чиж
№ 1. 1940. ДЕТИЗДАТ ЦК ВЛКСМ
Рисунок Н. Тырсы
Говорит Ильич.
Рисунок И. Харкевича
п J
~jC
(^Обязательный эязеяпляр |
..."—'*'PJrc.‘Ит-Харковича—’
Старый сторож нашей школы
Только с виду так сердит —
Он хороший, он веселый,
Часто с нами говорит.
В перемены прибегаем,
И хоть слышали не раз,
Старика мы заставляем
Повторять один рассказ.
Он прогонит нас сначала.
Мы попросим. Он начнет:
Как толпа вождя встречала,
Как к вокзалу шел народ —
Шли отряды Арсенала,
Шел Путиловский завод.
„Как на площадь повернули,
Так зажглись прожектора.
Мы стояли в карауле.
Нам — „привет", а мы — „ура".
Поезда всё подходили.
Мы стоим. Вся площадь ждет.
Все дыханье затаили —
Поезд выборгский идет.
Вдруг за шумною толпою
Видим Ленина в дверях,
С непокрытой головою,
С черной кепкою в руках.
Кто-то крикнул: „Ленин! Братцы!"
Подхватила площадь крик.
И бегут к нему кронштадтцы,
Помогли ему взобраться
На гремящий броневик.
Вот столпились роты, взводы,
Моряки, полки, заводы,
Вот зажглись прожектора...
И гремело над народом,
Далеко неслось „ура".
Руку поднял он, и сразу
Гул на площади умолк.
Вот обвел он зорким глазом
Весь Измайловский наш полк...
Много нас вокруг собралось,
Не запомнил я всего,
Только каждому казалось —
Смотрит Ленин на него.
Не забыть нам той минуты,
Как мы встретились с вождем.
Каждый думал почему-то —
Говорит Ильич о нем..."
Михаил Троицкий
Z,roc- \ .
.	I: ПуЗинмя
I Бибмилмл й
1
РАССКАЗ О ТОМ, КАК ЛЕНИН КУПИЛ ОДНОМУ
МАЛЬЧИКУ ИГРУШКУ
Мих. Зощенко	Рисунок Н. А, тырсы
Один русский революционер убежал из царской
тюрьмы и скрылся от жандармов за границей.
Он стал жить в Швейцарии, в городе Цюрихе. Он
там поступил на мебельную фабрику. И там работал.
А вскоре в Швейцарию приехал и Ленин.
И наш рабочий очень хотел посмотреть на Ленина,
потому что он много слышал о нем хорошего и читал
его книги.
И вот однажды этот рабочий узнал, что Ленин
будет говорить речь на собрании в „Кружке русских
рабочих".
И тогда наш рабочий решил пойти на это собра-
ние, чтобы послушать Ленина.
А жена этого рабочего тоже работала на мебель-
ной фабрике. Но только она работала в вечернюю
смену. И нашему рабочему не с кем было оставить
своего маленького сына Доната.
Тогда наш рабочий сказал своему сыну:
— Давай пойдем вместе на собрание, поглядим на
Ленина.
И вот он взял за лапку своего сына, и они пошли
в рабочий клуб.
Приходят они в клуб. Еще рано. Никого нет. Только
сидит в зале один человек и газету читает.
Вот рабочий посадил своего мальчика у окна и
сам нервно ходит по залу и думает:
— Наверно, Ленин не приедет.
В этот момент человек с газетой (а это был Ленин)
говорит рабочему:
— Такая хорошая погода, а вы своего маленького
сына дергките в душной комнате. Вы бы пустили его
погулять во двор.
2

Рабочий говорит:
— Нет, мой мальчик Донат еще очень маленький.
На дворе ему будет скучно играть, и я боюсь, что он
тогда выйдет на улицу и заблудится. Лучше мы тут
0 ним посидим, подождем, когда приедет Ленин.
Ленин говорит мальчику:
—Ну-ка, давай свою ручонку—мы с тобой пой-
дем немножко погуляем.
И берет Ленин мальчика за руку, и выходят они
вместе на улицу. Подходят к игрушечному магазину.
И заходят туда.
Там Ленин говорит мальчику:
— Хочешь, я тебе куплю эту лодочку?
А это была чудная маленькая лодочка. С парусом.
И парус поднимался и опускался. И около паруса
стоял маленький матросик. И там были устроены ска-
меечки, маленький руль и флаг. Ну—удивительно
.?
интересная игрушка. Мальчик ужасно обрадовался.
И Ленин купил ему эту лодочку.
И они быстро пошли с этой лодочкой во двор. А
там, во дворе, находился маленький, низкий колодец,
вроде крошечного пруда.
И вот в этом колодце мальчик стал пускать свою
парусную лодочку.
Ветер надувал паруса, и эта лодочка великолепно
шла, управляемая рулем.
И мальчик был так доволен, что смеялся, хлопал
от радости в ладоши и кричал: „Не бойся, матросик!
Плыви вперед!" И тут же у колодца стоял Ленин и
тоже смеялся.
А в это время наш рабочий ходит по залу и нервни-
чает.
„Вот,—думает,—какая неприятность, и Ленин еще
не приехал, и, вдобавок, какой-то неизвестный взял
моего мальчика и ушел с ним".
А в зале уже собралось много публики. И все друг
друга спрашивают:
— А где же Ленин? Неужели он не приехал?
В этот момент кто-то из публики посмотрел в окно
и говорит:
— Смотрите, вон Ленин во дворе с каким-то ма-
леньким мальчиком.
Тут все стали глядеть в окно. И наш рабочий тоже
посмотрел и увидел у колодца своего сына вместе с
Лениным.
Очень удивился рабочий. И думает:
„Ах, это и есть Ленин. А я считал, что это кто-
нибудь другой —очень уж он простой и добрый. Он
даже купил моему сыну игрушку".
Тут вскоре Ленин возвращается в зал и начинает
беседовать с рабочими.
4

Ш	ДIFт(й) ИМ Ш
Нарисую синий-синий
Ледовитый океан.
Ледокол ведет по льдинам
Самый смелый капитан.
Ленин будет капитаном,
Сталин — штурман у руля,
Рядом с ним Ширшов, Папанин,
Кренкель, Федоров и — я.
Белый снег летит клочками,
Вьется столбиком буран.
Нам не страшно— Ленин с нами,
Наш отважный капитан.
Мы пробьем туман и льдины,
Мы придем к Большой Земле!
Я в Москву пошлю картину:
Пусть красуется в Кремле.
Миша Снегирев
Рисунок А. Бесперстова
Когда Ленин отдыхал где-нибудь за городом, то часто звал к себе
ребят и уходил с ними в поле собирать цветы.
А бывало и такгдети сами рвали цветы и приносили Ленину:
— Владимир Ильич, мы вам цветов нарвали!
Ленин горячо благодарил детей, наливал воды в стакан, и ставил
цветы на стол.
После дождя ребята водили Ленина в лес по грибы. И дорогой Ленин
шутил, все время рассказывал что-нибудь смешное.
Детям было очень весело с Лениным.
И они его очень любили.
б
Ж*С*А ГКОТИ* »
Я. Мерзон
Когда Сергею Макарову исполнилось восемнадцать
лет, он пошел служить в Красную армию. На складе
ему выдали шинель, гимнастерку, ремень. Молодой
красноармеец стал примерять сапоги. Он выбрал
самые красивые. Сапоги были тесноваты, но он обулся
и ушел.
И вот полк отправился в поход. Сергей надел на
плечи тяжелый ранец, скатанную шинель, винтовку
со штыком, прицепил котелок. И когда прошел в своих
тесных сапогах 40 километров, у него к вечеру так
заболели ноги, что и шагу не сделать. Чуть не плача,
сел Сергей на пень, отдохнул и хромая поплелся за
полком, а товарищ рядом нес его винтовку, ранец
и шинель.
К ночи добрел Сергей до колхоза, где полк рас-
положился на ночлег.
Сергей вошел в избу. Хозяева угостили его пиро-
гами и стали укладывать спать.
Сергей снял сапоги, бросил возле кровати и сказал:
— Утречком пойду к командиру и сменю тесные
сапоги, потому что я отстал из-за них. Просто опозо-
рился.
Лег Сергей в постель и крепко заснул. А утром
проснулся и видит — пропали сапоги.
Сергей подумал, что хозяин украл, и страшно рас-
сердился.
Он вскочил с постели и пошел по комнатам искать
хозяина.
В задней комнате хозяин сидел на табурете и в
руках держал сапожный молоток. На коленях у него
7
Рисунок К. Рудакова
лежали сапоги.
— Ты уже проснулся?—спросил хозяин.—Возьми
свои сапоги. Я растянул их чуточку, чтоб не жали.
Смотри, в другой раз не надевай в поход тесных сапог.
— Вот спасибо, —обрадовался Сергей,—а я думал,
что ты украл мои сапоги.
— Как мог ты такое подумать?—удивился хо-
зяин.— Хочешь, я тебе еще и свои отдам.
8
Он нагнулся, достал из-под кровати и бросил под
ноги Сергею две пары новых сапог.
— Прости,—сказал Сергей,—ато я спросонок. Возь-
ми обратно свои сапоги. Я подарю тебе трубку на
память. Не сердись на меня.
— Ну, ладно, — сказал колхозник.—Если спросо-
нок, то я прощаю.
Сергей надел свои сапоги и под музыку вместе со
всем полком отправился дальше.
Остальной путь Сергей Макаров прошел легко. Он
больше ни разу не отстал от своего полка.
Рисунок Т. Цннберг
На коне деревянном
Я скачу по полянам,
По холмам, по оврагам
С удалою ватагой.
У коня моего
Грива пестрая.
На боку у меня
Сабля острая.
Пули песни запели.
Рвутся с треском шрапнели,
Конь летит, не споткнется,
Звон подков раздается.
Ворочуся домой
Я с победою,
А потом хорошо
Пообедаю.
Рио. Н. Ткаченко
Силуэты Л. Юдина
Л
ПЕСНЯ ПАСТУХА
Фридрих Шиллер
Прощайте, луга,
Напоённые светом.
Пастушки уходят,
Окончилось лето.
Но снова вернутся в долину пастушки,
Когда закукуют в дубравах кукушки,
. Когда расцветет и проснется земля,
\ Когда ручейки понесутся в поля.
Прощайте, луга,
Напоённые светом.
Вл. Мильке	ДРУЖБА Рисунки Н. Муратова
Сказка
Однажды летом рыженькая белка подружилась с бурым медведем
и серым зайцем. Придут они на полянку, где белка собирает грибы,
ягоды и еловые шишки, принесут с собой кушанье, разложат его на
пенёк и пируют. Медведь угощает белку и зайца медом, но белке не
нравится мед, зайцу тоже, а медведь все ест — и морковку, и капусту,
и ягоды. Одни лишь еловые шишки ему не нравятся.
И так они каждый день на полянке пировали. Ели каждый
свое кушанье, и им было очень весело. Но лето прошло. Наступила
холодная зима. Полетел снег, завыла вьюга, и звери разбежались по
сторонам. Белка залезла в дупло, заяц забрался в нору, а медведь—
в берлогу. Много дней они сидели, не вылезая, но вот однажды белка
высунула из дупла голову и увидела, что все кругом побелело.
— Серый заяц, — закричала громко белка, — идем к медведю
в гости!
Обрадовался серый заяц, услышав, что его зовет рыженькая белка,
прибежал на полянку, но рыженькой белки не нашел: на дубу сидела
белка, но не рыжая, а серая. Белка тоже взглянула на зайца, но,
увидев, что он белый, не узнала его. Тогда белка пошла к медведю
одна. Пришла она к нему, а он спит. Начала она его будить, а мед-
ведь просыпаться-то и не думает. Тогда белка взяла прутик и поще-
котала у него в носу. Заворчал медведь, зашевелился и вдруг про-
снулся.
— Здравствуй, Мишенька, — сказала белка медведю. — Это мы
с тобой летом на полянке пировали.
— Нет, — ответил медведь, — я пировал с рыженькой белочкой,
а ты ведь серая, я тебя не знаю.
Белочка, действительно, стала серой, но этого она не знала, зер-
кала-то у нее нет.
Пока они спорили, пришел и заяц.
— Здравствуй,—говорит он, — это мы с тобой летом на полянке
пировали?
А медведь удивился и отвечает:
— Что ты... Я с тобой никогда не пировал. Я пировал с серым
зайцем, а ты белый, я тебя не знаю.
— Вот, — воскликнула белочка, — и я тебя не знаю, ведь я, когда
с Мишенькой дружила, знала серого зайца, а ты белый!
— Но я тоже знал рыженькую белочку, а ты ведь серая! Я тебя
первый раз вижу, — сказал заяц.
Так долго они спорили, не признавая друг друга. Потом медведь
как на них закричит:
— Уходите, а то я вас съем!
Белочка и заяц испугались, разбежались по домам.
Вот как окончилась дружба. Может, только летом они встретятся
и узнают друг друга, ведь летом зайка опять будет серым, а белочка
рыженькой.
ЛЯГУШКА
С. Георгиевская
В нашем сквере красивый фонтан.
Как пойду гулять, не могу уйти от фон-
тана. Стою и смотрю. Стою и смотрю.
А потом сяду потихоньку на самый
край и стараюсь ногой дотронуться до
воды. Красивый фонтан в нашем скве-
ре! Вот пришла я домой и решила
устроить фонтан: открыла кран и под
струю подставила большую белую
чашку. Она была очень похожа на
круг под фонтаном. Струйка из крана лилась, лилась,
переполнила чашку и залила пол.
Мама пришла, отобрала чашку и закричала:
— В толк не возьму, кто ты—девочка или лягушка!
Вечно грязная, вечно в мокрых чулках. Видно, мало тебе
на улице луж. Ты, видно, без лужи и жить не можешь.
Я ответила:
— Не сердись, пожалуйста. Я не знала, что вода
из чашки выльется на пол. Ведь из фонтана вода
никогда не переливается. А почему?
Мама молчала и вытирала пол. А я стояла над
ней, держала ее за юбку и повторяла:
— Пожалуйста, не сердись.
Я так думаю: вода из фонтана
бежит вверх, а не вниз. Наверное,
она заливает небо. Только мы не видим
луж на небе, потому что они очень
высоко.
Тогда мама погладила меня по
голове, улыбнулась и сказала:
— Нет, ты не девочка, ты —
лягушонок! Мало тебе на улице
луж. Тебе лужи на небе снятся. "
Рисунки Н. Петровой
/5
?пл УПЬПЛ Ж ^ТЬЛЧ:Й:к^
Е. Чарушин
Рисунок автора
Жил-был Никита—очень глупый мальчишка. Он все лизал. Ест
за обедом второе—ножик полижет. Ведь можно обрезаться! Начнет
красками раскрашивать картинки — кисточку сует в рот. Ведь можно
отравиться! Краски бывают ядовитые. Ест сладкое и потихоньку всю
Он и на улице все лизал и сосал. Увидит сосульку и хвать ее
в рот. А когда шел снег, Никита так и ходил с высунутым языком
по улице. Идет и ждет, когда ему на язык упадет снежинка.
Совсем глупый этот Никита.
Однажды был очень сильный мороз. Все заиндевело на улице.
Деревья, и кусты, и заборы, и дома. Все крутом белое.
Никита пошел погулять. Вот он погулял. Вот пошел обратно.
Пришел на крыльцо и видит: дверная медная ручка у двери тоже
заиндевела — стала белая-белая, словно сахарная.
Никита высунул язык и лизнул эту ручку, и язык у него сразу
прилип.
16
Хочет Никита его отодрать—языку больно. Хочет заплакать —
а не может, с высунутым языком не выходит.
Тут прибежали ребята, Никитины приятели. Смотрят—Никитка
стоит у двери, носом в дверь уперся. Спрашивают:
— Ты что, Никита, делаешь? Чего стоишь?
А глупый Никита ответить не может — стоит и мычит.
Ребята испугались, побежали к дворнику Егору. Кричат ему:
— Егор Иванович, Егор Иванович! Никита языком прилип!
Егор Иванович сразу догадался, схватил скорее чайник с теплой
водой и побежал к Никите. И стал лить воду на медную ручку. Лил,
лил, всю воду вылил из чайника...
Ручка согрелась, и язык отлип.
С тех пор Никита уж больше ничего не лижет.
М. Брук	Рисунок А. Пахомова
Пришел Михасик в детский
сад, а на шее у него бант но-
вый.
Посмотрели ребята на бант
и говорят:
— Хороший бант—красивый,
шелковый!
Увидала бант тетя Аня и
говорит:
— Вот это так бант!
Сели ребята обедать. Пообе-
дали. Встал Михасик и говорит:
— Я сегодня первый съел суп!
Удивились ребята: верно, у Михасика. тарелка пу-
стая. Посмотрела тетя Аня.
— Правильно,—говорит, —ты первый съел—тебе
бант помогал есть.
Смотрят ребята, а у Михасика весь бант мокрый,
жирный —супу наелся.
Вот тебе и шелковый бант! с	„. Б„.„.
Рисунки В. Конашевича
КРАСНОГОЛОВЫЙ ДЯТЕЛ
сказка
Тук-тук! Тук-тук!
Слышишь, кто-то стучит в густом лесу? Это черная птица
с красной головкой бегает по стволу сосны и бьет по коре крепким
клювом. Вот об этой птице я тебе и расскажу.
В далекие, далекие времена в маленьком домике на опушке леса
жила старуха. Старуха эта была жадная-прежадная. Она никому не
давала ни крупы, ни муки из полных ящиков, что стояли у нее по
стенам кухни. И никто не пробовал ее вкусного варенья.
Как-то вечером старуха, надев серое теплое платье и красный
чепчик, пекла на ужин сдобные лепешки. Дверь ее домика была
открыта настежь, и запах лепешек далеко разносился по дороге.
В это время к домику подошел старик. Он тяжело опирался на
толстую суковатую палку, а его черная куртка и высокие сапоги
были покрыты пылью.
Старуха стояла лицом к очагу и накладывала на куски теста
густое малиновое варенье. Яркое пламя отсвечивало на белой стене.
Вдруг она заметила, что на стене появилась какая-то длинная тень.
Старуха обернулась и увидела на пороге незнакомого старика.
— Что тебе нужно?—сердито спросила она незнакомца.
— Не дашь ли ты мне, бабушка, лепешку? — тихо сказал прохо-
жий.—Я очень устал и проголодался.
18
„Вот досада, — подумала старуха, — зачем я оставила дверь
открытой? Теперь на запах моих лепешек сбегутся все попрошайки.
Придется дать ему одну лепешку, только пусть поскорей убирается".
Она уже протянула руку, чтобы взять лепешку с большой чугун-
ной сковородки, но вдруг ей .стало жалко ее отдавать прохожему.
„Нет, эту не отдам, слишком большая, — решила она. — Лучше
спеку другую".
Старуха быстро сгребла ножом остатки теста и сделала лепешку
потоньше и поменьше. Но лепешка так разрумянилась на сильном
огне, стала такая пышная, так вкусно запахла, что и эту лепешку
ей стало жалко отдавать.
Тогда она взяла маленький кусочек теста и бросила его в шипящее
масло. Новая лепешка вышла маленькая-маленькая, как наперсточек,
но она пахла еще вкуснее.
— Уходи, — сказала старуха незнакомцу, — нет у меня для тебя
лепешек.
И она, быстро сложив лепешки на тарелку, запрятала их в шкаф.
Но старик не уходил. Он стоял на пороге и ждал.
— Не жди, бездельник! — закричала на него старуха. — Когда я
сама ем лепешки, они мне кажутся очень маленькими, но только
стоит их мне отдать другому, как они сразу становятся велики.
Убирайся!
— Хорошо, — сказал незнакомец,—я уйду, но ты будешь наказана
за свою жадность.— И старик ударил палкой о землю.
Тут в комнату ворвался
сильный ветер. Он подхватил
старуху и потащил ее в трубу
очага. Огонь так опалил ее
серое платье, что оно стало
черным.
Только красный чепчик
на голове остался не тронутым.
Вскоре из трубы домика
вылетела черная красноголо-
вая птица и с криком улетела
в лес.
С тех пор мы часто слы-
шим в лесу: Тук-тук! Тук-тук!
Это дятел стучит твердым клю-
вом по коре деревьев. Он весь
черный, как уголь, только на
голове у него надет маленький
красный чепчик.
Обработала А. Иванова

«ВЕСЕЛЫЙ*
Тащи сюда стулья,
Неси табуретку,
Найди колокольчик,
Тесемку давай!..
Сегодня нас трое.
Давайте устроим
Совсем настоящий,
Звенящий,
Гремящий,
Совсем настоящий
Московский трамвай.
Я буду—кондуктор,
Он будет—вожатый,
А ты—безбилетный
Пока—пассажир.
Поставь свою ножку
На ату подножку,
Взойди на площадку
И так мне скажи:
20
Т Р А М В А Й^
Рисунки Н. Петровой
„Товарищ кондуктор,
Я еду по делу,
По срочному делу
В Верховный Совет.
Возьмите монету
И дайте за это
Мне самый хороший
Трамвайный билет”.
Я дам вам бумажку,
И вы мне—бумажку,
Г ц.
Я дерну тесемку,
Скажу: „Поезжай!”
Вожатый педали
Нажмет у рояля,
И медленно тронется
Наш настоящий,
Как солнце, блестящий,
Как буря, гремящий,
Совсем настоящий
Московский
Трамвай.
Л. Пантелеев
-кв, Маня! - крикнул Ваня. —
В шубе, в шапке, в душегрейке
Дворник трубочку курил,
И, усевшись на скамейке,
Дворник снегу говорил:

Йворник трубку курит, курит. ..
глава от снега щурит,
И вздыхает, и зевает,
И внезапно засыпает.
Это вроде снежной бабки,
Или просто дед Мороэ.
Как ногами застучит!
1а как вскочит со скамейки,
а по-русвки закричит:
Январь № 1. 1940 г.
Ленинград, уя. Лассаля, 2, тол. 270-05
етиадхтМ 1. Леяоблгорле
100 000. Сг. Ф. BOX 103. Тне
Зав, худ, частью Б. Семенов, Зам, отв, редактора С. Гальперин.
IM0 г.
чиж
№ 2. 1940. ДЕТИЗДАТ ЦК ВЛКСМ
Рисунок А. Пахомова
ЧАПАЕВ
БОЮ
"•"«J
1ЛСЛИ БЫ
Если бы мне дали
Саблю и винтовку,
Если бы мне дали
Быстрого коня, —
Я в седло вскочил бы
И помчался смело.
Все бы удивлялись,
Глядя на меня.
Все бы говорили:
„Вот лихой боец!
Этот храбрый мальчик
Просто молодец!"
Если бы мне дали
Самолет крылатый,—
Я бы стал героем,
Летчиком бы стал.
Я бы над морями,
Я бы над горами
В дождь, в грозу и в бурю
И в туман летал.
Трубачи б сыграли
Самый громкий марш.
Все б сказали: „Это
Лучший летчик наш!"
Если бы мне дали
Пострелять из пушек,—
Я стрелять умею,
Я стрелять могу,—
Я поставлю пушки
На лесной опушке,
Я стрелять из пушен
Буду по врагу.
Все бы восхищались,
Глядя на меня,
Все бы удивлялись
Меткости огня.
ПУЛЕМЕТЧИН
Жил в одном колхозе парень Петька. Он окончил школу,
и отец спросил у него:
— Ну, сынок, что будешь дальше делать? Советую тебе
выучиться на тракториста.
— Я хочу стать кузнецом, батя, — ответил Петька, —я хочу
быть сильным... Кузнец как шарахнет молотом — искры летят,
железо мнется словно хлеб!
— А я тебе, Петр, советую: будь трактористом,—сказал отец.
— А я, батя, все-таки кузнецом буду, — ответил Петька.
Он пошел в колхозную кузницу и у него нехватило силы
2
поднять молот. Но Петька не ушел обратно, он стал понемножку
учиться раздувать горн и помогал ковать лошадей.
И скоро он сделался сильным. Он научился махать самым
тяжелым молотом — кувалдой.
И вот вырос Петька и пошел служить в Красную армию на
заставу. Он стал пулеметчиком. Пулемет был очень тяжелый, и
Петька возил его на колесах.
Все пулеметчики возили свои пулеметы на колесах.
Но Петька, если бы захотел, мог поднять пулемет одной
рукой.
И Петька выжимал иногда пулемет правой рукой, а все
товарищи говорили:
— Недаром кузнец!
Однажды враги перешли границу. Завязался бой.
Петька быстро надел полушубок, взял свой тяжелый пулемет
на колесах и побежал вместе с товарищами выгонять наруши-
телей. Врагов было много, они окружили Петьку и хотели за-
хватить в плен. Они подползли сзади, схватили за полушубок и
поволокли по снегу Петьку вместе с пулеметом.
А Петька вдруг изловчился, вскочил, поднял над головой
свой железный пулемет и вместе с колесами швырнул его в
нарушителей: двоих повалил. Остальные успели отскочить, но
товарищи Петьки прибежали и выстрелами уложили врагов.
Скоро отец прислал Петьке письмо. В письме он хвалил сына:
„Молодец, сынок мой Петр!11
Я. Мерзон
ДОНЕСЕНИЕ
Пограничник пробирался На горе и под горой, Под горой обрыв спускался, А в обрыве часовой.	Вот уже до штаба Восемь километров, Вот еще осталось Сто семнадцать метров.
На горе дивизия, Под горою взвод. Ничего не видя, Наш связист ползет.	Он дополз до штаба, Отдал донесение, Вышел он из штаба С орденом Ленина.
Миша Маргулис 7 лет.

В этот день все было очень странно. Мама сняла цветы с окна и
влезла с молотком на подоконник, а Галя подавала ей гвозди. Окно в
столовой мама завесила синей занавеской, а в спальне — серым шер-
стяным одеялом. И в комнатах очень быстро наступил вечер.
Мама села шить, а Галя рисовала верблюда. Но она все время пом-
нила про светомаскировку.
Ей очень хотелось отвернуть занавеску и хоть одним глазком
посмотреть на улицу. Но всякий раз мама говорила ей:
— Занимайся своим делом.
И Галя пошла в другую комнату — в спальню. Здесь у нее был свой
угол, где жили все игрушки.
„Вот интересно, что там делается?" подумала Галя и, отвернув
краешек одеяла, посмотрела на улицу.
Там было темным-темно. Едва светлел снег. Фонари не горели. На той
стороне улицы Галя не видела ни одного окна в домах. И похоже было,
что уже очень поздно и все спят. А на самом деле'папа еще не пришел
с работы, еще не обедали и пробило только семь часов.
— Куклята, ой как страшно на улице!—-зашептала Галя. —Хотите
светомаскировку смотреть?
— Хотим! — тоненько ответила сама Галя за кукол. Она всегда так
делала, и куклы на это не обижались.
Галя чуть-чуть отвернула одеяло, рукавом протерла запотевшее
стекло и принесла самую большую куклу Наташу.
Потом она принесла резиновую куклу Катю в синем платье. Для двоих
щелку нужно было сделать больше. Галя еще отвернула одеяло.
Она выстроила всех кукол на окне, и всем им было хорошо видно.
Вдруг Галя услышала папин голос и бросилась в переднюю.
Голос-то был папин, но в передней стоял какой-то красноармеец
в шлеме, в шинели и высоких сапогах. Он снял шлем и засмеялся. Тут
Галя сразу узнала папу.
Сегодня утром папа ушел из дому в черном пальто с барашковым
воротником, а теперь он уже в шинели.
— Папа, ты военный? Ты красноармеец? — спросила Галя.
— Да, дочка, я теперь военный, —сказал папа.
— Я тоже буду военная, — сказала Галя. — Я хочу на войну.
— А что ты там будешь делать?—засмеялся папа.
— Воевать буду.
В это время позвонили. Пришел дворник.
— Дядя Костя! — весело закричала Галя и побежала к нему навстречу.
— Гражданка, — сердито сказал маме дворник, —почему же вы не
сделали затемнения окон?
— Как не сделала?! — тоже рассердилась мама. — Сначала надо посмо-
треть, а тогда говорить.
Но как только мама вошла в спальню, она так и ахнула. Окно было
открыто. Одеяло висело сбоку на одном гвозде. Лампа горела. И на
5
подоконнике, приткнувшись к стеклу, выстроились все куклы. Даже
тигренок и козел глядели на улицу.
Мама сразу все поняла, только взглянула на Галю: та стояла у
стены и молчала.
— Противная девчонка, — сказала мама.—Я ж тебе говорила, что
нельзя трогать!
Галя громко заплакала, и из соседней комнаты пришел папа.
— Дочка, дочка, — сказал папа и погладил Галину стриженую голову.—
Так нельзя. Теперь нужно, чтоб в нашем городе было темно. Чтоб
сверху ничего не было видно — ни одного огонька. А ты нарочно отвер-
нула одеяло. Враг увидит огонь и узнает, где Ленинград.
Мама снова завесила окно, и дворник ушел. Тут папа стал одеваться.
А когда он уже был в шинели и в шлеме, Галя подбежала к папе, крепко
обняла и прошептала на ухо:
— Я никогда-никогда не буду показывать огонька.
Через два дня Галя увидела дворника. Он сгребал снег на улице.
— Дядя Костя, здравствуйте, — обрадовалась Галя и побежала к
дворнику.— У нас теперь хорошо окна закрыты.
И это была правда. Больше Галя окон не открывала.
Теперь по вечерам Галя любила играть в светомаскировку. В игру-
шечный домин она ставила карманный фонарь с маленькой горящей лам-
почкой. Потом кукольными одеялами она завешивала окна в домике и
гасила свет в спальне. Теперь и Галя, и все ее куклы считали, что
спальня —это улица.
Н. Никитич
Рис. Ю. Мезерницкого
СЛУХАЧИ
Тихо ночью на улицах Ленинграда. Сторожа в шубах дремлют у мага-
зинов. Трамваи без огней стоят в парках. Все спят — и взрослые и дети.
Но не спят за городом красноармейцы-слухачи. Они сидят на скамеечках
возле громадных труб и слушают через эти трубы: не крадется ли враже-
ский самолет, чтобы сбросить бомбы. Ведь граница близко и темно.
Слухачи чутко прислушиваются, поворачивают свои трубы то вправо,
то влево. И если только уловят они в небе гудение самолета, — немедленно
позвонят, чтобы зажгли прожекторы. Забегают белые зайцы по небу и сразу
поймают между тучками чужой самолет. Красноармейцы-зенитчики увидят
его тогда с земли и выстрелят из пушек. И самолет, который задумал зажечь
наш город, сам загорится. Весь в пламени он свалится на землю.
А слухачи снова усядутся на скамеечки возле труб и снова будут
слушать-прислушиваться.

7
В. Карасева
Рис. И. Харкевича
КАТРУСЯ
Колхозный пастух Иван Муха
ушел на село обедать.
На лугу остался подпасок Павло.
Было жарко. Коровы совсем оду-
рели от зноя: они нехотя жевали
траву и сердито пощелкивали хво-
стами, отгоняли привязчивых слеп-
ней.
Павло сидел в холодке под оль-
хой и вырезал узоры на ореховом
удилище.
Крупный пот лил с него градом
и каждую секунду он обтирал лоб
рукой.
Где-то далеко загудел самолет.
Павло задрал голову. По синему,
горячему небу тихо плыла серебря-
ная птица.
— Лети, лети,—пробурчал Павло,—
хорошо тебе там, наверху, про-
хладно. И за коровами смотреть
не надо. Тебе Иван Муха за телят
голову не открутит.
Павло опять взялся за удилище.
Он вырезал звездочку и стал вы-
резывать свое имя и фамилию:
Павло Максимович Кобзаренко.
Буквы вышли, как напечатанные
и Павло так увлекся работой, что
даже ни разу не оглянулся.
А самолет гудел все ближе и
ближе. Павло кончил удочку, под-
нял голову и ахнул.
Совсем низко над лугом, прямо
у него над головой, шла громадная
стальная машина.
„Может, на посадку идет?" по-
думал Павло.
И вдруг в трех шагах от него
упал крошечный белый комочек.
Павло мигом вскочил, схватил
комочек и развернул. Это был мед-
ный пятак, завернутый в листок
белой бумаги. На листочке напи-
сано карандашом несколько слов.
Буквы то тесно сбиваются в
кучку, то бегут, бегут, разбегаются
по бумаге.
„Эй, хлоп-че! — по складам про-
чел Павло. — Гони ко-ров. Коровы
в просо за-шли“.
8
Павло сжал в кулаке записку и оглянулся.
Большая рыжая корова, главная коноводка и безобразница, уже по
самое брюхо влезла в просо. Две другие коровы тоже совсем близко
подобрались к полю.
— Гей! гей! — заорал Павло и пустился по лугу, размахивая удили-
щем.— Пошла, пошла вон!
Рыжая корова сердито крутнула головой, вышла из проса и как ни
в чем не бывало пошла по дороге.
Обе подружки потянулись за ней следом.
Павло разжал кулак, расправил измятый листочек и прочел с другой
стороны:
„Поклон моей маме, брату Павлуше и всем селянам. Штурман
Катерина Кобзаренко".
У Павло аж дух захватило. Он поднял голову и закричал во все
горло:
— Ка-ат-ря! Кат-ру-ся!
Куда там! Разве докричишься!
Катря была уже далеко.
Она миновала родное село, пролетела над речкой и вела теперь
свой самолет высоко под самыми облаками.
— А-гу! — откликнулся кто-то с дороги. Это был Иван Муха.
Он уже пообедал и шел на смену Павлу. Со всех ног Павло по-
несся в село.
— Поклон маме! Поклон брату Павлуше, — повторял он на бегу.—
Ай да Катря! Ну и Катруся ж!
„Всем, всем, всем покажу записку. Всем! А Ивану Мухе не покажу.
Он за просо загрызет. Целый день ворчать будет."
НАЙДИ САМ
Прочти, что здесь написано, потом переверни страницу и найди сам на ри-
сунке самолеты, о которых здесь рассказано. Все они построены в нашей стране.
1.	Летающая лодка. Этот самолет потому так называется, что он не только
летает по воздуху, но и плавает по воде. Он похож на моторную лодку. Спу-
скаться на землю он не может. Колес или лыж у него нет.
2.	Самолет-гигант. Он очень большой и мощный. В нем помещается пассажиров
больше, чем в вагоне поезда. Внутри самолета несколько комнат, как в квартире.
Летать на нем очень удобно, можно вкусно позавтракать в буфете и послать
своим знакомым привет по радио.
3.	Автожир. Автожир — совсем удивительная машина. Он без разбега взле-
тает круто вверх, а садится даже на палубу небольшого корабля. Кроме непо-
движных крыльев, у него есть наверху лопасти, которые вращаются, как вер-
тушка.
4.	Истребитель. Истребитель—военная машина. Он летает быстрее других
самолетов. Истребитель легко поворачивается в воздухе и ловко нападает на
вражеские самолеты.
5.	Самолет-крокодил. Похожим на крокодила его сделали художники веселого
журнала „Крокодил". А построен он на деньги, которые прислали читатели этого
журнала. Самолет-крокодил вместе с редакцией журнала облетел уже много
городов и колхозов нашей страны.
6.	Спортивный самолет. Управлять таким самолетом легче и проще, чем большим
военным или пассажирским. Хотя сам он очень маленький и бензина расходует
немного, на нем можно совершать длинные путешествия.
7.	Воздушный шар. На воздушном шаре нет мотора. Летает он потому, что
наполнен газом, который легче воздуха. Шар летит туда, куда его несет ветер.
Зато летать на нем очень приятно: полная тишина, ни тряски ни качки нет.
8.	Планер. По виду он похож на самолет, но мотора у него нет. Поэтому планеры
и прицеплены к самолету. Самолет мчится вперед и тянет за собой планеры, точно
паровоз везет вагоны. Целый воздушный поезд!
Е. Боронина

Рисунки Т. Шишмаревой	Сказка	Е. Ильина
Наступила,весна. На улицах растаял снег. Блестят лужи, прыгают
по мостовой воробьи. Всем очень весело.
Одна только девочка Леночка недовольна. Вот едет она с мамой
в автобусе. Место у нее хорошее—возле самой кабинки шофера.
, В руках у нее два шарика, один красный, другой голубой. А Леночке
все не нравится.
— Не хочу, — говорит,— ехать, хочу гулять!
•—Мы уже погуляли, — говорит мама,—-вот сейчас приедем
домой, я дам тебе яблоко.
— Не хочу яблоко! — кричит Леночка. — Хочу апельсин!
— -Ну, хорошо, — дам тебе апельсин.
А девочка опять:
— Не хочу апельсин, хочу яблоко!
— Не знаю, что случилось с моей дочкой,—говорит мама
пассажирам.
А пассажиры смеются. И кондукторша смеется.
— Это, наверно, к ней каприз привязался, — говорит кондук-
торша,— надо было дома его оставить, а не возить с собой.
Тут Леночка еще больше рассердилась и как закричит:
— Лезьте вон!
И пассажирам кричит: „Лезьте вон!" и кондукторше, и даже
шоферу.
Услышал это шофер, остановил автобус и говорит:
— Нет, не могу я дальше ехать. Я не привык, чтобы мне,
шоферу, говорили „лезьте вон".
Выскочил он из своей кабинки на улицу и пересел на другой
автобус. За ним и кондукторша ушла, за кондукторшей — все пасса-
жиры. И даже мама ушла.
Осталась Леночка одна. А что ей одной делать в пустом авто-
бусе? Ведь автобус сам без шофера никуда не пойдет! А подножка
в автобусе высокая. Леночке самой не спрыгнуть. И некому взять ее
на руки. Людей совсем мало на улице, потому что это уже не город,
а деревня. По улице гуляют только петухи и куры.
Вылезла Леночка кое-как из автобуса, идет и плачет. А навстречу
ей—воробышек.
— Что ты, девочка, пла-
чешь? — спрашивает он.
— Как мне не плакать? —
отвечает Леночка.—Тетенька в ав-
тобусе сказала, что ко мне каприз
привязался. Прогони его!
А воробышек прочирикал в
ответ:
— Почирикай со мной, попрыгай, кап-
риз и уйдет.
Леночка топнула ножкой и говорит:
— Не хочу я чирикать и прыгать.
— Ну не хочешь—не надо, — отве-
тил воробей. Взмахнул крыльями и взлетел
на забор.
Идет Леночка дальше. А навстречу
ей—петушок.
— Что ты, девочка, плачешь? — спра-
шивает он.
— Как мне не плакать? — отвечает Ле-
ночка.—Тетенька в автобусе сказала что
ко мне каприз привязался. Прогони его и
позови маму.
— А ты спой со мною песенку,—говорит петушок. — Каприз не
любит, когда поют песни. Ну, давай вместе!
Петушок вытянул шею и как запоет:
— Ку-ка-ре-ку1
Но девочка топнула ножкой и говорит:
— Не хочу я с тобою петь! Это глупая песня!
И еще громче заплакала. И вдруг смотрит — в красном шарике,
который она держит в руке, видна какая-то девочка. Рот вытянулся
до ушей, капор съехал набок. Прямо чучело, а не девочка.
Посмотрела Леночка в другой шарик, голубой, а там еще одна
девочка, и тоже такая же смешная. Тут Леночка засмеялась. И как
только она засмеялась, вдруг что-то громко загудело, из-за угла
появился автобус и подкатил к тому месту, где стояла Леночка.
Шофер открыл дверцу.
— Пожалуйста, маленькая гражданочка, лезьте обратно.
— А где же моя мама? — спрашивает Леночка.
Тут подошла кондукторша; взяла Леночку на руки и передала
маме—прямо на колени.
— Ну что, — спрашивает кондукторша, — ушел от тебя каприз?
— Ушел, ушел! — отвечает Леночка.—Я засмеялась, он и ушел.
— Вот и хорошо, — говорят пассажиры. — Ну, а нам что теперь
делать? Лезть вон?
— Нет, нет!—закричала Леночка.—Пожалуйста, останьтесь.
И автобус весело покатил дальше.
14
Маленькая девочка Наташа сидела на крыльце и вышивала
платочек.
А собака Жучка играла со своим щенком возле колодца.
Они катались по зеленой травке, ловили друг дружку за
хвост, залезали вместе на колодезный сруб и прыгали опять
на траву.
И вдруг щенок поскользнулся на мокром срубе и полетел
в колодец.
Наташа увидела, как упал щенок. Она громко заплакала и
закричала:
— Скорей! Спасите! Жучкин щенок упал в колодец.
На крик прибежали Наташины папа и мама.
Папа заглянул в колодец и сказал:
— Щенок еще жив. Я вижу—он плавает.
Жучка ткнулась в мамину юбку и жалобно завизжала. А мама
сказала: -
— Опусти скорей ведро — щенок влезет в ведро, и мы его
спасем.
Опустили и вытянули ведро, но щенка в нем не оказалось.
— Щенок еще глупый, — сказал папа, — он не понимает, что
надо прыгнуть в ведро. Сейчас я сам спущусь в колодец и вы-
тащу его.
Мама испугалась:
— Я не пущу тебя. Веревка гнилая, может оборваться, и
ты утонешь.
Тогда Наташа сказала:
— Спустите лучше в колодец Жучку. Щенок увидит свою
мать и сразу прыгнет в ведро.
Так и сделали. Жучка вела себя смирно и даже не виз-
жала, когда ее опускали в колодец. Через минуту папа снова
вытянул ведро. В нем сидели и Жучка и щенок.
Щенок был мокрый и дрожал от холода.
Большие уши висели у него, как два лопуха после дождя.
А Жучка весело виляла хвостом и облизывала сына шер-
шавым розовым языком. Мама погладила Жучку по спине и
сказала:
— Ну что, рада, старушка? Скажи спасибо Наташе!
в. к

Ди-ли, ди-ли, ди-ли, бом!
По дороге пыль столбом.
Видит, видит весь народ:
Едет, едет пять подвод.
А на тех пяти подводах
До широкого двора
Через мост, через воду
Привозили комара.
Закружились мухи роем
С вишеньем, с орехами.
— Ну, Комар Комарович,
Вылезай, приехали!
Подбежали тараканы
И жуки всего двора,
Поднимали великана,
Молодого комара.
Как привстал он, как засдищет,
Словно ветер в сентябре.
Как пошел Комарище,
Стало тесно на дворе.
Стало тесно на дворе,
Стало тускло на заре.
Ой, беда, идет беда:
Щука вышла из пруда!
Закричал долгоносик:
— Как земля такого носит!
16
Рисунок Ю. Васнецова
Вылез крот и говорит:	Только кот не горевал:
— Где горит? Что горит?—	Кошке ножку подковал!
А. Прокофьев
17
Бежим скорей на улицу.
Ой, сколько намело!
Глаза от света щурятся —
Везде бело, бело.
Легли снега пушистые
На горы и поля,
Как будто в платье чистое
Оделася земля.
э. п.
Е. Чарушин
Мальчики Шура и Петя остались одни. Они жили на даче —
у самого леса в маленьком домике. В этот вечер папа и мама
у них ушли к соседям в гости.
Когда стемнело, Шура и Петя сами умылись, сами разделись
и легли спать в свои постельки. Лежат и молчат, в комнате темно.
За окном в лесу еще темнее. И в темноте по стене кто-то пол-
зает-шуршит, — может, таракан, а может, кто другой.
Шура и говорит со своей кровати:
— Мне совсем и не страшно.
— Мне тоже совсем не страшно,—отвечает Петя с другой
кровати.
— Мы воров не боимся, — говорит Шура.
— Людоедов тоже не боимся, — отвечает Петя.
— И тигров не боимся, —говорит Шура.
— Они сюда и не придут,—отвечает Петя.
И только Шура хотел сказать, что он и крокодилов не
боится, как вдруг они слышат: за дверью в сенях кто-то негромко
топает ногами по полу.
Топ. Топ... Шлеп. Шлеп... Топ. Топ...
Петя как бросится к Шуре на кровать. Закрылись оба с
головой одеялом, прижались друг к другу. Лежат тихо-тихо,
чтобы их никто не услышал.
Топ. Топ... Шлеп. Шлеп... Топ. Топ...
— Не дыши, — говорит Шура Пете.
19
— Я не дышу.
Прислушались, а через одеяло слышно, как кто-то за две-
рями ходит и верно — пыхтит. До чего страшно!
А в это время вернулись папа с мамой. Вошли в дом, за-
жгли свет.
Папа с мамой зажгли еще одну лампу. Посветили во всех
углах. Никого нет. Вышли в сени —и вдруг вдоль стены кто-то
быстро пробежал в угол! Пробежал... и свернулся в углу шари-
ком. Хотели его рукой взять, а он дергается и колется. Да это
ёжик! Он, верно, из леса в дом забрался.
Закатили его в шапку и унесли в чулан. А потом все заснули.
Этот ёжик так и жил с ребятами на даче все лето. Кормили
его молоком и сырым мясом.
Каждую ночь он по всем комнатам ходил, пыхтел и ногами
топал.
Да теперь уж никто его не боялся.
Ж Г'цТЙ':.
• . т
В нашей квартире живут девочка Таня и мальчик Боря, а у них есть щенок
Кубик.
Пришла как-то раз мама из магазина и дала Тане с Борей по прянику.
Стал Боря кушать пряник, а Таня заплакала.
— Боря, — спрашивает мама,— почему Таня плачет?
— А я не знаю,— отвечает ьоря, запихивая в рот кусок пряника.
Прожевал Боря пряник и начал кулаками глаза тереть.
— А ты чего губки надул? —спрашивает Борю мама.
— Кубик мой пряник съел, —хнычет Боря.
— Но ведь ты только сейчас ел пряник, — удивилась мама.
— А это был не мой, а Танин, — сказал Боря и заплакал.
Иван Белышев
1 р. 15 к.
Бежала собака и мясо нашла.
Домой через мостик собака пошла.
Под мостиком речка, а в речке вода.
Собака присела, взглянула туда
И видит, что в речне собака сидит.
Й ругая собака на эту глядит
мясо такое же держит во рту.
Та смотрит на эту, а эта на ту.
-616
Рисунки Н. Муратова
Ныряла, ныряла до самого дна.
Без мяса на берег вернулась одна.
Одна на мосту завертела хвостом,
Другая махнула хвостом под мостом.
— Задира какая! средь белого дня,
Дворняжка простая, ты дразнишь меня! -
Сейчас забияке, конечно, влетит.
Собака собаке навстречу летит.
Вода замутилась, круги по воде,
И глупой собаки не видно нигде.
И влезла на мостик и снова глядит:
Воровка попрежнему в речне сидит.
Опять заворчала, опять зарычала...
Кому интересно —читайте с начала.
Февраль № 2. 1940 г.
Леноблгорлит № Ш5.
гел 270-66.
I производство 2S/M 1939г. Пол'п. к печ. 19/Ш 1940 г.
Рисунок Т. Шишмаревой

Вячеслав Михайлович Молотов —верный друг и помощник
товарища Сталина.
9 марта весь Советский Союз приветствовал и поздравлял
товарища Молотова. В этот день ему исполнилось пятьдесят лет.
КАК БУДЕННОВЕЦ УЧИЛСЯ
Я. Мврзон	Рисунок О. Верейского
В буденновской коннице служил пастух Тимофей.
Конь легко носил его на спине. Тимофей был хо-
рошим кавалеристом.
Но читать и писать Тимофей не умел. Он был не-
грамотным.
Однажды комиссар дал Тимофею газету.
— Вот тебе газета. В ней—статья Ленина. Прочи-
таешь — вернешь.
Сказал это комиссар и ушел.
Тимофей сел на седло, развернул газету. И когда
он развернул газету, ему горько стало оттого, что
он не умеет читать. Тимофей положил газету в сумку
и решил во что бы то ни стало научиться читать.
Утром Тимофей покормил коня, вынес на траву
свое седло —это вместо стола—и пошел искать ка-
рандаш и бумагу.
Но ему не удалось в этот день позаниматься.
Как только он достал карандаш, командир ско-
мандовал седлать лошадей.
Стал Тимофей седлать, а карандаш упал на землю,
и конь раздавил его копытом.
Конный полк двинулся по степи. Тимофей все
ехал, ехал и каждый день вспоминал карандаш, как
он разломался на мелкие кусочки.
„Так можно остаться навсегда неграмотным, — ду-
мал Тимофей. —Что делать?"
И вот Тимофей придумал.
Он поскакал к комиссару впереди полка и сказал:
— Товарищ комиссар, вашу газету я еще не про-
читал. Я неграмотный, но очень хочу научиться чи-
тать. Будьте добры, товарищ комиссар, напишите
буквы —я начну учиться.
А комиссар был коммунист. Он хотел, чтобы все
буденновцы умели читать, и сказал:
— Очень хорошо, товарищ, хорошо, что вы меня
попросили.
И комиссар написал на большом листе бумаги
всю азбуку.
2
Тогда Тимофей спросил у одного своего товарища:
— Сеня, можно, я пришпилю этот лист тебе на
спину. Я поеду за тобой и, пока наши кони идут
тихо, буду смотреть на буквы и запоминать.
Товарищ разрешил, и Тимофей сейчас же при-
шпилил азбуку ему на спину, а сам поехал следом.
А комиссар поехал рядом о Тимофеем и длинным
прутом показывал буквы:
— Вот это „м“, а это „а”. Как вместе?
— „Ма“, товарищ комиссар, а если „ма“ и „ма“,
то —„мама”.
— Правильно,—сказал комиссар, — молодец.
Один раз конь захватил губами азбуку и хотел ее
съесть. Тимофей страшно рассердился и даже ударил
коня. А коня он очень любил.
И вот так, не слезая с лошади, буденновец вы-
учил азбуку. А через три месяца он умел довольно
быстро читать.
Он вынул тогда из сумки залежалую газету со
статьей Ленина и прочитал.
А потом отнес ее комиссару.
— Товарищ комиссар, — сказал он,—вашу газету
я уже прочитал и вот возвращаю вам. Спасибо.
РЕБЯТА ДОШКОЛЬНИКИ
Присылайте ваши рисунки, стихи и рассказы.
Мы их наклеим в большой красивый альбом
„ЧИЖА".
Самые лучшие стихи и рассказы из этого
альбома мы будем печатать в „ЧИЖЕ“.
Библиммд
Рисунок M. Бутровой
Папанин в гостях у ребят.

Рисунки А. Успенского
Зайцем был воробей. Он без билета, зайцем, проехал
в трамвае.
Вагоны отдыхали на конечной остановке маршрута. Вожа-
тый лежал на сухой траве. Кондукторши ели мороженое. Двери
вагонов были раскрыты, и ветер играл старыми билетами,
брошенными на пол.
Воробьи, щебеча безумолку, летали с крыш на деревья,
которые росли возле столба с часами. Из дверей дежурной
комнаты вышел старик с белой бородой. Показал на часы
и крикнул вожатому и кондукторшам:
— А ну, ребятки, отправление!
В это время молодой воробей, спасаясь от Бесхвостого —
известного драчуна и забияки, — влетел в трамвайный вагон.
Кондукторша дала звонок, пассажиры закрыли двери.
Испуганный воробей сидел на деревянной перекладинке. Он
видел в окно, как Бесхвостый полетел было рядом с вагоном,
но отстал. Вот скрылись родные крыши и знакомые деревья.
Витя первый заметил воробья и закричал:
— Воробей, воробей! Мама, мама, воробей!
Кондукторша всполошилась:
— Когда же он это заскочил? Ах, непутевый!
Воробей тревожно смотрел карими глазами на людей.
Нахохлившись, вздрагивал при каждом звонке вожатого.
— Граждане! — просила кондукторша. — Не закрывайте две-
рей! Воробей забрался к нам! Ах, непутевый! Кыш-кыш-кыш!
Кыш ты, непутевый!
— Вы не можете на воробья так, — неожиданно заступился
Витя.
— Как не могу? А если он зайцем, без билета едет?
— А у меня тоже нет билета, — сказал Витя,
— Ты маленький.
— А он еще меньше.
— Погодите, — сказал сосед Вити, сняв кепку, — сейчас мы
его поймаем — и в сумку кондукторше.
5
Но воробей перелетел на другую сторону вагона и при-
мостился на сигнальной веревке. Кондукторша дала звонок и
дернула за веревку. Воробей подпрыгнул чуть не до потолка
и вернулся на старое место.
На каждой остановке пробовали выгнать воробья. Но он не
замечал раскрытых дверей и носился по вагону.
Вожатый обернулся и сказал:
— Не держите вагон из-за какого-то воробья!
— Действительно, —согласились все. —Пусть он едет, воро-
бей. Никому он не мешает.
Воробей почувствовал, что у него здесь много друзей и
осмелел. Расправил крылья и вдруг зачирикал.	-!
Все заулыбались.
— Он не зайцем едет, — сказал кто-то,—он за проезд
пением платит.
— Витя! Нам выходить! —сказала мама.
— Мама! Посидим еще! Когда воробей выйдет, и мы выйдем!
— Мы его, Витя, повезем обратно до дома, — сказала кон-
дукторша. — Откуда взяли, туда и доставим.
6
Воробей сел на черную ручку, за которую держатся пас-
сажиры. На поворотах ручка раскачивалась на ремне. И воробей
качался, как на ветке в ветреный день.
Когда ехали обратно, воробей сидел спокойно и даже успел
высмотреть на полу кусочек сухаря.
Скоро воробей увидел знакомые крыши, деревья, часы.
Трамвай остановился. Кондукторша раскрыла двери. Подхватив
сухарь, воробей вылетел и сел на крышу. Его сейчас же окру-
жили воробьи. Они наперебой расспрашивали его:
— Где ты был? Где ты был?
— Я ездил осматривать город.
— А страшно было? —спросил Бесхвостый.
— Нисколько! — ответил воробей и храбро посмотрел на
Бесхвостого. После такого путешествия воробей и правда
ничего, ничего уже не боялся.
В. Тоболяков
ОТГАДАЙ
Черный Ивашка, деревянная рубашка. Где носом проведет,
там заметку кладет.
Ног нет, а хожу. Рта нет, а скажу, когда спать, когда
вставать.
ЗНАМЯ
Поставила мама
В бутылку с водой
Вишневый пруточек —
Побег молодой.
Проходит неделя...
И месяц прошел,
И прутик вишневый
Цветами зацвел.
Я ночью тихонечко
Лампу зажег
И в банку с водою
Поставил флажок.
Что если кистями
Флажок зацветет?
Вдруг вырастет знамя
На. будущий год.
Но мама увидела
В комнате свет,
Пришла и сказала:
— Не вырастет, нет.
Она говорила:
— Ты, сын, не грусти.
Уж лучше ты сам
Поскорее расти.
Вот станешь, как папа,
Работать пойдешь
И знамя большое
В руках понесешь.
Е. Благинина
Рисунки И, Харкевича

и & и е и пщ и и
С. Георгиевская
Против нашего очага работает каменщик в
белой шапочке. Он кладет кирпичи один на дру-
гой, один на другой.
Мы построили за лето много песочных до-
мов... А каменщик в белой шапочке складывал
кирпичи.
Майя слепила пожарную каланчу с серебря-
ным шпилем и стащила для этого шпильку у тети
Нюши.
Люсик выстроил цирк и приделал к нему сту-
пеньки из разноцветных стекол...
А каменщик в белой шапочке складывал' кир-
пичи.
Петя и Аня прорыли метро под клумбой и
напустили в него жуков...
А каменщик в белой шапочке складывал,
складывал кирпичи.
У фонтана я проложила мост из пятнадцати
щепок. Я построила ясли, очаг, завод. Я ска-
зала: „Какой он каменщик? Каменщик —это я...“
А каменщик в белой шапочке складывал,
складывал красные кирпичи.
Вот пришла зима. Покрылся снегом песок на
дорожках. Запорошило снегом песочные домики...
Зато выросло против нашего очага большое
новое здание.
Оно выросло там, где работал каменщик в
белой шапочке. И на здании написали красными
буквами:


Рисунки Т. Шишмаревой
КРАШЕНЫЙ ЛИГ
Иван Франко	—
Жил себе в одном лесу лис Ми-
кита, хитрый-прехитрый. Сколько
раз гнали его охотники, натравли-
вали на него собак, ставили ему за-
падни — ничем не могли его донять.
А когда сам лис отправлялся
на охоту,— в курятник или в са-
раи,—то никогда не возвращался
с пустыми руками.
— Что вы думаете?—хвастался он перед своими друзьями.—
До сих пор я охотился в селах, а вот завтра средь бела дня
пойду в город и утащу с базара курицу.
— Будет, не говори глупостей,—уговаривали его приятели.
— Как, глупостей! Вот посмотрим!—отвечал лис.
Но на этот раз бедный Микита и верно перехвастал.
В городе на улицах крик, шум, гам — возы скрипят, колеса
грохочут, лошади гремят копытами по мостовой, — одним словом,
гул такой, какого наш Микита и во сне не слыхал.
Лиса мало кто заметил. А Микита и рад этому. Съежился,
сжался в комочек да и помчался прямо на базар.
Но не успел еще лис дойти до базара,
как навстречу ему выбежала собака, с дру-
гой стороны—вторая, а там видит—еще
и третья.
Собак уж нашему Миките не обмануть.
Собаки сразу узнали лиса, заворчали да
как кинутся на него. Ой, какой страх! Что
тут делать? Куда деваться?
Шмыгнул лис в чей-то двор. Видит—
во дворе стоит большая бочка. Вот он
прыг в бочку да и спрятался. А в бочке
была густая синяя краска.
Только лис успел спрятаться, прибе-
жали собаки. Они рычали, лаяли, обнюхи-
вали воздух. Несколько раз подходили и
к бочке, но неприятный запах краски от-
гонял их. Ничего не нашли собаки и побе-
12
жали дальше. А лис просидел в бочке до вечера.
Когда стемнело, лис Микита выскочил из бочки, перебежал
улицу и через сады, плетни и огороды — прямо в лес.
Едва живой, забрался он в какую-то пустую нору, зарылся с
головой в сухие листья и заснул.
Поздно ли, рано ли, на другой день он проснулся и осто-
рожно вылез из норы.
Взглянул на себя и даже вскрикнул:
— А это что такое? Неужели это я?
И верно: не лис Микита, а какой-то диковинный страшный
зверь! Синий-синий, с отвратительным запахом, покрытый не то
рыбьей чешуею, не то иголками ежа.
В это время, откуда ни возьмись, волк-братец. Увидел
синего зверя, всего в колючках, и даже взвыл с перепугу, а
потом бросился наутек.
В лесу встретил он волчицу, медведя, кабана, оленя. Стали
его звери спрашивать, что с ним, почему он так бежит. А волк
глаза вытаращил, дрожит и чуть бормочет:
— Он там!.. Он там!.. Ой, да и страшный же... Ой, да и лютый!
Звери пошли, куда показывал волк. Там все еще возился
у норы лис. Звери взглянули на него да так и кинулись врас-
сыпную. Еще бы! Такого зверя не видано, не слыхано было с
тех пор, как мир миром да лес лесом зовутся.
„Ну,—подумал хитрый лис,-это не плохо, что они так меня
боятся! Погодите-ка, я вам еще покажу себя!11
Он гордо поднял хвост, выпятил грудь и пошел в глубь
леса к звериной полянке.
Пришел на середину поляны и сел на пенек, где обычно
любил сидеть медведь. Сел и ждет. Не прошло и получаса, как ,
на поляне собралось видимо-невидимо зверей и птиц. Стоят
издали, дрожат. Тогда лис первый ласково заговорил с ними:
— Подойдите поближе, я вам все скажу.
Звери чуть-чуть приблизились к нему.
— Слушайте, любимые мои, — тихо заговорил лис.—Я мудрый
зверь Остромысл, вылепленный из небесной голубой глины.
В зверином царстве появились непорядки. Я пришел сюда,
чтобы быть вашим царем.
Звери даже лапками всплеснули:
— Так это ты будешь нашим царем?
— Да, дети мои,—важно ответил лис.
Тогда все звери бросились угощать царя.
Орлы и ястребы наловили кур, волки да медведи нарезали
овец, телят и принесли их новому царю.
И лис Микита зажил припеваючи.
Тан прошел год с того дня, как он стал царствовать.
Звери надумали отпраздновать этот день и устроили боль-
шой концерт. Собрался хор из лисиц, волков, медведей, и начали
все петь. Чудесно! Медведи ревели басом, даже дубы тря-
слись. Волки так выли, что в глазах темнело. Но когда молодые
лисички затявкали тоненькими голосками, царь не выдержал,
поднял морду и вдруг сам затявкал по-лисьи.
Что тут произошло! Все певцы вдруг смолкли.
— Да это же лис!.. Самый обыкновенный крашеный лис! 1
Тьфу!.. А мы ведь думали, что он, правда, царь, зверь Остро-
мысл из небесной голубой глины!.. Ах ты обманщик!..
Бросились звери на обманщика лиса и разорвали его в
КЛОЧКИ.	Сокращенный перевод с украинского
С. Лялицкой
Мы забыли игры наши,
Из окна глядели в сад:
Ну когда же,
Ну когда же
Гости наши прилетят?
Ну когда же
Шумной стаей
Защебечут у окна?
Может быть, они не знают,
Что вернулась к нам весна?
Что скворечник ждет их новый, .
Что опять проснулся сад...
Все гостей встречать готовы,—
Только гости не летят.
А сегодня поглядели—
На ольхе сидит скворец.
Прилетели,
Прилетели,
Прилетели наконец!
С. Погореловский
Рисунок Г. Шевякова
К. Мазовский
юлоса
Березы стояли еще голые, и на
скворечнях лежал снег. Голые ветки
качались от ветра и стукались друг о
друга. Почки на ветках были малень-
кие, сухие. Но им хотелось расти.
— Можно?—спросила одна почка
другую.
— Нельзя, — ответила почка. — На
земле еще снег и в воздухе холодно.
— Ногда же будет можно?
Почка качнулась вместе с веткой.
— Ветер скажет.
На земле еще лежал снег, и в воз-
духе было холодно. В земле под сне-
гом лежали рядом два зернышка. Они
были сухие, холодные, но им тоже
хотелось расти.
— Можно? — спросило одно зер-
нышко другое.
— Нельзя,—ответило зернышко.—
Земля еще мерзлая и над нами темно.
— Когда же будет можно?
Зернышко прислушалось и отве-
тило:
— Вода скажет.
Земля была еще мерзлая, и на
реке лежал лед—толстый, синий.
Рыбы дремали на дне, зарывшись в ил.
Но им хотелось всплыть на поверх-
ность реки, порезвиться, половить мо-
шек.
— Можно?—спросила одна рыбка
другую.
— Нельзя,—ответила рыбка.—Во-
да еще очень холодная и наверху
тишина.
— Когда же будет можно?
Рыбка прислушалась и ответила:
— Лед скажет.
И все ждали: почки, зернышки,
рыбы, —ждали того дня, когда, наконец,
будет можно.
И вот этот день пришел: выглянуло
ясное, теплое солнце и улыбнулось
всем. Из далеких стран вернулись на
родину скворцы и весело захлопотали
в скворечнях.
— Чувствуешь?—сказала бере-
зовая почка. — Какой теплый ветер.
Можно расти.
— Слышишь? —сказало зерныш-
ко.— Ручейки звенят. Можно расти.
И огромные синие льдины поне-
слись по реке. Они толкали друг друга
и громко шуршали:
— Мож-ж-жно1 Мож-ж-жно!
Рисунки В. Курдова
КАК У НАС СЕМЬЯ
Рисунки А. Якобсон
БОЛЬШАЯ ДА ВЕСЕЛАЯ
Две Дорушки да к краюшке
Подбираются,
Рио. А. Блэка
Медведь, лисица, утка, кошка, аист и крокодил сидели на берегу озера и удили
рыбу. Мы подошли к ним и сказали: —Можно с вами поиграть?
А они нам ответили:—Можно. А только как вы будете с нами играть?
Мы подумали и сказали: — Вот как: Петя возьмёт игральную костяшку и бросит
её два раза. Первый раз —чтобы узнать, какой рыболов ему сейчас рыбок удить будет,
а второй раз —чтобы узнать, что ему рыболов поймает. И так все по очереди, пока у
кого-нибудь не окажется двадцать рыбок. Тот, значит, и выиграл.
— Хорошо, —сказал медведь, —уж я постараюсь поймать кому-нибудь рыбку.
— Кому попадётся лягушка, тот пусть перекинет костяшку, — сказала кошка.
— А кому попадётся рак, тот пусть и в следующий раз свой ход пропустит,—
сказал аист.
— Правильно, — сказал крокодил. — А если я выужу сапог, то пусть тот, кому этот
сапог достанется, отпустит обратно в воду всех своих рыбок и начнет игру о начала.
— Правильно! —закричали мы, —Давайте играть!
ЧТО ЭТО БЫЛО?
Я шел зимою вдоль болота
В галошах,
В шляпе
И в очках.
Вдруг по реке пронесся кто-то
На металлических
Крючках.
Я побежал скорее к речке,
А он бегом пустился в лес,
К ногам приделал две дощечки,
Присел,
Подпрыгнул
И исчез.
И долго я стоял у речки,
И долго думал, сняв очки:
„Какие странные
Дощечки
И непонятные
Крючки!**
Даниил Хармс
Рисунки А. Успенского
На лужайке лесной
Под зеленой сосной
Зайцы водят весной
Хоровод.
Пляшут — лапки в бока—
Русаки трепака,—
Веселится пушистый народ!..
Март Nfl 3. 1940 г.
Врио, отв, редактора Д. Чевычелов.
Д.д — Левдеткмат .4 3. Леноблгорли
Тираж 100 000. Ст. ф. 00x102. Тио.
Пробудившись от сна,
Говорит им сосна:
— Я всю зиму стояла в снегу.
Хорошо бы и мне
Поплясать на лугу,
Да вот с места сойти не могу!..
. Ант №./..7$.|
1 ВнладнлЛи»
рад,-УЛ- Лассаля, 2, тел. 270^5.
Зав. худ. частью Б. Семенов.
Зав. редакцией 3. Папериая.
„Полнграфюшга*, ул. Мира, 3. Заказ М 20
27/1 1840 г. Поди, к г.еч. 14/IV 1940 г.
Ж 4. 1940. ДЕТИЗДАТ ЦК ВЛКСМ
Рисунок А. Пахокова
Рис. Н. Тырсы
Наш очаг переехал в новый дом, на новую улицу
с новыми тротуарами, с новой дорогой, с новыми
фонарями.
Все новое, прямое, красивое.
Одно некрасиво: как раз перед нашим очагом пло-
щадка совсем голой и даже грязной земли. Всю улицу
портит. Что с ней делать? Мы думали, думали —ни-
чего не придумали. А Миша Снегирев придумал:
— Давайте на этой площадке цветы сажать.
Мы как обрадовались—сказать нельзя! Весь день
только об этом и говорили. Утром все пришли весе-
лые, стали сны рассказывать. Очень красивые сны:
аленькие цветочки, золотые яблоки, голубые фонтаны—
и всё это на нашей площадке. А Миша Снегирев видел
дерево, на котором растут арбузы. Только Муся Ершова
выслушала всех и говорит:
— А я видела во сне, будто бы один дядька все
это у нас оборвал и съел. И даже Мишино дерево
с арбузами съел.
Мы засмеялись, говорим:
— И не складно и не ладно! Всё сама сочинила.
Посмотрим, что еще взаправду будет.
А взаправду — через пять дней наступила весна,
солнце разгорелось во-всю, и мы стали сажать цветы.
Посадили цветы, стали помогать садовнику дяде
Косте сажать деревья. Целых пять штук посадили:
две липки, два клёна и одну яблоню.
А как раз напротив нашего очага стоит новая
школа. Вот один раз школьники-первоклассники подо-
шли к нам, смотрели-смотрели, молчали-молчали, а
потом один толстый мальчик Боба сказал:
— А наша площадка еде красивей вашей будет.
Скоро, смотрим, и школьники в земле копаются —
цветы сажают. И стали мы по утрам перекликаться:
— Как поживает ваш пион? Пока совсем короткий он,
— Спасибо, хорошо.	Но вырастет большой.
Только как-то утром подошли мы к нашему очагу,—
и от страха прямо присели. Муся Ершова говорит
мрачным голосом:
— Ага, что ? Точь-в-точь как в моем страшном сне.
И верно — точь-в-точь как в Мусином страшном
сне: большая клумба с маргаритками вся потоптана,
у молодого дубка самая макушка отломана.
Мы поскорее побежали к другим деревцам, смот-
рим — еще у двух ветки поломаны, но сами деревья
целы. Тогда Миша Снегирев говорит:
— Вот что, ребята, пускай у каждого дерева свой
сторож будет. Муся, это твоя яблоня. Леня, это твой
клён. Это мой дубок.
Так мы все деревья поделили, но успокоиться не
могли. А после мертвого часа новая беда: Миша Сне-
гирев пропал. Куда пропал, почему —никто не знает...
Вечером пришли за нами родители, а Муся Ершова
говорит:
— Не пойду домой, буду свое дерево караулить.
Мусина мама говорит:
2
— Мусинька, пойдем до-
мой,—кошка у нас котят при-
несла, тебя дожидается.
Муся отвечает:
— Не пойду домой, буду
под своим деревом жить.
Вдруг приходит милицио-
нер. Ребята говорят Мусе:
— Ага, это он за тобой.
Тебя с милиционером домой
поведут.
Только сказали, смотрим-
из-за милиционеровой спины показался Миша Снегирев.
Ребята говорят:
— Ах, нет, это не за Мусей, это милиционер Мишу
Снегирева привел.
А Миша отвечает:
— Нет, это я милиционера привел, а не он меня.
Тут милиционер указывает на Мишу и говорит:
— Ребята, не удивляйтесь. Миша Снегирев нашел
вашего обидчика, который цветы потоптал. Этот хули-
ган спал в сарайчике за очагом. А Миша Снегирев
узнал его и меня к тому месту привел.
Тут Муся Ершова милиционера перебила:
— Постойте, постойте, товарищ милиционер. А как же
Миша узнал, что это тот самый?
Миша сам отвечает:
— Как узнал? Очень просто. По маргариткам. Он
лежит, храпит, а на ногах у него наши маргаритки
и в волосах наши маргаритки.
А милиционер говорит:
— Ну, ребята, ваш обидчик уже сидит в милиции,
маргаритки с себя снимает. Теперь вы идите домой
спокойно. Никто ваших цветов больше не тронет.
з
Тут нам всем стало легко и весело: уж если сам
милиционер обещает, — значит, ничего не случится.
И на другое утро мы опять перекликались
со школьниками-первоклассниками:
— Как поживает ваш пион?
— Спасибо, хорошо,
Он вашим макам шлет поклон,
Он вырос на вершок.
— А вы слыхали, говорят,
Что будет улица, как сад?
— Да, будет улица, как сад
Зеленый и большой,
И крикнут сотни октябрят:
„Спасибо, хорошо!"
РЕБЯТА!
На страницах 9, 10, 11 и 12 напечатан Димин журнал „Крас-
ная шапочка". Но прочесть его можно только в сложенном виде.
Осторожно отогните концы металлических скрепок и выньте два
средних листа. Концы скрепок загните обратно, чтобы „Чиж" не
рассыпался. Теперь по пунктиру согните оба листа пополам и еще
раз пополам.
Возьмите иголку с ниткой, прошейте сложенные вчетверо
листы, обрежьте аккуратно поля и получите готовый журнал
„Красная шапочка'1.
4

ЗИНАИДА ЗОДЧИЙ

Рисунки Я Лебеде**
(иэ чнн>мии С Мамммй
и О. Лебедева „А.гбун.',*’)
НИКОЛАЙ НАБОРЩИК
Здесь нарисован ледокольный пароход „Георгий Седов". Три года
назад вышел он в далекое полярное плавание, но случилась беда: льды'
затерли его. Громадные льдины сжали пароход и сломали у него руль.
„Седов" не мог вернуться на родину, и к нему не мог пробиться ни один
ледокол. Тогда в Арктику полетели самолеты. Они забрали всю команду
„Седова", но пятнадцать храбрых моряков и ученых не захотели покинуть
пароход. Они остались на „Седове".
Трудно плавать в Арктике: морозы там очень злые, ночи там тянутся
по полугоду. Но храбрые седовцы ничего не боялись. Одетые в меховую
одежду, они каждый день спускались на лед. Они измеряли глубину моря,
скорость ветра и течения, температуру воздуха и воды.
Хотя седовцев было всего пятнадцать человек, им не было скучно.
Они много работали, а в свободное время играли на дьдине в волейбол,
читали книжки, пели и играли на гитаре.
Тан больше двух лет носился „Седов" среди льдов и туманов. Но вот,
наконец, течение вынесло его в Гренландское море. Здесь льдов было
меньше. Сейчас же наше правительство послало за „Седовым" самый
большой ледокол „Иосиф Сталин". /Сам Папанин поехал на помощь к
седовцам. Крепкие льды мешали ледоколу итти вперед, но все-таки он
пробился к „Седову". Это была очень радостная встреча.
Через несколько дней ледокол провел „Седова" в Мурманск, а оттуда
седовцы поездом приехали в Москву. Вместе с Папаниным они были в
гостях в Кремле и говорили там с товарищем Сталиным. , »
8 Е. Боронина
Звери лютые грозят —
Съесть Иванушку хотят,
И бедняге нз гнезда
Не податься никуда.
Мы старались день и ночь —
Не смогли ему помочь.
Ну-ка, кто нз вас хитрей,
Выручайте поскорей!
I
Иэноя И XOfl
QI Атнос/шэ пн он-ошпгад
ИЭИНХЭЧВОЯОВХ э хвЧГэ и х<ячц
—|вяовои яэчшчя эж bbhbV
•вяхэв эн втвн входв<] — -эхээия вдо
aodoa хо отвзвнэ йог К — вярод
•новэпичн упхинэивиг в—яондхоя
кзвиьХяве в 'exoged ввнвХбх чнэно
охе — •вярод XHdosoj — ‘XtfXg эн ‘хэн —
еИХЭОнЛ1ГХ охе — ЧХИНОВ уэпичя охь
"HXHdosoj чтэвХд 'Лн —
:эядод ввевяэ яонэхоя у
X»doH в вввжэдХ вятки
•увУэоГвн эн эгачвод он
-Ч1ГО1 и1и 'Хц —’яонэхоя
•ЛгХд эн этчвод
я -яихоя -внэи ихэХц —
UHSodn охэ вно
•ввяуоп ?э яонэхоя
н •чзвивШГоп оИояэ иохои
в "вввжэдои вввьвнэ н — |хоя
впнтвйхэ уоявя ‘ху —
-bodBH BirBhHdxee вятпн
Хмтни чхннов кетой н яон
-эхоя ввевяэ—'эвьуээ —
-yadono ээ инов оячвох 'ноя
-hOXOBJ 0X3 ВЯОВОИ 'НОЯЬОЗ
-Хя охэ вэвя эдэх явЦ- —
-яондхоя хэвнига
•хэн и хов w яоиивхоо ннжон
эВ HHMtod инВо OJOH хо охь и ыооиУвео эжх миьчиаи
цннВод охь ‘оховнХВ нд оховнХВ на охь ‘огена и
цвоявх охе охь 140
ЛЮДОЕД
Поймал однажды великан мальчика.
Хотел его съесть. Уж и рот раскрыл.
Вдруг мальчик ему говорит:
— Постой, Людоед! Не ешь меня. Ведь
я — сырой, невкусный.
— Ну так что яс, — говорит Людоед. —
Ничего не поделаешь. Приходится такого
есть.
— А ты меня свари, — говорит маль-
чик.
— Где ж я тебя варить буду? У меня
ни огня, ни посуды нет.
— Ну, знаешь, что?—говорит маль-
чик.—Хочешь, я домой сбегаю —сам сва-
рюсь?
— А у тебя котелок или кастрюлька
есть?
— Есть, есть, — говорит мальчик.—
Очень хорошая кастрюлька есть: медная,
позолоченная, вся гвоздиками обколочен-
ная.
01 AtlHHVdlO VH vh-лиля
на котёнка, тот убегает, садится
на крылечко и облизывается.
В это время из норки вылезает мышка.
Котёнок бросается её ловить.
Ловил, ловил, наконец поймал и говорит:
— Я тебя съем.
А мышка отвечает:
— Если съешь, — я тебе не помогу. А если
не съешь, — я тебе помогу.
Котёнок. — А как?
Мышка. — А так: я пойду к Бобке и так
ему надоем, что он замучается. А ты меня
как будто поймаешь. Бобка тогда от радости
даст тебе мяса сто кусочков и молока сто
глоточков, н ты будешь всегда сыт. Хорошо?
Котёнок. — Очень хорошо. Ну, иди, надое-
дай, а я буду как будто спать.
Так они и сделали. Мышка подкралась к
Бобке и дернула его за хвост. Бобка зарычал,
обернулся, — она отпрыгнула и стала бегать
вокруг Бобки, то щипнёт его, то куснёт, то
дёрнет. Он на неё кидаете», да ве-
ревка-то непускает. Никак не может
Бобка мышку поймать.
Тут котёнок как будто проснул-
ся и говорит:
— Чего ты лаешь, мне спать не
даешь?
— Поймай мышку,—просит Боб-
ка.— Она меня совсем замучила,
есть не дает.
— А что ты мне
дашь за это?—спра-
1
Искала старушка букашек в цветах
И ловко ловила букашек сачком,
Но крепко держала старушка в руках
Лекарство и ключик, и палку с крючком.
Однажды старушка копалась в цветах
И вскрикнула вдруг, завертевшись волч-
KUSBVHM — IBBJ IBBJ -КнивП 01 в
иквл -hioouXbj в -Bioged ан oig — -вядод
Ч1ИЯО1Г цэпнчн AvAg к у — -яонаюя
•Хюн печвои
вдэ1 ю в 'oiKHBdxo woff -ошв в — -вядод
^Хнэкои у — -яонаюя
•ивв эц — -вядод
6И1Г
oih 'agai оягвж |яаьою1п виовон
цв® ‘яэьоэХя вэвн энн ив® 'вядод —
:iHdoBoj и
эядод я imVoxVou 'яонаюя ihVoxhb Hdaeir ец
•Botfa э вяэин инн Гэёэц -вядод ээи лиинэ
ня»Лд Л anaadas вц -ХяДон о|Лнипнчн и owdasir
э оякэ1Г1чОя"'Хя®Хд О1яквдоэ aiuodiax aiHodi
-no hoiou в -aiHHHOUBE 'oie aiyBiMhodu
Ч1Э0ЛИХ BVIIHIIirik
— А дрова есть?
— И дрова есть. И соль есть. И перец.
Вот увидишь, какой чудный суп выйдет.
Пальчики оближешь.
— Ну, хорошо, — говорит Людоед.—
Беги. Только, смотри, не долго...
— Нет, нет, —говорит мальчик. — Я
быстренько. Я только сварюсь — и сразу
вернусь.
Убежал мальчик. А Людоед сел на
пенёк и ждёт. Сидит, зевает, в зубах
ковыряет, живот поглаживает.
„Вот, — думает, — я сейчас пообедаю
наславу. Мальчишка, — думает, — мне по-
пался хороший, добрый, — наверно, и суп
из него выйдет вкусный".
А мальчика нет и нет.
У Людоеда уж от голода в животе
музыка заиграла.
Заворчал Людоед, рассердился, зуба-
ми заскрипел.
Схватил дубинку и побежал искать
мальчика.
Давайте и мы искать.
Бегите скорей на страницу 8.
•Boi/Hdeso в — хан эжЛ внэн
— ЯИЬЧВЕН XHdOBOJ — гихииаи JOH и эж яви V —
ziramBdu ан Хиаьои

— Исчезли! Пропали! Да где ж они? Ад!
Лекарство и ключик, н палка с крючком!
И с места не может старушка сойти,
Кричит: „Помогите!" И машет сачком.
Скорей помогите старушке найти
Лекарство и ключик, и палку с крючком!
ВЕСНА В ЛЕСУ
И. Соколов-Микитов
Как только растает на полях
снег и набухнут на деревьях ве-
сенние пахучие почки, охотник
Михей уходит с ружьем в лес.
В лесу возле большого болота
есть у Михея маленькая охот-
ничья избушка.
Много видит и слышит в лесу
старый охотник Михей.
Вот встал из зимней берлоги
лежебока медведь. Плохо Мишке
весною. Исхудал за зиму в своей
берлоге. Голодный бродит он по
лесу.
Раз встретил Михей в лесу
медведя. Зарылся Мишка в му-
равьиную кучу по самые уши,
лакомится муравьями, не видит
охотника.
А Михей шапку снял, кланяется:
— Будь здоров, Миша!
Весною прилетели на лесное
болото длинноногие журавли.
Спрятался Михей за ольховый
куст, посматривает, — что-то ста-
нут делать журавли.
А журавли весною на болоте
веселые хороводы водят. Собе-
рутся в кружок, крыльями ма-
шут, длинными ногами притопты-
вают. Вот-вот пустятся в пляс.
А над болотом ясное солнце
всходит.
Увидели журавли солнце, за-
трубили радостно на весь лес.
Риоунки В. Курдова
Рис. Ю. Васнецова
ВЕРлиека
Русская с к в а к а
Идет Верлиока по горам, идет Верлиока по долам—только
лес шумит, только хворост трещит. Идет Верлиока, ростом
высокий, об одном глазе, нос торчком, борода клочком, усы
в два аршина, на голове щетина, на одной ноге, в деревянном
сапоге, костылем подпирается, криво ухмыляется. Верлиока
злой-презлой, всем грозит бедой: нет от него спуску ни старому,
ни малому, ни тихому, ни удалому.
Идет Верлиока мимо болота. Сидит селезень-синий хвост
у утиных гнезд. Сидит да покрякивает:
— Как так? Как так?
Верлиока ему:
— Сиди тихо, Верлиока идет!
А селезень все свое:
— Как так? Как так?
Рассердился Верлиока, хвать селезня за хвост, да не на
таковского напал: взмахнул селезень крылами —взлетел-полетел,
только хвост у Верлиоки в рунах остался.
А Верлиока дальше пошагал.
Идет, идет, видит: лежит веревочка. Схватил ее Верлиока,
стал бить, крутить, приговаривать:
— Не лежи на дороге, не попадай под ноги!
Разорвал на две части и бросил.
Идет дальше. Лежит на дороге колотушка. Лежит, никому
не мешает. Наскочил Верлиока с правого боку, ну колотушку
ногой пинать, костылем поддавать.
— Чего на дороге валяешься, чего задираешься?
Еле-еле колотушка от него в бурьян спряталась.
Пошел Верлиока дальше. Стоит дуб большой, жолудями
полный. Наскочил Верлиока, давай дуб трясти. Как соломинку
трясет, жолуди ногой давит. Все примял, подавил, один жолудь
в ямку спрятался.
Зашел Верлиока в поле. Сидит дедова внучка возле гороха,
хворостинкой машет, приговаривает:
— Кш, кш, воробьи, не ешьте дедова гороха!
Вдруг слышит внучка: лес шумит, поле дрожит. Идет Вер-
лиока, ростом высокий, об одном глазе, нос торчком, борода
клочком, усы в два аршина, на голове щетина, на одной ноге,
в деревянном сапоге, костылем подпирается, криво ухмыляется.
Налетел Верлиока на гороховое поле, весь горох помял,
притоптал, с корнем повыщипал.
Еле внучка от него спряталась. Прибежала домой, плачет,
приговаривает:
— Ой, дедушка, Верлиока все наше поле сгубил! Весь
горох помял, притоптал, с корнем повыщипал.
15
Рис. Б. Семенова
Рассердился дед на Верлиоку.
— Ну, постой, — говорит,—я с тобой рассчитаюсь! Я тебя
прочь повыгоню!
Взял дубинку и пошел Верлиоку искать.
Идет, идет, видит прудок, а на прудке сидит куцый селезень
без хвоста. Увидал деда селезень и кричит:
16
— Как так? Как так? Здоров, дед, на сто лет! Куда идешь?
— Иду Верлиоку бить.
— И я с тобой.
Пошел дедушка по берегу, а за ним селезень-куцый хвост.
Лежит в бурьяне колотушка.
— Здравствуй, дедушка умная головушка. Куда идешь?
— Иду Верлиоку бить.
— Возьми меня на подмогу.
Пошли они дальше. Лежит на дороге веревочка.
— Здравствуй, дедушка седая бородушка. Куда идешь?
— Верлиоку бить!
—- Возьми меня с собой.
Пошли они дальше. Идут, идут—в ямке жолудь лежит
и пищит:
— Здравствуй, дедушка умная головушка! Куда идешь?
— Иду Верлиоку бить.
— Возьми меня на подмогу.
Вот пришли они в дремучий лес. В том лесу избушка,
а в избушке никого нет. Огонь в печи погас. И на шестке щи
стоят. Жолудь прыг в щи, веревочка на порог легла, колотушка
на полку, селезень на печку, а дедушка за дверь стал.
Вдруг топ да топ! Идет Верлиока, ростом высокий, об одном
глазе, нос торчком, борода клочком, усы в два аршина, на
голове щетина, на одной ноге, в деревянном сапоге, костылем
подпирается, криво ухмыляется.
Пришел Верлиока, стал в печи огонь поправлять. А жолудь
во щах сидит да пищит:
— Пи... пи... пи... пришли Верлиоку бить!
Рассердился Верлиока, схватил горшок да и бух в ведро.
А жолудь как выскочит, а жолудь как выпрыгнет, щелк Вер-
лиоку в лоб!
Испугался Верлиока, бросился бежать. А веревочка на
пороге опутала ему ногу,—Верлиока и упал. Соскочила коло-
тушка с полки, давай по нем гулять, приговаривать:
— Уноси, Верлиока, ноги! Уходи, Верлиока, с наших полей!
Не обижай, Верлиока, людей да зверей!
А дедушка его дубинкой потчует:
— Вот тебе за горох! Вот тебе за внученьку!
А селезень на печке:
— Так, так, так! Как так? Так, так, так!
Еле Верлиока ноги унес. С той поры больше в наших
местах не бывал, больше у нас никого не обижал.
Обработала И. Карнаухова
17
он
Когда он родился, ни-
кто не знал, как его зовут.
Мы и сами не знали. И
называли его просто —он:
он спит, он молчит, он
пищит. Наконец, решили
ему подобрать имя.
Дед сказал:
— Леопольд!
Мама сказала:
— Вольдемар!
F -*'"Дядя кричит:
— Владислав!
Сосед в стенку стучит:
— Геркулес!
Никак не подберем. Устали думать —легли. Тут он
проснулся, давай пищать, весь дом поднял: меня, Машу,
маму. Маша трет глаза:
Петя, Петя, петушок золотой гребешок,
Что ты рано встаешь, Маше спать не даешь!
Я обрадовался:
— Стойте, нашел!
— Что?
— Имя!
— Какое?
- Петя!
Так и назвали. Только никому не понравилось.
Все говорят:
— Зачем петушиное имя дали?
А нам с Машей понравилось. Мы говорим:
— Подождите, Петя вырастет, ему тоже понравится!
18
ЧЕЛОВЕЧЕК
Из нусочка старой свечки
Я слепила человечка.
Он пузатый, лупоглазый,
А чумазый, ой чумазый!
Не беда, что нос кривой,
Человечек как живой.
Спичек пара—это ножки.
Наряжу его в сапожки.
А другая пара спичек —
Будто руки в рукавичках.
Я сошью ему наряд —
Шубу теплую до пят.
Он танцует, он смеется,
Он со мной не расстается
И гулять пойдет со мной
В теплой шапке меховой.
Я его на быстрых санках
Прокачу с горы-ледянки.
Сел на санки он верхом,
Полетел он кувырком.
Поломал он ручки, ножки,
Растерял свои сапожки,
Кинул где-то рукавички...
И лежат четыре спички
Да кусочек старой свечки,—
Вот и нету человечка.
Т. Браиловская
** ftX
'нс. Э- Криммера

Рис. Т. Глебовой
Долго
Учат
Лошадей
Делать
В цирке
Чудеса.
Мы же
Наших
Лошадей
Обучаем
В полчаса!
Даниил Хармс
Ц 1940 г.
Акт №__________
Вкладн. л....
^°-злгл^4

О
Недавно мы получили вот это письмо. Долго мы не могли
понять, что в нем написано. Наконец все-тани догадались. Это
письмо к вам, ребята. Прочитайте его сами.
Здесь картинки нарисованы вместо слов.* Но надо читать не
все слова, а только первую букву. Из этих букв и составится
письмо.
Кто прочитал, напишите нам.
Апрель № 4. 1940 г.	Ленинград, ул. Лассаля, 2, тал. 270-65.
i-Леидетиздат № 4. Леноблгорл
Тираж 160000 Ст. ф. 80x102. Till
нграфкинга". ул. Мира, 3. Заказ М 3
1940 г. подл, к печ. BJV 1940 г.
I p. 15 к.
П?8
52
10449:: ~~
ПРИКЛЮЧЕНИЯ КАПИТАНА ВАТЕРПАСА
Построил капитан Ватерпас зимой домин у самой воды и стал в нем жить вместе
о собачкой Глобусом. Весной потеплело, и домик поплыл.
— Вот так штука, — удивился капитан Ватерпас, — домик-то я на льдине построил!
Пригрело солнышко, растаяла льдина, и пришлось капитану Ватерпасу дальше
плыть я бочке, а Глобуса на спасательном кругу тащить.
Подплыла к ним в море акула. Только она хотела схватить Глобуса, а капитан
цоп ее зонтиком н погнал к берегу. Тан акула и довезла их до острова.
А на острове напали на них злые, голодные волки. Но капитан не растерялся.
Глобуса посадил на сук дерева, а сам на другое деревцо полез.
Разозлились волки и стали деревья грызть.
Пропали бы капитан Ватерпас с Глобусом, да Ватерпас был хитрый, сразу дога-
дался. Только перегрызли волки деревья, а напитан на нихикак^' Х0'дудрхд и убежал
от волков.	' Ц 1V*»U Г. |
: Акт |*ЙЙ2—
Рисунок В. Конашеаича
Рисунок М. Бугровой
ВЕСЁЛЫЙ ГОСТЬ
Когда я был маленький, я очень любил мороженое.
Конечно, я его и сейчас люблю. Но тогда это было что-то
особенное— так я любил мороженое.
И когда, например, ехал по улице мороженщик со своей
тележкой, у меня прямо начиналось головокружение—до того
мне хотелось покушать то, что продавал мороженщик.
И моя сестрёнка Лёля тоже исключительно любила мо-
роженое.
И мы с ней мечтали, что вот, когда вырастем большие,
будем кушать мороженое не менее как три, а то четыре раза
в день.
Но в то время мы очень редко ели мороженое. Наша мама
не позволяла нам его есть. Она боялась, что мы простудимся
и захвораем. И по этой причине она не давала нам на моро-
женое денег.
И вот однажды летом мы с Лёлей гуляли в нашем саду.
И Лёля нашла в кустах галошу. Обыкновенную резиновую га-
лошу. Причём очень ношенную и рваную. Наверное, кто-нибудь
бросил её, поскольку она разорвалась.
Вот Лёля нашла эту галошу и для потехи надела её на
палку. И ходит по саду, машет этой палкой над головой.
Вдруг по улице идёт тряпичник. И кричит: „Покупаю бу-
тылки, банки и всё, что вы мне продадите!11
И этот тряпичник, увидев, что Лёля держит на палке галошу,
говорит Лёле:
— Эй, девочка, продаёшь галошу?
Лёля подумала, что это такая игра, и отвечает тряпичнику:
— Да, продаю. Сто рублей стоит эта галоша.
Тряпичник засмеялся и говорит:
— Нет, сто рублей—это чересчур дорого за эту галошу.
А вот если хочешь, девочка, я тебе дам за неё две копейки,
и мы с тобой расстанемся друзьями.
И с этими словами тряпичник вытащил из кармана кошелёк,
дал Лёле две копейки и сунул нашу рваную галошу в свой
мешок.
Мы с Лёлей поняли, что это не игра, а на самом дедет~
И очень удивились.	Z
Тряпичник уже давно ушёл, а мы стоим и глядим на нашу
монету.
Вдруг по улице едет мороженщик и кричит:
— А вот продаю земляничное мороженое.
Мы с Лёлей подбежали к мороженщику, купили у него два
шарика по копейке, моментально их съели и стали жалеть, что
так дёшево продали галошу.
На другой день Лёля мне говорит:
— Минька, сегодня я решила продать тряпичнику ещё одну
какую-нибудь галошу.
Я обрадовался и говорю:
— Лёля, разве ты опять нашла в кустах галошу?
Лёля говорит:
— В кустах больше ничего нет. Но у нас в прихожей,
под вешалкой, стоит, наверное, я так думаю, не меньше пят-
надцати галош. Если мы одну продадим, то нам от этого худо
не будет.
И с этими словами Лёля побежала на дачу и вскоре по-
явилась с саду с одной довольно хорошей и почти новенькой
галошей.
Лёля сказала:
— Если тряпичник купил у нас за две копейки такую рвань,
какую мы ему продали в прошлый раз, то за эту почти что
новенькую галошу он, наверное, даст не менее рубля. Вообра-
жаю, сколько мороженого можно будет купить на эти деньги.
Мы целый час ждали появления тряпичника, и когда мы,
наконец, его увидели, Лёля мне сказала:
— Минька, на этот раз ты продавай галошу. Ты мужчина
и ты с тряпичником разговаривай. А то он мне опять две ко-
пейки даст. А это нам с тобой чересчур мало.
Я надел на палку галошу и стал махать палкой над головой.
Тряпичник подошёл к саду и спросил:
— Что, опять продаётся галоша?
Я прошептал чуть слышно:
— Продаётся.
Тряпичник, осмотрев галошу, сказал:
— Какая жалость, дети, что вы мне всё по одной галоше
продаёте. За эту галошу я вам дам пятачок. А если бы вы
продали мне сразу две галоши, то получили бы двадцать, а то
и тридцать копеек. Поскольку две галоши сразу более нужны
людям. И от этого они подскакивают в цене.
Лёля мне сказала:
— Минька, побеги на дачу и принеси из прихожей ещё
одну галошу.
Я побежал домой и вскоре принёс какую-то галошу очень-
больших размеров.
Тряпичник поставил на траву эти две галоши рядом и,
грустно вздохнув, сказал:
— Нет, дети, вы меня окончательно расстраиваете своей
2
торговлей. Одна галоша дамская, другая с мужской ноги. Рас-
судите сами — на что мне такие галоши? Я вам хотел за одну
галошу дать пятачок, но, сложив вместе две галоши, вижу, что
этого не будет, поскольку дело ухудшилось от сложения. Полу-
чите за две галоши четыре копейки, и мы расстанемся друзьями.
Лёля хотела побежать домой, чтоб принести ещё что-нибудь
из галош, но в этот момент где-то раздался мамин голос. Это
мама нас звала домой, так как с нами хотели попрощаться
мамины гости.
Тряпичник, видя нашу растерянность, сказал:
— Итак, друзья, за две эти галоши вы могли бьГполучить
четыре копейки, но вместо этого получите три копейки, по-
скольку одну нолейку я вычитаю за. то, что понапрасну трачу
время на пустой разговор с детьми.
Тряпичник дал Лёле три монетки по копейке и, спрятав
галоши в мешок, ушёл своей дорогой.
Мы с Лёлей моментально побежали домой и стали про-
щаться с мамиными гостями —с тётей Олей и дядей Колей,
которые уже одевались в прихожей.
Вдруг тётя Оля сказала:
— Что за странность? Одна моя галоша тут, под вешалкой,
а второй почему-то нету.
Мы с Лёлей побледнели. И стояли не двигаясь.
Тётя Оля сказала:
— Я великолепно помню, что я пришла в двух галошах.
А тут сейчас только одна, а где вторая —неизвестно.
Дядя Коля, который тоже искал свои галоши, сказал:
— Что за чепуха в решете? Я тоже отлично помню, что
пришёл в двух галошах, тем не менее второй моей галоши
тоже нету.
Услышав эти слова, Лёля от волнения разжала кулак, в ко-
тором у неё находились деньги, и три монетки по копейке
со звоном упали на пол.
Папа, который тоже провожал гостей, спросил:
— Лёля, откуда у тебя эти деньги?
Лёля начала что-то врать, но папа сказал:
— Что может быть хуже вранья?
Тогда Лёля заплакала. И я тоже заплакал. И мы сказали:
— Мы продали тряпичнику две галоши, чтобы купить мо-
роженое.
Папа сказал:
— Хуже вранья — это то, что вы сделали.
Услышав, что галоши проданы тряпичнику, тётя Оля поблед-
нела и зашаталась. И дядя Коля тоже зашатался и схватился
рукой за сердце. Но папа им сказал:
— Не волнуйтесь, тётя Оля и дядя Коля, я знаю, как нам
надо поступить, чтобы вы не остались без галош. Я возьму все
Лёлины и Минькины игрушки, продам их тряпичнику и на вы-
рученные деньги мы приобретём вам новые галоши.
4
Мы с Лёлей' заревели, услышав этот разговор. Но папа
сказал:
— Это ещё не всё. В течение двух лет я запрещаю Лёле
и Миньке кушать мороженое. И спустя два года они могут его
кушать, но всякий раз, кушая мороженое, пусть они вспоми-
нают эту печальную историю и всякий раз пусть они думают,
заслужили ли они это сладкое.
В тот же день папа собрал все наши игрушки, позвал тря-
пичника и продал ему всё, что мы имели. И на полученные
деньги наш отец купил галоши тёте Оле и дяде Коле.
И вот, дети, с тех пор прошло много лет.
Первые два года мы с Лёлей, действительно, ни разу не ели
мороженого. А потом стали его есть и всякий раз, кушая, не-
вольно вспоминали о том, что было с нами.
И даже теперь, дети, когда я стал совсем взрослый и даже
немножко старый, даже и теперь иной раз, кушая мороженое,
я ощущаю в горле какое-то сжатие и какую-то неловкость.
И при этом всякий раз, по детской своей привычке, думаю:
„Заслужил ли я это сладкое, не соврал ли я и не надул ли
кого-нибудь".
Сейчас, дети, очень многие люди кушают мороженое, по-
тому что у нас имеются целые огромные фабрики, в которых
изготовляют это приятное блюдо.
Тысячи людей и даже миллионы кушают мороженое, и я бы,
дети, очень хотел, чтобы все люди, кушая мороженое, думали
о том, о чём я думаю, когда ем это сладкое.
КОРА
По реке плывет кораблик,
Он плывет издалека.
На кораблике четыре
Очень храбрых моряка.
Б Л И К
У них ушки на макушке,
У них длинные хвосты
И страшны им только кошки,
Только кошки да коты!
Даниил Харис
ГЛЕБ ГРАНАТОМЁТЧИК
Рисунки В. Лебедева
(из книжки С. Маршака
и В. Лебедева „Азбука**)
СОНЯ
САНИТАРКА
Рисунки Г. Шевякова
В лесу шел бой.
Недалеко от лесной опушки лежал в поле красноармеец. Его
тяжело ранила вражеская пуля.
Красноармеец истекал кровью, а помощь все не приходила.
Никто^никто не знал, где он находится.
Поднялся ветер. Снег быстро заносил раненого. Он замерзал.
И вдруг, как будто сквозь сон, раненый услышал, что кто-то
тяжело дышит рядом с ним. С трудом он открыл глаза. В двух ша-
гах стояла большая мохнатая овчарка. На ошейнике у нее висела
какая-то деревянная палочка.
Раненый обрадовался. Теперь он не один!
— Пёсик! Сюда, сюда! — позвал он собаку.
Овчарка дружелюбно вильнула хвостом. Потом она схватила
в зубы палочку, висевшую на ошейнике, повернулась и убежала.
— Эх! Ушла... — вздохнул раненый и закрыл глаза.
Но собака вернулась. И не одна! Она привела с собою двух
людей с санями. Это были военные санитары. Они и послали овчарку
искать в поле раненых.
Пёс, как к старому знакомому, бросился к красноармейцу. Лиз-
нул его в лицо.
Тогда красноармеец погладил овчарку и сказал:
— У меня в сумке лежит шоколад. Отдайте его собаке. Она нашла
меня и спасла мне жизнь.
Санитары перевязали раненого и отвезли его в лазарет. Теперь
он совсем здоров.
Как же узнали санитары, что овчарка нашла раненого? Очень
просто. По палочке. Раз собака вернулась из обхода с палочкой
в зубах — значит она кого-то нашла. Так уж она научена.
Где же собака научилась?
8
Есть в Ленинграде удивительная школа. Ученики этой школы
читать и писать не умеют, книжек и тетрадок у них нет.
Эти ученики — самые обыкновенные собаки: лайки, эрдели,
овчарки.
Целых три месяца подряд учителя-дрессировщики учат их, как
нужно разыскивать во время боя раненых.
Называются такие собаки санитарными. Они не боятся выстрелов,
и чужой человек их не сманит с пути.
Берут в санитары не всяких собак, а только добрых и ласковых.
Злюка, кусака может испугать и обидеть раненого.
Мохнатые санитары спасают немало людей на войне.
Вот какому славному делу учат их в школе!
Овчарка, которая нашла в снежном поле раненого красноармейца,
тоже кончила такую школу.
Е. Боронина
9
ш
Это ребята одного детского сада собрались плыть на пароходике. Разгляди хоро-
шенько картинку и скажи:
1. Скольку взрослых? 2. Где Анна Петровна, руководительница младшей группы?
3. Чья шляпа упала в речку? 4. Сколько удочек взяли ребята? 5. Кто боится? 6. Кто рас-
сматривает спасательный круг? 7. Сколько ребят играет в моряков? 8. Где мячик? 9. Кто
хочет украсть сосиску? 10. Какие украшения на воздушном змее? 11. Где капитан?
12. Кто собирается ловить бабочек? 13. Где молоко? 14. Кто обижает девочку с бантом?
19. Открыта ли касса?
НА	ОСТРОВОК
А здесь эти же самые ребята. Они высадились на островке и будут здесь до ве-
чера. Рассмотри эту картинку и скажи:
1. Что делает девочка, у которой шляпа упала в речку? 2. Чья сумка висит на де-
реве? 3. Кто привез зонтик? 4. Что делает Анна Петровна? 5. Чей флажок взял малыш,
который стоит на коленках? 6. Где был при посадке малыш, который размахивает
ложной? 7. Почему у одного из мальчиков перевязана нога? 8. Где ребята, игравшие
в моряков? 9. Кто нашел ежа? 10. Кто хотел ловить бабочек, а вместо этого сам попался?
11. Сколько ведер? 12. Кто их привез? 13. Что делает шалун? 14. Какая неприятность
случилась с той девочкой, которую обижал .шалун? 15. Что делает девочка в матроске?
16. Где сосиски?

С пь ЬС UL Ц и И,
Рис. А. Якобсон
Петя сосет соску. Маша его дразнит:
— Соскин! Пустышкин!
А Петя, дурачок, не понимает, смеется.
Вот один раз Петя заснул на Машиной кровати.
Пора Машу укладывать. А Петя все спит. А будить
его жалко. Мама сказала:
— Маша, ложись на Петину кровать!
— Не хочу на Пе-
тину!
Все-таки она легла,
потому что кровати
одинаковые.
Вот все спят.
Ночью Петя про-
снулся, запищал:
— Аааааа! Вааааа!
Мама встала. Сон-
ная подошла к Пе-
тиной кровати. По
привычке сунула ре-
бенку соску. И сра-
зу опять заснула.
А бедный Пуотышкин по-
хныкал и тоже заснул.
Утром просыпаемся, а Маша
лежит с соской во рту. Мы
давай смеяться. А Маша оби-
делась:
— Мне уже пятый год, а
меня сосками пичкают!
И выбросила соску за окно.
С тех пор мы и Пете пере-
стали ее давать. И больше
не называем его Пустышкин,
а просто Петя. Или — Петр
Яковлевич...
Я. Тайн
Новый доктор,
Говорят,
К нам приедет в детский' сад!
Новый доктор Авербах,
Очень строгий
И в очках,—
Он приедет,
Он приедет,
Он войдет и вскрикнет:
— Ах!
Это что же, в самом деле!
Простудиться захотели?
Ой, какие сквозняки!
Ой, закройте дверь в прихожей!
И окно закройте тоже!
Покажите языки...—
И в постели нас уложит,
И пропишет порошки.
Новый доктор Авербах,
Очень строгий
И в очках,—
Он приехал,
Он приехал,
Он вошел и крикнул:
— Эй,
Окна настежь,
Двери настежь
Открывайте поскорей!
А теперь
За мной — айда!
Вперегонки до пруда! —
Вперегонки!
Только ноги
Замелькали в лопухах...
И совсем-то он не строгий,
Новый доктор Авербах!
Он пускать умеет змея!
Он „Каховку" может спеть!..
Мы теперь не заболеем,—
Прямо некогда болеть!
Мы теперь ныряем сами,
Загораем голышами,
Ловим бабочек сачками
На зеленых на лугах,
Мы под солнышком горячим
Целый день поем и скачем,
И поет и скачет с нами
Новый доктор Авербах!
ДЖЕК И ВОЛШЕБНЫЕ БОБЫ
Английская народная сказка
У одной бедной женщины был сын,по имени Джек.
Однажды мать сказала Джеку:
— У нас нет денег на еду. Отведи нашу овцу на
рынок и продай ее.
Джек взял овцу и повел. По дороге он встретил
мясника.
— Продай мне свою овечку, мальчик, — сказал
мясник,—я тебе дам за нее полную пригоршню раз-
ноцветных бобов.
Джек обрадовался, что не надо итти на рынок, и
отдал овечку за пригоршню разноцветных бобов.
Когда мать увидела бобы, она страшно рассердилась.
— Ах ты, глупый мальчишка, теперь нам нечего
есть. Из этих твердых бобов даже нельзя сварить суп.
И она вышвырнула бобы в окно. Джек заплакал
и лег спать голодный. Рано утром Джек проснулся и
увидел, что у него под окном растет высокий-превы-
сокий куст. Он побежал в садик. Оказывается, бобы
упали в мягкую землю, пустили корешки и за одну
ночь выросли до самых облаков. Вьющиеся стебли
бобов так переплелись, что вышла настоящая лестница.
Не долго думая, Джек стал карабкаться по этой лест-
15
нице. Он лез да лез, пока не добрался до огромной
тучи. Спрыгнул Джек на тучу и увидел там боль-
шущий дом. Джек подошел к двери и постучал.
— Кто там? —спросил чей-то испуганный голос.
— Это я, — ответил Джек.
Дверь отворилась, и оттуда выглянула маленькая
седая старушка. Она испуганно замахала на Джека
руками:
— Зачем ты сюда пришел? Разве ты не знаешь,
что тут живет страшный великан? Он тебя съест.
В это время раздались громкие, как гром, шаги.
— Ох, сюда идет великан,—прошептала старуш-
ка.—Иди скорее, я тебя спрячу.
И она спрятала Джека в шкаф. Из-за соседней
тучи вышел страшный великан. Он вошел в дом и
заорал громким, как гром, голосом:
— Нянька! Дай поесть!
Старенькая няня дала ему съесть жареное облако
й миску дождя.
— Нянька! Отчего тут пахнет человечьим духом?
— Что ты, что ты,— сказала няня,—тут нет
никаких людей. Возьми поиграй со своей курочкой.
Она посадила перед ним на стол волшебную
курочку. Все перышки у нее были разноцветные —
и синие, и желтые, и розовые, и темно-красные.
— Снеси, курочка, золотое яичко,—сказал великан.
И курочка снесла золотое яичко.
— Теперь снеси серебряное.
И курочка снесла серебряное яичко.
Потом великан сказал грубым голосом:
— Ну, нянька, снимай с меня сапоги,—я спать хочу.
Няня сняла с него сапоги, он повалился на
кровать и захрапел. Тогда Джек тихонько вылез из
шкафа, подошел на цыпочках к столу, схватил волшеб-
ную курочку и убежал.
Только он подбежал к бобовой лестнице и стал
спускаться, как курочка закудахтала изо всех сил:
16
— Куд-кудах! Куд-кудах! Я у Джека на руках!
Великан проснулся и побежал к лестнице. Видит:
Джек спускается вниз, а на руках у него курочка.
Великан закричал громче самого сильного грома:
— Вот я тебя съем!
И стал спускаться за Джеком.
Только Джек первый на землю спрыгнул. Выхватил
он из кармана свой перочинный ножик и давай под-
резать бобовые стебли. Лестница рухнула, великан сва-
лился прямо на камни и разбился на кусочки. А Джек
побежал домой и отнес матери волшебную курочку.
— Теперь мы хорошо заживем, — сказал Джек.—
Видишь, как пригодились мои разноцветные бобы.
Перевела и обработала Р. Райт

Прощайте, троллейбус,
Такси и трамвай,
И толстый автобус,
Надолго прощай.
Мы в кассе билеты
Купили сейчас,
На целое лето
Уедем от вас.
Мы скоро увидим
Густые леса
И птичьи услышим
В лесах голоса.
И каждая птичка
Нам песню споет,
Но песенку эту
Не каждый поймет.
Мы поле увидим,
И речку, и сад,
И в хлев побежим
Покормить поросят.
Мы станем с козленком
В пятнашки играть,
Мы станем теленка
В тетрадь рисовать.
И рыбу на речке
Мы будем уднть,
И будет петух
Нас утрами будить.
Прощай, моя улица,
Город, прощай!
Прощайте, троллейбус,
Такси и трамвай.
А. Введенский
КАК Я БАБОЧКУ ПОЙМАЛА
Я бежала по саду с сеткой в руке и ловила
бабочек.
Красивые бабочки. Только вот подбегу, а они
улетают.
Тогда я решила их обмануть. Я стала на цыпоч-
ках бегать по саду и тихонько руками махать, как
крыльями.
Белая бабочка подумала, что я тоже бабочка, и
осталась сидеть на листке.
А я быстро прикрыла ее своей сеткой. Только
домой не взяла. Отпустила на волю.
Не хочу быть обманщицей.
С. Георгиевская
19
Рисунок А. Якобсон
Водичка, водичка,
Умой мое личико,
Чтобы глазоньки блестели,
Чтобы щечки краснели,
Чтоб смеялся роток,
Чтоб кусался зубок.
Ц 1940 г.
Акт
КАК ИХ
ЗОВУТ?
Рисунон В. Нонашевича
Эти дети — мои племянники. А я — их тетка. Я приезжаю к ним на
праздники и привожу им подарки.
Перед тем как приехать, я всегда пишу им письмо и спрашиваю, что
привезти каждому. Написала я им перед Первым мая и получила от них
четыре записочки.
На одной была нарисована пушна. Из нее вылетал красный огонь
и черная бомба. И было написано: „Хочу ружье, кинжал, пушку и самолет.
Иду на войну". Другая записка закапана слезами. В ней написано: „Паро-
возик. Только они все равно отнимут. И поломают".
Третья записочка такая: „Много конфет и смешную книжку".
А четвертая —самая коротенькая. В ней стояло одно слово: „Птичку".
А от кого какая записка—неизвестно.
Но я сразу догадалась и привезла: ружье и пушку — Шуре, паро-
возик—Але, коробну шоколадных конфет и очень смешную книжку —
Вале, а Женичке — живую канарейку.
И все были довольны.
А теперь скажите — можете вы догадаться, кто из моих племянников
Шура, кто Валя, кто Аля, а кто Женичка? Если можете —угадайте.
Май № В. 1940 г.
гел- 270-65.
Редколлегия: В. Бианки, А. Колесень, В. Лебедев, А. Пантелеев, А. Пахомов, Е. Чарушин, Е. Шварц.
Врио. отв. редактора Д. Чевычелов. Зав. худ. частью Б. Семенов.	Зав. редакцией 3. Паперная.
I-Лендетизлат № 5. Леиоблгорлнт M26I2.. 24-я лнтогр. ОГИЗа РСФСР тре
Тираж 100 000. Ст. ф. 80x102. Тип. ан. в 1 л. 88 288, п. л. 3. Слано в произво.
’ p- is «	~'П ИМ® - [F 28
Рис. Н. Радлова	ЖИВАЯ ЛЕСТНИЦА	А. Олицкий
Трава дымит, огонь горит,
А звери издеваются.
Сказал жираф:
„Платите штраф —
Курить не полагается".
чиж
Л 6. 1940. ДЕТИЗДАТ ЦК ВЛКСМ
Рисунок Н. Тырсы
Рисунок В. Лебедева
— Тарй-тара! Тарй-тара! —
Трубит на зорьке фанфара.
— Вставать пора, пора, nopal —
Трубит ребятам фанфара.
Ей помогает барабан:
— Вставайте, лежебоки!
Вставать nopal Вставать пора!
Вы все проспали сроки!
До коих по|э-р-р, до коих пор-р-р
Вы будете валяться?
Уж солнце вышло из-за гор-р-р
И время одеваться!..—
Тут выбегают на лужок
Ребята из палатки
И все становятся в кружок
Для утренней зарядки.
Рисунок Б. Смирнова
В. Дзалавв
ДУНЬКА
Рис. О. Верейского
Есть у нас в полку лошадь Дунька. Маленькая, серенькая,
мохнатенькая. Ласковая лошадь, смирная, только очень ленивая.
Не любит Дунька, когда на ней верхом сидят, а вот сено и овес
очень любит, да и поспать—тоже.
Раз Дунька ушибла ногу и захромала. Пришли красно-
армейцы, стали лошадей седлать. Оседлали и Дуньку, вывели
во двор и видят: хромает лошадь. Отвел ее красноармеец
к доктору. Забинтовал доктор Дуньке ногу и говорит:
— Поставь лошадь до завтра в конюшню.
Утром красноармеец оседлал Дуньку, а она еще прихра-
мывает. Опять забинтовали ей ногу и опять оставили в конюшне.
Запомнила Дунька, что когда она хромает, то не идет на работу.
И на другой день оседлал красноармеец Дуньку, а она
нарочно стала хромать, хотя нога у нее совсем перестала болеть.
Оставили лошадь в конюшне, а ей только того и надо.
Оседлали ее еще через день, —опять хромает. Опять ее
оставили. Стоит Дунька в конюшне, сено и овес ест, спит,
сколько ей хочется. Жирна стала; Наконец даже ленивой Дуньке
надоело стоять в конюшне. Ничего у нее не болит, побегать
хочется. Дергала, дергала она головой, пока не отвязалась.
Отвязалась, выбежала во двор и давай носиться, задрав хвост.
Кинулись красноармейцы ловить Дуньку. Ловят и удивляются:
куда вся ее хромота девалась? Проскачет лошадь через весь
двор, остановится и косит на людей глазом. Подпустит их близко-
близко, да как фыркнет, как брыкнет задними ногами и несется
в другой угол двора. Еле-еле ее поймали.
— Вот ты как бегать можешь! — сказал красноармеец и
оседлал Дуньку. А Дунька, как только ее оседлали, захромала,
на ногу не становится.
Пришел доктор, видит: красноармеец на больной лошади
ездит.
— Слезай, — говорит, — нельзя на хромой лошади ездить!
— Какая же она, товарищ доктор, хромая? Бегала целый
час, едва мы ее поймали, — говорит красноармеец.
— А ну, сними-ка с нее седло.
2
Слез красноармеец с лошади, расседлал ее. Знала Дунька,
что без седла на ней ездить не будут, а значит — и притворяться
ей нечего, и перестала хромать.
А как оседлали — опять хромает.
— Притворяется Дунька, — сказал доктор красноармейцу.—
Хитрая она, работать не хочет. Садись на нее и езди.
Похромала Дунька немного, да видит: не помогает ей это,
не ведут ее в конюшню —и перестала. С тех пор у нас в полку
Дуньку иначе и не зовут, как притворщица.
Как за нашим за двором
Пироги с творогом.
Кабы было е кем,
Разломил бы да съел.
Кабы был топорок,
Пересек бы поперек!

ЖИВОЙ НАЛИМ
Рисунки В. Кобелева
Один раз дядя Никита спросил у ребят:
— А кто из вас видел, как рыбу ловят?
Все закричали:
— Видели! Удочкой! Сетями!
Дядя Никита сказал:
— А я люблю руками рыбу ловить.
Ребята засмеялись:
— Дядя Никита, как же руками? Рыба ведь склизкая.
И тут дядя Никита рассказал:
— Рыба, думаете, всегда в открытой воде плавает? Нет, ребята,
иная рыба любит забраться в нору, как зверюшка: под камни, под
корягу. Залезет туда й лежит, точно вы ночью в постели. Вот, к при-
меру, налим: он жирный, ленивый, его часто из норы руками можно
вытащить. Надо только пальцами за жабры наловчиться, да еще па-
лец в рот ему сунуть: он беззубый.
А раз у меня вот какой случай был. Вижу —налим на дне
между камнями лежит. Большущий. Эх, думаю, жалость. Здесь его
руками не уцепишь: выскользнет. Делать нечего, вылез на берег.
Смотрю—из города приехала целая компания; на лужайке за кустами
разложили еду всякую, тарелки, ножи, вилки. Я подошел к ним
и говорю: „Одолжите, пожалуйста, вилочку на четверть часика, очень
нужно". Дали. Я с вилкой залез в воду опять и потихонечку подо-
брался к тому месту. Гляжу—лежит налим на прежнем месте, точно
спит.
Я р-раз его на вилку—и потащил. Нелегкое это было дело,
а все-таки вытащил на берег. Пошел на лужайку. Отдал вилку.
„Спасибо, — говорю.—Поймал вашей вилочкой налима". Они ну
смеяться. „Вот, — говорят, — враль. Как это вилкой налима поймать
можно?"
5
А я говорю: „У кого и жареная рыба на вилке не держится,
а у кого и живая крепко сидит. Вот, чего не знаете, друзья, о том
и судить не надо. Так-то".
И ушел.
А из налима я потом уху сварил. Жирная была.
Д. Пейсин
РЕБЯТА!
На страницах 9, 10, 11, 12 напечатан Димин журнал „Красная
Шапочка1*. Но прочесть его можно только в сложенном виде. Осто-
рожно отогните концы металлических скрепок и выньте два средних
листа. Концы скрепок загните обратно, чтобы „Чиж“ не рассыпался.
Теперь по пунктиру согните оба листа пополам и еще раз пополам.
Возьмите иголку с ниткой, прошейте сложенные вчетверо
листы, обрежьте аккуратно поля и получите готовый журнал
„Красная Шапочка*'.
КРЕЙСЕР „КИРОВ1
А. Антрушин	Рисунок В. Тамби
Границы Советского Союза хорошо защищены и с сущи и с
моря. На наших морях плавают подводные лодки, миноносцы, крей-
серы, линкоры и много других грозных боевых кораблей.
Вот на картинке наш новый крейсер „Киров". Это очень силь-
ный, быстроходный корабль. Машины у него мощные. В море он
идет быстро, как курьерский поезд. Ему не страшны никакие волны.
Нос у него острый, высокий. Такой нос легко режет волну и отбра-
сывает ее в стороны. Пушки у „Кирова" стреляют далеко —на не-
сколько десятков километров. За одну минуту из каждой пушки
можно сделать много выстрелов подряд.
Передняя мачта у крейсера —это высокая стальная башня с мос-
тиками в несколько этажей. С этих мостиков управляют машинами
и пушками. На верхушке башни стоит огромный бинокль,— пожалуй,
не меньше трамвайного вагона. Он называется дальномер. Через
дальномер можно точно увидеть, сколько километров до врага. Борта
у „Кирова" стальные серые. В них блестят круглые стекла. Это
иллюминаторы — окна кают. В каютах очень удобно живет команда
„Кирова"—наши смелые краснофлотцы.

Дорогие ребята! Посмотрите хорошенько яа эту картинку и помогите мне. Я с ней за-
мучился. Видите — мать е дочкой только что ушли из дому, — воя они еще в окно видны.
А в это время у них в квартире что ироисходит! Собака Динка напялила на себя мамину
•сноп чхкпо ин вУхоя ‘цояьоГ а вявж чхвгэ¥
хЛГ<9 чбэпех охь ‘хнхйэахэь-я ‘и {ndaae ин
хвхэахо охь "хичхебх-д {вяьоаэг хожено охь
‘xndoxs-og {вини хэягеаэ охь ‘xnaden-oa :чхвв
•е£ вэхэьох чиэьо анк у •оавие эн oxndn в ii3't
•£д bVjox охь и 'Boxendee эвьрээ я ииевхвк я
oxroI'BH эн вишХ вио ‘хинине ‘ХяжХэ si-ива вк
-ни охь ‘Ажиа
в в ‘xetfHdn odoao эн вирвеох
охь ‘хэвиГГ виц -яоУибопээд вгиобхэХ н ия
-ьохиэг вГожоя охонииви ан яовмгя вгиШвхпп
иэвьинбоео вх и ‘ваиэйвивя эяге)? {Hoxnesdn
жвя охе яви
-вр вк XMSlixH ВИНЧИ
;пНивх хогааэхве к эзквгвг
иоэон ипиво Чои эав
£ у •ояокож xassnnasd и
рОЯХЭфГВЭ ронияьои
-»Ч чэвшевяоп ‘яиьчгХхэ няяьоя
"эг ВН 4asv33‘f BxdXj( •BBHtBdBH
ИЖ чнэьо вно охь ‘хэвжЛГ в ‘хээиА эн
огвн мва иэчхэУо TsoirBMdae tfeden
вэхихйэа н хвгвх и Хпввш «Хвои
видите на обложке мой портрет?
Я дед Аким. Мне девяносто лет. Не зря
я все утро бродил в лесу.
Вот поглядите: лукошко с грибами несу.
А знаете, ребятишки? Грпбов в нем
столько, сколько в этой книжке.
Ну, давайте грибы на страничках искать.
Только, чур, мухоморов не считать. Гля-
дите же — хорошенько ищите. Сосчи-
таете—мне напишите.
Смотри, что делается! Зайцы прыгают
и веселятся и не видят, какая с ними сей-
час беда приключится. Ведь волк хочет их
съесть! Скорее, скорее, спрячь зайцев от
волка. Прикрой каждого одним пальчиком —
и волк их не увидит. Закрыл? Ну, вот хо-
рошо. Хорошо, да не очень. Зайцам надоест
сидеть в темноте — им ведь погулять хо-
чется. Так что ж, у тебя ведь есть еще
большой палец — закрой им волка, держи
крепко. Закрыл? Ну, теперь выпускай зай-
цев по одному. Выпустил? Ну, вот хорошо.
Хорошо, да не очень. А что же ты сам бу-
дешь делать? Не можешь же ты все время
держать волка пальцем — у тебя, наверно,
есть свои дела. А как быть! Выпустишь
волка — надо зайцев прятать. Выпустишь
зайцев — волка держи. Не знаю, как тебе
помочь. Может, ты сам придумаешь, как
устроить, чтобы ты мог отойти от книжки,
а волк бы зайцев не съел. А может — мама
придумает? Надо что-нибудь сделать. Вот
положение!
Художники: Васнецов, Глебова, Конашавич,
1явх эн ‘аэн ‘aiMiaodu ‘х
•яви 'oivAg яви ‘охэ чхвв
‘циячнэевн чнэьо ‘чнаь
‘уиячнэвв ЯЭНО1Э8П эо
НЕБЫЛИЦА
добнтся уйти на дому! Я спрашивал об этом
художника, который нарисовал эту исто-
рию, а он рассердился и сказал, что это
всякому понятно и что мне каждый ребенок
объяснит.
Ребята, пожалуйста, пришлите мме четыре
ответа па мои четыре вопроса. Мне очень
интересно.
А я вам напишу.
Пишите в редакцию „Чижа* Диме, а возле
моего имени на конверте ставьте цифру 4.
Это будет наш знак. Я буду по
нему узнавать ваши письма и чм-
Qp. тать их раньше всех. Ответьте
скорее! Привет.
Ваш Дама.
г
•3HW 31O9Vd S HJOWOU R1
•aHVdia uoHhOHHxdvx a ‘x<u в
Рисунки В. Лебедева
(Из книжки С. Маршака
и В. Лебедева „Азбука")
МИША МАШИНИСТ
Рис. Н. Петровой
— Миша, гулять пойдешь?—спрашивает мама.
— Я — как Маша.
— А Ия, Маша?
— А я —как папа.
И так всегда. „Ладно,— думает мама, —я вас проучу“.
Стала мама мороженое готовить. Услыхал папа шум, при-
бежал маме помогать. Ну, а Маша—как папа, ну, а Миша —
как Маша.
Приготовили мороженое, поставили на стол тарелки.
— Тебе, Миша, сколько?
— Мне —как Маше.
— А тебе.Маша?
— А мне — как папе.
А папа отодвинул свою тарелку и говорит:
— Мне совсем не надо, я мороженого не люблю. г
Так бы и остались Маша с Мишей без мороженого,'да мама
их пожалела.
ПЕТУШОК
У Кирюши петушок
Петь умеет хорошо.
Ну и как?
А вот так:
„Ки-рюш-ка!“
Он с Кирюшиной ладошки
Ест и зернышки и крошки,
Он немножко поклюет
И „спасибо11 запоет.
Ну и как?
А вот так:
„Ки-рюш-ка!“
Убежит Кирюша в сад,
Петушок зовет назад.
Ну и как?
А вот так:
„Ки-рюш-ка!“
Е. Ровинская.
15
ЖИХАРЬКА И БАБА-ЯГА
Русская сказка
Жили в избушке на лесной опушке кот, воробей
да Жихарька, маленький такой человечек. Кот и во-
робей на охоту ходили, дрова рубили, а Жихарька дома
сидел, хозяйничал.
Вот раз ушли кот с воробьем в лес. Жихарька щи
сварил, прибрался да давай на столе ложки расклады-
вать:
— Эта ложка—котова, эта—Воробьева, а эта—моя,
никому не отдам.
А ложечка у Жихарьки наславу: резная, точеная,
расписная, золоченая. Любуется Жихарька ложкой, то
так, то этак повернет. Вдруг на крыльце как затопает
кто-то. Жихарька со страху на печку да за трубу, а
ложки обронил. А это Баба-Яга пришла со ступой,
с помелом. Давно ей охота была Жихаръку съесть.
— Эй, кто в доме? Отзовись!
А Жихарька сидит за трубой, молчит.
Тут Баба-Яга давай ложки «читать:
— Это котова, это Воробьева, а это чья ж такая
точеная, расписная? Уж не моя ли?
Не вытерпел Жихарька, как закричит с печки:
— Не тронь, Баба-Яга, мою ложку!
— Ага, вот ты где!—Схватила Баба-Яга Жихарьку,
села в ступу и полетела. Летит, пестом погоняет, по-
мелом следы заметает. Заплакал Жихарька, закричал:
— Кот, беги! Воробей, лети!
Да где там! Не догнать им.
Летит ступа по-над кочками, по-над дорожками,
по-над лесными полянами. Прилетела в дремучий
лес. Стоит там избушка на курьих ножках—Бабы-Яги
дом. Посадила Яга Жихарьку на сковородку, сама
стала печку топить. Вот разгорелась жарко печь, Яга
скорей сковороду на лопату да в огонь. А Жихарька
растопырился, во все стороны раскинулся—никак в
16
печку не лезет.
— Неладно лежишь!—кричит Баба-Яга.
— А как?—говорит Жихарька. —Не знаю я.
— Ну-ка, погоди, я тебе покажу.
Прыгнула Баба-Яга на сковороду, свернулась кала-
чиком, легла, как на ладони.
17
— Вот как лежать надо!
А Жихарька не будь прост, ухватился за лопату
да как толкнет сковороду в огонь — сгорела Баба-Яга
в печке. Так ей, старой, и надо!
Жихарька поскорей вон из избы да по кочкам, по
дорожкам, по лесным полянам и прибежал домой. Уж
как кот и воробей обрадовались! На радостях напекли
блинов, наварили меду, устроили пир на весь мир.
И я на том пиру был, мед-пиво пил, по усам текло,
ЗАГАДКИ
Два брюшка, четыре ушка.
Сижу верхом, не знаю на ком,
Знакомого встречу — вскочу и привечу.
В середке баня, в носу решето, на
голове пуговица, одна рука, да и та
на спине.
18
ЦЫПЛЯЧИЙ СТОРОЖ
Рисунок М. Кукса
Прошлым летом в нашей деревне
ястреба ни одного цыпленка не унесли.
Вот это почему.
Еще зимой охотник наш Сысой Сы-
соич подстрелил филина - пугача. Вся
деревня ходила глядеть на лесное стра-
шилище. Ростом пугач с ведерный само-
вар, уши торчком, глаза< как два начи-
щенные пятака, клюв, когтищи — страшные.
Вот летом, когда вывели клушки цы-
плят, колхозники и попросили Сысой
Сысоича:
— Ты посади пугача посреди деревни
вместо пугала. Его, поди, всякий ястреб
испугается, не станет летать за нашими
цыплятками.
— Ладно, посажу, — говорит Сысой
Сысоич. — Только не облетать деревню
станут ястреба, а наоборот: все к нам
будут. А уж тут-то я с ними догово-
рюсь, чтобы они цыплят не трогали.
И вышло по его словам.
Только посадили пугача на крышу,
всех птиц, какие были вокруг, к нему
потянуло, как бабочек на огонь. Скворцы,
сороки, вороны — все собрались сюда.
Крик, шум, писк. Налетают на пугача, вот-
вот щипнут—да разом в сторону. Пугач
злится, бороду оттопырил, весь расщепе-
рился, клювом щелкает.
И ястреб какой мимо деревни поле-
тит, сейчас к пугачу сворачивает и ну
кружить над ним, налетать на него.
Тут уж Сысой Сысоич не зевает: бьет
ястреба из ружья. Так всех ястребов под-
манил и перестрелял.
В. Бианни

Жил на свете старичок
Маленького роста
И смеялся старичок
Чрезвычайно просто:
„Ха-ха-ха
Да хе-хе-хе,
Хи-хи-хи
Да бух-бух!
Бу-бу-бу
Да бе-бе-бе,
Динь-динь-динь
Да трюх-трюх>“
Раз, увидя паука,
Страшно испугался,
Но, схватившись за бока,
Громко рассмеялся:
„Хи-хи-хи
Да ха-ха-ха,
Хо-хо-хо
Да гуль-гуль!
Ги-ги-ги
Да га-га-га,
Го-го-го
Да буль-буль!
А увидя стрекозу,
Страшно рассердился,
Но от смеха на траву
Так и повалился.
„Гы-гы-гы
Да гу-гу-гу,
Го-го-го
Да бах-бах!
Ой, ребята,
Не moiw!
Ой, ребята,
Ах, ах!“
Даниил Хармо
Рисунок Б. Симином
ГДЕ МОИ ЩЕНОЧЕК?
Рисунок В. Курдова
Эти собаки часто играют со своими щенками. Самая любимая
игра у них такая: щенки остаются, а собаки уходят подальше и от-
туда все разом кричат: „Где мой щеночек?” Бульдог по-бульдожьи,
пудель по-пуделиному, такса по-таксиному. Но у всех выходит почти
одинаково: „Гау-гау-гав!”
И тогда щенки бегут со всех ног каждый к своей маме. И сме-
ху же бывает, и лаю, и визгу, когда щенок по глупости примчится
не к своей маме! Ему тогда полагается трепка.
Вот на картинке большие собаки как раз идут прятаться. Скоро
щенкам бежать. Знаешь что? Давай поможем щенятам, скажем каж-
дому, куда пошла его мама. Только, пожалуйста, сначала хорошенько
посмотри, какой щенок на какую собаку похож. А то еще непра-
вильно скажешь, и из-за тебя щенку будет трепка.
Июнь No в. 1940 г.	Ленинград, ул. Лассаля, 5, тел. 270-65.
Редколлегия: В. Бианки, А. Колесень. В. Лебедев, А. Пантелееа, А. Пахомов, Е. Чарушин, Е. Шварц.
Врио. ота. редактора Д. Чеэычелов. Зав. худ. частью Б. Семенов.	Зев. редакцией 3. Паперная.
Д-а-Леилепмат М в. Леноблгорлит М . 24-а лптогр. ОГИЗа РСФСР треста .Полягоафннига'. ул. Мире. 3. Зехеа М «1
Тираж 100 000. Ст. ф. 80x102. Тип. ан. в I л. >8238. п. л. 3. Сдано в проиааоаство 28/IV 1М0 г. Поля, в печ. 1М0 г.
1 р. 15 к.
г
К О Т Ё Н
1. У котбнка нет обеда,
Кость он просит у соседа.
А сосед хрипит от злости:
„Нет тебе, мальчишка,кости!**
ОК-ЛЕВ
Рисунки Н. Муратова
4. Бросил в стружки, в старый хлам
И сказал: „Просохни там."
Кот от страха чуть не сдох,
Но барахтался и сох.
2. У котбнка нет обеда,
Просит корку у соседа.
А сосед попался злой.
Видишь — кот бежит стрелой.
В. Высох, вылез, осмелев...
Был котбнок, вышел —лев!
И бежит петух от зверя,
И дрожат петушьи перья.
3. Прыгнул, крикнул „караул!"
Чуть в ведре не утонул.
Но маляр, его жалея,
Быстро вытащил из клея.
6. Он идет к соседу в гости,
Он теперь не просит кости,
Он возьмет ее и сам.
Льву—не страшно. Страшно—псам!

ВСТРЕЧА В МОРЕ


M. Зощенко	Рис. Е. Косяковой
Когда мне было шесть лет, я не знал, что земля имеет форму
шара. Но Степка, хозяйский сын, у родителей которого мы жили
на даче, объяснил мне, что такое земля. Он сказал:
— Земля есть круг. И если пойти все прямо, то можно обогнуть
всю землю и все равно придешь в то самое место, откуда вышел.
А когда я не поверил, Степка ударил меня по затылку и сказал
мне и моей сестренке Леле:
— Завтра, когда ваши родители уедут в город, а моя мамаша
пойдет на речку стирать белье, мы отправимся в кругосветное путе-
шествие. Мы пойдем все прямо и прямо, пересекая горы и пустыни.
И будем итти напрямик до тех пор, пока не вернемся сюда обратно,
хотя бы на это у нас ушел целый год.
Леля спросила:
— Три рубля нам хватит на это путешествие? Я возьму их из
моей копилки.
Степа сказал:
— Три рубля нам, безусловно, хватит, потому что нам деньги
нужны только лишь на покупку семечек и конфет. Что касается еды,
то мы по дороге будем убивать разных мелких животных и их нежное
мясо будем жарить на костре.
Степка сбегал в сарай и принес оттуда мешок из-под муки.
И в этот мешок мы положили хлеб и сахар, потом положили разную
посуду—тарелки, стаканы, вилки и ножи. Потом, подумавши, поло-
жили волшебный фонарик, цветные карандаши, глиняный рукомойник
и увеличительное стекло для зажигания костров. И, кроме того, запи-
хали в мешок два одеяла и подушку от тахты.
Помимо этого, я приготовил три рогатки, удочку и сачок для
ловли тропических бабочек.
И на другой день, когда наши родители уехали в город, а
Степкина мать ушла на речку полоскать белье, мы покинули нашу
деревню Пески. Мы пошли по дороге через лес.
Впереди бежала Степкина собачка Тузик. За ней шел Степка с
громадным мешком на голове. За Степкой шла Леля со скакалкой.
И за Лелей с тремя рогатками, сачком и удочкой шел я.
Мы шли около часа.
Наконец Степа сказал:
— Мешок дьявольски тяжелый. И я один его не понесу. Пусть
каждый по очереди несет этот мешок.
Тогда Леля взяла этот мешок и понесла. Но она не долго несла его,
потому что выбилась из сил. Она бросила мешок на землю и сказала:
2
— Теперь пусть Минька понесет.
Когда на меня взвалили этот мешок, я ахнул от удивления, до
того этот мешок оказался тяжелым.
Но я еще больше удивился, когда зашагал с этим мешком по
дороге. Меня пригибало к земле, и я, как маятник, качался из
стороны в сторону. Пока, наконец, пройдя шагов десять, не свалился
с этим мешком в канаву.
Причем сначала упал в канаву мешок, а потом, вакурат на мешок,
упал и я. И хотя я был легкий, тем не менее я ухитрился раздавить
все стаканы, почти все тарелки и глиняный рукомойник.
Тогда Степка велел нам всем вместе нести этот мешок.
Ухватившись за углы, мы понесли мешок. Но нести было неудобно
и тяжело. Тем не менее мы шли еще два часа. И, наконец, вышли из
леса на лужайку.
3
Тут Степка решил сделать
привал. Он сказал:
— Всякий раз. когда мы
будем отдыхать или когда бу-
дем ложиться спать, я буду
протягивать ноги в том напра-
влении, в каком нам надо итти.
Все великие путешественники
так поступали и, благодаря это-
му, не сбивались со своего пря-
мого пути.
И Степка сел у дороги,
протянув вперед ноги. Мы раз-
вязали мешок и начали заку-
сывать. Мы ели хлеб, посыпан-
ный сахарным песком. Вдруг
над нами стали кружиться осы.
И одна из них, желая попро-
бовать мой сахар, ужалила ме-
ня в щеку. И от этого моя щека
вздулась, как пирог. И я захо-
тел вернуться домой. Но Степка
не позволил мне об этом ду--
мать. Он сказал:
— Каждого, кто захочет
вернуться домой, я привяжу
к дереву и оставлю на съеде-
ние муравьям.
Перед тем, как пойти даль-
ше, Степка выкинул из мешка
почти все, что там было, и мы
пошли налегке.
Я шел позади всех, скуля
и хныча. Моя щека горела и
ныла.
Леля тоже была не рада
путешествию. Она вздыхала и
мечтала о возвращении домой,
говоря, что дома тоже бывает
довольно хорошо. Мы продол-
жали итти в плохом настрое-
нии.
И только у Тузика на-
строение было ничего себе.
Задрав хвост, он гонялся за птицами и своим лаем вносил излишний
шум в наше путешествие. Наконец стало темнеть. Степка бросил ме-
шок на землю. И мы решили тут заночевать.
Мы собрали хворосту для костра. И Степка извлек из мешка
увеличительное стеклышко, чтоб разжечь костер.
Но не найдя на небе солнца, Степка приуныл. И мы тоже огор-
чились. И. покушав хлеба, легли в темноте.
Степка торжественно лег ногами вперед, говоря, что утром нам
будет ясно, в какую сторону итти.
Степка тотчас захрапел. И Тузик тоже засопел носом. Но мы с
Лелей долго не могли заснуть. Нас пугал темный лес и шум деревьев.
Сухую ветку под головой Леля вдруг приняла за змею и от ужаса
закричала. А упавшая шишка с дерева напугала меня до того, что
я подскочил на земле, как мячик. Наконец мы задремали.
Я проснулся оттого, что Леля теребила меня за плечи. Было
раннее утро. И солнце еще не взошло.
Леля шопотом сказала мне:
— Минька, пока Степка спит, давай повернем его ноги в обрат-
ную сторону. А то он заведет нас, куда Макар телят не гонял.
Мы посмотрели на Степку. Он спал с блаженной улыбкой.
Мы с Лелей ухватились за его ноги и в одно мгновенье повер-
нули их в обратную сторону, так что Степкина голова описала
полкруга. По от этого Степка не проснулся.
Он только застонал во сне и замахал руками.
Наверное, ему приснилось, что он берет в плен индейцев, а те
не хотят и сопротивляются.
Мы стали ждать, когда Степка проснется.
Он проснулся с первыми лучами солнца и, посмотрев на свои
ноги, сказал:
— Хороши бы мы были, если бы я лег ногами куда попало.
Вот мы бы и не знали, в какую сторону нам итти. А теперь, благо-
даря моим ногам, всем нам ясно, куда надо итти.
И Степка махнул рукой по направлению дороги, по которой мы
шли вчера.
Мы покушали хлеба, попили водички из канавы и двинулись
в путь. Дорога была знакома по вчерашнему путешествию. И Степка
то и дело раскрывал рот от удивления. Тем не менее, он сказал:
— Кругосветное путешествие тем и отличается от других путе-
шествий, что все повторяется, так как земля есть круг.
Позади раздался скрип колес. Это какой-то дяденька ехал в
пустой телеге. Степка сказал:
— Для быстроты путешествия и чтоб скорей обогнуть землю, не
худо бы нам сесть в эту телегу.
Мы стали проситься, чтоб нас подвезли. Добродушный дяденька
остановил телегу и позволил нам в нее сесть.
Мы быстро покатили. И ехали не больше двух часов.
Вдруг впереди показалась наша деревня Пески.
5
Степка, раскрыв рот от изумленья, сказал:
— Неужели же мы обогнули землю?
Леля фыркнула, и я тоже засмеялся.
Телега подъехала к пристани. И тут мы увидели наших роди-
телей— они только что сошли с парохода.
И рядом с ними мы увидели нашу няньку, которая с плачем
что-то им говорила. Мы подбежали к родителям.
И родители засмеялись от радости, что увидели нас. Нянька
сказала:
— Ах, дети, я думала, что вы вчера потонули.
Леля сказала:
— Если бы мы вчера потонули, то мы бы не могли отправиться в
кругосветное путешествие.
Мама воскликнула:
— Ах, у меня дурацкие дети. Итти в кругосветное путешествие,
не зная географии и таблицы умножения, — ну что это такое?
Папа сказал:
— Мало знать географию и таблицу умножения. Чтоб итти в
кругосветное путешествие, надо иметь высшее образование в размере
пяти курсов. Надо знать все, что там преподают. А те, которые
пускаются в дальний путь без этих знаний, приходят к печальным
результатам.
С этими словами мы пришли домой. И сели обедать. И наши
родители смеялись и ахали, слушая наши рассказы о вчерашнем
приключении. Папа сказал:
— Все хорошо, что хорошо кончается.
И не наказал нас за наше кругосветное путешествие и за то,
что мы потеряли подушку от тахты.
Что касается Степки, то его собственная мамаша заперла его в
бане, и там наш великий путешественник просидел целый день вме-
сте со своей собакой Тузиком.
А на другой день мамаша его выпустила. И мы с ним стали
играть, как ни в чем не бывало.
Встану рано
И поеду
К другу милому,
К соседу.
— Полно спать,
Вставай, сосед,
Доставай
Велосипед.
До скамейки
По аллее
Мы помчимея, —
Кто скорее.
о всдоекгава °
У скамейки
Отдохнем
И обратно
Повернем.
Мы поедем
Вдоль забора
До угла,
До светофора.
„Ну-ка.—скажем,—
Дай ответ —
Путь свободен
Или нет?“
С. Погореловский
е зщршст>
Хищник должен прятаться, если хочет подтаиться к добыче.
Большой медведь бесшумно крался по лесу, осторожно переступал
голыми подошвами сухие сучки. Впереди на опушке была куча хво-
роста. За ней —луг. Там паслись кони. Они часто поднимали головы,
нюхали ветер. Но ветер дул от них на кучу. Кони поворачивали
головы против ветра и ни чуять, ни видеть хищника не могли.
Вдруг из хвороста, как пузырек из лужи, выскочил крошечный
задерихвост — птичка ростом с сосновую шишку: носик востренький,
тельце орешком, хвостик торчком. И шныряет всегда понизу.
Как от него спрячешься, когда у тебя ноги и ступают они по земле?
Медведь пал на брюхо, вжался в мох. Да уж поздно: уже заметил
его задерихвост. Да как затрещит!
И откуда у крохи такой голос: за тысячу шагов вздрогнешь.
Кони заржали, умчались.
В ярости вскочил медведь, кинулся ловить нахального малыша.
Вмиг раскидал всю кучу. А задерихвост мышонком проскользнул у
него между ног и вспорхнул на дерево. Поди поймай его там!
Всю охоту испортил медведю. С головой его выдал.
И хвостик торчком!
В. Бианки
7
Карандаши цветные,
Резинка и тетрадь.
Два мальчика, два брата,
Уселись рисовать.
Рис. Г. Левина
Один сказал: —Смотри-на,
Я дом нарисовал.
— А я его сломаю, —
Второй ему сказал.
— А вот и не сломаешь!
Попробуй, подступись:
Мой дом стоит высоко,
Гляди, какая высь!
— Подумаешь —высоко!
А я не побоюсь,
Я лестницу построю
И на гору взберусь.
— Пона ее ты строишь,
Ведешь под облака,
А под моей горою
Уже течет река.
— Придумал ты не плохо,	— А я тогда устрою
Да я и сам не прост:	Таной водоворот,
Я на реке поставлю	Что речка разольется
Большой подъемный мост.	И мост перевернет.
— А я достану бревен
И плот себе свяжу.
— А я его на камень
Подводный посажу.
— Тогда я пересяду
На этот пароход.
— А этот миноносец
Твой пароход взорвет.
— Тогда я пересяду
На этот самолет.
— А этот истребитель
Твой самолет собьет.
— Тогда на парашюте
Йомой я удеру,
корей возьму резинну
И домик твой сотру.
Н. Дейнека
ЛЁТЧИК
Я. Тайц	Рисунки И. Харкевича
Пришел я за Машей в детский сад. А там празд-
ник. Сначала прошли пограничники. Потом промча-
лись кавалеристы. Потом затопали моряки в матрос-
ках. Потом налетели летчики. Ага, вот и Маша! На
ней синий комбинезон, пилотка, ремень, сумка, наган.
Я позвал:
— Маша!
А ей не до меня. Жужжит, гудит, машет руками —
идет на посадку. Потом все летчики разбежались—
каждый к своей маме. Я сказал:
— Маша, давай переодеваться!
Она говорит:
— Нет, я еще побуду летчиком.
И забегала по детскому саду, закружилась, как
истребитель или как бомбовоз.
— Маша, праздник уже кончился!
— Ничего, я капельку.
Другие дети давно разошлись, а мы с Машей все
воюем:
— Разденься!
— Нет!
— Оденься!
— Нет!
ю
Подошла руководительница:
— Ладно уж, пускай так вдет!
Маша побежала по улице. Она пела, поправляла
пилотку, кричала:
— Я не просто летчик, я военный летчик, с бом-
бами!
А дома она опять заспорила:
— Нет, не буду раздеваться!
А время идет. Уже Маша трет глаза, уже Маша
потягивается, уже Маша зевает. Стали мы ее разде-
вать силой. Тут поднялся такой крик—вей квартира
сбежалась. Прибежал и наш сосед. Он старый лет-
чик, командир эскадрильи. И вот два летчика встре-
тились. Большой летчик говорит:
— Спать надо, товарищ!
А маленький летчик отвечает:
— Нет, я буду спать одетая!
Тогда большой летчик вытянулся
и громко сказал:
— Смирно! Слушать боевой при-
каз! Военному летчику Маше неме-
дленно раздеться и лечь!
Тут наша Маша тоже
вытянулась, приложила ру-
ку к пилотке и Звонко
ответила:
— Есть, товарищ ко-
мандир! *
И стала быстро-бы-
стро раздеваться.
БАБУРЫ И БАКЛАНЫ
Не умеют нырять неуклюжие птицы бабуры, а бакланы в море,
знай, рыбку ловят, глубоко ныряют.
Половят, половят и на берег—сушиться.
Прибежала к бакланам бабура:
— Примите, братцы, меня в артель, я пригожусь вам...
Подумали, посоветовались бакланы:
— Ну, что ж, — говорят, — полетим вместе.
Ныряют бакланы в море, а бабура поверху плавает, ждет.
Вот обмок один баклан, подплыл к бабуре:
— Пусти, бабурушка, обсушиться.
— А принесешь рыбку, — пущу.
Поймал баклан рыбку и опять к бабуре:
— Вот тебе, бабурушка, рыбка.
— Ну, теперь полезай на спину.
Взобрался баклан на широкую спину бабуры, крылья расправил,
сушится.
Хорошо баклану.
Хорошо и бабуре.
И. Соколов-Микитов
12
РИСОВАЛЬЩИКИ^
Д. Пейсин
Рис. Н. Быльева
Мы все рисуем и дяде Никите показываем. Раз
мы смотрели картинки, кто что нарисовал, мне дядя
Никита и говорит:
— Вот сегодня ты, Наташа, корову
ничего нарисовала.
Я говорю:
— Да это не корова, а лошадь.
— Лошадь ? А почему же у нее рога ?
— Да это не рога, а
уши!
Дядя Никита засме-
ялся и говорит:
— Ишь ты! А я думал —рога. Вон \-
погляди, какая лошадь у Игорюшки 1
хорошая! Одно только нехорошо: зачем
это ты ей, Игорюшка, уши так закру-
тил?
Игорюшка говорит:
— Это не уши, а рога! И это не
лошадь, а корова.	— Ну, —
Все засмея-	I ворит, —все
лись, а дядя Ни-	' одинаковые
кита больше всех. [	совалыцики.
го-
вы
ри-
Рис. Г. Фитингофа
Ребята, посмотрите внимательно на эту картинку и скажите, что случилось аюлхозе?
Куда колхозники бегут точно наперегонки? Даже старик колхозный сапож» бежит со всеми. Где он, отыщите его? А где тетя Маланья? Что у нее сыплется
из корзинки? Сколько здесь ребят? Кто впереди? Обгонит ли их агроном на велосиеде? Почему Гаврик, Ваня и Федя отстали от всех? Что они делают на берегу реки?
Кто поднял маленького Петю, чтобы и ему было видно? Чье ведро и коромыслу колодца? Почему гуси и куры так испугались? Что делает мохнатый пес Полкан/
Где кошка? Почему корова мчится по полю, и коза рвется на привязи? Кто из ок» выглядывает? И что это за чудовище стоит на одной ноге недалеко от колодца?
Л. Пантелеев	Рисунки Н. Тырсы
Однажды вечером, когда мама укладывала девочек спать, она им
сказала:
— Если завтра с утра будет хорошая погода, мы с вами пойдем
в лес за грибами.
Белочка и Тамарочка так обрадовались, так запрыгали, что чуть не
свалились со своих кроватон на пол. От радости они долго не могли
заснуть. Они долго ворочались в своих кроватках и все думали, какая
завтра будет погода.
„Ох,—думают, — только бы не плохая была. Только бы солнышко
было." Утром они проснулись и сразу:
— Мамочка! Какая погода?
А мама им говорит:
— Ох, доченьки, погода неважная. Тучи по небу ходят.
Выбежали девочки в сад и чуть не заплакали. Видят: все небо в тучах,
а тучи такие страшные, черные, — вот-вот дождик закапает.
Мама видит, что девочки приуныли, и говорит:
— Ну, ничего, доченьки. Не плачьте. Может быть, их разгонит,
тучи-то...
А девочки думают: „Кто ж их разгонит? Кому в лес не итти —тому
все равно. Тому тучи не мешают. Надо нам самим разгонять."
Вот стали они по саду бегать и разгонять тучи. Стали махать руками.
Бегают, машут и говорят:
— Эй, тучи! Убирайтесь, пожалуйста. Вы нам мешаете в лес итти.
И то ли они хорошо махали, то ли тучам самим надоело на одном
месте стоять, только вдруг поползли они, поползли, и не успели девочки
оглянуться,—показалось солнце, заблестела трава, зачирикали птички...
Девочки обрадовались и побежали скорей одеваться. А мама в это
время сходила к хозяйке и принесла от нее три корзины: одну большую
корзину для себя и две маленьких корзиночки для Белочки и Тамарочки.
Потом они попили чаю, позавтракали и пошли в лес.
Вот они пришли в лес. А в лесу тихо, темно и —никого нет. Одни
деревья стоят. Белочка говорит:
— Мамочка! А волки здесь есть?
— Здесь, на опушке, нет,— говорит мама,—а подальше туда, в глу-
бине леса, там, говорят, их очень много.
— Ой,— говорит Белочка,—я тогда боюсь.
16
Мама и говорит:
— Ничего, не бойся. Мы с вами в глубину леса не пойдем. Мы здесь
на опушке будем грибы собирать.
Белочка говорит:
— Мамочка! А какие они, грибы? Они на деревьях растут? Да?
Тамарочка говорит:
—Глупая! Разве грибы на деревьях растут? Они на кусточках
растут, нак ягодки.
— Нет,— говорит мама,— грибы растут на земле, поддеревьями. Вот
вы сейчас увидите. Давайте искать.
А девочки и не знают, как их искать — грибы. Мама идет, под йог и
себе смотрит, направо смотрит, налево смотрит, каждое дерево обходит,
каждый пенечек разглядывает. А девочки сзади идут и не знают, что
делать.
— Ну вот,— говорит мама. — Идите сюда скорей. Я нашла первый гриб.
Девочки прибежали и говорят:
— Покажи, покажи!
Видят: стоит под деревом маленький беленький грибочек. Такой
маленький, что его и не видно почти,— из травы одна только шапочка
торчит. Мама говорит:
— Это самый вкусный гриб. Он называется белый гриб. Видите,
какая у него головка светленькая. Совсем как у Белочни.
Белочка говорит:
— Нет, у меня лучше.
Тамарочка говорит:
— Зато тебя есть нельзя.
— Нет, можно.
— А ну, давай съем,—говорит Тамарочка.
Мама говорит:
— Хватит вам, девочки, спорить. Давайте лучше дальше грибы соби-
рать. Вот видите — еще один гриб.
Присела мама на корточки и сорвала еще грибок. У этого грибка
шапочна маленькая, а ножка длинная, мохнатая, кан у собачки.
— Этот,— говорит мама, — называется подберезовик. Видите — он
под березой растет, потому он так и называется: подберезовик. А это
вот—сыроежки.
— Ой, какие хорошенькие!
— А вы знаете, почему они сыроежки? Потому что их в сыром виде
кушают.
— Как в сыром? Так просто — не вареные, не жареные?
— Да, — говорит мама.— Их моют, чистят и кушают с солью.
— А если без соли?
— А без соли —нельзя, невкусно.
— А если с солью?
— А с солью — можно.
Белочка говорит:
— А если без соли—что?
Мама говорит:
— Я уже сказала, что без соли их есть нельзя.
Белочка говорит:
— А с солью можно, значит?
Рассердилась мама.
— фу, —говорит,—какая бестолковая!—взяла норзинну и дальше
пошла. Идет и все время нагибается, все время грибы находит. А девочки
сзади плетутся с пустыми корзинками, сами ничего не находят и только
спрашивают все время:
— А эго какой гриб? А это какой гриб?
И мама им все объясняет:
— Это вот красный гриб. Это —п о дос и но ви к. Это—гр у зд и к.
Это —о п ё н к и...
Потом она вдруг под одним деревом остановилась и говорит:
— А это вот, девочки,— это очень нехорошие грибы. Вы видите? Их
кушать нельзя. От них заболеть можно и даже умереть. Это —поганые
грибы. Они так и называются: поганки.
Девочки испугались и спрашивают:
— Неужели их даже с солью кушать нельзя?
Мама говорит:
— Нет, даже с сахаром нельзя.
У мамы уж полная корзинка, а у девочек ни одного грибка. Вот
мама и говорит:
— Девочки, что же вы грибы не собираете?
А они говорят:
— Как же нам собирать, если ты все одна находишь? Мы только
пойдем, а ты уже и нашла.
— А вы сами и виноваты. Зачем же вы за мной, как хвостики, бегаете?
— А как же нам бегать?
— Бегать и не нужно совсем. Надо в других местах искать. Я здесь
ищу, а вы куда-нибудь в сторону идите.
— Да! А если мы потеряемся?
— А вы кричите все время „ау“, вот и не потеряетесь.
Так они и сделали. Мама пошла по тропинке вперед, а девочки
свернули в сторону и зашагали в кусты. И оттуда, из-за кустов, кричат:
18
— Мамочка! Ay! — А мама им отвечает:— Ау, доченьки!
Потом опять: — Мамочка! Ayl —А мама им:—Я здесь, доченьки! Ау!
Аукали они так, аукали, и вдруг Тамарочка говорит:
— Знаешь что, Белочка? Давай нарочно сядем за кустиком и будем
молчать.
Белочка говорит:
— Это зачем?
— А так просто- Нарочно, Пускай она думает, что нас волки съели...
Мама кричит „Ау! Ау!“ А девочки сидят себе за кустом и молчат.
И не откликаются. Нан будто их в самом деле волки съели. А мама все
дальше и дальше уходит. Вое тише и тише слышится ее голос. И вдруг
совсем тихо стало. Тогда встали девочки. Выбежали из-за куста.
Думают — надо маму позвать. Закричали они:
— Ау! Мамочка!
А мама и не отвечает. Мама уж далеко ушла,—не слышит их мама.
Испугались девочки. Забегали. Стали кричать:
— Мамочка! Ау! Мамочка! Мама, где ты?!
А вокруг тихо, тихо. Только деревья над головами скрипят. Запла-
кали девочки. Думают: что же мы теперь делать будем? Куда нам итти?
А итти куда-нибудь надо. Ведь в лесу жить нельзя. В лесу страшно.
Вот поплакали они, подумали, повздыхали да и пошли потихоньку.
А что с ними дальше случилось, я расскажу вам в следующий раз.
19
РЫБАК
А. Введенский
Плывет на лодочке рыбак
И песенку поет.
Хотя и отсырел табак,
Он трубочку набьет.
Немало поработал он,
Велик, богат улов.
Рисунок Г. Шевякова
Звезда взошла на небосклон,
Блестит из облаков.
А ночь тепла, светла, тиха,
Луны приятен свет,
И будет славная уха
Назавтра на обед.
Рисунки С. Мочалова
За горами, за долами, над Волгой-реной раскинулись бо-
гатые луга. А кругом —леса стоят с полянами.
И ходят по тем лесам и лугам необыкновенные коровы:
розовые, огромные вроде слоних. Земля гудит, когда высту-
пают они утром, на заре, на пастьбу. И мычат они так громко,
что пастушью трубу заглушают.
А главный пастух у них тоже необыкновенный: на груди
у него орден и золотая медаль. И знает он каждому цветку
имя и какая от какой травы польза.
Утром по свежей росе он гонит чудесных своих коров
на суходол, в те места, где растет алая гвоздичка, тысячелист-
щитоцвет, душистый тимьян, сладкая медуница. В полдень, когда
жарко,—в тень, на лесные ландыши да на колокольчики...
А под вечер, после водопоя и купания, — на поемную, берего-
вую травку —мятлик, гребник, лисохвост луговой...
Зато и молока приносят вечером домой эти коровы! Каж-
дая целый детский сад прокормить может. Есть там корова —
зовут ее „Послушница11,—так она одна шестьдесят крынок

в сутки ухитряется давать. Ни одна корова во всем мире
столько не давала.
Доят их доярки в белоснежных халатах. И доярки у чу-
десных коров тоже необыкновенные: у каждой на груди орден
Ленина. За то, что ласковы они с коровами, что заботятся о них
терпеливо. В чистоте держат высокие и просторные стойла,
чистят и моют коров по нескольку раз в день, зимой готовят
им вкусный корм. Коровы их знают, сами к ним идут, издали
мычат:
— Молока мно-о-ого несем... Мы-ы у-умные...
Вы не думайте, что это в сказке. Это у нас, в Советском
Союзе, в совхозе „Караваево11, на берегу реки Волги.
И вот однажды вдруг приходит из Москвы в этот совхоз
большое письмо. Зовут доярок на Всесоюзную сельскохозяй-
ственную выставку — показать чудесных коров всему советскому
народу и всему миру.
21
Заволновались тут и
доярки, и главный пастух.
Шутка ли сказать, почет
какой!
— Как бы не осрамить-
ся... Как бы лицом в грязь
не ударить...
Однако быстро собра-
лись и поехали.
Вот приехали в Москву,
заняли свое место на вы-
ставке. А там уже много коров со всех концов Советского
Союза. И все хорошие.
Еще больше заволновались доярки:
— Кому-то награда достанется?..
Неделя прошла, другая прошла — вокруг волжских коров
все больше и больше народу толпится. Фотографы аппаратами
щелкают, снимки с них делают, все газеты и журналы о них
пишут, даже в кино на картине их показывают.
Все спрашивают у доярок:
— Как вы таких красавиц вырастили?
И вот объявили наконец, кому какая награда.
Самую высшую награду на выставке получили чудесные
коровы из совхоза „Караваево11 с Волги: пять больших золо-
тых медалей.
А совхоз „Караваево11 наградили орденом Ленина, и стал
он называться орденоносным совхозом. Дали ему красивую
легковую машину и десять тысяч рублей, чтобы к следующему
году вырастил он для выставки еще лучших коров.
Вяч. Лебедев

Казахская сказка
Рис. Вс. Лебедева
Не знаю, где и когда, далеко ли, близко ли жили старик со
старухой. Был у них дом — юрта называется. Был верблюд — поклажу
возить. Три дойных козы были — молоко и шерсть давали.
А вот детей у них не было. Ни сына не было, ни дочки не было.
И очень об этом старик со старухой горевали.
Один раз летом доила старуха козу. А коза эта была неспокой-
ная, баловница. На месте она не стоит, хвостом вертит, — вот-вот
молоко опрокинет. Рас-	сама развела в очаге
сердилась старуха, схва-	огонь и стала варить мо-
тила козу за хвост, дер-	локо. Вот закипело мо-
нула — ай-яй-яй! — хво-	А.	локо, забулькало, а ста-
стик у нее в руке остался.	M.w'	РУха заплакала и гово-
Что делать? Куда ; Ад|е рит своему старику:
хвост девать! Подумала	— Ой, старик ты
старуха и кинула его на	мой, старичок! Бедные
кереге, на перекладину	_	мы с тобой, несчастные...
такую над очагом. A	Все у нас есть—дом
есть, верблюд есть, козы есть, — только сыночка у нас нет. Молока
много, а пить его некому.
И только сказала — вдруг этот козий хвостик с кереге, с пере-
кладины, как закричит:
— Я буду пить молоко! Я — ваш сыночек!
Поглядели старик со старухой, а это уж и не хвостик, это —
маленький мальчик. Обрадовались они, засмеялись, кинулись к маль-
чику, обнимают его, целуют, приговаривают:
— Ах ты, наш Хвостик! Ах ты, наш сыночек! Ах ты, наш
красавец!..
Молоком его напоили, спать уложили. А сами и спать не могут,—
сидят и любуются:
— Ах, какой мальчик! Ах, какой Хвостик! Ах, как хорошо!..
А утром старик его разбудил и говорит:
— Ну, Хвостик, хватит тебе болтаться, пора за дело приниматься.
Наши джигиты едут на Соленое озеро за солью. Поезжай и ты с ними...
Посадили Хвостика на верблюда, поехал Хвостик с джигитами
за солью.
Только они приехали к озеру — подул ветер, холодно стало, дождь
пошел. Все джигиты надели овчинные шубы, а у Хвостика шубы не
было, он под какой-то листик забрался, съежился там и заснул.
24
А рядом верблюд ходил. Он не заметил, что под листиком мальчик-
хвостик лежит,— он этот листик сорвал и съел. А вместе с листиком
и мальчика-хвостика проглотил.
Вот перестал дождь, солнце опять вышло. Набрали джигиты
полные мешки соли, стали домой собираться. Поглядели: а где же
Хвостик? Искали его, искали, кричали, кричали, не докричались —
поехали домой без Хвостика.
А старик и старуха сидят, дожидаются: скоро ли Хвостик при-
едет? Им без сыночка скучно стало. Не дождались они, пошли на
дорогу встречать. Видят — джигиты едут, видят — идет верблюд, а
Хвостика на верблюде нет. Испугались бедные старики, забегали,
закричали:
— Где ты, наш Хвостик? Где ты, наш сыночек? Где ты, наш
красавец?
А Хвостик им из верблюда отвечает:
— Я — здесь!
— Да где ты? — говорят.
— Я— здесь!
Ищут-ищут, найти не могут. На земле ищут, в траве ищут, под
камень заглянули, мешки переворошили... Нигде его нет. Что будешь
делать? Ничего не сделаешь. Получили сыночка и потеряли сыночка.
Повесили головы старики, пошли в кибитку спать.
А ночью беда случилась: прибежал волк и загрыз верблюда.
А вместе с верблюдом он и мальчика-хвостика проглотил.
С этих пор волку житья не стало.
На охоту волк выйдет, только к стаду поближе подкрадется,
только овечку или барашка себе получше приглядит, а уж мальчик-
хвостик во весь голос кричит:
— Эй. пастух, не зевай — волк идет!..
Тут уж, конечно, волку не до барашков. Тут как бы ноги поско-
рей унести. Совсем пропадает волк. Похудел даже от такой жизни.
„Что это, — думает, — за несчастье такое? Кто это во мне сидит?
Какой это злой дух в меня вселился?"
Не вытерпел волк. Заплакал. Зубами защелкал.
— Пожалуйста,— говорит,—будь такой добрый, выйди из меня,
злой дух.
А мальчик-хвостик ему говорит:
— Ладно. — говорит, — я из тебя выйду, но только ты для этого
сделай вот что... Ты как следует побегай, вспотей хорошенько,
потом сядь на лед и сиди. До вечера если просидишь, я из тебя
выйду.
Послушался волк. Стал бегать. Бегал-бегал, три раза степь вокруг
обежал, мокрый стал, — пришел на реку, сел на лед и пошевельнуться
боится. Темно стало. Ночь наступила. А волк все сидит, холодно ему.
скучно...
„Ну, — думает, — отсидел. Хватит. Пойду".
Хотел встать — и не может. Что такое? А это лед его не пускает,
за хвост держит. Он потный на лед сел—и примерз.
25
В это время ехали мимо реки два купца. Они волка убили,
шкуру с него содрали, положили в мешок, в котором у них товар
лежал. И не заметили, как вместе со шкурой и мальчик-хвостик в
мешок забрался. Завязали купцы мешок, поехали дальше.
И вот приезжают они как раз в тот аул, в ту деревню, где
старик и старуха живут. К первой кибитке подъехали, просятся ноче-
вать.
Хозяин у них спрашивает:
— Сколько вас?
Они говорят:
— Двое.
А Хвостик обиделся и кричит:
— Нет, не двое, а трое!
— Ну вот,— говорит хозяин,—двоих бы я приютил, а для
третьего места нет. Идите, у других проситесь.
Они ко второй кибитке подъехали.
— Сколько вас? —у них спрашивают.
— Двое! Двое!
А Хвостик из мешка кричит;
— Нет, не двое, а трое!
— Двоих бы я пустил, — говорит хозяин, — а для третьего
места в кибитке нехватит. Поезжайте дальше.
Этак они весь аул объехали. Никто их ночевать не пускает.
Одна только юрта осталась. Самая маленькая, самая бедная. В этой
юрте старик и старуха живут. Купцам делать нечего — они к старикам
пошли. Ночевать просятся.
26
Старик у них спрашивает:
— Сколько вас?
— Двое.
А Хвостик из мешка:
— Нет, не двое, а трое.
— Ну, что ж, — говорит старик. — Юрта у меня, правда, малень-
кая, бедная. Да ничего —как-нибудь поместимся. Заходите, добрые люди.
Накормили старики купцов, спать уложили.
Ночью купцы проснулись, и один другому говорит:
— Давай ограбим этих стариков!
Сложили они в мешок посуду, одежду, все, что у стариков было.
А сами опять спать легли. Думают — еще рано, еще успеем уехать.
Заснули они, а Хвостик из мешка вылез, купцов по рукам и по
ногам связал, потом стариков разбудил и говорит:
— Здравствуйте, мать и отец!
Старики увидели своего сыночка и чуть с ума от радости не
сошли. Обнимают его, целуют, приговаривают:
— Ах ты, наш Хвостик. Ах ты, наш сыночек! Ах ты, наш
красавец! Нашелся! Вернулся! Отыскался!
А Хвостик им говорит:
— Я не только сам вернулся, а я еще вам полный мешок подар-
ков привез. Вот, получайте, пожалуйста!..
Обработал Л. Пантелеев
ПАРОХОДИК
С. Погореловский
Рис. T. Глебовой
Рис. Н. Радлова
ПЯТЬ ОПАСНОСТЕЙ
Это не картинка, а просто ужас. Еще немного —и произойдет пять
несчастий. Собана искусает девочку с кошкой. Лотом тигр слопает со-
баку. Заяц украдет и съест капусту. Мальчик застрелит зайца, а змея
ужалит мальчика в пятку, и он погибнет. И на всей картинке останутся
только тигр да змея. Очень-то интересно!
Нет, я этого не допущу. Я сейчас же возьму две полоски бумаги,
такие же, как тут нарисованы, и положу их на картинку. И тогда все,
кто друг другу опасны, будут разделены перегородкой. А кто остался
вместе в одной загородке, те друг другу не опасны. Вот все спокойно
и хорошо.
А как я это сделаю, я вам не скажу. Сами догадайтесь, как надо
положить полоски, чтобы не произошло пяти несчастий. Для этого-то
и картинка нарисована.
28
Рис. Б. Смирнова
|И1
Сделай сам такой парашют из бумаги. Вырежь круг с дырочкой
посередине и от края до середины разрежь его. Потом сложи его гармошкой
так, чтобы было шестнадцать сгибов. Разрезанные краь осторожно сшей
или склей. Получишь сложенный зонтик: восемь ребер наружу, восемь
внутрь. К концу каждого наружного ребра привяжи нитку —и парашют готов.
А парашютиста сделай из пробки и спичек. Спускай его с любой
высоты — не разобьется.
2 р. 30 к.

СТРАШНЫЙ АРБУЗ
П 18
51
Л 9. 1940. ДЕТИЗДАТ ЦК ВЛКСМ
Рисунок А. Пахомова
Рис. Г. Шевякова
ОСЕНЬ
Стал прохладней воздух чистый, Все деревья в желтых листьях...
Птицы к югу улетают,	Здравствуй, осень золотая!
н. д.
М. Зощенко
Рис. А. Бесперстова

/Т Н »/ А<
ИМЯ1

Один молодой рабочий, некто товарищ Лобанов,
охранял Смольный. То есть он стоял у дверей и про-
верял документы.
Он проверял у всех, кто входил в Смольный.
Потому что, если не проверять,—мог бы войти какой-
нибудь там подозрительный тип, какой-нибудь враг
или жулик. Тем более это было в самом начале рево-
люции и нужна была особая бдительность.
И вот стоит этот Лобанов у дверей Смольного в
качестве часового и просматривает документы.
А он был красногвардеец, этот Лобанов. Вдобавок
он был путиловский рабочий. Исключительно предан-
ный делу революции. И поэтому его и поставили на
такой ответственный пост.
Стоит он на этом посту. Винтовка в левой руке.
Револьвер сбоку. За поясом ручная граната. Настроение
великолепное.
И всем, кто подходит к Смольному, он говорит:
— Минуточку, товарищ. Прежде чем войти, пока-
жите ваш пропуск, чтоб я мог узнать, кто вы такой.
А то я дежурю в первый раз и мало кого знаю в лицо.
Ну и, конечно, каждый, кто входил в Смольный,
показывал Лобанову свой пропуск.
И Лобанов, беря под козырек, говорил:
— Вот теперь проходите. С моей стороны задержки
не будет.
И вот, представьте себе, идет Ленин. Идет пеш-
ком. Скромный такой. В своем черном осеннем паль-
тишке и в кепочке.
Идет задумчиво. Даже по сторонам не смотрит,^—.
/	>1 Бнвдвэтева Fj
до того, видать, углублен в свои мысли.
Подходит к дверям Смольного и хочет туда пройти.
А часовой Лобанов не знал в лицо товарища
Ленина. Портретов в то время печатали мало. И сам
Владимир Ильич только недавно приехал в Ленинград.
Ну и, конечно, Лобанов мог не знать Ленина по
внешнему виду.
В общем, Ленин подходит к дверям. А Лобанов
ему говорит:
— Минуточку, товарищ. Покажите ваш пропуск.
Конечно, другой человек на месте Ленина наверно
бы крикнул:
— Возьмите глаза в руки, если не видите, кто
идет! Я—Ленин.
Но Ленин не стал возражать. Наоборот, он, как
бы очнувшись от своей задумчивости, тихо сказал:
— Ах да, пропуск. Извините, товарищ, сейчас найду.
2
И стал искать свой пропуск в боковом кармане.
А в этот момент подошел к дверям Смольного
один какой-то человек с усиками и, видя, что часовой
не пропускает Ленина, возмутился. И крикнул:
— Это же Ленин! Пропустите!
Лобанов тихо ответил этому человеку:
— Без пропуска я затрудняюсь пропустить. До
этого раза я еще не имел счастья видеть товарища
Ленина. И вдобавок я и вас не знаю и даже не по-
смотрел еще вашего документа.
Который с усиками возмутился еще больше и
крикнул:
— Извольте немедленно пропустить Ленина!
Вдруг Ленин говорит:
— Не надо ему приказывать и, тем более, не надо
на него кричать. Часовой поступает совершенно пра-
вильно. Порядок для всех одинаков.
Тут Ленин достает из бокового кармана пачку
бумаг и среди них находит свой пропуск. И подает
его часовому. Лобанов с трепетом разворачивает этот
пропуск. И видит —да, это, действительно, пропуск
Владимира Ильича Ленина.
Лобанов берет под козырек и говорит Ленину:
— Я прошу извинить, Владимир Ильич, что по-
требовал ваш пропуск.
Ленин отвечает:
— Вы правильно поступили, товарищ. Благодарю
вас за отличную службу.
РЕБЯТА!
На страницах 9, 10, 11 и 12 напечатан ДИмин журнал „Красная Шапочка**.
Но прочесть его можно только в сложенном виде. Осторожно отогните концы
металлических скрепок и выньте два средних листа. Концы скрепок загните
обратно, чтобы „Чиж“ не рассыпался. Теперь по пунктиру согните оба листа
пополам н еще раз пополам.
Возьмите иголку с ниткой, прошейте сложенные вчетверо листы, обрежьте
аккуратно поля и получите готовый журнал „Красная Шапочка**.
ТАШ
Рисунки А. Пахомова
Смотри скорей, который час!
Тик-так, тик-так, тик-так.
Налево — раз! Направо — раз!..
Чтоб стать похожим на орла
И напугать собак,
Расправил Петька два крыла...
Мы тоже можем так.
Мы тоже можем та$.
Кряхтит медведь, ревет в кустах,
Спускается в овраг
На двух ногах, на двух руках...
Мы тоже можем так.
Присел и дальше не бежит
Испуганный русак,
Сидит на корточках, дрожит...
Мы тоже можем так.
Сергей Михалков
Помните, я вам рассказывал про двух маленьких девочек? О том,
как они с мамой в лес за грибами пошли. О том, кан они от мамы за
елочкой спрятались- И как они потом заблудились.
Тан вот—слушайте, что с ними дальше было.
Поплакали девочки, повздыхали, да и пошли потихоньку. Идут со
своими пустыми корзинками—Тамарочка впереди, Белочка сзади — и
вдруг видят: полянка, а на полянке этой очень много грибов. И все грибы
разные. Одни маленькие, другие побольше, у одних шапочки беленькие,
у других желтенькие, у третьих еще какие-нибудь...
Обрадовались девочки, даже плакать перестали и кинулись соби-
рать грибы. И сразу, в одну минутну, набрали полные норэинки. Столько
набрали, что даже и не поместилось все. Даже пришлось очень много
грибов оставить.
Пошли дальше. А итти им теперь тяжело. Корзинки у них тяжелые.
Белочка еле-еле плетется. Она говорит:
— Тамарочка, я устала! Я не могу больше. Я кушать хочу. Я супу
хочу.
— Где же я тебе тут возьму суп, — говорит Тамарочка. — Тут супов
нет. Тут — лес.
Потом помолчала, подумала и говорит:
— Знаешь что? Давай грибы есть.
Белочка говорит:
— Как же их есть?
— А сыроежки?!
Вот высыпали они поскорей свои грибы на землю и стали их раз-
бирать. Стали искать, которые среди них сыроежки. А сами и не знают
как следует. Тамарочка говорит —эта вот сыроежка, а Белочка гово-
рит—нет, эта. Спорили, спорили и, наконец, отобрали штук пять или
шесть — самых лучших. „Вот эти уж, — думают,— обязательно сыроежки".
Тамарочка говорит:
— Ну, начинай, Белочка. Кушай.
Белочка говорит:
— Нет, лучше ты начинай. Ты — старшая.
Тамарочка говорит:
— Не спорь, пожалуйста. Маленькие всегда первые грибы кушают.
Тогда Белочка взяла самый маленький грибок, понюхала его, вздох-
нула и говорит:
— Фу, кан пахнет противно.
6
Тамарочка говорит:
— А ты не нюхай. Зачем ты нюхаешь?
— Как же его не нюхать, если он пахнет?
— А ты его суй прямо в рот, вот и все.
Зажмурилась Белочка, открыла рот и хотела уже сунуть туда свой
грибок. Вдруг Тамарочка закричала:
— Белочна! Стой!
— Что?—говорит Белочка.
— А соли-то у нас нет, —говорит Тамарочка.— Я и забыла совсем
Ведь без соли их кушать нельзя.
— Ой, правда, правда, — сказала Белочка. Обрадовалась Белочка,
что не нужно гриб кушать. Уж очень ей страшно было. Уж очень он
плохо пахнет, этот гриб.
Так и не пришлось им сыроежек попробовать.
Сложили они свои грибы обратно в корзинки, встали и поплелись
дальше. Не успели и трех шагов сделать, как вдруг где-то далеко гром
загремел. Вдруг ветер подул. Темно стало. И —не успели девочки огля-
нуться— пошел дождь. Да такой сильный, такой страшный, что девочкам
показалось, будто на них сразу из десяти бочек вода полилась.
Испугались девочки. Побежали. И сами не знают, куда бегут. По лицу
их ветки стегают. Ноги им елки царапают. А сверху так и течет, так
и хлещет. Промокли насквозь девчонки.
Наконец, добежали они до какого-то высокого дерева и под этим
деревом спрятались. Сели на корточки и дрожат. И даже плакать боятся.
А над головой у них гром гремит. Молния все время сверкает. То вдруг
светло-светло станет, то вдруг опять темно. Потом опять светло, потом
опять темно. И дождь все идет, идет, идет и переставать не хочет.
И вдруг Белочка говорит:
— Тамарочка! Посмотри-ка: брусничка.
Тамарочка посмотрела и видит: действительно, совсем близко от де-
рева растет под кустом брусника. А сорвать ее девочки не могут. Им
дождик мешает. Они под деревом сидят, на бруснику смотрят и думают:
„Ох, поскорей бы дождик кончился..."
Только дождь кончился, — они сразу бруснику рвать. Рвут ее, торо-
пятся, прямо целыми горсточками в рот пихают. Вкусная брусника.
Сладкая. Сочная.
Вдруг Тамарочка побледнела и говорит:
— Ой, Белочка!
— Что?—говорит Белочка.
— Ой, посмотри: волк шевелится.
Посмотрела Белочка, видит: и верно —какой-то зверь шевелится
в кустах.
Закричали девочки и кинулись со всех ног бежать. А зверь этот
за ними несется, хрипит, фыркает...
Вдруг Белочна споткнулась и упала. А Тамарочка на нее налетела
и тоже упала. И грибы у них все по земле раскатились...
Лежат девочки, съежились и думают: „Ну, наверно, сейчас нас волк
есть будет". Слышат—уже подходит. Уже ногами стучит. Тогда Белочка
голову чуть-чуть подняла и говорит:
— Тамарочка. Да это не волк.
— А кто это?—говорит Тамарочка.
— Это теленочек.
А теленочек вышел из-за куста, посмотрел на них и говорит:
„Му-у-у-у". Потом подошел, понюхал грибы, — не понравились ему, по-
морщился и пошел дальше. Тамарочка встала и говорит:
— Ох, какие мы глупые.
Потом говорит:
— Знаешь что, Белочка? Теленочек — он, наверно, умный зверь.
Давай —куда он пойдет, туда и мы пойдем.
Собрали они опять свои грибы и побежали догонять теленочка.
А теленочек увидел их, испугался, да как пустится бежать. А девочки
за ним:
— Теленочек! Погоди, пожалуйста! Не убегай!
А теленочек все шибче и шибче бежит. Девочки еле-еле за ним по-
спевают. И вдруг видят девочки: лес кончается. И стоит дом. А около
дома —забор. И около забора — железная дорога, рельсы блестят. Теле-
ночек подошел к забору, голову поднял и говорит: „Му-у-у-у“. Тогда вы-
ходит из дома какой-то старик. Он девочек увидел и спрашивает:
— Вы кто такие?
Они говорят:
— Мы заблудились. Мы —девочки.
— А кан же вы заблудились, девочки?
— А мы от мамочки спрятались, думали, что нарочно, а мамочка
в это время ушла.
— Ах вы какие нехорошие, — говорит старик.— А где вы живете? Вы
адрес знаете?
Они говорят:
8
gatffflir хияв! godono иДцвц
данКвж хэоя ми 'цэнтэно хэоя oj.jj
£19ОЭН (яХнжХнЭИ ЧЙ198 O1JI
‘101 IHbXiron 01Ь В ‘ИЖВЯ0
•ЯОЭ 19ЧП1ЧЯ И ЯОэХя 10 9 40 10J,
‘10НОП W9H И 1Г0ШИЙП КВН Я OXJJ
•udon чипгип ‘Ч1ВП0Я вйоц
HSdOJ-WOJB ВЕЭПООЦ
Вот ребята уходят из школы.
Мальчик Петя идет веселый, и
Наташа с мячиком скачет. Ну, а
Валя, смотрите, плачет, и невесело
тащится Митя. Отчего это, дети,—
скажите? Я так думаю: не оттого
ли, что все разно вели себя в школе?
Вы проверьте, кто как занимался,
кто учился, а кто баловался.
Вы-то сами все сделать успели?
Все прочли, написали и спели?
Присылайте ответы, детки,—я вам
тоже поставлю отметки. Кто задачи
решил всех лучше, — непременно
„отлично" получит. Я дружу с мо-
лодцами такими. До свиданья,
пишите
Диме.

•онжон чхвхХивн ох эн у
'онжобохэо хи иХэий оц
’чхэоях чшэввэУиби кц
141 ‘SBHAVOU ‘кохои у
Лвихи и уэбэяе чтэяоевн
‘Хнивдвх вн чтидхоиэои пх
dHHdifdsotodndn
yarotir хпннвяоэидвн хээд
уэдояэои эхувхиьэоэ ц
иивэ эхиаоввн гчбфип ээд
— инвпвовон эхчвХд ’вхвдэ^
— ’ЛйиниУе — ХйфиП чтивия rij,
— ‘лпихи я хивэн яинхохо hhVq
РАСПИСАНИЕ УРОКОВ
Русский. %иЗ
ЗЯрирсде&де/мие 3>
Iputpncniufca ЯиЭ
.РиссРсснше. 11
I 13 I
Дили-дили,
Динь-дилень!
Дети, дети,
Добрый день!
Динди-линди!
Вам приказ:
Проходите
В первый класс.
Пение
ВЕЖЛИВЫЙ ЧИЖИК
В гости чижик прилетел,
Прилетел, прилетел.
Очень вежливо пропел:
— Здравствуй, Ваня! —
Ваня с клеткой подбежал,
Подбежал, подбежал, _
Чижик вежливо сказал: fe:
— До свиданья!
Художники: Васнецов, Криммер,	~
Конашевич. Петрова, Семенов,	vH Я*
Смирнов. Юдин.	С'&ЭЯх"
Писатели: Гернот, Паперная,
•doua тен итэ<[ {aedu эж oi»
•dou хиэ off иибонэ пн xej,
iynienxoi/ и yniHdg — но ‘юц —
ijjnieffodop ‘gHOHir — ыгвр —
внокэйэц
c-e-e#
Перемена
Давайте собирать марки. У кого есть
такие — наклейте сюда. А потом собирайте
другие.
Здравствуйте, здравствуйте! В
школу входите, Валя и Петя, На-
таша и Митя. Звонок прозвонил —
значит, время учиться.Ваш класс—
на следующей странице.
Желаю успехов, желаю удачи —
пишите, рисуйте, решайте задачи.
Школа, братцы, не то, что детский
сад,—другие тут правила для ре-
бят. Отвечать надо ясно, стоять
прилично. Кто прекрасно отве-
тил, — получит „отлично“.
А другие зевают, шалят на уро-
ках— тем поставят „посредствен-
но" или „плохо". Я с такими
играть и дружить не хочу, я их
в „Красную Шапочку" не допущу.
-чхваоэибен чюког цХдобиоц
-чсъэ цэндодд -ввсиэ ибхоиэ
оинияоэид
игра в жмурки Перемена
Жмурка, зажмурь глаза, поверти паль-
цем и лови зверей на страничке. Поймал
котика? Мяукай. Поймал петушка? Кука-
рекай. Хорошо поймать попугая — он гово-
рящий. А поймалась рыба — и ты молчи,
как рыба. Ну, кто первый будет жмуркой?
— Мы на зелененькой дачке живем.
— Ну, это не адрес. Зелененьких дачек много. Может быть, их сто
дач зеленых-то...
Они говорят:
— У нас сад.
— Садов тоже много.
— У нас окна, двери...
— Окна и двери тоже во всех домах бывают.
Подумал старик и говорит:
— Вы —вот что... Вы, наверное, на станции Разлив живете.
— Да, да, — говорят девочки, —Мы на станции Разлив живем.
— Тогда вот что,— говорит старик. — Идите по этой тропиночке,
около рельсов. Идите все прямо и придете к вокзалу. А там спросите.
„Ну, —думают девочки,—нам бы только до вокзала дойти, а там-то
уж мы найдем".
Поблагодарили они старина и пошли по тропиночке. Идут и думают:
„Только бы мамочка дома была. А что, если мамы нету? Что мы тогда
делать будем?"
А мама ходила-ходила по лесу, кричала-кричала девочек — не докри-
чалась и пошла домой. Пришла, сидит на крылечке и плачет. Приходит
хозяйка и спрашивает:
— Что с вами, Марья Петровна?
А она говорит:
13
— У меня девочки потерялись.
Только сказала это, —вдруг видит: идут ее девочки Белочка впереди
идет, Тамарочка сзади. И обе девочки грязные-грязные, мокрые-пре-
мокрые-
Мама говорит:
— Девочки! Что вы со мной делаете? Где вы пропадали? Разве
можно так?
Побранила мама как следует девчонок, потом покормила их, пере-
одела и спрашивает:
— Ну как—страшно было в лесу-то?
Тамарочка говорит:
— Мне тан нисколечко.
А Белочка говорит;
— А мне так сколечко. Ну, ничего. Зато посмотри, мамочка, сколько
мы с Тамарой грибов набрали.
Притащили девочки свои полные корзинки, поставили их на стол...
— Во! —говорят.
Стала мама грибы разбирать и ахнула.
— Девочки!—говорит.— Миленькие! Так ведь вы ж одних поганок
набрали.
— Как поганок?
— Ну, конечно, поганок...
Девочки говорят:
— А мы их кушать хотели.
Мама говорит:
— Что вы, девочки! Разве можно? Это ж поганые грибы. От них
животы заболят, от них умереть можно. Их все, все на помойную яму
выбросить надо.
Девочкам стало жалко грибов. Они обиделись и говорят:
- - Зачем выбрасывать? Не надо выбрасывать. Мы лучше куклам на-
шим отдадим. У нас куколки хорошие, не капризные, они все скушают...
— Ну вот и хорошо, — говорит мама, — устройте вашим куколкам
праздник и угостите их поганками.
Девочки так и сделали. Сварили они из поганок обед. На первое —
суп из поганок, на второе—котлеты из поганок и даже на сладкое номпот
из поганок сварили. И кунлы у них все это съели — и суп, и котлеты,
и компот —и ничего, не жаловались, не капризничали. А может быть,
у них и болели животики — кто их знает? Они ведь народ неразговорчивый.
Л. Пантелеев
За Мишкой шесть утят подряд
Шагают важно на парад.
Не перегнать утят Барбосу,
Хоть он и едет на колесах.
Н. Добржансиая
В. Бианки
о С СС@в©СЯ о
Рис. М. Кукса
Осенью я каждый день хожу в лес — охочусь.
И вот приметил: кто-то разоряет муравьиные кучи.
„Кто бы это мог быть?"—думаю.
Молодые медведи любят полакомиться муравьями. Но если б это
был Мишка, он бы всю кучу разворотил. А тут только углубления
в муравейнике — вроде пещерок.
Муравейники уже затвердели, и муравьев в них не видно:
холодно, они забились внутрь и спят там теперь. Зимой забьет сне-
гом эти дырья, — совсем, пожалуй, замерзнут бедные муравьишки.
„Погоди же, — думаю себе, — я тебя подкараулю, разоритель'.'
Зарядил ружье самой крупной дробью и спрятался в елушках
около одного муравейника.
Жду-пожду — никого нет.
Вдруг прилетает дятел. Да не простой — зеленый.
Мелькнул среди деревьев и — бац! — прилип к стволу березы.
Обежал ствол, глянул одним глазом — меня не заметил —и сле-
тел на землю. Слетел и прыжочками, прыжочками — к муравейнику.
„Так это вот кто муравьев зорит!—думаю я. — Постой же, я
тебя сейчас угощу самой крупной дробью!"
Да нет, руки с
ружьем не поднима-
ются: уж очень кра-
сива птаха. Сверху зе-
леная, снизу желтая,
во всю голову красная
кепка,—так и блестит
перо.
А дятел нырк в
муравейник, в пещер-
ку, — один хвостик
снаружи остался. И
давай там работать
носом — рушить му-
равьиную постройку.
Только мусор летит.
Скоро и хвостик
скрылся.
„Стой же! — ду-
маю себе. — Я тебя
живьем возьму"
Ружье положил,
тихонечко подкрался
и—раз!—накрыл дыру
шапкой.
— Ага, попался, глупышка!
Притих он там. Потом, слышу, завозился.
А выйти не рвется.
Как же мне достать его оттуда? Пожалуй,
сунешь руку, а он как тюкнет носом! Известно,
какой у дятла нос: дерево долбит.
Я обернул свободную руку платком потолще
и сунул ее под шапку.
Там пусто.
А слышу: возится.
Я дальше просовываю.
Пусто!
По локоть уже рука ушла. Вдруг—порх!—мой
дятел с другой стороны кучи. И с криком умчался
в лес.
Носом насквозь дыру проделал в замерзшей куче да и вырвался.
Вот нос!
И меня оставил с носом.
Рис. Н. Тырсы
Мы все бы хотели увидеть орла,
Который по небу летит, как стрела,
Он синими крыльями машет,
Он плавает в небе и пляшет.
Он храбро летит, как бесстрашный пилот,
Он с быстрыми тучами вместе плывет.
И нам бы хотелось — любому —
По небу лететь голубому.
Мы все бы хотели увидеть лису,
Которая рыщет в далеком лесу,
Которая кормит пушистых лисят,
Их сон охраняет, когда они спят.
И мы бы хотели, хотели бы все
Какой-нибудь сделать подарок лисе:
Цветок подарить или книжку,
А может, румяную пышку.
К медведю в берлогу хотели б мы влезть
И рядом с медведем хотели бы сесть.
Валежник бы громко под Мишкой трещал,
Нас дивным бы медом медведь угощал,
Потом бы рассказывал разные сны,
Которые снились ему до весны.
Пусть жарко в берлоге и тесно,
Но слушать его интересно.
А. Введенский
Н. Павлова	Рис. И. Харкевича
Леля играла одна на куче песка под сосной. Вдруг сверху
на песок упала сосновая шишка. Леля поиграла и пошла домой.
Смотрит — а шишка тоже встает, слезает с песка и идет за нею.
— Ты кто? — спросила Леля.
— Да никто, просто шишка.
— А зачем же ты ходишь?
— Да просто так, хочу и хожу.
Леля пришла к маме и шишка с нею. Шишка подошла к маме
и говорит:
— Я теперь с вами буду жить. Я теперь твоя, как Леля.
— Леля —моя дочка. — отвечает мама, — а ты кем будешь?
— Да никем, просто шишкой.
Вот села мама с Лелей обедать и спрашивает шишку:
— Ты, шишка, на высокий стулик сядешь или на большой?
— Да ни на какой, — говорит шишка.
Мама налила в тарелки супа: Леле, шишке и себе. Мама и Леля
сидят на стульях и едят суп ложками. А шишка прыгнула прямо
в тарелку, плавает в супе и чавкает.
Подала мама котлеты. Мама и Леля едят котлеты вилками, а шишка
лежит на котлете и откусывает по кусочку сверху. Напрасно ей мама
положила кукольные ложку и вилку.
Потом стали пить чай. Мама и Леля положили сахар в чай,
размешали и пьют. А шишка села на кусок сахара верхом, наклонилась
и лижет спину своей лошадки.
После обеда пришли гости.
— Это моя дочка Леля, — говорит мама. — Поздоровайся, Леля!
Леля поздоровалась.
— А это моя шишка. Дай, шишка, тёте правую ручку.
А шишка спрятала обе руки за спину, наклонила голову и
нахмурилась.
— Ну, дай же тёте ручку!
Тут шишка подняла левую ногу и протягивает тёте.
Тётя покачала головой и сказала:
— Ну, не хочешь со мной здороваться — не надо.
18
Гости стали разговаривать с Лелей. Стали спрашивать, как ее
зовут, сколько ей лет и любит ли она маму. А на шишку никто
больше и не взглянул. Шишка обиделась и залезла под стол.
Потом завели патефон. Шишка вылезла, посмотрела на патефон,
увидела, как вертится пластинка, и прыгнула на нее. Стоит на пластинке
и катается. Доедет до ручки, которая иголку дер-
жит, перепрыгнет через нее и опять едет дальше.
Вечером мама приготовила Леле постель. И для
шишки мама сделала кроватку из коробочки, по-
ложила туда ваты и постлала носовой платочек.
Когда Леля легла, мама стала искать шишку,
а шишки нет! Мама зовет:
— Шишка, иди спать!
А шишка сверху отвечает:
— Да я уже здесь, на шкафу, легла. Я вниз
не хочу!
Так и не спустилась.
А Леля притянула маму и шепнула ей на ухо:
— Мама, это она так по-шишечному?
И мама кивнула головой.
Утром, когда мама одевала Лелю, вдруг маму что-то щёлк по
голове! Мама трет голову рукой. Смотрит, что случилось? А это шишка
со шкафа спрыгнула.
— Ты мне больно сделала, шишка! — сказала мама.
А шишки уже нет — убежала.
Погуляли мама с Лелей, пришли домой. Поискали шишку и не
нашли.
Вдруг мама видит, что из-под кухонной двери течет ручеек.
Мама распахнула дверь. Батюшки! Весь пол залит водой! Кран
умывальника открыт, таз полон воды, и вода льется через края
прямо на пол.
А посредине лужи плавает шишка. Все свои чешуйки сложила,
вытянулась и плавает, как пробка.
— Поплавать захотелось, — сказала шишка.
Мама взяла тряпку и стала вытирать пол. А Леля принесла свой
носовой платочек и стала ей помогать. Потом Леля притянула маму
и шепнула ей на ухо:
— Мама, это она так по-шишечному?
И мама кивнула головой.
К обеду ждали папу, но он опоздал, и за стол сели без него.
Шишка совсем раскапризничалась. Шишка залезла на лампу, под самый
потолок. И кричит:
— А мне пирога сюда! Мне сюда!
Мама сначала не соглашалась. Мама стыдила и уговаривала шишку.
Но шишке хоть бы что: сидит на лампе, ногами болтает, а слезать
не хочет. Говорит:
19
я привыкла
Тут пришел папа,
стал и ее целовать. А
кушать наверху.
Папа поцеловал маму, поднял на руки Лелю,
мама говорит:
— А у нас семьи прибавилось. Кроме
дочки, есть еще и шишка.
Папа удивился и спросил:
— Какая это еще шишка?
А шишка сверху заорала:
— Да вот какая ши-ишка!!
И спрыгнула с лампы прямо к папе.
Спрыгнула и сбила с папы очки. Очки
упали на пол и разбились. Папа рассер-
дился и говорит шишке:
— Что ты наделала! Разве можно быть
такой неосторожной!
— Да что? — сказала шишка.—То ли
еще бывает!
Тут она влезла на блюдо, пробежала
по жареной рыбе, залезла на мамину руку и говорит:
— Подними ты меня сейчас же обратно на лампу!
Мама хотела, а папа не позволил. Папа сказал шишке:
— Если хочешь с нами обедать, шишка, сиди за столом, как
другие ребята.
— Да я не ребенок, я просто шишка. Где хочу, там и сижу.
— Нет, если ты шишка, — сказал папа, — так и иди к шишкам:
тогда тебе здесь не место.
А шишка встала на одну ножку, высунула язык и стала дразниться:
— Э-э-э-э! Иди ты сам к ши-ишкам!
Тут папа совсем рассердился, встал, взял шишку в руку, подошел
к окну и выкинул шишку в сад.
— Не надо, не надо! — закричала Леля и заревела.
А мама взяла ее на руки и стала утешать:
— Ничего, шишка опять на ту сосну влезет. Пусть живет
с другими шишками.
[ Ц 194оТ~Л
 Акт	:i
1 ^мадн. л-~.—. ||
Рис. В. Таиби
Наверное, все ребята видели эти высокие зеленые дудки.
Они растут везде, где есть вода, где сыро, и торчат из травы, как
зонтики.
Из этих дудок можно делать очень интересные игрушки.
Все, что тут нарисовано, сделал мальчик Гуля Шевяков.
Он сам это придумал.
А вы придумайте, какие игрушки еще можно сделать из дудок.
Ленинград, ул. Лассаля, 2, тел. 270*65.
Сентябрь № 9. 1940 г.
Редколлегия: В. Бианки, А. Колесеиь, В. Лебедев, Л. Пантелеев, А. Пахомов, Е. Чарушин, Е. Шварц.
Врио. отв. редакторе Д. Чевычелов. Зав. худ. частью Б. Семенов.	Зав. редакцией Э. Паперная.
Д-д-Лендетнздат 2* 9. M-1S8S 24-» литого.
Тираж 100000. Ст. ф. 80x102. Тип. зн. в 1 л. 88 288,
ОГИЗа РСФСР треста .Полиграфкнига*. ул. Мира, 3. Заказ М S6.5
п. л. 3. Сдано а производство 18/VII 1940 г. Подо, к печ. 17/IX-1940 г.


В ГОСТИ К ЗИМОВЩИКАМ
Рисунок О. Верейского
Снега и льдины серебрит
Холодное сиянье.
Оленей быстрых не страшит
Любое расстоянье.
Легко.по тундре пробегут
Километров хоть двести,
И гости праздник проведут
С зимовщиками вместе.
А. Генкина
П га
52.
ЛЕНИНУ РЫБУ ПОДАРИЛИ
КАК
М. Зощенко	Рио. И. Королёва
Однажды Владимир Ильич Ленин сидел в своем
кремлевском кабинете и работал.
На столе стакан чаю. На блюдечке две конфетки.
И сухарь.
В те годы был ужасный голод. И население питалось
чем попало. Хлеба выдавали людям по одному совер-
шенно крошечному кусочку на целый день.
Конечно, для товарища Ленина можно было бы
найти лучшую еду. Но он запрещал это делать. Он
получал продовольственную карточку, как и все.
Он не мог позволить себе сытой жизни, когда голодала
вся страна. И он даже чай пил не с сахаром, а с
карамельками.
Так вот, сидит Владимир Ильич Ленин, работает
и в перерыве завтракает—пьет чай и кушает сухарь.
Открывается дверь, и входит секретарь.
Он говорит Ленину:
— Приехал из Петрограда управляющий рыбным
делом. Он непременно вас хочет видеть.
Ленин говорит:
— Хорошо. Пусть войдет.
И вот входит управляющий.
Он простой рыбак. Революция поставила его на
большую должность с тем, чтобы он улучшил
промышленность. И, болея душой за свое де.
приехал к Ленину, чтобы ему сказать, отчего плохо
ловится рыба. Нужны деньги на ремонт лодок и на
покупку сетей. А то рыба, не дождавшись наших
советских сетей, уплывает в английские воды.
Вот управляющий докладывает Ленину, отчего нет
рыбы. И сам стоит у письменного стола. И не садится.
Хотя Ленин дважды указывает ему на стул и просит
его сесть.
Но он не может сесть. Он за спиной в руках держит
огромный пакет. В пакете завернута копченая рыба.
Это—подарок Владимиру Ильичу.
Управляющий сам коптил эту рыбу. И специально
привез ее в Москву, чтобы преподнести Ленину.
Конечно, он мечтал сразу преподнести эту рыбу,
как только войдет в кабинет. И с этой целью он и
заложил пакет. за спину, чтобы удивить Ленина
неожиданным подарком.
Он даже приготовил слова, с какими он хотел
вручить подарок. Вот, дескать, это вам, дорогой
Владимир Ильич. Небольшая копченая рыбешка.
Кушайте себе на здоровье и поправляйтесь.
Но когда рыбак вошел в кабинет, он немножко
оробел, растерялся, все приготовленные слова выско-
чили у него из головы, и он решил преподнести рыбу
после служебных разговоров. И по этой причине пакет
так и остался у него за спиной.
И вот стоит он в неудобной позе с копченой рыбой
позади и докладывает Ленину, отчего и почему в
Петрограде мало рыбы. Ленин говорит:
— Деньги мы вам дадим. И все просьбы ваши
исполним. А вы уж, пожалуйста, ловите побольше
рыбы, чтобы уменьшить голод среди населения.
Ленин попрощался с рыбаком. А тот, собравшись
с духом, положил свою рыбину прямо на стол и
2
говорит:
— Тут для вас, Владимир Ильич... рыбешку пойма-
ли... Закоптили в лучшем виде... Пять кило потянет...
И вдруг рыбак видит, что Владимир Ильич крайне
недоволен. И даже нахмурился.
Рыбак смутился еще больше и сказал:
— Уж, пожалуйста, Владимир Ильич... Примите
подношение...
Но Владимир Ильич не взял рыбу.
Он строго сказал:
— Благодарю вас, товарищ, но я не могу принять
вашу рыбу. У нас в стране дети голодают... Напрасно
вы мне ее привезли.
Рыбак окончательно смутился. И лепечет, сам не
зная что:
— Закутайте...—лепечет.—Исключительно жирная
рыбка... Поймали прямо в воде...
И вдруг рыбак видит, что рука Ленина тянется к
звонку.
„Мама дорогая,—думает рыбак,—что же это полу-
чилось ?“
На звонок приходит секретарь. Ленин говорит ему:
— Вот что. Возьмите эту рыбу и пошлите ее в
детский дом.
Увидев, что рыбак до крайности смущен, Ленин
протянул ему руку и сказал:
— От имени детей благодарю вас, товарищ, за
подарок.
Рыбак попрощался с Лениным и вышел из каби-
нета, бормоча:
— Мама дорогая, произошла ошибочка.
Рисунки В. Гринберга

Й
I
. •
НЕВА
Привет, привет тебе, Нева!
Твоя чудесна синева,
Ты широка и глубока,
В гранит одетая река.
И в этот год,
Как в прошлый год,
Сюда войдет
Военный флот
И в годовщину
Октября
Флажками вспыхнет,
Как заря!
И в этот год,
Нан в прошлый год,
Столпится
Праздничный народ,
И будет он
Глядеть с земли
На боевые корабли.
Река, одетая в гранит,
Молчит, но в памяти хранит
Осенний день, когда в штыки
Пошли на Зимний моряки.
Над нею тысячи огней,
И чайка носится над ней,
В волне, прозрачной, как стекло,
Купая белое крыло.
В. Лифшиц
'-ri.
К У МУ 111 АН
К -л Н А ЕЗДИ И ЦА
Есть у киргизов такой обычай: родится в семье ребенок—
выйдут на улицу и слушают. Какое первое слово услышат —этим
словом ребенка и назовут.
Родилась у Зайнаб девочка.
Вышел Эргеш, муж Зайнаб, из юрты услышать слово, каким
бы свою дочку назвать. А рядом с ним жил старый Ула. Был он
большой мастер из серебра всякие вещи делать.
Слушает Эргеш, а старый Ула. говорит своему ученику:
„Серебро положи в огонь".
„Ага!—думает Эргеш. — Значит, серебро—первое слово..."
И назвал он свою девочку Кумушай. „Кумушай" по-киргиз-
ски — серебряная.
Была Кумушай маленькая-маленькая, нос, как пуговка, глазки
чуть раскосые, все время смеются.
Сделала ей Зайнаб красную шапочку, лисьим мехом оторо-
чила и на верх яркий хохолок из крашеных перышек пришила.
Исполнилось Кумушай пять лет. Посадил ее отец на седло
перед собой, хлестнул коня плетью и пустил его во всю мочь.
Выскочила Зайнаб из юрты, кричит. Очень она за дочку
испугалась. А Эргеш смеется и Кумушай смеется, сама за седло
уцепилась, держится. Конь скачет. Ветер в ушах свистит. Понра-
вилось Кумушай.
Обскакал Эргеш большой круг, поцеловал Кумушай, говорит:
— Будешь у меня наездницей!
Вскоре после этого подарил он Кумушай жеребенка.
— Ухаживай за ним,—говорит,—сама его корми. Вырастет—
твой конь будет!
Кумушай из своих рук его кормила. Жеребенок за нею
всюду, даже в юрту приходил. Прийдет бывало, станет у входа,
угощения ждет. Без угощения и не выгонишь его. А Кумушай
любимца своего баловала. То лепешки ему, то сахару.
Три года прошло. Стала Кумушай учиться в школе.
А по дороге из школы всегда своего жеребенка навещала.
Он уж совсем большим конем стал. Золотистой масти, и хвост
его пушистый до земли доставал. Назвала его Кумушай Алтыном.
„Алтын" по-киргизски — золото.
Стал Эргеш Кумушай учить верхом ездить. Даже удивлялись
все, как она хорошо в седле держится. И Алтын ее слушался,
чуть тронет Кумушай повод —Алтын вскачь пойдет. Быстрый
7
был, зайца перегонял. Остановится Кумушай, с седла слезет —
никуда конь от нее не уйдет.
Готовились киргизы к празднику. В этот день должны были
большие скачки быть.
— Знаешь, Эргеш!—говорит Идырыс, председатель кол-
хоза.— Пускай Кумушай в скачках участвует. Ездит она хорошо,
и конь ее самый резвый во всем табуне.
— Ладно, — отвечает Эргеш.—Только боюсь я одного: руки
у Кумушай слабые. Не может она коня вначале попридержать.
Конь раньше времени устанет.
— А ты,— говорит председатель,— к седлу кольцо привинти.
Так всегда делали.
Эргеш к седлу кольцо привинтил и в это кольцо повод
продел, а на поводе три узла завязал, чтоб легче было Кумушай
коня сдерживать.
— Как проскачешь один круг,— сказал отец, — выпускай
повод на один узел. Второй круг — на второй узел выпускай, а
на третьем кругу дай коню свободный повод.
Собрался народ на праздник в большой долине. Много
тысяч съехалось. На трибуне почетные гости сидят. Среди
них один полковник совсем седой. На груди у него три ордена.
Перед трибуной наездники разъезжают. Лошадей горячат.
Между собой разговаривают, смеются, шутят.
— Где же, Идырыс, твой наездник?—спрашивают.
— А вот! —показывает председатель.
8
Кумушай верхом в стороне стояла.
— Как, —говорят, —девчонка?
Засмеялись многие. А один прославленный наездник (был
он тучный, краснолицый, и конь под ним черный, огромный, чуть
не в два раза больше Алтына), так этот наездник даже рас-
сердился.
— Что ты, — говорит он Идырысу, — в насмешку с нами
в ряд девчонку поставил? Да она на первом кругу из седла
вылетит.
— Посмотрим,—отвечает Идырыс.—Обижаться после будешь!
Выстроились наездники в одну линию. Условия такие: надо
было по долине пять кругов проскакать.
Махнул рукой главный судья. Со свистом, с гиканьем кину-
лись вперед всадники. Храпят кони, бьют землю копытами. Пыль
встает. Из-под ног камни брызжут.
Скачет последней Кумушай. Пронеслись один круг, мелькнул
народ. Крин, свист, народ смеется. Отпустила Кумушай повод
на один узел. Наддал конь ходу. Обогнала некоторых всадников
Кумушай.
На втором кругу уже много наездников позади осталось.
На третьем кругу отпустила Кумушай третий узел. Вольный повод
коню дала. Совсем к седлу пригнулась. Только один всадник
впереди —на черной лошади (тот самый знаменитый наездник,
что на Кумушай обиделся). На последнем кругу стала Кумушай
настигать черного коня. Вот уж поравнялись они. Храпит чер-
ный конь, весь в пене. Устал он под грузным всадником, а
Кумушай маленькая. Трибуна скоро. В первый раз ударила
Кумушай Алтына плетью, рванулся конь и перелетел черту первым.
Замолк народ от удивления. Потом загудели, закричали все,
в ладоши бьют.
Вскочил со своего места старый полковник, подбежал
к Кумушай, снял ее с ноня, взял ее за плечи.
— Молодец ты, девочка! Молодец, Кумушай! — говорит.—
Я самому маршалу Буденному про тебя напишу. Пускай он
узнает, какая ты наездница.
Получила Кумушай первый приз: седло и уздечку. Попона
у седла расшита шелком. Все седло старый Ула серебряными
звездами украсил. Колхоз ее почетную грамоту получил.
Стала Кумушай знаменитой.
И теперь зовут все маленькую Кумушай —Кумушай-Наезднииа.
ПРАЗДНИЧНОЕ
Этот город стоит на берегу Черного моря. Наступил Октябрьский
праздник, а здесь еще совсем тепло. На набережной большое гулянье,
собралось много народу. Дядя Степа вырядился Серым волком, а Люся,
дочка его,—Красной Шапочной. Рустем надел маску с усами и каску
пожарного. Андрюша прикатил на Коньке-горбунке.
Вера—украинка, Гасан—заяц, Саид—Кот в сапогах. Есть тут еще 1
джигиты, моряк и боярышня.
В море корабли засветились яркими огнями. И на барже зажглись
ГУЛЯНЬЕ
цветные фонарики. На барже играет оркестр, и артисты танцуют лезгинку.
А на набережной под эту же музыку танцует лезгинку дедушка Алим
со своей внучкой Гуль-Гуль. Митя забрался к маме на плечо и машет им
флажком-
Катя так засмотрелась на танцы, что не почувствовала, нак у нее
улетел шарик. А Боря не слышит и не видит, что делается на набережной,
он засмотрелся на корабли.
Ребята, посмотрите внимательно на эту картинку и отыщите всех.
Рис. В. Курдова
КУКЛЫ РАЗВЕДЧИКА КОМАРОВА
Командир отделения Герой Советского Союза товарищ Комаров
сказал как-то своим бойцам:
— Сегодня ночью нам итти в разведку, приказываю всему отде-
лению делать из соломы куклы!
— Есть делать куклы! — ответили красноармейцы и стали делать
из соломы большие куклы в человеческий рост.
Когда куклы были готовы, Комаров надел на них красноармей-
ские каски, к каскам приладил ножницы, которыми разведчики режут
колючую проволоку, а к ножницам привязал длинные веревочки.
Дернешь за веревочку — ножницы застучат, зазвякают.
Ночью разведчики взяли под мышки свои соломенные куклы
и поползли вперед.
Им надо было узнать, где на поляне спрятаны у врагов пуле-
меты, потому что через эту поляну должна была завтра наступать
Красная Армия.
Вот выползли они на опушку леса и спрятались за пригорком.
12
— Теперь тихо, осторожно наши куклы надо уложить на откры-
том месте, — шопотом сказал Комаров.
Разведчики поползли и незаметно уложили чучела на поляне.
Когда они вернулись, Комаров сказал:
— Ну, теперь дергайте за веревочки!
Красноармейцы стали дергать, и ножницы на касках зазвякали.
Враги это тотчас услыхали. Им, наверно, показалось, что кто-то
заряжает винтовки. А тут еще они увидели, что в темноте ползут
какие-то люди. Это разведчики дергали за веревочки, и куклы шеве-
лились.
Враги подумали, что к ним ползут красноармейцы, и стали стре-
лять из винтовок.
Но куклы все шевелились и звякали. Тогда враги открыли по
ним со всех сторон пулеметный огонь. А товарищ Комаров сидел со
своими бойцами за пригорком и смотрел, откуда стреляют. И по теле-
фону все это передавал артиллеристам.
Артиллеристы стали стрелять из пушек. Дали первый выстрел —
попали в один пулемет, вторым выстрелом попали в другой, потом
в третий и так уничтожили все пулеметы врага на поляне.
После этого Красная Армия пошла в наступление.
Вот как хитро Герой Советского Союза товарищ Комаров выз-
нал у врагов, где у них спрятаны пулеметы.
Д. Неусихин
ОХОТНИК МИХЕЙ И ДИКИЕ ГУСИ
Рисунок В. Кобелева
На озере была широкая заводь. Днем в этой заводи гуляла
и кормилась в траве всякая рыба, а по вечерам выплывали из
камышей дикие гуси и маленькие гусенята.
Каждый вечер много гусей собиралось на заросшую тра-
вой и кувшинками тихую заводь. Не раз приезжали охотники
с ружьями, да не удавалось им подойти близко к гусям: улетали
от охотников сторожкие гуси.
— Вот вы подойти к диким гусям не можете, а я этих гусей
без ружья могу брать живьем,— сказал однажды приезжим
охотникам старый деревенский охотник Михей.
Не поверили охотники Михею.
А Михей вколотил посреди заводи высокий кол, привязал
к колу сноп немолоченного овса.
„Пусть, — думает, — попривыкнут гуси к овсу. Гусь — птица
прожорливая, ее можно руками взять11.
Выплыли вечером гуси на заводь кормиться. Боятся подплы-
вать близко к Михееву снопу.
Попробовал один старый гусь овес щипать. Понравился
гусю овес. Увидели другие гуси и гусенята—всем стадом нава-
14
лились на Михеев овес. За один вечер вчистую разделали
сноп.
А Михей на другой день новый сноп к колу привязал, чтобы
гуси больше привыкли к овсу.
Раз приготовил Михей большой толстый сноп. Рубаху и
штаны снял, спрятался сам в воду. На голову вместо шапки
овсяный сноп напялил.
Не видно под снопом Михея.
Вечером выплыли гуси, стали со всех сторон Михея тере-
бить. Возле самого Михеева носа щиплют овес. А Михей стоит
тихо да под водой неприметно на гусиные лапы крепкие петли
набрасывает.
Связал всех гусей, сбросил с головы сноп.
Хотели улететь гуси, а не могут: Михей за веревочку
держит.
Вот как без ружья переловил прожорливых гусей хитрый
деревенский охотник Михей.
Мой твердый щит всегда при мне.
Его ношу я на спине.
Из-под него на всех гляжу
И очень медленно хожу.
А если кто-нибудь спешит.
С. Михалков
ИВАНУШКА ДУРАЧОК
Русская сказка
Жили-были дед да баба. Было у них три сына—
два умных, а третий Иванушка-дурачок. Старшие
братья в поле работали, а Иванушка на печи лежал
да орешки щелкал.
Вот раз баба и говорит Иванушке:
— Полно тебе, Иванушка, на печи лежать да ореш-
ки щелкать, надо отцу с матерью помочь. Старшие
братья в поле работают, а ты поезжай-ка в город да
купи все, что для дома надобно.
Поехал Иванушка в город, все сделал по-хорошему,
всего закупил. Купил соли и сахару, и мяса, и ложек,
и чашек, да еще и стол купил. Ну ладно, хорошо.
Идет Ванюшка домой, а лошаденка неудалая—везет
не везет, спотыкается. Тяжело ей, видно.
„А что,—думает Иванушка,—ведь у лошади четыре
ноги да у стола четыре ноги—так стол и сам добежит".
Снял с телеги стол, поставил на дорогу, хлыстом
стеганул:
— Догоняй!—говорит.
Едет Иванушка перелеском, вдоль дороги пеньки
стоят обгорелые. Солнце их жжет, дождик мочит. Пожа-
лел их Иванушка:
— Эх, ребятки, без шапок стоите, плохо вам,
сердечные.
Вынул из ящика горшки, чугуны, сковороды да
на пеньки обгорелые и надел:
— Вот вам, ребятки, шапочки!
Доехал Иванушка до реки, давай лошадь поить.
А лошадь не пьет.
— Что не пьешь? Может, вода не солона?
Взял Иванушка мешок соли, в реку высыпал. А
лошадь все не пьет.
— Ишь ты, все ей вода не хороша. Ну ладно, дай
подслащу.
Высыпал Иванушка в реку мешок сахару. А лошадь
все не пьет. Рассердился Иванушка:
— Эка привередница, пошла прочь с моих глаз!
Да и прогнал лошадь хворостиной в лес.
Остались у Иванушки только ложки в мешке да
мяса кусок на телеге. Взялся Иванушка за оглобли,
потащил телегу.
Вороны над мясом вьются, каркают: „Кар-р! Кар-р!“
А Иванушке показалось: — „Украл! Украл!"
Испугался Иван-дурачок:
— Да не крал я, не крал! Ну вас совсем. Заби-
райте-ка лучше мясо!
Да и выкинул мясо воронам.
Идет Иванушка по дороге, а ложки в мешке так
и брякают: „Бряк, бряк, бряк!“
А ему кажется—ложки дразнятся: „Иван-дурак,
Иван-дурак".
Рассердился Иванушка, бросил ложки наземь, ну
их топтать да приговаривать:
— Вот вам Иван-дурак! Вот вам Иван-дурак! Бу-
дете дразниться, негодницы!
Вот пришел Иванушка домой. Баба его спрашивает:
— Все ли купил, Иванушка?
— Все, все, матушка.
— Да где ж у тебя покупки-то?
— Стол бежит, да, знать, поотстал маленько. Горш-
ки да чугуны на ребят надел. Соль да сахар в реку
высыпал. Мясо воронам отдал. Лошадь прочь прогнал.
А ложки дразнятся, так я их на дороге кинул.
Заплакала баба:
— Ах, Иванушка, Иванушка, нахозяйничал, сынок!
Сиди теперь дома, а я лошадь побегу искать.
Пошел Иванушка в избу, дверь замкнул, на лавку
сел. В бочке квас у печки бродит: „П-с-с-т, п-ш-т“.
А Иванушка думает: „Пусти, пусти".
Взял втулку вынул да весь квас в избу и выпустил.
Поплыли по квасу чашки, ложки, плошки. Поплыли
скамьи да столы... А Иванушка в корыто сел, по избе
разъезжает, лопатой направляет, песни поет.
Баба пришла, в дверь стучит. По избе квас жур-
чит, а Иванушка покрикивает:
— От одного берега отъехал, до другого не доехал.
Подожди, мать, до дверей доплыву—отомкну!
Ну ЧТО С НИМ сделаешь!	Обработала И. Карнаухова
J8
Рисунок Т. Певзнера
Хороша моя подружка —
Ярко-розовая кружка
С темно-синим ободком,
С кипяченым молоком!
РЕБЯТА!
На следующей странице нарисован мой фокус. Я раз нарисовал загадоч-
ного зверя, потом вырезал клетку такую, как на обороте, наложил на картинку —
и вдруг в клетке оказалась лошадь. Я сказал:
— Тетя Шура, кто у меня в клетке?
Она говорит:
— Лошадь.
А я передвинул немножко прутья и говорю:
— Да что ты, разве это лошадь?
Она смотрит, а в клетке — корова.
— Что такое? — говорит. — Я думала лошадь, а это корова.
Я опять чуть передвинул клетку, тетя Шура говорит:
— Да нет, какая корова, это лошадь, как я и думала.
Тут я опять передвинул... Вот она удивлялась!
А потом догадалась, и мы с ней долго играли в эту игру.
Поиграйте и вы. Отрежьте эту половинку страницы и вырежьте клетку,
которая нарисована на обороте, осторожно, чтобы не попортить прутьев. Ничего,
что мое письмо порежется. Только знайте, что у вас в клетке окажется не
лошадь и не корова, а кто — не скажу. Посадите этого зверя в клетку — сами
узнаете, а поленитесь — значит, вам неинтересно.
Привет вам
ДИМА.
ЗАГАДОЧНЫЙ ЗВЕРЬ
НЕ СКАКАЛА БЫ НА ПОЛКУ —
НЕ ПОПАЛО БЫ МЕТЕЛКОЙ.
— Ничего, - сказал бульдожка, —
— Шею вытяну немножко —
Если кто большого роста,
Тот возьмет сосиски просто.
Но трудней решить вопрос
Тем, кто малость не дорос.
До сосисок доберусь...
Ай, держите, я валюсь!
— Не могу понять я толком,
Что случилось? Почему
Я сама сижу на полке,
А обед ушел к нему? —
Всем теперь, конечно, ясно:
Если в кухню кто войдет,
Для бульдожки безопасно,
А вот таксе попадет.
Октябрь № 10. 1940 г.
Редколлегия: В. Бианки, А. Колесекь. В. Лебедев, Л. Пантелеев, А. Пахомов. Е. Чарушин. Е. Шварц.
Отв, редактор А. Колеоень.	Зав. худ. частью Б. Семенов.	Зав. редакцией Б. Колоколоа.
Д-д-Лендетиадат J* 10. M-342S1	24-я литого. ОГИЗа РСФСР треста .Полиграфкнига", ул. Мира. 3. ЗакааМ688
Тираж 100 000. Ст. ф. 80x102. Тип. ая. а 1 л. 88 2№. я. л. 3. Сдано а пронаводство 20ZVIII 1940 г. Подл, к иеч.аМХ! 1940 г.
1 p. 15 к.
70 41
П
5Z

Бал веселый!
Бал парадный!
Шумный,
Пестрый,
Маскарадный I
Вход для школьников открыт,
Для дошкольников —
Закрыт.
Вот смотри:
Стоят у входа
Коля с Петей.
Но смотри:
Одному четыре года,
А другому только три.
Говорят они: — Пустите! —
Но швейцар им: —Нет, друзья,
Вы сначала подрастите,
А таких пустить нельзя. —
Коля с Петей прочь отходят...
Вдруг к швейцару с булавой
Гражданин один подходит
С очень длинной бородой.
— Я на бал иду. Пустите.
Где тут вход? Я не пойму.
- Гражданин, сюда пройдите, —
Говорит швейцар ему.
Бал гремит, шумит, грохочет,
Вое кругом несется вскачь,
Только громче всех топочет
Очень странный бородач.

Все танцующие люди
Собрались вокруг него.
Вот несут к нему на блюде
Ледяное эскимо.
Стихла музыка.
И вдруг
Закричали все вокруг:
— Эй, глядите-ка! Глядите!
У него две пары рук! —
Понемногу,
Постепенно
Всем понятно стало веб,
Что ведь это,
Несомненно,
Коля с Петей.
ВОт и всё. /, L
1	^A-XapJc
. ... .. Д
Рисунок Е. Чарушина
Рисунок Иосифа Ец
ЛЕНИН НА ОХОТЕ
В. Карасева
Рис. И. Харкевича
Давно это было, в самом начале революции. Враги нападали на
нас со всех сторон. Была война, был голод. В Москве и Петрограде
совсем не было хлеба. Люди болели от голода, и дети стали такими
худыми, что можно было пересчитать у них все косточки.
На берегу Волги, возле города Царицына, в степи созревали хлеба.
Но враги напали и на этот город, окружили его со всех сторон и
хотели забрать хлеб.
Ленин поручил товарищу Сталину разбить и прогнать врагов,
собрать весь хлеб и отправить в голодные города.
В Москве в тихом переулке стоял каменный одноэтажный дом.
Старые хозяева удрали от революции, и в дом въехали ребята.
На парадной двери сторож Федотыч приколотил дощечку с над-
писью: ,,10-й детдом". Комнаты в доме были высокие и большие.
Полы блестели, как зеркало. Но даже летом в комнатах было сыро
и холодно, и ребята зябли. Они забирались на кровати, жались
друг к дружке и ежились под одеялами.
В большом зале на полу стояли портреты в тяжелых золотых
рамах. На ‘одном портрете был нарисован усатый важный генерал.
Вся грудь у него была в медалях и крестиках. Он глядел на ребят
колючими голубыми глазами и хмурил густые, как щетки, брови.
— Вот будете баловаться, — грозил дед Федотыч, — дяденька
генерал вам задаст.
— Неправда, не задаст! — кричали ребята. — Он не живой, он
только намалеванный.
— А вот живой как вернется.
—- Не ври! Не вернется! Его Ленин сюда не пустит.
Два каменных льва сторожили крыльцо. На лапах у них рос мох.
Один лев всегда улыбался, а другой был сердитый. Все ребята боялись
его. только один Андрей не боялся: Вот и сейчас: влез на спину сер-
дитого льва, уселся на нем верхом, подхлестнул прутиком и поехал^-<.
кататься. „Но, Вася! Но! Поехали за хлебом! За пайком поехали!" Z -'^A
— Совсем нету хлеба у нас, - сказала большая девочка, беленьк(р^'7™^ i
Нюрка. — Я сегодня в кладовой пол мела и видела: ни крохотки.
Маленький Ленька, по прозвищу Куцый, заревел:
— Есть хочется! Ой, хочется! Ой, живот пустой!
— У тебя пустой, а у меня совсем нету живота, мой живот
к спине прилип, — сказал Андрей. — А вдруг стану есть, а он не
отлипнет. Что тогда?
— Отлипнет,— утешила его Нюрка,— еще как отлипнет. Съешь
хлебца кусочек и отлипнет.
— Хочу хлебца кусочек,—заныл Куцый-Ленька.
Нюрка уговаривала его:
— Не плачь, Ленечка, сейчас тетя Катя придет, она принесет
хлебца. Слышишь, вон она уже идет.
И верно: застучали деревянные сандалии тети Кати. Из-за угла
показалась она сама.
— Несет! Хлеб несет! Полные руки! — крикнул Андрей и побежал
ей навстречу.
Но у тети Кати не было хлеба. Кошолка висела пустая, а на
руках она держала маленькую, очень худенькую девочку. Ножки
у девочки были тонкие, как лучинки, а глаза совсем закрыты.
Тетя Катя запыхалась. Она села на ступеньку и перевела дух.
Ребята молчали и смотрели на новую девочку.
Дед Федотыч подошел, оглядел девочку и покачал головой.
— Эх, Катюша, и зачем ты ее принесла? Самим есть нечего,
а ты еще одну притащила. Давай я ее снесу назад.
Тетя Катя нахмурилась.
— Некуда ее нести. Отец у нее на войне, а мать в больнице.
Пускай Танюша остается у нас — мы ее скоро поправим.
— А кормить чем будем? —спросил Федотыч.
Тогда тетя Катя громко сказала:
— Из Царицына уже привезли хлеб. К вечеру, наверное, при-
несут и нам.
Весь день поджидали ребята хлеб. Два дружка, Федюнька и
Минька, не отходили от окошка. Ленька и Андрей, верно, сто раз
выбегали на улицу и глядели, не несут ли хлеб. Нюрка взяла иголку,
вдела нитку, но штопать не могла: голова сама каждую минуту пово-
рачивалась к дверям. Нет, не несут.
Вечером ребята долго не ложились, всё ждали. Тетя Катя никак
не могла их угомонить. Пришел помогать Федотыч.
— Пора, пора! — строго сказал он.—Кто скоро ляжет, тому завтра
калач намажут, а кто не скоро ляжет, тому дулю покажут.
В середине ночи проснулась новая девочка—Таня. Села на кровати
и заплакала.
— Танюшка, ты чего? — спросила Нюрка.
Таня заплакала громче. Проснулись ребята, прибежала тетя Катя,
приковылял Федотыч. Дед сказал:
— Ну вот, тучи не было, а дождь пошел. О чем ты, пичужка?
Тетя Катя гладила Таню по голове:
— Не плачь, детка. Ты, наверное, плохой сон увидела?
— Не, не плохой,—всхлипывала Таня. — Хороший сон. Наша
мамка блины пекла, кусок сала на вилку наткнула и мажет сковородку.
Мамка у плиты красная, а блины толстые, горячие. Мамка говорит:
„Я сметанки дочке дам, сметанки дам".
Танюшка опять расплакалась. По щекам у нее поползли слезы,
крупные, как дождевые капли.
Глядя на Танюшку, захныкали Федюнька и Минька. Куцый-Ленька
прижал оба кулака к глазам и заревел во все горло.
— Вольники, безобразники, управы на вас нет!—бранился дед.—
Вот как пойду во двор, как выломаю здоровую лозину да пропишу
вам как следует!
А сам никуда не пошел, сел у печки в уголке и пригорюнился.
Тетя Катя взяла Таню на руки и стала ходить с ней по комнате.
Потом уложила ее в кровать и сама легла рядом. Ребята притихли.
— Тетя Катя!—вдруг загудел Ленька.—А, может, хлеб еще и не
привезли?
— Может, паровоз сломался? — шопотом спросила Нюрка.
— Другой паровоз прицепят, спите!
— А вдруг враги отняли хлеб по дороге? — спросил Андрей.
Тетя Катя покачала головой.
— Спи, спи, никто не может отнять. На вагонах пулеметы,
у всех красноармейцев винтовки. Сам товарищ Сталин провожает
поезда и пароходы. Он сам смотрит, как грузят хлеб, и говорит:
„Товарищи, в этом вагоне осталось свободное место, положите туда
еще один мешок".
Утром ребята вскочили чуть свет. В доме пусто, плита холодная.
Тихие, невеселые выползли ребята на улицу. Прикурнули на
крылечке, улеглись прямо на земле. Тетя Катя вынесла Таню и села
с нею на солнышке.
— Побежим до угла, может, хлеб несут, — сказал Андрюшка
ребятам. Но никто не сдвинулся с места.
— Есть хочется, — завел свою музыку Ленька. Сорвал кошачью
травку и отгрыз кончик.
— Тьфу, горько.
— Ох, какую я вам сказку расскажу смешную, — сказала тетя
Катя, — про колобок.
— Хочу колобок! — заревел Ленька.
В это время в переулок завернула тяжелая грузовая машина.
Она громко пыхтела, урчала и с трудом пробиралась по неровной
мостовой. Кузов ее был плотно прикрыт старым серым брезентом.
Никто из ребят не взглянул на машину, никто не побежал ей навстречу.
Машина остановилась у самого крыльца.
— Принимайте продовольствие! — крикнул из кабинки шофер.
Дед Федотыч мигом сбежал по ступенькам и широко, настежь
4
распахнул обе половинки двери. Загорелый шофер-красноармеец, низко
согнувшись, втащил тяжелый мешок с мукой и поставил его в передней.
У тети Кати дрожали руки, когда она расписывалась на узенькой
серой бумажке.
Тесной стайкой облепили ребята деда. Дед Федотыч острым
ножичком осторожно распорол мешок. Взял горсточку муки, растер
на ладони пальцем и сказал:
— Ох, хороша царицынская мучка, чистая, сухая.
Через полчаса плита шипела и трещала, как живая. Дед Федотыч
каждую минуту совал в топку дрова, а тетя Катя, растрепанная и красная,
поворачивала на сковородке горячие, мягкие лепешки.
Ели молча. Только слышно было, как хрустели на зубах поджа-
ристые корочки.
— А я тоже про колобок знаю, — сказала вдруг Таня и запела
тоненьким, как травинка, голоском:
„Я от деда ушел, я от бабы ушел, я от волка ушел, к Тане
в рот пришел. Хап!“
Все ребята засмеялись, а Танюшка смутилась, покраснела и
уткнулась носом в кофту тети Кати.
— Ай да пичужка, ай да молодец, вот скоро поправилась, — сказал
дед Федотыч.
— Ия тоже поправился! — закричал Андрей. — Отлип у меня
живот, глядите!
Спать легли рано, и ночью никто не просыпался и не плакал.
В открытые окна залетали из сада ночные жуки и бабочки и
хорошо пахло цветущей липой. Залетела и далекая песня. Это пели
красноармейцы. Они отправлялись на фронт.
Запоздавшая птица летит.
Скоро выпадет первый снежок,
•Ярко-ярко над сельсоветом
Заиграет на солнце флажок.
Мы достанем коньки и салазки,
Будем снежные строить форты,
А на стеклах, сверкая, как в ск;
Зацветут ледяные цветы.
Возвратились ребята из школы,
С букварем у окошка сидят,
И горит над осинником голым
Розоватый осенний закат'.
ЛУжй ломкой хрустят перепонкой,
Льдинки тают, скользят из рук;
^За своей паутинкой тонкой
(Полетел над кустами паук.
,Все светлей в поредевшей чаще,
„Побелели стволы берез,
чТа‘ рябинах ягоды слаще,
А в траве сверкает мороз.
Солнце встало как-то неладно,
-Напугало в лесу медвежат:
Слишком пусто кругом и прохладно,^
И по-новому тени лежат.
Рисунок Г Глебовой
ЖУРКИ
Н. Быльев	Рисунок автора
Старый дедушка чуть свет поднял Вовку.
— Вставай,—говорит,—вставай скорей! Погляди,
какие к нам гости пожаловали! Вон-вон они, у овинов.
Высунулся Вовка в окно, посмотрел, а там кто-то
расхаживает. Да не один, а целая гурьба. И все будто
в светлых рубахах. Вдруг рубахи взмахнули рукавами
и взлетели в воздух. Тут Вовка увидел на утреннем
светлом небе, что это большие птицы.
— Журки это, —сказал дедушка.—Журавли. Вишь,
в теплые края улетают. По пути, значит, отдыхали
у нас на болотце.
— Зачем же ты, дед, меня раныпе-то не раз-
будил?—захныкал Вовка, —Не успел я поглядеть...
А журавли потянулись совсем низко над овинами.
— Ох ты, на ячменное поле сели! Там копнушки
не убраны,—всполошился дедушка,—Зерно обдерут,
убытку наделают... Вот я их из ружья!
— Погоди, дедушка, не надо, не стреляй,—зашеп-
тал Вовка,—Дай погляжу на них чуточку.
II он, как был, босой, без шапки, выпрыгнул в окно
и пустился, пригнувшись за плетнем, к ячменному
полю. Скатился Вовка в канаву, а в ней лопухи,
колючки, крапива... Вовка рукава на кулаки натянул,
зажмурился и пополз. И вот уж слышно ему, будто нож-
ницами быстро-быстро стригут: чпк, чик, чик!.. Это
щелкают клювы. Журавли теребят ячмень.
Высунулся Вовка из-за лопухов на полголовы,
сердце у него так и запрыгало.
Вот они, журки! Ух, как близко! Что за птицы
удивительные! А ноги-то, ноги —будто длинные палки!
Хвосты в кудри завиты. И вдруг один журавль закричал.
7
Да так резко, точно тупой пилой по сухой доске
хватил. Разом крылья захлопали.. И вся стая стала
взлетать.
Тут Вовка из канавы выскочил, заорал страшным .
голосом—и во весь дух к стае.
Журавли взлетают не сразу с места. Сперва разбе-
гаются вприскочку. Один журка разбежался, да в коп-
нушке ногами и увяз. Только он из копнушки выбрался,
только скакнул раз, скакнул другой, а Вовка тут
и схватил долговязого на лету за ногу.
Рванулся журавль. Вовка не удержался, со всего
маху упал грудью, локти ссадил, но журку не выпустил.
— Поймал, поймал!
А журавль вдруг как долбанет Вовку носом в лоб.
У Вовки в глазах потемнело. Хотел он журавля за клюв
ухватить. А журавль еще как клюнет Вовку в пальцы
и стал своим острым носом гвоздить куда попало...
— Скорей, дедушка! Ой, скорей! —закричал Вовка.
Подбежал дедушка, схватил журавля за крылья и
вдруг как заругается:
— Голова с ушами! Ведь он мог насмерть заклевать.
Гляди—тебе глаз чуть не выбил. Ногу-то его отпусти.
Я держу.
А журка извернулся и дедушку клюнул.
— Какая птица сердитая,—брюзжит дед. —Вот я
ей сейчас башку укутаю.
Он стянул с себя пиджак и накинул его журавлю
на голову.
— Теперь-то он небось присмиреет,—сказал де-
душка уже не так строго. —Ну, веди своего журку
домой. То-то будет потеха.
Журавль под пиджаком вдруг жалобно закричал.
Ему откликнулись журавли в небе.
— Ишь, прощаются, —сказал дедушка.—Птицы, а
понимают...
У Вовки сжалось сердце. Он поглядел вверх. Журавли
выстроились косяком и были уже далеко. Их крылья
8
казались розовыми в лучах встающего солнца.
— Дедушка, — сказал Вовка, —ведь товарищи его
улетят?
— Ясно, улетят.
— Дедушка, а может, отпустить этого?
— На что ж тогда было ловить?—удивился дед.—
Какой муки ты от него натерпелся и все будет зря!
Хоть покажи его на деревне, похвались, какой ты у нас.
— После не догнать будет ему...
— Эк свое заладил, — сказал дед. —Да делай, как
знаешь! Ты поймал, твоя птица.
— Дедушка, пусть он летит.
И Вовка сдернул пиджак с головы журавля.
Сначала журавль стоял неподвижно, будто ошалел,
потом скакнул вперед, сильно взмахнул крыльями,
взлетел и, курлыкая, помчался за своей родной стаей.
Вовка долго глядел ему вслед, заслонившись рука-
вом от солнца.
— Дурачок! Вот дурачок, — бормотал дедушка, а
сам ласково гладил Вовку по голове.
9
МАСКИРОВКА
Рис. В. Танби
Рассмотрите эту картинку: вы увидите, как люди на войне прячутся от врагов сами и прячут от них свое оружие. Смотрите: если бы через реку орудия везли на
лодках открыто, их бы быстро обнаружили самолеты противника. Поэтому лодки убрали ветками: теперь сверху их легко спутать с островками.
Вот едет танк. Не будь он выкрашен яркой краской, он стал бы заметным издалека. Но видите, как его раскрасили разными узорами? Отойди чуть подальше и не
поймешь — танк это стоит или зеленый куст.
В Красной Армии такой способ прятания называется маскировкой. Маскировка применяется для того, чтобы незаметно подойти к противнику, неожиданно на него
обрушиться и победить. Рассмотрите всю эту картинку внимательно. На ней нарисо!ано много интересных способов маскировки.
НА КАКИХ ЖИВОТНЫХ ЛЮДИ ЕЗДЯТ
Е. Боронина	Рисунки И. Ризнича
Кан на лошади ездят, ты, конечно, сам знаешь. А видел ли ты вот
такую упряжку: в сани-нарты запряжены собаки-лайки? У лаек теплая
шуба, мороз им не страшен. Сами они легкие и не проваливаются глубоко
в снег. Ездят на собаках у нас на холодном снежном севере, где нет
дорог. Правит собаками кучер-каюр.
А такую тележку с молоком возят обыкновенные дворняги за гра-
ницей, в Голландии. Пока хозяйка ходит по квартирам и продает молоко,
собака смирно ждет ее с тележкой на улице. Попробуй-ка тронь такую
собаку!
Вот сидит верхом на олене эвенк-охотник. Живут эвенки в тайге,
в густых лесах. Там только верхом проехать и можно. Охотник собрался
в дальний путь. На второго оленя он навалил все свои припасы.
Видел ли ты таких лохматых быков? Это яки. У них шерсть на брюхе
до самой земли, потому что им приходится пробираться в глубоких сне-
гах. На яках ездят по горам киргизы- На вид як неуклюж, а на самом
деле очень ловок. Он никогда не оступится и легко ходит по кручам.
Наверное, ты натался на ослике в Зоосаду. А вот в Крыму, в Узбеки-
стане, в Туркмении на осликах, как на лошадях, ездят и взрослые, только
ноги подгибать приходится. Ослик хоть и маленький, а выносливый.
На верблюде тоже удобно путешествовать. Садиться надо между
горбами. В жаркой песчаной пустыне и лошадь, и слон, и олень, и як
погибнут без воды и пищи, а верблюду ничего не делается. Он по многу
дней может не пить и не есть.
ЧУДЕСНАЯ ПОВАРЕШКА
Эвенкийская сказка
Едет по тайге охотник Танина верхом на олене. Пятками
под бока оленя подгоняет, чтоб быстрее шел. Увидела оленя
лисица — захотелось ей оленины. Выбежала она на тропку, заго-
родила дорогу, говорит охотнику Танине:
— Здорово, человек! Хороший у тебя олень. Давай ме-
няться.
Танине смешно стало, он от смеха чуть с оленя не упал.
— А на что меняться? У тебя ведь ничего нет.
Лисица говорит:
— Неправда, у меня есть такая поварешка—тебе и во сне
не снилось. Опустишь ее в котел с водой, помешаешь вверх,
вниз, влево, вправо — и будет тебе .каша с салом.
Танина даже облизнулся:
— Это хорошая мена. Неси скорей поварешку, бери моего
оленя.
Сбегала лисица к себе в нору, принесла старую деревян-
ную поварешку. Отдал ей Танина своего оленя, сам пошел
домой пешком.
Приходит в свой чум и хвастает жене:
14
— Погляди, жена, какую чу-
десную поварешку я у лисицы
выменял. Теперь нам не нужно
ни муки, ни крупы, ни сала.
На, опусти ее в котел с водой
и помешай вверх, вниз, влево,
вправо,—увидишь, какая жир-
ная каша будет.
Обрадовалась жена, налила
в котел воды, развела в очаге
огонь, сидит и поварешкой в кот-
ле помешивает — вверх, вниз,
влево, вправо.
Проходит время. Танина
спрашивает:
— Готова каша?
Жена отвечает:
— Да нету каши, одна вода
в котле.
А Танина есть хочет.
— Ну, ты, наверное, не так
мешаешь. Давай сюда повареш-
ку, я сам буду варить.
Сел у очага на корточки,
стал поварешкой в котле по-
мешивать—вверх, вниз, влево,
вправо. Варил-варил, болтал-
болтал — даже рука заболела.
Посмотрел в котел —вода, по-
пробовал — вода.
Рассердился Танина, бро-
сил чудесную поварешку в огонь-
— Обманщица лисица! Убью
ее!
Побежал он в тайгу лисицу
искать.
А лисица как раз оленя до-
едала.
v' V 7 Д ‘
Видит она—бежит охотник Танина сердитый, злой. Бросила
она оленину, заметалась, поскорей залезла на кривое дерево.
/5
Танина говорит:
— Тут я тебя и убью.
И поджег дерево. Огонь достал лисицу, и она свалилась
на землю.
— Пропадай теперь, обманщица!— говорит Танина. — Сго-
ришь, как твоя чудесная поварешка.
И ушел домой. Думает: „Пропала лисица11. А лисица не
пропала, она только обгорела. От огня она ссохлась, стала в
два раза меньше и вся порыжела. С тех пор она рыжая.
Рисунки H. Травина
Как Павлику спать итти, так он бабушке загадки загадывает.
Покуда бабушка не отгадает, до тех пор спать не идет.
Но бабушка у Павлика такая умная —все сразу отгадывает. И
приходится Павлику рано ложиться.
„Нет, — думает Павлик, — нужно такую трудную загадку приду-
мать, чтобы она долго отгадывала11.
И придумал.
— Вот отгадай, — говорит он бабушке, — кем я буду? Сяду и ни
за что не слезу, как ни проси.
— Пилотом, — говорит бабушка.
— Нет.
— Ну, тогда танкистом.
— Тоже нет, — отвечает Павлик. — Никогда не угадаешь.
— Что же, — говорит бабушка, — если ты не хочешь слезать, то
возьми меня с собой посидеть.
— Нельзя, — говорит Павлик, — лягнуть может.
— Иди ложись спать, — говорит бабушка,—я отгадала. Ты бу-
дешь кавалеристом.
И пришлось Павлику спать ложиться. Только удивительно, как
могла бабушка догадаться?
И. Белышеа
СТРАШНЫЙ МЫШОНОК
Когда снег покрыл землю, в избе
стали нас донимать мыши. Мой сыниш-
ка поставил на них западню-живо-
ловку.
Утром глядим: приманка съедена, и в западне лежит мышь. Это
была лесная мышь с черным ремнем на спине и ростом куда больше
домовой серой мышки.
В черепе ее была дырка и мозг был выеден. Кем? Этого-то мы
и не могли понять. Какой хищник мог пробраться сквозь частую
проволоку западни, такую частую, что даже мышь не могла сквозь
нее проскользнуть?
Вечером сынишка опять насторожил живоловку, и мы легли
спать.
Я сразу заснул, а сынишка только прикинулся, что спит, а сам
стал караулить. Ночь была лунная.
„И вот, когда все в доме затихло, — рассказывает утром сы-
нишка,— вылезла из-под пола большая мышь.
Она вошла в западню, дернула приманку, и — трык! — дверца
захлопнулась. Мышь попалась.
Она так испугалась, что забилась в уголок, сжалась в комочек
и уж больше не трогала приманки.
Вдруг катится по полу маленький мышонок. Подкатился к
западне, вытянулся и скользнул между проволок.
Большая мышь ужасно испугалась его. Заметалась в западне,
запищала.
Мышонок кинулся на нее, вскочил на спину— и мышь упала мертвая.
Мышонок выел только мозг у нее. Потом съел приманку, опять
вытянулся и скользнул прочь из западни.
Я только и успел заметить, что мордочка у него не как у всех
мышей, а вытянута хоботком, и сам он горбатенький0.
— А-а! — сказал я сынишке. — Тогда понимаю, кто это был.
Это не мышонок, не грызун совсем. Это маленькая свирепая зве-
рюшка, сродни кроту, называется — землерой. Поставь-ка нынче на
ночь не живоловку, а мышебойку с приманкой.
Сынишка поставил мышебойку, и в ту же .ночь землерой
попался.
Вот он какой страшный, даром что маленький. Это мы сами
с сынишкой нарисовали.
т. ом
Рисунки В. Конашевича
Вот досада, так досада—
Слон сбежал из Зоосада!
Умоляет Зоосад
Воротить его назад.
— Слон сбежал из Зоосада!—
Сообщают рупора.
— По проспектам Ленинграда
Слон слоняется с утра!
Зверем сломана ограда,
Цепи сорваны с кольца!
Назначается награда
За поимку беглеца! —
Вдоль по улице Зверинской
Зверь шагает исполинский.
Из окошек, из ворот
На него глядит народ.
Вот он хобот поднимает,
Обрывает провода —
Не идут теперь трамваи
Ни туда и ни сюда!
Хобот, гибкий, как резина,
Лезет в двери магазина
И, пугая продавцов,
Тащит бочку огурцов!..
Прямо к площади вокзальной
Зверь шагает колоссальный.
Глазки, красные от злости,—
Два горящих уголька.
Два клыка слоновой кости
Всем видны издалека!
Стенку желтого киоска
Он пронзает без труда—
Бьет фонтаном из киоска
Минеральная вода!
Ноги, круглые, как тумбы,
Мнут газоны, топчут нлумбы...
Слон устал от этих дел,
Спать, бродяга, захотел...
Что же было дальше? Слушай...
Слон лежит громадной тушей
У прохожих на пути:
Ни проехать, ни объехать.
Ни пролезть и ни пройти!
Сорок милиционеров
Разбудить его хотят.
Сорок милиционеров
Оглушительно свистят.
— Просыпайтесь, гражданин! —
Подойдя, кричит один.
— Поднимайтесь, дорогой! —
Подойдя, кричит другой.
Слон лежит и ровно дышит,
Громких окриков не слышит.
Длинный, толстый и тугой
Хобот выгнулся дугой...
Кукле песенку поет
Зоя Никанорова.
Зоя маминого ждет
Возвращенья скорого.
Что за шум?.. В окно она
Смотрит — вот так здорово! —
Видит спящего слона
Зоя Никанорова.
Слон лежит на улочке.
Что он любит? Булочки!..
Зоя булочку берет
И выходит из ворот...
-—Ты куда это идешь? —
Ей кричат из публики.
— Ты ному это несешь
Булочку и бублики?—
Отвечает Зоя людям:
— Мы его сейчас разбудим! —
И погладила рукой
Хобот длинный и тугой...
— Ты слоновьего не знаешь,
Зоя, злого норова!
Пожалеешь, пострадаешь,
Зоя Никанорова!..
— Я готова дать вам слово,
Нрава он совсем не злого.
Это слон, по кличке Том,
Нам, юннатам, он знаком! —
Тут, нарушив свой покой,
Слон чихает раз, другой,
Сонно глазки открывает,
Длинный хобот поднимает
И. нащупав, прямо в пасть
Начинает сласти класть!..
На кого народ дивится
Из окошек, из ворот?
Восьмилетняя девица
Зверя страшного ведет!
Вдоль по улице Зверинсной
Зверь шагает исполинский...
И директор Зоосада
Ждет того, которого
В сад ведет по Ленинграду
Зоя Никанорова.
А кого ведет она? —
Укрощенного слона!
Этот слон, по кличке Том,
Ей давным-давно знаком!

В ЧЕМ ДЕЛО?
А. Генкина
, Рисунок Н. Радлова
В глухом закоулке
На заднем дворе
Четыре котенка
Сидят на ларе.
Сидят на ларе
Четыре котенка,
Четыре котенка
Мяукают звонко.
Приходит Володя
От мамы тайком.
Голодных котят
Напоить молоком.
Но дрогнула вдруг
У Володи рука —
И набок тарелна,
И нет молока!..
Чему удивился он?
В чем тут секрет?
Ну, кто догадался,
Пришли нам ответ!
В клубах пара,
В клубах дыма,
В ровном грохоте колес
Он летит неутомимо —
Самодельный паровоз!
Словно птица,
Скорый мчится
Со звездою на груди.
Тише ход!..
Москва-столица
Показалась впереди.
Ноябрь № II. 1940 г.


КИРОВ НА КАВКАЗЕ
Жители маленьких горных селений хорошо помнят Сергея Мироновича
Кирова.
Киров любил бывать в гостях у горцев, И горцы его любили.. Соберутся
они бывало бокруг Кирова и с интересом слушают его рассказы о новой,
замечательной жизни.
Николай Григорьев	Рисунки И. Харкевича
Однажды в выходной день товарищ Киров сказал своему
шоферу:
— Давай-ка, Михайлыч, проедемся сегодня по Неве. На
лодочке, а?—Киров потер руки и даже рассмеялся. Очень уж
день был хорош: солнечный, веселый.
— На лодке? Можно и на лодке, — сказал шофер и обра-
довался: он подумал, что Сергей Миронович собрался отдохнуть.
Товарищ Киров очень много работал и очень мало отдыхал.
Так и порешили: автомобиль — обратно в гараж, а сами —
на Неву.
Киров выбрал лодочку полегче, шофер прикрепил на корме
небольшой мотор. Сели и поехали.
Сидит Сергей Миронович в лодке, улыбается.
Снял с себя макинтош, снял фуражку. Поглядел вокруг —
и зажмурился: вся Нева в солнечных зайчиках!
Бросил кусок хлеба чайке. Чайка подхватила с воды добычу
и так круто взмахнула крылом, что обрызгала Кирову френч.
— Ах ты, невежа!—погрозил Киров.—Это ты вместо благо-
дарности?
— Денек-то, денек, Сергей Миронович! — сказал шофер.—
Только отдыхать. Куда же мы?
— А знаешь что? — сказал Киров.- Давай-ка доедем до
нового завода, который вчера осматривали. Хороший завод,
а как он, интересно, с заднего двора выглядит, с Невы?
Шофер направил лодку вверх по Неве.
Сначала лодка плыла между гранитными берегами. Проплы-
ла под мостом, мимо больших красивых домов, зеленых парков,
заводов. Потом город кончился, река стала шире, и потянулись
зеленые берега.
Немного уже и оставалось до нового завода, как вдруг
погода начала портиться. По небу побежали тяжелые рваные
тучи. Стало темно, как в сумерки... Собралась буря.
— Сергей Миронович, не доедем,— в тревоге сказал шофер.
А Киров:
— Давай вперед, давай!
Вокруг уже никого. Нева быстро опустела: пароходы, рыбачьи
челноки — все попряталось.
Грозная, бурая река, а посредине реки —небольшая лодочка,
даже без названия. И в ней — Киров.
Шоферу стало не по себе.
— Сергей Миронович, поворачиваю к берегу!
Но тут рванул ветер, отбил лодку в сторону от берега
и потащил по реке.
На Неве расходились волны. Лодка то взлетала стреми-
тельно вверх, то проваливалась вниз между волнами.
Хлынул дождь — и скрылись берега.
Лодочный моторчик работал во всю мочь, но едва спра-
влялся с бурным течением и ветром.
И вдруг шофер увидел, что лодку несет на пороги.
Вот уже показались посредине реки острые,черные камни,
окруженные пеной... Только чиркнет лодка дном по такому
камню — и конец, пойдет ко дну.
— Сергей Мироныч, потонем! Спасайтесь!—закричал шофер
сам не свой.
— Спокойно, Михайлыч, спокойно...
Киров быстро вставил весла в уключины и начал грести.
— Берем! В сторону! Еще, еще!..
Киров греб частыми, крепкими ударами.
Течение несло лодку на пороги, но Киров направлял ее
в сторону, на чистую воду...
Приналег он на весла сильнее, и лодку пронесло мимо
острых, черных камней.
Тут Киров, вздохнув полной грудью, стал грести широкими,
плавными взмахами.
— Сергей Миронович, выплыли! Выплыли! — смеялся и кричал
шофер. — К берегу! Давайте скорей к берегу!
— Где же тут к берегу? Да ты погляди, какое там делается! —
ответил ему Киров.
Под крутым пустынным берегом было бело. Там кипели
и высоко всплескивались волны.
Нельзя пристать. Лодка разобьется в щепки.
— Гребем к плоту,—сказал Сергей Миронович.
2
Тут и шофер увидел невдалеке плот на причале.
Волны свободно проходили под бревнами, раскачивая плот.
Пристали к плоту.
А когда улеглась буря, тогда причалили уже как следует
к берегу.
Вышел Киров на берег, а с него — вода в три ручья.
Киров выжал фуражку и засмеялся:
— Зато завод посмотрели!
И тут же добавил:
— Мусор у них не убран, долго ли до пожара? Видел,
сколько мусора на заднем дворе?
Шофер не нашелся, что и сказать.
Где уж там мусор, он и завода-то не увидел в этой передряге.
J А напротив них
gi Другое
Л|! Расползлось во весь эта;
ВГ|И щекотное какое
*5 Это слово:	J
"„Трикотаж!11
□-А вон там—
Игрушек много.
'‘Поглядеть бы по пути! с
Где бы нам
Через дорогу
/ К магазину перейти?
<>
Вот за этими ларьками,-
£ Там, где стрелка у ворот,'
Мы на стрелке этой
г Сами
д. Прочитали:	•
„Пе-ре-ход“.
Рядом — сладкие слова:
„Фрукты11.
„Пряники".
„Халва11.
МЫ ЧИТАЕМ
С. Погореловский
Мы по улице гуляем,
Сами
Вывески читаем:
Это — „эс“.
А это—„ка“.
„Же“ — похоже на жука.
Вот четыре буквы:
„Во-ды“.
Вот еще четыре:
,,Мо-ды“.
йВоДы-моды-лимонад!“
Мы читаем
Всё подряд.
Вот белеет, ярче снега,
(Слово горькое:


ЧЕРЕЗ ТРИДЦАТЬ ЛЕТ
Мнх. Зощенко	Рисунки А. Пахомова
Мои родители очень горячо меня любили, когда я был маленький.
И они дарили мне много подарков.
Но когда я чем-нибудь заболевал, родители буквально тогда
засыпали меня подарками.
А я почему-то очень часто хворал. Главным образом, свинкой
или ангиной.
А моя сестренка Леля почти никогда не хворала. И она завидовала,
что я так часто болею.
И вот однажды наши родители ушли в театр, и мы с Лелей
остались в комнате. И мы с ней стали играть на маленьком настоль-
ном бильярде.
И вот во время игры Леля, охнув, сказала:
— Минька, я сейчас нечаянно проглотила бильярдный шарик.
Я держала его во рту, и он у меня через горло провалился внутрь.
А у нас для бильярда были хотя и маленькие, но удивительно
тяжелые металлические шарики. И я испугался, что Леля проглотила
такой тяжелый шарик. И заплакал потому, что подумал, что у нее
в животе будет взрыв.
Но Леля сказала:
— От этого взрыва не бывает. Но болезнь может продолжаться
целую вечность. Это не то, что твоя свинка или ангина, которые
проходят в три дня.
Леля легла на диван и стала охать.
Вскоре пришли наши родители, и я им рассказал, что случилось
И мои родители испугались до того, что побледнели. Они
бросились к дивану, на котором лежала Лелька, и стали ее целовать
и плакать.
И сквозь слезы мама спросила Лелю, что она чувствует в животе.
И Леля сказала:
— Я чувствую, что шарик катается там у меня внутри. И мне
от этого щекотно и хочется какао и апельсинов.
	5
Папа надел пальто и сказал:
— Со всей осторожностью разденьте Лелю и положите ее
в постель. А я тем временем сбегаю за врачом.
Мама стала раздевать Лелю, но когда она сняла платье и передник,
из кармана передника вдруг выпал бильярдный шарик и покатился
под кровать.
Папа, который еще не ушел, чрезвычайно нахмурился. Он подошел
к бильярдному столику и пересчитал оставшиеся шарики. И их
оказалось пятнадцать, а шестнадцатый шарик лежал под кроватью.
Папа сказал:
— Леля нас обманула. В ее животе нет ни одного шарика — они
все здесь. Леля, объясни, что это значит?
Леля захныкала и не нашлась, что ответить.
Папа сказал:
— Она хотела над нами пошутить. Но с нами шутки плохи!
Целый год она от меня ничего не получит. И целый год она будет
ходить в старых башмаках и в старом синеньком платье, которое
она так не любит!
И наши родители, хлопнув дверью, ушли из комнаты.
И я, глядя на Лелю, не мог удержаться от смеха. Я ей сказал:
— Леля, лучше бы ты подождала, когда захвораешь свинкой,
чем итти на то, на что ты пошла для получения подарков от наших
родителей.
И вот, дети, представьте себе, прошло тридцать лет!
Тридцать лет прошло с тех пор, как произошел этот маленький
несчастный случай с бильярдным шариком.
И за все эти годы я ни разу не вспомнил об этом случае.
И только недавно, когда я стал писать эти рассказы, я припомнил
все, что было. И стал об этом думать. И мне показалось, что Леля
обманула родителей не для того, чтобы получить подарки, которые
она и без того имела.
И когда мне пришла в голову эта мысль, я сел в поезд и поехал
в Симферополь, где жила Леля.
А Леля уже, представьте себе, взрослая и даже немножко старая
женщина. И у ней было трое детей и муж — санитарный доктор.
И вот я приехал в Симферополь и спросил Лелю:
— Леля, помнишь ли ты этот случай с бильярдным шариком?
Зачем ты это сделала?
И Леля, у которой было трое детей, покраснела и сказала:
— Когда ты был маленький, ты был славненький, как кукла.
И тебя все любили. А я уже тогда выросла и была нескладная девочка.
И вот почему я тогда соврала, что проглотила бильярдный шарик, —
я хотела, чтобы и меня так же, как тебя, все любили и жалели,
хотя бы как больную.
И я ей сказал:
— Леля, я для этого приехал в Симферополь.
И я поцеловал ее крепко и обнял.
И она заплакала от счастья, потому что она поняла мои чувства
и оценила мою любовь.
6
И тогда я подарил ее детям много игрушек. А мужу ее, сани-
тарному врачу, отдал свой портсигар, на котором золотыми буквами
было написано: „Будь счастлив".
На другой день я уехал из Симферополя и дорогой думал о том,
что надо любить и жалеть людей, хотя бы тех, которые хорошие.
И надо дарить им иногда какие-нибудь подарки. И тогда у тех, кто
дарит, и у тех, кто получает, становится прекрасно на душе.
А которые ничего не дарят людям, а вместо этого преподносят
им неприятные сюрпризы, у тех бывает мрачно и противно на душе.
Такие люди чахнут и хворают нервной экземой. Память у них
ослабевает и ум затемняется. И они умирают раньше времени.
А добрые, наоборот, живут долго и отличаются хорошим здо-
ровьем.

'A IJJ 4л i \ t\

Наша ёлка высока —
Доросла до потолка,
Выше двери, выше печки,
И горят на ёлке свечки.
Наша ёлка высока.
Вот как, вот как высока!
Наша ёлочка густа—
Веток сто и больше ста.
Протянула лапы-ветки,
В каждой лапе по конфетке.
И густа, и широка,
Вот как, вот как широка!
Наша ёлка хороша,
Каждый ёлку украшал.
Кто дождём, а кто флажками,
Кто игрушками-зверьками.
Каждый ёлку украшал,
Вот как, вот как украшал!
Ну-ка дружно все зараз
Спляшем кто во что горазд:
Кто вдвоем, кто в одиночку,
Кто бегом, а кто в прискочку.
Ну-ка спляшем все зараз,
Вот как, вот как все зараз!
Н. Дилакторская
Рио. В. Конишооича
Отрежь по линии ниж-
е половинки 10-й и
> ^11-й страниц. Разрежь
! 4 полученную полосу бу-
маги вдоль по сгибу.
% Вырежь зеленую ёлку
ч и игрушки. Страничку
4 с дедом Морозом сложи,
-* как переплет книжки.
{Согни ёлку вдоль попо-
лам, вложи в пере-
плет и пришей по-
средине. Книжка
готова. Отогни об-
ложку назад, по-
ставь ёлку на стол,
укрась игрушками
и позови кукол в
гости.

„ВЫИГРЫШИ11
Нарежь из бумаги столько билетиков, сколько пришло гостей.
На билетиках напиши цифры от 1 до 14. Билетики сверни и положи
в шапку. Пусть гости вытаскивают каждый по одному. Теперь можно
раздавать выигрыши. Они нарисованы рядом.
У Ноли на билетике — № 7. А на картинке цифра 7 стоит под гриб-
ком. Ты говоришь:
— Коля выиграл грибок. Он должен где-нибудь спрятаться, а мы все
будем искать грибок. Кто его найдет, тот победитель.
Тот, кто выиграл №1—санки, — запрягает № 2 — лошадку, и они
должны четыре раза промчаться по комнате. Кто выиграл №№ 3 и 4 —
петушки, — те прыгают на одной ножке (руки за спиной), подталкивая
друг друга плечом.
№ б — птичка—должен спеть песенку, какую знает.
№ 6 —три вишенки — должен „достать вишни", то есть поймать трех
ребрт, каких ты ему укажешь.
№ 8 — рыбка — должен проскользнуть сквозь сеть. Сеть делается
так — все становятся, держась за руки, поперек комнаты.
№ 9 — охотничья собака. Все делаются зайчиками и прячутся, кто
где может. А собака ищет, пока не найдет. Убегать от нее нельзя.
№ 10 —книжка. Кто ее выиграл, должен прочитать наизусть стихи
или рассказать сказочку.
№ 11 — яблоко — самый лучший выигрыш. Кто его выиграл, получает
яблоко, пряник или конфету. Этих номеров напишите побольше.
№ 12 —обезьянка —должен „передразнивать": повторять все дви-
жения „хозяина", которого ты ему назначишь.
№ 13 —клоун — будет плясать или кувыркаться.
№ 14 — марка. Кто ее выиграл, тот—письмо. Послать его можно так:
„Письмо. Пойди к Люсе и скажи ей: „Люся, что ты будешь делать завтра?
Жду ответа. Лена".
Вот так разыграйте все выигрыши. А можно придумать и нарисовать
их еще больше. Сделай это и напиши нам, как вы играли.
Н. Гернет
НОТЫ К ПЕСЕНКЕ „НАША ЕЛКА"
куаыка Наталии Лави
Н. Гарнет
В детском саду на ёлке были два клоуна— „Тинти и Винти".
Когда все гости осмотрели ёлку, потанцовали и сели пере-
дохнуть, вдруг под ёлкой появился клоун в жёлтом балахончике
и остром ноллачке. Прибежал другой клоун — тоже в колпачке
и в красном балахончике. Он сказал:
— Здравствуй, Тинти!
— Здравствуй, Винти! — ответил жёлтенький.
— Что ты тут делаешь?
— Гуляю под ёлкой. А ты?
— Ия гуляю.
— А я с тобой гулять не хочу,—говорит жёлтый Тинти.
— И я с тобой не хочу,—отвечает красный Винти.
— Я пойду в эту сторону, —говорит Тинти.
— А я совсем в другую, — говорит Винти.
Повернулись они друг к другу спиной и разошлись — и,
конечно, встретились носом к носу. Вот они рассердились!
— Опять ты мне попался!—кричит Тинти.
— Ты сам мне попался!— отвечает Винти.
— Нет, так не годится,—говорит Тинти.— Давай лучше так
гулять: я впереди, а ты сзади. Тогда мы не встретимся.
— Хорошо, — говорит Винти.
И Тинти идет быстро, а Винти — медленно. Шли-шли —Тинти
очутился сзади Винти и догнал его. Опять они ссорятся:
— Почему ты оказался впереди, когда ты шел сзади?
— А почему ты сзади, когда ты шел впереди? '
— Пойдем в другую сторону. И больше вперед не лезь! —
говорит Тинти.
— А ты назад не лезь! — говорит Винти.
Пошли в другую сторону. Тинти идет быстро, а Винти —
медленно. Опять Тинти оказался сзади Винти.
Тут они огорчились:
— Ничего у нас не выходит, Винти.
— Ничего не выходит, Тинти.
— А я придумал!—говорит Тинти.
— Что ты придумал? —спрашивает Винти.
13
— Давай попробуем гулять рядом!
— Давай!
Они обнялись, пошли. Выходит. Они побежали — и бежать
’хорошо. Они запрыгали — и прыгать хорошо!
— Вот теперь выходит! Вот теперь выходит! —закричали
оми оба, раскланялись и убежали. Потом опять прибежал к ёлке
{красненький клоун, очень весёлый. Он держал конфету в яркой
бумажке, прыгал и кричал:
— Что мне подарили! Что мне подарили!
Прибежал Тинти и тоже закричал:
— Что, что тебе подарили?
— Конфету! Тянучку! — хвастается Винти.
— Дай мне кусочек, Винти, — просит Тинти.
— Нельзя, Тинти. Я её посажу, и у меня вырастет тянуч-
ное дерево. Понимаешь? Смотри!
Тинти удивился и стал смотреть, что делает Винти. А Винти
положил конфету на пол, посыпал её песочком, потом принёс
лейку и полил, потом прикрыл сверху цветочным горшком, чтобы
не утащили, и ушёл.
А когда он ушёл, хитрый Тинти принёс пучок серпантина
и веточку ёлки. Конфету вытащил, серпантин сунул под цве-
точный горшок, повозился, потом воткнул ёлочную ветку в ды-
рочку горшка. Он показал нам конфету, хитро подмигнул и су-
нул её в карман. А потом засуетился, забегал вокруг цветочного „
горшка, закричал:
— Эй, Винти, Винти, иди сюда скорей!
Винти прибежал.
— Что такое?	/
— Смотри, Винти, у тебя уже выросло конфетное дерево!—
кричит Тинти.
Винти обрадовался, дёрнул дерево—а за деревом тянутся
яркие ленты.
— Что это?—удивился Винти.
— Это корни! — говорит хитрый Тинти. 4
Вот Винти тянет и тянет,—уже отошёл *
на Другой конец зала, а лентам всё конца
нет. Тинти смеётся, прыгает на одной ноге
и хлопает в ладоши. Винти совсем устал —
вытирает пот, шатается, охает и, наконец,
(s'	\ жалобно спрашивает:
Ъ	\	— Ох, Тинти, почему же они так тя-
G	Нутся?
(	\ — А потому, что ты посадил тянууку!-
кривит озорник Тинти.
Винти бросается к горшку, поднимает его и хохочет, а там
ничего нет!
— Это всё твои шутки! Подожди же!—рассердился Винти
и бросился на Тинти с кулаками. Тинти улепётывает, Винти за
ним. Так оба и убежали.
Что они делали потом, я не знаю. Но когда мы поиграли,
а одна девочка хорошо прочла стихотворение, а четверо ре-
бят станцовали танец смешных матрёшек, —вдруг опять вышел
Винти. У него в руках раскидай, только, вместо шарика, на ре-
зинке—яблоко. Он сказал нам:
— Он надо мной подшутил, а я теперь над ним подшучу!
Смотрите!
Он привязал резинку к ножке столика, а яблоко положил
на столик и покрыл стаканом, чтобы оно не убежало — ведь
резинка сильно натянулась. Потом прикрыл резинку белой сал-
феточкой и закричал:
— Эй, Тинти, Тинти, иди сюда скорей!
Прибежал Тинти. Винти говорит, как добрый:
— Тинти, вот угощение. Давай поедим. Что ты хочешь: то,
что на столе, или то, что под столом?
Тинти посмотрел — под столом ничего, а на столе яблоко.
— Конечно, то, что на столе, — сказал он.
— Ну, хорошо, а то, что под столом, — мое, — сказал Винти.—
Ешь, пожалуйста.
Тинти поднял стакан, а яблоко — юрк! — и убежало под стол!
— Ты взял, что на столе? Взял. Ну, а я возьму, что под
столом, — сказал Винти, достал яблоко и откусил кусок.
Тинти обиделся.
— Что ж мне стакан, что ли, есть? Он невкусный!
И Тинти стал понарочному громко плакать.
— Не плачь, —говорит Винти, —съешь мою тянучку, кото-
рую ты утащил.
Тинти засмеялся, вытащил тянучку. Они обнялись и убежали.
А потом вышли кланяться, потому что все им хлопали.
Кто хочет играть в	клоунов Тинти и Винти?
Рисунки Б. Семенова
ХИТРЫЙ ЛИС И УМНАЯ УТОЧКА
Вит. Бианки
Рис. В. Кобелева
Осенью собрались нырки-утки на речке большой стаей вместе
улететь в заморские теплые края.
Хитрый лис подкрался — прыг! — и ухватил одну уточку за
крыло.
Как рванулась от него уточка, только перья в зубах у лиса
остались.
Стая улетела, а эта уточка
не могла лететь без перьев в
крыле. Спряталась в камышах.
, Шалишь!—подумал хитрый
лис и облизнулся. — Скоро зима
озеро льдом покроет. Тут я тебя
и поймаю".
Вот пришла зима, речка
льдом покрылась, земля — сне-
гом.
Пришел хитрый лис,— а
уточки нет. Только на снегу следочки: лапки с перепонками шагали
Побежал хитрый лис по следочкам к лесному озеру. А на озере —
полынья. А в полынье уточка плавает.
Увидала лиса—и нырк под лед!
„Шалишь! — подумал хитрый лис и зубы оскалил. — Дышать-то
тебе воздухом надо? Надо. Вот ты и вынырнешь. Тут-то я тебя
и схвачу".
И спрятался скорей за пенек у самого края.
— Ждал-ждал-ждал, — а уточки нет как нет!
Почесал лис задней лапкой за ухом и думает:
„Вот глупая: утопилась подо льдом! А ведь все равно—придет
весна, лед растает, — мне мороженая утятина на обед достанется."
Убежал в поля и всю зиму ловил себе и на завтрак, и на обед,
и на ужин мышей.
А уточка и не думала топиться.
/6
Нырнула под лед, выскочила за кустами
в другую полынью. Там бил из-под берега теп-
лый ключ — не давал полыньям замерзнуть.
Так уточка и прожила всю зиму. Днем
в полыньях рыбку ловила, ночью спала под
кустом на бережку.
Пришла весна, лед растаял, и хитрый лис
прибежал.
Глядь — а на озере мно-
ь	го-много уток: это уточкина
•	стая из заморских краев вер-
нулась.
У
текли.
„Чего мне,—думает,— трудиться, подкрады-
ваться. Стая вспорхнет, а моя мороженая утя-
тина все равно останется".
Побежал к берегу открыто,—утки снялись
и улетели. Все до одной улетели. И та уточка
с ними улетела, которой он крыло испортил: к
весне-то у нее новые перышки отросли.
Не пушинка,
А мягка,
Не пылинка,
А легка,
На ладошку
Попадет,
Понемножку
Пропадет.
За домом дом
Бежит бегом,
И стук, и гром,
И дым столбом.
Верчены, кручены,
Пальцами сучены,
Зимушку ношены,
На лето брошены...
Не труба в не рожок.
На стене висит кружок;
Вставишь вилочку— кричит.
Вынешь вилочку — молчит.
К. Кравцов
ПРЯНИК
Норвежская сказка
Жила-была на свете отличная
стряпуха. Взяла она пригоршню
муки, молока от лучшей коровы,
самого свежего масла, душистого
мёду и сделала круглый пряник.
Посадила она его на железном
листе в печь, и скоро пошел от
пряника вкусный запах по всему
дому. Прибежали тут её семеро
детей и стали просить.
— Матушка, дай пряничка!—го-
ворит один.
— Матушка дорогая, дай пря-
ничка!—пристает другой.
— Матушка дорогая, милая, дай пряничка!—просит третий.
— Матушка дорогая, милая, славная, дай пряничка! — пищит
четвертый.
— Матушка дорогая, милая, славная, хорошая, дай пря-
ничка!— тянет пятый.
— Матушка дорогая, милая, славная, хорошая, родная, дай
пряничка! — ноет шестой.
— Матушка дорогая, милая, славная, хорошая, родная,
золотая, дай пряничка! — кричит седьмой.
— Подождите, детки, — говорит мать, — вот будет пряник
готов, всем вам разделю и деда не забуду.
А дед сидит в уголку и слушает. Да не один он слушает,—
и сам пряник слышит, как его собираются поделить да съесть.
„Нет,—думает, — не позволю себя есть, уйду!"
Вытащила стряпуха лист из печи посмотреть, не готов ли
пряник.
— Видите, как подрумянился, — сказала она детям.—Вкус-
ный пряник будет, пальчики оближете.
Только она это сказала, как пряник прыг с листа, шлеп на
пол да и покатился прямо к порогу.
День был жаркий, дверь стояла не запертой. Пряник—прямо
на порог, с порога—на крылечко, с крылечка—наземь и пока-
тился по дорожке.
Выскочила стряпуха с детьми на улицу. Погнались они все
за пряником, стали его звать. Да только как ни бежали, как ни
кричали,—ушёл от них пряник.
18
Вот он катился-катился, и повстре-
чался ему Дурень-Ганс.
— Здравствуй, сударь пряник!
— Здравствуй, почтеннейший!
— Куда ты так спешишь? Погоди
немножко, погости у меня во рту.
— Меня стряпуха с семерыми деть-
ми приглашали, да я не захотел. Про-
щай, Дурень-Ганс!
Покатился пряник дальше, а
навстречу ему важно выступает
петух.
— Здравствуй, пряник-голубчик!
— Здравствуй, петух-красавец!
— Куда ты так спешишь? Побудь
со мной немножко, дай тебя поклевать. Я кур созову, угощу их.
— Ах ты, петух-горлодер, глупая голова! Я удрал от стря-
пухи, от семерых детей, от Дурня-Ганса из-под носа ушел.
Так неужели же я останусь у тебя?
Прощай!
Покатился пряник дальше, а на-
встречу ему утка идет, с боку на бок
переваливается.
— Здравствуй, пряник-молодчик!
— Здравствуй, утка-широкий нос!
— Куда ты спешишь? Дай я на тебя
погляжу, попробую, каков ты на вкус?
— Эх ты, утка-крякушка! Я от стряпухи удрал, от семерых
голодных ребят убежал, от Дурня-Ганса ушел, от петуха ули-
знул,— так неужто ты меня сумеешь догнать? Прощай!
Покатился пряник дальше, а на-
встречу ему гусь.
ЙУ t
— Здравствуй, пряник-франт!
— Здравствуй, гусь лапчатый!
— Куда ты так спешишь? Постой
немножко, дай тебя пощипать.
— Ах ты, гусь-гоготун! Меня стряпуха, семеро ребятишек
просили, Дурень-Ганс уговаривал, петух-горлодер упрашивал,
утка-широкий нос приглашала —и то я не захотел.
19
Так неужто я у тебя останусь? Прощай!
Покатился пряник дальше, а навстречу
ему свинья.
— Здравствуй, пряник-медовый красав-
чик!
— Здравствуй, свинка-тупое рыльце!
— Куда ты так спешишь, не дашь на
себя полюбоваться? Подожди меня, скоро
лес будет, вдвоем не так страшно, а в одиночку, пожалуй,
волк съест. Да вот и ручей. Как ты через него переберешься?
Намокнешь, вся твоя красота пропадет. Садись скорее ко мне
на пятачок, я тебя перенесу через ручей.
Послушался пряник и скок свинке на пятачок. А свинья —
гам! — и проглотила его.
Пропал наш пряник, и сказке конец.
Рисунки Н. Муратова
Подписка на журнал „Чиж“ на 1941 год производится исключительно
отделениями Союзпечати.
Редакция подписку не принимает.
Aktn'WJ
ВОТ МЫ КАКИЕ!
От горячего растаю!
Вот уже зафыркали!
Не едят?
На лужайке возле пня
Шапочка с пупырками.
Девочки, не бойтесь!
Мамы, успокойтесь!
Я не злой, не злой совсем,
Ваших бабушек не съем!
Я живу не в чаще,
Я не настоящий!
Я — веселая Снегурка,
Поиграю с вами

АКРОБАТЫ
Мы два брата,
Акробаты,
Очень ловкие ребята!
Люди ходят на ногах,
Мы стоим на головах!
ЛИСА
Я — лисичка,
хвостик рыжий,
Стану к елочне поближе,
На подарки посмотрю,
Всех сейчас перехитрю!
Рио. Н. Петровой
Ленинград, ул. Бродского, 2, тел. 270-66
'Х ' • 52 
С Т РАН К Ц А