Общество Народныхъ Университетовъ.
Г	Т=
господство
ПРАВА
——- - ЛЕКЦІЯ :--------
П. Г. ВИНОГРАДОВА,
ПРОФЕССОРА МОСКОВСКАГО =
и ОКСФОРДСКАГО УНИВЕРСИТЕТОВЪ.
Сводъ законовъ императора Юстиніана, побѣди-
теля готовъ и вандаловъ, строителя собора св.
Софіи, открывается такимъ изреченіемъ: «Вели-
чество императора должно быть не только укра-
шено славою оружія, но и вооружено законами», и
мысль эта повторяется на разные лады и въ
утвержденномъ имъ руководствѣ для учениковъ
и въ собраніи дѣйствующихъ постановленій.
Не въ одной силѣ дѣло, а въ правѣ, и въ из-
вѣстномъ смыслѣ само государство для того и
существуетъ, чтобы провозглашать и проводить
въ жизнь право. Почему подчиняется каждый
гражданинъ различнымъ тягостямъ и стѣсненіямъ,
которыя возлагаетъ на него государство? Почему
платитъ налоги, жертвуетъ здоровьемъ и досу-
гомъ, иногда даже жизнью, отказывается во все-
возможныхъ случаяхъ отъ своихъ желаній и сво-
ихъ интересовъ, признаетъ власть надъ собою и
служитъ ей? Потому что каждый болѣе или менѣе
отчетливо сознаетъ, что всѣ эти ограниченія не-
обходимы ради общаго порядка, что не будь
этихъ ограниченій, всѣ столкнулись бы другъ съ
другомъ въ непримиримой враждѣ, и что поря-
докъ въ обществѣ долженъ созидаться не на
своевольныхъ захватахъ тѣхъ или другихъ лицъ,
а на признанномъ правѣ, на своего рода договорѣ
между членами общества, которые отрекаются отъ
1*
4
части своей свободы, чтобы сохранить остальное
и чтобы, вступивъ въ союзъ съ сосѣдями, удеся-
терить свои силы, открыть пути и средства, ко-
торые недоступны одиночкамъ. Въ каждомъ го-
сударствѣ, конечно, должны быть способы выра-
батывать и провозглашать право, должна быть
власть законодательная, возвѣщающая какъ бы
волю цѣлаго общества отдѣльнымъ его членамъ.
Но должны быть и способы примѣнять пове-
лѣнія этой общей воли, правила закоповъ къ
отдѣльнымъ случаямъ, къ спорамъ между частными
лицами и къ случаямъ, когда частныя лица на-
рушаютъ законы общества — долженъ быть судъ.
Наконецъ должны быть средства подчинить общей
волѣ, закону и рѣшеніямъ суда тѣхъ, кто не хо-
четъ повиноваться. Является власть исполнитель-
ная, обязанность которой исполнять законъ,
хотя бы пришлось для этого употребить силу.
Такимъ образомъ, ученіе о разныхъ сторонахъ
государственной жизни складывается опять-таки
около главной мысли о провозглашеніи, примѣ-
неніи и исполненіи права.
Все это такъ въ ученіи, по такъ ли бываетъ на
самомъ дѣлѣ? Житейскій опытъ учитъ, что въ
дѣйствительности чрезвычайно трудно и провоз-
глашать права, и судить по справедливости, и
употреблять силу государственную на служеніе
праву, а не произволу и не своекорыстнымъ инте-
ресамъ.
Мало ли бываетъ случаевъ, когда законы су-
ровы, несправедливы, недостаточны, когда судьи,
поставленные судить по праву, судятъ изъ угод-
ливости, когда исполнительная власть государства
прижимаетъ слабыхъ и мирволитъ сильнымъ?
Провозглашать, примѣнять и исполнять право,
быть-можетъ, болѣе трудное и великое искусство,
нѣмъ организовать армію, строить флотъ, выигры-
вать сраженія. И когда мы удивляемся высокой
гражданственности передовыхъ странъ міра, изу-
чаемъ усовершенствованія ихъ жизни, то славу
ихъ и величіе надо искать не только въ ихъ по-
бѣдахъ, не только въ искусствѣ ихъ писателей,
въ успѣхахъ наукъ, въ прекрасныхъ картинахъ
и зданіяхъ: надо спросить, какъ сумѣлъ народъ по-
строить свое право, сумѣлъ ли оградить его отъ
посягательствъ, сдѣлать всѣми чтимой святыней,
источникомъ порядка и братскаго союза. И вотъ
въ этомъ отношеніи особенно заслуживаютъ уди-
вленія два народа, родственные между собою—
англичане и американцы Соединенныхъ Штатовъ.
Они не обладаютъ такимъ запасомъ учености, какъ
нѣмцы, не отличаются такимъ вкусомъ и остро-
уміемъ, какъ французы, но они поняли, что право
составляетъ основу здоровой государственной
жизни, и рѣшили пожертвовать многими второ-
степенными удобствами и успѣхами, чтобы
прежде всего обезпечить «господство права», пе-
ревѣсъ закона, какъ общей воли, надъ всѣми
частными вожделѣніями и покушеніями, откуда
бы они ни исходили. Я попытаюсь въ короткое,
отведенное время разсказать вамъ, какими уси-
ліями было достигнуто въ Англіи и въ Соединен-
ныхъ Штатахъ это господство права и въ ка-
кихъ формахъ оно проявляется.
Какъ всякое великое пріобрѣтеніе, господство
права стоило Англіи и Америкѣ тяжелой борьбы,
— е> —
хотя бороться надлежало въ томъ и въ другомъ
случаѣ съ различными силами. Въ Англіи господ-
ству права угрожали попытки королей противо-
поставить закону такъ называемую прерогативу,
т.-е. область личнаго усмотрѣнія. Въ Соединен-
ныхъ Штатахъ государство едва не погибло,
потому что противъ его законовъ, противъ воли
цѣлаго возстали отдѣльныя части государства—
штаты, изъ которыхъ составился Союзъ Соединен-
ныхъ Штатовъ. Присмотримся же къ ходу того
и другого столкновенія.
I.
Начнемъ съ Англіи. Уже въ средніе вѣка тамъ
сложилось обширное и чисто-національное право,
такъ называемое общее право, основанное, глав-
нымъ образомъ, на рѣшеніяхъ судовъ. Но, съ
другой стороны, переходъ отъ среднихъ вѣковъ
къ новому времени въ XV и XVI вѣкахъ сопро-
вождался такими волненіями и переворотами во
всѣхъ областяхъ жизни, что явился запросъ
общества на сильную власть, способную водво-
рить порядокъ, отстоять страну отъ внѣшнихъ
враговъ и руководить обществомъ въ церковныхъ
преобразованіяхъ. Монархи династіи Тюдоровъ -
Генрихъ VII, Генрихъ VIII, Елизавета—съ успѣхомъ
выполнили эти національныя задачи и пріобрѣли
своей энергической дѣятельностью великій авто-
ритетъ; немудрено, что они стали повсюду на-
стаивать на своей верховной власти—и по отно-
шенію къ народному представительству въ парла-
ментѣ и по отношенію къ судамъ.
7
Столкновеніе между противорѣчивыми нача-
лами общаго права и верховной прерогативы въ
англійской государственной жизни было неиз-
бѣжно, столкновеніе это разыгралось при первыхъ
двухъ Стюартахъ, въ теченіе первой половины
XVII в.
Іаковъ I разъ торжественно заявилъ: «Без-
божно п богохульно спорить о томъ, что можетъ
сдѣлать Богъ, и истинные христіане довольству-
ются выраженіемъ Его воли въ Его словѣ; такъ
же точно дерзко и преступно подданнымъ судить
о томъ, что можетъ сдѣлать король, или утвер-
ждать, что король чего-нибудь не можетъ дѣлать;
довольно имъ слѣдовать волѣ короля, раскрытой
въ его законѣ». Въ примѣненіи къ судамъ и праву
это ученіе такъ было истолковано профессоромъ
римскаго права въ Кембриджѣ, Кауелемъ: «Пре-
рогатива короля есть та особая власть, преиму-
щество или привилегія, которыя принадлежатъ ко-
ролю во всѣхъ дѣлахъ; она возвышается надъ всѣми
остальными лицами и надъ общимъ правомъ, въ
силу полномочія его короны». Изъ этого ученія
были проведены всевозможныя практическія по-
слѣдствія. Обложеніе населенія податями и тамо-
женными сборами, напр., издавна опредѣлялось
парламентомъ, а въ 1606 году король Іаковъ I,
въ силу своей чрезвычайной прерогативы, издалъ
повелѣніе, чтобы сборъ съ привозныхъ заморскихъ
фруктовъ взимался въ повышенномъ размѣрѣ.
Одинъ купецъ, торговавшій съ Венеціей, Бетсъ,
отказался платить эту пошлину, какъ незаконную.
Дѣло разбиралось въ судѣ казначейства, и тамъ
судьи подъ давленіемъ двора нашли, «что власть
8
у короля двоякаго рода: обыкновенная и неогра-
ниченная, и направляется она къ двумъ различ-
нымъ цѣлямъ. Въ обыкновенномъ порядкѣ власть
эта имѣетъ предметомъ гражданское правосудіе,
разрѣшеніе споровъ между частными лицами: эта
власть выражается въ дѣйствіи общихъ судовъ.
Неограниченная же власть короля считается не
съ частными интересами, а съ общимъ благомъ
народа, такъ какъ народъ есть тѣло, а король
его глава (баіиз рориіі). Эта власть не руководится
правилами общаго права, а именуется политикой и
правительственною властью. Предметъ, о которомъ
возбуждено дѣло, есть вопросъ государственный
и подлежитъ указаніямъ политики, а если это
такъ, то король хорошо сдѣлалъ, что восполь-
зовался своею чрезвычайною властью». Рѣшеніе
судей казначейства вызвало, однако, сильный про-
тестъ со стороны юристовъ въ Парламентѣ на
томъ основаніи, что «если общее право связываетъ
подданныхъ вѣрностью и повиновеніемъ, то, съ
другой стороны, оно обязываетъ государя оказы-
вать подданнымъ покровительство и защиту про-
тивъ всѣхъ возможныхъ правонарушеній и обидъ».
Тѣмъ же взглядомъ на чрезвычайную и неопре-
дѣленную власть прерогативы обусловливается
образованіе цѣлаго ряда судебныхъ мѣстъ съ
исключительными полномочіями, которыя ограни-
чивали кругъ дѣйствія судовъ общаго права,
подрывали довѣріе къ непреложности ихъ при-
говоровъ и открывали пути для разнаго рода
закулисныхъ вліяній. Уже съ конца XIV’ вѣка
въ противоположность веденію дѣлъ по буквѣ
закона сталъ выдвигаться разборъ дѣлъ канцле-
9
ромъ, судившимъ по соображеніямъ общей спра-
ведливости. Въ этомъ ростѣ канцлерскаго суда за-
кіючалось здоровое и важное начало, но такъ какъ
оно не было введено въ точныя границы, соревно-
веніе между канцлеромъ и судьями обыкновенныхъ
судовъ вызывало странную борьбу между судеб-
ными учрежденіями единаго государства. Случа-
лось, что одинъ судъ приговаривалъ отвѣтчика
по дѣлу уплатить по векселю, а другой сажалъ
истца въ тюрьму за предъявленіе того же векселя.
Въ то же время во всевозможныя дѣла, въ которыхъ
предполагалось отношеніе къ политическимъ ин-
тересамъ или правительственнымъ задачамъ, вмѣ-
шивался Королевскій Тайный Совѣтъ, который
естественно не придерживался въ дѣлопроизвод-
ствѣ тѣхъ формъ строгой законности, которыхъ
держались общіе суды. Далѣе отъ Тайнаго Совѣта
отрѣшилась Палата прошеній, предназначенная
вѣдать дѣла по жалобамъ малыхъ, слабыхъ людей,
которымъ трудно было добиваться правосудія въ
обычномъ порядкѣ—опять-таки, прекрасная задача,
разрѣшеніе которой приводило, однако, на прак-
тикѣ къ многообразнымъ проявленіямъ произвола
и частныхъ вліяній. Въ концѣ XV вѣка оформи-
лась грозная юрисдикція Звѣздной Палаты, опять-
таки выдѣлившейся изъ Королевскаго Совѣта. Это
судилище должно было бы преслѣдовать за бунты,
заговоры и незаконное покровительство вельможъ,
но мало-по-малу оно стало привлекать къ себѣ
всевозможныя дѣла и обратилось, по выраженію
одного изъ его сторонниковъ Бекона, въ цензор-
скій судъ, въ учрежденіе, каравшее за убѣжденія
и нравы. Оно явилось подходящимъ орудіемъ для
— 10 —
проведенія въ жизнь внѣзаконныхъ указовъ королей.
Общіе суды затруднялись преслѣдовать лицъ, не
повиновавшихся такимъ указамъ, а Звѣздная Па-
лата приговаривала и карала за такое ослушаніе.
Опираясь на Звѣздную Палату, Карлъ I устанавли-
валъ цѣны, повелѣвалъ сносить дома и закры-
вать лавки, чтобы расчистить площадь передъ
соборомъ св. Павла, распорядился, чтобъ лица,
владѣющія имѣніями и дачами, выѣхали изъ Лон-
дона и т. п. Въ то же время трибуналъ Высокой
Коммисіи преслѣдовалъ за вѣру, за малѣйшія
уклоненія отъ предписаннаго офиціальнымъ ка-
тихизисомъ богопочитанія. Въ пограничныхъ об-
ластяхъ—на Сѣверѣ, въ Уэльсѣ возникли по при-
казанію короля судилища съ скорымъ и рѣшитель-
нымъ судопроизводствомъ, главная цѣль которыхъ
была истреблять крамолу и разномнѣнія.
Ростъ этихъ чрезвычайныхъ судовъ, грозившихъ
поглотить всю область права и свести дѣятель-
ность законныхъ судебныхъ мѣстъ къ разрѣшенію
дѣлъ, лишенныхъ значенія, встрѣтилъ отпоръ въ
населеніи, воспитанномъ въ другихъ взглядахъ на
право, издавно гордившемся своимъ преимуще-
ствомъ въ этомъ отношеніи передъ сосѣдними
пародами. И важно, что отпоръ шелъ не отъ без-
покойныхъ людей, не отъ тѣхъ, кому нечего
терять, а отъ солидныхъ обезпеченныхъ слоевъ
населенія. Во главѣ оппозиціи при Іаковѣ I стоитъ
главный судья Королевской Скамьи сэръ Эдуардъ
Кокъ, ученый, тяжеловѣсный юристъ. Онъ оспа-
ривалъ всѣ попытки искажать правосудіе подъ
предлогомъ чрезвычайной власти и государствен-
наго интереса. Онъ имѣлъ смѣлость, напр., все-
— 11
подданнѣйше представить королю Іакову, который
считалъ себя способнымъ рѣшать юридическіе во-
просы по указаніямъ разума, что «Его Величество
не обладалъ знаніемъ законовъ англійскаго ко-
ролевства и дѣлъ, которыя касаются жизни и иму-
щества подданныхъ: дѣла эти не могутъ оыть
разрѣшены естественнымъ разумомъ, а должны
рѣшаться согласно разуму искусственному и при-
говору по закону, а законъ требуетъ долгаго изу-
ченія и опытности. Законъ—золотой жезлъ и мѣ-
рило, охраняющее какъ судебныя дѣла подданныхъ,
такъ и безопасность и миръ Его Величества».
Не наше дѣло излагать, какъ помѣрились си-
лами противоположныя теченія общаго права и
чрезвычайныхъ полномочій короны. Важно, что
въ результатѣ вооруженнаго столкновенія было
признано господство права, и чрезвычайныя су-
дилища уничтожены или введены въ строго опре-
дѣленныя границы. Звѣздная Палата, Высокая Ко-
миссія, Палата прошеній, областные совѣты исчезли
разъ навсегда въ 1640 году; канцелярскій судъ п
судебная комиссія Тайнаго Совѣта пережили пе-
реворотъ и сохранили видныя мѣста въ англій-
скомъ судоустройствѣ какъ судебныя мѣста, осу-
ществляющія опредѣленныя задачи права, а не
какъ проявленія внѣправового усмотрѣнія.
«Господству права» предстояло, однако, выдер-
жать еще одно испытаніе. При Іаковѣ II, въ
80 годахъ XVII в., была сдѣлана попытка обой-
ти этотъ принципъ при помощи ученія о правѣ
короля разрѣшать изъятія изъ закономъ уста-
новленныхъ правилъ. Іаковъ II выставилъ эту
точку зрѣнія не только вслѣдствіе стремленія къ
12 —
неограниченной власти, но также по религіоз-
нымъ соображеніямъ. Онъ, католикъ, очутился
послѣ смерти своего брата, Карла II, главою
англиканской церкви, отпавшей отъ Рима. И онъ
рѣшилъ воспользоваться своею властью, чтобы
устранить всѣ лежавшія на католикахъ ограниче-
нія. Его сторонники доказывали, что король имѣ-
етъ право освобождать отъ дѣйствія законовъ,
чему яснымъ примѣромъ служитъ принадлежа-
щее ему право миловать преступниковъ. Изъ
исключительной милости не только хотѣли сдѣлать
общее правило, лишавшее законы ихъ обязатель-
ности, но распространили это правило даже на
случаи, еще не совершившіеся, на дѣйствія, кото-
рыя могли наступить въ будущемъ. Выходило,
что король присваиваетъ себѣ право дѣлать
изъятія изъ примѣненія законовъ по отношенію
къ отдѣльнымъ лицамъ и даже пріостанавли-
вать ихъ дѣйствіе по отношенію ко всѣмъ и ка-
ждому. Въ соотвѣтствіи съ такимъ взглядомъ
Іаковъ II издалъ указъ, освобождавшій католи-
ковъ отъ всякихъ правоограниченій и наказаній
и повелѣлъ протестантскому духовенству читать
этотъ указъ въ церквахъ. Семь епископовъ пред-
ставили ему челобитную, умоляя его не настаи-
вать на своемъ повелѣніи. Они были привле-
чены за составленіе этой петиціи къ суду, но
даже клевреты Іакова II, посаженные имъ на су-
дейскія мѣста, не всѣ рѣшились признать дѣй-
ствія короля законными: члены суда раздѣлились
по этому вопросу поровну: два—за и два—противъ,
а присяжные оправдали епископовъ. Этотъ знаме-
нитый процессъ былъ предисловіемъ къ революціи
— 13 —
1688 года, окончившейся тѣмъ, что Іаковъ II бѣ-
жалъ изъ' Англіи, и на престолѣ утвердилась про-
тестантская вѣтвь династіи, царствующая и до
сихъ поръ. И главнымъ пріобрѣтеніемъ англій-
скаго народа послѣ этой вѣковой борьбы было
торжественное утвержденіе господства права. Оно
было связано съ самой судьбой династіи въ биллѣ
о правахъ и актѣ о престолонаслѣдіи, которымъ
корона была обезпечена сначала за дочерями из-
гнаннаго короля, а затѣмъ за ганноверскими на-
слѣдниками. Самыми существенными постановле-
ніями этихъ двухъ государственныхъ актовъ было,
во-первыхъ, осужденіе ученія о правѣ короля раз-
рѣшать изъятія изъ права и пріостанавливать силу
законовъ, а во-вторыхъ, обезпеченіе несмѣняемости
судей, чтобы судебная власть, призванная при-
мѣнять законы, стояла совершенно независимо отъ
всякаго воздѣйствія со стороны, отъ кого бы та-
кое воздѣйствіе ни исходило.
II.
Народу Соединенныхъ Штатовъ также пришлось
много выстрадать, прежде чѣмъ удалось достиг-
нуть господства права. Здѣсь затрудненія выте-
кали изъ того обстоятельства, что національное
цѣлое образовалось постепенно изъ разрозненныхъ
областныхъ единицъ.
Самое имя государства «Штатъ» (8ѣаѣе) присвоено
не совокупности той страны, съ которой имѣютъ
дѣло иностранцы, которая ведетъ войны, заклю-
чаетъ договоры, избираетъ общаго президента и
— 14 —
общій конгрессъ, а отдѣльнымъ областямъ. Нью-
Йоркъ, Массачусетсъ, Виргинія, Огайо, Иллинойсъ—
вотъ штаты, изъ которыхъ каждый въ извѣстной
степени самостоятеленъ, имѣетъ свой особый строй
и свои законы, хотя всѣ вмѣстѣ они составляютъ
союзъ Соединенныхъ Штатовъ. Это устройство объ-
ясняется происхожденіемъ Соединенныхъ Штатовъ
изъ соединенія тринадцати англійскихъ колоній, къ
которымъ мало-по-малу вслѣдствіе колонизаціи и
пріобрѣтенія примкнули другія области. Чувство
особности этихъ областей очень велико: Калифор-
нія, дѣйствительно, мало похожа на какой-нибудь
Коннектикутъ, Висконсинъ—на Георгію, Виргинія—
на Канзасъ. Поэтому первоначальный союзъ, ко-
торый велъ войну за независимость противъ Анг-
ліи, представлялъ скорѣе коалицію, чѣмъ объеди-
ненное государство. Въ 1787—88 гг., однако, было
выработано государственное устройство для всего
союза и составлена для Соединенныхъ Штатовъ
писаная конституція, утвержденная окончательно
4 марта 1789 г.
Въ конституціи этой важно то положеніе, что
три стороны государственной жизни—законодатель-
ная, судебная и исполнительная, три власти, какъ
принято говорить, поставлены раздѣльно и само-
стоятельно. Законодательство вѣдаетъ конгрессъ,
состоящій изъ палаты представителей и сената;
во главѣ исполнительной власти стоитъ президентъ,
а судебная поручена верховному суду и его обла-
стнымъ отдѣленіямъ. Такая постановка дѣла имѣетъ
много неудобствъ, но она обезпечиваетъ, во вся-
комъ случаѣ, великое значеніе права. Въ Англіи
исконный поборникъ господства права Кокъ
—- 15 —
мечталъ о томъ, что право и суды, какъ его ис-
толкователи, должны стоять до извѣстной степени
выше самого парламента: послѣдній, по его мнѣ-
нію, не долженъ былъ, издавая законы, посягать
на основныя начала естественнаго и общаго права.
Но взгляды Кока въ данномъ случаѣ вытекали
изъ преувеличеннаго представленія о роли судовъ,
какъ истолкователей конституціи. Въ концѣ-кон-
цовъ, англійскій парламентъ имѣетъ возможность,
путемъ обыкновеннаго законодательства, рѣшить
по-своему каждый правовой вопросъ, измѣнить
какое угодно правило, перестроить самую консти-
туцію, и суды принуждены будутъ слѣдовать его
указаніямъ, если въ послѣднихъ не окажется
противорѣчій или пробѣловъ.
Но то, о чемъ напрасно мечталъ Кокъ для Анг-
ліи, было осуществлено въ Америкѣ. Консти-
туція выведена изъ обыкновеннаго порядка зако-
нодательства. Перемѣны въ ней возможны, но
совершаются особымъ и чрезвычайно затруднен-
нымъ путемъ. Поэтому обыкновенныя законода-
тельныя собранія конгрессовъ подначальны ей,
а вмѣстѣ съ тѣмъ суды получили почву, на ко-
торой они могутъ провѣрять и критиковать дѣй-
ствія законодательныхъ собраній: издаваемые по-
слѣдними законы должны быть въ соотвѣтствіи
съ конституціей, и если при разборѣ какого-ни-
будь дѣла, та или другая сторона сошлется на
несоотвѣтствіе закона, даже изданнаго конгрес-
сомъ конституціи, судъ долженъ провѣрить ссылку
и, въ случаѣ надобности, признать такой закопъ
не имѣющимъ силы. Такимъ образомъ, судебной
власти, созданной конституціей Соединенныхъ
— 16 —
Штатовъ, были предоставлены чрезвычайно широ-
кія полномочія. Она призвана прежде всего при-
мѣнять конституцію и слѣдить за ея примѣненіемъ
всѣмъ и каждымъ въ союзѣ.
Все это представляется очевиднымъ, и, тѣмъ не
менѣе, верховному суду союза пришлось упорно
бороться противъ патріотизма отдѣльныхъ шта-
товъ, граждане которыхъ долго смотрѣли на свой
штатъ, какъ на родину въ собственномъ смыслѣ
слова, и готовы были поддерживать его интересы
даже противъ союза. Въ дѣлѣ Соііепв противъ
штата Виргиніи (1798 г.) главный судья Мар-
шалъ такъ формулировалъ возраженія противъ
нелѣпаго взгляда, что штатъ подчиняется союзу
лишь добровольно и можетъ при случаѣ отказать
въ повиновеніи союзному суду: «Адвокатъ истца
совершенно правильно настаивалъ на мысли, что
судебная власть простирается на всѣ вопросы,
которые подлежатъ вѣдѣнію власти законодатель-
ной: судъ долженъ имѣть возможность рѣшать
всѣ споры, возникающіе изъ толкованія консти-
туціи. То, что утверждаютъ отъ имени Виргиніи,
приводитъ къ вреднымъ послѣдствіямъ. Прави-
тельство и законы будутъ повергнуты къ ногамъ
каждаго штата въ союзѣ. Какимъ образомъ бу-
детъ правительство осуществлять какое-либо пол-
номочіе, если штатъ рѣшитъ противиться такому
осуществленію при помощи своего законодатель-
ства? Законы союза должны быть приведены въ
исполненіе отдѣльными лицами, и если эти лица
будутъ подвергаться наказаніямъ (со стороны
штата), а суды союза не будутъ имѣть возмож-
ности исправить рѣшенія судовъ штата, ходъ
— 17
правительственной дѣятельности во всякій данный
моментъ рискуетъ быть остановленъ однимъ изъ
членовъ государства».
Пренія по подобнымъ вопросамъ были далеко
не пустымъ препровожденіемъ времени. Что при
столкновеніи реальныхъ интересовъ нѣкоторые
штаты готовы открыто сопротивляться союзу и
его судамъ, показало, напр., поведеніе штата Ге-
оргіи въ 30-хъ годахъ прошлаго столѣтія. Прави-
тельство Георгіи притѣсняло индѣйцевъ племени
черокезовъ и отнимало у нихъ земли. Тѣ пожа-
ловались въ союзный судъ, такъ какъ по консти-
туціи высшій надзоръ за индѣйцами предоста-
вляется союзу. Штату Георгіи удалось избѣжать
проигрыша дѣла благодаря ловкости адвокатовъ,
воспользовавшихся однимъ формальнымъ упуще-
ніемъ со стороны истцовъ. Но помимо этого, пра-
вительство штата воздвигло гоненіе на всѣхъ,
кто рѣшался высказываться противъ его поведе-
нія относительно несчастныхъ черокезовъ. Между
прочимъ, судъ Георгіи засадилъ въ тюрьму одного
миссіонера, Урстера, написавшаго кое-что въ этомъ
смыслѣ. Его защитникъ обратился къ верховному
суду Соединенныхъ Штатовъ, чтобы добиться
освобожденія Урстера, какъ незаконно арестован-
наго. Судъ, какъ и слѣдовало ожидать, засту-
пился за миссіонера, но оказалось невозможнымъ
добиться исполненія этого рѣшенія, и правитель-
сіво Георгіи продержало Урстера еще около года
въ тюрьмѣ.
Судебный сепатаризмъ находалъ особенно много-
численныхъ и горячихъ приверженцевъ среди гра-
жданъ южныхъ штатовъ. Въ гаш йоду ощшъ изъ
18 —
этихъ штатовъ, Южная Каролина, дошелъ до того,
что прямо и торжественно заявилъ въ отвѣтъ на из-
даніе конгрессомъ закона о новыхъ тарифныхъ став-
кахъ, что онъ не подчиняется этому закопу, а'
объявляетъ его недѣйствительнымъ. Руководитель
Южной Каролины въ данномъ вопросѣ, Саіііоип
(Кугунъ), основывалъ это удивительное заявленіе на
томъ, что союзъ состоитъ не изъ гражданъ, а изъ
штатовъ, т.-е. изъ государствъ, и что всякое го-
сударство можетъ отказаться присоединиться къ
рѣшенію, которое противорѣчитъ его кореннымъ
интересамъ. Выходило, что Соединенные Штаты-
понятіе не государственнаго, а международнаго
права, въ родѣ союза между Россіей и Франціей
или между Англіей и Японіей. Къ стыду тогдаш-
нихъ государственныхъ людей союза дѣло кончи-
лось соглашеніемъ: на дерзкое заявленіе Южной
Каролины отвѣтили угрозой военнаго принужденія
и пониженіемъ тарифныхъ ставокъ.
У южныхъ штатовъ была особенная причина
настаивать на анархическомъ ученіи о томъ, что
каждый штатъ самъ себѣ судья и что можно
и не подчиняться большинству въ союзѣ. Дѣло
въ томъ, что за этими политическими спорами
лежало особое и позорное учрежденіе Юга—рабство
негровъ, которое южные плантаторы рѣшили за-
щищать во что бы то пи стало — безъ негровъ
они не умѣли добывать хлопокъ и сахаръ, кото-
рые составляли ихъ богатство. Они утверждали,
что обращеніе черныхъ въ рабочій скотъ есть Бо-
гомъ установленное учрежденіе. Вотъ гдѣ былъ
корень сопротивленія общему праву. Въ теченіе
нѣсколькихъ десятковъ лѣтъ и съ рабствомъ и
19 —
съ искаженіемъ права примирялись граждане сѣ-
верныхъ, свободныхъ штатовъ изъ страха вызвать
междоусобную войну и погибель союза. Верхъ уни-
женія былъ достигнутъ, когда въ 1857 г. Верховный
судъ рѣшилъ по дѣлу о негрѣ Дредѣ Скоттѣ, ко-
торый предъявилъ противъ купившаго его Санд-
форда искъ о неправильномъ лишеніи свободы, что
суды союза не могутъ разбирать дѣла, такъ какъ
негры отъ природы невольники и не пользуются
правами гражданъ Соединенныхъ Штатовъ. Это
знаменитое рѣшеніе имѣло цѣлью удовлетворить
южныхъ рабовладѣльцевъ цѣною совершенно не-
допустимаго толкованія, такъ какъ во множествѣ
случаевъ отдѣльные негры достигали свободы и
гражданства, и въ цѣломъ рядѣ сѣверныхъ шта-
товъ негры вообще не признавались невольниками.
Но, какъ это иногда бываетъ, крайнее насиліе надъ
правомъ оказалось какъ бы сигналомъ поворота
въ другую сторону. Уступки и униженія только
ободряли южанъ и вызывали нетерпимое отноше-
ніе съ ихъ стороны къ малѣйшему противорѣчію.
Избраніе въ президенты въ 1861 году Авраама Лин-
кольна, сторонника освобожденія невольниковъ,
вызвало въ дѣйствительности то отложеніе отъ
союза, которымъ угрожала Южная Каролина еще
въ 1832 году. Исходъ извѣстенъ: послѣ жестокой
междоусобной войны было не только сокрушено
«особое учрежденіе» Юга—рабство, но разъ навсегда
восторжествовали единственно разумныя положе-
нія, что судъ государства призванъ охранять его
закопы и что ни граждане государства ни его
областныя части не имѣютъ права ставить свою
волю выше права, провозглашеннаго цѣлымъ.
2*
— 20 —
Таковы, въ самыхъ общихъ чертахъ, были со-
бытія, приведшія въ Англіи и Соединенныхъ
Штатахъ къ господству права. Кладъ дался не
сразу; много крови стоило поднять его. Но глав-
ное—создали основу для здороваго строя государ-
ственной жизни въ чувствѣ права, въ которомъ
соединяются двѣ великія идеи—личнаго достоин-
ства и долга,—было изъ-за чего хлопотать. Зару-
чившись «господствомъ права», англичане и аме-
риканцы получили средство къ разрѣшенію мно-
гихъ труднѣйшихъ задачъ человѣческаго обще-
житія.
III.
Мы видѣли, какъ возникло и утверждалось
«господство права»; посмотримъ теперь, какъ это
начало проявляется на практикѣ въ различныхъ
областяхъ государственной жизни. Удобнѣе начать
этотъ обзоръ съ Соединенныхъ Штатовъ, такъ
какъ тутъ мы имѣемъ дѣло съ выводами, опи-
рающимися, вь концѣ-концовъ, на толкованіи опре-
дѣленнаго документа, именно конституціи Соеди-
ненныхъ Штатовъ. Конституція эта такъ перечи-
сляетъ дѣла, подсудныя Верховному суду союза:
(Ст. III, гл. 2, и 11 поправка): всѣ процессы, выте-
кающіе изъ постановленій конституціи (т.-е. изъ
правилъ, установленныхъ ею относительно правъ
союза, обязанностей гражданъ, правъ конгресса,
президента и судебной власти); всѣ» дѣла, каса-
ющіяся посланниковъ, консуловъ иностранныхъ
державъ, процессы, возникшіе въ связи съ море-
ходствомъ, споры между тѣмъ или другимъ
— 21 —
штатомъ и гражданами другого штата, когда
первый является истцомъ, а послѣдній—отвѣтчи-
комъ, тяжбы между гражданами разныхъ штатовъ,
тяжбы между гражданами Соединенныхъ Штатовъ
и иностранными подданными. Какъ видите ши-
рокое поле дѣятельности и мы не имѣемъ воз-
можности изучить его во всѣхъ направленіяхъ.
Особенно интересны для насъ случаи, когда Вер-
ховный судъ призывается рѣшать вопросъ, на-
сколько правильны и законны дѣйствія законо-
дательной власти самого союза Соединенныхъ
Штатовъ. Съ европейской точки зрѣнія какъ-то
трудно представить себѣ случаи, когда въ судъ
жалуются на' тѣхъ, кому принадлежитъ законо-
дательная власть. Это, однако, вполнѣ возможно
въ Соединенныхъ Штатахъ, гдѣ, какъ я уже по-
казалъ, конституція стоитъ выше законодательной
власти. Законность, которую Верховный судъ при-
званъ провѣрять, есть вопросъ о соотвѣтствіи
того или другого частнаго закона самой консти-
туціи. Для примѣра возьму слѣдующій случай.
Во время междоусобной войны, вслѣдствіе необ-
ходимости сразу затратить огромныя суммы па
снаряженіе и содержаніе дѣйствующихъ армій,
правительство союза прибѣгло къ выпуску ас-
сигнацій. Конгрессъ въ Вашингтонѣ издалъ въ
1862 и 1863 гг. акты, которыми этимъ ассигна-
ціямъ сообщался принудительный курсъ и всѣ
граждане штатовъ должны были принимать эти
бумажныя деньги по номинальной цѣнѣ при
уплатѣ по обязательствамъ и долгамъ всякаго
рода. Нашлись лица, которыя отказались прини-
мать бумажки взамѣнъ золота по номинальной
— 22 —
цѣнѣ, ссылаясь на то, что, по конституціи Соеди-
ненныхъ Штатовъ, конгрессъ имѣетъ право только
чеканить монету, слѣдовательно, выпускать метал-
лическую монету, а не бумажныя деньги. Воз-
никли процессы, которые пришлось разбирать
верховному суду, и послѣдній большинствомъ го-
лосовъ при 8 судьяхъ рѣшилъ, что конгрессъ не
имѣлъ права давать ассигнаціямъ принудитель-
наго курса.
Это рѣшеніе чрезвычайно затруднило правитель-
ство, и черезъ нѣсколько времени, въ 1870 г., оно
добилось новаго рѣшенія, подводившаго, путемъ
распространительнаго толкованія, выпускъ ассигна-
цій подъ общее понятіе чеканки монеты. По здра-
вому смыслу трудно было поступить иначе и
разъ навсегда связать руки современнаго госу-
дарства съ сложнымъ денежнымъ обращеніемъ
необходимостью исключительно держаться метал-
лической валюты. Но характерно, что вопросъ
этотъ нельзя было рѣшить просто по государ-
ственнымъ соображеніямъ и удовольствоваться
постановленіемъ законодательныхъ палатъ, утвер-
жденнымъ президентомъ, а пришлось пройти че-
резъ горнило юридической провѣрки.
Въ другомъ процессѣ Нуііоп'а противъ Соеди-
ненныхъ Штатовъ (1794) правительству союза
пришлось съ трудомъ отстаивать право взимать
сборъ съ экипажей, установленный въ обычномъ
порядкѣ актомъ конгресса. Истецъ Гильтопъ на-
ходилъ, что конгрессъ нарушилъ статью консти-
туціи, въ силу которой прямые налоги въ пользу
союза должны раскладываться между штатами
сообразно съ ихъ народонаселеніемъ, а не взи-
— 23 —
маться прямо съ отдѣльныхъ гражданъ. Къ
счастью для правительства союза, Верховный судъ
призналъ, что сборъ съ экипажей нельзя считать
прямымъ налогомъ въ обычномъ смыслѣ этого
слова и что было бы нелѣпо раскладывать его
сообразно общему числу лицъ, большинство кото-
рыхъ въ экипажахъ не ѣздитъ.
Взглядъ, что нѣтъ учрежденія или лица,
изъятаго по своему положенію отъ отвѣта пе-
редъ Верховнымъ судомъ, настолько укоренился
въ нравахъ, что къ жалобѣ въ судъ прибѣгали
иногда по поводу мѣропріятій чисто политиче-
скаго свойства, продиктованныхъ явною необходи-
мостью. Послѣ крушенія возставшихъ штатовъ въ
междоусобной войнѣ нѣкоторые изъ нихъ пыта-
лись перенести борьбу въ судебную область.
Штатъ Миссисипи, папр., просилъ верховный судъ
воспретить президенту Джонсону, преемнику Лин-
кольна, приводить въ исполненіе законы о такъ
называемой реконструкціи, т.-е. о возстановленіи
гражданскаго строя въ возставшихъ и побѣжден-
ныхъ южныхъ штатахъ, такъ какъ законы эти
противорѣчатъ конституціи, а штатъ Георгія на-
чалъ процессъ противъ военнаго министра Стан-
тона, обвиняя его въ томъ, что онъ разрушаетъ
одинъ изъ штатовъ союза. Эти запоздалыя обра-
щенія къ верховному суду со стороны мятежни-
ковъ, которые сами разорвали конституцію, не
могли привести къ цѣли, но они характерны:
утопающіе, хватаясь за соломинку судебнаго вмѣ-
шательства, разсчитывали воспользоваться какъ
разъ началомъ господства права, которому въ
дни своей гордости они не хотѣли подчиниться.
— 24 —
Само по себѣ обвиненіе президента или мини-
стра въ нарушеніи конституціи не представляетъ
ничего необыкновеннаго, и могутъ быть случаи,
когда оно окажется гораздо болѣе серьезнымъ,
чѣмъ въ только что упомянутыхъ процессахъ.
Знаменитый процессъ такого рода разыгрался въ
Верховномъ судѣ въ началѣ XIX в. Мадисонъ,
одинъ изъ отцовъ американской конституціи, чет-
вертый президентъ союза, въ бытность свою государ-
ственнымъ секретаремъ, предполагалъ назначить
нѣкоего Марбери мировымъ судьей въ области Ко-
лумбіи, и къ грамотѣ о его назначеніи была уже
приложена государственная печать. Тѣмъ не менѣе,
въ послѣднюю минуту Мадисонъ рѣшилъ иначе,
и грамоты Марбери не выдалъ. Тогда тотъ предъ-
явилъ искъ противъ государственнаго секретаря;
по существу вопроса было признано, что министръ
не имѣлъ права своею властью отмѣнить прошед-
шее черезъ всѣ инстанціи назначеніе. Вообще
процессы противъ должностныхъ лицъ очень
обыкновенное дѣло въ практикѣ судовъ, и ми-
нистры лишены возможности ссылаться на свое
служебное положеніе, чтобы выхлопотать себѣ
особую подсудность, а тѣмъ болѣе—уклониться
отъ отвѣтственности. Они отвѣтственны передъ
общими судами и должны строго сообразоваться
въ своихъ дѣйствіяхъ съ общими для всѣхъ
гражданъ законами.
Другая любопытная группа дѣлъ составляется
изъ процессовъ между штатами и простыми
гражданами. Первоначально каждый могъ искать
противъ штата, къ которому онъ не прина-
длежалъ, и при многочисленности послѣднихъ
25 —
открывался источникъ для большого числа су-
дебныхъ дѣлъ. Но послѣ того, какъ Верховный
судъ присудилъ штатъ Георгію къ уплатѣ круп-
ныхъ убытковъ въ дѣлѣ, которое велъ противъ
Георгіи нѣкій Чисгольмъ, отдѣльные штаты встре-
вожились, и проведена была поправка въ консти-
туціи, въ силу которой искать противъ штата
можно только въ его судахъ, если дѣло не идетъ
о нарушеніи конституціи союза. Но если штатъ
самъ предъявляетъ искъ къ гражданину другого
штата, то дѣло должно разбираться въ Верхов-
номъ судѣ.
Очень стѣснительной является въ настоящее
время положеніе конституціи, обезпечивающее не-
прикосновенность свободы договоровъ. При соста-
вленіи конституціи имѣлось цѣлью помѣшать вся-
каго рода насилію надъ личной свободой со сто-
роны властей, и потому было введено запрещеніе
ограничивать свободу каждаго заключать какія
ему угодно соглашенія. Съ тѣхъ поръ, однако,
выдвинулись непредвидѣнныя въ то время за-
трудненія и современныя теченія государственнаго
права и политической экономіи побуждаютъ госу-
дарство въ иныхъ случаяхъ поддерживать и опе-
кать слабѣйшую сторону при заключеніи догово-
ровъ. Съ этой точки зрѣнія вводятся, напримѣръ,
ограниченія торговли въ праздничные дни, потому
что если не ввести ихъ законами, то приказчики и
рабочіе окажутся не въ силахъ отказаться отъ слу-
жбы по праздникамъ, навязываемой имъ хозяевами.
Фабричная инспекція защищаетъ опять-таки съ
этой точки зрѣнія интересы малолѣтнихъ, жен-
щинъ и отчасти даже взрослыхъ мужчинъ, хотя
26 —
для осуществленія этой защиты необходимо кон-
тролировать соглашенія между предпринимателями
и рабочими. Всѣ подобныя попытки затруднены
въ Соединенныхъ Штатахъ не отмѣненнымъ по-
становленіемъ конституціи о свободѣ договоровъ,
и Верховному суду приходилось иной разъ объ-
являть законы, проведенные въ отдѣльныхъ шта-
тахъ, недѣйствительными. Найденъ былъ, одна-
ко, выходъ въ томъ отношеніи, что указанныя мѣ-
ры разсматриваются, какъ распоряженія полиціи
благоустройства и народнаго здравія: съ этой
стороны, оказывается, можно подойти и къ дели-
катнымъ вопросамъ о праздничномъ отдыхѣ, за-
прещеніи продажи крѣпкихъ напитковъ, фабрич-
номъ надзорѣ и т. п.
Другой случай, когда конституція союза даетъ
возможность Верховному суду провѣрять закон-
ность дѣйствій какъ штатовъ, такъ и законодатель-
ной власти союза, представляетъ запрещеніе изда-
вать законы, имѣющіе обратное дѣйствіе. Примѣ-
няется эта статья конституціи въ томъ смыслѣ,
что федеральные суды признаютъ незаконными
всѣ законодательные акты, распространяющіе на-
казаніе на дѣянія, совершонныя раньше изда-
нія этихъ актовъ и въ моментъ ихъ совершенія
не считавшіяся наказуемыми. Замѣчательнымъ при-
мѣромъ судебной кассаціи акта, принятаго конгрес-
сомъ, могутъ служить дѣла, въ которыхъ Вер-
ховный судъ объявилъ недѣйствительнымъ законъ,
изданный конгрессомъ, запрещавшій принимать
въ число адвокатовъ и судей лицъ, участвовав-
шихъ въ междоусобной войнѣ. Въ этомъ случаѣ
федеральная судебная власть становится на за-
-	27 —
щиту гражданскихъ правъ личности. Обязанность
поддерживать и охранять во всѣхъ отношеніяхъ
личную свободу возложена на американскіе суды
не только опредѣленными статьями конституціи.
Она вытекаетъ изъ наслѣдія общаго права, вос-
принятаго Соединенными Штатами отъ Англіи.
IV.
Обратимся въ заключеніе по проявленіямъ
господства права въ странѣ, знаменитой своей
гражданской свободой —въ Старой Англіи.
Какъ я уже имѣлъ случай замѣтить, судъ
здѣсь не можетъ занять относительно парламента
такого же не только самостоятельнаго, но иногда
первенствующаго положенія, какъ въ Америкѣ,
потому что парламентъ является источникомъ не
только закона, но и конституціи. Тѣмъ не ме-
нѣе, хотя англійскіе суды не могутъ объявить
тотъ или другой билль, ставшій закономъ вслѣд-
ствіе принятія его обѣими палатами и утвержде-
нія короной, недѣйствительнымъ, имъ открыта
широкая область воздѣйствія путемъ толкованія
и дополненія.
Если законъ что-либо не предусмотрѣлъ, или
оговорилъ неясно, или допустилъ противорѣчія,
сталкивающіеся въ дѣйствительной жизни инте-
ресы должны искать опредѣленіе права и его пре-
дѣловъ въ судѣ. Тѣмъ болѣе, если по какому-
нибудь предмету вообще нѣтъ изданнаго парла-
ментомъ закона, такъ называемаго статута; въ та-
комъ случаѣ правовое положеніе вопроса все-
— 28
цѣло зависитъ отъ того, какъ понимаютъ «общее
право» суды.
Позвольте привести два-три примѣра. Въ 1871 и
1875 годахъ были изданы парламентомъ обширные
законы, опредѣлявшіе право профессіональныхъ
союзовъ, такъ называемыхъ тредъ - юніоновъ.
Въ силу этихъ законовъ рабочіе организованныхъ
въ профессіональные союзы отраслей производства
получили возможность поддерживать другъ друга
въ переговорахъ и соглашеніяхъ съ предприни-
мателями и вліять на установленіе цѣнъ. Въ за-
конахъ этихъ осталось, однако, не совсѣмъ яс-
нымъ, кто отвѣчаетъ въ случаѣ, если во время
стачки или иного спора съ предпринимателями
будутъ совершены со стороны рабочихъ незакон-
ныя дѣйствія, отъ которыхъ пострадаетъ против-
ная сторона.
И вотъ, при столкновеніи одной желѣзнодорож-
ной компаніи съ профессіональнымъ союзомъ же-
лѣзнодорожныхъ служащихъ, компанія жаловалась
на ущербъ, понесенный ею вслѣдствіе незаконныхъ
дѣйствій агентовъ профессіональнаго союза. Воз-
никъ юридическій воросъ: можетъ ли компанія
искать убытки не только съ отдѣльныхъ лицъ,
руководившихъ стачкой, но съ профессіональнаго
союза, стоявшаго за ними. Апелляціонный судъ
рѣшилъ, что не можетъ, а Судебный Комитетъ
Палаты Лордовъ — высшее судилище въ Ан-
гліи—рѣшилъ, что союзъ отвѣчаетъ за своихъ
агентовъ. Нечего говорить, какое практическое
значеніе имѣло подобное рѣшеніе  вмѣсто нѣсколь-
кихъ мало обезпеченныхъ лицъ предприниматели
получили возможность привлекать къ отвѣтствен-
29
ности союзы, обладавшіе обширными средствами.
Вскорѣ послѣ этого парламентъ нашелъ нуж-
нымъ пересмотрѣть всо законодательство по этому
поводу.
Другіе два случая покажутъ, что юрисдикція
судовъ, какъ хранителей и истолкователей права,
проникаетъ иногда въ'самыя нѣдра законодатель-
ныхъ учрежденій. Въ 1856 году королева Викто-
рія по совѣту министровъ пожаловала одному
извѣстному юристу, Парку, титулъ лорда Уепсле-
деля, но, въ отличіе отъ обыкновенной практики,
не въ потомственное владѣніе, а пожизненно. Изъ
этого возникло дѣло, и Судебный Комитетъ Па-
латы Лордовъ рѣшилъ, что корона не имѣетъ
права своей властью вводить такія новшества;
новому лорду не было разрѣшено занять мѣсто
въ Верхней Палатѣ. Это рѣшеніе особенно инте-
ресно съ точки зрѣнія того, что происходитъ въ
настоящее время. Теперь всѣми чувствуется не-
лѣпость порядка, при которомъ члены Верхней
Палаты занимаютъ свои мѣста, какъ законодатели,
по наслѣдству. Придумываются разныя средства
для того, чтобы преобразовать Палату Лордовъ, и,
между прочимъ, видную роль во всѣхъ планахъ
реформы играетъ предложеніе назначать пожиз-
ненныхъ лордовъ изъ числа заслуженныхъ и
видныхъ дѣятелей. Если бы корона добилась
въ 1856 году принятія лорда Уенследеля въ
Верхнюю Палату, то вопросъ, о которомъ идетъ
рѣчь, въ настоящую минуту не возникалъ бы.
Но судебная власть не допустила 50 лѣтъ тому
назадъ, чтобы серьезное конституціонное измѣне-
ніе совершилось втихомолку путемъ пожалова-
— 30 —
нія титула короной. Реформа Верхней Палаты
должна пройти законодательнымъ путемъ, какъ
и подобаетъ крупной политической мѣрѣ.
А въ концѣ 80 годовъ вопросъ о допущеніи
членовъ въ Палату Общинъ неожиданно попалъ
на разсмотрѣніе судовъ. Въ теченіе нѣсколькихъ
столѣтій избранные въ Парламентъ члены обязаны
были принести присягу, въ которой, между про-
чимъ, заключались выраженія, равносильныя ис-
повѣдованію христіанства, въ томъ видѣ, какъ
его придерживается англиканская церковь. Ста
форма присяги имѣла главною цѣлью преградить
доступъ въ Парламентъ католикамъ, но косвенно
она устраняла также и разномыслящихъ проте-
стантовъ, евреевъ и лицъ, не принадлежащихъ къ
опредѣленному вѣроисповѣданію.
Мало-по-малу, однако, были проведены вѣроиспо-
вѣдныя оговорки, и евреямъ, напр., было разрѣшено
давать клятвенныя обѣщанія во имя Бога. Остава-
лись, однако, за чертой тѣ, кто считаетъ себя совер-
шенно невѣрующими. Одинъ изъ такихъ невѣру-
ющихъ, Брадло, рѣшилъ добиться отмѣны и этого
ограниченія и, когда его избрали депутатомъ отъ
Норгемптона, отказался принести требуемую при-
сягу, но, тѣмъ не менѣе, явился въ Палату съ
цѣлью принять участіе въ преніяхъ. Приставъ
Палаты, Госсетъ, вывелъ его. Тогда Брадло предъ-
явилъ къ нему искъ въ судѣ Королевской Скамьи.
Не входя въ подробности нѣсколькихъ тяжбъ, кото-
рыя велись по этому поводу, укажу лишь, что
судъ не счелъ возможнымъ примѣнить къ Брадло
старинные законы о богохульствѣ и не высказался
за его исключеніе, но призналъ, что въ случаѣ
— 31 —
подачи голоса въ Палатѣ онъ обязанъ уплатить
штрафъ. Въ концѣ-концовъ, формула присяги
парламентскимъ актомъ была замѣнена торже-
ственнымъ утвержденіемъ для тѣхъ, кои не счи-
тали возможнымъ произнести ее.
Любопытно, что по такому существенному
предмету, какъ вопросъ объ обнародованіи отче
товъ о преніяхъ въ Палатахъ, до сихъ поръ дер-
жится чрезвычайно неопредѣленный порядокъ,
представляющій своего рода среднее между тре-
бованіями судовъ и законодательныхъ Палатъ.
Дѣло въ томъ, что по отношенію къ преніямъ
въ парламентѣ сталкиваются два признанныхъ
юридическихъ принципа, съ одной стороны, ан-
глійское право чрезвычайно строго преслѣдуетъ
за всякую клевету и распространеніе оскорби-
тельныхъ слуховъ, съ другой: членамъ Палаты
парламентомъ обезпечена безнаказанность за про-
изнесенныя ими рѣчи, потому что только при
этомъ условіи они получаютъ возможность выска-
зывать смѣло н откровенно свои мнѣнія. Но какъ
быть, если депутатъ злоупотребилъ своей приви-
легіей и высказалъ въ рѣчи клевету, бросилъ
кому-либо недоказанное оскорбленіе?
Юридическія средства противъ такого злоупо-
требленія свободой слова не придуманы, хотя въ
странѣ съ высокой гражданственностью, какъ
Англія, опасность въ этомъ отношеніи не велика,
и случаи злоупотребленія очень рѣдки. Но дѣло
осложняется тѣмъ, что сказанное депутатами пе-
реходитъ затѣмъ въ отчеты о засѣданіи и обле-
таетъ весь міръ. И въ этомъ отношеніи были по-
пытки стѣснить распространеніе недоказанныхъ
— 32 —
обвиненій и оскорбленій. Такъ, нѣкій Стокдель, о
дѣятельности котораго дурно отзывались депута-
ты въ засѣданіи Нижней Палаты, привлекъ къ
судебной отвѣтственности фирму издателей пар-
ламентскихъ отчетовъ Ганзардовъ. Послѣдніе со-
слались, конечно, на то, что они воспроизвели
говорившееся депутатами. Одинъ изъ знамени-
тѣйшихъ англійскихъ судей, лордъ Дены онъ, и
его коллеги нашли, однако, что нельзя отговари-
ваться приказомъ Палаты Общинъ, и присудили
Стокделю 600 ф. въ вознагражденіе за убытки;
эта сумма была взыскана съ Ганзардовъ шерифами
графства Мидльсексъ. Тогда разгнѣванная Палата
Общинъ распорядилась послать въ тюрьму шери-
фовъ, Стокделя и его повѣреннаго. Судъ не имѣлъ
возможности освободить этихъ лицъ, но Палата
принуждена была вскорѣ отказаться отъ проявле-
нія своей исключительной власти. Впослѣдствіи,
въ одномъ дѣлѣ противъ издателя Таймса было
рѣшено судомъ, что добросовѣстная передача
заявленій члена одной изъ Палатъ не подвергаетъ
представителя печати отвѣтственности за сказан-
ное членомъ Парламента.
Особенно важенъ, прямо незамѣнимъ, бдительный
и авторитетный контроль судовъ для обезпеченія
гражданской свободы. Существеннымъ въ данномъ
случаѣ является положеніе, что ни одно должно-
стное лицо не имѣетъ возможности отговариваться
приказаніемъ свыше въ случаѣ совершенія какихъ-
либо незаконныхъ дѣйсівій: какъ мы видѣли,
Брадло предъявилъ искъ противъ пристава Па-
латы Общинъ, хотя послѣдній лишь исполнялъ по-
рученіе, данное ему спикеромъ, его начальникомъ.
— 33 —
'Гакъ какъ администрація не опирается на
исключительное служебное положеніе, то иски
по общему праву могутъ быть вчинены и на ка-
ждомъ шагу вчиняются противъ любого изъ ея
членовъ. Агитація въ пользу, дарованія избира-
тельныхъ правъ женщинамъ дала поводъ, какъ
извѣстно, къ цѣлому ряду такихъ исковъ, иногда
мало обоснованныхъ, а иной разъ очень серьез-
ныхъ. Одна суфражистка, напр., приговоренная
къ тюремному заключенію, отказалась принимать
пищу и была подвергнута искусственному кормле-
нію. По выходѣ изъ тюрьмы она предъявила
искъ къ министру внутреннихъ дѣлъ за истяза-
ніе, и процессъ разбирался со всею вниматель-
ностью и дѣловитостью судебной обстановки.
Знаменитое право ІіаЬеаз согриз, въ которомъ ан-
глійскій гражданинъ видитъ лучшее обезпеченіе
своей личной свободы отъ произвольнаго задер-
жанія, состоитъ, какъ извѣстно, въ томъ, что
всякій арестованный можетъ требовать немедлен-
ной провѣрки основанія ареста судомъ: безъ
утвержденія судомъ тюремныя власти не имѣютъ
права никого держать въ заключеніи. Эта поста-
новка дѣла, которая ставитъ вопросъ о содержа-
ніи подъ стражей подъ контроль не администра-
ціи, а судебной власти, можетъ служить хоро-
шимъ примѣромъ того историческаго процесса,
которымъ вырабатывается англійское право во-
обще и государственное устройство въ частности.
Уже въ Великой Хартіи Вольностей 1215 г. была
занесена статья, запрещавшая хватать и держать
въ заключеніи свободнаго человѣка, иначе какъ
по закону страны и вслѣдствіе суда его равныхъ.
— 34 —
Но это общее правило не было обставлено доста-
точными техническими условіями, и при Эдуар-
дѣ I, напр., 15 статья Уэсминстерскаго Статута
1275 г. лишала права требовать освобожденія
па поруки тѣх’Ь, кто арестованъ по обвиненіе»
въ государственной измѣнѣ и по приказанію
короля. Съ теченіемъ времени судъ, однако, все
настойчивѣе добивается судебной провѣрки об-
виненія. Для этой цѣли требуются предъявле-
ніе личности, тѣла обвиняемаго (ІіаЬеаа согриь),
сь объясненіемъ причинъ ареста (сипі сапза). Въ
царствованіе королевы Елизаветы по дѣлу Ан-
дерсона (1592) уже устанавливается общее пра-
вило, что всякій арестъ долженъ сопровождаться
указаніемъ причинъ, и что для провѣрки этихъ
причинъ служитъ вызовъ арестованнаго въ судъ.
Во время борьбы Стюартовъ съ парламентомъ
были частые случаи произвольныхъ арестовъ, а
Карлъ I, въ особенности, одинъ разъ распорядился
арестовать 5 дворянъ, отказавшихся платить про-
извольный поборъ, а другой разъ—6 членовъ Ниж-
ней Палаты. Въ петиціи о правахъ 1629 свобода
произвольнаго ареста была оговорена какъ одно
изъ коренныхъ правъ англичанина, въ 1672 при
Карлѣ II былъ изданъ знаменитый законъ, опре-
дѣлявшій подробности процедуры при требованіи
ІіаЬеаа согриа для освобожденія отъ такого ареста.
Я могъ бы посвятить этому вопросу еще много
часовъ, и задача моя все еще не была бы исчер-
пана. Однако и сказаннаго, быть-можетъ, доста-
точно, чтобы выставить въ сильномъ свѣтѣ корен-
ное положеніе англо-американской общественной
жизни—господство права. Какъ во всякомъ чело-
— 35 —
вѣческомъ дѣлѣ, возможны въ данномъ случаѣ
злоупотребленія и преувеличенія, но дѣло не въ
этихъ погрѣшностяхъ, а въ основномъ началѣ, изъ-
за котораго велась такая упорная борьба. Англичане
и американцы отлично знаютъ, что не всѣ могутъ
въ одинаковой степени участвовать въ политиче-
ской жизни государства. Одни по обстоятельствамъ
призваны направлять и управлять, другіе заняты
преимущественно своими частными дѣлами и лишь
косвенно, изрѣдка оказываютъ вліяніе на ходъ го-
сударственныхъ дѣлъ, какъ избиратели, какъ члены
мѣстныхъ союзовъ. По въ одномъ отношеніи всѣ
равны: всѣ одинаково подчинены закопу и всѣ имѣ-
ютъ право требовать, чтобы законъ былъ одинаковъ,
справедливъ и не нарушимъ для нихъ. Мало поза-
ботиться, чтобы закопы хорошо составлялись, надо,
главное, обезпечить ихъ исполненіе, и въ этомъ
случаѣ больше всего можетъ дѣлать судъ правый,
твердый и нелицепріятный.
Англичане и американцы проникнуты гордымъ
сознаніемъ, что они достигли такого права и
такого суда. Въ древнемъ мірѣ человѣкъ съ осо-
бенной гордостью говорилъ: -Я римскій гражда-
нинъ», въ настоящее время считаютъ себя счаст-
ливыми тѣ, кто можетъ сказать: «Я британскій
гражданинъ, я гражданинъ Соединенныхъ Шта-
товъ». Въ этихъ словахъ сказывается и чувство
личнаго достоинства, и чувство долга, и благо-
дарность родинѣ, которой люди обязаны своимъ
гражданскимъ положеніемъ.
Дай Богъ и Россіи дожить до того, чтобы мЫ
сь равной гордостью могли сказать: «Мы рус-
скіе граждане!»