Альбомъ картинъ
ПО
. '   - -
ГЕОГРАФІИ РАСТЕНІЙ
Ій


Альбомъ картинъ
ПО
географіи растеній.
Съ описательнымъ текстомъ
д-ра М« Кронфельда.
Полный переводъ приватъ-доцента С.-Петербургскаго университета
А. Г. Генкеля.
Съ 216 рѣзанными на деревѣ и вытравленными на мѣди по фотографіямъ и по
чертежамъ рисунками Эрнеста Гѳйна, Карла Энике, Оскара Шульца,
Олофа Винклера и др.
С.-Петербургъ.
Книгоиздательское Товарищество „Просвѣщеніе*. Невскій 50.
1902.
Дозволено цензурою. С.-Петербургъ. 4 октября 1901.
Типографія Товарищества „Просвѣщеніе4*. Спб., 7 рота. соб. д. Л* 20.
Предисловіе.
ъ своемъ сочиненіи „Руководящіе принципы къ изученію фи-
зіоиомики растеній" (Шеей хи еіпег Рііувіопотік (Іег Оехѵіісііве)
Александръ ф. Гумбольдтъ высказалъ слѣдующую мысль:
„Разнообразно вытканъ коверъ, которымъ богатая цвѣтами
флора одѣваетъ голую землю — онъ гуще тамъ, гдѣ солнце
поднимается высоко на безоблачномъ небѣ, онъ становится рѣже по
мѣрѣ приближенія къ полюсамъ, гдѣ нежданный морозъ то убиваетъ
едва распустившуюся почку, то губитъ только-что вызрѣвшій плодъ".
Съ того времени, какъ были произнесены эти слова, географія растеній
развилась и расширилась въ такомъ масштабѣ, который врядъ ли можно
было предвидѣть. Вмѣстѣ съ тѣмъ географія растеній обогатилась изслѣ-
дованіями преимущественно нѣмецкой мысли, какъ-будто эта отрасль бо-
таники особенно манила къ себѣ нѣмецкаго ученаго, отдающагося наукѣ
не только умомъ, по также душою и сердцемъ. А. Гризебахъ въ объ-
емистомъ трудѣ своемъ „Растительность земного шара (1872)" опредѣ-
лилъ, по ихъ естественнымъ границамъ, области различныхъ флоръ и
далъ имъ соотвѣтствующее описаніе. Вслѣдъ за нимъ А. Зиглеръ по-
пытайся объяснить настоящее на основаніи прошлаго („Попытка объяс-
нить исторію развитія растительнаго міра, въ особенности же флористи-
ческихъ областей, со временъ третичной формаціи — Ѵепшсіі еіпег Епі-
кіскІип^я^енсЬісЫе (Іег РЙапгепм’еІІ, іп.чЪечопсіеге <1ег РІогеп^еЪіеіе, яеіі
сіег Тегііагхеіі, 1. Ваші 1879; 2. Ваий 1882 г.). Въ этомъ сочиненіи авторъ
обнаруживаетъ громадный запасъ знаній съ одной и чрезвычайную
пытливость ума съ другой стороны. Дальнѣйшимъ прогрессомъ въ по-
пыткѣ создать исторію развитія флористическихъ областей и ихъ есте-
ственное разграниченіе является система Друде (1884).
Выводы, къ которымъ пришелъ Друде въ своемъ „Руководствѣ п<
географіи растеній" („НапдЪисЬ Гиг РПапяеп&ео^гарЬіе" — 8(иіі#аН
1890 г.) главнымъ образомъ и легли въ основу этого краткаго обзора
географическаго распространенія растеній, который предлагается нами
въ видѣ объяснительнаго текста къ атласу картинъ. Чтобы возможно
4
Предисловіе
болѣе упростить расположеніе матеріала. Мексика и въ тропической части
своей была отнесена нами къ сѣверной Америкѣ, а Новая Зеландія
отошла къ антарктическому архипелагу. Считаясь съ обширнымъ кру-
гомъ читателей, которымъ посвященъ прилагаемый атласъ картинъ, мы
старались по возможности уклоняться отъ теоретическихъ разсужденій,
а напротивъ, гдѣ только позволяли намъ это тѣсныя рамки пашей
книги, выдвигали вопросы, имѣющіе отношеніе къ земледѣлію, исторіи
культуры и біологіи; можетъ-быть, при этомъ та или другая частность
заинтересуетъ и ботаника-спеціалиста: вѣдь въ настоящее время гео-
графія растеній безъ біологіи немыслима. Не напрасно Шимперъ въ
послѣднемъ своемъ сочиненіи приводитъ обѣ эти дисциплины въ тѣс-
ную зависимость. Даже анатомическія особенности, развившіяся подъ
вліяніемъ біологическаго приспособленія, могутъ быть съ пользою усвоены
и малосвѣдущимъ въ ботаникѣ читателемъ. А такъ какъ, въ концѣ
концовъ, одни лишь живыя растенія опредѣляютъ’ характеръ пейзажа,
то для географіи растеній свѣдѣнія о жизненныхъ особенностяхъ ихъ,
именно біологія, имѣетъ огромное значеніе. Вѣдь оказываютъ же біо-
логическіе факторы на распространеніе растеній столь сильное вліяніе,
что пришлось признать напримѣръ полную зависимость появленія цѣ-
лаго рода Асопііит (борца) отъ присутствія въ данной мѣстности шме-
лей (ВогоЬиз), которые охотно посѣщаютъ цвѣты вышеупомянутаго
растенія. Такъ пожелаемъ же. чтобы ботаника, которая благодаря господ-
ствовавшему одно время педантизму и сухости изложенія многимъ стала
казаться скучною, вновь сдѣлалась „любезною наукою (Всіепііа атпаЪШз)".
Въ своей превосходной „Жизни растеній" Кернеръ показалъ намъ, что
растеніе есть живое существо. Кто послѣ него берется писать для уча-
щихъ и учащихся всѣхъ возрастовъ и сословій ботаническую книгу,
тотъ не можетъ пренебречь поэтому и „Біологіей растенія".
Большинство иллюстрацій этой книги заимствованы изъ 2-го изданія
этого вышеназваннаго сочиненія Проф. Д-ра Кернера ф.-Марилауна:
„Жизнь растеній".
Вѣна.
М. Кронфелъдъ.
Предисловіе переводчика.
«ІЙІЙ? ОЛУЧИВЪ отъ »Т-ва Просвѣщеніе" предложеніе перевести на
русскій языкъ предлагаемый трудъ г. Кронфельдта, я тѣмъ
охотнѣе откликнулся на это приглашеніе, что давно уже от-
мѣтилъ „Атласъ картинъ по географіи растеній", какъ книгу,
въ высшей степени полезную не только спеціалисту, но, пожа-
луй, болѣе еще, всякому преподавателю географіи и естественной исторіи,
да и вообще каждому образованному человѣку...
Растенія вѣдь болѣе всего вліяютъ на характеръ той или другой
страны, и потому для болѣе или менѣе толковаго представленія о ней
необходимо имѣть прежде всего представленіе о „растительномъ коврѣ"
данной мѣстности. Чтеніе разныхъ путешествій, столь излюбленное па-
шей молодежью, даетъ дѣйствительно кой-какія знанія, но въ лучшемъ
случаѣ неполныя, а въ худшемъ и, къ сожалѣнію, болѣе частомъ слу-
чаѣ, совершенно превратныя. Даже серьезныя описанія путешествій до
сравнительно недавняго времени, за исключеніемъ, можетъ-быть, гум-
больдтовскаго „Космоса", далеко не лишены были элементовъ охотни-
чьихъ разсказовъ, гдѣ правда, переплетаясь съ вымысломъ, даетъ под-
часъ красивое, но далеко не всегда правильное представленіе о дѣйстви-
тельности.
Географія растеній, какъ точная наука, существуетъ всего лишь
какихъ-нибудь 30 лѣтъ! И вотъ тѣмъ отраднѣе видѣть, что трудолюби-
вый спеціалистъ, стоящій во всѣхъ отношеніяхъ на высотѣ пауки, не
полѣнился дать сжатый, но во всѣхъ деталяхъ вѣрный очеркъ распредѣ-
ленія растительности земного шара, воспользовавшись для оживленія
этой повидимому сухой темы живописными разсказами очевидцевъ, за-
служивающихъ довѣрія. Разсказы эти онъ расположилъ по системѣ,
являющейся послѣднимъ словомъ этой далеко незаконченной пауки, и
иллюстрировалъ ихъ богатымъ запасомъ картинъ, дающихъ въ связи съ
увлекательнымъ разсказомъ живое представленіе объ описываемой области.
Въ такомъ видѣ альбомъ этотъ можетъ сдѣлаться настольной спра-
вочной книгой для каждаго учителя міровѣдѣнія, предмета, который все
6	Предисловіе переводчика.
болѣе и болѣе распространяется и, постепенно вытѣсняя изъ нашихъ учеб-
ныхъ заведеній мертвые языки, вѣроятно вскорѣ сдѣлается гвоздемъ на-
шего преподаванія.
Наконецъ, всякому образованному человѣку, пожелавшему „лучше
поздно, чѣмъ никогда", восполнить пробѣлы въ своемъ знакомствѣ
съ природою, всякому родителю, воспитателю, старому и молодому, опа
дастъ большой запасъ свѣдѣній, изложенныхъ въ живой, популярной
формѣ.
Конечно для того, чтобы этотъ альбомъ могъ получить у насъ въ
Россіи заслуживаемое имъ распространеніе, онъ долженъ былъ пред-
стать передъ русскимъ читателемъ въ достойной его формѣ. Что ка
сается внѣшности, то въ изданіи „Т-ва Просвѣщенія" таковая за нимъ
обезпечена. Однако еще важнѣе и внутреннее содержаніе — достоинство
перевода. Не имѣя возможности оцѣнивать свой собственный трудъ, пе-
реводчикъ проситъ читателя принять въ соображеніе значительныя труд-
ности, представлявшіяся ему своеобразнымъ слогомъ оригинала, а также
постоянно мѣняющимся характеромъ изложенія, составленнаго какъ мо-
заика изъ болѣе или менѣе длинныхъ цитатъ различныхъ авторовъ, пи-
савшихъ самымъ разнообразнымъ языкомъ.
С.-Петербургъ.
А. Генкелъ.
Примѣчаніе къ стр. 19 и 20. Позволяемъ себѣ замѣнить старое названіе сѣвер-
наго мака Рараѵег інкіісаиіо болѣе современнымъ — Р. гадісаіит.
Содержаніе текста.
Стр.
Стр.
I.	Флора материковъ и острововъ . . 15
1.	Арктическіе острова и берега Ле-
довитаго океана................. 15
2.	Сѣверная и средняя Европа . . 21
3.	Понтійскія степи и Кавказъ . . 30
4.	Атлантическая, средиземномор-
ская и восточная флоры ...	34
5.	Центральная Азія..........43
6.	Сибирь и Камчатка.........45
7.	Страны восточной Азіи ....	46
8.	Британскія владѣнія въ Сѣверной
Америкѣ, Соединенные Штаты
и Мексика........................48
9.	Сахара и Аравія..............56
10.	Тропическая Африка ...	.58
11.	Южная Африка..................64
12.	Восточно-африканскіе острова 67
13.	Индія и Зондскіе острова ... 69
14.	Острова Тихаго океана, Новая Зе-
ландія и антарктическіе острова 77
15.	Австралія.....................85
16.	Центральная Америка и Антиль-
скіе острова......................91
17.	Тропическая часть Южной Аме-
рики .............................95
18	Вершины Андъ и южная часть
Южной Америки....................106
II.	Флора океановъ.................113
Списокъ рисунковъ
Арктическіе острова и берега
Ледовитаго океана.
Лишайниковая тундра сѣверной Си-
бири ..............................121
Флора фьорда па югозападпомъ бе-
регу Гренландіи....................121
Горная растительность восточной Грен-
ландіи ............................122
Полярная ива (8а1іх роіагіз) съ от-
крывшимися плодовыми коробочка-
ми, изъ которыхъ высовываются во-
лосатыя сѣмена . .	.... 122
Роіудопиш ѵіѵірагит................122
Поперечный разрѣзъ черезъ сверну-
тый листъ Боізеіеигіа ргоситЪепз . 122
Сѣверная и средняя Европа.
Сосна (Ріпиз зііѵезігіз)...........123
Кедръ. (Ріпиз сетЪга)..............124
Дубъ (Оиегсиз гоЪиг)...............125
Букъ (Ра^из зііѵаііса).............126
Липа (Тіііа еигораеа)..............127
Верескъ (Саііипа ѵиі&агіз) въ Люне-
бургской степи ....	... 128
Омела (Ѵізсит аІЪпт)...............128
Грушапка одноцвѣтная (Рігоіа ипі-
Пога)..............................129
Петровъ-крестъ (Ьаііігаеа Здиатагіа)
съ присосками па корняхъ тополя 129
Плющъ (Небега Неііх), прикрѣпив-
шійся лазящими корнями къ стволу
дуба...............................130
Ель (Рісеа ехсеіза)................131
Пихта (АЪіез ресНпаіа).............132
Береза (Веініа аІЬа)...............133
Лиственница (Ьагіх бесісіиа) .... 134
Сосновый стланецъ (Ріпиз Ъитіііз) на
вершинахъ Тироля...................135
Стр.
Эдельвейсъ(6гпарЬа1іит Беопіоробішп) 136
Альпійскія ивы въ Тиролѣ .... 136
Механизмъ складыванія листьевъ зла-
ковыхъ: 1 Поперечный разрѣзъ ли-
стаовсяницы(РезіисааІрези’із). 2 По-
перечный разрѣзъ черезъ развер-
нутый листъ того же растенія. 3 По-
перечный разрѣзъ черезъ замкну-
тый листъ того же растенія . . . 137
Оморійская ель (Рісеа отогіса) ... 137
Арктическо-альпійскія растенія, обра-
зующія отводки. 1 8ахіГга$а піѵаііз
съ листоносными зелеными побѣгами
вмѣсто цвѣтовъ. 2 Два такихъ по-
бѣга: они имѣютъ видъ розетокъ,
одна изъ которыхъ уже отдѣлилась
отъ стебля. 3 8ахИга#а сегпиа. 4 Бо-
ковая вѣточка этой каменоломки.
5, 6, 7. Послѣдовательныя стадіи
развитія побѣговъ, образовавшихся
на боковыхъ вѣточкахъ вмѣсто цвѣ-
товъ. 8 Роа аіріпа съ побѣгами
вмѣсто цвѣтовъ. 9 Вѣточка изъ ме-
телки этого растенія. 16 Стебель,
покрытый листьями; между чешуй-
ками вмѣсто плода показывается от-
водокъ ...........................138
Пушица (Егіорѣогит ЗсѣеисЬгегі) па
озерѣ Трауль......................138
Насѣкомоядныя растенія: I Альдровап-
дія (АШгоѵапбіа ѵезісиіоза). 2—5 Же-
лезистые волоски росянки (Бгозега
гоіипсШоІіа): Железка на концѣ во-
лоска. 3 Всѣ волоски листа накло-
нились къ его серединѣ. 4 Надъ
пойманнымъ насѣкомымъ склони-
лась лишь половина волосковъ. 5 Всѣ
волоски листа вытянулись . . . . 139
Списокъ РИСУНКОВЪ.
9
Стр.
Чистотѣлъ (СЬеІібопіит таріз), расту-
щій па муравьиной дорогѣ . . . 139
Понтійскія степи и Кавказъ.
Запирающій механизмъ ковыля: 1 По-
перечный разрѣзъ черезъ кусокъ
открытаго листа Зііра саріІІаСа. 2 По-
перечный разрѣзъ цѣлаго ли ста. 3 По-
перечный разрѣзъ черезъ закрытый
листъ того же растенія............140
Ковыль (Зііра реппаіа) и журавель-
никъ (Егодіит Сісиіагіпт), зары-
вающіе въ землю свои плоды. 1, 2
Плоды ковыля; 3, 4 плоды жура-
вельника .........................140
Цвѣточныя корзинки Зеггаіпіа Іусо-
ріГоііа, защищающіяся отъ нападенія
прожорливаго жука (ОхуНіугеа Ги-
пезіа) при посредствѣ муравья (Рог-
тіса ехзесіа).....................141
Хрѣнъ (СосЫеагіа Агтогасіа) . . . 141
ЗахіГга^а зіеііагіз съ наземными от-
водками-плетьми ..................141
Атлантическая флора, средизем-
номорская область и Востокъ.
Мужскіе цвѣты валлисперіи (ѴаПізпс-
гіа зрігаііз), приближающіеся къ
женскимъ.........................142
Соцвѣтіе грецкаго орѣха (Ли^іапз ге-
§іа) ............................142
Валлиснерія (Ѵаііізпегіа зрігаііз); на-
верху свободно плаваютъ мужскіе
цвѣты ...........................143
Оливковая роща (Оіеа еигораеа) на
берегу озера Гарда...............144
Нопаловая прутьевидная заросль Ка-
нарскихъ молочаевъ (ЕирЬогЪіа Са-
пагіепзіз), па сѣверномъ побережьѣ
Тенерифа .......................145
Росолистъ (Вгозорѣуііпш Іизііапісит) 145
Пальметка. Орнаментъ-гранатъ . . . 146
Слоистый лѣсъ каменнаго дуба (Оиег-
епз Пех) въ Южной Далмаціи' . . 146
Драконовъ корень (Агит Огасппспіиз).
1 Не вполнѣ раскрывшійся цвѣтокъ
сбоку; 2 орнаментъ, изображающій
это растеніе....................1^7
Цвѣтокъ нарцисса (Магсіззпз роёііепз) 147
Драконовое дерево (Огасаепа (ігасо)
па Тенерифѣ.......................147
Стр.
Сгосиз шиІііПбиз, защищающій свою
пыльцу............................148
АсапПіиз зріпозіззітиз ...	. . 148
Критскій подорожникъ (РІапЬа^о Сге-
ііса).............................149
Заросль прутьевиднаго бобровника
(ЗрагНит ,]ипсеит) на скалистомъ
островѣ близъ Истріи ...............149
Поперечный разрѣзъ ствола Зрагііит
]ипсеит...........................149
Орнаментъ-акантъ....................150
Мандрагора (Мапдга^ога оЯІсіпаІіз) . 150
Рожковое дерево или каруби (Сегаіо-
піа зііідиа)......................150
Асфодель (АзрЬойеІиз гатозиз) близъ
Пэстума въ Южной Италіи ... 150
Сассапариль твердый (бшііах азрега)
съ усиками-прилистниками ... 151
Плосковѣтковыя растенія: 1 Молодой
побѣгъ Визсиз Нуро^іоззит. 2 Тотъ
же побѣгъ во взросломъ состояніи
съ цвѣтами на сплющенныхъ вѣт-
вяхъ. 3 Молодой побѣгъ Визсиз аси-
Іеаіиз..........................  151
Паразитный гипоцистъ (Суііппз Ну-
росізіпз) и мальтезіапскій грибъ
(Супошогіит соссіпеит) .... 152
Растительность сирійской пустыни . 153
Ливанскіе кедры (Сесігиз ЬіЬапі) . . 153
Колючій дернъ (Асапііюіітоп) и ост-
рый трагантъ (Азіга^аіиз) на степ-
номъ плоскогорьѣ близъ Персепо-
лиса въ Персіи....................154
Центральная Азія.
Кустарники саксаула (Наіохуіоп ат-
тойепдгоп) въ джунгарской степи . 155
Растительность пустыни Кизилъ-Кумъ 155
Сибирь и Камчатка.
Граница лѣсовъ въ сѣверной Сибири 156
Гигантскія зонтичныя (Негасіепт и
Ап^еііса) на Камчаткѣ . .	. . 156
Восточно-азіатскія страны.
Китайская конопля, рами (Воеѣтегіа
іепасіззіта)........................157
Гельвингія (Не1\ѵіп§іа гизсіГоІіа) съ
цвѣтами па пластинкахъ листьевъ 157
Бумажная шелковица (Вгоиззопеііа
раругіГега).........................157
10
Описокъ РИСУНКОВЪ.
Стр.
Камфарное дерево (Сатркога оГГісі-
паііз)...........................157
Жень-шень (Рапах Сгіпзеп#) .... 158
Уголокъ императорскаго парка въ
Токіо............................158
Сосновый лѣсъ у озера Гакопе въ
Японіи...........................159
Хвойный лѣсъ въ ІОннанѣ .... 159
Британскія владѣнія Сѣверной
Аиерики, Соединенные Штаты и
Мексика.
Согпиз йогіЛа......................160
Продольный разрѣзъ цвѣтка ночной
свѣчи (Оепоіііега Ъіеппіз) .... 160
Ночная свѣча (Оепоіііега Ъіеппіз) . . 160
Кактусъ (Машіііагіа рІасозН^та), съ
отпрысками-отводками, которые рас-
пространяются при посредствѣ жи-
вотныхъ ..........................160
Кустарниковая заросль дуба скрёбъ
(Циегсиз ипёиіаіа) въ „саду бо-
говъ" — Вазачскія горы .... 161
Хвойный лѣсъ на скалистыхъ горахъ
(Коску Моипіаіпз).................161
Цвѣтущія раннимъ лѣтомъ растенія
западной преріи...................162
Береговой лѣсъ Стикина.............162
Сѣверо-американская прерія (Южная
Дакота) съ таборомъ переселенцевъ. 163
Аппараты для ловли насѣкомыхъ у
альдровандіи (Аібгоѵапёіа ѵезіси-
Іоза) и Венериной мухоловки (Біо-
паеа иіизсірніа): 1 Раскрытый листъ
мухоловки. 2 Разрѣзъ черезъ сло-
женный листъ. 3 Одна изъ чувстви-
тельныхъ ворсинокъ на поверхности
листа. 4 Раскрытый листъ альдро-
вандіи. 5 Разрѣзъ черезъ сложен-
ный листъ. 6 Железки на листовой
пластинкѣ альдровандіи. 7 Железки
на стѣнкѣ свернутаго въ трубку
листа сарраценіи..................164
Растенія-компасы: 1 Бііріііиш Іасіпіа-
іит съ востока. 2 То же самое ра-
стеніе съ юга. 3 Ьасіиса Всагіоіа съ
востока. 4 Оно же съ юга .... 164
Цвѣтокъ Сотшеіупа соеіезііз: 1 на
первой, 2 второй и 3 третьей ста-
діи развитія......................165
Тюльпанное дерево (Ьігіоёепёгоп іи-
Стр.
ІіріГега) какъ примѣръ сѣверо-аме-
рпканскаго дерева съ опадающими
листьями. 1 Вѣтка, на верхушкѣ
которой только-что начинаютъ рас-
крываться листья. 2 Кончикъ этой
вѣтви, раскрываніе продолжается.
3 Передніе чашевидные прилистни-
ки верхней почки удалены искус-
ственно. 4 Одинъ изъ прилистниковъ
опадаетъ.........................165
Мамонтовыя деревья (Ведиоіа §і§ап-
іеа) въ долинѣ Іоземитѣ . . . . 166
СоЪаеа зсапйепз: 1 Цвѣты снаружи,
2—4 продольные разрѣзы отдѣль-
ныхъ цвѣтовъ.......................166
Венерина мухоловка (Оіопаеа шизсі-
риіа) на Лонгъ-Айландѣ .... 167
Ваггасепіа ригригеа во Флоридѣ . . 167
Кактусы: 1 цвѣтокъ, 2 плодъ Сегеиз
^і^апіепз, 3 Машіііагіа ресііпаіа,
4 Сегеиз (іазуасапЫіиз, 5 Есѣіпо-
сасіиз Ъогігопіаііз..............168
Уисса §1огіоза на мексиканскомъ пло-
скогорьѣ ..........................168
Ксерофитная растительность (сухолю-
бы) на мексиканскомъ плоскогорьѣ 169
Жимолость-удавъ (Ьопісега сіііоза),
обвивающаяся вокругъ дуба . . . 170
Садъ при замкѣ Хапультѳпекъ въ
Мексикѣ............................170
Сборъ хлопчатника (Соззуріиш) въ
Южной Каролинѣ...................171
Агава (А^аѵе атегісапа) на мекси-
канскомъ плоскогорьѣ...............171
АесЬтеа рапіепіаіа въ Мексикѣ . . 172
Береговая растительность Флориды . 173
Лѣсъ па Аллеганскихъ горахъ . . . 173
Мексиканскіе аройники съ воздуш-
ными корнями (РІііІоЛепсІгоп регіи-
зиш и РЫІосІепсІгоп ІшЬе) . . . . 174
Сахара и Аравія.
Растительность оазиса въ Сахарѣ. . 175
Растительность близъ песчаной дюны
въ Сахарѣ........................175
Іерихонская роза(АпазІаііса Ніегосііоп-
Нса). 1 Въ сложенномъ видѣ. 2 Раз-
вернувшееся растеніе. 3 Струче-
чекъ. 4 Сѣмя.....................176
Лишайникъ-манна (Ьесапога езсиіепіа)
въ пустынѣ.........................176
Финиковая пальма (РІгоепіхдасіуІіГега) 176
Списокъ РИСУНКОВЪ.
11
Стр
Тропическая Африка.
Саванны въ экваторіальной Африкѣ 177
Восточно-африканская степь .... 177
Баобабъ (Агіапзопіа йі^ііаіа) и дре-
вовидные молочаи въ Восточной
Африкѣ......................... 178
Нубійскій дѣвственный лѣсъ . . . 178
Древовидный верескъ (Егіса агЪогеа)
и полукустарники Бепесіо Лоітзіопі
близъ высшей границы лѣсовъ на
горѣ Килиманджаро...............179
Лотосъ (МеІитЪо писіГега).........179
Береговая растительность верхняго
Нила..............................180
Западно-африканск. галлерейный лѣсъ 181
Папирусъ (Сурегиз раругиз) па верх-
немъ Нилѣ.........................181
Восточно-африканское насажденіе ба-
нана (Миза).......................182
Дѣвственный лѣсъ въ области Ашан-
го, съ хижинами людей-карликовъ 182
Южная Африка.
ЛѴеНѵіізсЬіа тігаЪіІіз въ пустынѣ Ка-
лагари............................183
Растительность Карроо...............184
Кремневый панцырь КосЪеа Гаісаіа:
1 Поперечный разрѣзъ листовой
пластинки. 2 Видъ листа сверху; на-
право пузыревидно вздутая часть
нѣкоторыхъ клѣтокъ кожицы уда-
лена, вслѣдствіе чего стали види-
мы устьица и клѣтки кожицы . . 184
Цвѣты Рѣу^еііпз сарепзіз...........185
Образованіе отростковъ у Кіеіпіа аг-
іісиіаіа . ... .................185
Восточно-африканскіе острова.
Дерево путешественниковъ (Каѵепаіа
Маба^азсагіепзіз).................186
Рапдаппз иііііз съ корнями-ходулями 187
Поперечный разрѣзъ черезъ листъ
бамбука (ВагііЪнза).............. 188
Гамемъ (Бепдгозісуоз зосоігіпа) . . 188
Орхидныя (Ап^гаесиш ебигпеиш),
живущія эпифитно на стволѣ дерева 188
Индія и Зондскіе острова.
Баніанъ священный (Рісиз геіі&іоза)
въ Остъ-Индіи.......................188
Стр.
МеІнтЪо писіГега: 1 Цвѣтокъ, у кото-
раго удалены лепестки. 2 Продоль-
ный разрѣзъ черезъ такой цвѣтокъ
и черезъ три сѣмяпочки, погружен-
ныя въ цвѣтоложе.................189
Волнистыя рѳмневидныя ліаны (Ваи-
Іііпіа ап^иіпа) изъ индійскаго тро-
пическаго лѣса...................189
Резиновое дерево (Рісиз еіазііса) съ
корнями въ видѣ столбовъ и досокъ 190
Рісиз съ поясовидными лазящими кор-
нями ............................191
Горный лѣсъ на Восточныхъ Гима-
лаяхъ ...........................191
Лжепаразитъ КарЬіборЬога сіесигзіѵа
въ дѣвственномъ лѣсу тропическихъ
Гималаевъ........................192
Кокосовыя пальмы (Сосоз писіГега) и
мангровыя деревья (ВЫгорЬога) на
Цейлонѣ..........................193
Высокоствольный лѣсъ на Цейлонѣ 194
Древовидные папоротники на Цейлонѣ 195
Орхидныя, устьица которыхъ лежатъ
въ полостяхъ клубеньковъ: 1 Воі-
ЪорЬуІІит тіпиііззітит, 2 клубе-
некъ этого растенія сверху. 3 По-
перечный разрѣзъ черезъ такой клу-
бенекъ. 4 ВоІЪорйуІІит Осіоапіі.
5 Клубенекъ этого растенія. 6 Про-
дольный разрѣзъ черезъ такой клу-
бенекъ ............................196
Тѣнистая пальма (Согурііа итЬгасиІі-
Гега) па Цейлонѣ .	...	196
АпатігЬа Соссиіиз....................196
Рісиз Вепіатіпа съ поясообразными
ползучими корнями............... 197
Бамбукъ (ВатЪиза) на Явѣ .... 198
Тростниковая пальма-ротангъ (Саіа-
шиз) на Явѣ......................199
ВаГГІезіа Раіша, паразитирующая на
корняхъ, выступающихъ на поверх-
ность земли......................200
Паразитное растеніе изъ раффлезіе-
выхъ (Вги&тапзіа йіреіііі) па корнѣ
Сіззиз...........................200
Кувшинники-непенты (Мерііепіѳз (іѳз-
ііііаіогіа).................. 201
Сагуоіа ргоріпдиа...............202
Заросль саговниковъ	или	пикадовыхъ	203
Сборъ кофе (СоЛГеа агаЪіса)	на	Явѣ	.	204
Кофейная плантація (Сойеа агаЪіса)
на Цейлонѣ.......................204
12
Списокъ РИСУНКОВЪ.
Стр.
Чайная плантація (ТЬеа сѣіпепзіз) па
Цейлонѣ............................205
Рисовыя поля (Огуга заііѵа) на Явѣ 205
Тамариндъ (Татагіпсіиз Іпсііса) . . 206
Гуммигутовое дерево (Оагсіпіа Могеііа) 206
Лѣсъ изъ тековыхъ деревьевъ (Тес-
іопа &гап(1із)......................206
Острова Тихаго океана и Новая
Зеландія.
Соннераціи и крылокорникъ (Ваіапо-
ріегіз) па болотѣ па берегу У аланъ,
на Каролинскихъ островахъ . . . 207
Высокоствольный лѣсъ на полуостровѣ
Газели, въ Новой Помераніи . . . 207
Кокосовая (Сосоз писіГега) и саговая
(Меігохуіоп) пальмы.................208
Вѣтви новозеландской ежевики (Кп-
Ъпз здиаггозиз)....................209
Соплодіе перца-бетля (Рірег Веііе) . 209
Панданъ на Тонгатабу (острова Тонга) 209
Микронезійскій атоллъ съ кокосовыми
пальмами (Сосоз писіГега) .... 210
Хлѣбное дерево (Агіосагриз іпсіза) . 210
Культурныя растенія па Попапё (Ка-
ролинскіе острова).................211
Новозеландскій ленъ (РЬогтіит іепах) 211
Драконовыя деревья (Согёуііпе аизіга-
Ііз) въ Новой Зеландіи.............212
Лѣсъ изъ даммаровой сосны (Эат-
тага аизігаііз) па Новой Зеландіи 212
„Горшокъ съ цвѣтами"................213
Таро (Саіабіит езсиіспіит) . . . . 213
Новозеландская гаастія (НаазНа риі-
ѵіпагіз и Зіпкіаігіі)..............213
Австралія.
Цвѣтоносная вѣтвь Вапкзіа егісіГоІіа 214
Серііаіоіиз ІоШсиІагіз..............214
Смѣшанный лѣсъ у Сильвсръ-Фолльсъ
въ Гобартѣ (Тасманія) ...	.214
Скрёбъ изъ бригаловой акаціи (Аса-
сіа ЬагрорИуІІа)...................215
Пустыня, заросшая ЗріпИех .... 215
Ріаіусѳгіит аісісогпе...............216
Эйкалиптовый лѣсъ (Еисаіуріиз ашу§-
баііпа) въ восточномъ Квинслэндѣ 216
Растрескивающіеся сухіе плоды Вапк-
зіа зеггаіа съ сильно утолщеннымъ
околоплодникомъ....................217
1 Соплодіе Вапкзіа егісіГоІіа. 2 Пузы-
ревидный плодъ Хуіошеіиш рігіГогше 217
Окаймлепныя устьица новоголланд-
скихъ протейныхъ: 1 Поперечный
разрѣзъ листа Накеа йогіда. 2 Плос-
костной видъ того же листа. 3 По-
перечный разрѣзъ листа Ргоіеа теі-
Шега. 4 Плоскостной видъ того же
листа............................
Папоротниковый лѣсъ въ провинціи
Викторія.........................
Растительпость по рѣкѣ Уайтъ въ до- •
линѣ Молда (Викторія)............
Растительность по рѣкѣ Бриджватеръ
(въ Викторіи) съ Асасіа рспсіиіа .
Центральная Америка и Антиль-
скіе острова.
Заливъ на западномъ берегу Гаити
съ королевскою пальмою (Огеосіоха
ге^іа)...........................
Растительность острововъ Святыхъ
(Пез без Заіпіез)................
Воздушные корни вестъ-индскаго ор-
хиднаго (Опсібіиш), поселившагося
па корѣ древеснаго сука ....
Пальмовый стволъ, служащій опорою
для рѣшетчатаго стебля Ра^гаеа
оЪоѵаіа изъ семейст. Сіпзіасеае . .
1 Асапіозісуоз Ьоггісіа. 2 Муравей-
листорѣзъ АПа Нузігіх; 3 челюсть
этого муравья. 4 Сесгоріа сіпегеа,
вскрытая вдоль стебля между двумя
узлами, наверху защищающій ее
муравей Азіека іпзіаЫІіз на мѣстѣ
питанія. 5 Мюллеровскія тѣльца
между волосками питающихъ участ-
ковъ при основаніи черешковъ ли-
ста. 6 Отдѣльное изолированное Мюл-
леровское тѣльце. 7 Асасіа согпі-
§сга. 8 Прилистники, обратившіеся
въ полыя колючки — видъ спизу.
9 Разрѣзъ черезъ такую колючку.
10 Защищающій муравей Рзеисіо-
щугша Веіѣі....................
Тропическая часть Южной Аме-
рики.
Мимоза „не тронь меня“ (Мітоза ри-
біса)............................
Лѣсъ изъ восковыхъ пальміэ (Сего-
хуіоп апёісоіа) въ горномъ проходѣ
Квлндію, въ Колумбіи.............
Паразитные булавоносцы: 1 Ьап^зсІогГ-
Стр.
217
218
219
219
220
220
221
221
222
223
223
Списокъ РИСУНКОВЪ.
13
Стр.
Па Куро^аеа изъ тропической Аме-
рики. 2 Ваіапоріюга НіМеЪгапсШі
изъ Коморскихъ острововъ. 3 8су-
Ъаііит Гпп&іГогтс изъ Бразиліи 224
Тропическій пейзажъ изъ Амбалемы 225
Кирказонъ Агізіоіосіна гіп^епз . . . 225
Цвѣтоносная вѣтвь Меіазіота . . . 226
Ѵісіогіа гс^іа па берегу Ориноко . . 226
Растительность у озера Валенціи въ
Вепецуэлѣ..........................227
Льяпосъ дезъ-Апуре въ Венецуэлѣ.
Маврикіевы пальмы..................227
Шерстяныя деревья (ВотЪасеае) изъ
Каатингаса въ Бразиліи .... 228
Бразильская прирѣчная раститель-
ность въ Каатцнгасѣ близъ Тіюка 228
Кампасы на плоскогорьѣ Мато-Гроссо 229
Ві^попіа аг&уго-ѵіоіасеа съ побережья
Ріо-Негро въ Бразиліи..............229
Цвѣтоносная вѣтвь хиннаго дерева
(Сіпсѣопа ойісіпаііз)..............230
1 Крылатое сѣмя Сіпсіюпа. 2 Продоль-
ный разрѣзъ этого сѣмени . . . 230
Плантаціи въ Парагваѣ................230
Рвотны й корень (Серііаёііз Іресасиап 1і а) 231
Стр.
Маніока (Лаігора Мапіііоі)..........231
Земляной орѣхъ (Агасіііз Ьуро&аеа).
1	Плодъ со зрѣлыми сѣменами.
2	Разрѣзъ черезъ зрѣлое сѣмя . . 231
Дѣвственный лѣсъ въ Кордильерахъ
Салта, въ сѣверо-западной части .
Аргентины........................232
Растительность Чако въ Парагваѣ . 233
Горная область Андъ и умѣрен-
ная часть Южной Америки.
Аргентинскіе пампасы...............233
Виды Езреіеііа въ окрестностяхъ Па-
рамо (Колумбія)....................234
Чилійскій лѣсъ араукарій (Агаисапа
ітЪгісаіа).........................234
Флора океана.
Заг^аззит паіапз съ плавательными
пузырями въ видѣ ягодъ .... 235
Бурая водоросль А^агшп Отеііпі . . 235
ТЬаІаззіорІіуІІит Сіаііігиз .... 235
Кремневые панцыри діатомовыхъ . . 236
Бурыя водоросли-ламинаріи въ Нѣ-
мецкомъ морѣ.......................236
I. Растительныя области материковъ
и острововъ.
1. Арктическіе острова и берега Ледовитаго океана.
Арктическая флора обнимаетъ самыя сѣверныя части Европы, Азіи и Аме-
рики, включая сюда также Исландію, Гренландію и архипелаги, расположенные
еще ближе къ полюсу. Южной границѣ этой области приблизительно соотвѣт-
ствуетъ полярный кругъ. Еще лучше можно характеризовать эту растительную
область такимъ образомъ: опа обнимаетъ сѣверныя береговыя страны обоихъ мате-
риковъ и острова, а также часть сосѣднихъ горъ, однимъ словомъ мѣстности, въ ко-
торыхъ средняя годовая температура менѣе 10°. Если мы опредѣлимъ эту область
именно этимъ послѣднимъ способомъ, то окажется, что она во многихъ мѣстахъ зна-
чительно уклоняется къ югу отъ полярнаго круга, между тѣмъ какъ съ другой сто-
роны въ Скандинавіи. Сибири и въ западной части Сѣверной Америки лѣсная об-
ласть вторгается въ территорію полярной флоры. Если только теорія Нансена ока-
жется справедливою, то предположеніе о существованіи около-полюснаго материка
или хотя бы архипелага приходится разъ навсегда оставить и мѣсто окончанія зем-
ной оси окажется въ морѣ, покрытомъ массивными льдинами. Значитъ никому не
удастся „срывать цвѣтовъ" на сѣверномъ полюсѣ. Въ остальныхъ же частяхъ
естественнымъ убѣжищемъ самыхъ сѣверныхъ растительныхъ формацій являются
съ одной стороны холмистыя равнины, съ другой высокія горы, покрытыя ледни-
ками; въ первомъ случаѣ приходится встрѣчаться съ тундрами (стр. 121), во
второмъ съ флорою фьордовъ (стр. 121), тѣснящейся на мореновомъ щебнѣ и
на скудныхъ оазисахъ назема.
Самымъ важнымъ условіемъ, опредѣляющимъ характеръ полярной флоры,
является температура. Только въ южной Гренландіи средняя годовая оказы-
вается равной четыремъ градусамъ, въ Исландіи всего 2; во всѣхъ остальныхъ
частяхъ она ниже 0. Однако, несмотря на это, даже въ самыхъ холодныхъ обла-
стяхъ, какова земля Гриннелля, со средней годовой температурой въ 16° ниже
нуля, растительность все-таки оказывается обильною и способна кормить цѣлыя
стада. Питлькайскій берегъ на сѣверномъ берегу Сибири, гдѣ въ 1878 -79 году
зимовала „Вега" съ экспедиціей Норденшельда, считается одной инаиболѣе хо-
лодныхъ мѣстностей земного шара. А между тѣмъ Нордсншельдъ нашелъ здѣсь
16
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
на песчаномъ холмѣ, обвѣваемомъ самыми свирѣпыми вѣтрами, былинку ложечной
травки (Сосіііеагіа Гѳпезігаіа), которая за зиму совершенно обледенѣла, и тѣмъ не
менѣе лѣтомъ 1879 года бодро продолжала свой ростъ. На маленькомъ островѣ
Мининѣ близъ сѣвернаго берега Сибири было собрано 15 видовъ явнобрачныхъ
растеній; между тѣмъ Чьоллманъ описываетъ этотъ островъ въ такихъ выраже-
ніяхъ: „страну, болѣе подверженную бурямъ Ледовитаго океана, туманамъ и морозу,
врядъ ли удастся еще гдѣ-нибудь найти". Спеціальные опыты доказали, что сѣмена
ракитника (Суіізиз ЬаЬигпиш) проросталп послѣ того, что въ продолженіе нѣсколь-
кихъ недѣль находились въ температурѣ —15°, и даже сѣмена тропическихъ расте-
ній переносили морозъ въ 40°, не утрачивая своей способности прорастать. Цвѣ-
тущій ландышъ, пріобрѣтаемый нами у садовниковъ во всякое время, какъ из-
вѣстно, выгоняется ими изъ корневищъ, которыя до поры до времени хранятся во
льду. Такимъ образомъ не у однихъ только арктическихъ растеній приходится
констатировать чрезвычайную приспособленность протоплазмы, этой настоящей но-
сительницы жизни растенія, къ переносу низкихъ температуръ. Тѣмъ не менѣе,
однако, у нихъ эта способность является главнымъ условіемъ дальнѣйшаго ихъ су-
ществованія.
Вторымъ климатическимъ факторомъ арктической флоры, на который обратили
должное вниманіе лишь въ послѣднее время, является интенсивность солнеч-
наго освѣщенія. На Шпицбергенѣ сила солнечнаго свѣта при одинаковой вы-
сотѣ солнца надъ горизонтомъ и равной облачности оказалась сравнительно боль-
шею, чѣмъ въ средней Европѣ. Общее количество свѣта, получаемое землею въ
дни одинаковой высоты солнца, тамъ значительно больше, чѣмъ у насъ. Поэтому-
то въ арктическихъ мѣстностяхъ и вообще свѣта получается очень много. А между
тѣмъ не только количество свѣта, но и продолжительность освѣщенія оказываютъ
большое вліяніе на развитіе полярныхъ растеній. Такъ, напр., въ заливѣ Адвента
солнце восходитъ 22 апрѣля и первый разъ вполнѣ заходитъ лишь 23 августа.
„Благодаря своему постоянному, непрерывному дѣйствію, полярное солнце совер-
шаетъ великое чудо: на почвѣ тундры оно вызываетъ цѣлую флору прелестнѣй-
шихъ растеній, которая подчасъ бываетъ очень богатой" (Визперъ). Небольшое
количество тепла замѣняется на сѣверѣ большимъ количествомъ свѣта.
Растенія арктической флоры своеобразно приспособляются къ особенностямъ
арктическаго климата. Прежде всего тутъ не бываетъ формаціи лѣса изъ кустар-
никовъ и деревьевъ, если не считать юго-западнаго берега Гренландіи, гдѣ Нан-
сенъ нашелъ ольху (Аіпиз §1иііпоза) и иву (8а1іх Гга^іііз) вышиною въ ростъ
человѣка со стволомъ толщиною съ человѣческую ногу; въ болѣе умѣренныхъ ча-
стяхъ Исландіи встрѣчаются также высокія заросли березы (Вѳіпіа риЬезсепз ѵаг.
саграіЬіса). Равнымъ образомъ арктическія области неспособны пріютить у себя и
жирныхъ растеній съ мясистыми клѣточными тѣлами, равно какъ и эпифитовъ и
ліанъ, обвивающихся вокругъ деревьевъ. Лишаи, мхи, многолѣтнія травы и полу-
кустарники, въ лучшемъ случаи низкіе кусты — вотъ типичнѣйшіе представители
растеній, обусловливающіе пейзажъ данной мѣстности. Тамъ, гдѣ стебель дереве-
нѣетъ, какъ то*бываетъ у вересковъ, ивъ и березъ, стволы плотно прижимаются къ
землѣ. При этомъ особи остаются по возможности мелкими; такъ, напр., нашъ ри-
1. Арктическіе острова и берега Ледовитаго океана.
17
суяокъ полярной ивы (8а1іх роіагіз, стр. 122) изображаетъ это растеніе въ
натуральную величину. Благодаря малому размѣру полярныхъ растеній,ихъ
можно замѣтить лишь тогда, когда они встрѣчаются цѣлыми обществами. Появ-
ляясь массами, даже, напр., микроскопическая снѣжная водоросль (8рЬаѳгѳ11а пі-
ѵаііз) окрашиваетъ снѣжныя поля въ карминовый цвѣтъ, видимый издали, благо-
даря которому получили свое названіе „Сгішзопсіійд" (кармуазиновыя скалы) въ
Баффиновомъ заливѣ \ Большіе, пестрые, жаждущіе свѣта цвѣты въ продолженіе
всего безконечнаго полярнаго дня купаютъ на солнцѣ лепестки свои, а такъ какъ
очень непродолжительнаго вегетаціоннаго періода далеко не всегда хватаетъ на раз-
витіе и созрѣваніе плодовъ, то размноженіе большей частью совершается чисто ве-
гетативнымъ путемъ, т.-ѳ. при посредствѣ отводковъ и т. п. (стр. 138). „Цвѣ-
токъ отцвѣлъ, плодъ долженъ завязаться ", сказано поэтомъ, но это изреченіе
только отчасти оправдывается на полярныхъ растеніяхъ. Эрнестъ Альмквистъ,
занимавшійся въ экспедиціи „Веги", главнымъ образомъ, точнымъ изученіемъ сѣ-
веросибирскихъ лишайниковъ, нашелъ, что и они также „сильно редуцированы"
и весьма рѣдко несутъ на себѣ органы размноженія.
Что касается явнобрачныхъ растеній, то листья травъ и многолѣтниковъ
собраны въ густые пучки и розетки будто для того, чтобы защитить цвѣты и зи-
мующія почки. Вопреки обычнымъ представленіямъ о „тепломъ снѣжномъ покровѣ",
Чьельманъ нашелъ у сибирскихъ береговъ Ледовитаго океана громадныя простран-
ства совершенно обнаженными. Потому, главнымъ образомъ, во внутренней орга-
низаціи растенія должно таиться приспособленіе къ ужасному холоду полярной зимы.
Противъ бурь карликовые кустарники защищаются своими цѣпкими корнями, глу-
боко уходящими въ землю, и благодаря имъ выживаютъ изъ года въ годъ и подъ
защитою ихъ зацвѣтаютъ скоропреходящіе цвѣты. Когда Визнѳръ впервыѳ уви-
дѣлъ тундру въ заливѣ Адвента на Шпицбергенѣ, ему казалось, будто онъ видитъ
„поля съ только-что показывающимся, слегка красноватымъ посѣвомъ", а выйдя на
нихъ, онъ вынесъ впечатлѣніе, „будто тундра покрыта буграми кротовъ..." При бли-
жайшемъ разсмотрѣніи эти послѣдніе оказались зарослями различныхъ растеній,
развивавшимися въ продолженіе десятилѣтій, главнымъ образомъ полярной ивы, такъ
что каждый бугоръ является какъ бы спрессованнымъ кустомъ, состоящимъ изъ со-
тенъ маленькихъ вѣтокъ, которыя расходятся по радіусамъ. По характеру развѣт-
вленія ихъ возрастъ можно было бы зачастую оцѣнить въ 20 и 30 лѣтъ, однако
въ границахъ отвѣтвленій весьма легко обсчитаться, такъ что вѣроятно они на са-
момъ дѣлѣ гораздо старше". И дѣйствительно, оказалось, что полярныя ивы жи-
вутъ до 150, верески до 90 лѣтъ.
Къ удивленію, на крайнемъ сѣверѣ встрѣчаются нѣкоторые виды, знакомые
альпійскому туристу при восхожденіи на горы, значительно болѣе южные. Здѣсь и
тамъ можно встрѣтить Ьоізеіѳигіа (Ь. ргосшпЬепв) и красивую куропаточью травку
(Бгуаз осіореіаіа). Всѣ эти растенія оказываются вѣчнозелеными и снабжены такъ
1 Водоросль ЗрЬаегеІІа изображена въ краскахъ на стр. 23 соя. Кернера „Жизнь
растеній". На стр. 32 того же сочин. нарисованы и .кармуазиновыя скалы-. Эта во-
доросль встрѣчается также и на глетчерахъ Альпъ и др. горъ. Подробное описаніе
см. на стр. 30 „Жизни растеній-.	Прим. перев.
18
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
называемыми скрученными листьями, края которыхъ завернуты внутрь по всей ихъ
длинѣ. Поперечный разрѣзъ такого завернутаго листаЕоізеіеигіа ргосшпЬепз пред-
ставленъ на стр. 122 сильно увеличеннымъ. Благодаря тому, что края пластинки
загибаются внутрь, устьица послѣдней защищены отъ сырости и могутъ потому вы-
дѣлять воду даже во влажную погоду, что приноситъ растенію большую выгоду,
усиливая обмѣнъ его веществъ. Антонъ ф. Кернеръ, незабвенный авторъ „Жизни
растеній ", сочиненія, ставшаго классическимъ благодаря своей формѣ и содержанію,
указываетъ на чрезвычайную общность арктической и альпійской флоры, однако,
съ другой стороны ему же удалось опровергнуть самымъ рѣшительнымъ образомъ
распространявшееся было убѣжденіе въ полномъ тождествѣ арктической флоры съ
растительностью средне- и южно-европейскихъ горъ. „Не только числомъ, говоритъ
онъ, превосходятъ альпійскія растенія сѣверныя, но даже самый составъ той и дру-
гой флоры совершенно различный. Какъ разъ тѣ виды, которые у насъ въ Аль-
пахъ бросаются въ глаза своимъ массовымъ появленіемъ, которые являются основ-
ной тканью растительныхъ сообществъ, именно осоки и злаки, образующіе въ тѣс-
номъ единеніи другъ съ другомъ обширные луга, отсутствуютъ тамъ совершенно.
Нѣтъ тамъ и зарослей сосноваго стланца, ольхи и карликовой мушмулы, альпій-
ской розы, ковровъ низкихъ, прижимающихся къ почвѣ древесныхъ породъ (КЬаш-
пиз ришііа, БарЬпе зігіаіа, Заііх гѳіиза, Іасдиіпіапа) иеще многихъ другихъ ви-
довъ, являющихся типичными для нашихъ альпійскихъ луговъ, наконецъ, не хва-
таетъ тамъ и популярнѣйшихъ, на ряду съ альпійской розой, представителей на-
шей альпійской флоры, валеріаны, первоцвѣта, руты и эдельвейсъ. Въ аркти-
ческой флорѣ найдется не болѣе 50 представителей родовъ альпійскихъ ра-
стеній, а изъ другихъ родовъ иногда дѣйствительно попадаются нѣкоторые общіе
виды, однако самыхъ обычныхъ обитателей Альпъ напрасно станешь искать па сѣ-
верѣ. Было бы нелѣпостью думать, будто арктическая флора перекочевала къ намъ
на Альпы съ крайняго сѣвера" (ср. стр. 28).
Настоящимъ весеннимъ мѣсяцемъ для альпійской флоры является іюнь \ Въ
іюлѣ вегетація достигаетъ высшаго своего развитія. Въ августѣ развиваются столь
важныя для жизни полярныхъ растеній зимующія почки и скудные плоды съ сѣме-
нами. Три мѣсяца эти растенія безпрерывно растутъ, девять мѣсяцевъ, въ продол-
женіе полярной ночи, находятся въ покоѣ. Поэтому при характеристикѣ полярной
флоры лучше не считаться съ нашими четырьмя временами года, а принять два
періода—короткій активнаго роста и болѣе длинный, соотвѣтствующій покою (зимней
спячкѣ). Въ то время, какъ фантазія профана все еще рисуетъ себѣ ужасы вѣчнаго
льда и полярной пустыни, глазамъ отважныхъ людей, рискнувшихъ двинуться къ
сѣверу, открывались чарующія картины растительности даже на самыхъ крайнихъ
широтахъ. Уже на Шпитцбѳргенѣ тундра, какъ наиболѣе типичная растительная
формація, раскрываетъ свои прелести восхищенному взору... Подъ ною находится
мерзлая подстилка (по-сибирски „мерзлота"), глубина которой достигаетъ многихъ
метровъ. Въ такой мерзлотѣ были найдены трупы исчезнувшихъ нынѣ съ лица
земли мамонтовъ, мясо которыхъ, однако, еще настолько сохранилось, что самоѣд-
1 Надо помнить, что по русскому календарю приходится отсчитывать двѣ недѣли
назадъ.	Прим. перев.
1. Арктическіе острова и берега Ледовитаго океана.
19
скія собаки съ жадностью пожирали его1. Эта лишайниковая тундра (см.
стр. 121) имѣетъ для сѣвера не меньше экономическаго значенія, чѣмъ луга средней
Европы или американскія преріи: подобно тому, какъ эти послѣднія кормятъ гро-
мадныя стада, и тундры являются пастбищемъ для сѣверныхъ оленей. При особенно
неблагопріятномъ въ климатическомъ отношеніи мѣсторасположеніи, напр., на Чукот-
скомъ носу, явнобрачныя растенія совершенно не развиваются. На мысѣ Челюски-
номъ, самой сѣверной оконечности европейско-азіатскаго материка, Чьельманъ
нашелъ еще 23 цвѣтковыхъ растенія, притаившихся въ трещинахъ, чаще всего
шестиугольной формы, на которыя раскалывается отъ мороза почва; точно также
скрываются они и въ видѣ дерновннокъ, состоящихъ изъ смѣси травъ, мховъ и
лишайниковъ. Бурачниковое растеніе (ЕгіігісЬіит ѵіііозит), весьма напоминающее
незабудку, образуетъ, начиная съ Новой земли и до области чукчей, восхитительныя
дерновины. То же самое можно сказать также и объ остальныхъ явнобрачныхъ
растеніяхъ сѣвернаго побережья Сибири. Среди нихъ оказалось семь каменоло-
мокъ, скрывавшихъ свои звѣздчатые цвѣты въ массѣ листьевъ, спутавшихся на
подобіе мха.
Другимъ родомъ тундры, имонно влажно умѣреннымъ, оказывается
пріютъ пышной флорѣ мховъ. При большой влажности почвы получается „хлю-
пающая тундра* (по Миддендорфу—Зсінѵаррегпсіѳ Тишіга), черезъ которую еще
можно отважиться пѣшкомъ или въ оленьихъ нартахъ, такъ какъ ледяное дно не
даетъ глубоко въ ней увязнуть. Визнеръ слѣдующимъ образомъ описываетъ расти-
тельный міръ Шпитцбѳргѳна: „Обширныя пространства тундры даютъ пріютъ свое-
образной низкорослой растительности, состоящей по большей части изъ лишаевъ,
мховъ и злаковъ; тутъ же можно встрѣтить и полярную иву или карликовую березу,
стелющіяся по землѣ. Все вмѣстѣ придаетъ почвѣ зеленоватый основной тонъ,
который сбивается на бурый и, въ случаѣ преобладанія лишайниковъ, на сѣрый
цвѣтъ. Осенью цвѣта становятся болѣе яркими. Среди растительнаго покрова,
кажущагося на разстояніи одноцвѣтнымъ, подымается много цвѣтовъ самыхъ кра-
сивыхъ колеровъ. Особенно бросается въ глаза благодаря ярко-красному цвѣту
своихъ лепестковъ Зііепо асаиііз, которая водится и у пасъ на Альпахъ. Золоти-
стожелтыя, красныя и бѣлыя каменоломки рельефно выдѣляются на блѣдномъ основ-
номъ цвѣтѣ почвы. Величиною цвѣтовъ особенно отличается сѣверный макъ
(Рараѵег гаЛісаішп)... Ягоды медвѣжницы, въ большомъ количествѣ свѣшивающіяся
съ маленькихъ кустиковъ, также до нѣкоторой степени опредѣляютъ характеръ
тундры. Среди нихъ попадается морошка, о которой такъ часто говоритъ Нансенъ—
родъ сѣверной ежевики. На тундрахъ Шпитцбергѳна нашли около 130 видовъ
цвѣтковыхъ растеній*.
Еще привлекательнѣе растительность области фьордовъ, для которой дикимъ,
но живописнымъ фономъ служатъ вздымающіяся къ небесамъ горы съ ихъ громад-
1 Такимъ образомъ въ Сибири, при устьяхъ Лены, въ 1808 г. былъ найденъ
вполнѣ сохранившійся цѣлый трупъ мамонта. Пока писали въ Петербургъ бумагу и
она, пропутешествовавъ по разнымъ канцеляріямъ, вернулась къ усті»ямъ Лены съ
предписаніемъ привезти мамонта въ Петербургъ, отъ него остались только „кожа да
кости-. Впрочемъ и кожи уцѣлѣли лишь небольшіе куски —все остальное съѣли волки.
Скелетъ хранится въ Импер. зоологич. музеѣ академіи наукъ. Нрим. іирев.
20	I. Растительныя области материковъ и острововъ.
ными ледниками и низвергающимися потоками. Бэръ восхищался на Новой землѣ
„дерновинами, составленными изъ густо сближенныхъ смолевокъ и каменоломокъ
наряду съ голубыми звѣздочками незабудокъ, съ золотисто-желтыми лютиками и
крупками (ЛгаЬа) и другими цвѣтами, синими, бѣлыми и ярко-красными, среди
которыхъ едва выдѣлялась ничтожная зелень".
Въ общемъ число видовъ полярной флоры по мѣрѣ приближенія къ сѣверу
убываетъ. Послѣдніе цвѣты, замѣченные до сихъ поръ на крайнемъ сѣверѣ, при-
надлежатъ къ той же флорѣ фьордовъ. На островѣ Надежды (Ноѵѳпіпзеі), распо-
ложенномъ приблизительно между 81 и 82° сѣверной широты, Нансену послѣ
длинной полярной ночи удалось найти цвѣты: „Въ маленькомъ, укромномъ уголкѣ
между камнями мы нашли мохъ и цвѣты, красивый макъ (Рараѵег пиіісаиіѳ), ка-
меноломку (Захійга^а піѵаііз) и звѣздчатку (Зіеііагіа зрес.)".
Исландія является связующимъ звономъ между арктической сѣверо-европей-
ской, средне-европейской и гренландской флорами; Гренландія же, сравнительно
хорошо изученная въ этомъ отношеніи, оказывается совершенно своеобразною
областью Пятнадцать спеціальныхъ (эндемическихъ) формъ, хотя и близкихъ
родственниковъ не гренландскимъ, характеризуютъ флору этой страны. Южная
оконечность Гренландіи, достигающая 60° сѣвер. шир., не выходящая, однако,
изъ годовой температуры въ 10° С., обнаруживаетъ., какъ уже было сказано, даже
заросли нѣсколькихъ маленькихъ кустовъ, напр. изъ Аіппзоѵаіа, Веіиіаіпіегшегііа
и ойогаіа, «Гипірегиз сотшипіз, Ьагіх §1аиса и 8огЬиз атегісапа. У фьорда Аме-
ралика Нансенъ нашелъ такія высокія кустарниковыя заросли, что въ нихъ можно
было спрятаться съ головою. Картина юго-западнаго берега Гренландіи предста-
влена на стр. 121. Къ сѣверу отъ залива Мельвилль найдено еще 84 вида цвѣт-
ковыхъ растеній, которыми питаются сѣверные олени и мускусные быки. Даже въ
самыхъ сѣверныхъ частяхъ Гренландіи были найдены макъ (Рараѵег габісаіит),
СосЫеагіа Гѳпезігаіа, Сегазііит аіріпит, Капипсиіиз піѵаііз, Зііепѳ асаиііз и дер-
новинки прижавшихся другъ къ другу злаковыхъ Аіореспгпз аіріппз, Саіаѣгоза
аі^ісіа и Роа Яехпоза. И несмотря на печальный пейзажъ восточнаго берега Грен-
ландіи, вторая нѣмецкая полярная экспедиція обнаружила тамъ еще сравнительно
богатую растительность. Въ глубинѣ открытаго этой экспедиціей фьорда Франца-
Іосифа пришлось встрѣтить поистинѣ пышный коверъ растеній (стр. 122). Паншъ
слѣдующимъ образомъ описываетъ растительный міръ острова Клаверингъ, еще
болѣе удаленнаго къ сѣверу, гдѣ также побывали нѣмецкіе изслѣдователи: „Далеко
кругомъ зеленѣла превосходнѣйшая растительность, которая мѣстами не уступала
ростомъ лучшимъ газонамъ нашихъ парковъ. Прекрасно развитые цвѣты Роа и
другихъ родовъ торчали оттуда, а также кое-гдѣ выглядывали желтыя головки
одуванчика (Тагахасшп рЬута(осагрпт). Дальше, гдѣ почва становилась суше и
холмистѣѳ, возвышались густые кусты наперстянки или манила взоръ свѣжая зелень
Охугіа. Когда мы перешли черезъ ручей и поднялись на довольно крутые утесы
метровъ въ 30 вышиною, намъ пришлось обрадоваться: встрѣтилось нѣсколько
совершенно новыхъ растеній. Въ первый разъ мы столкнулись тутъ съ изящнымъ,
усѣяннымъ цвѣтами ЕріІоЬіиш ІаііГоІіпш, большіе, красивые цвѣты котораго раскры-
ваются, правда, лишь поодиночкѣ. Порадовало насъ также изобиліе желтой
2. Сѣверная и средняя Европа.
21
арники, а кое-гдѣ удалось собрать хорошіе экземпляры 8с(ітп гЪосііоІа. Одинъ
изъ колокольчиковъ (Сатралиіа ітіПога), развернулся повидимому только-что; въ
общемъ у насъ оказался матеріалъ для очень красиваго букетика. Вѣдь и бѣлый
цвѣтъ былъ представленъ куропаточной травою (Вгуаз), которая впрочемъ здѣсь,
какъ и на Сабинскомъ островѣ, несла одинокіе цвѣты; за то цвѣты здѣсь были
гораздо больше и красивѣе тамошнихъ. Изъ другихъ растеній назовемъ: Роіу-
&оппт ѵіѵірагпт (стр. 122), УѴаЫепЬег^іа арѳіаіа, Охугіа, Тагахасшп, Роіепііііа
и 8ахі&а§а“.
2. Сѣверная и средняя Европа.
Большая часть Европейскаго континента занята флорами балтійскою н альпій-
скою. Южная граница ихъ со средиземно-морскою и юго-западная, отдѣляющая
эту флору отъ понтійской, далеко не параллельна географическому градусу широты,
а напротивъ того, оказывается чрезвычайно неправильной извилиной. Географи-
чески къ растительной области сѣверной и средней Европы относятся покрытыя
тундрами области Скандинавіи и самоѣдской земли, на западѣ Великобританія,
Франція и сѣверная часть Пиренейскаго полуострова, къ востоку и юго-востоку сѣ-
верная и средняя Россія до линіи, проходящей черезъ Казань—Курскъ и Кіевъ къ
Пруту; затѣмъ сюда же относятся земли Балканскаго полуострова выше 42° сѣв.
широты, Австро-Венгрія и Германія, включая сюда и Альпы вплоть до южныхъ и
восточныхъ склоновъ ихъ. Скандинавскія Альпы, шотландскія возвышенности и сѣ-
верный Уралъ несомнѣнно приближаются къ арктической флорѣ; между тѣмъ какъ
въ чрезвычайно разнообразной какъ по климату, такъ и по устройству поверхности
области балтійской и альпійской флоры, области, простирающейся отъ 70° до 42°
широты, самымъ типичнымъ характернымъ признакомъ является присутствіе лѣса.
Бѣглаго взгляда на карту Европы достаточно, чтобы убѣдиться въ томъ, что страны,
призванныя послѣ паденія Аеинъ и Рима проливать культуру и образованность на
весь міръ, относятся частью къ холодному поясу лишь съ 1—4 умѣренно теплыми
мѣсяцами, частью къ поясу умѣреннаго, лѣта и холодной зимы. Обратимъ при этомъ
особое вниманіе на то обстоятельство, что на горныхъ кряжахъ нерѣдко наблюдается
арктическій климатъ (всѣ мѣсяцы въ году съ температурою ниже 10°), а съ другой
стороны въ долинѣ Дуная замѣчается степной климатъ; для флоры этихъ мѣстностей
такое обстоятельство имѣетъ громадное значеніе. Наиболѣе характерными раститель-
ными формаціями, кромѣ лѣса, для сѣверной и средней Европы являются луга, бо-
лота, вересковыя степи, кустарниковыя заросли и горные и альпійскіе луга.
Изъ восьми растительныхъ областей сѣверной и средней Европы
очень богатой арктическими элементами оказывается скандинавская, а также
область фьельдовъ съ ея горами и вершинами, подымающимися выше 900 мет.;
фьельды тянутся до Доврефьельда и южныхъ Альпъ; кромѣ того не мало аркти-
ческихъ видовънасчитываетсяивъ финско-скандинавской лѣсной области.
Вторая область тянется отъ арктическихъ зарослей кустарниковой березы прибли-
зительно до 61° сѣв. широты, гдѣ кончается граница распространенія дуба. Далѣе
всего на сѣверъ отваживается изъ деревьевъ бѣлая береза (Веіиіа риЬезсѳпз или
22	I. Растительныя области материковъ и острововъ.
осіогаіа), которую можно встрѣтить даже выше 7О-й параллели. Кромѣ нея скан-
динаво-финскіе лѣса слагаются также изъ ели (Рісеа ѳхсеіза, стр. 131) и сосны
(Ріпиз зііѵѳзігіз, стр. 123), причемъ подлѣскомъ является черника и верескъ
(Саііипа), а Ьіппеа Ьогеаііз подымаетъ свои душистые розовые колокольчики, служа
вещественнымъ воспоминаніемъ о великомъ Линнеѣ, который въ этихъ мѣстностяхъ
впервые сталъ заниматься ботаникой. Не говоря уже о березѣ, спеціально приспо-
собленной къ своеобразнымъ климатическимъ особенностямъ, сѣверныя сосны и ели
имѣютъ преимущества передъ лиственными породами въ томъ отношеніи, что онѣ
вѣчно зелены, имъ не приходится каждый годъ обновлять своихъ листьевъ-иголокъ
(„хвои") и въ силу этого періодъ вегетаціи у нихъ можетъ быть значительно
короче, чѣмъ у сбрасывающихъ ежегодно листья деревьевъ и кустарниковъ нашихъ
странъ. При этомъ ель напримѣръ настолько чувствительна ко всякимъ рѣзкимъ
колебаніямъ температуры, что, несмотря па громадную площадь распространенія (въ
Норвегіи отъ полярнаго круга къ юго-востоку до границы степей), ея не встрѣтишь
на сѣверо-востокѣ Европы, гдѣ царитъ длинная холодная зима, а также и въ
степной области, отличающейся рѣзкими колебаніями температуры.
Уралъ и Западный Уралъ образуютъ третью вегетаціонную область,
хотя и тутъ встрѣчаются отдѣльныя растенія (АЬіез зіЬігіса, Еагіх зіЬігіса, Ріпиз
сѳтЬга, стр. 124, ели и березы), характерныя для Западной Сибири. Наряду съ
обыкновенной Рісеа ѳхсѳіза появляется также и сибирская Рісеа оЬоѵаіа. Слѣдуя
берегамъ балтійскаго и нѣмецкаго морей, тянутся обѣ балтійскія лѣсныя
области. Къ хвойнымъ породамъ въ южной Скандинавіи и въ Россіи присоеди-
няется дубъ, а, начиная съ Западной Пруссіи, также и букъ. Отъ Вятки и Костромы
и до Голлайдіи тянется болѣе обширное восточно-балтійское, отсюда же до Велико-
британіи западно-балтійское лѣспое пространство. Скверная Германія является
мѣстомъ перехода одной области въ другую. „Нѣмецкій" дубъ ((^иегсиз гоЬиг,
стр. 125) и веселый букъ (Ра&из зііѵаііса, стр. 126) знакомы намъ съ дѣтства1.
На западномъ берегу Норвегіи дубъ почти достигаетъ полярнаго круга. Сѣверная
граница его распространенія пробѣгаетъ у норвежскаго берега подъ 63° сѣвѳр.
широты, спускается затѣмъ на три градуса книзу, по Гефло и по Южной Финлян-
діи идетъ на Петербургъ, тянется по прямой линіи къ Уралу (55°), однимъ сло-
вомъ слѣдуетъ въ точности линіи, соединяющей мѣста со средней годовой темпера-
турой въ 3°, однако на востокѣ попадаетъ въ области, гдѣ въ продолженіе шести
мѣсяцевъ стоятъ морозы.
Въ Западной Европѣ дубъ теряетъ листья уже при 7,5°, между тѣмъ въ болѣе
суровомъ востокѣ онъ сохраняетъ свою листву еще при 2,5° и такимъ образомъ
легко переноситъ такія климатическія условія, при которыхъ букъ уже не можетъ
существовать. Буку для полнаго развитія необходимо не менѣе 5 мѣсяцевъ темпе-
ратуры выше 10°; сѣверная граница распространенія направляется отъ средней
части Великобританіи къ Бергену, затѣмъ по южной Норвегіи и Швеціи къ Фриш-
гаффу и на юго-востокъ къ источникамъ Западнаго Буга, къ Карпатамъ, Балка-
намъ, касается прибрежной части Крыма, тянется по Черноморью и достигаетъ
1 Эта фраза относится только къ нѣмецкому читателю. У насъ букъ водится
лишь въ Польшѣ и затѣмъ въ Крыму и на Кавказѣ.	Прим. перев.
2. Сѣверная и средняя Европа.
23
Каспійскаго моря; при этомъ на всемъ этомъ пространствѣ онъ теряетъ листья уже
при 7,5°. Южная граница бука минуетъ Португалію, Новую Кастилію, долину
Эбро, Сардинію, Южную Сицилію и Гре цію, такъ какъ букъ не можетъ расти въ
тѣхъ мѣстностяхъ, гдѣ на вегетаціонный періодъ приходится менѣе 1О°/о всѣхъ
выпадающихъ въ годъ осадковъ; вообще же въ средиземноморской области букъ
водится.
Къ балтійской области относится также сѣверо-германская вересковая
степь (особенно извѣстна „люнебургская степь**). Обыкновенный верескъ
(Саіііша ѵиі^агіз, стр. 128) тянется отъ устьевъ Шельды до западныхъ склоновъ
Урала, между тѣмъ какъ въ сѣверной Азіи на всемъ протяженіи Сибири его нѣтъ.
Уже Гмелпнъ и Далласъ указывали на это исчезновеніе Саііипа въ Азіи, исчезно-
веніе, совершенно непонятной съ точки зрѣнія климатической.
Флора Англіи оказывается весьма разнохарактерной. Въ теплой юго-запад-
ной части ея растутъ Егіса сіііагіз, ВпЬіа регертпа, ЗіЫЪогріа еигорѳа, а въ
шотландскомъ нагорьѣ появляются арктико-альпійскія растенія, такъ напр. на горѣ
Бенмуичду, высота которой достигаетъ 1200 метровъ, встрѣчаются 8ахі&а§а
сегппа & гіпііагіз, Зііепѳ асапііз, 8аііх ЬегЬасѳа, ѲпарЬаІішп зиріппш, Ьихиіа
агсиаіа и зрісаіа, Сагѳх гі^ісіа.
Въ западно-европейской лѣсной области, которая тянется до сѣвер-
ной границы распространенія маслины въ Испаніи, хвойныя породы замѣняются
каштаномъ (Сазіапеа ѵезса) и вѣчнозеленымъ каменнымъ дубомъ ((^пегсиз Пех),
у которыхъ листья твердые, кожистые и колючіе. Этимъ обусловливается извѣстное
сходство со средиземноморскою флорою, нѣкоторые представители которой здѣсь
начинаютъ появляться. Вересковое растеніе ОаЬоесіа роШоІіа водится на Азорскихъ
островахъ, въ сѣверной Испаніи и достигаетъ Ирландіи. Надо думать, что перво-
начальной родиною этого вида является западно-европейская горная область, откуда
онъ въ ледниковый періодъ частью разсѣялся, частью былъ вытѣсненъ къ югу.
Мы приближаемся къ средне-европейскому нагорному лѣсу, который носитъ
чаще всего смѣшанный характеръ. Липа (Тіііа еигореа, стр. 127) часто попадается
порознь и лишь весьма рѣдко образуетъ общества. Но въ общемъ все-таки въ средне-
европейскомъ лѣсу преобладаетъ обыкновенно одна порода деревьевъ, которая по-
крываетъ большія пространства и опредѣляетъ характеръ мѣстности. Кустарникъ
и подлѣсокъ, даже травянистыя растенія въ такомъ лѣсу подходятъ къ господствую-
щему типу деревьевъ. Такъ напр., земля въ хвойномъ лѣсу покрыта узколистной
брусникой и вересками, вѣчнозеленая листва которыхъ соотвѣтствуетъ игламъ осѣ-
няющихъ эти травки древесныхъ породъ. Между деревомъ и травою помѣщается
въ видѣ кустарника можжевельникъ. Среди всѣхъ этихъ растеній какъ бы разсы-
пана маленькая одноцвѣтная грушанка (Рігоіа ипіПога, стр. 129), листья ко-
торой столь же крѣпки и тверды, какъ иглы хвойныхъ, а зеленоватый цвѣтокъ
не нарушаетъ своею окраскою общаго однообразія бѣднаго цвѣтами хвойнаго лѣса.
Если же мы вступимъ въ буковый лѣсъ въ такую пору, когда всѣ листья его раз-
вернулись, то въ тѣхъ мѣстахъ, куда сумѣли пробиться сквозь густыя маковки
отдѣльные солнечные лучи, мы найдемъ нѣкоторые злаки, какъ напр. Аіга саезрі-
іоза и Сагѳх тахіта, затѣмъ изъ сложноцвѣтныхъ РЬоѳпіхориз шигаііз, Ргѳпап-
24	I- Растительныя области материковъ и острововъ.
ІЬѳз рпгригѳа и высокія особи Зепесіо1; чтобы вполнѣ использовать скудные
солнечные лучи, листья этихъ растеній располагаются совершенно горизонтально
(„ трансверсальный геліотропизмъ и).
Въ нашемъ родномъ лѣсу нельзя не восторгаться гармоніею простой, безыскус-
ственной красоты. Даже различныя сообщества растеній не разбросаны и не пере-
мѣшаны тутъ случайно, а по своему внѣшнему характеру или, какъ можно было
бы выразиться, по физіономіи своей настроены на одинъ тонъ. Только въ тѣхъ
мѣстахъ, гдѣ лѣсъ соприкасается съ сосѣдней растительной формаціей, напр. съ
лугомъ, или гдѣ его прерываетъ русло рѣки либо просѣка, число видовъ растеній
увеличивается, и сами они становятся пестрѣе. По опушкамъ чаще всего селятся
полукустарники и кусты, цвѣты которыхъ благодаря односторонне падающему свѣту
оказываются скученными по направленію къ солнцу. Эти растенія чаще всего рас-
пространяются птицами, поѣдающими ихъ вкусные плоды. Такъ напр. тянутся къ
солнцу жадные до свѣта барбарисы, бирючины, также и вьющійся ломоносъ и
вика. Кто выйдетъ изъ темнаго лѣса на лугъ, тому сразу даже но бросятся въ
глаза дивныя краски цвѣтовъ: замѣтитъ ихъ лишь тотъ, кто будетъ двигаться къ
лѣсу со стороны поля. Подобнымъ же образомъ мѣняется характеръ скромной лѣс-
ной растительности тамъ, гдѣ бѣжитъ вода или застаивается маленькій ручеекъ.
Тутъ встрѣтишь иву о яркихъ листьяхъ. Врядъ ли еще какое-либо другое расте-
ніе можетъ подобно ей дѣйствовать на наше душевное настроеніе. Даже при самомъ
легкомъ вѣтеркѣ ивовыя прутья-вѣтви раскачиваются надъ водою. При этомъ
онѣ шелестятъ, щебечутъ и шумятъ, вызывая въ душѣ представленіе о чемъ-то
таинственномъ. Пустынна и одинока такая ивовая заросль. Только немногіе цвѣ-
ты подымаютъ свои головки по краямъ ея: сильно-пахучія мяты, ядовитый сладко-
горькій пасленъ (Зоіапшп Бпісатага) и вьюнокъ съ его большими, бѣлыми коло-
кольчиками.
Главное отличіе нашего лѣса отъ тропическаго заключается въ отсутствіи у
насъ эпифитовъ и ліанъ. Положимъ, и у насъ въ лѣсахъ попадаются растенія,
взлѣзающія по стволамъ деревьевъ и опирающіяся на нихъ, какъ напр. плющъ
(Нѳсіѳга Нѳііх, см. стр. 130), однако въ опредѣленіи физіономіи, т.-е. общаго харак-
тера лѣса они далоко не имѣютъ того значенія1 2 3 * *, какое выпадаетъ на долю тро-
пическимъ ліанамъ, а эпифитами у насъ оказываются лишь немногія, напр. омела
(Ѵізсшп аІЬшп, стр. 128) и ремнецвѣтникъ (ЬогапіЬиз еигораѳиз), принадлежа-
щіе къ весьма распространенному подъ тропиками семейству лорантовыхъ, кото-
рыя, къ удивленію, въ лицѣ вышеупомянутыхъ своихъ представителей забрались
въ несвойственную имъ умѣренную область и даже въ ней проникли довольно да-
леко къ сѣверу8. Ѵізсшп аІЬшп—омела —представляетъ изъ себя то издревле зна-
1 Интересно, что мареновое растен іе ясмипникъ (Аврегиіа одогаіа), изъ котораго
нѣмцы дѣлаютъ Маіігапк (майскій напитокъ), встрѣчается исключительно въ буковыхъ
лѣсахъ. Этого растенія много и въ крымскихъ буковыхъ лѣсахъ.
2 Кромѣ плюща къ ліанамъ можно отнести еще рядъ вьюнковъ, напр. Саіузіеріа
веріпт, ломоносы (Сіетаііз) и кавказкую ліану (Эіовсогеа) см. ниже. Въ средней Рос-
сіи плюща тоже нѣтъ.
3 Омела и ремнецвѣтникъ представляютъ изъ себя настоящихъ паразитовъ. Къ
нимъ относится также и крымскій АгсепіоЪіит Охусесігі, водящійся на Лппірегив Охусесігі.
Дрим. перев.
2. Сѣверная и средняя Европа.
25
менитоѳ волшебное растеніе, которое, по указаніямъ Плинія, друиды срѣзали съ де-
ревьевъ золотымъ серпомъ. Вѣтвью омелы хитрый Локки убилъ веселаго Бальдура
(бога любви германской миѳологіи). Объясняется это поклоненіе омелѣ ея хотя и
рѣдкимъ, однако несомнѣнно доказаннымъ появленіемъ на дубѣ. Древне-германское
празднество святокъ («ГиИезі), на мѣсто котораго христіанство поставило Рождество,
не обходилось безъ омелы. Англійское Рождество, называемое тізіеііоѳ (вѣтвь
омелы) и празднуемое омелою, можетъ поэтому быть названо „болѣе нѣмецкимъ",
чѣмъ то, что пріурочивается къ „ёлкѣ". Надо замѣтить, что обычай устроивать
ёлки сталъ распространяться лишь лѣтъ сто тому назадъ.
Область средне-европейскаго нагорнаго лѣса начинается на западныхъ
отрогахъ французскихъ горъ смѣшаннымъ еловымъ, сосновымъ и буковымъ лѣсомъ;
она простирается къ востоку черезъ всѣ Альпы на германскую горную область и
кончается въ Венгріи границею распространенія серебристой липы. На сѣверъ
эта область простирается до вегетаціонной границы пихты, частью заходитъ и въ
балтійскую область. На югѣ она сталкивается со средиземно-морскою раститель-
ностью и флорою Атлантическаго океана. Въ лѣсахъ Германіи встрѣчается всѣмъ
хорошо знакомая по нѣмецкимъ пѣснямъ и легендамъ пихта (Есіоііаішѳ, см. рис.
на стр. 132). Сѣверная береза замѣняется здѣсь въ средне-европейскихъ лѣсахъ
весьма близкою ей Вѳіиіа аІЬа (стр. 133). Наиболѣе обычными кустарниками
этой полосы является бузина ЗатЬисиз гасетоза и ЕЬиІиз, послѣдній видъ встрѣ-
чается преимущественно въ окрестностяхъ замковъ, такъ какъ сохранился тамъ съ
тѣхъ давнихъ временъ, когда конюхи употребляли его какъ лекарство для лошадей;
затѣмъ мы найдемъ здѣсь жимолость (Ьопісѳга хуіозіепт) и ломоносъ (Сіетаііз
ѴііаІЬа, см. прим. къ стр. 24). Отъ балтійской эта область отличается покры-
тыми цвѣтами лужайками, полями и скалами, которыя постепенно теряются по на-
правленію въ сѣверу.
Высота надъ уровнемъ моря является въ отдѣльныхъ частяхъ средне-
европейской области главнымъ рѣшающимъ факторомъ. Горный лѣсъ, подымаю-
щійся въ южныхъ частяхъ этой области до 1600 метровъ, на Гарцѣ прекращается
уже на высотѣ 600 метровъ. Виноградъ и нѣкоторые средиземно-морскіе виды
остаются у подножья горы, тамъ же остаются и воздѣланныя поля. Далѣе слѣ-
дуютъ дубъ, сосна, мѣстами вперемежку съ каштаномъ (Сазіапеа ѵезса), букъ съ
пихтою, затѣмъ ель, а на высокихъ горахъ кедръ (Ріпиз СешЬга) и лиственница
(Ьагіх Лесі(іиа, см. стр. 134); само собою разумѣется, что деревья эти не смѣняютъ
другъ друга правильными поясами, какъ ихъ схематично изображаютъ, а пояса ихъ
распространенія только постепенно переходятъ другъ въ друга и мѣстами сливаются.
„Залитыя солнцемъ скалы, лужайки губоцвѣтныхъ, васильковыхъ и розъ оста-
лись далеко внизу; ихъ замѣняютъ горныя пастбища съ ихъ богатою флорой, бо-
лота и утесы, затѣмъ выше границы лѣсовъ мы встрѣчаемъ сосновый стланецъ, ивы
и альпійскія розы (ВЬосЫѳпсІгоп), наконецъ идетъ растительность альпійскихъ лу-
говъ и формація флоры высокихъ горныхъ скалъ (Друде)". Любое восхожденіе
на альпійскую вершину можетъ показать наблюдателю, что, по мѣрѣ поднятія, измѣ-
няющіяся климатическія особенности опредѣляютъ п оявленіѳ или исчезаніѳ тѣхъ или
другихъ видовъ. Густые вначалѣ еловые лѣса постепенно начинаютъ рѣдѣть, на-
26
1. Растительныя области материковъ и островокъ.
конецъ деревья появляются одиночно. Тамъ, гдѣ они стоятъ отдѣльно, ростъ ихъ
на сѣверномъ склонѣ сравнительно съ южнымъ очень сильно замедляется. Нерав-
номѣрность въ строеніи и развитіи становится все болѣе и болѣе замѣтной. На-
конецъ, ели получаютъ такой видъ, будто ихъ съ одной стороны, именно съ сѣвер-
ной, зачесали къ югу гигантской гребенкой. Поперечные разрѣзы такихъ „на-
вѣтренныхъ" елей (ЛѴѳііегГісІгкеп) показываютъ, что неравномѣрность роста про-
стирается до самой древесины: фигура разрѣза уже не круговая, а эллипсоидаль-
ная, причемъ большая ось этого эллипса направлена къ наиболѣе благопріятной, т.-ѳ.
конечно южной сторонѣ. Чѣмъ выше взбираешься на гору, тѣмъ меньше появляется
елей, наконецъ деревьевъ не встрѣчается уже вовсе, а остаются одни лишь кустар-
ники упрямо и настойчиво льнущей къ землѣ лежачей сосны (сосновый стланецъ,
Ріпиз Ьитіііз, стр. 135), достигающіе такой высоты, гдѣ каждая высокостволь-
ная ель была бы опрокинута первымъ порывомъ вѣтра.
Область хвойныхъ лѣсовъ и высшей альпійской раститель-
ности начинается у верхней границы лиственнаго лѣса и простирается надъ нею
до самой вершины высочайшихъ горъ. Заросли искривленныхъ деревьевъ и сосно-
ваго стланца чрезвычайно характерны для этой области, открывающейся взору
уставшаго послѣ утомительнаго восхожденія и присѣвшаго отдохнуть на цвѣтущихъ
лугахъ путника; онъ увидитъ здѣсь во всей ихъ красѣ альпійскія травы, перво-
цвѣты и горечавки, лютики и каменоломки, среди нихъ альпійскую розу съ ея
дивными цвѣтами (КІюёосіепсігоп Гѳггщрпеига & Ыгзиіит), а изъ другихъ низ-
корослыхъ кустарниковъ характерную для полярной флоры Аяаіеа ргосишЬепз и
стелющіяся по землѣ ивы (стр. 136). Не мало альпійскихъ цвѣтовъ селится
по щелямъ и трещинамъ горныхъ ущелій, такъ что добыть ихъ можно лишь съ
нѣкоторою опасностью; къ этимъ послѣднимъ принадлежитъ и знаменитое эдель-
вейсъ, сушеница альпійская (СпарЬаІіиш Ьѳопіороііит, стр. 136).
Послѣ того какъ въ ХѴШ вѣкѣ швейцарскій поэтъ и естествоиспытатель
Альбрехтъ ф. Галлеръ возбудилъ интересъ п вниманіе къ цвѣточному ковру вы-
сокихъ горъ, этотъ послѣдній изученъ настолько подробно, что теперь можно уже
говорить объ исторіи альпійской флоры. А такъ какъ для уразумѣнія про-
исхожденія растительнаго міра Европы этотъ вопросъ оказывается чрезвычайно
важнымъ, то мы вкратцѣ и коснемся его. Флора геологически близкой къ намъ
третичной эпохи дошла до насъ въ видѣ ископаемыхъ остатковъ. Сохранившіеся
такимъ образомъ виды заставляютъ признать, что въ то время на горныхъ верши-
нахъ господствовалъ сравнительно мягкій климатъ, между тѣмъ какъ въ долинахъ
и странахъ, расположенныхъ близъ Средиземнаго моря, растительность тогда
была прямо-таки тропическая, такая, какая нынѣ встрѣчается въ Восточной Азіи
и теплыхъ частяхъ Сѣверной Америки. Конечно и въ третичную эпоху горныя
растенія ужо отличались отъ равнинныхъ и средиземно-морскихъ и на горахъ удер-
жались съ того времени эти первоначальныя, настоящія „альпійскія" растенія.
Въ тѣхъ частяхъ Азіи, гдѣ третичная флора сохранилась лучше, чѣмъ въ средней
Европѣ, появляются въ большомъ числѣ представителей также и характерные для
Альпъ роды Апетопѳ, Сепііапа, Редісиіагіѳ и Зііепе, причемъ виды ихъ часто
поразительно похожи на наши альпійскіе.
2. Сѣверная и средняя Европа.
27
Къ этому типу растительности приходится отнести не менѣе четырехъ пятыхъ
всѣхъ альпійскихъ растеній. Знаменитое эдельвейсъ въ европейской флорѣ стоитъ
совершенно одиноко; между тѣмъ мы встрѣчаемся съ нимъ вновь на горахъ цен-
тральной Азіи и Сибири, а ближайшіе сородичи его открыты на горахъ южной
Азіи. Бѣлое войлочное опушеніе этого растенія, которое, казалось бы, защищаетъ
его отъ холода, подобно шубѣ, на самомъ дѣлѣ оказывается средствомъ защиты
отъ жары1. Чѣмъ больше мы будемъ на Альпахъ подвигаться къ югу, тѣмъ
чаще мы будемъ встрѣчать эдельвейсъ, которое на сѣверныхъ склонахъ Альпъ
уже почти вымерло и защищается отъ окончательнаго истребленія особыми мѣстными
законами. Цвѣтокъ эдельвейсъ раздѣляетъ свою популярность съ альпійской розой
и потому, можетъ-быть, многимъ покажется страннымъ, что на тропическихъ Зонд-
скихъ островахъ попадается НЬосіодепЛгоп геіпзит, почти неотличимый отъ
нашего вида Кііодосіешігоп. Этотъ родъ, многіе виды котораго проникли въ
наши оранжереи, попадается въ большомъ количествѣ видовъ на громадномъ
пространствѣ отъ Малой до Восточной Азіи. Поэтому и ваши альпійскія розы
должны быть признаны почтенными потомками третичнаго времени. На это можно
возразить, что послѣдовавшіе за третичной эпохой ледниковые періоды должны
были уничтожить растенія, привыкшія къ подтропической температурѣ. Это
было бы справедливо въ томъ случаѣ, если бы растеніямъ не была присуща до
нѣкоторой степени способность къ миграціи, т.-ѳ. переселенію. Дѣйствительно
ледниковый періодъ уничтожилъ громадную массу третичной альпійской флоры,
однако нѣкоторые виды пережили у подножія Альпъ эпоху глетчеровъ, а когда
наступилъ вновь болѣе мягкій климатъ, то и перекочевали опять на горы. Въ
связи съ этимъ находится то обстоятельство, что число альпійскихъ растеній ста-
новится тѣмъ больше, чѣмъ ближе изслѣдователь подвинется къ отрогамъ Альпъ,
и потому-то ботаникъ на сравнительно отдаленныхъ вершинахъ, какова
гора Шнеѳборгъ въ Нижней Австріи, находитъ большій выборъ альпійскихъ
растеній, чѣмъ въ самомъ сердцѣ Альпъ. Именно на этихъ границахъ альпійской
области сохранились замѣчательные виды третичной эпохи, которые долгое время
представляли изъ себя ботанико-географическую загадку, каковъ, напримѣръ,
королевскій цвѣтокъ (БарЬпѳ Віа&ауапа) на горѣ Св. Лаврентія близъ Лайбаха8.
Случается даже, что несомнѣнно альпійскія растенія сохраняются съ третичной
эпохи на холмахъ и даже равнинахъ средней Европы, куда согнало ихъ
обледенѣніе горъ. Вблизи самой Вѣны растутъ Ргітпіа аигісиіа, Захііта^а
Аігооп, БгаЬа аігіосіез и Воза аіріпа; Коттвицъ близъ Брѳславля, Гарцъ,
Швендинмоосъ въ Верхней Швабіи, Фридингѳнъ въ швабской Юрѣ даже
прославились такими островами альпійскихъ растеній, да и въ Богеміи въ 1 2 * *
1 Интересно, что въ горной части Крыма (на Яйлѣ) встрѣчается гвоздичное
Сегазііиш ВіеЬегзіеіпі, которое по положенію своему въ системѣ чрезвычайно далеко
отъ сложноцвѣтнаго эдельвейсъ. Между тѣмъ по внѣшнему облику, именно опушенію,
оно столь похоже на него, что даже спеціалисту на первый взглядъ можетъ показаться,
что онъ встрѣтилъ на Яйлѣ эдельвейсъ. Очевидно одинаковыя внѣшнія условія поро-
дили одинаковыя приспособленія вегетативныхъ органовъ.
2 Въ 1838 г. король Фридрихъ Августъ саксонскій совершилъ спеціальное путе-
шествіе для того, чтобы увидѣть этотъ цвѣтокъ на мѣстѣ его произрастанія. Оттуда
и названіе его.	Прим. перев.
28	I- Растительныя области материковъ и острововъ.
настоящее время можно найти Азіег аіріппз, Муозоііз аірѳзігіз, КиЬиз захаШіз
и Захі&а^а Аіхооп.
Нѣжные и „скоропреходящіе" цвѣты оказались во всѣхъ этихъ мѣстностяхъ
самыми живучими свидѣтелями давнымъ-давно исчезнувшаго міра.
Такъ какъ и Скандинавскія горы, подобно средне-европейскимъ Альпамъ,
прошли черезъ ледниковую эпоху, то и съ нихъ тоже горныя растенія спустились
съ сѣвера въ средне- германскую низменность. Въ тѣ отдаленныя времена аркти-
ческіе виды, напр. Аізіііѳ зігісіа, Захі&а^аНігсиІпз, Ресіісиіагіз Зсерігиш, ЗІаіісѳ
ригригеа, 8а1іх (іергѳзза, Веіиіа Ьшпіііз и Ятіспк зіу^іив были разбросаны по
низменности до Баваріи и Зальцбурга и остаются тамъ и по нынѣ. Однако часть
арктическихъ растеній перекочевала вмѣстѣ съ альпійскими на вершины Альпъ, и
вотъ намъ приходится теперь въ горной флорѣ отъ 80 приблизительно процентовъ
альпійскихъ растеній отличать 2О°/о арктическихъ. Такимъ-то образомъ можно
объяснить тотъ фактъ (см. стр. 18), что флора полярныхъ странъ отчасти совпа-
даетъ съ таковой же Альпъ. Въ то время, какъ чисто альпійскіе виды встрѣчаются
на сухихъ, теплыхъ мѣстахъ, сѣверные виды выбираютъ на Альпахъ мѣста хо-
лодныя, сырыя, напр. болота, т.-е. именно тѣ, что напоминаютъ имъ ихъ дѣй-
ствительную, давно покинутую родину; иногда мы встрѣчаемъ ихъ и на моренахъ
и грудахъ щебня, т.-е. на мѣстахъ, которыя служили имъ этапами во время ихъ
странствованія. Такого рода виды будутъ Вашшспіиз §1асіа1із, Рараѵѳг аіріпиш,
Сагбатіпѳ аіріпа, Вгауа аіріпа, Аізіпѳ ЫЯога, Бгуаз осіорѳіаіа, ЗіЬЬаІсііа ргосит-
Ьѳпз, Захііга^а зіѳііагіз, сетиа, аіяоісіез, Роіу^опит ѵіѵірагит, виды «Гипсиз,
ЕгіорЬогит и Сагѳх. Пушица ЕгіорЬогит ЗсЬеисЬяѳгі (стр. 138), водящаяся на
высотѣ 2500 метровъ, можетъ также явиться нагляднымъ представителемъ аркти-
ческой флоры.
Послѣдней изъ сѣвѳро- и средне-европейскихъ флористическихъ областей на-
зовемъ западно-понтійскую лѣсную область, которая на востокѣ и юго-
востокѣ граничитъ съ понтійскою степью, на югѣ же со средиземно-морскою флорою.
Характерными деревьями для нея являются серебристая липа, виды дуба
(Циегспз Сеггіз и рпЬезсепз), изъ хвойныхъ сосны Ріпиз Іепсосіеппія, Ріпиз пі^га,
Ріпиз Рѳисѳ, затѣмъ Асег іаіагіешп, Озігуа сагріпіГоІіа и КЬиз соііпиз. Особенно
интереснымъ деревомъ этой области оказывается Рісеа Ошогіса (стр. 137), встрѣ-
чающаяся на горахъ Босніи и Сербіи. Самымъ близкимъ родичемъ ея являются
монгольско-японскіе виды Рісеа а]апепсіз, Рісеа СгІеЬпіі и сѣверо-американская
Рісеа 8іісаёпзІ8.
И на это дерево также приходится смотрѣть, какъ на послѣдняго посланнаго
изъ дальнихъ странъ представителя еще сохранившейся третичной флоры. Его
европейскіе сородичи погибли, и существованіе ихъ можно доказать лишь по иско-
паемымъ остаткамъ; такова напр. Рісеа Еп^іегі, смола которой сохранилась въ
видѣ янтаря. Продолжающееся естественно-историческое изученіе Балканскаго
полуострова, растительныя богатства котораго оказываются гораздо болѣе значи-
тельными, чѣмъ это раньше думали, заставляетъ предполагать, что мы найдемъ
здѣсь еще цѣлый рядъ указаній на исторію средне-европейской флоры. Чтобы
привести еще хоть одинъ примѣръ, вспомнимъ объ упомянутомъ выше королевскомъ
2. Сѣверная и средняя Европа.
29
цвѣткѣ (БарЬпѳ Віа&ауапа): прежде думали, что онъ встрѣчается только лишь
въ окрестностяхъ Лайбаха, теперь же главною мѣстностью его распространенія, по
послѣднимъ изслѣдованіямъ, приходится считать Боснію и Сербію.
Точно также и сирень, которую мы называемъ „турецкой" или „испанской"
(у насъ чаще „персидской"), повидимому должна считать своимъ отечествомъ за-
паднопонтійскую лѣсную область. Родъ Зугш^а, заключающій въ себѣ прибли-
зительно 10 видовъ, встрѣчается отъ японскаго архипелага черезъ всю Азію до
восточной Европы. Въ Испаніи сирени въ дикомъ видѣ не водится, и опредѣленіе
„испанская" вѣроятно равносильна слову чужеземная1. На самомъ же дѣлѣ
наша „обыкновенная" сирень (Зугіп^а ѵиі^агіа) съ ея свѣтлоголубыми или бѣлыми
цвѣтами и сердцевидными листьями происходитъ родомъ изъ области нижняго
Дуная, гдѣ ее, особенно въ окрестностяхъ Желѣзныхъ Воротъ, Орсовы, Свиницы
и Плавизѳвицы, приходится встрѣчать въ дикомъ видѣ въ большихъ количествахъ.
Кромѣ того она водится еще въ Сербіи, Валахіи и Болгаріи. Нѣтъ сомнѣнія, что
изъ придунайскихъ странъ она переправилась въ Константинополь и византійскіе
сады, гдѣ ѳѳ увидѣлъ въ серединѣ XVI вѣка посланникъ императора Фердинанда I,
Бузбекъ1 2, которому она настолько понравилась, что онъ перевезъ ее въ Вѣну.
Такимъ образомъ сирень, которую вѣнцы легко могли бы найти, если бы по-
искали ѳѳ на ея родинѣ, попала окольнымъ путемъ изъ Турціи въ столицу импера-
торовъ, а оттуда уже чрезвычайно быстро распространилась по всей южной Германіи.
Обратимъ еще вниманіе на нѣкоторыя европейскія растенія, замѣчатель-
ныя въ біологическомъ отношеніи. Водящіеся на средне-европейскихъ
торфяныхъ болотахъ виды Бговега называются „росянками" потому, что маленькіе,
располагающіеся на листьяхъ железистые волоски, напоминающіе булавку, блестятъ
на солнцѣ подобно капелькамъ росы. Железки эти чувствительны, какъ щупальцы
улитки. Если мошка даже едва задѣнетъ такую железку, то послѣдняя накло-
няется къ центру лопатовиднаго листа, раздраженіе передается и сосѣднимъ щу-
пальцамъ, которыя точно также приходятъ въ движеніе, всѣ головки прижимаются
къ несчастному животному и послѣднее совершенно притискивается къ поверхности
листа; затѣмъ изъ железокъ выдѣляется пепсиноподобный сокъ, и животное по-
ѣдается (стр. 139).
Замѣчено, что росянка ловитъ не только маленькихъ мошекъ и комаровъ:
разъ въ нее запуталась даже сильная стрекоза-коромысло. Бременскій врачъ д-ръ
Ротъ еще въ 1779 году призналъ Бгозега насѣкомояднымъ растеніемъ, однако
ому никто не повѣрилъ: наивный умъ, искавшій въ безмятежномъ царствѣ растеній
мира и покоя, не могъ допустить, что растенія могутъ подчасъ быть разбойниками,
хищниками, хватающими живыхъ насѣкомыхъ. Фердинандъ Конъ указываетъ
1 Въ нѣмецкомъ просторѣчіи зрапізск употребляется приблизительно въ томъ же
смыслѣ, какъ у насъ простой народъ еще недавно говорилъ „нѣмецъ-, желая этимъ
выразить все чужестранное — иноязычное.
2 Гизленъ Бузбекскій (Оізіеп де ВизЪесц) былъ вообще большимъ любителемъ
садоводства. Онъ же внервыѳ распространилъ въ Европѣ найденный имъ близъ
Адріанополя тюльпанъ. Сирень, называющаяся у турокъ „лилакъ-, а тогда извѣстная
подъ именемъ турецкой калины, зацвѣла первый разъ въ Вѣнѣ въ 1589 г.
ІІри.к. перев.
30	I. Растительныя области материковъ и острововъ.
на то, что черезъ 6 лѣтъ послѣ Рота и Гете тоже при посѣщеніи Оксенкопфа въ
Фихтельскихъ горахъ обратилъ вниманіе на росянку. Тогдашній спутникъ поэта,
Фридрихъ Готлобъ Дитрихъ, умершій въ 1850 году директоромъ сада въ Эйзѳнахѣ,
разсказываетъ объ этомъ слѣдующее: На одной горной лужайкѣ мы увидѣли
красное пятно... Гёте сказалъ: „этотъ феноменъ представляется мнѣ необъясни-
мымъ; пойдемъ, изучимъ явленіе на мѣстѣ". Когда мы пришли на это мѣсто, то
нашли торфяное болото, густо наполненное торфянымъ мхомъ. Среди этихъ
мховъ поселилось огромное количество Бгозѳга гоіишііГоІіа Ь. Гете, начавшій
тогда свое сочиненіе („Метаморфоза растенія"), захотѣлъ поближе познако-
миться съ растеніемъ, взялъ Вгозѳга въ руку и высказалъ поучительную
мысль о замѣчательномъ строеніи и правильномъ расположеніи чувствитель-
ныхъ волосковъ, покрывающихъ листъ... Мы нашли нѣсколько росянокъ, на
листьяхъ которыхъ железистыми волосками были заперты маленькія насѣкомыя,
и замѣтили при этомъ, что, пока заключенныя насѣкомыя живы и раздражаютъ дви-
женіями своего тѣла и ногъ железки, волоски тѣмъ крѣпче и сильнѣе сближаются
надъ ними и принимаютъ свое нормальное положеніе лишь тогда, когда насѣкомое
убито... Такимъ образомъ Гете является предшественникомъ Дарвина, посвятив-
шаго „Іпзесііѵогоиз ріапіз" (насѣкомояднымъ растеніямъ) одно изъ интереснѣй-
шихъ своихъ сочиненій. Впрочемъ мы встрѣтимся съ насѣкомоядными растеніями
и въ другихъ флористическихъ областяхъ. Здѣсь же мы замѣтимъ только, что
европейское водное растеніе АМгоѵаімІіа ѵезіспіоза (стр. 139 и 164) повторяетъ въ
маломъ видѣ листья западни сѣверо-американской Біопаеа (ср. стр. 54) \
Ясно выраженныя въ тропическомъ растительномъ мірѣ отношенія растеній
къ муравьямъ проявляются у насъ лишь въ томъ, что муравьи высѣваютъ по своимъ
излюбленнымъ путямъ чистотѣлъ (СЬеІИопіит таіиз, см. стр. 139). Пара-
зиты представлены Петровымъ крестомъ (ЬаіЬгаѳа 8циатагіа, стр. 129), снабжен-
нымъ присосками, которые онъ запускаетъ въ древесные корни; одинъ изъ дикихъ
салатовъ (Ьасіиса Зсагіоіа, стр. 164) является компаснымъ растеніемъ1 2.
3. Понтійскія степи и Кавказъ.
Хотя эта страна принадлежитъ еще къ умѣренному поясу, однако она отли-
чается жаркимъ лѣтомъ и холодной зимой (степной климатъ) и, кромѣ лѣсной и
горной области Кавказа, получаетъ характерную физіономію благодаря безлѣсной
степи, покрытой травянистыми въ родѣ гвоздики, сложноцвѣтныхъ и злаковыхъ
(8ііра, Роіііпіа). Начинаясь съ обширныхъ южно-русскихъ степей, эта флора
1 Гораздо чаще, чѣмъ Аісігоѵапсііа, встрѣчается у насъ водное растеніе ІЛгісиІагіа
(пузырьчатка). листья котораго имѣютъ видъ пузырьковъ, съ отверстіемъ, прикрытымъ
открывающеюся внутрь заслонкою. Маленькіе рачки забираются внутрь пузырьковъ и, не
находя выхода, погибаютъ, давая также кормъ растенію. Замѣчено, что насѣкомо-
ядныя встрѣчаются тамъ, гдѣ въ почвѣ мало азотистыхъ солей: лишенныя возможности
добывать азотъ изъ земли, растенія въ этомъ случаѣ получаютъ его изъ животныхъ.
2 Примѣры автора очень ограничены. Къ паразитамъ можно отнести еще
вышеупомянутую омелу (стр. 24) съ ея родичами, заразиху (ОгоЬапсЬе), повилицу
(С'ііьсіііа) и повидимому большую группу погремокъ (НЬіпапіЬасеае), также и ТЬезіиш
изъ санталовыхъ.	Прим. псрев.
3. Понтійскія степи н Кавказъ.
31
простирается по венгерской низменности (пушты), затѣмъ тянется по долинѣ Дуная
почти до Вѣны. Впрочемъ, не ограничиваясь этой главной областью, нѣкоторыя
понтійскія растенія забѣгаютъ впередъ и образуютъ острова Понтійской флоры
далеко на западѣ Европы. „Въ большинствѣ случаевъ эти растенія (по Кернеру)
могутъ быть разсматриваемы какъ степныя, и если они представляютъ изъ себя
остатки флоры, когда-то тянувшейся по всей средней Европѣ до Гарца, то мы вѣ-
роятно имѣемъ право сдѣлать заключеніе, что непосредственно передъ современнымъ
климатомъ, благопріятнымъ балтійской растительности, въ указанной области господ-
ствовалъ степной климатъ съ сухимъ жаркимъ лѣтомъ. Можно съ полнымъ осно-
ваніемъ думать, что и остатки различныхъ степныхъ животныхъ, встрѣчающіеся
въ средней Германіи, продолжаютъ здѣсь свое существованіе съ того времени, когда
эти животныя жили вмѣстѣ со степными растеніями и потянулись вмѣстѣ съ ними
къ востоку при измѣнившихся климатическихъ условіяхъ. Этотъ стопной періодъ
европейскаго климата либо слѣдовалъ за ледниковой эпохой, либо явился „меж-
ледниковымъ періодомъ", т.-е. приходился въ промежуткѣ между двумя леднико-
выми эпохами. Послѣднее предположеніе кажется правдоподобнѣе. Такимъ обра-
зомъ этимъ климатомъ объясняется также появленіе въ Нижней Австріи отдѣль-
ныхъ представителей и средиземно-морской флоры, какъ-то нарцисса (Хагсіззпз
роѳіісиз), шафрана (Сгосиз Ыѳароіііапиз), Анетола Аррепіла и Визсиз Нуро-
&І088ШП \
Степную флору со всѣми ея типичными особенностями можно встрѣтить въ нѣ-
сколькихъ часахъ ѣзды отъ Вѣны, въ Венгріи. Она, подобно великой южно-рус-
ской степи, отличается своеобразнымъ отпечаткомъ видовъ, господствующихъ въ
распространенномъ повсюду травяномъ коврѣ. „При первыхъ лучахъ весенняго
солнца (середина апрѣля) показываются тюльпаны и царскіе вѣнцы (Ггіііііагіа),
Ігіз съ А<іош8 и РиІзаііИа; при этомъ появляется изумрудная зелень; въ началѣ
мая ихъ мѣсто занимаютъ стручковыя (Аіуззит) и губоцвѣтныя (Заіѵіа Бгасосе-
рѣаіиго), въ началѣ іюня бобовыя, гвоздичныя, другія губоцвѣтныя и бурачниковыя;
зелень при этомъ блѣднѣетъ, и въ концѣ іюня начинаютъ преобладать зонтичныя
(ЬіЬапоіія топіапа, Реисегіапшп аізаііешл) и Еііірѳпйиіа; къ началу іюля появ-
ляются уже сложноцвѣтныя, какъ провозвѣстники приближающейся осени" (Друде).
Извѣстнѣйшимъ Понтійскимъ степнымъ растеніемъ является ковыль (8ііра реппаіа,
стр. 140), къ которому какъ въ Венгріи, такъ и у насъ въ Россіи пріурочивается
много пѣсѳнъ и легендъ. Въ Венгріи его зовутъ „волосомъ дѣвочки-сиротки".
Длинные хохолки на его плодахъ, пучекъ которыхъ ни дать ни взять напоминаетъ
хохолокъ цапли, прежде всего служатъ для размноженія—снабженные ими плоды
разносятся вѣтромъ далеко по степи. Наконецъ они падаютъ на землю, и вотъ
тутъ-то движенія этихъ волосковъ, которые то качаются по вѣтру, то задѣваютъ
другіе стебельки и соломины, обусловливаютъ постепенное зарываніе плодика въ
землю; при этомъ рѣсницы, прилаженныя къ самой зерновкѣ, способствуютъ даль-
нѣйшему проникновенію плодика въ почву. Такое же зарываніе плодовъ наблю-
дается и у герани-журавельника (Егосіішп Сісиіагішп, стр. 140), у котораго весьма
1 Послѣдній видъ найденъ и у пасъ на южномъ берегу Крыма, гдѣ вообще вся
флора носитъ средиземно-морской характеръ.	Прим. перев.
82	I. Растительныя области материковъ и острововъ.
чувствительный къ перемѣнамъ влажности столбикъ завязи, употребляемый поэтому
какъ гигрометръ, принимаетъ на себя роль хохолка 8ііра. „Фантазія обитателей
пушть воплощаетъ благодатнаго духа Альфельдъ, т.-е. венгерской низменности, въ
образѣ покрывала, сотканнаго изъ „волосъ дѣвочки-сиротки". Пастухъ собираетъ
первые цвѣтущіе стебли и приноситъ ихъ своей милой въ знакъ любви и вѣрности.
Самъ онъ украшаетъ себѣ ими шляпу. Жены и дѣти пастуховъ срѣзаютъ „арва-
ланигай" (венгерское названіе ковыля), вяжутъ изъ него пучки и увозятъ на про-
дажу въ дальніе города, такъ какъ и горожанинъ раздѣляетъ любовь къ ковылю,
о которомъ разсказывается столько интересныхъ сказокъ, поется столько глубоко-
мысленныхъ пѣсенъ" (Францъ Вёнигъ).
У другого вида ковыля (8ііра саріііаіа) ость кроющей пленки не покрыта
такимъ перистымъ опушеніемъ, какъ у 8ііра решіаіа; этотъ видъ также появляется
въ понтійской степи. Листья этого вида, называемаго на югѣ шелковой травою,
какъ показываютъ разрѣзы ихъ (стр. 140), способны закрываться такимъ обра-
зомъ, что золеная ткань во время сильнаго солнопека защищается отъ чрезмѣр-
ной потери воды. Гораздо проще устроены подобнаго рода аппараты для склады-
ванія листьевъ у нѣкоторыхъ другихъ злаковъ, напримѣръ у овсяницы альпійской
(Еезіпса аірѳзігіэ, см. стр. 137).
У многихъ сложноцвѣтныхъ юго-восточной европейской степи, забирающихся
отчасти и въ область средне-европейскихъ холмовъ, стражами и защитниками цвѣ-
товъ являются муравьи. Одно изъ такихъ сложноцвѣтныхъ растеній, именно
Зеггаіиіа ІусоріГоІіа, изображено на стр. 141 какъ разъ въ тотъ моментъ, когда
его защищаютъ муравьи. Эти насѣкомыя толпами приходятъ къ цвѣточной кор-
зинкѣ, будучи привлекаемы медомъ, выдѣляющимся изъ чѳшуй поволоки соцвѣтія.
При этомъ они оказываютъ энергичное сопротивленіе прожорливымъ жукамъ. Со-
времененъ у насъ еще будетъ рѣчь о тропическихъ „муравьиныхъ растеніяхъ".
Здѣсь же замѣтимъ только, что одна изъ нижне-австрійскихъ тавологъ, именно
8рігѳа Еііірѳпсіиіа, а въ Зальцбургѣ и мышиный горохъ ('Ѵ ісіа Сгасса), названы
народомъ „проводниками муравьевъ".
Понтійская степь является родиною нѣкоторыхъ огородныхъ растеній, отли-
чающихся острыми соками, именно видовъ Вгаззіса и хрѣна (СосЫѳагіа Агшогасіа,
стр. 141); нѣмецкое названіе хрѣна (МаЬггѳіісЬ) напоминаетъ о клячѣ (МаЬгѳ)
и не имѣетъ ничего общаго съ моремъ (Меѳг), какъ то обыкновенно принято ду-
мать. Сорная трава рѣпнякъ (Еаріаіпіт регѳппѳ) первоначально была степнымъ
растеніемъ и распространилась по средней и западной Европѣ вмѣстѣ съ культур-
ными видами. Подъ названіемъ „перекати-поле" въ южнорусскихъ степяхъ
извѣстны засохшіе, плодоносные стебли АПіа§і сатѳіогшп, Сепіапгеа (іійиза,
Ріііотіз ЬегЬа ѵѳпіі, ЬерШіит пкіегаіе, Карізігит рѳгоппѳ и 8а1зо1а Каіі —
растеній, которыя отрываются вѣтромъ отъ почвы и перекатываются по степи, изо -
бражая изъ себя настоящихъ сѣялокъ. Иногда такія травы скатываются вмѣстѣ въ
комъ сѣна, достигающій подчасъ величины изряднаго воза, и эти странные шары, то
подымающіеся на воздухъ, то вновь падающіе на землю, не даромъ были признаны
нѣсколько сродни нечистому и вызвали въ воображеніи народа цѣлый рядъ фантасти-
ческихъ легендъ. Объ этихъ „перекати-поле" можетъ дать слабое представленіе и
3. Понтійскія степи и Кавказъ.
38
рѣппякъ (Карізігпт регѳітѳ), который водится, какъ было сказано, и въ болѣе сѣ-
верныхъ умѣренныхъ областяхъ. Его стебли послѣ отцвѣтанія становятся чрезвы-
чайно блѣдными и твердыми. Главный стебель отгниваетъ близъ самой земли, и тогда
довольно бываетъ крѣпкаго порыва вѣтра, чтобы совершенно оторвать растеніе и
покатить его. Если бы мы не знали навѣрное происхожденія рѣпняка, то одно уже
это сходство его біологическихъ свойствъ съ „перекати-полемъ" могло бы навести
на предположеніе объ общей родинѣ этихъ растеній. Обратно и появленіе нѣкото-
рыхъ культурныхъ растеній съ рѣпнякомъ говоритъ за то, что и тѣ и другой высе-
лились къ намъ изъ одного общаго отечества. На этомъ основывается вообще инте-
ресный методъ опредѣленія отечества нѣкоторыхъ культурныхъ растеній не на
основаніи разныхъ гипотетическихъ соображеній, а непосредственно путемъ изу-
ченія постоянно сопровождающихъ ихъ сорныхъ травъ.
Кромѣ травъ и полукустарниковъ, наряду съ маленькими разсыпанными кое-
гдѣ оазисами сосенъ на западной окраинѣ Понтійскихъ степей попадаются лѣса или
заросли дубовъ ((^аегсиэ аизігіаса), березъ и грабовъ (Сагріпиз ВѳЬіІиз), зато со-
вершенно отсутствуютъ обыкновенныя деревья средне-европейскихъ лѣсовъ и ве-
рески. Въ южно-русской степи встрѣчаются низкорослые кустарники Ашу^сіаіпз
папа, Сага^апа &иіѳзсѳпз, Суіізиз Ьіііогиз, Ргппиз СЬатаесегазиз и т. д. Краемъ
дилювіальнаго моря образуется въ южной Россіи полоса плодороднаго чернозема,
который въ Украйнѣ достигаетъ мощности въ 3—5 метровъ, такъ что культура
хлѣбныхъ злаковъ возможна тамъ безъ удобренія \
Въ противоположность громадной восточно-европейской равнинѣ Кавказъ,
занимающій весь перешеекъ между Чернымъ и Каспійскимъ морями, представляетъ
изъ себя типичную нагорную флору съ лиственными и хвойными лѣсами, въ кото-
рой мы вновь встрѣчаемся съ арктико-альпійскими элементами, какова напри-
мѣръ каменоломка 8ахі&а§а Ла^еііагіз (стр. 141). Характернымъ для Кавказа
деревомъ является АЬіез Хоггіташиаііа, которая встрѣчается на сѣверномъ склонѣ
Эльборуса на высотѣ до 1800 метровъ, на южномъ до 2100 метровъ. За хвой-
ными лѣсами слѣдуютъ кустарники и многолѣтнія травы, еще выше альпійскія лу-
говины. Изъ кустарниковъ самымъ красивымъ считается рододендронъ, подымаю-
щійся до 3200 метровъ. В1ю(1о4ѳп(Ігоп сапсазісшп образуетъ прекрасные кустар-
ники вышиною до полутора метровъ и не выходитъ за предѣлы Кавказа. Встрѣ-
чающійся въ культурѣ ВЬо(1о(іеп(ігоп ропііспт переходитъ и въ Малую Азію. По-
слѣдній видъ образуетъ благодаря своимъ превосходнымъ соцвѣтіямъ и блестящимъ
большимъ листьямъ особенное украшеніе кавказскихъ пейзажей. Въ минувшія
геологическія эпохи этотъ ВЬо(іо(іѳп(ігоп ропіісшп украшалъ и европейскія Альпы;
по крайней мѣрѣ Ветштойномъ найдены были на южныхъ склонахъ Золыптѳйн-
ской горной цѣпи его ископаемые остатки, а впослѣдствіи они были указаны и дру-
гими изслѣдователями; это обстоятельство является нагляднымъ подтвержденіемъ
1 Далѣе авторъ сообщаетъ нѣмецкому читателю, что въ русскомъ просторѣчіи (?)
эта „черпая земля- называется черноземомъ (ТзсЬогпов)от).
Къ сожалѣнію распространенныя на Западѣ миѳическія розсказни о невѣроятномъ
плодородіи чернозема должны отойти въ область преданій. Хищническое, неумѣлое
хозяйство повело къ тому, что за послѣднія десять лѣтъ хроническія голодовки сказы
вались именно въ черноземныхъ губерніяхъ.	Прим. перев.
34	I- Растительныя области материковъ и острововъ.
того, что послѣ ледниковыхъ періодовъ или между ними здѣсь царилъ весьма
мягкій климатъ, который оказалъ огромное вліяніе на составъ современной средне-
европейской флоры.
4. Атлантическая, средиземноморская и восточная флоры.
Эта обширная флористическая область, тянущаяся по тремъ материкамъ, про-
стирается на западѣ отъ Азорскихъ и Канарскихъ острововъ по всей сѣверо-
западной Африкѣ до южныхъ склоновъ высокаго Атласа и по всѣмъ европейскимъ
побережьямъ Средиземнаго моря, затѣмъ она тянется по Малой Азіи и Персіи до
границъ Белуджистана, т.-ѳ. почти до Индіи и до горнаго хребта Эльбурсъ-Гули-
станъ—Кушъ-Баба—Гиндукушъ. Большинство странъ, относящихся къ атлантико-
срѳдиземноморской — восточной флорѣ показываютъ среднюю годовую въ 17°,
причемъ жаркое время года длится у нихъ 3—5 мѣсяцевъ, а теплое 8—10 мѣ-
сяцевъ. Азіатская часть зтой флористической области лежитъ въ полосѣ тридцати-
градуснаго лѣтняго зноя, между тѣмъ какъ осадковъ въ годъ выпадаетъ менѣе 20
сантиметровъ. Лѣса могутъ появляться лишь на болѣе влажныхъ склонахъ горъ;
во внутреннихъ же частяхъ этой области преобладаютъ пустыни (см. стр. 153).
Горы и высокія плоскогорья нерѣдко страдаютъ отъ морозовъ.
Наряду съ лѣсами, въ которыхъ встрѣчаются и вѣчнозеленыя деревья, для
антлантико-срѳдизѳмноморской части этой области оказываются характерными за-
росли кустарниковъ съ вѣчнозелеными, кожистыми листьями, которыя тянутся
иногда на большія пространства и носятъ названіе маквисовъ (Мадпіз). На
стр. 146 изображенъ лѣсъ изъ Южной Далмаціи; растительныя формаціи,
изъ которыхъ онъ составленъ, распадаются на рѣзко разграниченные слои: снизу
мы видимъ слой травы, затѣмъ идутъ вѣчнозеленые кустарники (Мугіпз сотшппіз,
Різіасіа ТѳгѳЬшіЬпз, АгЬпіпз Ѵпѳсіо, ѴіЬигпит Тіпиз), наконецъ подымаются
вѣчнозеленые же каменные дубы ((^иегспз Пѳх). Надо полагать, что маквисы,
представляющіе изъ себя въ настоящее время господствующій типъ растительности
далматинскихъ острововъ и побережій Эгейскаго моря, во время оно являлись вѣч-
нозеленымъ подлѣскомъ нѣкогда жившихъ здѣсь сплошныхъ лѣсовъ. Въ составъ
этихъ маквисовъ чаще всего входитъ миртъ (Мугіпз сотпптіз), лавръ (Ьапгпз
поЫІіз), маслина (Оіѳа епгораеа, стр. 144), земляничникъ (АгЬпіпз Ипесіо) и
древовидный верескъ (Егіса агЬогеа), наконецъ фисташковое дерево и Сіззпз, губо-
цвѣтныя и настоящія розы, напримѣръ Воза &а11іса съ опадающими и Воза зеш-
рѳгѵігепз съ вѣчнозелеными листьями х. Къ маквисовымъ съ опадающими листья-
ми относится итальянская лоза (Ѵііех А&ппз сазіиз) и популярный въ нашей ком-
натной культурѣ олеандръ (Кегішп Оіеапйог). Хотя во времена Гомера маквисы
и не выдѣлялись особенно среди лѣсовъ, однако безсмертный поэтъ не совсѣмъ про-
глядѣлъ ихъ: Одиссей скрывается на островѣ фѳакійцовъ среди двухъ кустовъ
1 Почти всѣ эти растенія, образующія маквисы, характерны и для южнаго берега
Крыма, представляющаго изъ себя, благодаря защищающимъ его съ сѣвера горамъ,
островокъ средиземноморской флоры среди типичной степной (Понтійской).
ІІрим. перев.
4. Атлантическая, средиземноморская и восточная флоры.	35
маквиса и а въ другомъ мѣстѣ ахейцы гонятъ своихъ муловъ черезъ
густую заросль этой формаціи (<5«х ршл^іаяѵхѵа). Не мало средиземно-морскихъ
кустарниковъ спасается отъ лѣтней жары своеобразными способами; такъ напримѣръ,
бобровникъ (Зрагіішп з’ипсеит, стр. 149) совершенно теряетъ листья и усвоиваетъ
углеродъ при посредствѣ зеленыхъ вѣтвей; этотъ дрокъ водится въ громадныхъ
массахъ по всему иллирійскому побережью (и у насъ на южномъ берегу Крыма!);
иглица-рускусъ (Кияспз Нуро^іоззит и аспіеаіпз, см. пр. къ стр. 31 и рис. 151)
превращаетъ свои боковыя вѣтви въ пластинки, напоминающія листья. Въ томъ,
что это вѣтви, а не листья, можно очень легко убѣдиться: цвѣты и плоды-ягоды
вырастаютъ на ихъ поверхности, а на молодыхъ вѣтвяхъ можно бываетъ еще ясно
замѣтить листъ въ видѣ маленькой, блѣдной чешуи. У нопаловыхъ, представитель
которыхъ изображенъ у насъ на стр. 145 (ЕпрЬогЬіа сапагіѳпзіз), роль листьевъ
берутъ на себя толстыя, мясистыя вѣтви. Въ болѣе жаркихъ мѣстностяхъ этой
обширной области мы встрѣчаемся съ типичной степной формаціей: именно тутъ
растутъ колючіе кустарники, полыни и мыльныя травы (Заізоіасеаѳ), подъ защитою
которыхъ развиваются красивыя луковичныя и др. многолѣтнія травы. Тамъ, гдѣ
осадковъ выпадаетъ больше, появляются цѣлыя заросли многолѣтнихъ травъ и по-
лукустарниковъ, и, наконецъ, встрѣчается очень большое число и однолѣтнихъ травъ.
Если мы будемъ подвигаться по направленію съ запада на востокъ, то намъ
прежде всего придется обратить вниманіе на растительность острововъ Атлан-
тическаго океана (Макаронезія). Азорскіе острова, Мадейра и Канарскіе вхо-
дятъ въ составъ этой флоры, хотя и образуютъ сами по себѣ маленькія флористи-
ческія области. Появленіе вересковъ напоминаетъ о западной Европѣ, мясистые
молочаи напротивъ скорѣе переносятъ насъ въ близкую Африку. Характерно при-
сутствіе лавровыхъ деревьевъ въ видѣ вѣчнозеленыхъ лѣсовъ и кустарниковыхъ
зарослей и появленіе эндемичныхъ (туземныхъ) видовъ. Изъ послѣднихъ пожалуй
наиболѣе знаменито драконово дерево (Вгасаѳпа Пгасо, стр. 147). Это расте-
ніе, родственное спаржѣ и луку, представляетъ изъ себя въ одномъ лицѣ лиліи и
гиганта и Маѳусаила. Кажется, будто эти деревья попали къ намъ изъ эпохи,
предшествовавшей нашей, и дѣйствительно они нынѣ несомнѣнно вымираютъ.
„Мощный стволъ ихъ развѣтвляется ярусами, давая косыя боковыя вѣтви, изъ
которыхъ каждая увѣнчана капителью длинныхъ линейныхъ листьевъ, изъ центра
же ея подымается стройная кисть цвѣтовъ, напоминающихъ спаржевыя (Ферди-
нандъ Конъ)а. Знаменитое драконовое дерево изъ Оротавы, которому удивлялся
еще Гумбольдтъ, имѣло въ обхватѣ 14 и въ вышину 22 метра. Возрастъ его ис-
числяется лѣтъ въ 6000. Въ настоящее время самымъ крупнымъ экземпляромъ
считается икодскій. Далѣе очень бросаются въ глаза интересные по своему облику,
напоминающіе американскихъ столбчатыхъ кактусовъ молочаи (ЕпрЬогЬіа сапагіеп-
8І8, ЬаЬашіГега, ге^із ]'иѣаѳ), образующіе на Канарскихъ островахъ нопаловыя за-
росли метровъ въ 6 вышиною (стр. 145). Большая часть Макаронѳзіи въ настоя-
щее время занята культурными растеніями, среди которыхъ мы встрѣчаемся и съ
тропическими формами, напр. кошенилевымъ кактусомъ, сахарнымъ тростникомъ,
тыквеннымъ деревомъ и бананомъ. Канарская финиковая пальма, дающая плоды
даже до высоты 500—800 метровъ, представляетъ изъ себя, безъ сомнѣнія, особый,
36
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
самостоятельный, видъ и называется потому РЬоѳпіх з’иЬаѳ или Ркоепіх сапагіепзіз.
Хотя въ настоящее время она встрѣчается только въ мѣстностяхъ, занятыхъ куль-
турою, однако (по указаніямъ Криста) попадается кое-гдѣ также и совмѣстно съ
Ріпиз сапагіепзіз.
Полоса вѣчнозеленой средиземноморской растительности отличается отъ
другихъ близкихъ странъ уже упомянутыми маквисами. „Французы, говоритъ
Максъ Виллькомъ, называютъ такого рода кустарниковую заросль шадпіз, итальян-
цы шассЬіа, испанцы—топіѳ Ъар. Въ тѣхъ случаяхъ, когда эта формація обра-
зована кустарниками съ блестящими зелеными листьями, она при солнечномъ свѣтѣ
на нѣкоторомъ разстояніи кажется настоящимъ тѳмнозелѳнымъ бархатнымъ ковромъ.
Такой коверъ кустарниковъ застилаетъ напр. всю живописную холмистую мѣстность,
которая тянется къ сѣверу отъ Малаги въ видѣ громаднаго полукруга, и изборож-
дена глубокими рѣчными долинами. Кончается она здѣсь нѣсколько выше подножья
высящейся громады утесистыхъ горъ; равнина эта покрыта полями сахарнаго трост-
ника, плантаціями тутоваго дерева и садами апельсиновъ. Особенно интересною и
характерною становится эта формація въ томъ случаѣ, когда она состоитъ всего
лишь изъ нѣсколькихъ кустарниковыхъ породъ, принадлежащихъ притомъ одному
растительному семейству. Такія заросли извѣстны у испанцевъ подъ именемъ „іо-
шіііагез" и „з’агаіѳз"; они занимаютъ въ центральной и южной части Испаніи, а
также и въ Марокко и Алжирѣ сотни квадратныхъ миль, хотя впрочемъ попадают-
ся также и въ Италіи и Далмаціи. Первые (іошіПагез) состоятъ почти исключи-
тельно изъ маленькихъ кустарниковъ губоцвѣтныхъ, особенно тиміана (чабреца,
богородской травы) и другихъ видовъ рода ТЬутиз (называемый испанцами іотіі-
1о), шалфея, лавандулы и розмарина. Впрочемъ эти заросли губоцвѣтныхъ не осо-
бенно способствуютъ красотѣ пейзажа, такъ какъ листья ихъ окрашены большей
частью въ сѣрый цвѣтъ. Совершенно иной, дѣйствительно прелестный пейзажъ
образуютъ „]ага1ѳя“ или луга, заросшіе видами Сізіиз. Они образуются изъ со-
вершенно не встрѣчающихся у насъ1 каменныхъ розановъ (Сізіиз), которые у испан-
цевъ носятъ названіе „]агаз“; это кусты съ блестящими, бѣловатозелеными листья-
ми, которые ко времени цвѣтенія покрываются обыкновенно крупными бѣлыми, ро-
зовыми или пурпуровыми цвѣтами, весьма похожими на розу. Многіе изъ нихъ
выдѣляютъ изъ своихъ вѣтвей и листьевъ душистую смолу, извѣстную подъ име-
немъ ладана. Особенно много ладана получается отъ одного изъ крупнѣйшихъ и
красивѣйшихъ каменныхъ розановъ, такъ и называемаго испанскимъ ладанникомъ
(Сізіиз ЫапіГегиз); этотъ кустарникъ очень часто встрѣчается во всей западной
половинѣ бассейна Средиземнаго моря, именно въ юго-западной части Пиренейскаго
полуострова и въ сѣверной Африкѣ. Онъ покрываетъ вмѣстѣ съ нѣкоторыми дру-
гими видами Сізіиз все широкое плоскогорье Сіорры-Морены—горной цѣпи при-
близительно въ 350 верстъ длины. Если смотрѣть на него съ одной изъ вершинъ,
то этотъ горный хребетъ, составленный изъ безконечнаго числа небольшихъ вер-
шинъ, какъ лѣтомъ, такъ и зимою представляется застывшимъ бурнымъ моремъ,
которое вблизи кажется тѳмнозелѳнымъ, а на нѣкоторомъ разстояніи почти чернымъ
1 Кромѣ южнаго берега Крыма, гдѣ весьма распространенъ Сізіиз сгеіісиз.
Прим. перев.
4. Атлантическая, средиземноморская и восточная флоры.
37
(отсюда названіе Сіерра-Морѳна—темныя горы); напротивъ того весною, въ апрѣлѣ,
когда ладанникъ открываетъ свои бѣлоснѣжные цвѣты, величиною съ добрую тарел-
ку, онъ издали кажется будто обсыпаннымъ снѣгомъ. Если же бросить свой взглядъ
на глубокія рѣчныя долины въ августѣ, то на днѣ нхъ появятся розовыя полосы,
красиво выдѣляющіяся на изумрудной зелени, по которымъ можно далеко прослѣ-
дить теченіе рѣкъ. Полосы эти образуются цвѣтущими олеандрами, которые какъ
въ Андалузіи, такъ и въ Алжирѣ окаймляютъ берега рѣкъ подобно нашимъ ивамъ
и наполняютъ рѣчныя долины одуряющимъ ароматомъ. Въ лѣсахъ преобладаютъ
вѣчно-зеленые дубы, въ особенности каменный ((^иогсив Пех) н пробковый ((^иѳгспв
виЬег). Въ противоположность нашимъ дубамъ они несутъ маленькіе, продолго-
ватые или круглые, цѣльнокрайніо или слегка зубчатые кожистые листья, которые
обыкновенно представляются блестяще-зелеными только съ верхней стороны, между
тѣмъ какъ снизу они покрыты сѣрымъ или бѣлымъ войлокомъ. Каменный дубъ
достигаетъ лишь средней величины и песетъ густую округлую корону. Пробковый
же дубъ, растущій въ Каталоніи, Андалузіи и Алжирѣ (и у насъ въ Крыму!) и
возрастомъ и величиною равняется нашему средне-европейскому дубу.
Врядъ ли въ другой какой-либо флористической области человѣкъ ока-
залъ такое вліяніе на физіономію пейзажа, какъ именно въ средиземноморской:
вѣдь классическая культура началась изъ Аѳинъ и Рима. А для нея въ свою оче-
редь колыбелью явился востокъ, и такимъ образомъ и флора даетъ намъ наглядную
картину взаимодѣйствій Запада и Востока. Военныя и торговыя путешествія рим-
лянъ и грековъ, переселенія народовъ, наконецъ и сообщеніе со вновь открытой
Америкой оставили свои слѣды въ растительности побережій Средиземнаго моря.
Во времена Гомера и даже великихъ трагиковъ пейзажъ средиземноморскихъ мѣст-
ностей очень и очень разнился отъ того, что мы видимъ теперь.
Острова феакійцевъ, Итака, Калипсо и страна циклоповъ заросли дикой
маслиной. Только объ этомъ сортѣ зналъ Гомеръ, между тѣмъ какъ для полученія
масла годятся лишь костянки (оливы) культурной маслины, оставшейся Гомеру со-
вершенно незнакомой. Восточной, можетъ-быть, семитической садовой культурѣ мы
обязаны первыми попытками облагородить масличное дерево. Па щитѣ Ахилла по-
этому еще не представлена маслина и полученіе масла, однако, въ „Иліадѣ" (ХѴП,
53) мы уже находимъ намекъ на разведеніе маслины путемъ отводковъ. Вторымъ
изъ главныхъ представителей вѣчнозеленой растительности является лавръ, націо-
нальное дерево Греціи. Гомеръ упоминаетъ о немъ, называя его „Оарішѳ", какъ
его въ Греціи зовутъ и до сихъ поръ; названіе это дано ому въ честь извѣстной
Дафніи, нимфы, которая по преданію спасалась отъ Аполлона. Пещера Полифема
(„Одиссея" IX, 184) была затѣнена лаврами, который и въ настоящее время
чаще всего растетъ по ущельямъ. Распространенію, своему изъ своей первоначаль-
ной родины, Малой Азіи, лавръ обязанъ также распространившемуся культу Апол-
лона. Первый храмъ этого бога въ Дельфахъ былъ, по преданію, сложенъ изъ
лавровыхъ сучьевъ и вѣтвей. Такимъ образомъ лавръ былъ искони культурнымъ
деревомъ, и весьма вѣроятно, что лавровыя рощи въ Аббаціи были первоначально
насажены заботливой рукой. Почувствовавъ себя въ австрійской Ривьерѣ, какт
дома, лавры затѣмъ распространились дальше уже сами. Мы нарочно напираемъ
38	I- Растительныя области материковъ и острововъ.
на слова австрійская Ривьера, такъ какъ существуетъ совершенно ложное мнѣніе,
будто изъ всѣхъ мѣстностей Кварнеро одна лишь Аббація „слышитъ шелестъ
лавра". Путникъ, повернувшійся къ Аббаціи спиной и направившійся по чудной
дорогѣ къ рыбачьему городку Ика, и тутъ тоже встрѣчаетъ пышныя заросли аромат-
наго лавра. Однако, въ полномъ блескѣ это дерево предстанетъ передъ нимъ въ
Лопранѣ, такъ какъ здѣсь Ьапгпз поЬіііз образуетъ надъ морскимъ заливомъ
густую рощу, въ которой щелкаютъ соловьи. Среди ихъ темныхъ кущъ подымаются
веселые серебристые листья оливы, а по землѣ стелется плющъ—украшеніе Діо-
нисія (Вакха) и таинственный голубой барвинокъ, давшій столь богатый матеріалъ
нѣмецкой романтикѣ.
Полной противоположностью лавра и маслины является мрачный, стройный
кипарисъ, котораго Гомеръ заставилъ расти въ саду Калипсо. Его твердая древо*
сина служила двернымъ косякомъ въ домѣ Одиссея. Навѣрно Гомеръ не преми-
нулъ бы упомянуть и объ итальянской соснѣ, являющейся въ настоящее время
столь характернымъ для данной мѣстности деревомъ, если бы только она водилась
въ его время въ Греціи: однако, она перекочевала изъ Азіи въ Европу въ послѣ-
гомеровскую эпоху. Даже болѣе того! Лимоны и апельсины, оба азіатскаго про-
исхожденія, во времена Гомера въ Европѣ не были еще извѣстны. Даже римля-
нинъ временъ цезарей не призналъ бы въ своей родинѣ страны, „гдѣ апельсины
зрѣютъ". Апельсинъ былъ привезенъ изъ Китая лишь въ XVI столѣтіи. Италья-
нецъ и по сей день называетъ сладкій апельсинъ рогіо^аііо, греки лодтоуаЛеа,
въ чемъ несомнѣнно заключается намекъ на португальцевъ, которые въ 1518 году
прибыли въ Китай и перевезли оттуда въ Лиссабонъ первое апельсинное дерево.
„Золотыя яблоки Гесперидъ" навѣрно не были апельсинами, а представляли изъ
себя по всей вѣроятности айву или, что правдоподобнѣе, гранатъ. Въ средиземно-
морской области теперь повсемѣстно встрѣчаются пышные кактусы—индійская
смоква (Орппііа Еіспз іпсііса) и столѣтникъ—агава (А&аѵе ашегісапа, стр. 171).
Оба эти растенія родомъ изъ Мексики и были перевезены въ южную Европу, именно
въ Испанію, Кортесомъ, открывшимъ эту часть Америки. Отсюда они уже быстро
распространились по всему югу Европы.
Подобную же исторію, какъ маслина, пережило рожковое дерево (Сегаіопіа
вііідпа, стр. 150). Нѣмецкое его названіе (ІоЬашйвЬгоіЬашп) связано съ легендою,
будто бы Іоаннъ Креститель питался ими во время своего пребыванія въ пустынѣ Ч
Околоплодникъ этого растенія идетъ на кормъ скоту; само дерево встрѣчается по
всей средиземноморской области, главнымъ образомъ на известковыхъ горахъ, при-
чемъ оно чаще является въ видѣ кустарника. „Культура его, говоритъ Вилль-
коммъ, вѣроятно немногимъ моложе маслины, такъ какъ о ной упоминается еще въ
Ветхомъ Завѣтѣ и вѣроятно распространилась съ Востока по всей средиземноморской
области. Уже въ продолженіе цѣлыхъ столѣтій это дерево культивируется въ западной
половинѣ средиземноморскаго бассейна, особенно въ Сициліи, Сардиніи, Каталоніи,
Валенціи, Мурціи, Южпой Португаліи, Марокко и Алжирѣ. Такъ напр., окружена
этими деревьями знаменитая Нпѳгіа <іе Ѵаіѳпсіа—долина, въ центрѣ которой лѳ-
1 Цареградскіѳ рожки представляются любимымъ лакомствомъ русскаго народа
Дри.м. перев.
4. Атлантическая, средиземноморская и восточная флоры.
39
жить городъ того жѳ имени; долина эта вообще славится своимъ плодородіемъ и
прекрасной культурою, тутъ встрѣчаются тысячи шелковичныхъ, миндальныхъ и
фиговыхъ деревьевъ, сады съ апельсинами, а кое-гдѣ можно увидѣть и финиковую
пальму.
Въ Испанію и Португалію культура этого дерева распространилась благодаря
маврамъ, что уже въ достаточной мѣрѣ доказывается туземнымъ и вмѣстѣ съ тѣмъ
арабскимъ названіемъ его (аІІ^аггоЬо).
Въ то время какъ карликовая вѣерная пальма (СЬашаегорз Ьшпіііз) водится
въ средиземноморской области дико, финиковая пальма (РЬоѳпіх (ІасіуііГега, см.
стр. 176), которая встрѣчалась въ третичную эпоху во всей южной Европѣ*, должна
нынѣ считать своей родиной область Аравіи—Сахары (ср. стр. 56), уже оттуда
она проникла въ Европу; въ первый разъ она появилась здѣсь еще во времена до-
гомеровскія. Гомеръ называетъ финиковую пальму и сравниваетъ съ ней
ростъ стройной Навзикаи. Дерево, послужившее живымъ прототипомъ для грече-
скихъ колоннъ, во всякомъ случаѣ но было искони—греческимъ. „Священная
пальма" Делоса показываетъ, что у древнихъ грековъ пальма считалась во вся-
комъ случаѣ диковиной. Перистый листъ этой пальмы, такъ называемая „паль-
мовая вѣтвь", служила символомъ побѣды съ тѣхъ самыхъ поръ, какъ Тезѳй, вер-
нувшись съ Крита, устроилъ на Делосѣ военныя игры и украсилъ побѣдителя паль-
мовымъ листомъ, гордостью этого острова. У семитическихъ народовъ пальмовыя
листья служили и по сей день служатъ символомъ торжества и праздничнаго на-
строенія. Предъ римскимъ тріумфаторомъ несли пальмовую вѣтвь,—тоже сдѣлалъ
и ликующій народъ, встрѣчавшій Іисуса Христа. Листья финиковой пальмы, слу-
жащія во всѣхъ католическихъ странахъ украшеніемъ Вербнаго Воскресенія (Раіш-
воітіа§; у насъ за неимѣніемъ пальмъ ихъ замѣняютъ вербами), привозятся
изъ областей Средиземнаго моря, гдѣ онѣ теперь, повидимому, одичали. Особенно
славится пальмовый лѣсъ Бордигѳра изъ 4000 слишкомъ деревьевъ, находящійся
между Санъ-Ремо и Вентимиліей, снабжающій Римъ, и превосходный пальмовый
лѣсъ изъ эльхъ въ Испаніи, который можно обойти лишь въ 3 часа и содержитъ
въ себѣ около 100000 стволовъ. Впрочемъ, только изъ эльховскихъ пальмъ
вызрѣваютъ хорошіе финики, между тѣмъ какъ особи итальянской или австрійской
Ривьеры рѣдко идутъ дальше образованія цвѣтовъ. Финиковыя пальмы вторично
распространились по средиземноморской области изъ Испаніи, когда въ этой странѣ
поселились мавры. Извѣстно, напр., что основатель могущественнаго во время оно
кордовскаго халифата, Абдеррахманъ-бенъ-Моавія, велѣлъ въ 756 году посадить
финиковую пальму около Кордовы. По указаніямъ мавританскаго писателя Эль-
Моллата эта пальма была первою въ Испаніи, и отъ нея-то, по преданію, произошли
всѣ остальныя испанскія пальмы Ч
Если бы нужно было привести еще какія-нибудь доказательства отсутствія
въ древней Элладѣ и Римѣ апельсина, агавы, индійской смоквы и др., то достаточно
было бы указать на полное отсутствіе какихъ бы то ни было изображеній этихъ въ
1 У насъ въ Крыму п на черноморскомъ побережьѣ можно встрѣтить порядоч-
н ые экземпляры вѣерной пальмы (Сйатаегорз ехсеіеа), дающей даже плоды. Однако,
ее все-таки укутываютъ на зиму соломою.	Прим. перев.
40	I Растительныя области материковъ и острововъ.
высшей степени характерныхъ растеній. Между тѣмъ наивное искусство того вре-
мени охотно черпало вдохновеніе изъ растительнаго міра, такъ что даже травы и
небольшіе кустарники не ускользнули отъ внимательнаго глаза художника класси-
ческой эпохи. Такимъ образомъ мы часто встрѣчаемся въ орнаментѣ пальметкѣ
(стр. 146) съ подогнаннымъ къ извѣстному стилю листомъ СЬашаегорз, а листья
АсапіЬиз тоже послужили мотивомъ для орнамента. Изъ десяти видовъ АсапіЬиз,
растущихъ въ средиземноморской области, изъ которыхъ одинъ изображенъ на стр.
148, лишь АсапіЬиз шоіііз послужилъ мотивомъ для орнаментовъ-акантовъ (см. стр.
150), которые либо украшаютъ углы, карнизы и баллюстрады, либо образуютъ ка-
питель коринескихъ и римскихъ колоннъ. Орнаментъ „ Агшп" является стильнымъ
изображеніемъ соцвѣтія Алію Вгасплсиіиз (стр. 147). Подъ вліяніемъ Востока
развился орнаментъ-гранатъ (стр. 146, Ршііса ^гапаіпт). Культивируемый въ
средиземноморской области гранатъ встрѣчается въ дикомъ видѣ лишь въ Абхазіи,
Мингреліи и тянется черезъ всю Персію до восточнаго Афганистана.
Какую роль играли въ воззрѣніяхъ классическаго міра „полевые цвѣты", яв-
ствуетъ изъ того, что шафранъ, нарциссъ (Кагсіззиз роёіісиз, стр. 147) и касатки
(Ігіз) были персонифицированы, т.-ѳ. явились дѣйствующими героями извѣстныхъ
миѳовъ, а цвѣты асфоделя стали принадлежностью елисейскихъ полей. „Изъ ро-
зетки лежачихъ, травянистыхъ листьевъ, разсказываетъ Фелльнеръ, подымается
большая, безлистная стрѣлка съ большими, лилейными цвѣтами, собранными въ
гроздь. И въ настоящее время это красивое растеніе довольно часто попадается въ
Греціи, Италіи и Испаніи. Оь незапамятныхъ временъ, можетъ-быть, уже съ эпохи
Гомера, въ Греціи существуетъ обычай сажать асфодель (АзрЬодѳІпз гашозиз
стр. 150) на могилахъ близкихъ людей. Безо всякаго сомнѣнія этотъ благочести-
вый обычай находится въ причинной связи съ вѣрованіемъ древнихъ, будто души
умершихъ блуждаютъ по лугу, заросшему асфодѳлемъ (Одиссея XI, 539*;
XXIV, 13); вѣрованіе же это оправдывается тѣмъ, что высушенныя шишки асфо-
деля въ засушенномъ видѣ служили въ пищу бѣднѣйшему населенію, а загробная
жизнь представлялась древнимъ чрезвычайно простою и незатѣйливой". Коммента-
торовъ Гомера чрезвычайно занимало „Мо1у“, которымъ Цирцея приворожила
Одиссея и его спутниковъ. Одни думали, что подъ этимъ названіемъ подразумѣ-
вается длинный лукъ (АШшп Ѵісіогаііз), который считался средневѣковыми сол-
датами-ландскнѳхтами вѣрнымъ талисманомъ противъ пораненія, откуда произошло
его витіеватое нѣмецкое названіе АІІѳгтаппвЬагпісЬ (панцирь всѣхъ мужей); имъ
и въ настоящее время пользуется нижне-австрійскій крестьянинъ для защиты отъ
грозы. По мнѣнію другихъ, Моіу есть не что иное, какъ волшебный или чорный лукъ
(АПішп пі^гшп, АПішп ша^ісшп), а кромѣ того еще представляется весьма вѣ-
роятнымъ, что это гомеровское названіе пріурочено къ корню мандрагора (Мапіга-
&ога оШсіпаІіз), который игралъ въ исторіи культуры такую таинственную роль
(стр. 150)1в, дѣло въ томъ, что по внѣшнему виду онъ то случайно, то при со-
1 „Адамова голова*, корень пасленоваго растенія Мапдга^ога, растенія, встрѣ-
чающагося въ Южной Европѣ, уже съ древнѣйшихъ временъ считалась преисполненной
всякихъ таинственныхъ силъ. Интересно самое добываніе этого корня: по повѣрію для
этого нужно было, ставши лицомъ къ западу, трижды очертить корень мечомъ: затѣмъ
4. Атлантическая, средиземноморская и восточная флоры.	41
дѣйствіи человѣка получаетъ форму человѣческаго тѣла, и суевѣрные люди и нынѣ
еще приписываютъ ему чудодѣйственныя свойства.
Подобно грецкому орѣшнику (Іи&іапз ге&іа, см. стр. 142) и каштаны
(Сазіапеа ѵезса), культивируемые въ южной и средней Европѣ, встрѣчаются въ
средиземноморской области и въ дикомъ видѣ. Грецкій орѣхъ является исконнымъ
представителемъ этой флоры до самаго венгерскаго Баната, а „тѣнистый каштанъи
доходитъ до Кроаціи. Конскій каштанъ (Аѳзсиіпз Нірросазіапшп), явившійся въ
средней и западной Европѣ также даромъ Турціи, встрѣчается въ дикомъ видѣ въ
горахъ Греціи, Ѳессаліи и Эпира подъ областью пихты на высотѣ 1ООО—1300
метровъ. Это дерево особенно пригодно для аллей.
Изъ замѣчательныхъ въ біологическомъ отношеніи растеній среди-
земноморской флоры упомянемъ о „насѣкомоядномъ** росолистѣ (ПгозорЬуІІшп іи-
іапісиш, стр. 145), который поѣдаетъ насѣкомыхъ при помощи железокъ, покры-
вающихъ листья и черешки, родомъ изъ Португаліи и Марокко; затѣмъ интересенъ
еще твердый сассапариль (8тііах азрѳга, см. 151), лазящій при посредствѣ сво-
ихъ прилистниковъ, принявшихъ форму усиковъ; гипоцистъ (Суііпиз Нуросізіиз,
стр. 152), паразитирующій на корняхъ ладонника и относящійся къ тропическому
семейству раффлѳзіевыхъ; мальтезіанскій грибъ (Супошогіиш соссіпѳит, стр. 152)
который паразитируетъ па корняхъ различныхъ приморскихъ растеній и въ преж-
нее время употреблялся для гаданій. На стр. 148 изображено, какъ защищаются
отъ дождя чувствительныя части околоцвѣтника шафрана (Сгосиз шиііііісіиз).
Въ стоячихъ водахъ южной Европы (а у насъ въ нижнемъ теченіи Днѣпра и
др. рѣкъ) встрѣчается растеніе ѴаШзпѳгіа зрігаііз (см. стр. 142 и 143), которая
по внѣшнему виду чрезвычайно похожа на извѣстную морскую траву (2озіега ша-
гіпа). Это растеніе обнаруживаетъ одно изъ замѣчательнѣйшихъ проявленій жизни,
какое только можно встрѣтить въ растительномъ мірѣ: мужскіе цвѣты отдѣляются
въ видѣ почекъ, весьма похожихъ на бисеринки, отъ появляющихся у самаго дна
соцвѣтій мужскихъ особей; при этомъ они всплываютъ какъ пузыри на поверхность
воды, раскрываются здѣсь и, гонимые по водѣ вѣтромъ, передаютъ свою плодотвор-
ную пыль рыльцамъ качающихся на водѣ женскихъ цвѣтовъ. Послѣ оплодотворе-
нія эти послѣдніе оттягиваются опять подъ воду посредствомъ скручиванія ихъ
длинной, напоминающей пробочникъ цвѣтоножки и здѣсь могутъ безпрепятственно
доразвиться въ зрѣлые плоды.
Съ атлантической степною областью мы встрѣчаемся между двумя цѣ-
пями Атласа въ Марокко, затѣмъ въ Алжирѣ и Тунисѣ, далѣе на Пиренейскомъ
полуостровѣ между рѣками Тахо и Гвадіаной, сѣвернѣе Сіѳрры-Невады, въ окрест-
ностяхъ Мурціи и на среднемъ теченіи Эбро. Ковыль-эспарто (84іра іѳпасіззіта),
окопать его, отнюдь не прикасаясь къ нему и привязать растеніе къ хвосту черной со-
баки, которая, выдернувши корень, немедленно издыхаетъ. Самое растеніе, въ моментъ
выдергиванія изъ земли, издаетъ за душу хватающій крикъ. Только вырванный изъ
земли корень можетъ быть взятъ въ руки человѣкомъ. Процессъ извлеченія корня изъ
земли собакою нерѣдко встрѣчался въ видѣ заголовка па лечебникахъ. (Такая гравюра
хранится напр. у проф. Виттрока въ Стокгольмѣ). Картина такого же содержанія изобра-
жена въ краскахъ на заголовкѣ цѣнной греческой рукописи Теофраста (Кернеръ).
Прим. перев.
42	I* Растительныя области материковъ и острововъ.
представляющій изъ себя цѣнный сырой продуктъ, изъ котораго приготовляется
бумага, заступаетъ здѣсь мѣсто венгерскаго и южно-русскаго ковыля (ср. стр. 31).
Поднимаясь выше надъ вѣчнозелеными и степными пространствами, мы
встрѣчаемся на Атласѣ и на Ливанѣ съ атлантико-срѳдизѳмноморскою гор-
ною флорой. Надъ вѣчнозеленой прибрежной областью изслѣдователь вступаетъ въ
лѣсистую, нагорную, съ каштаномъ, букомъ, дубомъ и хвойными, а еще выше уже
начинаются альпійскіе луга. Изъ хвойныхъ тутъ можно замѣтить АЬіез Ріпзаро,
серЬаІопіса и обоихъ кедровъ (Сеігпз аііапііса и ЬіЬаш, см. стр. 153). О ливан-
скомъ кедрѣ много говорится въ Ветхомъ Завѣтѣ; такъ какъ это дерево шло на
постройку домовъ (храма Соломона) и кораблей, то на классической родинѣ его
осталось нынѣ всего лишь какихъ-нибудь 400 экземпляровъ. На Алпѳнинахъ
вѣчнозеленая флора достигаетъ вышины 380 метровъ, дальше начинается уже
лѣсгіая область, простирающаяся до 1900 метровъ, за нею слѣдуетъ альпійская.
На вулканѣ Этнѣ предѣлъ вѣчнозеленаго пояса достигаетъ 700 метровъ, лѣсного
2000 м. высоты. Приблизительно то же самое распредѣленіе мы встрѣчаемъ на
Пиндѣ, Аѳонѣ и островѣ Эвбеѣ. При восхожденіи на гору Гіону (Кіона), располо-
женную къ сѣверо-западу отъ Парнасса, которая считается высшей точкою Греціи
(2600 метровъ надъ уровнемъ моря), Галаши видѣлъ лѣсъ изъ АЬіез Ароіііпіэ,
который кончался лишь на высотѣ 2000 мѳтр. и уступалъ тамъ мѣсто альпійской
растительности: „на массахъ щебня, крутыхъ, вертикальныхъ, а иногда даже на-
висающихъ утесахъ почти всѣ представители растительнаго царства встрѣчаются
здѣсь въ очень ограниченномъ числѣ, если не считать нѣсколькихъ видовъ. Изъ
характерныхъ для данной мѣстности растеній назовемъ прежде всего Варішѳ оіео-
ійез, которое до извѣстной степени замѣняетъ здѣсь альпійскій КЪойосіепігоп, за-
тѣмъ круглые, колючіе кусты Азіга^аіпз сгейспз, подъ защитою которыхъ такъ же,
какъ и подъ дерновинками Еезіпса, спасается отъ хозьихъ и овечьихъ стадъ много
нѣжныхъ травъ, каковы напр. ЬузішасЫа апа§а11оі(іез, Азрегпіа Воіззіѳгі и другія;
затѣмъ встрѣчается СагЛииз Сгопіиз и МаггиЬіиш ѵеіиііпит, затягивающее иногда
большія пространства. На каменистыхъ мѣстахъ кое-гдѣ подымается красная го-
ловка ТгіГоІішп Ойопіз или стелется, крѣпко прижимаясь къ скалѣ, Сатраппіа га-
(Іісоза; изъ злаковъ слѣдуетъ упомянуть о нѣкоторыхъ овсяницахъ СоІоЬасІшѳ Сге-
гагсЩ Зезіегіа пііііа, Вгошпз ГіЬгозпз и къ удивленію о нашемъ южно-русскомъ
ковылѣ (Зііра рѳппаіа). Тутъ же находятъ пристанище также и АсапШоІішоп,
Зсіѳгосііогіоп, послѣдній чаще всего на галькахъ, затѣмъ Біапйшз ѵѳпігісозпз,
ѴѳгЬазспт ѳріхапіЬіптп, нѣкоторые молочаи и видимый издали Стѳгапішп зпЬсап-
Іезсепз. Утесы украшаютъ Сатраппіа Аіхооп, Зііепѳ апгіспіаіа, Азіга§а1пз ап&п-
зііГоІіпз, АсЫІІѳа Ьоіозегісеа и Ггазіі, плотныя подушки Аізіпѳ рагпаззіса, многіе
виды Зейпт и др. Въ трещинахъ и между камнями на самыхъ высокихъ мѣстахъ
появляется Роа Рагпаззі совмѣстно съ Зесіиш аігаішп и БгаЬа Рагпаззі, окружен-
ные скалами, затянутыми пурпуровыми цвѣтами Роіепііііа кіопаеа. Въ непосред-
ственномъ сосѣдствѣ со снѣжными полями растеній встрѣчается мало, почти одинъ
только Вапплспіиз йетіззпз. Напротивъ того въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ собирается въ
ручейки просачивающаяся сквозь трещины въ камняхъ талая вода, гдѣ кромѣ того
нависающіе утесы образуютъ тѣнистые гроты и растительность подвергается дѣй-
5. Центральная Азія.
43
ствію палящихъ лучей солнца лишь въ продолженіе небольшой части дпя, въ та-
кихъ мѣстахъ растенія развиваются подчасъ даже роскошно. АгаЬіз Ьгуоніез и
Агепагіа р’аѵеоіѳпз, усѣянныя тысячами бѣлыхъ цвѣтовъ, покрываютъ здѣсь утесы;
тутъ же показываются мощныя шарообразныя дерновины 8ахіГга§а Зргппегі и раз-
вертываетъ свои листочки нѣжная, желтенькая 8ахі&а$а 8іЬіЬгорі, которая по
образу жизни и общему облику живо напоминаетъ альпійскую Ѵіоіа Ыііога; темно-
синіе колокольчики Сашраппіа пірісоіа, подернутые синевою цвѣты Адпііе^іа Ата-
Ііае, серебристыя розетки АсЫІІеа папа и РоіепііПа зресіоза дополняютъ эту кар-
тину, которая производить на зрителя-туриста чарующее впечатлѣніе. При срав-
неніи альпійской флоры со средиземноморской нагорной растительностью, намъ
прежде всего бросается въ глаза полнѣйшее отсутствіе альпійскихъ луговинъ съ
первоцвѣтами и горечавками, затѣмъ мы не находимъ здѣсь альпійской розы и
осокъ. Только наличность СЬѳпоросІішп Вопиз Нѳпгісиз напоминаетъ намъ до из-
вѣстной степени флору непосредственныхъ окрестностей нашихъ горныхъ па-
стушьихъ хижинъ. Не менѣе бросается въ глаза полное отсутствіе кривыхъ, сте-
лющихся деревьевъ.
Изъ растительныхъ областей востока приходится прежде всего упо-
мянуть объ армяно-иранской степной полосѣ съ холодной зимою и су-
химъ жаркимъ лѣтомъ, которыя дѣлаютъ невозможнымъ появленіе въ этихъ мѣстахъ
лѣсовъ. Чѣмъ ближе станемъ мы подыматься но покрытымъ снѣгомъ горамъ, тѣмъ
болѣе встрѣтимъ мы колючихъ видовъ гвоздичныхъ, Азіга^аіиз, сложноцвѣтныхъ
и Асапйюіітоп. Такія колючія дерновины, типичныя для данной мѣстности,
изображены на стр. 154. Мы видимъ на этомъ рисункѣ кусты АсапіЬоіітоп съ
острыми листьями и колючаго траганта (Азіта^аіпз). „Подобно громаднымъ мор-
скимъ ежамъ (пишетъ Кернеръ), которые разбросаны по дну морскому, и эти по-
лушаровидныя дерновины растеній живутъ на покрытой маленькими камнями почвѣ
степныхъ плоскогорій и настолько хорошо защищены своими торчащими во всѣ
стороны колючими листьями, что ни газель, ни другое туземное животное не станетъ
покушаться на нихъ*.
Мѳсопотамо-пѳрсидская область финиковъ характеризуется этимъ
послѣднимъ плодомъ, который прекращается на ея сѣверной границѣ; далѣе мы
встрѣтимъ уже формаціи лѣса и степей. Соотвѣтственно ея персидскому названію
„Гемзиръ" эту полосу слѣдуетъ считать „жаркой страной", гдѣ весною ненадолго
появляются быстро исчезающія растенія со свѣтлыми цвѣтами (ЛісусІорЬога рѳгзіса,
Рѳпіапеша (ііѵагісаіпт, Ьпшт зрісаНпп, ВіагіЬгоа ѵезіспіозшп). По восточной
нагорно-лѣсной и глетчерной области, по склонамъ горъ, спускающимся къ Каспій-
скому морю, проходитъ восточная граница распространенія бука.
5.	Центральная Азія.
Флора центральной Азіи сливается на западѣ и югѣ-западѣ со средиземно-
морскою. На сѣверѣ она ограничивается сибирскою лѣсною областью, на югѣ Ги-
малайскими горами, на востокѣ вѣчнозеленою кустарниковою растительностью Китая.
Она простирается по степи средней Азіи, въ которой слой годовыхъ осадковъ менѣе
44
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
20 сант., тѣмъ не менѣе мы встрѣчаемся въ Туркестанѣ съ лѣсными породами пихты
(АЬіез 8сЬгепкіапа), лиственницы и ясеня, а на Тянь - Шанѣ мы находимъ даже
альпійскіе луга съ эдельвейсъ, первоцвѣтами и лютиками (Апешопе). Такъ какъ
Тянь-Шань въ третичную эпоху представлялъ изъ себя островъ среди громаднаго
средне-азіатскаго моря, а впослѣдствіи пережилъ, подобно нашимъ европейскимъ го-
рамъ, ледниковый періодъ, то появленіе въ центральной Азіи эдельвейсъ и дру-
гихъ альпійскихъ растеній, весьма близкихъ нашимъ, имѣетъ громадное значеніе
для ихъ исторіи (стр. 20).
Дно бывшаго здѣсь третичнаго моря превратилось теперь въ арало-каспійской
равнинѣ въ солончаковую степь, хорошее представленіе о которой можетъ намъ дать
пустыня Кизилъ-Кумъ (стр. 155), которая тянется отъ сѣвернаго края Араль-
скаго озера до Аму-Дарьи. Изъ важнѣйшихъ встрѣчающихся здѣсь порядковъ
растеній назовемъ мыльныя травы (Заізоіасеае), а среди нихъ для опредѣленія фло-
ристической физіономіи мѣстности наибольшее значеніе имѣетъ саксаулъ (Наіо-
хуіоп ашто(1ѳп(ігоп, СЬѳпороШасѳаѳ стр. 155), который по величинѣ и внѣшнему
облику напоминаетъ заброшенную иву. Такъ какъ вѣтви несутъ на собѣ только че-
шуи, то это дерево нисколько не способствуетъ увеселенію пейзажа пустыни. Близъ
Аральскаго озера этотъ замѣчательный кустарникъ, который вмѣстѣ съ видами Саііі^о-
шцп и туранги (Рориіиз (ІіѵѳгяіГоІіа) долженъ былъ доставлять топливо русской
аральской флотиліи, почти совершенно истребленъ. Болѣе тонкія вѣтви служатъ въ
пищу верблюдамъ, зайцамъ и антилопамъ. Саксаулъ распространенъ по всей возвы-
шенности Усть-Юртъ, тянущейся между Каспійскимъ и Аральскимъ морями, за-
тѣмъ по всему Туркестану, Джунгаріи и пустынѣ Гоби. Въ туркестанскихъ сте-
пяхъ встрѣчаются также мощныя и въ то же время недолговѣчныя зонтичныя, такъ
напр., Еугуап^гаш ЗшпЬиІ, которое значительно превосходитъ ростомъ проходящіе
мимо него караваны верблюдовъ. „Это зонтичное растеніе, весьма часто встрѣчаю-
щееся въ Пѳнджакѳндѣ, южнѣе Самарканда, развиваетъ въ началѣ вегетаціоннаго
періода пять стелющихся по землѣ и раздѣленныхъ на безчисленное множество ло-
пастей листьевъ, которые сильно пахнутъ мускусомъ; однако они ненадолго сохра-
няютъ свою свѣжую зелень и сравнительно скоро завядаютъ, блѣднѣютъ и прини-
маютъ блѣднофіолетовую окраску. Лишь только начнется это измѣненіе въ окраскѣ,
надъ землею подымается безлистный, синеватый побѣгъ, имѣющій въ толщину 4—5
сант. и весьма напоминающій спаржу; этотъ побѣгъ невѣроятно быстро достигаетъ
высоты 3—4 метровъ, образуетъ на верхней своей трети мутовку вѣтвей, изъ ко-
торыхъ каждая въ свою очередь раздѣляется на многочисленные зонтики" (Кер-
неръ). Въ Монголіи на ряду съ саксауломъ встрѣчается сулхиръ (А^гіорЪуІІит
ОоЬісит), кустарниковое растеніе до 30 сант. вышины, сѣмена котораго перераба-
тываются въ муку, затѣмъ Ри&іопішп (іоІаЬгаіиш съ зелеными плодами, служащими
китайцамъ въ пищу, далѣе злакъ пуховникъ (Ьазіа^гозііз зріѳікіѳпз), достигающій
2,7 метровъ вышины, подъ сѣнью сѣро-зеленыхъ зарослей котораго находятъ пріютъ
пугливые обитатели пустыни; наконецъ джаманика (Міігагіа ЗсЬоЬегі) съ ягодами,
употребляющимися въ пищу людьми1 и верблюдами.
1 Казаки дѣлаютъ изъ этой „заманихи-, какъ они называютъ ее, пироги, хотя
п жалуются на то, что она производитъ дурной запахъ изо рта. Прим. персв.
6. Сибирь и Камчатка.
45
6.	Сибирь и Камчатка.
Между средне-азіатской флорою и азіатскою частью арктической мы встрѣчаемъ
область сибирской растительности. Принадлежа къ великому сѣворному флористи-
ческому царству, которое охватываетъ полярныя страны европѳйско-азіатскаго и
сѣворо-американскаго материковъ, сибирская область приходится въ холодно-умѣ-
ренномъ климатическомъ поясѣ. Однако въ мѣстностяхъ, граничащихъ со степной
областью, мы все-таки встрѣчаемся здѣсь съ довольно продолжительнымъ и жаркимъ
лѣтомъ. Къ востоку, напротивъ, граница „мерзлоты", т.-ѳ. вѣчно замороженной
подпочвы (ср. стр. 18) все болѣе и болѣе спускается къ югу.' У Якутска-
Верхоянска, гдѣ наблюдались наиболѣе низкія изъ когда-либо отмѣченныхъ темпе-
ратуръ, именно 62 и 63 градуса мороза (полюсъ холода), гдѣ сродняя температура
января колеблется между 42,8 и 49° мороза, и гдѣ температура въ тѣни въ продол-
женіе цѣлыхъ мѣсяцевъ не подымается вышо — 32°, все-таки растетъ еще цѣлый
рядъ травъ и кустарниковъ, надземныя части которыхъ въ продолженіе цѣлыхъ мѣся-
цевъ подвергаются температурѣ, при которой замерзаетъ ртуть; болѣе того—тамъ
еще держатся березы и лиственницы (Вѳіиіа аІЬа н Ьагіх зіЬігіса) и не можетъ
быть сомнѣнія въ томъ, что древесина и почки этихъ растеній каждый годъ охла-
ждаются до — 30°, не вымерзая при этомъ. Только этою-то выносливостью прото-
плазмы—единственной живой части растенія, ея устойчивостью противъ сильнаго
и продолжительнаго мороза и объясняется, какъ мы уже сказали выше, самая воз-
можность существованія арктической флоры (ср. стр. 15).
На югъ полоса тундры, о которой выше уже была рѣчь,граничитъ сь сибир-
скою лѣсною областью. По берегамъ рѣкъ лѣсъ проникаетъ на сѣверъ особенно
далеко. Карликовыя заросли кедра (Ріпиз сѳтЬга) кончаются на высотѣ 69°. На
Енисеѣ можно встрѣтить лѣсъ изъ лиственницъ еще подъ бЭ^О сѣверной широ-
ты. Карликовая береза (Веіпіа лапа), кустарники ивы и ольхи, даже рѣдкія за-
росли лиственницъ и пихты образуютъ сѣверо-сибирскую границу лѣсовъ
(стр. 156). Къ востоку отъ Урала и до самаго Охотскаго моря, между 58—59°
съ юга и до 67—68° съ сѣвера, тянется сибирскій дѣвственный лѣсъ — тайга,
длину котораго Нордѳншѳльдъ оцѣниваетъ въ 4000 километр., а ширину въ 1000.
Наиболѣе типичными изъ растеній его образующихъ будутъ сибирскія лиственницы
(Ьагіх зіЬігіса и (іаѵпгіса), сибирскій кедръ (Ріпиз сетЬга), ели Рісеа оЬоѵаіа и
(на востокѣ) А]апепзіз, въ югу сибирская пихта (АЬіез зіЬігіса), затѣмъ европей-
ская сосна (Ріпиз зііѵѳзігіз) съ черникою и другими многолѣтними травами, встрѣ-
чающимися и въ Европѣ. Изъ лиственныхъ деревьевъ заросли образуются бере-
зой, ивой, ольхою и ясенемъ, между тѣмъ какъ буковъ и дубовъ нѣтъ и слѣда.
„Большинство деревьевъ достигаетъ даже выше полярнаго круга значительной вы-
шины, но зато они здѣсь въ виду полнаго отсутствія ухода, наполовину засохли и
покрыты лишайниками, придающими имъ сѣдой видъ. Почва между деревьями такъ
густо усыпана опавшими вѣтвями и стволами, частью свѣжими, частью уже разло-
жившимися или образовавшими груды трухи, только сдерживаемой корою, что
не слѣдуетъ уклоняться въ сторону отъ проторенной тропинки. А если уже слу-
46	Ь Растительныя области материковъ и острововъ.
чится такая бѣда, то нельзя расчитывать успѣть за день много пройти, да кромѣ
того каждую минуту рискуешь поломать себѣ ноги и заблудиться въ лѣсной чащѣ.
Почти вездѣ упавшіе стволы покрыты густымъ ковромъ мха, лишайники же на-
противъ встрѣчаются довольно рѣдко, вѣроятно вслѣдствіе сухого континенталь-
наго климата Сибири. Поэтому и на еляхъ не встрѣчается обычнаго у насъ лишая-
бороды, и кора березы, кое-гдѣ просвѣчивающая между стволами хвойныхъ, отли-
чается необыкновенной бѣлизною (Норденшѳльдъ). Другой путешественникъ
описываетъ „тайгу" слѣдующими словами: „едва замѣтная тропинка ведетъ оди-
нокаго охотника черезъ таинственную чащу, мимо гигантскихъ труповъ деревьевъ,
которые медленно гніютъ на землѣ, будучи прикрыты саваномъ мховъ и травъ...
Вокругъ этиіъ труповъ своихъ собратій молча тянутся къ небу сосны, ели и
лиственницы, между тѣмъ какъ болѣе яркая зелень черемухи, колючаго терна и ши-
повника являются пышной декораціей вокругъ этого катафалка; эти послѣдніе,
цѣпляясь отъ ствола къ стволу, образуютъ столь плотную, сочную стѣну, что даже
самый острый топоръ съ трудомъ проложитъ себѣ здѣсь путь". На юго-востокѣ
лѣсъ тянется отъ Охотскаго моря до Камчатки. Особый видъ березы (Вѳіиіа
Егтаппі) образуетъ въ восточной Камчаткѣ красивые лѣса, которые смѣняются
лугами съ громадными зонтичными изъ рода Нѳгасіѳшп и Ав^ѳііса, напоминаю-
щими туркестанскія (см. стр. 156).
7.	Страны восточной Азіи.
Граничась на западѣ со средне-азіатскою, а на востокѣ съ сибирскою флорами,
эта громадная область, занимающая пространство въ болѣе чѣмъ 25 градусовъ
широты (т.-ѳ. около 2700 верстъ), на югѣ сталкивается уже съ тропическою фло-
рою, такъ какъ сосѣдняя прибрежная полоса отъ рѣки Меконга и до Гонконга и
Кантона, а также мѣстность на границахъ Бирмана и Юннана является областью,
дающей пріютъ новымъ своеобразнымъ формаціямъ и характернымъ тропическимъ
родамъ растеній. „Послѣдовательность восточно-азіатскихъ растительныхъ провин-
цій пожалуй можно сравнить съ полосою къ югу отъ Великобританіи, черезъ Испа-
нію до царства атлантической флоры, съ тѣмъ однако различіемъ, что здѣсь съ южной
стороны граничитъ „гораздо болѣе богатая растительная область". Друде, которому
принадлежитъ эта мѣткая характеристика, различаетъ страны по направленію отъ сѣ-
вера къ югу: маньчжурскую, сѣверо-китайскую и южно-китайскую растительныя зоны,
полосу нагорнаго лѣса и горную область Юннанъ Сѳчуанъ, а также и японскіе острова.
Въ Маньчжуріи преобладаютъ лѣса маньчжурскаго орѣшника (Іи^іапз шапб-
зсЬпгіса), хвойныхъ (Ріпиз тапсізсііигіса и иззигіѳпзіз), дубовъ ((^иегсиз топ-
^оііса) и клена (Асег зрісаішп и Мопо). Степи, луга и болота простираются до
сѣверной части острова Іоссо и южнаго Сахалина.
Сѣверо-китайская зона растительности, со своимъ центромъ Пекиномъ, обни-
маетъ южную Маньчжурію и сѣверный Китай. Тутъ нѣтъ еще вѣчнозеленыхъ мак-
висовъ (см. стр. 34), которые являются характерными для болѣе южныхъ мѣстно-
стей, образуя живой контрастъ здѣшнимъ безплоднымъ холмамъ съ сухими прутьями
Ьусішп сЬілепзе, ХіхурЬпз КаетрГѳгі и Ѵііѳх іпсіза. Характерныя древесныя по-
7. Страны восточной Азіи.
47
роды Раиіояшіа ітрегіаііз, СгЫіізсЫа сЬіпѳпзів, Саіаіра Вип&еі, АіІапіЬиз
&1ап(1иІ08а, 8орЬога з'арошса, Місгореіѳа сктепзіз и важная для промышленности
бумажная шелковица (Вгоиззопеііа раругіГега, стр. 157), забравшіяся и въ наши
европейскіе сады, растутъ въ здѣшнихъ долинахъ въ дикомъ видѣ или же культи-
вируются мѣстнымъ населеніемъ. Въ южно-китайской области встрѣчаются уже и
пальмы, какъ напримѣръ ТгасЬусагриз ехсѳіза, но преобладаютъ во всякомъ случаѣ
вѣчнозеленыя растенія, которыя образуютъ заросли, покрывающія большія про-
странства, и въ этомъ смыслѣ могутъ быть вполнѣ уподоблены маквисамъ среди-
земноморской флоры (см. стр. 34). Конечно виды и даже въ большинствѣ случаевъ
и роды растеній совершенно иные. Изъ лавровыхъ здѣсь встрѣчается только кам-
фарное дерево (стр. 157). Изъ семейства камеліевыхъ (Тѳгпзігоешіасѳаѳ) сюда
принадлежитъ родъ Сашѳіііа съ 14 видами, изъ которыхъ важнѣйшимъ для эконо-
мической жизни страны является чай (СашеШа ТЬеа или ТЬеа сЬіпѳпзіз).
Однако весьма вѣроятно, что китайцы, выпустившіе изъ своихъ рукъ столь доход-
ную лѣтъ 1ООО тому назадъ культуру шелковицы (Могиз аІЬа), безъ которой не
могутъ жить шелковичные черви, въ скоромъ времени потерпятъ большіе убытки
отъ конкуренціи яванскихъ, цейлонскихъ и т. д. чайныхъ плантацій1 (смотри
стр. 205). Въ послѣднее время впрочемъ китайское происхожденіе чайнаго
куста стало подвергаться нѣкоторымъ сомнѣніямъ; поговариваютъ о томъ, что онъ
происходитъ родомъ изъ мѣстности, расположенной по восточной границѣ Ассама, и
что въ Небесной Имперіи его только впѳрвые ввели въ культуру. Родъ
СашеШа получилъ свое названіе отъ іезуитскаго патера Георга Іосифа Камеля,
который въ 1739 году перевезъ СашеШа ]аропіса изъ восточной Азіи въ Испанію.
Въ настоящее время извѣстно уже болѣе 300 сортовъ этого красиваго декоратив-
наго растенія. Къ южно-китайской флорѣ относится лаковое дерево (КЬиз ѵѳгпіеі-
Гега), восковое дерево (ЗІіШп^іа зеЬіГѳга) и многія другія растенія, доставляющія
красящія или бальзамическія вещества. Изъ семейства араліевыхъ Агаііа рару-
гіГега съ блестящими, пальчатораздѣльными листьями даетъ матеріалъ для такъ
называемой китайской рисовой бумаги: она приготовляется изъ бѣлой сердцевины
этого растенія. Особенно славится въ Китаѣ корень жень-шень (Ралах Оіпзеп^,
стр. 158), который исцѣляетъ, по воззрѣніямъ подданныхъ богдыхана, отъ всевоз-
можныхъ болѣзней и породилъ спеціальный кодексъ суевѣрій, напоминающихъ ле-
генды о нашемъ Адамовомъ корнѣ—мандрагорѣ (см. стр. 40)1 2 3. Отличная
ткань получается изъ ВоеЬшѳгіа іепасіззіта (стр. 157) и ВоѳЬшегіа піѵеа, лу-
бяныя волокна которыхъ извѣстны подъ названіемъ „китайской коноплии или
рами. Въ опредѣленіи физіономіи пейзажа данной мѣстности большую роль
играютъ виды хвойныхъ Віоѣа, Сшші^Ьатіа и Оіп^ко ЬіІоЪа, которое къ хвойнымъ
относится по устройству цвѣтовъ, а листья у него пластинчатые ’. Листья эти
1 Въ послѣдніе голы и у пасъ близъ Батума устроены чайныя плантаціи.
2 Вѣроятно эти понѣрья основаны на нѣкоторомъ сходствѣ обоихъ этихъ корней
съ человѣческимъ тѣломъ. Корень Жень-шѳни цѣнится на вѣсъ золота. Считается
сильнымъ арЬгогіізіасиш. Его не культивируютъ (вѣроятно въ виду плохой всхожести
сѣмянъ), а отыскиваютъ въ степи.
3 Это интересное дерево прославилось тѣмъ, что у него японскимъ ученымъ
Гиразе впервые открыты были сперматозоиды для высшаго (зародышеваго) растенія
Прим. перел
48	I* Растительныя области материковъ и острововъ.
чрезвычайно напоминаютъ по контуру вайи папоротника А(1іапіиш (откуда другое
названіе гингко ЗаІізЬугіа айіапііГоІіа), однако гораздо больше ихъ и на свобод-
номъ широкомъ краѣ раздѣлены на двѣ лопасти. Растенія эти часто осѣняютъ
китайскіе храмы.
Въ горной области Юннана и Сѳчуана съ вершинами до 5000 метровъ вы-
шиною легко можно замѣтить вліяніе гималайской флоры. Хвойныя доходятъ здѣсь
до высшей границы распространенія деревьевъ (стр. 156), ниже появляются маг-
ноліи, лавры и дубы. Какъ и на Гималаяхъ, и здѣсь тоже въ лѣсахъ появляется краси-
вая альпійская роза — рододендронъ. Многіе китайскіе виды эндемичны для Юннана;
за послѣдніе годы здѣсь найдены даже туземныя, совершенно новыя семейства.
Область японскихъ острововъ тянется съ сѣвера на югъ почти на 15
градусовъ широты (около 1600 верстъ) н на этомъ протяженіи представляетъ намъ
всѣ зоны растительности отъ сурово-полярной до тропической включительно. Осо-
бенно характерною формаціей является „тара"—родъ лѣсной или горной лужайки,
располагающейся на высотѣ 2500 метровъ по склонамъ горъ; „здѣсь не встрѣтишь
дерновины-подушки злаковъ; всѣ растенія разбросаны рыхло, безъ опредѣленной
связи, злаки, многолѣтнія травы и полукустарники, папоротники, фіалки, колоколь-
чики, Черноголовки (Рпіпѳііа), щавѳли, ленъ, лѳнѳцъ (ТЬѳзіпйі), дубница (А]’и§а),
осока, въ общемъ цѣлыя поля цвѣтовъ" (Рейнъ). Въ послѣднее время Эрфуртъ
распространяетъ „японскій дернъ", который представляетъ изъ себя именно такую
богатую формами и красками „гару". Японскій лѣсъ, который частью на большихъ
пространствахъ оказывается еще непроходимымъ — дѣвственнымъ, отличается
смѣсью различныхъ видовъ. На сѣверѣ онъ смѣшанный, на югѣ вѣчнозеленый.
Хвойныя породы селятся преимущественно на возвышенностяхъ, однако мѣстами,
напримѣръ у озера Гаконе (см. стр. 159), доходятъ и до уровня моря. Самыо
южные маленькіе острова могутъ похвалиться красивой вѣерной пальмой (Ьіѵізіопа
сЬіпепзіз) и другими уже чисто тропическими видами напр. РоЛосагриз Ха^еіа и
Еісиз УѴі^Ьііапа.
Стоитъ еще упомянуть и о томъ, что японскій садъ, напр. изображенный на
стр. 158 императорскій паркъ въ Токіо, въ точности подражаетъ японскому горному
пейзажу, такъ что извѣстный стиль „англійскихъ парковъ" предвосхищается такимъ
образомъ въ Восточной Азіи. Наконецъ упомянемъ еще, какъ о курьезѣ, о гѳль-
вингіи (НеЬгіщра гизсіГоІіа, стр. 157), которая по внѣшнему облику очень напо-
минаетъ виды южно-европейскаго Визсиз (см. стр. 31 и 35). Однако у рускусовъ
кажущіеся листья на самомъ дѣлѣ представляютъ изъ себя плоскія вѣтви (филло-
кладіи), здѣсь же мы имѣемъ дѣло съ настоящими листьями, которые частью
срастаются съ цвѣтоножкою.
8.	Британскія владѣнія въ Сѣверной Америкѣ, Соединенные
Штаты и Мексика.
Эта обширная флористическая область простирается отъ лишайниковой тундры
арктической части Сѣверной Америки до тропика въ Мексикѣ и до южной оконеч-
ности Флориды, обнимаетъ слѣдовательно весь сѣверо-американскій материкъ и про-
8. Британскія владѣнія въ Сѣверной Америкѣ, Соединенные Штаты и Мексика. 49
ходитъ 4 климатическихъ пояса. Начиная съ сѣвера, мы изъ арктическихъ странъ
переходили въ зону съ 1—4 умѣренными и 8—11 холодными мѣсяцами, затѣмъ
въ зону съ умѣреннымъ лѣтомъ и холодной зимой, далѣе въ подтропическій съ
4 11 мѣсяцами, въ продолженіе которыхъ температура держится выше 20°, и на-
конецъ въ тропическую Мексику. Полную противоположность сѣвернаго и тропи-
ческаго пейзажей легко замѣтить на изображеніяхъ растительности Стикины въ
британской Колумбіи (стр. 162) и южной Флориды (стр. 173). Осадковъ особенно
много выпадаетъ со стороны Атлантическаго океана, гдѣ подъ ихъ вліяніемъ нахо-
дится широкая прибрежная полоса земли. Со стороны же Тихаго океана эта по-
лоса значительно уже. Главнымъ водораздѣломъ являются Скалистыя горы (Воску
Моппіаіпз), которыя образуютъ рѣзкую границу между атлантическою и тихоокеан-
скою флорами; напротивъ того по направленію съ сѣвера къ югу растительныя обла-
сти не отграничены рѣзко другъ отъ друга, а переходятъ одна въ другую по-
степенно.
Идя отъ сѣвера къ югу, мы попадаемъ прежде всего въ глетчерную, лѣсную
и кустарниковую области Аляски и въ лѣсную область Британской Колум-
біи, которую можно разсматривать какъ продолженіе калифорнійской флоры; однако
есть и отличія: не встрѣчается напримѣръ гигантскихъ мамонтовыхъ деревьевъ и
вѣчнозеленыхъ древесныхъ породъ, равнымъ образомъ мало и лиственныхъ. Подъ
50 парраллѳлыо на островѣ Ванкуверѣ можно еще найти (^пегсиз Ѳаггуапа, Асег
тасгорЬуІІшп и Асег сігстаішп, а на всемъ юіѣ, напр. въ области Фрэзеръ, гор-
дые великаны дугласовой пихты вмѣстѣ съ Тзп&а Мѳгіепзіапа, АЪіѳз ^гашііз и
поЬіІіз и ТЬц]*а вдапіеа образуютъ громадные лѣса; однако чаще и на большихъ
пространствахъ, особенно по направленію къ сѣверу, встрѣчается Рісеа Зіікаѳпзіз,
стволы которой на островахъ Александровскаго архипелага, подъ 59° сѣверной
широты, еще достигаютъ 75 метровъ вышины и 2 метровъ въ поперечникѣ. Менѣе
рослый, но врядъ ли уступающій ей въ мощности желтый кедръ (ТЬіца пиікаёпзіз)
вблизи береговъ достигаетъ тѣхъ же широтъ, далѣе же къ сѣверу къ ней примѣ-
шиваются нѣкоторыя восточныя формы, именно Рісеа аІЬа и Тзи$а сапайепзіз, ко-
торыя въ области Юкона держатся преимущественно по горнымъ хребтамъ и бере-
гамъ рѣкъ. Скалистую почву прибрежнаго лѣса покрываетъ коверъ изъ видовъ
8рЬа§пиш, который защищаетъ лѣсъ отъ пожаровъ; однако по указаніямъ Доусона
(Ваѵзоп), среди лѣса разсыпаны кое-гдѣ поляны со злаками и цвѣтами, а изъ
культурныхъ растеній1 въ фортѣ Юконѣ, при сліяніи Поркупины съ Юкономъ, еще
съ успѣхомъ культивируются картофель и ячмень. Въ области верхняго Юкона
Доусонъ не нашелъ тундръ, зато онѣ тянутся подальше въ сторону отъ прибреж-
ныхъ лѣсовъ верхняго Юкона и составляютъ переходъ къ арктической области“
(Дѳккѳртъ). Въ верхнемъ теченіи Юкона лежитъ къ западу отъ 140° долготы
открытое въ 1896 г. золотоносное поле Клондайкъ. Зимою въ этой богатой осадками
мѣстности температура нерѣдко опускается ниже — 50 градусовъ.
Въ гудзонской лѣсной области, которая обнимаетъ большую часть Лаб-
адора и Квебека, въ дѣвственныхъ лѣсахъ, тянущихся на сотни тысячъ квадрат-
рныхъ километровъ, преобладающимъ элементомъ являются еще хвойныя; изъ ив-
иовъ ихъ назовемъ: бѣлѵю ель (Рісеа аІЬа, АѴТііѣе 8ргисѳ), черную ель (Рісез
50	I- Растительныя области материковъ и острововъ.
пі^га, Віаск Зргисѳ), бальзамическую пихту (АЬіѳз Ьаіяашѳа), тамаракъ (Ьагіх
атѳгісала) и сѣрую сосну (Ріпиз Вапкзіапа). Изъ лиственныхъ здѣсь встрѣчается:
береза—кано (Веіиіа раругасеа), сѣверная граница распространенія которой ле-
житъ лишь на Юконѣ, осина (Рорпіиз ігети1оі(1ѳз) и бальзамическій тополь (Ро-
риіиз ЬаІзатіГѳга), а по берегамъ рѣкъ разные виды ихъ. Низкорослый подлѣсокъ
здѣсь, какъ и въ европейскихъ лѣсахъ,, образуется видами Ѵассіпішп и ВиЬиз.
Даже виды эти остаются тѣми же самыми; такъ напр., въ канадійской лѣсной области
весьма часто встрѣчается морошка.
Для слѣдующей области — аппалахійской, характеристичными является
лиственный лѣсъ съ многочисленными видами. Очень напоминая средне-европейскій,
такъ какъ деревья подвергаются здѣсь и тамъ воздѣйствію одинаковыхъ внѣшнихъ
условій, лѣсъ этотъ оказывается однако гораздо болѣе богатымъ разнообразными
формами. Раскрываніе листьевъ изъ покрывающихъ ихъ чашевидныхъ прилистни-
ковъ совершается у тюльпаннаго дерева (ЬігЫешігоп МіріГега, стр. 165)
подобно тому, какъ это происходитъ и у средне-европейскихъ лиственныхъ, а осенью
сѣверо-американскій лѣсъ точно такъ же мѣняетъ окраску своихъ листьевъ, какъ и
нѣмецкій. „По большей части,—говоритъ Кернеръ1 — и виды, составляющіе этотъ
лѣсъ, очень напоминаютъ наши; тутъ сосны и пихты, буки и грабы, дубы, ясени,
липы, березы, ольхи, тополя, клены, вязы, боярышникъ и калина; богатство формъ
однако тамъ значительно больше, чѣмъ въ средней Европѣ. Въ мѣстностяхъ по
берегамъ озера Эри...... къ вышеперечисленнымъ деревьямъ прибавляется еще
ядовитый сумахъ, уксусное и тюльпанное деревья, западный чинаръ, многіе орѣш-
ники, лжеакаціи, Сгушпосіасіиз, ЬідпііатЬаг и въ особенности нѣкоторыя ліаны изъ
лозовыхъ, которыя взбираются на верхушки самыхъ высокихъ деревьевъ. Это
большое разнообразіе формъ вызываетъ еще болѣе пеструю окраску осеннихъ
листьевъ, чѣмъ въ средне-европейскихъ мѣстностяхъ. Раскрашиваніе зеленаго
цвѣта начинается у нѣкоторыхъ видовъ уже съ начала сентября и продолжается
больше мѣсяца.... Американскій букъ (Еа&пз Геггп^іпеа) раскрашивается тѣмъ же
цвѣтомъ, что и европейскій, также и американскія березы (Вѳіпіа пі&га и В. рару-
гасѳа); однако дубы, разнообразные виды коихъ растутъ къ югу отъ канадскихъ
озеръ, обнаруживаютъ всевозможные оттѣнки отъ желтаго черезъ оранжевый къ
красному и бурому; красный кленъ (Асѳг гпЬгпт) покрывается глубокимъ пурпу-
ромъ, тюльпанное дерево одѣвается въ самый свѣтлый желтый цвѣтъ, боярышникъ,
калина (ѴіЬппшт Ьепіа^о) и ядовитый сумахъ (ЕЬпз Тохісоіѳпігоп) дѣлаются
фіолетовыми, уксусное дерево (ВЪпз іурЬіпа) и лазящія по вѣтвямъ породы дикаго
винограда (Ѵіѣіз и Ашреіорзіз) становятся огненно-пунцеваго цвѣта. Изъ этой
пестрой смѣси яркихъ цвѣтовъ выдѣляются канадскія пихты съ ихъ темною зеленью
и веймутовы сосны, отличающіяся матовою, синевато-золеною кроною". Подлѣскомъ
являются многочисленные кустарники съ красивыми цвѣтами, каковы напримѣръ
ВЪо(іо(1еп(1гоп шахітит и саіаигЬіепзѳ, виды Каітіа и Азаіѳа, Согиаз ПогіІа
съ бѣлыми кроющими листьями, напоминающими лепестки (стр. 160). Ниже ихъ
подымаютъ свои красивыя вайи папоротники (стр. 173).
1 См. „Жизнь растеній* томъ I, стр. 491.
Прим. перев.
8. Британскія владънія въ Сѣверной Америкѣ, Соединенные Штаты и Мексика. 51
Большая сѣверо-американская прерія съ ея неисчерпаемыми стадами
иллюстрирована у насъ на пейзажѣ изъ Южной Дакоты (стр. 163). Рѣзко выражен-
ный степной климатъ съ почти непосредственной смѣною жаркаго лѣта съ почти
сорокаградусными морозами зимы парализуетъ всякій ростъ деревьевъ, которыя
ограничиваются лишь зарослями Рориіпз ЬаІзашіГега и шопіІіГѳга, а равно и Гга-
хіппз рпЬезсепз, встрѣчающимися лишь по теченію рѣкъ. Въ общемъ же преріей
всецѣло завладѣваютъ травянистыя растенія, а мѣстами она прямо носитъ харак-
теръ пустыни. Изъ важнѣйшихъ злаковыхъ растеній преріи назовемъ Вопіѳіопа
оІі^озіасЬуа и ВпсЫоѳ (іасіуіойез; послѣднюю траву народъ называетъ „буйволо-
вой" (ВпГаІіо ^газз), она „чрезвычайно напоминаетъ плохонькій экземпляръ АпіЬо-
хапгііт; вообще она низкаго роста и несетъ плети, однако въ южныхъ частяхъ
прерій ее можно встрѣтить въ свѣжемъ видѣ даже зимою, и потому она служитъ
кормовой травою". Какъ въ понтійской степи, такъ и здѣсь въ началѣ вегетаціон-
наго періода появляются красивыя растенія изъ родовъ Азіга^аіиз, НеІіапіЬпз
(подсолнечникъ), Азіег, Репізіешоп, Егі^егоп, РЫох, многіе виды которыхъ, вмѣ-
стѣ съ сѣверо-американской ночной свѣчой (ОѳпоіЬега Ьіеппіз, стр. 160), переко-
чевали въ сады. Впрочемъ послѣднее растеніе успѣло въ Европѣ уже одичать.
Картина такой преріи, находящейся въ полномъ цвѣту, представлена на стр. 162.
Въ преріи между Мичиганомъ и Висконсиномъ цъ одной и до Алабамы и Тексаса
встрѣчается растеніе-компасъ (ВіІрЬішп Іасішаішп,стр. 164),принадлежащее
къ сложноцвѣтнымъ. Острыя части вертикальной листовой пластинки этого растенія
обращены къ сѣверу и югу, плоскости же листьевъ къ востоку и западу. Это мери-
діанное положеніе листьевъ 8і1рЬіит, которымъ пользуется житель преріи для того,
чтобы оріентироваться, оказываетъ растенію ту пользу, что пластинки подвергаются
прямому дѣйствію солнечныхъ лучей лишь утромъ и вечеромъ, когда прохладно и
сравнительно сыро; при этомъ оно не очень сильно нагрѣвается и не теряетъ слиш-
комъ много воды. Европейская повсемѣстно распространенная сорная трава—латукъ
(Еасіпса Зсагіоіа, стр. 164, ср. стр. 30) и другія травянистыя сложноцвѣтныя
понтійской и восточной флоръ также точно обнаруживаютъ расположеніе листьевъ,
соотвѣтствующее положенію стрѣлки компаса.
Флора Скалистыхъ горъ (Носку Моипіаіпз) богата статными хвойными
(стр. 161). главнымъ представителемъ которыхъ является желтая сосна (Ріпиз
роікіегоза). Красная сосна (Ріпиз Еп^еішаппі) въ Колорадо встрѣчается на вы-
шинѣ болѣе 2700 метровъ, бѣлая ель (Рісеа аІЬа) изъ Сѣверной Монтаны напро-
тивъ того не подымается выше 1000 мѳтр. Въ сѣверной части этой области по-
являются дугласова ель и исполинскій кедръ. Изъ лиственныхъ назовемъ стройные
дубы (іпѳгепз Ешогуі и §гізеа, преобладаетъ впрочемъ дубъ-скребъ ((^иегепз
ипіиіаіа), который можно видѣть на изображеніи „Оагсіѳп оГ Оосіз" (стр. 161);
впрочемъ онъ однако остается кустарникомъ. Вообще этому громадному скалистому
хребту недостаетъ того, что такъ удачно выражено эрцгерцогомъ Францомъ Ферди-
нандомъ, ему недостаетъ „ни съ чѣмъ несравнимой прелести и красоты свѣжей,
радующей душу флоры нашей, удивительно изящнаго контраста между серьезнымъ
величіемъ высящейся къ небесамъ коренной породы и молодою свѣжею зеленью,
котопая въ Альпахъ покрываетъ и горы и долины". Область степей и солончако-
52
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
выхъ пустынь Скалистыхъ горъ охватываетъ большое Соляное озеро Утахъ1. „Да-
же на тяжеломъ солончакѣ ЗагсоЬаіпз или НаІозіасЬуз образуютъ еще отдѣльныя
дерновины; тамъ, гдѣ почва становится лучше, появляются вмѣстѣ съ 8а1ісогпіа
ЬегЬасѳа1 2 3 * *, виды Зпаейа, КосЬіа ргозітаіа, Епгоііа Іапаіа, Стгауіа роіу^аіоійѳз,
ЗсЬоЬѳгіа оссііепіаііз, виды Аігіріох (полыни) и др., т.-ѳ. всѣ солончаковыя расте-
нія, которыя здѣсь находятъ особенно благопріятныя условія для своего развитія.
Изъ злаковъ здѣсь встрѣчается ИізіісЫіз шагіііта, затѣмъ Зрагйпа ^гасіііз и 8ро-
гоЪоіпз азрѳгіГоІіпз; виды Азіга^аіпз встрѣчаются здѣсь лишь особые, туземные.
Изъ кустарниковъ и сухихъ многолѣтнихъ травъ здѣсь попадается на ряду съ Еѵѳг-
1азііп& 8а$о Ьгпзіі (Агіѳтізіа ігісктіаіа), также и похожая на нео, но болѣе низ-
кая Агіетізіа ігіГпіа (Друде). На югѣ флора пустыни все еще насчитываетъ ЗОО
видовъ, изъ которыхъ около трети эндемичныхъ.
Калифорнійская флора отличается цѣлымъ рядомъ своеобразныхъ про-
явленій растительнаго царства. Самымъ знаменитымъ растеніемъ является Ма-
монтово дерево (Ведпоіа §і$апіеа, стр. 166), которое по достовѣрнымъ измѣ-
реніямъ достигаетъ 79—142 метровъ высоты и 11 метровъ діаметромъ, такъ что
послѣ австралійскихъ эйкалиптовъ является самымъ высокимъ деревомъ на свѣтѣ8.
Громадныхъ размѣровъ ель, открытая Лоббомъ въ 1850 г. на Сіѳрра-Невадѣ,
была на родинѣ своей уже почти окончательно истреблена, такъ что правительство
объявило рощу близъ Марипозы національнымъ имуществомъ. Къ роду Зедиоіа
относится въ настоящее время кромѣ упомянутаго еще всего лишь одинъ видъ,
Зедиоіа зѳтрегѵігепз; она достигаетъ 90 метровъ вышины, называется краснымъ
деревомъ (Кессіѵгоосі) или краснымъ кипарисомъ и распространена значительно
дальше 8едпоіа р&апіеа. Дугласова ель (Рзеисіоізи&а Бои^іазіі), которая на
одномъ гектарѣ земли можетъ дать 20,000 кубич. метровъ дерева, исполинскій
кедръ (Т1іц]*а §і§апіеа) и сахарная сосна (Ріпиз ЬатЬѳгііапа), все это деревья-
гиганты. Сравнительно съ хвойными калифорнійскія лиственныя породы оказы-
ваютъ на характеръ пейзажа лишь весьма незначительное вліяніе. Изъ нихъ на-
зовемъ ІІтЬеІІиІагіа саІіГотіа, (іиегсиз Сгаггуапа, оЫоп^іГоІіа и ІоЬаіа, Асег
тасгорЬуПит, Сазіалорзіз сЬгузорЬуІІа, АгЬиіиз Мепзіѳззіі. Густой лѣсъ, по-
крывающій западные склоны Сіѳрры-Невады, достигаетъ высшаго своего развитія
лишь на высотѣ 1200—2400 метровъ; въ смыслѣ густоты съ нимъ можетъ со-
перничать лишь прибрежный лѣсь Зедиоіа зетрѳгѵігѳпз и еловый у Пуитсунда.
Полоса лѣса на Сіеррѣ-Невадѣ начинается на сѣверѣ приблизительно у подножья
Моунтъ-Шаста и тянется до 35° сѣв. широты; далѣе къ югу онъ становится болѣе
рѣдкимъ и теряется на южномъ склонѣ прибрежнаго хребта какъ разъ на южной
границѣ Калифорніи, такъ что онъ не выходитъ за ея предѣлы. Тамъ, гдѣ въ
1 То-есть, какъ разъ мѣста поселенія мормоновъ, секты, прославившейся много-
брачіемъ (полигаміей).
2 Это интересное солончаковое растеніе, у котораго нѣтъ листьевъ, а стебли членис-
тые, сочные, какъ бы налитые водою, водится и на южно-русскихъ солонцахъ — на берегу
извѣстныхъ одесскихъ лимановъ, на берегу Сиваша и т. д. Тамъ же можно встрѣтить
КосЬіа, Зиаесіа и др. солончаковыя.
3 Нѣкоторыя тропическія ліаны бываютъ еще длиннѣе, именно до 180 метровъ
(напр. тростниковая пальма Саіашиз Воип^, см. стр. 199), но такъ какъ у нихъ стволъ
завитой, то этотъ громадный ростъ ихъ менѣе бросается въ глаза. Прим. перев.
8. Британскія владѣнія въ Сѣверной Америкѣ, Соединенные Штаты и Мексика. 53
южныхъ частяхъ Моунта - Шасты горная область Сіѳрры разбивается на массу
болѣе низкихъ хребтовъ и вершинъ, и полоса этого лѣса становится шире. Са-
мымъ характернымъ видомъ въ этомъ лѣсу слѣдуетъ - признать сахарную сосну
(Ріпиз ЬашЬѳгііапа), которая роскошно развивается здѣсь и придаетъ этому лѣсу
замѣчательную живописность; на ряду съ нею встрѣчаются красная ель (Койаппе)
желтая сосна, два вида пихты (АЪіез), ІлЬосѳігиз и въ средней части штата испо-
линская Зецпоіа. Въ противоположность лѣсу, покрывающему далѣе къ сѣверу
хребетъ Каскадныхъ горъ, этотъ пустой лѣсъ Сіѳрры почти совершенно лишенъ
подлѣска и молодыхъ деревьевъ. Весь обликъ ого свидѣтельствуетъ о тепломъ кли-
матѣ и равномѣрномъ распредѣленіи осадковъ по всей лѣсной растительности. Де-
ревья часто отстоятъ другъ отъ друга довольно далеко; хотя они и отличаются невѣ-
роятными размѣрами, но растутъ они чрезвычайно медленно. Выше этой области
такой лѣсъ тянется до самыхъ границъ древесной растительности. Характеръ его
здѣсь становится подальпійскимъ и альпійскимъ, и онъ теряетъ свое экономическое
значеніе. Различныя сосны и ели, Тзп^а, а ближе къ западу можжевельникъ обра-
зуютъ рѣдкіе перелѣски, разбросанные по высокому хребту Сіѳрры. Ниже глав-
наго лѣсного пояса лѣса также постепенно рѣдѣютъ. Деревья становятся ниже,
между тѣмъ какъ разнообразіе вйдовъ увеличивается. Низкорослыя сосны пред-
горій понемногу смѣшиваются съ различными видами ясеня, число которыхъ посте-
пенно увеличивается. Затѣмъ сосны становятся ужо очень рѣдкими и наконецъ
пропадаютъ совсѣмъ “ (Саржанъ).
Въ луизіано-виргинской флорѣ мы встрѣчаемся съ большими сосновыми
лѣсами, въ которыхъ встрѣчается 8 видовъ Ріпиз, преимущественно Ріпиз раіизігіз,
сиЬепзіз, Гаѳсіа, ѳсЫпаіа; кромѣ того изъ хвойныхъ характерны виргинскіе мож-
жѳвельннки (Тшіірегиз ѵіг^іпіапа, СЬашаесурагіз ТЬщоіІѳз) и извѣстный болотный
кипарисъ Тахосіішп (ІізіісЬит съ его неправильными, толстыми стволами. Съ кор-
ней этого растенія подымаются странные древесные наросты, которыхъ путеше-
ственники сравниваютъ съ могильными плитами стараго кладбища. Эти высокіе
(въ 40—45 метровъ) стволы болотнаго кипариса съ ихъ широкими, мрачными
кронами одни почти и образуютъ дѣвственный лѣсъ дельты Миссиссиппн.
Въ лицѣ 8аЬа1 раішейо насъ привѣтствуетъ забравшаяся далеко на сѣверъ
американская пальма. Магноліи, вѣчнозеленые дубы и падубы ((^пегсиз ѵігепз),
Пех согіасеа, андромеды и рододендроны выступаютъ здѣсь со своими вѣчнозелеными
листьями, между тѣмъ какъ другіе дубы, ясени (Егахіппз ріаіусагра и риЪезсепз),
Сагуа афіаііса, Иузза сбрасываютъ листья. Подъ мягкимъ небомъ Южныхъ
Штатовъ возможна культура хлопчатника (Сгоззурішп, стр. 171); тутъ уже появ-
ляются ліаны, какова напр. жимолость-удавъ (Ьопісега сіііоза, стр. 170) и эпи-
фиты. Изъ нихъ издали уже можно примѣтить старикову-бороду, Тіііапсізіа
пзпеоіеіѳз \ которая покрываетъ деревья какъ бы сѣрой пеленой. На пейзажѣ
Хапультепѳка мы видимъ (стр. 170) дерево, совершенно обросшее этой тилланд-
сіѳй. По описанію Шимпѳра это ананасовое растеніе, очень хорошо приспособлон-
1 Видовое названіе напоминаетъ намъ о лишайникѣ - бородѣ (Ѵзпеа ЬагЬаіа),
свѣшивающемся съ нашихъ „сѣдыхъ елей**. Въ сущности и ати лишайники тоже
относятся къ эпифитамъ.	Прим. тирев.
54	I. Растительныя области материковъ и острововъ.
ноѳ къ эпифитному образу жизни, совершенно лишено корней. Даже съ самыхъ
топкихъ вѣтвей растенія-хозяина свѣшиваются пучки стеблей въ 2—3 метра дли-
ною, весьма сильно напоминающіе конскіе, такъ что получается картина, напоминаю-
щая о „лишаѣ-бородѣ" нашихъ средне-европейскихъ хвойныхъ лѣсовъ (см. стр. 46 и
прим. на стр. 53). Родоначальникомъ такого пучка является вѣтвь Тіііашівіа, оторван-
ная вѣтромъ и занесенная на какой-нибудь сукъ. Листья узки и расположены на двухъ
линіяхъ (ортостихахъ), а изъ ихъ влагалищнаго основанія отходятъ боковыя вѣтви.
Стебель и листъ густо усажены волосками-чешуйками. Вслѣдствіе этихъ-то че-
шуекъ листъ въ сухомъ состояніи кажется серебристо-бѣлымъ \ между тѣмъ какъ
въ сырую погоду онъ принимаетъ чистый зеленый цвѣтъ. Быстрое поглощеніе
воды этими-то чешуйками и обусловливается. На разрѣзѣ стебель Тіііапсізіа
изпеоііез показываетъ очень узкій осевой пучекъ, а вокругъ него покрывало изъ
толстостѣннаго луба (склеренхимы), который обусловливаетъ промышленное зна-
ченіе этого стебля.
Подобно тому какъ на европейскихъ болотахъ попадаются виды росянки (Пго-
зега),задерживающей маленькихъ насѣкомыхъ железками, находящимися на листьяхъ,
такъ и на болотахъ Южныхъ Штатовъ можно встрѣтить „насѣкомоядныя" растенія:
венерину мухоловку (Віопаѳа шпзсіриіа, стр. 164 и 167) и Заггасепіа
рпгрпгѳа (стр. 164 и 167). Первая, названная однимъ ботаникомъ „своенрав-
ной американкой", растетъ по торфянымъ болотамъ на всемъ пространствѣ отъ
Лонгъ-Айлэнда до Флориды. Она стремительно захлопываетъ обѣ половины листовой
пластинки, лишь только насѣкомое задѣнетъ одинъ изъ чувствительныхъ волосковъ
на верхней сторонѣ листа. Тогда и зубчики, расположившіеся по краю листовой
пластинки, складываются вмѣстѣ какъ пальцы, образуя рѣшетчатую клѣтку, въ
которую и запирается бѣдное насѣкомое; тутъ оно скоро погибаетъ и „поѣдается"
при помощи слизи, выдѣляемой железками. По странному совпаденію совершенно
подобное же приспособленіе для ловли насѣкомыхъ замѣчено и у АИгоѵапсііа ѵезі-
спіоза (стр. 139 и 164), которая встрѣчается въ средней и южной Европѣ. У
Заггасепіа рпгрпгоа, распространенной на всемъ пространствѣ отъ Гудзонова залива
до Флориды, листья превращены въ трубки (скорѣе „лавочные фунтики"), которыя
обыкновенно наполнены водою. Пластинка листа, принявшая форму раковины, выдѣ-
ляетъ медъ, которымъ и привлекаются насѣкомыя. При отвѣдываніи его они-то
и падаютъ въ трубки, гибнутъ въ водѣ и въ полномъ смыслѣ слова совершенно
растворяются въ сокѣ, выдѣляющемся изъ железъ (стр. 164)2.
Еще яснѣе, чѣмъ въ Луизіанѣ и Виргиніи, близость тропиковъ сказывается на
мексиканскомъ плоскогорьѣ (стр. 169),съ его своеобразной растительностью,
напоминающей тропическую Африку и Австралію. „Съ востока, запада и юга—замѣ-
чаетъ Дѳккертъ—эту флору окружаетъ переходная область, гдѣ тропическія и суб-
тропическія формы встрѣчаются въ пестрой смѣси. Здѣсь рядомъ съ вѣчнозелеными
дубами попадается масса лавровъ, миртъ, аноновыхъ, сапотѳйныхъ и эпифитныхъ
1	Серебристая нижняя поверхность листа нашей ложной маслинки, Еіеа^пиз
ап&изіИоІіа, точно также усѣяна звѣздчатыми волосками-чешуйками.
2	Конечно растворяется только внутреннее содержимое насѣкомаго, такъ какъ его хи-
тиновый покровъ (хитинъ близокъ къ рогу) не распускается даже въ крѣпкихъ кислотахъ.
Прим. перса.
8.	Британскія владѣнія въ Сѣверной Америкѣ, Соединенные Штаты и Мексика. 55
орхидныхъ, а въ атлантической части также и древовидные папоротники; однако изъ
пальмъ мы встрѣчаемся здѣсь въ изобиліи лишь съ одной СЬашаесіога. Особенно
характернымъ для этой области оказывается появленіе цѣлой массы суккулентовъ1:
кактусы (Орппііа, Сѳгепз, Машшіііагіа и ЕсЬіпосасіпз, которыхъ насчитывается
нѣсколько сотенъ видовъ (стр. 160 и 168), разные виды агавъ, юккъ (Лаоса,
стр. 168), Вазуіігіоп и Еопгсгоуа — все это растенія, организація коихъ расчи-
тана на продолжительную и суровую засуху, которыя подобно ананасовому АѳсЬшѳа
рашспіаіа (стр. 172) усаживаютъ свои сочныя зеленыя ткани острыми иглами-
колючками, чтобы оградить себя такимъ образомъ отъ нападенія жадныхъ до сочной
ткани животныхъ1 2. По склонамъ горъ, гдѣ осадковъ бываетъ больше, да и равно-
мѣрнѣе они, растутъ весьма богатые видами дубовые и зѳмляничниковыѳ лѣса3;
па болѣе возвышенныхъ мѣстахъ, напримѣръ въ южной части на высотѣ 2000 мет-
ровъ, къ этимъ деревьямъ примѣшиваются хвойныя, и на самыхъ вершинахъ, на
югѣ на высотѣ 3400 метровъ и выше, остаются уже чистые хвойные лѣса. На
равнинахъ сѣверной Мексики мексиканскій лѣсъ обращается въ пустыню, усѣянную
колючими кустарниками — такъ называемый хапаралъ, въ которомъ на ряду съ
суккулентами преобладаютъ роды Ргозоріз (Мѳздпііѳ) и Ьаггеа (крѳозотный кустъ);
хапаралъ тянется глубоко въ глубь Тексаса и Новой Мексики, а также проникаетъ
и въ Аризону*. Изъ столь излюбленныхъ въ культурѣ кактусовъ Мексики самымъ
большимъ оказывается столбчатый кактусъ (Сѳгепз ^і^апіѳпз), который достигаетъ
вышины 6—15 метровъ и живетъ до полусотни лѣтъ. Изъ его эластичной упругой
древесины индѣйцы изготовляютъ весла и дверные косяки. „Царица ночи* (Сѳгепз
пусіісаіпз) отличается тѣмъ, что на невзрачныхъ, змѣевидныхъ вѣтвяхъ ея по-
являются цвѣты до 20 сант. діаметромъ, которые открываются поздно вечеромъ и
увядаютъ при первыхъ лучахъ утренняго солнца 4. Индійская смоква (Орппііа
Еіспз іпсііса), какъ уже было сказано, нашла себѣ въ Европѣ вторую родину
(стр. 38). Такая же судьба постигла и такъ называемый столѣтникъ — алоэ
(А^аѵѳ ашегісапа, стр. 171), которая живетъ въ Мексикѣ 5 лѣтъ, на Канарскихъ
островахъ 7, а въ нашихъ европейскихъ теплицахъ до 50 лѣтъ5. Изъ массы
цвѣтовъ, перешедшихъ къ намъ изъ мексиканской флоры, на стр. 165 изображена
Сошшѳіупа соеіѳзііз.
1 Такъ называются растенія, главнымъ образомъ сухихъ мѣстностей, которыя
подобно верблюдамъ набираютъ въ себя запасы воды и затѣмъ тратятъ ѳѳ постепенно,
такъ что могутъ переносить сухой климатъ безъ ущерба. У такихъ растеній или стебли
или листья оказываются мясистыми — утолщенными.
2 Однако ослы, далеко не столь глупые, какими ихъ обыкновенно выставляютъ
въ разсказахъ и басняхъ, прекрасно справляются и съ этимъ препятствіемъ. Они
опрокидываютъ кактусъ (особенно шаровидныя Матіііагіа) копытомъ и выѣдаютъ его
съ нижней стороны, которою кактусъ былъ прикрѣпленъ къ землѣ, и гдѣ онъ конечно
не вооруженъ колючками.
з АгЬиіпв — земляничное дерево, изъ семейства вересковыхъ, плоды котораго
вкусомъ нѣсколько напоминаютъ землянику. Въ Крыму (на южномъ берегу) водятся
А. Бпейо и особенно интересный А. АпдгасЬпе, кора котораго кажется совершенно
гладкой и красной лѣтомъ, а зимою она становится желтоватою.
4 Эти красивые эфемерные цвѣты явились мотивомъ многихъ поэтическихъ
легендъ.
5 Это странное свойство агавы объясняете^ тѣмъ, что она послѣ цвѣтенія отми-
раетъ, а въ оранжереяхъ она достигаетъ зрѣлости очень поздно. Изъ сока ея мекси-
канцы гонятъ водку — пулькву.	Прим. перев.
56
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
Мексиканское побережье и Южная Флорида представляютъ уже
рѣзко выраженный тропическій характеръ. Здѣсь появляются мангровыя заросли,
пальмы (Огѳогіоха ге^іа, 8аЬа1 раішейо, ТЬгіпах рагѵійога, ТЬгіпах аг^опіеа)
подымаютъ свои головы, ліаны обвиваются вокругъ деревьевъ и связываютъ ихъ
другъ съ другомъ; тутъ же растутъ и шерстяныя деревья (ВошЬах), мимозы, бананъ
(Мпза рагаіізіаса), кампешевое дерево и магагони (Наѳтаіохуіоп сатресЬіапшп,
Зѵіеіепіа МаЬа^опі), а эпифитноѳ аройниковоѳ РЫІосІепдгоп рѳгіпзтп, которое
оказывается такимъ благодарнымъ комнатнымъ растеніемъ, посылаетъ на землю
свои воздушные корни, достигающіе 4 — 9 метровъ длины. Рядомъ съ нимъ на
стр. 174 изображенъ РЬіЫѳшігоп ІшЬѳ. Въ лѣсныхъ саваннахъ этой области
водится родъ Разраішп, напоминающій намъ льяносы Ориноко.
9.	Сахара и Аравія.
Покончивъ съ сѣверными растительными областями, мы переходимъ теперь къ
группѣ тропическихъ и заэкваторіальныхъ флоръ, обнимающихъ оба тропика и ха-
рактеризующихся температурою выше 20°, которая держится либо круглый годъ,
либо 4—11 мѣсяцевъ. Изъ относящихся сюда странъ мы прежде всего разсмо-
тримъ Сахару и Аравію, флористическая область которыхъ тѣсно примыкаетъ къ
Месопотаміи, богатой финиками. Сахара занимаетъ между долиною Нила и Сене-
галомъ пространство въ 9.100,000 квадр. километровъ, слѣдовательно она почти
вдвое больше европейской Россіи. Эту мѣстность не слѣдуетъ представлять себѣ,
какъ это обыкновенно дѣлаютъ, безбрежнымъ моремъ песку, „пустыней" въ фило-
логическомъ смыслѣ этого слова. „На самомъ дѣлѣ—говоритъ Шаваннъ—въ Сахарѣ
соединяются мѣстности съ самымъ разнообразнымъ ландшафтомъ, такъ что въ ной
представлены въ послѣдовательномъ порядкѣ самые разнохарактерные пейзажи: то
это альпійская страна, не уступающая своими обрывистыми, дикими утесами и до-
линами Швейцаріи... Взору представляются большія группы горъ съ покрытыми
снѣгомъ вершинами, съ которыхъ низвергаются обильные потоки, образующіе рѣки
и озера, вокругъ которыхъ концентрируется богатая растительность. Въ нѣсколькихъ
часахъ ѣзды отсюда, почти безъ переходныхъ формацій, встрѣчаешь мѣстность, гдѣ
невозможна никакая органическая жизнь, и однѣ лишь безчисленныя песчаныя дюны
покрываютъ голую, безводную равнину" (стр. 175). Фолькенсъ внимательно изу-
чилъ условія жизни растеній, покрывающихъ пустыню восточной части Сахары.
По его мнѣнію растительность строго слѣдуетъ воднымъ желобамъ долинъ (вади),
которыя тянутся между высокими песчаными дюнами. Каждая группа растеній
представляетъ изъ себя какой-нибудь новый видъ. На ряду съ кустарниковой фор-
маціей можно замѣтить низкія растенія, стелющіяся по землѣ. Первыя отличаются
своей правильной, округлой формой. Преобладаютъ здѣсь блѣдные, сѣровато-
бѣлые тона; изъ каждаго почти куста торчатъ острые шипы, и можно подумать, что
„живучіе представители флоры пустынь являются пролетаріями, которые упрямо
пробиваютъ себѣ въ жизни дорогу, не обращая вниманія на свой лохматый, не-
красивый видъ". Послѣ первыхъ ливней въ январѣ начинаютъ развертывать свои
цвѣты кусты Азіга&аіпз, Соссиіиз и бутпосагриз. При этомъ на нихъ показы-
9. Сахара и Аравія.
57
вается также и молодая листва. На самыхъ корявыхъ, повидимому совершенно
высохшихъ пняхъ (Согппіасса шопасапіЬа, Еагзеііа ае^урйса) появляются также
цвѣты и листья. Особенно обильно цвѣтетъ 2і11а шуа^гоісіев. Въ началѣ мая
большинство однолѣтнихъ растеній отмираетъ, только небольшое число ихъ пережи-
ваетъ, если попадетъ въ защищенное мѣсто, и даже способные переждать лѣто пре-
вращаются въ сухіе, деревянистые кустарники, лишаясь листьевъ и молодыхъ вѣт-
вей. Случается также, что восковой или волосяной покровъ сообщаетъ имъ мер-
твый, свинцовосѣрый отпечатокъ (виды Азіга^аіпз, Саррагія, Соссиіпя, Сгуптосаг-
риз, ЭДігагіа, Веіаша, ОсЬгасіѳпііз и Ташагіх). Воду эти пустынныя растенія
достаютъ при посредствѣ своихъ необычайно длинныхъ корней. У одного экзем-
пляра Са11і§опшп сотозиш. вышина котораго была не болѣе руки, подземная ось
превосходила надземную разъ въ двадцать. Степныя травы въ родѣ Агізіііа
пускаютъ корни въ 5-6 метровъ длиною, которыя подобно телеграфнымъ прово-
локамъ опутываютъ цѣлые холмы и несомнѣнно являются хорошими якорями, удер-
живающими растенія во время свирѣпыхъ бурь пустыни х. Обыкновенно корни зла-
ковъ защищаются отъ высыханія посредствомъ толстаго слоя песку, приклеи-
вающагося къ нимъ. Путемъ выдѣленія гигроскопичныхъ солей надземныя части
переводятъ влажность воздуха въ капельножидкое состояніе. У Ееашпигіа Ьігіеііа
листья густо покрыты солью.
Фолькенсъ произвелъ слѣдующій опытъ: срѣзавъ двѣ одинаковыя вѣтви,
онъ тщательно удалилъ съ одной изъ нихъ этотъ соляной покровъ, послѣ чего
вѣтвь совершенно засохла уже черезъ день, между тѣмъ какъ другая, поста-
вленная для сравненія, оставалась живою и свѣжею двѣ недѣли подрядъ: каждую
ночь на ней показывались обильныя количества воды, которую можно было видѣть
даже еще и утромъ1 2. У нѣкоторыхъ пустынныхъ растеній на листьяхъ и стебляхъ
появляется водоносная ткань въ видѣ пузырьковъ или пожалуй бутылковидныхъ
выступовъ; такъ напр. кажется усыпаннымъ блестящими стеклянными бисеринками
МезетЬвапНіетит сгузіаіііпит. Особь этого растенія, будучи вызвана изъ
земли, держалась въ продолженіе 7 недѣль безо всякой воды и на счетъ запаса сво-
ихъ пузырьковъ даже развернула цвѣты. Типичнымъ пустыннымъ растеніемъ
является крестоцвѣтное, АпазШса НіѳгосЪопііса, извѣстное подъ названіемъ „іери-
хонской розы" (стр. 176), которое водится въ Сиріи и Палестинѣ.
Вѣтви этого растенія, загибаясь внутрь, защищаютъ его плодики, будто ихъ
сжали въ кулакъ. Если смочить это растеніе, то оно „раскрывается", и плодики,
которые находятъ удобныя условія для прорастанія, могутъ распространяться текущей
дождевой водою. Согнутыя внутрь вѣтви Апазіаііса НіегосЬопйса придаютъ растенію
внѣшній видъ, живо напоминающій средиземно-морское Ріапіа^о сгѳѣіса (стр. 149).
У этого подорожника собравшіеся въ кучку плодоносные побѣги совершенно отдѣ-
1 Примѣромъ такого растенія съ длинными корнями можетъ служить распро-
страненный и у насъ на югѣ кустарникъ лицій, Ьусіиш еигораеиш (семейства паслено-
выхъ), изъ котораго по преданію былъ сдѣланъ терновый вѣнецъ Христа. Близъ Одессы
мнѣ приходилось наблюдать корни лиція на глубинѣ 2—3 саженей.
2 Опытъ Фолькевса далеко не признанъ всѣми фитофизіологами. Лейпцигскій
професс. Пфеффгръ назвалъ его даже „физической невозможностью*. Вѣроятно мы имѣемъ
здѣсь дѣло съ какимъ-нибудь недоразумѣніемъ.	Прим. перы.
58	I. Растительныя области материковъ и острововъ.
ляются отъ земли и носятся по ней въ видѣ маленькихъ сѣялокъ (перекати-поле,
см. стр. 33). Очень похожъ на Апазіаііса также и другой обитатель пустынь, слож-
ноцвѣтное Авіѳгізспз рурпаепз, которое принимается Швѳйнфуртомъ за насто-
ящую „іерихонскую розу" \
Къ области сѣверо-африканской и арабской флоры пустынь относятся также
и лишайники-манна, отрываемые въ засохшемъ видѣ вѣтромъ и сплавляющіеся затѣмъ
дождевыми потоками вмѣстѣ въ большія кучи. Они достигаютъ величины горошины
или лѣсного орѣха и въ голодные годы перемалываются и идутъ въ пищу. Эти-то
лишайники, обитающіе также и въ юго-западной Азіи, явились манной небесной и
для іудеевъ, переселявшихся изъ Египта въ землю обѣтованную. Кромѣ настоящаго
съѣдобнаго лишайника-манны (Ьесапога ѳзспіепіа, см. стр. 176) извѣстны
еще Ьесапога (іозѳгіогшп и Ьесапога зиззаГіі. Великіе „дожди манны" 1824,
1828, 1841, 1846, 1863 и 1864 годовъ наблюдались постоянно въ началѣ
года, отъ января до марта, то-есть именно въ пору сильныхъ ливней въ пустынѣ.
Для жителей пустыни финиковая пальма (РЬоѳпіх(ІасѣуІіГега, см. стр. 176
и ср. стр. 39), подымающая свои красивыя макушки надъ оазисами (см. стр. 43)
является настолько важнымъ растеніемъ, что Магометъ предложилъ правовѣрнымъ
оказывать ей особое почитаніе. Пальмы южной Европы (ср. стр. 39) могутъ дать
о настоящихъ обитателяхъ пустыни лишь самое слабое понятіе. „Что испытываютъ—
пишетъ Винчѳнти — путешествующіе по пустынѣ, когда жаркіе, душные часы убій-
ственно медленно пробѣгаютъ подъ монотоннымъ шагомъ верблюдовъ, и погонщики,
утомленные зноемъ, перестаютъ свистѣть на своихъ тростниковыхъ флейтахъ, а
лучи солнца, опускаясь ниже и ниже, скользятъ по каменистой равнинѣ и жадно
осушаютъ наши мѣхи съ водою! И вдругъ на залитомъ огнемъ горизонтѣ за-
темнѣетъ въ видѣ зеленовато-синей точки пальмовый оазисъ! Издавая радостные
звуки и вытянувъ шеи впередъ, верблюды устремляются къ желанной цѣли, и ров-
ный равномѣрный шагъ ихъ превращается въ настоящую скачку. Ни одинъ дре-
мучій лѣсъ не даетъ столь желанной тѣни, какъ даже самая ничтожная пальмовая
роща; палящіе лучи солнца отражаются перистой крышею листьевъ, а строй-
ные чешуйчатые стволы пропускаютъ сквозь себя легкій потокъ воздуха". Фини-
ковая пальма въ дикомъ видѣ вѣроятно встрѣчалась раньше лишь на южныхъ скло-
нахъ Атласа и въ Аравіи; культурнымъ путемъ она распространилась затѣмъ уже
по пустынѣ и вообще повсюду тамъ, гдѣ существуютъ условія, картинно выражен-
ныя арабской пословицей: „царица оазиса купаетъ ноги свои въ водѣ, а голову
возноситъ къ палящимъ лучамъ небеснаго свода".
10.	Тропическая Африка.
Господство надъ частью тропической Африки, лежащей къ югу отъ Сахары
между обоими тропиками, оспариваютъ другъ у друга лѣсъ и травянистыя саванны
съ деревьями, усаженными эпифитами. Лѣсъ занимаетъ бассейнъ рѣки Конго, Гви-
1 Наши богомольцы привозятъ изъ Палестины іерихонскую розу (АпазіаСіса) подъ
именемъ „богородицыной ручки*4, придавая этому растенію религіозное значеніе и при-
писывая ему цѣлебныя силы.	Прим. перев.
10. Тропическая Африка.
59
нѳйскій берегъ, восточное побережье и часть бассейна Верхняго Нила; область са-
ваннъ (стр. 177), значительно болѣе обширная, тянется отъ Хартума (на Нилѣ) на
западъ и югъ. Сенѳгамбія, весь Суданъ, страны, лежащія вокругъ верхняго теченія
Нила, области Галла и Сомали, а также и восточно-африканское плоскогорье отли-
чаются роскошною флорою саваннъ. Западный клинъ между ея экваторіальнымъ и
меридіональнымъ участками заполненъ при рѣкѣ Конго дѣвственными лѣсами,
которые появляются также на границѣ восточно-африканскаго плоскогорья (стр. 178
и 182). „Просторный пейзажъ нигдѣ не обнаруживаетъ однообразія степи. По вол-
нующимся лугамъ роскошной травы, называемымъ съ легкой руки португальцевъ
„кампинами", повсюду подобно островамъ разсыпаны отдѣльные кустарники и цѣ-
лыя заросли ихъ, а также виднѣются и деревья поодиночкѣ или группами, мѣ-
стами же попадаются цѣлыя рощи. Куда бы мы ни посмотрѣли, горизонтъ всюду
скрывается за цѣлыми полосами лѣса, которыя тянутся съ небольшими перерывами
то по сырымъ низинамъ, то по сухимъ холмамъ и возвышенностямъ, то прости-
раются и прямо по равнинѣ, гдѣ также не очѳнь-то много воды. Такимъ образомъ
саванны, отличаясь разнообразнѣйшей смѣной луга и лѣса, подчасъ представляютъ
чудные пейзажи, и путешественнику кажется нерѣдко, что онъ находится въ пре-
красномъ паркѣ. Кампина не украшена пестрымъ ковромъ мягкаго, низкаго дерна,
усѣяннаго красивыми цвѣтами, какой встрѣчается на нашихъ сѣверныхъ лугахъ:
на ней растетъ исключительно твердая и жесткая солома, цѣлыми снопами выкиды-
вающаяся изъ рѣзко очерченныхъ, нѣсколько приподнятыхъ корневищъ. Между
этими отдѣльными корневищами четверть, а подчасъ и половина почвы остается
совершенно обнаженною, но если смотрѣть со стороны, то этихъ обнаженій не за-
мѣтно. Такъ какъ виды злаковъ, соединяясь обыкновенно по нѣсколько вмѣстѣ,
занимаютъ большія пространства и сообщаютъ имъ своеобразный отпечатокъ, то
можно бываетъ отличить двѣ формаціи кампинъ — открытую и замкнутую. Первая
состоитъ изъ менѣе густыхъ злаковъ, ниже человѣческаго роста, которыя даютъ
возможность окинуть мѣстность взоромъ и пробираться по ней; вторая изъ густыхъ,
твердыхъ и крѣпкихъ, которые плотно смыкаются за смѣльчакомъ, проникшимъ въ
нихъ, и дѣлаютъ если не невозможными, то по крайней мѣрѣ очень рискованными
всякія попытки оставить проторенную дорогу и пробираться черезъ чащу напрямикъ.
Первая категорія, открытой кампины, занимаетъ больше пространства. Главная
масса ихъ состоитъ изъ злаковыхъ, приблизительно въ метръ вышиною. Во мно-
гихъ мѣстахъ тутъ и тамъ поднимаются рыхлые, граціозно качающіеся по вѣтру
снопы красиваго Аш1горо§оп и СутЬоро^оп, достигающіе 3 метровъ вышины, а
также разбросано низкорослое Еіепіиш, плодовыя кисти котораго ко времени созрѣ-
ванія слегка закручены по спирали, корни же распространяютъ удивительный аро-
матъ, такъ что изъ нихъ дѣлаютъ укрѣпляющія ванны. Замкнутый лугъ, превра-
щающійся иногда въ низкорослую джунглю, составленъ почти исключительно изъ
разныхъ видовъ проса (Рапісшп), твердыя соломины котораго достигаютъ вышины
4 и 5 метровъ. Оба типа этой луговой растительности но зависятъ отъ свойства
почвы или орошенія и нерѣдко встрѣчаются рядомъ, иногда даже перемѣшаны между
собоюи (Пѳкуэль Лёшѳ).
Величественнымъ деревомъ этой открытой луговой формаціи является обезья-
60
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
ньѳ хлѣбное дерево или баобабъ (Айапзопіа (іі^ііаіа, стр. 178). которое
достигаетъ 9,5 метровъ въ поперечникѣ и бываетъ нерѣдко весьма почтеннаго воз-
раста; на сучьяхъ И вѣтвяхъ его селится большое количество эпифитовъ. Адан-
сонъ оцѣнивалъ возрастъ баобабовъ въ 5000 лѣтъ, такъ что по его мнѣнію нѣко-
торые изъ этихъ колоссовъ могли быть современниками эпохи постройки пирамидъ.
Подобно тому какъ наши плодовыя деревья теряютъ осенью листья, и баобабъ
сбрасываетъ ихъ передъ наступленіемъ сухого періода года (листья эти служатъ
неграмъ въ пищу), а плоды дозрѣваютъ ужо на сухихъ вѣтвяхъ макушки. Къ „ма-
стодонтамъ растительнаго міра относятся также деревья ВотЬах и Егіоёепсігоп
(апГгасіиозшп). Изъ другихъ характерныхъ для саваннъ растеній назовемъ вѣер-
ную пальму де лобъ (Вогаззив ПаЬеШГогтіз), встрѣчающуюся также и въ Остъ-
Индіи, которая не идетъ такъ далеко къ югу какъ баобабъ, а также вспомнимъ и
о пальмѣ думъ (Нурііаѳпѳ ТЬѳЬаіса), отличающейся отъ всѣхъ другихъ стволомъ,
вилообразно раздѣляющимся на вѣтви*.
Гораздо менѣе разнообразный пейзажъ представляетъ восточно-африкан-
ская травяная степь (стр. 177). Въ области Сомали саванны переходятъ въ
заросль кустарника; „тутъ не встрѣтишь сплошныхъ лѣсовъ, а, напротивъ, много
низкихъ кустарниковъ и мѣстами настоящіе маленькіе лѣсные участки, но нигдѣ
нѣтъ пальмъ. Зато во внутреннихъ частяхъ этой формаціи попадаются цѣлыя пу-
стыни, на которыхъ растительность сводится къ нулю, а на плоскогорьѣ (Гѳкебо)
даже и кустарниковъ не осталось и слѣда; одни лишь сухіе, твердые пучки злаковъ
разбросаны кое-гдѣ и ими-то и питаются дикіе ослы. На другихъ мѣстахъ склоны
горъ обросли молочаями-канделябрами и кустарникомъ; растительность появляется
даже на отвѣсныхъ утесахъ, а у подножья горъ тянутся настоящіе луга* (Мен-
гесъ). Подъ экваторомъ кустарниковая формація земли Сомали уступаетъ мѣсто
дѣвственному лѣсу, который тянется до самой бухты Дѳлагоа въ видѣ узкой полосы
всего въ 150 километровъ шириною.
Особое положеніе въ смыслѣ флоры занимаетъ вулканъ Килима Нджаро,
одиноко стоящій въ нѣмецкой части Восточной Африки; на высшую точку его Кибо
(6010 метровъ) впѳрвыѳ взобрался лишь въ 1889 году Гансъ Мейеръ. Этотъ
изслѣдователь, предпринявшій на Килима Нджаро четыре экспедиціи, встрѣтилъ,
начиная съ подножья этой высочайшей въ Африкѣ горной группы и до снѣговой
вершины сначала до вышины 900 метровъ саванны, до 1900 метр. кустарниковый
лѣсъ, затѣмъ до 3000 простирался дѣвственный лѣсъ, далѣе до 3900 метр. шла
луговая растительность, до 4700 низкіе многолѣтники, и наконецъ еще выше до
6000 метровъ наблюдались лишаи, плотно прижимавшіеся къ камню.
Верхняя граница деревьевъ образуется на КилимаНджаро (стр. 179)
верескомъ (Егіса агЬогѳа). Зепесіо ІоЬпзіопі, подымающееся подобно гигантской
цвѣтной капустѣ до 3—4 метровъ, относится уже къ слѣдующему поясу раститель-
ности. О высшей границѣ замкнутой растительности Гансъ Мейеръ говоритъ слѣ-
дующее: „Мы попали въ мѣстность меланхоличѳски-сѳрьезпаго характера: куда ни
посмотришь, вездѣ широкія равнины съ большими, черносѣрыми кусками лавы на
каменистой или песчаной почвѣ. На этой пустынѣ не увидишь высокой травы или
кустарника, не услышишь топота животнаго. Только подымающійся наверхъ токъ
10. Тропическая Африка.
61
воздуха шелеститъ въ ущельяхъ среди маленькихъ многолѣтниковъ и покрываетъ
темныя равнины свѣтлосѣрой пеленою тумана. Почва здѣсь значительно разнится
отъ той, что лежитъ на 200 метровъ ниже по ту сторону края плоскогорья. Тамъ
поля лавы покрыты ковромъ травы, еще ниже они обросли кустарникомъ и лѣсомъ,
благодаря которымъ образуется густой слой назема. Здѣсь наверху отсутствіе
замкнутой растительности, обусловливаемое климатомъ, и значительная разность тем-
пературы днемъ и ночью заставляютъ лавовыя поля и холмы трескаться на отдѣль-
ности, величиною въ среднемъ до половины кубич. метра. Тамъ, гдѣ на гребняхъ
лавовыхъ холмовъ эти трѳщипы еще не дошли до конца, или отдѣльные куски лавы
еще не успѣли отвалиться, весь холмъ остается на мѣстѣ и чрезвычайно напоми-
наетъ щитъ черепахи, чему въ свое время такъ сильно удивлялся Джонстонъ.
Среди большихъ развалинъ вывѣтриваются и меньшія, обращаясь въ песокъ и
пыль, которые безпрепятственно разносятся по вѣтру и даютъ на благопріятныхъ
мѣстахъ отдѣльнымъ травамъ и кустарникамъ возможность существовать".
Кромѣ восточно-африканскаго прибрежнаго лѣса слѣдуетъ обратить еще вни-
маніе на тропическій дѣвственный лѣсъ съ одной стороны по верхнему Нилу и въ
области водораздѣла между Ниломъ и Конго, съ другой стороны по Гвинейскому
берегу и въ бассейнѣ рѣки Конго. Для этихъ послѣднихъ лѣсовъ, въ чертѣ кото-
рыхъ приходятся нѣмецкія владѣнія Камерунъ и Того, особенно характерны по-
лезныя пальмы масличная Еіаѳіз ^иіпе^гзіз и винная НарЪіа ѵіпіГѳга. На запад-
номъ берегу растетъ Рашіапиз СапдаІаЬгшп, корни котораго напоминаютъ ходули;
затѣмъ глубже на материкѣ Зіѳгсоііа асптшаіа, доставляющая освѣжающіе и укрѣ-
пляющіе организмъ орѣхи „кола". Камерунъ является благословенной страною, гдѣ
почва чрезвычайно плодородна, растительность роскошна, и всякія тропическія куль-
туры прекрасно удаются. Уже въ настоящее время тутъ съ успѣхомъ разводятся
какао, табакъ и кофе, и прилежаніе, съ которымъ нѣмцы стараются совершенствовать
свою колонію, обѣщаетъ въ будущемъ дать превосходные результаты. За Камеру-
номъ лежитъ горный хребетъ въ 4000 метровъ вышиною; до двухъ третей склоны
его покрыты прекраснымъ высокоствольнымъ лѣсомъ, надъ которымъ разстилаются
кустарники и луга, частью перемежающіеся съ не вывѣтрившимися еще полями лавы;
его голая вершина Монго-ма-Лоба, лишь изрѣдка покрыта бываетъ снѣгомъ, да и
тотъ скоро стаиваетъ. Переходной ступенью между лѣсами и саваннами является
галлѳрѳйный лѣсъ (стр. 181) съ его колоннадами стволовъ. Швсйнфуртъ встрѣ-
чалъ такой лѣсъ на большихъ пространствахъ между Ниломъ и Конго. „Деревья
съ гигантскимъ стволомъ и такой вышины, что превосходятъ все видѣнное мною въ
нильской флорѣ, стоять здѣсь плотными, сомкнутыми рядами, подъ защитою кото-
рыхъ уступами кроются другія, болѣе низкія породы. Внутри этихъ дѣвственныхъ
лѣсовъ можно замѣтить колоннады, напоминающія египетскіе храмы; тутъ царитъ
вѣчная тѣнь, такъ какъ надъ головою послѣдовательно разстилаются другъ надъ
другомъ три крыши изъ листвы. Если смотрѣть на нихъ снаружи, то они кажутся
непроницаемой зеленой стѣною, зато внутри повсюду среди колоннадъ открываются
проходы, въ которыхъ нерѣдко попадаются журчащіе источники и ручейки. Ха-
рактеръ растительности этой мѣстности (къ сѣверу отъ 5° сѣв. широты) совершенно
своеобразенъ и весьма мало похожъ на флору Голубого и Бѣлаго Нила. Средняя
62
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
вышина наружной листовой крыши достигаетъ 80—100 футовъ и повидимому ни-
гдѣ не опускается ниже 70 футовъ. Почву этого величественнаго скопища де-
ревьевъ заполняютъ почти непролазныя массы многолѣтниковъ самыхъ разнообраз-
ныхъ видовъ. Чаще всего здѣсь попадаются джунгли изъ Ашота и Созіив, футовъ
15—20 вышиною, твердые стебли которыхъ преграждаютъ путнику дорогу и легко
могутъ завлечь смѣльчака въ трясину, которую они дѣлаютъ совершенно незамѣтною.
Затѣмъ поражаетъ удивительная масса папоротниковъ, хотя и не древовидныхъ, но
снабженныхъ могучими вайями, достигающими у нѣкоторыхъ формъ 12—15 фу-
товъ длины. Кажется, будто природа щедро разбросала ихъ по землѣ изъ своего
неизсякаемаго рога изобилія, чтобы покрыть этимъ кружевнымъ покрываломъ скры-
тыя въ нѣдрахъ сокровища, другіе, въ видѣ контраста, поднимаются надъ подлѣс-
комъ, а еще выше, какъ бы замѣняя отсутствующіе здѣсь древовидные папоротники,
подымаются стройныя мареновыя, удивительно похожія на нихъ расположеніемъ
вѣтвей и мелкимъ узоромъ своихъ глубокоразсѣченныхъ листьевъ".
На Нилѣ (стр. 180), плодоносныя воды котораго сдѣлали изъ Египта одну
изъ первыхъ культурныхъ странъ міра, лѣсъ смѣняется чудной, береговой расти-
тельностью, населенной животными, подъ тѣнью которой проводятъ зиму наши евро-
пейскія перелетныя птицы. Оттѣсняемыя все болѣе и болѣе къ верховьямъ Нила
заросли папируса окаймляютъ, по словамъ Марноса, „берега рѣки, образуя темно-
зеленыя стѣны въ 5—6 метровъ вышиною, тянущіяся иногда безпрерывно много
часовъ подрядъ, которыя въ различныя времена года мѣняютъ свой внѣшній видъ.
Молодые побѣги свѣтлозѳлѳнаго цвѣта, болѣе старые темнѣе, зонтики цвѣтущихъ
растеній рѣзко отличаются своей желѣзной окраской, между тѣмъ какъ ужо по-
гибшіе и подчасъ надломленные экземпляры выдѣляются краснобурыми пятнами
на общемъ однообразномъ фонѣ здоровыхъ особей. Кое-гдѣ эти стѣны папируса
переплетены и окутаны густыми тыквенными о желтыхъ цвѣтахъ и голубыми побѣ-
гами вьющихся растеній, которыя всѣ вмѣстѣ образуютъ какъ бы густыя бесѣдки,
непроницаемыя чащи, мѣстами прерывающіяся своеобразными, шершавыми кустами
камбагъ, надъ которыми качаются соломины, камыша и рогозника, между тѣмъ какъ
у корней ихъ собираются цѣлыя поляны плавающихъ по водѣ писцій. Глядя на
эти чащи, можно бы думать, что здѣсь живетъ масса представителей животнаго цар-
ства, однако ихъ почти никогда не бываетъ видно. Большая часть мѣстности, извѣст-
ной подъ названіемъ болотной области, представляетъ изъ себя степь съ самой
пышной флорою высокихъ злаковъ. Побережья Нила на цѣлыя мили вокругъ, а
также и бассейны притоковъ его покрыты злаками, корневища которыхъ плаваютъ
на водѣ н подымаются и опускаются вмѣстѣ съ измѣненіемъ уровня ея, такъ что
поверхность воды кажется покрытою этимъ колеблющимся лѣсомъ стеблей будто
плавающимъ ковромъ. Мѣстами однако граница между сушей и водою заросла гу-
стыми, высокими папирусами, образующими настоящую стѣну, корявыя корневища
ихъ укореняются при этомъ въ болотистой почвѣ, укрѣпляютъ её и способствуютъ
такимъ образомъ отложенію на ней назема".
Разные тростники сплачиваются иногда на Нилѣ въ густыя войлочныя массы,
отрываемыя водою и сплавляющіяся въ цѣлыя плотины, которыя извѣстны подъ
именемъ „сеттъ". Такая плотина отгородила въ 1878—80 гг. экваторіальную
10. Тропическая Африка.
63
провинцію отъ Хартума. На верхнемъ Нилѣ также встрѣчаются въ большихъ мас-
сахъ заросли папируса (Сурегиз Раругиа, стр. 181), подымающія надъ болотами
свои мутовки листьевъ и напоминающія пальмы въ миніатюрѣ. Кромѣ того папи-
русъ встрѣчается на озерѣ Чадъ, въ бассейнѣ Нигера и Конго, въ Сиріи и, какъ
живое воспоминаніе о владычествѣ мавровъ, въ Сициліи и даже въ Италіи. Геро-
дотъ разсказываетъ, что корневище ѣдятъ въ сыромъ видѣ или, еще лучше, поджа-
реннымъ. До распространенія хлѣбныхъ злаковъ онъ являлся вмѣстѣ съ лотосомъ
важной частью повседневной пищи. Поэтому египтяне считали его священнымъ, а
послѣ, когда онъ сталъ доставлять матеріалъ для письма, уваженіе къ нему еще
болѣе возросло. Расположенныя подъ кожицею тонкія и все утончающіяся къ
центру пластинки ствола разрѣзались на полосы, которыя попросту переплетали
между собою и путемъ частыхъ поливаній дѣлали полученную ткань плотной и бѣ-
лой. Потомъ ее скоблили, разглаживали и окунали въ крахмальный клейстеръ или
какую-нибудь спеціальную жидкость для того, чтобы чернила лучше держались на
ней. Римляне довели искусство приготовлять бумагу до изумительной степени со-
вершенства. Тончайшіе сорта бумаги назывались по именамъ современныхъ имъ
императоровъ, и самыя письменныя принадлежности, первоначально весьма скромныя,
стали скоро предметомъ подчасъ безумной роскоши. Эта бумага, приготовленная
изъ папируса, отличается своею прочностью. Извѣстно, что были находимы свитки
папируса, продержавшіеся три съ половиною тысячи лѣтъ и давшіе цѣнныя указа-
нія къ разъясненію египетскихъ древностей.
Вмѣстѣ съ папирусомъ, который во времена Геродота еще встрѣчался въ
нижнемъ Египтѣ, вмѣстѣ съ крокодиломъ и гиппопотамомъ перекочевали къ югу также
и кувшинки-лотосы -синій и бѣлый (ХутрЬаеаЬоіиз еі КутрЬаѳасоегиІеа). Бѣлый
лотосъ, мучнистые клубни и просоподобныя сѣмена котораго употреблялись египтя-
нами въ пищу, стали символомъ жизни, бытія и плодородія и получили прозвище
„невѣсты Нила". Оба эти лотоса часто служили мотивомъ для произведеній искус-
ства. Однако ихъ не слѣдуетъ смѣшивать съ настоящимъ лотосомъ (КѳІитЬо
писіГега, стр. 179 и 189), который теперь встрѣчается въ Индіи, но въ дохристіан-
скую эпоху водился безъ сомнѣнія и на берегахъ Нила. Геродотъ, покончивъ съ
описаніемъ КутрЬаѳаЬоіиз, разсказываетъ далѣе: „На рѣкѣ растутъ и другія розо-
подобныя лиліи, плоды которыхъ весьма напоминаютъ осиныя соты; въ нихъ помѣ-
щаются многочисленныя сѣмена величиною съ масличныя костянки; ихъ ѣдятъ
сырыми, въ свѣжемъ или засушенномъ видѣ". Это описаніе растенія, видѣннаго
Геродотомъ и неоднократно изображеннаго на памятникахъ египетскаго искусства,
заставляетъ съ полной увѣренностью признать въ немъ индійскій лотосъ. Въ Егип-
тѣ онъ въ настоящее время совершенно истреблонъ, но за то встрѣчается на всемъ
протяженіи теплыхъ странъ Азіи отъ Каспійскаго моря до Китая и Японіи; въ
индійской миѳологіи онъ часто упоминается подъ именемъ „колыбели Брамы", изъ
чего можно заключить, съ какимъ уваженіемъ относятся къ нему туземцы.
Къ области тропическо-африканской флоры относится также и абессинское
плоскогорье, которое тянется къ востоку отъ Голубого Нила по направленію къ
Красному морю. Егіса агЬогеа, которая на Килима Нджаро образуетъ верхнюю
границу деревьевъ (см. стр. 60), здѣсь входитъ въ составъ вѣчнозеленаго пояса
64	I- Растительныя области материковъ и острововъ.
растеній, окружающихъ подножье горъ. Характернымъ деревомъ является куссо
(Вгауега апійѳітіпііса), цвѣты котораго оказываются лекарствомъ отъ глистовъ 1.
Своеобразнымъ внѣшнимъ видомъ отличается дерево гибарра (КЬупсЬорѳіаІиш топ-
іапит). Кофейный кустъ (Сойѳа агаЬіса), одно изъ важнѣйшихъ культурныхъ
растеній, первоначально водился въ Абѳссиніи въ дикомъ видѣ, теперь же его воз-
дѣлываютъ во всѣхъ тропикахъ Стараго и Новаго Свѣта тамъ, гдѣ средняя темпе-
ратура держится около 20—28° (стр. 204)а. Слово кофе происходитъ отъ
арабскаго саЬпаЬ, диаЬиаЬ, т.-ѳ. „вино", такъ какъ этимъ словомъ обозначалась
черная настойка сѣмянъ. Къ началу XV столѣтія кофе стали воздѣлывать въ Іоме-
нѣ, въ 1534 году обычай пить кофе уже сильно распространился въ Константино-
полѣ. Вѣнецъ познакомился съ кофе лишь послѣ второй осады Вѣны турками
(1683 г.). Дѣло въ томъ, что среди добычи, доставшейся отъ мусульманъ, были
найдены мѣшки, съ употребленіемъ содержимаго которыхъ вѣнцевъ познакомилъ
шпіонъ Колшицкій; онъ и открылъ въ Вѣнѣ первую кофейню1 2 3 * * * * 8.
Южная Аравія „представляетъ изъ себя удивительную смѣсь собствен-
ныхъ тропическихъ видовъ, близкихъ къ восточно-африканскимъ, съ абѳссинскими ви-
дами и формаціями пустыни, тянущимися далеко на югъ" (Друде). Изъ харак-
терныхъ растеній слѣдуетъ назвать кустарникъ ката (Сеіазігиз [СаѣЬа] ѳгіиііз),
затѣмъ деревья, дающія бальзамъ и ладанъ, и наконецъ акаціи (мимозы), образую-
щія настоящіе лѣса.
11.	Южная Африка.
Если не считать пальмы РЬоѳпіх гесііпаіа, которая тянется по землѣ Наталь
до бухты Альгоа, то приходится констатировать отсутствіе пальмъ въ тропической
Африкѣ уже выше тропика козерога, а баобабъ переходитъ его только въ бассейнѣ
рѣки Лимпопо. Южная часть африканскаго материка, отграниченная такимъ обра-
зомъ съ сѣвера линіей распространенія пальмъ и адансоній (баобабовъ), даетъ убѣ-
жище богатой видами флорѣ, болѣе половины родовъ которой являются эндемичными.
Лѣса акацій, саванны и высокоствольный лѣсъ восточнаго побережья стоятъ на
рубежѣ тропической и южно-африканской флоры.
Въ низменныхъ частяхъ пустынной степи Калагари, между рѣками Замбези и
1 Мать Негуса Федора, извѣстнаго .собирателя земли Габеша* (1810), по преда-
нію, торговала этимъ корнемъ.
2 Извѣстенъ трогательный разсказъ о томъ, какъ одинъ французъ перевозилъ
кофейное дерево изъ Азіи въ Америку. По дорогѣ корабль занесло бурею, такъ что
пассажирамъ давались самыя ограниченныя порціи воды, которыми онъ и. дѣлился съ
единственнымъ оставшимся въ живыхъ деревомъ. Оно за то уцѣлѣло, и отъ него-то
произошли всѣ американскія кофейныя деревья. Пришлось везти кустики потому, что
сѣмена кофе поразительно быстро теряютъ всхожесть.
8 Удивленіе, съ которымъ авторъ, вѣнецъ, сообщаетъ читателю о столь позднемъ
ознакомленіи вѣнцевъ съ кофе, объясняется тѣмъ, что въ настоящее время кофе является
для обитателей столицы Австрійской Имперіи въ полномъ смыслѣ слова національнымъ
наниткомъ. Можно безъ преувеличенія сказать, что любовь къ кофе, повліявшая на
чрезвычайное увеличеніе числа кофеенъ, въ свою очередь до высокой степени развила
въ Вѣнѣ шумную уличную жизнь и сдѣлала характеръ вѣнца непосѣдливымъ, общи-
тельнымъ или, какъ они сами называютъ его, „уютнымъ* (репійіЫісЬ).
Прим. перев.
11. Южная Африка.
65
Оранжевой, скопляется столько воды, что тутъ возможны даже острова травянистой
растительности, и появляется сочная АсапіЬозісуоз Ьоггісіа. Эндемичнымъ является
здѣсь замѣчательная ѴѳІѵіізсЬіа шігаЬіІіа (стр. 183)—хвойниковоѳ растеніе, стволъ
котораго подымается надъ землею едва на 10—20 см. при окружности въ 1/2 до
4 метровъ и несетъ всего лишь одну пару кожистыхъ листьевъ до 3 метровъ дли-
ною, которые стелются по землѣ подобно ремнямъ и на свободномъ концѣ оказы-
ваются измочаленными; при основаніи этихъ гигантскихъ листьевъ развиваются
пурпуровыя соцвѣтія, напоминающія еловыя шишки. Область травянистой степи
Трансвааля представляетъ изъ себя обширныя, заросшія травой равнины, служа*
щія превосходнымъ пастбищемъ овцамъ и дикимъ копытнымъ животнымъ. „Среди
волнующейся степи, кое-гдѣ на горизонтѣ подымаются горы, похожія на кротовые
бугры и хоть нѣсколько оживляющіе широкую утомляющую глазъ плоскость. На
возвышенностяхъ растутъ деревья карроо и дикія маслины, мѣстами между этими
колючими кустарниками подымается мимоза или Сиззоміа зрісаіа, дерево со строй-
нымъ стволомъ и густой короною цвѣтовъ. На самой равнинѣ не встрѣтишь ни
дерева, ни кустика, кромѣ развѣ тѣхъ мѣстностей, гдѣ прилежный фермеръ, благо-
даря искусственному орошенію, создалъ для растительности болѣе благопріятныя
условія" (Фричъ). Виды акацій, какъ напримѣръ Асасіа гоЬизіа, образуютъ харак-
терныя маленькія заросли.
Хребетъ Драконовыхъ горъ отграничиваетъ южно-африканскую тропическую
область съ западной стороны. Здѣсь „при отсутствіи настоящаго тропическаго кли-
мата и безъ дикой прелести истинно тропическихъ формацій, встрѣчаются, однако,
во всей своей массѣ элементы тропической флоры. Многіе интересные саговники
(ЕпсерЬаіагіоз, 8іап§егіа), РЬоѳпіх гѳсііпаіа, высокоствольные бананы (Зігеііігіа),
а на ряду съ ними и хвойныя Робосагриэ и обычный въ Капландіи горный ки-
йарисъ УѴісІсігт^іоша сиргеззоісіѳз образуютъ здѣсь вмѣстѣ съ характерными для
Африки мясистыми молочаями (ЕпрЬогЬіа іеіга^опа и ^гапсіісіепз) и относя-
щимся къ мареновымъ „дикимъ каштаномъ" (СаЫепігоп сарепзо) отдѣльные
элементы лѣсовъ, кустарниковыхъ зарослей и открытыхъ травянистыхъ низинъ"
(Друдѳ). Южно-африканское плоскогорье (1400—1500 метр.), съ его безлѣс-
ными террасами, круто спускающимися къ Оранжевой рѣкѣ, несетъ скудную ку-
старниковую растительность изъ мареновыхъ, журавольниковыхъ (гераніевыхъ),
низкихъ бобовыхъ, видовъ РЬуІіса и КЬпз, затѣмъ своеобразныхъ сложноцвѣт-
ныхъ (НеіісЬгузиш, ЕгісерЬаІиз, Репігіа, ОіЬошюрзіз) и эндемичныхъ вере-
сковыхъ.
Къ югу отъ Оранжевой рѣки мы встрѣчаемъ область Карроо (стр. 184)
съ зарослями изъ Асасіа Ьоггійа по долинамъ высохшихъ рѣкъ, съ колючими ку-
старниками Асасіа (іеііпепз и СНгайае, особи „жирнаго дерева" (Рогіиіасагіа аГга),
пеларгонія, кислицы, водоносный Загсосаиіпш Раіегзопі и другія характерныя
формы. Мѣстность между Оранжевой рѣкою и южными склонами горъ Роггѳвельдъ
и Ніейвевельдъ напоминаютъ настоящую пустыню. Южнѣе отъ Роггевельда тер-
рассы Карроо весною (въ августѣ) послѣ періода дождей заставляютъ многочислен-
ные виды развертывать превосходные цвѣты, однако, ужо въ октябрѣ палящій зной
уничтожаетъ все. Слѣдуетъ обратить вниманіе на замѣчаемыя въ этой области, а
66
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
особенно въ Капландіи, приспособленія растеній къ переживанію сухого и жаркаго
времени года. Слоновый вьюнокъ (Тезішііііагіа ѳІерИапіірез) образуетъ громадный
клубень, напоминающій черепаху, который покрытъ пробкою, точно панцырѳмъ; во
время періода дождей изъ него вырастаютъ длинные, вьющіеся побѣги, напоминаю-
щіе нашъ южно-европейскій сассапариль (стр. 41). Виды КосЬѳа не только не-
сутъ на своихъ толстыхъ листьяхъ водоносные пузыри, подобно МѳзетЬгуапіЬетиш
(стр. 57), но и защищаютъ эти крошечныя бутылочки съ водою, ясно видимыя
подъ микроскопомъ, посредствомъ особыхъ кремневыхъ покрововъ (стр. 184).
Типъ нопаловой растительности молочаевъ, кактусовъ и т. д. представленъ здѣсь
маленькимъ сложноцвѣтнымъ Кіеіпіа агіісиіаіа (стр. 185) съ мясистыми толстыми
участками стебля. Каждый такой легко отламывающійся участокъ можетъ дать
начало новой особи, такъ какъ эти вальковатыѳ кусочки пускаютъ съ нижней сто-
роны корни, а сверху листья. Корни появляются на участкахъ стебля нерѣдко еще
раньше его паденія на землю. Вмѣсто вересковъ Капланда здѣсь на террасѣ Кар-
роо появляются колючіе кустарники, какъ, напр., сложноцвѣтное носорожій кустъ
(Еіуігораррпз гЬіпосѳгоііз), вмѣстѣ съ МезѳтЬгуапіЬѳтшп, верблюжьими травами
(йу^орЬуІІасеае) 1 и луковичными.
Промежуточными звеньями между тропической частью восточной Африки и
Капландіей являются вѣчнозеленые высокоствольные лѣса между рѣками Гауритцъ
и Кромме, а также и вокругъ подножья горы Онтѳниква. „Громадный массивъ
лѣса, разсказываетъ Фричъ, образуется колоссальными стволами желтаго дерева
(Роёосагриз ТЬипЬѳг^і), которое обыкновенно разстилаетъ свои могучія вѣтви, по-
добно громадному канделябру надъ менѣе высокими древесными породами. Вышина
этихъ деревьевъ прямо поразительна, въ обхватѣ они у корня нерѣдко превосхо-
дятъ самые крѣпкіе дубы, причемъ древесина ихъ остается здоровой отъ коры и до
самой сердцевины. Сравнительно небольшая тѣнь, которую бросаютъ эти деревья;
благодаря незначительно развитой у нихъ листвѣ, даетъ возможность селиться въ
этихъ лѣсахъ большему количеству низкорослыхъ растеній, чѣмъ въ другихъ тро-
пическихъ дѣвственныхъ лѣсахъ. Ліаны и лозы нерѣдко одѣваютъ болѣе низкія
особи этихъ деревьевъ и сообщаютъ имъ, благодаря пышно развитой листвѣ, кра-
соту, которой природа ихъ самихъ лишила; могучіе папоротники покрываютъ, густо
сплетаясь между собой, почву среди обвалившихся гніющихъ стволовъ и лишаютъ
человѣка возможности пробираться сквозь этотъ хаосъ, достигающій подчасъ роста
человѣка. Настоящая родина Капской флоры, которая подарила намъ такое мно-
жество садовыхъ растеній (напр., РЬу^еІиіз сарѳпзіз, стр. 185), находится въ
юго-западномъ углу Капландіи, за Капштадтомъ. Эта флора насчитываетъ до
10.000 видовъ; изъ нихъ весьма многіе эндемичны и не малое число имѣетъ
крайне ограниченный кругъ распространенія, какъ, напр., серебристое дерево Ьеи-
сабепбгоп аг&епіеиш на Столовой горѣ. На ряду съ этимъ серебристымъ деревомъ
1 Типичный представитель этого небольшого семейства встрѣчается и у насъ на
югь. Это двулистникъ-вонючка (2у#орЬу11ит ЕаЪа^о) съ мясистыми листьями, сидя-
щими попарно (отюда латинское названіе рода). Цвѣточныя почки этого растенія упо-
требляются въ пищу какъ каперсы. Киргизы употребляютъ съ бараньимъ саломъ, какъ
средство для заживленія ранъ; считается противоглистнымъ, подобно куссо (стр. 64) и
лптисифилитическимъ средствомъ.	Прим. перев.
12. Восточно-африканскіе острова.	67
па физіономію Капландіи оказываютъ большое вліяніе также и многочисленные виды
Ргоіѳа, цвѣты которыхъ богаты модомъ и потому охотно посѣщаются пчелами;
кромѣ Капской земли, эти своеобразныя протейныя, наслѣдіе третичнаго періода,
встрѣчаются также и въ Австраліи \ Капландію нерѣдко сравнивали съ лишенной
деревьевъ прибалтійской вересковой степью; „тутъ водится безконечное число низ-
кихъ кустарниковъ, говоритъ Кернеръ, чрезвычайно напоминающихъ нашъ верескъ,
багульникъ и голубику, всѣ съ вѣчнозелеными, твердыми, закрученными по краямъ,
цѣльнокрайними маленькими листьями; верхняя сторона листа чаще всего окрашена
въ тѳмнозелѳный цвѣтъ, нижняя снабжена тѣми же приспособленіями, какъ и за-
крученные листья вересковаго болота Балтики или холодныхъ полей арктической
флоры. Часть этихъ вѣчнозеленыхъ кустарниковъ принадлежитъ дажо къ тѣмъ же
самымъ семействамъ. Особенно верески представлены здѣсь въ прямо подавляю-
щемъ количествѣ—ихъ насчитываютъ болѣе 400 видовъ; слѣдовательно ихъ тутъ
больше, чѣмъ во всѣхъ остальныхъ странахъ міра, вмѣстѣ взятыхъ. Впрочемъ,
цѣлый рядъ видовъ и другихъ семействъ, именно крушиновыхъ, протейныхъ, эпа-
кридовыхъ, санталовыхъ и т. д., обнаруживаютъ такую же листву... Эта низкая,
вѣчнозеленая растительность распространена не по всей Капландіи, а встрѣчается
близъ морского берега, да и тамъ она ограничивается лишь террассовидпо спускаю-
щимися къ юго-западу склонами горъ и Столовой горою. Какъ разъ надъ этимн-то
мѣстностями сгущаются водяные пары, принесенные морскими вѣтрами и въ продол-
женіе 5 мѣсяцевъ, отъ мая до начала октября, почва не только орошается обиль-
ными дождями, но всѣ эти вѣчнозеленые кустарники постоянно увлажняются еще
спускающимися на землю водяными парами, и съ нихъ часто капаетъ вода совер-
шенно такъ же, какъ и у насъ съ вереска, растущаго на болотѣ, а это для біологи-
ческихъ особенностей растенія пожалуй наиболѣе важно".
12.	Восточно- африканскіе острова.
Островъ Сокотра, находящійся между областью Сомали и южными берегами
Аравіи, по флорѣ своей соотвѣтствуетъ южной Аравіи: здѣсь водится своеобразный
Бопсігозісуоз зосоігала (стр. 188), древовидное тыквенное, достигающее до 4 мѳтр.
вышины и 1-—2 метр. толщины и живущее до 200 лѣтъ; тутъ же встрѣчается и
алоэ, дающій горькую смолу. Остальные южно - африканскіе острова занимаютъ
промежуточное положеніе между африканской и остъ-индской флорою. Однако большое
число имъ однимъ свойственныхъ родовъ (на одномъ Мадагаскарѣ ихъ насчиты-
ваютъ до 90) заставляетъ выдѣлять ихъ въ особую флористическую область, въ
которой отдѣльныя группы острововъ въ свою очередь образуютъ какъ бы свои
подобласти. Въ доисторическія времена Мадагаскаръ сообщался съ Африкой, за-
тѣмъ, вѣроятно, существовала связь между ними и Индіей черезъ группы Сей-
шельскихъ, Чагосскихъ, Маладивскихъ и Лакадивскихъ острововъ. Всѣ эти пред-
положенія доказываются, между прочимъ, и флорою этихъ мѣстностей’. Въ тро-
1 О своеобразномъ устройствѣ устьицъ у протейныхъ см. „Жизнь растеній*,
т. I, стр. 319 и 369.
2 Такъ какъ въ описываемой флористической области и въ Остъ-Индіи водятся
68	I. Растительныя области материковъ и острововъ.
пическихъ низменностяхъ и нагорныхъ лѣсахъ Мадагаскара мы встрѣчаемся, напр.,
съ панданами. Стволъ Раткіапиз иііііз достигаетъ 6 метр. вышины, листья длинные,
мечевидные (стр. 187), плоды съѣдобные, похожи на апельсинъ, а листовые нервы-
жилки служатъ упаковочнымъ матеріаломъ. Особое мѣсто среди пандановыхъ зани-
маетъ Рапсіапиз оЬеІізсиз со стволомъ въ 18 метр. вышины и 1 метръ толщины,
листья котораго, достигающіе 3—4 метр., сближены вмѣстѣ въ плотную розетку.
Дерево путешественниковъ (Ваѵѳпаіа Майа§а8сагіѳпзіз, стр. 186), отли-
чается громадными листьями, похожими на листья Мпза (стр. 182), Саппа и др.,
только расположены они вѣеромъ—всѣ въ одной плоскости и часто измочаливаются
вѣтромъ; полыя влагалища листьевъ содержатъ въ себѣ воду, которою пользуется
и человѣкъ Ч Лѣсныя деревья несутъ на себѣ эпифитовъ, именно орхидныхъ;
изъ которыхъ Ап^гаесиш зѳздиіресіаіѳ (близкій родичъ изображеннаго на стр. 188
Ап^гаесшп ѳЬигпепш) несетъ цвѣты въ 25 сант. въ поперечникѣ; цвѣты эти
снабжены шпорцемъ, достигающимъ 30 сант. длины. Африканскій характеръ мѣст-
ности рельефно выступаетъ въ лицѣ пальмы КарЬіа Впйіа и каучуковыхъ деревьевъ,
а верески напоминаютъ о недалекой Капландіи. Единственная фіалка тропической
Африки, Ѵіоіа аЬуззіпа, попадается въ горахъ Камеруна, въ Абессиніи и на пло-
скогорьи Мадагаскара. Зато наличность пальмы-арѳки и Ьа^огзігоѳтіа какъ-бы
переноситъ насъ въ Оста-Индію.
Физіономія тропическаго лѣса Маскарѳнскихъ острововъ опредѣляется
„древовидными папоротниками и орхидными; на островѣ Бурбонѣ (Вѳипіоп) харак-
терными деревьями считаются ІшЬгісагіа рѳііоіагіз съ древесиной, почти не поддаю-
щейся разрушенію, Е1аео(1еп(ігоп огіепіаіѳ, Зісіегохуіоп сшѳгешп и очень распро-
страненная Асасіа ЬеіѳгорЬуііа. Деревья эти поднимаются почти до 1300 метровъ,
гдѣ поясъ Казіпз ЬогЬопіспз (950—1300 м.) образуетъ высшую границу тропи-
ческаго лѣса, хотя Мопішіа гоішмІіГоІіа съ ея вѣчнозеленою листвою подымается
до 2000 метровъ. Однихъ папоротниковъ на Бурбонѣ насчитывается 240; изъ
нихъ 4 высокихъ древовидныхъ Суаійеа. Роды пальмъ оказываются по своему
характеру смѣшанными: Ьаіапіа изъ вѣерныхъ (Вогаззіпѳае) является представи-
телемъ африканской группы, НуорЬогЬо и Агесіпѳаѳ сродни отчасти индійскимъ,
отчасти американскимъ флорамъ, но всѣ виды во всякомъ случаѣ эндемичны.
Островъ Св. Маврикія отличается менѣе богатою растительностью, благодаря тому,
что на немъ нѣтъ столь значительныхъ возвышенностей. Однако и на немъ эле-
менты капландской флоры имѣютъ своихъ представителей въ лицѣ одного вида
РЬуІіса (тацгіііапа) и РЬіІірріа" (Друде) 2.
Сейшелльскіо острова, лежащіе ближе къ экватору, отличаются 60 эн-
полуобезьяны лемуры, то прежній материкъ, соединявшій столь разобщенныя нынѣ,
страны, предложено было назвать „Лемуріей**.
1 Названіе растенія обусловливается этимъ его свойствомъ, которымъ чаще всего
пользуются путники.
2 Поэтичное описаніе растительнаго міра острова Бурбона читатели найдутъ въ
извѣстномъ сантиментальномъ романѣ Бепардена-де-Сепъ-Пьера „Павелъ и Виргинія**
(Раиі еі Ѵіг^іпіѳ раг Вепагёіп де Заіпіе-Ріегге), написаннаго во второй половинѣ про-
шлаго вѣка.
Пальма Ьаіапіа ЪогЬопіса встрѣчается почти во всѣхъ ботаническихъ садахъ. Осо-
бенно величественные экземпляры находятся въ одесскомъ университетскомъ ботаниче-
скомъ саду и въ Ливадіи (Крымъ).	Прим. персв.
13. Индія и Зондскіе острова.
6у
демичными видами, изъ которыхъ 5 приходится на долю пальмъ. Наиболѣе попу-
лярна изъ нихъ „Сѳйшелльская чудесная пальма“ (ІххІоТсеа веусЬеИапіт), двой-
ные плоды которой, вѣсомъ до 10—15 килогр., сдѣлались извѣстными задолго до
открытія самого дерева (1742 г.), такъ какъ ихъ встрѣчали плавающими въ во-
дахъ Индійскаго океана и, считая ихъ какимъ-то чудеснымъ морскимъ растеніемъ,
продавали за баснословныя деньги. О сейшелльской пальмѣ, весьма близкой къ на*
стоящей вѣерной (Вогаззиз йаЬѳІІіГогпііз), д-ръ Брауеръ изъ Марбурга собралъ во
время своего посѣщенія этого архипелага большое число наблюденій. По его сло-
вамъ отдѣльные экземпляры этой пальмы попадаются почти на всѣхъ болѣе круп-
ныхъ островахъ. Однако если бы кто пожелалъ получить о ней настоящее пред-
ставленіе, то необходимо отыскать ее на ея родинѣ, именно на островахъ Пралёнъ
и Кюрьѳзъ (къ сѣверо-востоку отъ полуострова Магѳ); впрочемъ и здѣсь она встрѣ-
чается лишь въ весьма ограниченномъ районѣ, на островѣ Пралёнъ напр. она ра-
стетъ лишь въ двухъ маленькихъ долинахъ сѣверо-восточной части острова, а на
Кюрьёзѣ только въ сѣверной части. На вышеупомянутыхъ двухъ равнинахъ она
встрѣчается среди другихъ деревьевъ, отчего красота и сила ея только еще болѣе
выигрываютъ. Не знаешь, кому отдать предпочтеніе, маленькой ли особи, выкиды-
вающей свои 8—10 листьевъ, длиною въ 5—6 метровъ каждый, прямо изъ земли,
или старой пальмѣ, громадная верхушка которой раскачивается выше всѣхъ дру-
гихъ деревьевъ, поддерживаемая стволомъ въ 40 метровъ вышиною. Только на
35 году жизни пальма эта выкидываетъ свой первый гигантскій початокъ цвѣтовъ,
и, несмотря на тропическій зной, нужно цѣлыхъ 7 лѣтъ ждать созрѣванія массив-
наго плода. Въ настоящее время такой плодъ можно купить уже за 4—10 марокъ
(2—5 рублей). Если бы англійское правительство не приняло энергичныхъ мѣръ
къ сохраненію этого дерева, оно давно уже было бы истреблено.
13.	Индія и Зондскіе острова.
Это обширная растительная область, чрезвычайно богатая величественными
формами. Она занимаетъ часть южной Азіи, о которой у насъ еще не было рѣчи,
и расположенныя на юго-востокъ отъ нея группы острововъ; такимъ образомъ въ
составъ этой области входятъ Индостанъ (между рѣкою Индомъ, Гималайскими го-
рами, Персидскимъ и Бенгальскимъ заливами), затѣмъ островъ Цейлонъ, Индо-
китай съ полуостровомъ Малаккою (между Бенгальскимъ заливомъ и Южно-Китай-
скимъ моремъ), большіе и малые Зондскіе острова до Макассарскаго пролива, кото-
рый отдѣляетъ малайскую флору отъ тихоокеанской; наконецъ сюда же относится и
группа Филиппинскихъ острововъ. Эта растительная область носитъ ясно выра-
женный тропическій характеръ, и флора ея оказывается роскошною до расточитель-
ности. Священный баніанъ индусовъ (смоковница, Еісиз гѳіі^іоза, стр. 188)
подъ которымъ Будда размышлялъ о суетности бытія и о тайнѣ жизни, раскиды-
вается, опираясь на свои воздушные корни, такъ широко, что одно дерево образуетъ
цѣлую рощу. На баніанѣ въ Нѳрбуддѣ вокругъ ствола, имѣющаго 10 метровъ тол-
щины, насчитали до 1300 разставленныхъ правильными рядами побочныхъ ство-
ловъ и до 3000 меньшихъ воздушныхъ корней. Вообще на индійскихъ видахъ
70
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
Еісиз можно прослѣдить различныя проявленія мощности растеній тропическаго міра.
Изображенный на стр. 191 Еіспз Гималайскихъ горъ охватываетъ своими поясооб-
разными лазящими корнями, которые бываютъ толщиною съ человѣческую руку,
высокія лѣсныя деревья, а никобарскій Еісиз Воіцатша (стр. 191 и 197) совершенно
укутываетъ поддерживающее его миртовое дерево, напоминая нѣкоторые эпифиты,
причемъ онъ отнимаетъ отъ него все болѣе и болѣе свѣта и воздуха. Нѣкоторые
виды смоковницъ образуютъ своими воздушными корнями цѣлыя рѣшетки вокругъ
скалъ, на которыя онѣ взбираются, а другіе, какъ напр. Еіспз еіаяііса (стр. 190),
превосходно поддерживаютъ свой массивный стволъ особаго рода корнями, напоми-
нающими доски, причемъ столбовидныѳ воздушные корни еще оказываютъ поддержку
тяжелымъ вѣтвямъ.
Баніанъ оказывается если не самымъ высокимъ, то во всякомъ случаѣ самымъ
массивнымъ деревомъ въ мірѣ. Говоря о гигантахъ растительнаго міра, нельзя не
поставить рядомъ съ нимъ малайскія растенія съ наибольшими соцвѣтіями и круп-
нѣйшими цвѣтами. Одно изъ значительнѣйшихъ соцвѣтій изъ извѣстныхъ нынѣ
растеній представляетъ ароидное растеніе, которое было открыто въ западной Су-
матрѣ всего лишь нѣсколько лѣтъ тому назадъ Беккари и названо АтогрЬорЬаНиз
Тііапит. Кажется, будто растеніе это попало въ нашу эпоху случайно, будто оно
предназначалось въ современники мамонту и ихтіозавру; то, что неспеціалистъ мо-
жетъ у этого растенія принять за цвѣтокъ, на самомъ дѣлѣ оказывается кроющимъ
листомъ соцвѣтія-початка. Клубень АтогрЬорЬаНиз бываетъ толщиною въ пол-
метра, листовой корешокъ вырастаетъ въ длину на 2- -5 метровъ, причемъ имѣетъ
дециметръ въ ширину, отдѣльныя лопасти разсѣченнаго листа достигаютъ 3 ме-
тровъ. Кроющій листъ соцвѣтія, длиною въ 70—80 сант., а выступающій изъ се-
редины его початокъ, усѣянный многими сотнями мужскихъ и женскихъ цвѣтовъ,
достигаетъ двухъ съ половиною метровъ вышины. Въ тѣнистыхъ тропическихъ
лѣсахъ Суматры цвѣтетъ также близъ рѣки Манны самый большой цвѣтокъ въ мірѣ,
паразитная раффлезія, которая была замѣчена въ первый разъ д-ромъ Іосифомъ
Арнольдомъ. Этотъ ученый описывалъ въ 1818 г. знаменитому ботанику Роберту
Броуну 1 въ Лондонѣ свою находку слѣдующими словами: „Съ радостью сообщаю
вамъ о томъ, что мною открыто здѣсь величайшее чудо растительнаго міра. Я слу-
чайно удалился на нѣсколько шаговъ отъ своихъ спутниковъ, какъ вдругъ мой
слуга-малаецъ бѣжитъ ко мнѣ съ вытаращенными отъ удивленія глазами и кричитъ:
„Иди, иди сюда, господинъ! Тутъ цвѣтокъ, очень большой, очень удивительный,
очень красивый!" Я тотчасъ же углубился вслѣдъ за нимъ въ чащу шаговъ на сто,
гдѣ онъ показалъ мнѣ подъ кустомъ, на самой землѣ, дѣйствительно поразительный
цвѣтокъ. Онъ сидѣлъ на тонкомъ, не толще двухъ пальцевъ, горизонтальномъ
корнѣ. Я отдѣлилъ его ножомъ своего слуги и снесъ въ палатку. Я тотчасъ за-
мѣтилъ цѣлый рой мухъ надъ отверстіемъ нектарника, которыя вѣроятно отклады-
вали въ него яички. Цвѣтокъ издавалъ запахъ гнилой говядины". Это своеоб-
разное растеніе, паразитирующее на корняхъ дикой лозы (Сіззиз), было названо въ
честь открывшаго его изслѣдователя КайГІезіа Апюійі. Дѣйствительно въ его лицѣ
1 Р. Броунъ открылъ въ 1830 г. клѣточное ядро; онъ же создалъ собственную
систему растеній.	Прим. перса.
13. Индія и Зондскія острова.	71
Арнольдъ нашелъ самый большой цвѣтокъ въ мірѣ, имѣющій 1 метръ въ попереч-
никѣ и 3 метра въ окружности. Онъ растетъ въ небольшой части Суматры чаще
всего вблизи тропинокъ, которыя прокладываютъ собѣ по дѣвственному лѣсу слоны.
Мясныя мухи, привлекаемыя сквернымъ запахомъ, переносятъ пыльцу съ цвѣтка
на цвѣтокъ, а слоны по всей вѣроятности распространяютъ клейкія сѣмена раф-
флезіи, прилипающія къ морщинистой кожѣ ихъ ногъ. Здѣсь повторяется значитъ
въ грандіозныхъ размѣрахъ то же самое, что у насъ дѣлаютъ муравьи съ сѣменами
чистотѣла (СЬѳІііошит та^из, стр. 139, ср. стр. 30), произрастающаго на ихъ
дорогахъ. Послѣ арнольдовской раффлезіи было найдено еще нѣсколько видовъ
этого рода въ глубинѣ острововъ Борнео, Явы и Филиппинскихъ. Второй по вели-
чинѣ раффлезіей и, стало-быть, вторымъ цвѣткомъ-гигантомъ въ мірѣ является
Вайіезіа 8сЬа(іепЬѳг^іапа, названная такъ по имени аптекаря Шадѳнберга, открыв-
шаго ѳѳ. Она растетъ на островѣ Минданао (изъ группы Филиппинскихъ) на высотѣ
800 метровъ надъ уровнемъ моря; ея крупные цвѣты имѣютъ приблизительно
80 сапт. въ поперечникѣ и въ свѣжемъ видѣ вѣсятъ до 11 килогр. Яванская
Вайіезіа Раідаа (стр. 200) несетъ цвѣты въ полмѳтра діаметромъ. До сихъ поръ
еще нельзя съ увѣренностью сказать, какое мѣсто въ системѣ занимаютъ раффлезіи,
эти загадочные цвѣты въ образѣ грибовъ. Къ семейству раффлезіѳвыхъ относится
также и Вгпрпапзіа Хірѳііі (стр. 200), которая водится на Борнео и Явѣ и сидитъ
на корняхъ Сіззпз точь-въ-точь какъ раффлезія, а также упомянутый уже выше
гипоцистъ (Суііпиз Ьуросізіиз, стр. 152; ср. стр. 41), водящійся въ средиземно-
морской области.
Положительно кажется, будто въ тропической Азіи всякое проявленіе жизни
растеній выражается въ грандіозныхъ размѣрахъ. Примѣромъ такихъ растеній-
гигантовъ могутъ служить также тростниковыя пальмы или ротангъ (стр. 199),
стволъ которыхъ при толщинѣ отъ 2—4 сант. достигаетъ до 200 метровъ длины.
Равномѣрно утолщенный стебель Саіашиз Коіал^ обладаетъ такой крѣпостью, что
подъ названіемъ испанской трости (ЗрапізсЬѳз ВоЬг) давно уже пользуется попу-
лярностью въ Индіи среди населенія, недовольнаго формой правленія. У ротанговъ
существуютъ спеціальныя приспособленія, служащія имъ для того, чтобы взлѣзать
на деревья и держаться на нихъ какъ на лѣстницѣ. Дѣло въ томъ, что когда стволы
достигнутъ извѣстнаго возраста, средній нервъ мѳлкопѳристаго листа вытягивается
въ длинный колючій жгутъ, который при помощи загнутыхъ назадъ крючковъ за-
цѣпляется за вѣтви деревьевъ, благодаря чему ротангъ можетъ взбираться выше и
выше. Особенно красивы ротанги по берегамъ Малайскихъ острововъ, гдѣ вообще
существуютъ условія, благопріятныя для роста пальмъ.
Изъ насѣкомоядныхъ растеній мы встрѣчаемъ въ малайской флорѣ кувшино-
носы-непѳнты (КерѳпіЬеэ, стр. 201), число видовъ и формъ которыхъ очень велико;
представители этихъ растеній попадаются также на Мадагаскарѣ и въ Полинезіи.
Открытый край ловушки, имѣющей форму кувшина, усаженъ медоносными железами,
служащими для приманки насѣкомыхъ. Кувшины бываютъ величиной отъ наперстка
до пивной кружки и свѣшиваются внизъ съ лазящихъ растеній, причемъ надъ каж-
дымъ изъ нихъ прикрѣплена крышечка. Животныя, полакомившись медомъ, теряютъ
равновѣсіе на скользкой внутренней сторонѣ кувшина и сваливаются внутрь, находя
72	I Растительныя области материковъ и острововъ.
неминуемую гибель на днѣ его, покрытомъ водою; они разлагаются здѣсь и служатъ
въ пищу растѳніямъ-разбойннкамъ. Точно также происходитъ ловля насѣкомыхъ и
у австралійскаго рода СорЬаІоіиз, только здѣсь маленькіе кувшины прижимаются
къ самой землѣ (стр. 214). КерѳпіЬѳз и Серкаіоіиз, вмѣстѣ съ сѣверо-американ-
скими сарраценіями (ср. стр. 54), принадлежатъ къ той группѣ растеній-звѣро-
лововъ, которыя захватываютъ въ свою ловушку безъ разбора все, что только
„летаетъ, бѣгаетъ или ползаетъ" Ч
Индія, дающая пріютъ бобовому Епіайа РизаѳіЬа, несущему бобъ въ метръ
длиной, а также и Малайскій архипелагъ не представляли бы изъ себя типичныхъ
тропическихъ мѣстностей, если бы въ нихъ не водилось цѣлаго множества ліанъ и
эпифитовъ. Ліаны! „Когда раздается это красивое слово, оно вызываетъ изъ су-
мрака юношескихъ воспоминаній цѣлый рядъ прекрасныхъ картинъ. Надъ гигант-
скими стволами дѣвственнаго лѣса, подымающимися вверхъ, подобно колоннамъ об-
ширнаго портика, раскидывается зеленая крыша, сквозь которую лишь изрѣдка
пробивается тонкій лучъ солнца. На днѣ лѣса виднѣется скудная зелень боящихся
свѣта папоротниковъ, которые покрываютъ трупы упавшихъ деревьевъ, а далѣе тя-
нется дикое сплетеніе бурыхъ корней, благодаря которому лѣсъ этотъ становится
почти непроходимымъ. Какой контрастъ этому мрачному пейзажу представляютъ изъ
себя свѣтлыя прогалины и залитыя солнцемъ опушки дѣвственнаго лѣса! Цѣлый
хаосъ самыхъ разнообразныхъ растеній подымается вверхъ въ видѣ густбй изго-
роди, взбирается на макушки высочайшихъ деревьевъ-гигантовъ, такъ что взоръ
даже не можетъ проникнуть внутрь колоннады лѣса. Это и есть настоящая и дѣй-
ствительная родина ліанъ. Все это взбирается, обвивается и сплетается другъ съ
другомъ, и напрасно глазъ силится разобрать, что изъ этой массы стволовъ, листьевъ,
цвѣтовъ и плодовъ относится къ одной особи. Здѣсь ліаны сплетаютъ зеленыя
стѣны и обои, тамъ онѣ свѣшиваются съ вѣтвей деревьевъ въ видѣ качающихся
гирляндъ или широкихъ занавѣсей, а въ другомъ мѣстѣ густыя сплетенія перехо-
дятъ отъ сука къ суку, отъ дерева къ дереву, строятъ висячіе мосты, образуютъ
настоящіе ходы-бесѣдки со стрѣльчатыми или круглыми сводами. Одиноко стоящіе
стволы превращаются отъ этого сплетенія ліанъ въ зеленыя колонны, а чаще дѣ-
лаются опорою пирамиды, надъ вершиною которой качается ихъ корона. Въ томъ
случаѣ, когда ліаны старѣются вмѣстѣ съ деревомъ, служащимъ имъ опорою, и ски-
дываютъ листья на старыхъ участкахъ своего стебля, они получаютъ видъ свѣши-
вающихся съ вершины дерева веревокъ, и поэтому имъ дали названіе „кустарни-
1 Этой пеудобопѳрѳводимой нѣмецкой присказкой (\ѵаз да кгепсЫпші ПепсЫ) авторъ
хотѣлъ выразить ту мысль, что насѣкомоядныя этой группы, не участвуя активно въ ловлѣ
насѣкомыхъ, какъ напр. росянка или Оіопеа (см. стр. 29), принуждены пассивно перева-
рить то, что случайно попадетъ въ ихъ кувшинъ. Европейское водное растеніе пузырь-
чатка (Шгіспіагіа, см. примѣч. къ стр. 30) принадлежитъ къ этому же типу звѣроло-
вовъ, хотя у насъ оно приспособлено преимущественно къ захвату маленькихъ рач-
ковъ-дафиій, и даже самый пузырекъ несомнѣнно по формѣ подражаетъ тѣлу дафніи—
у него даже развиты щупалы, называемыя ботаниками по аналогіи съ дафніями антен-
нами. Кстати здѣсь же я воспользуюсь случаемъ оправдать выраженіе „растепія-звѣ-
роловы**, вмѣсто болѣе употребительнаго — „насѣкомоядныя растенія**, за которое многіе
читатели „Жизни растеній** упрекали переводчиковъ. Однако разъ пузырьчатка захва-
тываетъ дафній, которыя, какъ суставчатоногія, хоть и близки насѣкомымъ, по не тож-
дественны имъ, то къ этому растенію названіе „насѣкомояднаго** совершенно не под-
ходитъ.	Прим. персв.
13. Индія и Зондскіе острова.
73
ко въ-канатовъ". Эти канаты, то туго натянуты, то слабо раскачиваются по вѣтру;
они подымаются изъ кустарника-подлѣска и, хитро переплетаясь между собой, те-
ряются высоко наверху, среди древесныхъ вѣтвей. Многія изъ этихъ ліанъ пере-
кручены между собой, какъ шнуры въ канатѣ, другія извиваются въ видѣ пробоч-
ника \ третьи представляютъ изъ себя ленты, снабжены ямками или же получаютъ
видъ красивыхъ лѣстницъ, сдѣлавшихся знаменитыми подъ названьемъ „обѳзьян-
ихъ" (Кернеръ). Среди эпифитовъ, Ьамое названіе которыхъ показываетъ, что они
селятся на другихъ растеніяхъ (отсюда ихъ другое наименованіе „лжепаразиты",
стр. 189 и 192), встрѣчаются и муравьиныя растенія (ср. стр. 30). Ни съ чѣмъ
несравнимые прелестные цвѣты отличаютъ семейство орхидныхъ. Высшаго развитія
эпифитная растительность достигаетъ, какъ мы увидимъ впослѣдствіи, въ Вестъ-
Индіи, такъ что тамъ можно уже съ полнымъ правомъ говоритъ о „сверхъ-лѣсѣ",
т.-е. о лѣсѣ, растущемъ на другомъ, служащимъ ему опорою. Орхидныя растенія,
достигающія въ средней Германіи (и у насъ въ Россіи) въ лицѣ своего наиболѣе
роскошнаго представителя „венерина башмачка" (Сургіресііитп Саісеоіиз), едва нѣ-
сколькихъ дециметровъ вышины и всегда слѣдовательно близкіе къ поверхности
земли, ведутъ въ обѣихъ Лидіяхъ вольный, роскошный образъ жизни. Гёте на-
звалъ орхидныхъ „диковинными лиліями" (топзігозѳ Ьіііоп), намекая при этомъ
очевидно на то, что ихъ подчасъ удивительныя формы, прекрасно приспособленныя
къ посѣщенію насѣкомыми, развились изъ правильной звѣздчатой формы лилей-
ныхъ. Тропическія орхидныя такъ своеобразно прекрасны, столь удивительно много-
образны, что внѣшность ихъ но поддается даже многословному описанію. Форма и
окраска этихъ поистинѣ волшебныхъ цвѣтовъ никогда не перестанетъ вызывать
восхищенія наблюдателя. Рѣзкій контуръ ихъ кажется выточеннымъ изъ эмальиро-
ваннаго фарфора, и окраска ихъ представляетъ всѣ переходы отъ тусклыхъ до са-
мыхъ яркихъ цвѣтовъ. Отъ каттлей и онцидій подымаются настоящія ракеты цвѣ-
товъ. Ось ванды несетъ ихъ лишь немного, но зато цвѣты эти кажутся настоящими
прелестными глазами. Венерины башмачки, единственный нѣмецкій представитель
которыхъ былъ названъ по имени скандинавской богини ФроИ 1 2, встрѣчаются подъ
тропиками въ поразительномъ разнообразіи колеровъ. То кажется, будто видишь
какую-то чудесную птицу, то будто бабочка небывалой красоты, собираясь летѣть,
раскрыла свои крылья, отливающія металлическимъ блескомъ. Новый видъ малай-
скаго орхиднаго поразительно красивой окраски былъ привезенъ въ Англію въ че-
ловѣческомъ черепѣ. Вообще въ Англіи платятъ за орхидеи большія деньги: за
одинъ экземпляръ Одопіо^іоззшп Ьисіапі было заплачено 12000, а за Сургірѳ-
сііиш ЬуЬгі(ішп 4000 франковъ. Обитатели Тимора сажаютъ драгоцѣнныя орхидеи
на могилахъ своихъ близкихъ родныхъ. Они передаютъ ихъ изъ рода въ родъ по
наслѣдству и защищаютъ на войнѣ своей кровью. И вотъ улыбающійся роскошный
цвѣтокъ свѣшивается подчасъ надъ оскаленными зубами черепа или выбивается изъ
1 См. рис. и текстъ въ I т. „Жизни растеній*, стр. 674.
2 Удивительные и сравнительно рѣдко попадающіеся цвѣты „венерина башмачка*
(Сургіредіиш Саісеоіиз) повидимому пользовались когда-то мистической славой и въ на-
шемъ пародѣ. По крайней мѣрѣ въ подмосковныхъ деревняхъ дѣвушки плетутъ изъ
него вѣнки именно подъ Иванову ночь, хотя опѣ и не могутъ объяснить, зачѣмъ онѣ
это дѣлаютъ.	Прим. перев.
74
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
его широкихъ глазныхъ впадинъ, являясь поистинѣ такимъ потрясающимъ примѣ-
ромъ контраста бытія и смерти, какого лучше нельзя и придумать.
Очень странной орхидеей оказывается ВоІЬорЬуііит Оіоапіі, которая селится
па корѣ деревьевъ (на Борнео) и скрываетъ свои крохотные клубеньки во мху;
близкій родичъ этого растенія, ВоІЬорЬуііит тіпиіізэітит, водится въ Австраліи у
Порта Джексона и у рѣки Ричмонда. Оба эти вида, изображенные на стр. 196,
отличаются редуцированными листьями; устьица ихъ помѣщаются въ полости пу-
стыхъ клубеньковъ.
Злаковая растительность получаетъ въ индійско-малайской флорѣ точно
также свое значительнѣйшее развитіе: „Слабая соломина" въ лицѣ бамбука
(ВатЬиза, стр. 198) достигаетъ толщины въ одну треть и вышины въ 30 ме-
тровъ. Всѣмъ извѣстно, сколько пользы приносятъ бамбуковые стволы по всей тро-
пической и восточной Азіи, и сколько разнообразныхъ примѣненій оно находитъ.
Индійскую или китайскую культуру трудно себѣ представить безъ бамбука. Къ
произрастанію на влажныхъ мѣстахъ виды бамбука приспособляются посредствомъ
шишковатыхъ выростовъ на той поверхности листа, гдѣ находятся устьица (стр. 188).
Такъ какъ къ этимъ выступамъ постоянно прилипаютъ пузырьки воздуха, то устьица
свободно могутъ исполнять свою функцію, именно испарять воду. По внѣшнему виду
къ злаковымъ приближаются также рогозники, два вида которыхъ (ТурЬа ап^пэііГоІіа
и ІаііГоІіа) встрѣчаются на европейскихъ болотахъ. ТурЬа ап^изііГоІіа достигаетъ
величиною I1/., а ТурЬа ІаѣіГоІіа нѣсколько болѣе 2 метровъ. Остъ-индскій же видъ
ТурЬа еІорЬапііпа подымаетъ свои початки на 4 метра въ вышину. Листья его, упо-
требляемые туземцами для настилки крышъ, достигаютъ 4 сант. ширины, между
тѣмъ какъ у ТурЬа ІаііЫіа они бываютъ не шире 2 сант. Такимъ образомъ въ тро-
пической области мы встрѣчаемся съ увеличеніемъ всѣхъ размѣровъ даже у тѣхъ
родовъ, виды которыхъ попадаются и въ умѣренныхъ странахъ.
Побережья южной Азіи, испытывающія вліяніе прилива и отлива, даютъ, по-
добно низменнымъ берегамъ тропической части Новаго Свѣта, пріютъ особаго рода
растеніямъ съ ходульными корнями, именно мангровымъ (виды ВЬіхорЬога,
стр. 193). Подобно священному баніану индусовъ (см. стр. 69) изъ почти гори-
зонтальныхъ нижнихъ сучьевъ этихъ деревьевъ, образующихъ цѣлыя лѣспыя за-
росли, спускаются отвѣсные, столбчатые корни, на которыхъ мангровыя держатся на
болотистой, заливаемой моремъ почвѣ, какъ на якорѣ. Являясь „живородящими"
растеніями, мангровыя заставляютъ прорастать свои плоды еще на вѣтвяхъ. Когда
зародышъ достигнетъ 30—50 сант. длины, онъ отдѣляется отъ оболочки плода, по-
добно стрѣлѣ пробиваетъ слой воды даже въ х/2 метра толщиной и вонзается остріемъ
въ илъ. Затѣмъ изъ него развивается растеніе, такъ что вокругъ материнской особи
образуется скоро цѣлая колонія. Благодаря поверхностнымъ наблюденіямъ въ преж-
нее время думали, будто у видовъ КЬіхорЬога молодыя особи, вися на материнскомъ
стволѣ, пускаютъ корни вплоть до самой земли: очевидно тутъ смѣшивали столбча-
тые корни дерева съ выступающими изъ плода зародышами. Въ тропикахъ Стараго
и Новаго Свѣта водятся саговники или цикадовыя (стр. 203), которыя въ Индіи
образуютъ иногда не особенно густыя заросли. Виды со столбчатымъ стволомъ на-
поминаютъ низкія пальмы.
13. Индія и Зондскіе острова.
75
Въ Индійско-малайской флористической области можно различить слѣдующихъ
десять растительныхъ провинцій.
1)	Тропическая лѣсная область Гималаевъ до 900 метровъ вышины
(БаІЬег^іа, 8іззоо, Ріпиз Іоп^іГоІіа, Зѣогѳа гоЬизіа, Асасіа СаіесЬи, содержащая
дубильную кислоту).
2)	Подтропическая или умѣренная лѣсная область Гималаевъ до
3600 метровъ вышины (дубы, хвойныя, рододендронъ). На сѣверо-западѣ лѣсъ
значительно рѣже, чѣмъ на востокѣ, вслѣдствіе чего и здѣсь въ свою очередь можно
различить двѣ подобласти. „Въ Симлѣ склоны горъ скалистѣѳ и по большей части
лишены лѣса, открыты, покрыты травою; только гребни горъ заросли лѣсомъ, а на
сѣверныхъ склонахъ лѣсъ вообще преобладаетъ. Болѣе низкія предгорья заросли
кустарниками, которые указываютъ на сухой климатъ, за ними слѣдуетъ открытый
или только частью заросшій поясъ; здѣсь травянистая растительность представлена
еще тропическими папоротниками. Если разсматривать издали эти безлѣсные, не-
измѣримо громадные склоны, то можно замѣтить, что русла скудныхъ ручьевъ, кое-
гдѣ орошающихъ склоны горъ, сопровождаются линіями болѣе темной зелени. Въ
промежуткахъ же между ними зелень кажется однородно-тусклою, такъ какъ здѣсь
не встрѣтишь ни луговъ, ни пастбищъ, и за исключеніемъ однѣхъ только альпійскихъ
вершинъ между щебнемъ и обломками скалъ пробивается скудная, неравномѣрная
растительность. Тутъ можно встрѣтить высокія горы, покрытыя съ вершины до
подножья только такою едва замѣтной травянистой растительностью. Сплошной
лѣсъ начинается въ Симлѣ лишь на высотѣ 6500 футовъ (1800 метровъ) и по-
тому принадлежитъ къ умѣренному поясу. Но и тутъ тоже лѣса далеко пѳ столь
густы, какъ въ Сиккимѣ; въ Симлѣ они состоятъ изъ хвойныхъ дубовъ и альпій-
скихъ розъ (ВЬосІосіѳшігоп агЬогѳит), причемъ подлѣсокъ у нихъ такой же, какъ
и въ другихъ горахъ большихъ широтъ. Густые лѣса попадаются зцѣсь у под-
ножья Гималаевъ, могучія альпійскія заросли хвойныхъ нигдѣ выше не встрѣчаются.
Въ Сиккимѣ пышный лѣсъ изъ джунглей, повсюду одѣвающій теплые и сырые склоны,
теряетъ свой тропическій характеръ лишь на границѣ Ьаигіоп (на 8400 футъ=
2400 метр.); затѣмъ рододендроны начинаютъ попадаться чаще, а среди древес-
ныхъ породъ по большой части встрѣчаются европейскіе роды; чаще попадаются
также и хвойныя. Такъ какъ въ болѣе сухомъ климатѣ западныхъ Гималаевъ небо
чаще бываетъ яснымъ и потому перемѣны (разности) температуръ въ различныя
времена года значительно больше, то условія, въ которыхъ находится раститель-
ность въ верхнихъ поясахъ горъ, чрезвычайно близки тому, что приходится встрѣ-
чать въ европейскихъ горахъ. Однако, несмотря на обильное орошеніе отъ тающихъ
снѣжныхъ полой, альпійскую флору Гималаевъ по богатству видовъ нельзя и срав-
нивать съ флорою нашихъ Альпъ" (Шлагннтвойтъ). Пейзажъ гималайскаго тро-
пическаго лѣса изображенъ на стр. 191. Замѣчательнымъ эпифитомъ тропической
части Гималайскихъ горъ является ЕарЬійорЬога (стр. 192).
3)	Деканъ. Эта область, лежащая къ югу отъ Гималаевъ, отличается тро-
пическими зелеными лѣсами съ зарослями токоваго дерева (Тесіопа ^гапйіз,
стр. 206), санталоваго (Запіаішп аІЬшп), пальмъ* напр. Вогаззиз іІаЬоПіГогпііз и
РЬоѳпіх 8ІІѴ08ІГІ8, Виіеа йгопіоза, отличающейся желтыми цвѣтами, Асасіа Саіе-
76	I- Растительныя области материковъ и острововъ.
сііп, Сесігоіа Тоопа. Священная смоковница или баніанъ (ср стр. 69), о которой
уже была рѣчь, также не остается безъ вліянія на физіономію мѣстности. Въ цен-
тральной и восточной части сѣверной Индіи лежатъ саванны, западный берегъ за-
нятъ вѣчнозелеными лѣсами — продуктомъ тропическихъ дождей, которые тянутся
на сѣверъ до Камбейскаго залива, а па югѣ перекочевываютъ даже на западную
часть благословеннаго Цейлона, хотя здѣсь имъ часто приходится уступать мѣсто
плантаціямъ чая, кофе и хиннаго дерева. Всѣ эти лѣсныя заросли носятъ названія
4) Канара, Малабаръ, Траванкоръ. Здѣсь растетъ красивая тѣни-
стая пальма-талипотъ (СогурЬа итЬгаспііГега, стр. 196). Листья ея рѣжутъ на
длинныя полосы, на которыхъ палочкой изображаютъ письмена. Такимъ образомъ
эта пальма доставляетъ индусамъ съ давнихъ поръ матеріалъ для письма. Она
цвѣтетъ только разъ въ жизни, а затѣмъ погибаетъ. Характернымъ растеніемъ
является также пальма Сагуоіа игѳпз; у насъ на стр. 202 изображена ея близкая
родственница Сагуоіа ргоріпдпа, отличающаяся двоякоперистыми листьями. Цей-
лонскій дѣвственный лѣсъ прославленъ многочисленными описаніями. Пейзажи на
стр. 194 и 195 могутъ дать хорошее представленіе о богатствѣ цейлонской флоры.
Кокосовая пальма (Сосоз ппсіГѳга, стр. 193) образуетъ на Цейлонѣ лѣсныя заросли
и своею мелкоперистой маковкой оказываетъ значительное вліяніе на характеръ
ландшафта. Впрочемъ опа является здѣсь лишь гостьей, впрочемъ какъ и на
островахъ Тихаго океана, гдѣ она играетъ ту же роль, какъ финиковая пальма въ
африканской пустынѣ. Настоящей же родиной ея слѣдуетъ считать тропическую
Америку (ср. стр. 97).
5)	Бирманъ (Погу, Араканъ, Чнтагонгъ, Кахаръ). Здѣсь встрѣчаются
лѣса изъ вѣчнозеленыхъ породъ вперемежку съ деревьями, несущими опадаю-
щія листья (Віріегосагреае, ^пегспз, Сазіапорзіз, Ріпиз Мѳгкпзіі, многочисленныя
магноліи). Здѣсь же пышнѣе всего развиваются резиновыя и каучуковыя
деревья (Еіспз еіазііса), имѣющія громадное значеніе въ промышленности.
6)	Сіамъ-Аннамъ отличается многочисленными клузіѳвыми.
7)	Филиппинскіе острова являются переходной ступенью между флорами
восточно-азіатской и малайскою. Несмотря на то, что общій обликъ ихъ все-таки
малайскій, въ нихъ встрѣчается и сѣверный типъ растительности въ лицѣ Ріпиз
Мегкизіі и іпзпіагіз. Токовое дерево и виды Біріѳгосагрпз образуютъ цѣлые лѣса.
На Филиппинскихъ островахъ насчитывается 6 эндемичныхъ родовъ.
8—10) Зондскіе острое а въ настоящее время причисляются также къ малай-
ской группѣ острововъ. О диковинныхъ растеніяхъ АшогрІюрЬаІІиз, представляю-
щимися какъ бы посланцами отдаленной первобытной эпохи, а также о не менѣе
странныхъ раффлезіѳвыхъ уже была рѣчь (ср. стр. 70). Флора Зондскихъ остро-
вовъ дѣлится на три отдѣла, являющіеся вмѣстѣ съ тѣмъ и 8-ой, 9-ой и 10-ой
провинціями индійско- малайской растительной области. Отдѣлы эти будутъ: ма-
лайская вѣчнозеленая тропическая подобласть (до 300 метровъ вы-
соты), малайская нагорная лѣсная область (до 1800 метровъ) и малай-
скія аланговыя саванны. Въ нижней области господствуетъ большое богат-
ство пальмъ. Въ нагорной лѣсной области мы встрѣчаемся съ камфарными дере-
вьями (ВгуоЬаІапорз СашрЬога), дубами и папоротниками, эпифитными вересками и
14. Острова Тихаго океана, Новая Зеландія и антарктическіе острова. 77
родомъ Росіосагриз. Малайскія саванны образуются растеніемъ алангъ (Ітреігаіа
суііпсігіса или агшкітасоа) въ 1—1% метра вышиною и по всей вѣроятности яв-
ляются вторичной формаціей, смѣнившей собою нѣкогда бывшій здѣсь дѣвствен-
ный лѣсъ. Въ яванскомъ горномъ лѣсу Уоллэсъ видѣлъ „высшее проявленіе тро-
пической красоты и пышности. Особенно содѣйствуютъ красотѣ пейзажа благород-
ные древовидные папоротники до 30 футовъ вышины, такъ какъ изо всѣхъ пред-
ставителей тропической растительности они несомнѣнно являются наиболѣе краси-
выми и болѣе всего поражаютъ наблюдателя. Нѣкоторыя глубокія ущелья, въ ко-
торыхъ вырублены были всѣ деревья, со дна и до краевъ наполнены этими расте-
ніями... Блестящая листва широколистныхъ банановъ и имбирѳй съ ихъ своеоб-
разными сверкающими цвѣтами, изящныя и разнообразныя формы растеній Меіа-
зіота, родственныхъ Ве^опіа, все время обращаютъ на себя взоръ путешествующаго
по этой мѣстности. Заполняя промежутки между деревьями и другими болѣе круп-
ными растеніями, мы встрѣчали на каждомъ суку и вѣткѣ массы орхидныхъ, па-
поротниковъ и плауновъ, которые висятъ, какъ бы порхаютъ въ воздухѣ и обра-
зуютъ другъ съ другомъ самыя хитрыя сплетенія. Бокъ характеризуетъ густой дѣв-
ственный лѣсъ Борнео слѣдующими словами: „мнѣ кажется, что я не преувеличу,
если скажу, что обезьяна можетъ пробраться съ одного конца Борнео до другого,
ни разу не коснувшись земли, такъ какъ ей ничего не стоитъ переходить съ сука
на сукъ либо непосредственно, либо пользуясь свѣшивающимися и оплетающими
вѣтви вьющимися растеніями“.
Величественная индійско - малайская флористическая область является роди-
ной многихъ важныхъ культурныхъ и лекарственныхъ растеній. Сахарный трост-
никъ (ЗассЬагшп ойісіпагит), безраздѣльно царившій на міровомъ рынкѣ до тѣхъ
поръ, пока наполеоновская континентальная система не заставила вспомнить объ от-
крытыхъ нѣмцемъ Маркграфомъ драгоцѣнныхъ свойствахъ сахарной свекловицы,
повидимому оказывается дѣтищемъ Кохинхины. Бананъ (Миза заріепііиш, стр. 182),
коричное дерево (Сшлашотиш сѳуіоліспт), виды перца также родомъ изъ индій-
ско-малайской области. Рисъ (Огуга заііѵа, стр. 205) происходитъ родомъ изъ сѣ-
верной Индіи и юго-западнаго Китая. Млечный сокъ Сгагстіа Могѳііа (стр. 206).
въ засушенномъ состояніи даетъ краску гумми-гутъ, Сгоіоп Ті^іішп содержитъ въ
сѣменахъ своихъ кротоновое масло, вьющаяся Апашігіа Сосспіпз (стр. 196), поста-
вляетъ ядовитыя сѣмена. Тамариндъ (Ташагіпсіиз Іпііса, стр. 206) а также остъ-
индское розовое яблочко (ІашЬоза сіотезііса и ѵпі^агіз), момбиновая слива (8роп-
<ііаз МотЬіп), мангу станъ (Мап&іГега іімііса) и др. доставляютъ съѣдобные плоды.
14. Острова Тихаго океана, Новая Зеландія и антарктическіе
острова.
Начиная съ Макассарскаго пролива на западѣ и кончая Маркѳзасскимъ ар-
хипелагомъ на востокѣ, отъ Сандвичевыхъ острововъ на сѣверѣ и до Новой Зе-
ландіи на югѣ, тянутся по Тихому океану почти на 40 градусовъ широты тихо-
океанскіе острова, которые къ западу отъ 130° зап. долготы относятся къ ма-
лайской группѣ. Массивъ Новой Гвинеи принадлежитъ еще къ тропическому клн -
78	I. Растительныя области материковъ и острововъ.
мату, остальные острова лежатъ въ подтропической зонѣ, достигающей острова
Лордъ-Говъ. Особое положеніе занимаетъ Новая Зеландія, тянущаяся почти черезъ
12 градусовъ широты: сѣверная конечность ея касается тропическаго пояса, между
тѣмъ какъ южная часть со среднею температурой въ 10° для наиболѣе холоднаго
мѣсяца подходитъ къ гористымъ мѣстностямъ антарктической растительной зоны.
Въ западной части обширнаго царства острововъ, принадлежащаго къ зондскимъ
островамъ или близкаго имъ, еще ясно выступаютъ элементы индійско-малайской
флоры. Это выражается не только въ общемъ характерѣ растительности, но и въ
томъ еще, что обѣ области имѣютъ общія біологическія особенности, такъ напр.
въ нихъ встрѣчаются муравьиныя растенія. Уже Эбергардтъ Румфіусъ (во второй
половинѣ ХѴП столѣтія) даетъ намъ картинное описаніе этихъ муравьиныхъ ра-
стеній, но подозрѣвая даже впрочемъ, какое значеніе можетъ имѣть это сожитель-
ство растенія съ муравьями. Дѣло въ томъ, что Румфіусъ нашелъ пару растеній,
клубни которыхъ содержали въ себѣ столько муравьевъ, что одно изъ нихъ онъ
назвалъ ІШиз Гогшісагит пі^гагит (гнѣздо черныхъ муравьевъ), а другое №-
(Іиз Гогшісагит гиЬгагит (гнѣздо красныхъ муравьевъ). Оба вида несутъ сильно
вздутые стебли, которые пронизаны многочисленными ходами, служащими жилищемъ
муравьевъ. Животныя эти невелики, но больно кусаются. Что муравьи являются
для растенія настоящей лейбъ-гвардіѳй тѣлохранителей, въ этомъ имѣлъ случай
убѣдиться англійскій естествоиспытатель Форбесъ. Разъ онъ вздумалъ стащить съ
дерева эритрины пучокъ эпифитныхъ орхидныхъ и подвергся при этомъ настоящему
нападенію цѣлаго полчища мелкихъ муравьевъ: „Мнѣ казалось, будто я осыпанъ
мелко-истолченнымъ перцемъ; каждый муравой старался вонзить мнѣ въ кожу свои
ядовитыя челюсти, причемъ брюшка ихъ дрожали со злости при каждомъ укусѣ".
Безъ сомнѣнія эти муравьи, оказавшіе такое сопротивленіе естествоиспытателю, от-
ражаютъ вообще и всякое другое покушеніе на растеніе и оказываютъ ему превос-
ходную защиту \ Въ видѣ платы за эту защиту растеніе доставляетъ муравьямъ
превосходное жилище. Пронизанные безчисленными ходами и просверливаемые сво-
ими обитателями все дальше и дальше по всѣмъ направленіямъ, клубни не только
не страдаютъ отъ пораненій, но напротивъ того получаютъ лишь раздраженіе, спо-
собствующее усиленію роста, и роскошно развиваются дальше 1 2. Такимъ образомъ
войско муравьевъ получаетъ безопасную, просторную и притомъ постоянно по мѣрѣ
надобности надстроивающуюся казарму. Кромѣ этихъ двухъ живыхъ „муравьи-
ныхъ гнѣздъ" Румфіуса, Бѳккари нашелъ въ Малайскомъ архипелагѣ еще болѣе
1 Не слѣдуетъ забывать, что сочный мясистый стебель могъ бы служить лако-
мымъ блюдомъ для многихъ животныхъ.
2 Эта способность развивать дѣлящуюся ткань при пораненіи извѣстна также и
у большинства нашихъ растеній, на листьяхъ которыхъ насѣкомыя, откладывающія въ
нихъ яйца, вызываютъ появленіе т. назыв. чернильныхъ орѣшковъ или галловъ (см.
т. П „Жизни растеній*, стр. 493 и далѣе). Впрочемъ въ послѣднее время нѣкоторые изслѣ-
дователи (напр. Визнеръ) не признаютъ патологическаго происхожденія ходовъ у му-
равьиныхъ растеній, а считаютъ ихъ появленіе нормальными. Они ссылаются при этомъ
иа слой пробки, одѣвающій полости ходовъ. Конечно это еще ничего не доказываетъ;
пораненныя мѣста у растеній весьма часто затягиваются пробкою (напр. разрѣзанная
картофелина), и только весьма трудно удающіеся культурные опыты при полномъ от-
сутствіи муравьевъ могли бы пролить свѣтъ на этотъ нерѣшенный еще окончательно
вопросъ	Прим. персв.
14. Острова Тихаго океана, Новая Зеландія и антарктическіе острова. 79
50 „дружественныхъ муравьямъ (мирмекофильныхъ)* растеній. По большей части
они относятся къ семейству мареновыхъ, являются слѣдовательно родичами марены
и кофе, но кромѣ нихъ муравьиными могутъ быть также и молочаи, смоковницы, ор-
хидныя и даже пальмы. Иногда квартирою муравьямъ служатъ не ходы, прогры-
занные ими самими, а полости стеблевыхъ междоузлій, сообщающіяся со внѣшнимъ
міромъ посредствомъ дырокъ.
Однако, несмотря на тропически-азіатскій характеръ этой тихоокеанской фло-
ры, которой мѣстами сообщаетъ своеобразный отпечатокъ и австралійская расти-
тельность, въ ней нельзя не признать и нѣкоторой самостоятельности. Самая
отдаленность другъ отъ друга разбросанныхъ по океану острововъ благопріятствуетъ
возникновенію эндемичныхъ формъ. За то низменные коралловые острова населены
распространенными индійско - океаническими растеніями, какова напр. кокосовая
пальма (Сосоз шіеііега, стр. 208, 210, 211,213). Вообще это дерево чрезвычайно
характерно для мѣстностей южныхъ морей. Со временъ Кука и Форстера каждому вни-
мательному посѣтителю Тихаго океана бросается въ глаза польза, приносимая этимъ
деревомъ туземному населенію, которое за то и относится къ нему съ величайшимъ
уваженіемъ. Такъ напр., поэтъ Шамиссо 1 повѣствуетъ о вліяніи кокосовой паль-
мы на пищу и соціальныя условія насоленія острововъ слѣдующее: „лубяныя во-
локна вымачиваются въ ямахъ, наполненныхъ прѣсной водою. Затѣмъ ихъ выби-
раютъ и чистятъ. Прядутъ сразу двѣ нити, выкручивая тутъ же изъ нихъ и ве-
ревку: достигаютъ этого тѣмъ, что предварительно готовятъ два одинаковыхъ пучка
кудели. Древесина стараго кокосоваго ствола варится въ видѣ тѣста въ пустой
орѣховой скорлупѣ вмѣстѣ съ сокомъ, заполняющимъ промежуточный слой незрѣ-
лаго орѣха. Впрочемъ изъ этого же тѣста можно готовить также и жаркое. Скор-
лупы кокосоваго орѣха являются единственными сосудами, въ которыхъ туземцы
носятъ и держатъ воду. Ихъ хранятъ въ спеціальныхъ удлиненныхъ плетеныхъ
корзинахъ, причемъ ставятъ ихъ рядами, глазкомъ кверху. Кокосовую пальму
культивируютъ на всѣхъ населенныхъ и необитаемыхъ островахъ.
Если мы начнемъ перечисленіе культурныхъ растеній съ крайняго запада, то
придется назвать Молуккскіе острова резиденціей и главнымъ обиталищемъ пря-
ныхъ растеній: большое значеніе имѣютъ кухонная гвоздика (СагуорЬуІІпз аготпа-
іісиз), мускатный орѣхъ (Мугізііса &а§гапз), перецъ обыкновенный (Рірег оЛісі-
пагпш) и бетель (Рірег Вѳііе, стр. 209). Чтобы поднять цѣну на пряности, пор-
тугальцы попытались уничтожить гвоздичныя и мускатныя деревья вплоть до Ам-
боина и Банды. Однако этой эгоистичной и жестокой торговой политикѣ оказали
сопротивленіе голуби, разносившіе сѣмена этихъ растеній съ одного острова на
другей. Вѣроятно такимъ же способомъ были заселены растеніями острова Мела-
незіи, Микронезіи и Полинезіи. Мучнистыя вещества доставляютъ виды іамъ
(Віозсогеа) изъ обѣихъ Индій, таро (СаІасГіиш езсиіепіиш, стр. 213). затѣмъ
растущія здѣсь саговыя пальмы (Меігохуіоп, стр. 208) и хлѣбное дерево
(Агіосагриз іпсіза, стр. 210), которое первые открывшіе эти острова мореплава-
тели нашли уже между 100° восточ. до 130° зап. долготы въ культурѣ у тузем-
1 Онъ же обезсмертилъ звучными и чрезвычайно типичными стихами знамени-
тый русскій «Шемякинъ судъ4*.	Прим. перса.
80
Ь Растительныя области материковъ и острововъ.
цевъ. Шамиссо при посѣщеніи своемъ низкихъ Коралловыхъ острововъ группы
Радакъ замѣтилъ, что плоды тропическаго пандана (стр. 209) культивируются
населеніемъ въ большомъ числѣ разновидностей: „волокнистыя сложныя костянки,
изъ которыхъ состоитъ плодъ, содержатъ при основаніи своемъ, въ мѣстѣ своего
прикрѣпленія, пряный сокъ. Чтобы полакомиться имъ, разбиваютъ костянку кам-
немъ, откусываютъ волокна и выжимаютъ ихъ во рту, какъ прачки бѣлье. Плоды
эти также прожариваются въ ямахъ вѣроятно впрочемъ не для того, чтобы сразу
ѣсть ихъ, а вѣрнѣе для приготовленія могана — прянаго, сухого варенья, которое
оказывается прекраснымъ пищевымъ запасомъ для далекихъ морскихъ путешествій,
если конечно только хорошо сохранять его. Въ приготовленіи могана участвуютъ
всѣ члены одного или даже нѣсколькихъ семействъ... Самая миндалина плода
очень вкусна, хотя ѳѳ трудно бываетъ получить... Изъ листьевъ пандануса жен-
щины приготовляютъ всякаго рода цыновки, какъ красиво отороченныя четырех-
угольныя, дающія изящные передники, такъ и болѣе плотныя, служащія парусами
или постелью".
Въ Меланезіи тропическій характеръ носятъ Новая Гвинея, архипелагъ
Бисмарка и Соломоновы острова. Типичными для папуасской флоры оказываются
Агеса тасгосаіух, Ваша ШугзіЯога и Еіішіегзіа рариапа. Новая Каледонія, Ново*
гебридскіе острова и Банковые острова образуютъ вторую растительную группу,
отличающуюся пальмою Кепііа, араукаріями и даммаровой сосною. На Новой Гви-
неѣ, которая подобно Новой Помераніи (стр. 207) оказывается по большей части
заросшей лѣсомъ, мы послѣдовательно переходимъ изъ мангровыхъ лѣсовъ побе-
режья въ высокоствольный лѣсъ, богатый пальмами. Высоты заняты густымъ на-
горнымъ лѣсомъ, въ которомъ были найдены индійскія и малайскія альпійскія розы,
а также антарктическія и австралійскія формы. И здѣсь тоже подъ экваторомъ на
высокихъ горахъ бореальные элементы сталкиваются съ австралійскими. „Деревья
уменьшаются въ ростѣ, кустятся, густыя дерновины мховъ и лишайникъ - борода
покрываютъ деревья наряду съ мелкоцвѣтными орхидными, между тѣмъ какъ папо-
ротники, растущіе по землѣ, также переходятъ съ нея на деревья. Ліанъ уже
больше нѣтъ, только нѣкоторыя лазящія пальмы отважились еще въ эту область;
тропическаго разнообразія здѣсь уже больше не найдешь — главная масса лѣса
образуется лавровыми и миртовыми. Мы подходимъ къ отвѣсному утесу и пора-
жаемся непривычнымъ для тропическаго пейзажа богатствомъ цвѣтовъ; кусты пре-
лестныхъ желтыхъ и красныхъ рододендроновъ покрываютъ склоны, между ними
порхаютъ птицы - модососы, похожія на колибри. Хотя выше вновь начинается
л?>съ, но заросли его становятся все болѣе и болѣе своеобразными. Къ тропиче-
скимъ формамъ Еіаеосагрпз присоединяются многочисленные виды высокихъ ку-
стовъ вереска, рядомъ съ корицею зрѣетъ кипрей (иванъ-чай), а сложноцвѣтныя,
которыхъ внизу извѣстно такъ мало, по мѣрѣ поднятія на гору становятся числомъ
все больше и больше.
Представители хвойныхъ изъ почти вымершихъ нынѣ родовъ ІлЬосесігиз и
РЬуІІосІасіиз, отдѣльные экземпляры которыхъ водятся теперь только въ очень
ограниченномъ числѣ на горахъ Чили, Тасманіи, Новой Зеландіи, Борнео, Батьяна,
Минданао, Японіи и Калифорніи, образуютъ здѣсь почти цѣлые лѣса; еще выше,
14. Острова Тихаго океана, Новая Зеландія и антарктическіе острова.
81
на 3600 метровъ выше уровня моря, растительность становится кустарниковой, на
открытыхъ мѣстахъ вновь появляются рододендроны, на оазисахъ злаковыхъ здѣсь
попадаются австралійскія формы осокъ и эпакридовыхъ; Ѵѳгопіса, Оепііапа, Роіѳп-
Шіа, Нурегіспт и Муозоііз напоминаютъ растительность нашихъ луговъ и полянъ,
однимъ словомъ растительный покровъ на этихъ высотахъ такъ сильно отличается
отъ вегетаціи равнинъ, какъ различаются и климаты, и путешественникъ можетъ
„подумать, что попалъ въ совершенно иной міръ" (Вальбургъ). На высотѣ 400—
500 метровъ по Новой Гвинеѣ стелются саванны изъ эйкалиптовъ и протейныхъ,
которые живо напоминаютъ Австралію. Картина растительности Бисмарковыхъ и
Соломоновыхъ острововъ напоминаетъ вышесказанное. Австрійскій наслѣдникъ
эрцгерцогъ Францъ Фердинандъ посѣтилъ эту послѣднюю группу острововъ; онъ
описываетъ лѣсъ на Ова-раха слѣдующимъ образомъ* „богатство растительнаго
міра было прямо подавляющимъ: узкое ущелье, въ которое мы проникли, предста-
вляло изъ себя съ двухъ сторонъ пористыя стѣны, сложенныя изъ туфа, и онѣ-то,
а равно и дно ущелья, были покрыты самыми красивыми пальмами..., панданами
и папоротниками, къ вершинамъ которыхъ поднимались сотни паразитовъ (?), обви-
вая стволы и вѣтви. Каждый шагъ открывалъ нашимъ восхищеннымъ взорамъ
новыя формы, наталкивалъ насъ на новыя, доселѣ невиданныя диковинныя расте-
нія... Тутъ стоятъ Еіспз’ы, стволы которыхъ поднимаются въ вышину метровъ
на 80, а гигантскія вѣтви занимаютъ пространство болѣе 100 квадр. метровъ.
Наряду съ ними высятся громадныя драконовыя деревья, араліи, резиновыя,
вперемежку съ ними дивныя вѣерныя пальмы, и каждый изъ прямыхъ, какъ палка,
стволовъ покрытъ тысячами паразитовъ и орхидныхъ, оплетенъ ліанами всевозмож-
ныхъ сортовъ. Все растетъ, зрѣетъ и размножается" Ч
Очень богатою оказывается также и флора Палавскихъ и Каролинскихъ
острововъ (стр. 211), которые лежатъ болѣе къ западу и причисляются уже къ
Микронезіи. „Дикая пальма-арѳка, представители четырехъ видовъ которой тор-
чатъ на вершинахъ холмовъ, свѣшивающіяся ліаны съ листьями, какъ у злаковъ,
драцены, панданы и виды ананасовыхъ, живущія въ густомъ смѣшанномъ лѣсу,
придаютъ (по словамъ Кюбари) ландшафту Палавскихъ острововъ своеобразный от-
печатокъ. Южные скалистые острова кромѣ того еще украшены превосходными
хвойными породами. Вершины Ризогосскнхъ острововъ кажутся совершенно голыми,
такъ какъ онѣ покрыты только нѣкоторыми видами злаковъ, однимъ сильно вѣтвя-
щимся папоротникомъ и однимъ видомъ ХерѳпіЬез. Панданы попадаются только
мѣстами. Растительность развивается лишь въ низинахъ: туземцы строятъ здѣсь
свои жилища. Было бы очень рискованно попытаться, оставивъ эти островки куль-
туры, проникнуть черезъ хаосъ изъ бамбука, колючихъ ліанъ, дикой арѳки, анана-
совыхъ листьевъ и папоротниковъ. Островъ Баобѳльтаобъ покрытъ богатыми вы-
сокоствольными лѣсами, которые однако не удовлетворяютъ нуждамъ населенія:
арековая и кокосовая пальмы распространены здѣсь очень скудно, перецъ бетель
1 Ставлю это слово вмѣсто выраженія „паразитируетъ*4, которое въ разсказѣ
отважнаго эрцгерцога вообще повидимому встрѣчается слишкомъ часто; знакомый вѣ-
роятно болѣе съ поэзіей, нежели съ ботаникою, онъ повидимому считаетъ паразитами
всѣхъ эпифитовъ.	Прим. перев.
82	I* Растительныя области материковъ и острововъ.
едва вызрѣваетъ. Главный источникъ питанія, таро, удается только на глинистой
почвѣ... Виды панданусовъ даютъ плоды, едва годные въ пищу. Ананасъ ра-
стетъ дикимъ (вѣрнѣе одичалымъ), однако онъ достигаетъ большой величины и сла-
докъ на вкусъ. Хлѣбныя деревья водятся повсюду, однако въ большомъ количествѣ
ихъ можно встрѣтить только на песчаной почвѣ. Кромѣ нѣкоторыхъ видовъ апель-
сина и лимона здѣсь встрѣчаются Мияа рагасіізіаса (стр. 211), Еи^епіа Моііа-
сепзіз, Тегтіпаііа саіарра и еще нѣкоторыя другія деревья. Въ общемъ слѣдова-
тельно растительность здѣсь скудная". Изъ растительности группы Каролинскихъ
острововъ, недавно присоединенныхъ къ Германіи, слѣдуетъ обратить вниманіе на
болотные мангровые лѣса, на лишенную ствола пальму нипа, на Ваіапоріегія, на-
поминающую своими воздушными корнями баніанъ, на соннѳраціи съ шишковид-
ными выступами и т. д. (стр. 207). На стр. 211 изображены культурныя расте-
нія острова Понапе, относящагося къ Каролинскимъ островамъ (бананъ, дынное
дерево,, саговыя и кокосовыя пальмы). Хотя грандіозность флоры по направленію
къ востоку постепенно убываетъ, однако на островахъ Самоа и Тонга (въ Поли-
незіи) индійскій характеръ флоры выступаетъ очень замѣтно. По Греффѳ, на Са-
моанскихъ островахъ „отъ подножья горы Тофуа тянется лѣсъ изъ пальмъ и хлѣб-
ныхъ деревьевъ до самаго моря, гдѣ онъ ограничивается рѣзкой чертою бѣлой пѣны
отъ синей поверхности воды. На югъ и западъ взору представляется сплошное море
лѣса, изъ котораго подымаются отдѣльныя главы кокосовыхъ пальмъ". Кокосовыя
пальмы украшаютъ также коралловые острова Полинезіи и Микронезіи. Изобра-
женный на стр. 210 атоллъ принадлежитъ группѣ Марешальскихъ острововъ. Въ
томъ случаѣ, когда море, создавъ такой атоллъ, вновь разрушаетъ его, то кокосо-
вая пальма кажется на видъ сидящей будто въ цвѣточномъ горшкѣ, такъ какъ скала,
къ которой она прикрѣпляется, становится все меньше и меньше. Па стр. 213 изо-
браженъ такой остатокъ коралловаго острова, разрушеннаго волнами, изъ атолла
Стюартъ.
Группа Гавайскихъ или Сандвичевыхъ острововъ, затерявшаяся среди
океана, вдали отъ материковъ, отличается большимъ числомъ эндемичныхъ видовъ
изъ семействъ лобѳліевыхъ, мареновыхъ, рутовыхъ и араліевыхъ. Изъ тысячи
слишкомъ видовъ болѣе 650 не были найдены на другихъ тихоокеанскихъ остро-
вахъ и въ Калифорніи, которая подобно этимъ островамъ лежитъ подъ тропикомъ
Рака. Эти острова отличаются отъ другихъ тихоокеанскихъ также ограниченнымъ
числомъ нндійско - малайскихъ видовъ Еісиз и эпифнтныхъ орхидныхъ. Отъ бе-
реговой полосы до вышины 300 метровъ идутъ саванны, затѣмъ до 600 метр. тя-
нется низкорослый лѣсъ, въ которомъ водятся Аіѳигііез шоіиссапа, несущіе орѣхо-
подобные маслянистые плоды, Зііѳгохуіоп запсіѵісепзѳ, Різопіа, имбирь и т. д.
Въ средней формаціи тропическаго лѣса (до 1600 метр.) преобладаютъ араліевыя
и дерево коа (Асасіа Коа), древесина котораго служитъ туземцамъ для пригото-
вленія челновъ. Затѣмъ до 2800 метр. идутъ высшія формаціи карликовыхъ де-
ревьевъ (ЗорЬога), кустарниковыя сложноцвѣтныя, брусничныя, эпакридовыя (Суа-
іЬосіоз). Особенно характернымъ для Сандвичевыхъ острововъ является лжесанта-
ловоѳ дерево (Муорогшп запйѵісѳпзѳ, достигающее 10 метр. толщины).
Новая Зеландія открываетъ передъ нами въ своихъ тропическихъ и под-
14. Острова Тихаго океана, Новая Зеландія и антарктическіе острова.
83
тропическихъ австральныхъ частяхъ „дивное смѣшеніе лѣсныхъ зарослей. Здѣсь
впервые попадаются хвойныя самыхъ диковинныхъ родовъ: ЬіЬосеігиз Вапіапа и
ВіДѵіІІі, РЬуІІосІасіиз ігісЬотапоІсіез, Ройосагриз зрісаіа и Наіііі, Васгуііит си-
ргеззіпит, затѣмъ... А^аіЬіз (Ваттага) аизігаііз (стр. 212). Къ нимъ присо-
единяются обширные буковые лѣса, причемъ чаще всего встрѣчаются Еа^изЗоІапсігі,
а остальные виды живутъ по горамъ. Тутъ же растутъ и драконовыя деревья Сог-
йуііпе аизігаііз (см. стр. 212), протейныя, напр. Кпі^Ьііа ехсеіза, магноліевыя
Бгутіз ахіііагіз. Ьеіозрѳгтит (Ѵеіптаіпііа) гасѳтозит образуетъ большіе лѣса,
сюда же примѣшиваются Мугіпз и Меігозісіѳгоз, а также и араліевыя замѣчательно
высокаго роста; древовидный папоротникъ СуаіЬеа йеаІЬаіа водится на самомъ краю
ледниковъ. Цвѣты травъ и полукустарниковъ окрашены въ большинствѣ случаевъ
въ зеленый цвѣтъ и потому не бросаются въ глаза" (Друде). По Гохштѳттѳру дам-
маровую сосну, имѣющую до 7 метровъ толщины и подымающуюся на 50 метровъ
въ вышину „съ полнымъ правомъ называютъ царицею лѣса. Для дѣвственнаго
лѣса теплыхъ сѣверныхъ частей Новой Зеландіи дерево это имѣетъ то же значеніе,
что пихта для нашихъ нѣмецкихъ нагорныхъ лѣсовъ, знаменитый кедръ, постав-
лявшій лѣсъ для финикійскихъ кораблей и храма Соломона, для ливанскихъ лѣ-
совъ, или гигантъ изъ растеній-гигантовъ, мамонтово дерево, для лѣсовъ дѣвствен-
ныхъ Калифорніи". На высокихъ горахъ Лендѳнфѳльдъ нашелъ растенія, защи-
щенныя „ужасными шипами и колючками". Такъ какъ въ настоящее время на Но-
вой Зеландіи не водится больше такихъ травоядныхъ животныхъ, противъ которыхъ
растеніямъ слѣдовало бы направить свое оружіе, то Лѳндѳнфѳльдтъ полагаетъ, что
растенія эти водились въ прежнее время въ болѣе низменныхъ мѣстахъ, вмѣстѣ съ
птицею моа1, а затѣмъ, когда птица эта вымерла, поднялись на гору къ границамъ
глетчеровъ. Въ видѣ представителя такихъ новозеландскихъ колючихъ растеній у
насъ на стр. 209 изображенъ видъ ежевики (КпЬпз здпаггозпз), тройчатые листья
которой несутъ листовыя пластинки лишь на самыхъ концахъ жилокъ, остальная же
часть ихъ усажена острыми колючками. На высотѣ 1200—200 метровъ на Но-
вой Зеландіи водятся гаастіи (Наазііариіѵіпагіз еіЗіпкіаігіі, стр. 213), напоминаю-
щія капландскія иммортельки-безсмѳртники: ихъ безчисленныя цвѣточныя головки
скучены въ полушаровидную массу, въ Ѵг метра вышиною, а въ поперечникѣ до
метра; „какъ сами цвѣты, такъ точно и чешуйчатая поволока ихъ окрашены въ бѣ-
ловатый цвѣтъ, а такъ какъ гаастіи растутъ по склонамъ горъ на темныхъ утесахъ
и темной почвѣ, то онѣ еще болѣе бросаются въ глаза. Нерѣдко случается, что
колонисты принимаютъ эти „ѵе^еіаЫѳ зсЬѳѳр (растенія-овцы)", какъ они ихъ назы-
ваютъ, за заблудившихся овецъ и предпринимаютъ далекія путешествія, чтобы вер-
нуть въ стадо мнимыхъ бѣглецовъ, и къ досадѣ своей убѣждаются въ ошибкѣ лишь
тогда только, когда до нихъ остается всего лишь нѣсколько шаговъ (Кернеръ)".
Однимъ изъ самыхъ важныхъ растеній этой флоры оказывается растущій дико по
болотамъ новозеландскій ленъ (Нюгтішп іѳпах, стр. 211), напоминающій по
листьямъ луковичныя и достигающій 3 Мг метровъ вышины. Изъ волоконъ его,
1 Эта гигантская птица (Эіогпіз), передъ которою страусы должны были казаться
карликами, оказывается близкимъ родичемъ существующей и нынѣ на Новой Зелан-
діи маленькой безкрылой птичкѣ киви.	Прим. перев.
84
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
близкихъ по свойствамъ къ манильской коноплѣ, уже туземцы умѣли плести цыновки
и плащи.
Особенность новозеландскихъ цвѣтовъ, заключающаяся въ томъ, что окраска
ихъ но отличается пестротою, а чаще всего бываетъ зеленоватою, объясняется тѣмъ,
что перекрестное оплодотвореніе совершается у нихъ не посредствомъ бабочекъ, ко-
торыя сами какъ бы соперничаютъ съ цвѣтами богатствомъ колеровъ, а мухами и жу-
ками. По Дарвину красный клеверъ (ТгіГоІішп ргаіепзѳ) оплодотворяется при по-
средствѣ шмелей. На Новой Зеландіи растеніе это долгое время но давало хоро-
шихъ сѣмянъ, пока не догадались привести на островъ и выпустить тамъ живыхъ
шмелей; вскорѣ послѣ этого фермеры моглп замѣтить, что клеверъ ихъ теперь даетъ
обильный урожай сѣмянъ. Поучительнымъ примѣромъ такой зависимости растенія
отъ насѣкомаго являются сѣверный родъ Асопііит (борецъ) и тѣ же шмели. Цвѣты
представляютъ изъ себя столь совершенный слѣпокъ съ тѣла шмеля, что, заливъ
цвѣтокъ параффиномъ, можно къ удивленію получить настоящую модель этого насѣ-
комаго. Благодаря своеобразному строенію медоносной железы, напоминающей голубя,
изо всѣхъ насѣкомыхъ одинъ лишь шмель можетъ доставать нектаръ своимъ длин-
нымъ хоботкомъ. Совершая свое „корыстное посѣщеніе“, шмель долженъ неми-
нуемо унести пыльцу на своемъ мохнатомъ тѣльцѣ, затѣмъ смазать часть ея на
рыльца другихъ цвѣтовъ и совершить такимъ образомъ перекрестное опыленіе.
Поэтому шмель совершенно необходимъ борцу для производства крѣпкихъ сѣмянъ,
и если прослѣдить по картѣ линіи распространенія Асопііит и ВотЬиз (шмеля)
по всему земному шару, то окажется, что линіи эти совпадутъ. Впрочемъ въ
Америкѣ южнѣе экватора шмель водится, а борца нѣтъ, но объясняется это тѣмъ
обстоятельствомъ, что Асопііит безъ ВотЬиз существовать не можетъ, ВотЬиз
же напротивъ способенъ собирать медъ и съ другихъ цвѣтовъ. Для Австраліи и
тропической Африки появленіе Асопііит невозможно значитъ потому, что въ этихъ
мѣстностяхъ не водится шмелей. За то разъ шмель поселенъ въ Новой Зеландіи,
тамъ, вѣроятно, можно было бы съ успѣхомъ развести борецъ — Асопііит.
У насъ уже шла рѣчь о томъ, что большая часть Новой Зеландіи относится
къ антарктической растительной области холоднаго климатическаго пояса. Особенно
характерными антарктическими видами являются злаки, живущіе по новозеландскимъ
Альпамъ, напр., НіегосЫоа геіоіепз, А^гозііз апіагсйса, ОѳзсЬашрзіа саезрііоза,
Сагех ігійіа, Липсиэ Моѵаѳ 2е1ап(ііаѳ еі зсЬеисЬгегіоісІез1 и многолѣтнимъ СоІоЬап-
іиз зиЬиІаіиз, Охаііз та^ѳііапіса, ОгеотуггЬіз СоІепзоТ, бштега топоТса. Хвой-
ныя и соландровый букъ (Ка^пз Зоіапігі) также носятъ антарктическій характеръ,
между тѣмъ какъ остальные представители новозеландской флоры отличаются край-
нимъ смѣшеніемъ видовъ; такъ напр., единственная пальма, водящаяся въ Новой
Зеландіи и Чатамскихъ островахъ, Кѳпііа зарііа, а также и даммаровая сосна со-
отвѣтствуютъ меланезійскому типу растительности. Вмѣстѣ съ Тасманіей, австра-
лійскими альпами и горной областью южной оконечности Южной Америки, о кото-
рыхъ рѣчь впереди, Новая Зеландія принадлежитъ къ части антарктической флоры,
1 Послѣдніе два рода уже не злаки: Сагех — осока и Липсиз — ситникъ являются
представителями особыхъ семействъ (осоковыхъ и ситниковъ), близкихъ злакамъ по
системѣ.	Прим. перев.
15. Австралія.
85
которая характеризуется лѣсами. Широко разбросанные по океану антарктическіе
острова лежатъ южнѣе границы хвойныхъ и бука; они покрыты лишь низкорослыми
деревянистыми изъ араліевыхъ, эпакридовыхъ, миртовыхъ и мареновыхъ или даютъ
пріютъ многолѣтникамъ, напоминающимъ флору дальняго сѣвера. Притомъ совер-
шенная изолированность этихъ острововъ благопріятствуетъ чрезвычайному развитію
эндемичныхъ формъ, которыми отличаются даже самые крохотные архипелаги.
Фалклэндскіѳ острова являются хорошимъ примѣромъ того, какъ антарктическая
флора повторяется подъ меньшими широтами на высокихъ горахъ. Острова эти
лежатъ на востокъ отъ береговъ Патагоніи. На физіономію ихъ оказываетъ наи-
болѣе сильное вліяніе зонтичное растеніе Агогѳііа §1еЬагіа, образующее дерно-
вины, похожія на торфяныя, а затѣмъ злаковое Роа ЯаЬеІІаіа, растущее кустами
въ 1—2 метра вышиною. Изъ 135 цвѣтковыхъ растеній Фалклэндскихъ остро-
вовъ 26 оказываются эндемичными.
15.	Австралія.
Хотя Австралія изо всѣхъ 8839 видовъ сосудистыхъ растеній имѣетъ съ дру-
гими флористическими областями лишь 1338 общихъ, въ ней тѣмъ не менѣе нельзя
признать самостоятельной флористической единицы. Напротивъ того во флорѣ ея
ясно выражены 3 главныхъ элемента: малайско-меланезійскій, въ сѣверной и
восточной части, обращенной къ Зондскимъ островамъ и Меланезіи, достигающій
тропика Козерога, далѣе антарктическій элементъ горной области Тасманіи и аль-
пійской части Викторіи и Новаго Южнаго Валлиса, наконецъ третій, настоящій австра-
лійскій элементъ растительности, простирается по всей внутренней, западной и
южной Австраліи на востокъ до залива Св. Викентія. Въ этой послѣдней части
ясно проявляется зависимость флоры отъ южной Африки и подтропической части
Южной Америки. „Формаціи растительности состоятъ изъ тропическихъ лѣсовъ и
саваннъ, изъ богатыхъ, влажныхъ, вѣчнозеленыхъ или смѣшанныхъ тропическихъ
и подтропическихъ лѣсовъ, изъ настоящихъ австралійскихъ деревьевъ и кустар-
никовъ, защищенныхъ отъ лѣтней засухи своей спеціальной организаціей. Тутъ
же встрѣчаются также и вѣчнозеленые горные хвойные и буковые лѣса, а на ряду
съ ними попадаются степи изъ злаковыхъ, многолѣтниковъ и колючихъ кустарниковъ,
а подчасъ и типичныя пустыни" (Друдѳ). Изотерма 10° наиболѣе холод-
наго мѣсяца касается сѣвернаго берега Тасманіи, которая вмѣстѣ съ альпами юго-
западной Австраліи относится уже къ антарктической растительной зонѣ. Во всей
остальной Австраліи приходится встрѣчаться съ тропическомъ климатомъ (всѣ
мѣсяцы съ температурою болѣе 20° Ц.) въ сѣверной части, затѣмъ съ подтропи-
ческимъ и умѣреннымъ поясами съ жаркимъ лѣтомъ, и наконецъ существуетъ еще
зона съ умѣреннымъ лѣтомъ и холодной зимою. На рѣкѣ Макаринъ, притокѣ Дар-
линга, берущимъ начало въ Голубыхъ горахъ, была отмѣчена температура въ
43,1° въ тѣни, т.-е. самая высокая изъ наблюдавшихся гдѣ-либо на
земномъ шарѣ температуръ затѣненнаго мѣста. Австралійскій лѣсъ
защищается отъ столь сильной жары тѣмъ, что повертываетъ къ лучамъ солнца но
пластинки листьевъ, а ребра ихъ. „На многихъ австралійскихъ деревянистыхъ и
86
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
кустарниковыхъ миртахъ и протейныхъ, именно па разныхъ видахъ родовъ Еиса-
Іуріиз, Ьеисаіѳпсігоп, Мѳіаіѳиса, Ргоіѳа, Вапкзіа н СггѳѵіИѳа пластинки листьевъ
повернуты ребромъ внизъ, т.-ѳ., иными словами, стоятъ отвѣсно... И вотъ пред-
ставьте себѣ цѣлый лѣсъ такихъ деревьевъ, на который полуденное солнце изли-
ваетъ свои лучи. Хотя конечно нельзя утверждать, что каждый такой вертикаль-
ный листъ дѣйствительно отбрасываетъ тѣнь въ видѣ линіи, однако вѣрно то, что
въ такомъ лѣсу съ тѣнью дѣло обстоитъ скверно. Лучи солнца повсюду найдутъ
себѣ дорогу среди отвѣсныхъ листовыхъ пластинокъ и скользятъ по нимъ дальше,
такъ что о „темномъ лѣсѣ" въ этихъ странахъ не можетъ быть и рѣчи. Акаціи,
у которыхъ вмѣсто листьевъ остались лишь черешки х, и казуариновыя, растущія
вмѣстѣ съ ѳйкалиптами и протейными, также ничуть не способствуютъ большей
тѣнистости лѣсовъ, и потому совершенно правы тѣ, которые утверждаютъ, что
„лѣса Австраліи не даютъ тѣни" (Кернеръ).
Настоящія пустыни, лишенныя воды и растительности, попадаются весьма рѣдко
даже и въ Центральной Австраліи: здѣсь господствуетъ вѣчнозеленая кустарни-
ковая формація, такъ назыв. скребъ (ЗсгиЬ). Она тянется по большей части Цен-
тральной Австраліи и простирается на Квинслендское побережье, причемъ соста-
влена на этомъ протяженіи далеко не изъ одинаковыхъ формъ и, будучи сравни-
тельно богата видами, обнаруживаетъ нѣкоторыя варіаціи. „Травяная степь при
всемъ своемъ кажущемся богатствѣ формами насчитываетъ лишь небольшое число
постоянно сопровождающихъ другъ друга видовъ ’, между тѣмъ какъ скребъ пред-
ставляетъ значительно большее разнообразіе; крайне однотипный по общему облику,
скребъ скрываетъ въ себѣ большое множество разныхъ формъ; отдѣльные роды
представлены въ неисчерпаемомъ богатствѣ видовъ. И, несмотря на это, все въ
своей совокупности представляется однородной, непроницаемой, непривѣтливой чащей.
Картина эта мало оживляется даже во время періода дождей, хотя не бываетъ
такого мѣсяца въ году, когда бы скрёбъ былъ совершенно лишенъ цвѣтовъ, и часто
приходится къ удивленію своему замѣчать, что вѳресковидная заросль, въ которой
трудно было бы различить два-три вида повидимому одного рода, покрывается
вдругъ цвѣтами самаго разнороднаго строенія. Ни къ чему негодное и непрони-
цаемое море кустарниковъ, съ которыми даже огонь борется напрасно, нерѣдко
является непреодолимой преградой для всякихъ попытокъ къ культурѣ" (Гри-
зебахъ).
Для квинслэндскаго скрѳба характерна бригаловая акація (Асасіа ЬагрорЬуІІа),
съ серповидными сизыми листьями. Къ ней присоединяются нѣкоторыя другія
акаціи, напр. Асасіа заіісіпа, весьма напоминающая плакучую иву (что выражаетъ
ея видовое названіе), затѣмъ собачье дерево (ЕгеторЬіІа МіісЬѳШ, по-англійски
Ро^-ТѴоосі) изъ эндемичнаго для Австраліи рода, насчитывающаго 60 видовъ,
1	У молодыхъ акацій появляются характерные для всѣхъ мимозъ мѳлкоперистыѳ
сложные листья, но вскорѣ уже, даже на оранжерейныхъ экземплярахъ, листья умень-
шаются все болѣе и болѣе насчетъ черешка, который расширяется и обращается въ
листоподобную пластинку, торчащую почти отвѣсно вверхъ. На болѣе взрослыхъ экзем-
плярахъ пластинокъ на черешкахъ не развивается уже болѣе вовсе.
2	Т.-е., иными словами, въ ней преобладаетъ одна или очень немного формъ.
Іірим. перев.
15. Австралія.
87
крушиновое АІрЬііопіа ѳхсеіза, два вида Зіегсиііа и дерево ЕЬгеііа ваіі^па изъ
семейства бурачниковыхъ; подлѣскомъ является Рішѳіеа ЬаѳтозіасЬіа (изъ тимѳліе-
выхъ) съ красивыми пурпуровыми цвѣтами. Если скоту удается проникнуть въ
скребъ, чтобы поживиться скудно растущими въ номъ злаками, то бригаловая ака-
ція, которой благодаря ея оружію животныя не трогаютъ, въ результатѣ лишь вы-
игрываетъ отъ этого и раскидывается еще шире.
Особенно безотраднымъ скребъ оказывается тамъ, гдѣ его образуютъ знаме-
нитые ЗріпіГѳх (стр. 215). Изъ трехъ извѣстныхъ видовъ ЗріпіГѳх Ыгзиіиз водится
по всей Австраліи за исключеніемъ тропическаго сѣвернаго побережья и Тасманіи,
8. ІопрГоІіиз не найденъ во всей южной Австраліи до Новаго Южнаго Валлиса,
а 8. рагадохиз отсутствуетъ въ сѣверной и западной Австраліи. Какъ въ брпгало-
скрѳбѣ преобладаютъ акаціи, такъ въ южно-австралійскомъ малле-скребѣ задаютъ
тонъ разные перемѣшанные между собою виды эйкалиптовъ (Епсаіуріиз оіеоза,
(іитоза, ргасіііз & ЬѳтірЫоіа). „ Взоръ обнимаетъ безконечное, волнующееся море
желтоватобурыхъ кустовъ; развѣ гдѣ-нибудь въ отдаленіи замѣтишь иногда синій
силуэтъ отдѣльно стоящей горы или гранитнаго утеса, а вся остальная темнобурая
площадь горизонта представляетъ одну безпрерывную, молчаливую, неподвижную
массу. Только куропатка изрѣдка издаетъ жалобный стонъ или вѣтеръ прошумитъ
среди твердыхъ вѣтвей". А подойдешь ближе, то замѣтишь овальные, острые,
иногда игольчатые листья, которые даже по формѣ своей такъ же монотонны, какъ и
самые кустарники. Окрашены они въ сѣроватый цвѣтъ съ бурымъ, краснобурымъ
или бѣловатосѣрымъ оттѣнкомъ. Хотя кусты далеко не всегда растутъ вплотную
другъ къ другу, однако между ними нѣтъ травы, зимніе дожди вызываютъ
лишь нѣкоторыхъ орхидныхъ къ короткой жизни, которая прекращается въ
октябрѣ ко времени цвѣтенія жесткихъ мрачныхъ кустарниковъ. И эти растенія
такъ малы и безцвѣтны, что не могутъ повліять на непривѣтливый характеръ
скрёба" (Юнгъ).
Переходимъ затѣмъ къ отдѣльнымъ растительнымъ провинціямъ Австраліи:
1)	Сѣверо-австралійская область тропическаго лѣса съ видами
пандана и индійско-малайскихъ пальмъ.
2)	Квинслендская вѣчнозеленая лѣсная область араукарій и ливи-
стоній (южная граница Ьіѵізіопа аизітаііз приходится подъ 37° 30) съ тропиче-
скимъ папоротникомъ Ріаіусегішп аіеіеогпѳ (стр. 216).
3)	Сѣверо-австралійская область древовидныхъ папоротниковъ и
кустарниковыхъ зарослей съ деревьями Меіаіѳиса и Ьеріозрѳгшшп (Тоа-ігезз).
4)	Сѣверо-западная австралійская переходная область, безъ панда-
новъ и съ весьма немногими пальмами, простирается на югъ до Мурчисона.
Несмотря на тропическіе элементы, несмотря на то, что по деревьямъ взби-
рается даже ротангъ—тростниковая пальма (Саіатиз апзітаііз), сѣверо-австралійскій
тропическій лѣсъ и пальмовыя рощи Квинслэнда далеко не производятъ того
жизнерадостнаго впечатлѣнія, какъ въ Индіи или тѣмъ болѣе на Цейлонѣ. „При
первомъ посѣщеніи лѣса (восточнаго Квинслэнда) васъ охватываетъ удивительная
тишина и безмолвіе. Съ большимъ трудомъ пробираешься впередъ... и выносишь
впечатлѣніе, будто все тутъ безжизненно. Пѣніе птицъ раздается лишь изрѣдка.
88
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
только по вечерамъ воркуютъ голуби, а куропатки джунгль издаютъ жалобные
звуки; очень рѣдко удается услышать громоподобный голосъ казуара. Продраться
сквозь густой кустарникъ не такъ-то легко. Только выбравшись на берегъ рѣки,
можно вздохнуть съ облегченіемъ, и тутъ подчасъ удается открыть прелестные
уголки" (Люмгольцъ).
5)	Западно-австралійская область пустыни достигаетъ нижняго теченія
рѣкъ Амбертона и Гаскойна, а дальше, переходя тропикъ, превращается въ боль-
шую пустыню Викторію; ниже зоны дождей (25° 5/ южн. широты) начинается
солончаковая пустыня съ соляными озерами. Западно-австралійскимъ сте-
пямъ-пустынямъ по среднему теченію Дарлинга и Муррея соотвѣтствуютъ подъ
названіемъ
6)	области восточно-австралійскихъ пустынныхъ и травянистыхъ
степей обширныя заросли злаковъ и скрёба.
7)	Юго-западно-австралійская область ксеротидъ и протейныхъ
очень богата своеобразными австралійскими формами. Изъ 32 австралійскихъ миртъ
съ сухими плодами здѣсь встрѣчается всего только 16. Протейныя, второй
областью распространенія которыхъ является Капландія, растутъ здѣсь въ боль-
шомъ количествѣ формъ; они же найдены въ европейскихъ третичныхъ отло-
женіяхъ. Ихъ твердые листья, будто выточенные изъ жести (Вапкзіа зеггаіа,
стр. 217), обнаруживаютъ особыя приспособленія, препятствующія излишней
потерѣ воды (стр. 217 и ср. примѣч. къ стр. 86). Сѣмена защищены отъ
солнечнаго зноя покровами, твердыми, какъ камень (Вапкзіа егісіГоІіа еі веггаіа,
Хуіотѳішп рігіГогтѳ, стр. 214 и 217). Неудивительно, что эти своеобразныя расте-
нія вмѣстѣ съ казуаринами, травяными деревьями (Кіп^іа аизігаііз) и австралійской
вишней Ехосагрпв, несущей косточку снаружи мякоти, обнаруживаютъ совершенно
своеобразныя явленія въ жизни и устройствѣ цвѣтка: вѣдь растенія эти ка-
кимъ-то чудомъ уцѣлѣли отъ давно-минувшѳй эпохи, всѣ прочія творенія кото-
рой давно уже вымерли. Такъ напр., Кернеромъ было доказано, что у протейнаго
Бгуаікіга переносъ пыльцы, совершаемый въ нашихъ странахъ насѣкомыми 1, про-
изводится при посредствѣ кэнгуру/ Къ характернымъ растеніямъ юго-западной
Австраліи принадлежатъ также эпакридовыя, акаціи съ филлодіями (см. прим. къ
стр. 86) и цикадовое ЕпсерЬаІагіоз Егазегі.
Въ остальныхъ четырехъ флористическихъ областяхъ Австраліи (съ Тасманіею)
особенное вліяніе на характеръ мѣстности оказываютъ эйкалипты, которыхъ баронъ
Фердинандъ Мюллеръ насчиталъ до ста видовъ. Мы уже сообщали о томъ, какъ
солнечные лучи скользятъ по ихъ вертикально поставленнымъ листьямъ, въ резуль-
татѣ чего австралійскій лѣсъ не даетъ тѣни (ср. стр. 86). Среди этихъ растеній,
привлекающихъ по окончаніи періода дождей насѣкомыхъ своими окрашенными въ
пурпуровый цвѣтъ тычиночными нитями, попадаются самыя высокія свободно стоящія1 2
1 „По большей части*, долженъ былъ бы прибавить авторъ, такъ какъ громадное
число злаковыхъ и древесныхъ породъ (хвойныя, блюдценосныя) оплодотворяются при
посредствѣ вѣтра, валлиснерія (см. стр. 142 и 143) — воды, американскія же орхидныя даже
птичками колибри.
2 Этимъ словомъ авторъ намекаетъ на вьющихся ліанъ, которыя въ разверну-
томъ состояніи нерѣдко достигаютъ и 200 метр. длины.	Лри.и. перев.
15. Австралія.
89
деревья въ мірѣ. Южно-австралійскій Еисаіуріиз ату^ЛаІіпа (стр. 216), достигаетъ
152 метр. вышины, слѣдовательно оказывается выше Мамонтова дерева (ср.
стр. 52) на цѣлыхъ 10 метровъ и оставляетъ за собою Кельнскій соборъ и
Хеопсову пирамиду. Ароматное масло эйкалиптовъ противодѣйствуетъ, какъ гово-
рятъ, болотной лихорадкѣ, въ виду чего ихъ съ успѣхомъ культивируютъ въ мѣст-
ностяхъ Южной Европы, Азіи и Америки, гдѣ свирѣпствуетъ малярія. На ряду съ
этими гордыми великанами попадаются также и кустарниковые эйкалипты, обра-
зующіе густыя заросли, подобно акаціямъ; маллѳ-скребъ состоитъ преимущественно
изъ нихъ.
8)	Южно-австралійская область эйкалиптоваго лѣса. Горный лѣсъ
этой провинціи составленъ изъ Еисаіуріиз осіогаіа, рапісиіаіа, ѵішіпаііз ѳі гозігаіа.
„Особенность южно-австралійскаго лѣса состоитъ въ томъ, что деревья не прижи-
маются своими вѣтвями другъ къ другу, а отстоятъ одно отъ другою на нѣкоторое
разстояніе, усѣивая массивы горъ то порознь, то небольшими группами. Под-
лѣска тутъ почти не бываетъ, и только трава появляется тамъ, гдѣ почва мало-
мальски удобна для нея. Кустарники принадлежатъ здѣсь къ банксіямъ, гревил-
ліямъ, кастіямъ, лѳптоспѳрмамъ, Ехосагриз и др. Вездѣ по горамъ, гдѣ не слиш-
комъ сильно раскидывается подлѣсокъ, можно встрѣтить большое число дикихъ
цвѣтовъ. Превосходныя Ерасгіз ішргезза покрываютъ цѣлыя полосы земли, бѣлые
цвѣты ВигсЬапііа, синія Саѳзсіа и орхидныя всѣхъ сортовъ придаютъ въ извѣстные
періоды австралійскому лѣсу своеобразную прелесть" (Юнгъ).
9)	Южно-австралійская область эйкалиптоваго и папоротнико-
ваго лѣса занимаетъ гористую часть Викторіи и Новаго Южнаго Валлиса, посте-
пенно переходя въ квинслэндскую область араукарій и пальмъ. Въ наиболѣе сы-
рыхъ мѣстахъ (отчасти до Тасманіи) растутъ австралійскіе древовидные папорот-
ники (стр. 218). „Лѣса древовидныхъ папоротниковъ, напоминая какой-то допо-
топный пейзажъ, отличаются сказочною прелестью; на влажныхъ береговыхъ скло-
нахъ южной Австраліи растутъ ціатѳйныя, альсофилы; диксоніи, несущія на строй-
ной колоннѣ въ 16—20 метровъ вышиною капитель гигантскихъ мѳлкопѳристыхъ
вай, напоминающихъ кружева, между тѣмъ какъ высящіеся среди нихъ не-
уклюжіе стволы Тосіѳа, лишь въ метръ высотою, напоминаютъ вывѣтривающіеся
обломки скалъ, обросшіе папоротникомъ" (Ф. Конъ). Эти папоротники являются
подлѣскомъ стройнымъ лѣсамъ изъ Епсаіуріпз ату^сіаііпа, поднимающихъ выше
всѣхъ другихъ деревьевъ міра свои макушки, пронизываемыя лучами солнца. „Почва
среди этихъ высокихъ стройныхъ стволовъ даетъ пріютъ многимъ кустарникамъ, среди
которыхъ значительно преобладаетъ Асасіа тугШоІіа. На красныхъ песчаныхъ
холмахъ попадаются отдѣльныя особи казуариновыхъ, а обширныя равнины по-
крываетъ жесткая заросль скрёба, состоящая преимущественно изъ Сгоосіеша оѵаіа
и Асасіа ѵѳгйсіііаіа. Но лишь только подымешься на гору, то тотчасъ же встрѣ-
тишь здѣсь рощу изъ Еасаіуріпз §1оЬи1пз, Е. ату^йаііпа, Асасіа (Іеспггѳпя. Берега
журчащихъ ручьевъ нерѣдко обрастаютъ высокими древовидными папоротниками,
диксоніями, широкіе листья которыхъ образуютъ надъ головою настоящую бесѣдку"
(Юнгъ). Залитыя солнцемъ заросли эйкалиптовъ въ періодъ дождей вызываютъ къ
жизни цѣлые луга травы, покрытой цвѣтами, что въ свою очередь повело къ колос-
90	I. Растительныя области материковъ и острововъ.
сальному развитіи) скотоводства. Величественныя акаціи, особенно Асасіа репіпіа,
напоминающая плакучую иву (стр. 219), предпочитаютъ берега рѣкъ, вообще не-
рѣдко покрытыхъ богатой растительностью, (стр. 219).
10)	Область горной и снѣговой растительности австралійскихъ
Альпъ начинается на высотѣ 1200 мѳтр. и достигаетъ болѣе 2000 мѳтр. Здѣсь
къ видамъ эйкалипта (Еисаіуріиз аіріпа, Сгипіі, раисіГІога), къ альпійскимъ вере-
сковымъ (Ѵііізіеіпіа), Ваиѳга зеззіііііога, Риііепаеа гозеа, Зіуіійіит зоЬоІіГегит
присоединяются антарктическіе буки. Несмотря на то, что австралійскія горныя
пастбища столь далеки отъ европейскихъ, мы встрѣчаемся здѣсь съ нѣкоторыми
нашими альпійскими растеніями изъ родовъ АІсЬешіИа, ВоіЬгусЬіит, Сагѳх.
Лендѳнфѳльдъ сообщаетъ поэтому поводу слѣдующее: „маленькая Саііѣа іпітоІоЬа,
Неііріѳппп іпсапшп съ бѣлыми цвѣтами, очанка ЕирЬгазіа Вготаіі съ розоватыми
цвѣтами, карминовые цвѣты Зіуіісіішп ргатіпіГоІіиш пестрѣли по альпійскому
лугу. Очень часто попадается видъ Азіег §1асіа1із, обычный у Косцюшко, и жел-
тая Сгазресііа ВісЬеа ѵаг. аіріпа. Особенно красивыми цвѣтами отличается бѣлая
Сіауіопіа Аизігаіазіса, вызрѣвающая на плоскихъ, защищенныхъ мѣстахъ, а
также бѣлаго СІоЬапіЬиз ВѳліЬатіапиз, похожаго на мохъ и пышной Оепііапа
захоза. Среди травъ и многолѣтниковъ встрѣчается маленькій стелющійся полукустар-
никъ, стволы котораго достигаютъ 1—I1/» метровъ длины, однако не подымаются
отъ земли выше 0,2 метра. Это Кшігѳа Миѳііѳгі, относящійся къ миртовымъ.
Тутъ же попадаются также и нѣкоторые верески (виды ЗіурЬѳІіа) “. Области южно-
австралійскаго лѣса и горъ представляютъ переходъ къ послѣдней флористической
провинціи, о которой у насъ будетъ рѣчь, именно:
11)	области хвойныхъ, злаковыхъ степей и нагорнаго лѣса Тас-
маніи. Южно-австралійскій характеръ этой флоры сталкивается здѣсь съ антарк-
тическимъ. Такимъ образомъ островъ Вандимѳновой земли является промежуточ-
нымъ звеномъ между Австраліей и антарктической флорою Новой Зеландіи. А нтарк-
тическій букъ Еа^из Сшші^Ьапііі, образующій кустарники въ видѣ скрѳба, встрѣ-
чается также и въ Викторіи, зато Еа^пз Сиппіі оказывается эндемичнымъ. Изъ
12 тасманскихъ хвойныхъ на австралійскомъ материкѣ повторяются только два,
остальныя (два вида АгіЬгоіахіз, Васгугіішп Егапкііпіі, РЬуІІосІасіиз азрІѳпіГоІіа,
Еіѣггоуа АгсЬѳгі, одинъ Ройосагриз, одна Саіііігіз, одинъ МісгозіасЬуз и одна
РЬаѳгозрЬога) встрѣчаются только на Вандимѳновой землѣ. АгіЬгоіахіз сиргеззоі-
(іѳз образуетъ на нѣкоторыхъ горахъ въ сѣверной части острова непролазныя чащи.
Внутреннее плоскогорье занято степью и окружено горами, покрытыми лѣсомъ.
Стволы-колонны эйкалипта (ату&сіаііпа и оЫідиа) высятся здѣсь надъ густымъ под-
лѣскомъ изъ древовидныхъ папоротниковъ, Рошасіѳггіз еіірііса, тутъ же встрѣ-
чается и куннигамовый букъ съ нѣжной листвою, напоминающей миртовук
стр. 214). Ближе къ берегу образуютъ красивыя кольца вокругъ лѣсовъ фазлич-
ные виды банксіи, Ргоіеа, ЕтЬоззгіа, Ьеріозрѳгта. Тутъ встрѣчаются изящныя
казуариповыя, тамъ прелестный Ехосагриз небрежно раскидываютъ свои вѣтви по
сотнѣ направленій. Вездѣ попадаются дивныя заросли Меіаіеиса, ТЬезішп, Соп-
сЬуиш, Еѵосііа; всѣ одинаковы интересны благодаря свѣжей зелени листьевъ,
красивымъ формамъ и своеобразному строенію цвѣтовъи (Юнгъ).
16. Центральная Америка и Антильскіе острова.
91
16.	Центральная Америка и Антильскіе острова.
Центральная Америка и Антильскіе острова представляютъ изъ себя пере-
ходную ступень отъ подтропической южной части Сѣверной Америки къ тропиче-
ской—Южной Америки. Обѣ эти страны содержатъ въ себѣ столько эндемичныхъ
видовъ, что образуютъ каждая особую рѣзко ограниченную область. Подобно южной Ме-
ксикѣ, Никарагуа и Костарика также обнаруживаютъ рѣзкій контрастъ между скло-
нами горъ, спускающимися къ Тихому океану и Караибскому морю, между которыми
находится центральная флора плоскогорья, лишенная хвойныхъ, хотя дубъ тутъ
еще попадается. На западномъ берегу формаціи тропическаго лѣса подымаются до
1ООО метровъ вышины (на 600 метр. особенно обильна Асгосотіа и нижніе виды
(^иегсив), гдѣ начинаются саванны; затѣмъ слѣдуютъ лѣса Ріпиз, а выше
1300 метровъ идутъ агавы х. Восточный склонъ покрытъ непроходимыми лѣ-
сами; тутъ встрѣчаются въ большомъ числѣ пальмы характерныхъ для Южной
Америки родовъ Васітіз, Сеопоша и Ігіагіеа, а также древовидные папоротники,
сциталиновыя и мареновое АУагзгѳѵісгіа риІсЬѳггіша. На центральномъ плато около
10° сѣв. широты при 1600 метр. высотѣ благодаря вліянію періода дождей, про-
должающагося съ іюня по октябрь, развиваются свѣтлыя, зеленыя заросли изъ ви-
довъ Сеігѳіа, ВотЬах, Сирапіа, Іп§а и Вигзѳга вмѣстѣ съ колючими мимозами4 * * * 8*
(Друде).
Несмотря на близость къ умѣренному поясу, Антильскіе острова
(стр. 220, Гаити, Иль-дѳ-Сѳнтъ), на которыхъ насчитывается до 100 эндемнч
ныхъ видовъ, имѣютъ ясно выраженный тропическій климатъ, благопріятствующій
развитію эпифитной растительности. Когда естествоиспытатель, привыкшій гербари-
зировать въ нашемъ средне-европейскомъ лѣсу, въ первый разъ послѣ длиннаго
морского путешествія вступитъ въ тропическій лѣсъ и нетерпѣливо бросится мекать
подъ ногами волшебныхъ тропическихъ цвѣтовъ, то онъ очень быстро долженъ бу-
детъ разочароваться. Но стоитъ ему обратить взоръ наверхъ, стоитъ ему замѣ-
тить „лѣсъ надъ лѣсомъ** (см. стр. 78) 2, какъ дѣйствительность предстанетъ
передъ ними въ такомъ видѣ, что далеко оставитъ за собою самыя смѣлыя его ожи-
данія, затмитъ самыя поэтичныя описанія, съ которыми путешественникъ предвари-
тельно познакомился. Это чудо производятъ эпифиты, растенія на растеніяхъ, какъ
можно перевести этотъ терминъ; подъ этимъ названіемъ понимаютъ растенія, но
требующія отъ хозяина ничего, кромѣ пристанища и опоры, и не питающіяся его
кровью и плотью, какъ это дѣлаетъ напр. омела 9. Однако, обвѣшивая всѣ сучья
1 См. прим. на стр. 55.
2 „Сверхлѣсомъ* называетъ его авторъ. Однако, вспоминая о переносномъ зна-
ченіи приставки „сверхъ*, кстати и чаще некстати употребляемое нынѣ съ легкой руки
Нитцшѳ, мы избѣгаемъ этого выраженія.
8 Извѣстный ботаникъ Де-Бари различаетъ 3 рода зависимости однихъ организ-
мовъ отъ другихъ или симбіоза: 1) паразитизмъ, когда одинъ организмъ питается
другимъ, принося ему вредъ; 2) комменсуализмъ, когда организмъ питается объ-
ѣдками другого, не принося тому вреда и 3) мутуализмъ или взаимный симбіозъ
(или просто симбіозъ большинства авторовъ), когда оба сожительствующихъ организма
приносятъ другъ другу пользу.	Прим. перев.
92	I. Растительныя области материковъ и острововъ.
и вѣтви хозяина цѣлыми массами, они могутъ все-таки вредить ему косвеннымъ пу-
темъ, отнимая свѣтъ и свѣжій воздухъ. Образуя вокругъ хозяина петли, они не-
рѣдко душатъ его: онъ отмираетъ, выгниваетъ, а живучіе упрямые корни эпифитовъ,
образуя какъ бы трубчатые чехлы на корняхъ хозяина, съ которыми опускаются въ
землю, остаются жить еще долгое время. Большая часть вестъ-индскихъ эпифитовъ
принадлежитъ къ семейству орхидныхъ, изъ 10,000 видовъ которыхъ болѣе половины
ведутъ эпифитный образъ жизни. Впрочемъ въ Вестъ-Индіи болѣе ихъ вліяютъ
на характеръ растительности ананасовыя, которыя хотя менѣе богаты видами, зато
число экземпляровъ несравненно больше. Обращаютъ на себя также . вниманіе и
ароидныя своими массивными, крупными формами, а за ними слѣдуютъ папоротники,
среди которыхъ также не мало эпифитовъ. Семейства ананасовыхъ, мареновыхъ,
гѳснеріѳвыхъ, вересковыхъ, кактусовъ, клузіевыхъ (стр. 221) и др. насчиты-
ваютъ въ числѣ своихъ представителей эпифитныя формы. Большая часть изъ
нихъ носятъ травянистый характеръ, однако встрѣчаются также и эпифитныя де-
ревья, напр. 8сЫе$ѳ1іа ѵіоіасѳа (изъ бигноніѳвыхъ) и клузіѳвыя. Условія жизни
эпифитовъ требуютъ большого развитія испаряющихъ поверхностей, т.-е. иными
словами питающихъ растеніе листьевъ, такъ какъ, произрастая въ тѣни, они тре-
буютъ усиленнаго питанія \
Отъ черезчуръ обильной потери воды, которая тѣмъ опаснѣе, что корни эпи-
фитовъ не касаются земли, гдѣ они могли бы доставать воду, а висятъ прямо на
воздухѣ (Опсісііііт, см. стр. 221), многіе эпифиты защищаются сильной надкожи-
цей, своеобразнымъ опушеніемъ или же развиваютъ толстые мясистые листья1 2 3.
Иногда эти листья сближены вмѣстѣ въ видѣ розетокъ или положены другъ
на друга какъ черепица и такимъ образомъ также защищаются взаимно отъ из-
лишней потери влаги.
Съ этою же цѣлью они обыкновенно вплотную прижимаются къ тѣлу хозяина.
О распространеніи заботятся вѣтеръ и животныя. Такъ напр., сѣмена тилландсіи
(стр. 54) снабжены, какъ у нашихъ кленовъ и вязовъ, крыльями, а у орхидныхъ
онѣ мелки и легки какъ пыль8. Многіе эпифиты окружаютъ сѣмена свои мясистой
ярко окрашенной оболочкой, придающей имъ видъ ягодъ; птицы и обезьяны, поль-
зующіяся этимъ постоянно накрытымъ для нихъ столомъ, берутъ уже на себя за-
боту о распространеніи сѣмянъ4 *. Каждый участокъ сильно развѣтвленной корнѳ-
1 Вообще можно принять за правило, что величина листовой пластинки обратно
пропорціональна силѣ освѣщенія. На серебристомъ тополѣ особенно хорошо можно про-
слѣдить увеличеніе поверхности листа по мѣрѣ затѣненія листьевъ. .См. Жизнь расте-
ній* т. I, стр. 248.
2 Т.-е. дѣлаются растеніями-верблюдами, суккулентами, подобно агавамъ, как-
тусамъ, нѣкоторымъ молочаямъ, и нашимъ толстянковымъ (Сгавзиіасеае), куда принад-
лежитъ напр. очитокъ (8е<іит асге). Часто случается, что толстянковыя прорастаютъ,
пускаютъ новые побѣги, уже въ гербаріяхъ, пользуясь запасами своей воды, и потому
ихъ передъ засушиваніемъ убиваютъ кипяткомъ.
3 Палочка ванили представляетъ изъ себя плодовую коробочку такого эпифит-
наго орхиднаго. Мелкая пыль, которая сообщаетъ растертому съ ванилью крему одно-
родный сѣроватый цвѣтъ, состоитъ изъ такихъ сѣмянъ. Подъ микроскопомъ можно за-
мѣтить въ сѣмени всего лишь небольшое число клѣтокъ, въ немъ не различить обыч-
ныхъ частей зародыша — сѣмядоли, почечки, стебелька и корешка.
4 Наши ягоды и вообще сладкіе, сочные плоды расчитываютъ на то же самое:
сѣмена ихъ проходятъ кишечникъ животнаго безъ измѣненія и извергаются затѣмъ
16. Центральная Америка и Антильскіе острова.	93
вой системы ароидныхъ и папоротниковъ можетъ дать начало новому растенію,
какъ хорошо знаетъ всякій садовникъ.
Приспособленія къ эпифитному образу жизни вообще чрезвычайно разно-
образны. Лучше всего приспособлены для такого диковиннаго образа жизни ана-
насовыя, особенно тилландсіи. Они столь мало зависятъ отъ хозяевъ, что даже
не отнимаютъ у нихъ воды. Если бы только физически это было возможно, то
тилландсія могла бы жить прямо на воздухѣ. Путешественники разсказываютъ,
что въ Южной Америкѣ ананасовыя прямо свѣшиваются съ балконовъ и при этомъ
прекрасно растутъ. Белланжѳ замѣтилъ однажды на островѣ Мартиникѣ такое
явленіе: отъ одного дома къ другому была протянута желѣзная цѣпь, а съ поя
свѣшивались тилландсіи, не сообщаясь ни съ деревомъ, ни съ почвою. Шим-
пѳръ считаетъ наиболѣе типичнымъ эпифитомъ Тіііапгізіа ЬиІЬоза, видъ, встрѣчаю-
щійся очень часто въ Веноцуэлѣ и на Тринндатѣ. Нижніе, утолщенные участки его
листьевъ свернуты, напоминая бутылку; если такихъ листьевъ много, то онп
представляются цѣлой баттареѳй бутылокъ. Всѣ вообще растенія стремятся прямо
къ небу, вверхъ, какъ бы сильно ни была наклонена почва, на которой они растутъ.
Тилландсіи напротивъ кажется все равно, растетъ ли она на верхней, боковой или
нижней поверхности сука. Верхніе участки листьевъ жадно засасываютъ влагу изъ
окружающаго воздуха и проводятъ ее въ полость нижней, бутылковидной части,
гдѣ запасъ ея хранится до сухихъ, жаркихъ дней. Вода эта не выливается, хотя
бы растеніе росло головою книзу, такъ какъ отверстіе бутылочки очень мало, и
жидкость держится въ ней благодаря воздушному давленію.
Въ общемъ флора Вестъ-Индіи обнаруживаетъ болѣе сходства съ южно-аме-
риканскою флорою, нежели съ растительностью Центральной Америки. Послѣ отдѣ-
ленія острововъ отъ южно-американскаго материка могли образоваться эндемичныя
формы. Каждый изъ большихъ Антильскихъ острововъ обнаруживаетъ большое число
такихъ видовъ, между тѣмъ какъ малые Антильскіе острова въ свою очередь обра-
зуютъ вмѣстѣ одну область. За сухимъ поясомъ Сгоіоп съ ароматичными видами
кактусовъ и зарослями кампешеваго дерева* 1, слѣдуетъ до высоты 1200 метровъ
настоящая тропическая область съ лѣсами и саваннами. Изъ пальмъ тутъ можно
встрѣтить красивую королевскую пальму (Огѳосіоха гѳ^іа, стр. 220), Асгосотіа
ЬазіозраіЬа, усѣянную колючками, 8аЬа1 итЬгаспІіГѳга съ вѣерными листьями и
виды ТЬгіпах. Повыше растутъ лавровыя (РЬоѳЬѳ шопіапа, Кѳсіапсіга зап-
^иіпеа), Росіосагриз и одинъ видъ грецкаго орѣшника (Іи^іапз зашаісѳпзіз). Поясъ
между 1200 и 2300 метр. вышины занимаетъ вестъ-индская лѣсная зона съ лѣсами
изъ папоротниковъ. Характерная антильская сосна, Ріпиз оссііѳпіаііз, несущая
стволы въ 60 метр. вышиною иЗ—4 метра въ обхватѣ и образующая здѣсь чудные
лѣса, спускается на Кубѣ и Доминго до самаго берега. Флору высокихъ горъ
прямо въ унавоженную почву. Эпифитная омела устроивается еще лучше. Ея сладкіе
плоды содержатъ въ. себѣ чрезвычайно клейкую массу, благодаря которой сѣмя прили-
паетъ къ клюву птицы, и та счищаетъ его о ближайшую вѣтвь. Такимъ образомъ сѣ-
мена омелы даже не попадаютъ на землю.
1 Изъ него добывается извѣстная въ микроскопической техникѣ краска гемато-
ксилинъ (названіе дерева Наешаіохуіоп сатресЬіапиш), служащая главнымъ образомъ
реактивомъ на клѣточное ядро.	Прим. перев.
94
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
(2300—2900 метр.) можно встрѣтить лишь на Кубѣ, Гаити и Ямайкѣ. Эггерсъ
замѣтилъ, что на хребтѣ Цибао „ почва покрыта крупными или мелкими камнями,
а мѣстами попадаются цѣлыя скалы. Кое-гдѣ встрѣчаются маленькіе кустарники
изъ сложноцвѣтныхъ, вересковъ, и Раггуа Гайеупіі, между утесами пріютились папо-
ротники, одно желтое норичниковое, почти ползучая Ашіготесіа и цѣлая масса
растеній, напоминающихъ сѣверный климатъ. На соснахъ, разбросанныхъ пооди-
ночно по саваннѣ, обращаетъ на себя особое вниманіе мелколистый Ъогапіііиз съ
красивыми розовыми цвѣтами. Хребты горъ обросли большею частью злаковыми,
которыя густыми дѳрновинамн одѣваютъ сплошь всю почву".
Изъ культурныхъ растеній изъ вестъ-индской области родомъ дынное дерево
(Сагіса Рарауа), маранта, клубни которой богаты крахмаломъ („ароурутъ" \
Магапіа агшкітасеа), нѣсколько видовъ хлопчатника (Сгоззурішп1 2), можетъ-быть,
также и тыквенная (СисигЬііа шахіта, тозсЬаіа и Рѳро). Сахарный тростникъ
(см. стр. 77) и кофе (ср. прим. къ стр. 64) разводятся здѣсь цѣлыми планта-
ціями. Что касается табака, то хотя на Антильскихъ островахъ и встрѣчаютъ въ
дикомъ состояніи виды тропическо-американскаго рода ЭДсоііапа, однако настоящая
родина Кісоііапа ІаЬассиш до сихъ поръ еще не опредѣлена съ полною точностью.
Достовѣрно извѣстно лишь то, что куреніе табаку было впѳрвыѳ (1492 г.) замѣчено
европейцами, именно Колумбомъ и его спутниками, между Кубою и Флоридою, на
одномъ изъ Багамскихъ острововъ. Оставленный Колумбомъ на Испаньолѣ священ-
никъ Фрей Романо ближе познакомился съ этой травою, которую онъ назвалъ
„опьяняющей" (НѳгЬа шѳЬгіапз). Европейцы, при завоеваніи Мексики Кортесомъ
(1516 г.), также застали тамъ поголовное куреніе. Поселившіеся на Антильскихъ
островахъ и въ Мексикѣ испанцы переняли обычай курить, причемъ женщины не
отставали отъ мужчинъ. Французскій посланникъ при лиссабонскомъ дворѣ, Жанъ
де Нико, получилъ въ 1560 году сѣмена табака. Листья служили ему для успѣш-
наго лѣченія наружныхъ болѣзней. Нико послалъ сѣмена табака свой владычицѣ,
королевѣ Екатеринѣ, которая велѣла развести его по французскимъ королевскимъ
паркамъ. Въ честь Нико растеніе было названо Кісоііапа. Въ Германію табакъ
проникъ въ 1565 году какъ медицинское растеніе. Лишь въ 1585 году приставшіе
къ берегамъ Испаніи и Португаліи солдаты дали возможность европейцамъ насла-
диться диковиннымъ зрѣлищемъ людей, пускающихъ дымъ изо рта и носа. Куреніе
проникло въ Германію въ 1620 году вмѣстѣ съ англійскими вспомогательными
отрядами солдатъ, проходившихъ въ Богемію. Обычай этотъ распространился здѣсь
несмотря на самое строгое запрещеніе. Выраженіе Гёте „образованный человѣкъ
не куритъ" давно уже опровергнуто повседневной жизнью. Современный ненавист-
никъ куренія, Мантегацца, попался разъ въ томъ, что на тѳррассѣ гостиницы въ
Римини закурилъ послѣ сытнаго обѣда сигару. Бисмаркъ даже расхваливалъ бла-
годѣтельную роль сигары во время дипломатическихъ переговоровъ. Для многихъ
1 Мука ароурутъ отличается особенною удобоваримостью, почему еѳ и даютъ
больнымъ и дѣтямъ. Кромѣ вестъ-индскаго извѣстенъ еще и остъ-индскій ароурутъ,
изъ растеній Сигсита ІеисоггЫха КохЬ. и С. ап^изНГоІіа КохЬ.; подъ микроскопомъ легко
отличить эти два сорта по характерной для каждаго формѣ крахмальныхъ зеренъ.
2 Нашъ средне-азіатскій хлопчатникъ, разводимый нынѣ кое-гдѣ и по Черномор-
скому побережью, называется Ооззуріит ЬѳгЬасеа.	Прим. перев.
17. Тропическая часть Южной Америки
95
государствъ ни съ чѣмъ не сообразное употребленіе Кісоііапа сдѣлалось главнымъ
источникомъ государственныхъ доходовъ Ч
17.	Тропическая часть Южной Америки.
Эта область, простирающаяся отъ 12° сѣв. ш. черезъ всю Бразилію и съ
подтропическими частями достигающая 33° южн. ш., представляется самой боль-
шою непрерывною тропическою областью. Только хребты Андъ съ заключенными
внутри ихъ плоскогорьями и западный склонъ этихъ горъ образуютъ, начиная съ
бухты Гваякиль, особую растительную полосу, простирающуюся много дальше къ
югу. Обѣ области раздѣляются границею, вліяющей также и на распредѣленіе
животныхъ: она тянется отъ бухты Гваякиль по восточному склону Андъ до арген-
тинской провинціи Тукуманъ, затѣмъ идетъ по Ріо-Саладо до Параны, слѣдуетъ
Энтрѳ-ріосъ и сѣверному Уругваю до Порто-алѳгрѳ у берега Атлантическаго океана.
Въ біологическомъ отношеніи изъ представителей флоры тропической части
Южной Америки наиболѣе характерны муравьиныя растенія (см. стр. 32),
которыя достигаютъ здѣсь своего высшаго развитія. Дѣйствительно если ужъ
какая-нибудь флора нуждается въ серьезной защитѣ муравьевъ, такъ ужъ именно эта.
Особенно интересно то обстоятельство, что муравьямъ приходится здѣсь бороться со
своими же собратьями, полчищами муравьевъ-листорѣзовъ, которые способны въ
самое короткое время лишить растеніе листьевъ. Они, собственно говоря, даже и не
питаются этими листьями, а выгрызаютъ своими острыми челюстями изъ листовой
пластинки куски, напоминающіе монету, и выстилаютъ ими внутреннія стѣны своихъ
жилищъ. Единственнымъ спасеніемъ отъ этихъ муравьевъ являются другіе, мень-
шіе ростомъ, но зато очень проворные, которые получаютъ отъ опредѣленныхъ
растеній не только квартиру (какъ то дѣлаютъ малайскіе виды, стр. 78), но соот-
вѣтственно большей работѣ, которой отъ нихъ ожидаютъ, имъ предоставляютъ и
вкусный столъ. Особенно диковинныя приспособленія этого рода встрѣчаются у
нѣкоторыхъ видовъ рода Сесгоріа, близкаго нашимъ крапивамъ. Эти деревья,
извѣстныя у бразильцевъ подъ именемъ ІтЬаиЬа или ЕтЬаиЬа, являются частью
дѣвственнаго лѣса и отличаются гладкими высокими стволами и небольшимъ числомъ
1 Во Франціи (съ 1674 г.), Австріи (съ 1670 г.). Италіи и др. странахъ право торго-
вать табакомъ представляетъ монополію государства, и мѣста продавцовъ въ табачныхъ
лавочкахъ предоставляются инвалидамъ или вдовамъ чиновниковъ въ видѣ пенсіи. Въ
Италіи, гдѣ вообще таможенные чиновники относятся легко къ своимъ обязанностямъ,
они однако не стѣсняются залѣзать за пазуху въ надеждѣ найти тамъ хотя бы одну
папиросу. Хорошіе табаки идутъ почти исключительно изъ части Закавказья п южнаго
берега Крыма, гдѣ существуютъ богатые греки и татары плантаторы, выписывающіе
для разсаживанія, полотья, поливки и обрѣзки табака цѣлыя арміи т. наз. копорокъ
изъ Украйны. Положеніе этихъ „бѣлыхъ рабынь* настолько тяжело, что потребовало
вмѣшательства интеллигенціи, которая борется съ плантаторами путемъ судебныхъ пре-
слѣдованій и печати. Впрочемъ въ послѣднее время культура табака въ Крыму зна-
чительно падаетъ. (См. мое примѣч. къ стр. 720 П тома „Жизни растеній*.)
Что касается вліянія табака на психику завзятыхъ курилъ, не умѣющихъ безъ
папиросы даже сосредоточить мысли, то позволю себѣ привести къ сказанному авто-
ромъ лпшь одинъ характерный примѣръ: состоя преподавателемъ въ нѣсколькихъ
учебныхъ заведеніяхъ, я всегда имѣлъ случай наблюдать, что приговоры бывали мягче
на тѣхъ собраніяхъ педагогическихъ совѣтовъ, гдѣ разрѣшалось курить.
Прим. перм.
96	I- Растительныя области материковъ и острововъ.
вѣтвей, несущихъ большія листья. Если неосторожно толкнуть такое дерево, то
тотчасъ же подвергнешься нападенію свирѣпыхъ муравьевъ, мгновенно усѣивающихъ
всю поверхность ствола, вѣтвей и листьевъ. Чтобы постичь, какъ могутъ эти раз-
нородные организмы (примѣръ мутуалистическаго симбіоза см. прим. къ стр. 91)
образовать столь тѣсное сожительство, не лишнимъ будетъ поближе познакомиться
съ Сесгоріа, муравьинымъ растеніемъ, достигающимъ высшаго развитія въ смыслѣ
приспособленія къ этому сожительству; одинъ видъ этого рода изображенъ на стр.
222. Стволъ состоитъ изъ ряда пустыхъ камеръ, поставленныхъ одна на другую,
какъ стопа футляровъ. Муравьи прогрызаютъ поперечныя перегородки, превращая
ихъ въ сита, такъ что между населеніемъ двухъ сосѣднихъ камеръ устанавливается
сообщеніе. Еще удивительнѣе отверстія, находящіяся надъ каждой перегородкой
и образующія ворота, черезъ которыя муравьи пускаются въ походъ; на молодомъ
растеніи они представляются неглубокими ямками, которыя муравьи затѣмъ ужо
пробуравливаютъ и обращаютъ въ дырки: тутъ будто само растеніе указываетъ
животному то мѣсто, гдѣ ему легче всего разрушить стѣну. Провіантъ, доставляе-
мый цекропіѳй своей отважной лейбъ-гвардіи, выражается въ формѣ маленькихъ
шариковъ („мюллѳровы тѣльца"), помѣщающихся на листьяхъ. Муравьи соби-
раютъ этотъ матеріалъ въ свои квартиры, питаются имъ, а излишекъ оставляютъ
впрокъ. У Асасіа согпі^ега, живущей въ центральной Америкѣ и точно также защи-
щающейся отъ муравьевъ-листорѣзовъ тѣлохранителями (стр. 222), квартирою
муравьямъ служатъ полости большихъ колючекъ; въ пищу имъ тамъ идутъ также
небольшіе шарики, появляющіеся на концахъ долекъ перистаго листа. На нашемъ
рисункѣ (стр. 222), изображающемъ оба названныя американскія муравьиныя ра-
стенія, нарисовано такое южно-африканское растеніе АсапіЬозісуоз Ьоггійа, снаб-
женное для защиты отъ пасущагося скота колючками, которыя по сравненію съ
муравьиными растеніями оказываются самымъ примитивнымъ приспособленіемъ. Уже
у молодого растенія листья, слѣдующіе за сѣмядолями, недоразвиты и имѣютъ видъ
чешуекъ, а во всѣ стороны торчатъ прилистники, превратившіеся въ колючки.
Къ тропической части Южной Америки (и Вестъ-Индіи) относятся также чув-
ствительныя мимозы, называемыя туземцами Богтісіегаэ (спящія растенія), изъ ко-
торыхъ у насъ изображены на стр. 223 бразильская Мішоза ридіса — не тронь меня
или стыдливая мимоза. Передача раздраженія производится здѣсь отъ долекъ пе-
ристаго листа черезъ четыре нерва, разставленные вѣеромъ, къ черешку, который
опускается послѣ того, какъ дольки листьевъ сложатся, а четыре жилки сблизятся
вмѣстѣ. Эти сложныя движенія вызываются сотрясеніями, чрезмѣрною жарою или
же наступленіемъ сумерекъ. По Кернеру листочки, благодаря способности своей
складываться, избѣгаютъ различныхъ опасностей, именно спасаются отъ „ потери
тепла, неизбѣжной при сильномъ ночномъ лучеиспусканіи, отъ засухи, которая
можетъ явиться слѣдствіемъ быстраго полуденнаго испаренія, и наконецъ отъ над-
лома и пригибанія нѣжныхъ листочковъ къ землѣ или даже надлома цѣлаго расте-
нія подъ ударами капель при внезапномъ ливнѣ. Весьма возможно, что движеніями
этими достигается еще одна выгода: пасущійся скотъ, обнюхивая и касаясь мордою
этихъ нѣжныхъ листочковъ, можетъ легко испугаться внезапныхъ движеній и не
станетъ поѣдать этихъ необычныхъ для него растеній, въ особенности еще и по-
17. Тропическая часть Южной Америки.
97
тому, что между опускающими листьями появляются вдругъ острыя, твердыя ко-
лючки*. Когда сотрясенія продолжаются долго, напримѣръ при легкихъ порывахъ
вѣтра, мимозы начинаютъ привыкать къ нимъ и раскрываютъ сложившіеся было
листочки. Авторъ поставилъ передъ собою на скамейку желѣзнодорожнаго вагона,
везшаго его изъ Ольмюца въ Вѣну, экземпляръ Мітоза рікііса и наблюдалъ, что
та будетъ дѣлать: послѣ первыхъ толчковъ листочки сложились, однако черезъ
нѣкоторое время они раскрылись опять и оставались открытыми до самыхъ суме-
рекъ, послѣ чего они уже заняли такъ называемое положеніе „сна*.
Подъ тропическимъ небомъ Южной Америки вырастаютъ кирказоны, съ ди-
ковинными цвѣтами до 30 сант. длины (стр. 225), которыми пользуются для игры
дѣти индѣйцевъ, надѣвая ихъ на голову вмѣсто шапокъ. Паразитные булаво-
носцы—баланофоровыя (стр. 224) встрѣчаются тутъ въ самыхъ сказочныхъ фор-
махъ. Приспособленія къ эпифитному образу жизни также весьма разнообразны;
такъ напримѣръ Вірюпіа аг^уго-ѵіоіасѳа (стр. 229), растущая по берегамъ Ріо-
Негро въ Бразиліи, прицѣпляется къ корѣ растенія-хозяина настоящими когтями,
какъ у птицы-грифа.
Чрезвычайное богатство видами флоры тропической Южной Америки явствуетъ
изъ показаній Варминга, прожившаго 3 года въ бразильской провинціи Минасъ-
Гераёсъ и собравшаго тамъ на площади 250 квадр. метровъ 2600 сосудистыхъ
растеній. Данія съ поверхностью въ 39,000 квадр. метровъ насчитываетъ только
половину этого числа, а Норвегія съ 773,000 квадр. метровъ едва лишь двѣ трети
его. Подобныя же соотношенія были найдены и для царства животныхъ.
Уоллэсъ собралъ въ Пара болѣе 700 бабочекъ (ЬерИоріега), между тѣмъ
какъ во всей Германіи ихъ насчитывается не болѣе 150 видовъ.
Къ тропической части центральной Америки примыкаютъ:
1)	тропическая область Колумбіи (стр. 225), которая подымается въ
части, запятой Андами до 1300 метровъ. Характернымъ растеніемъ Колумбіи
является пальма РЬуіеІѳрЬаз тасгосагра съ ея могучими перистыми листьями, твер-
дыя орѣхи которой даютъ растительную слоновую кость Ч Здѣсь же вѣроятно
находится родина и кокосовой пальмы (Сосоз писіГѳга), незамѣнимаго культурнаго
дерева Тихаго океана (стр. 79). Ея плоды, превосходно плавающіе по водѣ (и не
урадающіѳ отъ нея!) какъ-будто созданы для того, чтобы совершать морскія путе-
шествія и плыть по теченіямъ отъ острова къ острову, помимо того уже, что и че-
ловѣкъ очень рано занялся культурою этого полезнѣйшаго растенія и распростра-
нилъ его далеко за предѣлами ея родины. Кромѣ кокосовой пальмы мы встрѣ-
чаемся въ Колумбіи съ другими видами того же рода, съ пальмами Аііаіеа1 2 и
Ігіагіѳа. Изъ лиственныхъ особенное вліяніе на пейзажъ оказываютъ миртовыя
1 По наблюденіямъ переводчика приблизительно треть нашихъ костяныхъ пуго-
вицъ приготовлена именно изъ этого матеріала. Отличить эту кость отъ настоящей
животной очень легко подъ микроскопомъ; она состоитъ изъ клѣтокъ съ чрезвычайно
толстыми оболочками и небольшой полостью, отъ которой отходятъ во всѣ стороны ка-
налы. Ствола эта пальма вовсе не имѣегь, листья выходятъ прямо изъ земли пуч-
ками, плоды лежатъ на землѣ на толстыхъ осяхъ, также поставляющихъ вещество
въ родѣ кости.
2 Видъ Аііаіѳа ргіпсерз вдохновилъ В. Гаршина написать разсказъ того же имени.
Прим. перев.
98
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
Сопгопрііа шсага^иепзіз и рііапѳпвів, которыя встрѣчаются отъ Никарагвы до
Кайенны.
2)	Подтропическая и умѣренная области Андъ (стр. 227) обра-
зуются красивымъ нагорнымъ лѣсомъ Колумбіи, Венѳцуэлы, Эквадора, Перу н Бо-
ливіи, который занимаетъ склоны Андъ отъ 1300 до 3400 метровъ вышины. За
пальмами, чащами изъ гвадвы и дивными лѣсами папоротниковъ слѣдуютъ на вы-
сотѣ 2000 метровъ хинныя деревья (СіпсЬопа ойісіпаііз, стр. 230) съ темно-
зелеными листьями, пронизанными красными жилками. Большой спросъ на хинную
корку, которая во время оно, когда не умѣли еще химическимъ путемъ приготовлять
болѣе сильныхъ и легче контролируемыхъ средствъ, представляла изъ себя незамѣ-
нимое средство противъ лихорадки, повелъ къ тому, что на андійской родинѣ отъ
10° сѣвѳр. до 20° южной широты дерево это стало очень рѣдкимъ. Зато его уда-
лось развести на Явѣ, Цейлонѣ и въ Остъ-Индіи. Корка СіпсЬопа во всякомъ слу-
чаѣ служила лекарствомъ туземному населенію еще задолго до того, что европейцы
познакомились съ ея цѣлебною силою. Разсказываютъ, что жена перуанскаго вице-
короля, графиня Хинхонъ была первою европейкою, которая въ 1638 году изба-
вилась отъ лихорадки благодаря хинной корѣ. Тогда графъ обратилъ въ Европѣ
вниманіе на эту цѣнную кору. Дерево было названо по его имени СЫпсЬопа.
Лейбъ-медикъ папы Иннокентія X въ 1640 году внимательно изучилъ это срод-
ство и одобрилъ его. Первыя ботаническія свѣдѣнія о хинномъ деревѣ были до-
ставлены въ Европу Дела Кондаминомъ въ 1738 году; онъ напрасно пытался раз-
вести это дерево въ Европѣ. Въ Германіи это средство долгое время встрѣчало
недовѣріе; однако, послѣ того какъ Фридрихъ Великій передъ первой силѳзійской
войною избавился благодаря ему отъ упорной лихорадки, оно стало распростра-
няться и среди нѣмцевъ. Хинное дерево и королевская пальма (ОгеоІоха ге&іа)
не идутъ выше 1000 метровъ, между тѣмъ какъ стройная восковая пальма
(Сѳгохуіоп апйісоіа, стр. 223) подымаетъ свои макушки выше хиннаго лѣса и даже
до 3000 метр.
Слѣдующимъ поясомъ является на Андахъ формація розъ (видъ Вѳ]‘агіа съ
дивными цвѣтами, на высотѣ 2800—3000 метровъ). Выше всего идетъ кустар-
никовая формація изъ ВпссЬагів, Ва<1(і1е]а, Вагпасіѳвіа, Езсаііопіа, Вгітуз, Родо-
сагриз, которая достигаетъ на 3400 метрахъ паранійской растительности вершин»
Андъ.
3)	Область саваннъ бассейна Ориноко занимаетъ часть Венецуэлы
и Гвіаны. Эти степи съ саженными экземплярами Разраішп сопз’и^аіит, ѵіг^аіит,
ѵа^іпаіиш, ЬѳріосЫоа ѵіг^аіа, НутѳпасЬпѳ атріехісаиііз, Куіііп^іа, виды Рапі-
сит и Сурѳгив вмѣстѣ съ отдѣльно стоящими деревьями (пальмы Маигіііа и Сорег-
пісіа, Зѵагігіа, протейное Копраіа, Нишігіасѳаѳ, Тѳгпзігошіасѳае). Мы попадаемъ
въ область льяносовъ при Ориноко и Апуре (стр. 227), которые стали знамениты,
благодаря описанію Гумбольдта. Растительность Гвіанскихъ саваннъ гораздо бо-
гаче, чѣмъ вонецуэльскихъ. „Изъ нѣжной зелени смотрятъ синіе и розовые цвѣты
горечавокъ и кспридій, которые занимаютъ цѣлыя полосы, уподобляясь клумбамъ,
между ними блестятъ бѣлыя звѣзды амарилловъ, орхидныхъ, вьющіяся вокругъ
сухихъ соломинъ или прямо стоящія бобовыя, мальвовыя съ большими цвѣтами и
17. Тропическая часть Южной Америки.
99
другіе многолѣтники, число которыхъ поистинѣ безконечно. Въ серединѣ октября
травяная степь, достигшая вышиною 3—4 футовъ, теряетъ свой зеленый цвѣтъ и
походитъ на спѣлое, очень рѣдко высѣянное поле ржи, такъ какъ жара сообщаетъ
остаткамъ растительности желтый или блѣдный колоритъ. При наступленіи періода
дождей почки вновь пускаютъ побѣги, нѣкоторые цвѣты появляются раньше
листьевъ, другіе въ одно время съ ними, и вскорѣ пышная зелень и вообще все не-
исчерпаемое богатство красокъ возстановлены вновь" (Шомбургкъ). На болѣе вы-
сокихъ саваннахъ у Рораймы Аппунъ видѣлъ блестящія беяріи, встрѣчающіяся на
Андахъ и замѣняющія въ Америкѣ рододендроновъ: „они росли кругомъ насъ боль-
шими кустами и однѣ уже способствовали замѣчательной красотѣ саваннъ. По бе-
регамъ рѣкъ тянулись пустые кустарники прелестныхъ КіѳЪпѳуѳга ап^изіііоііа, ко-
торые сверху до низу были усѣяны чудными карминовокрасными, большими цвѣ-
тами, напоминающими олеандръ, и, сверкая на солнцѣ, ослѣпляли взоръ своей яркой
окраскою".
4)	Область растительности гилёа въ бассейнахъ Амазонки и Ори-
ноко. „Здѣсь безраздѣльно господствуетъ лѣсъ—всѣ слѣды цивилизаціи исчезли,
человѣкъ окруженъ густой массою зелени" (Шомбургкъ). Прелестный, популярный
цвѣтокъ Ѵісіогіа гѳ§іа растетъ по рѣкамъ, протекающимъ черезъ эти лѣса (стр. 226).
Красивые цвѣты ея имѣютъ 25—30 сант. въ поперечникѣ. Хотя Викторія-регія,
которую можно ежегодно видѣть въ цвѣту во всѣхъ теплыхъ бассейнахъ болѣе
значительныхъ садовъ х, и не принадлежитъ къ самымъ крупнымъ цвѣтамъ въ
мірѣ, однако она оказывается самой большой кувшинкой, и весь обликъ ея предста-
вляется поистинѣ величественнымъ: „гигантскій листъ въ 5—6 фут. діаметромъ,
имѣющій видъ тарелки, съ широкой оторочкой, сверху свѣтлозѳленаго, а снизу пур-
пурово-краснаго цвѣта, покоился на водѣ. Этому удивительному листу соотвѣтство-
валъ пышный цвѣтокъ, въ которомъ можно было насчитать много сотенъ лепестковъ
бѣлоснѣжнаго цвѣта, переходившаго постепенно въ розовый и гвоздично-красный.
Гладкая поверхность воды была усѣяна этими цвѣтами... листъ почти круглой
формы; въ поперечникѣ онъ имѣетъ до 5—6 (англійск.) футовъ, вокругъ него за-
гибался край въ 3— 5 дюймовъ вышины, снутри свѣтлозѳленаго, снаружи, соотвѣт-
ственно нижней поверхности листа, блестящаго кармуазиноваго цвѣта. Чашечка
состоитъ изъ четырехъ чашелистиковъ, длиною въ 7 и шириною въ 3 дюйма, на
ней покоится прелестный вѣнчикъ, который у взрослаго цвѣтка совершенно при-
крываетъ чашечку сотнями своихъ лепестковъ. Молодой, едва открывшійся цвѣ-
токъ бѣлаго цвѣта4 и только въ центрѣ гвоздично-красный. Эта послѣдняя окраска
постепенно распространяется на весь цвѣтокъ, и черезъ день весь цвѣтокъ уже
окрашенъ въ цвѣтъ красной гвоздики; желая какъ-будто все болѣе и болѣе увели-
чить свою прелесть, онъ начинаетъ распространять пріятный ароматъ" (Шомбургкъ).
Какъ мало сходства найдемъ мы между безобразной, вонючей КаіПезіа АгпоШі
(см. стр. 70) и этой кувшинкой, которая, кажется, соединяетъ въ себѣ всѣ прѳ-
1 Для этого требуется особый бассейнъ, въ которомъ можно нагрѣвать воду до
22—25°. Въ этомъ (1901 г.) Ѵісіогіа ге^іа расцвѣла въ Спб. Имп. Ботаничес. саду не-
обыкновенно рано, именно 25-го мая; не слѣдуетъ забывать, что это растеніе однолѣтнее,
которое нужно каждый годъ выводить изъ сѣмянъ.	Прим. перев.
100	I. Растительныя области материковъ и острововъ.
лести мирнаго царства цвѣтовъ! Изящная бѣлая кувшинка нѣмецкихъ (и русскихъ!)
водъ является милой карлицей по сравненію съ величественной южно-американской
водяной лиліей. Называя этотъ красивый цвѣтокъ въ честь своей королевы Ѵісіогіа
гѳ^іа, англійскій ботаникъ Линдлей поступилъ по-рыцарски. Впрочемъ честь откры-
тія викторіи въ Южной Америкѣ принадлежитъ не англичанину, а австрійскому
нѣмцу, Ѳаддею Генке (род. въ 1761 г.), который покинулъ Австрію въ 1789 г.
и никогда больше не возвращался на родину. Онъ поступилъ на службу къ вице-
королю перуанскому въ качествѣ губернатора племени чириньяносовъ и, какъ гово-
рятъ, былъ убить во время возстанія. Въ 1802 г. ему удалось найти Ѵісіогіа
гѳ^іа во время одной экскурсіи по Боливіи. Однако его открытіе оставалось въ
забвеніи, пока нѣмецъ Пѳппигь не нашелъ этого дивнаго растенія 30 лѣтъ спустя
въ Укайяли, а Шомбургкъ въ области Эссеквибо. Впрочемъ ее видѣлъ въ есте-
ственныхъ условіяхъ и Бонпланъ, спутникъ Гумбольдта, а въ 1827 году также и
д’Орбиньи.
Именемъ гилѳа (Нуіаа — отъ греч. ѵкг) лѣсъ) Августъ Гризѳбахъ назвалъ
большую сплошную массу лѣса между Андами, Атлантическимъ океаномъ, источни-
ками Ориноко и бразильскимъ плоскогорьемъ. Это пространство является родиною
дерева какао (ТЪеоЬгота сасао), изъ сѣмянъ котораго уже съ начала ХѴП вѣка
приготовляется шоколадъ. Изъ пальмъ здѣсь можно встрѣтить роды Мапгіііа,
Махітіііапа, Аііаіѳа, ОгЬі^пуа, ЬѳороМіпіа, Васігів, Азігосагуит и Ѳеодота;
ботанико- географическимъ чудомъ оказывается появленіе восточно-африканской
ВарЬіа ѵіпіГѳга съ листьями перистыми въ 4—5 метровъ длиною, около
устьевъ Амазонской рѣки. Миртовое растеніе Вегіоііѳііа ехсѳіза, достигающее въ
вышину 60 метр. и описанное впервые Гумбольдтомъ и Бонпланомъ какъ „самое
сильное дѣтище тропическаго міра", несетъ на себѣ круглый деревянистый плодъ,
напоминающій кокосовый орѣхъ, въ которомъ въ свою очередь заключены трѳхгран-
ныя сѣмена, опять-таки снабженныя деревянистой кожурою \ замѣчательнѣйшій
примѣръ повышеннаго органическаго развитія. Вкусные маслянистые плоды
извѣстны въ продажѣ подъ именемъ „американскихъ орѣховъ". Еще болѣе важной
статьею торговли оказываются смола, собираемая съ Неѵѳа Ьгазіііепзіз или 8ірЬо-
піа ѳіазііса. Ее собираютъ въ видѣ млечнаго сока, вытекающаго изъ надрѣзовъ,
которые дѣлаютъ съ мая по августъ на сѣрой корѣ дерева, имѣющаго метровъ 20
въ вышину и снабженнаго чрезвычайно длинными сучьями. По дельтѣ Ориноко и
Апуре проходитъ сѣверная граница гилѳйской формаціи. „Густая заросль высо-
кихъ, мѳлкоперистыхъ папоротниковъ красовалась у рѣки, а Надъ нею подымали
свои главы группы пальмы-корозо и отдѣльные стволы І)ескегіа Сотѳіо. Масса ги-
гантскихъ деревьевъ, Сеіго, АІ&аггоЬо 1 2 и другихъ, образовали своими перепле-
тающимися другъ съ другомъ маковками непроницаемую зеленую крышу, а стволы
ихъ были густо усѣяны прекраснѣйшими аройниками, кустами орхидныхъ и вьющи-
мися папоротниками съ широкими вайями" (Аппунъ). Въ области, заливаемой раз-
ливами рѣки, пальмы являются почти единственнымъ украшеніемъ такъ называе-
1 Мясистый зародышъ этихъ сѣмянъ содержитъ въ себѣ бѣлковые кристаллы,
оказывающіеся прекраснымъ демонстративнымъ объектомъ для ботаниковъ-педагоговъ.
2 См. наше прим. къ стр. 38.	Прим. перев.
17. Тропическая часть Южной Америки.
101
маго лѣса-игапо; между тѣмъ на горахъ, въ лѣсахъ этѳ и гуассу, онѣ значительно
уступаютъ высокоствольнымъ лаврамъ и смоковницамъ (Кісиз).
П. Эрѳнрейхъ далъ наглядное описаніе различныхъ гилейскихъ пейзажей;
онъ пишетъ: „если желаешь получить единственное въ своемъ родѣ впечатлѣніе,
производимое этой удивительной, своеобразной природой, то лучше всего совершить
поѣздку въ лодкѣ по залитому водою лѣсу. Растительность экваторіальной гилеи
здѣсь раскрывается передъ восхищенными взорами путника въ невѣроятной полнотѣ
и пышности, такъ что европейцу она всегда покажется новой, чужой и диковинной.
Когда продерешься съ лодкою сквозь дивныя заросли тростниковъ и каладіума, ко-
торыя вмѣстѣ съ колючими мимозами густой массою окутываютъ настоящій берегъ
рѣки, то къ удивленію замѣтишь, что въ лежащемъ далѣе лѣсу нѣть ни пяди су-
хого мѣста. Куда ни посмотришь—все деревья, ліаны и вода. Подлѣсокъ не
особенно густъ—его развитію мѣшаетъ густая тѣнь отъ высокихъ деревьевъ, зато
тѣмъ многочисленнѣе и пышнѣе ліаны, подобно цѣпямъ перекидывающіяся съ де-
рева па дерево, длинные воздушные корни РЬоіоз (аройника), напоминающіе ве-
ревки, среди которыхъ лодка ежеминутно запутывается. Толпа стройныхъ выся-
щихся къ небу стволовъ не въ состояніи однако мѣряться силами съ настоящими
князьями этихъ лѣсовъ, гигантскими деревьями мунгуба, самаума и ВошЬасеае,
которыя простираютъ свои громадныя макушки, напоминающія зонтики, на высотѣ
50—60 метровъ надъ землею. Стволы ихъ, толщина которыхъ достигаетъ нѣ-
сколькихъ метровъ, опираются на громадные крылья-корни, какъ на подпорки. Съ
ними соперничаютъ многочисленныя цезальпиновыя (изъ бобовыхъ) мимозы и копа-
ловыя деревья, превосходя ихъ если не всегда вышиною, то во всякомъ случаѣ пре-
лестью формъ; среди нихъ бросается въ глаза стройная Асасіа ап^ісо своимъ бѣ-
лымъ стволомъ и красивою формою листьевъ. Когда нѣсколько часовъ подрядъ про-
гребешь по этому безпрерывному темному лѣсу, гдѣ повидимому нѣтъ конца края и
совершенно невозможно оріентироваться, то вдругъ натолкнешься и на прогалину: по
ней разстилается обширное темное озеро, окруженное широкимъ поясомъ болотныхъ
растеній и камыша. У опушки лѣса стоятъ гигантскіе фикусы, которые далеко оста-
вляютъ за собою своихъ сосѣдей-деревья если не величиною, то во всякомъ случаѣ
массивностью формъ. Первоначально стволъ ихъ кажется скрученнымъ въ видѣ ка-
ната и образуетъ сѣтью своихъ воздушныхъ корней цѣлыя сплетенія, широкія окна,
иногда ни дать ни взять готическіе стрѣльчатые своды. Безконечно раскидываясь
въ ширину, какъ бы расплываясь, это дерево кажется едва въ силахъ поддержи-
вать свою корону, покоющуюся на огромныхъ сучьяхъ до метра толщиною. Среди
изящныхъ растеній, обрамляющихъ берега озера, можно замѣтить своеобразную
Саззіа—„мари-мари", прекрасные стручья которой, длиною въ футъ, служатъ ин-
дѣйцамъ лакомымъ блюдомъ. Въ тихихъ плесахъ можно замѣтить гигантскіе круг-
лые листья Ѵісіогіа ге§іа, напоминающіе миску. Совершенно другое впечатлѣніе
производитъ растительность твердой земли. Здѣсь наиболѣе бросаются въ глаза
бертоллеціи, увѣшанныя тяжелыми плодами, напоминающими пушечныя ядра, кото-
рой здѣсь встрѣчаются цѣлыя массы. Тутъ же можно найти цѣлую толпу цѣнныхъ
строевыхъ древесныхъ породъ, одно перечисленіе которыхъ могло бы заполнить
цѣлую книгу. Вмѣсто ЗірЬопіа еіазйса представителемъ резиновыхъ деревьевъ
102	I. Растительныя областію материковъ и острововъ.
оказывается здѣсь дерево массарондуба, доставляющее также и вкусные плоды.
Пальмъ тутъ встрѣчается еще большое количество... На высокихъ береговыхъ тер-
рассахъ группами стоятъ видимыя издали яварійскія пальмы, увѣнчанныя изящ-
ными. синѳзелѳными перистыми коронами. Атопаліи, напоминающія пучекъ пѣту-
шиныхъ перьевъ, и среди нихъ гордая гуассу также встрѣчаются по опушкамъ
лѣса. Въ чащѣ лѣса почва выстилается мелкими видами бѳопота, занимающей
иногда большія пространства; особенно интересною формою оказывается РасЬіиѵа,
подымающаяся въ видѣ веретена на высокой подставкѣ изъ воздушныхъ корней.
Однако наиболѣе красивыми остаются все-таки дикіе бананы Расоѵа Зогогоса и
ІТгаша ашагопіса, вѣроятно самые красивые представители своего семейства. Эпи-
фитная флора здѣсь далеко не такъ бросается въ глаза, какъ въ прибрежномъ лѣсѣ.
Хотя орхидныхъ тутъ еще цѣлое множество, зато ананасовыхъ совсѣмъ мало; здѣсь
почти вовсе нѣтъ тилландсіи, растенія, напоминающаго бороду и служащаго глав-
нымъ украшеніемъ дѣвственныхъ лѣсовъ Эспириту Санто, Параны и Санта-Ката-
рины. Страстотерпцы, папоротники и бамбуки тоже развиты здѣсь значительно
хуже". Совершенною противоположностью однообразному материковому лѣсу пред-
ставляетъ изъ себя, по словамъ Эренрейха, растительность дельты Амазонской рѣки:
„Каждый футъ земли кишитъ растеніями, которыхъ вызываютъ изъ земли теплые
лучи экваторіальнаго солнца. Даже самая крайняя полоска берега обрамлена зе-
ленью; къ блестящимъ тѳмнозѳлѳнымъ массамъ гуапе и пнсцій примыкаютъ длин-
ные ряды Агшп, несущихъ листья въ видѣ щитовъ и образующихъ по берегу на-
стоящій заборъ. Густыя массы филодендрона и бигноній свѣшиваются къ водѣ съ
макушекъ ближайшихъ деревьевъ, такъ что весь этотъ хаосъ лѣсныхъ и водныхъ
растеній сливается въ одну непроницаемую зеленую массу. Деревья не достигаютъ
здѣсь особенно высокаго роста, однако пышный покровъ паразитовъ (?) придаетъ
имъ величественный видъ, такъ что они почти что годятся въ соперники жителямъ
берегового лѣса. Характерной особенностью этихъ болотистыхъ лѣсовъ оказываются
безчисленныя пальмы всевозможныхъ видовъ, начиная съ лазящей яцитары до
столбовидной мирити, подымающей свою тѣнистую макушку до 20—30 метровъ, и
не менѣе гордой Махішіііапа гѳ$іа“.
5. Восточно-бразильская область тропическаго лѣса простирается
на протяженіи болѣе 12° широты по восточному склону Сіерра-до-Мара и низмен-
ности до береговыхъ лѣсовъ. Нагорные лѣса носятъ названіе Мато-джѳраль
(обыкновенные лѣса), лѣса по равнинѣ Мато-вирджемъ (дѣвственные лѣса). Въ
низменности преобладаютъ пальмы, напр. виды Оеопота, Сосоз, Азігосагуит Аугі,
миртовое ЬесуіЫз ОНагіа съ плодами, напоминающими горшки, покрытые крышкою
и содержащіе въ себѣ сѣмена въ видѣ миндалинъ, пѳрнамбуковое или бразильское
дерево (Саезаіріпіа есЫпаіа); на склоны горъ подымаются древовидные папорот-
ники, бамбуки, молочаи, вербены, сцитаминовыя и меластомовыя съ дугонерв-
ными листьями (стр. 226). Въ Мато-виржемѣ человѣку кажется, будто онъ во-
шелъ въ безконечную коллонаду, крыша которой сложена изъ коронъ гигантскихъ
лиственныхъ породъ: дѣло въ томъ, что стволы подымаются на 60—100 футовъ,
но неся ни одного сука, а затѣмъ уже на макушкѣ распадаются въ зонтикъ. О без-
конечномъ разнообразіи паразитной флоры, помѣщающейся на сучьяхъ этихъ дере-
17. Тропическая часть ЮжноА Америки.
103
вьѳвъ, можно скорѣе догадываться, чѣмъ видѣть оо въ дѣйствительности, такъ какъ
короны слишкомъ далоко отстоятъ отъ земли, а густой, древовидный подлѣрокъ не
даетъ взору возможности проникнуть слишкомъ далеко вверхъ. Тѣсно сближенные
стволы подлѣска и сплетеніе спускающихся со всѣхъ сторонъ ліанъ лишаютъ пут-
ника возможности составить себѣ ясное понятіе объ отдѣльныхъ представителяхъ
растительности (Эрснрейхъ). Въ горномъ Мато-джералѣ напротивъ того „уже не
увидишь больше безбрежнаго моря гигантскихъ стволовъ, тутъ прежде всего бро-
саются въ глаза тѣ растительныя формаціи, которыя хорошо знакомы намъ по
нашимъ теплицамъ, именно пальмы, папоротники и бамбуки, виды которыхъ посто-
янно мѣняются. Гигантскій тростникъ таркваро, достигающій здѣсь нерѣдко 20
метровъ длины при 6 дюймахъ ширины, и громадные сердцевидные листья большихъ
экземпляровъ таро и многочисленные древовидные папоротники образуютъ здѣсь
густыя заросли. Хотя растенія, образующія подлѣсокъ, остаются въ этихъ болѣе
свѣтлыхъ, богатыхъ воздухомъ мѣстахъ также невысокими, такъ какъ одна особъ
тѣснитъ другую, тѣмъ не менѣе ихъ массовое появленіе дѣлаетъ лѣсъ въ полномъ
смыслѣ слова непроходимымъ" (Эрѳнрейхъ).
6. Область Каатинга съ растеніями, зеленѣющими во время періода
дождей. 7. Бразильская область кампасовъ. 8. Верхнѳбразил^ская
область барбаценій. Эти три области центральной Бразиліи отличаются отъ сы-
рыхъ тропическихъ, обрамляющихъ ихъ мѣстностей, сухимъ тропическимъ климатомъ
и лѣсами, одѣтыми зелеными листьями лишь во время періода дождей. Области Каа-
тинга (стр. 228), обнимающія мѣстность Цеара-Пернамбуко-Піауги, сѣвернаго
Гойаза и Матогроссо, получили свое названіе отъ своеобразной растительной фор-
маціи, занимающей середину между саваннами и лѣсомъ; это область разрѣжен-
наго лѣса, въ которой отдѣльно стоящія деревья, чередующіяся съ пальмами и са-
ваннами, не подымаются выше 12 метровъ. Хотя во время періода дождей расти-
тельность и носитъ тропическій характеръ, однако, по словамъ Марціуса, въ сухое
время года „земля растрескивается отъ жары, растительности совершенно нѣтъ, а
лѣсныя животныя и человѣкъ со стадами, томимыя жаждою, принуждены бываютъ
совершать переселенія". Характерными растеніями Каатинги оказываются: изъ
пальмъ Сосоз согопаіа, пальма карнауба (Сорегпісіа сегіГега), которой нѣтъ въ кам-
пасахъ, хотя въ Гранъ-Чако она появляется вновь \ пальмы-бурити (Маигіііа
ѵіпіГега и Маигіііа агтаіа), столбчатые кактусы, шерстяныя-деревья (Вошѣасеае)
со стволомъ, похожимъ на бочку (стр. 228), теребинтовыя, бобовыя, молочаи, ми-
мозы, комбретовыя, хризобалановыя, мальвовыя и верноніевыя.
Около южной границы жаркой тропической области лежитъ область кампа-
совъ (стр. 229), простирающаяся отъ Минасъ-Гераёсъ до Санто-Паоло и по всему
южному Гойазу. Въ Саваннахъ, т.-е. травянистой степи съ уродливыми деревьями
(зегіаоз), заросли такихъ деревьевъ встрѣчаются почти только по берегамъ рѣкъ или же
попадаются изолированными группами (сарбез), мѣстами можно бываетъ замѣтить
и кустарниковую формацію (саггазсоз), а на участкахъ, заливаемыхъ рѣками, по-
жалуй даже и вѣчнозеленую растительность (рапіапаіез). Красноватая глинистая
1 Воскъ карпауба, доставляемый этой пальмой, отличается нерастворимостью въ
спиртѣ.	Прим. перев.
104
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
или бѣлая песчаная почвы покрываются сѣрозелеными злаками (Ескіііоіаепа зсаѣга,
виды Раяраішп, Тгізіе^із ^Іиііпоза), среди которыхъ попадаются разные цвѣты.
Изъ пальмъ здѣсь остались только карликовые виды Сосоз. Особенно печальный
видъ производятъ кампасы въ сухое время года. „Воздухъ неподвиженъ, ни одна
былинка но шелохнется, на землѣ валяются сухіе листья. Хотя большая часть
оставшихся па деревьяхъ листьевъ и сохранила свой здоровый зеленый цвѣтъ, од-
нако многіе изъ нихъ прогрызаны и продыравлѳны, а толстые, кожистые листья по-
крыты бурыми пятнами. Такъ какъ листья вообще малы и сидятъ на концахъ
вѣтвей, то весь передній планъ занятъ кривыми стволами и сучьями, какими пред-
ставляютъ въ сказкахъ „вѣдьмины помела". Не мало встрѣтишь тутъ и совсѣмъ го-
лыхъ деревьевъ, а отъ нѣкоторыхъ остались одни лишь тонкіе пеньки" (фонъ-денъ-
Штейнѳпъ).
Въ верхне-бразильской области барбацѳніѳвыхъ, по словамъЭрен-
рейха, „на протяженіи цѣлыхъ миль не встрѣтишь ничего кромѣ изуродованныхъ
деревцовъ съ прихотливо завитыми стволами, толстой шелушащейся корою и твер-
дыми листьями сѣрозеленаго цвѣта, среди нихъ маленькія пальмы, напр. Сосоз сат-
рѳзігіз, пальму Зуа^гпз ЬоігуоГѳга и др., затѣмъ шарообразные кактусы и су-
хіе злаки. Особенно странный обликъ имѣютъ звѣздчатые экземпляры многолѣт-
ника РаераІапИшз въ полтора метра вышиною, равно какъ и древовидныя лиліи
(Вагѣасѳпіа и Ѵѳііоііа), напоминающія канделябры и покрытыя прелестными бѣлыми
и фіолетовыми цвѣтами. На большія пространства тянутся сплошныя низкія кустар-
никовыя заросли, такъ называемыя Сѳггасіоз, которыя на болѣе плодородной почвѣ
могутъ приближаться къ настоящимъ лѣсамъ.
Къ тропической части Южной Америки флористически примыкаетъ субтро-
пическая съ тремя областями:
9. Южнобразильская область араукарій. 10. Южная подтро-
пическая и умѣренная область Андъ. Гранъ-Чако, вдвинутый въ эти двѣ
области клиномъ отъ Ріо-Маммѳрѳ до Саладіельо (стр. 233), представляетъ изъ
себя парковый ландшафтъ съ рощами восковой пальмы (Сорегпісіа сегіГега) и ви-
дами Воп&аіпѵіііѳа съ красивыми цвѣтами. Область араукарій обнимаетъ провин-
ціи Парану, Св. Екатерины (Санта-Катарина), Ріо-Гранде до Суль, Парагвай,
Энтрѳ-ріосъ и ту часть Уругвая, гдѣ нѣть пампасовъ. Очень характерными
являются свѣтлые лѣса изъ Агапсагіа Ьгазіііапа со стволами въ Р/г—5х/г метра
толщины, которые стоятъ довольно далеко другъ отъ друга и несутъ плоскую, рѣдкую
корону. Сѣмена чилійской Агапсагіа ітѣгісаіа1 идутъ въ пищу. Отсюда же ро-
домъ и мате или парагвайскій чай (Пех рага^піпепзіз), дерево, образующее заро-
сли или лѣса и достигающее 30 метровъ въ вышину. Листья и молодыя вѣтви,
богатые коффеиномъ, сушатся, затѣмъ ихъ толкутъ въ порошокъ и настаиваютъ
на кипяткѣ освѣжающій и укрѣпляющій чай, который притомъ не лишаетъ чело-
вѣка сна, какъ дѣлаетъ это его китайскій собратъ. У жителей Южной Америки
отъ экватора до Патагоніи „УегЬа йе Маіѳ" имѣютъ почти такое же значеніе, какъ
въ Европѣ кофе, и, можетъ-быть, вскорѣ она и у насъ станетъ популярнымъ напиткомъ.
1 Въ Массандрѣ и Ливадіи (па южномъ берегу Крыма) почтенные экземпляры
этого своеобразнаго хвойнаго растутъ прямо въ грунту.	Прим. перев.
17. Тропическая часть Южной Америки.
105
По крайней мѣрѣ въ Англію напитокъ мате уже проникъ. Культурою мате съ успѣ-
хомъ занимались іезуиты (1609—1768), жившіе въ миссіяхъ между Уругваемъ
и Параною. Впрочемъ индѣйцы племени гварани пользовались этимъ растеніемъ
какъ лакомствомъ, и Рошбрюннъ нашелъ Пѳх рага^піпопзіз даже въ древнихъ перу-
анскихъ могилахъ Анкона1. Листья собираютъ, начиная съ декабря по самый
августъ. Вѣтви срѣзаютъ, проводятъ черезъ голый огонь и затѣмъ поджариваютъ
листья на плетенкахъ надъ костромъ. Черезъ 36—48 часовъ листья толкутся
деревянными дубинами. Такъ приготовляютъ мате туземцы; лучше однако поджа-
ривать листья на сковородахъ. Кромѣ настоящей „УегЬа сіе Маіѳ" Рѳйссекъ на-
считываетъ еще семь видовъ южно-американскаго падуба (Пех), изъ которыхъ осо-
бенно важенъ Пех НшпЪоМііапа; они служатъ для поддѣлки настоящаго напитка.
Надъ травяными степями мы встрѣчаемся здѣсь еще съ перистыми пальмами самыхъ
южныхъ кокосовыхъ (Сосоз Уаіаі, Баііі и аизігаііз), а изъ вѣерныхъ родъ ТЬгі-
іЬгіпах.
Аргентинская область нагорнаго лѣса (стр. 232) простирается къ югу
отъ Гранъ-Чако по восточному склону Андъ отъ 19—27° юж. широты и зани-
маетъ всѣ предгорья до 3000 метровъ высоты. Лоренцъ различаетъ:
А.	Нижнія формаціи до 1000 мѳтр. вышиною (Мопіез зпМгорісоз). Тутъ
растутъ стройныя деревья съ густыми коронами и богатымъ подлѣскомъ; характер-
ное для этой мѣстности бобовое МасЬаѳгішп Тіра, затѣмъ Яесіапсіга рогрЬугіа,
нопалъ (Іп^іапз аизігаііз) и Сѳсігеіа Ьгазіііепзіз.
В.	Верхнія формаціи до 2400 мѳтр. съ пино (Роіосагриз ап^пзііГоІіа)
и ольхою-ализо (Аіппз асшпіпаіа), образующей цѣлыя лѣсныя заросли, эскалло-
ніями, ЗагоЬпсиз Рѳгиѵіапа и розоцвѣтнымъ Роіуіѳріз гасешоза, достигающимъ
6 мѳтр. вышины.
С.	Альпійскіе луга до 3000 мѳтр., богатые альпійской флорой.
Бурмейстѳръ характеризуетъ въ своемъ „Путешествіи по штатамъ Ла-Плата“
аргентинскій лѣсъ слѣдующими словами: „какъ легко замѣтитъ всякій спеціалистъ,
своеобразный характеръ подтропическаго лѣса обнаруживается въ томъ, что онъ
составленъ не изъ однихъ лаурелій, но также изъ другихъ высокихъ деревьевъ,
которые растутъ съ ними въ сообществѣ и придаютъ лѣсу смѣшанный характеръ
тропическаго; болѣе всего здѣсь бросается въ глаза нопалъ («Гп^іаиз аизігаііз),
стройное дерево съ высокимъ, прямымъ стволомъ, корона котораго очень мала и
сіяетъ свѣжею зеленью, такъ какъ дерево ежегодно мѣняетъ листья, чего лавреліи
не дѣлаютъ. Къ нопалу присосѣжпвается постоянно Сеігеіа оіогаіа, также строй-
ное дерево съ длинными, перистыми листьями, довольно большія ланцетовидныя
дольки которыхъ зазубрены по краямъ. Кромѣ того мнѣ показали пино, однако
оно противъ всякаго ожиданія оказалось не хвойнымъ, а своеобразнымъ растеніемъ
съ высокимъ, прямымъ стволомъ, который на вершинѣ несетъ очень маленькую,
мелколистную корону. Агапсагіа Ьгазіііепзіз но растетъ въ этихъ лѣсахъ". Зато
тѣмъ чаще встрѣчаются „вайи папоротниковъ; тонкія ліаны свѣшиваются съ куста
1 Интересно при этомъ, что чайники, въ которыхъ его заваривали въ столь
отдаленныя времена, чрезвычайно напоминаютъ по формѣ наши современные.
Прим. перев.
106	I- Растительныя области материковъ и острововъ.
на кустъ, раскачивая на воздухѣ свои тонкія вѣтви, а среди всего этого особенно
интересны дикіе апельсины, которые изрѣдка можно видѣть въ лѣсу на рослыхъ де-
ревьяхъ. Вбираясь выше на гору, приходится констатировать уменьшеніе дере-
вьевъ въ ростѣ, стволы ихъ также становятся тоньше и тоньше, наконецъ оказы-
ваются не толще человѣческой ноги...., короны становятся меньше, листья нѣжнѣе,
зеленая крыша листвы пропускаетъ больше свѣта, и вообще растительность дѣлается
гораздо бѣднѣе
Кромѣ перечисленныхъ выше полезныхъ растеній въ Америкѣ встрѣчается
еще маніока или кассава (ІаігорЬа МапіЬоі, стр. 231), далеко распространенная
теперь въ культурѣ, мучнистые корни который являются главною пищею тропи-
ческихъ индѣйцевъ, затѣмъ земляной орѣхъ (АгасЫв Ьуро^аѳа \ стр. 231),
ананасъ (Алапав заііѵпз), кустарникъ кока (Егуііігохуіоп Соса), изъ котораго
добывается столь распространенный въ современной медицинѣ кокаинъ, рвотный
корень (Серііаёііз ІресаспапЪа, стр. 231) и мн. др. Плантація въ Парагваѣ
изображена на стр. 230.
18. Вершины Андъ н южная (австральная) часть Южной
Америки.
Выше уже было сказано, что границею между тропической южно-американской
и горно-австральною флорою оказывается линія, проходящая отъ бухты Гуаякиль
черезъ восточныя склоны горъ къ югу. Она заключаетъ въ себѣ на востокѣ арген-
тинскій нагорный лѣсъ, Гранъ-Чако и область бразильскихъ араукарій. Являясь
меньшею по своей поверхности, но болѣе разнообразною въ климатическомъ отно-
шеніи, разсматриваемая нами теперь мѣстность занимаетъ всю остальную часть Юж-
ной Америки вмѣстѣ съ Огненной Землею. Кромѣ перуанскаго побережья до тро-
пика Козерога и мѣстности близъ устьевъ Ла-Платы, имѣющихъ еще тропическій
климатъ, австральная область принадлежитъ умѣренному, а на самомъ южномъ концѣ
своемъ — холодному поясу. Отъ мыса Горна до Архипелага Хоноса средняя тем-
пература января достигаетъ только 10°, атлантическій берегъ оказывается нѣсколько
теплѣе. Зимняя изотерма іюля опускается въ горахъ Огненной Земли до 0°, между
тѣмъ какъ іюльская изотерма въ 10° пробѣгаетъ по Южной Америкѣ подъ 36°
южной широты. Въ пустынѣ Атакамѣ, къ сѣверу отъ тропика, засуха достигаетъ
величайшихъ размѣровъ, на 30° южн. широты осадковъ выпадаетъ столько, что
возможно уже появленіе деревьевъ, а подъ 35° развивается уже пышная формація
лѣса. Такое разнообразіе климатическихъ воздѣйствій и крайне неровное устрой-
ство поверхности обусловливаютъ чрезвычайную измѣнчивость характера расти-
тельности этой мѣстности.
Область пампасовъ Де-Ла-Платы (стр. 233) отличается обширными,
1 Это бобовое растеніе интересно въ томъ отношеніи, что цвѣтоножки со зрѣ-
лыми плодами сами опускаются и зарываютъ плодъ въ землю (отсюда видовое назва-
ніе). Въ послѣднее время па югѣ Россіи (близъ Одессы) были сдѣланы удачныя по-
пытки развести это полезное растеніе, сѣмена котораго въ поджаренномъ видѣ идутъ
въ пищу и подъ именемъ „китайскихъ орѣшковъ“ и пользуются у насъ на югѣ большой
популярностью.	Прим. перев.
18. Вершины Андъ и южная (австральная) часть Южной Америки. 207
сплошными равнинами, заросшими травою, которыя даютъ чудное пастбище для
безчисленныхъ стадъ лошадей, овецъ и рогатаго скота. Злаки относятся къ родамъ
Агізіісіа, Мѳііса, РаррорЬогпш, 8ііра и др. Особенно красива „пампасовая трава"
(бупегіпт), разводимая садовниками и у насъ. Деревья держатся по берегамъ
рѣкъ; по Гризебаху „здѣсь царитъ рѣдкая зелень бобовыхъ деревьевъ, въ пере-
межку съ ивами, съ вѣчнозелеными лаврами и одичалыми апельсинами и персиками,
которые оплетены ліанами и покрыты ихъ цвѣтами и цвѣтущими эпифитами. Изъ
мѣстныхъ древесныхъ породъ омбу (Рігсиша (ііоі’са) интересенъ тѣмъ, что благо-
даря его быстрому росту и тѣнистой маковкѣ его часто сажаютъ среди травяной
степи". Просто трудно повѣрить, какъ сильно измѣнился коверъ растительности
съ 1533 года, когда европейскіе колонисты впервыѳ посѣтили Ла-Плату. Черто-
полохъ-артишокъ (Сулага сапішісиіиз), который былъ привезенъ сюда изъ Испаніи
въ 1769 году, и фенхель (Гоелісиіпз) на громадныхъ пространствахъ совершенно
вытѣснили туземную растительность. Въ одной Банда-оріѳнталь, по разсказамъ
Дарвина, посѣтившаго пампасы въ 1835 г., „весьма много (вѣроятно многія сотни)
квадратныхъ километровъ покрыты большимъ количествомъ этихъ колючихъ расте-
ній1 и стали непроходимыми для людей и животныхъ.... Среди волнистыхъ рав-
нинъ, гдѣ встрѣчаются эти громадные дикіе огороды, ни одинъ чужой организмъ уже
не въ состояніи жить. Между тѣмъ до появленія ихъ почва очевидно была
здѣсь, какъ и въ другихъ частяхъ, покрыта пышнымъ ковромъ растеній. Безъ со-
мнѣнія здѣсь были поселены кромѣ фенхеля и артишока еще и другія растенія;
такъ напр. острова близъ устьевъ Параны густо покрыты персиковыми и апельсин-
ными деревьями, которыя появились тамъ благодаря тому, что сѣмена ихъ были
занесены сюда теченіемъ рѣки".
Между пампасами и Андами лежитъ аргентинская область раститель-
ности эспиналь (колючей) съ колючими кустами, зарослями жесткихъ мохнатыхъ
деревьевъ и солончаковыхъ растеній. О характерномъ растеніи этой области, кустѣ
ханьяръ (Стопгііаеа (іесогіісапз) Лоренцъ говоритъ слѣдующее: „густыя дерновины
низкаго кустарника одѣваютъ маленькія возвышенности свѣжею золенью, между
тѣмъ какъ повсюду кругомъ видна лишь голая земля. Однако пусть путникъ по-
остережется присѣсть на такую дерновинку: она представляетъ изъ себя низкое расте-
ніе въ родѣ мимозы съ весьма острыми колючками, къ которому почти немыслимо
прикасаться; оно покрываетъ здѣсь большія пространства слабо-волнистой почвы,
которая очевидно чрезвычайно суха. Товарищемъ этой мимозѣ является вербеновое
растеніе, также твердое и вооруженное колючками, затѣмъ нѣкоторые скудные злаки
и кусты рѳтамы, одинъ хвойникъ ЕрЬесіга и мохнатые кустики пальмъ; при этомъ
не слѣдуетъ забывать и о кактусахъ, опунціяхъ съ желтыми цвѣтами или большихъ
мамилляріяхъ, безъ которыхъ не обходится почти ни одинъ пригорокъ, хотя отъ того
1 Вообще сложноцвѣтныя являются прекраснымъ примѣромъ того, какъ много
можетъ сдѣлать общество при полной солидарности своихъ отдѣльныхъ членовъ: от-
дѣльные цвѣты, во имя общаго блага и защиты, собираются въ столь тѣсную семью,
что въ общежитіи ихъ даже не различаютъ и считаютъ все подчасъ весьма многочис-
ленное соцвѣтіе (артишока, одуванчика, ромашки, подсолнечника и пр.) однимъ цвѣткомъ.
Въ виду этого-то сложноцвѣтныя и одерживаютъ вездѣ побѣду въ борьбѣ за существо-
ваніе и вытѣсняютъ другія, менѣе приспособленныя растенія. Прим. персв.
108
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
названіе колючей растительности получаетъ только еще больше оправданія. Это одна
изъ безплоднѣйшихъ и самыхъ унылыхъ растительныхъ формацій, какую когда-
либо видѣлъ человѣкъ “.
Пожалуй еще безотраднѣе оказывается растительность патагонскихъ полей
щебня, занимающихъ мѣстность между хребтомъ горъ съ западной и Атлантиче-
скимъ океаномъ съ восточной стороны, къ югу отъ области эпиналь. „Флора здѣсь
чрезвычайно бѣдна и состоитъ изъ растеній, которыя могутъ жить лишь на сухихъ
каменистыхъ равнинахъ или на влажныхъ, защищенныхъ долинахъ. У Санта-
Круца (50° юж. шир.) Бергу удалось еще собрать 60 видовъ, и онъ замѣтилъ
постепенное исчезновеніе злаковъ. СЬпдшга^а егіпасеа и другія кустарниковыя
сложноцвѣтныя, вмѣстѣ съ видами Ріапіа^о, ѴегЪепа, Асаѳпа и Маг§угісагрпз
оказываются наиболѣе характерными; кустарники рѣдко достигаютъ вышиною метра,
листва вездѣ тусклосѣрая, красивые цвѣты появляются кажется только у Аіѳзшіа"
(Друде)-
Расположенные ближе къ западу обильно орошаемые склоны Андъ покрыты
лѣсомъ. Южная оконечность Патагоніи, начиная приблизительно съ 46° южной
широты, и Огненная земля даютъ пріютъ антарктическому кустарниковому
лѣсу. Послѣднимъ хвойнымъ оказывается здѣсь ЬіЬосесІгиз іеіга^опа, похожій
на кипарисъ, буки (Еа^пз апіагсііса и ѣеіпіоі’сіез) несутъ мелкіе листья на низшихъ
стволахъ, Еа^пэ рпшіііо образуетъ только лишь зеленую дерновину-подушку въ
футъ вышиною. Состоя членомъ эспедиціи „Бигля", Дарвинъ ботанизировалъ на
южномъ берегу Огненной Земли. „Всѣ деревья, пишетъ онъ, принадлежатъ од-
ному виду, Еа^пз ЬеіпІоТсіез, такъ какъ число другихъ видовъ бука и магноліи
Бгішуз УѴтіегі очень незначительно. Букъ этотъ но сбрасываетъ листьевъ въ про-
долженіе всего года; однако листва у него окрашена въ своеобразный буроватозѳ-
леный цвѣтъ со слегка желтоватымъ оттѣнкомъ. Такъ какъ въ этотъ цвѣтъ окра-
шена вся мѣстность, то колоритъ ея оказывается тусклымъ, мрачнымъ; лучи солнца
также не очень часто оживляютъ ее.... Мы подъѣхали въ лодкѣ къ подножью горы
(Моунтъ-Тара) и начали восхожденіе. Лѣсъ начинается на самомъ берегу и часа
черезъ 3 меня совершенно покинула надежда добраться до вершины. Лѣсъ сталъ
настолько густымъ, что нужно было все время справляться съ компасомъ, такъ какъ
хотя мы и находились въ гористой мѣстности, однако никакой возможности оріен-
тироваться не было. Въ глубокихъ ущельяхъ мертвенное молчаніе этой мѣстности
превосходило всякое описаніе.... Все было такъ тускло, сыро и холодно, что даже
грибы, мхи и папоротники не могли тутъ расти. Въ долинахъ едва можно было
пробраться ползкомъ, такую баррикаду представляли изъ себя большіе сгнившіе
стволы деревьевъ, опрокинувшіеся то въ одну, то въ другую сторону. Если кому
изъ насъ приходило въ голову пойти по этимъ естественнымъ мостамъ, то онъ нерѣд-
ко проваливался въ трухлявой древесинѣ по самое колѣно; облокотишься бывало о
твердый стволъ и вдругъ съ ужасомъ замѣтишь, что онъ состоитъ изъ гнилой массы,
готовой каждую минуту обрушиться.... Выше лѣса можно встрѣтить только карли-
ковыя альпійскія растенія, появляющіяся въ торфяной массѣ и участвующія въ ея
образованіи".
Ближе къ сѣверу въ области Андъ продолженіемъ кустарниковаго лѣса
18. Вершины Андъ и южная (австральная) часть Южной Америки. Ю9
является вальдивійская область хвойнаго лѣса. Чилійская Агаисагіа
ігаЬгісаіа (стр. 234) со стволами въ ЗОм. вышиною и съѣдобными сѣменами, Гііх-
гоуа раіа^опіса \ Ьіѣосѳсігиз Теіга^опа и дѳрево-маньинъ (Росіосагриз пиЫ^епа,
см. стр. 105) оказываются наиболѣе типичными хвойными данной мѣстности. Изъ
лиственныхъ мы встрѣчаемся здѣсь съ лавровыми и мониліѳвыми (Регзеа, Роити8),
затѣмъ здѣсь растутъ розоцвѣтныя (ЕугсурЬіа сог(Шо1іа) древовидное сложноцвѣтное
Иоіоѵіа, магнолія Игішуз Ѵіпіегі, кора которой (винтѳрова кора или Магелланова
корица) прежде употреблялась какъ противолихорадочное и антискорбутное (про-
тиво-цынготное) средство, затѣмъ буки съ вѣчнозелеными или опадающими листьями
(Еа^пз Ьѳіиіоісіез, ВогаЬѳуі, оЫіциа, ргосега). На западномъ южно-американскомъ
побережьѣ въ этой области начинается антарктическая флора, оказывающаяся во мно-
гихъ отношеніяхъ сходной съ новозеландскою.
Въ южной части Чили повидимому находится родина картофеля (Зоіашіт
іиЬегозшп). Дикіе клубни во всѣхъ отношеніяхъ сходны съ нашими картофели-
нами и даже обладаютъ тѣмъ же самымъ запахомъ; однако, если ихъ сварить, то
они сильно сморщиваются и становятся безвкусными и водянистыми, хотя никакой
горечи въ нихъ примѣтить нельзя. Дикіе виды картофеля изъ Перу или Аризоны
(въ Сѣверной Америкѣ) столь значительно различаются отъ Зоіапшп іиЬегозшп,
что родиною этого важнаго вида необходимо назвать Чили и прилегающіе къ тихо-
океанскому побережью острова. Исторія распространенія картофеля оказывается
какъ разъ обратною побѣдоносному шествію табака (см. стр. 95), который тоже
представляетъ изъ себя американское пасленовое. Въ то время, когда курево считалось
дѣтищемъ ада, многіе благородные мужи выбивались изъ силъ, чтобы пропаганди-
ровать обработку картофеля и повсюду встрѣчались съ сильнымъ противодѣйствіемъ.
Клубни получили названіе „свиного корма“ и понадобились отчаянныя голодовки,
чтобы показать, какимъ сокровищемъ оказывается на самомъ дѣлѣ картофель. Хотя
если вспомнить о приготовленіи водки изъ картофеля,.то придется допустить, что и
этотъ даръ Новаго Свѣта подобно НѳгЬа піеоііапа оказывается нѣсколько обоюдо-
острымъ. Иностранное растеніе вѣроятно получило названіе картофеля отъ италь-
янскаго Тагіийоіі (трюфели 1 2; англійское названіе роіаіо, повторяющееся на раз-
ныхъ нѣмецкихъ діалектахъ (а также въ скандинавскихъ языкахъ), происходитъ
отъ испанскаго слова раіаіа; нѣмецкое ЕгсіарГеІ (земляное яблоко) повидимому ис-
кони народное названіе, а вовсе не переводъ французскаго рогато (іе іѳгго или
голландскаго Агіаррѳі, какъ это нѣкоторые утверждаютъ. Дѣло въ томъ, что еще
Фризо (1519 г.) описывалъ подъ именемъ земляного яблока дыню, а въ то время
1 Фицроемъ назывался капитанъ корабля Бигля (Веадіе), на которомъ Дарвинъ
совершилъ знаменитое кругосвѣтное путешествіе, описанное имъ въ своихъ мемуарахъ.
Во время этого плаванія у него впервыѳ зародились идеи измѣняемости видовъ, или,
вѣрнѣе, были собраны матеріалы для ея категорическаго доказательства, которые онъ
опубликовалъ лишь 20 лѣтъ спустя (въ 1859 г., одновременно съ Уолласомъ) въ классиче-
скомъ сочиненіи „Происхожденіе видовъ44 (Огі^іпез оГ зресіез). Фицрой самъ былъ вы-
дающимся мореплавателемъ и метеорологомъ. Оставилъ описанія своихъ путешествій.
Род. въ 1805, покончилъ самоубійствомъ въ припадкѣ сплина въ 1865 г. Съ 1843—1846 г.
былъ губернаторомъ Новой Зеландіи.
2 Говорятъ, что мольеровскій герой „Тартюффъ44 получилъ отъ автора свою
кличку потому, что итальянскіе монахи рвались изъ за трюфелей къ епископскому
столу и готовы были для этого пуститься на всякую низость и лесть. Прим. перев.
по
I. Растительныя области материковъ и острововъ.
картофель врядъ ли могъ попасть въ Европу. Клузіусъ (Шарль-дель-Эклюзъ), ко-
торому въ 1588 году первому изъ австрійцевъ попался въ руки этотъ доселѣ по-
вѣданный клубень, съ успѣхомъ возрастилъ его, а всего лишь за 5 лѣтъ передъ
этимъ онъ называлъ землянымъ яблокомъ дрякву - альпійскую фіалку (Сусіашеп
ѳигораѳшп). Во всякомъ случаѣ это названіе прилагалось раньше въ Германіи и
Австріи разнымъ растеніямъ 1 и окончательно утвердилось за картофелемъ безо
всякаго иноязычнаго вліянія въ то время, когда растеніе это вошло во всеобщій оби-
ходъ. Когда испанцы завоевали въ 1535 году Перу, они уже повсюду нашли кар-
тофель въ культурѣ и перевезли это растеніе въ Европу. Въ Германіи мы впервыѳ
встрѣчаемся съ нимъ въ 1594 г. въ печатномъ спискѣ растеній сада, устроеннаго
въ Бреславлѣ д-ромъ Шольцомъ 1 2.
Между южно-чилійскими лѣсами и перуанской областью прибрежныхъ степей
лѳЗкитъ хорошо отграниченная съ двухъ сторонъ чилійская переходная фор-
мація, богатая эндемичными видами. Древесныя породы здѣсь очень скудны. На
физіономію этой мѣстности особенно вліяютъ колючія мимозы, кактусы, ананасовыя
Рпуа и Сгуріосагуа Решппз. Къ чилійскимъ колючимъ кустарникамъ относится
также крушиновое Соііѳѣіа сгпсіаіа съ зелеными, колючими, плоскими вѣтками
(замѣняющими по функціи листья), каждая пара которыхъ повернута къ другой
подъ прямымъ угломъ.
Если мы подымемся выше по тихоокеанскому берегу, то пройдемъ отъ 27°
до бухты Гваякиль южно-американскую область степей-пустынь. Пустыня-
степь Атакама начинается у Кальдеры и достигаетъ на сѣверѣ Тарапаки. „На су-
хомъ западномъ побережья многіе тропическіе элементы прекращаются и на широ-
тахъ, гдѣ по восточному склону Андъ еще встрѣтишь полный тропическій міръ,
здѣсь оказывается умѣренный климатъ. Дождь идетъ черезъ большіе промежутки
времени и вслѣдъ за нимъ спѣшатъ развернуться многіе цвѣты" (Друде). По бе-
регу растетъ гигантская нопаловидная кислица (Охаіів ^і^апіеа). Въ пустынѣ
Атакамѣ Филиппи „въ продолженіе цѣлыхъ десяти часовъ не встрѣтилъ даже и слѣда
растительности*. Въ другихъ мѣстахъ однако вырастаютъ даже деревья, какъ
напр. Ргозоріз 8і1ідиазігпт и между Кальдерой и Копіапо, по словамъ Филиппи,
растительность представляетъ даже нѣкоторое разнообразіе. „Первыя восемь ан-
глійскихъ миль почва совершенно песчаная, мѣстами усѣянная безконечнымъ числомъ
ракушекъ; многочисленныя низкія растенія жили на этомъ повидимому совершенно
сухомъ пескѣ и радовали глазъ своими золотистожѳлтыми, нѳбѳсноголубыми и темно-
красными цвѣтами, однако далеко кругомъ нельзя было замѣтить ни одного куста
1 Подобнымъ образомъ русскій „василекъ* обозначаетъ въ разныхъ мѣстностяхъ
Россіи по крайней мѣрѣ полусотню различныхъ растеній.
2 Въ Россіи картофель распространился лишь въ 30-хъ годахъ, причемъ мѣстами
его водворяли съ солдатами и (въ Вятской губерніи) даже пушками, такъ какъ народъ
сопротивлялся распространенію „чортовыхъ яблокъ*. По питательности картофель зна-
чительно уступаетъ хлѣбу, тѣмъ не менѣе все сельское населеніе Ирландіи почти
исключительно живетъ имъ, и грибная болѣзнь картофеля (РЬуСЬорЫога іпГевІапв), не-
рѣдко вызывала сильныя голодовки. Бокль, желая доказать закономѣрность случай-
ныхъ повидимому дѣйствій человѣка, выяснилъ вліяніе урожая картофеля на число
браковъ въ Англіи (см. начало его классическаго сочиненія: „Исторія цивилизаціи въ
Англіи*). Въ 1877 г. на международной выставкѣ въ Альтенбургѣ было выставлено
2644 сорта картофеля.	Прим. псрев.
18. Вершины Андъ и южная (австральная) часть Южной Америки.
111
п тѣмъ менѣе конечно дерева... Въ исходѣ четверти пути почва становится глини-
стой и покрывается бѣлымъ налетомъ соли. Вслѣдствіе этого растительность полу-
чаетъ совершенно другой характеръ, она состоитъ изъ видовъ Іипсиз, Аігіріѳх н
8а1ісогпіа; вблизи станціи Монте-Амарго я увидѣлъ первыя деревья-ханьяръ, а
вдали показались первые тополя. Желѣзная дорога идетъ далѣе по долинѣ рѣки
Копіапо; почва тутъ повидимому болотистая, покрыта злаками и осоками, кое-гдѣ
попадается камышъ, однако преобладаютъ ВЬеа и СЬіІцшНа; затѣмъ идетъ расти-
тельность эспиносъ (колючая) и ханьярѳсъ, чаще попадаются огороженныя мѣста,
гдѣ растутъ афальера, ломбардскіе тополя и 8а1іх НитЬоШііапа, которая также
отличается пирамидальнымъ ростомъ. Горы характеризуются здѣсь закругленными
вершинами съ отдѣльными, сбѣгающими внизъ острыми хребтами, углубленія между
которыми покрыты пескомъ и щебнемъ и совершенно лишены растительности; тутъ
не встрѣтишь даже кактуса. Тѣмъ болѣе плодородною оказывается долина, если
конечно ость возможность оросить ееа
Нѣсколько богаче флора перуанской береговой стопи. Однако и здѣсь
древесная растительность (оливы, тамариски, Асасіа іогіиоза) оказывается скудной
и въ области Лимѣ „ни одна былинка, ни даже засохшая соломина не доказываетъ
своимъ присутствіемъ хотя бы малѣйшаго плодородія почвы. Тилландсіи со своимъ
черноватымъ и низкимъ стеблемъ или серебристыми листьями имѣютъ такой чуж-
дый и мертвый обликъ, что ихъ какъ-то трудно даже признать за растенія “ (Пен-
ни гъ). Кактусъ Сегѳиз рѳгиѵіапиз (въ видѣ палки) является самымъ характернымъ
видомъ данной области. ,
Выше границы деревьевъ въ патагонскихъ Кордильерахъ начинается альпій-
ская антарктическая область, которая тянется по гребнямъ чилійскихъ и бо-
ливійскихъ горъ и переходитъ на Анды Перу, Эквадора, Колумбіи и Вѳнецуэлы.
Характерныя растенія южной части горной области (именно колючая Асіезшіа, бо-
реальныя гвоздичныя, лютики, антарктическая Агогѳііа &1ѳЬагіа, Асаепа, верески
и злаки) повторяются здѣсь до горныхъ вершинъ Боливіи. Само собою разумѣется,
что элементы этой флоры, которая на Огненной землѣ встрѣчается на вышинѣ 500—
1000 метровъ, а въ Вальдивіи 2000 метровъ, подымаются еще выше—въ Акон-
кагуѣ до 3000, а въ Пунѣ (плоскогорье) Боливіи до 4000 метровъ надъ уровнемъ
моря. Зонтичное Агогеііа образуетъ здѣсь столь густыя заросли, что получается
какъ бы новая, волнующаяся почва, называемая мѣстными проводниками іеггешоіоз
(землетрясенія), такъ какъ, идя по нимъ, чувствуешь, какъ земля колеблется подъ
ногами. Злакъ-туссокъ образуетъ холмы въ 2 метра вышиною, изъ которыхъ тор-
чатъ отдѣльныя соломины. На чилійскихъ Андахъ деревья прекращаются прибли-
зительно на высотѣ 1800 метровъ. Гисфольдъ видѣлъ „въ глубинѣ долинъ, смотря
по высотѣ ихъ надъ уровнемъ моря, то зеленыя эспиносъ, то молочаи и другіе ку-
старники, то хвойникъ и траву, покрытую пестрыми цвѣтами; надъ головою же, на
горѣ, растительность составлена изъ лилейныхъ съ красными цвѣтами, изъ колы-
шащихся дерновинъ вербенъ, изъ желтыхъ ползучихъ соцвѣтій-кистей турецкаго
кресса и сморщившихся кустовъ Асіезтіа. На высотѣ перевала Куссо трава обра-
зуетъ змѣевидно извивающіяся лужайки, совершенно такъ же, какъ это приходится
наблюдать на суровомъ плоскогорьѣ Майпо*. Въ пустынѣ Атакамѣ кактусы и ку-
112	I- Растительныя области материковъ и острововъ.
старішки-тола взбираются высоко на горы. Первые „придаютъ мѣстности чрезвы-
чайно своеобразный, почти сказочный характеръ. То одинъ гигантскій кактусъ по-
дымаетъ на нѣсколько саженей въ высь свой гигантскій правильный стволъ-колонну,
причемъ на немъ иногда появляется одинъ или нѣсколько круглыхъ боковыхъ по-
бѣговъ, величиною съ голову, то колонна на концѣ распадается на нѣсколько круг-
лыхъ булавъ или образуетъ уже надъ самой землею двѣ или три руки, которыя въ
свою очередь выпускаютъ изъ себя толстыя, круглыя вѣтви" (Чуди). На высокихъ
вершинахъ исчезаютъ наконецъ и кактусы и кусты тола, такъ что почва стано-
вится совершенно голою. Перуанское плоскогорье признается родиною кукурузы
(2еа Мауз) и нѣкоторыхъ бобовыхъ, напримѣръ фасоли (РЬавеоІиз ѵиі^агіз &
Іапаіиэ1. Мучнистое сѣмя мареваго растенія СЬѳпоросІіит (^итоа служитъ въ
пищу. Въ Эквадорѣ подъ именемъ пайоналесъ извѣстны плоскогорья, покрытыя
жесткими злаками (Зііра Іпски) „цвѣтъ которыхъ мѣняется въ зависимости отъ
измѣненій въ освѣщеніи отъ свѣтложелтаго соломеннаго до темнобураго, проходя
всѣ промежуточные тона". Далѣе къ сѣверу подымаются узкіе гребни Парамо, ра-
стительность которыхъ рѣзко отличается отъ горнаго лѣса Андъ. Здѣсь типичными
растеніями оказываются сложноцвѣтныя Езрѳіѳііа изъ Колумбіи и Венѳцуэлы, кото-
рыя встрѣчаются на высотѣ 2750—4400 метровъ и подражаютъ карликовымъ
пальмамъ, иногда же представляются „древовиднымъэдельвейсъ" или обманываютъ
путника, принимающаго ихъ за какихъ-то диковинныхъ людей (стр. 234). Евроіе-
на &гап(1Шога (Егаі1е]оп) достигаетъ въ Колумбіи 6 метровъ вышины; стволъ ея
состоитъ изъ рыхлыхъ, клѣтокъ и столь богатъ смолою, что горитъ, даже будучи
мокрымъ.
1 Фасоль постепенно вытѣсняетъ изъ употребленія русскіе бобы (Ѵісіа ГаЪа). ко-
торые были знакомы еще римлянамъ, и чечевицу, извѣстную еще древпебиблейскому
праотцу Якову.	Прим. перев.
II. Флора океановъ.
Флорѣ твердой земли Друдо противопоставляетъ въ видѣ самостоятельной
единицы морскую флору водорослей и морскихъ растеній. Изслѣдованій въ этой
невообразимо обширной области сдѣлано сравнительно мало въ виду того, что эта
отрасль науки довольно молода, и, хотя они привели уже къ хорошимъ результа-
тамъ, но въ настоящее время мы еще далеки отъ того, чтобы строго различать и
рѣзко разграничить формаціи и растительныя области морей и океановъ. Не рѣ-
шены еще даже и принципіальные вопросы, напр. вопросъ о томъ, отличаются ли
другъ отъ друга отдаленные тропическіе берега въ своихъ формаціяхъ водорослей
или нѣтъ.
Однимъ изъ важнѣйшихъ факторовъ развитія водныхъ растеній оказывается
свѣтъ. По мѣрѣ той глубины, куда онъ проникаетъ, можно соотвѣтственно верти-
кальному распредѣленію сухопутныхъ растеній разграничить: 1) верхній при-
брежный поясъ (черта между уровнемъ воды прилива и отлива), 2) нижній при-
брежный поясъ отъ черты самаго сильнаго отжва до глубины 10—15 саже-
ней—20—30 метровъ). 3) Поясъ большихъ глубинъ ниже предыдущаго до
200 саженей глубины). Мы предложили бы отличать еще четвертую область сар-
гассоваго планктона („планктонъ*—гонимое по водѣ) открытаго океана; мил-
ліарды микроскопическихъ діатомовыхъ, пѳридинѳй и оторвавшіяся отъ береговъ
бурыя водоросли образуютъ эту своеобразную формацію открытыхъ морей.
Хотя условія освѣщенія, которыя оказывали столь сильное вліяніе на аркти-
ческую сухопутную флору (ср. стр. 14 п далѣе) несомнѣнно должны вліять и на
растительность полярныхъ морей, однако на число экземпляровъ (особенно значи-
тельное въ діатомовомъ планктонѣ) и на величину ихъ, сравнительно съ которою
сухопутные сосѣди кажутся карликами, главное вліяніе оказываетъ большая тепло-
емкость воды. Огромныя ламинаріи служатъ эскимосамъ сладкимъ лакомствомъ.
„Удивительное зрѣлище представляетъ на берегахъ Гренландіи родственная лами-
наріямъ бурая водоросль А^агшп (стр. 235), похожая на капустный листъ, пла-
стинка котораго просверлена тысячами дырокъ наподобіе рѣшета. Однако лами-
наріи все-таки оказываются карликами по сравненію со своими гигантскими со-
братьями, которые раскрываютъ свои оливковаго цвѣта пластинки въ сѣверной
части Тихаго океана по обоимъ берегамъ Бѳринговаго пролива. Здѣсь Хегѳосуэіів
114
II. Флора океановъ.
разстилаетъ по поверхности моря свою пальмовую корону, состоящую изъ мече-
видныхъ листьевъ1 въ 10 метровъ длиною, которая поддерживается на поверх-
ности воды пузыремъ въ 2 метра въ поперечникѣ и прикрѣплена къ морскому дну
тонкимъ какъ нитка черешкомъ въ 100 метровъ длиною, уподобляясь въ общемъ
летающему дракону (Ф. Конъ).
Что касается „распространенія" этихъ организмовъ, о которомъ извѣстно
довольно мало, то по Друдѳ бореальная область, главное населеніе которой состоитъ
изъ Ьатіпагіа, Аіагіа, Адагпт и Еисиз, достигаетъ въ Европѣ Ирландіи, Франціи
и Испаніи и доходитъ по атлантическому берегу Сѣв. Америки до 41° сѣв. ши-
роты (Капъ Кодъ). Тропическая область гораздо больше выходитъ за предѣлы
двухъ тропиковъ, чѣмъ соотвѣтствующія сухопутныя флоры; она охватываетъ еще
Средиземное море и отличается богатымъ развитіемъ багряныхъ водорослей и сар-
гасса. Австральная (въ противоположность бореальной) область занимаетъ южные
берега Капландіи, Австралію и Новую Зеландію, антарктическую часть Америки и
антарктическіе острова. Здѣсь царятъ виды бурыхъ водорослей, которыхъ нѣтъ на
сѣверѣ; они достигаютъ колоссальныхъ размѣровъ,особенно „левіаѳанъ раститель-
наго міра" Масгосузіів 1 2 и Бигѵіііаеа.
1 Надо Замѣтить, что морфологія и анатомія (или, какъ говорятъ теперь, „вну-
тренняя и внѣшняя морфологія*) морскихъ водорослей является самою молодою, едва
затронутою областью ботаники. Принадлежа къ низшимъ, просто организованнымъ ра-
стеніямъ, водоросли относятся ботаниками къ такъ называемымъ слоевцовымъ, кото-
рыя лишены внѣшняго и внутренняго строенія, и потому, если въ водоросли встрѣча-
лись образованія въ видѣ корня, стебля и листа, ихъ считали лишь случайно напо-
минающими высшія формы измѣненіями слоевища. Дѣйствительно подводный образъ
жизни совершенно мѣняетъ строеніе растенія, и функція листа, питаніе (при посредствѣ
хлорофилла) легко можетъ здѣсь распредѣлиться по всему тѣлу водоросли, стебель тоже
оказывается повидимому лишнимъ, такъ какъ водоросли по удѣльному вѣсу равны водѣ
и поддерживать ихъ не надо, а, плавая въ водѣ, имъ не нуженъ и корень, главная
функція котораго состоитъ въ томъ, чтобы доставлять воду изъ земли. Такимъ обра-
зомъ теоретически морскія водоросли, казалось бы, могутъ быть совершенно лишены ка-
кихъ бы то ни было органовъ, н потому, составивши себѣ о нихъ такое представленіе,
ученые не трудились глубже вникнуть въ строеніе этихъ организмовъ. Однако ошибка
такого взгляда не замедлила обнаружиться: если воздѣйствіе внѣшнихъ условій и не
сказывается такъ рѣзко на водныхъ, нежели на сухопутныхъ растеніяхъ, оно несо-
мнѣнно существуетъ. Хотя и не столь отчетливо, но и температура мѣняется, а прибой
волнъ береговой полосы, вмѣстѣ съ приливами и отливами, заставилъ водоросли раз-
вить въ себѣ цѣлый рядъ приспособленій, частью соотвѣтствующихъ таковымъ у выс-
шихъ растеній, частью оказывающихся своеобразными. Анатомія водорослей, еще со-
вершенно молодая наука, обнаружила у высшихъ формъ цѣлый рядъ тканей, воздухо-
носную, питающую, ассимилнзаціонную и проводящую, и если до сихъ поръ еще да-
леко не всѣ водоросли изучены, то нельзя все-таки не сознаться, что здѣсь предстоитъ не
только признать внутреннюю правильную, а не случайную организацію, но и выяснить
соотношенія ея съ внѣшними формами, которыя такимъ образомъ также выдѣлятся изъ
безформенной массы слоевища, куда ботаниками прежнихъ временъ относилось все то,
чего они не понимали. Вѣдь до сихъ поръ еще слоевцовыя (ТЬаІІоруіа) противопола-
гаются сосудистымъ (СогторЬуіа), а между тѣмъ у многихъ водорослей — слоевцовыхъ
растеній, по изслѣдованіямъ проф. Виллѳ и моимъ, имѣются самые сложные сосуды —
ситовидныя трубки, и они же давно уже извѣстны у гриба Мегиііив Іасгітапв. И вотъ,
не сомнѣваясь въ томъ, что ближайшее изученіе организмовъ, легко подчиняющихся
внѣшнимъ воздѣйствіямъ, прольетъ свѣтъ на законы „приспособляемости* организмовъ
вообще, мы считаемъ себя вправѣ признавать у нихъ и внѣшніе органы, стебель, корень
и листъ, хотя конечно функціи (особенно корня) этихъ органовъ будутъ нѣсколько иными,
чѣмъ у высшихъ растеній.
2 Масгосуеіів ругіГега бываетъ иногда почти въ полверсты длиною и оказывается
слѣд. самымъ большимъ растеніемъ въ мірѣ, вполнѣ оправдывающимъ свое прозваніе.
Прим, перво.
П. Флора океановъ.
115
Изъ цвѣтковыхъ растеній въ океанской флорѣ участвуютъ всего лишь мор-
скія травы съ приблизительно 30 видами. Большая часть видовъ чрезвычайно
напоминаетъ нашу „морскую траву или траву-ремень" (Хозіега тайла), дающую
хорошій упаковочный матеріалъ х, и является близкимъ сородичемъ рдеста (Роіа-
шо&еіол) нашихъ болотъ. По Ашѳрзону, „большая часть ихъ несетъ узкіе листья,
напоминающіе злаковые, безъ черешковъ, но въ большинствѣ случаевъ о длинныхъ
влагалищахъ, какъ наша извѣстная сѣверо-европейская морская трава Хозіѳга та-
йпа, съ которою остальные представители этого рода растеній сходны также и пол-
зучимъ корневищемъ, съ длинными междоузліями, посредствомъ котораго они не-
рѣдко могутъ покрывать морское дно сплошь, какъ лугъ. Только СутоІосѳаізоёііГо-
Ііа и Сутосіосеа талаіоглт отличаются круглыми, а виды НаІорЬіІа широкими,
округлояйцевидными или продолговатыми листьями, по большей части суживаю-
щимися при основаніи въ черешокъ". Морскія травы населяютъ первый или второй
береговой пояса до 10 метровъ глубины, противостоятъ обнаженію дна во время
отлива и могутъ жить въ полупрѣсной водѣ (Вгаскѵаззѳг), какъ въ томъ легко мо-
жетъ убѣдиться всякій посѣтитель Венеціи, гдѣ Хозіѳга тайла цѣлыми массами
растетъ по лагунамъ. Соотвѣтственно своему подводному образу жизни морскія
травы проявляютъ замѣчательныя біологическія приспособленія. На стр. 39 и слѣд.
ужо быдр описано, какъ у южно-европейской ѴаШзлѳгіа зрігаііз отрываются подъ
водою мужскіе цвѣты и, плавая по ея поверхности подобно челнамъ, переносятъ
пыльцу на рыльце женскаго цвѣтка. То же самое наблюдается также и у напоми-
нающей морскую траву по внѣшнему виду Елаіпз асогойез, который водится въ
Индійскомъ и Тихомъ океанахъ. Вообще же у морскихъ травъ оплодотвореніе со-
вершается подъ водою. Клѣтки пыльцы потому лишены внѣшней кроющей оболочки
(экзины) и вообще, покинувъ пыльцевой мѣшокъ, находящійся подъ водою, „онѣ
имѣютъ видъ вытянувшейся цилиндрической трубки. Когда такая цвѣтень улавли-
вается подъ водою нитевиднымъ рыльцемъ, то ей не приходится прорастать въ
трубку, потому что она достигла уже этой стадіи развитія въ самомъ пыльцевомъ
мѣшкѣ. У родственныхъ водянымъ ремнямъ родовъ Розісіопіа и Сутойосеа, живу-
щихъ въ полусоленой или морской водѣ, длинныя пылинки располагаются въ пыль-
никѣ въ видѣ волнистыхъ или извитыхъ линій, и, будучи выброшенными изъ пыль-
цевыхъ мѣшковъ и уносясь теченіемъ воды, они зацѣпляются за длинныя же, нитевид-
ныя рыльца. Нитевидная цвѣтень НаІорЪіІа раздѣлена даже перегородками на от-
дѣльныя камеры и, будучи уловленной нитевиднымъ рыльцемъ подъ водою, дора-
стаетъ вдоль него до самаго отверстія завязи" (Кернеръ). Многія морскія травы,
напр. Сутойосеа аліагсііса, живущая къ югу отъ тропика на австралійскомъ бе-
регу, цвѣтутъ такъ рѣдко, что долгое время за цвѣты ихъ принимались отводки свое-
образной формы. У этого растенія верхушка побѣга отдѣляется отъ стебля и до тѣхъ
поръ носится по водѣ, пока мякоть листа не сгніетъ, а чѳтырехлопастной прилистникъ,
обращенный въ чешуйки въ видѣ гребней, не удержитъ всего побѣга подобно якорю.
Гораздо большее число морскихъ видовъ и формъ относится къ слоевцовымъ
растеніямъ (см. пр. къ стр. 114), именно водорослямъ (стр. 235 и 236). Онѣ со-
1 Эта трава, называющаяся у итальянцевъ а1і#а (напоминаетъ аіда—водоросль)
употребляется также для набивки тюфяковъ и дешевыхъ подушеіеъ’
116
П. Флора океановъ.
стоятъ либо изъ одной клѣтки, какъ микроскопическія діатомовыя-кремнѳземки1
(стр. 236) или каулѳрпа, подражающая въ своихъ частяхъ стеблю, корню и листу,
несмотря на то, что и у нея клѣтокъ не больше или же изъ многихъ клѣтокъ.
Однако даже самыя большія антарктическія формы, превосходящія „вышиною"
даже австралійскіе эйкалипты, состоятъ лишь изъ клѣточныхъ сплетеній, лишен-
ныхъ сосудовъ. Хотя это и слоевцовыя растенія, однако они какъ бы подражаютъ
высшимъ крѣпко присасывающимися „корнями", круглыми „стеблями" или „ство-
лами" и весьма разнообразно раздѣленными или даже продыравленными листьями ’.
У многихъ видовъ круглые плавательные пузыри, сидящіе къ тому же иногда еще
на ножкахъ, производятъ впечатлѣніе „плодовъ". Багряныя водоросли (ТЪаІаззіо-
рЬуІІпт, см. стр. 2351 2 * 4 *) или багрянки окрашены въ яркій, карминовокрасный или
блѣднорозовый цвѣтъ, гораздо болѣе нѣжный, чѣмъ у кожистыхъ бурыхъ водорос-
лей, которыя при засушиваніи принимаютъ даже черную окраску6. Въ теплыхъ
моряхъ багрянки, покрывая дно, заставляютъ воображеніе наблюдателя рисовать
себѣ луга съ цвѣтами.
Бурыя и багряныя водоросли встрѣчаются почти исключительно въ морѣ; зе-
леныя же водоросли и кремнѳзѳмки (діатомовыя или бацилляріи) попадаются также
въ прѣсной или слегка солоноватой водѣ. Ф. Конъ очень удачно описываетъ флору
водорослей верхняго и нижняго берегового пояса Средиземнаго моря: „Береговая
полоса окаймлена изумруднозѳлѳною полосою морского салата 6 (Ѵіѵа) и кишеч-
никомъ (ЕпіегошогрЬа); нѣсколько глубже подымаются въ видѣ сводовъ бѣловатые
листья павлиньяго хвоста (Райта Раѵопіа); тамъ на утесѣ колышется кораллово-
красная Бавуа, напоминая косу цапли; здѣсь высится кустъ Сегашіиш, нѣжныя
тысячекратно развѣтвленныя вѣтви котораго напоминаютъ пучекъ самыхъ тонкихъ
1 Діатомовыя-кремнеземки получили второе свое названіе оттого, что двустворча-
тый панцырь ихъ пропитанъ кремнеземомъ и потому не уничтожается отъ огня или
гніенія. Поэтому-то кремнеземки образуютъ на днѣ морей иногда громадные пласты,
хотя въ одномъ кубическомъ миллиметрѣ ихъ могутъ помѣститься десятки тысячъ. Та-
кіе пласты діатомовыхъ на днѣ высохшихъ нынѣ морей образуютъ твердую горную
породу трипелъ или трёпелъ, употребляемую для полированія. На такой породѣ
стоитъ городъ Берлинъ. Красивые панцыри діатомовыхъ, кстати очень легко добывае-
мые изъ почвы, воды и т. д. путемъ прокаливанія на огнѣ, обратили на себя вниманіе
любителей, и „діатомированіе“ является своего рода спортомъ, въ родѣ собиранія марокъ.
Само собою разумѣется, эти коллекціонеры ограничиваются срисовываніемъ или фото-
графированіемъ однихъ мертвыхъ папцырей, не углубляясь во внутреннее строеніе и
чрезвычайно интересное размноженіе діатомовыхъ.
2 Въ настоящее время біологическою единицею чаще считается клѣточное ядро
вмѣстѣ съ тяготѣющимъ къ нему участкомъ плазмы („энергида* въ смыслѣ Сакса), не-
зависимо отъ того, окруженъ ли этотъ участокъ оболочкою или нѣтъ. Такъ какъ у
каулерпы ядеръ много, то ея сравнительно крупный видъ (это излюбленный учебни-
ками примѣръ громадной растительной клѣтки) не долженъ очень поражать.
8 См. наши примѣч. на стр. 114.
4 Это тоже бурая, а не багряная водоросль, какъ думаетъ авторъ.
6 Авторъ сильно ошибается, воображая, что живыя багрянки такъ и кажутся
багряными. Въ лучшемъ случаѣ (напр. у Веііевзегіа вап^піпеа) мы встрѣчаемся съ
красновато-бурымъ цвѣтомъ; дѣло въ томъ, что пурпуровый пигментъ (фикоэритринъ)
маскируется у нихъ зеленымъ (хлорофилломъ) и выступаетъ только тогда, если водо-
росль убить (онъ окрашиваетъ тогда воду) или засушить ее. Только выброшенная на
берегъ тина или погибшія особи, плавающія въ водѣ, могутъ быть багрянаго цвѣта.
Окраска бурыхъ водорослей обусловливается пигментомъ фикофеиномъ, который также
находится въ водоросли вмѣстѣ съ хлорофилломъ.
6 Эти водоросли также относятся къ группѣ великановъ-одноклѣтныхъ, какъ и
Саиіегра (Ссмейств. Біріюпсае).	Лри.и. трсв.
II. Флора океановъ.
117
бѣлихъ и красныхъ коралловыхъ нитей. Вотъ ракушка неестественно скоро пробѣ-
жала по дну, и, приглядываясь внимательнѣе, мы замѣчаемъ, что ѳо приводитъ въ
движеніе хищный гость, ракъ-отшельникъ, поселившійся въ пустой скорлупѣ; на
устрицѣ сидитъ на длинныхъ стебелькахъ дюжина изящнѣйшихъ маленькихъ зон-
тиковъ; это уксусницы-АсеіаЪиІагіа, очень похожія на маленькіе грибы. Еще
ниже кустятся темно-бурыя Сізіозеіга, которыя отливаютъ на солнцѣ синеватымъ
металлическимъ блескомъ и въ массѣ напоминаютъ верескъ". Изъ глубинъ антарк-
тическихъ морей знаменитая бурая водоросль Масгосувііз ругіГога подымаетъ къ
поверхности моря свой стебель въ 100, 200 и даже 300 метровъ длиною. Если
его вытянуть въ длину, то онъ оказался бы вдвое больше самаго большого эйка-
липта. Тѣмъ не менѣе ихъ нельзя даже и сравнивать другъ съ другомъ по произ-
водимому имъ впечатлѣнію, такъ какъ онъ отходитъ отъ какого-нибудь крутого под-
воднаго утеса подъ очень острымъ угломъ въ горизонту и, вытянувшись по теченію,
становится замѣтнымъ лишь далеко отъ того мѣста, откуда начинаетъ расти. Бога-
тая флора водорослей обыкновенно уже прекращается на глубинѣ 30 метровъ,
т.-е. на границѣ низшаго берегового пояса.
Носящійся по поверхности морской планктонъ, важность котораго для жизни
морскихъ животныхъ была доказана лишь изслѣдованіями послѣдняго времени, въ
большей части своей состоитъ изъ микроскопическихъ діатомовыхъ-крѳмнезѳмокъ,
которыя, какъ уже было сказано, живутъ въ прѣсной и соленой водѣ. Скопляясь въ
продолженіе тысячелѣтій, слежавшіеся панцыри ихъ образовали въ мезозойскую,
третичную и дилювіальную эпохи мощныя залежи; горная мука или трипелъ пред-
ставляетъ нзъ себя такое скопленіе ископаемыхъ діатомовыхъ. Оторвавшіеся отъ
вестъ-индскихъ береговъ и нѣкоторыхъ болѣе мелкихъ мѣстъ океана и скученныя
Гольфстремомъ вмѣстѣ въ видѣ планктона куски Заг^аззиш (между Азорскимъ и
Бермудскими островами) получили названіе „саргассова моря". Особенно часто от-
рываются куски Заг^аязит паіапя (стр. 235), живущаго по берегамъ мексикан-
скаго залива и вестъ-индскаго архипелага. Они сыграли большую роль въ исторіи
открытія Америки. У Гумбольдта сказано о водоросляхъ Заг^аззпт и Епспз слѣ-
дующее: „По моимъ изслѣдованіямъ Колумбъ пересѣкъ въ 1492 г. большую фуку-
совую отмель на 28Ѵ20 сѣв. широты, а въ 1493 г. по 37-ой параллели, и оба раза
ему пришлось ѣхать по ней 41—43 градуса долготы. Точное опредѣленіе мѣсто-
нахожденія судна въ тѣ дни, когда Колумбъ пересѣкалъ большое поле водорослей,
важно для насъ какъ доказательство того, что главное скопленіе сообщества жи-
выхъ слоевцовыхъ за четыре съ половиною вѣка осталось на томъ же самомъ мѣстѣ. Та-
кое постоянство величественныхъ явленій природы обращаетъ на себя особое вни-
маніе естествоиспытателя, когда съ нимъ приходится встрѣчаться въ подвижномъ
элементѣ океана. Хотя вѣтры, постоянные по силѣ и направленію, до высокой сте-
пени измѣняютъ границы фукусовой отмели, однако теперь еще въ серединѣ
XIX столѣтія меридіанъ 41° зап. долг. отъ Парижа можно принять за большую ось
этого скопленія водорослей". Саргассовоѳ море было найдено еще въ сѣверной части
Тихаго океана между 31° и 41° сѣвѳрн. шир. и 151°—181° запади, долготы, а
нѣсколько меньшее къ юго-востоку отъ Новой Зеландіи. Поле бурыхъ водо-
рослей, мѣняющее свою ширину, лежитъ въ сѣверной части антарктическаго
118
II. Флора океановъ.
моря между 41°—51° южной широты; оно начинается у Фалклэпдскихъ остро-
вовъ, проходитъ мимо южной оконечности Австраліи и теряется къ юго-западу
отъ нея.
Другого рода значеніе для судоходства имѣетъ грушевая водоросль антаркти-
ческихъ водъ. Какъ разсказываетъ Дарвинъ, пучки Масгосузііз ругіГега служатъ
подобно буямъ показателями скалистыхъ отмелей моря близъ Огненной земли и та-
кимъ образомъ нерѣдко спасаютъ въ этой мѣстности, гдѣ часто свирѣпствуютъ бури,
корабли отъ гибели. Однако, какъ въ сухопутной флорѣ человѣкъ отъ полюса и до
экватора, отъ берега моря и до вѣчнаго снѣга горныхъ вершинъ собираетъ жатву,
такъ онъ находитъ добычу и во флорѣ морскихъ водорослей. Многіе виды служатъ
овощью, другіе идутъ на кормъ скоту. Выброшенная на берега сѣверной Европы
бурая тина, „отъ которой идетъ рѣзкій запахъ" (кельпъ, варокъ), перерабаты-
вается для полученія іода, брома и щелочныхъ солей. Въ виду большого содержа-
нія іода въ багряныхъ водоросляхъ Сіюшігав сгізрин и бН^агііпа ташіПоза, часто
встрѣчающихся въ Нѣмецкомъ морѣ, обѣ онѣ были приняты въ число лѳкарствъ
подъ именемъ ирландскаго мха или карагена. Изъ азіатскихъ багрянокъ (ОгасіИа-
гіа ІісЬѳпойІѳз, ЕпсЬѳша зріпозшп, виды (тІоѳрѳШз) добывается студень агаръ-
агаръ, важный въ техническомъ отношеніи Ч Содержаніе діатомовыхъ въ планк-
тонѣ вліяетъ па жизнь низшихъ морскихъ животныхъ, медузъ и коловратокъ, кара-
катицъ, сальпъ, молодыхъ моллюсковъ и рыбью молодь, а ими въ свою очередь
питаются высшія морскія животныя, такъ что косвеннымъ образомъ діатомовыя
вліяютъ и на нихъ. Насколько жизнь животныхъ и человѣка на Огненной землѣ
зависитъ отъ живущей тамъ грушевой водоросли (Масгосузііз ругіГега), Дарвинъ
описываетъ въ слѣдующей увлекательной формѣ: „Число живыхъ существъ вся-
кихъ сортовъ, жизнь которыхъ зависитъ отъ водоросли, поистинѣ изумительно.
Описаніемъ этихъ подводныхъ лѣсовъ можно было бы заполнить толстый томъ.
Почти всѣ листья, за исключеніемъ плавающихъ по поверхности воды, такъ густо
усѣяны кораллообразными животными, что кажутся бѣлыми. Безконечное число
ракообразныхъ населяетъ каждый участокъ растенія. Если потрясти большіе спу-
танные между собою корни, то изъ нихъ вываливается цѣлая куча маленькихъ
рыбъ, ракушекъ, каракатицъ, краббовъ всѣхъ сортовъ, морскихъ ежей и звѣздъ,
дивныхъ по окраскѣ голотурій, планарій и ползающихъ червей, похожихъ на иво-
вые прутья, и все это въ самомъ разнообразномъ количествѣ формъ. Сколько бы
разъ я не разсматривалъ кѳльпа, я всегда находилъ въ немъ, животныхъ новой и
самой разнообразной структуры. Въ Чилоѳ, гдѣ кельпъ вырастаетъ не очень пышно,
въ немъ не встрѣчается раковинъ, коралловъ и ракообразныхъ; однако на немъ
находятъ пріютъ еще нѣкоторыя мшанки и сложныя асцидіи; но и эти послѣднія при-
надлежатъ другимъ видамъ, нежели на Огненной землѣ, изъ чего можно заклю-
чить, что водоросли имѣютъ болѣе широкое распространеніе, чѣмъ животныя, кото-
рыя живутъ на нихъ. Я могъ бы уподобить этимъ большимъ подводнымъ лѣсамъ
южнаго полушарія растительность тропиковъ. И тѣмъ не менѣе мнѣ все-таки ка-
1 Этотъ студень, подобно желатинѣ, служитъ бактеріологамъ для разведенія на
немъ бактерій. Его выгодное отличіе отъ желатины заключается при этомъ въ томъ, что
онъ плавится при значительно болѣе высокой температурѣ.	Прим. перев.
II. Флора океановъ.
119
жѳтся, что если въ какой-либо странѣ уничтожаютъ лѣсъ, то погибаетъ при этомъ
меньше животныхъ, чѣмъ при уничтоженіи зарослей кельпа. Между листьями
этихъ растеній живутъ многія породы рыбъ, которыя въ другомъ мѣстѣ нигдѣ не
нашли бы пищи и защиты; при уничтоженіи ихъ погибло бы также большое число
корморановъ и другихъ птицъ, питающихся рыбою, а также выдры, тюлени и
дельфины; наконецъ и дикіе обитатели Огненной земли, жалкіе властители этой
унылой страны, принуждены были бы участить свои людоѣдскія пиршества, а затѣмъ
постепенно ихъ стало бы становиться меньше и меньше, и пожалуй въ концѣ кон-
цовъ это племя вымерло бы совсѣмъ.

Арктическіе острова и берега Ледовитаго океана.
121
Лишайниковая тундра сѣверной Сибири. (По а. Кернеру.)
Флора фьорда на юго-западномъ берегу Гренландіи. (По а. Вармннгу.)
122
Арктическіе острова и берега Ледовитаго океана.
Сѣверная и средняя Европа.
123
Сосна (Ріпиз зііѵезігіз).
124
Сѣверная и средняя Европа.
Кедръ (Ріпиз сегпЬга).
Сѣверная и средняя Европа.
125
Дубъ (Шіегсиз гоЬиг).
126
Сѣверная и средняя Европа.
Букъ (Еа^из зііѵаііса).
Сѣверная и средняя Европа.
127
Липа (Тіііа еигораеа).
128
Сѣверняя и средняя Европа.
Верескъ (СаІІіша ѵиі^агіз, въ Люнебургской степи.
Омела (Ѵізсит аІЬит).

Сѣверная и средняя Европа.
129
Петровъ крестъ (ЕаПігаеа Зциатагіа), съ присосками па корняхъ тополя.
Альбомъ картинъ по географіи растеній.
9
130
Сѣверная и средняя Европа.
Плющъ (Нейега Неііх), прикрѣпившійся лазящими корнями къ стволу дуба.
Сѣверная и средняя Европа.
131
У*
132
Сѣверная и средняя Европа.
Пихта (АЬіез рссііпаіа).
С ѣверная и средняя Европа.	133
Береза (Веіиіа аІЬа).
134
Сѣверная и средняя Европа.
Лиственница (Ьагіх десісіиа).
Сѣверная и средняя Европа.	135
136
Сѣверная и средняя Европа.
Сушеница альпійская или эдельвейсъ (ОпарЬаІіпш Ьеопіородіит).
Альпійскія ивы въ Тиролѣ.
Сѣверная и средняя Европа.
137
Механизмъ складыванія лпсті вь злаковыхъ. 1 11 ніер-чп назрѣлъ листа овсяницы (Гезіпса
аірозігіб). **%. 2 Поперечный раэрѣзі оверш-нно р.і ів-рнугаго ли< .« о же растенія. 3 Поперечный разрѣзъ
замкнувшагося листа того же растенія. ’э/і.
138
Сѣверная и средняя Европа.
Арктическо-альпійскія растенія, образующія отводки. 1 ЗахіГгака піѵаііз съ листоноснымп
зелеными побѣгами вмѣсто цвѣтовъ. 1 і. 2 Два такихъ побѣга при большемъ увеличеніи — они имѣютъ
видъ розетокъ, причемъ одна изъ иихъ уже отдѣлилась отъ стебля. 3 ЗахіГгака сегпиа. |/і. 4 Боковая
вѣточка этой каменоломки; увеличена. 5. 6. 7 Послѣдовательныя стадіи развитія побѣговъ, образовавшихся
на боковыхъ вѣтвяхъ вмѣсто цвѣтовъ. 8 Роа аіріпа, съ побѣгами вмѣсто цвѣтовъ. */*• 9 Одна вѣточка
изъ метелки этого растенія въ увелич. видѣ. 10 Стебель, покрытый листьями, между чешуйками вмѣсто
плода показывается отводокъ; увеличено.
Пушица (Кпоріюгиш ЬсЬеисІігегі) па озерѣ Трауль.
Сѣверная и средняя Европа.
139
Насѣкомоядныя растенія: 1 альдровандія (АМгоѵашіІа ѵезісиіова). 2—5 Железистые волоски ро-
сянки (.Эгозега гоішнііГоІіа): 2 железка на концѣ волоска; увел. въ 30 разъ. 3 Всѣ волоски листа накло-
нились къ его серединѣ. 4 Надъ пойманнымъ насѣкомымъ склонилась лишь половина волосковъ. 5 Всѣ
волоски листа вытянулись. 3, 4, 5 увеличено.
Чистотѣлъ (СЬеІідопіит та]ив), растущій на муравьиной дорогѣ.
140
Понтійскія степи и Кавказъ.
Запирающій аппаратъ ковыля. 1 Поперечный разрѣзъ черезъ кусокъ открытаго листа 8ііра сар 11-
Іа іа; увеличено въ 24 раза. 2 Поперечный разрѣзъ цѣлаго листа. 3 Поперечный разрѣзъ черезъ закрытый
листъ того же растенія, увѳлич. въ 30 разъ.
Ковыль. (811 ра реппаіа) и журавельникъ (Егодіит Сісиіагіит), зарывающіе свои плоды въ землю.
1, 2 Плоды ковыля. 3, 4 Плоды журавельника.
Понтійскія степи и Кавказъ.
141
^ахіГгаца зіеііагіз съ наземными отводками-плеті.мн.
142 Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ.
Соцвѣтія грецкаго орѣха (Зи^іапа ге^іа). Налѣво часть мужской сережки, значительно увеличенная.
Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ. 143
Валл исн ерія (Ѵаііізпегіа ерігаііз); на поверхности воды свободно плаваютъ мужскіе цвѣты.
144 Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ.
Оливковая роща (ріеа еигореа) на берегу озера Гарда.
Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ.
145
Копаловая прутьевидная заросль Канарскихъ молочаевъ (ЕирЬогЫа Сапагіепзік), на сѣверномъ
побережьѣ Тенерифа.
Росолистъ (РговорЬуПит Іивйапісипі).
Альбомъ картинъ по географіи растеніи.
Ю
146 Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ.
Пальметка.
О р н а м е п тъ-г р а н атъ.
Слоистый лѣсъ каменнаго дуба (Оиѳгснв Пех) въ Южной Далмаціи.
Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ. 147
Драконовъ корень (Агиш Вгасипсиіиз). 1 Не
вполнѣ раскрывшійся цвѣтокъ сбоку; 2 орнаменты,
изображающіе это растеніе.
Драконовое дерево (Вгасаепа бгасо на Теперифѣ.
148 Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ.
। Сгосив тиІііГі«іиа, оберегающій свою пыльцу. Направо раскрытые днемъ цвѣты шафрана, налѣво они
закрыты, какъ это бываетъ ночью или въ дождливую погоду. У одного нзь трехъ закрытыхъ цвѣтовъ срѣ-
заны три переднія части околоцвѣтника.
А с а п IЪ и а аріпоаіааітиа.
Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ. 149
Критскій подорожникъ (Ріапіак" Сгѳііса).
Заросль прутьевиднаго бобровника (Ярагііиін ріпсеит) на скалистомъ остроеЬ близъ Истріи.
Поперечный разрѣзъ ствола Ярагііит ]ипсеит, увеличено въ 30 и 240 разъ.
150 Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ.
Мандрагора (Мапсігавога оЯГісІпаІІв).
Рожковое дерево или каруби (Сегаюша вііічиа).
Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ. 151
Плосковѣтковыя растенія: 1 молодой побѣгъ Кивсив Нурродіоввит, 2 тотъ же побѣгъ во взросломъ
состояніи съ цвѣтами па сплющенныхъ вѣткахъ: 3 молодой побѣгъ Кивсив асиіеаіив.
152 Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ
Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ. 153
Растительность СИрІПСКОЛ пустыни. (По М. Порто)
Колючій дерпъ (ЛсапПіоіітоп) и острый трагантъ (Аяіга^аків) па степномъ плоскогорьѣ близъ Персеполиса въ Персіи.
154 Атлантическая флора. Средиземноморская область. Востокъ.
Центральная Азія.
155
Кустарники саксаула (Наіохуіоп ашто<1?п(1гоп) ВЪ джунгарской ОТОПИ. (По Пржевальскому.)
Растительность пустыни Кизилъ-Кумъ. (По о. Фгдчеико.)
156
Сибирь и Камчатка.
Граница лѣсовъ въ сѣверной Сибири. (По Михіендорфу.)
Гигантскія зонтичныя (Негасісит и Ап^еііса) на Камчаткѣ. (По Киттлнцу.)
Восточно-азіатскія страны.
157
158	Восточно-азіатскія страны.
Жень-шепь (Рапах Оіпаеп^).
Уголокъ императорскаго парка въ Токіо.
Восточно-азіатскія страны.
159
Сосновый лѣсъ у озера Гаконе въ Японіи.
ХВОЙНЫЙ ЛѢСЪ ВЪ ЮННИНЪ. (По А. Р. Колысвону.)
160 Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика.
Ночная свѣча (Оепоіііега Ьіеппія). (По Байльону.) Кактусъ (МатіПагіа ріасоъіі^та), съ отпрысками-
отводками, которые распространяются при посредствѣ
животныхъ.
Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика. 161
I
| ; --.
Кустарниковая заросль дуба скрёбъ (Оиегсиз ипдиіаіа) въ „саду боговъ- (Оапіеп оГ
6о(Ь) — Вазачскія горы.
162 Британскія владѣнія Сѣв. Америки. С оединенные Штаты. Мексика.
Цвѣтущія раннимъ лѣтомъ растенія западной преріи.
Береговой лѣсъ Стики на. (По фотографіи.)
Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика. 163
Сѣверо-американская прерія (Южная Дакота) съ таборомъ переселенцевъ.
11*
164 Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика
Аппараты для ловли насѣкомыхъ у альдрован діи (АЫгоѵашііа ѵевісніоза) п Венериной мухоловки
(І)іопа«*а шивсіриіа).
1 Раскрытый листъ мухоловки. 2 разрі.зь черезь сл оженный листъ, 3 одна изъ чувствительныхъ ворсинокъ на
поверхности листа; 4 раскрытый листъ алі.іровандін, 5 разрѣзъ черезь сложенный листъ, 6 железки па листо-
вой пластинкѣ альдровандіи; 7 железки на стЬпкѣ свернутаго въ трубку листа сарраценіи.
Растенія-компасы: 1 ЯИрЬішп Іасіпіаіит съ востока, 2 то же самое растеніе съ юга; 3 Ьасіиса Нсагіоіа
съ востока, 4 оно же съ ига. Оба вида значительно уменьшены.
Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика. 165
Цвѣтокъ Соттеіупа соеіеаіів:
1 на первой, 2 второй и 3 третьей стадіи развитія. Продольные разрѣзы. Всѣ три рисунка нѣсколько увеличены
Тюльпанное дерево (Ьігіосіепсігои ІиІіріГега) какъ примѣръ сѣверо-американскаго дерева съ опадающими
листьями.
1 Вѣтка, на верхушкѣ которой только-что начинаютъ раскрываться листья, 2 кончикъ этой вѣтви, раскрываніе ,
продолжается, 3 передніе чашевидные прилистники верхней почки удалены искусственно, 4 одинъ изъ прядист- і
никовъ опадаетъ.
166 Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика
М амоптовыя деревья (.Чециоіа #ікапіеа) въ долинѣ [оземитѣ.
Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика. 167
Венерина мухоловка (Віопеа шиьсірніа) на Лонгъ-ЛПландѣ.
Ьаггасепіа ригригеа во Флоридѣ.
168 Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика
Кактусы.
1 Цвѣтокъ, 2 плодъ Сегеиз вівапіеиз, 3 МашіПагіа росііпаіа, 4 Сегѳиз дазуасапіЬиа, 5 ЕсПіпосасІиз ЬоНіоліаИв.
Всѣ рисунки уменьшены.
Ѵисса #1огіо8а па мексиканскомъ плоскогорьѣ.
Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика. 169
Ксерофнтпая растительность (сухолюбы) на мексиканскомъ плоскогорьѣ.
170 Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика.
Жимолость-удавъ (Еопісега сіііоза), обвивающаяся вокругъ дубовъ.
Посрединѣ виденъ отмирающій остатокъ удава. Загубленное имъ дерево давно уже сгнило, и развалившіяся
части успѣли выпасть изъ петель жимолости.
Садъ при замкѣ Хапультепекъ въ Мексикѣ.
Дерево справа увѣшено ТіПапсІніа ияпео'кіея.
Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика. 171
Агава (А$аѵе атсгісапа — столѣтникъ) на мексиканскомъ плоскогорьѣ.
172 Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика.
Лесктса рапісиіаіа въ Мексикѣ. (По Байльону.)
Британскія владѣнія (’ѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика. 173
Лѣсъ на Аллеганскихъ горахъ.

174 Британскія владѣнія Сѣв. Америки. Соединенные Штаты. Мексика
Мексиканскіе ароАники съ воздушными корнями (налѣво РНіІодеидгоп регіизит, направо РЬіІодеп-
<1гоп ІшЪе).
Сахара и Аравія.
175
Растительность оазиса въ Сахаръ.
Растительность близь песчаной дюны въ пустынѣ Сахарѣ.
176
Сахара и Аравія
Іерихонская роза (Апавіаііса НіегосЬопііса).
1 Въ сложенномъ видѣ; 2 развернувшееся растеніе; 3 стручечекъ 4 сѣмя.
Лишай и икъ-манна (Ьесапога евспіепіа) въ пустынѣ.
Финиковыя пальмы (РЬоепіх даНуІіГегаі.
Тропическая Африка.
177
Саванны въ экваторіальной Африкѣ.
(По Пекуель-Леше.)
Восточно-африканская степь.
(По Гансу Мейеру.)
178
Тропическая Африка.
Баобабъ (Асіапзопіа (іі^ііаіа) и древовидные молочаи въ Восточной Африкѣ.
(По Гансу Мейеру.)
Н у б І Й С К ІЙ Д Ѣ В С Т В е И И Ы Й Л Ѣ С Ъ. (По Тремо.)
Тропическая Африка.
179
Древовидный верескъ (Егіса агЬогеа) и полукустарники Зепесіо «іоііпбіопі
близъ высшей границы лѣсовъ на горѣ Килима Нджаро. (По Гансу Мейеру.)
Лотосъ (ХеІишЬо писіГега).
Береговая растительность верхняго Нила. (По Марпо.)
I___________________________________________________________________________________
180	Тропическая Африка.
Тропическая Африка.
181
Западно-африканскій галлерейный лѣсъ. (По ііекуель-Лешел
Папирусъ (Сурегнз Раругня) на верхнемъ Нилѣ.
182
Тропическая Африка. (Индія.)
Восточно-африканское насажденіе банана (Мнаа). (Но Гансу Мейеру.)
Дѣвственныя лѣсъ въ области Ашанго, съ хижинами людей-карликовъ.
(По Дю-Шайлыо.)
Южная Африка.	183
\Ѵо 1 хѵііасіііа шігаЬіІіз въ пустынь Калагарп.
184
Южная Африка.
Растительность Карроо. (По Фричу.)
Кремневый панцырь Косііеа Іаісаіа:
1	Поперечный разрѣзъ листовой пластинки, 2 видъ листа сверху; направо пузыревидное вздутіе нЬкогорыхъ
клѣтокъ удалено, вслѣдствіе чего стали видпы устьица и клѣтки кожицы; увеличено въ 350 разъ.
Южная Африка.
185
186
Восточно-африканскіе острова.
і
Дерево путешествеппиковъ (Каѵепаіа шаііа^азсагіеп^і»).
Восточно-африканскіе острова.
187
188
Восточно-африканскіе острова. Индія.
Поперечный разрѣзъ черезь листъ бамбука (ВапаЬива). Увелич. въ 180 разъ.
Га мемъ (Оеікітоаісуо» носоігапа).	Орхидныя (Апкгаесиш еЬигпѳит), живущіе
эиифитно на стволѣ дерева.
Индія и Зондскіе острова.
189
ХсІитЬо писіГега:
1 Цвѣтокъ, у котораго удалены лепестки. 2 Продольный разрѣзъ черезъ такой цвѣтокъ и черезъ три сѣ-7
мяпочкп, погруженныя въ цвѣтоложе (см. стр. 63). (По Бамльону.)
Волнистыя ремневидпыя ліаны (Ваиіііпіа ап^иіпа) изъ индійскаго тропическаго лѣса
190
Индія п Зондскіе острова.
Резиновое дерево (Рісиа еіааііса) съ корнями въ видѣ столбовъ и досокъ.
Индія и Зондскіе острова.
191
Еісив съ лазящими корнями, имѣющими видъ пояса, изъ Сиккимъ-Гималая.
Горный лѣсъ па восточныхъ Гималаяхъ. (По іллагпнтвейту.)
192
Индія п Зондскіе острова.
Лжепаразитъ КарИісіорЬога десигзіѵа въ дѣвственномъ лѣсу тропическихъ Гималаевъ.
Индія и Зондскіе острова.	193
Кокосовыя пальмы (Сосоз писіГега) и мангровыя деревья (КІіігорЬога) па Цейлонѣ. (По Эрнсту Геккелю.)
Альбомъ картинъ по географіи растеній.
194
Индія и Зондскіе острова.
Высокоствольный лѣсъ на Цейлонѣ. (По э. ф. Рансоннету.»
Индія и Зондскіе острова.
195
13*
196
Индія и Зондскіе острова. (Австралія.)
Орхидныя, устьица которыхъ лежатъ въ полостяхъ клубеньковъ: 1 ВоІЪорЬуІІиш тілиЦззітит.
2	Клубенекъ этого растенія сверху; увел. въ 8 разъ. 3 Поперечный разрѣзъ черезъ такой клубенекъ; увел.
въ 15 разъ. 4 ВоІЬорЬуІіиш ОйоагЛі. 5 Клубенекъ этого растенія; увел. въ 6 разъ. 6 Продольный разрѣзъ
черезъ такой клубенекъ; увел. въ б разъ.
I
Тѣнистая пальма (СогурЬа нтЬгасиІІГега)
въ цвѣту (островъ Цейлонъ).
Индія и Зондскіе острова.
197
198
Индія и Зондскіе острова.
Бамбукъ (ВатпЪиза) на Явѣ. (По фотографіи.)
Индія и Зондскіе острова.
199
Тростниковая пальма-ротангъ (Саіашиз) на Явѣ. (По Селленн.)
200
Индія и Зондскіе острова.
КаИІезіа Раіша, паразитирующая на корняхъ, стелющихся по поверхности земли.
Паразитное растеніе изъ раффлезіевыхъ (Вгп^шапзіа Хіреіііі) па корнѣ Сіззиз.
Индія и Зондскіе острова.
•201
Ку вши н и ики-непѳнты (ХсрепНіез дезііПаіогіа).
202
Индія и Зондскіе острова.
Сагу о іа ргоріпдиа.

Заросль саговниковъ или цикадовыхъ^
I__________________________________________________________________________
204	Индія и Зондскіе острова.
Сборъ кофе (СоЯеа агаЬіса) на Явѣ.
Кофейная плантація (СоЯеа агаЬіса) па Цейлонѣ.
Индія и Зондскіе острова.
205
----1
Чайная плантація (ТЬеа сЫпеиві») на Цейлонѣ.
І
Рисовыя поля (Огуга ваііѵа) па Явѣ.
206
Индія и Зондскіе острова.
I Тамариндъ Ташагіисіив Іиііеа). (По Байльопу.) Гуммигутовое дерево (Оагсіиіа Могеііа). (По Байльону.)
Лѣсъ изъ тековыхъ деревьевъ (Тесіопа вгапіІЬ).
Острова Тихаго океана и Новая Зеландія.	207
Соннерація и крылокорникъ (Ваіапоріегін) на болотѣ, на берегу У аланъ, на Каролинскихъ островахъ.
(По ф. Киттлицу.)
Высокоствольный лѣсъ на полуостровѣ Газели, въ Новой Помераніи. (По Э. Гернгейму і
208
Острова Тихаго океана и Новая Зеландія.
Кокосовая (Сосоя писИега) и саговая (Меігохуіоп) пальмы.
Острова Тихаго океана и Новая Зеландія
209
Вѣтви новозеландской ежевики (КиЬііз зциаггозиз).
Соплодіе
перца-бетля
(Рірег Веііе).
Панданъ на Тонгатабу (острова Тонга или Дружбы).
Альбомъ картинъ по географіи растеній.
14
210
Острова Тихаго океана и Новая Зеландія.
Микронезійскія атоллъ съ кокосовыми пальмами (Сосоз писіГега). (По ж. Дана)
Хлѣбное дерево (Агіосагриз іпсіза).
Острова Тихаго океана и Новая Зеландія
211
Дынное дерево
Культурныя растенія на Поиапё (Каролинскіе остр.).
Саговая пальма Кокосовая пальма
(Меігохуіоп). (Сосо» писіГега).
Бвнаны
(Мина рагасіініаса).
Новозеландскій ленъ (Рііоппінт іепах).
212
Острова Тихаго океана и Новая Зеландія.
Драконовыя деревья (Сопіуііпе аизігаііз) въ Новой Зеландіи.
Острова Тихаго океана и Новая Зеландія.
213
Таро съѣдобное (Саіасііінп езсиіеп(ит).
Овечье растеніе или гаастія (Наазііа риіѵіпагіз и 8іпк1аігіі) на Новой Зеландіи.
214	Австралія.
СерЬлІоги» (оІИсиІа гі я.
Смѣшанный лѣсъ у Сіільперъ-Фоллъсъ въ І'абартѣ (Тасманія).
Австралія.	215
Скрёбъ изъ бригаловой акаціи (Асасіа ІіагрорЬуіІа).
Пустыня, заросшая 8ріпИех (въ центральной Австраліи).
216
Австралія.
Ріаіусегіипі аісісогпе. (По Селлепи.)
Э й кал и и тов ы й лѣсъ (Еисаііріиз ашурдаііпа) въ восточномъ Квинслендъ. (Но р. сеймоиу)
Австралія.
Растрескивающійся сухіе плоды Вапкніавеггаіасъ	1 Соплодіе Вапкяіа егісіГоІіа.
сильно утолщеннымъ околоплодникомъ. (По Банлону) 2 Пузыревидный плодъ Хуіоінеінпі рігіГогше.
Окаймленныя устьица новоголландскихъ протейныхъ: 1 Поперечный разрѣзъ черезъ листъ Накеа
Погіда. 2 Плоскостной видъ того же листа; увел. въ 320 разъ. 3 Поперечный разрѣзъ черезъ листъ Ргоіеа
теІ1ій*га. 4 Плоскостной видъ того же листа. Увелнч. въ 360 разъ.
218
Австралія.
Напороти и копыГі лѣсъ въ провинціи Викторіи.
Австралія
219
Растительность по рѣкѣ Уаттъ въ долинѣ Мопда (Викторія).
Растительность по рѣкѣ Бриджватеръ (въ Викторіи) съ Асасіа репсіиіа.
Антильскіе острова.
220
Заливъ па западномъ берегу Гаити, съ королевскою пальмою (Огеойоха ге^іа).
Антильскіе острова.
Пальмовый сводъ, служащій опорою для рѣшетчатаго стебля Рартаеа
оЬоѵаіа, пзь сем. СІизіасеас.
222 Центральная Америка. Тропическая Южн. Америка. (Южн. Африка.)
I 1 АсапіЬояісу о» И о г г і<1 а. 2 Муравей-листорѣзъ АИа Нуяігіх; 3 челюсть этого муравья. 4 Сесгоріа сіиегеа,
. вскрытая вдоль стебля между двумя узлами, наверху защищающій се муравей Лгіека іпніаЬіііь на мѣстѣ пи- ‘
'	таиія.	5	Мюллеровскія тѣльца между полосками питающпхь участковъ ври основаніи черешковъ листа: 6	от-
I	дѣльное	изолированное Мюллеровское тѣльце. 7 Асасіа согпікега; 8 прилистники, обратившіеся въ полыя	ко-	•
I	лючки	-	видъ снизу: 9 разрѣзъ черезъ такую колючку; 10 защищающій муравей РяеиФлпугта Веііі. Рпс. 1.	!
2, 4, 7, 8, 9, 10 і:ь естест. вслнч.; рпс. 3 увелич. въ 10 разъ, 5 - въ 15 разы рнс. 6 въ 20 разъ.	і
Тропическая часть Южной Америки.
’ІЪсъ изъ восковыхъ пальмъ (Сегохуіоп апдісоіа) въ горномъ проходъ
КвіІПДІу (Колумбія). (По М. ф. Тильммпву.)
224
Тропическая часть Южной Америки. (Восточная Африка).
П а р а з и т и ы о 6 у.і а в о н о с ц ы:
1 Бапдм(1ог№а Ііурродоса изь тропической Америки. 2 ВаІапорЬога НіВІепЬгаіхіиі изъ Коморскихъ острововъ
(Восточная Африка». 3 КсуЬаІіши Гип^іГогте изъ Бразиліи.
Тропическая часть Южной Америки.
225
Тропическій пейзажъ изъ Амбалемы. (По м. ф. Тильманну.)
Кирка ЗОНЪ, АгІЯІОІОСІІІа ГІП^СПЗ. (По Байльону.)
Альбомъ картинъ по географіи растеній.
15
•226
Тропическая часть Южной Америки.
Цвѣтоносная вѣтвь Меіазіоша. (По Баільону.)
Ѵісіогіа ге#іа на берегу Ориноко.
Тропическая часть Южной Америки.
22
Растительность у озера Валепціи въ Венецуэлѣ. (Но а. Герингу.)
Льяносъ дезъ-Апуре въ Венецуэлѣ. Маврикіевы пальмы. (По ж. шаФФанжону.»
228
Тропическая часть Южной Америки.
Шерстяное дерево (ВошЪасеае) изъ Каатингаса въ Бразиліи. (По Марціусу.)
Бразильская прирѣчная растительность въ Каатингасѣ близъ Тіюка.
Тропическая часть Южной Америки.
229
Камнасы на плоскогорьѣ Мато Гроссо.
Ві^попіа агдуго-ѵіоіасѳа съ побережьевъ Ріо-Негро въ Бразиліи.
230
Тропическая и подтропическая Южная Америка.
Плантація въ Парагваѣ. (По К. Энике.)
Тропическая часть Южной Америки.
Рвотный корень (СѳрЬаёІіа ІресасиапЬа).
Земляной орѣхъ (АгасМя Ъурокаеа)-
М піока (Лаігорііа ЛашІюО.	} ^объ со зрѣлыми сѣменами; 2 разрѣзъ черезъ зрѣлое сѣмя.
232
Подтропическая часть Южной Америки.
I
Дѣвственный лѣсъ въ Кордильерахъ Салта, въ сѣверо-западной части Аргентиніи.
Подтропическая и умѣренная части Южной Америки.
23:
Растительность Чако въ Парагваь. (По к. эвнкс.)
Аргентинскіе пампасы. (По Л. Герингу.)
234 Горная область Андъ. Умѣренная часть Южной Америки.
। ... — ~ ~
Виды Еьреіеііа въ окрестностяхъ Парамо (Колумбія). (По а. Штюбелю).
Чилійскій лѣсъ араукарій (Агаисагіа ітЬгісаЬа). (Но п. Трейлеру)
Флора океана.
(М
I
ГпаіаззіорпуІІиш Сіаіпгиз.
Ьаг^аззит пиіаиз съ плавательными Бурая водоросль (Адагиш бшеппі).
пузырями въ видѣ ягодъ.
236
Флора океана.
Кремневые папцырл діатомовыхъ водорослей: 1 Нѣсколько особей Зупедга ІПпа, сидящія на хлоро-
филлоноспой клѣткѣ воднаго растенія; 2 отдѣльная особь Яуоебга ІПпа при большемъ увеличеніи; 3—4 Хаѵі-
сиіа ЬіЪег, разсматриваемая съ двухъ сторопь; 5—6 Иаѵісиіа Ташісіа съ двухъ сторонъ; 7 ТгісѳгаНит Раѵив;
8 Сатруіобізсив врігаіів; 9 РІеигові^та ап^иіаіит; 10—11 бгаттаіорЬога вегрѳпііпа; 12—18 ОотрЪопета сарі-
іаіит съ двухъ сторонъ; 14 ботріюпета сарНаіит на развѣтвленныхъ ножкахъ, сидящихъ на хлорофиллоносной
клѣткѣ воднаго растенія: 15 Піаіота ѵиі^агѳ — соединенныя клѣтки образуютъ зигзагообразную ленту: 16-17
Ргі^іПагіа ѵігевсепв одна особь съ двухъ сторонъ и шестеро, соединенныхъ въ лепту: 18 Соссопета Сівіиіа;
19 Копуляція этой особи; 20 Обновленіе копулировавшихъ клѣтокъ. Увелич. въ 50 —300 рааъ.
Бурыя водоросли-ляминаріл въ Нѣмецкомъ морѣ.