тавглтквх стран, соединяйтесь!
JIlTEI’VryPHAH
ОРГАН ПРАВЛЕНИЯ СОЮЗА 'ГЧ А	Tf fWl ▲
СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ СССР И /Ж, ф~> f j | /Ж
Сегодня
1 стр. На заседании секретариата ССП СССР. У пи-
сателей братских республик. Информация. Пленум
правления ССП Азербайджана. Юбилейный вечер
Якуба Коласа. План работы правления ССП Ленин-
града.
( № 44 (2307).
Суббота, 26 октября 1946 г.
Цена 45 коп.
2 стр. Вера Смирнова. Солдат революции. Бор.
Емельянов. Предвоенный дневник. И. Гуторов. Народ-
ный поэт Белоруссии. Информация.
3 стр. С. Трегуб. «Новые стихи» Маргариты Алигер.
в номере;
С. Гудзенко, М. Луконин. Разговор о молодых*
Е. Златова. Воля к жизни.
4 стр. В. Потапов. «Сын полка» на экране. Я. Эй-
дельман. Закройщики одноактных пьес. За неделю.
Встреча с комсомольцами Красной Пресни. В изда-
тельстве «Молодая гвардия». Неопубликованные
письма А. Н. Радищева. Новая пьеса Переца Марки-
ша. Информация.
БОЛЬШИЕ ТРЕБОВАНИЯ
К МАЛЫМ ФОРМАМ
В докладе • журналах «Звезда» я «Ле-
нинград» товарищ А. А. Жданов сказал:
«Иные литераторы рассуждают так: по-
скольку за время войны народ изголодался
по литературе, книг выпускали мало, по-
стольку читатель проглотит любой товар,
хотя бы и с гнильцой. А между тем, эго
совсем не так, и мы не можем терпеть вся-
кую литератору, какая будет подсовывать-
ся нам неразборчивыми литераторами, ре-
дакто ра м и, издател ими...»
Слова эти в полной мере справедливы и
по отношению к авторам, которые пытают-
ся заполонить нашу эстраду, нашу худо-
жественную самодеятельность пустыми, без-
идейыым'и, низкопробными, пошлыми про-
изведениями.
В отставании малых форм пнпгнны и
квалифицированные драматурги, и литер i-
турные журналы, и драматические театры,
пренебрегающие этим видом искусства.
Наиболее талантливые драматурги пре-
небрегают жанром одноактной пьесы. Если
и случается им написать какое-нибудь щю-
изведение для эстрады или самодеятельно-
сти, то оно резко отличается от обычного
уровня их творчества и не оставляет сом-
нения в
«отходы
гии.
Наши
вый мир». «Знамя», «Октябрь» и другие—
вовсе не печатают олноактыых пьес, а ведь
это могло бы явиться серьезным стимулом
для авторов, чьи произведения исполняют-
ся па сотнях сценических
остаются пне поля зрения
общественности и критики.
Следовало бы и Комитету
кусств вспомнить о своей директиве, дан-
ной театрам незадолго до войны и до сих
лор неосуществленной, — директиве, обя-
зывающей каждый профессиональный театр
давать в течение сезона одну программу из
одноактных пьес. Внимание к одноактным
пьесам со стороны драматических театров,
их непосредственная работа с авторами
сыграли бы значительную роль в рашитии
драматургии малых форм, в повышении ее
идейных и художественных качеств. Теат-
рам вовсе не зазорно было бы дать сцени-
ческую жизнь лучшие одноактным пьесам,
которые предоставляют актерам не мень-
шие возможности, чем иные четырехакт-
ные пьесы.
Ощущается также настоятельная необхо-
димость в создании печатного органа (по
тину выходившего в свое время журнала
«Народное творчество»), где систематиче-
ски освещались бы вопросы теории и прак-
тики са.чсдея^тдьного искусства и регу-
лярно печатались лучшие одноактные пье-
сы советских драматургов с
режиссерскими указаниями и
ми.
Необходимо упорядочить и
зов драматургам, пишущим для эстрады и
самодеятельной сцены. Слишком много ин-
станций и организаций занимаются этим
делом. Отсюда часто неразбериха, паралле-
лизм и «перебежки» некоторых авторов
от одной инстанции к другой с «переодева-
нием» действующих лиц в «профессиональ-
ные» костюмы.
Серьезного упрека заслуживает и наша
критика — литературная и театральная.
Она щюявляет еше немало снобизма в от-
ношении малых форм и не считает возмож-
ным оценивать отдельные постановки, с ко-
торыми выступает тот или иной самодея-
тельный театр. Это приводит к тому, что
практика эстрадного и самодеятельного ис-
кусства либо -вовсе замалчивается, либо за-
частую освещается случайными, малосведу-
щими людьми.
Большую ответственность за качество од-
ноактной драматургии несет секция дра-
матургов Союза советских писателей.
Здесь в первую очередь должна вес-
тись борьба против вульгаризации и опош-
ления современной тематики, за создание
одноактных пьес, стоящих в идейном и в
художественном отношении на уровне тре-
бований, пред’являемых советским народом
к нашему искусству. Это должны быть
пьесы, воспитывающие миллионы зрителей
в духе советского патриотизма, приобщаю-
щие огромную аудиторию к великой прав-
де нашей жизни, мобилизующие на новые
подвиги труда во имя светлого будущего.
«Руководствуясь методом социалистиче-
ского реализма, добросовестно и вниматель-
но изучая нашу действительность, стара-
ясь глубже проникнуть в сущность про-
цессов нашего развития, писатель должен
воспитывать народ и вооружать его идейно.
Отбирая лучшие чувства и качества совет-
ского человека, раскрывая перед ним зав-
трашний его день, мы должны показать в
то же время нашим людям, цакими они не ।
должны быть, должны бичевать пережитки
вчерашнего дня, пережитки, мешающие со-
ветским людям итти вперед. Советские пи-
сатели должны помочь народу, государ<т-
' ву, партии воспитать нашу молотежь оод-
____	[рой, в-еряшей в свои силы, не боящейся
случаев чудаковатые, окарикатурен- никаких трудностей» (А. Жданов).
Глубокий смысл этих слов должны по-
с пять/ усвоить и все литераторы, работаю-
1 щие в области одноактной драматургии. Их
I творчество как и вся советская литерату-
т0’[ ра, должно активно вторгаться во все сто-
любым® средст- J роны советского бытия, способствовать ро-
! сту нашей социалистической культуры.
ре драматических театров и мерах по его
улучшению отмечалось, что среди неболь-
шого количества пьес на современные те-
мы, поставленных театрами, есть пьесы
слабые, безвдейиыв. Советские люди в них
доказаны в уродливо карикатурной форме,
примитивными и малокультурными, с обы-
вательскими вкусами и нравами. И поэто-
му пьесы эти дают искаженное п^едставле-
яйв о советсюй жизни.
Такое резкое и справедливое обвинение с
полным основанием может быть отнесено
и к многим одноактным пьесам, которые
распространяются Управлением по охране
авторских ирав и включаются в ебдмгики,
выпускаемые различными издательства-
ми.
Спрос на одноактные пьесы огромен.
Злободневная драматургия малых форм
нужна эстраде, обслуживающей широчай-
шую аудиторию. Одноактные пьесы насущ-
но необходимы и для драматических круж-
ков художественной само деятельности, а их
в пашей стране свыше ста тысяч, и обслу-
живают они десятки миллионов людей.
Недавно президиум ПК профсоюза ра-
бочих машиностроения и приборостроения
обсуждал репертуар художественной само-
деятельности своих крупных заводских
клубов. Оказалось, что в Подольском клубе
им. lence кружки художественной само-
деятельности ставили рассчитанные на обы-
вательский вкус, искажающие советскую
действительность, аполитичные, антихудо-
жественные пьесы. В другом заводском клу-
бе был поставлен пошлый скетч «Опасное
знакомство», в третьем — скетч, о содер-
жании которого можно судить по недву-
смысленному названию — «У директора
кафешантана». Во Дворце культуры киев-
ского машиностроительного завода «Боль-
шевик» рабочая молодежь, участвующая в
драмколлектпве, тратила время я творче-
ские усилия на постановку примитивной
пьесы В. Ардова «Любовь до востребова-
ния» и глупейшего водевиля Мерлияского и
Мальберга «Беспокойная ночь», изобража-
ющего мещанскую ссору некоей супруже-
ской четы.
Пошлостью проникнуты многие скетчи
и водевили, включаемые >в так называемые
«езояпяннмв»- хон-перты и засоряющие на-
шу профессиональную эстраду.
Известно, какое огромное значение име-
ет репертуар для профессиональной эст-
рады и самодеятельных кружков. Между
тем так называемые «малые формы» оста-
ются чрезвычайно запущенным участком
советской драматургии. Репертуарные ма-
териалы Домов народного творчества, сбор-
ники одноактных пьес — проекция отде-
ла распространения Управления но охране
авторских прав — свидетельствуют о том,
что драматургия малых форм стала делом
весьма ограниченного круга не всегда тре-
бовательных к себе литераторов.
Некоторые из этих авторов — И. Лу-
ковский, В. Ардов, Л. Ланин, К. Кривошеин,
Г. Матвеев, Л. Савельев и др — поражают
своей плодовитостью. Но эта плодовитость
обусловлена не большим жизненным опы-
том, не искренней взволнованностью худож-
ника. Основная особенность пьес этих
драматургов — равнодушный «универса-
лизм», холодное безразличие в обрисов-
ке героев. Недавно Дом народного твор-
чества им. Крупской забраковал пьеску
молодого автора Ба-ратова «Форс-мажор»,
как пустую и антихудожественную.
Автор отнес свое произведение в ре-
дакцию журнала «Красноармейская эстра-
да». Там ему предложили внести лишь один
«маленький» корректив: «переодеть» — в
соответствии со спецификой журнала —
героев пьесы в военную форму. Это требо-
вание было немедленно выполнено, и стра-
ницы «Красноармейской эстрады» украси-
лись вздорным творением.
К сожалению, подобное ремесленничест-
во не чуждо и более опытным авторам. Над :
персонажами их пьес легко можно прзизво-'
дить «операции» (и они зачастую произво-
дятся!), подобные той, какую учинил над,
своими персонажами Баратов. Это об'яс-i
няется тем, что в произведениях подоб-1
ных «закройщиков» от драматургии
действуют не подлинные советские люди с,
их характерными особениостями, а мане-!
кены. Только ремесленным, а не итейчым'
и творческим пот.ходом к литературному
труду можно погеить появление таких
драматургичегких суррогатов, примеры 1
которых приводятся сегодня в нашей га-
зете.	I
Героями этих пьес являются в больший-1
стве t .
яые люди с мелкими мещанскими интере-
сами, с надуманными переживаниями,
нарочитым сценическим поведением, рас-
считанным на дешевые эффекты, на
чтобы смешить
вами.
том. что это — лишь случайные
производства» большой драматур-
литературные журналы — «Но-
площадок, но
литературной
по делам ис-
подрпбиыми
комментария-
гистему зака-
зрителя
-----------------------НШП111111ШШ111111111ШН1Н
План работы
ЛЕНИНГРАД. (От жуп. корр.). Правле-
ние ленинградского отделения Союза совет-
ских писателей обсудило план работы до
конца 1946 года.
План разработан на основе задач, выдви-
нутых перед советской литературой и дра-
матургией постановлениями ЦК ВКП(б). Он
предусматривает установление тесной, по-
вседневной связи литераторов с ленинград-
скими промышленными предприятиями, на-
учными институтами, высшими учебными
заведениями, общественными организация-
ми и т. д., а также командировки писателей
на важнейшие участки хозяйственного и
культурного строительства. На заседаниях
правления и собраниях творческих секций
будут обсуждены новые произведения писа-
телей, текущие номера журналов, проблемы
современной литературы и драматургии,
В Доме писателя им. Маяковского будут
правления ЛенССП
систематически проводиться лекции, кон-
су тьтации, теоретические собеседования п
истории большевистской партии, новому пя-
тилетнему плану, а также лекции и дискус-
сии по вопросам марксистско-ленинской
эстетики и теории литературы.
Значительно расширяется об’ем * работы
сектора пропаганды художественной лите-
ратуры.
В обсуждении полна приняли участие
И. Авраменко. А. Чивилихин, В. Дрхзин,
В. Лифшип, В. М.тойж И- Бр,1жшш.
Н. Браун, II. Кратт, Г.. Шварц, В. Рож-
дественский, Н. Вагнер, И- Капица и
А. Прокофьев.
На этом же заседании
обязанности членов пр
были распределены
авления ЛенССП.
Каждый член правления будет отвечать за
определенный участок работы ленинград-
ской литературной организации.
Плакат работы В. Ливановой.
(Издательство «ИСКУССТВО»).
-------------------- о О ------------------
Праздничные
радиопередачи
В праздничные дни
будут передаваться по
радио главы из книги
С. Я. Аллилуева «Прей-
денный путь», новые сти-
хи советских поэтов,
посвященные Октябрю,
отрывок, из романа А.
Фадеева «Молодая гвар-
дия» . —
слушают
Сталина»
нонка по поэме В. Мая-
ковского «Хорошо». На-
мечена радиопередача
«Народ слушает
Сталина» — рассказы пи-
сателей и знатных
дей нашей
том, как
ликой >
войны советские
на фронте и в
слушали в кануны
тябрьских годовшия по
радио доклады товарища
Сталина.
В праздничную про-
грамму радиопередач
войдет также трансля-
ция отдельных сцен из
пьес Б. Лавренева «Раз-
лом», К. Тренева «На
берегу Невы», Л. Лео-
нова «Нашествие», К-
Симонова «Русские лю-
ДИ», ,М. Светлова «Бран-
денбургские ворота».
«Краснодонцы
товарища
радиопосга-
лю-
страны о
во время Ве-
Отечественной
люди
тылу
Ок-
НА ЗАСЕДАНИИ СЕКРЕТАРИАТА ССП СССР
У ПИСАТЕЛЕН БРАТСКИХ РЕСПУБЛИК
11 ленум правления
С С И Азербайджана
На недавно происходившем в Баху пле-
нуме правления Союза советских писателей
Азербайджана были обсуждены основные
проблемы азербайджанской литературы в
свете исторических постановлений
ЦК ВКП(б).
Председатель правления Союза писате-
лей Азербайджана Самед Вургун в своем
докладе дал анализ произведений, появив-
шихся во время войны и в послевоенный пе-
риод. Отмечая активность азербайджанских
писателей, С. Вургун подчеркнул, что ими
создано немало хороших произведений о
жизни и борьбе героического советского на-
рода, о его победе над фашистскими зах-
ватчиками. Эти произведения проникнуты
чувством подлинного советского патриотиз-
ма. Красной нитью проходит через совет-
скую азербайджанскую литературу тема не-
рушимого братства народов СССР.
Многие стихи и поэмы Сулеймана Руста-
ма. Расула Рза, Мдмеда Рагимд.,, Осман\
Сервели, рассказы Мехти Гуссейна, Абуль
Гасана, С. Рагимова, Миржалала и других
посвящены жизни и борьбе украинцев и бе-
лоруссов в годы Отечественной войны, бло.
кале Ленинграда, обороне Москвы, Сталин-
градской эпопее,
Наиболее значительные произведения со-
ветской азербайджанской литературы ока-
зали большое идейное влияние на совре-
менную литературу народов Ближнего Во-
стока, на рост и развитие поэтов и проза-
иков Иранского Азербайджана, помогли им
в их борьбе за национальную независимость.
Такие поэты Иранского Азербайджана, как
Бирия, Азер Оглы, воспевают неувядаемую
славу Советской Армии, освободившей че-
ловечество от фашистского гнета, прослав-
ляют великие идеи Ленина—Сталина, разо-
блачают гнусные замыслы империализма,
призывают народ к борьбе за торжество де-
мократических прав угнетенных народов
Востока.
С. Вургун подверг резкой критике ряд по-
следних произведений писателей.
Драматург Сабит Рахман в своих коме-
диях «Счастливцы» и «Приятели» непра-
вильно изображает советских людей. Его
герои не типичны, лишены положительных
черт, присущих нашим людям. Эти пьесы не
только безидейпы и искажают нашу дейст-
вительность, но и беспомощны в художест-
венном отношении. Они были справедливо
осуждены как клеветнические в решении
Бюро ЦК КП(б) Азербайджана о газете
«Коммунист». Докладчик критикует повесть
С. Рагимова «Племянники», где советские •
люди показаны духовно опустошенными,
живущими в узком мирке личных интересов.
/ С. Рагимов — автор хороших книг «Шамо»,
«Анналы», «Медальон»—в последних своих
рассказах увлекся изображением отрица-
тельных персонажей.
С. Вургун отмечает также ошибки в твор-
честве прозаика Миржалала, написавшего в
свое время хорошие романы («Манифест мо-
лодого человека», «Воскресший человек» и
пр.). Самокритически анализирует С. Вургун
свою последнюю пьесу «Человек». Он счи-
тает своей творческой ошибкой изображе.
ние советских людей мечтателями, оторван,
ными от реальной жизни.
После доклада развернулись оживленные
прения, в которых были подвергнуты крити-
ке произведения Мехти Гуссейна, Мирза
Ибрагимова, Расула Рза.
Все выступавшие указывали на серьезное
отставание критики от задач литературы, на
ь» либерализм н недостаточную принципиаль-
ность в критических статьях. Резкому осу-
ждению подверглась работа критика Рафи-
ли, сосредоточившего свое внимание на
классическом наследии, проповедывавшего
в своих работах низкопоклонство перед 3,1.
падом и не интересовавшегося творчеством
советских писателей Азербайджана.
В прениях говорилось также об ошибках
в работах критика Мамеда Арифа и указы-
валось на пороки работы журнала «Револю-
ция и культура» и литературной газеты
Азербайджана, не освещавших больших
проблем современной литературы.
Пленум указал также на существенные
недостатки в работе президиума ССП, кото-
рый не мобилизовал творческие силы писа-
телей Азербайджана. Президиум ССП, свое-
временно раскритиковавший ряд ошибоч-
ных произведений, не сумел добиться, что-
бы эти порочные произведения не проникли
в печать.
Пленум правления Союза писателей, про-
шедший в атмосфере серьезной критики и
самокритики, показал, что писатели Азер-
байджана осознали свои идейно-творческие
ошибки и глубоко восприняли указания
Центрального Комитета партии, выражен-
ные в исторических постановлениях о лите-
ратуре.
Пленум выразил уверенность в том, что,
продолжая лучшие традиции своей нанио
нальной и всей советской литературы, писа-
тели Азербайджана смогут в ближайшие
годы создать большие произведения о нашей
многообразной и богатой социалистической
' действительности.
Заседаняе секретариата ССП СССР, со-
стоявшееся 18 октября, было посвящено во-
просам работы республиканских Союзов со-
ветских писателей. Представители ССП
братских республик информировали собрав-
шихся о том, как восприняла писательская
общественность страны исторические по-
становления ЦК ВКП(б) о литературе и
искусстве.
— На городских собраниях писателей
Таджикистана, — говорит т. Турсун-Заде,—
было обсуждено творчество ряда литерато-
ров. Наши писатели чрезмерно увлеклись
исторической темой, давали при этом часто
неправильное освещение истории, идеали-
зировали шахов и ханов, вместо того чтобы
показать борьбу народа за свою независи-
мость. Примером этому служит пьеса «Тах-
мос Ходжентский», справедливо раскритико-
ванная в постановлении ЦК ВКП(б) о дра-
матургии. Вторая вредная тенденция тад-
жикской драматургии — стремление к раз-
влекательным пьесам — привела к появле-
нию нескольких пошлых, безидейпых произ-
ведений, обедняющих и искажающих нашу
действительность.
В области прозы писатели указывали на
ошибки Джалал Икрами. Допустив в первой
части своего романа ошибки в изображении
колхозного строительства в Таджикистане,
автор не только не исправил нх, судя по не-
давно опубликованным отрывкам ИЗ второй
части романа, но, вопреки указаниям крити-
ки, углубил эти ошибки. На собрании гово-
рилось и о литераторах, которые не ошиба-
ются потому, что ничего не делают. К со-
жалению, есть писатели, не давшие читате-
лю в годы войны и в послевоенный период
сколько-нибудь значительных произведений.
В их числе талантливый поэт А. Дехоти,
который в период всеобщего напряженного
труда — в дни Отечественной войны писал
демобилизующие стихи.
Бюро ЦК КП(б) Таджикистана заслу-
шало доклад прежнего руководства Союза
писателей, признало его деятельность не-
удовлетворительной и отмечало, что отсут-
ствие идейно-воспитательной работы среди
писателей и зажим самокритики привели к!
творческим ошибкам.
М. Рыльский (Украина) подчеркнул, что
постановления ЦК ВКП(б) о литературе -и
искусстве способствовали широкому развер-
тыванию критики и самокритики в писатель-
ских кругах и организационной перестройке
работы союза. После собраний, посвящен-
ных постановлениям ЦК ВКП(б), ‘были об-
суждены новые произведения писателей и
работа украинской литературной газеты. В
организационной перестройке Украинский
союз писателей многое заимствовал из ио-
вой структуры ССП СССР. Восстановлено
дежурство членов президиума для приема
исключительно по творческим вопросам. Все
вопросы материально - бытового характера
переданы на решение образованному теперь
в Киеве Совету Литфонда. Воссозданы жан-
ровые секции, вновь образованы областная
комиссия, комиссия по вопросам братских
литератур, иностранная комиссия.
Самед Вургун рассказал о прошедшем не-
давно пленуме правления Союза писателей
Азербайджана и информировал о новых про-
изведениях, которые должны появиться в
ближайшее время.
— Два гола назад, — говорит А. Ерикеев
(Татария), — было принято специальное ре-
шение ПК ВКП(б) о мерах по улучшению
идеологической работы в Татарии. В этом
решении было указано на недостатки нашей
литературы и ошибки отдельных писателей.
Постановления ЦК ВКП(б) об искусстве и
литературе явились для нас прямым напо-
минанием о первом решении. Обсуждение
вопросов нашей литературной жизни на об-
щегородском собрании писателей Казани
выявило общее стремление писателей пере-
строить работу в соответствии с требова-
ниями партии.
Во время войны почти все татарские пи-
сатели ушли на фронт, и наша организация
понесла большие потери. Тем не менее сей-
час в составе ССП Татарии свыше 60 ква-
лифицированных писателей. Большая рабо-
та ведется с молодыми авторами, с литера-
турными кружками, которых много не толь-
ко в Казани, но и в других городах.
Состоянию бурят-монгольской литературы
посвятил свое выступление т. Зугеев. Эта
молодая литература, рожденная благодаря
национальной политике партии, очень бога-
та фольклором. Современная бурят-мон-
гольская литература пока еще в стадии ста-
новления. Она мало известна советскому чи-
тателю. Постановления ЦК ВКП(б) внесли
большое оживление в литературную жизнь
республики. Они обсуждались писательской
общественностью прн непосредственном уча-
мы часто
стии руководителей партийных организаций.
— Собрание писателей Ташкента, — сооб-
щил член секретариата ССП СССР т. Ай-
бек, — прошло на высоком идейном уровне.
Представители ЦК партии Узбекистана при-
нимали в нем активное участие. На заклю-
чительном заседании с большой речью вы-
ступил секретарь ЦК КП(б) Узбекистана
т. Юсупов. Были вскрыты основные недо-
статки в советской узбекской литературе и
ошибки отдельных писателей, присущие не
только им, но и писателям других респуб-
лик: это чрезмерное увлечение историче-
ской темой и фольклором. Сцены узбекских
театров заполнены пьесами о ханах, царях,
беках, феодалах, богатырях эпических по-
эм. Конечно, многие исторические произве-
дения служили патриотическому воспита-
нию народа. Но в некоторых из них была
идеализация образов феодальных героев.
Увлекшись исторической темой, драма-
турги оторвались от тем современности. В
результате, в драматургии Узбекистана нет
сейчас пьес, правдиво и художественно изо-
бражающих советское общество; наша дей-
ствительность в большинстве пьес дана
схематично и примитивно. Например, в пье-
се «Рискованная шутка» советские люди по-
казаны грубыми, некультурными. Эта пьеса
снята с репертуара.
В области поэзии в послевоенное время
получила широкое развитие интимная лири-
ка, лишенная глубины чувства ж общест-
венного значения. Кроме того,
сталкиваемся со стремлением возродить
средневековую эстетику, с некритическим
подражанием худшим образцам старой поэ-
зии. Все эти недостатки были подвергнуты
серьезной критике. Наша задача — помочь
писателям освободиться от них. В целях
теоретического воспитания писателей реше-
но отправить в Москву и в Ленинград 30
молодых авторов для учебы в литературных
вузах и организовать семинар для писате-
лей в Ташкенте.
Одна из задач Узбекского союза писате-
лей — подготовка издания антологии уз-
бекской прозы, в которую войдут избран-
ные произведения писателей, начиная от
классиков XIИ века — до наших дней. Го-
товятся к печати: трехтомник Пушкина, од-
нотомник Гоголя, «Война и мир» Л. Толсто-
го, сборник рассказов и повестей Горького,
«Божественная комедия», «Чайльд Га-
рольд», «1001 ночь», которая переводятся с
арабского языка, и др.
' С развернутыми сообщениями о состоянии
своей литературы выступили также член
секретариата ССП СССР Аитанас Веипло
ва (Литва) и Е ми лиан Буков (Молдавия).
Представители братских республик, кри-
тикуя прежнее руководство ССП СССР,
указывали на плохую связь с республикан-
скими писательскими организациями. На-
циональная комиссия, как правило, не была
в курсе литературных процессов, происхо-
дивших иа периферия. Республиканские со-
юзы писателей нуждаются в помощи и ру-
ководстве. Это особенно относится к таким
молодым советским республикам, как 'При-
балтийские, Карел о-Финская, Молдавская.
Почти все участники совещания говорили
о полиграфических трудностях, о недостат-
ках издятельгкэй работы и с~апяти вопрос
о создании в республиках специальных из-
дательств художественной литературы.
В результате обмена мнениями секрета-
риат ССП СССР постановил для помощи в
организационной работе регулярно посы-
лать представителей правления Союза пи-
сателей в Прибалтийские республики и в
Молдавию, а также лучших критиков и ли-
тературоведов Москвы для чтения курса
лекций по вопросам политики партии в ли-
тературе, литературной теории и проблемам
социалистического реализма. Бюро комиссии
литературной теории и критики поручено
разработать конкретный план проведения
лекций и представить план сборника статей
и работ, освещающих важнейшие проблемы
литературной политики и вопросы литера-
турной жизни для перевода этого сборника
на языки народов СССР. Секретариат ре-
шил послать в Бурят-Монголию группу пи-
сателей — поэта-переводчика, критика-ли-
тературоведа и прозаика — для оказания
конкретной помощи в творческих и органи-
зационных вопросах и рекомендовать Бурйт-
монгольскому ССП издать антологию бурят-
монгольской поэзии. Бригады писателей бу-
дут посланы также в Таджикистан и Тата-
рию. Бюро сектора литературы народов
СССР поручено разработать план «Библио-
теки поэта» с включением в нее крупней-
ших поэтов народов СССР. Совету Лит-
фонда СССР предложено образовать в рес-
публиках советы Литфонда, которым долж-
ны быть переданы на разрешение вопросы
материально-бытового характера.
Современность должна стать главной темой
УФА. (От наш. корр.). Два дня продол-
жалось общегородское собрание писателей
Башкирии, посвященное обсуждению по-
становлений ЦК ВКП(б) о литературе и
искусстве. С докладом выступил секре-
тарь Башкирского обкома ВКП(б) по про-
паганде и агитации тов. Шафиков, под-
вергший резкой критике работу ряда пи-
сателей Башкирии, в чьем творчестве
вскрыты серьезные политические и иде-
олог пче с кие ошибки.
Решением ЦК ВКП(б) осуждена пьеса
Бурупгу.това «Пдукай и Мурадым». В этой
пьесе главным героем является Идукай,
боровшийся в свое время за интересы фе-
одалов и за власть в Золотой Орде. Фео-
дальные набеги Идукая изображены Бу-
рунг\ ловим как движение положительнее,
народное. Тем самым автор грубо извра-
щает историческую действительность.
На конкретных убедительных примерах
докладчик показывает, как Бурунгулэв
идеализировал недавнее прошлое, выдавая
разгудыо ю жизнь баев и тарханов за
«общий уклад» жизни башкирского народа.
В книге «Эпос о батырах» он противопо-
ставил башкир русскому народу.
Молодой писатель Киекбаев слепо до-
верился «концепции» Бурунгулова и по-
ставил псевдо-народного героя Идукая в
ряд революционных деятелей башкирского
народа.
На сцене Башкирского академического
театра шли пустые, безидейные пьесы
«Езнякгй» X. Ибрагимова, «Нежданная
свадьба» Б. Бпкбая, а также примитивные,
малохудожественные пьесы, вроде «Бисэ
кэй» Мхбарякова и «1919» Р. Нигмати.
— Все это случилось потому, — говорит
т. Шафиков, — что большинство писателей
Башкирии оторвалось от жизни, забыло о
своей передовой роли в воспитании совет-
ских людей.
В Союзе писателей Башкирии отсутству-
ет по существу литературная критика, н?т
об’ективной, принципиальной оценки ху-
дожественных произведений.
Резкой критике были подвергнуты стихи
Даяна, пессимистичные и упадочные. Нот-
ки индивидуализма, замкнутости, бешс-
ходиой тоски проникли и в стихи Б. Бик-
бая. Обо всем этом говорили в своих вы-
ступлениях писатели Г. Амири, А. Валеев,
Т. Рамазанов и другие.
Явное недоумение у собрания вызвало за-
явление поэта К. Даяна об отказе от лири-
ки «вообще». Выступившие вслед за ним
товарищи указали К. Даяну на его непра-
вильное представление о задачах, вытека-
ющих из постановления ЦК ВКП(б).
Писатель Бурунгулов не понял сущно-
сти исторических и принципиальных реше-
ний ЦК ВКП(б). Формально он признал
с шибки, но тут же заявил, что будет «пе-
рерабатывать» свои псевдо-исторические
пьесы. Неискренним было и выступление
Т. Киекбаева. попытавшегося отнести свои
грехи в чужой адрес.
Председатель правления Союза писате-
лей Башкирии тов. Сайфн Кудаш почему-
то не счел нужным выступить на собра-
нии. Выступление же секретаря правления
тов. Зулькарнаева состояло из общих дек-
ларативных фраз.
В единогласно принятой резолюции со-
брание выразило уверенность в том, чтэ
писатели и работники искусств Башкирии
решительно перестроят свою работу, раз-
вернут подлинно большевистскую критику
и самокритику и успешно осуществят ис-
торические решения ЦК ВКЩб).
Новые издания ироизведении А, Гайдара
Детгиз выпустит в ближайшее время в
серии «Школьная библиотека» однотомник
сочинений А. Гай тара. В книгу войдут по-
вести «Школз», «Внешня тайна», «Судьба
барабанщика'>, «Тимур и его коман та»,
«Голубая чашка», «Дальние страны», рас-
сказы «РВС», «Пусть светит», «Четвер-
тый блиндаж», «Дым в лесу», «Чек и
Гек» и фронтовые записи писателя. Одно-
томник содержит, кроме того, автобиогра-
фию А. Гайдара и статью Л. Кассиля «О
Гайдаре». Иллюстрировал книгу заслу-
женный деятель искусств А. Ермолаев.
IГздательс/во намечает выпустить в на-
чале 1917 г. отдельными книгами в серии
«Школьная бш' шогека» повести А. 1 ан-
дара «Шкота* и ^Дальние cina”ij».
Стотысячным типажом вый тег в изтл-
тельстве «Советский писатель» однотомник
тбраш:ы\ проишедений Гейдара — «Си
бранное». В кише будут помешены по-
вести «Школа», «Тимур и его команда»,
«Военная тайна», «Дальние страны» и рас-
сказ «Чук и Гек».
Юбилейный вечер Якуба Коласа
В Московском клубе писателей 24 октября
состоялся вечер, посвященный 40-летию ли-
тературной деятельности народного поэта
Белоруссии лауреата Сталинской премии
Якуба Коласа. Н. Тихонов, открывая вечер,
сказал:
— Юбилей народного поэта Белорус-
сии — чаш поэтический праздник. Этот
юбилей отмечается по всему Советскому
Союзу.
Н. Тихонов характеризует творчество
Якуба Коласа, рассказывает о его поэтиче-
ской деятельности в годы Отечественной
войны.
Борьба белорусского народа против вла-
дычества польских оккупантов — такова те-
। ма новой поэмы Якуба Коласа «Рыбакова
хата». Поэт прочитал отрывки из этой поэ-
мы и два стихотворения: «Устье» и «Два-
дцать девять», посвященное 29-летию Ок-
тябрьской революции.
Тов. Горбунов, секретарь ЦК КП(б) Бе-
лоруссии по пропаганде, рассказал о рас-
1 цвете культуры Советской Белоруссии, яр-
! ким представителем которой является Якуб
Колас. С речами и стихами, обращенными
! к юбиляру, выступили Евг. Мозольков,
И. Гуторов, С. Городецкий, Л. Пеньков-
ский. Стихи Якуба Коласа читали поэты-
переводчики П. Семынии, Б. Иринин, Н. Си-
доренко и артисты М. Лиивтн, А. Лукьянов.
Вечер закончился концертом.
24 октября в Московском клубе писателей состоялось чествование поэта
Якуба Коласа в связи с сорокалетием его творческой деятельности. На снимке:
Я. Колас, В. Костылев и Н. Тихонов в президиуме собрания.
Фото В. СЛАВИНСКОГО.
Вера СМИРНОВА
РЕВОЛЮЦИИ
Несколько страничек автобиографии, ос-
тавленной нам Гайдаром, озаглавлены:
«Обыкновенная биография в иеобыкновен-
ное время». Зто — похожий на военный ра-
порт, предельно сжатый и точный рассказ о
том, как сын царского солдата стал солда-
том революции, воевал на шести фронтах, в
пятнадцать лет командовал ротой, а в 17 —
отдельным полком, за годы войны по-
видать успел немало и «самое главное, что
запомнил, — зто то, с каким бешеным упор-
ством, с какой ненавистью к врагу, безгра-
ничной и беспредельной, сражалась Крас-
ная Армия одна против всего белогвардей-
ского мира». Двадцати лет, по болезни —
после контузии в голову, — он был уже
отчислен в запас. Но преданный душой и
телом — и навсегда — Красной Армии, вою-
ющей «за светлое царство социализма»,
Гайдар не мог внутренне согласиться с этой
демобилизацией. Он стал писать и в лите-
ратуру вошел командиром, определив себе
военную задачу: воспитывать новое поколе-
ние бойцов за коммунизм. Он стал писать
для детей и оказался тем самым «урожден-
ным» детским писателем, о котором мечтал
Белинский, говоря, что «детским писателем
надо родиться».
Он стал любимым писателем советских ре-
бят, героем, идеалом советских подрост-
ков. Во дворе дома, где он жил, на улице,
на прогулке за городом, в поезде около
него почти всегда можно было видеть II—
Ф Ф	.................
Аркадий Гайдар
Любимых детских книг творец
И верный друг ребят,
Он жил, как должен жить боец,
И умер, как солдат.
Прочтя любой его рассказ
И оглянись вокруг.
Живут сегодня средн нас
Тимур, и Гек, и Чук.
Они живут, они растут
И будут жить всегда...
А если их не так зовут,
То это не беда.
Страницы честных, чистых книг
Стране оставил в дар
Поэт, писатель, большевик
И гражданин Гайдар.
Сергей МИХАЛКОВ.
молеты, что эта жизнь просто приходит с
товарным поездом, груженым стройматериа-
лами, и властно и быстро начинает все пере-
делывать по-своему, — лишь успевай пово-
рачиваться и старый и малый.
Но недаром Гайдар говорит, что его кни-
ги о том-то, о том и «еще много о чем дру-
гом». В книгах Гайдара, как в хорошо спла-
нированных домах, просторно живут раз-
ные мысли, живет много мыслей — и совсем
детских и вовсе не детских. В той же «Воен-
ной тайне», например, кроме первостепенных
и первоочередных «военных» мыслей, есть
очень хорошая мысль о том, что дело вос-
аитаиия, педагогическое дело ие только не
хуже, не мельче всякого другого человече-
ского занятия — инженера, летчика, уче-
ного, а даже увлекательней и выше, по-
тому что с живым человеком имеешь дело, с
живой душой, а не с машиной, не с желе-
зом к камнем.
Удивительная жизненность, живая дейст-
венность книг Гайдара в «Тимуре и его
команде» достигла такой силы, что здесь
мы имели случай прямого превращения ли-
тературного вымысла в действительность.
Выдуманный Гайдаром Тимур стал вожаком
подлинной армии тимуровцев по всей совет-
ской стране. Книга стала жизнью, игра —
настоящим большим делом. Так угадать, так
придумать то, что было всего нужнее де-
тям, можно было только при абсолютном
знании жизни и с большой любовью к со-
H. ГУТОРОВ НАРОДНЫЙ
ПОЭТ БЕЛОРУССИИ
(К сорокалетию литературной деятельности Якуба Колеса)
12-летних «ад’ютантов», восхищенно-сдер-
жанных и изо всех сил старающихся по-
военному быть подтянутыми. Он любил им
давать хитрые поручения, требовавшие со-
образительности и ответственности, застав-
лявшие работать воображение, он и сам лю-
бил, как ребенок, революционную романти-
ку. Он был тем подлинным художником-пе-
дагогом, которого безошибочно угадывает и
к которому тянется ребенок.
Гайдар был удивительно подвижен. У не-
го не было постоянной прочной квартиры, он
словно всю жизнь был в походе, то уез-
жал куда-то на восток, то в Крым к морю,
то жил в Кличу, то забирался в деревню, то
отправлялся удить рыбу на Оку, в глубь
Мещерских лесов, то вдруг поселялся где-
то под Москвой, в избушке какого-то сто-
рожа. Присылал веселые и умные письма
в стихах или написанные по-французскн
русскими буквами. Большой, по-военному
одетый и по-военному подтянутый, ясногла-
зый, спокойный, веселый, появлялся он то
на лесном «костре» пионерского лагеря, то
в библиотеке Дома пионеров, то в школе,
то в клубе писателей, то на педагогической
дискуссии в «Молодой гвардии». Нетороп-
ливый, он удивительно успевал увидеть но-
вое в нашей жизни, а самое главное, успе-
вал раньше всех и лучше всех написать об
этом новом. Периодически страдая присту-
пами жестокой болезни, развившейся в нем,
как результат контузии и всей той непомер-
ной нервной нагрузки, которую вынес на
войне детский организм, Гайдар, однако,
каждый год давал советским детям новую
книгу, и это неизменно были самые новые,
нужные в тот момент книги. У романтика
Гайдара была очень ясная и трезвая голо-
ва, ум политика и командира, умеющего по-
нять и оценить «обстановку». Этот ум ви-
ден в замыслах всех его книг, он же помо-
гал ему глядеть вперед и многое предви-
деть.
Как солдат революции, он не мог не знать,
что «борьба еще не кончена», как военный
человек, он знал, что надо постоянно го-
товиться к новому нападению врага. И об
этом он говорил в каждой своей книге.
Когда началась война с фашистской Гер-
манией, я впервые увидела Гайдара встре-
воженным: «Не призывают». Разве мог он
быть не на фронте, когда опять «пришла
беда... Опять уже свистят пули, опять уже
рвутся снаряды», как в Алькиной сказке в
«Военной тайне». Наконец, он был моби-
лизован и отправлен в армию военным кор-
респондентом. Его корреспонденции с фрон-
та были похожи на короткие новеллы о за-
мечательных советских людях на войне. Ко-
гда часть, в которой находился Гайдар, по-
пала в окружение и была отрезана от сво-
их и корреспонденции стали ненужны, пи-
сатель Гайдар снова, как двадцать лет на-
зад, стал бойцом. Его хотели вывезти на са-
молете, он отказался, не захотел покинуть
товарищей, остался в партизанском отряде.
Рассказывают, он и еще три бойца повстре-
чались с немецким раз’ездом. Силы были
неравны, и все четверо были убиты в бою
и похоронены потом товарищами в общей
могиле. До самого конца войны все друзья
Гайдара не верили в его гибель: казалось,
вот откуда-нибудь подаст о<н весточку и
внезапно сам появится среди нас, веселый
и спокойный, пишущий вновь «такую по-
весть, чтоб не стыдно было прочесть ее в
том прекрасном будущем», в котором на-
деялся он сам долго прожить.
Теперь все безнадежно ясно: где-то на
Украине, близ Канева прибавилась новая
могила поэта. А нам остались книги да
свежая память о большом и хорошем совет-
ском человеке, об его великолепной чело-
веческой судьбе, о которой должны быть
сложены песни, о которой должна быть на-
писана книга.
В этой книге будет рассказано, как меж-
ду двумя великими войнами жил умный и
храбрый солдат революции, «умелый и зна-
ющий человек, который из военной хитро-
сти прикинулся детским писателем и помо-
гал ребятам вырасти хорошими храбрыми
1 солдатами».
*♦1
Вот книги Гайдара.
«Если, — как он сам говорит, — выкинуть
первые совсем еще слабые, то останутся»:
1926 гол — «РВС» — о Красной Армии в
первых боях за советскую власть. ,
1929 — «На графских развалинах» — о
беспризорных.
1930 — «Школа» — почти автобиография
— о революции и гражданской войне.
1931 -— «Четвертый блиндаж» — о воен-
ной подготовке.
1932 — «Дальние страны» — о строитель-
стве новых заводов, о первых колхозах —
о строительстве социализма, о врагах и о
бдительности.
1934 — «Синие звезды» — о колхозе.
1935 — «Военная тайна» — «о теперешних
ребятах, об интернациональной смычке, о
пионерских отрядах н еще много о чем
другом».
1936 — «Голубая чашка» — о семье, о со-
ветских людях, которые живут и работают
около нас и вместе с нами, о лесе, о речке,
о хорошей советской мирной жнзни.
1939 — «Судьба барабанщика» — «эта
книга не о войне, но о делах суровых и
опасных — не меньше, чем сама война», —
о борьбе с внутренними врагами.
1939 — «Чук и Гек» — о счастье.
1940 — «Тимур и его команда» — о новой
войне н о том, как детям помогать Красной
Армии и своей стране.
1941 — «Горячий камень» — сказка о се-
бе, о том, что жизнь прожита не зря.
Я недаром выписываю подробно года из-
дания н темы. Присмотритесь внимательно:
картина поразительная! Перед нами хроно-
логия эпохи. Каждая книга Гайда-
ра — разговор с детьми о самом главном
именно для того времени, когда она написа-
на. Книги Гайдара не отстают от жизни,
они рассказывают о настоящем и заглядыва-
ют в будущее.
Это особенно ярко выражено в «Военной
тайне», книге, которая была самому Гай-
дару по многим причинам дороже других. В
чудесном уголке земли, на берегу моря, жи-
вут веселым и дружным лагерем пионеры с
разных концов советской страны, отдыха-
ют, играют, набираются сил и здоровья. Но
вот о чем возникает вдруг разговор.
— А что, Толька, — спрашивает один из
мальчиков: — если бы налетели аэропла-
ны, надвинулись танки, орудия, собрались
бы белые со всего света и разбили бы они
Красную Армию и поставили бы они все
по-старому?... ЛАы бы с тобой тогда как?
Толька не может представить себе такой
возможности. Вопрос кажется ему просто
подвохом, насмешкой. — Ну, а если бы?
Тогда бы мы с тобой как? — настаивает то-
варищ. И вот они уже намечают себе про-
грамму действий: уйти в горы, собрать от-
ряд, всю жизнь, до самой смерти, нападать
на врагов, не изменить, не сдаться никогда.
Не страх перед врагом, не заботу о том,
как сохранить свою собственную жизнь, вы-
зывает у героев Гайдара это предчувствие
новых битв, а готовность к бою и веру в
победу. Именно по этой программе вырос-
шие с 1935 года советские мальчики Влади-
ки и Петьки действовали в 1941—1945 го-
дах войны.
«Школа» — книга, несомненно, биографи-
ческая, как большинство наших книг о гра-
жданской войне. Но, рассказывая о том, как
революция и гражданская война были «шко-
лой» для него самого, для какого-то одного
мальчика Бориса Горикова, Гайдар добива-
ется того, что путь его героя становится
школой и для маленького читателя. Вместе
с ним, с героем книги, маленький читатель
доходит до понимания очень Глубоких и
важпых законов человеческого общества,
утвержденных революцией, словно прохо-
дит первую грамоту коммунизма.
У Гайдара удивительный дар: говорить
легко и просто о самом трудном и слож-
ном. Очень интересна в этом смысле по-
весть «Судьба барабанщика». У героя этой
повести (герои всех книг Гайдара — дети)
мать умерла. Он живет с отцом и мачехой,
отца арестуют за растрату и ссылают, ма-
чеха уезжает, мальчик остается один, от
тоски, от одиночества сходится с дурными
товарищами и скоро совершенно запутыва-
ется в своих нелепых н безобразных поступ-
ках, делается орудием чужих людей, врагов
советской власти. С поразительным знанием
психологии ребенка Гайдар водит читателя
по тайным ходам самых сокровенных мыс-
лей и чувств своего героя. Но Гайдар лю-
бит его и верит в него, верит, что победят
в нем честность н правдивость и любовь к
родине и к советским людям, и читатель
вместе с автором и героем радуется счаст-
ливому концу всех испытаний.
Герои Гайдара — положительные герои,
да Гайдар и не хотел и ие мог видеть ре-
бенка, будущего советского человека, пло-
хим или безнадежно испорченным. Секрет
обаяния гайдаровского таланта .— в его
уважении к человеку, даже самому кро-
шечному человеку. Уважение к человеку
воспитывает в нем чувство собственного до-
стоинства, а это чувство никогда не ужи-
вется рядом с неуважением к товарищу.
Гайдар очень хорошо умел «задумывать»
свои книги. Кто читал «Дальние страны»,
помнит, как остроумно устраивает он, что
новая большая жизнь, казавшаяся двум
мальчикам на маленьком железнодорожном
раз’езде такой далекой, существующей где-
го «в дальних странах», куда пролетают са-1
ветскому человеку. У Гайдара было за ду-
шой это богатство, и он был щедр в сво-
их книгах.
Я с волнением перечитывала в эти дни
все его книги. Они показались мне сейчас
гораздо лучше написанными, чем я считала
раньше. Отголоски былинного, сказового,
старо-русского говора, которые раздра-
жали раньше, оказались заглушенными той
музыкой нового, какой наполнены до краев
все эти тоненькие книжки. За эти годы
вдруг с огромной силой проступило все то
большое и важное, что Гандар сказал в
своих книгах, и стало окончательно видно,
какой это талантливый, серьезный и свое-
образный советский писатель.
Лучшая из его книг — самая короткая
«Чук и Гек» — рассказ о том, как два ма-
леньких брата ездили с матерью в дале-
кий темный густой лес у Синих гор к отцу
повидаться. Эта дорога к отцу, сначала в
шумном, переполненном людьми поезде, по-
том в санях по тихому, безлюдному лесу,
где встречалось множество следов незна-
комых зверей и птиц,—в глазах этих ма-
леньких жадных до жизни человечков пре-
вратилась поистине в сказочное путешест-
вие, в широкий и увлекательный выход в
жизнь. Стоит только вспомнить, как Гек
смотрит в окно!
Эта книга написана Гайдаром, как песня,
как «песнь торжествующей любви» к жиз-
ни, к родной природе, ко всему живому, к
большим и маленьким советским людям.
«— Что такое счастье — это каждый по-
нимал по-своему», — говорит Гайдар, кон-
чая эту книжку,—«но все вместе люди знали
и понимали, что надо честно жить, много
трудиться и крепко любить и беречь эту
огромную счастливую землю, которая зо-
вется Советской страной».
Вечер памяти А. П. Гайдара
Давно уже в Московском клубе писате-
лей не было литературного вечера, который
прошел бы с такой искренней сердечностью,
как вечер памяти Аркадия Гайдара.
Зал переполнен. Сюда пришли лучшие
детские писатели — С. Маршак, С. Михал-
ков, К. Паустовский, Р. Фраермаи, А. Бар-
то и другие, родные и друзья покойного,
его читатели.
От имени правления Союза советских пи-
сателей вечер открыл С. Маршак.
В большой вступительной речи Л. Субоц-
кнй нарисовал облик талантливого писате-
ля, горячего учителя, помогавшего детям в
поисках правильного пути «к светлому цар-
ству социализма». Он сравнивает повесть
«Тимур н его команда» А. Гайдара с рома-
ном «Молодая гвардия» А. Фадеева.
— На городской площади в Краснодоне
есть братская могила, где погребены Олег
Кошевой, и Уля Громова, и Люба Шевцо-
ва, и Сережа Тюленин, и 50 других героев.
Они реальные люди, они — жили. Образы
повести «Тимур н его команда» созданы
творческой волей и талантом Гайдара. Но
после выхода книги тысячи и десятки ты-
сяч детей назвали себя по имени героя
книги, и это были не литературные герои,
а настоящие, живые дети. Книги Гайдара
воспитывали поколения Кошевых, Матро-
совых, Космодемьянских.
Один за доугим выступают писатели, хо-
рошо знавшие и любившие Гайдара не толь-
ко по его книгам, но и часто встречавшиеся
с ним в жизни и дружившие с ним...
Выступают А. Барто, Б. Емельянов,
А. Ивич, К. Паустовский, И. Халтурин.
Р. Фраерман приводит шуточное письмо,
полученное им от Аркадия Петровича: «Я
сижу сейчас Иа берегу моря. Здесь же меня
кормят, усыпляют и умывают... Я работаю...
Надо в поте лица добывать трудовую ко-
пейку — это раз. Во-вторых, надо оправдать
свое существование перед людьми, зверь-
ми, перед разными воробей-птицами, солэ-
лей-птахами, перед рыбой-карась, лннь, го-
ловень, лещ, плотва, окунь — а перед
глупым ершом, перед злобной щукой оправ
дываться мне не в чем».
Горячо были встречены аудиторией вы-
ступления сына Аркадия Петровича — Ти-
мура и спутника на фронтовых украинских
дорогах первых месяцев войны — В. Ляс-
ковского.
— Мы приветствуем бессмертие славы,
бессмертие литературы. Читатели сохрачяг
книги Гайдара, как колхозники сохранита
могилу его. Будем же славить живого
Гайдара! — говорит В. Шкловский.
Во второй части вечера народная артист-
ка РСФСР В. Марецкая прочла сказку
^Горячий камень» Гайдара. Теодор Гутман
исполнйл любимые Гайдаром произведения i
Чайковского.	j
В зале организована выставка фотопор-
третов Аркадия Петровича, его произведе-
ний и иллюстраций к ним.
Околю двух десятков книг Якуба Кол аса
напечатало иа русском языке в Москве,
Смоленске, Минске, Ташкенте. Произведе-
ния выдающегося белорусского поэта не-
однократно переводились на украинский,
грузинский и другие языки народов СССР,
а также на чешский и польский. Недавно
в Гослитиздате вышел сборник Якуба Ко-
ласа — «Избранное», который является наи-
более полным изданием его произведений
на русском языке. Многие стихи этой кни-
ги впервые публикуются в русском пере-
воде, большое место отведено стихотворе-
ниям, написанным в годы Отечественной
войны; в сборник вошли также рассказы
в стихах «Первый заработок», «Игрище»,
«Донял» и о (рывок из поэмы «Симон Му-
зыка». Расположен материал в хронологи-
ческом порядке: это дает возможность про-
следить не только творческую биографию
поэта, но в известной степени и историю
белорусского народа.
В первый раздел книга вошли произведе-
ния, написанные в 1904—1916 годах. Рево-
люция 1905 года всколыхнула творческую
силу белоруссов, повысила их националь-
ное и социально-политическое самосозна-
ние. Росли и активизировались кадры бело-
русской интеллигенции. Вокруг газет «На-
ша доля» и «Наша низа» сгруппировались
талантливые писатели: Янка Купала, Якуб
Колас, А. Пашкевич (Тетка), Максим
Богданович, Змнтрок Бядуля. Среди них
одно из первых мест по праву занял Якуб
Колас. Его поэзия, начиная с первых сти-
хотворений, неразрывно связана с нужда-
ми народа, с его борьбой за свободу. Якуб
Колас с 'Потрясающей силой рисовал тя-
желую жизнь белорусских крестьян
(«Родные песни», «Деревня», «Наше село»,
«Доля батрачки», «Крестьянская доля»,
«Край оодшиый»), В стихотворении «Край
родимый» поэт с душевной болью говорит:
КрпЙ речной, родное поле,
Ты глядишь, как сирота.
Грустен "ы, как шина доля,
Ты — как наша темнота.
Против угнетения и темноты народа поэт
боролся всеми доступными ему средства-
ми. В 1908 году Коласа, как организатора
и участника нелегального учительского
с’езда, приговорили к трем годам заключе-
ния в минском остроге. За тюремной сте-
ной было написано много пламенных рево-
люционных стихотворений, и в их числе
«Мужик», в котором белооусский крестья-
нин заявляет о своей готовности вести
борьбу за иную, счастливую жизнь:
Я — мужик, но ум имею,
Гудет время и мое.
Я молчу', кричать не смею,
Но когда-нибудь сумею
Крикнуть: «Хлопцы, за ружье!»
В стихотворениях «Не верьте» и «Кон-
ституция» поэт смело разоблачал перед
народом все провокационные маневры са-
модержавия. Справедливое негодование и
гнев поэта вызывают поработители народа,
богатеи-кулаки («Врагам» и др.).
Основные мотивы твоочества Якуб Ко-
лас черпал в революционной борьбе на-
рода, — отсюда жизненная правдивость
и социальный оптимизм его произведений.
Поэт верил, что
Дымом все пойдет лихое,
Все, что лу>пит нас н гнет!
Верь, брат, время золотое
К нашей родине придет.
Золотое время принесла белорусскому
народу Великая Октябрьская социалистиче-
Якуб Колас. «Избранное», Гослитиздат, 1946,
36" стр., ц. 12 руб.
ская революция. Социалистическое преоб-
разование республики Нашло яркое отра-
жение в творчестве Якуба Коласа. Он вдох-
новенно пишет о том, как меняется все
кругом и как одновременно с этим меня-
ются люди, строители нового социалисти-
ческого общества.
В сборнике «Избранное» ЯОД ДвТОЙ
1919—1940 гг. читатель найдет большой
цикл стихов, в которых поэт воспевает
счастливую жизнь белорусского народа*
индустриально-колхозное переустройство
края, расцвет белорусской культуры («Со-
ветской Белоруссии», «Под сталинским
солнцем», «По сталинскому пуп», «Счаст-
ливая минута» и др.). Стихи, Посвященные
великому Сталину («Вождю народов»,
«Сталинская Конституция», «Великому
Сталину», «Вождю и учителю»), полян глу-
бокой любви к вождю, которому белорус-
ский народ в содружестве с другими наро-
дами Советского Союза обязан СВОИМ сча-
стьем.
Советская социалистическая система го-
Судапства сделала прочной и незыблемой
дружбу братских народов, и поэт слагает в
честь этой дружбы светлые гимны («Под
сталинским солнцем», «Народам СССР»),
Фашистские варвары недооценила силу
дружбы, морально-политического ежи-
ства народов СССР. С первых дней
войны Якуб Колас неустанно призывал на-
род к священной мести н отпору врагу:
«Вставай, народ, всю мптп> ж вилгу
Вздымайте, села, города!
Пусть злую гибель и могжлу
Найдет немецкая орда.
Сметай ее стальной метлою
Всю, до последнего полка,
И пусть Под тучей грозовое
Не дрогаут сердце и рука.
Копайте яму, долокопгы,
Чтобы в ее холодный прах
Упал навек тиран Европы.
Свободы мира лютый враг!».
В стихотворениях «Защитникам родной
земли», «Голос земли», «Народу-борцу»,
«Над могцлой партизана», «Бойцам и
командирам Красной Армии» и других поэт
создал величественный образ народа-борца,
прославил советских воинов, бесстрашных
белорусских партизан. Военные стихи Ко-
ласа печатались в белорусских фронтовых
газетах, листовках «Вести с родины», под-
польных и партизанских многотиражках, в
рукописных партизанских журналах. Те-
перь они впервые собраны и напеЧАТЗИЫ в
книге «Избранное».
Произведения, вошедшие в сборник, хо-
рошо представляют разнообразие моти-
вов, ритма и строфики поэзия Коласа.
Прекрасный знаток народной поэзии,
Якуб Колас умело пользуется приемами И
средствами фольклора. Якуб Колас хорошо
знает культуру, обычаи и нравы своего
народа. Ike это дало ему возможность со-
здать несколько крупных, полнозвучных
поэм («Новая земля», «На путях свободы»,
«Симон Музыка»), очень близких к бело-
русскому эпосу. Жаль, что в третьем раз-
деле книга редактор не счел нужным поме-
стить отрывки из этих поэм и ограничился
лишь отрывком нз поэмы «Симон Музы-
ка». Мы уже говорили, что в данный сбор-
ник вошли только поэтические произведе-
ния Коласа. Несомненно, русский читатель
воспримет этот сборник с большим инте-
ресом. Но будем надеяться, что Гослитиз-
дат выпустит также книгу пооЗЫ И Драма-
тургии Якуба Коласа, без которых с долж-
ной полнотой нельзя представить творче-
ский путь белорусского поэта.
Литературные вечера, выставки
МИНСК. (От наш. корр.). 8 ноября
1946 г. исполнится 40 лет литературной
деятельности народного поэта БССР, де-
путата Верховного Совета СССР, лауреата
Сталинской премии Якуба Коласа (Кон-
стантина Михайловича Мицкевича). Для
проведения юбилея создана правительст-
венная комиссия.
В городах, районах, селах проходят ли-
тературные вечера, посвященные творчест-
ву Якуба Коласа.
К юбилею в Минске изданы поэмы
Якхба Коласа «Новая Земля», «Симон Му-
зыка», его стихи для детей н другие про-
изведения. Библиотеки республики готовят
к юбилейным дням художественные вечера
и выставки произведений поэта. Юбилей
Якуба Коласа отмечается Академией наук
БССР, вице-президентом которой он со-
стоит уже много лет.
БРЕСТ. (От наш. корр.). Трудящиеся
Бреста готовятся отметить сорокалетий
юбилей литературной деятельности Народ-
ного поэта БССР Якуба Коласа.
В городе и в районах будет проведена
серия литературных вечеров, посвященных
творчеству Якуба Коласа.
С докладами о творческой, государствеи-
ной и общественной деятельности Якуба
Коласа выступят писатели Н. Засим,
М. Христич, М. Дубровский, секретарь
обкома партии по пропаганде т. Красов-
ский, преподаватели школ.
Городская библиотека готовит специаль-
ную выставку, подбирает материалы, ха-
рактеризующие большую государственную
и общественную деятельность Якуба Ко-
ласа.
Сборник „Русско-украинские литературные взаимоотношэиил"
Бор. ЕМЕЛЬЯНОВ
Предвоенный дневник
<Быот бвраВакк марш-потел.
Каждому отряду своя дорога,
свой позор и своя слава».
А. Гайдар.
Недавно были найдены в Клину две пор-
ванные тетради. Одна нз них относится к
1939 году, вторая — к концу 1940 и к на-
чалу 1941 года.
Это — остатки предвоенного дневника
Аркадия Петровича Гайдара, особенно до-
рогие нам потому, что рукописное наследст-
во его утрачено почти полностью. Оста-
лись считанные, разрозненные страницы
черновиков и немногочисленные письма род-
ным и друзьям.
Для биографа писателя найденные стра-
ницы драгоценны.
Многие из нас считали Гайдара большим
и чудаковатым ребенком. Пресловутая «дет-
скость» Гайдара, его необыкновенное уменье
разговаривать со своим читателем особен-
ным гайдаровским языком об'являлнсь
«интуицией» и «божьим даром».
Сэм метод работы Гайдара, казалось, под-
тверждал особую вдохновенность писателя
и легкость его обращения с материалом. Ча-
сто бывало так, что Гайдар месяца три или
четыре ничего не делал. Казалось, он жил
вне времени А потом вдруг начинал рабо-
тать и работал, как одержимый, полторы-
две недели, редко месяц и, когда это время
проходило, тащил целую кипу листов к ма-
шинистке. — новая книга была готова.
Первый удар легенде о «божьем даре»
нанесло знаменитое выступление Гайдара
в Центральном Комитете комсомола в янва-
ре 1941 года.
«Большой ребенок» вышел на трибуну.
Военный гром грохотал над миром. Меньше
пяти месяцев оставалось до начала Вели-
кой Отечественной войны. Гайдар говорил
о военном воспитании молодежи, о тяже-
лом воинском труде, о долге писателя.
Это была блестящая речь талантливого и
очень умного человека.
«Пусть потом потомки подумают, —
говорил он. — что вот жили на свете такие
люди, которые из хитрости назывались дет-
скими писателями. На самом же деле они
готовили краснозвездную крепкую гвар-
дию...»
Много позднее мы поняли, что это была
речь писателя с огромной совестью и ред-
ким даром предвидения.
Сила писательского обаяния Аркадия
Гайдара еще не измерена, истоки ее не ис-
следованы. Как он работал?
Мы открываем две тоненькие порванные
тетрадки, написанные неровным почерком.
«...Сижу, думаю. Откуда эта легкая ра-
нимость и часто безотчетная тревога. Ни-
как не могу понять — в чем дело? И от-
куда у меня ощущение большой вины? Ино-
гда оно уходит, становится спокойно, радо-
стно, иногда подползает, и тогда горнт сер-
дце и не смотрят людям в лицо глаза пря-
мо...»
В самом деле, откуда тревога у Гайдара?
Вот крымские безмятежные записи 1939
года.
«Вчера был с Дорой в Суук-Су, в Арте-
ке. Встреча с ребятами была теплая. Пода-
рили нам много пышных роз.
Пятилетний Анатолий Федорович очень
со мной дружит. Подарил ему звезду, сви-
сток и пистонный револьвер. Он командует
над собаками Цыганом, Тузнком и Миш-
кой...»
Гайдар в это время отдыхал в писатель-
ском доме в Ялте. Недавно закончена
«Судьба барабанщика», задумай «Чук н
Гек». Гайдар, веселый к радостный, затевал
прогулки, игры.
В дневнике Гайдара есть восторженные
записи о «мертвом» городе Чуфут-Кале, об
изумительных горных каньонах и чудесных
дорогах.
Гайдару было интересно жить в Крыму.
Он записывает:
«Разговор с Асеевым. Ему мои замечания
поправились Путник и дорога, как целое
при одних обстоятельствах, а при других —
дорога его не касается, он касается ее толь-
ко подошвами. Вообще мир разорван при
одном восприятии н собран при другом. Вто-
рое — выше».
Гандар живо интересуется своими товари-
щами. Он ближе присматривается к Утки-
ну н открывает в нем «хорошего человека». ;
Он слушает стихи литовца Людаса Гиры и>
Асеева.
Встречающиеся Гайдару обыватели и по-
шляки воспринимаются им иронически.
«Ужасного встретит на аллее доктора.
— Вы писатель? Очень р^д. Много могу j
предложить нам материата. О чем пишете?
О войне? Есть у меня в Севастополе знако-
мые. Могут рассказать о жизни морского
флота. Ах. это не интересует? Ну тогда, мо-
Колхозники села Лепляво Полтавской обл. у могилы писателя А. Гайдара.
Фото А. БАШКИРОВА (1945 г.).
жет быть, нужен материальчик курортно-
бытового характера?
Очень многие еще нашего дела не пони-
28 июня 1939 года. Японские самолеты
перелетают границу. Вот почему «было
тревожно на свете и на душе».
КИЕВ. (От наш корр.). Институт украин-
ской литературы им. Т. Г. Шевченко Ака-
демии наук УССР подготовляет к печати
научный сборник «Русско-украинские ли-
тературные взаимоотношения».
Сборник открывает статья А. Белецкого
«Русско-украинское литературное едине-
ние». В нем будут помещены также статьи:
И. Еремина «К истории малороссийского
влияния на русскую литературу XVII сто-
летия», С. Дурылина «Украинская драма-
тургия иа сцене Малого театра», М. Пар-
хоменко «Франко и Щедрин», Н. Бельчи-
кова «Шевченко и русская революциоико-
демократичесКая литература», А. Гозенпу-
да «Драматургия Леси Украинки и Пуш-
кин», Н. Гудзия «Кулиш и русская литера-
тура», В. Капустина «Тургенев и Украина»,
А. Тростянецкого—«Первый приезд Мая-
ковского на Украину» и др. Ответствен-
ный редактор сборника—действительный
член Академии наук УССР проф. Н. ГудзиЙ.
мают.
Один из самых страшных вопросов, это
когда человек интеллигентный и начитан-
ный спрашивает:
— А скажите, как вы пишете? Из жизни
материал берете или больше выдумка?
Очень становится от такого разговора
у ныло...»
В это время, казалось, было спокойно в
мире. Вечерами писатели спорили о чтении
Журавлева, о лирических стихотворениях
Асеева. В газетах был опубликован в эти
дни указ о награждении сельских учи-
телей. Гайдар разуется:
«Это хорошо. Я люблю это племя».
11о тревога именно в эти дни овладевает
им.
«Затишье в газетах временное, — записы-
вает он, — и тревожно на свете! Начинаю
скучать о России... Сегодня сажусь за ра-
боту. Поехал в Севастополь деньги на би-
леты до Москвы».
В этих немногих строках уже определяет-
ся теснейшая связь общественного и лич-
ного в сознании Гайдара. «Тревожно на
свете», тревожно становится н на душе у
в иеате.тя.
Гшпар уезжает в Москву 2—3 июня. А
уж 13 июня сдается в печать «Судьба ба-
pj6.1111:iiiг:.i». н в дневнчче появляется снова
запись пугешег гвешшка:
«Бирок. с сеткой. Сапоги. Спиннинг.
Последний ра ! «Барабанщик,,.»
Гайдар хс.зжаег в село Солотчу Рязан-
ской об iacги к Фраермапу.
26 июня он пишет: «Надо работать. Над
чем. cute не решил. Письмо в Клин. Теле-
грамму в X.ioaponcK,,,»
В тот гот было чу тесное жаркое лето.
«Ловим с Р\видом рыбу на маленьком
озере. Поймал я большого ок\ня Ходил иа
канаву. Комары, как тигры.......Ночей,а ти в
лесу на берегу Прорвы. Огромная сверкала
луна. «Пчелка» гонялась за куликами. Лу-
га в цвету... Тревога».
Теперь страницы дневника полны лихора-
дочными записями:
«29 июня. Вчера в газете. 120 япон-
ских самолетов перелетели границу. 95
I советских приняли бой. 31 японский самолет
I сбит, советских 12. Позже еще 60 самоле-
j тов, опять бой. Сбито японских 25, совет-
! ских 2... Добром дело, видать, не кончится.
! Сегодня переставил стол в маленькую
' комнату. Надо начинать работу.. »
'	«1 июля. На Монгольской границе беспре-
рывные воздушные бои».
«14 июля. Вышла «Судьба барабанщика».
Разговор с Гавриловым об обмере приуса-
i дебных участков.
I ...Нервы в руки, не распускаться, смеять-
! ся, работать...»
: На этом кончаются записи 1939 года. Гай-
дар вернулся из Рязани и через полторы—-
। две недели начал работу над «Тимуром».
I С тедующая тетрадка — без конца и на-
чала.
Первая уцелевшая запись в ней сделана
20 ноября 1940 года.
«На земле тревожно... Мучает меня со-
весть, а о чем - точно не знаю. Радиограм-
ма — алло, алло, говорит радиостанция
первого корнхеа, вызываем второй...»
| В это время выходила на экран картина
«Тимур и его команда». — Аркадий Гайдар
! готовился к войне и готовил к ней своего
читателя. Целыми
над «Комендантом
днями он просиживал
снежной крепости». На-
до было торопиться, война надвигалась
неумолимо, и Гайдар это чувствовал все яс-
ней и ясней.
Н? надо забывать о биографии Гайдара
Он был не только писателем Свою первую
большую книгу он написал 20 летним, а в
17 лет он командовал полком.
По болезни Гайдара сняли с военного уче-
та. Он ответил на эту заботу о себе Сотня-
ми заявлений и просьб о восстановлении.
Бумаги пошли по инстанциям.
Гандар все чаше вспоминает о граждан-
ской войне, о своей военной молодости.
«2 декабря. Москва. Вспомнить когда-ни-
будь дорогу на Кавказский фронт, начиная
с Курского вокзала...».
«Дорога на польский фронт... Здесь есть
провал в памяти... Никак одни события не
вяжутся с другими. Польский фронт. Тем-
ная, неясная, непоследовательная цепь Пу-
таются: глубокий по пояс снег — и со-
вершенно ровное, покрытое сухой травой
поле...».
«7 декабря. Встретился у Рувима с Каи-
дыбиным. Он был в Воронеже предгубчека
в то время, когда я командовал там же 23
полком...»
8 декабря Гайдар находит ошибки в «Ти-
муре». «Ольга берет неправильный тон.
Пленники очень плохо выходят при осво-
бождении. Но это мелочь. Засорен диалог.
Надо вперед работать лучше, перестроить
всю манеру (актерскую) разговора. Надо
проще!»
«13 декабря. Надо резко перестроить
«Снсжную крепость». Мороз, снег, меховые
унты. Интересно, а что если образ Нины
это русская широкая песня?».
«14 декабря. Клин Очень хорошо начал
работу. Придумал ночную смену Часовых.
Диктую в местной редакции. Послал Ра-
зумному телеграмму. Привез дров. Купил
на базаре свежнх окуней. Приехала вчера
Наташа. Жешорка больна корью. Важная
статья «Правды» о военном воспитании де-
тей и молодежи. Читал замечательный сце-
нарий «Вина, Вилла!» Бена Хекта. Заме-
на ге. илю!».
«18 декабря. Вчера смотрел «Брат героя»
Кассиля. Задумано было хорошо, но постав-
лено легковесно. Вчера же вечером приду-
мал важный поворот в «Коменданте крепо-
сти». Крепость взята и разрушена. Ночью—
сон. Нина Никитина, которую я ни разу не
вспомнил тридцать лет, и ее семь сестер.
Светло-оранжевые платья, все похожи одна
на другую. Бог мой! И чего только в голо-
ве у человека не запрятано? Позавчера я
пи за что не вспомнил бы пн ее, пи как ее
зовут, нн ее фамилии!»
«19 декабря. Ночью долго не мог заснуть.
Волновала сцена у разгромленной крепости.
Печальный Тимур и песенка Жени «Гори,
гори, моя звезда».
«На земле все то же. Англичане и немцы
сильно бомбят города. Итальянцам наклали
греки».
«...Тревога! Только иногда я в страхе на-
чинаю понимать, какие сильные и опусто-
шительные бури могут еще пронестись по
сердцу».
«21 декабря. Подозрительная речь пре-
зидента Финляндии Рюти».
«31 декабря. Москва. Все идет хорошо.
Меня опять берут на военный учет. О Ти-
муре много хороших статей, в том числе и
в «Правде».
Итак, что у меня было в прошедшем со-
роковом году? Весна. Цхалтубо—Батуми.
Работа над режиссерским Сценарием. По-
том Клин... Повесть о Тимуре. «Комендант
снежной крепости»...
На земле тревожно. Но в новый гОд Я
вступаю твердым, не растерявшимся».
Эти записи почти не нуждаются в коммен-
тариях. Во весь рост поднимается перед на-
ми большой советский человек, Для кото-
рого собственная жизнь и судьба неотде-
лимы от жизни и интересов родины.
Записи 1941 года, последнего года жизни
Гайдара, подтверждают это целиком.
Прекращаются совсем записи о личном. В
одном только месте — предчувствие воз-
можной гнбелн: разговор «с самым боль-
шим другом» — четырехлетней девочкой
Алькой.
«Алька заявила: если Аркадий Петрович
умрет, то и я убьюсь тоже. Очень забавная
девчурка».
Все мысли, все чувства Гайдара отданы Ж
эти дни родине, партии...
«25 января интересное совещание В ЦК
Комсомола о военном воспитании...»
«...На дворе солнышко. Идет XVIII парт-
конференция — доклады Маленкова и Воз-
несенского...».
«...Война идет своим уныло разрушитель-
ным чередом. Итальянцев греки жмут, и все
рады».
События нарастают. Усиливается тревоги.
Гайдар почти не отходит от письменного
стола. Набрсскн военной «Клятвы Тимура»
— «игра кончилась, на пашей земле — вой-
на» — сделаны в феврале 1941 года. Вее
понято Гайдаром. Все принято, как неизбеж-
ное. Солдат родины и писатель родины —
это одно и то же.
«Март 1941 года. Надо скорей хвататься
«пять за работу. Во время работы тревога
(личная) отходит, приходит озабоченность
общая — она осмысленней».
И сейчас же вледом, одна за другой Че-
тыре последних записи...
«Купил и повесил на стену большую по-
литическую карту Европы».
«...Германия ввела войска в Болгарию, по-
вндимому, в тыл грекам»,
«...В 1941 году должно быть заложено
нами 2995 новых предприятий, шахт, заво-
дов, ГЭС и т. д...»
«...15-летний план развития промышлен-
ности СССР, Мне будет 52 года. Что же,
увидеть еще можно».
Нет, 52 года Гайдару не исполнится. Как
было, так и осталось ему, молодому,—37
лет, прожитых бурно, гордо и счастливо.
Все значимей становится прекрасный нази-
дательный пример жизни и творчества Ар-
кадия Гайдара.
Литературная газета
2	---- № 44
С ТРЕГУБ
„Новые стихи44 Маргариты Алигер
В яэдггельетве «Молодая гвардия» выхо-
дят сейчас дневник «Девушки из Кашина»
— юной партизанки Инны Константиновой.
Там есть страницы, посвященные ее первой
девичьей любви, изумительной, прекрас-
ной силы и чистоты. И вот — погиб возлюб-
ленный. Огромное горе свалилось на нее и
грозило раздавить.
«...Я стараюсь отвлечься, думать о чем-
нибудь другом, — не выходит. Все равно он
всегда со мной. Всегда! И ни забыть, ни от-
влечься я не в силах... Душа моя не знает
ни минуты радости».
Ей исполнилось тогда только семнадцать
лет, она училась еще в школе. И вот де-
вушка поднялась над своим личным горем и
не то что победила его или отреклась от
него, но и этот встречный горестный ветер
двигал ее вперед:
«Я дала себе клятву, что самое лучшее,
что будет мною сделано,—в твою память...
Я должна, я обязана сделать что-нибудь
большое, смелое, яркое... Не могу жить по-
старому».
Она ушла добровольцем в партизанский
отряд — туда, где можно было «отомстить
за разбитое счастье», и стала героиней. Ее
страдания, как и ее любовь, были активной
творческой силой.
Подлинная тоска, как и горе, как я стра-
дание, — это не тихая душевная заводь, а
могучее движею.? души, пусть печальной,
пусть трагедийной!
Любовь к жизни я вера в жизнь — иа
этих великих первоосновах зиждется наше
мировоззрение. Потому-то оно и оптимистич-
но по глубочайшей своей сути в любой своей
грани.
«Наша цель—внушить молодежи любовь и
веру в жизнь», — писал Горький в 1917 го-
ду Ромэн Роллану. Но еще
мрачную пору царской реакция — Горький,
как известно, резко выступал против песси-
мизма и упадочничества, требовал воспиты-
вать у молодежи оптимистическое, социаль-
но-разумное чувство. Он считал нетерпимым
тот факт, что юношество начинает жить по
книгам, набитым однообразными описаниями I любим и это, жизнь ведь одна, не навеки
раньше — в
Е. ЗЛАТОВЛ
Прочитав это «ясное», возникает все же
недоуменный вопрос: почему поэтесса отда-
ет предпочтение памяти земли перед люд-
ской памятью? Почему она считает земную
память сильнее и крепче человечьей? Тут
вспоминаешь довоенную книгу Маргариты
Алигер «Камни и травы», в которой так не-
заслуженно была возвеличена «душа земли»
и так незаслуженно умалена душа человека.
Маргарита Алигер сама вернула нас к этой
забытой было книге.
В стихах мутноватых, которые, прежде
чем вызвать возражение, нуждаются в рас-
шифровке, философия не богаче. Она лишь
ущербнее.
Возьмем «Август». Я цитирую полнее, да-
бы избегнуть возможного упрека в неспра-
ведливом отношении к стихотворению (толь-
ко избегнешь ли его!).
...Спутники, нам не грезит иеиввветноеть.
Дожили мы до желанной поры.
Но за герой изменяется местность,
мы еще только спустились с горы.
Мы рте в странном живем озареньи.
Мы еще дышим с равниной не в лад.
На высоте обостряется зренье,
вот мы и видим вперед и назад.
И иа родные предметы и лица,
на августовский безветренный день
неотвратимо и тихо ложится
трудной горы непреклонная тень.
Вот и не так уже ро юны зори,
ног и не так уж ярка синева!.,
Геже бегпечния ш кра но взоре,
тише, скупее, нужнее слова...
Пообживемся, полюбим и нто.
Жизнь ведь одна, не навеки притом.
Уже в самой стихотворной аллегории
ложена порочность. Великий путь наш
коммунизму, прерванный было войной, идет
не равниной. Это тоже высокогорный путь!
Будни наши — красное число в календаре
истории. Ложная стержневая аллегория по-
родила н ложные краски, образы, интона-
ции. Так, озаренье, в котором мы живем, по-
этессе кажется «странным». И дышим мы с
равниной еще «не в лад». Августовский по-
слевоенный день наш тих, безветренен. Для
кого? Для кого поблекли зори и синева ?„
Маргарита Алигер пишет, что слова стали
нужнее. Тем ответственнее миссия поэта, и
казалось бы, каждое слово должно быть
взвешено, отточено, окрылено в стихах. А
поэтесса утешает нас: «Пообживемся, по-
за-
к
необходимости уме-
писателе, который
человек «всю жизнь
огромной радостью
жизнь молодое по-
всяческих мелких драм. В одних книгах
рассказывалось о том, как человек в моло-
дости страдал от недостатка разума, от
женщин, от любви к ближнему, от неудач-
ного устройства вселенной. В других, — как
он под старость страдал от сознания ошибок
своей жизни, недостатка зубов, несварения
желудка и, наконец, от
реть. Горький мечтал о
создаст книгу о том, как
радовался», чтобы этой
зарядить вступающее в
коление строителей жизни.
Маяковский обращался к поэтам:
Мало знать
чистописания ремесла,
расписать закат
или цветенье редьки,
вот
когда
к ребру душа примерзла,
ты
«е попробуй отогреть-ка!
Отогреть «примерзшую к ребру» челове-
чью душу, восстановить ее истраченное
тепло, напитать ее чудодейственными сока-
ми истинной поэзии, сделать ее более стой-
кой и более красивой — святая обязанность
каждого советского писателя.
К сожалению, о ней, этой обязанности, не
всегда и не все помнят.
В только что вышедшем
«Знамя» напечатан цикл
Маргариты Алигер. Цикл
одна тема и один лирический герой. Стихи
же разные: есть ясные по мысли, есть и
мутноватые. В ясных встречается, например,
такое:
...хранит земля отметины
погибших сыновей
И если чудо сбудется
в далекие года,
война людьми забудется,
землею — никогда.
№ 8—9 журнала
«Новые стихи»
этот об’единяет
М. ЛУКОНИН
а гудзенко,
притом»... Мы не нуждаемся в таком уни-
жающем нас слове!
Идейная сущность и тональность цити-
рованного стихотворения станут более по-
нятными, если рассматривать его в связи с
другими стихами цикла.
Над полем медленно и сонно
заката гаснет полоса.
Был день, как томик Стивенсона,
где на обложке паруса.
И .мнилось: только этот томик
раскрой — начнутся чудеса...
Но ру бленый веселый домик,
детей и женщин голоса...
Но суета, неразбериха.
не оторвешь и полчаса...
А там. глядишь: легко и тихо
в закате плавятся леса...
А там. глядишь, уже не травы —
ночная стелется роса...
И ни чудес тебе, ни славы.
Напрасны храбрость и краеа.
Но. может быть, еше мы в силе
и день еще не начался?
И Маргарита Алигер отвечает:
Не трать бессмысленных усилий.
Закрой его. Не порть глаза.
над тем, что значит этот
от-
тики, признания ошибок. О зивмеяоеяах та-
кой ли «веры в жизнь» и такой ля «бодро-
сти» шла речь?
Чувство ответственности за разговор, ко-
торый я веду, заставляет меня привести еще
одно стихотворение Маргариты Алигер, сви-
детельствующее все о том же.
Люди мне ошибок не прощают,
притерпелась я держать ответ.
Легкой жи ши мне не обещают
телеграммы утренних газет.
Щедрые на праздные приветы,
дни горят, как бабочки в огне,
Никакие добр ые п ри меты
легкой жизни не пророчат мне.
Если я гуляю, так на тризне,
но зато до третьих петухов.
Что могу я знать о легкой жизни?
Ра ’.ве только из чужих стихов.
С<ется февральская пороша.
Светят огоньки издалека...
Плечи мне сгибающая ноша,
Все же ты, как перышко, легка!
Гни меня! Клади щедрее проседь,
если в чем виновна я — прости,
• стань гите тяжеле, ибо сбросить
мне тебя труднее, чем нести.
И это мрачное стихотворение приведено
не в выдержках. В нем концы не вяжутся с
концами. Гулянье до третьих петухов на
тризне, тяжесть, сгибающая плечи, никак не
ассоциируется с легкостью перышка. Вос-
клицание «гнн меня» (перышко-то) выглядит
отнюдь не так мужественно, как может кое-
кому показаться. Маргарита Алигер испове-
дует нечто иное и противоположное: ежа го-
това нести свой тяжелый крест, потому что
ей легче нести его, чем сбросить. Терпение
и покорность составляют пафос этого глу-
боко упадочнического стихотворения.
Весь цикл удивляет читателя идейным
убожеством и поэтической беспомощностью.
Стихи полны больного, унылого эгоизма,—
о себе, для себя, с собой, со своим «как
вы себя чувствуете», без кругозора, без по-
лета. Автора самого нужно отогревать грел-
ками, не то, чтобы он своим теплом согрел
другого. Стивенсон да Диккенс — две ста-
ринные добротные грелки, которыми поль-
зуется ныне поэтесса. Большие ожида-
ния молодости, дающие «малый плод»,
многообещавшая и обманывающая жизнь —
вот тема ее новых стихов.
Она ее не только, так сказать, мюцио-
нально излагает, но, что всего важнее и
вреднее, принципиально обосновывает, под-
водит под нее некий «философический»
фундамент. Вот этот фундамент:
...И в пору жестоких страданий
является людям всегда
великих больших ожиданий
знакомая о детства звезда.
Отрадны борьба и лишенья,
когда онн отданы ей.
И даже большие свершенья
больших ожиданий бедней.
На языке грешной прозы две последних
строки значат примерно то же, что «томик
Стивенсона», который пришлось закрыть.
Как бы ни были значительны свершенья, го-
ворит поэтесса, они оказываются всегда
меньше, бедней больших ожиданий. Дейст-
вительность обманывает человека; по сравне-
нию с мечтой —
Все горше, обидней, иначе —
навыворот, наоборот...
Справедливости ради заметим, что к тако-
му умозаключению поэтесса пришла не са-
ма собой. Ей «помог», как явствует
хотворения, Диккенс и герой его
«Большие страдания» — Пип.
из сти-
романа
не книгу известного англии-
Подумайте
брошенный в сторону томик Стивенсона. Я
имею в виду
ского писателя. В стихотворении Маргариты
Алигер Стивенсон не что иное, как псевдо-
ним ее романтической юношеской мечты. Она
оказалась несостоятельной, эта мечта. Поче-
му? Потому что живем мы, мол, в той рав-
нине, где блекнут краски, где суета, нераз-
бериха, где нет места чудесам и славе и
даже храбрость и краса напрасны. Больше
того: всякие усилия изменить что-либо —
бессмысленны н тщетны. «Томик Стивенсо-
на» нужно закрыть, от мечты отвернуться:
она только обманывает и портит глаза.
Такова «мораль», проповедуемая со стра-
ниц авторитетного советского литературно-
художественного журнала. И это мы чита-
ем по'-ле известных решений ЦК ВКП(б) и
доклада тов. Жданова, после собраний, кри-
Коптилки мигающий пламень
Мы с Диккенсом в доме одни
Во мраке горят перед нами
больших ожиданий огни.
О. молодость бедного Пипа,
как тянется к счастью она...
повеCT-
Пипу, о котором так сочувственно
вует Маргарита Алигер, действительно не
повезло, и ожидания его не сбылись! Но
вспомним книгу Диккенса и трагедию Пипа.
Сошлюсь на А. В. Луначарского. Он писал:
«Большие ожидания» — автобиографиче-
ский роман. Герой его — Пип — мечется
между стремлением сохранить мелкотравча-
тый .мещанский уют, остаться верным своему
середняцкому положению и стремлением
вверх, к блеску, роскоши и богатству... Мы
узнаем теперь, что по первоначальному пла-
ну роман должен был кончиться плачевно,
между тем как Диккенс всегда избегал тя-
желых концов для своих произведений и по
в своих
вопросам
серьезное
литерато-
Центральный Комитет партии
исторических постановлениях по
литературы и искусства обратил
внимание на воспитание молодых
ров.
Многочисленные собрания, комсомоль-
ские активы, встречи с читателями на заво-
дах и в клубах столицы показали, что чи-
татель—народ искренно заинтересован в
яриходе новых людей в литературу.
Молодая поэзия родилась в дни войны,
она вдохновлена подвигом и преодолением
трудностей. Все образы, весь словарь, даже
ритм стихотворения подсказывался фрон-
товой действительностью, близостью перед-
него края. Миропонимание наше складыва-
лось на войне в момент наивысшего обо-
стрения всех человеческих чувств: патрио-
тизма, самопожертвования, боевой дружбы,
любви, разлуки. Но часто сектор нашею
зрения бывал предельно сужен ближайшим
событием, и потому стихи, резкие и точ-
ные в деталях, оказывались лишенными
широких обобщений. И поэтому при пере-
ходе к темам послевоенного времени наше
творчество, как никогда, нуждается в под-
держке старшего поколения писателей и
критики, которая должна определить ха-
рактерные особенности молодой поэзии, ее
удачи и слабости, помочь пойти по верному
пути.
Но вместо этого некоторые критики све-
ли свои большие задачи к одной цели—на-
чали отыскивать среди нас пессимистов и
Нытиков. Дело дошло уже до того, что
всякое упоминание об опасностях, героиче-
ской смерти и павших друзьях зачисляется
В разряд упадочнических настроений, яко-
бы тормозящих движение вперед.
Мы знаем, что истоки оптимизма—не в
мечтах о легкой жизни, а в твердой вере в
идею коммунизма, в преодолении любых
препятствий в борьбе. И если бы литерато-
ры, критикующие нас, перелистали фронто-
вые газеты и заводские многотиражки или
внимательно заглянули в толстые и
кие журналы, то они поняли бы, что
в стихах некоторых
описа-
страда-
боится трудностей, и мы считаем себя обя-
занными писать о преодолении трудностей
в дни войны и мира. Мы писали и будем
писать на генеральную тему—о формирова-
нии нового человека. Мы хотим своими сти-
хами помочь воспитать поколение борцов,
а не созерцателей, строителей, а не наблю-
дателей.
И нам думается, что не правы Ф. Левин
и С. Иванов, оперирующие двумя-тремя
стихотворениями и не заметившие основной
тенденции творчества молодых поэтов.
Мы признаем, что
молодых поэтов есть натурализм в
ниях быта войны, есть любование
ниями. Например, у С. Гудзенко:
Бой был короткий.
А потом
глушили водку ледяную,
и выковыривал ножом
из-под hoi гей
я кровь чужую.
ли у М. Луконина:
ПТалун уронит барабан,
Гроза пройдет в окне,
Иль в щель метнется таракан, —
Я вспомню о войне.
Или у А. Межирова:
Одинокие дети
иа взорванном льду.
Эту теплую смерть
распознать не могли они сами,
И смотрели на падающую звезду
непонимающими глазами...
И,
и
тон-
наш
лирический герой—это сильный, уверенный
в завтрашнем дне молодой человек, кото-
рый вернулся с войны не опустошенным
ремаркистом, а трудоспособным, жадным
до жизни, полноценным советским гражда-
нином. Если бы эти критики, не ограничи-
вая себя констатацией отдельных недо-
статков, заговорили о главном, о молодой
Поэзии, они не допустили бы узкой одно-
сторонности в вопросе о путях ее развития.
Товарищ Сталин в своем докладе на
Пленуме ПК ВКП(б) 3—5 марта 1937 г.
говорил: «Опасности, связанные с трудно-
стями, у людей нестойких порождают не-
редко настроения уныния, неверия в свои
силы, настроения пессимизма,
оборот, там. где дело идет о том,
побороть опасности, проистекающие
трудностей, люди закаляются в этой борь-
бе и выходят из борьбы действительно
твердокаменными большевиками. Такова
природа опасностей, связанных с трудностя-
ми. Таковы результаты преодоления труд-
ностей».
Закаленное в борьбе молодое поколение
советских	людей—наши	сверстники—не
И, на-
чтобы
из
От редакции. Продолжаем обсуждение вопро-
сов современной поязни. (См. статьи в МЛ6 41,
42 и 43 «Литературной газеты»).
Но уже прошло достаточно времени,
мы теперь осознаем односторонность тако-
го взгляда на войну. А критики до сих пор
не разглядели, не увидели главного в кни-
гах и стихотворных циклах И. Баукова,
С. Гудзенко, В. Захарченко, М. Львова,
М. Луконина, М. Максимова, А. Межнро-
ва, А. Недогонова, М. Соболя, В. Урина и
других.
Главное же в их произведениях — ве-
ра в победу, которая провела сквозь вое
испытания войны, закалив и научив много-
му. Почему же об этом теперь не говорят
критики?
Мы не боялись трудностей, но в первые
часы войны решили, что
Лучше
Чем с.
(М.
Мы не
войне,
Потому что только наши роты —
В петлях окружений, взаперти —
Верили в крутые повороты,
Верти в обратные пути!
(А. Межиров. «Знамя» № 9. 1945 г.).
Не тяжести войны явились темой наших
стихов, а их преодоление. Мы шли не от
поэзии к жизни, а от жизни к поэзии:
притти с пустым рукавом.
пустой душой.
Луконин. «Знамя» № 7, 1945
боялись писать о трагичном
на
Но если снова воевать...
Таков уже закон:
пускай меня пошлют опять
в стрелковый батальон
Г»ыгь под началом v (тарпшн
хотя бы треп, iiv'tn.
Потом могу я е тех вершин
в поазию сойги.
(С. Гудзенко. «Знамя» № 7, 1946 г.).
Вот наше мнение по тому вопросу, о ко-
тором писал в своей статье Ф. Левин.
Мы не вступали бы в дискуссию, если
собственному добродушию и зияя жуем сво-
ей публики. По тем же соображениям ов не
решился окончить «Большие ожидания» пол-
ным их крушением. Но весь замысел романа
ясно ведет к такому концу».
После приведенного уместно спросить,
почему же печальная судьба Пипа, столь
естественная в условиях капиталистического
общества, крушение его надежд так трону-
ли душу нашей поэтессы, что весь замысел
ее стихов «ясно ведет к такому же концу».
Какие основания для столь, мягко скажем,
легкомысленных поэтических «обобщений»?
Не тяжесть пережитого сказалась в сти-
хах Маргариты Алигер. Будь она идейно
вооруженной, она бы написала не то и че
так. Она бы не ушла от своей темы, но она
бы ее по-другому разрешила, заговорила бы
на другой душевной волне.
Ведь Маргарита Алигер известна чи-
тателю, как автор поэмы «Зоя». Ее героиня
несла ношу потруднее, и поэтесса шла вме-
сте с ней на подвиг, жила ее строем чувств,
называла сестрой. Как же автор «Зои» не по-
стыдился оказаться недостойным своего ге-
роя?
Об этом нужно сказать ео всей прямотой
и резкостью, потому что только прямота и
резкость способны остановить я повернуть
талантливую поэтессу с ложного и чуждого
пути. В ее силах и возможностях итти дру-
гой дорогой. Смятение и тоска придавили
ослепили Маргариту Алигер, но она еще
силах сказать о себе:
4 ...Моя золотая свобода
еще не убита тоской.
Тем более нельзя быть равнодушным
обойти ее новые стихи «щадящим» молчани-
ем. Ранее меня это обязаны были сделать ее
редакторы.
Маяковский, будучи редактором, об’яснял
одному начинающему поэту:
«Ноющие слова у вас сильнее и описа-
тельных и радостных. Ноющее делать легко,
оно щиплет сердце не выделкой слов, а
связанными со стихом посторонними., парал-
лельными ноющими воспоминаниями. Одно-
му из своих неуклюжих бегемотов—стихов
я приделал райский хвостик:
Я хочу быть понят моей страной,
а не буду понят —
что ж!
По родной стране
пройду стороной,
«ак проходит
косой -дождь.
я
в
и
ним оплаки-
быть, самое
пересилить
оцепенение горя,
силой, волей к
Несмотря на
тельность (публика хватается за платки),
эти красивые,
ки вырвал».
Маяковский
верную дорогу
от ложных шагов, оберегал его.
Предупредили ли Маргариту Алигер, обе-
регли ли ее от ложного шага ее редакторы?
Они напечатали ее стихи рядышком с оши-
бочной статьей Корнелия Зелинского о ли-
рике! Так сказать, теория и практика в од-
ном номере...
Не будем торопиться, товарищи Вс. Виш-
невский и Ан. Тарасенков, с огульным ут-
верждением, что молодые поэты, участники
Отечественной войны, испытавшие
горя, отлично его преодолели,
более внимательны к молодым
к каждой индивидуальности, ]
дому произведению. Об этом убедительно и
серьезно говорили иа недавнем собрании
московской секции поэтов. Редакторам
«Знамени», напечатавшим цикл новых сти-
хов Маргариты Алигер, не следовало бы
огульно брать под защиту от критики моло-
дых поэтов на том лишь основании, что кри-
тик Федор Левин ошибся в иных примерах.
Тем самым он только доказал, что «искус-
ство цитирования» — не такое уж легкое,
как утверждали в своей реплике критики
критика. При внимательном же чтении статьи |
«Жизнь идет вперед» они могли убедиться, ।
что в ней, кроме неверных примеров, есть I
верная мысль, зерно истины. Сейчас оче-;
видно, что онн могли бы извлечь его с поль- i
зой для себя и для дела.	•
всю романсовую чуэстви-
я
подмоченные дождем перыш-
выводил молодого поэта на
в литературе, предупреждал
много
Будем ‘
поэтам, I
к каж-
о молодых
Легко, одним росчерком пера отделыва
ется критик от серьезного разговора о ра
боте фронтового поэта М. Соболя. Из болы
№ 11
за
что писатели
московских
относится к
время нахо-
работе. Не
окрепла наша
по фронту, которые
бы критики не занимались смакованием на-
ших отдельных ошибок к промахов, забы-
вая главное, что характеризует молодую
современную поэзию.
Жизнь действительно идет вперед. И мы
это понимаем не хуже Ф. Левина, который
цитату из Владимира Маяковского:
Отойдите! Вы мешаете
Мобилизации и маневрам,—
употребил, как дубинку, против молодых
поэтов.
И когда справедливо отмечают, что пос-
ле войны связь многих писателей с наро-
дом стала менее крепкой,
замкнулись в четырех стенах
домов, то это меньше всего
молодым поэтам, которые все
дятся в движении, в. пути, в
прекращалась, а, наоборот,
дружба с друзьями
вернулись на заводы и в институты, на леса
новостроек или продолжают служить в ря-
дах Советской Армии на страже мира во
всем мире.
Не дожидаясь указаний и командировок,
почти все молодые поэты в послевоенные
годы ездят по стране, принимают самое
близкое участие в ее грандиозных работах.
На новостройках и заводах Урала полго-
да работал Мих. Львов. В подмосковном
угольном бассейне был В. Урин. По Украи-
не ездили И. Бауков и В. Захарченко, в
Сталинграде и в городах Поволжья был
М. Луконин, из Закарпатской Украины
вернулся С. Гудзенко. Уже написаны но-
вые циклы стихов о трудовых подвигах
комсомольцев, о торжестве советской вла-
сти, о жизни фронтовиков в дни мира. Эти
стихи уже прочитаны на заводах, на комсо-
мольских активах, на общемосковских ве-
черах перед нашими читателями. Скоро они
появятся в журналах.
Статья Ф. Левина «Жизнь идет вперед»
не помогает нам смотреть в будущее, а вы-
нуждает оглядываться на прошедшее и
вспоминать пройденное. Мы хотим, чтобы
такие опытные критики, как Ф. Левин, по-
могали нам лучше видеть завтрашний день,
острее чувствовать задачи будущего. Мы
хотим, чтобы статьи, посвященные молодой
поэзии, разбирали насущные вопросы на-
шего творчества, видели за мелочами душу
молодой поэзии.
Пока же большинство статей о стихах
молодых написаны без подлинного знания
их работы.
Статья
15 октября
заголовок
Б. Соловьев на основании лишь одного сти-
хотворения В. Урина «Кирпичи» отрица-
тельно оценивает его творчество. Можно
спорить о достоинствах этого стихотворе-
ния. Но когда пишут о молодом поэте
впервые и в такой ответственной статье,
необходимо полнее знакомить читателей с
его творчеством. В. Урин уже выпустил в
издательстве «Советский писатель» книгу
стихов «Весна победителей», и у критика
были все возможности говорить о стихах
поэта значительно полнее и доброжела-
тельнее.
В этой же статье, характеризуя творче-
ство молодых поэтов, Б. Соловьев цитирует
плохие стихи Г. Морозовой, чуждые по
своим настроениям большинству молодых
поэтов.
Б. Соловьева («Известия» ог
с. г.) носит многообещающий
«О стихах молодых поэтов».
шого цикла стихов («Знамя»
1945 г.) взята лишь одна строка и на этом
обосновано суждение, что «иные
поэты склонны к литературщине». Обвине-
ние «иных молодых» в литературщине яв-
ляется очень серьезным. Но говорить об
этом походя, не обосновывая и не иллю-
стрируя примерами из произведений, типич-
ных для молодой поэзии, нельзя.
Модное увлечение поисками мотивов
грусти завело Б. Соловьева в книгу стихов
И. Баукова «Вторая весна». Б. Соловьева
возмущает тоска фронтового поэта, нахо-
дящегося за рубежом. Нам думается, что
мысли советского человека за границей вы-
ражены Бауковым несколько односторон-
не, но без сомнений говорят о самом глав-
ном—о любви к отечеству.
Другая статья о творчестве молодых,
напечатанная в «Литературной газете» в на-,
чале года, принадлежит И. Гринбергу. Это
просто беглый взгляд на многие журналы,
на многих поэтов, на многие стихи, напи-
санные в разное время. Пора уже прекра-
тить писать о нас огулом, не пытаясь ра-
зобраться в творчестве каждого в отдель-
ности. Материала накопилось немало. Мо-
лодые поэты выпустили первые книги сти-
хов, в журналах, особенно в «Знамени», на-
печатаны циклы из новых книг, во всех
издательствах лежат рукописи наших, уже
принятых к печати сборников. Но когда на-
чинается разговор о новом пополнении ли-
тераторов, нас всех сваливают в одну кучу,
случайные ошибки одного приписывают
всем. И в результате вместо воспитания
мы видим простой перечень фамилий, гово-
рящий о равнодушном отношении к нашей
работе.
Дискуссия, развернувшаяся на страницах
«Литературной газеты», обнадеживает нас,
позволяет надеяться на внимание со сторо-
ны критиков и литераторов. Но пока в
своей главной части статьи Ф. Левина И
С. Иванова осветили не основные вопросы,
которыми живет сегодня молодая поэзия.
Мы не собираемся расставаться с военной
темой. Конечно, показывая человека на вой-
не. не стоит сгущать краски, теряя за
окопной правдой представление о всей ве-
ликой битве. Мы должны так писать о вой-
не, чтобы идущее вслед за нами поколение
молодых советских людей л!обило оружие,
было готово к сражениям и победам. Но мы
не думаем заниматься только этим. Самой
актуальной темой явтяется для всех нас—
тема послевоенной пятилетки: тоудовой ге-
роизм, проблемы дружбы, любви, совет-
ской семьи. 'Это волнует наше поколение,
значит, и нас, молодых поэтов. И незачем
говорить в каждой статье только о наших
промахах, не замечая того положительного,
что есть уже в наших стихах.
Товарищи критики! Загляните в завтраш-
ний день литературы, давайте поговорим на
страницах «Литературной газеты» о путях
развития современной поэзии.
Мы обращаемся к критикам: помогите
нам работать и учиться, пристальнее всмат-
ривайтесь в наши стихи, п вы увидите, что
нет в молодой поэзии нытья и надрыва, а
есть твердая и непреклонная уверенность в
правоте идей коммунизма и страстное же-
лание работать на благо родины.
молодые
Легче всего просто отвернуться от горя.
Труднее — принять в свое сердце боль
другого человека и вместе с
вать его утрату. Но, может
трудное — помочь человеку
страдание, превозмочь
поделиться с человеком
жизни, не дать ему замкнуться и ожесто-
читься в его несчастии.
Семь миллионов погибших — цифра, ко-
торой выражен наш счет фашизму,—впеча-
тана в память каждого советского челове-
ка. Океан народного горя—за этой цифрой.
Нелегка и благородна задача писателя, ко-
торый своей книгой пробуждает и поддер-
живает силы сопротивления горю.
В повести «Я буду жить» молодой писа-
тельницы Ольги Неклюдовой горе ничем
не смягчено. Удар за ударом обрушивается
на плечи героини повести Татьяны Шува-
ловой, лишая ее всего, что ей было дорого
в жизни.
Она стоит перед читателем одинокая, над
своим разоренным гнездом, с опустошен-
ной горем душой, подурневшая и постарев-
шая в свои 37 лет. отставшая от своей про-
фессии, без определенного места в жизни—>
домашняя хозяйка, лишенная своего хозяй-
ства и тех, для кого она его вела. Кажется,
что нет и не может быть просвета, остает-
ся лишь кое-как «дожить» жизнь, ничего
от нее не требуя и ничего ей не давая.
И все-таки Татьяна находит то, чго на-
полняет снова ее жизнь содержанием и да-
же радостью, и повесть, в которой столько
мрачных страниц, звучит в конце утверж-
дением жизни.
Неклюдова ничем не облегчает себе свою
задачу. Она не оставляет своей героине
никаких надежд на новую любовь, на лич-
ное счастье. Она ведет ее по пути наиболь-
шего сопротивления, и сама—как писатель
—не ищет себе другого пути. И несмотря
на неровность книги, на многочисленные и
серьезные недостатки, нужно признать, что
автору удалось решить основную задачу,
доказать победу человеческого духа над
страданием.
Татьяна Шувалова поступает так, как
поступила бы далеко не всякая женщина в
ее положении. Потеряв во время войны му-
жа и двух маленьких детей, она идет учить-
ся и в то же время берет на воспитание
•осиротевшего мальчика-калеку. Но у чита-
теля нн на мгновение не возникает подозре-
ния в том, что автор навязывает своей ге-
роине эти поступки — они вытекают с не-
преложной последовательностью и необхо-
димостью из свойств ее характера. Поэтому
интереснее всего проанализировать, как вы-
леплен этот характер.
Мы видим Таню босоногой, большелобой
девочкой, подрастающей в многодетной
семье земского фельдшера. Ее отец, заби-
тый нуждой человек, провозглашает идею
служения народу, как высшего долга всех
честных людей. Таня сопровождает отца,
когда он ходит к больным, видит страш-
ную нужду и горе народа, вместе с отцом
мучительно переживает его бессилие в
борьбе за жизнь его пациентов, потому что
онн умирают не только от болезней, но и
«от нужды н от беды».
«Мне жалко людей!» — восклицает Таня.
Отец говорит ей «о невежестве, мешаю-
щем людям жить, и о том, что людям по-
ра бы уже взяться за тех, кто тупеет от
благополучия». Но, пожалуй, сильнее всего
в речах отца слышна Тане горечь недоуч-
ки — «Ты будешь сильнее и разумнее ме-
ня, дочка... ты будешь учиться, потому что,
когда человек много знает, он приобретает
могущество... Я мало знаю, и в этом при-
чина моего бессилия. Ты, дитя моего серд-
ца, будешь учиться для того, чтобы слу-
жить людям. В этом единственное оправ-
дание человеческой жизни: тем или иным
путем служить людям».
Эта заповедь отца, полная просветитель-
ского пафоса, глубоко проникает в созна-
ние Татьяны. Многие ее поступки и сужде-
ния в дальнейшем растут из этого зерна.
Она недолго предается обычным детским
фантазиям; в школе ее тотчас пленяет точ-
ное знание: она с увлечением решает за-
дачи — «Что за прелесть цифра по сравне-
нию с расплывчатыми видениями джунглей
или американскими небоскребами. Малень-
кая точная цифра!».
И в то же время она готова, не считая,
отдать все, что у нее есть, всякому, кто
просит. Она снимает с окон занавески, что-
бы отдать их нищей.
Но ее доброта лишена мягкости; иногда
мы замечаем в ней оттенок какой-то власт-
ной настойчивости.
Мать со страхом думает о будущем Та-
тьяны: «Ей представлялось, как ее Тася—
суровая, щедрая, доверчивая и вспыльчи-
вая—шагнет в мир, решительно и бездумно
сорвется с кручи, убьется насмерть, а их с
отцом уже не будет на земле, и никто не
крикнет ей: «Тасенька, осторожно!».
И вот Татьяна шагнула в мир. Она в Мо-
скве, в вузе, учится, «не замечая никого
вокруг себя». Она испытывает «страстное
упоение пробуждающейся и растущей мыс-
ли». Попрежнему математика — ее люби-
мая дисциплина. «Она не любила литера-
туру: все, на чем лежал отпечаток вымы-
сла, что было окрашено чувством, вызыва-
ло в ней высокомерное отношение».
Ее стремление к учению носит характер
подвижничества. Она сторонится людей,
оберегая возможность все время Сосредо-
точенно думать. Без тени кокетства или
жеманства она отстраняет ухаживания:
«Она боялась всякого пытавшегося при-
близиться к ней человека, который мог бы
заставить ее сдаться, обнаружить сла-
бость». В этом юношеском ригоризме —
страстная целеустремленность, обаятельная
прямота и цельность характера.
Все это написано Неклюдовой очень све-
жо, самостоятельно, выразительно. Читая
историю Татьяны Шуваловой, испытыва-
ешь ощущение интересного знакомства.
Эту крупную девушку, с легкими светлы-
ми волосами над крутым лбом, с решитель-
ным взглядом серых глаз и резким голо-
сом, о которой профессора говорят —
«этакая умница», не спутаешь ни с кем. Но
если бы Неклюдова удовольствовалась
только этим, приведенным в полное соот-
ветствие и равновесие всех черт образом,
ей не удалось бы художественно аргумен-
тировать дальнейшую судьбу своей герои-
ни. Но она изображает этот характер в
движении, в развитии.
Казалось бы, целеустремленность Татья-
ны не позволяет сомневаться в ее буду-
щем — она должна стать ученым, может
быть педагогом, творчески работать в нау-
ке. Но ее «восхождение на гору знаний»
внезапно обрывается: заболевает отец, на-
до поддерживать стариков, следовательно,
—бросить учение и итти работать. Татьяна
переживает это, как катастрофу, но ей да-
же не приходит в голову
выполнения долга.
В поисках заработка она
кое-то учреждение на роль
и здесь она верна себе,
служба с окладом, а служение людям, и
Татьяна восстает против оплаченного без-
делья. Она находит удовлетворение, став
учительницей начальной школы, и в этой
скромной роли работает творчески,
новых методов, борется с рутиной — это
пока все тот же размашистый и немного
суровый — даже в доброте — характер.
Только властное вторжение в судьбу Та-
тьяны любви, а затем материнства изме-
няет ее характер. Ее внутренний мир обо-
гащается чистым и сильным чувством, она
становится мягче, спокойнее, новые привя-
занности—к мужу, к детям — требуют от
нее новых жертв: она расстается с люби-
мой работой и становится только женой,
матерью, хозяйкой дома.
Такою застает ее война, эвакуация в!
глухую чувашскую деревню, внезапная и
одновременная смерть ее детей от дифте-
рии, гибель мужа на фронте.
уклониться от
попадает в ка-
секретаря. Но
Ей нужна не
ищет
<Новый мар» М т—8 за 1М« г,
Что же поднимает Татьяну из бездагы от-
чаяния, что позволяет ей воспрянуть м
снова жить полноценной жизнью?
Одна из ее старших сестер, Нина, к ко-
торой она попадает, возвратясь в Москву,
себялюбивая обывательница, советует ей
пожить, наконец, «для себя», «устроиться
хоть заведующей магазином», «от’естьсд,
одеться, а там видно будет».
«Я буду жить и для себя, — отвечает
возмущенная Татьяна, — но не так, как ты
это понимаешь».
Татьяна пробует об’яснить сестре свою
жизненную позицию. «Привязанность даже
к детям никогда не была для меня хлебом
насущным».
«Что ж у тебя —хлеб насущный?» —4
спрашивает ее сестра.
«Труд, труд, труд для людей»—ломким
от слез голосом, но уже наполненным си-
лой, говорила Татьяна».
Она пытается продолжать свой жизнен-
ный путь, свое «восхождение иа гору зна-
ний» с того места, на котором ей когда-то
пришлось своротить, — снова вузовские
аудитории, снова яростное, жадное насыще-
ние знаниями.
Она одинока, ничто не мешает ей итти к
своей цели. Но странное дело — ее успехи
в учебе не радуют ее. Она—не прежняя.
Ей не удается теперь уйти от горя в науку,
как уходили в монастырь. Теплота привя-
занностей уже стала ее потребностью. «Я
не могу питаться бумагой», — с горечью
сознается она. Татьяна с готовностью при-
нимает помощь людей, которые умно и
осторожно лечат ее горе: декан факультета
командирует Татьяну в недавно освобож-
денную от немцев деревню, чтобы она-на-
ладила там организацию школы. Картины
разорения и народного горя наполняют
Татьяну «тоской, гневом, страстной жало-
стью и желанием помочь людям». Она чув-
ствует, что именно теперь «начнет осуще-
ствлять свою новую жизнь».
В страстном сочувствии к таким же оси-
ротевшим матерям и обездоленным детям
растворяется горе Татьяны.
И несмотря на предостережения друзей,
озабоченных предстоящими ей трудностями,
Татьяна усыновляет сироту, калеку Леньку,
и забирает его с собой в Москву.
Так кончается повесть. Читатель рас-
стается с Татьяной Шуваловой, спокойный
за нее. Он закрывает книгу, обогащенный
опытом этой сильной натуры.
Права ли Неклюдова, доказывая возмож-
ность преодоления горя на опыте неза-
урядной женщины, г таким запасом душев-
ных сил, каким обладает далеко не каж-
ных сил, каким обладает далеко
дая?
Мне кажется—права. Не в том
ключается жизненное назначение
людей, чтобы прокладывать дорогу более
слабым, вести и звать их за собой?
Слаб ты или силен — не замыкайся в
своем горе, не единоборствуй с ним: иди к
людям, делись с ними и своею болью и
своим теплом. Не сосредоточивайся на сво-
их несчастьях, а вглядись в горе других
людей и становись в строй борющихся.
Такова идея повести, и, думается мне,
Неклюдова сумела высказать ее горячо и
убедительно.
Можно было бы не говорить о недостат-
ках повести, если бы они были несущест-
венны, но автору приходится лред’явить
серьезные претензии.
О Татьяне говорится, как о человеке ин-
теллектуальном, со вкусом к работе мысли.
Но странным образом, мы нигде ни разу не
видим даже образчика этого внутреннего
процесса, мы почти не знаем ее суждений
о происходящем вокруг нее. Ее идея слу-
жения людям весьма расплывчата. На ее
век приходится такое множество событий,
меняющих судьбу и лицо страны. Что
же думает Татьяна обо всем этом? Татьяна
жадно учится. Но автор ограничивается
изображением психологического состояния
человека, охваченного жаждой знания, а
какими мыслями, каким содержанием обо-
гащает Татьяну учение, — остается неиз-
вестным.
Другой упрек относится к изображению
обстановки, окружающей Татьяну. На-
сколько реальна и убедительна во всех де-
талях психология центральной героини по-
вести и большинства других персонажей,
настолько же приблизительно и условно
написаны и колхоз, и лесозаготовки, и по-
левые работы, а затем — институт, осво-
божденное от немцев село. Реалистическое
изображение человеческих характеров не
подкрепляется извне точностью изображе-
ния их деятельности, быта, обстановки.
Прекрасно написанные пейзажи не иску-
пают этого недостатка.
Есть несколько неудач. Сцена гибели де-
тей оставляет смутное ощущение, что не
все было сделано для нх спасения. И дело
не в том, что врач опоздал сделать при-
вивку — в глухой деревне, да еще в дни
войны, когда врачам приходилось работать
за троих, это случай вполне мыслимый, но
сама Татьяна как-то слишком скоро сдает-
ся, перестает бороться за жизнь детей. В
оцепенении стоит она у открытого окна, в
которое врывается дождь н ветер, а за ее
спиной задыхаются и стонут ее мальчики.
Думается, что это написано просто психо-
логически неверно — никакая мать не ото-
шла бы ни на шаг от детей, борющихся со
смертью, тем более неверно это в отноше-
нии Татьяны.
Надуманны я необязательны такие фигу-
ры, как профессор Бобров со своей «нянь-
кой» и доктор Молвиц.
Мы говорим об этом именно потому, что
повесть талантлива, душевна, наполнена
горячим сочувствием и уважением к чело-
веку труда, и хотелось бы видеть ее сво-
бодной от этих недостатков — это вполне
в возможностях автора.
VI
ли и за-
сильных
Статья была уже написана, когда в га-
зете «Труд» появилась рецензия М. Шке-
рина на повесть О. Неклюдовой.
В каждом произведении, а тем более,
принадлежащем перу такого молодого ав-
тора, как Неклюдова, могут одновременно
существовать и удачн и неудачи. Мы убе-
ждены в том, что обязанность честной кри-
тики — сказать и о тех и о других. Это мы
и постарались сделать. Иначе смотрит на
свою задачу Шкерин.
Чтобы перечислить все нелепые и нечест-
ные подтасовки и передержки, при помошя
которых М. Шкерин превращает героиню
повести Татьяну во «вредный элемент»,
нужно было бы по абзацам выписать всю
его рецензию.
Идея произведения, психология героев,
система образов—арсенал художественных
средств автора — все это просто не входит
в сознание т. Шкерина. Он занят подсче-
том: один день Татьяна работала
задержании, два дня на севе, три
школе и «подбивает» итог: «не
вает снисхождения».
В заключение он утверждает,
водить таких людей (как Татьяна,— Е. 3.).
в герои» — неуместно.
Шкерин хочет, чтобы героями произведе-
ний были только люди, непогрешимо иду-
щие по стезе добродетели. Нам же кажет-
ся, что изображение процесса становления
социалистического человека в виде прогул-
ки по гладкой, укатанной дорожке — фаль-
шиво.
Метод
применяет М. Шкерин. мы считаем недопу-
стимым и
на снего-
месяца в
заслужи-
ЧТО «вы-
«критики» недостатков, какой
недостойным.
Литературная газета
№44	___ 3
К 125-летию со дня рождения
’ Н. А. Некрасова
н. А. Некрасов.
Гравюра на дереве работы И. Неутоли-
мова. Публикуется в первом томе
полного собрания сочинений, подготов-
ляемого к печати Гослитиздатом.
--------<>
ЛЕНИНГРАД. (От наш. корр.). На засе-
дании юбилейной некрасовской комиссии
ЛеиССП заслушаны сообщения о подготов-
ке к празднованию 125-летия со дня рож-
дения Н. А. Некрасова.
К юбилейным дням приурочивается от-
крытие Некрасовского музея в последней
квартире великого русского поэта (в доме
№ 36 по Литейному проспекту). Некрасов-
ский музей явится филиалом Литературно-
го музея Института литературы (Пушкин-
ского дома) Академии наук СССР. В на-
стоящее время в музее-квартире идут ре-
ставрационно-ремонтные работы. Восста-
навливаются редакционная комната «Совре-
менника», приемная, жилые комнаты. Сюда
будут перенесены рабочий стол Некрасова,
чернильный прибор, конторка Чернышев-
ского и другие предметы мемориально-му-
зейного значения. Институт литературы вы-
деляет для музея много интересных экспо-
натов. Среди них — оригиналы иллюстра-
ций к произведениям поэта художников
Кустодиева, Савицкого, Авилова и др. Но-
вые скульптурные портреты Некрасова за-
казаны ленинградским скульпторам Дыды-
кину и Габе.
Музей предполагается открыть 4 декаб
ря 1946 года. Перед исполкомом Ленсове-
та поставлен вопрос о переносе в сквер,
находящийся напротив дома № 36 по Ли-
тейному проспекту, бюста Некрасова.
Лениздат выпускает книгу проф. В. Ев-
геиьева-Максимова «Некрасов и Петер-
бург». В план издательства на 1947 г. вклю-
чен однотомник избранных произведений
Некрасова.
Двумя научными сессиями, посвященны-
ми Некрасову, отметит 125-летие со дня
рождения поэта Ленинградский универси-
тет. Кроме того, в университете состоится
большой некрасовский вечер. Широко от-
мечаются некрасовские дни в ленинград-
ских школах. Здесь проводятся пионерские
«некрасовские сборы». Публичная библио-
тека им. Салтыкова-Щедрина готовит вы-
ставку «Некрасов — редактор «Современ-
ника».
Общегородской торжественный вечер па-
мяти Некрасова намечено провести 3 декаб-
ря в Академическом театре драмы им. Пуш-
кина.
Г ослитиздат, предпринявший издание
первого полного собрания сочинений Н. А.
Некрасова в 12 томах, выпустит в этом году
первый том (42 п. л.). В книгу вошли сти-
хотворения, написанные поэтом в 1838—
1856 гг.
Приложение к первому тому включает
стихотворения и отдельные черновые на-
броски, не публиковавшиеся при жизни
поэта.
Редакция первого тома принадлежит
К. Чуковскому.
Ярославский областной Дом учителя про-
водит для учителей города цикл лекций о
жизни и творчестве великого русского
поэта. В конце этого месяца откроется спе-
циальная выставка и будет проведен юби-
лейный литературно-музыкальный вечер.
Правление Союза советских писателей
Чувашской АССР создало комиссию по
подготовке и проведению юбилея Н. А.
Некрасова. Возглавляет комиссию секре-
тарь обкома ВКП(б) по пропаганде тов.
Вишняков.
К концу года будет издан однотомник
произведений Некрасова на чувашском
языке. Над переводами работают поэты
Я. Ухсай, А. Эсхель, А. Алга, С. Шавлы и
Н. Евстафьев.
в- П0-ТАП0В „Сын полка" на экране
В. Катаев писал свою повесть на исходе
войны. Он писал о войне, о советских вои-
нах. Это было и осталось темой жизни. По-
весть сразу нашла путь к сердцу читателя.
Особенно полюбили ее дети. Ваня Солнцев
не только сын полка, он — что важнее —
сын времени. И взрослые узнают в нем се-
годняшних, советских ребят, а ребята ви-
дят в нем свою выпестованную жизнью, об-
ретаемую в ее испытаниях «взрослость».
Ему ведь всего каких-нибудь двенадцать
лет, он — их сверстник, и в то же время он
такой, как все советские люди, независимо
от возраста, с их преданностью родине, бес-
страшием, твердостью характера.
Мы сначала читали повесть, затем видели
ее на сцене, теперь смотрим в кино. Катаев
был автором и книги, и пьесы, и сценария.
Во всех случаях он мыслил и творил одни-
ми и теми же образами, но результаты полу-
чились разные. В театре повесть распалась
на события, измельчилась и многое потеря-
ла. Остались диалоги, ушла атмосфера Те-
рялось существенное для Катаева настрое-
ние целого. Им по-настоящему жил только
один актер, правда — исполнитель iдавней
роли. Мы имеем в виду В. Сперантову. Это
был спектакль о Ване Солнцеве и спектакль
Вани Солнцева -— Сперантовой, настолько
там сблизились исполнитель и образ. Изред-
ка проглядывало отношение взрослого к
представляемому им ребенку, — амплуа
«травести», но в общем сохранялось впечат-
ление чуткости, тонкого постижения нату-
ры и повадок ребенка. В памяти о спектакле
сохранялась только одна Спераптова, и в
ней концентрировалась тема произведения.
Фильм (режиссер В. Пронин) тоже ока-
зался беднее повести. Звук и пейзаж не
восполнили потерь в описательной характе-
ристике персонажей, в их красочной инди-
видуализации Переживания сузились, по-
блекли, и люди стали примитивно однооб-
разными, слишком уж похожими друг на
друга, того и гляди — перепутаешь. И
опять-таки, — кроме одного человека, глав-
ного героя повести и картины. Все осталь-
ное—<не более, чем одушевленный фон. Тут
актер и герой не просто сблизились, а пря-
мо-таки совпали р слились. Трудно опреде-
лить, где кончается жизнь, натура и где
начинается искусство перевоплощения. Да
и есть ли оно? Повидимому, есть, хотя ус-
тановить его формы и пределы почти невоз-
можно.
Ваню Солнцева изображает Юра Яихии.
Именно изображает, а не играет. Это его
первая роль, и неизвестно, будет ли у
него вторая. Но он, что называется, живет
в образе, а не «представляет», и это тем
справедливее, что речь идет не об актере,
владеющем техникой, мастерством преобра-
жения, не о дебютанте даже. Перед нами не
актер в обычном смысле слова, но и не «ти-
паж», так как это понятие внешнее, а тут
мальчик — воспитанник детского дома вло-
жил в роль всю душу, все чувства и вол-
нения, весь горький и радостный опыт сво-
ей юной жизни. Успех Юры Янкина, конеч-
но, всего лишь удачный, но частный случай,
и не стоит возводить его в некое кинопра-
вило, но совпадение оказалось поистине ред-
ким и примечательным.
Ваню Солнцева нашли разведчики артил-
лерийского полка, привели к себе, накорми-
ли, напоили, а, главное, приласкали. Сол-
«Сыя полка» — новый художественный
фильм производства киностудии Союздетфильм.
Сценарий В. Катаева, постановка В. Пронина.
датская ласка, — в ней удивительно соче-
таются строгость и радушие, суровость и
доброта, — она дорого стоит. И сироту,
родных которого загубили немцы, согрело
это сердечное участие, эта немногослогная
и внимательная забота. Сначала он смотрел
широко раскрытыми глазами на котелок сэ
щами, на приветливо улыбающихся и ду-
шевно расположенных к нему бойцов и на
все, окружавшее его в землянке, и в этом
взгляде были и любопытство, и насторо-
женность, и, если хотите, растерянность.
Но быстро уходила робость, и белобрысый,
вихрастый паренек освоился в новой обста-
новке, привык к новым знакомым, привя-
зался к ним. И они искренне полюбили шу-
строго и смыш,денного «пастушка». Так что
когда капитан Енакиев распорядился от-
править Ваню в тыл, это вызвало всеобщее
сожаление и печаль. Но приказ есть при-
каз, согласен или нет, а выполнять надо.
И Ване предлагают готовиться к от’езду.
Тут мы впервые узнаем силу его характе-
ра, где сошлись воедино ребячливая трога-
тельность и «взрослое» упорство. Настой-
чиво и в то же время чуть не плача Ваня
упрашивает оставить его здесь. И мы ве-
рим, что он выполнит обещание сбежать в
дороге и во что бы то ни стало вернется сю-
да. И он осуществляет это решение. В пути
происходит встреча Вани с юным кавалери-
стом. С какой наивной завистью смотрит Ва-
ня на его форму и оружие, но вслух не
только не; высказывает охватившие его чув-
ства, а, наоборот, всячески маскирует их
ребячливой задористостью и напускным хва-
стовством. Но мысль о том, что он «не по-
казался» разведчикам и оттого они отосла-
ли его, остро задела и встревожила мальчи-
ка. И видно, как он глубоко переживает все
это и хочет доказать, что он не менее смел,
находчив, решителен, чем его сверстник-ка-
валерист. И он это доказывает в разведке и
своим поведением на допросе у немцев.
Маленький, с’ежившийся, весь в лохмотьях,
но с гордыми, непокорными глазами, Ваня
плачет — и не от страха, а от обиды и горя,
от вынужденного бессилия и злобы. Плачет
и ничего не выдает.
И вот приходит спасение. Ваня, избитый и
окровавленный, лежит на грязном полу ка-
кого-то сарая или погреба. Возникает гул
артиллерийской канонады. Она слышится
все ближе и ближе. Бьют советские пушки.
Из последних сил он поднимается с пола,
хочет бежать навстречу своим.
Исполнилось, наконец, желание Вани. Его
Приняли в полк, зачислили на довольствие,
выдали обмундирование. Причесанный, пре-
ображенный, надев новенькую шинель, о>н
идет, вдыхая всей грудью свежий воздух,
идет, чуть покачиваясь, вразвалку, но гордо,
независимо, как довольный собой человек,
добившийся осуществления своих стремле-
ний. Ему теперь ничего не боязно, для него
все кругом открыто. И мы вспоминаем этот
кадр, когда в финале фильма Ваня Солнцев,
как бы повзрослевший и, во всяком случае,
более «подтянутый», проходит четким ша-
гом в строю суворовцев мимо трибуны, с
которой их приветствует Сталин.
Мы говорили о Ване Солнцеве и все вре-
мя имели в виду Юру Янкина, — то, что он
делает в фильме. Тут нет подделки под
взрослого, но и нет слащавой детскости, сю-
сюкающей «игры в ребенка». Это то ос-
новное и, более того, единственное в филь-
ме, что так же естественно и жизненно, как
и в повести. Все остальное значительно сла-
бее и отступает на задний план.
„В. И. Ленни в последние годы жизни*
Гоополитнздат выпустит в этом году
40-тысячным тиражом книгу М. Москалева
«В. И. Ленин в последние годы жизни»
(1921—1924 гг.). Основываясь на докумен-
тах, воспоминаниях, выдержках из ленинс-
ких статей, выступлений, писем, автор по-
казывает многогранную государственную и
партийную деятельность В. И. Ленина в по-
следние годы его жизни.
Всесоюзное совещание драматургов и деятелей театра
В постановлении ЦК ВКП(б) «О репер-
туаре драматических театров и мерах по егс
улучшению» сказано, что ЦК ВКП(б) по-
ручает Комитету по делам искусств сов-
местно с правлением Союза советских писа-
телей провести совещание по вопросу о ре-
пертуаре и совместной творческой работе
драматургов с театрами. Комитет по делам
искусств и Союз советских писателей созы-
вают такое совещание в Москве 18 ноября.
На совещании, которое продлится три
дня, будут обсуждены проблемы создания
современного советского репертуара и но-
вые произведения советских драматургов.
Художественные руководители Московско-
го театра им. Ленинского комсомола (И.
Берсенев), Украинского академического
театра драмы им. И. Франко (Г. Юра) и
Грузинского академического драматическо-
го театра им. Руставели (А. Васадзе) рас-
скажут об опыте совместной работы теа-
тров с драматургами.
Вечер молодых поэтов
В Московском политехническом музее
состоялся вечер молодых поэтов.
Вступительное слово сказал П. Анто-
кольский.
— Каждый из выступающих здесь моло-
дых поэтов, — говорит П. Антокольский,—
имеет свое творческое лицо. Но их об’ели-
няет то, что все они пришли в советскую
литературу в годы Великой Отечественной
войны. Их поэзия может быть по праву на-
звана детищем героических лет борьбы на-
шего народа с германским фашизмом.
С чтением своих стихов выступили
И. Бауков, С. Гудзенко, В, Захарченко,
М. Луконин, М. Львов, С. Наровчатов,
А. Н едогонов, В. Тушнова, В. Урин.
.—-..= В ознаменование литературных дат =========
Знаменательные даты полити-
ческой и культурной жизни на-
шей страны находят отражение
в выпуске новых почтовых ма
рок. Какие почтовые марки бы-
ли выпущены за время сов< с-
ской власти в ознаменование ли
тературных дат? С этим вопро-
сом наш сотрудник обратился к
начальнику Центральной экспе-
диции знаков почтовой оплаты
Министерства связи СССР тов.
Вой ко.
—Марка, связанная с литера-
турной датой,—сказал т. Both i,
—была выпущена к 40-летию ле-
яттлыюгти А. М. Горького. Это
было в 1932 г. 75-летне со дня
рождения Горького ошаменовачо
выпуском двух марок — портрет
писателя и буревс< тник. ('epio.i
из двух марок с портретом Горь-
кого и с надписью «Человек гл о
звучит гордо» была выпущен!
в 1946 г. к 10-лзтию ео дня его
с мерти.
Два раза выпускались новые
марки в связи с датами, относя-
щимися к В. Маяковскому. Се-
рия из четырех марок с портре-
том В. Маяковского ж вы-
держками из его стихов вышла
в 1940 г. к 10-летию со дня смер-
ти поэта. Две новые марки, па
которых были изображены пор-
треты В. Маяковского. танки и
самолеты, вышли в 1943 г. в оз-
наменование 50-летия со дня
рождения В. Маяковского.
Широкое отражение в новых
почтовых знаках получили и
некоторые зпаме.нательные ча-
ты, связанные с именами рус-
ских классиков. 125-летию ео дня
рождения М. ТО. Лермонтова и
100-летию ео дия его смерти бы-
Я. ЭЙДЕЛЬМАН
Закройщики одноактных пьес
Салтыков-Щедрин говорил о литераторах,
Пристрастных к бездумной болтовне.
«Предмет ее не только чужд болтуну,
но даже за минуту перед тем был ему совер-
шенно неизвестен... Дайте мне только сю-
жет, а уж я изболтаюсь на нем’.».
Весь круг наблюдений этих людей зача-
стую ограничен «видом из окна», но дайте
такому автору «только сюжет», уж он из-
болтается на нем. Сюжет может быть са-
мый банальный, как анекдот из «Осколков»
или «Будильника», в нем могут фигуриро-
вать люди, больше похожие на ископаемые
существа, чем на наших современников. Не
беда! Ловкий сочинитель всегда сумеет
«подновить» фон событий, расцветить текст
современной терминологией.
По этому нехитрому рецепту и сфабри-
кованы такие одноактные пьесы, как «Мор-
ской зять, или 33 ссоры» В. Ардова, «На
волосок от смерти» К- Кривошеина, «Это
часто бывает» Л. Савельева.
В. Ардов обильно снабжает эстраду и
различные, журналы произведениями, под-
чиненными лишь одной задаче: смешить,
смешить во что бы то ни стало, хотя бы
для этого приходилось создавать любые
нелепые положения, жертвовать всяким по-
добием логики. «Остроумие само по себе
ничего не стоит, — писал Гейне. — Я при-
знаю только тогда остроумие, когда оно по-
коится на серьезном основании...» У Ардова
есть на этот счет особое мнение. Доказа-
тельством тому служит его водевиль с за-
мысловатым названием «Морской зять, или
33 ссоры».
Сюжет водевиля таков. Где-то на Урале
пребывает в эвакуации бывший морской
штурман Аксенов. Конечно, отставной мо-
ряк презирает всех нефлотских людей. Он
в постоянной панике: как бы его 19-летняя
дочь Вера не вышла замуж за «сухопутно-
го человека». Чтобы застраховать себя от
такой опасности, старик огулом грубо ос-
корбляет каждого молодого человека, появ-
ляющегося в доме, заставляя его «дать зад-
ний ход». Эту же тактику применяет Аксе-
нов и к влюбленному в Веру и пользующе-
муся ее взаимностью Елагину: армейский
’капитан не устраивает бывшего штурмана!
Но Елагин в действительности оказы-
вается флотским офицером, недоразумение
выясняется, к общему счастью, Вера и Ела-
гин могут спокойно итти в ЗАГС, род Аксе-
новых не будет «осквернен».
Читатель вправе спросить: «при чем тут
Урал, война, эвакуация, при чем тут вообше
советское время? Ардов механически пере-
носит в нашу действительность схемки,
взятые напрокат из наиболее шаблонных
водевилей и фарсов дореволюционного про-
исхождения, не замечая, что уже этим са-
мым безнадежно оглупляет своих героев,
ставит их в нестерпимо фальшивое положе-
ние, сближает с персонажами буржуазных
фарсов.
Что, в самом деле, советского в бывшем
штурмане Аксенове, ведущем нечестную
игру с дочерью, из бредовых соображений
изолирующем ее от внешнего мира и ста-
вящем в необходимость встречаться с зна-
комыми тайком? Что советского в девушке,
покорно подчиняющейся самодуру-родите-
лю, не отстаивающей своих прав, ведущей
сомнительную дипломатию с любимым че-
ловеком? Она внушает ему, что она —
круглая сирота, не имеющая своего угла,
И все это с той целью, чтобы уклониться от
посещения ее Елагиным.
А Елагин? В авторской ремарке значит-
ся «несколько орденов. Хромая, он опирает-
ся на трость». Зритель сразу догадывается,
что имеет дело с героем, получившим серь-
езное ранение на фронте. Каково зрите-
лю увидеть этого героя в жалкой и смеш-
ной роли, какую уготовил ему автор? Ела-
гин приходит к Аксенову, не подозревая,
что это — отец Веры. Приходит для того,
чтобы, по просьбе знакомого моряка, ока-
зать старику услугу — починить модель его
фрегата. А тот, решив, что Елагин пришел
к Вере, осыпает его глупейшими оскорбле-
ниями и нагло выставляет из квартиры.
В. Ардов, вероятно, сошлется на «зако-
ны» жанра? Но правдоподобие обязательно
даже для карикатуры. К какому бы жанру
ни обращался писатель, он должен пом-
нить: отправным моментом для него долж-
ны быть отношения, реально существую-
щие, а не выдуманные. Мастерство, кон-
кретность, идейная направленность требу-
ются от искусства «малых форм» точно
так же. как от «большой» драматургии. По-
пробуйте из’ять персонажей чеховских во-
девилей из их среды, из сферы присущих
им интересов. Невозможно! Здесь остро-
умие действительно покоится на серьезном
и прочном фундаменте глубоких наблюде-
ний, жизненных фактов и тонких художест-
венных обобщений.
В водевилях же. подобных ардовскому
«Морскому зятю», все произвольно, вневре-
менно, искусственно, в том числе и язык,
оскорбляющий своей пошлостью и клоун-
скими несообразностями. Вот как изменя-
ются влюбленные молодые люди наших
дней:
Елагин. Что вы так покраснели, Вера
Николаевна?
ли посвящены серии в три и
две марки , выпущенные в 19.3J
ж 1941 гг. Серией из пяти мапок
с портретом писателя и его па-
мятник» в Москве было ознаме-
новано 100-летие ео дня смерти
А. С. Пушкина. К 25-летию со
дия смерти Л. Я. Толстого были
выпущены в 1935 г. три марки.
К столетию ео дня смерти И. А.
Крылова вышли в 1944 г. .две
марки с изображением баснопис-
ца. Две марки были выпущены
в 1945 г. к 150-летию со дня рож-
дения А. Г. Грибоедова. Портре-
ты М. Е. Салтыкова-Щедрина
украшают серию из четырех
марок, выпущенных к 50-летию
со дня его смерти. По несколь-
ку марок было выпущено к
знаменательным датам, связан-
ным с именами Н. Г. Чернышев-
ского, А. И. Герцена и А. П. Че-
хова.
Выпуском новых марок быля
отмечены юбилеи Алишера Навои
и Т. Г. Шевченко. В 1930 г. к 125-
летию со дня рождения Т. Г.
Шевченко были выпущены три
марки: с автопортретом поэта, с
портретом Т. Г. Шевченко, сде-
ланным И. Е. Репиным, и памят-
ником Т. Г. Шевченко в Харько-
ве. К 500-летию со дня рождения
Алишера Навои были выпущены
две марки.
ВСТРЕЧА С КОМСОМОЛЬЦАМИ
КРАСНОЙ ПРЕСНИ
В Мвсковском клубе писателей состоя-
лась встреча писателей с комсомольцами
Красной Пресни. Представители учащейся
и рабочей молодежи района пред’явчли
свои требования к художественной лите-
ратуре, так мало уделяющей внимания
комсомольской теме. Выступившие на ве-
чере писатели Ф. Левин, А. Крон, П. Ан-
токольский, С. Гудзенко, А. Жаров, И.
Френкель, М. Луконин, М. Львов и др.
говорили о задачах литературы, о писатель-
ском труде и читали свои произведения.
В ИЗДАТЕЛЬСТВЕ
«МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ»
22 октября издательство организовало
обсуждение книги В. Ермилова «Чехов».
Выступившие на совещании В. Шкловский,
Н. Вильям-Вильмонт, Ф. Левин, С. Крыжа-
новский, А. Близненков, А. Рыбасов, А. Лу-
кин отметили высокий теоретический уро-
вень книги, ее подкупающую поэтическую
задушевность, простоту и выразительность.
Вместе с тем автору книги было указано на
то, что он несколько идеализировал Чехова,
недостаточно обрисовал среду и социаль-
ные условия, в которых формировался Че-
хов как человек и писатель.
Странно прозвучало иа совещании вы-
ступление А. Дермана, исказившего и
очернившего облик Чехова.
Достойный отпор выступление Дермана
получило со стороны'В. Шкловского, А. Лу-
кина и В. Ермилова.
И. С. Турге-
нев «Запис-
ки охотника»
(Детгиз). Об-
ложка рабо-
ты Б. Дех-
терева.
«ДУНГАНСКИЕ
СКАЗКИ»
Издательство Академии наук Казахской
ССР выпустило в свет сборник дунганских
народных сказок. Составители сборника —
научные сотрудники Института истории,
археологии и этнографии X. Юсуров и
В. Шахматов.
Об’ем сборника около 10 печатных лис-
тов.
Как сообщается в предисловии, сборник
«представляет собой первую попытку озна-
комить советского читателя с образцами
фольклора дунган, живущих на территории
Казахстана и Киргизии».
Вера. Потому, что меня возмущает недо-
верчивость некоторых людей.
Елагин. Скажите сами, как же некото-
рые люди могут доверять некоторым лю-
дям, когда некоторые люди так жестоко
обманывают некоторых людей? И потом;
некоторые люди просто выгоняют некото-
рых людей из своего дома!
Вера. А некоторые люди должны были
бы сперва спросить у некоторых людей,
почему, мол, некоторые люди поступают с
Подстать «идейной» устремленности ав-
тора и стиль пьесы, язык ее персонажей—
фальшивый и временами откровенно блат-
ной. «Скошенный сноп на жатве любви»,—
пишет о себе Тамара в «предсмертной» за-
писке. «Это громкое выражение тихого раз-
мышления». «Да ведь сегодня загнетесь—
чего же вам?»
Таковы шутки, преподносимые советско-
му зрителю литературными пошляками. С
кого они портреты пишут? Где слышат раз-
некоторыми людьми так, что некоторым । говоры эти? На какую аудиторию ориенти-
людям кажется, будто некоторые люди руются?
плохо относятся к некоторым людям, кото- Л. Савельев не указал, к какому разряду
рые некоторые люди к некоторым людям
в некотором отношении некоторым образом
некоторые чувства имеют. Понятно?
Нет, непонятно, противно, глупо! — от-
ветит читатель или зритель.
Еще развязнее написана пьеска К. Криво-
шеина «На волосок от смерти». Положи-
тельно не верится, что эта стряпня завизи-
рована Главреперткомом в апреле 1945 г.,
т. е. в те дни, когда шла Великая Отечест-
венная война.
Пасквильная пьеска Кривошеина — плод
крайнего идейного убожества, вульгарно-
обывательского, циничного подхода к серь-
езным проблемам. Опус начинается с того,
что «героиня» Тамара Александровна бесе-
дует по телефону:
— Итак, вы говорите, что все между на-
ми кончено? Но разве можно об этом так
сухо... сообщать по телефону? Вы даже не
зашли... Что же случилось? Вы разлюбили
меня? Полюбили другую? Кого? Нет, это
очень важно...
Выяснив тут же, что «он» изменил ей
ради «щипанных бровей», горизонтального
перманента и искусственной блондинки на
французских каблуках (!), Тамара Алексан-
дровна бросает трубку и нервно ходит по
комнате, ломая руки.
У соседки, служившей когда-то в апте-
ке, Тамара Александровна просит яд. Та
приносит ей какой-то пузырек. По всему
видно, что соседка знает цену Тамаре, не
верит в ее намерение покончить с собой.
Тем не менее она провоцирует Тамару на
ссору, которая должна отвлечь «самоубий-
цу» от намерения, мнимость которого всем
очевидна. В конце выясняется, что в пу-
зырьке содержится не ял, я... «самая на-
стоящая перекись водорода». «Самоубий-
ца» в бешеном восторге:
«— Спасибо, дорогая моя! Ну, берегись
теперь Анжелика Николаевна! Мы еще по-
смотрим, кто — кого! Теперь и я буду
блондинкой! И подумать только, что я была
на волосок от смерти!»
Все. Занавес. «Мораль», если можно го-
ворить о чем-то похожем на «мораль» в
этом произведении, ясна. Смотрите, мол.
какова эта современная молодежь: отноше-
ния рвхтся «по телсфопх», душевные раны
быстро ла 1ечнвпются перекисью водорода...
драматургии он относит свою одноактную
пьесу «Это часто бывает». Оказывается, и
это — «шутка», но шутка, так сказать, с
весьма серьезными намерениями, с четко
выраженным лирико-психологическим укло-
ном.
Что же такое «часто бывает»? Бывает,
что ответственные работники не уделяют
должного внимания женам, — настолько их
головы «забиты резолюциями, цифрами,
квартальными планами»! В назидание та-
ким мужьям автор рассказывает, как Вера
Васильевна мистифицировала Николая Ива-
новича: чтобы напомнить ему о десятилет-
ней дате их супружества и заставить прит-
ти пораньше домой, она пишет записку не-
существующему любовнику, назначая ему
свидание у себя дома в 9 часов вечера, и
через домашнюю работницу пересылает за-
писку... мужу.
Ошарашенный Николай Иванович, разу-
меется, на сей раз находит возможность
оторваться от важных дел, чтобы во-время
приехать домой и вступить с женой в об’яс-
нение, занимающее 8 страниц. Об’яснение
сдобрено полушопотами, вздохами, паузами
(31 раз повторяется ремарка «молчит»,
«молча смотрит»), И все это приводится,
как мораль, что мужья должны не слиш-
ком увлекаться «цифрами и квартальными
планами», если лома остается скучающая
жена! «Во все века и при всех обстоятель-
ствах женщина требовала участия и забо-
ты», — многозначительно поучает Вера Ва-
сильевна (а с ней и сердобольный ав-
тор) всех ответственных работников, не
умеющих распределить свое время между
семьей и службой. И по смущенному со-
стоянию Николая Ивановича мы догады-
ваемся, что он приобщился к этой пре-
мудрости, и есть надежда, что отныне нач-
нется новая эра в его отношениях с женой.
А пока эта находчивая дама имеет все
основания хохотать и подтрунивать над му-
жем: «Это очень смешно, — когда ответ-
ственное лицо попадает в очень глупое по-
ложение»...
Но, право, в такое же глупое положение
попадают и авторы, стряпающие бсссолер-
жатетьпые, обывательские произведения,
героями которых являются якобы советские
люди.
НЕОПУБЛИКОВАННЫЕ ПИСЬМА
А. Н. РАДИЩЕВА
ВЛАДИМИР. В Областном государст-
венном архиве найдены неопубликованные
письма А. Н. Радищева. Большинство из
них адресовано графу А. Р. Воронцову,
проживавшему в своем поместье на терри-
тории Владимирской губернии. Переписка
Радищева с Воронцовым относится к перио-
ду службы писателя в Санкт-Петербургской
таможне и к годам после возвращения его
из сибирской ссылки. В письме, датирован-
ном 18 сентября 1798 года, Радищев сооб-
щает о своей болезни и крайней нужде.
В одном из найденных документов имеет-
ся интересное указание на то, что письма
Воронцова к Радищеву отправлялись не
почтой, а через доверенных лиц.
Конкурс на лучшую
детскую книгу
Литературный конкурс иа лучшую дет-
скую книгу об’явили Чувашский обком ком-
сомола, Министерство просвещения и Союз
писателей Чувашии. Рассмотрение пред-
ставленных рукописей будет проводиться в
три тура — в апреле и октябре 1947 года и
в апреле 1948 года. Для каждого тура ус-
тановлены четыре премии: первая — 5 000,
вторая — 3 000 и две третьих премии — по
1 500 рублей.
Выставка армянской печати
ЕРЕВАН. Комитет по делам культурно-
просветительных учреждений при Совете
Министров Армянской ССР совместно с Го-
сударственной публичной библиотекой им.
Мясникяна организовал выставку —««Исто-
рия армянской печатной книги».
Первая армянская печатная книга — ка-
лендарь «Парзатомар» — издана в 1542 г.
в Венеции. Теперь, помимо армянских клас-
сиков, на армянском языке изданы произве-
дения Гомера, Данте, Шекспира, Гете. Пуш-
кина, Толстого, Тургенева, Грибоедова, Че-
хова, Горького и др. На армянском языке
вышли труды Маркса, Энгельса, Ленина и
Сталина. Если в 1913 г. в Армении было из-
дано 55 названий книг, то в 1940 г. вышло
378 названий книг с общим тиражом
1.935.900 экз., а в 1950 г. будет издано 787
названий с тиражом 7.074.400 экз.
С большим успехом прошла в Харь-
ковском Государственном русском дра-
матическом театре премьера пьесы
«За тех, кто в море» лауреата Сталин-
ской премии Б. Лавренева.
Спектакль поставлен художествен-
ным руководителем театра народным
артистом СССР А. Крамовым.
*	•	.	,„Ч
В издательстве «Искусстве» выходят пьеса
Б. Лавренева «За тех. кто в море», отме-
ченная Сталинской премией. На снимке—
обложка книги работы Б. Шварца.
Восстановление Белорусской
книжной палаты
В Минске началось восстановление фон-
дов Белорусской книжной палаты, разграб-
ленной и разрушенной немецкими оккупан-
тами.
Фонды палаты пополняются разнообраз-
ной литературой. Уже поступили все печат-
ные издания послевоенного периода. Систе-
матизируется книжный фонд, обнаруженный
в Германии и возвращенный книжной па-
лате.
К XXIX годовщине Октябрьской револю-
ции книжная палата подготовила к изданию
книги: «Летопись печати Белорусской
ССР», «Библиография партизанской печати
Белорусской ССР», «Белорусская ССР в
Великой Отечественной войне» и ряд других
трудов.
«Песни нанайца»
Ленинградское отделение Учпедгиза вы-
пустило в свет книгу стихов нанайского по-
эта Акима Самара — «Песни нанайца».
Аким Самар — первый нанайский поэт.
13-летним мальчиком он поступил в школу
для нанайских детей. Затем окончил спе-
циальные курсы и стал учителем в родном
селении. Овладев русским языком, он начал
знакомиться с произведениями Пушкина и
других великих русских писателей. В
1938 г. вышел в свет первый сборник его
стихов.
В начале Отечественной войны Аким Са-
мар добровольно ушел на фронт и героиче-
ски погиб в бою под Сталинградом.
В вышедшем сейчас сборнике напечата-
ны стихи о родине, о Лепине и Сталине, ли-
i рпческпе произведения, поэмы и сказания
[ нанайского народа.
• НОВАЯ ПЬЕСА
ПЕРЕЦА МАЖЙША
В секции драматургов ССП состоялась
23 октября читка и обсуждение новой пьесы
Переца Маркиша «Беловежская ‘ пуща».
Пьеса иаписана на еврейском языке белым
стихом. Русский перевод принадлежит
М. Шамбадалу.
Тема «Беловежской пущи» — страдания
и героическая борьба евреев, заключенных
в гетто, против фашистских захватчиков,
братская помощь, Оказываемая мужествен-
ным повстанцам русскими партизанами.
Участники обсуждения — М. Берестин-
ский, О. Леонидов, Н. Виноградов-Мамонт,
И. Чичеров, Я. Апушкин, С. Галкин и другие
высоко оценили пьесу, отмечая ее глубокую
идейность, поэтическую романтичность, яр-
кую обрисовку образов. По общему мне-
нию, «Беловежская пуща» представляет не-
сомненный интерес для советского зрителя.
Это—народная трагедия больших страстей,
в которой показаны мужественные люди
даже перед лицом неминуемой смерти во-
одушевленные волей к непримиримой борь-
бе, к победе. Убедительно воплощена з
пьесе идея сталинский дружбы народов.
Выступавшие отметили некоторые недо-
статки пьесы.
В НЕСКОЛЬКО СТРОК
Q В Ленинградском Доме писателя ям. Мар-
ковского проф. А. Еголин прочел лекцию на те-
му «Ленин и Сталин о задачах художественней
литературы».
О Воскресные литературные утреняякн для
молодежи, посвященные истории русской ли-
тературы, проводит Государственная филармо-
ния в Московском Доме ученых.
Q При Союзе советских писателей Бурят-
Монголии начала работать литературная кон-
сультация. От начинающих писателей уже по-
ступило более ста рукописей на русском и бу-
рят-монгол ы-ком языках.
О Президиум ССП Таджикистана команди-
ровал писателей. Рахим Баки и Дехоти в кол-
хозы Сталинабадской области для участия в
хлопкоуборочной кампании. Писатели примут
участие в выпуске местных газет ж выступят
в центральной печати с очерками о передовых
колхозниках.
о В Государственном литературном музее
состоялось 23 октября расширенное научное
заседание, на котором проф. Г. Гуковский про-
чел главу «Миргород» ИЗ своей книги о
честве л. и. Гоголя. В обсуждении приняли
участие А. Слонимский, Б. Козьмин, У. Фохт н
Н. Степанов.
О 23 октября состоялась ветрена членов
президиума Всероссийского театрального обще-
ства с представителями Союза советских писа-
телей, посвященная перспективам совместной
творческой работы ВТО с ССП СССР и его сек-
цией драматургов. В обсуждении приняли уча-
стие Б, Горбатов, Л. Сейфуллина, М. Григорь-
ев, Г. Боя 1жисв, М, Морозов, О. Литовский,
Г. П1тайн, 10. Юзовский, В. Млечин, М. Астан-
гов. Р. Плятт, М. Ленин.
о При редакции газеты «Орский рабочий»
создана литературная группа, об’единяющая
авторов, живущих в городах Орске и Ново-
Троицке.
О Произведения классика татарской литера-
туры Габдуллы Тукан приняты к изданию Чу-
вашским государственным издательством В Пе-
реводах чувашских поэтов Я. Ухсая, С. Фомина
и И. Ивникоя.
О Ленинградский антикварно-книжный ма-
газин Когиза приобрел редкое издание — че-
тыре тома сочинений Аристотеля на греческом
и параллельно латинском языках. Кннгя изда-
ны в 1654 году в Париже и содержат труды по
биологии, эмбриологии и физиологии. Этот же
магазин приобрел полное собрание, сочинений
Вольтера в ВО томах на французском языке, из-
данное в койне XVIII в в Женеве.
О В Ленинграде вышел из печати новый
сборник — «Труды юбилейной научной сессии
Ленинградского университета». В нем напеча-
таны статьи академиков О. Обнорского, Н. Дер-
жавина, чл.-корр. Н. Ппкеанона, В. Жирмун-
ского и других видных лингвистов и литера-
туроведов.
о Центральный детский театр готовит инсце-
нировку Ф. Бондаренко «Как закалялась сталь»
по одноименному роману Н. Островского. Ре-
жиссер—В. Копесаев,
О Московский Художественный академиче-
ский театр им. Горького покажет в ноябре в
новой постановке И. Судакова пьесу А Кор-
нейчука «Платон Кречет».
Малый театр возобновляет постановки «Сла-
вы» В. Гусева и «Нашествия» Л. Леонова.
Письмо в редакцию
В № 36 «Литературной газеты» помещена пе-
редовая, где, между прочим, написано:
«...Появились произведения, пропитанные ду-
хом низкопоклонства перед всем иностранным.
Руководство союза справедливо сурово оценило
очерки о загранице Б. Агапова, М. Гуса,
Л, Славина...»
Очевидно речь идет о моем очерке «Послед-
ние дни фашистской империи», помещенном в
№ 10 журнала «Знамя» за 1945 год.
Все что к моему очерку не имеет ни малей-
шего отношения. Мой очерк ограничился опи-
санием боевой обстановки во время берлинской
операции, и единственные описанные в нем
иностранцы — »то фрицы. На заседании прези-
диума Союза советских писателей, где обсуж-
дался мой очерк, большинство выступавших
дало ему ие суровую, а, напротив, Положи-
тельную оценку.
Прошу вас, н целях установления истины, по-
местить на страницах «Литературной газеты»
это письмо.
Л. СЛАВИН.
Следующий номер «Литературной газе-
ты» выйдет в четверг 7 ноября.
Редакционная коллегия: Б. ГОРБАТОВ,
Е. КОВАЛЬЧИК, В. КОЖЕВНИКОВ,
а МАРШАК, Д. ПОЛИКАРПОВ,
Л. СОБОЛЕВ, А. СУРКОВ (отв. редактор)*
Комитет по делам искусств при Совете
Министров СССР, оргкомитет Союза со-
ветских художников СССР, Центральный
комитет Союза работников искусств,
Московский союз советских художников,
издательство «Искусство». «ВсСкохудож-
ник», Московское товаришество худож-
ников, товарищество художников «Со-
ветский график» е глубоким прискорбием
и ,-вещают о смерпг заслуженного деяте-
ля искусств РСФСР, художника
Дмитрия Стахиевича
МООРА (Орлова),
последовавшей в ночь на 25 октября
1946 г.
Гряжда нркая панихида состоится в
Москоги ком союзе советских художников
(Ермолаевскпй пер.. 17) в воскресенье
27 октября ЬНб г. в 1 чае дня. Кремация
в 3 часа дня.
Адрес редакции и издательства: ул. 25 Октября, 19. (Для телеграмм — Москва, Литгазета).
Телефоны: секретариат — К 5-10-40, отделы: критики — К 4-76-02, литератур братских республик — К 4-60-02,
и писем — К 4-26-04, издательство — К 3-19-30.
искусств — К 3-37-34, информации HMffllll
II1IHMIII
Б—07015.
Типография «Гудок», Москва, ул. Станкевича, 7.
Зак. № 2631.