(ВСЕМІРНАЯ ХРЕСТОМАТІЯ).
ТОМ!. X
8aas»иаЯ aasarststич%
НЕКРАСОВЪ
и
ЕГО
СОЧИНЕНІЯ.

ЛИТЕРАТУРНАЯ
ДѢТСКАЯ БИБЛЮТЕКА"
СВСЕMIPHAfl ХРЕСТОИATІЯі.
ТОМЪ X.
НИКОЛАЙ АЛЕКСѢЕВИЧЪ
шюшъъ
и
ЕГО СОЧИHЕHIЯ.
MopitBrt.
Твпографія и. И. Родзевича. Нотровеа, д. Крод. Общества.
1883.

A UTVfUI? ffïf!J САУН^г^
1
X
"
Доаволено цснауроіі. Москва, 1-го сеігг. 1883 г.
5~78Ц)С
*)t

КНИГА
ИМЕЕТ:

НИКОЛАЙ ШКСШИЧЪ H[KPAC0ß*b.

Николай Алексѣевить Некрасовъ
и
ЕГО СОЧИHЕHIЯ.

Николай Алексѣевичъ Некрасов*
и
ЕГО СОЧIIHЕHIЯ.
Николай Алексѣевичъ Некрасовъ родился
22 ноября 1821 года въ одномъ изъ неболь-
іпихъ мѣстечекъ Подольской губерніи, гдѣ
тогда квартироваль нолкъ, въ которомъ слу-
жилъ маіоромъего отецъ Алексѣй Сергѣевичъ,
женатый на варшавской урожденкѣ- Алек-
сапдрѣ Андреевнѣ Закревской. У отца Ни-
колая Алексѣевича, было очень большое се-
мейство (13 человѣкъ дѣтей), а между тѣмъ
состояніе было довольно ограниченное, онъ
имѣлъ одно только небольшое имѣніе въ Ярос-
лавской губерніи, село Гремпево. ІІо выходѣ
въ отставку, Алексѣй Сергѣевичъ поселился
въ этомъ имѣніи и но предложенію дворянъ
занялъ должность уѣзднаго исправника. Разъ-

6
ДЪТСКАН БИБЛІОТЕКА.
ѣзжая по дѣламъ службы, Алексѣй Сергѣевичъ
отъ скуки очень часто бралъ съ собою vaлень-
каго своего сына Николая Алексѣевича, ко-
торый такимъ образомъ съ раннихъ лѣтъ озна-
комился съ бытомъ и нуждами нашего ііро-
стопародія. Въ 1832 году, Николай Алек-
сѣевичъ былъ отданъ отцемъ въ ярослав-
скую прогимназію, гдѣ и оставался до 5-го
класса. Проведя все свое дѣтство въ де-
ревнѣ, онъ и во время учепія возвращался
туда же при кйждояъ удобномъ случаѣ:
воспою—на пасху, лѣтомъ—на каникулы,
зимою—на святки. Понятно, что окружав-
шая дѣтство Некрасова сельская природа
много оставила въ памяти его прелестпыхъ
картинъ, которые онъ и рисовалъ въ гіослѣд-
ствіи въ своихъ ноэтическихъ стихотворепіяхъ.
Въ 1838 году, отецъ отправилъ Николая
Алексеевича въ Петербурга для онредѣлепія
въ Дворяпскій иолкъ. Съ нріѣздомъ въ С. -Пе-
тербурга для молодаго Некрасова началась'
новая жизнь. Хотя опредѣленіе въ Дворян-

ДѢХСКАЯ r.HRJÎIO-IKKA.
7
СКІЙ IJO.IK'b и было почти рѣпіепо, но но со-
стоялось, благодаря тому, что Некрасовъ
встрѣтился въ Петербург!; съ своимъ ярос-
лавскими. товарищем'!. Глушицішмъ, ун вер-
сишсвииъ отудевтомъ. Эта;встрѣча и зна-
комство сь ирофеосороіъ духовной семина-
ріи, Дмит. Иван. Усненшімъ, имѣли рѣ-
шающее значеніе на судьбу Некрасова. Глѵ-
шицкій и Усаенскій возбудили вт, немъ такую
охоту учитьея, что онч. рѣшился поступить
т. уннверситетъ, не смотря ва гнѣвъ отца,
откааавшагося давать матеріальную под-
держку. Такое рѣшеніе воаможпо при су-
ществованіи въ молодомъ челокѣкѣ сильной
воли. И здѣсь она проявилась впервые, на
иерекоръ всякимъ аанрещеніямъ.
Друзья, Глушицкій в Успенскій, ваяли
на себя нриготовленіе Некрасова ко вступи-
тельному экзамену въ уннверситетъ, и Успен-
скій нанимался съ нимъ съ такимъ успѣхомъ,
что иавѣстный тогда нрофессоръ римской
словесности Фейтагъ, очень требовательный

ДЪТСЙАЯ ВИВЛІОТККА.
латинистъ, иоставилъ ему на пріемномъ экза-
менѣ изъ латинскаго языка самую лучшую
отмѣтку; но въ физическихъ наукахъ самъ
почтенный филологъ Успенскій былъ слабъ,
и это отразилось роковымъ образоиъ на его
ученикѣ: Некрасова» чувствовала,, что изъ
физики онъ не можетъ получить отмѣтки
выше единицы. Это-бы еще пичего, такъ
какъ одна единица въ то время не была про-
пятствіемъ къ ностунленію въ университетъ;
но бѣда заключалась во томъ, что льготная
единица была уже пріобрѣтена на экзамеиѣ
изъ географіи у проф. Касторскаго.
Въ виду такого печальнаго обстоятельства
Яекрасовъ рѣшился явиться къ ректору П.
Л. Плетневу и откровенно высказать ему
свое ноложеніе: онъ противъ воли отца по-
етуиаетъ въ университотъ, и теперь, если его
не принутъ въ число студентовъ, его поло-
женіѳ будетъ отчаянное. Плетне въ справился
о нрочихъ отмѣткахъ, отлично рекомендо-
вавшихъ юношу, желавпіаго притомъ посту-

ДѢТСКАЯ БИВЛІОТККА.
9
пить на философскій факультетъ (нынѣ исто-
рико-филологическій), и обнадежилъ Некра-
сова обѣщаніемъ ходатайствовать за него въ
совѣтѣ. На оспованіи этого обѣіцанія, Не-
красовъ совсѣмъ ne явился па экзамепъ изъ
физики, a вслѣдствіе того въ совѣтѣ о немъ
не было и рѣчи. Къ тому же и Плетиевъ
не всномпилъ о пемъ, во послѣ, Dpn сви-
даніи, убѣждалъ его nee-таки не оставлять
университета и поступить вольнослушателемъ.
Некрасовъ сначала не рѣшался, по нослѣ
вторичной встрѣчи съ ІІлетневымъ подалъ
прошеніе. Такъ началась университетская
жизнь Некрасова, продолжавшаяся въ те-
ченіи 1839—1841 годовъ. Некрасовъ по-
селился на Малой-Охтѣ; средства къ жизни
приходилось добывать уроками, корректурой
и литературными попытками. О томъ, ка-
ково было магеріальпое положеніо Некрасова
въ это время, скажемъ его словами: «При-
ходилось голодать буквально, по какой апііе-
титъ тогда былъ—ужасъ!

10
ДѢТСКАЯ БНКЛІОТЕКА.
«Задолжал» я солдату па разъѣзжей 45
руб. Стоялъ у него въ дерснянпомъ флигель -
кѣ. Голодъ, холодъ, а тутъ еще горячка.
Жильцы посылали меня ко всѣмъ чертямъ.
Однако я выздоровѣлъ, но жить было не-
чѣмъ, а солдата, прпстаетъ съ деньгами. Я
кое-какъ ютдѣлываюсь, говорю, что приш-
лютъ. Разъ онъ приходить ко мнѣ и начи-
наеть ласково: «Напишите, что вы мнѣ долж-
ны 45 руб., а въ залогъ оставляете мнѣ
свои вещи». Я былъ радъ и сейчясъ же
удовлетворилъ его просьбу. Ну, думаю себѣ,
горе съ плечъ долой. Отправляюсь къ прія-
телю на Петербургскую сторону и сижу до
ноздяяго вечера. Возвращаюсь домой, вдо-
воль наговорившись и совершенно увѣренный
въ томъ, что солдатъ мепя не скоро тепері,
потревожить. Дворникъ проиустилъ меня съ
улыбкою: извольте, молъ, попробуйте идти.
Подошелъ я къ флигельку и стучусь.
—
Кто вы?—спраіпиваетъ солдата,.
•— Постоялецъ вашъ, Некрасова», отвѣчаю

Д-ЬТСКАЯ Г.ИГ.ЛЮТКК А.
11
—
Наши постояльцы всѣ дома, говорить
солдап.
—
Какъ, говорю, всѣ дома: я только-
что пришслт.
—
Напрасно, говорить, безпокоились; вы
вѣдь отъ квартиры отказались, а вещи въ
залогь оставили...
Что было дѣлать? ІІробовалъ браниться,
кричать—ничего не помогло. Солдатъ остался
нснреклоненъ.
Была осень, скверная, холодпая осень,
пронизывающая до костей. Пошелъ я но ули-
цаиъ, ходила., ходидъ, усталъ страшно и ирп-
сѣлъ на лѣсенкѣ одного магазина; на мяѣ
была дрянная шипел шика и саржевые панта-
лоны. Горе такъ проняло меня, что я за-
крылъ лицо руками и плакалъ. Вдругъ слы-
шу шаги. Смотрю— иищіе ст. мальчиком'!..
«Подайте Христа-ради>, потяпулъ маи.чиіст.,
обращаясь ко мнѣ и останавливаясь. Онъ
не собрался еще съ мыслями, что сказать,
какъ старикъ толканулъ мальчика:

12
ДЪТСКАЯ ВПКЛІОТЕКА.
—
Что ты? Не видишь развѣ, онъ самъ
яъ утру окоченѣетъ. Эхъ, голова! Чего ты
здѣсь? продолжалъ старикъ.
—
Ничего,—отвѣтилъ я
—
Ничего. Ишь, гордый. Нріюту яѣтъ,
видно? Пойдеіъ съ нами.
—
Не пойду. Оставьте меня.
—
Ну, но ломайся. Окоченѣешь, говорю.
Не бойся, пе обидимъ. —Дѣлать печего —но-
ше.гь. Пришли въ 17 линію Васильевского
острова и вошли въ большую комнату, пол-
ную нищими, бабами и дѣтьми. Въ одномъ
углу играли въ три листа. Стари къ подвелъ
меня къ играющимъ.
—
Вотъ грамотный, сказалъонъ.—a прі-
ютиться некуда. Дайте ему водки. Иззлбъ
весь.
Я пыпилъ полрюмки. Одна старуха пост-
лала постель, подложила подъ голову поду-
шечку. Крѣпво и хорошо уснулось. Когда
проснулся, нъ комнатѣ никого пе было, кро-
мѣ старухи. Она обратилась ко мнѣ: «на-

ДѢТСКАЯ ВНВЛІОТЕКА.
13
пиши мнѣ аттестата, а то безъ него плохо».
Нанисалъ и іюлучилъ 15 конѣекъ.»
Это ноказаніе самого Нскрасава о своемъ
житьѣ-бытьѣ въ первое время своего пре-
быванія въ Петербургѣ даетъ весьма яркую
картину той обстановки, гдѣ слабая натуры
гибнуть массами, а сильная, оригинальная
личпостн выковываются въ героевъ.
Въ ото трудное время своей жизни Нико-
лаи Алексѣевичъ, изъ-за насущнаго куска
хдѣба, давалъ уроки, запимался корректур-
ными работами и нереводами статей для раз-
ныхъ журналовъ. ІІомѣщая въ жѵрналахъсвои
работы, H.A . перезнакомился почти со всѣми
литераторами того времени и самъ сталъ пи-
сать стихи, но стихи его (изданная имъ въ
1840 году нодъ общимъ заглавіемъ «Мечты
и Звуки») были очень плохи. Въ этихъ сти-
хахъ не было ничего самостоятельпаго, и только
въ 1847 году, когда Николай Алексѣевичъ
вмѣстѣ съ ГІпнаевнмъ сталъ издавать жур-
налъ «Современника.», появились въ печати

14
Д'ВТСКАЯ БИБЛЮТЕКА.
его прекрасный произведепія, проникнутая
неиоддѣльною любовью къ народу.
Вообще И. À . ІІекрасовъ былъ русскій
народный ноэтъ, народный не популярностью
своего имени въ массѣ, а по самому существу
его поэзіи, по содержанію и языку. Онъ не
можетъ быть сравниваем!, ни съ Пушкиным'!,,
ни съ Лермонтовым'!. —поэтами съ гораздо
больщимъ талантом!., н ему принадлежит'!, осо-
бое мѣсто въ русской литератур!.. Его про-
изведенія не имѣютъ міроваго значенія, не
касаются общечело.вѣческихъ вриросовъ, но
являются выразителями въ лоэз.іи идей и жиз-
ни своего народа въ данное время.
Для полиаго ознакомленія маленькихъ чи-
тателей «Дѣтской Библіотеки». мы помѣ-
щаемъ здѣсь цѣлый рядъ превосході.ыхъ
стихотворений нашего дорогаго пароднаго
ноата Н. А. Некрасова.

ДЪТСКАЯ БИБЛИОТЕКА.
15
ВЛАСЪ.
Въ армяКѣ съ открытымъ воротомъ,
Оъ обнаженной головой,
Медленно проходить городомъ
Дядя Власъ—старикъ сѣдой.
На груди икона мѣдпая;
Просить опъ на Божій храмъ,
Весь въ веригахъ, обувь бѣдная,
На щекѣ глубокій шрамъ;
Да съ желѣзпымъ наконеіпникомъ
Валка длинная въ рѵкѣ...
Говорить, великимъ грѣшникоиъ
Былъ онъ прежде. Въ мужикѣ
Бога не было; побоями
Въ гробъ жену свою вогналъ;

16
ДѢТСКАЯ БИБЛІОТЕКА.
ІІромышляющихъ разбоями
Конокрадовъ укрывалъ;
У всего сосѣдства бѣдпаго
Скупить хлѣбъ, а въ черный годъ
Не повѣритъ гроша мѣднаго,
Втрое съ пищаго сдсретъ!
Вралъ съ роднаго, бралъ съ убога го,
Слылъ кащеемъ-мужйкомъ;
Нрава былъ крутаго, строгаго...
Накоиецъ, и гряпѵлъ громъ!
Власу худо; кличетъ знахаря—
Да поможешь ли тому,
Кто снимал» рубашку съ пахаря,
Кралъ у нища го суму?
Только пуще все пеможется.
Годъ прошелъ—а Власъ лежитъ,
И построить церковь божится,
Если смерти избѣжитъ,

ДЪТСКАЯ БИБЛІОТЕКА.
17
Говорятъ, ему видѣніе
Все мерещилось въ бреду:
Видѣлъ свѣта представленіе,
Впдѣлъ грѣшпиковъ въ аду:
Мучатъ бѣсы пхъ проворные,
Жалить вѣдьма-егоза.
Ефіопы видомъ черные
И какъ ѵгліе глаза,
Крокодилы, зміи, скорпіи
Препекаютъ, рѣжутъ, жгуть...
Воютъ грѣшппки въ прискорбіи,
Дѣпи ржавыя грызутъ.
Громъ глушить, ихъ вѣчнымъ грохотомъ,
Удушаетъ лютый смрадъ,
И кружитъ надъ ними съ хохотомъ
Черный тигръ-шестикрылатъ.
Тѣ па длинный шестъ папинаны,
Тѣ горячііі лижутъ полъ,,,

18
ДЪТСКАЯ БИБЛЮТЕКА,
Тямъ, на хартіяхъ написаны,
Власъ грѣхи свои нрочелъ:
Сочтены дѣла безѵмныя.
Но всего не описать!
Богомолки, бабы умиыя,
Могуть лучше рассказать.
Власъ увидѣлъ тьму кромѣшную
И нослѣдній далъ обѣтъ..
Внялъ Господь—и душу грѣшиую
Воротилъ на вольиый свѣтъ.
Гоздалъ Власъ свое имѣніе,
Самъ остался босъ и голъ,
И сбирать па построение
Храма Божья го ношол ь.
Съ той поры мужикъ скитается
Вотъ ужь скоро тридцать лѣтъ,
Гіодаяніемъ питается—
Строго держитъ свой обѣтъ.

Сила вся души великая
Въ дѣло Божіе ушла:
Словно сроду жадность дикая
Непричастна ей была...
Полонъ скорбыо неутѣшною,
Смуглолицъ, выеокъ и прямъ,
Ходитъ онъ стопой неспѣшпою
Но селеньямъ, городамъ.
Нѣтъ ему пути далекаго:
Былъ у матушки Москвы,
И у Каспія широкато
И у царственной Невы.
Словомъ истины евангельской
Собирая Богу дань,
ІІобынаетъ и въ Архангельской,
Проберется и въ Рязань...
Ходитъ съ образомъ и съ книгою,
Самъ съ собой все говори тъ

И желѣзпою веригою
Тихо на ходу звонить.
.
зг.иО :
Ходить въ зимушку студеную,
Ходить въ лѣтніе жары,
Вызывая русь крещеную
На посильные дары—
и
И даютъ, даютъ прохожіе...
Такъ изъ лепты трудовой
Выростаютъ храмы Божіи
По лицу земли родной...
.ЙЯЧН fi •'Ш'ШТ'Ш
">H

ДѢТСКАП БИБЛЮТЕКА.
21
ВЪ ДЕРЕВНЪ.
1.
Право, ne клуба, ли воропьяго рода
Около нашего нынче прихода?
Вогь и сегодня... ну, проста бѣда!
Глупое карканье, дикіе стоны...
Кажется, съ цѣлаго свѣта вороны
По вечерамъ прилетаютъ сюда.
Вотъ и еще, и еще эскадроны...
Рядышкомъ сѣли на куполъ, на креста.,
На колокольнѣ, на ближней избушкѣ,—
Вонъ у плетня нокачнувшійся шесть:
Двѣ умѣстились на самой верхушкѣ.
Крыльями ыаіпутъ... Все то же оиять,
Что и вчера... посидятъ и въ дорогу!
Полно лѣпиться! воронъ наблюдать!
Черныя тучи ушли, слава Ногу,

22
ДѢТСКЛЯ Г,ИГ,ЛЮТИКА.
Вѣтеръ смирился: пройдусь до нолей.
Съ самаго утра унылый, дождливый
Выдался ныньче денокъ несчастливый:
Даромъ въ болотѣ цромокъ до костей,
Вздумалъ работать, да трудъ не дается,
Глядь, }жь и вечеръ—вороны летятъ...
Двѣ старушонки сошлись у колодца,
Дай-ка послушаю, что говорятъ...
2
—
Здраствуй, родная. — «Какъ можется,
кумушка?
Все еще плачешь никакъ?
Ходитъ, знать, ко сердцу горькая д)мушка,
Словпо хозяипъ-болынакъ?»
—
Какъ же пе плакать? Пропала я, грѣшная!
Душенька поста, болмтъ...
Умеръ Касьяновна, умеръ, сердешная,
Умеръ и въ зеіілю зарытъ!

ДЪТСКАЯ КПКЛІОТЕКА.
23
-
Вѣдь наскочилъ же на экую гадину!
Сыпь лп мой пе былъ удаль?
Сорок'!, мсдвѣдей поддѣлъ на рогатину—
На сорокъ-иервомъ сплоіпалъ!
Госту болыпаго, рука что желѣзная,
ГІлечи—косая сажень;
Уиеръ, Касьяновна, умеръ, болѣзная,—
Вотъ ужь тринадцатый день!
—
ИІчуру съ медвѣдя-то содрали, продали;
Деньги—семнадцать рублей—
За душу бѣднаго Савуіпкп подали,
Царство небесное ей!
Добрая барыня Марья Гомановна
На панихиду дала...
Умеръ, голубушка, умеръ, Касьяновна—
Чуть я домой добрела.
—
Вѣтеръ шатаетъ избенку убогую,
Весь "развалился овинъ...
Словно шаіыіая пошла я дорогою.'
Не попадется ли сннъ?

24
ДЪТСКАЯ ВИБЛІОТЕКА.
Взялъ бы топорикъ—бѣда иоиравИмая—
Мать бы утѣшилъ свою...
Умеръ, Касьяновна, умеръ, родимая—
Надо-ль1? топоръ продаю.
—
Кто приголубить старуху безродную?
Вся обнищала въ конецъ!
Въ осень ненастную, въ зиму холодную
Кто запасетъ мнѣ дровецъ?
Кто, какъ доносится теплая шубушка.
Зайчиковъ повыхъ пабьетъ?
Умеръ, Касьяповна, умеръ, голубушка—
Даромъ ружье пропадетъ!
—
Вѣришь, родная: съ тоской да съ заботами
Такъ оиостылѣлъ мнѣ свѣтъ!
Лягу въ коморку, покроюсь тенетами
Словно какъ саванояъ... Нѣтъ!
Смерть не приходить... Брожу нелюдимая,
По-пусту жалоблю исѣхъ...
Умеръ, Касьяповна, умеръ, родимая —
Эхъ! кабы только не грѣхъ., .

ДАТСКАЯ BttTMÎOfЙКА.
25
—Ну, да и такъ... дай Богъ зиму промаяться,
Свѣжѳй травы миѣ ие мять,
Скоро избепка совсѣмъ расшатается,
Некому поле вспахать.
Вт. городъ сбирается Марья Романовна.
По-міру силг пѣтъ ходить..
Умеръ, голубушка, умеръ, Касьяновна,
И не велѣлъ долго жить?—
?"3
'
ѵ
,'
ГІлачетъ старуха. A мнѣ что за дѣло?
Что и жалѣть, коли нечѣмъ помочь?..
Слабо мое изнуренное тѣло,
Время ко сну. Не долга моя ночь:
Завтра раненько пойду на охоту,
До свѣту надо иокрѣиче уснуть...
Вотъ и вороны готовы къ отлёту,
Кончился рауть... Ну, трогайся въ путь!
Вотъ поднялись и закаркали разоиФ.
—
Слушай, ровняйся!—Вся стая леТиТъ:
Кажется, будто межь пебомъ и гЛазбмъ
Черная сѣтка виситъ.

26
ДЪТСКАЯ БИБЛШТККА.
НРЬСТЬЯНСКІЯ дьги.
Опять я въ деревнѣ. Хожу на охоту,
Пишу мои вирши—живется легко.
Вчера, утомленный ходьбой но болоту,
Забрелъ я въ сарай и заснулъ глубоко.
Проснулся: въ ншрокія щели сарая
Глядятся веселаго солнца лучи.
Воркуетъ голубка; иадь крышей летая,
Кричать молодые грачи,
Летить и другая какая-то цтица—
Но тѣни узналъ а ворону какъ разъ:
Чу! шопотъ какой-то... а вотъ вереница
Вдоль щели внимательных'!, глазч.!
Все с$рые, каріе, оиніе глазки—
Смѣшались, какъ въ нолѣ цвѣты.
Въ нихъ столько покоя, свободы и ласки,
Въ пихт, столько святой доброты!
Я дѣтскаго глаза люблю выраженье,

ДЪТСКАЯ Ы1БЛЮТККА.
27
ИСС
И
Его я узнаю всегда.
Я замеръ: коснулось души умиленье...
Чу! шопотъ опять!
Первый голос ъ.
«Борода!
Второй.
А баринъ, сказали!..
Третій.
Потише вы, черти!
Второй.
У баръ бороды не б.ываетъ—усы.
Первый.
А ноги-то длинныя, словно какъ жерди.

28
ДѢТСКАЯ БИБЛІОТЕКА.
Четвертый.
А вона на шапкѣ глядптко —часы!
Пятый.
.aDоаот NыsqаП
Ай, важная штука!
Шестой.
II цѣпь золотая...
Седьмой.
Чай, дорого стоить?
Осьмой.
Какъ солнце горитъ!
Девятый.
А вона собака—большая, большая!
Вода съ языка-то бѣжитъ.

ДЪТСКАЯ БИБЛИОТЕКА.
29
Пятый.
Ружье! поглядитко: стволина двойная.
Замочки рѣзпые..,
Гретій(съ
испуюмъ).
Глядитъ!
Четвертый.
•да !,.!! : .(.С «-Iіі ?!пу "ОИІ
Молчи, ничего! постоимъ еще, Гриша!
т
н
Третіи
Прибьетъ...
.
•.
•
Испугались шпіоны мои
И кинулись прочь: человѣка заслыша,
Такъ стаей съ мякины летятъ воробьи.
Затихъ я, прищурился—снова явились,
Глазенки мелькаютъ въ щели.
Что было со мпою— всему подивились

30
ДЪТСКАЯ БПБЛІОТЕКА.
.H)d7ЯП
И мой приговоръ изрекли:
—
Такому-то гусю ужь что за охота!
Лежалъ бы себѣ на печи!
II видно не баринъ, какъ ѣхалъ съ болота,
Такъ рядомъ съ Гаврнлой...
«Услышитъ,
молчи!»
О, милые нлуты! Кто часто ихъ впдѣлъ,
Тотъ, вѣрю я, любитъ крестьянскнхъ дѣтей;
Но если бы даже ты ихъ ненавидѣлъ,
Читатель, какъ «низкаго рода людей»,—
Я, все-таки, долженъ сознаться открыто,
Что часто завидую имъ:
Въ ихъ жизни такъ много поэзіи слито,
Какъ дай Вогъ балованнымъ дѣткамъ твоимъ.
Счастливый цародъ! Ни науки, ни нѣги
Не вѣдаюгь въ дѣтствѣ они.
Я дѣдывалъ съ ними грибные набѣги:
Раскапывала, листья, обшариваль нни,
Старался нримѣтиті, грибное мѣстечко,
А утромъ не могь ни-за-что отыскать.

ДѢТСКАЯ БЙБЛЮТЕКА.
31
«Взгляни-ка, Савосн, какое колечко»!
Мы оба нагнулись, да разомъ и хвать
Змѣю! Я подпрыгнулъ: ужалила больно!
Савося хохочетъ: «попался спроста»!
За то мы потомъ ихъ губили довольно
И клали рядкомъ на иерилы моста.
Должно быть, за подвиги славы мы ждали.
У насъ же дорога большая была:
Рабочего звація люди сновали
Но ней безъ числа.
Копатель канавъ вологжанипъ,
Лудильшикъ, портной, шеротобитъ,
А то въ монастырь горожанинъ
ІІодъ праздшікъ молиться катить.
ІІодъ наши густые, старинные вязы
На отдыхъ тянуло усталыхъ людей.
Ребята обстунятъ: начнутся разсказы
Про Кіевъ, про турку, про чудііыхъ звѣрей.
Иной подгуляегь, такъ только держися—
НАчнётъ съ Волочка, до Казани дойдетъ!
Чахпу передразнить, мордву, черемиса,
II сказкой потѣшитъ, и притчу ввериетч,:

32
Д'ЬТСКАЯ БИБЛІОТЕКА.
«Прощайте, ребята! Старайтесь найначе
Па Господа Бога во всемъ потрафлять:
У насъ быль Вавнло, жиль всѣхъ побогаче,
Да вздумалъ однажды на Бога роптать,—
Съ тѣхъ поръ захудалъ, разорился Вавило.
Иѣтъ меду со пчёлъ, урожаю съ земли,
U только въ одномъ ему счастіе было,
Что волосы гізъ носу шибко росли...»
Рабочій разставитъ, разложить снаряды—
Рубанки, подпилки, долота, ножи:
«Гляди, чертенята!» A дѣти и рады,
Какъ пилишь, какъ лудишь — иль все покажи.
ІІрохожій заснетъ подъ свои прибаутки,
Ребята за дѣло—пилить и строгать!
Пступятъ пилу—не наточишь и въ сутки!
Сломаютъ буравъ—и съ испугу бѣжать.
Случалось, тутъ цѣлые дни пролетали,
Что новый прохожій, то новый разсказъ...
Ухъ, жарко!... До полдня грибы собирали.
Вотъ изъ лѣсу вышли—на встрѣчу какъ разъ
Синѣющей лентой, извилистой, длинной,
Рѣка луговая: спрыгнули гурьбой

ДТ.ТСКАЯ БПБЛІОТЕКА.
m
И русыхъ головокъ падъ рѣчкой пустынной
Что бѣлыхъ грибовъ на полянѣ лѣспой!
Рѣка огласилась и сиѣхомъ, и Воемъ:
Тутъ драка—не драка, игра—не игра...
А солнце палитъ ихъ иолудеппымъ зноемъ.
Домой, ребятишки! обѣдать пора.
Вернулись. У каждаго полно лукошко,
А сколько разсказовъІ Попался косой,
Поймали ежа, заблудились немножко
И впдѣли волка... у, страшный какой!
Ежу предлагаюгь и мухъ и козявокъ,
Карней молочко ему отдалъ свое—
Не пьетъ! отступились...
Кто ловить піявокъ
На лавѣ, гдѣ матка колотить бѣлье,
Кто няньчитъ сестрепку двухлѣтпюю Глашку,
Кто тащитъ па ножню ведерко кваску,
А тотъ, подвязавши нодъ горло рубашку,
Таинственно что-то чертить но песку;
Та въ лужу забилась, а эта съ обновой:
Сплела ссбѣ славный вѣнокъ,

34
ДЪТСКАЯ БНБЛЮТЕКА.
Все бѣленькой, жолтепькой, блѣдно-лиловой
Да изрѣдка красный цвѣтокъ.
Тѣ спятъ на лринекѣ, та пляшутъ въ присядку,
Вотъ дѣвочца ловитъ лукошкоиъ лошадку:
Поймала, вскочила и ѣдетъ на ней.
И ей ли, подъ солвечпымъ роемъ рожденной
И въ фартукѣ съ поля домой принесенной,
Бояться смиренной лошадки своей?..
Грибная нора отойти не уснѣла,
Гляди—ужь чернехоньки губы у всѣхъ,
Набили оскому: черница цоспѣла!
А тамъ и малина, брусника, орѣхъ!
Ребяческій крикъ, повторяемый зхомъ,
Съ утра и до ночи гремитъ по лѣсамъ.
Испугана пѣньемъ, ауканьемъ, смѣхомъ,
Взлетитъ ли тетеря, закокавъ птенцамъ,
Зайченокъ ли вскочить—содомъ, суматоха!
Вотъ старый глухарь съ облинялымъ крылонъ
Въ кусту завозился... ну, бѣдному плохо!
Жила го въ деревню тащатъ съ торжествомъ...
—
Довольно, Ванюша! гулялъ ты не мало,

ДЪТСКАЯ БИБЛІОТЕКА.
35
Пора за работу, родной!—
Но даже и трудъ обернется сначала
Къ Ванюшѣ нарядной своей стороной:
Онъ видйть, какъ ноле отецъ удобряетъ,
Какъ въ рыхлую землю бросаетъ зерно,
Какъ ноле нотомъ зеленѣть начинаетъ,
Какъ колосъ ростетъ, наливаетъ зерно:
Готовую жатву подрѣжутъ серпами,
Въ снопы неревяжутъ, на ригу свсзутъ,
Лросуиіатъ, колотятъ-колотятъ цѣпами,
На мельпицѣ смелютъ и хлѣбъ испекутъ.
Отвѣдаегь свѣжаго хлѣбца ребенокъ
И въ поле охотнѣй бѣжитъ за отдомъ.
Навыотъ ли сѣнца: «нолѣзай, пострѣленокъ ! »
Ванюіііа въ деревню въѣзжаетъ царемъ...
Одпако же, зависть въ дворянскомъ дитяти
Посѣять намъ было бы жаль.
И такъ, обернуть мы обязаны кстати
Другой стороною медаль.
Положимъ, крестьянскій ребенокъ свободно
Ростетъ, не учась ничему,

36
ДЪТСКАЯ ВПВЛЮТЕКЛ.
Но выростетъ онъ, если Богу угодно,
А сгибну ть пи что не мѣшаетъ ему.
Положить, онъ знаетъ лѣсныя дорожки,
Гарнуетъ верхомъ, не боится поды,
За то безпощадно ѣдятъ его мошки,
За то ему рано знакомы труды...
Однажды, въ студеную зимнюю пору
Я изъ лѣсу выгаелъ; былъ сильный морозъ.
Гляжу, поднимается медленно въ гору,
Лошадка, везущая хворосту возъ.
И, шествуя важно, въ спокойствіи чинномъ,
Лошадку ведетъ подъ-уздцы мужнчокъ
Въ болыппхъ саиогахъ, въ полушубкѣ
овчинномъ,
Въ болыппхъ рукавицахъ... а самъ съ
поготокъ!
—
Здорово, парнище!—«Ступай собѣ мимо!»
—
Ужь больпо ты грозенъ, какъ я погляжу!
Откуда дровишки?—«Изъ лѣсу, вѣстимо;
От.ецъ, слышишь, рубитъ, а я отвожу».
(Въ лѣсу раздавался топоръ дровосѣка),

ДѢТСКАЯ БИБЛІОТЕКА.
37
—
А что, у отца-то большая семья?—
«Семья-то большая, да два человѣка
Всего мужиковъ-то, отецъ мой да я...»
—
-
Такъ вонъ оно что! А какъ звать тебя?—
«Власомъ».
—
A койтебѣгодикъ!— «Шестой миновалъ...
Ну, мертвая!» —крикнулъ малюточкабасомъ,
Рванулъ подъ-уздцы п быстрѣй зашагалъ.
На эту картину такъ солнце свѣтило,
Ребенокъ былъ такъ уморительно малъ,
Какъ будто все это картонное было,
Какъ будто бы въ дѣтскій театръ я попалъ!
Но мальчикъ былъ мальчикъживой, настоящій,
И дровни, н хворостъ, и пѣгопькій конь,
И спѣгъ до окогаекъ деревни лежащій,
И зимняго солнца холодный огонь—
Все, все настоящее русское было,
Съ клеймомъ нелюдимой, мертвящей зимы,
Что русской душѣ такъ мучительно мило,
Что русскія мысли вселяетъ въ умы...
Играйте же, дѣти! Ростите па волѣ!

38
ДТ.ТСКАЯ КПВЛІОТККА.
На то вамъ и красное дѣтстио дано,
Чтобъ г.ѣчио любить это скудное поле,
Чтобъ вѣчпо вамъ милымъ казалось оно.
Храпите свое вѣковое паслѣдство,
Любите CROît хлѣбт. трудовой—
И пусть обаяпье поэзіи дѣтства
Проводитт. васъ въ нѣдра землицы родпой!..
Теперь намъ пора возвратиться къ началу.
Замѣтивъ, что стали ребята смѣлѣй,—
—
Эй! воры идутъ! закричалъ я Фингалу:
—
Украдутъ,
украдутъ! Ну, прячь
иоскорѣй!—
Фингалушка скорчилъ серьезную мину,
Подъ сѣпо пожитки мои законалъ,
Съ особымъ стараньемъ припрятали, дичину,
У ногъ моихъ легъ~ц сердито рычалъ.
Обширпая область собачьей науки
Ему въ совершепствѣ знакома была;
Онъ пачалъ такія выкидывать штуки,
Что публика съ мѣста сойти пе могла,

ДѢТСКАЯ БИБЛОТЕКА.
39
Дипятся, хохочутъ! Ужь тутъ не до страха!
Командуютъ сами!—Фингалка, умри!»
—«Незасти, Сергѣй! Нетолкайся, Кузяха!—
«Смотри — умираетъ — смотри!»—
Я самъ наслаждался, валяясь на сѣнѣ,
Ихъ шумнымъ весельемъ. Вдругь стало темно
Въ сараѣ: такт, быстро темнѣетъ на сценѣ,
Когда разразиться грозѣ суждено.
И точно: ударъ прогремѣлъ падъ сараемъ,
Въ сарай полилась дождевая рѣка.
Актеръ залился оглушител'мнмъ лаемъ,
А зрители дали стречка!
Широкая дверь отперлась, заскрипѣла,
Ударилась въ стѣну, опять заперлась.
Я пыгляпулъ: темная туча висѣла
Надъ нягаимъ театромъ какъ разъ.
Подъ крупиымъ дождѳмъ ребятишки бѣжали
Босые къ деревнѣ своей...
Мы съ вѣрнымъ Фипгаломъ грозу иереждали
И вышли искать дупелей.

40
ДѢТСКАЯ БИБЛЮТЕКА.
ПОХОРОНЫ.
Межь высокихъ хлѣбовъ затерялося
Небогатое паше село.
Горе горькое по свѣту шлялося
И на насъ невзначай набрело.
Ой, бѣда приключилася страшная!
Мы такой не знавали во вѣкъ:
Какъ у насъ —голова безшабашпая —
Застрѣлился чужой человѣкъ!
И пришлось намъ нежданно -негаданно
Хоронить молодаго стрѣлка,
Безъ церковнаго пѣпья, безъ ладона,
Безъ всего, чѣмъ могила крѣпка...

ДЪТСКАЯ БПБЛІОТЕКА.
41
Безъ поповъ!... Только солнышко знойное,
Вмѣсто яраго воску СР.ѢЧИ,
На лицо пепробудпо-спокойноо
Не скупясь наводило лучи;
Да высокая рожь колыхалася,
Да пестрѣли въ долииѣ цвѣты;
Птичка Божья па гробъ опускалася
И, чирикнувъ, летѣла въ кусты.
Поглядимъ: что ребять набирается!
Покрестились и подняли вой...
Мать о сыпѣ рѣкой разливается,
Плачетъ мужъ но женѣ молодой, —•
Какъ не плакать и.мъ? Дппо велико ли?
Своему-то свои хороши!
А по комъ ребятишки захныкали,
Тотъ навѣрно былъ доброй души!
Межь двумя хлѣбородными нивами,
Гдѣ нрошелъ неширокій до.токъ,

ІТодъ большими плакучими nimm
Упокоился бѣдный стрѣлокъ.
ijß.i онд/оо'г.чвн одни (ill
Что тебя докапало сердечна го?
Ты за что свою душу сгубили,?
Ты захожій, ты роду пездѣіпняго,
ІІо ты нашу сторонку любилъ:
Только минуть морозы упорпые
II весепнихъ гостей палетитъ,
—
«Чу!» кричать наши Дѣтки пронорпын:
«Прошлогодній охотники, палить».
Ты да ск а ль ихъ, гостинцу « имъ нашивДлъ!
Ты па спросъ отвѣчать не скучалъ.
У тебя порошку я нопрашйТшъ,
И всегда ты пе скупо давалч,.
Почивай же, дружокъ! Намять вѣчная!
Не жива-ль TROU бѣдная мать?
Или, можетъ, зазноба сердсчпая
Пудетъ таять, дружка поджидать?

Мы дойдемъ, новѣстішъ твою милую:
Можетъ быть, и пріѣдетъ любя,
И нонлачетъ она надъ могилою,
И разскажемъ мы ей про тебя.
Почивай себѣ съ миромъ, съ любовію!
Почивай! Богъ тебѣ судія,
Что обрызгалъ Tbf грѣшною лфовію
Неиовинныя наши ноля!
Я ІГКОШКЦ ЛМДЯІОІР;;, H ;
Ч
Кто дознаетъ,- какою кручиною
Надрывалося сердце твое
Передъ вольной твоею кончиною,
Передъ тѣмъ, какъ спусти.тъ ты ружье?...
ІйОДД "J я.»
<£8і.
'•кг;к'!1
. Лог; rot):::: |и/ K'tli с':
;;цО
.£«)«'( KC.rqel il у. «il . .. THE :.<•!£ кг. Il
fi'.îà i: ;';( с:, if? nj • «ritE о .-н
4
Межь двумя хлѣбородными нивами,
Гдѣ нрошо.гь ношнрокііі ДОЛОКЪ,
Подъ большими плакучими иіжми
Упокоился бѣдцый стрѣлокъ.

Бѵдутъ иѣсни въ нему хороводный
Изъ села но зарѣ долетать,
Будутъ нивы ему хлѣбородныя
Безгрѣховные сны навѣвать...
НАЧАЛО ПОЭМЫ.
Въ насмѣшливомъ и дерзкомъ нашемъ вѣкѣ
Великое, святое слово: мать—
Не пробуждаеть чувства въ человѣкѣ.
Но я привыкъ обычай презирать.
Л не боюсь насмѣшливости модной,
Такую музу мнѣ дала судьба:
Она ноетъ ио ирихотц свободной,
Или молчитъ, какъ гордая раба.
Л много лѣтъ среди трудовъ іі лѣни
Съ иостыднымъ малодушьемъ убѣгалъ
Плѣпительной, многострадальной тѣни,
Для памяти священной... Часъ насталъ!
Въ груди кииятъ рыдающіе звуки

ДISТСК А Я БПБЛІОТЕКА.
45
И бурей наполняют!, грудь мою...
Твою любовь, твои святыя муки,
Твою иогибель, мать моя, пою...
от
школ ьникъ.
—
Ну, иоше.ть же, ради Бога!
Небо, ельникъ и песокъ —
Не веселая дорога...
Эй! садись ко мпѣ, дружокъ! —
Ноги босы, грязно тѣло
И едва прикрыта грудь...
Не стыдися! что за дѣло?
Это многихъ славныхъ путь.
Вижу я въ котомкѣ кйижку.
Такъ, учиться ты идешь...

Знаю: батька па сынишку
Издержалъ послѣдній грошъ.
Зпаю, старая дьячиха
Отдала четвертачекъ,
Что проѣзжая купчиха
Подарила на чаекъ.
Или, можетъ, ты дворовый
Изъ отнущрпныхъ?... Нѵ, что жь!
Случай тоже ѵжь не новый —
Не робѣй, не пропадешь!
.,.!;'! 00 Of, КВЬ'.ОчШ ОH
Скоро самъ узпасшь въ школѣ,
Какъ ярхангельскій мужикъ
По своей и Божьей волѣ
Сталъ разумеиъ и великъ.
Не безъ добрыхъ душъ па свѣтѣ —
Кто нибудь свезетъ въ Москву,
Будешь вт. университетѣ —
Сонъ свершится на яву!

ДѢТСКАЯ БИБЛІОТЕКА.
Тамъ ужь поприще широко
Знай работай да не трусь.
Вотъ за что тебя глубоко
Я люблю, родная Русь...
ПРОСТИ.
Прости! Не помни дней паденья,
Тоски, унынья, озлоблепья,—
Не помни бурь, не помни слезъ,
Не иомьи ревности угрозъ!
Но дни, когда любви свѣтило
Надъ нами ласково всходило
И бодро мы свершали путь,
Благослови и не забудь!

48
ДѢТСКАЯ БИБЛІОТНКА.
ВЛЮБЛЕННОМУ.
Каш. вѣсти о дорогѣ трудпой,
Когда-то пройденной самимъ,
Внимаю рѣчи безразсудпой,
Надеждамт. розовымъ тноимъ.
Любви безумными мечтами
И я по твоему кипѣлъ,
Но я дѣлить и xi. не хотѣлъ
Съ моими праздными друзьями.
За счастье сердца моего
Томимт. боязнію ревнивой,
Не допускалъ я никого
Въ тайникъ души моей стыдлиной.
За то теперь, когда угасъ
Въ груди тотъ пламень благодатной,
О нрошломъ счастіи разсказъ
Твержу съ отрадой непонятной.
Такъ нроникаемъ мы легко

ДЪТСКАЯ БИБЛИОТЕКА.
И въ недоступное жилище,
Когда хозяинъ далеко
Или почіетъ на кладбищѣ.
НЕ СЖАТАЯ ПОЛОСА,
Поздняя осень. Грачи улетѣлп,
Лѣсъ обнажился, поля опустѣли,
Только не сжата полоска одна...
Грустную думу наводить она.
Кажется, птепчутъ колосья другъ другу:
«Скучно намъ слушать осеннюю вьюгу,
Скучно склоняться до самой земли,
Тучныя зерна купая въ пыли!
Насъ, что ни ночь, разоряютъ станицы
Всякой пролетной прожорливой птицы,

50
ДѢТІйШ
ВДБЛШТВКА.
Заяцъ пасъ топЧетъ "и буря пасъ бьетъ...
Гдѣ же паптъ пахарь? пего еще ждетъ?
:]jl
Г:
.
:
ц!і
Или мы хуже другихъ уродились?
Или пе дружно цвѣли-колосились?
АЭОПбП ЯАТАЖЭ ЗН
Нѣтъ! мы пе хуже другпхъ — и давно
Вт. насъ налилось и созрѣло верно.
і. t'TOVlîU RF.ÖO ,
' Ч«ЧПI)'/О «ПаІ<
Не для того же пахолт. онъ и сѣялъ,
Чтобы насъ ійтеръ осепній развѣя.ть?.. »
.,:НО г;..г-:•:
-rr r
Вѣтеръ песетъ имъ печальный отвѣтъ:
—
Вашему пахарю моченьки пѣтъ.
Зналъ, для чего и пах аль онъ, и оѣялъ,
Да пе по сітамъ работу затѣялъ.
Плохо бѣдпягѣ — ne ѣстъ и пе пьетъ,
Червь ему сердце больное сосетъ,

ДЪТСКАЯ БИЬЛЮТБКА.
51
Руки, что вывели борозды эти,
Высохли въ щепку, повисли, какъ плети,
Очи потускли и годосъ проналъ,
Что заунывную нѣсім пѣвалъ,
Какъ на соху налегая рукою,
Пахарь задумчиво щель. полосою,
.
if,!
ЛЭ aHiUÙ 'Toqo.
отѴывокъ
изъ поэмы
„Коробейники".
1...
'
Мелочные торговцы, называемые въ цро
стоиародіи коробейниками, рдецродавъ весь
свой товаръ, возвращаются домой и иду г ь
ироселкомъ.
Веселъ Ванька, ирилѣваючи,
ПрЯМИКОМЪ ^ОМОЙ ИДОД'Ъ.
Старый Тихонычъ аѣваючи
То и дѣло крестить ротъ.
Въ эту ночку не усиѵлося

Ни минуточки ему.
Какъ мошна-то пораздулася
Такъ Богъ знаетъ почему
Все такія мысли страшныя
Забираются въ башку.
Прощелыги ли кабашныѳ
Нодзываютъ къ кабаку,
Попадутся ли солдатики —
Коробейникъ самъ не свой:
«Проходите съ Богомъ, братики!»
И ударится рысцой.
Словпо иятки-то иголками
Понатыканы —бѣжитъ.
Вь Кострому идутъ проселками,
По болоту путь лежитъ,
То кочажникомъ, то бродами.
«Эхъ пословица-то есть:
Коли три версты обходами,
Прямиками будетъ шесть!
Да въ Трубѣ, въ сслѣ, мошенники
Сбили съ толку, мужики:

—
Вы подите, коробейники,
Въ Кострому-то на прямки:
Вѣрныхъ сорокъ съ иоловиною
По нагорной сторонѣ,
А болотной-то тропиною
Двадцать восемь.
—
Вотъ онѣ!
Чортъ ионуталъ — мы иовѣрили,
А кто версты тутъ считалъ?»
—
Вабы ихъ клюкою мѣряли,
Ванька съ важностью сказадъ:
Не ругайся! Самъ я слыхивалъ,
Тутъ дорога понрямѣй.
—
«Дьяволъ, что-ли, понапихивалъ
Этихъ кочекъ да корней?
Доведись пора вечерняя,
Не дойдешь — сойдешь съ ума!
Хороша наша губернія,
Славенъ городъ Кострома,
Да лѣса, лѣса дремучіе,
Да болота къ ней ведутъ,
Да пески, иески сыпучіе...»
—
Стой-на, дядя, чу, идутъ!

VI.
Только молодсць il ;кнвч, бывала
Старинная былини.'
Не тростникъ высокъ колышется,
Не дубровулікй шумятъ,
Молодецвій шквистъ слышится,
Подъ ногой сучки трещать.
Показался иесг въ ошеіішічкѣ,.
Вотъ и добрый молодецъ:
—
Путь-дорога, коробейііичнй!
« Путь-дороженька, стрѣлець! »
—
Что ты смотришь? — «Не прохаживал
Ты, какъ давеча въ Трубѣ
!І]ю дорогу я расирашнвадъ?»
—
Нѣтъ,л почудилось теб'1).
Трои сутки не былъ дома я,
Жить ли дома лѣеииісу?
—
«А кажись, лицо знакомое.» .,
Шенчетъ Вадька старику.
—
Что вы шепчитесь? -—
«Да каемся
Лучше' бъ намъ горой идти.

Такъ ли, малый, пробираемся
Въ Кострому?» —
Намъ по пути,
Я изъ ІІГупыт.
—
«А•далеко ли
До деревни до твоей?1»
—
Верстъ двѣпаднать. А но' Ѵногу ли
Подѣлили барышей?
«Коли зпать всю правду хочется,
Весь товаръ песемъ паяадЪ. »
Лѣсничекъ какъ расхохочется!
—
Ты, я вижу, гірокуратъ!
Кабы весь, побось, ft'è скоро бы
Шелл, ты, Старый воробей! —
И лѣспикъ прянодвялъ коробь?
На іілечяхъ у торгашей.
—
Ой! легохоньки коробушки,
Все повыпродалп зпать?
Яаклевалися воробушки,
Полетѣли отдыхать!
«Что, дойдомъ въ село до ноченьки?»
—
Надо, парень, добрести,
Самъ усталъ я, нѣту мочепыги —
Тяжело ружье нести

Напіе дѣло подпевольпое,
День и ночь броди въ лѣсу.
—
И съ плеча ружье двуствольное
Снялъ — и держитъ на вѣсу.
—
Эхъ вы, стволики-голубчики!
Больно вы ужь тяжелы.
—
Покосились наши купчики
На тяжелые стволы:
Сколько нитокъ ионамотапо!
Въ налецъ щели у замковъ.
«Неужели, парень, бьетъ оно?»
—
Бьетъ па семьдесять шаговъ.
Деревенскій видно плотничокъ
Строилъ ложу тяпъ — да ляпъ!
Да и самъ Христовъ охотничекъ
Ростомъ малъ и съ виду слабъ,
Выше пояса замочена
Одежонка лѣсяика,
Борода густая всклочена,
Лычко вмѣсто пояска.
А туда же песъ въ оіпейпнкѣ,
Но прозвапію: Упырь.

ІІосмѣялись коробейники:
«Эхъ ты, горе-богатырь!..»
Часъ ндутъ, другой. «Далеко ли?»
—
Близко.
—
«Что ты?» — У рѣки
Куропаточки за кокали.
—
И дѣтина взвелъ курки.
—
Ай, курочки! важно щелкнули,
Хоть медвѣдя уложу!
Что вы, други, пріумолкнули?
Заноемъ для куражу! —
Коробенинамъ не пѣлося:
Ужь темнѣли небеса,
Надъ болотомъ засинѣлася,
Понависнула роса.
«День деньской и такъ умелеіиься,
Самъ бы лучше ты занѣлъ...
Что ты?... эй! въ кого ты цѣлишься?»
—
Такъ, я пробую прицѣлъ...
Дождикъ, что ли, собирается,
Ходятъ по небу бычки,

Вечс.ръ пуще надвигается,
Прытче идутъ мужички.
Песъ бѣжитъ сторонкой, нюхаеть,
Поминутно сдищитъ дичь
Чу какъ уха.иіца .ухаетъ,
Чу! ребенкомъ стоит сычь.
Ііоглядѣлъ старикъ украдкою:
Парня словно дрожь берегъ.
«Аль спознался съ лихорадкою!»
—
Да, ужь три иедѣли бьетъ -
ІІолѣчи! — А самъ прищурился,
Словно въ Ваньку паровіпт.
Старый Тихоішчъ нахмурился:
«Что за шутки!» говорить.
«Чѣмъ шутить такія шуточки,
Лучше иѣеіш иѣіь и впрямь.
Погодите полъ-мииуточки —
Затяну лихую в.агь!
Зналъ я етарда еле зрячаго,
Онъ весь вѣкъ съ сумой ходилъ
И про страцпика бродячаго
Нѣспю длинную сложишь.

ГГѢлт, старикъ, а самъ поглядывала.:
Поминутно лѣеничекъ
То rt'b плечу ружье прикладнвахь,
То потрогивалъ курокъ.
На бѣду, ни п> кѣмъ не встрѣтипться!
«Полно пѣть... Эй, молодецъ!
Что отсталъ?... Въ кого ты мѣтюпься?
Что ты дѣлаешь, подлецъ!»
—
Трусы, трусы вы великіе! —
И лѣсникъ захохоталъ
(А глаза такіе дикіе!).
«Стыдно!» Тихопычъ сказалъ:
«Какъ пѳ грѣхъ тебѣ захожаго
Человѣка такъ пугать?
А еще хотѣлъ я дешево
Миткалю тебѣ продать!»
Молодецъ не унимается.
Штуки дѣлаетъ ружьемъ,
Воемъ, лаемъ отзывается
Хохотъ глупаго кругомъ.
—
«Эй уймись! Чего дурачишься?»
Молвплъ Ванька: —
«Я молчу,

A яаѣду такъ паилачешься,
Разомъ скулы сворочу!
Коля ты ужь съ нами встрѣтился,
Долженъ честью проводить.»
—
A лѣсникъ опять намѣтплся.
—
«Не шути!» — Чаво шутить!
Коробейники отпрянули,
Богъ помилуй — смерть пришла!
Почитай-что разомъ грянули
Два ружейные, ствола.
Безъ словечка Ванька валится;
Съ крикомъ иадаетъ старикъ...
Въ кабакѣ бурлить, бахвалится
Тѣмъ же вечеромъ лѣсникъ:
Пейте, пейте, православные!
Я, ребятушки, богатъ;
Два бекаса нынче славные
Мпѣ попали подъ зарядъ!
Много серебра и золотца,
Мпого всякаго добра

ДЪТСКАЯ БПБЛІОТЕК.А.
Богъ послалъ!» Глядять, у молодца
Точно — куча серебра.
Подзадорили дѣтинушку —
Опъ почти всю правду бухъ!
На бѣду его — скотинушку
Тѣмъ болотомъ гналъ пастухъ:
Слышадъ выстрѣлы ружейные,
Слышалъ крики... «Стой! винись!»
И мірскія и питейныя
Тотчасъ власти собрались.
Молодцу скрутили рученьки:
«Ты вяжи меня, вяжи,
Да не тронь мои онученьки!»
—
Ихъ-то намъ и покажи!
ІІоглядѣли: подъ онучами
Денегь съ тысячу рублей —
Серебро, бумажки кучами.
Утромъ позвали судей,
Судьи тотчасъ все довѣдали
(Только денегъ не нашли!),
Погребенью мертвыхъ предали
Лѣсника въ острогъ свезли...

9
ДЪТСКЛЯ ВПБЛІОТККА.
МАША.
*' ЯШ7й!?Т0(йЗ
: Mсл)JÏ
Бѣлыіі Дйгіь занялся падь столицей.
Сладко спить молодая жена,
Только труженпкь мужь блѣдполицый
Не ложится — ему по до сна!
Завтра Маиіѣ подруга локажетъ
Дорогой и красивый нарядъ...
Ничего ему Маша ne скажеть,
Только взгляпеть... убийственный взгляда.
Вт. пей одпой его жизни отрада.
Такт, пускай гл. пемт. не видитъ врага
Диа такихь опь ей купить паряда.
А столичпая жизнь дорога!
Есть, копечно, прекрасное средство:
Ііодь рукою казепный сундукъ;

Но исиорченъ онъ былъ съ малолѣтства
Изучевьемъ оиасныхъ наукъ.
;
Человѣкъ онъ былъ новой породы:
Исключительно честь "ионамалъ,"
И безгрѣшные даже доходы
Называла воровствомъ, лнбералъ!
Лучше жить бы хотѣлъ опт, попроще,
Не франтить, не тянуться бы въ свѣтъ,
—
Да обндио иокажется тещѣ,
Да осудитъ богатый срсѣдъ!
Все бы вздоръ... только съ Машей не сладишь,
Не втолкуешь — глупа, молода!
Скажотъ: «такъ за любовь мою платишь!»
Нѣтъ! упреки тошнѣе труда!
И кипитъ-посиѣваетъ работа,
И болитъ-надрывается грудь...
Наконецъ, наступила суббота:
Вотъ и нраздникъ — нора отдохнуть!

Онъ лелѣетъ красавицу-Манту,
Выпивъ полную чашу труда,
Наслаждепія полную чашу
Жадно ньетъ... и онъ счастливъ тогда!
Если дни его полны печали,
То минуты норой хороши,
Но и самая радость едва-ли
Не вредна для усталой души.
Скоро въ гробъ его Маша уложитъ,
Прокляпетъ свой сиротскій удѣлъ,
И, бѣдняжка! ума не приложить,
Отчего онъ такъ скоро сгорѣлъ?
извощикъ.
1
Парень былъ Ванюха ражій,
Рослый человѣкъ,
—
Не поддайся силѣ вражей,

Жплъ бы долгій вѣкъ.
ІІолусонпый по природѣ,
Знай, зѣвалъ въ кулакъ,
И прозвавіе въ народѣ
Получилъ: вахлакъ!
Правда, съ ппмъ случилось диво,
Какъ въ Грязной стоялъ:
Ѣлъ онъ мало и лѣниво,
По ночамъ пе спалъ...
Псе гдядптъ бывало въ оба
Въ супротивный домъ:
Тамъ жила его зазноба —
Кралечка лпцомъ!
Подъ ворота словно птвчка
Вылетитъ съ гнѣзда,
Вѣлоручка, бѣлоличка...
Жаль одно: горда!
Прокативъ ее, учтиво
Опт. ей разъ сказалъ:
«Впгаь ты больно тороплива»,
И за ручку взялъ...
Разсердилась: «Не позволю!

Полно — не замай!
Прежде выкупись на волю,
Да потомъ хватай!»
ІІоглядѣлъ за нею Ваня,
Головой тряхнулъ:
«Не про насъ ты» — молвилъ —
И рукой махпулъ...
Скоро лѣто наступило,
Съ барыней своей
Тавя въ Тулу укатила.
Вапька сталъ умнѣй:
Онъ по прежнему порядку
Полюбилъ часкъ,
Наблюдалъ свою лошадку,
Добывалъ оброкъ,
Пилъ умѣренпо горѣлку,
Звалъ копѣйкѣ вѣсъ,
Да какую же продѣлку
Сочинилъ съ пимь бѣст!..
2.
Разъ купедъ ему попался
Изъ родииыхъ мѣстъ;

Ванька съ пимъ съ-утра катался
До вечерпихъ звѣздъ.
А потомъ наѣлся плотно,
Обрядилъ копя,
И улегся беззаботно
До другаго дня...
Спитъ и слышитъ стукъ въ ворота.
Чу! шумятъ, встаютъ...
Не пожаръ ли? вотъ забота!
Чу! къ нему идѵтъ.
Опъ пскочилъ, какъ заяцъ сгонный,
Видптъ: съ фопаремъ
ІІередъ пимъ хозяинъ сонный
Съ сѣдокомъ-купдомъ.
«Сапки» гдѣ твои, дѣтипа?
Покажи ступай ! »
Говорить ему купчина —
И ведетъ въ сарай..;
Помутился умъ у Вапи,
Онъ какъ лисп, дрожа.тъ . . .
Поглядѣлъ купчина въ сани
И, крестясь, сказалъ:

«Слава Богу! слава Богу!
Цѣлъ мѣгаокъ-то мой!
Не взыщите за тревогу —
Капиталъ большой.
Понимаете, съ иоходомъ
Будетъ тысячъ пять...»
И купецъ передъ пародомъ
Деньги сталъ считать...
И пока рубли звенѣли,
Поднялся весь домъ —
Вапьки соппыс глядѣли,
Остуия кругомъ.
«Цѣло все!» сказалъ купчим а.
Парпя подозвалъ:
«Вотъ на чай тебѣ полтина!
Благо ты не зпалъ:
Серебро-то пе бумажки,
Нѣтъ примѣты, брать;
Мнѣ ходить бы безъ рубашки,
Ты бы сталъ богатъ —
Да Господь-то справедливый
Попугалъ шутя...»

И ушелъ купецъ счастливый,
Подъ мѣшкомъ кряхтя...
Надъ разиней поглумились
И оиять легли,
А какъ утромъ пробудились
И въ сарай пришли,
Глядь — и обмерли съ испугу
Ни гу-гу — молчатъ;
Показали вверхъ другъ другу
И пошли назадъ...
ІІрибѣжалъ хозяинъ блѣдный,
Вся сошлась семья:
«Что такое?..» Ванька бѣдный
Богъ ему судья!—
Совладать съ лукавымъ бѣсомъ
Видио пе съумѣлъ:
Надъ санями подъ навѣсомъ
На возжахъ висѣлъ!
A вѣдь былъ дѣтина ражій;
Рослый чѳловѣкъ,—
Не поддайся сплѣ вражей,
Жилъ бы долгій вѣкъ...

*
*
*
Праздникъ жизпи—молодости годы—
Я убилъ подъ тяжестью труда,
И поэтомъ, баловнемъ свободы,
Другомъ лѣпи—ne былъ никогда.
Если долго сдержанпыя муки,
Накипѣвъ, подъ сердце подойдутъ,
Я пишу: риѳмованные звуки
Нарѵшаютъ мой обычный трудъ.
Все жь они не хуже плоской прозы
И волнуютъ мягкія сердца,
Какъ внезапно х.тынувгаія слезы
Съ огорченпаго лица.
Но не льщусь, чтобъ въ памяти народной
Уцѣлѣло что-нибудь изъ нихъ...
Нѣтъ въ тебѣ поэзіи свободной,
Мой суровый, неуклюжій стихъ!

Иѣтъ въ тебѣ творящаго искусства...
По кииитъ въ тебѣ живая кровь,
Торжествуетъ мстительное чувство.
Догорая, теплится любовь,—
Та любовь, что добрыхъ прославляет г,,
Что клеймить злодѣя и глупца,
И вѣнкомъ териовымъ надѣляегъ
Беззащитнаго иѣвца...
ПЧЕЛЫ.
Па-т -ко медку! съ караваемъ покушай,
Притчу про пчелок ь послушай!
Пыпче пе въ мѣру вода разлилась,
Думали, просто идетъ иаводпепіе,
Только и сухо, что паше селепіе
Но огороды, гдѣ ульи у насъ.
Пчелка осталась водой окружеішая,
Бидитъ и лѣсъ, и луга вдалекѣ,

Ну—и летитъ, —ничего на легкѣ,
А какъ назадъ полетитъ нагружонная,
Силъ не хватаетъ у милой.— Бѣда!
Пчелами вся запестрѣла вода,
Тонуть работницы, тонуть сердечныя!
Горю помочь мы не чаяли, грѣшные,
Не догадаться самимъ бы во вѣкъ!
Да нанесло человѣка хорошаго,
ІІодъ Благовѣщенье помнишь прохожаго?
Онъ падоумилъ, Христовъ человѣкъ!
Слушай, сыпокъ, какъ мы пчелокъ избавили:
Я при прохожемъ тужилъ-тосковалъ;
«Вы бы имъ до суши вѣхи поставили»,
Это онъ слово сказалъ!
Вѣришь: чуть первую вѣху зеленую
На воду вывезли, стали втыкать,
Поняли пчелки сноровку мудреную:
Такъ и валятъ и валять отдыхать!
Какъ богомолки у церкви на лавочкѣ,
Сѣли—сидятъ.

На бугрѣ-то на травочки,
Ну, а въ лѣсу и въ поляхъ благодать:
Пчелкамъ не страшно туда залетать,
Все отъ единаго слова хорошаго!
Кушай на здравіе, будемъ съ медкомъ.
Благослови Богъ прохожего!
Кончилъ мужикъ, осѣпплся крестомъ;
Медъ съ караваемъ парнишка докушаль,
Тятину притчу тѣмъ часомъ прослушалъ
И за прохоаіаго низкій поклонъ
Господу Богу отвѣеилъ и онъ.
ГЕНЕРАЛЪ ТОПТЫГИНЪ.
Дѣло подъ вечеръ, зимой,
И морозецъ знатной.
Но дорогѣ столбовой
Ѣдетъ парень молодой
Ямщичокъ обратной;

Не спѣшитъ, трусятъ слегка;
Лошади не слабы,
Да дорога не гладка—
Рытвины, ухабы.
Нагопяетъ ямщичокъ
Вожака съ медвѣдемъ?
«Посади насъ, парепекъ,
Веселѣй доѣдемъ!»
—
Что ты? съ мишкой? «Ничего!
Онъ у насъ смиренной,
Лишній шкаликъ за пего
Подпесу, почтенной!»
—
Пу, садитесь! —Посадилъ
Бородачъ медвѣдя,
Сѣлъ и самъ—и потрусилъ
Полегоньку Ѳедя...
Видитъ Трифопъ кабачокъ,
Ириглашаетъ Ѳедю.
«Подожди ты насъ часокъ!»
Говоритъ медвѣдю.
II пошли. Медвѣдь смиренъ,
Впцпо, старъ годами,

Только лапу лижетъ оиъ
Да звенитъ цѣпяіш...
Часъ проходить; иѣтъ ребятъ,
То-то выаьютъ лихо!
По привычыыя стоять
Лошаденки тихо.
Свечерѣло. Дрожь въ коияхъ,
Стужа злѣе на ночь:
Заворочался въ саняхъ
Мнхайло Нванычъ,
Кони дернули; стряслась
'Гутъ бѣда большая—
Рявкнулъ ыишка!— понеслась
Тройка, какъ шальная!
Колокольчикъ услыхалъ,
Выбѣжалъ Ѳедюха,
Да напрасно—не догнала. '
Экая поруха!

Быстро, бѣшено неслась
Тройка—п не диво:
На ухабѣ всякій разъ
Звѣрь рычалъ ретиво;
Только стонъ кругомъ стоялы
«Очищай дорогу!
Самъ Топтыгинъ генералъ
Ѣдетъ на берлогу!»
Вздрогнетъ встрѣчпый мужичокъ,
Жутко станетъ бабѣ,
ІІакъ мохнатый сѣдочокъ
Рявкиетъ на ухабѣ.
А конямъ нодавпо страхъ —
Не передохнули!
Верстъ пятнадцать на весь махъ
Нѣдные отдули!
Прямо къ стапціи летитъ
Тройка удалая.
ІІроѣзжающій спдит'ь,
Головой мотая;
Ладить вывернуть кольцо.

Вотъ п стала тройяа;
Самъ смотритель па крыльцо
Выбѣгаетъ бойко.
Видптъ, ноги въ сапогахъ
И медвѣжья шуба,
Пе замѣтплъ въ попыхахъ,
Что съ желѣзоиъ губа,
Не подумалъ: гдѣ ямщпкъ
Отъ коней гуляетъ?
Видитъ—баринъ материкъ,
«Генералъ» смекаетъ.
Поспѣшилъ фуражку спить:
«Здравін желаю!
Что угодно приказать,
Водки или чаю?..»
Хочетъ барину помочь
Юркой старичишка;
Тутъ во всю медвѣжью мочь
Заревѣлъ нашъ мишка!
II смотритель отскочила.:
«Господи помилуй!
Сорокъ лѣтъ я прослужпль

ВѣроЙ, правдой, силой;
Много видѣлъ на тракту
Генераловъ строгихъ,
Дѣтъ ребра, зубовъ во рту
Не хватаетъ многихъ,
А такого не видалъ
Господи Ісусе!
Небывалый генералъ,
Видно, въ новомъ вкусѣ!..»
Прибѣжали ямщики,
Подивились тоже;
Видять—дѣло не съ руки,
Что-то тутъ не гоже!
Собрался честной народъ,
Все село въ тревогѣ:
«Генералъ въ саняхъ реветь,
Какъ медвѣдь въ берлогѣ!»
Трусь бѣжитъ, а кто смѣлѣй
Тѣ—нотѣхѣ ради,
Жмутся около саней;
А смотритель сзади.

Струсилъ, издали кричитъ:
«Въ избу не хотите-ль?»
Мишка вновь какъ зарычитъ.
Убѣжалъ смотритель!
Оробѣлъ и убѣжалъ
II со всею свитой...
Два часа въ саняхъ лежалъ
Генералъ сердитой.
ІІрпбѣжали той порой
Ямшнкъ и вожатой;
Врнзумилъ народъ честной
Трифонъ бородатой
II Топтыгина прогпалъ
Изъ саней дубиной...
А смотритель обругалъ
Ямшпка скотиной...

ДЕШЕВАЯ ПОКУПНА.
«За отъѣздоиъ продаются: мебель, зер-
кала и проч. Домъ Воронина.
159.»
« Полин. Віьд. »
Надо ноѣхать—статья подходящая!
Слышится въ этомъ нужда настоящая
Не попадется лп что-нибудь дешево?
Вотъ и поѣхалъ я. Много хорошаго:
Бронза, картины, портьеры все цовыя,
Мягкія кресла, диваны отмѣнные.
Только у барыіш очи суровыя,
Рѣчи короткія, губы надменный;
Видимо чѣмъ-то она озабочена,
Но молода, хороша удивительно:
Словно рукой геніальной обточено
Смуглое личико. Все въ ней нлѣнительно:
Тянутъ назадъ ея голову милую
Черпые волосы, сѣткою сжатые,

Дыніутъ какою-то сдержанной силою
ІІоздри красивыя, ввсрхъ приподняты«.
Видно, что жгучая мысль безпокойная
Въ ссрдцѣ кнпитъ, па нросторъ порывается
Вся соразмѣрная, гордая, стройная,
Мнѣ эта женщина часто мечтается...
Я отобралъ себѣ вещи прекрасныя,
Но оказалися цѣны ужасння!
День переждалъ, захожу—то же самое!
Меньше предложишь, такъ даже обидится!..
—Барыпя эта—созданье упрямое:
Съ мужемъ, подумалъ я, надо ѵвпдѣться.
Мужъ—господпнъ красоты замѣчателыюй,
Въ гвардіи годъ прослужившій отечеству,
Былъ человѣкъ разбитной, обязательной,
Склонный къ разгулу, въ игрѣ, къ молоде-
честву,—
Съ пимъ у насъ дѣло какъ разъ завязалося.
Странная драма тогда разыгралася:
Мужа застану—поладимъ скорехонько;

Барыпя выйдетъ—пи въ чемъ пе сторгуешься,
(Только глазами ея полюбуешься).
Нечего дѣлать! вставалъ я ранехонько
И пока барыня сномъ паслаждалася —
Многое сходно купить удавалося.
У дому ждутъ ломовые извощики,
Вь домѣ толпятся вещей перепощики,
Окпа ободраны, стѣны ужь голыя,
У покупателей лица веселыя.
Только у няни глаза заслезилися:
«Вотъ и съпридапымъ своимъ мы простился!»
Молвила пяпя...—Какое придапое?
«Все это взялъ онъ за барышней папіею,
«Вмѣстѣ весной покупали съ мамашею,
« Какъ любовались!.. »
Открытье иеждапное!
Сказано слово— -и
все объяснилося!
Вотъ почему такъ она дорожилася.
Вѣдпая женщина! Въ позднемъ участіи,
Я проклинаю торгашество потплое.
Все это куплепо съ мыслью о счастіи,

Съ этимъ уходить—счастливое ирошлое!
Здѣсь ты свила себѣ гнѣздышко скромное,
Каждый здѣсь гвоздикъ вколоченъ съ надеж-
дою...
Ну, а теперь ты созданье бездомное,
Порабощенное грубымъ неьѣждою!
Гдѣ не остылъ еще слѣдъ обаянія
Дѣьственной мысли, мечты обольстительной,
Тамъ совершается торгъ возмутительной.
Какъ еще можешь сдержать ты рыданія!
Въ очи твои голубыя, красиьыя
Нагло глядятъ торгаши непривѣтные.
Оскьернеиы твои думы стыдливыя,
Проданы съ торгу надежды завѣтныя!..
Няня межь тѣмь заунывныя жалобы
Шепчотъ мнѣ въ ухо: «Распродали дешево—
«Лишь до деревни доѣхать достало бы,
«Что ужь тамъ будетъ? не жду я хоро-
шаго!
«Сарннъ, ноди, загулястъ съ сосѣдями,
«Барыня будетъ одна-одинехонька,

«День-то не веселъ, а почь-то чернехонька.
«Рядомъ лѣснще—съволками, съіедвѣдями».
—Смолкни ты, няня! созданье болтливое.
Не надрывай мое сердце пугливое!
ГІамъ ли въ диковипу сцены тяжелыя?
Каждому трудно живется и дыгается.
Чудо, что есть еще лица веселия,
Чудо, что смѣхъ еще временемъ слышится!..
Барипъ пришелъ—поздравляетъ съ покупкою,
Барыня бродитъ такая унылая;
Съ тихо воркующей, нѣжной голубкою
Я ее сравнивала, деньги постылыя
Ей отдавая... Копѣйка ты мѣдная!
Горе ты, горе! нужда окаянная...
Чуть надъ тобой не заплакалъ я, бѣдная!
Вотъ одолжнлъ бы... ЕГрощай, безталаппая!..

КУМУШКИ.
Темснъ вернулся съ кладбища Трофимъ,
Малыя дѣтки вервулися съ пимъ,
Сыпъ да дѣвбчка. Домой-то безъ матушки
Горько вернуться: дорогой ребятушки
Ревма-ревѣ.ли, а тятька молчалъ.
Дома порылся, кубарь отыскалъ:
«ІІате, ребята!—играйте, сердечные!»
И улыбнулнся дѣти безнечныя,
Жжжжи-жи! запустили кубарь у воротъ...
Кто ни нроходитъ—жалѣетъ сиротъ:
«Нѣтъ у васъ матушки!» молвила Марьюшка,
«Нѣту родимой!» прибавила Дарыошкя, —

Дѣти широко раскрыли глаза,
Стихли. У Маши блеснула слеза...
«Какъ теперь будете жить, сиротиночки!»
И у Гришутки блеснули слезиночкп.
«Кто-то насъ будетъ ласкать-баловать?»
Навзрыдъ заплакали дѣти опять.
«Полно, не плачьте!» сказала Протасьевна,
«Ужь не воротишь», прибавила Власьевна:
«Грѣшную дувіснысу Боженька взялъ,
«Кости въ могилушкѵ иоиъ законалъ,
«То-то чай холодно, страшно въ могилушкѣ!
«11у-же не плачьте! родные вы, милушки!..
Пуще расплакались дѣтн. Трофимъ
Крики услышала, и выбѣжалъ къ нимъ,

ДЪТСКАЯ БІШЛІОТЕКА.
87
Сталъ унимать какъ умѣлъ, a сосѣдушки
Ну помогать ему: «полноте, дѣтушки!»
«Что ужъ тутъ плакать? пора привыкать
«Къ долѣ сиротской; забудьте БЫ мать:
«Спѣлп церковники память ей иѣчпую,
«Чай ужь теперь ее гложетъ сердечную
«Червь подземельный!..» Трофимъ поскорѣй
На руки взялъ—да въ избенку дѣтей!
Цѣлую ночь нроревѣли ребятушки:
«Нѣтъ у насъ матушки! пѣтъ у насъ матушки!
«Матушку па пебо Боженька взялъ!»
Дѣлую почь съ ними тятька не с на ль,
У самаго расходилися думуіпки...
Ну, удружили досужія кумушки!

ОТРывокъ
изъ поэмы «Морозь, красный носъ».
Похоропивъ мужа, крестьянка Дарья по-
ѣхала въ лѣсъ за дровами:
Окопчивъ привычное дѣло,
На дровни поклала дрова
За возжи взялась и хотѣла
Пуститься въ дорогу вдова.
Да вновь пораздумалась, стоя,
Топоръ машинально взяла
И тихо, прерывисто воя,
Къ высокой соснѣ подошла.
Едва ее ноги держали,
Душа истомилась тоской
Настало затишье печали—
Невольный H страшный покой!

Стоитъ подъ сосной чуть живая,
Безъ думы, безъ стона, бсзъ слезъ.
Въ лѣсу тишина гробовая—
День свѣтелъ, крѣпчаетъ морозъ.
Не вѣтеръ бугауетъ надъ боромъ,
Не съ горъ побѣжалп ручьи,
Морозъ-воевода дозоромъ
Обходить владѣнья свои.
Глядитъ—хорошо ли млтелп
Лѣсныя тропы занесли,
И нѣтъ ли гдѣ трещины, щели,
И нѣтъ ли гдѣ голой земли?
Пушисты-ли сосенъ вершины,
Красивъ-ли узоръ па дубахъ?
И крѣпко ли скованы льдины
Въ великихъ и малыхъ водахъ?
Идстъ—по деровьяиъ піагаетъ,
Трещитъ по замерзлой водѣ,

И яркое солнце играетъ
Въ косматой его бородѣ.
Дорога вездѣ чародѣю,
Чу! ближе подходить, сѣдой.
И вдругъ очутился надъ нею,
Надъ самой ея головой!
Забравшись на сосну большую,
ІІо вѣточкамъ иалицей бьетъ
И самъ про себя удалую,
Хвастливую пѣсдю ноетъ:
«Вглядись, молодица, смѣлѣе,
«Каковъ воевода Морозъ!
«Наврядъ тебѣ нарпя сильнѣо
«И краше видать привелось?
«Мятели, снѣга и туманы
«Покорны морозу всегда,
«Пойду на моря-окіяны—
«Построю дворцы изо-льда.

«Задумаю—рѣки больгаія
«IIa долго упрячу подъ гнетъ,
«Построю мосты ледяные,
«Ііакихъ не построптъ народъ.
«Гдѣ быстрыя, шумння воды
«Недавно свободно текли,—
«Сегодня прошли пѣшеходы,
«Обозы съ товаромъ прошли.
«Люблю я въ глубокихъ могялахъ
«Нокойниковъ въ иней рядить,
«И кровь вымораживать въ жилахъ,
«И мозгъ въ головѣ леденить.
«На горе недоброму вору,
«На страхъ сѣдоку и коню,
«Люблю я въ вечерпюю пору
«Затѣять въ лѣсу трескотню.
«Бабенки, пѣняя на лѣіпихъ,
«Домой удираютъ скорѣй.

«А ПЬЯНЫХЪ, П КОПНЫХЪ, и иѣшихъ
«Дурачить еще веселѣй.
«Бсзъ мѣлу всю выбѣлю рожу,
«А носъ запылаетъ огнемъ,
«И бороду такъ приморожу .
«Къ возжамъ—хоть руби тоиоромъ!
«Богатъ я, казны не считаю,
«А все не скудѣетъ добро;
«Я царство мое убираю
«Въ алмазы, жемчугъ, серебро.
«Войди въ мое царство со мною
«И будь ты царицею въ немь!
«Поцарствуемъ славно зимою,
«А лѣтомъ глубоко успемъ.
«Войди! приголублю, согрѣю,
«Дворецъ отведу голубой...»
И сталъ воевода надъ нею
Махать ледяной булавой.

«Тепло ли тебѣ, молодица?»
Съ высокой сосны ей кричать.
—Тепло! отвѣчаетъ вдовица,
Сама холодѣетъ, дрожитъ,
Морозно спустился пониже,
Опять помахалъ булавой
И шеи четь ей ласковѣй, тише:
«Тепло-ли?..— Тепло, золотой!—
Тепло—а сама коченѣетъ.
Морозно коснулся ее:
Въ лицо ей дыхапіемъ вѣетъ
И иглы колючія сѣетъ
Съ сѣдой бороды на нее.
Въ сверкающій иней одѣта
Стоитъ, холодѣетъ она,

И снится efr жаркое лѣто—
Не вся еще рожь свезена.
Но сжата, полегче нэп. стало!
Возили снопы мужики,
А Дарья картофель копала
Съ сосѣднихъ полосъ у рѣки.
Свекровь ея тутъ же, старушка.
Трудилась; на полномъ мѣшкѣ
Красивая Маша, рѣзвушка,
Сидѣла съ морковкой въ рукѣ.
Телѣга, скрѣпя, подъѣзжаетъ—
Савраска глялитъ па своихъ
И Проклугака крупно шагаетъ
За возомъ сноповъ золотыхъ.
—Богъ помочь! A гдѣ же Гришу
Отецъ мимоходомъ сказалъ.
«Въ горохахъ», сказала старуха.
—
Гришуха! отецъ закричалъ,

На небо взглянулъ. — Чай, не рано?
Испить бы... Хозяйка встаетъ
И Дроклу изъ бѣлаго жбана
Напиться кваску иодаетъ.
Гришуха межъ тѣмъ отозвался:
Горохомъ опутапъ кругомъ,
Проворный мальчуга казался
Бѣгущимъ зеленымъ кустомъ,
—Бѣжитъ!.. у!., бѣжитъ, иострѣленокъ,
Горитъ подъ ногами трава!—
Гришуха черенъ, какъ галчонокъ,
Бѣла лишь одна голова.
ІСрича, подбѣгаетъ въ присядку
(На шеѣ горохъ хомутомъ).
ІІоиотчивалъ баушку, матку,
Сестренку—вертится вьюномъ!
Отъ матери молодцу ласка,
Отецъ мальчугана щипнулъ;

96
ДЪТОІІАЯ вивлютккл.
Межь тѣмъ не дремалъ п савраска:
Онъ лею тянулъ да тянулъ,
Добрался,—оскаливши зубы,
Горохъ аипетитно жуетъ,
И въ мягкіл добрыя губы
Грипіухипо ухо беретъ...
Машутка отцу закричала:
—Возьми меня, тятька, съ собой!
Спрыгнула съ мѣшка—и упала,
Отецъ ее поднялъ. —«Не вой!
«Убилась—пе важное дѣло!..
Дѣвчопокъ не надобно мнѣ,
Еще вотъ такова пострѣла
Рожай мпѣ, хозяйка, къ веспѣ!
И Проклушка, ставъ на телѣгу,
Машутку съ собой посадилъ.
Вскочилъ и Грипіуха съ разбѣгу,
И съ грохотомъ возъ покатилъ.

ДѢТСКАЯ БИБЛЮТЕКА.
97
Воробугаковъ стая слетѣла
Съ сноповъ, надъ телѣгой взвилась.
И Дарыогака долго смотрѣла,
Отъ солнца рукой заслонясь,
Какъ дѣти съ отцомъ приближались
Къ дымящейся ригѣ своей,
И ей изъ споіювъ улыбались
Румяныя лица дѣтей...
Чу, пѣсия! знакомые звуки!
Хорошъ голосокъ у пѣвца...
ІІослѣдніе признаки муки
У Дарьи исчезли съ лица,
Душой улетая за пѣсней
Она отдалась ей вполнѣ...
Нѣтъ въ мірѣ той irl;спи нрелестнѣй,
Которую слышимъ во спѣ!
О чемъ опа—Богъ ее знаетъ!
Я словъ уловить не умѣлъ,

Но сердце она утоляетъ,
Въ ней дольня го счастья нредѣлъ.
Въ ней кроткая ласка участья,
Обѣты любви безъ конца...
Улыбка довольства и стчастья
У Дарьи не сходить съ лица.
Какой бы цѣиой ни досталось
Забвенье креетьянкѣ моей,
Что нужды? Оііа улыбалась.
іВалѣть мы не будемъ о пеіі.
Нѣтъ глубжѣ, нѣтъ слаще нокоя,
Какой носылаетъ намъ лѣсъ,
Недвижно, бестрепетно стоя
Нодъ холодомъ зимнихъ нсбесъ.
Нигдѣ тавъ глубоко п вольно
Не дышетъ усталая грудь,
И ежели жить намъ довольно,
Намъ слаще нигдѣ не уснуть!

Ни звука! Душа умираетъ
Для скорби, для страсти. Стоишь
И чувствуешь, какъ покорят.
Ее эта мертвая тшпь.
ІІи звука! И видишь ты синій
Сводъ веба, да солнце, да л t. ст.,
Вт. серебряно-матовый иней
Наряженный, полный чудесъ,
Влекущій невѣдомой тайной,
Глубоко-безстрастный... Но вотъ
Послышался гаорохъ случайной—
Вершинами бѣлка идетъ
Комъ снѣгу она уронила
На Дарью, прыгну въ но соспѣ.
А Дарья стояла и стыла
Въ CRoeMT. заколдованном!, снѣ...

Теперь обратимся къ поэмамъ: «Саша»,
«Несчастные», «Дѣдушка» и «Русскія жен-
щины»
ІІоэма «Саша» написана въ началѣ 50-хъ
годовъ, и по живости образовъ и художе-
ственной отдѣлкѣ справедліиво считается однимъ
изъ лучшихъ ироизведеній Некрасова. Ге-
роиня поэмы—молодая дѣвушка Саша—дп-
кій нолевой цвѣтокъ, выросшій въ глуши,—
ндиллія; герой же—старообразный молодой
человѣкъ, Агаршгь, представитель поколѣнія,
которому были суждены лишь одни благіе
порывы внѣ времени и пространства. Ага-
ршгь—продукть книжиаго развитія, носитель
любви къ цѣлому міру; онъ ищетъ настоя-
щаго дѣла въ отечествѣ и заграницей, вѣч-
но къ чему-то порывается, но къ дѣйстви-
телыіой жизни никакъ ne можетъ примѣнить-
ся, благо эта жизнь давала ему все необ-
ходимое для того, чтобы порхать и метаться.
Зтотъ-то человѣкъ, исколсснвшій чуть не

дѣтскАя БИБЛИОТЕКА.
101
половину вселенной, прочнтавшій цѣлыя биб-
ліотеки, встрѣчается съ Сашей, которая бы-
ла уже, как-ь говорится, въ невѣстипыха,
лѣтахъ, и начинает'!, просвѣіцать ее, разви-
вать. Контраста, между этими личностями
чрезвычайно сильный. Некрасова, подробно,
шага, за шагомъ, передаетъ всю жизнь Саши,
до момента встрѣчи съ Агаринымъ. До этой
встрѣчи умъ и сердце Саши спали мирнымъ
сномъ,
Но молодыя силы дѣлали свое дѣло. Серд-
це Саши было наканунѣ тревога,, который
могли явиться немедленно, лишь бы пред-
ставился случай... Въ такую-то пору жизни
Саша встречается съ Агаринымъ, рѣчн кото-
раго полились потокомъ, унося съ собою безъ
сопротивленія пылкое и пытливое воображеиіе
дѣвушки. Чего только ни наговорилъ Сашѣ
Агаринъ, начиная съ критики окружающей
природы н кончая самыми сложными соціаль-
нымн явленіями. Возбудива, въ Сашѣ ума. и
чувство, Агаринъ уѣзжаетъ. Прежняя Саша

стала неузнаваема; добрые старики родители
вотъ что говорятъ о ней:
Думаетъ думу, какъ будто у ней
Больше заботъ, чѣмъ у старыхъ людей.
Книжки выписывать стала сама—
II иаконецъ набралась же ума!
Что ни спроси, растолкует'!.,
научить,
Съ ней говорить никогда не наскучить;
А доброта... Я такой доброты
Вѣкъ не видалъ, не увидишь и ты!
Чрезъ нѣсколько времени Агаринь снова
видится съ Сашей; но оігь является совеѣмь
уже другимъ человѣкомъ: иасмТ.шлнво отно-
сится къ своимъ ирежнимъ взглядам'!, и гово-
рить:
Оба тогда мы болтали пустое!
Умные люди рѣшили другое,
Родч, человѣческій низокъ и золь...

На поумпѣвшую, развившуюся Сашу Ага-
рииь сталъ смотрѣть пасмѣшливо, называя всѣ
ея поступки и скромную дѣятельность игруш-
кой, что произвело на дѣвушку ужасное
впечатлѣніе, тѣмъ бодѣе, что она полюбила
Агарина. Причины такой поразительной пере-
мѣны въ Агаринѣ просты, и вотъ какъ указа-
ны опѣ поэтомъ:
Книги читаешь, да по свѣту рыщешь —
Дѣла еебѣ исполиискаго шцетъ:
Благо паслѣдье богатыхъ отцовь
Оскободмло отъ малыхъ шрудовъ,
Благо идти но дорогѣ избитой
Лѣнь помѣшала да разумъ развитой.
Что ему книга послѣдняя скажешь,
То на душѣ его сверху и ляжешь:
Вѣрить, не вѣрпть—ему вее равно
Лишь-бы доказано было умно!
Этошь жалкій, безь дѣла устапшій человѣкъ
предлагаешь, однако, Сашѣ руку и сердце,

но она отклоняетъ прсдложеніе, затлушаетъ
въ себ-ь загорѣвшееся чувство. Дальнѣйтая
судьба героевъ очевидна: у Саши есть хо-
рошее будущее, и она, какъ здоровая натура,
воспользуется многпмъ пзъ рѣчей Агарина.
Въ добрую почву упало зерно —
Пышномъ плодомъ отродится оно!
Самъ же просвѣтитель заживо похоронилъ
себя, заслуживъ лишь по обстоятельствам'!,
мѣста и времени благосклонное слово—
Сѣетъ онъ все-таки доброе сѣмя!..
У Некрасова есть рядъ стихотвореній,
посвяіценныхъ «русекимъ дѣтямъ» : «Дѣдуш-
ка Мазай», «Соловьи», «Дядюшка Яковъ»,
«Пчелы» и «Генералъ Топтыгшгь».
Этими
стихотвореніями ііоэтъ какъ бы хотѣлъ сдѣ-
лать попытку къ созданію такихъ простыхъ
дѣтскихъ риомованныхъ пьесъ, отъ чтеиія

которыхъ въ голове маленьквхъ читателей
оставалось-бы нечто большее того, чѣмъ оть
чудовпщцо-фаптастическихъ сказокъ, пптаю-
щихъ исключительно воображеніс. Ile входя
въ подробное разсмотрѣніе каждаго стихот-
вореиія,всякій, нрочптавшій ихъ, несомненно
найдетъ всѣ эпизоды пзъ крестьянской жизни
проникнутыми задушевнымъ настроепіемъ и
переданными простыми, но звучными сти-
хами.
Н. А. ІІекрасовъ умеръ 57 летъ. Трудо-
вая жизнь въ молодости и не безупречная въ
срсдпемъ возрасте произвели па организма,
разрушающее действіе и поспособствовали
развитію мучительной болезни—эпителіаль-
ііаго рака въ средней части прямой кишки,
какъ показало вскрытіе.
Пекрасовъ сталъ болеть ва, последніе три
года, и хотя, повидимому, болезнь и не вну-
шала еерьезныхъ опасеиій, но больной словно
чуяла, не добрый исхода, своего недуга. Такъ,
издавая на, 1 87 7 году собраніе своиха» стихотво-

реиій, написаішыхъ послѣ изданія всѣхъстихо-
твореній,въ 1873 г.,онъ назвалиихъ«иоелѣд-
нимипѣснями». Во вступленіи къ нѣснммъ Не-
красовъ сами объявилъ о своей болѣзни:
Нѣгь! не номожетъ мнѣ аптека,
Пи мудрость оиытныхъ врачей:
Зачѣнъ же мучить человѣка?
О, небо! смерть пошли скорѣй!
Весной 187 7 года еостояніе здоровья Не-
красова сдѣлалось настолько опасным!., что
пришлось рѣшитьея на весьма серьезную опе-
рации. Страданія стали мучительными и невы-
носим!,і. Приглашенный изъ Вѣны хирурги
Бильротъ 12 апрѣля совершилъ операцію,
чТ.мч, иродлилъ жизнь Некрасова до конца
года. ІІослѣ оиерація больной уже не вста-
валъ съ постели. Несмотря, однако, на мучи-
тельное, крайне болѣзнешюе состояиіе, позть
время отч> времени нисалъ стихи и не пере-
ставал!, интересоваться текущими вопросами
общественной жизни.

Еше въ ноябрьской книжкѣ « Отечествен •
иыхъ Записокъ» 187 7 года было напечатано
отихотвореніе Некрасова «Осень», помѣчен-
ное 7 ноября, что доказываешь, насколько
сознаніе не покидало тяжко больнаго поэта.
Съ 20 ноября больному стало дѣлаться все
хуже и хуже; 26 декабря слабость достиг-
ла крайнихь предѣловъ; около 5-ти часовь
этого дня больной выразилъ желаніе про-
ститься съ окружающими: онъ каждаго изъ
нихъ подозвалъ къ себѣ и произнесъ одно-
сложное слово, какъ-бы «простите».
Часа
черезъ три началась агонія, развивавшаяся
въ теченіп всего 27 числа, а въ 8 ч. 50
мин. вечера Некрасова не стало.

СТИХОТВОРЕНШ
Алексея Васильевича Кольцова.

ОТИХОТВОРЕНІЯ
Алексѣя Васильевича Нольцова.
Ознакомив !, пашихъ малепькихъ читателей
съ (II. А. Некрасовымь), мы ітомѣщаемъздѣгь
нѣсколі.ко прелестиых'1. етихотворенііі позта—
самоучки, вышедшаго изъ народа, Алексѣя 15а-
1'ильевичаКольцова. А . В . Кольцова, родился
m. Воронеж?, (въ 1809*) году 2 октября).
Отець его Воронежскій мѣіпанинъ, былъ чело-
века, не богатый, но достаточный, промышляв-
шій стадами барановъ для доставки матеріала
на салотопленные заводы. Одаренный самыми
счастливыми способностями, молодой Кольцова,
не получилъ никакого воспитапія и въ мѣст-
номъ уѣздпомъ училище научился только кое-
какъ читать и писать по русски. Дома же,
съ еамыхъ раниХъ лѣтъ, онч. немогъ на-
браться не только какпхъ нибудь праветвен-
*) Умеръ 1818 г.

пыхъ правилъ или усвоить себѣ хорошіе при-
вычки, по и ne могъ обогатиться никакими
хорошими впечатленіями, которые для юной
души важнее всякпхъ внушешй п толкова-
иій. Онъ видѣлъ вокругъ себя домашнія хло-
поты, мелочную торговлю съ ея продѣлками,
слышалъ грубыя и не пристойныя рѣчи даже
отъ тѣхъ, изъ чьихъ устъ ему слѣдовало-бы
слышать одно хорошее. По счастью къ чес-
ной и крѣпкой натурѣ Кольцова не пристала
грязь, среди которой онъ родился и на лонѣ
которой былъ воопитанъ. Съ дѣтства онъ
жилъвъсвоемъ собственном!, мірѣ,—и ясное
небо, лѣса, поля степь, цвѣты, производили
на него гораздо силыіѣйшее впечатлеціе, не-
жели грубая и удушливая атмосфера домашней
жизни. 16-ти лѣтъ отъ роду А. В. КОЛЬЦОВ!,
сталъ писать стихи, которые отличались не-
обыкновенною глубиною чувства н поэтичес-
кими описаніями природы, мы здѣс.ь помеща-
ем!, лучшія изъ нихъ.

пьсня
Ты не пой, соловей,
Подъ МОИМЪ ОКНОМ'!,,
Улети ты въ лѣса
Моей родины!
Полюби ты окно
Души дѣвпцы;
Ирощебечь нѣжно ей
Про мою тоску. . .
Ты скажи, какъ безъ ней
Сохну, вниу я,
Что трава на степи
Передъ осенью.
Безъ йен, ночыо мнѣ,
Мѣсяцъ сумрачеігь;
Среди дна, безъ огня
Ходить солнышко.

114
дт,текла г.ттг .лютккл.
Безъ нея, кто меня
Приметъ ласково?
На чью грудь, отдохпуть,
Склопю голову?
Безъ нея, на чью рѣчь
Улыбнуся я?
Чья мнѣ пѣспь, чей привѣтъ
Будетъ по сердцу?
Чтожь поешь, соловей,
Иодъ моимъ окпомъ?
Улетай, улетай
Къ душѣ-дѣвнцѣ!
НЕ ШУМИ ТЫ, РОЖЬ.
Не тумп ты, рожь,
Спѣлымъ КОЛОСОМ'!.!
Ты не пой, косарь
Про широку степь!

Mнѣ не для чего
Собирать добро,
Мнѣ не для чего
Богатѣть теперь!
Ирочіілч, молодецъ,
Прочила, доброе
Не своей душѣ —
Душѣ-дѣвицѣ.
Сладко было мпѣ
Глядеть въ очи ей,
Въ очи, полные
ІІолюбовныхъ дуиъ!
И тѣ ясныя
Очи стухнули,
Снитъ МОГИЛЫІЫМЪ СНОМ'Ь
Красна-дѣвица!

Тяжелей горы,
Темнѣй полночи
Легла на сердце
Дума черная!
УРОЖАЙ.
Красны мъ полыиенъ
Заря вспыхнула;
По лицу земли
Туманъ стелется ;
Разгорѣлся день
Огнемъ солнечнымъ,
ІІодобралъ туманъ
Выше темя горъ;
Иагустилъ его
Въ тучу черную;
Туча черная
ІІонахмурилась,

ІІонахмурилась
Что задумалась
Словно вспомнила
Свою родину...
Попесутъ ее
Вѣтры буйные
Во всѣ стороны
Свѣта бѣлаго...
Онолчается
Громомъ, бурею,
Огнемъ, молніей,
Дугой радугой;
Ополчилася —
И расширилась,
И ударила,
И пролилася
Слезой крупною—
Ироливнымъ дождемъ
На земную грудь
На широкую.

И съ горы небесъ
Глядитъ солнышко,
Напилась воды
Земля досыта.
На поля, сады,
На зеленые,
Люди сельскіе
Не насмотрятся ;
Люди сельскіе
Божьей милости
Ждали съ трепетомъ
И молитвою;
За-одно съ весной
Пробуждаются
Ихъ завѣтпыя
Думы мирныя.
Дума первая:
Хлѣбъ изъ зйжрома
Насыпать въ мѣшки,
Убирать воза.

СТПХОТВОРЕШЯ А. В . КОЛЬЦОВА.
119
А вторая ихъ
Была думушка:
Изъ села г ужом т.
Въпору внѣхать.
Третью думушку
Какъ задумали—
Богу-Господу
Помолилися,
Чѣиъ-свѣтъ по полю
Всѣ разъѣхалпсг.,
И пошли гулять
Другъ за дружкою,
Горстью полною
Хлѣбъ раскидывать,
И давай пахать
Землю плугами,
Да кривой сох oïl
Перепахивать,
Боропы зубьемъ
Порасчесыпать...

Посмотрю пойду,
Полюбуюся,
Что послалъ Господь
За труды людямъ:
Выше пояса
Рожь зернистая
Дремегг, колосомъ
Почти до земли;
Словно божій гость,
На всѣ стороны
Дню веселому
Улыбается;
Вѣтерокъ но ней
Плывстъ-лоснится
Золотой волпой
Разбѣгается...
Люди семьями
Принялися жат I).
Кослтъ подъ корепь
Рожь высокую

Въ копны частый
Снопы сложены;
Отъ возовъ ВСЮ НОЧЬ
Скрипитъ музыка.
На гуянахъ, вездѣ,
Какъ кньзья, скирды
Широко сндятъ,
Поднявъ головы.
Видитъ солнышко —
Жатва кончена:
Холоднѣй опо
Пошло къосени;
Но жарка свѣча
Поселянина
ІІредъ иконою
Божьей Матери.

КОСАРЬ.
Но возьму я пъ толкъ,
Но придумаю...
Отчего же такъ
Пе возьму я въ толкъ?
Охъ въ несчаспнй день,
Въ безталанныи часъ,
Возъ сорочки я
РОДИЛСЯ па свѣтъ.
У мепя ль плечо
Шире дѣдова,
Грудь высокая—
Моей матушки,
На лицѣ моемъ
Кровь отцовская
Въ молокѣ зажгла
-Зорю красную,
Кудри черпыя

Лежать скобкою,
Что работаю—
Все мнѣ спорится ;
Да, въ несчастный день,
Въ безталанный часъ,
Безъ сорочки я
Родился па свѣтъ
Прошлой осенью,
Я за Грунюшку,
Дочку старосты,
Долго сватался:
А онъ, старый хрѣпъ
Заупрямился!
За кого же онъ
Выдастъ Грунюшку—
Не возьму я въ толкъ,
Ые придумаю. . .
Я ль за тѣмъ гопюсь,
Что отецъ ея
Богачемъ слыветъ?
Пускай домъ его—
Чаша полная!

Я ее хочу,
Я но пей крушусь:
Лицо бѣлое,
Заря алая—
Щеки полныя,
Глаза темные
Свели молодца
Съ ума разума. . .
Ахъ вчера по мнѣ
Ты какъ плакала!
Наотрѣзъ старикъ
Отказалъ вчера. . .
Охъ пе свыкнуться
Съ этой горестью! . .
Я куплю себѣ
Косу новую;
Отобью ее,
Наточу ее—
И прости-прощай
Село родное!
Ile плачь, Групюшка,
Косой вострою

Не подрежусь я. . .
Ты прости, село,
Прости, староста.
Въ края дальніе
Пойдетъ молодецъ.
Что внизъ по Дону.
Но набсрежью,
Хороши стоятъ
Тамъ слободушки!
Степь раздольная
Далеко вокругъ,
Широко лежитъ,
Ковылемъ-травой
Разстилается! . . .
Ахъ ты, степь моя,
Степь привольная!
Широко ты, степь,
ІІораскипулась,
Къ Морю—черному
Попадвянулась
Въ гости я къ тебѣ
Не одинъ нришелъ:

Я пришелъ самъ-дру
Съ косой построю;
Мнѣ давно гулять
Но травѣ стенпой,
Вдоль и поперевъ
Съ пей хотѣлося. .
Раззудись, плечо
Размахнись, рука!
Ты пахни въ лицо,
Вѣтеръ съ полудня!
Освежи, взволнуй
Степь просторную!
Зажужжи, носа,
Засверкай кругомъ!
Зашуми, трава
Под котонная;
Поклонись, цвѣты.
Головой землѣ
На ряду съ травой
Вы засохните,
Какъ по Груиѣ я

СТИХОТВОГЕШЯ А. В. КОЛЬЦОВА.
Сохну, молодецъ!
Нагребу коиенъ,
Намочу стоговъ—
Дастъ казачка мнѣ
Денегъ пригоршни.
Я зашью казну,
Сберегу казну,
Ворочусь въ село—
Прямо къ старостѣ;
Не разжалобмлъ
Его бедностью—
Такъ разжалоблю
ЗОЛОТОЙ казной! . . .
РАЗДУМЬЕ СЕЛЯНИНА.
Сяду я за столъ—
Да подумаю:
Какъ на свѣтѣ жить
Одинокому?

Нѣтъ у молодца
Молодой жены,
Нѣтъ у молодца
Друга вернова,
Золотой казны,
Угла теплаго
Бороны-сохи,
Коня-пахаря. . .
Внѣстѣ съ бѣдпостью,
Далъ мнѣ батюшка
Лишь одинъ таланъ—
Силу крѣпкую;
Да и ту, какъ разъ,
Нужда горькая
По чужимъ людямъ
Всю истратила.
Сяду я за столъ—
Да подумаю:
Какъ па свѣтѣ жить
Одинокому?

Лъсъ.
(Памяти Л. С . Пушкина)
Что дремучій лѣсъ
Призадумался?
Грустыо теяпото
Затуманился?
Что Бова-силачъ
Заколдованный,
Съ пеиокрытою
Головой въ бою,
Ты стоишь- появкъ,
И не ратуешь
Съ мимолетною
Тучей-бурею?
Густолиственный
Твой зеленый шлемъ
Буйный вихрь сорвалъ —
И развѣялъ въ прахъ;

Плащъ упалъ къ ногамъ
И разсыпалея...
Ты стоишь—іюпнкъ,
И нѳ ратуешь.
Рдѣ-жь дѣвалася
Рѣчь высокая,
Сила гордая,
Доблесть царская?
У тебя ль, было,
Въ почь безмолвную
Заливная пѣснь
Соловьипая...
У тебя ль, было,
Дни—роскошество,
Другъ и недругъ твои
Прохлаждаются.
У тебя ль, было,
Поздно вечеромъ
Грозно съ бурею
Разговоръ ноіідетъ —

Распахнешь она
Туну черную,
Обойметъ тебя
Вѣтромъ-холодомъ
И ты молвишь ей
ІТІумннмъ голосомъ:
«Вороти назадъ!
Дераси около!»
Закружишь она,
Разыграется —
Дрогпетъ грудь твоя.
Зашатаешься,
Встрепенувшися,
Разбушуешься :
Только свиста кругомъ,
Голоса и гулъ...
Буря всплачется
Лѣшимъ, вѣдьиою,
И песета, своп
Тучи за море.

Гдѣ жь теперь твоя
Мочь зеленая?
Лочернѣлъ ты весь,
Затуманился;
Одичалъ, замолил.
—
Только, въ непогодь,
Воешь жалобу
ГІа безвременье...
Такъ-то, тевпыіі лѣсъ,
Богптырь-Бова!
Ты всю жизнь свою
Маялъ битвами,
Не осилили
Тебя сильные,
Таісъ дорѣзала
Осень черпая.
Знать, во время сна,
Къ безоружпому
Силы вражія
Попахлынули;

Сь богатырских'!, плечъ
Сняли голову —
Не большой горой
А соломенной...
ГОРЬКАЯ ДОЛЯ.
Солотіьемъ залетпымъ
Юность пролетѣла,
Волной въ непогоду
Радость прошумѣла.
Пора золотая
Была, да сокрылась;
Сила молодая
Съ тѣломъ износилась;
Отъ кручипы-дѵмы
Въ сердцѣ кровь застыла
Что любила., какъ дупіу
И то измѣнило.

Какъ былинку, нѣтеръ
Молодца шатаотт. ;
Зима лицо знобитъ,
Сол н це—сожи га етъ.
До поры, до время,
Всѣмъ я весь изжился,
И кафтанъ мой сннііі
Съ плечъ долой свалился!
Безъ любки, безъ счастья
По міру скитаюсь :
Разойдусь съ бѣдою —
Съ горемь повстрѣчаюсь!
На крутой горѣ
Росъ зеленый дубъ:
Подъ горой теперь
Онъ лежитъ — гпіетъ...

ПЕРВАЯ ПѢСІІЯ
ЛИХАЧА КУДРЯВИЧА.
Съ радости-веселья
Хмѣлемъ кудри вьются;
Ни съ какой заботы
Опѣ не сѣкутся.
Ихъ не гребень чешетъ —
Золотая доля,
Завиваетъ въ кольцы
Молодецка удаль.
Не родись богатымъ,
А родись кудрявымъ:
По щучью волѣнью
Все тебѣ готово.

Чего душа хочетъ —
Изъ земли родится;
Со всѣхъ сторонъ прибыль
Ползетъ и валится.
Что шутя задумалъ —
Пошла шутка въ дѣло;
А тряхнулъ кудрями —
Въ одинъ мигъ поснѣло.
Не возьмутъ гдѣ лоскомъ,
Возьмутъ кудри силой;
А что худо—смотришь,
ГІо водѣ поплыло!
Любо жить на свѣтѣ
Молодцу съ кудрями,
Весело на бѣломъ
Съ черными бровями!
Во время, да въ пору,
Медомъ рѣчи льются:
И съ утра до ночи
Пѣсенки моются.

Про тѣ рѣчи, пѣсни
Дѣвушки всѣ знаютъ —
И о кудряхъ зиму
Ночь не сиять, гадаютъ.
Честь и слава кудрямъ!
Пусть ихъ волосъ вьется—
Съ ними все на свѣтѣ
Ловко удается!
Не подъ шапку горе
Головѣ кудрявой —
Разливайтесь, пѣснв!
Ходи, парепь, браво!
ВТОРАЯ П'ЬСНЯ
ЛИХАЧА НУДРЯВИЧ*.
Въ золотое время
Хмѣлемъ кудри вьются;
Съ горести-иечалп
Русня гѣсутся.

Ахъ, секутся кудри!
Любишь ихъ забота
Полюбитъ забота —
Не чешетъ и гребень!
Не родись въ сорочкѣ,
Не родись талантливъ:
Родись терпѣливымъ
И на все готовымъ.
Вѣкъ прожитъ — не ноле
Пройдти за сохою;
Кручину, что тучу —
Не уноситъ вѣтромъ.
Злабѣда—небуря —
Горами качаешь,
Ходитъ невидимкой,
Губитъ безъ разбору.
Отъ ея напасти
Не уйдти на лыжахъ:
Въ чистомъ поле найдешь
Въ темномъ лѣсѣ сыщетъ;

СТИХОТВОРЕНИЯ А. В. КОЛЬЦОВА.
139
Чуешь только сердцемъ:
Придетъ сядетъ рядомъ,
Объ руку съ тобою
ІІойдетъ и ноѣдетъ. . .
И щемитъ, и поетъ,
Болитъ ретивое:
Все—изъ рукъ вопъ —плохо-,
Нѣтъ ни въ чемъ удачи.
То — скосило градомъ,
То — сняло ножаромъ;
Чистъ кругомъ и легокъ,
Никому не нужепъ. . .
Къ старикамъ на сходку
Выйдти приненолятъ —
Отарыя лаптишки
Безъ онучъ обуешь,
Кафтанишка рваный
На плечи патянешь,
Бороду вскосматишь.
Шапку нахлобучишь,

ТИХОМОЛБОМЬ станешь
За чужія плечи. . .
Пусть пе видятъ люди
ІІрожитова счастья.
пъскя.
Ахъ зачѣмч, меня
Оиліигі выдали
За немилова—
Мужа старова
Небось весело
Теперь матушкѣ
Утирать мои
Слезы горькія!
Небось весело
Глядѣть батюшкГ,
На житье-бытье
Горемышное!

Небось сердце въ нихъ
Разрывается,
Какъ приду одна
На великой день;
Отъ дружка дары
Принесу съ собой:
lia лицѣ — печаль,
На душ? — тоску.
Поздно, родные,
Обвинять судьбу,
Ворожить, гадать.
Сулить радости.
Пусть изъ-за моря
Корабли плывуть,
ПущаЙ золото
На иолъ сыплется:
Не рости трав?
Поел? осени;
Ие цв?сти цк?тамі.
Зимой по снѣгу!

пъсня.
Въ полѣ яѣТеръ вѣетъ,
Травку колыхаеть,
Путь, мою дорогу
Пылью покрываетъ.
Выходи жь ты, туча,
Съ страшною грозою,
Обойми свѣтъ бѣлый,
Закрой темнотою.
Молодецъ удалый
Соловьев ь засвшцетъ —
Безъ пути, безъ свѣта,
Свою долю сыщетъ.
Что ему дорога,
Тучи громовыя,
Какъ иридугь ио сердцу
Очи голубыяі

СТИХОТВОРКШЯ А. В . КОЛЬЦОВА. 143
Что ему на свѣтѣ
Доля пелюдская,
Когда его любить,
Она молодая.
ДЕРЕВЕНСКАЯ БЬДА
11а селѣ своемъ жнлъ молодецъ.
Ничего не зналъ, не вѣдывалъ—
Съ друзьями гулялъ, бражничалъ,
Но всему селу роскошничалъ.
Въ день воскресный, съ утра до ночи.
Въ хороводѣ пѣсни нгрывалъ;
Вмѣотѣ съ дѣвицей-красавицей
Пляски НОВЫЙ выдумывала,.
Полюбилъ я эту дѣвушку!
Что душою—больше разумомъ,
Больше поступью павлпною,
Да что рѣчью соловьипою. . .

Какъ бывало, лѣтомь, съ улицы,
Мы пойдемъ съ ней руку объ-руку
До двора ея бога сова,
До крыльца ся выеокова;
Да какъ гляну, противъ зорюиіки,
На ел глаза—бровь гордую.
На ея лицо—грудь бѣлуто.
Всю монистами покрытую
Аль ни потъ съ лица посыпется,
Аль ни въ грудь душа застукаешь,
МЬсяцъ въ облака закроется,
Звѣзды мелкія попрячутся...
Такъ, за полночь съ нею епдючи.
По душѣ мы рѣчь затѣяліг
Поцалуяяи помолвились,
Другь за другомь быть условились.
На погибель мою, староста
За сыпка влередъ посватался,
11 его казна несмѣтная
Повернула все по-своему.

Тошно, грустно было на сердцѣ—
Какъ изъ церкви мою милую.
При аародѣ, воілъ ошь за руку.
Съ похвальбою поклонился мнѣ.
Тошно, грустно было на гердцѣ —
Какъ онъ съ нею, вдоль по улйЦѣ,
Что есть духу поскакалъ, злодѣй,
Iii, своему двору широкому.
Я стоалъ, глядѣлъ. з дум лея;
Снявши шайку—хватил,. Оба. землю.
11 пошолъ себѣ загуменьемь—
Подь его окошки красны»..
Та-ма, огни горятъ; тамъ дѣйуткн
Поютъ пѣсна; тамъ товарищи
Нькѵгь. играютъ, забавляются;
Съ молодыми всѣ цѣлуются.
Вотъ приходить полночь мертвая-
Гозошлнся гости пьяные,
Добры молодцы рязъѣхзлпеь,
Ii ворота затсорилися .

Въ эту пору, для пріятеля,
Заварилъ я брагу хмѣльную,
Заигралъ я свадьбу новую,
Что бегѣду небывалую:
Аль ни дымъ пошопъ нодъ облаки,
Аль ни пламя закрутялося;
Но сосѣдамъ—черезъ улицу—
На мою избушку бросилось.
Гдѣ стонлъ его богатый домъ,
Гдѣ была избушка бѣдная-
Утромь все съ землей сравнялося—
Только уголья чернѣлися...
Съ той поры я съ горемъ нуждою
Но чужимъ угламъ скитаюся,
За дневной кусокъ работаю,
Кровнымъ потомъ умываюся...

етихотвошпя л. в . КОЛЬЦОВА. 147
ПУТЬ.
Путь широкііі давно
Предо мною лежитъ,
Да нельзя ашѣ по немъ
Пи летать, ші ходить...
Кто же держнтъ меня,
II что кинуть мнѣ жаль?
U зачѣмъ до сихъ-поръ
Не стремлюся я вдаль?
Или доля моя
Сиротой родилась!
Пль со счастьемъ слѣпымь
Безъ ума разошлась!
Но лѣтамъ и кудрямъ
Пе старикъ еще я:
Иного думъ въ гѳловѣ,
Иного въ сердцѣ огня!

Много елугь и казны
Подъ заиками лежите;
II лихой-вороной
Ужь ооедлайъ стоить.
Да на путь—по душе
Крепкой вол if мнѣ петь,
Чтобъ В'Ь чужой стороне
Па людей поглядеть;
Что порой предъ бедой
За себя постоять,
Подъ грозой роковой
Назадъ шагу не дать;
II чтобъ съ горемъ въ пиру.
Выть съ веселым'Ь лпцомъ;
Па погибель идти —
Песни петь соловьем ь!

•а
*
*
Что ты спишь, мужичок I ?
Вѣдь весна на дворѣ,
Вѣдь сосѣди твои
Работакітъ давно.
Встань, пробнвсь подымись,
На себя погляди:
Что ты быль? и что СТ.І.ТЬ?
у і[г0 (,(.ть у хебя?
На гумиѣ—ни снопа,
Вь закромах?—ни зерна.
На 'лнорѣ, по трав?,—
Хоть шаромъ покати.
Изь рѣіей домовой
Сорд. метлою посмсль,
II лошадок ь, за долги,
Но сосѣдимь развели.

И подъ лавкой сундукъ
Опрокпнутъ лежишь;
И погнувшись изба,
Какъ старушка, стоишь.
Вспомни время свое,
Какъ катилось оно
Но ПОЛІЯМЪ и лугамъ
Золотою рѣкой,
Со двора и гумна
По дорожкѣ большой,
По селамъ, городамъ,
Но торговыми людямъ!
Ц какъ двери ему,
Растворяли вездѣ,
Ц въ почетномъ углу
Быломѣсто твое!
А теиерь подъ оішомь
Ты съ нуждою СИДИШЬ,
И весь день на печи
Вевъ просыпу лежишь.

А въ поляхъ, сиротой,
Хлѣбъ нескошенъ стоить:
Вѣтеръ точить зерно.
Птица клюетъ его!
Что ты спишь, мужичокъ?
Вѣдь ужь лѣто прошло.
Вѣдь ужь осень на дворъ
Черезъ прясло глядатъ.
Вслѣдъ за нею зима
Въ теплой шубѣ идетъ
Путь снѣжкомъ порошитъ,
Иодъ санями хруститъ.
Всѣ сосѣди на нихъ
Хлѣбъ везутъ. продаютъ,
Собираютъ казну,
Вражку ковшикомъ пьютъ.

пъсня.
Вез-ь ума, безъ разума.
Меня замужъ выдали,
Залотой вѣкъ дѣвичій
Силой укоротали
Для того ли МОЛОДОСТЬ
Соблюдали, нѣжили,
За стеклом'ь, отъ солнышка.
Красоту лелѣгіли,—
Что-бъ я вѣкъ свой замужемъ.
Горевала, плакала,
Безъ любви, безъ радости
Сокрушалась, мучилась.
Говорять родимые:
Иоживется—слюбится;
И по сердцу выберешь—
Да горчѣе придется

Хорошо, состарѣвшінь,
Разсуждать, совѣтывать,
II съ собою молодость
Безъ разсчета сравнивать!
ДУМА СОКОЛА.
Долго ль буду я
Сиднемь дома жить,
Мою молодость
Ни на что губить?
Долго ль буду я
Подъ окномъ сидѣть,
По дорогѣ вдаль
День п ночь глядѣть?
Иль у сокола
Крылья связаны,
Иль пути ему
ßet, заказаны?

Иль боится ОН'Ь
Въ чужихъ людяхъ быть,
Съ судьбой-мачихой
Самъ-собою жить?
Для чего жь ііа свѣтъ
Глядѣть хочется,
Облетѣть его
Душа протится?
Иль, зачѣмъ она,
Моя милая,
Здѣсь садить со мной,
Слезы льетъ рѣкой;
Отъ меяя лѣтитъ
Иѣсню мнѣ поетъ,
Все рукой манитъ.
Все съ собой зоветъ?
Нѣтъ, ужь полно мнѣ,
Дома вѣкъ спдѣть,
По дорожкѣ вдаль,
Изъ окна глядѣть!

СТИХОТВОРКШН Л. В. КОЛЬЦОВА. 15 5
Со двора пойду,
Куда путь манить,
А жить стану тамъ—
Гдѣ ужь Богь велишь.
РАЗЛУНА.
На зарѣ туманной юности,
Всей душой любилъ а милую;
Вылъ у пей въ глазахъ небесный снѣтъ,
На липѣ горѣлъ любви огонь,'
Что предъ ней ты, утро майское,
Ты, дуброва-мать зеленая,
Степь-трава—парча шелковая,
Заря-веперъ, ночь-волшебница!
Хороши вы—когда нѣшь ея,
Когда съ вами дѣлишь грѵсть-тоску!
А при пей васъ—хоть бы не было:
Съ ней зима—весна, ночь—ясный день!

Me забыть мнѣ, какъ въ поаѣпііі рязъ,
Л сказалъ еіі. «прости милая!
Такъ, знать, Богъ велѣлъ—разстапемся,
Но когда-нибудь увидимся». . .
Вмигъ огнемъ лицо нес вспыхнуло,
Бѣлымъ снѣгомъ перекрылося,—
И, рыдая, какъ безумная,
На груди моей повпенула.
«Не ходи, постой! дай время млѣ
Задушить грусть, печаль выплакать:
На тебя, па ясна сокола»...
Занялся духъ—словно замерло...
РАЗСЧЕТЪ СЪ ЖИЗНІЮ,
Жизнь зачемъ ты еобоіі
Обольщаешь меня?
Почти вѣкъ я прожилъ
Никого не любя.

Въ душѣ страсти огопь
Расгярался не разъ,
Но въ бсзилодной тоскѣ,
Онъ сгорѣлъ и ногасг.
Моя юность цвѣла
Подъ тумапоиъ густымъ,—
И что ждало меня,
IT ne видѣлъ за нинъ.
Только тѣшилась мной
Злая ведьма—судьба;
Только силу мою
Сокрушила борьба
Только зимней порой
Мспя хо.тодъ знобйлъ,
Только волос? сѣдой
Мои кудри развилъ;
Да румянецъ лица
Печаль рано сожгла.
Да морщины на немъ
Ядомъ слезъ провѣла.

Жизнь! зачѣмъ же собой
Обольщаешь мепя?
Еслибъ силу Богъ далъ—
Я разбилъ бы тебя!
ДОЛЯ БЪДНЯК*.
У чужухъ людей
Горекъ бѣлый хлѣбъ,
Брага хмѣльная—
Не рызымчива!
Рѣчи вольные—
Всѣ какъ связаны
Чувства жаркія
Мрутъ безъ отзыва. .
Изъ души ль, норой,
Радость вырвется—
Злой пасмѣшкою
Вчигъ отравится,

И бѣлъ-ясенъ день
Затуманится;
Грустью черною,
Міръ оденется.
И сидишь, глядишь
Улыбаючись;
А въ душѣ клянешь
Долю горькую!
пьсня.
Что оиъ ходить за мной
Всюду ищетъ меня
И, встречаясь, глядитъ
Такъ лукаво всегда?
Что смѣшпова во мпѣ—
Я понять не могу;
И за мною ходить—
Кто далъ право ему?

Помню, какъ-то, давно,
У знакомыхъ былъ балъ;
Какъ безумный всю ночь
Онъ со мной тавцокало!
Слова нѣтъ—онъ хороіпъ:
Брови посъ и лицо,
Но глаза—за глаза
Ненавижу его!
Голубые они. . .
И какъ жарко горатъ!
Будто яда полны,•
Будто съѣсть наст, хогятъ! . .
Нѣтъ, отстаньте, прошу,
Не слѣдите меня:
Башихъ дьявольскихъ глазъ
Ябоюськакъогня!...

пьсня.
Если всгрѣчусь съ тобой
Иль увяжу тебя—
Что за трепетъ-оговь
Разольется въ душѣ,
Если взглянешь, душа—
Я горю и Дрожу,
И безчувственъ и нѣмъ
Предъ тобою стою
Если молвишь мнѣ что—
Я на рѣчи той,
На привѣты твои
Что сказать не сыщу.
А лобзаньямъ твоимъ,
А восторгамъ твоимъ—
На $енлѣ, у людей
Выраженья имъ нѣтъ!

Дѣва-радость души!
Это жизнь—мы живемъ!
Не хочу я другой
Жизни въ жизни моей!
КРЕСТЬЯНСКАЯ ПИРУШКА.
Ворота тесовы
Раствори лися,
IIa коняхъ, на саняхъ
Гости въѣхали;
Имъ хозяинъ съ женой
Низко кланялись;
Со двора новели
Въ свѣтлу горенку.
Передъ Спасомъ святы мч.
Гости молятся;
За дубовы столы,
За набраные,

СТИХОТВОРЕШЯ Л. В. КОЛЬЦОВА.
163
На сосновыхт, скамьяхъ
Сѣли званые.
На столахъ куръ, гусей
Много жареныхъ,
Нироговъ, ветчины
Блюда полныя.
Бахрамой, кисеей
Принаряжена,
Молодая жена,
Чернобровая,
Обходила подругъ
Съ поцѣлуямн,
Разносила гостямъ
Чашу горькова.
Самъ хозяинъ, за ней,
Брагой хмѣльною
Йзъ. ковшей вырѣзныхъ
Родиыхъ подчуетъ;
А хозяйская дочь
Медомъ сыченымъ
Обносила кругомъ,

Съ лаской дѣвичей.
Гости пьютъ и ѣдятъ,
Рѣчи гуторятъ:
Про хлѣба, про покосъ,
Про старипушку;
Какъ-то Богь и Господь
Хлѣбъ уродитъ намъ?
Ііакъ-то сѣно въ степи
Будетъ зелено?
Гости ньютъ и ѣдятъ,
Забавляются
Отъ вечерней зари
До полуночи.
По селу пѣтухи
Перекликнулись;
ІІризатихъ говоръ, шумъ
Въ темной горенкѣ;
Отъ воротъ поворотъ
Впденъ по снѣгу.

цвътокъ.
Природы милое творенье,
Цвѣтокъ додпиы украшенье,
На мигь взлелѣяішый весной,
Безвѣстенъ ты въ степи глухой!
Скажи: зачѣмъ же такч, алѣешь?
Росой заискрясь, плаиенѣешь
!І дышишь чѣмъ-то какъ живымъ,
Благоуханным'!, и скятымъ.
Ты для кого въ степи широкой,
Ты для кого отъ селъ далеко?
Не для крылатыхъ-ли друзей,
Поющихъ въ воздухѣ степей?
Для нихъ ли, въ роскоши, семьями,
Румяной ягодой, цвѣтами

Ц обаяиьемъ для душа,
Вы, травы, зрѣете въ тиши?
О, ной, косарь! зови пѣвицу,
Подругу, красную дѣвицу,
Пока еще, шумя косой,
Не тронулъ ты травы степной?
МОЛОДАЯ ЖНИЦА.
Высоко стоить
Солнце на небѣ
Горячо печеть
Землю-матушку.
Душно дѣвицѣ,
Грустно на иолѣ,
Нѣтт, охоты жать
Колосистой ржи.

етихотвоРЕНія А. В. КОЛЬЦОВА. 1G7
Всю сожгло ее
Поле жаркое,
Горитъ-гормо все
Лицо бѣлое;
Голова со плечъ
На грудь клонится,
Колосъ срѣзанный
Изъ рукъ валится...
Неспроста ума
Жница жнетъ— не жнетъ,
Глядитъ въ сторону,
Забывается.
Охъ, болитъ у ней
Сердце бѣдное,
Заронилось въ немъ
Небывалое!
Она шла вчера —
Нерабочнмъ днемч.,
Лѣсомъ шла-себѣ
По малинушку,

Новстрѣчался ей
Добрый молодець;
Ужь ие въ первый раач.
Повстрѣчалея онъ.
Ііовстрѣчается
Будто нехотя,
И стоить, глядитъ
Какъ-то жалобно.
Онъ вздохнулъ, запѣлъ
ІІѢсню грустную
Далеко въ лѣсу
Раздалась та нѣснь;
Глубоко въ душѣ
Красной дѣвицы
Отзвалась она
II запала въ ней...
Душно, жарко ей,
Грустно на полѣ,
Нѣтъ охоты жать
Колосистой ржи...

СТИХОТВОРЕНИЯ А. В. КОЛЬЦОВА.
169
ТОСКА по воль.
Загрустила, запечалилась
Моя буйная головушка;
Ясны очи соколииыя
Не хотятъ смотрѣтьна бѣлыіі свѣгь.
Тяжело -жить дома съ бѣдностьк»,
Даромь хлѣбъ сбирать подъ окиами;
Тяжелѣй того въ чужихъ людяхъ
быть въ неволѣ, въ одшючествѣ.
Дни ироходятъ здѣсь безъ солнышка,
Ночи темный—безъ ыѣсяца;
Кури отрашныя, громовый.
Удалой души не радуютъ.
Гдѣ жь друзья мои —товарищи?
Куда дѣлись? разлетѣлися?
Иль не хочутъ дать мцѣ помочи?
Или голосъ мои разносить вѣтръ?

Знать забыли время прежнее,
Какъ, бывало, въ полночь мертвую,
Крикну, свистну имъ изъ-за лѣса—
Аль пи темный лѣсъ шелохнется...
И они, мои товарищи,
Соколья, орлы могучіе,
Всѣ въ одинъ кругъ собираются.
Погулять ночь, пороскошнпчать.
А теперь, какъ крылья быстрый
Судьба злая мнѣ подрѣзала:
II друзья, мои товарищи,
Одного меня всѣ кинули...
Гой ты, сила пододонная!
Отъ тебя я службу требую —
Дай мнѣ волю, волю прежнюю,
А дуіпой тебѣ я кланяюсь...

СТИХОТВОРЕНИЯ л. в. КОЛЬЦОВА.
ПЪСHЯ.
Въ непогоду вѣтеръ
Воетъ, завываетъ:
Буйную головку
Злая грусть терзаетъ.
Горемычной долѣ
Нѣтъ нпгдѣ прпвѣта:
До сѣдыхъ волосъ любовью
Душа не согрѣта.
Нѣту сплъ—усталъ я
Ст. этимъ горемъ биться,
А на гвѣтъ посмотришь!
Жалко съ нпмъ проститься!
Доля жь, моя доля!
Гдѣ ты запропала?
До поры, до время
Въ в >ду камнемъ пала?

Поднимись, ЧТО СИЛЫ
Размахни крылами:
Можетъ, наша радость
Живешь за горами.
Если нѣшь—у моря
Сядемъ, да дождемся;
Безъ любви и съ горем ь
Жизнью наживемся!
ПОMИHИИ.
Подъ тѣныо роскошной
Кудрявыхъ береаъ,
Гуляюшь, пируютъ
Младые друзья!
Могучая сила
Въ душѣ ихъ кииитъ;
lia блѣдиыхъ ланитахч.
Румянец'ь горишь.

СТИХОТВОРЕНІЯ А. в . КОЛЬЦОВА.
173
Ихъ очи, какъ звѣзды
Но небу, блестятъ;
Пхь думы—какъ тучи;
IIхъ рѣчи горятъ.
Давайте веселья!
Давайте печаль!
Давно ихъ ае манить
Волшебница даль!
II съ міра, и съ время
Покровы сняты;
Загадочной жизни
Прожиты мечты,
Шумна ихъ бесѣда,
Разумно идетъ;
Роскошная младость
Здоровьемъ цвѣтетъ.
По вотъ къ нимъ приходить
Певѣдомый гость -
II молча садится,
Какъ темная ночь.

Лицо его мрачно,
И взгляды—что ядъ;
И весь на немъ странен
Печальный наряда.
И лучшему другу
Онъ руку пожалъ;
И глазъ его черный
Огнемъ засверкалъ.
Вмигь юноша вздрогнула
U очи закрылъ
И темныя кудри
На грудь опустилч..
Прозрачно, какъ мрамора
Застыло лицо —
Уснулъ онъ надолго!
Уснулъ глубоко!...
Подъ тѣныо роскошной
Вудрявыхъ березъ,
Гуляштъ, пируютъ
Младые друзья!

СТИХОТВОРЕНИЯ А. В. КОЛЬЦОВА.
175
Ихъ такъ же, какъ прежде
Бееѣда шумна;
Но часто невольно
Печаль въ ней видна.
пъсHя.
Разступитесь. лѣса темные;
Разойдитесь, рѣки быстрый;
Запылись ты, путь-дороженька;
Дай мнѣ вѣстку, моя пташечка!
il рѣкой пойду по бережку.
Полечу горой за облакомъ,
На край свѣта, на край бѣлова —
Искать стану друга мнлова...
Я найду его, гдѣ-бъ ни былъ онъ,
Я скажу ему: „стыдно, совѣстно,
Бросить домъ свой, отцД старова.
Да, Богъ вѣсть куда, завихриться".

Какъ завьетъ онъ кудри черным,
Какъ надѣнетъ кафтаігь бархатный.
Подіюяшетъ кушакъ шелковый,
Ноцялуетъ, скажетъ ласково:
—Иѣтъ, душа моя, ошиблась ты,
Я не въ нолѣ вихрѳмъ вѣялся:
Но людямъ ходилъ, деньгу кошілъ
За морями счастье нробовалъ.
Моя доля здѣсь счастливая:
Я ііажилъ тебѣ два терема,
Лисицъ, шелку, много золота,—
Станетъ вѣкъ прожить боярами. —
Ахъ, вы, душеньки-подруженьки'
Не отъ горя плачу — съ радости;
IIa душѣ она огнемъ горитъ,
A нѣтъ силы словъ души открыть!..

НЕРАЗГАДАННАЯ ИСТИНА.
Цѣлый вѣкъ Я рылся
Въ таинствахъ вселенной.
До сѣдинъ учился
Мудрости священной.
Всѣ вѣка былые
Съ новыми иовѣрйлъ:
Чудеса земныя
Опытомъ измѣриль.
Мелкін причины
Тѣшнлнсь людям»,
Ііарлы-властелины
Двигали мірями.
1'айскія долины
Кровью обливались;
Карлы-властелины
Ві, бездну низвергались.

178
ДТ.ТСКЛН БИБЛИОТЕКА.
Гдѣ нройдетъ коварство
Оъ злобою людскою —
Тамъ, въ обломкахъ, царство
Заростетъ травою. .
Племена другія
IIa нихъ поселятся:
Города большіе
Людьми разродятся.
Сторона иустая
Снова зацарюетъ —
И жизнь молодая
Шумно запируетъ!
Подсѣку-жь я крылья
Дерзкому сомнѣнью.
Прокляну усилья
Ііъ тайнамъ ІІровидѣнья!
Умъ нашъ не шагаетъ
Міра за границу;
Наобумъ мѣшаетъ
Съ былью небылицу.

СТИХ0ТВ0ГКШЯ А. В. КОЛЬЦОВА. 179
МОГИЛА.
Чья это могила
Тиха, одинока?
U кресгь тростниковый
И насыиь свѣжа;
II чистое поле
Кругомъ безъ дорогъ.
Чья жизнь отжилася?
Чей кончился путь?
Татаринъ-ли дикій
Свершилъ здѣсь убійство
Въ ночной темнотѣ,
И свѣжею кровью,
Горячею брызнулъ
На русскую быль?..
Или молодая
Жница-поселянка
Ангела-младенца,
На рукахъ лелѣя,
Оплакала горько
Кончину его,—

И подъ яснымъ небояъ
Ііъ подѣ на просторе.
Въ цвѣтахъ васильковыхъ
Положена, дитя!..
Вѣетъ надъ могилой.
Вѣета. буйный вѣтеръ,
Ііатита. черезъ ниву.
Мимо той могилы,
Сухую былинку,
Перекати-поле;
Вудитъ вольный вѣтеръ,
Будитъ, не пробудите,
Дикую пустыню,
Тихій сонъ могилы!..

СТИХОТВОРЕІІІН А. К. КОЛЬЦОВА.
ПЕРЕДЪ ОБРАЗОМЪ СПАСИТЕЛЯ.
Предъ тобою, мой Б о п.1
Л свѣчу погасил ь.
Премудрую книгу
Преть тобою закрыль.
Тв и небесный огонь
Негасимо торить;
Безконечный твой мірч.
ІІредъ очами раскрыть;
Я съ любовыо къ тебѣ
Погружаюсь вт. немъ;
Со слезами стою
Передъ свѣтлымъ лицомъ!
!! напрасно весь міръ
4а тебя возставалъ.
И напрасно на смерть
Опт. тебя осуждала. :

На крестѣ, подъ вѣнцомъ,
IJ снокоенъ. и тпхъ .
До конца ты молилъ
За злодѣевъ своихъ!
СИРОТА.
Не прельщайте, не маните,
Пылкой юности мечты!
Удалитесь, улетите
Отъ бездомной сироты?
Чтожь вы, злыя, что вы вьетесь
Падъ усталой головой?
Что вы съ вѣтромъ не несетесь
Въ край невѣдомый, чужой?
Были дни — н я любпла
Сны о радости земной;
По надежда измѣішла,
Радость — сонъ въ судьбѣ моей.

СIИХОТВОРЕШЯ А. В. КОЛЬЦОВА.
183
На яву же, въ облегченье.
Только слезы проливать.
II не вѣрпть въ облегченье,
II покоя не вкушать.
Не прельщайте жь, не маните,
Свѣтлой радости мечты!
Унеситесь, улетите
Огъ бездомной сироты!
МАЛЕНЬКОМУ БРАТУ.
Рост» счастливо, брать мой милый.
Подъ кровомъ вышняго Творца,
На груди матушки родимой,
Въ объятьяхч. нѣжнаго отца.
Будь добродѣтеленъ душою,
Великъ и знатенъ — простотою;
На сцену свѣта ты войдешь
Любимцемъ-ли слѣпой фортуны.
Или, какъ я, полюбишь струны,

U носохъ бедный понесешь —
Въ высокомъ званіи предъ бѣдиымъ
Счастливой долей не гордись!
Но съ нпмъ. чЬмъ Богь послалъ, последним!..
Какъ съ родиымъ братомъ, подѣлись.
Суму дадутъ - не спорь съ судьбою;
У Бога мы равны: предъ нимъ
Смирнея сь дѣтской простотою —
II съ сердца грусть слетитъ, какъ дымъ.
Пробудишь струны пой без'і. лести!
Будь ненодкупецъ въ дѣлѣ чссти;
Люби Творца, своихъ владыкъ
II будь кь ішчтожествѣ велика.
ТЕРЕMЪ.
Там'ь, где терема, хоть стоить,
Я люблю всегда ходить,
Ночыо тихой. НОЧЬЮ ЯСНОЙ.
Вт, благовонный май прекрасный!

СТИХ0ТВ0РВН1Я Л. В. КОЛЬЦОВА.
185
Чѣмъ же теремъ этотъ мил ь?
Чѣмъ меня онъ такъ плѣішлъ?
Онъ не пышный, онъ не новый,
Онъ бревенчатый—дубовый.
Ахъ, в'і. томъ теремѣ простомъ
Есть съ раскрашенным !, окдомі,
Разубранная евѣтлица:
Въ ней жнветъ душа-дѣвица.
Какъ-то встрѣтился я съ ней—
Не свожу съ тѣхъ поръ очей;
Красна жь дѣвица не знаетъ,
По комъ грудь моя вздыхаетъ.
Разрывайся, грудь моя!
Буду суженымъ не я:
Тотъ богатый; я безъ хаты—
Дѣлый міръ мои палаты!
Вѣщунъ-сердце говорит ь :
Жить тебѣ, дѣтиикѣ, жить
Не съ женою молодою—
С'і> чужой дальней стороною...

ВЕЛИКАЯ ТАЙНА.
Тучи носятъ воду,
Водя поить землю,
Земля іілодъ приносить;
Бездна звѣздъ на небѣ,
Бездна жизни въ мірѣ;
То мрачна, то свѣтла
Чудная природа. . .
Старѣясь въ еомнѣньнхъ
О великихъ тайнахъ,
Идутъ невозвратно
Вѣки за вѣками:
У каждаго вѣка
Вѣчнооть воиришаетъ:
«Чѣмъ кончилось дѣло?»
—
Вопроси другова, —
Каждый отвѣчаегь.
Смѣлый умъ, съ мольбою,
Мчится къ Нровидѣнью.

СТИХОТВОРЕНІЯ А. В. КОЛЬЦОВА.
187
Ты повѣдай мыслямъ
Taflay сихъ еозданій!
Шлютъ отвѣтъ, вновь тайиыіі.
Чудеса природы,
Тишиной и бурей
Мысли изумляя...
Что же совершится
Въ будущемъ съ природой?...
О гори, лампада,
Ярче предъ Распятьемъ!
Тяжелы миѣ думы.
Сладостна молитва!
МОЛИТВА.
Спаситель, Спаситель!
Чистая моя вѣра,
Какъ пламя молитвы!
Но, Боже, и вѣрѣ
Могила темна!

Что слухъ мой замѣнитъ?
ІІотухшія очи?
Глубокое чувство
Остывшаго сердца?
Что будетъ жизнь духа
Безъ этого сердца?
На креста, на могилу,
На небо, на землю.
На точку начала
II цѣли твореній,
Творецъ всемогущій
ІІакинулъ завѣсу,
Наложплч, печать:
Печать та на вѣки;
Кя не расторгнуть
Міры, разрушаясь,
Огонь не растопита,
Не смоетъ вода! . . .
Прости жь мнѣ, Спаситель!
Слезу моей грѣшной
Вечерней молитвы:

ГТИХОТВОРЕНІЯ А. В. КОЛЬЦОВА.
ISO
Во тьмѣ она свѣтитъ
Любовью къ тебѣ...
двъ жизни.
Двѣ жизни въ мірѣ есть:
Одна свѣтла, горнтъ она какъ солнце;
Въ eg очахъ небесный тихій день;
Въ сіяніи — святая мысль и чувство;
Ея живая сила такъ роскошно
Звучитъ свободной п разумной рѣчью.
II это—жизнь земнаго духа:
Долга она, какъ Божья вѣчность...
Другая жизнь темна;
Въ ея очахъ—земная грусть и ночь;
11 спитъ она сномъ крѣпкимъ и млтежпымъ,
Таится мысль въ ея цвѣтистыхъ форма а,
По не звучитъ свободной рѣчью;
ІІаклоннѣе во тьмѣ она къ молчанью,
И это — жизнь земнаго праха:
Кратка она, какъ блескъ звѣзды падучей....

Л"1

СОДЕРЖА H IE X ТОМА.
Стр.
1. ДѣтствоІІ. А. Некрасова
5.
2. Постуилепіе въ уннверситетъ
9.
3. Значеніе Некрасова въ литературѣ . . 14.
4. Власъ
...
15.
5. Въ деревпѣ
21.
ü. Крестьлнскія дѣти
26.
7. Похороны
40.
8. Школьника. . .
45.
9. Прости
47.
Ю. Не сжатая полоса
49.
11. Коробейники (поэма)
51.
12. Маша
62.
13. Пзвощикъ
64.
14. Пчелы
71.
15. Генералъ
Тонтыгинъ
73.
16. Дешевая покупка
.
.
80.
17. Кумушки
85.
18. Морозъ красный пост, (поэма)
88.
19. Саша, Рѵсскіи женщины и друіія про-
изведены! Некрасова. ......
.
105.
20. Смерть Некрасова
107.
21. Сочинспія Кольцова. . . оть 111 до 189 стр.