора Административно-бюджетного управления (А БУ) США, изобилует политическими метаморфозами. Уроженец Техаса, выходец из семьи зажиточного фермера, Стокмэн еще в школьные годы заинтересовался политикой и, поставив перед собой задачу во что бы то ни стало сделать карьеру на этом поприще, в 1964 году примкнул к сторонникам американского «ультра» Б. Голдуотера, активно участвовал в кампании за его избрание президентом. Провал Голдуотера на выборах совпал по времени с резким усилением в США движения против агрессии во Вьетнаме, и Стокмэн, в ту пору студент Мичиганского 230
университета, поразмыслив над ситуацией, пришел к выводу, что на данном этапе, пожалуй, выгоднее быть не в рядах консерваторов, а в рядах радикалов. Полицейские власти штата были немало удивлены, когда обнаружили, что представитель состоятельного и почтенного семейства, известный к тому же как сторонник «ультра», выступает за уклонение от призыва в армию и даже участвует в антивоенных манифестациях... Впрочем, «радикализм» и «левизна» Стокмэна оказались недолговечными: война во Вьетнаме окончилась, антивоенное движение в США переживало период спада, и Стокмэн вновь открыл в себе тягу к консерватизму. В это время он уже покинул Мичиганский университет и штудировал богословие в Гарварде, числясь прилежным учеником таких консервативных американских ученых, как социолог Н. Глейзер и политолог Дж. Уилсон. Там, в Гарварде, Стокмэна заметил конгрессмен Дж. Андерсен, читавший в университете лекции. И Стокмэн без сожаления покинул Гарвард, так и не закончив курса наук. Он — в Вашингтоне, один из сотрудников аппарата Андерсена, вхож в Капитолий и вскоре стал исполнительным директором республиканской конференции (то есть общего собрания республиканской фракции) палаты представителей, которую Андерсен в то время возглавлял. «Путь наверх» открыт, но нужна сильная рука, чтобы и дальше без остановок подниматься по иерархической лестнице. На первом этапе Стокмэн опирался на поддержку Андерсена, но уже через год-два ему стало ясно, что возможности шефа по его продвижению практически исчерпаны. Надо было срочно искать нового покровителя, но не среди «умеренных», к которым принадлежал Андерг сен, а среди консерваторов и даже ультраконсерваторов, которые все больше набирали силу. Но как обратить на себя внимание тех, от кого зависит карьера? Рецепт все тот же: крутой политический зигзаг. В 1975 году Стокмэн, один из ближайших единомышленников Андерсена, опуб- 231
ликовал в журнале «Паблик интерес» статью «Социальная кормушка», в которой, не называя шефа по имени, критиковал его взгляды и позиции, подвергая ожесточенным нападкам «либеральные силы, доминирующие в конгрессе». Андерсен, потрясенный коварством подчиненного, публично заявил, что «Стокмэн еще недавно делал вид, будто поддерживает те самые социальные программы, на которые он обрушился». Но расчет Стокмэна был верный: в стане консерваторов его не только заметили — уже считали своим... В 1976—1980 годах Стокмэн усердно следует консервативному мандату. Он активный противник установления налога на сверхприбыли для нефтяных корпораций. Защищая интересы этих корпораций, он выступает против субсидий на разработку синтетического топлива, участвует в блокировании законопроекта о сдерживании роста стоимости содержания и лечения в больницах. Американская печать обращала внимание, что резкие нападки Стокмэна на государственные расходы, которые он презрительно именовал «социальной кормушкой», не мешали ему не забывать себя. В декабре 1980 года Стокмэн приложил максимум усилий для того, чтобы обеспечить получение многомиллионной федеральной субсидии компании «Агрикалчер Пауэр инкорпорейтед», которая намеревалась построить завод в избирательном округе Стокмэна. В другом случае Стокмэн потребовал, чтобы администрация экономического развития одобрила предоставление субсидий на сумму 266 тысяч долларов на строительство промышленного предприятия опять-таки в его избирательном округе... В 1980 году во время кампании по выборам президента он активно поддерживал кандидатуру Дж. Коннэли. Однако вскоре стало очевидно, что шансов на избрание у Коннэли немного. И тогда Стокмэн отрекся от Коннэли и вновь примкнул к лагерю консерваторов. Но таких, как Стокмэн, в окружении Рейгана немало. 232
Возможность выделиться представилась в период, когда Рейган готовился к телевизионным дебатам со своими соперниками — Дж. Андерсеном, а позднее с Дж. Картером. Стокмэн вызвался «тренировать» кандидата, играя роль его противников. Особенно впечатляюще имитировал он своего бывшего шефа — Андерсена. Выступая на импровизированной трибуне в гараже арендованного загородного поместья в Виргинии, он громогласно «разоблачал» Рейгана как «представителя богачей», «врага бедняков». Ораторствовал ловкий политический перевертыш, явно готовый во имя карьеры сыграть любую отведенную ему роль. Имено тогда, но свидетельству «Ныосуик», «Рейган понял, что Стокмэн — как раз тот умный и жесткий человек, который нужен ему для управления бюджетными делами». Заняв пост директора АБУ, в функции которого входит подготовка федерального бюджета, координация деятельности различных исполнительных ведомств на федеральном и штатном уровнях, контроль их работы, Стокмэн— «овод среди консерваторов»,— как его назвал журнал «Атлантик», рьяно взялся за реализацию установок президента. В 1981—-1983 годах ЛБУ подготовило целую серию документов, касающихся пересмотра бюджетных ассигнований; эти документы были переданы в Белый дом, где функционировала группа экономического планирования, возглавляемая лично президентом. Были введены в практику регулярные совещания сотрудников АБУ с руководителями деловых кругов страны; в этом «обмене мнениями», в ходе которого представители крупного капитала, по. существу, излагали свои пожелания правительству, особенно активно участвовали, наряду с представителями Торговой палаты США, корпорации «Дженерал моторе», «Форд мотор», лоббистская организация делового мира «Бизнес раундтейбл» и др. Одним из первых практических «достижений» главы
АБУ стало резкое сокращение официальных данных о численности неимущих в Америке. Разумеется, Стокмэн не добивался сокращения безработицы или увеличения размеров социальных пособий. Он поступил проще: пересмотрел прежние данные, на основе которых определялась «черта бедности», приплюсовав к заработкам страховки по болезням, субсидии по жилищному строительству, продовольственные талоны и т. д. В результате этой нехитрой операции число американских бедняков, а, следовательно, и людей, имеющих право на государственное вспомоществование, «сократилось» едва ли не вдвое! Одновременно усердием Стокмэна быстро сокращались и еуммы самих вспомоществований. «Я составил перечень из 20 социальных программ, касающихся трудоустройства, выдачи продовольствия нуждающимся женщинам и др., которые должны быть полностью отменены,— заявил он журналистам.— И еще 25 программ необходимо урезать на 50 процентов, например ассигнования на профессионально-трудовую подготовку. Я предусмотрел и крупные сокращения в ассигнованиях на социальное страхование, в том числе сокращение средств на пособие вдовам и сиротам». «Не считаете ли вы, что бедным семьям будет очень трудно пережить все это?»—спросили его. «Понятия не имею,— ответил он.— Мне это ни к чему...» Действительно, ни к чему помнить, а тем более следовать словам Франклина Рузвельта, что «мерило нашего прогресса не в том, увеличиваем ли мы изобилие у тех, кто и так уже много имеет, а в том, насколько мы улучшаем положение тех, кто имеет слишком мало». Сенатор Г. Метсенбаум, демократ от штата Огайо, в ходе очередной дискуссии но проблемам американского бюджета, выразил мнение о Стокмэне, поддержанное и другими членами конгресса: «...вы допускаете несправедливость в отношении бедных и средних американцев». К концу первого срока пребывания республиканской администрации у власти, по мере того как становилось все 234
более очевидным, что «рейганомика» не в состоянии вырвать Америку из трясины «проклятых проблем», а архитекторы этого курса подвергались все более острой критике, в Вашингтоне начал просматриваться процесс «дистанцирования» части активных проводников «рейга- номики» от выдвинутой администрацией экономической программы. Под разными предлогами ушли в отставку председатель экономического совета при президенте М. Уайденбаум, член совета Джордан, заместитель госсекретаря по экономическим вопросам Рашиш, помощник госсекретаря по делам экономики и предпринимательства Хормэтс и другие. Летом 1985 года счел за лучшее подать в отставку и Стокмэн. Ныне Стокмэн — консультант одной из крупнейших инвестиционно-банковских фирм «Саломон бразерс», в которой и раньше не раз подвизались бывшие и будущие представители американской администрации (например, бывший партнер этой фирмы У. Саймон стал министром финансов в правительстве Форда). Покидая высокий пост, Стокмэн решил посоветоваться с Д. Риганом, как беспроигрышно распорядиться жалованьем, которое ему предстояло получать на новой должности и которое выражается шестизначной цифрой. «Вкладывайте как можно больше денег в сферы, которые администрация освободила от налогов»,— коротко сказал Риган. Место Стокмэна занял Дж. Миллер, тоже представитель американского большого бизнеса, занимавший ранее пост председателя федеральной торговой комиссии США. Возглавляемое Дж. Блоком министерство сельского хозяйства — одно из крупнейших федеральных ведомств США. Его штат — 89 тысяч человек, годовой бюджет — 29,4 миллиона долларов. Блоку принадлежит решающее слово по всем вопросам, относящимся к функциям министерства, которые официально определяются так: «Увеличивать и поддерживать доходы фермеров, развивать и рас- 235
ширять рынки за границей для сбыта сельскохозяйственной продукции, способствовать обузданию и пресечению бедности, голода и недоедания, улучшать окружающую среду и поддерживать производственные возможности путем оказания помощи землевладельцам в сохранении земель, вод, лесов и других природных ресурсов». Было бы тщетно искать в биографии Дж. Блока строки, повествующие о том, как он, подобно многим миллионам других американских фермеров, в поте лица трудился на своем участке земли, пытаясь избежать призрака возможного банкротства. Дж. Блок не просто фермер. Он — один из крупных американских сельскохозяйственных бизнесменов. Выходец из семьи зажиточного землевладельца, он за 20 лет удесятерил размеры унаследованных угодий, на свиноферме, принадлежащей Дж. Блоку, насчитывается более 6 тысяч голов свиней, и в целом активы его поместья оцениваются в 3,2 миллиона долларов. Во время избирательной кампании 1980 года Блок возглавлял организацию «Федералисты за Рейгана». Дж. Блок — один из верных проводников «рейганомп- ки» в области сельского хозяйства. Его главные усилия сосредоточены на том, чтобы создать «условия наибольшего благоприятствования» для представителей крупного сельскохозяйственного бизнеса — владельцев 25 тысяч ферм- гигантов, которым принадлежит более 30 процентов сельскохозяйственных угодий страны. Им перепадает львиная доля (более 70 процентов) правительственных субсидий, опи получают две трети доходов от продажи фермерских продуктов. Министерство открыто покровительствует и «зеленым гигантам» — мощным корпорациям, сконцентрировавшим в своих руках переработку и продажу сельскохозяйственной продукции. Ну а в каком же положении находятся владельцы средних и особенно мелких американских ферм? Вот выдержка из репортажа, опубликованного в феврале 1985 года в журнале «Ю. С. Ньюс эпд уорлд рипорт»: В Сент-Поле, 236
штат Миннесота, 12 тысяч фермеров и их друзей пришли к местному Капитолию, чтобы выразить протест против потери права на выкуп заложенного имущества. В Чикаго у торговой биржи арестовано 35 фермеров и еще 12 демонстрантов задержано за попытку войти в здание совета по торговле, чтобы выразить свой протест против политики властей. В Айове 200 разгневанных фермеров кричат: «Не продавать, не продавать!» — требуя прекратить продажу с аукциона имущества одного из тех, кто просрочил погашение банковского займа на сумму 300 тысяч долларов. В Вашингтоне сенатор-демократ Том Харкин от штата Айова предупреждает: «Я думаю, что над всем Сред- пим Западом навис призрак массового насилия». Эти факты типичны, они взяты из самой гущи американской жизни. Хотя в США насчитывается 1700 тысяч мелких фермерских хозяйств, они производят всего 12— 13 процентов валовой сельскохозяйственной продукции, средние и мелкие фермеры буквально опутаны долгами; за четыре года (1980—1984 гг.) их задолженность возросла со 166 миллиардов долларов до 215 миллиардов. За четыре года около 20 тысяч ферм продано с молотка, а у 300 тысяч фермеров долги достигли критической суммы, приближающейся к стоимости земли и инвентаря; по данным самого министерства сельского хозяйства, «серьезные финансовые трудности» переживают в настоящее время 243 тысячи ферм страны и еще 145 тысяч находятся в «крайне тяжелом положении». Мы уже не говорим о положении американских так называемых сезонных рабочих, которых ежегодно нанимают владельцы богатых поместий и плантаций. «Рабство официально отменено в США почти 120 лет назад, но 1,5 миллиона кочующих сельскохозяйственных рабочих страны до сих пор закованы в экономические кандалы, и система не позволяет заработать им достаточно денег, чтобы сбросить с себя оковы»,— писал издающийся в Нью-Йорке журнал «Пэрейд».— Они работают до изнеможения за нищенскую плату и живут в та- 237
ких условиях, которых не вынесли бы обитатели самых худших городских трущоб». Спад, переживаемый сельским хозяйством США, прямо отражается на положении значительного числа средних и небольших промышленных предприятий страны, связанных с сельскохозяйственным производством. Четыре из пяти американских компаний, производящих сельскохозяйственные машины, потеряли за период с 1980 года 5 миллиардов долларов. Две из них — «Мэсси — Фергюс- сон» и «Интернэшнл харвистер»—уже подошли к грани банкротства. В целом производство сельскохозяйственных машин в стране составило в 1983 году лишь 42 процента от уровня 1979 года. Как же увязать все эти факты с деятельностью министерства сельского хозяйства США, чьей задачей, как уже говорилось, является «поддержание доходов фермеров», «обуздание и пресечение бедности, голода и недоедания»? В задачу американского министерства труда входит обеспечение правильного применения свыше 130 федеральных законов, регулирующих деятельность 115 миллионов работающих американцев. По закону министр труда призван «обеспечивать, содействовать и развивать благосостояние трудящихся Соединенных Штатов, улучшать их условия работы и способствовать получению возможности для занятия плодотворной деятельностью». Ему вменяется в обязанность «гарантировать рабочим право на коллективный договор, поддерживать справедливые стандарты найма рабочей силы и обеспечивать рабочим безопасность рабочего места и свободу от дискриминации». На него возлагается ответственность и за ограждение финансовых интересов рабочих в рамках пенсионного обеспечения и в системе компенсации рабочих в случае потери работы. Первым министром труда в администрации 80-х годов был Р. Донован, миллионер и крупный бизнесмен, основатель и глава мощной строительной компании «Шиавон 238
констракшн», чей годовой объем работ превышает 150 миллионов долларов, совладелец ряда фирм и предприятий, нефтяных и газовых месторождений в штатах Техас, Колорадо, Нью-Мексико, Луизиана и Канзас, владелец доходного ипподрома во Флориде. Как видим, сфера деловых интересов Донована весьма широка. И всюду, куда бы ни простирались эти интересы, Донован действует одинаковыми методами — стремится получить максимальную прибыль за счет самой беззастенчивой эксплуатации людей труда. За шесть лет, предшествовавших назначению Донована на министерский пост, инспекторы министерства труда обнаружили на предприятиях возглавляемой им компании «Шиавон констракшн» 135 нарушений государственных стандартов по охране труда, в том числе 35 серьезных, то есть угрожающих здоровью и самой жизни рабочих. Пресса не раз сообщала и о том, что владелец «Шиавон констракшн» допускает серьезные нарушения антидискриминационного законодательства при найме на работу. Недаром, когда Донован был назначен министром труда, редактор журнала «Америкен лойер» Стивен Брилл сказал: «Согласно этой логике, президент должен был бы назначить министром юстиции Дона Корлеоне» (Дон Кор- леоне — герой нашумевшего романа и одноименного кинофильма «Крестный отец», глава мафии). Сам по себе солидный послужной список «достижений» Донована на ниве борьбы с профсоюзами и нарушениями ими рабочего законодательства мог бы послужить своего рода визитной карточкой, помогающей открыть двери министерства труда: ведь «достижения», о которых идет речь, полностью укладываются в систему «рейганомики» с ее откровенно выраженной антирабочей, антипрофсоюзной направленностью. Но у Донована были и другие, еще более весомые в глазах Вашингтона, «заслуги». «Он может служить классическим образцом нужного человека, который оказывается в нужном месте и в нужное время и действует весьма изощренно»,—пишет о Доноване известная 239
американская журналистка Э. Дрю. В конце 70-х годов Донован зарекомендовал себя на северо-востоке страны самым энергичным сборщиком средств на предвыборную кампанию Р. Рейгана. «Донован жертвовал деньги сам, уговорил сделать это своих друзей, заставил раскошелиться субподрядчиков возглавляемой им компании»,—свидетельствует о том периоде деятельности Донована журнал «Ныо-йоркер». «Он добывал деньги самыми различными способами и собрал не менее 600 тысяч долларов — больше, чем кто-либо другой. Конечно, обратил на себя внимание Рона и Нэнси Рейганов»,— отмечал один из помощников президента США. Донован стал министром. Получив этот пост, он незамедлительно принялся окружать себя людьми, вся деятельность которых носила профессионально антирабочий, антипрофсоюзный характер. Оба заместителя министра ранее представляли интересы крупнейших корпораций «Кайзерстил корпорейшн» и «Вестингауз». Помощник министра по профессиональной подготовке и занятости А. Ангрисани до своего назначения был вице-президентом рокфеллеровского «Чейз Манхэттен бэнк» и уполномоченным по сбору денежных средств на ведение предвыборной кампании Рейгана. Должность председателя Национального совета по трудовым отношениям, в задачу которого входит «ограждение права служащих организовывать себя в профсоюзы», занял Джон Ван де Уотер, ранее являвшийся одним из руководителей так называемой консультативной компании Западного побережья по борьбе с профсоюзами и даже выпустивший книгу, в которой он похвалялся тем, что ни разу не проиграл дела, направленного против профсоюзов. «Донован настроил против себя организованное рабочее движение больше, чем какой-либо другой министр труда за последние 50 лет»,—пишут в книге «Правящий класс Рейгана» Р. Браунштейн и Н. Истон. Трудно сказать, как далеко зашли бы попытки Доно- 240
вана превратить министерство труда в своего рода антипрофсоюзный, антирабочий штаб, если бы неожиданно не выплыли на поверхность факты, свидетельствующие, что прегрешения министра, допущенные им в ходе подготовки к избранию Рейгана на пост президента, лишь малая часть его расхождений с законом. Еще при утверждении кандидатуры Донована сенатором в соответствующую сенатскую комиссию обратился некий осужденный, в свое время являвшийся «по совместительству» частным осведомителем ФБР. Он сообщил, что случайно увидел фотографию Донована в газете и узнал его: этот человек, известный ему по кличке Рей, еще в 1967—1968 годах неоднократно передавал ему деньги от компании «Шнавон кон- стракшн». Формально эти деньги считались оплатой за обслуживание стройки грузовиками, но в действительности фирма рассчитывала подкупить заводил местного отделения профсоюза, с тем чтобы они срывали забастовки и другие выступления рабочих в защиту своих прав. Далее. Выяснилось, что член правительства Донован на протяжении длительного времени имеет связи с гангстерами и членами мафии Дженовезе. Журнал «Тайм» сообщил, что один из членов мафии, некто У. Масселли, в 1976 году создал фиктивную компанию «Джо-псл конт- рактен энд тракин корпорейшн», вложив в дело всего 3600 долларов. Путем шантажа эта компания прибрала к рукам фирму, выступавшую в качестве субподрядчика «Шпавон констракшн» на строительстве метро в Нью-Йорке; после этого Донован и другие выплатили за «услуги» Масселли как представителю мафии Дженовезе 8 миллионов долларов. Такое уже нельзя было ни скрыть, ни замолчать. Разразился скандал. Ряд влиятельных конгрессменов потребовали отставки Донована и соответствующего расследования. А как же реагировал Белый дом? Вот выдержка из интервью, которое президент Р. Рейган дал в марте 1985 года журналу «Бизнес уик»: Вопрос. Министр труда Реймонд Донован временно 241
отстранен от своих обязанностей, и в настоящее время его ожидает длительный уголовный судебный процесс в связи с обвинениями в коррупции. Не считаете ли Вы, что сейчас как раз такой момент, когда министерство труда должен возглавлять человек, посвящающий все свое время выполнению своих обязанностей? Ответ. Я не думаю, что можно оставить в беде человека, к которому отнеслись так несправедливо. Я полностью доверяю ему и не намерен принимать какие-либо меры, которые могли бы свидетельствовать о том, что я ему не доверяю. Но на сей раз не помогла и поддержка президента: чем дальше раскрывалось «дело Донована», тем больше его афер становились известными, и в конечном итоге ему было предъявлено 137 обвинений, в том числе такие, как хищение муниципальных средств, подкуп местных политических деятелей, теснейшие связи с гангстерами, систематическое нарушение возглавлявшейся им компанией трудового законодательства, крупные противозаконные финансовые махинации и т. д. В марте 1985 года Донова- ну пришлось распрощаться с министерским креслом. «Для меня было величайшей честью работать в течение четырех лет в кабинете лучшего президента, какого когда-либо избирала наша страна»,—писал он в связи со своей отставкой в письме к Р. Рейгану. «Я хочу, чтобы, покидая кабинет министров, Вы знали о моей дружбе и благодарности»,—отвечал президент. Уже после отставки Донована выяснилось, что грубые нарушения закона, совершенные им до назначения на пост министра, отнюдь не были секретом для власть имущих в Вашингтоне. Стало известно, что еще до состоявшихся в январе 1981 года в сенате слушаний по вопросу об утверждении Донована министром труда ФБР располагало 892 кассетами с записями телефонных разговоров главарей различных кланов гангстерской организации «Коза ност- ра», и в этих разговорах более 350 раз упоминались и имя 242
Донована, и возглавляемая им компания «Шиавон конст- ракшн». Более того, в ходе проводимой ФБР секретной операции «Тамкон» было установлено — и это зафиксировано в архивах ФБР,— что Донован «имеет особо тесные связи с кланом Дженовезе». Почему же, однако, эти данные так долго были скрыты от американского конгресса при обсуждении кандидатуры Донована? Как явствует из сообщений американской печати, кем-то из ближайшего окружения президента было дано ФБР указание «закрыть расследование» связей Донована с преступным миром. Чаще всего в этой связи упоминают имя Э. Миза, министра юстиции США. Еще одна красноречивая деталь не только к характеристике Донована, но и к портрету нынешнего «стража американской законности»... 20 марта 1985 года президент Рейган назначил министром труда Уильяма Брока III, ранее занимавшего пост представителя США на торговых переговорах. Нынешний министр труда не случайно именуется американской прессой не просто Броком, а на манер королей — Броком III. Он — «король кондитерский», унаследовавший от деда и отца богатейшую фирму «Брок кэнди компани». Впрочем, деловые интересы мультимиллионера Брока давно вышли за рамки собственно кондитерского производства. Брок имеет капиталовложения во многих крупных американских и многонациональных корпорациях — нефтяных, страховых, текстильных, банковских, розничной торговли, средств коммуникации и обрабатывающей промышленности. Он держатель акций таких известных фирм —- поставщиков Пентагона, как «Провидент лайф энд эксидент иншуренс», «Ксерокс корпорейшн», «Дженерал моторе», «Доу кемикл», ИБМ, «Дженерал электрик», «Экссон», «Мобил ойл» и др. Именно большой бизнес в свое время выдвинул Брока на политическую арену. В 1980 году «кондитерский король» из Теннесси покинул ряды демократической партии и, трансформировавшись в республиканца, стал совме- 243
щать бизнес с активной деятельностью в комитетах республиканской партии на уровне графств. В 1962 году он — член палаты представителей конгресса, в 1970 году, затратив на организацию собственной предвыборной кампании 1,25 миллиона долларов, победил своего не столь богатого соперника — демократа А. Гора и был избран в сенат. Пребывание в Капитолии не только открыло перед У. Броком перспективы дальнейшей политической карьеры, но и создало немалые возможности для того, чтобы расширить бизнес, приумножить состояние. И Брок использует эти возможности в полную меру. В период с 1963 по 1970 год Брок — член комиссии палаты представителей по банковским делам и денежному обращению, а также член подкомиссии по валютной политике, международным финансам и международной торговле. Одна из его задач — участие в регулировании деятельности банков. А между тем он сам, заседая в комиссии по банковским делам, одновременно выступает и как держатель крупных капиталов, вложенных в банки «Гамильтоп нэшнл бэнк оф Читтануга» и «Гамильтон нэшнл бэпк оф Ноксфил». Позднее, став членом сената и членом сенатской комиссии по оборонному производству и объединенной экономической комиссии конгресса, задача которых — осуществлять надзор за тем, как размещаются военные заказы в компаниях и правильно ли расходуются государственные средства, Брок опять-таки выступал в двух лицах: с одной стороны, как деятель этих комиссий, а с другой — как владелец крупных пакетов акций «Макдоннелл — Дуглас», «Юнайтед эйркрафт», «Тексас инструменте», ИБМ и других военных корпораций. Вскоре после того, как Брок стал сенатором, американская банковская ассоциация через свой комитет политических действий передала Броку 2500 долларов, предназначенных на проведение «предвыборной кампании». Хотя предвыборная кампания давно уже завершилась, Брок принял эту сумму — в отличие от 16 других сенаторов, ко- 244
торым банковская ассоциация предлагала аналогичные «дары». Подлинная цель подношения фактически не скрывалась — деньги были даны Броку не на «организацию выборов», а для того, чтобы заручиться его поддержкой при голосовании того или иного спорного законопроекта по банковским вопросам. И, как свидетельствует печать США, Брок такую поддержку оказывает — и банкирам, и промышленникам, с которыми он давно и прочно связан. Американская пресса констатирует, что в течение 14 лет, которые Брок провел в конгрессе, он, как ярый сторонник агрессивных действий США на международной арене, милитаризации страны, последовательно отстаивал интересы большого бизнеса, и прежде всего бизнеса военного. Брок выступал за ликвидацию или пересмотр ряда законов, направленных против коррупции и взяточничества, которые были приняты в 1977 году после того, как были разоблачены преступные аферы 450 крупных американских корпораций, дававших взятки представителям иностранных государств для обеспечения себе коммерческих выгод. Он был против закона 19G4 года о гражданских правах и закона 1965 года о расширении права голоса на выборах. При обсуждении в конгрессе, а затем и в министерстве труда вопросов, касающихся трудовых отношений, Брок неизменно действовал и действует с антипрофсоюзных позиций. Он — один из тех вашингтонских деятелей, кто в свое время внес свой «вклад» в расправу администрации с «взбунтовавшимся» профсоюзом авиадиспетчеров, в результате которой почти 12 тысяч человек были выброшены па улицу с «волчьим билетом» и лишены права работы в государственных учреждениях; кто ратовал в 1982 году за «решительное подавление» забастовки машинистов локомотивов; кто поддержал постановление Верховного суда США от 22 февраля 1984 года, согласно которому компании, «переживающие финансовые трудности», могут разорвать трудовые соглашения с профсоюзами; кто 245
приветствовал другое, также принятое в 1984 году антипрофсоюзное решение Верховного суда, которое резко ограничило возможности использования профсоюзных взносов для создания новых профсоюзных организаций, а также на судебные расходы; кто выступал в поддержку решения Национального совета но трудовым отношениям, который в апреле 1984 года лишил профсоюзы права по своему усмотрению решать вопросы, касающиеся прекращения членства в профсоюзной организации, и дал предпринимателям возможность беспрепятственно вербовать штрейкбрехеров для срыва забастовок. Известно, что многие руководители американских корпораций, прежде всего военных, полностью ликвидировали профессиональные организации трудящихся. Так, на огромном заводе по производству реактивных истребителей в Лонг-Айленде, принадлежащем корпорации «Грум- ман», профсоюз запрещен. «Свободными от профсоюзов» именуют себя такие подрядчики Пентагона, как «Дюпон» и «Хьюлетт — Паккард», «Контрол Дейта» и «Истмэн Кодак». Многие крупные фирмы, на которых имеются профсоюзы, выполняют военные заказы в «непрофсоюзных цехах». Как же реагирует на все эти факты министерство труда, которое призвано гарантировать рабочим их законные права? Руководитель этого ведомства решительно и недвусмысленно выступает на стороне тех предпринимателей, которые рассматривают профсоюзы как «подрывные организации», «сборища бунтовщиков». Удивляться не приходится, особенно если учесть, что наследственная фирма самого Брока — «Брок кэнди компани» — сама давно уже не допускает создания на своих предприятиях профсоюзных организаций и принимает на работу только лиц, не являющихся членами профсоюза. Именно этот факт дал одной из американских газет основание для того, чтобы, комментируя назначение Брока на министерский пост, язвительно заметить, что администрация, оставаясь верной себе, вновь «отправила лисицу стеречь курятник». 246
Штат министерства внутренних дел достигает 73 тысяч человек, годовой бюджет превышает 6 миллионов долларов. В ведении министерства находятся 500 миллионов акров федеральных земель и еще 50 миллионов акров, над которыми министерство осуществляет опеку,— главным образом индейские резервации. Федеральному правительству принадлежит 90 процентов земель на Аляске, 86 процентов — в штате Невада, 64 — в Айдахо и Юте, 47 — в Калифорнии, 44 — в Аризоне, 36 процентов — в Колорадо. Ответственность за управление этими огромными территориями несет министр внутренних дел. Согласно правительственной инструкции, его полномочия состоят в следующем: «поощрять наиболее благоразумное использование наших земель и водных ресурсов, обеспечивать защиту наших рыбных богатств и дичи, сохранение окружающей среды и культурных ценностей наших национальных парков и исторических мест, а также добавление радостей жизни путем обеспечения отдыха на свежем воздухе». После выборов 1980 года Р. Рейган, формируя свой первый кабинет, планировал назначить на пост министра внутренних дел сенатора П. Лэксолта, генерального председателя Национального комитета республиканской партии, партнера крупной юридической фирмы «Лэксолт, Берри энд Алисой» и владельца процветающего отеля- казино «Ормсби хауз» в г. Карсон-сити. Но в дело вмешался влиятельный член президентского «кухонного кабинета», колорадский «пивной барон» Дж. Курс, который стал настойчиво предлагать на тот же пост другую кандидатуру — Джеймса Гайэса Уотта, одного из членов «колорадской мафии», участвовавшего в создании «Фонда штатов Скалистых гор», тесно связанного с нефтяными гигантами «Мобил» и «Экссон». После двухнедельных колебаний Рейган уступил настояниям Курса. Спустя время выяснилось, что оба претендента на министерский пост в определенном плане стоили один дру- 247
гого. Сенатор Лэксолт (который, кстати, возглавлял в юридической комиссии сената подкомиссию, занимавшуюся выработкой уголовных законов) был уличен в связях с мафией и финансировании — разумеется, с вполне определенными корыстными целями — преступных синдикатов. «С помощью этих синдикатов,— свидетельствует журнал «Ребел»,— Лэксолт сначала стал губернатором, а йотом и сенатором от Невады. В те времена организованная преступность в штате не просто активизировалась, но в полном смысле слова процветала». Что же касается Дж. Уотта, уже получившего министерский портфель, то он был уличен в присвоении государственных средств и в том, что он — явно не без личной выгоды — пустил с молотка огромные участки федеральных земель в национальных парках. Выяснилось и то, что Уотт, объявивший сторонников защиты окружающей среды «мерзкими леваками, которые хотят свергнуть правительство», выступал в роли лоббиста монополий и земельных магнатов, не забывая, разумеется, и о себе: полными горстями черпал средства для «личных нужд» из «Фонда службы национальных парков», частично состоящего из пожертвований американских граждан. Разразился скандал, который американская печать метко окрестила термином «уоттергейт». Уотт, удалившись на свое калифорнийское ранчо, пригласил туда журналистов и, гарцуя перед ними на коне в костюме ковбоя, возвестил, что «решил возвратиться в сферу бизнеса» и потому подает в отставку... Можно было ожидать, что уроки «уоттергейта» будут учтены в вашингтонских верхах. Но нет! Вскоре кресло Уотта занял новый лоббист крупного бизнеса — Д. Ходел. Он представляет интересы тех кругов, которые связаны со строительством и эксплуатацией электростанций. Его взгляды на проблемы окружающей среды мало чем отличаются от взглядов его предшественника. Как констатировала печать, Ходел «энергично продолжил курс админи- 248
страции на ускоренную разработку энергетических, минеральных и других ресурсов на государственных землях». В марте 1985 года А. Ходел объявил на пресс-конференции, что в последующие пять лет намечено продать энергетическим компаниям 43 лицензии на бурение скважин в различных районах побережья США, в том числе в северо-западной части Тихоокеанского побережья, где подобных работ никогда ранее не велось. Печать, американские эксперты отметили в этой связи, что данная программа, утвержденная Белым домом, продиктована погоней энергетических фирм за прибылью, полностью игнорирует нормы безопасности и охраны окружающей среды и может обернуться подлинной катастрофой для природных богатств многих районов страны. Свой «вклад» в проводимую министерством внутренних дел линию внесло и Агентство по охране окружающей среды. На протяжении ряда лет администратор агентства А. Корсач, принадлежащая к тем же кругам, что и Уотт, и заместитель министра внутренних дел крупный землевладелец Р. Бутфорд, действуя в интересах крупных корпораций, в том числе таких известных отравителей окружающей среды, как «Доу кемикл», «Эллайд кемикл», «Олин», всячески препятствовали реализации любых инициатив в области охраны среды. Более того, агентство энергично использовалось ими в целях политической борьбы — для подрыва позиций деятелей демократической партии. Действуя по указке Белого дома, агентство заморозило фонды, предназначенные на обеззараживание свалки ядовитых отходов в местечке Спринкфеллоу в Калифорнии, где бывший губернатор-демократ Э. Браун делал одну из главных ставок в своей предвыборной кампании на вопросах охраны окружающей среды. Когда же аналогичные обещания давали кандидаты республиканской партии, ассигнования выделялись немедленно. Аферы Корсач и ей подобных выплыли наружу, в Вашингтоне разыгрался очередной скандал, и руководству 249
Агентства по охране окружающей среды пришлось подать в отставку. Но Ходел, которого американский журнал «Тайм» характеризует как «фигуру зловещую», и сегодня продолжает действовать так, чтобы максимально облегчить монополиям практически бесконтрольное расхищение и хищническую эксплуатацию природных богатств. Печать с нарастающей тревогой пишет о загрязнении и отравлении рек и озер, о том, что только в результате эрозии почвы страна ежегодно теряет около 6,4 миллиарда тонн плодородной земли, а те мизерные суммы, которые прежде отпускались государством на сохранение земель, продолжают сокращаться. Крупные американские корпорации, прежде всего металлургические, игнорируя меры по охране среды, ежегодно выбрасывают в атмосферу сотни тысяч тонн ядовитых веществ, в результате чего над территорией 17 штатов регулярно выпадают так называемые «кислотные дожди». Ежегодный ущерб, наносимый этими дождями, оценивается в 5 миллиардов долларов. Угроза вырубок и гибели нависла над обширными лесными массивами страны, особенно над теми, которые находятся в частных руках (в США в собственности частных владельцев находится около 140 миллионов гектаров лесных земель). Но ни призывы прессы, ни голоса ученых не меняют положения. Да и можно ли ожидать иного, коль скоро сама общественная система диктует абсолютный приоритет частного, эгоистического интереса над интересами общества.
ЧЕМ ТОРГУЮТ В ЛЭНГЛИ
МИЛЛИАРДЫ ДЛЯ ДИВЕРСАНТОВ В конце июня 1985 года Л. Голденсон, глава правления директоров одной из трех ведущих телекорпораций США — Эй-би-си, в последний раз провел заседание акционеров корпорации и покинул свой пост. Причина состояла в том, что Эй-би-си «прибрал к рукам» за внушительную сумму крупный конгломерат «Кэиитл ситиз ком- мюникейшн инкориорейтед». Казалось бы, обыденная для Америки сделка, когда более мощная корпорация поглощает конкурента? Но в данном случае это не совсем так. Дело в том, что основатель «Кэпитл ситиз» и владелец 34 тысяч акций этой компании на сумму почти в 7,5 миллиона долларов — не кто иной, как шеф ЦРУ У. Кейси. И решение «Кэиитл ситиз» приобрести контрольный пакет акций именно Эй-би-си не было случайностью. У Кейси с Эй-би-си особые счеты. В 1;984 году она осмелилась рассказать об одной из темных операций ведомства Кейси — попытке убийства одного из агентов ЦРУ за то, что тот раскрыл некоторые детали подрывной деятельности «рыцарей плаща и кинжала» в Азии. Федеральная комиссия связи отвергла требование ЦРУ применить к Эй-би-си «санкции», однако Кейси пригрозил, что изыщет способы заставить замолчать телекомпанию. В истории Америки не было периода, когда так называемое американское «разведывательное сообщество» 1 не- 1 «Разведывательное сообщество» США — это прежде всего ЦРУ н специализирующееся на разведке с помощью средств связи Агентство национальной безопасности (АИБ); это «тайная нмпе- 252
реживало бы такой бум, как во времена администрации Р. Рейгана, взявшей курс на обострение международной обстановки, разработавшей доктрины «крестового похода» и «прямого противоборства» с миром социализма. Всемерную активизацию и повышение роли этого «сообщества» и его ядра — ЦРУ предвещала еще первая предвыборная программа республиканской партии, выдвинутая в 1980 году. Придя к власти, республиканцы прежде всего освободили ЦРУ (как и другие спецслужбы) от «излишней опеки» со стороны конгресса и сразу же начали разработку ряда директивных документов, существенно расширяющих нрава и поле деятельности спецслужб. Именно эту цель преследовал исполнительный приказ президента № 12333, который был подписан еще в декабре 1981 года и в котором подчеркивалось, что ЦРУ «призвано проводить специальные действия, одобренные президентом», и в полном объеме восстанавливалось «право» ЦРУ на подрывную и, разумеется, полностью антиконституционную деятельность, которую оно проводило прежде и объем которой был несколько свернут после скандальных разоблачений 70-х годов. А полгода спустя — 23 июня 1982 года — Р. Рейган подписал закон, направленный на ограждение разведслужб США от «затруднений», связанных с разглашением сведений об их деятельности. С тех пор угроза самого сурового уголовного преследования нависает в США над каждым, кто посмеет предать гласности материалы о подрывной деятельности спецслужб либо данные о принадлежности того или иного лица к личному составу разведки. Белый дом не только развязал руки ЦРУ, он решил поставить во главе этого ведомства такую фигуру, кото- рня» Пентагона, включающая созданные в 1961 г. Разведуиравле- нне министерства обороны США (РУМО) и соответствующие отделы в армии, ВМС, ВВС; ато Управление разведки и исследований госдепартамента США, Управление национальной космической разведки и Федеральное бюро расследовании (ФБР). 253
рая смогла бы на практике и в кратчайший срок резко активизировать деятельность одного из главных орудий по реализации глобальных гегемонистских замыслов Вашингтона по «переигрыванию истории», по экспорту контрреволюции. Выбор нал на Уильяма Джозефа Кейси. И не случайно. Кейси — еще один представитель тех кругов американского большого бизнеса, которые давно и прочно срослись с официальным Вашингтоном. Председатель Комиссии по контролю над операциями с ценными бумагами, заместитель госсекретаря США и председатель правления экспортно-импортного банка при Никсоне и Форде — таковы этапы его карьеры. Антикоммунист, миллионер, чье состояние за последние годы удвоилось и ныне превышает 12 миллионов долларов, крупный владелец недвижимости в Вашингтоне, Палм-Биче и Лонг-Айленде, совладелец престижных юридических фирм в Нью-Йорке и Вашингтоне «Холл Кейси, Диклер энд Хоули» и «Скрпб- нер, Холл, Кейси, Торнберг энд Томпсон», владелец акций более чем 70 других фирм 1, он издавна пользуется неограниченным доверием Рейгана; не случайно именно Кейси стал руководителем избирательной кампании Р. Рейгана в 1980 году. У Кейси и немалый опыт службы в разведке: в свое время он в течение ряда лет был сотрудником Управления стратегических служб. Поскольку «разведывательному сообществу», и прежде всего ЦРУ, отведена ныне Вашингтоном особая роль, то и 1 На пост директора ЦРУ, так же как и на посты президента, государственного секретаря, министра обороны, практически всегда выдвигаются в США лица, принадлежащие к высшей финансово- промышленной олигархии страны. А. Даллес возглавлял крупную юридическую фирму, представлял интересы рокфеллеровской «Стандарт ойл компани». Его преемник Дж. Маккоун был директором «Калифорниа бэнк оф Лос-Анджелес», «Юнайтед Калифорниа бэнк», главой «Стандард ойл оф Калифорниа». Нынешний вице-президент США Дж. Буш, занимавший пост директора ЦРУ в 1976— 1977 гг.,— один из руководителей техасской «Сапота петролеум корпорейшн». 254
прерогативы, которыми наделен У. Кейси, несравнимы с прерогативами его предшественников. Кейси — главный советник президента и СНБ по вопросам «национальной разведки». Он введен в ранге министра в созданный при президенте межведомственный комитет, где совместно с государственным секретарем и министром обороны участвует в обсуждении важнейших политических проблем. Он же — глава Центрального разведывательного управления, осуществляющего оперативное руководство деятельностью всех гражданских и военных спецслужб США. Роль, которая отведена У. Кейси и возглавляемому им ведомству, ведущему военный, политический и экономический шпионаж более чем в 150 государствах мира, подчеркнула газета «Вашингтон пост» в номере от 9 марта 1986 года: «Этот бывший международный банкир и адвокат занимает самое высокое положение среди старших членов кабинета, в результате чего он стал самым, пожалуй, влиятельным директором ЦРУ со времен Аллена Даллеса». По свидетельству английского журналиста и писателя Б. Фриментла, приведенному в его книге «ЦРУ» (Ныо- Йорк, 1984 г.), общие расходы американского «разведывательного сообщества» уже в начале 80-х годов составляли не менее 10 миллиардов долларов в год, а в середине 80-х годов они достигли, по данным американской печати, 24 миллиардов; сенатор Д. Мойнихэн отмечал, что бюджет ЦРУ «превосходит по размеру все, что было до сих пор в любой стране, в любой истории». Штат постоянных сотрудников ЦРУ превысил 16 тысяч человек и продолжает возрастать. Б. Фриментл подчеркнул, что ЦРУ представляет собой «мощный многонациональный конгломерат бизнеса», во владении которого находятся авиационные и другие транспортные компании, торговые флотилии, банки, фешенебельные отели, мощные радио- и телестанции. Известно, например, что вывески таких авиатранспортных компаний, как «Эйр Америка», «Сивил эйр транспорт», 255
«Сазерн трэнснорт» — не что иное, как прикрытие разведцентров США. Только в Дейди, одном из округов штата Флорида, откуда осуществляются антикубинские пропа- гандистско-диверсионные операции, окопалось около 60 фирм, служащих ширмой для агентов ЦРУ. По данным «Рэнд корпорейшн», к работе спецслужб США причастна десятая часть всего населения страны. Но Кейси и это кажется недостаточным. Выступая в октябре 1983 года с речью в Вестминстерском колледже в Фултоне — в том самом колледже, где в 1946 году У. Черчилль призвал к «крестовому походу» против коммунизма,— он заявил: «Со времен Черчилля в мире появилось множество новых коммунистических угроз. В период растущей военной уязвимости работа секретных служб намного важнее, чем она была несколько лет назад, когда мы еще обладали явным военным перевесом». А коль скоро это так, пусть Белый дом и конгресс не скупятся на все новые и все более крупные ассигнования! «ВАШИ ЦЕЛИ - НАШИ ЦЕЛИ» Следы ЦРУ нетрудно обнаружить в любом регионе мира, но основным объектом устремлений разведок империалистических государств, различных зарубежных подрывных центров и организаций являются Советский Союз и другие социалистические страны. Наши враги не отказались от намерений ликвидировать социализм как общественную систему. Спецслужбы США, ряда других стран НАТО предпринимают настойчивые попытки компрометации внутренней и внешней политики СССР, осуществления акций, направленных на подрыв советской экономики. Они рвутся к нашим политическим, военным, экономическим и научно-техническим секретам, стремятся проникнуть в государственные учреждения, на важные оборонные объекты и в научно-исследовательские инсти- 25В
туты. Используя расширение международных связей, империалистические разведки ищут в нашем обществе социальных перерожденцев, политически незрелых и моральйо разложившихся людей, пытаются получать от них информацию, составляющую государственную тайну. Именно ЦРУ направляло в свое время контрреволюционные выступления в Венгрии, Чехословакии. Именно ЦРУ вскармливало и финансировало польскую контрреволюцию, не гнушаясь использовать для атак против социалистической Польши самые подлые и грязные методы, включая экономические и идеологические диверсии, фабрикацию подстрекательских фальшивок, ложь, инсинуации, клевету. По данным МВД Польши, в течение 1944— 1982 годов органами польской контрразведки разоблачены 2140 шпионов, 713 из которых работали на американскую разведку; только в первой половине 1984 года отмечено 340 случаев повышенного интереса спецслужб государств НАТО — в основном спецслужб США — к оборонно-стратегическим объектам в Польше. «После Польши, Венгрии, Чехословакии будут другие попытки, конца которым не видно»,— откровенно заявил американский политолог, бывший советник госдепартамента США Г. Сонненфельд. Хотя острие провозглашенного империалистическими кругами США «крестового похода» нацелено против социализма, этот поход имеет широкий социальный и географический адрес. Около 200 центров, каждый из которых, в свою очередь, опирается на многочисленные «базы» и «филиалы»,— такова сеть ЦРУ в Западной Европе. Здесь американские спецслужбы, взаимодействуя со спецслужбами других стран — членов НАТО, разрабатывают и осуществляют широкомасштабные идеологические и иные диверсии против социалистических государств, ведут подрывную работу против компартий, других прогрессивных организаций капиталистических стран. Пытаясь «подкрепить» агрессивную политику правящих кругов США, поставивших целью превратить эту часть Европейского кон- 9 Заказ 2088 257
тинента в плацдарм для ранетпо-ядерной атаки против СССР, в ядерного заложника Пентагона, ЦРУ сосредоточивает особые усилия на том, чтобы попытаться сбить накал массовой антивоенной борьбы, дискредитировать антивоенное движение, участники которого требуют очистить европейскую землю от американских «Першингов» и крылатых ракет. В послевоенный период, свидетельствует в своей книге «Секретность и демократия. ЦРУ в переходный период» (Бостон, 1985 г.) бывший директор ЦРУ С. Тэрнэр, это шпионско-диверсионное ведомство расходовало в Западной Европе на финансирование правых партий и разного рода антикоммунистических центров не менее 10 миллионов долларов в год. Довольно вольготно чувствуют себя американские спецслужбы в ФРГ. В этой стране, по данным историка и публициста ГДР Ю. Мадера, автора книги «Империализм: шпионаж в Европе вчера и сегодня» (Москва, 1985), ЦРУ разместило почти 200 филиалов и «точек». Один из главных центров ведомства У. Кейси обосновался во Франкфурте-на-Майне, в здании бывшего германского химического треста «ИГ Фарбениндустри»; в этот центр, замаскированный под воинскую часть, стекаются донесения эмиссаров ЦРУ из более чем 20 европейских государств. Другая резиденция ЦРУ находится в Мюнхене; на нее возложены, в частности, такие функции, как координация действий заокеанских «рыцарей плаща и кинжала» со штаб-квартирой западногерманской разведки БНД, а также — совместно с ЮСИА и разместившимися в Мюнхене подрывными радиостанциями «Свобода» и «Свободная Европа» — организация идеологических диверсий против социализма. В Штутгарте, по свидетельству газеты «Унзере цайт», обосновалась штаб-квартира ЦРУ, которая ведает, в частности, транспортировкой через Пакистан оружия и другого снаряжения для афганских контрреволюционеров. В Англии усилиями ЦРУ был сколочен так называе- 258
мый «Комитет борьбы за свободный мир» — псевдопацифистский центр, поддерживающий агрессивный курс Белого дома. В Испании, по данным мадридского журнала «Интервью», действует около 1500 агентов ЦРУ, которыми руководят 15 эмиссаров, обосновавшихся в посольстве США в Мадриде и прикрывающихся дипломатическими рангами и паспортами. В испанской прессе были опубликованы сообщения о том, что так называемый Институт международных проблем, который поддерживает контакт с «Всемирным союзом национал-социалистов», «выполняет роль ширмы, прикрывающей действия эмиссаров из Лэнгли как в самой Испании, так и в ряде стран Африки». Центр ЦРУ, в состав которого входят «Отдел Восточной Европы» и «Русский отдел», действует в Западном Берлине «под крышей» генерального консульства США. Одна из важнейших задач ЦРУ — подавление — совместно с пентагоновской военщиной — революционных и национально-освободительных движений, осуществление открытых и тайных подрывных операций против тех стран и народов Африки, Азии, Латинской Америки, которые стремятся быть хозяевами в своем доме. Свыше двух миллиардов долларов уже затратил Вашингтон на ведение необъявленной войны против суверенного Афганистана; за 1980—1985 годы наемными бандитскими формированиями, которые под патронажем ЦРУ сколачиваются, обучаются и оснащаются более чем в ста созданных на пакистанской территории лагерях и базах, в ДРА убиты многие тысячи людей, разрушены и сожжены десятки предприятий, более 2 тысяч школ, свыше половины всех медицинских центров. Общий ущерб, причиненный экономике этой страны, составил 45 миллиардов афгани. Расширяются масштабы развязанной в 1980 году Вашингтоном необъявленной войны против другого суверенного государства — Никарагуа. Как заявил в апреле 1986 года в интервью мексиканскому агентству НОТИ- 259
MEKG президент Никарагуа Даниэль Ортега, за последние пять лет по вине Вашингтона погибло по меньшей мере 11 тысяч никарагуанцев, 5 тысяч получили ранения, 250 тысяч были вынуждены покинуть родные места и переместиться в глубь страны; сотрудники МВД Никарагуа сорвали около 50 террористических заговоров ЦРУ, участники которых ставили целью убийства руководителей Сандинистского фронта национального освобождения и правительства республики. Свыше 500 тысяч долларов расходует ЦРУ ежегодно на организацию подрывных акций против Эфиопии, более 100 миллионов долларов затратило ЦРУ на вооружение террористических банд УНИТА, действующих на территории народной Анголы. Подготовка бандитских вылазок против Ливии, поддержка раскольнических группировок в Мозамбике, разжигание национальной розни в Индии, засылка полпотовских недобитков на территорию независимой Кампучии — таковы лишь некоторые из преступных акций, составляющие «послужной список» ЦРУ. Кадры для осуществления интервенционистско-терро- ристнческих акций готовятся американскими спецслужбами не только за рубежом, но и в самих США. Как явствует из сообщений прессы, в настоящее время в Соединенных Штатах создано и действует не менее 25 специальных центров и баз, где сколачиваются, обучаются и оснащаются наемные террористические бапдитские формирования. «В лесах Алабамы, горах Колорадо и пустынях Аризоны гремят взрывы, трещат автоматные очереди, раздаются команды «наставников»,— сообщает агентство Ассошиэйтед Пресс.— В десяти американских штатах действуют центры по подготовке террористов. Там учат убивать — ножом, из револьвера, гранатой, из снайперской винтовки, даже голыми руками с помощью боевых приемов каратэ; так готовят тех, кто будет претворять в жизнь «доктрину Рейгана». Вашингтон грубо попирает общепризнанные международные нормы, в частности одну 260
пз резолюций XXXIX сессии Генеральной Ассамблеи ООН, в которой указывается, что «деятельность наемников противоречит основополагающим принципам международного права» и «серьезно затрудняет процесс самоопределения народов, борющихся против колониализма, расизма, апартеида и всех форм иностранного господства». Для осуществления спланированных Вашингтоном специальных операций ЦРУ широко рекрутирует гангстеров и экстремистов всех мастей; все новые факты свидетельствуют, как активно используют в своих целях «джентльмены из Лэнгли» и профессиональных убийц, и террористов, и неофашистский сброд, Не вызывает сомнений, например, тот факт, что именно с ЦРУ был связан член неофашистской организации «Серые волки» А. Аг- джа, в 1979 году застреливший главного редактора турецкой газеты «Миллиет» А. Ипекчи, а в июне 1981 года совершивший на площади Святого Петра в Риме покушение на главу римско-католической церкви папу Иоанна Павла II — покушение, послужившее поводом для раскручивания гнусного и позорно провалившегося антисоциалистического, антиболгарского фарса. Весной 1986 года нью- йоркское издательство «Эдэма букс» выпустило книгу израильского журналиста Йаира Котлера «Хайль, Каха- не», в которой документально доказано, что Меир Каха- не — бывший главарь сионистской банды, именующей себя «Лига защиты евреев», а ныне член израильского кнессета — на протяжении многих лет являлся агентом американских спецслужб, выполняя по их заданию роль провокатора. Пособником, а по свидетельству ряда зарубежных органов печати, и платным агентом ЦРУ является и М. Таунли, американский гражданин, офицер чилийской охранки ДИНА, который в 1979 году был одним из главных организаторов убийства чилийского патриота, бывшего министра иностранных дел в правительстве Альенде Орландо Летельера; позднее он признал, что его боссы в Сантьяго поручили ему и убийство главы шведского т
правительства У. Пальме. Этот зловещий список можно продолжать и продолжать... Американским монополиям нужны нефть, уран, цветные металлы — и «сферой жизненных интересов» США объявляются Ближний Восток, Африка, Индийский океан. «Без сырья, которое США получают из Азии, Африки, Латинской Америки, не будет ни сверхзвуковых реактивных самолетов, ни новейших подводных лодок»,— провозглашает Кейси, который, кстати, сам владеет в числе других солидными пакетами акций 27 корпораций, имеющих крупные капиталовложения за пределами США — в ЮАР, Таиланде, районе Персидского залива. Туда активно прорывается военная машина США; заодно с американскими и транснациональными корпорациями действует и империалистическая разведка. «Мы должны найти способ мобилизовать и более эффективно использовать наши крупнейшие авуары в «третьем мире», а именно частные компании»,—поучает глава ЦРУ руководителей американской фондовой биржи. «Кто идет по пятам за головным танком? Доктор Раше из «Дрезднер банк»,-—говаривал в 1943 году в фашистской - Германии один из директоров «Дрезднер банка». А вот что пишут в наши дни американские экономисты Р. Барнет и Р. Мюллер: «Чем охотнее Пентагон и ЦРУ готовы свергать pi ставить правительства в слаборазвитых странах, тем лучше инвестиционный климат для американских корпораций. Военная сила США используется для установления основополагающих правил, в рамках которых может функционировать американский бизнес. Американское правительство выступало в роли консультантов для правых переворотов в Боливии, Бразилии, Чили, Индонезии, и их генералы широко открыли двери для американских инвестиций на самых благоприятных условиях. Где бы американский флаг ни устанавливался по всему миру, почти в 500 крупных военных и морских базах и командных постах, при осуществлении более дю- 262
жины интервенций, американские корпорации шли следом. Создание всемирной военной империи — хороший бизнес». Пытаясь замаскировать тот факт, что террор рассматривается Вашингтоном как один из важнейших инструментов внешней политики, правящие круги США не скупятся на фальшивые призывы к борьбе с «международным терроризмом». Но чего, спрашивается, стоят эти призывы, коль скоро сама же американская печать констатирует, что за годы правления администрации Р. Рейгана число «специальных операций» ЦРУ возросло по меньшей мере впятеро, что ежегодные ассигнования на эти операции, как свидетельствовал в июне 1986 года журнал «Ю. С. Ныос энд уорлд рипорт», достигают 600 миллионов долларов и что в настоящее время это шпионско-ди- версионное ведомство осуществляет в разных регионах мира более 50 крупных операций такого рода. Известно, что на XXXIX сессии Генеральной Ассамблеи ООН именно США, а также Израиль и пиночетовцы упорно бойкотировали принятие резолюции о недопустимости политики государственного терроризма. Как свидетельствует бывший сотрудник ЦРУ Дж. Стокуэлл, жертвами «секретных войн», которые ведет в развивающихся странах это ведомство кровавых дел, уже стали около 3 миллионов человек. Многочисленные факты свидетельствуют, что агрессивный по своей сути подход США к независимым освободившимся государствам приобрел за последние годы особенно воинственный, опасный для дела мира характер; налицо откровенная политика государственного терроризма, пренебрежение Уставом ООН, общепризнанными нормами международного права, попытка с помощью силы, террора, шантажа навязать свою волю другим народам. Вашингтон тщится перевести в практическую плоскость разработанную им так называемую «концепцию неоглобализма», отличие которой от всех ее прежних вариантов 263
состоит в том, что «дипломатия канонерок» уступила место «дипломатии авианосцев». Эта доктрина, на основании которой американская военщина самочинно присваивает себе право наносить «упреждающие удары» по любым странам, политика которых «не устраивает» Вашингтон, предусматривает и максимальное расширение и активизацию «тайной войны» против суверенных государств — войны, направленной на подрыв независимости этих государств, провоцирование региональных конфликтов, разжигание все новых очагов напряженности. В реализации этой империалистической линии ЦРУ отведена одна из заглавных ролей. КОГДА ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ Активизируя разведывательно-подрывную деятельность своих спецслужб, правящие круги США стремятся придать ей тотальный характер, используя при этом весь арсенал средств «тайной войны». В свое время Д. Эйзенхауэр, уступая требованиям общественности об усилении правительственного контроля над «разведывательным сообществом», создал президентский совет по разведывательной деятельности, который позднее был преобразован в Консультативный совет президента по внешней разведке (КСПВР). Президент Р. Рейган, полностью обновив состав совета, укомплектовал его за счет крайне правых, ультраконсервативных деятелей, в число которых вошли бывший посол США в Англии Э. Армстронг (председатель совета), мультимиллионер из Калифорнии А. Блумингдейл, вице-президент крупного военного концерна «Электроыик дейта системз» Р. Перо, владелица крупнейшего журнального концерна «Тайм» К. Люс и другие. В исполнительном указе президента от октября 1981 года подчеркивалось, что КСПВР 264
может давать Белому дому любые советы относительно деятельности ЦРУ. В самом конгрессе созданы и действуют Комитеты по разведке (в палате представителей и в сенате). Для сенатской комиссии по разведке было специально выстроено помещение, которое весьма красочно описывалось вашингтонской прессой: мощные звуконепроницаемые стены, «боксы» из нержавеющей стали для проведения сверхсекретных брифингов, металлические экраны для защиты от неких таинственных радиосигналов... Формально все эти органы в той или иной мере как бы стоят над У. Кейси и его «фирмой». Однако в действительности они давно уже превращены в своего рода составные части ЦРУ и заняты не столько контролем деятельности этого ведомства, сколько защитой его интересов в конгрессе. Что же касается тайных акций ЦРУ, то они планируются и осуществляются без всякого надзора «со стороны»... Как, например, была реализована в 1984 году операция по минированию никарагуанских портов? Эту операцию одобрил Р. Рейган, за ее реализацию рьяно взялось ЦРУ, но ни президент, ни шеф разведки даже и не подумали поставить в известность о происходящем сенат. После того как сведения об операции по неофициальным каналам просочились в печать, один из конгрессменов прямо спросил сенатора Б. Голдуотера, верно ли, что Белый дом одобрил минирование портов. Сенатор, будучи не в курсе дела, решительно это отрицал — и оказался, по его собственным словам, «в чертовски затруднительном положении». Возмущению Голдуотера не было предела: в самом деле, уж кто- кто, а он, бывший председатель сенатской комиссии по разведке (в 1981—1984 гг.), казалось бы, не только имел право, но и должен был заранее знать, что затевается в Белом доме. Дело дошло до того, что Голдуотер обратился с письмом к шефу ЦРУ: «Президент просил нас поддержать его внешнюю политику, но как мы можем ее поддерживать, 265
если не знаем, что он творит?» Письмо попало в руки журналистов, было опубликовано на страницах «Нью-Йорк тайме», и в результате вся кухня подготовки операции выплыла наружу. Позднее — в феврале 1985 года — в распоряжение газеты «Уолл-стрит джорнэл» попали секретные данные о разработанной ЦРУ и одобренной еще в 1981 году Белым домом широкомасштабной антиникарагуанской программе, получившей кодовое наименование «Проект». Этой программой предусматривалось не только минирование никарагуанских портов, но и сколачивание крупной диверсион- но-террористической группы «Акла» и организация вооруженных нападений на различные объекты в Никарагуа, причем наемным террористам — участникам нападений гарантировалась поддержка специальных разведывательных авиасоединений ВВС США, оснащенных приборами ночного видения и другой новейшей техникой. Общественность смогла еще раз убедиться в том, что не раз подтверждалось и ранее: за спиной американских «рыцарей плаща и кинжала» неизменно стоит не только ЦРУ, но и Белый дом, в то время как конгресс остается в полнейшем неведении о том, что замышляется в Лэнгли с ведома и при патронаже президента. «Нас уподобляют шампиньонам,— сетует член палаты представителей от Калифорнии демократ Н. Минита, входящий в состав постоянной специальной комиссии по разведке.— Нас держат в темноте и не жалеют для нас навоза...» Однако недаром сказано: нет ничего тайного, что рано или поздно не стало бы явным! Как ни пытаются «джентльмены из Лэнгли» замаскировать организуемые ими тайные операции, к каким изощренным пропагандистским трюкам ни прибегают, чтобы, вывернув наизнанку факты, приписать другим собственные преступные дела,— все эти попытки проваливаются одна за другой. Сегодня хорошо известно, как тщательно готовили американские спецслужбы такие широкомасштабные, многоцелевые диверси- 266
онные акции, как сколачивание в социалистической Польше контрреволюционного центра КОС — КОР, явившегося ядром псевдопрофсоюза «Солидарность», как вторжение южнокорейского «Боинга» в воздушное пространство СССР или покушение на папу римского, к которому якобы были «причастны» граждане социалистической Болгарии. Над тем, чтобы не только осуществить эти преступные акции, но и во что бы то ни стало скрыть следы тех, кто их организовал, трудились в поте лица самые опытные в диверсионных делах специалисты американских спецслужб. Не вышло! Следы ЦРУ были обнаружены перед всем миром, и гневное возмущение и протесты международной общественности явились ответом на действия тех, кто превратил диверсии и убийства в рычаги своей агрессивной внешней политики... «Директор ЦРУ подходит к своей должности сугубо практически: если США извлекают выгоды из секретных сведений, собираемых его ведомством, почему бы и ему не извлечь из них выгоду?» — пишет «Чикаго трибюн». И вот Кейси, как становится известно членам конгресса, продает принадлежащие ему акции нефтяных компаний на сумму в 600 тысяч долларов — продает именно в канун того дня, когда курс этих акций покатился вниз. Выясняется, что усилиями Кейси скрыты неблаговидные финансовые махинации, осуществлявшиеся концерном ИТТ. Обнаруживается, что вместе с другими руководителями обанкротившейся сельскохозяйственной компании «Малтипоникс» (Новый Орлеан) Кейси несет ответственность за получение обманным путем от их вкладчиков 3,5 миллиона долларов... Установлено, например, что Кейси был причастен к фабрикации компрометирующих материалов против демократа Дж. Картера, что помогло кандидату республиканцев одержать победу на выборах 1980 года. Что, вступая в должность директора ЦРУ, он «забыл» сообщить о том, что как юрист ведет дела почти 70 клиентов и выступает ответчиком в четырех гражданских исках, и не передал под анонимную 2«7
опеку принадлежащие ему акции, как это положено делать высшим государственным чиновникам. Что, пытаясь уклониться от налогов, скрыл значительную часть своего состояния, что, будучи акционером ряда крупных компаний, являющихся секретными поставщиками ЦРУ, использует свое служебное положение, дабы обеспечить именно данные компании выгодными заказами... Характерно, что львиная доля заказов на технику и технологию для ЦРУ перепадает на долю концернов и фирм, обосновавшихся в Калифорнии. «Мало в каких других отраслях экономики США,— пишет западногерманский журнал «Шпигель»,— симбиоз правительственных и частных интересов столь неизвестен и в то же время столь явно выражен, как это имеет место на калифорнийском электронном ландшафте, где расположена наибольшая часть из тех 87 калифорнийских фирм, которые входят в число «первых 500» корпораций Америки... За спиной всех этих фирм стоят большие братья — Пентагон, ЦРУ, Агентство национальной безопасности...» Интересен и такой факт. Еще летом 1979 года в буржуазной прессе США — и не в одном, а сразу в 25 органах печати— появилось пространное милитаристское воззвание, призывающее поддержать программу правительства по созданию системы противоракетной обороны (ПРО). Кто же обращался к общественности с подобным воинственным призывом? Выяснилось, что из 344 лиц, подписавших призыв (и, разумеется, оплативших его публикацию), 14 были директорами, сотрудниками или юристами фирм, уже выполнявших контракты по ПРО на сумму, превышающую миллиард долларов; более 20 лиц, связанных с компаниями, которые стали бы субподрядчиками в выполнении этих контрактов, если бы конгресс выделил соответствующие ассигнования; 20 — представляли фирмы, входящие в первую сотню производителей оружия. А инициатором написания и публикации призыва был некий «Гражданский комитет за мир в условиях безопасности», 268
созданный не кем иным, как богатым юристом и деятелем республиканской партии У. Кейси. В связи с публичными скандалами в конгрессе США неоднократно раздавались голоса с требованиями об отставке Кейси. И хотя с такими требованиями выступали не только демократы, но и ряд конгрессменов-республиканцев, включая У. Рота (Делавэр), Т. Стивенса (Аляска) и даже такого правого реакционного деятеля, как Б. Голдуотер,— все эти требования ни на йоту не пошатнули положение директора ЦРУ, которому одна из вашингтонских газет не без основания присвоила титул — Кейси Неуязвимый. Один из «секретов» неуязвимости шефа ЦРУ — в тех давних, разветвленных и прочных связях, которые он п его окружение имеют в среде власть имущих в Америке. ЦРУ издавна является своего рода инкубатором и поставщиком кадров для высших эшелонов власти в США; практически на любой ступени американской иерархической лестницы, будь то Белый дом, Пентагон, госдепартамент или другие федеральные ведомства, сенат или палата представителей конгресса, трудно найти участок, где на ключевых постах не было бы «людей ЦРУ», лиц, прошедших выучку в ЦРУ, обязанных этому ведомству своей карьерой, самым тесным образом связанных с ним. Второе после президента лицо в государстве — вице-президент США Дж. Буш — был директором ЦРУ. Из стен ЦРУ вышли исполнительный секретарь СНБ Р. Макдэниел, директор латиноамериканского отдела СНБ К. Менгес, заместитель министра торговли Л. Олмер. Высокопоставленный эмиссар ЦРУ Ф. Карлуччи в течение ряда лет был заместителем министра обороны и сегодня остается влиятельным «неофициальным консультантом» шефа Пентагона. Генерал В. Уолтере, постоянный представитель США при ООН,— бывший заместитель директора ЦРУ. В марте 1984 года специальным представителем президента США в Центральной Америке был назначен Гарри У. Шлаудеман. В про- 269
шлом — консул США в Софии, советник американского посольства в Сантьяго (Чили), посол в Венесуэле, откуда ему пришлось досрочно отбыть в США, ибо венесуэльская общественность, убедившись, что деятельность этого «посла» имеет, мягко говоря, весьма мало общего с задачами и обязанностями дипломата, решительно потребовала объявить вашингтонского эмиссара «персоной нон грата». В свое время через руки Шлаудемана прошли планы вооруженной агрессии США против Доминиканской Республики; будучи в Чили, он активно участвовал в подготовке заговора против правительства Альенде, позднее — столь же активно планировал диверсионно-подрывные акции против суверенной Никарагуа. В марте 1986 года пост представителя президента США в Центральной Америке занял Ф.-Ч. Хабиб, доктор философии Калифорнийского университета (г. Беркли), дипломат и бизнесмен, с 1981 года — «по совместительству» штатный консультант военно-строительной корпорации «Бечтел». В 1965—1967 годах Хабиб был советником посольства США в Южном Вьетнаме, в 1971—1974 годах — послом США в Южной Корее. В начале 80-х годов по поручению Белого дома он начал в качестве специального представителя президента США совершать «челночные поездки» по Ближнему Востоку — официально в рамках так называемой «миротворческой миссии», а в действительности — для того, чтобы активизировать политический курс США, направленный на поддержку гегемонистских поползновений Израиля и раскол арабского мира. Именно тогда многие наблюдатели обратили внимание на тот факт, что стоит эмиссару Вашингтона совершить очередной вояж, как наступает не стабилизация, а, напротив, резкое обострение обстановки. Так было в мае 1981 года, когда сразу же после очередной ближневосточной поездки Ха- биба Израиль подверг варварской бомбардировке Дамур и другие ливанские города. Так было в июле 1981 года, когда тель-авивские воздушные пираты совершили бандит- 370
ский налет на бейрутский район Факхани, в результате которого погибло более 300 ни в чем не повинных людей. После назначения Хабиба представителем президента США в Центральной Америке последовала эскалация попыток Вашингтона и американских спецслужб, опираясь на наемников-«контрас», дестабилизировать обстановку в суверенной Никарагуа... Выступая в мае 1984 года с торжественной речью в Лэнгли по случаю введения в строй двух новых зданий ЦРУ, президент США объявил руководителей и сотрудников ЦРУ «героями», благодарил их за «преданность», возвестил, что они, являясь «глазами и ушами свободного мира», способствуют «стремлению человека к совершенству», и в заключение выразил уверенность в том, что У. Кейси и его многочисленные сотрудники будут и впредь «беречь свои великие и благородные традиции и впишут новую блестящую главу в американскую историю». Позднее, в июне 1985 года, президент США выступил с резко враждебным Советскому Союзу «радиообращением», в котором, нагнетая антисоветизм и разжигая шпиономанию, усиленно стращал американского обывателя происками «тайных агентов Москвы», которые якобы буквально наводнили Америку, и в этой связи призывал всячески «совершенствовать» американское «разведывательное сообщество». «Наши шпионы и разведывательные ведомства вписали замечательную волнующую главу в нашу историю»,— возвестил президент, выступая в мае 1986 года перед ветеранами Бюро стратегических служб США. Это вновь и вновь подтверждает, что вашингтонская администрация и впредь намерена давать «зеленый свет» «террористическим традициям». Вполне очевидно и то, что кроется за не прекращающимися в Вашингтоне разглагольствованиями о том, будто ЦРУ — это чуть ли не «оплот свободы». Речь идет о той, с позволения сказать, «свободе», которую современные вашингтонские «крестоносцы», объявляющие чуть ли не всю планету «сферой американских жизненных интересов», 271
стремятся навязать с помощью «необъявленных войн» народам революционного Афганистана и суверенной Никарагуа. О той «свободе», которую пентагоновская военщина, действуя заодно со штурмовиками от сионизма, пыталась силой насадить на земле многострадального Ливана. О «свободе», которую Вашингтон принес на штыках морских пехотинцев в оккупированную американцами Гренаду...
ГЕНЕРАЛ ОТ ДЕЗИНФОРМАЦИИ И ЕГО ВОИНСТВО
КЛЕВЕТНИКИ В ФАВОРЕ ...Директор Информационного агентства США (ЮСИА) Чарльз Уик всерьез встревожен. Выступая в конгрессе, где обсуждался бюджет на 1986 финансовый год, он заявил, что внешнеполитическая пропаганда США, по существу, не достигает цели. «Наши ценности,— раздраженно сказал он,— ставятся под сомнение многими из развивающихся стран». В чем же видит Ч. Уик выход? Может быть, необходимо по-новому взглянуть на окружающие Вашингтон политические реальности, пересмотреть основные направления и методы американской внешнеполитической пропаганды? Смысл его филиппики сводится к одному: надо еще больше увеличить бюджет ЮСИА — бюджет «психологической войны». При поддержке Белого дома незамедлительно последовали действия, и газеты сообщили, что «ЮСИА... атакует конгресс». Мистер Уик нередко привлекает внимание конгрессменов и американской прессы. Именно Уик, по свидетельству «Нью-Йорк тайме», придал деятельности ЮСИА «небывалый размах». Именно он объявил на одной из пресс-конференций, что США «находятся в состоянии войны с Советским Союзом». Когда представитель информационного агентства ЮПИ попросил растолковать, не являются ли эти слова официальным объявлением о начале военных действий, Уик уточнил: «Я имею в виду войну идей...» Само по себе усиление идеологической пропагандистской агрессии империализма — явление не случайное, оно 274
обусловлено политическим курсом США и НАТО. О каких бы аспектах этого курса ни шла речь — будь то рассчитанный на многие годы план «перевооружения Америки» или размещение в Западной Европе почти 600 нацеленных на СССР и его союзников американских ракет, форсированные действия по распространению гонки вооружений на космос или попытки, наделив самих себя некой «лицензией» на вседозволенность, объявить едва ли не весь мир «сферой американских жизненных интересов»,— за всем этим отчетливо просматривается стремление империалистических кругов взломать военно-стратегический паритет, существующий между государствами — членами Варшавского Договора и странами НАТО, занять доминирующие позиции в мире. Агрессивной имперской политике придается соответствующее «пропагандистское обеспечение», цель которого — скрыть, замаскировать ее гегемонистские цели и неблаговидные методы. «Развязанная империализмом «психологическая война»,— отмечалось в Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду КПСС,— не может квалифицироваться иначе, как особая форма агрессии, информационного империализма, попирающих суверенитет, историю, культуру народов. Это и прямая политико- психологическая подготовка к войне, не имеющая, естественно, ничего общего ни с действительным сопоставлением взглядов, ни со свободным обменом идей, о чем фарисействуют на Западе. Иначе и не могут расцениваться действия, когда людей учат смотреть на любое неугодное империализму общество через прорезь прицела». «Психологическая война», развязанная правящими кругами США против социализма, сил мира и прогресса, поднята в Вашингтоне до уровня государственной политики, руководство ее сосредоточено в тех же «высших эшелонах» власти, которые формируют внешнеполитический курс страны: в Белом доме и госдепартаменте, Пентагоне и ЦРУ. Создана гигантская машина массированной пропаганды, оснащенная современными техническими средства- 275
ми, располагающая огромным аппаратом ненавистников социализма. На нужды внешнеполитической пропаганды ежегодно расходуются в США миллиарды долларов, в этой сфере занято свыше 350 тысяч человек. Центром внешнеполитической пропаганды Соединенных Штатов является ЮСИА, которое Ч. Уик, выступая в марте 1986 года в конгрессе, охарактеризовал как «передовой рубеж Америки в войне идей», призванный обеспечить Соединенным Штатам «роль лидера свободного мира». Его штат — свыше 8 тысяч человек, ассигнования на 1987 финансовый год — более 950 миллионов долларов. В распоряжении ЮСИА — 214 отделений в 129 странах мира, оно издает около 20 журналов на 22 языках, выпускает и распространяет множество книг, брошюр и другие виды печатной продукции, ему подчинена радиостанция «Голос Америки». Главная задача ЮСИА — создание такого морально- политического климата в зарубежных странах, который способствовал бы реализации глобальных гегемонистских замыслов Вашингтона, распространению пропагандистских материалов, насаждающих вражду и ненависть к социализму, попытки с помощью подрывной пропаганды и дезинформации ослабить национально-освободительные движения, запугать и дезориентировать борцов за мир. Особые усилия прилагаются к тому, чтобы подкрасить фасад Соединенных Штатов, убедить зарубежное общественное мнение в «жизненности моральных американских ценностей». В целях осуществления главной пропагандистской задачи Вашингтон разработал «программу демократии и публичной дипломатии», рассчитанную на 20 лет. Реализуя ее, ЮСИА стремится создавать в разных странах мира соответствующую «инфраструктуру», иными словами, сколачивает за рубежом своего рода «пятые колонны», финансирует те зарубежные политические партии, профсоюзные, религиозные, молодежные и иные организации, ко- 276
торые «могут быть полезными США»; стремится проникать в зарубежные деловые круги, местные органы власти и судебно-полицейские институты. В широких масштабах осуществляется подкуп зарубежных средств массовой информации. В начале 80-х годов ЮСИА ассигновало 200 тысяч долларов так называемому «Центру этики и публичной политики» при Джорджтаунском университете. Но с какой целью? Напомним, что основателем «центра» является Э. Лефевр, личный друг президента США, которого Р. Рейган еще в 1981 году выдвинул на пост помощника государственного секретаря по правам человека. При обсуждении кандидатуры Лефевра в сенатской комиссии по иностранным делам против него было выдвинуто столь много обвинений (под «защитой прав человека» Лефевр понимает не что иное, как поддержку кровавых диктаторских режимов, «проповедует тесное сотрудничество с расистской ЮАР», «одержим маниакальным антикоммунизмом»), что сенаторы сочли фигуру Лефевра чересчур одиозной и большинством голосов отклонили его назначение. Апологетика агрессивного империализма и милитаризма пронизывает всю деятельность «центра», из недр которого потоком льются замаскированные под «научные труды» пасквили, воспевающие американскую «политику большой дубинки» и предающие анафеме социализм. Именно поэтому «центр этики» стал объектом заботы ЮСИА, а средства, ассигнованные ему, были использованы, в частности, для организации некоего «международного семинара», цель которого — идеологическая обработка группы религиозных деятелей из Западной Европы, выступающих за замораживание ядерного оружия... Организации под маркой «симпозиумов» и «международных конференций» всякого рода шумных антикоммунистических сборищ («конференций» по проблемам «демократизации в коммунистических странах», «новых направлений в американской внешней политике» и т. д.) от- 277
водится важная роль в работе ЮСИА. Осуществляемые через ЮСИА крупные финансовые подачки реакционным «научным центрам», «фондам» и «институтам», специализирующимся на антикоммунизме (а таких центров в США более 150),— составная часть «программы демократии и публичной дипломатии». О масштабах этой программы свидетельствует в числе других и такая цифра: в 1985 году на «учебу» перспективных (разумеется, с точки зрения Вашингтона) иностранных деятелей и молодежи (преимущественно правых, реакционных кругов) было затрачено в США более 120 миллионов долларов; за последние шесть лет изощренной обработке подверглись почти 27 тысяч человек, посетивших США по приглашению или по инициативе ЮСИА. Число западноевропейцев, приглашаемых в США за счет американского правительства, планируется увеличить в ближайшее время с 15 тысяч до 30 тысяч человек. Приглашенным оплачивается все — и проезд, и пребывание в Америке. К ним прикрепляются опытные «наставники», для них организуются встречи с руководящими деятелями различных правительственных ведомств и учреждений, с тщательно отобранными «простыми американцами»; из бюджета ЮСИА выделяется более 30 миллионов долларов в виде «средств материального воздействия»... В целях усиления «психологической войны» используются программы молодежных и студенческих обменов с другими странами. Их истинная цель — навязывание «американских взглядов и ценностей» молодым людям, которые впоследствии могут занять высокие государственные посты в зарубежных странах. Не случайно директор ЮСИА похвалялся, что свыше 40 лидеров капиталистических государств, а также 690 членов иностранных кабинетов и парламентов — бывшие участники программ ЮСИА в области молодежных обменов. Около 20 миллионов долларов — таков был в 1985 финансовом году бюджет действующего под эгидой ЮСИА 278
так называемого «Национального фонда в поддержку демократии». Часть средств — крупный долларовый куш — был предоставлен «фондом» одному из своих главных клиентов — сколоченной под патронажем ЦРУ группировке «Американские друзья Афганистана», которая направляет вооруженным бандам, вторгающимся в ДРА с территории Пакистана, разного рода оборудование, субсидирует издание и распространение контрреволюционных пасквилей. Из средств «фонда» финансировалась проведенная в апреле 1985 года в столице Ямайки Кингстоне так называемая «Международная молодежная конференция свободного мира» — антикоммунистическое сборище, которое в Вашингтоне пытались противопоставить XII Всемирному фестивалю молодежи и студентов в Москве. По каналам «фонда» крупные средства направляются бежавшим из Польши антисоциалистическим элементам, американскому ставленнику в Сальвадоре Дуарте и т. д. Одна из важных задач ЮСИА— реализация разработанной еще в 50-е годы широкомасштабной международной «Программы американского участия», в рамках которой эмиссары агентства систематически направляются в разные страны мира для чтения публичных лекций, организации симпозиумов, «круглых столов» и других аналогичных мероприятий, призванных рекламировать США и их политику. Для выполнения подобной «просветительской» миссии ЮСИА всегда подбирало вполне определенного сорта лиц. Однако после прихода к власти республиканской администрации отбор стал более жестким: в качестве «полномочных представителей» американского народа с заданиями отправляются в разные страны исключительно консерваторы и антикоммунисты. Зимой 1984 года стало известно, что руководство ЮСИА, стремясь активизировать за рубежом пропаганду внешнеполитического курса администрации Рейгана и полностью исключить возможность даже малейших «сбоев», пересмотрело кадры вояжеров-пропагандистов и состави- 279
ло так называемый «черный список» тех политических п общественных деятелей США, которым, по мнению ЮСИА, по политическим и идеологическим соображениям нельзя разрешать выступления от имени ЮСИА за рубежом. В этот список, насчитывающий более 90 человек, угодили такие «крамольные элементы», как широко известный в США и за их пределами американский экономист Д. Гэл- брейт, вдова негритянского лидера Мартина Лютера Кинга К. Кинг, видный телеобозреватель У. Кронкайт, сенатор Г. Харт, конгрессмен Т. Дауни, обозреватель газеты «Нью-Йорк тайме» Т. Уикер и даже... бывший директор ЦРУ С. Тэрнэр. После того как факт составления «черных списков» получил огласку, ряд конгрессменов потребовал обсуждения этого факта в сенатской комиссии по иностранным делам конгресса США. Но тут же выяснилось, что далеко не все в Вашингтоне считают зазорным возрождение ЮСИА маккартистских порядков. «Проверки на лояльность — обыденное явление в Вашингтоне. Они существовали при администрациях Картера, Форда, Никсона, Джонсона и Кеннеди»,— сказал бывший директор ЦРУ Дж. Хелмс. Руководители ЮСИА осуществляют жесточайшую цензуру над экспортом произведений американских авторов, американских кинофильмов. Принцип один: за рубеж могут быть направлены только такая книга, только такой фильм, которые представляют собой апологетику американских порядков, целиком и полностью укладываются в рамки милитаристских и реакционных концепций, лежащих в основе политического курса администрации. В 1984 году более 30 картин были сочтены «ценителями искусства» из ЮСИА «вредными». Боссы информационного агентства решительно воспротивились экспорту таких лент, как документальный фильм «Возрождение: движение за равноправие против ку-клукс-клана», ставший лауреатом одного из американских кинофестивалей; как получившая несколько премий документальная картина 280
телекомпании Эй-би-сп «Смертоносная земля» — о заражении территории США токсичными отходами производства; как антивоенный фильм «Спасем планету», как кинокартина «Секретное вещество» — о применении США отравляющих веществ во Вьетнаме, и многих других. Вместе с тем ЮСИА затратило сотни тысяч долларов на откровенно провокационную стряпню — клеветническую те- леподелку «Афганистан — открытая война», которая была озвучена на семи языках и предложена — разумеется, бесплатно — для демонстрации на телевизионных экранах 60 странам мира. Не менее показательно и то, какого сорта «литературу» отбирают в ЮСИА для экспорта. Газета «Вашингтон пост», задавшаяся целью проанализировать «экспортные книжные списки» ЮСИА, пишет, что первое место в них занимают сборники воинственных речей министра обороны США К. Уайнбергера. На втором месте — клеветнический опус Пентагона «Советская военная мощь» с предисловием Уайнбергера. На третьем — сочинения К. Стерлинг, автора антисоветского пасквиля «Сеть террора», подготовленного ею под патронажем и по заданию ЦРУ, а также теории «болгарского следа» в деле о покушении на папу римского, что повело к беззаконному аресту и длительному содержанию в итальянской тюрьме гражданина НРБ С. Антонова. Само ЮСИА тоже сочиняет и издает для распространения за границей «литературу». Вот три образчика. В марте 1985 года была напечатана массовым тиражом брошюра «Американские инициативы в области контроля над вооружениями». В ней содержался разрекламированный на вашингтонский лад план форсированной подготовки США к «звездным войнам», опаснейшая милитаристская затея выдавалась чуть ли не за панацею от угрозы войны. «Стратегическая оборонная инициатива Рейгана носит высокоморальный характер,— утверждалось в брошюре.— Она способна в значительной степени уменьшить риск воз- 281
никновения ядерной войны». Вот такой миролюбивый, прямо-таки голубиный облик принимает милитаризм в кривом зеркале официальной вашингтонской пропаганды... В брошюре «Ядерные средства промежуточной дальности. Вопросы и ответы» тоже муссируется фарисейский тезис о «миролюбии» США и НАТО, которым якобы противостоит «агрессивная Москва». О советской позиции по данной проблеме, о советских мирных инициативах умалчивается, будто их нет и в помине, факты передергиваются и извращаются. Еще один плод «творчества» дезинформаторов из ЮСИА — серия брошюр и буклетов под общим названием «Политика Соединенных Штатов в Центральной Америке». В них утверждается, что «поддержка демократии — одно из важнейших направлений внешней политики США в Центральной Америке и Карибском бассейне», а в качестве примера приводится американская агрессия против Гренады, именуемая «спасательной операцией», якобы направленной на «восстановление порядка на острове». На многих языках тиражом около 13 миллионов экземпляров издается журнал «Ридерз дайджест», в котором рекламно восхваляется «американский образ жизни», пропагандируется политика США. Авария на АЭС в Чернобыле, случившаяся в апреле 1986 года, еще раз высветила, какая бездна разверзнется, если на человечество обрушится ядерная война. В то время как все здравомыслящие люди восприняли чернобыльскую трагедию как еще один удар колокола, еще одно напоминание о том, что ядерная эпоха требует нового политического мышления и новой политики, определенные круги США усмотрели в случившемся лишь возможность поставить дополнительные преграды на пути развития диалога Восток — Запад, оправдать гонку ядерных вооружений, очернить СССР и его политику. На достижение этих целей немедленно было мобилизовано многотысячное во- 282
инство ЮСИА. Муссируя самую бессовестную ложь в адрес нашей страны, извергая злопыхательские небылицы о событиях в Чернобыле, «команда» мистера Уика пыталась, хотя и тщетно, ослабить международное воздействие советских предложений по прекращению ядерных испытаний, по ликвидации ядерного оружия и одновременно, выворачивая наизнанку факты, усердно изображала США в роли этакого вселенского миротворца. Злопамеренные выдумки и набившие оскомину стереотипы, которыми оперируют Вашингтон и его главный рупор внешнеполитической пропаганды — ЮСИА, метко, с убийственной иронией высмеял в одном из своих номеров западногерманский «Цайт». Процитируем: «Весь мир окрашен в два цвета: белый и черный. Америка белая и хорошая. Россия красная, а значит, черная и плохая. Остальной мир серый, а значит, черный, если еще не красный. Америка граничит с Кубой, Никарагуа, Ливией, Ираном; ее берет в осаду Советский Союз. Америка велика, но не так, как Куба и Никарагуа. Ливия в десять раз больше Америки. Немцы тоже уже не те, что прежде. Только миссис Тэтчер мужественная и хорошая. Вся Латинская Америка охвачена подрывными действиями коммунистов. Убивать государственных деятелей разрешается только в тех случаях, когда они —- враги Америки. Все арабы — террористы, и их следует выдать Америке». И так далее в том же духе... «В соответствии с законом,— отмечал, выступая в мае 1984 года на заседании сенатской комиссии по иностранным делам конгресса США сенатор Ч. Метайес,— ЮСИА должно заниматься распространением объективной информации за рубежом о жизни внутри США и внешней 283
политике страны, отражая мнения различных кругов американского общества. На деле же это ведомство превращено администрацией в орудие достижения собственных авантюристических целей на международной арене, ведения разнузданной «психологической войны» против социалистического мира». РАЗБОЙ В ЭФИРЕ Выступая в 1983 году на обеде, устроенном американской «Конференцией национальных консервативных политических действий», президент США заявил, что у пы- неишей вашингтонской администрации «нет более важной внешнеполитической инициативы», нежели дальнейшая активизация радиостанции «Голос Америки». Действующая в системе ЮСИА, эта радиостанция (штат — почтп 3 тысячи человек, годовой бюджет — около 170 миллионов долларов) ведет передачи на 42 языках более 1300 часов в неделю. На ее «усиление» и модернизацию в Вашингтоне не жалеют средств: в текущем пятилетии был ассигнован миллиард долларов. Разработанная в 1983 году широкомасштабная «программа переоснащения» «Голоса Америки» предусматривает строительство новых высокомощных коротковолновых п средпеволновых передатчиков в странах Ближнего Востока, Персидского залива и Дальнего Востока. Особое внимание уделяется модернизации технического потенциала радиостанции для вещания на страны Центральной Америки. Новые бюро «Голоса Америки» открыты в 1984 году в Женеве, Риме, Исламабаде и других городах. Президент США формулирует программу использования радиопропаганды как «жизненно важпый элемент американской стратегии в защиту свободы» в целях «подрыва изнутри тоталитарных режимов». Передачи «Голоса Америки» буквально пронизаны духом «крестового похода» против коммунизма, ожесточенным нападкам подвер- 284
гается миролюбивая внешняя политика СССР, извращается характер советских мирных инициатив, в злобных тонах говорится о политике СССР по отношению к Афганистану, искажается роль СССР в социалистическом содружестве. «Голос Америки» настойчиво, хотя и абсолютно тщетно, стремится расколоть единство советского общества, настроить население СССР против политики КПСС. Свои задачи руководители заокеанской радиостанции излагают с бесцеремонной откровенностью. «Мы должны дестабилизировать Советский Союз и его союзников, внося раздоры в отношения между народами и правительствами»,— писал бывший заместитель директора «Голоса Америки» Ф. Николайдес. Одна из задач «Голоса Америки»—любыми средствами способствовать реализации сконструированной в Вашингтоне гегемонистской доктрины «неоглобализма». Вот лишь один характерный факт, показывающий, какими методами заокеанский «голос» добивается этой цели. В ночь с 14 на 15 апреля 1986 года, в ту самую ночь, когда США начали агрессию против суверенной Ливии, а поднявшиеся с британских аэродромов американские бомбардировщики сбрасывали свой смертоносный груз на мирные ливийские города, этот «голос», рекламируемый как «объективная правительственная радиостанция США», 15 раз подряд передал в эфир явно заготовленное заранее провокационное «обращение» к ливийскому народу, содержавшее призыв свергнуть Муамара Каддафи. Иными словами, официальная радиостанция была использована пентагоновской военщиной и ЦРУ для того, чтобы попытаться посеять террор и смуту в суверенной арабской стране, политика которой «не устраивает» Вашингтон... В октябре 1984 года президент США назначил директором «Голоса Америки» Юджина Пелла. Выпускник привилегированного Гарвардского университета, Пелл начал карьеру в армии, служил в американских войсках, расквартированных в Южной Корее, затем длительное время 285
работал в «пропагандистской империи» Пентагона, возглавляя в Нью-Йорке один из крупных военных радиоцентров. Пелл тесно связан с американской разведкой: в Гарварде в течение года работал в должности «научного сотрудника» в так называемом Центре русских исследований, опекаемом ЦРУ. С 1977 года он — в одной из ведущих американских телекомпаний Эн-би-си, в 1978 году — заведующий отделением Эн-би-си в Москве, где активно специализировался на фабрикации всякого рода инсинуаций о советской внутренней и внешней политике. В 1980 году Пелл — заместитель директора «Голоса Америки» по вопросам программ, а затем ее директор. Ныне Пелл — один из тех, кто, находясь у рычагов управления гигантского пропагандистского механизма ЮСИА, активно участвует в разработке основных направлений ведущейся Соединенными Штатами «психологической войны». В мае 1985 года к американским отравителям эфира добавился еще один «голос»: из штата Флорида начала вещание против социалистической Кубы радиостанция, кощунственно названная «Радио Марти». Главная задача этого детища ЦРУ и ЮСИА, созданного по образцу и подобию-подрывных радиоцентров «Свобода» и «Свободная Европа» (РС/РСЕ),—распространять дезинформацию о политике кубинского правительства, чернить кубинскую действительность, пытаться сеять среди населения Кубы настроения недоверия и недовольства. В 1985/86 финансовом году ЮСИА выделило на деятельность нового провокационного радиоцентра, укомплектованного в основном бежавшими с острова Свободы контрреволюционерами и уголовниками, свыше 11 миллионов долларов. «Электронный эквивалент вооруженного вторжения США в заливе Кочинос» — так охарактеризовал подрывной радиоцентр во Флориде член конгресса США Г. Гонсалес. В 1983 году в ЮСИА было создано новое подразделение — отдел телевизионной пропаганды на зарубеж, на который возложено внедрение в практику системы непо- 286
средственного телевещания (НТВ) через спутники связи по системе «Уорлднет» («Мировая сеть»), являющейся своего рода телевариантом «Голоса Америки». Через эту систему, которая, как возвестил Ч. Уик, «знаменует новую эру в системе международных связей агентства», Вашингтон обрушивает потоки клеветы на 75 государств Западной Европы, Латинской Америки, Азии и Африки. «НТВ,— пишет, отражая точку зрения ряда африканских государств, выходящая в Сенегале газета «Солей»,— открывает путь для широкого идеологического проникновения бывших колониальных держав в освободившиеся страны. Эта техника позволяет залить развивающиеся страны потоком угодной империализму информации, подрывает зарождающиеся национальные системы телекоммуникаций; она отрицательно отразится на развитии национальной культуры». «ТСС-С, ВАС ПОДСЛУШИВАЮТ!..» Много лет назад Ч. Уик начинал свой «путь наверх» в джазовом оркестре в Кливленде, где приобрел определенные антрепренерские навыки, которые ему позднее пригодились в Голливуде. Уик не любит вспоминать о том далеком периоде. «Можно подумать, что это все, что я когда-либо сделал,—- раздраженно заметил он как-то корреспонденту «Вашингтон пост».— Я уже 30 лет не имею отношения к миру кино. Я юрист, занимался коммерцией, вкладывал деньги в рискованные предприятия...» Участие в рискованных, а нередко и сомнительных финансовых аферах — это в мире Ч. Уика нечто вроде свидетельства о принадлежности к «высшим слоям общества». Бизнес, погоня за наживой принесли им богатство, вывели на верхние ступени американской социальной лестницы. Состояние Ч. Уика равняется семизначной сумме, но тем не менее он неустанно печется о том, чтобы прцумно- 287
жить ее. Методы, способы значения не имеют. Его не раз уличали в том, что он стремится поживиться за государственный счет. Известен случай, когда Уик вынужден был возместить казне 32 тысячи долларов, которые незаконно израсходовал на оборудование в своей личной резиденции системы обеспечения безопасности. Но что для директора ЮСИА все эти разоблачения, скандалы, коль скоро в Белом доме известно, что глава гигантского ведомства внешнеполитической пропаганды, наделенный правомочиями члена кабинета,— друг президента, что еще в 1980 году он был главным сборщиком фондов для президентской избирательной кампании и, создав специальную организацию «Коалиция за новое начало», собрал, по сообщениям американской печати, 15 миллионов долларов! То, что Ч. Уик, как и У. Кейси, принадлежит к числу «неуязвимых», полностью подтвердилось зимой 1984 года, когда директор ЮСИА оказался в центре громкого скандала, связанного с тем, что на протяжении длительного времени он тайком записывал на магнитофонную пленку телефонные разговоры с политическими и общественными деятелями США в целях их возможной дискредитации и шантажа. Как сообщала пресса США, обширное «досье» директора ЮСИА содержало, в частности, записи бесед с сенатором-республиканцем М. Хэтфилдом, навлекшим на себя гнев администрации поддержкой требования о замораживании ядерных вооружений, с Дж. Бейкером, который был в ту пору руководителем аппарата сотрудников Белого дома и обвинялся правыми в «излишнем либерализме», и другими. Более 80 стенограмм телефонных разговоров были представлены расследующим скандал комиссиям сената и палаты представителей конгресса США по иностранным делам. В ходе разбирательства выяснилось, что «телефонной слежкой» Уик занялся еще в Калифорнии, где тайно записал на магнитофонную ленту беседу с председателем сенатской комиссии по иностранным делам Чарльзом Перси, а также разговор с известным журнали- 288
стом пз «Лос-Анджелес тайме» Р. Бергольцем. Хотя в соответствии с законодательством штата Калифорния подобные действия караются тюремным заключением сроком на один год и штрафом в размере 2,5 тысячи долларов, Уик в ту пору каким-то образом вышел сухим из воды. В 1984 году, как только стало известно, что «дело Упка» расследуют две комиссии конгресса и подключается Управление общественных служб, Белый дом затеял собственное «разбирательство». Оно было коротким, выводы однозначными, решение безапелляционным: «...не считать Чарльза Уика нечестным человеком. Он прекрасно работает. ЮСИА, и в частности «Голос Америки» сейчас находится в лучшей форме, чем когда-либо. Уик останется на своем посту». Иными словами, не беда, что директор ЮСИА — мошенник и шантажист, лишь бы он и впредь активизировал свое ведомство идеологических диверсий! Выступая на церемонии по случаю учреждения подведомственного ЮСИА так называемого «Национального фонда в поддержку демократии», президент США Р. Рейган заявил, что-де, «поскольку американцы являются наследниками торговцев-янки, прекрасно умевших сбывать свои товары», Вашингтон должен столь же ловко «сбывать принципы американской демократии», и в этом деле он «не станет стесняться». И специалисты по идеологическим диверсиям и дезинформации в Вашингтоне действительно не стесняются! Антигуманная идеология современного американского капитализма и лживая пропаганда, ведущаяся по каналам ЮСИА, наносят ущерб делу мира, делу укрепления взаимопонимания, дружбы и сотрудничества между государствами и народами. Нельзя не сказать и о том, что все более пагубной становится в США роль других буржуазных средств массовой информации, одурманивающих сознание людей в интересах господствующего класса. «В какой бы стране земного шара ни происходили какие-либо волнения и не имела места внутренняя социальны
ная борьба, все подобные явлепия непременно истолковываются нашими противниками, как дело рук мнимых советских агентов, снабженных мнимым советским золотом...» Так писал нарком по иностранным делам СССР Г. В. Чичерин еще в 1927 году, в период, когда английские реакционные круги развертывали провокационную кампанию против СССР. Сегодня этот провокационный метод — один из главных видов оружия, который вновь и вновь пускают в ход злопыхатели из ЮСИА. «Чарльз Уик в своем просторном кабинете рассматривает огоньки, мерцающие на настенной географической карте. Он подобен генералу, осматривающему диспозицию войск». Так начала статью о директоре ЮСИА «Нью-Йорк тайме». Уик — генерал... от дезинформации, главнокомандующий многотысячным воинством клеветников.
„КУХОННЫЙ КАБИНЕТ"
В одном из номеров английского журнала «Ныо стейт- смсн» была опубликована статья о ближайшем окружении нынешнего президента США. В ней, в частности, говорилось: «Люди, которые превратили его [президента] мизерные средства в многомиллионное состояние, безвозмездно давали ему юридические советы и консультации по части налогов и помогли финансировать его избирательные кампании, оплатили празднества, когда была завоевана победа, а затем, естественно, потребовали своего экономического и идеологического вознаграждения. Эта группа людей составляет «кухонный кабинет» Р. Рейгана». «Кухонный кабинет» — не изобретение Р. Рейгана. Еще Эпдрю Джексон, находившийся у руля государственной власти в период с 1829 по 1837 год, решал или предрешал многие важные государственные вопросы не в результате обсуждения их с конгрессом или с членами правительства, а в узком кругу особо доверенных лиц, собиравшихся на кухне Белого дома. Они санкционировали (разумеется, конфиденциально) такие акции правительства, как сохранение рабства негров, истребление индейцев, разработали систему раздачи официальных должностей сторонникам партии, одержавшей победу на выборах. Именно тогда в американский политический лексикон вошел термин «кухонный кабинет». При последующих хозяевах Белого дома существование и функционирование «кухонного кабинета» утвердилось 292
почти офпцпальпо, п его деятельность протекала уже не по соседству с посудными шкафами и медными половниками, а в более приспособленных для приватных встреч местах. В годы правления Д. Эйзенхауэра центром, где разрабатывались многие политические и иные «ходы», стал так называемый Огастовский клуб, расположенный в одном из живописных уголков Джорджии; Л. Джонсон сформировал весьма влиятельную «группу ленча по вторникам»; Р. Никсон собирал приближенных в «мини-Белых домах» в Сан-Клементе (Калифорния) и Ки-Бискей- не (Флорида). При Рейгане его «кухонный кабинет» стал все чаще собираться в Вашингтоне. Говоря о ближайшем окружении президента, о тех, кто оказывает весьма заметное влияние на его умонастроение, на его взгляды по тем или иным политическим проблемам, американская пресса называет 10—15 имен. В первые годы президентства Р. Рейгана, когда калп- форнийцы контролировали более 40 ключевых постов в Белом доме, «кухонный кабинет» состоял почти исключительно из представителей калифорнийского бизнеса. В их числе — Холмс Таттл, миллионер, владелец автомобильного магазина в Лос-Анджелесе. «Уолл-стрит джорнэл» характеризовал его как «одного из главных воспитателей Рейгана в годы его политического младенчества» (сын Таттла назначен Рейганом директором управления кадров аппарата Белого дома). Миллионер Гепрп Сальватори, владелец акций «Бэнк оф Америка», совладелец военно- промышленной корпорации «Литтои» и основатель так называемого «Института по вопросам коммунистической стратегии и пропаганды». О себе он говорит: «Я — один из тех парней, которые распознали коммунистическую угрозу еще в момент образования ООН в Сан-Франциско». С 1981 года в «кухонный кабинет» президента входили Уильям Уилсон, член правления директоров крупной нефтяной корпорации «Пеннзойл», где ему принадлежит стотысячный пакет акций; Э. Джоргенсен, владелец скотовод- 293
ческого ранчо, член правления калифорнийской сталелитейной компании «Эрл Джоргенсен»; Т. Каммингс — совладелец сети продовольственных магазинов; А. Блуминг- дейл — совладелец сети универмагов; Дж. Разер — кинопродюсер и нефтепромышленник; К. Стоун— совладелец ряда крупных страховых компаний; Р. Флуор — президент крупной строительной компании. «Эта группа, регулярно собиравшаяся на заседания в Калифорнии или в Вашингтоне, ничего не оставляла на волю случая,— отмечал в начале 80-х годов американский публицист Р. Надер.— Как заявлял Г. Сальватори, при отборе лиц на высокие посты руководствовались тремя критериями: был ли тот или иной кандидат человеком президента, был ли он республиканцем и был ли он консерватором. В 99 случаях из ста президент принимал их рекомендации». «Сегодня Америка находится в Калифорнии»,— не без сарказма отмечал западногерманский журнал «Шпигель» в статье о могуществе калифорнийских оружейных, нефтяных и иных магнатов. Американские и другие западные журналисты не преминули отметить в этой связи, что сама Калифорния — точнее, бывшая правящая верхушка этого штата — переместилась в Белый дом или на ближайшие подступы к нему. С годами состав «кухонного кабинета» Рейгана претерпел определенные изменения. Умерли Каммингс и Блу- мингдейл. Уилсон получил дипломатический пост за рубежом (с января 1984 г.—посол США в Ватикане). Их сменили новые чиновники. Заметную роль стал играть генерал-лейтенант в отставке Брент Скаукрофт — председатель международной консультативной фирмы «Киссинджер ассошиэйтед инк», в прошлом — высокопоставленный сотрудник Белого дома, военный помощник президента Р. Никсона (именно в его руках находился одно время так называемый «черный ящик», который имеет при себе президент во всех поездках и который предназначен для связи и принятия решений относительно ядерной вой- 294
ны). Возросло влияние Уильяма Фрэнка Бакли — председателя совета директоров радиотелекомпании «Стар бродкас- тингс групп», главного редактора журнала американских «ультра» «Нэшнл ревью», основателя и попечителя реакционной молодежной организации «Молодые американцы за свободу». Среди лиц, вошедших в «кухонный кабинет» президента,— консервативный журналист Т. Уинтер, экономист А. Гринспэн. Однако ядро «кабинета» по-прежнему составляют представители калифорнийских кругов. За кулисами Белого дома имеется ряд влиятельных лиц, участвующих в разработке концепции подготовки США к «звездным войнам» — концепции, которая, будучи возведена в ранг официальной, стала одной из главных составных частей вашингтонской военно-политической стратегии. Известно, что Соединенные Штаты уже давно нацелились на милитаризацию космоса. С самого начала космической эры они рассматривают околоземное космическое пространство как плацдарм для ведения агрессивных войн. Это, в частности, подтверждают получившие огласку материалы Пентагона, из которых следует, что США приступили к выработке концепции применения противоспутникового оружия еще в 50-х годах. В 1959 году министру обороны США был представлен первый план создания противоспутниковой системы «Сейнт». США в 1959 году первыми испытали противоспутниковое оружие: ракетой, запущенной с бомбардировщика В-47, был перехвачен спутник «Эксплорер-6». В 60-х годах США первыми создали на островах Тихого океана две наземные противоспутниковые системы: в 1963 году — на атолле Кваджалейн, в 1964 году — на острове Джонстон. Проводились многочисленные пуски ракет для перехвата спутников-мишеней. Инициатором нового направления в гонке вооружений, как уже отмечалось, неизменно выступали и выступают Белый дом, Совет национальной безопасности, руководство 295
Пентагона. За форсированную милитаризацию околоземного пространства рьяно ратовали и ратуют капитаны американской военной индустрии. Следует особо отметить, что, охваченные жаждой наживы, гигантские военно-промышленные корпорации выступают не как пассивные получатели заказов правительства и Пентагона — они активно добиваются все большего расширения и модернизации производства, освоения все новых и все более дорогостоящих систем и видов оружия. Тем самым оружейные магнаты и взаимодействующие с ними финансовые «центры силы» оказывают нарастающее влияние на формирование военной политики страны, на разработку основополагающих военно-стратегических концепций; это влияние еще более возрастает усилиями целенаправленной и активной милитаристской пропаганды. «Товарооборот американской военной промышленности за период, истекший после второй мировой войны, достиг 2500 миллиардов долларов, а это едва ли смогло бы произойти без умения показать товар лицом, без умения продавать, без постоянных обещаний новых систем оружия, которые должны каждый раз но-новому обеспечивать безопасность Америки»,— отмечал 27 марта 1986 года западногерманский журнал «Шпигель»; журнал особо подчеркивал, что такие военно-промышленные гиганты, как «Дженерал дайнэмикс» и «Ро- куэлл», «Макдоннелл — Дуглас» и «Грумман», ЛТВ и «Аэроджет-дженерал», которые превратили гонку вооружений в «главный бизнес Америки», вынашивали планы милитаризации космоса задолго до того, как эти планы начали разрабатываться официальным Вашингтоном; руководители военно-промышленных корпораций исходили при этом из того, что, если они не освоят в производстве оружия нечто новое, «померкнет блеск их имен, оскудеют их угодья». Еще в начале 80-х годов руководители «Року- элл интернэшнл» издали брошюру «Космическое пространство — американская граница для роста, лидерства и свободы», в которой, рассуждая о будущем Америки, высту- 296
пали за то, чтобы «искать восстановления национального величия» в оккупации космоса и к 2010 году развернуть космические станции с лазерным оружием, которые обеспечили бы «непосредственное, незамедлительное и надежное господство над всеми вооруженными силами». 13 1980—1981 годах к поискам возможностей создания «космического оружия» активно подключились другие корпорации. Таковы факты. Вместе с тем американская пресса, зарубежные эксперты, касаясь вопроса о рождении СОИ, называют имена конкретных лиц, имеющих непосредственное отношение к разработке этой милитаристской доктрины. «Р. Рейган,— свидетельствовала в марте 1985 года «Нью-Йорк тайме»,—- сыграл главную роль в этой истории. Он выражал глубокую заинтересованность в возможностях новейшей военной техники. Еще в 1967 году он посетил Лабораторию радиации имени Лоуренса в Ливерморе (Калифорния) — одно из ведущих исследовательских учреждений страны, где разрабатываются новые системы оружия и изучаются такие «экзотические» явления, как лазерный синтез. Став президентом, Рейган обратился с запросами о космическом оружии к ученым и специалистам. С наибольшим энтузиазмом отнесся к этой идее Э. Теллер, утверждавший, что ему и его коллегам удалось найти путь, позволяющий положить конец стратегии взаимного гарантированного уничтожения». По данным «Нью-Йорк тайме», в 1981 году в Вашингтоне, в штаб-квартире ультраправой организации «Херп- тидж фаундейшн», была проведена серия секретных встреч членов неофициального «мозгового треста» Белого дома, на которых были определены первые ориентиры будущей программы милитаризации околоземного пространства. Особенно активную роль в нем играли в тот период бывший заместитель военного министра США К. Бендет- сен, генерал-лейтенант Д. Грэхем, Э. Теллер, близкие друзья Рейгана — Дж. Курс, Дж. Дарт. Позднее в секрет- 297
ных совещаниях и консультациях стали участвовать члены комитета начальников штабов — Р. Макфарлешт, в ту пору заместитель помощника президента по национальной безопасности, и один из учеников Теллера — калифорнийский физик Дж. Киуорт. Осенью 1982 года было создано космическое командование ВВС США, год спустя в районе Колорадо-Спрингс началось строительство Объединенного центра космических операций. Тем временем «космическая группа» при президенте завершила разработку основных концепций так называемой «стратегической оборонной инициативы» США. О дальнейшем развитии событий «Нью-Йорк тайме» рассказывала так: «Ребята из Белого дома сказали: «Давай, босс, не теряйся. Можно наделать много шума. Это — прекрасная реклама. Ты будешь выглядеть как величайший руководитель Америки, так что — вперед, говори свою речь!» Сразу же после «программной» речи президента о милитаризации космоса, транслировавшейся на всю страну в марте 1983 года по радио и телевидению, сенатор Э. Кеннеди заявил, что администрация Р. Рейгана прибегает к вводящей в заблуждение и пугающей «советской угрозой» тактике и что ее планы «звездных войн» по меньшей мере опрометчивы. Так родился термин «звездные войны», прочно вошедший в международный политический лексикон. На министерство обороны США полился золотой дождь «космических» ассигнований; в 1984 году Пентагон получил 14 миллиардов долларов. В январе 1984 года Р. Рейган подписал директиву № 119, предусматривающую выделение в 1985 году почти 2 миллиардов долларов на работы, связанные с проектами создания «глобальной» противоракетной системы ПРО с элементами космического базирования. Было создано Объединенное космическое командование США. Подготовка к «звездным войнам» набирала темпы... «Нью-Йорк тайме» опубликовала список лиц, входящих 298
в «космическую группу» президента и активно участвовавших в разработке так называемой «стратегической оборонной инициативы» США и в подготовке речи Р. Рейгана о «звездных войнах». Среди них — физик Э. Теллер, которого американская буржуазная пресса именует «отцом американской водородной бомбы» и который ныне возведен ею в ранг «крестного отца «звездных войн»; он — один из основателей и руководителей Ливерморской лаборатории — главного научного центра Пентагона; он — член правления так называемого «Фонда Герца», основанного в 40-е годы корпорацией богатейшего семейства Герца с целью финансирования подготовки специалистов в области новейших систем вооружений. «Фонд» тесно связан с министерством обороны США: его президент У. Телли — председатель Научного совета армии при Пентагоне. Кроме того, Теллер известен в США как «суперястреб», антикоммунист, активный противник любых мер, направленных на улучшение американо-советских отношений, на обуздание гонки вооружений. Еще в середине 50-х годов он рьяно выступал против запрещения испытаний ядерного оружия, а позднее, в 1963 году, когда Московский договор о запрещении испытаний ядерного оружия в трех средах был подписан, объявил его «ужасной и трагической ошибкой». За усиление гонки вооружений Теллер ратует и как бизнесмен: он имеет крупные вложения в компанию «Гелионетикс», которая, как свидетельствует «Нью-Йорк тайме», «может извлечь немалую выгоду», поставляя, в частности, силовые установки для ракет «Пер- шинг-2». «Советский Союз планирует захват всего мира», «русские — воплощение зла», «нейтронную бомбу следует пустить в ход против русских в Западной Европе» — вот лишь некоторые изречения Теллера из его «идейно-политического багажа». «В высшей степени ястребиные взгляды Теллера,—констатировал журнал «Тайм»,—сделали его подозрительной фигурой в глазах многих американских ученых, но в Белом доме он считается почетным гос-
Еще в период пребывания Р. Рейгана на посту губернатора Калифорнии Теллер был его «неофициальным научным консультантом», сейчас он еще более влиятельный, хотя по-прежнему «неофициальный», консультант президента США. Президент лично вручил ему «Национальную медаль науки». В 1985 году в США было рассекречено неизвестное ранее общественности письмо ученого физика Р. Оппенгей- мера, адресованное его коллеге Э. Ферми. Как явствует из этого письма, в годы второй мировой войны в США рассматривался вопрос о том, чтобы применить в качестве оружия пищу, подвергшуюся радиоактивному заражению; планировалось отравить 500 тысяч человек. Американское агентство АП сообщило, что в создании и осуществлении каннибальского плана «Отрава» намеревались принять участие руководитель проекта «Манхэттен» генерал Л. Гровс и Э. Теллер. Еще в 1983 году Теллер, восторженно приветствовавший речь президента о «звездных войнах», поспешил объявить журналистам, что это— «великолепное заявление». «Эта речь,— сказал Теллер,— напомнила мне о поворотном моменте истории, о тех далеких уже годах, когда я и другие ученые-физики сумели наконец убедить президента Ф. Рузвельта в необходимости взяться за разработку проекта «Манхэттен», предусматривавшего создание первой в мире атомной бомбы». «Подобная параллель, может быть, и уместна, но не совсем в той форме, в какой видит ее Теллер,— не без сарказма заметила в этой связи «Вашингтон пост».— До Хиросимы мы не могли уничтожить себя, после Хиросимы мы можем это сделать. Ставки стали иными. Мы больше не должны повторять ошибки прошлого. Ибо если мы не будем учиться на ошибках, нас, по всей вероятности, просто не будет». Однако такие доводы не действуют на Теллера. Ныне он — один из самых рьяных сторонников опаснейших планов развертывания гонки вооружений в космосе; ораторствуя в июне 1985 года на 300
симпозиуме, устроенном в Париже так называемым «Фондом будущего», организацией, ставящей задачей пропаганду геополитических доктрин империализма, Теллер призывал западноевропейские страны НАТО активно подключиться к подготовке «звездных войн». Он обрушивается на тех американских ученых, которые отказываются от участия в реализации программы подготовки к «звездным войнам», и откровенно заявляет, что его страшит не ядерно-космическая дуэль, а «пришествие международного коммунизма». «Лучше быть атоминизированными, чем коммунизированными» — вот кредо Теллера. Заметную роль в формировании агрессивных военно- космических доктрин Вашингтона играет Дж. Киуорт, старший советник президента США по научным вопросам (этот высокий пост Киуорт получил по рекомендации Теллера). В лагере президента США, свидетельствовала английская газета «Файнэншл тайме», он главный пропагандист так называемой «стратегической оборонной инициативы». Генерал-лейтенант Дэниел Грэхем, один из директоров многонациональной корпорации «Каргилл», был военным советником Рейгана в предвыборной кампании, в течение многих лет возглавлял военную разведку Пентагона — РУМО, специализируясь на шпионско-диверсионных акциях против социалистических государств. Он — сопредседатель милитаристской организации «Коалиции за мир с позиции силы», созданной в 1978 году с целью противодействовать ратификации Договора об ОСВ-2. В 1982 году Грэхем подготовил и предоставил президенту доклад «О размещении в космосе 450 спутников, оснащенных новейшим оружием», руководил в «Херитидж фаундейшн» подготовкой доклада о скорейшем развертывании в околоземном пространстве космической ракетной системы. В «космическую группу» президента входит и К. Бен- детсен, председатель совета директоров крупной корпорации «Чемпион интернэшнл», бывший заместитель военно- 301
го министра и председатель созданного в Пентагоне Комитета по изучению программы идеологического воспитания американских военнослужащих. Как и Грэхем, он — сопредседатель «Коалиции за мир с позиции силы». «Будущие поколения должны будут нести бремя перевооружения США»,— предрекал Бендетсен еще в 1950 году. Ныне он активно участвует в разработке планов размещения в космосе новейшего оружия, которые, по данным американской печати, обойдутся американским налогоплательщикам более чем в триллион долларов. Еще один член «космической группы» — мультимиллионер Дж. Курс, «пивной барон» из Колорадо, правый республиканец. Американская печать сообщала, что Курс разогнал на своих заводах 17 профсоюзных организаций и ввел правила, согласно которым каждый рабочий и служащий, поступающий в его фирму, обязан не только дать «исчерпывающие сведения» о своих политических взглядах, но и подвергнуться испытанию на «детекторе лжи». В середине 70-х годов имя Курса упоминалось в тех разделах американских газет, где речь идет об общенациональных политических проблемах: в тот период Курс вместе с влиятельным издателем К. Эллером, членом полуфашистского общества Джона Бэрча — Ф. Барлоу и другими создал в Денвере «Юридический фонд штатов района Скалистых гор» — организацию, ставившую задачей добиться предоставления крупному капиталу неограниченной свободы действий в использовании и эксплуатации природных ресурсов. В 1980 году Курс активно поддерживал в ходе президентских выборов Р. Рейгана и, по свидетельству журнала «Ю. С. Ньюс энд уорлд рипорт», вложил в избирательную кампанию «очень крупные средства, если не целое состояние...». По инициативе и на средства Курса в США основана организация «Херитидж фаундейшн» — один из главных «поставщиков идей» для правого крыла республиканской партии. Известно, что этот «фонд» еще в 1980 году разра- 302
ботал для будущей администрации 20-томный труд «Мап- дат на лидерство», в котором содержались предложения и рекомендации, касающиеся всех основных направлений внешней и внутренней политики правительства; год спустя руководители «фонда» констатировали, что из 1270 внесенных ими предложений официальный Вашингтон принял более половины. После президентских выборов 1984 года «фонд» разработал «основополагающий доклад» «Мандат-2», стержнем которого являются следующие рекомендации: «Необходимо бросить вызов Советскому Союзу в идеологической, дипломатической и политической областях», «самой важной целью США в долгосрочном плане должно быть изменение нынешней советской системы». «Донорами» «фонда» наряду с фирмой Курса являются ныне почти 90 крупных банков и корпораций, а более 30 бывших сотрудников «фонда» занимают в Вашингтоне высокие официальные посты. Тех, кто стоял у истоков военно-космических авантюр США, активно участвовал в разработке вашингтонской доктрины «звездных войн», объединяют тесные связи с большим бизнесом США, который, как уже говорилось, наживает на разработке и производстве «сверхновых» видов и систем оружия фантастические барыши (напомним в этой связи, что на исследования в рамках СОИ в США за 10 лет— с 1984 по 1993 год — планируется израсходовать более 60 миллиардов долларов). Но их объединяет не только это. Каннибальские идеи о «звездных войнах» рождены в умах их «творцов» воинствующим антикоммунизмом. Американский журналист Дж. Манно писал в своей книге «Вооружая небеса: секретные военные планы для космоса на 1945—1995 годы», что многие из этих идей американские приверженцы военно-космических авантюр заимствовали из изысканий ученых гитлеровского рейха. «Стратегическая оборонная инициатива» уходит своими корнями в стратегию мирового господства посредством 303
глобального террора, к которой стремились нацисты во время второй мировой войны, — отмечал Дж. Манно. — Идеи, напоминающие сегодняшние разработки по милитаризации космоса, уже тогда разрабатывались в гитлеровских центрах. Некоторые из них после разгрома фашизма были использованы в Америке». Гитлеровский генерал У. Дорнбергер вскоре после разгрома «третьего рейха» был импортирован в США, где стал вице-президентом аэрокосмической компании «Белл авиэйшн» — подрядчика Пентагона. «Господа, я приехал в вашу страну не для того, чтобы проиграть третью мировую войну»,— заявил бывший нацист участникам конференции по производству баллистических ракет. Одним из ведущих конструкторов ракеты-носителя «Сатурн-5», доставившей на Луну в июле 1969 года американский космический корабль «Аполлон-11» с астронавтами па борту, был А. Рудольф, бывший нацист, в годы войны занимавший пост начальника производства гитлеровского подземного завода «Дора-Миттельверке», на котором изготовлялись ракеты «Фау-2». После краха «третьего рейха» было установлено, что этот завод являлся частью гигантского фашистского концлагеря «Дора-Нордхаузен», где погибли от каторжных работ, голода и побоев более 20 тысяч заключенных. Но хотя отдел социальных расследований министерства юстиции США, занимавшийся в свое время преступлениями нацистов, еще в 1949 году выдвинул обвинения против Рудольфа, который лично участвовал в кровавых расправах и казнях, нацист не только вышел сухим из воды, но и без особых трудов получил американское гражданство, ибо был нужен тем кругам США, которые уже тогда делали ставку на новые виды оружия, предназначенного для «сокрушения социализма». Позднее, когда преступления Рудольфа стали достоянием общественности, он «добровольно» покинул США, а властям пришлось лишить его американского гражданства. Однако у Рудольфа нашлись защитники: в июле 1985 года представители ряда военных 304
концернов и исследовательских центров обратились в Белый дом с призывом «восстановить Рудольфа в законных правах американского гражданина», поскольку-де он «внес исключительный вклад в развитие американской науки»... Крупп, германский стальной и «пушечный король», нажил миллионы, после того как с помощью наемных шппо- нов выкрал в Англии изобретение Генри Бессемера, запатентовавшего конвертор для передела жидкого чугуна в сталь продувкой воздухом без расхода горючего. Американские «короли оружия» и агенты ЦРУ крадут не только чужие секреты—они организуют «перекачку умов» в США. И ие столь важно, вероятно, что некоторые из них еще вчера обслуживали агрессивную военную машину Гитлера. Главное, чтобы сильнее крутились маховики по производству оружия, чтобы лилась в их сейфы золотая река прибылей... Среди тех, кто оказывает определенное влияние на процесс принятия президентом решений, есть «брат Джерри» широко известный в США пастор Фолуэлл. Этот предприимчивый богослов начал свою карьеру с того, что на пожертвования верующих купил в Линчберге (Виргиния) здание и, переоборудовав его в баптистский храм, принялся усиленно вербовать прихожан, воздействуя на них радиопроповедями и запугивая обывателей всеми карами господними, если они откажутся посещать новую церковь. С помощью шантажа ему удалось буквально терроризировать округу. «Фолуэлл,—- писал в 1980 году в «Крисчен сенчури» помощник секретаря Национального совета церквей США У. Фор, — предпочитает карать, а не прощать, он знает единственное решение — наказание. Наказать тех, кто придерживается других взглядов на этические вопросы, наказать коммунистов... Он жаждет взять страну в свои руки и перевернуть ее. Терпимости, прощению и миру в религии Фолуэлла отводится так же мало места, как и поискам взаимопонимания в его полити- 11 Заказ 2088 305
ческих взглядах. Тот, кто не за пего, — тот против пего. Мы искренне надеемся, что такие люди не будут в нашей стране иметь реальной политической власти». Надеждам У. Фора не суждено сбыться в сегодняшней Америке. Опираясь на поддержку ряда ультраконсервативных политических деятелей, Фолуэлл создал и возглавил организацию «Моральное большинство», которая со временем превратилась в один из главных центров так называемых «новых правых», как писал «Тайм»,— «конфедерацию разномастных политических и религиозных групп, которых связывает враждебность к тому, что они считают эксцессами либералов и «левых» и эрозией основных ценностей Америки». В январе 1986 года «Моральное большинство» (насчитывавшее к тому времени около 400 тысяч членов, в том числе более 72 тысяч проповедников) влилось в созданный Фолуэлл ом новый ультрареакционный центр, претенциозно названный «Фондом свободы». Если годовой бюджет «Морального большинства» составлял около 7 миллионов долларов, то бюджет «фонда» как сообщается, уже в ближайшее время будет доведен до 12 миллионов. Принадлежащая Фолуэллу мощная радио- и телекорпорация «Олд тайм госпел аур» поглотила расположенную в городе Коко (Флорида) компанию кабельного телевидения «Нэшнл крисчен нетуорк» (Эн-си- эн), и оба эти пропагандистских центра объявлены Фолу- эллом «вещательной сетью свободы». Телевизионные проповеди Фолуэлла транслируются из Линчберга на всю страну в рамках специальной программы «Евангельский час доброго старого времени», их передают более 680 теле- и радиостанций, пропагандирует ежемесячник «Ведомости» выходящий тиражом почти в 600 тысяч экземпляров. По свидетельству журнала «Крисчен сенчури», «фонд» и его глава «регулярно поставляют кандидатам на высшие политические посты религиозные обоснования их политических программ». Фолуэлл нашел и «теоретическую базу» для своих воззрений, неразделимость религии 306
и политики, считает он, уходит корнями в прошлое: «Отцы-основатели не собирались отделять бога от государства, только — церковь от государства». О политических взглядах Фолуэлла красноречиво свидетельствует его книга «Слушай, Америка!» (Нью-Йорк, 1980 г.), в которой он назойливо повторяет избитый миф о «советской угрозе», уверяет американцев, что коммунисты «хотят захватить весь мир», и, цитируя Библию, ратует за «рост могущества Америки перед лицом опасного и быстрого распространения коммунизма». Фолуэлл громогласно призывает к возврату «эры Маккарти», дабы «мы могли зарегистрировать всех коммунистов и, поставив на лбу каждого из них клеймо, отправить в Россию». Эти призывы сопровождаются пророчествами о неизбежности американо-советской ядерной дуэли, трактуемой как Армагеддон. Под этим словом, почерпнутым из лексикона «свидетелей Иеговы» и обозначающего «последнюю битву между силами Христа и силами Сатаны», подразумевается «решающая битва добра и зла», в ходе которой «добро» (олицетворением такового является, по Фолуэллу, империалистическая Америка) должно одержать верх над злом, «сокрушив многомиллионное воинство дьявольского диктатора — антихриста». О месте, где произойдет Армагеддон, Фолуэлл говорит: «Мы считаем, что Россия совершит вторжение на Ближний Восток, и в первую очередь в Израиль. Именно в это время на земле произойдет ядерная катастрофа...» «Но можно ли уничтожить Россию ядерным оружием, избежав при этом уничтожения всего человечества?» — спросил как-то Фолуэлла один из американских журналистов. «Да! — последовал ответ. — Я не имею в виду истребление буквально всех. Вновь рожденные будут спешно вознесены на небеса». «Обсуждали ли Вы когда- либо эту проблему с Рейганом? — задал еще вопрос журналист.— Согласен ли он с Вами?» «Да, согласен», — уверенно ответил Фолуэлл. Тот факт, что местом Армагеддона новоявленный «про- 307
рок» считает Израиль, не случаен: по Фолуэллу, само создание Израиля и «собирание евреев в Палестине» следует рассматривать не иначе как предвестие «второго пришествия Христа». Руководитель «Морального большинства» установил тесные связи не только с рядом сионистских центров США, но и с правящими кругами Израиля, несколько раз встречался с Бегином, который просил Фо- луэлла принять участие в организации ряда «акций в поддержку Израиля». Эти просьбы не остались без ответа усердного проповедника. Особое внимание уделяют Фолуэлл и его подручные насаждению своих концепций и взглядов среди молодежи. Ими создан собственный баптистский колледж, они активно действуют в школах. «Наша главная цель — воспитание христианского характера,— говорит Фолуэлл.— Мы набираем учеников из детских садов и доводим их до колледжа, так что у нас есть возможность формировать их взгляды. Мы считаем, что если их воспитывать так, а не иначе, то бунтарей не будет. Мы относимся к ним, как к солдатам: приучаем к дисциплине и подчинению авторитетам. Внушаем им, что если они не смогут быть хорошими подчиненными, то не станут и хорошими лидерами». В 1980 году руководство республиканской партии заключило своего рода негласный союз с ультраправыми деятелями реакционных организаций протестантских фундаменталистов. Пропаганда этих организаций, камуфлирующих свои политические цели приверженностью к религии и догмам христианства, несомненно, оказала известное влияние на определенную часть верующих-протестантов, предопределив их позиции во время президентских выборов. Организация «Моральное большинство» и его глава сыграли в предвыборной кампании весьма заметную роль. Им удалось оказать влияние на не менее чем 10 миллионов избирателей. Воинствующий пастор поднял на пьедестал еще одного человека, которого считает «образцом для подражания»,— 308
фундаменталиста У. Брайана. В 1925 году Брайан сыграл одну и:з роковых ролен в так называемом «обезьяньем процессе» в Дейтоне (штат Теннесси), рьяно отстаивая «справедливость» библейской легенды о сотворении человека богом в противовес открытиям биологии. Процесс в Дейтоне закончился победой мракобесия: препо/^аватель биологии одной из дейтонскпх школ Дж. Скопе, чья «вина» заключалась в том, что он знакомил учеников с теорией эволюции Дарвина, был признан виновным. Президент США, укрепляя личные связи с «Моральным большинством» и Фолуэллом, выступил с пространной речью па религиозном митинге в Линчберге. По свидетельству «Вашингтон пост», проповедник «оказал серьезное влияние на разработку в 1984 году программы республиканской партии — самой консервативной за последние 20 лет». Американская печать не раз отмечала, что постулаты, выдвигаемые в проповедях «брата Джерри», его теологические изыскания находят отражение во взглядах хозяина Белого дома, а следовательно, и в линии правительства. Не составляет секрета тот факт, что при прямом или слегка завуалированном покровительстве властей зловещая атмосфера Дейтонского процесса и сегодня остается реальностью во многих, если не в большинстве, регионов страны. Уместно напомнить в этой связи, что в законодательные собрания 30 штатов внесены законопроекты с требованием обязательного преподавания библейской теории происхождения мира, а в средних школах ряда штатов и округов (например, в округе Кобб, штат Джорджия) преподавание учения Дарвина об эволюции запрещено на том основании, что оно-де «слишком спорно». Пламя современного обскурантизма активно раздувает Белый дом, добивающийся введения в школах обязательных молитв. Отчетливо просматривается отражение взглядов Фолу- элла и в подходе Белого дома к важнейшим проблемам войны и мира. «Может быть, уже наше поколение узрит 309
Армагеддон»,— заявил Рейган еще в 1980 году, почти дословно повторяя высказывания виргинского «пророка». Известно и такое заявление президента: «Израиль — это единственное стабильное демократическое государство, на которое мы можем положиться в том месте, где может начаться Армагеддон». Подобные заявления, цель которых — приучить людей к мысли о неизбежности ядерной катастрофы, не могут не вызывать тревоги у американской общественности. «Американцы вправе задаться вопросом, — писал в «Вашингтон пост» Р. Даггер, — не испытывает ли президент — человек, от которого многое зависит в решении вопросов о мире, войне, «нажать или не нажать кнопку», — под влиянием фундаменталистской теологии личной предрасположенности к тому, чтобы ожидать наступления Армагеддона, начало которому, по его мнению, может положить ядерная война на Ближнем Востоке?» У. Марти, известный американский ученый-социолог, профессор университета Рейса, сформулировал тот же вопрос в статье в журнале «Атлантик» еще точнее: «Если уничтожение России предопределено, то не может ли политический деятель или «высшего звания» фундаменталист рассматривать свой палец на кнопке как орудие помысла божия?» «Антикоммунизм является для президента США продолжением его внутриполитических догматов,— отмечал 18 ноября 1985 года журнал «Шпигель». — Такая политика совершенно открыто обретает псевдорелигиозные черты и тем самым как бы заново прокручивается пленка 50-х годов. Уже в те времена протестантские фундаменталисты дали «религиозное» объяснение «холодной войне»: это-де боролись две системы, одна из которых олицетворяла бога, а другая — дьявола. Спустя 30 лет фундаменталисты вновь обрели огромное влияние на политическую жизнь в США. Священник Джерри Фолуэлл счел, что США являются «единственным 310
логическим исходным пунктом для евангелпзации земного шара». Сам Фолуэлл использует свое влияние в Белом доме не только для того, чтобы проповедовать махрово-реакционные постулаты. Он всячески рекламирует проводимую Вашингтоном так называемую «политику неоглобализма». «Фонд свободы» активно занимается сбором средств на расширение «необъявленных воин», которые США ведут против Афганистана и Никарагуа, на осуществление подрывных операций против прогрессивных организаций в самих США. Есть данные, что Фолуэлл сыграл немаловажную роль в назначении У. Кейси директором ЦРУ. Известно и то, что один из сподвижников Фолуэлла, Р. Биллингс, стал высокопоставленным сотрудником аппарата Белого дома (ведает связями президента с правоеван- гелистским движением). Более того, вместе с группой других правых религиозных деятелей (Дж. Своггарт, Т. Ла- хэй) Фолуэлл создал с помощью ЭВМ некий «банк талантов», в котором собраны данные о проповедниках- евангелистах, «потенциально могущих стать сотрудниками государственного аппарата». «Таланты» сорта «Фолуэлл» намерены и впредь проталкиваться на вашингтонский Олимп. В заключение — еще об одной фигуре, которая, как отмечает американская печать, оказала заметное влияние на политическое мировоззрение главы нынешней администрации и, в частности, на формирование так называемой «доктрины Рейгана». В феврале 1983 года Белый дом наградил «медалью свободы» Дж. Бернхэма, отметив в соответствующем указе, что сей господин «оказал глубокое влияние на то, как Америка смотрит на себя и на мир». «Я лично в долгу у Вас,— заявил на торжественной церемонии вручения награды Р. Рейган.— За годы участия в политических кампаниях я обильно цитировал ваши работы». Кто же такой Дж. Бернхэм и какого рода постулаты мог почерпнуть — и черпал — президент из его творе- 311
нин? По свидетельству «Вашингтон пост» от 29 июня 198() года, зто «бывший троцкист, который па протяжении многих лет вел на страницах «Нэшнл ревыо» колонку под заголовком «Третья мировая война» и ратовал за то, чтобы вооруженным путем отбросить коммунизм в Восточной Европе». «В среде правых, где антикоммунизм — составная часть идеологической веры, имя «Бернхэм» может служить своеобразным паролем, ибо он превратил троцкистскую идейку «перманентной революции» в императив перманентной контрреволюции»,— отмечала газета, констатируя, что постулаты, проповедуемые Бернхэмом и иже с ним, ныне служат Вашингтону «идеологическим обоснованием» для того, чтобы затрачивать миллионы и миллионы долларов на подготовку в различных районах мира контрреволюционных формирований, которые с помощью ЦРУ «обеспечиваются буквально всем — от ботп- нок до ракет «Стингер». Красноречивая характеристика, не правда ли?
МИРАЖИ „КРЕСТОНОСЦЕВ " И РЕАЛИИ ЯДЕРНОГО ВЕКА
ТРАДИЦИИ ВЕЛИКОДЕРЖАВНОГО ГЕГЕМОНИЗМА Судя по публикациям американской печати, президент страны довольно часто заявляет о главенствующем, мессианском предназначении Соединенных Штатов в современном мире и больше,.чем многие из его предшественников, убежден, что он и его администрация призваны сыграть «историческую роль» в судьбах США и всей планеты. «При нашей первой администрации мы сделали историю, во второй наш срок мы можем навсегда ее изменить»,— заявил президент, например, в январе 1985 года в Вашингтоне на конференции организации «Икзекьютив форум». А несколько ранее, в октябре 1984 года, в ходе предвыборных дебатов с У. Мондейлом руководитель вашингтонской администрации оповестил телезрителей о том, что он сочинил некое «письмо в будущее», которое запечатано в сверхпрочную капсулу и должно быть вскрыто и прочитано через сто лет. Чтобы поразмыслить над этим «посланием людям, которые знают о нас все, что только можно знать, а мы о них ничего не знаем», Р. Рейган отправился на Западное побережье США, в свой родной штат Калифорнию, и там, на берегу океана, обдумывал, как он будет «вести себя при свидании с судьбой». Вывод, к которому он пришел, был однозначен: «Сто лет спустя, а может быть и раньше, кто-нибудь скажет: «Благодарим бога за тех, кто жил в 80-е годы XX века». «Глава администрации, — свидетельствовала «Вашингтон пост», — вознамерился войти в историю так, чтобы 314
оставить более глубокий след в американском правительстве и во внешней политике, чем любой другой президент страны после Франклина Рузвельта». Разумеется, президентство Рейгана останется в истории. Однако те, кому предстоит дать оценку этому периоду» будут руководствоваться не «письмом в будущее», а фактами, характеризующими политику правящих кругов США по важнейшим, кардинальным проблемам последней четверти XX века — проблемам войны и мира. В середине 80-х годов республиканская администрация, заглядывая в недалекое будущее, готовится к «смене караула» в Вашингтоне. Уместно задать вопрос: внесла ли она что-либо принципиально новое в тот идейно-политический арсенал, который находится в распоряжении правого крыла американской буржуазии? Ответ на него может быть лишь отрицательным. Ибо какие бы доктрины и концепции, выдвинутые республиканской верхушкой, мы ни анализировали, какой бы аспект политического курса Вашингтона ни рассматривали, всем им можно без особого труда найти аналоги и параллели в послевоенном прошлом Америки. Основой основ нынешней политики США является имперский постулат о том, что-де Америке самим господом богом предназначена руководящая роль в мире. Правящие круги Соединенных Штатов откровенно провозглашают, что на США якобы «лежит ответственность гарантов свободы» и что «в бурной истории нашей планеты Соединенные Штаты являются сильным и устойчивым кормчим, который ведет за собой страждущих всего мира». Нет необходимости доказывать, что этот постулат изобретен не сегодня и не вчера. Не будем вдаваться в американскую историю, многие страницы которой буквально пронизаны великодержавным гегемонизмом США. Напомним известное высказывание Г. Трумэна, относящееся к 1945 году и уже тогда заставившее многих всерьез задуматься над тем, какие потрясения и беды готовят миру новоявленные пре- 315
тенденты на мировое господство: «Хотим мы этого или не хотим, мы обязаны признать, что одержанная нами победа возложила на американский народ бремя ответственности за дальнейшее руководство миром». «На Соединенные Штаты возложена обременительная, но почетная миссия руководства миром», — почти дословно повторил Трумэна президент Эйзенхауэр, выступая в 1950 году перед студентами Колумбийского университета. «Необходимо выполнить возложенные судьбой обязанности по мировому руководству»,— вторил в 1961 году президент Дж. Кеннеди. Все это — квинтэссенция гегемонистской имперской философии агрессивного империализма, авторство которой отнюдь не принадлежит ни обитателям Белого дома, ни иным американским претендентам на перекройку политической карты мира. Еще испанский король Альфонс X, правивший в XIII столетии, как-то заявил: «Если бы я присутствовал при сотворении мира, я бы дал несколько полезных советов с целью навести во Вселенной лучший порядок». У американских претендентов на «Паке Американа» тоже есть немало «полезных советов» для «мирового творца». Республиканская администрация, придя к власти, призвала к «крестовому походу» против «безбожного коммунизма». Но разве этот призыв не заставляет вспомнить не только о фултонской речи У. Черчилля, но и о внешнеполитическом курсе США при президенте Г. Трумэне, который заявил, что «русские скоро будут поставлены на свое место, а Соединенные Штаты возьмут на себя лидерство в управлении миром», и в 1947 году выдвинул доктрину, которая доложила начало оформлению политики «холодной войны»; о проводимой Вашингтоном в начале 50-х годов доктрины «отбрасывания коммунизма» с помощью силы. В 1959 году, формулируя основную цель политики администрации как «обеспечение безопасности страны, ее основных ценностей и общественных институтов», СНБ подчеркивал: «...США стремятся всеми приемлемыми для 316
американского народа средствами довести международное коммунистическое движение до такого состояния, чтобы оно больше не представляло угрозы для национальной безопасности США». Республиканская администрация 80-х годов, сделав в своей внешней политике ставку па силу, взяла курс на то, чтобы любой ценой, любыми средствами взломать сложившийся в мире военно-стратегический паритет, дабы диктовать свою волю суверенным странам и народам. Она провозгласила доктрину «прямого противоборства с СССР». Подобные агрессивные военно-политические и стратегические доктрины и концепции провозглашались в послевоенный период едва ли не при каждом американском президенте: при Эйзенхауэре — «массированное возмездие», при Никсоне и Форде—«реалистическое устрашение», при Картере — «взаимное гарантированное уничтожение». Достаточно много в новейшей истории США также попыток запугать СССР ядерным оружием. Напомним о том, что еще до 1948 года в Вашингтоне было подготовлено свыше 10 подробных планов превентивного нападепия на СССР с использованием ядерного оружия. О том, что в 1949 году Вашингтон одобрил план «Офтэйкл»: развязав атомную войну против СССР, «навязать Советскому Союзу военные цели США, уничтожив советскую волю и способность к сопротивлению». О рассекреченном в 1977 году плане «Дропшот», в основе которого лежал зловещий замысел массированного атомного удара по городам и промышленным центрам СССР (планировалось разрушить до 40 процентов советского промышленного потенциала и «вывести из строя» около 7 миллионов человек). О рассекреченном в 1984 году плане «Солариум», который предусматривал военные операции против СССР, «даже если они были бы чреваты началом глобальной войны». О ряде других подобных планов, реализация которых была сорвана прежде всего благодаря внушительным успехам Советского Союза и всего социалистического содружества в укреплении 317
своей обороны, которые заставили американекие правящие круги осознать, что в случае развертывания Соединенными Штатами агрессии против СССР США неизбежно получат ответный удар. Следует, разумеется, отметить, что, хотя идейно-политический арсенал американского империализма за годы правления республиканской администрации в своей основе остался прежним, деятельность этой администрации, несомненно, наложила свою особую печать на лицо Америки и на международную обстановку в целом. Именно эта администрация объявила, что отправить коммунизм «на пепелище истории» — непосредственная цель ее политики. Именно она в первой половине 80-х годов отбросила элементы благоразумия, которые пытался привить американской политике Ф. Рузвельт, и признаки сбалансированности, просматривавшиеся во времена Дж. Кеннеди, и элементы политической трезвости, присутствовавшие в Вашингтоне в годы правления Р. Никсона. Еще раз подтвердилось, что, чем сильнее ход исторического развития подтачивает позиции империализма, тем более враждебной интересам народов становится политика его наиболее реакционных сил. Никаких политических дивидендов агрессивный, милитаристский курс США в ядерную эру, в условиях сложившегося на международной арене реального соотношения сил принести Вашингтону не может. «Сорок лет назад Соединенные Штаты имели монополию на атомное оружие — у них было девять атомных бомб, у Советского Союза таких бомб не было, — заявил, выступая в марте 1986 года в Лос-Анджелесе, бывший президент США Р. Никсон. — Сегодня у Соединенных Штатов и Советского Союза имеется более чем по 10 тысяч ядерных боеголовок, установленных на межконтинентальном оружии, причем самая маленькая из этих боеголовок в десять раз мощнее бомбы, уничтожившей Хиросиму. Продолжать гонку ядерных вооружений — безумие». 318
«Трудность, с которой правящие классы капиталистического мира приходят к пониманию реальностей, периодические рецидивы попыток силового решения всей группы противоречий, разделяющих два мира, разумеется, не случайны, — подчеркивалось в Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду КПСС. — К переводу соревнования двух систем на язык военного противоборства империализм толкают и внутренние пружины, сама его социально-экономическая сущность. Империализм в силу своей общественной природы постоянно генерирует агрессивную, авантюристическую политику. Здесь можно сказать о целом комплексе побудительных мотивов: хищнических аппетитах фабрикантов оружия и влиятельных военно-бюрократических группировок, корыстной заинтересованности монополий в источниках сырья и рынках сбыта, страхе буржуазии перед происходящими переменами, наконец, попытках решить за счет социализма собственные обостряющиеся проблемы. Последнее особенно характерно для империализма США». Сделав упор на наиболее гегемонистских концепциях, на крайне милитаристских и экспансионистских политических ориентирах, республиканская администрация, как отмечается в одном из заявлений ЦК Компартии США, «в большей мере, чем любое прежнее американское правительство, представляет на международной арене все самое агрессивное, реакционное, шовинистическое в монополистическом капитале». «МЫ НЕ ПОЗВОЛИМ НАЖАТЬ КНОПКУ!» Претенденты на мировое господство были известны и в прошлом. Но впервые претензии подобного рода, исходящие от империалистических кругов США, опираются на ракетно-ядерную и космическую материальную базу. Впервые эти претензии создают угрозу не только свободе 319
народов, но п существованию человеческой цивилизации. «Правая, милитаристская группировка в США, представляющая мощный военно-промышленный комплекс, просто помешалась на гонке вооружений,— отмечал, выступая 18 августа 1986 года с Заявлением по советскому телевидению, М. С. Горбачев.— Интерес тут, пожалуй, троякий: не допустить, чтобы оскудел поток наживы на производстве оружия; обеспечить США военное превосходство; попытаться измотать Советский Союз экономически, ослабить политически; и, в конечном счете,— обеспечить командные позиции в мире, осуществить давние имперские амбиции, проводить и впредь политику грабежа в отношении развивающихся стран». Да, сегодня гигантская военно-промышленная машина США не собирается сбрасывать обороты. Это надо принимать в расчет. Нельзя закрывать глаза на то, что, хотя среди правящего класса есть разногласия по поводу правительственной политики, они не выходят за рамки их общих классовых интересов. Однако интересы и цели правящей верхушки и военно-промышленного комплекса — совсем не одно и то же, что интересы и цели американского народа, подлинные национальные интересы этой страны. В Соединенных Штатах линия агрессивных империалистических кругов на дестабилизацию обстановки в мире, на обострение отношений с СССР и другими социалистическими странами встречает все более ощутимую оппозицию. Многие представители демократической партии, в том числе ее претенденты на президентский пост, выступили против этой линии, особенно в области гонки вооружений и конфронтации с Советским Союзом. В самой республиканской партии начинается брожение. Несмотря на все усилия, администрация США не смогла добиться в правящих кругах страны консенсуса 1 по основным проб- лемам внутренней и особенно внешней политики. 1 Консенсус — согласие по спорным вопросам. 320
Как уже говорилось в книге, многие планы и предложения Белого дома и Пентагона встречают сопротивление в конгрессе. Это подтверждение того, что и в самом правящем классе США есть круги, стоящие на позициях здравомыслия, и их сила и влияние возрастают. С первых дней «рейганомики» многие видные американские ученые-экономисты, такие, как Гэлбрайт, Бэрнс, Мэнсфнлд, Мелман, Леонтьев и другие, выступили с критикой линии Белого дома на головокружительное наращивание военных расходов. Суть их высказываний, как отмечала газета «Крисчен сайенс монитор», сводилась к следующему: «Какой смысл укреплять обороноспособность, если в результате экономика США, основа американской мощи, слабеет?» Буквально на следующий день после победы Р. Рейгана на выборах в ноябре 1980 года бывший министр обороны США М. Лэйрд предостерег: «Самое скверное, что может случиться для страны,— это безудержный рост расходов на оборону, который вызовет экономический хаос внутри страны и замешательство за границей». Спустя пять лет после того, как были сказаны эти слова, большинство экспертов-политологов и экономистов вынуждены были признать, что «рейганомнка» привела именно к этому. И хотя официальный Вашингтон громогласно обещал, что «вернет Америке былое величие», итоги его деятельности подтвердили то, чему учит опыт истории, и справедливость вывода английского историка П. Кеннеди: невозможно «восстановить глобальную мощь США за счет многомиллиардных затрат на вооружение». В целом обширная программа вооружений лишь умножила непродуктивные вложения, что подрывает индустриальную базу. Военное производство поглощает львиную долю научно-технических сил страны, самую квалифицированную рабочую силу, ценные экономические ресурсы, подрывая конкурентоспособность гражданских отраслей 321
на мировых рынках. Отсюда — нарастающее среди части самого правящего класса США прямое или лишь слегка завуалированное противодействие курсу Вашингтона на всемерное раскручивание гонки вооружений, все большее осознание необходимости и обоюдной выгодности длительного мирного сосуществования государств с различным общественным строем. «Человечество,— писал, отражая эти настроения, редактор влиятельного журнала «Фо- рин полней» Ч. Мейн,— находится на грани социальной и политической катастрофы, которую Соединенные Штаты вопреки угрозе, нависшей над безопасностью и благосостоянием Америки, судя по всему, предпочитают игнорировать. Можно сказать, что мы вступаем в период, напоминающий 30-е годы, когда экономический кризис дал толчок к возникновению бурных революционных процессов. Сейчас они развиваются на всем земном шаре, начиная от Вьетнама и кончая Никарагуа. Если нынешний экономический кризис не будет урегулирован, нас ожидают политические перевороты, которые могут обернуться серьезными последствиями для Соединенных Штатов». В мае 1985 года журнал «Ю. С. Ньюс энд уорлд ри- порт» провел опрос среди американцев, «обладающих наибольшим политическим и экономическим влиянием». Проанализировав их ответы, журнал пришел к следующему выводу: «На фоне признаков замедления темпов роста экономики почти девять десятых участников опроса призывают Рейгана сменить приоритеты в его экономических программах. Первоочередное значение придается замедлению темпов роста военных расходов. В области внешней политики значительное большинство участников опроса призывают президента свернуть военное вмешательство США в Центральной Америке и проявить большую сговорчивость в целях достижения соглашения о вооружениях с русскими». Большой резонанс в деловом мире США вызвало обращение к президенту около 600 известных представителей 322
политических, деловых и академических кругов США, в том числе бывших министров финансов — Дж. Коннели, М. Блюменталя, У. Саймона, бывшего министра торговли П. Питерсона, президента Массачусетского технологического института П. Грея и других. Подчеркивая, что сейчас Соединенные Штаты «сползают к национальной экономической катастрофе», авторы обращения (опубликовано в «Уолл-стрит джорнэл») «настоятельно призывают президента и руководство конгресса покончить с нынешними ненормальными темпами наращивания военных ассигнований и привести их в соответствие с реальными возможностями американской экономики». Аналогичный призыв содержится в публикации влиятельного Брукингского института «Экономические альтернативы», где подчеркивается, что военные расходы США должны быть урезаны в ближайшее время по меньшей мере на 175 миллиардов долларов, если США не намерены поставить под серьезную угрозу будущее своей экономики и подорвать свою конкурентоспособность на мировых рынках. Многие влиятельные представители американского бизнеса, не связанные с военной индустрией, выступают за восстановление доверия между СССР и США, за развитие взаимовыгодного сотрудничества. Показательны в этом отношении итоги состоявшегося в марте 1985 года в Дареме (Северная Каролина) Международной конференции на тему «Торговля и научно-техническое сотрудничество между Востоком и Западом», в которой приняли участие около 200 видных американских бизнесменов, в том числе президенты и председатели советов директоров многих крупных компаний США. Выступая на конференции, руководители таких мощных ФИРМ> как «Контрол дейта», «Солк, уорд энд Солк», «Доу кемикл», подчеркивали, что, как свидетельствует опыт, возможности расширения взаимовыгодных торгово-экономических связей огромны, однако для реализации этих возможностей нужно, чтобы администрация США отказалась от всякого рода 323
«санкции», от попыток использовать торговлю в политических целях и превратить ее в оружие «холодной войны». Все более важным фактором американской политической жизни становится массовое антивоенное, антиядерное движение. В стране, по данным Института по проблемам обороны и разоружения, создано и действует 5700 общенациональных и региональных организаций, центров и группировок, выступающих под лозунгами борьбы за мир. В их числе — Комитет за разумную ядерную политику, комитет «Американские друзья на службе общества», «Врачи за социальную ответственность», Союз обеспокоенных ученых, организация «Люди, стремящиеся к миру», Федерация американских ученых, «Граунд зироу» («Эпицентр взрыва»), Национальная кампания за замораживание ядерных вооружений, Союз юристов за ограничение ядерных вооружений, организация «Женщины, боритесь за мир!». Примечательно, что в антивоенное, антиядерное движение все активнее вовлекаются крупные религиозные организации и центры, что особенно важно, если учесть, что в США религия получила наибольшее распространение по сравнению с другими крупными капиталистическими странами (согласно опросам общественного мнения, к верующим причисляют себя в США 94 процента граждан, в Италии — 88, в Англии — 76 процентов). «Мы не можем себе представить какую бы то ни было ситуацию, при которой умышленное развязывание ядерной войны, сколь бы ограниченной она ни была, могло бы быть морально оправдано»,— отмечалось в мае 1983 года в обращении Общенациональной конференции католических епископов США. Состоявшийся в конце 1984 года 8-й национальный съезд коалиции «Мобилизация ради сохранения человечества», объединяющей свыше 170 антивоенных организаций, выработал национальную программу действий за ядерное разоружение. По призыву этой коалиции по всей 324
Америке прошла общенациональная кампания «Положить конец 40-летпей гонке вооружений!». Приуроченная к 40- летию атомной бомбардировки Соединенными Штатами японского города Нагасаки, эта кампания продолжалась 40 дней, в ней приняли участие десятки тысяч человек. В сентябре 1985 года ряд ведущих антивоенных организаций США объединился в коалицию, цель которой, как сообщила печать,— «заставить администрацию Рейгана позитивно откликнуться на инициативы Советского Союза в области разоружения». В ее состав вошли Национальная кампания за замораживание ядерных вооружений, Организация граждан за разумный мир, Комитет американских друзей на службе общества, «Обеспокоенные священники и миряне», Центр оборонной информации и Товарищество за примирение. «Администрация Рейгана должна не только ответить на недавние советские предложения в области ограничения вооружений, но и сама внести конструктивные инициативы, которые бы способствовали созданию духа доброй воли перед советско- американской встречей на высшем уровне в Женеве, а также воздержаться от каких бы то ни было провокационных акций»,— заявил один из координаторов коалиции — Б. Кронин. Исключительно большой резонанс вызвал в стране проведенный в 1986 году поход сторонников мира, проходивший под лозунгом «Убрать ядерное оружие»; в походе приняли участие представители всех 50 штатов страны, делегаты от многих зарубежных государств. Словом, представители различных социальных слоев и групп американского общества — при всем несходстве, а нередко и противоположности политических воззрений — все больше согласны с тем, что необходимо усилить борьбу за мир. Несколько лет назад, несмотря на противодействие властей, на экраны США вышел документальный фильм «Америка: от Гитлера до MX» режиссера Джоан Харви. 325
Люди разного возраста, разной судьбы, принадлежащие к разным классам общества — рабочий и профсоюзный деятель, домохозяйка и бизнесмен,— размышляют, спорят на экране о сегодняшнем и завтрашнем дне Америки и мира, о важнейших проблемах войны и мира. Их взгляды во многом не идентичны, нередко противоположны, но они едины в одном: необходимо отстоять мир, обуздать ядерных маньяков и те силы, которые за ними стоят. В фильме звучит песня, написанная Дж. Харви совместно с композитором Дж. Амато: ...Этот мир управляется банками! Опи сказали: «Мы владеем индустрией, И машинами, и железными дорогами, И телевизионными компаниями. Нам принадлежит этот небоскреб, А также школы. Бомбардировщики в наших руках, И бомбы тоже, Арабы покупают наши ружья, Израильтяне — танки»... Мистер Морган, Рокфеллер, Дюпон, Вас так немного! Однако мы знаем, И это факт, Что наш мир управляется вами. Подчиняя себе страны, Вы готовитесь к стычке, Но мы не позволим вам Нажать кнопку И уничтожить всех нас! Усиливается понимание опасностей, которые несет с собой «силовая политика» Вашингтона, его неконструктивный подход к международным делам и среди союзников США по НАТО. Характерные данные на этот счет содержатся, в частности, в обстоятельном докладе «Европа и мир», который в марте 1985 года был подготовлен Гуд- зоновским институтом — одним из крупных американских «мозговых центров», близких к правящим кругам США. В 326
докладе, работа над которым финансировалась такими ведущими военно-промышленными корпорациями, как «Дженерал дайнэмикс», «Рокуэлл интернэшнл», «Юнайтед текнолоджиз», «Контрол дейта», «Дюпон де Немур», финансовой корпорацией «Мэньюфэкчурерс ганновер траст компани», а также рядом мощных западноевропейских корпораций, в том числе бельгийской «Сосьете жене- раль», западногерманской «Даймлер — Бенц», нидерландской КЛМ, констатируется, что по ряду коренных вопросов внешней, военной и экономической политики между США и Западной Европой существовали и существуют значительные противоречия, в результате чего отношения между ними «испытывают растущую напряженность». Западноевропейцы, говорится в докладе, выражают особые опасения в связи с расчетами Вашингтона на то, что ядерная война будет вестись исключительно на территории Европы. Многие видные политические и общественные деятели Западной Европы, западноевропейская печать подтверждают это. Характерна в этом отношении книга западногер- .манского публициста Г. Руге «Между Вашингтоном и Москвой. Европа в конфликте сверхдержав» (Франкфурт- на-Майне, 1984 г.). Анализируя внешнеполитический курс вашингтонской администрации, он подчеркивает, что избежать перерастания недоверия западноевропейцев к своему заокеанскому партнеру в кризис всего Североатлантического союза можно лишь при условии, если Вашингтон «убедительно подтвердит свою решимость возобновить переговоры о контроле над вооружениями и сотрудничестве»; если же Америка будет и впредь выступать как сила, опирающаяся главным образом на свой военно-промышленный потенциал, западноевропейским правительствам «будет все труднее находить у собственных народов поддержку оборонительной концепции, рассчитанной на американское военное покровительство». А вот что пишет на ту же тему на страницах «Ныосуик», оценивая пребы- 327
вание республиканской администрации у власти, главный редактор влиятельной западногерманской газеты «Цайт» Тео Зоммер: «По мнению большинства европейцев, Рейган скорее манипулировал настроением парода, чем разработал эффективную политику. От его заявлений по внешней политике — об ограниченной ядерной войне в Европе, о задаче христиан стереть с лица земли зло коммунизма, о необходимости «крестового похода» против Востока —европейцев бросало в дрожь. Предложения Рейгана в области контроля над вооружениями разочаровали жителей Западной Европы, н они полны сомнений относительно «мудрости» и эффективности его неустанного наращивания вооружений. Наконец, экономическая политика президента — своего рода военно-промышленное кейнсианст- во ' — пугает их, поскольку взвинчивает американские процентные ставки и стоимость доллара, вытягивая европейские капиталы, которые остро необходимы в Старом Свете, и укрепляя протекционистские силы». Огромное, нарастающее позитивное воздействие на политическую ситуацию в мире оказало и продолжает оказывать последовательная, динамичная, целеустремленная внешняя политика СССР, всего социалистического содружества. Всесторонне взвесив сложившуюся ситуацию, КПСС, Советское государство выдвинули целостную программу коренного поворота к лучшему в международных делах, программу полной ликвидации до конца нынешнего столетия оружия массового уничтожения. Эта программа, как подчеркивается в Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду партии, исходит из того, 1 Кейнснанство — буржуазная теория государственно-монополистического регулирования капиталистической экономики. Основные принципы сформулированы английским экономистом Дж. М. Кейнсом под воздействием экономического кризиса 1929— 1933 гг. Кейнснанство оказалось несостоятельным в предотвращении экономических кризисов в капиталистических странах. 328
что сам «характер нынешнего оружия не оставляет ни одному государству надежды защитить себя только военно- техническими средствами, скажем созданием обороны — даже самой мощной. Обеспечение безопасности все больше предстает как задача политическая, и решить ее можно лишь политическими средствами. Нужна прежде всего воля, чтобы пойти по пути разоружения. Безопасность не может до бесконечности строиться на страхе перед возмездием, то есть на доктринах «сдерживания» или «устрашения». Не говоря уже об абсурдности и аморальности такой ситуации, когда ядерным заложником становится весь мир, эти доктрины поощряют гонку вооружений, которая рано или поздно способна вырваться из-под контроля». Эта программа исходит, далее, из того, что «безопасность, если говорить об отношениях между СССР и США, может быть только взаимной, а если брать международные отношения в целом — только всеобщей. Высшая мудрость не в том, чтобы заботиться исключительно о себе, а тем более в ущерб другой стороне. Нужно, чтобы все чувствовали себя в равной безопасности, ибо страхи и тревоги ядерного века порождают непредсказуемость в политике и конкретных действиях. Очень важным становится учет критического значения фактора времени. Появление новых систем оружия массового уничтожения неуклонно сокращает время, сужает возможности для принятия в случае кризисов политических решений по вопросам войны и мира». Спасти и сохранить мир, говорится в Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду КПСС, «нельзя, если не порвать — решительно и бесповоротно — с образом мыслей и действий, которые веками строились на приемлемости, допустимости войн и вооруженных конфликтов. А это значит осознать, что выиграть гонку вооружений, как и саму ядерную войну, уже нельзя. Продолжение такой гонки на Земле, а тем более распространение ее на 329
космос, ускорит и без того критически высокий темп накопления и совершенствования ядерного оружия. Обстановка в мире может приобрести такой характер, когда она уже не будет зависеть от разума или воли политиков. Она окажется в плену техники, военно-технократической логики. Следовательно, не только сама ядерная война, но н подготовка к ней, то есть гонка вооружений, стремление к военному превосходству, объективно не могут принести политического выигрыша никому. Это значит, далее, осознать, что нынешний уровень баланса ядерных потенциалов противостоящих сторон непомерно высок. Пока он обеспечивает каждой из них равную опасность. Но только пока. Продолжение гонки ядерных вооружений неизбежно увеличит эту равную опасность и может довести ее до таких пределов, когда даже паритет перестанет быть фактором военно-политического сдерживания. Стало быть, необходимо прежде всего намного снизить уровень военного противостояния. Подлинная равная безопасность в наш век гарантируется не предельно высоким, а предельно низким уровнем стратегического баланса, из которого необходимо полностью исключить ядерное и другие виды оружия массового уничтожения. Это значит, наконец, осознать, что в современной обстановке нет альтернативы сотрудничеству и взаимодействию между всеми государствами. Таким образом, сложились объективные условия, в которых противоборство между капитализмом и социализмом может протекать только и исключительно в формах мирного соревнования и мирного соперничества». Советская программа мира — программа, которая является, по существу, сплавом философии формирования безопасного мира в ядерно-космическую эру с платформой конкретных действий и которую многие видные политические и общественные деятели разных государств, в том числе и США, с полным основанием характеризуют 330
как историческую по своим масштабам и значению,— задела за живое миллионы людей на всех континентах. Весь мир, в том числе и миллионы американцев, вновь и вновь убеждаются в том, что социализм безоговорочно отвергает войны как средство разрешения межгосударственных политических и экономических противоречий, идеологических споров, что идеал социализма — мир без оружия и насилия, мир, в котором каждый народ свободно избирает путь развития, свой образ жизни. «Ваши смелые инициативы и конкретные предложения положили начало оттепели в «ядерный ледниковый период». Освобождая от леденящего душу страха перед ядерной зимой, ваши беспрецедентные действия и перспективные планы создают возможности и порождают надежды на цветущую весну в мире без ядерного оружия — оружия массового уничтожения». Так заявил, выступая в Москве с трибуны XXVII съезда КПСС, лидер американских коммунистов Гэс Холл. В этих словах точно отражены и смысл новых советских внешнеполитических инициатив, и суть нового подхода к международным делам, который с особой силой был продемонстрирован на высшем форуме советских коммунистов, и та реакция на широкомасштабное «мирное наступление» СССР, которая характерна для миллионов и миллионов людей, борющихся за мир. Советское государство искренне стремится к возвращению советско-американских отношений в нормальное русло. Мы не считаем, что в основе нынешней напряженности этих отношений лежит какое-то фатальное столкновение национальных интересов обеих стран. Наоборот, наши народы могут многое выиграть от развития широкого и плодотворного сотрудничества. Не говоря уже о том, что их объединяет доминирующий общий интерес — обеспечить безопасность, сохранить саму жизнь наших народов. Различия в социальных системах, в идеологиях наших стран — не причина для свертывания отношений и тем более для разжигания вражды. 331
Для того чтобы прекратить гонку ядерных вооружений, нет иных препятствий, кроме позиции некоторых держав, основанной на самоубийственной ставке на ядерные мускулы. Интересы сохранения человеческой цивилизации в ядерно-космическую эру настоятельно требуют нового политического мышлепия. Основой его должно стать осознание того факта, что наращивание ядерных арсеналов не только не увеличит безопасность, но, наоборот, может обернуться «нулевой» безопасностью, то есть тотальным самоуничтожением. То обстоятельство, что СССР участвует в переговорах, некоторые американские политики истолковывают как результат роста военной мощи США, разработки программы СОИ. Строя политику на таких ложных посылках, американская администрация никак не может выйти на дорогу честных соглашений, оздоровления международного климата. Это подтвердила и состоявшаяся в октябре 1986 года в Рейкьявике советско-американская встреча в верхах, в ходе которой сторонам удалось подойти к грани принятия крупных решении в области разоружения, но исторический шанс был упущен из-за упорного нежелания Вашингтона отказаться от планов обретения с помощью СОИ военного превосходства. II все-таки с реальностями жизни считаться придется. От них никуда не уйдешь. СССР — за диалог. Но это должен быть диалог, в котором обе стороны желают добиться реальных результатов. Нельзя допустить, чтобы переговоры превратились в дымовую завесу, прикрывающую гонку вооружений. В таком обмане мировой общественности мы Вашингтону не партнеры. Мир может быть сохранен только совместными усилиями всех государств и всех народов. Надо, чтобы каждый на Западе понял: старт ракеты с ядерным оружием — это, по существу, акт не только убийства, но и самоубийства. Выступая по радио 6 января 1945 года, Франклин 332
Д. Рузвельт говорил: «Мир может быть достигнут и сохранен только единой решимостью свободных и миролюбивых народов, которые хотят работать вместе, хотят помогать друг другу, хотят уважать н терпимо относиться друг к другу и пытаются понимать мнение и настроение друг друга. В грядущем мире злоупотребление силой, таящееся в самом термине «политика силы», не должно быть господствующим фактором международной жизни». Для действительного улучшения отношений между СССР и США необходима политическая воля со стороны руководителей этих стран. С советской стороны такая воля есть. Если она будет проявлена и американской стороной, то многие конкретные вопросы, разделяющие сейчас наши страны, начнут постепенно находить свое решение. Как-то Нельсон Рокфеллер, глава рокфеллеровского центра па Манхэттене, решил украсить главное здание центра и поручил известному мексиканскому художнику Диего Ривере написать огромную фреску. Ривера написал портрет В. И. Ленина. Рокфеллер пришел в ярость и приказал художнику без промедления заменить ее. Ривера отказался. Тогда Рокфеллер нанял другого художника. Недруги социализма могут, разумеется, в своих странах запретить вывешивать портрет Ленина. Но они не в силах ни задержать, ни тем более остановить уверенную поступь ленинских идей. Недруги мира будут и впредь пытаться нагнетать напряженность, усиливая грозную опасность, нависшую над человечеством. Но народы мира, объединив свои силы, могут и должны отвести угрозу ядерного уничтожения.
СОДЕРЖАНИЕ ПРЕДИСЛОВИЕ ; 4 НА ВЕРШИНЕ ПИРАМИДЫ 9 «Кузница оружия» — кузница политики 10 Птицы одного оперения 29 Штрихи к портрету 36 За фасадом Белого дома 56 НА СЦЕНЕ И ЗА КУЛИСАМИ 71 «Лучшее, что можно купить за деньги» 72 Кто они, «избранники народа»? 77 «Деньги — вот бог» 109 АМЕРИКАНСКАЯ ФЕМИДА 117 Вашингтонский ареопаг . 118 «Страж законности» . 132 По стопам Гувера 140 Рекорды, рекорды 149 НА «ДИПЛОМАТИЧЕСКОМ ОЛИМПЕ» 151 Оруженосцы большого бизнеса . .... 152 «Лингвистические упражнения» генерала Уолтерса .... 161 ГНЕЗДО «ЯСТРЕБОВ» НА «ЧЕРТОВОМ ДНЕ» 171 О тех, кто бряцает оружием . 172 «Если хватит лопат...» 190 Железный треугольник 209 334
АРХИТЕКТОРЫ «РЕЙГАНОМИКИ» 213 Богатые становятся богаче . . 214 «Человек в пяти креслах» и другие 228 ЧЕМ ТОРГУЮТ В ЛЭНГЛИ 251 Миллиарды для диверсантов 252 «Ваши цели — паши цели» .... 25П Когда тайное становится явным .... 204 ГЕНЕРАЛ ОТ ДЕЗИНФОРМАЦИИ II ЕГО ВОИНСТВО . . 273 Клеветники в фаворе 274 Разбой в эфире 284 «Тсс-с, вас подслушивают!..» 287 «КУХОННЫЙ КАБИНЕТ» 291 МИРАЖИ «КРЕСТОНОСЦЕВ» И РЕАЛИИ ЯДЕРНОГО ВЕКА 313 Традиции великодержавного гегемонизма 314 «Мы не позволим нажать кнопку!» 319
Юрий Эммануиловпч Корпилов, Геннадии Аркадьевич Шишкин КТО ПРАВИТ АМЕРИКОЙ Заведующий редакцией А В. Никольский Редактор Е. В. Салынская Младший редактор В. В Пасечник Художник В Б. Глебов Художественный редактор Е. А. Апдрусепко Технический редактор М. И. Токменина ИБ № 5532 Сдано в набор 28 07.86. Подписано в печать 20.10 80. А00183. Формат 70х108,/з'). Бумага типографская № 1. Гарнитура «Обыкновенная новая» Печать высокая. Усл. печ. л. 14,70. Усл. кр.-отт. 15,40 Уч.-нзд. л 15,27. Тираж 150 тыс. экз. Заказ № 2088. Цена 60 коп. Политиздат. 125811, ГСП. Москва, А-47, Миусская пл., 7. Ордена Ленина типография «Красный пролетарий». 103473, Москва, И-473, Краснопролетарская, 16.