/
Tags: география биографии история социальные группы социальные организации дипломатия история китая социальная история россия эмиграция владивосток
ISBN: 978-5-8044-1539-7
Year: 2015
Similar
Text
Д.А. АНЧА
Н.Г. МИЗЬ
КИТАЙСКАЯ
ДИАСПОРА
во Владивостоке
i *
СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ
Д.А. АНЧА
Н.Г. МИЗЬ
КИТАЙСКАЯ
ДИАСПОРА
во Владивостоке
СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ
Издание второе, дополненное
Владивосток
Дальнаука
2015
УДК 9(С191):316.35(510)
Анча Д.А., Мизь Н.Г. КИТАЙСКАЯ ДИАСПОРА ВО ВЛАДИВОСТОКЕ: СТРАНИЦЫ
ИСТОРИИ - Издание второе, дополненное.
Владивосток: Дальнаука, 2015. — 312 с.
ISBN 978-5-8044-1539-7
Книга посвящена китайской диаспоре Владивостока и освещает некоторые аспекты
ее жизнедеятельности в течение почти семидесяти лет: с начала 1870-х годов до 1938 года —
времени массового выселения китайцев с территории Дальнего Востока СССР.
В ней даны сведения об участии китайцев в местной торгово-промышленной сфере,
строительной отрасли, транспорте и т.д.; также рассказывается о местах их наибольшего
сосредоточения в городе (т.н. китайских кварталах), об общественной и религиозной жизни
владивостокского китайского общества, особенностях получения им медицинских услуг и
образования.
Одна из глав посвящена открытию дипломатического представительства Китая
во Владивостоке и первым его должностным лицам.
Кроме того, авторы сочли необходимым как можно подробнее изложить историю
Китайской Ленинской школы, существовавшей во Владивостоке с 1933 по 1938 год.
Книга предназначена для широкого круга читателей, может быть полезна экскурсоводам
и сотрудникам туристических компаний.
Фотография на обложке:
Представители Владивостокского китайского общественного участка: старшина Ван Юаньи (второй
справа) и его помощники вместе с членами Владивостокского купеческого общества, японского
коммерческого агентства, местной администрации, а также горожане во время проводов к новому
месту службы военного губернатора Приморской области П.Ф. Унтербергера. 7 июня 1897 года.
Проживавшие во Владивостоке китайцы поднесли Павлу Федоровичу адрес на шелке, в котором
были слова:«... Вы, уезжая, оставляете нам свою любовь». Они также собрали четыре тысячи рублей для
учреждения во владивостокской гимназии нескольких стипендий имени Унтербергера с пожеланием,
чтобы одним стипендиатом был китаец.
Фотографии на форзаце:
на передней стороне — китаец-учитель и его китайские ученики, возможно, из школы при китайском
консульстве во Владивостоке. Начало XX века. Правая группа иероглифов: Куань (kuan) — щедрость
(великодушие), Фа (fa) — закон (законность), Tao (tao) — просвещение (воспитание), Гун (gong) -
честность (справедливость) — судя по всему, лозунг школы. Левая группа иероглифов — пожелание:
Цзинь (jin) — золото (т.е. благополучия); Шэн (sheng) — жизнь, рождение (т.е. чего-то нового);
Фу (fu) — счастье. Согласно старой китайской традиции, эти иероглифы написаны справа налево.
на последней стороне — делегаты Всекитайского союза учащихся низших, средних и высших
учебных заведений, прибывшие во Владивосток из Шанхая в мае 1920 года для установления связей
со своими российскими коллегами. В центре кадра (сидит) Яо Цзобинь — видный деятель китайского
студенческого движения «Четвертое Мая», будущий (с января 1921 года) руководитель Союза.
Снимок сделан в одном из орудийных двориков Безымянной береговой батареи Владивостокской
крепости. В годы Гражданской войны и интервенции батарея, находившаяся на консервации,
превратилась в настоящий «экскурсионный объект», где любили фотографироваться местные жители
и граждане иностранных государств: чехословаки, японцы, американцы и проч. В 1996 году на
Безымянной батарее был открыт музей Владивостокской крепости.
© Д.А. Анча, Н.Г. Мизь, 2014
© Д.А. Анча, 2015
©Н.Г. Мизь, 2015
ISBN 978-5-8044-1539-7
® tt
Владивосток - столица Приморского края России, ее
важнейший город-порт на побережье Тихого океана, крупный
экономический и культурный центр на российском Дальнем Востоке.
Владивосток, или «Хайшеньвэй» - залив трепанга, так
по-своему называли его приезжавшие сюда китайцы, как ни один
другой город России имеет особую давнюю и глубокую связь с
Китаем. Отрадно осознавать, что наши сограждане сыграли
значительную роль в его истории.
В 2012 году во время своего визита во Владивосток я
познакомился с приморскими краеведами Нелли Мизь и Дмитрием
Анча, которые в ходе многолетних исследований истории
Владивостока собрали немало фактов, подтверждающих большой
вклад китайцев в развитие города. Они поставили перед собой
благородную задачу - восстановить след, который оставили китайцы
в жизни Владивостока, провели кропотливую работу по сбору и
объективному анализу архивных материалов и предоставили всем
нам результаты своего труда.
Я рад, что благодаря сотрудничеству авторов и Посольства
Китайской Народной Республики в Российской Федерации книга
«Китайская диаспора во Владивостоке: страницы истории» вышла в
свет. Это весомая работа, имеющая несомненную документальную
ценность и восполняющая пробелы в «китайской» истории
Владивостока.
Уверен, что книга вызовет большой интерес у жителей
Владивостока и послужит замечательным импульсом к дальнейшему
изучению общей истории народов Китая и России!
Чрезвычайный и Полномочный Посол
Китайской Народной Республики
в Российской Федерации
г\ Ли Хуэй
От авторов
В многонациональной летописи Владиво-
стока есть немало интересных страниц,
повествующих о живших здесь представи-
телях различных стран: США, Германии,
Великобритании, Франции, Швейцарии,
Италии, Греции, Турции, Японии, Кореи,
Китая и других.
Время от времени в разных изданиях о них
появляются публикации, среди которых, что
вполне естественно, особое внимание уделя-
ется нашим азиатским соседям.
В 2009 году вышла в свет монография,
посвященная истории корейской диаспоры
в Приморье, в 2011 и 2013 годах — японской.
Со своей стороны мы попытались осве-
тить некоторые стороны жизни китайского
населения Владивостока с начала 1870-х до
конца 1930-х годов, уделив внимание тем из
них, которые ранее, в предшествующих пу-
бликациях, посвященных владивостокским
китайцам, или совсем не затрагивались, или
описывались недостаточно полно.
Общеизвестно, что китайская диаспора во
Владивостоке была самой многочисленной
после русского населения, о чем свидетель-
ствуют официальные статистические данные.
Китайцы играли ключевую роль во многих
областях городской жизни. Китайский труд
был широко востребован во Владивостоке
в течение всего периода имперской власти
и на начальном этапе советской, вплоть до
массового выселения китайцев в 1938 году. От
наличия или отсутствия китайских рабочих
рук зачастую зависела реализация многих
важнейших государственных проектов, укре-
плявших позиции России на ее восточной
окраине и способных изменить геополити-
ческую картину дальневосточного региона.
«По улицам Владивостока снуют по всем
направлениям китайцы, корейцы, японцы.
Особенно много китайцев; русских почти
совсем не видать; да их здесь-таки довольно
мало по сравнению с сынами Небесной им-
перии», — писал в 1897 году Д.И. Шрейдер в
своем выдающемся труде под говорящим на-
званием «Наш Дальний Восток». — «Длинная
коса, волочащаяся чуть не до самой земли,
желтый, пергаментный цвет лица — послед-
ствие обильного употребления опиума и
плохого питания, лукавые раскосые глаза,
своеобразный костюм, состоящий наполо-
вину из чего-то похожего на дамскую кофту
(“курма”), наполовину — из легких шаровар
детского покроя, мягкие туфли, неслышная
поступь, вкрадчивый голос, льстивая речь —
таков, в общем, по первому впечатлению,
уссурийский китаец, известный у местных
жителей под названием “манза”».
Это описание «манзы» стало почти хре-
стоматийным и встречается чуть ли не в каж-
дой публикации, посвященной владивосток-
ским китайцам. Гораздо реже вспоминают
другие слова Шрейдера, содержащиеся в той
же книге: «Уже в первые дни моего пребы-
вания на территории нашей тихоокеанской
окраины мне пришлось слышать от местных
жителей одну и ту же фразу, ярко обрисовы-
вающую и вполне верно определяющую роль
и значение китайцев в этом молодом и едва
только заселяющемся крае. Не будь манзы, —
говорили мне, — мы все перемерли бы здесь
с голоду. Познакомившись ближе с услови-
ями местной жизни, я убедился в том, что в
этом утверждении нет, в сущности, никакого
преувеличения...Манза является абсолютно
необходимым условием более или менее
сносного существования европейца. Без него
он сидел бы здесь без пищи, питья и топлива
и нуждался бы в самых существенных и эле-
ментарно необходимых предметах человече-
ского общежития. Без манзы европейскому
колонисту нельзя здесь шагу ступить. Нужно
ли вам строить дом или вскопать огород, име-
ете ли вы нужду в прислуге, мясе и овощах,
имеете ли вы надобность в чернорабочем,
подрядчике — за всем этим вы должны обра-
щаться к китайцу: он и прислуга (“бой” — по
местной терминологии), он и ремесленник,
и огородник, и мясоторговец, комиссионер,
подрядчик, лавочник, земледелец — словом,
все, что угодно. Все сферы труда и местной
промышленности находятся почти исклю-
чительно в его руках».
Азиатский «колорит» Владивостока кон-
ца XIX — начала XX веков, основу которого
составляли именно китайцы, производил
неизгладимое впечатление на всякого «све-
жего» вновь прибывшего человека из запад-
4
ных регионов страны. И эта же особенность
города становилась для него (не говоря уже
о коренных владивостокцах) совершенно
естественной, привычной и необходимой,
если он оставался в нем на длительный срок,
а наличие китайцев — важным фактором его
повседневной жизни.
Иллюстрацией тому могут служить рисун-
ки А. Гринева — молодого любознательного
человека, служившего в начале 1910-х годов
чертежником в управлении строителя Вла-
дивостокской крепости, который подарил
своему переведенному на запад начальнику
военному инженеру, подполковнику Г.П. За-
харьину на память о Владивостоке несколько
зарисовок своеобразной владивостокской
жизни, а именно: образы местных китайцев.
Межнациональные отношения — тема
очень деликатная. Во избежание сомнений
в достоверности тех или иных фактов, из-
ложенных в книге, мы постарались подкре-
пить их, по возможности, полными текстами
исторических документов, газетных публи-
каций и воспоминаний очевидцев, благо-
даря которым читатель сам может вынести
суждение по неоднозначным моментам «ки-
тайской» истории Владивостока.
Мы выражаем искреннюю признатель-
ность нашим друзьям и коллегам, всем тем,
кто помог нам в работе над книгой: сотрудни-
кам Общества изучения Амурского края, Рос-
сийского государственного исторического
архива Дальнего Востока, Государственного
архива Приморского края, Приморского го-
сударственного объединенного музея имени
В.К. Арсеньева (особо — директору ГАПКа
А.М. В идя кину и директору музея В.А. Ша-
лаю), В.И. Калинину, А.А. Хисамутдинову,
И. Франкьену (США), Д.Н. Никифорову,
В.П. Трофимову, Н.Г. Артемьевой, А.П. Яков-
цу, С.Л. Чесунову, А.А. Горчакову, Т.З. По-
зняк, Е.Н. Чернолуцкой, А.М. Буякову,
Г.П. Турмову, Е.А. Мамонтову, Ю.В. Иванову.
Мы благодарим Посольство Китайской
Народной Республики в Российской Феде-
рации и лично господина Посла Ли Хуэй,
по чьей инициативе была создана эта книга
и при поддержке которого вышло в свет ее
первое издание.
Мы также благодарим депутата Думы
Находкинского городского округа Антона
Горбаня, оказавшего значительное содей-
ствие в выпуске второго издания книги.
5
№ I, N« 2, Ns 3, Ns 4. Рисунки А. Гринёва.
1913 год
6
Глава 1.
Значение китайцев в развитии Владивостока,
его экономической и хозяйственной и жизни
Китайская диаспора с 1880-х годов со-
ставляла не менее трети населения Вла-
дивостока, поэтому естественным является
участие китайцев во многих сферах жизни
города, в том числе: строительстве, торговле,
в сфере услуг, в ремесленном производстве,
сельском хозяйстве, транспортных перевоз-
ках и других отраслях хозяйства.
Первый опыт привлечения китайских
артелей для строительных работ в порту
относится к 1872 году, вскоре после по-
лучения Владивостоком статуса главного
порта России на Тихом океане и с началом
перевода из Николаевска-на-Амуре мор-
ских учреждений, перевоза заводского обо-
рудования и строительства здесь портовых
сооружений.
В связи с острой нехваткой рабочей силы
администрация Владивостокского порта
приняла решение нанять 30 — 50 китайцев-
рабочих в одном из портов Китая для на-
чавшегося строительства. Но из-за органи-
зационных трудностей это решение не было
выполнено, для строительных работ в порту
были набраны рабочие из числа пришлого
китайского населения из окрестностей Вла-
дивостока и Посьета.
Этот опыт использования случайных ки-
тайских чернорабочих в качестве строителей
оказался неудачным, что было отмечено в
«Отчете по Морскому Ведомству за 1870 —
1873 годы», утвержденном великим князем
генерал-адмиралом Константином:
«В мае 1872 года был передвинут во Вла-
дивосток Амурский экипаж, и началась
перевозка портового имущества. В этом и в
следующем 1873 году построены две казар-
мы, госпиталь и несколько самых необхо-
димых строений для портовых мастерских
и магазинов; постройки для помещения
присутственных мест и должностных лиц и
приступлено к постройке третьей казармы,
дома главного командира, портовых управ-
лений и каменного порохового погреба. Все
эти работы выполнены почти исключитель-
но трудами чинов Амурского экипажа, так
как опыт пополнения рабочей силы наймом
китайцев не удался. Китайские рабочие ока-
зались слабосильны, ленивы и вовсе неспо-
собны к плотницкому делу; они принесли
некоторую лишь пользу в земляных работах
и кладке фундаментов».
Несмотря на непрофессионализм первых
нанятых китайских рабочих, портовое на-
чальство не собиралось вовсе отказываться
от их помощи, а постепенно организовало
приезд во Владивосток нужных специали-
стов. Тогда же, в 1870-е годы, в городе по-
явились китайские рабочие, занимавшиеся
производством кирпичей, заготовкой изве-
сти и бревен—тех строительных материалов,
в которых быстро растущий Владивосток
испытывал острую нужду.
С 1874 года вольнонаемные китайские
мастера трудились на государственном кир-
пичном заводе, располагавшемся возле устья
Первой речки. На этом заводе было 100 по-
лочных навесов, по 100 метров каждый, для
сушки сырца, а также — печь для обжига
кирпичей, с двумя отделениями, мощностью
по 100 тысяч штук каждое.
Вскоре китайский труд стал активно ис-
пользоваться во Владивостоке и во всем
Приамурском крае. Из среды китайцев
стали выделяться способные подрядчики,
которых русская администрация оценила
за качественную и сравнительно недорогую
работу. Так, в 1876 году китаец Ун Дангуй
получил подряд на выделку кирпичей. По-
ставленные Уном Строительной части порта
308280 штук кирпичей обошлись казне зна-
чительно дешевле, чем полученные ранее у
казенного завода.
И в дальнейшем китайские кирпичные
заводы влияли на стоимость этого наи-
важнейшего строительного материала,
постепенно составляя все более активную
конкуренцию местным предпринимателям-
европейцам и заставляя их снижать цену.
7
Na 5. Вид с горы Тигровой на центральную часть Владивостока. 1888 год
8
9
10
11
В 1892 — 1893 годах в Куперовской пади с
разрешения городских властей были откры-
ты сразу несколько китайских кирпичных
заводов.
«Во Владивостокскую Городскую Управу
Китайского подданного Лю-гон-сян
Заявление.
Покорнейше прошу Городскую Управу
уступить мне в аренду...и приготовленные
мною печи для обжигания кирпича сроком
на три года. Арендная плата за каждый год по
105 рублей в местности Куперовской пади.
1 марта 1893 года. Лю-гуан-сян».
«Во Владивостокскую Городскую Управу
Китайского подданного Лю-кон-сен
Заявление.
Покорнейше прошу Городскую Управу
уступить мне место для выделки кирпича в
аренду в Куперовской пади...».
В большинстве это были небольшие
производства, но кирпичные заводы Лю
Чинчжаня и Хин Гобао в Куперовской пади
выпускали в год, соответственно, 800 тысяч
и 450 тысяч штук кирпича; на первом из них
трудилось 130 человек, на втором — 80.
Постепенно китайцы стали выносить
кирпичное производство в пригород, побли-
же к берегу моря, по которому легко и, глав-
ное, дешево доставляли на небольших судах
готовую продукцию в бухту Золотой Рог.
Как писал в городскую Думу в 1913 году
владивостокский «кирпичный король» И.И.
Кустер, чей завод в Гнилом Углу выпускал два
миллиона штук кирпича в год: «благодаря
большому числу вновь открытых здесь за
последние годы кирпичных заводов, вызвав-
ших между владельцами их сильную конку-
ренцию, я, к сожалению, в данном случае
оказался в более худшем состоянии, ибо не
в силах поставить на местный рынок кирпич
дешевле других...Заводы, находящиеся вне
города, могут доставлять свой кирпич морем
на местный рынок по цене до 3-х рублей с
тысячи и имеют его в самом центре города,
как, например, на Семеновском базаре или
на берегу сада Невельского, и продавать его
по цене, в среднем, 24 — 25 рублей. Доставка
же от моего завода в Гнилом Углу до Китай-
ской или Алеутской улиц стоит от 5-ти до
6-ти рублей с тысячи, и я могу его продавать
в западной части города по цене от 27 до 28
рублей за тысячу.... За последнее время по-
явились конкуренты даже в районе и само-
го Гнилого Угла, куда стали возить кирпич
с других заводов, т.к. разницы в стоимости
его доставки на шаландах между берегом у
сада Невельского и берегом Гнилого Угла
почти нет».
Заготовку извести, включая ломку из-
весткового камня, обжиг и гашение, осу-
ществляли также, в основном, китайские
подрядчики и рабочие. Известковый камень
добывался на берегу Уссурийского залива в
бухте Тавайза (сейчас — бухта Муравьиная),
обжиг и гашение — как на месте производи-
мых работ, так и во Владивостоке в специаль-
но построенных известково-обжигательных
печах. В 1874 году у китайцев было куплено
7568 пудов (101 тонна) гашеной извести.
В 1876 году работы по обжигу извести
были отданы подрядчику Ю Анлаю. Как
свидетельствуют архивные документы:
«Благодаря хорошей организации труда об-
жиг одной кубической сажени известкового
камня обошелся казне в 70 руб. 31 коп., что
было, по сравнению с 1875 годом, на 24 руб.
3 коп. дешевле. А пуд гашеной извести шел
по цене 15 копеек, что также было дешевле
на 4 копейки».
Китайцы подряжались на рубку леса, за-
готовку и вывоз бревен и пиломатериалов. В
1874—1875 годах Строительная часть выдала
подряды на заготовку бревен в следующих
количествах: купцу Ю Анлаю — 2000 штук
в 1874 и 250 штук — в 1875 году; “Лан Хау
и Ко” — 1600 штук; Чи Футину — 350 штук.
Архивные документы сохранили сведе-
ния о поставках досок китайскими подряд-
чиками в 1878 году: Ван Цинчином — 500
штук по цене 73 коп. за каждую; Рогожиным
(крещенным китайцем) — 200 досок по 70
коп.; Чан Сюем — 294 доски по 70 коп.; под-
рядчиком Шу — 320 досок по 1 руб. 40 коп. и
1124 доски по 1 руб. 30 коп.; Чан Футином —
425 досок по 1 руб. 30 коп.; подрядчиком
Чи — 60 досок по 2 руб. 50 коп.; У Тишаном —
140 досок по 1 руб. 50 коп.
Китайские подрядчики в 1870-е годы за-
нимались не только поставкой стройматери-
алов, но и непосредственно строительными
работами для Морского ведомства. Одним из
важных строительных объектов в то время
был склад для судового такелажа. В феврале
1877 года администрация порта доложила
12
Главному командиру портов о том, что хра-
нящиеся в железном пакгаузе тросы из-за
нагревания летом, а также сырости во вре-
мя туманов быстро приходят в негодность.
Требовалась постройка каменного здания.
В мае того же года были составлены чер-
теж такого здания и смета на его постройку.
Сооружение склада началось после торгов,
на которых наименьшую цену предложил
китайский подрядчик Чан Футин. Склад
был «сдан в казну» в 1879 году. Он весь был
выполнен из местного камня, причем стены
имели высоту более трех саженей (6,5 метра).
Для защиты от сырости в толще стен были
устроены вентиляционные колодцы, идущие
из подпола на чердак. По отдельному подря--
ду Чан Футин возвел внутри склада особен-
ные каменные постаменты для стеллажей,
на которых размещались тросы.
Как отмечает историк А.И. Петров: «...в
конце 70-х годов XIX века китайцы на вла-
дивостокском рынке труда заняли довольно
прочные позиции в качестве: 1) подрядчи-
ков по возведению некоторых зданий; 2)
подрядчиков по производству кирпича и
извести; 3) подрядчиков по поставке досок;
4) рабочих на названных производствах и
5) чернорабочих, грузчиков и т.д... Необхо-
димо напомнить, что китайцы не чурались
никакой работы: если надо было строить
и ремонтировать туалеты, они строили и
ремонтировали туалеты, если надо было
строить и ремонтировать дворцы, они стро-
или дворцы. Везде, где требовался труд ра-
бочего-строителя и была хоть малая выгода,
китайцы предлагали свой труд и получали
максимальную прибыль».
Эти слова подтверждаются конкретными
фактами. В 1878 году подрядчик Чан Футин
«выполнил устройство выгребных ям рети-
радных мест при Госпитальных флигелях».
Вообще, вклад китайцев-строителей в
развитие города трудно переоценить. Прак-
тически весь дореволюционный Владиво-
сток воздвигнут их руками и их трудом.
Интереснейшее описание китайского
труда дал в 1897 году исследователь и путе-
шественник Д. И. Шрейдер:
«В том, что у манзы есть действительно
какой-то особенный “вкус к работе”, столь
ценимый местными хозяевами, мне при-
шлось убедиться наглядным образом. Мне
довелось посетить производившиеся невда-
леке от Владивостока работы по сооружению
большого каменного моста. Я попал сюда в
самый разгар работы. Повсюду близь моста
и по всей неширокой лощинке виднелись
обнаженные, голые спины манз, сидевших
верхом на больших камнях и усердно коло-
тивших по ним небольшими молотками: они
готовили камень для “облицовки” моста.
Неподалеку от них работали русские рабо-
чие. Огромная разница в приемах работы и
в самом характере ее бросилась мне в глаза
уже при первом взгляде на тех и других.
Там — рослый, коренастый, мускулистый на-
род. Здесь — тщедушные, сухопарые, тощие
узкогрудые подобия мужчин с косами, туго
скрученными на затылке. Там — сильные,
могучие, ловкие, уверенные и свободные
взмахи молотом; удары за ударами раздаются
по твердому камню, — только искры летят
да щебень сыплется во все стороны. Здесь —
как будто робкие, неуверенные, медленные,
слабые удары; кажется, будто это взрослые
дети, играющие в работу. По сравнению со
своими соседями манзы буквально кажутся
гномами, копошащимися в груде камней.
Однако же, при ближайшем наблюдении,
сравнение, как это ни странно на первый
взгляд, оказалось не в пользу их европей-
ских соседей.
Манзы, правда, сработали мало, гораздо
меньше своих соседей, но зато все, что они
сделали, безусловно шло в постройку. Их
удары были как будто ленивы, бессильны,
они словно еле касались камней, но зато они
почти ни одного из них не испортили. Они
работали словно нехотя, но зато облицовка
вышла, по выражению десятника, — “боже-
ственная”. Там, у их соседей, наоборот. Что
ни взмах, — любо смотреть, что ни удар, —
хоть возьми и рисуй; но зато, вместо того
чтобы обтесать камень, у него часто скосят
весь угол в сторону. Да и самая облицовка —
“дело тонкое, нежное” — значительно про-
игрывала сравнительно с работой их длин-
нокосых конкурентов. Так и видно, что ра-
ботал человек здоровый и сильный и что ему
трудно было справиться с этой силой своей.
— Негожи они для этой кропотливой ра-
боты, — с сокрушением проговорил сопро-
вождавший меня десятник. — Только один
манза и способен на такую неблагодарную
13
работу. Он по целым часам безустанно будет
возиться с одним камнем, бить полегоньку,
помаленьку в одно и то же место, но зато на
линию не ошибется.
— Нет, нам с ними равняться не модель...
Где ж тут! Вишь, он-то цельный день сидит
над им, над камнем... Тьфу! Невтерпеж и
смотреть на такую работу, — вмешался в наш
разговор рослый рабочий...
Когда манзы проходили мимо меня гусь-
ком по двое-трое, то мне еще больше, чем
раньше, бросились в глаза худоба их полу-
бронзовых тел. Не избаловала их родина,
да и вообще жизнь не балует их. В этом я
убедился еще больше, когда полюбопыт-
ствовал присутствовать на их обеде. Едва
ли, впрочем, можно было назвать обедом
то, что им подано было под этим названием:
немножко риса и какой-то травки, много
черемши, — вот, кажется, и все. И эти рабо-
чие люди были вполне удовлетворены такой
пищей. Да, впрочем, на родине они и к такой
не привыкли.
Как бы предупреждая готовый уже сле-
теть с моих уст вопрос, манза-подрядчик,
с порядочным брюшком и полушелковой
курмой на плечах, все время вертевшийся
около меня (это был импресарио этих то-
щих людей), с улыбкой превосходства и не
без иронии проговорил, указывая мне на
подвластных ему китайцев: “Его много не
нузи... Его — Китай совсем кусай нету”. Этот
толстый, веселый и упитанный подрядчик-
китаец, пожалуй, очень недалек от истины».
Главными «потребителями» китайского
труда были государственные ведомства: во-
енно-морское и военное, железная дорога,
коммерческий порт и другие, а также Мини-
стерство внутренних дел в лице областных и
городских властей.
Не всегда «лакомые» подряды на стро-
ительство доставались подрядчикам-ки-
Ne 6. «Находящийся в порту казенный судостроительный и судоремонтный завод имеет площадь
около 200 десятин и может принять для ремонта одновременно до 10 судов. Завод имеет следующие
отделы: механический, котельный, меднокотельный, судостроительный, чугуно- и меднолитейный,
электрический, деревообделочный с лесопильным заводом». Начало XX века
14
тайцам, но почти всегда рабочими на этом
строительстве были китайцы, руководимые
русскими инженерами и техниками.
Морское ведомство привлекало китай-
цев к строительству своих главных объек-
тов, например мастерских военного порта,
превратившихся со временем в «казенный
судостроительный и судоремонтный завод»
(Дальзавод).
Вот что писала об этом газета «Владиво-
сток» в 1887 году: «...14 октября состоялось
освящение нового здания механического
заведения...Относительно постройки мы
получили следующие сведения: здание имеет
45 саж. [96 метров] длины и 16 саж. [34ме-
тра] ширины и состоит из двух флигелей,
каждый в два этажа, соединенных между
собою одноэтажной частью, в которой по-
мещается обширная станочная мастерская...
Постройка произведена инженер-полковни-
ком Ивановым и была начата в 1883 году. На
постройки потребовалось около 1 миллиона
штук кирпича [поставленного в том числе
китайскими кирпичными заводами] и до 10
тысяч пудов чугуна и железа. Ввиду предпо-
лагаемого усиления Тихоокеанской эскадры
и ее будущего значения на нашем Дальнем
Востоке, постройка новых мастерских яв-
ляется вполне своевременной. Поэтому
нельзя не приветствовать окончание столь
капитального здания, сооружение которого
по справедливости составляет эпоху для на-
шего порта, так как этим положено основа-
ние новому адмиралтейству, где отныне со-
средоточится вся наша главная техническая
деятельность».
В 1891 году в присутствии прибывше-
го во Владивосток наследника цесаревича
Николая Александровича (в будущем — по-
следнего российского императора Николая
II) в Минном овраге был заложен большой
сухой док, получивший его имя.
Ns 7. Китайские рабочие на строительстве дока имени цесаревича Николая. Начало 1890-х годов
15
Na 8. Китайские рабочие на строительстве дока имени цесаревича Николая. Начало 1890-х годов
Конечно, на открытие дока 7 октября
1897 года китайских строителей не при-
гласили, хотя они имели полное право там
находиться. Но благодаря историческим
фотографиям мы можем себе представить
огромный объем работ, выполненный ки-
тайскими землекопами, каменщиками и
бетонщиками.
В мае 1897 года «Высочайше одобренным
предложением Особого Совещания под
председательством Его Императорского Вы-
сочества Генерал-Адмирала было признано
необходимым расширение Владивосток-
ского военного порта до размеров перво-
классных портов». Для этой цели правитель-
ством было выделено 13 миллионов рублей.
В 1898 — 1905 годах на обширной площади
так называемого «Нового Адмиралтейства»,
между сквером Невельского и Гнилым Углом
(сейчас — площадь Луговая) были построе-
ны капитальные здания портовой конторы
(сейчас — Светланская, 72), офицерские
флигели (сейчас — Светланская, 66, 74, 78,
80, 80а), казарменный городок Сибирского
флотского экипажа (сейчас — Экипажная,
8), новые корпуса морского госпиталя (сей-
час — Ивановская, 4), комплекс минно-ар-
тиллерийских складов в Госпитальной пади
(сейчас — парк Минного городка) и многое,
многое другое.
«На территории Морского ведомства
вплоть до Гнилого Угла раскинулся соору-
жаемый огромный первоклассный порт.
№ 9 и Ns 10. Крейсер «Дмитрий Донской» в доке имени цесаревича Николая в день его открытия.
«Управляющему Морским Министерством Вице-Адмиралу П.П. Тыртову...16 Октября 1897 года.
Доношу Вашему Превосходительству, что...7 сего Октября состоялось открытие сухого имени Цесаревича
Николая дока и ввод в него крейсера 1-го ранга «Дмитрий Донской»... Крейсер был введен в док в 7 минут,
затем затвор был задвинут и откачали 3 фута воды с тем расчетом, чтобы киль коснулся блоков. К вечеру
того же дня крейсер был поставлен на киль и распоры утверждены. 8 Октября крейсер был окончательно
установлен и вода выкачана.
Командир Владивостокского Порта Контр-Адмирал Чухнин»
16
17
С рейда хорошо видны многочисленные
постройки и кажутся отдельным городом.
Прежние здания мастерских и складов те-
ряются в массе вновь возводимых построек.
В глубине Гнилого Угла сооружаются два
огромных сухих дока. Существующий док
облицовывается гранитом. Все мастерские
расширяются; уже готовы большая минная
мастерская, артиллерийская, подготовля-
ются к постройке большого механического
завода, доковых мастерских и проч.
Вся огромная территория порта со всеми
зданиями Морского ведомства будет осве-
щаться дуговыми фонарями и лампочками
накаливания.
В мастерских все станки будут приво-
диться в движение электричеством, для
чего будет сооружена большая центральная
электрическая станция... К северу от строя-
щихся сухих доков в Гнилом Углу раскину-
лась артиллерийско-минная лаборатория,
состоящая из ряда новых зданий различно-
го назначения, прекрасно оборудованных
по последнему слову науки. Лаборатория
соединяется с пристанью узкоколейной
железной дорогой. В самой же лаборато-
рии рельсы проложены ко всем складам.
Таким образом, очень скоро Владивосток
догонит по своему благоустройству своих
старых братьев Кронштадт и Севастополь».
Общее руководство этим грандиоз-
ным строительством осуществляла особая
«Строительная Комиссия по расширению
Владивостокского порта».
В целях экономии средств планирова-
лось (и поначалу так и было), что большая
часть работ будет выполнена «хозяйствен-
ным способом», то есть без привлечения
частных подрядчиков. Так же, без уча-
стия посредников, портовое начальство
нанимало рабочую силу, основу которой
составляли китайцы. Сколько именно их
трудилось на строительстве нового порта,
пока не установлено, по отрывочным све-
дениям — в разное время от двух до трех
тысяч человек.
Именно китайские рабочие были глав-
ной движущей силой этого строительства,
без них весь тщательно спланированный
комиссией производственный процесс
мог в одночасье пойти прахом, что и под-
твердилось самым прискорбным образом
в 1900 году во время восстания ихэтуаней
(или так называемого «боксерского вос-
стания») в Китае. Это восстание крестьян
и городской бедноты под руководством
тайного общества «Ихэ-цюань» («Кулак
во имя справедливости и согласия»), на-
правленное против засилья иностранцев в
Северном Китае, было подавленно в 1901
году союзными войсками Англии, Герма-
нии, Франции, Австро-Венгрии, США,
России, Японии.
26 мая 1900 года восставшие начали
наступление на Пекин, 28 мая китайская
императрица Цыси выразила им свою под-
держку, а 21 июня она официально объяви-
ла войну союзным державам, в том числе и
России. Сразу после этого во Владивостоке
была проведена мобилизация «запасных»;
русские войска срочно направлены в Мань-
чжурию. Вместе с тем город в короткое
время покинула масса прибывших на за-
работки китайских рабочих, в том числе
почти все строители военного порта.
Журналы заседаний строительной ко-
миссии по расширению Владивостокского
порта того времени фиксируют тяжелей-
ший кризис, вызванный бегством китай-
цев, и показывают сколько средств, не
запланированных ранее, ушло из казны на
его ликвидацию.
«Телеграмма Председателя Комиссии
на имя Управляющего Морским Мини-
стерством 2-го Июля 1900 года под № 4541:
“Докладываю Вашему Превосходительству,
что рабочие не могут быть наняты, так как
их нет, ушли обратно в Китай; остались
лишь у подрядчиков, законтрактовавших
рабочих ранней весной. Из разрешенных
работ только переданные частным под-
рядчикам — устройство водоснабжения,
постройка экипажеских магазинов, заго-
товка кирпича — идут с некоторым успехом;
остальные работы, назначенные хозяй-
ственным способом, совершенно остано-
вились за неимением рабочих. Количество
возможных к выполнению в сем году работ
сократится более чем наполовину, и стои-
мость их значительно увеличится. Повы-
шение цен, при настоящих условиях края,
с объявлением военного положения, пред-
ставляется соответственным положению
рабочего рынка, и в ближайшем будущем
18
скорее можно ожидать ухудшения этих
условий, чем улучшения их, ввиду все уве-
личивающегося ухода рабочих и значитель-
ного сокращения перевозочных средств...».
Из-за отсутствия китайских рабочих
под угрозой срыва оказалось строительство
важнейших объектов. И не только в порту,
«поскольку и в военном ведомстве работы,
производимые хозяйственным способом,
почти совершенно остановились».
«...Чтобы дать работам ход, Строитель-
ная Комиссия решила сдать благонадеж-
ному подрядчику Суворову, имеющему
достаточно рабочих, постройку казарм, ма-
стерских, портовой конторы, офицерских
флигелей и земляные работы доков...».
Действительно, М.И. Суворов оставался
на тот момент единственным «дееспособ-
ным» подрядчиком, сумевшим удержать
своих китайских рабочих от побега на ро-
дину. Эти-то китайцы-«суворовцы» и вы-
ручили порт в сложные 1900—1901-е годы.
Благодаря им семейные и холостые офи-
церы своевременно получили благоустро-
енные квартиры, была выстроена портовая
контора, не прерывалось строительство
казарм и мастерских, согласно графику
были заложены два сухих дока. Но неиз-
бежные дополнительные расходы, на кото-
рые вынуждена была пойти строительная
комиссия, вызвали резкую критику у вы-
шестоящего начальства. Командир порта
Г.П. Чухнин с трудом отстоял решения ру-
ководимой им комиссии, особенно трудно
«согласовывались» офицерские флигели,
так необходимые в условиях всеобщего
дефицита жилья.
«Телеграмма Адмирала Верховского от
4 Июля под № 1767: “На № 4541. Управ-
ляющий Морским Министерством край-
не недоволен, что отдается преимущество
подрядному способу, напоминает, что
Строительная Комиссия организована,
между прочим, и с тем, чтобы производить
постройки хозяйственным, а не подрядным
способом; опасается, что так не доста-
нет 13 миллионов исполнить программу;
удивляется, что Суворов имеет рабочих
и материалы, а порт затрудняется в этом;
вновь настаивает отдавать преимущество
постройке складов, мастерских против жи-
лых домов; офицерских флигелей строить с
подряда не разрешается вовсе, если нельзя
хозяйственным, то отложить в последнюю
очередь и строить, если останется денег...».
Опасения министра вполне оправда-
лись. Несмотря на то что в будущем ки-
тайских рабочих стало в достатке, кризис
1900 —1901-х годов привел к вынужденной
экономии средств, из-за которой пришлось
отменить строительство большого трех-
этажного Морского собрания, отложить до
«лучших времен», а позже совсем отменить
строительство третьего сухого дока в Гни-
лом Углу и некоторых других объектов. И
все это — следствие временного недостатка
китайских рабочих рук.
Отдавая должное русским специали-
стам, организовавшим строительство вели-
колепной военно-морской базы, не стоит,
однако, забывать тех, кто под их началом
рыл землю, таскал кирпичи и камни, созда-
вая «огромный первоклассный порт», и от
кого они так сильно зависели, — многочис-
ленных безвестных китайцев, способство-
вавших своим трудом укреплению русской
мощи на Тихом океане.
Говоря о посещении Владивостока Нико-
лаем II, нельзя не упомянуть еще об одном
«объекте», построенном руками китайцев.
«Копия с журнального постановления
заседания Владивостокской Городской
Думы, состоявшегося на 12 Января 1891 года
№ 1/128.
Относительно встречи Его Император-
ского Высочества Государя Наследника
Цесаревича.
Постановлено: для увековечения памяти
посещения Владивостока Его Император-
ским Высочеством Государем Наследником
Цесаревичем построить на перекрестке
Светланской и Прудовой улиц из камня и
кирпича триумфальные ворота, с постанов-
кою в них образа Святого Николая Чудот-
ворца с неугасаемою лампадою, и ходатай-
ствовать в установленном порядке о наиме-
новании этих ворот Николаевскими...
Самое сооружение поручить Городскому
Архитектору Капитану Коновалову при уча-
стии комитета, в который избраны гласные
Думы В.В. Иванов, В.П. Бабинцев, М.Г. Ше-
велев и купец Я.Л. Семенов.
С подлинным верно: Член Управы
Ст. Тупышев».
19
Ns I I. Китайские рабочие заканчивают отделку Николаевских триумфальных ворот (арки Цесаревича).
На строительных лесах вместе с ними контролер и нарядчик от городской управы - М.И. Суворов,
«бывший постоянно при сооружении триумфальной арки», за что городская Дума постановила «представить
его к награде». 1891 год
Подряд на строительство триумфальных
ворот получил китаец Шу Целен, который
вел работы днем и ночью «при двойной сме-
не рабочих», успев «окончить их вчерне к 11
Мая», т.е. ко времени приезда цесаревича, за
что городская Дума постановила выдать ему
«похвальный лист».
В 1896 году «Сибирский путеводитель»,
характеризуя эту достопримечательность
Владивостока, отмечал: «Несмотря на то,
что ворота выдержаны в строгом визан-
тийско-русском стиле и построены из
камня и кирпича, они, прежде всего, по-
ражают своей легкостью и воздушностью.
20
Видимо, рука строителя искусно распоря-
дилась с такой массой мертвого материала и
сумела придать ему ту красоту и пропорцио-
нальность, под которыми невольно теряется
массивность и выглядывают изящество и
стройность».
Будучи во Владивостоке, цесаревич на-
нес визит военному губернатору Примор-
ской области П.Ф. Унтербергеру, особняк
которого незадолго до этого был построен
китайцами под руководством военного ин-
женера К.С. Чернокнижникова.
Китайцами также были выстроены два
здания Приморского областного правления:
в 1890 году — первое и через двадцать лет вто-
рое. Как сообщала газета «Дальний Восток»
в июле 1909 года: «Вчера состоялись торги
на отдачу работ по постройке нового здания
Областного Управления. Подряд остался за
китайцем Лю Кюмо».
Это здание, одно из самых красивых в
городе, выполненных в стиле модерн, было
снесено в 1960-х годах.
Другое, не менее интересное и, к счастью,
сохранившееся здание, но только в русском
стиле, — почтово-телеграфная контора
(сейчас — Светланская, 41) также строилось
китайским подрядчиком и китайскими ра-
бочими.
«В Владивостокскую Городскую Управу
Китайского подданного, подрядчика по
постройке зданий Владивостокской По-
чтово-Телеграфной Конторы Сан-Синь-Юн
Прошение.
Имею честь просить Городскую Управу
разрешить мне временно оставить строи-
тельный материал, надобный на постройку
почтово-телеграфной конторы, на берегу
бухты Золотой Рог, близь адмиральской при-
стани, где и в прошлом году складывался
мною таковой материал с разрешения Го-
родской Управы.
Марта 19 дня 1899 года. Китайский под-
данный Сан-Синь-Юн».
Даже на примере только этих двух зданий
видно, что китайцам доверяли реализацию
сложных архитектурных проектов, требую-
щих высокой квалификации и подрядчиков,
и строителей. А кроме них было много дру-
гих замечательных построек, составляющих
ныне архитектурное наследие «Старого Вла-
дивостока».
Na 12. Здание областного правления, выстроенное китайским подрядчиком Лю Кюмо. Начало XX века
21
Ns 13. Владивостокская почтово-телеграфная контора, построенная в 1900 году по проекту архитектора
А.А. Гвоздзиовского китайским подрядчиком Сан Синьюном. За ней доходный дом В.П. Пьянкова,
построенный в 1901 году по проекту архитектора И.С. Багинова тем же Сан Синьюном. 1904 год
22
23
Особое место китайцы-строители зани-
мают в создании Владивостокской крепости:
ее фортификационных сооружений, казар-
менных городков, дорог и прочего.
Можно определенно говорить, что зна-
чительная часть крепости, за исключением
засекреченного крепостного обвода проекта
1910 года, построена китайскими рабочими.
Впервые их привлекли для строительства
укреплений в 1877 — 1878 годах, когда во вре-
мя русско-турецкой войны возникла угроза
разрыва отношений с Англией и нападения
британского флота на Владивосток.
Для противодействия этой возможной
агрессии военные инженеры Морской стро-
ительной части Владивостокского порта
подполковники В.П. Зотиков и Н.И. Пе-
тропавловский спешно возвели земляные
артиллерийские батареи на входе в бухту
Золотой Рог на мысах Голдобина, Эгер-
шельда, Бурном, Назимовском полуострове,
северной части Русского острова и возвели
укрепления временного характера на горе
Орлиное Гнездо и других высотах, непо-
средственно примыкающих к центру города.
Поскольку проведение столь масштабных
и срочных работ нельзя было выполнить
силами одного только гарнизона, были на-
няты и привезены из Китая несколько сот
китайцев-землекопов.
Инициатором строительства укреплений
и вообще создания Владивостокской крепо-
сти, был заведующий инженерной частью
Восточно-Сибирского военного округа
полковник П.Ф. Унтербергер, известный
впоследствии административный деятель и
исследователь Дальнего Востока. И то, что в
момент кризиса эти укрепления было кому
строить, — тоже его заслуга.
Еще в конце 1875 года Унтербергер от-
правился из Иркутска в командировку в
Амурскую и Приморскую области, в которой
пробыл почти год. Во время этой поездки,
в 1876 году, он также «был командирован
Командующим войсками округа в Шанхай
и открытые порты Китая для ознакомления
с строительным делом в Китае и для разра-
ботки вопроса о применении у нас в При-
амурском крае китайской рабочей силы во-
обще, а в особенности для найма мастеровых
китайцев для работ Инженерного ведомства
в Приморской области».
№ 14. Здание штаба Владивостокской крепости, построенное китайскими рабочими в 1890-х годах.
Начало XX века
24
Китайские рабочие, нанятые Унтербер-
гером, так своевременно оказавшиеся во
Владивостоке, сразу же были направлены
на оборонительное строительство.
И в дальнейшем самые тяжелые, в первую
очередь — земляные, работы в крепости вы-
полнялись преимущественно китайцами,
«перелопатившими» не одну тысячу кубо-
метров грунта.
Китайские рабочие, нанимаемые во-
енным ведомством, занимались не только
строительством укреплений, но и строитель-
ством казарменных зданий. С начала 1880-х
годов по 1903 год ими были выстроены не-
сколько городков для войск гарнизона, в
которых размещалось 12 тысяч солдат и
офицеров.
Владивосток был официально объявлен
крепостью 30 августа 1889 года. Для нор-
мального функционирования ее командных
органов требовалось построить значитель-
ное число зданий: штаба, строевых и тыло-
вых управлений, офицерского собрания и
прочего, а также жилых домов для офицеров
и чиновников, поскольку «быстрый рост
городского населения, с одновременным
увеличением гарнизона крепости и дорого-
визной материалов и рабочих рук, необходи-
мых для построек, привели к непомерному
воздорожанию квартир, цена коих возвы-
силась в 3 и 4 раза против нормальной...».
В 1890 — 1897 годах на обширном земель-
ном участке между улицами Алеутской,
Посьеткой и 1-й Морской китайскими
строителями был возведен комплекс из
служебных и жилых зданий командного со-
става крепости.
В 1900 — 1904 годах по проекту, состав-
ленному известным военным инженером
полковником К. И Величко, под руковод-
ством начальника инженеров крепости
полковника В.И. Жигалковского вокруг
города была построена новая линия укрепле-
ний. С севера, на полуострове Муравьева-
Мурского, — форты Муравьева-Амурского,
Суворова, укрепления № 1,2,3 (форт Ли-
невича), редуты № 4, 5 и три люнета. Укре-
пления соединялись между собой оградой
в виде рва и земляного вала, которая тяну-
лась от Амурского залива до бухты Тихой.
Ns 15. Комплекс штабных зданий Владивостокской крепости, построенных китайскими рабочими в 1890-х
годах. Начало XX века
25
С юга, на острове Русском, возвели форт
Русских на одноименной горе и укрепление
№ 4 (форт Поспелова) на Саперном полу-
острове. Кроме того, построили и перестро-
или 23 береговые батареи.
Для этого строительства в Китае были
дополнительно наняты более трех тысяч
китайских рабочих, которые не только рыли
рвы и траншеи, но и занимались бетонными
работами.
Начавшаяся 27 января (9 февраля) 1904
года Русско-японская война застигла многих
из них во Владивостоке. После объявления
крепости на осадном положении, в конце
февраля 1904 года, въезд в нее китайцам
был запрещен, но тех китайских рабочих,
которые в ней находились, военные власти,
помня печальный опыт 1900 года, оставили
на месте, запретив им выезд из Владивосто-
ка, и направили на строительство передовой
оборонительной позиции в районе реки Се-
данки, а также на строительство береговых
батарей на берегу Уссурийского залива.
Последний участок был особенно важен
для защиты крепости.
22 февраля 1904 года Владивосток был
обстрелян японцами со стороны моря.
Японская эскадра под командованием
контр-адмирала X. Камимуры, в составе
пяти новейших башенных броненосных
крейсеров, зашла вглубь Уссурийского за-
лива и, пользуясь отсутствием здесь батарей
с дальнобойной артиллерией, открыла огонь
по оборонительным сооружениям крепости
и по восточной части города, выпустив свы-
ше 200 снарядов.
И хотя обстрел не привел к значительным
разрушениям и жертвам, безнаказанность
японцев, без какого-либо ответа со стороны
крепости, заставила командование срочно
создавать береговую оборону со стороны
Уссурийского залива, направив для этой
цели несколько бригад китайских рабочих,
о чем свидетельствуют исторические фото-
графии, хранящиеся в фондах музея русской
культуры в городе Сан-Франциско (США).
Ns 16. Форт Русских на горе Русских острова Русский, сооруженный в 1900 году китайскими рабочими.
Начало XX века
26
Ns 17. Земляной ров и бетонные кофры форта Суворова. Во время нападения японской эскадры
на Владивосток форт Суворова также подвергся обстрелу с вражеских кораблей. Начало XX века
№ 18. Временная артиллерийская батарея, возведенная в срочном порядке с помощью китайцев на берегу
бухты Тихой. 1904 год
27
Nfi 19. Временная артиллерийская батарея, возведенная в срочном порядке с помощью китайцев на берегу
бухты Тихой. Пробная стрельба из орудий в присутствии китайских рабочих. 1904 год
28
Ns 20. Китайцы на строительстве береговой
батареи № 960 на Русском острове. 1910 год
Владивосток, неприступный для врагов
во время войны, был разрушен внутренней
смутой сразу после ее окончания.
«В ночь с 30 на 31 октября 1905 года во
Владивостоке вспыхнул военный мятеж,
возникший на почве недовольства запасных
неувольнением их на родину и некоторыми
непорядками, царившими в местном гарни-
зоне. Подстрекаемая агитаторами тысячная
толпа запасных солдат и кадровых матросов,
при пассивном отношении к беспорядкам
вызванных для охраны жителей войсковых
частей, каким-то стихийным ураганом про-
неслась по городу. Были ограблены почти все
магазины, рестораны, торговые заведения. К
вечеру этого дня город пылал в нескольких
концах и, с промежутками, на всем протяже-
нии Светланской улицы и Матросской Сло-
бодки был разграблен — разгромлены были и
ограблены почти все магазины, рестораны,
торговые заведения. Подожжен был базар,
и громадное, полнеба охватившее зарево,
раскинулось над городом. Дикие крики озве-
ревшей от водки толпы, выстрелы, грохот и
треск разбиваемых окон и дверей навели па-
нику на не ожидавшее такового ужасного по-
грома и потому не принявшее никаких мер
к самообороне мирное население. Утро сле-
дующего дня осветило действительно ужас-
ную картину: почти треть города оказалась
сожженной. Сгорела лучшая часть Светлан-
ской улицы — от железнодорожного переезда
до Алеутской улицы, сгорел здесь громад-
ный, великолепный дом Галецкого с поме-
щавшимися в нем магазинами, гостиницей,
общедоступным театром и общественным
собранием, сплошь выгорел квартал с мас-
сой китайских магазинов по Алеутской,
Пекинской, Семеновской улицам. Больше
чем на треть выгорела Матросская Слободка,
сожжены были дотла Морское Собрание с
его богатейшим в городе книгохранилищем,
здание военного суда, офицерские флигели
в экипаже... Еще накануне утром бойкий,
полный шумной кипучей жизни, красавец-
город теперь напоминал своими руинами,
своими зияющими, как впадины черепа,
побитыми оконными рамами, обгорелыми
остовами каменных громад разгромленную
и выжженную беспощадным неприятелем
крепость, павшую после долгого и упорного
сопротивления».
Ноябрь и декабрь месяцы 1905 года прош-
ли в городе под красным флагом. Местные
военные и гражданские власти бездейство-
вали или спасались бегством. В многолюд-
ном гарнизоне крепости революционное
движение достигло таких размеров, что весь
гарнизон был подчинен распоряжениям
стачечного и военного комитетов, а также
высшего органа тогдашней революционной
власти — «союза союзов».
Понятно, что во время «революции» ни-
каких серьезных работ по восстановлению
разрушенного города не проводилось.
Лишь в конце января 1906 года войска
3-ей Сибирской дивизии под командовани-
ем генерала П.И. Мищенко «навели полный
порядок» во Владивостоке.
После подавления в 1906 году антипра-
вительственных выступлений войсковые
части, составлявшие гарнизон крепости,
были из нее выведены и расквартированы
в отдаленных местностях Приморской об-
ласти. Взамен их во Владивосток были вве-
30
дены войска Маньчжурской армии общей
численностью свыше 60 тысяч человек.
Казарменный фонд, не пополнявшийся в
течение войны, мог вместить лишь 12 ты-
сяч. Результат — тяжелейший квартирный
кризис. Комендант крепости В.А. Ирман
писал об этом: «При вступлении моем в
командование крепостью в 1906 году я за-
стал в крепости полное неблагоустройство.
После войны, с увеличением постоянного
гарнизона крепости, войска, за неимением
достаточного числа помещений, должны
были ютиться при условиях, даже, пожалуй,
более тяжелых, чем в военное время. Я застал
господ офицеров с семьями и нижних чинов,
живущих в землянках и бараках».
В качестве первоочередной меры было
решено обеспечить к зиме части гарнизона
временным жильем, на строительстве кото-
рого, вместе с войсками гарнизона, труди-
лось около десяти тысяч китайских рабочих,
допущенных во Владивосток после двухлет-
него военного запрета.
Еще примерно столько же китайцев за-
нималось восстановлением разрушенных
погромщиками «обывательских» построек.
В 1907 — 1910 годах в крепости разверну-
лось большое казарменное строительство.
В 1907 году для строительства казармен-
ных городков были наняты 7120 русских и
33866 китайских рабочих.
В строительный сезон 1908 года в кре-
пости на строительстве грунтовых дорог и
сооружении капитальных зданий для войск
уже трудилось около 100 тысяч китайцев.
Только на строительном участке военного
инженера капитана Ч.Б. Рыбинского рабо-
тало около 20 тысяч русских и корейских и
60 тысяч китайских рабочих, что превышало
численность всего гражданского населения
тогдашнего Владивостока (по результатам
оценочно-статистического обследования
города, проведенного в марте-апреле 1914
года, количество жителей Владивостока со-
ставило 58538 человек обоего пола: 33473
европейца, 25065 азиатов).
№21. Казарменный городок I 1-го Сибирского стрелкового полка в районе Второй речки.
Начало XX века
31
Ns 22. Казарменный городок 33-го Сибирского стрелкового полка на острове Русском. Начало XX века
Ns 23. Казарменный городок 9-го Сибирского стрелкового полка в долине Первой речки, для строительства
которого, и многих других объектов Владивостокской крепости, военным ведомством были наняты десятки
тысяч китайских рабочих. Начало XX века
32
№ 24. Казарменный городок 2-го Владивостокского крепостного артиллерийского полка в районе бухты
Горностай. Начало XX века
33
В 1910 году казарменное строительство
во Владивостоке было в целом закончено,
гарнизон, включавший в себя около вось-
мидесяти тысяч человек, разместился на
новых квартирах.
Но даже без больших военных заказов и
в дальнейшем «ежегодно на строительные
сезоны прибывало до 100000 китайских ра-
бочих, в определенные сроки наводнявших
и снова очищавших город».
Кроме военного и морского, гражданские
ведомства также испытывали большой недо-
статок рабочих рук.
В китайских строителях нуждались не
только ведомства, но и жители города.
После поражения в Русско-японской
войне, потери Порт-Артура и Дальнего
Владивосток остался единственным пор-
том России на Дальнем Востоке, имеющим
развитую инфраструктуру и соединенным
с центром страны железной дорогой. Это
обстоятельство, многократно увеличившее
торгово-промышленное значение Влади-
востока, превратившее его в один из круп-
нейших городов азиатской России и, совер-
шенно точно, крупнейший город Восточной
Сибири, вызвало настоящий «строительный
бум».
Если к 1906 году в городе было 2097 обы-
вательских построек, то с 1906 по 1914 годы
в городе было возведено, без учета казармен-
ных и прочих ведомственных зданий, 3419
новых домов. И строили их, в большинстве,
китайские рабочие.
Владивостокская городская управа тоже
неоднократно привлекала китайцев для
строительных работ. В архивных документах
тому можно найти десятки примеров.
В ноябре 1885 года была сооружена ка-
менная ограда вокруг городского кладбища,
что засвидетельствовано соответствующим
актом: «Мы, нижеподписавшиеся члены Ис-
полнительной комиссии, освидетельство-
вали 562 сажени каменной кладбищенской
ограды и нашли, что кладка произведена
согласно смете, а потому причитающуюся
китайскому подданному Ан Си-туну сумму
2247 рублей выдать полностью...».
В 1902 году Покровскую церковь около
городского кладбища построила бригада
китайских строителей под руководством
православного китайца Хе Юшена.
Подрядчик Ван Тынсин по договору с го-
родской Управой от 5 мая 1888 года произвел
благоустройство улицы Нагорной (сейчас —
улица Суханова).
В 1895 году подряды на устройство водо-
отводных канав вдоль городских улиц и по-
крытие их каменными плитами были отданы
«китайскому подданному Игисуну».
Хирургический корпус городской боль-
ницы по проекту Ф.Ф. Постникова построил
в 1908 — 1910 годах китайский подданный
Чжо Пинкун.
В 1907 — 1910 годах «при производстве
за счет города строительных работ на сум-
му свыше 1 миллиона рублей» китайскими
рабочими, кроме нового корпуса городской
больницы, была построена городская жен-
ская гимназия и «закончено замощение
Светланской улицы на всем ее протяжении,
а также замощена часть Китайской улицы».
И прочее и прочее.
Еще одним ведомством, широко исполь-
зовавшим труд китайских рабочих, было
Министерство путей сообщения, а именно
Уссурийская железная дорога. После переда-
чи в 1906 году Уссурийской дороги в аренду
Китайской Восточной железной дороге по-
следняя еще активнее стала привлекать во
Владивосток квалифицированных китай-
цев-строителей, «проверенных» в предыду-
щие годы на постройке КВЖД.
В этой связи большой интерес пред-
ставляют работы по понижению полотна
дороги и строительству железнодорожных
виадуков на Светланской, Пекинской и на
перекрестке Алеутской и Семеновской улиц
в 1908 году.
И если для земляных работ и укрепления
откосов подпорными стенами особой квали-
фикации не требовалось, то для возведения
виадуков нужны были опытные рабочие, по-
скольку это был первый случай применения
во Владивостоке железобетона по системе
французского изобретателя Ф. Геннебика.
«Работы по строительству виадуков были
сданы инженерам-подрядчикам: Бочарову и
Джибелло».
Н.Н. Бочаров и П. Джибелло-Сокко — вы-
дающиеся инженеры с мировыми именами,
строители двухпутного трехкилометрового
Хинганского тоннеля и знаменитой «пет-
ли Бочарова» — уникального сооружения,
34
Nc 25. Понижение полотна железной дороги между улицами Светланской и Пекинской (Адмирала Фокина).
1908 год
Nq 26. Строительство Светланского виадука. 1908 год
35
Nfi 27. Понижение полотна железной дороги возле перекрестка Семеновской и Алеутской улиц. 1908 год
Ns 28. Семеновский виадук. 1908 год
36
не имевшего аналогов в железнодорожном
строительстве.
Нет сомнений, что китайские рабочие,
прибывшие с ними во Владивосток, полу-
чили необходимую «закалку» на Хинганском
хребте.
В 2013 и 2014 годах владивостокским ви-
адукам исполнилось 105 лет, через которые
они прошли практически без изменений
(за исключением замены ограждений), что
свидетельствует о высоком качестве вы-
полненных работ и несомненном умении
их строителей.
Строительство двух виадуков было за-
кончено в конце 1908 года: «28 ноября в 12
часов дня проведено испытание Светлан-
ского виадука паровым катком и пожарным
городским обозом; 9 декабря закончены
испытания виадука по Семеновской улице.
Груз в 180 пудов на квадратную сажень дал
прогиб в 1 миллиметр, или 1/9000 пролета.
Результат этот считается прекрасным, так
как норма прогиба виадуков больше в 10 раз
(1/8000 пролета)». Пекинский виадук завер-
шен в начале 1909 года.
А вскоре рабочие-китайцы были на-
правлены в распоряжение архитектора
В.А. Плансона на строительство заложенно-
го 16 января 1909 года нового здания вокзала
железнодорожной станции Владивосток, где
в числе прочих также велись железобетон-
ные работы по системе Геннебика.
Несомненно, В.А. Плансон вниматель-
но следил за строительством виадуков, что
подтверждается некоторыми документами
из архива Плансона, хранящимися в музее
русской культуры в городе Сан-Франциско.
Фотографии, сделанные В.А. Плансоном
во время постройки вокзала, находящиеся в
том же музее, свидетельствуют, что китайцы
и здесь были заняты не только на общестро-
ительных, но и на железобетонных работах.
Новый вокзал был самым большим зда-
нием, возведенным КВЖД во Владивостоке.
Ns 29. Подготовка к железобетонным работам при строительстве вокзала. 1909 год
37
Nb 30. Каменщики-китайцы на строительстве вокзала. 1910 год
38
39
Ne 31. Вокзал железнодорожной станции Владивосток. 1918 год
Его строительство велось три года и обо-
шлось дороге в 334000 рублей.
На открытии вокзала, состоявшемся 12
февраля 1912 года, говорилось много хвалеб-
ных слов в адрес «талантливого архитектора
В. Плансона, исполнителя подряда Ф. Ни-
клевича, инженеров и строителей».
Стоит отметить, что среди последних
китайцы составляли подавляющее боль-
шинство.
Сейчас владивостокский вокзал является
визитной карточкой города, памятником ар-
хитектуры федерального (общероссийского)
значения.
Неподалеку от вокзала и железнодо-
рожной станции, на берегу бухты Золотой
Рог, находились пристани К.ВЖД и ком-
мерческого (с 1909 года — торгового) порта,
которые также строились с привлечением
китайских рабочих.
«В 1896 году было ассигновано в распо-
ряжение Министерства Путей Сообщения
на устройство набережной в бухте Золотой
Рог, на приобретение механических при-
способлений для работ и на производство
исследования ближайших к Владивостоку
водных пространств — 600.000 рублей.
В том же году начались работы по по-
стройке набережной д ля большого коммер-
ческого порта. На продолжение работ по
постройке набережной были еще отпущены
кредиты: в 1897 году — 300.000 рублей; в 1898
году — 442.000 рублей, всего на постройку
набережной было отпущено в четыре года
1.327.000 рублей, и построена набережная
из бутовых массивов на каменной подсып-
ке с глубиной у стенки 27 фут от ординара.
Набережная окончена осенью в 1899 году.
В 1898 году было затрачено на оборудова-
ние набережной 296.000 рублей, за которые
построен каменный пакгауз площадью пола
1362 кв. саж.».
Параллельно казенному строительству
в это же время «производились работы по
постройке порта на участке Общества Ки-
тайской Восточной железной дороги для
грузовых операций, преимущественно по
экспорту зерновых продуктов.
Построено два участка каменной массив-
ной набережной по 50 саж. длины каждый,
жилые дома, складочные помещения, про-
ведены железнодорожные пути и мощеные
дороги и проч. На все эти устройства была
затрачена сумма 1.062.883 рубля».
40
N& 32. Вокзал железнодорожной станции Владивосток. 1918 год
Ns 33. Причальная стенка и главный пакгауз Владивостокского коммерческого порта. 1908 год
41
л 'ШН Г rrf
Ns 34. Западный берег бухты Золотой Рог: на переднем плане склады и пристань Китайской Восточной
железной дороги (внизу снимка), за ними - набережная и склады коммерческого порта (справа),
железнодорожная станция Владивосток (слева). 1908 год
N& 35. Северный берег бухты Золотой Рог в районе городского базара (сейчас - площадь Борцов
Революции) и городской набережной (сейчас - Корабельная набережная). 1900 год
42
Nq 36. Китайцы - сезонные рабочие. Поздней осенью во владивостокском порту перед отправкой их на
родину морским путем. Начало XX века
№ 37. Китайцы - портовые грузчики и китаец-ломовик. Начало XX века
43
Но и после завершения строительства
пристаней и портовых складов количество
китайцев в порту оставалось весьма значи-
тельным, так как они, до революции и в со-
ветское время, трудились портовыми грузчи-
ками, а также занимались транспортировкой
грузов и преобладали в ломовом извозе не
только в порту, но и вообще в городе.
Если легковыми извозчиками во Влади-
востоке были почти исключительно русские,
то грузовыми перевозками монопольно вла-
дели китайцы.
Железная дорога, торговый порт, го-
родские пристани, склады и предприятия,
другие ведомства, торгово-промышленные
фирмы и частные лица настолько остро нуж-
дались в услугах китайцев-ломовиков, что
местные власти вынуждены были «закрывать
глаза» на существование китайских ломовых
обозов в непосредственной близости от цен-
тральной части города и терпеть связанные
с этим неудобства.
В марте 1906 года городская управа кон-
статировала, что «желательно было бы от-
вести места для дворов китайских ломовых
извозчиков, для чего выделить особые квар-
талы, для сдачи их в аренду на три года, с
платой за квадратную сажень занятой земли,
и если это предложение будет одобрено Ду-
мою, издать следующее обязательное поста-
новление: “Лицам, занимающимся в городе
ломовым извозом, разрешается содержание
принадлежащих к этому промыслу лошадей
и телег только в особых кварталах, находя-
щихся за Куперовскою падью”».
Действительно, через некоторое время
«за Куперовской падью», на Первой Речке, в
Рабочей слободке и некоторых других отда-
ленных городских районах появились новые
обозные дворы, арендованные китайцами,
но устройство их было связано не с выселе-
нием «лиц, занимающихся ломовым извоз-
ом» на окраины Владивостока, а с общим
увеличением числа ломовиков, вызванным
стремительным развитием города.
Все, что могла сделать управа, — увели-
чить число санитарных попечителей и с их
помощью тщательнее следить, чтобы на
прежних местах «дворы для постоя лошадей
и проезды в них были вымощены камнем; в
конюшнях же и под навесами допускается
деревянная настилка с уклоном во двор,
которая оканчивается канавою, вымощен-
ною камнем, эта канава имеет назначение
принимать стоки и помет из конюшни или
из-под навеса, и из нее нечистоты должны
своевременно увозиться в предназначенные
для этого места».
Ломовой городской транспорт начал
развиваться в 1870-х годах. Поначалу, из-за
отсутствия телег русского образца, китайцы
доставляли в город собственные, традицион-
но одноосные грузовые повозки.
Как писал в 1897 году Д.И. Шрейдер:
«Самые экипажи совсем не похожи на
те, видеть которые привык глаз обывателя
Европейской России у себя на родине: че-
тырехколесные экипажи ввиду гористого
характера города, в общем, нечасто встреча-
ются здесь...Грузовое движение, находящее-
ся, к слову сказать, всецело в руках китайцев,
производится исключительно двухколесны-
ми телегами, приводимыми в движение либо
при помощи пары запряженных в дышло
небольших китайских лошадок либо при по-
мощи быков, в одиночку тащащих на своем
хребте такую телегу».
Необходимо сказать, что Шрейдер уви-
дел китайские двухколесные повозки уже в
«модернизированном» варианте, приспосо-
бленном к местным условиям.
«МВД. Владивостокская Городская Упра-
ва. 5 марта 1880 года № 77.
Г. Владивосток Приморской области Вос-
точной Сибири.
Господину Владивостокскому Полиц-
мейстеру.
Управа имеет честь покорнейше просить
не оставить зависящим распоряжением
о воспрещении манзам употреблять при
телегах колеса манзовского образца, так
как таковые портят дороги и нет никакой
возможности привести улицы в должное
благоустройство. Манзы могут ввести в упо-
требление по примеру русских обывателей
обыкновенные колеса, каковою мерою пре-
кратится порча дорог. О последующем рас-
поряжении прошу почтить уведомлением.
Городской Голова М. Федоров».
«С возвращением настоящего отношения
имею честь уведомить Городскую Управу,
что о воспрещении манзам возить колесами
на своих телегах, портящих дорогу, сделано
44
Ns 38. Типичная картина городского извоза: слева - русский легковой извозчик; справа - китайский ломовой
извозчик с китайской двухколесной повозкой (но с «русскими» колесами). 1902 год
N& 39. Китайский ломовой обоз на городском базаре, неподалеку от городских завозных складов.
1890-е годы
45
распоряжение. 13 мая 1880 года. Полицмей-
стер — неразборчиво».
После замены колес «по примеру русских
обывателей» китайцы в дальнейшем стали
все чаще использовать более вместительные
четырехколесные телеги, но двухколесные
оставались в городе в большем количестве.
Еще одним видом наземного городского
транспорта во Владивостоке были носиль-
щики.
И если слово транспорт не взято в кавыч-
ки, то тому имеются веские основания.
Согласно городским правилам уличного
движения «все носильщики /каули/ как с
ношей, так равно и без нее, но с приспосо-
блением для ноши /рогульки/, должны идти,
придерживаясь правой стороны улицы, но
отнюдь не по тротуару». Т.е. по проезжей
части, как и положено любой «транспорт-
ной единице».
«На каждом перекрестке, и особенно
близь больших магазинов и лавок, обращает
на себя внимание...фигура “каули”, этого
своеобразного продукта своеобразного быта
на нашей далекой окраине.
Каули, или “каваль”, как его в просторе-
чии чаще всего называют, — это носильщик,
заменяющий собой ломового извозчика...
Вся сила каули в спине, все “орудия произ-
водства”, исключая спины, заключаются в
деревянных рогульках — носилках, имеющих
вид деревянного стула, лишенного обеих
передних ножек, перевязанных обрывками
бечевок и тряпок; все его имущество состоит
из того, что надето на нем, вся его казна — у
него за поясом.
Возвращается ли барыня (“мадам” или
“бабушка”, как называют каули всякую
русскую даму) с базара — каули плетется за
ней, таща за спиной в рогульках покупки ее;
перебираетесь ли вы на квартиру—каули та-
щится за вами следом с громоздкой мебелью,
укрепленной за спиной на тех же рогульках;
нужно ли таскать кирпичи на второй или
третий этаж, разгрузить ли пришедший на
рейд пароход — каули все это делает при
помощи все тех же рогулек. Иной способ
работы не известен ему.
При существующей дороговизне извоз-
чиков каули является для местных жителей
незаменимым, так как вполне заменяет со-
бою ломовых лошадей.
При всем том труд каули поразительно де-
шев. За одну-две, максимум пять или десять
копеек он буквально готов тащить восемь
пудов на спине на край света...
Неудивительно, конечно, что им прихо-
дится быть почти постоянными жертвами
беззастенчивой, откровенной эксплуатации
со стороны всякого, кому только не лень их
обидеть и обсчитать, и что они являются
постоянной страдательной стороной в от-
ношениях со своими нанимателями».
Подтверждение последнему замечанию
Д.И. Шрейдера можно найти в одном из
августовских номеров газеты «Владивосток»
за 1903 год:
«Сколько раз писалось и говорилось о
всевозможнейших насилиях, которые мы, к
стыду нашему, проделываем над беззащит-
ными и почти бесправными инородцами
нашего города, и, однако, все эти заявле-
ния о неуместности подобных действий,
по-видимому, оставались и остаются гласом
вопиющего в пустыне, и мы по-прежнему не
упускаем случая всячески поглумиться над
ними. А между тем, если глубже вникнуть
в это дело, призадуматься, поразобраться в
своих мыслях, окажется, что эти инородцы
далеко не так гадки, как об них думают.
Если в некоторых случаях они и при-
чиняют нам неприятности, то в этом мы
больше виноваты. Может ли, например,
тот инородец, хотя бы носильщик, которого
вы нагружаете несколькопудовой кладью
на базаре, гоните его с ней в другой конец
города, на расстояние нескольких верст и
платите ему за этот труд всего 5—10 копеек;
может ли тот инородец, которого вы бес-
причинно обижаете, когда вам только взду-
мается и т.д. и т.п., может ли он, повторяем,
чувствовать к вам расположение, приязнь?
Никогда. Он видит в вас злого, нехорошего
и несправедливого человека и, будучи сам
лишен всякого развития, не остановится
перед возможностью напакостить и вам.
Кого же винить после этого? Как после
этого разобраться хотя бы в следующем
происшествии?
46
Nfi 40. Китаец-носильщик. 1919 год
№41. Китайцы-носильщики. Начало XX века
47
Ns 42. Китайцы-носильщики. Начало XX века
12 августа китаец-каваль похитил на база-
ре в одной из русских лавок какую-то вещь,
его заметили, разумеется, задержали и про-
извели над ним сперва самосуд, вся толпа
лавочников избила его до полусмерти, бил
всяк, кому это только желалось.., а потом
препроводили в полицию, где его снова ждет
наказание.
Стыдно, господа обыватели, стыдно так
поступать! Пора, наконец, сознать, что
этот инородец — тоже человек, как и вы, с
той же плотью и кровью, с той же душой,
пора сознать, что в своей зачастую бедной,
нищенской и неприглядной жизни он до-
стоин участия, а не тех насилий, на которые
мы так щедры, и поверьте, что при другом,
более гуманном и справедливом обраще-
нии с ним, получатся совершенно иные
результаты».
Важное место в жизни портового города
Владивостока занимали каботажные при-
брежные грузовые и пассажирские пере-
возки.
По акватории Золотого Рога, пролива
Босфора Восточного без устали сновали
лодки-шампунки. Лодочники — китайцы
и корейцы — за умеренную плату перевоз-
или пассажиров на мыс Чуркина, Русский
остров, близлежащие бухты Диомид и
Улисс.
Шампунки подразделялись на малые
и большие, управлявшиеся двумя-тремя
«членами экипажа». Малая шампунка мог-
ла вместить до шести человек пассажиров,
большая — до десяти.
Лодки строились во Владивостоке на ле-
сопильном заводе Жюля Монсе в Куперов-
ской пади (см. фото № 70).
Этот вид деятельности носил сезонный
характер, поскольку «зима во Владивостоке
холодная и суровая. Бухта замерзает с по-
ловины декабря до конца марта. В среднем
она находится подо льдом 110 дней в году».
Владивостокские лодочники, в большин-
стве своем китайцы, проживали прямо на
«рабочих местах».
48
Газета «Дальний Восток» писала в 1908
году: «Интересно наблюдать лодочников-
китайцев в бухте Золотой Рог — рано утром
или после заката солнца; каждая лодка пре-
вращается в кухню; посредине горит коме-
лек, а на лавочках китайцы усиленно рас-
катывают тесто для лапши или пельменей.
Со многих лодок слышатся звуки свирелей
и других китайских инструментов — полу-
чается целый плавучий городок — картина,
которую нигде в другом месте в пределах
России не увидишь».
Русские предприниматели несколько раз
пытались «прибрать к рукам» этот выгодный
бизнес, но сплоченность и взаимовыручка
китайцев, невысокая стоимость лодок, а
главное — законная возможность лодоч-
ников самостоятельно, без посредников,
получать разрешение на работу — свели на
нет эти попытки.
Лодки-шампунки управлялись веслом
особого устройства. За способ, каким
лодочники двигали этим веслом, мест-
ное население называло эти лодки также
«юли-юли».
Поэт Венедикт Мартов (Матвеев), уро-
женец Владивостока, в своем стихотворении
«На Амурском заливе» показал романтиче-
ско-поэтическую особенность города-порта
на примере плавания шампунки — «юли-
юли»:
«“Юлит” веслом китаец желтолицый,
Легко скользит широкая шаланда
По тихой глади синих вод залива.
Пред ним Востока Дальнего столица:
Владивосток за дымкою тумана,
На склонах гор застыл он горделиво.
Как всплески под кормою, монотонно
Поет тягуче за веслом китаец
Про Хай Шин Вэй — “Трепангов град
великий”.
Над ним в далях небес светло-зеленых
Полоски алые в томленье тают,
И звезды робко открывают лики».
Ne 43. Китайский сампан в Амурском заливе. Начало XX века
49
Ns 44. Малая лодка-шампунка (допустимое число пассажиров - не больше шести). Начало XX века
No 45. Китайцы-лодочники в ожидании пассажиров. Начало XX века
50
Ns 46. Китайский сампан в бухте Золотой Рог. Начало XX века
Значительная роль в организации и осу-
ществлении каботажных перевозок в Юж-
но-Уссурийском крае также принадлежала
китайцам, владельцам грузовых парусно-
гребных шаланд и сампанов грузоподъем-
ностью до 50 тонн.
Каботажные перевозки китайскими и
корейскими судами были серьезной конку-
ренцией русскому каботажу.
В декабре 1910 года Государственная дума
приняла закон о запрете иностранного кабо-
тажа на Дальнем Востоке. Начальник Вла-
дивостокского торгового порта барон Г.Н.
Таубе известил об этом в феврале 1911 года
соответствующие организации, в том числе
комитет Владивостокского морского обще-
ства: «Имею честь уведомить Комитет, что
иностранный каботаж, как парусный, так и
паровой, с навигации текущего года не будет
более допускаем».
Несмотря на принятие этого закона, по-
ложение в области каботажных перевозок
изменилось лишь формально. В навигацию
1911 года из 615 шаланд, зарегистриро-
ванных в управлении Владивостокского
торгового порта, более половины принад-
лежали русским лишь фиктивно, а фак-
тическими их владельцами продолжали
оставаться китайцы. В апреле 1912 года
председатель комитета Владивостокского
морского общества К. Шостакович писал
в докладной записке на имя генерал-губер-
натора Приамурского края Н.Л. Гондатти:
«В 1911 году зарегистрированных шаланд
было свыше 600, большинство из которых
принадлежало китайцам. Когда иностран-
ный каботаж был закрыт, шаланды ихние
были пришвартованы (привязаны к бере-
гу), и среди китайцев было замечено сна-
чала уныние, которое вскорости прошло.
И вот в одно прекрасное время все вышеу-
помянутые шаланды запестрели русскими
флагами, а между тем правительственная
ссуда была взята всего шестью лицами.
Лучшей мерой борьбы с этой язвой нашего
мореходства, по мнению Комитета, явля-
ется нижеследующее: на всех судах без ис-
ключения, совершающих рейсы в мелком
и крупном каботаже, изъять совершенно
иностранных подданных из состава судо-
вых команд».
51
N« 47. Печати китайских лодочников. 1899 год
52
Ns 48. Печати китайских лодочников. 1899 год
53
Nc 49. Китайские сампаны, пришвартованные возле строящейся городской набережной
(сейчас - Корабельной набережной) на северном берегу бухты Золотой Рог;
за ними, в акватории бухты, - корабли Первой Тихоокеанской эскадры. 1903 год
54
55
Все запреты в отношении иностранного,
главным образом — китайского, каботажа
были вызваны стремлением правительства
и местной администрации развить и усилить
русское прибрежное судоходство. С этой
же целью был принят ряд постановлений о
льготах для русскоподданного населения,
решившего заняться этим видом деятель-
ности; одной из льгот было разрешение от-
пускать бесплатно лес для постройки судов.
Но принятые меры оказались малоэффек-
тивными.
В 1913 году, подводя итоги года, заве-
дующий Переселенческим управлением
Приамурского края отмечал: «Каботаж на
морском побережье обслуживается, главным
образом, китайцами и отчасти корейцами,
в руках которых благодаря этому находится
все население деревень, расположенных по
берегам залива Петра Великого и на север
по морскому побережью до поста Святой
Ольги. Не встречая конкуренции среди рус-
ского, преимущественно земледельческого,
не знакомого с морем населения, китайцы
широко использовали свое положение и за-
хватили в свои руки каботаж не только как
средство передвижения грузов, но и как по-
средническую линию, скупая по невысокой
цене хлеб, сено, овощи и рыбу у крестьян-
ского населения и доставляя во Владивосток
непосредственно потребителям».
Именно интересы потребителей, так
сильно зависящие от китайского каботажа,
не позволили властям «изъять совершенно
иностранных подданных из состава судо-
вых команд», поскольку заменить их было
некем, а сокращение, тем более — запрет
китайского каботажа, неизбежно привели
бы к повышению цен на продовольствен-
ном рынке.
По данным известного исследователя
Дальнего Востока В.Е. Глуздовского, в 1916
году «на судах малого каботажа и речных
судах допущено в последнее время до 75
процентов китайской прислуги».
Согласно статистическим данным, наи-
большее количество владивостокских ки-
тайцев, постоянно проживавших в городе,
было занято в торговле, ремесленном про-
изводстве и сфере обслуживания.
Об активности китайцев в этих об-
ластях деятельности сообщали не только
документы и официальные отчеты, а также
многочисленные публикации журналистов,
путешественников, писателей.
В 1902 году Владивосток посетил Петр
Николаевич Краснов, военный журналист,
а впоследствии — участник Русско-японской
войны. Он написал ряд очерков о Владиво-
стоке, в которых образно и с юмором от-
разил свои впечатления: «Во Владивостоке
по глухим и дальним улицам брели артели
китайских рабочих, на Светланской ходили
торговцы, чиновники, офицеры. Слыша-
лась русская речь вперемешку с немецкой и
английской, прерываемая гортанным гово-
ром китайцев. Вся «чернь», весь «народ» во
Владивостоке — китайцы. Китайцы торгуют
на рынке, китайцы носят вещи на станции,
китайцы — ломовые извозчики, китайцы —
лодочники, водоносы, булочники, мясники,
повара, портные, сапожники, переплетчики,
шапочники... Только легковые извозчики —
русские. Одна владивостокская дама мне
сказала: «Самое большое зло, которое могут
нам сделать здесь китайцы — это уйти разом
из Владивостока. Это будет хуже войны.
Мы погибнем». Конечно, это преувеличе-
ние. Но, правда, нежным владивостокским
барышням придется стать у плиты, а чи-
новникам таможенным и иным — ходить
с ведрами по воду, тачать сапоги и ставить
заплаты на наиболее протираемые в канце-
ляриях места...».
В публикации газеты «Дальний Восток»
весной 1895 года приведены убедительные
причины успешной деятельности китайцев
в Южно-Уссурийском крае: «...Хорошо из-
вестно, что появление китайцев в наших
владениях, колонизация их началась одно-
временно с водружением русского флага на
берегу залива Петра Великого. Если китай-
цы и попадались кое-где ранее, то это была
такая ничтожная горсть, о которой и гово-
рить нечего, — тем более принимать в расчет.
Параллельно с ростом русского населения
в крае увеличился и наплыв китайцев...
С 1885 — 1886 годов началось особенно ак-
тивное движение китайцев в наши пределы,
преимущественно во Владивосток, китай-
цев особого сорта и типа. К нам повалила в
большинстве случаев та ремесленная и чер-
норабочая голытьба, которой в самом Китае
не было ни дела, ни места... Такой китаец-
56
Ns 50. Китайцы - уличные торговцы крабами.
Начало XX века
№51. Уличный торговец сушеными
яблочками. Начало XX века
57
бедняк во Владивостоке попадал в бригаду,
где всегда ему оказывали помощь сопле-
менники. Пользуясь минимумом удобств и
питания, он скапливал небольшую сумму,
учил язык и становился уже не чернорабо-
чим, а разносчиком овощей, помощником
в лавке, нанимался на судно, изучал до тон-
кости русский язык и быт, скапливал деньги
и быстро становился хозяином какого-то
дела... Как быстро из “ничего” создаются
здесь китайские капиталы, можно видеть,
например, из большинства существующих
здесь китайских фирм: все хозяева их яви-
лись сюда без гроша в кармане и все шли
вышеуказанным путем! Стремление стать
купцом — заветная мысль каждого китайца,
освоившегося с местной обстановкой, и,
достигнув этой цели, они прочно, навсегда,
устраиваются, как никогда, конечно, за ма-
лым исключением, не в состоянии сделать
этого русский коммерсант. Ту мысль, что
“каждый китаец, подобно еврею, родится
купцом”, — сыны Поднебесной при бо-
лее подробном знакомстве с ними вполне
оправдывают. Они успели везде, где толь-
ко возможно и выгодно, в Приамурье и
Приморской области, основать торговлю,
создать непреоборимую конкуренцию ино-
странным и русским купцам. В своих взаи-
моотношениях они поражают всякого своей
сплоченностью и солидарностью; так, цены
на различные предметы, в особенности
предметы первой необходимости, устанав-
ливаются ими с необычайной точностью:
можно быть уверенным, что, если запросили
с вас за какую-либо вещь в одном китайском
магазине цену, ту же самую цену запросят и
в другом — исключения редки... Дешевизна
продаваемых китайцами товаров зависит от
двух главных причин. Первая — это способ-
ность, присущая китайцам вообще огра-
ничивать свои потребности до минимума.
Кому неизвестно, как и где живут китайцы?
Для любого из них достаточно небольшого,
аршина полтора шириной и два с половиной
аршина длиной [1,05x1,75м.] помещения на
нарах, нужного только для размещения по-
стели и легкого, удобопереносимого скар-
ба; подобным помещением довольствуется
часто и богатый купец и тут же рядом его
приказчик-бедняк.
В отношении пищи существует мало раз-
ницы между пищей богатого и бедного; рис
и овощи — главные составные части китай-
ского питания вообще...
Одежда, несмотря на свою кажущуюся
мешковатость, очень удобна и та, которая
употребляется повседневно, очень недо-
рога...
Во-вторых. К отличительным чертам
китайского характера надо отнести их спо-
собность и умение ко всем, в ком они име-
ют нужду, подлаживаться, спеться. Среди
китайцев масса подрядчиков, они удобнее
и даже честнее русских подрядчиков...
Китайцы конкурируют и побеждают рус-
ских не в одной только торговле, но и всюду.
Ремесленники-китайцы, благодаря деше-
визне своих произведений, везде находят им
сбыт. Китайцы — такие сельские хозяева, до
каких русским далеко».
Главным местом средоточия китайской
торговли во Владивостоке был городской
рынок, который до 1907 года находился
между улицами Светланской, Алеутской
и берегом Золотого Рога (ныне — площадь
Борцов революции), на который выгружа-
лись товары, доставляемые каботажными
судами.
Вот что писала газета «Владивосток» в
1892 году: «Базар у пристани Золотого Рога
следовало бы назвать манзовским, т.к. теперь
почти нет русских торговцев, кроме мелких
хлебников. Говорят, что произошло это от-
того, что манзы увеличили на торгах цену за
аренду, и потому перебили, и лавки остались
за ними. Русские же торговцы разбрелись
искать места в уезде. Манзы здесь торгуют
предметами потребления первой необхо-
димости: хлеб, мясо, птица, рыба, овощи,
крупа и т.п., и ввиду этого сосредоточение
в руках китайцев предметов такой торговли
едва ли является желательным».
Через пару лет этот базар тщательно «об-
следовал» Д.И. Шрейдер:
«Торговля на этом базаре (как, впрочем,
и почти вся без исключения мелочная тор-
говля и торговля предметами первой необ-
ходимости в крае) находится почти исклю-
чительно в китайских руках. На небольшом
пространстве расположены параллельны-
ми рядами микроскопические деревянные
“пассажи”, разделенные деревянными же
58
перегородками на еще более микроскопиче-
ские квадратные помещения, в которых вы
можете найти все, начиная от кожи и мяса и
до дешевых галантерейных вещиц включи-
тельно. Ряды “пассажей” со стороны бухты
замыкаются несколькими параллельными
же рядами открытых лотков и ларей, где
производится китайцами же исключитель-
но зеленая, фруктовая и овощная торговля
продуктами, привозимыми, разумеется,
из Китая или Японии; местное, краевое
огородничество и садоводство едва только
зарождается ныне и едва ли в состоянии
удовлетворять потребностям самих своих
обладателей.
Здесь, в этом отделе, все привозное:
огурцы, ананасы, бананы, капуста, свекла,
лук. Благодаря этому и самые цены, в зави-
симости от импорта, его количества, своев-
ременности, морских случайностей и про-
чих причин, колеблются в самых широких
пределах, часто на протяжении одного-двух-
трех дней. Бывают моменты, когда ананас,
самый лучший, вы можете приобрести за
баснословно низкую, по нашим понятиям,
цену: всего 1 — 2 копейки; но зато наряду с
этим вы бываете вынуждены платить за огу-
рец, и притом очень плохой, по пяти-шести
копеек за штуку.
В гораздо меньшей степени колеблются
цены тех предметов потребления (ману-
фактурный, скобяной и галантерейный то-
вары), которые продаются в “пассажах”...
В находящихся здесь китайских лавчонках
отсутствует строгая специализация предме-
тов продажи: в каждой из них, невзирая на
крайне скромные размеры, вы можете найти
все что угодно.
Торговля носит здесь, да и везде в крае,
своеобразный характер. В какую бы, самую
убогую лавчонку ни зашли вы, вы всю-
ду встречаете за прилавком, за которым и
одному человеку в пору едва поместиться,
целую ораву приказчиков. Содержание та-
кого непомерно огромного штата служащих,
явно несоответствующего доходности пред-
приятия, по-видимому, едва ли способного
прокормить своими доходами и одного чело-
века, вас, конечно, несказанно поражает, и
вы обращаетесь за разъяснением возникших
у вас сомнений к неподвижно покоящему-
ся на почетном месте упитанному китайцу,
представителю лавки; но от него всегда полу-
чаете неизменный ответ: “Моя компания”.
Сначала я принимал этот ответ как знак
нежелания входить с посторонним посети-
телем в неуместные разговоры. Впослед-
ствии я убедился, однако же, что толстые
китайцы говорили мне правду, и что все эти
многочисленные “приказчики” в действи-
тельности являются равноправными ком-
паньонами. Этот принцип коллективности
строго и неуклонно проводится китайцами
не только в области торговли, но и в обла-
стях всяких других промыслов и вообще во
всех предприятиях, какого бы характера и
рода они ни были, лишь бы преследовали
цели наживы и заработка... По-видимому,
все это объясняется тем, что подавляющее
большинство китайцев, эмигрирующих из
Китая на нашу окраину, — народ весьма
и весьма недостаточный, находящийся на
границе полной нищеты. Завести при этих
условиях хотя бы самую ничтожную тор-
говлю не по силам отдельному человеку. И,
вот, составляется группа подобного рода
“капиталистов”, соединенными усилиями
сколачивается крохотный капиталец, он же
основной, запасный и оборотный, снимает-
ся подходящее помещение, с грехом попо-
лам приобретается на несколько десятков
рублей необходимый товар, вывешивается
цветная, развевающаяся холщовая выве-
ска, расписанная блестящими китайскими
иероглифами, придумывается какое-нибудь
бьющее в глаз название для новой компании
(например: “Глаз дракона”, “Сияние звезд-
ного неба”, “Ко-фачен” — разбогатевший
предприятиями, “Хунь-юсе” — единодушие
великих богачей, “Сан-и-чен” — составив-
ший справедливость троих и т.д.), наконец,
для рекламы усаживается на почетном ме-
сте за прилавком самый толстый из ком-
паньонов — обладающий к тому же усами и
возможно более длинными ногтями — и на
живую нитку сколоченная лавочка функци-
онирует на славу. Быть толстым и к тому же
обладать длинными ногтями, по китайским
воззрениям, вполне достаточно для того
чтобы пользоваться почетом и внушать к
себе уважение; это признак довольства и от-
сутствия необходимости работать, усы носят
только начиная с 35-летнего возраста.
59
Na 52. Старый городской базар. Середина 1890-х годов
N& 53. Старый городской базар. «Около балаганчиков, на разостланной парусине, чаще брезенте ...
производится китайцами зеленая, фруктовая и овощная торговля». Середина 1890-х годов
60
Ns 54. Улица Светланская рядом со старым городским базаром. Среди запечатленных на снимке людей
почти нет европейцев, сплошь азиаты, в большинстве - китайцы. 1900 год
Ns 55. То же место. Вид со стороны перекрестка улиц Светланской и Китайской (Океанского проспекта).
И опять же, большинство запечатленных на снимке людей - азиаты. 1902 год
61
Удивительно, конечно, не то, что китай-
ские торговые предприятия, за немногими
исключениями, устраиваются и создаются
таким именно образом; удивительнее то
обстоятельство, что созданные описанным
путем лавчонки...умудряются не только не
влачить жалкого существования, не только
прокармливать относительно огромное ко-
личество ртов, сосущих все ту же лавчонку,
но даже порою им удается значительно раз-
вить свои операции и достигать некоторого
благосостояния.
Имеются, правда, и оборотные стороны:
невзирая на свою невероятную живучесть,
китайские мелкие дела зачастую лопаются,
как мыльные пузыри, но на смену погибаю-
щим предприятиям постоянно появляются
новые, основанные на тех же принципах,
и грозный для русских торговцев призрак
китайской конкуренции никогда не сходит
со сцены».
Старый владивостокский базар произ-
водил на русских людей, в особенности
приезжих, настолько сильное впечатление,
что память о нем сохранялась еще многие-
многие годы.
С.И. Бельденинов, который после рево-
люции эмигрировал в США, где публиковал
статьи-воспоминания в газетах «Русская
жизнь», «Наше время», «Россия» и других,
в одной из своих статей рассказал о манзов-
ском базаре Владивостока начала XX века.
«Это был экзотический, своеобразный...
базар. Не базар, а музей всех видов даров
морского дна и таежных недр.
На земле — большие лотки из белой же-
сти, на которых среди водорослей все виды
морских даров. Каких только рыб здесь нет!
От косоглазой камбалы до пузатых морских
бычков, синеватой скумбрии с полосатыми
на спине пятнами, с глазами на спине — вер-
хоглядом, пилой-рыбой, треской... Крабы,
морские пауки, большие и малые, обычные
и редкие... Раки, красные вареные и зеленые,
что медленно по водорослям пятятся; рако-
вые шейки, малюсенькие, что “чилимами”
здесь прозывают. Вкусное легкое блюдо. Под
пиво, под разговор таковых чилимов можно
незаметно скушать до сотни, потому и пор-
циями их подают не меньше пятидесяти и
тащат их целыми горами... Около балаган-
чиков, на разостланной парусине, чаще бре-
зенте, кучи самых разнообразных фруктов:
яблоки, апельсины, ананасы, японская фур-
ма, маленькие сладкие мандарины в неболь-
ших ящичках, по двадцати пяти в каждом,
за двадцать копеек... Обилие цветов и мно-
жество заморских, ярко-цветистых птиц: от
цветных попугаев до малюсеньких колибри.
Китайцы очень любили и любят своего
маньчжурского соловья. На базаре на длин-
ных шестах, перекинутых поперек прохода,
над головами качаются большие клетки с
этими маньчжурскими соловьями, которые,
собственно, не поют, а прищелкивают, и то
только в такт мелодии, которую им насви-
стывают.
Изделия китайских кондитерских: боль-
шие и малые, круглые и квадратные вафли
и особо сладкие, круглые священные вафли
из священного риса «сальбе», такие сладкие,
что у грешников зубы не выдерживают и бо-
лезненно ноют...
На базаре всего много, и все баснословно
дешево, особенно зелень и куриные яйца:
40 копеек сотня. Дорого только обычное
говяжье мясо.
Хозяйкам во Владивостоке незачем было
ходить на базар. Весь город обслуживал Ван
Фузин, или по-русски просто Вася. Он яв-
лялся тотчас же, едва вы успели перебраться
на квартиру.
— Мадама, капитана, твоя не надо базар
ходи... Морковку, луковку, помудоля, кара-
ба, огуреза — все, все приносим... Деньги
не надо, мало-мало обмани не надо. Ван
Фузина — Васю все знали: в руках его вся
торговля...».
«Агенты» Ван Фузина и не только его: Ван
Вансюна, Ван Ченшина, По Уншина и неко-
торых других «оптовиков», многочисленные
разносчики, торговцы зеленью, овощами и
фруктами, — без устали сновали по городу,
добираясь до самых дальних уголков.
Доставка продуктов прямо на дом, серьез-
но облегчала жизнь горожанам, поскольку
базар на центральной площади долгое время
был единственным во Владивостоке.
Как докладывал Думе городской голова
М.К. Федоров в конце 1897 года при обсуж-
дении вопроса о постройке Мальцевского
базара (сейчас на его месте стадион «Аван-
гард»), «если не устроится второе отделение
базара, то жителям слободок по-прежнему
62
придется ходить ежедневно за семь верст,
или в оба пути 14 верст, за покупками пред-
метов первой необходимости».
Но даже после устройства Мальцевского
базара, нового большого рынка на берегу
Амурского залива в западной части так на-
зываемого «Семеновского покоса», и не-
скольких базарных площадей в различных
частях города спрос на услуги разносчиков
не сократился; как говорится, «к хорошему
быстро привыкаешь». Тем более что от раз-
носчиков продукты можно было получать
с отсрочкой платежа, чего не принято на
базаре. Фраза Ван Фузина «Деньги не надо,
мало-мало обмани не надо» относилась, не-
сомненно, именно к такому «кредиту».
Китайцы-разносчики были настолько
колоритным явлением владивостокской
жизни, что о них даже писали стихи. Напри-
мер стихотворение Н. Суворовой, опубли-
кованное летом 1912 года в газете «Далекая
окраина»:
«На улицах Владивостока
Повсюду видит твое око
Китайца с длинною косой.
Идет, кричит он сам не свой:
“Редиска нада?”
И в самый ранний утра час
Еще в постели будит вас
Истошный крик их голосов,
Пискливых, низких, всех ладов:
“Огурца нада?”
С тяжелой ношей на плечах,
Усталость видно в их глазах,
Рубахи грязные на них.
Подчас ты встретишь и босых:
“Сал ада нада?”
Так целый день, и в дождь и в зной
С полуобритой головой
Идут по улицам кругом,
Заходят в каждый встречный дом:
“Капуста нада?”».
№ 56. Китаец - разносчик овощей. 1919 год
63
Базаръ Семеновской.
Владивостокъ.
Na 57. Новый городской Семеновский рынок, открытый в 1907 году. Начало XX века
Ns 58. Китайцы-разносчики на Семеновском рынке перед походом в город. 1919 год
64
Кроме разносчиков, также почти «в каж-
дый встречный дом» приходили китайцы-
водоносы. Водоснабжение горожан являлось
одним из важнейших аспектов повседневной
жизни города, поскольку «топографические
и гидрографические свойства территории
Владивостока очень неблагоприятны для во-
доснабжения города...из-за отсутствия близ
города реки или пресного озера с достаточ-
ным запасом воды, быстрой иссякаемости
воды в копаных колодцах и неравномерного
в течение года распределения атмосферных
осадков».
В первые годы после основания Владиво-
стока военные пользовались ключом и не-
большой речкой, которые быстро обмелели
с вырубкой леса по берегу бухты и расши-
рением городской застройки. По мере роста
населения водоснабжение Владивостока
стало одной из самых больших проблем.
Небольшие реки, которые могли служить
источниками пресной воды, находились на
окраинах, в 1860 — 1890-е годы фактически
за городской чертой. Первая речка нахо-
дилась в 3,5 верстах от города, речки Объ-
яснения и Буяковка — на западной окраине
города, в 2 верстах от слободок, отведенных
под заселение военных: офицеров, нижних
чинов, персонала морского госпиталя. Цен-
тральные же кварталы, начавшиеся застра-
иваться раньше других и потому наиболее
заселенные, фактически были лишены по-
добных источников пресной воды.
Число копаных городских колодцев хотя
и увеличивалось год от года (в 1884 году — 16,
в 1906 году — 45 и 8 скважин), но не могло
удовлетворить потребностей быстро расту-
щего населения города.
В 1901 году военный порт построил свой
водопровод от Минных прудов и речки Бу-
яковки, но этот водопровод городу ничего
не давал. В 1905 году железной дорогой был
введен в эксплуатацию водопровод от Первой
речки, который часть воды отдавал городу, но,
в основном, не для «обывательских нужд», а
для городских предприятий и учреждений.
В 1919 году город построил собственный
небольшой водопровод от Суйфунского
бурового колодца, снабжавший водой по-
жарную часть, городскую больницу, жен-
скую гимназию, Черепановское училище и
десяток кварталов в центре города.
Периодически случались засухи или хо-
лодные зимы, тогда в городе складывалась
катастрофическая ситуация с водоснаб-
жением. Зима 1888 — 1889 годов выдалась
бесснежной, а лето 1889 года жарким и
без дождей, поэтому все колодцы в городе
пересохли; зима 1897 — 1898 годов выдалась
очень морозной, и колодцы перемерзли. В
таких условиях город оставался без воды, ее
с трудом добывали из окрестных речек, ко-
торые также обмеливали или перемерзали.
Зимой в 1911 году пришлось завозить воду
танкерами из Японии.
В этих условиях большое значение имела
доставка воды горожанам. От колодцев и рек
воду доставляли водовозы и водоносы. Водо-
возов в городе было немного, их содержали,
как правило, частные фирмы, в том числе
китайские, или административные учреж-
дения. Водоносы же в условиях сложного
рельефа Владивостока были незаменимы.
Занимались этим промыслом почти ис-
ключительно китайцы, организованные в
артели.
Китайцы-водоносы жили группами до 20
человек в зависимости от величины кварти-
ры и района, который данная артель обеспе-
чивала водой. В артели организовывались
китайцы, приехавшие с родины на заработ-
ки, или местные разорившиеся торговцы
и рабочие, оставшиеся без работы. Для за-
числения в артель поступающий должен был
уплатить за право на работу выкуп — около
30 рублей — или отработать бесплатно не-
которое время.
Труд водоноса был очень тяжелый. Летом
он должен был в день доставить не менее 40
ведер воды, а иногда до 80; зимой — не менее
30, но обычно 50 — 60 ведер. Летом работа
водоноса начиналась с 3 — 4 часов утра и
до 7 — 8 вечера. Зимой — с 2 часов ночи и
продолжалась до 8 — 10 часов вечера. Из-
нурительный труд зимой был связан с недо-
статком воды в колодцах и необходимостью
брать воду из удаленных речек.
Плата за пару ведер в розницу составляла
летом 3 — 5 копеек, зимой 5—10 копеек. За-
работная плата летом — от 15 до 35 рублей в
месяц, зимой — от 11 до 20 рублей Среднее
годовое сбережение водоноса, если его рас-
ход составлял около 100 рублей в год, равня-
лось приблизительно 160 рублям.
65
Ns 59. Китаец-водонос на Семеновской
площади. Позади него доходный дом
китайца Сун Танги на. 1919 год
Ns 60. Китаец-водонос. 1919 год
66
Эти сбережения водоносы либо отправ-
ляли с земляками на родину, либо отдавали
в оборот под проценты местным купцам.
Китайцы снабжали водой население
Владивостока и в советское время (хотя и в
меньшем объеме) вплоть до запуска в 1936
году Седанкинского гидроузла и новой боль-
шой водопроводной сети.
Начиная с 1870-х годов доля китайских
предпринимателей в городской экономике
всегда была очень значительной.
В1878 году из 114заведений 57 (50%) при-
надлежали китайцам (42 лавки, 11 харчевен,
4 питейных заведения).
В 1895 году: «из всех торговых и про-
мышленных предприятий находится в руках:
китайцев — 126, русских — 58, японцев — 8,
немцев — 5, англичан — 2, прочих иностран-
цев — 1».
О быстром распространении китайской
торговли и ремесленничества, которые со-
ставляли серьезную конкуренцию русским
предприятиям и иностранным европейским
фирмам, обоснованное мнение изложил
один из совладельцев Торгового дома «Кунст
и Альберс» Адольф Васильевич Даттан в сво-
ей работе «Исторический очерк приамурской
торговли», изданной в Москве в 1897 году:
«Китайские магазины, неказистые с виду,
но заваленные товарами в своих пакгаузах,
заполняют всю главную торговую часть
города. В этих магазинах можно найти все
необходимое для европейского потребле-
ния, причем китайские фирмы выписывают
свои товары уже непосредственно из Евро-
пейской России или из Европы, не говоря
о Китае и Японии. Китайские лавки давно
уже раскинулись по всему городу от одного
конца до другого. Не имея права приобретать
землю в собственность, китаец пользуется
арендой и постепенно выстраивает всюду
свои помещения, при посредстве которых
паутина его торговли, мелочной и невзыска-
тельной, но страшно устойчивой и для него
весьма доходной, все шире и шире охваты-
вает главный порт края, а из него постепен-
но пробирается дальше и дальше в деревни
и села. Крупный коммерсант, не китаец,
сдавливается массой китайских магазинов в
центре торгового движения, обездоливается
этими растущими справа и слева, спереди и
сзади, как грибы после дождя, лавчонками,
постепенно крепнущими и забирающими
район в свои руки. Короче, в торговом от-
ношении, как и в области труда, китайский
элемент на глазах у всех завоевывает все
большее и большее поприще и на этот раз
начинает господствовать уже не внешним
только образом, не одною многочисленно-
стью, но и как элемент, безусловно, крепкий
экономически, постепенно овладевающий и
трудовым, и товарным рынками. За первыми
толпами китайцев идут другие, за другими
третьи и т.д., оставляя все больший и боль-
ший осадок на всей местной практической
деятельности».
По подсчетам А.В. Даттана, для евро-
пейских торговцев накладные расходы со-
ставляли 15 — 20% оборотного капитала, для
китайских фирм и предпринимателей — не
более 5 — 8%.
В 1912 году «Торгово-промышленный
справочник города Владивостока и его
пригородов», публикуя сведения о числен-
ности и распределении по подданству тор-
гово-промышленных предприятий города,
привел конкретные данные о предприятиях
китайских подданных в торговле, ремес-
ленном производстве, промышленности,
транспорте, сфере обслуживания. При
общем количестве китайских предприятий
1089 (100%) в их числе были: торговые — 703
(67%), ремесленные — 208 (18%), сферы об-
служивания — 129 (12%), транспортные — 35
(2%), промышленные — 14 (1%).
Согласно этому справочнику, к 14-ти про-
мышленным предприятиям Владивостока
были отнесены заводы: известковые, кир-
пичные, кожевенные, рисоочистительные,
свечные, пивоваренные, а также маслобой-
ни. Среди названных предприятий к самым
долговременным, по-видимому, могут быть
отнесены известковые и кирпичные заво-
ды, так как они появились первыми среди
китайских промышленных заведений, еще
в конце 1860-х годов; а к наиболее распро-
страненным можно было отнести пивова-
ренные заводы.
Когда составлялся справочник, во Влади-
востоке действовали пять китайских пивова-
ренных заводов, которые по особенностям
своей работы и по качеству выпускаемой
продукции очень сильно отличались от ана-
логичных предприятий европейского типа.
67
Интересные и подробные сведения о ки-
тайском пивоварении во Владивостоке со-
держит отчет врача К. Дресслера от 12 июля
1904 года, представленный в городскую Думу
под названием «О санитарном состоянии
китайских пивоваренных заводов в городе
Владивостоке»:
«Вопрос о китайском пивоварении был
поднят на одном из заседаний Санитарно-
Исполнительной Комиссии. При обсужде-
нии его выяснилась необходимость более
подробного ознакомления с санитарным со-
стоянием китайских пивоваренных заводов.
С этой целью мною был произведен осмотр
шести существующих в городе Владивосто-
ке китайских пивоваренных заводов. Число
заводов невелико, но количество пива, вы-
рабатываемое ими, довольно значительно.
Пиво — любимейший напиток китайцев.
Когда ни зайдешь в китайскую пивную, она
всегда полна посетителями. Китайцы пьют
пиво в подогретом виде и выпивают его за
один раз от двух до трех фунтов. Китайское
пиво пьют и русские люди, быстро привы-
кающие к его своеобразному горьковатому
вкусу. Наши солдаты пьют китайское пиво
даже с некоторым удовольствием. Все ки-
тайские пивоваренные заводы располо-
жены в черте Пекинской, Семеновской и
Корейской улиц...Устройство заводов носит
совершенно общие черты и если разнится,
то только лишь по внешнему виду помеще-
ния...».
В докладной записке К. Дресслера было
дано общее описание устройства шести заво-
дов и процесса получения китайского пива,
которое готовилось из риса. По свидетель-
ству врача, «рис в большинстве случаев был
удовлетворительного качества, но крайне
плохой очистки, с большим количеством
мелких и крупных инородных примесей».
Все заводы имели по четыре помеще-
ния специального назначения: мочильное,
заторное, бродильное и холодильник. В
мочильных отделениях рис замачивали и
очищали от посторонних примесей: зерно
из мешков высыпали в мочильные чаны
с горячей водой в присутствии акцизного
чиновника; обычная вместимость мочиль-
ного чана — десять мешков рисового зерна.
После промывания риса, удаления мусора и
грязной воды чан заполнялся чистой горячей
водой из специального водогрейного бака,
плотно закрывался и запечатывался акциз-
ной печатью.
После продолжительного 20-часового
мочения разбухший рис из мочильных ча-
нов перекладывался в заторные емкости для
варки. Сваренный рис в виде полужидкой
коричневатой вязкой массы раскладывался
ровными слоями на лотках для охлаждения,
после чего помещался для брожения в спе-
циальные глиняные горшки-корчаги, куда
добавляли сухие пивные дрожжи китайского
производства. Процесс брожения длился во-
семь и более дней, в зависимости от желае-
мой крепости и качества пива. Перебродив-
шую массу разливали ковшами в длинные
плотные шелковые мешки с крепкими за-
вязками, которые укладывали рядами в чаны
пресса. С помощью рычага и гирь-камней
производилось прессование пивной массы
для отделения жидкости от твердого остат-
ка, пивной барды. Вытекающее из мешков
пиво собирали в специальные емкости, при-
правляли сахаром и отправляли в пивные,
которые имелись при каждом заводе, или в
бочках на склады.
Все шесть китайских пивных заводов
находились довольно близко друг к другу,
работали по одной технологической схеме
и отличались друг от друга только услови-
ями содержания помещений и их санитар-
ным состоянием. По заключению доктора
Дресслера, «два завода можно было считать
удовлетворительными, два — сносными по
санитарным условиям, два — малопригод-
ными для работы».
Завод Ли Зичана — один из самых благо-
получных по санитарно-технологическим
показателям — располагался на улице Ко-
рейской в новом каменном доме, принад-
лежавшем купцу Ван Тынсину.
Завод Ван Бинтина находился на углу
улиц Корейской и Фонтанной, на участке
Ван Илина. Основное производство завода
размещалось в каменных строениях.
Завод Цзяо Цзуньцзо, открытый еще в
1886 году, располагался в доме И. Лангелитье
на улице Алеутской. Почти за двадцать лет
работы здание пивного завода значитель-
но обветшало. Как писал доктор Дресслер:
«Бактериологическое исследование китай-
ского пива, предпринятое мною в лаборато-
68
№61. Китайская ремесленная мастерская. Начало XX века
рии местного лазарета, при любезном содей-
ствии доктора Стерлинга, показало наличие
в китайском пиве громадного количества
инородных бактерий стрепто- и стафило-
кокков и различных плесневых грибков».
Завод Тун Литина, работавший в доме на-
следников Иванова на улице Семеновской,
имел много недостатков: земляные полы во
всех отделениях, совмещение жилых и про-
изводственных помещений и другое.
Завод Ван Фамина был основан в 1889
году и размещался в доме К. Ильницкого на
углу Корейской и Семеновской улиц. Обсле-
дование завода показало, что «он настолько
загрязнился и разрушился, что поддержи-
вать его ремонтом уже не представляется
возможным». Заведующий заводом подтвер-
дил это заключение: «Завод плох, мы сами
знаем, что надо строить другое помещение,
но у хозяина нет на это средств».
Пивные заводы китайских предприни-
мателей действовали «до последней воз-
можности» оборудования и помещений;
вместо закрытых предприятий тут же откры-
вались новые, потому что китайское пиво
пользовалось большим спросом и у китай-
ского, и у русского населения Владивостока.
Публиковавшиеся в справочниках све-
дения о количестве китайских предприятий
торговли, ремесленного производства, сфе-
ры обслуживания не всегда подтверждаются
архивными документами. Разночтения в ко-
личественной оценке чаще всего происходит
из-за совмещенности в одном китайском
предприятии нескольких функций: варка
пива и продажа его здесь же в распивочной
при заводе, ремонт и изготовление ювелир-
ных изделий в мастерской и продажа их в
рядом расположенной лавке и т.п.
Поэтому наиболее достоверными явля-
ются сведения от налоговых органов.
В 1911 году податным инспектором цен-
тральной части Владивостока был составлен
«Список промышленных китайских пред-
приятий, находящихся в Первом Владиво-
стокском участке». На основании анализа
этого Списка представилась возможность
выполнить подсчет числа предприятий цен-
тральной части Владивостока и количества
их рабочих.
69
Предприятия Улицы, на которых располагались предприятия Общее количество
Наименование улиц Число предприятий Количество рабочих Предприятий Рабочих
Пекарни Корейская I 3 27 III
Алеутская 4 22
Суйфунская I 12
Комаровская I 2
Семеновская 12 28
Семеновский покос 4 12
Фонтанная 2 17
Косой переулок 2 15
Портняжные Светланская 6 37 64 278
Корейская 5 24
Китайская 9 56
Алеутская 3 12
Суйфунская I 3
Комаровская 3 13
Семеновская 27 67
Косой переулок I 6
1-я Морская 3 14
Семеновский покос 6 46
Дамского платья Светланская Корейская 2 2 14 14 13 63
Китайская 5 21
Алеутская I 5
Суйфунская I 3
Комаровская 2 6
Фотографии Светланская I 4 I 4
Шапочные Корейская I 4 4 10
Семеновская 2 3
Семеновский покос I 6
Щеточная Семеновская I 3 I 3
Матрацная Алеутская I 3 I 3
Уличные Корейская 7 61 13 85
Семеновская 6 24
Колесные Корейская 3 15 5 21
Комаровская 2 6
Скорняжная Алеутская I 8 I 8
70
Столярные Корейская Суйфунская 2 I 7 25 2 32
Жестяных Семеновская I 4 I 4
изделий
Кузницы Корейская 2 6 19 64
Алеутская 2 7
Суйфунская I 3
Комаровская 4 13
Семеновская 2 5
Фонтанная 8 30
Ювелирные Алеутская I 2 7 II
Семеновская 5 8
Семеновский I I
покос
Парикмахер- Корейская 9 32 35 154
ские
Алеутская 4 16
Семеновская 18 94
Фонтанная 3 9
Косой переулок I 3
Ломовых Алеутская I 12 7 65
ИЗВОЗЧИКОВ
Суйфунская I 5
Комаровская 3 24
Тюремная I 12
Фонтанная I 12
Китайской Алеутская 3 35 3 35
обуви
Содержание Набережная I 36 I 38
артели
рабочих
Прачечные Алеутская I 6 3 22
Комаровская 2 16
Лесопилки Корейская 2 12 2 12
Краскотерная Суйфунская I 20 I 20
Сапожные Алеутская I 3 6 14
Комаровская I 3
Семеновская 2 3
Фонтанная I 3
Семеновский I 2
покос
Слесарная Алеутская I 3 I 3
Чулочная Семеновская I 3 I 3
Итого: 219 1063
71
Эти предприятия располагались на 13
улицах центральной части города. Больше
всего, свыше 60%, их находилось на трех
улицах, прилегающих к местам компактного
проживания китайцев, в районе так называе-
мой «Миллионки» — Корейской, Алеутской и
Семеновской, а также Семеновском покосе.
Ремесленная и торговая деятельность
китайского населения Владивостока была
активной и в первые годы советской власти.
«Список фабрично-заводских предпри-
ятий Приморской губернии
... Во Владивостоке:
Чугунно-медно-литейные мастерские
1. Ва Си-чан — 10 рабочих
Чугунно-литейные мастерские
2. Го Ван-лян — 11 рабочих
3. На Кин-гун — 14 рабочих
Мукомольные мельницы
4. Ян Хан-чин — 49 рабочих
5. Ли Вы-пан — 34 рабочих
Маслобойные заводы
6. Чжан Дау-ю — 28 рабочих
7. Ван Тун-хао — 7 рабочих
8. Шуи Зюн-сон — 12 рабочих
9. Юй Фун-тай — 20 рабочих
10. Гао Сюй-сен — 15 рабочих
Пивоваренные заводы
11. Си Шин-лян — 6 рабочих
12. Пан И-мин — 22 рабочих...
30 апреля 1923 года. Фабрично-заводской
инспектор Приморской губернии Совета
Народного Хозяйства Семерчиков».
Китайские торговцы не оставляли своих
занятий даже после введения советскими
властями фиксированных цен на товары, раз-
рушавшими основы рыночных отношений.
Это подтверждается, в том числе доку-
ментом, опубликованным в газете «Красное
Знамя» в начале 1926 года:
«Всем гражданам города Владивостока
объявляется, что 14 января 1926 года уста-
навливаются твердые цены на уголь, вы-
работанные Губторгом для частных торгов-
цев, объединенных Комитетом Рыночных
Торговцев.
Каждый гражданин имеет право при по-
купке угля требовать у продавца карточку
цен на уголь за подписью председателя
Комитета Рыночных Торговцев. Торговцы,
торгующие выше объявленной цены, будут
лишаться отпуска угля со складов Треста».
К этому объявлению прилагался спи-
сок торговцев углем, в котором значилось
пятьдесят фамилий, все (!) торговцы были
китайцами.
Кроме собственно цен на уголь разных
сортов, Артемовского и Тавричанского ме-
сторождений, в объявлении указывались
пункты продажи — адреса китайских торгов-
цев на тридцати улицах города (для удобства
приведены их современные названия):
Улица Светланская: «№ 24 — Сун Чжи-
тан, № 110 — Сун Ден-чао, № 122 — Су-фу,
№ 145 — Ли Бо-ан, № 211 — Сун Чже-хи,
№ 217 — Дэ Хо-шин».
Утица Фонтанная: «№ 16 — Заэ Дян-сан,
№ 22—Лю-юй, № 27 — Зюй Кин-дин, № 37 —
Цюн Шун-сюнь, № 62 — Лю Жан-тен».
Улица Всеволода Сибирцева: «№ 56 —
Цзен-зюн, № 84 — Ван Зан-лу, № 101 — Ян
Цзы-сан, № 145 — Хуан Юй-зай».
Улица Пологая: «№ 44 — Цюй Дян-чжу,
№ 24 — Щи Ю-цзы».
Улица Суханова «№ 2 — Лю Цен-у, № 4 —
Ю Фун-тен, № 16 — Лю Юан-сян».
Утица Пушкинская: «№ 31 — Хуан Ке-чин
и Чжан Шу-син».
Улица Семеновская: «№ 10 — Ли Шу-
чжен, № 15 — Ван Шен-тун».
Улица Пограничная: «№ 14 — Чжи Шен,
№ 40 — Зун-бан».
Улица Пр. Комарова: «№ 14 — Дин Цза-
чун».
Улица Крыгина: «№ 33 — Лю Фун-у».
Улица Комсомольская: «№ 13 — Сюй
Ван-хи».
Улица Мальцевская: «№ 6 — Лю За-чен».
Улица Махалина: «№ 1 — Ли Де-фа».
Утица Фонвизина: «№ 7 — Чен Хен-дзю».
Улица Луговая: «№ 1 — Лю Вин-со».
Улица Бестужева: «№ 23 — Зан И-сын».
Улица Посьетская: «№ 25 — Ван Пу-нэ».
Улица Мордовцева: «№ 1 — Юй Жун-
чжан».
Улица Гоголя: «№ 44 — Цзян Цзин-фу».
Улица Алеутская: «№ 55 — Фан Чжен-е».
Улица Трамвайная: «№ 13 — Ван Фа-шен».
Улица Тигровая: «№ 23 — Ли-син».
Улица Адм. Фокина: «№ 24 — Ан Цзин-
шан».
Улица Некрасовская: «№ 18 — Ван Хен-
цзы».
Улица Русская: «№ 15 — Ли Чжень-нань».
72
Переулок Краснознаменный: «№ 1 — Ма
Чунг-юн».
Океанский проспект: «№ 24 — Чжан Шоу-
тен, № 50 — Ван Го-юн, № 73 — Го-ю».
Проспект Красного Знамени: «№ 51 — Тен
Хуан-чжан».
Проспект Острякова: «№ 37 — Го Фу-
шан».
Еще одни китайские предприятия, ти-
пичные для Поднебесной, получившие
большое распространение в 1920-е годы, —
пимокатные мастерские по изготовлению
валяной обуви, где китайские мастера про-
изводили валенки и войлок. Газета «Крас-
ное Знамя» несколько раз писала об этих
предприятиях, а также о трудной профес-
сии пимокатов: «В Китае есть профессия
пимокатов, древняя, как древни сами воды
Янцзы. Пимокаты едут на чужбину со сво-
ими инструментами. Они везут бамбуковые
прутья для чески шерсти, они натягивают,
как на лук, жильные струны, чтобы щипать
и мягчить эту шерсть...».
Одно из пимокатных предприятий в 1927
году находилось в районе Первой Речки.
«Приземистые домишки рассыпались по
первореченским оврагам. Ливни размыли
дороги, навалили камней, нанесли земли...
Здесь живет китайская ремесленная беднота.
У полуразрушенных хибарок закрыты окна и
двери. Только понатыканные дощечки выве-
сок да какой-то приглушенный стук внутри
домов выдает живых обывателей. “Катынная
завода” — старательно выведено русскими
буквами вперемешку с китайскими иерогли-
фами. “Катынная завода” — повторяется на
вывесках соседних домишек. Читатель сразу
не догадается, что это означает пимокатный
завод. Да, это фабрика валяной обуви — ва-
ленок, или катанок».
Журналист, написавший об этом заводе,
посетил предприятие с инструкторами Со-
юза кожевенников и с их помощью сумел
узнать интересные подробности произ-
водства: «Мы носим валенки и не знаем,
как их делают. А между тем, по признанию
инструкторов Союза кожевенников, даже
такой, самый грязный, изнуряющий труд,
как выделка кож, не выматывает столько сил
рабочего, сколько пимокатное производ-
ство. В наших условиях оно самое трудное
и самое вредное... Сырьем для пимокатного
производства является содранный волос от
коровьих и бараньих шкур, поступающий
из кожзаводов и мелких кожевенных ма-
стерских... Первая стадия обработки — это
сортировка волоса по цвету: рыжий и чер-
ный вместе, белый отдельно. Каждый клок
волос нужно перебрать отдельно и промыть.
Вода в длинных деревянных колодах — бурая
от грязи. Китаец-подросток вилами вы-
лавливает клочья шерсти и раскладывает
на земле для просушки. Обходя завод, мы
всюду встречаем эти рыжие поля шерсти...
Для помещения завода, темного и тесного,
характерна высокая степень запыленности.
Пыль — это крупицы невидимых шерсти-
нок с сухой известью, она используется
при взбивании шерсти. Чтобы приготовить
шерсть к катке, ее нужно сначала взбить, как
пух. Это долгая и утомительная работа. Ког-
да горы мягкого пышного волоса готовы, его
смешивают с еще более нежным бараньим
волосом и приступают к главному процессу
пимокатного промысла. Мастер берет ще-
потку волоса и начинает его раскладывать
на специальном полотнище. Затем, при-
кладывая к нему все новые и новые куски,
заматывает их постепенно в тряпку, придает
шерсти форму, напоминающую гигантский
сапог. Эта большая форма под опытной ру-
кой катальщика начинает уменьшаться, в
неплотных местах она латается добавочны-
ми кусками. На этом заканчивается первая
стадия выработки валенка. Далее эти гро-
мадные неуклюжие формы поступают в чан
с щелочным раствором, откуда, отлежав-
шись ночь, поступают к главному мастеру.
Этот китаец — центр внимания всей мастер-
ской. Он опускает в корыто с горячей водой
уже значительно сократившийся в размерах
от ночной ванны валенок и, обжигая руки,
начинает его катать на станке. В среднем
один мастер делает в день 1, 5 пары, то есть
три штуки валенок. Сбитый вымытый ва-
ленок набивается на колодку и, подвешен-
ный на нитку, отправляется в последнее
путешествие — сушиться. Затем его делают
привлекательным: гладят, чистят постри-
гают. Для того чтобы шерсть была гладкой,
ее скоблят особым камнем под названием
“морская пена”.... Производство войлока
на заводе много проще. Шерсть также за-
мывают в полотнище и долго катают ногами.
73
Чем больше катают, тем плотнее будет во-
йлок, тем теплее будет будущее одеяло, пот-
ник или просто набивка на двери...».
Работа китайских пимокатных предпри-
ятий была, как правило, сезонной, поэтому
пимокатчики во время простоя мастерских
занимались другими делами, в частности —
продажей мороженого, о чем свидетельство-
вала газета «Красное Знамя» в том же 1927
году: «Тележка мороженщика стоит в углу
пимокатной мастерской. Почему она попала
сюда? Потому, что мы наивны, когда думаем
о мороженщиках как о людях специальной
профессии. Китаец-мороженщик — прежде
всего пимокатчик. С начала осени до начала
нового года он катает шерсть, а при первых
теплых днях, отремонтировав тележку, идет
покорять сердца владивостокской юности
5-копеечными порциями “сливочного” и
“шоколадного” мороженого».
Представители китайской диаспоры Вла-
дивостока трудились не только на заводах,
ремесленных и торговых предприятиях соот-
ечественников, но были также работниками
фирм и предприятий, принадлежащих евро-
пейцам: «И.Я. Чурин и Ко», «И. Лангелитье
и Ко», «М. Пьянков с братьями», «Бринер,
Кузнецов и Ко» и многих других.
В крупнейшем торговом доме Дальнего
Востока «Кунст и Альберс» китайцы всегда
составляли значительный процент от общего
числа служащих. Даже в конце 1920-х годов,
когда деятельность и состав фирмы значи-
тельно сократились, в ее владивостокских
магазинах и предприятиях из 854 сотруд-
ников 230 были китайцами. По архивным
сведениям на 1927 год, в главном магазине
«Кунста и Альберса» на улице Светланской
работали 84 человека китайцев; большинство
из них были заняты в отделах: укупорочном —
19 человек, раскупорочном — 12 человек,
бакалейном — 11 человек, техническом — 11
человек, писчебумажном — 10 человек. В
остальных шести отделах магазина — ме-
бельном, москательном, мануфактурном,
красочном, посудном и шорном были за-
няты от двух до шести работников-китай-
цев. Возраст китайцев, служащих фирмы,
был от 26 до 66 лет, преобладающим —
35 — 50 лет. Почти все кочегары-истоп-
ники «Кунста и Альберса» были китай-
цы. Так, главный магазин «обогревали»
Сун Инзай (47 лет), Сун Чэнсэн (33 года) и
Ю Сунфа (49 лет); кочегары в разных поме-
щениях фирмы: в столовой — Ван Цзунман
(39 лет), в общественном клозете при главном
магазине — Ван Цзифу (34 года), Ли Шондэ
(34 года) и Ю Фачун (32 года). Грузчиками в
магазине работали 19 китайцев, рассыльны-
ми в конторе — 7 человек, водовозом фирмы
был Кау Фучен (46 лет), электриком — Дзян
Дауху (44 года), садовником — Ма Чженчинь
(40 лет), плотником — Сун Сычжун (49 лет).
В столовой фирмы работали также в основ-
ном китайцы — 24 человека; они были пова-
рами, разносчиками, подавальщиками, убор-
щиками, посудомойками. Главным поваром
столовой был Ко Шусин (47 лет). Кроме того,
67 китайцев служили в нескольких филиалах
и домах фирмы в разных районах города.
О весьма успешной деятельности китай-
цев в сфере услуг сообщали многие авторы
публикаций, ссылаясь на собственный опыт
и впечатления.
Так С.Н. Южаков, живший во Владиво-
стоке в 1891 — 1892 годах, отмечал в своих
путевых заметках, что китайцы, «особенно
молодежь, составляют во Владивостоке глав-
ный контингент прислуги».
С.В. Витковская посетила в 1896 году
Владивосток, где ее брат В.В. Пшенецкий
служил правителем канцелярии Уссурий-
ской железной дороги. После возвращения
в Петербург она опубликовала свои путе-
вые воспоминания, в которых рассказала о
проживании в доме Пшенецких: «Молодые
китайцы рано начинают зарабатывать свой
хлеб, поступая в русские дома поварами и
лакеями. У Пшенецких служил поваром
четырнадцатилетний Чан Чжук, а лакеем
одиннадцатилетний Тун Чинчжи. Нечего
и говорить, что одеваются они в свои ки-
тайские платья и в мягкие башмаки на во-
йлочных подошвах... Встав утром, я звонила
китайцу-слуге, который приносил мне са-
моварчик, булку, газету “Дальний Восток”
и крошечный кувшинчик сливок, стоивший
двугривенный... Китаец-лакей был славный
и услужливый человек, чрезвычайно чисто
и с простонародным говором объясняв-
шийся по-русски. Как-то на вопрос об его
имени он ответил: «Селифан». Это очень
удивило меня и заставило предположить,
не принял ли он православие? Оказалось,
74
Владивосток*!». Китяис. поваръ и бой. (Местная прислуга )
Wladiwostoek. Chines. Koch tind Roy.
однако, что он называет себя так только
для нашего удобства, вероятно, по совету
какого-нибудь шутника, навязавшего ему
исковерканное русскими и увековеченное
Гоголем имя Святого мученика Сильвана.
Действительно, его китайского имени я не
могла правильно выговорить... С возвраще-
нием со службы брата я оживала. Он весело
влетал в мою комнату, громко звонил и ко-
мандовал быстро появлявшемуся Селифану,
который всегда с нетерпением ожидал его
прихода: “Китайка, обедать давайка, не то
я помирайка”. Селифан бесшумно исчезал
и скоро возвращался с приборами, салфет-
ками и прочим, иногда сообщая: “Сегодня
обед очень хороший”».
В воспоминаниях многих европейцев
часто говорилось об «учтивости, приветли-
вости и скрупулезной исполнительности
китайской прислуги. Все приказания ею
выполнялись с искренней улыбкой. Для
удобства русских китайцы обычно брали
себе русские имена, как бы для того, чтобы
оградить их от сложностей своего языка. В
то же время китайцы старательно учили рус-
ский язык, в основном путем повседневного
общения с русскими».
Ns 62. Открытка, изданная купцом Г.А. Цорном
в 1905 году. Чем не иллюстрация к воспоминаниям
С.В. Витковской? Нельзя утверждать, что на
ней изображены именно Тун Чинчжи и Чан
Чжук, но почему нет? Снимок сделан, возможно,
значительно раньше в одном из владивостокских
фотоателье, а Цорн просто приобрел права
на его печать.
О еще одних «предприятиях сферы об-
служивания» старого Владивостока можно
узнать из «Дела по жалобе на переводчика
Ху-вин-бана и надзирателя Врачебно-По-
лицейского Комитета К.П. Оцебрика», хра-
нящегося в фондах исторического архива
Дальнего Востока и касающегося китайских
публичных домов.
В досоветский период во Владивостоке
существовали русские, японские и китай-
ские дома терпимости, содержать которые
могли только женщины.
Больше всего было японских заведений,
как по общему их количеству, так и по числу
находившихся там женщин. Эти заведения
располагались в районе компактного прожи-
вания японцев — в районе улиц Алеутской,
Фонтанной и Косого переулка (сейчас —
улица Мордовцева).
Китайские публичные дома в основном
«тяготели» к китайскому кварталу, т.н. «Мил-
лионке» и улице Семеновской.
Дело в отношении Ху Винбана и Оцебри-
ка было начато в январе 1915 года по прика-
занию Приамурского генерал-губернатора
Н.Л. Гондатти, получившего анонимную
жалобу о незаконных поборах переводчика
и надзирателя с китайских проституток.
Проводил дознание старший помощник
делопроизводителя канцелярии генерал-гу-
бернатора Л.Г. Ульяницкий, который, при-
быв во Владивосток, опросил всех причаст-
ных к этому делу лиц и составил подробный
протокол.
Не вдаваясь в детали и выводы рассле-
дования, из этого протокола можно по-
черпнуть определенные сведения о жизни
китайских проституток и правилах, регла-
ментировавших их деятельность.
Интересная особенность, которая сразу
же бросается в глаза при изучении прото-
кола: все опрошенные представительницы
древнейшей профессии и их содержатель-
75
ницы, всего около двадцати человек, были
родом из одной китайской провинции и,
по-видимому, объединялись в некое «земля-
чество», к которому также принадлежал «не
оправдавший доверия» китаец-переводчик.
«...Я, китайская подданная, уроженка
Шаньдунской провинции, деревни Хут-
Цунь. Моя фамилия Чжу-си, имя Цяо-сянь.
В городе Владивостоке проживаю по улице
Семеновской. От роду имею 25 лет. Занима-
юсь проституцией... Неграмотная».
«...Я, китайская подданная, уроженка
Шаньдунской провинции, деревни Тхян-
Дяхин. Моя фамилия Ко-сы. В городе Вла-
дивостоке я проживаю четыре года. Первые
два года я жила при муже, последние два —
живу самостоятельно. Средства на жизнь
мне доставляют две проститутки: Гао-фат-сы
и Чжан-ван-сы, которых я содержу. Поло-
вину заработка они отдают мне. За это я их
одеваю, кормлю и уплачиваю за них всякие
сборы... Неграмотная»...
«...Я, китайская подданная, уроженка
Шаньдунской провинции, деревни Пи-Дя.
Моя фамилия Ван-ки-сы. Отроду 24 года. Во
Владивостоке проживаю три года. Два года
занималась шитьем, последний год занима-
юсь проституцией. Кроме того, содержу одну
проститутку... Неграмотная».
«...Я, китайская подданная, уроженка
Шаньдунской провинции, города Чжифу
(Чифу). Моя фамилия Чжан, имя Зан-сы. От
роду 50 лет. В городе Владивостоке прожи-
ваю семь лет по адресу: улица Семеновская,
№ 15. В этом доме я содержу двух проститу-
ток: Сю-чен и Ки-цин. Весь заработок про-
ституток получаю я. На моей обязанности —
одевать и содержать их, уплачивать сборы...
Неграмотная»...
«Я, китайский подданный, уроженец
Шаньдунской провинции, деревни Чэн-Ли.
Моя фамилия Ху-вин-бан, от роду 28 лет.
В России проживаю 14 лет. Первона-
чально я проживал в Порт-Артуре, после его
падения я приехал в Приморскую область
в качестве служащего китайской торговой
фирмы «Хо-ю-чун-сы». Прослужив неко-
торое время в качестве приказчика, я шесть
лет тому назад открыл в городе Хабаровске
самостоятельную торговлю на базаре (лавка
№ 25). Затем, передав торговлю китайско-
му подданному Яо-цзун-син, я в 1910 году
приехал в город Владивосток, где я начал
служить на казенных постройках в качестве
десятника.
С запрещением китайского труда на ка-
зенных постройках я получил работу в порту
по выгрузке и погрузке пароходов Добро-
вольного флота.
Два года тому назад содержательницы
китайских домов терпимости пригласили
меня на службу в смотровой пункт в качестве
переводчика с жалованием 50 рублей в ме-
сяц. При медицинском освидетельствовании
китайских проституток женщиной-врачом
Васильевой я присутствую в качестве пере-
водчика.
Всех проституток, являющихся ежене-
дельно на осмотр к врачу, 75 человек. Все
они вносят по 2 рубля в общую кассу и на
эти деньги содержат смотровой пункт, пере-
водчика и двух сторожей. Деньги ежемесяч-
но собирает старик-сторож Ван-юн-шун...».
Из двух сторожей только старший полу-
чал жалование, младший сторож — 28-лет-
ний Чэн Юсан, находившийся в подчинении
Ван Юншуна, работал лишь за еду и жилье.
«Я, китайский подданный, уроженец
Тяньцзиня. Моя фамилия Ван-юн-шун, 48
лет от роду. В городе Владивостоке прожи-
ваю двадцать лет. Первоначально служил в
харчевне, затем, с открытием смотрового
пункта, поступил туда в качестве сторожа.
Пункт открыт три года тому назад с раз-
решения Врачебно-Полицейского Коми-
тета, по инициативе китайской подданной
Чжан-сы-инь — содержательницы дома тер-
пимости. Первоначально она и заведовала
пунктом. С высылкой ее из Владивостока
(в третьем году) заведование пунктом фак-
тически перешло к переводчику. С каждой
проститутки-одиночки ежемесячно соби-
рается по 2 рубля (в зимнее время 2 рубля
30 копеек)...».
Смотровой пункт находился под контро-
лем надзирателя Врачебно-Полицейского
Комитета, который в своих действиях в
отношении публичных домов руководство-
вался специальной «Инструкцией смотри-
телям»:
«При наблюдении за проститутками
смотрители (надзиратели) руководствуют-
ся правилами, установленными “Положе-
нием об организации надзора за городской
76
проституцией в Империи”, а также издан-
ными в разъяснении этих правил: обязатель-
ным постановлением Военного Губернатора
Приморской области, постановлением Вра-
чебно-Полицейского Комитета и указаниям
Члена- Распорядителя.
Примечание: При служебных сношениях
с проститутками смотрители должны твердо
помнить, что они имеют дело с глубоко не-
счастными женщинами, которые из-за не-
благоприятно сложившихся обстоятельств
стали на путь порока...
— В дома терпимости проститутки до-
пускаются лишь по достижении совер-
шеннолетия (21 года). С 18 лет может быть
одиночкой; что же касается китаянок, то
таковые допускаются к проституции с 16
лет, а японки с 18 лет могут поступать в дома
терпимости...
— Дома терпимости разрешается откры-
вать исключительно женщинам, и притом
не моложе 35 лет...
— Квартиры, избираемые для домов тер-
пимости, должны быть удалены от церквей,
училищ, школ и общественных учреждений
не менее как на 150 саженей...
— Проститутки могут проживать в домах
терпимости или же на особых квартирах, в
последнем случае отнюдь не более как по
две в одной квартире... Проституткам вос-
прещается жить в кварталах, прилегающих
к Светланской улице на протяжении ее от
Ключевой до Набережной улицы, и в го-
стиницах на Китайской и Алеутской ули-
цах, между Светланской с одной стороны,
и Фонтанной и Первой Морской с другой...
— Проституткам воспрещается показы-
ваться в окнах занимаемых ими квартир в
непристойном виде, затрагивать на улицах
прохожих и зазывать их к себе, ходить на гу-
ляния и в общественные места по нескольку
вместе, а также занимать в театрах места в
бельэтаже или первых семи рядах кресел
партера...
— Проститутки имеют право выходить на
промысел на улицы не ранее 9 часов вечера
с 1-го апреля по 1-е октября, и не ранее 8
часов вечера с 1-го октября до 1-го апреля...
— Китаянки-проститутки имеют право
жительства в домах, населенных исключи-
тельно народностями желтой расы; в домах
со смешанным населением — европейцами
и азиатами, проживание проституток-кита-
янок воспрещается. Во всем остальном они
подчиняются в полном объеме правилам,
установленным для проституток белой расы».
Возможно, надзиратель К.П. Оцебрик
ревностно исполнял свои обязанности,
проводил внезапные проверки домов тер-
пимости и лично осматривал первые семь
рядов кресел партера, а заниматься побо-
рами с проституток его соблазнил хитрый
Ху Винбан.
Это, право, не важно. Важно, а с совре-
менной точки зрения — совершенно неверо-
ятно, что по анонимной жалобе на помощь
«глубоко несчастным женщинам» по при-
казу главного начальника края приехал за
700 верст высокопоставленный чиновник,
чтобы пресечь беззаконие мелкого надзира-
теля и уж абсолютно «микроскопического»
переводчика.
В годы советской власти, решительно
боровшейся с «пережитками проклятого
прошлого», китайская проституция перешла
на «нелегальное положение» и затерялась в
недрах «Миллионки», где, несмотря на все
профилактические и репрессивные меры,
просуществовала до всеобщего выселения
китайцев из Владивостока и исчезла вместе
с ними.
Ns 63. Китаянки во Владивостоке.
Начало XX века
77
Nfi 64. Вид с горы Тигровой на центральную часть Владивостока. 1919 год
Если сопоставить две панорамы (1888 и 1919 годов), видны огромные изменения, произошедшие с городом
менее чем за тридцать лет (исключая два года Русско-японской войны, когда не строилось ничего, кроме
укреплений), превратившие его в один из крупнейших населенных пунктов азиатской России. И почти
каждый дом, каждый кирпич «помнит» руки китайских рабочих-строителей.
78
79
08
81
Первые государственные представители Китая
во Владивостоке
Увеличение числа азиатских мигрантов
на юге российского Дальнего Востока
в 1870-е годы потребовало введения регла-
ментирующих правительственных поста-
новлений и учреждения постоянных пред-
ставительств стран, чьи граждане селились
в пределах дальневосточной России.
Первое иностранное представительство —
Императорское японское коммерческое
агентство — было учреждено во Владивосто-
ке в 1876 году.
Правительство Китая, предпринимав-
шее в то же время попытки открыть кон-
сульство во Владивостоке, встретило в этом
деле противодействие со стороны русской
администрации.
Так, военный губернатор Приморской
области М.П. Тихменев в феврале 1882 года
на одном из заседаний комиссии по пере-
селению, когда обсуждался вопрос о воз-
можности назначения китайского консула
во Владивостоке, заявил: «Консулу этому
подчинится все местное китайское насе-
ление, которое будет смотреть на него как
на своего естественного начальника, на-
значенного китайским правительством...
принадлежащий нам край прямо войдет в
административном отношении в состав со-
седней китайской провинции».
Вопрос об открытии китайского консуль-
ства в Южно-Уссурийском округе обсуж-
дался в различных инстанциях до середины
1890-х годов.
С открытием непосредственно консуль-
ства российские власти решили повреме-
нить, но разрешили учредить во Владивосто-
ке должность китайского правительствен-
ного коммерческого агента, на которую был
рекомендован перспективный китайский
чиновник Ли Тьяао (в некоторых докумен-
тах — Ли Чжаоао и Ли Цзяао).
«Императорская Российская Миссия в
Пекине
4 Августа 1894 года № 265
Его Высокопревосходительству При-
амурскому Генерал-Губернатору С.М. Ду-
ховскому
Милостивый Государь Сергей Михай-
лович!
Позволяю себе рекомендовать вниманию
Вашего Высокопревосходительства пода-
теля сего письма, китайского чиновника
Ли-тья-ао. Вернувшись недавно из Санкт-
Петербурга, где он в течение нескольких лет
состоял при Китайской Миссии, и, хорошо
владея русским языком, г-н Ли-тья-ао, по-
видимому, проникнут большими симпатия-
ми к России и русским.
Ныне, благодаря расположению и по-
кровительству Чжилийского Вице-Короля
Ли-хун-чжана, он получает довольно видное
назначение при управлении китайскими зо-
лотыми приисками на реке Желтуге1.
При одном из свиданий моих с Вице-Ко-
ролем, последний, между прочим, поднял
вопрос о своевременности и желательности
учреждения во Владивостоке должности Ки-
тайского Коммерческого Агента, по примеру
и на одинаковых основаниях с существу-
ющим уже там Японским Коммерческим
Агентом, при этом Ли-хун-чжан указал на
Ли-тья-ао как на лицо, особенно рекомен-
дуемое им для этого поста в случае, если бы
'«Желтуга (Желта) — речка длиной до 15 верст; впадает в М. Албазиху, приток Б. Албазихи, вливающейся в
реку Амур с правой стороны. Желтуга приобрела известность по открытым по ней богатым золотым россы-
пям в 1883 году. В эту местность, лежащую в китайских пределах, устремилась со всех сторон масса искате-
лей золота, как русских, так и маньчжур, число которых превышало 6000 человек. Они ввели у себя свое соб-
ственное управление, суд и расправу. В 1886 году Желтуга занята была китайским военным отрядом, причем
маньчжуры были частью казнены, частью разбежались, а русские ушли, без сопротивления, в свои пределы».
(«Восточное Обозрение». 1886 год, № 11)
82
наше Правительство признало учреждение
оного соответствующим.
Не беря на себя судить о том, насколько
в настоящее время можно считать полезным
и удобным нахождение во Владивостоке ки-
тайского должностного лица, хотя бы и не
пользующегося официальным положением
по отношению к нашим властям и к прожи-
вающим там китайским подданным, но, по-
лагая, в то же время, что в случае настояний
Китайского Правительства на предоставле-
нии ему в этом отношении одинакового с
Япониею права, нам трудно будет отказать
ему в этом, я не дал пока Вице-Королю
никакого определенного по этому вопросу
ответа, желая знать предварительно Ваше о
нем мнение.
В надежде, что Ваше Высокопревосходи-
тельство не откажете любезно сообщить мне
соображения Ваши по поводу поднятого Ли-
хун-чжаном означенного вопроса, пользуясь
случаем, чтобы возобновить Вам уверение в
искреннем почтении и преданности, с коим
имею честь быть Вашего Высокопревосхо-
дительства покорнейшим слугою.
Граф Кассини».
«Приамурский Генерал-Губернатор
10 Октября 1894 года № 4355
Его Сиятельству А.П. Кассини
Милостивый Государь Граф Артур Пав-
лович!
На письмо от 4 августа за № 265 спешу
уведомить Ваше Сиятельство, что я не пре-
мину оказывать зависящее от меня содей-
ствие, рекомендуемое Вами Китайскому
чиновнику Ли-тья-ао на новом месте его
службы при управлении пограничными, с
вверенным мне Приамурским краем Жел-
тугинскими золотыми приисками. Мне
будет тем приятнее исполнить желание
Вашего Сиятельства, так как аттестован-
ный Вами с выгодной для России стороны
г-н Ли-тья-ао известен мне лично. В быт-
ность мою в сим году во Владивостоке, он
посетил меня...
По поводу поднятого Чжелийским Вице-
Королем Ли-хун-чжаном вопроса о своевре-
менности и желательности учреждения во
Владивостоке должности Китайского Ком-
мерческого Агента, имею честь уведомить
Вас, Милостивый Государь, что...казалось
бы справедливым удовлетворить ходатай-
ство Китайского Правительства...и я полагал
бы с своей стороны, что вопрос этот будет
возобновлен по водворении спокойствия
в Приамурском крае, нарушенного войной
Японии с Китаем, и соединения рельсовым
путем Владивостока с Хабаровском.
Примите уверение в совершенном моем
почтении и преданности, покорный слуга
С. Духовской».
В марте 1897 года помощник министра
иностранных дел В.М. Ламздорф уведомил
китайского посланника в России о прин-
ципиальном согласии российской стороны
«признать китайского подданного Ли-тья-ао
коммерческим агентом во Владивостоке».
«Императорская Российская Миссия в
Пекине
19 Мая 1897 года № 12
Военному Губернатору Приморской об-
ласти
На этих днях выезжает из Пекина во Вла-
дивосток вновь назначенный туда на пост
Китайского Коммерческого Агента китай-
ский чиновник Ли-тья-ао.
По соглашению, состоявшемуся между
Императорским Министерством Иностран-
ных Дел и Китайским Правительством,
Китайскому Коммерческому Агенту во Вла-
дивостоке присваивается положение, тож-
дественное с существующими там герман-
ским и японским коммерческими агентами.
Деятельность его, не нося официального
характера, должна ограничиваться посред-
ничеством между китайскими подданными
во Владивостоке и нашими властями по
могущим возникать коммерческим вопро-
сам. Господин Ли-тья-ао лично известен
Императорской Миссии и при назначении
его на нынешнюю его должность ему был
вполне разъяснен действительный харак-
тер предстоящей ему деятельности, причем
особенное его внимание обращено на то, что
сношения его с местными русскими властя-
ми могут носить лишь совершенно частный
характер.
Сообщая о вышеизложенном Вашему
Превосходительству и покорнейше прося
Вас не отказать сноситься непосредственно
с Императорской Миссией в тех случаях,
если бы образ действий вновь назначенного
китайского коммерческого агента против
83
ожидания дал повод к каким-либо недораз-
умениям на месте...».
Несмотря на крайне ограниченные
полномочия и обязанности исключительно
«коммерческого» характера, Ли Тьяао являл-
ся чиновником высокого ранга Цзунли ямэ-
ня — государственного учреждения, выпол-
нявшего функции Министерства иностран-
ных дел, и это, несомненно, отразилось на
его дальнейшей деятельности, выходившей
временами, по мнению русского начальства,
за «пределы дозволенного».
О личности первого китайского коммер-
ческого агента во Владивостоке опублико-
ваны сведения многих исследователей. До
назначения во Владивосток Ли Тьяао служил
секретарем при нескольких китайских по-
сланниках в Санкт-Петербурге: Лиу Зый-
фыне, Хон Дюме, Сю Дянжене. Он хорошо
говорил и писал на русском языке, а также
знал условия жизни в Приамурье, так как со-
вершил путешествие по Сибири и некоторое
время прожил в Приморской области.
До занятия должности коммерческого
агента Ли Тьяао «состоял в Тяньцзине лич-
ным Секретарем при Чжилийском Вице-
Короле» и, по словам российского консула,
адресованным Приамурскому генерал-гу-
бернатору, «всегда проявлял искреннюю
и усердную преданность идее теснейшего
дружественного сближения Китая с Россией
и в этом направлении успел оказать нашему
Правительству, через посредничество вве-
ренного мне Консульства, многие и очень
ценные услуги».
Ли Тьяао прибыл во Владивосток «с се-
кретарем и шестью служащими» в конце
лета 1897 года.
«Представители Иностранных Держав во
Владивостоке. Императорское Дайцинское
Коммерческое Агентство: Императорский
Коммерческий Агент Ли-тья-ао (чиновник
5-го класса Цзун-ли-ямынь-я). Секретарь
Дайцинского Агента Као-чжан-кай (чинов-
ник 8 класса). Атташе Дайцинского Ком-
мерческого Агентства Ху-зу-кай (студент
Пекинского Университета). 1-я Портовая
улица, дом Эпова»2.
«Телеграмма № 6200. Отправлена 2 Сен-
тября 1897 года из Владивостока
Хабаровск. Его Высокопревосходитель-
ству Генерал-Губернатору Духовскому.
Желание мое быть во вверенном Вашему
Высокопревосходительству крае предста-
вителем в качестве агента Его Величества
Императора Китайского осуществилось. Я
прибыл во Владивосток 23 Августа и имею
счастье лично представиться Вам, покончив
устройство квартиры. Льщу себя надеждой,
что Ваше Высокопревосходительство не
оставите меня своим покровительством.
Прошу принять мой сердечный привет. Ли-
тья-ао».
«Телеграмма № 6475. Отправлена 2 Сен-
тября 1897 года из Хабаровска
Владивосток. Китайскому Коммерческо-
му Агенту Ли-тья-ао.
Очень рад буду Вас видеть, приветствую
открытие должности. Генерал-Губернатор
Духовской».
При состоявшейся вскоре личной встрече
Ли Тьяао представил Духовскому программу,
направленную на улучшение быта прожива-
ющих в крае китайцев. В ходе этой беседы
и последующей переписки выяснилось, что
русская и китайская стороны по-разному
понимали законные полномочия коммер-
ческого агента, его обязанности и сферы
деятельности.
В своей «записке» на имя генерал-губер-
натора Ли Тьяао писал: «Установившиеся с
издавна отношения двух соседних держав
России и Китая допускают не только свобод-
ное посещение китайцами всех населенных
пунктов, но даже постоянное в них житель-
ство. Таким наибольшим центром служит
город Владивосток. Город как торговый, и в
особенности как главный пункт на Дальнем
Востоке, привлекает массу иностранцев всех
классов, из коих самое большое число —
китайцы.
Большая часть китайцев, прибыв мор-
ским путем во Владивосток, остается здесь,
остальная же часть направляется далее в
Приамурский край, и, таким образом, Вла-
дивосток, еще является пунктом, через кото-
рый китайцы проходят далее в глубь страны.
2 В декабре 1907 года городская Дума постановила «улицу Светланскую и ее продолжения: Первую Портовую,
Афанасьевскую, Экипажную и Поротовскую назвать общим именем “Светланская”»
84
Nfi 65. Китайский императорский коммерческий агент
Ли Тьяао. Начало XX века
Ns 66. Улица Светланская в районе нынешней
остановки городского транспорта «Цирк». Крайний
справа (видимый частично) - дом, где первоначально
находилось китайское коммерческое агентство.
Начало XX века
85
Бывший Генерал-Губернатор барон Корф,
принимая отчасти изложенное в соображе-
ние, а в особенности чисто бытовые стороны
жизни китайцев, их обычаи и нравы, не под-
дающиеся общему течению русской жизни,
признавал необходимым в виде временной
меры учредить китайские общественные
управления, придерживаясь крестьянского
самоуправления. На обязанность сих управ-
лений возложено: иметь самые точные све-
дения о всех прибывающих и убывающих
китайцах, следить за исполнением китайца-
ми всего того, что требуется русскими зако-
нами от иностранцев, живущих на Русской
территории, разбор мелких тяжебных дел,
возникающих исключительно между китай-
цами, и, наконец, в особенности служить по-
средником между местной администрацией
и китайцами, проводя в среду последних все
мероприятия, которым они должны подчи-
няться, усваивали их и т.д.
Увеличивающаяся из года в год торгов-
ля и промышленность Приамурского края
естественно вызывает и наплыв населения.
В этом случае Владивосток опять занимает
первое место. Наконец, постройка Китай-
ской Восточной железной дороги, с которой
связано движение Русских в глубь Китая
(Маньчжурии).
Все это вместе взятое вызвало со сторо-
ны Китайского Правительства ходатайство
перед таковым же Русским о разрешении
учредить во Владивостоке должность Китай-
ского Консула, находя Владивосток самым
подходящим для сего пунктом.
Российское Министерство Иностранных
Дел, не отрицая в принципе означенное хо-
датайство и находя вполне целесообразным
и необходимым иметь во Владивостоке пред-
ставителя Китая, в то же время высказало,
что, так как Владивосток в то же время и
крепость, то в нем может быть допущен
представитель Китая, но только с званием
Коммерческого Агента, а не консула. Такое
заключение названного Министерства удо-
стоилось Высочайшего Его Императорского
Величества Государя Императора утвержде-
ния, а посему Китайским Правительством
на должность Коммерческого Агента во
Владивосток назначен чиновник V класса,
г. Ли Тья-ао, который в настоящее время и
прибыл к месту своего служения.
Предварительно вступления в исполне-
ние обязанностей Коммерческий Агент счел
необходимым ознакомиться с обстановкой
жизни китайских подданных во Владивосто-
ке, дабы впоследствии быть вполне в курсе
своих действий.
Исполнив вышеизложенное, Китайский
Коммерческий Агент во Владивостоке о со-
бранных им сведениях и предположениях,
имеющих связь с учреждением здесь на-
званного Агентства, довел до сведения Ки-
тайского Министерства Иностранных Дел,
от которого получил ныне предложение
сделать по сему предмету представление Его
Высокопревосходительству Господину При-
амурскому Генерал-Губернатору.
Упомянутые выше предложения сводятся
к нижеследующему:
1) Ныне же упразднить китайские обще-
ственные участки, так как все функции тако-
вых будет относить Коммерческий Агент на
тех же основаниях, как и Японский Коммер-
ческий Агент во Владивостоке. Разрешить
Агенту разбирать мелкие тяжебные дела,
исключительно между китайцами. Закрытие
участков желательно произвести постепен-
но, начиная с 1-го Октября во Владивостоке,
20-го числа сего месяца в Никольском и 1 -го
Ноября в Хабаровске. Причем одновремен-
но с упразднением участков все имущество,
как принадлежащее китайским подданным,
и делопроизводство участков должно быть
передано Агенту, с тем что последнее он
имеет право обревизовать и об оказавшемся
возможно подробнее довести до сведения
местной областной администрации. При
упомянутых китайских участках в настоящее
время имеются десятники из китайцев же,
обязанности коих заключаются в розыске
нужных лиц и наблюдении за порядком,
служа таким образом некоторым подспорьем
местной полиции. С упразднением же участ-
ков оказалось бы целесообразнее вносить
ежегодно определенную Г. Начальником
края сумму на усиление наружных полицей-
ских средств в городах Владивостоке и Ха-
баровске и в селе Никольском. Означенная
сумма, собранная Агентом путем раскладки
между проживающими китайцами, будет
вносима по указанию Его Высокопревос-
ходительства. Кроме того, Агентом будут
86
назначены в означенных пунктах старшины
из китайцев вполне благонадежных.
2) Игорные дома — ужасное зло, оно
страшно преследуется китайскими закона-
ми. Наибольший вред эти дома приносят
среднему, и в особенности низшему, классу
китайцев. Последние, зарабатывая уси-
ленным, чуть ли не в течение целого года,
трудом своим несчастные крохи, попадают
в общество недобросовестных людей, ко-
торые путем предоставления возможности
выиграть и таким образом обогатиться, во-
влекают их в игру, оканчивающуюся почти
всегда полнейшим проигрышем бедняков,
образующих из себя впоследствии совер-
шенно нежелательный пролетариат, пре-
вращающийся затем в хунхузов, т.е. разбой-
ников. Состоятельный класс китайцев, так
сказать, купцов и т.п., никогда в игорных
домах не бывает. Учредители игорных домов
принадлежат к подонкам общества, и потому
искоренение их весьма желательно. Коммер-
ческий Агент со своей стороны готов всеми
мерами содействовать к обнаружению мест
нахождения игорных домов и их содержате-
лей, передавая их, при содействии местной
администрации, в руки Русского правосудия
или же высылая их на родину вообще, как
будет признано целесообразнее.
3) Необходимо обязать подпискою всех
квартирохозяев-китайцев и содержателей
китайских гостиниц, чтобы они имели каж-
дый книги, в которые записывали всех при-
бывающих и убывающих китайцев. Введе-
ние этого порядка желательно для контроля
Агента, все ли китайцы имеют установлен-
ные виды на жительство.
4) Ввиду того, что Китайский Коммер-
ческий Агент имеет полную возможность
получать из Китая сведения о нравствен-
ных качествах, торговой состоятельности
и т.п. всех прибывающих сюда китайских
купцов, то желательно было бы, если будет
признано возможным, чтобы торговые до-
кументы китайским купцам выдавались по
представлению ими разрешения от Агента.
При осуществлении этого порядка можно
достигнуть, что для торговли в край будут
приезжать только китайские купцы, поль-
зующиеся на родине репутацией честных
людей.
5) Для всех прибывающих в русские
пределы иностранцев однообразный вид
паспорта, стоимость которого выражается
60-ти или 80-ти копеечной маркой, между
тем здесь для китайских подданных быв-
шим Генерал-Губернатором введен особый
вид паспорта. Принимая во внимание, что
китайские подданные пользуются русским
гостеприимством наравне со всеми ино-
странцами, то, казалось бы, и паспортная
система для них не должна бы составлять
исключения. Кроме изложенного, изме-
нение паспортной системы для китайцев,
практикуемой теперь, имеет еще то пре-
имущество, что тогда не будет ни одного
беспаспортного китайца, как это теперь,
большая часть китайцев из-за дороговизны
паспортов, не имея средств на приобретение
таковых, прибывает в край через сухопутную
границу, избегая, таким образом, почти не-
возможного дальнейшего за ними надзора,
а также и взятия паспортов. Для характери-
стики справка: по сведениям Владивосток-
ского Китайского общественного участка
во Владивосток в нынешнем году прибыло
три тысячи семьсот двенадцать китайцев, по
сведениям же, имеющимся у Агента, только
из Чифу выехало сюда до двадцати тысяч.
Следовательно, русские паспорта имеет
только одна пятая часть. Это обстоятель-
ство само за себя говорит о необходимости
или изменения существующей паспортной
системы, или же избрания других меропри-
ятий, которые бы удешевили стоимость па-
спортов для китайских подданных, так как
в этом только и кроется причина избегать
получения паспортов китайцами, причем
желательно было бы сохранить на будущее
время льготный месяц от дня визировки для
выбора паспорта.
Большая часть китайцев, прибывающих
для работ в край, приезжают из Чифу, за-
тем по окончанию летних работ они, дабы
избежать штрафа за невыборку паспортов,
которые ими не взяты по неимению средств
для оплаты дорогостоящего паспорта, ухо-
дят в Китай сухим путем. Такой порядок
движения крайне нежелателен потому, что
благодаря ему все эти лица впоследствии
составляют бродячее население, партии хун-
хузов и т.п. людей; происходит это оттого,
что они в свое время, избегая Владивосток
87
по сказанным причинам, не могли вернуться
к месту своего постоянного жительства —
Чифу. С введением облегченной паспортной
системы, в смысле удешевления таковой, а
также предоставления льготного месяца по
окончании срока паспорта, означенные ки-
тайцы, безусловно, будут возвращаться до-
мой морским путем, т.е. через Владивосток,
и, таким образом, само собой искоренится
указанный выше нежелательный элемент
бродячего населения.
Дайцинский Императорский Коммерче-
ский Агент Ли Тья-ао».
Ответ на свое послание Ли Тьяао получил
незамедлительно — 11 октября 1897 года —
от правителя канцелярии Приамурского
генерал-губернатора надворного советника
М.П. Щербины:
«Милостивый Государь. Получив Вашу
записку, в которой изложены некоторые
соображения относительно прибывающих
в Приамурский край для работ и произ-
водства торговли подданных Китайской
Империи и мер для надзора за ними, Г-н
Приамурский Генерал-Губернатор изволил
поручить мне передать Вашему Высокоро-
дию выражение его искренней благодар-
ности за участие, которое Вы принимаете
в этом вопросе, и покорнейшую просьбу
и впредь не отказывать в Ваших добрых
советах по делам подобного рода в случае
обращения к Вам со стороны чинов подве-
домственной Его Высокопревосходитель-
ству администрации. Такие советы имеют
особенно большую ценность ввиду весьма
своеобразного характера прибывающих в
наши пределы из Китая элементов.
Что же касается выраженного Вами пред-
положения о предоставлении Вам указан-
ных в записке Вашей прав по управлению
названными китайскими подданными и
производства над ними суда, то по этому по-
воду мне поручено прежде всего сообщить,
что, согласно имеющимся у Г-на Генерал-
Губернатора сведениям, по соглашению,
состоявшемуся между Российским Импера-
торским Министерством Иностранных Дел
и Китайским Правительством, китайскому
коммерческому агенту во Владивостоке
присвоено положение, тождественное с су-
ществующими там германским и японским
коммерческими агентами; деятельность его,
не нося официального характера, должна
ограничиваться посредничеством между
китайскими подданными во Владивостоке
и русскими властями по могущим возникать
коммерческим вопросам, притом сношения
сего агента с местными русскими властями
могут носить лишь совершенно частный
характер.
Никаких других сведений по сему пред-
мету ни от Российского Министерства
Иностранных Дел, ни от нашей Миссии в
Пекине в Управление Г-на Приамурского
Генерал-Губернатора не поступало.
Обращаясь к существу тех полномочий
китайского коммерческого агента во Влади-
востоке, которые предположены в упомяну-
той записке Вашей, нельзя не отметить, что
эти полномочия, в случае их утверждения,
превосходили бы права, которыми пользу-
ются в России не только коммерческие аген-
ты, но даже и консулы иностранных держав,
и что установление проектируемого порядка
управления проживающими в пределах При-
амурского края китайскими подданными и
суда над ними было бы почти равносильно
образованию в этом крае особого китайского
государства. Поэтому, как кажется, едва ли
имелась бы возможность рассчитывать на
утверждение означенных предположений.
В заключение считаю необходимым
упомянуть, что упразднение китайских об-
щественных управлений, учреждение коих
было вызвано исключительно недостатком
средств у местных русских властей для
надзора за китайскими чернорабочими,
уже решено в принципе и в непродолжи-
тельном времени будет приведено в испол-
нение; по осуществлении сего китайские
подданные, на общем основании, будут
подлежать непосредственному ведению
надлежащих русских административных и
полицейских учреждений, наравне с про-
чими иностранцами.
Сообщая Вашему Высокородию выше-
изложенное, вследствие приказания Г-на
Приамурского Генерал-Губернатора, покор-
нейше прошу Вас, Милостивый Государь,
принять уверение в моем совершенном к
Вам уважении и преданности...».
Будучи опытным дипломатом, Ли Тья-
ао в будущем ни разу не дал повода рус-
ским властям упрекнуть его в превышении
88
своих полномочий. Он пробыл в должности
коммерческого агента девять лет, «частным
порядком» налаживая тесные связи с го-
родской и областной администрациями и
пользуясь у них несомненным авторитетом,
так же, как и у соотечественников, прожи-
вавших во Владивостоке, которые, что видно
из нескольких случаев, воспринимали его
как свое «начальство».
За время пребывания во Владивостоке
им были подготовлены несколько проек-
тов, связанных с изменением положения
китайцев в Приморской области, принятых
русскими властями, например проект устава
Владивостокского китайского благотвори-
тельного общества.
Ли Тьяао возбудил ходатайство об откры-
тии во Владивостоке училища при агент-
стве. Он мотивировал свою просьбу тем, что
в городе проживает немало состоятельных
китайцев, которые, владея начальной гра-
мотой, не знают отечественной литерату-
ры, географии, истории; их дети учатся в
русских школах и остаются незнакомыми
со своим отечеством.
Ли Тьяао предлагал собрать по подписке
средства на открытие при агентстве школы,
в которой китайским детям преподавались
бы китайская литература и история. «Полу-
чившие таким образом всестороннее обра-
зование китайцы будут впоследствии весьма
полезны не только для общественной и ком-
мерческой деятельности, но в особенности
и для правительств обеих стран».
При этом он проявлял живейший интерес
к обучению китайских детей в городской
русско-китайской школе.
Одно из своих обращений к Приамур-
скому генерал-губернатору в 1902 году он
завершил словами: «Я прослужил в России
13 лет и научился ее любить. Мирное со-
существование двух великих соседних го-
сударств, их процветание и благоденствие
дороги моему сердцу».
В 1902 году Ли Тьяао был повышен в зва-
нии: «Императорское Дайцинское Агент-
ство. Императорский Коммерческий Агент
Ли-тья-ао, чиновник 4-го класса Министер-
ства Иностранных Дел».
Благотворная и полезная деятельность
Ли Тьяао была по достоинству оценена и
русской стороной.
В ходатайстве о представлении к награде
военный губернатор Приморской области
Н.М. Чичагов отмечал, что коммерческий
агент Ли Тьяао «постоянно оказывал и ока-
зывает с особенным усердием полное со
своей стороны содействие к поддержанию
добрых взаимных между русскими и китай-
скими подданными отношений и к развитию
торговых сношений России с Китаем».
В 1904 году Ли Тьяао был «Высочайше
пожалован» орден Святого Станислава П-й
степени для нехристиан. Этим орденом на-
граждали «за благотворительную деятель-
ность, учреждение значительных и полез-
ных для страны мануфактур, неоспоримо
полезные открытия в земледелии, торговле,
науках, искусствах, ремеслах, а также за со-
чинение и обнародование творений, при-
знанных общеполезными».
Служба Ли Тьяао на посту коммерческого
агента во Владивостоке завершилась в 1906
году, и он возвратился в Китай.
Через четыре года портрет Ли Тьяао, в
знак уважения к нему, был помещен в юби-
лейном альбоме «В память пятидесятилетия
основания города Владивостока и присоеди-
нения Уссурийского края».
А летом того же 1910 года Ли Тьяао во
главе комиссии по изучению китайской
торговли и положения китайцев в При-
амурье посетил Владивосток, Хабаровск и
Благовещенск.
Во время пребывания в Хабаровске он
дал интервью журналисту газеты «Приамур-
ская жизнь», в котором затронул многие
насущные вопросы, в том числе: отмены
порто-франко, недостатков в работе поли-
ции и таможни, ограничения численности
китайских рабочих в Приамурье и другие.
Завершая беседу с журналистом, Ли Тьяао
подчеркнул: «...взаимоотношения русских
и китайцев именно за последние два года
значительно улучшились. По своей натуре
русский — будь то коммерсант или же чинов-
ник — гораздо ближе к нам, китайцам, своим
простодушием и отзывчивостью, ближе хотя
бы того же самого японца, заеденного спе-
сью, формализмом, а главное — ненасытной
алчностью и жадностью».
После отставки Ли Тьяао с поста ком-
мерческого агента во Владивостоке указом
китайского императора от 10 июля 1906 года
89
на эту должность был назначен диплома-
тический чиновник 3-го класса даотай3 Куэ
Фан, имя которого в разных источниках
представляется по-разному: Куэй Фан, Ку-
эфан, Гуй Фан, Куенфан.
Документы архивов свидетельствуют, что
Куэ Фан был одним из первых китайцев, изу-
чавших русский язык в высшем учебном за-
ведении в России — Санкт-Петербургском
учительском институте.
В октябре 1897 года директор Учи-
тельского института тайный советник
К. К. Сент-Ил ер и посланник Китайского
императорского посольства Лу Ценгци-
анг в присутствии попечителя Санкт-
Петербургского учебного округа действи-
тельного тайного советника М.Н. Капусти-
на подписали «Условия допущения к заня-
тиям в Санкт-Петербургском Учительском
Институте четырех студентов, стипендиатов
Китайского Посольства». Этим докумен-
том регламентировались условия прожива-
ния, питания, учебы, оплаты, отчетности.
Аттестации — сведения об успеваемости
китайских стипендиатов — должны были
высылаться в китайское посольство через
каждые два месяца.
С 1 октября 1897 года к учебе в институте
приступили Шао Хэньцзюнь, Куэ Фан, Ли
Хунмо и Чэн Цзяцзюй. Первая аттестация
была направлена китайскому посланнику 25
ноября 1897 года. В ней были представлены
сведения о каждом из четырех студентов:
«...Куэ Фан. Читает разученный текст до-
вольно верно, сознательно. Произношение
понятное. Рассказывает разученное доволь-
но свободно. Простые предложения разби-
рает довольно верно. Части речи различает.
Пишет под диктовку хорошо. По Русской
истории прошел о славянских племенах и
о первых русских князьях до Владимира
Святого. По Географии пройдено явления в
воздухе, ветры, вулканы, море...».
Два года учебы в С-Петербурге позволили
Куэ Фану получить хорошее образование и
овладеть русским языком.
После окончания обучения он был назна-
чен служить, вначале в китайской миссии в
русской столице, затем — драгоманом (пере-
водчиком) при Чжилийском генерал-губер-
наторе Юань Шикае, а в 1906 году направлен
во Владивосток.
Куэ Фан прибыл в город в тяжелое вре-
мя. Владивосток еще не оправился от по-
ражения в Русско-японской войне, рево-
люционных беспорядков и чудовищного
погрома 1905 года. Нестабильное эконо-
мическое положение, помноженное на
резкое увеличение числа прибывающих на
заработки китайцев с их дешевым трудом,
вызвало, пусть и временное, негативное
отношение к восточным мигрантам. В этих
обстоятельствах коммерческому агенту
приходилось прилагать большие усилия,
чтобы защитить права и достоинство своих
соотечественников.
Так, 22 ноября 1906 года он направил во-
енному губернатору Приморской области
В.Е. Флугу послание:
«Смею обратить внимание Вашего Пре-
восходительства на то отношение, которое
проявляет русское население во Владиво-
стоке к китайцам. Незаслуженные обиды,
побои, грубые площадные ругательства,
оскорбительные выходки — вот что прихо-
дится испытывать здесь китайцу от русских.
Я был сам лично свидетелем того, как извоз-
чик бил кнутом стоявших рядом с ним ки-
тайцев, и это не возбуждало у окружающих
русских никаких протестов. Такие случаи
отношения к простолюдину-китайцу, можно
сказать, повседневны. И не только личность
простолюдина-китайца здесь не гарантиро-
вана от оскорблений, но и интеллигентные
китайцы испытывают сплошь и рядом всю
ненормальность подобного отношения.
21-го ноября даже я сам был лично неза-
служенно оскорблен только потому, что я
китаец, и был оскорблен русским офицером,
лицом, которое по обязанности стоит на
страже чести и порядка и от которого по-
этому, казалось бы, менее всего мог ожидать
такого отношения...».
Далее в письме сообщалось о том, что во
время проводов всем штатом агентства его
брата — секретаря Чжилийского генерал-
3Даотай — высокопоставленный чиновник, управитель провинции или заведующий какой-либо отраслью про-
винциального управления в старом Китае
90
губернатора Юань Шикая — Куэ Фан был
оскорблен штабс-капитаном Адасовским.
Это обращение возымело действие, и 28
ноября 1906 года комендант Владивосток-
ской крепости получил губернаторское
предписание: «Препровождая при сем ко-
пию сообщения Дайцинского Император-
ского Коммерческого Агента во Владиво-
стоке от 22 Ноября с.г. за № 246, в котором
Агент описывает случай о нанесении ему
личного оскорбления штабс-капитаном 2-й
Восточно-Сибирской стрелково-артилле-
рийской бригады Адасовским, прошу рас-
поряжения Вашего Превосходительства о
внушении воинским чинам вверенной Вам
крепости гуманного обращения вообще с
инородцами...».
Куэ Фану довелось быть свидетелем по-
следнего вооруженного выступления Пер-
вой русской революции — восстания на ми-
ноносце Сибирской флотилии «Скорый», во
время которого были жертвы не только среди
военнослужащих, но и среди гражданского
населения, в том числе китайцев.
20 октября 1907 года Куэ Фан, имено-
вавший себя «Дайцинским Император-
ским дипломатическим и коммерческим
агентом, даотаем», обратился к военному
губернатору Приморской области В.Е. Флу-
гу с просьбой:
«17 сего октября во время перестрелки
миноносцев и солдат, расположенных по
набережной Невельского, был убит выстре-
лом наповал находившийся в шлюпке № 362
(билет Городской Управы № 356 от 19 марта
с.г.) владелец этой шлюпки Ван Фу-сай. Ван
Фу-сай родом из Шаньдунской провин-
ции, из города Нинхайчжоу, 42 лет; мерт-
вый был доставлен русскими в Городскую
Больницу. Проживающие во Владивостоке
родственники — племянники покойного гг.
Ван Лян-сань и Ван Чи-ши— поручили мне
ходатайствовать перед Русским Правитель-
ством о возмещении за смерть Ван Фу-сая.
Ввиду этого имею честь покорнейше про-
сить Ваше Превосходительство не отказать
и обратиться с надлежащим представлением
о возмещении за смерть Ван Фу-сая в раз-
мере двадцати пяти тысяч рублей для выдачи
этих денег овдовевшей жене Ван Фу-сая для
ее и его матери прокормления и воспитания
сына Ван Фу-сая».
По факту гибели лодочника было про-
ведено расследование, которое показало,
что «Ван Фу-сай проживал во Владивостоке
около десяти лет, но каждую зиму уезжал на
родину... Его смерть последовала от осколка
снаряда во время беспорядков 17-го октя-
бря... Его племянники не смогли предста-
вить никаких документов, подтверждающих
их родственные связи с Ван Фу-саем, а также
не могли доказать документально наличие
семьи погибшего на родине».
Согласно российским законам ходатай-
ствовать о возмещении за смерть кормильца
могли только мать, жена или сын погибше-
го, поэтому обращение Куэ Фана осталось
без удовлетворения. А в докладе областного
правления 12 декабря 1907 года говорилось:
«Если смерть Ван Фу-сая произошла от вы-
стрелов войск и судовых военных команд
при усмирении бунта, то, несомненно, без
всякого намерения причинить ему смерть,
а совершенно случайно, а потому...возна-
граждение вдове убитого не может быть
выдано».
Несмотря на непростые условия, в кото-
рых пришлось служить Куэ Фану, в целом
его позитивная деятельность способствовала
улучшению положения китайцев во Влади-
востоке и установлению благожелательных
отношений как с местной администрацией,
так и между российским и китайским насе-
лением города.
Куэ Фан продолжил многие начинания
Ли Тьяао. Например, при его активном
участии 3 апреля 1907 года были открыты
вечерние курсы китайского языка для всех
желающих, а 17 апреля 1907 года Примор-
ское областное правление зарегистрировало
«Устав Владивостокского Китайского Обще-
ства взаимного вспомоществования».
Указом императора Николая II от 1 -го мая
1909 года Куэ Фан был признан китайским
генеральным консулом во Владивостоке.
«Представители иностранных держав
(жительствующие во Владивостоке)...Ки-
тая: Куэфан — Императорский генеральный
консул. Жуйан — 1-й секретарь в звании
вице-консула. Люцзоби — 2-й секретарь.
Успенский Н.И. — секретарь по русским
делам. Жунсэн — делопроизводитель кон-
сульства».
91
В этой должности Куэ Фан прослужил два
с половиной года, после чего в ноябре 1911
года отбыл в Китай.
Об отъезде Куэ Фана поместили сообще-
ния почти все городские газеты. Так, «Дале-
кая окраина» 23 ноября 1911 года опубли-
ковала заметку: «К отъезду из Владивостока
г-на Куэ Фана», в которой были отмечены
его большие заслуги в деятельности на по-
сту коммерческого агента и в должности
консула. Отмечено было также, что «Куэ
Фан пожертвовал 4500 рублей, благодаря
чему была закончена постройка здания
Спортивного общества».
Здание спортивного клуба Владиво-
стокского общества спорта (сейчас — спор-
тивного клуба Тихоокеанского флота) на
Корабельной набережной, 21 до сих пор
используется по своему назначению, оно
охраняется государством как памятник ар-
хитектуры.
Еще одно здание, на улице Пушкин-
ской, 19, включенное в список объектов
культурного наследия, связано с историей
китайского консульства. В этом доходном
доме, построенном предпринимателем
В.К. Шумахером, в течение несколь-
ких десятилетий размещалось китайское
консульство. В настоящее время здесь
находится общеобразовательная школа-
интернат.
Ns 67. Дом на улице Пушкинской, № 19, где располагалось китайское консульство. 1995 год
92
Места компактного проживания китайцев;
китайские кварталы во Владивостоке
Одним из самых длительных и факти-
чески безрезультатных мероприятий
городских властей в конце XIX — начале XX
веков была тридцатилетняя «эпопея» по
переселению основной массы владивосток-
ских китайцев в специальные кварталы на
окраине города.
В первые два десятилетия существования
Владивостока, в течение которых военный
пост, представлявший собой Богом забытую
«дыру», начал преобразовываться в главную
военно-морскую базу и крупнейший город
России на Тихом океане, в нем было доста-
точно свободной земли, чтобы на ней могли
раздельно селиться горожане-европейцы и
мигранты-азиаты, пока еще одинаково не-
многочисленные .
Александр Яковлевич Максимов, первый
приморский писатель, повести, рассказы,
путевые репортажи, этнографические замет-
ки которого печатали ведущие газеты России
«Санкт-Петербургские ведомости», «Голос»,
«Нива» и другие, в одном из своих очерков
1870-х годов описал китайский квартал Вла-
дивостока, находившийся в западной части
так называемого Семеновского покоса, там,
где сейчас располагается стадион «Динамо».
«Манзовский квартал состоит из значитель-
ного количества скученных на небольшом
пространстве фанз, вокруг которых, бла-
годаря надзору местной полиции, поддер-
живается достаточная чистота, что вообще
редкость в китайских кварталах.
Постройка фанз весьма незамысловата:
прежде всего, делается скелет фанзы, состо-
ящий из нескольких бревен, врытых в землю
и соединенных между собой толстыми жер-
дями; затем скелет этот забирается гибкими
прутьями, наподобие того, как вьются у нас
тыны. Когда это готово, то делается месиво из
земли, воды и крошеного сена, и им замазыва-
ются стены, как снаружи, так и с внутренней
стороны. В конце концов, когда это месиво
высохнет, стены белят известкой, что прида-
ет фанзам очень чистенький и приветливый
вид; крышу делают обыкновенно из сена и
притом весьма искусно. С солнечной сторо-
ны проделаны несколько решетчатых окон
и дверей; как окна, так и верхняя половина
дверей заклеиваются промасленной бумагой,
заменяющей на крайнем востоке стекла».
Все изменилось после 1880 года, когда
Владивосток был «возведен в степень горо-
да» и в нем стали действовать все положен-
ные для городов правила, а «самозахват»
китайцами городской земли и устройство
на ней незаконных построек пресекались
властями.
В результате этого китайское население
стало группироваться на земельных участ-
ках, принадлежащих соотечественникам
(каковых было немного), или на земельных
участках, арендованных им у русских до-
мовладельцев.
«11 Сентября 1884 года Городская Управа
докладывала Думе, что в некоторых квар-
талах города владельцы участков дворовой
земли эксплоатируют эти участки, отдавая
их в аренду за значительную плату под по-
стройку китайских фанз.
Каждый из таких участков делится на
крайне малые части, перегораживается
вдоль и поперек бесчисленными глухими
дощатыми заборами, и в каждом дворике
возводится одна, а иногда и несколько фанз,
тесно заселенных китайцами. Подобные
дворы имеются даже вблизи центра город-
ских построек. Все строения на дворах воз-
ведены без соблюдения правил строительно-
го устава, до крайности скучены и, в случае
пожара, представляют массу материала для
быстрого и сильного распространения огня.
При скученности же в них населения и при
неопрятности жильцов манз, такие дворы
положительно не должны быть терпимы в
санитарном отношении.
Хотя по осмотре этих домов Городскою
Управою совместно с Владивостокским По-
лицмейстером и были приняты возможные
меры к очистке от накопленных годами
93
нечистот и к установлению хотя бы проез-
дов во внутрь дворов для пожарного обоза,
но Управа, признавая меры эти только вре-
менными и в видах благоустройства города
в пожарном и санитарном отношениях, про-
сила разрешения Думы размежевать особый
квартал на свободной пригородной части
земли с правильными улицами и маломер-
ными участками земли (около 50 кв. саж.),
которые и отдавать китайцам и корейцам
под постройку фанз.
По мнению Управы, устройство такого
квартала, во-первых, побудило бы рабочих
китайцев и корейцев к выселению из центра
города, что весьма желательно по многим
причинам; во-вторых, позволило бы ос-
вободить значительную часть занимаемых
ныне ими дворов, на которых, без сомнения,
начнут воздвигаться владельцам здания по
типу городских построек; в-третьих, до-
ставить рабочему китайскому населению
возможность иметь жилища, хотя и соответ-
ствующие их привычкам, но находящиеся
в лучшем санитарном и пожарном отноше-
ниях и за сравнительно низкую арендную
плату и, в-четвертых, доставить городу но-
вый источник дохода.
Утвердив этот доклад, Дума поручила
Управе привести его в исполнение, а 17
Октября того же года утвердила и конди-
ции на аренду участков в китайском квар-
тале, по которым участки размерами 50 кв.
саж., сдаются в аренду с торгов на 4 года и
арендаторам предоставляется возводить на
них постройки, как капитальные, так и по
типу китайских фанз, но с соблюдением
строительного устава. Требовалось, чтобы
участки были огорожены прочным забо-
ром, имели сточные канавы, содержались
в чистоте, причем очистка нечистот должна
была производиться городским обозом. По
истечении 4-х лет аренды деревянные по-
стройки должны поступать в пользу города,
каменные же строения отдавались владель-
цам в аренду еще на 4 года за ту же плату и
только после этого срока поступали бы в
собственность города.
На условиях этих было сдано в аренду все-
го лишь три участка земли, на которых было
построено две фанзы, более же желающих
арендовать землю не оказалось.
18 Февраля 1886 года Г-н Приамурский
Генерал-Губернатор сообщил Городскому
Голове И.О. Маковскому, что, озаботившись
урегулированием китайского населения
города Владивостока, он признал необхо-
димым учредить под председательством
Городского Головы Комиссию, возложив
на нее составление проекта благоустрой-
ства означенного населения, причем выра-
ботанный Комиссией проект должен быть
представлен Г-ну Военному Губернатору
Приморской области. В Комиссии этой,
кроме председателя Владивостокского Го-
ловы И.О. Маковского, принимали участие
Пограничный Комиссар Коллежский Со-
ветник Матюнин, Владивостокский По-
лицмейстер Коллежский Асессор Петров,
Подполковник Генерального Штаба Нада-
ров, Владивостокский 1-й гильдии купец
Шевелев, временный Владивостокский
2-й гильдии купец Бринер, Коллежский
Секретарь Попов, Поручик Панов, Член
Владивостокской Городской Управы Евсеев
и Владивостокские купцы: Даттан, Вальден
и Семенов.
Указав на значительный наплыв китай-
цев в Приамурский край, в частности в
город Владивосток, где они живут в числе
свыше 5000 человек и стараются даже при-
обретать недвижимую собственность, Ко-
миссия предложила отводить для них около
городской черты особые участки земли из
городских наделов, участки эти частями
сдавать китайцам в аренду на сроки от 3
до 99 лет для постройки жилищ за годовую
арендную плату по усмотрению Обще-
ственного Управления, сообразно ценности
предполагаемых к сооружению строений;
такие поселения должны составлять особые
китайские кварталы.
Правила эти были утверждены Г-м При-
амурским Генерал-Губернатором в июле
месяце 1886 года в виде опыта на два года и
в марте месяце 1887 года опубликованы во
всеобщее сведение Владивостокским По-
лицмейстером.
Но правила эти, к сожалению, остались
мертвой буквой, и в действительности ки-
тайцы по-прежнему проживали в городе в
домах частных лиц.
Это обстоятельство вызвало переписку
между Городским Общественным Управ-
94
лением и Владивостокским Полицмей-
стером, выяснившую полную невозмож-
ность в то время настоять на исполнении
утвержденных правил. В Апреле и Мае
месяцах 1888 года Городская Управа, ссы-
лаясь на утвержденные правила о благо-
устройстве китайского населения в городе
Владивостоке, просила Владивостокского
Городского Полицмейстера выселить манз
из города в особо отведенный, по поста-
новлению Думы, для поселения китайцев
квартал на Фельдшерском покосе, но та-
ковое выселение оказалось невозможным,
так как рабочие-китайцы по недостатку
средств не могли строить для себя жилища,
а лиц состоятельных, которые могли бы
построить такие жилища и сдать их в арен-
ду, не оказывалось до Сентября месяца того
же года, когда временный купец Буркот
подал в Управу заявление, в котором про-
сил отдать ему в аренду один квартал, име-
ющий семь участков. Хотя предложение
это и было принято Думой в заседании ее 6
Октября 1888 года, но, тем не менее, пред-
приятие это не осуществилось, и сам пред-
приниматель в скором времени пропал
без вести...».
Поскольку начинание с китайским
кварталом потерпело неудачу, заниматься
«изысканием мер к поддержанию поряд-
ка» в местах «беспорядочного» поселения
китайцев должна была городская полиция,
облеченная большой властью, применяемой
и к китайским рабочим, и к домовладельцам,
дававшим им убежище.
В этих условиях очень многое зависело
от владивостокского полицмейстера Ф.И.
Петрова, славившегося своей принципи-
альностью и не допускавшего «злоупотре-
блений» в отношении азиатской, наиболее
беззащитной части городского населения.
Как писала газета «Владивосток» в 1897
году, после его отъезда из города: «...Это был
редкий администратор, умевший делать свое
дело негромко, но толково и заслуживший
внимание и уважение как честный и спра-
ведливый человек всего разнообразного на-
селения города, начиная с босой команды
корейцев и китайцев и кончая высшими кор-
порациями и кружками общества... Жители
Владивостока прощались с ним с большим
сожалением».
«Его Высокоблагородию, Господину По-
лицмейстеру города Владивостока Федору
Ивановичу Петрову.
Адрес.
Глубокоуважаемый Федор Иванович!
После двенадцатилетней службы Вашей в
должности Владивостокского Полицмей-
стера, волею Начальства Вы назначены ис-
правлять должность Пограничного Комис-
сара. За двенадцать лет Вашей совершенно
бескорыстной и честной деятельности в от-
ношении всего китайского населения города
Владивостока, мы, китайцы, живущие здесь
на чужбине, всегда находили в Вас покрови-
теля и заступника нашего. Во всех нуждах
наших мы встречали в Вас сердечное участие
и помощь, а в спорах и раздорах наших Вы
являлись справедливым и добросовестным
Судьей. Выполнить такую трудную задачу
помогли Вам доброе и правдивое сердце, ко-
торое каждый из нас глубоко ценит и никог-
да не забудет. Мы сроднились с Вами, Федор
Иванович, сердечно Вас любим и уважаем
и поэтому нам тяжело с Вами расставаться.
Мы уверены, что на новом месте Вы, высо-
кими достоинствами Вашего сердца и ума,
вызовете к себе в тех, кто с Вами будет со-
прикасаться, те же чувства, что и в нас, а по-
тому уверены, что Вам везде будет хорошо.
Теперь же мы просим Вас, Федор Иванович,
принять уверение в нашей общей привязан-
ности, любви и глубоком уважении к Вам и
самые сердечные пожелания, чтобы долго
продлились Ваши годы на пользу службы и
на добрые дела.
Чтобы навсегда передать и сохранить сре-
ди тех, кто нас здесь заменит, добрую память
о Вас, мы, китайские подданные, прожива-
ющие в городе Владивостоке, постановили
учредить во Владивостокской Классической
Гимназии две стипендии Вашего, глубокоу-
важаемый Федор Иванович, имени.
Город Владивосток, Сентября 21-го дня
1897 года.
Проживающие в городе Владивостоке
китайские подданные: подписали 134 лица».
«...При появлении в 1890 году во Вла-
дивостоке холерной эпидемии Комитет
для принятия мер против эпидемии под
председательством Г-на Военного Губер-
натора Приморской области в заседании
1-го Сентября 1890 года, принимая во
95
внимание, что успешности борьбы с эпи-
демией препятствует то обстоятельство,
что рабочие-китайцы помещаются в ноч-
лежных приютах крайне скучено при не-
достаточном количестве воздуха в грязной
обстановке и вообще, по преимуществу, без
соблюдения даже самых первых санитар-
ных требований, почему такие ночлежные
приюты составляют очаги эпидемической
болезни, постановил: осмотреть, при по-
средстве особой Комиссии, по назначению
Управы, все ночлежные дома в городе, в
которых помещаются рабочие- китайцы, и
определить для каждого дома число людей,
которое может быть принимаемо на ночлег
по количеству кубических саженей содер-
жания воздуха, при расчете одной кубиче-
ской сажени воздуха на каждого человека,
и предоставить затем Городскому Голове
передать это дело на обсуждение Думы для
издания соответствующего обязательного
постановления.
Для китайцев же, которые, за выселе-
нием из ночлежных приютов, неизбежно
остаются без помещения, предоставить
через Городского Голову китайскому обще-
ству построить временные шатры на от-
веденной для сего Общественным Управ-
лением земле.
Осмотр китайских жилищ особой Ко-
миссией еще раз подтвердил крайнюю
скученность и невозможную санитарную
обстановку в городских квартирах китайцев,
но никаких решительных мер к выселению
их из города предпринято не было, так как
в отведенном для китайского населения
квартале не было никаких фанз или домов,
куда можно было бы поместить излишек на-
селения из городских квартир.
В 1892 году вследствие словесного пред-
ложения Г-на Военного Губернатора При-
морской области о выселении в особый
квартал хотя бы части китайцев и корейцев,
проживающих в городе, Городская Управа
представила на утверждение Думы план та-
кого поселения в Куперовской пади, кото-
рый и был утвержден Думой с некоторыми
замечаниями 24 Октября и 20 Ноября 1892
года №№ 72/3031 и 76/3353».
В декабре 1892 года военный губер-
натор Приморской области окончатель-
но утвердил план «китайско-корейской
слободки» в южной части Куперовской
пади, в районе нынешних Октябрьской и
Авроровской улиц.
В 1893 году предполагалось начать плано-
мерное заселение новой слободки согласно
принятым городскими властями правилам,
но в силу неожиданных обстоятельств все
расчеты властей «пошли прахом».
«Весною 1893 года прибыло во Влади-
восток на заработки более 10000 рабочих-
китайцев. Работ для такой массы люда не
нашлось, а потому многие из прибывших
оказались в крайне бедственном положении.
Большая часть рабочих осталась в городе, и
незначительная только часть направилась в
округ. Этими-то оставшимися рабочими и
наводнились более дешевые лачуги во всех
частях города, и даже таковые валялись на
дворах и улицах, терпя во всем необходимом
для человека крайнюю нужду, они легко мог-
ли послужить причиною появления разных
эпидемических болезней. Местною властью
и городом немедленно были приняты воз-
можные меры как для улучшения положе-
ния пребывающих рабочих по отношению
к заработкам, так равно и по ограждению
самого города от появления в нем эпидемии.
В числе таких мер, между прочим, было при-
знано необходимым немедленно уничто-
жить скученность китайцев и корейцев во
всем городе, а в особенности на Семенов-
ском покосе; последняя местность весною
настолько неприглядна в санитарном отно-
шении, по неимению правильных стоков и
по скученности там преимущественно ра-
бочего населения, что постоянно служило
главною заботою города в санитарном от-
ношении. Потребовалось срочно переселить
китайцев и корейцев в место, отведенное в
Куперовской пади, которое распланировано
на участки по 400 кв. саж. каждый. Дума в
заседании 30 Апреля 1893 года по журналу
за № 32/1126 утвердила следующие главные
условия на аренду этой земли: срок арен-
ды — 5-летний для постройки деревянного
дома и 10-летний — для каменного, по ис-
течению сих сроков дома и земля составляет
собственность города, плата за участок в год
до 20 рублей.
Исполняя сие постановление, пришлось
бы отвести участки только лицам, пода-
вшим о сем заявления и предоставившим
96
правильные планы на постройки. Но так
как выселение рабочего люда предписано
было сделать безотлагательно и немедленно,
то вследствие сего и сказанные условия не
могли быть соблюдены, а именно: дома были
настроены на скорую руку, многие вовсе без
всяких планов, а в некоторых местах постав-
лены были просто палатки или навесы. О
взыскании какой бы то ни было платы тогда
же за участки не могло быть и речи, так как
крупных предпринимателей для постройки
домов почти не явилось. Вследствие этого
в городскую кассу никакого дохода с этой
местности не поступало».
Около двух лет городская Управа зани-
малась ликвидацией последствий «чрезвы-
чайной ситуации»: выясняя «количество
застроенных вообще участков с указанием
хозяев построек», разбираясь с границами
участков, определяя «постройки без соблю-
дения строительного устава и подлежащих
переделке, и если на одном из участков по-
строены дома разными лицами, то каковой
из них должен остаться и какие подлежат к
сносу, чтобы не было опять скученности»,
а также «кроме решения этих главных во-
просов, решая еще другие: водоснабжение,
устройство улиц, наилучшее содержание
этого поселения в санитарном отношении,
присмотр за чистотою, указание мест для
уборки нечистот, разрешение там открытия
или неоткрытая торговых и промышленных
заведений и проч.».
За это время китайцы, принудитель-
но собранные из разных городских мест в
Куперовскую падь, большей частью благо-
получно вернулись обратно в город, предо-
ставив, почти целиком, новую слободку
законопослушным корейцам, составившим
основную массу ее населения. Недаром
же эта местность, предназначавшаяся для
«китайско-корейского поселения», полу-
чила официальное название «Корейская
слободка».
«В 1894 году Санитарно-Исполнитель-
ная Комиссия, обсуждая меры по оздо-
ровлению города, постановила: повторить
просьбу во Владивостокское Городское По-
лицейское Управление выселить всех манз,
проживающих по Фонтанной улице, соб-
ственно на участках Смита, Шатова, Васи-
льева и Маргаритова, как не исполняющих
требований санитарного надзора; выселить
манз с участка Хагемана на Семеновском
покосе и Асина, как не исполняющих тре-
бований санитарного надзора, произвести
там радикальную чистку и дезинфекцию
отхожих мест и сточных во дворе канав,
каковые канавы представляют собой поч-
ти сплошное отхожее место, и уничтожить
тайный из одной [канавы] сток нечистот в
городскую канаву из проложенному в земле
шлангу; просить Полицию уничтожить и
закрыть в городе все китайские постоялые
дворы и ночлежные притоны, отнеся их в
Куперовскую падь, разрешив проживание
в городе только торговцам, имеющим тор-
говые помещения.
Это решение Санитарно-Исполнитель-
ной Комиссии тогда же было сообщено
Владивостокскому Полицмейстеру, кото-
рый отзывом от 23 Июня 1894 года за №
5443 уведомил Управу, что решения Комис-
сии не могут быть исполнены за неимением
места, куда бы можно было выселить манз;
выселение манз с участка Асина также не-
возможно, как по неимению места, так
и потому, что дома Асина, кроме одной
фанзы, построены по плану, почему и нет
законного основания к выселению манз;
закрыть постоялые дворы нет законных
причин, и в Куперовской пади не только для
постоялых дворов нет места, но не хватает
места для поселяющихся там манз.
Указание Г-на Полицмейстера на недо-
статок места в Куперовской пади и невоз-
можность вследствие этого выселить туда
манз из города делало неисполнимыми
предложения Санитарно- Исполнительной
Комиссии.
В 1895 году Санитарно-Исполнитель-
ная Комиссия, в видах предупреждения
появления эпидемии в городе, опять на-
шла необходимым вывести непременно на
окраины города рабочих манз, целыми сот-
нями помещавшихся среди города, но дело
снова осталось в прежнем неопределенном
положении».
В таком «неопределенном положении»
дело оставалось еще очень долго, объек-
тивно для устройства особых китайских
кварталов у города просто не было свобод-
ной земли.
97
98
No 68. Жители Корейской слободки: корейцы
и китайцы; в большинстве - корейцы. 1905 год
No 69. Корейская слободка в Куперовской
пади. На заднем плане, ниже полотна железной
дороги, на берегу Амурского залива, -
лесопильный завод француза Жюля Монсе,
за ним - мыс Кунгасный. 1905 год
№ 70. Куперовская падь.
На заднем плане - Корейская слободка,
на переднем - лесопильный завод Жюля
Монсе, на котором имелась небольшая верфь,
где строились кунгасы, давшие название
близлежащему мысу - Кунгасный («кунгас -
деревянное парусно-гребное судно с малой
осадкой, грузоподъемность 3-50 тонн;
применяется на Дальнем Востоке для лова
рыбы и грузовых операций»). На этом же заводе
изготавливались лодки-шампунки. 1905 год
99
( sssswJ <±7 /
f'v «г ггЛггл/ н^/лх/** Л 7< /fsyt г ** r*rs г* Г'г/рг/гл// f //'***
(}<7г 4* г< // <7 ret 7 <' '/Лг/г &}*f*i&f* /ч r/****ft? .
<7Т//ггГ Л/б¥ 66/,W у/'ГЯ
/Угг tзг******)/^**tc *********> Jj-С Ь 7 > л <S < S н * *
$**ftf<*i***M*<7/*1*у*з***<**** }/7jf**- Он*< ****r4 //iv и- '/с е 77/v/r -^ia^- Z*et* 29 ,л» -.?/ 32 33 3'/ 33 36 37 зз 39 '/О 4/ 42 43 44 4s 44 Z 49 *9 3/ 32 33 'fa*4 999*34* Г*Г//4 //#*) У^9/ ~ //1*0 i)K. * . //i t/ff, f/ - - .
7 f**< Ь ,/ Z Z
(г/)£/f( 7*4 -* t<** b — / / 4 Zjw & &< t*(4 f/4
/у q
Z/C j f *ff**'~ -C*0'i< /iy >
Z*2 <Z/fzz - 4^9*1^ t)/C4J
J J 4».- ***? l* -z 4 - 4/
r <Xzz б/озЛ - X /7 <06?// /zxzz— 'Zzx/f ^
* & z -лТоа.
t - ^9t - /ггмис MmiUWtflU /it? '/ /) i ' t? t?J* £ Л/9 — /*&' - . — 'езл* 6*/ — \< ~*t/b>
С*Л**/- ъзЛ** ~ /la*< &***A —
Г- у у /7*2 - r*^- A***2^^*/ y^ct**- J****-
't*2* JS*-**
^yj^Z- ^A<zz- ~ @£/<~
_zZ^ZZ *2-*f - ^€XZ/^>. /*2 t* - (^**4 —
.Х^г/Jz^r? — 'fcacze/fc (7/V - С.2Л2С - - —
2*2**- Tt22**/b
/7^' Z*2S*
(^7^ **- U/.ле - *t*3^ _. **9*3t 1
/ c^*r- с&ыъ'
7^*4*/. (^Э** ии/ Z^z/- '/гг** Утз *3 * - —
/^й-х/ - /Zzz _ z<-/xz "1^9 . tJSf'/i мЛ)/3 -
№ 71. Почти полный перечень китайцев-фанзовладельцев в Корейской слободке; из 317 фанз лишь
73 принадлежали китайцам. 1905 год
100
С 1895 по 1899 год городские власти за-
нимались «межведомственным размежева-
нием», а фактически вели непримиримую
«войну» с морским и военным ведомствами,
«которые, будучи первыми хозяевами Вла-
дивостока, водворившимися здесь, когда
не было и помину о городе, заняли лучшую
бухту Золотой Рог и беспрепятственно устра-
ивались на ее берегах, свободно занимая
пространства под свои склады, мастерские,
казармы и другие надобности. Гражданские
же поселения, конечно, во всем уступали
морскому ведомству и военному ведомству
со своими нуждами и крепостными сооруже-
ниями. Мало-помалу столкновение города и
ведомств, прежде не чувствительные, с году
на год увеличиваясь, стали чаще и серьез-
нее, пока город... перестал уже безропотно
уступать и даже сделал из своих спорных
вопросов вопросы жгучие».
В 1899 году в обмен на возврат некоторых
ведомственных участков в центре Владиво-
стока город был вынужден отдать военным
значительную территорию для строительства
нового крепостного обвода и берегового
фронта, а также для казарменных городков,
лагерей и стрельбищ, которые заняли прак-
тически все пригодные для расширения се-
литебной части места.
В этих обстоятельствах только «неиспра-
вимый оптимист» мог опять поднять вопрос
о переселении китайцев и выделении для
этого остатков поистине «золотой» город-
ской земли. Таковых среди «отцов города»
не нашлось. Вообще, при изучении архивных
документов, складывается впечатление, что
начиная с 1899 года городские власти сми-
рились с мыслью о невозможности выселе-
ния китайцев, утратили всякую инициативу
в этом вопросе и занимались им лишь под
давлением краевых и областных властей,
имитируя «деятельность» путем создания
многочисленных и, по большей части, без-
результатных, комиссий.
11 августа 1899 года военный губернатор
Приморской области Н.М. Чичагов удовлет-
ворил ходатайство Хабаровской городской
думы и издал обязательное постановление о
выселении китайцев из города Хабаровска в
особые кварталы.
«Китайцы, недовольные изданием по-
становления, подали жалобу в Правитель-
ствующий Сенат и просили об отмене упо-
мянутого постановления. Правительствую-
щий Сенат поручил Министру Внутренних
Дел сообщить Сенату по настоящему делу
заключение совместно с Военным Мини-
стром. Военный Министр уведомил, что он
признает распоряжение Военного Губерна-
тора Приморской области необходимым...
Министр Внутренних Дел в то же время
высказал, что упомянутое обязательное
постановление, ограничивающее личные
права китайцев, не только не находит себе
подтверждения в действующих узаконени-
ях, но прямо противоречит ст. 822 т. IX Сво-
да Законов, изд. 1899 года, согласно коей
иностранцы, находясь в России как лично,
так и по имуществу их подлежат действию
Российских законов и пользуются общей
оных защитой и покровительством. Ввиду
этого принятие мер, составляющих пред-
мет упомянутого обязательного постанов-
ления, по мнению Министра Внутренних
Дел, могло бы последовать не иначе, как с
Высочайшего соизволения...».
Пока в Санкт-Петербурге оценивали за-
конность хабаровского постановления, во
Владивостоке областные власти обязали
городскую Управу вновь заняться поиском
места для особых китайских кварталов, а за-
одно озаботиться переносом на новое место
только что обустроенной Корейской слобод-
ки, «дальнейшее существование которой в
Куперовской пади не может быть терпимо,
благодаря близости к городу».
Осмотрев несколько участков в Голу-
биной пади и в будущей Рабочей слобод-
ке и исключив их как особо ценные для
дальнейшего развития города, городская
Управа остановила свой выбор на «пло-
щади по северо-западному склону холма,
расположенного к северу от Куперовской
пади, прилегающей с восточной стороны
к железной дороге, которая местность от-
стоит на расстоянии около версты от тепе-
решней слободки, что не будет слишком
далеко от города, но вместе с тем достаточ-
но удалено от города; затем, местность эта
представляет удобный уклон для стоков к
Амурскому заливу, представляющему ска-
листый и недоступный берег; по размеру
площадь вполне достаточной величины
для предполагаемой цели».
101
Единственным, но воистину непреодоли-
мым препятствием для занятия этой «пло-
щади» была ее принадлежность военному
ведомству. После только что завершенной
работы «Комиссии по распределению земель
во Владивостоке» и утверждения ее поста-
новлений Приамурским генерал-губернато-
ром, просить военных еще раз «поделиться»
было совершенно нереально, в особенности,
если «удобный уклон для стоков к Амурско-
му заливу» — не что иное, как гласис «Лагер-
ной» береговой артиллерийской батареи.
Тем не менее, «Дума одобрила выбранное
для поселения место, и Управой тогда же
было возбуждено ходатайство об уступке
военным ведомством необходимого коли-
чества земли, но ответа на это ходатайство
получено не было.
По поводу самого поселения Управой
было предложено Думе три способа:
1) Организация на средства города, для
чего необходимо:
Построить согласно плану бараки разме-
рами 12x5‘/г саж. каждый, по расчету на сто
человек живущих, для 6000 человек, устрой-
ство колодцев, здание для врачебного пункта
и небольшой аптеки при нем, постоялый
двор, здание полицейского надзора, здание
для пожарной части; устроить 42,000 кв.
саж. дорог, поставить 140 фонарных столбов
с фонарями. На что потребуется единовре-
менного расхода 1,311,080 рублей.
2) Устройство поселения одним или не-
сколькими предпринимателями.
3) Более простой и удобный, по мнению
Управы, способ устройства поселения за-
ключается в том, что отведенное место рас-
пределяется на отдельные участки, размером
10x10 саж., каковые и сдаются желающим в
аренду за определенную плату, которая через
пять лет может быть и увеличена, но возве-
денные арендатором постройки составляют
его собственность и могут быть продаваемы
от одного лица другому.
При этом же докладе были представлены
на утверждение Думы следующие правила
о поселении китайцев и корейцев в городе
Владивостоке, которые, в случае одобрения
их Думой и утверждения их Г-ном Воен-
ным Губернатором Приморской области,
должны были иметь силу обязательного
постановления:
Правила о поселении китайцев и корей-
цев в городе Владивостоке
Домовладельцам города воспрещается
отдавать свои дома под квартиры рабочим
китайцам и корейцам и для постоялых дво-
ров; для этого отводится городом особая
местность вне городской черты.
Ночлежные приюты, постоялые дворы
и квартиры для помещения рабочих ки-
тайцев и корейцев могут быть допускаемы
только в домах, возведенных вне городской
черты, но при этом по планам и фасадам,
утвержденным Городскою Управою и с со-
блюдением правил Строительного Устава,
положенных на этот предмет для частных
построек.
Хозяева означенных в предыдущем
пункте домов обязываются принимать на
ночлег или на жительство рабочих не бо-
лее того количества, какое может быть до-
пущено в данном помещении по расчету
одной кубической сажени воздуха на каж-
дого человека, для чего у двери каждого из
таких домов хозяин вывешивает дощечку с
надписью о кубическом содержании в нем
воздуха; жилье на чердаках и в подвалах не
допускается.
В летнее время рабочие могут быть по-
мещены в бараках, построенных по плану,
утвержденному Управою и при соблюде-
нии правил Строительного и Пожарного
Устава.
При каждом здании должны быть устро-
ены, соответственно числу допускаемых к
помещению в нем людей, отхожие места,
помойные ямы по типу, утвержденному
Думою.
Возле каждого отдельного здания, где по-
мещается ночлежный дом, постоялый двор
и рабочие, должен быть поставлен на столбе
фонарь, который хозяин обязан освещать во
все то время, когда освещаются городские
фонари, если же сооружением пользуется
лично хозяин с семейством, то ставить ему
фонарь не обязательно...
Наблюдением за точным исполнением
сих правил, а равно за чистотою и поряд-
ком как в самих зданиях, так и на дворах,
возлагается на особых санитарных по-
печителей по назначению Управы и на
Полицию.
102
Лиц, коим поручен надзор, снабжают от
Управы открытыми листами для беспре-
пятственного осмотра ночлежных домов,
постоялых дворов и других помещений
рабочих китайцев и корейцев и в случае
замеченных неисправностей предлагают
домохозяину немедленно устранить их, а
в случае неисполнения таких требований
сообщают Полиции для поступления по
закону.
Помещение рабочих в палатках, шалашах
и на чердаках при возводимых и ремонти-
руемых в городе постройках воспрещается
вовсе.
В местности, отведенной для поселения
рабочих китайцев и корейцев, не допускает-
ся открытия заведений с продажей крепких
напитков.
Правила эти вступают в силу через месяц
после распубликования».
После нескольких формальных «рас-
смотрений» городская Дума в июле 1901
года с «прискорбием» констатировала: «что
по существу вопроса, т.е. о необходимо-
сти удаления из города в особый квартал
китайского населения, мнения админи-
страции, медицинских чинов и Городского
Общественного Управления совершенно
тождественны, но несмотря на это, каза-
лось бы, благоприятное для решения дела
обстоятельство, оно в течение почти 16 лет
все-таки не было разрешено удовлетво-
рительным образом, и в данное время Го-
родское Общественное Управление в раз-
решении этого вопроса находится почти в
таком же положении, как и в 1884 году»,
после чего Дума «сослала» дело в очеред-
ную комиссию.
29 сентября 1902 года «Государь Им-
ператор, по Всеподданнейшему докладу
Министра Внутренних Дел, Высочайше со-
изволил на предоставление Думам городов
Приамурского края права составлять обя-
зательные постановления об ограничении
особыми кварталами в пределах упомяну-
тых городов жительства тех из азиатцев,
антисанитарные условия жизни коих вы-
зывают необходимость особого над ними
надзора».
На этот указ городская Дума, с пода-
чи областного губернатора, оперативно
«откликнулась» 16 октября 1902 года своим
постановлением: «Выселить инородцев в
особый квартал, а выбор места под такое
поселение и составление проекта обязатель-
ного постановления поручить Комиссии из
гласных: Блонского, Михайловского, Кра-
совского, Бирка, Анкудинова, Суворова и
Члена Управы Толмачева».
А то, что «выбор места под такое поселе-
ние» уже давно сделан и нового никто искать
не собирается, подтвердила городская са-
нитарно-исполнительная комиссия в июле
1904 года: «Комиссия эта, как в свое время и
Городская Дума, единственным пригодным
местом для указанной цели признала мест-
ность за Куперовской падью, которая при-
надлежит Военному Ведомству, и последнее
отказалось уступить его городу».
В следующий раз вопрос о создании осо-
бых китайских кварталов был поднят после
Русско-японской войны и разрушительных
революционных беспорядков в 1906 году, но
уже самими китайцами.
«Дайцинский Императорский Коммер-
ческий Агент во Владивостоке
Марта 7 дня 1906 года. № 2098
Его Высокоблагородию Господину Город-
скому Голове И.И. Циммерману.
Милостивый Государь Иван Иннокен-
тьевич!
В течение нескольких лет неоднократно
поднимался вопрос в Городской Думе о вы-
делении китайского квартала, и было на-
мечено место за Куперовскою падью, около
корейской деревни.
Ныне, ввиду того что после погрома сго-
рело много помещений и едва хватает места
для китайского населения, постоянно про-
живающего в городе, и так как едва успела
открыться навигация, как сюда приехало
больше 5000 человек китайцев, и есть дан-
ные предполагать, что в этом году приедут
еще десятки тысяч.
Действительно, в течение двух лет им-
миграция была прервана, вследствие чего
число желающих приехать, соответственно,
увеличилось.
Кроме того, наплыв китайцев во Влади-
восток усиливается искусственно, благодаря
притеснениям со стороны японцев на окку-
пированной ими территории.
103
Одновременно с сим приходится кон-
статировать, что спрос на труд китайских
чернорабочих значительно уменьшился,
благодаря недостатку в городе строительных
материалов, а также вследствие конкуренции
со стороны русских рабочих.
Благодаря этому можно предвидеть, что
многие из приезжающих китайцев останут-
ся без работы и за отсутствием помещений
и без крова, почему легко могут возникнуть
эпидемические заболевания.
На основании всего вышеизложенного,
не найдете ли Вы своевременным и необхо-
димым на первом же заседании Городской
Думы решить вопрос о выделении китай-
ского квартала или устроить на первое время
хотя бы приюты для приезжающих китайцев-
чернорабочих на месте, какое будет признано
пригодным для этой цели.
Примите, Милостивый Государь, увере-
ние в моем искреннем к Вам почтении и
преданности. Ли-тья-ао».
Как показало ближайшее же будущее,
пессимистический прогноз Ли Тьяао ока-
зался неверным, и спрос на труд сезонных
китайских рабочих, в особенности строите-
лей, неуклонно увеличиваясь, превысил все
мыслимые пределы.
Десятки тысяч, а в последующие годы
до ста тысяч, китайских рабочих-строите-
лей приезжали во Владивосток на время
строительного сезона с апреля по октябрь и
«рассредоточивались» по сотням казенных
и частных стройплощадок как в городе, так
и за городом, где они все, почти безвылазно,
проживали и трудились от рассветало заката
с одной целью — как можно лучше зарабо-
тать — и не нарушали своим «многолюдием»
привычной жизни города.
Такой, сам собой возникший порядок
вещей, практически полностью устраивал
городские власти, которые менее всего хо-
тели его менять.
Но все это случилось позже, а в марте 1906
года городская Дума в своем постановлении
№ 9 от 22 числа отмечала, что «ввиду жела-
ния самих китайцев основаться вне города,
как это видно из письма Городскому Голове
от Дайцинского Императорского Коммер-
ческого Агента во Владивостоке, является
полная возможность осуществить давно
назревший вопрос — выдворение из города
инородцев». Правда, в том же постановле-
нии вновь говорилось: «Самым подходящим
местом для такого поселения, по мнению
различных комиссий, была бы площадь за
Куперовской падью», то есть на запретной
военной территории.
«Обязательное постановление № 20034
Военного Губернатора Приморской области
для жителей города Владивостока, изданное,
согласно постановления Владивостокской
Городской Думы от 22 Марта 1906 года за № 9.
Город Владивосток, Апреля 25 дня 1906
года.
Об отводе в городе Владивостоке отдель-
ных кварталов для проживания китайского
и корейского населения
I
Китайцам и корейцам, за нижеуказанны-
ми исключениями, разрешается проживание
в городе Владивостоке только в особых квар-
талах, находящихся за Куперовской падью.
II
Правом проживания в прочих кварталах
города пользуются китайцы и корейцы:
1) Принадлежащие к русскому поддан-
ству.
2) Имеющие в городе Владивостоке не-
движимую собственность.
3) Торгующие в городе Владивостоке по
промысловым свидетельствам 1-го, 2-го и
3-го разрядов торговых предприятий.
4) Состоящие приказчиками, рабочими,
прислугою в торгово-промышленных пред-
приятиях 1-го, 2-го и 3-го разрядов и у жи-
телей города Владивостока.
III
Настоящее обязательное постановление
вступает в силу через год со дня его объяв-
ления. Военный Губернатор Генерал-Майор
Флуг».
По-видимому, у губернатора, как и у
городской Думы, была уверенность, что за
следующий год земля военведа перейдет в
собственность города. Она (земля) даже была
разбита на кварталы и участки, нанесенные
на городской план. Однако процесс казенной
переписки и согласований затянулся до кон-
ца 1910 года. Когда же военные, законсерви-
ровав батарею, освободили окружающую ее
территорию, Приморский губернатор распо-
рядился перенести сюда к 15 апреля 1911 года
старую Корейскую слободку. Эта срочная
104
принудительная «эвакуация» в «местность,
представляющую собой совершенно нерас-
чищенную и нераспланированную площадь,
которую предварительно застройки необ-
ходимо расчистить и вообще привести ее в
состояние, годное под постройку жилых по-
мещений», вызвала настоящий «бунт» среди
обитателей слободки.
«Во Владивостокскую Городскую Управу
Сборщика арендных денег в Корейской
слободке А.И. Чепарина
Заявление
Честь имею довести до сведения Упра-
вы об абсолютном отказе всех арендаторов
Корейской слободки уплачивать Городу как
текущую арендную плату, так и недоимки за
прежнее время в случае переноса слободки
в другое место.
Справка.
По оплате 1909 года сбор арендных денег
с Корейской слободки был назначен Город-
ской Управой в сумме 23,552 руб. 05 коп.,
было же собрано за 1909 год 31,737 руб.; на
1910 год смета была увеличена до 30,000 руб.,
мною же собрано за минувший год 33,254
руб. 50 коп., т.е. на 3254 руб. 50 коп. более
сметы, назначенной Городской Управой».
Перенос Корейской слободки, осущест-
вленный, несмотря на протесты ее населе-
ния, до конца 1911 года, не только ударил по
городскому бюджету, поскольку в качестве
компенсации «вынужденным переселенцам»
Управа значительно снизила и отсрочила
арендную плату, но и свел на нет возмож-
ность переселения из города китайцев, по-
скольку для них почти не осталось места.
Слободка, задумывавшаяся как «особая
ново-корейско-китайская», по сути, так и
осталась «Корейской».
В апреле 1912 года новый Приамурский
генерал-губернатор Н.Л. Гондатти, реши-
тельный противник «азиатского засилия» в
крае, отдал распоряжение военному губерна-
тору Приморской области М. М. Манакину
«принять действительные меры к скорейше-
му отводу в городах области особых кварта-
лов для китайцев и корейцев к тому, чтобы
к осени этого года все китайцы и корейцы
были в них водворены».
Во Владивостоке «в исполнение меры,
предложенной Приамурским Генерал-Гу-
бернатором необходимо было без излишних
проволочек приступить к нарезке селитеб-
ных участков для более чем 20000 китайцев,
подлежащих выселению из Европейской
части города...но в новой корейско-китай-
ской слободке, а также и других свободных
земель для расселения китайцев не имеется,
за исключением площади в Гнилом Углу, на
что был предъявлен запрет со стороны Во-
енного Ведомства».
Сообщив об этом военному губернатору в
мае 1912 года, городская Дума «ходатайство-
вала перед ним, по сношении его с Военным
Ведомством, указать район, который мог бы
быть отведен для образования другой новой
корейско-китайской слободки».
Неизвестно, что сказал «главный началь-
ник края» «начальнику области» о неиспол-
нении его распоряжений, но последовавший
за этим скандал, единственный в своем роде в
истории Владивостока, привел к резкой кон-
фронтации городских и областных властей.
«К докладу Владивостокской Городской
Думе 23 Июля 1913 года № 165/7771.
По предложению Военного Губернатора
Приморской области по вопросу об ограни-
чении жительства китайцев во Владивостоке
Г-н Военный Губернатор, предложением
на имя Городского Головы от 13 сего Июля
за № 42928 сообщил следующее:
“Предлагаю Вашему Превосходительству
донести мне: в каком положении находится
вопрос об ограничении жительства китайцев
во Владивостоке.
При этом считаю нужным указать, что
если Городская Управа не удосужилась до
сего времени поставить на Думскую повест-
ку разрешение этого неотложного вопроса,
то я предлагаю сделать это в ближайшем бу-
дущем, причем вменяю Вам в обязанность
осведомить Владивостокское Общественное
Управление о том, что в силу Высочайшего
повеления 29 сентября 1902 года городам
Приамурья предоставлено право составлять
обязательные постановления об ограниче-
нии особыми кварталами жительства азиат-
цев, причем отсутствие международных до-
говоров, обусловливающих китайцам право
особо благоприятствуемой нации, создает
полную возможность подведения их под оз-
наченное обязательное постановление.
Принимая во внимание антисанитар-
ность условий, в которых живут китайцы,
105
ту опасность в санитарно-медицинском от-
ношении, которая грозит всему населению
города в случае вспышки инфекционных
заболеваний, и, наконец, невозможность
окончательного благоустройства города,
покуда он будет наполнен желтолицыми,
я предлагаю господам Гласным подняться,
наконец, на общественно-государственную
точку понимания этого вопроса и предста-
вить мне приемлемый проект обязательного
по сему постановления.
К сожалению, все представленные мне
до сего проекты Владивостокского Обще-
ственного Управления лишь расширяли
категории желтолицых, коим предполагает-
ся разрешить проживание вне специально
отведенных для них кварталов. Последний
же проект, допускающий к проживанию в
пределах европейского города рабочих на
местах частных строительных работ, дает
уже совершенно неограниченный простор
черной китайской массе селиться вне сво-
их кварталов и даже сводит на нет самое
существование таковых, ибо согласно это-
му проекту не остается китайцев, которых
нельзя было бы подвести под ту или иную
категорию, допущенную к повсеместному
проживанию.
Твердо уверен, что при новом обсуждении
обязательного постановления о выселении
китайцев в особые кварталы, Городское
Управление сумеет отрешиться от прежней
точки зрения и, игнорируя личные иму-
щественные интересы отдельных домовла-
дельцев, станет на защиту существенных и
насущных интересов родного города”.
Постановлено: Закрытой баллотировкой
шарами 25 белых против 1 черного — выра-
жения, приведенные Г-ном Губернатором в
предложении за № 42928, как то: “предлагаю
господам Гласным подняться, наконец, на
общественно-государственную точку пони-
мания этого вопроса...” и ...“что Городское
Управление сумеет отрешиться от прежней
точки зрения и, игнорируя личные имуще-
ственные интересы отдельных домовладель-
цев...”, обжаловать, руководствуясь ст. 410
Общ. учр. губ. и ст. 10 Гор. Полож. в Прави-
тельствующий Сенат».
Переписка города и области с сенатом
и разбор думской жалобы заняли следую-
щие полгода. Наконец, 5 февраля 1914 года
городская Дума вновь собралась для рассмо-
трения «Проекта обязательного постанов-
ления о проживании китайцев и корейцев в
городе Владивостоке». Утвердив местополо-
жение новой азиатской слободки — «особые
кварталы за №№ 45-62 и 65 в IVчасти города»
в районе Центрального проспекта (сейчас —
проспекта Красного Знамени), Круговых
и Бульварных улиц, «народные депутаты»
должны были также утвердить сам проект, но
«гласный Н.И. Мильман доложил Городской
Думе, что, по проникнутым в печать сведе-
ниям, разрабатывается проект эмиграцион-
ного закона для Дальнего Востока, поэтому
он полагал бы разрешение вопроса о праве
проживания китайцев и корейцев в городе
Владивостоке отложить до издания закона.
Предложение это по выраженному желанию
гласных было поставлено на баллотировку.
Большинством 12 против 11 постановлено:
рассмотрение проекта обязательного поста-
новления отложить.
Председатель Комиссии по выработке
проекта постановления г-н Полянский по-
просил занести в протокол, что баллотиро-
валось предложение гласного Мильмана,
предложение ни на чем не основанное.
Ввиду неопределенности срока, на кото-
рый отложено разрешение вопроса, было по-
ставлено на баллотировку предложение пере-
дать проект обязательного постановления в
Санитарную Комиссию для дополнения его,
приняв указанные гласными положения о
расширении прав жительства водоносов,
рабочих в промышленных заведениях и при-
слуги в частных хозяйствах с тем, чтобы про-
ект постановлений был вновь внесен в Думу.
Большинством голосов вышеуказанное
предложение постановлено принять и про-
сить Санитарную Комиссию для участия в
рассмотрении проекта пригласить господ
Членов Комиссии по составлению проекта».
После нескольких отложенных под раз-
ными предлогами заседаний, городская
Дума, «подгоняемая» двумя губернаторами,
приняла, наконец, проект постановления, но
в таком виде, в каком его ни за что не утвер-
дило бы вышестоящее начальство.
«Проект обязательного постановления о
проживании китайцев и корейцев в городе
Владивостоке. 15 февраля 1915 года.
106
Правом повсеместного жительства в пре-
делах города пользуются:
Пункт 1. Китайцы и корейцы — русские
подданные.
Пункт 2. Китайцы и корейцы, имеющие
в городе Владивостоке недвижимую соб-
ственность, владеющие во Владивостоке
участками на праве аренды из выстройки и
арендующие в городе Владивостоке отдель-
ные дома, и водоносы.
Примечание: право аренды признается
за одним лицом.
Пункт 3. Китайцы и корейцы, торгующие
в городе Владивостоке по промысловым
свидетельствам 1-го, 2-го и 3-го разрядов
торговых предприятий.
Пункт 4. Китайцы и корейцы, владеющие
в городе Владивостоке промышленными
предприятиями 1-го, 2-го, 3-го, 4-го, 5-го
и 6-го разрядов, а также портняжными и
сапожными предприятиями всех разрядов.
Пункт 5. а) Китайцы и корейцы, выби-
рающие приказчичьи свидетельства 1-го и
2-го классов и служащие в торговых пред-
приятиях:
1-го разряда в числе не более 5 приказчи-
ков, 3 рабочих и 2 человек прислуги;
2-го разряда в числе не более 2 приказчи-
ков, 2 рабочих и 1 человека прислуги.
б) Китайцы и корейцы, выбирающие при-
казчичьи свидетельства 1-го и 2-го разрядов,
служащие в промышленных предприятиях:
1-го разряда в числе не более 12 человек;
2-го разряда в числе не более 10 человек;
3-го разряда в числе не более 6 человек;
4-го разряда в числе не более 4 человек;
5-го разряда в числе не более 2 человек.
Пункт 6. Китайцы и корейцы, служащие
домашней прислугой и в качестве рабочих
у китайцев и корейцев, имеющих право
жительства в городе, в числе не более 2 че-
ловек на отдельное домохозяйство и просто
хозяйство.
Примечание: у европейцев число служа-
щих китайцев и корейцев не ограничивать.
Пункт 7. Семьи, т.е. жены и дети китай-
цев и корейцев, имеющих право жительства
в городе.
Пункт 8. Проживание всех выше указан-
ных лиц допускается при том непременном
условии, что занимаемые ими помещения не
будут находиться в подвальном и чердачном
помещениях и будут вполне соответствовать
санитарным правилам, изложенным в обяза-
тельном постановлении от 29 мая 1912 года
за № 25404.
Пункт 9. Во время производства строи-
тельных работ на месте постройки разре-
шается проживание потребного количества
рабочих китайцев и корейцев в бараках, при
условии соблюдения всех санитарных тре-
бований.
Пункт 10. Для проживания всех осталь-
ных китайцев и корейцев предназначаются
особые кварталы за №№ 45-62 и 65 в IV ча-
сти города.
Единогласно постановлено: проект обя-
зательного постановления утвердить; боль-
шинством голосов постановлено срок для
действия постановления установить через
один год по окончании войны».
До окончания Первой мировой войны
царская Россия не дожила. Через два года,
в феврале 1917, ее «узаконения» утратили
силу и забылись, в том числе и постанов-
ление об особых кварталах для китайцев во
Владивостоке.
Казалось бы, мы, жители современно-
го Владивостока, в большинстве своем —
противники присутствия в нашем городе
иностранных мигрантов, имеем основание
негативно оценивать «неправильную» по-
литику «отцов города» начала XX века, не
удосужившихся «подняться на общественно-
государственную точку понимания вопроса
об ограничении жительства китайцев», пре-
доставившим им, вопреки воле начальства,
такие «преференции», каких не было нигде
больше в России.
Однако стоит ли, если в начале XXI века
мы, при всем богатстве выбора, экономим
содержимое наших кошельков на китайских
базарах, у китайских сапожников, в китай-
ских ресторанчиках и нанимая китайцев для
ремонта наших квартир.
А ведь сто лет назад «китайцы торгуют
на рынке, китайцы носят вещи на станции,
китайцы — ломовые извозчики, китайцы —
лодочники, водоносы, булочники, мясники,
повара, портные, сапожники, переплетчики,
шапочники... и самое большое зло, которое
могут нам сделать здесь китайцы — это уйти
разом из Владивостока».
107
Китаец Чай и первый
владивостокский «чайнатаун»
Первым легальным местом компактно-
го проживания китайцев во Владивостоке,
обустроенным по правилам строительного
устава, было домовладение китайца Чай,
составленное из двух смежных земельных
участков между Светланской, Алеутской и
Пекинской улицами.
Китаец Чай — фигура в своем роде за-
гадочная. Когда именно он появился во
Владивостоке, не установлено, но не позже
1870 года. Нив одном официальном доку-
менте не приводится его полного имени, —
просто Чай: «китайский подданный Чай»,
«Чай-манза». Надо полагать потому, что он
сам его не афишировал. Чай имел трех жен,
на что, впрочем, русские власти смотрели
«сквозь пальцы», не вмешиваясь в чуждые
«традиции».
Хотя, несомненно, данная особенность
семейной жизни китайцев вызывала ин-
терес местных европейцев; газета «Вла-
дивосток» в январе 1885 года постаралась
осветить для них это явление.
«Многоженство в Китае.
Супружеское сожительство с одною
женою в прежние времена было преобла-
дающим явлением Китая. Поэтому мож-
но бы предполагать, что моногамия есть
обыденная форма супружества. Но наделе
выходит, что одноженство практикуется
только на севере Китая, преимущественно
в провинции Шантунг. В большинстве же
остальных провинций господствует много-
женство. Законом всякому китайцу раз-
решается иметь столько жен, сколько он в
состоянии прокормить.
Причинам многоженства в Китае спо-
собствовало многое. Из них главная —
иметь по возможности больше детей. В
прежние времена было разрешено бога-
тым супругам, но только таким, у которых
первая жена оказывалась бесплодною, -
взять вторую и третью жену; очевидно,
что этим обычаем стали со временем зло-
употреблять. Вторые и третьи жены всегда
считались и считаются больше прислуж-
ницами, чем супругами, до тех пор, пока
не произведут на свет потомство. Другую
причину многоженства можно приписать
Na 72. Домовладение китайца Чай. 1888 год
108
обычаю женить молодых людей без их со-
гласия, по требованию родителей; а при
таких сочетаниях зачастую жизнь делает-
ся несносною, и заставляет мужей искать
счастья в женитьбе на второй жене по соб-
ственному выбору. Дальнейшие причины
можно приписать закону, заставляющему
владетелям рабынь женить сих последних
силою. Уклоняющимся от закона предстоит
быть наказанным в суде. Понятно, что обы-
чай многоженства вызывает массу вредных
последствий: он способствует упадку нрав-
ственности и супружеской верности, вызы-
вает в семействах зависть, злобу, нелюбовь
и мстительность, а потому способствует са-
моубийству многих женщин. Масса мужей
выгоняют или продают своих жен, ложно
оклеветанных другими соперницами. По-
этому нечего удивляться, что масса китая-
нок вообще против супружества.
Для того чтобы избегнуть замужества,
многие девицы уходят в монастыри; другие
же предпочитают окончить свое существо-
вание самоубийством.
В царствование императора Таукванг
пятнадцать девиц решили совместно по-
кончить с жизнью, так как должны были
против своей воли выйти замуж. Поблизо-
сти от деревни, в которой жили, они броси-
лись в приток реки Кантон и уже впослед-
ствии были погребены в общей могиле, ко-
торая и теперь называется “могилою дев”.
Подобный же случай произошел в июне
1873 года в деревне близь Вампоа. Восемь
девиц, нарядившихся в лучшие платья,
обвязали себя и бросились в реку Кантон.
Первая жена всякого китайца, но от-
нюдь не маньчжура, имеет искусственно
уменьшенные ноги, остальные же жены
имеют натуральные ноги, так как проис-
ходят преимущественно из низших классов
общества.
Первая жена пользуется большой вла-
стью над остальными женами, назначая им
ежедневно работы. Обыкновенно вторая и
третья жены не могут садиться, не получив
на то согласие первой жены; но случается
также и наоборот в случае, если какая-
нибудь из побочных жен сумеет завладеть
расположение хозяина...
В случае если первая жена умирает без-
детною, то дощечку с ее именем не поме-
щают в комнате предков, а вывешивают в
отдельном помещении. Если же кто-либо
из побочных жен собирается умереть без-
детною, то таковая выносится из квартиры
мужа в другую квартиру.
Было упомянуто, что побочные жены —
обыкновенно более или менее низшего про-
исхождения. Зачастую это — публичные жен-
щины. Даже в высшем обществе встречаются
они. Надо заметить, что публичные женщины
в Китае нередко происходят от весьма почет-
ных родителей, и сделались таковыми, будучи
уворованы из родительского дома и затем
проданы содержателям подобных домов.
Случается также, что иногда рабыни
берутся в побочные жены; желающие при-
нять рабынь в жены, узнают адресы тех
семейств, в которых имеются взрослые
рабыни. Последние собираются, одетые
как свободные жены, в покое своего вла-
стителя и желающий жениться, совместно
со сватом, является, чтобы их осмотреть.
Sir John Gray присутствовал на такой
инспекции в 1864 году. Покупатель осма-
тривал девиц весьма подробно.
Они должны были оголить свои руки до
плеч, а ноги до колен; чтобы убедиться, что
они не хромают, их заставляли ходить по
комнате; а чтобы убедиться, что они не кос-
ноязычки, их заставляли говорить вслух це-
лые цитаты. Короче сказать — жених осма-
тривал их, точно покупая скотину. На полу
расставлены были в красных лакированных
посудах сладости, предназначенные в пода-
рок, в случае совершения купчей. В случае
если владетелю рабыни удается продать ее
в жены, то за день до свадьбы он выдает с
нею же небольшое приданое: один летний
костюм, один зимний, пару богато выши-
тых башмаков, одеяло, занавес к кровати,
ширму и чемодан. Свадьбы побочных жен
проходят с меньшими церемониями, —
роскоши гораздо меньше, но религиозные
церемонии совершенно такие же.
По окончании свадебной церемонии
вторая, а третья жена в особенности, долж-
на встать на колени перед первой женою и
сделать земной поклон.
109
Художественное издательство П. Чечина
Владивосток*.—Vladivostok.
КггаВскоа ceaalcno.—Famille chlnolae.
Ns 73. Китайская семья. Начало XX века
При таковых свадьбах принято пригла-
шать старца из класса “Факун”, которому
поручается сделать молодой супруге напо-
минание, чтобы она всегда любила, уважа-
ла и слушалась первой жены.
Этому “Факуну” должно быть не менее
семидесяти лет отроду; такому, который с
самой молодости был женат только на од-
ной жене, отдается предпочтение».
О деятельности Чая, в некоторой сте-
пени, можно судить по книгам «О приходе
и расходе денежных сумм Общественного
Городового Управления во Владивостоке»:
«Марта 31 дня 1870 года. Записано в
приход за ввоз леса с манзы Чай 5 рублей».
«18 Февраля 1871 года. Записано в при-
ход полученных за рубку дров с манзы Чай
2 рубля... 29 Декабря 1871 года. Взыскано с
манзы Чай за 100 куб. сажен дров Юрублей».
«31 Марта 1872 года. С манзы Чай за 70
сажен дров 16 рублей... 20 Мая 1872 года.
С китайца Чай за 500 сажен дров, выру-
бленных в городской черте 50 рублей...
27 Ноября 1872 года. С манзы Чай за вы-
рубку 1000 сажен дров 100 рублей».
В 1873 году Чай стал одним из главных
поставщиков топлива в город, вырубив в
лесных дачах 3000 кубических сажен (около
30000 куб. метров) дров и уплатив в город-
ской доход 300 рублей, весьма значитель-
ную в то время сумму.
В июне 1874 года Чай купил у «гражда-
нина Северо-Американских Соединенных
Штатов Вильяма Де-Вриз \Де-Фриз\» два
земельных участка в квартале № 6 Пер-
вой городской части: участок № 47 на углу
Светланской и Алеутской улиц; участок №
48 на углу Алеутской и Пекинской улиц.
Чай и Де-Вриз, совершив сделку, не по-
заботились оформить документы купли-
продажи надлежащим образом, а состави-
ли так называемый «неформальный акт»,
фактически не имевший законной силы.
ПО
«...Обывателям поста Владивосток на
отведенные им дворовые участки земли
выдаются планы для знания своих мест и
как документы поземельной собственности
того владельца, кому земля по правилам за-
кона была отведена, но как во Владивосто-
ке, владельцы-иностранцы, но и русские
допустили себе противоправное право,
при перекупке один от другого участков
земли делать на выданных им планах свои
надписи, которые даже удостоверяются и
Полицейским Управлением, а также до-
пускается и то, что на таковых планах при-
кладываются штемпеля и печати.
Вследствие чего имею честь уведомить
Владивостокское Городское Управление
и просить объявить о вышеписанном до-
мовладельцам и подтвердить, чтобы они
таковых противозаконностей не допускали,
а документы, составленные самовольно,
считать недействительными.
Землемер Н. Почекунин.
14 Марта 1871 года».
Эта «неформальность» впоследствии
доставила значительные неприятности на-
следникам Чая и привела к длительному
разбирательству на всех уровнях власти,
вплоть до правительствующего сената. Но
благодаря ей мы сейчас можем судить о воз-
можностях китайцев, иностранных поддан-
ных, отстаивать свои права в России при
«отсутствии международных договоров,
обусловливающих китайцам право особо
благоприятствуемой нации».
С 1874 по 1882 годы, с разрешения го-
родской Управы, Чай провел на 47-м и
48-м участках масштабное строительство,
превратив их в настоящий «чайнатаун» с
необычайно плотной застройкой: двух-
этажный каменный дом и более десятка
одно-, двухэтажных деревянных домов
и фанз с «квартирами» для сотни-другой
китайцев, меньшая часть которых работала
на самого Чая, а большая платила ему за
аренду жилья.
До конца 1880-х годов участки Чая, въез-
ды на которые располагались со стороны
Светланской и Пекинской улиц напротив
друг друга, были самым густонаселенным
домовладением Владивостока.
В 1881 году Чай официально оформил
участки в свою собственность:
«Данная...выдана сия из Владивосток-
ской Городской Управы китайскому под-
данному Чай на владение местом земли,
находящемся в городе Владивостоке в “ 1 ”
части “6” квартала под № 47, которое место
имеет по Светланской улице... Всего 550 кв.
саж. земли. Соседние места: лицевая сто-
рона — Светланская улица, в задах — место
китайца Чай; со сторон: правой — Алеут-
ская улица, левой — место Американского
гражданина Купер. 12 августа 1881 года».
Китаец Чай умер 8 июня 1882 года, «без-
временно покинув» трех жен и двоих несо-
вершеннолетних сыновей — Чай Вэйчжуна
и Чай Вэйчжена.
При рассмотрении дела о наследстве
Чая старшая его жена, она же — мать его
сыновей, — поначалу всячески избегала
общения с русскими властями, «не со-
брала и не представила доказательства,
что она, Чай-мониссо /оказавшейся ныне
Цай-мэн-лиши/, не вторая, третья или еще
более дальняя по порядку жена умершего
Чай-манзы, а первая его жена, которая, по
обычаям Китая, и есть в строгом смысле
законная жена, притом еще и наследница».
Поскольку дети Чая не могли распоря-
жаться имуществом отца до достижения
ими совершеннолетия, «решением Вла-
дивостокского окружного суда имущество
Чай-манзы тогда же было взято в опекун-
ское управление».
Первым опекуном был назначен быв-
ший управляющий Чая — Чан Лоусы, ко-
торый, когда настало время представить
отчеты по опеке, скрылся из Владивостока,
прихватив изрядную сумму денег своих по-
допечных.
В начале 1884 года суд, не доверяя боль-
ше китайцам, назначил опекуном «над
детьми и имуществом умершего китайского
подданного Чай» отставного чиновника
Чернявского.
Ф.Н. Чернявский распоряжался имуще-
ством Чая, в целом, осторожно и расчет-
ливо; следил за сохранностью вверенного
ему домовладения и даже застраховал его
на случай пожара.
111
Однако между ним и наследниками
разгорелся нешуточный конфликт из-за
того, что Чернявский сдавал дома в аренду
только по своему усмотрению, а часть де-
нег опеки пустил «в рост» под проценты,
ссужая ими, по мнению наследников, не-
надежных заемщиков — личных знакомых
Чернявского.
В 1887 году вдова Чая Цай Мэнлиши
решила «выйти из тени» и заявить права на
наследство. В помощь себе в качестве до-
веренного лица она пригласила чиновника
Н.А. Степанова.
Как она доказывала факт своего «перво-
женства» и родства с собственными деть-
ми, получившими новые имена — Цай
Вэйчжун и Цай Вэйчжен, к сожалению, не
установлено. Но после полутора лет этого
необычного разбирательства, перед самой
«победой» Цай Мэнлиши над опекуном
Чернявским, «позволяющим себе распо-
ряжаться в ущерб интересам опеки и на-
следников, хотя нарушения эти и являются
формально законными», 12 октября 1888
года в 6-м квартале случился сильнейший
пожар. Начался он в одном из домов опе-
каемого домовладения, в короткое время
охватил весь «чайнатаун» и перекинулся на
соседние участки Куперов. Опасность для
деревянного Владивостока была столь вы-
сока, что на помощь пожарным для предот-
вращения большего бедствия были срочно
направлены воинские команды.
Последствия пожара были очень тяже-
лыми. Деревянный «чайнатаун» выгорел
полностью, дотла, от кирпичного дома
остались только стены, местами лопнувшие
и обвалившиеся из-за сильного жара.
Можно сказать, что дальновидность
Чернявского, застраховавшего домовла-
дение, сохранила наследникам Чая 35000
рублей, возмещенных в виде страховой
премии.
Интересное совпадение, вряд ли имею-
щее отношение к пожару (хотя как знать):
«чайнатаун» сгорел через две недели после
судебного разбирательства по делу «О по-
кровительстве полицейскими чинами ки-
тайским игорным домам во Владивостоке».
Расследование было начато по приказу
Приамурского генерал-губернатора, по
жалобе датского подданного Розена, ко-
торый «заявил о существовании в городе
Владивостоке, с ведома и разрешения мест-
ной власти, нескольких игорных домов,
содержимых китайцами, сборы с которых
поступают через Полицмейстера в казну, и
что он выиграл с Юн-фа-туна 600 рублей,
но тот их не отдал, почему и просил о взы-
скании их».
Поскольку азартные игры были запре-
щены законом и, естественно, никаких
сборов с них в казну поступать не могло,
генерал-губернатор приказал владивосток-
скому прокурору «произвести следствие и в
случае если бы заявление Розена оказалось
ложным, привлечь его к законной ответ-
ственности как за клевету, возводимую им
на должностных лиц, так равно и за участие
его в запрещенной игре».
«Произведенное по этому предписанию
следствие дало следующие результаты: во
дворе китайца Чай открыта игра в пяти
домах днем, частью ночью. В устройстве и
содержании места для запрещенной игры
обвиняются манзы: Ван-ден-куй, Цай-
хуан-юнь, Тау-фу-хунь, Ден-вен-лин, Ван-
си, Афу-цей-фю-сю и Юн-фа-тун, послед-
ний лишь в квартире своей, занимаемой им
вместе с отцом его...».
В постановлении суда, изобиловавшем
подробностями о самих китайских игорных
домах, как бы между прочим говорилось,
что клеветы со стороны Розена не было, а
потому и наказывать его не за что; но и о
злоупотреблениях полицейских чинов — ни
полстрочки.
Посему наказанию подлежали одни
лишь китайцы; самому строгому подвергли
главного «злодея» Афу (Афу Цейфюсю),
которого в срочном порядке посадили на
ближайший пароход и выпроводили из
Владивостока. Он, как настоящий «реци-
дивист», через месяц вернулся в город и
задержанный полицией оправдывался тем,
что у него здесь остались дела и долги, с
которыми необходимо покончить.
Кроме Афу, высланного из города с
«волчьим билетом», «во дворе Чай» по-
прежнему жили другие китайцы, участники
этой истории.
112
Ns 74. Перекресток улиц 25-го Октября (Алеутской) и Ленинской (Светланской). Слева гостиница
«Централь» (бывшая К.Г. Гольденштедта), за ней, до перекрестка с улицей Пекинской (Адмирала Фокина),
бывшие доходные дома Цаев. 1940-е годы
В случае повторного разбирательства
их несложно было найти и допросить, но
после пожара они разбрелись кто куда, «в
неизвестном направлении».
Цай Мэнлиши вступила во владение
«пепелищем» в конце 1888 года.
«По получении указа Иркутского Гу-
бернского Суда, Владивостокский Окруж-
ной Суд определением своим, состоявшим-
ся на 22 Декабря 1888 года, постановил
существующую опеку над имуществом
Чая закрыть, о чем уведомить опекуна
Чернявского; последнему предписать при
участии чиновника от Полиции передать
по описям, на законном основании, вдове
Цай-мэн-лиши и сыновьям ея Цай-вэй-
чжуну и Цай-вэй-чженю все движимое и
недвижимое имущество опеки, документы
и капиталы... Страховая премия получена
непосредственно самими последними».
Едва только Цай Мэнлиши была вне-
сена в «списки домовладельцев города
Владивостока, уплачивающих сборы с не-
движимых имуществ», как «Амурская Ка-
зенная Палата, усмотрев из производства
о наследстве после умершего 8 Июня 1882
года китайца Чай, что два участка земли во
Владивостоке под №№ 47 и 48, на которые
ему, Чай, были выданы данные Владиво-
стокскою Городскою Управою 12 Августа
1881 года, первоначально были отведены
Де-Вризу, который переуступил их, по не-
формальному акту, китайцу Чай, просила
Владивостокский Окружной Суд взыскать
с наследников китайца Чай:
а) за то, что последний до 1881 года
владел по неформальному акту — двойные
крепостные пошлины /примеч. к ст. 396
Устава о пошлинах/ — 2210 рублей и
б) пеню за несвоевременный взнос по-
шлин /там же, ст. 426/ — 1038 рублей.
Всего: 3248 рублей».
По решению суда деньги с Цай Мэнли-
ши были взысканы и направлены в казна-
чейство.
ИЗ
Nfi 75. Дом Цаев (слева) на углу улиц 25-го Октября (Алеутской) и Пекинской (Адмирала Фокина), где
сейчас находится Торговый дом «Алеутский». 1940-е годы
В попытке их вернуть доверенный Н.А.
Степанов за три года прошел все властные
инстанции: от Владивостока до Санкт-
Петербурга, и везде он получал отказ, до
тех пор пока дело не оказалось в правитель-
ствующем сенате.
«22/VIII 1892 г. 7451/920
По 1-му Департаменту
Указ Его Императорского Величества
Самодержца Всероссийского из Правитель-
ствующего Сената
По указу Его Императорского Величе-
ства, Правительствующий Сенат слуша-
ли: дело по жалобе Китайской подданной
вдовы Цай-мэн-лиши на постановление
Амурской Казенной Палаты о взыскании
крепостных пошлин и пени с наследников
китайца Чай за владение им недвижимо-
стью без официального акта.
Приказали:...по предмету совершения
неформальных актов на продажу городских
недвижимых имуществ, следует наблюдать
в сем деле большую осторожность по от-
ношению к таким отдаленным окраинам
Империи, как Приамурское Генерал-Гу-
бернаторство, где приходится считаться не
только с бытом инородческого населения,
мало знакомого с требованиями закона,
но также и с географическими условиями
местности, на каковое обстоятельство об-
ращено уже внимание местной админи-
страции и назначена особая комиссия для
изыскания способов к облегчению владель-
цам недвижимости в городе Владивостоке
приобретения надлежащих крепостных
актов, совершение коих представлялось,
по отдаленности расстояний, зачастую
совершенно невозможным до открытия
Владивостокского Окружного Суда. Пра-
вительствующий Сенат, согласно с заклю-
чением Министра Финансов, не находит
оснований по взысканию с наследников
китайца Чай начисленных на них крепост-
ных пошлин и пени, а потому определяет:
предписать Амурской Казенной Палате
сделать распоряжение о сложении с на-
следников китайца Чай определенных с
них ко взысканию 3248 рублей крепостных
114
Nb 76. Дом Цаев (слева) на углу улиц 25-го Октября (Алеутской) и Пекинской (Адмирала Фокина), где
сейчас находится Торговый дом «Алеутский». За ним бывшие доходные дома Куперов. 1940-е годы
пошлин и пени, о чем для исполнения
и объявления просительнице, Амурской
Казенной Палате послать указ, уведомив
Министра Финансов и Приамурского Ге-
нерал - Губернатора.
Подписал за Обер-Секретаря Лозин-
ский, скрепил за Обер-Секретаря Зоин».
Благополучный и справедливый исход
этого дела свидетельствует, безусловно, о
равном применении законов ко всем жи-
телям страны, в том числе и к иностранно-
подданным — китайцам.
Однако, справедливости ради, стоит
заметить, что это был чуть ли не един-
ственный подобный случай, доведенный
до конца не китайцем, а его русским до-
веренным лицом — опытным чиновником
VIII-го класса.
Китайцы же, в подавляющем большин-
стве, вели свои дела самостоятельно и пред-
почитали не спорить с местными властями,
даже если их права очевидно нарушались,
чему есть примеры с другими китайскими
домовладельцами.
В дальнейшем участки № 47 и № 48,
возможно по рекомендации того же
Н.А. Степанова, постепенно были за-
строены капитальными двухэтажными
домами с хорошими квартирами, поме-
щениями для контор и торговли. Если в
этих домах и жили китайцы (кроме при-
слуги), то наверняка люди состоятельные,
представители торгово-промышленного
капитала - арендаторы «торговых пло-
щадей», как например купцы Ку Янфу и
Хай Инчин; столпотворения китайского
«рабочего люда», бывшего при Чае, в них
уже не допускалось.
Правда, был момент, когда Цаи, прель-
стившись прибылью, приносимой китай-
скими театрами, решили устроить у себя это
высокодоходное предприятие, но из этого
ничего не вышло.
«Город Владивосток. 1901 года Мая 16
дня. Среда. Заседание Владивостокской
Городской Думы под председательством
заступающего место Городского Головы
К.Ф. Ильницкого, № 54/2332.
115
О разрешении Китайскому подданному
Цай-вэй-чжуну построить каменный китай-
ский театр на принадлежащих ему участках
земли под №№ 47 и 48 по Алеутской улице
Китайский подданный Цай-вэй-чжун в
заявлении от 14 Апреля с.г., при коем при-
ложена копия плана предполагаемого к
постройке театра, просит разрешения на
производство этой постройки. Не встречая
со своей стороны препятствия, настоящее
ходатайство Цай-вэй-чжуна Управа докла-
дывает на благоусмотрение Думы.
Постановлено: просьбу отклонить».
Строительство новых домов, требовавшее
немалых средств, было начато Цаями в 1890
году. Вероятно, в то время они испытывали
денежные затруднения, и поэтому продали
часть 47-го участка (1/3 общей площади):
«Ведомость о купчих крепостях, совер-
шенных во Владивостокском Окружном
Суде... 26 октября 1890 года, часть 1, квартал
6, участок 47, купчая № 89, от Китайских
подданных Цай-вэй-чжень и Цай-вэй-
чжунь Владивостокскому 2-й гильдии купцу
Карлу Георгиеву Гольденштедт; часть участ-
ка — 183 кв. сажени и 1 кв. аршин». То есть
830,9 квадратных метра.
Эта часть на углу квартала полностью за-
хватывала лицевую (южную) сторону участ-
ка вдоль улицы Светланской и несколько
саженей вдоль улицы Алеутской.
В 1907 году Гольденштедт выстроил на
ней отель «Централь» (сейчас — Светлан-
ская, 11).
В 1893 году у наследников Чая на 47-м
и 48-м участках уже было недвижимо-
сти на сумму 60000 рублей, в 1897 году —
100000 рублей; в 1900 году — 120000 рублей;
в 1902 году — 180000 рублей; в 1906 году —
240000 рублей.
По сведениям налоговых органов за 1914
год, валовая доходность домовладения со-
ставляла 30180 рублей, чистая доходность —
20522 рубля.
Для сравнения: в тот же год высокорен-
табельный «Централь» принес Гольденштед-
там больше прибыли всего на 3509 рублей.
В советское время большая часть по-
строек была передана Дальневосточному
морскому пароходству.
Ныне в них расположился Торговый дом
«Алеутский».
Китайцы —
владивостокские домовладельцы
Китайцев, владевших во Владивостоке
недвижимостью, всегда было относительно
немного. В разные годы в среднем их число
не превышало двадцати человек.
В дореволюционный период это были
старожилы города, купившие земельные
участки до 18 июня 1892 года, когда были
высочайше утверждены изменения и до-
полнения «Правил, касающихся поселения
русских и иностранцев в Амурской и При-
морской областях»: «...III. В изменение и
дополнение подлежащих узаконений, уста-
новить следующее правило: приобретение
земель в Амурской и Приморской областях
лицами, не принадлежащими к русскому
подданству, воспрещается...».
Китайским предпринимателям, при-
бывшим во Владивосток после указанной
даты или не поторопившимся с покупкой
земли, не оставалось ничего другого, как
арендовать землю с постройками или для
застройки, что, конечно же, было связа-
но с определенными рисками. А главное,
постройки, возведенные на чужих участ-
ках, не принимались в залог по казенным
подрядам.
Все прошения иностранцев о покупке
земли после 1892 года неизменно отвер-
гались, в чем можно убедиться хотя бы
на примере купца Юнхозана — одного из
самых успешных китайских купцов Вла-
дивостока:
«Его Превосходительству Приамурскому
Генерал - Губернатору
Китайского подданного Владивосток-
ского 1-й гильдии купца Чжао-юн-хо
Юн-хо-за-на, жительствующего в городе
Владивостоке по Светланской улице в доме
Тау-цай-линь
Прошение
14 лет безупречной моей торговой де-
ятельности во Владивостоке, о чем могут
свидетельствовать начальствующие лица
и вся корпорация Владивостокской Город-
ской Управы, дает мне смелость предстать
перед Вашим Высокопревосходительством
со следующею покорною просьбою.
Ненормальное положение квартирного
вопроса в городе Владивостоке, где нани-
116
мателю приходится, подобно скитальцу,
перекочевывать от одного дома к другому,
с корнем подрывает успех всякого тор-
гового предприятия, не имеющего соб-
ственного помещения. Коммерсантам-
иностранцам воспрещено приобретение
недвижимого имущества, а право прини-
мать таковые в залог, требуемое при тор-
говых делах, обставлено здесь с большими
затруднениями.
Высочайшим повелением 18 Июня 1892
года воспрещено иностранцам приобре-
тение земель в Приморской области. Эта
жизненная идея законодателя, как благо-
творная мера против эксплоататорства
пришлого элемента, есть продолжение за-
кона Высочайшего повеления 10 Декабря
1865 года, воспрещающего иностранцам
приобретение земельной собственности
в западной полосе России вне городов и
местечек, не воспрещающего им, в то же
время, приобретать таковое в городах. При
этом, Закон о Состояниях, пункт 2 ст. 1003,
оставляя за иностранцами право принятия
в залог, воспрещает им лишь принятое в
залог недвижимое имущество укреплять за
собою в собственность.
Глубоко уважая покровительство при-
ютившей меня великой державы и не желая
прибегать к компромиссам, влекущим за
собою обход чтимого мною закона, смею
обратить благосклонное внимание Вашего
Высокопревосходительства на подавленное
состояние торговой деятельности, значи-
тельная часть результатов которой погло-
щается произволом квартирной наживы,
и, вместе с тем, почтительнейше просить
Ваше Высокопревосходительство, если
представится возможность, согласно Собр.
Узакон. 1882 года № 21, как лицу, поселив-
шемуся в Пределах Приморской области на
правах поселенца-иностранца, разрешить
мне, силою предоставленной Вам власти,
приобрести покупкою в городе Владиво-
стоке усадебное дворовое место для приюта
моему торгово-промышленному предпри-
ятию, то не отказать в своем авторитетном
распоряжении и разъяснении о праве моем,
согласно ст. 1001, 1005 том IX Свод Зак. и
Реш. Общ. Собр. 1 Департ. за 1891 год № 20,
принимать недвижимое имущество в залог
по торговым моим предприятиям.
Декабря 9 дня 1897 года. Временно Вла-
дивостокский 1-й гильдии купец китайский
подданный Джоюнхо Юнхозан».
«...Февраля 1898 года № 2368
Владивостокскому Городскому Поли-
цейскому Управлению.
Поручаю Полицейскому Управлению
объявить проживающему во Владивостоке
китайскому подданному Юнхозан... хода-
тайство его удовлетворено быть не может.
И.д. Губернатора Гродеков».
После февраля 1917 года и крушения
Российской империи ее узаконения были
упразднены, в том числе — запрет на по-
купку земли иностранцами.
Более того, когда в феврале 1918 года
большевики ввели контроль над банками,
промышленными предприятиями и торго-
выми заведениями, русские предпринима-
тели стали в спешном порядке продавать
свои предприятия иностранным поддан-
ным; естественно, вместе с землей.
Что касается китайцев, после революции
некоторые бывшие арендаторы также стали
полноправными домовладельцами, чья соб-
ственность, как иностранных подданных,
не подлежала национализации и сохраня-
лась за ними еще очень долгое время.
Китайские домовладельцы Владивосто-
ка подразделялись, если так можно сказать,
на тех, кто, подобно Чаю, превращал свои
участки в настоящие «муравейники», полу-
чая прибыль с максимального возможного
числа жильцов-китайцев, и тех, кто пошел
по пути наследников Чая, обустроив свои
участки на европейский манер, где китай-
цы присутствовали в качестве прислуги,
служащих торговых предприятий и ком-
мерсантов-арендаторов.
№ 77. Общий вид квартала N& 6.
На углу Светланской и Алеутской улиц -
бывший отель «Централь» К.Г. Гольденштедта
(сейчас - Светланская, 11);
справа от него, вдоль улицы Алеутской и на углу
улицы Адмирала Фокина (Пекинской) - бывшее
домовладение Цаев (сейчас - Алеутская, 25-27/
Адм. Фокина, 10);
за ними в глубине квартала - бывшие дома Куперов
(сейчас - Светланская, 9/Адм. Фокина, 6 и 8).
1996 год
117
118
// /
I’M
119
Среди китайских домовладельцев особый
интерес представляет судьба Марии Купер,
по происхождению китаянки, история ее
семьи и детей — наполовину китайцев.
Гражданин Северо-Американских Соеди-
ненных Штатов Карл Генри (Генрих) Купер
был одним из иностранных «пионеров-пер-
вопоселенцев», воспользовавшихся правом
беспошлинной торговли иностранными
товарами, предоставленным Владивостоку в
1862 году. Порто-франко привлекло во Вла-
дивосток иностранных предпринимателей и
представителей иностранных коммерческих
фирм. Имена многих из них до сих пор ши-
роко известны: Де-Фриз, Кунст и Альберс,
Смиты, Демби... Купер.
Географическая карта города «помнит»
Купера — его именем назван один из мысов
полуострова Шкота в районе бухты Федоро-
ва, а также падь на северо-западном склоне
горы Орлиное Гнездо.
Купер начинал свою торговую деятель-
ность на родине, затем перебрался в Китай,
где женился на крещеной китаянке Мэри, а
в апреле 1864 года прибыл во Владивосток и
оставался в нем до конца жизни (середины
1880-х годов).
Ему сразу было разрешено заниматься
коммерцией, что подтверждается рапор-
том начальника поста поручика Буяновича
на имя военного губернатора Приморской
области от 11 декабря 1864 года, в котором
имеется «Список торгующих лиц, с которых
взыскали деньги на право торговли в гавани
Владивосток:
1. Яков Лазарев Семёнов.
2. Михайло Петров Колесников.
3. Американец Купер...».
Довольно быстро Карл Купер обзавелся в
городе гостиницей, трактиром, со временем,
кроме торговли, занялся промыслом мор-
ской капусты («свидетельство временному
Владивостокскому 2 гильдии купцу Карлу
Генри Куперу на свободное вылавливание
морской капусты по западному берегу Татар-
ского пролива...между 44 10’ и 45 северной
широты») и золотодобычой («свидетель-
ство Владивостокскому 1-й гильдии купцу
Карлу Генри Купер на право разработки
золотосодержащих россыпей, минералов
и драгоценных камней; отвод купцу Купер
Мариинского серебряного рудника в п. Оль-
га от 1879 года»).
В 1864 году Купер, по вероисповеданию
лютеранин, окрестил в православие во вла-
дивостокской Успенской церкви трех своих
детей.
В апреле 1865 года его жена, 25-летняя
Мэри Купер, также была присоединена
Святым крещением к православию. В ме-
трической книге церкви Успения Пресвятой
Богородицы поста Владивосток была сдела-
на следующая запись: «...наречена Святым
крещением именем Мария — Владивосток-
ского 2-й гильдии купца Генриха Купера
жена — китайская уроженка, крещена была в
Америке от реформатского миссионера еще
в младенчестве». Одним из восприемников
при крещении был владивостокский купец
Яков Лазаревич Семенов, его имя стало от-
чеством православной христианки Марии
Яковлевны Купер.
У Карла и Марии Купер было, по неко-
торым данным, четырнадцать детей. Трое
старших родились еще в Китае, сыновья
Евгений и Иосиф были убиты хунхузами
в 1882 году в заливе Пластун, где у Купера
«ловили морскую капусту и имелся дом и
товары для манз».
Карл и Мария Куперы являлись одними
из самых крупных владивостокских «лати-
фундистов». В начале 1870-х годов, когда
цена на земельные участки редко подни-
малась выше трех серебряных копеек за
квадратную сажень, они приобрели более
десяти участков в центре города; часть из них
потом с выгодой перепродали, несколько от-
дали в качестве приданого старшей дочери
Эмилии, вышедшей замуж за американского
купца Оскара Смита.
Четыре земельных участка, изначально
приобретенные на имя Марии Купер, со-
седствовали с домовладением китайца Чай
в 6-м квартале. Участки №№ 49 и 51 были
обращены на улицу Светланскую (сейчас —
Светланская, 7 и 9), участки №№ 50 и 52 — на
улицу Пекинскую (сейчас — Адмирала Фо-
кина, 6 и 8, где находится кафе под говоря-
щим названием «Домъ Купера»).
Будучи соседкой Чая, Мария Купер также
пострадала от пожара 12 октября 1888 года.
«Во Владивостокскую Городскую Управу
Американской Гражданки Марии Купер
120
Заявление
Сегодняшним пожаром истреблено у
меня на двух участках: по Светланской улице
два дома и по Пекинской улице четыре дома
стоимостью до 12 тысяч рублей, приносив-
шие в год дохода 2700 рублей, да в 1886 году
28 августа сломано администрациею на тех
же участках четыре дома стоимостью 20 ты-
сяч рублей, приносивших в год дохода 2400
рублей, что составляет стоимость на сумму
32000 рублей, приносивших в год дохода
5160 рублей, а в десятилетней стоимости —
51600 рублей. А всего на 83600 рублей. О чем
имею честь заявить Городской Управе, так
как по этому несчастному случаю я понес-
ла страшные убытки и вошла в неоплатные
долги. Дома не были застрахованы, имея
12 человек детей, должна буду пустить по
миру, так как остальное имущество может
быть продано за долги. О чем покорнейше
прошу Городовую Управу обратиться с хода-
тайством об пособии мне куда следует.
Город Владивосток. 12 октября 1888 года.
Американская гражданка Мария Купер,
а по безграмотству ея и личною просьбою
расписался Кяхтинский мещанин Анастас
Иванов Жуков».
«Его Превосходительству Господину Вла-
дивостокскому Военному Губернатору
Американской гражданки Марии Яков-
левой Купер
Прошение
Во время бывшего пожара 12 сего октя-
бря по Светланской и Пекинской улицам в
городе Владивостоке на участках умершего
манзы Чай разрушены и все мои постройки
на соседних двух моих участках по тем же
улицам, заключающихся в шести домах. По
случаю такого несчастья осмеливаюсь все-
покорнейшее просить Ваше Превосходи-
тельство соблаговолить разрешить поставить
мне во дворах временные бараки для моих
рабочих людей и несчастных погорельцев,
хотя на один год, так как капитальную по-
стройку домов по случаю наступления зимы
произвести невозможно. Смею ласкать себя
надеждою, что всенижайшая просьба моя
не будет отвергнута великодушною особою
Вашего Превосходительства.
Г. Владивосток. Октября 16 дня 1888 года.
Жена Американского гражданина Ма-
рия Яковлева Купер, а по безграмотству ея
и личной просьбе расписался Кяхтинский
мещанин Анастас Иванов Жуков».
Конечно, никакого «вспомоществова-
ния» от властей Мария Купер не получила.
Для «опоры на собственные силы» у нее в
городе еще осталось достаточно доходной
недвижимости; главное — домовладение на
углу Алеутской и Пекинской улиц.
Мария Купер вошла в историю города не
только как одна из самых богатых жительниц
конца XIX столетия, но и как учредительни-
ца первого театра Владивостока.
В публикациях разных лет о «Театре Мэри
Купер» сообщалось, что для театральных
представлений и эстрадных программ ею
была приспособлена просторная фанза на
участке у перекрестка Алеутской улицы с
улицей Пекинской.
В этом помещении в 1872 году труппой
Бакушева была представлена первая в исто-
рии Владивостока постановка «Гамлета» В.
Шекспира.
Фанза-театр М.Я. Купер была уничтоже-
на за антисанитарное состояние во время
очередной эпидемии в начале 1890-х годов.
Но вскоре на этом месте было выстроено
новое деревянное здание, где был открыт
«временный китайский театр», вмещавший
до 400 зрителей. Цена за вход была разной —
от 50 копеек до полутора рублей — в зависи-
мости от количества представлений и уровня
игры актеров.
В «Справочной книге города Владивосто-
ка за 1900 год» отмечалось: «Представления
происходят летом ежедневно днем и вече-
ром, зимой, с конца октября, театр закрыт
до китайского Нового года (конец февраля
или начало февраля). Вход общедоступный
для всех племен и сословий. Предполагает-
ся постройка нового постоянного театра на
том же месте».
Новый театр, а точнее — варьете-кабаре,
был построен уже одним из наследников
М.Я. Купер, ее сыном А.К. Купером.
Мария Яковлевна Купер умерла 14 марта
1890 года и была похоронена на городском
Покровском кладбище, где покоился прах
ее мужа Карла Купера.
После смерти Марии опекуншей «над
малолетними и имуществом умершей Ку-
пер» стала ее дочь Эмилия Карловна Смит,
121
которая, овдовев, в 1893 году покинула
Владивосток. После отъезда Эмилии Смит
обязанности опекуна временно исполнял
купец Христофор Хагемейер.
Когда Хагемейер принимал опеку, двое
старших сыновей Куперов, Джон и Алек-
сандр (разница в возрасте — четыре года),
находились в Соединенных Штатах, где об-
учались в военной академии «Окридж» возле
Гринсборо, штат Северная Каролина.
Вероятно, Джон Купер должен был пер-
вым вернуться во Владивосток, но он скон-
чался 12 октября 1893 года и был похоронен
там же — в Гринсборо.
Александр Карлович Купер окончил
академию в 1894 году, еще некоторое время
оставался в Штатах, и, вернувшись во Вла-
дивосток в начале октября 1895 года, очень
скоро стал опекуном двух своих младших
братьев, еще не достигших совершеннолет-
него возраста.
Уже весной 1896 года Александр Купер
начал большое строительство на нескольких
семейных участках и за семь лет настроил на
них домов на сумму 228600 рублей.
Стоит отметить, что, когда Александр
Купер принял дела по опеке и управлению
имуществом, ему было всего двадцать лет.
И хотя он приобрел определенный жизнен-
ный опыт, вряд ли специальность военного
связиста имела значение в коммерческих
делах в России.
По-видимому, Александр Карлович имел
способности (если не талант) настоящего
капиталиста. Чтобы вложить деньги в стро-
ительство, их нужно было откуда-то взять.
А получить их он мог только при отличном
управлении семейным бизнесом. При этом
все дела Купера находились под присталь-
ным надзором Владивостокского окружного
суда, которому он должен был ежегодно на-
правлять отчет об опеке. Любое сомнение в
«ответственности» опекуна могло привести
к его отставке и назначению нового, выбран-
ного судом, кандидата.
Александр Купер весьма прочно обо-
сновался во Владивостоке, был женат на
русской — Прасковье Лавровой (венчались 9
января 1902 года), имел троих детей, но, как
и все остальные Куперы, покинул Россию с
приходом советской власти.
Ns 78. Александр Карлович Купер.
Начало XX века
Как отмечали современники Купера, в
облике этого западного по духу человека
определенно угадывались восточные китай-
ские корни.
После закрытия опеки и раздела имуще-
ства в 1907 году ему достался участок на углу
Алеутской — Пекинской.
В 1908 году он освободил его от боль-
шинства старых строений и приступил к
постройке двух больших доходных домов:
одного — жилого, другого—для увеселитель-
ных заведений, дореволюционных аналогов
нынешних ночных клубов.
Занимался строительством китайский
подрядчик.
«В Владивостокскую Городскую Управу
домовладельца Александра Карловича Ку-
пер прошение.
Прошу распоряжения Городской Управы
разрешить мне огородить временно закон-
ное пространство против своих домов по
Пекинской улице, так как я уже приступил
к работам и имею на это планы. По Пекин-
ской, участок № 46.
1908 года Мая 1 дня. По доверенности
Тайвентун Фантун».
Первое здание было закончено в 1909
году, второе — в 1910.
122
«Город Владивосток, Алеутская улица,
рядом с Золотым Рогом, дом А. Купера.
Телефон № 565.
Вновь отстроенный единственный на
Дальнем Востоке первоклассный ресторан
и концерт-кабаре-варьете «Модерн». Дирек-
ция Т.З. Согроева и И.А. Мхеидзе.
Функционирует круглый год. Перво-
классная выдающаяся программа из 55 но-
меров.
Шикарный двухпросветный зал обору-
дован по последнему слову современной
техники с калориферными вентиляциями.
Масса лож, шикарное фойе, зимний сад из
тропических растений и роскошно обстав-
ленными кабинетами в стиле модерн.
Образцовая кухня, отвечающая всем тре-
бованиям гигиены под наблюдением опыт-
ного шефа З.В. Гвимбрадзе.
С почтением Т.З. Согроев и И.А. Мхе-
идзе».
В последующем здание арендовали, сме-
няя друг друга, несколько подобных заведе-
ний, например — в 1913 году, вслед за «Мо-
дерном», ресторан 1-го класса «Грассман».
После окончательной победы советской
власти в 1922 году в нем находились Дом
революционной обороны — «центр массо-
вой военно-патриотической работы среди
населения», интернациональный клуб, за-
тем — клуб городской милиции имени Ф.Э.
Дзержинского, который несколько лет назад
закрыли на реконструкцию, до сих пор не-
оконченную.
Еще одной, кроме Марии Купер, знаме-
нитой владивостокской домовладелицей-
китаянкой была Таосы Цайлин, больше из-
вестная в истории Владивостока под именем
Тау Целин (в некоторых источниках — Тао
Цел ин).
Тау Цайлин (это имя чаще всего встре-
чается в ее прошениях и заявлениях; так и
мы будем ее называть) была одной из бога-
тейших, если не самой богатой женщиной
Дальнего Востока. Известно, что состояние
ей, главным образом, принесла торговля
мехами. Она также сдавала в аренду свою
недвижимость. Часть своего капитала пере-
дала на благотворительность.
Пока не установлено никаких сведений
о семье Тау Цайлин. Складывается впечат-
ление, что она была одиноким человеком.
Вообще, при всей ее как бы известности,
информации о ней крайне мало. Так, напри-
мер, нет точных данных о времени прибытия
Тау Цайлин во Владивосток.
«Журнал генеральной поверки торговых
и промышленных заведений в городе Влади-
востоке в 1878 году. ...Под номерами 16 и 17
значатся: № 16 — лавка по Китайской улице,
принадлежит китаянке Тау-Целин, торгует
приказчик Цин-чин. Торговля производится
разными товарами и табаком. № 17 — рен-
сковый погреб там же, принадлежит кита-
янке Тау-Целин, торгует тот же приказчик.
Торговля производится виноградными ви-
нами и крепкими напитками...».
Как следует из документов городской
Управы, в 1881 году она уже значилась
«временной Владивостокской 2-й гильдии
купчихой».
Тау Цайлин в течение многих лет была
доверенным лицом рыбопромышленника
Георга Демби, поскольку сам Демби с семьей
большую часть времени проводил на своих
рыбных промыслах в разных отдаленных
местностях Дальнего Востока.
«...Георг Филиппович Дэмби проживает в
течение нескольких последних лет на остро-
ве Сахалин, во Владивосток приезжает лишь
по временам. Во Владивостоке недвижимым
имуществом г-на Дэмби, по его доверенно-
сти, управляет китайская подданная г-жа
Тау- Цейлин... 10 Декабря 1892 года Титуляр-
ный советник В.В. Ланин».
Вероятно, Тау Цайлин участвовала в
качестве пайщика в рыбопромышленном
предприятии Демби и получала доход от
этого бизнеса.
Интересный факт: в юбилейном альбо-
ме «В память пятидесятилетия основания
города Владивостока и присоединения Ус-
сурийского края», изданном в 1910 году, их
портреты напечатаны рядом друг с другом:
«Тауцелин — китаянка, крупная домов-
ладелица, старожилка; Демби — крупный
домовладелец, старожил, рыбопромыш-
ленник».
Тау Цайлин управляла владивостокской
недвижимостью Демби, находившейся в
14-м квартале на участках №№ 57 и 58,
между Пекинской и Семеновской улицами.
123
«В Владивостокскую Городскую Управу
Доверенной Владивостокского купца
Дэмби Китайской подданной Тау-цай-лин
Заявление.
Вследствие возникновения некоторых
недоразумений с соседним участком моего
доверителя с г. Сигиурой № 59, покорней-
ше прошу Городскую Управу указать мне и
г. Сигиуру точную межу между его и моего
доверителя участками №№ 57 и 58.
Владивосток Июня 24 дня 1894 года.
Тау-цай-лин
Исполнено 10 Июля при поверке участ-
ков Демби и Сигиура.
И.д. Городского Землемера Шамшев».
А вот документ, появившийся на два де-
сятилетия раньше:
«Во Владивостокское Городовое Обще-
ственное Управление
По доверенности Гражданина Германско-
го Союза Вильгельма Кортман Китайской
подданной Сайлин
Прошение
Имея в виду продать дом и места земли
верителя моего Иностранца Кортман, озна-
ченные на плане п. Владивосток в квартале
14 под №№ 57 и 58, покорнейше прошу оное
Управление выдать удостоверение о неиме-
нии препятствий на продажу означенного
дома и мест верителя моего Кортман.
Saline
Пост Владивосток 1874 года Мая 14 дня.
Просительница жительство имеет в п.
Владивосток в доме Кортман».
Эти исторические источники позволяют
утверждать, что Тау Цайлин (Сайлин) обо-
сновалась во Владивостоке не позже 1874
года, а также позволяют предполагать, что
Георг Демби, купив недвижимость в 14-м
квартале, не стал менять управляющую, за-
рекомендовавшую себя с прекрасной сто-
роны, и, как его предшественник Кортман,
сделал ее своим доверенным лицом. Вряд ли
он мог тогда представить, что Тау Цайлин
станет такой же «мильонщицей», как и он,
но то, что европейские купцы доверяли жен-
щине-китаянке представлять свои интересы,
говорит о многом.
Управляя имуществом Демби, Тау Цай-
лин не могла быть в стороне от строительства
на 57-м участке в 1907 году нового комфор-
табельного отеля, получившего название
Ns 79. Тау Цайлин. Начало XX века
«Немецкий» (переименованного в 1914 году,
после начала войны с Германией, в «Нацио-
наль»). Не будет удивительным, если в ходе
дальнейших архивных изысканий выяснит-
ся, что Тау Цайлин была совладелицей этой
гостиницы.
Сама Тау Цайлин имела домовладение
на улице Светланской, которое приобрела
ориентировочно в середине 1880-х годов.
Сейчас, как и раньше, оно имеет адрес: ули-
ца Светланская, 23. Здесь, к началу 1890-х
годов, уже были магазин, склады и деревян-
ный жилой дом.
В 1909 году Тау Цайлин построила боль-
шой трехэтажный кирпичный дом, за-
нявший почти всю площадь ее земельного
участка. Вот уже более ста лет он носит
название «Зеленые кирпичики» из-за де-
коративной отделки первого этажа обли-
цовочной глазурованной плиткой зеленого
цвета. Некоторое время назад старую, силь-
но поврежденную плитку заменили новой,
современной, но она, к сожалению, зна-
чительно проигрывает оригиналу. Первый
и подвальный этажи здания, изначально
предназначенные для торговых целей, сда-
вались в аренду различным фирмам и пред-
124
принимателям. На втором и третьем этажах
находились комфортабельные квартиры, в
том числе и квартира хозяйки.
Дом Тау Цайлин расположен рядом со
Светланским виадуком. Еще в 1901 году, ког-
да был поднят вопрос о строительстве виаду-
ков, Уссурийская железная дорога поставила
условие городским властям: «немедленно
войти в соглашение с домовладельцами о
неимении ими претензий на устройство виа-
дуков. .. отобрать у них подписки и не прини-
мать на себя никаких обязательств, в части
могущих возникнуть по этому делу исков».
Русские домовладельцы смогли отстоять
свои права и отказались подписывать бу-
маги; китайские домовладельцы побоялись
конфликтовать с властью и уступили, по сути
незаконному, давлению Управы и железной
дороги.
«Подписка
Город Владивосток. 1901 года Августа 14
дня.
Я, нижеподписавшаяся, китайская под-
данная Тау-Це-Лин, владея на праве соб-
ственности участком земли с домом по
Светланской улице в I части, 5 квартале,
под № 39, даю настоящую подписку Влади-
востокской Городской Управе в том, что на
устройство виадука Уссурийской железной
дороги против означенного моего дома и
участка согласна и никаких претензий по
поводу этого ни к Управлению Уссурийской
железной дороги, ни к городу Владивостоку
иметь не буду.
Китайская подданная Тау-Це-Лин, а по
безграмотству Тау-Це-Лин, и по личной
просьбе ея расписался И.К. Нисин».
То обстоятельство, что старый дом Тау
Цайлин после постройки виадука оказался
значительно ниже полотна улицы, и явилось
основной причиной строительства «Зеленых
кирпичиков»: «Воздвигаемый новый камен-
ный дом у Светланского виадука Тау Це-лин
делается с подсыпкой тротуара так, что дом
будет стоять на одном уровне с виадуком, и
лестницы с последнего на восточную сто-
рону не будет».
После смерти Тау Цайлин в 1913 году
ее недвижимость из-за отсутствия рус-
скоподданных наследников по решению
суда в апреле 1914 года перешла в разряд
«выморочного имущества» и должна была
через десять лет стать собственностью города
Владивостока.
«Выписка из протокола № 50 заседания
Владивостокской Городской Управы от 6
сентября 1918 года, п. 38.
Доложено: Рассмотрено заявление опе-
куна над имуществом Тао-Сы-Цай-лин А. В.
Болховитинова о сдаче в арендное пользо-
вание указанного имущества по заявлению
Китайского подданного Чжан-и-тин, опека
над имуществом Тао-сы Цай-лин назначена
в интересах города, т.к. оно должно перейти
к последнему по выморочному праву в апре-
ле месяце 1924 года...
Опека сообщает: Представляя при сем
заявление Чжан-и-тина о сдаче ему в арен-
ду недвижимого имущества № 23 по Свет-
ланской улице, опекуном коего от города
состою я. Настоящим для разрешения за-
тронутого вопроса, считаю необходимым
представить следующие данные:
Валовой годовой доход имущества:
а) Квартиранты, непосредственно пла-
тящие опеке
1/ Шкодзинский, по договору срок 1/VI
1920 — 3000 рублей.
Новакова, по договору срок 1/VI1920 —
3000 рублей.
3/ Букреев, по договору срок 5/V 1919 —
1620 рублей.
4/ Баскаков, по договору срок 1/IV1921 —
6000 рублей.
5/ Чэн-дэ-гуй, по договору срок 11/VI
1919 — 1200 рублей.
6/ Игнатьев, по договору срок 15/VI
1919 — 1560 рублей.
7/ Гарбель, по договору срок 1/IX 1918 —
2000 рублей.
8/ Купеческое О-во Взаимного кредита,
по договору срок 1/IV1923 — 5000 рублей.
в) Квартиранты, не платящие опеке:
1/ г. Тер-Оханян — 3000 рублей.
2/ г. Машо-мо-тун-сун — 10000 рублей.
3/ Синь-Шан — 3000 рублей.
Всего 38060...
16/29 августа 1918 года. Опекун А. Бол-
ховитинов».
После ликвидации НЭПа и изгнания
частных арендаторов в бывшем доме Тау
Цайлин, вплоть до 1990-х годов располагал-
ся магазин Горпромторга «Готовое платье»,
сейчас — магазин «Зеленые кирпичики».
125
Nfi 80. Улица Светланская. Справа, рядом со Светланским виадуком, - дом Катчана; за ним - дома Ян Лая.
1918 год
Несколько соседей Тау Цайлин также
были китайцы. С запада к ее участку при-
мыкало домовладение Катчана (как он сам
указал в одном из документов — Катчан,
сын Талгуанвюна), которое занимало два
земельных участка, выходивших на две ули-
цы: Светланскую и Пекинскую. Недвижи-
мость Катчана сильнее всего пострадала от
железной дороги. Сначала, при прокладке
пути в 1891 году, его домовладение почти
полностью было изъято под полосу отчужде-
ния. Остались два небольших треугольника
земли: один на Светланской улице, другой
на Пекинской, на которых Катчан построил
по одному доходному дому.
Затем в 1908 году при возведении Свет-
ланского виадука (на что Катчан был вынуж-
ден дать подписку в один день с Тау Цайлин)
первый этаж его дома и проходящий вдоль
него тротуар оказались в «яме», а «со сто-
роны дома с тротуара была сделана пологая
лестница (вход на виадук) с площадкой ши-
риною в 2 сажени».
Через два года уровень тротуара подняли
до одного уровня с проезжей частью во из-
бежание опрокидывания экипажей и паде-
ния пешеходов с высоты около двух метров.
Таким образом, первый этаж дома Кат-
чана, засыпанный почти наполовину, фак-
тически превратился в полуподвальный, а
сам домовладелец был лишен возможности
получить за это компенсацию.
В 1915 году Катчан полностью перестро-
ил свой дом на Светланской с учетом новой
высоты улицы. В результате первоначально
скромное двухэтажное здание преобрази-
лось в трехэтажное (с цокольным этажом)
в стиле модерн с богатым декором фасадов
(сейчас — Светланская, 17). В новом доме
Катчана, оснащенном всеми благами циви-
лизации, находилось несколько комфорта-
бельных квартир, а также торговые и офис-
ные помещения: «Магазин бриллиантов и
золотых вещей К.Ф. Филлипек; Нотариус
Р.Ю. Ванаго; Общество “Эсперо”».
Между домом Катчана и «Золотым Ро-
гом» И.И. Галецкого находились дома «ки-
тайского подданного Ян-лай, сыновей его
Ян-и-ти, Ян-и-че и жены его Ян-нан-сы».
Домовладение Ян Лая, как и Катчана,
также было сдвоенным, один его участок
был обращен на улицу Светланскую (сей-
час — Светланская, 15), другой — на улицу
Пекинскую (сейчас—Адмирала Фокина, 14).
126
Nc 81. Дом Тау Цайлин «Зеленые кирпичики» на улице Светланской. 1925 год
С 1891 по 1897 годы Ян Лай очень плотно
застроил участки разнообразными доходны-
ми домами: под конторы и магазины торго-
вых фирм, а также — жилыми.
Торговые здания и склады за ними при-
легали к улице Светланской. Часть из них в
1953 году перестроили в Театр юного зрителя
(сейчас - Светланская, 15-а).
Жилые дома Ян Лая «тяготели» к улице
Пекинской.
Вообще, Пекинская улица, названная в
память Пекинского российско-китайского
договора 1860 года и переименованная в 1964
года в улицу Адмирала Фокина в честь В.А.
Фокина, командовавшего Тихоокеанским
флотом СССР с 1958 по 1962 годы и умерше-
го 23 января 1964 года, в досоветское время
имела самое большое количество китайских
домовладений. Например, перекресток улиц
Пекинской и Алеутской можно было с пол-
ным основанием назвать «китайским». Юж-
ную его часть занимали с одной стороны Чай
(Цаи), с другой — Куперы; северная часть
принадлежала с одной стороны Ху Сынхэ
и Ли Чены, с другой — Несинсин Кантаю и
Ли Лихао.
Довольно долгое время Пекинская улица
была излюбленным местом «несанкциони-
рованной» китайской торговли.
Газета «Дальний Восток» сообщала в ок-
тябре 1903 года: «Пекинская улица, начиная
от Китайской и кончая Корейской улицей,
представляет собой настоящий базар.
С обеих сторон улицы расположились
торговцы-китайцы, продающие фрукты,
зелень, рыбу, разные сласти, и тут же в осо-
бо устроенных палатках на тротуаре рас-
положились сапожники-китайцы со всем
своим инструментом и ящиками. Вся эта
компания, конечно, мешает движению пе-
шеходов».
После того как городские власти очи-
стили Пекинскую улицу от толп китайских
торговцев (перебравшихся на улицу Семе-
новскую, поближе к Семеновскому базару
и «Миллионке»), она приобрела вполне
респектабельный вид.
Сейчас улица, «начиная от Китайской и
кончая Корейской» (ныне — от Океанского
проспекта до улицы Пограничной), включе-
на в список памятников истории и культуры
как ансамбль исторической застройки цен-
тральной части города Владивостока.
127
No 82. Улица Пекинская (Адмирала Фокина). 1912 год
N& 83. Улица Адмирала Фокина (Пекинская). 2012 год
128
Ns 84. Перекресток улиц 25-го Октября (Алеутской) и Пекинской (Адмирала Фокина). На северной (левой)
стороне перекрестка - бывший дом Несинсин Кантая; на южной (правой стороне) - А.К. Купера. 1937 год
№ 85. Перекресток улиц Алеутской и Адмирала Фокина (Пекинской). Слева направо: бывший доходный
дом Несинсин Кантая и бывший доходный дом Ли Лихао (сейчас - Адм. Фокина, 17). 1997 год
129
Ns 86. Перекресток улиц Алеутской и Адмирала Фокина (Пекинской). Бывший дом Несинсин Кантая
(сейчас - Алеутская, 24/Адм. Фокина, 15). 1995 год
Nq 87. Китайцы возле дома Несинсин Кантая. Начало XX века
130
Ns 88. Перекресток улиц 25-го Октября (Алеутской) и Адмирала Фокина (Пекинской). Бывший доходный
дом А.К. Купера (сейчас - Алеутская, 22/Адм. Фокина, 12); первоначально - кабаре-варьете «Модерн»,
до недавнего времени - клуб МВД имени Ф.Э. Дзержинского. Конец 1980-х годов
Nq 89. Улица Адмирала Фокина (Пекинская). Слева направо: бывший доходный дом Ян Лая, бывший
доходный дом А.К. Купера. 1960-е годы
131
Ne 90. Улица Пекинская (Адмирала Фокина) в районе Пекинского виадука. Справа - дом Катчана;
слева - дом Ван Бинлина. 1918 год
Еще один владивостокский домовладе-
лец, о котором хотелось сказать особо, —
широко известный не только на Дальнем
Востоке, но и за его пределами, крупный
китайский предприниматель, большой друг
России — Цзи Фэнтай, или Тифонтай.
В отличие от местных китайцев-до-
мовладельцев он не эксплуатировал свою
недвижимость: не пускал в нее квартиран-
тов, не сдавал внаем торговым фирмам под
конторы, склады и прочее. Он использовал
ее исключительно для своего удобства и
комфорта.
Местом его постоянного пребывания
была столица Приамурского края — город
Хабаровск, но он часто, один или с семьей,
бывал по коммерческим делам во Владиво-
стоке, где оставался достаточно долго.
Большой дом Тифонтая находился на
улице Шефнеровской (сейчас — Дальза-
водской). По одну сторону от него распо-
лагался особняк купца О. В. Линдгольма,
по другую — дом статского советника П.Е.
Хомякова.
Деятельность Цзи Фэнтая в России нача-
лась в 1873 году со службы переводчиком в
Инженерной дистанции города Хабаровска
и, одновременно, с мелкой торговли.
Личные достоинства предприимчивого
китайца, коммерческий талант, помогав-
ший ему торговать открыто, честно и на-
дежно, способствовали быстрому росту его
состояния и авторитета как в русской, так и
в китайской среде.
В декабре 1893 года он принял российское
подданство, его стали называть по-русски —
Николай Иванович Тифонтай. Вскоре он
стал купцом 1-й гильдии, занимался не
только торговлей, но и промышленным
производством. В 1901 году им был создан
Торговый дом «Тифонтай и Ко» с уставным
капиталом в 200000 рублей.
В Хабаровске Тифонтай построил боль-
шую каменную мукомольню с паровой
вальцевой машиной, макаронную фабри-
ку, пивоваренный завод, чугуннолитейную
мастерскую, стекольный завод. К 1907 году
актив Торгового дома Тифонтая превышал
1,2 миллиона рублей.
Огромную помощь России Н.И. Тифон-
тай оказал во время Русско-японской войны:
в доставке продовольствия и боеприпасов.
132
«Ему удалось сформировать вьючный транс-
порт из 1000 мулов, транспорт в 1500 арб с
6000 животными, плюс поставить еще 2000
вьючных животных; им было проложено
более 600 верст грунтовых дорог и прове-
дено земляных работ для фортов и батарей
более чем на 300 тысяч кубов. По свидетель-
ству командира 7-го армейского корпуса
генерал-лейтенанта Сахарова, все это “при
тлетворном влиянии японцев на китайское
население могло быть исполнено только
лишь благодаря исключительным трудам
господина Тифонтая и его огромному авто-
ритету и влиянию, коими он всегда пользо-
вался среди китайцев”...».
Газета «Приамурские ведомости» в февра-
ле 1905 года сообщала: «Японцы оценили го-
лову Тифонтая в 100000 иен (95000 рублей);
эта цифра свидетельствует, какие неоцени-
мые услуги оказывает этот китаец нам через
посредство своих бесчисленных агентов...».
В этой же газете сообщалось, что купец
Тифонтай был представлен лично государю
императору Николаю II в мае 1896 года во
время торжества коронационных меропри-
ятий.
Еще об одной встрече Тифонтая и рос-
сийского императора, когда он был еще
цесаревичем, сообщили китайские авторы
Дуань Гуанда и Цзы Фэнхуэй в журнале
«Жемчужина Востока — Харбин» в 1998 году.
По их версии встреча эта произошла во Вла-
дивостоке, куда, как известно, на крейсере
«Память Азова» в мае 1891 года прибыл на-
следник российского престола цесаревич
Николай Александрович Романов.
Китайские авторы в своей публикации
рассказали о ранее неизвестном и пропу-
щенном русскими исследователями «факте»:
«...Наследник престола Цесаревич Николай
во время прогулки по Владивостоку случай-
но зашел в мастерскую Цзи Фэнтая и в разго-
воре с ним обнаружил, что китаец очень хо-
рошо говорит по-русски. Цесаревич попро-
сил Цзи помочь ему купить пушнину. Китаец
туг же сказал Цесаревичу, что у него есть друг,
который занимается продажей пушнины и,
если он хочет, они могут сейчас же отпра-
виться за покупкой. Престолонаследник
согласился, и, когда они пришли к другу
Цзи Фэнтая (уж не в лавку ли Тау Цайлин
водил Тифонтай Николая?), он увидел, что
действительно товар был высокого качества,
а цена — справедливой. Но Цесаревич вышел
на прогулку, не захватив с собой денег. Тогда
Цзи Фэнтай сказал “Ничего, Вы забирайте
товар, я дам Вам денег в долг”. Цесаревич,
однако, распорядился, чтобы товар принес-
ли ему на следующий день. На другой день
Тифонтай, взяв пушнину, отправился по
назначенному адресу и только тогда узнал,
что имел дело с Наследником Российского
престола. Цесаревич сказал Цзи Фэнтаю:
“Сегодня ты стал моим другом, а как насчет
того, если я дам тебе должность?”. Одна-
ко китаец дипломатично отказался. Тогда
Цесаревич присвоил Цзи Фэнтаю высший
купеческий титул».
Эта трогательная «легенда» в духе русских
и, как выяснилось, китайских сказок о до-
бром царе и наивном купце, конечно же, не
имеет ничего общего с реальностью.
Хотя цесаревич и Тифонтай действи-
тельно встречались (Тифонтай находился
в делегации именитых горожан), только не
во Владивостоке, а в Хабаровске, на пути
Николая Александровича в Санк-Петербург.
И награда действительно была, только не за
№91. Николай Иванович Тифонтай.
Начало XX века
133
предложение дать в долг на покупку пуш-
нины, а за важные (и безвозмездные) дела.
«Формулярный список Хабаровского 1 -й
гильдии купца Тифонтай
Составлен 26 Октября 1895 года
I. Звание, имя, отчество и Фамилия,
сколько отроду лет и какого вероисповеда-
ния.
Русский подданный Хабаровский 1-й
гильдии купец Николай Иванович Тифон-
тай.
От роду 42 лет. Вероисповедания Закона
Конфуция.
II. Из какого сословия происходит, не
имеет ли родового, лично и благоприобре-
тенного имения.
Из подданных Дайцинской Империи.
Имеет благоприобретенное недвижимое
имущество: в городе Хабаровске в 1 кварта-
ле за № 4; в 7 квартале №№ 44, 45 и 47; в 19
квартале №№ 142 и 146; в 33 квартале № 240;
в 43 квартале № 302; в 55 квартале № 370; в
68 квартале № 434 и в 71 квартале № 553; в
городе Владивостоке в 1 квартале за № 2.
III. Прохождение службы, время при-
писки к купечеству и гильдии, с которого
времени состоял в службе по выборам и не
был ли чем награжден, если был, то за что.
В пределы России прибыл в 1873 году.
Выбирает гильдейские документы с 1875
года. За неоднократно оказанные им в раз-
ных видах пожертвования на общественные
нужды города Хабаровска и безвозмездный
отпуск на значительную сумму строитель-
ного материала для сооружения в городе
Хабаровске пьедестала для памятника Графу
Муравьеву-Амурскому, Его Императорским
Высочеством Государем Наследником Це-
саревичем во время пребывания Его Высо-
чества в Хабаровске пожалована серебряная
медаль с надписью «за усердие» для ношения
на груди на Станиславовской ленте.
Состоит Директором Хабаровского Тю-
ремного Комитета Попечительного о тюрь-
мах Общества с 23 Сентября 1891 года (Отно-
шение Председательствующего Директора
Комитета № 105).
Императорским Православным Пале-
стинским Обществом в заседании 7 Октября
1892 года избран в Члены-сотрудники и со-
гласно 29 ст. Устава награжден Высочайше
утвержденным знаком Общества для ноше-
ния на шее.
По свидетельству Господина Военного
Губернатора Приморской области от 21 Де-
кабря 1893 года за № 20444, принят в под-
данство Российской Империи, в чем и дана
присяга.
Предписанием Приморского Областного
Правления от 8 Марта 1894 года за № 5063
причислен в Хабаровские 2-й гильдии купцы
с первой половины 1894 года.
Предписанием того же Областного Прав-
ления от 8 Февраля 1895 года за № 2738 пере-
числен в Хабаровские 1-й гильдии купцы с
первой половины 1895 года.
За многократные в разных видах пожерт-
вования им на общественные нужды города
Хабаровска, безвозмездный отпуск на зна-
чительную сумму материала для постройки
детского приюта в том же городе и другую
полезную его деятельность, пожалована
Господином Приамурским Генерал-Губер-
натором, по Высочайше представленной
Его Высокопревосходительству власти, се-
ребряная медаль с надписью «за усердие» для
ношения на шее на Станиславовской ленте
(Свидетельство Господина Приамурского
Генерал-Губернатора от 19 Мая 1895 года за
№ 3080).
IV. Не был ли в походах, под судом и в
отставке.
Не был.
V. Холост или женат и имеет ли детей.
Женат 1-м браком на Дайцинской под-
данной Ин.
Имеет сына Владимира, родившегося 1
Октября 1887 года; сын вероисповедания
православного, находится при нем. При свя-
том крещении его восприемниками были:
Статский Советник Николай Степанович
Веденский и жена капитана Дмитрия Федо-
ровича Жаворонкова Вера Ивановна».
В 1906 году Тифонтай был награжден ор-
деном Святого Станислава третьей степени,
в 1907 году — орденом Святого Станислава
второй степени.
Из газетных сообщений 1890-х годов
известно, что Тифонтай часто бывал во
Владивостоке. Так, газета «Владивосток» 7
сентября 1897 года писала: «Любопытную
картину можно было видеть в один из про-
шлых спектаклей в зале Галецкого: передний
134
ряд был занят почти исключительно китаян-
ками, привезенными сюда хабаровским куп-
цом Тифонтаем и коммерческим агентом. В
задних рядах также виднелись китаянки и их
дети. Некоторые китайцы привезли, говорят,
по три жены».
Тифонтай всей душой любил Россию.
Его дети обучались в Санкт-Петербурге. По
свидетельству историка А.И. Петрова, прав-
нучка Тифонтая в настоящее время живет в
Москве.
Глубоко пророчески воспринимаются
сейчас слова, которые, поданным В. Неми-
ровича-Данченко, сказал Тифонтай вскоре
после Русско-японской войны: «Будущее
Азии принадлежит союзу Китая с Россией:
вдвоем им ничего не будет страшно».
Николай Иванович Тифонтай скончался
в мае 1910 года в Санкт-Петербурге, похо-
ронен, согласно его завещанию, в городе
Харбине.
Владивостокская
«Миллионка»
Самым известным и воистину «леген-
дарным» местом, связанным с китайским
присутствием во Владивостоке, является
так называемая «Миллионка».
О «Миллионке» написаны десятки ста-
тей, она неизменно фигурирует в научных
и популярных изданиях по истории города.
Когда появилось и откуда пошло это на-
звание — до сих пор не установлено. Самое
распространенное и, наверное, правильное
предположение, что оно возникло под впе-
чатлением от огромного, по владивосток-
ским меркам, скопления людей на неболь-
шой площади.
Обычно вкратце «Миллионка» характе-
ризуется следующим образом: «китайский
квартал, стихийно образовавшийся почти
в самом центре Владивостока. Представлял
собой комплекс тесно стоящих строений, в
большинстве принадлежавших китайцам, с
множеством входов и выходов, лабиринтом
запутанных и тайных проходов, тупико-
выми двориками. Там находились жилые
помещения, ночлежки, парикмахерские,
харчевни, лавки, опиекурильни и притоны,
где укрывались преступники и нелегаль-
ные иммигранты, где часто совершались
убийства и грабежи. Квартал просущество-
вал до середины 1930-х годов, благополучно
пережив имперскую власть, различные “бе-
лые” и “красные” правительства 1917 — 1922
годов, Дальневосточную республику, и был
ликвидирован только в результате поголов-
ного выселения китайцев из Владивостока».
Словосочетание «китайский квартал»,
применяемое в отношении «Миллионки», —
не совсем верное. Территориально «Мил-
лионка» входила в состав квартала № 18
Первой городской части, расположенного
между улицами: Семеновской, Корейской,
Фонтанной и Алеутской, и находилась в
юго-западной его части, на углу Семенов-
ской и Корейской улиц.
18-й квартал — единственный в своем
роде в городе Владивостоке. Он состоял не
из двух, а из трех рядов земельных участков,
причем средний (внутренний) ряд не имел
переулков, упрощавших доступ внутрь квар-
тала, таких, например, как Косой переулок
(сейчас — улица Мордовцева) неподалеку.
Поначалу, пока внутренние и «крайние»
участки находились в собственности одних
и тех же владельцев, это не представляло
затруднений. Они (участки) соединялись
между собой «в задах», составляя единую
территорию одного собственника. Нов 1892
году 18-й квартал с юго-востока на северо-
запад почти поровну был разделен полосой
отчуждения железной дороги. Причем, когда
Временное управление казенных железных
дорог выкупало земли, оно приобретало не
целые участки, а ровно столько, сколько тре-
бовалось под рельсовый путь. А поскольку
железнодорожная линия пересекала квар-
тал наискось, то она «разорвала» проезды
в оставшиеся «углы» внутренних участков.
Это обстоятельство заставило домовла-
дельцев «кооперироваться», устраивая про-
езды и проходы в глубь квартала там, где их
раньше не было. Именно этим объясняется
«лабиринт запутанных и тайных проходов,
тупиковых двориков» в районе «Миллион-
ки», которые при ближайшем рассмотрении
теряют всякую «таинственность».
Так как точных сведений о времени воз-
никновении «Миллионки» до сих пор не
имеется, то исследователи обычно обхо-
дят этот вопрос и пишут, что она возникла
стихийно.
135
No 92. Фрагмент «Плана существующего и проектированного расположения областного города
Владивосток Приморской области» с показанием местоположения квартала No 18 и земельных участков
так называемой «Миллионки». 1910 год
Это кажется маловероятным. Земельные
участки «почти в самом центре Владиво-
стока» представляли слишком большую
ценность, чтобы их владельцы позволяли
кому-либо ими «стихийно» распоряжаться.
Квартал № 18 был нанесен на первый
план города, «разбит на местности и обо-
значен межевыми знаками» в 1867 году об-
ластным землемером М.М. Любенским.
В 1860-х годах, еще до приезда Любен-
ского, значительная территория, от берега
Амурского заливало нынешнего Океанского
проспекта, была арендована первым граж-
данским жителем и первым общественным
старостой Владивостока — купцом Я.Л. Се-
меновым под сельскохозяйственные нужды
и называлась Семеновским покосом.
Стоит ли удивляться, что улица, про-
веденная через Семеновский покос, полу-
чила название Семеновская. В 1936 году
улица Семеновская была переименована в
Колхозную, в 1985 году ей вернули прежнее
название. Перпендикулярная Семеновской
улица Корейская с 1938 года носит название
Пограничная.
После 1872 года и выкупа «дворовых
участков земли в полное владение обывате-
лей» территория покоса стала стремительно
сокращаться. В конечном счете весь покос
поместился на участке между берегом за-
лива, Пекинской, Корейской и Фонтанной
улицами, там, где в 1907 году был устроен
большой, т.н. Семеновский рынок.
18-й квартал в 1875 — 1877 годах перешел
в собственность частных лиц: купца Оска-
ра Смита, купца Карла Купера, старшего
бухгалтера Владивостокского расходного
отделения Казимира Сенницкого, крестья-
136
нина Пустынина, крестьянина Леонтьева,
отставного солдата Степана Иванова.
Земельные участки №№ 476, 477, 479,
на которых и находится «Миллионка», в
1877 году были приобретены крестьянином
Терентием Ивановым. На момент покупки
они, по сведениям городской Управы, яв-
ляли собой «место пустопорожнее, боло-
тистое».
Возможно, Иванов, подобно некоторым
другим домовладельцам, сдавал свои земель-
ные участки внаем под застройку китайцам,
но сведения о налогооблагаемом имуществе
показывают, что на участках почти не было
построек.
В конце 1880-х годов Иванов распродал
участки разным лицам: № 477 — китайскому
подданному Ван Тынсину, № 476 и 479 —
купцу М.И. Жуклевичу.
Таким образом, можно предположить,
что начало «Миллионке» было положено на
рубеже 1880-х— 1890-х годов.
В начале 1892 годаЖуклевич продал свои
участки японцу Сигитаро Такунаго, кото-
рый, в свою очередь, через год перепродал
участок № 476 члену городской Управы К.Ф.
Ильницкому.
Именно Ильницкий первым построил на
«Миллионке» большой каменный доходный
дом (сейчас — Семеновская, 1/Погранич-
ная, 10).
«Акт. 1895 года Июля 14 дня мы, ниже-
подписавшиеся составили сей акт при из-
мерении участка земли, принадлежащего
Коллежскому Секретарю Константину Фро-
ловичу Ильницкому в 1 части, 18 квартале,
под № 476.
Означенный участок имеет по Корейской
улице 27 саж. длины и прилегает шириной
25 саж. к участку китайского подданного
Ван-тын-сина, и построен двухэтажный
кирпичный дом с дверями на участок г-на
Ильницкого. От границы участка дом этот
отстоит менее двух аршин. Смежный уча-
сток Ван-тын-сина проверен по Корейской
улице, причем длина участка по Корей-
ской улице от участка г-на Ильницкого до
смежного участка г-на Смита оказалось 27
сажень....
Член Управы Феклин. Городской Земле-
мер А. Шамшев».
Вслед за Ильницким, начиная с 1897 года,
Ван Тынсин также стал застраивать свой уча-
сток каменными доходными домами.
«Список имуществ, переоцененных в
1898 году для оценочного сбора по случаю
вновь возведенных построек. Составлен
11 сентября 1898 года. Часть 1, квартал 18,
участок 477. Китайский подданный Ван-
тын-син. Дом каменный; дом каменный
двухэтажный».
«Список недвижимых имуществ, пере-
оцененных в 1903 году по случаю возведе-
ния новых построек. Составлен 25 Июня
1903 года.
Часть 1, квартал 18, участок 477. Улица
Корейская. Китайский подданный Ван-
тын-син. Кирпичный двухэтажный дом;
китайский кирпичный театр».
Сигитаро Такунаго в 1902 и 1908 годах
построил три кирпичных дома (сейчас —
Семеновская, 5, 5-в, 7), но, в основном, его
участок был плотно «забит» различными
деревянными постройками.
Несомненно, что в домах Ильницкого
и Такунаго также проживали китайцы, но
в значительно меньшем числе, чем у Ван
Тынсина. Так же, как и на участке русских
домовладельцев Москвиных, частично арен-
дованном Ван Тынсином (сейчас — Семе-
новская, 7-в).
«Часть I, квартал 18, участок 74. Китай-
ский подданный Ван-тын-син (на участке
мещанина ТС. Москвина). Дом каменный
двухэтажный».
В 1914 году участок № 476 был куплен
торговым домом «И.Я. Чурин и Ко». В
бывших домах Ильницкого были устроены
склады и различные производства, а все
«лишние» жильцы выселены. Если здесь и
оставались китайцы, то только служащие
фирмы. С этого времени участок «выпал»
из состава «Миллионки». В советское время
он был национализирован и использовался
под тарный склад «Дальрыбснаба» и цех об-
работки морепродуктов предприятия при-
брежного лова «Океан».
Что касается владельцев 477-го участка,
то их история чрезвычайно запутана и до
конца не выяснена.
Ван Тынсин умер в 1914 году, но еще
раньше в официальных документах появи-
лись имена Ван Илина и Ван Исию, которые
137
стремились принять русское подданство.
Возможно, это были родственники или даже
сыновья Ван Тынсина, а их стремление стать
«русскими» было вызвано запретом на по-
купку и наследование иностранными под-
данными недвижимого имущества.
«М.В.Д. Владивостокский Полицмейстер
Декабря 1 дня 1902 года № 7895
Господину Военному Губернатору При-
морской области
Рапорт
Вследствие предписания от 7 Ноября
с.г. за № 29138 честь имею донести Ваше-
му Превосходительству, что по собранным
мною сведениям оказалось, что Китайский
подданный Ван-и-лин вероисповедания
Буддийского, 35 лет от роду, женат на ки-
таянке Тиан-сы, 30 лет от роду, имеет сына
Цон-тхен».
Полицмейстер Шаврин».
Несмотря на «продолжительное и без-
упречное проживание Ван-и-лина в Примор-
ской области», ему было отказано, поскольку
«принятие в подданство России возможно
только относительно тех китайских поддан-
ных, которые приняли православие и русские
обычаи». Ван Илин же от крещения отказался.
В противоположность ему, Ван Исию по-
шел, что называется, до конца.
«М.В.Д. Приморское Областное Прав-
ление
Отделение 2, Стол 1
29 июля 1913 года. № 16381
Владивостокской Городской Управе
Лицо, поименованное на обороте сего по
журналу Приморского Областного Прав-
ления на 25 число июня месяца 1913 года
состоявшемуся, причислено с первой по-
ловины 1913 года в купеческое 2-й гильдии
сословие города Владивостока Приморской
области, согласно ст. ст. 531-534 том IX Св.
Зак. о состояниях.
О чем Областное Правление сообщает
для внесения в списки купцов 2-й гильдии
города Владивостока.
И.д. Старшего Советника Суханов
Столоначальник Кукс»
Имя» фамилия и отчество Лета Звание и место прежней приписки На основании каких документов причислен
Николай Владимирович Ванисию» одинокий» просвещен Святым Крещением Православного вероисповедания 32 Бывший китайский подданный» принятый в подданство Российской Империи На основании представленных при прошении документов» а именно: I) Свидетельства за № 34702» выданного Военным Губернатором Приморской области; 2) Метрической выписи за № 229; 3) Удостоверения за № 5519 4) Купеческого свидетельства второй гильдии за № 3589; 5) Промыслового свидетельства на торговое предприятие второго разряда за № 3588»
Ван Илин и Ван Исию одними из первых
в городе устроили канализацию на «Милли-
онке», выведя трубу в Амурский залив.
«К докладу Владивостокской Городской
Думе 16 Мая 1907 года№ 16/2889.
О разрешении китайцам Ван-и-сию и
Ван-и-лин устроить канализацию их владе-
ний по Корейской улице.
На утверждение Думы представляется
проект канализации владений китайских
подданных Ван-и-сию и Ван-и-лин в 18
квартале под № 477 по Корейской улице и
проезду Семеновского покоса.
Управа полагала бы возможным утвердить
означенный проект на условиях, выработан-
ных инженером Чечулиным 4 Мая с.г. за № 45.
Постановлено: Проект утвердить».
В ноябре 1907 года к этой системе были
подключены постройки Такунаго и баня
Аморандаса на участке № 478.
138
Прокладка канализационного коллекто-
ра стоимостью свыше десяти тысяч рублей
позволила улучшить санитарную обстановку
густонаселенной «Миллионки».
Среди огромного количества прибываю-
щих во Владивосток китайцев были не толь-
ко труженики, честные торговцы и ремес-
ленники, но и представители преступного
мира. Известно, что в первом десятилетии
XX века на территории «Миллионки» не-
однократно скрывался главарь одной из банд
хунхузов, терроризировавших местное насе-
ление, Чжан Цзолин, ставший впоследствии
маршалом и губернатором северо-восточных
провинций Китая (Маньчжурии). Здесь же
длительное время была база признанного
авторитета преступного мира города — бу-
дущего генерала маньчжурской армии Чжан
Цзунчана.
В 1912 году военный губернатор Примор-
ской области генерал-майор М.М. Манакин
обратился к китайскому населению Влади-
востока с предложением оказать содействие
русским властям в выявлении китайских
криминальных элементов; обращение было
опубликовано 10 января в газете «Приамур-
ские ведомости»:
«Ежегодно прибывают на заработки из
Китая в города и сельские местности При-
морской области много трудолюбивых и за-
конопослушных китайцев, которые честной
работой не только находят себе пропитание,
но и заработанными деньгами поддержива-
ют свои оставшиеся на родине семьи.
Однако ежегодно в область приезжают и
много темных китайских дельцов, которые
не желают работать, а нарушают закон и, за-
нимаясь содержанием опиекурен, банковок
и грабежом, лишают честных, трудолюбивых
и законопослушных китайцев и их семьи по-
стоянного заработка.
Такое положение не может быть терпимо,
а потому предлагаю всем честным китайцам
помогать русским властям и заявлять в По-
лицейское Управление, а в городе также в
Китайское Общество взаимного вспомо-
ществования о местожительстве хунхузов,
содержателей опиекурен и банковок.
Мною чинам полиции строго приказано
немедленно арестовывать и высылать тако-
вых лиц в Китай в распоряжение диплома-
тического бюро для поступления с ними там
по всей строгости законов.
Ввиду того, что если бы квартирохозяева
и арендаторы домов не укрывали бы пороч-
ных китайцев, то последние не могли бы
существовать, мною также приказано всех
квартирохозяев и арендаторов домов, в ко-
торых будут обнаружены хунхузы, тайные
притоны разврата, банковки и опиекурни,
арестовывать и высылать в Китай.
Призываю всех законопослушных китай-
цев оказать в данном деле помощь русским
властям, предупреждаю всех китайцев, на-
рушающих закон и лишающих работников
их честного заработка, что с ними будет по-
ступлено строго, не делая разницы между
богатым и бедным».
Нельзя определенно утверждать, что
именно это обращение губернатора оказа-
ло влияние на Ван Исию, но уже в начале
февраля 1912 года он обратился к русским
властям со следующим предложением.
«Его Высокоблагородию Господину При-
ставу 3-го участка города Владивостока
Китайского подданного Ван-и-сию, жи-
тельствующего в городе Владивостоке по
улице Корейской
Прошение
В моем доме по Корейской улице, не-
смотря на ежедневные, производимые мною
лично при помощи моих же служащих про-
верки безбилетных китайцев, поиск опиеку-
рилен и банковок, все-таки чинами полиции
при облавах безбилетные китайцы, опиеку-
рильни каждый раз обнаруживаются; желая
раз и навсегда положить конец проживанию
в моих домах безбилетных китайцев, опиеку-
рилен и азартных игр, имею честь покорней-
ше просить ходатайства Вашего Высокобла-
городия о разрешении мне держать на свои
средства двух городовых. Город Владивосток.
8 Февраля 1912 года. Китайский подданный
Ван-и-сию».
«М.В.Д. Департамент Полиции по 2-му
Делопроизводству
6-го Апреля 1912 года № 10875
Господину Приамурскому Генерал-Гу-
бернатору
Вследствие отношения от 5-го Марта
1912 года за № 3699, имею честь уведомить
Ваше Превосходительство, для зависящих
распоряжений, что, согласно ходатайству
139
китайского подданного Ван-и-сию, мною,
на основании прим. 2 к ст. 642 Общ. Учр.
Губ. т. II Св. Зак., по прод. 1908 года учреж-
дены в составе Владивостокской Городской
полицейской команды... две должности го-
родовых на общем для таковых должностей
основании и с возмещением от Ван-и-сию
издержек казны на содержание означенных
должностей... За Министра М.В.Д. Товарищ
Министра Золотарев».
Кроме того, благодаря материальной
поддержке китайского торгового общества,
несшего значительные убытки от вымога-
тельств уголовных элементов и других кри-
минальных посягательств, во Владивостоке,
в районе наибольшего скопления китайцев
(а значит, и «Миллионки»), начала действо-
вать китайская полиция при Владивосток-
ском полицейском управлении.
Китайская полиция состояла из заве-
дующего, им был назначен русский — по-
мощник пристава 3-й полицейской части,
и семи китайских десятников-полицейских,
имевших право носить специальные бляхи, в
подчинении каждого из которых находились
десять китайских полицейских.
Для службы в полиции китайцы проходи-
ли тщательный отбор, их работа считалась
престижной: полицейские-китайцы были
наделены законными властными полно-
мочиями и имели стабильное, достаточно
высокое жалование; «стать полицейским
мечтал практически каждый китаец».
Китайское подразделение полиции име-
ло среди соотечественников обширную сеть
информаторов, сообщавших о совершенных
и планируемых преступлениях. Задачами
китайской полиции были: защита китай-
ских торговцев от хунхузов, искоренение
преступности среди городского китайского
населения, борьба с торговцами опиумом
и опиекурением. Особое внимание уделя-
лось незаконной торговле спиртными на-
питками.
В «Объяснительной записке к годовому
отчету за 1913 год» полицейский пристав
3-й части С.К. Процук сообщал: «...Тор-
говля в районе 3-й части, в особенности
трактирная, сильно растет, вследствие чего
пьянство доходит до невероятных размеров.
Чтобы искоренить это зло, хотя бы до неко-
торой степени, было бы весьма желательно
Ns 93. Улица Семеновская. Справа - кирпичный двухэтажный дом, построенный К.Ф. Ильницким
(сейчас - Семеновская, № I), а также деревянные дома Сигитаро Такунаго. 1918 год
140
воспретить китайцам открывать винные лав-
ки, так как китайцы нашли гораздо более вы-
годным торговать водкой, чем какими-либо
другими товарами. Указываю на китайцев
потому, что почти во всех улицах 3-й части
торговля водкой находится исключительно
в руках китайцев. У последних специально
развита торговля в недозволенное время, и
бороться с этим злом чинами полиции поч-
ти невозможно, так как у каждой китайской
лавки имеется всегда несколько сторожей-
китайцев, которые следят за каждым движе-
нием чинов полиции».
Несмотря на недостатки и многочислен-
ные проблемы, китайская полиция действо-
вала весьма успешно, она вела борьбу про-
тив карманников, ловила убийц, оберегала
китайских торговцев от «наездов» местных
преступных «авторитетов», раскрывала по
горячим следам грабежи и кражи. Согласно
статистическим данным, в 1914 году в рай-
оне 3-й полицейской части было совершено
1243 преступления и правонарушения, а в
1915 году — уже только 738, в 1916 году — 760.
Одним из важных достижений китай-
ской полиции была ликвидация нескольких
подпольных мастерских по изготовлению
фальшивых русских документов и денеж-
ных знаков.
В 1914 — 1919 годах китайская полиция
была подчинена начальнику сыскного отде-
ления, в 1921 году она была реорганизована
в «китайскую милицию».
В первые годы советской власти опыт ра-
боты китайской полиции был использован
в деятельности китайского отделения При-
морского уголовного розыска.
Окончательно владивостокская «Мил-
лионка», какой мы ее знаем, была сфор-
мирована во время Гражданской войны и
интервенции.
Первоначально земельный участок № 477
не имел выхода на улицу Семеновскую, толь-
ко на улицу Корейскую и, через отдельные
ворота, к железной дороге.
По-видимому, в 1919 году Сигитаро Та-
кунаго продал соседу западную половину
479-го участка, на котором в 1919 — 1921
годах был выстроен знаменитый трехэтаж-
ный дом-колодец, через который можно
было попасть на 477-й участок, не обходя
для этого угол квартала.
Ns 94. Улица Семеновская. Справа - кирпичный двухэтажный дом, построенный К.Ф. Ильницким,
деревянные дома и каменный двухэтажный дом Сигитаро Такунаго (сейчас - Семеновская, N& 7)
141
Ns 95. Улица Семеновская с новым
большим кирпичным домом -
Семеновская, Ns 3. 1921 год
Ns 96. Улица Семеновская.
На заднем плане - дома и проход
во двор малой «Миллионки» -
Семеновская, Ns 8. 1918 год
142
Ns 97. Внутренний вид дома-колодца - Семеновская, Ns 3. 1923 год
Ns 98. Внутренний вид дома-колодца - Семеновская, Ns 3. 1923 год
143
После корректировки адресов в 1923 году
увеличенное домовладение получило двой-
ной адрес: улица Корейская, № 12/улица
Семеновская, № 3.
Согласно «Списку домовладельцев горо-
да Владивостока на 1924 год», Корейская,
№ 12 и Семеновская, № 3 принадлежали
Ван Илину.
В будущем его сменили другие хозяева.
Несмотря на огромные перемены в стране
и городе, «Миллионка» практически не из-
менилась. Как сообщал «Дальневосточный
справочник-календарь за 1928 год»:
«Яркой экзотикой поражает приезжаю-
щего во Владивосток китайская часть города.
Она расположена в двух кварталах от самого
центра и именуется в основном ее сосредо-
точении “Миллионным двором”.
Он ярко сохранил все особенности и ти-
пичное лицо китайских городов. Постро-
енный для китайцев он преисполнен хаоса.
Длинные сводчатые ворота ведут в узкий
двор, по обе стороны их — китайские ла-
вочки, ресторанчики с висящими при входе
цветными цилиндрическими фонарями и
лотки. По всей длине дома на высоте второго
и третьего этажей — крытые галереи, малень-
кими и узкими мостиками сообщающиеся с
флигелями. Масса входов и выходов.
Необычная скученность построек, мно-
гоголосый гортанный говор тесной толпы,
уплотненные до крайности лавчонки и
харчевни, ресторанчики и цирюльни, ма-
стерские и пекарни переносят европейца,
посетившего Владивосток, сразу же в другой,
непривычный для него мир.
Название “Миллионка” произошло от
многочисленности населения. Первона-
чально имелся в виду один дом, который
сами его жильцы так окрестили, а потом и
все горожане стали называть “Миллионным
двором” или “Миллионкой”».
Если до революции совместными усили-
ями домовладельца, русской и китайской
полиции удавалось сдерживать китайский
криминал в «пределах разумного», то за вре-
мя российской смуты «Миллионка» прочно
закрепила и сохранила за собой дурную сла-
ву самого злачного места в городе.
В 1920 — 1930-е годы в редком номере
областной партийной газеты «Красное Зна-
мя» не появлялось сообщения о том, что
милиция «накрыла» очередной китайский
притон. Но взамен ликвидированного при-
тона тут же организовывался новый.
В одном из документов 1929 года отме-
чалось, что борьба осложнялась тем, что
«фактические содержатели притонов, живя в
стороне от них, оперируют организованной
сетью подставных лиц, с которыми и при-
ходится иметь дело работникам милиции...
Подставные лица, получая определенное
вознаграждение в случае ареста и содержа-
ния под стражей, продолжают пользоваться
материальной помощью своих “хозяев” в
виде разных сравнительно щедрых пере-
дач... Главные же виновники (содержатели
притонов) остаются безнаказанными и про-
должают свою преступную работу. Затрудне-
ние по выявлению подлинных содержателей
притонов осложняется сугубой конспира-
цией среди китайцев, отчасти из-за боязни
широко практикующейся мести со стороны
целой организации и отчасти в силу личной
заинтересованности. Это обстоятельство
ведет к тому, что ликвидированный при-
тон через небольшой промежуток времени
возникает вновь и зачастую в том же самом
помещении...».
Первая серьезная «атака» на «Миллион-
ку» была организована в конце 1933 года.
Предварительно сотрудники НКВД провели
тщательную разведку по выявлению макси-
мального количества притонов и притоносо-
держателей на Корейской, № 12/Семенов-
ской, № 3, также по адресам: Семеновская,
№ 8 и Пекинская, № 5.
«Секретно
Председателю Облисполкома тов. Воль-
скому
Докладная записка
по вопросу о состоянии преступности
в доме № 12 по улице Корейской, угол
Семеновской [А<?5], «Миллионка»
1, Расположение дома
Дом расположен на углу улиц Семенов-
ской и Корейской, с обеих сторон имеет
“главные ворота” — выходы, по бокам обоих
ворот при входе расположены китайские тор-
гаши —лотки, кухни китайского типа, кипя-
тильники, столовые, лавочки под вывеской
“бывших красных партизан”, “Обкомпом”,
“Промсоюз”, много торгашей-“одиночек”,
144
торгующих водкой, папиросами, контра-
бандой, предлагают место для свидания с
проститутками и т.д. — в основном этим изо-
билуют ворота с Семеновской улицы.
Этому еще способствует и то, что дом рас-
положен вплотную с барахолкой и колхоз-
ным базаром, что делает дом “Миллионку”
очень популярным.
Во дворе дома имеется много этих же
лавочек, столовых, кондитерских и т.д. со
всевозможными товаро-продуктами по ры-
ночным ценам. Всю эту закуску дополняет
продаваемая из-под полы водка, которой в
этом районе преимущественно торгуют ки-
тайские заведения, как и вся торговля в этом
доме возглавляется китайскими гражданами.
Во дворе “Миллионки” имеется баня, те-
атр, складские помещения, множество квар-
тир, и этот дом, начиная с 6 утра до 12 ночи,
живет людьми посторонними, покупают,
продают, воруют, хулиганят, мошенничают.
Вот чем отличается этот дом.
После 12 часов ночи закрываются все во-
рота, все переносится в квартиры дома. Дом
имеет в изобилии коридоров, проходов, все
дома связаны друг с другом переходными
капитальными мостами, поэтому, не выхо-
дя во двор, можно быть связанным со все-
ми домами, входящими в так называемую
“Миллионку”.
2, Внутренний вид “Миллионки”
Дома, расположенные под № 12, угол
Корейской и Семеновской, имеют всего
квартир “200”, к этому следует добавить, что
каждая квартира разгорожена от одной до
четырех перегородок, да еще устраиваются
полати, следовательно, сумму квартир сле-
дует помножить минимум на четыре.
Кроме этого, коридоры и зимой и ле-
том представляют из себя ночлежку, где
ютятся сотни человек, преимущественно —
китайцы.
3. Характерные виды преступности
и преступлений «Миллионки»
Основным, закоренелым видом престу-
плений “Миллионки” являются притоны
наркомании, как-то: морфий, опиекурение,
которые дают другие виды преступлений —
прием краденых вещей, ценностей, появ-
ление хунхузов, дележка награбленного,
проституция, все это тесно связано друг с
другом.
Вторым—торговля водкой, контрабандой,
отсюда — хулиганство, поножовщина, убий-
ства на почве пьянки, дележки “прибылей”.
Третье — это появление антисоветского
элемента с контрреволюционной целью, ко-
торый может найти себе место для ночлега,
пристанище, а иногда «сочувствующего» из
числа деклассированных людей, включая
преступников.
Кроме всего этого, дом исключительно
антисанитарен, источник всех видов эпи-
демии, т.к. люди, посещающие этот дом,
могут уносить насекомых на себе, как и там
живущие легко разносят этих насекомых по
всему городу.
Нанимателей квартир, как и нанимателей
магазинов /хотя последние и под вывеской
общественных организаций/, трудно най-
ти. Всегда можно встретить “доверенное”
лицо или “приказчика”, который, произво-
дя “операции”, прибыли непосредственно
передает “хозяину”.
Каждая квартира имеет своих квартиран-
тов: ночью — ночлежники, вечером — про-
ститутки, притоны наркотические; днем —
спекулятивные, контрабандные сделки.
Немалое количество занимается скуп-
кой краденого, переделкой, перекраской,
краденое принимается у воров в залог /тип
своеобразного ломбарда/, некоторые явля-
ются скупщиками контрабандных продук-
тов, товаров для торговли не только внутри
“Миллионки”, но и вне ее.
“Миллионка” является самой большой
Черной биржей, которая поглощает в себе
абсолютно все поименованные виды пре-
ступлений.
В том числе имеются и китайские мо-
литвенные дома, китайские гадальщики и
другие виды мошенничества.
4. Профилактические мероприятия
Дом должен быть очищен не только от
наркоманов и притоносодержателей, но и
изъят от владельца, которым в данное время
является китайский подданный.
Изменить внутреннюю структуру дома,
ликвидировать массовые перегородки в
каждой квартире /кстати, эти перегородки
не безопасны и в пожарном отношении/.
Выселить из дома лиц, не занимающихся
общественно-полезным трудом, создав са-
нитарные условия дома и квартир.
145
Состав лавочек общественных органи-
заций должен быть пересмотрен, т.к. они
абсолютно ничем не отличаются от частных,
кроме вывесок.
Вместе с этим надо разрешить вопрос и о
барахолке вблизи “Миллионки”, как необ-
ходимой принадлежности дома, с перенесе-
нием ее в другое место города, озеленив эту
площадь, которая связана с одной стороны с
домом “Миллионки”, с другой — с бухтой и
рядом Дом колхозника. Таким образом, вме-
сто дома-притона и антисанитарии можно
получить один из лучших рабочих домов, в
котором можно разместить до “_” человек
с театром, столовыми, банями и т.п.
Малая “Миллионка”
Под этим названием до 1929 года /до
конфликта на К.ВЖД/ существовал дом по
Семеновской улице, впоследствии пере-
данный Дальзаводу, где живут рабочие, и
дом приобрел вид жилого дома трудящихся.
Но по соседству с этим домом против
“Миллионки” приобрел значение “Малой
Миллионки”, так его называют в среде оби-
тателей этого дома, и он мало чем отличается
от “Миллионки”, кроме самого количества
домов внутри и его расположения. Дом рас-
положен по Семеновской улице, № 8, вход —
главные ворота, и выход на Пекинскую
улицу, 5. На протяжении всего двора рас-
положены те же торговцы, под теми же вы-
весками общественных организаций, только
с небольшим количеством антисанитарии,
пьяных, хулиганов. Естественно, что так как
дом меньше по размерам, чем “Миллионка”,
то густота населения и толчея больше замет-
ны. Дом, также, как и “Миллионка”, опасен
в эпидемическом и пожарном отношениях. В
общем, дом этот ничем особенно от “Милли-
онки” не отличается, кроме своих размеров.
Дом принадлежит китайскому подданному,
в нем живет “500” “приписанных” жильцов
и имеется “50” торговых точек.
Этот дом, так же, как и первый, должен
быть ликвидирован.
“Справка
I/ Дом номер — Семеновская, З-Корей-
ская, 12 /“Миллионка”/ принадлежит двум
владельцам: Семеновская, № 3 - китайско-
му гражданину ВАН-И-НАН, проживающе-
му в Шанхае. Его доверенный — ВАН-ФО-
ЛУ, проживает по Батарейной улице, № 2 и
в данное время выехал в Китай, замещает
его доверенный ВАН-ПУ-ГИН, прожива-
ющий по Батарейной, № 2 /контора домов-
ладения/. В доме Семеновская, 3 жильцов
свыше 300 человек /точно не установлено,
т.к. прописанных 125/, имеется подваль-
ных помещений — 2, кондитерских — 3,
столовых-ресторанов — 3 и другие торговые
предприятия, бань — одна и один театр. В
доме рабочих и служащих живет не больше
50 человек, остальные не занимаются обще-
ственно-полезным трудом.
2/ Дом № 12 по Корейской улице /та же
“Миллионка”/ принадлежит китайскому
гражданину ВАН-КЕН-СИУ, который в
данное время находится в Чифу. Доверенный
тот же, что и на Семеновской, № 3, в этой
части дома имеется 150 квартир, жильцов
свыше 1000 человек, магазинов — 7 и другие
торговые организации.
3/ “Малая Миллионка” тоже принад-
лежит двум владельцам. Часть со стороны
Семеновской, № 8 принадлежит китайско-
му гражданину ЧЕН-ЧИН-ЧЖОУ, прожи-
вающему в Харбине; с Пекинской, № 5 -
ЧИН-ЛОУ-САНО, проживающему в Чифу.
Доверенный обоих домов ДЕН-ЮЙ-ЛОУ
проживает по Семеновской, № 8 кв. 33/3. В
доме имеется до 400 жильцов, 15 торговых
точек, 4 столовых, 2 кондитерских, 4 склада
и другие торговые помещения. До 50% жиль-
цов работают. Квартирная плата взимается
сборщиками от 20 — 30 до 300 рублей в ме-
сяц за квартиру и даже выше, кроме этого
жильцы от себя сдают углы другим лицам. /
Сведения взяты со слов дворников/.
4. IX-1933 года.
Нач. Управления РК Милиции Примор-
ской области Селютин».
«Совершенно секретно
Докладная записка по вопросу
притононасыщенности
города Владивостока
по состоянию на I/IX-1933 года
Одним из уязвимых мест города Влади-
востока по своему количественному содер-
жанию притонов является многоизвестная
“Миллионка”. “Миллионка” является
крупнейшим домовладением, принадлежа-
щим зажиточному китайскому подданному
Ван-и-нану /ныне находящемуся в Шанхае/.
146
Домовладение последнего занимает целый
квартал 3-этажных строений Семеновской
улицы, № З-Корейской улицы, № 12.
Зданию присвоено название “Милли-
онки” в силу его вместительности, так как,
по подсчетам, здание насчитывает до 300
квартир с населением свыше 3000 человек
исключительно китайцев, из коих 80% со-
ставляет нетрудового элемента, существуя
за счет содержания всевозможных притонов
и спекулятивных махинаций.
Несмотря на то, что “Миллионка” на
протяжении десятков лет представляет из
себя основную базу — рассадник и убежище
преступного элемента различной окраски
не только города Владивостока, но и Даль-
невосточного края, все же существование
последней продолжается значительно по-
вышенным ростом всевозможных притонов,
т.к. на сегодняшний день “Миллионка”
имеет в своем распоряжении следующее
количество различных притонов, а именно:
опиекурилок — 38, при которых имеется 83
трубки и плюс к ним 146 лампочек; морфи-
ниловок — 21 с 98 шприцами; притонопро-
ституцию — 2, скупка краденых вещей — 5;
притонов шинкарства /торговля спиртными
напитками/ — 4; итого — 70. Кроме того, там
же гнездятся мелкие и крупные контрабан-
дисты, категории лиц, занимающихся тор-
говлей белым товаром, просто спекулянтов и
торговцев из-под полы, питательные ларьки,
лица, специально занимающиеся переот-
правкой людей за границу — валютчиков,
притоны воров и воров-рецидивистов и т.д.
Все перечисленные прелести “Милли-
онки” действуют на рабочую массу Вос-
точников самым отвратительным образом,
быстро ее разлагая и втягивая в омут азарта,
наркотизма и пьянства.
№ 99. Дом Семеновская, Ns 3 с «главными воротами» - входом на «Миллионку» с южной стороны. 1933 год
147
Разлагающее влияние “Миллионки”
настолько велико, что число опиекуриль-
щиков не уменьшается, причем преступная
деятельность последней, а главное, разлага-
емое влияние на рабочую массу за последнее
время настолько возросло, что ежедневно
можно насчитать десятки случаев невы-
хода рабочих на работу в предприятиях, в
особенности по разгрузке пароходов, рыб-
ных промыслов и отправки пароходов в
заграничное плавание лишь потому, что на
данной отрасли работы преимущественно
работают Восточники, которые благодаря
квартирному кризису попадают в объятие
“Миллионки”.
В силу чего, дальнейшее существование
“Миллионки” ни в коей степени недопусти-
мо ввиду ее ежедневного повышения раз-
врата в плоскости наркотизма среди рабочей
массы, в особенности Восточников, так как
здание, именуемое “Миллионкой”, к насто-
ящему времени имеет одно целое — объеди-
ненный притон наркотизма, проституции
и прочее, в дебрях которого ютятся тысячи
людей, попавших под волю разврата. Отсюда
вопрос — разгром “Миллионки” требуется в
самые ближайшие дни, несмотря на то, что
при данной операции необходимо будет ре-
прессировать десятки китайских подданных
как притоносодержателей.
Списки притонов, притоносодержателей,
находящихся в расположении большой и
малой “Миллионки”, прилагаются с фото-
графиями заснятых отдельных притонов
последней.
Врид. Нач. 00 МСДВ и ПОООГПУ
Темнов
Нач. 1-го Отделения Попов»
Ns 100. «Вид здания со двора “Миллионки”». Фотоприложение к докладной записке ГПУ. 1933 год
148
Ns 101. «Вид двора 1-го подъезда “Миллионки”». Фотоприложение к докладной записке ГПУ. 1933 год
149
Ns 102. «Вид здания 2-го этажа “Миллионки”». Фотоприложение к докладной записке ГПУ. 1933 год
150
Ns 103. «Вид зданий с южной стороны “Миллионки”». Фотоприложение к докладной записке ГПУ. 1933 год
151
Ns 104. «Азартная игра «Сян-чи». Фотоприложение к докладной записке ГПУ. 1933 год
152
Ne 105. «Притон морфиниловки». Фотоприложение к докладной записке ГПУ. 1933 год
№ 106. «Один из притонов опиекурения». Фотоприложение к докладной записке ГПУ. 1933 год
153
Ns 107. «Притон азартных игр “Миллионки”». Фотоприложение к докладной записке ГПУ. 1933 год
«Список
притонов, находящихся в расположении Большой и Малой “Миллионки” г. Владивостока
по состоянию на 3I/VIII-I933 года
Фамилия и имя притоносодерж. Адрес Краткая характеристика
I ЧУН-ЛАН Семеновская, 3 кв. 122 Скупка краденых вещей и шинкарство. 43 лет, прибыл из-за кордона в 1929 году нелегальным путем, с момента приезда и по настоящее вре- мя занимается содержанием притона по скупке краденых вещей и продажи спирта.
2 ЧЖАН-КУЙ-ВЫН Семеновская, 3 кв. 48 Китайский подданный, 65 лет, в СССР с 1925 года, проживает в городе Владивостоке, где ис- ключительно занимается содержанием притонов. В настоящее время содержит притон опиекурения, в притоне имеется 3 трубки, 6 лампочек. Суточный доход от притона имеет от 600 до 700 рублей.
3 ЧЖАН—КИН—ВИН Семеновская, 3 кв. 24 Китайский подданный, 38 лет, в 1929 году неле- гально прибыл на территорию СССР в город Влади- восток, где проживает без определенных занятий, занимаясь исключительно содержанием притонов. В настоящее время содержит притон азартных игр /“Сабо”/. Суточный доход 800 рублей.
154
N« 108. «Один из гадальщиков “Миллионки”». Фотоприложение к докладной записке ГПУ. 1933 год
4 ПАН-ДЕ-ИР Семеновская, 8 кв. 39 38 лет, в 1930 году нелегально прибыл из Ки- тая в город Владивосток, с момента приезда и по сие время содержит притон опиекурения, в котором имеется 2 трубки и 4 лампочки, доход в сутки исчисляется в 800 рублей.
5 ВАН—BE—ЛУ Семеновская, 8 кв. 51 Китайский подданный, 40 лет, в 1929 году нелегально прибыл из Китая во Владивосток, где по настоящее время занимается содержа- нием притона опиекурения, в котором имеется 2 трубки и 4 лампочки, доход притона доходит до 900 рублей.
6 ЛИ—ЧЖУН—ШАН Корейская, 12 кв. 54 Китайский подданный, 42 лет, с 1926 года про- живает в городе Владивостоке без определен- ных занятий, занимаясь притоносодержанием. В данное время содержит притон опиекурения, в котором имеется 2 трубки и 4 лампочки. Суточ- ный доход от притона доходит до 1000 рублей.
7 СУ-ЛО-СЫ. Он же ДЖ0У-Л0-СЫ Корейская, 12 кв. 43 Китайский подданный, 35 лет, с 1926 года прожи- вает в городе Владивостоке, где и по сие время находится без определенных занятий, занимаясь содержанием притона морфия, в котором имеется 5 шприцов, кокаин и морфий.••
155
Ns 109. «Уличное изготовление пампушек в стенах “Миллионки”». Фотоприложение к докладной записке
ГПУ. 1933 год
62 ЛЮ—ЖАН—ГУЙ Семеновская, 8 кв. 39 Китайский гражданин, 34 лет, в 1928 году неле- гально прибыл из Китая во Владивосток, где со дня своего прибытия занимался скупкой краде- ных вещей и притоносодержанием. В данное время имеет притон опиекурения, в котором имеется 3 трубки и 6 лампочек.
63 ЯН—КИ—СЕН Семеновская, 3 кв. 114 Китайский гражданин, 47 лет, с 1926 года про- живает в городе Владивостоке без определенных занятий, существует за счет содержания всевоз- можных притонов. В настоящее время имеет притон морфия, в котором имеется 9 шприцов, морфий и ко- каин. Суточный доход притона свыше 1000 рублей.
64 ВАН—ЮЙ—ЛУН Семеновская, 8 кв. 72 Китайский подданный, 33 лет, с 1926 года про- живает во Владивостоке, с момента приезда и по сие время существует за счет нетрудовых дохо- дов. В настоящее время в его квартире находится притон опиекурения на 4 трубки и 8 лампочек.
65 ян-зы-хо Семеновская, 3 кв. 37 Китайский подданный, 38 лет, с 1920 года прожива- ет в городе Владивостоке, где с 1929 по занимается притоносодержанием. В настоящее время содержит притон азартных игр на Дзержинской, 16 кв. 8.
156
Ns 110. «Внутренний вид китайской харчевни, расположенной в “Миллионке”». Фотоприложение к
докладной записке ГПУ. 1933 год
66 ЛИ—ЗУН—ХЕ Корейская, 12 кв* 125 Китайский подданный, 24 лет, с 1927 года и по настоящее время проживает в городе Владиво- стоке, где систематически занимается скупкой и перепродажей краденых вещей*
67 СЮЙ—ДА-ЛИ Семеновская, 3 кв. 99 Китайский подданный, 50 лет, в прошлом груз- чик, в течение последних 2 лет содержит притон опиекурения из I трубки.
68 лю-кин-сон Семеновская, 3 кв. 66 Китайский подданный, 30 лет, бывший моряк, в последние годы содержит притон опиекурения, в котором находится I трубка и 2 лампочки. Одно- временно с этим поддерживает связь со спеку- лянтами и контрабандистами*
69 ЮЙ-ЦЗЫ-ЧЕН Семеновская, 8 кв. 42 Китайский подданный, 38 лет, с 1923 года про- живает в городе Владивостоке, в течение 4-5 лет содержит притон морфия, где имеется око- ло 5 шприцов, доход от притона в сутки до 800 рублей •
70 вон-хо-шин Семеновская, 8 кв. 43 Китайский подданный, 39 лет, спекулянт, в по- следнее время содержит притон опиекурения из I трубки и I лампочки. Прибыль от притона по- лучает до 400 рублей в сутки.
157
№ III. Вид «Миллионки» со стороны улицы Пограничной (Корейской). Конец 1930-х годов
158
159
Ns 112. Один из домов «Миллионки», построенный Ван Тынсином, - Пограничная (Корейская), Nc 12.
Конец 1930-х годов
Поскольку масштабная «зачистка» кри-
минального элемента «Миллионки» в 1933
году не завершилась ее полным «разгромом»,
вместо закрытых притонов, хоть и в мень-
шем количестве, возникли новые; вместо
арестованных притоносодержателей появи-
лись их более удачливые «коллеги».
Но были некоторые изменения в лучшую
сторону.
О том, как причудливо переплелись на
«Миллионке» старые пороки и ростки но-
вого быта, свидетельствует заметка в газете
«Красное Знамя» от 9 января 1936 года.
«Новый китайский ресторан Владторга
открылся на Семеновской улице, в доме
№ 3. Ресторан роскошный, в 2-х этажах
здания. Чистое светлое помещение, акку-
ратные столики, культурное обслуживание.
На 2 этаже — 10 кабинок, внизу — общий
зал. В ресторане работают два буфета и на-
циональная кухня. Цены вполне доступ-
ные. Самое дорогое национальное блюдо —
“за-за-бе” — винегрет из курицы, мяса,
яиц, трепанга и проч. — 12 рублей порция.
В день открытия в ресторане праздновалась
китайская свадьба. Лебедчик парохода “Ора-
чон” тов. Ту-ши-юн женился на гражданке
Джан-лай — работнице пошивочной мастер-
ской клуба имени 1-го Мая».
В том же январе 1936 года началась под-
готовка окончательной ликвидации «Мил-
лионки».
В предшествующие три года значительно
возросла активность японской разведки,
засылавшей агентов, в большинстве сво-
ем — завербованных китайцев, с террито-
рии созданного Японией 1 марта 1932 года
марионеточного государства Маньчжоу-го в
северо-восточном Китае на границе с СССР.
Естественно, что в развернувшейся «кон-
трразведывательной борьбе» компетентные
органы справедливо полагали, что «Милли-
онка» и подобные ей места средоточия китай-
ского «социально чуждого» элемента служили
надежным убежищем для японских шпионов.
Серия “К”
«Народный Комиссариат Внутренних Дел
Приморское областное управление
Особый отдел Тихоокеанского флота
30 марта 1936 года. № 793
160
Na 113. Один из домов «Миллионки», построенный Ван Тынсином, - Пограничная (Корейская), № 12.
Конец 1930-х годов
Секретарю Приморского обкома ВКП(б)
Тов. Танегину и Председателю Приморского
Облисполкома Тов. Петрову
Спецсообщение
Особым Отделом ТОФ в период январь-
март месяцев 1936 года ликвидирована груп-
па Китайцев в числе 12 человек, прибывших
на Советскую территорию по заданию япон-
ских разведывательных органов для сбора
сведений об обороноспособности Примо-
рья, а также их сообщники, проживающие
на нашей территории.
29 октября 1935 года на заставу “Золотая”
Гродековского Погранотряда явился китаец
Ван-Юй-Чен, нелегально перешедший гра-
ницу из Маньчжоуго в СССР и заявил, что
он китайский партизан, был арестован япон-
цами и осужден на 7 лет тюремного заклю-
чения. В октябре 1936 года из тюрьмы бежал
и, опасаясь вторичного ареста, прибыл не-
легально на Советскую территорию, где на-
мерен остаться на постоянное жительство.
После двухмесячного пребывания под
стражей Ван-Юй-Чен, подтверждая свое
пребывание в партизанском отряде и япон-
ской тюрьме, сознался, что из тюрьмы он не
бежал, а освобожден в октябре месяце 1934
года при содействии своего родственника,
близко стоящего к штабу японских войск в
городе Санчагоу, как давший согласие рабо-
тать секретным агентом по разведыватель-
ной работе на Сов. территории.
Первый свой выход на Сов. Территорию
Ван-Юй-Чен совершил в августе месяце
1935 года с разведчиками Сун-Цзы-Сан и
Ван-Ло-Сан, имея поручение посетить в де-
ревне Новожатково Михайловского района
китайца Ван-Пи-Эн (арестован), при со-
действии которого проехать во Владивосток
и собрать сведения:
1. От линии границы до деревни Ново-
жатково свой маршрут отразить схемой,
нанеся на нее дороги и их характеристику,
военно-казарменное строительство, рас-
положение гарнизонов с указанием родов
войск и нахождение аэродромов.
2. Установить наличие во Владивосток-
ском порту советских и иностранных паро-
ходов, подразделив на пассажирские, торго-
во-грузовые и др.
161
Ne 114. Дом, построенный К.Ф. Ильницким, - улица Пограничная (Корейская), № 10 с тарным складом
«Дальрыбснаба». Конец 1930-х годов
3. Наличие военных судов с подразделе-
нием на надводный флот и подводные лодки.
4. Состояние береговой обороны и раз-
меры оборонно-берегового строительства с
нанесением этого на схему.
5. Расквартирование войск в городе с
указанием гарнизонов. Проследить за про-
движением через Владивосток войск по же-
лезной дороге.
6. Выяснить и нанести на схему желез-
нодорожные пути, главным образом ветки в
районе города Владивостока, отходящие от
главной магистрали с указанием протяжен-
ности этих веток.
Город Владивосток для выполнения ука-
занного задания посетили Сун-Цзы-Сан и
Ван-Ло-Сан, сам же Ван-Юй-Чен дошел до
деревни Новожатково, откуда через 7 суток
вернулся в Санчагоу.
Второй выход он совершил в октябре ме-
сяце 1935 года, имея аналогичные задания на
город Ворошилов и его окрестности, при-
чем в этот раз Ван-Юй-Чен шел с расчетом
остаться на Сов. территории длительное
время и в целях добиться свободного прожи-
вания в СССР, решил добровольно явиться в
органы НКВД, изложить легенду о бегстве из
тюрьмы, предложить услуги работать по вы-
явлению японских разведчиков, тем самым
заполучить доверие к себе...
Это дело одно из характерных в серии
вскрытых нами аналогичных дел по линии
японского шпионажа, проводимого путем
использования китайского населения в При-
морье и смежных с ним территорий.
Указанные японским разведчиком Ван-
Юй-Ченом 100 человек, известные ему как
японские агенты, действующие на нашей
территории, не являются вымыслом.
Широко пользуясь возможностью скры-
ваться, а также “легализовать” себя путем
приобретения различного рода поддельных
документов и справок, которые они легко
приобретают у преступной массы, заселя-
ющей легализованные у нас преступные
китайские очаги — “Миллионка” и дру-
гие, японская агентура из числа китайско-
го населения делает всяческие попытки к
162
Ns 115. Дом, построенный К.Ф. Ильницким, - улица Семеновская, № I. Конец 1930-х годов
непосредственному проникновению в пун-
кты концентрации наших вооруженных сил
и оборонительных сооружений.
Нач. ПОУ и ОО ТОФ Визель
Пом. Нач. ОО ТОФ Новицкий».
Теперь уже невозможно выяснить, на-
сколько признание Ван Юйчена соответ-
ствовало действительности и не было «вы-
бито» следователями. К сожалению, НКВД
дискредитировал себя арестом миллионов
«шпионов», впоследствии реабилитирован-
ных, в большинстве — посмертно. Но то, что
японцы имели в Приморье разветвленную
разведывательную сеть, состоящую из ки-
тайцев, завербованных в Маньчжоу-го, —
установленный факт, подтвержденный не
только советскими, но и японскими доку-
ментами, а также независимыми исследо-
вателями.
Реагируя на донесения начальника
Управления НКВД по Дальневосточному
краю Т.Д. Дерибаса, Политбюро ЦК ВКП(б)
17 апреля 1936 года приняло специальное
Постановление, гласившее: «Предложить
тов. Дерибасу ликвидировать “Миллионку”
малыми порциями под тем или иным пред-
логом в течение 4-5 месяцев, т.е. к осени
сего года».
В мае 1936 года Приморское областное
управление НКВД приступило к ликвида-
ции «китайских кварталов», арестовывая
бездокументных жильцов, уголовников и
притоносодержателей, выселяя на улицу
всех остальных и реквизируя дома, принад-
лежащие китайским гражданам.
Все эти действия вызвали многочислен-
ные протесты китайского населения, а ки-
тайское посольство в Москве направило 26
мая и 4 июня 1936 года две ноты в Народный
Комиссариат Иностранных Дел.
События во Владивостоке вышли на уро-
вень межгосударственных отношений и вы-
нудили советское руководство предпринять
шаги по сглаживанию ситуации.
На заседании 17 июня 1936 года Полит-
бюро ЦК ВКП(б) снова обсуждало вопрос
«О ликвидации “Миллионки” во Владиво-
стоке».
163
Ns 116. Все еще Семеновский, но уже «колхозный» рынок рядом с «Миллионной»: у пересечения улиц
Колхозной (Семеновской) и Корейской (Пограничной). 1935 год
164
1.
165
Ns 117. Одна из последних точек неорганизованной торговли рядом с «Миллионной»: барахолка на улице
Дзержинского (сейчас - Фонтанная, 19). 1935 год
Был утвержден проект ответа НКИД ки-
тайскому посольству. Кроме того, Дерибас
получил распоряжение «дальнейшую ликви-
дацию “Миллионки” производить с большей
осторожностью, не давая оснований к обви-
нениям, что это мероприятие направлено ис-
ключительно против китайцев. Сроки и по-
рядок выселения согласовать с НКИД, чтобы
с ликвидацией “Миллионки” закончить не
позже этого года». Одновременно Владиво-
стокскому городскому Совету предписы-
валось «...снабдить жилплощадью всех тех
китайских граждан, которые были или будут
выселены изломов “Миллионки” и которые
проживали там на законных основаниях и не
совершали никаких преступлений».
В ответе НКИД китайскому посольству
объяснялось, что выселение жильцов не
было вызвано негативным отношением к
китайцам, а лишь аварийным состоянием
зданий и криминальной обстановкой в них.
«В течение многих лет местные власти
неоднократно предупреждали управляющих
домовладениями о необходимости ликвиди-
ровать антисанитарное состояние домовла-
дений, обеспечить их в противопожарном
отношении и прекратить незаконное про-
живание в них различных преступных эле-
ментов. Эти предупреждения не дали ника-
ких положительных результатов. Вследствие
этого 6 мая текущего года местные власти
произвели обследование упомянутых до-
мовладений, составили акт об их состоянии
и предложили управляющим устранить все
отмеченные в акте недочеты к 15 июня 1936
года. Ни управляющие домовладениями, ни
жильцы не предприняли, однако, никаких
мер к тому, чтобы к назначенному сроку при-
вести домовладения в надлежащий вид. Кро-
ме того, в домовладениях вновь был обнару-
жен ряд уголовных преступников, незаконно
проживающих и скрывающихся в притонах,
которые, как оказалось, продолжали су-
ществовать в этих домовладениях. Ввиду
такого положения власти были вынужде-
ны прибегнуть к чрезвычайным мерам...».
Прикрывшись «дипломатической завесой»,
НКВД продолжил расселять «Миллионку».
166
Ns 118. Одна из последних точек неорганизованной торговли рядом с «Миллионной»: барахолка на улице
Дзержинского (сейчас - Фонтанная, 19). 1935 год
«Секретарю Приморского Областного
Комитета ВКП/б/тов. Мякинен
Докладная записка об итогах выполнения
директив по ликвидации “Миллионки”
Во Владивостоке до настоящего време-
ни существует ряд домов, принадлежащих
отдельным китайским капиталистам, про-
живающим в Китае, куда выбыли в 1920-
1922 годах, передавших управление домами
своим доверенным лицам.
Наиболее крупными домовладениями
являются так называемые большая и малая
“Миллионка”, находящиеся в центре горо-
да по Колхозной, Корейской и Пекинской
улицам, объединенные в кварталы.
Кроме того, к этим домовладениям при-
надлежат ряд домов вне “Миллионки”, как
то: Уткинская, № 8, Батарейная №№ 2,8,10,
Набережная, № 26, Пекинская, № 4, улица
25-го Октября, №№ 32, 35 и другие более
мелкие здания.
В основном все эти дома каменные, но
за несколько лет, вначале владельцами, а
впоследствии их доверенными в погоне за
наживой, слагавшейся из квартирной платы,
допустили устройство внутри каждой квар-
тиры, вплоть до использования коридоров,
деревянные перегородки временного типа из
фанеры, досок и прочего материала, создав
максимум квартир. Почти в каждой квартире
были настроены двойные нары с расчетом
наибольшего вселения жильцов, пользуясь
небольшой требовательностью в этом отно-
шении со стороны жильцов китайцев.
Кроме того, пользуясь правом хозяина-
частника, к тому же иностранноподданны-
ми с одной стороны, в попустительстве со
стороны наших противопожарных и сани-
тарных органов, доверенные, с целью той
же наживы, вокруг каменных зданий на-
строили разного рода клетушек из разного
хлама, помещая в эти клетушки по 10-15
человек жильцов.
Все это в результате привело к тому, что
большая и малая “Миллионка”, находя-
щиеся в центре города, были приведены в
отвратительные антисанитарные условия и
167
готовые костры, так как все пристройки от-
апливались за счет железных печек.
Дома эти годами не ремонтировались,
внутренние их перекрытия находились в
полуразрушенном состоянии и грозили
обвалом (Пекинская, 5, Уткинская, 8 и Ба-
тарейная, 2).
Пользуясь своей привилегированностью
как частники, доверенные домов на “Мил-
лионке” закрыли почти совершенно доступ
в эти дома русских, а если последние и по-
падали в них, то в большинстве женщины,
сожительствующие с китайцами.
Такое положение привело к тому, что в
центре города находились совершенно обо-
собленные китайские кварталы со всеми вы-
текающими отсюда последствиями.
На протяжении ряда лет, как правило,
было установлено, что прописывается квар-
тиросъемщик. Те жильцы, которых он сам
принимает в свою квартиру на постоянное
и временное проживание, никакой реги-
страции не подвергались. В силу этого, по
домовым книгам, всегда значилось 150-200
человек, фактически же проживало 400-500
человек.
Изолированность от русского населения,
близость границы, возможность иметь лег-
кую наживу на спекуляции контрабандны-
ми товарами и прочее, привело к тому, что
“Миллионки” превратились в сплошные
притоны: опиекурения, морфинистов, про-
ституции, банковки и прочие виды.
“Миллионки” являлись убежищем всего
преступного и бездокументного элемента,
всех прибывающих из-за границы кон-
трабандистов и японских шпионов, при-
чем последние в этих же домах получали
все интересующие их сведения, поскольку
сталкивались с лицами, работающими в го-
сорганизациях и даже на военных объектах.
Мероприятия, которые проводились ор-
ганами НКВД и Милицией по ликвидации
притонов и выявлению отдельных шпио-
нов-контрабандистов, не давали каких-либо
ощутимых результатов, поскольку население
этих домов оставалось одним и тем же кон-
тингентом. Не редки были случаи, когда в
одной и той же квартире в течение 2-3 дней
подряд обнаруживались притоны.
В мае месяце 1936 года, на основании
указаний директивных органов, было при-
ступлено к ликвидации “Миллионок” в
порядке репрессирования не только при-
тоносодержателей, но и всех проживающих
на советской территории без документов и
прочего уголовного элемента.
Одновременно с этим проводилась работа
по изъятию домов “Миллионки” в аренд-
ное пользование советским организациям,
чтобы закрыть доступ в них китайскому на-
селению.
В основном эти мероприятия проводи-
лись и проведены по следующим домам:
1. Корейская, № 12; 2. Колхозная, № 3;
3. Колхозная, № 8; 4. Пекинская, № 5;
5. Батарейная, № 2; 6. Уткинская, № 8.
По указанным домам на 1-е мая с.г. по
прописке значилось 1408 человек. Из них:
Наименование домов Китайцев Русских Корейцев Всего
I Корейская, 12 422 51 8 481
2 Колхозная, 3 96 22 5 123
3 Колхозная, 8 200 60 5 265
4 Пекинская, 5 73 26 2 101
5 Батарейная, 2 146 37 — 183
6 Уткинская, 8 228 28 — 255
Всего: 1165 223 20 1408
К этому числу можно добавить не менее
2500 человек, которые, проживая в этих до-
мах, никогда не прописывались и которые
немедленно же при начале оперативных
мероприятий стали разбегаться на окраи-
ны города и в районы области, а частью, не
желая заниматься общественно-полезным
трудом, выехали в Китай.
За 1936 год, т.е. с января по 1-е ноября,
по указанным выше домам ликвидировано
97 притонов, по которым репрессировано
807 человек.
В результате всех принятых мероприятий
мы имеем совершенно освобожденными 4
дома, т.е. Пекинская, 5, Колхозная, 3, Ут-
кинская, 8 и Батарейная, 2.
168
По Корейской улице, 12 и Колхозной
улице, 8 подлежит расселению 90 человек,
но этот контингент в основном уже явля-
ется рабочими и служащими Советских
учреждений.
Нужно сказать, что на сегодня ни большой,
ни малой “Миллионок” не существует. Все
эти дома к данному времени в большей части
отремонтированы и заняты служащими и ра-
бочими организаций, арендовавших эти дома.
Общая кубатура освобожденных домов
исчисляется в 15867 куб. метров.
За время с 1/1 по 1/ХП-1936 года выехало
в Китай 4202 человека, в том числе до 1 мая —
672 человек и с 1 мая, т.е. с начала проведения
спецмероприятий по “Миллионке” — 3682.
В своем большинстве выехавшие являют-
ся уголовным и беспаспортным элементом,
которые, проживая годами во Владивостоке,
никогда не занимались трудом.
Несмотря на проведенную чистку области
от указанного элемента, мы на данное время
еще имеем большое количество китайцев, не
имеющих никаких документов и нигде не ра-
ботающих, что подтверждается проходящей
перерегистрацией китайского населения. Так,
например, из прошедших перерегистрацию
2986 человек, 690 человек не имеют никаких
документов и 287 человек не имеют видов
на жительство, причем, как правило, все эти
лица живут в СССР от 3 до 10 лет и никогда
не имели соответствующих документов.
Нач. ПОУ НКВД и ОО ТОФ Капитан Гос.
Безопасности Визель
30/ХП-1936 года. г. Владивосток».
Осенью 1936 года часть так называе-
мой большой «Миллионки» была отдана
под общежития, в том числе и студентов-
«восточников».
«Протокол № 27 заседания Президиума
Владивостокского Горсовета РК и КД от 10-
го сентября 1936 года.
...Помещения, находящиеся по улице
Семеновской и Корейской, 2-й и 3-й этажи
над пекарнею, и 4 комнаты в помещении
бывшей бани предоставить для организа-
ции общежитий следующим учебным заве-
дениям: 1. Пединституту на 150 человек; 2.
Педтехникуму на 100 человек; 3. Китайской
Ленинской Школе на 50 человек; 4. Техн-
куму иностранных языков на 40 человек;
5. Медтехникуму на 50 человек...».
Еще несколько зданий, по-прежнему
находившихся в собственности китайцев,
арендовали у них городской отдел ком-
мунального хозяйства (горкомхоз), При-
морское управление торговли (Примторг),
а также Владторг. Оставшиеся здания на-
прямую управлялись доверенными лицами
китайских домовладельцев.
Последующие события показали, что
китайцы, оставшиеся в городе на закон-
ных основаниях или вернувшиеся в город
после завершения спецоперации НКВД,
по-прежнему концентрировались вокруг
«Миллионки» и даже в ней самой. Однако
население китайского квартала, прежде
почти однородное, теперь превратилось в
настоящий интернационал, где бок о бок
сосуществовали служащие и рабочие совет-
ской торговли, коммунальщики, студенты,
европейцы и азиаты, а также актеры китай-
ского театра и другие, легальные и нелегаль-
ные жильцы-китайцы.
Лишь после всеобщего выселения китай-
цев из пределов Советского Союза в 1938
году историю китайской «Миллионки» мож-
но считать оконченной.
«Совершенно секретно
Протокол Бюро Приморского областного
комитета ВКП(б). 21 мая 1938 года
О переселении китайских подданных
В соответствии с указаниями директивных
органов за пределы ДВК до 9 июня с.г. должны
быть переселены все китайские подданные.
В связи с этим Бюро постановляет:
1. При райкомах и горсоветах создать спе-
циальные комиссии для оценки и покупки
недвижимого имущества переселяемых ки-
тайских подданных;
- работу по оценке и последующую по-
купку реализуемого китайских подданных
имущества закончить не позднее 1 -го июня;
- имущество оценивать по действительной
стоимости, исключив возможность всяких на-
реканий на неправильную оценку имущества.
2. Первым секретарям райкомов партии
выделить проверенных работников для ока-
зания китайским подданным содействия в
реализации имущества.
3. Райкомам и райисполкомам предо-
ставляется право мобилизации всех видов
транспорта на время переселения и перевоз-
ки китайских подданных к местам погрузки
железной дороги».
169
Организации, сначала арендовавшие
дома у китайцев, постепенно стали их вы-
купать. Первой в 1938 году перешла в госу-
дарственную собственность так называемая
малая «Миллионка».
«...Завод № 202 им. Ворошилова 17 июля
1936 года снял в арендное содержание,
сроком на 9 лет, у гражданина Китайской
Республики Чен-Чин-Чжоу домовладение,
находящееся по Колхозной улице под № 8 с
арендной платой 72692 руб. 40 коп. в год, что
за 9 лет составляет — 654231 руб. 60 коп. Кро-
ме того, завод принял на себя обязательство
оплачивать ежегодно налог со строения и
земельную ренту и произвести капитальный
ремонт арендуемых строений. Ввиду того,
что гр. Чен-Чин-Чжоу изъявляет желание
указанное выше домовладение продать на-
шему заводу, что при приобретении домов-
ладения в полную собственность есть воз-
можность увеличить в нем жилую площадь
и что, наконец, покупка дома хозяйственно
и экономически вполне целесообразна и
рентабельна.., завод № 202 просит горсовет
дать согласие на покупку домовладения по
Колхозной улице, дом № 8, состоящего из
а) одного 4-этажного каменного жилого
дома, б) одного 2-этажного дома — низ ка-
менный, верх деревянный и в) двух двухэ-
тажных домов, а всего 5507 кв. метров общей
полезной площади...».
На большой «Миллионке» гориспол-
ком приобрел три дома, а за остальные, в
том числе и за бывший китайский театр,
переоборудованный весной 1939 года в Дом
физкультуры городского комитета по де-
лам физической культуры и спорта, платил
аренду вплоть до 1949 года, когда созданная
китайской компартией Китайская Народная
Республика ликвидировала крупных китай-
ских домовладельцев как класс и позволила
аннулировать прежние договоры с ними.
«...29 июля 1949 года. Исполнительный
Комитет Владивостокского Городского Со-
вета депутатов трудящихся решает:
1. Ввиду длительного отсутствия владель-
цев и их доверенных, предложить Горжилу-
правлению домовладения по ул. Погранич-
ной, № 12, и Колхозной, № 3, принять под
охрану и на баланс.
2. Из состава домовладения № 12 выде-
лить и передать в пользование Гор. Отдела
Физкультуры здание Дома физкультуры,
значащееся по генплану под № 4...».
Семеновский рынок, некогда так люби-
мый китайскими торговцами и бывший фак-
тически «филиалом Миллионки», осенью
1940 года частично снесли, а высвободившу-
юся площадь передали «Владивостокскому
Ордена Ленина спортивному обществу “Ди-
намо” для постройки временно городского
стадиона для оборонно-физкультурной
работы». Окончательно рынок ликвидиро-
вали в 1946 — 1947 годах. В 1957 году на его
месте был открыт новый большой стадион
«Динамо».
В настоящее время почти все строения
бывшей «Миллионки» являются памятни-
ками истории, а сама «Миллионка» время
от времени посещается туристическими
группами. К сожалению, ее состояние дале-
ко от идеального, что не позволяет ей быть
по-настоящему интересным туристическим
объектом. Возможно, в будущем ситуация
изменится к лучшему, и «Миллионка» станет
более привлекательна для туристов, особен-
но для туристов из Китая.
Ns 119. «Король “Миллионки”» - современный
бетонный рельеф в человеческий рост
во дворе здания на Семеновской, Ns 3. Авторы:
П. Шу гуров и В. Дашкин. 2010 год
170
[лава 4.
Общественная жизнь, праздники и развлечения
китайцев во Владивостоке
Как отмечали многие исследователи в
разные годы, китайский народ — это
самоотверженный, неутомимый труженик и
в то же время — страстный любитель всякого
рода зрелищ и развлечений, к которым от-
носились традиционные театральные пред-
ставления, уличные шествия и праздничные
гуляния, цирковые представления на импро-
визированных площадках.
Владивостокская китайская диаспора,
как и у себя на родине, проявляла огром-
ный интерес к различным зрелищным со-
бытиям. В досоветское время это были в
основном представления китайских театров
и празднование Нового года по восточному
календарю; после установления советской
власти китайское население Владивостока
с интересом смотрело пьесы нового совет-
ского репертуара в традиционных китайских
театрах, участвовало в политических улич-
ных митингах и демонстрациях, посвящен-
ных Дню солидарности трудящихся—1 Мая,
Дню Октябрьской революции — 7 Ноября и
другим советским праздникам и датам. Это
были многолюдные и громкие праздники
с участием представителей разных нацио-
нальностей.
Но были и другие праздничные собы-
тия, которые отмечало только китайское
население, в том числе: праздник в память
ученого Шенг И, который проводился в
августе месяце и «который празднуется
только китайскими учеными и в школах,
где ученики на этот день освобождаются от
всяких занятий», праздник Пайве, празд-
ник Дуаньву. О последнем празднике газе-
та «Владивосток» в 1894 году сообщала: «В
пятницу 27 мая китайцы праздновали Ду-
аньву. Цзюэ-ньхинь (Цюй Юань), славный
стихотворец удела Чу, служил министром
при дворе Чу. Он имел огромное влияние,
и, конечно же, у него было много завист-
ников, доносы на него текли как вода, и
он был изгнан из столицы. Вскоре войска
царства Цинь захватили столицу Чу. Поэт
не смог этого перенести и в пятое число
пятого месяца бросился в реку Милоцзянь
с камнем на шее и потонул. Это случилось
в 293 году до Рождества Христова. Узнав о
таком горе, люди в ужасе бросились в лодки
и отправились на поиски тела, которое так
и не нашли. Жители сего удела, сожалея о
нем, стали приносить ему жертву, бросая
в реку бамбуковые трубочки с кашей из
риса, заткнутые листьями и обвитые раз-
ноцветными шелками, дабы рыбы не могли
похитить каши. Впоследствии, мало-по-
малу, ввели сие в обыкновение и в прочих
регионах, так, что ныне день этот сделался
общим народным праздником, под назва-
нием Дуаньву. В сей день родственники и
друзья, при взаимном поздравлении, дарят
друг другу вина, плоды и разное съестное,
но первое между подарками место занима-
ют небольшие треугольники из густо сва-
ренного риса на зеленых листах растений,
которые называются цзуньцзы. Люди всех
сословий празднуют этот день, но рабо-
ты и торговля не прекращаются. К этому
празднику торгующие стараются очистить
домовые счета за прошедшую треть года.
Вероятно, что последнее обстоятельство, в
совокупности с событием, составляют важ-
ность настоящего праздника».
На улицах города китайцы часто давали
представления под открытым небом. Во
Владивостоке было не так много развлече-
ний для небогатых горожан. Фокусники,
бродячие музыканты, акробаты собирали
вокруг себя толпы зрителей. «...Китайцы
необыкновенные любители всяких процес-
сий, фокусов, музыки, уличных плясунов,
акробатов. Чрезвычайно трудолюбивый,
работящий, не знающий праздности, китаец
не устоит пред искушением и всегда готов
остановиться и по целым часам смотреть на
подобные зрелища...».
171
Na 120. Китайская процессия.
Начало XX века
Na 121. Дрессировщик китайского
бродячего цирка со своим «подопечным».
1919 год
172
Ns 122. Юные акробаты-гимнасты
китайского бродячего цирка.
1919 год
Ns 123. Шпагоглотатель - артист
китайского бродячего цирка.
1919 год
Na 124. Один из номеров представ-
ления китайского бродячего цирка,
по-видимому, демонстрирующий
элемент китайских боевых единоборств:
искусство владения мечами.
1919 год
173
Китайский Новый год
Самым многолюдным, торжественным,
шумным и радостным был праздник по слу-
чаю наступления Нового года по восточному
календарю. В этот праздник, длившийся не-
сколько дней, никто из китайцев не работал,
город оглашался шумом взрывающихся
петард, ракет-хлопушек. Этот шум понача-
лу доставлял неудобства владивостокцам-
европейцам, но со временем он стал вполне
привычным явлением.
«Господину Городскому Голове Действи-
тельному Статскому Советнику Маковскому.
Китайских старшин в городе Владивосто-
ке: Шин-ги, Тун-хай-шень, Катчан, Юфу,
Вуан-шин, Цитан-хай и Туан-шен-лу
Прошение
В виду наступающих наших годовых
праздников, по примеру прошлых лет, по-
корнейше просим Ваше Превосходительство
о дозволении жительствующим в городе
Владивостоке китайцам национально-об-
щественных игр и представлений с употре-
блением ракет (хлопушек); при этом имеем
честь доложить, что мы, как представители
местного китайского населения, по долгу
службы представляя настоящее ходатайство
на благоусмотрение Вашего Превосходи-
тельства, вполне ручаемся за сохранение
в городе должного порядка, благочиния и
безопасности, в продолжение всех дней оз-
наченных праздников. Прошение сие верим
подать старшине Шин-ги. 21 января 1888
года. Город Владивосток».
Как вспоминал журналист и краевед С.И.
Бельденинов: «Ежегодно в свой новый год
китайцы проводили торжественное шествие
с драконом. Шествие начиналось от кумир-
ни, шло вдоль всей Светланской улицы до
Матросской слободки в Гнилом Углу и об-
ратно к кумирне.
Китайцы несли огромного дракона, вы-
деланного из прозрачной, как тонкое стекло,
рыбьей кожи. Кожа эта, натянутая на обручи,
состояла из двенадцати круглых цилиндров,
соединенных между собой. Первый — голо-
ва с разинутым ртом и длинным жалом — и
последний — хвост — имели своеобразное
построение; средние — туловище — одина-
ковые цилиндры, не менее метра радиусом.
Все цилиндры соединены между собой,
внутри украшены цветными фонариками,
снаружи прикреплены к длинным бамбу-
ковым палкам, с помощью которых и несут
дракона. При движении то голова, то хвост,
то средняя часть — спина дракона — подни-
маются и опускаются; создается впечатле-
ние, точно дракон изгибается. Процессию
сопровождают живущие в городе буддисты:
китайцы, корейцы; что-то напевают, порой
кричат, ибо чтобы быть услышанным, Бога
надо будить, поэтому усиленно хлопают хло-
пушки, раздается фейерверочная стрельба.
Бенгальские огни и ракеты — особенные,
китайские. Шествие происходит после по-
лудня, огней фейерверка почти не видно,
слышны только усиленное хлопанье, свист,
взрывы в воздухе, и на маленьких парашю-
тах опускаются с воздуха фигурки: драконы,
слоны, обезьянки, черепахи, свинки, птицы
наполняют воздух, падают на плечи...».
Первое подробное описание китайского
Нового года было опубликовано в газете
«Владивосток» в феврале 1893 года: «Новый
год у китайцев во Владивостоке. В пятницу, 5
февраля, китайцы праздновали свой Новый
год. Это главный, почти единственный у
них праздник в европейском значении этого
слова. Год начинается у них с нарождени-
ем луны и начинается с полночи на первое
число, т.е. с 4 на 5 нынешнего февраля. Во
всех теплых помещениях для этого приго-
товляются жертвенные столы, на которых
расставляются красные свечи, курильницы,
благовонные палочки и жертвенные пред-
меты. Ровно в полночь все обитатели дома,
встав на колени лицом к дверям, делают
земные поклоны, согласно существующе-
му для сего церемониалу, и это называется
приношением жертвы духам неба и земли.
Потом все оборачиваются к приготовлен-
ному жертвеннику и делают также поклоны
домашним духам и своим предкам. После
этого начинают кланяться родителям так-
же земными поклонами. Равные друг другу
обмениваются поясными поклонами. По-
том уже начинаются визиты и поздравления
знакомых.
Торговля обязательно не производится в
течение первых пяти дней, присутственные
же места в Китае не производят своих за-
нятий до 20 дней, причем занятия эти пре-
кращаются за 10 дней до Нового года, когда
убираются казенные печати, употребляемые
в стране вместо подписей бумаг.
174
Насколько первые дни китайского Ново-
го года служат временем отдохновения, на-
столько же предпоследние перед праздником
дни служат временем забот и неприятностей.
Дело в том, что у китайцев, как в Китае, так
и здесь, все торгующие имеют между собой
весьма распространенный кредит, который
должен быть погашен к пятому числу пято-
го месяца, к пятнадцатому числу восьмого
месяца и к первому дню Нового года. В пер-
вые две трети все-таки допускаются еще от-
срочки, но к Новому году все расчеты между
должниками и кредиторами, безусловно,
должны быть окончены полностью, а потому
к этому дню китайцы стараются всеми мера-
ми собрать все свои деньги. При этом про-
исходит масса курьезов, не имеющих места у
нас — русских. Так, у китайцев для получения
долгов с лиц состоятельных, но неисправных
плательщиков, пускаются в ход и насмешки
на улицах и даже оскорбления, но последние
применяются чаще к среднему классу, проис-
ходят ссоры, а иногда даже и убийства.
Но наступает полночь Нового года, и всему
конец... Поднимается шум от тысяч ракет, и
населенные центры представляют из себя буд-
то бы осажденные неприятелем города, до того
много выпускается трескучих ракет. В былые
времена и наш Владивосток в этом отноше-
нии не отставал от китайских городов, но в
последнее время на это обращено внимание».
В досоветский период фейерверки на
китайский Новый год, являвшие собой фак-
тически обязательный религиозный ритуал,
никогда не пытались полностью запрещать.
У городских властей доставало ума не ущем-
лять китайских традиций, а регулировать их,
озаботившись специальными местами для
массового «файер-шоу» и повышенными
мерами противопожарной безопасности,
весьма актуальными для деревянного, в зна-
чительной степени, Владивостока.
С 1899 года, к огорчению китайского на-
селения, была запрещена «пальба» рядом с
китайской кумирней на Корейской улице,
дабы не нарушать покой пациентов город-
ской больницы, выстроенной «через забор»
от кумирни. Но уже через три года китайцы,
со свойственной им изобретательностью,
решили эту проблему, переместив «главный
калибр» своего фейерверка в восточную
часть города и каким-то образом достигнув
«консенсуса» с чинами первого полицейско-
го участка, разом утратившими способность
различать громкие звуки.
«19 января китайцы праздновали свой
Новый год. По обычаю в 12 часов начали
жечь трескушки и пускать ракеты, что не-
мало беспокоило обывателей Офицерской
и Экипажной слободок. В конце Мальцев-
ской улицы в горе китайцами самовольно
построена небольшая кумирня. Сначала тут
был один камень, а теперь целая ограда об-
разовалась. Вот на этом месте и происходила
пальба всю ночь. Такую пальбу следует, без-
условно, запретить и очень жаль, что поли-
ция не приняла к этому своевременных мер».
В январе 1895 года в той же газете «Вла-
дивосток» появилась заметка известного
дальневосточного литератора и городского
летописца Н.П. Матвеева, в которой были
представлены интересные подробности
празднования Нового года китайским на-
селением Владивостока. «Снова наступили
китайские праздники. Давно я помню их,
лет за двадцать до настоящего времени. В
те времена никем не стесняемые китайцы
праздновали свои праздники как бы у себя на
родине... Длинные процессии их, с шумом и
гамом от звуков многочисленных музыкаль-
ных инструментов двигались по всем улицам
города. Центром процессии был всегда зна-
менитый дракон, несомый толпой людей.
Неимоверный треск стоял от сжигаемых ки-
тайских ракет. Сжигание это начиналось еще
накануне, беспокоя своим треском русских
жителей, многие из них, впрочем, и сами
отправлялись смотреть встречу китайцами
их Нового года. Торговля прекращалась за
несколько дней и если кого впускали ки-
тайцы в свои жилища, так это только луч-
ших своих русских приятелей, для которых
ставилось всяческое угощение: водка, вино
и закуски... Сценические китайские пред-
ставления происходили в одно время в не-
скольких местах. Теперь уже праздники эти
не те, что были раньше. Но все-таки с утра по
улицам города снуют в одиночку и толпами
разодетые китайцы. Они делают друг другу
визиты. В воздухе улицы, где обитают только
китайцы, слышится запах приготовляемого
ими их любимого кушанья — пельменей, во
множестве поедаемых в эти дни. Китайцы,
обыкновенно только в крайней нужде поль-
175
зующиеся извозчиками, в праздники, во-
преки обыкновению, разъезжают по городу
в одиночку и в компании... В прошлом году
наблюдал интересную процессию. Я шел
по Пекинской улице. Вся улица у магазина
Сигиура была сплошь покрыта движущейся
сотнеголовой толпой, среди которой выде-
лялись несколько странных фигур, на целое
туловище выше основной массы. Звучали
тарелки, им вторили барабаны. Я огляделся
вокруг. Везде были китайцы, корейцы, япон-
цы и только несколько русских мальчишек
да два-три зазевавшихся извозчика. Высо-
кими фигурами оказались те же китайцы
на ходулях, наряженные в разноцветные
одеяния, а некоторые — в костюмы женщин-
китаянок. У одного красовалась нитяная
борода и большие очки, у другого — громад-
ные, заложенные за уши усы и бумажный
раскрашенный круг на лбу. Кто-то держал
веер, у кого-то были небольшие палочки, а
в руках старца с нитяной бородой — толстая
палка. Процессия обходила все китайское
население города, останавливаясь у дверей
обитаемых китайцами домов».
Праздник Нового года по восточному
календарю отмечался во Владивостоке еже-
годно, о чем регулярно сообщали газеты
«Владивосток», «Дальний Восток», «Далекая
окраина», «Приамурские ведомости». Он
был такой же неотъемлемой городской тра-
дицией, как и празднование католического
и православного Рождества и Нового года.
Кроме газетных сообщений о праздно-
вании китайцами Нового года, сохранил-
ся ряд воспоминаний путешественников,
исследователей, посещавших Дальний
Восток в разные годы. Большой интерес
представляют путевые заметки Гавриила Ти-
мофеевича Мурова, который около четырех
лет путешествовал по Дальнему Востоку и
Забайкалью с целью ознакомления с насе-
лением этих регионов, изучения нравов и
деятельности местных жителей. Результаты
своих наблюдений Г.Т Муров опубликовал
в книге «Люди и нравы Дальнего Востока»,
изданной в 1901 году. В этой книге в одной
из глав автор рассказал о праздновании ки-
тайским населением Владивостока Нового
года. При этом он наблюдал праздник как
бы «изнутри», потому что жил в это вре-
мя в доме китайского купца Чи Фусая, с
которым у него сложились доверительные
и дружественные отношения. Детальное
описание Муровым праздника дает воз-
можность каждому читателю ощутить себя
участником новогоднего торжества. «Фев-
раля 27-го дня переехал я в дом Чи-фу-сая, в
полдень накануне китайского Нового года.
Через единственное окно моей комнаты я
могу обозревать весь двор, где будет про-
исходить главное торжество. Во дворе по-
разительная чистота. Все углы и закоулки
его усыпаны желтым песком. Посредине
двора молельня. На остроконечной крыше
ее развивается китайский флаг. Молель-
ня — небольшая постройка в две сажени
вышины и в 1,5 сажени ширины и длины.
Стены и крыша на четыре ската из тща-
тельно выструганных и пригнанных досок.
Стены покрашены и оклеены цветными
бумажками с китайскими иероглифами.
Последние — мудрые изречения китайских
богословов. Пол молельни устлан ковром,
стены завешены материей. В глубине мо-
лельни, около стены, прямо против входной
двери — стол, покрытый скатертью. На нем
небольшой металлический идол — изобра-
жение Лао-тьен-е. Перед ним серебряная
с ручками чаша, по обеим сторонам ее, на
металлических подставках, курильницы.
Из их круглых отверстий выходят струйки
дыма. Над столом и по стенам висят не-
сколько китайских фонарей. От дверей мо-
лельни до переднего крыльца дома — аллея
из елок, на каждой из них по несколько тех
же цветных фонарей. Между елками — шер-
стяная дорожка. В жилых комнатах Чи-фу-
сая, убранных по-праздничному, толпятся
китайцы. По случаю наступающего Нового
года они производят уплату долгов своему
патрону, чтобы с Нового года опять брать
в его магазинах нужный им товар в кредит.
Таков освященный веками обычай китай-
цев. Среди толпившихся сынов Поднебес-
ной империи во дворе Чи-фу-сая я видел
мастеровых, ремесленников, прислугу и
приказчиков Чи-фу-сая и мелких торговцев
окрестных деревень и местечек. К вечеру
расчеты были окончены и китайцы раз-
брелись по домам и квартирам. Между тем
в кухне, соединенной с жилыми комнатами
стенами, два повара-китайца усиленно ва-
рили и жарили китайские деликатесы.
176
Рано утром меня разбудила трескотня
китайских ракет. Двор превратился в сад,
роскошно и чудно освещенный фонарями.
Молельня превратилась в чудный алтарь, в
глубине которого рельефно выделялся осве-
щенный со всех сторон бюст идола. По до-
рожке, между рядами елей, сновали фигуры
разодетых китайцев, их жен и детей. Одни
двигались из молельни, другие — в молель-
ню. Каждый молящийся входил в алтарь,
поднимал над своей головой приношение
и клал его перед чашей; затем с зажженным
пучком свечей становился на колени и, не-
прерывно кланяясь божеству, бормотал мо-
литву, в заключение клал несколько монет
в чашу и уходил, давая место следующему.
Такие молельни почти у каждого богатого
китайца, у небогатых — скромнее, просто
будочка без всяких украшений и ковров;
вместо бюста идола — изображение его на
бумаге, чаша — медная или просто блюдеч-
ко; приношения - чашечка риса. Таким об-
разом, на чужбине каждая китайская семья
с прислугой, родственники ее и служащие
молятся в собственных молельнях. Пока
китайцы молились, появилась утренняя
заря. Двор и молельня опустели. Все чада
и домочадцы Ч и-фу-сая собрались в одной
из больших комнат. После обычных по-
клонов младших старшим, и тех и других
главе семьи и фирмы Чи-фу-саю (как у нас
в Прощенное воскресенье, накануне перво-
го дня Великого поста) все присутствующие
садятся за роскошный китайский завтрак
со всеми деликатесами китайской кухни.
Пировали они долго и основательно. После
завтрака все разошлись, чтобы отдохнуть
часок-другой после ночи, проведенной без
сна. В 9 — 10 часов утра все были уже на
ногах, и гости, один за другим, входили в
небольшую гостиную Чи-фу-сая. Большая
часть их — клиенты его. Китайцы — одна из
тех наций, которая неуклонно и неизменно
держится обычаев и кодекса приличий своей
страны, даже и на чужбине. В особенности
устойчив обычай высказывать почтение
младших к старшим, бедных к богатым и
низших по общественному положению —
Ns 125. Китайские бродячие «оркестры» - непременные участники народных китайских гуляний
и праздников. Начало XX века
177
к высшим. Вот, например, входит мелкий
деревенский торговец, которому Чи-фу-сай
благосклонно открывает кредит на несколь-
ко сот рублей. Остановившись у двери, он
кланяется хозяину, опустив голову и руки.
Тот, не поднимаясь с места, важно кивает
головой гостю и указывает на стул... Вхо-
дит богатый китаец. Чи-фу-сай вскакивает
и бежит ему навстречу, улыбаясь, жмет ему
руку, усаживает в передний угол или на ди-
ван, и начинается угощение... Так принимал
гостей Чи-фу-сай почти весь день. Вечером
снова зажгли фонари, и двор опять превра-
тился в волшебный сад. Затрещали ракеты,
захлопали хлопушки, загремела китайская
музыка. Китайцы, бедные и богатые, одетые
по-праздничному, высыпали на улицу. Одни
ходят по двору и около дома, другие — по
улицам. Нередко встречаются маскирован-
ные (они же и актеры), предлагая гуляющим
соотечественникам позабавиться. Некото-
рые, в особенности богатые и состоятель-
ные китайцы, приглашают их к себе в дом.
Представление дается преимущественно во
дворе, без всяких кулис и переодеваний. В
подобных случаях китайцы сбегаются со всех
сторон на дворовой спектакль. Больше всего
они любят процессии ряженых. Последние,
в масках страшных чудовищ, с громадными
фонарями, с барабанами и другими китай-
скими музыкальными инструментами, ходят
в потемках толпой или один за другим по
городским улицам, где преимущественно
живут манзы... Такие процессии устраива-
ются преимущественно в последние дни
праздника. Тогда обычно принимает участие
в них все китайское население. И эта громад-
ная толпа китайцев, во главе с ряжеными,
при волшебном освещении фонарей среди
ночной тьмы, при трескотне и хлопании,
производит необыкновенное впечатление».
После окончательного установления со-
ветской власти во Владивостоке в октябре
1922 года многое изменилось как в жизни
русского населения города, так и в жизни ази-
атских мигрантов. Советская власть проде-
монстрировала крайне нетерпимое отноше-
ние к религии (православию, католицизму,
протестантизму, исламу, иудаизму, буддизму
и др.) и решительно приступила к искоре-
нению «опиума для народа»; были закрыты
храмы, запрещены религиозные праздники.
К числу «пережитков прошлого» также
было отнесено празднование китайского
Нового года. Кампания против него была
открыта в феврале 1929 года, когда газета
«Красное Знамя» заявила о нежелательно-
сти и даже вредности этого праздника: «В
Китае праздник Нового года, под влиянием
духовного сословия, стал праздником с ярко
выраженным религиозным содержанием...
Богатые китайцы приготовляют к празднику
десятки и сотни всевозможных деликатесов
и закрывают на целые недели свои предпри-
ятия. .. Живущие у нас китайцы, из года в год,
как и у себя на родине, празднуют Новый
год с подобающей помпезностью...рабочие
не выходят на работу несколько дней, тор-
говля закрывается. В эти дни особенно пол-
ны китайские театры, где веселится вовсю
праздношатающаяся, ничего не делающая
публика. В прошлом году Владивосток и Ха-
баровск переживали в дни китайского Ново-
го года недостаток хлеба, так как китайские
булочники не работали несколько дней. В
таких местах, как Эгершельд, где большин-
ство трюмных грузчиков составляют китай-
цы, праздник может повлечь за собой, при
значительных прогулах, перебои в погрузке и
надо принять против этого меры заранее...».
Вскоре началась решительная борьба с
традиционным празднованием Нового года
по восточному календарю. Агитационно-
пропагандистские и запретительные меры
применялись в соответствии с постанов-
лениями партийных и советских органов
власти. Так, 25-го января 1931 года бюро
Владивостокского городского комитета
ВКП(б) своим решением № 18 утвердило
«План проведения массовой работы в связи
с восточным Новым годом (в половине фев-
раля)». Основными пунктами этого плана
были следующие: «Антирелигиозная мас-
совая работа среди восточных трудящихся
накануне Нового года и в дни проведения
должна проходить под лозунгами реши-
тельного разоблачения классовой сущности
этого религиозного праздника и религии
вообще, широко разъясняя задачи социа-
листического строительства, а в частности в
третьем году пятилетки; массового призыва
всех восточных рабочих в соцсоревнование
и в ряды ударников, знаменуя этим несо-
вместимость религии с задачами рабочего
178
класса; 100-процентного выхода трудящихся
в дни Нового года на работу на свои пред-
приятия. Конкретно необходимо:
1) С 20 января объявить мобилизован-
ными для проведения массовой разъясни-
тельной и антирелигиозной работы среди
восточников всех коммунистов городской
организации, владеющих китайским и ко-
рейским языками.
2) 24-го января провести два инструктив-
ных совещания (одно на китайском языке,
другое — на корейском) по вопросам массо-
вой работы в связи с Новым годом.
3) Агитационно-пропагандистскому каби-
нету Горкома с привлечением Союза безбож-
ников и секции китаеведения проработать к
23 января тезисы антирелигиозных докладов.
4) Не позд нее 10-го февраля открыть в клу-
бе «1 -го Мая» антирелигиозную выставку. От-
ветственность за ее организацию возложить
на Союз безбожников и правление Клуба.
5) По всем предприятиям, где имеются
кадры восточных рабочих, силами мобили-
зованных коммунистов и фабрично-завод-
ских местных комитетов провести массовые
беседы о классовой сущности Нового года
и задачах восточных рабочих в связи с 3-м
годом пятилетки, проверить участие восточ-
ных рабочих в соцсоревновании и ударниче-
стве, добиваясь массового притока их в ряды
ударников и полного отказа от религиозного
празднования Нового года.
6) Газете “Красное Знамя” организовать
соревнование месткомов и коллективов
предприятий в целом на стопроцентный
выход на работу в дни праздника.
7) Накануне Нового года (17 — 18 фев-
раля) в клубах «1-го Мая”, “Сталин”, “Ме-
стран”, водников, а также во всех красных
уголках, обслуживающих восточных рабо-
чих, провести интернациональные вечера
с антирелигиозными докладами и художе-
ственными постановками.
8) К первому февраля издать листовки на
китайском и корейском языках и лозунги,
которые следует распределить по предпри-
ятиям и культочагам.
9) В китайских театрах и кино перио-
дически перед началом сеансов проводить
антирелигиозные доклады. Совкино создать
кинолозунги на китайском языке и система-
тически пропускать их в кинотеатрах.
10) После окончания художественных
программ устраивать чаепитие с беседами
о значении и характере восточного Нового
года.
11) Проработать вопрос об установке в
общежитиях радиорепродукторов. Не менее
пяти раз в течение подготовительной кампа-
нии и в момент Нового года выступать через
радиовещательную станцию с докладами по
вопросам антирелигиозной пропаганды и о
вреде религии строительству социализма.
12) Организовать агитбригады, которые
должны проводить в общежитиях восточ-
ных рабочих антирелигиозные доклады с
музыкой, танцами, театрализованными по-
становками...».
Такой массированный «прессинг» госу-
дарственной власти, а также советизация
всего образа жизни привели к тому, что к
середине 1930-х годов китайский Новый год
перестал быть всеобщим праздником с ярко
выраженным национальным колоритом.
Учитывая твердую приверженность ки-
тайцев своим традициям, можно предпо-
ложить, что китайский Новый год ушел в
«глубокое подполье», оставив на всеобщее
обозрение показательную поддержку «про-
грессивных» начинаний партии и прави-
тельства.
«В газету “Красное Знамя”. 21 января
1933 года. Обращение китайских и корей-
ских грузчиков станции Эгершельд ко всем
рабочим-восточникам.
В Совторгфлоте и на станции Эгершельд
состоялось общее собрание китайских и ко-
рейских грузчиков, на котором подведены
итоги похода во вторую пятилетку.
В связи с проведением Ленинских дней
и антирелигиозной кампании против ки-
тайского и корейского Нового года восточ-
ные рабочие приняли обращение ко всем
рабочим Дальнего Востока, взяв на себя
повышенные обязательства по выполнению
производственных планов первого квартала
первого года 2-й пятилетки:
“Товарищи! Мы, грузчики станции
Эгершельд, китайцы и корейцы, видя на
практике осуществление ленинской наци-
ональной политики под руководством гор-
кома ВКП(б) и партколлектива, добились
значительных успехов в деле выполнения
хозяйственных планов.
179
Наши лучшие восточные бригады во
главе с товарищем Юй Хо-жен и другими
систематически выполняют производствен-
ные планы... В связи с Ленинскими днями
и антирелигиозной кампанией против ки-
тайского и корейского Нового года берем
на себя обязательства:
— Во время Нового года — 100% выход
на работу.
— На время Нового года отказываемся от
выходных дней.
— Отчисляем однодневный заработок на
постройку самолета “Память Ленина”.
— Обязуемся в самое ближайшее время
добиться 100% вступления рабочих-восточ-
ников в Союз воинствующих безбожников,
и организации при каждом цехе ячеек Союза
воинствующих безбожников.
Просим опубликовать обращение во всех
районных газетах. Местком — Цуй Цун-си.
Бригада № 7 — Юй Ко-жен. Бригада № 17 —
Ли Джен-тин, ВанХуа-лин, Го-еян. Бригада
№ 11 — Ли Бао-У, Сун Чен-юй”».
Все атрибуты китайского Нового года
подлежали запрету. Новогодние ночи боль-
ше не оглашались грохотом петард. В раз-
вернувшейся борьбе с «врагами народа» за
изготовление горючих и взрывчатых смесей
для ракет и хлопушек очень просто было «за-
работать» статью «58, пункт 8» Уголовного
кодекса РСФСР: «Террористические акты,
направленные против представителей со-
ветской власти или деятелей революцион-
ных рабочих и крестьянских организаций.
Расстрел или объявление врагом трудящихся
с конфискацией имущества и с лишением
гражданства Союза ССР и изгнание из преде-
лов Союза ССР навсегда, с допущением при
смягчающих обстоятельствах понижения до
лишения свободы на срок не ниже трех лет, с
конфискацией всего или части имущества».
После выселения в конце 1930-х годов
китайцев и корейцев из Владивостока Новый
год по восточному календарю, казалось, на-
всегда был вычеркнут из городской жизни.
Однако последние двадцать лет среди влади-
востокцев (не азиатов) традиция встречать ки-
тайский Новый год приобретает все большую
популярность. И хотя сейчас это проходит без
былого размаха, поздравления с наступаю-
щим китайским Новым годом воспринима-
ются горожанами совершенно естественно.
Китайские театры Владивостока
Яркими, колоритными объектами старо-
го Владивостока были китайские театры.
Они привлекали в качестве зрителей не толь-
ко китайское население, но и представите-
лей европейских наций. Об истории созда-
ния китайских театров во Владивостоке, их
особенностях — по устройству, репертуару,
игре актеров, музыкальном сопровожде-
нии, о реорганизации театров в советский
период — есть немало свидетельств, как в
виде архивных документов, так и в виде
исторических публикаций, воспоминаний
очевидцев, газетных статей разных лет.
Первые театральные представления во
Владивостоке давали приезжие китайские
труппы во временных павильонах. Чаще все-
го такие павильоны сооружались на улице
Корейской, рядом с китайской кумирней.
В 1899 году китайский купец Чэн Шанли
построил специальное здание театра на ули-
це Пекинской. Это было деревянное строе-
ние, обшитое снаружи оцинкованным желе-
зом; оно имело размеры: в длину 17 метров,
в ширину — 10,6 метра, в высоту — 7,5 метра.
Весьма скромное здание, напоминающее, по
мнению современников, «обыкновенный
пакгауз», имело театральное обустройство
с партером, ложами, балконом. Одним из
первых этот театр посетил Сергей Никола-
евич Броиловский — известный на Дальнем
Востоке филолог, этнограф, педагог, автор
ряда научных работ по этнографии. Свои
впечатления о театре Чэн Шанли он опубли-
ковал в газете «Приамурские ведомости» в
июне 1899 года, благодаря чему современные
читатели могут зримо представить первый
китайский театр Владивостока.
«Я хочу здесь поговорить об одной но-
винке из жизни Владивостока, которая меня
поразила и заинтересовала не потому только,
что она новинка, но и потому, что в дни, про-
веденные во Владивостоке, она была злобой
дня. Я говорю о китайском театре.
В театр можно пройти четырьмя дверьми.
Все двери приводят на балкон, с трех сторон
окружающий партер. На балконе поставле-
ны в два ряда скамьи — это самые дешевые
места: с человека берут по 50 копеек.
Деревянная решетка отделяет от балкона
партер, где в три ряда стоят высокие, ква-
180
дратной формы столы, окруженные скаме-
ечками. Каждый зритель платит один рубль
и садится близ стола, лицом к сцене.
Сцена, как и в европейских театрах, зна-
чительно приподнята, но занавеса и деко-
раций не полагается. Там, где должен быть
занавес, идет деревянная резная решеточка
шириной один фут. Не увидите вы на сцене
ни рампы, ни суфлерской будки. Последняя
излишня, потому что китайские актеры с
малых лет получают специальную подготов-
ку, прекрасно разучивают пьесы, тщатель-
но готовятся и не требуют подсказываний.
Обыкновение столь похвальное, что не худо
было бы перенести его и на европейские
театры. Антрепренеры (их 6 человек), беря
указанную мною сцену, считают своею обя-
занностью доставить посетителям бесплатно
следующие развлечения: с 7 часов вечера
до 11.30 или 12 часов ночи ряд пьес и гим-
настических упражнений, чай и полотенца
для вытирания потного лица. Предлагаются
за добровольную плату сушеные арбузные
семечки, покупаемые в Чифу. За плату же
можно иметь пиво, лимонад и другие воды.
Прислуживающие бои от антрепренеров не
получают ничего, а выпрашивают, обходя
перед окончанием представления публику,
гроши. При театре прислуживают 30 боев.
Единственным украшением сцены яв-
ляется зеркало китайской работы; под ним
у стены ставится диванчик, перед которым
стол. Стол занят музыкальными инструмен-
тами, диванчик и еще несколько скамей —
музыкантами. Таким образом, китайцы ор-
кестр помещают в глубине сцены, а не перед
нею, как в европейских театрах...
Я успел посетить китайский театр два раза
и видел все разнообразие репертуара. Труппа
состоит из 60 человек. Большое количество
Na 126. Китайский музыкант с народным
музыкальным инструментом «баньху».
Начало XX века
«История “баньху” насчитывает более трехсот
лет; он распространен, в основном, в северном
Китае, в разных районах страны имеет свои
яркие местные характеристики. “Баньху”
является главным инструментом при исполнении
традиционных китайских опер. Отличается
высокой громкостью и звонкостью и обычно
применяется для выражения приподнятого
настроения».
актеров в труппе объясняется условиями ки-
тайского театра. Во-первых, представления
даются ежедневно, а по воскресениям два
раза — утром и вечером; во-вторых, в каждое
представление идет пьес 5 — 6, так что каж-
дому актеру приходится играть ежедневно;
в-третьих, некоторые пьесы китайского ре-
пертуара требуют до 30 — 40 актеров.
Едва я вступил во двор, среди которого
находится театр, как меня поразили стран-
ные звуки китайского оркестра. Китайская
музыка не обширна по количеству музы-
кальных инструментов и по репертуару: в
течение двух дней мне привелось слушать
однообразие мотивов. Оркестр китайско-
го театра состоит из двух скрипок: одна —
обыкновенная китайская однострунная
скрипка, издающая сильный и резкий звук;
другая, формой напоминающая мандолину,
но с коротеньким грифом, — двухструнная,
играют на ней не смычком, а пальцами. Да-
лее следуют: флейта, два бубна: один обык-
новенный, обтянутый кожей, другой весь из
дерева; колотушки, две трубочки и медные
тарелки. Музыкантов меньше, чем инстру-
ментов, поэтому один музыкант попере-
менно играет на нескольких инструментах.
181
Большинство пьес китайского репертуа-
ра — нечто вроде наших опер. Музыка и пе-
ние китайцев для европейского уха кажутся
какофоническими, но имеют свой ритм и
мелодию. Комические пьесы не сопрово-
ждаются пением...
Интересно еще одно наблюдение: в ре-
пертуаре китайцев преобладают пьесы ска-
зочно-воинственного характера, ни одно
представление не проходит без того, чтобы
не появлялся царь; его окружают богатыри,
воины и знаменосцы. Он поет о том, что
другой царь с богатырями выходит против
него. При этом непременно публике пока-
зывается и царь-противник с богатырями.
На сцене происходят поединки богатырей,
они артистически носятся вихрем друг около
друга, размахивая легкими палочками и не
задевая ими противника. Богатыри обычно
мало говорят, а больше выражают свою мощь
мимическими, очень однообразными, но
выразительными движениями...
Пьеса идет за пьесой беспрерывно, лишь
короткая игра оркестра составляет интерва-
лы. Утомившийся от пения артист поворачи-
вается к публике спиной, отходит в глубину
сцены и промачивает горло водой. Простота
удивительная».
В театре Чэн Шанли выступали приезжие
труппы из разных городов Китая. В ноябре
1900 года во Владивостоке с большим успе-
хом гастролировал театральный коллектив
из Чифу. Одно из представлений этого театра
посетил М. Лисицын, который в газетной
статье «Китайский театр во Владивостоке» не
только подробно описал театр и игру актеров,
но и образно пересказал д ля русского чита-
теля содержание увиденных им спектаклей.
«Что дает особенно оригинальный вид
театру — это небольшие четырехугольные
столики, расставленные в партере. Зрители
сидят вокруг них (одетые, в тапках), пьют
из небольших белых китайских чашек чай,
который тут же разносится и разливается
прислужниками-китайцами, курят папиро-
сы и трубки, грызут арбузные семечки, едят
китайские яблочки, пьют лимонад и вообще
наслаждаются не только зрительными и
слуховыми, но и вкусовыми ощущениями...
Театр освещается керосиновыми лампа-
ми, что вместе с дымом трубок, испарения-
ми и т.п. дает довольно тяжелую атмосферу.
Vladivostroe
jJrtiste de Theatre Chine.
Na 127. Почтовая открытка. Начало XX века
Нас посадили в ложе, близко от сцены. Здесь
уже сидел молодой китаец — вероятно, при-
казчик одной из здешних фирм, который и
стал любезно переводить нам речь актеров
и все происходившее на сцене...
Исполнение китайских пьес отличается
необыкновенной живостью и крайним реа-
лизмом в изображении происходящего. Шла
бытовая комедия с весьма простой фабулой.
Молодая женщина в богатом китайском на-
ряде приходит к своей матери и жалуется на
свою судьбу: она была замужем за богатым,
муж ее теперь бросил, и она должна впасть
в бедность. Мать ее — закоренелая пьяница,
уговаривает дочь выпить, утверждая, что в
вине забывается всякое горе. Та сначала про-
тивится, а потом уступает и начинает мало-
помалу пить. Появляется небольшого роста
юркий и плутовато-вертлявый китаец и тихо
что-то шепчет матери, указывая на дочь.
Та утвердительно кивает головой. Китаец,
как объяснил переводчик, влюбленный в
182
<0>
л
№ 128 и Ns 129. Почтовая открытка с изображением, вероятно, героя одного из китайских эпосов,
так любимых китайскими театрами; надпись гласит: Сыцзи Дафу - «Чтобы весна, лето, осень и зима
были с большим достатком (“Желаем богатства весь год”)». Начало XX века
ВСЕМ1РНЫИ ПОЧТОВЫЙ СОЮЗЪ. РОССЫ.
UNION POSTALE UNIVERSELLE. RUSSIE.
ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО—CARTE POSTALE.
Издаже Т. Д. Кунсгь и Яльберсъ.
183
молодую женщину, куда-то исчезает. Мама-
ша все подливает дочке живительной влаги.
Та наконец до того напивается, что ее тош-
нит и у нее начинается рвота — прямо в лицо
матери, которая к общему восторгу зрителей
утирается платком и что-то конфузливо бор-
мочет, а затем провожает дочь в спальню.
Эта последняя изображается ситцевой за-
навеской, повешенной на перекладине (эту
перегородку мы видели в трех пьесах, где она
изображала то комнату, то стену, то занаве-
ску). Она загораживает от зрителей постель,
в которой и укладывается пьяная до бесчув-
ствия дочь. Приходит влюбленный китаец,
мать приводит его в спальню к дочери. Здесь
реализм доходит до невероятных размеров,
над спящей женщиной проделываются же-
сты, не оставляющие никакого сомнения у
зрителей. Зрители смеются, но сдержанно
и негромко, некоторые даже недовольны.
Следующая пьеса была исторического ха-
рактера. Два соседних царя древнего Китая
(“Это было давно, очень давно”, — пояснил
наш переводчик) задумали было воевать и
разрушить города друг друга (на сцену вы-
носятся небольшие, сделанные из темного
картона стены этих городов).
Явились войска; какой-то огромный
богатырь, трагически, очень красиво и рез-
ко жестикулировавший, весь закованный
в латы, одетый в мантию и своеобразный
шлем, выходит к войскам противника и го-
ворит, что он может побить тысячу человек.
Войска становятся на колени и исполняют
древний обряд приготовления к сражению;
военачальники совещаются о плане боя.
Одним словом, все готово к кровопролитию,
как вдруг появляется один мудрый ученый
муж, который уговаривает богатыря перейти
на службу к враждебному ему царю, тот со-
глашается и таким образом кровопролитие
избегнуто, и мирное течение жизни в двух
соседних царствах восстановлено.
Эта пьеса вызвала шумное одобрение
присутствовавших в театре китайских зри-
телей. Аплодисментов здесь нет, и свое удо-
вольствие и одобрение публика выражает
громким криком: “Ы-ы-ы!” или “А-а-а!”.
Последней частью представления была
драма наставительно-сентенциозного харак-
тера. Перед зрителями, с китайской невоз-
мутимостью и хладнокровием попивающими
чаек, предстали очень древние, седые старик
и старуха, рассуждающие о своих преклон-
ных летах и одиночестве. Появляется китаец,
одетый в темный халат, перетянутый желтым
кушаком и в обычной круглой шапочке. Это
полицейский. Он сообщает старикам, что
сын их, которого они давно потеряли из виду,
нашелся и сделался “шибко большим капи-
таном”. Старики в радости уходят за сцену, а
вместо них появляется окруженный свитой
и прислугой их сын, большой нойон. Он са-
дится за стол, свита размещается вокруг него,
и в течение всего действия они сидят здесь
замечательно неподвижно. Является снача-
ла старуха в сопровождении полицейского,
который выманивает у нее деньги за то, что
покажет ей сына, а потом старик. Долго мать
и отец всматриваются в сидящего за крас-
ным столом сановного сына, окруженного
свитой, и то приближаются, то отдаляются
от стола, распевая монологи (все пьесы не
декламировались или читались, а пелись
нараспев под музыку; суфлера, дирижера и
им подобных нет, но артисты и оркестр дей-
ствовали в такт и необыкновенно согласно,
отлично зная свои роли) и изредка обращаясь
к полицейскому, по-видимому, плутоватому
малому, за справками. Наконец старики в
важном чиновнике признали своего сына,
но он их признавать не желает и равнодушно
смотрит на стариков. Потом, чтобы отвязать-
ся, дает им деньги, но родители с негодова-
нием возвращают их ему, и мать говорит, что
всевидящие боги накажут его за забвение
родителей. Старуха-мать читает (т.е. поет)
этот грозный монолог очень выразительно и,
окончив его, бросается в отчаянии на землю
и с гримасами умирает. Приходит старик,
ее муж, сначала не видит ее и ищет, а затем,
увидев старуху, лежащую на земле, предается
необузданному горю. Грозно выражает он
сыну свой гнев и негодование, призывая на
его голову кару богов, и затем также падает
мертвым на землю. Умершие старцы, проле-
жав несколько минут, быстро вскакивают и с
изумительным проворством исчезают за сце-
ной. На смену им так же быстро вылетает бог
с сонмом меньших божеств, прогоняет с важ-
ного места непочтительного сына и, гоняя
его по сцене, лишает сначала всех почестей,
чинов и знаков отличия, а затем поражает,
наконец, смертью. Порок наказан. Публика
184
обычным криком выражает свое одобрение,
после чего, сразу поднявшись со своих мест,
из-за столиков партера, лож и галереи (театр
полон), начинает выходить из театра.
Игра актеров и актрис отличаются пораз-
ительной талантливостью, живостью и ув-
лечением. Смотреть, особенно первый раз,
очень интересно и, в смысле наблюдения над
психикой китайцев, весьма поучительно».
Большой интерес к китайским театраль-
ным зрелищам, а значит, и большая доход-
ность китайского театра, способствовали по-
явлению новых зданий для показа спектаклей.
По архивным документам и историческим
публикациям установлено, что с 1898 по 1936
год, то есть в течение почти сорока лет, вла-
дельцами или арендаторами китайских теа-
тров во Владивостоке были: Чэн Шанли, Ван
Тынсин, Хоу Фучан, Ду Киюн, Сун Янчун,
Тифонтай, Юнхозан, Мария Купер. Кроме
того, в советское время во Владивостоке су-
ществовал государственный китайский театр.
Театральные здания располагались в ме-
стах компактного проживания китайского
населения или неподалеку от них, в районе
улиц Корейской, Семеновской, Алеутской и
Пекинской. Театральные помещения, пона-
чалу деревянные, постепенно перестраива-
лись в капитальные каменные и кирпичные.
Примером тому может служить театр Ван
Тынсина (в некоторых документах — Ван-
син-сина) в самом центре так называемой
«Миллионки» — месте наибольшего «ско-
пления» китайцев во Владивостоке. В 1898
году Владивостокская городская управа вы-
дала ему удостоверение № 5290, в котором
было засвидетельствовано: «Дано сие ки-
тайскому подданному Ван-тын-сину в том,
что ему разрешено постановлением Влади-
востокской Городской Думы от 16 Ноября
сего года за № 149/5175 возвести на принад-
лежащем ему участке по Корейской улице в
1-й городской части, 18 квартале, под № 477
кирпичное здание для китайского театра...».
Законченное в 1900 году капитальное
театральное здание почти сразу же сильно
пострадало от пожара.
Как писала в ноябре 1902 года газета
«Владивосток»: «...Сгоревший два года тому
назад кирпичный театр, принадлежавший
Ван-тын-сину, до сих пор стоит не отремон-
тированный, ибо за него еще не получена
страховая премия, но чтобы не терять до-
ходной статьи от театра, Ван-тын-син по-
строил временный театр из оцинкованного
железа и в то же время по заднему фасаду
своего участка начал строить новый кир-
пичный театр, постройкой которого заведует
архитектор Гвоздзиовский. До 30 октября
были возведены стены театра, а также две
внутренние арки в 5 сажень длиной каждая.
Крыши и потолка в строящемся здании не
было, и, когда убрали леса из под северной
арки, она ночью обрушилась и выперла сво-
ей тяжестью всю восточную стену...».
Дефекты строительства были оперативно
устранены, и летом 1903 года новый китай-
ский театр Ван Тынсина принял первых по-
сетителей. При этом временный театр был
разобран, а сгоревший вскоре был перестро-
ен в трехэтажный доходный дом.
«Список недвижимых имуществ, пере-
оцененных в 1903 году по случаю возведе-
ния новых построек. Составлен 25 Июня
1903 года. Оценка утверждена Думой 17
Июля 1903 года № 92/2481. Часть I, квартал
18, участок 477. Ван-тын-син, китайский
подданный. Китайский кирпичный театр —
70000 рублей».
Этим же постановлением Думы в число
«возведенных новых построек» было вклю-
чено здание театра, выстроенное на углу
Семеновской и Алеутской улиц на средства
конкурента Ван Тынсина — купца Юнхозана.
«Часть I, квартал 15, участок 68. Лебедев
П.И. Надворный советник. Кирпичный
двухэтажный театр. 40000 рублей».
Юнхозан, не имевший собственного зе-
мельного участка поблизости от «Миллион-
ки», подходящего для постройки китайского
театра, каким-то образом убедил чиновника
интендантского управления, заведующего
владивостокским продовольственным мага-
зином Петра Ивановича Лебедева заняться
театральным «бизнесом». При этом Юнхозан
выступил в роли инвестора и доверенного
лица Лебедева, которому, как человеку с из-
вестным положением в обществе, было про-
ще получить разрешение на открытие театра.
«М.В.Д. Строительное Отделение при
Приморском Областном Правлении. 12
июня 1901 года № 350
Во Владивостокскую Городскую Управу
185
Доверенный чиновника П.И. Лебедева
купец Юнхозан ходатайствует о разрешении
постройки китайского театра на участке его
доверителя по Семеновской улице в 1 части,
15 квартале, под № 68. Препровождая при
сем проект театра, Строительное Отделение
имеет честь просить сообщить заключение
о возможности этой постройки, с возвраще-
нием проекта. И.д. Областного Инженера
А. Гвоздзиовский».
«Доклад Городской Думе 27/30 Июня 1901
года № 77/2822 о разрешении постройки
китайского театра.
Строительное Отделение Приморско-
го Областного Правления, препроводив в
Управу проект постройки китайского театра
на участке чиновника Лебедева по Семенов-
ской улице, просит сообщить заключение о
возможности этой постройки.
Докладывая об этом Думе, Управа, со
своей стороны, не встречает препятствий на
устройство театра в указанном месте.
Постановлено: согласиться с докладом
Управы, постройку китайского театра раз-
решить.
Утверждено Господином Военным Губер-
натором Приморской области 5 Июля 1901
года № 14544».
Юридически, вплоть до советского вре-
мени, владельцем театрального здания был
Лебедев, но распоряжался им, конечно,
Юнхозан. Когда в 1903 году Лебедев покинул
Владивосток и отправился к новому месту
службы, Юнхозан остался практически еди-
ноличным «хозяином» театра, прилагавшим
большие усилия к его сохранению в неприми-
римой конкурентной борьбе с Ван Тынсином.
Поначалу театр Лебедева (Юнхозана) сво-
ими размерами значительно уступал театру
Ван Тынсина, но вскоре его зрительный зал
был расширен за счет деревянной пристройки
со стороны двора. И если Ван Тынсин доби-
вался успеха «массовостью» посещений своего
театра, то Юнхозан путем повышенного вни-
мания к состоятельным китайским зрителям.
В 1924 году бывший театр Лебедева был
национализирован. Из «Акта приемки в
эксплуатацию реконструированного здания
театра», хранящегося в фондах историческо-
го архива Дальнего Востока, известно, что
«пустовавшее в 1925 году здание бывшего
театра было сдано в аренду антрепренеру
китайской труппы Сун-ян-чуну, при условии
его реконструкции и обеспечения условий
пожарной безопасности. В 1926 году старый
деревянный театральный зал был разобран
и вновь построен из кирпича, крыша — из
кровельной стали по стальным балкам...».
Здание было принято в эксплуатацию ко-
миссией во главе с губернским инженером;
театральный сезон 1927 — 1928 годов был
открыт после установки дополнительных
пожарных емкостей с водой.
С «пришествием» во Владивосток в ок-
тябре 1922 года советской власти китайские
театры продолжали работать, привлекая, как
и прежде, большое количество зрителей. По
мере укрепления местных органов советской
власти, введения ими новых порядков на-
чалась реорганизация китайских театров, с
целью изменения репертуара, активизации
пропаганды советского образа жизни, во-
влечения артистов в профсоюзы.
Реорганизации китайских театров, кроме
советских и партийных органов, большое
внимание уделяла Китайская комиссия
при Окружном комитете ВКП(б). В состав
Комиссии входили 11 членов, в том числе
активисты — коммунисты и комсомольцы
Ван Хунсюн, Сюй Шаотан, Пу Жуньчжоу,
Тинь Шань, Ян Хиншун, а также известный
журналист, профессор-востоковед Дальне-
восточного государственного университета
Константин Андреевич Харнский.
В октябре 1928 года состоялось очередное
заседание Китайской комиссии, где обсуж-
дался вопрос о реорганизации китайского
театра. В своем докладе Ян Хиншун сообщил:
«Реорганизация “Северного” театра уже про-
ведена в сентябре. Улучшены материальные
условия артистов. В августе сего года около
90% процентов вовлечены в профсоюз. Зар-
плата артистов колебалась от 20 до 800 рублей
в месяц. Театр до реорганизации был под
управлением 10 человек-компаньонов. Среди
последних была склока, что оказало сравни-
тельно большое содействие реорганизации.
В результате реорганизации мы перевели
артистов на нормальную систему оплаты
труда, в противовес китайской системе (ис-
числение рабочего месяца в 40 дней). Несмо-
тря на то что мы перевели на нормальный
рабочий месяц, низшему персоналу увели-
чили зарплату до 40 рублей. Организованы:
186
красный уголок, пункт ликвидации негра-
мотности, создан местком.
Жилищные условия артистов очень
скверны, только лишь лучше оплачиваемая
часть артистов живет хорошо. Театру нужен
ремонт. Репертуар еще требует улучшения,
в театре еще ставятся религиозные истори-
ческие пьесы.
Членов артели артистов 60 человек, из них
10 человек женщин. Самая низкая зарплата
32 рубля (20 человек). Самая высокая — 500
рублей (2 человека). С приехавшими пятью
артистами заключен договор по 1000 рублей
в месяц. Этот договор заключен еще старыми
хозяевами. За аренду помещения в день (за
одну постановку) платили 26 рублей.
Валовой сбор за одну постановку от 500 до
1300 рублей, последняя сумма собирается по
воскресным дням. В среднем посещают по
700 человек. Театр вмещает до 1000 человек.
Плата за билеты от 40 копеек до 1,5 рубля. Ре-
пертуар намечает комиссия из трех человек».
После обсуждения всех вопросов, Китай-
ская комиссия постановила:
«1. Констатировать, что реорганизация
китайского театра дала возможность улуч-
шить условия труда китайских артистов,
улучшить материальное положение артистов
и поднять их культурный уровень.
2. Поручить Комитету Биржи Труда вой-
ти в Комхоз с ходатайством о передаче 10%
жилфонда в доме Ван-и-лина под жилье для
членов коллектива китайского театра.
3. В целях действительного контроля
над репертуаром, создать художественный
репертуарный Совет из представителей Ок-
рлита, Союза Работников Искусств и Упол-
номоченного коллектива. Окрлиту обратить
большое внимание на контроль.
4. Ввиду того что второй китайский театр
«Южный» до сих пор не выполнил требова-
ния санитарной и пожарной инспекций и в
идеологическом отношении отравляет китай-
ские трудящиеся массы, предложить Пожар-
ному и Санитарному надзору закрыть театр.
5. Месткому коллектива шире вовлекать
китайских артистов в профсоюзную работу».
Однако все эти меры, призванные сделать
китайский театр наиболее действенным ору-
дием в борьбе за новый социалистический
образ жизни, поначалу наоборот привели
к борьбе с социалистическими нововведе-
ниями, о чем весьма откровенно поведала
публикация журналиста В. Лебедева под на-
званием «Шаги Ма-гхуа» в газете «Красное
Знамя» 5 мая 1929 года.
«Китайская часть Владивостока — это со-
всем особый мир. Тут кругом иероглифы. В
этих плохо умытых кварталах еще цепко дер-
жится та реакционная сила кастового разде-
ления, которая тысячелетиями процветала в
бывшей Небесной Империи и которая нахо-
дит свое отображение именно в иероглифах.
Китайский иероглиф — не только средство,
при помощи которого хубеец и гуандунец
способны понять шаньдунца или шансийца.
Иероглиф в то же время является надежной
помехой тому, чтобы бедный сапожник или
носильщик тяжестей, в синей рваной “ма-
гхуа”, мог себя чувствовать равным человеку
с шариком или перлом, человеку в светло-
серой, элегантной долгополой “та-пу-ше”.
В китайской части Владивостока до сих пор
существует 8 — 9 человек высшей касты,
разговаривающих между собой на языке,
иероглифическое отображение которого со-
вершенно недоступно пониманию “быдла”,
“черни”, пролетариев...
В китайском Владивостоке два театра: Се-
верный и Южный (по их расположению на
плане города). Северный называется «Сун-
чжеу-утай» — «никогда не стареющий, как
молодой бамбук», а Южный «Юн-сян-ча-
шан» — «благостно вечный дух чаепития».
Между этими театрами с давних пор идет
острая борьба, которую местные китайские
коммунисты называют: Война Севера с
Югом (шутливая аналогия с гражданской во-
йной в Китае). Северный театр, из-за своей
большей вместимости и каким-то не совсем
ясным, другим причинам, больше посеща-
ется пролетариями, а Южный, меньший, —
зажиточными слоями китайцев.
Актив китайцев, группирующихся вокруг
клуба “1-го Мая”, предпринял попытку сде-
лать северный театр более передовым, более
близким к советской идее. Попробовали
ставить пьесы нового репертуара, провели
некоторые скромные нововведения, которые
должны были приблизить театр к типу нор-
мального советского театра. Из числа ново-
введений — ввели правило покупать билеты
при входе в театр. Это было большой ошиб-
кой, испортившей все. Знающим китайский
187
быт известно, что в китайских театрах билеты
зрители покупают смотря по настроению,
подчас даже тогда, когда представление уже
просмотрено. Понравилось — покупают, не
понравилось — уходят. Это было очень не по
душе нашим финансовым органам, которые и
не преминули при первых шагах по советиза-
ции северного театра испортить все дело тре-
бованием предварительной продажи билетов.
Серые “та-пу-ше”, с беспокойством взи-
равшие на мероприятия по пролетаризации
северного театра, страшно обрадовались
этому промаху и не замедлили им восполь-
зоваться. Поднялась бешеная агитация с
материальным “мотивчиком” — “коммуни-
сты берут деньги при входе...грабиловка...
нарушение священных традиций китайского
театра! ”. А заодно уже все остальное: пьеса о
вреде опиекурения — удар по единственной
радости бедного китайца? Долой! Пьеса о
революционере? Долой!
Провокации удались. Влиятельным “та-
пу-ше” удалось добиться того, что масса
отхлынула от Северного театра, он захирел.
Но актив не остановился. Неудача с Север-
ным театром поставила вопрос о постепен-
ном овладении Южным театром. И сейчас
в стенах южного театра уже мало увидишь
элегантных, тонкого серого шевиота “та-
пу-ше”. “Ма-гхуа” и кепка рабочего заметно
преобладают в Южном театре над фетровыми
шанхайскими шляпами. Билеты при входе
не навязываются, дух благостного чаепития
сохранен. Все время, пока вы созерцаете
бесконечную пьесу, поставленную в стиле,
который, несомненно, заимствован Мейер-
хольдом, аккуратный служитель не перестает
подливать в ваш чайник ароматную влагу.
“Ма-гхуа” наслаждаются сладостным чае-
питием, которым раньше в стенах «Юн-сян-
ча-шана» развлекались преимущественно
богатые посетители. Пьесы, идущие в Юж-
ном театре, идеологической выдержанно-
стью похвастаться еще не могут, но репертуар
все же значительно оздоровлен. Подбира-
ются постепенно пьесы, которые трактуют,
например, о вреде пьянства, азартных игр, об
общих основах морали. И нельзя сказать, что
эти пьесы скучны, сухи. Они даже европейца
заставят смеяться и слегка волноваться вме-
сте с бешено хохочущей или шумно нервни-
чающей китайской аудиторией.
Вот крупицы нови, которая с таким тру-
дом пробивает себе путь в недра замкнутого,
отсталого китайского Владивостока».
В 1930 году решением советской власти
китайский театр из частного превратил-
ся в государственный, поначалу во главе с
заведующим китайцем, а затем с русским
директором-коммунистом; в 1931 году во
Владивостоке был создан Китайский театр
рабочей молодежи (ТРАМ).
Несмотря на все трудности и промахи,
советская власть не собиралась отказываться
от такого важного средства влияния на ки-
тайское население Владивостока, как нацио-
нальный театр, упорно, шаг за шагом прово-
дя в жизнь мероприятия по его советизации.
«Итоги обследования работы китайского
театра гор. Владивостока Комиссией Горко-
ма ВКП(б)
После обследования работы китайского
театра Комиссия считает, что при помощи
руководства Горкома ВКП(б) китайский
театр в своей работе добился некоторых
успехов в деле организации нового ТРАМа,
составления шести новых пьес, укрепления
внутреннего порядка, пересоставления не-
которых старых пьес, улучшения бытовых
условий работников искусства и т.д.
Но одновременно в работе выявлено мно-
го ошибок и недостатков:
1) Вследствие оппортунистического ру-
ководства зав. театром Сюи-тин-фа и капи-
тулянтского настроения перед старыми пье-
сами, темпы работы по перестройке старых
пьес чрезвычайно медленны. До сего момента
старые пьесы еще занимают места свыше 90%,
содержание которых закрепляет идею фео-
дализма “Чжун-сло-цин-и” (верноподдан-
ности императору, родным, мужу и друзьям),
например пьеса “Пу-фу-он-хуо” и т.д. Эти
пьесы являются контрреволюционными и не
обеспечивают требований культурной рево-
люции при социалистическом строительстве.
2) Отсутствует мобилизация масс и пла-
новое вовлечение их в работу по составле-
нию и переводу новых пьес. В данное время
имеется шесть новых пьес, политически
выверенных, но в декорациях и постановках
имеется большой недостаток.
3) Не применен метод воспитания ста-
рых актеров и рабочих для вовлечения их в
работу по пересоставлению старых пьес и
188
составлению новых. Руководители театра
совершенно не приняли никаких мер.
4) Совершенно недостаточно уделял вни-
мания воспитыванию новых кадров — акте-
ров, даже и в настоящее время отсутствует
какой-либо план. Зав. театром тов. Сюи-тин-
фа совершенно не знает, когда можно окон-
чить работу по перестройке всех старых пьес.
5) Свыше 60% актеров курят опиум, и
почти все картежники. На сегодняшний
день в их квартирах еще имеются опиеку-
рилки. Большинство актеров имеет связь с
контрабандистами и “черной биржей” (по
незаконному переводу валюты за границу).
В прошлом месяце у них было проведено три
обыска ОГПУ, которым было обнаружено
много контрабанды и иностранной валюты.
Руководители театра не только не бо-
ролись с этой контрабандой, а, наоборот,
показали объективную помощь в этом деле
(руководитель театра требовал возвращения
иностранной валюты в ОГПУ).
6) Среди старых актеров еще сохраняют-
ся старые обычаи, имеется вражда между
группами актеров. Зав. сценой Ли-юн-шин
диктует всю работу по спектаклю, три раза
избил актера, и руководители театра не толь-
ко не приняли жестких мер в отношении
этого беззакония, а, наоборот, заставили
извиняться потерпевшего перед админи-
стратором — Ли-юн-шин.
7) Работа китайского театра совершенно
оторвана от производства; хотя в смете вы-
делены средства для поездки по районам и
по производствам, но на факте эти задания
совершенно не осуществляются, ударникам
не уделяют никакого внимания.
8) В маленьком буфете имеется семь плат-
ных работников. Зав. театром одновременно
работает завом буфета, не выполняя никакой
работы, получает 150 рублей в месяц (в месяц
он всего получает 750 рублей, а уплачивает
партийные взносы по основному жалованию
600 рублей). За существование буфета в те-
чение 13 месяцев было куплено продуктов
на 67849 рублей, а продано на 95618 рублей,
прибыль почти всю расходовали на выплату
зарплаты, до сих пор для помощи китайским
детям выделено только 2200 рублей.
9) Хотя в месткоме имеется два платных
работника, но работа проведена очень слабо.
Совершенно отсутствует соцсоревнование
и ударничество, совершенно не проводится
работа культвоспитательная по поднятию
культурного уровня актеров. Не развернута
самокритика для уничтожения нездоровых
явлений.
10) Работа партячейки совершенно сла-
бая. Среди актеров партийное влияние поч-
ти отсутствует. Работа по партвоспитанию
совершенно не проводится, отсутствует пар-
тийное руководство над всей работой театра
и наоборот, т.е. местком занимался хвостиз-
мом в деле выдвижения зава театром тов.
Сюи-тин-фа в кандидаты Краевой Красной
книги социалистических побед.
На основании этих материалов Комиссия
считает, что китайскому театру в ближайшее
время необходимо выполнить следующие
предложения:
1) Составить практический план по пере-
стройке работы театра, усилить темпы по
перестройке старых пьес, до июня 1933 года
новых пьес должно быть не менее 50%, а до
конца 1933 года до 100%.
2) Постоянно проводить спектакли ста-
рых актеров совместно с новыми. Вовлечь
старых актеров к работе нового ТРАМа.
3) Тщательно проверять все старые пьесы,
переработав их содержание, вовлечь широ-
кие массы рабочих по составлению и пере-
воду новых пьес.
4) Усилить и развернуть подготовку новых
работников искусства, повысить роль поли-
тической устойчивости и качества искусства.
5) Максимально добиться необходимых
костюмов и декораций для новых пьес.
6) Снова проверить качество и состав ра-
ботников. Максимально сократить лишних
работников. Перейти на хозрасчет и раци-
онализировать средства для обеспечения
необходимых средств по подготовке групп
новых кадров искусства.
7) Поставить перед Горкомом партии во-
прос о снятии тов. Сюи-тин-фа с работы зав.
театром и передать его дело контрольной
комиссии.
8) Предложить театру снять администра-
тора Ли-юн-шин с работы и передать его
под суд.
9) Поставить вопрос перед Горкомом Со-
юза искусств о роспуске месткома и снятии
секретаря Ин-фун-сан и председателя Ко-
по-цзин с работы и заменить их другими
189
товарищами, усилить проведение культво-
спитательной работы среди актеров.
10) Просить Горком партии заменить се-
кретаря партийной ячейки более сильным и
политически развитым товарищем для уси-
ления работы ячейки. Закрепить партийное
руководство над работой театра.
11) Больше уделять внимания наведению
порядка и чистоты, при театре организовать
книжный киоск.
20/IV-1933»
В 1935 году уже новый директор китай-
ского театра Н. Кириченко в докладной
записке крайкому и горкому ВКП(б) со-
общал: «...В настоящее время состав театра
и ТРАМа следующий: членов ВКП(б) — 6
человек, комсомольцев — 4 человека, членов
профсоюза — 105 человек из всего состава
121 человек... Каждый рабочий, крестьянин
знает и любит театр и в большинстве своем
неграмотная масса знает наизусть и может
петь и говорить целые драмы в большом ко-
личестве; большинство пьес, идущих в теа-
тре, ей знакомы от начала до конца. Каждый,
даже самый отсталый рабочий, часто бывает
в театре и обязательно пойдет посмотреть
каждую новую постановку. Отсюда легко
понять, что овладение китайским театром,
перевод его на революционную, социали-
стическую тематику является овладением
одним из главных средств агитации и про-
паганды среди китайских трудящихся масс
Дальневосточного Края».
Докладная записка директора китайского
театра была обсуждена на специальном за-
седании бюро Владивостокского городского
комитета ВКП(Б) 19 июля 1935 года «О ра-
боте китайского театра и ТРАМа»:
«...Бюро Горкома отмечает, что на ряд
достижений в работе китайского театра
(постановлено 4 части переделанной пьесы
“Тайпинское восстание”, революционные
пьесы: “Чапей”, “Красный Шазтер”, “Рычи,
Китай” и др.) все же работа и состояние те-
атра продолжают оставаться неудовлетво-
рительными.
1. Большинство пьес идеологически не
выдержанны, переделка старых пьес на ре-
волюционную тематику и создание новых
пьес идет очень медленно.
2. Китайский театр и ТРАМ мало связаны
с производством, где сосредоточены основ-
ные массы китайских рабочих и колхозников
(порт, АКО-база, Многопромсоюз, колхозы
и др.). Мало выездов на производство с по-
становками, концертами, театр не проводит
массово-политической работы.
3. Партийно-массовая и профсоюзная
работа в театре слаба. Первичная парторга-
низация (парторг тов. Си-бин) и местком
не сумели втянуть беспартийных актеров в
общественную жизнь театра, 60% артистов
являются еще до сих пор китайскими под-
данными, 13 человек курят опиум.
4. В театре грязно, неуютно, помещение
недостаточно приспособлено для театра, нет
вешалки, фойе, вентиляции.
Бюро Горкома постановляет:
I. Об обеспечении идеологической вы-
держанности работы китайского театра:
— обеспечить систематическое руковод-
ство политической и художественной работой
театра и ТРАМа, пересмотреть вместе с худо-
жественным советом все старые пьесы и пере-
делать до 1-го сентября не менее пяти пьес;
— обеспечить постановку ежемесячно по
одной части пьесы “Тайпинское восстание”;
— усилить идеологическую работу;
— обязать Облпрофсовет (тов. Кулако-
ва) организовать действительное шефство
театра имени Горького над китайским теа-
тром, взаимное посещение артистами этих
театров, критический разбор постановок.
П. Об улучшении массовой работы театра
в связи с производством:
— с помощью курсантов Китайско-
Ленинской школы и артистов театра орга-
низовать массовую работу вокруг новых по-
становок путем проведения бесед, докладов
в общежитиях рабочих города (китайских и
русских), в китайском клубе;
— организовать вечера встреч с артистами;
—организовать поездку китайского театра
и ТРАМа по краю для обслуживания китай-
ских трудящихся.
III. Об усилении партийно-массовой и
культурной работы в театре:
— парторгу театра (тов. Си-бин) улучшить
подготовку к партийным собраниям, обе-
спечить выход стенгазеты;
Решительно бороться с опиекурением
работников театра и немедленно развернуть
работу по переходу артистов китайских под-
данных в советское подданство;
190
— обеспечить красный уголок театра доста-
точным количеством газет, журналов, шахмат;
— очистить до 1 -го сентября состав арти-
стов театра и ТРАМа от классово чуждых,
антисоветских элементов и неисправимых
опиекурилыциков.
IV. Об улучшении материально-финан-
совой базы театра и положения работников:
— ходатайствовать перед Наркомпросом о
включении китайского театра на госбюджет;
— предложить председателю Облпрофсо-
юза включить по договоренности с директо-
ром китайского театра и ТРАМа (тов. Ки-
риченко) на питание в китайскую столовую
Облпрофсоюза коллектив театра».
С середины 1930-х годов китайский театр
Владивостока, сохранив национальные чер-
ты, стал типичным советским учреждением
культуры. Его деятельность расширялась с
каждым годом. В начале 1937 года состоялась
гастрольная поездка театра по Советскому
Союзу. Перед поездкой, 29 декабря 1936
года, был устроен большой концерт — обще-
ственный просмотр программы, подготов-
ленный театром для гастролей.
«Программа охватывает все виды теа-
трального китайского искусства. Мелодии
и напевы, исполняемые на национальных
инструментах (сяоди, шен, хучин, юэцин),
отразят китайскую классическую музы-
ку. В репертуаре музыкальных номеров:
“Су-у-муни” — “Песнь пастуха”, “Да-лу-
го” — “Большая дорога” (песнь ссыльных),
“Ху-ду” — “Глупая мама” (народная песня),
“Да-гу-най” — “Игра в домино”.
Концерт будет включать номера китай-
ского балета из классических пьес в испол-
нении артисток: Ля Ян-гу, Ко Сю-ин, Су
Цай-фын, Ян Ман-ган. Десятилетний артист
театра Шура Вай исполнит акробатический
танец конюха из пьесы “Бай Мо”. Зрители
увидят характерные для китайского театра
маски положительных, отрицательных,
воинственных, комических персонажей.
Студент Восточного факультета ДВГУ тов.
Борисов прочтет реферат о специфике и
характере китайского театра».
В 1937 году китайский театр Владиво-
стока стал самым посещаемым культурным
заведением города. Но его судьба, неразрыв-
но связанная с судьбой китайского населе-
ния города, завершилась в 1938 году, когда
состоялось массовое выселение восточных
мигрантов из Владивостока.
Одна из последних характеристик ки-
тайского театра была опубликована в газете
«Красное Знамя» в январе 1938 года.
«Китайский театр существует во Влади-
востоке давно, около сорока лет, но только
с момента установления на Дальнем Востоке
советской власти театр получил все условия
для творческого роста, стал театром, поль-
зующимся большим успехом не только у
зрителя-китайца, но и у зрителя-русского.
В 1930 году театр перешел в ведение го-
сударственных зрелищных предприятий. С
этого момента перед коллективом актеров
и директором театра встали большие зада-
чи творческого порядка: надо было в корне
обновить репертуар, надо было показать с
театральных подмостков живо и реалистич-
но события дня — революционную борьбу
трудящихся Китая против захватнической
политики Японии, социалистическое стро-
ительство на советском Дальнем Востоке и
другое.
Несмотря на то, что пьесы были напи-
саны примитивно, они были встречены с
большим восторгом.
Но у театра есть и другая задача — знако-
мить китайских трудящихся, населяющих
советский Дальний Восток, с классическим
наследством китайской культуры. И вот
была поставлена, после небольшой передел-
ки, классическая историческая пьеса “Фун
По-тин” — о борьбе китайских крестьян про-
тив захватнических походов маньчжур (это
события 700-летней давности).
Вскоре была поставлена “Месть” — о жиз-
ни китайского рыбака, восставшего против
эксплуатации помещиков.
Две последние пьесы, в отличие от
“Маньчжурскихсобытий” и “Ван Фу-лина”,
поставленные со всеми особенностями ста-
рого классического китайского театра, идут
в театре и сейчас.
После 1930 года были организованы курсы
повышения квалификации. Многие талант-
ливые актеры, проведшие на сцене 20—25лет,
были неграмотны, для них была создана
школа ликвидации безграмотности...
С китайским театром слился китайский
ТРАМ, и это оказало большое влияние на
развитие театра.
191
Ne 130. Бывший Северный
китайский театр Ван Тынсина
(слева) в глубине «Миллионки».
2014 год
№ 131. Бывший Северный
китайский театр Ван Тынсина.
Сейчас - детско-юношеская
спортивная школа по спортивной
и художественной гимнастике.
2014 год
192
И вот сейчас, после семи лет плодотвор-
ной и трудной работы, можно подвести итог.
Театр, безусловно, окреп. За эти годы он вос-
питал замечательных актеров: Сю Тин-син —
комсомолец, бывший трамовец, Чжан Шу-
сен — комсомолец, исполняющий в балете
“Чапей”, Ван Ке-жен, Го Сю-ван — 17-летняя
талантливая актриса. Самые молодые в теа-
тре — Шура Бай и Коля У—они изумительно
исполняют акробатические номера».
Одно из зданий китайского театра, быв-
шего северного театра Ван Тынсина, находя-
щееся в лабиринтах так называемой «Мил-
лионки», сохранилось до наших дней. В этом
добротном просторном помещении сейчас
тренируются юные спортсмены-гимнасты.
Нередко около этого исторического
строения останавливаются экскурсионные
группы; они узнают здесь интересные факты
из жизни китайского театра, в том числе и
о посещении театра известным советским
писателем Михаилом Пришвиным, который
оставил воспоминание об этом в своих днев-
никовых записях 20 июня 1931 года:
«Вчера в китайском театре изображалась
жизнь за 500 лет до нашего времени, и при-
емы игры были древние, а сюжет состоял в
том, что богатый по своей оплошности по-
падает в руки бедняка, переживает через это
все страдания, какие только может вынести
человек, но в конце концов правда торже-
ствует, богатый восстанавливается в своих
правах, а бедного ведут на виселицу.
Китайский театр был переполнен, у каж-
дого китайца в руке был чайник и чашечка,
курили, грызли семечки тыквы. В этой об-
становке я невольно перестраивался, со-
гласно сюжетам пьес, манеры игры и вида
публики, тоже на жизнь за 500 лет до нашего
времени. И вот потому, что перестроился на
это время, долго я принимал изображение
на заднем экране за балдахин, под которым
сидит человек. И вдруг товарищ мне говорит:
“Вглядись-ка получше, ведь это же трактор”.
Я надел очки и увидел, что это действи-
тельно трактор, притом цепной и самой
совершенной конструкции, а на нем сидел
человек в кепи. Вверху же было напечатано
на двух языках — на китайском и под ним
на русском: “Голос пролетарского искус-
ства дружно везде поднялся против новой
войны”...».
Китайский кинотеатр
Около десяти лет во Владивостоке рабо-
тал китайский кинотеатр.
О появлении его известила газета «Крас-
ное Знамя» в июне 1929 года:
«Владивостокское отделение Совкино
сняло в аренду помещение большого ки-
тайского театра. После переоборудования
и ремонта здесь будет открыт китайский
кинотеатр — первый в СССР. Открытие
предполагается приурочить к началу ра-
боты Тихоокеанского конгресса профсо-
юзов».
Открытие кинотеатра было иницииро-
вано Китайской комиссией при Окружко-
ме ВКП(б), чтобы снова максимально ис-
пользовать здание отвергнутого «китайской
общественностью» пролетаризированного
Северного театра.
«1. Принимая во внимание, что у нас в
округе китайского населения около 50000
человек и культурно-просветительская ра-
бота отсутствует, считать нужным открыть
китайский кинотеатр с надписями на ки-
тайском языке. Эту работу возложить на
Совкино.
2. Считая, что китайский кинотеатр бу-
дет дефицитным, поручить конференциям
Окрисполкома, Областного Совета про-
фессиональных союзов (ОСПС) оказать
Совкино материальное содействие.
3. Газете, китайской секции и коммуни-
стической фракции ОСПС провести под-
готовительную широкую разъяснительную
работу по организации китайского кино-
театра.
4. Комхозу, Политпросвету и ОкрФО
оказать необходимые льготы, приравнивая
кинотеатр к клубам.
5. Агентству Совкино поставить вопрос
перед отделением о выписке из Китая иде-
ологически подходящих кинолент.
6. Уполномоченному китайского кол-
лектива артистов повести работу по пере-
ходу артистов из закрываемого театра в
коллектив».
Китайский кинотеатр открылся 20 августа
1929 года. Начало его работы стало большим
торжественным событием в городе, о нем
писали все газеты.
193
«Торжество китайского квартала. В уз-
ком переулке, среди китайских вывесок
появилась необычная: “Кино”. А дальше,
на кирпичном большом здании читается
торжественное название: “1-й Дальнево-
сточный китайский кинотеатр имени 2-го
конгресса Тихоокеанских профсоюзов”.
Входим в просторный зал кино. Рядами
стоят чистые столики и скамейки, свежевы-
крашенные. Только форма зала и колонны
по бокам напоминают прежний театр. На
сцене белеет экран. Служащие кино закан-
чивают приготовления к открытию. Крас-
ным сукном накрывается стол на сцене.
Ячейка ВЛКСМ по своему почину раз-
весила по барьерам балкона алеющие ку-
мачом лозунги: “Самое важное для нас из
искусств — это кино (Ленин)”, “Да здрав-
ствует союз рабочих и крестьян всех наци-
ональностей!”, “Да здравствует китайская
революция!”. У экрана портреты Ленина и
Буденного. В фойе на стенах портреты вож-
дей и кадры из фильма “Октябрь”.
Зал понемногу наполняется зрителями.
Входят нерешительно. Удивленно осматри-
вают преобразившийся театр.
— Хорошо, — говорит один рабочий ки-
таец. — Совсем не похож на наш. — Чисто.
Хорошо...
Другой сомневается. — Через неделю
грязно будет.
— Нет! — отвечает по-китайски студентка
востфака — будущая кассирша. Мыть и чи-
стить будем.
— Ну, тогда дело другое, — соглашается
собеседник.
К семи часам зал наполнен до отказа.
Товарищ Гайлет открывает торжественное
заседание, а товарищ Ян-шин-хун от имени
Окружкома ВКП(б) объявляет первый на
Дальнем Востоке и во всем СССР китайский
кинотеатр открытым.
— Это большое событие, — говорит това-
рищ Ян-хин-шун, — открываемый сегодня
кинотеатр сможет очень хорошо служить
задачам братского сближения трудящихся
всех национальностей.
После товарища Ян-хин-шуна, говорит
делегат Тихоокеанской конференции. Речь
его насыщенна, выразительные жесты де-
лают ее понятной и для шаньдунцев, плохо
понимающих его как шанхайца.
В зале постепенно появляются женщины,
а вскоре приходит большая группа китаянок
в 50 человек во главе с делегаткой конфе-
ренции.
Между столиками ходят продавцы сла-
стей, как и в китайском театре. Специально-
го запрещения курить не было, но зрители
под влиянием необычной для них чистоты
воздерживаются от курения.
Заседание закончено. Рассаживаются по
местам опоздавшие, и зал погружается в тем-
ноту. На экране вспыхивает трепетная жизнь
картины. Возгласы ободрения, хлопки...
Одним демонстрированием картин это
кино не ограничится. При нем будет вести в
читальне широкую культработу специально
приглашенный рабфаковец-китаец.
Выходим на улицу. У входа собралась
огромная толпа не успевших попасть. “Ве-
ликий немой” вызвал большой интерес в
китайских кварталах».
После торжественного открытия киноте-
атра началась его ежедневная деятельность.
Владивостокские газеты систематически пе-
чатали рекламу показываемых художествен-
ных и документальных фильмов. Первая
из таких публикаций появилась 28 августа
1929 года:
«1-й Дальневосточный китайский кино-
театр “Совкино” имени Второй Тихоокеан-
ской конференции профсоюзов.
Семеновская улица, дом № 3, во дворе,
бывший китайский театр Ван Илина.
Начало сеансов в 6.30 и 9.00 вечера. 28 и
29 августа новая большая программа:
1. Лучшая комедия с участием известных
комиков
Пата и Паташона в 6-ти частях “Сила и
красота”.
2. Культурфильм в 3-х частях “Диспансер,
семья и труд”.
3. Вторая конференция Тихоокеанских
профсоюзов.
Музыкальное сопровождение — рояль.
Касса открыта с 5 ч. 30 мин. дня».
«Первый месяц работы китайского ки-
нотеатра показал, насколько он необходим
в условиях Владивостока. За первый месяц
кино посмотрели 8000 зрителей.
Европейская музыка, введенная в кино,
не удовлетворяла зрителей. Она рассеивала
внимание и заглушала переводчика. Теперь
194
картины идут без музыки. Перед началом
сеансов играет национальный китайский
оркестр, составленный из рабочих — люби-
телей музыки.
Механики китайского кино вызывали на
соревнование механиков кинотеатра “Буре-
вестник”. Цель соревнования — улучшение
проекции. И надо сказать, что в китайском
кино проекция картин безукоризненная».
Несмотря на очевидные, в том числе
финансовые работы кинотеатра, он просу-
ществовал в здании Северного театра очень
недолго.
Поскольку окончательная ликвидация ки-
тайского театра в планы властей не входила,
наоборот, на него возлагались большие на-
дежды в плане агитации и пропаганды, Ки-
тайская комиссия приняла «соломоново ре-
шение»: вернуть китайский театр в здание на
Семеновской, № 3, а кинотеатр перенести в
здание южного театра на Семеновскую, № 14.
С середины 1930-х годов кинотеатр вхо-
дил в систему «Далькинотреста» и имел на-
звание «Тай-пин-ян» — «Тихий океан».
После выселения китайцев из Влади-
востока, кинотеатр «Тай-пин-ян» получил
новое название — «Родина». Впоследствии
«Родину» перепрофилировали в кинотеатр
для детей и юношества. В конце 1940-х годов
он был значительно перестроен и модерни-
зирован. Кинотеатр «Родина», так памятный
тем владивостокцам, «кому за сорок», был
закрыт и разрушен в 1980 году.
Illlllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllinil^
В кино-театрах Далькинотреста
„ТАЙ-ПИН-ЯН" Семеновская ул.,
уг. улицы 25 Октября, дом № 14.
Включительно до 18 мая 1936 г.
заграничный звуковой фильм
м * q Комедия с уч.
II t I С г Франчески Гааль.
Анонс: с 19 мая звуковой говорящий
вариант фантастического фильма
КОСМИЧЕСКИЙ РЕЙС
№ 132. Кинотеатр «Родина» - бывший «Тай-пин-ян», бывший Южный китайский театр Юнхозана,
до перестройки в конце 1940-х годов, т.е. практически в первоначальном виде. 1948 год
195
Ns 133. Кинотеатр «Родина» после реконструкции. 1952 год
N& 134. Кинотеатр «Родина»: новое фойе. 1952 год
196
197
Китайский клуб
имени «1-го Мая»
В 1924 году во Владивостоке был открыт
клуб китайских рабочих, располагавшийся
в двухэтажном здании на углу Пекинской
и Корейской улиц. Главной задачей клуба
была организация культурного досуга ки-
тайских рабочих, ремесленников и их семей.
Сразу же после открытия клуба при нем
стали действовать комсомольская ячейка и
пионерский отряд. В июле 1925 года в ком-
сомольской ячейке уже было 60 человек.
«Как характерное бытовое явление нужно
отметить, что в ячейке состоит одна девушка.
Первая брешь в неприступной стене религи-
озных предрассудков и забитости пробита!
Значительно благополучнее в пионер-
ском отряде, где 30% девушек.
Ячейка комсомола совместно с профор-
ганизациями ведет экономическо-право-
вую работу среди молодежи, работающей у
кустарей.
Значительная часть комсомольцев обуча-
ется на ликпункте (пункте ликвидации не-
грамотности). С громадным упорством они
преодолевают трудности русского языка.
Сейчас приступили к изучению устава и
программы комсомола. Большое препят-
ствие в учебе — отсутствие литературы на
китайском языке.
Особенно осторожно относится ячейка к
приему новых членов, кандидатура каждого
вступающего тщательно обсуждается, зача-
стую даются отводы».
При клубе также активно действовала
ячейка ВКП(б), которая вникала во все ню-
ансы жизни китайского населения Владиво-
стока. Так, в декабре 1926 года партячейка
клуба на своем заседании обсудила состоя-
ние массовой печати, в том числе и работу
газеты «Гун-жень-чжи-лу» («Рабочий путь»).
В ходе обсуждения была заслушана инфор-
мация о том, что эта газета — единственная
в СССР, издающаяся на китайском языке,
что она пользуется огромной популярно-
стью среди китайских рабочих благодаря
простому, понятному разговорному языку
и подбору интересных сведений. Газету вы-
писывают в основном месткомы и, таким
образом, читают ее главным образом члены
профсоюзов. За пределы Владивостокского
округа газета проникает очень слабо.
В составе рабочих корреспондентов газе-
ты — 27 человек, которые получают новости
из всех уголков Дальневосточного края. К
концу 1926 года газета почти полностью
перешла на самоокупаемость.
Партийная ячейка клуба имени «1-го
Мая», обсудив роль «Гуан-жень-чжи-лу»
в рабочем движении приняла следующее
решение:
«1. Организовать громкое чтение газеты
в клубах и красных уголках.
2. Освещать профсоюзам свою работу пу-
тем присыпки статей и заметок, написанных
хотя бы на русском языке.
3. Выделить профсоюзам рабкоров и на-
блюдать за их работой.
4. Провести кампанию за увеличение
подписки».
Клуб имени «1-го Мая» был местом куль-
турного отдыха и встреч китайских рабочих:
грузчиков, сапожников, металлистов, куста-
рей-одиночек, швейников и других. Через
три года после открытия, он стал весьма
многолюдным местом, где каждый посети-
тель находил занятие по интересам. В клубе
работала библиотека-читальня, в которой
летом 1927 года было около 2500 томов раз-
личной литературы на китайском языке.
Постоянных читателей в библиотеке было
около 200 человек. Библиотека располагала
также газетным фондом (8 наименований),
который был доступен всем желающим. В
клубе была специальная комната отдыха,
где желающие играли в китайские шашки.
В нижнем этаже клуба в просторном зале
были расставлены аппараты и тренажеры
для занятий физической культурой. Ле-
том физкульткружок занимался спортом и
играми на летней спортплощадке. В составе
кружка было 50 любителей спорта. Драма-
тический кружок клуба объединял более 40
человек, в хоровом кружке занималось 30 че-
ловек. Кроме того, в клубе работали кружки
бесед и групповых читок, здесь же регулярно
выпускались стенные газеты.
«Как только входишь в китайский клуб
“ 1 -го Мая” — прежде всего видишь на одной
стороне стенную газету китайских пионеров,
а по другую — стенную газету комсомольцев
“Сянь-фэн” (“Авангард”). Поднимаемся
198
выше по лестнице и прямо перед глазами
большая клубная стенная газета — “Цзюй-
лэ-бу” (газета клуба “1-го Мая”). Все газеты
имеют свой круг читателей, который с тече-
нием времени все расширяется, привлекая
в свои ряды все новых и новых лиц. Выход
каждого номера стенгазеты сразу же можно
заметить. Около них толпится 10 —15 читате-
лей взрослых или молодежи. “Цзюй-лэ-бу”
издается с основания клуба “ 1 -го Мая”. Вна-
чале за весь 1924 год было выпущено только
три номера. С апреля 1925 года правление
клуба постановило выпускать “Цзюй-лэ-бу”
два раза в месяц, что аккуратно выполняется
редколлегией. Газета пишется на разговор-
ном языке “байхуа”, который легко понима-
ют все владивостокские китайские рабочие».
В январе 1928 года в клубе состоялась
выставка китайских стенных газет, которая
была приурочена к 10-летию советских про-
фсоюзов.
«Редкий коллектив, где есть внушитель-
ное ядро китайских рабочих, не имеет сейчас
стенгазеты. “Гун-жень-жень-го” (“Рабочая
жизнь”) — газета 3-го месткома союза совра-
ботников. Этот профсоюз дал на выставку
газет больше всех — одиннадцать. И по сво-
им качествам его стенновики, пожалуй, са-
мые лучшие: газеты обильно разрисованы и
снабжены иллюстрациями. К таким газетам
русский читатель, может быть, отнесся бы
отрицательно, но в представлениях китайца,
они как раз-то и достигают цели.
Не всякий китаец еще может хорошо чи-
тать. И то, что не скажут аккуратные колон-
ки иероглифов, разъяснит рисунок. Оттого
и так любовно, так тщательно делаются эти
рисунки (в большинстве своем — политиче-
ские шаржи).
Вот стенновка сучанских горняков. С
виду невзрачная и по обилию текста строгая,
как строг сам труд китайского горняка. Эта
газета делалась в промежутке между ударом
кайла и сном. Есть в газете стихи. Одно на-
чинается так:
Земля Китая хороша,
Но жаль — она попала в руки богачей.
Люди Китая хороши,
Но плохо то, что им наносят вред и боль
войска и хунхузы.
Горы Китая хороши,
Но жаль, что их разрабатывают ино-
странцы...
“Гуан-жень” (“Рабочий”), “Шао-нянь”
(“Молодежь”) — газеты грузчиков местко-
мов №№ 1 и 4.
Но больше всех отличился сам “хозя-
ин” — клуб “1-го Мая”. Его 29 стенновок
могут служить примером. Тут и пионерские,
и комсомольские, и клубные, и кружковые,
и специальные — посвященные неделе обо-
роны и 10-летию профсоюзов.
Самая крупная газета - “Цзюй-лэ-бу” (Га-
зета клуба имени “1-го Мая”). Она выходит
с первого дня рождения клуба в 1924 году.
На выставке толпа... В первый день ее по-
сетило 600 человек... Жюри наиболее удач-
ным газетам выдало премии».
К началу 1928 года клуб имени «1-го Мая»
значительно расширил свою деятельность,
при этом увеличилось число постоянных
посетителей. Рассказывая об этом, газета
«Красное Знамя» в январе 1928 года опу-
бликовала статью под заголовком «Место
всеобщей радости»:
«Таким выразительным поэтическим об-
разом переводится слово “клуб” - “цзюй-лэ-
бу”. Именно, только местом всеобщей радо-
сти можно назвать двухэтажный каменный
дом со скромной вывеской “Клуб 1-го Мая”
(У-и-цзюй-лэ-бу).
Он никогда не был похож на наши клубы.
Его значение больше, его задачи шире.
Место помощи, место отдыха, место
радости от получаемых знаний молодого
пробуждающегося китайского рабочего.
Тысячевековая культура мандаринов была
не для него. Сюда пришел грязный, рваный
и голодный мальчик, запомнивший отца
только по фразе “Зачем умываться — завтра
все равно будешь грязный, зачем штопать
дыры — все равно завтра порвется!”. При-
шел и стал грифелем выводить непослушные
буквы. Дали краски, и стал рисовать. Потом
стал умываться каждый день. Потом одели
на него зеленую рубашку и красный гал-
стук... Так родился первый отряд китайских
пионеров. 43 человека детей беднейших вла-
дивостокских рабочих и кустарей недавно
встречали своего сверстника — 10-й Октябрь.
Это ничего, что они не узнают ни слова по-
русски и их вожатый ходит в Окрбюро ЮП
(Окружное бюро юных пионеров) изъяс-
199
няться не столько словами, сколько жести-
куляцией. У отряда зато — лучшая в клубе
стенгазета. Юношеская секция готовит 35
человек беспартийной китайской молодежи
к общественной работе.
Женщины, во главе со своим ячейковым
организатором — работницей-китаянкой
Лю-и, — нашли приют для своих делегатских
собраний в этом же клубе.
Девять кружков клуба живут разнообраз-
ной кипучей жизнью:
— 54 человека — в музыкальном и хоровом
кружках. На особом смычковом инструмен-
те “ху-чар” можно очень хорошо выучиться
играть “Интернационал”;
— драмкружок (45 человек) за последнее
полугодие дал 29 постановок во всех союзах,
где есть китайцы. Пьесы пишут сами же ак-
теры на злобу дня;
— политкружок — 27 человек;
— кружок читки газет;
— кружок собеседования — 40 человек;
— военный кружок — самый живой и
многочисленный.
У клуба есть фортепиано, киноаппарат.
Но главное — это спаянность членов.
Ни один клуб не может похвастаться таким
вниманием, какое проявляют 350 человек
к своему культурному очагу. На последних
перевыборах правления присутствовало 95%
всех членов клуба».
В июле 1929 года клуб имени «1-го Мая»
открыл детскую площадку.
«В клубе на днях состоялось многолюд-
ное собрание родителей по случаю откры-
тия китайской детской площадки. Зал был
переполнен китаянками с детьми и китай-
скими рабочими. Собрание приветствова-
ло открытие площадки, рабочие обещали
площадке всемерную поддержку и решили
организовать детплощадку с осени в первый
китайский детский сад.
Площадка будет обслуживать 60 детей ра-
бочих и кустарей. Руководительский состав
два человека (китаянка и русская)».
Клуб имени «1-го Мая» принимал ак-
тивное участие в общегородских событи-
ях — митингах, демонстрациях, посвящен-
ных праздникам: Октябрьской револю-
ции, Дню Красной Армии и Флота, Дню
Na 137. Одна из первомайских демонстраций во Владивостоке в конце 1920-х годов
200
международной солидарности трудящихся
1-го Мая и другим.
Сохранился красочный отчет о перво-
майских торжествах 1928 года, в котором
приняли участие все кружки клуба имени
«1-го Мая». Это было грандиозное событие
с обширной программой, в которую входи-
ли: демонстрация трудящихся на главной
улице города, митинг на Привокзальной
площади, парад современного транспорта,
показательный «бой» на ипподроме воени-
зированных частей особого батальона Дома
обороны, а также концертно-цирковые вы-
ступления, в которых были задействованы
военный, физкультурный, драматический
и музыкальный кружки клуба имени «1-го
Мая». В первомайской колонне прошел хор,
исполнявший песни на китайском языке;
здесь же двигался автомобиль, на котором
артисты драмкружка показывали “живой
журнал”; на ипподроме зрители увидели
номера китайской гимнастики.
Ежегодно пионеры и октябрята клуба
становились участниками парада на При-
вокзальной площади города по случаю
Международной детской недели, которая
отмечалась в мае. В том же 1928 году этот
праздник пришелся на воскресенье 20 мая.
«Дэн-сю-у на параде.
Дэн-сю-у октябренок. Ему нет и семи лет.
В воскресенье ранним утром он со своим
старшим братом первым прибежал в клуб
“1-го Мая”. Их товарищи пришли позже...
В отряде 28 ребят, а формы (штанов и рубах)
хватило только на 24.
Дэн-сю-у доволен собой. Новенькие си-
ние штаны ему длинноваты, но они ему по
вкусу, а зеленая рубашка — широкая, корот-
кая и без пояса... Галстук — ярко-красного
цвета.
Когда октябрята и пионеры были готовы,
они построились по парам и под громкие
звуки трубы Дэн-сю-вэня двинулись на
площадь.
Дэн-сю-у в первой паре. До угла Ленин-
ской и 25-го Октября все обстояло благо-
получно. Отряд дружно шагал навстречу
празднику, окруженный малыми и больши-
ми обитателями китайского квартала. На
углу пришлось задержаться, чтобы пропу-
стить колонны русских ребят, беспрерывно
идущих к месту сбора, с музыкой десятков
барабанов. Дэн-сю-у опечалился, у него не
было барабана... На вокзальной площади
Дэн-сю-у стоял впереди других и внима-
тельно следил за автогрузовиком, с которого
один за другим держали речь его сотовари-
щи. Его сфотографировали...
Китайские пионеры уходили с площади
последними. Встречные люди, глядя на ма-
ленького Дэн-сю-у, старательно отбивающе-
го шаг, не могли сдерживать улыбку. Какой-
то грузчик-китаец сказал: “Хао-хань-уда”
(Добрый молодец!)».
«Клубу имени 1 Мая — 12 лет.
1 мая года 1924 года во Владивостоке
был открыт национальный клуб китайских
трудящихся. Назвали клуб именем Между-
народного интернационального праздника.
За время своего существования клуб им.
1 Мая проделал огромную работу среди
китайских трудящихся. Культурно-воспи-
тательная работа, ликвидация неграмот-
ности, работа с женщинами, организация
культурного отдыха китайских трудящихся,
развертывание физкультуры — вот деятель-
ность клуба.
В просторном зале каждый вечер соби-
рается масса зрителей. Молодой китайский
театр рабочей молодежи — одно из лучших,
наиболее блестящих достижений клуба. За-
служенный артист китайского театра тов.
Фу Чен-син руководит трамовцами. Всего
в ТРАМе 25 артистов, из них наибольшей
любовью у зрителей пользуются тов. Ван
Фа, Гао Гуй-лань, Пы Чань-юи, Ван Чи-мен.
В небольшой светлой комнате клуба лю-
бители могут заняться фехтованием, япон-
ской и китайской борьбой.
Для жен китайских рабочих при клубе
организован кружок кройки и шитья. Не-
прерывный стрекот швейных машин, шут-
ки и звонкий смех встречают посетителя,
зашедшего на занятия этого кружка. Жены
рабочих, грузчиков охотно посещают этот
кружок. С июля 1935 года искусству шитья
учатся 11 китаянок. Среди них тов. Кам Ди-
га, Ван Жен-рай, Цай Цуй-лан. Руководит
кружком тов. Ван Вень-хао.
В красном уголке — плюшевые дива-
ны, кресла. К услугам желающих — газеты,
журналы, китайские и русские настольные
игры, домино, шашки. В военном кабинете
стойка с винтовками, модели газоубежищ,
201
необходимые учебные пособия. Вечерами
кружковцы изучают военную тактику.
При клубе им. 1 Мая работает и музы-
кальный кружок. Он часто обслуживает
общежития и вечера на различных предпри-
ятиях города.
Рост количества членов клуба лучший
показатель его хорошей работы. В 1924 году
клуб имел около двухсот членов. Сейчас их
насчитывается около тысячи. Только за 1936
год количество членов увеличилось на 150
человек».
Китайский клуб имени «1-го Мая» ра-
ботал до декабря 1938 года, когда в связи с
выселением китайцев из города Президиум
Владивостокского горсовета принял Поста-
новление № 242 о его закрытии и передаче
здания клуба Осоавиахиму.
No 138. Бывший галантерейный магазин Торгового товарищества «Грушко и Чернега», построенный в 1911
году, в котором с 1924 по 1938 год находился китайский клуб имени «1-го Мая». 1960-е годы
202
Религиозная жизнь китайцев во Владивостоке
Китайская кумирня, появившаяся во Вла-
дивостоке в 1880 году, являлась, вероятно,
первым культовым зданием нехристианской
веры в городе.
Она была выстроена на средства китай-
ских купцов и домовладельцев на улице
Посьетской, неподалеку от главной улицы —
Светланской, на земельном участке, также
приобретенном (в складчину) китайским
обществом.
В 1885 году городские власти принуди-
ли Владивостокское китайское общество
обменять этот участок на другой, располо-
женный на тогдашней окраине города, на
углу Последней и Корейской улиц, на так
называемом Фельдшерском покосе, и пере-
нести на него здание кумирни, «потому что
в это время, за неимением православного
каменного храма, не позволено было строить
каменное здание для кумирни около Свет-
ланской улицы».
Как сообщала газета Владивосток в сен-
тябре 1885 года: «...когда было управою про-
ектировано создать отдельный китайский
квартал, для которого отведена особая пло-
щадь земли, то манзы прежде всего присту-
пили к сооружению своего храма и двух при
нем зданий: одно для помещения служите-
лей храма, другое для лазарета. Последнее из
этих зданий доведено почти до конца. Под
храм сооружен каменный фундамент. На
постройки уже собрано более десяти тысяч
рублей».
Этот буддийский храм, выстроенный в
традиционном восточном стиле, объединял
всех владивостокских китайцев, поскольку
был посвящен Гуаньди, которого одинаково
почитали буддисты, даосы, конфуцианцы, а
также приверженцы архаических верований.
Другие имена Гуаньди: бог Гуаныпэн (Гуань-
шэн дицзюнь); бог, Покоряющий демонов
(Фумо дади).
В китайской народной мифологии и в
позднем официальном культе он — бог во-
йны, а также бог богатства. В основе образа
Гуаньди — реальный военачальник Гуань Юй
(160—220 гг.), появившийся на свет в уезде
Цзэлян на восточном берегу реки Хуанхэ
в области Бинчжоу (современный город
Юньчэн провинции Шаньси) и прославив-
шийся бесстрашием и верностью правителю
Лю Бэю.
При рождении он получил имя Цзы Чан-
шэн, позже изменил его на Цзы Юньчан,
посмертное имя — Гуань Юй.
Прижизненная слава Гуань Юя впослед-
ствии переросла в настоящий религиозный
культ. Возникли легенды о его чудесном
рождении из крови убитого дракона, кото-
рую набрал в свою чашу буддийский монах.
Буддисты изображали его в качестве гроз-
ного стража в своих монастырях, а даосы
приписывали ему способность отвращать
демонов.
В 1102 году император Хуйцзун пожало-
вал Гуаню титул верного и мудрого князя,
а в 1110 году — истинного владыки, прино-
сящего мир. В 1128 году император Гаоцзун
установил официальные жертвоприношения
в его честь. При династии Мин в 1594 году
ему официально был присвоен титул «ди» —
«государь». Гуаньди стал почитаться в каче-
стве могучего бога войны. В 1856 году, после
того как Гуаньди будто бы появился в небе и
помог правительственным войскам одолеть
тайпинов, цинский император Сяньфэн
пожаловал ему титул «шэн» («совершенно-
мудрый»). По повелению императора изо-
бражения Гуаньди должны были висеть в
каждом воинском шатре и использовались
солдатами как талисманы. В 1916 году пре-
зидент Китайской Республики Юань Шикай
официальным декретом подтвердил необ-
ходимость принесения всеми чиновниками
жертв Гуаньди.
Культ Гуаньди в старом Китае был сложен
и чрезвычайно популярен. У буддистов была
распространена версия об обращении Гуань-
ди в буддизм одним монахом, у даосов бы-
товала легенда о том, как Гуаньди возглавил
небесное воинство, занял пять священных
пиков и убил в бою мифического мятежника
Чи Ю. Конфуцианцы чтили Гуаньди как по-
кровителя ученых-литераторов, что, видимо,
203
Ns 139. План северо-западной части Владивостока с показанием местоположения китайского буддийского
храма. 1893 год
204
связано с рассказами о его особой любви к
книге «Чуньцю».
Горожане, особенно торговцы, почитали
его в качестве бога богатства, его изображе-
ния висели в лавках, ему клялись, создавая
дело на паях. В деревне его почитали как
бога — заступника, исцелителя от болезней
и даже подателя дождя. По крестьянским
поверьям, он появлялся у постели больно-
го, давал ему золотые пилюли, клал руку на
тело, и тот выздоравливал.
В народе вообще его называли «лаое» —
«господин», вкладывая в это понятие макси-
мум почтения, а также, на буддийский ма-
нер, — «бодхисатва Гуаньди». Жертвоприно-
шения Гуаньди совершались в 15-й день 2-й
луны и в 13-й день 5-й луны, а курения в его
честь зажигались в 15-й день каждой луны.
По преданию, объединитель маньчжур-
ских племен Нурхаци просил китайского
императора Шэньцзуна (1572 — 1620 гг.)
прислать ему изображение бога-покрови-
теля. Тот послал фигурку Гуаньди. Нурхаци
показалось, что лицо Гуаньди напоминает
лицо его отца, и он объявил Гуаньди покро-
вителем своей династии (Цин). После заво-
евания маньчжурами Монголии, Восточного
Туркестана и Тибета там также появились
храмы Гуаньди. Ламы (монголы, тибетцы)
отождествили его с защитником буддизма
Джамсараном. В XVIII веке появился и ряд
апокрифических ламаистских сочинений,
доказывавших тождество Гуаньди и Джамса-
рана (который, как и Гуаньди, изображался
с ярко-красным лицом).
Особую магическую роль прорицателя
предписывали Гуаньди гадатели. Гадание в
храмах Гуаньди считалось весьма действен-
ным.
Таким образом, владивостокский храм
Гуанди являлся средоточием религиозной
жизни всех местных китайцев.
Здесь проводились богослужения, ко-
торые сопровождались громкой музыкой,
барабанным боем, грохотом взрываемых
ракет и хлопушек. Отсюда во время китай-
ских праздников начинались торжественные
многолюдные шествия по улицам города.
В течение четырнадцати лет городские
власти вполне спокойно переносили весь
этот религиозный «шум» на удаленном
Фельдшерском покосе-пустыре.
205
Влади востокъ.—Vlad ivostok.
Китайская кумирня.—Temple chinois.
No 140. Китайский буддийский храм на Фельдшерском покосе. Начало XX века
Владивостокъ. — Vladivostok
Ворота китайской кумирни.—Porte du temple chinois.
No 141. Вид храмового участка с южной стороны; на заднем плане одно из служебных зданий
Владивостокской городской больницы. Начало XX века
206
Nfi 142. Вид изнутри владивостокского китайского храма Гуанди. Начало XX века
Все кардинально переменилось после
постройки рядом с кумирней городской
больницы.
Решение о строительстве больницы было
принято 3 июня 1892 года, когда городская
Дума создала комиссию «для определения
места, где должны быть возведены построй-
ки, а также типа и размера больничных зда-
ний».
Среди рассмотренных комиссией мест
была также и территория Фельдшерского
покоса, которую активно «лоббировал» ин-
спектор медицинской части Приморской
области И.Я. Блонский, несмотря на то что
«она совершенно не отвечает требованиям
приложения к 276 статье Устава Строитель-
ного, так как подвержена шуму от китай-
ской кумирни и от орудийных выстрелов с
соседней Безымянной батареи, что должно
отражаться на спокойствии, особенно тя-
желобольных».
В результате в 1893 году два первых дере-
вянных здания больницы были построены
на Суйфунской площади (сейчас сквер име-
ни К.А. Суханова).
Через два года, когда Духовное ведомство
заявило свои права на Суйфунскую площадь,
желая выстроить на ней градокафедральный
собор, городским и областным властям при-
шлось в срочном порядке решать вопрос о
строительстве новых больничных зданий в
другом месте.
В 1896 году городская Дума без лишних
прений и проволочек приняла предложение
И.Я. Блонского о размещении больницы на
Фельдшерском покосе.
В 1897 году гражданским инженером А.К..
Левтеевым был составлен проект новых по-
строек, возведенных в 1898 — 1899 годах.
За время строительства новой больницы
ее главный врач смог лично оценить все
«нюансы» соседства с китайской кумирней.
«Владивостокская Городская Больница.
Апреля 24 дня 1898 года № 222.
Во Владивостокскую Городскую Управу
Покорнейше прошу распоряжения Го-
родской Управы о переносе на другое ме-
сто Китайской кумирни, находящейся в
настоящее время рядом с помещением для
заразных больных, так как соседство кумир-
ни немыслимо по своим неудобствам для
предстоящего правильного ухода и лечения
трудно больных заразного отделения.
Старший врач В. Перлин».
207
В июле 1898 года городская управа уве-
домила китайского коммерческого агента
во Владивостоке о своем намерении убрать
кумирню от городской больницы, что вы-
звало весьма негативную реакцию владиво-
стокского китайского общества.
«Императорский Дайцинский Коммер-
ческий Агент во Владивостоке
Августа 7 дня 1898 года № 109
Во Владивостокскую Городскую Управу
...В настоящее время вновь возбужден
вопрос о переносе кумирни в другое место
потому, что перед кумирней построена Го-
родская больница. По поводу сообщения о
сем мне Городским Головой я вошел в пере-
говоры по сему предмету с представителями
китайских торговцев города Владивостока,
каковые переговоры, однако, до настоящего
времени ничего не выяснили.
Не могу не обратить внимание Влади-
востокской Городской Управы на то, что
периодический перенос кумирни, чтимой
народом китайским, может вызвать, кроме
расходов, главным образом неудовольствие
со стороны китайского населения, так как,
кроме самой кумирни, чтится и самое место,
на котором кумирня находится.
Посему, во избежание каких-либо серьез-
ных недоразумений, прошу Владивосток-
скую Городскую Управу для ознакомления
с этим делом и ввиду желания моего, чтобы
вопрос этот был разрешен без всяких недо-
разумений, не отказать в выдаче мне копий
с актов об обмене первого участка на ныне
занимаемое место кумирней.
Императорский Дайцинский Коммерче-
ский Агент Ли-тья-ао».
За желанием коммерческого агента разо-
браться в юридическом аспекте дела, дабы
избежать «недоразумений», последовала
череда этих самых «недоразумений», при-
ведшая в итоге к весьма печальным послед-
ствиям для китайского общества.
Пытаясь ответить на запрос Ли Тьяао,
городские власти с удивлением обнаружили,
что никаких документов на кумирню по вине
Ns 143. Владивостокские китайцы возле своего храма. Начало XX века
208
их предшественников не существует. Срочно
проведенное расследование установило:
«В одном [журнале городской Управы}
№ 12 за 1885 год имеется прошение Стар-
шины Китайского общества Александра
Ван-ден-куй от 24 ноября 1885 года, кото-
рый пишет:
“В видах лучшего благоустройства Влади-
востокскою Городскою Думою постановлено
отвести для постоянного жительства всем
китайским подданным свободный участок
земли в Куперовской пади, который, разбив
на мелкие участки, для устройства неболь-
ших фанз и отдельных дворов, сформиро-
вать в отдельный квартал. Для большого же
удобства жителей этого квартала, по выбору
старшин общества, отведен бесплатно вид-
ный участок для устройства, согласно веры
и обычая китайцев, буддийского храма,
жилища бонзы и других построек. Так как
отведенный участок предназначенными
зданиями уже застроен, то покорнейше про-
шу Городскую Управу выдать на оный план
и данную и свидетельство на владение Ки-
тайским обществом показанною землею”.
Прошение это Городским Головою по-
мечено: “В Думу”.
По наведенным справкам оказывается,
что по нему никакого исполнения не дела-
лось, да и вообще о выселении китайцев и
отводе для них места в Куперовской пади
никаких постановлений не было.
Для большего выяснения сего дела Упра-
вою был приглашен Ван-ден-куй, который
показал следующее:
“В 1885 году был я китайским старшиной
и переводчиком состоял при Полиции в том
же году; помню, что дело о кумирне было
так. Полицмейстер Чоглоков и Городской
Голова Маковский, пригласив в Полицию
купцов-китайцев, объявили, что для по-
строек фанз китайцев будет отведено место
в Куперовской пади, а около этого места
может быть отведен участок под кумирню.
В том же 1885 году приступлено было к по-
стройке кумирни на месте, ныне занятой ею;
а в эпидемию 1886 года в доме для бонзы на
этом участке была помещена больница для
холерных больных. На просьбу мою выдать
документ на владение участком под кумир-
ню Городской Голова И.О. Маковский ска-
зал, что документов выдано не будет, так как
манзы в Куперовскую падь не переселились,
и в будущем может быть отведено им другое
место, а потому на новое место будет подле-
жать переносу и кумирня. Таким образом, у
Китайского общества никаких документов
письменных не оказывается до настояще-
го времени. Состоялось ли постановление
Думы о выселении китайцев в 1885 году в
Куперовскую падь, мне не известно. Мне,
как переводчику, было предложено толь-
ко объявить собранным купцам, что город
предполагает перевести на житие всех рабо-
чих китайцев в Куперовскую падь”.
Для наведения справок об участке под
кумирней пересмотрены входящие журналы
с 1880 по 1886 год и журналы Думы за это же
время: нигде нет указаний на принятие мер
по выселению в Куперовскую падь и об от-
воде участка земли под кумирню. Таким об-
разом, приходится признать занятие участка
кумирней с 1885 года, что, хотя и отчасти, но
подтверждает журнал Думы от 7 Сентября
1886 года за № 62/1706, из которого видно,
что китайцами был уступлен временно дом,
имеющийся при кумирне, и в этом доме
устроена Управою больница на шесть кро-
ватей для холерных больных».
Такое положение дел полностью устроило
городскую Управу, которая теперь могла на
«законном» основании снести «незаконную»
постройку.
Параллельно с «историческими изыска-
ниями» городских властей военный губер-
натор Приморской области поручил «Вла-
дивостокскому Полицмейстеру пригласить в
Полицейское Управление нескольких старо-
жилов и более влиятельных лиц, китайских
купцов и домовладельцев для обсуждения и
решения вопроса о необходимости переноса
здания китайской кумирни в более соответ-
ствующее для сего место».
В противоположность управе полицмей-
стер встал на сторону китайского населения,
признав за ним право оставить кумирню на
прежнем месте.
«Господин Полицмейстер уведомил, что
китайские купцы, обсудив требование Упра-
вы, просят оставить кумирню на ныне заня-
том ею месте, так как таковая существует там
14 лет; со своей стороны они обязываются в
2-х месячный срок возвести на свой счет во-
круг участка кирпичную стену на каменном
209
фундаменте, высотою со стороны больницы
южной и с восточной в 2 сажени, со стороны
бухты (западная) Р/г сажени и со стороны
слободки, т.е. северной, в 1 сажень. Вход во
двор будет устроен со стороны бухты, т.е.
западной.
Сообщая об этом, Г-н Полицмейстер со
своей стороны признает ходатайство китай-
цев заслуживающим уважения и, приложив
подлинную подписку китайцев, просит
командировать городского землемера для
указания границ, по которым должна быть
возведена обозначенная в подписке ограда.
По поверке с планом оказывается, что
место под кумирней занято сейчас 30 сажень
на 22*/г сажени».
В сентябре 1899 года городская Управа
внесла на рассмотрение городской Думы
предложение о переносе кумирни.
«Доклад Думе 16 сентября 1899 года
№ 109/4346 “О необходимости переноса
китайской кумирни с Последней улицы на
другое место”
Актом Исполнительной комиссии от
8 января с.г. по приему здания городской
больницы на углу Комаровской и Алеутской
улиц найдено необходимым:
1. Ходатайствовать о переносе китайской
кумирни; если это окажется невозможным, то
перенести ворота кумирни на север или запад.
2. Предложить Китайскому Обществу
устроить отхожие места у кумирни, чтобы
оградить всю площадь больницы от экс-
крементов.
3. Просить воспретить хоронить во дворе
кумирни, что особенно важно ввиду высоких
грунтовых вод в этой местности.
4. Просить отмену обычая зажигать хло-
пушки в этой местности для спокойствия
больных.
Старший Врач в 1898 году, указывая на
неудобство иметь в соседстве с больницей
кумирню, просил также о переносе ее на
другое место...
Признавая, что нет законных причин,
препятствующих предъявлению китайцам
требования о переносе кумирни, таковое
требование должно быть сделано теперь же,
и если на это не последует добровольного
соглашения, то необходимо его оформить
через суд. Перенос кумирни обусловливается
необходимостью, кроме устранения шума и
прочего, расширения участка под больнич-
ные сооружения и сад.
Что же касается нового места для перено-
са китайской кумирни, то, по мнению Упра-
вы, оно должно быть отведено в пользова-
ние бесплатно, по возможности находиться
вблизи той местности, которую комиссия,
назначенная Думою 30-го июня 1899 года
по журналу за № 81, изберет для поселения
китайцев и корейцев.
Вышеизложенное предоставляется на
усмотрение Думы, с заключением юрискон-
сульта, который говорит, что город вправе
ходатайствовать об очистке участка, заня-
того кумирней».
К счастью, у гласных городской Думы
хватило совести и здравого смысла не из-
гонять кумирню немедленно и решить этот
вопрос без спешки, совместно с выборными
депутатами от китайского населения.
«Постановлено: объявить китайцам, что
место, занятое кумирней, не может быть
оставлено за ними, но временно они могут
пользоваться им, при условии не произво-
дить шума, не хоронить мертвецов, устро-
ить отхожие места и не позволять там игр и
сборищ. В недалеком будущем под кумирню
будет отведено новое место, там, где будет
китайский квартал; старая же кумирня, с
устройством новой, должна быть снесена».
«Город Владивосток, Августа 29 дня 1900
года. Мы, нижеподписавшиеся, представи-
тели проживающего в городе Владивостоке
китайского населения, торговцы и домов-
ладельцы, в присутствии господина И.д.
Полицмейстера города Владивостока Павла
Михайловича Таут, на предложение господи-
на Члена Управы Александра Иннокентьеви-
ча Толмачева о переносе китайской кумир-
ни в городе Владивостоке на другое место
и выбора для оной такового, постановили:
избрать комиссию из следующих китайских
подданных: Сэн-дзи-шо, Сан-син-юн, Че-
вин-шень, Итай, Хван-тай-гюй, Тун-ли,
Чан-ден-сан, Хун-син-фу, Джо-юн-те, Юн-
хо-зан, Чан-и-фан, Чин-фа-сян, Вен-фын-
линь и Сан-лун. Комиссию эту уполномочи-
ваем, с согласия Владивостокской Городской
Управы, избрать место, на которое и пере-
нести существующую китайскую кумирню,
изыскав средства для сооружения новой
кумирни и произвести самую постройку
210
таковой. Китайские подданные: Сан-син-
юнь, Хун-шин-фу, Тун-ли, Вен-сун-чин...».
Так как перенос кумирни был делом ре-
шенным, то китайцы не стали строить вокруг
нее капитальный забор и переносить ворота
на новое место.
Еще «10 Октября 1898 года Китайский
Коммерческий Агент уведомил Городскую
Управу, что им объявлено китайцам, чтобы
при богослужениях не производить шума,
беспокоящего больных». После введения в
январе 1899 года в строй больницы это тре-
бование, за редкими исключениями, верую-
щими китайцами неуклонно выполнялось.
Поиск нового места для кумирни про-
должался семь лет.
25 ноября 1906 года Владивостокская го-
родская дума приняла обязательное поста-
новление о выселении китайцев и корейцев
в особые кварталы в Куперовской пади.
3 апреля 1907 года городская Дума утверди-
ла план масштабного расширения городской
больницы, строительства новых больших
больничных корпусов; в этих условиях даль-
нейшее существование китайской кумирни
на территории больницы стало невозможным.
Осенью 1907 года город и китайская
комиссия наконец-то достигли, как им ка-
залось, окончательной договоренности о
выборе места для кумирни, а 7 декабря 1907
года «Техническо-строительная комиссия
рассмотрела чертежи китайской кумирни
для оценки зданий, назначенных к сносу».
Поскольку определение границ новых
особых кварталов для китайцев и корейцев
«зависло» до 1910 года из-за противодей-
ствия военного ведомства, считавшего эти
земли своими, то участок для кумирни от-
вели не в Куперовской пади, в месте пред-
полагаемого сосредоточения азиатского
населения, а на углу Лебедевской (сейчас не
существует) и Покровской (сейчас Октябрь-
ской) улиц, неподалеку от Покровского го-
родского кладбища.
«К Докладу Владивостокской Городской
Думе 18 Марта 1908 года “По вопросу о пере-
носе Китайской Кумирни”.
Постановлением Городской Думы от 17
июля 1907 года за № 4636 было поручено
Городской Управе войти в соглашение с
местным Китайским обществом по вопро-
су об условиях переноса кумирни с ныне
занимаемого ею места, которое необходимо
для расширения городской больницы.
Для новой кумирни Городской Управой
был предложен Китайскому обществу уча-
сток земли при пересечении Лебедевской и
Покровской улиц, мерою 870 кв. саж.
Первоначально Китайское общество
просило слишком значительную сумму в
возмещение расходов по переносу кумир-
ни. После многократных переговоров оно
заявило следующие требования:
1) Увеличить отведенный участок до 1200
кв. саж., на что Управа выражала свое со-
гласие.
2) Выдать вспомоществование по пере-
носу кумирни в размере 5000 рублей, на что
тоже Управой выражено согласие.
3) После отвода участка Обществу предо-
ставить ему право распоряжаться участком
и эксплоатировать по своему усмотрению,
как то: ломать камень, строить построй-
ки и т.п., так как Общество предполагает
в будущем, когда камень будет выломан и
участок станет ровным, построить жилые
дома и т.п., доход с которых будет поступать
в его пользу.
4) Выдать Обществу дарственную за-
пись на землю, отведенную под кумирню и
в отношении взимания городских налогов
приравнять ее к зданиям других вероиспо-
веданий, выстроенных для отправления ре-
лигиозных нужд.
5) Ввиду того, что на планировку места,
постройку кумирни и т.п. будет затрачена
значительная сумма денег, то Общество про-
сит дать ему хоть какую-нибудь гарантию в
том, что кумирня будет находиться на этом
месте в продолжение многих лет и в буду-
щем город не будет требовать нового обмена
участками...
Об этом докладывается на решение Го-
родской Думе.
Постановлено:
1) Большинством голосов, против 3-х,
уплатить Китайскому обществу пять тысяч
рублей.
2) Большинством голосов, против 2-х,
решено отвести 870 кв. саж.
3) Срок владения участком Китайским
обществом назначить на все время суще-
ствования во Владивостоке этого общества
и пока на участке будет кумирня.
211
N& 144. План китайской кумирни на Фельдшерском покосе. 1907 год
212
4) Кроме постройки кумирни, участок
может быть эксплуатируем под школу, бо-
гадельню и т.п. просветительные и благо-
творительные учреждения, но не для ком-
мерческих целей.
5) Бесплатная ломка камня на участке
может быть допущена для спланирования
его и для постройки зданий, упомянутых в
пункте 4-м сего постановления, но не для
коммерческих эксплоатаций».
25 марта 1908 года это постановление
Думы было утверждено военным губерна-
тором Приморской области, а 17 сентября
строительный отдел областного правления
согласовал проект новой кумирни, которая
по своим размерам превосходила прежнюю.
До конца 1908 года Китайское общество
провело большие работы по планировке
участка, «представлявшего собой сплошную
скалу»; с первыми теплыми днями 1909 года
началось строительство нового храма, при
этом старая кумирня «доживала последние
дни» в ожидании неизбежного сноса и пере-
дачи земельного участка городской больни-
це, в чем никто не сомневался.
«Ведомство Православного Исповедания
Архиепископ Владивостокский и Кам-
чатский
Февраля 20 дня 1909 года № 595
Его Превосходительству Господину Во-
енному Губернатору Приморской области
Ваше Превосходительство, Милостивый
Государь
Притч Владивостокской Покровской
кладбищенской церкви донес мне, что Вла-
дивостокская Городская Управа наметила и
отвела для постройки китайской кумирни
место в 60 саженях от кладбищенской церк-
ви, в возвышенности карьера, где в данное
время добывается строительный камень. К
постройке этой кумирни идут уже подгото-
вительные работы и заготовляется строи-
тельный материал.
Прихожане Покровской церкви, изве-
стившись о постройке кумирни и по обсуж-
дению сего вопроса, вошли к Епархиальному
Начальству с ходатайством о недопущении
постройки вблизи своей приходской церк-
ви китайской кумирни, так как соседство
языческого храма с православным признают
оскорбительным для религиозного чувства.
Помимо того, такое близкое соседство еще
213
и неудобно потому, что китайцы во время
своего богослужения употребляют шум-
ную музыку с грохотом барабанов, ракеты,
хлопушки и прочее, и весь этот шум будет
только нарушать тишину и благочестие бо-
гослужения в православном храме, каковые
богослужения обыкновенно совпадают с бо-
гослужениями в китайских кумирнях.
Признавая устройство китайского язы-
ческого храма в таком близком соседстве с
православным храмом крайне неудобным
и даже недопустимым, пока на Руси право-
славие считается народной господствующей
религией, и принимая во внимание, что
Владивостокское Городское Общественное
Управление и Строительное Отделение при
отводе места под постройку китайской ку-
мирни и утверждении плана постройки на-
званной кумирни не соблюли существующее
на сей предмет законоположение, согласно
которого требуется предварительное сноше-
ние с Епархиальным Начальством, я имею
честь сообщить о вышеизложенном Вашему
Превосходительству и при этом покорнейше
просить Вашему Превосходительству о том,
не признаете ли возможным сделать завися-
щее распоряжение о приостановке начатых
работ по постройке китайской языческой
кумирни вблизи Покровской кладбищен-
ской церкви, а равно предложить городско-
му самоуправлению отвести для указанной
выше цели более удаленное место от право-
славного храма.
При этом считаю долгом присовокупить,
что как Городская Управа, так и Строитель-
ное Отделение непосредственное ходатай-
ство причта Покровской церкви о недопуще-
нии постройки китайской кумирни оставили
без удовлетворения.
Призывая на Вас Божье благословение с
истинным почтением и преданностью имею
честь быть Вашего Превосходительства, Ми-
лостивого Государя, покорнейшим слугой.
Евсевий, Архиепископ Владивостокский
и Камчатский».
Разбирательство быть кумирне или нет
затянулось до июня 1909 года. В ответ на
жалобу Евсевия городская Управа и техни-
ческо-строительная комиссия городской
Думы, чувствуя свою вину перед китайца-
ми, дружно доказывали, что, с точки зре-
ния строительного устава, «не установлено
каких-либо особых норм для определения
расстояния от церквей и для возведения буд-
дийской кумирни не установлено каких-ли-
бо специальных в этом отношении правил,
и указываемая Епархиальным Начальством
близость кумирни от Покровской церкви не
может служить законным основанием для
переноса кумирни на новое место».
Единственный в истории Владивостока
случай, когда исповедовавшие правосла-
вие «отцы города» почти в полном составе
противопоставили себя такому, безусловно,
авторитетному и всеми почитаемому влады-
ке, как архиепископ Евсевий.
Тем временем Китайское общество, ведя
строительство ударными темпами, сообща-
ло, что «китайская кумирня, по утвержден-
ному Господином Военным Губернатором
плану ее, высотою стен до крыши 3 сажени,
будет окружена закрывающим ее а/ камен-
ным забором высотою в полторы сажени
и б/ садом, который будет разбит во дворе
ее, и, таким образом, изолированность ки-
тайской кумирни от Покровской церкви
является очевидной; и что им [Китайским
обществом} уже сделаны значительные за-
траты на весьма трудную нивелировку этого
каменистого участка, а равно на закладку
фундамента и другие работы, всего на сумму
около 8000 рублей».
Принять окончательное решение и по-
ставить точку в этом скандале предстояло
«главному начальнику области», с разре-
шения которого и началось строительство
кумирни.
Военный губернатор, выдержав паузу в
четыре месяца, вынес-таки свой вердикт.
«М.В.Д. Военный Губернатор Примор-
ской области по Областному Управлению
Отделение 4. Стол Гор.
3 июня 1909 года № 24897
Владивостокскому Городскому Голове
Лично осмотрев место постройки ки-
тайской кумирни, я пришел к заключению,
что возведение ее не может быть допущено
вследствие близости к Покровской Клад-
бищенской церкви. Сделав вследствие
сего вместе с сим распоряжение о при-
остановке ее постройки, предлагаю Вам
внести вопрос о необходимости отвести
для постройки кумирни другой участок.
Военный Губернатор Генерал-Майор Флуг».
214
Таким образом, Владивостокское ки-
тайское общество было загнано в бюрокра-
тический тупик. Оно, владея земельным
участком, официально переданным ему для
религиозных надобностей, тем не менее,
не могло закончить строительство кумир-
ни, которое не было законным образом
запрещено, но лишь приостановлено на
неопределенный срок. К тому же у обще-
ства не осталось средств, чтобы начать все
заново на новом месте, а главные «спон-
соры» строительства — китайские купцы и
домовладельцы, — боясь быть в очередной
раз обманутыми, отказывались «пускать
деньги на ветер».
Так и осталась недостроенная кумирня
напоминанием о несогласованности дей-
ствий местных властей и о «руководящей
и направляющей силе» государственной
религии.
Единственное, что могли сделать го-
родские власти для китайских буддис-
тов, — оставить им еще на какое-то время
храм возле городской больницы «до выре-
шения вопроса в будущем». Но, «дабы не
тревожить больных», число богослужений
значительно сократили, разрешив их лишь
по большим праздникам.
В таком подвешенном состоянии ста-
рая китайская кумирня просуществовала
до середины 1920-х годов, когда уже но-
вой советской властью она была закрыта,
передана городской больнице, частично
разрушена, частично перестроена и пре-
вращена в склад.
Последний раз она упоминается в спра-
вочнике «Весь деловой и торговый Влади-
восток» за 1924 год: «Кумирня китайская,
улица Корейская, 30».
Говоря о строительстве нового буддий-
ского китайского храма, стоит упомянуть о
таком же, только японском. История этих
буддийских храмов города Владивостока
невольно вызывает ощущение дежавю.
«Его Высокопреосвященству Высоко-
преосвященнейшему Евсевию, Архиепи-
скопу Владивостокскому и Камчатскому
Настоятеля Владивостокской Покровской
церкви Протоиерея Василия Попова
Рапорт
С прискорбием вынужден почтитель-
нейше доложить Вашему Высокопреосвя-
щенству о следующем.
Только что успела замолкнуть эпопея о
беззаконном устройстве вблизи Владиво-
стокской Покровской церкви китайской
языческой кумирни; только что удалось с
великими затруднениями и препятствиями
отстоять Православный храм от кощун-
ственного поругания, как возникло новое,
подобное же дело, об устройстве вблизи той
же Покровской церкви опять-таки язы-
ческой кумирни, на этот раз японской, и
опять-таки в местности, господствующей
над названной церковью... Невольно на-
прашивается предположение, что наше
городское самоуправление, так упорно
отстаивавшее в свое время устройство
китайской кумирни вблизи Покровского
храма, но не достигшее в этом деле успе-
ха, настоящим своим постановлением об
устройстве вблизи той же церкви японской
кумирни демонстративно желает подчер-
кнуть свои отношения к Христианству
вообще, и к Православию в особенно-
сти, — ставя их совершенно на одну пло-
скость с язычеством...
Долгом считаю присовокупить, что
вследствие отъезда Вашего Высокопреос-
вященства в село Туманове для освящения
храма я взял на себя смелость обратиться
к Его Превосходительству Господину Во-
енному Губернатору Приморской области
с особым заявлением, прося его о распоря-
жении прекратить работы, относящиеся к
сооружению кумирни....
Вашего Высокопреосвященства Мило-
стивейшего Архипастыря и Отца покор-
нейший послушник Протоиерей Василий
Попов. 1911 года, 23 Августа, № 1047-й».
«М.В.Д. Военный Губернатор Примор-
ской области
6 Сентября 1911 года, № 68
Его Высокопреосвященству Архиепи-
скопу Владивостокскому и Камчатскому
Ваше Высокопреосвященство!
Получив Ваше письмо и с чувством глу-
бокого единения, разделяя высказанные
Вами взгляды, со своей стороны не могу
не высказать неодобрения, что Владиво-
стокская Городская Дума..,удовлетворив
ходатайство японцев, отвела участок земли
под кумирню в непосредственной близости
Православного Храма, создав тем самым в
настоящее время инцидент крайне небла-
гоприятного характера.
215
Принимая со своей стороны все меры
для возможного улаживания возникшего
вопроса, я поставил в известность Япон-
ского Генерального Консула в городе
Владивостоке Г-на Барона Отори, чтобы
впредь до вырешения вопросов, возник-
ших по случаю отвода земельного участка
для Буддийской молельни, в отведенном
для сего месте постройки возводиться не
должны... Я имею честь покорнейше про-
сить Ваше Высокопреосвященство со сво-
ей стороны содействовать к устранению
начавшегося уже будирования указанного
вопроса и тем способствовать мне провести
это дело к благоприятному окончанию без
особых осложнений.
Испрашивая Святых молитв Ваших,
имею честь быть Вашего Высокопреосвя-
щенства покорным слугой, Генерал-Майор
Манакин».
Дело о строительстве японской кумирни
затянулось на три года, после чего в него
вмешалась большая политика, так как с
началом Первой мировой войны Япония
стала союзником России, поставляя ей
через Владивосток военную помощь. В
сложившейся ситуации духовному ведом-
ству пришлось согласиться на постройку
храма с условием, чтобы он был перенесен
немного ниже по склону.
«В.П.И. Владивостокская Духовная
Консистория
Марта 16 дня 1915 года, № 2919
В Японское Генеральное Консульство
Владивостокская Духовная Консисто-
рия честь имеет уведомить, что со стороны
Архиепископа препятствий к постройке
японской молельни на участке, отведенном
Владивостокской Городской Думой по Але-
утской улице в 1909 году, не встречается, но
с тем условием, чтобы земля с того места,
где будет строиться молельня, была снята
настолько, чтобы образовавшимся через
это откосом и поставленным на него глу-
хим забором молельня была почти закрыта
от Покровской церкви и чтобы по направ-
лению к Покровской церкви деревья были
посажены возможно скорее... . Член Кон-
систории Попов, секретарь Поляновский».
Видя такое «послабление» японским
единоверцам, китайские буддисты, чув-
ствуя себя несправедливо обиженными,
попытались вновь поднять перед городски-
ми властями вопрос о своем храме.
«К докладу Владивостокской Городской
Думе 9 Сентября 1916 года № 126
По ходатайству Китайского Общества
Взаимного Вспомоществования об отво-
де Обществу участка городской земли для
переноса китайской кумирни.
В январе месяце сего года Китайское
Общество Взаимного Вспомоществования
подало на имя Городского Головы проше-
ние следующего содержания:
“По постановлению Владивостокской
Городской Думы от 18 Марта 1908 года
№ 32/1827 было отведено Обществу 870
квадратных сажен между Лебедевской и
Покровской улицами под устройство ки-
тайской кумирни и было выдано 2000 ру-
блей на перенос кумирни с места, где на-
ходится городская больница для заразных,
ассигновано же было 5000 рублей.
В силу этого постановления Общество
поручило инженеру разработать план ку-
мирни, который и был одобрен Област-
ным Правлением 17 Сентября 1908 года за
№ 1103, и затем приступило к постройке
здания. Место было спланировано и зда-
ние возведено под крышу, но закончить его
Обществу не разрешили.
3 Июня 1909 года сообщением за
№ 24898 Военный Губернатор приказал
приостановить постройку кумирни, нахо-
дя ее недопустимой вследствие близости
православной церкви.
Положение Китайского Общества стало
поистине плачевным.
На планировку скалы и возведение по-
стройки Общество израсходовало свыше
10000 рублей, и кумирни все же не имеет.
Между тем городу и Областному Правле-
нию не могло быть неизвестно, что на от-
водимом месте нельзя строить кумирню,
так как вблизи стоит православная церковь.
Желая прийти на помощь многочислен-
ному китайскому населению Владивостока
в его религиозно-нравственных запросах,
Общество шло законными путями и не
могло предположить, что точка зрения ад-
министрации изменится и произведенные
затраты на кумирню явятся напрасно вы-
брошенным капиталом.
216
Настоящим просим Ваше Превосходи-
тельство внести на обсуждение Городской
Думой следующее наше ходатайство.
1) Взамен отведенного нам участка
между Покровской и Лебедевской улицами
отвести следующий, немного далее от него
на северо-запад, участок под постройку
кумирни мерою такой же или до 1000 кв.
саж., но с тем, чтобы он находился от пра-
вославной церкви в законом дозволенном
расстоянии.
2) Принять произведенное сооружение
и работы по планировке в сумме по специ-
ально произведенной с участием нашего
представителя оценке.
3) Выдать из городских средств на по-
стройку, перенос кумирни 5000 рублей.
Ходатайство это о должной помощи
вызывается крайне тяжелым положени-
ем Общества в деле постройки кумирни.
Общество было вызвано на большие рас-
ходы без всякой вины с его стороны, и те
деньги, какие были от города получены, все
израсходованы.
Просьба наша неотложная, как и сама
религиозная потребность, которая её вы-
зывает. Оставить народ без отправления его
естественной религиозной потребности —
значит лишить его религиозной жизни,
а вместе с тем и нравственного влияния,
которое у всех народов исходит от храмов
Божьих.
Надеемся, что Городская Дума пойдет
навстречу Китайскому Обществу и облег-
чит ему достижение такой высоконрав-
ственной задачи”.
Настоящее прошение Китайского Об-
щества было препровождено Управой на
заключение Городской Земельной Комис-
сии, причем Комиссия, по всестороннему
рассмотрению вопроса и ознакомлении
со всеми документами, в заседании своем
от 21 июля сего года постановила в исхо-
датайстве Китайского Общества об отводе
места под постройку кумирни на Северном
склоне Покровской горы отказать, ввиду
того что весь этот район постановлением
Городской Думы от 8 Октября 1912 года за
№ 149 предназначен под устройство парка
имени Дома Романовых, и включение это-
го участка в парк представило бы лишнее
неудобство как для китайского населения,
отправляющего в кумирне свои религиоз-
ные потребности, так и для жителей города,
которые пожелают пользоваться парком...
Что же касается предложения Китайского
Общества о принятии в распоряжение го-
рода возведенных стен кумирни у Покров-
ской церкви, то Комиссия, ввиду совер-
шенной негодности их и невозможности
приспособить для какой-либо городской
надобности или для благотворительного
учреждения, от принятия полагает отка-
заться...
Присоединяясь к заключению Город-
ской Земельной Комиссии, со своей сторо-
ны Городская Управа, ввиду тяжелого фи-
нансового положения города, не находит
возможным уплатить Китайскому Обще-
ству 5000 рублей для переноса кумирни...
Постановлено: Доклад Управы при-
нять».
Через полгода Владивосток вместе со
всей страной вступил в эпоху революци-
онных потрясений, и проблема с кумирней
забылась сама собой.
На фоне бедствий Гражданской войны,
неустроенность религиозной жизни про-
живающих в городе китайцев выглядела
сущей безделицей.
Стены недостроенной кумирни на По-
кровской улице, ветшая все больше и
больше, простояли до мая 1929 года, когда
Президиум Владивостокского городского
Совета, заслушав «ходатайство отдела ком-
мунального хозяйства о разрешении ему
разобрать полуразрушенные стены китай-
ской кумирни, во избежание несчастных
случаев с людьми», постановил: «Пред-
ложить отделу коммунального хозяйства
разобрать стены недостроенной китайской
кумирни с использованием годного мате-
риала для строительных работ».
Несмотря на отсутствие специального
здания кумирни в советские 1920 — 1930-е
годы, китайские буддисты (они же — «ки-
тайские старообрядцы» и «китайские ста-
роцерковники») проводили богослужения в
арендованных ими обычных жилых домах.
В 1923 году в Приморье началась реги-
страция религиозных обществ. Документов
оформления буддийских общин до 1927
года пока не найдено, хотя, несомненно,
такие общины существовали.
217
Ne 145. Владивостокская кладбищенская церковь Покрова Пресвятой Богородицы (справа) и недостроенная
новая китайская кумирня (слева) в 130 метрах друг от друга.
Снимок сделан, вероятно, 16 августа 1919 года, во время парада японских и русских войск по случаю
отбытия в Японию главнокомандующего японскими войсками в Сибири генерала Отани; японская батарея
ведет салютационную стрельбу.
218
219
10 мая 1927 года Владивостокский
Окружной отдел НКВД отдал начальникам
городских и районных милиций распоря-
жение: «По сведениям ОКРАО в сельских и
городских поселениях существуют незаре-
гистрированные и не сдавшие государству
своего культового имущества религиозные
группы буддистского вероисповедания.
Согласно распоряжению ДальКРАО от 25
апреля с.г. N 1441, ОКРАО предлагает Вам
в самом срочном порядке расследовать,
имеются ли в вашем районе (городе) та-
кие группы (преимущественно корейские
и китайские), где совершают свои бого-
служения, кому принадлежит помеще-
ние, какое имеют культовое имущество,
кто исполняет обязанности религиозного
руководителя. В случае обнаружения не-
легальных религиозных групп потребуйте
сдачи имущества по описи и заключения
договоров. Владельцев домов, где нелегаль-
ные группы совершают свое богослужение,
обяжите подписками не допускать у себя
молитвенных собраний без предъявления
удостоверений, предусмотренных обяза-
тельным постановлением ОИК за 1927 г.
N 1. О последующем донесите. Начальник
ОКРАО Левченко».
Исполняя распоряжение, сотрудники
милиции выявили во Владивостоке три
китайских буддийских общины, которые
вскоре и были зарегистрированы.
11 — 12 июня 1927 года состоялось учре-
дительное собрание Общества китайских
староцерковников, располагавшегося по
адресу: улица Дзержинского, № 20 — угол
улицы 25 Октября, № 41. На собрании был
принят устав Общества и выбран уполно-
моченный, в задачи которого входило осу-
ществление необходимых формальностей
для регистрации общины. Тогда же община
подписала договор на аренду с 11 июня 1927
года по 11 июля 1928 года занимаемого по-
мещения с его домовладельцами — наслед-
никами В.П. Маргаритова, а 15 июня 1927
года — договор с Владивостокским горсо-
ветом на передачу в бессрочное бесплатное
пользование богослужебного имущества.
Верующие обязались беречь помещение и
имущество, а также не проводить полити-
ческих собраний, враждебных советской
власти, и не произносить проповедей и
речей такого же содержания. В любое вре-
мя верующие должны были впускать к себе
представителей городского Совета. Под
этим договором со стороны китайцев под-
писался вероучитель Лин Цзянкуй и двад-
цать человек верующих буддистов.
Уже в сентябре 1927 года это здание было
изъято Комхозом, а обитавшие в нем ки-
тайские буддисты, соединившись с другой
группой верующих, заняли помещение в
китайском квартале — «Миллионке» — по
адресу: улица Корейская, № 12, кв. 62.
Еще одна китайская буддийская община
была зарегистрирована 2 июня 1927 года по
адресу: улица Семеновская, № 8, кв. 5, по
соседству с «Миллионкой».
В соответствии с «Договором на пере-
дачу богослужебного имущества в бес-
срочное, бесплатное пользование группе
верующих китайских староцерковников»,
им было передано 107 предметов, в том
числе: «фигуры глиняные, изображающие
иконы, — 36 штук; эмалированная скуль-
птура под стеклянным колпаком — 1 штука;
статуя из бобита — 1 штука; подсвечников
медных — 10 штук; вазы медные — 2 штуки;
картины деревянные с китайскими над-
писями — 2 штуки; ширмы из узких рамок
зеркального стекла — 12 штук».
Со временем помещение, занимаемое
китайскими буддистами на улице Кол-
хозной (Семеновской), стали именовать
в официальных документах «буддийским
храмом».
В 1932 году в этой общине числилось 19
человек буддистов, «старшиной общества»
был Ян Суншин, 61 года.
В это время происходило ужесточение
советской антирелигиозной политики,
направленной на ликвидацию культовых
организаций. К середине 1930-х годов во
Владивостоке под давлением новой власти
прекратили свое существование лютеран-
ская, католическая, иудейская общины, а
также целый ряд православных общин.
Партийные и советские органы края
проводили активную пропагандистскую
работу и среди китайских рабочих, на-
правленную на разрушение их традицион-
ных верований и обрядов. Для этого были
задействованы силы как русских, так и
китайских активистов. Владивостокский
220
горком ВКП(б) регулярно созывал сове-
щания китайских пропагандистов и ки-
тайского профактива для инструктажа по
проведению антирелигиозной пропаганды.
Под воздействием общей атмосферы
постепенно затухала и деятельность буд-
дийских групп.
Община, зарегистрированная по улице
Корейской, прекратила свое существова-
ние около 1935 года.
4 сентября 1936 года помещение на Кол-
хозной, 8 обследовала комиссия Горсове-
та, возглавляемая старшим инспектором
Морозовым в присутствии «коменданта
здания от завода им. Ворошилова тов.
Кривец, дворника дома и переводчика
А.Т Парфенова и представителей от груп-
пы подписавших заявление о регистрации
общины верующих буддистов Ян Суншина,
проживающего при храме, и Куй Хунина,
проживающего на улице Набережной в
доме № 26, кв. 40».
В акте комиссии было зафиксировано:
«1. Буддийский храм занимает помеще-
ние общим размером полезной площади
132,13 кв. метров. На аренду помещения
заключен домашний договор между вла-
дельцем дома гражданином Чан Чинчжоу
и представителем группы верующих граж-
данином Ян Суншином. Договор заключен
1 июня 1936 года сроком на два года, плата
определена в 181 руб. 01 коп. за жилпло-
щадь и по 100 руб. за ассенизацию за каж-
дый месяц.
2. Имущество, инвентарь храма и
остальное оборудование по договору от 17
июня 1927 года были переданы Владиво-
стокским горсоветом в пользование группе
верующих — для богослужебных целей, по
описи всего 107 предметов, оцененных в
151 рубль. Все имущество находится в пол-
ной сохранности. Проверялось в 1932 году
Городским финансовым отделом.
3. Договор в 1927 году подписан лицами,
коих в настоящее время во Владивостоке
нет, лица, ответственного по договору за
имущество, также нет. Проживающий в
настоящее время при храме гражданин Ян
Суншин по старым спискам группы веру-
ющих (за 1932 год) числится уборщиком
и сторожем; группой по договору он на
ведение дел и заключение договоров не
уполномочен.
4. Последним уполномоченным от груп-
пы верующих по акту от 14 февраля 1932
года числится Чжан Инчван, который вы-
ехал в 1932 году в Южный Китай. После
его отъезда в храме остался гражданин Ян
Суншин, который по описи никакого иму-
щества не принимал, проживает при храме
и обслуживает посетителей, собирает день-
ги на расходы по храму, выплачивает плату
за аренду помещения, заключает договора
на аренду.
5. Выполнение религиозных обрядов в
храме не производится, так как специаль-
ный вероучитель (лама) отсутствует совсем;
гражданин Ян Суншин, по буддийскому
вероучению, сейчас только проводит бе-
седы, приготавливает пищу и разъясняет
учение. Гражданин Ян Суншин как служи-
тель религиозного культа не зарегистриро-
ван, содержится за счет взносов, делаемых
верующими.
6. Храм посещают не более 5 —7 человек
ежедневно; так как религиозные обряды не
производятся, то обычно они время прово-
дят в беседах. Для посетителей оборудована
комната отдельно, со столами и скамейка-
ми, она украшена зеркалами и фонарями».
Следующая проверка инспектора Мо-
розова касалась членов общины. Своим
рапортом от 16 сентября 1936 года он до-
кладывал руководству, что из 20 человек,
подписавших заявление на регистрацию
группы, на момент проверки во Владиво-
стоке проживало только 8, «которые все
имеют паспорта и работают, все 8 состоят
в группе добровольно: Ян Суншин (сторож
при храме), Юй Шулин (при китайском те-
атре), Су Маои, Лин Унчжан, Юй Хунин,
Мао Сило, Юань Сяхао, Дин Юйюан».
Поскольку восьми человек для перере-
гистрации общины было недостаточно, Ян
Суншин попытался привлечь в нее новых
членов.
Однако на этот раз в дело вмешался ки-
тайский партийный инструктор, который
провел среди новых прихожан соответству-
ющую «разъяснительную» работу. Ее ре-
зультатом стало заявление шести китайских
рабочих в Приморский облисполком от 22
октября 1936 года: «Настоящим просим
221
вычеркнуть нас из списков буддистов, за-
писанных руководителем их Ян Суншином,
так как таковой ввел нас в заблуждение о
том, что это не буддисты, а просто обще-
ство, которое заключает договор о некуре-
нии опиума и неупотреблении спиртных
напитков. И запись он производил заочно,
только требуя паспорт и деньги на помощь
ему, а мы сами не подписывались и не зна-
ли существа дела этого общества. А поняли
лишь только после разъяснения китайского
инструктора, что это есть обман. А посему
просим считать наши заочные подписи
недействительными и просим вынести из
списка буддистов, так как мы не желаем
быть членами этого общества. Фан Сюмин,
Сунь Лосюнь, Ся Цзинмин, Ван Хунсун,
Дун Женьцин, Чжен Циньянь».
На основании результатов всех этих
проверок и «разоблачения» Ян Суншина
Приморский облисполком вынес решение,
что «расположение буддийской общины в
этом помещении незаконно, так как это
жилой дом, заселенный рабочими завода
имени К.Е. Ворошилова, поэтому молит-
венное помещение должно быть закрыто, а
культовое имущество взято на учет до рас-
смотрения о нем вопроса».
На этом закончилась официальная де-
ятельность китайских буддистов во Вла-
дивостоке, а удовлетворение религиозных
потребностей если не исчезло совсем, то
было загнано в подполье. То, что до 1922
года считалось нормой общественной жиз-
ни, после советизации края превратилось
в аномалию.
Сведения о приверженцах других тради-
ционных религиозных течений - даосов и
конфуцианцев — после закрытия храма Гу-
аньди не установлены. Как бы то ни было,
поголовная депортация китайцев из При-
морья в конце 1930-х годов окончательно
прекратила их религиозную жизнь, явную
или тайную, во Владивостоке.
Na 146. Перестроенная до неузнаваемости, приспособленная для хозяйственных целей больницы китайская
кумирня в канун нового 2014 года по восточному календарю.
222
Медицинское обслуживание китайцев;
китайская больница во Владивостоке
Вначале XX века в огромной Россий-
ской империи, с огромным же числом
проживавших в ней коренных народностей
и «пришлых» иностранцев, в системе госу-
дарственного здравоохранения (земского
и городского) не существовало лечебных
заведений, устроенных по национальному
признаку.
И только во Владивостоке всерьез рас-
сматривался и почти был решен вопрос
создания специальной китайской больницы.
Причем делалось это не из расистских по-
буждений, а исключительно в целях эффек-
тивной медицинской помощи китайскому
населению города.
Владивостокские китайцы, как и рус-
ские обыватели, не имевшие отношения к
ведомственной и частной медицине, могли
лечиться только в городской больнице.
Владивостокская городская больница
была открыта осенью 1893 года.
Этому предшествовали восьмилетние
попытки городского самоуправления полу-
чить разрешение правительства на взимание
«больничного сбора» (аналог современного
медицинского страхования), на средства
которого предполагалось содержать город-
скую больницу. При этом городские власти
приводили следующие «резоны»:
«С последовавшим в 1872 году перенесе-
нием из Николаевского главного порта во
Владивосток население последнего быстро
увеличивается. Воздвигаемые разные порто-
вые и другие казенные и частные сооружения
постоянно привлекают сюда массу рабочих. В
начале 1882 года в городе числилось жителей
7800 человек; в 1883 году оказалось 9167 душ,
в 1884 году число жителей превышало 10000
человек, а в 1890 году уже 15000 человек. В
этом последнем числе считается около 5000
человек рабочих, являющихся на заработки,
как из окрестных селений, так и в особенно-
сти из соседних Кореи и Китая. Вследствие
неблагоприятных климатических условий
Владивостока развитие многих эпидемиче-
ских болезней, например корь, скарлатина,
тиф, дифтерит, оспа, холера может принимать
угрожающий характер. Развитие этих болез-
ней, как показывают опыты прежних лет, осо-
бенно усиливаются среди рабочего населения.
Приходящие на заработки во Владивосток в
случае заболеваний по необходимости посту-
пают на попечение города, который в видах
борьбы с эпидемией, обеспечивает им и со-
держание и медицинскую помощь в ущерб,
конечно, интересам коренного населения
города. Но сделать в этом все необходимое не
позволяют скромные средства недавно воз-
никшего еще города. Существующий морской
госпиталь, во-первых, имеет специальное на-
значение; во-вторых, постоянно переполнен
больными морского и военно-сухопутного
ведомства, и потому, в-третьих, помещение
туда больных гражданского ведомства посто-
янно встречает затруднения, а с заразными
болезнями не принимают, безусловно. Та-
ким образом, гражданское население вовсе
не обеспечено надлежащею медицинскою
помощью, а при развитии эпидемических
болезней Городское Общественное Управ-
ление ставится в критическое положение...
Поэтому, чтобы обеспечить средства на по-
стройку и содержание городской больницы,
Дума признала необходимым установить во
Владивостоке больничный сбор с тем, чтобы
сему сбору подлежали лица обоего пола, на-
нимающиеся в черте города для домашних
услужений и разного рода работ, а также зани-
мающиеся ремеслами, извозом и торговлею в
разнос и развоз... При установлении неболь-
шого больничного сбора, до 3-х рублей в год
с человека, рабочему населению будет обе-
спечена помощь и содержание в больнице...».
После восьми лет переписки и отказов
Министерства финансов в конечном счете
«Государственный Совет, в соединенных
Департаментах Государственной экономии
и Законов и в общем собрании, рассмотрев
представление Министерства Внутренних
Дел о больничном сборе в городе Владиво-
223
No 147. Первый корпус Владивостокской городской больницы, построенный в 1899 году на Фельдшерском
покосе по проекту городского архитектора А.К. Левтеева. 2014 год
стоке, мнением положил: установить в горо-
де Владивостоке больничный сбор в пользу
городских доходов, а Государь Император,
5 сего Мая 1892 года изъясненное мнение
Государственного Совета Высочайше утвер-
дить соизволил».
В следующие десять лет городская боль-
ница, постепенно развиваясь, обзавелась
довольно большим больничным корпусом
на Фельдшерском покосе со всеми благами
цивилизации: электрическим освещением,
паровым отоплением и канализацией. В
1902 году «во избежание дороговизны водо-
снабжения больницы водоносами... устроен
на больничном участке водный и глубокий,
вырытый паровым буром, колодец»; в 1905
году больница была подключена к железно-
дорожному водопроводу.
Надо отдать должное городской Управе:
взимание больничного сбора на содержа-
ние больницы было организовано почти
образцово. В том числе, и даже — в первую
очередь, с китайцев, так как «вследствие
исключительного положения Владиво-
стока, главный контингент плательщиков
больничного сбора являют китайцы, при-
езжающие сюда в качестве чернорабочих и
мастеровых на летнее время... Больничный
сбор, по своим незначительным размерам и
ввиду, по местным условиям, высокой зара-
ботной платы (мужская прислуга от 20 до 40
рублей в месяц, женская от 10 до 25 рублей
в месяц, чернорабочий — 1 рубль в день, ма-
стеровые — от 1 рубля 50 копеек до 2 рублей
50 копеек в день) ни в каком случае не может
считаться для них обременительным».
Русские и китайские подрядчики, привле-
кавшие китайских рабочих, домовладельцы
и их квартиранты, нанимавшие китайскую
прислугу, а также все китайцы, получавшие в
Управе разрешение на торговлю и промыслы
(лавочники, ломовики, лодочники, носиль-
щики, разносчики и проч.), в обязательном
порядке уплачивали больничный сбор; для
тех китайцев, кто не мог заплатить сразу,
применялась отсрочка платежа.
224
«Повестка.
На основании Высочайше утвержденного
мнения Государственного Совета 5 Мая 1892
года Управа просит Вас наблюсти, чтобы
проживающими у Вас прислугой или кварти-
рантами (если таковые имеются) был внесен
в Управу установленный больничный сбор.
Больничному сбору подлежат все лица
обоего пола, без различия звания, нанима-
ющиеся в черте города Владивостока для
домашнего услужения и разного рода работ
и занятий, как у частных лиц, таки вразлич-
ных учреждениях, заведениях, на фабриках
и заводах, а равно занимающиеся комисси-
онерством, работою поденно, поштучно и
сдельно, извозом, торговлею в разнос и раз-
воз, каким-либо мастерством или ремеслом.
Больничный сбор принимается в Управе
во все присутственные дни от 8 до 12 часов
дня. При уплате больничного сбора надо
предъявлять виды на жительство.
Лицам, вновь прибывающим в город для
заработков, если они не в состоянии внести
немедленно больничный сбор, выдается
Городскою Управою бесплатно, взамен от-
бираемого от них вида, билет на две недели,
по истечении которых лица эти обязаны
представить его обратно и уплатить следу-
ющий с них сбор.
Виновные в неуплате больничного сбора,
а также и те лица, у которых таковые будут
проживать, будут привлекаться к ответствен-
ности по 60 и 61 ст. Устава о Наказаниях,
налагаемой Мировым Судьей.
Член Управы, Секретарь Управы».
Однако в большинстве своем китайцы
воспринимали эту обязанность как неизбеж-
ное зло, задуманное русскими властями для
«выкачивания» из них дополнительных денег.
Согласно данным Приморского статисти-
ческого комитета от 6 марта 1903 года «по-
стоянно проживает во Владивостоке 12000
китайцев (по сведениям коммерческого аген-
та г-на Ли-тья-ао — 15000) и, кроме того, на
работы прибывает ежегодно от 30 до 40 тысяч
китайцев на семь рабочих месяцев с Апреля
по Ноябрь. Прибыло в 1901 году — 42232 че-
ловека, в 1902 году — 41580 человек; 1900 год,
как исключительный по смутам [ “Боксерское”
восстание], дал только цифру 32000 человек».
Комитетом отмечалось, «что во Влади-
востокской Городской больнице лечится
ничтожное число стационарных (коечных)
больных китайцев — преимущественно тя-
желые хирургические случаи — и ничтожное
число амбулаторных больных: преимуще-
ственно легкие хирургические случаи; так,
за последние три года поступил в Городскую
больницу 581 больной китаец, т.е. ежегодно
в среднем — 193; амбулаторных посещений
за то же время китайцы дали — 1310, т.е.
ежегодно в среднем 437 посещений; если
принять среднюю цифру проживающих во
Владивостоке китайцев в 40000 человек, то
получим чрезмерно низкий процент лечив-
шихся в Городской больнице китайцев —
1,5%, указывающий, что в эту цифру вошли
не все болевшие китайцы, потому что при
сравнительно хороших санитарных условиях
всех цивилизованных народов, процент за-
болеваний только одними инфекционными
болезнями достигает значительно большей
цифры — 8 — 9%. Нам же известно, что чер-
норабочие китайцы живут не при хороших,
а при очень дурных санитарных условиях,
следовательно, значительная часть этого
чрезвычайно трудолюбивого и в той же мере
бедного населения болеет в своих убогих
антисанитарных жилищах при невероят-
ной скученности, при отсутствии ухода и
при недостаточной медицинской помощи
и дает значительный процент смертности
от внутренних и заразных болезней, что
подтверждается большим числом трупов,
выбрасываемых круглый год в городе и по
его окраинам, а также тайно хоронимых. Раз
есть трупы, то есть и больные.
Китайское население города состоит
почти поголовно из чернорабочего люда,
который не привык к европейскому ле-
чению и врачам, и, относясь к последним
недоверчиво, избегает вообще обращаться
за медицинской помощью к европейским
медикам. Одна из главных причин есть страх
перед вскрытиями мертвых тел. Вскрытие
мертвого тела, по религиозным воззрениям
китайцев, является поруганием над мерт-
вым, а тому, что поступлением в лечебное
заведение именно и можно во многих слу-
чаях избежать вскрытия, китайцы не верят.
Незнание языка тоже мешает им обращаться
за помощью к русским врачам...».
Нельзя сказать, что местные власти рав-
нодушно относились к подобному положе-
225
нию дел. Но они, похоже, просто не знали,
как противодействовать бойкоту, объяв-
ленному большинством китайцев европей-
ской медицине. На проведение регулярного
принудительного всеобщего медицинского
обследования китайцев у них не имелось ни
сил, ни средств. Такие меры применялись
лишь в условиях чрезвычайных эпидемио-
логических ситуаций, на ликвидацию кото-
рых город затрачивал значительные суммы
и нанимал дополнительно ведомственных
и частнопрактикующих врачей. В обычной
жизни это было совершенно невозможно.
Выход из этого «тупика» был подсказан
военным губернатором Приморской области
Николаем Михайловичем Чичаговым.
«Возникновение вопроса об устройстве
китайской больницы имело случайный ха-
рактер, а именно: выстроившие свой холер-
ный барак китайцы показали его в 1902 году
Г-ну Губернатору Н.М. Чичагову, который
одобрил постройку и высказал сожаление,
что хорошо построенный удобный барак
будет, быть может, долго стоять бесполезно
и хорошо бы было держать в нем, пока он
свободен, бедных заболевших китайцев, ко-
торые не идут по разным причинам в город-
скую больницу, остаются в своих негигие-
ничных помещениях без надлежащего ухода
и лечения, а после смерти тайно выбрасы-
ваются в городе и за городом; соглашаясь с
этим, присутствовавшие китайцы указали
на недостаток у них средств на содержание
своей больницы; на это им было дано раз-
решение подать Г-ну Губернатору докладную
записку с проектом устава больницы, с ис-
числением ежегодного расхода и указанием
на возможные источники для покрытия
этого расхода... На устройство китайской
больницы Генерал-Лейтенант Н.М. Чичагов
отчислил 4000 рублей из оставшихся сумм
после упраздненного китайского и корей-
ского управлений...».
Вполне естественно, что благое начинание
китайского общества тут же попытался «воз-
главить» китайский коммерческий агент Ли
Тьяао, в обязанности которого входило «по-
средничество между китайскими подданны-
ми во Владивостоке и русскими властями».
Как опытный чиновник, к тому же пре-
красно помнящий ответ Приамурского
генерал-губернатора на свои «прожекты»,
подготовленные в 1897 году («...установле-
ние проектируемого порядка...было бы поч-
ти равносильно образованию в крае особого
китайского государства...едва ли имелась бы
возможность рассчитывать на утверждение
означенных предположений»), Ли Тьяао не
стал ходатайствовать о создании самостоя-
тельной китайской больницы, а предложил
включить ее в состав существующей город-
ской больницы.
«В Ноябре месяце 1902 года Дайцинский
Коммерческий Агент г-н Ли-Тья-Ао подал
Его Превосходительству Н.М. Чичагову объ-
емистую докладную записку, в которой мо-
тивировал необходимость устройства китай-
ской больницы как отделения Владивосток-
ской Городской Больницы, но с введением в
ней, для привлечения китайцев к больнично-
му лечению, национально-бытовых сторон
китайской жизни до китайской медицины
включительно, однако же под наблюдением
и ответственностью русского врача и фель-
дшера, с проектом самостоятельного устава,
состоящего из 18 пунктов и с исчислением
расхода на нее не менее 25000 рублей.
Источники на покрытие расходов пред-
лагались следующие (приведены подлинные
слова докладной записки г-на Ли-Тья-Ао):
“Первым источником для содержания
китайского отделения Городской Больницы
являются 25000 рублей в год из больничного
сбора с китайцев.
Если по каким-либо причинам окажется
невозможным отпуск из вышеприведенного
источника средств на содержание китайской
больницы, то покорнейше прошу Ваше Пре-
восходительство исходатайствовать перед
кем следует разрешение приобрести такие
средства из следующих источников:
1. При посредстве установления от 5 —
10-копеечного налога на билеты китайского
театра и
2. Сбором 1 рубля с каждого осенью отъ-
езжающего на родину китайского рабочего”.
Справка: ... Генерал-Губернатору предо-
ставлено облагать китайцев и корейцев осо-
быми сборами по своему усмотрению.
В конце докладной записки испрашива-
лось разрешение помещать в холерный ки-
тайский барак у японского кладбища боль-
ных китайцев не холерой, но внутренними и
различными инфекционными болезнями...».
226
Не дожидаясь окончания переговоров
Ли Тьяао с русскими властями, обнадежен-
ные вниманием губернатора, «китайские
купцы без участия г-на Ли-Тья-Ао, в числе
24 человек, а именно: Хафалун, Хуншинфу,
Юнхозан, Тунли, Хунсунчин, Тунсунфу,
Тунхинфу, Чанфася, Юнханан, Футайзан,
Юаландо, Итаи, Тунтайфу, Тунчанхин, Юн-
лиюан, Инхошун, Вансунзан, Тунсунхин,
Кунхошун, Тунхинчун, Сансаюан, Чинтайи,
Тунчинтай, Тайсунзан — подали 14-го Ян-
варя 1903 года Его Превосходительству
Н.М. Чичагову прошение с просьбой разре-
шить им организовать китайскую больницу в
виде частного лечебного заведения, согласно
ст. 89 и след. Устава лечебных заведений, без
включения ее в состав Городской Больницы,
“ибо”, так сказано в прошении, “в таком
случае по закону управление лечебницей
будет принадлежать Городскому Обществен-
ному Управлению и китайское купечество
не будет иметь права активного участия в
делах больницы”. Но так как на одни по-
жертвования китайскую больницу содержать
нельзя, то купцы просили ходатайства Г-на
Губернатора перед Владивостокской Думой,
“согласен ли город платить лечебнице по 70
копеек в день за каждого больного, уплатив-
шего больничный сбор”, и в случае согласия
Думы предлагали ходатайство об отводе им
участка под больницу...».
Второе прошение окончательно запута-
ло все дело, к тому же главный инициатор
и «благодетель» китайской больницы Н.М.
Чичагов в том же январе 1903 года убыл к
новому месту службы. Вновь назначенный
военный губернатор генерал-лейтенант
А.М. Колюбакин направил оба прошения
в городскую Думу, откуда они попали для
разбирательства в «Больничный Комитет
Владивостокской Городской Больницы».
«Исполняя постановление Думы 19
Февраля 1903 года, передавшей вопрос об
устройстве Китайской больницы на за-
ключение Больничного Комитета, этот
последний имел три заседания: первое,
предварительное, 22 Февраля, два с пригла-
шениями Члена Управы В.Е. Филипченко,
Санитарного Врача А.А. Волкенштейн и
Владивостокских китайских купцов во главе
с Императорским Дайцинским Коммерче-
ским Агентом Ли-Тья-Ао — 24 Февраля и
27 Февраля. Кроме того, Комитетом был ос-
мотрен 26 Февраля новый холерный барак,
выстроенный китайцами на добровольные
пожертвования выше японского кладбища...
Из представленного явствует, что суще-
ствуют важные противоречия между доклад-
ной запиской г-на Ли-Тья-Ао и прошением
китайских купцов, а именно: в первой про-
ектируется китайское отделение городской
больницы, во втором — самостоятельная
лечебница. Ввиду совершенной неясности,
неопределенности в постановке вопроса
китайцами об устройстве для них больницы,
они были спрошены в Комитете по этому
поводу: какую больницу они желали бы
иметь — а) частную или же в качестве отделе-
ния городской больницы, б) где они желали
бы устроить ее и в) на какие средства.
Китайцы дали следующие ответы: они
желали бы, чтобы а) дело было устроено так,
как лучше для китайцев, т.е. чтобы порядки
больничные способствовали привлечению
китайцев в больницу, а не наоборот, и что в
этом деле они полагаются на Больничный
Комитет; б) что больницу можно было бы,
по их мнению, устроить в новом китайском
холерном бараке, если Комитет найдет эту
постройку подходящей для сказанной цели
и, наконец, в) что в вопросе о средствах на
содержание больницы они все свои надежды
имеют на решение Думы, а со своей стороны
обещают вносить ежегодно по 5000 рублей
на содержание больницы.
Имея такие данные и осмотрев китайский
холерный барак, Комитет приступил к реше-
нию следующих вопросов:
I. Нужна ли во Владивостоке специальная
китайская больница и
II. Если нужна, то как следует ее устроить,
чтобы она достигла своей цели...
В записке г-на Ли-Тья-Ао говорится, что
у китайцев нет привычки к европейской
больничной обстановке, нет привычки к на-
шей пище, им недостает в нашей больнице
санитаров из их земляков для ближайшего
за ними ухода.
С приведенными объяснениями нельзя
не согласиться: чем первобытнее народ, тем
он более замкнут, тем более у него силен
культ обычая, зачастую подкрепляемого
религиозной регламентацией и облекающе-
гося даже в форму закона.
227
С этими фактами необходимо считаться
в вопросе о призрении больных китайцев
во Владивостоке, а потому Больничный
Комитет находит, что нужно идти навстречу
владивостокскому китайскому купечеству,
пожелавшему, по идее Генерал-Лейтенанта
Н.М. Чичагова, обеспечить неимущим ки-
тайцам правильно организованную подачу
медицинской помощи в виде устройства ки-
тайской больницы на таких началах, чтобы
коренные национально-бытовые стороны
жизни китайцев не игнорировались, но были
бы сохранены в возможно полной мере, но
в той мере, которая не противоречит общим
санитарным и гигиеническим требованиям;
тогда только больница не будет стеснять ки-
тайцев, им не будет причины сторониться
больницы; в результате будет сохранено здо-
ровье и жизнь не одного китайца, являюще-
гося сюда в расцвете сил, а с другой стороны,
город будет в значительной степени защищен
от эпидемий из нынешних гнезд тайного ле-
чения. Итак, во Владивостоке нужна специ-
альная китайская больница для внутренних,
заразных, а также венерических больных.
Что же касается вопроса, как следует
устроить китайскую больницу, чтобы она
достигала цели, то Комитет находит, что
китайская больница должна составлять в
административном отношении отделение
Городской Больницы и должна управляться
Комитетом Больницы на общих для русских
лечебных заведений основаниях, сохраняя
в то же время полную свободу проведения
и поддержания в этой больнице нацио-
нально-бытовой обстановки, свойственной
китайцам, под ближайшим надзором рус-
ского врача и общим заведыванием и от-
ветственностью старшего врача больницы.
Хозяйственной частью больницы может
заведовать Попечительный Совет из китай-
цев, на обязанности которого будут лежать
все вопросы хозяйственного характера; для
исполнения своей задачи этот совет может
иметь своего эконома-китайца с помощни-
ком русским (фельдшером). Председатель
Попечительного Совета, еще один из его
членов и русский врач этой больницы входят
в состав Больничного Комитета Владиво-
стокской Городской Больницы на равных с
остальными членами правах по вопросам,
относящимся до китайской больницы, и
ежемесячно представляют отчетность в Ко-
митет на русском языке по хозяйственной
части с представлением счетов; без ведома,
одобрения и утверждения Больничного
Комитета не может быть проведена ни одна
хозяйственная мера в китайском отделении
Городской Больницы, причем ни Больнич-
ный Комитет, ни старший врач больницы
не должны упускать из вида, что проведение
и сохранение в больнице коренных нацио-
нально-бытовых черт китайской жизни есть
ее главное достоинство, на котором зиждет-
ся надежда привлечения к больничному ле-
чению возможно большего числа китайцев.
Совершенно ту же точку зрения сохраняет
Больничный Комитет и по вопросу об орга-
низации чисто медицинской части в проек-
тируемой китайской больнице, т.е. Комитет
находит, что для блага рабочего китайского
населения города Владивостока необходимо
сохранить в китайской больнице наравне с
привычной для китайцев обстановкой при-
вычную для них китайскую медицину.
Последний факт Больничный Комитет
полагал бы осуществить таким образом:
проектируемая китайская больница явля-
ет собой, в сущности, нечто гадательное,
ее будущая деятельность имеет значение
опыта. Он может быть удачен, может быть
и неудачен, поэтому, допуская всю пользу
удачи опыта — и китайскую обстановку, и
китайскую медицину, Комитет полагает, что
главным образом в деле лечения необходимо
будет ему ввести элемент борьбы с вековым
невежеством и отсталостью китайцев; эта
борьба должна быть неустанной, система-
тичной, незаметной для китайцев; должна
исподволь, шаг за шагом одерживать мир-
ные победы над невежеством.
Для этой цели Комитет полагает пере-
дать дело заведывания китайской больницей
нашему врачу из военного, морского или
гражданского ведомств, выбранному добро-
вольно китайцами и утвержденному Боль-
ничным Комитетом; ему дается в помощь
один фельдшер. Этот врач, кроме наблюде-
ния за соблюдением санитарно-гигиениче-
ских правил, кроме наблюдения за лечением
так называемых китайских врачей, должен
просветительно влиять на этих последних,
тактично вмешиваясь в дело китайского ле-
чения, должен в то же время отмечать случаи
228
остроинфекционных болезней среди стацио-
нарных (коечных) больных для принятия го-
родским санитарным врачом соответствен-
ных мер по отысканию и обезвреживанию
пораженных заразою мест, должен наблю-
дать за деятельностью китайских санита-
ров в больнице и непременно организовать
школу фельдшеров из китайцев — из этих же
санитаров, если возможно, которые затем,
с течением времени, будут помощниками
русского врача в деле лечения китайцев, с
другой стороны — знакомство с китайской
медициной, с китайскими лекарствами едва
ли пройдет для науки бесследно...
Комитет надеется, что при совершенной
новизне этого дела в России опыт может
увенчаться успехом, если судить по удачному
опыту больниц английских, французских и
немецких миссий в Китае. Самостоятельная
китайская лечебница только с китайским
врачом и с китайскими лекарствами с адми-
нистративной точки зрения совершенно не-
мыслима и недопустима в нашем государстве.
Итак, Комитет ставит такой ответ: при
устройстве и во все время существования ки-
тайской больницы весьма желательно участие
китайцев в виде Попечительного Совета для
введения и поддержания в дальнейшем тако-
го порядка вещей, который в силу налично-
сти национально-бытовых сторон китайской
жизни привлекал бы в лечебницу для лечения
возможно большее число больных китайцев
с внутренними, заразными и венерическими
болезнями. Согласно их желанию и по суще-
ству дела эта больница должна быть отделе-
нием Владивостокской Городской Больницы
под управлением Больничного Комитета, в
состав которого войдут китайцы от китай-
ского Попечительного Совета, китайского
отделения больницы и русский врач, ею за-
ведующий, на правах членов Комитета.
Вопрос о помещении для китайской
больницы не представляет существенных
затруднений ввиду существования готового
помещения выше японского кладбища; это
помещение состоит: а) из большого барака,
в котором помещение для больных имеет 88
куб. саж. с площадью пола в 48 кв. саж. [218
кв. м. ], окно в два света, имеет на южной сто-
роне одно небольшое отдельное теплое по-
мещение, а на северной стороне два отхожих
места и ванную комнату; барак выстроен из
двойной дощатой стенки с промежуточной
засыпкой опилками, пол дощатый, потолок
есть, барак не оштукатурен; б) из меньшего
оштукатуренного снаружи, выше располо-
женного барака емкостью в 57, 2 куб. саж,
чрезвычайно удобного для помещения ам-
булатории, аптеки, кухни и для служащих,
есть ванная комната; в) из небольшого веще-
вого сарая и небольшого сарая для хранения
трупов; колодезь с весьма обильной водой
расположен невдалеке к востоку.
К недостаткам расположения и устрой-
ства бараков относится следующее:
а) китайский барак расположен с краю
холерных бараков — городского и японского;
дорога, ведущая к баракам, продолжается
между японским слева и русским бараком
справа и оканчивается у китайского барака;
во избежание движения между холерными
бараками, придется проложить небольшую
окольную дорогу к югу от холерных бараков;
б) большой барак следует оштукатурить,
иначе в нем будет холодно зимой, и перего-
родить на три отделения для заразных, вну-
тренних и венерических больных; в) нужно
устроить прачечную дезинфекционную ка-
меру и г) огородить участок забором.
В таком виде китайский барак может быть
занят 30 больными с внутренними, заразны-
ми и венерическими болезнями, причем на
больного придется 2,9 куб. саж. воздуха и
1,6 кв. саж. пола, что удовлетворяет требо-
ваниям больничной гигиены...
На запрос, сделанный купцу Сан-Син-
Юну (за выездом г-на Ли-Тья-Ао) 11 Марта
за № 120, получен ответ, из которого видно,
что уже заведена небольшая обстановка
больничной мебели на сумму, по оценке
Сан-Син-Юна, 284 руб. 50 коп...
Вопрос об отводе участка под больницу
будет подлежать обсуждению, по мнению
Комитета, в том только случае, когда опыт
с китайской больницей осуществится и
увенчается успехом. В настоящее время под-
нимать этот вопрос несвоевременно и бес-
цельно ввиду предложения и возможности
занять под китайскую больницу готовые два
китайских барака.
Председатель Комитета Тенчинский.
Члены Комитета: Польский, Ремезов,
Ал. Волкенштейн, М. Красовский, Е. Панов,
Шебалдаев, Бутовский, Бирк».
229
N& 148. Покровская кладбищенская церковь, построенная в 1902 году бригадой китайских рабочих под
руководством Хе Юшена. За ней (слева) на склоне горы Орлиное Гнездо, на улице Нерчинской, китайские
холерные бараки. Начало XX века.
Ns 149. Хирургический корпус Владивостокской городской больницы, выстроенный в 1910 году «по образцу
Московской университетской клиники» китайским подрядчиком Чжо Пинкуном. Начало XX века
230
Из уважения к памяти членов Больнично-
го комитета, единодушно провозгласивших
и отстаивавших прогрессивное и в высшей
степени гуманистическое отношение к обе-
здоленным больным китайцам, хочется на-
звать их поименно:
Павел Станиславович Тенчинский —
старший врач Владивостокской городской
больницы;
Иван Миронович Польский — гласный
городской Думы, член городской Управы и
городской санитарно-исполнительной ко-
миссии, попечитель городской больницы;
Николай Владимирович Ремезов — редак-
тор газеты «Владивосток»;
Александр Алексеевич Волкенштейн —
городской санитарный врач;
Михаил Николаевич Красовский — ве-
теринарный врач, член городской Управы;
Евгений Петрович Панов — врач Влади-
востокской городской больницы;
Петр Валентинович Шебалдаев — врач
Владивостокской городской больницы;
Федор Иванович Бутовский — член го-
родской Управы по санитарной части;
Людвиг Мартынович Бирк — старший
врач Сибирского флотского экипажа.
Еще до того, как заключение Больнич-
ного комитета было доложено на заседании
городской Думы, оно было представлено
Обществу врачей Южно-Уссурийского края.
Почти все члены Больничного комитета
состояли членами Общества, а Красовский
и Панов исполняли обязанности казначея и
библиотекаря общества.
Предложение членов комитета вызвало
неоднозначную реакцию их коллег-врачей.
В большинстве они были против подобных
«экспериментов» и нововведений. В особен-
ности — против попытки совместить евро-
пейскую и китайскую медицину; также они
вообще сомневались в необходимости соз-
дания специального китайского отделения
городской больницы, не предусмотренного
действовавшим законодательством.
Интересно, как бы сейчас они отнеслись к
широкому взаимодействию китайской и ев-
ропейской медицины в современном мире?
Несмотря на возникшие разногласия
Больничный комитет твердо стоял на сво-
ем и отказался что-либо менять в своем
докладе, представленном городской Думе
17 апреля 1903 года одновременно с «Отзы-
вом Общества врачей Южно-Уссурийского
края о китайской больнице и несовмести-
мости в этой больнице деятельности евро-
пейских и китайских врачей».
Городская Дума в своем заседании, отме-
тив, что, «хотя в силу коренного отличия на-
ционально-бытовых сторон жизни инород-
цев, несомненно, желательно отделить их
больных от русских, к обоюдному удобству
тех и других», выразила сомнение «в необ-
ходимости обращать специальный холерный
барак под постоянную больницу, так как,
во-первых, этим уничтожилась бы основная
цель его сооружения, а, во-вторых, последо-
вательное занятие этого сооружения то под
постоянную больницу, то под холерный ба-
рак, сделало бы все это учреждение крайне
шатким в практической постановке...».
Но это, преодолимое, в общем, препят-
ствие, не было главным.
Основная дискуссия в Думе развернулась
вокруг необходимости изыскать на китай-
скую больницу дополнительные средства.
В конечном счете сторонники «бюджет-
ной экономии» с небольшим перевесом,
«большинством — 11 против — 8», постано-
вили: «...приданном положении дела, предо-
ставить китайцам предварительно изыскать
средства для постройки и обеспечения содер-
жания своей собственной больницы, и если
затем выяснилось бы, что для поддержания ее
требуется от города небольшая субсидия, то
отпускать таковую из общей городской сме-
ты... Пока на это нет средств, практическое
решение вопроса возможно лишь в будущем».
Таким образом, городские власти, как это
зачастую и происходило, предоставили ки-
тайцам возможность решать свою проблему
самостоятельно.
Но все-таки, судя по отрывочным све-
дениям и косвенным данным, китайские
холерные бараки если не во время Русско-
японской войны, то сразу после нее исполь-
зовались в качестве постоянного «стациона-
ра» для больных китайцев.
Это неудивительно, учитывая многократ-
ное увеличение как азиатского, так и европей-
ского населения Владивостока после 1905 года.
В результате чего, по сведениям газеты «Даль-
ний Восток», в 1907 году «городская больница
переполнена и отказывает в приеме...».
231
Ns 150. «План распределения новых больничных зданий на участке, отведенном под городскую
больницу, составленный архитектором Чесноковым», на котором не обозначена китайская кумирня, еще
существовавшая, но уже «предназначенная к переносу на другое место, которое будет предоставлено
городом». 1907 год
232
енеЬальный планъ
твой Городской БОЛЬНИЦЫ
е)^йкол atOlvU^C' кк »ЪОСАМЦОМ
Нд< М«И»»НХ4£ IfCKAffA С* Hfj^^Xz-Uu^
г
V^TMjnO^laLJKAVV CM-^<*UXz у4Д ^Лил4>1
Лс*мД vuMfiHM J? .<Ь. и 5. W. Cvm сМ» уА ь
Постановлением Владивостокской го-
родской Думы от 3 апреля 1907 года №2/1853
был «одобрен общий план распределения
новых больничных зданий на участке, от-
веденном под городскую больницу, состав-
ленный архитектором Чесноковым», а также
«утверждены проекты хирургического и ро-
дильного павильонов, ледника и анатоми-
ческого покоя и возбужден вопрос об окон-
чательном переносе китайской кумирни на
другое место, которое будет предоставлено
городом».
Строительство родильного павильона
«приняли на свои средства наследники
А.Д. Старцева», но оно растянулось на девять
лет из-за отказа в 1909 году Старцевых фи-
нансировать работы «в связи со значитель-
ными денежными затруднениями» и было
окончено лишь 5 февраля 1917 года.
Для постройки хирургического пави-
льона городом в январе 1907 года были по-
заимствованы 100 тысяч рублей у извест-
ного общественного деятеля и мецената
И.П. Пьянкова, который с ноября 1906 года
являлся попечителем Владивостокской го-
родской больницы.
Окончательный проект хирургического
павильона был выполнен городским архи-
тектором Ф.Ф. Постниковым.
Контроль за строительством осуществлял
председатель городской техническо-стро-
ительной комиссии М.И. Суворов. По его
настоянию, при поддержке попечителя
больницы Пьянкова, было решено «произ-
водить постройку хирургического павильона
подрядно-хозяйственным способом, сдав
работы подрядчику, а заготовку материала
оставить за городом».
Вероятно, ими же, Суворовым и Пьянко-
вым, в целях экономии был сменен русский
подрядчик инженер Березин, требовавший
большей оплаты, и назначен более «сговор-
чивый» китайский подрядчик Чжо Пинкун.
25 апреля 1910 года «при большом сте-
чении народа в присутствии городского
головы, гласных, чинов управы, врачебного
инспектора Виноградского и врачей боль-
ницы» был освящен новый большой боль-
ничный корпус (хирургический павильон),
выстроенный китайскими рабочими. «Вра-
чебный инспектор Виноградский в своем
выступлении сказал, что он поражен новой
233
больницей — жемчужиной Владивостока.
Она построена по образцу Московской уни-
верситетской клиники. Здание в два этажа с
подвалом, 4 больших палаты по 16 человек
и 9 малых палат по 4 человека, 4 комнаты
для дневного пребывания больных, 2 опе-
рационные, 7 ванных комнат с клозетами и
лифт. Центральное отопление, водопровод,
канализация и электрическое освещение.
Корпус стоит 260 тысяч рублей и, по отзыву
Суворова, это недорого. Суворов принимал
деятельное участие в строительстве и как
наблюдатель, и как советчик. Покойный
Федор Федорович Постников тоже вложил
немало труда в постройку».
Где-то в этом корпусе или, возможно, в
помещениях старого больничного здания
находилось так называемое «инородческое
отделение» — одна или несколько палат для
азиатских больных.
Но скорее всего, китайцы, главным обра-
зом страдавшие от инфекций, помещались
в бывшем «работном доме» (сейчас улица
Пограничная, № 17), переоборудованном
в 1912 году в один из корпусов «заразного»
отделения больницы.
Удалось ли доктору П.С. Тенчинскому,
сменившему его Е.П. Панову и их коллегам
из Больничного комитета реализовать на
практике свои идеи — не установлено.
Сведения о «школе фельдшеров из китай-
цев» в архивных документах пока не обнару-
жены, но сведения о китайских санитарах и
китайской «прислуге» городской больницы
встречаются.
Как долго «китайская больница» просу-
ществовала в холерных бараках — также не
установлено.
Китайские холерные бараки на улице
Нерчинской, приспособленные в советское
время под «временное жилье», существовали
еще очень долго и были снесены в начале
1970-х годов при строительстве современ-
ного микрорайона.
Бывшая Владивостокская городская
больница ныне является главной больни-
цей края (Приморская краевая клиническая
больница № 1). Ее старые здания включены
в список памятников истории и культуры,
как и многие другие в городе, созданные
трудом китайских рабочих.
No 151. Приморская краевая (в прошлом Владивостокская городская) больница. 2014 год
234
Глава 7.
Русско-китайская школа во Владивостоке
Русско-китайская школа в городе Вла-
дивостоке была учреждена весной 1896
года по инициативе Владивостокского ки-
тайского общества.
Надо сказать, что для создания этой шко-
лы владивостокские китайцы выбрали наи-
более подходящий момент и очень удачно и
быстро воспользовались им, проявив насто-
ящую «восточную» изобретательность и даже
дипломатичность. Они сделали городским
властям такое предложение, от которого те
не смогли отказаться, приняв его в необы-
чайно короткие сроки без долгих прений и
«дополнительных изучений» в комиссиях.
В начале 1896 года городское «народное
образование» переживало не лучшие време-
на, в первую очередь из-за отсутствия необхо-
димого числа начальных учебных заведений.
Городское начальное трехклассное учи-
лище для мальчиков, созданное в 1886 году,
в апреле 1891 года лишилось своего здания,
попавшего в полосу отчуждения строящейся
Уссурийской железной дороги, и вынуж-
денно разместилось в бывшей деревянной
казарме морского ведомства на углу Свет-
ланской и Китайской улиц.
В1894 году городская Дума выделила зна-
чительные средства на строительство нового
современного учебного здания, на которое
5 августа управой были проведены торги и
определен подрядчик, но в последний мо-
мент все сорвалось.
«На городские средства содержится го-
родское 3-классное училище. Бывшее зда-
ние городского училища отошло, в силу
необходимости, Управлению железной
дороги, а сейчас оно помещается в арен-
дованном здании с платою по 2*А тысячи
рублей в год. Ныне является настоятельная
необходимость построить для этого новое
здание, с таким расчетом, чтобы в нем было
достаточное помещение для 100 приходящих
учеников, 20 учеников Мореходных Классов
и помещение для преподавания ремесел то-
карного и столярного, а в будущем и других.
Кроме того, в нем должны быть квартиры:
Инспектора училища, для одного из учите-
лей и квартира для заведывающего Мореход-
ными Классами. Эта постройка исчислена
в 126 тысяч рублей... Не имея более удоб-
нейшего и свободного места под постройку
здания для Городского Училища, Управою
было избрано для этой цели пустопорожнее
место рядом с Морским Штабом. Ныне же
Главный Инженер-Строитель Владивосток-
ского Порта, отношением от 11 Августа сего
1894 года за № 683 уведомил Управу, что
весь участок, находящийся между зданиями
Штаба и Морским Собранием, предназна-
чен, согласно Высочайше утвержденного в
1890 году генерального плана, для разбивки
сквера при памятнике Адмиралу Невель-
скому, а потому возведение в этой местно-
сти каких-либо зданий, как частных, так и
общественных, не может быть допущено...».
Торжественная закладка памятника Г.И.
Невельскому состоялась 17 мая 1891 года в
присутствии прибывшего в город цесареви-
ча Николая Александровича. Конечно, го-
родские власти знали, что вокруг памятника
будет устроен сквер, но о размерах сквера
порт городу не сообщил. Поскольку работы
по сооружению памятника из-за отсутствия
средств замерли на четыре года, также ничего
не делалось и для разбивки сквера, террито-
рия которого, по замечанию Приамурского
генерал-губернатора С.М. Духовского, ос-
мотревшего ее в июне 1895 года, «имеет вид
заброшенных буераков с притоком нечистот
от проходящих китайцев и иных рабочих, не-
смотря на прекрасное свое местоположение».
Межведомственная «разобщенность»,
твердое нежелание морского начальства
уступить «заброшенные буераки» привели
к отмене запланированного городом школь-
ного строительства.
А через год, когда нереализованный
проект мог бы уже принести результаты,
положение городского училища еще более
ухудшилось.
«М.Н.П. Инспектор Владивостокского
Городского Училища
11 Ноября 1895 года № 25
235
Во Владивостокскую Городскую Управу
Ввиду переполнения (75 человек) млад-
шего класса Педагогическим Советом
вверенного мне училища на заседании 10
Ноября замечена малоуспеваемость (около
50%) учащихся.
Средством к устранению этой малоуспе-
ваемости является или разделение класса
на два отделения, или устройство особой
элементарной школы.
Педагогический Совет просит Городскую
Управу обратить на это внимание и прийти
на помощь...
Инспектор В. Данилов».
Двумя постановлениями: 21 февраля и
4 марта 1895 года — городская Дума санк-
ционировала приобретение у купца И.М.
Лангелитье земельного участка с большим
универсальным магазином и каменными
пакгаузами на углу улиц Светланской и Мис-
сионерской (сейчас — Лазо). На эти цели, с
рассрочкой платежей на два года, ушло 120
тысяч рублей — почти все, что могла в тот
момент предоставить городская казна.
Здание магазина было занято самой Ду-
мой и управой, квартирами городских слу-
жащих, а также городской библиотекой.
Бывшие склады Лангелитье, по решению
Думы, должны были стать после реконструк-
ции новым зданием городского училища.
Однако их перестройка из-за финансовых
затруднений и сверхсметных расходов за-
тянулась до осени 1896 года.
«Актом от 9 Ноября 1896 года Исполни-
тельная Комиссия свидетельствует о выпол-
нении подрядчиком А.П. Поставским работ
по переустройству пакгаузов под Городское
Училище, как сметных, так и дополнитель-
ных...».
Реконструкция пакгаузов в «новое» зда-
ние училища, ненамного большее по раз-
мерам, чем старое, не могла устранить про-
блему «дефицита» школьных зданий, только
отодвинуть ее на короткое время.
Каково же было удивление городских
властей, когда проживавшие во Владивосто-
ке иностранноподданные китайцы предло-
жили им деньги на строительство еще одной
школы (начального училища), о необходи-
мости которой писал инспектор Данилов; с
тем только принципиальным условием, что
школа будет доступна для значительного
числа китайских детей. А чтобы их предло-
жение не «положили под сукно», просители
использовали «дорогие каждому русскому
сердцу имена» — императора Николая II и
императрицы Александры Федоровны, чья
коронация должна была состояться 14 (26)
мая 1896 года в Москве.
«М.В.Д. Владивостокский Китайский
Участок
Мая 7 дня 1896 года № 110
Город Владивосток
Во Владивостокскую Городскую Управу
Китайское население города Владиво-
стока, проникнувшееся чувствами благо-
говения и признательности к Священным
Особам Их Императорских Величеств, при-
говором Общественного Схода, состоявше-
гося 4-го числа сего месяца за № 8, поста-
новило: в память Священного Коронования
Их Императорских Величеств пожертвовать
десять тысяч рублей на устройство в городе
Владивостоке Городской Русско-Китайской
школы.
Сообщая об этом, Владивостокский
Китайский Общественный участок покор-
нейше просит Городскую Управу доложить
Думе, не найдет ли она возможным дать
участок для постройки сказанного училища
и взять на себя его ежегодное содержание с
тем, чтобы половина учащихся были дети
китайцев, а также были бы устроены вос-
кресные классы при школе, в которых бы
имели право учиться желающие китайцы
русской грамоте и письму.
В случае соглашения Городской Думы
взять на себя вышесказанное обязатель-
ство по отношению училища, Китайский
Общественный участок покорнейше просит
ходатайства Городской Думы о наименова-
нии сказанного училища Николаевским,
основанным китайским Обществом города
Владивостока в память Священного Коро-
нования Их Императорских Величеств.
Старшина Ван-юань-и, Письмоводитель
Толмачев».
Инициатива китайского общества была
вызвана тем, что дети китайцев, постоянно
проживавших во Владивостоке, были прак-
тически полностью лишены возможности
получить русское образование, так необхо-
димое в стране пребывания; частные уроки
236
Nfi 152. Китайский подросток-носильщик.
1919 год
Ns 154. Китайский подросток-разносчик.
Начало XX века
№ 153. Китайские дети - рабочие угольного склада. Начало XX века
237
для детей состоятельных китайцев — незна-
чительное исключение из общего правила.
Обучение в церковно-приходских, эле-
ментарных школах и начальных училищах в
царской России было бесплатным (точнее —
за счет казенных и муниципальных средств),
но — до 1908 года — не всеобщим; существо-
вали квоты для «инородцев», в том числе
русскоподданных. Для китайцев же, с их
почти поголовным нежеланием становиться
«православными россиянами», навсегда от-
рываться от родины и традиционных веро-
ваний, шанс попасть в русскую школу был
невелик: и для малообеспеченных, и даже
для так называемого среднего класса.
Китайские дети во Владивостоке, как,
впрочем, и многие русские дети того вре-
мени, рано начинали трудиться. «Счастлив-
чики» могли оказаться в услужении в домах
европейцев, в европейских и китайских
торговых заведениях; менее удачливые — в
ремесленных мастерских и прочих «произ-
водствах» с изматывающей многочасовой
работой и, наконец, в самом низу трудовой
«иерархии»: на улице с тяжелой ношей на
плече или за спиной, от чего все же их рус-
ские сверстники были избавлены.
«Учиться жизни» и овладевать навыками
разговорного русского языка, пускай в самых
«тепличных» условиях, не всегда было до-
статочно, чтобы «выбиться в люди».
Осознавая это, владивостокские китайцы
предприняли значительные усилия, дабы
их дети смогли учиться в России. А имена
«августейших самодержцев» сыграли в этом
ключевую роль, открыв двери не только го-
родской Думы, но и областного правления,
канцелярии Приамурского генерал-губерна-
тора и Министерства внутренних дел.
Получив предложение владивостокско-
го китайского общества, «отцы города» не
стали медлить с ответом, тем более искать
причины для отказа (каковых, в общем-то,
хватало: выделение дорогостоящего участка,
содержание школы за счет городского бюд-
жета, неизбежные дополнительные расходы
во время строительства и прочее, а главное —
невиданная ранее «китаизация» школы, на
что еще не было получено одобрения выше-
стоящего начальства), и уже через три дня
приняли положительное решение.
«Постановление Владивостокской Город-
ской Думы, состоявшееся 10 Мая сего 1896
года под председательством Заступающего
место Городского Головы К.Ф. Ильницкого,
за №58/1151
Представляется на усмотрение Думы
подлинное отношение Китайского участка
от 7 Мая с.г. за № 110 о постройке в городе
Русско-Китайской Школы в память Свя-
щенного Коронования Их Императорских
Величеств.
Постановлено: принять жертвуемые Ки-
тайским Обществом десять тысяч рублей и
открыть на них Элементарную Городскую
Школу на городском участке в 1-й части,
34 квартале, № 249, испросив разрешение
наименовать ее Николаевскою, основанную
усердием Китайского Общества города Вла-
дивостока, в память Священного Коронова-
ния Их Императорских Величеств.
В означенную школу могут быть прини-
маемы китайские мальчики в количестве 20-
ти процентов наличного числа учащихся...»
О том, что китайцы пожертвовали день-
ги на школу, было сообщено телеграммой в
Москву городскому голове М.К. Федорову,
находившемуся в составе Приамурской де-
легации на коронационных торжествах. Как
широко «разнес» эту новость сам Федоров и
дошла ли она до «коронованных величеств»,
не установлено. Но примечательный факт —
областные и краевые власти, с большой на-
стороженностью относившиеся к реальному
или мнимому усилению китайцев в При-
амурье, утвердили постановление Влади-
востокской городской думы без каких-либо
замечаний и оговорок. Также не возникло
никаких вопросов и у Министерства вну-
тренних дел.
Городской земельный участок, выделен-
ный для школы, находился на углу улиц
Комаровской (с 1932 года — Шевченко, за-
тем — Геологов, с 1985 года — Прапорщика
Комарова) и Китайской (с 1964 года — Оке-
анского проспекта), примерно на одинако-
вом удалении от центра города и от Купе-
ровской пади.
Чтобы на собранные китайцами десять
тысяч рублей можно было построить более
просторное здание, его пришлось делать не
из кирпича, а из дерева, размерами: «дли-
ной — 10 саженей, 2 аршина, 10 вершков
238
(чуть больше 23 м)\ шириной — 3 сажени и
10 аршин (13,5 м); высотой — 2 сажени до
крыши (около 4,5м)».
Проект здания русско-китайской школы
выполнил исполняющий обязанности го-
родского архитектора гражданский инженер
А. К. Левтеев.
Подряд на постройку школы получил
китаец Ван Каги.
Надзор за строительством школы и соблю-
дением сметных расходов осуществлял, от
городской техническо-строительной комис-
сии, М.И. Суворов, он же и стал попечителем
русско-китайской школы после ее открытия.
Михаил Иванович Суворов — человек
удивительной судьбы, личность в истории
Владивостока воистину легендарная. Ро-
дился он в год отмены крепостного права
и происходил «из крестьян Костромской
губернии, Галичского уезда, села Горок». О
деревенском детстве Суворова ничего не из-
вестно, но в 1879 году он «окончил полный
курс первым учеником в школе строитель-
ных десятников Императорского русского
технического общества в Санкт-Петербурге».
В 1880 году Суворова призвали на воен-
ную службу и зачислили рядовым солдатом
в гальваническую учебную роту. В 1882 году
его из столицы отправили на «край света» — в
Восточную Сибирь в саперную роту. В июне
1885 года младшего унтер-офицера Суворо-
ва перевели во Владивосток, в инженерную
дистанцию, где он служил на строительстве
первых владивостокских укреплений. В 1887
году, «оттрубив» семь лет, кондуктор 1-го
класса Михаил Суворов был «уволен в запас
армии и остался на постоянное жительство
в городе Владивостоке».
Пять лет мещанин Суворов, подряжаясь
нарядчиком, копил первоначальный капи-
тал. Наконец в 1893 году он переписался во
«Владивостокское купеческое общество по
2-й гильдии» и открыл собственное пред-
приятие. Ответственность, опыт и отличное
знание строительного дела быстро вывели
его в число ведущих городских подрядчиков,
что принесло ему большие доходы и превра-
тило в крупного домовладельца.
Также довольно быстро изменился соци-
альный статус Суворова. В 1895 году он ста-
новится купцом 1-й гильдии. За год до этого
Ns 155. Михаил Иванович Суворов.
Начало XX века
его избрали в городскую Думу, а в 1897 году
назначили «заступающим место городского
головы», т.е. руководить городом в случае
болезни или отъезда градоначальника. В 1900
году Михаил Иванович «Высочайше воз-
веден в звание Потомственного Почетного
Гражданина», в 1908 году «награжден званием
Коммерции Советника». Суворов несколько
раз переизбирался в городскую Думу и оста-
вался «народным депутатом» до конца жизни.
Также он долгие годы был бессменным пред-
седателем городской техническо-строитель-
ной комиссии. На этом посту его заменил в
1912 году военный инженер, генерал-майор
в отставке И.А. Юшенков, который при Су-
ворове был лишь одним из членов комиссии.
«Он отличается весьма широкими, с про-
свещенною инициативою воззрениями на
коммерческие интересы Далекой Окраи-
ны», — отмечалось в характеристике Суво-
рова, представленной генерал-губернатору
Приамурского края, — «будучи человеком
разумным, всегда относился и относится
честно и добросовестно ко всем своим обя-
занностям и стоит выше одних узкоэгои-
стических стремлений, ...являясь одним из
239
выдающихся пионеров — представителей
промышленности Приморской области».
Суворов много строил, его авторитет
профессионала-строителя был очень вы-
сок. «При производстве на счет города в
1907-1908 годах строительных работ на
сумму свыше одного миллиона рублей го-
род обязан Суворову, как Председателю
техническо-строительной комиссии, тем,
что постройки эти, как, например, здания
для городской женской гимназии, хирур-
гического павильона и замощения улиц,
велись чрезвычайно тщательно и прочно и
в расходах на них достигнуто сбережений в
несколько десятков тысяч рублей».
За пятьдесят лет до строительства «хру-
щевок» Суворов провел «очень удачные
пробные работы по изготовлению бетонных
панелей, из которых предлагал строить до-
мики для дешёвых квартир».
Но особую признательность Суворову
принесла его благотворительность. Чело-
век, умевший много зарабатывать, также
умел много отдавать. Отдавать как на обще-
ственные цели, так и частным порядком. Его
кошелек был открыт и для организаций, и
для простых людей, попавших в трудную си-
туацию. Он состоял председателем и членом
нескольких обществ. Жертвовал крупные
суммы Красному Кресту, Тюремному коми-
тету, Обществу изучения Амурского края,
Обществу народных чтений, Обществу по-
мощи нуждающимся переселенцам, Техни-
ческому обществу. Только на строительство
памятника адмиралу Завойко Суворов внес
18 тысяч рублей, чем фактически спас весь
«проект», грозивший «умереть» от нехватки
средств.
Почти целиком на его деньги были по-
строены работный дом и огромный по тому
времени Народный дом имени А.С. Пушки-
на, стоивший лично Суворову не менее ста
тысяч рублей.
«Многоуважаемый Михаил Иванович!
Владивостокская Городская Дума, в за-
седании своем 15 мая с.г., осведомившись
из доклада Управы о крупном участии Ва-
шем в постройке Народного Дома имени
А.С. Пушкина и, вообще, желая отметить
в высшей степени полезную и плодотвор-
ную деятельность Вашу по Городскому
Общественному Управлению, единогласно
постановила: назвать Вашим именем суще-
ствующую женскую школу в Матросской
слободке.
С особенным удовольствием, доводя до
Вашего сведения об этом постановлении
Городской Думы, позволяю себе и от себя
лично засвидетельствовать свое глубокое
уважение и признательность Вам как круп-
ному общественному деятелю.
1 Июня 1908 года № 5670.
Городской Голова Иван Иннокентьевич
Циммерман».
Это постановление Думы — уникаль-
но: ничего подобного в дореволюционном
Владивостоке не случалось. Городские учеб-
ные и лечебные заведения получали имена
здравствовавших людей, но только «членов
августейшей фамилии». Здесь же школа
была названа (единогласно!) в честь пускай и
заслуженного, но здравствующего выходца
из народных низов.
То, что для «награды» Суворову была
выбрана именно школа — не случайно, так
как наибольшим расположением Михаила
Ивановича, учившегося «на медные гро-
ши», пользовалось народное просвещение.
Кстати, Народный дом был задуман и создан
именно как «просветительное учреждение
для народа».
«Вообще г-н Суворов принимал уча-
стие своими средствами и личным трудом
в устройстве, оборудовании и содержании,
кроме низших школ, также местных средних
и высших учебных заведений». Например,
благодаря Суворову Восточный институт
обзавелся водопроводом и общежитием для
студентов. Стоит добавить, что постаменты
каменных львов, подаренных институту им-
ператором Китая и украшающих парадный
подъезд здания на улице Пушкинской, № 10,
также оплачены Суворовым. «По ремонту
здания женской гимназии (первоначально —
т.н. «коричневая» гимназия Министерства
народного просвещения; сейчас — средняя шко-
ла № 9 с углубленным изучением китайского
языка) он сделал значительные пожертво-
вания, а также построил на собственные
средства помещение для домовой церкви,
каковое служит и актовым залом».
Два учебных заведения пользовались осо-
бой поддержкой Суворова: женская школа в
240
Матросской слободке и Николаевская рус-
ско-китайская школа.
В городе широко было известно про-
звище Михаила Ивановича — «серебряный
дедушка». Его (прозвище) не стеснялись
даже печатать в газетах. В одной из статей,
посвященной строительству городской элек-
тростанции, говорилось: «Как “серебряный
дедушка” скажет, так и будет».
Откуда же он, еще не старый в общем-то
человек, его получил, сейчас неизвестно,
но можно предположить, что его придумали
ученики «подшефных» школ.
Если так, то очевидно его личное, а не
опосредованное, участие к детям, поскольку
им неинтересна «попечительская деятель-
ность» вообще, а лишь та, что доходит до
каждого ребенка персонально.
Михаил Иванович Суворов умер после
тяжелой болезни в Москве 13 ноября 1912
года. 31 ноября тело Суворова было достав-
лено во Владивосток и после отпевания в
Успенском кафедральном соборе похоро-
нено, с особого разрешения архиепископа
Евсевия, в ограде Покровской церкви. В
последний путь «крестьянского сына» про-
вожали все высшие должностные лица во
главе с губернатором Приморской области
генералом Манакиным, Дума и управа в
полном составе, многочисленные делегации
от обществ и учебных заведений, а также не-
сколько тысяч горожан. «По распоряжению
управы, путь от собора до кладбища во все
время следования процессии был освещен
электричеством» с городской электростан-
ции, в строительстве которой Михаил Ива-
нович принимал самое активное участие.
Городские власти, стремясь увековечить
память Суворова, назначили несколько
именных суворовских стипендий малоиму-
щим ученикам и постановили «наименовать
одну из новых городских школ для мальчи-
ков именем М.И. Суворова».
Уже 28 ноября 1912 года улица Набереж-
ная, на которой стоял семейный дом Суво-
ровых (сейчас — Набережная, № 12), была
переименована в «Набережную имени М.И.
Суворова» и носила это имя двенадцать лет,
пока советская власть не упразднила его,
видимо, причислив «богатея» Суворова к
«классовым врагам».
Планировка участка и закладка фунда-
мента русско-китайской школы были вы-
полнены осенью 1896 года, основное стро-
ительство началось весной 1897 года.
«М.В.Д. Владивостокская Городская
Управа
21 Мая 1897 года № 1512
В 1-е Отделение Приморского Областно-
го Правления
На отношение от 20 сего Мая за № 2531
Городская Управа уведомляет, что 10000 ру-
блей, пожертвованных местным Китайским
Обществом на постройку в городе Владиво-
стоке элементарной школы, в ознаменова-
ние Священного Коронования Их Импера-
торских Величеств, получены и постройка
школы на эти деньги уже начата, местом под
школу избран участок на углу Китайской и
Комаровской улиц...»
В ходе строительства школы выясни-
лась насущная необходимость устроить на
школьном участке «деревянный дощатый
амбар для склада училищного имущества
длиной 6 саж., шириной 2 саж. с навесом
для дров», для чего пришлось дополнитель-
но «ассигновать из городских сумм» около
двух тысяч рублей. Также за счет города
была заказана школьная мебель и прочий
инвентарь.
В августе 1897 года здание школы уже
было в основном построено, внутренняя от-
делка закончена в середине сентября.
«Во Владивостокскую Городскую Управу
Китайского подданного Ван-ка-ги
Заявление
Окончив работы по постройке Русско-
Китайской школы, как то: обшивку стен и
малярные работы, честь имею почтитель-
нейше просить Владивостокскую Городскую
Управу разрешить мне, принадлежащую
мне ограду, находящуюся кругом построй-
ки, снять, а также и дощатый сарай, так
как мне это необходимо для будущих работ.
24 Июля 1898 года. Китайский подданный
Ван-ка-ги».
«Владивостокская Городская Управа
5 Августа 1897 года № 2366
Господину Военному Губернатору При-
морской области
Представление
...Городская Управа имеет честь донести
Вашему Превосходительству, что русско-
241
китайскую школу строит город; Китайское
Общество пожертвовало деньги, в коли-
честве 10000 рублей, на постройку здания
для школы; содержаться же таковая будет
на средства города. Постройка здания под
школу уже подходит к концу.
Заступающий место Городского Головы
Польский».
«Акт. 1897 года Августа 21 дня мы, ни-
жеподписавшиеся члены Исполнительной
Комиссии, осматривали по поручению
Городской Управы участок, на котором вы-
строена русско-китайская школа, и нашли,
что необходимо участок обнести легким за-
бором...
И.о Городского Архитектора Граждан-
ский Инженер Левтеев. Члены Комиссии:
А. Шлыков, В. Жариков. Член Управы Фе-
клин».
Занятия в новой русско-китайской школе
начались в первых числах октября 1897 года,
но официальным днем ее открытия можно
считать 25 сентября, когда уполномоченный
представитель Министерства народного
просвещения во Владивостоке дал на то
разрешение.
«М.Н.П. Директор Владивостокской
Гимназии
Сентября 25 дня 1897 года № 685
Господину Военному Губернатору При-
морской области
Имею честь донести Вашему Превосхо-
дительству, что мною разрешено Владиво-
стокской Городской Управе открыть в городе
Владивостоке, по Китайской улице, город-
скую школу, учрежденную на совместные
средства Города, дающего ежегодно на со-
держание школы 2700 рублей, и Китайского
Общественного Управления, пожертвовав-
шего капитал на постройку здания школы в
память Священного Коронования Их Им-
ператорских Величеств.
Директор Н. Валевский».
Окончанию первого учебного года в шко-
ле была посвящена довольно большая статья
в газете «Владивосток».
«21 мая был заключительный акт по
случаю окончания учебного года в так на-
зываемой русско-китайской школе. По
этому случаю отслужен молебен. На тор-
жестве присутствовали: вице-губернатор,
директор гимназии, представители местного
самоуправления и несколько родителей.
После молебна учителем В. В. Локотко был
прочтен отчет за истекший учебный год. Из
этого отчета видно, что школа, построенная
на средства, собранные местными китайца-
ми (10000 рублей), содержится на средства
города, расходы которого начались с октября
месяца минувшего года — время открытия
школы.
Школа начала свои действия с 50-тью
учениками. В течение учебного сезона по-
ступило 10 человек и до окончания вышло
7 человек. К окончанию осталось в школе
53 человека. Все ученики школы были раз-
делены на четыре группы: неграмотных,
знающих буквы, начинающих читать и, на-
конец, читающих. Затем учитель сообщил в
отчете сведения о том, что пройдено по За-
кону Божию, русскому языку и арифметике.
Затем ученикам были розданы подарки,
состоящие из книг и сластей. Подарки эти
приобретены на средства, пожертвованные
попечителем школы гласным Думы М.И.
Суворовым. Подарки раздавались учени-
кам лично господином вице-губернато-
ром. После напутственной речи, сказанной
директором гимназии, ученики пропели
общим хором “Боже, Царя Храни” и затем
распущены по домам. О переходе из одного
класса в другой будет сообщено ученикам
после Троицы. В заключение нельзя не ска-
зать об одном пожертвовании, сделанном в
пользу школы. Местный купец А. М. Радаев
пожертвовал для школы 10 ульев пчел, за что
педагогический совет школы постановил
благодарить жертвователя.
Учитель школы В.В. Локотко — бывший
сельский хозяин, хорошо знающий пчело-
водство, начал приучать к этой отрасли хо-
зяйства учеников школы. Ульи установлены
на дворе школы. Ученики с большой радо-
стью ухаживают около пчел и сами носят для
них из лесу деревца. Нельзя не пожелать,
чтобы это прекрасное дело развивалось здесь
и ученики полюбили его».
Несмотря на то что в отношении школы
в документах с самого начала ее учреждения
и существования употреблялось выражение
«...в память Священного Коронования Их
Императорских Величеств», официального
подтверждения этому названию не было до-
вольно долго.
242
Ns 156. Перекресток улицы Геологов (Пр. Комарова) и Океанского проспекта. В нижней части снимка -
здание бывшей русско*китайской школы. Конец 1960-х годов
«Постановление
Город Владивосток. Сентября 25 дня 1897
года
Владивостокский Китайский Обще-
ственный Участок, в составе: Старшины
Ван-юань-и, помощников Старшины: Ли-
дянь-куй, Ли-вэй-пань, Чжан-чжун-инь,
Гао-дун-цзюн, Гао-си-янь и Жэнь-сун-шан,
при письмоводителе А.И. Толмачеве...по-
становили: просить вновь Владивостокскую
Городскую Думу войти с ходатайством о наи-
меновании Русско-Китайского Училища в
городе Владивостоке «Николаевским», ос-
нованным усердием Китайских подданных,
проживающих в городе Владивостоке, в
память Священного Коронования Их Им-
ператорских Величеств.
Старшина Ван-юань-и, Письмоводитель
Толмачев».
16 января 1898 года городская Дума, по
очередному запросу китайского общества, в
очередной раз поручила управе «ввиду того,
что училище открыто, войти с ходатайством о
наименовании этого училища согласно жела-
нию жертвователей», но потребовался еще це-
лый год, чтобы это желание было исполнено.
«Министерство Народного Просвещения
Департамент по делам начальных училищ
30 Января 1899 года № 2617
Господину Приамурскому Генерал-Гу-
бернатору
Государь Император, по всеподданнейше-
му докладу моему в 23 день Января текущего
года, Высочайше соизволил на присвоение
учрежденному в городе Владивостоке Русско-
Китайскому училищу наименования «Нико-
лаевского», в ознаменование Священного
Коронования Их Императорских Величеств.
Об этом имею честь уведомить Ваше Вы-
сокопревосходительство, для соответствен-
ного распоряжения.
Министр Народного Просвещения
Боголепов. За Директора Департамента
Н. Дебольский».
243
Nfi 157. Перекресток Океанского проспекта и улицы Геологов (Пр. Комарова). На переднем плане, скрытое
деревьями, - здание бывшей русско-китайской школы. Конец 1960-х годов
244
245
1 августа 1936 года заканчивается строительство китайской школы во Вла.
дивостоке. В школе будут обучаться 250 подростков.
(Фото Ян Чен-дой).
N& 158. Строящаяся китайская школа на улице Дзержинского (Фонтанной), Ns 36/38. Фото из газеты
«Красное Знамя». 1936 год
Nc 159. Бывшее здание китайской школы на улице Фонтанной, N& 36/38. 2014 год
246
После 1908 года число учеников-китайцев в
русско-китайской школе составляло уже око-
ло 50% и постепенно увеличивалось. С начала
1920-х годов школа стала почти полностью
национальной, при том что в 1920—1930-х
годах дети владивостокских китайцев учились
также и в обычных городских школах.
Согласно Постановлению ВЦИК и СНК
РСФСР от 30 сентября 1930 года “О практиче-
ском проведении национальной политики в
Дальневосточном крае в отношении китайцев
и корейцев”, областные и городские власти
предприняли ряд мер, чтобы «добиться улуч-
шения качественного состояния китайских и
корейских школ, и в особенности школ на-
чального образования, и обеспечить их учеб-
никами, учебными пособиями и другой лите-
ратурой на китайском и корейском языках».
В силу объективных причин «улучше-
ние качественного состояния китайского
начального образования» во Владивостоке
затянулось до 1935 года, когда на улице Дзер-
жинского (до 1923 года и после 1992 года —
Фонтанной) началось строительство новой
большой китайской школы, завершенное в
конце 1936 года. Эта школа просуществовала
немногим больше года и была закрыта после
выселения китайцев из города, а школьное
здание было передано одному из подразде-
лений Тихоокеанского флота.
Лишь в июле 1949 года «в целях лучшего
размещения учащихся и частичной лик-
видации третьей смены» Владивостокский
горисполком решил «открыть новую семи-
летнюю школу № 40 на 18 классов в возвра-
щенном воинской частью школьном здании
по улице Дзержинской, № 36-38...».
С 1996 года здание на улице Фонтанной,
№ 36/38 является памятником истории; по-
следние двадцать лет его занимает Владиво-
стокское хореографическое училище.
Старое деревянное здание русско-ки-
тайской школы просуществовало до конца
1970-х годов. Последним учреждением, на-
ходившимся в нем, был детский сад.
После сноса бывшей русско-китайской
школы на ее месте разбили сквер, который
в 2011 году был реконструирован и получил
название «Сквер почетных граждан города
Владивостока».
Ns 160. Сквер почетных граждан города Владивостока на перекрестке улицы Прапорщика Комарова
(Комаровской) и Океанского проспекта (Китайской), на месте русско-китайской школы. 2015 год
247
Китайская Ленинская школа во Владивостоке
Одной из самых интересных и малоиз-
ученных страниц «китайского» Влади-
востока советского периода является исто-
рия Китайской Ленинской школы.
Днем окончания Гражданской войны
на Дальнем Востоке и вообще в России
считается 25 октября 1922 года, когда во
Владивосток вошли войска Народно-рево-
люционной армии Дальневосточной Респу-
блики, освободившие его от интервентов и
белогвардейцев.
Наступил период советизации Приморья,
завершившийся 15 ноября 1922 года вклю-
чением ДВР в состав Российской Советской
Федеративной Социалистической Респу-
блики, которая, в свою очередь, 30 декабря
1922 года вошла в состав Союза Советских
Социалистических Республик.
Поскольку в то время китайцы составля-
ли значительную часть дальневосточного,
в том числе владивостокского, населения,
вновь образованные органы советской вла-
сти уделяли особое внимание работе с ними,
прилагая большие усилия по вовлечению их
в орбиту своего влияния.
Уже 29 сентября 1923 года на совеща-
нии актива при Приморском губернском
комитете (губкоме) РКП(б) было принято
решение о начале массовой политической и
профессиональной работы среди китайских
рабочих.
Одним из путей вовлечения китайцев в
активную общественную жизнь, наряду с ор-
ганизацией клубов для китайцев, изданием
газет на китайском языке, мероприятиями
по ликвидации неграмотности, важным де-
лом стала организация школ по подготовке
специалистов для работы среди китайского
населения.
Первым шагом в реализации этой задачи
стало создание в июне 1925 года китайской
секции при подотделе национальных мень-
шинств Владивостокского горкома РКП(б).
Постановлением Приморского губкома
РКП(б) от 4 июля 1925 года во Владивостоке
было образовано китайское отделение при
Приморской губернской советско-партий-
ной школе.
В начале 1929 учебного года в соответ-
ствии с решением Дальневосточного кра-
евого комитета ВКП(б) (Далькрайкома)
отделение было реорганизовано в Китай-
скую краевую советско-партийную школу.
Решение это было вызвано рядом причин.
В конце 1920-х годов в СССР началась
индустриализация, провозглашенная пер-
воочередной задачей развития советской
экономики, с целью максимально быстрого
преодоления отставания от индустриально
развитых капиталистических государств и
создания военной мощи страны, находив-
шейся, с внешнеполитической точки зре-
ния, во враждебном окружении.
В 1928 году был принят первый пяти-
летний план развития народного хозяйства
СССР. Однако его реализация зависела, чуть
ли не в первую очередь, от кадрового вопроса
(“Кадры решают все” (И.В. Сталин)); стра-
на остро нуждалась в квалифицированных
работниках.
На Дальнем Востоке, и особенно в При-
морье, китайские рабочие составляли до 40%
от всех рабочих. Китайские рабочие были
заняты в важнейших отраслях народного
хозяйства: на фабриках и заводах, в добыва-
ющей промышленности (прииски, рудники,
копи), на лесозаготовках, рыбалках, а также
в колхозах. При этом процент грамотности
среди китайцев был в несколько раз ниже,
чем среди русских. Попытки вовлечения
китайских рабочих и крестьян в коммуни-
стическую партию почти не приносили ре-
зультатов, создавалась реальная опасность
потери политического влияния на китайское
население.
Исключительную роль азиатского, в пер-
вую очередь китайского населения, в даль-
невосточной экономике, насущную необхо-
димость привлечения его на свою сторону
понимали не только местные власти, но и
высшее руководство страны.
« Постановление
Всероссийского Центрального Испол-
нительного Комитета и Совета Народных
Комиссаров РСФСР “О практическом про-
ведении национальной политики в Даль-
невосточном крае в отношении китайцев и
корейцев”
248
Заслушав доклад тов. Досова о практиче-
ском проведении национальной политики в
Дальневосточном крае, Всероссийский Цен-
тральный Исполнительный комитет и Совет
Народных Комиссаров РСФСР констатиру-
ют, что наряду с известными достижениями в
деле обслуживания экономических, культур-
ных и бытовых нужд трудящихся китайцев
и корейцев остался еще ряд крупных недо-
статков, а именно:
а) отсутствие систематической и реши-
тельной борьбы с проявлениями межнаци-
ональной вражды в городе и деревне, с пре-
небрежительным отношением к трудящимся
китайцам и корейцам со стороны европей-
ского населения и даже в известной части со
стороны работников советского аппарата и
русских рабочих;
б) крайне слабая постановка работы по
интернациональному воспитанию как ки-
тайских и корейских рабочих, так и евро-
пейских рабочих, занятых на предприятиях;
в) все еще существующее неравенство
в условиях труда китайских и корейских
рабочих по сравнению с рабочими других
национальностей, выражающееся в снаб-
жении их худшими инструментами, худшей
спецодеждой, отведении худших участков в
шахтах и т.д.;
г) совершенно недостаточная сеть на-
циональных школ, обслуживающих ки-
тайское и корейское население, и слабое
качественное их состояние, совершенно
недостаточное снабжение их учебниками,
учебными пособиями и другими предмета-
ми, засоренность преподавательских кадров
политически чуждыми, получившими под-
готовку в зарубежных учебных заведениях
преподавателями; крайне неудовлетвори-
тельная постановка преподавания русского
языка как отдельного предмета в китайских
и корейских школах, что вызывает появле-
ние частных школ для китайцев и корейцев
с преподаванием на русском языке, крайне
недостаточная сеть политико-просветитель-
ных учреждений и слабый темп их роста;
д) недостаточная борьба с капиталисти-
ческими формами организации труда китай-
ских рабочих на государственных предпри-
ятиях (институт старшин и джан гуйдов) и
с кабальными формами эксплуатации труда
этих рабочих на частных предприятиях;
е) отсутствие решительной борьбы с ка-
питалистической арендой земли, с кабаль-
ными сделками и кабальным же примене-
нием наемного труда в сельском хозяйстве
и слабое внимание к организации китайских
и корейских крестьянских батрацко-бедняц-
ких масс для борьбы с кабальными и капи-
талистическими отношениями в деревне;
ж) отсутствие надлежащей подготовки и
недостаточное внимание к коллективизации
корейских хозяйств, сопровождавшейся
большими перегибами, извращениями пар-
тийной линии, а также к кооперированию
корейских рыболовов;
з) недостаточное вовлечение в органы
государственного управления китайских и
корейских рабочих и отсутствие внимания к
социальному подбору выдвигаемых, вслед-
ствие чего явилось засорение выдвигаемых
в государственные органы социально-чуж-
дыми элементами;
и) слабость работы по вовлечению ки-
тайских и корейских рабочих к активному
участию в общественной работе на про-
изводстве (производственные совещания,
соцсоревнование, поднятие производитель-
ности труда и проч.);
к) слабое руководство работой корейских
сельсоветов со стороны округов и районов;
л) неудовлетворительное проведение в
жизнь постановления Всероссийского Цен-
трального Исполнительного Комитета от 6
ноября 1926 года о регулировании вопроса
дальнейшего переселения и устройства им-
мигрировавших корейцев в Уссурийском
районе ДВК и неудовлетворительность,
вследствие недостаточного внимания со сто-
роны государственных центральных и мест-
ных органов, работы по заселению важного
в политическом отношении приграничного
района переселенцами из центральных рай-
онов Советского Союза.
Всероссийский Центральный Исполни-
тельный Комитет и Совет Народных Комис-
саров РСФСР в целях скорейшей ликвида-
ции указанных недостатков в работе краевых
органов Постановляют:
По линии интернационального
воспитания трудящихся и политико-
просветительной работы
1. Предложить Далькрайисполкому с
привлечением профессиональных, коо-
249
перативных и общественных организаций
обратить особое внимание на интернаци-
ональное воспитание трудящихся, ведя
решительную борьбу с проявлениями вели-
кодержавного шовинизма и националисти-
ческих тенденций, а также с проявлением
межнациональной розни на промышленных
предприятиях, с пренебрежительным отно-
шением к трудящимся корейцам и китайцам
со стороны европейского населения.
Считать необходимым направить в сторо-
ну интернационального воспитания трудя-
щихся работу административных и судебных
органов.
Просить ВЦСПС обеспечить проведение
соответствующих мероприятий по линии
профессиональных организаций.
2. Обязать НКПрос и Дальневосточный
крайисполком:
а) принять меры к усилению сети полити-
ко-просветительных учреждений, обслужи-
вающих китайцев и корейцев, в особенности
в районах нового населения;
б) добиться улучшения качественного
состояния китайских и корейских школ, и в
особенности школ начального образования,
и обеспечить их учебниками, учебными по-
собиями и другой литературой на китайском
и корейском языках;
в) принять меры к освежению преподава-
тельских кадров, обратить особое внимание
на поднятие на надлежащую высоту препо-
давание русского языка в этих школах;
г) обеспечить надлежащий прием из со-
става китайских и корейских рабочих батра-
ков и бедняков, оканчивающих начальную
школу, в существующие техникумы и выс-
шие учебные заведения, в частности пред-
усмотреть организацию на Дальнем Востоке
интернационального педагогического ин-
ститута для подготовки педагогических ка-
дров из китайского и корейского населения.
3. Для всесторонней и тщательной раз-
работки на месте этих мероприятий, а также
вопроса о расширении с 1930 — 1931 годов
сети китайских и корейских политико-
просветительных учреждений и плана рас-
ширения сети национальных китайских и
корейских школ, обязать НКПрос срочно
командировать в Дальневосточный край
одного из членов Коллегии.
4. Предложить Центриздату СССР уси-
лить работу по изданию популярной лите-
ратуры на китайском и корейском языках по
вопросам сельского хозяйства, коллективи-
зации, кооперации, советского строитель-
ства и национальной политики, в особен-
ности по массовой работе на предприятиях.
По линии труда и быта
5. Обязать НКТруд РСФСР произвести
специальное обследование условий труда
китайских и корейских рабочих и разрабо-
тать систему мероприятий по решительной
борьбе с эксплуататорскими методами ис-
пользования труда этих рабочих, по даль-
нейшему оздоровлению условий труда и
скорейшему фактическому устранению
неравенства между европейскими и китай-
скими и корейскими рабочими.
6. Поручить Прокурору Республики уси-
лить борьбу с разлагающим влиянием вредных
элементов (содержатели опиекурилен, кока-
инок, банковок, руководители братств и др.).
7. Обязать ВСНХ РСФСР, Наркомторг
РСФСР и Дальневосточный крайисполком
по линии промышленного строительства
предусматривать обеспечение китайских
и корейских рабочих жилищами наравне с
русскими рабочими.
8. Предложить ВСНХ РСФСР, Нарком -
торгу РСФСР и жилищным органам Дальне-
восточного края принять решительные меры
к прекращению существующего порядка
неравномерного распределения жилпло-
щади за счет ухудшения жилищных условий
китайских и корейских рабочих, принимая
меры к правильному распределению налич-
ных жилищных фондов между европейски-
ми и китайскими и корейскими рабочими.
9. Поручить Центржилсоюзу принять
меры к усилению жилищного строительства
для китайских и корейских рабочих по улуч-
шению их жилищных условий.
10. Поручить ВСНХ, НКТруду РСФСР,
Наркомторгу РСФСР и Дальневосточному
крайисполкому принять меры по линии про-
мышленности к подготовке и закреплению в
промышленных предприятиях постоянного
кадра из китайских и корейских рабочих...
По линии советского строительства
15. Предложить Дальневосточному край-
исполкому: ...разработать мероприятия по
подготовке кадров из рабочих, батраков и
250
бедняков китайцев и корейцев для работы
в советских и общественных организациях.
16. Учитывая, что проведение ряда ме-
роприятий, связанных с экономическим и
культурным подъемом Дальневосточного
края, не может быть обеспечено силами и
средствами Дальневосточных организаций:
1) Предложить Наркомфину РСФСР и
Дальневосточному крайисполкому изыскать
средства на расширение китайско-корей-
ской типографии в городе Хабаровске, пре-
вратив ее в базу для расширения издатель-
ства корейской и китайской литературы;
2) Поручить Дальневосточному крайи-
сполкому в месячный срок представить в
Госплан РСФСР проект конкретных ме-
роприятий с материальным и финансовым
обоснованием, обеспечивающих проведение
в жизнь настоящего постановления;
3) Поручить Госплану РСФСР в 2-месяч-
ный срок представить в Совет Народных Ко-
миссаров РСФСР согласованный с соответ-
ствующими ведомствами и организациями
указанный проект конкретных мероприятий
по Дальневосточному краю.
17. Поручить Дальневосточному крайи-
сполкому в 6-месячный срок представить в
Совет Народных Комиссаров РСФСР доклад
о выполнений настоящего постановления, а
Наркомюсту РКИ РСФСР одновременно с
этим представить содоклад на основе про-
верки на месте осуществления и проведения
в жизнь соответствующих мероприятий.
Председатель Всероссийского Централь-
ного Исполнительного Комитета М. Калинин.
Зам. Пред. Совета Народных Комиссаров
РСФСР Рискулов.
Секретарь Всероссийского Центрального
Исполнительного Комитета А. Киселев.
Москва, Кремль. 30 сентября 1930 года.
Д. № 88/с».
Жесткие сроки выполнения этого по-
становления значительно активизировали
действия местных властей по привлечению
новых китайских рабочих на советский
Дальний Восток, закреплению на местах уже
находящихся там китайцев и охвату их мас-
совой «политико-воспитательной» работой.
«Секретно
Выписка из протокола № 93/54 заседания
Президиума Далькрайисполкома от 28 дека-
бря 1930 года
Слушали: Секретный пункт к открытому
протоколу... по вопросу об итогах проверки
выполнения постановления Президиума
ДКИКа от 8/IV-30 года и от 18/Х-ЗО года по
национальному вопросу.
Постановили: Секретные пункты...
5) Крайадминотделу к 1/1-31 года пред-
ставить на рассмотрение Президиума проект
конкретных мероприятий по обеспечению
и оказанию помощи восточным рабочим,
особенно квалифицированным, в перебро-
ске членов их семей из Китая на Советский
Дальний Восток, в частности предоставлении
им льгот в получении паспортов и виз, опла-
те за них на основе имеющихся по данному
вопросу указаний по линии Наркоминдела.
6) Предложить Крайадминотделу, Край-
труду, Краевому Прокурору усилить борьбу
со старшинками, спекулянтами и другими
политически вредными элементами, прово-
дящими контрреволюционное гоминьданов-
ское влияние среди китайского населения, не
останавливаясь перед выселением их из за-
нимаемых квартир и передачей этих квартир
восточным трудящимся, в первую очередь
рабочим промышленных предприятий...».
Также была значительно расширена рабо-
та краевой китайской совпартшколы. В ней
числилось 20 человек преподавателей. Из них
китайцев — 16 человек. Высшее образование
имели 17 человек, из них 16 человек окончили
Коммунистический университет трудящихся
Востока, 1 человек — восточный факультет
Дальневосточного государственного уни-
верситета. По социальному происхождению
преподавательский состав состоял из кре-
стьян — 12 человек, служащих — 3 человека,
прочие — 5 человек. Кандидатов в члены
ВКП(б) было 15, комсомольцев — 1, осталь-
ные беспартийные. Часть преподавателей
являлась членами китайской компартии со
стажем свыше 5 лет, из них 3 человека были
участниками китайской революции 1911 года.
При этом качественный уровень подго-
товки выпускников совпартшколы в целом
был довольно низкий. А между тем спрос
на них ощущался колоссальный. Больше
всего заявок поступало от краевых орга-
низаций и производств: угольной, лесной,
золотодобывающей промышленности,
транспорта, китайских колхозов, школ и т.д.
Совпартшкола не удовлетворяла указанные
251
отрасли не только в руководящих кадрах, но
и в низовых работниках (парторгах, секре-
тарях партийных ячеек, профсоюзных ор-
ганизаторах, пропагандистах и др.). Только
во Владивостоке необходимо было «возгла-
вить» более двух тысяч китайцев — рабочих
промышленных предприятий, не считая всех
остальных «не пролетариев».
В числе основных причин низкого уровня
подготовки специалистов бюро Далькрайко-
ма ВКП(б) выделяло такие, как частая сме-
на учебных планов и программ, отсутствие
учебных пособий на китайском языке по
большинству дисциплин, слабая матери-
ально-производственная база (недостаток
учебной и жилой площади для студентов,
слабое оборудование кабинетов, лаборато-
рий, библиотеки).
25 января 1933 года постановлением се-
кретариата Далькрайкома ВКП(б) на базе
китайского отделения Далькомвуза (город
Хабаровск), который реорганизовывался
в Высшую коммунистическую сельскохо-
зяйственную школу, и Владивостокской
краевой китайской совпартшколы была ор-
ганизована Китайская краевая Ленинская
школа повышенного типа с нахождением в
городе Владивостоке.
Несмотря на то что школа формально
находилась в ведении Народного Комис-
сариата по просвещению и ее основной
деятельностью провозглашалась подго-
товка национальных кадров для работы с
китайцами, проживающими на территории
Дальневосточного края, главными инициа-
торами создания школы были Центральный
Комитет ВКП(б) и Исполнительный Коми-
тет Коммунистического Интернационала, а
главной, не афишируемой, задачей — под-
готовка национальных кадров для будущей
мировой революции. При благоприятном
развитии событий Китай должен был стать
социалистическим государством и в пер-
спективе войти в «семью братских народов
СССР». В случае победы коммунизма во
всекитайском масштабе потребовались бы
подготовленные и проверенные националь-
ные кадры, которые можно было бы напра-
вить на работу в Китай. Подготовкой таких
«перспективных» кадров и была призвана
заниматься Китайская Ленинская школа во
Владивостоке.
За время существования школы ею руко-
водили два директора.
Первым был Георгий Ильич Стаканов,
по происхождению китаец (настоящее имя
Цин Даопан), родившийся в 1904 году в про-
винции Сычуань в семье крестьянина. Г.И.
Стаканов был членом китайского комсомола
и китайской компартии. Он получил об-
разование сначала в Китае, в том числе два
года на физико-математическом факультете
в университете, затем в СССР в Коммуни-
стическом университете трудящихся Китая,
по окончании которого был направлен во
Владивосток в китайскую совпартшколу
преподавателем марксизма-ленинизма.
После реорганизации совпартшколы в Ки-
тайскую Ленинскую школу возглавлял ее
до октября 1933 года; в связи с назначением
нового директора школы перешел на препо-
давательскую работу.
Вторым директором школы стал Иван
Николаевич Гуйский.
Как и Стаканов, он был китайцем. Не-
смотря на самый тщательный поиск, его
подлинное имя пока не установлено. Мно-
гие китайцы-коминтерновцы, попадая в
СССР, брали себе европейские имена не в
последнюю очередь для того, чтобы обезо-
пасить родных, оставшихся в Китае. «Гуй-
ский Иван Николаевич. Китаец, гражданин
СССР. Член ВКП(б) с 1931 года, партбилет
№ 245123. Образование: высшее.
Год и место рождения: 1905 год, провин-
ция Сычуань, уезд Фулин, деревня Шачкоу,
Социальное происхождение: крестьянин-
середняк.
Состав семьи: жена Позднеева Л.Д. и три
дочери: Мая — 1930 года, Светлана — 1932
года, Алла — 1933 года.
Отец — Чжан-Чин-Юй, 1883 года, про-
живает в Китае; мачеха — Чжан-Шен-Ши,
1897 года, проживает в Китае; сестра — Тан-
Чжан-Ши, 1908 года, проживает в Китае;
сестра — Чжан-Шан, 1910 года, проживает
в Китае; сестра — Чжан-Се, 1923 года, про-
живает в Китае; сестра — Чжан-У, 1925 года,
проживает в Китае.
Окончил школу в деревне Шачкоу уезда
Фулин провинции Сычуань (1911-1921),
высшую начальную школу и среднюю школу
в городе Фулин (1921-1924), а также окончил
252
ХАРАКТЕРИСТИКА HA TCB. СТАЧАНОьА
Тпв. Стакажов член. ВКП/б/ • 1931 го”а .
о «оци альиоыу во ложен*» «лужячяР.
Имеет незаконченное выяжее обпааожажже Кжтае.
В СООР окончил К7ТК в 1929 г. О 1929 г. no 1932 г. аоятояд
препо?авателеы в быв. Ч»т.г Совпаотжколе, * в 1931/32 г.г.
являетая лаве'ывающжм по а ле” на* * жрепо"авателем по "еяужяаыу.
В 1932 * 1933 являляя "япектороы KwtJ Ленгаакоf Школы
к ог повременно по совмеатятельятву преподавателем во Ленвнваму
0 1933 г. по ваетолцее время также являетел жрепо"вая-
телем по леняняему.Тов. Стаканов а теоретячеяком отноиеняя
о’жв ив наиболее развитых коммуниатоь K.JI.L. Владеет руеякям ягм<^
’Так коммувжат тов. Стаканов ’’нациплннирован.вы’ержаж в
пре”аж генеральной линии партия . Бел и ве”ет борьбу против
врагов партии ра«облачал троцкяетякях воялб:ыаеС . Бил его
работа глубоко проникнута большевватакоя партвРвоатью .
Партийных ввыякаяир тов. Стаканов но имеет .В обцеетвен-
яо-яаотиИиоР живя* ЧитаРакор Лекиаокоя Школы учаветвует актив-
но и являетая членом Обкома 8’ТП/б/.
/паи-те-»*н/
Ns 161. Характеристика Г.И. Стаканова. 1937 год
три курса учительской семинарии повы-
шейного типа в городе Чунцин (1924-1926).
Состоял в партии Гоминьдан с марта 1925
года в городе Чунцин провинции Сычуань в
Китае, исполнял обязанности зав. отделом
студенческого движения местного комитета
китайского комсомола.
Состоял в Китайской компартии с ян-
варя 1926 года в городе Чунцин провинции
Сычуань в Китае, был зав. орготделом мест-
ного комитета китайского комсомола и зав.
орготделом местного комитета Китайской
компартии.
В январе 1927 года был командирован
ЦК КПК на учебу в Москву в Коммунисти-
ческий университет трудящихся Востока
(1927-1928) и позже - в Коммунистический
университет трудящихся Китая (1928-1929).
После окончания учебы в июне 1929 года
был послан Исполкомом Коминтерна на
253
У I Р A It Т К Р Г G Т W ft А
Тпв. Гуракжй ’жал Нжколаажжч пож-ежця 190Ь го“а
о <оц.жро«ахож’’вж«» креатьяжаж ,по вг>ц. положению
•лужац«?Лмает вываае образоважже .Являетел * «ректором
ЧжтаНко ’ /ожмжакоЯ Рколж а Октября 1933 гола. С обяваи-
моатемк * «ректора вмолве гаравялетая-являетая у'аряяком.
Руааким яамкоа вла’еет. Члев ЫШ/б/ « 1931 г.
Тов. ГуУакяЧ теоретжчеакж хорошо реввкт .аамвтжо вм'еляяв»
вв аов’ы препогваятелей Кжт. Лея; Школы . '<ак коммужжат
’жецжжлкж»оолал .вк’ераж в вре’ав "елу Деявжа-Сталвма.жрово’в
актовую борьбу а врагами наро’а в валчеаки равоблачая
троцкветекве кожтр.револпцвояжве отребья. Вея его работа
врожвквута глубоко? больвевватакоя партвГжоеть» . Парти iw*
вамекалж" же вмеет .В обцеатвемжо партий ио? жжвжв «колы
жркжвмает актовое учаатве.
Nq 162. Характеристика И.Н. Гуйского. 1937 год
работу в Китай, но в связи с событиями на
КВЖД поездка не состоялась и оставлен в
Дальневосточном Крае.
По прибытии в ДВК в октябре 1929 года
по решению ИККИ и делегации Китайской
компартии при ИККИ был послан в отряд
Осоавиахима, состоявшего из китайцев, в
качестве политрука за Красную речку в го-
роде Хабаровске.
В конце 1929 года был командирован
Крайкомом ВКП(б) на работу во Владиво-
сток в Китайскую совпартшколу. С января
1930 года до февраля 1933 года был заведу-
ющим учебной частью и преподавателем
Китсовпартшколы.
С февраля 1933 года до октября 1933 года
был заведующим китайского отделения Ин-
терпединститута. После слияния китотделе-
ния Интерпединститута и Интерпедрабфака
с Китайской Ленинской школой, т.е. с октя-
бря 1933 года, назначен Крайкомом ВКП(б)
директором Китайской Ленинской школы».
254
«Р.С.Ф.С.Р. Краевая Китайская Ленин-
ская Школа Повышенного Типа
21 Марта 1933 года, № 3-1
Г. Владивосток. Ул. 25 Октября, № 18/22
(ул. Ленинская, 22/18)
Крайкому ВКП(б)
Копия: Обком ВКП(б) тов. Пшеницыну,
Горком ВКП(б) тов. Синчук
ДВ Китайская Ленинская Школа органи-
зационно оформилась и начала функциони-
ровать с 1 марта 1933 года.
Перед слиянием китайского отделения
Хабаровского Комвуза1 с Владивостокской
китайской Совпартшколой был произведен
отсев неуспевающих и партийно невыдер-
жанных коммунистов в количестве 35 чело-
век, и теперь Ленинская школа насчитывает
в своем составе 207 человек студентов. Из
этого количества в повышенной ступени
состоит 43 человека.
Повышенная ступень сконструирована в
составе двух групп 1-го курса, средняя сту-
пень в составе трех групп 1-го и 2-го курса
и четырех групп подготовительного курса.
Учебно-производственная работа в выс-
шей ступени развернута по программе Вуза
/Комвуза/, утвержденной Культпропом2, и в
средней ступени по программе среднего по-
лит.-просвет. учебного заведения, также ут-
вержденной Культпропом Крайкома ВКП(б).
В школе созданы первые три кафедры:
экономическая, историческая и языковая,
переводческое бюро, проводится кружковая
и обследовательская работа, направленная
к повышению квалификации преподава-
тельского состава, обеспечению методиче-
ской выдержанности, повышению качества
учебы, внедрению новых методов препо-
давания, повышению роли преподавателя,
ведется работа по новому набору студентов
/правила приема и разверстка уже разосла-
ны, выделены бригады/.
Теоретическая работа в школе построе-
на на основе повседневной органической
увязки с практикой. Студенты участвуют во
внешкольной практической работе среди
китайских рабочих на производстве. Непре-
рывная производственная практика введена
на крупнейших предприятиях города: Даль-
заводе, Эгершельде, Кработресте и других.
Из этого числа занятых на практике сту-
дентов 40 человек участвуют в партийно-мас-
совой работе и 50 человек в пропагандист-
ской. Школа является основным резервуа-
ром преподавательских кадров по обучению
китайских рабочих на новом латинизирован-
ном алфавите в городе Владивостоке.
Студенты, занятые на пропагандистской
работе, являются преподавателями лик-
пунктов3 и школ малограмотных на новом
алфавите, где обучается свыше 400 человек
китайских рабочих.
По линии партийно-массовой работы
студентами размножено среди восточных
рабочих нового займа на 188805 рублей.
Школа принимает участие в проведении
посевной. Школой командированы 3 сту-
дента на три месяца на производственную
практику в Никольск-Уссурийский колхоз
“Красный Восток” в качестве заведующих
участками; студент школы, посланный на
производственную практику в колхоз имени
Сунь-ят-сена, избран председателем прав-
ления колхоза.
Приняты все меры к нормальному функ-
ционированию школы, однако условия,
в которых существует Ленинская школа,
совершенно не обеспечивают выполнения
тех серьезных политических задач, которые
поставлены перед школой.
Школа испытывает чрезвычайно острый
недостаток в преподавательском составе, по
высшей ступени квалифицированных пре-
подавателей так мало, что мы вынуждены
превращать их в универсалов: одновременно
и историков, и экономистов, и переводчи-
ков, и т.п., людей, лишенных возможности
специализироваться по определенным дис-
циплинам и повышать свою теоретическую
и методическую подготовку.
Такие, например, решающие дисциплины,
как философия и политэкономия замещают-
ся внештатными преподавателями. Препо-
давание их подвержено поэтому пропускам,
'Комвуз - высшее партийное учебное заведение, готовившее кадры партийных работников, научные кадры и
преподавателей общественно-политических дисциплин для высших и средних звеньев политпросвещения.
2Культпроп - отдел культуры и пропаганды ленинизма.
’Ликпункт — пункт ликвидации безграмотности.
255
срывам, невозможности развернуть как сле-
дует работу соответственно кафедр, а отсюда
поднять на должную высоту качество препо-
давания. По средней ступени: хотя школа не
испытывает недостатка в преподавательских
кадрах, однако проблема качества их, необхо-
димость повышения квалификации — чрез-
вычайно важная и неотложная задача.
Издательское дело — огромный тормоз
в развертывании учебно-производствен-
ной жизни в школе и в борьбе за высокое
качество учебы. Московское издательство
Иностранных рабочих снабжает нас класси-
ческой марксистско-ленинской и текущей
массово-политической литературой. Край-
Гиз4 должен обслужить нас учебной литера-
турой по подготовительному курсу на новом
китайском латинизированном алфавите. Од-
нако он не в состоянии подготовить выпуск
этих учебников к нынешнему учебному году.
Дальпартиздат, долженствующий обслу-
жить иероглифическими учебниками нашу
среднюю и высшую ступень /по истории
классовой борьбы, политэкономии, диамату
и истмату, экономгеографии, по экономике
Китая и т.п./, заявил нам определенно, что-
бы мы не рассчитывали на него и не тешили
себя на этот счет никакими надеждами.
Таким образом, Ленинская школа должна
взять на себя чрезвычайно непосильное ей из-
дательское бремя в условиях отсутствия пере-
водчиков, отсутствия литографии и т.п. Мы
предпринимали попытки оборудовать соб-
ственную литографию, но они не увенчались
успехом, ни в Хабаровске, ни во Владивостоке
литографических машин мы не нашли.
Материально-хозяйственная база Ленин-
ской школы совершенно не обеспечивает
нормального развертывания учебно-произ-
водственного процесса в новом учебном году.
В чем же кроются причины. Дело в том,
что ни один вопрос, связанный с организа-
цией Ленинской школы, не разрешен по-
ложительно, за исключением сметы, хотя
денег, несмотря на неоднократные требова-
ния, также не получено ни копейки.
Естественно, что Ленинская школа как
высшее партийное учебное заведение очути-
лось даже в худших условиях, нежели суще-
ствовавшая до того китайская Совпартшкола
/представляющая собой среднее учебное
заведение/, и понятно почему.
Ленинская школа, составленная из двух
учебных заведений, очутилась в условиях
прежней материальной базы — бывшей Со-
впартшколы. Понятно, что пустить школу на
полный ход чрезвычайно трудно, настрое-
ния студенчества и преподавателей, особен-
но переведенных из Хабаровска, вызывают
большую опасность текучести /настроения
и заявления такого рода уже имеют место/,
и понятно, что такое положение дальше не-
стерпимо и требует коренного изменения...
Студенческая столовая, снабжаемая по
списку № 2, получает регулярно только один
хлеб, другие же продукты питания отпуска-
ются Трестом общественного питания нере-
гулярно, и то по неполной норме. Студенче-
ская столовая носит характер национальной
восточной столовой, не являясь по существу
таковой. На почве неудовлетворительного
питания создаются нездоровые настроения
у студентов и текучесть среди них.
Китайской Ленинской школе, сконцен-
трировавшей у себя лучшие кадры китайских
преподавательских сил, Облснабом предо-
ставлено всего три места в распределитель
Горторга и ни одного места в столовую. В
результате административному руководству
и преподавательскому персоналу школы не
предоставлены нормальные условия для ра-
боты. Мы просим предоставить школе семь
мест, из них два места в распределитель и
столовую № 1 и пять мест в распределитель и
столовую № 2, поставив этим самым Ленин-
скую школу в соответствие со снабжением
руководящего персонала других националь-
ных вузов и учреждений.
Библиотека Ленинской школы совер-
шенно не оборудована. Мы просим вклю-
чить Ленинскую школу в плановое снаб-
жение Книгоцентра русской литературой и
китайской.
Мы просим Культпроп Крайкома ВКП (б)
включить Ленинскую школу в централизо-
ванное снабжение бумагой. До включения
Ленинской школы в централизованное снаб-
жение просим Культпроп Обкома ВКП (б)
предоставить Ленинской школе 30 клгр. бу-
маги за счет срывов газеты “ Красное Знамя ”.
Директор Китайской Ленинской школы
Стаканов».
4КрайГиз — краевое государственное издательство.
256
Na 163. Перекресток улиц 25-го Октября
(Алеутской) и Ленинской (Светланской).
Бывшее здание Приморского областного
правления, в котором в 1933 - 1938 годах
располагалась Китайская Ленинская
школа. 1950-е годы
Na 164. Перекресток улиц 25-го Октября
(Алеутской) и Ленинской (Светланской).
Слева - бывшее здание Приморского
областного правления, в котором
в 1933 -1938 годах располагалась
Китайская Ленинская школа; справа -
бывший доходный дом Бабинцевых,
часть помещений которого также
использовалась школой. 1950-е годы
257
За Китайской Ленинской школой было
закреплено бывшее здание Приморского
областного правления на углу улицы 25-го
Октября (до 1923 и после 1992 года — Алеут-
ской) и улицы Ленинской (до 1924 и после
1992 года — Светланской).
Поначалу в здании, кроме школы, раз-
мещались: аптека, павильон-ресторан и ма-
газин артели инвалидов. К началу 1937/38
учебного года в здании из указанных объ-
ектов осталась только аптека, которая за-
нимала три комнаты. Таким образом, зда-
ние стало почти полностью принадлежать
школе. Общежития школы были разбро-
саны еще в пяти местах города. Школа за
время своего существования испытывала
недостаток в помещениях, но в большей
степени это касалось жилой площади для
преподавателей.
В октябре 1935 года Владивостокский
горсовет в ответ на многочисленные прось-
бы директора Гуйского принял решение о
передаче школе для учебных и жилых целей
несколько комнат в соседнем здании: улица
Ленинская, № 20/улица 25-го Октября, № 23
(сейчас в нем находится Приморский госу-
дарственный объединенный музей имени
В.К. Арсеньева).
«Акт
Город Владивосток
Октября 8 дня 1935 года
Мы, нижеподписавшиеся, с одной сторо-
ны директор Рыбного техникума Г. В. Кадзе-
вич, и с другой стороны завхоз Китайской
Ленинской школы Лю-шу-дзян, составили
настоящий акт о том, что первый, на осно-
вании постановления Владивостокского
Городского Совета от 5/Х-1935 и служеб-
ной записки Секретаря Владивостокского
Горсовета тов. Никерова от 7/Х-1935, сдал,
а второй принял помещения общей пло-
щадью 152 кв. метра, состоящие из шести
комнат, числящихся по плану Горкомхоза
за №№ 36, 42, 41, 45, 46 и 50, находящихся
в третьем этаже дома по Ленинской улице,
№ 20/23.
Сдал Кадзевич.
Принял Лю-шу-дзян»
Первый, организационный, год суще-
ствования Китайской Ленинской школы
выдался очень трудным.
В новый 1933/1934 учебный год Китай-
ская Ленинская школа вошла в состоянии
очередной реорганизации.
Вскоре после создания школы на ее базе
была сформирована особая комиссия, при-
званная проверить работу всех китайских
отделений, существовавших в высших и
средних учебных заведениях Владивостока,
и дать оценку их эффективности.
Выводы этой комиссии были направлены
в июле 1933 года в Москву и стали причиной
«укрупнения» Ленинской школы.
«Китайская Ленинская Школа Повы-
шенного Типа
15/VII-1933 года, № 9/45
В Наркомпрос
Докладная записка по вопросу о слиянии
китайских отделений Интерпединститута и
Интерпедрабфака с Китайской Ленинской
школой.
Необходимость слияния вызвана следу-
ющими обстоятельствами:
А. Основным участком подготовки ка-
дров среди китайских рабочих на данном
этапе является подготовка руководящих
партийных, профсоюзных и советских ра-
ботников.
Китайские рабочие Дальневосточного
края работают на нескольких главных отрас-
лях народного хозяйства /транспорт, уголь-
ные копи, золотые прииски, лесозаготовки,
колхозы/, и на этих производствах главным
недостатком является отсутствие руководя-
щих партийных, профсоюзных и советских
работников из числа китайцев.
Подготовка этих кадров является важней-
шей не только для нужд соцстроительства
ДВК, но также необходима для современ-
ного этапа китайской революции.
На настоящем этапе работы среди китай-
ских рабочих подготовка педагогических ка-
дров не является такой насущной необходи-
мостью, как подготовка партийных кадров,
притом педагогические кадры не могут най-
ти себе широкого применения /т.к. в ДВК
всего имеется лишь семь начальных школ,
а средних, кроме рабфака, нет ни одной/.
Б. Недостаток преподавателей в на-
стоящее время в китайских отделениях
Интерпединститута и Интерпедрабфака,
почти полностью отсутствуют специальные
педагогические преподаватели и научные
258
работники. Таких преподавателей среди ки-
тайских товарищей совершенно не имеется,
если же продолжить работу по-старому, это
значит не выдержать основной задачи Пе-
динститута и Педрабфака, т.е. — подготовку
педкадров. Что же касается до обществен-
но-политических ведущих дисциплин, то
в обоих учебных заведениях наблюдается
колоссальный недостаток.
В. Необходимых для педагогической ра-
боты учебников и литературы совершенно
нет. В особенности они отсутствуют по со-
циально-педагогическим предметам.
Слияние китайских отделений Интер-
пединститута и Интерпедрабфака с Ле-
нинской школой является на данном этапе
самым конкретным и реальным способом
для обеспечения подготовки кадров среди
китайским рабочих; так, это слияние может
обеспечить:
1. Перенос центра тяжести подготовки
кадров среди китайских рабочих в насто-
ящий момент на подготовку руководящих
партийных, профсоюзных и советских
работников, тем самым наша подготовка
кадров действительно повернется лицом к
фактическим требованиям, предъявляемым
современным этапом соцстроительства и
китайской революции.
2. Слияние дает возможность концентри-
ровать кадры преподавателей и научных ра-
ботников, чтобы рационально использовать
имеющиеся силы, освободить нагруженных
административной работой товарищей, пе-
ребросить их исключительно на основную
педагогическую работу, провести специали-
зацию преподавателей и т.д.
3. В работе по созданию материальной
базы также можно добиться дальнейшего
укрупнения, т.к. Ленинская школа по своему
материальному положению обеспечена луч-
ше всех других китайских школ и в то же вре-
мя в деле закрепления студентов имеет уже
соответствующие улучшения и достижения.
4. Путем слияния также можно обеспе-
чить руководство партии в деле подготовки
кадров среди китайских рабочих, концен-
трации партийных сил.
5. Слияние Китайской Ленинской школы
с концентрированными силами явится боль-
шой победой в деле выполнения Ленинской
национальной политики.
Исходя из всего вышеизложенного,
комиссия считает целесообразным и не-
обходимым слить китайские отделения
Интерпединститута и Интерпедрабфака
с Китайской Ленинской школой повы-
шенного типа и создать Высшую Краевую
Китайскую Ленинскую Школу с названием
Дальневосточная Краевая Высшая Ленин-
ская Школа с целевой установкой подготов-
ки кадров высокой и низкой квалификации
среди китайских рабочих на главнейших
предприятиях и производствах ДВК /золо-
тые прииски, угольные копи, лесозаготовки,
транспорт и т.д./.
Высшая Китайская Ленинская школа
должна состоять из двух ступеней:
Высшая ступень должна давать теоре-
тически подготовленных, квалифициро-
ванных, проверенных пропагандистов и
массовых работников, которые могут вести
ответственную руководящую работу в пар-
тийных организациях.
Средняя ступень должна давать низовые
кадры для партийной, профсоюзной и со-
ветской работы на предприятиях.
После слияния в настоящий момент еще
сохранить в высшей ступени Ленинской
школы педагогическую группу. Причем
часть студентов-партийцев Пединститута
и Педрабфака, пригодных для партработы,
направить в соответствующую группу, под-
готовляющую партийные кадры с тем, чтобы
они окончили в два года по плану Ленинской
школы...
На основании всех вышеизложенных
обстоятельств, комиссия просит Бюро Об-
кома ВКП(б) скорее разрешить этот вопрос,
чтобы хорошо провести реорганизацию и
подготовительную работу к новому учебно-
му году...».
«РСФСР. Народный Комиссариат по про-
свещению
Москва, Чистые пруды, 6
Директору Китайско-Ленинской школы
повышенного типа тов. Гуйскому
Город Владивосток ДВК, улица 25-го Ок-
тября 18/22
Приказ № 484 по Наркомпросу от
29/IX-1933 года
Китайские отделения при Д.В. Интер-
национальном пединституте и рабфаке
259
c 1/X — с.г. передать в Д.В. Краевую Ленин-
скую Школу с переводом кредитов на содер-
жание передаваемых контингентов.
И.о. Наркомата по просвещению Маль-
цев...
...размер стипендии для учащихся выс-
шего, среднего и подготовительного отде-
лений в пределах стипендиального фонда,
отпускаемого Наркомпросом на физический
контингент из расчета средней стипендии в
130 рублей в месяц, установлен следующий:
нормальная успеваемость: высшая сту-
пень — 160; средняя ступень — 120; подго-
товительное отделение — 100.
хорошая успеваемость: высшая ступень —
190, средняя ступень — 140; подготовитель-
ное отделение — 120.
отличная успеваемость: высшая сту-
пень — 220; средняя ступень — 160; подго-
товительное отделение — 130.
Со стороны План.Фин.Отдела и Отдела
Школы Взрослых возражений не имеется.
И.о. Зав. План.Фин.Отделом неразборчи-
во. 25/Х-1933 года».
Между тем расходы на питание (включая
национальные лепешки — пампушки) со-
ставляли в среднем 156 рублей в месяц. В об-
щую расходную часть, кроме обедов, входила
плата за коммунальные услуги, страховка,
профсоюзные взносы, подписка на газеты,
стирка белья, баня, заем на индустриализа-
цию... После всех этих выплат даже у отлич-
ников практически не оставалось свободных
денег, что уж говорить о «троечниках». Руко-
водство школы неоднократно обращалось
в соответствующие инстанции с просьбой
увеличить размер стипендий, но в условиях
всеобщей нехватки продовольственных и
промышленных товаров рост стипендий не
мог угнаться за ценами «черного рынка».
Осенью 1933 года были утверждены, а в
1936 году дополнены «Правила внутреннего
распорядка в Дальневосточной Китайской
Ленинской школе повышенного типа при
НКП РСФСР», в конечном виде состоявшие
из 49 пунктов, в которых были четко про-
писаны структура учебного года, учебный и
общий распорядок, правила поведения пре-
подавателей и студентов. В целом, в них не
содержалось ничего необычного. «Учебный
год, согласно постановления ЦИК Союза
ССР от 19-го сентября 1932 года и поста-
новления СНК Союза ССР и ЦК ВКП (б)
от 23 июня 1936 года устанавливается для
всех /отделений/ с 1-го сентября по 30-е
июня с перерывами: на зимние каникулы с
24 января по 6 февраля и на летние каникулы
с 1 июля по 31 августа. Летний перерыв ис-
пользуется для двухмесячного непрерывного
отпуска преподавательского персонала.
Учебный год делится на два семестра: пер-
вый с 1 сентября по 6 февраля и второй с 7
февраля по 31 августа; зимние каникулы вхо-
дят в первый семестр, летние — во второй...
Длительность учебного дня, как норма,
устанавливается в шесть часов обязательной
непрерывной работы с преподавателями и
трех часов самостоятельной /в кабинете, ла-
боратории, читальне, библиотеке, на дому/
работы студента...» и так далее.
Но некоторые, достаточно жесткие
пункты «Правил» характерны, скорее, для
военизированных или закрытых учебных
заведений. Это относится не только к се-
рьезным наказаниям за «опоздания на заня-
тия, нарушение деловой тишины и рабочей
дисциплины», но и к строгому соблюдению,
под личную ответственность директора шко-
лы, пропускного режима: «...вход в учебные
корпуса, нахождение в учебных и других по-
мещениях, кроме специально указанных для
этого, категорически воспрещается».
Особо интересен пункт 16: «...Студенты,
остающиеся во время перерыва в аудитории,
тем самым нарушающие режим школы, под-
вергаются дисциплинарным взысканиям
/замечание, выговор и т.п./ вплоть до исклю-
чения из школы. Проведение всякого рода
информаций и заседаний во время перерыва
занятий категорически воспрещается».
Последнее требование было направле-
но против сплочения отдельных групп ки-
тайских студентов по «территориальному
признаку», т.е. против формирования «зем-
лячеств». Интересно еще и то, что китай-
цы, обучавшиеся в школе, именовались в
документах то студентами, то курсантами.
Этот «феномен» объясняется тем, что кроме
«общеобразовательных» целей школа имела
и секретную функцию — служила базой под-
готовки квалифицированных кадров для
последующей подпольной антияпонской
работы на территории Китая.
260
т, ситАкскуо ленклску э тход:
ДПРЕХТэГУ,
IHr-liHHUIU’IIOK-IHUll Клуб Моряков Л
к Ж и R * й {!1 « ж
«ь.-—мгжм
Настоящим цнтерипд.юн'л! мы" хлуб
моряхвв ре ссмвндует ня учебу в верейное
уяк учебное заведение дну* хита Чехи*
морчхов, а *цсе чмо ’ДНОу л ’’АН и ’*У'АН
'ДЗАй Г.АО.
З.“в. ИИтерхлуб
З^в.хит .секцией
№ 165. Направление в Китайскую Ленинскую школу. 1933 год
В школу принимали членов компартии
Китая, ВКП(б), комсомольцев и беспар-
тийных, последних по особым спискам.
Преимущественным правом поступления
пользовались лица, направляемые по реко-
мендациям местных партийных и советских
властей, а также по направлениям других
органов. К обучению допускались лица обо-
их полов, но женщин в школе всегда было
немного.
Набор новых студентов на 1933/1934
учебный год велся без широкой рекламной
кампании, в основном при посредстве об-
ластных и даже республиканских комитетов
партии, в которые были направлены соот-
ветствующие запросы, не только на Дальнем
Востоке, но и в западных регионах СССР.
«Клуб китайских рабочих “1-го Мая”
Владивосток. Пекинская улица, угол Ко-
рейской
28-Х-1933 года №347
В Ленинскую школу
Настоящим подтверждается, что тов.
Вай-Чен-Куй действительно активно рабо-
чий, поэтому командируется тов. Вай-Чен-
Куй в Ленинскую школу на учебу.
Председатель Советприклуб Ван-Чин-
Сиен».
«Выписка из протокола № 30 заседания
бюро Сучанского Горкома ВКП(б) от 14
июля 1933 года.
Постановили: Командировать тов. Ван-
Бао-Чан на учебу в Ленинскую школу в
город Владивосток. Зав. Общим Отделом
Сучанского Горкома ВКП(б) Симонов.
“Автобиография
Родился в 1890 году в Китае в Шаньдун-
ской провинции, где отец занимался кре-
стьянством, я вместе с ним прожил до 1908
года. В 1908 году я уехал в Россию и остано-
вился в Имане, поступил работать в пекарню
учеником, проработал 5 лет, потом меня пере-
вели мастером, где я проработал 3 года. В1916
году я бросил пекарню и поступил лесорубом
на участок в Бикине, проработал 2 года. В1918
году уволился и переехал в город Владивосток
на маслозавод, где проработал до 1920 года.
В 1920 году переехал в Сучан и поступил на
шахту № 10 лесогоном, потом забойщиком
проработал до 1929 года. В 1929 году партя-
чейка меня команд ировала в Совпартшколу в
город Владивосток, где я пробыл 2 года. После
чего проработал на лесозаготовках в Сучан-
ском районе в Молчановке инструктором, а
теперь работаю на коксовых печах чернорабо-
чим. Ван-Бао-Чан. 11/VII-1933 года, Сучан,
шахта № 2, Инженерная улица, дом № 8”».
«Всесоюзная Коммунистическая Партия
(большевиков)
Ленинградская организация
Районный Комитет ВКП(б) Октябрьско-
го района
261
Город Ленинград, улица 3-го Июля, 55/57
№ СРК-74-§16, 21 августа 1933 года
В Краевую Китайскую Ленинскую школу
по адресу: город Владивосток, улица 25-го
Октября, 18/22.
Выписка из протокола № 74 заседания
Секретариата РК В КП (б) Октябрьского
района от 11/VHI-1933 года. Пункт 16.0 по-
сылке на учебу.
Утвердить тов. Ши-Ван-Да в Дальне-
восточную Краевую Китайскую Ленин-
скую школу /Владивосток/. Секретарь РК:
С. Шульман
“Моя биография
Родился я в городе Мукдене, там прожил
всю жизнь, работать начал с 17 лет, до 17 лет
учился в школе.
После школы поступил учеником в кра-
сильню, там проработал полгода, после чего
бежал в Россию. В Россию приехал в 1916
году. Сначала попал в город Псков. Там про-
работал 8 месяцев, работал пильщиком.
После этого приехал в Ленинград и попал
работать в детдом на должность чернорабо-
чего, на данной работе прожил 6 месяцев.
После пошел работать на завод, там пробыл
1 год чернорабочим. Затем попал на другой
завод, где производят кожу, и там проработал
9 лет в качестве точильщика.
После чего попал работать в артель. Здесь
я работаю с 1930 года, где работаю по сей
день красильщиком. Родители мои занима-
ются крестьянством, являются бедняками.
28/VII-1933. Ши-ван-да”».
Ns 166. Автобиография Ван Хунпина. 1934 год
«Коммунистическая партия (б) Украины
Сталинский городской комитет
Город Сталино, улица Артема, 81
19/IX-1933 года №275
...Выписка из Протокола № 42 ячейки
Буденовской районной милиции от 12 сен-
тября 1933 года.
Слушали: Заявление тов. Джу-ю-чана,
члена партии с 1932 года, об отпуске его в
школу нацменов.
Постановили: Дать тов. Джу-ю-чану по-
ложительную характеристику для поступле-
ния в школу во Владивостоке. Секретарь
партийной ячейки Буденовской районной
милиции Тимонин
“Автобиография тов. Джу-ю-чан
Я родился в городе Шанхае. Я занимался
крестьянством с родителями до 1916 года,
после 1916 года я переехал в город Ленин-
град, поступил работать на сахарный завод,
где проработал до 1918 года. После 1918 года
пошел в Красную Армию, где я прослужил
до 1920 года. После Армии работал в батра-
ках у крестьянина до 1925 года. После 1925
года поступил работать лесником, работал до
1929 года, а после перешел на другую работу
на махорочную фабрику, где работал до 1931
года. В 1931 году приехал в город Сталин,
где поступил в Рабоче-Крестьянскую Ми-
лицию, работал в Буденовском районе Р.-К.
Милиции, до настоящего времени работаю
в P.-К. Милиции Буденовского района.
17/IX-1933. Джу-ю-чан”».
«Я, уроженец области Денчжоу провинции Шаньдун, родился в 1915 году, отец бед-
ный крестьянин, умер, когда мне было семь лет. Мать умерла, когда мне было три
года. Меня с малого возраста воспитывал дядя. В возрасте десяти лет я вместе с дво-
юродным братом приехал во Владивосток, где проживал в одной гостинице (вероят-
но - какое-то пристанище, ночлежка) для китайцев. В гостинице проработал два года,
после чего я переехал работать на золотодобывающий рудник Пинхэ (Ивановский
район). Там три года валил лес. После вступил в Ивановский колхоз им. Ворошило-
ва. Там проработал один год в поле. После чего, так как не понимал русского языка
(все колхозники были русскими), а работа была крайне трудной, вышел из колхоза.
После того как вышел из колхоза, я отправился в путь с намерением приехать во Вла-
дивосток работать. Однако по дороге потерял все, что у меня было с собой. Поэтому,
прибыв во Владивосток, не имел возможности найти работу. Вчера встретил Дун Яна,
он сообщил мне, что можно поступить на обучение в Ленинскую школу. Поэтому я
тоже принял решение учиться. Поступил в Ленинскую школу, являюсь ее учащимся.
2/VI - 1934. Ван-хун-пин».
262
4 L* H *s л *.a
-te t t &*{ <№ & fe,b №
'< v . ?•) + s к i
5 0 Ufi - т t <3 %l tU’.T,, Щ
Список руководящего состава и преподавательских кадров для Дальневосточной
Китайской Ленинской Школы повышенного типа 1934/1935 учебный год
i
Ф.И.О. Занимаемая должность Год рождения Национальность Партийность ’
Высший руководящий состав *
I Гуйский Иван Николаевич Директор. И.д. доцента 1905 Китаец Член ВКП(б)
2 Грудинин Михаил Иванович Зам. директора по учебной части. И.д. доцента 1901 Русский Член ВКП(б)
3 Син-дин-фа Зам. директора по хозчасти 1896 Китаец Б/партийный ।
Руководители секторов
I Ян—хин-шунь Зав. курсами и помощник зам. директора по учебной части. Доцент 1902 Китаец Член ВКП(б) '
2 Валецкий Федор Алексеевич Зав. учебно- методическим бюро. И.д. доцента 1906 Китаец Член ВКП(б)
3 Либов К.М. /Лян—тин-сян/ Зав. соц.-эконом. кафедры. И.д. доцента 1905 Китаец Член ВКП(б)
4 Носов Зав. исторической кафедрой. И.д. доцента 1902 Китаец Член ВКП(б)
5 Врубель В.К. /И—тин—сян/ Зав. кабинетом естествознания 1907 Китаец Б/партийный
6 Тин—шань Зав. кабинетом китаеведения 1899 Китаец Член ВКП(б)
7 Шы-ю Зав. военным кабинетом и переводчик I9II Китаец Член ВЛКСМ
8 Маякевич Зав. курсами. И.д. ассистента 1909 Китаец Член ВКП(б) !
коммунистический университет трудящихся Востока имени И.В. Сталина (КУТВ) — учебное заведение Комин-
терна, действовавшее в Москве с 1921 по 1938 годы.
6Московский институт востоковедения (МИВ) - высшее учебное заведение в городе Москве, существовавшее в
1920-1954 годах.
7 Ком му ни стиче с кий университет преподавателей общественных наук (КУПОН) — высшее учебное заведение в
Москве, существовавшее в 1930-1934 годах.
’Коммунистический университет трудящихся Китая имени Сунь Ятсена (КУТК) — учебное заведение Коминтерна ।
для китайцев из Гоминьдана и Коммунистической партии Китая, действовавшее в Москве с 1925 по 1930 годы. »
264
Пребывание в других армиях и когда Социальное происхожде ние Какие учебные заведения окончил в СССР и когда Ваучная квалификация
Гоминьдан. Два года /с 1925 по 1926/ Из крестьян КУТВ® в 1929 году Нет
Be был Из крестьян МИВ* в 1932 году Нет
Be был Рабочий до 1931 года Нет Нет
Be был Из рабочих КУПОВ7, философское отделение, в 1933 году Доцент по диамату» присвоен сектором «А» КУТВ в 1932 году
Не был Из крестьян КУТК8 в 1928 году Нет
Гоминьдан» Три года /с 1924 по 1927 / Из крестьян КУТК в 1929 году Нет
Be был Из служащих КУТВ и Комвуэ в Хабаровске Нет
Be был Из служащих КУТК в 1929 году Нет
Гоминьдан Из служащих КУТВ в 1925 году Нет
Be был Из крестьян Совпартшкола Нет
Be был Из крестьян КУТВ в 1928 году Вет
265
Педагогические кадры
I Стаканов Г. И. /Цин-дао—пан/ И.д. доцента 1904 Китаец Член ВКП(б)
2 Шпринцин А.Г. И.д. доцента 1907 Еврей Б/партийный
3 Поэднеева Любовь Дмитриевна Ассистент 1908 Русская Б/партийная
4 Садикова Л.Л. /Лао-сун-чен/ Ассистент 1905 Китаянка Член ВКП(б)
5 Раэволяева Е.Г. И.д. доцента 1899 Русская Б/партийная
6 Борит /Ван—хай—ман/ Ассистент 1900 Китаец Б/партийный
7 Воровский Преподаватель 1905 Китаец Б/партийный
8 Ван—ни—мин Преподаватель 1894 Китаец Б/партийный
9 Тун-ян-цу Преподаватель 1899 Китаец Б/партийный
10 Чжан—вен-юй Преподаватель 1905 Китаец Б/партийный
II Тау-ве-юй Преподаватель 1905 Китаец Б/партийный
12 Шарошкина Н.В. Ассистент 1908 Русская Член ВЛКСМ
13 Булатов /Чжан-че н-го/ Преподаватель 1902 Китаец Член ВКП(б)
14 Вай-цэы-хо Преподаватель 1894 Китаец Б/партийный
15 Син—тин—сан Преподаватель 1908 Китаец Б/партийный
16 Россовский Преподаватель 1898 Русский Б/партийный
17 Добровольский Преподаватель 1907 Украинец Б/партийный
’Ленинградский государственный университет (ЛГУ).
10 Ленинградский государственный историко-лингвистический институт (Л ГИЛ И) — высшее учебное заведение,
существовавшее в 1931-1937 годах.
11 Дальневосточный государственный университет (ДВГУ) — высшее учебное заведение во Владивостоке, «наслед-
ник» Восточного института, созданного в 1899 году для изучения восточных языков и стран с целью подготовки
кадров для административных и торгово-промышленных учреждений.
266
Гоминьдан» Три месяца в 1926 году Из крестьян КУТК в 1926 году Нет
Не был Из служащих ЛГУ9 в 1929 году Научный сотрудник 1-го разряда Академии Наук СССР
Не была Из служащих ЛГИЛИ10 в 1932 году Нет
Гоминьдан Из кустарей- ремесленников КУТК Нет
Не была Из крестьян Учительская семинария и два курса Пединститута Нет
Не был Из крестьян Пекинский университету юридический факультет и факультет искусств Нет
Не был Из крестьян Техникум в Китае Нет
Не был Из крестьян Незаконченное высшее9 Китайская Ленинская школа Нет
Не был Из крестьян Незаконченное высшее , Китайская Ленинская школа Нет
Не был Из крестьян Незаконченное высшее» Китайская Ленинская школа Нет
Не был Из рабочих Незаконченное высшее 9 Китайская Ленинская школа Нет
Не была Лиз служащих ЛГУ, восточный факультет Научный сотрудник 1-го разряда Академии Наук СССР
Не был Из служащих КУТК в 1924 году Нет
Не был Из рабочих Китайская Ленинская школа Нет
Не был Из рабочих Китайская Ленинская школа Нет
Не был Из рабочих Физкультурная школа Нет
Не был Из рабочих ДВГУ11, восточный факультет Нет
267
Михаил Иванович Грудинин
Георгий Ильич Стаканов
(Цин Даопан)
Киллер Максимович Либов
(Лян Тинсян)
Алексей Сергеевич Крупник
Николай Макарович Корж
Константин Романович Коляда
Тин Пу
Хайман Борит
(Ван Хайман)
N& 167. Руководители и преподаватели Дальневосточной Китайской Ленинской школы, работавшие
в ней в разные годы, в период 1933-1938 годов. К сожалению, фотографии большинства сотрудников
школы в архивных делах отсутствуют.
268
Всеволод Казимирович Врубель Николай Владимирович Разумов
Михаил Кузьмич Смидович
(И Тинсан)
Ювеналий Яковлевич Макстис
Син Синсан
Георгий Зосимович Зыбалов
Ли Ю
Михаил Георгиевич Усенко
269
Список студентов I-й группы высшей ступени Дальневосточной Краевой
Китайской Ленинской Школы повышенного типа 1934/1935 учебный год
IMR Фамилия Партийность Национальность Образование в Китае
I Ван-тин-фу Член ВКП(б) Китаец Нет
2 Пен-ку-сан Член ВКП(б) Кореец 1,5 года
3 Ши-тай-чан Член ВКП(б) Китаец 2 года
4 Тан—чжан Член ВКП(б) Китаец Нет
5 Ван-тин-дин Член ВКП(б) Китаец Нет
6 Ли-вин Член ВКП(б) Китаец 4 года
7 Куан-ши-цэо Член ВКП(б) Китаец Нет
8 Ян-шу-чен Член ВКП(б) Китаец 3 года
9 Ван—фу—мин Кандидат в члены ВКП(Б) Китаец I год
10 Чжан-цэин-е Член ВЛКСМ Китаец 2 года
II Ши-чжен-фу Кандидат в члены ВКП(Б) Китаец 3 года
12 Ту-сян Член ВКП(б) Китаец 2 года
13 Чжан-ден—ди Член ВКП(б) Китаец 3 года
14 Тан—ши-юн Член ВЛКСМ Китаец 3 года
15 Фу—фун-чжен Член ВЛКСМ Китаец 2 года
16 Тян-шо-фу Член ВКП(б) Китаец 3 года
«Набор 1934 года
Начало приемной кампании 1/VI-34
Начались испытания 20/VHI-34
Прием закончен 10/IX-34
Начало занятий назначено на 1/IX-34
Китайцы — 116 человек
Корейцы — 9 человек
Всего — 125 человек»
Летом 1935 года, когда прием в школу ки-
тайцев по внутрипартийному набору почти
исчерпал себя и привел к нехватке «абитури-
ентов», краевые власти по предложению ру-
ководства школы разрешили дать в несколь-
ких партийных газетах ДВК объявления о
наборе в Китайскую Ленинскую школу, что
привело к непредвиденному «казусу».
Если в объявлении, размещенном в при-
морской областной газете «Красное Знамя»
было указано, что школа «готовит кадры...
среди китайских рабочих ДВК», то в объ-
явлении, направленном школой в главную
краевую газету «Тихоокеанская Звезда»,
КИТАЙСКАЯ
ЛЕНИНСКАЯ ШКОЛА
ПРИ НАРКОМПРОСЕ РСФОР
готовит кадры советско-партийных и политпро-
светработников среди китайских рабочих ДВК
и преподавателей средней квалификации для
семилетки и сети рабочего образования
При школе имеются отделения: советско-пар-
тийное, политпросвета и педагогическое.
СРОК ОБУЧЕНИЯ 4 ГОДА.
Принимаются лица, имеющие начальную под-
готовку или знания в объеме неполной средней
школы
Для неудовлетворяющих этим требованиям
имеется одногодичный подготовительный курс.
Возраст принимаемых с 18 до 33 лет
Принимаются в школу—партийцы, комсомоль-
цы и беспартийные
Все поступающие подвергаются испытаниям.
При поступлении необходимо приложить ан-
кету, справку о соцпроисхождении, справку о
состоянии здоровья, рекомендации и характери-
стики местных партийных, советских и профсо-
юзных организаций
Прием в школу начинается с 15 апреля
Испытания с 10 августа
Начало занятий с 1 сентября
Стипендия диференцированная, в среднем—в
размере 130 р. в месяц.
Учащиеся обеспечиваются питанием и обще-
житием.
Заявления подавать по адресу: Владивосток,
Ленинская ул., 22/18, приемной комиссии. Теле-
фон Na 4-58
ДИРЕКЦИЯ
270
Год рождения Социальное происхождение Социальное положение Время прибытия в СССР Подданство Семейное положение
1894 Крестьянин Рабочий 1913 СССР Холост
1899 Крестьянин Рабочий 1925 СССР Семейный
1890 Рабочий Рабочий 1920 СССР Холост
1899 Крестьянин Рабочий 1918 СССР Семейный
1901 Крестьянин Рабочий 1914 СССР Холост
1901 Крестьянин Рабочий 1917 СССР Холост
1888 Крестьянин Рабочий 1906 СССР Холост
1904 Рабочий Рабочий 1925 СССР Семейный
1904 Крестьянин Рабочий 1926 СССР Семейный
1913 Рабочий Рабочий 1924 СССР Холост
1906 Рабочий Рабочий 1927 СССР Семейный
1906 Рабочий Рабочий 1927 СССР Холост
1908 Крестьянин Рабочий 1928 СССР Семейный
1910 Крестьянин Рабочий 1929 СССР Холост
1899 Крестьянин Рабочий 1925 СССР Холост
1903 Крестьянин Рабочий 1921 СССР Холост
этот момент как-то «упустили», наверное,
полагая, что он подразумевался сам собой.
В итоге в Китайскую Ленинскую школу
потоком пошли заявления от демобили-
зовавшихся и демобилизующихся бойцов
и младших командиров Красной Армии —
всех как один не китайцев; это вызвало до-
полнительную непродуктивную «отказную»
переписку.
«В приемную комиссию Китайской Ле-
нинской школы повышенного типа
Прошу сообщить точно об условии при-
ема в Китайскую Ленинскую школу, так как
был объявлен набор в газете «Тихоокеанская
Звезда» от 14 июля 1935 года, по некоторым
вопросам нам непонятно: 1) насчет питания
/столовой/ — будут или нет обеспечены, или
из этого размера стипендии высчитывают
для столовой и в каком размере, 2) в школу
будут принимать какие национальности, на-
пример: русских, украинцев, татар, башкир,
чуваш и т.д. Я, Петров, по национальности
чуваш, но хочу поступить в школу, а поэтому
узнать подробности условий приема. Со-
общите по адресу: ДВК, город Хабаровск,
почтовый ящик № 2295, красноармейцу
Петрову Василию Яковлевичу. 21/VII-1935».
Кроме проблем хозяйственного порядка
и прочих «болезней роста», на первых порах
существования школы настоящей «головной
болью» для ее руководства стала латини-
зация китайского языка, дело совершенно
новое и внедрявшееся в приказном порядке
в сжатые сроки.
В 1920 — 1930-х годах некоторые «про-
грессивные» китайские деятели напрямую
связывали отставание Китая от передовых
стран с существованием иероглифического
письма. Необходимость введения латинско-
го алфавита для китайской письменности
они обосновывали потребностями револю-
ционных преобразований китайского обще-
ства. Об этом, в частности, писал известный
китайский поэт-революционер Эми Сяо в
статье «Латинизация китайской письмен-
271
ности», считавший, что именно иероглифы
являются препятствием для поднятия по-
литического и культурного уровня рабочих
и крестьян Китая. Этот постулат, мало кем
принятый в самом Китае, получил широкую
поддержку в Советском Союзе. Вероятно, в
интересах все той же мировой революции.
Работа по латинизации китайской пись-
менности в СССР была организована при
Китайском кабинете Института востоковеде-
ния Академии Наук под руководством В.М.
Алексеева. Первый проект китайского алфа-
вита на латинской основе в Советском Союзе
был создан в 1929 году известным китайским
общественным деятелем Цюй Цюбо.
К началу 1931 года советскими китаиста-
ми была составлена особая коллективная
записка, включавшая основные положения
о китайской латинизации, алфавит, правила
орфографии и учебные тексты. В январе 1931
года проект Института востоковедения АН
был согласован с проектом, выдвигаемым
Научно-исследовательским институтом по
Китаю при Коминтерне, и был принят на
А В И К Т А
поступи тик'в дв «’левую китлйскую ленинскую школу псэыитого ТУП*
I Лрмилия... .ч. itt. .2.год пождонмя.J у.............. '
З.СоиоГное ноложоняе/околько чел.семьи:жен^доти/.....-.'Л г....****’’*
4.Чей 8»нпм*ктся подителп/ок.имкт вопли и кпкоо пмущеотао/.Г/, 5?/
5* Гдо т>одялоя/ук<»0"ТЬ“Пг>овипцгм',уовд,оело/..........’ ’ ’
6гР*ге со.пеяоьенме/п» бочяй/колховник,кпостьяния-бодняк,оеведняк или
(«-•тппк, куст*гв Г Т.д./..“.....•.................................
7,’кпг“личво впнимллись в Кит»»о.(Л.... .. Г ’
8,Е*-к*<м“геду пт>еол»л в СССР...\»i.4..’............. г-..........
9.К»к**к DU" основная профессия в СьСР/тувяик^столяпслеслпь и т.д.
? сколекс лет п»<от«-оте/ппоизводствонный ст»ж/...t.................
МхХхкяксмхжвиусххяияххххЕхСЙКХ
10.В КГЖСЛ ШКОЛО ВН УЧИЛИСЬ В КИТпО И СКОЛ 1X0 лот..^»_....-........
И.Где вы учились в СССР п ск.лет/школы,купен,СПШ.лнклункты,кружки,
пябо^ки и писчие тохнмкумн/. .г.....................................
18.Учжлиеь ли*-ин н» новом «лфявите м сколько в пеней г, умеете ли чи-
твть,пгс*ть Н” основе меъогляфов... .*,.......-.......т.............
13.В киком плофоокее состоите п ск-.впеменьД ппофбилот».....г....~
14.Член или К'’Нд.ВКП/б/,о какого впемени п Н? чл.билет»' или к«нд. к»ги
ТОЧКИ.Т. . . . .Т*.........................................................
15.В кгной гп>пт,ячейке соКч»с состоит....*.................................
16 .Состоит или-состоял в с wKOi’o впемени..т.г...............*.т..
17 .Нг ючсй партийной,обцественвой п»боте бнл/ук»Э'«ть должность,т>»бо
ту и т.д. /. .*.•.*.Т..........*.. .V. ...*.* .V....................
IB .EUff ЛИ В*-КГ)ПОНОЙ РОМНИ ИЛИ ИП.П-ПИГВяНоХ СССР................
19 .У*яствов0Л ли в рев.движении в Китявт.7...........................
20 .В«ое отношение к военной службе се Нч«»с/вновоИсковик, долгосрочный
отпускник и т.д./Н^ч.воинского билет»..........................т.........
21 .В кякую ступень кыосую или спеднкю вы хитите поступить н* учебу в
Ленинскую Школу и ня какой купе................................... .•••
22.Соодееж|ияете ли пиоямеяную овявь с родителями и со своей семьей
в Кят«е, окчеыв»ете ли м»теля»льнук помог;® и к»кую....и. 1...4?.......1
23Ч»ксй опгрнезоциой вы кои»ндипуетоо1 н₽ учебе.&^м^.^.’.'«к-._.\>.....
No 168. «Анкета для поступающих в ДВ Краевую Китайскую Ленинскую школу повышенного типа»
на русском языке. 1934 год
272
заседании научного совета Всесоюзного Цен-
трального Комитета Нового Алфавита. Задача
принятия новой китайской письменности
была возложена на специальную конферен-
цию по латинизации китайской иероглифи-
ческой письменности, созванную на Дальнем
Востоке. Первая конференция по латини-
зации китайской письменности прошла во
Владивостоке 26 — 29 сентября 1931 года. На
конференции было принято решение о не-
медленном введении латиницы во всех ки-
тайских школах, печатных учебных пособиях,
а также об организации специальных курсов
по подготовке ликвидаторов неграмотности.
Первый букварь новой китайской письмен-
ности, получившей название «latinghua» («ла-
тинхуа»), составленный А.Г. Шпринциным
(«Latinghua zhungmen gungzhen duben»), был
издан во Владивостоке в том же 1931 году.
В октябре 1931 года на Дальнем Востоке
был создан Комитет китайского латинизи-
рованного алфавита, преобразованный в
апреле 1932 года в Дальневосточный Коми-
тет Нового Алфавита.
1.
ч.
YAMWKO BlzvKGIAKa гивкзоис
SAC SI TJtMII XTCMAO ZHAOoHEMMfl Ы11ША0
ft arcing.. .?/.. .......я. »о4а milehn...
Furu cal shear* 41 fang ze shenaa aha Ing.
9.
10.
II.
Midi shexwi .................................;......
Ml sal Zhnnggne sees eheun.. ..............................
Cuag nanlan lalfnj Sullan.. “• Bl sal Эх11ка xhnjaoAi chjs
sh ehsuna...
Zal shefiaa 41 fang xysg? sin f - -..--------------------
, Mlanga clnlanll Хаак.....................................................
, ЗЬеоса ahxcu Bal ahenaa difang glarhn gxngxnl.. •.
If.
12.
14.
Zsl sheuaa ahxtu giarhu flaag. ........................ —.♦*
Bl ch tush olngnlan tuanjyna. .. г •
Ml xs eat Shun«u»41 rhen ion rianxl nsljru... •
16.
II.
Itu noljou slnll S*retdl gyliuxhexg.. •
She зап glguan pal nl lai nlaneha.. •
17. Г1 BiaagelU zhur.h,
nlan
Na 169. «Анкета для поступающих в ДВ Краевую Китайскую Ленинскую школу повышенного типа»
на «латинхуа». 1934 год
9.
273
Работа по латинизации китайской пись-
менности и перевоспитанию советских ки-
тайцев велась до конца 1930-х годов объеди-
ненными усилиями разных структур и орга-
низаций и координировались из Москвы и
Владивостока. Но латинский алфавит так и
не вытеснил иероглифов. Комитет Нового
Алфавита был упразднен; что же касается
языка советских китайцев, то проблемы их
письменности и культуры потеряли акту-
альность в связи с ликвидацией китайской
общины в СССР.
«Протокол совещания при Культпропе
Приморского Обкома ВКП(б) от 11 /IV-1933
года
По вопросу: “О подготовке к новому
учебному году в китайских учебных заве-
дениях”
Присутствовали: тов. Жильцов /Куль-
тпроп ОК/, Любин, Драгунов, Шпринцин
/ДВ Комитет Нового Алфавита/, Гуйский
/Интерпединститут/, Смышляев /Обком
Нового Алфавита/.
Слушали: Информацию о задачах и фор-
мах постепенного перевода китайских учеб-
ных заведений на преподавание на основе
Нового Алфавита /Любин/.
В обсуждении вопросов приняли участие
тов. Стаканов, Гуйский, Шпринцын, Драгу-
нов, Жильцов.
Постановили:
1. Признать безусловно необходимым ор-
ганизацию в 1933/34 учебном году отдельных
латинизированных групп в каждом учебном
заведении с тем, чтобы к 1935/36 году пере-
вести все преподавание полностью на новый
алфавит.
2. В 1933/34 учебном году организовать
специальные группы, обучающиеся полно-
стью на основе Нового Алфавита: на под-
готовительном курсе Ленинской школы —
две группы /с тем что прием на 1-й курс
первой ступени производиться не будет/,
на 1-м курсе Педрабфака — одну группу, в
Интерпединституте — перевести на Новый
Алфавит 1-й и 2-й курсы отделения языка и
литературы и одну группу на организуемом
отделении предмета с сохранением на них
спецкурса по изучению иероглифики.
3. Принять к сведению заявление ДВ Ко-
митета Нового Алфавита об обязательстве
Комитетов Нового Алфавита обеспечить
набор студентов из числа грамотных на
Новый Алфавит китайских рабочих-ком-
мунистов, комсомольцев и политически
активных и проверенных ударников.
4. Для руководства всеми работами по
подготовке организации латинизированных
групп создать при Культпропе комиссию в
составе: тов. Жильцов /председатель/, Ста-
канов, Гуйский, Шпринцын, Горчицын,
которой поручить обеспечить в первую
очередь:
а/ Подбор преподавателей для латинизи-
рованных групп /преимущественно из числа
северян/ и обучение их новому алфавиту до
степени совершенно свободного владения
им.
б/ Разработку к 25/IV учебных планов и
составление к I/VI программ для латинизи-
рованных групп каждого учебного заведения
и распределение поручений.
в/ Составление учебных материалов по
программам для первого семестра с тем,
чтобы эти материалы были заблаговременно
изданы литографским путем на правах руко-
писи тиражом до 200 экземпляров.
5. Поручить ОблГИЗу обеспечить бума-
гой /в количестве 35 клгр. в месяц/ издание
учебных материалов.
6. Настоящее решение довести до сведе-
ния Культпропа Далькрайкома ВКП(б).
Председатель Жильцов.
Секретарь Смышляев».
Первое, с чем столкнулась Китайская
Ленинская школа в учебном процессе 1933
и 1934 годов, — это нехватка квалифициро-
ванных преподавателей и почти полное от-
сутствие специальной учебной литературы,
самое главное — на китайском языке, по-
скольку русским языком китайские студен-
ты-курсанты владели очень и очень слабо,
даже на разговорном уровне.
Если первую проблему хоть как-то уда-
лось «закрыть» за счет внештатных специ-
алистов, то вторая почти полностью лишала
обучающихся возможности самостоятель-
ной внеурочной подготовки.
«Р.С.Ф.С.Р. Китайская Ленинская Школа
Повышенного Типа
Г. Владивосток, улица 25-го Октября
№ 18/22 (ул. Ленинская 22/18)
28/1 - 1934 года, № 1-а-20
274
В Наркомпрос, город Москва
Перевод китайского отделения Д.В. Ин-
терпединститута в Китайскую Ленинскую
Школу поставил последнюю в весьма за-
труднительное положение.
Для обеспечения программ этих групп
требуются новые преподавательские кадры,
которых в школе не имеется.
Мы вынуждены поэтому с нового полуго-
дия /с января 1934 года/ приглашать русских
преподавателей.
Сейчас у нас преподает /по общему язы-
кознанию/ ученый специалист Д.В. филиала
Академии Наук — Улитин; доцент ДВГУ —
Пономарев/педагогика/; ученый специалист
Академии Наук Драгунов /языковой семинар
и языковедение в особой группе/, которые
уже сейчас ведут занятия с помощью пере-
водчиков /Чжеу-су-нянь, Врубель, Борит/...
Директор КЛШПТ Гуйский».
«5/1-1934 года №9/189
В Культпроп Крайкома ВКП(б)
Для обеспечения учебного процесса в
Ленинской школе имеющихся учебных по-
собий на китайском языке явно недостаточ-
но. Школа вынуждена организовать перевод
новейших учебников, пособий и материалов
собственными силами. Существование в
школе латинизированных групп еще более
усложняет эту задачу. Ряд пособий /политэ-
кономия, общеобразовательные предметы и
т.д./ переводятся и распечатываются и на ос-
нове иероглифов, и нового алфавита. ОКИЗ12
удовлетворить наши запросы не в состоянии.
Существующая в школе система отпечатки
материалов посредством мимеографа13 со-
вершенно не удовлетворительна, качество
выпускаемой продукции чрезвычайно низ-
кое, что весьма затрудняет учебный процесс.
Поэтому просим Культпроп Крайкома
ВКП(б) разрешить вывезти из Благове-
щенска литографическую машину со всеми
принадлежностями, принадлежавшую ранее
газете “Восточный рабочий”.
Директор Д.В.К.Л.Ш. Гуйский.
Инструктор по работе Крайкома среди
китрабочих Мартынов».
Добившись разрешения на получение
литографической машины в начале февраля
1934 года в Благовещенск срочно был на-
правлен заведующий учебной частью школы
Ян Хиншун. При поддержке благовещенско-
го горкома партии он вывез во Владивосток
машину и рабочего-литографа Е.П. Озер-
ных, с которым заключил договор и на ко-
торого возложил «полную ответственность
за машину и руководство другими рабочи-
ми, обслуживающими машину», поскольку
на тот момент собственных «печатников» в
школе не имелось.
Здание Китайской Ленинской школы об-
ладало тем достоинством, что когда-то в нем
также находилась и типография Приморско-
го областного правления. Соответственно,
устройство новой типографии, уже для шко-
лы, не представляло больших трудностей.
После решения технических вопросов и
приглашения квалифицированных работ-
ников к новому 1934/1935 учебному году в
школе появилась собственная типография.
«Приказ № 330 по Китайской Ленинской
Школе Повышенного Типа от 21/IX-1934 года
§1.
Объявляю нижеследующий штат изда-
тельской части школы с 15/1Х-с.г.:
1. Зав. издательством — тов. Кан-ен-бяк
с окладом 250 рублей.
2. Каллиграфист — тов. Пак-ен-хван с
окладом зарплаты 275 рублей. Норма 4000
знаков.
3. Литографист — тов. Хон-ир с окладом
300 рублей.
4. Помощник литографа — тов. Кон-дай-
хен с окладом 200 рублей.
5. Работник литографии — тов. Хан-та-фа
с окладом 100 рублей.
6. Работник литографии — тов. Ким-ци-
мин с окладом 100 рублей.
7. Корректор — тов. Боровский с оплатой
по 10 рублей за печатный лист.
§2.
Поручаю тов. Кан-ен-бяк срочно про-
работать и представить мне на утверждение
проект распорядка работы и распределения
12ОКИЗ (Крайогиз) — краевое отделение Объединения государственных книжно-журнальных издательств при
Наркомпросе РСФСР.
’’Мимеограф — машина трафаретной печати, предназначенная для оперативного размножения документации
малыми и средними тиражами.
275
труда в издательстве с таким расчетом, чтобы
каждый штатный работник работал не менее
8 часов в день и выполнял определенную
норму работы.
§3.
Ввиду большой залежи написанного, но
не отпечатанного материала, учебной части
принять особо срочные меры к сверхплано-
вой ликвидации прорыва.
§4.
Тов. Кан-ен-бяк ввести строгую дисци-
плину и внутри издательской части и сре-
ди преподавателей-переводчиков, чтобы
переводить материал, сдавая в издательскую
часть в строго определенное по плану время,
а также чтобы он был своевременно написан
каллиграфистом, проверен корректором,
отпечатан и сброшюрован. О срывщиках
плана и не выполняющих сообщать мне для
привлечения их к ответственности в порядке
трудовой дисциплины.
Директор Гуйский».
Благодаря собственному издательству,
Китайская Ленинская школа в плане учеб-
ной литературы почти полностью перешла
на самообеспечение. До последних дней
существования школы ее заказы из-за их
повышенной сложности так и не были вклю-
чены в планы государственных издательств.
Издательская часть школы в финансовом
отношении имела большую самостоятель-
ность: «Смета на 1936 год на издательскую
часть составлена отдельно по вполне по-
нятным причинам. Объем ее работы не
маленький и значение велико, так как без
издательской части невозможно организо-
вать учебный процесс. Издательский план
значительно увеличен и вместе с тем он
очень мал — минимален. Это понятно. Ки-
тайское отделение издательства иностран-
ных рабочих в Москве выпускает только
массовую литературу, и то не всю, только
важнейшую. Китайское отделение “Край-
огиза” /Хабаровск/ издает для ликпункгов,
школ малограмотных и начальных школ.
Ленинская школа сейчас реорганизована в
4-годичную. Раньше почти совсем не было
образовательных предметов. Сейчас они
проходят в общем объеме полной средней
школы и рабфака, с дальнейшей тенденцией
к углублению, и политические специальные
дисциплины на китайском языке /военное
дело, спецпредметы по отделениям/ в объ-
еме соц.-экон. вуза — Комвуза. Понятно,
требуется огромная масса учебников и учеб-
ных пособий. Программы, составленные в
школе на иероглифике, нельзя отпечатать
на машинке, надо их печатать в литогра-
фии. Дальше, школа развертывает и должна
развертывать научно-исследовательскую
работу, а также по ряду дисциплин состав-
лять и печатать сама для себя учебники
/учебники по китайскому языку на новой и
старой письменности/, составлять хрестома-
тии, учебники по китайской литературе, по
истории Китая и т.д.». В 1936 году расходы
издательства составили почти 118 тысяч ру-
блей, в 1937 году — более 130 тысяч рублей.
Естественно, прежде чем напечатать
учебники и учебные пособия, их нужно было
написать, отредактировать, в случае необхо-
димости — профессионально перевести на
китайское иероглифическое и латинизиро-
ванное письмо.
Вся эта огромная работа, объем которой
просто не укладывается в голове, выполня-
лась в основном штатными сотрудниками
школы, иногда — внештатными препода-
вателями.
«Сводка об авторской и переводческой
работе преподавателей и научных работни-
ков Д.В. Китайской Ленинской школы на
1/Ш-1935 года
1. Носов — история ВКП(б); истмат.
2. Либов — китайская экономика; алгебра;
политэкономия: история Запада; арифме-
тика.
3. Валецкий — экономика Китая; поли-
тэкономия.
4. Врубель — физика для 8 года обучения;
физика для 9 года обучения.
5. Маякевич — история революционного
движения на Западе; учебник по военному
делу.
6. Ян-хин-шунь — учебник по диамату.
7. Гуйский — учебник по истмату.
Зав. Учебной частью Грудинин.
Зав. Издательской частью Кан-Ен-Бяк.
I. Ян-Хин-Шунь
1. Редактирование китайского перевода
“Людвиг Фейербах” Энгельса.
2. Составление лекций по диамату.
3. Письменная работа “Суньятсенизм и
Ленинизм”.
276
4. Редактирование китайского перевода
из учебника “Международное революцион-
ное движение”.
II. Борит
1. Перевод физической географии для
малограмотных.
2. Перевод физической географии для
начальной школы.
3. Перевод “Книги для чтения”.
4. Перевод географии для пятой группы.
5. Соавтор 2-й книги для чтения для мало-
грамотных.
6. Разные стихи, опубликованные в га-
зетах “Тихоокеанская Звезда”, “Красное
Знамя” и “Рабочий Путь”, и в сборнике,
изданном Дальгизом.
III. Валепкий
1. Перевод учебника по политэкономии.
2. Составление учебника на китайском
языке “Краткий курс политэкономии”
IV. Позднеева
1. Перевод китайской книги “Кровавая
неделя Дунфан Цзибай”.
2. Редакция перевода Лоу Цзян Нань
“Песнь бездомных Токио”.
V. Носов
1. Перевод учебного материала по рабо-
чему движению в эпоху империализма /из
журнала “Партучеба”/.
2. Перевод доклада товарища И.В. Ста-
лина на XVI партийном съезде.
3. Перевод “Революция 1848 года во
Франции и Германии”.
4. Перевод “История ВКП (б)”.
5. Перевод “Беседы о Ленинизме”.
6. Перевод “Материалистическая диалек-
тика — философия пролетариата”.
7. Составление “9 лет Октябрьской ре-
волюции”.
VI. Стаканов
1. Составление “Краткий курс по истории
Запада и Востока”.
VII. Врубель
Составленные книги:
1. “Физика для высшей ступени”.
2. “Физиология и гигиена человека”.
3. “Экономическая география капитали-
стических стран”.
Переведенные книги:
1. “Естествознание для 3-го года обучения”.
2. “Естествознаниедля4-гогодаобучения”.
3. “Биология для средней школы”.
4. “Естествознание для школ малогра-
мотных”.
5. “Памятка шахтера”.
6. “Химия для 6-го года обучения”.
7. “Химия для средней школы”.
Редактированные книги:
1. “Памятка лесоруба”.
2. “Как организовать бригаду на лесо-
сплаве”.
3. “Положение Японии и задачи Япон-
ской компартии”.
4. “Физика для 5-го года обучения”.
VIII. Либов
1. Составление учебника по математике
для Комвузов и Совтпартшкол. Утверждено
Крайоно.
2. Составление учебника по естествозна-
нию для Совпартшкол. Утверждено Крайоно.
3. Перевод “Экономика Китая”.
4. Перевод учебных материалов по эко-
номической политике.
IX. Тин-шань
1. Составление учебных пособий по ме-
тодике и организации партийного просве-
щения.
2. Перевод “Беседы о Ленинизме”.
3. Редактирование перевода учебных
материалов по Тайпинской революции и
революции 1911 года.
4. “Красный Октябрь” — учебник для
китайской детской школы, 1-я и 2-я части.
5. “Что говорил Ленин о колхозах и о
мелком крестьянском хозяйстве”. Перевод
статьи Н.К. Крупской.
6. Перевод “Работа рабкоров и редколле-
гий” — основные положения, утвержденные
4-м Всероссийским совещанием рабкоров и
селькоров.
7. Перевод по истории ВКП(б) из журнала
“Партучеба”.
8. Перевод “Советское движение в Ки-
тае”.
9. Составление “Методы и организация
партийной учебы на предприятиях”.
10. Составление “Вопросы о современ-
ном этапе Китайской революции”. На новом
алфавите.
11. Перевод “Очерк по истории ВКП (б)”.
12. Пьеса “Защита Шанхая” /ставилась
и ставится во Владивостокском китайском
театре/. Составил Тин-шань.
Зав. Учебной частью Грудинин».
277
«План
перевода и издания учебников и учебных пособий в издательской части
/литографии/ Д.В. Китайской Ленинской школы при Наркомпросе РСФСР
на 1936 год
1WIW Наименование учебников и учебных пособий Автор Год издания
I Алгебра, часть 2-я. Учебник для 8 и 9 классов средней школы А.П. Киселев Учпедгиз. 1935
2 Систематический курс геометрии, часть 2-я, стереометрия. Учебник для 8 и 9 классов средней школы Ю.О. Гурвиц и Р.В. Рангус Учпедгиз. 1935
3. Сборник задач по геометрии, часть 2-я, стереометрия для 8 и 9 классов средней школы Н. А. Рыбкин Учпедгиз. 1935
4 Физика, часть 2-я. Учебник для 7 класса неполной средней школы Р.И. Фалеев и А.В. Перышкин Учпедгиз. 1935
5 Химия. Учебник для 7 класса неполной средней школы В.Н. Верховский Учпедгиз. 1935
6 Учебник по военному делу для средней школы Бригада под редакцией Ф. Матросова Военгиэ. 1935
7 Зоология. Учебник для 6 и 7 класса средней школы М.Я. Циммерман Учпедгиз. 1935
6 Анатомия и физиология человека. Учебник для 8 класса средней школы А.Н. Кабаков Учпедгиз. 1935
9 Основы эволюционного учения. Учебник для 9 класса средней школы М.М. Беляев Учпедгиз. 1935
10 Экономическая политика. Учебник для вузов Н.С. Березин и С.Л. Кругликов Соцэкгиэ. 1935
II Физическая география СССР. Учебник для 8 класса средней школы Н.Н. Баранский Учпедгиз. 1935
12 Экономическая география капиталистических стран. Учебник для 8 класса средней школы Н. Винтер Учпедгиз. 1935
13 История древнего мира, часть 2-я. Учебник для 7 класса средней школы Е.А. Косминский Учпедгиз. 1935
14 Новая история, часть I-я. Учебник для 8 класса средней школы Н.М. Лукин Учпедгиз. 1935
15 Новая история, часть 2-я. Учебник для 9 класса средней школы Н.М. Лукин Учпедгиз. 1935
16 История колониальных стран. Учебник для 9 класса средней школы Н.М. Лукин Учпедгиз. 1935
278
17 Диалектический и исторический материализм* В.Н* Сарабьянов Учпедгиз* 1935
18 Педагогика* Учебник для педагогических техникумов. П.В. Шимбиров Учпедгиз* 1934
Литература, составляемая и издаваемая силами Школы
19 Античная философия Китая. Критическая переработка произведений по истории философии Китая — китайская философия Ху-ши-чжи Автор Ян-хин- шунь. Редактор Гуйский Китайская Ленинская школа* 1936
20 Краткий русско-китайский политический словарь по 3-3,5 тысяч слов Авторы Коляда и Лин—ян-у Редактор Восов Китайская Ленинская школа* 1936
21 Учебник китайского языка для подготовительного курса и I курса Китайской Ленинской школы Автор — Борит Редактор - Смидович Китайская Ленинская школа* 1936
22 Хрестоматия по китайской литературе для 2 и 3 курсов Китайской Ленинской школы Автор Смидович Редактор Позднеева Китайская Ленинская школа* 1936
23 Учебник китайской национальной унитарной стенографии Автор Лин-ян-у Редактор Смидович Китайская Ленинская школа* 1936
24 Составление учебников и отпечатка учебных материалов за отсутствием учебников в форме тезисов по разным дисциплинам Китайская Ленинская школа* 1936
25 Отпечатка программ учебных планов, рабочих планов Китайская Ленинская школа* 1936
Благодаря усилиям директора школы,
вся дополнительная интеллектуальная на-
грузка преподавателей стала дополнительно
оплачиваться.
«В Планово-Финансовый Отдел Нар-
компроса
...Силами одного штатного перевод-
чика план выполнить нельзя, потому что
переводчик, чтобы обеспечить удовлетво-
рительное качество перевода, должен в со-
вершенстве знать два языка и, кроме того,
сам предмет. В план включены учебники
по самым разнообразным специальностям.
Кроме этого план для одного переводчика
все равно большой, он не может с ним спра-
виться. Для этого мы можем только привле-
кать к переводу основную часть наших ква-
лифицированных преподавателей по своей
специальности в качестве дополнительной
нагрузки за отдельную плату...
Мы настоятельно просим отпустить нам
необходимую сумму как дотацию на пере-
вод стабильных национальных учебников.
Причем к переводу этих учебников мы уже
приступили. Учебники по ботанике, ариф-
метике и алгебре уже переведены полно-
стью, и приступлено к отпечатке. Учебник
по политэкономии на днях будет закончен.
Остальные в процессе перевода.
Приостановить же перевод впредь до
Вашего решения — это значит закрыть лито-
графию, т.к. квалифицированные работники
уйдут в поисках другой работы /мастер-ли-
тограф, каллиграфист/.
Ждем от Вас скорейшего положительного
ответа. Директор Гуйский».
279
КАУЕДРА по ИСТОРИИ КОМИНТЕРНА
МАТЕРИАЛЫ
к ЗАДАНИЮ.№3
ОГЛАВЛЕНИЕ:
1 Ленин —„Мы заплатили слишком дорого*
(Со6р. сомин, т. XX дополн. ^асть Л,
издан 192:6 г. Ст?». 501 - 505/
Я Ленин, —„О восхождении на высок-ле 'xpoi,
о вреде уныния, о пользе торгов-
ли , об отношении к <4емъшее*1кам
и т.п. (Заметки публициста).
(Собр. сон. т. XX дополн.^асть II,
иадеж. 1926 г. Стр. 485-49]).
Перевод Воробьевой
? j.
t ?
Ns 170. Образец печатной продукции типографии Китайской Ленинской школы. 1934 год
280
Ленин 6
О восхождении на высокие горы, о вреде уныния
О ПОЛЬЗА торговли,об отношении к меньшевиком
И ТП (Замётки публициста)(Собе сом. т. ХХдополну ч II,стр 485-49I).
. &<
ад -Л- • !*)*<*),
Нз -Я"
4 Е> £S'J О t - М АД £-* *-> *) 4 * л
5 ©4₽'9 A i] ig, ft’P ® ei<l»
#♦,iJ.|l|16Um. ИШ:Ж£ •
Г А »3a6tt Ж» ШИ А.#-< W? $М-
5 Л а е. JR.IT & АН »£*?* A ? X*2 % А
* 3->
) ТА6МДД^Д4<?']ААДА* >
A L К ЛТ А А <5) Й ^11
saw® , О •
®itfl ,
£ т АAJ-]ft а АД , Л$ Т -•й7-
?,1 *> ftЛЛГТ«5^Я ^6?А Ifyt — - tf s?
К Ъ $.&;& л fit A о J£ . v A #FT f Й
др*лд>< & , лр^?? i ®
Ns 171. Образец печатной продукции типографии Китайской Ленинской школы. 1934 год
281
Еще большую «разворотливость» И.Н. Гуй-
ский проявил в деле предварительной подго-
товки будущих потенциальных студенческих
«кадров» школы и в организации заочного об-
учения китайцев без отрыва от производства.
Заручившись поддержкой партийных орга-
нов, Иван Николаевич в 1935 году практиче-
ски принудил руководителей крупных пред-
приятий и учреждений, в штате которых было
много китайцев (Дальзавод, порт, железная
дорога и проч.), создать, оборудовать и содер-
жать пункты заочного обучения, оплачивать
труд преподавателей и стимулировать «тягу к
знаниям» у своих китайских работников.
«Краевая Китайская Ленинская школа
во Владивостоке — единственная школа,
которая готовит кадры китайских рабочих,
активных участников социалистического
строительства СССР.
Рост и строительство этой школы — по-
казатель результатов и победы правильного
проведения Ленинской национальной поли-
тики в государстве пролетарской диктатуры.
В Советском Союзе, особенно на Дальнем
Востоке, имеется много китайских рабочих,
большинство из них ударники производ-
ственного фронта, энтузиасты соцстроитель-
ства. Но их политическая грамотность и куль-
турный уровень чрезвычайно низки, потому
что в условиях господства буржуазии в Китае
они не получили образования, в особенно-
сти же коммунистического просвещения.
Поэтому широкое развертывание коммуни-
стического просвещения среди китайских
рабочих для усиления их энергии и самосо-
знательности в борьбе за выполнение планов
соцстроительства в настоящее время является
нашей самой боевой задачей. При проведе-
нии этой работы приходится сталкиваться с
большими трудностями, в первую очередь
из-за неудовлетворительности имеющихся
кадров. Так, например, недостаточно коли-
чество и качество руководителей китайских
рабочих, отсутствие на некоторых предпри-
ятиях инструкторов по китработе, несмотря
на то что мы имеем много предприятий, где
китайские рабочие составляют большинство.
Вопрос подготовки кадров китрабочих
является поэтому одним из основных зве-
ньев цепи, разрешающих нашу задачу.
Нам необходимо подготовить большое
количество высококачественных кадров
китайских рабочих. Известно, что плохое
или хорошее качество выпускаемых кадров
прежде всего зависит от качества студентов,
набранных при комплектовании нового
набора. Так, набор этого года был неудов-
летворительным как в количественном, так
и в качественном отношении, вследствие
низкого культурного уровня китрабочих, с
одной стороны, и вследствие того что парт- и
профорганизации производственных пред-
приятий не уделяли должного внимания
этому вопросу — с другой стороны.
С целью повышения общего культурного
уровня всех китайских рабочих наша школа в
настоящее время организует заочное обучение
китайских рабочих. Мы надеемся, что вы, уде-
ляя должное внимание вопросу повышения
образования китайских рабочих и оказывая
необходимую помощь, развернете работу по
заочному обучению китайских рабочих.
Эта задача является величайшей в деле
проведения Ленинской национальной по-
литики, мобилизации китайских рабочих на
борьбу за выполнение планов соцстроитель-
ства и содействие Китайской Революции, в
особенности Китайской Революции.
Ваше участие в деле развития заочного
обучения, кроме материальной помощи,
должно выражаться:
а) в популяризации заочного обучения,
его задач и методов работы;
б) в содействии организации консульта-
ционных пунктов и их оборудованию;
в) в продвижении заочного обучения в
широкие массы китайских рабочих путем
организации агитразъяснительной работы
через сообщения, доклады, собеседования,
газеты и т.д., также путем индивидуальных
разъяснений в целях содействия набору за-
очников из китайских рабочих;
г) вместе с этим необходимо поставить и
положительно разрешить вопрос о том, что-
бы учеба каждого заочника была признана
обязательной работой и была зачтена ему как
важнейшая и ответственная нагрузка. Разре-
шение этой задачи должно быть произведено
не самотеком, а в порядке организованной
борьбы за предоставление необходимого
времени для заочного обучения китайских
рабочих, включением этой работы в планы
работ вашей организации.
Директор Леншколы Гуйский».
282
Усилиями сотрудников Китайской Ле-
нинской школы была создана и активно
действовала в течение четырех лет китайская
секция при областном отделении Союза со-
ветских писателей.
«Китайская секция при областном ССП
организована в декабре 1933 года. В нее вош-
ли 22 молодых начинающих китайских писа-
теля Владивостока, в том числе 11 рабочих, 6
коммунистов и 5 комсомольцев. Большин-
ство из них работали на производстве, а сей-
час учатся в Китайской Ленинской школе.
Руководители секции товарищ Тынь
Шань (председатель), Позднеева и другие
приняли ряд энергичных мер для разверты-
вания массового литературного движения
вокруг секции. В феврале 1934 года вышел
первый номер литературной газеты (стенной
и настольной). Большинство членов секции
поместили в литературную газету свои пер-
вые литературные произведения.
Сейчас вышло уже шесть номеров китай-
ской литературной газеты. В них опубли-
ковано 19 стихов, 12 рассказов, 5 очерков,
4 пьесы и ряд критических статей и лите-
ратурных материалов. Из всех этих произ-
ведений 25 посвящено социалистическому
строительству на Дальнем Востоке — борьбе
и жизни шахтеров, грузчиков, колхозников,
пролетарского студенчества и 14 — героиче-
ской борьбе рабочих и крестьян за советскую
власть в Китае.
Лучшие из этих произведений — пьесы
“Шанхайская оборона” Тынь Шаня и “Шах-
тер” Цай Ена и Сосновского — пользуются
заслуженным успехом в китайском Театре
рабочей молодежи. Из стихов особенно вы-
деляются: “Ночь 1 мая в Шанхае” и “Крас-
ный шахтер” Борита, “Старик Петров” и
“Носильщик” Лин Сяо, “Друг-товарищ”
Ю Ешаня и “Субботник” Тынь Шаня. Из
прозаических произведений особенно ин-
тересны талантливый рассказ 18-летнего
комсомольца Тан Вен-юаня “Влияние”, по
многим признакам (в частности по языку)
свидетельствующий о своеобразном да-
ровании автора, и рассказ комсомольца Е
Мин-юаня “Ударный месячник” о грузчи-
ках-ударниках. Заслуживают также внима-
ния его рассказы “На берегах у мыса Чур-
кина”, “Возвращение домой”, “ЛиА-сань”
и рассказ “Детство” Са Ли. Лучшие из этих
произведений собраны в отдельный сборник
под редакцией китайского пролетарского
поэта Эми Сяо.
Наряду с выпуском литературной газеты,
проведен теоретический доклад. По статьям
М. Горького организованы дискуссии по во-
просу о языке. Но особого сдвига достигло
литературное движение в связи с приездом
в 1934 году Эми Сяо.
Товарищ Сяо провел две беседы с начина-
ющими китайскими писателями и литкруж-
ковцами и две творческие конференции, на
которых были обсуждены все выпущенные
молодыми китайскими писателями произ-
ведения и некоторые издания Дальгиза. Две
особых беседы по конкретным вопросам
театрального движения товарищ Сяо имел
с китайскими трамовцами. Трамовцы уже
показали, что их творческая работа способ-
на заменить старый феодальный китайский
театр. Но для ускорения этого процесса,
для того чтобы действительно использовать
театр как “одно из наиболее действенных
средств политического воспитания широких
масс трудящихся”, писатели должны еще
более тесно связаться с ТРАМом.
В массах китайских трудящихся множе-
ство таких, кто, еле-еле владея иероглифами,
уже стремится к изложению своих чувств и
мыслей на бумаге. Эта бурно растущая из
недр трудящихся масс культурная сила долж-
на быть выявлена и выдвинута при помощи
наших писателей.
У всех китайских писателей неотложная
задача — овладеть живым разговорным язы-
ком трудящихся, освободить его от классо-
во-чуждых речевых примесей и на основе
китайского латинизированного алфавита
создать новый пролетарский китайский язык.
Нет сомнения, что, приступив к разре-
шению этих важнейших задач, организовав
творческое соревнование между собою, ки-
тайские писатели под руководством партии
достигнут больших успехов в создании новой
китайской советской литературы...».
Вторым после Тынь Шаня председате-
лем китайской литературной секции был
X. Борит. Когда в конце 1937 года Борита
арестовали как «врага народа», это при-
вело к самым печальным последствиям
не только для писательской организации
и для его товарищей — «создателей новой
283
ВЫПИСКА
Не протокола К>1 выведения кафедры Китайского языка и литературы
от Т’Ч’о IX-IS37 года.
Присутствовали члены кафедры: т.т. иММДСВИЧ.БОГО'Г.ВАИЧМ-ЙИН.ЧЕН-
ТИ-ЦУНЬ, ЧВОУ-ТАН-СЮ, ГО-САН-ЦЫ, -ЛЯН-ЦА1., и ЧЖАН-С-ЦЫ.
С л у а л и : Сообщение тов. ОМИД ОНИ ЧА"О категории члена кафедры
преподователя Китайск. литературного языка тов.БОГОТА*
Постановили: Просить дирекцию школы и Нар ком пр о с РСФСР
для тов.БОГОТА, опытного преподавателя Кит.литературного
языка,большого знатока его, талантливого поэта,подающего
большие надежды и состоящего членам Союза Советских писа-
телей, присвоить категорию исполняющего обязанооти доцента
с подлинным верно:
Зав.Кафедрой Китайского языка
и литературы с?
/w.K.atoAcm/
Ns 172. Ходатайство о присвоении X. Бориту ученого звания доцента.
китайской советской литературы», а так же
коллег по школе. Во многих личных делах
репрессированных преподавателей и сту-
дентов школы особо отмечено: «имел связь
с арестованным НКВД Боритом», «имел
тесные отношения с Боритом», «участвовал
в гостях у Борита летом 1937 года»... и т.п.
Китайская Ленинская школа имела соб-
ственное подсобное хозяйство в районе реки
Пачихезы14.
Поначалу это был не очень большой уча-
сток пахотной земли, но постепенно он уве-
личился до весьма внушительных размеров.
«Постановление № 626 Президиума Вла-
дивостокского Городского Совета РК и КД
“О передаче 100 га земли на участке поль-
зования Китайского театра”
Принято Президиумом 10/VIII-1935 года
Учитывая, что в землепользовании Ки-
тайского театра имеется сверх его потреб-
ностей пахотоспособные земли, против
передачи которых другой организации
Китайский театр не возражает /сообщение
Китайского театра от 14/VII-c.r. за № 232/,
Горсовет постановляет:
1. Из участка земли пользования Китай-
ского театра выделить участок общей площа-
дью 100 га земли под пригородное хозяйство
Китайской Ленинской школы...
Председатель Горсовета Смолин.
Секретарь Горсовета Никеров».
К «посевной кампании» 1936 года Китай-
ский театр передал Китайской школе еще 50
гектаров земли.
н«Пачихеза - ныне река Кипарисовка (Надеждинский район Приморского края). До 1972 года это же название
носили поселок и железнодорожная платформа транссибирской магистрали, сейчас — Сиреневка. Расстояние
по дороге до райцентра, села Вольно-Надеждинское, — 9 км, до Владивостока — 45 км».
284
Сельскохозяйственными работами на
участке школы занимались по найму кре-
стьяне-корейцы под руководством заведую-
щего хозяйством — китайца Ли Вихо. Кроме
того, студенты и преподаватели в течение
года неоднократно выезжали на субботники
и обязательно осенью на сбор урожая.
«Пригородное хозяйство явно много по-
могло в деле питания студентов, являясь овощ-
ной базой для столовой. Кроме того, овощи
в столовую отпускались по дешевым ценам,
чтобы улучшить питание студентов. Снаб-
жение столовой овощами с рынка было бы
невозможно, во-первых, из-за высоких ком-
мерческих цен, а во-вторых, достать на рынке
овощи в нужном количестве не всегда воз-
можно. Фондов на овощи-продукты школе,
несмотря на обещание, так и не выделили...».
В 1937 году подсобное хозяйство в свя-
зи с высылкой из края корейцев пришло в
упадок.
«Годовой отчет Д/В Китайской Ленин-
ской школы за 1937 год... Необходимо отме-
тить, что с переселением корейцев, согласно
постановления Правительства, работникам
пригородного хозяйства, каковыми в боль-
шинстве были корейцы, выплачено двухне-
дельное выходное пособие и компенсация за
неиспользованный отпуск в сумме 8258 руб.
43 коп., что сметой предусмотрено не было.
Из-за сильной жары слишком затрудни-
тельна была доставка овощей с пригородного
хозяйства в школу, слишком затруднительно
было их хранение при реализации — в резуль-
тате школа понесла убыток от естественной
убыли и порчи овощей 4303 руб. 20 коп.».
В 1938 году подсобное хозяйство было
ликвидировано вместе со школой.
Как уже говорилось выше, Китайская
Ленинская школа, кроме видимой дея-
тельности, имела тайную, о которой знал
ограниченный круг лиц: она служила базой
подготовки квалифицированных разведчи-
ков для работы за кордоном, на территории
созданного японцами марионеточного госу-
дарства Маньчжоу-го и в оккупированных
Японией провинциях Китая.
Личный состав школы (именно так он
именовался в секретных документах) фор-
мировался не только из китайцев, имевших
советское гражданство и проживавших на
территории Дальнего Востока, но также из
граждан Китая и Маньчжоу-го, нелегально
прибывших в Советский Союз. Они-то и
были не студентами, а курсантами школы,
хотя и не выделялись из общей массы уча-
щихся.
Курсантами являлись не все учащиеся ки-
тайцы, а только бывшие агенты разведотдела
особой Краснознаменной Дальневосточной
армии (РО ОКДВА) и иностранного отдела
(ИНО) НКВД по Дальневосточному краю и
местных управлений госбезопасности.
В начале 1930-х годов разведывательными
органами СССР было отозвано с зарубежной
работы по разным причинам, в том числе
из-за угрозы провала и ареста, около 400
агентов — китайцев и корейцев.
Эти агенты оседали в основном во Влади-
востоке, в Ворошилове (сейчас — Уссурий-
ске), Спасске-Дальнем, Имане (сейчас —
Дальнереченске), Бикине, Хабаровске, Бла-
говещенске и Чите. Значительное число их
направлялось в различные учебные заведения
Дальневосточного края, среди которых особое
место занимала Китайская Ленинская школа.
Курсанты школы составляли оператив-
ный резерв, готовый к повторной перебро-
ске за кордон. Кроме того, они были «глаза-
ми и ушами» советских спецслужб в стенах
школы. Каждый из курсов в зависимости
от года обучения имел спецгруппу от 5 до
10 человек. Из них готовили руководителей
разведывательно-диверсионных резидентур,
агентов-маршрутников, занимавшихся раз-
ведкой маршрутов на территории Маньчжу-
рии, а также связников, доставлявших до-
несения резидентурам из Центра и обратно.
Сведения о некоторых таких курсантах
стали доступны в 1990-х годах.
Например — курсант Вэй Ляншан (он
же — Уй Ляншан), 1914 года рождения, — до
поступления в школу был агентом-связни-
ком разведотдела Отдельной Дальневосточ-
ной Краснознаменной армии, организовал
группу, занимавшуюся подпольной анти-
японской работой в Маньчжоу-го.
После разгрома организации японской
контрразведкой в ноябре 1934 года перешел
нелегально границу из Сахаляня в Благове-
щенск, а в 1936 году направлен разведотде-
лом армии на учебу во Владивосток.
285
Плщлск
4J.
МОСКВА, ЧИСТЫЕ ПРУДЫ, 6
Тел 1 • 05 • 00, доб
HIM
Директору Кита1ско1 Ленивско! шкоды
Согласно'указания Управления по начсоставу РККА
ff УНД/264939 от 31 августа у Эас высшая вневоЯсковай
подготовка,начиная с этого учебного года, должна прово-
диться по специальности переводчиков (по программе Раз-
ведупра).
Предлагаю по вопросу перехода на новую ециэль-
ность ВВП связаться и получиь все необход а ука-
зан яя из Штаба 01ГВА.
И,о.Начальн:*жа Управления
по образованию взрэслых-
Врвэ Начальника Спецотдела
/Ивэнов/
/Клян берг/
Ns 173. В последний год существования Китайской Ленинской школы весь ее «личный состав»
(не только курсанты, но и студенты) попал в сферу деятельности разведотдела ОКДВА. 1937 год
Другой курсант — Фан Шохуа (насто-
ящее имя — Ван Цзюньтоу), 1912 года
рождения, — агент разведотдела ОКДВА,
неоднократно переходивший границу.
Прибыл нелегально из Сахаляня в СССР в
конце ноября 1936 года и в начале 1937 года
направлен на учебу в Ленинскую школу.
Курсант Ван Вычин — с 1932 года боец
китайского партизанского отряда. Был
агентом ИНО УНКВД по Дальневосточ-
ному краю. Передавал сведения о япон-
ской армии в Маньчжурии, неоднократно
перебрасывался в Китай. В 1936 году был
зачислен в Ленинскую школу. После окон-
чания школы планировалась его перебро-
ска в Маньчжурию, но в 1938 году он был
арестован советскими органами госбезо-
пасности и расстрелян вместе со многими
другими репрессированными учащимися
Ленинской школы — героями антияпон-
ского сопротивления.
В целях секретности агенты-курсанты
находились в школе в основном под чу-
жими фамилиями.
В ныне рассекреченных личных делах
этих, вроде бы обычных студентов 1-го и
П-го курсов, для непосвященных — быв-
ших «рабочих», «грузчиков» и т.п., имеются
особые отметки о присвоении им званий
младших командиров запаса.
Кроме общевойсковой подготовки под
началом «временного комроты» Усенко,
стрельбы в тире и на полигоне, агенты, об-
учавшиеся в школе, два-три раза в месяц
посещали конспиративные квартиры, в
которых они проходили специальную под-
готовку, получая необходимые сведения
об армии противника, обучаясь правилам
конспирации, работе на рации и т.п. Осо-
бое внимание также уделялось их физиче-
скому развитию.
286
с. с. с р
н. к. о
мзвЕДнвпг:\\1
ОТДЕЛ
Директору Китайско-Ленинской Ш'^рМы
т.Г У М С К О М V. у
ОсобсА Краснознаменной
Дальнезос очной Армии
Прошу оказать содействие т.ЛАЗ’ЧЕНКО в
подборе необходимого нам человека.
Ns 174. Список курсантов Китайской Ленинской школы, отобранных для выполнения спецзадания
на территории Маньчжоу-го. 1938 год
В дополнение к обычным урокам физ-
культуры они посещали две спецсекции,
где под руководством тренеров Зыбалова
и Макстиса занимались боксом и тяжелой
атлетикой.
Работу с курсантами Китайской Ленин-
ской школы курировали в Приморском
областном управлении НКВД начальник
ИНО лейтенант госбезопасности Л .В. По-
пов и оперуполномоченный ИНО лейте-
нант госбезопасности П.М. Альтшуллер.
Школа представляла интерес не только
для РО ОКДВА и ИНО НКВД, но и для
контрразведывательного отдела (КРО)
Приморского областного управления
НКВД, который пристально следил за
многочисленными «братствами» и «земля-
чествами» китайских студентов, выявляя
агентов-двойников, засланных на терри-
торию Дальнего Востока.
Была ли при этом разоблачена реальная,
а не мнимая агентура японцев в период
репрессий 1937 - 1938 годов, теперь уже
установить невозможно.
«В Приморское Областное Управление
НКВД. 31/ХП-37 г. № 0/45
При этом препровождаем Вам копию
заявления от тов. Ян-Хин-Шуна на сту-
дента Чжао-Зы-Жен.
Директор школы Гуйский
Копия. По заявлению члена ВКП/б/Ван -
Чи-Фу студент П-го курса Чжао-Зы-Жен
очень интересуется подробностями спец,
работы у тех, которые связаны с этой рабо-
той. Не получив ничего от Ван-Чи-Фу, он
/Чжан-Зы-Жен/ стал ходить на дом к Ван-
Чи-Фу и спрашивал у его близких людей
о спец, работе. Ян-Хин-Шун. 26/ХП-37 г.
Копия верна: Директор школы Гуйский»
287
Ван Динсан
Ван Баои
У Точен
Суй Чин
Чжан Сюнсан
Као Хундчжан
Ли Ханте
Ку Зентян
№ 175. Студенты Дальневосточной Китайской Ленинской школы, арестованные НКВД в 1937-1938
годах. К сожалению, фотографии большинства репрессированных учащихся школы в архивных делах
отсутствуют.
288
Чжун Цинмин
289
Список арестованных бывших студентов Китайской Ленинской школы
от 28 марта 1938 года
Фамилия» имя и отчество Год рождения Соц. происхождение Партийность Откуда прибыл в СССР и время прибытия
УЙ-ЛЯН-ШАН 1914 Из крестьян Член ВЛКСМ Из Китая» провинция Шаньдун. 1934 год
ФАН—ШО—ХУА 1912 Из крестьян Б/п Из Китая» провинция Шаньдун. 1936 год
ВАН—ВЫ—ЧИН 1914 Из служащих Член ВЛКСМ Из Китая» провинция Гирин. 1936 год
ВАН-ВЕН-СИН /Ван-Цы-Бин/ 1914 Из крестьян Б/п Из Китая» провинция Гирин. 1936 год
ВАН-БАО-И 1908 Сын мелкого торговца Б/п Из Китая» провинция Бейпин. 1935 год
ВАН-ДИН-САН 1909 Из крестьян Член ВЛКСМ Из Китая» провинция Шаньдун. 1930 год
ЧЖАН—ЮЙ—ЦАЙ 1918 Из крестьян Б/п Из Китая» провинция Фунтян. 1935 год
КАО—ХУНД—ЧЖАН I9II Из крестьян Член ВЛКСМ Из Китая» провинция Шаньдун. 1931 год
У—ГО—ЧЕН 1906 Из крестьян Сочув. Из Китая» провинция Чилин. 1924 год
ЛЮ-ШУЙ-БИН 1912 Из рабочих Б/п Из Китая» из Харбина. 1935 год
СУЙ-ЧИН I9II Из крестьян Б/п Из Китая» провинция Гирин. 1935 год
сюй-дян-сян 1910 Из крестьян Член ВЛКСМ Из Китая» провинция Шаньдун» 1930 год
ЧЖУН-ЦИН-МИН 1903 Из служащих Сочув. Из Китая» провинция Шаньдун» 1931 год
ЧЖАН—СЮН—САН 1903 Из крестьян Б/п Из Китая» провинция Шаньдун. 1928 год
290
Где работал до поступления в школу Год поступления в школу и кем командирован Примечание
Станция Могоча, Районный комитет нового алфавита В 1936 году; Хабаровским Обкомом ВКП(б) по линии армии Имел связь с арестованным НКВД Ю-Ван- Гуй еще в Китае, до приезда в СССР, в Китае работал по линии армии. Арестован в 1938 году
Город Хабаровск, пригородное хозяйство штаба ОКДВА В 1937 году; по линии армии Имел связь с арестованным НКВД Цун-Тун Арестован в 1938 году
По приезду в СССР сразу поступил учиться В 1936 году; Приморским областным управлением НКВД Отец работает торговцем в Маньчжоу-го и служил полковником в Маньчжурской армии• Арестован в 1938 году
По приезду в СССР сразу поступил учиться В 1936 году; по линии армии, командиром в/части 1003 Компрометирующих материалов на Ван-Ци- Бин в дирекцию школы не поступало. Арестован в 1938 г.
По приезду в СССР сразу поступил в школу учиться В 1936 году; клубом 1-го Мая во Владивостоке Имел связь с арестованным НКВД Боритом, до приезда в СССР работал в партизанском отряде в Маньчжурии по линии Китайской компартии. Арестован в 1938 году
Город Владивосток, Дальзавод, Пед. рабфак В 1934 году; Гродековским погранотрядом Участник группы Сабурова. Арестован в 1937 г.
Город Хабаровск, штаб ОКДВА В 1935 году; по линии армии в/частью 1037 Компрометирующих материалов не поступало. Арестован в 1938 году
Город Хабаровск, Комитет нового алфавита В 1935 году; Дальневосточным комитетом нового алфавита Имел связь с арестованным НКВД Уй-Лян- Шаном и Боритом и с покончившим жизнь самоубийством Юан-Гуй-Лан. Арестован в 1938 году
Город Благовещенск, матрос парохода «Калинин», культпроп и комитет нового алфавита В 1934 году; по линии армии Брат арестован, других материалов нет. Арестован в 1938 году
Город Хабаровск, кирпичный завод В 1936 году; Коммерческим агентством Уссурийской ж.д. по линии армии Компрометирующих материалов не поступало. Арестован в 1938 году
Работал в Коммерческом агентстве Турий Рог В 1935 году; Коммерческим агентством Уссурийской ж.д. по линии армии Компрометирующих материалов не поступало. Арестован в 1938 году
Владивостокская база АКО — грузчик В 1933 году; Местком транспортно-складочной базы АКО по линии армии Компрометирующих материалов не поступало. Арестован в 1938 году
Город Владивосток, Экспортлес В 1936 году; ПОУ НКВД Имел близкое знакомство с Юан-Гуй-Лан. Арестован в 1938 году
Город Хабаровск, отдел штаба ОКДВА — спец, работа В 1935году; по линии армии Во время работы по линии армии был задержан японцами. Арестован в 1937 году
291
КУ—ЗЕН—ТЯН 1909 Из крестьян Б/п Из Китая, провинция Шаньдун» 1928 год
ЧЖАО—КУЙ—ДЯН 1912 Из крестьян Б/п Из Китая, провинция Хэбэй. 1931 год
СУН-ШИН—БИН 1901 Из крестьян Член ВКП/б/ Из Китая, провинция Шаньдун, 1907 год
у-юй-чив 1907 Из крестьян Б/п Из Китая, провинция Шаньдун, 1930 год
ЛИ—ХАН—ТЕ 1913 Из крестьян Б/п Из Китая, провинция Шаньдун, 1928 год
У-БИВ-ЦИВ / Дубовицкий/ 1909 Из крестьян Б/п Из Китая, провинция Шаньдун. 1927 год
Всего: 36 человек
Директор школы
Гуйский
Зав. секретным сектором Корж
«В Партком Китайской Ленинской
Школы
От члена ВКП(б) Ян-Хин-Шуна
Заявление
На заседании Парткома от 10/Х-1937
года тов. Егоров заявил, что раньше суще-
ствовавшая заграничная секция Китайской
Коммунистической Партии во Владиво-
стоке являлась контрреволюционной ор-
ганизацией, и требовал настоящую форму-
лировку записать в резолюцию Парткома
об исключении врага народа Носова из
партии.
Если формулировка тов. Егорова будет
правильной, то неизбежно возникает вопрос
о моем пребывании в партии, ибо я поли-
тически вырос в условиях существования
заграничной секции ККП и политическое
образование, по существу, мне дали члены
этой секции в Совпартшколе в 1925 — 1927
годах.
Исходя из того, что я знал, эта секция не
была контрреволюционной организацией,
нарушающей устав Коминтерна, которая
имела ряд сектантских ошибок, особенно в
воспитании кадров.
Заграничная секция — это исторический
продукт в процессе образования и развития
Китайской Коммунистической Партии. В
1921 — 1925 годах она была органом, через
который ЦК ККП мобилизовал коммуни-
стов-китайцев, находящихся за границей.
Эта секция непосредственно была подчине-
на ЦК ККП, и ее члены регулярно платили
членские взносы ККП.
Первая такая секция возникла во Фран-
ции в первых годах существования ККП.
После вступления ККП в Коммунистиче-
ский Интернационал наряду с коммуни-
стами из Китая большее количество членов
заграничной секции во Франции приехали
в Москву на учебу в КУТВ. С приездом
китайских коммунистов из Франции воз-
никла заграничная секция ККП в Москве.
В 1921 — 1925 годах во Владивосток прибыл
ряд членов ККП, в том числе те, которые во
292
Город Владивосток, АКО — грузчик В 1935 году; клубом 1-го Мая во Владивостоке по линии армии Компрометирующих материалов нет. Поздно пришел в СССР — нелегальным путем. Арестован в 1938 году
Прииск Незаметный В 1935 году; Месткомом золотых приисков Орочен- Алданского района ЯАССР Имел связь с арестованным преподавателем Боритом и передавал письмо от Накатова — Носову. Арестован в 1938 году
Сахалин, судоремонтная мастерская, комитет нового алфавита 1935 году; Сахалинским Обкомом ВКП/б/ в Когда работал на Сахалине, то к нему часто заходили японцы. Арестован в 1937 году
Город Владивосток, Далькожпром — сапожник, Влад, китайский ТРАМ В 1935 году; клубом 1-го Мая во Владивостоке Имел связь с арестованным братом. Арестован в 1938 году
Совгавань, Управление Особого Строительства — повар В 1935 году; по набору Имел широкое знакомство со многими китайцами• Арестован в 1938 году
Город Артем, забойщик на шахте. Город Владивосток, столовая № 3. Работа по линии армии В 1936 году; в/частью 1001 Компрометирующих материалов не поступало.Арестован в 1938 году
Франции и в Москве состояли в заграничной
секции ККП.
После своего прибытия они во Владиво-
стоке организовали заграничную секцию,
по-видимому, с разрешения ЦК ККП.
Во Владивостокской заграничной секции
ККП состояли Хо-Цзин-Лян /убит Чай-
Кай-Ши в 1927 году/, Ва-Чи-Яо /бывший
Зав. Китайским отделением СПШ/ и другие.
С 1925 года среди них был и Носов.
С 1926 года заграничная секция ККП
во Владивостоке имела большое попол-
нение за счет командированных Шанхай-
ским Комитетом и ЦК ККП. Среди этих
новых людей были Шанхайские рабочие
и работницы Ma-Сун, Лю-И, У-Лян-Цай
/ныне работает в Кустпромсоюзе/, Чжан-
Син-Хун /ныне исключенный из партии/
и другие.
Среди них были и китайские коммуни-
сты с образованием — тов. Тин-Шан /ныне
работает в Хабаровске/, Чен-Вей-И /Чехов,
ныне работает в Ленинской школе/ и дру-
гие. К концу существования заграничной
секции прибыл из Китая Эми-Сяо.
Члены заграничной секции состояли из
двух групп людей. Одна группа — это те,
которые имели партийный билет ВКП(б),
а другая группа — это те, которые являлись
только членами ККП.
Во главе секции до 1925 года стоял Хо-
Цзин-Лян, а с 1925 года — Лян-По-Ди и
Ван-Чи-Яо. Коммунисты, состоящие в двух
партиях, участвовали в партийной жизни
двух организаций и по два раза платили
членские взносы.
Собрание секции проводились почти
всегда закрыто, и, по рассказам ее членов,
на всех этих собраниях больше всего раз-
бирали вопросы о партийной жизни ККП
и прорабатывали директивы ЦК ККП. Об
этих собраниях тогда почти всегда знал Ки-
тайский актив, но не знали, по-видимому,
русские товарищи из партийных руководи-
телей Владивостока.
293
§ 21. О распределении студентов китайской ленинской школы.
Утвердить:
1. Чен-Бин-Шен—пред, колхоза им. „Сталина"—Гродековского р-на.
2. Ши Гун-Цай—пред, колхоза кмд „Сун-Ят-Сена" Бикинсх. р-на.
3. Чу-Шу-Фан—парторг и счетовод колхоза им. „Сун-Ят-Сен“ Бикинского
района.
4. Мостов—пред, колхоза им. „Бубнова и Ленина"—Покровск. район
5. Му-Ден-Цзы—парторг и счетовод колхоза им. „Сун-Ят-Сена“ Тамбов-
ского района Амурской области.
6. Цяо-Бай-Чуан, бригадир колхоза „Вторая пятилетка" Ивановского р-на.
7. Чжао-Фун-Шан -бригадир колхоза „День Красной армии" Покровского
района.
8. Ван-Цзин-Фу—парторг колхоза "Красный Восток" Шкотовского р-на.
9. Сун-Чен-Лин—парторг колхоза „Восточный рабочий" Тамбовского
района Амурской области.
По рабочему образованию на новом алфавите.
1. Чжао-Ши-Юн—Сучан стар, препод.
2. Бян-Гао—Артем—стар, преподав.
3. Чжан-Ден-Сянь, Владивосток Дальзавод старший преподаватель.
4. Го-Ю Владивосток „клуб—1-е мая"—преподаватель.
5. Лян-Ки-Хин—Экимчан, стар, преподаватель.
б. Ин-Чан-Син „ преподаватель.
7. Цу-Го-Чан—Тыгда преподаватель.
8. Юй Хун-Эн—Тетюхе^-стар. преподаватель.
9. Ван-Ды—Хабаровск—преподаватель.
10. Гао-Тен-Зун—Хабаровск стар преп. ДСМ.
Советская работа.
1. Ху-Шу-Тан—Крайпрокуратура.
2. Сун-Е-Тин—пред, с/совета дер. „Красный Перевал" Бикин, р-на.
3. Шан-Де Лин—Уполнацмен Влад. Горсовета.
4. Юань-Шу-Син—инстр. Шкот, райисполкома.
5 Ли-ден-Гао—Крайсуд.
б. Чжан-Ден-Юань—Амур* Облисполком—зав. кит. сектором.
Детские школы.
1. Ду-Вен-Сен—Влад. кит. пятилетка преподаватель.
2. Лю-Цзин-Чжен—Влад кит. пятилетка преподаватель.
3. Пак-Ван-Чен—Хабаровск—зав. кит. школой.
4. Кон-Сен-Хи—Влад, пятилетка—препЬдаватель.
Профсоюзная работа.
1. Цао Чен-Цун—Культраб. ЦМЗ рудник Тетюхэ.
2. Ким-Сен-Чу—Хабаровск зав. клуба им. Кантонской коммуны.
3. Чжан-Хун-Ко—варклубом им. „Ли-Да-Чжао“.
4 Ван-Пи-Кун—культработник—Облучье Сутарский прииск.
5. У-Юи-Тин—культработник H.-Майского райкома ЦМЗ Могочин. р-на.
Китайская Ленинская школа.
1. Ван-Ки-Мин—преподаватель китайского языка.
2. Тун-Ян-Цу—преподаватель математики.
3. Син-Син^Шан—секретарь уч. части.
1. Ли-Цзюи-Тин—редакция газеты ^Рабочий Путь*.
2. Ван-Цзы-Хо—Дальогиз латин, корректор.
3. Чжан-Хи-Куи—инструктор Союзпечати Хабаровск.
№ 176. Список выпускников Китайской Ленинской школы. 1934 год.
294
Все партийное руководство среди Китай-
ской части коммунистов во Владивостоке
в то время полностью было сосредоточено
в руках членов заграничной секции, и они
ставили тогда главную задачу — воспитание
кадров для работы среди китайских трудя-
щихся ДВ Края и выделение лучших из них
для ККП.
В выполнении этой задачи заграничная
секция допустила ряд грубейших сектант-
ских ошибок. Члены этой секции и воспи-
тываемые ею кадры /не члены секции, на-
пример курсанты Совпартшколы/ в каждой
мелочи своей личной жизни находились под
строгим контролем. Каждый день, или поч-
ти что каждый, проводили так называемое
“собрание критики”, где разбирались даже
самые мелкие вопросы личной жизни /кри-
тиковали, например, даже за то, что тот или
другой член организации не доел свой кусок
хлеба во время обеда в столовой, преследо-
вали тех, которые ухаживали за девушками
и т.д., и т.п./.
С 1926 года Исполнительный Комитет
Коммунистического Интернационала вы-
нес решение о ликвидации заграничной
секции ККП, и вопрос о ее ликвидации
окончательно разрешен на V съезде ККП
/IV-1927 года/. Получив указание ЦК ККП в
июне 1927 года, заграничная секция начала
свою ликвидацию. Последнее собрание для
завершения ликвидации состоялось на горе,
на Седанке, тайком от людей с участием ча-
сти актива из членов секции.
Это собрание проводили нелегально
руководители секции, исходили из следу-
ющего соображения: во-первых, решение
ИККИ состоялось уже давно и собрание уже
противоречит этому решению, во-вторых,
это собрание проводили нелегально потому,
что его организаторы боялись нападок со
стороны сторонников так называемого “зем-
лячества провинций Цзян-Су и Чже-Цзян”,
большинство из которых ныне исключены
из партии /Такчев, Малышев и другие/.
Собрание на горе является незаконным,
непосредственно в условиях Советской вла-
сти. Формально подходя к данному вопросу,
это собрание заграничной секции является
контрреволюционным, но по существу это
будет неправильным.
На этом собрании в качестве приглашен-
ного из не членов секции присутствовал и
я. На этом собрании разрешали в основном
вопросы, связанные с ликвидацией загра-
ничной секции. На этом собрании я не видел
никакого антисоветского или контрреволю-
ционного выступления.
Сторонники “землячества провинций
Цзян-Су и Чже-Цзян” называли загранич-
ную секцию второй партией и считали ее как
контрреволюционную организацию. Такая
оценка в корне неверна.
Верно то, что среди членов заграничной
секции некоторые впоследствии оказались
предателями /например Носов, Чжан-Син-
Хун и другие/. Но верно и то, что почти весь
руководящий состав заграничной секции во
Владивостоке оказались верными сынами
Китайского народа /Хо-Цзын-Лян, Лян-
По-Ди и другие/.
Так что заграничная секция ККП не
была контрреволюционной организацией,
и она являлась только парторганизацией
ККП с неправильными организационными
принципами, с точки зрения устава Комму-
нистического Интернационала, и с рядом
сектантских недостатков, перенесенных из
нелегальных условий партийной работы в
Китае.
Исходя из вышеизложенного я не считаю
себя воспитанником контрреволюционной
организации и не считаю своим преступле-
нием то, что я присутствовал на последнем
собрании заграничной секции ККП.
Я стоял и стою на правильной позиции
Ленинско-Сталинской партии большеви-
ков, боролся и буду до конца бороться за
окончательную победу Коммунизма.
Моя вина заключается только в том, что,
зная Носова с 1925 года, не сумел распознать
этого подлого врага народа, за что перед
партийной организацией несу полную от-
ветственность.
14/Х-1937 года. Ян-Хин-Шун».
Ян Хиншун (в некоторых документах —
Ян Синшун) — один из самых талантливых
преподавателей Китайской Ленинской
школы, выходец из китайских низов, мно-
го претерпевший в юные годы и многого
добившийся своим упорным трудом. Ян
Хиншун — автор большого числа научных
295
работ на китайском и русском языках, пе-
чатавшихся не только типографией школы,
но и центральными издательствами.
«Автобиография
Я родился в декабре 1904 года в Китае
/уезд Нин-юй в 50 верстах от города Нинбао
провинции Чже-цзян/. Отец работал камен-
щиком — наемным рабочим в городе Нинбао.
До 1916 года со своей матерью жил в де-
ревне. Учился три года в сельской школе и
окончил три класса. Из-за тяжелого матери-
ального положения в семье в июле 1916 года
с одним “земляком” — “дядей” — приехал
во Владивосток. Этот “земляк” во Влади-
востоке имел портняжную мастерскую, а я
у него с 1916 по 1920 год работал в качестве
ученика. В годы ученичества, кроме полу-
голодного питания, я ничего не получал.
После окончания ученичества в конце 1921
года я ездил на родину к родным. Тогда за-
стал только отца, а мать уже умерла. После
неудачных попыток устроиться на работу в
Шанхае в начале 1922 года я снова приехал во
Владивосток. С 1922 года по 1925 год работал
в качестве подмастерья и мастера в разных
частных мастерских города Владивостока.
После “скандала” с одним частным владель-
цем портняжной мастерской, у которого я
работал, был безработным и через некоторое
время поступил на работу в коллектив без-
работных-швейников при бирже труда. Это
было в первой половине 1925 года.
С 1924 года я начал посещать клуб имени
1-го Мая, где собирались китайские рабочие
и парт.-проф. актив. Осознав, до некоторой
степени, свое положение, в марте 1924 года
я поступил в профсоюз швейников, и в мае
1925 года меня приняли в комсомол. В сен-
тябре 1925 года Райком комсомола коман-
дировал меня на учебу во Владивостокскую
Совпартшколу.
В июне 1927 года я окончил китайское
отделение Владивостокской Совпартшко-
лы. Со времени окончания СПШ до апреля
1928 года работал в Окружном Отделе Труда
в качестве инспектора. С апреля 1928 года по
сентябрь 1929 года работал во Владивосток-
ском Окружкоме ВКП(б) в качестве заведу-
ющего китайской секцией. В конце сентября
1929 года был командирован Окружкомом
ВКП(б) и Окрисполкомом на централь-
ные курсы советского строительства при
ВЦИКе в Москве. В июне 1930 года я окон-
чил курсы Совстроительства, в августе 1930
года поступил на учебу в Академию комму-
нистического воспитания им. Крупской,
учился на факультете преподавателей обще-
ственных наук и после реорганизации АКВ
учился в Коммунистическом университете
преподавания общественных наук /КУ-
ПОН/, создавшемся из ФПОНа АКВ.
Летом 1933 года я окончил КУПОН и по
требованию ДВ Крайкома ВКП(б) ЦК пар-
тии через Наркомпрос меня командировали
на педагогическую работу во Владивосток.
Педагогическую работу по диамату я на-
чал в 1931 году в Москве, как педпрактику. В
1931/32 годах работал в Геологоразведочном
техникуме, в 1932/33 годах — в энергетиче-
ском институте и КУТВ в Москве. Во Вла-
дивостоке вел группы по диамату в ДВГУ.
В Китайской Ленинской школе преподаю
диамат и работаю в качестве заведующего
учебной частью средней ступени.
Член ВКП(б) с 1927 года.
Ян-Хин-Шун
12/XI-1934 года. Город Владивосток»
Не хочется давать оценку и даже предпо-
лагать о причинах, побудивших Ян Хиншуна
до такой степени «разоблачиться перед пар-
тией». Но то, что его заявление позволило
«карающим органам» раскрыть «антисо-
ветский заговор» большого числа «подлых
врагов народа», — несомненно. Наиболее
вероятно, что и сам Ян Хиншун, как и те, о
ком он писал, попал под «маховик» сталин-
ских репрессий.
В конце 1937 года в Приморском об-
ластном управлении НКВД были получены
письменные указания за подписями началь-
ника УНКВД по Дальневосточному краю ко-
миссара госбезопасности 3-го ранга Генриха
Люшкова и капитана госбезопасности Вы-
шковского об аресте 180 слушателей и быв-
ших выпускников Китайской Ленинской
школы и китайской совпартшколы, пре-
имущественно членов партии и комсомола.
По состоянию на май 1938 года список
арестованных преподавателей и студентов
Китайской Ленинской школы включал 72
фамилии. Число оставшихся на свободе сту-
дентов на это же время по всем отделениям
и по всем курсам составило всего 89 человек.
296
Как писал в июне 1937 года в своей до-
кладной записке в Далькрайком ВКП(б)
директор школы И.Н. Гуйский, школа
практически выбрала из китайского насе-
ления Дальневосточного края, которое за
последние годы не пополнялось, все лучшее
и способное к учебе. К 1938 году учить стало
некого, да и некому.
«Начальнику 9-го Отделения УГБ НКВД
5/XII-38 г. № 0-5
Здесь
В связи с ликвидацией ДВ Китайской
Ленинской школы прошу дать указание на
сдачу секретных материалов школы.
Директор школы: Гуйский.
Секретарь: Миронова».
Na 177. Памятник жертвам политических
репрессий возле старой рокадной крепостной
дороги в районе Седанки. В 2010 году
при строительстве новой магистрали Седанка -
Патрокл к саммиту АТЭС-2012 неподалеку
от него были вскрыты массовые захоронения
репрессированных; возможно, среди них
также находились казненные преподаватели
и студенты Китайской Ленинской школы.
2007 год
297
Выдающиеся китайские революционеры —
гости советского Владивостока
В 1920 — 1930-е годы Владивосток по-
сетили несколько выдающихся исто-
рических личностей Китая.
В августе 1927 года проездом в Москву
здесь побывала вдова, верный друг и сорат-
ник Сунь Ятсена — Сун Цинлин.
Имя китайского революционера-де-
мократа, вождя Синьхайской революции,
свергнувшей династию Цин, первого пре-
зидента Китайской республики Сунь Ятсена
было хорошо известно владивостокцам еще
в царское время.
Газета «Далекая окраина» опубликова-
ла в марте 1912 года статью под названием
«Мемуары доктора Сунь Ятсена», в которой
были приведены отрывки его воспомина-
ний.
«В молодые годы я занимался врачебной
практикой в португальской колонии Макао.
Политикой я не интересовался и даже сторо-
нился ее. Но однажды в Макао ко мне заехал
молодой китайский купец и сообщил мне,
что японцы наступают на Пекин.
Я не имел никакого представления о
событиях, предшествовавших вторжению
японцев, тем сильнее было мое удивление,
когда я услышал, что не сегодня-завтра
японцы будут хозяевами Пекина.
Вечером того же дня я сделался членом
Младокитайского союза...».
С этого момента началась патриотическая
революционная деятельность Сунь Ятсена.
После провала восстания в Кантоне в 1895
году ему пришлось эмигрировать из Китая,
долгое время жить в Японии, выдавая себя
за подданного микадо; затем была Англия и
другие страны, аресты и освобождения.
Владивостокская газета воспроизвела
одну из страниц его автобиографии, когда
Сунь Ятсену приходилось скрываться от
преследования китайских властей.
«За несколько дней до отхода моего паро-
хода в Японию ко мне в каюту зашел неиз-
вестный мужчина и, внимательно всматри-
ваясь в меня, сказал:
— Сунь! Сжалься надо мной, я нищий, у
меня жена и много детей.
— Хорошо, — ответил я, — мы друг друга
понимаем. Ты хочешь выдать меня и зара-
ботать на этом тысячу долларов?
— Больше, дорогой Сунь. Я хочу зарабо-
тать целых пять тысяч. Императрица Цзу-
Хуа заплатит за твою голову столько, сколько
я потребую. Но подумай только: она отрежет
тебе голову и бросит ее на съедение собакам.
Не лучше ли будет, если ты добровольно от-
дашь мне свою голову? Этим ты осчастли-
вишь меня и мою семью. Мы вечно будем
благодарны тебе за милость.
— Ты прав, моя голова, действительно,
ничего не стоит. Но мандарины ничего не
оставят тебе из тех пяти тысяч долларов,
твои дети останутся такими же нищими...
Слушай, Инь! Я телом и душой принадлежу
китайскому народу и каждому китайцу в от-
дельности. Я составляю с ним одно целое.
Выдавая меня, ты тем самым выдашь импе-
ратрице частичку своего “я”. Если ты с этим
согласен, иди и сообщи властям обо мне, я
не убегу...
Незнакомец бросился передо мной на
колени и стал умолять меня о прощении.
На другой день я узнал, что он от угрызений
совести повесился».
Сведения о Сунь Ятсене и позднее по-
являлись во владивостокских газетах, в том
числе и о созданной им национальной пар-
тии Гоминьдан с политической установкой
на три народных принципа: национализм, ’
народовластие, народное благосостояние.
После кончины Сунь Ятсена в 1925 году
партия Гоминьдан превратилась в «правя-
щую буржуазно-помещичью». О ее антина-
родной политике, о выделении из состава
партии левого крыла писали газеты уже со-
ветского Владивостока.
298
Через год после кончины Сунь Ятсена
во Владивостоке состоялось заседание, по-
священное его памяти: «Траурное заседание,
посвященное годовщине смерти вождя ки-
тайской революции СуньЯт-сена, состоится
12 марта в 4 часа вечера в помещении Ки-
тайского театра (Корейская улица, дом Ван
И-лина). Вход свободный».
Когда в августе 1927 года во Владивосток
в сопровождении «министра иностранных
дел Уханского правительства Евгения Чена»
прибыла Сун Цинлин — «виднейший пред-
ставитель левого Гоминьдана», — ее встреча-
ли с большой торжественностью.
«Сун Цинлин родилась в Шанхае в 1893
году, с 14 лет училась в США. С юных лет ее
политическим идеалом являлся Сунь Ятсен,
друг ее родителей, который на протяжении
десятилетий бесстрашно, с риском для жиз-
ни руководил китайским демократическим
движением и стал основателем первой Ки-
тайской Республики. По возвращении из
США в 1913 году Сун Цинлин работала се-
кретарем у доктора Сунь Ятсена и была его
верной соратницей. В 1915 году она стала
женой Сунь Ятсена. То было тяжелое время;
плоды революции были захвачены Юань
Шикаем — главой одной из милитаристских
клик, которого поддерживали иностранные
силы.
Последующие десять лет, постоянно на-
ходясь возле Сунь Ятсена, который в теоре-
тическом плане опирался на марксистский
анализ, сделанный Лениным в отношении
современного мира, она вела большую рабо-
ту и жила напряженной и опасной жизнью в
Японии, Шанхае и Гуанчжоу, где вместе со
своим мужем боролась за дело освобожде-
ния угнетенного народа. После смерти Сунь
Ятсена Сун Цинлин опубликовала его заве-
щание, которое облетело весь мир. Вскоре
после этого она от своего имени выступила
с осуждением правого крыла Гоминьдана,
отказавшегося от принципов Сунь Ятсена.
После кончины мужа Сун Цинлин про-
должала революционную деятельность,
твердо отстаивала завещанные Сунь Ят-
сеном политические установки — союз с
компартией, с Советским Союзом и опора
на трудящиеся массы. Тесно сотрудничая
с компартией Китая, она вела неустанную
борьбу против реакционного правого крыла
Гоминьдана».
Неудивительно, что посещение ею Вла-
дивостока, пусть и непродолжительное,
было воспринято местными партийными и
советскими руководителями как очень зна-
чимое политическое событие.
Газета «Красное Знамя» опубликовала
пространное интервью с Сун Цинлин.
«Мои политические взгляды известны
трудящимся Китая, а также поддерживаю-
щим их революционную борьбу трудящимся
всего мира по заявлению, сделанному мною
в Ухане, где я мотивировала свой уход из
уханьского правительства. В этом заявлении
я резко высказывалась против предатель-
ской политики по отношению к рабоче-кре-
стьянскому движению, которую сейчас про-
водят официальные вожди Гоминьдана. Это
заявление приобретает особое историческое
значение для китайской революции сейчас,
когда налицо соглашение между Нанкином
и Уханем, когда происходит некоторая кон-
солидация сил китайской национальной
контрреволюции.
Сделанное мною заявление ходом ре-
волюционных событий становится плат-
формой, той программой революционных
действий на ближайший период, вокруг
которой уже объединяются все истинно ре-
волюционные силы, все те, кто разобрался
в предательской политике правого Гоминь-
дана и кто узнал истинное лицо китайской
буржуазии...».
На вопрос журналиста о перспективах
китайского революционного движения Сун
Цинлин сказала:
«В упомянутом выше моем заявлении,
которое целиком разделяет левое крыло
Гоминьдана, я со всей категоричностью вы-
сказалась за сохранение союза Гоминьдана
с Китайской коммунистической партией, за
тесное сотрудничество с СССР, что является
основным условием для успешного проведе-
ния в жизнь заветов Сунь Ят-сена.
И сейчас, когда китайская национально-
либеральная буржуазия, руководящая в на-
стоящее время правым крылом Гоминьдана,
показала свое истинное предательское лицо,
когда это предательство уже стало очевид-
ным для широких масс трудящихся Китая,
в китайской революции наступил перелом.
299
Начинается новый фазис борьбы, озна-
менованный выступлением генералов Ли
Тина и Хо Луна, поддерживаемых револю-
ционными рабочими и крестьянами...».
Сун Цинлин выехала из Владивостока в
Москву 28 сентября 1927 года.
В Москве она сделала заявление, которое
было опубликовано в партийной прессе, в
том числе и владивостокской:
«Смерть застигла Сунь Ят-сена раньше,
чем он мог выполнить одно из своих завет-
ных желаний, а именно приехать в Москву и
здесь лично встретиться с сильными револю-
ционными друзьями Китая. Перед смертью
Сунь Ят-сен просил меня посетить Москву
вместо себя. Поэтому я и приехала, чтобы от
его имени и от имени революционных сил
Китая заверить Советскую Россию в том, что
мы воздаем должное сотрудничеству ее на-
родов в прошлом и выражаем нашу надежду,
что это сотрудничество будет продолжаться
и в будущем».
Имена Сунь Ятсена и Сун Цинлин были
широко известны и уважаемы в советском
Приморье.
Не случайно именем Сунь Ятсена был на-
зван один из первых совхозов края. В июле
1930 года о нем сообщала газета «Красное
Знамя»:
«Близ Никольска (сейчас — город Уссу-
рийск) на обширной присуйфунской рав-
нине расположился Михайловский совхоз
имени Сунь Ят-сена. Едущие в Хабаровск,
бросив взгляд влево от Дубининского разъ-
езда, легко различают его центральную
усадьбу, находящуюся в конце только что
выстроенной от разъезда, непривычной для
русского глаза, прямой как стрела, широкой
дороги.
Совхоз не зря получил в шефы вождя
первой китайской революции. Это самое
восточное из всех существующих социа-
листических имений, по отношению к ко-
торому почти весь огромный Китай лежит
на запад. И главное: продукцией этого со-
ветского хозяйства будет с будущего года
то, что издавна составляло специализацию
Китая — соевые бобы. Но там, за советским
рубежом, соя — продукт кустарно-индиви-
дуальных усилий, а здесь ее производство
ставится на научную базу.
В сущности, весь совхоз имени Сунь Ят-
сена — это в проекте огромная лаборатория
по изучению культуры бобов в новых усло-
виях, в условиях крупного машинизирован-
ного хозяйства...
Половина трактористов совхоза — быв-
шие бойцы славной Особой Дальневосточ-
ной армии, сумевшей добиться уважения к
себе даже в буржуазном лагере».
Некоторое время назад Приморское от-
деление Общества российско-китайской
дружбы выступило с инициативой установки
во Владивостоке мемориальной доски про-
должателю дела Сунь Ятсена, выдающейся
дочери Китая — Сун Цинлин. Разработка
проекта мемориальной доски была поручена
известному владивостокскому скульптору
Георгию Шароглазову.
№ 178. Сунь Ятсен и Сун Цинлин
300
Еще один видный деятель революцион-
ного движения Китая — Ху Хонмин, гене-
ралиссимус кантонских войск, дважды по-
бывал во Владивостоке в 1926 году.
Первый раз — в начале года, направляясь
в Москву, «для того чтобы ее практикой про-
верить верность своих взглядов, взглядов,
которые определяются следующим положе-
нием: все силы китайского народа должны
быть положены надело национального рево-
люционного освобождения от иностранного
империализма и своего — отечественного —
милитаризма».
Второй раз — в конце марта, на обратном
пути в Китай.
«25 марта в 4 часа дня прибывшего из
Москвы генералиссимуса кантонских ре-
волюционных войск и члена Кантонского
правительства Ху Хон-мина встречали на
вокзале представители советских и обще-
ственных организаций, Красной Армии и
Флота и отряд китайских пионеров...
Ху Хон-мин вышел из вагона в сопрово-
ждении членов Реввоенсовета Кантонской
армии. Поздоровавшись с встречающими,
Ху Хон-мин вместе с ними обошел выстав-
ленный почетный караул, к которому обра-
тился со следующим приветствием:
“Я счастлив видеть вас, представите-
лей Красной Армии и Флота. Сейчас я еду
из Москвы, где детально познакомился с
жизнью, учебой и бытом красного воина.
Моим величайшим желанием было бы,
чтобы Китай имел подобную же дисци-
плинированную, преданную своему классу
армию. Тогда трудящиеся Кантона очень
скоро освободились бы от беззастенчивой
интервенции.
Ваша Красная Армия, воспитанная в
гражданской войне, имеет славное прошлое.
Я нисколько не сомневаюсь, что в будущем
Красная Армия будет высоко нести знамя
революции”.
Громовое «ура» перекрыло шум вокзаль-
ной суеты. Ху Хон-мин направился к отряду
юных пионеров, которые приветствовали его
коллективным лозунгом на китайском языке
и пением «Интернационала».
С вокзала Ху Хон-мин отправился отдо-
хнуть, после чего в 6 часов вечера он при-
сутствовал на заседании горсовета».
На следующий день Ху Хонмин побывал
в расположении одной из войсковых частей
1 -й Тихоокеанской стрелковой дивизии, «где
принял военный парад с артиллерией, затем
отвечал на вопросы красноармейцев, попро-
бовал солдатские борщ и кашу, беседовал с
командованием».
27 марта 1926 года «Ху Хон-мин посетил
китайский театр, где был митинг китайцев.
Ху Хон-мин выступил с докладом. Были
приняты резолюции:
“...Долой империалистов, всех мастей
душителей свободы китайского народа. До-
лой их наемных палачей — Дуан Цзи-чжуня,
Чжан-Цзо-линя, У Пей-фу. Мы требуем от
кантонского правительства немедленной
активной борьбы против милитаристов
Китая”».
5 апреля Ху Хонмин был приглашен в
гости в Первый пионерский отряд имени
Карла Либкнехта и в Дальневосточный го-
сударственный университет.
На этих встречах присутствовал журна-
лист, благодаря репортажу которого стали
известны подробности визитов.
«В 12 часов дня Ху Хон-мин торопил свою
дочь “скорее ехать к молодым революцио-
нерам”.
Первая Речка. Нашу машину останавли-
вают выставленные пионерами часовые —
два пионера, — здороваются с гостями,
указывают шоферу дорогу и одновременно,
нисколько не смущаясь различиям в китай-
ском и русском языках, ведут оживленную
беседу с улыбающимся Ху Хон-мином и его
секретарем. У клуба выстроились две шерен-
ги пионеров...
Пионер приветствует Ху Хон-мина и
сообщает ему о постановлении отряда за-
числить его почетным пионером... ему по-
вязывают галстук.
Свое приветствие Ху Хон-мин говорит
около часа на китайском языке.
После речи осматривали три клуба раз-
ных пионерских отрядов. Один из клубов
носит имя Сунь-Ят-Сена. Но у детей нет его
портрета. Ху Хон-мин дает распоряжение
переслать портрет в клуб.
Прощание. Ху Хон-мин заявляет, что по
приезде в Кантон, он как почетный пионер
считает своей обязанностью организовать
кантонские пионерские отряды.
Через полчаса Ху Хон-мин в универси-
тете.
В кабинете китаеведения у него встреча
с деканом восточного факультета и другими
профессорами ДГУ. Затем гости прошли
в клуб, где при переполненной аудитории
301
профессор Рудаков произнес на китайском
языке приветственную речь.
Ху Хон-мин выступил с ответной речью.
Его избрали почетным студентом универ-
ситета. Затем осматривали университет.
Особое внимание товарища Ху Хо-мина
привлекла громадная библиотека и образ-
цовый порядок.
Из университета Ху Хон-мин отправился
на 1-й съезд профессиональных союзов».
Кроме профсоюзов, во время своего пре-
бывания во Владивостоке Ху Хонмин посе-
тил также редакцию и типографию газеты
«Красное Знамя», многие предприятия и
учреждения города.
В 1930-х годах Владивосток принимал
не только революционных политиков и
военачальников Китая, но также извест-
ного китайского революционного поэта,
литературоведа, писателя-публициста,
главного редактора нескольких журналов —
Эми Сяо.
Эми Сяо — творческий псевдоним Сяо
Аймэи, выходца из крестьянской среды де-
ревни Сянсян провинции Хунань.
Эми Сяо учился в одной Туньшанской
школе вместе с Мао Цзэдуном, с которым
основал «Академическое общество нового
человека».
Он рано начал писать, публиковался в
студенческой газете «Сян-цзан ревю», вы-
ходившей под редакцией Мао Цзэдуна.
Совместная учеба и общение с Мао при-
вели его в ряды китайских революционеров.
После окончания учительской семинарии
Эми Сяо три года работал учителем, при-
нимал активное участие в антияпонском
движении «4 мая 1919 года» и в движении
«Литературная революция».
Октябрьская революция в России оказала
на Эми Сяо большое влияние, он начал из-
учать марксизм-ленинизм.
В 1920 году в поисках заработка и обра-
зования Сяо уехал во Францию, прожил там
два трудных года; побывал также в Бельгии и
Германии. В 1921 году он вступил в компар-
тию Китая, а в 1922 году прибыл в Москву,
где был принят на учебу в Коммунистиче-
ский университет трудящихся Востока.
В 1923-м году Эми Сяо вступил в ВКП(б),
летом 1924-го приехал в Китай, где вел
подпольную партийную и комсомольскую
работу, в 1925-1927 годах был секретарем
Северного комитета Китайского коммуни-
стического союза молодежи и членом ЦК
комсомола, а также членом Шанхайского
комитета КПК.
В это время им были написаны многочис-
ленные статьи для партийных и комсомоль-
ских изданий, революционные листовки в
стихотворной форме и т.п.
В 1928 году Сяо возвратился в СССР,
редактировал журнал «Интернациональная
литература» на китайском языке. Эми Сяо —
автор ряда поэм о борьбе китайского народа
против японских захватчиков, о героизме
китайской Красной Армии, о мужестве бе-
зымянных бойцов, воевавших за свободу
Китая, о героизме испанского народа, сра-
жавшегося против франкистов, об интерна-
циональной солидарности международного
пролетариата.
Эми Сяо — один из инициаторов ла-
тинизации китайской письменности,
переводчик гимна «Интернационал» на
китайский язык, автор массовых песен и
стихотворений, написанных на народном,
простом и ясном языке, зачастую в старой
народной, но нередко и в совершенно но-
вой форме.
«Я пишу, — подчеркивал он в предисловии
к книге своих стихов, — самым популярным
языком и во многих статьях прибегаю к ста-
рой народной форме, конечно, с новым со-
держанием, чтобы литература действительно
была массовой».
После освобождения Китая и создания
Китайской Народной Республики Эми
Сяо занимал ряд высоких постов в области
культуры и музейного дела, международного
культурного обмена, был членом националь-
ного комитета Всекитайской ассоциации
работников литературы и искусства, уча-
ствовал в движении сторонников мира.
В 1930-х годах Эми Сяо дважды побывал
во Владивостоке.
Первый его приезд состоялся в конце
апреля — начале мая 1934 года и вызвал
большой резонанс среди владивостокских
китайцев. Благодаря недавно найденным
запискам преподавателя Китайской Ленин-
ской школы М.К. Смидовича, печатавшим-
ся в газетах в то время с существенными со-
кращениями, мы можем узнать интересные
детали о кипучей деятельности Эми Сяо во
Владивостоке и его влиянии на китайских
рабочих.
302
«Вечер, какого не было в Китае.
В громадном зале сидит тысячная армия
китайских пролетариев, бывших кули и ра-
бов полуколониального Китая. Они сидят
и “занимаются” литературой. Это самое со-
бытие — соединение кули с литературой для
гоминьдановских господ, их иностранных
друзей и всех предшествовавших властите-
лей старого Китая — есть величайшая гру-
бость, есть удар всему духу старой китайской
культуры и конфуцианства. Ведь кули — это
живой инвентарь, а литература — дело
священное, дело “его императорского ве-
личества”.
Но это, конечно, не помешало господ-
ствующим классам всячески проповедовать
среди народных низов феодально-реакци-
онную литературу /вроде: “кто тебе даст по
морде по правой стороне, ты подставишь
ему еще и левую сторону”/ для укрепления
своего “многотысячелетнего господства”.
С другой стороны, господствующие клас-
сы уделяли и уделяют большое внимание
борьбе с революционной литературой. Вот
сейчас Чан Кайши показал себя сверхакти-
вистом в этом отношении. Он рубил головы
революционных литераторов, закапывал
их живыми в землю. Он по-гитлеровски
сжигает всю литературу революционного
характера, вплоть до всякой книги в крас-
ной обложке. Он запретил всякую русскую
литературу, в том числе и “Дуэль” Чехова,
ибо “дуэль” в китайском переводе есть “ре-
шительная борьба”.
Но приехав в СССР, страну пролетарской
диктатуры, бывшие китайские рабы стали и
станут сознательными строителями социа-
лизма, хозяевами великого советского госу-
дарства. Они ликвидируют вековое наследие
культурной отсталости, перестроят свой быт
на новый социалистический лад. Им теперь
уже нельзя жить без литературы.
Вот почему на литературный вечер в ки-
тайском театре пришли свыше тысячи ки-
тайцев рабочих. Они пришли с Дальзавода,
с Эгершельда, с Морфлота, с АКО базы и
других производственных участков города
Владивостока. Они с невиданной напря-
женностью слушали доклад своего родного
поэта Эми Сяо о литературе. Слово “лите-
ратура” звучит новым, совершенно еще не-
привычным для китайских рабочих. Но наш
поэт, художник слова, умеет говорить так,
что это слово казалось совершенно понят-
ным и близким для каждого малограмотного
и неграмотного китайского рабочего.
Характер этого вечера, подлинно исто-
рического значения, сам по себе определил
одну из основных задач, стоящих перед
китайскими писателями, — стать лицом к
“настоящим героям и творцам новой жиз-
ни — рабочим и крестьянам, без шума и
треска строящим заводы и фабрики, шахты
и железные дороги, колхозы и совхозы, соз-
дающим все блага жизни, кормящим и оде-
вающим весь мир» (Сталин). Таких героев
у нас много. Среди китайских трудящихся
есть бывшие красногвардейцы и красные
партизаны, дравшиеся с интервентами за
Октябрь. Есть известные по всей стране ге-
рои труда — прекрасные люди революции.
Есть и такие труженики, которые приехали
из Китая еще тридцать лет тому назад, все
время жили в дальневосточной тайге и до
последнего времени не знали того, что они
находятся в СССР и что в Китае уже давно
не существует маньчжурская династия. На-
конец, к нам почти каждый день приходят из
Китая люди, только что вырвавшиеся из-под
угрозы голодной смерти или вынужденно
покинувшие фронт классовой борьбы. Они
несут новейшие и интереснейшие сведения
о кошмарной жизни и героической борьбе
трудового китайского народа. Они прояв-
ляют величайший интерес ко всему, что ви-
дят в советской стране, больше того — они
борются как раз в таком своеобразнейшем
крае, как Дальний Восток, где невиданны-
ми темпами проходит коренная переделка
в экономике и сознании людей в прямой
смежности со сложнейшим узлом между-
народных противоречий и под постоянной
непосредственной угрозой вооруженного
нападения извне.
Все это — интереснейшие для китай-
ских писателей объекты и темы, о кото-
рых следует писать. Но наши писатели,
особенно “старые”, меньше всего об
этом писали. До последнего времени они
привыкли писать о “худшей стороне ки-
тайцев”, их “герои” — выходцы из самой
отсталой прослойки китайских трудя-
щихся. В одном и том же тоне бесконечно
пишут они еще о страданиях китайского
крестьянства. Конечно, нужно писать и
об этом, но давно пора уже воспитывать
массы путем показа образцов новой жиз-
ни передовиков-героев.
303
Пора воодушевлять китайское крестьян-
ство на борьбу против угнетателей показом
в произведениях культурной зажиточной
жизни, хотя бы, например, членов колхоза
“Кантонская коммуна”.
Китайские писатели теперь же должны
приступить к художественному жизнеопи-
санию лучших людей революции — героев
труда, ударников фабрик и полей, старых
китайских красногвардейцев и красных
партизан. Подлинные герои и творцы новой
жизни должны стать центральной фигурой
китайской литературы.
Китайские рабочие, участники этого
вечера, сразу же поняли всю важность ли-
тературы, усвоили, что литература, литера-
тура пролетариата, есть острейшее орудие
для борьбы против буржуазии, орудие для
переделки своего мозга. Вот восторженно
выступил на трибуне грузчик из АКО базы,
ему горячо аплодировал весь зал. Выступил
и работник из Морфлота. Они горячо при-
ветствовали своего любимого поэта, клялись
и призывали всех китайских рабочих: “Нам
надо скорее это литературное орудие взять”.
Они также горячо аплодировали моло-
дым китайским поэтам Владивостока. Слу-
шание стихов казалось им еще менее при-
вычным, чем слушание пекинских песен.
Но кто-то из рабочих критически говорил,
что пекинские песни слушать приятно-то
приятно, но слова пекинских песен чужие,
а наши стихи — наши слова. Вот почему они
аплодировали своим молодым поэтам.
Вечер заканчивается постановкой пьесы
нашего лучшего литературного ударника,
товарища Тынь Шаня “Шанхайская оборо-
на”. На сцене молодые китайские рабочие —
актеры Театра рабочей молодежи.
Жесточайшая классовая борьба... Под-
судимый коммунист задушил гоминьда-
новского судью... Одобрительные аплодис-
менты всего зала... Убитый судья посажен
подсудимым на свой “пост”, и он, судья, как
будто еще кивает своей головой, когда “под-
судимый” коммунист перед побегом ложно
восклицает: “Очень большая благодарность
за спасение жизни. До свидания, господин
судья!”... Смеется восторженно весь зал...
Чанкайшистский агент пошел на фронт и
агитирует оборонцев отступать. Возмущен-
ные оборонцы скрежещут зубами и стреляют
по агенту... Вновь горячие одобрительные
аплодисменты всего зала.
Вечер закончен. Зрители еще сидят и
спрашивают: “Еще что будет?”
На улице майский владивостокский ту-
ман. Рабочие уходили из театра и расходи-
лись по улицам. Веселые лица встречаются
с холодным ветром. Рабочие делятся впе-
чатлениями:
— О, какой замечательный доклад. Я
первый раз слушал такой понятный доклад,
каждое слово я понял.
— Да, мы обещали ему... У нас пять чело-
век можно организовать в кружок.
— Ван Юни тоже хорошо прочел свои
стихи.
— Я завтра перепишу свои стихи и пошлю
в литературную стенгазету...
— А я завтра пойду в русский театр...
— Трамовцы сейчас гораздо лучше играют,
но у них еще немало недочетов...
— А ты говорил на заседании художе-
ственного совета? Ты же выбранный его
член.
— Но совет не собирается, я уже один
распросил. На днях нужно его обязательно
созвать.
— Некоторые трамовцы говорят на сцене
еще плохо, не четко. Некоторые говорят, как
читают книгу... Играют наживо...
— Но, по-моему, у пьесы тоже есть про-
мах. Я думаю, что вторая картина излиш-
няя, ибо организация обороны Шанхая,
руководящая роль китайской компартии в
шанхайской обороне, борьба Гоминьдана с
оборонцами уже показаны в первой картине,
а героическая борьба на фронте и подрыв-
ная деятельность Гоминьдана с тыла и на
фронте уже показаны, хотя слабо, в третьей
картине. А вторая картина содержит один
судебный процесс /тоже борьба Гоминь-
дана с оборонцами/, излишний и даже не-
множко странный процесс, — хотя у врагов
есть немало дураков... Мне кажется, вторую
картину можно заменить другим эпизодом
из жизни Шанхая в тот момент. Например
отображением взаимоотношения империа-
листов в Шанхае в это самое время...
На улице усиливается туман, ветер, сы-
рость. Но в эти часы в китайском театре
Владивостока совершено большое дело.
Китайские рабочие советского Дальнего
Востока, бывшие рабы полуколониального
Китая, впервые в истории горячо клялись о
взятии в руки “литературного орудия”.
304
Это, несомненно, означает начало мас-
сового движения китайских рабочих за со-
циалистическую литературу. Впереди еще
огромный путь. Надо крепко работать,
чтобы в ближайшее время на Дальзаводе,
на Эгершельде и в других местах появились
китайские литературные кружки, литера-
турные страницы при стенгазетах... Чтобы
на литературном вечере выступили рабочие
поэты с производства и они в будущем тоже
будут так же известны и так же любимы, как
наш Эми Сяо».
О другом приезде поэта во Владивосток
сообщала газета «Красное Знамя» 16 февраля
1937 года.
«Эми Сяо во Владивостоке
Вчера из Хабаровска во Владивосток при-
был известный китайский революционный
поэт Эми Сяо. В беседе с нашим корреспон-
дентом тов. Эми Сяо сообщил:
— В Хабаровск я приехал по приглашению
Дальневосточного комитета нового алфа-
вита для помощи в латинизации китайской
письменности.
Эта работа проводится на Дальнем Вос-
токе уже больше пяти лет. По новому ки-
тайскому алфавиту уже обучено несколько
тысяч китайских рабочих и колхозников.
Большинство пунктов по ликвидации не-
грамотности среди китайских трудящихся
пользуется только новым алфавитом.
Из разных провинций и городов Китая
получено множество одобрительных отзы-
вов о латинизированном китайском алфа-
вите. На новом алфавите выходит уже около
20 журналов, издано много политических и
научных брошюр, художественной литера-
туры, в том числе и ряд моих произведений.
В Китае имеются два книжных магазина,
которые продают исключительно латини-
зированные издания.
Недавно 700 общественных культурных
деятелей Китая — профессора, писатели —
обратились ко всему китайскому народу с
призывом латинизировать китайскую пись-
менность. В числе других это обращение
подписали четыре члена ЦК Гоминьдана.
Под обращением есть и подписи президента
Китайской академии наук Цай Юань-пэя,
недавно умершего великого китайского
писателя (“китайского Горького”) Ду Синя
и Сунь Фо (сына Сунь Ятсена).
Последний раз я был на Дальнем Вос-
токе в 1934 году, участвовал в конферен-
ции писателей Дальневосточного края.
№ 179. Эми Сяо. 1937 год
Теперь приехал, чтобы познакомиться с но-
выми китайскими авторами и помочь им в
их творческой работе.
Во Владивостоке предполагаю пробыть
недели две. Хочу ознакомиться с реперту-
аром Дальневосточного китайского театра
перед его гастролями по СССР.
Непременно побываю в районах При-
морья. В частности, в Сучане, Артеме и
Шкотово.
В китайских колхозах я познакомлюсь с
передовиками борьбы за высокую урожай-
ность сои и других сельскохозяйственных
культур, расскажу колхозникам о китай-
ской литературе, запишу новые колхозные
песни.
На Сучане есть немало шахтеров — ки-
тайских трудящихся, работающих там уже
много лет. Их жизнь и работа меня особен-
но интересует в связи с моими творческими
планами.
Надеюсь, что в ближайшее время смо-
гу поделиться с читателями “Красного
Знамени” моими впечатлениями о росте
культуры среди китайских трудящихся
Приморья».
305
источники
1. Отчет по Морскому Ведомству за 1870-1873 годы, Санкт-Петербург, 1874. Стр. 167-168;
2. Сборник главнейших официальных документов по управлению Восточной Сибирью.
Издано по распоряжению генерал-губернатора Восточной Сибири Д.Г. Анучина. Иркутск:
Типография Штаба Восточно-Сибирского военного округа, том 2, выпуск 2,1883. Стр. 78;
3. С.Н. Южаков. Дважды вокруг Азии. Путевые впечатления. Санкт-Петербург, 1894. Стр. 23;
4. Д.И. Шрейдер. Наш Дальний Восток (Три года в Уссурийском крае). С.-Петербург:
издание А.Ф. Девриена, 1897. Стр. 12-16, 22-26, 48-49, 60-64;
5. Л. Баторевич. Адрес-календарь города Владивостока на 1898 год. Типография при
управлении Уссурийского казачьего войска, 1898. Стр. 99-100;
6. Адрес-Календарь крепости Владивостока Приморской области на 1900 год. Владивосток:
Типография Приморского Областного Правления, 1900. Стр. 202;
7. Г.Т Муров. Люди и нравы Дальнего Востока. От Владивостока до Хабаровска (путевой
дневник). Томск, 1901. Стр. 53-56;
8. А.В. Даттан. Исторический очерк приамурской торговли. Москва, 1897. Стр. 80, 85-86;
9. Систематический сборник постановлений Владивостокской Городской Думы за
1901-1912 гг. Составлен Ревизионной Комиссией Владивостокской Городской Думы.
Владивосток: Элекгро-типография «Владивостокское Печатное Дело» Г.Ф. Ветовецкого,
1913. Стр. 202-203, 374-375, 422, 545, 547;
10. И.С. Кларк. Спутник по Сибири, Маньчжурии, Амуру и Уссурийскому краю. Выпуск I.
Владивосток: Типография Приморского Областного Правления, 1906. Отдел III.
Стр.50-52;
11. Отчет Владивостокского Морского Общества за 1909-1913 годы. Выпуск 1. Владивосток,
1914. Стр. 72, 149;
12. Фотоальбом «В память пятидесятилетия основания города Владивостока и присоединения
Уссурийского края». Электро-типография и цинкография газеты «Далекая Окраина»,
1910. Стр. 11, 102;
13. Торгово-промышленный справочник города Владивостока и его пригородов.
Владивосток, 1912. Стр. 99-266;
14. С.В. Витковская. Кругом Земли. Путевые воспоминания. Санкт-Петербург. 1915.
Стр.365-366;
15. В.Е. Глуздовский. Приморско-Амурская окраина и Северная Маньчжурия. Владивосток,
1917. Стр. 122;
16. Владивосток (сборник исторических документов 1860-1907 гг.). Владивосток: Приморское
книжное издательство, 1960. Стр. 37-38;
17. А.М. Буяков. Китайская Ленинская школа во Владивостоке в 30-е годы: страницы
истории.//Российское Приморье и Китайская Народная Республика на рубеже третьего
тысячелетия: современное состояние и перспективы сотрудничества. Владивосток, 1999.
Стр. 107-109;
18. Е.Н. Чернолуцкая. Конец «Миллионки»: ликвидация китайского квартала во Владивостоке
(1936 г.). Россия и АТР, 2000. Стр. 25-31;
19. Е.И. Нестерова. Китайское консульство во Владивостоке. Вестник ДВО РАН. № 1, 2002.
Стр.46-48;
20. А.И. Петров. История китайцев в России. 1856-1917 годы. Санкт-Петербург, 2003.
Стр. 491-496, 534-537;
306
21. Е.Н. Чернолуцкая. Китайские буддисты в Приморье до и после советизации края
(1900-1930-е гг.)//Конфессии народов Сибири в XVII-начале XX веков: развитие и
взаимодействие. Материалы всероссийской конференции. Иркутск: издательство
«Анонс», 2005. Стр. 274-284;
22. Известия Российского государственного исторического архива Дальнего Востока.
Сборник научных трудов. Том IX. Владивосток. 2005. Стр. 231-232;
23. Дальний Восток России в материалах законодательства. 1890-1895. Российский
государственный исторический архив Дальнего Востока. Владивосток, 2006. Стр. 119-121;
24. М.М. Пришвин. Дальний Восток (путевой дневник 1931 год). Журнал «Рубеж». № 6.
Владивосток, 2006. Стр. 209;
25. Т.З. Позняк. Водоснабжение дальневосточных городов и китайцы-водоносы (вторая
половина XIX — начало XX в.)//История освоения Россией Приамурья и современное
социально-экономическое состояние стран АТР. Материалы международной
конференции. Часть 2. Комсомольск-на-Амуре, 2007. Стр. 205-211.
26. В.Г. Дацышен. Из истории латинизации китайской письменности в СССР. Благовещенский
государственный педагогический университет, 2010.
27. Газета «Владивосток». 13 февраля 1893 года;
28. Газета «Владивосток». 22 августа 1893 года, № 34. Стр. 7;
29. Газета «Владивосток». 29 мая 1894 года;
30. Газета «Владивосток». 4 июня 1898 года, № 21. Стр. 4;
31. Газета «Владивосток». 3 ноября 1902 года, № 45;
32. Газета «Владивосток». 22 августа 1903 года, № 34. Стр. 6;
33. Газета «Приамурские Ведомости». 20 июня 1899 года;
34. Газета «Приамурские Ведомости». 10 января 1912 года;
35. Газета «Далекая окраина». 23 ноября 1911 года;
36. Газета «Далекая окраина». 29 июля 1912 года;
37. Газета «Дальний Восток». 16 апреля 1895 года;
38. Газета «Дальний Восток». 19 апреля 1895 года;
39. Газета «Дальний Восток», 27 августа 1900 года, № 102. Стр. 2;
40. Газета «Дальний Восток». 3 октября 1903 года, № 219. Стр. 3;
41. Газета «Дальний Восток». 27 сентября 1908 года;
42. Газета «Дальний Восток». 28 июля 1909 года;
43. Газета «Красное Знамя». 5 июля 1925 года, № 150. Стр. 2;
44. Газета «Красное Знамя». 11 июля 1925 года, № 155. Стр. 3;
45. Газета «Красное Знамя». 21 августа 1925 года, № 189. Стр. 4;
46. Газета «Красное Знамя». 28 августа 1925 года, № 195. Стр. 2;
47. Газета «Красное Знамя». 14 января 1926 года, № 8. Стр. 3;
48. Газета «Красное Знамя». 6 декабря 1926 года, № 208. Стр. 4;
49. Газета «Красное Знамя». 4 сентября 1927 года, № 202. Стр. 4;
50. Газета «Красное Знамя». 22 сентября 1927 года, № 217. Стр. 2;
51. Газета «Красное Знамя». 26 января 1928 года, № 127. Стр. 4;
52. Газета «Красное Знамя». 22 мая 1928 года, № 117. Стр. 5;
53. Газета «Красное Знамя». 9 февраля 1929 года, № 34. Стр. 3;
54. Газета «Красное Знамя». 5 мая 1929 года, № 101. Стр. 4;
55. Газета «Красное Знамя». 11 июля 1929 года, № 155. Стр.4;
56. Газета «Красное Знамя». 28 августа 1929 года, № 195. Стр. 4;
57. Газета «Красное Знамя». 2 октября 1929 года, № 227. Стр. 4;
307
58. Газета «Красное Знамя». 9 мая 1936 года, № 104. Стр. 4;
59. Газета «Красное Знамя». 20 мая 1936 года, № 113. Стр. 4;
60. Газета «Красное Знамя». 30 мая 1936 года, № 122. Стр. 4;
61. Газета «Красное Знамя». 29 декабря 1936 года, № 299. Стр. 4;
62. Газета «Красное Знамя». 16 февраля 1937 года, № 39. Стр. 1;
63. Газета «Красное Знамя». 8 января 1938 года, № 4. Стр. 3;
64. Российский государственный исторический архив Дальнего Востока (РГИА ДВ).
Фонд 1, опись 1, дело 727, листы 1, 9-14, 20-26, 32-33, 55-58;
65. РГИА ДВ. Фонд 1, опись 1, дело 1475, листы 2, 6, 16, 21, 26, 31, 34;
66. РГИА ДВ. Фонд 1, опись 1, дело 1548, лист 95;
67. РГИА ДВ. Фонд 1, опись 1 дело 1928, листы 1-5;
68. РГИА ДВ. Фонд 1, опись 1, дело 5757, листы 1-4;
69. РГИА ДВ. Фонд 1, опись 2, дело 1091, лист 13;
70. РГИАДВ. Фонд 1, опись 2, дело 1268, листы 1, 5, 8-15;
71. РГИАДВ. Фонд 1, опись 4, дело 917, листы 36-37;
72. РГИАДВ. Фонд 1, опись 4, дело 1035, листы 45, 55, 133, 176, 180;
73. РГИАДВ. Фонд 1, опись 4, дело 1114, листы 194, 197;
74. РГИАДВ. Фонд 1, опись 5, дело 1178, листы 1-3;
75. РГИАДВ. Фонд 1, опись 7, дело 781, листы 71, 77;
76. РГИАДВ. Фонд 1, опись 7, дело 908, листы 3, 16;
77. РГИА ДВ. Фонд 1, опись 8, дело 887, листы 24-26;
78. РГИА ДВ. Фонд 28, опись 1, дело 2, лист 28;
79. РГИА ДВ. Фонд 28, опись 1, дело 4, лист 72;
80. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 8-а, листы 97, 110;
81. РГИА ДВ. Фонд 28, опись 1, дело 27, лист 16, 79;
82. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 52, листы 1-2;
83. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 162, лист 25;
84. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 165, лист 84;
85. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 173, листы 29, 31;
86. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 176, лист 38;
87. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 204, листы 162, 246;
88. РГИА ДВ. Фонд 28, опись 1, дело 224, лист 40;
89. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 234, листы 11-12, 17,31-32,42-44,74,76,80,228-234;
90. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 259, лист 18;
91. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 348, лист 30;
92. РГИА ДВ. Фонд 28, опись 1, дело 377 часть II, лист 1;
93. РГИА ДВ. Фонд 28, опись 1, дело 450, лист 14;
94. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 504, листы 83-84;
95. РГИА ДВ. Фонд 28, опись 1, дело 559, лист 21;
96. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 579, лист 188;
97. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 582, лист 149;
98. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 586, листы 19, 159;
99. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 595, листы 134-137, 188;
100. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 599, лист 153;
101. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 606, часть II,лист 535;
102. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 652, листы 14-16, 18-21, 25;
103. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1, дело 618, листы 65-66, 268;
308
104. РГИА ДВ. Фонд 28, опись 1, дело 698, лист 32;
105. РГИА ДВ. Фонд 28, опись 1, дело 842, листы 6-7;
106. РГИАДВ. Фонд 28, опись 1,дело 1142, листы 1,4-8, 12, 18, 31;
107. РГИАДВ. Фонд 159, опись 1, дело 3, листы 92-93, 100-101;
108. РГИАДВ. Фонд 159, опись 1, дело 5, листы 46-47, 64-68,111;
109. РГИАДВ. Фонд 159, опись 1, дело 15, лист 163;
110. РГИАДВ. Фонд 702, опись 3, дело 17; листы 21, 38-40;
111. РГИАДВ. Фонд 702, опись 3, дело 190, лист 3;
112. РГИАДВ. Фонд 702, опись 3, дело 514, листы 5-18;
113. РГИАДВ. Фонд 702, опись 7, дело 41, листы 1-3, 5-10;
114. РГИАДВ. Фонд Р-27, опись 1, дело 12, лист 71;
115. РГИАДВ. Фонд Р-Ю2, опись 1, дело 1, листы 6, 9, 11-12, 29,31,33,95, 117, 125, 129;
116. РГИАДВ. Фонд Р-102, опись 1, дело 4, листы 2, 4-5, 7;
117. РГИАДВ. Фонд Р-102, опись 1, дело 23, листы 8-10, 12;
118. РГИАДВ. Фонд Р-102, опись 1, дело 65, листы 1-5, 13, 104;
119. РГИАДВ. Фонд Р-102, опись 1, дело 86, листы 1, 27, 30-31,46,48, 78-80, 86, 90, 95-97;
120. РГИАДВ. Фонд Р-102, опись 1, дело 102, лист 21;
121. РГИАДВ. Фонд Р-102, опись 1, дело 157, листы 6, 28;
122. Государственный архив Приморского края (ГАПК). Фонд 1, опись 1, дело 34, лист 39;
123. ГАПК. Фонд 1, опись 1, дело 93, листы 13-16, 59-63;
124. ГАПК. Фонд 1, опись 1, дело 99, листы 35-39;
125. ГАПК. Фонд 8, опись 1, дело 2, лист 7;
126. ГАПК. Фонд 25, опись 4, дело 1, листы 24, 51;
127. ГАПК. Фонд 25, опись 4, дело 13, листы 7-8;
128. ГАПК. Фонд 25, опись 5, дело 66, лист 3;
129. ГАПК. Фонд 25, опись 6, дело 1, листы 6а-6е, 7;
130. ГАПК. Фонд 25, опись 6, дело 4, листы 2-16;
131. ГАПК. Фонд 78, опись 1, дело 8, листы 52-56;
132. ГАПК. Фонд 85, опись 7, дело 24, лист 128;
133. ГАПК. Фонд 1506, опись 1, дело 14, листы 92-98;
134. ГАПК. Фонд П-1, опись 1, дело 462, листы 48-50, 294-298;
135. ГАПК. Фонд П-3, опись 1, дело 254, лист 79;
136. ГАПК. Фонд П-3, опись 1, дело 602, листы 37-40;
137. ГАПК. Фонд П-3, опись 1, дело 840, листы 1-3;
138. ГАПК. Фонд П-67, опись 1, дело 148, листы 113, 261;
139. ГАПК. Фонд П-85, опись 1, дело 1в, лист 26;
140. ГАПК. Фонд П-85, опись 1, дело 206, лист 166;
141. ГАПК. Фонд П-86, опись 5, дело 7, лист 31;
142. ГАПК. Фонд П-1190, опись 1, дело 9, листы 1,11;
143. ГАПК. Фонд П-1190, опись 1, дело 13, листы 15-21;
144. ГАПК. Фонд П-1190, опись 1, дело 36, листы 1-4;
145. ГАПК. Фонд П-1190, опись 1, дело 75, листы 5-8;
146. ГАПК. Фонд П-1190, опись 1, дело 88, листы 1-11;
147. Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Фонд 909,
опись 1, дело 486, листы 43-44,49;
148. РГА ВМФ. Фонд 909, опись 1, дело 503, лист 30.
309
ОГЛАВЛЕНИЕ
Глава 1.
Значение китайцев в развитии Владивостока,
его экономической и хозяйственной жизни ......................... 7
Глава 2.
Первые государственные представители Китая
во Владивостоке ................................................ 82
Глава 3.
Места компактного проживания китайцев;
китайские кварталы во Владивостоке ............................. 93
Глава 4.
Общественная жизнь, праздники и
развлечения китайцев во Владивостоке .......................... 171
Глава 5.
Религиозная жизнь китайцев во Владивостоке .................... 203
Глава 6.
Медицинское обслуживание китайцев;
китайская больница во Владивостоке ............................ 223
Глава 7.
Русско-китайская школа во Владивостоке ........................ 235
Глава 8.
Китайская Ленинская школа во Владивостоке ..................... 248
Глава 9.
Выдающиеся китайские революционеры —
гости советского Владивостока ................................. 298
310
Авторы:
Дмитрий Алексеевич Анча
Нелли Григорьевна Мизь
КИТАЙСКАЯ ДИАСПОРА ВО ВЛАДИВОСТОКЕ: СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ
Издание второе дополненное
Редактор:
О.В. Анча
Корректоры:
Л.В. Чубаева, М.М. Асташкина
Графическая обработка иллюстраций:
А.В. Гринченко
Отпечатано с оригинал-макета, представленного авторами,
минуя редподготовку в «Дальнауке»
Оригинал-макет:
Д.А. Анча, П.Ю. Степаненко, А.Л. Баташев
Макет обложки:
А.Л. Баташев
Подписано в печать 08.05.2015 г.
Печать офсетная. Формат 60x84/8. Бумага мелованная.
Усл. п. л. 39,0. Уч.-изд. л.38,45. Тираж 1000 экз. Заказ 37
ФГУП «Издательство Дальнаука»
690041, г. Владивосток, ул. Радио, 7
Отпечатано в Информационно-полиграфическом хозрасчетном центре
ТИГДВОРАН
690041, г. Владивосток, ул. Радио,7