А.Н.Ф0РМ030В

ЖИВОТНЫЙ
МИР

КАЗАХСТАНА

АКАДЕМИЯ НАУК СССР

МОСКОВСКОЕ ОБЩЕСТВО ИСПЫТАТЕЛЕЙ ПРИРОДЫ

А. Н. ФОРМОЗОВ

ЖИВОТНЫЙ МИР
КАЗАХСТАНА

Ответственный редактор
доктор биологических наук
Л. Г. ДИНЕСМАН

МОСКВА «НАУКА» 1987
УДК 591.9(574)

Формозов А. Н. Животный мир Казахстана.— М.: Наука,
1987.

Книга известного советского эколога и зоолога А. Н. Фор-
мозова (1899—1973 гг.) написана в конце 40-х годов и полностью
никогда не публиковалась. В ней вскрыта роль климата и расти-
тельности в формировании современной фауны Казахстана, дан
обзор основных особенностей населения позвоночных животных
природных регионов республики перед распашкой целинных сте-
пей. Это описание животного мира очень важно для познания
закономерностей антропогенных изменений биосферы.

Для биологов, зоогеографов.

Ил. 40. Библиогр. 102 назв.

Рецензенты:
доктор биологических наук
Т. Н. ДУНАЕВА,
доктор биологических наук
А. Г. ВОРОНОВ

2005000000—257

042(02)—87

251—87-IV

© Издательство «Наука», 1987 г.
ПРЕДИСЛОВИЕ

Во второй половине XIX в. в России резко расширилось то-
варное земледелие и производство зерна сместилось из центра
Русской равнины в ее южные районы. К этому времени много-
вековое скотоводство и охота уже сильно изменили природу
степей нашей страны. За последующие 100 лет территория их
была практически полностью освоена интенсивным земледелием.
В результате этого исторического процесса, вызванного объек-
тивными законами развития человеческого общества, луговые,
разнотравно-дерновинно-злаковые и дерновинно-злаковые степи
сперва на Украине, а затем и в восточных районах уступили свое
место пахотным угодьям с их специфическим животным миром.
К середине нашего века в европейской части СССР, Сибири
и Казахстане небольшие участки степной целины сохранились
лишь в заповедниках и в местах, непригодных для полеводства.
Последние до сих пор используются под пастбища.

Выявление и анализ складывавшихся веками антропогенных
особенностей биогеоценотического покрова степей Евразии пред-
ставляет одну из важнейших задач экологии. Ее решение необхо-
димо для правильной оценки современного состояния биосферы,
для познания общих закономерностей ее исторического развития
и совершенствования стратегии приемов и природопользования.
Достижение этих целей невозможно без отчетливого представ-
ления о состоянии степных экосистем и их компонентов в раз-
ные исторические периоды, отличающиеся степенью и формой
использования природных ресурсов.

Несмотря на обилие зоологических публикаций, количество
которых в России быстро росло после академических экспедиций
XVIII в., несмотря на интенсивное развитие экологии в СССР,
в специальной литературе обстоятельному разбору животного
мира целинных степей накануне их широкой распашки посвя-
щено только три исследования. Первое из них, «Периодические
явления в жизни зверей, птиц и гад Воронежской губернии»,
принадлежит перу А. Н. Северцова и вышло в свет в 1855 г.
Второе исследование «Птицы и звери черноземной полосы По-
волжья и долины Средней и Нижней Волги» выполнено
М. Н. Богдановым и издано в 1871 г. Третья работа, посвящен-
ная животному миру Казахстана, была завершена А. Н. Формо-
зовым всего за несколько лет до распашки разнотравно-дерно-
винно-злаковых и дерновинно-злаковых степей Казахской рес-
публики. До этого А. Н. Формозов вместе со своими студентами,
аспирантами и сотрудниками провел в различных районах
Казахстана девять полевых сезонов и дважды (1947 и 1948 гг.)
пересек в меридиональных направлениях его пустынную и степ-
ную полосы автомобильными маршрутами. Обширный материал,
собранный во время экспедиций, лег в основу его рукописи «Жи-
вотный мир Казахстана», иллюстрированной многими оригиналь-
ными рисунками, сделанными в поле. Полностью эта рукопись
не публиковалась. Ее сильно сокращенный текст, напечатанный
в сборнике «Казахстан», выпущенном в 1950 г. Институтом геог-
рафии АН СССР, был встречен читателями с большим интере-
сом и с тех пор широко используется зоологами.

А. Н. Формозов описывает типичные для животного мира
Казахстана особенности экологии, физиологических, этологиче-
ских и морфологических адаптаций и оценивает относительную
численность его представителей. Это позволяет считать его ра-
боту первым опытом геозоологического описания обширной тер-
ритории *.

А. Н. Северцов, М. Н. Богданов и А. Н. Формозов зафикси-
ровали состояние животного мира на определенном, уже давно
завершившемся этапе хозяйственного освоения степей. Научная
ценность собранного ими фактологического материала и
авторского анализа с течением времени возрастает. Именно
поэтому Академия наук СССР в 1950 г. переиздала труд
А. Н. Северцова, а совет Московского общества испытателей
природы принял решение опубликовать рукопись А. Н. Формозо-
ва, в которой рассматривается животный мир не только степей,
но и других ландшафтных зон Казахстана. Такая широта только
увеличивает ее научное значение.

При подготовке к печати рукописи А. Н. Формозова из нее
были исключены разделы о промыслово-охотничьих и вредных
животных, рыбах и рыбной промышленности Казахстана. Из-
ложенный в них подход к использованию природных ресурсов,
очень типичный для послевоенного периода восстановления на-
родного хозяйства, в настоящее время представляет лишь исто-
рический интерес. Сейчас эта проблема решается на более высо-
ком экологическом уровне, обеспечивающем не только достиже-
ние частных производственных целей, но и общую охрану окру-
жающей среды и сохранение генофонда животных. Полный
текст указанных разделов опубликован А-. Н. Формозовым
в сборнике «Казахстан» (М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1950).

Наконец, нельзя не отметить некоторые черты книги
А. Н. Формозова, связанные с общим состоянием зоологии на
рубеже 40-х и 50-х годов нашего века. Так, в тексте термины
«фауна» и «животный мир» иногда употребляются как синонимы.
Строго дифференцировать эти понятия экологи стали позднее,
после появления статьи А. Н. Формозова (1951) о количествен-
ном методе в зоогеографии наземных позвоночных.

* Термин геозоологя был предложен А. Н. Формозовым (1951) позднее для
раздела зоогеографии, изучающего животное население.
В книге часто используются несколько устаревшие теперь
представления о систематическом положении животных и вышед-
шие сейчас из употребления названия млекопитающих и птиц.
Например, зайцы отнесены к отряду грызунов; большая песчанка
именуется толстой песчанкой и т. п. Рассматривая труд
А. Н. Формозова как зоологический документ определенной эпо-
хи, мы не сочли возможным менять принятую автором таксоно-
мическую номенклатуру. Однако для удобства читателей к книге
приложен алфавитный список упомянутых в тексте позвоночных
животных с их современными названиями.

В ряде случаев использованные А. Н. Формозовым сведения
о распространении в Казахстане млекопитающих и птиц за ис-
текшие годы пополнились новыми материалами и нуждаются
в корректировке. Эти случаи отмечены в примечаниях.

Имеющиеся в рукописи авторские примечания А. Н. Формозо-
ва помечены звездочкой и помещены в конце страниц. Редактор-
ские примечания перенумерованы арабскими цифрами и вынесе-
ны в конец книги. В их составлении приняли участие Л. С. Степа-
нян и Г. И. Шенброт. Список животных, упомянутых в тексте, сос-
тавлен К. С. Ходашовой. Все рисунки А. Н. Формозова подобра-
ны и приготовлены к печати В. И. Осмоловской. При подготовке
рукописи к печати ряд справок получен от В. Н. Большакова,
А. П. Кузякина, М. Н. Мендакова и М. П. Павлова. Пользуюсь
случаем принести искреннюю благодарность всем этим
товарищам.

Л. Г. Динесман
ВВЕДЕНИЕ

Обширные равнины Казахстана, его горы и воды населяет
богатая и разнообразная фауна, знакомство с которой пред-
ставляет большой интерес как в целях теоретического изучения
многих проблем зоогеографии, экологии и эволюции животных,
так и в связи с задачами практического использования природ-
ных ресурсов этой огромной республики. На огромном прост-
ранстве Евразии найдется очень немного мест, где животный мир
степей и полупустынь, мало измененный человеком, сохранился
столь же полно, как в Казахстане, и притом на участках в тысячи
и десятки тысяч квадратных километров. Сравнивая фауну
давно распаханных и освоенных степей европейской части СССР
с фауной степного Казахстана, можно сделать очень важные
выводы о путях перестройки природы трудовой деятельностью
человека.

Географическая карта Казахстана испещрена казахскими
названиями рек, озер и урочищ, связанными с именами различ-
ных диких животных, что свидетельствует о большой роли, ко-
торую дикая фауна играла или играет в жизни ландшафтов
страны.

Май-балык (жирная рыба), май-табан (жирный карась)
называются некоторые небольшие озера Казахстана или отдель-
ные участки обширных водоемов (например, Зайсана). В Муго-
джарах есть речка Кундузду, т. е. выдровая. Множество озер
носят название Чушкаколь, или Чушкалы (Кабан-озеро, Ка-
банье); они рассеяны по всей площади Казахстана от северной
лесостепи до приаральских полупустынь, всюду, где в камышах
недавно встречался или и сейчас еще живет дикий кабан. Куянды
(заячий)—обычное название лесных колков на севере Казахста-
на, и они действительно в некоторые годы переполнены зайца-
ми— беляками и русаками. Каргала (Воронья, Грачиная) —
так называются небольшие речки или отдельные урочища в до-
линах больших рек, где в лесах уремы находятся большие
колонии грачей. (В старину казахи собирали грачиные яйца на
еду; естественно, что урочища с богатыми гнездовьями были им
хорошо известны.) На северо-восточном побережье Аральского
моря есть полуостров Куланды (Куланий). И действительно,
дикие лошади — куланы — водились тут совсем недавно и были
объектом охоты казахов. Мясо кулана считалось лакомым и це-
лебным блюдом, шкуры находили применение в хозяйстве.
Близ оз. Кургальджин есть речка Куланотпес (долгое время
служившая «границей обитания кулана»); на север от оз. Бал-
хаш— сопки Кулануйнак, близ залива Кара-Богаз-Гол — мыс
Кулангурлан, крайний левый приток р. Эмбы в области дельты
называется Куланузяк, в районе села Дмитриевского (бассейн
Таласа) есть ущелье Кулансай, а в системе Таласского Алатау,
восточнее станции Арысь — горы Кулантау. К северу от этих гор
находится хребет Архарлытау (Архарьи горы, или Хребет гор-
ных баранов).

В нескольких местах небольшие горные хребты и холмистые
цепи известны под именем Тюлькулы (Лисьи), а один из источ-
ников на левом берегу р. Урала южнее Лбищенского называет-
ся Кииккудук (Сайгачий колодец).

Казахские названия гор Бугулы (Оленьи) и Маралтюбе
(Олений холм) с несомненностью указывают на прошлое рас-
пространение бугу-оленя (марала) в ряде районов республики.
Косуля у казахов известна под именем илик, элик (русские
иногда произносят илек); она широко распространена в Юго-Во-
сточном и Северном Казахстане, а в недавнем прошлом занима-
ла почти всю его территорию, за исключением безводных уча-
стков пустынь. Но это же имя носит р. Илек. Несколько десяти-
летий назад в ее долине были обширные рощи и заросли кустар-
ников, в которых держались косули. Весьма вероятно, что от
казахского названия косули происходит и наименование другой
реки — Или, впадающей в Балхаш. В ее тугаях, пересекающих
безводные пески Сары-Ишикотрау, косуля до сих пор водится
в изобилии. Большой хребет на юго-восточной границе Казах-
стана носит название Тарбагатай, происходящее от монголь-
ского тарбага — сурок. Обширная область в центре республики
известна под именем Тургайской, а тургай (правильнее — тор-
гай)— это жаворонок, одна из самых многочисленных ландшафт-
ных птиц Казахстана. С полным основанием огромные его степ-
ные и полупустынные области можно назвать Страной жаво-
ронков. Таких наименований на карте Казахстана можно насчи-
тать много сотен. Вообще нужно заметить, что казахский
географический словарь богат, точен и меток. Анализ казахских
географических имен представляет большой интерес для изуче-
ния природы, истории страны и эволюции некоторых ее участков,
В этом словаре мы найдем столь необычно звучащие для русско-
го уха слова: Аманкарагай (здравствуй-сосна, здравствуй-бор)
и Кош-Агач (прощай-дерево), вполне понятные и естественные в
устах кочевника, приходившего из огромной безлесной страны к
границе соснового бора или с лесистых склонов Алтая, отправ-
лявшегося на полупустынные плоскогорья Монголии (Кош-
Агач). Многие из подобных наименований сейчас говорят лишь
о прошлых условиях, о былом распространении животных и пред-
ставляют только исторический интерес, подобно названиям Ле-
бяжьих озер и Бобровых речек в ряде районов европейской
части СССР, давно утративших и лебедя и бобра.
В Казахстане некоторые из них указывают на участки, где
еще можно восстановить тот или иной вид ценных животных,
поскольку природные условия местообитаний мало или совсем
не изменялись с момента истребления данных видов животных.
Свидетелем одного случая естественного восстановления участка
прошлого ареала автору этих строк удалось быть во время
поездки в Кустанайскую область летом 1945 г. Одно из многих
озер, называемых Чушкалы, имеется на границе Наурзумского
заповедника (примерно в 275 км на юг от г. Кустаная). Кабана
в его окрестностях не было уже несколько десятков лет, и в
1935 г. только восьмидесятилетние местные казахи помнили вре-
мя, когда здесь водился этот зверь. Но в 1945 г. с юга, через
степи среднего Казахстана кабаны прикочевали на все большие
заросшие озера Наурзумского заповедника. Появились они и на
оз. Чушкалы, которое снова оправдывает свое старинное наи-
менование.

В жизни казахского народа дикие животные издавна играли
большую роль. Пушные звери, дичь и рыба с незапамятных
времен давали коренному населению Казахстана ценное допол-
нение к продуктам, поступавшим от животноводства, и пушнину
для меновой торговли с соседними странами. Столетиями шла
непримиримая борьба скотоводов-кочевников с каскыром-вол-
ком, бичом их стад, и джол-барсом — тигром, нападавшим на
скот в южных районах страны у камышовых крепей, где скры-
вался этот крупный хищник. Узкие полоски посевов, затерян-
ные среди моря дикой степи, привлекали множество вредите-
лей из насекомых, птиц и грызунов. Борьба с ними для земле-
дельца-одиночки была изнурительна и непосильна. Некоторые
виды птиц и зверей были предметом увлекательного охотничьего
спорта, закалявшего физические и моральные качества народа.
Искусно дрессированные ловчие птицы, быстрая казахская бор-
зая— таза и выносливый конь были постоянными спутниками
казаха-охотника. Недаром бытует здесь пословица «Конь —
крылья молодца». Еще и сейчас при первом крике о замеченном
волке все население аула от мала до велика вскакивает на коней,
чтобы принять участие в заганивании хищника и убить его
ударом камчи или простой дубинки. Неудивительно, что у каза-
хов так много любимцев среди птиц и зверей степной фауны.
О них говорят и старые народные былины, и современная поэзия
казахов. Таков беркут (по-казахски буркют) — красивый и силь-
ный орел, с которым удалые всадники скачут по степи и безлес-
ным горам, охотясь на зайцев, корсаков, лисиц и волков. В ста-
рину с беркутом брали даже косуль и сайгаков. Таков ястреб-те-
теревятник (каршага) и сокол сапсан, добывающие для охотника
водных и степных птиц. Черный жаворонок (кара-торгай) —
одна из наиболее заметных птичек бескрайней степи; его звон-
кая песня ранней весной возвещает жителям зимовок — кстау,
что появились проталины и скоро будет свежая зелень на пастби-
щах. Среди казахов кара-торгай столь же популярен, как соло-
вей среди русских.
Хромой кулан — один из героев казахского эпоса; значение
этой дикой лашади в быту казахов недалекого прошлого было
гораздо значительнее, чем это кажется нам теперь. Высокий
пышный мех лисицы или корсака на зимней шапке — националь-
ное убранство казахов мужского пола. Лисью шапку можно
увидеть и на маленьком мальчике, которого носят на руках, и на
седобородом старике. Пучок перьев филина на шапочках ма-
леньких детей в глухих районах — такое же обычное украшение,
как серебряные монеты в косах девочек. Ношение перьев фили-
на— пережиток очень давних представлений о мнимом могуще-
стве этой крупной ночной птицы, образ которой многим внушает
если не страх, то некоторое почтение. (В старину у казахов перья
филина считались талисманом, охраняющим детей и домашний
скот от болезней и опасностей. Когти филина носили, чтобы не
заболеть лихорадкой. Существовал даже особый охотничий про-
мысел с целью добывания перьев и когтей филина, на которые
всегда был большой спрос.)

Большие охоты с помощью загонов на косуль, сайгаков и ку-
ланов давали казахам ценное мясо и шкуры, эти охоты были
своего рода общественными праздниками, во время которых объ-
единялись дружные усилия жителей далеко разбросанных киби-
ток.

Овцы и кони казахов круглый год паслись там же, где сай-
гаки и куланы; выгорание степного травостоя, массовый лёт слеп-
ней и комаров, пересыхание водопоев, смена летних и зимних
сезонов вызывали кочевки в сходных направлениях и у диких и
у домашних стад. Поэтому зоркие глаза казахов всегда внима-
тельно следили за жизнью природы; их народная мудрость нако-
пила много интересных обобщений и выводов. Используя веко-
вой опыт казахов-животноводов, ботанические экспедиции пос-
леднего двадцатилетия выявили ряд интересных и важных
фактов в отношении кормового значения многих диких растений.
К сожалению, зоологические знания казахов до сих пор исполь-
зовались недостаточно. Много теряет наша зоологическая нау-
ка и оттого, что до сих пор местные казахские кадры почти не
принимали участия в исследованиях фауны Казахстана. Среди
них встречаются исключительно талантливые натуралисты, об-
ладающие неоценимыми знаниями, приобретенными с детства
при жизни на лоне степной природы. Привлечение местных кад-
ров к зоологической работе тем более необходимо, что фауна Ка-
захстана изучена еще недостаточно: в наших знаниях есть очень
много серьезных пробелов \ Достаточно указать, что за послед-
ние годы на территории Казахстана были открыты не только но-
вые, неизвестные для науки виды и роды млекопитающих, но в
1938 г. в пустыне Бетпак-Дала найдены представители нового
семейства грызунов-—селевинии, или баялычные сони, назван-
ные так в честь В. А. Селевина, много сделавшего для изучения
природы Средней Азии и впервые обнаружившего этих интерес-
ных зверьков.
Любопытнее всего то, что казахи, кочующие в Бетпак-Дала,
давно знают баялычную соню, которая известна им под назва-
нием «калкан-кулан» и «жалман-кулан». Оба названия отмеча-
ют наиболее заметный признак селевинии — большое, округлое,
несколько мясистое ухо. (Первое переводится как «щит-ухо» или
«щитовидное ухо», а второе, возможно, надо производить от сло-
ва жалман — тушканчик, т. е. зверек с ухом тушканчика.) Ухо
селевинии относительно очень велико и подвижно — оно скла-
дывается складками или широко раскрывается, как веер. В неко-
торых районах название жалман-кулан казахи относят также
к солончаковой бородавчатой лебеде, имеющей округлые мясис-
тые листья, по форме напоминающие ухо сони.

Особенно существенные пробелы имеются в отношении изу-
ченности видового состава и распространения беспозвоночных
животных Казахстана (многих групп насекомых, клещей, червей
м т. д.) и низших позвоночных (рыбы, амфибии, рептилии). Бо-
лее полно исследованы птицы Казахстана и значительно сла-
бее — млекопитающие. Однако наблюдения, которые опубликова-
ны по птицам и зверям, в огромном большинстве случаев собра-
ны при кратковременных экспедиционных исследованиях и, как
правило, не дают представления о полном годовом цикле жизни
описываемых видов. Отсутствие постоянных стационарных на-
блюдений — основной дефект в изучении фауны Казахстана. Мно-
гие интересные области этой обширной страны зоологи посеща-
ли только в летние месяцы, поэтому наши представления о
зимней жизни этих областей в значительной степени гадательны.
Учитывая эти обстоятельства, а также огромное протяжение рес-
публики, разнообразие природных ее условий, неравномерность
изученности фауны и краткость настоящего очерка, можно дать
только предварительное описание животного мира огромной стра-
ны, не претендующее на полное решение всех вопросов и нерав-
ноценное в разных ее частях. Особое внимание мы старались уде-
лить эколого-географическому анализу фауны, повсюду подчер-
кивая теснейшие связи между животным миром и географиче-
ской средой.
ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ ФАУНЫ
КАЗАХСТАНА

Казахстан располагается в Палеарктической зоогеографи-
ческой области на стыке двух ее подобластей: Европейско-Си-
бирской, занимающей только северо-запад, север и алтайскую
часть республики, и Центрально-Азиатской, охватывающей
большую часть его территории. В южных районах Казахстана
значительна примесь видов, свойственных Средиземноморской,
или Африкано-Переднеазиатской, подобласти, что связано с
близким расположением северной границы последней к грани-
цам Казахской ССР. Как и вся палеарктическая фауна в целом,
комплексы животных, свойственные современному Казахста-
ну,— образование геологически очень молодое; в истории их
формирования большую роль сыграл ледниковый период.

Древняя третичная фауна, имевшая тропический облик и мно-
гие черты сходства с индийской и африканской, в ледниковое
время вымерла, а отдельные ее элементы сохранились только
на юге Казахстана, откуда некоторые вновь получили возмож-
ность расселяться лишь в послеледниковое время. Таковы, на-
пример, лесная соня, форма африканского происхождения, со-
хранившаяся в лиственных лесах предгорий Тянь-Шаня, дикоб-
раз, кабан (форма индийского происхождения, в послеледнико-
вое время вновь расселился на север по озерам), марал, тигр,
колпица, белая и рыжая цапли и некоторые другие.

Оттеснение теплолюбивых форм в период наибольшего оле-
денения сопровождалось развитием холодолюбивых элементов
фауны, которые нахлынули с севера и проникли далеко на юг,
оставив там до наших дней некоторое количество животных,
совершенно чуждых современной обстановке. Тундряная куро-
патка, северная ржанка-сивка проникли на Алтай и Тарбага-
тай, где и сейчас есть изолированные колонии этих птиц. В хо-
лодный и сухой послеледниковый период животные тундры и
холодных пустынь Монголии существовали на территории Ка-
захстана бок о бок, доказательством чему служат интересный!
находки, сделанные в пещерах по рекам Чарысу и Ханкаре (Ал-
тай), откуда В. С. Виноградов (1922) имел кости копытного
лемминга и желтой пеструшки, найденные в одном слое. Видимо,
к этому времени нужно относить наиболее широкое распростра-
нение в Казахстане нагорно-азиатской фауны (она проникла
тогда до Западной Европы), оставившей в современной фауне
многочисленные следы 2. Ряд монгольских видов позднее отсту-
пил в Центральную Азию, причем это отступление, видимо,
продолжается и в наши дни (пример — вымирание желтой пест-
рушки за вторую половину XIX в.). Значительные следы в фауне
равнинных частей Казахстана оставил влажный период, когда
леса имели более широкое распространение, чем сейчас, и лесные
животные проникли далеко к югу в пределы современных зон
сухих степей и пустынь. Заяц-беляк и тетерев расселились до
Прибалхашья, а таежные птицы — трехпалый дятел, кедровка,
мохноногий сыч, ястребиная сова — по горным хвойным лесам
проникли на Тянь-Шань и ныне существуют здесь по соседству с
животными южного типа. (В более низких зонах тех же гор
встречаются дикобраз, недавно проникший индо-гималайский
ЛИЛОВЫЙ дрозд II т. п.)

В современную эпоху отмечается непрерывное расселение на
.восток ряда европейских видов (например, зайца-русака, зяб-
лика) и вторичное движение на запад некоторых сибирских
форм (колонок, чечевица и др.). Эти движения ареалов частично
захватывают и территорию Казахстана, постепенно изменяя об-
лик животного мира отдельных его областей. Своеобразным
следствием значительных послеледниковых перемещений жи-
вотных являются вторичные встречи географических форм, от-
носящихся к одному виду. Они обособились в период изоляции
(при разрыве некогда сплошных ареалов), но не утратили еще
способности к скрещиванию. Так, на территории Казахстана
произошло соприкосновение ареалов серой и черной ворон, даю-
щих множество помесей. Такие помеси встречались мне на юге
Кустанайской обл. и Е. П. Спангенбергу на Сырдарье. В За-
падной Сибири и Тарбагатае скрещиваются обыкновенная и бе-
лошапочная овсянка, на юге Казахстана разные формы сороко-
пута-жулана, на нижнем течении Сырдарьи — бормотушки и
т. д. (Дементьев, 1936).

Немалое значение в формировании фауны Казахстана имела
также история его водоемов — Каспийского и Аральского морей
и многих озер, которые представляют части некогда более об-
ширных бассейнов. Следами былого соединения бассейна Кас-
пийского моря с водоемами Европейского севера являются су-
ществование в каспийской фауне белорыбицы и местной формы
тюленя. Последний очень близок к северной нерпе, и наличие
его может быть понято только в свете геологической истории Во-
сточной Европы. Несомненно, следы геологической истории Се-
верного Казахстана нетрудно найти в распространении некото-
рых рыб, водоплавающих и прибрежных птиц, а также ряда
высших растений, встречающихся в солоноватых и пресных озе-
рах отдельными изолированными пятнами.

' Н. В. Павлов (1928, с. 43), рассматривая видовой состав и
распространение семейства рдестовых, высказывает несколько
интересных соображений, касающихся истории озер Северного
Казахстана, насколько можно о ней судить по современному
распространению морского растения руппии и ряда видов рде-
стов. «Нужно признать весьма характерным нахождение в нашей
области Ruppia maritima L. как раз в громадной депрессии,
проходящей от верховья рек прежнего Арало-Каспийского бас-
сейна, через оз. Убоган и в верховья р. Тобола. Нахождение ее
в этом ныне удаленном от морей пункте и полная туземность в
Каспийском море делают вероятным происхождение этого вида
у нас в период усыхания Арало-Каспийского бассейна, отделив-
шего лиманы и мелководные заливы с соленой водой, сохраняв-
шие первоначальную флору». Несколькими строками ниже Пав-
лов пишет: «Геологическая история Средней Киргизской сте-
пи “, в лице разбросанных по ее равнине тысячи озер, свидетель-
ствует, что некогда (в послеледниковый период Европейской
России) климат ее был несравненно влажнее, а озера и реки
обильнее водами. Это богатство водных ресурсов ясно отрази-
лось и на флоре проникновением в нее некоторых типичных за-
падных и североевропейских видов (как то: Potamogeton ргае-
longus; Р. obtusifolius и др.), находящих здесь южные границы
ареалов и сохранившихся на путях прежних расселений редкими
единичными местообитаниями».

С этими данными вполне согласуются факты очень широкого
распространения по озерам Центрального Казахстана (в ряде
случаев на северо-восток до Барабинской степи и оз. Чаны), не-
которых типичных морских птиц — черноголового хохотуна,
чегравы, черноносой крачки, морского зуйка, и др., в чем нельзя
не видеть сходства с реликтовым распространением морской
руппии. Чрезвычайное разнообразие и обилие водных и при-
брежных птиц, смешение видов северного и южного происхож-
дения среди лебедей, уток, гагар и куликов говорит о богатстве
водой в недавнем прошлом и грандиозных процессах расселения
птиц, связанных с пресными и солоноватыми водоемами. Сам
характер озер этой внутриматериковой области с малым коли-
чеством осадков, обилие бессточных водоемов, накопляющих ор-
ганические вещества, относительно медленно разлагающиеся
при господствующих тут температурных условиях, делает Казах-
стан богатейшей областью массового гнездования водоплаваю-
щих птиц, своего рода житницей дичного хозяйства СССР. Утки,
гуси, лысухи, лебеди и фламинго, вырастившие здесь своих мо-
лодых, разлетаются при миграции в соседние области и респуб-
лики.

Обширные равнины, тянущиеся от южных границ Казахста-
на до берегов Ледовитого океана, удобны для перелетов птиц,
причем на территории нашей республики пролетные стаи нахо-
дят разнообразный набор стаций для отдыха и кормежки в
пути. Само расположение Казахстана к северу и западу от вы-
соких, бедных водой и кормом нагорий Центральной Азии, ог-
раниченных барьерами высоких хребтов, т. е. положение на
границе пространств, в обход которых идут все наиболее мощ-
ные пролетные пути, делают территорию этой республики об-
ластыо, где сходятся и перекрещиваются магистрали, ведущие
от зимовок Индии, Каспия, Ирана, Передней Азии, Средиземно-
морья и Африки к гнездовым территориям лесостепи, тайги и
тундры Западной и Центральной Сибири, На пространстве Евра-

зии можно указать лишь немного мест, где явление сезонных пе-
релетов птиц, двукратное в течение года прохождение несчетных
стай северных пластинчатоклювых, куликов, воробьиных и дру-
гих групп носит такой же грандиозный характер, как в Казах-
стане. Некоторые виды тундровых птиц избрали степные про-
странства Казахстана в качестве области зимовки (белая сова,
рогатый жаворонок, канюк-зимняк и др.). Все это очень обога-
щает фауну Казахстана в качественном отношении и делает
очень сложной картину сезонных ее аспектов.

Из краткого обзора процессов, которые влияли на форми-
рование фауны Казахстана, уже должно быть ясно, что она име-
ет смешанный характер, причем ее слагают элементы разные по
возрасту и происхождению. Если взять птиц как группу, лучше
изученную и достаточно показательную, то мы найдем в орнито-
фауне Казахстана элементы: 1) арктические, 2) сибирские,
3) европейские, 4) монгольские, 5) китайские, 6) тибетские,
7) индогималайские, 8) переднеазиатские, 9) туранские,
10) эндемичные казахстанские. Сходная картина получается
при анализе видового состава млекопитающих и некоторых
групп насекомых. Казахстанские эндемики и автохтоны особен-
но обильны среди насекомых («сарматские формы»). Представ-
лены они также и среди птиц, зверей и др. Это по преимуществу

Рис. 1. Распространение двух эндемичных грызунов Казахстана

1 — толстохвостого тушканчика (Pygerethmus platyurus), 2 — тушканчика Житкова
(Р. zhitkovi))
виды, свойственные злаковым степям или пустыням с умерен-
ным климатом. Таковы, например, тушканчики рода Pygereth-
mus с двумя видами — толстохвостым тушканчиком и тушкан-
чиком Житкова4. Оба не выходят за пределы Казахстана (рис. 1).
такова боялычная соня, найденная только в Бетпак-Дала5.
Если взять виды, центр распространения которых занимает Ка-
захстан и ареалы лишь немного выходят за его пределы, то чис-
ло автохтонов окажется значительно большим. Таковы черный
жаворонок, степная пигалица-кречетка, азиатский зуек — оби-
татель солончаков; из грызунов — степная пищуха (форма хол-
мистой степи с кустарниками) и некоторые др. Интересно под-
черкнуть, что эндемики Казахстана принадлежат не только к
своеобразным видам, но даже родам, что говорит о значительной
древности этих степных элементов. Действительно, как пока-
зывает палеонтология, в Северном Казахстане степные условия
существовали уже в олигоцене.

Древний центр видообразования животных песчаных пустынь
(туркестанский, или среднеазиатский) лежит несколько южнее
Казахстана, частично захватывая и его территорию. Он дал в фа-
уну интересующей нас страны такие своеобразные формы, как
саксаульная сойка, тонкопалый суслик, тушканчик рода Eremo-
dipus, пегая землеройка и т. д.

В зависимости от места возникновения и сложившихся эко-
логических требований различные по происхождению элементы
фауны Казахстана занимают свои особые типы местообитаний,
часто приуроченные к определенным географическим зонам.

Рис. 2. Распространение в Казахстане джунгарского хомячка — зверька мон-
гольского происхождения (/) и тушканчика Лихтенштейна — эндемика пес-
чаных пустынь Средней Азии (2)6
Арктические элементы связаны с высокогорной альпийской об-
ластью Алтая и Тарбагатая; европейские — с лесами северной
и западной полосы Казахстана и отчасти его степями, монголь-
ские обильны в глинистых и щебнистых пустынях, а переднеази-
атские— в поясе горных пустынь или кустарниках предго-
рий (рис. 2).

РОЛЬ КЛИМАТА

В ФОРМИРОВАНИИ ФАУНЫ КАЗАХСТАНА
ПРИ СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ

ЕЕ СУЩЕСТВОВАНИЯ

Своеобразные черты глубокоматерикового климата Казах-
стана, играющего видную роль в отборе форм, приспособленных
к жизни на территории республики, наложили резкий отпечаток
на видовой состав фауны, набор господствующих «жизненных
форм», географическое распространение видов, основные осо-
бенности их суточного и сезонного режима жизни. Наиболее
ярко это влияние отражается на животных пойкилотермных, об-
ладающих очень ограниченной способностью к регулированию
температуры тела; мелкие представители беспозвоночных, кро-
ме того, крайне чувствительны и к режиму влажности, к испа-
ряющей силе воздуха и т. п. Крупные гомойотермные животные,
имеющие большую массу тела, сравнительно хорошо защищены
от излишнего перегрева или теплопотери совершенными покро-
вами (мех, оперение и т. п.). Они находятся в меньшей зависи-
мости от особенностей климата еще и потому, что способны со-
вершать большие перекочевки, устраивать гнезда и норы, об-
ладающие своим собственным микроклиматом, и т. п. Тем не
менее и эта группа животных находится в зависимости от кли-
мата, главным образом через посредство почв и растительности,
многие черты которых чрезвычайно важны для фауны и сфор-
мировались под длительным прямым воздействием климата.
Влияние климата, как среднего из колеблющихся условий пого-
ды многовекового ряда лет, более всего заметно на границах
распространения видов (подвидов) из закрепленных отбором
приспособительных (адаптивных) признаков, их морфологии и
сезонного ритма жизни. Конкретные условия погоды небольшого
ряда лет, колеблющиеся в пределах, характерных для данного
типа климата, также не остаются без ответа со стороны фауны.
Она реагирует на них изменениями процессов, протекающих в
конкретных популяциях. Происходят массовые вымирания или
массовые размножения, границы распространения сдвигаются в
ту или иную сторону, меняются плотности населения, отношения
численности и обилия большого ряда видов. В итоге аспекты
фауны закономерно сменяются на протяжении небольшого ряда
лет. Явления этого порядка заслуживают самого внимательного
отношения, так как служат отражением определенных физико-
географических процессов и носят в разных зонах свою особую
окраску. Таковы «саранчовые» или «мышиные» годы в разных
зонах Казахстана, периодические усыхания и наполнения озер,
вызывающие грандиозные, но временные изменения в их живот-
ном мире, многоснежные и малоснежные зимы, многолетние ко-
лебания уровня воды в Каспийском море, влияющие на распре-
деление гнездовий птиц, мест нереста, нагула и роста молоди
рыб, условия рыболовства и т. п. В этом разделе мы коснемся
только некоторых сторон климата в их отражении на ареалах
видов и групп, на адаптивных чертах их морфологии и сезонных
особенностях биологии наиболее типичных животных Казах-
стана.

Летний термический режим и фауна

Одна из замечательных особенностей климата Казахстана
заключается в том, что при малой облачности количество солнеч-
ного тепла, получаемого поверхностью почвы, в летние месяцы
оказывается очень высоким. Как показал А. А. Григорьев (1944),
на юге Казахстана при очень высоких температурах, господ-
ствующих в течение восьми месяцев (с марта по октябрь), тем-
пературные условия трех месяцев (июня—августа) аналогичны
тропическим и находятся в большом соответствии с величиной
получаемого солнечного тепла. На крайнем севере Казахстана
солнечного тепла поступает гораздо меньше, но все же в тече-
ние трех месяцев (май—июль) не меньше, чем в тропиках, од-
нако температура воздуха здесь уже не находится в соответ-
ствии с радиационными условиями и тропические температурные
условия отсутствуют, хотя летние месяцы значительно теплее,
чем в соответствующих широтах в Восточной Европе.

Важно отметить, что температурные различия между севе-
ром и югом Казахстана в летние месяцы сравнительно невелики,
но становятся очень резкими в середине зимы. С этими осо-
бенностями климата связано широкое распространение в фауне
Казахстана животных южного, субтропического или тропическо-
го типа и более далекое проникновение их на север, чем в об-
ластях, лежащих западнее и восточнее Казахстана. Особенно
много таких видов среди насекомых, активных только в летние
месяцы и переживающих холодные зимы Казахстана, в виде
стойких покоящихся стадий (яичек, куколок), скрытых глубоко
в почве или под слоем мертвой растительной подстилки и снега.
Много таких южных форм среди птиц, прилетающих только на
лето, ящериц и змей, впадающих на зиму в спячку. Так, термит
Hodotermes turkestanicus широко распространен в Голодной
степи Казахстана. Он гнездится в норках и, облепляя коркой
земли и своих экскрементов сухие стебли растений, уничтожает
клетчатку этого грубого корма. Нередко эти термиты разрушают
даже телеграфные столбы, окружая их земляной одеждой до
высоты изоляторов, и деревянные части построек железной до-
роги. Термиты — тропическая группа; немногие их виды, встре-
чающиеся в СССР, не заходят в европейской части севернее
Бессарабии, устья Днепра, Черноморского побережья Кавказа
и Азербайджана.

Обыкновенный богомол (Mantis reiigiosa), распространенный
от Африки до Индии, Явы и Китая, в Западной Европе почти
не переходит севернее 50° с. ш., в Заволжье он уже достига-
ет 53°, а в Казахстане доходит до г. Кустаная и, быть может,
еще севернее. Ареалы степного сверчка, дыбки (Saga pedo) и
многих других теплолюбивых прямокрылых в Казахстане дают
большие выступы к северу. Для полужесткокрылых (Hemipte-
га — Heteroptera) оптимальные условия — в местах с высокой
летней температурой и малой влажностью, их фауна очень бо-
гата в сухих и жарких областях Казахстана. Скорпионы распро-
странены в поясе, охватывающем земной шар между 45° с. ш.
и 54° ю. ш. В западной половине СССР мы встречаем их только
в Крыму и на южном склоне Кавказа, а в Казахстане они идут
на север до Гурьевской области и районов, охватывающих се-
верное побережье Аральского моря. В последнем районе много
видов ящериц, в том числе и весьма теплолюбивых; встречается
шесть видов ночных ящериц — гекконов, представителей южной
группы, вообще довольно бедно представленной в фауне СССР.
Летом во многих районах Казахстана, частью даже на
его севере, гнездятся такие южные виды птиц, как кудрявые
и розовые пеликаны, каравайки (ибисы), колпицы, рыжие и
белые цапли, кулики ходулочники и шилоклювки, нарядные,
блещущие яркими красками сизоворонки, золотистые и зеленые
(персидские) щурки и т. п. (рис. 3). Виды, родственные перечис-
ленным птицам, в большинстве свойственны тропическому поя-
су, да и ареалы большинства видов, гнездящихся в Казахстане,
основной своей частью захватывают юг Азии, Северную Африку.

При таком обилии и широком распространении южных,
теплолюбивых элементов кажется несколько неожиданным на-
личие в фауне равнинной части Казахстана видов северных,
бореальных, ареалы которых, в свою очередь, дают здесь зна-
чительный выступ к югу. Южнее, чем где-либо в Восточной Ев-
ропе, гнездится в Казахстане чернозобая гагара (до дельты
р. Или в части, прилегающей к оз. Балхаш), лебедь-кликун (до
северного берега Каспийского моря), желтоголовая трясогузка
и некоторые другие. По-видимому, эти особенности распростра-
нения северных форм имеют реликтовый характер. Часть этих
птиц тесно связана с обширными водоемами, на которых летние
высокие температуры смягчаются близостью больших масс
воды (например, р. Или несет очень холодную воду от ледни-
ков Тянь-Шаня, которая, проходя через зону пустынь, почти не
нагревается). Таким образом, гагара на р. Или, быть может, свя-
зана с участком вод достаточно холодных, если учитывать жар-
кое лето Прибалхашья. Нужно также подчеркнуть, что число
северных форм, крайне далеко проникающих на юг в Казахста-
не, во много раз меньше, чем число южных теплолюбивых видов,
явно господствующих на большей части его территории. В связи
с этими особенностями фауны представляет большой интерес
изучение рубежей эффективной приходящей радиации и радиа-
ционных балансов теплого периода года, освещенных в послед-
них работах акад. А. А. Григорьева (1942, 1944, 1946). Если
взять рубежи радиационных балансов августа — типичного лет-
него месяца, то мы получим следующий ряд цифр (Григорьев,
1946):

53,6°	—11

52,3°	—4

51,8°	+3

47,3°	+39,5

В равнинных условиях Казахстана с его малой облачностью
и большим ночным излучением эти теоретически вычисленные
цифры должны быть весьма близки к реально существующим.
Рассматривая их, мы видим, что в северных частях Казахстана
радиационный баланс (эффективная приходящая радиация ми-
нус длинноволновое излучение земной поверхности и атмосфе-
ры) выражен отрицательными величинами, тогда как на юге
совершенно иное положение. Особенно резкий переход от малых
положительных балансов к большим, судя по этим цифрам, дол-
жен располагаться где-то между 47° и 48° с. ш., т. е. несколько
севернее северо-восточной оконечности Аральского моря. Не
случайно именно до этих широт в равнинной части Казахстана
доходит очень много теплолюбивых животных с несовершенной

Рис. 3. Северные границы летнего распространения в Казахстане некоторых
птиц — представителей тропической фауны7

1 — индийская райская мухоловка; 2 — зеленая персидская щурка; 3 — большая белая
цапля; 4 — кулик-ходулочник; 5 — кулик-шилоклювка
терморегуляцией тела: скорпионы, фаланги, ящерицы кругло-
головки, некоторые змеи и замечательно большое число ночных
ящериц — гекконов. Последних в приаральских пустынях и пу-
стынных степях водится шесть видов: сцинковый геккон, греб-
непалый, серый, каспийский, пискливый и туркестанский (Сидо-
ров, 1925)". Привязанность ящериц к инсолируемым прогретым
местам общеизвестна: наличие в фауне этой части Казахстана
столь большого количества гекконов, ночных по времени актив-
ности, т. е. редко пользующихся непосредственной инсоляцией,
указывает на то, что оголенные пески барханов, пересохшая
глина и скалы прогреваются здесь за день настолько, что долго
сохраняют температуру, достаточную для жизнедеятельности
гекконов. Ареал семейства гекконов охватывает земной шар по-
ясом, расположенным между 49° с. ш. и 46° ю. ш. Не случайно,
что наивысших широт (49°) на территории Азии гекконы дости-
гают в Казахстане, несколько восточнее Аральского моря.

Помимо непосредственного влияния радиационных условий
для распространения ночных насекомоядных форм, к которым
относятся и гекконы, имеет существенное значение обилие насе-
комых, активных ночью, что связано с чрезмерным перегрева-
нием и иссушением приземного слоя воздуха и почвы в дневные
часы. Интересно отметить, что среди летучих мышей Среднего
Казахстана, деятельных только летом и в темные часы суток,
мы не находим южных теплолюбивых форм. Здесь, как и в се-
верной полосе Казахстана, встречаются немногие виды, обла-
дающие обширными ареалами, очень неприхотливые и стойкие.
Летние ночи Казахстана (если говорить о температуре воздуха)
очень прохладны и даже холодны. Кроме того, на открытых про-
странствах Казахстана для летучих мышей очень неблагоприят-
ны сильные ветры, препятствующие лёту ночных насекомых и
затрудняющие охоту за ними. (Средняя месячная скорость ветра,
как правило, здесь выше 3 м в секунду. Это близко к условиям,
характерным для морских побережий.) Большая частота ветров
и высокая их скорость в летние месяцы столь неблагоприятны
для ряда групп насекомых, что каждому приехавшему на рав-
нины Казахстана из европейской части СССР бросается в глаза
крайняя бедность фауны бабочек (особенно в сухих степях и
глинистых пустынях). При малом весе бабочки обладают слиш-
ком большой «парусностью» и на лету не способны сопротив-
ляться действию сильного ветра.

В фауне насекомых открытых ландшафтов Казахстана явно
преобладают тяжелые, ползающие формы — жуки, скачущие
прямокрылые, полужесткокрылые, в чем нельзя не видеть ре-
зультата отсеивающего влияния своеобразных ветровых усло-
вий страны. Многие степные виды жуков-чернотелок и других
совершенно утратили способность к полету. Большая сухость
воздуха при постоянстве ветров обусловливает быстрое испаре-
ние выпавших осадков. В летнее время в степных зонах после
обильного дождя всегда бывает резкое понижение температуры
воздуха, связанное с быстрым испарением. Длительные похоло-
дания этого типа при продолжительных дождях в июне—июле
вызывают массовую гибель неокрепших птенцов выводковых
птиц — куропаток, перепелов, некоторых куликов и мелких во-
робьиных, гнездящихся на земле, которая особенно сильно ох-
лаждается. Впрочем, в северной и средней полосе Казахстана
для птиц гораздо большее значение имеют весенние возвраты
холодов, охватывающие огромные пространства, так как при об-
щей равнииности Казахстана холодные воздушные массы, втор-
гающиеся с севера, не встречают на своем пути значительных
барьеров. Эти похолодания нередко губят много мелких птиц и
кладки яиц крупных, рано гнездящихся видов (уток, гусей и
т. п.). Среди куликов, гнездящихся в северной половине Казах-
стана, часто встречаются инвалиды, отморозившие один-два, а
иногда и полностью все пальцы ног. (Кулики спят стоя на одной
ноге, другая бывает прижата к брюшку, поэтому поврежденной
при ночных заморозках оказывается только та нога, которая
соприкасалась с замерзшей почвой.) Эти явления похолодания,
повторяющиеся изредка, хотя и с большим постоянством, если
говорить о длинном ряде лет, влияют главным образом на чис-
ленность особей определенных видов и, быть может, отразились
в известной степени на сроках гнездования и особенностях стро-
ения гнезд некоторых птиц.

Условия летнего испарения
и проблема водного питания животных

Возвращаясь к вопросам, связанным с режимом испарения,
мы встречаем ряд фактов еще большего значения, чем только
что отмеченные. Низкая влажность воздуха при высокой скоро-
сти и частоте ветров вызывают летом такое большое испарение,
что для животных с нежными влажными покровами тела усло-
вия существования в степях и пустынях Казахстана оказыва-
ются крайне неблагоприятными. Потери влаги через испарение
с поверхности кожи превышают нормы, которые они способны
переносить. Поэтому на большей части Казахстана крайне бед-
на фауна наземных моллюсков и голых слизней, столь обильных
в хорошо увлажняемых горных зонах его южной полосы и до-
вольно нередких в северных лугах и лесах. В западных областях
СССР (на тех широтах, которые в Казахстане отличаются от-
сутствием слизней) последние настолько многочисленны, что в
некоторые годы становятся массовыми вредителями, истребляя
десятки тысяч гектаров озимых всходов, повреждая корнеклуб-
неплоды, вику, клевер и т. п. Слизни чувствительны к высокой
температуре; в опытах при нормальной влажности и +30° С не-
которые виды погибают за сутки. Большое значение имеет для
слизней и влажность почвы: сетчатый слизень, например, поги-
бает при 10% содержании воды в почве (оптимум для этого вида
20—30%). Вот почему сельское хозяйство сухих равнин Казах-
стана не имеет дела со слизнями как массовыми вредителями.

В этой же сухой зоне очень малочисленны амфибии, земля-
ные черви и преобладают животные с плотными кожными пок-
ровами (млекопитающие, птицы, рептилии) или твердым хити-
новым панцирем (насекомые), экономно расходующие воду тка-
ней своего тела. Эти же условия испарения вызывают интенсив-
ное и раннее высыхание растительности, быстрое исчезновение
временных водоемов типа «хаков» * и луж, собирающих снего-
вую воду. Недостаток воды, малочисленность и плохое качества
водопоев — одна из важнейших экологических черт сухих сте-
пей и пустынь. Характерные животные этих зон приспособились
к своеобразным условиям водного режима различными путями.
Крупные травоядные млекопитающие — куланы, сайгаки, джей-
раны, способные к быстрым и дальним передвижениям, при бед-
ности сочных растений на пастбищах регулярно ходят на водо-
пои даже в тех случаях, если последние находятся в 10—15 км
от мест выпаса. Качество воды для этих животных не имеет осо-
бого значения: они пьют и солоноватую воду Каспия и Араль-
ского моря, и горько-соленую из пересыхающих озер. В весеннее
время копытные могут подолгу обходиться без воды, поскольку
свежая растительность содержит достаточное количество влаги
(до 75—80%). В этот период стада копытных распределены бо-
лее равномерно и менее связаны с водопоями. Ботаник
В. П. Минервин (1944) в интересной статье «О водопойно-па-
стбищном режиме джейранов и овец в пустыне» дал описание
поведения джейранов летом в условиях двух резко отличных
участков южного Устьюрта и Мангышлака. На Устьюрте джей-
раны держались летом только по впадинам, собирающим весен-
нюю воду, где густыми и обширными пятнами развивается дли-
тельно вегетирующая растительность: верблюжья колючка, ка-
порцы, язарлык (Peganum harmala), разные зигофиллюмы и т. п.
«Ярко-зеленые пятна этих впадин резко выделяются на однооб-
разном сером фоне биюргуново-полынной растительности плата
и нередко хорошо заметны уже на расстоянии нескольких кило-
метров» (Миневрин, 1944, с. 229). Удобных водопоев для джей-
рана здесь совершенно нет: глубокие колодцы для них недо-
ступны, а ближайшие соленые родники обрывистого северного
берега залива находятся на расстоянии 70—90 км. Следов джей-
ранов у этих колодцев не было; очевидно, антилопы все лета
обходились без водопоя. Список растений, поедаемых джейра-
нами, во впадинах Устьюрта включал только сочные виды, глав-
ным образом листья и свежие веточки капорцев, содержащие ле-
том 67—70% влаги. Эта «вегетационная вода» зеленых растений
впадины и обеспечивает потребности организма джейранов.
Интересно, что при отсутствии водопоев на Устьюрте совершен-
но не поедался лишайник «чон-кна» (Theloschystes lacunosus),
представляющий собой очень ценное кормовое растение, охотна

* Хак — по-казахски бассейн.
•используемое в иных условиях джейранами, овцами, козами и
.даже лошадьми. Напротив, на Мангышлаке в районе Суо до
75% содержимого желудка джейранов составлял этот лишайник
и только 10—15%—листья и плоды палласовой крушины.
Совершенно сухим лишайником в сухие и жаркие летние месяцы
питались даже лактирующие джейраньи самки с подсосными мо-
лодыми. Использование этого прекрасного нажировочного кор-
ма было возможно только при постоянных водопоях на берегу
Каспийского моря и при поедании его сочных водорослей *
из свежих выбросов, встречающихся на прибрежном песке. Мас-
совые растения плато—полынь и биюргун — в летнее время не
привлекают джейранов ни на Устьюрте, ни на Мангышлаке.
В обоих районах летом поедаются разные, но строго определен-
ные и немногие растения, что объясняется особенностями усло-
вий существования животных на каждой стации, условиями во-
доснабжения в первую очередь, пишет В. П. Минервин (1944).
При отсутствии у джейранов особых физиологических приспо-
соблений к безводному существованию это животное держится
летом или вдали от воды на участках с сочной растительностью
(глубокие впадины, «бидаяки» и т. п.), или на сухих пастбищах,
расположенных не далее 10—15 км от ближайших удобных во-
допоев. Таким образом, рельеф и детали орографической сети в
летнее время ясно отражаются на распределении джейранов.
В конце лета и осенью, после высыхания растительности, на
распределении стад копытных уже заметно сказывается распре-
деление водопоев и местами после исчезновения временных во-
доемов (хаки) происходят значительные перекочевки животных.
Наконец, зимой, при сухой и морозной погоде, когда раститель-
ность пересохла и водопои скрываются под льдом, куланы, сай-
гаки и джейраны не могут жить без снега. В такие зимы неод-
нократно отмечали кочевание значительных стад животных на
север и северо-запад, в те районы, где уже выпал снег, зимой
заменяющий копытным обычную питьевую и «вегетационную»
воду. В таких кочевках джейраны и сайгаки сейчас доходят до
пос. Тургай, низовий р. Урала и т. п.

Правильные перелеты на десятки километров от мест кор-
межки к водопоям совершают летом и степные рябки (саджа,
чернобрюхий и белобрюхий рябки)—типичные птицы пустынь.
В урочные часы тысячами слетаются они к родникам у подно-
жий небольших хребтов (в Кызылкумах или к отлогим берегам
рек Сырдарьи, Чу, Или и др. Еще большую привязанность к
водопоям можно отметить у волков, лисиц, корсаков и степных
кошек. Летом они не могут жить без воды и в отличие от копыт-
ных не способны пользоваться вегетационной водой и совершать
дальние переходы к водопоям **. Поэтому на распределении их

* Влажность водорослей в свежем состоянии 85—95%.

Возможно, что имеются и постоянные водопои, созданные животными. Так,
по сообщению охотоведа Г. О. Елисеева, в 100 км на юго-запад от оз. Ак-
коль, близ оз. Соленое, у подошвы горы, есть нора длиной около 2 м, вы-
нор и выводков в очень сильной степени сказывается характер
гидрографической сети. Чаще всего эти хищники живут летом в
тугаях и тростниках степных озер или норятся в нескольких сот-
нях метров от речек Карасу и немногочисленных источников.
При высыхании озер в начале лета, что случается сравнительно
нередко, волки и лисы, добираясь до воды, выкапывают боль-
шие ямы — подобие колодцев во влажном песке озерного ложа
(сообщ. А. А. Слудского). Полное высыхание водоемов вызыва-
ет дальние откочевки перечисленных животных и отсутствие их
выводков в течение ряда лет на обширных, ранее обитаемых
участках. Недостаток питьевой воды степные четвероногие хищ-
ники и насекомоядные стремятся при случае компенсировать
потреблением «вегетационной воды» сочных плодов, однако это
не имеет регулярного характера. Волк, лиса, барсук, степной
хорь и ежи охотно поедают на бахчах Казахстана мякоть ар-
бузов и дынь. Если добавить к этому списку зайцев-русаков,
полевок и некоторых птиц, регулярно посещающих бахчи, то уже
один перечень видов говорит о дефиците влаги в обычных кор-
мах указанных животных и сложности вопроса водного питания.
Вдали от баштанов большим успехом у перечисленных живот-
ных пользуются сочные плоды селитрянки, эфедры, степной
вишни, шиповника и т. п.

Подобно рябкам, постоянно летают на водопои степные ор-
лы, канюки-курганники, орлы-могильники, журавли-красавки,
многие степные кулики, розовые скворцы и жаворонки. Однако
последние при высыхании озер и других водопоев продолжают
гнездиться в степи, довольствуясь влагой, поступающей в орга-
низм при поедании насекомых и сочных листьев. Совершенно
не нуждаются в водопоях такие характерные для Казахстана
виды птиц, как дрофа, стрепет, дрофа-красотка (джек), живу-
щая в песках саксаульная сойка, маленькая буланая славка, че-
каны и многие другие мелкие птицы. В летнюю жару легко за-
метить предпочтение, оказываемое дрофой сочным листьям и со-
цветиям некоторых сложноцветных, в частности тем, которые со-
держат млечный сок. Крупные дудаки поедают множество цве-
тов козлобородника, зеленую массу молокана (Mulgedium), ко-
зельца (Scorzonera) и др. При выгорании степи в годы бедные
саранчовыми бывает заметна концентрация дроф близ старых
казахских зимовок и по обсохшим озерным котловинам, где мно-
го таких сочных сложноцветковых. Мелкие насекомоядные реп-
тилии и птицы пустынь не имеют даже и этого сочного корма.
Для них возможность существования в совершенно безводных
областях обеспечивает только свойственное многим Sauropsida
чрезвычайно экономное использование воды, циркулирующей в
организме. Потери ее через испарение невелики, так как эти жи-
вотные не имеют потовых желез (вода испаряется только при

рытая зверями. В конце норы имеется водопой, к которому часто ходят-
волки, лисы и корсаки. Окружающая местность лишена водопоев. Сведения
эти нуждаются в проверке.
.дыхании). Выделительный аппарат имеет ту особенность, что
значительная часть воды, которая могла бы быть потеряна при
выбрасывании мочи, впитывается через дистальный отдел пря-
мой кишки и вновь используется организмом. (При этом выде-
ленная моча нередко имеет почти твердую консистенцию.) Для
таких животных поедание насекомых, извлекающих влагу из
подземных сочных частей растений, вполне достаточно для по-
лучения минимума потребной воды.

Интересно, что многие насекомые пустыни (жуки-чернотел-
ки, некоторые прямокрылые, в числе которых прус), неспособ-
ные питаться подземными частями растений, получают необхо-
димую влагу из сухой растительной трухи. Эта труха, очень гиг-
роскопичная по своей структуре, скопляется в значительных ко-
личествах у основания стеблей многолетних растений, в ямках,
куда ее сносит ветер, и т. п. Ночью, когда в пустыне влажность
воздуха сильно возрастает, сухая труха, содержащая некоторое
количество щелочей, поглощает много влаги: при 90%-ной влаж-
ности воздуха до 0,6 г воды на 1 г растительных остатков. Утром
труху, напитанную влагой, поедают жуки и кобылки, которыми,
в свою очередь, питаются ежи, хомячки, землеройки, птицы, яще-
рицы и т. п.

Грызуны, составляющие основную массу степных и пустын-
ных млекопитающих, пьют очень редко или совсем не пьют, до-
вольствуясь влагой, поступающей в организм с поедаемой расти-
тельной и животной пищей. Сурки, суслики, песчанки, полевки,
хомячки, тушканчики, сеноставки и др. редко удаляются от сво-
их нор на расстояние, превышающее несколько десятков или
сотен метров. Ясно, что они не могут воспользоваться водопоя-
ми, зачастую разбросанными один от другого на десятки кило-
метров. Некоторые из этих зверьков степи и пустыни даже и не
умеют пить и, по-видимому, многие их поколения появляются и
исчезают, не видя воды в обычной ее форме в течение всей своей
жизни. Для распространения этих млекопитающих гидрографи-
ческая сеть страны имеет третьестепенное значение, но высту-
пает на передний план их большая зависимость от растительно-
сти, а через нее — от почв и рельефа. Колонии этих зверьков об-
ширны и часто занимают огромные пространства. Особенно ин-
тересны два вида сусликов — малый (или серый) и желтый
(«песчаник»). Обитая в сухих и пустынных степях и отчасти пу-
стынях с достаточно продолжительным теплым периодом, оба ви-
да имеют чрезвычайно короткий срок активной жизни в году.
Они пробуждаются весной, при появлении первых проталин,
проводят брачный период, выкармливание молодых и линьку в
очень сжатые сроки и, накопив запас жира при пастьбе на соч-
ных и полноценных весенних кормах, впадают в спячку уже в
июне-июле, как только растительность начнет засыхать и содер-
жание воды в злаках станет ниже 5—10%.

В условиях опыта удалось искусственно вызвать летнюю
спячку этих сусликов при кормлении сухим кормом (Калабу-
хов, 1929). Серый и желтый суслики — виды-эфемеры, годовой
цикл жизни которых находится в полном соответствии с фено-
логией их кормовых растений и сезонной динамикой воды в
этих кормах. Летняя спячка сусликов непосредственно перехо-
дит в зимнюю, так что продолжительность их активной жизни в
году редко превышает 3—4 месяца; остальные 8—9 месяцев
зверьки проводят в спячке*. Нужно подчеркнуть, что грызуны-
эфемеры столь же удачно приспособлены к физическим услови-
ям обитаемых областей, как и растительные эфемеры. Те и дру-
гие составляют фон живого покрова земли в ряде местообита-
ний, являясь формами массовыми, доминантными.

Сходный с сусликами годовой цикл жизни имеет и степная,
черепаха, питающаяся зеленью растений. На юге Казахстана
она пробуждается от спячки и выходит из нор в момент вегета-
ции эфемеров—-в конце марта—апреле. Спаривание и откладка
яиц происходит с апреля по май, а в июне, как только высохнет
травостой, черепахи уже залегают в спячку. Там, где весной за
один день можно найти сотни черепах, летом не остается даже
следов, указывающих на обилие этих рептилий. В пересеченных
местах черепахи, не успевшие откормиться за весну, мигриру-
ют к пониженным участкам с лучшими кормовыми условиями.
Здесь и залегание в спячку происходит позднее.

Совершенно иначе ведут себя подземные грызуны — слепу-
шонки, питающиеся сочными луковицами и корневищами. Оби-
тая в условиях пустынь и сухих степей, они не впадают в спячку.

Другой тип приспособления к жизни в безводных областях
мы находим у тушканчиков: они в большинстве всеядны и по-
едают семена и насекомых охотнее, чем зеленый растительный
корм. Большая подвижность, тонкое обоняние дают им возмож-
ность отыскивать и выкапывать луковицы, корневища и почвен-
ных насекомых, т. е. питаться кормами, содержащими большой
процент влаги. Тушканчики пробуждаются от спячки весной поч-
ти одновременно с сусликами, но залегают в норы значительно
позже: только при наступлении ночных заморозков и выпадении,
снега. По этому же пути пошла и специализация тонкопалого
суслика — типичного псаммофила, обитателя подвижных барха-
нов. Известно, что песок хорошо конденсирует, сохраняет влагу
и легко отдает ее корням растений. Там, где ветер выкапывает
глубокие котловины между барханами, этот суслик с малой за-
тратой энергии отрывает сочные клубни и корневища, в течение
всего года содержащие достаточное количество воды. Охотно по-
едает тонкопалый суслик и почвенных насекомых, а ранней вес-
ной пасется и жиреет на эфемерах. Обитая в пустынях более су-

* Залегание в спячку зависит не только от внешних условий, но и от состоя-
ния самого организма. Молодые суслики, родившиеся в апреле—мае, еще
растут и «нажировываются», когда взрослые самцы уже находятся в спяч-
ке. Сроки залегания и пробуждения, продолжительность спячки несколько
разнятся у различных возрастных и половых групп.
ровых по их общему режиму, чем сухие степи, занятые серым и
желтым сусликом, тонкопалый суслик в отличие от последних не
впадает в спячку; он деятелен в течение всего года, хотя и ме-
нее активен в летнюю жару, когда предпочитает отсиживаться
в норе, появляясь только в прохладные утренние часы.

Температурный режим суток и фауна

Помимо сухости и безводья, летний режим равнин Казахста-
на отличается высокой температурой в дневные часы. В период
«сильной жары резко сокращается активность дневных насеко-
мых, ящериц и змей, часть которых, по-видимому, впадает в эти
месяцы в оцепенение, а другая — деятельна только в прохлад-
ные утренние и вечерние часы. Птицы среди дня отдыхают в те-
ни, причем некоторые мелкие виды (чеканы, перепела, жаворон-
ки) нередко прячутся в норы грызунов, в ямки под защитой дер-
новин злаков, а более крупные (луни, канюки) улетают отды-
хать к затененным склонам балок или под защиту скал, теле-
графных столбов и т. п. Птицы, способные парить, — орлы, гри-
фы, журавли — в полуденные часы поднимаются на высоту нес-
кольких сот метров и долго плавают без взмаха крыльев в про-
хладных слоях воздуха, описывая широкие круги. При парении
почти не затрачивается мускульная энергия — птицы используют
сильные восходящие токи воздуха, столь характерные для режи-
ма открытых равнин, с их обильной инсоляцией и редким травя-
нистым покровом, слабо затеняющим землю. С раскаленной сте-
пи, над которой дрожат голубые обманчивые озера-марева и
вихри поднимают от котловин белые столбы солоноватой пыли,
парящие орлы кажутся еле заметными точками. Дневные зверь-
ки — суслики — в жаркие часы дня не покидают нор и выходят
на кормежку только рано утром или под вечер. В сумерках вы-
ходят из укромных убежищ тушканчики, ежи, корсаки и многие
другие виды. Поэтому в летние дни, когда земля пышет зноем,
степь и пустыня кажутся почти безжизненными. Характер су-
точной активности огромного большинства животных находится
в это время под воздействием неблагоприятных высоких днев-
ных температур. Особенно это бросается в глаза в песках, где за
ночь появляются бесконечные узоры следов разнообразных жи-
вотных, исчезающие при первом дуновении утреннего ветра.
Только к вечеру начинают перекликаться жаворонки, показы-
ваются суслики и пеструшки, а пернатые хищники вылетают на
охоту.

В южных пустынях Казахстана с их тропическим летним ре-
жимом дневных животных вообще значительно меньше, чем ноч-
ных. Особенно это заметно в отношении насекомых. На день
они закапываются в прохладные слои песка или скрываются в
норах зверей. Пустынные сверчки, наполняющие своим звеня-
щим пением ночную тишину, на день скрываются в трещинах
почвы, под камнями. В норах зверьков проводят день многочис-
ленные и характерные для открытых равнин жуки чернотелки и
некоторые жужелицы, сольпуги, скорпионы и др.

На юге на участках с наличием воды и более разнообразной
растительностью мир ночных насекомых оказывается уже таким
богатым, что местами при ночной поездке на открытом автомо-
биле целый живой дождь бьет в лицо и мешает смотреть вперед.
В этих районах, если имеются хорошие убежища (скалы, дуп-
листые деревья и т. п.), встречается очень много летучих мы-
шей, столь малочисленных в средней и северной частях Казах-
стана. С обилием сумеречных и ночных насекомых связано суще-
ствование сумеречных куликов авдоток, ушастых ежей, ле-
тучих мышей, ночных ящериц—гекконов — и обилие в южных
песках двух видов козодоев — обыкновенного и египетского или
буланого. Наличие этих своеобразных ночных насекомоядных
позвоночных и само обилие ночных насекомых такая же яркая
черта субтропического летнего режима, как особенности темпе-
ратур и влажности крайнего юга Казахстана.

Особенности зимнего режима и фауна

Зимний режим Казахстана можно охарактеризовать как
очень суровый, отличающийся в неблагоприятную сторону от ре-
жима равнинных частей Восточной Европы, лежащих на тех же
широтах, но западнее. Он характеризуется сочетанием более низ-
ких температур с сильным ветром, средняя месячная скорость
которого местами превышает 4—6 м/с и нередко бывает значи-
тельно большей. В связи с этим зимой на открытых равнинах
Казахстана животные существуют под длительным воздействи-
ем значительной «жесткости погоды» *. Так, в январе, типичном
зимнем месяце, жесткость погоды в большинстве мест Казах-
стана близка к характерной для лежащих значительно севернее
Тюмени и Ханты-Мансийска, а в Петропавловске только на одну
условную единицу ниже, чем в Салехарде, лежащем на границе
западносибирских тундр **. Только наиболее южные районы
Казахстана (Панфилов, Алма-Ата, Чемкент) имеют показатели
жесткости погоды более низкие, чем на больших морозных рав-
нинах республики. При сильных ветрах часто бывают бураны,
от которых в открытых местообитаниях почти нет укрытий.
Это обстоятельство вызывает заметные перемещения животных,
остающихся активными зимой, к лесным колкам, тростниковым
зарослям озер, речным тугаям, участкам с пересеченным рель-
ефом и даже постройкам человека в поисках защиты от ветра
и «жесткости погоды».

Большая часть Казахстана, вообще испытывающая недоста-
ток осадков, отличается малой мощностью снежного покрова.

* Показатель жесткости погоды S=(l—t 0,004) (1+ VO,272), где S — жест-
кость погоды, t — температура, °C, V — скорость ветра, м/с.

** Петропавловск — 4,3; Кустанай — 3,9; Актюбинск—3,5; Аральск—3,2;
Кзыл-Орда — 2,7; Алма-Ата — 1,6; Салехард — 5,3; Тюмень — 3,5.
Это в противоположность только что отмеченной особенности ре-
жима сказывается благоприятно на условиях зимнего существо-
вания многих крупных млекопитающих и части наземных птиц.
Только в самых северных районах Казахстана средняя много-
летняя высота снежного покрова в декаду с наивысшим покро-
вом больше 30 см. Огромная часть страны имеет снежный пок-
ров, не превышающий в среднем 10—20 см, и лишь в горах есть
зоны с более мощной снежностью. Сильные ветры постоянно
передувают снег и обнажают от его покрова вершины холмов,
наветренные склоны, т. е. создают участки, где животные полу-
чают возможность легко добывать корм. В то же время средняя
продолжительность снежного покрова здесь выше, чем на соот-
ветствующих широтах европейской части СССР (от 185 дней на
севере Казахстана до 60 на равнинах южной его части), и фау-
на значительную часть года вынуждена существовать в услови-
ях снежного ландшафта.

Оттепели с последующим замерзанием поверхности снега в
льдистую корку в центральных и восточных частях Казахста-
на бывают сравнительно редко. Это обстоятельство благоприятно
для большинства позвоночных. Сочетание перечисленных осо-
бенностей зимнего режима придает климату Казахстана своеоб-
разные черты, обусловившие определенное направление отбора
форм, составляющих его фауну, выработавшие у многих видов
не только соответствующие черты в годовом ритме жизни (сроки
и продолжительность миграций, спячки, ношение зимного меха
и оперения), но также и ряд морфологических адаптивных приз-
наков, носящих отпечаток именно зимнего режима.

Зимы Казахстана в общем благоприятны для крупных го-
мойотермных животных, относительно мало страдающих от теп-
лопотери в связи с размерами их тела или особенностями его
покровов, и для некоторых мелких, находящих убежище в снегу
и под снегом. Виды недостаточно холодостойкие, или вовсе не
пригодны для заселения этих холодных равнин, или вынуждены
ежегодно покидать их на всю зимнюю половину года или впадать
в длительную спячку, скрываясь в надежных убежищах. Рав-
нины Казахстана, населенные летом десятками видов птиц,
почти пустеют на зиму. Улетает большинство жаворонков,
все мелкие насекомоядные и хищные птицы степи, кустарников
и тростниковых зарослей, все степные и береговые кулики, цап-
ли, болотные курочки и лысухи, все водяные птицы от крачек,
чаек, поганок и уток до лебедей, пеликанов и фламинго. Воды
Казахстана надолго одевает прочный лед, и недоступность кор-
ма делает большую часть страны непригодной для зимовки даже
крупных холодостойких водоплавающих птиц, способных су-
ществовать и в более северных районах при наличии открытой
воды. Так, много лебедей и уток тех видов, которые улетают из
Казахстана, зимуют на незамерзающих реках Камчатки, согре-
ваемых водами горячих ключей. Из средней части Казахстана
улетает даже серая ворона. В большом количестве эту птицу
можно, например, встретить зимой по линии Ташкентской же-
лезной дороги только южнее Аральска.

Степные боры и березовые колки Казахстана, хотя и теряют
на зиму огромную часть пернатого населения, все же более ожив-
лены птицами, чем белые мертвые пространства степей. На де-
ревьях и кустах птицам доступны некоторые группы корма, а
•степи скрыты под снегом. Лесная фауна Казахстана, как уже бы-
ло указано, включает ряд бореальных элементов, приспособлен-
ных к жизни в условиях суровых зим. Таковы, например, тетере-
виные птицы, надевающие на зиму более пышное «утепленное»
оперение, зарывающиеся на ночлег и от непогоды в глубокие
снежные норы, таковы дятлы и синицы, ночующие в дуплах, спо-
собные добывать насекомых путем выдалбливания их из укром-
ных зимних убежищ, и т. д. Этим и объясняется большее богатст-
'во зимней орнитофауны леса по сравнению со степью.

На смену улетевшим летующим видам птиц в Казахстане
появляются зимующие виды, прибывшие с севера. Уже одно срав-
нение представителей групп летующих и зимующих птиц дает
наглядную иллюстрацию своеобразию климата Казахстана. Там,
где летом носились персидские щурки, грелись на отмелях розо-
вые пеликаны и голубые сизоворонки хватали в траве тропиче-
ских прямокрылых, зимуют прилетевшие из тундры пуночки, ро-
гатые жаворонки и белая полярная сова охотится на белоснеж-
ных куропаток.

Малая высота снежного покрова и связанное с этим промер-
зание почвы имеют существенное значение для условий зимов-
ки насекомых. Большинство их закапывается глубоко в землю
или переживает зиму в форме более стойких покоящихся стадий.
Сказанное имеет непосредственное отношение к жизни позвоноч-
ных— потребителей насекомых. В степи и полупустыне невоз-
можна зимовка насекомоядных птиц и крайне затруднено суще-
ствование мелких насекомоядных млекопитающих — землероек.
Последние совершенно отсутствуют или крайне редки на боль-
шей части открытых равнин Казахстана, но их много в его
южных горных районах и в северных березовых колках. В этих
условиях землеройки легко добывают насекомых, слизней и чер-
вей, зимующих в подстилке, причем мощный снежный покров не
только не затрудняет их охоту, но даже облегчает ее, вызывая
частичное оттаивание мертвой листвы и, во всяком случае, пре-
дохраняя почву от сильного промерзания. Иные условия в песках
пустынь Казахстана, где легче копать и где песок сильнее про-
гревает даже зимнее солнце. Здесь существует своеобразная,
единственная в своем роде пустынная пегая землеройка (путо-
рак). Важно подчеркнуть, что области, непригодные для сущест-
вования насекомоядных млекопитающих с круглогодичной актив-
ностью (землероек), очень благоприятны для зимоспящих насеко-
моядных форм. Всюду в степях и пустынях Казахстана обычен
ушастый еж, а в северо-западной его половине также и обыкно-
венный. Летом они имеют обилие насекомых и рептилий, на зиму
залегают в спячку. Это доказывает, что в основном зимний режим
ограничивает распространение землероек в центральных частях
Казахстана.

Несомненным следствием резкого контраста между летним
и зимним режимами, вызывающими также резкие отличия в ко-
личестве и доступности корма, нужно считать обилие зимоспя-
щих форм и среди других групп млекопитающих Казахстана (в
отличие от последних годовой режим пойкилотермных позвоноч-
ных— амфибий и рептилий — зависит только от температурных
условий). В северной зоне таких зимоспящих видов (кроме ежей)
семь: барсук, сурок, рыжеватый и краснощекий суслики, степная
мышовка, большой тушканчик, емуранчик. (всего с ежами — 9).
Летучие мыши также принадлежат к зимоспящим, но, по-видимо-
му, большинство их в северной половине Казахстана появляются
только летом прилетая с южных зимовок, подобно насекомояд-
ным птицам9. Кроме перечисленных видов, такие формы, как
обыкновенный хомяк, хомячок Эверсманна, даурский и серый хо-
мячок, проводят зиму в полуспячке, почти не покидая нор и
используя свои собранные за лето зерновые запасы. Мелкие по-
левки деятельны всю зиму, но скрываются под снегом, крайне
редко появляясь на его поверхности. Таким образом, только-
незначительная часть млекопитающих Северного Казахстана
остается жизнедеятельной всю зиму, подвергаясь неблагоприят-
ному воздействию морозов и ветра, это зайцы, копытные и хищ-
ники от ласки и горностая до лисицы и волка.

Еще большее обилие зимоспящих видов млекопитающих мы
найдем в полосе сухих степей и пустынь Казахстана, что, быть,
может, нужно рассматривать в связи с особенно глубокими отли-
чиями между зимним и летним режимами этой зоны. Зимоспя-
щих видов здесь более пятнадцати. Кроме барсука, степной мы-
шовки, двух ежей, краснощекого суслика и двух тушканчиков,
общих с северной зоной, нужно указать серого и желтого суслика,
несколько видов тушканчиков — свойственных пескам, глинистой
пустыне и солончакам, а также баялычную соню. О зимней спяч-
ке последней прямых указаний нет, однако ее сильное ожирение:
к осени, особенности строения уха, складывающегося наподобие
веера, и другие признаки указывают на приспособление к спяч-
ке 10 (личные наблюдения над экземпляром Алма-атинского зоо-
парка в 1939 г.). Учитывая, что зимоспящие грызуны этой зоны
представляют доминирующие формы в ее населении, нетрудно-
представить, каким безжизненным кажется зимний аспект сухих
равнин, едва припорошенных снегом. А. М. Колосов (1936), изу-
чавший питание лисицы и корсака в пустыне нижнего течения-
p. Эмбы, показал, что 63,5% грызунов, поедаемых летом корса-
ком, и 84% зверьков, составляющих летний рацион лисицы, зи-
мой недоступны для этих хищников, так как впадают в спячку^
Если прибавить к этому числу крупных насекомых, ящериц, змей
и степных ежей, также играющих существенную роль в летнем
питании корсака и лисицы, то масштабы сезонных изменений до-
ступной кормовой базы становятся еще более разительными.
Это резкое ухудшение кормовых условий делает особенно острой
борьбу за существование лисицы, корсака и отчасти волка имен-
но зимой и вызывает их далекие откочевки к районам, обладаю-
щим достаточными запасами зверьков активных и в холодное
время года. Лиса и корсак уходят на зимовку в пески, богатые
песчанками и зайцами-толаями, в злаковые степи, где много
степных пеструшек, к тростникам озер, населенных водяной кры-
сой, и т. п.

Белая криптическая окраска зимнего наряда
у позвоночных животных

Своеобразие географической среды Казахстана ярко отра-
жается также тем фактом, что в полосе, где летом гнездятся пти-
цы южного тропического типа, оседло обитает несколько видов
птиц и зверей, надевающих на зиму белый наряд под цвет снега,
причем этот наряд они носят около половины года. В северной
половине Казахстана таких видов шесть (немногим меньше, чем
в тундрах Западной Сибири*; это белая куропатка, заяц-беляк,
горностай, ласка, джунгарский хомячок и заяц-русак). О послед-
нем нужно сказать несколько слов. Тургайский русак, населяю-
щий всю северо-западную полосу Казахстана, зимой носит мех
с таким малым количеством рыжеватых и бурых волос, что прак-
тически имеет белую окраску, гораздо более светлую, чем у ру-
саков, обитающих в европейской части СССР.

Русак — вид, недавно проникший в Казахстан с запада (фор-
ма европейского типа фауны), получивший здесь эту особен-
ность в связи с большой продолжительностью снежного периода,
обилием света и отсутствием маскирующих укрытий в степи.
Орлы беркуты, филины и тетеревятники, зимующие в этой поло-
се Казахстана, охотятся преимущественно за зайцами; видимо,
эти хищники истребляли животных, более заметных на фоне сне-
га, и содействовали возникновению местной формы русака, наи-
более белеющего на зиму из всех водящихся в СССР.

Джунгарский хомячок — представитель монгольского типа
фауны; в пустынных областях Монголии он почти не светлеет на
зиму. Видимо, у казахстанско-западносибирской его формы на-
личие белого зимнего наряда тоже приобретение относительно
недавнее. Заяц-беляк и белая куропатка в фауне Казахстана —
элементы северные, бореальные, а горностай и ласки — транспа-
леаркты с очень обширными ареалами. Интересно отметить, что
оба последних вида доходят до крайнего юга Казахстана и по-
лучают на зиму белую окраску даже в зоне со средней продолжи-
тельностью снегового покрова, не превышающей 80 дней в году.
Этот факт особенно любопытен потому, что куропатка, заяц-бе-
ляк, ласка и горностай на северо-западе Европы (Шотландия)

* Например, иа п-ове Ямал белеющих на зиму животных семь, если не счи-
тать северного оленя, сильно светлеющего. В Казахстане тоже имеется
сильно светлеющее на зиму копытное животное — сайгак.
утратили белый зимний наряд в связи с бесснежностью местных
зим. Очевидно, зимний режим Казахстана отличался достаточной
снежностью в течение длительного отрезка времени. На это же
обстоятельство указывает и прошлое более широкое распростра-
нение ряда водных погруженных растений, свойственных озерам
Северного Казахстана, наполняющимся исключительно снеговой
водой при весеннем таянии. Прошлое более широкое распростра-
нение озер несомненно говорит о значительной и, вероятно, боль-
шей, чем современная, снежности зим. На более благоприятное
для древесной растительности количество осадков в прошлом
указывает также распределение лесов, наличие реликтовых тор-
фяников, пыльцевые спектры последних и т. п.

Имеется только одно указание на предполагаемый намечаю-
щийся процесс утраты белого сезонного наряда: П. П. Сушкин
(1908, с. 269), говоря о казахстанской большой белой куропатке,
замечает: «В зимнем наряде у очень многих особей основания
перьев головы, шеи и спины на большем или меньшем протяже-
нии от корня ржавые, с белой лишь вершинной частью; иногда
попадаются птицы, у которых белая окраска головы, шеи и спи-
ны в зимнем наряде почти исчезает. Ф. К. Лоренц (описавший
эту форму куропатки) высказывает вполне основательное пред-
положение, что последняя особенность стоит в связи с сравни-
тельной малоснежностью зим в области распространения L. lag
major».

Кроме белой окраски, для некоторых из перечисленных жи-
вотных характерно отрастание к зиме покровов на пальцах ног,
обусловливающее появление подобия «снежных лыж» — широкой
опорной поверхности конечностей. У белой куропатки пальцы по-
крываются густыми упругими перьями, у зайцев — длинными
упругими волосами. Это приспособление к передвижению по рых-
лому субстрату — снегу. К весне длинные перья и волосы сильно
снашиваются и летом выпадают при линьке. Наличие указанных
сезонных приспособлений, выработавшихся при несомненном
участии снежного покрова как фактора отбора, искусное исполь-
зование снежных нор и «лунок» для защиты от холода и т. п.
дает нам право называть таких животных хионофилами — снего-
любами, или снежниками (Формозов, 1946).

Условия зимнего режима влияют не только на окраску, но и
на пластические признаки волосяного покрова открыто живущих
млекопитающих. По-видимому, в связи с большой частотой и си-
лой зимних ветров нужно рассматривать некоторые признаки
зимнего меха лисиц, корсаков и волков Казахстана. В отличие от
лисиц, живущих в таежных районах, где роль ветра умеряется
защитными свойствами леса, степные лисы половину года прово-
дят на холодных равнинах, где штиль бывает очень редко, а силь-
ный ветер постоянно раздувает шубку, нарушая целостность тер-
моизолирующей воздушной прослойки, расположенной под остью
и подпушью. Более жесткие и короткие волосы ости лучше проти-
востоят раздуванию ветром, чем тонкие (нежные) и высокие. По-
этому у зверьков открытых пространств Казахстана (лисицы
«кряжей» казахстанского, семипалатинского и семиреченского,
различаемых в пушном деле) зимние шкурки имеют относитель-
но короткий грубоватый волосяной покров; у несколько более
крупных лисиц Западносибирского кряжа (из б. Петропавлов-
ского и Кустанайского округов Казахстана и смежных районов
Сибири) — волосяной покров грубоватый, средней высоты, но до-
вольно густой и плотный (Кузнецов, 1932). Напротив, у таежных
лисиц томского кряжа — мех очень пышный, высокий, шелкови-
стый. Шкуры волков казахстанского кряжа пушники делят на
лесного и степного волка; у первых мех мягче и нежнее, чем у
вторых, т. д. Таким образом, зимняя жесткость погоды накла-
дывает определенный отпечаток на качество меха нескольких
весьма важных пушных животных Казахстана. Быть может, здесь
же уместно будет сделать еще одно замечание. Укрываясь от
ветра, лисицы и волки Казахстана обычно уходят в тростники.
Пробираясь среди частых жестких стеблей тростника (послед-
ние, как известно, содержат много кремния), хищники сильно
изнашивают («вытирают») волосы ости на боках и отчасти хвос-
те. «Камышовые» лисицы северного побережья Каспия цельный
зимний наряд носят очень недолго: уже в конце ноября — в де-
кабре появляются потертые участки, обесценивающие шкурку.

Широкое распространение и разнообразие хионофобов

При широком распространении в Казахстане форм хионофи-
лов на первый взгляд кажется странным сравнительное разнооб-
разие и обилие в его зимней фауне животных хионофобов, т. е.
видов, избегающих мощного и длительного снежного покрова.
Сибирская косуля и марал, питающиеся зимой ветвями, корой
древесных растений и сухой травой, в историческое время были
очень обильны и в средней и в северной полосе Казахстана.
По тростниковым и рогозовым зарослям озер от юга до крайне-
го севера Казахстана был распространен кабан “, копавший зи-
мой из-под снега корневища прибрежных растений. Низкий
снежный покров Казахстана не мог служить препятствием для
передвижения и пастьбы этих животных. Только в редкие много-
снежные зимы они сильнее обычного страдали от трудностей до-
бывания корма и преследования волков. Эти же свойства снеж-
ного покрова дают возможность зимовать в Северном и Среднем
Казахстане большим стаям серых куропаток, не имеющих ника-
ких приспособлений к беганью по рыхлому снегу и собирающих
весь свой корм с земли. В условиях Казахстана серые куропатки
всегда находят свободные от снега бурьяны, травы, кусты ши-
повника с ягодами, семена или зеленые листочки травянистых
растений*. Здесь в массе остается на зиму кочующий по доро-

* Серые куропатки Казахстана все же не совсем оседлы; значительная часть
их отлетает на зиму в южные районы республики; в Сев. Казахстане, ве-
роятно, зимуют прилетающие из Зап. Сибири.
гам и пастбищам местный эндемик — черный жаворонок, приле-
тают зимовать обыкновенная овсянка, снежный подорожник,
северный подвид рогатого жаворонка. Одиночные крупные сам-
цы дудаки почти ежегодно зимуют даже на широте Наурзумско-
го бора (51° 30'), южнее, особенно в бугристых песках, где силь-
нее сдувает снег, остаются зимовать даже целые стаи дроф.
Б южных еще более малоснежных районах оседло держатся фа-
заны (в историческое время на север до Уральска, северного
побережья Аральского моря и т. п.), пустынный рогатый жаво-
ронок, кеклики — горные куропатки (на север до Улытау и Чу-
Илийских гор включительно), саджи-бульдуруки, саксаульные
сойки, степные сычи и т. п. Ареалы джейрана, кулана, сайги, для
зимней пастьбы которых высокий снежный покров является не-
преодолимым препятствием (эти копытные питаются низкорос-
лыми травянистыми растениями), заходили в Казахстане на се-
вер дальше, чем где-либо. Большие выступы на север, характер-
ные для ареалов некоторых из перечисленных видов, сходны и
отчасти совпадают с отступанием к северу изолиний в 50 и 40 см,
максимальной средней многолетней высоты снежного покрова
(Рихтер, 1948).

Области с длительной и жестокой казахстанской зимой бла-
гоприятны для зимовки определенного ряда лесостепных, степ-
ных и пустынных млекопитающих и птиц именно по причине ма-
лоснежности. Виды-хионофобы гораздо обильнее представлены
в фауне Казахстана, чем в смежных районах Европы и Сибири
со средней максимальной высотой снежного покрова в 50—60 см.
Малоснежность благоприятна и для зимнего существования на
подножном корму домашних животных Казахстана. С незапа-
мятных времен здесь практикуется зимний выпас скота на под-
ножном корму — тебеневка. Последняя до некоторой степени об-
легчает существование и части диких животных: на местах, ос-
вобожденных от снега лошадьми, «копытившими» корм, черные
жаворонки, полярные жаворонки и серые куропатки собирают
зеленые листочки растений, склевывают семена, оставшиеся пос-
ле кормежки крупных копытных.

Белые зимой зайцы, куропатки, горностаи — типичные хионо-
филы и типичные ландшафтные животные северной половины
Казахстана. Для средней и южной частей его равнин столь же
характерны стада антилоп, некоторые виды диких кошек, раз-
нообразные наземные бегающие птицы — целый набор хионофо-
бов, среди которых много выходцев из бесснежных холодных
районов Центральной Азии и столь же бесснежных, но более
теплых пустынь Африки.
Области с мягкой зимой —
районы зимовки некоторых групп птиц

Комбинированное действие жесткости погоды, режима снеж-
ности и отчасти прямой инсоляции определяет условия зимнего
существования животных. В этом отношении особенно выделя-
ются некоторые южные, пограничные территории Казахстана с
жесткостью погоды января близкой или меньше единицы, ма-
лым и непостоянным снежным покровом и достаточно сильной
инсоляцией, вызывающей днем перегревание почвы, таяние сне-
га на «солнцепеках» и даже оживание части насекомых.

Весьма своеобразны мягкие зимние условия — в предгорных
районах Южного Казахстана (Западный Тянь-Шань) до высот
1600—1800 м над уровнем моря. В то время как на равнине у
подножия гор средняя температура января держится около
—4°...—6° С, с высотой она повышается и уже затем начинает по-
нижаться (т. е. имеет место зимняя температурная инверсия
(Григорьев, 1944). В этой предгорной зоне зимует много птиц,
отчасти прилетающих с севера, отчасти спускающихся с гор.
Среди них есть не только многочисленные мелкие зерноядные
виды, но и формы, в питании которых зимой значительную роль
играют ползающие насекомые. Таковы, например, зимующие
близ Алма-Аты рыжебрюхая и красноспинная горихвостки, чер-
ногорлая завирушка, крапивник, черный дрозд и др. По незамер-
зающим быстрым речкам в эту же полосу спускаются из высоких
поясов гор белобрюхая и чернобрюхая оляпки, добывающие ли-
чинки водных насекомых из потоков.

Значительное количество птиц, оседлых, прилетающих на зи-
мовку с севера, характерно и для долины Сырдарьи, особенно
южной ее части, прилегающей к границе с Узбекистаном. Здесь в
городах и больших поселках оседло живет египетская горлица, у
незамерзающих протоков Сырдарьи зимует много бекасов, а гар-
шнепы задерживаются до конца декабря. Из мелких хищников
зимой много оседлых степных сычей, ушастых сов; остаются
пустельги, единичные луговые луни и обычно в большом числе
зимуют луни полевые. В тугаи Сырдарьи в массе прилетают на
зимовку серые куропатки (тургайский подвид), а по незамер-
зающим протокам и полыньям озер в тецлые зимы держатся
стаи кряковых уток. Для большого крохаля и крохаля-лутка —
это уже район нормальной массовой зимовки. Оба эти рыбояд-
ных вида, имея доступ к воде, свободной от льда, могут прокор-
миться всю зиму. На полыньях Аральского моря зимуют в не-
большом числе турпаны, сибирские чайки-хохотуньи.

В относительно мягкие зимы много северных водоплавающих
птиц (нырковых уток, крохалей и др.) остаются по северо-вос-
точному берегу Каспийского моря, если имеются достаточно
большие участки открытой воды у берегов. Ухудшение ледовой
обстановки заставляет птиц отлетать к югу, и тогда они в массе
появляются у туркменских берегов. Судя по непостоянству зи-
мовки у берегов Туркмении, часто много птиц остаются севернее
границ последней 12.

Существуют довольно значительные различия в зимнем тем-
пературном режиме западных и восточных частей Казахстана,
лежащих на одних и тех же широтах. Особенно резко они выра-
жены в январе, когда падение средних месячных температур с
запада на восток достигает 0,3° С на каждый градус долготы
(Григорьев, 1944). Этой особенностью объясняется большая
мягкость условий зимовки в крайней юго-западной части Казах-
стана и расположение границ ареалов некоторых видов, напри-
мер, хохлатого жаворонка. Эта оседлая наземная птица откры-
тых местообитаний — хороший индикатор зимнего режима. Осо-
бенно много хохлатых жаворонков наблюдается к западу от
нижнего течения р. Урала. Здесь же оседло живут значительные
стада сайгаков, всегда много лисиц и зайцев-русаков, не подвер-
гающихся ежегодному неблагоприятному влиянию суровой зи-
мы, свойственной Центральному Казахстану. В Волжско-Ураль-
ских песках зима относительно короткая и мягкая. Осенью на-
ступление морозов задерживает согревающее влияние прогретых
водных масс Каспия. Средняя продолжительность снежного пок-
рова в этом районе всего 50—60 дней, средняя высота в декаду
с наивысшим покровом не достигает 10 см. В связи с этим почва
часто остается обнаженной и наземные птицы, мелкие грызуны-
семенояды и т.п. всегда имеют доступ к корму. Здесь остаются
зимовать единичные полевые жаворонки, грачи, перепела, луни,
болотные совы, стайки зябликов, тростниковых овсянок, дроф;
в массе зимуют серые куропатки, галки и серые вороны, отлета-
ющие, особенно из центральных районов Казахстана, в юго-за-
падном и южном направлениях.

ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ РАСТИТЕЛЬНОСТИ

В ОТНОШЕНИИ К ФАУНЕ

Растительность и животный мир Казахстана на протяжении
целых геологических периодов формировалась и развивалась во
взаимной связи, причем зависимость фауны от флоры всегда бы-
ла большей, чем обратная — растений от животных. Раститель-
ный покров как среда обитания характеризуется своими особы-
ми микроклиматами и защитными свойствами; он дает пищу,
«вегетационную воду», защиту от врагов и непогоды. Нередко
климатические и почвенные условия определенных областей ока-
зывают на животный мир большее влияние через посредство
растительности, нежели непосредственное.

Леса, заросли тростника или степных кустарников, злаковые,
полынные и солянковые ассоциации Казахстана имеют особые,
свойственные им комплексы животных, носящих известный отпе-
чаток своего местообитания. Так, среди беспозвоночных, насе-
ляющих ковыльные, ковыльно-типцовые и разнотравно-злаковые
степи, занимающие в Казахстане огромную площадь, встречает-
ся много родов и видов цикадок, клопов, саранчовых и пауков,
имеющих узкую вытянутую форму тела и зеленоватую или жел-
товатую окраску. Мелкие виды поразительно похожи на длин-
ные чешуйки или зерна ковыля и других злаков этих зон, на ме-
телках и колосьях которых они живут. Тонкие длинные ноги не-
которых животных этой группы имитируют усики и нити злаков.
В зоне господства полыней мы встречаем серых пауков с шаро-
видным телом, мелких клопов и других насекомых, по окраске
и форме очень напоминающих буроватые и серые соцветия по-
лыней.

На некоторых деталях этих связей мы остановимся в даль-
нейшем, при обзоре отдельных районов, здесь же коснемся нес-
кольких наиболее существенных особенностей фауны позвоноч-
ных, свойственной степям и пустыням Казахстана.

Особенности степных растений как источника пищи

Животные — потребители зеленой травяной массы. Глубоко
материковое положение страны обусловливает большую сухость
воздуха и недостаток осадков, при которых в растительном пок-
рове преобладающую роль играют травянистые растения или по-
лукустарники. Закончив короткий период вегетации, многие ра-
стения сухой степи и пустыни засыхают на корню и сохраняют-
ся до следующей весны, в малой степени подвергаясь изменени-
ям, тогда как в других зонах при обильных дождях и выпадении
мокрого снега отмершая масса травостоя теряет много ценных
кормовых веществ. Степное «сухое сено на корню» вместе с ра-
стениями, сохраняющими на зиму зеленые части (таких во фло-
ре степей и пустынь довольно много), всю холодную половину
года представляет хороший корм для травоядных животных,
способных извлекать из грубой растительной массы необходи-
мые им пищевые -вещества. Л. П. Давыдова и И. Н. Степанова
(1936), изучая условия тебеневки лошадей на северных отрогах
Мугоджар и прилегающей равнине, пришли к выводу, что зимой
дикая растительность сухих пастбищ сохраняет от 77 до 100%
протеина, от 29 до 100% жира по отношению к содержанию в
осенних образцах. Лучше всего сохраняет свою питательную
ценность тас-биюргун (92% от осеннего крахмального эквива-
лента), несколько хуже — биюргун, на третьем месте — кокпек
(58% общей питательной ценности). Близка к кокпеку черная
полынь (58% общей питательной ценности и довольно много пе-
реваримого белка — 6,21 %). Минеральный состав в отношении
кальция и фосфора в кокпековой и тас-биюргуновой ассоциациях
остается почти неизменным, а у биюргуна и черной полыни зна-
чительно снижается. В итоге авторы подчеркивают, что зимний
«тебеневочный корм» нужно считать равноценным среднему и
даже хорошему сену с высоким содержанием переваримого белка.
В. зонах с малоснежной зимой и хорошим тебеневочным кормом
в старину сосредоточивались на зиму большие стада диких копыт-
ных Казахстана (сайгаки, куланы, тарпаны, джейраны). На лет-
нее время многие из этих животных перекочевывали в зону ко-
выльных степей, где по долинам и приозерным лугам находили
отличные летние пастбища. Однако с конца августа — начала
сентября кочующие стада уже начинали обратное движение к
южным сухим пастбищам. Работы ботаников, выполненные за
последние годы, дают очень ценный материал для объяснения
характера и сроков кочевок грандиозных стад, не встречавших
серьезных препятствий для передвижения по бескрайним равни-
нам. И. В. Ларин (1936) приводит кормовую характеристику тра-
востоя морковниково-типчаково-ковыльной степи для участка,
расположенного в 110 км на юго-запад от г. Петропавловска.
В этом типе степи травянистая масса нарастает до половины
июня, затем начинает сокращаться и к концу сентября составля-
ет всего 55,3% от своего годового максимума. Количество протеи-
на и сочность корма тоже уменьшается к осени. Автор считает,
что максимум сырого протеина и минимум клетчатки приходится
на период колошения основных злаков (конец мая).

Нетрудно видеть, что дикие копытные (в их числе и подсос-
ные самки, особенно нуждающиеся в сочном и полноценном кор-
ме) проводили в северных степях только тот период, когда мест-
ные пастбища были наиболее продуктивны. Крупные копытные
и более мелкие, но бесчисленные грызуны — две группы млеко-
питающих, обладающие наиболее совершенным жевательным и
пищеварительным аппаратом,— основные потребители и све-
жей зеленой массы, и «сухого сена на корню». Представители
этих групп — дикие лошади (куланы, тарпаны), антилопы (сай-
гаки, джейраны), олени (косули, маралы), дикие бараны (ар-
хары), из грызунов — зайцы, пищухи, стадные полевки, степные
и желтые пеструшки, а в песках, кроме того, толстые песчанки
и др. — были наиболее массовыми и характерными видами тра-
воядных млекопитающих, выпасавшихся круглый год на травя-
нистых равнинах и горных склонах Казахстана. Летом к ним
присоединяются несчетные полчища саранчовых и зимоспящих
травоядных грызунов — несколько видов сусликов и сурков.
В отдельные сезоны некоторые жаворонки, стрепет, дрофы, се-
рая куропатка и другие птицы также поедают зеленые части ра-
стений. Современные наблюдения дают верное представление о
количестве мелких грызунов и саранчовых. О былом обилии
копытных и сурков можно судить только по историческим
данным.

Вот некоторые сведения первоисточников о численности
и широком распространении травоядных копытных в Казах-
стане.

1769 г., конец июля, на пути от Орской крепости к Губерлин-
ской. «По дороге видели мы и на сей стороне Яика множество хо-
дящих на плоских увалах сайгаков» (Паллас, 1809, с. 307). Тот
же год, конец августа. На высоком берегу Яика, «не доехав дс
увалов... Индерских гор, увидели мы на холмах стада пасущихся
сайгаков, которые от нас не бежали». «Индерские горы в небыт-
ность там киргизцев бывают наполнены сайгаками. Ныне их
было так много, что находящаяся при мне малая команда в ко-
роткое время 12 их застрелила» (Паллас, 1809, с. 589—590).

1771 г., начало июня. На пути от Орской крепости к запад-
ному подножию Улы-тау. «Продолжая путешествие наше по сим
местам, видимы были повсюду великие стада сайгаков, коих
казаки наши убивая утолили несколько томящий их голод» (Рыч-
ков Н„ 1772, с. 79).

1832 г., начало августа. «Сайгак, по-киргизски киик; во мно-
жестве по Устюрту; мы сами видели стадо в 2000 голов» (Каре-
лин, 1883, с. 118).

Середина XIX в. Сайгаки «тысячами покрывали южные сте-
пи уральских войсковых земель и почти ежегодно переплывали
из-за Урала. Подстерегавшие их уральские казаки истребляли
множество» (Карелин, 1875, с. 264).

Начало XIX в. «Стада сих животных (сайгаков.— А. Ф.) бы-
вают весьма многочисленны в степях киргиз-казачьих и прости-
раются иногда, как говорят, до десяти тысяч голов...» (Левшин,
1832, с. 135).

Первая половина XIX в. Сайгаки прежде водились на всех
ковыльных степях Южной России от Прута к востоку «по огром-
ному множеству их в Киргизской степи, можно думать, что они
туда вытеснены...» (Севернов, 1861, с. 53).

1842 г. Район Сухореченской крепости 13 и сопки Кукташ.
«Казаки говорили, что им (сайгакам.— А. Ф.) нет и числа и что
не помнят, когда бы их приходило на линию такое множество.
Они полагали, что засухи вытеснили их из самой глубины степей
и заставили искать прохлады вблизи от Урала» (Толстой, 1964,
с. 118). Наблюдая ход к водопою: «Число сайгаков приметным
образом увеличивалось. Они бежали к ручью огромными стада-
ми... Вся степь, исключая какого-нибудь десятиверстного про-
странства вокруг нас, была ими покрыта. Я думаю, тут их было
несколько тысяч». На следующий день, уже в другой части сте-
пи: «Опять я увидел тысячи сайгаков»... (Толстой, 1964, с. 122,
125).

В июле—августе 1910 г. в северном Прибалхашье в большом
количестве встречается сайга. Отмечено много стад, иногда до
20—30 голов (Мефферт, 1912).

Первая половина XVIII в. «Куланы бывают большие на Зая-
ицкой (т. е. Зауральской — А. Ф.) степи, около реки Сарасу, а
иногда и по Эмбе... ходят великими табунами, так что по тысяче
и больше случается...» (Рычков, 1762, с. 291).

1832 г. «Дикая лошадь; по-киргизски кулан; большими стада-
ми по Устюрту» (Карелин, 1883, с. 118).

Конец XVIII в.— середина XIX в. Кулан «в некоторые зимы
появляется на левой стороне р. Урала, против ф. Редутского» 14
(Карелин, 1875, с. 268). «Водились прежде, особенно между 1771
и 1801 гг. большие стада тарпанов; ныне же об этих животных не
слышно» (Карелин, 1875, с. 264).

Конец XIX в. Куланы «места своих летовок, например в Акмо-
линской области 15, покидают в августе... Месяц спустя их можно
наблюдать на их обычных зимних стоянках, и притом даже те-
перь... в громадных стадах» (Бихнер, 1902, с. 557).

1740 г., август. Побережье Аральского моря. Здесь водятся в
изобилии дикие лошади — тарпаны, куланы, антилопы и волки;
кроме того, тут есть очень опасный, похожий на тигра зверь, на-
зываемый джолбарс; по словам татар, он обладает такой громад-
ной силой, что может утащить лошадь (Hanway, 1753).

Э. Эверсманн (1850) считал, что в первой половине XIX в.
тарпаны жили табунами и встречались всюду в степях на восток
от Каспийского моря и даже между Волгой ц Уралом, заходя на
север до Саратова.

1872 г., Кайбинская щель16, Южный Казахстан. На ровной
глинистой, а местами и песчаной степи, поросшей чием и саксау-
лом,— огромное множество каракуйрюков (джейранов) (Алфе-
раки, 1891).

Вторая половина XIX в. Джейран встречается по всем Кы-
зылкумам и в пустынях за Амударьей. Кроме местных, еще боль-
шая масса этих животных прикочевывает в Кызылкумы поздней
осенью из-за Сырдарьи на зимовку (Богданов, 1882).

Смена летних и зимних пастбищ путем ежегодных двукрат-
ных перекочевок на многие десятки, а иногда и сотни километ-
ров была характернейшим явлением в жизни куланов, джейра-
нов, сайгаков и, вероятно, тарпанов. Только после сильного ист-
ребления этих копытных сезонные миграции их стали менее за-
метными. Как правило, на лето они устремлялись в области со
злаковой и разнотравной (сравнительно сочной) растительностью,
где много водопоев, а на зиму уходили в малоснежные зоны по-
лыней и солянок, очень благоприятные для «тебеневки».

За последние годы (1940—1948) во многих областях Казах-
стана численность сайгаков сильно возросла и тотчас же восста-
новились их большие сезонные кочевки на Устьюрте, в северной
части Приаралья, в бассейне Сарысу и пустыне Бетпак-Дала
(данные автора, собранные в экспедициях Института географии
АН СССР в 1947—1948 гг.).

Интересно, что косули, маралы и лоси Казахстана, по-види-
мому, не кочевали столь широко, как степные копытные. В зим-
нем питании этих видов большую роль играет веточный корм, к
осени приобретающий особую кормовую ценность и доступный
даже при наличии значительного снежного покрова *. Из этих
трех оленей лось переходит зимой почти полностью на веточный
корм и является более лесным животным, чем косуля и марал,
охотно поедающие также сено на корню, опавшие плоды и листья
деревьев и т. п.

* Повышение кормовой ценности веточного корма к осени связано с тем, что
в лубе и отчасти древесине откладываются на зиму запасные вещества..
Некоторые грызуны, деятельные в течение всего года, но при-
вязанные к постоянным норам, выработали другое приспособле-
ние, ослабляющее неблагоприятное влияние сезонных изменений
качества и доступности корма. Они запасают сено, срезая и вы-
сушивая растения в начале лета, в момент наибольшей их кормо-
вой ценности. Сено хранится или в норах и пустотах под камня-
ми, или в виде небольших стожков под открытым небом. Успеш-
ная «заготовка сена» зверьками и его хранение в течение лета,
осени и зимы в открыто стоящих стожках и несовершенных убе-
жищах возможны только при условии сухого материкового кли-
мата. Обилие в фауне Казахстана грызунов, запасающих сено,
находится в полном соответствии с его климатическим режимом
и с особенностями его растительного покрова. Запасают сено в
укрытиях следующие виды равнинных грызунов Казахстана:
етепная пеструшка, толстая песчанка, монгольская пищуха, гор-
ная полевка Стрельцова, скальные полевки (Alticola); ставят
открыто стоящие стожки желтая пеструшка и малая пищуха. Не-
сколько видов скальных полевок и горных пищух, запасающих
сено под камнями, встречаются и в горных областях Казахстана.
В подзону разнотравно-злаковых степей на обыкновенных черно-
земах, где выпадает 250—350 мм осадков, заходит только один
вид грызунов, запасающий сено — степная пеструшка. А в зоне
пустынь, включая мелкосопочник Казахского нагорья, с 200 мм
годовых осадков, таких зверьков уже шесть (считая с вымираю-
щей или вымершей желтой пеструшкой). Некоторые из перечис-
ленных видов несомненно принадлежат к монгольскому типу
ф>ауны и являются пришельцами из Центральной Азии (монголь-
ская пищуха, желтая пеструшка и толстая песчанка), у которых
эта полезная для вида адаптивная черта поведения выработалась
в условиях еще более сухого климата. Интересно, что заготовка
сена, так сказать «сенокос», производится грызунами в период
наибольшей кормовой ценности запасаемых растений — в момент
цветения. Так, по нашим наблюдениям (Формозов, Воронов,
1939), степные пеструшки в районе ст. Джурун (Актюбинская
область) запасали сено в ковыльно-типцово-белополынной степи
с конца мая—начала июня, задолго до высыхания травостоя.
В июле и августе их сено, хранившееся в глубоких укрытых тре-
щинах почвы, было зеленое, со свежим  приятным запахом.
{Толстые песчанки в Каракумах под Ашхабадом начинают су-
шить эфемеровое сено в марте — начале апреля).

Грызуны корнееды. Среди жизненных форм растений степи и
пустыни широко представлены виды с мощной корневой систе-
мой или с луковицами, корневищами и клубнями, обеспечиваю-
щими многолетним формам переживание неблагоприятных сезо-
нов года и быстрое развитие весной. (По системе Раункиера, это
гемикриптофиты с почками возобновления на поверхности земли
и криптофиты—многолетние травы с почками, находящимися в
земле). Во многих фитоценозах количество живого растительного
вещества, находящегося под почвой, в десятки раз превосходит
зеленую массу, расположенную над поверхностью земли. Доста-
точно напомнить многолетние полыни с мощным деревянистым
стержневым корневищем или верблюжью колючку со стеблем
высотой 35—40 см и толстым корнем, уходящим на глубину 10—
15 м. При этом подземные части растений аридных областей не-
редко отличаются более высокими кормовыми достоинствами,
чем их зеленые части, так как в корневищах концентрируются
ценнейшие запасные вещества. Кроме того, луковицы и корневи-
ща в течение всего года сохраняют достаточный процент воды
(у некоторых видов до 70—80%), т. е. и в этом отношении ока-
зываются для животных более ценными, чем надземные части
растений.

Указанные адаптивные черты растений аридных областей вы-
рабатывались постепенно в процессе длительной эволюции, сле-
дом за ними соответствующим образом перестраивалась и эволю-
ция многих растительноядных животных. Общеизвестно обилие
в степи роющих, подземных личинок жуков, использующих кор-
невую массу растений; и наличие древоядных жуков — усачей и
златок, обитающих в условиях сухих равнин Казахстана в тол-
стых деревянистых корневищах многолетних полыней. Показате-
лен и тот факт, что в фауне степи Казахстана имеются предста-
вители трех родов грызунов (относящихся к трем разным семей-
ствам— Spalacidae, Muridae, Cricetidae), живущие под землей и
питающиеся исключительно или преимущественно луковицами и
корневищами. Это слепушонка — обычный и широко распростра-
ненный в Казахстане грызун, алтайский цокор — обитающий в
приалтайских степях, и крупный, совершенно слепой, в высшей
степени специализированный к подземной жизни гигантский сле-
пец, встречающийся в западной части Казахстана. Напоминая по
общему облику крота, эти грызуны обладают гораздо более мощ-
ным вооружением, приспособленным для прокладывания ходов в.
плотной почве и подпочве степи. Цокор роет сильными передни-
ми ногами, имеющими большие длинные когти, и живёт в относи-
тельно рыхлых почвах, а слепушонка и слепец прокладывают
ходы непрерывным грызением, работая мощными резцами, кото-
рые у них направлены несколько вперед. Измельченную землю
они отгребают ногами. (Слепушонки способны копаться даже в
твердом грунте такыров, где человек с трудом работает лопатой.)
Функция их резцов стала настолько отличной от обычной работы
зубов, что они находятся уже вне ротовой полости, губы грызуна
смыкаются позади них, и земля при копании не попадает в рот.
Конечно, такие резцы обладают непрерывным и очень энергич-
ным ростом, а зверек часто их затачивает, делает режущую по-
верхность острой, трением верхних зубов об нижние. В отличие
от сильных резцов коренные зубы этих подземных грызунов срав-
нительно малы и слабы, так как перетирают главным образом
нежную мякоть луковиц и клубней.

Вся жизнь слепушонки и слепыша проходит под землей. Там,
где на поверхности степи рассеяны тысячи кучек земли, совсем
не видно ходов, из которых она выброшена: закончив выбрасыва-
ние, звери плотно забивают ход земляной пробкой, тщательно
изолируя сложную сеть своих галерей от внешнего мира (рис. 4).

Интересно сопоставить с широким распространением в Казах-
стане грызунов этой жизненной формы — «подземных корнеедов»,
полное отсутствие крота на большой части территории республи-
ки. Крот питается преимущественно земляными червями и оби-
тает только в областях с достаточным количеством осадков (не
менее 400 мм за год), там где много червей, а почвы влажны и
рыхлы. Южная граница ареала крота закономерно обходит севе-
ро-западную, северную и восточную границу Казахстана и толь-
ко в приалтайском юго-восточном углу проникает на его террито-
рию (рис. 5). Таким образом, как и в широком распространении
в Казахстане степных копытных, в этом характерном для данной
страны достаточно богатом наборе «грызунов-корнеедов» мы
видим заключительное звено единого физико-географического
процесса, образующего цепь: глубоко-материковый сухой климат
с жарким летом и морозной малоснежной зимой — характер
почв — преобладание определенных жизненных форм растений —

Рис. 4. Площадка в 1 ар, перепаханная н перекрытая множеством кучек зем-
ли, выброшенной из ходов слепушонкой

Зимние кучки обозначены черным цветом. План показывает результаты роющей деятель-
ности одной семьи слепушонок на небольшой части их поселения. Западина с разно-
травьем среди ковыльно-белополынной степи. 5.VII 1933 г. Ст. Джурун Актюбинской обл.
наличие подземных грызунов — потребителей луковиц и кор-
невищ.

Что приуроченность подземных растительноядных млекопи-
тающих к аридным областям — явление не случайное, показы-
вают следующие факты: в прериях Северной Америки обильно
представлены гоферы, или мешетчатые крысы, роющие когтями,
как наши цокоры (виды родов восточных и западных гоферов), в
саваннах Африки многочисленны виды семейства землекоповых
(из них полуслепой и совершенно голый Heterocephalus glaber
очень похож на нашу слепушонку), в пампасах Южной Амери-
ки — туко-туко, подземный броненосец и т. д. В фауне Казахста-
на цокор представляет элемент монгольско-китайской фауны,
слепец — средиземноморской, а слепушонки — монгольско-сред-
неазиатской.

Интересно добавить, что многие из характерных для степей и
пустынь тушканчиков и сусликов также кормятся в значительной
степени луковицами и клубнями, используя их и как корм, и как
источник влаги. Серые куропатки и кеклики успешно выкапыва-
ют сочные луковицы, роясь, как куры, ногами в летнюю жару,
когда семена и листья слишком сухи. Дрофы, дрофы-красотки,
серые журавли и красавки достигают луковицы клювом.

Животные семеноеды. Мелкие семена растений степи и пусты-
ни, опадая летом и осенью на землю, при сухой погоде обычно не
прорастают до весны. Покоясь на поверхности земли, на юге рав-
нин совсем не покрытой снегом, они всегда доступны для зерно-
ядных птиц и мелких зверьков, доставляя им ценный концентри-
рованный корм. Чем суше осень и зима и чем меньше снега, тем

Рис. 5. Южная граница ареала крота в Западной Сибири и Казахстане при
сопоставлении с изолиниями 300 и 400 мм среднегодовых осадков

1 — граница ареала крота, 2 — изолинии среднегодового количества осадков
значительнее роль этого семенного корма в трудное зимнее вре-
мя. Естественно, что южная часть Казахстана имеет больше осед-
лых или зимующих семеноядных птиц и семеноядных грызунов,
чем северная его полоса. Типичный пример таких потребителей
семенного корма представляет характерная птица Казахстана
саджа, или бульдурук. Похожая общим обликом на голубя, но
более длиннокрылая и низкая на ногах саджа движется по земле
мелкими шажками, тщательно осматривая оголенные участки
полупустыни. Она хорошо приспособлена к высматриванию и со-
биранию мелких и мельчайших семян «черепашьего проса», лука,
чеснока и солянок, которые размягчаются в ее объемистом зобу,
смачиваемые водой при ежедневных водопоях. (Вода необходима
этой пустынной птице, так как она ест совершенно сухой корм.)
Сильные крылья и быстрый полет компенсирует ее медленное
передвижение по земле. Стаи бульдуруков все время находятся
в движении, сменяя места кормежки или направляясь к водопо-
ям. При большой разреженности травостоя и ничтожном запасе
семян на единицу поверхности пустыни саджи должны использо-
вать обширные участки. Все особенности жизни этой своеобраз-
ной птицы подчинены необходимости производить огромную ра-
боту поисков мелкого зернового корма. Выпадение высокого сне-
гового покрова является катастрофой для птиц той жизненной
формы, к которой принадлежит саджа *. В фауне Казахстана
это выходец из Монголии — страны морозных и бесснежных зим,
где саджа живет оседло и зимой кочует стадами в тысячи особей.
Близкий к ней вид — тибетская саджа — живет на бесснежных
плоскогорьях Тибета и у нас на Памире. Все это страны с бога-
той фауной крупных копытных. Бесснежные зимы, наличие пита-
тельного «сена на корню», обилие копытных и саджи — звенья
одного физико-географического комплекса. В Казахстане он хо-
рошо выражен в южной полосе его равнин, где, кроме обыкновен-
ной саджи, встречаются еще два вида рябков (белобрюхий и чер-
нобрюхий), принадлежащие к тому же отряду.

Из мелких семеноядных зверьков, свойственных сухим равни-
нам Казахстана, нужно упомянуть полуденную песчанку, эвер-
сманнова и серого хомячков, домовую мышь (она живет там в
естественных биотопах) и некоторых тушканчиков. Некоторые
из перечисленных зверьков создают на зиму в своих норах значи-
тельные запасы семенного корма («кладовые» хомяков и песча-
нок) .

Интересно, что грызуны — потребители зернового корма в
пустынях отличаются меньшими размерами тела, чем потреби-
тели зеленой массы и «сена на корню». Это, видимо, связано с
тем, что семена ксерофитов в большинстве очень мелки; крупные
* Широко известные, можно сказать знаменитые, непериодические массовые
эмиграции саджи из пустынь Азии в страны Восточной и Западной Европы,
как правило, вызываются необычно высокими снегопадами иа ее родине,
создающими к весне покров, затрудняющий собирание семян. Такие усло-
вия бывают в редкие годы при особых типах передвижения зимних воздуш
ных масс над Центральной Азией.
животные для получения суточной нормы пищи должны были бы
выполнять невыгодную чрезвычайно большую работу поисков и
собирания этого дефицитного корма. Сказанное косвенно под-
тверждается изучением распространения в Казахстане обыкно-
венного хомяка и эверсманнова хомячка. Пестрый хомяк много-
числен только там, где есть заросли растений с крупными семе-
нами— на участках разнотравья по долинам, в зарослях степной
вишни и миндаля, костянки которых он в массе запасает на зиму
в своих кладовых. Эверсманнова хомячка, довольно редкого в
однообразной ковыльной степи, в большом количестве можно
найти по краям озерных котловин, в кустарниках, на лесных
опушках и в бурьянах около казахских зимовок: крупные слож-
ноцветные и зонтичные растения этих местообитаний лучше обес-
печивают хомячка запасами семян. По этой же причине появле-
ние в степи посевов культурных растений (особенно пшеницы,
подсолнуха, проса) заметно улучшает кормовые условия для
грызунов-семеноядов, и численность хомяков, хомячков (а также
домовых мышей) резко возрастает. Казахи Актюбинской области
уверяли меня, что «аламан» (хомяк) — зверь новый и в старину
его тут не было; очевидно, до развития земледелия этот грызун
был настолько редким, что увеличение его численности после
появления посевов бросилось в глаза и послужило поводом к
утверждению о вселении его со стороны.

Защитная роль растительности
и криптическая окраска у животных степей и пустынь.

Стадность и колониальность

Для животного населения степей и пустынь Казахстана очень
важное значение имеют малая высота травостоя, малое проек-
тивное покрытие в большинстве ассоциаций и слабая затенен-
ность почвы, связанная с характерной для ксерофитов малой
листовой поверхностью. Вследствие этого в степи, а особенно в
глинистой пустыне защитные свойства растительности очень огра-
ниченны, укрытия для животных, более крупных, чем жук или
ящерица, малочисленны и недостаточно надежны. Только зарос-
ли крупных злаков, таких, как чий, степных кустарников, а осо-
бенно колючие заросли чингиля, джиды, селитрянки, саксаула и
некоторых других доставляют хорошую, надежную защиту от
солнца, ветра и нападения пернатых хищников. Неудивительно,
что при отсутствии кустарников лисицы в течение десятков лет
занимают одни и те же норы в зарослях чия, хотя бы казахи и
раскапывали эти норы ежегодно (личные наблюдения на р. Куль-
денен-темир). Барсук ищет защиты под колючими кустами селит-
рянки, а заросли чингиля где-нибудь в низовьях р. Или всегда
переполнены зайцами-толаями. Однако такие хорошо защищен-
ные участки относительно редки, и огромное большинство видов
насекомых, рептилий, птиц и зверей Казахстана обитают в усло-
виях, где растительность дает очень мало возможностей для мас-
кировки. В связи с этим обстоятельством для многих видов, свой-
ственных степной и пустынной фауне, характерны три признака:
а) наличие криптической (маскирующей) окраски под цвет поч-
вы, б) способность скрываться, распластываясь по земле или
даже зарываясь в ее поверхностный слой, и в) широкое исполь-
зование нор как убежищ.

Основная масса животных сухих континентальных областей
имеет сероватую, песчаную или рыжеватую окраску, иногда с
мелкими буроватыми продольными или поперечными полосками
и крапинами. Эта расцветка зачастую удивительно точно подхо-
дит к тону потрескавшейся глинистой почвы, едва прикрытой вы-
сохшими листьями и стеблями злаков, и плотной, почти голой
поверхности солонцов или однообразному фону песка, испещрен-
ному легкими тенями струйчатого рисунка. О количестве видов,
имеющих такую окраску, дает некоторое представление подсчет
криптически окрашенных птиц, гнездящихся в западной части
Казахстана, сделанный нами по сводке В. Н. Бостанжогло (1911).
Среди видов, свойственных степным и пустынным местообитани-
ям, криптически окрашенных оказалось более 30, а не имеющих
криптической окраски, носящих оперение яркое или заметное на
фоне степи — только 11 (это степной орел, луни, розовый скворец,
щурки, удод, сизоворонки и два вида каменок). Интересно при
этом отметить, что все 30 видов, имеющих маскирующую окраску,
гнездятся открыто на земле, едва прикрытой травой, а из 11 ярко
окрашенных — 7 видов устраивают гнезда в хорошо защищенных
местах — в норах, кучах камней и т. п. Из заметно окрашенных
степных птиц, гнездящихся открыто на земле,— 4 вида сильных и
смелых хищников, способных постоять за себя (степной орел, три
вида луней), и чибис, гнездящийся колониями, успешно защи-
щающий свое гнездо и птенцов от нападения большинства врагов.
Многие виды прямокрылых, ящериц, змей, птиц и млекопитаю-
щих Казахстана представляют удивительные примеры необычай-
но тонкого соответствия окраски с окружающим фоном. Акаде-
мик П. П. Сушкин (1908), так много сделавший для изучения
фауны Казахстана, вот как описывает окраску и повадку джека
(дрофы-красотки): «Оценить покровительственную окраску дже-
ка можно, только наблюдая птицу в ее родной обстановке; на
небольшом расстоянии все мелкие детали очень изящного рисун-
ка джека сливаются в один общий блеклый тон, донельзя более
подходящий к окраске глинистой почвы, и положительно воз-
можно среди белого дня не разглядеть джека в десяти шагах,
когда он притаился. Птица умеет извлекать выгоду из своей
окраски. Обыкновенно джек, отбежав некоторое расстояние от
охотника, ложится, и тут без помощи зорких глаз киргиза ничего
нельзя сделать. Заметив, что охотник ошибся направлением,
джек поспешно убегает в противоположную сторону, пригнув-
шись, так что если и заметишь его фигуру, мелькающую среди
полынок, то скорее можно принять его за какого-нибудь зверька,
вроде корсака, чем за птицу... Великолепная покровительствен-
цая окраска, умение прятаться и быстрый бег отлично охраняют
джека от преследования...» (с. 242—243). Вот оставленное
П. П. Сушкиным (1908) описание саджи (копытки)—другой
характерной птицы сухих степей и пустынь: «Надо видеть попыт-
ку в ее природной обстановке, в песках или на глинистой почве,
поросшей реденькой полынью, под яркими лучами киргизского
солнца, чтобы вполне оценить покровительственную окраску этой
птицы. Уже общий тон окраски, низкая посадка на ногах и за-
остряющаяся к заднему концу фигура копытки делают ее похо-
жей на комок глины или плотно слежавшегося песка; заострен-
ные крылья и хвост образуют совершенно незаметный переход от
контура спины копытки к почве, когда птица сидит спокойно.
Вместе с тем черная рябь на спине копытки весьма удачно ими-
тирует игру света и тени на неровностях глиняного или песчаного
комка, а черная окраска брюха — резкую тень под таким комком.
Желто-ржавая окраска боков головы копытки лишь дополняет
иллюзию: она вполне напоминает ржавчатые пятна, которые не-
редко встречаются на песочных конкрециях. Если птичка сидит
грудью к солнцу, то получается наиболее полная иллюзия, так
как грудь окрашена светлее спины и соответствует освещенной
части комка почвы» (с. 277—278). Из личного опыта я знаю, что
стайка копыток, садящаяся на почти открытую плешину среди
чахлых полыней, исчезает из глаз, едва птицы коснутся земли.
У меня бывали случаи (в Монголии), что выстрел, сделанный по
одной копытке, замеченной благодаря ее движению, убивал на
земле еще 5—6 штук, которые были неподвижны и невидимы.

У ящериц и прямокрылых не только общие видовые признаки
окраски, но и детали ее, свойственные мелким локальным расам
и экотипам, часто находятся в полном соответствии с цветом поч-
вы (на темных глинах или песках окраска кожи или хитина бо-
лее темная, чем на светлых, иногда более рыжеватая, более серо-
ватая и т. п.). У мелких птиц (жаворонков, коньков, куропаток),
часто купающихся в пыли, эта точная «подгонка» окраски опере-
ния под цвет местной почвы достигается еще и тем, что много
мелких пылинок остается на перьях, придавая им специфический
оттенок (красноватый на красных глинах, беловатый на солон-
чаках и т. д.).

Криптическую окраску имеют не только взрослые птицы степи
и пустыни, гнездящиеся на земле и на ней же отыскивающие
свой корм. У большинства видов под цвет почвы окрашена также
скорлупа яиц и пуховый наряд птенцов, обладающих способ-
ностью искусно затаиваться (рис. 6). Вот выписка из моего днев-
ника, касающаяся птенчиков белокрылого жаворонка (Кустанай-
ская обл., 1936): «На полынково-кокпековом участке степи на-
шел гнездо с еще слепыми жаворонками. На бедрах, спине и го-
лове птенцов имеются отдельные белесые пушинки, кажущиеся
лохматыми. Их сравнительно немного, но они стоят высоко над
телом каждого из неподвижных птенчиков. Пять живых комоч-
ков, затаившихся в глубоком лотке гнезда, под укрытием седого
Рис. 6. Однодневные пу-
ховые птенцы ходулочни-
ка (слева) и степной тир-
кушки в позе «затаива-
ния»

Черные пятна и полосы на
общем песчано-желтом фо-
не окраски разбивают кон-
туры тела иа участки и де-
лают птенчика очень похо-
жим на потрескавшийся ку-
сочек глины

кокпека, благодаря этим пушинкам совершенно теряют форму
птенцов, глаз видит только отдельные, в беспорядке лежащие пу-
шинки, точно имитирующие кусочки лишайника Parmelia, всюду
рассыпанные по неровностям почвы».

Интересно, что и первый перовой наряд у этого жаворонка,
хорошо отличающийся от наряда взрослых, тоже отлично маски-
рует неопытного молодого птенца, только что покинувшего гнез-
до. Таким образом, каждая из четырех стадий развития белокры-
лого жаворонка (яйцо, птенец, находящийся в гнезде, птенец-
слеток и взрослая птица) имеет свою особую криптическую
окраску. Только это совершенство приспособлений к фону и об-
становке степи дает жаворонку возможность гнездиться и выра-
щивать молодых на участках, ежедневно десятки раз посещае-
мых лунями, пустельгами, совами и другими хищниками, хватаю-
щими мелких птичек.

Открытый характер ландшафтов степи и пустыни вызывает
для «мирных» животных необходимость совместного наблюдения
за безопасностью и облегчает связь между  особями. Известно,
что среди животных степи и пустыни процент стадных и колони-
альных форм значительно выше, нежели в лесу. Связь между
особями осуществляется путем звуковых сигналов (призывные и
предупреждающие крики, свисты, стук ногой по земле, громкий
шум крыльев при взлете) или зрительных (появление ярких
опознавательных пятен при взлете или быстром беге и т. п.).

Большинство колониальных, стайных и стадных видов птиц и
зверей степи обладают звучными, далеко слышными голосами и
отличаются большой крикливостью (например, сурки, суслики,
сеноставки — пищухи, толстые песчанки, жаворонки, степные ку-
лики— авдотки, журавли-красавки, степные рябки и т. д.). На-
оборот, виды одиночные, как правило, очень молчаливы (степные
орлы, канюки, луни, из млекопитающих — тушканчики, хомячки,
хорьки, перевязки и т. д.). Молчаливые стадные виды, обладаю-
щие криптической окраской, обычно имеют яркие цветовые сиг-
нальные пятна, которые скрыты в момент отдыха или покоя жи-
вотного и внезапно «вспыхивают» при тревоге или начавшемся
движении. В степи эти пятна чаще всего белые или из сочетания
белого и черного участков. Взлетевшие с земли, до того незамет-
ные дрофа, стрепет, джек, кречетка (все — молчаливые птицы)
внезапно показывают широкое бело-черное поле на каждом кры-
ле. Эти движущиеся пятна заметны на огромном расстоянии.
У сибирского жаворонка — белые маховые в крыльях, у многих
других видов жаворонков— белые крайние рулевые, окаймляю-
щие черную середину хвоста, у сероватого большого кроншнепа
в дополнение к зычному свисту — ярко-белое подхвостье и т. д.
Та же картина и у подвижных, но молчаливых стадных копыт-
ных: белое «зеркало»-пятно имеется на крупе у кулана, джейра-
на, марала, архара, сайгака, причем у джейрана оно дополнено
черным султаном хвоста, который стоймя поднимается на бегу.
(Признак этот настолько бросается в глаза, что отмечен в казах-
ском, туркменском и монгольском названиях джейрана — кара-
куйрюк, хара-сульта — черный хвост ив русском названии —
чернохвостая газель.) Очевидно, то же сигнальное значение име-
ет черно-белая окраска хвоста зайцев русака и толая и „знаме-
ни" — лопаточновидной метелки волос на хвосте тушканчиков.
Испуганный тушканчик на глинистой почве иногда издает хоро-
шо слышный топот, который дополняют сигнальные зигзаги чер-
но-белого знамени, извещающие соседей о появившейся опас-
ности. (При спокойном движении тушканчик несет знамя над
землей и оно мало заметно.) Наличие этих же сигнальных пятен
облегчает следование самца за самкой, тело которой в ночных
сумерках на фоне песка или глинистой пустыни совершенно неза-
метно. Особенно существенное значение эти опознавательные и
сигнальные пятна имеют для животных, обладающих быстрым бе-
гом или полетом, которые иначе легко теряли бы друг друга из
виду. А таких быстрых животных в фауне степи и пустыни —
огромное большинство. Медлительные животные (полевки, хо-
мячки, серые суслики) не имеют ярких сигнальных пятен. Хоро-
шо и далеко заметны взмахи черного хвоста сурков, которые до-
полняют звуковые сигналы этих дружных колониальных живот-
ных. У животных псаммофилов сигнальные пятна черного цвета,
т. е. такого, который более заметен на светлом фоне барханов.
Эти черные пятна обычно помещаются на нижней стороне хвос-
та, сверху окрашенного в песчаный, криптический цвет. Испуган-
ные ящерицы круглоголовки (нескольких видов) и до смешного
в некоторых чертах похожий на них тонкопалый суслик убегают,
высоко задрав хвост с ярким черным пятном (или пятнами). Не-
сомненно, что условия открытых местообитаний с низкорослой и
редкой-растительностью содействовали и усовершенствованию
далеко видных сигнальных пятен через истребление хищниками
особей и видов, менее обеспеченных взаимной сигнализацией и
выручкой.

Эти же условия открытой местности благоприятствуют широ-
кому развитию у животных степи и пустыни инстинкта стадности
и колониальности. (Известно, что в лесу процент птиц и зверей,
живущих в одиночку, значительно выше, чем в степи.) Интерес-
но, что не только открыто живущие виды (птицы, копытные), но
и животные, имеющие защиту в виде нор (грызуны), обитают
группами, все члены которых следят за появлением опасных для
них хищников. Достаточно понаблюдать за охотой степного орла
или лисицы на сусликов, чтобы оценить чрезвычайно важную
роль колониальности и связанной с ней звуковой сигнализации
грызунов как фактора, затрудняющего преследование быстрыми
хищниками их относительно тяжелых и медлительных жертв.

Не следует, однако, думать, что все животные степи и пусты-
ни имеют скромно окрашенный криптический наряд. Есть ряд
видов, для которых выгоднее иметь яркую заметную окраску,
предупреждающую хищников о малой съедобности или о способ-
ности крепко постоять за себя. В степях на сочных растениях
часто можно видеть множество медлительных и вялых жуков-
нарывников, надкрылья которых окрашены в яркий желтый или
оранжевый цвет с черными точками и полосками. Нарывники со-
держат сильнейший яд — кантаридин, и некоторые их виды
настолько ядовиты, что при случайном проглатывании вместе с
кормом двух-трех жуков взрослый верблюд погибает через не-
сколько часов. Нарывники не съедобны и ядовиты для многих на-
секомоядных животных; их яркая окраска относится к категории
апосематических, т. е. предупреждающих или отпугивающих.
Столь же ярко окрашена перевязка — степной хищник, похожий
на хорька. Ноги, брюшко, бока и голова ее черного цвета, на спи-
не «чепрак» — широкое желтое пятно с яркими бурыми пятнами,
на голове белые поперечные полосы, хвост тоже черно-белой
окраски. Перевязка при нападении на нее выделяет вонючий сек-
рет подхвостовых желез, отпугивающий хищников, обладающих
тонким обонянием (типа лисы и корсака), и яростно защищается
зубами. Пестрая апосематическая окраска перевязки, выгодная
для самозащиты, не оказывает отрицательного влияния на ус-
пешность ее охоты, так как этот хищник ловит добычу (сусликов,
толстых песчанок) в полной темноте их нор. Тот же тип окраски
у степного хоря, барсука, пестрого хомяка, быть может, у чибиса
и у наземных жуков-чернотелок (медляков), столь обильных в
степи и пустыне. Эти крупные черные жуки действительно мед-
лительны и не убегают от опасности, а остановившись, приподни-
мают кверху брюшко и выделяют скверно пахнущую жидкость.
Многие мелкие зверьки и птицы не едят чернотелок, обычно
скрывающихся на день в покинутых норах грызунов и активных
вечером и ночью. Однако полезная роль любого приспособления
имеет относительный, ограниченный характер: ежи, стрепеты.
дрофы охотно едят и чернотелок и нарывников, к страшному яду
которых они совершенно нечувствительны. Я находил в желудке
дудаков многие десятки нарывников, съеденных за одну кормеж-
ку. Таким образом, ядовитость, наличие пахучих желез, яркая
апосематическая окраска только сокращают в известной мере
количество врагов, но не освобождают от преследования пол-
ностью. То же нужно сказать и относительно криптической пу-
стынной окраски. Песчанки и тонкопалый суслик регулярно по-
падают в желудок лйсы, а серые пустынные кобылки, невидимые,
пока они сидят на земле, становятся заметными при движении и
часто попадают в клюв жаворонка или джека. На арене жизни
степей и пустынь борьба за существование — основная движу-
щая сила эволюции — непрерывно продолжается с той же остро-
той, как и тысячи лет назад, обусловливая дальнейшее усовер-
шенствование свойственных ей животных.

Обилие животных-норников
и их значение в географическом процессе

Малочисленность или полное отсутствие укрытий в низкорос-
лом, редком растительном покрове степей и отчасти пустынь, как
говорят зоологи, малая «ремизность» этих местообитаний, су-
ществующая издавна, была причиной, вызвавшей широкое ис-
пользование нор как убежищ. Огромное большинство животных
этих зон скрываются в земле и от неблагоприятных условий по-
годы, и от преследования хищниками. Некоторые виды (жуки,
пауки, часть рептилий, многие мелкие и среднего размера млеко-
питающие) сами роют себе норы, другие виды используют уже
готовые убежища, находясь там рядом с хозяевами в качестве
их сожителей, паразитов, потребителей отбросов жизнедеятель-
ности (копрофаги, сапрофаги) или предпочитают уже брошенные,
опустевшие норы. Особенно много закапывающихся животных в
песках, где рыхлый субстрат облегчает зарывание, а резкие су-
точные и сезонные температурные скачки на его поверхности де-
лают этот выход из положения единственно возможным. Именно
в песчаных пустынях Казахстана мы находим быстро закапываю-
щихся скорпионов, удавчика, минирующего толщу песка подобно
крупному земляному червю, и несколько видов ящериц кругло-
головок, мгновенно плашмя погружающихся в рыхлый слой пес-
ка при помощи ритмических покачиваний туловища вправо и
влево. Отлично роет норки сцинковый геккон и некоторые другие
ящерицы, а пустынные тушканчики, путешествующие по'барха-
нам ночью, каждый раз под утро устраивают себе новые норки
(за исключением самок, вынужденных возвращаться к молодым,
находящимся в гнезде). При большой подвижности и сыпучести
песка продолжительность существования нор в барханах очень
невелика (если только они не находятся на гребнях, сильно
укрепленных корнями кустарников, или на больших участках,
где песок сцементирован солями). Совсем иное дело в глинистых
степях и пустынях, где глубокая нора с большим диаметром
входа существует иногда многие годы, быть может, десятилетия
(например, норы сурков, барсуков, лисиц, крупных сусликов17).
Малое количество осадков и соответственно ограниченный по-
верхностный сток являются причиной того, что брошенные норы
очень медленно заполняются переносимым материалом. Многие
грызуны близ своих жилых нор, на участках ежедневной пастьбы
и на пути к ним выкапывают «запасные» или «защитные» норки,,
которыми пользуются при внезапном появлении опасности. В ито-
ге на каждую жилую нору приходятся десятки нежилых или ред-
ко посещаемых. Местами почва степи бывает так сильно источена
ходами зверьков, что становится опасной верховая езда и лошадь
нужно вести на поводу, спешившись. Грунтовые и автомобильные
дороги, перерытые сусликами (например, желтыми у Карсакпая,
Джезказгана), покрываются глубокими выбоинами и бугорками,
вызывающими резкие толчки. Степные пеструшки и другие по-
левки роют норы не глубже 50—80 см, песчанки —уже до 1—
1,5 м *8, а суслики, сурки и барсуки устраивают гнездовую камеру
на глубине от 1,5 до 3 м. При большой длине ходов количество
земли, выброшенное крупными землероями, зачастую измеряется
кубометрами, а образовавшиеся близ нор холмики — «сурчины»,
«сусликовины» — представляют весьма важный элемент микро-
рельефа степи (рис. 7). Например, чернополынные солонцы, засе-
ленные серым сусликом, буквально пестрят множеством холми-
ков. Эта роющая деятельность грызунов-норников вызывает появ-
ление многочисленных «кротовин» в толще подпочвы, пестроту
почвенного покрова, осолонение или рассолонение отдельных пя-
тен и в итоге — большую мозаичность растительного покрова.
Обилие норников, сильная перерытость почвы, широкое распро-
странение своеобразных форм микрорельефа, созданного массо-
выми грызунами,—одна из типичнейших черт географического
процесса аридных областей, в конечном итоге зависимая от осо-
бенностей растительности, а через последнюю — от климата.

Богатый и разнообразный мир животных связан с существо-
ванием многочисленных и глубоких нор, имеющих относительно
стабильную влажность и ровную температуру. Некоторые виды
насекомых, всегда живущие в норах степных грызунов, родствен-
ны пещерным видам, другие нигде, кроме нор, не встречаются.
Таковы некоторые блохи гнезд и клещи, имеющие важное значе-
ние в хранении и рассеивании опасных инфекций человека и до-
машних животных.

Значение нор млекопитающих в жизни мелких беспозвоноч-
ных степи удобно показать на примере малоизученной, но прак-
тически крайне важной группы — хлебных клещей (тироглифид).
В условиях европейской части СССР ряд видов, являющихся
важнейшими вредителями зерна в амбарах и складах, распро-
странен очень широко в почве полей, в кучах соломы, мертвом по-
крове из сухих отмерших частей растений на участках целинной
степи (близ посевов), в норах грызунов и т. п. Совсем иная кар-
Рис. 7. План сурчины дли-
ной 12 м, шириной Эми вы-
сотой 0,7 м

На вершине свежий выброс
грунта из жилой норы сурка
(заштрихован). Мелкие точки
норы серого суслика. Справа
снизу земляной холмик у вре-
менной норы сурка. Со време-

нем этот холмик может превра-
титься в большую сурчнну, ес-
.ли нора будет расширена

тина распределения этих клещей установлена А. Ф. Каменским
(1940), проводившим исследования в целинных степях Кустанай-
ской области (Наурзумский заповедник) 1Э. Верхний слой почвы
в сухой степи не может служить постоянным местообитанием
хлебных клещей. Отмирающие части растений создают бедный
покров из сухого войлока, который в континентальных условиях
степи подвергается резким температурным колебаниям. Тирогли-
фондных клещей не удалось найти даже во влажной после дождя
растительной трухе со дна понижений в песчаной кустарниковой
степи. В самой же почве распространение клещей ограничивает,
кроме атмосферных агентов, ее большая плотность, препятствую-
щая продвижению клещей в ее толще. Основным естественным
местообитанием клещей в степи оказались только норы грызунов.
В норах полевок, сусликов, сурков, тушканчиков найдены клещи
с плотностью до 60 экз. тироглифид на пробу в 0,5 л (в среднем
30—35 экз.). Они обитают во всех тех норах, где есть подходя-
щий субстрат (трава, гнездовой материал, запасы корма), опре-
деленное состояние этого субстрата и относительно ограничен-
ная амплитуда колебаний влажности и температуры. (Так,
клещи не найдены в некоторых ходах, проложенных полев-
ками и слепушонками на глубине 3—5 см от поверхности, т. е. в
слое, слишком пересыхающем и прогревающемся.) Мозаичное
распределение колоний тироглифид в сухой степи привлекло
внимание к вопросу о путях заражения полей, жилищ и вообще
новых объектов. Летом переползание чрезвычайно медлительных
взрослых клещей по сухой раскаленной поверхности почвы совер-
шенно невозможно. Многие виды тироглифид расселяются в со-
стоянии особой стадии — гипопуса — задолго до достижения по-
ловой зрелости. Эта стадия увеличивает возможность расселения
клещей, так как гипопусы более стойки в отношении внешних
воздействий и снабжены набором присосок. Гипопусы расселяют-
ся с помощью животных — переносчиков, к которым они прикреп-
ляются своими присосками. (Этот тип расселения носит название
гипопиальной форезии.) По исследованиям А. Ф. Каменского,
просмотревшего более 4 тыс. насекомых, оказалось, что гипо-
пусы встречаются на 27 видах, причем наиболее важный — хлеб-
ный клещ Tyroglyphus farinae расселяется при посредстве тех
насекомых, которые живут в норах грызунов (медляки — Blaps,
Sphodorus, Cymindis). На них гипопусы отмечены в наибольшем
количестве и на многих экземплярах. В единичных случаях они
отмечены и на одном виде навозника, роющего глубокие норки в
песчаной почве. Наконец, некоторые виды тироглифид способны
к пассивному расселению при помощи грызунов — хозяев норы,
заглатывающих яички клещей вместе с пищей. Яички эти, пройдя
через пищеварительный канал грызуна, сохраняют способность
к развитию на новом месте, где грызун оставил свои экскремен-
ты. «Все это приводит к выводу, что даже в самые засушливые
месяцы в степных и полупустынных районах не прекращается ир-
радиация тироглифоидных клещей из их колоний в окружающую
местность и в соседние убежища»,— резюмирует свои наблюде-
ния А. Ф. Каменский (с. 612).

При миграции из степи в населенные пункты грызуны часто
приносят тироглифидов клещей в хозяйственные и жилые по-
стройки.

Насколько велика биологическая роль огромного количества
нор, имеющихся в степях, можно показать также на материале,
касающемся гнездования птиц. В лесной зоне крайне мало видов
птиц, пользующихся норами, в степных и пустынных зонах Ка-
захстана таких видов более 25. Красная утка и утка-пеганка
гнездятся в брошенных норах сурков или лисиц, четыре вида че-
канов— очень обычных степных птичек — в норах сусликов и
других грызунов; степной сыч, сизоворонка и два вида воробьев
живут в разрушенных норах по береговым обрывам, а береговая
и городская ласточка, золотистая и персидская щурка, зиморо-
док и другие сами роют себе норки в отвесных берегах или стен-
ках песчаных останцев развевания.

Быстрота передвижения.

Грызуны с рикошетирующим бегом

В своеобразии растительного покрова, вызывающем недоста-
ток убежищ, распыленность запасов корма и обилие оголенных
участков почвы, нужно видеть также причину еще одной харак-
терной особенности многих обитателей сухих степей и пустынь,
а именно способности их к очень быстрому передвижению. Для
поисков корма и убежища при появлении опасности хорошие мо-
торные способности в открытых местообитаниях совершенно не-
заменимы. В фауне степей и пустынь Казахстана есть длинный
ряд представителей многих групп животных, имеющих приспо-
собления для исключительно быстрого передвижения. Таковы
многие насекомые, ящерицы из родов круглоголовка, ящурка,
некоторые змеи (стрела, полозы), из птиц — жаворонки, сакса-
ульные сойки, стрепеты, джеки, дрофы, авдотки, степные зуйки и
ржанки, столь характерные для пустынь, грызуны — тушканчи-
ки, полуденные песчанки, все копытные открытых равнинных мес-
тообитаний.

Трудно найти подходящее сравнение для той быстроты, с ка-
кой проносится по песку ящурка или стрела-змея. Последняя у
казахов известна под названием от-джилян, имеющим совершен-
но тот же смысл, как и русское стрела. Среди кочевников было
распространено убеждение, что от-джилян способна делать огром-
ные прыжки, перелетать через всадника с лошадью и насквозь
пробивать человека. Существование таких преувеличенных пред-
ставлений не случайно: в жаркий день стрела-змея, потревожен-
ная где-нибудь в кусте джузгуна, вылетает на открытый песок
как тонкая блестящая лента, с непостижимой быстротой делает
несколько волнообразных движений и исчезает за ближайшими
песчаными буграми. Полосато-песчаная расцветка ее спины не
слишком выделяется на фоне песка, а молниеносные повороты на
зигзагообразном пути так неожиданны и быстры, что за стрелой
невозможно уследить глазами. Через мгновение после встречи
один только волнистый след на песке доказывает, что действи-
тельно здесь пронеслась от-джилян (рис. 8).

Живущая рядом со стрелой саксаульная сойка обладает не-
утомимым и быстрым бегом. Казахи зовут ее джирга (иноходец),
и нужно знать любовь этих прирожденных всадников к хорошим
коням-иноходцам, чтобы по достоинству оценить данную ими
вполне заслуженную характеристику быстрого и плавного бега
сойки. Сравнение близких видов или родов, живущих в лесу и
степи, показывает, что быстрота бега приобретается на пути при-
способления к открытым ландшафтам. Так, саксаульная сойка
бегает гораздо быстрее лесной кедровки, пустынный заяц-толай—
проворнее лесных зайцев, а тонкопалый суслик — быстрее, чем
близкие к нему суслики и белки.

Непосредственные подсчеты с автомобиля показывают, что
куланы, спасающиеся от преследования, в начале погони способ-
ны развивать скорость до 70 км/ч, а сайгаки — более 60 км/ч,
причем оба вида отличаются большой выносливостью; не уступа-
ет им в этом и джейран. Наконец, нужно отметить наличие в ка-
захской фауне исключительного обилия тушканчиков — грызу-
нов той жизненной формы, которая возникла и может существо-
вать только в пустынях и сухой степи с низким, очень редким
растительным покровом. Это зверьки с так называемым «рикоше-
тирующим» бегом, т. е. с передвижением длинными пологими
прыжками при помощи толчков сильных задних ножек, которые
только на мгновение касаются почвы в моменты отталкивания.
Рикошетирующий бег скорее похож на полет, чем на прыжки,
так как тело зверька большую часть времени находится в возду-
хе над землей, не имея твердых точек опоры. Когда напуганный
большой тушканчик, мелькая черно-белым знаменем хвоста, не-
сется в сумерках над чернополынным солонцом, его очень часто
по ошибке принимают за каменку-плясунью, тоже живущую на
солонцах и так же в сумерках перелетающую низко над землей,
Рис. 8. След стрелы-змеи на сухом песке. Прибалхашье, 1939 г.

прежде чем скрыться на ночлег в старой норе суслика. Сходства
увеличивается еще и потому, что наряд плясуньи, как у тушкан-
чика, окрашен в серовато-глинистый тон, а белое надхвостье и
бело-черный ее хвост (опознавательные знаки) очень напомина-
ют «знамя» тушканчика.

Особенно много видов и особей тушканчиков в зоне пустынь,
как песчаных, так и глинистых, причем эти пространства Казах-
стана, вероятно, не имеют себе равных в мировой фауне по раз-
нообразию и обилию родов и видов этих замечательных грызунов,
живущих вместе на одном узком участке. Некоторые из этих туш-
канчиков являются эндемиками Казахстана и, возможно, ауто-
хтонами если не самого Казахстана, то Туранской низменности в
целом.

В полосе оз. Зайсан—Приаралье встречается 11 видов, а в зоне
ковыльной степи на 53° с. ш. уже только 2 вида (большой туш-
канчик и емуранчик). До северной границы Казахстана доходит
(и ее переходит) только 1 вид—большой тушканчик20. Интересно
отметить, что в северной части Казахстана тушканчики крайне
редки на пространствах с характерными для зоны растительными
группировками, а живут на вкрапленных, незональных биотопах:
большой тушканчик — преимущественно на голых солонцах и
солончаках, на выбитых скотом пастбищах, а емуранчик и мохно-
ногий тушканчик — на оголенных или слабо заросших песках
степных боров. Чем больше солонцовых плешин или незакреплен-
ных песков, тем больше и тушканчиков в северных районах. На-
конец, у северной границы Казахстана основные местообитания
большого тушканчика — это участки с вторичным «опустынива-
нием», вызванным деятельностью человека. В разнотравную степь
с колками он проникает по широким дорогам, разбитым ездой и
прогоном скота, и селится чаще всего на «сбоях» — угнетенных
выгонах вокруг селений или по окраинам приозерных солончаков.
Густой и высокий травостой — непреодолимое препятствие для
передвижения прыжками, более напоминающими бреющий полет
над землей. Поэтому тушканчики почти не идут в зоны с высоким
и сомкнутым травостоем. Наоборот, в сухих степях, а тем более
пустынях они свободно носятся всю ночь по ровным оголенным
глинистым пятнам или песчаным барханам, отыскивают корневи-
ща, луковицы, кобылок, жуков и выкапывают почвенные личинки.
Подобно эволюции группы грызунов «подземных корнеедов» воз-
никновение богатого видами адаптивного типа «грызунов с рико-
шетирующим бегом» есть функция своеобразных климатических
условий и своеобразно направленного развития растительности
глубокоматериковых сухих областей Азии. На материке Север-
ной Америки аналог наших тушканчиков—«кенгуровые крысы»—
богатое видами семейство (Heteromyidae), тоже свойственное су-
хим областям (Мексика, Калифорния и т. д.). Интересно, что
быстрота бега в известной мере устраняет необходимость устраи-
вать глубокие и сложные норы. В отличие от медленно бегающих
полевок, хомяков и сусликов многие тушканчики летом имеют
очень несложные и неглубокие норки, которые они зачастую вы-
капывают только под утро, чтобы провести в них один день, а на
следующую ночь устроиться в другом месте. Правда, при общем
несложном устройстве норки тушканчики забивают изнутри на-
дежную земляную пробку, а в стороне от забитого входа делают
незаметный снаружи потайной выход, откуда и выскакивает по-
тревоженный зверек. Таким образом, недостаток укрытий в степи
направил эволюцию грызунов по нескольким расходящимся ли-
ниям —одни приспособились к жизни в глубоких сложных норах-
лабиринтах и стали колониальными, другие, одиночные, приобре-
ли поразительную быстроту и поворотливость бега, имея неслож-
ные, но своеобразные временные норы. Последние тушканчики
только на время зимней спячки и выкармливания молодых дела-
ют более глубокие и надежно защищенные убежища.

ФАУНА И ЖИВОТНЫЙ МИР

СТЕПНЫХ РАВНИН

Разнотравно-злаковые степи с березовыми колками
на обыкновенных черноземах

и разнотравно-злаковые степи на южных черноземах21

Самая северная из подзон Казахстана, принадлежащая к За-
падно-Сибирской низменности и отчасти к Подуральскому плато,
далеко не доходит до южной границы сплошных лесов равнины
и представляет собой разнотравно-злаковую степь на обыкновен-
ных черноземах. Участки леса — березовые колки с примесью
осины, ивы и других пород — разбросаны небольшими пятнами
и лентами, которые на севере подзоны приурочены и к водораз-
делам, и к глубоким западинам *. В западинах же встречаются

* В зонах, расположенных южнее, сосняки по водоразделам встречаются
только на песках и щебнистых почвах, а березняки еще и у выходов боль-
ших ключей на склонах.
многочисленные осоковые болота и кочкарники, овальные или
округлые «ракиты» — густые заросли ив, тростниковые «займи-
ща», а по более глубоким впадинам — бесчисленные озера. Ко-
роче говоря, на общем степном фоне мы встречаем здесь очень
пеструю мозаику местообитаний, в соответствии с чем комплексы
лесных, степных, озерных и болотных животных чередуются в
самых неожиданных комбинациях. Степная пеструшка — выхо-
дец из сухих степей Казахстана — встречается здесь рядом с по-
левкой-экономкой — таежным грызуном, принадлежащим к сибир-
скому типу фауны, большой тушканчик живет в десяти шагах от
водяной крысы, большой суслик и хомяк роют норы под пнями на
опушке березовой рощи, а зайцы-беляки пасутся в степи. Ранней
весной с одного места можно слышать токование тетерева и бе-
лой куропатки, крики лебедей на озерах, гул крыльев чибисов,
играющих в воздухе, песни жаворонков и характерный треск, из-
даваемый самцом стрепетом, бегающим по своему «точку».

Фауна степных участков. Степные участки этой полосы имеют
смешанную фауну: часть видов — представители европейского
комплекса (серая полевка), часть принадлежит к сибирскому
типу (стадная полевка), в незначительном количестве проникают
сюда даже формы монгольского типа (джунгарский хомячок, сле-
пушонка), имеются и транспалеаркты, обладатели обширных
ареалов (полевой жаворонок, чекан-каменка). Различия в фауне
западных и восточных частей этой полосы довольно значительны.
Западные находятся под большим влиянием европейской фауны,
некоторые представители которой (например, заяц-русак) не за-
ходят на восток. И наоборот, монгольско-даурские элементы
(джунгарский и даурский хомячки) не проникают в западные
части Северного Казахстана.

Обработанные земли даже в этой плодородной степной поло-
се Казахстана занимают сравнительно небольшую площадь: в
1946 г. в Севере-Казахстанской, Кокчетавской и Павлодарской
областях посевы и пары составляли около 18—20% общего коли-
чества пахотнопригодных земель (Магницкий, 1947). Легко пред-
ставить, что при таком соотношении площади посевов и «диких
биотопов» хлеба подвергаются нападению множества вредителей
из числа степных животных. Даже жаворонки, в особенности чер-
ный, журавли, гуси и утки способны в этих условиях наносить
серьезный ущерб пшенице и просу.

Из насекомых — потребителей зеленой растительной массы
нужно упомянуть сибирскую кобылку, малую крестовичку, темно-
крылую и белополосую кобылок, нередко повреждающих луга и
хлеба. В годы высокой численности эти прямокрылые играют зна-
чительную роль в питании ряда птиц и зверьков.

Среди мелких грызунов этой полосы доминируют серая и стад-
ная, или узкочерепная, полевка. Они охотно селятся и на целине,
и в посевах, а в годы подъема численности выходят и в леса и
тростники озер. (По данным Е. С. Денини и его учеников, в бли-
жайшем к Казахстану Троицком районе Челябинской области
стадная полевка в уловах давилками Геро при учете грызунов
составляет на целине и старых залежах 93,4% от числа зверьков,
а на посевах и молодых залежах — 64,9%.) В засушливые годы в
Северном Казахстане стадная полевка размножается успешнее,
чем в сырые. Так, в 1929 г. в нескольких районах бывших окру-
гов Петропавловского, Акмолинского и Кустанайского «куцой
серой мыши» было очень много и посевам угрожала серьезная
опасность, так что пришлось вести борьбу с применением отрав-
ленных приманок. В некоторых местах плотность нор достигала
4700 на 1 га22 (Белов, 1931). Серая полевка, столь обычная в
европейской части СССР, здесь значительно уступает стадной по
численности. Оба эти вида — обитатели разнотравья и мезофиль-
ных лугов — проникают довольно далеко и на юг Казахстана, в
область сухих степей, но селятся там только по речным долинам
или в котловинах озер на солонцеватых лугах, окружающих
тростниковую часть понижений.

Пестрый хомяк, хомячок Эверсманна, лесная мышь, степная
мышовка и слепушонка распространены в этой зоне довольно
широко, но нигде не образуют значительных сгущений популяции.
Напротив, степная пеструшка, достигающая здесь своих север-
ных пределов и занимающая преимущественно сухие возвышен-
ные участки степи и солончаки у озер, в некоторые годы бывает
многочисленна и способна приносить значительный вред посевам
и сенокосам. Так, в засушливом 1920 г. степной пеструшкой вмес-
те со стадной полевкой в одном бывшем Петропавловском округе
было заселено до 100 тыс. га культурных земель с плотностью
норок до 3,5 тыс. на 1 га (Белов, 1931).

Из более крупных грызунов нужно отметить большого туш-
канчика (рис. 9), живущего на выгонах и дорогах, и очень обыч-
ного в этой полосе краснощекого суслика, которого в западной
части Казахстана заменяет большой, или рыжеватый, суслик.
Эти зверьки не образуют плотных колоний, и численность их
нигде не достигает уровня, при котором грызуны наносят боль-
шой вред посевам. У северной границы ареала большой суслик
встречает много опасных врагов, из которых на первом месте
нужно поставить степного хоря и лисицу, а из пернатых хищни-
ков— обыкновенного конюка, коршуна и др. Молодых сусликов
легко ловит столь обычный в этой полосе степной и луговой лунь
и даже пустельга. Впрочем, луни охотятся преимущественно на
полевок и пеструшек, отчасти также на саранчовых, ящериц и
мелких степных птичек (жаворонков, коньков, трясогузок).

Из мелких пернатых в северной степи наиболее многочислен
полевой жаворонок.

Подобно стадной полевке, по мере движения к югу в область
сухих степей распространение обыкновенного жаворонка стано-
вится все более спорадичным, причем в Среднем Казахстане он
уже селится преимущественно в речных долинах и на пырейных
лугах в котловинах озер. Участки залежей с высокими бурьяна-
ми в зоне ковыльных степей также благоприятны для этого жа-
Рис. 9.

Большой тушканчик
(земляной заяц)

воронка. Сменяющий его характерный для Казахстана белокры-
лый жаворонок начинает появляться уже под Омском (т. е. даже
переходит через северную границу Казахстана), но всюду в раз-
нотравно-злаковой степи сравнительно редок, как и другие типич-
но степные птицы. Из последних здесь встречаются также степ-
ной конек, садовая овсянка, кречетка, дрофа, стрепет, степная
тиркушка и некоторые другие. Очень обычен и широко распро-
странен крупный серый кулик большой кроншнеп. Обыкновен-
ный перепел многочислен и распределен равномернее, чем в су-
хих степях, обычна и серая куропатка, которой очень благоприят-
ствует чередование кустарников, пашен, участков степи и озер,
где они имеют водопои. Из ночных хищников в этой зоне, как и
далее к югу, обычна болотная сова.

Стайки розовых скворцов изредка залетают сюда (до Омска
включительно) весной при поисках мест, зараженных кобылка-
ми, однако никогда не гнездятся здесь, так как область распро-
странения массовых саранчовых находится южнее.

Рептилиями эта полоса еще бедна: довольно часто встречает-
ся на открытых местах только прыткая ящерица.

Фауна леса. Березовые колки имеют разнообразную, но все же
обедненную лесную фауну, так как площади древесных насажде-
ний довольно малы и отличаются однообразным составом пород.

Из птиц — дендрофилов в узком смысле слова здесь встреча-
ется большой пестрый дятел, вертишейка, иволга, два вида синиц,
из которых большая синица редка, а белая лазоревка, наоборот,
самый распространенный представитель этого семейства. В кус-
тах и по опушкам гнездятся дубровник, чечевица, серая и ястре-
биная славка, сорокопуты — жулан и чернблобый, горлица, а из
хищников — подорлик, обыкновенный канюк, ушастая сова и бо-
лее редкая совка сплюшка. Обыкновенная кукушка отыскивает
гнезда лесных коньков, камышевок и подбрасывает им свои яйца;
ярко окрашенный удод еще многочислен у северной границы Ка-
захстана, куда доходит и сизоворонка. Почти в каждой березовой
рощице можно найти большие тесные колонии грачей и разбро-
санные поодиночке гнезда сороки и серой вороны. Очень много-
численны и мелкие соколки, из которых на первом месте по оби-
лию стоит кобчик, затем обыкновенная пустельга, чеглок и на.
последнем—дербник. Три первых хищника гнездятся на деревь-
ях (дербник на земле, в кустах), но охотиться все они летают в
степь или к берегам озер. Далеко от гнездовий (на 5—8 км)
улетают и грачи, собирающие жуков, почвенных личинок на паш-
нях, кобылок и полевок в степи. После созревания хлебов грачи
повреждают иногда пшеницу и просо, но польза, приносимая
этими птицами истреблением вредных насекомых и грызунов,
обычно окупает ущерб, нанесенный урожаю.

Тетерев-косач — многочисленная и обычная птица березовых
колков, охотно вылетающая и в степь. На весенние тока часто
собирается по нескольку десятков косачей. Живописные группы
токующих тетеревов, рассыпавшиеся по степи, украшенной мно-
жеством ранних желтых и лиловых цветов сон-травы, представ-
ляют изумительное зрелище. Осенняя и зимняя охота на
тетеревов носит в этой полосе не только любительский, но и про-
мысловый характер. Много здесь и белой куропатки (крупный за-
падно-сибирский подвид), которая обитает по лесным опушкам и
зарослям ив.

Из мелких млекопитающих леса на первом месте по числен-
ности стоит красная полевка (в уловах по Троицкому району до
50—60% от числа зверьков). Это таежный грызун, чрезвычайно'
широко распространенный в лесах Сибири и севера Восточной
Европы. Многочисленна также обыкновенная землеройка буро-
зубка, стадная полевка (до 35% в уловах), лесная мышь (около'
20%), полёвка-экономка и обыкновенный еж. Промысловые мле-
копитающие представлены лисицей, волком, барсуком и зайцем-
беляком.

Из копытных в колках встречается уцелевшая местами сибир-
ская косуля. Относительно недавно здесь водились марал и лось.
Небольшие группы лосей и сейчас время от времени проникают
из Башкирии и Челябинской области в островные леса Северно-
го Казахстана, однако из-за отсутствия надлежащей охраны не
могут там надолго закрепиться, так как подвергаются чрезмер-
ному преследованию. Так, в 1944 и 1945 гг. группа лосей в 10—
12 шт. держалась в уреме р. Урала несколько ниже г. Орска, т. е.
в крайнем северо-западном углу Казахстана. Два взрослых лося
в 1945 г. обитали близ оз. Чанды-куль, в 25 км к югу от г. Актю-
бинска. Летом 1948 г. два лося были замечены у г. Атбасара.Эти
факты указывают на то, что даже в наше время, когда участки
леса и уремы в средней полосе Казахстана сильно сократились,
крупные олени все еще находят себе места, пригодные для суще-
ствования. Гораздо более благоприятные условия марал и лось
имели два столетия тому назад, в период, когда П. Рычков писал
свою «Топографию Оренбургскую» (1762). В списке животных
территории, занятой казахами, он приводит лося как обычный
вид лесостепной зоны, а об олене говорит: «Марал — зверь степ-
ной, во всем подобен лосю, токмо менее. В Сибирской стороне
(т. е. за Уралом,—А. Ф.) находится между горами, и киргиз-кай-
саки довольно их стреляют и потребляют в пищу» (с. 295).
П. С. Паллас (1786), проехавший в 1760—1770-х годах по запад-
ной и северной окраинам современного Казахстана, упоминает о>
маралах, которые во множестве водились вместе с лосями у оз.
Кончи, в лесостепи между Ишимом и Тоболом, о случаях появле-
ния оленей у слободы Куртамышевской, куда они «из Киргизской
степи перебегают» (с. 37). Г. С. Карелин (1875) еще находил в
Мугоджарах, там, где недавно были лесные колки, довольно све-
жие рога марала. Левшин (1832), Словцов (1897), Седельников
и Бородин (1903), Антипин (1941) и др. единодушно указывают
на былое более широкое распространение марала в Казахстане.
В свете этих данных заслуживают пристального внимания слухи
об единичных встречах каких-то оленей в Северном Казахстане
за последние годы 23.

С лесной растительностью речных долин был связан также и
бобр, истребленный в северной полосе Казахстана более ста лет
назад. П. С. Паллас (1786) в описании промысла Исетской про-
винции говорит, что «в мирное с киргизцами время (т. е. когда не
было пограничных стычек.— А. Ф.) ходят многие из сих (исет-
ских.— А. Ф.) промышленников с позволения поставленных на
пограничной линии начальников на ловлю в пустые степи до са-
мого Тобола и Ишима и возвращаются обыкновенно с богатою
добычею, состоящею в корсаках, лисицах, волках, бобрах и выд-
рах» (с. 14). Следовательно, бобры жили тогда в поймах некото-
рых рек Северного Казахстана. В XVII в. бобры водились у Ир-
тыша (Катанаев, 1893). П. П. Сушкин (1908) нашел слабо фос-
силизованные кости бобра гораздо южнее только что указанных
мест: на р. Эмбе, близ устья Темира, что вполне резонно счел за
указание на относительно недавнее распространение леса далеко
к югу и позднейшее его отступление на север. С этим прогресси-
рующим обезлесением степей, в котором теперь, по-видимому,
основную роль играет не климат, а влияние человека (неумерен-
ная пастьба скота, частые рубки, весенние и осенние палы), свя-
заны многие своеобразные черты распространения и поведения
лесных животных Казахстана. Длительный процесс сокращения
лесных участков, большая дробность последних выработали у
ряда лесных животных способность мириться с открытыми био-
топами и использовать степи как основное местообитание, если
поблизости имеются хоть небольшие клочки леса или кустарни-
ка. Заяц-беляк в Северном Казахстане часто живет в маленьких
куртинах березы и ивы, приуроченных к выходу ключей на скло-
нах обширных степных плато. Здесь же нередко можно найти
ничтожное по площади «убежище» северных мезофильных расте-
ний и гидрофильных и даже миниатюрные торфянички с целыми
комплексами свойственных им видов. (Таков, например, торфя-
ничек на одном из блаков * над долиной Талдымуинсай, к восто-
ку от оз. Сырымуин, Семиозерного района Кустанайской обл.,
найденной мной в 1935 г. и изученной ботаником А. Г. Вороно-
вым.) Тут же встречаются тетерев и белая куропатка, а вокруг
на много километров раскинуты ковыльные степи и солончаки.

Блак по-казахски — ручей.
Лесная мышь в степях до 51° с. ш. является скорее степной,
чем лесной: она обычна в маленьких пятнах таволги и бобовника
среди ковыльных участков, в сухих тростниках по берегам Кара-
су, в бурьянах у заброшенных казахских зимовок и, конечно, в
лесу, где живет рядом со степными грызунами — слепушонкой и
емуранчиком (Наурзумский бор). Серая ворона, которая в Вос-
точной Европе гнездится высоко на деревьях, предпочитая ели и
сосны, в средней полосе Казахстана довольствуется низенькими
кустиками гребенчука и устраивается по берегам озер даже на
маленьких холмиках, увенчанных колючими стелющимися ветвя-
ми селитрянки. Такие гнезда находятся на высоте 30—40 см над
землей и защищены от четвероногих хищников только колючими
кустарниками (район озер Аксуат, Сарымуин и др.). Если на бе-
регах кормного озера нет даже таких кустов, казахстанские се-
рые (и местами также черные) вороны живут над водой, устраи-
вая гнезда на поваленных стеблях сухого тростника, подобно
цаплям и другим прибрежным птицам. Такую же нетребователь-
ность в отношении мест гнездования можно отметить в Казахста-
не у орла-могильника, горлицы, сороки, ушастой совы и ряда
других видов. Подвид тетерева (Lyrurus tetrix viridanus Lor.),
свойственный Северному Казахстану, можно считать в значитель-
ной мере степным: косачи здесь часто токуют в 4—5 км от леса,
среди ковыля и полыни, а выводки собирают кобылок в 10 км от
леса рядом со стрепетами, тиркушками и кречетками. Эта осо-
бенность некоторых лесных видов Казахстана, значительно изме-
нивших свои привычки в процессе приспособления к медленному
отмиранию лесов, приводит ко многим любопытным фаунистиче-
ским парадоксам. В ряде мест естественные комплексы живот-
ных Казахстана носят смешанный характер, который так сильно
поражает палеонтологов, встречающих «смешанные фауны» в чет-
вертичных отложениях Украины и других областей. П. П. Суш-
кин (1908) отметил это в ряде мест своего большого исследова-
ния. Так, на с. 781 находим такие данные: «В области боров охот-
ник имеет одинаковые шансы выпугнуть из степного кустарника
стрепета и белую куропатку. В Тусумских песках тетерев держит-
ся в кустах джиды, и следы его на песке перекрещиваются со сле-
дами дрофы-красотки; тут же свищет иволга и неподалеку по со-
лонцу бегает каспийский зуек».

Особенности лесной фауны по рекам Уралу и Илеку и нижне-
му течению р. Ори. Долинные леса перечисленных рек имеют
местами характер уремы, причем, кроме высоких деревьев перво-
го яруса, встречаются густой подлесок и заросли кустарников,
чередующиеся с заливными лугами. Местами есть даже непро-
лазные ольховые крепи, тоже располагающиеся у воды. В фауне
лесов этого северо-западного угла Казахстана имеются виды, не
встречающиеся в других областях республики; часть из них —
формы европейского происхождения. Исследованиями Чеботаре-
ва, Зарудного, Сушкина установлено гнездование здесь вяхиря,
гоголя, черного аиста, серой неясыти, белоспинного и малого
пестрого дятлов, ворона, ремиза, зяблика, зарянки, соловья, дроз-
да певчего и рябинника, обыкновенной горихвостки и ряда дру-
гих. Из млекопитающих, связанных с приречными лесами северо-
западного угла Казахстана, нужно указать норку — ценного
пушного зверька, родственного колонку и хорю. Норка — харак-
терный представитель фауны европейского типа. Она водится на
некоторых притоках р. Урала и на восток идет в Казахстане не
далее р. Илек и его притока р. Карган (Актюбинская область).
В очень небольшом количестве в высокоствольной уреме Урала
встречается лесная куница. Это единственный участок в Казах-
стане, где водится указанный ценный лесной хищник.

Фауна озер и болот. Карта Северного Казахстана вся испещ-
рена озерами. На первичной, слабо расчлененной равнине при
отсутствии развитой речной сети все понижения рельефа запол-
няются водой. В связи с условиями климата в этой полосе преоб-
ладают пресные озера. Как и в большинстве мест Казахстана,
озера отличаются пологим профилем дна, широким разви-
тием литоральной зоны и большим разнообразием в распростра-
нении зарослей прибрежных и погруженных растений. Встреча-
ются водоемы, сплошь заросшие тростником, образующим мощ-
ные непролазные заросли площадью в несколько квадратных
километров, и совершенно открытые озера с узкой каймой трост-
ника, угнетаемого непрерывным прибоем волн, набегающих с об-
ширного зеркала водоема. Заросли погруженных растений пред-
ставлены то маленькими пятнами и кольцами одного гребенча-
того рдеста, то сплошными подводными лугами из ряда видов
рдестов, роголистника, пористолистника и т. д. От величины озе-
ра, наличия запасов кормовых растений, рыбы и беспозвоночных
животных (бокоплавы, личинки насекомых, моллюски и т. п.),
а также отношения открытой площади зеркала водоема к пло-
щади защитных его зарослей (тростник, рогоз, осоки и т. п.) за-
висит качественный и количественный состав птиц и зверей, на-
селяющих озеро. На водоемах, бедных кормом, имеющих не-
большие островки редкого и низкого тростника, можно встретить
только один-два выводка уток и несколько стай бродячих ку-
ликов.

Напротив, большие озера с богатой погруженной и прибреж-
ной растительностью, образующей сложную мозаику мощных
зарослей, чередующихся с небольшими открытыми плесами, име-
ют очень разнообразную и богатую фауну птиц: на них гнездят-
ся сотни гусей и уток (многих видов), лысухи, поганки, чайки,
болотные курочки, кулики и т. п. В этой полосе Казахстана до-
вольно многочисленны озера, зарастающие настолько интенсивно,
что поверхность их начинает затягиваться сплавиной из отмер-
ших, но еще не разложившихся частей растений, пронизанных
корнями тростника, рогоза и др.

Сплавины, или по местному «лабзы», при достаточной глуби-
не воды делают озеро совершенно недоступным для рыбаков и
охотников, так как плавучие острова и поднимающиеся над ними
заросли не дают возможности двигаться ни в брод, ни на лодке.
В подзоне злаковых степей на темно-каштановых почвах такие
сплавинные озера уже очень редки, а еще южнее, по-видимому,
совсем не встречаются.

В отличие от обычных чистых озер, к названию которых ка-
захи приставляют слово «коль» (например, Акколь, Камысты-
коль), сплавинные озера на картах чаще обозначены словом
«копа», что значит топь. Например, Байназаркопа — в северной
части Наурзумского заповедника, Билькопа к северо-западу от
г. Иргиза, Сарыкопа и др. Сплавинные озера — очень важный
фактор, обеспечивающий сохранение гнездовий наиболее ценных
и сильно преследуемых охотничьих птиц — лебедя-шипуна, -кли-
куна, серого гуся и др., которые под защитой пояса непролазной
«лабзы» получают возможность гнездиться даже в ближайшем
соседстве с большими селами. (Растительность озер типа копа
особенно богата и часто включает даже некоторые северные
элементы.)

Из млекопитающих на водоемах березовой лесостепи очень
многочисленны и обычны водяная крыса, которая селится как в
тростниковой зоне у берегов, так и на сплавинах, в осоковых
кочкарниках, а в годы сильного размножения — даже на полях.
Охотясь за крысой, в тростниках постоянно живет горностай, по-
сещающий также заросли ив, березовые колки и осоковые коч-
карники, где он ловит полевок-экономок. В северной половине
Казахстана горностаев много и они служат важным объектом
пушного промысла. Гораздо реже встречается здесь колонок —
типичный представитель сибирской фауны, распространенный по
тайге от побережья Тихого океана до Кировской, Горьковской и
Куйбышевской областей на западе. В Северном Казахстане про-
ходит южная граница ареала колонка; единичные особи встреча-
ются по тростникам озер и березнякам в некоторых районах Ку-
станайской и Северо-Казахстанской областей, граничащих с Ом-
ской областью.

В злаковом высокотравье близ воды обычны мыши-малютки;
в небольшом числе по берегам озер и рек я встречал их еще под
51,5° с. ш. (оз. Жарколь Семиозерного района) и 50,8° (под Ак-
молинском), южнее этот вид становится очень редким, и в обла-
сти сухих степей не встречается. В сухие тростники озер заходят
также обыкновенный хомяк и лесная мышь. Быть может, здесь
же следует упомянуть о выхухоли — интересном насекомоядном,
являющемся осколком древней третичной фауны. Это типично
водное животное, обитающее в европейской части СССР в ста-
рицах и заросших речках с медленным течением. В Казахстане
выхухоль найдена только по долине р. Урала в нижнем течении
и встречается сравнительно редко. Обладая отличным мехом,
выхухоль все же не играет в охотничьем деле Казахстана ника-
кой роли: слишком мал участок, где она водится, и количество
ее ничтожно.
Рис. 10. Лысуха

Рис. 11. Лапа лысухи

Всего 100—200 лет назад тростни-
ковые озера Северного Казахстана на-
селяли кабаны; сейчас из диких ко-
пытных в тростники изредка заходит
только косуля. Гораздо более разно-
образна орнитофауна озер. С тростни-
ковыми зарослями здесь связаны лишь
немногие птицы, так как большинство
форм этого комплекса представлены
южными видами, более обильными на
водоемах в зоне пустынь Казахстана.
Упомянем усатую синицу, дроздовид-
ную и индийскую камышевку и обык-
новенную выпь, ночной крик которой
неразрывно связан с картиной весенней жизни озер. В тростни-
ках же гнездятся, но кормятся чаще на открытых местах озера
лысуха (рис. 10, И), серый гусь, красноголовый и хохлатый ны-
рок, большая, серощекая, черношейная и рогатая поганка; здесь
же скрываются выводки речных уток: кряквы, шилохвост, се-
рой, широконоски и чирков — свистунка и трескунка. Речные
утки устраивают гнезда не над водой, как нырки, а в степи или
кустарниках, часто за 1—2 км от ближайшего водоема. После
появления утят самки уводят их из гнезда на озеро или болото.
Из перечисленных видов особенно многочисленны лысухи, гуси,
хохлатые нырки (рис. 12), серые утки, шилохвости, чирки и
кряквы. Последние часто живут в осоковых болотах и травяни-
стых озерах и, как многие их родичи, малочисленны на горько-
соленых водоемах с редкой кромкой тростника. На более круп-
ных и менее доступных озерах гнездятся лебеди-кликуны, а в
Рис. 12. Хохлатый нырок

Рис. 13. Желтоголовая трясогузка

местах топких, заросших и «крепких», как говорят охотники, их
более южные родичи — лебеди-шипуны (шипун идет на север до
района Троицка—Кустаная—оз. Чаны, к югу до Сырдарьи и
устья р. Урала).

Из других крупных птиц нужно упомянуть огромного белого
журавля — стерха (ак-трна по-казахски), который во времена
Палласа был очень обычен в тростниках этой полосы, ныне же
в Казахстане вымер почти везде, так что орнитологические
сводки обычно приводят только слухи об этой птице и очень
редко — данные о конкретных наблюдениях. Одна из важнейших
задач работников охраны природы в Казахстане — предотвра-
тить окончательное истребление стерха, следить за состоянием
поголовья лебедей, дудаков и других крупных птиц, которым
угрожает печальная судьба бобра, кулана и тарпана.

Интересно, что южные формы пластинчатоклювых, помимо
шипуна, представлены здесь еще целым рядом видов, из которых
нужно указать белоголовую савку, сравнительно редкую пеган-
ку и белоглазого нырка (все они даже переходят за северную
границу Казахстана). Из северных форм здесь нередки чернозо-
бая гагара, свиязь и встречаются бродячие турпаны и гоголи.

В глубине обсохших непролазных тростниковых крепей гнез-
дятся серые журавли, которые, как только молодые поднимутся
на крыло, собираются в стаи и делают налеты на посевы, где
сильно повреждают ряд культур. Серые гуси, кряквы и некото-
рые другие утки также летают кормиться зерном. Мозаичность
ландшафта — чередование озер, лугов и посевов — очень выгод-
на для ряда птиц.

Чайки такой же неотъемлемый элемент местного пейзажа,
как вереницы гусей, летящих на хлеба, кобчики, повисшие в воз-
духе, и черные стаи грачей в белоствольных березовых колках.
Крупная чайка-хохотунья здесь немногочисленна, так как пред-
почитает селиться на обширных водоемах (они расположены
южнее этой зоны), но сизой, речной и малой чайки очень много.
Из них сизая чаще кормится в степи и на полях, поедая кобылок,
жуков, мышей; речная ловит мелкую рыбу и собирает насеко-
мых на берегах, а малая почти полный энтомофаг — ловит на-
секомых на лету и снимает их с поверхности воды. Из крачек
особенно многочисленна черная, гнездящаяся на плавучих нано-
сах прошлогоднего камыша, и речная. Более южная по характе-
ру распространения белокрылая крачка сильно уступает им в
числе. Камышовые луни в количестве от одной до десятков пар
живут на каждом озере. Чем больше на озере дичи и водяных
крыс, тем больше на нем гнездящихся луней (конечно, и величи-
на самого озера играет большую роль). Этот хищник в течение
всей весны и лета разоряет гнезда водяных птиц (особенно пога-
нок, лысух и нырков), ловит их птенцов и отваживается напа-
дать даже на взрослых уток во время их линьки. Истреблением
водяных крыс и редкими экскурсиями в степь, где камышовый
лунь ловит полевок и кобылок, этот хищник не окупает и деся-
той доли вреда, приносимого истреблением ценной дичи.

Из куликов на болотах гнездятся бекасы (в северо-восточ-
ной части Казахстана также дупели). На водоемах этой зоны
особенно много поручейника, травник заметно уступает ему в чис-
ле, но южнее эти два вида меняются ролями и явно начинает
преобладать более крупный и осторожный травник. Чибисы и
степные тиркушки обитают у открытых берегов, причем первому
по обилию только немного уступает обыкновенный веретенник,
гнездящийся и у осоковых болот, и на степи близ озер разных
типов. Многочисленные желтые трясогузки гнездятся на лугови-
нах, окружающих тростниковую зону озер, и близ осоковых за-
падин. На кочковатых болотах и приозерных участках к ним при-
соединяются более редкие желтоголовые трясогузки (рис. 13).

В течение всего лета рядом с местными гнездящимися кули-
ками можно видеть стайки бродячих песочников (нескольких ви-
дов), плавунчиков, турухтанов, фифишек, чернышей, улитов и
др. Уже с июля количество северных куликов на озерах начинает
возрастать, прибывают все новые и новые виды, увеличиваются
размеры стай и скоро местные кулики совершенно теряются в
массе пролетных и кочующих пришельцев. При разнообразии
берегов водоемов летнее бродяжничество северных куликов в
Казахстане явление очень частое, оно не раз вводило в заблуж-
дение даже опытных орнитологов, считавших, что нахождение
данного вида в гнездовое время на стациях, удобных для гнездо-
вания, доказывает сам факт гнездования. В действительности
дело обстоит иначе. Через Казахстан проходят важнейшие про-
летные пути многих северных куликов; естественно, что из мно-
гих миллионов птиц, летящих весной на север, находятся сотни
отставших. Эти птицы и остаются на удобных водоемах Казах-
стана, внося особый штрих в картину его летней озерной фауны.

Колебания уровня водоемов на севере Казахстана имеют
меньшую амплитуду, чем в сухих степях; поэтому здесь редко
отмечают полное пересыхание больших озер, в связи с чем и
птичье население водоемов имеет более устойчивый характер.

Из амфибий этой полосы многочисленна остромордая лягуш-
ка, обычны чесночницы и зеленая жаба.

Сухие ковыльно-типцовые степи
и разнотравно-злаковые степи на южных черноземах

Фауна степи. По мере движения на юг от северной границы
Казахстана число и значение лесных элементов фауны быстро
сокращаются. Там, где лесные колки уже не выходят на водораз-
делы, а ютятся только на песках или у выхода грунтовых вод,
начинают преобладать животные сухих степей, причем на смену
транспалеарктам или европейским видам приходят характерные
казахстанские, туранские и даже средиземноморские формы.
Наш обычный полевой жаворонок, господствующий у Карталы и
Кустаная, становится редким, и его сменяют белокрылый и чер-
ный жаворонки. Они делят между собой ковыльные, полынно-
злаковые и солонцово-полынные участки. По глубокой меридио-
нальной Байтуминской, или Сарымуинской, впадине, с ее богатой
мозаикой солонцов и солончаков, сюда проникает даже малень-
кий серый малый жаворонок (Calandrella cinerea), столь харак-
терный для зоны пустынь. Найден мной в 1936 и 1945 гг. близ
озер Сарымуин, Жарколь и в долине Талдымуинсай около 51,6°
с. ш. Жаворонки одинаково охотно питаются растительным кор-
мом и насекомыми, отлично скрывают свои гнезда под защитой
дерновинок типчака и полыни, способны долго жить без воды;
этим, видимо, объясняется то, что они могут заселять так обиль-
но, полно и постоянно разнообразные участки степи.

Интересно, что стрепет и дрофа (рис. 14), столь типичные
степные птицы, тоже всеядны. Из характерных для степей мел-
ких строго насекомоядных птиц чаще других встречаются толь-
ко полевой конек и чекан-каменка. В утренние и вечерние часы
охоты степные луни медленно плывут над трепещущими нежны-
ми метелками ковылей; проворные кречетки бегают на выбитых
выгонах или солонцах близ озер (рис. 15). В воздухе охотятся
за насекомыми степные тиркушки и ласточки-касатки. Послед-
ние всегда указывают на близость аула или брошенных зимовок,
так как гнездятся только в постройках и не улетают от них да-
лее чем на 2—4 км.

В северных высокотравных степях птицы заметнее, чем мле-
копитающие, но чем больше путник удаляется к югу от послед-
них лесных колков, тем чаще и чаще его внимание привлекают
степные зверьки. Сухие степи, полупустыни и пустыни Казахста-
на — это область господства грызунов, среди которых много
дневных и сумеречных, т. е. легко доступных для наблюдения.
Дрофа в ковыльной степи

Рис. 14.

Рис. 15. Кречетка (по-казахски тор-
гак), эндемик Казахстана (июнь
1936 г. Наурзумский заповедник)

Днем суслики и сурки перебе-
гают в траве и перекликаются,
стоя на открытых холмиках у
нор, в сумерках повсюду шны-
ряют серые пеструшки, а над
дорогой неслышными тенями
носятся тушканчики.

Массовые ландшафтные ви-
ды грызунов, принадлежащих
к одному семейству или роду,

закономерно сменяют здесь один другого от зоны к зоне. Лесо-
степь и разнотравно-злаковые степи — область господства боль-
шого суслика; сухие степи и полупустыни — малого, или серого;

северные пустыни — желтого, или песчаника, южные песчаные
пустыни — тонкопалого суслика. Эту смену родственных видов
на территории Казахстана можно проследить также на тушкан-
чиках, полевках, чеканах, жаворонках и некоторых других.

Степная пеструшка доминирует среди мелких грызунов и
населяет как обширные плакорные степные пространства, так и
понижения с солонцами и солончаками. Стадная и обыкновенная
полевка и мышь-малютка довольно редки и приурочены к неболь-
шим участкам с растительностью лугового типа, тогда как по-
левки-экономки находят здесь южный предел распространения и
встречаются спорадично в очень немногих точках. Лесная мышь,
хомячки Эверсманна и серый хомячок (на западе) распростране-
ны широко, но нигде не достигают высокой плотности населения.
Большой тушканчик и слепушонка в этой полосе находят много
мест, удобных для существования, и являются одними из обыч-
нейших грызунов. На песках степных боров и вокруг них в пес-
чаной степи обильны емуранчики. Они здесь даже более много-
численны, чем южнее, в пустынной зоне — основной области оби-
тания тушканчиков, откуда емуранчики проникли на север, веро-
ятно, в условиях более сухого климатического периода. В песках
степных боров нет иных грызунов-псаммофилов, и емуранчики
живут здесь, не встречая конкуренции со стороны других видов,
достаточно приспособленных к жизни среди барханов. (Лесная
мышь, слепушонка и степная мышовка, которые в Наурзумском
бору живут вместе с емуранчиком, вряд ли могут быть для послед-
него серьезными конкурентами.) Напротив, в южных песках, где
много полуденных песчанок, мохноногих тушканчиков и т. п.,
емуранчик находится в менее выгодных условиях борьбы за су-
ществование, хотя климатический режим там, вероятно, для него
болеее благоприятен.

Возвышенные участки разнотравно-злаковых степей — основ-
ное местообитание степного сурка, или байбака, типичного гры-
зуна-норника, тяжелого жирного зверька, пасущегося всегда по-
близости от норы, куда он немедленно скрывается при появлении
опасности. Дневной по времени активности, довольно осторож-
ный и осмотрительный, сурок иногда целыми часами стоит «стол-
биком» на земляном холме у норы и громким криком извещает
соседей о кружащемся орле или притаившейся лисице. К концу
июля сурок сильно отъедается, накапливает большой запас жира
и в августе — сентябре залегает в спячку до весны. Все входы в
нору на зиму забиваются длинными и прочными земляными
пробками.

На севере Казахстана поселения сурков сравнительно недав-
но заходили в область лесостепи, а на юге захватывали обшир-
ную полосу ковыльно-типчаковых (лессинговых) степей Тургай-
ской столовой страны и сырты западной части Казахстана. Поч-
ти непрерывное поселение сурков тянется от Улытау к г. Атба-
сару в полосе шириной в 2,5 географических градуса.

Тысячи больших плоских холмиков — сурчин — мы видим сей-
час во многих районах Северного Казахстана, особенно после
больших степных пожаров, когда выгорит травостой, маскирую-
щий микрорельеф. Неумеренный промысел в недалеком прошлом
повлек было почти полное истребление сурков, но за последние
годы в результате запрета и жесткой охраны (с 1926 по 1941 г.)
поголовье этих крупных грызунов начало восстанавливаться. Так,
по данным А. Ф. Чирковой, сурки есть почти во всех районах
Кустанайской области. Средняя плотность заселения 2—6 сурчин
на 1 га; реже — до 12—13 на 1 га. Количество гнездовых нор
обычно не выше 1—2 на 1 га. В каждой гнездовой норе живет
7—8 сурков. Даже при относительно небольшой плотности за-
селения обширные «массивы сурковых поселений» имеют значи-
тельные запасы этих ценных зверьков. Так, по данным Чирко-
вой, в одном Тороповском районе Кустанайской области имеется
около 20 тыс. сурков. Сейчас Кустанайская область вместе с
Казахским нагорьем — наиболее богатая по сурку территория
СССР. Однако современные запасы сурка ничтожно малы по
сравнению с тем, что имел Казахстан в прошлом. По статистиче-
ским обзорам бывшей Тургайской области, в 1910—1912 гг. толь-
ко два уезда — Кустанайский и Тургайский —давали более 60
тыс. шт. сурков за сезон, а Иргизский уезд — до 300 тыс. шт.
Отдельные охотники за весну добывали по 200—300 и даже 500
сурков. Использовали жир сурка (до 1,5 кг с упитанного осенне-
го зверька) и его шкурку.

В сухих степях встречается желтый и серый суслик, ареалы
которого в основном лежат южнее области, занятой сурком.
Желтый суслик, или песчаник, идет на север до Калмыкова, ни-
зовий Эмбы, Амангельды, низовий р. Сарысу (рис. 16). За пос-
ледние годы он несколько продвинулся к северу. В 1940 г. один
его экземпляр добыт близ северной окраины Наурзумского бора
(экземпляр в музее Наурзумского заповедника). О ряде встреч
этого вида в окрестностях оз. Сарымуин мне говорил отличный
наблюдатель — Нукитай Исмагомбетов24.

В полосе сухих ковыльных степей на брошенных больших сур-
чинах нередко поселяется серый, или малый, суслик (рис. 17).
Впрочем, у северной границы своего ареала (доходит до Семи-
озерного, Атбасара, Акмолинска) он даже предпочитает не воз-
вышенности, а обширные полынные и полынно-кокпековые пятна
в озерных котловинах, глинистые склоны глубоких впадин с раз-
реженной пустынного типа растительностью, включающей весен-
ние эфемеры и солянки (рис. 18). Наиболее благоприятные ус-

Рис. 16. Ареал желтого суслика
/ — граница ареала
ловия существования этот суслик находит за южными пределами
ареала сурка — в полупустынях. Там малый суслик—домини-
рующий ландшафтный вид, населяющий различные биотопы
(южная граница его ареала идет по северному берегу Каспия,
Устюрту, а по восточному берегу Аральского моря даже перехо-
дит за нижнее течение р. Сырдарьи). Всюду он предпочитает су-
хие участки с низким, реденьким травяным покровом, но летом,
после выгорания дикой растительности, нередко переселяется в
посевы и сильно повреждает хлеба. Плотность заселения злако-
вых участков (на юго-востоке Актюбинской области) — до 20 нор
на 1 га, полынных пятен — от 60 до 200 нор и выше. Местами
насчитываются многие сотни нор на гектар, так что плоские хол-
мики— сусликовины, свидетельствующие о давности суслиного
поселения, делают поверхность степи совершенно пестрой. Обыч-
но процент обитаемых нор не выше 5—10% от их общего числа
и на 1 га в среднем живет от 2—3 до 9—12 серых сусликов.
В 1932 г. в Казахстане только в районах хозяйственно-значимой
деятельности этих зверьков, т. е. там, где серый суслик (отчасти
рыжеватый и краснощекий) распространен на пахотных участках
или близко от них, общая площадь земель, заселенных суслика-
ми, составила 18 744 тыс. га. Наибольшая плотность заселения и
наиболее обширные «зараженные массивы» были зарегистриро-
ваны на западе (Актюбинская область) и в восточной части рес-
публики. В тот год зерновые хлеба были повреждены сусликами
на площади 3414 га, из них уничтожено или сильно повреждено
1470 га (Фалькенштейн, 1933). Истребительные работы были
проведены на площади 3 291 280 га. Одни эти цифры говорят о
напряженности борьбы, которую приходится вести с сусликами в
Казахстане. Мех серого суслика значительно хуже по качеству,
чем у других видов, тем не менее в дополнение к истребительным
работам за этим зверьком усиленно охотятся и ежегодно сдают
в заготовку многие миллионы шкурок. Несмотря на ежегодную
гибель, серый суслик остается обычным ландшафтным грызуном
северных пустынь, полупустынь и сухих степей Казахстана.
С весны он очень заметен, так как очень доверчив и деятелен
днем. Тонкие свисты этих зверьков в полынных степях слышатся
со всех сторон и вместе с песнями жаворонков сливаются в ха-
рактерную музыку весенней степи. В июне—июле большинство
сусликов залегают в спячку до весны и на поверхность выходят
только единичные особи, не успевшие откормиться (рис. 19).

В истреблении сусликов человек имеет много ценных помощ-
ников. В Казахстане на первом месте среди них — степной хорь
и лиса. Примерно там, где колонии малого суслика и песчаника
в южной части подзоны злаковых степей начинают занимать
обширные пространства, проходит северная граница гнездовых
ареалов степного орла, охотящегося почти исключительно за сус-
ликами, и не менее характерной птицы Казахстана — канюка
курганника.

В качестве бродячей птицы встречаются в этой полосе бурый
Рис. 17. Малый суслик на холмике
у норы

гриф и орлан-долгохвост. Пос-
ледний чаще охотится за водя-
ными птицами по озерам, но
не редко и в степи — близ ко-
лоний крупных грызунов. Из
пернатых хищников нужно упо-
мянуть еще болотную сову,
лугового луня, обыкновенную
и степную пустельгу, северная
граница гнездования которой
проходит в Кустанайской об-
ласти около 51,5° с. ш. Ее по-
стоянная добыча — степные ко-
былки, пеструшки и ящерицы.
Нередко рядом со степной
пустельгой в тех же кучах кам-
ней гнездятся большие и шум-
ные колонии розовых сквор-

цов, оседающих в разнотрав-
ных степях только в редкие годы, обильные саранчовыми. Бро-
дячие розовые скворцы в мае — начале июня бывают ежегодно.
В Наурзумском заповеднике этот вид гнездился в 1935 и 1936 гг.,
когда было много пруса, а в следующее десятилетие встречался
только в качестве бродячей птицы.

Близость пустынных пространств сказывается и в том, что при
осенних кочевках сюда нередко долетают одиночные саджи,
джеки и др.

Видовой состав четвероногих хищников здесь тот же, что и
в разнотравно-злаковых степях, но заметно больше степного хо-
ря, а корсак живет оседло и в гораздо большем количестве, чем в
северной полосе. Эта маленькая степная лисичка принадлежит
к числу животных, наиболее характерных для обширной полосы
степного Казахстана. Правда, был период, когда корсака здесь
уничтожили почти нацело, но сейчас в результате запрета про-
мысла численность корсаков несколько восстановилась. Около
200 лет назад это был один из доминантных видов млекопитаю-
щих Казахстана. П. Рычков (1762, с. 289—290) писал; «Корсаки,
зверь степной, живут в норах... на Яицкой степи киргис-кайсаки
ловят беркутами и собаками и, догнав на лошади, плетьми бьют
множество и повсягодно русским от сорока до пятидесяти тысяч
в Оренбурге и Троицкой крепости променивают. По оренбург-
скому тарифу положена им цена по сорок копеек каждой... Кир-
гисцы в торгах и менах между собою употребляют их почти как
деньги и вещи свои ценят потому, сколько корсаков стоит...» Ли5-
сица в тот период мало уступала корсаку по численности. Так,
по данным П. Рычкова, на летние ярмарки в Оренбург и Троиц-
кую крепость казахи ежегодно доставляли от тридцати до соро-
ка и более тысяч лисьих шкурок. Этот хищник и сейчас — один
из обычнейших на всем пространстве казахстанских степей и пу-
Рис. 18. Дорожки малого суслика, пробитые на мятликово-чернополынном
солонце

Черные точки — прикопки за луковичками тюльпанов. По границам участка — времен-
ные защитные норки (кружочки). Постоянная нора обозначена в верхней части рисунка.
Июль 1947 г., окрестности пос. Иргиз

Рис. 19. Площадка чернополынного солонца в 1 кв. м с прикопками малого
суслика, кормившегося луковицами тюльпанов. Тысячи таких прикопок по-
являются ежедневно на местах кормежки сусликов и тушканчиков; выброшен-
ная почва развевается ветром

/ — дерновинки живородящего мятлика; 2 — черная полынь; 3— земля, выброшенная из
прикопок; 4 — прикопки (1.VII 1947 г. Иргизский район)
стынь — основа местного пушного промысла. К сожалению,
о плотности нор этих ценных пушных видов имеется очень мало
данных. Мы можем сослаться только на материалы, опублико-
ванные А. М. Колосовым (1935). В полынно-солянковой полупу-
стыне левобережья р. Эмбы у Кулсары при топографической
съемке местности было подсчитано на 400 км 2 23 норы корсака и
лисицы, в них было 11—13 выводков, что дает в пересчете 1 семью
на 35—40 кв. км. Наибольшая численность лисиц — в Западно-
Казахстанской 25 и Гурьевской областях, особенно богаты этим
зверем районы ближайшие к Каспийскому морю — Джангалин-
ский, Урдинский, Денгизский. В лунные ночи осенью мне самому
случалось в Денгизском районе слышать с одного места одновре-
менно взлаивание 10—15 лисиц.

В степях, там где есть большие участки тростника близ озер
или заросли чия, лисица корится и скрывается на день под за-
щитой этих крупных злаков. Часто она устраивает норы среди
старых развалин зимовок или могил казахов. Охотится она и в
степи (за пеструшкой, сусликами, тушканчиками, саранчовыми),
и на озерах, где ловит птенцов прибрежных птиц, собирает по-
гибшую рыбу и преследует водяных крыс. Последние легко де-
лаются добычей лисицы в тех случаях, когда среди лета уровень
воды в озерах начинает падать и вся тростниковая зона оказыва-
ется обсохшей, открывая доступ хищникам к самым укромным
уголкам, где гнездились водяные крысы. В такие годы даже вол-
ки регулярно охотятся на водяных крыс * и следы этих хищни-
ков по всем направлениям пересекают обнажившиеся илистые
участки дна. При поисках гнездовых колоний птиц и больших
стад линяющих селезней уток я не раз находил длинные цепоч-
ки следов лисиц и волков, растянувшихся по дну мелководных
озер. Хищники уходят на 100—250 м от берега, подкрадываясь
на воде к птенцам чаек или линным нелетающим уткам. Впро-
чем, волка в тростники более всего привлекают выводки серых
гусей; он регулярно подкарауливает их и преследует на узень-
ких тропинках, по которым утром и вечером гуси ходят из трос-
тниковых крепей на свои пастбища — солонцеватые приозерные
луга и ближайшие участки степи. Охота волков за гусями кон-
чается, как только молодые поднимутся на крыло, а старые за-
кончат линьку. С этого времени гуси соединяются в огромные
стаи, отдыхающие всегда на воде или больших открытых отме-
лях, где к ним совершенно невозможно подкрасться. Кормиться
эти стаи летают в открытую степь или на хлеба и ведут себя
очень осторожно.

Обсохшие участки тростниковых зарослей скрывают также
логовища волков, за отсутствием леса не имеющих иных укры-
тий для детенышей. Впрочем, тростниковые крепи для волка
вряд ли хуже леса: в Казахстане они часто занимают десятки
квадратных километров. Малая доступность выводков для лю-
дей, близость водопоя, обилие корма создают очень благоприят-

* Например, в Наурзумском заповеднике летом 1945 г.
ные условия для летней жизни этого хищника. Приречные и при-
озерные тростниковые займища — основные гнездилища волка
в Казахстане. Осенью и зимой в тростниках он находит надежные
укрытия от преследования после налетов на стада домашних жи-
вотных.

Как ни разнообразна фауна озер, все же степь дает более
постоянную добычу и волку и лисице. Первый преследует здесь
зайцев-русаков, сурков, тушканчиков, а лисица, как уже гово-
рилось, охотится за пеструшками и сусликами. В годы высокой
численности пеструшек волки тоже переходят на этот массовый
и легко доступный корм.

В жизни корсака и казахстанской лисицы степная пеструшка
играет особую роль. В годы обилия этого массового корма ли-
сицы успешнее размножаются и выращивают большие выводки.
В итоге высокая численность лисиц и успешная охота на них в
ряде областей Казахстана зависят от периодов высокой числен-
ности степных пеструшек.

В полосе обилия сусликов очень многочислен и другой ценный
пушной зверек Казахстана — степной, или белый, хорь (рис.
20) — хищник, специализирующийся в охоте на сусликов и пото-
му встречающий наиболее благоприятные условия в зоне массо-
вого распространения этих зверьков. Некоторое значение в его
жизни, по-видимому, имеет и доступность водопоев, так как он
обильнее населяет степи там, где большие колонии сусликов рас-
положены недалеко от речек и озер *. К югу он переходит гра-
ницу республики и встречается в Средней Азии, но не проникает
в пески, хотя там и очень много грызунов, способных обеспечить
его кормом. Возможно, отсутствие водопоев ставит предел рас-
пространению хоря в безводные пустыни Казахстана, где его
сменяет перевязка, лучше приспособленная к жизни в пустынях.
Зимой, когда суслики и тушканчики спят в глубоких норах, за-
бив вход плотной земляной пробкой, степному хорьку редко уда-
ется докопаться до своей излюбленной добычи. В этот период
для него более доступны мелкие незимоспящие грызуны — водя-
ные крысы, джунгарские хомячки, полевки, из которых на первом
месте по значению стоит опять-таки степная пеструшка — массо-
вый вид, важнейшее звено в цепях питания степных хищников. В
общей части этого очерка мы уже говорили о продолжительности
спячки сусликов. Учитывая эти данные, нетрудно представить,
что около половины года степная пеструшка имеет очень важное
кормовое значение для хорька. Поэтому «волны жизни» пест-
рушки в некоторой степени отражаются и на движении числен-
ности хорей Казахстана.

Еще большее значение пеструшка имеет для ласки, очень
обычной там, где много колоний этих грызунов, и сравнительно
обильной только в годы высокой численности пеструшки. Раз-

* Наибольшее количество шкурок хоря поступает в Казахстане из полосы
между 52-й и 48-й параллелями, из районов с холмистыми злаково-полый-
ковыми и полыиковыми степями.
Рис. 20.

Степной хорек

множение ласки вообще в сильнейшей степени зависит от чис-
ленности мышевидных грызунов. Ласки Казахстана по своим
малым размерам вполне соответствуют особенностям нор пес-
трушки, куда тонкий хищник проникает в погоне за добычей
столь же легко, как и степная гадюка, тоже часто охотящаяся
за этим грызуном. В 1933 г. в Актюбинской области при обилии
пеструшек наше внимание невольно привлекло обилие не только
мелких хищников (степных хорей, горностаев, ласок), но и га-
дюк, которых нередко за короткую экскурсию можно было най-
ти до 8—12 штук. Экскременты волка и лисы были переполнены
шерстью и костями пеструшек. Пустельга, луни, болотные совы
и канюки-курганники были очень обильны в этом районе и пита-
лись преимущественно пеструшками. Степные пустельги часто
выклевывали только мозг своих жертв, а тушки бросали на съе-
дение жукам-мертвоедам. В целом картина напоминала леммин-
говый год в тундре, только вместо песца мы наблюдали степных
лисиц караганок, а вместо канюка зимняка — степного канюка
курганника.

Наш очерк хищников этой полосы будет неполным, если мы
обойдем вниманием барсука, очень обычного в степных борах
и по сухим тростникам озер. Обилие медведок и сверчков в сы-
роватых берегах, где легко выкапывать эту добычу, делают бар-
сука постоянным посетителем озерных котловин. Попутно он
отыскивает гнезда куликов, чаек и уток, а на солонча-
ках ест ягоды селитрянки, в песках боров — плоды эфедры, вы-
капывает личинки хрущей, ловит ящериц. Торные тропы барсуков
в обсохших тростниках, их норы под развалинами старых казах-
ских зимовок—-характерные штрихи в картинах природы этой
полосы.

Для открытых степных пространств еще сравнительно недав-
но было столь же характерным ежегодное прикочевывание с юга
на летние выпасы больших стад сайгаков и куланов.

Н. А. Северцов (1861), неоднократно пересекавший степи Ка-
захстана в те годы, когда природа их была изменена еще мало,
о кочевках сайгаков говорит следующим образом. «Живут за
Уралом в джусанных26 и солонцовых степях. За Уралом сайгаки
кочуют, летом подвигаются к Уралу, к западу, а преимуществен-
но к северу, между Уральском и Орском, к Ую и Тоболу, в ко-
выльные степи; зимуют в малоснежной южной части Киргизской
степи, на Усть-Урте и Сырдарье» (с. 52—53). Часть сайгаков
уходила и на северо-восток. Так, П. С. Паллас, наблюдения ко-
торого исключительно точны, в 1770 г. в описании окрестностей
Омска отметил следующее: «По причине песчаной земли растет
также множество понтийской и бурой морской полыни, сайгака-
ми любимой, кои и здесь также стадами бродят и из Киргизской
степи переплывают через Иртыш для своего в Барабинской сте-
пи размножения. Однако ж к реке Оби никогда они не подходят,
поелику тамо любимого их корму нет...» (с. 117—118). О южных
частях Казахстана сходного типа известия имеются в работе
М. Н. Богданова (1882, с. 30): «...как только встанет Сырдарья,
из степей, лежащих по Сарысу и в Тургайской области, прико-
чевывают (в Кызылкумы. — А. Ф.) громадные стада сайгаков
и куланов...» О зимнем скоплении джейранов в Кызылкумах дан-
ные Богданова уже были приведены. По нашим наблюдениям
1947—1948 гг., сайгаки сейчас доходят летом до пос. Тургая и
верховий р. Терсакан (50,5° с. ш,).

Рептилиями эта полоса еще бедна. Здесь много только прыт-
кой ящерицы и степной гадюки, в южных частях становится
обычной пестрая ящурка, а на водоемах Западного Казахстана
есть болотная черепаха.

Животный мир озер. Животный мир озер, тростниковых зай-
мищ и мокрых солончаков в основных чертах напоминает карти-
ну, уже знакомую нам из описания разнотравно-злаковых сте-
пей. Здесь также много уток, куликов, лысух, гусей, поганок,
болотных курочек, водяных крыс, горностаев и т. п. До недавнего
времени в изобилии водились кабаны.

Некоторые особенности этой фауны связаны с тем, что здесь
встречаются огромные мелководные озера, напоминающие об-
ширные морские заливы, а количество соленых озер вообще
больше, чем на севере. Осоковые кочкарники отсутствуют, но
широко распространены «соры», наполняющиеся водой в весеннее
время, летом же превращающиеся в сухие, блестящие белой
солью ровные и голые западины.

На обширных озерах гнездятся такие типичные морские пти-
цы, как черноносая крачка, чеграва, крупная чайка — черноголо-
вый хохотун, осторожный кулик-сорока или морской кривок (рис.
21), а на мокрых солончаках близ соленых озер — морской зуек.
(Найден мной на гнездовье на озерах Жарколь и Сарымуин в
1936 и 1945 гг. Южнее довольно обычен.) Значительно больше
на озерах этой полосы, нежели на севере, таких птиц, как сереб-
ристая чайка, речная крачка, красная утка, утка-пеганка и ко-
лониально гнездящиеся кулики — шилоклювки (рис. 22, 23).
К последним часто присоединяются ходулочники *, не идущие на

* В 1945 г. в массе гнездились на «грязях» усыхающих озер Сарымуин, Жар-
коль и др. в Наурзумском заповеднике.
Рис. 21. Кулик-сорока

Рис. 22. Шилоклювка

Рис. 23. Пуховой птенец шилоклювки

север далее оз. Кушмурун
(Убаган), и ряд видов ши-
рокораспространенных кули-
ков. Некоторых из перечис-
ленных птиц привлекают об-
ширные песчаные отмели
или большие водные прост-
ранства, богатые рыбой, дру-
гих — соленые озера, вода
которых кишит своеобраз-
ными рачками Artemia и их
икрой. Этот корм особенно
привлекателен для пеганок,
имеющих хороший цедиль-
ный аппарат клюва, приспо-
собленный для вылавлива-
ния мелкой добычи. В илу
многих солоноватых водое-
мов в массе водятся личинки
комаров Chironomidae («мо-
тыль») —• любимый корм
многих птиц и рыб. Летом в
вечерние часы вылета этих
комаров их живые прозрач-
ные облака дрожат над озе-
рами и холодеющий воздух
наполнен нежным стоном и
гулом бесчисленных крылы-
шек. Наутро этих мелких ко-
мариков сотнями поедают
черные крачки, малые, сизые
и речные чайки, ловят бере-
говые, деревенские и город-
ские ласточки, снимают с
тростника камышевки. Не-
счетное множество этих на-
секомых висит, запутавшись
в паутице, растянутой меж-
ду метелками и листьями
тростника. Крупные пауки,
питающиеся водными насе-
комыми, очень обильны в бе-
реговых зарослях и пред-
ставляют едва ли не люби-
мейший корм камышевок и
усатых синиц.

Фауна мелких птичек на
озерах этой зоны богаче, чем
в разнотравно-злаковых сте-
пях, и по числу видов, и по количеству особей. В июне всюду
слышны трескучие песенки крупной дроздовидной камышевки,
к которой нередко присоединяют свой голос индийская и бело-
брюхая. Последняя в небольшом числе найдена мной летом
1945 г. в селе Семиозерном и на оз. Аксуат в Наурзумском запо-
веднике и в значительном — по ивнякам Талдымуинсая. Много
больше водится здесь усатых синиц, малых болотных курочек и
очень скрытных пастушков. Есть даже одно непроверенное ука-
зание на гнездование такой южной птицы, как султанская кури-
ца. Летом 1935 г. один раз ее наблюдал в Наурзумском заповед-
нике студент МГУ В. Орлов. Впрочем, в последнем факте не бу-
дет ничего удивительного: В. А. Хохлов (1928) приводит указа-
ние на залет султанки в Зайсанскую котловину, а многие виды
того южного комплекса, к которому принадлежит эта фиолетово-
синяя болотная курица, с достоверностью констатированы на
гнездовье по озерам Среднего Казахстана. Так, ночная цапля-
кваква гнездится в нижнем течении р. Урала и в дельте р. Тур-
гай; большая белая цапля найдена в области нижнего течения
рек Тургай и Иргиз, на озерах Жарколь (1945) и Кургальджин.
Колпица в большом количестве гнездится на Иргизе, Тургае и в
камышах прилегающих озер, обычна на Кургальджине. Есть
сведения, что она гнездилась годами на озерах Билькопа и
Актастыколь. Бродячие особи этого вида стаями по 100—250
штук держались все лето 1945 г. на оз. Аксуат (51,5° с. ш.), что
указывало на близость гнездовых мест.

Пожалуй, наиболее интересный вид из числа связанных с
водными биотопами этой полосы — фламинго. Наиболее север-
ная точка, для которой есть указание гнездования этого вида, —
оз. Сарымуин (Деревягин, 1934). Однако наблюдение это нужда-
ется в проверке и, вероятнее всего, относится к бродячим птицам.
Все гнездовья фламинго в СССР расположены в Казахстане на
больших и топких мелководных озерах его сухих степей и на
северо-западном побережье Каспия. Одна группа гнездилась на
Кара-Богаз-Голе в Туркмении, но позднее вымерла в связи с усы-
ханием залива. П. П. Сушкин (1908) оставил превосходное опи-
сание гнездовий этого вида на оз. Тенгиз (около 50,5° с. ш.), ко-
торое мы и рекомендуем читателям, интересующимся жизнью
этой оригинальной птицы. Наиболее восточные точки ее гнездо-
вания— озера Кургальджин (Лавров, 1930) и Тенгиз (Павлов,
1931); западные гнездовья, находившиеся на озерах среди Вол-
жско-Уральских песков, опустели уже много лет назад. Вряд ли
нужно говорить, что фламинго, гнездящиеся в Казахстане, пред-
ставляют большую ценность как вымирающий у нас вид и объект
природы, заслуживающий внимательной охраны.

Светлокрылая крачка, охотящаяся обычно вместе с черной,
но гнездящаяся отдельными колониями на озерах этой полосы,
по количеству едва уступает последней. Начиная со среднего те-
чения р. Урала и низовий р. Тургай, на озерах появляется еще
более южная форма — белощекая крачка. Довольно редки в раз-
Рис. 24. Белоголовая савка, самец

Южная нырковая утка, обычная на степных озерах Казахстана
(1936 г. Наурзумский заповедник)

нотравно-злаковой степи красноносые и белоглазые нырки, бело-
головые савки на озерах сухих степей становятся уже обычными
(рис. 24).

Параллельно с этим уменьшается количество тех уток,
основная часть ареалов которых лежит в северных зонах. Замет-
но меньше здесь кряквы и чирка-свистунка, который местами
прямо-таки редок. Зато явно доминируют серая утка, широконос-
ка и трескунок.

Начиная с июня на озера этой полосы прилетают с севера
тысячи селезней, окончивших брачный период и отыскивающих
места для линьки. Особенно много линяет здесь крякв, свиязей,
шилохвостей, свистунков и местами гоголей, т. е. как раз тех
видов, которые сравнительно малочисленны или отсутствуют на
гнездовье. В первых числах июня по вечерним зорям бывает хо-
рошо заметен пролет утиных стай, направляющихся на линьку
и достигающих (как показало кольцевание) даже устья Волги.
Обращает на себя внимание и передвижение больших стай хо-
лостых лебедей-кликунов, серых гусей и красных уток, которые
ведут себя совсем иначе, чем местные гнездящиеся птицы. Ог-
ромная масса «линных» водоплавающих птиц собирается на Тен-
гизе, где П. П. Сушкин видел целые береговые валы из выпав-
ших перьев уток и гусей.

Количество осадков в подзоне разнотравно-злаковых и зла-
ковых сухих степей значительно меньше, чем в лесостепи. Года-
ми здесь выпадает очень мало снега, и тогда озера, теряющие
много воды при летнем испарении, начинают сокращаться по
площади, осолоняются и, наконец, совершенно пересыхают.
В первую очередь этот процесс захватывает небольшие озера с
малой глубиной, позднее пересыхают даже такие огромные водо-
емы, как Убоган (Кушмурун), Сарымуин, Аксуат, Тенгиз и др.,
имеющие площади по 100 кв. км и более. Такие катастрофиче-
ские падения уровня за историческое время повторялись неодно-
кратно с интервалами в 20—25 лет, вызывая вымирание рыбы,
водяных крыс, горностаев, грандиозные перемещения водоплава-
ющих и болотных птиц и т. д. С этими колебаниями уровня боль-
ших озер связаны пульсирующие колебания северных границ
гнездовых ареалов таких видов, как цапли, бакланы, пеликаны,
утки-пеганки, ходулочники, шилоклювки и многие другие. Огром-
но и народнохозяйственное значение колебаний уровня, нередко
охватывающих многие тысячи озер на очень широкой полосе
Казахстана, что вызывает существенные изменения в проблеме
водопоев, рыболовства, личного и пушного промыслов.

Небольшие, но глубокие речки, впадающие во многие озера
Казахстана, сохраняют в бочагах пресную воду даже в самые
сухие годы. В них сохраняются запасы рыбы и водных беспозво-
ночных, обеспечивающие восстановление животного мира водо-
емов, наполнившихся после пересыхания.

ЖИВОТНЫЙ МИР

казахского мелкосопочника

Описанное выше распределение животных по зонам значи-
тельно нарушается и усложняется наличием возвышенностей
среднегорного и мелкосопочного типа. Они, с одной стороны, слу-
жат конденсаторами влаги, с другой — имеют крутые инсолиру-
емые склоны, которые обычно сильнее прогреваются и просыха-
ют, чем соседние равнинные участки. Кроме того, выходы скал,
отвесы, каменистые россыпи и т. п. вносят характерное для гор
разнообразие убежищ и местообитаний, что особенно важно для
некоторых видов животных. В мелкосопочных и среднегорных
районах Казахстана лесная растительность пятнами проникает
далеко на юг в глубину пустынных степей и вместе с тем в
условиях такого рельефа горно-пустынные стации и комплексы
дальше, чем где-либо, проникают на север. Естественно, что в
Мугоджарах и обширном Казахском мелкосопочнике мы встреча-
ем иные группировки животных, чем на прилегающих равнинах.

П. П. Сушкин (1908) отметил, что по отдельным островкам
кустарников и деревьев в Мугоджарах встречаются летом чече-
вица и обыкновенная кукушка, а по соседним пустынным скло-
нам гнездятся пестрый каменный дрозд, чекан-плешанка, гор-
ная чечетка и среднеазиатская овсянка Бьюкенена — характер-
ная птичка сухих участков гор Средней Азии.

Животный мир огромной области Казахского мелкосопочника
с его довольно сложным рельефом был изучен лишь за послед-
ние годы и главным образом в отношении птиц и млекопита-
ющих.

Преобладающая часть сопок нагорья не превышает 700—
800 м над уровнем моря, а наиболее высокая точка — Кзылрай
достигает 1463 м. Большинство склонов сопок и широкие долины
заняты типчаково-ковыльными ассоциациями; в поймах речек
развиты луга и местами заросли ив и осиново-березовые колки.
Южные склоны сопок в южной части нагорья заняты раститель-
ностью, характерной для пустынь Прибалхашья, в то время как
на склонах северной экспозиции встречаются заросли спиреи, ка-
раганы, шиповника, т. е. кустарников степной зоны. Лесная
растительность распределена пятнами и занимает большие пло-
щади только в северо-восточной части нагорья, богатой осадками.
Здесь на выходах гранитов развиты сосновые боры, а в доли-
нах— уремы с густыми зарослями черной ольхи, березы и осины.
Осиновые леса из деревьев, имеющих уже угнетенный вид, до-
стигают по северным склонам гранитных сопок Кзылрая, а не-
большие березовые и осиновые колки еще южнее: осина достига-
ет гор Бектауата в северном Прибалхашье. Соответственным об-
разом мозаично распределена и фауна, причем северные лесные
виды заходят далеко к югу между участками, занятыми степны-
ми видами, и, наконец, встречаются в ряде точек с представите-
лями фауны пустынь, среди которых есть монгольские элементы
(монгольская пищуха, монгольский тушканчик, джунгарский хо-
мячок и др.)

Наиболее широко распространены в Казахском нагорье все
же степные виды: сурок, слепушонка, краснощекий суслик, в юж-
ной полосе — малый суслик (на север до Караганды и Каркара-
линска), большой и монгольский тушканчик, к которым на юге;
присоединяются емуранчик и земляной зайчик. Из мелких поле-
вок доминирует степная пеструшка, к которой в северных райо-
нах присоединяется стадная полевка и более редкая — серая^
Очень богат список хомяков: здесь встречаются и пестрый хо-
мяк, и три вида мелких хомячков (Эверсманна, серый и джунгар-
ский). Своеобразная черта териофауны Казахского мелкосопоч-
ника — широкое распространение степной, или малой, пищухи..
Когда-то она была обычна в Мугоджарах и далее к западу,
но позднее, по-видимому, вымерла. Из хищников, кроме широко
распространенных (волк, лиса, барсук, ласка, горностай), встре-
чаются степной хорь, корсак и два вида диких кошек: манул и
степная кошка. Обе последние довольно редки и заходят только
в южную половину нагорья. Наиболее замечательная черта фау-
ны Казахского мелкосопочника — широкое распространение в
скалистых участках высокогорной полевки Стрельцова. Она жи-
вет в трещинах и каменных россыпях как на степных и полупу-
стынных склонах, так и в сосновых борах, где встречается вмес-
те с таежной красной полевкой. Полевка Стрельцова, кроме Ка-
захского мелкосопочника, свойственна только горным районам
Алтая и прилежащим хребтам Монголии27. Такой же горный
элемент в фауне нагорья представляет и архар — горный баран,
прежде широко распространенный, ныне же сохранившийся
только в наиболее высоких частях области (горы Кзылрай, Улы-
тау и др.). Пустынная, или монгольская, пищуха занимает толь-.
ко южную часть описываемой области и живет вместе с высоко-
горной полевкой в гранитных скалах, под камнями и трещинами.

Сходные черты носит и мир птиц Казахского мелкосопочника.
При естественном преобладании видов, свойственных зональной
разнотравной и сухой степи, здесь широко распространены не-
сколько южных форм — обитателей сухих горных склонов и скал.
По И. А. Долгушину (1938), среднеазиатская овсянка Бьюкене-
на — характерная птица сопок с ксерофильной растительностью
в пустынной и полупустынной зонах, распространена по всему
Казахскому нагорью от Улытау до Семипалатинска, а на север —
по всем горным группам до широты Каркаралинска. Много здесь
горных чечеток (особый казахстанский подвид), населяющих ка-
менистые степи с волнистым рельефом, пестрых каменных дроз-
дов (по склонам всех горных групп на север до Каркаралинска).
И наконец, в горах Таргыл и Бектауата найдены гнездовья мон-
гольского вьюрка. Это одна из наиболее северных точек распро-
странения этого центральноазиатского вида. Южные районы,
прилегающие к Прибалхашью, изобилуют рептилиями, поэтому
здесь обычен орел-змеятник. Интересно, что тетерев, обитаю-
щий на Кзылрае, в Баянаульском и Каркаралинском лесных мас-
сивах принадлежит не к широко распространенному в Казахста-
не степному подвиду Lyrurus tetrix viridanus Lor., а к монголо-
туркестанскому Lyrurus tetrix mongolicus Lonn. Северные лес-
ные птицы часто встречаются здесь в самых неожиданных соче-
таниях с пустынными: И. Долгушин (1938) нашел, например,
гнездо обыкновенного канюка в 70 км южнее Каркаралинска в
довольно необычайной для этого вида обстановке. Гнездо поме-
щалось на скале (как правило, канюк гнездится на высоких де-
ревьях) в небольшой группе сопок. Характерными представите-
лями фауны птиц этого места были горная чечетка, каменный
дрозд, пустынный рогатый жаворонок, среднеазиатская овсянка,
т. е. типичные обитатели мелкосопочника Казахского нагорья. В
свою очередь, лесные млекопитающие далеко проникают на юг,
придерживаясь лесных островков и узких лент лугов и кустарни-
ков по речным долинам, прорезающим безводную щебнистую
пустыню. Заяц-беляк прослежен к югу до р. Токрау (по ивнякам
и осиновым колкам), а в северной полосе нагорья очень много-
числен. Красная полевка, большая часть ареала которой лежит
в тайге, здесь почти доходит до Балхаша и является доминиру-
ющим видом в лесах Кокчетау, Баянаула, Каркаралы и Кзыл-
рая. Лесная мышь, а из видов, связанных с прибрежными место-
обитаниями,— водяная кутора и водяная крыса также распрост-
ранены здесь довольно широко. В 1934 г. в сосновых борах Кар-
каралинского района была поселена белка-телеутка, которая
успешно акклиматизировалась в районе, далеко оторванном от
основного ареала вида 28. Отсутствие белки в фауне мелкосопоч-
ника и успех этой акклиматизации говорят о том, что лесные
животные, в прошлом более широко здесь распространенные, пе-
режили период депрессии, следами которого является спорадич-
ность и разрывы в распространении некоторых видов и полное
вымирание таких форм, как летяга и некоторые другие, еще
встречающиеся в степных борах Западной Сибири.

В связи с историей лесной фауны Казахского нагорья особый
интерес представляет животный мир северной его части, где по
птицам интересное исследование было сделано Б. К. Штегманом
(1934).

Лесные виды распределяются здесь по двум различным типам
местообитаний — в березовой лесостепи, составляющей перифе-
рическую часть, и в собственно боровом массиве ца дресвяных
и скалистых почвах. Эти сухие боры имеют сравнительно бедную
орнитофауну. Для них типичны только большая горлица, кукуш-
ка, козодой и пестрый дятел. Изредка встречаются совка сплюш-
ка и желна. Лесной хор составляют белошапочная овсянка,
обыкновенная гаичка, серая мухоловка, обыкновенная горихво-
стка и некоторые другие. Гораздо богаче травяные боры, осо-
бенно если в них есть примесь березы и осины. Кроме птиц, пере-
численных выше, здесь можно встретить тетерева, белоспинного
и малого пестрого дятла, зяблика, лесного конька, большую си-
ницу, иволгу, пеночку-теньковку, дрозда-дерябу и др. В кустар-
никах по краям лесных болот к указанным птицам прибавляется
еще чечевица и садовая камышевка. По лесным гарям в глубину
боров проникают степные виды — полевой лунь, садовая овсянка
и полевой жаворонок. Края гарей, как это часто бывает на стыке
разных местообитаний, населены довольно густо, и к перечис-
ленным птицам прибавляются еще щегол и чиж. В березовых
колках разнотравно-ковыльной степи, примыкающих к массиву
боров, фауна беднее за счет отсутствия типичных лесных видов
(нет желны, белоспинного дятла, зяблика, гаички, дерябы и др.).
Зато очень много мелких насекомоядных птичек — лесных конь-
ков и обитателей кустарников — славок завирушек и серых, пе-
ночек-пересмешек и садовых камышевок. Обычны здесь белая
куропатка и тетерев, а из степных форм встречаются луни, серая
куропатка, стрепет, полевой жаворонок, степной конек. Наличие
скалистых обрывов дает возможность гнездиться здесь черным
стрижам, городским ласточкам, галкам и чеканам-плешанкам.
Из них последние свойственны сухим горным склонам и отчасти
пустыням. Озера, расположенные в бору, в, связи с малым при-
током органических веществ имеют бедную растительность и фау-
ну беспозвоночных. Это сказывается на составе озерной орнито-
фауны, которая гораздо беднее, чем на степных озерах. Для бо-
ровых озер наиболее типичны чернозобая гагара и хохлатая чер-
неть, отлично ныряющие за кормом на глубину, и речная крачка,
охотящаяся за молодью рыб.

По общему характеру орнитофауна Кокчетавских боров в
значительной степени является европейской, так как югом Запад-
ной Сибири многие лесные европейские виды проникают далеко
на восток. (Настоящих сибирских форм здесь только четыре, в
их числе горлинка и белошапочная овсянка). Наиболее интерес-
но обитание в столь южных лесах, окруженных широкими прост-
ранствами степей, некоторых северных бореальных элементов.
Они имеются как в островных лесах, отчасти в степи, так и в бо-
рах. Часть из этих птиц вообще свойственна только или преиму-
щественно тайге (желна, снегирь, чиж, черноголовая гаичка),
сравнительно недавно в этом районе водился и уральский подвид
глухаря*, и бурый медведь. Имеются северные элементы и не
связанные специально с хвойным лесом, таковы заяц-беляк и бе-
лая куропатка, населяющие и островные леса, и степь, большой
сорокопут (в березовой лесостепи), киргизский подвид дербни-
ка — обитатель долин с кустарниками и некоторые водоплаваю-
щие птицы — гоголь, полярная гагара, турпан, таймырская фор-
ма чайки 30. Эти виды частично связаны с тайгой, частично с тунд-
рой и могли попасть в данную местность только в ледниковое
время. Некоторые из них уже давно изолированы от северной
части ареала и успели образовать на юго-западе Сибири и в Ка-
захстане своеобразные географические расы (белая куропатка и
дербник).

Таким образом, северные и средние части Казахского мелко-
сопочника довольно хорошо сохранили до наших дней следы
инвазии таежных животных, относившейся, видимо, к более
влажному и холодному периоду. В южных частях мелкосопочни-
ка на передний план выступают следы расселения ряда монголь-
ских элементов, проникших здесь наиболее далеко на север че-
рез джунгарские ворота и северное Прибалхашье и занявших
сухие и каменистые участки сопок. Надежные рефугиумы (убе-
жища) нашли здесь и казахстанские степные элементы. Степная
пищуха, вымершая за несколько последних столетий на Украине,
Приволжской возвышенности и в ряде западных районов Казах-
стана, отлично существует в пятнах кустарников и на луговинах
широкой полосы Казахского мелкосопочника. Сложная мозаика
биотопов, большое разнообразие сочетаний экологических усло-
вий, локализующихся на мелких участках, дают возможность
существовать здесь очень пестрому конгломерату форм, состав-
ленному из фаунистических наслоений весьма разновременного
и разнородного происхождения.

ФАУНА СТЕПНЫХ БОРОВ

И КУСТАРНИКОВ ПО РЕЧНЫМ ДОЛИНАМ

Реликтовые сосновые боры, образующие целую группу в Ку-
станайской области, а также растянувшиеся длинными лентами
по правобережью Иртыша между Семипалатинском и Павлода-
ром, представляют очень своеобразные комплексы местообита-
ний, поражающие необычными сочетаниями засоленных соров,

* Окончательно истреблен в начале нашего столетия. Очень желательна реак-
климатизацня этого вида (для начала хотя бы в заповеднике Боровое29).
пятен хвойного леса, березовых колков и значительных участков
песчаной и кустарниковой степи. Лесная фауна боров в Куста-
найской области, приуроченных к пескам, по числу видов беднее,
чем свойственная березовым колкам Северного Казахстана, но по
обилию особей исключительно богата. Нигде нет такой массы
хищных птиц—кобчиков, чеглоков, балобанов, коршунов, орлов-
могильников и др., как в этих борах, очень удобных для гнездо-
вания и окруженных степями — отличными угодьями для охоты.
В Наурзумском бору можно найти до 10 гнезд крупных соколов-
балобанов, 4—5 гнезд орлов-могильников и сотни гнезд мелких
хищников. Гнездятся здесь даже орлан-белохвост, филин, уша-
стая сова и сплюшка. Северные боры — Аманкарагай и Аракара-
гай — несколько богаче типичными дендрофильными птицами,
чем Наурзумкарачай. В первых двух В. Г. Гептнер (1925) нашел
на гнездовье черного дятла, большого пестрого дятла, черноголо-
вую гаичку, белую лазоревку, горихвостку-лысушку и обыкновен-
ного канюка *. Из этого списка только пестрый дятел и белая
лазоревка свойственны Наурзумскому бору. Огромные шумные
грачевники, многочисленные сороки, иволги, кукушки, тетерева
и серые и белые куропатки (три последних вида обитают преиму-
щественно в кустах и небольших куртинах киргизской березы)
очень характерны для Наурзума. В огромных гнездах орлов
ютятся полевые воробьи, а черные стрижи со звенящим криком
носятся над вершинами сосен, в дуплах которых они выкармли-
вают птенцов. Настоящих дендрофильных млекопитающих нет
(отсутствует и белка, и летяга); встречаются только косуля, за-
яц-беляк, лесная мышь и землеройка бурозубка, но и они по чис-
ленности заметно уступают степным видам, обитающим на луго-
винах и песчаных барханах, окружающих и прорезающих лес по
всем направлениям. Здесь живут заяц-русак, хомяк, слепушонка,
степная мышовка, емуранчик и др.

Ленточные боры у Семипалатинска, видимо, относительно не-
давно имели связь с тайгой и до наших дней сохранили ряд лес-
ных видов, отсутствующих в степных борах, например глухаря,
красную полевку, летягу и замечательную местную расу белки,—•
так называемую телеутку. Это очень крупный подвид с красивым
пышным пепельно-голубым зимним мехом и дымчато-серым хво-
стом. Из мелких зверьков здесь водятся две землеройки бурозуб-
ки (обыкновенная и малая); изредка заходят в ленточные боры
колонок и рысь. Около 150—200 лет назад здесь еще были обыч-
ны лось, марал и медведь (Селевин, 1937). Из видов, свойствен-
ных луговым участкам и кустарникам, обычны серая и стадная
полевка, лесная, полевая мышь и мышь-малютка. Влияние фау-
ны зональных сухих степей, в которой находятся эти боры, сказы-
вается наличием слепушонки, даурского, серого и джунгарско-
го хомячков, степной мышовки, большого и мохноногого тушкан-
чика. Последний представляет форму, свойственную песчаным

* Недавно водился здесь и глухарь. Истреблен в конце XIX в.
пустыням, и обитание его в* бору под деревьями, на которых дер-
жится таежная летяга, — факт безусловно очень интересный. Он
говорит о длительном совместном существовании лесных, степ-
ных и пустынных животных на границе обширной степной зоны.

В промысловом отношении весьма интересна белка-телеутка.
Она питается семенами сосны, которая в условиях степных боров
дает высокие урожаи очень часто, а также грибами. Последние
телеутки запасают и на зиму. Нужно сказать, что не только лен-
точные, но и кустанайские боры в дождливые годы бывают очень
богаты грибами. Целыми корзинами можно собирать в них мас-
ленки, березовки, осиновки и т. п. Видимо, нежные грибницы хо-
рошо переживают в песчаной почве многие засушливые годы и
дают огромное количество плодовых тел в первое же благоприят-
ное лето. Возвращаясь с грибами из Наурзумского бора, нередко
проходишь мимо соров с отличной самосадочной солью, которую
можно брать для посолки этих грибов. Такие контрасты условий
вряд ли существуют где-либо, кроме Казахстана.

С кустарниками речных долин далеко в полосу пустынных
степей проникают некоторые лесные и степные виды. Так, серая
куропатка доходит до песков Приаралья, а заяц-беляк и лесная
мышь — до северного Прибалхашья. Русак по р. Эмбе доходит
гораздо дальше к югу, чем вне речных долин.

ЖИВОТНЫЙ МИР

ПОЛУПУСТЫНЬ И ПУСТЫНЬ

Глинистые и щебнистые пустыни и полупустыни. Граница
между сухими злаковыми степями и полупустынями (равно как и
переход от последних к пустыням) занимает довольно широкую
извилистую полосу, на которой группировки степных животных
постепенно сменяются другими, свойственными еще более жар-
ким и безводным местообитаниям. За условную северную грани-
цу мира животных пустынных степей можно принять полосу,
отделяющую с севера гнездовые ареалы авдотки, джека, саджи
и некоторых тушканчиков.

Среди доминирующих видов — потребителей зеленой расти-
тельной массы в пустынно-степной полосе уже нет ни сурка, ни
краснощекого суслика, тогда как итальянский прус, серая пест-
рушка, малый и желтый суслики здесь явно господствуют. В се-
редине XIX в. в полосе полупустынь были многочисленны жел-
тая пеструшка, сайгак, кулан, к которым южнее, в пустынях, при-
соединяется также джейран.

Прус очень многочислен в пустынных степях, предпочитая
западины и долины со злаковым покровом. Севернее он идет по
песчаным, лучше прогреваемым почвам, напоминая в этом отно-
шении пеструю ящурку, в пустынных степях встречающуюся по-
всюду, а у северной границы ареала — только в песках. Как вре-
дитель прус играет главную роль почти на всем огромном протя-
жении республики от Уральской до Семипалатинской губернии
(Филипьев, 1929). В Казахстане был целый ряд постоянных
очагов, или «гнездилищ», итальянского пруса, откуда в годы бла-
гоприятные для его размножения он в массе улетает на культур-
ные земли, по соседству с которыми возникли новые временные
очаги опасного вредителя.

Следующие цифры показывают, как изменялись площади,
зараженные прусом, в зависимости от «волн жизни» этого вида.
В бывшей Актюбинской губернии отродившиеся «кулиги» пруса
были зарегистрированы на площади;

1922 г. 1923 г. 1924 г 1925 г.

Площадь, тыс. га 9	225	12	2

На юге Актюбинской области в годы благоприятные для пру-
са насчитывали до 4000 кубышек на 1 кв. м зараженной площа-
ди.

В июне 1925 г. в Челкарском районе «кулиги» личинок пруса,
перебираясь через железнодорожные пути, останавливали поез-
да (Филипьев, 1929).

В «саранчовые годы» среди насекомых сухих и пустынных
степей прус превосходит по массе все другие виды, взятые вместе,
и служит важнейшим кормом огромного числа животных — от
хищных жуков, ящериц и змей до мелких и крупных птиц и мно-
гих млекопитающих. Его. расклевывают чеканы и жаворонки,
ловят на лету щурки и ласточки, в массе поедают дрофы, розовые
скворцы, степные журавли, пустельги и т. д. Лисица и корсак в
такие периоды летом становятся энтомофагами. По наблюдениям
автора каждый стрепет поедает за одну утреннюю кормежку до
250 шт. прусиков; у каждой степной пустельги в 1933 г. близ
ст. Джурун было в желудке от 12 до 41 экз. пруса; подсчитано,
что каждый розовый скворец съедает в день до 200 г саранчи.
Грачи, чибисы, кроншнепы и чайки, рассыпавшись широким
фронтом, «прочесывают» низкотравную сухую степь; они гонят
впереди себя перелетающих и прыгающих прусиков, то и дело
хватая утомленных насекомых. Нередко в этих групповых охотах
одновременно участвуют сотни птиц. Такими же дружными стая-
ми охотятся на прусиков розовые скворцы, которые в «саранчо-
вые годы» тысячами пар гнездятся в небодьших кучах камней,
занимая каждую удобную трещину и нишу. Часто гнезда их при-
легают краями одно к другому.

Иногда можно видеть коршуна и степного орла, которые тя-
желой походкой шествуют по степи, собирая насекомых в ран-
ние утренние часы, когда прусики еще вялы. Днем ветер сбивает
в воду саранчу, усталую от перелета; здесь ею кормятся рыбы,
утки, крачки, лысухи, болотные курочки и др. Но количество не
уменьшается сколько-нибудь заметно: в жаркие часы дня воздух
над горизонтом кажется мутным, словно окутанным пылью, и
при взгляде в бинокль всюду, куда хватает взгляд, видны пруси-
ки, поодиночке несущиеся высоко над степью. Нередко ширина
фронта, охваченного таким массовым перелетом пруса, измеряет-
ся сотнями километров. Важнейшую роль в регулировании чис-
ленности этого вида играют не враги, а метеорологические усло-
вия— чередование сухих и дождливых летних периодов, мало-
снежных, морозных или многоснежных и мягких-' зим. Они то
вызывают массовую гибель кубышек пруса, отложенных в по-
верхностном слое почвы, то обеспечивают их благополучное пе-
резимовывание; отродившаяся сарйнча иногда погибает от гриб-
ковых заболеваний, развивающихся в дождливые годы.

В кубышках пруса и других саранчовых Часто паразитируют
личинки жуков нарывников и шпанок. Взрослые жуки нарывни-
ки с пестрой окраской (надкрылья желтые или оранжевые с чер-
ными полосками или пятнами) и шпанки — черные жуки с тонким
телом и длинными ногами бывают обильны только в периоды,
благоприятные для жизни саранчовых. В такие годы на степных
цветах и траве часто можно видеть целые группы нарывников;
в укосах насекомых энтомологическим сачком они занимают
основное место и часто пачкают весь сбор нежных насекомых, вы-
деляя капли ядовитой желтой жидкости. При высыхании степной
растительности эти массовые жуки, очень полезные тем, что их
личинки истребляют яички саранчовых, перелетают на культур-
ные участки и сильно вредят картофелю, объедая его ботву.

От условий погоды, деятельности хищников и эпизоотий зави-
сят и колебания численности степной пеструшки (рис. 25), кото-
рая в некоторые годы бывает столь обильна, что число норок пре-
вышает 10 тыс. на 1 га и трава на пастбищах бывает полностью
съедена (рис. 26). О масштабе повреждений, наносимых размно-
жившимися; пеструшками травостою сухой степи, можно судить
по тому факту, что в 1933 г. при средней плотности нор в 2989
на 1 га (или 123 экз. пеструшек на 1 га) на юге Актюбинской
области у ковыля, типца и черной полыни бывает съедено от 26
до 50% всех надземных частей (Формозов, Воронов, 1939). На-
оборот, в годы депрессии численность' пеструшек бывает так
мала, что зоологам не удается за лето поймать 2—3 экз. для
коллекций. Нетрудно представить, как изменчивы годовые
аспекты населения животных сухой и пустынной степи, если пру-
су и пеструшке — двум доминирующим растительноядным ви-
дам— свойственны такие резкие колебания численности, влияю-
щие и на жизнь многих хищников.

Степная пеструшка, вообще очень широко распространенная
в Казахстане, почти не заходит за южную границу пустынных
степей (южная граница ареала идет у северного побережья Кас-
пия, в центральных районах Актюбинской и Карагандинской
областей к Джаркентскому району и оз. Зайсан). В северных
пустынях ее заменяют общественная полевка и более крупная
желтая пеструшка, первые сведения о которой были опублико-
ваны Эверсманном в 1840 г. Этот исследователь считал описан-
ного им грызуна очень обычным. В начале и середине XIX сто-
летия желтая пеструшка встречалась в низовьях р. Урала, на
Рис. 25. Степная пеструшка

Зверек обладает способностью силь-
но распластываться, что дает воз-
можность пролезать в узкие тре-
щины почвы (Июль 1933 г. Джурун
Актюбинской обл.)

Рис. 26. Дерновина типчака
диаметром в 8 см, погибшая
после длительного обгрызания
пеструшками (Июль 1933 г.
Джурун Актюбинской области)

Устюрте, в Приаральских Каракумах и северном Прибалхашье.
В XX в., несмотря на значительное развитие зоологических иссле-
дований, у нас не отмечено ни одной находки этого вида, если
не считать многочисленных ископаемых остатков (Формозов,
1938). Очевидно, в западной половине Казахстана желтая пест-
рушка полностью вымерла, но к востоку от Арала еще сущест-
вует. Она сохранилась сейчас в Джунгарии и Северной Монго-
лии, которые представляют родину этого грызуна, откуда он и
проник на территорию Казахской ССР. Загадочное вымирание
зверька, не служившего объектом промысла, тем более интерес-
но, что охватило весь ареал этого вида в Казахстанских пусты-
нях, до сих пор очень слабо населенных человеком, где влияние
последнего на природу вообще незначительно.

Хомячок Эверсманна и слепушонка очень обычны в пустын-
ных степях, а последняя, кроме того, широко заселяет также
глинистые пустыни. На западе (в низовьях Урала) к ним при-
соединяется еще общественная полевка; второй, более обшир-
ный изолированный участок ее ареала занимает в Казахстане
его центральную и юго-восточную часть (в границах Южно-Ка-
захстанской31, Карагандинской и Алма-Атинской областей).

Светлые по окраске местные географические расы домовой
мыши живут местами в речных долинах по зарослям высоких
трав, но в районах с холодной зимой эти зверьки относительно
редки. Зато их очень много на крайнем западе Казахстана —
в Волжско-Уральских песках, где поздней осенью наблюдаются
массовые миграции мышей к зимовкам казахов. Эти сезонные пе-
ремещения мышей привлекают внимание врачей как источник
опасных инфекций человека, приносимых мышами из природ-
ных очагов, поддерживаемых сусликами, песчанками и их экто-
паразитами.

Южные домовые мыши вообще очень пластичны, и
В. Н. Шнитников (1936) встречал и ловил семиреченский подвид
(Mus musculus decolor Arg.) в песках Прибалхашья, в саксауль-
ных лесах, на такырно-солонцовых участках и во многих других
биотопах Семиречья. В 1929 г. близ ст. Каратал мышей было
так много, что после осенней миграции к поселкам они унич-
тожили не только продукты в кладовых, но даже целые построй-
ки, сделанные из камышита, так что последние пришлось сло-
мать, а в дальнейшем здесь было решено отказаться от исполь-
зования камышита в качестве строительного материала.
С кустарничками речных долин и окраин песков связано расп-
ространение гребенчуковой песчанки. Зимой она кормится ве-
точками и корой тамариска, ив и т. п.

Малый и желтый суслик в пустынной степи находит очень
благоприятную обстановку; здесь участки, заселенные им, зани-
мают огромные пространства и плотность нор бывает весьма вы-
сокой. В северной половине ареала желтый суслик — обитатель
чернополынных солянковых и белополынных участков. Близ
Аральского моря поселения его особенно густы на закрепленных
песках с покровом из осочки или осочки с полынью. Всюду он
предпочитает местообитания с обилием эфемеров: на них па-
сется и отъедается весной, прежде чем залечь в летнюю спячку.
Суслик-песчаник — один из важнейших промысловых зверьков
Казахстана; летняя охота на него с помощью капканов и петель
играет значительную роль в пушном промысле средней и южной
полосы Казахской ССР. В период 1924—1929 гг. за каждый се-
зон в Казахстане заготовлялось от 3 до 5,8 млн шкурок песчани-
ка. В результате неумеренного промысла этот зверек местами
был почти истреблен. На о-ве Барсакельмес (в Аральском море)
была выпущена значительная партия песчаников, которые сейчас
там размножились и служат основной сырьевой базой хозяйства
заповедника 32. Сельскому хозяйству желтый суслик вредит в
очень немногих местах и должен рассматриваться не как вреди-
тель, а как ценный промысловый вид.

На самых безотрадных пространствах глинистых и щебни-
стых пустынь, где пятна растительности чередуются с обширны-
ми оголенными участками, доминируют уже не медлительные
грызуны-норники типа пеструшки и общественной полевки, а бы-
стрые тушканчики — зверьки с рикошетирующим бегом и земле-
рой-корнеед слепушонка (рис. 27). Для зоолога особенно инте-
ресны первые, так как среди них есть несколько эндемиков Ка-
Рис. 27. Голова слепушонки, характерно-
го для Казахстана грызуна

Глаза малы, наружное ухо отсутствует. Сле-
пушонка разрыхляет землю сильными резца-
ми. Они направлены вперед; губы замыкают-
ся позади них, и земля в рот не попадает.
Зверек способен выгрызать ходы даже в
очень твердом грунте

захстана и ряд видов, проникающих сюда из Монголии. В СССР
нет другой области, столь же богатой разнообразными формами
тушканчиков, как глинистые полупустыни и щебнистые пустыни
Казахстана. Вот перечень этих своеобразных зверьков: тушкан-
чик Северцова, карликовый тушканчик, малый тушканчик, мон-
гольский тушканчик (прыгун), земляной зайчик (тарбаганчик)
(рис. 28), толстохвостый тушканчик (рис. 29), тушканчик Жит-
кова. Кроме этих видов, в глинистых полупустынях и щебнистых
пустынях Казахстана есть уже знакомые нам емуранчик и боль-
шой тушканчик — самый крупный представитель этого семейст-
ва 33. Особенно много в полупустынях емуранчиков (рис. 30), по-
селяющихся на окраинах такыров, на корковых солонцах, в зак-
репленных песках и т. п. Большой тушканчик обитает в Казах-
стане от лесостепи на юг до северного Устюрта, оз. Зайсан и
предгорий Алтая. Часть этих видов вредит бахчам и культурам
каучуконосов (тау-сагызу и хандрилле), а большой тушканчик
имет некоторое значение как пушной вид. Ранее уже говорилось,
что тушканчики питаются луковицами, семенами, реже — сочны-
ми листьями растений. Кобылки, их яйца, выкапываемые вместе
Рис. 29. Следы прыжков
толстохвостого тушканчи-
ка на потрескавшейся
корке солонца

Зверек опирается только на
эластичные подушечки паль-
цев задних ног и на мозо-
листое утолщение, находя-
щееся у основания этих
пальцев. Конечности его при-
способлены к быстрому бе-
гу по твердому грунту
(15.VII 1947 г., солонцы у
оз. Сарыкопа. Тургайский
район)

с кубышкой, почвенные личинки и жуки служат им наиболее ла-
комой пищей. Сами тушканчики служат добычей степных сычей,
болотных сов, филинов, балобанов, а из млекопитающих — хорь-
ков, корсаков, лисиц, и др. В биоценозах глинистых и щебнистых
пустынь они занимают весьма важное место. Чтобы убедиться в
этом, достаточно взглянуть на участки земли, усеянные тысячами
луночек, в которых лежит шелуха луковиц, съеденных тушкан-
чиками, или при ночной поездке в автомобиле подсчитать зверь-
ков, тут и там мелькающих на освещенной полосе дороги, подоб-
но легким беловатым шарикам.

Селевиния, сходная с тушканчиками по кормовому режиму,
залеганию в спячку и привязанности к безотрадным участкам
пустань, найдена пока только в Б.етпак-Дала среди зарослей бая-
лыча 34. Это одно из самых замечательных млекопитающих, опи-
санных в СССР за последние годы.

В южных районах Казахстана в предгорных полупустынях
и эфемеровой пустыне встречается краснохвостая песчанка, в
общем более редкая, чем менее прихотливая толстая песчанка.

Заяц-толай, известный у казахов под названием кум-куян (с
которым сходно употребляемое пушниками название заяц-песча-
ник), действительно более связан с песчаными пустынями и отча-
сти тугаями, но заходит также в глинистые и щебнистые пу-
стыни.

Там, где много ящериц, крупных насекомых и нор грызунов,
часто встречается ушастый еж, очень широко распространенный
в пустынях. Обыкновенный еж заходит только в сухие степи и не
идет южнее р. Джурун и верховий Эмбы. Для ушастого ежа то-
же более благоприятны песчаные пространства, где легче рыть
норы и богаче фауна почвенных насекомых.

Из хищников, кроме широко распространенных в Казахстане
волка, лисицы, корсака, ласки и степного хоря, в этой полосе
встречается перевязка, относительно редкая в глинистых пусты-
нях и более обычная в песках на юге республики (например, в
Кызылкумах и по нижнему течению Сырдарьи). Типичного
Рис. 30. Голова емуранчика

хищника пустыни и пустынных
гор представляет также свое-
образная кошка — манул —
форма монгольского происхож-
дения. В Казахстане манул
всюду очень редок, хотя еди-
ничные его встречи констати-
рованы в широкой полосе от
Волжско-Уральских песков на
западе до Зайсанского района
на востоке. Еще более редок
азиатский гепард — крупная
кошка, напоминающая леопар-
да своим пятнистым нарядом.
Это хищник африканского
происхождения и в Казахста-

не встречается единично только на Устюрте, в песках Кызыл-
кум, заходя изредка в тугаи Сырдарьи. Гепард охотится за то-
лаями, птицами и джейранами.

Антилопа-джейран — характернейшее животное сухих рав-
нин; она одинаково приспособлена к жизни как в глинистых,
щебнистых, так и в песчаных пустынях. Многие сотни джейранов
за один день автомобильной поездки можно и сейчас встретить
на Устюрте, в Кызылкумах, у северной оконечности Каратау, на
р. Сарысу и в пустынных северных предгорьях Заилийского
Алатау.

Для сайгака до наших дней и кулана в недавнем прошлом
полоса пустынных степей и пустынь была преимущественно
областью зимнего выпаса. Полыни и солянки этой зоны представ-
ляют по качеству отличный тебеневочный корм, легко доступный
зимой в связи с малой высотой снегового покрова. Последнего
все же достаточно для того, чтобы обеспечить крупным живот-
ным необходимое количество воды. Именно в этой полосе зимуют
сейчас значительные стада сайгаков — остатки некогда грандиоз-
ных стад замечательной антилопы (рис. 31). Казахи называют
ее ак-киик или ак-букен. Они охотятся за сайгой с помощью бор-
зых собак или ловят в волчьи капканы, устанавливая их на тро-
пах. Один изолированный участок, оседло обитаемый сайгой, на-
ходится в Волжско-Уральских песках, далее почти сплошной зим-
ний ареал тянется от Эмбы через Устюрт, Приаралье и южную
часть пустыни Бетпак-Дала к Прибалхашью.

В полосе пустынных степей наиболее долго удерживались и
стада тарпанов, родственных лошади Пржевальского. Так, под
Семипалатинском тарпаны водились до конца XVIII столетия.
Наконец, есть указания (Хохлов, 1928), что в пустыне Зайсан-
ской котловины в старину водились дикие верблюды.

Среди птиц пустынных степей и пустынь Казахстана много
замечательных видов, но только немногие из них имеют значение
Рис. 31. Голова сайгака — самца
в короткой летней шерсти (10.VII
1948 г. Сарысу)

в качестве объектов охоты и
промысла (саджа, белобрю-
хий и чернобрюхий рябки,
джек, дрофа, серая ку-
ропатка), Некоторые пти-
цы, свойственные глинистым
пустыням, имеют близких
родичей, обитающих в сте-
пи, и являются викарными,
замещающими их формами.
Так, степного жаворонка,
живущего в юго-западной
части Казахстана в ровных
или слабо всхолмленных
степях, юго-восточнее сме-
няет близкий вид — двупят-
нистый жаворонок, предпо-
читающий сильно бугристую
местность и глинистую поч-
ву с примесью щебня. Че-
кан-каменка широко рас-
пространена в северных лесостепной и степной зонах Казахста-
на; в пустынных глинистых степях ее заменяет чекан-плясун,
а в бугристых и барханных песках и всхолмленных каменистых
местах — пустынный чекан. Насколько стрепет — характерная
птица разнотравных и ковыльных степей, настолько джек типи-
чен для полынковой пустынной степи. Северная граница послед-
него проходит близко от южной границы стрепета. «Гнездовые
области обеих птиц лишь на ширину земного градуса покрыва-
ют местами одна другую»,— писал П. П. Сушкин (1908, с. 246)
о распространении этих видов.

Как и в злаковых степях, самые заметные ландшафтные пти-
цы глинистых пустынь и пустынных степей — мелкие зерноядные
насекомоядные виды жаворонков: малый жаворонок, обитатель
полынных участков, солонцов и слабо закрепленных песков и
очень на него похожий серый жаворонок, многочисленный на со-
лонцах, но избегающий песков. В холмистых местах с щебнистой
и хрящеватой почвой живет оседлый или почти оседлый казах-
станский рюм, или рогатый жаворонок (местная географическая
форма, принадлежащая к виду, широко распространенному в го-
рах и тундрах). Несколько южнее широко распространен хохла-
тый жаворонок, легко уживающийся и в песках, и на унылых
глинистых участках, почти лишенных растительности. Из назем-
ных насекомоядных птичек в глинистых пустынях обычны толь-
ко чеканы (пустынный и плясун), гнездящиеся преимущественно
в покинутых норках грызунов, и маленькая буланая славка. Она
особенно часто встречается там, где среди низких полыней тянут-
ся густые заросли пепельно-серого терескена.
Свойственных степям чибисов и кречеток здесь заменяют при-
надлежащие к тому же семейству наземные, очень быстро бегаю-
щие зуйки—-азиатский и толстоклювый. Трудно найти более го-
лые, плоские и унылые местообитания, чем солонцы и такыры,
которые особенно привлекают этих птиц. Азиатский зуек в отли-
чие от толстоклювого заходит отчасти в область злаковых степей,
но и здесь «держится по бесплодным солонцам или по худшим,
наиболее бедным площадям полынковой степи» (Сушкин, 1908,
с. 214).

День зуйки проводят в тени и оживляются только к вечеру,
проворно осматривая бесплодные солонцы в поисках насекомых.
Вода совершенно необходима для обоих зуйков, так же как и для
авдотки — своеобразного крупного ночного кулика с большими,
как у сыча, желтыми глазами и трехпалыми проворными нога-
ми, оставляющими следы, напоминающие тушканчиковые. Днем
авдотка скрывается, лежа в тени кустиков, причем отличная
криптическая окраска хорошо маскирует ее. (Русские зовут ее
лежень и глазач, что хорошо подчеркивает особенности этой пти-
цы.) Вечером авдотки летают на водопой и в это время огла-
шают пустыню громким тревожным свистом. Закрепленные буг-
ристые пески, обширные солончаки не далее 1—2 км от водо-
поя — излюбленные местообитания этой птицы. Она ловит жу-
ков, тарантулов, фаланг, гекконов, а при случае даже мелких
зверьков. По неутомимому бегу, умению скрываться и затаи-
ваться авдотка очень напоминает своего соседа — джека. (Се-
верная граница ее гнездового ареала идет около 50-й па-
раллели.)

Еще более характерна для пустынных степей и полосы, ле-
жащей южнее, саджа, или копытка (бульдурук). Она гнездится
в полынковых степях равнин, на щебнистых предгорных участках,
в песчано-злаковой слабовсхолмленной степи, но избегает обшир-
ных песков (распространена в Казахстане от р. Урала до оз. Зай-
сан). Любимые места кормежки этого вида — края такыров,
глинистые низины с солянками, где саджа собирает «таспата-
ра» — черепашье просо и другие мелкие зерна. Гнездо саджи —
простая ямка в почве; скорлупа яиц окрашена под цвет грунта.
Среди дня копытка надолго покидает гнездо и предоставляет
солнечному теплу продолжать насиживание, Подобным образом
поступают толстоклювый и азиатский зуек и ряд других птиц
пустыни. На водопой саджи слетаются целыми тучами; зимой
они лишь частично покидают свою гнездовую область, несколь-
ко перемещаясь в бесснежные районы пустыни. Из интересных
адаптивных черт строения этой птицы укажем на необычайно
толстую подошву ног, очень толстую кожу брюшка и темную ок-
раску пуха и нижних (основных) частей перьев. Все эти особен-
ности предохраняют птицу от излишнего перегрева (и ожогов) при
соприкосновении с раскаленной почвой, а также от проникнове-
ния вредных для организма лучей, в пустыне, по-видимому, весь-
ма активных, так как многие ящерицы имеют здесь черную брю-
шину, защищающую наиболее чувствительные органы — половые
железы и др. Отмеченные у саджи признаки свойственны также
рябкам и в некоторой степени стрепету и джеку. (Только у пос-
ледних глубокие части перьев окрашены не в черно-бурый, а в
красноватый цвет.)

Чернобрюхий рябок (кара-баур), заходящий на север до 49,5 а
с. ш., а на запад до Волги и Предкавказья, в Казахстане распро-
странен шире и равномернее, чем саджа, населяя в основном по-
лЬшные и полынно-злаковые полупустыни, бугристые пески и
щебнистые степи с холмистым рельефом. По образу жизни он на-
поминает саджу, как и белобрюхий рябок (кулан-баур), который
не гнездится севернее 47 °с. ш. Последнего особенно много по
обеим сторонам Сырдарьи на глинистых участках, в бугристых
песках и степях сухих предгорий. Перечисленные виды пустын-
ных рябков кормятся на оголенных участках, собирая мелкие се-
мена эфемеров, рассыпанные по земле. Это приземистые, корот-
коногие птицы, по общему облику напоминающие голубей, очень
острокрылы и быстры на лету. Замечательна их глинисто-желтая
окраска с мелкими пестринами, изумительно сходная с цветом
ярко освещенной почвы.

Если к сделанному перечню мы добавим журавля-красавку,
широко распространенного в пустынных степях (на юг до р. Сары-
су и Телеколя), и дрофу, которая заходит на окраины Кызылку-
мов и в восточную часть Бетпак-Дала, то список охотничьих птиц
пустыни будет исчерпан. Из ночных хищных птиц в пустынях не-
редок филин, но более част и характерен пустынный подвид степ-
ного сыча. Трудно найти другую птицу, столь легко приспособля-
ющуюся к самым различным условиям гнездования. Степной сыч
живет в трещинах скал, в норах по обрывам, в старых зимовках
и мазарах, в старых казахских могилах, в стенах колодцев, а на
окраине тугаев — даже в дуплах деревьев, хотя леса эта птица
определенно избегает. Охотится степной сыч за разными живот-
ными, начиная от жуков и тарантулов до ящериц, мелких птиц
и грызунов размерами с малого тушканчика и песчанку. Он хо-
рошо видит днем и часто сидит на телеграфных проводах у же-
лезной дороги рядом с зелеными щурками, голубыми сизоворон-
ками и нарядными удодами, где его легко наблюдать из окна ва-
гона. В пустынной степи и пустынной зоне сычик живет почти
оседло и на зиму только меняет место охоты, обычно приближа-
ясь к поселкам, где много воробьев и мышей.

Филин широко распространен в этой зоне, но повсюду отно-
сительно редок; для гнездования избирает береговые обрывы,
барханы или выходы скал в предгорьях, где можно найти защиту
от солнца в жаркие часы дня.

Из дневных хищников в пустынях обычен и широко распрост-
ранен канЮк-курганник, местами — степной орел и орлан-долго-
хвост. Там, где много зайцев-толаев, гнездятся орел-могильник и
даже беркут, причем первый устраивает свои огромные гнезда на
невысоких деревьях саксаула, второй чаще в горах, на уступах
скал. Есть в этой зоне и своеобразный орел-змеятник, вообще до-
вольно редкий на территории СССР. Основную его добычу со-
ставляют змеи, ящерицы, молодые черепахи. Выкормить своего
(обычно единственного) птенца змеятник может только в райо-
нах, богатых рептилиями. Этот крупный хищник встречается от-
носительно часто в Северном Прибалхашье, на юге Казахского
мелкосопочника и в предгорьях Каратау.

Рептилии в зоне пустынь Казахстана вообще играют довольно
значительную роль в цепях питания животных. В тугайной поло-
се Сырдарьи гнездится южный ястребок — туркестанский тювик,
который охотится главным образом за ящерицами и на зиму уле-
тает.

Родственные тювику северные ястреба — перепелятник и те-
теревятник— типичные птицееды, остаются зимовать в областях
с холодной зимой. Сокол-чеглок, не без основания причисляемый
обычно к самым опасным врагам мелких птиц, на Сырдарье охо-
тится по вечерам за гекконами и выкармливает ими своих птен-
цов (Спангенберг, Фейгин, 1936). Степная пустельга, буроголо-
вый ворон, саксаульная сойка, пустынный сорокопут и многие
другие птицы в массе поедают ящериц. Даже бродячие крупные
чайки нередко залетают далеко в пустыню, охотясь за такырны-
ми круглоголовками. Степных черепах поедают крупные перна-
тые хищники, а из четвероногих питаются ящерицами ушастые
ежи, лисицы, корсаки и др.

Наконец, среди самих рептилий имеется немало видов, охотя-
щихся за более мелкими представителями этой же группы (на-
пример, стрела-змея, варан и др.).

Некоторые особенности фауны песчаных пустынь. Большие
массивы песков, чередующиеся с глинистыми и суглинистыми про-
странствами, испещренными песчаными полосками и пятнами,
образуют почти сплошной пояс, охватывающий часть Казахстана.
В этом поясе, вытянутом с запада на восток от Волжско-Ураль-
ских песков до Зайсанской котловины, мы встречаемся с близки-
ми типами песчаных местообитаний. Отдельные элементы фауны
песчаных пустынь в Казахстане достигают на севере 52° с. ш.
(пески Наурзум и Аманкарагай), а к западу переходят границы
республики, проникая до северо-восточного Предкавказья, песков
левобережья Среднего Дона и даже низовий Днепра. Однако ос-
новные и наиболее богатые оригинальными видами псаммофилов
песчаные области расположены в южной половине центральной
части песчаного Казахстанского пояса (Кызылкумы, Приараль-
ские Каракумы, Муюнкум, Сары-Ишикотрау). К востоку, западу
и северу эта фауна заметно редеет.

По сравнению с соседними пространствами глинистых или
щебнистых пустынь пески отличаются значительным своеобра-
зием фауны, большей продуктивностью растительного и живот-
ного вещества. Несомненно, что легкость просачивания атмо-
сферных осадков в толщу песка, так же как и его способность
отдавать накопленную влагу корням растений, лежит в основе
указанной особенности живого покрова песчаных пустынь.
Через мощную корневую систему растений животные песков как
бы получают доступ к глубоко скрытым запасам влаги. С дру-
гой стороны, эти же особенности водного режима песков обеспе-
чивают большую продолжительность вегетации некоторых групп
многолетних растений (и соответствующую длительную возмож-
ность пользоваться зелеными частями этих растений), а также
произрастание многолетних древесных форм. Последние дают
животным хорошую защиту в течение всего года и ценный веточ-
ный корм (кора, почки, побеги) зимой. Наконец, легкость копа-
ния песка также имеет свои положительные стороны: животные
имеют возможность скрываться в песке от преследования и не-
благоприятных физических условий, а также пользоваться кор-
невищами растений как источником пищи и воды. Широкое рас-
пространение кустарников и деревьев (саксаулы, джузгун, пес-
чаная акация и др.) ведет к тому, что в песках в отличие от сте-
пей имеется много дендрофильных видов насекомых, рептилий
и птиц, т. е. экологически тесно связанных именно с древесной
растительностью (например, пустынная славка, саксаульная
сойка, саксаульный воробей и др.).

Среди видов-псаммофилов мы встречаем значительное коли-
чество эндемичных форм — автохтонов Арало-Каспийской низ-
менности, обширная часть ареалов которых располагается в пре-
делах Казахстана. Таковы, например, оригинальная пегая зем-
леройка, пустынный тушканчик Лихтенштейна, саксаульная сой-
ка и др.35

Некоторые виды, принадлежащие к этой фауне песков, имеют
более обширные ареалы, центр которых все же располагается в
Арало-Каспийской низменности (тонкопалый суслик, по-види-
мому, гребнепалый тушканчик и др.) Это своеобразие фауны
песков связано с весьма важным фактом — длительностью суще-
ствования особого «туранского» («среднеазиатского»), или «тур-
кестанского», центра возникновения пустынных форм. Вместе с
монголо-кашгарским и африканским (сахарским) очагами пу-
стыни Средней Азии были третьей областью, где возникли и
сформировались многие типичные животные песчаных пустынь
(Гептнер, 1938).

Если проследить более глубокие связи псаммофилов — энде-
миков Средней Азии и Казахстана, то окажется, что их родствен-
ные отношения уводят нас чаще в Африку, чем в Центральную
Азию.

Так, тонкопалый суслик ближе к африканским земляным
белкам, чем к настоящим сусликам, тушканчик Лихтенштейна
напоминает африканского Jaculus. Некоторые виды, свойствен-
ные пустыням Африки и проникшие в Среднюю Азию значительно
позднее, чем только что указанные формы, не успели образовать
здесь местных географических рас большего ранга, чем подви-
ды. Таковы, например, пустынная рысь каракал, которая, по-ви-
димому, встречается изредка в песках Приаральской части Ка-
захстана, и барханная кошка, очень обычная в Северной Афри-
ке, Южной Туркмении и найденная недавно А. |А. Слудским в
Казахстане. Среди птиц этих африканских форм еще больше
(египетский козодой, авдотка, саксаульный воробей и т. д.).

В энтомофауне сухих степей заметно преобладание различ-
ных кобылок и полужесткокрылых: в песках их место занимают
жуки. Из грызунов здесь доминируют песчанки (полуденная,
гребенчуковая и толстая), трехпалые тушканчики и заяц-толай.
Особенно много в песках (начиная от Волжско-Уральских до
Прибалхашских включительно) небольшой и проворной полу-
денной песчанки (зерноядная форма), более крупная гребенчу-
ковая песчанка живет по зарослям кустарников в понижениях
и по окраинам тугаев. Толская песчанка (по-казахски майтшкан,
кум-тшкан) отличается от указанных двух видов тем, что она
активна не ночью, а днем, образует большие колонии с очень
сложно устроенными норами, крайне неприхотлива в отношении
корма. Она ест зеленые части травянистых растений, луковицы,
веточки, корни и кору кустарников и др., обладает способностью
заселить местность с высокой плотностью. (Область, занимаемая
этой песчанкой в Казахстане, тянется от левобережья низовий
Эмбы 86 до восточной части Прибалхашья — долины р. Лепси, на
север до г. Иргиза.) Большая песчанка поселяется главным обра-
зом в закрепленных песках, в понижениях между барханами и
частично в глинистых пустынях. Близ Аральского моря ее норы
встречаются даже в самом полотне железной дороги, которому
роющая деятельность зверьков наносит существенные поврежде-
ния. Особенно вреден этот грызун для саксаульных лесов, поса-
док пескоукрепляющих растений и оросительных каналов. Отме-
чены также случаи его участия в эпизоотиях чумы *. Шкурки
толстой песчанки используются как недорогая, но массовая
пушнина.

В биоценозах песчаных пустынь толстая песчанка — один из
наиболее «влиятельных» видов: роющая деятельность ее создает
огромное количество убежищ для самых разнообразных живот-
ных, постоянное обгрызание приводит к гибели травянистую и
древесную растительность, вслед за чем появляются «язвы деф-
ляции» песков (рис. 32). Сама песчанка — Наиболее частая до-
быча хищных животных пустыни (курганника, лисицы, перевяз-
ки, хорька).

Из тушканчиков в песках доминирует мохноногий (рис. 33),
отлично приспособленный к быстрому бегу по рыхлому субстрату
(имеет жесткие волосяные щеточки на пальцах задних ног (рис.
34), хорошо копающий и успешно собирающий разнообразный
корм (семена и зеленые части растений, личинки, жуки и т. п.)
(рис. 35). В закрепленных песках по северной границе пустынь
к нему местами присоединяется емуранчик, а в Кызылкумах и

* В эпидемиологии чумы имеют значение также полуденная и гребенчуковая
песчанка, малый и желтый суслик.
Рис. 32. Кустик белой
полыни

Все побеги срезаны на сено
большими песчанками. Пе-
рекопанный грызунами пе-
сок унесен ветром и корни
полыни обнажились на глу-
бину 10 см (Приаральские
Каракумы, июнь 1947 г.)

Приаральских Каракумах также более мелкий пустынный туш-
канчик Лихтенштейна, относящийся к третьему роду этой же
группы. В дальнейшем, вероятно, будет констатирован и четвер-
тый, еще более замечательный вид — гребнепалый тушканчик,
известный пока из южных Каракумов и Кызылкумов (см. при-
меч. 21).

Заяц-толай, или песчаник,— один из важнейших видов про-
мысловых животных в песках и предгорьях южной половины
Казахстана. Он значительно мельче и быстрее русака, к кото-
рому очень близок по многим признакам (средний вес от 1,7 до
2,8 кг). На севере толай доходит до оз. Тенгиз и хребта Улытау,
но особенно многочислен в зоне северных пустынь, в песках,
поросших саксаулом, тамариском или в полосе песков с чингилем,
прилегающей к тугаям. В некоторые благоприятные для толаев
годы количество их настолько велико, что за дневную экскурсию
можно увидеть более сотни зверьков. В низовьях р. Или
Рис. 34. Следы задних лап мохноногого тушканчика на песке

Широкий отпечаток дает густая волосяная щетка, одевающая пальцы задних ног снизу.
Конечности этого зверька приспособлены к быстрому бегу по рыхлому песку

Рис. 35. Каучуконосный наплыв на нижней части стебля хондиллы, подко-
панной мохноногим тушканчиком в поисках личинки златки

Рис. 36. Задняя ступня длинно-
палого суслика

Длинные пальцы ног, когти, боль-
шие пучки волос образуют широ-
кую площадь опоры при беге по
рыхлому сыпучему песку и выгод-
ны при копанин нор

А: А. Слудский насчитывал в среднем до 12—15 зайцев на 1 га;
небольшие локальные скопления бывают и еще более плотные.
Так, в 1939 г. на той же р. Или несколько выше с. Ваканас я выг-
нал однажды из зарослей колючки чингиля площадью около
0,25 га более двух десятков толаев. В такие годы промысел очень
выгоден, так как дает казахам много отличного мяса для лично-
го потребления и шкурки, которые идут в заготовку. Ловят пес-
чаника главным образом в проволочные петли и капканы, по-
ставленные на тропах, причем один охотник за сезон при доста-
точном умении добывает до 400 и более штук. Неудивительно,
что охотники с семьями прикочевывают на зиму к пескам даже
из отдаленных районов, если промысел кум-куяна обещает быть
успешным.

На этого зайца охотятся орлы и орланы, молодых хватают
даже канюки-курганники; из четвероногих хищников толаев
преследуют лисица, волки, пятнистая и барханные кошки и
пустынная рысь каракал.

Толай, как и толстая песчанка, предпочитает закрепленные
пески, соседство древесной растительности.

На оголенных подвижных барханах ночью господствуют туш-
канчики, а днем — тонкопалый суслик. Этот зверек, близкий к
земляным белкам, населяющим Сахару, представляет жизнен-
ную форму, обладающую обширным набором адаптивных черт,
связанных с жизнью в песках. Очень толстая пигментированная
кожа, одевающая тело, и черная оболочка головного мозга пре-
дохраняют нежные органы от неблагоприятного воздействия
жестких световых лучей. Подошвы ног этого суслика одеты гус-
тым волосяным покровом (рис. 36) и не страдают от соприкос-
новения с раскаленным песком; величина опорной поверхности
ног, большая длина когтей дают ему возможность быстро бе-
гать по сыпучему песку и легко копать. Интересно строение мяг-
ких частей носа, позволяющее легко замыкать носовые щели,
чтобы предотвратить проникновение мелких песчинок в дыха-
тельные пути. Мне часто случалось видеть, как тонкопалый сус-
лик спокойно стоит на гребне бархана, курящемся от массы
песчинок, переносимых ветром, когда от песчаной бури мои гла-
за страдали даже под хорошими защитными очками. Отличия
зимнего и летнего меховых покровов этого зверька столь же рез-
ки, как температурный режим зимы и лета в песчаной пустыне.
Тонкопалый суслик не образует колоний. Он живет поодиночке
или рассыпанными группами, деятелен в течение всего года, бе-
гает быстро, как заяц, большими прыжками и ежедневно обсле-
дует обширные участки песков. Зимняя его шкурка используется
в пушном деле, но ценность ее невелика. В Казахстане тонкопа-
лый суслик населяет только обширные песчаные пустыни
Кызылкум, Куюнкум, пески Прибалхашья.

Пегая землеройка такой же типичный псаммофил, как тонко-
палый суслик и мохноногий тушканчик. Она замечательна своей
окраской: на сером фоне спины имеется большое беловатое
пятно, делающее зверька очень заметным. Несомненно, ее окрас-
ка относится к категории апосематических (отпугивающих):
мускусные железы делают этого зверька несъедобным для четве-
роногих хищников, обладающих тонким обонянием. Поэтому
зверьку выгоднее быть легко опознаваемым во избежание сме-
шения со съедобными для лисиц и перевязок серыми хомячками,
песчаниками и т. п. Пустынные сычи, мало разборчивые в пище,
охотно ловят пегую землеройку и являются важнейшими ее вра-
гами. Эта единственная землеройка-псаммофил распростра-
нена в Казахстане от Волжско-Уральских песков до Прибал-
хашья.

Самая характерная птица барханов и слабо закрепленных
песков — саксаульная сойка. Она встречается от Кызылкумов на
западе до песков Прибалхашья, где уже представлена местной
географической формой (илийская саксаульная сойка). Это на-
земная птица, которая ищет корм на песке и в песке, но гнездится
в кустах и часто взлетает на них, чтобы отдохнуть и осмотреть-
ся. Из других наземных форм в песках обычны хохлатый и ма-
лый, реже двупятнистый жаворонки. Серая куропатка местами
проникает на окраины песчаных пустынь из долин рек.
Большинство птиц, типичных для песчаных пустынь, связа-
но с древесной растительностью. Таковы белокрылый дятел,
пустынный сорокопут, гнездящийся в дуплах саксаульный воро-
бей, пустынный подвид славки-мельничка, маленькая буланая
славка и рыжехвостая славка. Пустынный, или буроголовый,
ворон обычно гнездится в бугристых песках на саксауле, но не
избегает и глинистых ровных пустынь при условии наличия хотя
бы тамариска, заброшенных глинобитных построек или скал.
Местами (например, к югу от Джаныдарьи) Спангенберг (1936)
с одного места насчитывал до 3—4 гнездящихся пар этих воро-
нов. Охотничий район пустынного ворона достигает несколь-
ких квадратных километров. Пустынный ворон выкапывает жу-
ков из песка или из-под обломков саксаула, вечерами подкара-
уливает при выходе из нор тушканчиков (чаще емуранчиков,
рано покидающих нору) и преследует даже зайцев-толаев.

Из крупных пернатых хищников в песках обычны канюк-кур-
ганник и местами орел-могильник. Пустынный сыч селится в
песках там, где есть обрывы с норами и нишами, вырытыми дру-
гими видами птиц. В таких же отвесных стенах среди пустыни
гнездятся щурки, береговые ласточки, домовые воробьи и др

Рептилиями пески очень богаты, причем число видов и осо-
бей ящериц значительно больше, чем змей; с весны часто встре-
чается здесь и степная черепаха, особенно по межбарханным
впадинам с богатым покровом из весенних эфемеров.

Для песчаных пустынь особенно характерны очень провор-
ные сетчатая и линейчатая ящурки, три вида круглоголовок и
гребнепалый геккон. Очень заметна также крупная степная ага-
ма, которая летом, спасаясь от жары, забирается на верхние вет-
ви кустов, где часами сидит неподвижно. Пойманная, она меня-
ет окраску, причем особенно обращают на себя внимание яркие
синие и лиловые оттенки ее горла, боков и брюха. За эту особен-
ность агаму иногда ошибочно называют хамелеоном.

С юга в пустыни Казахстана (на север до Аральского моря)
проникает серый варан — огромная ящерица, длина тела кото-
рой с хвостом нередко превышает 1 м. В нашей фауне это пред-
ставитель тропического рода, свойственного в основном Африке,
Южной Азии, Индии, Индо-Малайскому архипелагу и северной
части Австралии. Варан живет преимущественно в песках, но за-
ходит и в каменистые участки предгорий, избирая для отдыха
норы толстых песчанок и сусликов.

Из змей для песков характерны стрела и песчаный удавчик,
нередко заходят некоторые полозы и щитомордник.
ЖИВОТНЫЙ МИР ТУГАЕВ
И ТРОСТНИКОВЫХ ЗАРОСЛЕЙ
ЮЖНОГО КАЗАХСТАНА

На предшествующих страницах неоднократно приводились
примеры глубокого проникновения к югу северных животных по
«экологическим руслам» речных долин при одновременном ис-
пользовании этих же путей расселения некоторыми южными
формами. Например, проникновение по кустарникам саев в зону
разнотравных степе?! южной белобрюхой камышевки и желчной
овсянки. Обзор фауны тугаев рек Сырдарьи, Чу, Или показыва-
ет, что при бедности речных долин Южного Казахстана видами,
строго специфичными для этого типа местообитаний, они имеют
очень богатый и красочный животный мир, включающий нес-
колько очень ценных промысловых видов и ряд южных форм,
проникающих в зону пустынь только по «экологическим руслам»
тугаев и тростниковых крепей. Таковы, например, фазаны (раз-
ные подвиды в каждом изолированном речном бассейне), белох-
востый чибис, туркестанский тювик и маленькая совка — була-
ная сплюшка, спускающиеся вниз по долине Сырдарьи почти до
ее дельты и проникающие этим путем далеко на север от основ-
ного ареала в Средней Азии. Из южных форм млекопитающих
по тростникам Сырдарьи заходят бухарский, или тугайный, олень
и камышовый кот хаус. Последний проникает иногда до устья
Сырдарьи и до низовьев р. Чу. По речным долинам и тростникам
еще недавно был распространен тигр; изредка забегал с юга ша-
кал. Эти долины имеют крайне выгодные для многих животных
сочетания водоемов различного типа с древесными насаждения-
ми, зарослями тростника, участками луговой травянистой расти-
тельности, непосредственно прилегающими к такцрам, глинис-
тым пустыням и пескам. Иначе говоря, здесь снова встречается
мозаичное расположение биотопов, причем в этой мозаике огром-
ная роль принадлежит проточной воде, приносящей и отлагаю-
щей много органических веществ, обеспечивающей водопоями и
сочным растительным кормом всех потребителей из мира живот-
ных, которые не могут экономно использовать влагу обычных
кормрв пустыни. Продуктивность растительности здесь много вы-
ше, чем в соседних безводных участках; достаточно напомнить об
огромной массе сахаристых и мучнистых корневищ тростника,
рогоза и т. п., составляющих основной корм больших стад каба-
нов. Плоды селитрянки, дающей особенно высокие урожаи имен-
но в речных долинах, плоды джиды используют те же кабаны,
фазаны, зайцы-толаи и многие другие животные. Колючие за-
росли джиды, чингиля и др. (рис. 37) образуют множество от-
личных укрытий, без которых не могут существовать наземные
животные, располагающие только пассивными способами защи-
ты от врагов (фазаны, зайцы-толаи и т. п.).
Рис. 37. Колючий кустарник чиигиль

Одно из лучших защитных растений для живот-
ных тугаев — фазанов, зайцев и др. Плодами
чингиля питаются толан и др.

В фауне тугаев с наличием вы-
соких деревьев имеется несколько
типичных дендрофильных видов
птиц, живущих и гнездящихся толь-
ко на деревьях или в дуплах. На
Сырдарье это белокрылый дятел,
серая синица, черноголовый ремез,
буланая совка, ушастая сова, тур-
кестанская иволга и др. на р. Чу
этих лесных птиц значительно мень-
ше и по числу видов, и по числу
особей.

Особенно многочисленны в туга-
ях птицы, гнездящиеся на деревьях,
но собирающие корм на открытых
стациях лугов и прилегающей пу-

стыни—грач, сорока, черная воро-
на, обыкновенная и степная горлицы, туркестанский сорокопут
и др. Золотистая и зеленая персидская щурка, особенно охотно

кормящаяся над тростниками озер, часто отдыхает на сухих
ветвях деревьев и гнездится колониями в норках по обрыви-
стым берегам. В таких же обрывах, но ближе к воде и всегда
отдельными парами живет голубой зимородок, такой же наряд-
ный, как и щурки. Пожалуй, нигде в СССР нет такого количе-
ства зимородков, как на р. Или, хотя летом воды ее мутны, что,
казалось бы, должно затруднить охоту этой рыбоядной птички.

Мелкие насекомоядные птицы кустарников — западный тур-
кестанский соловей, славки и камышевки, птицы лугов — жел-
чная овсянка, белая и черноголовая туркестанская трясогузки,
разнообразные дневные хищники от чеглока и тювика до орлана-
долгохвоста дополняют список птиц, густо населяющих тугаи.
Из охотничьих птиц по сухим окраинам долины нередки серые
куропатки, а для центральной их части особенно характерны фа-
заны. Их в Казахстане несколько подвидов: северо-кавказский
(ныне сохранившийся только в дельте р. Волги, ранее был рас-
пространен по тростникам северного берега Каспия и низовьям
р. Урала); аральский фазан водится на островах Аральского
моря, в прошлом встречался также по тростникам его северного
берега), сырдарьинский фазан, населяющий долину Сырдарьи и
проникающий из нее на окраины прилежащих пустынь, и семи-
реченский фазан, сохранившийся в небольшом количестве в ни-
зовьях р. Сарысу и очень многочисленный по рекам Чу, Или,
в подходящих местах по предгорьям Тянь-Шаня и на некоторых
реках далее к востоку. При осенних кочевках нередко заходит
даже в сады Алма-Аты. На эту великолепную дичь охотятся не
только местные промысловики, но и спортсмены, приезжающие
из отдаленных городов. На р. Чу (между Гуляевкой и Сарыузе-
ком) фазанов так много, что туда ездят на охоту из Алма-Аты,
Фрунзе и других городов, даже из Новосибирска. В благоприят-
ные годы в большом количестве эта дичь встречается и в нижнем
течении р. Или. На сырдарьинских фазанов тоже охотятся. Одно
время сырдарьинских фазанов заготовляли для целей экспорта
и централизованного снабжения 37. Сырдарьинский фазан охот-
нее всего держится в участках, изобилующих озерами и протока-
ми, где характер местности крайне разнообразен. Наряду с камы-
шовыми крепями озер встречаются рощи джиды, заросли джин-
гиля, травянистые поляны открытой степи с разбросанными здесь
и там голыми площадями солонцов и хлебными полями. В сход-
ных условиях живут и семиреченские фазаны на р. Или. Летом
их выводки по утрам охотно выбегают за кобылками на полын-
ные участки пустыни, а позднее часто пасутся, склевывая ягоды
с колючих кустов селитрянки. Зимой в питании фазанов боль-
шую роль играют семена сорняков и мучнистые косточковые пло-
ды джиды. Выпадение глубокого снега гибельно для этой бегаю-
щей наземной и плохо летающей птицы. Фазаны при длительном
снежном покрове голодают, гибнут от истощения или, ослабев,
становятся легкой добычей хищников и браконьеров.

В кладке сырдарьинского фазана 8—16 яиц, однако и такая
высокая плодовитость на спасает птицу от гибели, если охота на
нее не будет урегулирована и на помощь не придет организация
заповедников.

Мир птиц, свойственный тростниковым зарослям и открытым
водоемам Сырдарьи, особенно богат в ее нижнем течении и на-
поминает уже знакомый нам по описанию озер степной зоны.
Здесь много поганок, чаек, больших бакланов, лысух, белощеких
и черных крачек, гнездятся лебеди-шипуны, серые гуси, красно-
носые и белоглазые нырки, савки, серые утки, узконосые чирки,
изредка также кряквы. Но совсем нет на гнездовье свиязи, ши-
лохвости и некоторых других северных уток, зато встречаются
не проникающие севернее малая поганка, малый баклан и ка-
мышница. Разнообразен состав цапель (серая, большая и малая
белая, рыжая, желтая, кваква, большая и малая выпи); много
розовых пеликанов, гнездящихся обширными колониями в глу-
бине затопленных тростников; несколько реже встречаются и
огромные кудрявые пеликаны. Мелкие птицы тростников также
довольно разнообразны и многочисленны. Особенно характерны
усатая синица, камышовый ремез, дроздовидная, белобрюхая,
индийская камышевка и некоторые другие.

В городах и поселках, расположенных над долиной Сырдарьи,
встречается как оседлый вид маленькая, приятно воркующая еги-
петская горлинка, столь характерная для населенных пунктов
среднеазиатских республик. Орнитофауна долин рек Чу, Или и
особенно Сарысу несколько беднее оырдарьинской вследствие
выпадения некоторых типичных лесных и кустарниковых южных
видов. Например, на Или нет желтой цапли, узконосого чирка,
малого баклана. Долина р. Чу по составу орнитофауны занимает
промежуточное положение между сырдарьинской и илийской.
Видов, обитающих в долинах этих рек, но не констатированных
на Сырдарье, значительно меньше. (Например, на скалах в до-
лине Или гнездится даурская ласточка — представитель мон-
гольской фауны.)

Среди млекопитающих, за исключением камышовой кошки
(хауса), совершенно нет видов, свойственных только тугаям Ка-
захстана. Все обитающие здесь формы принадлежат либо к лес-
ным (косуля, олень), либо к пустынным (гребенчуковая песчан-
ка, заяц-толай, длиннохвостая кошка), либо к обитателям и ле-
са, и тростников (солонгой, кабан и тигр).

Длиннохвостая кошка находит особенно благоприятные усло-
вия на границе тугаев и саксаульников, где ей обеспечены водо-
пой и охота на фазанов, зайцев, песчанок и сусликов. В некото-
рых частях долины Сырдарьи, Или и т. п. она более многочис-
ленна, чем где-либо в пределах Казахстана. На Или много также
солонгоев и косуль, а тростниковые крепи в дельтах рек издавна
служат основным убежищем кабанов. Торные кабаньи тропы
рассекают непролазные заросли тростника и выводят охотника то
к мелководным озерам, где звери летом вылавливают обсыхаю-
щих сазанов, то к зарослям селитрянки или посевам пшеницы.
Лисица и волк многочисленны в тростниках и саксаульниках
близ речных долин, где некогда в старину к ним присоединялся
и самый могучий хищник нашей фауны — тигр, постоянно прес-
ледовавший кабанов. Сравнительно недавно тигры еще встреча-
лись у северного побережья Аральского моря, в низовьях Сарысу
и Чу. Н. А. Зарудный (1915) писал, что тигры нередки на Сыр-
дарье ниже Кзыл-Орды и недавно встречались по всей реке до
Чирчика. Обычны они были в тростниках юго-западного Прибал-
хашья и по всем рекам, впадающим в Балхаш, а также в Джун-
гарском Алатау и в котловине оз. Зайсан, откуда забегали доли-
ной Иртыша до Семипалатинска и далее. Частые пожары трост-
никовых крепей, вырубание тугайных зарослей, быстрое умень-
шение количества диких свиней — основного корма тигра и по-
стоянное преследование охотниками привели к почти полному
истреблению этого хищника. По сведениям, собранным
А. А. Слудским (1939), единичные тигры теперь сохранились
только в дельте р. Или (за период 1928—1939 гг. убито всего 5—
6 экз.), но и здесь они, видимо, доживают последние дни. Обитая
в самых недоступных местах обширных тростниковых крепей,
тигр теперь, естественно, не встречает домашних животных и лю-
дей. Случаи нападения тигров на домашний скот (лошадей, вер-
блюдов) за последние 20—25 лет совершенно прекратились. Еще
менее опасен тигр для человека. Питаясь кабанами, косулями и
даже более мелкими животными, тигры сейчас не способны при-
носить существенного вреда и должны быть взяты под охрану.
В жизни кабана, лисицы и многих других животных, населяю-
щих тростники, большое значение имеет крупная азиатская, или
перелетная, саранча — по происхождению вид тропический или
субтропический. Она откладывает яйца в особых «кубышках» в
почву теплых и влажных мест — зарослей тростника, камыша,
водяной гречихи и т. п. Саранчуки кормятся главным образом
злаками и нередко начисто объедают огромные участки зарослей
тростника, оставляя только голые сухие стебли. Через 10—12
дней после окрыления начинаются миграции стай, причем тучи
саранчи, прожорливость которой вошла в поговорку, могут вне-
запно появиться на культурных землях с недозревшими посевами
в 200—300 км и более от места отрождения. В Южном Казахста-
не перелеты саранчи бывают и днем и ночью. Борьба с мигрирую-
щей саранчой трудна и нерациональна, ее ведут теперь в основ-
ных гнездилищах, заранее учитывая залежи кубышек и отыски-
вая кулиги отродившихся саранчуков. При разведке саранчи
большую помощь оказывают грачи и кабаны, усердно занимаю-
щиеся выкапыванием и поеданием кубышек, а около отродивших*
ся кулиг всегда бывают большие скопления разнообразных птиц
(в том числе и фазанов).

Стада кабанов концентрируются в тростниках, где много са-
ранчи, и, стряхивая насекомых на землю, кормятся ими все ночи
напролет (в таких местах даже существовал такой особый способ
охоты — подкарауливание кабанов на саранче).

В пределах Казахстана очаги размножения саранчи были вы-
тянуты прерывистой полосой от крайнего запада до Зайсанской
котловины включительно (Дюков, 1936). Есть указания на нали-
чие ее гнездилищ в тростниках Камыш-Самарских озер, устье
р. Урала, по северному берегу Каспия (и возможно, на Мангыш-
лаке). Большой и давний очаг находился в долине Сырдарьи.
Небольшие гнездилища были в долинах рек Чу и Талас. Сущест-
вовал и очень большой сложный Илийско-Балхашский очаг, к ко-
торому с востока примыкает ряд более мелких на р. Лепси, Кара-
тал, Аягуз и др. Наконец, значительные очаги имелись в системе
озер Алаколь и Сасыкколь и на оз. Зайсан с долиной Черного
Иртыша, причем последний очаг «подновлялся» прилетами стай
саранчи из Китая с оз. Эбинур и др., для чего ей приходилось пе-
реваливать через Тарбагатай и т. п. К северу небольшие и, види-
мо, непостоянные гнездилища азиатской саранчи находились еще
в долинах рек Иргиза, Тургая и оз. Тенгиз. Перечисленные гнез-
дилища, возможно, представляли часть единого колоссального
очага, восточный конец которого терялся где-то в Китае, а за-
падный, выйдя из пределов Казахстана, охватывал северные бе-
рега Каспийского моря и еще не так давно тянулся вплоть до
устьев Днестра и Дуная (Дюков, 1936). Касаясь основных осо-
бенностей этих очагов, Н. Н. Филипьев (1929) писал, что знойное
лето дает из года в год достаточное, даже избыточное, количество
тепла, умеряемое близостью воды. Это места, где саранча наибо-
лее многочисленна и постоянна, в большом гнездилище она не пе-
реводится никогда. То та, то другая его часть всегда действует.
Эти места лежат к югу от оси затропического максимума, вне
циклональной зоны, поэтому нет и согласования в размножении
с другими районами, которые все находятся под влиянием запад-
ных ветров.

В заключение нужно отметить, что огромная растительная
масса, ежегодно продуцируемая на водоемах южных озер и реч-
ных дельт, не имела достаточного количества потребителей, если
не считать саранчи.

С 1935 г. в Казахстане начата акклиматизация ондатры —
американской мускусной крысы, дающей отличный мех и вполне
съедобное мясо. Этот грызун (вес взрослой особи около 1 кг) жи-
вет на озерах, используя зеленую массу прибрежных и плаваю-
щих растений. Весной 1935 г. небольшая партия ондатр была вы-
пущена в оз. Теликоль (Сырдарьинский район). Зверьки быстро
размножились, заселяя все озера и низовья р. Сарысу. Однако в
1936 г. из-за маловодья большинство озер высохли и ондатра вы-
мерла, сохранившись только в четырех небольших водоемах. Осо-
бенно благоприятные условия ондатра нашла в дельте р. Или,
куда в 1935—1936 гг. в два приема было выпущено 818 зверьков.
К 1938 г. ондатра встречалась уже по всему нижнему течению
р. Или от пос. Курты до оз. Балхаш включительно, а также по
протокам р. Или — Топару и Джидели. В настоящее время в этом
районе охотники ежегодно добывают сотни тысяч отличных шку-
рок ондатры, что дает очень большие доходы местному населе-
нию и промысловикам-сезонникам, привлекаемым со стороны.
Ондатра приступает к размножению с половины марта и в Ка-
захстане за лето успевает принести до 4—5 выводков при 7—
10 детенышах в каждом помете. Живет ондатра или в береговых
норах, или в «хатках», построенных на мелководье, сооруженных
из тростника, веток и т. п., высотой до 1,5 м с ходами, открываю-
щимися под водой, и сухой камерой, расположенной выше уров-
ня воды. Успех акклиматизации ондатры на р. Или побудил к
более энергичным мерам по обогащению водоемов Казахстана
этим новым промысловым животным. В настоящее время ондат-
рой заселены водоемы в одиннадцати областях Казахстана, в том
числе низовья р. Тургай, озера Кургальджин и Алаколь, р. Коксу
и др. Организовано несколько государственных ондатровых хо-
зяйств. На родине ондатры в США хорошие ондатровые угодья
по доходности с гектара стоят выше, чем любые пахотные земли.
Это говорит о большой перспективности ондатроводства в Ка-
захстане и о серьезном охотохозяйственном значении его трост-
никовых зарослей, когда-то считавшихся «неудобными землями».
ЖИВОТНЫЙ МИР

ГОРНЫХ ОБЛАСТЕЙ КАЗАХСТАНА

Высокие горные хребты, пересекающие или ограничивающие
пустыни Казахстана, вносят много своеобразного в животный
мир этой страны. Примыкая к обширным горным .областям
Центральной Азии, хребты Казахстана служат отчасти убежи-
щами— рефугиумами, в которых сохранились отдельные эле-
менты древней местной фауны, отчасти путями расселения типич-
ных горных животных, происходящих из других центров видооб-
разования.

Йаличие вертикальных горных поясов, меняющих свой облик
в зависимости от местоположения и направления хребта, крутиз-1
ны и экспозиции его склонов, вызывает разнообразие и пестроту
местообитаний, которым свойственна столь же разнообразная
фауна, образующая комплексы, нередко сменяющие друг друга
на меньших участках, чем это наблюдается на равнинах. Своеоб-
разие экологической обстановки в горах заключается в том, что
животные на относительно малых отрезках территории находят
большой набор местообитаний, пригодных для жизни в разные
сезоны года.

Нередко горные козлы, или улары, перебравшиеся за 0,5 км
через низкий гребень со склона северной экспозиции на южный,
находят совершенно иные метеорологические и кормовые усло-
вия. Это дает возможность существовать в горах оседло или поч-
ти оседло весьма разнообразной фауне. Большие перекочевки
млекопитающих и дальние перелеты птиц, столь характерные
для многих обитателей равнин Казахстана, у значительной части
горных животных или совсем отсутствуют, или принимают фор-
му очень коротких миграций по вертикальным поясам. Вместе с
тем отдельные горные цепи, системы, окруженные глубокими до-
линами и обширными равнинами, представляют для Многих тор-
ных животных изолированные области, ограниченные непрохо-*
димыми пространствами. Ч. Дарвищ подчеркивая характерную
для горных фаун изолированность, говорил, что «горы — это ост-
рова на суше». Географическая изоляция благоприятствует обо-
соблению отдельных популяций животных, процессу видообразо-
вания и сохранению реликтовых форм. В степях Казахстана поч-
ти на всем протяжении республики с запада на восток живет
только один вид сурка. А в горах южной части Казахстана на го-
раздо меньшем пространстве обитают три вида: сурок Мензбира,
сурок красный, или гималайский, и серый (алтайский). Учитывая
разнообразие и сложность горной фауны, мы можем дать здесь
лишь очень краткий и далеко не полный ее очерк.
Алтай и Тарбагатай

На крайнем востоке пустынно-степную зону замыкают горные
хребты Алтая и Тарбагатая, отличающиеся большим обилием
атмосферных осадков, чем прилегающие равнины. Особенно ин-
тересны вертикальные пояса Алтая, которые вносят в природу
Казахстана картины, свойственные хребтам Южной Сибири. Та-
ковы широко распространенные в Казахстанском Алтае светлые
лиственничные леса с их фауной, занимающие меньшую площадь
елово-пихтовые и елово-кедровые леса, а также участки «боль-
шетравья», ерниковые и дриадовые горные тундры и т. п.

В поясе степных предгорий и по широким долинам здесь рас-
пространены многие виды, уже знакомые нам из описания степей
Казахстана: дрофа и стрепет, серая куропатка, степной подвид
белой куропатки, полевой жаворонок (а на пустынных участ-
ках—малый жаворонок), серая полевка, хомяк, домовая мышь,
степной хорь и др. Но уже в этой вертикальной зоне встречаются
виды, не отмеченные в ранее рассмотренных зонах равнин: пред-
ставитель китайско-монгольской группы — подземный грызун-
корнеед цокор, роющийся наподобие крота, алтайская мышов-
ка, американо-сибирский длиннохвостый суслик, заменяющий
малого суслика, который к востоку доходит только до Зайсан-
ской котловины. На степных склонах и горных лугах раскинуты
колонии серого, или алтайского, сурка. Даурская, или бородатая,
куропатка (представитель северо-монгольской фауны) распро-
странена здесь шире, чем европейская серая. В кустарниках
обычна желчная овсянка, очень обильная в предгорьях и тугаях
Южного Казахстана и Узбекистана.

Уже в Калбинском хребте (или Калбинском Алтае, располо-
женном к западу от Иртыша), имеющем лишь незначительные по
площади сосновые леса и густые заросли лиственных пород по
долинам, встречаются типичные лесные животные — белка (ме-
стный калбинский подвид), бурундук, летяга, беляк, медведь,
рысь и др. На вершинах Калбинского хребта держатся горные
бараны, а его сырые долины населяют кроты, которые, как было
указано, отсутствуют во всем равнинном Казахстане. В этом же
вертикальном поясе с долинными лиственными лесами и умерен-
но быстрым течением рек в старину водились бобры.

Речной бобр очень благодарный объект для реакклиматиза-
ции, поэтому приведем почти забытые указания Г. С. Карелина,
которые помогут наметить места для восстановления ценного
пушного вида в фауне Казахстана: «1 августа (1840 г.) ездили на
р. Курчум. Берега ее очень лесисты и изобилуют зверями всякого
рода. Особенно много медведей, росомах, рысей, диких кошек,
куниц, соболей, белок (черных), бурундуков и выдр. Есть и боб-
ры, но очень редко. Напротив того, очень много бобров в
р. Кальджире»38.

Горная тайга Казахстанского Алтая имеет животный мир, ти-
пичный для лесов Южной Сибири. Здесь обычны красные и крас-
но-серые полевки, землеройки-бурозубки, алтайские кроты, про-
ворные полосатые бурундуки посвистывают в светлых листвен-
ничных лесах или в горных кедровниках, заготовляя осенью кед-
ровые орешки для своих кладовых. С ними конкурируют слетаю-
щиеся в урожайные насаждения стаи кедровок и широко кочую-
щие белки (в горных лесах Алтая живет сравнительно мелкая
географическая форма белки с дымчато-темным зимним мехом и
черным хвостом). Из хищников здесь обычны медведь, колонок,
солонгой и рысь, в недавнее время были широко распростране-
ны соболь * и каменная куница. Несколько лет назад в целях ак-
климатизации были выпущены уссурийские енотовидные собаки,
которые прижились и расселились по речным долинам восточной
части Казахстана.

Из копытных в скалистых участках тайги обычна кабарга,
а на сухих безлесных отвесах и гребнях — горные сибирские коз-
лы. За козлами, кабаргами и горными баранами охотятся ред-
кие на Алтае красный волк, ирбис, или снежный барс, и более
обычные росомаха и волк.

Фауна мелких лесных птиц богата и разнообразна. Здесь мно-
го перелетных насекомоядных видов, появляющихся только на
лето, и оседлых-—всеядных и зерноядных. Из последних особен-
но заметны клесты-еловики, поползни, гаички, синицы московки,
кукши и различные дятлы. Дятлов здесь шесть видов — желна,
седоголовый, трехпалый, белоспинный, большой и малый пест-
рые. Промысловые птицы хвойного леса — глухарь и местами
очень многочисленный рябчик — также оседлы и совершают лишь
небольшие перекочевки. Тетерев-косач очень многочислен на Ал-
тае, но держится главным образом ниже хвойного леса, в лист-
венных лесах и кустарниках. Дневные хищные птицы, столь
обычные в степях, в тайге малочисленны, зато здесь разнообраз-
ны совы, способные подкарауливать зверьков, снующих на земле
в полумраке под покровом леса. Особенно характерны для тайги
ястребиная сова и мохноногий сыч. На горных речках, как и за-
паднее, в Тянь-Шане, обычны оляпки, а в местах богатых ры-
бой— крохали, гнездящиеся даже на значительных высотах.

В субальпийской и альпийской областях Алтая фауна значи-
тельно беднее, чем в лесах, но зато в ней много своеобразия. В ер-
никах многочисленна белая куропатка, а на щебнистых участ-
ках — более мелкая тундряная куропатка, также белеющая на
зиму. Гнездится здесь тундровая птица — ржанка-сивка, а также
горный дупель, горный конек и осторожная крупная алтайская
горная индейка, или улар. Она же населяет высоты Монгольского
Алтая и Хангая. Интересно, что западнее, начиная с Тарбагатая,
водится уже другой вид — гималайская индейка. Это говорит об

* В Казахстане соболь встречается теперь лишь в Восточно-Казахстанской
области в верховьях р. Курчум, по рекам Хамир и Тургусун, в верховьях
рек Бухтармы, Белой, Бобровки, Тесной и в немногих других местах
(Слудский, 1939).
определенных различиях в истории формирования высокогорной
фауны Алтая и хребтов, тяготеющих к Тянь-Шаню.

Серый сурок, обычный на степных склонах, заходит и на высо-
когорные луга, где изредка встречается и длиннохвостый суслик.
Из мелких зверьков наиболее обычны здесь стадная полевка и
алтайская сеноставка, живущие на лугах с «курумами» — камен-
ными россыпями — й частично проникающие в лесную зону. *

В Тарбагатае пояс леса отсутствует, а область приледниковых
полей, по причине незначительности высоты хребта выражена
только на вершине Тастау. В. А. Хохлов (1928, с. 16), много рабо-
тавший в этом районе, пишет: «Тарбагатай по сравнению с Сау-
ром очень беден. Тут нет наиболее концентрирующей жизнь зоны
леса, да и самый характер гор более пустынный также вследст-
вие меньшего количества ключей и рек. Наоборот, развитыми яв-
ляются альпийские луга и кустарниковая зона, что вместе с его*
скалистостью и пустынными ущельями делает пейзаж однообраз-
ным и более пустынным...»

Г. С. Карелин произвел рекогносцировочное обследование
фауны Тарбагатая еще в 1840 г., когда природа края была мало*
изменена воздействием человека. В дневниках Карелина имеется
такая запись: «В Тарбагатае прежде водилось множество разно-
родных зверей; последняя жестокая зима много их погубила,,
из остальных большая часть разбежалась. Редко попадаются оле~
ни или маралы, чаще — дикие большие кошки, лисицы очень хо-
рошие, медведи и архары, более всего сурков, но на северном
склоне. На северном же отроге — каменные рябки острохвостые^,
а по всему Тарбагатаю красные утки, тетерева особой породы,,
горлицы и изредка фазаны»39.

Сурок, о котором говорил Карелин, — это серый, или алтай-
ско-тянь-шаньский; его и сейчас еще много в Тарбагатае. Коло-
нии его отдельными пятнами разбросаны от сухих степей пред-
горий до высокогорных лугов. На последних встречаются также
стадная и серая полевки и охотящийся за ними солонгой. Высо-
кие части хребта населяет также горный баран архар. В кустар-
никах долин встречаются и степные и лесные зверьки; здесь мно-
го зайцев-беляков, малых степных сеноставок, хомяков, серых по-
левок, полевых и лесных мышей, а из хищников — горностаев и
барсуков. Из типичных таежных видов сюда проникает только
полевка-экономка; характерных для Алтая колонка, росомахи и
соболя в Тарбагатае нет. Но каменная куница встречается, хотя
и изредка. Будучи мало связанной с лесом, она и здесь, как на
Южном Алтае, держится по скалам и россыпям. Этот вид— пред-
ставитель фауны европейского типа — в хребтах, расположенных
западнее (Джунгарский Алатау, Заилийский Алатау и др.), ста-
новится более обычным. Представителем европейской фауны
нужно считать и лесную соню, встречающуюся в Тарбагатае по
лиственным рощицам; в горах на юге Казахстана это обычный и
характерный грызун. В альпийской зоне Тарбагатая гнездятся
тундряная куропатка и сивка-ржанка, а в арчевниках уже ветре-
чается характерный представитель фауны гор Центральной и
Средней Азии — арчевый дубонос. В предгорьях широко распро-
странен алтайский цокор. Таким образом, некоторые таежные и
даже тундровые элементы еще проникают сюда, но уже господ-
ствует степная и горностепная фауна, лесная очень бедна и рас-
пространена спорадично. В связи с этим может показаться стран-
ным, что в Тарбагатае обычны медведи (отмечено еще Карели-
ным), которых мы привыкли считать обитателями обширных ле-
сов. Медведи Тарбагатая кочуют по всем горным поясам, не из-
бегая при этом открытых степных склонов. На последних они бы-
вают очень часто, так как летом промышляют главным образом
сурков, выкапывая их из глубоких нор, что требует от хищника
большой и упорной работы. Много медведей и далее к западу,
в Джунгарском и Заилийском Алатау, где имеется более богатый
•ассортимент растительных кормов (ягоды ежевики, плоды ди-
кой яблони и т. д.).

Хребты, расположенные западнее Тарбагатая, например
Джунгарский Алатау, отличаются большими высотами и более
правильным распределением вертикальных поясов. Число сибир-
ских видов резко сокращается уже на Тарбагатае, далее к запа-
ду роль их становится ничтожной и одновременно возрастает до-
ля участия представителей северо-африканской, китайской и ев-
ропейской фауны. Мы остановимся на описании животного мира
наиболее интересного и лучше изученного Заилийского Алатау.

Заилийский Алатау и Западный Тянь-Шань

В отличие от Алтая, где нижний пояс занят горными вариан-
тами степей, подножие Заилийского Алатау с севера окаймлено
широкой полосой полынных глинистых и щебнистых пустынь.
Для животного мира последних характерно обилие рептилий,
особенно степных черепах, жаворонков, пустынных чеканов,
•чернобрюхих рябков, а из млекопитающих — некоторых тушкан-
чиков, зайцев-толаев и т. п. Джейраны местами еще нередки в
этих подгорных пустынях, а зайцы-толаи концентрируются близ
понижений с кустарниками и высокими злаками. Большие коло-
нии толстых песчанок, характерные для песчаных пустынь, от-
дельными пятнами проникают и в полосу предгорий. Восточнее
Алма-Аты в ряде точек найдена краснохвостая песчанка (свой-
ственная Синьцзяну, Индии, Ирану, равнинам и предгорьям
•Средней Азии). В Казахстане краснохвостая песчанка относи-
тельно многочисленна только в предгорных районах Западного
Тянь-Шаня, где сильно вредит зерновым посевам и техническим
культурам.

Состав фауны самого хребта, имеющего все зоны — от луго-
вых степей и лиственных лесов до альпийской зоны и пояса снеж-
ников, смешанный, с очень сложным переплетением видов раз-
ного происхождения и различной древности. Анализ орнитофау-
ны Заилийского и Кунгей-Алатау, произведенный недавно
М. Н. Кореловым (1939), показал, что птицы, широко распростра-
ненные в Палеарктике, составляют 30% от числа видов, гнездя-
щихся в этих хребтах, представители сибирского и европейского
типов — по 18%, тибетские— 14, монгольские — 11 и китайские —
4%. При этом птицы распределены по биотопам в соответствии
с теми экологическими условиями, в которых сформировались
данные виды. Особенно это ярко проявляется в отношении сле-
дующих биотопов: лиственные леса населены в основном видами
европейского типа фауны, еловые леса — сибирскими, арчевни-
ки — в основном видами китайского типа, скалы и осыпи снего-
вого пояса — исключительно тибетскими. Сходное положение
можно отметить и в распределении млекопитающих.

В предгорной полосе сухих и разнотравных степей, чередую-
щихся с кустарниками долин, полями и фруктовыми садами,
фауна птиц указывает на преобладающую роль культурного
ландшафта. Особенно характерны обыкновенный скворец и гал-
ка, полевой жаворонок, просянка, степная пустельга, в садах и
кустарниках — ястребиная славка, индийская иволга, черноло-
бый сорокопут и др. Млекопитающих мало, это преимущественно
мелкие зверьки степи и кустарников.

В зоне лиственного леса, располагающегося близ Алма-Аты
на высотах от 1000 до 1600 м, резко выражены отличия склонов
северной и южной экспозиций. Первые заняты участками осин-
ников и яблоневых лесов, пышными разнотравными лугами,
вторые — преимущественно кустарниками, пятнами степи, осы-
пей и скал. Птиц, характерных только для этой зоны, сравнитель-
но мало, но орнитофауна богата по составу видов и особей. Здесь
много обыкновенной иволги, седоголовых щеглов, тянь-шаньских
белых лазоревок, зеленых пеночек, черных дроздов, восточных
соловьев; нередки крупные лесные голуби — вяхири, перепел,
бородатая куропатка и фазан. По ночам часто слышны голоса
совок сплюшек. Млекопитающих много, причем есть ряд видов,
типичных для этой зоны. Здесь встречается дикобраз, на зиму
впадающий в непродолжительную дремоту, напоминающую
спячку, лесная соня и тянь-шаньская мышовка (оба эти грызуна
зимоспящие), стадная полевка, лесная и полевая мышь, серый
хомячок, из землероек — белозубка и малая бурозубка, из хищ-
ников—ласка, горностай, лиса и волк. Особенно много барсу-
ков, для которых в этом комплексе биотопов имеется много
благоприятных условий. Копытные представлены очень много-
численной косулей и кабаном, в старину эта зона была населена
также маралом, который сейчас держится преимущественно в
более высоком поясе гор.

Уже на высоте 1300 м появляются одиночные ели, которые
выше, на северных склонах, образуют сплошные еловые насаж-
дения; южные склоны — степные, с типчаком, реже пыреем, на
каменистых участках — кустарники. Зона еловых лесов облада-
ет наиболее своеобразным составом птиц; особенно характерны
для этого комплекса местообитаний тянь-шаньский подвид кед-
ровки, которая, как и обычный здесь клест-еловик, пита-
ется семенами ели, лесной конек, пищуха, черная синичка, джун-
гарская гаичка, тянь-шаньский королек, голубоголовая горихво-
стка, черногорлая завирушка, крапивник и еще три формы,
пришедшие из тайги,—-трехпалый дятел, мохноногий сыч и
ястребиная сова. Из других хищников здесь обычны лесной ка-
нюк, перепелятник, ушастая сова и филин. Охотничьи птицы,
свойственные этой зоне, — тетерев, степная горлица; из лежащих
ниже участков изредка заходит перепел и бородатая куропатка.
Среди птиц тянь-шаньских ельников много эндемичных видов и
подвидов, есть они и среди млекопитающих. Такова, например,
тянь-шаньская рыжая полевка, очень обычная и хапактепная для
этой зоны, и тянь-шаньская мышовка. Из насекомоядных в ель-
никах встречается землеройка бурозубка, а на ручьях и речках —
водяная кутора. Мыши, обычные в нижних зонах гор, выше ста-
новятся редкими и уступают свое место полевкам. Сначала на
высотах около 1500 м исчезает домовая мышь, а следом за ней
на уровне около 3500 м — также лесная. На больших высотах
(луга и скалы выше уровня леса) встречаются только полевки —
тянь-шаньский подвид стадной и скалистая. Из других грызу-
нов— потребителей зеленой массы для высокогорья характерны
красная пищуха (сеноставка) и два вида сурков. Грызунов-се-
меноедов здесь совершенно нет.

Частично вклиниваясь в пояс ельников, распространена арча,
выше елового леса образующая особый пояс арчевников, в ко-
торый входят и пятна субальпийской типчаковой и кобрезиевой
степи. Из птиц, типичных для этой зоны, нужно назвать арчового
дубоноса (тесно связан с этой формой можжевельника, так как
питается его семенами), расписную синичку, красногорлого со-
ловья, быть может, также стенолаза-краснокрыла — родственно-
го лесным пищухам обитателя отвесных скал. Преимущественно
в этой зоне живут также ворон и красноспинная горихвостка.
На озерах и галечных отмелях больших рек в этой же области
живет интересный кулик — серпоклюв, вид тибетского происхож-
дения. С горных лугов в пояс арчевников нередко проникает и
гималайская горная индейка, более характерная для альпийской
зоны с ее снежниками, пятнами степи, скалами и ледниками.
Здесь вместе с уларом живут альпийская галка и клушица, ал-
тайский вьюрок, вьюрок Брандта, горный конек, краснобрюхая
горихвостка (рис. 38) и типичный хищник высокогорья ягнят-
ник-бородач. В поисках падали бородач нередко спускается и
ниже, в область, где господствуют грифы и сипы, но гнездится
всегда на больших высотах.

Из крупных млекопитающих у верхней границы растительно-
сти, т. е. на огромных высотах, держится только горный козел
(тау-теке) (рис. 39), в Семиречье встречающийся от 2400 до
4500 м. Ниже 4000 м к нему присоединяется архар, область оби-
тания которого в обжитых районах Семиречья не заходит ниже
2400 м. В менее людных и безлесных горах Казахстана, где гор-
Рис. 38. Краснобрюхая горихвостка

ные луга непосредственно смы-
каются с горными степями,
архары спускаются значитель-
но ниже. В ряде районов За-
илийского Алатау горных коз-
лов и баранов еще очень мно-
го; тау-теке к зиме нередко
соединяются в стада по сотне
и более голов. Охотясь пре-
имущественно за крупными
копытными и отчасти за ула-
рами и мелким рогатым ско-
том на джейляу, бродит в го-
рах ирбис. По В. Н. Шнитни-
кову (1936), зона, занятая

этим хищником в Семиречье,
ограничена высотами 2400—3700 м. Тянь-Шань-—единственная

область в СССР, где ирбиса сохранилось еще довольно много,
хребты этой горной страны, находящиеся в пределах Казахской
ССР, пожалуй, наиболее густо населенная часть ареала этого
хищника. Ирбис дает красивый декоративный мех и, пойманный
живым, очень ценится как объект для содержания в зоопарках.
Красный волк обитает в сходных условиях (на высотах 3000—
3500 м), но повсюду редок и, по-видимому, должен быть при-

числен к вымирающим животным.

Несколько шире распространена по высотам каменная куница,
обитающая в скалистых участках и выше уровня леса, и в зоне
ельников. Еще большее число высотных ступеней занимают со-
лонгой (сусленник), заменяющий в горах степного хорька,
тянь-шаньский подвид бурого медведя, барсук, горностай (подни-
мается до 3800 м) и в особенности лисица, распространенная
от пустынь предгорий до арчевников и альпийских лугов, и обык-
новенный волк, проникающий до 3800 м, где он охотится за коз-
лами и архарами. Эти широко распространенные виды местами
очень обычны в горах, но не могут характеризовать фауну опре-
деленных вертикальных поясов. Зато обширные колонии сурков
и далеко слышные крики этих заметных дневных зверьков при-
дают некоторым участкам гор своеобразный облик и заслужи-
вают специального упоминания. Серый, или алтайско-тянь-шань-
ский, сурок, обычный в Тарбагатае, распространен также в Джун-
гарском и Заилийском Алатау. Он населяет степные и луговые
участки на высотах от 2000 до 3500 м, особенно предпочитая
места с рассеянными обломками скал, под которыми роет норы,
лужайки с пятнами осыпей и влажными низинами; иногда «но-
рится» под корнями елей и в арчевниках.

В горах Бостандыкского района (Южно-Казахстанская об-
ласть 40) по горным лугам бассейнов рек Пскем, Угам и Четкая
(западная часть Таласского Алатау и Чаткальский хребет) жи-
вет мелкий и редкий, видимо вымирающий, сурок Мензбира.
описанный сравнительно недавно и имеющий очень небольшой
ареал.

Красный, или гималайский, сурок встречается по Киргизско-
му хребту и главной цепи Таласского Алатау. Это обитатель суб-
альпийских и альпийских лугов, редко спускающийся на степ-
ные склоны и, наоборот, часто достигающий снеговой линии. По
мере движения от пустыни предгорий к верхним поясам быстро
сокращается число видов и количество особей рептилий. В этом
явлении — полная аналогия с падением удельного веса репти-
лий в фауне по мере движения к северу. Замечательна общая
биологическая черта, объединяющая ящериц и змей, достига-
ющих альпийской зоны в горах Казахстана; все они живородя-
щие, подобно гадюке и живородящей ящерице, проникающим в
тайге за полярный круг. А. М. Сергеев (1940) подсчитал, что
ящерицы предгорной полосы Семиречья все яйцекладущие (жи-
вородящих среди них нет); на высоте около 2000 м живородящих
видов 50%, а выше 2500 м — уже все 100%.

Глазчатая ящурка, свойственная степным склонам и лугам
высокогорья, в Казахстане не встречается ниже 1500—1700 м,
а поднимается до 3000. Столь же высоко в Тянь-Шане идет ал-
айский гологлаз — обитатель каменистых альпийских лугов. Из
змей в горы наиболее высоко (до 2800 м) поднимается щито-
мордник (живородящая форма). Отсутствие яйцекладущих
рептилий на севере и высоко в горах связано с тем, что яйца,
отложенные в почву в холодной местности, должны развиваться
при относительно низких температурах и, следовательно, весьма
длительный срок, в связи с чем повышается вероятность гибели
их от всяких случайных причин и увеличивается риск не успеть
развиться за теплое время года. Наоборот, у живородящих
видов самка, регулируя своим поведением температуру тела
(выходя на солнце днем и прячась в убежище при похолодании),
создает тем самым наиболее благоприятный температурный ре-
жим для развивающихся в ее теле зародышей (Сергеев, 1940).

В хребтах, расположенных западнее и юго-западнее Заилий-
ского Алатау, хвойные леса занимают значительно меньшие учас-
тки или вовсе отсутствуют. Это обстоятельство, а также большая
близость Западного Тянь-Шаня к пустыням и предгорьям Узбе-
кистана накладывают резкий отпечаток и на качественный сос-
тав фауны и на облик преобладающих комплексов животных.
Сибирские таежные виды исчезают вместе с тянь-шаньской елью,
а взамен их в большем обилии появляются формы североафри-
канского, центральноазиатского и гималайского происхождения.

По данным Л. М. Шульпина (1936), в Северо-Западный
Тянь-Шань по арчевникам проникает рыжегрудая синица, гима-
лайская пищуха, особый подвид серой неясыти. В зоне предгорной
степи, кроме распространенных птиц Южного Казахстана, встре-
чается местный подвид европейской зеленушки, а по тенистым
ущельям рек обычен крупный лиловый дрозд, или синяя птица.
Он, по-видимому, расселился сравнительно недавно, так как
Н. А. Северцов в свое время не нашел этой заметной птицы на
обследованной им территории. Интересно нахождение в этом
районе эндемичного, имеющего очень небольшой ареал сурка
Мензбира и обитание обильных колоний полевки Керрузерса в
альпийской зоне хребта Аксу. Особенно много видов, чуждых
большей части Казахстана, в частях Западного Тянь-Шаня с
тропическим радиационным режимом всего или большей части
вегетационного периода и очень мягкой зимой. В садах и лесах
из грецкого ореха, дикой яблони и боярышника встречается та-
кая тропическия птица, как индийская райская мухоловка, а из
грызунов многочисленна туркестанская крыса, хорошо лазающая
по деревьям, питающаяся орехами и живущая в дуплах, подобно
белке (основная часть ареала этой крысы находится в Индии).

По сухим степным и пустынно-степным склонам Тянь-Шаня
от подножия до вершины гор, там, где есть водопои и скалы или
кустарники дающие защиту от хищников, водится многочислен-
ная горная куропатка — кеклик, ценнейшая из оседлых охотничь-
их птиц этих бедных дичью угодий. В подобных условиях высоко
поднимается в горы и заяц-толай, который, однако, никогда не
бывает здесь многочисленным. Кекликов много и в низких Чу-
Илийских горах, в небольшом количестве в Улытау.

Для того чтобы показать отличия фауны Заилийского Алатау
от западных безлесных гор, приведем данные Л. В. Шапошнико-
ва (1931) по хребту Каратау. Самую высокую его часть занима-
ют скалы, то голые, то поросшие арчой. Крупные хищники, гнез-
дящиеся на уступах скал, — черные грифы, белоголовые сипы и
стервятники парят высоко над вершинами. Близ голых отвесов
носятся быстрые белобрюхие стрижи, гнездящиеся колониями в
трещинах скал. На скалах же в небольшом числе живет ворон,
а несколько ниже по трещинам, уступам и пещерам гнездятся
скалистые, или сирийские, поползни, обыкновенные галки, сизые
голуби, домовые воробьи и горные ласточки. Настоящих альпий-
ских лугов в Каратау нет, встречаются лишь небольшие пятна
сочной растительности на плоских вершинах или близ основания
крупных пиков. Над цветущими тюльпанами охотятся за насеко-
мыми горные ласточки, а на плоских щебнистых участках живет
овсянка Стьюарта и особый подвид степного конька. Здесь же
пасутся по вечерам архары, которые на день уходят в тень скал.
В более низких частях хребта по склонам и дну ущелий распола-
гаются заросли арчи, боярышника, жимолости, горной вишни, ши-
повника, яблони и др. Лесная растительность распределена от-
дельными пятнами, причем резкого деления на зоны хвойных и
лиственных лесов провести нельзя. Невысокие горы с мягким
рельефом заняты травянистыми ассоциациями, среди которых
много дикой ржи. Обилие корма и водопоев, наличие хорошо за-
щищенных укрытий под кронами колючих растений создают бла-
гоприятные условия для многих животных. Фауна этих участков,
занимающих в Каратау обширную площадь, очень богата. Из
млекопитающих здесь много лесных мышей и лесных сонь, обыч-
ны лисицы, волк и кабан. На открытых участках со скалами дер-
жатся пестрые и синие каменные дрозды, скалистые поползни.
В кустах и на деревьях живут садовая и масличная славки, со-
ловьи-белошейки, индийские иволги, обыкновенные кукушки,
горлицы и даже клинтухи. Два вида сорокопутов — краснохвос-
тый и чернолобый — подкарауливают добычу, сидя высоко на за-
сохших ветвях боярышника. В прозрачной воде горных речек,
населенных маринкой, ныряют белобрюхие оляпки, отыскивая
под камнями личинок поденок и ручейников. Сюда же ежедневно
приходят на водопой бесчисленные выводки кекликов, пасущих-
ся на открытых склонах и по каменистым уступам гор. Их до-
вольно много и в полосе холмистых предгорий, бедных влагой,
почти лишенных древесной растительности и являющихся пере-
ходом от гор к сухой степи. Этот тип местообитаний занимает
обширные участки Каратау на высотах 600—900 м и всюду вы-
ражен хорошо. Он занимает не только переходную зону в ниж-
нем поясе хребта, но и зачастую целиком небольшие горы, такие,
например, как Тюлкубас, Архарлытау и др. На участках с высо-
ким травяным покровом обычна желчная овсянка, ярко-желтые
самцы которой, похожие на большой золотистый цветок, словно
для усиления сходства всегда садятся на верхушку высоких ра-
стений и усердно распевают, покачиваясь при каждом дуновении
ветра. Рыжеватая голова этой овсянки, голубой клюв и желтое
подхвостье — признаки, заметные даже для неопытного наблю-
дателя, которому эта типичная птичка Туркестана всюду попа-
дается на глаза в нижнем поясе гор и на орошенных равнинах.
Назойливые и однообразные песенки многочисленных желчных
овсянок местами могут просто надоесть. Вместе с кекликом на
каменистых холмах постоянно встречаются хохлатые жаворонки,
чеканы-плешанки, обыкновенные пустельги и канюки-курганни-
ки. После захода солнца вылетают на охоту многочисленные козо-
дои, пустынные сычи и филины. Смешение равнинных и горных
видов особенно характерно для фауны описываемых биотопов.

Говоря о фаунистических связях хребта Каратау, с трех сто-
рон окруженного пустыней, нужно отметить, что он имеет фауну
й общем типичную для западнотянь-шаньского зоогеографическо-
го участка, т. е. включает ряд видов более южной и древней для
Туркестана «бухарской фауны». Среди птиц Каратау наиболее
Многочисленна экологическая группа горных видов, затем пус-
тынных и степных. Элементы южной («бухарской») фауны име-
ются среди пустынных и горных форм, степные же виды связы-
вают фауну Каратау с северными степями Киргизии. Восточно-
тянь-шаньские формы здесь немногочисленны, но в других
районах Западного Тянь-Шаня (например, у оз. Сарычилек)
число их быстро возрастает. В Каратау проходят границы ареа-
лов птиц трех фаунистических комплексов -— «бухарского»,
европейского (степного) и восточнотянь-шаньского.

ПТИЦЫ И ЗВЕРИ

КАСПИЙСКОГО И АРАЛЬСКОГО МОРЕЙ

Каспийское море, богатейший в мире водоем по запасам про-
мысловых рыб, поражает обилием птиц-ихтиофагов. На раку-
шечных и песчаных островках, настолько удаленных от берегов,
что яйцам и птенцам не угрожают ни лисица, ни волк, тысячами
гнездятся чайки-хохотуньи, чегравы, черноголовые хохотуны,
речные и черноносые крачки. Гнезда этих птиц располагаются
на земле и не защищены ничем, кроме малой доступности
островков, затерянных среди водных пространств и окруженных
отмелями, мало проходимыми для лодок. Одни из этих птиц ло-
вят мальков в прибрежной полосе (речная крачка), другие хва-
тают крупных рыб, приблизившихся в поверхности, или подби-
рают больных и ослабевших. Особенно легкой добычей крупных
чаек становятся рыбы, зараженные ремнецом, или лигулой (па-
разит из червей).

С островов, лежащих далеко от берегов, чайки каждое утро
улетают в поисках рыбы и, обследовав десятки квадратных ки-
лометров вод, обычно находят в открытом море подвижные ста-
да сельдей или килек. Птицам гораздо легче добывать рыбу в
тех местах, где она концентрируется во время своих сезонных
миграций. Таковы, например, предустьевые пространства боль-
ших рек, куда рыба идет для икрометания и где в определенные
сроки появляются мириады мальков, скатывающихся в море.
Около этих обильных рыбой предустьевых пространств всегда
имеются большие гнездовые скопления чаек и крачек, к которым
присоединяются такие узко специализированные ихтиофаги, как
обыкновенный и малый баклан, розовый и кудрявый пеликан,
разные виды цапель и т. д. Часть этих птиц нуждается для гнез-
дования в древесных насаждениях (бакланы, серые и белые цап-
ли охотно гнездятся на ветлах) или в наличии тростниковых за-
рослей и топей. Всем этим условиям удовлетворяют дельты
Волги, Урала, Сырдарьи и отчасти Эмбы. В отличие от чаек и
крачек, охотящихся на лету и хватающих рыбу с поверхности
воды, бакланы охотятся, ныряя под водой, причем способны овла-
девать даже крупными до (600—700 г) и быстрыми рыбами. Пе-
ликаны высматривают рыбу, медленно плавая в местах ее хода,
или, рассыпавшись цепью, загоняют ее в узкий конец залива^
«прижимают» к зарослям тростников и т. и. Они поддевают даже
очень крупных рыб молниеносным движением сачкообразного
подклювья, очень гибкого, способного раздвигаться и принимать
форму обруча, на котором подвешен эластичный кожистый ме-
шок. Цапли подкарауливают рыбу, неподвижно стоя на мелко-
водье и медленно расхаживая и внимательно всматриваясь в
воду. Изумительно точный и быстрый «бросок» шеи и удар ост-
рого режущего клюва, напоминающий удар остроги, обычно за*,
вершают это неподвижное подкарауливание или медленное скра-
дывание добычи. Нередко птицы-ихтиофаги, пользующиеся
разными приемами ловли и разным «вооружением», устраивают
объединенные охоты, причем черный строй бакланов гонит рыбу
под водой, могучие пеликаны шумят и хлопают крыльями на воде,
а чайки с криками носятся в воздухе, то падая вниз, то взмывая
кверху. Своеобразные живые заслоны из огромного количества
птиц-ихтиофагов стоят с ранней весны до начала ледостава на
путях миграций проходящих рыб из моря в реки и обратно.

Предустьевые пространства Волги, Урала и Эмбы в области
отложения плодородного ила имеют более богатую и мощную
растительность, чем находящиеся по соседству степные водое-
мы. Так, в юго-восточном участке дельты Волги, входящем в
Денгизский район Казахстана, встречаются обширные подвод-
ные луга валлиснерии, участки чилима—водяного ореха, трех-
гранки, красивые ковры водяного папоротника — сальвинии
и др.

Здесь водится неисчислимое количество озерных лягушек,
много молоди рыб, личинок насекомых и моллюсков. Эти запасы
корма обеспечивают существование очень богатой фауны, свя-
занной с зарослями тростников, причем значительную роль в ней
играют южные формы, свойственные в основном субтропикам и
тропикам. Кроме кабана, питающегося корневищами рогоза, лу-
ковицами и чилимом, здесь нередка серая крыса, живущая в
диком состоянии и совершенно не связанная с постройками чело-
века (личные наблюдения в 1941 г.) *. Среди птиц мы найдем
султанскую курицу, мраморного чирка, богатые колонии кара-
ваек, колпиц, большой и малой белых цапель, желтую и красную
цапель, квакву, оба вида пеликанов и других более широко рас-
пространенных птиц. Из потребителей зеленого корма в изобилии
гнездятся лысуха и серый гусь. Множество бродячих куликов и
уток, прилетающих на время линьки, делают фауну речных дельт
еще более разнообразной и богатой.

* Н. А. Зарудиый (1897) находил серую крысу в диком состоянии на реках
Урала и некоторых других.
В отличие от дельтовых участков сами берега Каспия и Ара-
ла довольно бедны. Большие нагоны и отгоны воды, то обнажа-
ющие дно на многие километры от берега, то снова его залива-
ющие, делают литоральную зону мало пригодной для жизни
беспозвоночных. Эта зона очень бедна кормом (значительные
скопления бентоса начинаются с глубин больше 2—3 м), а расти-
тельность ее однообразна и обычно угнетена. Только в мелко-
йодных заливах, защищенных от волнения лабиринтами подвод-
ных кос, встречаются обширные заросли морской травы (зосте-
ры), рдеста и руппии. Зеленая масса этих погруженных растений
служит ценным кормом для лебедей, некоторых уток и гусей.
В таких местах осенью, в пору пролета, останавливается много
птиц. Часто пасущиеся стада лебедей выдергивают столько мор-
ской травы, что, дрейфуя по взморью, она совершенно «забивает»
рыболовные сети и мешает лову рыбы (район Джамбая, напри-
мер). По-видимому, былое обилие таких подводных лугов (нап-
ример, близ Мертвого Култука и др.) и безлюдье берегов прив-
лекало в старину стада холостых лебедей в некоторые районы
Северного Каспия на период линьки (июль-август).

Утки, гуси, лебеди и фламинго во время летней полной линь-
ки теряют способность к полету, так как все маховые перья у
них выпадают одновременно. Стада линных нелетных птиц оста-
ются На мелком участке в течение нескольких недель. Такие ме-
ста должны обладать достаточными запасами корма и быть не-
доступными для четвероногих хищников. По-видимому, многие
участки побережий и мелководий Каспия в казахстанских преде-
лах удовлетворяют этим требованиям водоплавающих птиц, так
как весь Северный Каспий охватывает подковообразная «зона
массовых линных скоплений».

Огромное большинство селезней уток, холостые гуси, лебеди
й пр. начинают перелет, покидая гнездовые районы, еще летом,
й июне-июле. Шилохвости, кряквы и свиязи Северо-Западной
Сибири улетают на линьку в дельты Волги и Урала, с обширной
территории собираются на Северном Каспии и лебеди. Летний
пролет к местам линьки очень хорошо выражен на взморье Гурь-
евской области: большие стаи селезней летят здесь, как и осенью,
на запад и юго-запад, к местам линьки. Ежегодно многие сотни
тысяч уток прилетают линять на култуки и.ильмени Северного
Каспия, включая дельты рек Эмбы, Урала и Волги.

Массовые скопления линных лебедей и фламинго сильно сок-
ратились за последние четверть века, но мы можем получить
представление о масштабе явления из заметок, сделанных
Г. С. Карелиным (1883) во время его путешествия по Каспий-
скому морю.

9.VL В районе Прорвы (северо-восточный угол Каспия) «...целые стаи
линявших гусей... Лебеди грудились к отлету на линьку» (с. 43).

23.VI. Острова Новинские — «...многие стаи лебедей, среди них „подлини”.
За короткий срок поймали 18 лебедей» (с. 62—63).

10.VII. Кзыл-Таш (у подножия Устьюрта). «Показалось множество вылн-
нявших красных уток (с. 85). 21.VII встретили промышленника, который вы-
ехал в Кайдак, чтобы собирать выпавшие лебяжьи перья. Перья шли тогда
для письма, и заготовка их окупала специальную далекую поездку через
море».

16.VII. Жидовинные острова. «На примелых местах расхаживали бесчис-
ленные стада линявших красных гусей» (с. 92) (фламинго). И далее (21.VII):
«Нельзя вообразить невероятного множества линявших красных гусей, здеш-
ние прибрежья покрывающих. Можно нагрузить ими целые суда» (с. 96).

В первую четверть XX в. в Мертвом Култуке и Кайдаке (ныне
пересохших) еще встречались большие скопления линных лебе-
дей, но число фламинго резко сократилось. За последние годы
в связи с сильным падением уровня Каспия произошли очень
сильные изменения природных условий его северо-восточного
угла, например пересохли многие ценные для водоплавающих
птиц угодья, что, несомненно, вызовет значительные перемены в
сезонном размещении птиц.

Характерная особенность фауны Каспия — наличие эндемич-
ного вида нерпы — каспийского тюленя. Это типичное морское
животное, большую часть жизни проводящее в воде в охоте за
рыбой и далеких миграциях от мест летнего нагула (южных глу-
боких частей Каспия) к районам зимних залежек на льдах оп-
ресненной и мелководной северной его части. У берегов Казахста-
на единичные тюлени встречаются и летом, но основная масса —
десятки тысяч упитанных жирных зверей—подходит сюда поз-
дней осенью, чтобы провести зиму в районе «Гурьевской борозди-
ны», где на подвижных льдах происходит щенка—деторождение
тюленей.

При осенней миграции каспийские тюлени идут преимущест-
венно вдоль восточного берега Каспия, т. е. на значительном
протяжении в пределах Казахстана.

За историческое время многие стороны поведения стад тюле-
ня претерпели значительные изменения, в связи с чем измени-
лись и условия добывания этого зверя. Поэтому считаю не лиш-
ним привести почти забытые сведения Г. С. Карелина (1883),
собранные им во время жизни в Гурьеве. «Тюлень... водится в
Каспийском море великими стадами и со времен царя Алексея
Михайловича составлял немаловажную часть промышленности
Астраханского края» (с. 144). «Перед заморозками и вскоре
после вскрытия льда лезут великими стадами на берега и, когда
весна наступит рано, остаются на суше долго и бывают не очень
пугливы. В это время они линяют. На острова или косы, оброс-
шие травой или камышом, никогда не выходят, но избирают мес-
та, совершенно обнаженные, всякого произрастания лишенные, и
преимущественно любят ракушу. В апреле и сентябре (ст. стиль.—
А. Ф.) выходят они в невероятном количестве на таковые остро-
ва и вылазят обыкновенно в одном только или много что в двух
местах. ...Не редко маленькие уральские острова и банки, каковы
Камышин и Пешные, покрываются несколькими тысячами сих
животных. Тюлени ложатся плотно друг подле друга и тотчас
начинают тереться, поворачиваться и кувыркаться. Питается
рыбой и преимущественно воблою, у которой отъедкш только
Гюлову. Посему над теми местами, где держатся многочисленные
Тюленьи общества, вьются обыкновенно чайки и рыболовы, при-
маниваемые легкой добычей. Прежде главнейший притон тюле-
ней был при островах Кулалинских, как то: собственно Кулале,
при Святом, Подгорном, Морском и пр., почему и выстроены на
первом из них большие казармы для ловцов с магазинами и кла-
довыми. Но ныне кулалинские промыслы много ослабели, ибо
острова постепенно обрастают камышом и год от году возраста-
ющее число ловцов вредят друг другу. Лучшими местами кула-
линского промысла остаются: южная оконечность самого остро-
ва Кулалы и западная половина о. Святого» (с. 145—146). «Еще
в северной части Каспийского моря два места, где ложатся тюле-
ни: острова Новинские в Мертвом Култуке и острова Уак-арал,
в заливе Кайдаке или Карасу» (с. 147) (на первые выходили в
малом числе, на другие промышленники не ездят). «По мере того
как кулалинские промыслы ощутительно скудеют, уральские ос-
трова и банки соделываются как бы главным сборным местом
Тюленей северной и средней части Каспийского моря» (с. 149).
Расположенные перед устьями Урала, эти острова находились в
зоне, где рыбная ловля запрещалась, чтобы не мешать ходу крас-
ной рыбы в р. Урал. «В сих местах, — писал Карелин, — водится
невероятное множество тюленей, несмотря на беспорядочные и
беспрестанные побоища сих животных, тайно, но повсеместно
производимые» (с. 150).

С развитием рыбного промысла, заселения ряда островов лет-
ние залежки тюленей стали гораздо более редким и не столь
массовым явлением. Во времена Карелина (1832) знали только
два способа промысла тюленя: забой дубинками на островах и
лов сетями-аханами путем окружения косяка тюленей в море.
Сейчас эти способы давно оставлены. Основную массу тюленей
добывают зимой, выезжая на лошадях большими артелями.
Взрослых тюленей отстреливают из ружей, а бельков, новорож-
денных, забивают дубинками. Бельки имеют высокий белый и
мягкий мех. Этот мех, кожи и жир тюленей представляют собой
Денную продукцию каспийского зверобойного промысла. О рас-
пространении зимней охоты говорит тот факт, что большинство
казахов, живущих в прибрежной полосе Гурьевской области, но-
сят не традиционные лисьи малахаи, а шапки из меха белька.
«Джамбайский санный промысел» тюленей описан в специаль-
ных изданиях Астраханской рыбохозяйственной станции.

Фауна морских птиц Арала напоминает Каспийскую, но в об-
щем беднее и в качественном и в количественном отношении.
В ней также преобладают виды ихтиофагов. Осенью и весной
через Каспийское и Аральское моря летит много водоплавающих
и прибрежных птиц. Некоторые из них задерживаются здесь до
ледостава, а в мягкие зимы остаются на зимовку.
ПОСЛЕСЛОВИЕ

«Животный мир Казахстана» написан А. Н. Формозовым в кон-
це 40-х годов. Им использованы все накопленные к тому вре-
мени материалы о фауне позвоночных животных этой республи-
ки. Позднее на территории Казахстана обнаружены новые для
нее виды грызунов, ареалы ряда млекопитающих и птиц были
уточнены (см. примечания). Особенно сильно пополнились наши
сведения о распространении приаральского тушканчика, туш-
канчика Лихтенштейна и тушканчика Житкова, ареалы кото-
рых А. Н. Формозов привел на рисунках 1 и 2. Современные
материалы о распространении этих трех видов сведены на при-
лагаемой карте, составленной Г. И. Шенбротом специально для
настоящего издания (рис. 40). Как может убедиться читатель,
новые сведения по зоогеографии Казахстана хорошо согласу-
ются с основными положениями работы А. Н. Формозова.

В очерке А. Н. Формозова не получили специального осве-
щения многолетние колебания численности животных. На терри-
тории Казахстана они были известны давно, но к анализу их
причин у отдельных видов и групп позвоночных зоологи присту-
пили позже. Сам А. Н. Формозов с 1932 по 1957 г. проводил ис-
следование многолетней динамики населения водоплавающих
птиц на озерах Северного Казахстана. Результаты этой работы
опубликованы только после его смерти (см. А. Н. Формозов.
Проблемы экологии и географии животных. М.: Наука, 1981).

После выхода в свет в 1950 г. сокращенного варианта пред-
лагаемого очерка А. Н. Формозов опубликовал несколько ори-
гинальных статей, посвященных ландшафтному распределению и
средообразующей деятельности млекопитающих и птиц Казах-
стана. Их читатель найдет в списке работ ученого в его книге
«Звери, птицы и их взаимосвязи со средой обитания» (М.: Нау-
ка, 1976).
cu
ЛИТЕРАТУРА

Алфераки С. Кульджа и Тянь-Шань//
Зап. Рус. геогр. о-ва. 1891. Т. 23,
№ 2. 191 с.

Антипин В. М. Млекопитающие Ка-
захстана. Т. 3. Копытные. Алма-
Ата: Казогиз, 1941. 106 с.

Аргиропуло А. И. Мыши. М.; Л.; Изд-
во АН СССР, 1940. Т. 3. 169 с.
(Фауна СССР; Вып. 5).

Афанасьев А. В., Бажанов В. С., Бо-
релов М. Н. и др. Звери Казахста-
на. Алма-Ата: Изд-во АН КазССР,
1953. 536 с.

Банников А. Г. По заповедникам
СССР. М.: Мысль, 1966. 223 с.

Белов В. Н. Обзор грызунов Северно-
го Казахстана//Труды по защите
растений в Сибири. 1931. Т. 1(8).
С. 164—182.

Бихнер Е. А. Млекопитающие//Брок-
гауз и Ефрон. 1902. 866 с.

Богданов М. Птипы и звери черно-
земной полосы Поволжья и долины
Средней и Нижней Волги//Тр. О-ва
естествоиспытателей при Казан, ун-
те. 1881. Т. 1. Отд. 1. 226 с.

Богданов М. Н. Очерки природы Хи-
винского оазиса и пустыни Кызыл-
кум. Ташкент, 1882. 155 с.

Большаков В. Н., Васильев А. Г.,
Мендаков М. И. Изолированная по-
пуляция желтого суслика на остро-
ве Барсакельмес//Экология. 1985.
№ 2. С. 43—52.

Бостанжогло В. Н. Орнитологическая
фауна Арало-Каспийских степей//
Материалы к познанию и флоры
Российской империи. Отд. зоол.
1911. Вып. 2. 410 с.

Бутурлин С. А., Дементьев Г. П. Пол-
ный определитель птиц СССР. М.;
Л.: КОИЗ, Т. 1, 1934. 254 с.; Т. 2.
1935. 278 с.; Т. 3, 1936. 254 с.; Т. 4,
1937. 333 с.; Т. 5, 1941. 367 с.

Вангенгейм Э. А. Палеогеографиче-
ское обоснование стратиграфии ан-
тропогена Северной Азии. М.: Нау-
ка, 1977. 170 с.

Варшавский С. И. Возрастные типы
поселений и история расселения ма-

лого суслика//Исследование гео-
графии природных ресурсов живот-
ного и растительного мира. М.: Изд-
во АН СССР. 1962. С. 59—79.

Верещагин Н. К., Громов И. М. Фор-
мирование териофауны СССР в чет-
вертичном периоде//Успехи совре-
менной териологии. М.: Наука, 1977.
С. 31—45.

Виноградов Б. С. Материалы по си-
стематике и морфологии грызунов//
Ежегодник Зоол. музея Рос. Акад,
наук. 1922. Т. 25. С. 512—516.

Виноградов Б. С., Громов И. М.. Гры-
зуны. Фауна СССР. М.; Л.: Изд-во
АН СССР,'1952. 295 с.

Гептнер В. Г. Новые данные по ави-
фауне севера Тургайской области//
Бюл. МОИП. Н. С. 1925. Т. 33,
вып. 1/2. С. 154—185.

Гептнер В. Г. Зоогеографические осо-
бенности фауны пустынь Туркестана
и ее происхождение//Бюл. МОИП.
Отд. биол. 1938. Вып. 5/6. С. 329—
337.

Григорьев А. А. Опыт характеристи-
ки основных типов физико-геогра-
фической среды//Пробл. физ. гео-
графии. 1942. Вып. 11. С. 2—42.

Григорьев А. А. Природные условия
Казахстана. М.; Л.: Изд-во АН
СССР, 1944. 42 с.

Григорьев А. А. О географических ра-
диационных рубежах и характери-
стиках радиационных условий го-
ризонтальных физико-географиче-
ских зон//Пробл. физ. географии.
1946. Вып. 12. С. 11—31.

Гуляевская Н. С., Строгов И. И. Но-
вые данные о распространении туш-
канчиков в северных Кызылкумах и
Зааралье//!! съезд Всесоюз. териол.
о-ва: Тез. докл. М.: Наука, 1978.
С. 102.

Давыдова Л. П., Степанова И. И.
Зимняя пастьба лошадей. М.:
ВАСХНИЛ, 1936. 92 с.

Дементьев Г. П. Очерк распростране-
ния птиц в СССР//Гептнер В. Г.
Общая зоогеография. М.: Биомед-
гиз, 1936. С. 461—487.

Динесман Л. Г. Изучение истории
биогеоценозов по норам животных.
М.: Наука, 1968. 94 с.

Дубровский Ю. А. Размеры бутанов
степных сурков как показатель воз-
раста их поселений//Исследование
географии природных ресурсов жи-
вотного и растительного мира. М.:
Изд-во АН СССР, 1962. С. 80—94.

Дубянский М. А. Типы поселений
большой песчанки и их эпизоотоло-
гическое значение в Приаральских
Каракумах//3оол. жури. 1963. Вып.
1. С. 103—113.

Долгушин И. А. Из результатов орни-
тологических исследований в Цен-
тральном Казахстане//Бюл. МОИН.
Отд. биол. 1938. Т. 47, № 4. С. 8—
19.

Елизарьева М. В. Нахождение трубко-
ухого тушканчика в пределах
СССР// Докл. АН СССР. 1949. Т.
66, № 3. С. 95—98.

Зарудный Н. А. Заметки к познанию
фауны млекопитающих Оренбург-
ского края//Материалы к познанию
фауны н флоры Российской импе-
рии. 1897. Вып. 3. С. 329—372.

Зарудный Н. А. Краткий очерк охот-
ничьего промысла в Сырдарьинской
области//Туркестан. сел. хоз-во.
1915. № 7. С. 668—685; № 8. С.
756—778.

Калабухов Н. И. Летняя спячка сус-
ликов//Тр. Лаб. эксперим. биологии
Моск, зоопарка. 1929. Т. 5. С. 163—
176.

Камбулин Е. А. Материалы по эколо-
гии большой песчанки в Казахста-
не и меры борьбы с нею//Грызуны
и борьба с ними. Алма-Ата, 1941.
Вып. 1. С. 95—149.

Каменский А. Ф. Хлебные клещи в
целинных степях Казахстана//Мате-
риалы к вопр. о происхождении ам-
бар. комплекса тироглифид//3оол.
журн. 1940. Т. 19, вып. 4. С. 603—
617.

Капитонов В. И., Ганюшин. Пятипа-
лый карликовый тушканчик-—но-
вый вид фауны млекопитающих Ка-
захстаиа//Вестн. АН КазССР. 1971.
№ 9. С. 69.

Карелин Г. С. Разбор статьи Г. А. Ря-
бинина «Естественные произведения
земель Уральского казачьего вой-
ска»//Тр. Санкт-Петербург, о-ва
естествоиспытателей. 1875. Т. 6. С.
186—298.

Карелин Г. С. Путешествия по Кас-
пийскому морю//3ап. Рус. геогр.
о-ва по общ. географии. 1883. Т. 10.
497 с.

Карелин Г. С. О тюленьем промысле
в северной части Каспийского моря:
Прил. к «Путешествие по Каспий-
скому морю»//Там же. С. 144—153.

Катанаев Г. Е. Киргизские степи,
Средняя Азия и Северный Китай
в XVII—XVIII столетиях//3ап.-сиб.
отд. Рус. геогр. о-ва. 1893. Кн. 14,
вып. 1. С. 3—72.

Колосов А. М. К биологии корсака и
степной лисицы//Бюл. МОИП. Отд.
биол. 1935, вып. 4. С. 165—176.

Дорелов М.. Н. Об экологическом
распределении птиц в Восточном
Тянь-Шане//Изв. АН КазССР. Сер.
зоол. 1939. № 1.

Кузнецов Б. А. О новом виде тушкан-
чика из Семиречья//Докл. АН
СССР. 1930. С. 623—626.

Кузнецов Б. А. Товароведение пуш-
но-мехового сырья СССР. М.: За-
готиздат, 1932. 508 с.

Кучерук В. В., Кулик И. Л., Дубров-
ский Ю. А. Большая песчанка как
жизненная форма пустыни//Фауна
и экология грызунов. 1972. Вып. 11.
С. 5—70.

Лавренко Е. М. Степи и сельскохо-
зяйственные земли на месте сте-
пей//Растительный покров СССР:
Пояснит, текст к геоботан. карте
СССР. М.; Л.: Изд-во АН СССР,
1956. Т. 2. С. 595—730.

Лавров С. Д. Результаты зоологиче-
ской экспедиции в Тензиго-Кур-
гальджинский озерный бассейн//
Изв. Зап.-Сиб. отд. Рус. геогр. о-ва.
1930. Т. 7. С. 135—164.

Лавровский А. С. Прошлые и совре-
менные изменения ареала большой
песчанки в пределах Арало-Каспий-
ского района//Экология и медицин-
ское значение песчанок фауны
СССР. М.: Всесоюз. териол. о-во,
1977. С. 66—70. '

Ларин И. В. Материалы по динамике
растительных масс и химических
веществ травостоев в течение веге-
тационного периода в различных
зонах СССР//Тр. Ин-та физ. гео-
графии АН СССР. 1936. Вып. 21.
140 с.

Левшин А. Описание киргиз-кансац-
ких орд и степей. СПб., 1832. Ч. 1.
264 с.

Липский В. И. Григорий Силыч Каре-
лин (1801—1872), его жизнь и пу-
тешествия. СПб.: Типо-литография
«Герольд», 1905. 208 с.

Лобачев В. С. Находка карликового
трехпалого тушканчика в Северном
Приаралье//3оол. журн. 1970. Т. 50,
№ 2. С. 305—306.

Магницкий А. Богатые просторы для
яровой пшеницы//Соц. земледелие
от 15 апреля 1947 г.

Мефферт Б. Ф. Очерк Северного При-
балхашья и побережий западного
Балхаша//Изв. Рус. геогр. о-ва.
1912. Т. 48, вып. 1/5. С. 23—66.

Миневрин В. П. О водопойном паст-
бищном режиме джейранов и овец
в пустыне//Тр. Туркмен, фил. АН
СССР. 1944. № 5. С. 227—242.

Млекопитающие Казахстана. Алма-
Ата: Наука. Т. 1, ч. 1, 1969. 454 с.;
Т. 1, ч. 2, 1977; Т. 3, ч. 4, 1984.
429 с.

Наумов Н. П, Сыроечковский Е. Е. О
северной границе распространения
гребнепалого тушканчика//Бюл.
МОИП. Отд. биол. 1955. Т. 60, вып.
4. С. 95—97.

Павлов Н. В. Флора Центрального
Казахстана. Кзыл-Орда. Ч. 1, 1928.
176 с.; М. Ч. 2, 1935. 549 с.; М.; Л.
Ч. 3, 1935. 428 с.

Павлов Н. В. Комплексные степи и
пустыни Карсакпая. М.: Почв, ин-т
НКЗ КазССР, 1931. 160 с.

Павлинов И. Я., Шенброт Г. И. Стро-
ение мужских гениталий и надвидо-
вая систематика тушканчиков//Фау-
на, систематика и биология млеко-
питающих: Тр. ЗИН АН СССР.
1983. Т. 119. С. 67—88.

Паллас П. С. Путешествие по разным
провинциям Российской империи.
1786. Кн. 1. 476 с.; Кн. 2. 571 с.

Параскив К. П. Пресмыкающиеся Ка-
захстана. Алма-Ата: Наука, 1956.
225 с.

Птицы Казахстана. Алма-Ата: АН
КазССР, 1962. Т. 2. 780 с.

Рихтер Г. Д. Роль снежного покрова
в физико-географическом процессе//
Тр. Ин-та географии АН СССР.
1948. Т. 40. 169 с.

Рычков Н. Дневник записи путеше-
ствия капитана Николая Рычкова в
Киргиз-Кайсацкие степи. СПб., 1772.
107 с.

Рычков П. Топография Оренбургская,
т. е. обстоятельное описание Орен-
бургской губ. СПб., 1762. Т. I. 331 с.

Сабилаев А. С. Размещение и чис-
ленность тушканчиков в Каракал-
пакии и прилежащей территории//

Экология млекопитающих и птиц.
М.: Наука, 1967. С. 60—66.

Северцов Н. А. Периодические явле-
ния в жизни зверей, птиц и гад Во-
ронежской губернии. М.: Изд-во АН
СССР. 1950. 306 с.

Северцов Н. А. Звери Приуральского
края//Акклиматизация. 1861. Т. 2,
вып. 2. С. 49—70.

Седельников А. Н. Карта киргизско-
го края//Приложение к кн. «Рос-
сия»: Полное географическое описа-
ние нашего отечества/Под ред.
В. П. Семенова. Т. 18. Киргизский
край. СПб.: Изд-во А. Ф. Деврие-
на. 1903.

Седельников А. Н„ Бородин Н. А.
Растительный и живописный мир//
Там же. С. 82—137.

Селевин В. А. Перечень млекопитаю-
ющих окрестностей Семипалатин-
ска//Бюл. Среднеазиат. ун-та. 1937а.
Вып. 22. С. 309—318.

Селевин В. А. Из истории некото-
рых промысловых животных Ка-
захстана//Бюл. Среднеазиат. ун-та.
19376. Вып. 22. С. 299—308.

Сергеев А. М. О происхождении жи-
вородящих рептилий по данным
зоогеографии. М.: МОИП, 1940.
36 с.

Словцов И. Путевые записки, веден-
ные во время поездки в Кокчетав-
ский уезд Акмолинской области в
1878 г.//3ап. Сиб. отд. Рус. геогр.
о-ва. 1897. Кн. 21. 166 с.

Слудский А. А. Суслик-песчаник. Ал-
ма-Ата: Казгосиздат, 1938. 67 с.

Слудский А. А. Пушные звери Казах-
стана. Алма-Ата: Казгосиздат, 1939.
244 с.

Слудский А. А. Итоги работ по ак-
климатизации охотничье-промысло-
вых животных в Казахской ССР за
30 лет Советской власти//Изв. АН
КазССР. 1948. № 51. Сер. зоол. Вып.
7. С. 3—17.

Слудский А. А., Афанасьев Ю. Г. Ито-
ги и перспектива акклиматизации
охотничье-промысловых животных в
Казахстане//Тр. Ин-та зоологии АН
КазССР. 1964. Т. 23. С. 5—74.

Смирнов В. М. Пятипалый карлико-
вый тушканчик в Казахстане//
Зоол. журн. 1971. Т. 50, № 8. С.
1266—1268.

Спангенберг Е. П., Фейгин Г. А. Пти-
цы нижней Сырдарьи и прилегаю-
щих районов//Сб. тр. Зоол. музея
МГУ. 1936. Т. 3. С. 41—184.

Стрелков П. П. Летучие мыши Цен-
трального и Западного Казахстана//
Тр. ЗИН АН СССР. 1980. Т. 99. С.
99—123.

Стрелков П. П. Анализ распростране-
ния рукокрылых фауны Казахста-
на//Тр. ЗИН АН СССР. 1983. Т.
119. С. 139—150.

Сушкин П. П. Птицы средней Киргиз-
ской степи//Материалы к познанию
фауны и флоры Российской импе-
рии. Отд. зоол. 1908. Вып. 8. 804 с.

Толстой А. К. Два дня в Киргизской
степи//Собр. соч. М., 1964. Т. 3. С.
115—127.

Трухачев Н. Н. О находке карлико-
вого тушканчика в Южном Прибал-
хашье//3оол. журн. 1965. Т. 44,
№ 9. С. 1428—1429.

Фалькенштейн Б. Ю. Обзор вредных
грызунов и мероприятий по борьбе
с ними в 1932 г. Л., 1933. 48 с.

Филипьев И. Н. Некоторые законо-
мерности распространения и раз-
множения маисовых вредителей//
Новейшие достижения и перспекти-
вы в области агрономии. Л.: Ин-т
опыт, агрономии, 1929.

Формозов А. Н. К вопросу о вымира-
нии некоторых степных грызунов в
позднечетвертичное и историческое
время//3оол. журн. 1938. Т. 17,
вып. 2. С. 260—272.

Формозов А. Н. Снежный покров в
жизни млекопитающих и птиц
СССР. М.: МОИП, 1946. 150 с.

Формозов А. Н. Животный мир//Ка-
захстан: Общая физико-географиче-
ская характеристика. М.; Л.: Наука,
1950. С. 346—473.

Формозов А. Н. Количественный ме-
тод в зоогеографии наземных
позвоночных животных//Изв. АН
СССР. Сер. геогр. 1951. № 2. С.
62—70.

Формозов А. Н., Воронов А. Г. Дея-
тельность грызунов на пастбищах и

сенокосных угодиях Западного Ка-
захстана и ее хозяйственное значе-
ние: (Биотопические отношения
грызунов н растительности)//Учен,
зап. МГУ. 1939. Вып. 20. С. 3—122.
Хохлов В. А. Зайсанская котловина
и Тарбагатай: Зоогеогр. очерк//Изв.
Том. ун-та. 1928. Т. 81. С. 1—157.

Черепанов Н. Г. Интродукция охот-
ничьих животных в Боровском гос-
лесоохотхозяйстве//Акклиматизация
и реакклиматизация охотничьих жи-
вотных: Тез. II Всесоюз. совещ. по
акклиматизации и реакклиматиза-
ции охотничьих животных. Киев,
1973. С. 96—100.

Черепанов И. Г. Опыт работы по рас-
селению глухаря в Боровском ле-
соохотничьем хозяйстве//Материа-
лы междунар, совещ. по глухарю.
М.: Россельхозиздат, 1984. С. 75—
79.

Шапошников Л. В. О фауне и сооб-
ществах птиц Каратау//Бюл.
МОИП. Отд. биол. 1931. Вып. 3/4.
С. 237—284.

Шенброт Г. И. Строение коренных
зубов и филогения пятипалых туш-
канчиков//Проблемы изменчивости
и филогения млекопитающих: Сб.
тр. Зоол. музея МГУ. М.: Изд-во
МГУ, 1984. Т. 22. С. 61—92.

Шнитников В. Н. Млекопитающие Се-
миречья. М.; Л.: Изд-во АН СССР,
1936. 323 с.

Штегман Б. К. Птицы кокчетавских
боров//Тр. Казахстан, базы АН
СССР. 1934. Вып. 1. С. 5—34.

Шульпин Л. М. О фаунистических
особенностях Северо-Западного
Тянь-Шаня//Докл. АН СССР. Н. С.
1936. Т. 3, № 9. С. 449—451.

Эверсманн Э. Естественная история
Оренбургского края. Казань, 1850.
Ч. 2. 296 с.
ПРИМЕЧАНИЯ

1	В результате национальной политики, неуклонно проводившейся партией
и правительством с момента образования СССР, в Казахстане появились
национальные кадры зоологов высокой квалификации. За три с лишним
десятилетия, прошедшие после первой публикации этой работы А. Н. Фор-
мозова (1950 г.), они сильно выросли и внесли достойный вклад в изучение
фауны и животного мира своей республики.

2	В настоящее время существование в Евразии смешанных фаун, в состав
которых входили животные, обитающие ныне в тундрах, степях и пустынях,
относят к позднему плейстоцену (Вангенгейм, 1977; Верещагин, Громов,
1977; и др.).

3	Средней Киргизской степью П. П. Сушкин (1908) назвал территорию совре-
менного Казахстана между водоразделом Урала и Эмбы и восточной гра-
ницей бывшей Тургайской области, которая проходила с севера на юг по
р. Убаган, западным отрогам Улутау и низовьям Сарысу южнее Муюнку-
мов. Это название долгое время удерживалось в специальной зоологической
и ботанической литературе.

4	Род Pygerethmus можно рассматривать и более широко, включая в него
в качестве подрода земляных зайчиков—Alactagulus (Кузнецов, 1930;
Афанасьев и др., 1953; Павлинов, Шенброт, 1983; Шенброт, 1984). Карта,
приведенная А. Н. Формозовым на рис. 1, отражает представления об ареа-
лах зверьков, сложившиеся к концу сороковых годов нашего века. Материа-
лы, накопленные в последующие годы, показали, что жирнохвостый туш-
канчик и тушканчик Житкова распространены несколько шире. В частности,
первый из них на Устюрте выходит за пределы Казахстана, заселяя приле-
жащие районы Узбекистана и Туркмении (примеч. Г. И. Шенброта).

6	Позднее баялычная соня была найдена н за пределами Бетпак-Далы в пус-
тынях Дарьялык, в Прибалхашье, в Алакольской и Заясанской котловинах
(Млекопитающие Казахстана, 1977, т. 1, ч. 2).

6	Карта 2 составлена по материалам, накопленным к концу 40-х годов XX в.
В последующие десятилетия прослежено расселение джунгарского хомячка
на запад (Млекопитающие Казахстана, 1977, т. 1, ч. 2), а ареал тушканчи-
ка Лихтенштейна значительно уточнен. Однако новые данные о распрост-
ранении этих зверьков не нарушили картину их ландшафтной приуроченно-
сти, описанную А. Н. Формозовым.

7	В настоящее время в Казахстане область гнездования большой белой цапли
не заходит за 51° с. ш., а северная граница гнездового ареала шилоклюв-
ки лежит за пределами республики — в южных районах Западной Сибири
(примеч. Л. С. Степаняна).

8	Использованные А. Н. Формозовым старые сведения о распространении гек-
конов позднее подтверждены К- П. Параскивом (1956).

9	Фауна рукокрылых степного Казахстана все еще остается малоизученной.
Из обитающих здесь летучих мышей дальние сезонные миграции установле-
ны для рыжей вечерницы и двуцветного кожана. Водяная ночница найдена
на зимовке под Актюбинском. Дальние перелеты остальных видов не дока-
заны, а их местные зимовки неизвестны (Стрелков, 1980, 1983).

10	Зимняя спячка баялычной сони была установлена более поздними исследо-
ваниями (Млекопитающие Казахстана, 1977, т. 1, ч. 2).

11	В Казахстане численность кабана стала восстанавливаться после 1941 г.,
когда завершился период длительного усыхания озер и были введены но-
вые законы об охоте. Сейчас он распространен по всей территории респуб-
лики (Млекопитающие Казахстана, 1984, т. 3, ч. 4).

12	В настоящее время постоянные массовые зимовки водоплавающих птиц
существуют у туркменских берегов Каспийского моря в Красноводском за-
поведнике. В более северных районах, в частности у побережья Мангышла-
ка, обилие и распределение зимующих птиц меняется в зависимости от ле-
довой обстановки года (примеч. Л. С. Степаняна).
53	Крепость Сухореченская находилась на правом берегу Илека в 30 верстах
от его впадения в р. Урал. (Карта Киргизского края А. Н. Седельникова:
Приложение к полному географическому описанию нашего отечества, 1903,
т. 18).

14	Форт Редутский — теперь пос. Редутский на правом берегу Урала, выше
Гурьева.

15	Акмолинская обл. в 1961 г. переименована в Целиноградскую обл.

16	Кайбинская щель — одно из ущелий Заилийского Алатау.

17	Норы сурков, барсуков и некоторых сусликов существуют по нескольку ты-
сячелетий (Варшавский, 1962; Дубровский, 1962; Динесман, 1968).

18	По современным данным, норы большой песчанки достигают в тяжелых
супесях и суглинках 100, а в песках 320 см глубины (Кучерук и др., 1972).

19	А. Ф. Каменский (1916—1942)—талантливый ученый, в студенческие годы
выполнил ряд исследований по энтомологии и акарологии, до сих пор не
утративших своего научного значения. В 1941 г., будучи студентом IV кур-
са биологического факультета МГУ, А. Ф. Каменский ушел на фронт добро-
вольцем, в 1942 г. погиб в боях под Старой Руссой.

20	В настоящее время этот список должен быть дополнен карликовым трехпа-
лым тушканчиком и позднее обнаруженными в Казахстане гребнепалым
тушканчиком (Наумов, Сыроечковский, 1955), туркменским тушканчиком
(Сабилаев, 1967), пятипалым карликовым тушканчиком (Смирнов, 1972,
Капитонов, Ганюшин, 1971), карликовым тушканчиком Гептнера (Гуляев-
ская, Стогов, 1978) и недавно описанным новым видом — бледным карлико-
вым тушканчиком (Воронцов, Шенброт, 1984). Встречающиеся указания об
обитании в Казахстане тушканчика Бобринского ошибочны (примеч.
Г. И. Шенброта).

21	Сравнивая названия этого и следующего разделов, приходится заключить,
что в представлении А. Н. Формозова северная территориальная граница
животного мира ковыльно-типцовых степей лежит в пределах полосы обед-
ненных разнотравно-злаковых степей на южных черноземах. Территориаль-
ную границу животного мира степей и животного мира полупустынь он
проводит по гнездовым ареалам саджи и джека. Обе границы не совпа-
дают с геоботаническими рубежами. Очевидно, к районированию животного
мира А. Н. Формозов уже подходил с геозоологических позиций, хотя сам
термин «геозоология» предложен им позднее.

Разнотравно-злаковые степи Казахстана правильнее называть разно-
травно-дерновинно-злаковыми или разнотравио-типчаково-ковыльными. Их
сочетание с березовыми колками А. Н. Формозов иногда называет лесо-
степью. Это название нужно считать условным. В настоящей лесостепи лес-
ные участки чередуются с луговыми степями и остепненными лугами.
В пределы Казахстана она не заходит (Лавренко, 1956).

22	Имеются в виду не сами норы, а число их входных отверстий.

23	В настоящее время лоси обычны в западных, северных и восточных облас-
тях Казахстана (Млекопитающие Казахстана, 1984, т. 3, ч. 4).

24	Здесь и на рис. 16 граница ареала желтого суслика очерчена неточно. Она
идет от Вольска в Саратовской обл. к Казталовке Уральской обл., а от
нее — к Фурманову и Калмыкову. От Калмыкова поднимается по Уралу до
низовьев Илека, проходит южнее Оренбурга, поворачивает на юг и, обойдя
с юга Мугоджары, направляется на Карабутак и через верховья Ори, Ир-
гиза и Улькаяка к пос. Семиозерному Кустанайской обл. От Семиозерного
граница идет на юго-восток к оз. Кургальджин, не доходя до него повора-
чивает на юг и, обходя с востока Улутау по западной и южной окраинам
Бетпак-Далы и южной окраине Таукумов, выходит к Или в междуречье
Курты и Каскелена (Млекопитающие Казахстана, 1969, т. 1, ч. 1).

Позднее, делясь впечатлениями от экспедиционного маршрута 1957 г.
(с 30 мая по 25 июня), А. Н. Формозов 22 декабря 1957 г. писал Ф. Д. Ша-
пошникову: «Во время автомобильной поездки по знакомым мне озерам в
Казахстане (от Кустаиая до Тургая) я был удивлен, насколько за послед-
ние 10 лет сильно продвинулись к северу многие южные виды (черный жа-
воронок, серый жаворонок, азиатский зуек, желтый суслик, кабан)»,

Интенсивное расселение желтого суслика отмечено и на юго-востоке
2S

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

его ареала (Млекопитающие Казахстана, 1969, т. 1, ч. 1).
Западно-Казахстанская обл. в 1962 г. переименована в Уральскую обл.
Джусан (жусан)—по-казахски — полынь, джусанные степи — полынные
степи.

Полевка Стрельцова, кроме Казахского мелкосопочника, Алтая и гор севе-
ро-запада ^Монголии, обитает в Саянах, в Тарбагатае и на Сауре.

В широких масштабах акклиматизация белки-телеутки в лесах Казахского
мелкосопочника началась в 1934 г. В первой половине 60-х годов зверьки
уже обитали во всех островных борах Кустанайской, Кокчетавской, Павло-
дарской, Целиноградской и Карагандинской областей. В 1944 г. в ряде
районов начался их промысел (Слудский, Афанасьев, 1964).

Первые попытки акклиматизации глухаря в Кокчетавских борах, не давшие,
правда, положительных результатов, сделаны еще в конце XIX — начале
XX в. Возможно, старые сведения об обитании здесь в то время абориген-
ной формы этого вида основываются на встречах с завезенными птицами
(Селевин, 19376).

В 1965—1968 гг. в Боровском лесоохотничьем хозяйстве выпущено
129 глухарей, отловленных в Зуевском районе Кировской обл. Учетами
1980 г. было обнаружено 699 особей (Черепанов, 1973, 1984).

По-видимому, таймырская серебристая чайка — Larus argentatus tajmirensis.
В 1962 г. Южно-Ка’ахстанская обл. переименована в Чимкентскую обл.

В 1929 г. на Барса-Кельмесе выпущена первая партия приаральских жел-
тых сусликов (Citellus fulvus fulvus), отловленных в Иргнзском районе.
В 1931 г. был осуществлен повторный запуск более многочисленной партии
туркестанских желтых сусликов (С. f. oxianus), из Кзыл-Ординской обл.
(Слудский, Афанасьев, 1964). Вскоре численность зверьков в глинистой
пустыне острова достигла 4—5 экз. на 1 га (Банников, 1966). По сведениям
М. Н. Мендакова, в 1982 г. на Барса-Кельмесе насчитывалось до 10 жилых
нор этого вида на 1 га. Сейчас барса-кельмесские желтые суслики по
краниометрическим признакам близки к приаральскому подвиду (Больша-
ков, Васильев, Мендаков, 1985).

В настоящее время этот список нужно дополнить туркменским тушканчи-
ком. В глинистых и щебнистых пустынях Казахстана обитает два вида кар-
ликовых тушканчиков — пятипалый и трехпалый Гептнера. До публикации
работы А. Н. Формозова из зверьков этого подсемейства на территории
Казахстана был найден только обитатель песков карликовый тушканчик —
Salpingotus crassicauda (Виноградов, Громов, 1952), определенный перво-
начально М. В. Елизарьевой (1949) как Salpingotus kozlovi (прнмеч.
Г. И. Шенброта).

См. прнмеч. 5.

В фауне псаммофильных тушканчиков Казахстана только один автохтон-
ный вид — бледный карликовый тушканчик, остальные псаммофильные туш-
канчики имеют либо центральноазиатское (Salpingotus crassicauda, Dipus
sagitta), либо туранское (Eremodipus lichtensteini, Paradipus ctenodactylus)
происхождение. Среди последних только мохноногий тушканчик и тушкан-
чик Лихтенштейна широко распространены в Казахстане, тогда как жирно-
хвостый карликовый тушканчик и гребнепалый тушканчик проникают сюда
(первый в Зайсанскую котловину, а второй — в северные Кызылкумы)
лишь краями ареалов (примеч. Г. И. Шеиброта).

Большая песчанка расселяется к западу от Эмбы в периоды глубоких ре-
грессий Каспийского моря. Современная регрессия позволила ей в 50—
70-х годах текущего столетия заселить Урало-Эмбенское междуречье и по-
явиться на правом берегу Урала (Лавровский, 1977).

В Казахстане небольшие плановые заготовки фазанов существовали до
30-х годов (Птицы Казахстана, 1962).

Цитируется выдержка из письма № 89 Г. С. Карелина Московскому общест-
ву испытателей природы от 10 августа 1840 г., опубликованная В. И. Лип-
ским (1905, с. 89).

Цитируется отрывок из дневника Г. С. Карелина от 29 мая 1840 г., опубли-
кованный В. И. Липским (1905, с. 81).

С 1956 г. Бостандыкскнй район и часть Голодной степи входят в состав
Узбекской ССР.
список позвоночных животных,
УПОМЯНУТЫХ в тексте

Млекопитающие

Архар — Ovis ammon L.

Архар каратауский — О. a. nigrimon-
tana Severtzov

Барсук — Meles meles L.

Баран горный — см. архар

Белка обыкновенная — Sciurus vulga-
ris L.

алтайская — S. v. altaicus Sereb-
rennikov

калбинская — S. v. calbiensis Se-
levin

телеутка — S. v. exalbidus Pall.

Бобр обыкновенный, или речной,—
Castor fiber L.

Броненосец подземный, или плаще-
носный,— Chlamyphorus truncatus
Harlan

Бурозубка малая — Sorex minutus L.
обыкновенная — Sorex araneus L.
тянь-шаньская — S. asper Thomas
Бурундук азиатский — Tamias sibiri-
cus Laxm.

Верблюд дикий двугорбый — Camelus
ferns Przewalsky
Волк — Cams lupus L.

Волк красный — Cuon alpinus Pall.

Выдра речная — Lutra lutra L.

Выхухоль русская—Desmana moscha-
ta L.

Гепард — Acinonyx jubatus Schreber
Горностай — Mustela erminea L.

Гоферы, или мешетчатые крысы —
Geomyidae

Гоферы восточные — Geomys
западные — Thomomys

Джейран — Gazella subgutturosa
Giild.

Дикобраз индийский — Hystrix leucu-
ra Sykes

Еж обыкновенный — Erinaceus euro-
paeus L.

ушастый — Erinaceus (Hemiechi-
nus) auritus Gmelin

Емуранчик обыкновенный — Scirpto-
poda telum Licht.

Зайчик земляной — Alactagulus pyg-
maeus Pall.

Заяц беляк — Lepus timidus L.
русак тургайскнй — L. europaeus
caspicus turgaicus Ognev,
толай — L. tolai Pall.

Землекоповые — Bathyergidae
Землерой голый — Heterocephalus gla-
ber Rtippel.

Ирбис, или снежный барс,— Uncia un-
cia Schreber

Кабан — Sus scrofa L.

Кабарга сибирская — Moschus moschi-
ferus L.

Каракал, нли рысь пустынная,— Felis
(Lynx) caracal Schreber

Козел горный — см. козел сибирский
Козел сибирский — Capra (Ibex) sibi-
rica Pall.

Колонок — Mustela sibirica Pall.
Корсак — Vulpes corsak L.

Косуля — Capreolus capreolus L.

Кот барханный — Felis margarita
Loche

камышовый, или хаус,— F. chaus
Guldens!.

Кошка степная — Felis libyca Forst,
длиннохвостая — см. кошка степ-
ная

Крот алтайский, или сибирский,— Tal-
pa altaica Nicolsky

Крыса водяная — см. полевка водяная
кенгуровая, или потору,— Poto-
rous
мешетчатая — см. гофер
пластинчатозубая — Nesokia indi-
са Gray
серая — Rattus norvegicus Berk,
туркестанская — R. rattoides Hod-
gson
Кулан — Equus hemionus Pall.

Куница каменная — Martes foina Er-
xleb.

лесная — M. martes L.

Кутора обыкновенная — Neomys fodi-
ens Pennant

Ласка—'Mustela nivalis L.

Лемминг копытный — Dicrostonyx tor-
quatus Pall.

Летяга —• Pteromys volans L.

Лисица обыкновенная — Vulpes vul-
pes L.

караганка — Vulpes v. karagan=
melanotus Erxleb.

Лось — Alces alces L.

Манул — Felis manul Pall.

Марал — Cervus elaphus maral Ogilby
Медведь бурый — Ursus arctos L.

Мышовка алтайская — Sicista napaea
Hollist.

степная — S. subtilis Pall,
тянь-шаньская — S. tianschanica
Salensky

Мышь домовая — Mus musculus L.
домовая (семиреченскнй под-
вид) — курганчиковая мышь —
М. m. hortulanus
лесная — Apodemus sylvaticus L.
полевая — Ар. agrarius Pall,
малютка — Micromys minutus
Pall.

Нерпа — см. тюлень каспийский
Норка европейская — Mustela lutreo-
la L.

Нутрия — Myocastor coypus Molina

Олень бухарский, или тугайный,—Cer-
vus elapus bactrianus Lydekker
Ондатра — Ondatra zibethica L.

Перевязка — Vormela peregusna Gold.
Пеструшка желтая — Eolagurus luteus
Eversm.

степная — Lagurus lagurus Pall.
Песчанка большая — Rhombomys opi-
ums Licht.

краснохвостая — Meriones ery-
throurus Gray

полуденная — M. meridianus Pall,
гребенчуковая, или тамариско-
вая,— Meriones tamariscinus Pall,
толстая — см. песчанка большая
Пищуха алтайская — Ochotoma alpina
Pall.

красная — О. rutila Severtzov
монгольская — О. pricei Thomas
степная, нли малая,— О. pusilia
Pall.

Полевка водяная — Arvicola terrest-
ris L.

керрузерса, или памирская,— Mi-
crotus (Neodon) juldaschi Severt-
zov

красная — Clethrionomys rutilus
Pall.

красно-серая — Cl. rufocanus
Sund.

общественная, или степная,— Mi-
crotus socialis Pall.

обыкновенная — M. arvalis Pall.

серая — см. полевка обыкновен-
ная

стадная, или узкочерепная,— Mi-
crotus (Stenocranius) gregalis
Pall.

стадная (узкочерепная) тянь-
шаньская — M. (St.) castaneus
Kaschk.

Стрельцова, или плоскочереп-
ная,— Alticola (Platicranius) strel-
zowi Kastsch.

экономка — Microtus oeconomus
Pall.

Полевки скалистые (скальные) —

Alticola

Путорак пегий — Diplomesodon pul-
chellum Licht.

Росомаха — Gulo gulo L.

Рысь—Felis (Lynx) lynx L.

Рысь пустынная — см. каракал

Сайга — Saiga tatarica L.

Селевиния, или боялычная соня,— Se-
levinia betpakdalensis Bel. et Bazh.
Сеноставки — см. пищухи

Слепыш гигантский — Spalax gigan-
teus Nehring

Слепушонка обыкновенная — Ellobius
talpinus Pall.

Снежный барс — см. ирбис

Собака енотовидная — Nyctereutes
procyonoides Gray

Соболь — Martes zibellina L.

Солонгой — Mustela (Kolonocus) al-
taica Pall.

Соня боялычная — см. селевиния

лесная — Dyromis nitedula Pall.
Сурок красный, или длиннохвостый,—
Marmota caudata Geoff.

Мензбира — М. menzbieri Kaschk.
серый, или алтайский,— М. baiba-
cina Kastsch.

степной, илн байбак,— М. bobac

Mull.

Суслик длиннопалый — см. тонкопа-
лый

длиннохвостый — Citellus undula-
tus Pall.

желтый, или песчаник,— С. fulvus
Lieht.
краснощекий — С. erythrogenys
Brand.

малый, или серый,— С. pygmaeus
Pall.

рыжеватый, или большой,— С.
major Pall.

тонкопалый — Spermophilopsis
leptodactylus Licht.

Тарбаганчик — см. земляной зайчик
Тарпан — Equus gmelini Antonius
Тигр — Panthera (Tigris) tigris L.
Туко-туко — Ctenomys

Тушканчик большой — Allactaga jacu-
lus Pall.

гребнепальш — Paradipus ctenoda-
ctylus Vinogr.

Житкова — Pygerethmus zhitkovi
Kuznetz.

карликовый пятипалый — Cardio-
cranius paradoxus Satunin
карликовый трехпалый — Solpin-
gotus crassicauda Vinogr.

карликовый трехпалый Гентне-
ра — S. heptneri Vorontzov et
Smirnov

карликовый трехпалый бледный—

S. pallidus Vorontzov et Sehen-
brot

Тушканчик Лихтенштейна — Eremody-
pus lichtensteini Vinogradov

малый — Allactaga elater Licht,
монгольский — см. тушканчик-
прыгун

мохноногий — Dipus sagitta Pall,
прыгун — Allagtaga sibirica Fos-
ter

Северцова — A. severtzovi Vino-
gradov

толстохвостый — Pygerethmys pla-
tyurus Licht.

туркменский — Jaculus turcmeni-
cus Vinogradov et Bondar

Тушканчики трехпалые — Dipodinae
Тюлень каспийский — Phoca (Pusa)
caspica Gmel.

Xayc — см. кот камышовый

Хомяк обыкновенный, или пестрый,—
Cricetus cricetus L.

Хомячок даурский (барабинский)—
Crieetulus barabensis Pall.

джунгарский — Phodopus sungo-
rus Pall.

серый — Cricetulus migratorius
Pall.

Эверсманна — Allocricetulus ever-
smanni Brandt

Хорек степной, или светлый,— Muste-
la (Putorius) eversmanni Lesson

Цокор алтайский — Myospalax myo-

spalax Laxm.

Шакал — Canis aureus L.

Птицы

Авдотка — Burhinus oedicnemus L.
Аист белый — Ciconia ciconia L.

черный — C. nigra L.

Баклан большой — Phalacrocorax car-
bo L.

малый — Ph. pygmaeus Pall.
Балобан—Falco cherrug Gray
Бекас азиатский — Gallinago stenura
Bp.

Беркут — Aquila chrysaetus L.
Бормотушка — Hippolais caligata L.

Вальдшнеп — Scolopax rusticola L.
Веретенник большой — Limosa limo-
sa L.

Вертишейка — Jynx torquilla L.

Воробей домовой — Passer domesti-
cus L.

полевой — P. montanus L.

саксаульный — Passer ammoden-
dri Gould.

Ворон — Corvus corax L.

пустынный, или буроголовый,— С.
ruficollis Less.

Ворона серая — Corvus cornix L.

черная — C. corone L.

Выпь — Botaurus stellaris L.

Вяхирь — Columba palumbus L.

Вьюрок алтайский, или гималай-
ский,— Leucosticte nemoricola Hods.

Брандта, или жемчужный гор-
ный,— Leucosticte brandti Bp.

Вьюрок монгольский пустынный — Bu-
canetes mongolicus Swinh.

Гагара полярная — Gavia immer
Brunn.

чернозобая — G. arctica L.

Гаичка джунгарская — Parus songa-
rus Sev.

черноголовая — P. palustris L.
Галка—• Corvus, monedula L.

альпийская — C. graculus L.

Гаршнеп — Lymnocryptes minima
Brtim.

Глухарь — Tetrao urogallus L.

белобрюхий (уральский подвид)
глухарь — Т. u. uralensis Sev. et
Menzb.

Гоголь — Bucephala clangula L.
Горихвостка голубоголовая, или седо-
головая,— Phoenicurus coeruleocepha-
lus Vig.

краснобрюхая — P. erythrogaster

Gtild.
красноспинная — Ph. erythronotus
Ev.

лысушка, или обыкновенная,—Ph.
phoenicurus L.

рыжебрюхая — см. краснобрюхая
Горлица — Streptopelia turtur L.

большая — S. orientalis Lath.

египетская — см. малая горлица
малая— S. senegalensis L.

степная — см. горлица большая
Грач — Corvus frugilegus L.

Гриф черный, или бурый,— Aegypius
monachus L.

Гус,- серый — Anser anser L.

Дербник — Falco columbaris L.

Дербник киргизский, степной дерб-
ник — Falco columbaris christiani-bu-
dovici Kleinschmidt!

Джек, или вихляй,— Otis undulata
Jacquin

Дрозд деряба — Turdus viscivorus L.
каменный пестрый — Monticola
saxatilis L.

лиловый, или синяя птица,—
Myophonus caeruleus Scop.

певчий — Turdus philomelos Br.

рябинник — T. pilaris L.

черный — T. merula L.

Дрофа, или дудак, — Otis tarda L.

Дрофа-красотка — см. джек

Дубонос арчовый — Mycerobas car-
nipes Hodgs.

Дубровник — Emberiza aureola Pall.

Дупель — Gallinago media Lath.

горный — G. solitaria Hodgs.

Дятел белокрылый — Dendrocopus
leucopterus Salvad.

белоспинный — D. leucotos Bechst.

пестрый большой — D. major L.
пестрый малый — D. minor L.

седоголовый, или седой,— Picus
canus Gm.

трехпалый—Picoides tridactylus L.
черный — см. желна

Жаворонок белокрылый — Melanoco-
rypha leucoptera Pall.

двупятнистый — M. bimaculata
Menetr.

малый — Calandrella cinerea Gm.
обыкновенный полевой — Alauda
arvensis L.

полярный, или тундряной,— см.
рогатый

рогатый — Eremophila alpestris
flava Gm.

сибирский — см. белокрылый
степной — Melanocorypha calan-
dra L.

хохлатый туркестанский, или ту-

ранский,—Galerida cristata magna
Hume.

хохлатый украинский — G. cr. te-
niurostris Brehm.

Желна — Dryocopus martius L.

Жулан сибирский — Lanis cristatus L.
Журавль-красавка — Anthropoides
vizgo L.

серый — Grus grus L.

Завирушка черногорлая — Prunella
atrogularis Brandt

Зарянка — Erithacus rubecula L.
Зеленушка — Chloris chloris L.

Зимняк — см. канюк-зимняк
Зимородок голубой — Alcedo atthis L.
Змееяд — Circaetus ferox Gm.

Зуек азиатский, или каспийский,—
Charadrius asiaticus Pall.

каспийский — см. азиатский
морской — Charadrius alexandri-
nus L.

толстоклювый — Ch. leschenaultii
Less.

Зяблик — Fringilla coelebs L.

Иволга — Oriolus oriolus L.
индийская — О. о. kundoo Sykes,
туркестанская — О. о. turcestani-
cus Zarudny et Kudasch.

Индейки горные — см. улары

Казарка краснозобая — Rufibrenta
ruficollis Pall.

Каменка — Oenantha oenantha L.

плясунья — Oe.	isabellina

Cretzschm.

пустынная — Oe. deserti Temm.
Камышевка белобрюхая, или широко-
хвостая, или туркестанская широко-
хвостка,— Cettia cettia albiventris
Sev.

дроздовидная — Acrocephalus
arundinaceus L.

индийская — Ac. agricola Jerd.
садовая — Ac. dumetorum Blyth.

Камышница — Gallinula chloropus L.
Канюк — Buteo buteo L.

зимняк — В. lagopus Pontopp.
курганник—В. rufinus Cretzschm.
лесной — см. сарыч

Каравайка — Plegadis falcinellus L.
Кваква •— Nycticorax nycticorax L.
Кедровка тянь-шаньская — Nucifraga
caryocatactes rothschildi Hart.

Кеклик — см. куропатка горная
Клест-еловик — Loxia curvirostra L.
Клинтух — Columba oenas L.

Клушица — Pyrrhocorax pyrrchoco-
rax L.

Кобчик — Erythropus vespertinus L.
Козодой буланый, или египетский,—
Caprimulgus aegyptus Licht.

обыкновенный — С. europaeus L.
Колпица — Platalea leucordia L.

Конек горный тянь-шаньский—Anthus
spinoletta L.

лесной — A. trivialis L.

полевой — A. campestris L.

степной — A. richardi Vieill.

Королек тянь-шаньский, или желтого-
ловый туркестанский,— Regulus regu-
lus tristis Pleske

Коршун черный — Melvus korschun
Gm.

Крапивник—Troglodytes troglody-
tes L.

Крачка белощекая — Chlidonias hyb-
rida Pall.

белокрылая, или светлокрылая,—
Ch. leucoptera Temm.

речиая — Sterna hirundo L.
черноносая, или чайконосая,— Ge-
lochelidon nilotica Gm.

черная — Chlidonias nigra L.

Кречетка, или пигалица степная,—
Chettusia gregaria Pall.

Кроншнеп большой — Numenius ar-
quata L.

Крохаль большой — Mergus mergan-
ser L.

Кряква — Anas platyrhynchos L.

Кукушка — Cuculus canoris L.

Кукша — Perisoreus infaustus L.

Кулик-сорока — Haematopus ostrale-
gus L.

Курганник — см. канюк-курганник
Курица султанская — см. султанка
Куропатка белая большая — Lagopus
lagopus major Locur.

белая западносибирская — см. ку-
ропатка белая большая

белая казахстанская — см. куро-
патка белая большая

белая, степной подвид — см. ку-
ропатка белая большая
даурская, или бородатая,— Рег-
dix dauricae Pall.

серая тургайская (куропатка се-
рая сибирская) — Р. perdix robus-
ta Homeyer et Tancre

тундряная — Lagopus mutus Mon-
tin

горная, или кеклик,— Alectoris ka-
kelik Falk.

Курочка болотная — см. камышница

Лазоревка белая — Parus cyanus Pall,
белая тянь-шаньская — Р. tian-
schanicus Menzb.

Ласточка береговая — Riparia ripa-
ria L.

городская — Delichon urbica L.

горная — Phynoprogne rupestris;
Scop.

даурская — см. рыжепоясничная
касатка, или деревенская,—Hirun-
do rustica L.

рыжепоясничная — Cecropis dau-
rica L.

Лебедь-кликун — Cygnus cygnus L_
Лебедь-шипун — C. olor Pall.

Лунь болотный, или камышовый,—
Circus aeroginosus L.

луговой — C. pygargus L.

полевой — C. cyaneus L.
степной — C. macrourus Gm.

Луток — Mergus albellus L.

Лысуха — Fulica atra L.

Могильник — Aquila heliaca Sav.

Мухоловка райская индийская, или
туркестанская,— Terpsiphone ра-
radisi leucogaster Swainson
серая — Muscicapa striata Pall.

Неясыть серая, или обыкновенная
туркестанская,— Strix aluco harms!
Sarudny

Нырок белоглазый — Aythya nyroca
Giild.

красноголовый — A. ferina L.
красноносый — Netta rufina PalL
хохлатый, или хохлатая чернеть,—
Aythya fuligula L.

Овсянка белошапочная — Emberiza
leucocephalos Gm.

Бьюкенена, или каменная,—E. bu-
chanani Blyth.

желчная — E. bruniceps Br.
обыкновенная — E. citrinella L.
садовая — E. hortulana L.

Стьюарта — E. Stewarti Blyth,
тростниковая, или камышовая,—
E. schoeniclus L.

Огарь, или красная утка,— Casarca
ferruginea Pall.

Оляпка белобрюхая обыкновенная —
Cinclus cinclus leucogaster Bp.

чернобрюхая, или бурая,— Cin-
clus pallasi Temm.

Орел-змеятник — см. змееяд

Орел степной — Aquila nipalensis
Hodgs

Орлан-белохвост — Haliaetus albucil-
la L.

долгохвост — H. leucoryphua PalL

Пастушок водяной — Rallus aquati-
cus L.

Пеганка — Tadorna tadorna L.

Пеликан кудрявый — Pelicanus cris-
pus Bruch.
розовый — Р. onocrotalus L.

Пеночка зеленая — Phylloscopus tro-
chiloides Sund.

теньковка — Ph. collybata Vieill.
Перепел — Coturnix coturnix L.
Перепелятник — Accipiter nisus L.
Пересмешка — Hippolais icterina Vie-
ill.

Пигалица степная — см. кречетка
Пищуха — Certhia familiaris L.

гималайская — C. himalayana Vig.
Плешанка — Oenanthe pleschanka Le-
pechin

Плясунья — см. каменка-плясунья
Поганка большая, или чомга,—Colym-
bus cristatus L.

малая — Podiceps ruficoliis Pall,
рогатая, или красношейная,— Co-
lumbus auritus L.

серощекая — Podiceps griseigena
Bodd.

черношейная — P. nigricollis
Brehm

Подорожник снежный, или лапланд-
ский,— Calcarius lapponicus L.

Подорлик большой — Aquila clanga

Pall.

Поползень—Sitta europaea L.

скальный большой — S. tephrono-
ta Sharpe.

Поручейник — Tringa stagnatilis Be-
chst.

Просянка — Emberiza calandra L.
Пуночка — Plectrophenax nivalis L.
Пустельга обыкновенная — Cerchneis
tinnunculus L.

степная — C. naumanni Fleisch.

Ремез камышовый, или толстоклю-
вый,— Remiz pendulatus macronyx
Sev.

черноголовый — R. pendulinus co-
ronatus Sev.

Ржанка-сивка, или хрустан,— Charad-
rius morinellus L.

Рябок белобрюхий — Pterocles alcha-
ta L.

чернобрюхий — P. orientalis L.
Рябчик — Tetrastes bonasia L.

Савка белоголовая — Oxyura leuco-
cephala Scop.

Саджа — Syrrhaptes paradoxus Pall.
Свиязь — Anas penelope L.

Сапсан — Falco peregrinus Tust.

Сарыч — см. канюк

Серпоклюв — Ibidorhyncha struthersii
Vig.

Сизоворонка — Coracias garrulus L.
Синица большая — Parus major L.

московка, или черная,— P. ater L.

рыжегрудая, или рыжешейная,—
P. rufonuchalis Blyth.

серая — P. bockarensis Licht.

усатая — Panurus biarmicus L.

черная — см. синица московка
Синичка расписная — Leptopoecile
sophiae Sev.

Сип белоголовый — Gyps fulvus Habl.
Скворец — Sturnus vulgaris L.

розовый — Pastor roseus L.

Славка буланая, или пустынная,—
Silvia папа Hempr. et Ehrenb.

масличная, или певчая,— S. hor-
tensis Gm.

мельничек, или славка-завируш-
ка,— S. curruca L.

рыжехвостая, или рыжая,— Ery-
thropygia golactates Temm.

садовая — Silvia borin Bodd.

серая — S. communis Lath.

ястребиная — S. nisoria Bechst.
Снегирь — Pyrrhula pyrrhula L.

Сова белая — Nyctea scandiaca L.

болотная — Asio flammeus Pon-
topp.

ушастая — A. otus L.

ястребиная — Surnia ulula L.

Совка буланая, или пустынная,—
Otus brucei Hume

Сойка саксаульная — Podoces pande-
ri Fisch—W.

Соловей белогорлый (белошейка) —
Irania gutturalis Querin.

восточный — Luscinia luscinia L.
красногорлый, или черногрудая
красношейка,— L. pectoralis Go-
uld.

туркестанский западный — L. me-
garhynchos hafizi Sev.

Сорока — Pica pica L.

Сорокопут-жулан — Lanius collurio L.
Сорокопут краснохвостый — см. со-
рокопут туркестанский

пустынный, или серый пустын-
ный,— L. excubitor pallidir ostris
Cassin.

туркестанский, или туркестанский
жулан,— L. collurio phoenicuroides
Schalow.

чернолобый — L. minor Gm.

Сплюшка буланая, или обыкновенная
сибирская,— Otis scops pulchellus Pall.
Стенолаз — Tichodroma muraria L.
Стервятник — Neophron percnope-
rus L.

Стерх — Grus leucogeranus Pall.

Стрепет — Tatrax tetrax L.

Стриж белобрюхий — Apus melba L.

черный — A. apus L.

Султанка — Porphyrio poliocephalus
Lath.
Сыч дымовый — Athena noctua Scop,
пустынный — A. n. bactriana Hut-
ton.

степной — см. сыч домовой

мохноногий — Aegolius funere-
us L.

Тетерев — Lyrurus tetrix L.

монгольский, или тянь-шаньский,—

L. t. mongolicus Lonn.

степной — L. t. viridanus Lor.
Тетеревятник — Accipiter gentilis L.
Тиркушка степная — Glareola nord-
manni Nordm.

Травник — Tringa totanus L.

Трясогузка белая туркестанская, или
маскированная,— Motacilla alba perso-
nata Gould.

желтая — M. flava L.

желтоголовая — M. citreola Pall.

черноголовая туркестанская — см.
белая туркестанская, или маски-
рованная

Турпан — Melanitta fusca L.

Турухтан — Philomachus pugnax L.
Тювик — Accipiter badius Gm.

Удод — Upupa epops L.

Улан алтайский — Tetraogallus altai-
cus Gebler

гималайский — T. himalayensis

Gray

тибетский — T. tibetanus Gould.
Улит большой — Tringa nebularia
Gunn.

Утка красная — см. огарь

серая — Anas strepera L.

Фазан аральский — см. сырдарьин-
ский

сырдарьинский — Phasianus col-
chicus turcestanicus Lorenc
семиреченский — Ph. с. mongoli-
cus Brandt.

Филин —Bubo bubo L.

Фифи — Tringa glareola L.

Фламинго, или краснокрыл, красный
гусь,— Phoenicopterus roseus Pall.

Ходулочник — Himantopus himanto-
pus L.

Хохотун черноголовый — Larus ich-
thyaetus Pall.

Цапля белая большая — Egretta ich-
ba L.

белая малая — E. garzetta L.

желтая — Ardea ralloides Scop.

красная (рыжая) — Ardea purpu-
rea L.

серая — A. cinerea L.

Чайка малая — Larus minutus Pall.

речная (озерная) — L. ridibun-
dus L.

сизая — L. canus L.

таймырская (серебристая таймыр-
ская) — L. argentatus taimyren-
sis But.

хохотунья сибирская — чайка се-
ребристая южная — L. a. cachin-
nas Pall.

Чеглок — Hypotnerehis subbuteo L.
Чеграва — Hydroprogne caspia Pall.
Чекан-каменка — см. каменка

плясунья — см. каменка-плясунья
пустынный—см. камеика пустын-
ная

Черныш — Tringa ochropus I .

Чечевица — Carpodacus erythrinus
Pall.

Чечетка горная — Carciuelis flaviros-
tris L.

Чибис — Vanellus vanellus L.
белохвостый, или белохвостая
пигалица,— V. leucora Licht.

Чиж — Spinus spinus L.

Чирок мраморный — см. узконосый

Чирок свистунок — Anas crecca L.
трескунок — A. querquedula L.
узконосый — A. angustirostis Ме-
netr.

Шилоклювка — Recurvirostra avaset-
ta L.

Шилохвость — Anas acuta L.

Широконоска — A. clypeata L.

Широкохвостка туркестанская — см.
камышевка белобрюхая

Щегол седоголовый — Carduelis саг-
duelis L.

Щурка зеленая персидская, нли обык-
новенная зеленая,— Merops supercilio-
sus persicus Pall.

золотистая — M. apiaster L.

Ягнятник бородач — Gyphaetus barba-
tus L.

Ястреб-перепелятник — см. перепе-
лятник

тетеревятник — см. тетеревятник

Рептилии

Агама степная — Agama sanguinolen-
ta Pall.

Варан серый — Varanus griseus Daud.

Гадюка степная — Vipera ursini Bon.
Геккон гребнепалый — Crossobamon
eversmanni Wieg.

каспийский — Gymnodactylus cas-
picus Eich.
серый — С. russowi Strauch.

сцинковый — Teratoscincus scin-
cus Schleg.

туркестанский — Gymnodactylus
fedtschenkovi Strauch

Геккончик пискливый — Alsophylax
pipiens Pall.

Гологлаз алайский — Ablepharus ala-
icus Elp.

пустынный — A. deserti Strauch

Круглоголовка сетчатая — Phryno-
ccphalus reticulatus Eichw.

такырная — Ph. helioscopus Pall.

ушастая — Ph. mystaceus Pall.

Стрела-змея — Taphrometopon lineo-
latum Brandt

Удавчик восточный — Eryx tataricus
Licht.

песчаный — E. miliaris Pall.

Черепаха болотная, или речная,—
Emys orbicularis L.

степная — Testudo horsfieldi Gray

Щитомордник палласов — Ancistro-
don halis Pall.

Ящерица прыткая — Lacerta agilis L.
Ящурка глазчатая — Eremias multi-
ocellata Gunter

линейчатая — E. lineolata Nik.

пестрая, или разноцветная,— E.
arguta Pall.

сетчатая — E. grammica Licht.

Амфибии

Жаба зеленая — Bufo viridis L.

Лягушка остромордая — Rana terre-
stris L.

Чесночница — Pelobates fuscus Laur.
СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие.................................................... 3

Введение......................................................  6

Основные черты фауны Казахстана................................ 11

Роль климата в формировании фауны Казахстана при современ-
ных условиях ее существования................................. 16

Летний термический режим и фауна............................... 17

Условия летнего испарения и проблема водного питания животных 21

Температурный режим суток и фауна.............................. 27

Особенности зимнего' режима и фауна............................ 28

Белая криптическая окраска зимнего наряда у позвоночных жи-
вотных ....................................................... 32

Широкое распространение и разнообразие хионофобов ....	34

Области с мягкой зимой — районы зимовки некоторых групп
птиц.......................................................... 36

Основные черты растительности в отношении к фауне ....	37

Особенности степных растений как источника пищи............... 38

Защитная роль растительности и криптическая окраска у живот-
ных степей и пустынь. Стадность и колониальность.............. 47

Обилие животных-норников и их значение в географическом
процессе...................................................... 52

Быстрота передвижения. Грызуны с рикошетирующим бегом .	56

Фауна и животный мир степных равнин........................... 59

Разнотравно-злаковые степи с березовыми колками на обыкно-
венных черноземах и разнотравно-злаковые степи на южных чер-
ноземах ...................................................... 59

Сухие ковыльно-типцовые степи и разнотравно-злаковые степи
на южных	черноземах......................................... 71

Животный	мир Казахского мелкосопочника...................... 85

Фауна степных боров и кустарников по речным долинам ...	89

Животный	мир полупустынь и пустынь.......................... 94

Животный мир тугаев и тростниковых зарослей Южного Казах-
стана ....................................................
Животный мир горных областей Казахстана..................... 115

Алтай и Тарбагатай...........................................116

Заилийский Алатау и Западный Тянь-Шань...................... 119

Птицы и звери Каспийского и Аральского морей.................126

Послесловие..................................................131

Литература...................................................133

Примечания...................................................137

Список позвоночных животных, упомянутых в тексте.............140
Александр Николаевич
Формозов

ЖИВОТНЫЙ МИР
КАЗАХСТАНА

Утверждено к печати

Московским обществом
испытателей природы

Редактор издательства Г. М. Орлова
Художественный редактор Н. Н. Власик
Технические редакторы М. Л. Маркелова,
М. Ю. Соловьева

Корректоры К. П. Лосева, Е. В. Шевченко

ИБ № 35167

Сдано в набор 20.04.87

Подписано к печати 24.06.87
Т-08991. Формат 60X90‘/ie

Бумага типографская № 1
Гарнитура литературная
Печать высокая

Усл. печ. л. 9,5. Усл. кр. отт. 9,6. Уч.-изд. л. 10,1
Тираж 3150 экз. Тип. зак. 4133
Цена 1 р. 50 к.

Ордена Трудового Красного Знамени
издательство «Наука»
117864, ГСП-7, Москва, В-485,
Профсоюзная ул., 90.

2-я типография издательства «Наука»
121099, Москва, Г-99, Шубинский пер., 6