и л и

И Т А Л I Я.

СО9ИНЛНІК

госпожи СТАЛЬ - голстеинъ.

.....................17Лгаііо И Ъеі раезв-

Ск'Арзпиіл рагіе^ е'І таг аігсопсіа; е ГАІрб-
Р* т к.лк^и г.

Переводъ сЪ французскаго-

штій1іМ№піі -

Въ шести Ч^аслгл іеъ.

МОСКВА, і 8 о д.

Въ "Университетской Типографіи.
СЪ одобренія Ценсур»аго> Комитета’,,
учрежденнаго для Округа Император-
скаго Московскаго университета..


КОРИН Н А.

КНИГА ПЕРВАЯ.

ОСВАЛЬДЪ.

ГЛАВА I.

Дордъ Нелъввгль Освальдъ, Перъ
Шотландскій, отправился мзь
Эдимбурга, аимою въ концѣ 1794 года,
въ Италію; онъ имѣлъ прекрасный
величественный станъ, умъ острый
и проницательный, пріобрѣлъ вели-
кое имя, имѣлъ хорошее состояніе;
но глубокая меланхолія часто раз-
строй вала его здоровье.. Врачи стра-
шась , чтобы онъ не впалъ въ чахот-
ку, совѣтовали ему путешество-
вать на Югъ. ЛордъНельвиль послѣдо-
валъ ихъ совѣту; хотя и не старался
поправлять разстроенное своё здо-
ровье, по крайней мѣрѣ надѣялся, что
разнообразіе и новость предметовъ
можетъ нѣсколько развлечь сго мыс-
ли. Самая чувствительная горесть.
лишишься родителя своего, кото-
раго любилъ со всею сыновнею нѣж-
ностію — была причиною его болѣз-
ни; горестныя обстоятельства, без-
покойство , произходящее отъ чрез-
мѣрной его задумчивости , еще бо-
лѣе умножали сердечную тоску его,
а воображеніе увеличивало ее сво-
ими мечтами. Люди въ нещастіи
легко сознаютъ себя виновными ,
а жестокая печаль производитъ
угрызенія совѣсти.

На двадцать-пятомъ году сво-
его возраста Освальдъ уже чувство-
валъ отвращеніе къ жизни ; разумъ
его проницалъ будущее, а разпіро-
ганная чувствительность не плѣ-
нялась обольщеніями сердца. Никто
болѣе его не имѣлъ привязанности
къ друзьямъ своимъ, когда нахо-
дилъ себя въ состояніи оказать
имъ какую - либо услугу ; но и са-
мое добро не доставляло ему удо-
вольствія , которое онъ оказывалъ
друзьямъ; когда все вокругъ его улы-
балось , на лицѣ его можно было чи-
тать глубокую горесть ; онъ ску-
чалъ всѣми забавами; старался Дѣ-
лать другихъ щастлиными, и всегда
легко могъ жертвовать своими удо-
вольствіями другимъ. Но по одному
благородству не льзя было сказать,
чтобы онъ не былъ эгоистомъ:
3
такое расположеніе должно было
приписать какой-то тайной пе-
чали , которая не позволяла ему бо-
лѣе наслаждаться собственною сво*
ею участію. Хладнокровные находи-
ли въ немъ этотъ характеръ любез-
нымъ; нотѣ, кои были осыпаны его
благодѣяніями, чувствовали, что
онъ занимался щасшіемъ другихъ
какъ такой человѣкъ, которой не
пекся болѣе о самомъ себѣ, и благо-
творительность его была для нихъ
тяжестію — тѣмъ болѣе, чшо онж
видѣли его Ѣгещасшіе и не могли по-
собишь ему.

При всемъ томъ Освальдъ имѣлъ
характеръ ко всему чувствитель-
ный и пылкой; онъ соединялъ въ
себѣ всѣ тѣ качества, которыя ко- ,
гутъ плѣнять другихъ; но неща-
сшія и раскаяніе сдѣлали его роб-
кимъ въ разсужденіи судьбы своей;
онъ думалъ обезоружишь ее тѣмъ ,
что рѣшился ничего отъ ней не тре-
бовать. Исполняя должность свою,
разлучившись со всѣми мнимыми»
мечтательными удовольствіями, ВЪ
безчувственности и одинокомъ об-
разѣ жизни онъ надѣялся обрѣсть
твердую опору противу горестей,
терзавшихъ его сердце; нещасшіе,
однажды имъ претерпѣнное, всегда
устрашало его ; ему казалось , что
▲ 2
не что въ свѣтѣ не можетъ превы-
шать жестокость сихъ мученій;
но человѣкъ, одаренный чрезвычай-
ною чувствительностію, въ какомъ
образѣ жизни найдетъ твердую за-
щиту противъ ихъ? гдѣ искать
безопаснаго-убѣжища ?

Лордъ Нельвиль хладнокровно
хотѣлъ оставить Шотландію. Не-
щасшное воображеніе чувствитель-
ныхъ душъ дѣйствуетъ совсѣмъ
иначе ; онъ не сомнѣвался въ тѣхъ
обязанностяхъ, которыя соединяли
его съ мѣстомъ его рожденія — съ •
мѣстомъ , гдѣ совершилось величай-
шее его злополучіе — съ отеческимъ
домомъ; тамъ воображалъ онъ ком-
наты, мѣста, къ которымъ не могъ
приближиться безъ уж аса и содрога-
нія ; но рѣшившись удалишься от-
туда, онъ почувствовалъ еще болѣе
свое одиночество. Онъ ощущалъ
какую - то пустоту въ своемъ серд-
цѣ, и не жегъ болѣе проливать
слезъ , вспоминая о тѣхъ малостяхъ,
которыя облегчали сердечную тоску
его; но воспоминанія его были безъ
всякой живости и не имѣли соот-
ношенія съ окружавшими его пред-
метами ; онъ вображалъ только
одинъ предметъ, о которомъ жалѣлъ
непрестанно, но и сей мрачно изо-
бражался въ слабыхъ чертахъ раа-
строеннаго воображенія. Иногда онъ
укорялъ себя, что оставляетъ домъ
своего отца: — кто знаетъ? гово-
рилъ онъ самъ съ собою , могутъ ли
тѣни умершихъ всюду слѣдовать
аа предметами любви своей? Можетъ
быть носятся онѣ надъ тѣми толь-
ко мѣстами, гдѣ покоится мирный
прахъ ихъ ; можетъ быть въ сію
минуту родитель мой, тронувшись
моею горестію, обращаетъ на меня
сострадательные и тихіе свои взог
ры, начисляетъ мои вздохи, но не
имѣетъ силъ призвать меня; отда-
ленность служитъ непреоборимою
препоною, увы ! когда онъ былъ
еще живъ, стеченіе неслыханныхъ
событій не долженствовало ли увѣ-
ришь его, что я измѣнилъ любви
его, нарушилъ вѣрность къ моему
отечеству, измѣнилъ волѣ родитель-
ской, — словомъ, всему, что есть на
землѣ священнаго? — Послѣ сихъ горе-
стныхъ мыслей столь жестокая
горесть овладѣла имъ, что онъ не
только не могъ никому открыть
ихъ, но даже самъ страшился углуб-
ляться въ оныя. Волъ какъ легко
можно причинить себѣ невозврат-
ное ало собственными своими раз-
мышленіями I —

Но какая неизъяснимая горесть
объемлешъ душу того, кто 9 оста-
яляя отечество, долженъ претглы-
вать обширныя моря! Сколь вели-
чественно то путешествіе, когда
первые шаги свои заноситъ на глад-
кую поверхность океана! Кажется,
неизмѣримая сія бердна разступает-
ся позади насъ, и возвращеніе можетъ
сдѣлаться на вѣки невозможнымъ.
Сверхъ того зрѣлище моря всегда
оставляетъ .въ душѣ глубокое впе-
чатлѣніе; оно есть символъ того
безконечнаго Существа, къ которо-
му безпрестанно стремится ра-
зумъ нашъ, и безпрестанно въ
немъ теряется. Освальдъ, облоко-
шясь рукой на кормило, и устре-
мивъ взоры свои на лѣнящіеся валы,
повидимому сидѣлъ спокоенъ; ибо
самолюбіе и робость запрещали ему
открывать свои горести даже ис-
креннимъ друзьямъ своимъ; мучи-
тельныя чувствованія, такъ ска-
зать, умирали въ душѣ его. Иногда
онъ терялъ мрачныя мысли свои,
когда, смотря пристально на море,
по машинальному движенію въ раз-
сѣянности своей держалъ весло про-
тивъ бѣгущихъ волнъ, измѣрялъ
свои силы: начшо безпрестанно
предаваться мрачнымъ мыслямъ ?
съ горестію говорилъ онъ самъ въ
себѣ. Сколь великія удовольствія
сокрыты въ дѣятельной жизни •
7
сколько случаевъ для веселаго раз-
влеченія мыслей находится въ тѣхъ
усильныхъ дѣйствіяхъ, которыя
даютъ намъ чувствовать цѣну на-
шего бытіятогда самая смерть
кажется намъ приключеніемъ, мо-
жетъ быть славнымъ, или по край-
ней. мѣрѣ нечаяннымъ, которому ни-
какой постепенной упадокъ не пред-
шествуетъ. Но сія смерть, противъ
воли поражающая Героевъ, — сія
смерть, которая въ одну ночь по-
хищаетъ у насъ все, что мы имѣемъ
любезнѣйшаго, плодъ многолѣтнихъ
трудовъ и попеченій, — которая безъ
всякой жалости подчиняетъ* насъ
вѣчнымъ законамъ времени и при-
роды — сія смерть вдыхаетъ какое-
то презрѣніе къ участи человѣче-
ской, къ безсилію горести и ко всѣмъ
тщетнымъ усиліямъ, которыя раз-
рушаютъ законъ необходимости.

Такъ разсуждалъ смятенный Ос-
вальдъ ; пылкость его положенія,
свойственная юности и соединен-
ная съ основательностію зрѣлаго
возраста, была въ нещастіи отли-
чительною чертою его жизни. Онъ
безпрестанно перебиралъ въ головѣ
своей тѣ мысли, которыя должны
были занимать отца его въ послѣд-
нія минуты его жизни; и пылкость
двадцатипяшилѣтняго возраста
8
соединялъ онъ съ меланхолическими
размышленіями старости. У вручен-
ный горестнымъ чувствованіемъ не-
щастій , онъ всемъ скучалъ; но жа-
лѣлъ о потерѣ лцастія , какъ будто
остались ему одни его призраки.
Сія противуположность, совсѣмъ
несообразная съ законами Природы ,
которая соединяетъ одно существо
съ другимъ  и весь ходъ вещей ос-
новываетъ на постепенности, про-
извела чрезвычайное разстройство
въ душѣ Освальда; но наружные
его поступки всегда были пріятны
и кротки; горесть его не только
не сдѣлала характеръ его жесто-
кимъ, но.еще болѣе вдохнула въ него
человѣколюбія и благотворитель»
мости къ ближнимъ.

Во время переѣзда Освальдова изъ
Гарвича въ Эмбденъ, три раза под-
нималась на морѣ буря; Лордъ Нель-
виль давалъ совѣты матросамъ,
утѣшалъ отчаянныхъ пассажировъ ;
иногда и самъ принимался за работу,
или на . время заступалъ мѣсто
кормчаго; въ дѣйствіяхъ своихъ
столько оказывалъ искуства и силы,
что никакъ не можно было припи-
сать оныя обыкновенной легкости
и проворству его тѣла; — ибо душа
беретъ во всемъ участіе.
Когда надобно было разста-
ваться всѣмъ между собою пассажи-
рамъ , то всѣ тѣснились вокругъ
Освальда ; всѣ хотѣли проститься
съ нимъ; всѣ благодарили его за
тысячу небольшихъ услугъ, кото-
рыя онъ оказалъ имъ во время пе-
реправы, но которыя онъ давно уже
позабылъ. Одинъ младенецъ долгое
'время занималъ его собою ; еще до-
лѣе былъ предметомъ его попечи-
тельности одинъ старикъ, котораго
колеблющіеся шаги поддерживалъ
онъ во время сильнаго морскаго вол-
нованія, колебавшаго судно. Можетъ
быть ни одинъ человѣкъ не зани-
мался столь мало самимъ собою;
все, что только можетъ доставить
намъ удовольствіе, предоставлялъ
онъ другимъ. Всѣ матросы при про-
щаніи въ одинъ голосъ кричали
ему: „будьте щастливѣе, любезный
Милордъ ! — Должно между тѣмъ за-
мѣтишь , что Освальдъ никогда не
обнаруживалъ предъ ними своихъ
нещастій ; многіе пассажиры , изъ
благородныхъ фамилій, воспитанные
по системѣ Песшалоцція, обогатили
разумъ свой обширными познанія-
ми, но при прощаніи никто не ска-
залъ ему ни слова, — между тѣмъ
какъ люди, рожденные вь низкомъ
состояніи, получившіе грубое вос-
питаніе, которымъ вышшіе рѣдко
повѣряютъ тайны своего сердца,
оказали такую чувствительность !
Они умѣютъ угадывать чувства дру-
гимъ образомъ — безъ словеснаго объ-
ясненія ; они сожалѣютъ- о васъ,
когда печаль тяготитъ ваше серд-
це, хотя причина оной имъ не-
извѣстна; непринужденное ихъ
сожалѣніе уда-лено отъ всякаго про-
ницанія или притворства.

ГЛАВА II.

Путешествіе, какъ бы то ни
было, можно назвать однимъ изъ
горестнѣйшихъ удовольствій жиз-
ни. Когда мы пріѣдемъ въ какой-
нибудь чужестранной городъ, то
тутъ начинаемъ утверждать свое
отечество ; но переѣзжать изъ од-
ной неизвѣстной страны въ другую,
слышать людей, говорящихъ язы-
коліъ вамъ' едва понятнымъ, ви-
дѣть .человѣческія лица, неимѣю-
щія ни малѣйшаго - отношенія съ
вашимъ, есть не иное что, какъ
уединеніе, горестное одиночество.
Такъ, сія заботливость, сія поспѣш-
ность скорѣе достигнуть желан-
наго мѣста, гдѣ никто васъ не ожи-
даетъ; сіе внутреннее безпокойство,
11
происходящее оптъ одного любопыт-
ства 9 весьма мало внушаютъ вамъ
уваженія къ самимъ себѣ — до тѣхъ
поръ , пока новые предметъ» содѣ-
лаются для васъ старыми, и соста-
вятъ нѣкоторыя сладостныя узы
чувствованія и привычки.

Освальдъ сильнѣе почувствовалъ
печаль свою, проѣзжая чревъ Герма-
нію въ Италію, по причинѣ возго-
рѣвшейся кровопролитной и опу-
стошительной войны; онъ дол-
женъ былъ убѣгать какъ фран-
ціи , такъ и окрестностей ея; дол-
женъ былъ удаляться всѣхъ мѣстъ
занятыхъ арміями разныхъ Державъ,
и сдѣлавшихся 'почти непроходи-
мыми. Сія необходимость — зани-
маться чувственными подробность-
ми въ путешествіи, предприни-
мать ежедневно и почти ежеми-
нутно новыя мѣры, была для Лорда
крайне несносна. Здоровье его не
только не поправлялось, но часто
заставляло его останавливаться въ
дорогѣ, въ то самое время, когда
онъ горѣіь нешерпѣніёмъ скорѣе
достигнуть предположенной цѣли ,
или выѣхать изъ какого - нибудь
мѣста. Онъ весьма мало заботился о
своемъ положеніи, не смотря на то,
что кровь текла изъ его гортани.
Почитая себя преступникомъ, онъ
12
съ величайшею строгостію обвинялъ
самаго себя; и если желалъ еще жить,
то для того только, чтобы оста-
токъ дней своихъ употребить на за-
щиту своего отечества. Не имѣетъ ли
надъ нами отечество, говорилъ онъ
самь въ себѣ , какихъ ** либо правъ ?
Но любовь къ нему должна быть
соединена съ пользою; не должно
жертвовать ему слабымъ бытіемъ —
подобнымъ моему. Одинъ только ро-
дитель могъ бы принять меня въ
такомъ состояніи, и тѣмъ горячѣе
сталъ бы любишь меня, чемъ я боль»
тую имѣлъ бы нужду въ его помощи.

Лордъ Нельвиль надѣялся > что
безпрестанное разнообразіе нару-
жныхъ предметовъ мало помалу об-
ратитъ воображеніе его отъ пе-
чальныхъ размышленій въ другую
сторону; но онъ обманулся. — По-
слѣ такихъ нещастій надлежитъ
снова знакомишься съ окружающими
насъ предметами, привыкать къ
неизвѣстнымъ лицамъ, къ дому, въ
которомъ живемъ, и къ ежедневному
обхожденію съ людьми. Каждое изъ
сихъ усилій причиняетъ разстрой-
ство ; но ни что такъ не умножаетъ
ихъ до чрезвычайности, какъ путе-
шествіе.

Все удовольствіе Освальда со-
стояло въ томъ, чтобы объѣзжать
Тирольскія горы на Шотландской
своей лошади , которая вскачь набѣ-
гала на страшныя сіи крутизны ;
и сбиваясь съ большой дороги, на-
рочно Ѣздилъ по самымъ утеси-
стымъ тропинкамъ. Изумленные по-
селяне, видя его на краю бездон-
ныхъ пропасшей, сперва отъ стра-
ха кричали; потомъ удивляясь не-
обыкновенному его искусшву , про-
ворству и мужеству, рукоплесканія-
ми изъявляли свое удовольствіе.
Освальдъ весьма любилъ безпокой-
ство , произходящее отъ угрожаю-
щей опасности ; оно облегчаетъ бре-
мя горестей , примиряетъ насъ на
нѣкоторое время съ сею жизнію,
которую столь легко можно поте-
рять.

ГЛАВА III.

Предъ отъѣздомъ своимъ иаъ
города Иншпрука въ Италію, Ос-
вальдъ узналъ отъ содержателя
трактира, у котораго онъ остано-
вился, исторію объ одномъ фран-
цузскомъ эмигрантѣ, которой назы-
вался Графомъ д’Ерфелемъ. Сей чело-
вѣкъ съ совершеннымъ равнодушіемъ
перенесъ потерю величайшаго богат-
ства ; съ помощію рѣдкаго иску отка
въ музыкѣ онъ доставалъ пропита-
ніе себѣ и престарѣлому своему
дядѣ, котораго не оставлялъ до по-
слѣдней минуты его жизни ; съ твер-
достію отказывался отъ принятія
денежныхъ пособій , предлагаемыхъ
ему разными особами; на войнѣ от-
личался величайшею храбростію и
мужествомъ, среди превратностей
судьбы непоколебимымъ равноду-
шіемъ ; онъ желаетъ отправиться
въ. Римъ, къ одному своему родствен-
нику, по смерти котораго надѣялся
сдѣлаться наслѣдникомъ всего его
богатства , й только искалъ това-
рища , или лучше сказать друга,
съ которымъ бы могъ веселѣе окон-
чить сгое путешествіе.

-Самыя горестнѣйшія воспоми-
нанія Освальда относились наипаче
къ франціи; взирая на то, онъ
былъ удаленъ отъ тѣхъ странныхъ
предразсудковъ, которые составля-
ютъ отличительную черту харак-
тера сихъ двухъ славныхъ наро-
довъ, потому что французъ былъ
искреннимъ его другомъ, въ кото-
ромъ онъ нашелъ всѣ тѣ похваль-
ныя качеев ва, которыя дѣлаютъ
человѣка любезнымъ.. Освальдъ пред-
ложилъ содержателю трактира,
что онъ соглашается быть спут-
никомъ сего благороднаго и неща-
спінаго молодаго человѣка въ Ита-
лію. — Чрезъ часъ содержатель трак-
тира возвратился , объявивъ Лорду
Нельвилю, что предложеніе ег.о бы-
ло принято съ удовольствіемъ и
благодарностію. Освальдъ почиталъ
себя весьма щастливымъ, чшо могъ
оказать сію услугу; но съ великимъ
усиліемъ онъ могъ отказаться отъ
уединенія, и преодолѣть свою ро-
бость, чтобы вдругъ вступить въ
общество съ неизвѣстнымъ ему че-
ловѣкомъ.

Графъ д’Ерфель, пришедши къ *
Лорду Нельвилю, приносилъ чув-
ствительную благодарность за сдѣ-
ланное отъ него ему приглашеніе *
поступки его были пріятны, обра-
щеніе свободно, такъ что Освальдъ -
съ перваго раза плѣнился имъ, на.
шедши въ немъ человѣка съ добрымъ
сердцемъ и отличными дарованіями.
Увидѣвъ его, каждый приходилъ въ
удивленіе , слыша о всѣхъ претер-
пѣнныхъ имъ нещасшіяхъ; мужест-
во его въ пренесеніи жестокихъ уда-
ровъ рока столь было велико , что
походило на стоическую безпеч-
ность ; въ повѣствованіи его о сво-
ихъ нещастія'* ъ примѣтна была ка-
кая -то легкомысленность; но ко-
гда дѣло доходило до предметовъ
16 •
постороннихъ , сія легкомыслен-
ность въ немъ изчезала.

Я весьма много обязанъ вамъ, Ми-
лордъ ! говорилъ Графъ Освальду,
Что вы извлекли меня изъ Германіи ,
гдѣ ошъ скуки готовъ былъ я уме-
реть. — Однако здѣсь всѣ любятъ
васъ и уважаютъ, отвѣчалъ ему
Лордъ Нельвмль. — Это правда; я
имѣю здѣсь .друзей, и разстаюсь
съ ними съ прискорбіемъ, продол-
жалъ Графъ д’Ерфель. Нѣмцы всѣ во-
обще люди дорые, но я не знаю ни
слова по Нѣмецки; учиться сему
языку я бы никогда не имѣлъ намѣре-
нія , потому что на это потребно
много времени; притомъ таковое
упражненіе для меня кажется весь-
ма скучнымъ. Со дня смерти моего
дяди я совсѣмъ не знаю, на что
употреблять время; когда я дол-
женъ былъ ходить за нимъ, то одинъ
дядя мой занималъ меня во весь
день; но теперь двадцать четыре
часа служатъ для меня несноснымъ
бременемъ. — Нѣжность, любезный
Графъ, которую вы оказывали ва-
шему дядюшкѣ, говорилъ Лордъ
Нельвиль, внушаетъ въ другихъ вѣ-
личайшее къ вамъ почтеніе — —
Тутъ нѣтъ ничего особеннаго, пре-
рвалъ Графъ; я исполнилъ одинъ
только долгъ; въ молодыхъ своихъ
лѣтахъ я былъ имъ облагодѣтельст-
вовавъ; и потому хотя бы онъ про-
жилъ еще сто лѣтъ, я и тогда бы не
оставилъ его!... Но къ взаимному
нашему щасшію, внезапная смерть
пресѣкла горестные дни его, приба-
вилъ онъ смѣючись, Я не имѣю поч-
ти надежды улучшить здѣсь свое
состояніе. Я употребилъ все свое
мужество и искусшво на войнѣ,
стараясь привлечь не себя смерто-
носные удары , но жестокая судьба
пощадила меня ; теперь я долженъ
жить такъ , какъ могу. — Я почелъ
бы себя самымъ щастливымъ чело-
вѣкомъ , отвѣчалъ Лордъ Нельвиль,
если бы прибытіе мое въ сей городъ
содѣлалось причиною вашего щастія
въ Римѣ , и если бы .,., * — О ! я на-
дѣюсь, что мнѣ вездѣ будетъ хоро-
шо, прервалъ рѣчь его Графъ; когда
человѣкъ молодъ и веселъ 9 тогда
онъ бываетъ всемъ доволенъ. Эту
философію я почерпнулъ не изъ
книгъ ; она не есть плодъ долговре-
меннаго размышленія: опытность
и собственныя нещастія были един-
ственными моими насшавнижамп,
И такъ вы видите, Милордъ, что я
имѣю очень справедливую причину
полагаться на щастіе, которое до-
ставило мнѣ случай съ вами путете
спгвовашь. — По окончаніи сихъ словъ

Э" а с т ь !•	Б
Графъ д’Ерфель, назначивъ въ слѣ-
дующій день отправишься въ путь
свой, и распрощавшись съ Лордомъ
Кальвилемъ, ушелъ.

Едва свѣтило дня простерло
на землю первые лучи свои, Графъ
д’Ерфель и Лордъ Нельвиль были уже
въ дорогѣ. Освальдъ, послѣ первыхъ
учтивостей, сидѣлъ нѣсколько часовъ
въ задумчивости; глубокое молча-
ніе царствовало между ими ; нако-
нецъ видя, что товарищъ его на-
чиналъ скучать, спросилъ его, чув-
ствуетъ ли онъ хотя нѣкоторое
удовольствіе отъ путешествія сво-
его по Италіи ? — Боже мой! отвѣ-
чалъ Графъ: я знаю, какія мысли
должно имѣть въ сей сторонѣ. Одинѣ
изъ друзей иоихъ, проведшій въ
ней шесть місяцрвъ, сказывалъ мнѣ,
что во франціи нѣтъ ни одной
провинціи, въ которойбы театръ
и общества не превосходили весе-
лостью своею спектаклей Римскихъ;
но въ сей древней столицѣ свѣта
я надѣюсь найти моихъ соотече-
ственниковъ - французовъ, съ ко-
торыми могу заниматься разгово-
рами на природномъ своемъ языкѣ ;
вотъ въ чемъ состоитъ главнѣйшее
мое желаніе. — И такъ вы не учи-
лись и по Италіански ? прервалъ
рѣчь его Освальдъ. г— Нѣтъ; это
19
совсѣмъ не входишъ въ планъ мо-
ихъ упражненій. — Сіи послѣднія
слова произнесъ онъ съ такимъ важ-
нымъ видомъ , чшо можно было ду-
мать , что сей поступокъ его осно-
вывался на самыхъ важнѣйшихъ
причинахъ.

Я признаюсь вамъ искренно ,
продолжалъ рѣчь свою Графъ, что
кромѣ Англичанъ и французовъ я
не люблю никакой другой націи;
должно быть иди подобно первымъ
гордыми, или блистать собою по-
добно послѣднимъ ; все прочее есть
одно только подражаніе. — Ос-
вальдъ молчалъ, и Графъ д’Ерфель по
 прошествіи нѣсколькихъ минутъ
опять началъ разговоръ свой силь-
ными и острыми выраженіями. Иг-
ра словъ его была чрезвычайка; но
не наружные предметы, ни сердеч-
ныя чувствованія были предметомъ
его разговоровъ, который, такъ ска-
зать , ни о внѣшности , ни о вну-
тренности , и былъ нѣчто среднее
между размышленіемъ и воображе-
ніемъ; однѣ общественныя связи
были ихъ содержаніемъ. Онъ наска-
залъ имянъ до двадцати знакомыхъ
Лорду Нельвилю какъ во франціи,
такъ и въ Англіи, желая угнать ,
извѣстны ли они ему ; при чемъ на
каждый случай р.ъ любезностію раз-

Б а
20
сказывалъ нѣкоторые замысловатые
анекдоты; но слушая его можно бы-
ло сказать, что единственный раз-
говоръ, свойственный человѣку съ хо-
рошимъ вкусомъ, есть, такъ сказать,
душа благороднаго общества.

Лордъ Нельвиль долгое время
размышлялъ о характерѣ Графа , о
сей странной смѣси постоянства и
легкомыслія, . о семъ удивитель-
номъ терпѣніи нещастій, и мож-
но сказать героическомъ, если
только оно не произшекало изъ
того начала, которое заглу-
шаетъ гвъ человѣкѣ всѣ страсти.
Англичанинъ, говорилъ Освальдъ
самъ въ себѣ, находясь въ подоб-
ныхъ обстоятельствахъ , умеръ бы
съ печали. Откудажъ произходитъ
такая твердость въ этомъ фран-
цузѣ ? отъ чего произходитъ въ
немъ такая удивительная гибкость?
Въ самомъ ли дѣлѣ Графъ д’Ерфель
хорошо знаетъ науку жить? Непо-
стоянное его бытіе не лучше ли
моего согласуется съ скоротечно-
стію жизни сей ? и вмѣсто того ,
чтобы погружаться въ размышле-
нія, должно ли убѣгать оныхъ, какъ
убѣгаютъ непріятеля ? — Тщетно
Освальдъ старался объяснить мрач-
ныя сіи сомнѣнія; тщетно силился
онъ выкинуть изъ головы такое смя-
21
теніе мыслей/ которыя повидимому
назначены ему были судьбою. Ахъ !
легче усовершенствовать недостат-
ки, нежели обуздать стремленіе сво-
ей склонности ! —

Графъ д’Ерфель не только самъ
не обращалъ никакого вниманія на
Италію , но даже препятствовалъ
и Лорду дѣлать свои примѣчанія;
онъ безпрестанно старался отвра-
щать его отъ той пріятной
идеи / которая заставляетъ уди-
вляться прекрасному положенію
страны , очаровательнымъ ея ланд-
шафтамъ, и чувствовать всю изящ-
ность неподражаемыхъ картинъ,
произведенныхъ "мастерскою кистію
Природы. Освальдъ внимательно слу-
шалъ свисшъсвирѣпствующихъ бурь
и ревъ морскихъ валовъ; сіи оглу-
шающіе звуки, потрясающіе всю
поднебесную, гораздо болѣе пи-
тали душу его, нежели самые за-
нимательные разговоры — произхо-
дящіе при подошвѣ Алпійскихъ горъ,
чрезъ древнія развалины градовъ,
и берега моря. —-

Веселость Графа болѣе препят-
ствовала Лорду наслаждаться удо-
вольствіями своихъ путешествій
по Италіи, нежели собственныя его,
горести ; сѣтованія чувствитель-
ной души могутъ согласоваться съ
22

созерцаніемъ Природы и наслажде"
ніемь изящныхъ художествъ; по
легкомысленность, въ какомъ бы видѣ
ома ни представлялась, всегда ос-
лабляетъ вниманіе, отнимаетъ у
мыслей ихъ оригинальность, у раз-
сужденія всю глубокомысленность.
Странныя ея дѣйствія послужили
единственно къ тому, что сдѣла-
ли Лорда болѣе робкимъ въ обхож-
деніи съ Графомъ; внутреннее смя-
теніе почти всегда бываетъ удѣ-
ломъ имѣющаго характеръ важный.
Легкомысленность ослѣпляетъ умъ
глубокомысленный ; и шошъ, жито
почитаетъ себя щастливымъ, ка-
жется разумнѣе претерпѣвающаго
нсщастіе.

Графъ былъ скроменъ , ласковъ ,
снизходишеленъ ко всѣмъ, но въ
самолюбіи важенъ; любезенъ въ обще-
ствѣ , въ удовольствіяхъ* и опас-
ностяхъ вѣрный другъ; но не умѣлъ
раздѣлять душевныхъ горестей^ Ску-
чая задумчивостію Освальда, какъ
по добротѣ своего сердца, такъ и
по врожденной веселости, онъ ста-
рался разгѣягпь сную. — Чего вамъ
недостаетъ ? часто говорилъ онъ
Лорду. Ваша жизнь только еще на-
чала разцнѣшать; вы обладаете
великимъ богатствомъ, и можете
скоро возсіъановить свое здоровье,
если только захотите того; ибо
болѣзнь ваша произходмгпь един-
ственно ошъ печали. Я лишился все-
го имущества, лишился бытія ,
и незнаю, что впредь со мною слу-
чится; при всемъ томъ наслажда-
юсь жизнію, какъ будто бы обла-
даю еще всемъ возможнымъ на зем-
лѣ благополучіемъ. — Вы имѣете рѣд-
кое мужество, отвѣчалъ ему Ос-
вальдъ ; но смѣю увѣрить васъ, что
претерпѣнныя вами нещастія въ
сравненіи съ сердечными моими го-
рестями есть ничто. — О! что
касается до сердечныхъ горестей,
вскричалъ Графъ, то онѣ могутъ
.почесться самыми жесточайшими.
Но...... но .... что жъ ? должноли

искать утѣшенія? — — К’.ждый
здравомыслящій человѣкъ долженъ
истреблять въ душѣ своей все то ,
что не можеіпъ быть полезно ни
другимъ, ни ему самому. Не для
того ли мы живемъ въ сей плачевной
юдоли, чтобы сперва приносить
пользу другимъ, а потомъ устроятъ
собственное свое щастіе? И такъ,
любезный Лордъ, будемъ слѣдовать
сему закону Природы ! —

Если сказанное Графомъ взять
въ обыкновенномъ смыслѣ сего сло-.
ва , то оно было справедливо; и
должно признаться,что онъ здравый
24
разсудокъ соединялъ съ разборчиво-
стію ; говоришь глупости, свойст-
венныя людямъ характера пылкаго,
нежели легкомысленнаго; не смотря
на то, образъ мыслей Графа не
только не внушалъ Лорду ни малой
къ нему довѣренности, но произ-
велъ еще то, что онъ, избѣгая скуч-
ныхъ совѣтовъ , старался всячески
увѣрить его въ величайшемъ своемъ
іцастіи.

Не взирая на все сіе, Графъ
д'Ерфель весьма былъ привязанъ къ
ЛОРДУ Нельвилю ; его безпечность
и простодушіе, его скромность и
гордость насильно заставляли его*
имѣть уваженіе къ нему. Безпокоясь
о наружномъ спокойствіи Освальда,
онъ перебиралъ въ головѣ своей все
то, что въ юности слышалъ важна- .
го отъ престарѣлыхъ своихъ родите-
лей; искалъ, выдумывалъ различныя
средства для развлеченія мыслей Лор-
да. Наконецъ, не могши преодолѣть
наружной его холодности, онъ ду-
малъ самъ въ себѣ: — не имѣю ли я ла-
сковости, чистосердечія и мужест-
ва ? не любезенъ ли я въ обществѣ ?
чего недостаетъ инѣ , чтобы про-
известь желаемое Дѣйствіе надъ
симъ чѣловѣкомъ ? Или мы худо
другъ друга выразумѣли ? что легко
можетъ случиться отъ того, что
25
онъ не довольно еще хорошо анаешъ
Францу «сдой языкъ? —

Г Л А В А ІК

Непредвидѣнное обстоятель-
ство еще болѣе умножило въ Графѣ
чувства уваженія, которое онъ
уже лишалъ, почти самъ того не
примѣчая, къ своему другу. Слабое
а/оровье Лорда принудило ихъ ос-
тановишься га нѣсколько дней въ
Анконѣ. Сей городъ, лежащій на бе-
регу моря и окруженный цѣпью вы-
сокихъ горъ, имѣетъ прекрасное
мѣстоположеніе. Великое множество
Грековъ, занимающихся работою
предъ своими лавками, построен-
ными на /лзіашской манеръ ; разно-
образіе одѣжды восточныхъ жите-
лей, которые встрѣчаются на всѣхъ
улицахъ, придаютъ оному един-
ственный и привлекательный видъ.
Гражданскіе законы безпрестанно
пекутся о равенствѣ всѣхъ людей
сходны* ь какъ по наружности, такъ
и въ суя. е ппъенности; но разумъ и
вообра женіе требуютъ разнообразія,
обличающаго одну націю отъ дру-
гой ; люди сходствуютъ между со- '
бою только подложнымъ и иску-
стееннймъ подобіемъ ; по все то,

Ч а а т & !•	В
что есть натурально 9 не можетъ
быть и разнообразнымъ; такимъ
образомъ различіе одѣжды доста-
вляетъ удовольствіе — по крайней
мірѣ глазамъ; оно подаетъ новый
способъ чувствовать и судить. Въ
Анконѣ не всѣ исповѣдуютъ одну
религію: есть Греки, Жиды и Ка-
толики , но они живутъ покойно;
отъ сего различія въ нихъ произхо-
дитъ разность ; Греки, Католики
и Жиды безпрепятственно отпра-
вляютъ свое вѣроисповѣданіе. Обря-
ды сихъ религій различествуютъ
между собою только по наружности;
но одно и тоже чувство соединяетъ
души, одинъ и тотъ же вопль го-
рести и раскаянія , одна и та же
нужда въ покровительствѣ Неба (*).

Католическая церковь построе-
на на вершинѣ горы, почти перпенди-
кулярно надъ поверхностію моря ;
шумъ волнъ часто сливается съ
пѣніемъ служителей олтаря. Вну—
тренносшь сего храма убрана
великимъ множествомъ украше-
ній, но безъ всякаго вкуса: оста-
новившись въ преддверіи храма,

( *) Анкона нынѣ почти вЪ шакомЪ же
остается видѣ , вЪ какомЪ описывастЪ еѳ
Гжа, Соя.
вДРУГ’ь поражаешь какое - тло недо*
умьніе'; чистѣйшее чувство , мысль
о религіи, соединяясь съ созерцаніемъ
сего гордаго моря, на которомъ че-
ловѣкъ никогда не можетъ напечат-
лѣть слѣдовъ своихъ, вливаютъ въ
душу какой-то священныйтрепетъ.
Человѣкъ превращаетъ печальныя
деДри въ плодоносныя нивы; въ
непроходимыхъ горахъ изсѣкаетъ
дороги; проводитъ каналы для
Перенесенія своихъ издѣлій въ даль-
ныя страны ; но въ тоже самое
время , когда корабли его начерты-
ваютъ глубокія бразды на гладкой
поверхности сей' зыблющейся сти-
хіи , стремящіяся ея волны тот-
часъ изглаждають сіи слабыя черты,
и море- становится столь же спо-
койно, какимъ было оно и въ пер-
вый день творенія міра.

Лордъ Нельвиль рѣшился отпра-
виться на другой день въ путь,
' какъ вдругъ въ полночь услышалъ
въ городѣ ужасной крикъ. Желая
узнать причину произходящаго въ
столь необыкновенное время смя-
тенія, онъ поспѣшно выбѣжалъ изъ
трактира, и увидѣлъ пожаръ, лро-
изходящій изъ пристани и раз-
ливающійся съ великого силою отъ
одного дома къ другому, • даже до
средины города; клубящійся пла-

В 2
28
мегь его отсвѣчивался далеко въ
мор'і; вѣтръ, умножая его стрем-
леніе 9 колебалъ видъ его въ лѣня-
щихся волнахъ; багровое зарево
сверкало въ облакахъ.

Жители: Анконы, не имѣя у
себя хорошихъ заливныхъ трубъ,
старались подашь нѣкоторую по-
мощь руками. Тамъ сквозь смѣшан-
ный крикъ сдыШанъ былъ звукъ цѣ-
пей, которыми обременены были
галерные невольники, употребляе-
мые для спасенія города, служив-
шаго икъ тюрмой. Различные во-
сточные народы, привлекаемые въ
АнКог у торговлею, устремивъ не-
подвижно глаза свои на сіе плачев-
ное зрѣлище, отъ овладѣвшаго ими
ужаса стояли изумленными. Купцы,
видя магазины свои объяіъые пла-
менемъ , теряли совершенно при*'
сушсшіяе духа, ужасъ, причиняемый
опасностію лишиться вдругъ всего
имущества, столь же сильное имѣетъ
вліяніе на людей, какъ и страхъ
смерти; не только не вдыхаетъ
того пламеннаго рвенія, того ге-
ройскаго энтузіазма, который за-
ставляетъ изобретать полезныя
средства, напротивъ того еще въ
,большее приводитъ ихъ замѣшзтель-
' ство. К пикъ магпро овъ всегда
имѣетъ въ' себѣ нѣчто плачевное а
29
протяжное, а страхъ дѣлаетъ оной
еще печальнѣе. Танъ на берегахъ
Адріатическаго моря сіііояли кора-
бельные служители, одѣтые въ к апо-
ты темнокраснаго цвѣта, изъ кои хъ
выглядывали пораженныя ужасомъ
лица Италіанцевъ. Жители, про-
стерлись на улицахъ по земли, за-
крывали головы сбои эпанчами, какъ
будто имъ не оставалось ничего бо-
лѣе дѣлать, какъ равнодушно смо-
трѣть на свое нещлшліе; другіе
бросались въ пламя безъ малѣйшей
надежды въгдтл оттуда: такимъ
образомъ въ одномъ видно было без-
полезное бѣшенство, въ другомъ
І’дгпая безопасность ; но кэ% мно-
гихъ тысяча жителей никто не
имѣлъ того хладнокровія, которое
умножаетъ средства и усугубляетъ
дѣйствующія силы.

Освальдъ вспомнилъ , что въ га-
вани Стояли два Аглинскіе корабля,
на бортѣ которыхъ находились хо-
рошія заливныя трубя; онъ спѣ-
шилъ аъ Капитану, ксівшисъ ни.л
на ботъ , поѣхалъ искать ихъ; жи-
тели, видя его входящаго въ шлісб-
ку, кричали въ слѣдъ ему: „ахъ! вы>
очень хорошо дѣлаете, что остав-
ляете нещастный нашъ городъ —•
вы чужестранцы!“ — Мы опять ;-ол-
врашимся, говорилъ Освальдъ. —
Но они ему не вѣрили. — Ошъистав-
ши трубы, онъ бросился туда, гдѣ
огонь съ большею силою свирѣпство-
валъ; онъ поставилъ одну изъ оныхъ
предъ первымъ домомъ, во шорой
горѣлъ въ пристани, а другую про-
тивъ того, который горѣлъ въ сре-
динѣ улицы. Подражая Освальду ,
_ Графъ д’Ерфель не дорожилъ жизнію,
мужественно подвергался тысячѣ
опасностей для спасенія города;
одни Англинскіе матросы и служи-
тели Лорда Нельвиля прибѣжали къ
нему на помощь; жители отъ стра-
ха были неподвижны, они едва по-
нимали то, что сіи чужестранцы
хотѣли дѣлать, и не могли повѣ-
рить, чтобы старанія ихъ имѣли
какой - либо успѣхъ.

По всему городу звонили въ ко-
локола; священники дѣлали крест-
ныя хожденія ; женщины , собрав-
шись наконецъ улицы, и поверга-
ясь предъ изображеніями Святыхъ,
проливали слезы; ко никто не ду-
малъ о средствахъ естественныхъ ,
которыя Богъ даровалъ людямъ для
своей защиты. Наконецъ, когда жи-
тели примѣтили щастливыя дѣй-
ствія Освальдовыхъ трудовъ; когда
увидѣли, что пламя начало умень-
шаться и до мы ихъ находились
уже внѣ всякой опасности, тогда
оптъ удивленія перешли вдругъ къ
энтузіазму: всѣ тѣснились вокругъ
Лорда Нельвиля , наперерывъ стре-
мились цѣловать его руки/ такъ
что онъ принужденъ былъ разсер-
дишься, чтобы удалить отъ себя все,
могущее причинишь остановку въ ис-
полненіи его повелѣній , и не преры-
вая занятій, движенію необходимо
нужныхъ — для спасенія города отъ
предстоящей гибели, — Всѣ безъ ро-
пота и прекословія повиновались
его приказаніямъ , потому что какъ
въ самомалѣйшихъ, такъ и въ важ-
нѣйшихъ обстоятельствахъ, при
видѣ угрожающей опасности, муже-
ство оказываетъ свое дѣйствіе въ
іно время, когда страхъ овладѣ-
ваетъ сердцами людей, и ревность,
грызущая ихъ внутренность, засы-
паетъ. — Освальдъ, всегда и ко все-
му внимательный, сквозь всеобщій
вопль и шумъ услышалъ ужаснѣй-
шій крикъ, раздававшійся на дру-
гомъ концѣ города. На вопросъ его,
откуда произходитъ сей крикъ,
отвѣчали , что онъ произходитъ
изъ домовъ Евреевъ. Полицейскій
офицеръ имѣлъ обыкновеніе съ вечера
запирать сію часть города рогат-
ками; и потому, при разлитіи въ сію
сторону пожара, гибель Жидовъ
была неизбѣжна» При сей мысли
Освальдъ содрогнулся; онъ немед-
ленно велѣлъ дать усмъ свободу; но
нѣсколько женщинъ, услышавъ его
приказаніе, повергшись къ ногамъ
его, просили отложишь свое м мѣ-
реніе. А.хъ ! вы видите, говорили ОЛѣ
ему, что сей попарь постоитъ насъ
аа грѣхи зшяхъ .Жидовъ; они причи-
ною нашего нещасшіг.! если вы осво-
бодите ихъ, то и моря будеглі-недо-
статочно къ аашушенію хищнаго
пламени. Сі»д женщины съ и: -кою
убѣдительностію и лруя^ш*- ;і:о
умоляли Освальда, титло ааадлось,
будто оіі’у просили какой - ''.мбудь
хилости; впрочемъ не льа.я дуй пхь,
что5ы зшо происходило отл. одной
алости , но было дѣйствіемъ суе-
вѣрія, и воображенія, пораженнаго
великостію ихъ неща^ті-я. Освал*»дъ,
слушая сіи просьбы, едва матъудер-
X: и найть сзое иегодоканіе.

Омъ послалъ четырехъ Лнглида-
скнхъ матросокъ съ топорами, для
рааложнія рогатокъ, преграждав-
шихъ выходъ симъ ненастнымъ ,
жошорые, какъ скоро получили сво-
боду, въ одну минуту раасѣялѵсь
по всему городу, и съ ст де житель-
носшію бѣжали къ своимъ то нарамъ
съ тою жадностію къ богатству,
которая въ семъ случаѣ имѣетъ
въ себѣ нѣчто весьма дикое,
33
когда она заставляетъ презирать
и самую смерть. — Человѣкъ, нахо-
дясь въ насійоящемъ состояніи обще-
житія, для одной жизни не дѣлаетъ
почти ничего.

Наконецъ остался одинъ толь-
ко домъ среди города, который
такъ стремительно объятъ былъ
пламенемъ, Что не находили
средствъ утушить оное; но еще ме-
нѢе было возможности язсЗши яо
внутренность ею. Жители Анконы
столь мало занимались о семъ дом^,
ішо Англинскіе магароеы, почитая,
ого пустымъ и думая, что ихъ по-
мощь болѣе не нужна, отвезли тру-
бы обратно къ пристани. Самъ Ос-
вальдъ ? оглушенный криками оару-
жающ - х’ъ его и призывавшихъ къ
себѣ на помощь, не обратилъ на. не-
го вниканія.. Пожаръ досшигъ въ сію
сторону позже прочихъ, но причи-
нилъ великое опустошееіе; наконецъ
Освальдъ примѣтилъ сей. домъ, объ-
ятый пламенемъ: онъ спрашиваетъ
о немъ, и ему сказали., что это
гошпиталь безумныхъ. При сихъ
словахъ онъ затрепеталъ; ооорогпив-
' шись назадъ, онъ увидѣлъ, что ма-
тросовъ болѣе не было; Графъ д’Кр-
. ф- лъ также ушелз ; тщетно призы-
валъ онъ на помощь къ себѣ нѣкото-
рыхъ жителей, занимающихся спа-
34
сеніемъ своихъ имуществъ: они по*
читали безразсудностію подвергать
опасности жизнь свою за людей, ли-
шенныхъ разума и признанныхъ
неизлѣчимыми ; это должно почесть
благодѣяніемъ Неба къ симъ нена-
стнымъ, говорили жители, что они
умираютъ безъ грѣха.

Между тѣмъ какъ вокругъ Ос-
вальда произходили такіе странные
разговоры , онъ поспѣшалъ къ сему
дому ; толпа народа съ чувствомъ
непроизвольнаго энтузіазма сопро-
вождала его. Освальдъ, пришедши къ
дому, увидѣлъ сквозь окно, которое
не было еще объято пламенемъ , что
безумные, смотря на разпросшранлю-
щіЙся пламень пожара, только улы-
бались ; таковая безпечность была
ничто иное, какъ незнаніе всѣхъ не-
щ&сшій, наполняющихъ человѣче-
скую жизнь, или столь жестокую
скорбь въ душѣ, что никакой родъ
смерти не можетъ болѣе устра-
шать ихъ.

При семъ зрѣлищѣ неизъяснимый
трепетъ объялъ Освальда; разумъ
его готовъ былъ возмутиться , и съ -
сей эпохи видъ бѣдствій всегда
возбуждалъ въ немъ состраданіе къ
нещастнымъ, подпавшимъ сей уча-
сти. Онъ взялъ лѣсницу; приста-
вилъ ее къ стѣнѣ, бросившись сквозь
35
цламя безъ всякаго вреда, спустил-
ся чрезъ окно въ комнату, въ кото-
рой нещасганые собрались въ одно
мѣсто.

Ихъ безумство было толь спо-
койно, что во внутренности дома
они ходили свободно , выключая од-
ного , которой сидѣлъ скованъ въ
сей же комнатѣ, куда огонь
прорвался сквозь дворъ, но вер-
ху . комнаты еще не дошелъ. По-
явленіе .- Освальда , среди сихъ ли-
шенныхъ разума, болѣзнями и пе-
чалью удрученныхъ, произвело въ
нихъ столь великое удивленіе, что
они безъ прекословія повиновались
ему. Онъ немедленно приказалъ
имъ сходить предъ собою по одно-
му по лѣсиицѣ, которая въ одну
минуту могла сгорѣть. Первые
два исполнили безпрекословно его
повелѣніе . не говоря нислора; тре-
тій, не понимая угрожающей опа-
сности , которой своею медлитель-
ностію онъ ежеминутно подвер-
гался , и вмѣстѣ подвергалъ съ со-
бою Освальда, сначала сопроти-
влялся. Народъ, бывшій свидѣтелемъ
' сей сцены, и чувствуя всю опас-
ность положенія Освальда, кри-
чалъ ему, чтобы онъ возвратился
оттуда, предоставя сихъ безумныхъ
собственному произволенію; но
36
избавитель ихъ, но окончивъ.велико*
душнаго и геройскаго своего подви-
га , не хотѣлъ слушать ихъ совѣта.

Изъ шести невластныхъ , нахо-
дящихся въ гошпиталѣ, пять чело-
вѣкъ были уже спасены, оставался
только одинъ скованной. Освальдъ ,
разломавъ его оковы, говорилъ ому,
чтобы онъ послѣдовалъ примѣру
йвмпъ товарищей: эшо былъ единъ .
молодой человѣкъ, совершенно по-
га.ер івшій разсудокъ, м который два
года стеналъ подъ тяжестію оковъ ;
но увидя вдругъ себя свободнымъ,
бросился съ неизъяснимою родос-
шію къ комнатѣ : ко сія радость
превратилась въ бѣшенство, когда
Освальдъ сталъ • принуждать его
лѣзть въ окно. Тогда Освальдъ видя,
ч по пла ля болѣе охватило домъ,
и что невозможно уговорить сего
лишеннаго ума человѣка къ спасенію,
«хватилъ его слоима руками, и не
смотря на усиліе сего нещастнаго ,
которгй ст. • ался вырваться отъ
него, тгщилъ его, совсѣмъ незлая,
гдѣ становился своими ногами:
дымъ помрачалъ его зрѣніе; нако-
нецъ сгустившись на послѣднюю
ступень , онъ наудачу соскочилъ съ
оной, и препоручилъ нрцрешнаго,
осыпавшаго его ругательствами, по-
печенію нѣкоторыхъ людей, взявъ
37
прежде съ нихъ обѣщаніе, чтпе они
будутъ оказывать ему всю возлюж-
ную помощь.

Освальдъ, щастпливо избѣгши
предстоящей опасности, имѣлъ
видъ разстроенный ; распущенные
волосы, взорь величавой и проница-
тельной , поразилъ удивленіемъ и
.почти фана аизмомь толпу, на него
смотрѣвшую; особливо женщины изъ-
ясняли ему свою благодарность съ
шакою удивительною пылкостію,
вотпора а почти всѣмъ Италія нцамъ
есть общія; — рнѣ, повергшись къ
ногамъ его и обнимая колѣни, кри-
чали ему: вы подлинно Св. Михаилъ,
покровитель нашего города! Распу-
стите свои крылья, но не .оставляй-
те насъ; взойдите на соборную
колокольню, гдѣ можетъ весь городъ
васъ видѣть и молиться гамъ ! — Мой
сынъ боленъ, говорила ему одна,
изцѣлише его —* скажите мнѣ, гово-
рила другая, гдѣ теперь мой мужъ,
который многіе годы уже находится
въ отлучкѣ? — Тщетно Освальдъ
старался вырваться изъ толпы, его
, окружазшлй. Къ счастію, пзиіпелъ
Графъ д’Ерфель, который пожавъ его
руку сказалъ; — „Любезный Нелв-
впль! должно раздѣлять что-ни-
будь іі съ друзьями сьоими ; пр> д-
осшавлять одному себѣ всѣ опас-
ности , есть несправедливо.“-------
Выведите меня отсюда, сказалъ ему
тихо Освальдъ. — Пользуюсь Насту-
пившею темнотою, они съ поспѣш-
ностію удалились отъ сей толпы
энтузіастовъ, и въ туже минуту,
взявъ почтовыхъ лошадей, поскакали
изъ города.

Съ начала Лордъ Нелвиль чув-
ствовалъ величайшее удовольствіе,
которымъ обыкновенно сопровож-
дается каждое доброе дѣло; но съ
кѣмъ онъ могъ раздѣлять его, когда
первый другъ его болѣе не суще-
ствовалъ на свѣтѣ? Горе сиротамъ!
Щастіе столь же сильно даетъ чун»
ствовашь одиночество сердца, какъ
инэщаегпіе , страсть, это. согласіе,
эту врожденную симпатію сіе дру-
жество, утверждаемое Небомъ ме-
жду сыномъ и отцомъ; онъ можетъ
любишь, но повѣрять тайны своего
сердца, изливать всю душу свою
въ нѣдра вѣрнаго друга — есть та-
кое щастіе, котораго онъ болѣе уже
не имѣетъ.

ГЛАВА V.

Освальдъ Ѣхалъ чрезъ Анконскія
границы и Церковную Область до
самаго Рима, совсѣмъ не обращая
вниманія и не принимая ни малѣй-
шаго участія въ произходившемъ
вокругъ его; это было дѣйствіе его
меланхоліи и врожденной чувстви-
шрлъно ;ти , изъ которой былъ онъ
извлекаемъ не иначе, какъ посред-
ствомъ. сильныхъ страстей. Вкусъ
его къ художествамъ еще не былъ раз-
жрытъ;онъ жилъ только вс франціи,
гдѣ общества замѣняли все, и въ
'Лондонѣ, гдѣ политическія выгоды
поглощали почти всѣ другія. Во-
ображеніе его, будучи занято одни-
ми нещастікми, нё трогалось чуде-
сами Природы и мастерскимъ про-
изведеніелсъ изящныхъ художествъ.

Графъ д’Ерфель обходилъ и осма-
тривалъ города, водя за руку и дру-
гихъ путешественниковъ ; онъ по-
лучалъ отъ сего двойное удоволь-
ствіе: первое, занимаясь разсмат-
риваніемъ всего любопытнаго, онъ
сокращалъ время, котораго медли-
тельность тяготила его ; второе ,
увѣряя чужестранцевъ, что видѣв-
ши францію , онъ не можетъ кромѣ
ее ни чему болѣе удивляться. Удов-
летворивъ своему любопытству и
самолюбію, скука, овладѣвшая Гра-
' фомъ д’Ерфелемъ, приводила Освальда
въ уныніе ; сверхъ того онъ имѣлъ
предубѣжденіе какъ противъ Иша-
ліанцевъ, такъ и противъ самой
Италіи, потому что онъ не про-
никалъ еще въ таинства сего на-
40
рода, и сей страны; таинство —
которое должно понимать болѣе
воображеніемъ, нежели тѣмъ ду-
хомъ- сужденія, который особенно
видѣнъ бываетъ въ воспитаніи
Англичанъ.

Ищаліанцы достойны болѣе при-
мѣчанія по шоиу, чѣмъ они были
прежде, и чѣмъ могли быть, неже-
ли по тому х каковы они теперь.
Одни пустыни окружаютъ Римъ ; .
сія страна, уйомл ниая славою
многихъ вѣковъ, теперь предста-
вляетъ не что иное, какъ необра-
ботанную и оставленную валу-
нѣ землю, и потому судить объ
ней по отношенію къ пользамъ не
лѣзя. Освальдъ, пріученный отъ
самыхъ младыхъ лѣтъ къ устрой-
ству порядка и общественнаго ща-
стія, при первомъ на нее взглядѣ
получилъ невыгодное мнѣніе. Про-
ѣзжая чрезъ пустыя равнины, воз-
вѣщающія приближеніе къ городу,
бывшему нѣкогда владыкою міра
онъ порицалъ безпечность *іите- ’
лей. Онъ судилъ объ Италіи , какъ
просвѣщенный Министръ, Гр. д’ Ер-
фель, какъ свѣтской человѣкъ;
шакимъ образомъ одинъ по спра-
ведливой причинѣ, другой по одной
легкомысленности, совсѣмъ не чув-
ствовали того удивительнаго дѣЙ-
.	41

сшвія, которое раждаешъ въ 'насъ
зрѣлище полей 9 когда воспоми-
наешь о тѣхъ очаровательныхъ кра-
сотахъ Природы и грозныхъ бѣд-
ствіяхъ , которыя разливали по
странѣ сей неизъяснимыя преле-
сти.	<

Графъ д’ Ерфель плакалъ надъ
окрестностями Рима. — у вы ! вос-
клицалъ онъ, не видно ни одного
сельскаго домика, ни о дной коля-
ски , которая бы Возвѣщала бли-
зость города , бывшаю цЪкогда
столицею міра ! Гоже мой ! какое
опустошеніе! — Когда стали подъ-
ѣзжать къ Риму, ггостильноны съ
восторгомъ вскричали: видите ли,
видители . кумполъ храма Св. Пе-
тра ? Такимъ хе точно образомъ
Не?полигіання указываютъ на Ве-
зувій, и море производитъ та- . *
жувуюжъ надменность въ прибреж-
ныхъ /жителяхъ, — Это походитъ
на инвалидной домъ! вскричалъ
Графъ д’Ерфель. — Сіе сравненіе, бо-
лѣе патріотическое, нежели спра-
ведливое , с^ершенно уничтожило
то дѣйствіе, которое Освальдъ на-
чалъ - было чувствовать ггрюі воз-
зрѣніи на сіе .великолѣпное чудо
Человѣческаго произведенія. Оки
въѣхали въ Римъ при наступленіи
мр чнаго вечера во время всеоб^

5' а с лі ь I,	Г
щей темноты, когда всѣ предме-
ты , такъ сказать 9 кажутся оди-
накими. Переправляясь чрезъ Тибръ,
они совсѣмъ не примѣтили , что
чрезъ него Ѣхали, и вступили въ .
Римъ народными воротами, веду-
щими прямо къ Каріо, самой ши-
рокой улицѣ нынѣшняго города, въ
ту часть Рима, которая менѣе
всѣхъ прочихъ имѣетъ въ себѣ ори-
гинальности , потому что она рас-
положеніемъ своимъ болѣе прочихъ
походитъ на Европейскіе города.

Народъ толпами расхаживалъ
по улицамъ; кукольники и шарла-
таны составляли цѣлыя толпы
на площади, гдѣ стоитъ столбъ
Антоніевъ. Вниманіе Освальда бы-
ло очаровано представившимися его
взорамъ предметами. Имя Рима бо-
лѣе уже не отдавалось въ душѣ его;
онъ чувствовалъ одно одиноче-
ство , которое потрясаетъ всю
внутренность, когда вы въѣзжаете
въ чужестранной городъ, когда ви-
дите безчисленное множество лю-
дей , существованіе которыхъ мамъ
неизвѣстно, и которые ничего не
имѣютъ съ другими народами об-
щаго. Сіи печальныя размыійленія
оказываютъ свое дѣйствіе надъ
всѣми вообще людьми, но тѣмъ бо-
лѣе надъ Агличанами, которые при-
выкли жить между* своими сооте-
чественниками , и съ великою труд-
ностію принаравливаюшся къ нра-
вамъ другихъ народовъ. Всѣ чуже-
странцы останавливаются въ Рим-
ской гостинницѣ, даже и самые
Римляне, которые живутъ тамъ
не какъ граждане онаго , но какъ
странники, отдыхающіе на разва-
линахъ ( * ). Освальдъ, удрученный
горестію, сидѣлъ аапершись въ сво-
ей комнатѣ, даже не ходилъ осма-
тривать города. Онъ совсѣмъ не
думалъ о томъ, чтобы сія Столи-
ца , при первомъ на нее воззрѣніи
поразившая его сердце горестію,
вскорѣ сдѣлалась для него источни-
комъ пріятныхъ размышленій и
новыхъ наслажденій.



( * ) Эшо мнѣніе взято изЪ одного письма о
Римѣ Гна. Гумбольта, брата славнаго Пу-
тешественника и Прускаго 'Посланника при
Римскомъ Дзсрѣ. Трудно найти другаго
человѣка вЪ свѣтѣ , котораго бы раэгово-
ры и сочиненія предполагали болѣе позна-
ній и идей.

Г а


КНИГА ВТОРАЯ.

КОРИННА БЪ КАПИТфЛІИ.

Г Л А В А I.

$$огда Освальдъ проснулся въ Римѣ,
то блистающіе лучи солнца по-
разили первый взоръ его, и чувство
торячайшей любви и благоговѣнія иъ
небу, которое являлось въ полномъ
блескѣ своемъ ,. исполняло душу его
восторгомъ ; — колокольный авс.іъ
разливался по всему городу; пушеч-
ные выстрѣлы, коихъ страшный
гулъ отдавался далеко въ л орахъ,
возвѣщали какое-то важное тор-
жество. Освальдъ спросилъ причи-
ну сего происшествія, вг ему оя»Ѣ-
чали, что нынѣшнимъ у/прсмъ бу-
детъ произходитъ вѣнчаніе одной
женщины въ Капитоліи , прос.да-
вившейся во всей Италіи с-.-опки
дарованіями, по имени Коркины, . .
стихотворицы, сочинительной» и
одной изъ первыхъ въ Римѣ гплоа-
выць. Онъ дѣлалъ другіе опро-ы
о сей церемоніи, освященной *гме-
45
яками Петрарка и .Тасса; получен-
ьи ые имъ отвѣты еще сильнѣе вос-
пламенили его любопытство.

• • *

Въ самомъ дѣлѣ ни что не было
столь противно обычаямъ и мнѣні-
ямъ Англичанина, какъ сіе великое
участіе,, принимаемое цѣлымъ на-
* родомъ въ одной женщинѣ; но .эн-
тузіазмъ,, вдыхаемый Италіянцамъ
• талантами воображенія, оказы-
ваетъ дѣйствіе ц надъ самыми
чужестранцами. Находясь среди на-
рода , столь пылкаго и столь жива-
го въ выраженіи своихъ чувствова-
ній , они аабываюшъ всѣ предразсуд-
ки своего отечества. Въ Римѣ даже
простой народъ ’ имѣетъ довольно
свѣденія въ наукахъ и художествахъ;
съ тонкою разборчивостію разсуж-
даетъ онъ о статуяхъ; картины,
монументы, древности и ученыя
достоинства, доведенныя до из-
вѣстной степени совершенства,
почитаются у нихъ іпаиими пред-
метами, которые для всѣхъ долж-
ны быть любопытными.

Влекомый любопытствомъ, Ос-
вальдъ пошелъ - на плошадь ; тамъ
безпрестанно слышалъ онъ повто-
ряемое имя Коринны , похвалы рѣд-
кимъ талантамъ ея, превосходному
Генію ; всѣ были въ движеніи , всѣ
бѣгали взадъ и впередъ; улицы, по
которымъ надлежало произходишь
процессіи, были украшены велико*
лѣпными украшеніями; чернь, ко*
шорая обыкновенно слѣдуетъ толь-
ко примѣру богатыхъ и сильныхъ ,
находилась почти въ волненіи отъ
нетерпѣнія — увидѣть женщину*
которой: единственнымъ отличіемъ
былъ разумъ. Въ настоящемъ состо-
яніи Ишаліянцовъ, предоставлено
имъ пріобрѣтать славу въ однихъ
изящныхъ художествахъ. Они
столь живо чувствуютъ превосход*
ство свое въ семь родѣ упражненій,
что естьли бы для произведеніи
великихъ мужей довольно было
однѣхъ похвалъ и рукоплесканій, и
естьли бы къ раскрытію способно*,
сшей ума не требовалась спокойная
жизнь, хотя посредственное состо-
яніе и независимость; то цѣлыя
галлереи наполнены были бы бюста*
ми ихъ Артистовъ. —

Освальдъ бродилъ по Римскимъ
улицамъ, въ ожиданіи прибытія Ко-
ринны. Имя ея безпрестанно гре*
мѣло въ воздухѣ; каждое слово объ
ней давало знать въ ней новыя со-
вершенства , которыя доказывали ,
что она соединяла въ себѣ всѣ тѣ
таланты , которые плѣняютъ вооб-
раженіе. Одинъ говорилъ, что ни
одна Римлянка не пропоетъ трога-
тельнѣе ея; другой утверждалъ, что
никто лучше ее не игралъ трагедій;
третій увѣрялъ, что она танцуетъ
какъ Нимфа, и рисуетъ столько же
прекрасно , сколько острыя изобрѣ-
таетъ тому причины; наконецъ
всѣ говорили, что никто не сочи-
нялъ и не читывалъ лучше ея пре-
красныхъ стиховъ , и что въ обы-
кновенныхъ разговорахъ своихъ такъ
искусно соединяетъ простоту и
краснорѣчіе, что никакой умъ, ни-
какое сердце не можетъ противить-
ся ихъ очарованію. Тамъ произхо-
дили жаркіе споры о мѣстѣ ро-
жденія сей женщины; между тѣмъ
нѣкоторые съ жаромъ утверждали ,
чтобы такъ чисто говорить по
Италіански , какъ говорила Корин-
на, должно родишься ей въ Римѣ. Имя
ея фамиліи было неизвѣстно. Первое
ея твореніе вышло въ свѣтъ за пяптг
лѣтъ предъ симъ, подъ ’ загл? ем * ’
Коринна. Никто не ана’' ° . ”
стѣ ея пребыванія и о остояніиу
какое имѣла она прежде своей Зпо-
хи; отъ роду было ей около двад-
цати шести лѣтъ. Эта скрытность,
-Э-па троимая слава, эіпа женщина,
бывшая пред мети омъ всѣхъ раз-
го зорокъ,, и наконецъ неизнѣспг-
носпіь истиннаго ея имени, по-
казались Лорду Нельвилю новыми
чудесами столь' странной земли,
какую онъ видѣлъ. Въ Англіи съ ве-
дичкйшею строгостію сталъ бы су-
дитъ женщину подобную Кори инѣ*
но въ Италіи онъ не могъ пркнаро-
вишь ничего, и вѣнчаніе Коринны
ещэ заранѣе вдохнуло еиу хорошее-
о'Іъ н-й мнѣніе, подобное тому,
ка^ое внуіпаюоіъ каждому приклю-
ченія Аріо :та.

Вскорѣ огромная музыка возвѣ-
стила торжественное шествіе Ко-
ринны. В'якое яро изшествіе^ сколь
бы мало?-; жно ни было, бывъ .іозвѢ-
іцаемо музыкою/ всегда ражлаетъ
волненіе. Множество Римскихъ Сень-
еровъ и нѣсколько чужестранцевъ
открывали процессію передъ колес-
ницею Кор»«иы. , Э ю скита ея
„обожати Л' й И сказалъ одинъ Рмиля-

< нь. — „Такъ, ош ѣчалъ другой, од
'-"ьгт?г<• «эне<пъ весь снѣіпъ , го она
9/У •’• гпельяаго предпочтенія не^па-
„зынѵіюйу; она богатя, и ни
„о гоі з&зиситъ ; думанчиъ
„также, Чдцо О1іа проиаходишъ-ошъ
4§
„знатной фамиліи» но не Іочегпъ
,;быть извѣстною. — Какъ бы то
})НИ было» прервалъ рѣчь его третій,
„она есть божество, окруженное
„облаками. ** Освальдъ пристально
смотрѣлъ на сего послѣдняго, кото-
раго наружный видъ показывалъ са-
мое низкое состояніе въ обществѣ;
йто удивило его; — но въ южныхъ
странахъ жители такъ натурально
употребляютъ стихотворческія вы-
раженія , что мажется, будто они
вдыхаютъ йхъ въ себя вмѣстѣ съ
воздухомъ и почерпаютъ въ лучахъ
солнечныхъ.

Наконецъ показалась Коринна,
сѣдящая на великолѣпной иблё-лпи-
щей колесницѣ, везомой четь? рмя бѣ-
лыми, подобно снѣгу, конями, и огру-
женной множествомъ толпящагося
народа. Колесница была древняго
вкуса; по сторонамъ ея шли моло-
дыя дѣвицы, одѣтыя въ бѣлое пла-
тье. Весь воздухъ былъ наполненъ
благовонными куреніями; всѣ овны
домовъ наполнены были зрителями,
которые снаружи украшены были
цвѣтами и увѣшаны алымл ковра-
ми г повсюду раздавались восклмца-
»ія : да здравствуетъ Коринна ! да
здравствуетъ Геній! да здравствуетъ
пре»рагна< Италіянка! — Волненіе
въ народѣ было всеобщез; ко Ло}ДЪ
и а с Лі л	Д


Нельялль совсѣмъ не приникалъ
еще участія въ великолѣпномъ тор-
жествѣ семъ ; размышляя самъ въ
себѣ , что для строгаго и справедли-
ваго сужденія надлежало отбро-
сить всю скромность Англичанъ и
насмѣшливость французовъ , съ хо-
лоднымъ духомъ смотрѣлъ онъ на
сіе торжество, какъ наконецъ уви-
дѣлъ самую Коринну.

Она одѣша. была подобна Сивил-
лѣ ; голова ея была обернута Ин-
дѣйскою шалью, изъ подъ которой
мѣстами виДны были черные ея во-
лосы ; роба была на ней бѣлая ; си-
нее покрывало раавѣвалось на груди
ея; костюмъ самый странный, впро-
чемъ ни мало не противный приня-
тому обыкновенію, такъ что мож-
но было почесть его пышнымъ. На
колесницѣ сидѣла она въ положе-
ніи величественномъ и скромномъ ;
можно, было примѣтить, что она
восхищалась всеобщимъ удивлені-
емъ ; но чувство робости соедини
лось съ ёя радостію, которая при-
давала несравненно болѣе прелести
ея торжеству; ея физіономія, гла-
за, улыбка, занимали всѣхъ зрите-
лей, и первый ея взоръ сдѣлалъ Лор-
да Нельвиля ея другомъ, прежде не-
жели еще какое-либо живѣйшее впе-
чатлѣніе покорило его. Руки ея, такъ
сказать, блистали бѣлизною. Высо-
кая, но нѣсколько слабая гаалія, по-
добная Греческимъ статуямъ, живо
изображала юность щасгаія ея; взоръ
ея имѣлъ въ себѣ нѣчто священное.
Самыя движенія, которыми она при-
вѣтствовала и благодарила народъ
.за его удивленіе , были натуральны
и свободны ; они возвышали пре-
лести чрезвычайнаго ея положе-
нія , въ ' которомъ она находи-
лась; она въ одно и тоже время
раждала въ зрителяхъ мысль о Аппо-
лоновой жрицѣ , шествующей въ
храмъ Солнца для жетвоприношенія,
и вмѣстѣ мысль о женщинѣ, находя-
щейся въ обыкновенныхъ отноше-
ніяхъ жизни; словомъ, всѣ движенія
имѣли такое очарованіе , которое
-возбуждало въ другихъ участіе, лю-
бопытство , изумленіе и любовь.

Удивленіе народа вазрастало
По мѣрѣ приближенія къ Капитоліи,
столь обильной въ величественныхъ
воспоминаніяхъ древности. Сей пре-
красный климатъ, сіи объятые
энтузіазмомъ Римляне, а особливо
сама Коринна, разгорячали вообра-
женіе Освальда до- чрезвычайности.
Въ отечествѣ своемъ не оди!нъ разъ
видалъ онъ Министровъ и другихъ
государственныхъ Вельможей, вози-
мыхъ въ торжествѣ народомъ; но
Д а
въ первой еще разъ былъ свидѣте-
лемъ почестей, ьездавіемыхъ жец.
щмиѣ , прославлявшейся одними Да-
рованіями ; побѣдоносная ея колес-
ница не была орошена ни одной
слезою ; никакое сожалѣніе, никакой
страхъ не препятствовалъ уди-
вляться блестящимъ дарамъ Приро-
ды, воображенія, чувствованія и ума*
Освальдъ такъ былъ углубленъ
въ слои размышленія, столь новы-
ми занятъ былъ мыслями, что со-
всѣмъ не примѣтилъ шѣхъ древнихъ
и знаменитыхъ въ Римской Исторіи
мѣстъ, чрезъ которыя проѣзжала
колесницаКорпнны. Приближавшись
жъ лѣсницѣ , ведущей въ Капито-
лію , колесница остановилась ; каж-
дый изъ друзей Коринны наперерывъ
спѣшилъ предложить ей свою руку.
О ставя прачихъ, она приняла руку
Принца Кастель - фортскаго, Рим-
скаго Вельможи , почтенаго по сво-
ему уму и характеру; всѣ одобрили
выборъ Коринны. По сей лѣсницѣ
она взошла въ Капитолію, которой
величественный видъ, казалось, съ
пріятностію принималъ въ себя
женщину. Музыка снова загремѣла
по входѣ Коринны въ храмъ вели-
чія древнихъ Римлянъ, громъ пу-
шечныхъ выстрѣловъ раздался во
всемъ Городѣ, и торжествующа^
Сивилла вступила въ приготовлен-
ную для принятія ея залу.

Впереди зады сидѣлъ одинъ Се-
наторъ , долженствовавшій увѣн-
чать Коринну, и Хранитель Сена-
та ; на одной сторонѣ находились
Кардиналы и знатнѣйшія Римлянки,
на АРУгой Ученые и Члены Римской
Академіи ; на противуположномъ
концѣ залы стояло великое множе-
ство постороннихъ , сопровождав-
шихъ Коринну. Назначенныя для
нее креслы были поставлены нѣ-
сколько пониже креслъ Сенатор-
скихъ. Коркина, прежде нежели сѣла
въ креслы, по принятому обыкно-
венію, въ присутствіи сего величе-
ственнаго собранія должна была
на первой ступени преклонить ко-
лѣна. Она сдѣлала это съ такимъ
благородствомъ и скромностію , съ
такою пріятностію и важностію,
что въ туже минуту глаза Лорда
Нельвиля наполнились слезами , ко-
торый самъ удивился нѣжности
своихъ чувствованій ; но несмотря
на весь окружавшій Коринну блескъ,
не взирая на всѣ пріобрѣтенные ею
успѣхи , онъ примѣчалъ, что взора-
ми своими она искала покровитель»
ства друга, — покровительства, безъ
котораго ни одна жешцына, при
всей своей знатности, обойтись
не можетъ. Между тѣмъ Освальдъ
размышлялъ самъ въ себѣ; сколь бы-
ло бы пріятно быть покровителемъ
той, которая по одной своей чув-
ствительности имѣла- нужду въ сей
подпорѣ!

Когда Коринна сѣла въ свои
жреслы, Римскіе Стихотворцы по
порядку начали читать сочиненъ
ныя въ честь ея сонеты и оды.
Всѣ превозносили ёе до небесъ; но
приписываемыя ей ими похвалы не
болѣе дѣлали чести ей, какъ и вся-
кой просвѣщенной женщинѣ; онѣ
были слабы. — Со временъ Сафо до
насъ каждой женщинѣ , просла-
вившейся ученостію и литтераль-
ными дарованіями, можно бы было
посвящать прекрасную смѣсь Ми-
ѳологіи съ острыми выдумками.

Уже Лордъ -Нельвиль началъ ску-
чать сими похвалами; ему каза-
лось, что взглянувши на нее, въ
одну минуту онъ начерталъ бы
портретъ ея сходный,справедливый,
подробный ; словомъ , ш а к о й пор-
третъ , которой бы изображалъ од-
ну Коринну.
Г Л А В А И. .

Принцъ Касшель-форшскій на-
чалъ говоришь послѣ всѣхъ; рѣчь
его о дарованіяхъ Коринны привле-
кла на себя вниманіе всего собра-
нія ; это былъ мущина лѣтъ пяти-
десяти, котораго разговоръ и по-
ступки имѣли вЬ себѣ много до-
стоинства и важности; прекло-
ненныя лѣта его, увѣренность Рим-
лянъ, вдохнули ему самое искреннее
участіе кЪ изображенію, сдѣлан-
ному Принцемъ Кастель - форт-
скпмъ ; безъ сей увѣренности
Освальдъ вскорѣ сдѣлался бы жер-
твою мрачной ревности.

Принцъ Кастель- фортскій
прочелъ нѣсколько страницъ провою;
шутъ не было примѣтно ни ма-
лѣйшаго ласкательства ; но въ
нихъ, подобно какъ въ зеркалѣ, съ
перваго взгляду можно было узнать
Коринну. Сначала онъ изчислялъ
изящность и достоинства ея тво-
реній ; онъ говорилъ, что сіи до-
стоинства состоятъ вопервыхъ въ
глубокомъ познаніи чужестранной
словесности; въ сочиненіяхъ сво-
ихъ она умѣла соединить выдумки,
картины и живость съ драгоцѣн-
ными познаніями человѣческаго
сердца, которыя кажутся быть
УДІлоиъ итого народа , гдѣ внѣшніе
предметы не привлекаютъ умы лю-
дей ; онъ выхвалялъ красо/пу м ве-
селость Коринны; но сія весе-
лость , говорилъ онъ произходитъ
не отъ склонности къ насмѣшкамъ,
но единственно отъ живости ра-
зума и свѣжести воображенія ; онъ
хвалилъ ея чувствительно :ть , ко
легко можно было примѣтишь, что
мысль сія соединена съ нѣкоторою
тоскою сердча. Онъ оплакивалъ
трудность, которая женщину, чув-
ствующую свое пре «огходсщво,
удерживаетъ на пуп-и сланы , и
препятствуетъ наі ши шстъ пред-
метъ, котораго образъ она пред-
ставляетъ себѣ ж»іво и ясно,
образъ украшенный всѣми дарами,
кошорыхъ можетъ желать нѣж-
ный и совершенный Геній. По-
томъ съ Жлромъ изображалъ онъ
ту страстную чувствительность,
вдыхаемую поэзіею Коринны ; то
вскусшво, посредствомъ котораго
она умѣла находить трогательныя
соотношенія между красотами При-
роды и самыми глубочайшими впе-
чатлѣніями души ; выхваляла ори-
гинальность ея выраженій, кото-
рыя вытекали прямо изъ ея харак-
тера и образа чувствованій.
Потомъ говорилъ о ея' краспо-
рѣчіи , такъ какъ о силѣ всемогущей,
которая тѣмъ сильнѣе должна дѣй-
ствовать на умъ и сердце слуша-
телей , и подобно быстрому потоку
увлекать ихъ вмѣстѣ съ собою, чѣмъ
болѣе она имѣетъ въ себѣ истин-
наго ума и чувствительности. „Ко-
ринна есть безь сомнѣнія славнѣй*
„шая женщина во всеЙ Италіи ; но
„не взирая на сію славу, одни друзья
„ея могутъ съ точноспВю изобра-
зить богоподобныя совершенства
„души ея;—ибо внутреннія качества,
„когда только онѣ истинны, ѵшѣ-
„ютъ нужду быть узнанны.си; са-
„ный блескъ столь же можетъ пре-
мія я пісіп но вать познанію оныхъ ,
„какъ и оамія мр Чность, если осо-
бенная какая-нибудь симпатія не
„поможетъ открыть ихъ/* Потомъ
пространно описывалъ удивитель-
ную ея способность , безъ вся-
каго пріуготовленія говорить сти-
хи ; сія способность была въ ней
совсѣмъ не гаа , что обыкновенно
разумѣютъ въ Италіи подъ симъ
слономъ. „Сію способность, продол-
„жалъ онъ, не должно приписывать
„единственно плодовитости ея ума;
„нѣтъ.1 она происходитъ отъ глубо-
каго чувствованія, возбуждаемаго
„въ ней всѣми благородными мыслями;
„она не можетъ произнесть ни»
„одною слова, приводящаго ей
„на память оныя, безъ того, что-
„бы пламенный энтузіазмъ , не»
„иачерпаемый источникъ чувствова-
„ній и идей ,' не одушевлялъ, ее и
„не вдыхалъ ей оныхъ.“ Принцъ Ка-
стель - форшскій выхвалилъ также
красоту и изящность слога, кото-
рый , подобно прозрачному ручью ,
былъ всегда чистъ, плавенъ *и со-
вершенно гармонистъ. Поэзія Ко-
ринны , прибавилъ онъ, есть ум-
ственная мелодія, которая одна мо-
жетъ выражать прелести самыхъ
быстрыхъ и нѣжныхъ впечатлѣній.

Далѣе изображалъ онъ занима-
тельность разговоровъ ея, изъ чего
можно было заключить, что онъ
чувствовалъ пріятность ихъ. „Во-
ображеніе и простота, истинное
„величіе , сила и пріятность, гово-
рилъ онъ , соединились въ' ней для
„того, чтобы каждую минуту мо-
„гла она перемѣнять умственныя
„удовольствія ; къ ней - то можно
,,отнести сей прекрасный Петрар-
„ковъ стихъ :

II рагіаг сЬе пеіі’аоіта 8І Гепіе (*)!

„Она имѣла всю ту пріятность,
, всѣ* іпѣ восточныя прелести, ко-

( • ) Языкѣ, который можно дояямлть серд-
цемъ.
„торы я древніе историки припи-
„сываюшъ Клеопатрѣ.

„Мѣста, которыя я протекалъ
„съ ней, продолжалъ Принцъ Ка-
,, стелъ - форлгіскій , музыка, ко-
„шорую мы * вмѣстѣ слушали, кар-
,,шины, которыя она мнѣ пока-
, ,зывала, и книги, которыя мнѣ
,,читала, составляютъ въ вообра-
„женіи моемъ цѣлый міръ. Во всѣхъ
„сихъ предметахъ находится ис-
„кра ея жизни, и естьли бы судьба
„судила мнѣ жить отъ нея въ уда*
„леніи, я желалъ бы по крайней
„мѣрѣ окружить себя оными, зная
,,за-подлинно , что нигдѣ болѣе не
„найду слѣдовъ сей пылкости , сихъ
„слѣдовъ ея, которые она впечаш-
„лѣла на нихъ. Такъ ! продолжалъ
„онъ (и въ сію минуту взоры его
„по нечаянному случаю устреми-
„лись прямо на Освальда) смотри*
„те на Коринну, если вы можете
„провесть съ нею всю жизнь свою,
„и если обладаніе симъ сугубымъ
„бытіемъ, которое она вамъ даетъ,
„можетъ быть на долго4 обезпече-
„но ; но не смотрите на нее, если
„вамъ суждено оставить ее. Тнует-
„но будете вы во всю жизнь свою
„искать сей изобрѣтательной ду-
„ши , которая раздѣляла съ вами ва-
„ши чувствованія и мысли, и умно*
60
„жала ихъ; никогда, никогда вы не
„найдете ее."	/

При семъ словѣ Освальдъ со-
дрогнулся ; глаза его были устрем-
лены на Коринну, которая слу-
шала слова Принца съ примѣт-
нымъ замѣшательствомъ , произхо-
дившимъ не отъ самолюбія, но отъ
нѣжныхъ и трогательныхъ чув-
ствованій. Принцъ опять началъ
рѣчь сього ,• которую въ разстро-
ганнослг.и своей принужденъ былъ
прервать. Онъ. говорилъ о превос-
ходномъ ея искуствѣ въ живописи,
въ музыкѣ, въ декламаціи и тан-
цованьи. Онъ говорилъ, что во
всѣхъ скхъ родахъ учености Корин-
на никогда не ограничивалась та-
кимъ или другимъ способомъ, та-
лвмь или другомъ праги лоліъ; но
въ разныхъ язь качъ изображала од-
ну и ту ж« силу воображенія , одну
и туже красоту изящныхъ наукъ
ВЪ различныхъ видахъ.

,Я не лыцу себя надеждою, гово-
рилъ наконецъ онъ, чтобы я могъ
„въ точности изобразилъ вамъ ту
„особу, о которой не можно имітв
„ни малѣйшаго понятія, не узнавъ
„ея совершенно ; но ея присут-
ствіе въ Римѣ можетъ почесться
„благодѣяніемъ Неба и Природы.
„Коринна соединяетъ между собою
пАРУзей і она есть пружина и ща-
„сшіе нашей жизни ; мы но лага-
„емс я: на доброшу ея души; мы
„гордимся ея дарэвапіями ; мы го-
„воричсь чужестранца-ль:	— по-

;,см1)шрі,тэ на нее, вопіъ и а глин-
яное изображеніе прекрасной Итл<
„ліи ! она есть благодѣтельное боже»
„стмо, которое вывело насъ изъ
„невѣжества. разсѣяло зависть, раз-
„доры, на которые мы были озуж-
„дены судьбою; — мы любуемся взл-
„рая на нее, какъ на удивительное
„произведеніе нашего климата и
„нашихъ изщныхъ художествъ 9
„какъ на драгоцѣнный остатокъ
„прошедшаго величія Римлянъ, и
„на символъ будущаго; и когда ино-
„странцы смѣются надъ нашимъ
„отечествомъ, которое было нѣ-
„когда колыбелію всѣхъ наукъ, про-
„свѣщан>щ<гхъ нынѣ вою Европу
„когда, они не жалѣютъ о нашемъ
„бѣдномъ положеніи, производящемъ
„отъ нашихъ нещасшій; мы гово-
„рамъ имъ: — посмотрите на Ко-
„ринну; — такъ 1 мы послѣдовали бы
„ей, мыбъ опять сдѣлались мужами ,
„какъ она стала теперь женою,
„если бы мужи, подобно женщинамъ,
„могли создать себѣ міръ въ соб-
ственномъ своемъ сердцѣ, и если
„бы нашъ Геній/ по необходимости
62
„зависящій отъ общественныхъ со-
„отношеній и ошъ внѣшнихъ обсто-
„ятельсшвъ, могъ возжечься ошъ
„одного свѣтильника Поэзіи."

Когда Принцъ Касшель - форш->
скій пересталъ говоришь , снова
раздались общія рукоплесканія,
и хотя конецъ его рѣчи заключалъ
въ себѣ не прямую сатиру на насто-
ящее состояніе ІДпталіянцевъ, однако
всѣ знатные  вельможи одобрили
оную. Сія в'одьность не только не
Подаетъ въ Италіи повода къ пере-
мѣнѣ и уничтоженію учрежденій,
но еще заставляетъ въ высокихъ
умахъ п р о щ а т ь сіе спокойное
противоборство съ господствующи-
ми предразсудками.

Принцъ имѣлъ въ Римѣ величай-
шее уваженіе. Онъ говорилъ съ рѣд-
кимъ остроуміемъ, и сей даръ его
весьма достоинъ примѣчанія въ та-
кой странѣ, гдѣ болѣе стараются
оказывать умъ свой вь своихъ по-
ступкахъ , нежели въ разговорахъ.
Въ дѣлахъ онъ не и мѣлъ совсѣмъ то-
го искуства, которымъ весьма часто
отличаются Ишаліянцы ; но онъ
любилъ заниматься размышленіями,
и не страшился утомишься ими ;
щастливые обитатели юга иногда
избѣгаютъ сей утонченности , и
хотятъ угадывать все посред-
стволъ воображенія, подобно какъ
плодоносная ихъ земля приноситъ
плоды безъ обработыванія, съ помо-
іціло благорасшвореннаго климата.

ГЛАВА. III.

По окончаніи говоренной Кас-
піелъ - фортскимъ Принцемъ рѣчи ,
Коринна встала ; она отблагодари»
ла его величественнымъ и пріят- .
нымь наклоненіемъ головы, которое
оказывало ея скромность, и вмѣстѣ
радость , которую возбуждаютъ въ
насъ истинныя и пріятныя намъ
похвалы. Въ Римѣ издрезлѣ велось
такое обыкновеніе, чтобы увѣнчан-
ный въ Капитоліи Поэтъ, прежде
возложенія на главу его лавроваго
вѣнка, опредѣленнаго въ награду
за отличныя дарованія и успѣхи въ
нѣкоторыхъ родахъ учености, не
готовясь прочелъ какую-нибудь пі-
эсу 'стихами.

Коринна велѣла подашь себѣ свою
лиру , которая весьма много похо-
дила на арфу, но была древнѣе по ви-
ду и простѣе въ тонахъ. Когда она
стала насшроивашь сей инстру-
ментъ, вдругъ овладѣла ею величай-
шая робость.
Наконецъ, оправившись отъ за-
мѣшательства, трепещущимъ голо-
сомъ просила она зрителей назна-
чить ей предметъ. — Слава и щастіе
Италіи ! закричали въ одинъ голосъ
всѣ. — „Такъ! глава и щастіеИталіи
„будетъ предметомъ моихъ пѣсней!1*
повторила она съ живостію. — То-
гда , почувствовавъ себя одушевлен-
ною пламенною любовію къ отече-
ству , и ободряемая своими талан-
тами , она «играла на лирѣ прекра-
сные стихи, сопровождая гармони-
ческіе звуки оно"; прелестнымъ сво-
имъ голосомъ; проза можетъ дапГв
толь «о несовершенное понятіе о
стихахъ е'я ;

„Привѣтствую тебя, страна лю-
„беаная Небесамъ, Италія, область
„солнца, владычица міра, колыбель
„наукъ! Коликократно человѣческій
„родъ преклонялъ предъ тобою ко-
„лѣна свои ! коликократно былъ онъ
„данникомъ твоего страшнаго ору-
„жія, твоихъ изящныхъ художествъ ’
„и твоего климата!

„Мощный богъ, оставивъ верши-
„ну холмистаго Олимпа, нашелъ
,,убѣжище въ Азаоніи; присутствіе
„его въ сей странѣ воскресило зла-
„тоЙ вѣкъ, и человѣкъ сталъ щ&-
/дсшливъ — сталъ добродѣтеленъ!
„Римъ посредствомъ. слоитъ да-
рованій со дѣлался обладателемъ мі-
ра. Римскій характеръ впечатлѣ іея
„въ немъ, и набѣги варваровъ, раа-
„рушивъ Италію, повергли во мракъ
,, невѣжества всю вселенную.

„Когда Греческіе бѣглецы, вы-
„тѣсненные съ востока оружіемъ.
„Опгтоманозъ, переселились въ Ита-
„лію и принесли съ собою боже-
„ствениыя сокровища , Италі я сно-
„ва расцвѣла ; небо открыло ей сво и
,,законы мужество чадъ ея ошкрк.-
„ло «овый міръ; она смѣло еще П} о-
,,стирала повелительный скипетръ
„свой надъ странами чуждыми; но
,,сей лавровый скипетръ рождалъ од-
„нихъ только неблагодарныхъ.

„Изобрѣтательное воображеніе
„возвратило ей миръ, котораго она
„лишалась, Живописцы, Стихотвор-
ицы, родили для нея землю, Олимпъ,
„адъ и небо ; но въ Европѣ не было
„Врометея, который бы могъ поти-
„шишь одушевляющій огнь, не язы<
„ческимъ богомъ сберегаемый, но соб-
ственнымъ ея Геніемъ.

„Но за чемъ я въ Капитоліи? По-
„Чпго хотите вы возложить на чгло
„мое вѣнецъ , который косилъ П<-т-
„рармъ , м который теперь висятъ
„на печальномъ кипарисѣ Тд.сса? ЗГо-
„что, если вы не любите славы, о со-
а с т л X.	Е
„граждане ! награждать его’служеніе
„и успѣхи ?

„Ахъ ! если вы любите сію славу,
„которая избираетъ часто жертвы
„свои между побѣдителями, ею увѣн-
,,чанными, помыслите съ*гордостію
„о тѣхъ вѣкахъ, которые.были свидѣ-
„щелями возрожденія наукф. Дапшъ,
„Гомеръ, новѣйшихъ временъ Поэтъ,
„наученный таинствамъ нашей ре-
„лигіи, герой^покорившій мысли пра-
„виламъ исв'уства, погрузивъ умъ
э,свой въ воды Стикса, проникъ въ
,,самый тартаръ; душа его была глу-
,,боках, подобно безднамъ, которыя
„онъ описывалъ.

„Италія во дни своего могуще-
ства ожида въ образѣ Данта. Вос-
„пламененный духомъ вольности ,
,.страшный воинъ и вмѣстѣ прево-
„сходный поэтъ, онъ стремится
,, возжигать потухшій огнь дѣяній
„между мертвыми; тѣни его ста но-
„няшея живѣе самыхъ людей, обитаю-
„щихъ въ сей мрачной юдоли.

„Земныя воспоминанія еще и
,тамъ преслѣдуютъ ихъ, нсобуздан-
„ныя страсти ихъ безъ всякой цѣли
„свирѣпствуютъ противъ сердца;
„они безпокоятся о прошедшемъ,
„которое кажется имъ премѣннѣе
„вѣчной ихъ будущноедіи.
Каждый можетъ сказать, чшо
„Дантъ, изгнанный изъ своего оте-
„честна, перенесъ терзавшія его му-
„ченія въ область мечтаній. Тѣни
„его безпрестанно требуютъ новыхъ
„извѣстій о существованіи свѣта,
„такъ какъ самъ Поэтъ освѣдомляет-
ся о своемъ отечествѣ; адъ пред-
ставляется ему мѣстомъ изгнанія.

„Все въ глазахъ его облекается
„въ одгжду флорентинцовъ. Кажет-.
>,ся, чшо древ.нія тѣни умершихъ ,
„имъ вызываемыя, подобно ему, вос-
„кресаютъ въ видѣ Тосканцевъ; па-
„рящім умъ его на семъ не остана-
„вливается; въ кругу своихъ мыслей
„онъ заключаетъ всю вселенную.

„Таинственное сцѣпленіе яру-
совъ и сферъ изъ ада препровож-
даетъ его въ чистилище, оттуда
„въ рай; достовѣрный понѣствова-
„шель своего видѣнія, онъ разливаетъ
„блескъ въ странахъ самыхъ мрач-
„ныхъ, и міръ , сотворенный имъ въ
„Поэмѣ, является совершенъ, одуше-
вленъ, блестящъ, какъ новая пла-
„неша, примѣченная Астрономами на
„тверди небесной.

„При гласѣ его все на землѣ пре-
вращается въ Поэзію ; предметы ,
„мысли, законъ, феномены, кажупі-
„ся новымъ Олимпомъ новыхъ богопъ;
„но при видѣ Рая, сего океана свѣ*

Е а
„шовъ, блистающаго миліонамилу-
„чей и авіздъ, добродѣтелями и любо-
„вію, сія миѳологія, плодъ пылкаго
„воображенія, подобно мраку языче-
„ства изчезаетъ. .

„Магическія слова величайшаго
^нашего пѣснопѣвца суть призма
,,вселенной, въ воторой всѣ уудеса еле
„отражаются, раздѣляются, и опять
9 соединяются ; звуки подражаютъ
„цвѣтамъ, цвѣты сливаются въ гар-
„монію; звучная или смѣшная, поры-
„вистая или протяжная рифма вдох-
,-новенна ему была тѣмъ божествомъ -
,, Поэзіи, тою высочайшею красотою
„вскусшва, торжествомъ Генія, ко-
,,торое открываетъ всѣ таинства
„Природы, относящіяся къ человѣ-
ческому сердцу.

, Дантъ надѣялся, что его ПоЗма
„положитъ конецъ его изгнанію; о^ъ
„полагался на уваженіе и славу по-
средника; но онъ очень рано умеръ,
„чтобы могъ собрать пожатые лав-
,,ры. Часто тлѣнная человѣческая
,,жизнь изшощеваепіея въ однѣхъ
„горестяхъ, и если слава пгопже-
,,сшвуешъ, если наконецъ бѣдный
„нещастливець пристаетъ къ бре-
згамъ ща^тливѣ^шимъ. часто мрач-
„нздй гроб'з разверзается позади при-
„сіганѵша, и судьба при самомъ воз-
вращеніи щастія въ тысячѣ видахъ
„возвѣщаетъ конецъ жизни, или въ
9>одну минуту развѣваетъ всѣ бл&*
„стоящія мечты — плоды много*
„лѣтнихъ размышленій.

с

„Такъ Тассъ, котораго ваши
„жертвы, о Римляне 1 должны утѣ-
„шить за всѣ несправедливости, не-
счастный, прекрасный, чувстви-
,,тельный, мужественный, воспѣвав-
„ши подвиги Героевъ, съ разтоерзан-
„нымъ сердцемъ отъ любви, кото-
„рую онъ воспѣвалъ въ своихъ тво-
},рейіяхъ , съ почтеніемъ и призна-
,рітелБносшію приближался жъ стѣ-
,,намъ симъ, подобно какъ подходили
„гёрои его къ стѣнамъ Іерусалима ;
„но завтрешній день, назначенный
,.для его увѣнчанія, былъ войдемъ
„его жизни; грозная смерть воззвала
„его на страшное свое пиршество $
„небо завидуетъ землѣ, и часто ошъ
„обманчивыгъ береговъ времени от-
крываетъ назадъ своихъ любимковЪ.

,.Ръ вѣнѣ болѣе горделивомъ » бо-
„лѣе свободномъ, нежели каловъ былъ
„гѣкъ Тасса, Петрар«ъ подобно Дан-
„п>у , воспѣвалъ синоду и нозавмси-
„ мостъ Италіи. Въ странахъ чуже-
земныхъ изъ приключеній его мгз*ѣ-
„стна одна любовь его: яд ’ съ гроз-
дныя воспоминанія создаютъ долж-
,,ную честь его памяти, и ошече-
„сщяо возбуждаетъ оныя болѣе самой
„славы.

„тореніями своими онъ воскре-
„силъ подвиги темной древности ;
„воображеніе его не только не пре-
„плтствовало упражненіямъ глубо-
чайшимъ, но сія творческая сила,
„покоряя власти его будущее, отъры-
„ла ему піамнства вѣковъ “протек-
авшихъ. Онъ узналъ опытомъ, что
„познаніе весьма много способ-
ствуетъ изобрѣтенію, и его геній
„былъ тѣмъ оригинальнѣе, что онъ,
„подобно вѣчнымъ силамъ, перелетая
,,мысленно изъ вѣка въ вѣкъ, о.бни-
,,малъ всю цѣпь временъ и пролзше-
„ствій. Подъ нашимъ яснымъ небо-
склономъ, въ нашемъ щастливомъ
„климатѣ, Аріостъ получилъ вдохно-
веніе. Подобно седмоцвѣтной раду-
„гѣ, явился онъ послѣ трудныхъ и
,.продолжительныхъ браней на гори-
зонтѣ нашего отечества^ онъ былъ
„блестящъ и разнообразенъ, подобно
„сей предвѣстницѣ тишины : непри-
ч ,,нужденная и пріятная его весе-
,,лосшь есть улыбка Природы при
„захожденіи солнца въ* ясный Май-
„скій день.

„Мишель - Анжъ , Ра фа ель , Пер-
„гольцъ, Гапглей и вы неустрашимые
„путешественн пі*и,бе зпресгаанно
„алкающіе новыхъ странъ, хотя при*
„рода не могла вамъ дать прекраснѣе
„собственнаго вашего отечества!
„соедините славу* вашу съ славою
„пѣснолѣвцеві. Артисты, Мудрецы,
„философы вы , какъ и они , дѣти
' „«его Солнца, которое поперемѣнно
„развиваетъ ноображ ніе , соединя-
етъ въ одну точку всѣ мысли, возбу-
„ждаепгъ мужество, усыпляетъ • въ
„щастіи, и все обѣщаетъ, или за-
ставляетъ все забывать — знаете
„ливы ту землю, въ которой цвѣтутъ
„померанцевыя деревья, которую лу-
„чимеба оплодотворяютъ ? слышали
„ли вы тѣ мелодическіе звуки , ко-
,.торые прославляютъ пріятность
„ночей? дышали ли вы гдѣ-нибудь
„столь благовоннымъ, чистымъ илег-
„кииъ воздухомъ ? Отвѣтствуйте,
„чужестранцы I такъ ли прекрасна
,,и благотворите*ьна въ странахъ
„вашихъ Природа ?

„Когда общественныя бѣдствія
„поражаютъ страны чуждыя , это
„служитъ признакомъ , что Боги
„оставили ихъ ; ко здѣсь мы безпре-
„станно ощущаемъ покровительство
„Неба; мы видимъ, что омо печется
„о человѣкѣ, и поступаетъ съ нимъ
„какъ съ тварію благородною.

,,Но не одними виноградными
„вѣтвями и хлѣбными колосьями При-
„рода украшаетъ грунтъ полей на-
„іиихъ; ока щедрою руною разсы-
„паешъ повсюду пушистые цвѣты
„и безполезныя растенія , назначен-
иныя единственно для увеселенія
„ѵ забавъ человѣка.

„Слми нѣжными удовольствіями,
„представляемыми Природою, назна-
чено наслаждаться народу досшой-
„ному ихъ чувствовать, который до-
вольствуется самыми простыми
„яствами, не упивается изъ йсшоч-
„никовъ вина, пріуготовляемаго изо-
„биліемъ; онъ любитъ свое солнце ,
„свои изящныя художества, свОи
„памятники, свою страну, всегда
„древнюю и вмѣстѣ юнѣйшую; утон-
„ченныя удовольствія блестящихъ •
,,обществъ удовольствія грубыя нд-
„рода жаднаго , ему неизпѣстнй.

„Здѣсь чувствованія смѣшивают-
ся съ идеями , жизнь почерпаеш-
„ся изъ того же источника, и душа,
„подобно воздуху, имѣетъ предѣлами
„своими одно небо и землю. Здѣсь Ге-
„ній спокойно занимается самимъ
„собою, потому что здѣсь самая
„заду ччм ноешь пріятна; если онъ
„б* з гокоится , о іа успокомнаепгъ ;
„если онъ со жалѣетъ о потерянной .
„цьли, она даритъ ему тысячу
„другихъ химеръ; если эло^а людей
„его угметшпъ, объятія Природы
„всегда для него отверсты ; — та-
„кимъ образомъ она всегда возна-
;;Граждаешъ потерю; .благотвори-
„тельная рула ея надѣляетъ всѣ
„раны. Здѣсь — удивляясь благости
,,Божіей, проницая тайну любви.
-„Его, не посредствомъ краткихъ
,,дней нашихъ, таинственныхъ
9,предшественниковъ вѣчности, но
„въ плодотворномъ и величесшвен-
„номъ недрѣ вѣчнаго мира, — адѣсь,
„говорю, находятъ облегченіе сер-

• „дечнымъ своимъ горестямъ.4*

Тутъ раздались громкія воскли-
цанія , и Коринна принуждена была
на нѣкоторое время остановиться.
Одинъ Освальдъ не принималъ уча-
стія въ сихъ шумныхъ восторгахъ.
Когда Коринна произнесла слова
сіи: здѣсь находятъ облегченіе сер-
дечнымъ горестямъ ; Освальдъ пре-
клонилъ свою голову на руки , и съ
тѣхъ поръ не поднималъ ее. Корин-
на примѣтила его , и вскорѣ по чер-
тамъ лица его, по цвѣту его во-
лосъ , по его одѣждѣ, по его высо-
кому стану , по всѣмъ его посгауп- .
камъ, наконецъ, она узнала въ немъ
Англичанина. Трауръ, который онъ
носилъ, и печальный его видъ тро-
нули ее до чрезвычайности. Въ гла-
захъ его читала она тѣ нѣжные
упреки, которые заслуживала сло-
вами своими: она отгадала его мы-

Ча с т ь !•	Ж
•ли, и чувствовала нужду удовле«
творишь его желанію, — нужду
говоришь о щасшіи съ меньшею увѣ-
ренностію , и посреди торжества
бросить на гробь умершихъ нѣсколько
цвѣтовъ. Съ симъ намѣреніемъ она
ваяла опять свою лиру; трогатель-
ными, протяжными и извлекаемы-
ми изъ струнъ звуками она заста-
вила умолкнуть все собраніе, и на-
чала такимъ образомъ:

„Впрочемъ есть такія горести,
„которыхъ и нашъ благословенный
„климатъ изшребить не можетъ; но
„въ какой странѣ печали могуту»
„произвесть въ душѣ сладосшнѣй-
„тее и величественнѣйшее впеча-
„шлѣніе, какъ не въ нашемв любеа**
„номъ отечествѣ!

, Въ странахъ чужеземныхъ лю-
„ди съ трудомъ находятъ довольно
„мѣста для быстрыхъ своихъ иы-
„слей и пламенныхъ желаній; но,
„здѣсь развалины , пустыни, необн-
„шаемыл а данія представляютъ
„тѣнямъ величайшее пространство.
„Римъ не есть ли теперь отечество
„гробовъ ? обелиски, всѣ чудесныя
„произведенія Природы и Искуства,
„собранныя изъ Египта и Грецііх,
„отъ начала вѣковъ, отъ Ромула
„до Льва , соединены здѣсь въ одну
„группу. Величіе привлекаетъ вели-
„чіе , и какъ будто одно мѣсто дол-
„жно въ себѣ заключать все то, что
„человѣкъ могъ сохранишь отъ раз-
„рушающей силы времени ; всѣ сіи
„чудеса посвящены печальнымъ па-
„мятникамъ; безпечная жизнь наша
„едва примѣтна въ своемъ теченіи;
„молчаніе живыхъ есть благоговѣ-
„ніе къ мертвымъ ; они существу*
„ютъ, а мы преходимъ.

„Одни они находятся еще у
,,всѣхъ бъ почтеніи и славѣ; наша
„мрачная судьба возвышаетъ блескъ
„нашихъ предковъ; а настоящее на*
„ше бытіе оставляетъ въ цѣлостц
„одно только прошедшее; ни малѣй*
„шій шумъ не слышенъ вокругъ сихъ
„памятниковъ; всѣ наши масшер-
„скія произведенія суть творенія
„тѣхъ, которые болѣе уже не су*
„ществуюшъ, и самый Геній счи*
„шаешся между славными мершве*
„цами.

„Можетъ быть одна изъ тай*
„пыхъ красотъ Рима есть та, что*
„бы примирить воображеніе съ долго*
„временнымъ сномъ. Народы южные
„изображаютъ конецъ жизни крас*
„каии веселыми не мрачными, въ
„каковыхъ представляютъ себѣ жи*
„тели сѣвера. Солнце, подобно сла*
„вѣ, согрѣваетъ самый гробъ.
„Хладъ и мрачная пустота гроб-
„ницы } подъ симъ прекраснымъ не-
рвомъ , подлѣ толикаго множества
,,печальныхъ урнъ, менѣе усшраша-
„ютъ робкія души. Онѣ думаютъ,
„что толпы тѣней ожидаютъ ихъ ,
„и переходъ изъ нашего уединенна-
го города въ подземный л кажется
„пріятнымъ.

„Такъ, жало скорби притупл-
ялось не отъ того, чтобы сердце
„было испорчено, или душа впала
„въ грубую безчувственность; но
„совершеннѣйшая гармонія, благо-
„воннѣйшій воздухъ питаютъ огнь
,,жизни. Здѣсь безстрашно пре-
даются объятіямъ Природы, При-
„роды, о вошорой самъ Творецъ нѣ-
„когда сказалъ: крины сельные не
„трудятся, не прядутъ; но какая
„одѣжда Царей можетъ равняться съ
„великолѣпіемъ, въ которое обле-
„каю Я цвѣты сіи —

Освальдъ былъ столь восхищенъ
сими послѣдними строфами, что
въ самыхъ живѣйшихъ знакахъ изъ-
явилъ свое удивленіе ; но въ сей разъ
восторгъ Италіянцовъ былъ менѣе.
Въ самомъ дѣлѣ сіе послѣднее чте-
ніе относилось болѣе къ нему одно-
му, нежели къ Римлянамъ.

Большая часть Италіянцовъ
при чтеніи стиховъ имѣютъ родъ
77
нѣкоторой монотоніи , называемой
У нихъ сапіеіепе, которая уничто-
жаетъ всю силу и дѣйствіе оныхъ (*).
Не смотря на разнообразіе рѣчей,
впечатлѣніе бываетъ одинаково,
-потому что произношеніе, прони-
кая во внутренность глубже са-
мыхъ словъ, не перемѣняется | но
въ произношеніи Коринны разно-
образіе тоновъ было удивительно —
совершенная ' гармонія; звуки ея
были столь сладостны , столь вос-
хитительны, что казались произхо-
дящ'ями отъ какой-нибудь небесной
арфы. —

Трогательный и чувствительный
голосъ Коринны, соединясь съ прі-
ятностію и плавностію Италілн-
скаго языка, произвелъ въ Освальдѣ
совсѣмъ новое впечатлѣніе. Произ-
ношеніе Англичанъ есть единообраз-
ное и закрытое ; самыя натуралв-

(*) Сіе порицаніе о способѣ декламироьать
стихи должно имѣть исключеніе касатель-
но знаменитаго Монти, который произно-
ситъ стихи такЪ, какЪ будто вЪ тоже
время сочиняетъ ихЪ. Сія способность мо-
жетЪ почесться однимъ изЪ величайшихЪ
драматическихъ удовольствій, какое толь-
ко можно чувствовать, слыша повторяемый
впизодЪ ЮголиновЪ , соч. франческа де
Римини , вЪ которомЪ описывается смерть
Кларанды и проч.
Иыя красоты языка ихъ бываютъ
всѣ меланхолическія ; облака его,
цвѣты, шумъ волнъ образуешь его
голосъ; но когда сіи Ишаліянскія
слова 9 блестящія какъ прозрачный
день 9 гремящія подобно браннымъ
инструментамъ; когда сіи*, слова,
впечатлѣнныя радостію, которую
разливаетъ во всѣхъ сердцахъ благо-
разшворенный климатъ, произне-
сены бываютъ голосомъ трогатель-
нымъ: тогда умягченный блескъ
ихъ, ихъ сосредоточенная сила,
жроизводяшъ чувствованіе скорое,
живое. Тогда намѣреніе Природы
кажется обманутымъ, благодѣянія
ея безполезны, ея дары отвергну-
ты, и, посреди наслажденій, вы-
раженіе горести удивляетъ и тро-
гаетъ сильнѣе, нежели печаль, вос-
пѣтая на языкахъ сѣверныхъ.

ГЛАВА ,ІГ.

Сенаторъ взялъ сплетенный изъ
миртъ и лавровъ вѣнецъ, который
долженъ былъ возложить на главу
Коринны. Она опустила покрыва-
ло, навѣшенное на головѣ ея, и чер-
ные волосы кудрями разсыпались-
во плечамъ ея. Съ открытою, голо-
вою Подошла она къ нему ; въ сла-
вахъ ея блистало удовольствіе и
признательность. Потомъ вторич-
но стала она на колѣни для приня-
тія вѣнца> но въ минуту замѣша-
. тельсшво ея и трепетъ были менѣе,
нежели въ первой разъ; тогда шла
она говорить, должна была напол-
нить душу благородными и величе-
. ственными мыслями, и энтузіазмъ
преодолѣлъ Наконецъ робость» Те-
перь она не была болѣе женщина
боязливая , но жрица вдохновеннѣй-
шая богами, которая съ радостію
посвящала себя служенію Генія.

Когда вѣнецъ былъ возложенъ
на главу Коринны, вдругъ раздался
громъ музыки, при чемъ играны бы-
ли однѣ шѣ величественныя аріи,
которыя возвышаютъ духъ зрите-
лей. Сіи сладостные звуки снова
возбудили чувсшвишельносшь Ко-
ринны ; глаза ея наполнились слеза-
ми , она сѣла на свои кресла, и за-
крыла лице свое платкомъ. Освальдъ,
тронутый до глубины сердца, из-
торгшись изъ толпы, подошелъ къ*
ней и хотѣлъ сказать ей нѣсколь-
ко словъ , но внутреннее смятеніе
удержало его. Коринна нѣсколько*
минутъ смотрѣла на него, но такъ*
была осторожна, чшо Освальдъ со-
всѣмъ не примѣтилъ, чшо она о бра-
щала на него свое вниманіе; но
когда Принцъ Касшель - форшскій
подошедши ваялъ ея руку, чтобы
вести ее и?ъ Капитоліи къ коле-
сницѣ , она съ видомъ разсѣянія
пошла за нимъ, и подъ' разными
предлогами многократно оглядыва-
лась назадъ, желая опять увидѣть
Освальда.

Онъ* послѣдовалъ за нею , и въ
ту самую минуту, когда она въ
сопровожденіи свиты своей сходи-
ла съ лѣенмцы и хотѣла оборо-
титься назадъ , чтобы еще взгля-
нуть на Освальда, вѣнецъ упалъ
съ головы ея. Освальдъ поспѣшно
поднялъ его» и о пі да гая ей оный, ска-
залъ нѣсколько словъ по Ишаліян-
ски, которыхъ смыслъ былъ тотъ:
что слабые смертные повергали къ
стопамъ Боговъ вѣнецъ, который
они не дерзали возложишь на главу
ихъ (*). Коринна благодарила Осваль-
да на Днглинскомъ языкѣ ; произно-
шеніе ея было самое чистое націо-
нальное, свойственное однимъ толь-
ко симъ островитянамъ, а для жи-

(*' Кажется ЛордЪ Нельвиль говорилъ здѣсь
сими двумя прекрасными стиками :

ІЛ серіи іп Ма^пів, иЬі поп ей ропеге бі^піз,
Ропііиг Ыс ішо8 апіе согопа ресіся.
птелей твердой земли совершенно не-
подражаемо. Какое было при семъ
удивленіе Освальда! онъ сдѣлался не-
подвиженъ, смущеніе его было столь
велико,, что, опасаясь упасть въ
.обморокъ, онъ принужденъ былъ
прислонишься къ одной львиной ста-
туѣ. Коринна, тронутая печаль-
нымъ видомъ, опять оглянулась
на него; но ее посадили уже зъ ко-
лесницу , и прежде нежели Освальдъ
могъ собраться съ своими силами и
прійти въ прежнее чувство, вся
нарддная толпа разсѣялась»

До сихъ поръ Освальдъ плѣнялся
Коринною, какъ прелестною чуже-
странкою, какъ однимъ изъ чудесъ,
наполнявшихъ землю , бывшую пред-
метомъ его путешествія. Но сіе
Англинское произношеніе привело
ему на память его отечество; сіе
произношеніе еще болѣе возвысило въ
глазахъ его цѣну прелестей Корин-
ны. Англичанка она, или только
провела нѣсколько лѣтъ жизни сво-
ей въ Англіи ? при всемъ своемъ ра-
. зумѣ онъ никакъ не могъ объяснить
сію загадку; но ему казалось невоз-
можнымъ , чтобы столь чистый,
столь совершенный выговоръ былъ
плодомъ одного ученія; надлежало,
чтобы Коринна и Лордъ Нельвиль
жили въ одной и той же странѣ.
Кто знаетъ, не имѣли хли фамилія
ихъ когда-нибудь между собою сно-
шенія ? можетъ быть онъ видѣлъ
ее въ молодыхъ лѣтахъ: часто люди
имѣютъ въ сердцѣ своемъ не 8нак>
какой - то врожденный образъ того,
что любятъ, который можетъ ро*4
дипхь мысли , что предметъ , кото-
рый они видятъ въ первой разъ,
былъ имъ извѣстенъ еіце прежде.

Освальдъ имѣлъ весьма сильное
предубѣжденіе противъ Италіян-
цовъ ; онъ почиталъ ихъ преиспол-
ненными страсти и нѣжности9 но
непостоянными и неспособными
къ сильнымъ и продолжительнымъ!
страстямъ, уже слова/ говоренныя
Коринною въ Капитоліи, внушили
ему совсѣмъ другія мысли. Что было
бы тогда, когда бы онъ вдругъ нашелъ
и памятники своего отечества, и
посредствомъ воображенія получилъ
бы новую жизнь, и возродился бы
для будущаго, не прерывая свяли съ
прошедшимъ? Занимаясь сими меч-
тами , 'Освальдъ находился на мо-
сту де Сентъ - Лнжъ, который
ведетъ прямо къ извѣстному подъ
симъ же именемъ замку, или лучше
сказать, къ гробницѣ АдріанокоЙ,
которая превращена нынѣ въ крѣ-
пость. Безмолвіе, царствовавшее въ
семъ мѣстѣ, блѣдныя воды Тибра>
слабый блескъ луны , УДВрявшіЙ
Прямо въ поставленныя на мосту
статуи, отъ чего онѣ уподобля-
лись бѣлымъ движущимся тѣнямъ ;
Всѣ сіи предметы опять возбудили
въ немъ прежнія — любимыя его
мысли. Положивъ руку на грудь свою»
онъ почувствовалъ на груди нѣчшо
твердое — это былъ портретъ его
отца , который онъ всегда носилъ
При себѣ; вынувъ оный, онъ пристала»
но раасмашривалъ его ; минута ща«
стія, которую онъ началъ-было чув-
ствовать, и причина онаго, еще бо-
лѣе раатравили рану его сердца,
приведши ему на память то чув-
ствованіе, чрезъ которое онъ сдѣ-
лался нѣкогда преступникомъ предъ
отцемъ своимъ; сіе размышленіе
опять возобновило его внутреннія
терзанія.

Вѣчный памятникъ моей жиз-
ни ! вскричалъ онъ, другъ мною
оскорбленный, но при , всемъ томъ
другъ великодушный 1 могъ ли я по-
вѣрить , чтобы ядъ удовольствія
столь скоро могъ вкрасться въ мое
сеРДЦе $ Нѣтъ ! не ты, лучшій изъ
людей, не ты укоряешь меня; ты
хочешь , чтобы я былъ щастливъ.
Но могу ли я не узнать голосъ швой,
если шы бесѣдуешь со мною съ вы-
соты небесъ ; * могу ли не узнать
его, какъ не узналъ нѣкогда оный
на землѣ ?


•®©©‘

КНИГА ТРЕТІЯ.

I

КОРИННА.

ГЛАВА I.

Графъ д’Ерфель, бывшій; так-
же въ Капитоліи на торжествѣ
Коринны, пришедши на другой
день къ Лорду Нельвилю, сказалъ
ему: — любезный Освальдъ ! хотите
ли, чтобъ я васъ представилъ симъ
вечеромъ Кориннѣ ? — Какъ ! почему
вы ее знаете ? съ живостію пре-
рвалъ его рѣчь Освальдъ. — Нѣтъ, я
не знаю ее, отвѣчалъ Графъ д’ Ерфель,
но для такой знатной особы все-
гда бываетъ лестно, когда всѣ же-
лаютъ ее видѣть, и я нынѣшнимъ
утромъ- писалъ къ ней письмо , въ
которомъ просилъ позволенія вмѣ-
стѣ съ вами посѣтить ее симъ ве-
черомъ. — Я желаю, сказалъ Освальдъ
краснѣя, чтобы вы безъ моего
согласія не открывали моего име-
ни. — Вы должны еще благодарить
ме*»», продолжалъ Графъ, что я
освободилъ васъ отъ нѣкоторыхъ
88
скучныхъ обрядовъ: вмѣсто итого
чтьбл идти къ Посланнику, кото-
рый бы представилъ васъ Кардина-
лу , а сей послѣдній какой - нибудь
женщинѣ, которая доставила бы
вамъ случай быть знакомымъ Ко-
риннѣ ; вмѣсто сего я представлю
васъ, вы меня, и мы оба будемъ при-
няты . очень хорошо. — Я не могу
подобно вамъ полагаться на хоро-
шій пріемъ, прервалъ рѣчь его
Освальдъ ; и мой страхъ * ѵшо сіе
грубое и необдуманное шреі званіе
можетъ возбудишь иеудовол сшвіе ,
въ Кориннѣ, есть безъ сож /Ѣнія
основателенъ. — Совсѣмъ нѣ тъ, я
васъ уьѣряю, говорилъ Графъ д’Ер-
фель, въ такихъ случаях ъ она очень
умно поступаетъ, и ся отвѣтъ
ко мнѣ есть самой учг .иной. — Какъ!
она вамъ отвѣчала ? подхватилъ
рѣчь сго Лоі дь Нельвиль; и такъ
что жъ ока вамъ сказала, любезный
Графъ ? — Ахъ, лыбезный Освальдъ!
сказалъ смѣючись Графъ д’Крфель,
вы начинаете смѣяться, узнавши,
что Коринна мнѣ отвѣчала; но
шутки въ сторону , я васъ люблю э
и все прощено. Впрочемъ признаюсь
вамъ, что въ письмѣ сво. мъ я болѣе
говорилъ о себѣ самомъ, нежели объ
васъ; но въ отвѣтѣ своемъ она ко-
верныхъ пишетъ объ васъ; ко я не

।
завидую 'друзьямъ своимъ. — Въ са-
момъ дѣлѣ? отвѣчалъ Лордъ Нель-
виль ; я не думаю , чтобы мы могли
льстишь себя надеждою понра-
виться когда-либо Кориннѣ , и что
касается до меня, то все желаніе
мое состоитъ единственно въ томъ,
чтобы наслаждаться иногда сообще-
ствомъ сей чрезвычайной женщи-
ны. — И такъ симъ вечеромъ, какъ
вы назначили ,* вы пойдете со мной,
сказалъ Графъ д’ Ерфель. — Безъ со-
мнѣнія, отвѣчалъ Лордъ Нельвиль съ
примѣтнымъ замѣшательствомъ. —
Но почто же сожалѣть о томъ, что
я сдѣлалъ? продолжалъ Графъ д’Ер-
фель. Скаячквзйше, калъ я началъ;
но вы должны быпгь скромнѣе меня,
дабы чрезь то ничего не потерять.
Въ самомъ дѣлѣ Коринна есть любез-
ная женщина, умна и снисходи-
тельна і я не очень хорошо понялъ
слова ея, потому что она говори-
ла по Италіянски ; но я увѣренъ,
что она прекрасно знаетъ и по
французски; симъ вечеромъ мы эшо
узнаемъ. Коринна провой даетъ
жизнь уединенную, богата, молода
и свободна, хотя неизвѣсттно, имѣетъ
ли она любовниковъ, или нѣтъ. Ру'ро-
чемъ кажется, что теперь она ни-
кому еще не отдаетъ преимуще-
ства; наконецъ, естьли сіе произч
88
ходитъ отъ того, что она не на-
шла въ сей странѣ ни одного до-
стойнаго себя человѣка , шо эшо
для меня неудивительно.

Графъ д’Ерфель, несмотря, что
Лордъ Нельвиль не отвѣчалъ ему,
продолжалъ еще нѣсколько времени
такого роду разговоръ свой. Хотя
онъ не говорилъ ничего такого,
что бы могло почесться непристой-
нымъ ; но говоря такимъ образомъ,
онъ всегда разсшроивалъ нѣжныя
чувствованія Освальда. Находятся
такія обстоятельства, которыхъ•
ни разумомъ, ни чрезъ обращеніе въ
большомъ свѣтѣ пріобрѣсть не мож-
но , и часто люди, говорящіе съ
учтивостію, оскорбляютъ чувсшви- •
тельное сердце.

Лордъ Нельвиль , - размышляя о
вчерашнемъ посѣщеніи, во весь день
казался чрезвычайно безпокоенъ; но
сколько могъ, всячески удалялъ отъ
себя тѣ размышленія , которыя на-
рушали спокойствіе его. духа, и
старался увѣришь себя, что онъ
можетъ находишь удовольствіе въ
чувствованіи, хотя сіе чувство-
ваніе и не рѣшило участь его жиз-
ни. Обманчивая безпечность! ибо
душа не находитъ никако>о удо-
вольствія въ томъ, что она сажа
признаетъ непостояннымъ и скоро»
гаечнымъ,

Лордъ Нельвиль и Графъ д’ Ер-
фелЬ' пришли къ Кориннѣ; домъ ея
находился въ Транщсверинской ча-
сти города, нѣсколько повыше зам-
ка Сеншъ-Анжа. Рѣка Тибръ прида-
вала великую красоту сему дому ,
котораго внутренность убрана бы-
ла съ величайшимъ искуствомъ: за*
ла украшена 'была гипсовыми изо-
браженіями , снятыми съ лучшихъ
Италіянскихъ статуй, Ніобы, Лао-
коона, Медиційской Венеры , уми-
рающаго Гладіатора ; въ кабинетѣ,
гдѣ Коринна занималась Музами,
видны были музыкальные инстру-
менты и книги ; мебель была въ
ономъ самая • простая, но покой-
ная.; она была разположена такъ,
что можно было съ отмѣнною
удобностію принимать къ себѣ
гостей. Коринны еще не было въ
кабинетѣ, когда Освальдъ во-
шелъ въ него; ожидая ея при-
бытія , въ великомъ безпокойствѣ
прохаживался онъ по кабинету ; въ
каждомъ предметѣ примѣчалъ онъ
щастливую смѣсь всего того, что
находится самаго пріятнаго въ
трехъ націяхъ , французской, Ан-
гл инокой и Италіянской; вкусъ
къ обществу, любовь къ наукамъ

Часть I.	3

• "	- Г .
90
и чувсптяовяніе изящныхъ худо-
жествъ , встрѣчались на каждомъ
его шагу.

Наконецъ пришла Коринна; она
Одѣта была просто, безъ всякой
пышности, но красиво, даже живо-
писно. На головѣ ея блистали драго* *
цѣнные камни/ а на шеѣ висѣло ко-
ралѵвое ожерелье. Обхожденіе ея
было благородно и вольно*; видя ее
столь непринужденною въ кругу
друзей ея,, каждой почиталъ ее Ка-
питолійскимъ божествомъ , не смо-
тря на то, что она во всемъ наблю-
дала совершенную простоту и на-
туральность» Сперва она поздра-
вила Графаг потомъ, какъ будто
желая поправить свою ошибку, она
подошла къ Освальду; причемъ мож-
но было* замѣтить, что имя Лорда
Нельвиля, которымъ она назвала
его,, казалось^ произвело- надъ нею*
какое - то особенное дѣйствіе ; два
раза повторила она его дрожащимъ
голосомъ, какъ будто оно приводило»
ей на память какія-нибудь трога-
тельныя воспоминанія»

Наконецъ Коринна съ великою*
пріятностію сказала Лорду Каль-
вилю по Италіянски нѣсколько* словъ
за услугу, которую* онъ оказалъ ей
въ Капитоліи, поднявъ упадшій съ-
жоловы ея вѣнецъ. Освальдъ ста-
§1)
рался изъявить ей свое удивленіе,
которое она вдохнула ему, и съ огро-
мностію жаловался на ше, чшо она
ие говорила ему по Англинсви.
Не у же ли я< для васъ чужестранкѣ©
вчерашняго? прибавилъ онъ, — Нѣтъ,
ваша догадка несправедлива, отвѣ-
чала ему Коринна ; но когда люди,
подобно мнѣ, въ теченіи многихъ
лѣтъ говорили на трехъ разныхъ
языкахъ г то всегда говорятъ щѣмъ
или другимъ изъ оныхъ, сообразно
евЬииъ чувствованіямъ г которыя
должно имъ выразишь.

* Но Англинской языкъ есть вашъ
крирѳдной, говорилъ ей Освальдъ,
которымъ вы говорите съ друзьями
своими , которымъ...... — Извините,
Милордъ 1 прервала рѣчь его Корин-
на , я природная Италіянка; но
мнѣ кажется, что я нахожу въ васъ
ту національную гордость, кото-
рою часто ваши соотечественники
отличаются. Въ сей странѣ мы *
живемъ скромнѣе, не бываемъ недо-
вольны собою , какъ французы г и •
не гордимся собою, какъ „Англичане.
Для насъ довольно нѣкотораго сни-
схожденія со стороны чужестран-
цевъ , и какъ мы давно уже лиши-
лись іцастія составить изъ себя
особенную въ Европѣ націю, то .
весьма обижаемся тѣмъ, что часто
не оказываютъ намъ ни того даже
' уваженія, которымъ пользоваться
воспрещено намъ , какъ цѣлому на-
роду ; но когда вы лучше узнаете
Итальянцевъ, то найдете, что они,
не смотря на всѣ перевороты , на
всѣ претерпѣнныя ими бѣдствія ,
на все продолженіе вѣковъ, еще и
нынѣ имѣютъ въ характерѣ своемъ
нѣкоторыя черты рѣдкія изгла-
/,ивш іяся, но которыя въ щастли-
вѣйшія времена могли бы опять
оживишься. Я буду иногда говорить
съ вами по Англински, но не все-
гда • я к люблю языкъ Италіянскій.
Живши въ Италіи, я весьма много
пострадала, говорила Коринна , и —
тяжелый вздохъ вылетѣлъ изъ гру-
ди ея.

Графъ дг Ерфель сдѣлалъ нѣж-
ный упрекъ Кориннѣ за то, что
она совсѣмъ забыла его, изъясняясь
на такихъ языкахъ, которыхъ онъ
не понималъ. — Сдѣлайте милость,
прекрасная Коринна! сказалъ онъ
ей, говорите по французски ! вы
очень достойны говорить симъ
языкомъ. — При семъ привѣтствіи
нѣжная улыбка показалась на
устахъ Коринны ; потомъ она на-
чала говорить по французски, весь-
ма чисто и свободно, но произно-
шеніе ея было Англинское. Лордъ
Нельриль и Графъ д’ Ерфель уди-
влялись сему странному произно-
шенію ; но послѣдній думая, что
все позволено говоришь, только
было бы это пріятно, и вообра-
жая , что неучтивость состоитъ
въ наружности, а не въ основаніи,
прямо спросилъ Коринну о причи-
нѣ сей странности. Отъ сего не-
ожиданнаго вопроса Коринна спер-
ва пришла въ нѣкоторое замѣша-
тельство , потомъ оправившись
огпь сего минутнаго смятенія, она
сказала Графу д’Ерфэлю: — по ви-
димому, Государь мой, я училась по
французски у Англичанина? —
Графъ, смѣючись, но настоятельно
продолжалъ предлагать ей свои
вопросы. — Коринна при каждомъ
вопросѣ въ большее приходила смя-
теніе, и наконецъ сказала ему: —
въ теченіи четырехъ лѣтъ, прове-
денныхъ мною въ Римѣ, ни одинъ
изъ моихъ друзей, ниже изъ шѢхъ ,
которые, какъ я увѣрена, принима-
ютъ , во мнѣ великое участіе, не
спрашивали меня о моей участи;
они знали, что мнѣ трудно было
бы отвѣчать на ихъ вопросы. Сіи
слова положили конецъ вопросамъ
Графа д’ Ерфеля; но Коринна стра-
шась , чтобы онъ не оскорбился ея
отвѣтомъ , и какъ онъ по видимо-
94
му весьма тѣснымъ дружествомъ
соединенъ былъ съ Лордолъ Нелъвл-
лемъ, то она, боясь болѣе то;оу
чтобы онъ не сталъ говорить объ-
ней друяу своему съ худой сторо-
ны, старалась всячески послѣ сего
понравиться ему, и чрезъ то изшре-
бить въ немъ впечатлѣніе, сдѣлан-
ное ея отвѣтомъ»

Въ сію минуту прибыль
Принцъ Кастель - фортскій въ со-
провожденіи многихъ Римлянъ,, дру-
зей своихъ и друзей Коринны»
Всѣ они имѣли разумъ любезный и
веселый, поступки ихъ были при-
влекательны , и они спіоль легко
одушевлялись разговоромъ другихъ*
что- всякой находилъ величайшее
удовольствіе разговаривать съ ни-
ми ; столь живо чувствовали они
цѣну того * что заслуживало чув-
ствованіе,
ч

Извѣстная безпечность Ита-
ліянцовъ есть причиною того, чгаоу
находясь въ обществѣ', они никогда
не оказываютъ всего разума, кото-
рой имѣютъ. Большая часть между
жми, находясь даже* и въ уединеніи»
не стараюш-ся обработывать ум-
ственныхъ способностей у которы-
ми надѣлила ихъ природа; но съ
восхищеніемъ наслаждаются- онвр
95
жіѣмъ , что достается безъ всякаго
. труда.;

Коринна иліѣла духъ весьма ве-
селый съ остроуміемъ францужен-
ка; замѣчала она въ другихъ смѣш-
ные проступки и съ пылкостію
Ишаліянки описывала оные ; но во
всѣхъ словахъ ея видно было чув-
ство снисхожденія. Никогда не при-
мѣчали въ ней ни язвительности ,
іім суровости'; ибо во всякомъ слу-
чаѣ холодность бываетъ оскорби-
тельна , напротивъ того жи-
вость почти всегда раашворяется
добросердечіемъ»

Освальдъ находилъ Коринну лю-
безною, но сія любезность была для
него совершенно новая. Важное и
ужасное обстоятельство его жизни
соединено было съ воспоминаніемъ
о француженкѣ самой любезной и
разумной ; но Коринна ни въ чемъ
съ нею не сходствовала: разговоръ
ея былъ смѣсь всѣхъ родовъ ума 9
діхту зіяемъ изяиріыхъ художествъ
и знаніе свѣта, тонкость идей и
глубокость чувствованій; наконецъ
шутъ видны были всѣ прелести
живости и быстроты;. при всемъ
томъ мысли ея никогда не бывали-
неполны и размышленія легкомы-
‘ елейны» Освальдъ вдругъ былъ уди-
вленъ и воехшценъ^ безпокоенъ и
96
очарованъ; онъ не понималъ, ка-
кимъ образомъ одинъ человѣкъ мо-
жетъ соединять въ себѣ все то,
что имѣла Коринна. Онъ спраши-
валъ самъ себя: неосновательностію,
или превосходствомъ должно по-
честь собраніе толикихъ почти
противуположныхъ другъ другу ка-
чествъ ? отъ сильнаго ли чувство-
ванія , или отъ того, что забыва-
ла все одно послѣ  другаго , она та-
кимъ образомъ почти въ одно и
то же время переходила отъ задум-
чивости къ веселости, отъ глубоко-
мысленности жъ пріятности, отъ
самаго удивительнаго разговора къ
кокетству обыкновенной женщи-
ны , которая ищетъ нравиться и
хочетъ плѣнять сердца ? но въ семъ і
качествѣ находилось такое благо-
родство , что оно внушало столь
же великое почтеніе , какъ и самая
строгая скромность.

Принцъ Кастель-фортскій былъ
весьма занятъ Коринною, и всѣ
Италіянцы, составлявшіе ея обще-
ство, старались выражать свои чув-
ствованія самыми нѣжными и рев-
ностными услугами и почтеніемъ ;
оказываемое ими ей уваженіе раз-
ливало на всѣ дни жизни ея блескъ
торжества. Коринна была любима,
была іцасшлива, но іцасшлива столь-
но, сколько .можно быть такого.
Живучи въ пріятномъ климатѣ ,
внимая городскимъ звукамъ и полу-
чая впечатлѣнія однѣ только прі-
ятныя; глубокое и важное чувство
любви не дерзало помрачать спо-
койнаго чела ея, на которомъ са-
мая живая и милая физіономія вы-
ражала все то, что происходило
•въ ея внутренности. Освальдъ с по-
дпрѣлъ на нее .въ молчаніи ; его при-
сутствіе одушевляло Коринну и вды-
хало ей желаніе • быть любезною. ,
Однако случалось иногда, что въ
самую ту минуту, когда разговоръ
ея былъ самой жаркой и блестящій,
она останавливалась и удивлялась
наружному спокойствію Освальда,
неаная, успѣла ли она въ своемъ на-
мѣреніи — понравиться ему, или
онъ втайнѣ порицалъ ее , и нако-
нецъ позволяла ему мнѣнія Англи-
чанъ одобрить и столь быстрые
успѣхи въ женщинѣ.

Освальдъ былъ очень плѣненъ
прелестями Коринны, чтобы могъ
приводить себѣ на память древнія
свои мнѣнія о скрытности, прилич-
ной женщинамъ; но онъ спрашивалъ
самъ себя, можетъ ли онъ быть
любимъ ею ? можепгѵ ди онъ соеди-
нять въ Одномъ себѣ столько бле-
стящихъ лучей ? наконецъ онъ былъ
5Г а с т ь I,	И
98
вмѣстѣ ослѣпленъ и смущенъ; и не
смотря на то, что при прощаніи
Коринна съ величайшею учтивостію
просила его посѣщать ее, онъ про-
сидѣлъ весь день дома, чувствуя
въ себѣ какой - то страхъ ошъ чув-
ствованія, которое могло увлечь его
аа предѣлы разсудка.

Иногда онъ сравнивалъ сіе но-
вое чувствованіе съ пагубнымъ за-
блужденіемъ первыхъ минутъ своей
юности, и потомъ съ негодовані-
емъ сіе сравненіе; ибо тогда одча
хитрость, и притомъ хитрость
вѣроломная, покорила его подъ*
власть свою; но теперь онъ не могъ
сомнѣваться въ искренности Кория-
ныг. Произходилиль прелести ея отъ
волшебства, или отъ поэтическаго
вдохновенія ? была ли это Армида
или Сафо ? можетъ ли онъ надѣять-
ся овладѣть нѣкогда Геніемъ, ода-
реннымъ столь блестящими крыль-
ями ? рѣшить сіи вопросы, не на-
ходилъ ни малѣйшей возможности -
но по крайней мѣрѣ чувствовалъ л
что не общество, но климатъ бол5<е
способствовалъ образованію сего
необыкновеннаго существа , и что
разумъ ея былъ столь же неспосо-
бенъ къ подражанію, сколько харак-
теръ ея былъ неспособенъ къ при-
творству. — О любезный роди-
Э9

згпеяь! говорилъ Освальдъ, естпьли бы
піы узналъ Коринну, чшо бы пты
подумалъ о ней ?

ГЛАВА И.

На другой день поутру Графъ
д/Ерфель по обыкновенію своему
пришелъ къ Лорду Нельвилю, и
упрекая его , что онъ не былъ вчера
у Коринны, сказалъ ему : — вы были
бы очень іцаешдивы, естьли бы при-
лили къ Ній. — Почему зто могло
статься? подхватилъ рѣчь его
Освальдъ. — Потому, что я запод-
линно вчера узналъ., что вы зани-
маете не послѣднее мѣсто въ ея
сердцѣ. — Еще легкомысленность!
прервалъ его Лордъ Ъельвиль^ развѣ
вы не знаете, что я не могу и не
хочу, имѣть никакого права на ея
сердце? — Вы называете легкомы.
елейностію быстроту моихъ замѣ-
чаній , говорилъ Графъ д’Ерфель ; не
уже ли я менѣе насъ имѣю разсуди-
тельности потому только, что
имѣю быстрый разумъ ? Вы всѣ рож-
дены жить въ тѣ іцаетливыя вре-
мена Патріарховъ, когда человѣче-
ская жизнь простиралась за пять
сотъ лѣтъ; но я увѣряю васъ, что
въ наши времеца она' сократилась

И а
по крайней мѣрѣ до ста лѣтъ.
Положимъ, что эшо справедливо ,
отвѣчалъ Освальдъ • но что отира-
ли вамъ сіи быстрыя наблюденія? —
То, что Коринна васъ любитъ. Вчера 
я пришелъ къ ней , и долженъ при-
знаться , что пріемъ ея былъ самой
хорошій; но глаза ѳя были устре-
млены на дверь, дабы увидѣть, слѣ-
дуете ли вы аа мною. Нѣсколько
времени она стиралась заводить
разговоръ о вещахъ постороннихъ;

- но по причинѣ ЖИ9ОСЩИ и непри-
нужденности своего характера, она
не могла долѣе противиться влече-
нію своего сердца , и наконецъ про-
сто безъ всякой застѣнчивости
спросила меня: почему и вы не
пришли къ дгей со мною ? Я охуж-
далъ вашъ „поступокъ, называлъ
васъ человѣкомъ угрюмымъ и смѣт-
номъ;' но "я пощ іжу насъ отъ даль-

• иѣйшихъ похвалъ , которыя я го-
ворилъ на вашъ счетъ. — Онъ пе-
чаленъ , сказала мпѣ Коринна, и
безъ сомнѣнія лишился какой-ни-
б, дб любезной ему особы. По комъ
носитъ онъ трауръ ? — По отцѣ
сво?хтъ, сударыня, сказалъ я ей,
хотя уже болѣе года протекло по-
слѣ его счерти ; и какъ законъ при-
роды заставляетъ насъ переживать
нашихъ родителей, то я думаю,
чт® какое-нибудь другое тайное
•побужденіе есть причиною долго-
временной и глубокой его меланхо-
ліи. — О! я не могу согласиться на
ваше мнѣніе,- подхватила Коринна,
' чтобы печали, по наружности сход-
ныя , были однѣ и тѣ же для всѣхъ
людей. Отецъ вашего друга и самъ
другъ вашъ, можетъ быть, не со-
стоятъ подъ симъ общимъ именемъ,
ж я очень вѣрю эшому'. — Сіи по-
слѣднія слова , любеаныЙ Освальдъ ,
.произнесла она съ великою пріят-
ностію. — гліпо ли же доказатель-
ство' нѣжнаго участія, которое
она во' мнѣ принимаетъ ? говорилъ
. Лордъ Нельвиль. — Сего, по моему
мнѣнію , очень довольно, отвѣчалъ*
Графъ д’ Ерфель , чтобы увѣриться
въ любви еяно есшьли вы хотите
болѣе имѣть на сіе доказательствъ,
я готовъ представить вамъ оныя;
самое сильнѣйшее я нарочно оста-
вилъ для заключенія моихъ эамѣча-
.ній. Принцъ Кастель - форшскій,
пришедши .къ Кориннѣ , началъ раз-
сказывать ей всѣ произшествія,
случившіяся съ вами въ Анконѣ; но
совсѣмъ не зная, что говорилъ о
васъ. Онъ разсказывалъ всю исторію
съ великою живостію , сколько могу
судить объ этомъ, благодаря дву мъ
урокамъ Италіянца, которые я отъ
102
него слышалъ; но въ чужестран-
ныхъ языкахъ столько введено въ
употребленіе французскихъ словъ у
что мы понимаемъ ихъ,. даже не зная
оныхъ. Притомъ чего я не понималъ,,
то объясняла мнѣ физіономія Ко-,
ринны: на лицѣ ея весьма ясно из-
ображалось волненіе ея сердца ; она
боялась даже дышать, чтобы не
проронишь ни одного слова; и ког-
да она спрашивала о имени сего
Англичанина, то безпокойство ея
столь было велико, что весьма легко
можно было видѣть, с<оль она стра-
шилась того, чтобы другое, а не
ваше имя было произнесено.

Принцъ Кастель-форшскій ска-
залъ ей, что онъ не знаетъ, кто*
былъ сей Англичанинъ. Коринна съ
живостію оборотясь ко мнѣ вскри-
чала: — не правда ли, государь мой,
что это былъ Лордъ Нельвиль ? —
Такъ точно, сударыня, отвѣчалъ я
ей, эшо онъ; тогда ручьи слезъ по-
лились изъ глазъ Коринны. Если она
не плакала въ продолженіи повѣсти,
то почему имя героя тронуло ее
болѣе самой исторіи ? — Она плака-
ла ! вскричалъ Лордъ Нельвиль; ахъ?
почто я тамъ не былъ ? — Потомъ
вдругъ остановившись, онъ поту-
пилъ глава въ землю, и его муже-
ственный видъ изображалъ самую
юз

нѣжную робость; поспѣшно- началъ
онъ опять прерванный разговоръ ,
страшась, чтобы Графъ д’Ерфель,
примѣтивъ оную , не возмутилъ
тайной его радости. — Если Анкон-
ское приключеніе заслуживаетъ ,
чтобы о немъ повѣствовали, гово-
рилъ Освальдъ, то и вамъ, любез-
ный Графъ, принадлежишь часть
«хнаго. — Правда, отвѣчалъ Графъ
д’Ерфель сиѣючисв, тамъ много го-
ворили хорошаго о весьма любезномъ
французѣ, находившемся съ вами;
Но никто, кремѣ меня самаго,, не
обратилъ вниманія на сіи,, такъ ска-
зать , мимоходомъ сказанныя сло-
ва. Прекрасная Коринна отдаетъ
вамъ предпочтеніе; она безъ сомнѣ-
нія почитаетъ васъ вѣрнѣе меня; но,
можетъ быть , вы не будете та-
кимъ, и можетъ статься причи-
ните печали болѣе, нежели сколько
я сдѣлалъ бы ей; но женщины лю-
бятъ печаль , съ тѣмъ только усло-
віемъ , чтобы она была самая ро-
маническая ; такимъ образомъ вы
очень ей подъ стать,-Каждое слово,
сказанное Графомъ д’Ерфелемъ > раз-
дирало сердце Лорда Нельвиля ;
но что ему сказать ? онъ никогда
не входилъ въ споры, никогда не
слушалъ тѣхъ совѣтовъ,. въ кото-
рыхъ предлагали ему перемѣнишь
свое мнѣніе; естьли однажды вы-
рвалось какое-нибудь слово, онъ боліе
не заботился о немъ у впрочемъ эшгі
могло еще почесться для него осо-
беннымъ щастіемъ, что онъ забы-
валъ столь же скоро слова , сколько
и его самаго»

ГЛАВА III.

Освальдъ повечеру пришелъ къ»
Кориннѣ съ чувствомъ совершенно
новымъ; онъ думалъ, что можетъ
быть его уже ожидаютъ. Какое
очарованіе ! прежде нежели слова
успѣютъ выразить чувствованія,
прежде нежели краснорѣчіе въ жи-
выхъ и ясныхъ чертахъ изобразитъ '
ироизходящее въ душѣ, въ сіи пер-
выя минуты бываетъ не знаю
какое - шо волненіе, какое - то та-
инство воображенія, скоротечнѣй,
шее самаго щастія, но прекраснѣе
онаго!

Освальдъ, вошедши въ комнату
Коринны, ощутилъ въ себѣ робость,
какой доселѣ никогда не чувство-
валъ ; онъ увидѣлъ, что Коринна » I
была одна, и это крайне его опе-
чалило ; онъ желалъ примѣчать за
нею долгое время среди шумнаго
общества; онъ желалъ нѣкоторымъ

I	*

и

I
юзг
образомъ увѣришься въ своемъ пред<
почіпеніи ; но теперь онъ долженъ
былъ одинъ вступишь съ нею въ
разговоръ который могъ вдохнуть
Кориннѣ холодность къ нему, есть-
• ли онъ покажется ей смятеннымъ

И ХОЛОДНЫМЪ.

Ошъ того ли, что Коринна
примѣтила сіе расположеніе Осваль-
да , или ошъ того, что подобное
' ' расположеніе произвело въ ней же-
ланіе одушевить разговоръ для про-
гнанія 'царствовавшей между ими
скуки, она съ торопливостію спро-
сила Лорда Нельвиля, видѣлъ ли онъ
монументы въ Римѣ? — Нѣтъ, ошвѣ- .
чалъ Освальдъ. — Что же вы дѣлали
вчера? продолжала Коринна улыба**
ясь. — Я просидѣлъ весь день дома,
отвѣчалъ Освальдъ ; съ тѣхъ поръ л
какъ нахожусь въ Римѣ, я видѣлъ
только васъ, сударыня ! или прово-
дилъ время въ скучномъ уединеніи. —
Послѣ сего Коринна хотѣла гово-
рить о поступкѣ его въ Анконѣ;
она начала сими словами: — Вчера
я узнала ... потомъ она останови-
лась и сказала: — я вамъ скажу
объ жомъ тогда, когда жо вы-
дутъ наружу отъ другихъ. — Лордъ
Нельвиль имѣлъ въ поступкахъ сво-
ихъ какую-то важность, которая
приводила Коринну въ робость, и
• • 105“
сверьхъ того она страшилась^ что
бы, приведя сну на память благо-
родный его поступокъ, не обнару-
жить своихъ чувствованій ; ей ка-
залось , что есшьли бы они нахо-
дились- не одни ,. то смятеніе ея
было бы менѣе. Освальдъ бьілъ глу-
боко тронутъ скромн-осшіюиискрен-
ностію Коринны, съ какою она
измѣняла побужденіямъ сей осто-
рожности , сама не думая о томъ г
но- чѣмъ въ- большее приходилъ сму-
щеніе, шѣмъ менѣе могъ изъяснишь
свои чувствованія»

Вдругъ, безъ всякой причины х
всталъ онъ съ своего мѣста и по-
дошелъ къ о&ну ; онъ чувствовалъг
что Коринна не можетъ изъяснишь
сего движенія, и приведенный въ
величайшее замѣшательство, онъ
сѣлъ на свое мѣсто не говоря ни
слова. Коринна въ обращеніи сво-
емъ была смѣлѣе Освальда; Однако*
и она раздѣляла его смятеніе; въ
развлеченіи своемъ, стараясь выд-
али изъ замѣшательства, она вая-
ла лежащую подлѣ нее арфу, и безъ
всякой связи и намѣренія извлекла
изъ ней нѣсколько- звуковъ. Сіи .
гармоническіе тоны , умножая сму-
щеніе Освальда, казалось вдыхали
ему болѣе смѣлости, уже онъ осмѣ-
лился ваирашь на Коринну.' Ахъ Г
107
клто могъ с.'ЛОТпрѣпіБ на нэе,7не бывъ
1-іоріж.ень божественнымъ вдохно-
веніемъ , изображавшимся въ ея
взорахъ? и можетъ быть въ сію
минуту Освальдъ, ободренный вы-
раженіемъ благосклонности, кото-
рая открылась во взорахъ ея , воз-
обновилъ бы прерванный разго-
воръ , какъ вдругъ вошелъ Пр&нцъ
Кастель - форшскій.

Не безъ прискорбія увидѣлъ онъ
Лорда Нельвиля одного съ Корин-
кою ; ко онъ имѣлъ привычі-.у скры-
вать свои мысли : сія привычка, ко-
торая въ Италіянцахъ часто бы-
ваетъ соединена съ великою пыл-
костію чувствованій, была въ немъ
слѣдствіемъ безпечности и врож-
жденной его кротости. Принцъ
узналъ, чшо не онъ былъ первый
предметъ нѣжности Кориининой ;
онъ не былъ уже въ цвѣтущихъ лѣ-
тахъ юности ; былъ уменъ у имѣлъ
великую склонность къ художе-
ствамъ; обла далъ воображеніемъ
столь жявымъ, что могъ прида-
вать разнообразіе жизни, не приво-
дя оной въ разстройство , и имѣлъ
столь великую нужду провождать
всѣ вечера въ общесгпвѣ.съ Коринною,
что еслибы она вышла за-мужъ за
другаго, онъ испросилъбы у мужа ея
позволеніе по прежнему каждый день
посѣщать ее х и на семъ только
условіи онъ не быдъ бы самымъ не^
щасшнымъ человѣкомъ , видя ее *во?
власти другаго» Въ Италіи любов-
ныя огорченія никогда не быва-'
ютъ соединены съ мученіями суетко-
стии тщеславія; тамошніе мущины
бываютъ или столь пылки, что
изъ ревности готовы заколоть сво-
его соперника , или столь скромны,
что охотно занимаютъ второе мѣ-
сто подлѣ женщины, которой разго-
воръ ихъ плѣняетъ ; но нѣтъ тамъ
ни одного такого , которой бы изъ
страха подвергнулся презрѣнію и
посмѣянію, отказался' бы продол-
жать связь, ему пріятную. Власть
сообщества надъ самолюбіемъ почи-
тается въ сей странѣ за ничто.

Когда Графъ д’Ерфель и прочіе,
составлявшіе вечернія собранія у
Коринны , собрались; то разговоръ
обратился на способность безъ вся-
і^аго пріуготовленія сочинять сти-
хи, посредствомъ которой Корин-
на пріобрѣла въ Римѣ всеобщую по-
хвалу и удивленіе; потомъ спро-
сили ее, что она о семъ талантѣ
думаетъ? — Это можетъ почесться
величайшею рѣдкостію , говорилъ
Принцъ Кастель-форшскій , чтобъ
одинъ человѣкъ вдругъ былъ спо-
собенъ къ энтузіазму и анали-
тикѣ, чтобы былъ превосходный
Артистъ и вмѣстѣ остороженъ
къ самому себѣ , къ своимъ мыслямъ _
и мнѣніямъ; что непремѣн-
но должно просишь ее, открыть
намъ сколько можно таинства
своего Генія. — Сія способность, не
готовясь сочинять стихи, отвѣча-
ла Коринна, не можетъ почесться
такою "рѣдкостію у народовъ юж-
ныхъ , какъ ораторское краснорѣ-
чіе, или блестящая живость раз-
говора между другими народами. Я
осмѣливаюсь даже сказать, что, къ
нещастію, для насъ легче сочинять
.стихи безъ приготовленія , нежели
хорошо говоришь .прозою. Языкъ
Поэзіи столь много различествуетъ
отъ прозы, что съ самыхъ первыхъ
стиховъ вниманіе привлекается
пхѣми самыми выраженіями , кото-
рыя составляютъ, такъ сказать,
разстояніе между Поэтомъ и слу-
шателями. Не нѣжности и преле-
стямъ Ишаліянскаго языка, но бо-
лѣе сильному произношенію плав-
ныхъ его словъ должно приписы-
вать всю власть и силу Поэзіи
между нами* ИшаЛІяисксй языкъ
имѣетъ какую-то музыкальную кра-
соту, которая заставляетъ нахо-
дить удовольствіе въ звукѣ словъ,
почти независимомъ отъ идей;
сверхъ того сіи слова почти всѣ
имѣютъ въ себѣ нѣчшо живописное:
они изображаюштэ тро, что выра-
жаютъ ; что сей мелодической и
витіеватый Хзакь образовался сре-
ди яаяіцныхъ произведеній худо-
жествъ и подъ кроткимъ и благо-
творнымъ небомъ; и такъ въ Ита-
ліи гораздо легче и скорѣе “можно
плѣнить умы слушателей однѣми
словами безъ глубокомысленности и
•оригинально: він картинъ, нежели
въ другихъ странахъ. Поэзія, по-
добно всѣмъ изящнымъ художе-
ствамъ, столь же сильно дѣйству-
етъ на чу8с»<Т$а, какъ и на разумъ.
Однако я осмѣливаюсь утверждать,
чгпо никогда не сочиняла я такимъ
обрагояъ стиховъ безъ того, что-
бы истинный жаръ или мысль, ко-
торую я почитала новою, не оду-
шевляла меня ; и потому я гораздо
менѣе прочихъ полагаюсь на нашъ
плѣняюоцій языкъ. Онъ можетъ,
такъ сказать, предупреждать слу-
шателей, и доставлять удоволь-
ствіе красивымъ размѣромъ и гар-
моніею.

И итакъ вы думаете, сказалъ
одинъ изъ друзей Коринны,’ что
способность, не гошо ;ясь дѣлать
стихи, служитъ къ безчестію нашей
литшературы? Прежде, не слыхавъ
васъ, я и самъ такъ думалъ ; но ваши
превосходные таланты разувѣрили
женя въ атомъ совершенно, — я
сказала вамъ только то, отвѣча-
ли Кори ина , что слѣдствіемъ сей
легкой способности , сего словесна*
то изобилія было великое множе-
, ство вышедшихъ въ свѣтъ посред-
ственныхъ стихотвореній ; но я ,
>сшолько же люблю сію плодови-
тость Италіянцовъ, сколько прі-
ятно мнѣ видѣть поля наши 9 усѣ-
* внныя безчисленнымъ множествомъ
безполезныхъ произведеній. Сія ще-
' дросгеіь Природы заставляетъ меня
гордиться; особенно я люблю сію
-способность въ простомъ народѣ ;
•она служитъ доказательствомъ его
пылкости , которой въ странахъ
иноземныхъ не видно и слѣдовъ, и
которая примѣтна только между
нашимъ народомъ ; она придаетъ
какой* то стьхотпорческій видъ
даже тѣмъ, которые родились въ
самомъ низкомъ состояніи , и пред-
охраняетъ насъ -оть презрѣнія 9
которому бы мы неминуемо под-
верглись, еслибы чув ;шво>ади себя
способными только ко всему обы-
кновенному — низкому, — Когда Сі -
днліянцьт, перевозя путешествен-
никовъ на лодкахъ своихъ съ од-
ного берега на другой, на нѣжномъ
языкѣ своемъ изъявляютъ имъ ла-
сковыя поздравленія , кажется, что
чиешое дыханіе неба и моря дѣй-
ствуетъ на воображеніе люд-й, по-
добно какъ вѣтръ на Эолійскія ар-
фы , и что Поэзія, какъ и музы-
кальные тоны, есть эхо Природы.
Одно епуе заставляешь меня ува-
жать сію способность, что въ об-
ществѣ, склонномъ къ насмѣшкамъ,
она была бы почти невозможна ;
чтобы ’ ІІоЭдКЫ отважно пускались
на сіе опасное предпріятіе, для се-
го потребно, если позволите мнѣ
такъ выразить, добросердечіе на-
родовъ Юга., или лучше сказать
тѣхъ странъ, гдѣ мирные жители
любятъ забавляться безъ всякаго
ядовитаго сужденія и -осмѣиванія
недостатковъ тѣхъ, которые до-
ставляютъ имъ удовольствіе. Одна
ядовитая и злобная усмѣшка мо-
жетъ лишить совершенно присут-
ствія духа, нужнаго для скораго и
непрерывнаго сочиненія ; должно ,
чтобы слушатели одушевлялись
вмѣстѣ съ вами, и чтобы рукопле-
сканія ихъ еще болѣе возбуждали
въ васъ стихотворческій жаръ. —
Но вы, сударыня, сказалъ наконецъ
Освальдъ, наблюдавшій до сихъ поръ
глубокое молчаніе и неподвижно
устремившій взоры свои на Корин-
ну, вы которому изъ вашихъ сти-
хотвореній отдаете предпочте-
ніе ? тому ли, которое есть произ-
веденіемъ размышленія, или мгно-
веннаго вдохновенія. — Я вамъ
- предоставляю , Милордъ , судить
объ этомъ, отвѣчала Коринна со
взоромъ, выражавшимъ великое ея
участіе и чувствованіе , еще нѣж-
нѣйшее почтительнаго уваженія ;

. но естьли вы хотите , чтобы я
сама была въ семъ судіею, шо я
увѣряю васъ, чшо сочинять стихи
безъ .всякаго приуготовленія для
меня есть тоже, что жаркій разго-
воръ. Я не ограничиваюсь такимъ
или другимъ именно предметомъ,
но предаюсь'тому .впечатлѣнію, ко-
торое производитъ надо мною уча-
стіе слушателей ; и самою большею
частію моего таланта, особливо въ
семъ родѣ, я обязана друзьямъ сво-
имъ. Иногда участіе) вдыхаемое мнѣ
разговоромъ другихъ, котораго содер-
жаніемъ были важные и благородные
вопросы, относящіеся къ нравствен-
ному бытію Человѣка , его участи ,.
опредѣленію, его должностямъ и стра-
стямъ ; иногда сіе участіе, говорю
я , возноситъ меня превыше самой се-
бя, заставляетъ открывать въ При-
родѣ и въ собственномъ сердцѣ моемъ
истины смѣлыя, выраженія живыя ,
которыхъ холодное и уединенное
размышленіе никогда родить не мо-

3 а с т л> Гг	I
Ш4
жешъ. Тогда чувствую въ себѣ родъ
какого - шо сверхъ - естествоеннаго»
Энтузіазма; тогда чувствую,, что
то, что говоритъ во мнѣ, стоишь
дороже меня; часто, оставляя
стихотворческій размѣръ, я выра-
жаю мысли 'свои прозою; иногда по-
вторяю , прекрасные стихи съ дру-
гихъ языковъ,, которые я знаю. Они
принадлежатъ мнѣ, сіи бомесшвен-
ные стихи * которые трогаютъ
мою душу.

Иногда оканчиваю на лирѣ мозйс
согласными звуками, простыми и
національными аріями тѣ чувство-
ванія и мысли, которыхъ не могу вы-
разить словами. Наконецъ я чув--
сшвую себя стихотворцемъ не то-
гда только, когда щасіп-ливый под-
боръ рифмъ и пріятныхъ словъ, или
удачное соединеніе картинъ и хчзо-
браженій ослѣпляютъ слушателей;
но когда душа моя воапо^ится пре-
выше самой себя, когда ома съ вы-
соты евоей призираетъ эгоизмъ и
низкость; наконецъ, когда я бываю
въ такомъ расположеніи духа, что
съ большею противъ обыкновеннаго
легкостію могу произвесть какое
иибудь изящное дѣяніе; г<ъ такихъ
только случаяхъ стихи мои почи-
таются лучшими. Я бываю тогда
- только Поэтомъ* когда удивляюсь*.
115
презираю и ненавижу, не по лич-
нымъ чувствованіямъ, не за собствен-
ное свое дѣло т но за превосходство
человѣческаго рода и славу міра-

Въ сію минуту Коринна оста*
иовилась, почувствовавъ, что пыл-
кость слишкомъ уже далеко за-
влекла ее*, и стыдливый румянецъ
покрылъ ея ланиты • потомъ, обо-

• . рошясь къ Лорду Нельвилю, она ска-
зала : — вы видите, что я не мо-
• гу позорить ни о какомъ трога-
тельномъ для меня предметѣ г
не почувствовавъ въ себѣ сего по-
трясенія , которое есть источни-
комъ идеальной красоты въ наукахъ,,
благочестія въ душахъ , посвятив-
шихъ дни свои безмолвному уедине-
нію , великодушія въ герояхъ, без-
корыстія между людьми ; простите
мнѣ, Милордъ! что такая женщина
не походитъ на тѣхъ, которыхъ
хвалятъ въ вашемъ отечествѣ. —
Кто можетъ уподобляться вамъ?
отвѣчалъ ей Лордъ Нельвиль и
можно ли предписывать законы жен-
щинѣ , единственной въ своемъ
родѣ 2 —

Графъ ду Ерфелъ хотя не слы-
халъ всего того , что говорила Ко-
ринна ,, но находился въ совершен-
номъ очарованіи ; ея тѣлодвиженія,

I а
116
звукъ ея голоса,— способъ произно-
шенія очаровали его, и въ первый
еще разъ под! йствовада на него
красота странъ чуждыхъ. Но сдана,
пріобрѣтенная Коронною въ Римѣ,
почти совсѣмъ не обращала его вни-
манія на то, что долженъ быль онъ
думать о ней, и удивляясь рѣд-
кимъ ея качествамъ, онъ ни мало
не оставлялъ своей привычки во-
диться мнѣніями другихъ.

Выходя отъ Коринны , онъ ска-
залъ Лорду Нельвилю : — признай-
тесь , любезный Освальдъ, что я
имѣю нѣкоторыя достоинства, ког-
да оставляю безъ вниманія столь
прелестную особу. — Но мнѣ ка-
жется, отвѣчалъ Освальдъ, сказано
вообще, что не скоро можно ей по-
нравиться. — Правда, многіе гово-
рятъ такъ , продолжалъ Графъ д’Ер-
фель, но я не вѣрю этому. Женщи-
ну одинокую, независимую и про-,
вождающую жизнь свою подобно ар- ,
шисту, плѣнить не трудно. — Лордъ
Нельвиль крайне оскорбился симъ
замѣчаніемъ. Но Графъ д’Ерфель ошъ
того ли , что не примѣтилъ этаго,
или захотѣлъ предашься теченію
своихъ мыслей, продолжалъ разсуж-
деніе свое такимъ образомъ:

Впрочемъ, есть ли я вѣрю добро- •
дѣтелямъ женщины , говорилъ онъ , '
дао столько хе повѣрю добродѣте-
лямъ Коринны, какъ и всякой дру-
гой. Въ самомъ дѣлѣ она имѣетъ въ
тысячу разъ болѣе выразительности
во взорахъ, живосши въ доказатель-
ствахъ , нежели сколько 'надобно
имѣть вамъ и мнѣ, чтобы заста-
вить кого-либо сомнѣваться о по-
стоянствѣ женщины ; она имѣетъ
столь высокій разумъ, столь глу-
бокія познанія, столь тонкой вкусъ,
чгпо.ни коимъ образомъ, не можетъ
подлежать тѣмъ правиламъ , на ко-
торыхъ обыкновенно основываются
всѣ сужденія о женщинахъ. Нако-
нецъ повѣрите ли вы, что не смо-
тря на ея прямодушіе и отсту-
пленіе отъ своего разговора, я нахо-
жу ее важною, уважая пріемлемое въ
ней участіе, я сказалъ ей вчера нѣ-
сколько словъ на свой счетъ; это
были такія слова, которыя дѣла-
ются тѣмъ, чѣмъ могутъ, есшьли
слушаютъ ихъ въ доброй часъ,
естьлй не принимаютъ то же. Ко-
ринна смотрѣла на меня толь выра-
зительными глазами, что я пришелъ
отъ того въ замѣшательство; впро-
чемъ робость отъ взоровъ Ишаліян-
ки, считающейся въ числѣ прево-
сходныхъ Артистовъ-Поэтовъ, и
наконецъ обладающей такими со-
вершенствами , которыя должен-
Ѵппвовали бы повидимаху* болѣе обо»
* дряпть — такой , говорю, поступокъ
можешь почесться удивительнымъ,,
и даже страннымъ. — Настоящее
имя Коринны неизвѣстно, пре-
рвалъ рѣчь его Лордъ Нель вяль ; но
поступки ея показываютъ, что 6н&
производитъ отъ какой-нибудь зна-
менитой фамиліи. — Ахъ! скрывать
самое лучшее, сказалъ Графъ д’Ер-
фель, нужно піодько въ романахъ
ко въ мірѣ вещественномъ гово-
рятъ все то, что дѣлаетъ намъ
честь, и даже болѣе, нежели все. —
Правда , прервалъ рѣчь его Освальдъ,
эг.о бываетъ въ тѣхъ обществахъ,
гдѣ люди думаютъ только о дѣй-
ствіи,, какое они производятъ другъ
надъ другомъно тамъ , гдѣ бытіе
есть внутреннее тамъ могутъ
скрываться таинства въ обстоя-
тельствахъ , равно какъ находятся:
тайны въ чувствованіяхъ; и только
іпоть, к:па соединитъ судьбу свою
съ судьбою Коринны , можетъ уз-
нать. ... * — Какъ !’ жениться на Ко-
риннѣ? подхватилъ рѣчг его Графъ
дгЕрфель, громко засмѣявшись» О Г
эта мысль мнѣ и въ голову никогда,
не приходила у и вѣрьте, любезный,
Освальдъ, естёіьліа вы хотите дѣ-
лать глупости, ічо дѣлайте такія,
которыя бы можно было послѣ по-
П9
лрапигпь; ко чшо касаэтся до же-
ммдьбы, пхо в;еі'да должно сообра-
зоваться с> своимъ характеромъ ,
временемъ и другими обстоятель*
отвали. Я кажусь, вамъ легкомы-
сланнымъ и вѣтренымъ ; но я смѣло
бьюсь объ закладъ, что въ препро-
вождч ніи жизни я буду основатель-
іаѣе васъ. — Я и самъ также думію,
отвѣчалъ Лордъ Нелыіиль , и замол-
чалъ, такъ что послѣ сего не гово-
рилъ ему ни слова болѣе.

Въ самомъ дѣлѣ могъ ли онъ ска-
зать Графу д’Ерфелю, что легко-
мысленность часто соединена бы-
ваемъ съ великимъ эгоизмомъ, и
что сей эгоизмъ никогда не мо-
жетъ довести до шѣхъ заблужде-
ній , въ которыхъ почти всегда
жертвуютъ собою пользамъ дру-
гихъ? Люди легкомысленные весьма
легко могутъ сдѣлаться искусными
въ управленіи собственными сво-
ими выгодами ; ибо во всемъ томъ ,
что называется вообще диплома-
тическою наукою частной и обще-
ственной жизни, чаще пріобрѣта-
ютъ успѣхъ посредствомъ тѣхъ
качествъ, которыхъ не имѣютъ,
ііех^еліа. посредствомъ чтѣхъ , кото-
рыя им’? готъ недостатокъ энтузі-
азма, разсужденія, чувствительно-
сти , недостатокъ разума, и нако-
нецъ общественная жизнь, то есть
богатство и чины, весьма удачно
пріобрѣтаютъ или сохраняютъ. Од-
нако насмѣшки Графа д’Ерфеля край-
не огорчили Лорда Нельвиля: онъ
порицалъ оныя , и воспоминалъ объ
нихъ не ииедіе, какъ съ величайшею
досадою.


РИМЪ.,

ГЛАВА I.

Уже протекли пять дней, какъ
Лордъ Нельвиль посвятилъ себя со-
вершенно обществу Коринны. Онъ
уходилъ ошъ нее для того, чтобы
опять идти къ ней ; онъ ничего не
видѣлъ, ничего не искалъ, какъ
только ее ; никогда не говорилъ онъ
ей о своихъ чувствахъ, но каждую
минуту заставлялъ ее находить
новыя удовольствія. Хотя Корин-
ка привыкла къ пылкимъ ласкатель»
ствамъ Италіянцовъ; но благород-
ные поступки Освальдовы, его на-
ружная холодность, его чувстви-
тельность, которой онъ измѣнялъ
противъ своей воли, еще сильнѣе
дѣйствовали надъ ея воображеніемъ.
Разсказывая о какомъ-нибудь велико-
душномъ поступкѣ, о какомъ-либо
ненастномъ произшествіи}глаза его
наполнялись слезами, и онъ всегда
старался скрыть свое смущеніе.

Ча с лі * I,	К
Онъ вдыхалъ Кориннѣ чувство ува-
женія , какого она давно уже не -
имѣла. Никакой отличный умъ не
могъ удивить ее.; но возвышен-
ность и важность характера про-
изводили въ ней глубокое впеча-
тлѣніе. Лордъ Нельвиль съ семи
качествами соединялъ благородство
въ выраженіяхъ , пріятность даже
въ самомалѣйшихъ поступкахъ , ко-
торые составляли разительную
противуполож но сть съ небрежно-
стію и слишкомъ дружескимъ обхо-
жденіемъ большей части Римскихъ
Господъ.

Хотя склонности Освальда бы-
ли въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ раз-
личны отъ Корянниныхъ, но они
понимали другъ друга удивитель-
нымъ образомъ. Лордъ Нельвиль съ
величайшимъ остроуміемъ угады-
валъ впечатлѣнія Коринны, а Ко-
ринна изъ малѣйшей перемѣны лица
его узнавала то, что пропзходило.'
въ его внутренности. Привыкши
къ сильнымъ доказательствамъ, ко-
торыми обыкновенно Италіянцы
изъявляютъ страсть свою, сія роб-
кая и гордая привязанность, сіе
чувство, безпрестанно доказываемое
и никогда не признаваемое, прида-
вало новую цѣну ея жизни. Она
ѵувешвовала себя какъ бы -о кру же н-
123
ною пріятнѣйшею и чистѣйшеіе
атмосферою, и каждое мановеніе
дня приносило ей съ собою чувство
щасшія, которымъ она любила на-
слаждаться, не желая давать себѣ
въ ономъ отчета.

Однимъ утромъ Принцъ Ка-
стель - форШскій пришелъ къ ней ;
на лицѣ его изображалась глубокая
горесть. Коринна спросила его
о причинѣ печали. — Сей Шотлан-
децъ , отвѣчалъ онъ ей, хочетъ ли-
шишь насъ любви вашей, и кто
знаетъ, можетъ быть, онъ увезетъ
васъ далеко отсюда ! — Коринна
была нѣсколько минутъ въ молчаніи,
потомъ сказала ему : я васъ увѣряю,
что онъ не говорилъ мнѣ ни слова
о любви своей. — Вы такъ думаете,
отвѣчалъ Принцъ; но вся жизнь его
говоритъ вамъ объ этомъ, и самое
его молчаніе есть искусное сред-
ство вамъ нравиться. Въ самомъ дѣ-
лѣ, что вамъ можно сказать, чего
бы вы не понимали ? Есть ли такія
похвалы, которыми бы васъ не осы-
пали? есть ли такая жертва, къ
которой бы вы не привыкли ? но въ
характерѣ Лорда Нельгиля нахо-
дится нѣчто столь скрытное, что
вы никогда не будете въ состоя-
ніи судить объ немъ съ такою точ-
ностію • съ какою судите о насъ»

К а
Вы такая особа въ свѣтѣ, коіпоруіи
весьма легко можно узнать; но *
,эшо производитъ отъ того, что
вы охотно показываетесь такими,
каковы вы въ самой вещи, и что
скрытность и таинственность
вамъ нравятся и владычествуютъ ,
надъ вами. Незнакомецъ , какой бы
онъ ни былъ, имѣетъ болѣе власти
надъ вами, нежели всѣ изъявляе-
мыя вамъ чувствія. — Коринна улыб-
нулась — и такъ вы думаете, любез-
ный Принцъ, сказала она ему, что -
сердце мое есть самое неблагодар-
ное , а воображеніе своенравное? Но
мнѣ кажется, что Лордъ Нельвиль
имѣетъ въ себѣ свойства столь при-
мѣтныя , что я надѣюсь очень ско-
ро открыть ихъ. — Я знаю, отвѣ-
чалъ Принцъ, что Лордъ Нельвиль
есть человѣкъ гордый, великодуш-
ный, умный, даже чувствительный,,
а особливо задумчивый; но я увѣ-
ренъ также и въ томъ, что его
склонности не имѣютъ даже ни ма-
лѣйшаго сходства съ вашими. Вы
никогда не будете примѣчать за
собою, пока онъ будетъ близокъ къ
вамъ; но никогда не имѣли бы вы
надъ нимъ такой власти , естьли
бы онъ находился отъ васъ
въ отдаленіи. Препятствія уто-
мили бы его ; душа его стѣснена
125
горестями и какимъ- то уныніемъ,
которое должно препятствовать
силѣ его рѣшимости и предпріимчи-
вости ; сверхъ того вы знаете,
сколько Англичане вообще привяза-
ны къ нравамъ своего отечества»

•

При сихъ словахъ Коринна вздох-
нула. Печальныя размышленія о
первыхъ приключеніяхъ жизни пред-
ставились е&; но по вечеру она
опять увидѣла Освальда, который
занимался ею болѣе прежняго, и
разговоръ Принца Касшель - форт-
скаго не произвелъ въ умѣ ея ни-
какого дѣйствія , кромѣ того , что
возбудилъ желаніе принудить Лорда
Нельвиля утвердить свое пребыва-
ніе въ Италіи навсегда, заставивъ
его любишь красоты всякаго рода ,
которыми страна сія изобилуетъ.
Въ семъ намѣреніи она написала къ
нему слѣдующее нисЬмо. Свобода въ
образѣ жизни, какую обыкновенно
всѣ женщины провождаготъ въ Римѣ,
извиняла сей поступокъ ; а особли-
во Коринна, не взирая на то, что
можно было укорять ее чрезмѣрною
откровенностію и привлекашель.
носшію характера, умѣла соблюдать
свое достоинство въ независимо-
сти, скромности и живости.
Коринна Лорду ТІеллвилю.

Декабря, 1794 года.

„Я не знаю, Милордъ, найдете ли
„вы меня достойною вашей довѣ-
ренности । не знаю ша&же, отда-
дите ли справедливость побужде-
„ніямъ, которыя могутъ извинить
„сію смѣлость. Вчера я слышала отъ
„васъ, что вы еще не видали Рима,
„не знаете ни произведеній нашихъ
„изящныхъ художествъ, ни древ-
нихъ развалинъ, которыя н ау ча-
юютъ насъ Исторіи, дѣйствуя на
„воображеніе и чувствованіе; Я
„рѣшилась быть вашимъ проводки*
„комъ. .

„Безъ сомнѣнія Римъ въ состоя*
„ніи представить великое число
„ученыхъ людей, которыхъ глубо-
кое просвѣщеніе могло бы для васъ
„быть полезнѣе; но естьли мнѢ.
„удастся вдохнуть вамъ любовь къ
„сей странѣ, къ которой я всегда
„чувствую столь великую привя-
занность, ваши собственныя упра-
„жненія докончатъ то, что мой *
„несовершенный разсудокъ только
„началъ.

„Многіе чужестранцы пріѣзжа-
„ютъ въ Римъ такъ точно, какъ.
„ѣздятъ въ Лондонъ и въ Парижъ
„искать развлеченій въ нѣдрахъ] об-
„ширнаго города; и естьли они
„осмѣливались, говорить , что пре-
„бываніе въ Римѣ раждаетъ скуку ,
„то д думаю, что большая часть
„изъ нихъ были сего мнѣнія; но
„справедливо также и то, что мож-
„но открывать такія красоты, ко-
„торыя никогда не причиняютъ
„скуки. Извините ли, Милордъ, мое
„желаніе, чтобы сіи красоты были
„вамъ извѣстны ? Безъ сомнѣнія
* „здѣсь нужно забыть всѣ полити»
„ческія страсти свѣта ; сіи сшра-
„сти, не бывъ соединены съ должно»
* „стами, или съ священными чув-
, ствіями, охлаждаютъ сердце; здѣсь
„также должно отказаться отъ
„всего того, что называютъ въ
„другихъ мѣстахъ удовольствіями
„обществъ; но сіи удовольствія
„почти всегда иашощаюшъ вообра-
„женіе. Въ Римѣ прогождаютъ жизнь
„совсѣмъ уединенную и одушевлен-
„ную, которая смѣло открываетъ
„въ насъ все кю, чѣмъ Небо благо-
волило украсишь насъ. Простите
„мнѣ Милордъ сію любовь къ моему
, Отечеству, которое налагаетъ на
„меня обязанность, чтобы я заста-
,,вляла любить его ; и не судите
„съ строгостію, свойственною Ан-
„гличан амъ , изъявленія доброжела»
121
ртпельсшва, копіорое Ишаліянка мо-
„жетъ оказывать, ни мало не теряя
„цѣны своей ни въ собственныхъ
„своихъ, ни въ вашихъ глазахъ."

Коринна»

Тщетно*Освальдъ хотѣлъ скрыть
это отъ себя. Получивши сіе письмо,
онъ былъ щасмхливъ; онъ предвидѣлъ
будущее, смѣсь наслажденій и ща-
ст ія ; воображеніе , любовь , эишу- .
аіазмъ, все, что находится въ ду-
шѣ человѣческой божественнаго ,
какъ мазалось ему, было соединено .
въ очаровательномъ намѣреніи осма- *
тривать Римъ съ Коринною. Въ сей
разъ онъ не долго размышлялъ, и въ
туже минуту пошелъ къ Кориннѣ.
Пдучи дорогою, онъ смотрѣлъ на
безоблачную ясность неба, чув-
ствовалъ пріятность погоды , и
жизнь болѣе не тяготила его. Его •
сожалѣнія и страхи терялись въ об- -
лакахъ надежды. Сердце его, давно
удрученное горестію, билось и тре-
петало отъ радости ; онъ стра-
шился , хотя сіе щастливое распо-
ложеніе не могло долго продлиться;
но самая эта мысль, что оно было
кратковременно, придавало сей ли-
хорадкѣ щасшія болѣе силы и дѣя-

• тельносши.
Вы уже здѣсь ! сказала Коринна
увидя входящаго Освальда; благо* •
дарю васъ, Милордъ! и подала ему
руку. Освальдъ взявъ оную съ жи-
вѣйшею нѣжностію приложилъ къ
устамъ своимъ; и въ сію минуту
онъ совсѣмъ не чувствовалъ шой
робости, которая часто мѣшала
ему въ самыхъ пріятнѣйшихъ впе-
чатлѣніяхъ , и возбуждала въ немъ
чувствованія горестныя и мучи*
* тельныя въ сообществѣ шѣхъ са-
мыхъ особъ, которыхъ онъ наиболѣе
любилъ. Искренняя дружба между
Освальдомъ и Коринною начали су-
ществовать съ тѣхъ поръ, какъ они
разстались, и письмо Коринны сно-
ва возстановило оную. Они были
довольны другъ другомъ, и чувство
вали другъ къ другу самую нѣжную
признательность.

И такъ нынѣшнимъ утромъ, ска-
зала Коринна , я покажу вамъ Пан-
теонъ и храмъ Святаго Петра: я
твердо надѣюсь, прибавила ока смѣ-
ючись, что вы предпримете путе-
шествіе по Риму вмѣстѣ со мною ;
лошади мои готовы. Я ожидала
только васъ; вы пришли; дѣло сдѣ-
лано; поѣдемъ. — Удивительная жен-
щина, сказалъ Освальдъ, кто ты?
гдѣ получила ты столько различ-
ныхъ прелестей ? изъ какого исшоъ
ника почерпнула такую чувстви-
тельность , веселость, глубокомы-
сленность , пріятность, искрен-
ность и скромность? Не мечтали
ты ? Не сверьхъ - естественное ли
ты щастіе для жизни того, кото-
рый встрѣтитъ тебя ? — Ахъ ! есшь-
ли я могу сдѣлать вамъ какое - ни-
будь добро, прервала рѣчь его Ко-
ринна, вѣрьте, что я никогда не от-
кажусь отъ сей пріятной услуги. -*•
Берегите , сказалъ Освальдъ, схва-
тивъ съ замѣшательствомъ руку
Коринны , берегите сіе добро 9 ко-
торое вы хотите сдѣлать мнѣ. уже
два года бремя мещастій тяготитъ
мое сердце ; и естьли ваше очаро-
вательное присутствіе услаждаетъ
нѣсколько мои горести, естьли я ды-
шу подлѣ васъ: что будетъ со мною,
когда должно будетъ опять всту-
пить въ сферу, мнѣ назначенную
судьбою ? что со мною будетъ ? . . .
Предоставимъ времени и случаю
рѣшишь, прервала рѣчь его Корин-
на , продлится ли болѣе одного дня
впечатлѣніе, произведенное мною
въ вашемъ сердцѣ. Есшьли души
наши понимаютъ себя, то безъ со-
мнѣнія взаимная наша страсть бу-
детъ продолжительна. Пойдемъ
вмѣстѣ удивляться всему тому, что
можетъ возвысишь духъ нашъ и
131
чувствованія ; такъ всегда будемъ
про во ждать по нѣскольку іцастли-
выхъ минутъ. — Сказавъ сіи слова,
Коринна сошла внизъ ; Освальдъ ,
изумленный ея отвѣтомъ , какъ бы
По невольному влеченія» за ней слѣ-
довалъ. Ему казалось, что она до-
пускала возможность полу-чувство-
ванія минутной прелести. На-
конецъ способъ, которымъ она вы-
ражала свои мысли , казался ему
легкомысленнымъ — и э то оскорбило
его.

Онъ сѣлъ въ коляску съ Корин-
кою не говоря ни слова; проникнувъ
его мысли, она сказала ему: Я не вѣрю,
чтобы сердце было сотворено та-
кимъ , чтобы мы всегда или совсѣмъ
не чувствовали любви, или чувство-
вали бъ страсть самую непреодо-
лимую. Находятся такія начала
чувствованій, которыя одно глу-
бочайшее изслѣдованіе можетъ раз-
сѣять. Многіе надѣются выходить
иаъ заблужденія, и самый энтузі-
азмъ ихъ, естьли онъ дѣлаетъ оболь-
щеніе быстрѣйшимъ, можетъ про-
известь скорѣе охлажденіе. —Вы, су-
дарыня , много размышляли о чув-
ствованіи , сказалъ Освальдъ съ Го-
рестію. — При сихъ .словахъ Корин-
на покраснѣла и нѣсколько минутъ
пребыла въ молчаніи ; потомъ опять
132
возобновила оставленный разго-
воръ, который составлялъ разитель-
ную смѣсь искренности и важно-
сти. — Я не вѣрю, говорила она,
чтобы чувствительная женщина -
достигла двадцати - шесшилѣтня-
го возраста, не испытавъ обман-
чивой любви; но есшьли никогда
не быть щасяшівого, естаьлн ни-
когда не встрѣчать предмета, ко-
торой бы достоинъ былъ обладать
ея сердцемъ, служитъ правомъ на
щастіе другихъ : то я имѣю право
на ваше. — Сіи слова и тонъ,
которымъ Коринна произнесла ихъ,
скоро разсѣяли облако задумчиво-
сти , которое помрачало ясность
души Освальдовой ; при всемъ томъ
онъ мыслилъ самь въ себѣ: — это
прекраснѣйшая женщина, но она
Италіяика ; сердце ея не есть то
робкое, невинное и неизвѣстное
самой сердце, которымъ безъ сомнѣ-
нія обладаетъ оная Англичанка,
назначенная мнѣ моимъ родителемъ.

Сія юная Англичанка называ-
лась Люцилія Эдгермондъ, дочь одно-
го изъ лучшихъ друзей отца Осваль-
Дова; но она была еще очень моло-
да при отъѣздѣ Лорда Нельвиля
изъ Англіи ,* и потому онъ не могъ
тогда жениться напей, равно какъ
и предвидѣть съ достовѣрностію 9
чѣмъ она нѣкогда будетъ.

ГЛАВА II.

Освальдъ и Коринна пошли спер-
ва въ Пантеонъ , который, нынѣ
называется Ватиканъ. Въ Италіи
повсюду католицизмъ заступилъ
мѣсто язычества ; но отъ всѣхъ
древнихъ храмовъ въ Римѣ остался
въ цѣлости одинъ только Панте-
онъ, гдѣ можно видѣть въ его цѣ-
ломъ красоту и изящность зодче-
ства древнихъ, и отличительный
характеръ ихъ богослуженій,
Освальдъ и Коринна, остановив-
шись на помостѣ Пантеона, уди-
влялись преддверію сего храма, и
колоннамъ его поддерживаемымъ.

Коринна дала гамѣшить Лорду '
Нельвилю, что Пантеонъ построенъ
такимъ образомъ, что онъ всегда ка-
жется обші'гряѣе, нежели каковъ въ
самомъ дѣлѣ есть. Храмъ Святаго Пе-
тра, говорила она. произведетъ надъ
вами совсѣмъ прошивное дѣйствіе $
сначала онъ покажется вамъ больше;
нежели каковъ въ с амой вещи есть»
Сей оптическій и благопріятный
для Пантеона обманъ, по увѣренію
нѣкоторыхъ , происходитъ ошъ то-
134
го, что между колоннами его нахо-
дится болѣе пространства , и что
вѣтръ свободно играетъ вокругъ ихъ;
но особливо ошъ того, что тутъ
почти, совсѣмъ не видно тѣхъ мѣл-
кихъ украшеній, которыми храмъ.'
Святаго Петра обремененъ до чреа-
вычайностхі. Поэзія древнихъ ри-
совала однѣ только большія массы,
предоставляя уму слушателя на-
полнять промежутки и дополнять
открытія; но мы новѣйшіе во
всемъ поступаемъ иначе; мы го-
воримъ много..

Сей храмѣ, продолжала Корин-
ка, былъ посвященъ Агриппою, лю-
бимцемъ Августовымъ , другу его,
или лучше сказать, самому Госу-?
дарю. Однако онъ былъ столько /
скроменъ, что отвергнулъ посвя-
щеніе храма, и Агриппа нашелся
принужденнымъ посвятить оный
всѣмъ Олимпійскимъ богамъ, дабы
аамѣнишь Бога земли — могущества. •
На верьху Пантеона находилась
бронзовая колесница , на которой
были поставлены статуи Августа
И Агриппы. Сіи статуи находились
и въ портикѣ на каждой сторонѣ,*
но только подъ другими видами;
на фронтисписѣ храма еще теперь
видна надпись: Агриппа посвятилъ
его. Августъ далъ столѣтію свое-
ху* свое имя, потому что столѣтіе
сіе составляетъ славную эпоху въ
исторій ума человѣческаго. Изящ-
ныя произведенія во всѣхъ родахъ
его современниковъ образовали,
такъ сказать, лучи вѣнца его. Онъ
имѣлъ величайшее искуство отли-
чать людей съ Геніемъ, которые

упражнялись въ наукахъ, и слава
его вѣчно будетъ процвѣтать въ
потомствѣ. — Взойдемъ въ храмъ ,
ска; гла Коринна; вы видите, онъ
стоитъ отверстъ , почти въ томъ
же самомъ видѣ , въ какомъ былъ и
пр^ жде. Говорятъ, что свѣтъ, про-
ходивши въ него свсрьху, былъ эм-
бл мою самаго высочайшаго Боже-
ства. Язычники всегда любили сим-
волическія изображенія. Въ самомъ
дѣлѣ, языкъ сей гораздо болѣе , по
моему мнѣнію, приличествуетъ ре-
лигіи , нежели словесный. Часто
дождь падаетъ на. сей мраморный
помостъ, но также и лучи солнеч-
ные низходятъ освѣщать наши мо-
литвы. Какая ясность! какой ве-
личественный видъ имѣетъ сіе зда-
ніе! Язычники обоготворяли жизнь,
а Христіане обоготворяютъ
смерть: таковъ есть духъ двухъ
религій; но нг.шъ Римской като-
лицизмъ не спголь печаленъ, какъ
тотъ, котораго придерживаются
народи Сѣвера. Вы это увидите
тогда, когда мы будемъ во храмѣ •
Святаго Петра. Во внутреннемъ
святилищѣ Пантеона находятся
бюсты нашихъ сдавнѣйщихъ Арти- '
ставъ; они украшаютъ тѣ мѣста ,
гдѣ стояли прежде кумиры. Съ са- *
наго разрушенія Имперіи Цесарей
мы почти никогда не имѣли поли-
тической независимости въ Ита-
ліи ; и отъ сего - то произходитъ,
что здѣсь не видятъ ни Гоѵудар- .
ственныхъ людей, ни великихъ Пол-
ководцевъ. Одинъ Геній воображе-
нія составляетъ всю нашу славу;
но не. справедливо ли, Милордъ, что
народъ, капторый столь хорошо
умѣетъ цѣнить и награждать та-
ланты , заслуживаетъ лучшую '
участь? — Я очень строгъ къ наці-
ямъ, отвѣчалъ Освальдъ; я всегда
думаю, что онѣ заслуживаетъ свою
участь, какая бы она ни была. —
Это очень жестоко, прервала его
Коринна ; можетъ быть, живучи
въ Италіи, вы почувствуете болѣе
снисхожденія къ сей прекрасной
странѣ, которую Прярода, кажет-/
ся, уграсила макъ будто какую жер-
тву ; но по крайней мѣрѣ вы долж-
ны помнить, что драгоцѣннѣйшая
надежда для насъ артистовъ; для
васъ любимцевъ славы, есть та,
137
чтобы получить мѣсто здѣсь. Я
уже назначила себѣ, сказала она,
указывая н^ нишъ, еще пустую.
Кто знаетъ, любезный Освальдъ,
можеіЬъ быть судьба опредѣлитъ
вамъ опять придти сюда, когда
и мой бюстъ будетъ поставленъ
въ семъ храмѣ; тогда... — Освальдъ
прервавъ рѣчь ея, съ живостію ска-
залъ : — блестящая юностію и кра-
сотою, можешь ли ты говорить это
тому, котораго нещастія и стра-
. данія съ часу на часъ болѣе прибли-
жаютъ ко гробу ? — Ахъ ! подхва-
тила Коринна , свирѣпая буря въ
одну минуту можетъ сорвать и
развѣять цвѣты, которые теперь
поднимаютъ головки свои. Освальдъ,
любезный Освальдъ ! прибавила она,
почему не можешь ты быть ща-
сіпливымъ? почему. . . — Не спраши-
вайте меня никогда объ этомъ,
прервалъ рѣчь ея Лордъ Нельвиль;
вы имѣете свои тайны, я также ;
будемъ уважать взаимно наше мол-
чаніе. Нѣтъ, вы не знаете, что я
долженъ былъ бы почувствовать ,
ебли бы надлежало мнѣ повѣство-
вать о моихъ нещастіяхъ ! — Ко-
ринна молчала, и шаги ея при вы-
ходѣ изъ храма были медленнѣе,
взоръ печальнѣе. *

Ч а с т л Т.	А
Она остановилась подъ порти-
комъ. — Тамъ, сказала она, была
порфирная урна величайшей кра-
соты , которая теперь перенесена
въ храмъ Святауо Іоанна: она
вмѣщала въ себѣ прахъ Агриппы, ко-
торый положнъ былъ у подножія
сооруженной 'имъ самимъ себѣ ста-
туи. Древніе столько старались усла-
ждать мысль о разрушеніи, Что
отбрасывали отъ оной все то, что
она могла имѣть въ еебѣ печальна-
го .и страшнаго; сверхъ того гроб-
ницы ихъ столько имѣли великолѣ-
пія , что противуположносшь ме-
жду ничтожествомъ смерти и бле-
скомъ жизни очень мало была чув-
ствуема. Справедливо также и то,
что какъ надежда лучшей будущно-
сти изображалась у нихъ красками
мрачнѣйшими, нежели какими изо-
бражается у Христіанъ ; то языч-
ники всѣми силами старались оспо-
ривать у смерти воспоминаніе, ко-
торое мы безпрестанно слагаемъ въ
нѣдра Превѣчнаго.

Освальдъ вздыхалъ и молчалъ.
Меланхолическія идеи великую имѣ-
ютъ въ себѣ прелесть, пока чело-
вѣкъ не очень глубоко чувствуетъ
собственное свое несчастіе ; но ко-
гда печаль во всей своей силѣ овла-
дѣетъ душею его, тогда онъ немо-
жеіпі сдышатпь безъ содроганія тѣхъ
самыхъ словъ, которыя возбуждали >
въ немъ нѣкогда однѣ пріятныя
впечатлѣнія.

ГЛАВА III.

Дорога къ храму Святаго Петра
лежитъ чревъ мостъ Сентъ - Анжъ ;
Коринна и Лордъ Нельвиль перехо-
дили чрезъ него пѣшкомъ. — На
семъ мосту*, сказалъ Освальдъ, воз-
вращаясь изъ Капитоліи въ первой
разъ, я долго думалъ объ васъ. — Я
не надѣялась, отвѣчала Коринна,
чтобы сіе увѣнчаніе въ Капитоліи
пріобрѣло мнѣ друга; однакожъ, ста-
раясь пріобрѣсть славу, я .всегда
питала себл надеждою, что она
пріобрѣтетъ мнѣ любовь многихъ.
Къ чему послужила бы она безъ сей
над*жіы, по крайней мірѣ женщи-
намъ ! — Остановимся здѣсь еще на
нѢсколь о минутъ, сказалъ Освальдъ*
Ка  оЙ древній памятникъ можетъ
вь глазахъ моихъ равняться съ симъ
мѣстомъ, приводящимъ мнѣ на па-
мять тотъ день, въ который я васъ
увидѣлъ! - Я не знаю, обманываюсь
ли я въ своемъ мнѣніи, прервала
рѣчь его Коринна і но мнѣ кажешм

Л 2

• •
ея 9 что удивляясь вмѣстѣ памят-
никамъ, которые говорятъ душѣ »
посредсшвомъХистиннаго величія ,
люди дѣлаются другъ .ДРУГУ любез-
нѣе. Римскія зданія ни хладны, ни
безгласны ; Геній произвелъ ихъ, //
достопамятныя произшествія освя-
щаютъ ихъ; можетъ быть должно лю-
бишь особливо такой характеръ ,
какъ вашъ, чтобы наводить удо-
вольствіе и чувствовать цѣну всего^
величественнаго и прекраснаго въ .
мірѣ. — Такъ, это справедливо, отвѣ-
чалъ Освальдъ-; но взирая на васъ
и слушая васъ, я не имѣю нужды
въ другихъ чудесностяхъ. — Корин-
на изъявила ему благодарность свою
прелестною улыбкою.

Иду чи къ храму Святаго Петра,
, они остановились предъ замкомъ
Сентъ - Анжъ : вотъ то зданіе, ска-
зала Коринна, котораго наружность
имѣетъ болѣе всѣхъ оригинально-
сти ; сія гробница Адріанова , пре-
вращенная Готфамп въ крѣпость,
носитъ сугубый знакъ перваго и *
втораго своего назначенія. Она со-
оружена для смерти ; непроницае-
мая ограда окружаетъ ее; но живые
придали ей какой-то воинской
видъ, пристроивъ къ ней нѣкошо- >
рыя наружныя укрѣпленія, соста-
вляющія противу по ложность съ беа-
141
молвіемъ и величественною безпо-
лезностію надгробнаго памятника;
на верху его, -стоитъ съ обнажен-
нымъ мечемъ бронзовый Ангелъ (*),
а внутри подѣланы страшныя тем-
ницы. Всѣ произшествія Римской
Исторіиначиная отъ Адріана до
нашихъ дней, находятся въ тѣсной
связи съ симъ памятникомъ. Вели-
зарій защищался въ немъ противу
Гошфовъ ; и подобно симъ варварамъ,
покрытый мракомъ невѣжества и
грубости, онъ бросалъ въ непрія-
телей своихъ прекрасныя статуи ,
украшавшія внутренность зданія.
Кресцентій , Арнольтъ де Бресчій ,
ІДпЕОлай Ріензи ( ** ) , сіи неустра-
шимые друзья Римской свободы,
.столь часто принимавшіе воспоми-

(•) ОдинЪ французѣ вЪ послѣдней войнѣ
командовалъ вЪ СентЪ - АнжскомЪ замкѣ.
Неаполнтанокія войска хотѣли взять ег®
на капитуляцію,' но онЪ отвѣчалъ , что
здасшся только тогда , когда бронзовой
АнгелЪ опустишЪ вЪ ножны свою шпагу.

(*♦) Эшо помѣщено также вЪ р Нійоіге Лея
гериЫіднев Ісаііеппея сіи то^еп іі§е раг М.
Бітошіе Сепеосіев. Сію книжку по справед-
ливости можно почесть вЪ своемЪ родѣ
важною, потому что Авторъ ея по видимому
былЪ сколько глубокомысленный, столькожЪ
справедливый энтузіастъ вЪ родѣ ооая-
ашвованій и описаній.
142
нанія за самыя надежды, долгое
время съ невѣроятнымъ мужествомъ .
оборонялись въ гробницѣ Импера-
тора. Я люблю сіи камни ; они при-
водятъ наиамяп)ь много знамени-
тыхъ дѣяній* я люблю сію роскошь '
владыки міра, великолѣпную гроб-
ницу. Въ человѣкѣ есть нѣчто вели-
кое: обладая всѣми удовольствіями
и всѣми земными величіями, онъ не
страшится еще прежде сМертисвоей
долгое время заниматься самимъ со- .
бою, Одна моральная идея и без-
корыстныя чувствованія наполня-
ютъ душу, какъ скоро она пересту-
паетъ за предѣлъ сея жизни.

Отсюда должно разсматривать
храмъ Святаго Петра, сказала Ко-
ринна, и до сего мѣста должны бы-
ли простираться переднія его ко-
лонны,) таковъ былъ гордый планъ
Мишель - Лижа, по крайней мѣрѣ
онъ надѣялся, что по сему плану
окончитъ его; но люди нашихъ вре-
менъ не думаютъ болѣе о потомствѣ.
Естьли однажды .энтузіазмъ об-
ращенъ бываетъ въ посмѣшище, гпо,
выключая денегъ и могущества ,
легко изтребляюшъ все.----Вамъ

предоставлено возродить сіе чув-
ствованіе вскричалъ Лордъ Недь-
гиль. Кто чувствовалъ когда-либо
шакое щастіе, которымъ я насдаж-
даюсь ? Римъ показанъ вами; Римъ
изъясненъ воображеніемъ и Геніемъ;
Римъ, которрьи, есть міръ одуше-
вленный чувствомъ, белъ котора-
го вселенная есть одна только пу-
стыня.1 (* ) Ахь, Коринна! что
послѣдуетъ за сими днями іцасп.ли-
ВІйшими, неж ли каковыми позво-
ляютъ мнѣ наслаждаться судьба и
сердце? — Коринна отвѣчала ему
. съ пріятностію: — в-:ѣ искреннія
сшрлопи производятъ отъ Неба,
любезный Освальдъ; для чегожъ Ему
не покролител, ствовашь того, что
Оно вдыхаетъ? Ему принадлежитъ
право располагать нами. —

Въ сію минуту представился
Глазамъ ихъ храмъ Святаго Петра,
сіе величайшее зданіе, какое толь-
ко люди когда - либо сооружали; ибо
самыя Египетскія пирамиды усту-
паютъ ему жъ вышинѣ. —• Можетъ
быть мнѣ надлежало бы прекрас-

(*; Ьепі ѵгеіі 2ѵш Ъій би, о Кот сііД оЬпе

<іи Ііеіе.

ѴѴаге Ай іѵеіг піеЬІ Ни ѵгеіі тѵаге сіепп Вст
апіі пісЬі Кот.

Два стишка сіи сочинены госп ГешомЪ,
Нѣмецкимъ ПоэшомЪ и философомъ , ко-
тораго оригинальность и воображеніе о о-
бенно отличаются вЪ нынѣшней лиівше-
ратурѣ.
144
нѣйшее изъ нашихъ зданій пока-
зать вамъ послѣ всего, сказала Ко- ►.
ринна; но эшо не согласно съ іааею
системою.' Чтобы сдѣлать себя чув-
ствительнымъ къ изящнымъ худо- *
жестнамъ , должно, кажется, начи- •
нашь разсматриваніе свое съ тѣхъ
предметовъ , • которые вдыхаютъ
удивленіе глубокое и х живое. Сіе
чувствованіе, однажды изпытанное,
открі.. * ютъ , такъ сказать, новую
сферу идей, м дѣлаетъ потомъ че-
ловѣка способнѣйшимъ любишь и
узнать все то, чшо даже въ низ-
шемъ порядкѣ возобновляетъ первое,
полученное имъ впечатлѣніе. Всѣ сіи
постепенности, сіи умныя и одно
къ другому подобранныя средства ,
употребляемыя для пріуготовленіи
къ великимъ впечатлѣніямъ, про-
тивны моему вкусу. Никогда не до-
стигаютъ высокаго степени; без-
предѣльное разстояніе отдѣляетъ
оное даже отъ того, что почитает-
ся хорошимъ. При видѣ храма Свя-
таго Петра Освальдъ почувство-
валъ въ себѣ необыкновенное дви-
женіе ; въ первой еще разъ твореніе
человѣческое произвело надъ нимъ
дѣйствіе , сходное съ тѣмъ , какое
производятъ чудеса Природы. Одинъ
трудъ мскустна на гашемЪ земномъ
шарѣ имѣетъ въ себѣ ошорое ве-
личіе, изображающее непосред-
ственныя дѣла творенія. Коринна
увеселялась, смотря на иаумленіе
Освальда, -г Я нарочно избрала та-
кой день , сказала она ему, когда
солнце видимо бываетъ во всемъ
своемъ блескѣ; потому что оно весь-
ма много способствуетъ разсматри-
ванію сего монумента. Я доставлю
вамъ удовольствіе еще разительнѣй-
шее и благоговѣйнѣйшее; оно со-
стоитъ въ созерцаніи сего колоссаль-
наго зданія при блескѣ лунномъ; но
сперва вы должны видѣть самое
блистательное торжество: Геній
человѣка, украшенный всѣми дарами
Природы.

Площадь Святаго Петра укра-
шена колоннами, которыя издали
кажутся мѣлкими, а вблизи огром-.
нымм. Мѣсто, которое до самаго
преддверія храма постепенно возвы-
шается , еще болѣе придаетъ силы
дѣйствію, производимому ею надъ
воображеніемъ. Среди плотади сто-
итъ обелискъ, имѣющій во футовъ
въ вышину; но въ сравненіи съ ку-
поломъ Св. Петра онъ есть то же,
что пигмей предъ великаномъ. Одинъ
видъ обелисковъ имѣетъ въ себѣ нѣ-
что такое, что нравится вообра-
женію ; вершина ихъ теряется въ
облакахъ, какъ бы приноситъ въ

Частъ I.	М
14б

даръ небу великую мысль человѣка.
Сей монументъ, привезенный изъ
Египта Для /крашенія бань Кали-
гулы , и потймъ Сикстомъ пятымъ
перенесенный къ подножію храма Св.
Петра , сей «Современникъ мно-
гихъ- вѣковъ , непоколебимо усто-
явшій п р о т и в ъ всѣхъ усилій
времени 9 вливаетъ чувство вели-
чайшаго благоговѣнія; человѣкъ чув-
ствуетъ себя столь слабымъ и тлѣн-
нымъ, что, смотря на предметы не-
перемѣняемые, онъ всегда ощущаетъ
въ себѣ какое - то необыкновенное
смятеніе. . По обѣимъ сторонамъ
обелиска, въ нѣкоторомъ ошъ него
разстояніи , возвышаются два фон-
тана , изъ которыхъ вода бьетъ без-
престанно, и каскадами упадаетъ
' въ воздухѣ. Сей шумъ воды произ-
водитъ чувствованіе совсѣмъ новое,
но которое бываетъ въ совершен-
но^ гармоніи съ тѣмъ, которое ро-
дится при видѣ величественнаго
храма. Живопись 'и скульптура,-
подражая человѣческой фигурѣ, или
какому нибудь предмету , дѣйстви-
тельно существующему въ Природѣ,
возбуждаетъ въ душѣ нашей идеи
совершенно ясныя и положитель-
ныя ; но прекрасный памятникъ
архитектуры совсѣмъ не имѣетъ,
такъ сказать, опредѣленнаго смысла,
147
и разсматривая оный, люди объяты
бываютъ тою задумчивостію, ко-
торая } не имѣя ни основанія , ни
цѣди , отвлекаетъ только, мысли.
Шумъ воды сходенъ со всѣми сими
зыбкими и глубокими впечатлѣнія-
ми, онъ столь же однообразенъ 9
сколько зданіе есть правильно.

Ь’еіегпеі- топитепі сі 1’ еіегпеі
героз ( *

Вѣчное движеніе и вѣчный по-
кой сближены другъ съ другомъ. Въ
семъ особенномъ мѣстѣ >р» мя совер-
шенно теряетъ свою силу; ибо оно
не изсушаетъ болѣе сихъ бьющихся
источниковъ, равно какъ не потря-
саетъ сихъ неподвижныхъ камней.
Вода, стремящаяся изъ сихъ фон-
тановъ въ видѣ сноповъ, столь лег-
ка и густа, что въ ясный день сол-
нечные лучи производятъ въ ней
прекрасныя радуги; — останови-
тесь здѣсь на минуту, сказала Ко-
ринна Лорду Нельвилю, когда они
были уже подъ портикомъ церкви;
остановитесь , прежде нежели под-
нимемъ завѣсу, покрывающую . вра-
та храма ; не бьется ли сердце ва-
ше нр/5 приближеніи къ сему свя-

( * ) Де фонтана.

М *
;	148	’	'

жилищу ? м входя въ него, не чув-
ствуете ли всего того, что заста-
вляетъ чувствовать ожиданіе вели-
каго произшествія? — Коринна под-
няла завѣсу , и держала оную, дабы
дать время Лорду Нельвилю вой-
ши во внутренность храма; она
имѣла въ семъ положеніи столько
прелестей, что взоры Освальдовы
нѣсколько разъ устремлялись на нее;
нѣсколько минутъ не сводилъ онъ
глазъ съ нее , разсматривая живо-
писное ея положеніе. Наконецъ всту-
пилъ въ храмъ , и впечатлѣніе , по-
лученное имъ подъ сими обширны-
ми сводами, были столь глубоки,
столь благочестивы, что даже чув-
ство любви не могло бы наполнить
совершенно его душу; медленно
шелъ онъ подлѣ Коринны, они оба
молчали. Тамъ все внушаетъ без-
молвіе ; малѣйшій стукъ отдастся
столь далеко, что никакое слово
не должно такимъ образомъ повто-
ряться въ семъ вѣковѣчномъ жили-
щѣ! одна молитва, вопль горести
и нещастія, сколь бы слабъ онъ ни
былъ, трргаетъ глубоко' въ сихъ
обширныхъ мѣстахъ. Когда подъ
сими огромными куполами слышатъ
издали идущаго старца, рошорый
колеблющимися шагами влечется
по симъ мраморамъ, орошеннымъ
ручьями слезъ; тогда чувствуютъ,
что человѣкъ великъ даже по той
самой слабости, которая, подвер-
гаетъ богоподобную ёго душу без-
численнымъ страданіямъ , й что
Христіанство заключаетъ въ себѣ
решинную тайну странствованія
человѣческаго на землѣ.

Наконецъ Коринна прервала за-
думчивость Освальда, сказавъ
ему: — вы видѣли готическія цер-
кви въ Англіи и Германіи; вы я ду-
маю примѣтили, что видъ ихъ го-
раздо мрачнѣе, нежели какой имѣетъ
сей храмъ. Въ Капитоліумѣ сѣвер-
ныхъ народовъ находится' нѣчто
таинственное; напротивъ того
нашъ говоритъ воображенію по-
средствомъ наружныхъ предметовъ.
Мишель - Анжъ , увидя куполъ Пан-
теона , сказалъ: „я построю его
на воздухѣ." И въ самомъ дѣлѣ Св.
Петръ есть храмъ, построенный на
церквѣ. Въ дѣйствіи, которое про-
. изводитъ надъ воображеніемъ вну-
тренность сего зданія , находится
нѣкоторая связь между древними
религіями и Христіанствомъ. Я
часто хожу.-туда прогуливаться
для возвращенія душѣ моейспокой
сшвія и ясности, которую она
иногда теряетъ. Видъ сего мону-
мента подобенъ безпрерывной и
150
неподвижной музыкѣ, которая ожи-
даетъ васъ, чтобы, при приближе-
ніи вашемъ жъ ней сдѣлать вамъ
добро ; м подлинно , къ титламъ,
которыя служащъ славою нашей на-
ціи , должно причислить также
терпѣливость, твердость и безко-
рыстіе начальниковъ церкви, ко-
торые употребили цѣлыя іболѣтъ,
пожертвовали безчисленными су и- •
иами , и такъ сказать , истощили
Всѣ усилія для окончанія сего ада- .
нія, которымъ не могли пользо-
ваться тѣ, которые его строили (*).
Подаривъ націи памятникъ , служа-
щій эмблемою столь величествен-
ныхъ и благородныхъ мыслей, они
оказали услугу народной нравствен-
ности.

Такъ, отвѣчалъ Освальдъ, здѣсь
искуства и. художества имѣютъ
величіе,. воображеніе и изобрѣта-
тельность носятъ отпечатокъ ис-
тиннаго Генія; но, ахъ ! какъ защи-
щаютъ здѣсь достоинства самаго
человѣка ! какія учрежденія, какая

( * ) ГоворяшЪ , чшо эта церковь Св. Петра
была главнѣйшею причиною реформы , по-
. тому что она такого стоила иждивенія
допамЪ, чшо для совершеннаго ея оконча-
нія они принуждены были необычайно умно-
жишь свои индульгенціи.
слабость въ большей части Италі-
янскихъ правителей! и при всемъ '
томъ какое порабощеніе въ умахъ ! —
И другіе народы , подобно намъ,
- несутъ иго, прервала рѣчь его Ко-
ринна , и они имѣютъ по крайней
мѣрѣ воображеніе, которое заста-
вляетъ ихъ мечтать о другой луч-
шей участи.

8егѵі йат 1і, та Гегѵі о^пог Гхётепіі.

Мы рабы , но рабы всегда трепещу-
щіе, сказалъ Алфьери, надменнѣйшій
изъ нашихъ новѣйшихъ писателей.
Въ изящныхъ нашихъ художествахъ .
столько находится живости, что
можетъ быть, со временемъ харак-
теръ нашъ сравняется съ нашимъ
. Геніемъ.

Посмотрите на сіи статуи ,
стоящія на гробницахъ, сказала
Коринна; взгляните на сіи мозаи-
ческія картины, точные списки съ
превосходныхъ твореній знамени-

-х' тыхъ нашихъ Артистовъ. Я ни-
когда подробно не разсматриваю
храмъ Св. Петра, потому чшо не
люблю, находясь въ немъ, сіи до чрез-
вычайности умноженныя красоты ,
которыя весьма много ослабляютъ
впечатлѣніе, производимое цѣлымъ.
Но сколь величественъ долженъ
быть тотъ памятнилъ 9 въ кото-
ромъ самыя изящныя произведенія
ума человѣческаго кажутся излиш-
ними украшеніями ! Сей храмъ есть
какъ бы міръ, отдѣльно стоящій ;
въ немъ находятъ безопасное
убѣжище отъ холода и жару. Онъ
имѣетъ свои времена года, свою вѣч-
ную весну , которую даже внѣшняя
атмосфера никогда не перемѣняетъ.
Внизу построена подземная церковь,
въ которой погребены Папы и мно-
гіе чужестранные Государи; тамъ
погребена Христина, отказавшаяся
отъ престола; тамъ хоронятся
Сшуаршы, съ самаго окончанія ихъ
династіи, уже давно Римъ служитъ
убѣжищемъ изгнанцовъ; но и самый
Римъ не сверженъ ли съ престола ?
Видъ его утѣшаетъ нещастныхъ
Царей. —

Сасіопо 1е сіНа , Сасіопо- і ге^пі,
Е І’иот, і’ейег тогіаі раг еЬс зі
ге^пі.

Грады разрушаются, Импе-
ріи изчезаютъ г и человѣкъ рол-
лцетъ на свою смертность»

Станьте здѣсь подлѣ олтаря, ска-
зала Коринна Лорду Нельвилю, и вы
увидите сквозь желѣзныя рѣшетки
мертвыхъ, которые находятся подъ
ногами нашими; и взоры каши съ
шРУДомъ достигнутъ вершина сво-
да. *Сей куполъ , есшьли смотрѣть
на него съ .низу, возбуждаетъ чув-
ство ужаса ; кажется , что они
видятъ надъ главой своей висящія
бездны. Все то, что превосходитъ
извѣстную пропорцію, причиняетъ
человѣку, такъ какъ твари ограни-
ченной, непреодолимый ужасъ. Непо-
знаваемое нами есть столь же не-
изъяснимо, какъ и неизвѣстное намъ;
но мы, такъ сказать, дѣйствуемъ
въ нашей мрачности, между тѣмъ
какъ новыя таинства устрашаютъ
насъ и приводятъ въ разстройство
маши способности.

Сей храмъ, украшенный мрамо-
рами древними , и сіи камни гораз-
до болѣе насъ знаютъ о вѣкахъ про-
шедшихъ. Вотъ Юпитерова ста*
туя, которую превратили въ Св.
Петра, возложивъ на главу его
вѣнецъ. Общее изображеніе сего хра-
ма съ совершенною точностію вы-
ражаетъ смѣсь тайныхъ догматовъ
и блестящихъ обрядовъ; въ мысляхъ
печаль, но въ принаровкѣ нѣжность
и живость; намѣренія строгія, но
толкованія самыя кроткія ; Бого-
словія Христіанская, а изображе-
нія языческія; наконецъ удивитель-
ная смѣсь блеска и величества,
какое только человѣкъ можетъ дать
своему богослуженію. Гробницы,
украшенныя чудесными произведе-
ніями изящныхъ художествъ, ни ма-
ло не дѣлаютъ смерть страшною,
Древніе, вырѣзы вали на пустыхъ гро-
бахъ танцы и игры ; но здѣсь по-
средствомъ твореній Генія отъ раз-
сматриванія гроба мысль отвраще-
на въ другую сторону. Они воспо-
минаютъ о безсмертіи на самомъ
жертвенникѣ смерти, и воображе-
ніе , одушевленное внушаемымъ ими
удивленіемъ, совсѣмъ не чувству-
етъ безмолвія и холода , всегдаш-
нихъ стражей гробовъ, столь ощу-
тительныхъ въ странахъ сѣвер-
ныхъ. Нѣтъ ни малаго сомнѣнія,
сказалъ Освальдъ , что мы желаемъ,
чтобы смерть окружаема была пред-
метами печальными , и прежде не-
жели еще мы были озарены свѣтомъ
Христіанства, наша древняя миѳо-
логія , нашъ Оссіанъ украшалъ над-
гробные памятники сѣтованіями
и плачевными пѣснями. Здѣсь вы
хотите забывать и вмѣстѣ на-
слаждаться , и я не знаю долженъ
ли я желать, чтобы вашъ пре-
красный климатъ сдѣлалъ мнѣ та- -
кое добро. — Впрочемъ не думай-
те, отвѣчала ему Коринна, чт бы
характеръ нашъ былъ легкомыслен-
• 155
мой и разумъ не основателенъ.
Одно тщеславіе дѣлаетъ человѣ-
ка непостояннымъ. Безпеч-
нрсть можеУпъ дѣлать въ жизни нѣ-
кото ры е промежутки сна или
лабненія; она не портить и не раз-
слабляетъ сердца, и къ нашему не-
щастію мы можемъ выходить изъ
сего усыпленія посредствомъ стра-
стей глубочайшихъ и* ужаснѣй-
шихъ, нежели какія имѣютъ души
дѣятельныя по привычкѣ.

Коринна и Лордъ Нельвиль при-
ближались ко вратамъ церкви; —
бросьте еще взоръ на сіе святили-
ще , сказала КоринняОсвальду ; по-
смотрите , сколь человѣкъ малъ ка-
- жепхся предъ религіею даже въ то
самое время, когда мы занимаемся
разсматриваніемъ одной веществен-
ной ея эмблемы ! какую неподвиж-
ность , какую продолжительность
могутъ смертные дашь своимъ про-
изведеніямъ , между тѣмъ какъ са-
ми они отцвѣтаютъ столь скоро и
• переживаютъ себя од'нимь только
Геніемъ1 Сей храмъ есть образецъ
безконечнаго; нѣтъ предѣла чув-
ствіямъ , которыя онъ возбуж-
даетъ, мыслямъ, которыя онъ при-
водитъ на память; безчисленнымъ
лѣтамъ , какъ прошедшимъ, такъ и
будущимъ, о которыхъ заста-
156
вляешъ размышлять; а когда вы. -
ходятъ изъ него, кажется,'
что они переходятъ отъ небе-
сныхъ мыслей къ мірскимъ выго-
дамъ , отъ благочестивой вѣчно-
сти къ непостоянному воздуху вре-
мени. ~ •

Коринна дала замѣтишь Лорду
Нельвилю, когда они были внѣ уже
церкви, чшо на сихъ воротахъ бы-
ли представлены превращенія Ови-
діевы въ барельефѣ. Въ Римѣ ни ма-
ло не соблазняютъ языческими из-
ображеніями , сказала она ему: ко-
гда изящныя художества посвя-
щаютъ ихъ; чудесныя произведенія
Генія всегда возбуждаютъ въ душѣ
чувство благочестія, и мы прино-
симъ въ даръ Христіанской религіи
всѣ изящныя творенія, внушенныя
другими религіями. — Повѣрьте
мнѣ , Милордъ , продолжала Корин-
на , что чувствованія народовъ,
одареннымъ весьма живыми и пыл-
кими воображеніями, имѣютъ весь-
ма много въ себѣ добраго намѣре-
нія. Но завтра, если вамъ угодно,
я свожу васъ въ Капитолію; на-
дѣюсь и могу вамъ предложишь еще
много занимательныхъ прогулокъ.
Но когда онѣ кончатся, не уже ли
вы уѣдете отсюда ? не уже ли... Она
остановилась, страшась, не много
ли сказала. — Нѣтъ, любезная Корин-
на, отвѣчалъ Освальдъ, нѣтъ, я ни-
когда не отражусь отъ сего блеска
щастія, которой можетъ быть Ан-
гелъ- хранитель изливаетъ на меня
съ высоты небесной.

ГЛАВА IV.

На другой день’ Освальдъ . и Ко-
ринна пошли съ большею довѣренно-
стію и спокойствіемъ. Оки были
друзьями, вмѣстѣ путешесшвующи*
ми ; начинали говорить мы. Ахъ !
сколь трогательно сіе мы, произ-
несенное любовію ! —, какое заклю-
чаетъ оно въ себѣ изъясненіе, съ робо-
стію, но вмѣстѣ и съ живостію вы-
раженное ! И такъ мы пойдемъ въ
Капитолію? сказала Коринна. —
Такъ, мы туда пойдемъ, отвѣчалъ
Освальдъ ; и сіи простыя слова его
заключали въ себѣ все; такой тонъ
его голоса имѣлъ нѣжность и пріят-
ность. — Съ верху Капитоліи, ска-
зала Коринна, мы можемъ удобно
обозрѣть седъмь холмовъ; потомъ
пробѣжимъ ихъ одинъ послѣ Другаго;
нѣтъ ни одного изъ нихъ, которой
бы не сохранялъ въ себѣ историче-
скихъ памятниковъ.
Коринна эт Лордъ Нельвиль шли
сперва по дорогѣ , называемой нѣко-
гда священною или торжествен-
ною. — Тамъ проѣзжала ваша колес-
ница , сказалъ Освальдъ Кориннѣ. —» '
Такъ точно, отвѣчала она ему ; сія
бренная пыль должна притти въ
изумленіе, нося на себѣ такую ко-*
десницу; но съ самаго перваго
основанія Римской республики сія
дорога бмда свидѣтелемъ столь мно-
гехъ злодѣяній, что чувство уваже-
нія, которое она прежде вдыхала,
нынѣ очень ослабила. — Коринна за-
ставила лотомъ вести себя къ лѣс-
ницѣ нынѣшней Капитоліи. Входъ
въ древнюю Капитолію былъ чрезъ
народную плоіцадь (Гсаит). — Жела-
тельно было бы , сказала Коринна,
чтобы сія лѣсница была таже
самая, по которой восходилъ Сци-
піонъ» когда, опровергая клевету
зави'-тникомъ своихъ славою, онъ
шелъ во храмъ для принесенія бо-
гамъ благодарности за одержанныя .
имъ побѣды. Но сія новая лѣсни-
ца, сія новая Капитолія была по-
строена на развалинахъ древней,
для принятія миролюбиваго прави-
тельсхѵва , которое отъ всего преж-
няго блеску и Величія удержало одно
имя Римскаго < енатора, бывшаго
нѣкогда предметомъ уваженія все-
денной. Здѣсь имѣемъ мы одни толь-
ко названія ; но ихъ гармонія, ихъ
древнее достоинство всегда при*
Чиняетъ нѣкоторое уваженіе, чув-
стнованіе довольно пріятное, смѣ-
шанное съ удовольствіемъ и горе-
стію. Я. спросила нѣкогда одну бѣд-
ную, встрѣтившуюся'мнѣ женщину,
гдѣ она живетъ ? На тарлеѣноѣ
скалѣ, отвѣчала она мнѣ , и сіе
слово, хотя уже съ нимъ не соеди-
няются прежнія идеи, сильно дѣй-
ствовало на воображеніе.

Освальдъ и Коринна останови-
лись для осмотрѣнія двухъ столб-
* чащыхъ львовъ , находящихся при
подножіе капитолійской лѣени-
цы, Онн привезены изъ Египта;
тамошнія скулпторы съ большимъ
искустномъ и Геніемъ изображали
животныхъ, нежели людей. Сіи львы
имѣютъ видъ величественной кра-
соты, и физіономія ихъ есть истин-
ное изображеніе спокойствія въ
силѣ.

А§иі1а <11 Іеоп, §иашіо зі роСа. Иапіе,
Подобно льву, ко ада онъ локоилгелі

Не въ дальномъ разстояніи
отъ сихъ львовъ находится
обезображенная статуя Рима,
которую новѣйшіе Римляне по-
160
ставили тамъ, совсѣмъ не думая
6 томъ, что она заключаетъ самую
совершенную эмблему нынѣшняго
Рима. Сія статуя не имѣетъ ни го-
ловы, ни ногъ; но туловище и пок-
рывало , оставшіяся въ цѣлости,
еще и теперь имѣютъ древнія кра-
соты. На верху лѣсницы находят-
ся два колосса, которые, по увѣренію
многихъ, представляютъ Кастора
и Поллукса ; потомъ видны ^профеи
Маріевы; далѣе два межевые столба,
которые служатъ къ измѣренію Рим-
ской Имперіи, и .наконецъ конная
статуя Марка Аврелія, прекрасная
и спокойная среди всѣхъ сихъ раз-
личныхъ памятнниковъ. Такимъ об-
разомъ времена героическія предста-
влены такъ чрезъ Діоскуровъ,, рес-
публика чрезъ львовъ, междоусобныя
брани чрезъ Марія, и цвѣтущія вре-
мена Императоровъ чрезъ Марка
Аврелія.

л Приближаясь къ новой Капито-
ліи, вы увидите на правой и лѣвой
сторонахъ двѣ церкви, построен-
ныя на развалинахъ храма Юпите-
ра феротринскаго и Юпитера Ка-
питолійскаго., Предъ- преддверіемъ
находится водомятъ, окруженный .
двумя рѣками, Ниломъ и Тибромъ,
съ Ромулоаой волчицей. Никогда не
произносятъ имя Тибра, не привед-
ши на память прежнюю его славу*;
съ какимъ удовольствіемъ говорятъ
въ Римѣ: поведите меня на бе>
рега Тибра; лерелравпмся чрезъ
Тибръ\ Произнося сіи слова, ка-
жется вызываютъ лѣтописи вѣ-
ковъ претектихъ, и оживляютъ
мертвыхъ.. Идучи въ Капитолію , со
стороны народной площади,, въ пра-
вѣ находятся Мамертинскіе те-
мницы. Сначала сіи темницы бы-
ли построены Анкомъ Марціемъ ,
и служили тогда для заключенія
обыкновенныхъ преступниковъ. Но
< Сервій Туллій велѣлъ вырыть подъ
землею многія еще ужаснѣйшія те-
мницы для государственныхъ пре-
ступниковъ , какъ будто сіи пре-
ступники не принадлежатъ къ числу
тѣхъ, которые заслуживаютъ вели-
чайшее уваженіе,потоку что заблу-
жденія ихъ могутъ имѣть доброе на-
мѣреніе. Въ сихъ темницахъ погиб-
ли Югургаа и сообщники Катили-
нины; говорятъ также, что Св.
Петръ и Св. Павелъ "были заклю-
чены въ нихъ. Съ другой сто-
роны Капитоліи находится тар-
пейная скала, при подошвѣ которой
стоитъ нынѣ больница, называемая
домомъ утѣшенія. Строгій духъ
древности и кротость Христіан-
ской религіи кажется были сближе-

» Часть!.-	Н
162
ии въ Римѣ, не смотря на безчи-
елейныя столѣтія ихъ отдѣляю-
щія, и представляются взорамъ
Шакже какъ и размышленію.

Когда Освальдъ и Коринна взо-
шли на самый верхъ Капитолій-
ской башни, Коринна показала
ему сэдьмь холмовъ, городъ Римъ
ограничивающійся сперва горою Па-
латинскою потомъ стѣнами Сер-
вія Туллія, которыя заключали въ
себѣ седмь холмовъ; наконецъ стѣ-
нами Авреліановыми, которыя * и
теперь еще служатъ оградою самой
величайшей части Рима. Коринна
вспомнила стихи Тибулла и Про-
перція , которые гордятся слабы-
ми началами, отъ которыхъ воз-
никъ Владыка міра. Нѣсколько вре-
мени Римъ состоялъ въ одной горѣ
Палатин скоЙ ; но въ послѣдствіи
одни палаты Императоровъ заня-
ли все то пространство, котора-
го прежде довольно было для помѣ-
щенія цѣлаго народа. Поэтъ, жив-
шій во времена Нерона, написалъ
на сей случай слѣдующую эпиграм-
му ( • ): Вскорѣ Римъ превратился
въ одинъ домъ; ступайте, Римляне,
въ Вей, если сей домъ не занялъ уже
и самыхъ Вей.

(•) Кота сіожіив Ргеі; ѵе<8 тідоіе (іоьлев Д
меп 6с ѵаіоі іосеараіійл сіотиъ
Седмь холмовъ нынѣ стали го-
раздо ниже, нежели каковы были
прежде , ж,огда они заслуживали
имя ултесѵістхлав^ь (еГсагрез) горъ. Но-
вый Римъ выше стараго сорокъ»
футами. Равнины , отдѣлявшія
одинъ холмъ отъ другаго, почти
совершенно сравнены временемъ и
засыпаны развалинами зданій ; но
особенное заслуживаютъ замѣчаніе
кучи разбитыхъ сосудовъ, изъ ко-
торыхъ составились два новые хол-
ма (*), и это служитъ почти изо-
браженіемъ новѣйшихъ временъ^ что
сіи приращенія , или лучше ска-
зать сій остатки, равняя горы
съ долинами, изтребляютъ какъ въ
нравственномъ мірѣ, такъ и въ
физическомъ, всѣ прекрасныя неров-
ности, произведенныя Природою, и
украшаютъ видъ его. Три другіе
холма, кромѣ тѣхъ славныхъ седьми,
дѣлаютъ столь страннымъ Римъ,
чшо можетъ быть во всемъ свѣтѣ
онъ есть одинъ городъ, который самъ
въ себѣ, въ собственной своей ок-
ружности представляетъ величе-
ственнѣйшіе виды. Здѣсь предста-
вляется глазамъ удивительная смѣсь
развалинъ и огромныхъ зданій, по-
лей и пустынь, чшо можно раасма-

(•) Гора Цишоріева м Тесшаціева.

Н з ,
164
шривашь Римъ со всѣхъ сторонъ, и
всегда видѣть разительную картину
въ противоположной перспективѣ.

Освальдъ не могъ утомишься,
разсматривая: слѣды древняго Рима
съ возвышеннаго л.*ѣста Капитоліи,
куда провела его Коринна. Чтеніе
Исторіи, размышленія, какія воз-
буждаетъ она , не такъ сильно дѣй-
ствуютъ на душу, какъ сіи въ без-
порядкѣ разбросанные камни, какъ
сіи развалины, представляющіяся въ
смѣси съ новыми домами. Глаза силь-
но дѣйствуютъ на сердце, увидѣв-
ши Римскія развалины, повѣришь
древнимъ Римлянамъ, какъ будто
живешь въ ихъ времена. Воспоми-
нанія ума пріобрѣтаются учені-
емъ , но воспоминанія воображенія
раждаются ошъ впечатлѣній, бо-
лѣе непосредственныхъ и болѣе вну-
треннихъ , которыя оживляютъ
наши мысли, и дѣлаютъ насъ, такъ
сказать, очевидными свидѣтелями
того, что мы слышали, Безъ со- .
мнѣнія ропщутъ на то, что ны-
нышнія строенія помѣщаются ме-
жду древними остатками; но вели-
чественная Портика, возвышаю-
щаяся возлѣ низкой хижины, но ко-,
лонны, между которыми видны не-
большія церковныя окны, гробъ>
служащій убѣжищемъ всякому дере-
165
венскому «семейству, возбуждаютъ
пакую- шо смѣсь «идей великихъ и
простыхъ, какое-то удовольствіе
открытія ,'котдрое внушаешь зри-
телю интересъ. Въ большей части
націяхъ Европейскихъ городовъ все
кажется какъ - то общимъ , — про-
заическимъ , и Римъ чаще другихъ
представляетъ печальное зрѣли-
ще бѣдствій и униженія. Но вдругъ
разломанная колонна, полуразза-
лившійся карнизъ , зданія въ не-
разрушимой твердынѣ построенныя
новѣйшими архитекторами, тот-
часъ напоминаютъ Вамъ, что въ че-
ловѣкѣ есть вѣчная сила, искра Бо-
жества, и что не должно остав-
лять ее въ забвеніи въ самомъ себѣ,
и не возбуждать ее въ другихъ.

Эта площадь, которой окруж-
ность такъ стѣснена, и копіи рая
видѣла удивительныя  сцены , есть
разительное доказательство нрав-
ственнаго величія человѣка. Когда
вся вселенная, въ послѣднія времена
Рима была покорена безславнымъ
Монархомъ , то цѣлые вѣка протек-
ли въ мрачномъ забвеніи , и Исто-
рія едва мо^ла сохранить нѣсколько
дѣяній, и сія площадь, небольшое
пространство мѣста, центръ го-
рода , въ шо время очень ограничен-
наго, и котораго жители сражались
166
вокругъ ее за свои владѣнія, сія
площадь оставленными намъ по се-
бѣ слѣдами не занималаль самыхъ
изящнѣйшихъ Геніевъ всѣхъ вре-
менъ ? Слава, слава-народамъ храб-
рымъ и свободнымъ, если они обра-
щаютъ на себя взоры потомства !! !

Коринна дала замѣтить Лорду
Нельвилю, что въ Римѣ очень мало
можно было найти остатковъ иаъ
Республиканскихъ временъ. Водя-
ные каналы, проведенные подъ зе-
млею , были только роскошію Рес-
публики и Государей, ей предше-
ствовавшихъ. Послѣ нее осталось
нѣсколько полезныхъ строеній, гроб-
ницъ , воздвигнутыхъ въ честь ве-
ликихъ ея Мужей , и храмовъ , по-
строенныхъ изъ кирпича, которые
и по сіе время сохранили еще «вою
твердость. По завоеваніи Сициліи
Римляне въ первый разъ только
употребили мраморъ для своихъ мо-
нументовъ ; но довольно посмо-
трѣть на мѣсто, гдѣ учинились
славныя дѣянія , чтобы испытать
неописанное движеніе. Сему - то
расположенію души должно припи-
сывать всю . священную власть пу-
тешествій. Страны, прославив-
шіяся знаменитыми дѣяніями во
всякомъ родѣ, и тогда какъ не имѣ-
ютъ уже болѣе своихъ великихъ му-
жей и монументовъ > оказываютъ
силу свою надъ нашимъ воображені-
емъ. Все, что поражало взоръ, болѣе
не существуетъ — остались одни
прелестц воспоминанія.

На площади не видно болѣе слѣ-
довъ того славна'го Трибунала, съ
котораго Рим кій народъ управля-
емъ былъ красно,- ѣчіемъ. Остались
однѣ три колонны храма, воздвигну-
таю Авгу-шомь въ честь Юпитера
гро.нодгржца, когда громъ ударилъ
близь него, ни мало не повредя его;
тріумфальная арка въ честь Септи-
мію Северу, которую Сенатъ по-
строилъ ему въ награду за его под-
виги. Имена двухъ сыновей его Геты
и Каракаллы написаны были. на
фронтонѣ арки; но когда Каракал-
ла умертвилъ Гету, то онъ сгла-
дилъ свое имя; слѣды литеръ видны
и по нынѣ. Далѣе стоитъ храмъ
фавстинскій, памятникъ слабости
Марка - Аврелія ; храмъ Венеринъ,
который въ республиканскія време-
на былъ ііосвяіценъ Палладѣ ; немно-
го далѣе, развалины храма, посвя-
щеннаго Солнцу и Лунѣ, построен-
наго Императоромъ Адріаномъ, во-
преки Аполлодору, сланному Лѳи-
кейскому архитектору, котораго
онъ умертвилъ за то, что онъ но-
^іацллъ пропорцію сего зданія.
Съ Другой сторона видна остатки ,
нѣкоторыхъ монументовъ , посвя-
щенныхъ важнѣйшимъ предметамъ
воспоминанія. Колонны храма, почи- ♦
таемаго храмомъ Юпитера Стапю- *
ра , который не попускалъ Римля- - <>
намъ обращаться въ бѣгство отъ
своихъ непріятелей. Одна колонна,
остатокъ храма Юпитера Храни-
теля , поставлена говорятъ не да-
леко отъ той пропасти , куда бро-
сился Курцій. Колонны храма, по-
священнаго, по словамъ нѣкоторыхъ,
Конкордіи (согласію), а по словамъ
другихъ Викторіи (побѣдѣ). Можетъ
быть побѣдоносный народъ сей
сливалъ двѣ сіи идеи, и думалъ, чшо
не можетъ быть истиннаго мира,
беаъ покоренія себѣ всей вселенной.
На концѣ. Палатинской Торы воз-
вышается прекрасная тріумфальная
арка, посвященная Тишу за поко-

- реніе Іерусалима. Говорятъ, буд-
шобъ живущіе въ Римѣ Жиды нико-
гда не ходятъ подъ сводомъ сей
арки , а показываютъ небольшую
тропинку, которою они въ случаѣ
нужды избавляются. Къ чести Жи-
довъ должно пожелать, чтобъ сей
анекдотъ былъ справедливъ: твер-
дое сохраненіе . памяти ихъ разо-
ренія соотвѣтствуетъ ихъ неща-
стіямъ.	ъ
1$9

Недалеко оттуда бтоитъ арка
Константинова , украшенная нѣс-
колько фигурами, похищенными на
площади Трояновой Христіанами,
которые хотѣли украсить мону-.
ментъ , ' посвященный основателю
локол;' такъ называли -они Импера-
тора Константина. Науки въ сей
.эпохѣ были въ упадкѣ, и украшенія
прошедшихъ временъ употребля-
лись къ увеличенію новыхъ подвиговъ»
. Сіи торжественныя врата, види-
мыя и по сіе время въ Римѣ , сколь-
ко состоитъ въ возможности че-
ловѣка , продолжили почести, до-
стодолжныя славѣ. На верху ихъ
г сдѣлано было нарочное мѣсто для
музыкантовъ и трубачей, дабы по-
бѣдитель въ процессіи своей вдругъ
очарованъ былъ музыкою и при-
вѣтствованіями, и въ туже мину-
ту возхищался бы возвышеннѣй-
шими чувствами.

Въ виду, сихъ торжественныхъ
аркъ стоитъ развалившійся храмъ
Мира, построенный Веспасіаноиъ.
Внутренность его столь богато
украшена была бронаоюи золотомъ,
что когда случился въ немъ пожаръ,
то лавы торящихъ металловъ про-
текли даже на самую площадь. На-
конецъ Колизей, самый прекраснѣй-
аст л I,	О
шій остатокъ величія Римскаго9
заключаетъ величественную окруж-
ность — эмблему всей его исторіи.
Зданіе сіе, котораго стѣны, лишен-
ныя золота и мрамора, видны еще
и по нынѣ, служило сценою гладіа-
торамъ , сражающимся съ свирѣпы-
ми звѣрями. Такимъ - шо образомъ
забавляли и обманывали народъ Рим-
ской сильными изтупленіями, ме-
жду тѣмъ какъ чувства натураль-
ныя не могли имѣть своей силы.
Входъ въ Колизей открытъ былъ
чрезъ двои вороты, изъ которыхъ
одни посвящены были побѣдите-
лямъ., а въ другія выносили мерт-
выхъ. Особенное презрѣніе къ чело-
вѣческому роду, опредѣлять жизнь
или смерть человѣка на театрѣ!
Титъ, лучшій маъ Императоровъ,
посвятилъ сей Колизей народу Рим-
скому. На удивительныхъ его раз-
валинахъ столь прекрасный на-
чертанъ характеръ величія и ис-
кусства, что новѣйшіе писатели
по поводу ихъ дѣлали свои догадки
объ истинномъ величіи, и удивля-
лись образцовымъ произведеніямъ
искусства, между тѣмъ какъ сіе
заслуживали одни монументы, по-
священные благороднѣйшимъ учре-
жденіямъ.
I

' Освальдъ не удивлялся, подоб-
иго1 Кориннѣ. Разсматривая сіи че-
тыре галлереи , или- четыре зданія,
возвышающіяся другъ предъ дру-
гомъ, сіе-разнообразіе пышности и
древности , которыя внушаютъ въ
зрителя къ себѣ почтеніе,. Освальдъ
не видѣлъ ничего* въ сихъ мѣстахъ ,
кромѣ роскоши господъ,, а бѣдствен-
но й участи невольниковъ г и чув-
ствовалъ себя предубѣжденнымъ въ
разсужденіи изящныхъ наукъ ,
которыя мало* занимаются концомъ
своего предметаа разточаюшъ
дары свои всему, имъ предлагаемо-
му. Коринна хотѣла оспорить
мысль сію. Не соединяйте такъ,
сказала она Лорду Нельвилю*, стро-
гости вашихъ нравственныхъ на-
чалъ съ разсматриваніемъ Иіпаліян-
скихъ монументовъ; они большею
частію напоминаютъ вамъ блескъ,
изящность и, вкусъ древнихъ фи-
гуръ,. нежели славную эпоху храбро-
сти Римлянъ.. -Но не находите ли
вы нѣкоторые слѣды нравственна-
го- величія первыхъ временъ въ не-
помѣрной роскоши монументовъ,
которые заступили его мѣсто? Са-
мое униженіе Римскаго народа есть
еще важно. Трауръ его свободы
покрываетъ весь, міръ чудесами* а
О 2.

в
I	.	.	.	•
ш

Геній идеальныхъ красотъ сти-
рается утѣшить человѣка о поте-
рѣ существеннаго и истиннаго ве-
личія, котораго Онъ лишился. По-
смотрите на сіи огромныя бани 9.
открытыя для всѣхъ , кои хотѣли
наслаждаться восточными ихъ удо-
вольствіями; сіи цирки, опредѣлен-
ные для слоновъ , сражающихся съ
тиграми , сіи водяные каналы,
которые вдругъ ивъ песку выводили
большое озеро, на которомъ гале-
ры сражались въ свою очередь, гдѣ
крокодилы появлялись на мѣстѣ
кровожадныхъ львовъ : вотъ какова
была роскошь Римлянъ, когда они
въ ней хотѣли показывать свою
гордость I Эти обелиски, вывезен-
ные иаъ Египта и такъ сказать
похищенные иаъ мрачности Афри-
канской , чтобы украшать гробъ
Римлянъ / это множество сшайіуй,
украшавшихъ прежде Римъ, ни чѣмъ
другимъ можетъ быть почтено,
какъ безполезною и пышною пом-
пою Азійскихъ деспотовъ. Такъ Ге-
ній Рима, побѣдитель всего свѣ-
та , получилъ новый видъ отъ
изящныхъ наукъ Г Въ великолѣпіи
его есть что - то сверхъесшествен?-
ное; а піитическій блескъ помра-
чаетъ собой и произхожденіе и ко*
иецъ его.
' Краснорѣчіе Коринны возбуж-
дало удивленіе въ Освальдѣ, впро-
чемъ не было для него убѣдитель-
нымъ. Онъ вездѣ искалъ чу яства
нравственнаго, но всей магической
силы * наукъ ему было не довольно.
Тогда Коринна вспомнила, что на
семъ самомъ мѣстѣ, гонимые Хри-
стіане, пали жертвою своего по-
стоянства въ вѣрѣ, и указывая Лор-
ду Нельвилю олтари, воздвигнутые
въ честь праха ихъ, и путь креста,
по которому слѣдовали ненаст-
ные сіи къ великолѣпнымъ осшат-
калъ мірскаго величія, она спро-
сиха его: сей прахъ мучениковъ не
говоритъ ли чего нибудь его сердцу?..»
Такъ,, вскричалъ онъ, для меня очень
удивительна такая твердость души
и воли , побѣждающая » самыя же-
стокія мученія и даже смерть!
Жертва, какая бы ни была, гораздо
лучше, гораздо труднѣе всѣхъ из-
ступленій духа и ума. Разгоряченное
воображеніе можетъ родить чуде-
са Христіанскаго Генія, но только
тогда, какъ оно подчиняется его
мыслямъ , его чувствамъ, какъ оно
бываетъ истинно набожнымъ. То-
гда-то только небесная сида поко-
ряетъ въ насъ смертнаго человѣка.
Сіи высокія и прямо отъ чувствъ
——------------—----------------»

174	.11

• произнесенныя слова,, смутили Ко-
ринну. Она посмотрѣла на Лорда,
и потупила глаза; и юпія онъ ваялъ *
ее аа руку и прижималъ къ своему <
сердцу , но ока страшилась- той'
идеи, чшо такой человѣкъ въ со-
стояніи былъ себя самаго и другихъ-
принести въ жертву мыслямъ рели-
гіи , началамъ или должностямъ,,
какія только онъ избралъ себѣ пред-'
мегаомъ.

Конецъ первой Части,.
КОРИННА,
ч

или

. И Т АЛІЯ.

►

Сочиненія

ГОСПОЖИ СТАЛЬ - ГОЛСТЕИНЪь

........................Ѵйгаііо	іі Ьеі раем ,
СН'Ареппіп рагіе, еі таг сгсопііа; » Г АІрв.

Р Е Т В А К 0,1' Е

Переводъ сЪ французскаго.

шести Настяхъ»

V
ЧАСТЬ II.

МОСКВА, 1809.

"V ниверситетскои Типографіи.